Код первобытного

Глава 1. Стеклянное небо

Я ненавидел этот запах. Запах сухого озона, абсолютной стерильности и вечного, гнетущего ожидания, которое толстым слоем пыли висело в воздухе Центрального Хаба Мониторинга. Не в забитых жилых отсеках или технических коридорах станции «Орион», а здесь, в самом ее сердце. Хаб представлял собой исполинский зал, заполненный полукруглыми рядами терминалов, но сейчас, в глубокую ночную смену, он казался вымершим. Лишь несколько операторов дремали у пульсирующих голограмм Земли. Утробный, едва слышный гул главных реакторов станции вибрировал под ногами, отдаваясь в зубах.

Мой отец, Роберт, старший техник-инженер, имел легальный доступ к этому закрытому сектору. Я же - обычный дежурный инженер по распределению энергии. находился здесь только благодаря его протекции и моему дурацкому увлечению старыми, списанными протоколами связи. Отец месяцами подкидывал мне интересные «задачки», давал доступ к заархивированным базам данных, которые я наивно считал просто учебными симуляциями. На самом деле он растил из меня того, кто сможет увидеть картину целиком.

- Ты опять копаешься во внешних логах? - тихий голос отца заставил меня вздрогнуть.

Он стоял у распределительного щита, его лицо, покрытое сеточкой мелких шрамов от работы с напылением полупроводников, казалось серым в неоновом свете контрольных диодов. Мой нейроинтерфейс, вшитый в затылок еще в младенчестве, выдал короткую сводку:

СУБЪЕКТ: Роберт Пульс: 112 уд/мин. Гормональный статус: критический уровень стресса

Я осторожно оглянулся на камеру Наблюдателя - безмолвный черный объектив, слепо пялящийся на нас с потолка. На «Орионе» Наблюдатели Превознесенных контролировали каждый наш вдох. Нас держали на орбите как обслуживающий персонал, уверяя, что внизу, на Земле, бушует смертоносный хаос.

- Пап, я проверил логи по четвертой ячейке на поверхности - прошептал я, наклоняясь ближе к напарнику и делая вид, что помогаю ему с калибровкой платы. - Связь с Землей никогда не пропадала. Превознесенные принудительно заблокировали каналы приема данных с нашей, орбитальной стороны. Они качают оттуда просто невереоятное количество информации. Они не спасают планету. Они превратили её в загон. В чертову животноводческую ферму!

Отец резко, почти грубо схватил меня за плечо и втащил в узкую нишу между обшивкой генератора и вентиляционной шахтой. Здесь пахло машинным маслом и сыростью.

- Заткнись, Кай! - выдохнул он мне прямо в лицо. Запах горького кофе смешался с липким, холодным страхом. - Ты хочешь, чтобы тебя обнулили? Превознесенные не прощают любопытства. Думаешь, почему их стражи патрулируют наши палубы? Мы для них - не выжившие. Мы лаборанты, которые следят, чтобы подопытные внизу не сломали клетки раньше времени! Они доят ячейки, Кай. Ждут, когда «урожай» созреет. Генетические мутации, татуировки, которые они называют благословением... всё это селекция!

Внезапно пол под нашими ногами содрогнулся. Это не было штатным маневром станции. Металлический стон обшивки пронесся по коридорам, сменяясь диким, протяжным гулом сирен аварийной тревоги. Воздух мгновенно окрасился в ядовито-красный цвет.

Из глубины Хаба донесся крик. Я узнал его сразу. Это была Аня, дежурный оператор, веселая девчонка, которая вчера угощала меня сушеным синтетическим пайком. Крик оборвался слишком быстро, сменившись тяжелым, шипящим звуком, будто раскаленный металл опустили в воду.

ВНИМАНИЕ: Нарушение периметра Вход в Зону 1: Наблюдатель Авторизация: Отсутствует Приказ: Зачистка сектора

- Они поняли, что мы залезли в мастер-архив, - лицо отца стало мертвенно бледным. Он рванул к терминалу, его пальцы с бешеной скоростью застучали по физическим клавишам аварийного пульта. Старые суставы хрустели под нагрузкой.

Еще один крик. На этот раз мужской, хриплый. Марк. Наш самый спокойный техник. Его просто стерли. Мои кулаки сжались до боли, ногти впились в ладони. Беспомощность выжигала меня изнутри. Я был инженером, я умел чинить кабели и рассчитывать нагрузки, но я не знал, как воевать с богами.

В проеме отсека появилось ОНО.

Наблюдатель Превознесенных. Трехметровая фигура из безупречного, матово-белого материала, напоминающего кость. Оно двигалось с неестественной, пугающей грацией, словно пространство вокруг него прогибалось и замедлялось. Лица у него не было - лишь зеркальная полусфера, в которой я с ужасом увидел свое собственное бледное отражение. На груди стража пульсировало рубиновое ядро.

Когда станцию снова тряхнуло, я потерял равновесие. Папа поймал меня. Его ладони были горячими, жесткими, пахнущими канифолью и тем самым домашним уютом, которого на бездушном «Орионе» никогда не существовало за пределами нашей крошечной каюты.

- Папа, стой, мы можем уйти через технический шлюз... - лепетал я, чувствуя, как по щекам катятся злые, беспомощные слезы. - Там есть спасательные шлюпки третьей палубы! Мы успеем!

- Они заблокировали шлюпки, Кай. Нас выжигают. Стерилизуют сектор - его голос дрогнул, но он заставил себя улыбнуться. Той самой мягкой, усталой улыбкой, которой он улыбался мне в детстве, когда я ломал его любимые инструменты. - Мой старый нейронет... он сгорит на первой же секунде синхронизации. Но твой... твой чистый. Я доработал твой чип, сын. Я отдал ему всё, что знал сам.

Он буквально втиснул меня в открывшуюся нишу экстренной капсулы синхронизации. Металл ложемента принял мое тело, фиксируя ремни.

- Нет! Папа, пожалуйста! - я рванулся вперед, но автоматические замки безопасности с тяжелым щелчком защелкнулись на моей груди. Я заколотил кулаками по прозрачному бронестеклу. - Открой! Открой эту чертову дверь! Мы найдем другой путь! Слышишь?! Не оставляй меня!

Папа сделал шаг назад к пульту управления. На его щеке блеснула одинокая слеза, мгновенно высохшая в сухом воздухе Хаба. Он медленно подошел к капсуле и прижал свою широкую, мозолистую ладонь к стеклу - прямо напротив моего лица.

Я прижал свою руку с другой стороны. Между нашими пальцами было всего три сантиметра прозрачной брони, но сейчас это расстояние казалось бесконечной, непреодолимой пропастью.

- Прости меня, Кай. За то, что не смог дать тебе нормальный мир - его губы шевелились, и я слышал его голос прямо у себя в голове, через аварийный канал сопряжения интерфейсов. Голос был тихим, ласковым, лишенным прежней строгости. - Мой мальчик... Мой самый главный и лучший проект. Живи. И построй им там ад.

За его спиной бесшумно, словно соткавшись из самого воздуха, выросла исполинская фигура Наблюдателя. Зеркальная ладонь стража медленно поднялась. Вспышка испепеляющего белого света поглотила всё. А затем в мой затылок вонзились тысячи раскаленных игл. Собственный нейроинтерфейс взорвался перегрузкой, разрывая сознание на миллиарды пикселей. Мир утонул в белом шуме.

-----------------------------------

Я проснулся от того, что меня рвало. Перевернувшись на бок, я кашлял и выплевывал горькую желудочную кислоту прямо в мягкий, влажный мох ярко-алого цвета. Тело ныло так, словно меня пропустили через промышленный пресс.

Воздух был невероятно густым, тяжелым и влажным. Пахло прелой листвой, сырой землей и приторным, одурманивающим ароматом огромных цветов. Небо над головой переливалось грязно-пурпурными оттенками, сквозь которые отчетливо проступала мерцающая сетка силового щита - стеклянный купол нашей тюрьмы.

- Твою мать... - прохрипел я, вытирая рот ладонью. Мой собственный голос показался мне чужим.

Левый глаз прострелило острой болью. Перед мысленным взором задрожал сломанным экраном интерфейс:

СИСТЕМА: Обнаружено недопустимое вмешательство в ядро Статус: Аномалия. Объект подлежит утилизации Ошибка... Ошибка... Протокол очистки заблокирован системным файлом: "Отец". Текущий статус: Выживание Задача: Противодействие

И следом всплыли новые строки, которых никогда не было на орбите:

СУБЪЕКТ: Кай ЗДОРОВЬЕ: 62/100 ВЫНОСЛИВОСТЬ: 48/100 СИЛА: 10 ЛОВКОСТЬ: 12 ИНТЕЛЛЕКТ: 120 (сбой) ВОЛЯ: 30

Я тупо уставился на эти цифры. На «Орионе» нам показывали только пульс и температуру. Никаких «статов» и «силы». Это что, игра? Нет, это показатели интеграции моего тела с этой чертовой Системой.

Я зажмурился, сдерживая слезы, которые мгновенно смешались со скопившейся на лице грязью. Плечи судорожно затряслись. Папы больше не было. Всё, что связывало меня с человечеством, с моим прошлым, превратилось в облако радиоактивной пыли на орбите. Я остался один на один с дикой, голодной планетой.

Он осмотрелся. Вокруг него раскинулся настоящий кошмар ботаника. Столетние папоротники высотой с трехэтажный дом лениво покачивали тяжелыми, мясистыми ветвями, под которыми прятались фиолетовые грибы размером с человеческую голову. Из-под огромных корней, переплетенных, как жилы древнего монстра, выползали сороконожки размером с его руку, лениво шевеля усиками. Их хитиновые панцири поблёскивали, отражая пурпурный свет неба. Каждый шорох, каждый треск ветки заставлял его вжиматься в землю. Всё вокруг дышало, шевелилось и, кажется, хотело его сожрать.

Вдруг кусты папоротника впереди бесшумно раздвинулись. Запах, до этого приторно-сладкий, сменился резким, хищным смрадом гнили и свежей крови.

Из зарослей плавно, как туман, вытекло существо. Кай не мог поверить своим глазам. Это был не просто ящер. Это был монстр. Представь себе трехметрового волка, но покрытого не шерстью, а блестящей, плотной чешуей цвета запекшейся крови. Вместо морды - костяная маска с рядами бритвенно-острых зубов, с которых капала вязкая желтая слюна. Существо, похожее на кошмарную смесь волка и динозавра, повело ноздрями, и его желтые глаза с вертикальными зрачками сфокусировались прямо на Кае. Взгляд был холодным, голодным и абсолютно безжалостным. Страх сковал меня, во рту появился отчетливый вкус меди. Но глубоко внутри поднялась глухая, ледяная ярость.

СИСТЕМА: Обнаружен Чешуйчатый Жнец. Уровень: 15 Угроза: Смертельная Рекомендация: Примите смерть с достоинством.

- С достоинством? Спасибо, но не сегодня - прорычал я, поднимаясь на дрожащие ноги.

Мой интерфейс мигнул, переписывая строки поверх системных сообщений ярко-красным кодом:

ИСТИНА: Чешуйчатый Жнец. Уровень: 8 (устаревший протокол). Уязвимость: Резонанс внутреннего уха на частоте 120 Гц. Вызывает временный паралич вестибулярного аппарата

Тварь пригнулась для прыжка, когти глубоко вошли в мокрый грунт.

Из чего мне их взять?! - панически соображал я. Взгляд упал на обломок моей аварийной капсулы, лежавший неподалеку. Из него торчал изогнутый титановый лист обшивки. Рядом валялся кусок тяжелой железистой породы.

Я рванулся к обломку. Жнец взревел звуком циркулярной пилы и бросился на меня. Схватив камень, я со всей силы ударил по титановой дуге.

ДЗИНННННЬ!

Высокий, сверлящий уши гул ударил по моим перепонкам. Но Жнеца накрыло в разы сильнее. Тварь замерла, ее глаза закатились, из пасти повалила пена, и мощный хищник позорно завалился на бок, судорожно дергая лапами. Вестибулярный аппарат монстра просто отключился. Тяжело дыша, я подошел к парализованной твари. На ее шее тускло пульсировал странный, серебристый узор. Я поднял тяжелый камень и обрушил его на костяную маску Жнеца.

Сквозь брызги темной крови я увидел, как серебристые линии узора на шее мертвой твари начали плавиться, превращаясь в светящееся облако жидких пикселей. Марево цвета жидкого серебра поднялось в воздух.

Мой левый глаз снова пронзила вспышка боли.

СИСТЕМА: Обнаружен бесхозный биологический контейнер "Эссенция". Запрос на загрузку... ОТКАЗАНО Отсутствует био-интерфейс "Ячейка-Земля". БАГ: Принудительный обход авторизации... Инициация протокола "Отец". Компиляция био-кода...

Я попытался отступить, но споткнулся и взмахнул руками. Моя левая ладонь рассекла серебристое облако.

Мир исчез.

Я закричал, но из горла вырвался лишь сиплый хрип. Серебристый туман мгновенно впитался в кожу. Я почувствовал, как под ней, вдоль позвоночника и вверх, к затылку, оживают раскаленные черви. Мои орбитальные нано-нити, спавшие с рождения, начали плавиться и перестраивать мышечные связи у основания черепа. Они прокладывали новые каналы к моему спинному мозгу. Боль была острой, сухой, словно мне в затылок вонзили раскаленный штырь.

СИСТЕМА: Внедрение ДНК-патча "Чешуйчатый Жнец: Рефлексы" ВНИМАНИЕ: Обнаружены побочные эффекты: мутация кожи (чешуя 3%), агрессия +15% БАГ: Запуск очистки... Удалено 98% мусорного кода Сжатие данных: Коэффициент 1:50. Оптимизация площади покрытия Установка драйвера: "Рефлексы Жнеца" 1 ур.

Жжение утихло. Я дрожащими пальцами нащупал шею сзади, у границы волос. Кожа была абсолютно гладкой. Никаких шрамов, никакой чешуи. На ощупь я ничего не почувствовал, но когда я вызвал интерфейс, он показал мне мое трехмерное отражение со спины: у самого основания черепа, прямо над верхним позвонком, светился крошечный, размером с монету, невероятно сложный геометрический узор из серебряных линий. Он был похож на тончайшую цифровую микросхему, нарисованную жидким серебром.

Получен пассивный навык: "Рефлексы Жнеца" – 1 ур. - Время реакции нейронов снижено на 15%

-------------------

Усталость навалилась бетонной плитой. Кое-как устроившись под наспех сооруженным навесом из обломков титана между корней папоротника, я закрыл глаза и мгновенно провалился в сон. Но сон принес лишь эхо прошлого.

Мне десять лет. Я сижу в стерильной, белой аудитории станции «Орион». Профессор Бронштейн монотонно водит указкой по голограмме Земли, разделенной на аккуратные ячейки.

- Система, которую ввели наши наставники извне – Превознесенные - старик сделал паузу - это единственное, что удерживает человечество от распада. Показатели, татуировки - это не игрушки. Это инструменты развития. Система безупречна, она видит все. Тот, кто пытается понять принцип ее работы, рискует быть удаленным.

-------------------

Я вскинулся, тяжело дыша.

- «Инструменты развития», как же... - прошептал я в темноту. - Они скармливали нам эту ложь веками.

Бронштейн рассказывал о «татуировках» как о знаках отличия, вроде армейских нашивок. Нам никто на орбите не говорил, что «татуировка» - это агрессивный био-паразит, перестраивающий тело. И если бы не отцовский баг, очистивший код Жнеца, я бы сейчас уже сам превращался в монстра.

Я вызвал интерфейс, глядя на трехмерную модель своих нервных волокон, переплетенных с серебристым узором. Это выглядело как кустарный ремонт - куча лишних предохранителей и проводов.

- Ну привет - я коснулся пальцем светящейся точки в модели своего предплечья - Посмотрим, что будет, если замкнуть этот контур напрямую...

Я потянул линию кода, пытаясь оптимизировать навык.

СИСТЕМА: Несанкционированный доступ к закрытым протоколам СТАТУС: Критическая ошибка Перегрузка канала . . . . Инициация сброса данных

- А-а-а-ах! - крик боли вырвался из моего горла.

Основание черепа пронзило ощущение, будто весь мой мозг взорвался. Микро-татуировка на шее вспыхнула красным и погасла.

БАГ: Перегрузка нейронного тракта. Урон получен. ЗДОРОВЬЕ: -5 ед. (57/100) НАВЫК "Рефлексы Жнеца" временно заблокирован Оптимизация кода - 5 мин.

Я прижал онемевшую руку к затылку, задыхаясь от боли. И тут же понял, какую глупость совершил. Мой вскрытый крик эхом разнесся по притихшим ночным джунглям. В темноте вокруг моего навеса что-то зашуршало. Тысячи мелких, жестких конечностей быстро приближались сквозь листву.

СИСТЕМА: Обнаружено скопление хищников Класс: Стего-муравьи. Уровень: 3 Угроза: Стайная (летальная) Рекомендация: Отступайте.

Из папоротников начали выдвигаться сотни мелких, сверкающих глаз. Муравьи размером с ладонь, покрытые острыми шипами, щелкали жвалами, заполняя всё пространство вокруг.

- Встать... мне нужно встать - прошептал я.

Татуировка заблокирована. Оружия нет.

Я рванулся из-под навеса к ближайшему огромному стволу лианового дерева и начал лихорадочно карабкаться вверх по толстым плетям. Мои пальцы скользили по мокрой коре.

Один из муравьев успел прыгнуть и вцепился мне в лодыжку. Жгучая боль пронзила ногу.

ЗДОРОВЬЕ: -3 ед. (54/100) Получен дебафф: "Яд стего-муравья" - слабость, дрожь

Я сбросил тварь, но силы стремительно уходили. Пальцы разжимались. Снизу поднимался копошащийся ковер из тысяч жвал, а сверху уже спускался передней отряд загонщиков. Я был зажат на высоте пяти метров.

Левая ладонь была испачкана в сине-серой лимфе раздавленного на штанине муравья. Оголенные после неудачного эксперимента нано-сети на моей руке отчаянно искали заземление. Они среагировали на чужую органику автоматически.

ВНИМАНИЕ: Обнаружен открытый контакт с кодом низшего порядка Объект: "ДНК Стего-муравья" БАГ: Обнаружена дыра в протоколе авторизации ячейки Действие: Активация химического камуфляжа "Адаптивный Прокси" Длительность - 10 мин.

Мои поры на шее и руках мгновенно раскрылись, выделяя горько-кислый, резкий секрет.

Муравей-загонщик завис прямо перед моим носом. Его жвалы находились в сантиметре от моих глаз. Он зашевелил усиками, ощупывая мою кожу. Я замер, перестав дышать. Коснувшись моего лба раз, другой, муравей потерял ко мне интерес. Его тело расслабилось. Он просто переполз через мое ухо и двинулся дальше вниз по стволу. Для его примитивного сенсора я пах как обычный рабочий его собственного гнезда.

Стая муравьев начала обтекать меня, словно я был частью дерева. Они ползли по моим плечам, куртке, ногам, не пытаясь укусить. Медленно, стараясь не делать резких движений, я забрался на широкую развилку ветвей на высоте десяти метров и бессильно повалился на спину, глядя в стеклянное небо.

СУБЪЕКТ: Кай ЗДОРОВЬЕ: 55/100 (действие яда прекращено) Статус маскировки: Активен (7 мин) Внимание: действие яда прекращено

Я лежал в темноте первобытного леса, чувствуя, как уходит дрожь. Они думали, что построили идеальную ферму. Они зачистили «Орион», убили моего отца, стерли моих друзей. Они оставили меня умирать в этом вольере для скота.

- Вы совершили ошибку. - Прошептал я в пурпурную бездну неба, сжимая кулак левой руки. Крошечная микросхема-татуировка у основания черепа медленно возвращалась в режим ожидания. - Вы упустили инженера. Я найду ваши несущие конструкции. И я разберу этот мир по винтику.

Завтра мне понадобятся вода, нормальное оружие и, самое главное - люди. Мне нужно понять, как сильно Система держит их за горло. Я закрыл глаза, обнимая колени. Завтра начнется моя настоящая работа. Работа по взлому этой планеты.

----------------------

https://author.today/post/940836 - бестиарий

Глава 2. Лимит прочности

Пурпурный купол неба над головой медленно выцветал, превращаясь в липкое, грязно-розовое марево. Так в нашей новой теплице начиналось утро. Без мягкого рассвета, без постепенного перехода от сумерек к свету - просто кто-то невидимый на орбите щелкнул тумблером, меняя настройки освещения на этом гигантском сервере.

Я открыл глаза и тут же зажмурился от резкой, пульсирующей боли в затылке. Дерево, на развилке которого я провел ночь, тихо вибрировало от утреннего ветра. Кора под моей щекой казалась ледяной, влажной и пахла плесенью. Левую ногу больше не жгло, но она онемела от колена до самых пальцев. Яд стего-муравья ушел, но оставил после себя неприятное ощущение забитых мышц, будто по моей голени полночи били резиновым молотком.

- Вставай, Кай. Рабочая смена началась - прохрипел я в пустоту, пытаясь разлепить пересохшие, потрескавшиеся губы. Голос прозвучал глухо, потерявшись в бесконечном шуме просыпающихся джунглей.

Мой интерфейс лениво откликнулся на мысленный запрос, неохотно выплюнув перед глазами полупрозрачные строчки отладочного меню. Никаких красивых приветствий, к которым я привык на "Орионе", только сухие, дергающиеся от помех цифры:

СУБЪЕКТ: Кай ЗДОРОВЬЕ: 74/100 (токсин нейтрализован) ВЫНОСЛИВОСТЬ: 35/100 (обезвоживание) МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 0.2% АКТИВНЫЕ ДРАЙВЕРЫ: "Рефлексы Жнеца" 1 ур. - Сжатие 1:50

Обезвоживание. Во рту было сухо, как в дюзах маневровых двигателей после длительного перелета. Химический камуфляж муравьев давно спал, оставив на моей коже тонкую, липкую корку со стойким, тошнотворным запахом формалина и гнилой хвои. Теперь я пах как ходячий труп огромного насекомого. Не самый лучший парфюм для места, где каждый второй куст мечтает тебя сожрать. Мне срочно нужна была чистая вода.

Я осторожно поднялся на ноги, балансируя на широком, покрытом скользким лишайником суку. Голова тут же закружилась, а к горлу подступила легкая тошнота. Я посмотрел на свою левую руку, затем медленно нащупал шею сзади. Кожа над верхним позвонком была прохладной и гладкой. Я вызвал мысленную проекцию. Серебряный узор-микросхема размером с монету тускло мерцал в полумраке кроны, лениво переливаясь голубыми искрами.

Мой первый украденный драйвер. Моя первая сознательная "ошибка" в Системе Превознесенных.

Чтобы хоть как-то сориентироваться, я полез выше, цепляясь пальцами за скользкие, упругие лианы. Ветви нещадно царапали лицо, под ногти забивалась влажная грязь, но я упорно карабкался вверх. На высоте пятнадцати метров крона наконец поредела, и передо мной открылся вид, от которого у любого человека, выросшего в стерильных коробках орбитальной станции, подкосились бы ноги.

Ячейка №4 была колоссальной. Она раскинулась на десятки километров во все стороны, зажатая между исполинскими, уходящими в бесконечность невидимыми стенами силового барьера. Воздух на границе барьера дрожал и искажался, словно над раскаленной плитой. Там, далеко на востоке, сквозь мерцающую, барахлящую пелену щита, я видел совершенно другой мир. Пурпурные первобытные джунгли резко, словно под линейку, обрывались, уступая место ослепительно белому, зазубренному хребту ледяных гор. Другой сервер. Другой биом. Другие правила выживания.

А прямо над нами, в бесконечной, пугающей вышине, сквозь стеклянную крышу купола, медленно плыла крошечная, едва заметная точка. Станция "Орион". Точнее то, что от нее осталось после визита Наблюдателя.

Я смотрел на эту точку, и внутри меня снова поднималась тяжелая, удушливая волна. Отец. Он прожил всю жизнь в этой железной банке, искренне веря, что мы - последние хранители человечества, спасающие планету от вымирания. Он погиб на том терминале, зная, что отправляет меня в ад, но надеясь, что его кривой, наспех собранный баг даст мне хотя бы призрачный шанс.

Аня... Марк... Они ведь просто хотели дожить до конца своей смены, пойти в жилой сектор, выпить безвкусного синтетического пива и поспорить о глупостях. Их стерли как ненужные временные файлы. Просто потому, что они оказались не в том месте и не в то время.

- Я выберусь отсюда, пап - прошептал я, сжимая кулаки так сильно, что ногти до крови вонзились в ладони. - Обещаю тебе. Я найду тех, кто нажимал на кнопки.

В паре километров к западу, среди бесконечного изумрудно-пурпурного моря гигантских папоротников, я заметил тусклый блеск. Узкая, извилистая лента реки пробивала себе путь сквозь нагромождения черных скал. Направление было выбрано.

Спускаться вниз оказалось гораздо тяжелее, чем лезть наверх. Онемевшая нога слушалась плохо, она казалась тяжелым чужим протезом. Но каждый раз, когда я едва не срывался со скользкой лианы, серебряная микросхема на моей шее вспыхивала коротким, холодным импульсом. Мои рефлексы срабатывали быстрее, чем мозг успевал осознать панику. Мышцы сокращались с идеальной точностью, ловя баланс. "Рефлексы Жнеца" отрабатывали каждый вложенный в них байт данных, компенсируя мою физическую слабость.

Оказавшись на земле, я первым делом занялся оружием. Идти к водопою с пустыми руками в мире, где Система выставила тебе статус "Аномалия" - это самый быстрый способ воссоединиться с отцом.

Я нашел поваленную ветку невероятно плотного, тяжелого дерева, отдаленно похожего на земной железный дуб. Попытался отломить кусок вручную - только ладони ободрал. Тогда я вытащил из кармана титановый обломок обшивки капсулы. Он был острым, с неровным, зазубренным краем, сохранившим следы орбитального взрыва.

Как инженер, я не стал просто закрывать глаза и ждать, пока Система соберет мне предмет по стандартному шаблону, как это, должно быть, делали местные. У меня не было меню крафта. Зато у меня были базовые знания механики и материаловедения.

Я нашел прочный, увесистый камень и начал использовать его как молоток, аккуратно расщепляя торец тяжелой ветки. Мой нейронет, работающий в режиме отладки, подсвечивал мне структурные линии древесины:

ИСТИНА: Волокна древесины (Плотность: Высокая) Точка оптимального расщепления... Подсвечено

Два точных, выверенных удара - и ветка треснула ровно посередине, не расколовшись дальше нужного. Я аккуратно вставил титановую пластину в расщеп, заклинив её мелкими деревянными щепками для жесткости. Затем я намертво обмотал стык волокнистой, прочной лианой, которую предварительно смочил в липком, похожем на деготь соке местного папоротника. Этот сок засох на воздухе за пару минут, превратившись в подобие твердого, водонепроницаемого пластика.

В моих руках появилось тяжелое, грубое, но идеально сбалансированное копьё с титановым наконечником. Настоящий гибрид орбитальных технологий и первобытного хаоса.

СИСТЕМА: Создано самодельное копьё (Качество: Удовлетворительно) Системный бафф отсутствует ИСТИНА: Оптимальный баланс веса. Прочность конструкции: 85% (Ресурс: высокий) Эффективный урон: выше расчетного Системой на 30%

- Обойдусь без твоих баффов, железка - буркнул я Системе, проверяя баланс оружия. - Физические законы ты всё равно переписать не можешь. Прочность конструкции держится на сопромате, а не на твоих виртуальных пикселях.

Я двинулся на запад, стараясь держаться в тени исполинских листьев. Джунгли вокруг жили своей пугающей, слишком громкой жизнью. В ветвях кричали какие-то зубастые твари, отдаленно похожие на птиц, под ногами шуршали мелкие ящерицы с кожистыми перепонками вместо крыльев. Но я шел медленно, постоянно сверяясь с "Истиной" в своем интерфейсе. Любой яркий цветок или подозрительно тихий куст я обходил по широкой дуге. Мой радар ловил фоновые шумы Системы, предупреждая о скрытых угрозах до того, как они появлялись в поле зрения.

Через час монотонного пути сквозь заросли я наконец услышал отчетливый шум текущей воды. Река оказалась неширокой, с быстрым течением и каменистым, поросшим синими водорослями дном. Вода казалась кристально чистой, но мой интерфейс тут же выдал стандартное предупреждение:

СИСТЕМА: Вода пригодна для питья. Опасность: 0%. ИСТИНА: Концентрация тяжелых металлов: норма. Наличие мутагенных нано-спор: 2.4%. Риск ускорения мутации при регулярном употреблении.

Я замер на коленях у кромки воды, поднеся ладонь к губам.

- Вот же твари... - тихо выругался я, глядя на свое отражение в ряби потока. -Даже вода здесь была отравлена. Превознесенные хотели, чтобы люди мутировали, даже если они просто пытаются выжить и утолить жажду. Это был медленный, неотвратимый процесс превращения человека в послушное домашнее животное. Деваться было некуда - без воды я бы не протянул и суток. Я сделал несколько жадных глотков. Прохладная жидкость обожгла горло. Мой интерфейс тут же выдал короткий отчет:

ВНИМАНИЕ: Попытка записи мутагенного кода Запуск фильтрации... Утилизация нано-спор Мутагенный Индекс: 0.2% (Без изменений)

Я облегченно выдохнул, вытирая мокрый подбородок. Отец действительно создал идеальный щит. Я мог пить эту воду, мог поглощать эссенции, и мой геном оставался чистым. Я оставался человеком в этом вольере для мутантов.

Внезапно мой нейроинтерфейс задрожал. У основания черепа, там, где серебряные линии татуировки Жнеца соединялись с нервными окончаниями, пробежал резкий, ледяной импульс. Мои рефлексы сработали до того, как я успел понять, в чем дело.

Я мгновенно упал на живот, перекатился за массивный, покрытый серым лишайником валун у самого берега и затаил дыхание. Копье легло рядом, готовое к бою. Из кустов на противоположном берегу реки, примерно в тридцати метрах от моего укрытия, вышли люди. Точнее, те, кто когда-то ими были.

Их было трое. Двое мужчин и женщина. Они были одеты в грубые одежды из шкур каких-то чешуйчатых тварей, а в руках держали длинные копья с костяными наконечниками. Но не одежда приковала мой взгляд. Их тела были изуродованы воздействием Системы. Они выглядели как промежуточные звенья между человеком и диким зверем.

Первый мужчина - Гарн - шел впереди, настороженно озираясь по сторонам. Вся его правая рука от плеча до самых кончиков пальцев была покрыта огромной, воспаленной, багрово-красной татуировкой, которая пульсировала в такт его неровному дыханию. Сама рука была деформирована: локоть выгнут под неестественным, ломаным углом, пальцы удлинены и оканчивались толстыми, черными когтями. Кожа на его плече огрубела, превратившись в серые чешуйчатые пластины, напоминающие броню Жнеца.

Я активировал "Истину", концентрируясь на его фигуре. Мой интерфейс выдал подробные данные:

СИСТЕМА: Уровень 12. Сила: 28. "Благословение Медведя-Скалозуба" СУБЪЕКТ: Гарн (Охотник Пепельного Клана) ИСТИНА: МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 76.4%

ВНИМАНИЕ: Нарушение структуры ДНК. Степень деградации сознания: 40%. ПРОГНОЗ: Через 23.6% замещения - принудительный сброс человеческой формы (Одичание)

Второй мужчина - Бранн - тяжело дышал, его лицо было искажено гримасой вечного напряжения. Нижняя челюсть была неестественно смещена вперед, обнажая крупные, острые клыки, с которых капала слюна. Багровые линии покрывали всю его грудь и шею, уходя под одежду. Его Мутагенный Индекс составлял 81.2%. Этот человек был на грани превращения в монстра, но судя по его гордому, почти религиозному виду, он даже не подозревал об этом. Он искренне верил, что становится сильнее, ближе к великим духам ячейки. Он радовался своей медленной гибели.

Они выслеживали добычу. Третья в группе - молодая женщина по имени Сора - пригнулась к самой земле, осторожно ощупывая мокрые камни у воды. Её лицо было чистым, а тонкий, аккуратный красный узор покрывал лишь левое запястье. Мой радар показал её Мутагенный Индекс - всего 12%. Она сохранила человеческий облик гораздо лучше своих спутников, и в её движениях еще прослеживалась осознанная, человеческая грация, а не звериные повадки.

- Жнец ушел на ту сторону - её голос был хриплым, но удивительно чистым на фоне утробного, низкого рычания мужчин. - След свежий. Он хромает на левую лапу, кости разбиты.

- Мы убьем его - прорычал Гарн, его когтистая правая рука судорожно сжалась на древке копья. Багровый узор на его плече вспыхнул ядовито-красным светом, заставляя мышцы под кожей бугриться. - Мне нужна его эссенция. Мой дух требует крови, сила стынет в жилах. Нам нужно принести добычу вождю до того, как Наблюдатели закроют небо.

Я лежал за валуном, боясь сделать даже вдох. Мой интерфейс вывел предупреждение о том, что химическая маскировка муравьев окончательно выветрилась. Если они подойдут ближе, они почувствуют мой запах. Запах чужака.

Внезапно из зарослей позади охотников с глухим, яростным рыком выскочила тварь. Это был не Жнец, а кто-то помельче - Могильщик, похожий на бронированного барсука размером с крупную собаку. Его костяные челюсти щелкнули в каком-то сантиметре от ноги Соры.

Охотники среагировали мгновенно, но дико, первобытно неэффективно. Вместо того чтобы использовать тактику, загнать зверя или использовать рельеф, Гарн просто рванулся вперед, полагаясь на грубую силу своей мутировавшей руки. Он нанес тяжелый, размашистый удар сверху вниз. Копье вонзилось в толстый панцирь Могильщика, но застряло в костяном щитке. Тварь дернулась, увлекая охотника за собой на камни.

Бранн взревел, его тело напряглось, и он бросился на помощь, пытаясь просто завалить зверя своей массой. Началась грязная, хаотичная и кровавая возня. Они побеждали, но платили за это огромную цену - их татуировки горели ярким багровым светом, буквально выжигая остатки их человеческой ДНК в процессе этого безумного напряжения. Наконец, когтистый Гарн прижал Могильщика к земле и точным, жестоким ударом костяного ножа перерезал ему горло.

Тварь затихла, дернувшись в последний раз. Через секунду над ее телом поднялось слабое, грязное багрово-серое облако эссенции.

- Моя... - прохрипел Бранн. Он упал на колени перед тушей, его глаза дико блестели. Он жадно протянул руки к этому светящемуся облаку био-кода.

Я прищурился, глядя на экран своего интерфейса, который фиксировал происходящее с точностью бесстрастного компьютера:

ВНИМАНИЕ: Начало процесса "Грязной Интеграции" Поглощение эссенции Могильщика субъектом Бранн Мутагенный Индекс субъекта растет: 81.2% -> 83.5% Уровень деградации сознания повышен на 2.5%

Бранн закричал. Этот крик не был триумфальным - это был крик дикой, нечеловеческой боли, от которой у меня по спине пробежал мороз. Я видел, как багровые линии на его груди начали вздуваться, превращаясь в уродливые, сочащиеся сукровицей шрамы. Его кожа на шее потемнела, собираясь в жесткие складки, похожие на броневые пластины убитого зверя. Он перестраивался в реальном времени, теряя себя.

Но когда боль утихла, он поднялся на ноги, тяжело дыша и улыбаясь своей новой, разрушительной силе. Он искренне верил, что стал великим воином.

- Да... - прорычал Бранн, ощупывая свою шею. - Я чувствую... Смерть Могильщика сделала мою плоть крепче камня. Духи довольны мной.

Сора посмотрела на него с явным страхом и отвращением, но промолчала, лишь крепче сжав свое копье. Вдруг Гарн замер. Он медленно повернул голову в сторону реки, шумно втягивая воздух ноздрями. Его деформированное лицо исказилось в гримасе подозрения.

- Чужой... - прорычал он, оглядываясь по сторонам. - Пахнет... странно. Мертвым металлом и дождем из Мертвого Неба. Этот запах... так пахнут старые руины, куда нам запрещено ходить.

Его желтые, мутные глаза сфокусировались точно на валуне, за которым я прятался.

Я медленно сжал пальцы на древке своего титанового копья, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Сердце сделало кульбит и замерло. Мой интерфейс выдал короткую, мигающую строку:

ВНИМАНИЕ: Обнаружен контакт с местными жителями Локальный статус: Враждебность высокая Протокол "Отец": Рекомендуется устранение свидетелей до отправки отчета в Хаб

- Ладно - тихо прошептал я, чувствуя, как серебряный узор у основания моего черепа начинает мягко, предупреждающе пульсировать холодным неоновым светом, настраивая мои рефлексы на максимум. - Похоже, первый контакт отменяется. Придется показать вам, что такое настоящая инженерия. И почему металл всегда побеждает кость.

Глава 3. Законы рычага

Холодная вода реки продолжала течь по моим пальцам, но я её больше не чувствовал. Всё моё внимание было приковано к Гарну. Его желтые, затянутые мутной пеленой глаза шарили по камням, и я видел, как под его кожей на шее перекатываются жгуты вздувшихся вен.

- Он здесь - прорычал Гарн, и его когтистая рука указала прямо на мой валун. - Прячется, как трусливый грызун. Выходи, падаль из Мертвого Неба! Твой запах кислит металлом, он режет мне нос!

Я почувствовал, как кровь мгновенно хлынула в голову. Уши заложило тяжелым, ритмичным стуком собственного сердца. Руки задрожали так сильно, что древко копья едва не выскользнуло из влажных ладоней. Какое, к черту, хладнокровие? Я был обычным инженером, который еще вчера сидел в сухой диспетчерской, а не гребаным спецназовцем. Мой нейроинтерфейс замигал тревожным желтым светом, перегружая зрение предупреждениями:

СУБЪЕКТ: Кай ВНИМАНИЕ: Острый панический синдром Пульс: 165 уд/мин. Выброс адреналина: критический уровень

- Бранн, заходи с воды! - скомандовал Гарн. - Сора, держи его на прицеле. Если дернется - бей в колено, он нужен вождю живым.

Я услышал тяжелые всплески. Бранн, шумно сопя, побрел по мелководью. Его массивная челюсть была приоткрыта, а багровые татуировки на груди горели всё ярче, заливая воду вокруг него тусклым красноватым светом. Он шел напролом, уверенный в своей силе и неуязвимости.

"Рычаг... мне нужен рычаг" - лихорадочно билась в голове мысль. Я попытался вспомнить расчеты, которые делал на ходу, но паника стирала формулы.

Я резко выпрямился, выходя из-за валуна, и попытался выставить копьё вперед, как учили на редких орбитальных инструктажах по безопасности. Но руки ходили ходуном.

- Ищете меня?! - мой голос сорвался на хриплый крик.

Сора мгновенно вскинула копье, её глаза сузились. Но Бранн, увидев меня, лишь утробно расхохотался и сделал мощный, неуклюжий рывок из воды прямо на скользкие камни берега.

Я попытался подставить копьё под его наступающую ногу, как планировал секунду назад. Но я не учел его скорость. Бранн двигался слишком быстро для своей массы. Вместо того чтобы аккуратно споткнуться о подставленный клиновидный упор, он просто снес моё копьё.

Древко из железного дуба с сухим треском лопнуло в моих руках. Мощный удар массивного плеча Бранна пришелся мне прямо в грудь. Воздух с хрипом вылетел из моих легких. Я отлетел назад, больно ударившись спиной о плоский валун, и покатился по мокрому мху. В глазах поплыли серые пятна, интерфейс замигал красным, фиксируя урон:

ЗДОРОВЬЕ: 58/100 ВНИМАНИЕ: Травма грудной клетки. Сильный ушиб

Я судорожно хватал ртом воздух, но легкие отказывались работать. Бранн уже возвышался надо мной, занося свою тяжелую, деформированную ногу для удара. Он собирался просто раздавить мне череп.

Я действовал на чистых инстинктах выживания. Не думая, не рассчитывая, я просто выбросил вперед ногу и изо всех сил пнул скользкий, покрытый синим лишайником камень, на котором стояла опорная нога великана. Моя пятка отозвалась тупой болью, но лишайник сделал свое дело. Коэффициент трения сработал против Бранна. Его опорная нога поехала в сторону.

Сто сорок килограммов живого веса потеряли баланс. Бранн взмахнул руками, его лицо исказилось от удивления, и он со страшным грохотом рухнул затылком назад, прямо на острые гранитные выступы у воды. Раздался глухой, мокрый удар, и гигант затих, уткнувшись лицом в мокрый мох.

- Ты! Тварь! - взревел Гарн.

Он не стал обходить валуны. Он прыгнул прямо на меня, выставив вперед свою жуткую когтистую лапу. Я попытался вскочить, но ушибленная грудь отозвалась дикой болью. На четвереньках, задыхаясь и пачкаясь в грязной жиже, я пополз назад, к поваленному дереву. Я выглядел жалко. Не было никакой элегантной тактики - только дикий, животный страх и желание выжить.

Гарн приземлился в полуметре от меня. Его когти с тихим свистом рассекли воздух, разрывая мою куртку на спине. Я почувствовал, как по коже разлилось горячее тепло - он зацепил меня.

ЗДОРОВЬЕ: 46/100 Получена рваная рана спины. Кровотечение: слабое

С криком боли я перекатился через себя, оказавшись под висящим стволом дерева. Гарн уже заносил лапу для следующего, смертельного удара. Его лицо было прямо надо мной - искаженное яростью, брызгающее слюной.

Я в панике ударил уцелевшей половиной своего деревянного копья по клину, который удерживал ствол дерева над расщелиной. Дерево держалось на честном слове и законах распределения масс. Раздался страшный треск. Многотонный ствол рухнул вниз, увлекая за собой груду щебня и земли.

Я едва успел отпрянуть. Тяжелый сук пролетел в паре сантиметров от моего лица, обдав меня облаком пыли и мелких щепок. Гарна накрыло основной массой ствола. Его прижало к скале тяжелым комлем. Раздался хруст ломающихся костей, и охотник взвыл от боли, оказавшись заблокированным в каменной тисках. Его когтистая лапа бешено скребла по дереву, но сдвинуть многотонный ствол он не мог.

Я лежал на спине, тяжело и прерывисто дыша. Сердце колотилось в горле так, что казалось, оно вот-вот лопнет. Лицо было испачкано в грязи и крови. Мои руки крупно дрожали, и я не мог сжать их в кулаки. Я медленно повернул голову к реке. Там, в тихой заводи у берега, вода была спокойной. В её дрожащей, розоватой от неба глади я впервые увидел свое отражение.

Из воды на меня смотрел чужак. Слишком бледная, почти прозрачная кожа - следствие двадцати лет, проведенных под искусственным, стерильным светом "Ориона". Впалые щеки, обтянутые грязной кожей, темные круги под серыми, безумными от страха глазами. Короткие, неровно подстриженные темные волосы были испачканы в алом мху и засохшей крови Жнеца. На моей шее, отражаясь в воде, тускло пульсировала серебряная микросхема татуировки. Я выглядел как призрак. Призрак мертвой станции, заброшенный в этот первобытный ад.

Я перевел взгляд на противоположный берег.

Сора стояла в десяти метрах от меня. Её копье было нацелено мне в грудь. Её рука дрожала так же, как и мои, но в глазах была не трусость, а глубокое, искреннее недоумение. Она видела, как двое её сильнейших воинов были нейтрализованы человеком, который выглядел как полуживой мертвец и не имел на теле ни одного боевого багрового узора.

- Ты... колдун из Мертвого Неба? - прошептала она, отступая на шаг. - Где твое пламя? Где твои духи? Почему ты пахнешь как железо из запретных руин?

- Я... я не колдун, - выдавил я, с трудом поднимаясь на колени и прижимая руку к ушибленной груди. Каждый вдох давался с трудом. - Я инженер. И я просто... не хочу умирать.

В этот момент джунгли позади неё взорвались знакомым, леденящим душу звуком. Сухой, множественный стрекот. Стего-муравьи.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ. Обнаружена вторичная стая Стего-муравьев Численность: 500+ Уровень угрозы: Смертельный ИСТИНА: Время до контакта: 45 секунд. Вектор атаки: со стороны леса.

Сора обернулась. Её лицо побелело. Она знала этот звук. В её ячейке стего-муравьи были синонимом неминуемой смерти. Бранн, лежащий на камнях, пришел в себя и издал стон ужаса, увидев шевелящиеся папоротники. Гарн в своей ловушке забился еще сильнее, понимая, что он - идеальный, неподвижный обед.

- Сора, брось копье и иди ко мне! Живо! - крикнул я, вызывая интерфейс. Мой голос сорвался на сип.

Я понимал, что мой химический камуфляж - это единственное, что может нас спасти. Но как накрыть им четверых? Память отца в моем нейронете подсказала ответ.

БАГ: Протокол "Адаптивный Прокси" позволяет транслировать био-сигнатуру через локальный атмосферный выброс нано-ботов Ограничение: Радиус 3 метра. Длительность: 5 минут Побочный эффект: Перегрев интерфейса

- Сложите оружие и не двигайтесь! - я преодолел боль в груди, рванулся к Соре, схватил её за холодную, дрожащую руку и потащил к стонущему Бранну. Гарн, видя приближающуюся черную тучу муравьев, перестал дергаться и просто закрыл глаза, что-то шепча.

Я встал в центре группы, обхватив Сору за плечи и прижав руку к голове Бранна. На затылке вспыхнуло нестерпимое жжение. Серебряная микросхема начала буквально плавить мою кожу.

ВНИМАНИЕ: Активация выброса Трансляция сигнатуры "Рабочий Гнезда" начата

Из моих пор снова вырвался тот самый едкий, горький туман. Он окутал нас плотным, вонючим облаком. Сора закашлялась, её лицо исказилось от отвращения, но я прижал ладонь к её губам, пачкая её лицо своей кровью.

- Тише. Не шевелись. Не дыши.

Черная волна муравьев выплеснулась на берег. Они были повсюду. Сотни шипастых тел перекрыли камни, реку, валуны. Они ползли по телу парализованного Бранна, забирались в его открытую пасть, облепляли мои ноги. Один крупный загонщик забрался мне на лицо, его холодные лапки ощупывали мое веко. Я чувствовал, как Сора дрожит в моих руках. Её сердце колотилось так сильно, что я боялся - муравьи почувствуют вибрацию.

Но они проходили мимо. Для них мы были просто грудой органического мусора с запахом их родного дома. Группа "рабочих", которая почему-то замерла у воды. Через бесконечные пять минут стрекот начал удаляться. Стая уходила вниз по течению, преследуя какую-то другую добычу.

Я медленно выдохнул и деактивировал интерфейс. Туман рассеялся. Жнение на шее сменилось тупой, ноющей болью. Я отпустил Сору. Она рухнула на колени, судорожно хватая ртом воздух. Бранн лежал неподвижно, его глаза были широко открыты от шока. Гарн в своей ловушке затих, глядя на меня с нескрываемым ужасом.

- Что... что это было? - Сора подняла на меня глаза. В них больше не было враждебности. Только первобытный, священный трепет перед чем-то, что выходило за рамки её мира. - Ты приказал смерти уйти? Ты пахнешь как Гнездо, но выглядишь как человек... Кто ты такой, Кай из Мертвого Неба?

Я подошел к воде и снова посмотрел на свое бледное, израненное отражение. Смыл с лица грязь и кровь - Я - тот, кто знает, как устроена эта клетка, Сора - я повернулся к ней, опираясь на обломок копья. - И если вы хотите выжить, а не просто сдохнуть ради забавы ваших богов, вам придется научиться слушать.

Я посмотрел на Бранна. Его паралич начал проходить, он мог шевелить пальцами ног. - Вставай, тяжеловес. Нам нужно освободить твоего друга. И, кажется, у нас намечается долгий разговор о том, во что вы верите.

Гарн, до этого момента молчавший, вдруг хрипло рассмеялся из своей каменной западни. - Шаман скажет, что ты демон. Он прикажет вырезать твое сердце на алтаре Анкера.

- Пусть попробует - я подошел к Гарну и осмотрел его ловушку. - Но сначала скажи мне, Гарн, твой Шаман когда-нибудь учил тебя правилу плеча, рычага? Нет? Очень жаль. Это гораздо эффективнее, чем твоя мутировавшая рука.

Сора медленно поднялась, отряхивая шкуры от налипшей грязи. Она посмотрела на Мертвое Небо, где всё так же плыла точка "Ориона", а затем на меня. - Идем, Кай. Мы отведем тебя к Пепельному Клану. Но если ты обманул нас... если твоя магия - это проклятие...

Когда она обратилась ко мне, моё тело словно прошил разряд статического электричества. Я замер на месте, уставившись на девушку.

Она назвала меня по имени. Кай... Но я... я ведь не говорил ей, как меня зовут.

Я вообще не успел представиться. Откуда у дикарки, чьи предки два с половиной века живут в изоляции в этой первобытной теплице, мои личные данные? Неужели их интерфейсы синхронизированы с базами данных «Ориона»? Но как?! Нас уверяли, что связь с поверхностью мертва уже двести пятьдесят лет! Что Превознесенные делали всё это время на нашей планете? И самое главное - что ещё моя Система успела им про меня рассказать?

- Кай? - Сора удивленно обернулась, заметив мою заминку.

- Нет - хрипло выдавил я, заставляя свои онемевшие ноги двигаться дальше. - Всё в порядке. Просто... задумался.

Мой параноидальный мозг забил в набат. Маскировка отца скрывала меня от орбитальных радаров Хаба, но здесь, на земле, локальная сеть ячейки уже считала мой ID. Я был для них не просто чужаком. Я был подписанной мишенью.

- Это не магия, Сора, - я горько усмехнулся, чувствуя, как ноет ушибленная грудь. - Это просто здравый смысл. Самый дефицитный ресурс в этом мире.

Я помог Бранну подняться, и мы вместе двинулись в сторону поваленного дерева, чтобы вытащить Гарна. Я шел, превозмогая боль в спине и груди, но мой интерфейс уже начал строить карту местности, отмечая новые баги и возможности.

Первый контакт состоялся. И, вопреки прогнозам Системы, я всё еще был жив. Хоть и чертовски побит.

Глава 4. Язык Мертвого Неба

Мы двинулись вглубь джунглей, уходя от реки. Бранн практически тащил Гарна на себе, позволяя тому опираться на свое широкое плечо. Я шел замыкающим, стараясь не отставать. Каждый шаг давался с трудом, ушибленное бедро ныло, а яд стего-муравья, хоть и был нейтрализован фильтрами интерфейса, оставил после себя неприятную тяжесть в теле.

- Почему вы назвали станцию "Мертвым Небом"? - спросил я, когда мы углубились в тень гигантских папоротников. Мне нужно было отвлечься от боли, а информация была сейчас моим главным ресурсом.

Сора обернулась на ходу, удивленно вскинув брови.

- Мертвое Небо - это то, что над нами, - она указала копьем вверх, туда, где сквозь фиолетовую листву едва заметно мерцала сетка купола. - Там живут Молчаливые Боги. Они никогда не говорят с нами напрямую. Только посылают свои кары... или дары.

- Дары? - я нахмурился.

- Да, иногда Мертвое Небо плачет огнем, - Сора говорила об этом совершенно спокойно, как о смене погоды. - Звезда падает на землю, оставляя глубокие шрамы в лесу. Внутри этих звезд мы находим Небесный Металл. Твердый, как зубы Жнеца, но легкий, как перо. Шаманы делают из него защитные круги для Анкеров, а воины - наконечники для копий. Твоя капсула... мы думали, это был великий дар. Вождь отправил нас забрать её до того, как её найдут другие кланы.

Я горько усмехнулся. "Звезды" - это просто орбитальный мусор. Обломки старых спутников, сброшенные контейнеры с отходами или, как в моем случае, аварийные капсулы уничтоженной станции. Превознесенные просто сбрасывали ненужный хлам вниз, а местные жители превратили это в божественный культ. Карго-культ в чистом виде.

- А "кары"? - спросил я.

- Когда клан нарушает волю богов, небо загорается белым. И приходят они, - Сора вздрогнула, и её Мутагенный Индекс на секунду мигнул в моем зрении, поднявшись до 12.1%. - Белые безликие стражи. Они приходят в тишине. Они не берут добычу, не насилуют женщин, не забирают детей. Они просто... стирают всё племя. До последнего младенца. А потом на месте деревни вырастает новый, дикий лес.

Я промолчал. "Белые безликие стражи" - это Наблюдатели. Те самые, что стерли Аню, Марка и моего отца. Превознесенные зачищали ячейки от любых проявлений неповиновения или излишней технологической активности. Они держали эту ферму в узде, не давая скоту поднять голову.

Мы шли уже около двух часов, когда характер окружающего мира начал странно меняться.

Сначала пропали птицы. Пурпурные кроны деревьев замерли, словно вырезанные из пластика. В воздухе появилось странное, низкое гудение, от которого вибрировали пломбы в зубах. Мой левый глаз задергался, а перед мысленным взором начали хаотично вспыхивать строки системных ошибок.

СИСТЕМА: Нарушение синхронизации локального времени

ВНИМАНИЕ: Обнаружен стык субрегиональных серверов

Ошибка рендеринга текстур в секторе 4

Рекомендация: Перезапустите клиент

- Что за... - я остановился, зажав ладонью левый глаз.

Впереди, прямо посреди лесной тропы, воздух вел себя неправильно. Пространство шло рябью, как на старом, барахлящем мониторе. Огромный папоротник, росший у тропы, на секунду стал полупрозрачным, обнажив серую, полигональную сетку каркаса, а затем снова вернул свой зеленый цвет. Листья соседнего дерева зависли в воздухе отдельно от веток, игнорируя гравитацию.

Гарн и Бранн тут же упали на колени, прижав лбы к влажной земле. Даже Сора опустилась на одно колено, шепча быстрые, невнятные слова.

- Духи злятся - испуганно прошептала она. - Стена мира близко. Здесь земля ломается, Кай. Не смотри туда, иначе твоя душа разлетится на пиксели.

Я смотрел на это зрелище с открытым ртом. Для них это был гнев духов. Для меня — обычный, неприкрытый баг рендеринга на стыке двух серверов. Локальная зона сбоя физического движка Системы. Превознесенные так спешили соединить доисторический биом с соседним ледником, что забыли настроить нормальную фильтрацию текстур и сглаживание на границе.

- Это не духи, Сора - я сделал шаг вперед, превозмогая страх. — Это просто кривой код.

Я активировал Истину, концентрируясь на мерцающем пространстве.Красные строки прорезали серый туман системных ошибок:

ИСТИНА: Физическая аномалия "Разрыв Сетки" Плотность пространства: нестабильна Колебания гравитационного поля: +/- 40% ВНИМАНИЕ: Опасность дезинтеграции органических объектов при прямом контакте

- Кай, назад! - крикнула Сора, хватая меня за край куртки. - Не смей подходить! Духи поглотят тебя!

Она была права, хоть и по своим, глупым причинам. Лезть в зону разрыва сетки без защитного костюма - это гарантированный способ превратить свое тело в кашу из атомов. Но я видел структуру этой ошибки. Я видел «частоту мерцания» барьера.

Каждые три секунды разрыв закрывался на ничтожную долю мгновения - локальный сервер пытался перезапустить поток данных.

- Бранн, Гарн, вставайте, - я обернулся к охотникам. - Хватит лизать грязь. Мы можем пройти, но нужно двигаться строго по моему сигналу.

- Ты безумен, чужак, - Гарн сплюнул кровь на мох. - Мы обойдем это место. Путь займет три дня через земли Клыкастых Ящеров, но мы останемся живы.

- У нас нет трех дней, - я указал наверх. - Патч маскировки в моей голове работает на пределе. Если Система зафиксирует аномалию, сюда придут те самые белые стражи, о которых вы говорили. И они сотрут ваш Пепельный Клан. Вы этого хотите?

Сора посмотрела на мужчин, затем на меня. В её глазах боролись первобытный страх перед неизведанным и странное, зарождающееся доверие к моим непонятным силам.

- Что нам делать, Кай? - тихо спросила она.

- Видите ту сухую ветку на той стороне? - я указал на поваленный ствол, лежащий за зоной мерцания. - Нам нужно перешагнуть границу ровно в тот момент, когда пространство перестанет дрожать. Интервал - три секунды. Я буду считать. На счет "три" вы делаете быстрый, широкий шаг. Бранн, ты тащишь Гарна на себе. Если оступитесь - вас размажет по текстурам.

Я приготовился. Мой левый глаз горел, интерфейс судорожно отсчитывал миллисекунды до следующего цикла перезагрузки сервера.

- Один...

Пространство дрожало, папоротники двоились.

- Два...

Воздух на секунду замер, гудение стало тише.

- Три! Пошли!

Бранн, издав дикий, яростный рык, рванулся вперед, буквально перебрасывая свое массивное тело и висящего на нем Гарна через невидимую черту. Они рухнули на той стороне в кучу сухих листьев.

- Сора, теперь мы! - я схватил её за руку. Ее ладонь была ледяной.

- Один...

- Два...

- Три!

Мы прыгнули одновременно. В момент пересечения границы меня словно ударило током - зубы свело от металлического привкуса, а перед глазами на долю секунды вспыхнул чистый, серый экран биоса. Но сила притяжения сработала штатно. Мы покатились по жесткой траве на другой стороне.

Я обернулся. Позади нас воздух снова пошел безумной рябью, а листья папоротника зависли в полуметре от земли. Мы успели. Мы прошли сквозь системную ошибку, сократив три дня пути до одного мгновения.

Бранн сидел на земле, тупо глядя на свои руки, словно проверяя, всё ли на месте. Гарн молчал, его лицо выражало смесь дикого ужаса и неохотного уважения.

- Ты... ты прошел сквозь стену духов - прошептал он, глядя на меня снизу вверх. - Шаман говорил, что это невозможно. Что только Молчаливые Боги могут ходить здесь.

- Твой Шаман просто не умеет читать логи ошибок, Гарн - я поднялся, отряхивая грязь с коленей. Грудь всё еще ныла, но адреналин притупил боль. - Идемте. Мой интерфейс показывает, что ваше поселение уже близко.

Сора поднялась вслед за мной. Она ничего не сказала, но её взгляд... теперь она смотрела на меня не как на пленника. А как на того, кто держит в руках ключи от этого безумного, сломанного мира.

Мы продолжили путь, и сквозь редеющие заросли папоротников я наконец увидел первые признаки обитания - высокие, неровные деревянные стены, обнесенные примитивным частоколом. Поселение Пепельного Клана. Моя первая остановка в этом загоне для скота.

Глава 5. Инженерный дозор

Поселение Пепельного Клана появилось из-за стены гигантских, влажных папоротников внезапно. Оно не выглядело как город или хотя бы укрепленный форпост. Это была просто грязная, криво отрисованная теплица, огороженная от дикого леса частоколом.

Я остановился, тяжело прислонившись плечом к шершавому, сочащемуся смолой стволу дерева. Каждый вдох отзывался острой, режущей болью в левой части груди - ребра, к счастью, не сломались, но сильный ушиб заставлял меня дышать мелко и часто. Спина горела, пропитанная липкой смесью пота и крови из раны, оставленной когтями Гарна.

Как у инженера-строителя, у меня при виде их оборонительной линии задергался правый глаз.

Это был частокол. Примитивный, собранный из неровных стволов хвойных деревьев частокол высотой около четырех метров. Бревна были просто вбиты в землю вертикально, без какого-либо намека на поперечные несущие балки или элементарные треугольные подкосы, обеспечивающие хоть какую-то жесткость конструкции. Сверху бревна были небрежно заострены. Снизу - подмыты утренними ручьями, обнажившими гнилые корни. Любое крупное животное весом больше тонны могло снести эту стену простым ударом с разбега, даже не заметив сопротивления.

- Мы пришли - тихо произнесла Сора, указывая на грубо сколоченные ворота, перед которыми дежурили двое часовых с костяными копьями. На их плечах тускло тлели багровые татуировки. - Это наш дом, Кай. Здесь мы прячемся от гнева Молчаливых Богов и хищников Пустоши.

Я посмотрел на нее, чувствуя, как внутри закипает профессиональная злость, смешанная с горькой жалостью.

- Вы здесь не прячетесь - пробормотал я, не удержавшись от циничного смешка. - Вы здесь просто ждете своей очереди на убой. Эта стена не выдержит даже падения тяжелой ветки при урагане, не говоря уже о нормальной нагрузке. Кто рассчитывал шаг установки опор? Кто считал глубину заложения фундамента? Какой идиот вкопал бревна в песчаный грунт у самой воды?

Сора посмотрела на меня с привычным недоумением. Для нее слова "фундамент" и "нагрузка" были таким же пустым звуком, как для меня - её россказни про духов.

Ворота со скрипом отворились. Внутри поселение выглядело еще более удручающе. Несколько десятков круглых хижин из шкур и веток, хаотично разбросанных по вытоптанной глиняной площадке. Повсюду пахло кислым дымом, сушеным мясом и тем самым мутагенным потом, который выделяли тела охотников с высоким индексом замещения. Дети с едва заметными розоватыми узорами на предплечьях испуганно прятались за спины женщин, провожая меня дикими, нечеловеческими взглядами.

Человечество на Земле не просто деградировало. Его целенаправленно превращали в скот. За два с половиной века без образования, без книг, под жестким надзором Системы их лексикон сократился до базовых понятий выживания. Они забыли всё: физику, математику, астрономию. Всё, что у них осталось - это примитивные мифы и жажда силы, которую им подкидывали хозяева на орбите.

В центре лагеря стоял огромный, черный валун, покрытый светящимися символами Системы. Из его вершины торчал хромированный металлический шпиль - Анкер. Около него нас уже ждали.

Мужчина, стоявший у Анкера, разительно отличался от охотников. На нем не было тяжелых шкур. Его тело, сухое и сморщенное, как старый корень, было практически полностью покрыто сложными, пульсирующими багровыми узорами. Они стягивали его кожу, поднимаясь по шее к лицу, превращая его правую щеку в сплошной костяной нарост. Его глаза светились ровным, неестественным красным светом. Шаман.

СУБЪЕКТ: Ур-Гаш, Шаман Пепельного Клана СИСТЕМА: Уровень 22. Проводник Воли Богов ИСТИНА: МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 89.1% ВНИМАНИЕ: Критическая деградация лобных долей мозга. Подключение к локальному серверу: Принудительное

Мой интерфейс буквально засыпал меня предупреждениями об опасности. Этот старик уже не был человеком в полном смысле этого слова. Его мозг был напрямую подключен к локальному серверу ячейки, превратив его в живой терминал Превознесенных. Он был их рупором, их послушной марионеткой.

Шаман медленно поднял голову, и его красные глаза сфокусировались на мне. В ту же секунду я почувствовал, как у основания черепа, прямо под волосами, тревожно запульсировала моя серебряная татуировка.

Ур-Гаш попытался сделать глубокий административный запрос через Анкер. Он хотел считать мою системную карту, узнать мой уровень, мои навыки, моё происхождение. Но в этот момент в моем затылке активировался защитный протокол отца.

СИСТЕМА: Попытка внешнего сканирования ID-карты Протокол "Отец": Перехват запроса. Эмуляция ошибки базы данных Статус для внешней сети: НОЛЬ / ОШИБКА 404

Шаман резко дернулся, его костяная щека судорожно сжалась, а из носа потекла тонкая струйка темной крови. Он получил мощный ментальный откат от заблокированного сервером запроса. Его "божественная" связь не смогла переварить ошибку.

- Ты привела... пустоту, Сора - голос Ур-Гаша был похож на шелест сухого пергамента, но в нем вибрировала неестественная, пугающая злоба. Он указал на меня своим костяным посохом. - На нем нет знаков веры. Нет благословения Молчаливых Богов. Но его имя... его имя горит в воздухе. Мой взор видит слово "Кай", но за ним нет силы. За ним только... Ошибка.

Я внутренне похолодел. Вот оно.

Сора прочитала мое имя на своем простом, пользовательском уровне интерфейса - её система поймала мой базовый локальный сигнал, когда я был рядом. Это была простая локальная идентификация. А вот Шаман попытался вскрыть мою системную карту до основания, используя Анкер. И наткнулся на глухую стену "Протокола: Отец".

- Он спас нас, Шаман! - Сора сделала шаг вперед, закрывая меня своим телом. - Бранн и Гарн живы только благодаря ему. Он прошел сквозь стену разгневанных духов. Он пахнет мертвым металлом, но он не враг.

- Он - Аномалия! - выплюнул Шаман, и это слово прозвучало из его уст не как технический термин, а как страшное, древнее проклятие, ниспосланное богами. Система буквально транслировала этот статус ему в мозг, и старик использовал его как священную формулу. - Так называют тех, кто несет порчу в наш мир. Из-за таких, как он, Молчаливые Боги зажигают небо белым пламенем и стирают кланы! Его тело нужно отдать Анкеру. Очистить землю кровью аномалии!

Охотники вокруг нас угрожающе зашевелились, перехватывая тяжелые копья с костяными наконечниками. Бранн и Гарн, стоявшие позади, нерешительно переглянулись. Моя нога судорожно дернулась назад. Я понял, что если сейчас не перехвачу инициативу, эти дикари просто забьют меня камнями во имя своих виртуальных хозяев. Паника снова попыталась залить мне мозг, судорожно соображая, как бы мое однодневное приключение не закончилось на вертеле, с яблоком во рту у дикарей на шесте. Единственное что я сейчас мог, в этом поселении аборигенов, это взять их на дешевый понт.

- Очистить меня? - я заставил себя рассмеяться. Смех получился хриплым, грудь отозвалась резкой, удушливой болью, но я выпрямился во весь рост. - Твой Анкер едва дышит, старик. Ты называешь себя проводником богов, но даже не видишь, что твоя стена готова рухнуть от любого пинка. Твоя деревня - это просто братская могила, которая ждет своего часа. Вы все здесь - просто куски мяса в гнилом загоне!

- Молчать, червь Мертвого Неба! - взревел Шаман, его багровые татуировки на руках вспыхнули ядовитым светом. - Воины, взять его!

Но договорить он не успел.

Земля под нашими ногами резко, страшно содрогнулась. Со стороны северных жилых хижин донесся оглушительный, ломающий бревна треск, а следом - тяжелый, утробный рев, от которого завибрировали все кости в моем теле. Это был не Жнец. Это было что-то гораздо более массивное, тяжелое и смертоносное.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ. Обнаружен локальный босс субрегиона Класс: Панцирный Вепрь. Уровень: 20 Угроза: Экстремальная

Через секунду наш хлипкий частокол в северной части лагеря, прямо за рядами хижин из шкур, просто разлетелся облаком щепок и грязной земли. В образовавшемся проломе появилось чудовище.

Оно весило не меньше трех тонн. Огромная, покрытая толстыми, зазубренными костяными пластинами туша, изо рта торчали кривые бивни длиной с мою руку, а маленькие красные глазки были налиты дикой, первобытной яростью. Вепрь не стал тормозить у ворот - он ворвался прямо в центр жилой зоны, снося хлипкие хижины, как картонные коробки. Шкуры рвались, сухие ветки каркасов с треском ломались, поднимая тучи пыли и золы от костров.

Паника охватила лагерь мгновенно. Женщины с криками хватали детей, утягивая их вглубь поселения. Охотники беспорядочно бросали копья в огромного зверя, но те просто отскакивали от бронированного лба монстра, не оставляя на его костяном панцире даже царапины. Вепрь развернулся, топча копытами упавшую палатку, и издал яростный рев, готовясь к новому броску.

Шаман у Анкера начал судорожно шептать заклинания, его татуировки горели багровым огнем, но защитный барьер Анкера даже не шелохнулся - локальный сервер просто проигнорировал его запрос. Система не собиралась помогать своим подопытным. Ей нужен был их стресс. Их смерть.

Мое желание убежать вглубь леса и спрятаться где-то на верхушке одного из деревьев взлетело до небес. Но где же я найду еще как минимум трех лояльных ко мне представителя племени с Земли? Скорее всего территориальные охотники быстрее пустят мне стрелу в голову, чем выслушают человека, который пахнет их «дарами» с небес.

- Сора! Бранн! Слушайте меня, если жить хотите! - перекрикивая рев вепря и крики раненых, заорал я. - Копьями его не взять! Вы только злите его! Нужна ловушка!

Видя что никакие атаки не проходят живую броню вепря, Сора цокнула себе под нос. - Что делать, Кай?! – Переходя на полукрик она подбежала ко мне, её глаза были огромными от ужаса. Копье в её руках мелко дрожало.

Мой мозг работал на запредельных оборотах, судорожно выстраивая схемы, векторы сил и точки напряжения. Я огляделся вокруг, ища хоть какие-то материалы. Мой взгляд зацепился за два уцелевших опорных столба частокола у ворот и гибкое, молодое дерево, росшее прямо у края площадки. Если задумка себя не оправдает, просто убегу и буду надеяться. Надеяться что меня не сожрет какая-нибудь мутировшая тварь.

- Нам нужна упругая деформация! - крикнул я, указывая на дерево. - Бранн, хватай ту толстую лиану, быстро! Нам нужен натяжной арбалет!

Бранн стоя сбоку от огромной туши увидел помогающую мне Сору, доверяя ей больше чем мне, он решил рискнуть, а не биться с непробиваемой стеной.

Я рванулся к молодому дереву. Это был каменный вяз - дерево с невероятно плотной и упругой древесиной. Мой интерфейс, мигая красными строками Истины, выдал расчеты:

ИСТИНА: Каменный вяз (Молодой ствол) Предел прочности на изгиб: Высокий Расчетная сила натяжения при изгибе на 45 градусов: 15 килоньютонов

Этого достаточно, чтобы запустить тяжелый титановый обломок как снаряд баллисты. - Бранн, тяни назад! Нагибай ствол к черному камню! - орал я, хватаясь за шершавую лиану вместе с ним.

Мои поврежденные ребра отозвались такой острой болью, что в глазах на секунду потемнело. Спину словно прижгли раскаленным железом - рана открылась, и я почувствовал, как теплая кровь потекла по пояснице. Но я продолжал тянуть, упираясь ногами в скользкую глину. К нам присоединились еще трое охотников, увлеченные моей безумной, яростной решимостью.

Ствол каменного вяза со скрипом согнулся, превращаясь в гигантский, напряженный лук. Сила натяжения была колоссальной. Я зафиксировал лиану на выступе валуна простым скользящим узлом с двойной петлей - классический узел, который отец научил меня вязать при монтаже тяжелых кабелей на станции. Физика работала безотказно.

На вершину согнутого дерева мы закрепили длинную титановую пластину от моей капсулы - острый, тяжелый кусок металла, который я притащил с собой.

- Сора, замани его сюда! Он должен бежать прямо на баллисту! - крикнул я ей.

Девушка посмотрела на меня, на согнутое дерево, затем на беснующегося среди хижин вепря. В её глазах промелькнула нерешительность, но она стиснула зубы и рванулась вперед. Она подбежала к монстру почти вплотную и с криком бросила свое легкое копьё прямо в его незащищенный глаз.

Вепрь взревел от боли. Из его поврежденного глаза потекла темная жидкость. Он развернулся на месте, взрывая копытами землю, и бросился за Сорой. Земля гудела от его тяжелого, разрушительного галопа.

- Кай! Он близко! Он сейчас растопчет меня! - закричала Сора, ее дыхание сбилось. Она бежала прямо на меня, а за её спиной, вздымая тучи пыли и обломков хижин, несся трехтонный живой танк.

- Беги мимо валуна! Прыгай в сторону! - заорал я, чувствуя, как адреналин заставляет мои руки трястись будто от удара током. Хоть бы попасть.

Сора в последний момент сделала резкий кувырок в бок, падая на мокрую траву. Вепрь по инерции продолжал нестись прямо на нашу импровизированную ловушку. Он был всего в пяти метрах. Четырех. Трех.

- Руби узел! - заорал я Бранну.

Бранн взмахнул своим костяным копьем, с силой перерубая удерживающую лиану. Освобожденный ствол каменного вяза распрямился с оглушительным, свистящим звуком, похожим на выстрел из пушки. Вся накопленная упругая сила устремилась вперед. Титановая пластина, разогнанная пятнадцатью килоньютонами кинетической энергии, полетела точно по рассчитанной траектории. Титановый обломок вошел вепрю точно под костяной щиток на груди - в единственное мягкое место, которое подсветил мне мой багнутый интерфейс.

Раздался влажный, хрустящий звук ломающихся костей и разрываемой плоти. Тяжелая, острая пластина вошла в тело монстра почти на полметра, мгновенно разрывая легкие и аорту. Вепрь по инерции пролетел еще несколько метров, его тяжелые копыта пропахали глубокие борозды в глине лагеря, поднимая тучи пыли, и он с глухим рокотом рухнул прямо у моих ног, обдав меня волной горячей, вонючей крови.

- Охренеть, просто охренеть. ПОПАЛИ!!! – Проорал я срывая голос.

Тишина накрыла поселение. Слышно было только, как тяжело и прерывисто дышат выжившие охотники и как трещит догорающий костер в одной из разрушенных хижин.

СИСТЕМА: Локальный босс повержен. Распределение опыта... Ошибка авторизации субъекта Кай ИСТИНА: Панцирный Вепрь мертв. Конструкция ловушки разрушена. Эффективность использования упругой деформации: 94%

Я обессиленно опустился на колени прямо в грязную лужу, смешанную с кровью монстра. Всё тело крупно дрожало от перенапряжения, рана на спине горела, а перед глазами плыли темные круги. Но я был жив. И мы только что завалили монстра двадцатого уровня без единой боевой татуировки. С помощью куска дерева, титанового обломка и базовых законов упругости.

Над тушей вепря медленно поднималось огромное, густое багрово-серое облако эссенции. Но сил дойти до нее практически не было. Да и не сойду ли я с ума, если возьму такой объем данных? Вспоминая как получил свой первый код, и ощущения сопровождающие поглощение. Желание испытывать это снова, тем более сейчас вообще отсутствовало. Хоть и понимал что это мой хороший шанс «прокачаться».

Охотники Пепельного Клана медленно подходили ближе, окружая меня плотным кольцом. Они смотрели на меня с благоговейным, первобытным ужасом. Они никогда не видели, чтобы кто-то убивал таких чудовищ без благословения богов, без светящихся татуировок, просто используя законы природы.

- Это... это невозможно - прошептал Бранн, опуская свое копье. Его глаза были широко открыты. - Ты убил его без силы духов. Просто... согнул дерево.

- Это называется сопромат, Бранн - выдохнул я, стирая с лица липкую кровь вепря. Рука дрожала так, что я едва мог скоординировать движения. - Наука о прочности материалов. Запомни это слово. В этой теплице оно гораздо полезнее, чем ваши священные шрамы.

Я медленно поднялся, опираясь на обломок ветки, и повернулся к Ур-Гашу.

Шаман стоял у Анкера, его лицо было искажено смесью злобы, бессилия и панического страха. Он видел, как его авторитет "проводника богов" только что рухнул на глазах у всего племени. Его Молчаливые Боги проигнорировали его молитвы, а пришелец с Мертвого Неба, которого он только что приговорил к смерти, спас его людей от уничтожения. Наш конфликт только начинался, и я понимал, что этот старик сделает всё, чтобы стереть меня из этой ячейки до того, как его племя научится думать своей головой.

Глава 6. Очищение кода

После битвы с Вепрем поселение Пепельного Клана напоминало растревоженный муравейник, по которому прошлись тяжелым сапогом. Воздух был серым от дыма догорающих хижин, а земля раскисла от пролитой крови и воды, которой тушили остатки деревянных навесов. Я сидел в полуразрушенном загоне на окраине лагеря, прислонившись спиной к уцелевшему бревну, и пытался просто дышать.

Каждый вдох давался с хрипом. Левая сторона грудины превратилась в одну сплошную, чернильно-фиолетовую гематому. Ноющая боль в спине, где когти Гарна разодрали куртку и кожу, притупилась благодаря фильтрам моего интерфейса, но я чувствовал себя полностью истощенным. Мой лимит выносливости болтался где-то на уровне пятнадцати процентов.

Интерфейс перед моими глазами тихо мерцал, лениво прокручивая каскады системных сообщений. Из-за огромного потока сырых данных, которые моя система заблокировала при смерти Вепря, в недрах отцовской прошивки начались какие-то странные, скрытые процессы. Протоколы перестраивались, словно программа пыталась адаптироваться к новым объемам входящего мусорного кода.

СУБЪЕКТ: Кай ЗДОРОВЬЕ: 48/100 (слабое регенерационное восстановление) ВЫНОСЛИВОСТЬ: 12/100 (критическое утомление) СИЛА: 10 ЛОВКОСТЬ: 12 ИНТЕЛЛЕКТ: 120 (сбой) ВОЛЯ: 30

ВНИМАНИЕ: Обнаружено обновление локальной базы данных Запуск фоновой декомпиляции... Успешно Доступен новый уровень интеграции: "Интегратор" (активно)

Я тупо уставился на последнюю строчку. "Интегратор". Название уровня звучало как техническая специальность. Мой отец всегда говорил, что система Превознесенных - это просто гигантский программный комплекс, заплатками наложенный на биологию. И если у тебя есть правильный инструмент, ты можешь не просто использовать чужие программы-татуировки, ты можешь их редактировать. Но сейчас, в окружении пепельного клана, разобрать что это возможности и времени не было.

Мои размышления прервал резкий, полный животного ужаса крик, донесшийся из центра лагеря. Это был не просто крик раненого человека. Это был утробный, булькающий рев, в котором почти не осталось ничего человеческого.

Я заковылял в сторону Анкера, откуда валил густой пар. У черного священного валуна собралось где-то половина всего племени, не считая охотников которые тупо смотрели на меня. Люди, если их так можно назвать, стояли плотным полукольцом, выставив вперед копья, но их лица выражали не решимость, а панический страх. В центре этого круга, прямо в грязной луже у основания Анкера, бился в конвульсиях Бранн.

Тот самый тяжеловес, который только что помогал мне натягивать каменный вяз. Сейчас он стремительно терял человеческий облик. Его багровые татуировки на груди и шее горели яростным, слепящим светом, больше похожим на открытое пламя. Кожа на его плечах лопалась с сухим треском, и из этих трещин стремительно прорастали грубые, костяные пластины - точно такие же, как у убитого нами Панцирного Вепря. Его нижняя челюсть вытягивалась вперед, зубы крошились, уступая место острым, зазубренным клыкам. Бранн хрипел, его пальцы скрючились, превращаясь в когтистые лапы, которыми он бешено разрывал землю под собой.

ИСТИНА: Бранн, Охотник Пепельного Клана МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 91.4% (критическая нестабильность) ВНИМАНИЕ: Запущена необратимая перезапись цепочек ДНК Степень деградации сознания: 85% Прогноз: Полная потеря человеческой личности через 180 секунд

- Он дичает - прошептал стоящий рядом охотник, испуганно пятясь назад - Дух Вепря оказался слишком силен для его тела. Бранн уходит в Пустошь. Он становится зверем.

- Отойдите от него - раздался сухой, властный голос Ур-Гаша.

Шаман медленно приблизился к беснующемуся гиганту. Его костяной посох тускло светился в такт пульсации Анкера. В красных, лишенных жалости глазах старика не было сомнения, он делал то, что должен. Только холодное, машинное безразличие.

- Его время пришло - монотонно произнес Ур-Гаш, поднимая посох - Бранн больше не слышит воли Молчаливых Богов. Его плоть осквернена. Мы должны совершить Очищение. Его кровь напитает Анкер, а его дух вернется в Мертвое Небо.

Сора стояла чуть в стороне, прижимая ладони к лицу. Из её глаз текли слезы, но она не смела перечить Шаману. В этом мире закон "выбраковки" был абсолютным. Если ты перекачался, если твои татуировки поглотили твой разум - ты должен умереть от рук своих же соплеменников или сгинуть в чаще леса. Система утилизировала нестабильный материал руками самого же материала.

- Стой - хрипло крикнул я, протискиваясь сквозь толпу охотников.

Все взгляды мгновенно устремились на меня. Шаман медленно повернул ко мне свою изуродованную костяным наростом голову.

- Ты опять суешь свой нос в дела богов, Аномалия - прошипел Ур-Гаш, и его посох качнулся в мою сторону - Бранн умирает. Это воля Системы. Закон ячейки.

- Его можно спасти - я сделал еще один шаг вперед, стараясь не смотреть на направленные на меня наконечники копий. Не знаю, правильно ли я делаю, но это один из немногих шансов завоевать доверие племени. Если ничего не произойдет, я нарушу их традиции выстроенные на крови, а это означало одно – меня привяжут к анкеру и выпустят кишки для превознесенных. Или еще какой-нибудь изощренный метод жертвоприношения, к счастью, я с ним не знаком. Мой левый глаз горел, интерфейс проецировал данные нового уровня интеграции прямо на тело стонущего Бранна. - Он не умирает от ранения, старик. Его просто перегрузило эссенцией Вепря. В его системе слишком много мусора. Я могу его вычистить.

- Ты лжешь - Шаман сделал шаг к Бранну, занося посох для смертельного удара в основание черепа гиганта - Никто не может вернуть того, кто перешагнул черту. Только смерть очищает плоть.

Бранн издал дикий, оглушительный рев, и его костяная лапа взметнулась вверх, едва не задев Шамана. Старик отпрянул. Бранн больше не контролировал себя -его МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС дополз до 93.2%. Еще немного, и его мозг окончательно превратится в кашу из звериных инстинктов.

Понимая, что времени на споры нет, я рванулся вперед. Сора вскрикнула, попытавшись меня удержать, но я проскочил мимо нее и упал на колени прямо в грязную жижу рядом с беснующимся Бранном.

- Держите его - заорал я охотникам - Держите, если хотите, чтобы он выжил! Бранн! Слышишь меня, тяжеловес?! Держись!

Бранн попытался схватить меня за горло своей деформированной лапой, но в этот момент молодой худощавый парень из клана и Гарн, переглянувшись, приняли решение. Они бросили свои копья и навалились на беснующегося друга сверху, прижимая его плечи к земле. Сора подбежала и навалилась на его свободную руку.

- Делай свою магию, Кай - взмолилась она, её лицо было бледным от ужаса - Быстрее!

Удивительно, что нас не завязали в узел по приказу шамана, но человеческий интерес, видимо был сильнее страха перед шаманом. Почему этого старика вообще так боятся? Я протянул левую руку и прижал ладонь прямо к пылающей, сочащейся сукровицей багровой татуировке на груди Бранна. На затылке мгновенно вспыхнуло нестерпимое, адское жжение. Серебряная микросхема на моей шее активировалась на полную мощность, запуская новый протокол "Интегратор". Не знаю точно что он делает, но как по наитию я начал действовать.

СИСТЕМА: Обнаружено подключение к внешнему био-интерфейсу Субъект: Бранн. Тип связи: Локальный мост сопряжения Запуск режима декомпиляции... Доступ получен

В ту же секунду мой мозг словно подключили к высоковольтной линии связи. Перед глазами развернулась не трехмерная модель, а бесконечный, хаотичный лабиринт из светящихся багровых нитей - био-код татуировок Бранна. Это выглядело ужасно. Код был забит гигантскими, уродливыми блоками мусорных данных. "Благословение Медведя", "Дух Могильщика", а поверх всего этого - огромный, агрессивный кусок сырого кода "Панцирного Вепря", который буквально разрывал систему Бранна изнутри.

Я видел, как этот мусорный код пожирает его человеческую матрицу ДНК. Это было похоже на вирус, который последовательно стирал один системный файл за другим.

- Так... - прошептал я, и мой голос прозвучал как эхо в моей собственной голове. - Нам нужно убрать лишние надстройки. Сжать базу данных.

Мой интерфейс, работая в режиме "Интегратора", вывел перед моим мысленным взором виртуальные инструменты редактирования. Я действовал не руками, а чистой силой мысли, используя свои навыки оптимизации. Я начал "вырезать" мусорные блоки кода Вепря, которые отвечали за физическую мутацию - рост костяных пластин, деформацию челюсти, агрессию.

СИСТЕМА: Удаление деструктивного подкласса "Вепрь: Костяной панцирь"... Успешно Сжатие структуры "Благословение Медведя"... Коэффициент 1:10 Очистка нейронных связей от мутагенного шума... В процессе

Каждое удаление отзывалось в моем теле дикой, разрывающей головной болью. Мой нейронет работал на пределе своих физических возможностей, транслируя через себя гигантские объемы данных. Из моего носа на лицо Бранна закапала теплая, темная кровь. Но я не отпускал руку. Я продолжал резать этот кривой, грязный код Превознесенных, который убивал моего друга.

Бранн под нами дико выгибался, его кости хрустели, но этот хруст теперь был другим. Костяные пластины на его плечах начали медленно размягчаться, сереть и буквально таять, превращаясь в липкую серую массу, стекающую в грязь. Его нижняя челюсть со страшным звуком встала на место. Клыки начали укорачиваться, возвращаясь к нормальному человеческому размеру.

- Смотрите... - прошептал Гарн, и его когтистая рука задрожала - Его тело... оно возвращается.

Ур-Гаш стоял за пределами круга, и его посох мелко дрожал. Впервые на его каменном лице проступила эмоция - это был чистый, неподдельный ужас. Он видел то, чего не должно было происходить по законам Системы. Кто-то вручную менял настройки живого сервера.

СИСТЕМА: Очистка завершена. Объем мутагенных данных снижен на 64% Мутагенный Индекс субъекта Бранн: 48.9% (Стабильно) Локальное сопряжение разорвано

Меня буквально отбросило назад. Я покатился по грязи, тяжело хватая ртом воздух. Голова раскалывалась так, будто по ней ударили кувалдой, а левый глаз полностью заплыл кровью из лопнувших сосудов. Но я сразу же посмотрел на Бранна. Сработало, это…. сработало. Слишком часто стал надеяться на чистую случайность….

Гигант лежал в грязи, тяжело и ровно дыша. Костяные наросты полностью исчезли, оставив лишь покрасневшую, воспаленную кожу. Его глаза медленно открылись. Это были обычные, человеческие глаза - карие, ясные, без пугающего красного свечения Системы.

- Кай... - тихо проговорил он, приподнимаясь на локтях. Его голос был хриплым, но это был голос Бранна, а не зверя. - Моя голова... мне больше не хочется убивать. Что ты сделал?

Сора с плачем бросилась ему на шею, обнимая его огромные плечи. Охотники Пепельного Клана стояли в полном оцепенении. Они смотрели на меня как на живого бога, спустившегося с Мертвого Неба, или как на самого страшного демона, которого когда-либо рождала эта земля.

Я медленно поднялся на ноги, шатаясь от слабости. Мой интерфейс мигал тревожным желтым светом, выдавая критическое предупреждение:

ВНИМАНИЕ: Протокол "Отец" перегружен на 87% Всплеск локальных данных зафиксирован внешними системами мониторинга Время до возможного обнаружения аномалии Хабом: Неизвестно

Я посмотрел на Шамана. Ур-Гаш стоял неподвижно, его красные глаза горели ненавистью. Он понимал, что прямо сейчас, на глазах у всего племени, его власть была уничтожена. Люди увидели, что "проклятие" Системы можно победить без молитв и жертвоприношений. Просто силой разума и знаний чужака.

- Ты... ты совершил кощунство - прошипел Шаман, поднимая свой посох - Ты нарушил великий баланс. Боги увидят это. Они придут и сожгут нас всех из-за тебя!

- Твои боги - это ленивые программисты, старик - выплюнул я, утирая кровь под носом. Голос дрожал, но я заставил себя смотреть ему прямо в глаза. - И они уже знают, что в их системе завелся вирус. Так что если ты хочешь выжить, когда небо загорится белым, тебе лучше заткнуться и начать помогать мне строить нормальную оборону. Потому что твои " Молчаливые Боги " придут за мной. Но сотрут они вас.

Я повернулся и побрел назад к своему загону. Мне нужно было отдохнуть. Мой интерфейс показывал, что маскировочный патч отца держится на последних процентах прочности. Нам нужно было спешить. Взлом этого мира только что перешел в активную фазу.

Если шаман не глуп, он не станет в ближайшие пару часов нападать на меня. Не обдумав случившееся и собирая племя, что-бы пустить меня на кровавые расходники для анкера.

--------------------

Я очнулся от того, что сквозь щели в навесе мне на лицо упал луч грязно-розового утреннего света. Каждое движение отзывалось такой дикой, тупой болью, словно меня заново пропустили через тот орбитальный шлюз. Кожа на спине, стянутая наспех наложенными швами из волокон папоротника, горела огнем. Грудь ныла при каждом вдохе, напоминая о тяжелом копыте Панцирного Вепря. – Когда же это все закончится. – Уже с мольбой спросил я нечто в никуда.

Я повернул голову набок и замер. Рядом со мной, прислонившись спиной к грубому деревянному подпорному столбу, спала Сора.

Я впервые получил возможность рассмотреть её так близко, без спешки, паники и свиста стего-муравьев над ухом. Она не была похожа на тех холеных, стерильных девушек-операторов с палуб «Ориона», которые часами калибровали свои прически перед зеркальными панелями. В Соре чувствовалась дикая, первобытная и очень опасная красота.

Её лицо, угловатое, с высокими резкими скулами, было покрыто тонким слоем серой печной золы и засохшей грязи, но это не портило его. Кожа у нее была смуглой, обветренной, со следами мелких царапин от жестких ветвей. Густые, жесткие темно-каштановые волосы были заплетены в длинные, растрепанные косы, в которые были вплетены мелкие костяные бусины и сушеные синие перья каких-то местных птиц.

Она была одета в плотную безрукавку из жесткой чешуйчатой шкуры Жнеца, стянутую на талии широким кожаным ремнем. Её плечи и руки, мускулистые и поджарые, выдавали в ней человека, привыкшего каждый день пробегать десятки километров по пересеченной местности. На левом запястье, прямо под кожей, тускло пульсировала та самая тонкая красная татуировка. В полумраке хижины багровые линии казались живыми капиллярами, которые лениво переливались мягким светом. Сора спала чутко, как дикое животное. Её веки подрагивали, а пальцы правой руки даже во сне сжимали рукоять короткого костяного ножа, лежащего на её коленях. Я приподнялся на локтях, шипя от пронзившей ребра боли. Сухой треск ветки под моим боком мгновенно вырвал девушку из сна. Её глаза - огромные, необычного янтарного оттенка с легким, едва заметным золотистым отливом - распахнулись в ту же секунду. Рука с ножом взметнулась вверх, но, увидев меня, Сора медленно расслабилась и опустила оружие.

- Ты долго спал, Кай - тихо сказала она - Шаман всю ночь пел песни у Анкера. Племя боится. Бранн жив, но люди шепчутся, что ты украл его душу и заменил её своим колдовством

Я горько усмехнулся, садясь и прислоняясь спиной к стене хижины.

- Я не крал его душу, Сора - я устало потер воспаленные глаза - Я просто убрал лишний мусор из его головы. Навел порядок в проводах. Если бы я этого не сделал, он бы сейчас бегал по лесу на четырех лапах и жрал всё, что движется. Поверь, твой Шаман сделал бы с ним то же самое, только с помощью топора.

- Ур-Гаш говорит, что ты демон - Сора убрала нож в ножны на поясе и внимательно посмотрела на меня – Но демоны не пахнут страхом так, как пахнешь ты. Я вижу в тебе больше тоски и злобы, так что, шаман точно ошибается в тебе.

Я промолчал. Её прямота обезоруживала. В этом мире не было места для светской вежливости - люди говорили то, что видели. Вызвав интерфейс, я приготовился к худшему. И мои опасения подтвердились. Красный мигающий значок в углу зрения стал больше, а отцовский патч буквально плавился от перегрузки.

ВНИМАНИЕ: Протокол "Отец" поврежден на 91% Локальная активность зафиксирована региональным распределителем Хаба До запуска полной принудительной проверки сектора осталось: Неизвестно

Ситуация становилась критической. Спасение Бранна и очистка его кода создали мощный всплеск данных, который локальный сервер ячейки не смог проигнорировать. Превознесенные на орбите еще не поняли, что происходит, но их автоматические алгоритмы уже начали сканировать сектор в поисках источника аномалии. Как только маскировка отца слетит до нуля - за мной придут Чистильщики. И в этот раз они не будут разбираться, кто инженер, а кто дикарь. Они просто выжгут всё стоящее перед ними.

- Что бы сделал отец, будь на моем месте?... – В горле застыл ком. Отец бы точно разобрался, но я не он. Мне нужно выжить, а там, найдется способ подняться в небеса и похоронить всю их гребанную расу бесплодных выродков. Нужно было действовать. И действовать быстро.

- Сора - я подался вперед, превозмогая боль в ребрах - Мне нужно уйти из лагеря. Прямо сейчас. Твой Шаман прав в одном - из-за меня здесь скоро станет очень жарко. Но мне нужно место, где я смогу подключиться к системе напрямую

Девушка нахмурилась, золотистые искорки в её янтарных глазах вспыхнули ярче.

- Подключиться? - спросила она.

- Да, мне нужен чистый сигнал - я попытался подобрать слова, которые она смогла бы понять - Ты говорила о Запретных Руинах на границе ячейки. О металлической игле, которая торчит из земли. Мне нужно туда.

Сора резко поднялась на ноги, её лицо мгновенно стало бледным, а пальцы снова судорожно сжались на рукояти ножа.

- Нет - покачала она головой - Туда нельзя. Это проклятое место. Шаман запрещает даже смотреть в ту сторону. Там земля дышит ядом, от которого выпадают волосы и лопается кожа. А еще там живут Слепые Стражи Мертвого Неба. Они не похожи на безликих белых воинов. Это железные звери, которые убивают каждого, кто переступит черту

- "Яд", о котором ты говоришь - это радиация или утечка хладагента - пробормотал я, лихорадочно соображая - А "железные звери" - автоматическая система охраны периметра Хаба. Сора, пойми, у меня нет выбора. Если я не доберусь до этой иглы и не обновлю маскировку, Молчаливые Боги увидят меня. И тогда белые стражи придут не за мной одним. Они зачистят весь ваш клан. И тебя, и Бранна, и даже твоего сумасшедшего Шамана.

Девушка замерла, обдумывая мои слова. В её племени мифы о гневе богов были реальностью. Она видела пепелища соседних деревень и знала, что белые стражи не знают пощады. Но привязанность к клану должна была перевесить смертельную опасность, надеюсь. Я начинаю ненавидеть это слово. В этот момент занавес из шкур, закрывающий вход в хижину, медленно отодвинулся. На пороге стоял Бранн. Он выглядел уставшим, его кожа всё еще была покрыта красными воспаленными пятнами на тех местах, где вчера росли костяные пластины Вепря. Но его глаза были ясными, а дыхание - ровным. Он держал в руках большую деревянную миску с чистой водой и куском запеченного мяса.

- Ешь, Кай - тихо сказал гигант, протягивая мне миску - Тебе нужны силы. Племя недовольно. Ур-Гаш весь день говорит, что ты принес смерть на своем хвосте. Он собирает воинов, чтобы привязать тебя к Анкеру, когда солнце зайдет за край купола

- Спасибо, Бранн - я принял воду, жадно делая несколько крупных глотков.

Вода была холодной, с легким привкусом железа, но фильтры интерфейса сработали штатно, утилизируя нано-споры - Твой Шаман просто боится потерять свою кормушку. Когда люди поймут, что им не нужны его ритуалы для контроля татуировок, он станет не нужен

- Он говорит с богами через камень - Бранн опустился на корточки у входа, его огромные ладони тяжело легли на колени - Но вчера... вчера я слышал только твой голос, Кай. Боги молчали, когда Вепрь ломал наши хижины. Твоя баллиста спасла нас. Мои руки... они снова принадлежат мне, а не зверю. Я слышу теперь только свои мысли. От этого становится жутко. Сколько всего мне шептали духи зверей все это время, я уже не знаю, осталось ли от меня изначального больше, чем от зверей. Но Кай, я обязан тебе жизнью. Я воин, и отплачу тебе. Скажи, чем тебе помочь?

Я остановился с куском мяса у рта, мои глаза удивленно расширились. Для дикаря, он был слишком хорош в выражении своих чувств и отдавал неким благородством. Может называть его первобытным рыцарем?

- Бранн… спасибо тебе… Мне нужно уйти в ядовитые земли к шпилю. – Проговорил полушепотом не надеясь что он согласится, ведь слова, это просто слова, а смерть от яда и роботов в «двух шагах» от меня - Шаман объявит тебя предателем. Племя изгонит тебя.

- Я готов - Бранн жестко усмехнулся, обнажая обычные желтоватые, но целые человеческие зубы - Без тебя я бы уже сегодня бегал диким зверем по болотам, пока клан не загнал бы меня своим копьем. Моя жизнь принадлежит тебе, инженер. Я знаю дорогу к Запретным Руинам. Я помогал таскать оттуда Небесный Металл, когда Шаман отправлял нас на поиски даров.

Сора посмотрела на Бранна, затем перевела взгляд на меня. Её грудь тяжело вздымалась под кожаной безрукавкой. Она все еще не решилась. Но есть ощущение что ее тянет к Бранну. Интересно, какие у них отношения?

- Если мы пойдем туда, нам придется обойти патрули Пепельного Клана - тихо произнесла она - И нам понадобится оружие получше, чем твоя сломанная палка, Кай. Ур-Гаш не даст нам уйти просто так. Он почувствует наши намерения через Анкер, как только мы приблизимся к границе лагеря

- Значит, мы пойдем ночью - я отставил пустую миску, чувствуя, как тепло от еды медленно расходится по телу, возвращая мне силы - Физика и тактика. Нам нужно подготовить снаряжение. Бранн, сможешь найти еще титановые обломки от моей капсулы? Мне нужно сделать нормальные наконечники для стрел и копий. И нам понадобятся веревки. Много веревок

Гигант молча кивнул и поднялся, его широкая спина перекрыла свет из прохода.

- Я найду - тихо сказал он - Гарн сейчас занят своей сломанной ногой, ему не до нас. Я соберу всё, что осталось от твоей упавшей звезды

Бранн вышел из хижины, оставив нас с Сорой наедине. Я посмотрел на девушку. Она сидела на полу, лениво водя пальцем по своей татуировке на запястье. В полумраке её лицо казалось еще более сосредоточенным, а золотистые искорки в янтарных глазах отражали тусклый свет, пробивающийся сквозь щели навеса.

- Ты действительно веришь, что сможешь починить Мертвое Небо, Кай? - тихо спросила она, не поднимая глаз.

- Не знаю, смогу ли я его починить - я горько улыбнулся, вспоминая лицо отца перед взрывом - Но я точно знаю, что смогу сломать его стены. И заставить тех, кто сидит наверху, посмотреть нам в глаза.

Она медленно кивнула, и на её губах впервые промелькнула слабая, едва заметная улыбка.

Глава 7. Сигнал из бездны

Ночь опустилась на ячейку внезапно, словно кто-то на орбите просто выкрутил яркость проекторов на минимум. Пурпурные джунгли за стеной частокола утонули в чернильной тьме, заполнившись сотнями светящихся точек - это просыпались ночные хищники и активировались биолюминесцентные споры гигантских папоротников.

Я сидел на корточках в углу нашей полуразрушенной хижины, аккуратно затягивая узлы на самодельном кожаном поясе. Моя левая рука двигалась заметно быстрее благодаря «Рефлексам Жнеца», но ушибленная Вепрем грудь всё еще тупо ныла при каждом резком вдохе.

- Кай - раздался тихий, едва слышный шепот у самого входа.

Полог из шкур приподнялся, и в хижину бесшумно скользнула Сора. За ней, едва не задевая головой низкий потолок, протиснулся Бранн. Но самым удивительным был третий силуэт - худой, невысокий паренек, который испуганно прижимал к груди охапку каких-то блестящих металлических пластин.

- Кто это? - я нахмурился, переводя взгляд с Соры на незнакомца. Хотя, не совсем незнакомца. Этот паренек тогда помогал держать обезумевшего Бранна, когда все стояли как болванчики.

- Это Ваэль - тихо представила его Сора, убирая со лба непослушную каштановую косу - Мой младший брат. Он помогал Бранну собирать остатки твоей упавшей звезды. И он не останется здесь. Если Ур-Гаш узнает, что Ваэль помогал нам, старик отдаст его Анкеру сразу после нашего ухода.

Парень сделал шаг вперед, его янтарные глаза, точь-в-точь как у сестры, лихорадочно блестели в полумраке. Он протянул мне обломки обшивки моей капсулы.

- Я... я почистил их от глины, Кай - его голос слегка дрожал от волнения, но он старался говорить твердо - Бранн сказал, что ты можешь сделать из них наконечники, которые режут кость как сухую траву. Возьми меня с собой. Я умею читать следы и знаю, где в лесу растут упругие ветки каменного вяза. Я хочу научиться твоей... науке. Этому... сопромату.

Я посмотрел на парня. Мой интерфейс тут же выдал короткую сводку:

СУБЪЕКТ: Ваэль

МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 4.8%

Статус в племени: Сборщик мусора / Изгой

Внутри меня что-то болезненно сжалось. Этот парень напомнил мне меня самого в десятилетнем возрасте, когда я бегал за отцом по палубам «Ориона» с куском старого медного кабеля, умоляя показать, как работает генератор. У него была та же жажда знаний, которую Превознесенные так тщательно выжигали из жителей ячеек.

- Хорошо, Ваэль - я мягко забрал у него титановые пластины - Но учти, мы идем не на прогулку. Если то, что говорит твоя сестра, правда, в руинах нас ждут вещи гораздо хуже Вепря. Там нет места для ошибок.

- Я справлюсь - Ваэль гордо выпрямил спину, и на его худом лице впервые промелькнула робкая улыбка.

Я перевел взгляд на Бранна, который держал в руках тяжелый мешок из шкур.

- Бранн, что с защитой Анкера? Как нам обойти обойти защиту и покинуть лагерь?

Гигант тяжело вздохнул, опускаясь на одно колено.

- Анкер видит всех, у кого есть знаки силы - он коснулся своей груди, где вчерашние багровые татуировки теперь тлели едва заметным, тусклым светом - Шаман настроил камень так, что если кто-то из охотников пересекает невидимую границу лагеря ночью, Анкер начинает гудеть. Ур-Гаш мгновенно проснется.

- Локальная сеть мониторинга - пробормотал я, активируя Истину и всматриваясь сквозь стены хижины в сторону черного валуна в центре лагеря.

Интерфейс выдал сложную сетку силовых линий, которые расходились от Анкера во все стороны, образуя куполообразный локальный радар диаметром около пятидесяти метров. Любой носитель активного нейроинтерфейса, то есть любой местный с татуировками, при пересечении этой сетки вызывал возмущение поля.

- Нам нужен экран - я задумчиво постучал пальцами по титановой пластине - Клетка Фарадея. Если мы заблокируем исходящий сигнал ваших имплантов на пару минут, локальная сеть просто не заметит вашего ухода. Она посчитает, что вы всё еще спите в своих хижинах.

- Клетка... чего? - Ваэль удивленно склонил голову набок, пытаясь запомнить новое слово.

- Экран, Ваэль. Способ спрятать сигнал. Бранн, у тебя есть те самые тонкие жилы из Небесного Металла, которые вы притащили из руин?

- Да, в моем мешке - Бранн быстро вытащил моток тонкой, гибкой серебристой проволоки, которая когда-то была частью экранирующей оплетки кабелей на орбитальной станции.

- Отлично. Сора, Бранн, снимите свои безрукавки. Нам нужно вплести эту проволоку в ваши шкуры с внутренней стороны так, чтобы она образовала замкнутый контур вокруг вашего тела. Особенно вокруг татуировок и шейного узла. Это заглушит исходящий сигнал вашего нейронета для датчиков Анкера.

Мы принялись за работу. Ваэль помогал мне с поразительной скоростью и аккуратностью. Его пальцы, привыкшие к тонкой работе со шкурами, быстро продевали серебряные жилы сквозь плотную кожу одежды. Я контролировал процесс через интерфейс, следя за тем, чтобы контур был замкнутым.

СИСТЕМА: Создание пассивного экрана электромагнитного излучения

Эффективность блокировки сигнала: 85%

Статус: Стабильно

- Готово - я вытер пот со лба, чувствуя, как левый глаз снова начинает неприятно зудеть - Маскировка отца держится на последних пяти процентах. Как только мы выйдем за пределы этой ячейки, мне придется взломать ретранслятор в руинах, иначе нас накроет орбитальный сканер.

- Мы пойдем через восточные болота - Сора накинула готовую безрукавку и затянула ремень - Там частокол разрушен ураганом, а датчики Анкера в той стороне всегда барахлят из-за влаги.

- Если мы пройдем через болото, нужно будет собрать водорослей. Мой преподаватель говорил, что раньше много стран делали из них сушеные питательные листья. Может на какой-нибудь из остановок у нас получится сделать их. – вслух рассуждал, пока рассматривал готовые контуры экрана.

- А что такое, этот предаватель? – заинтересованно глядел на меня молодой обитатель этого мира.

- Человек, который знает намного больше тебя и делится этими знаниями с младшим поколением. – кисло улыбнулся в ответ мальчишке.

После окончательной перепроверки снаряжения, мы бесшумно выскользнули из хижины.

Ночной лагерь Пепельного Клана спал под тяжелым, фиолетовым небом. Лишь у Анкера, на черном валуне, тускло горели символы Системы, отбрасывая зловещие тени на глиняную площадку. Шамана видно не было - должно быть, старик восстанавливал силы после тяжелого отката, который я ему устроив днем.

Мы двигались гуськом, стараясь не наступать на сухие ветки. Бранн шел впереди, его массивная фигура казалась тенью скалы. Удивительно как такое массивное тело может двигаться так аккуратно и тихо. Ваэль шел прямо за мной, его дыхание было частым, но он не отставал ни на шаг, крепко сжимая в руке самодельный нож с титановым наконечником, который мы успели собрать в хижине. Сора замыкающая.

Когда мы приблизились к разрушенному участку частокола на востоке, мой интерфейс тревожно замигал.

ВНИМАНИЕ: Приближение к локальной границе сканирования

Интенсивность поля: Нарастает

- Стоять - одними губами прошептал я, поднимая руку. Удивительно, но нигде не видно патрулей или ночных дозорных. Их вообще выставляют тут или у них настолько большая уверенность в своей непреступной стене? Да они даже дыру проделанную вепрем не закрыли!

Прямо перед нами, в паре метров от поваленных бревен частокола, воздух едва заметно мерцал тонкими, розоватыми нитями локального радара.

- Бранн, делай шаг первым. Медленно. Не делай резких движений, чтобы не вызвать флуктуацию поля - тихо скомандовал я.

Гигант сглотнул, кивнул и осторожно занес ногу над невидимой чертой. Его тело, экранированное серебряной проволокой, пересекло розоватую нить.

Я затаил дыхание, глядя на Анкер в центре лагеря. Валун молчал. Символы не вспыхнули тревожным красным светом. Экран Фарадея сработал идеально. Локальный сервер просто не зафиксировал перемещение массы данных Бранна.

- Теперь ты, Сора - шепнул я.

Девушка легко перешагнула границу, за ней скользнул Ваэль. Его мутагенный индекс был настолько мал, что датчики Анкера его практически не видели.

Я пересек границу последним. Мой собственный "Протокол: Отец" глушил мой сигнал изнутри, но в момент пересечения черты серебряная микросхема на шее отозвалась резким, болезненным уколом.

ВНИМАНИЕ: Локальный сбой синхронизации.

Потеря пакетов данных: 2%

Мы оказались по ту сторону частокола, в густой, влажной темноте первобытного леса. Назад пути больше не было.

- Идем - Сора уверенно повела нас по узкой, едва заметной тропе, уходящей в сторону восточных болот - До Запретных Руин около пяти часов хода. Нам нужно успеть до того, как Ур-Гаш проснется и заметит наше отсутствие.

Мы углубились в заросли. Ваэль шел рядом со мной, его янтарные глаза с любопытством рассматривали мое титановое копьё.

- Кай - тихо позвал он, стараясь не шуметь - А правда, что в Мертвом Небе дома сделаны из чистого блестящего металла, а люди летают среди звезд на железных птицах?

Я посмотрел на парня, и на душе снова стало горько.

- Правда, Ваэль - тихо ответил я, превозмогая боль в ребрах - Только эти дома - такие же клетки, как и эта ячейка. Просто более чистые и холодные. Но мы это исправим.

- Я помогу тебе - серьезно ответил парень, крепче сжимая свое оружие - Я научусь этой вашей науке. И мы построим новые дома. Без клеток.

Я промолчал, лишь слегка потрепал его по жестким, пахнущим дымом волосам.

Джунгли вокруг нас становились всё более чужими. Влажный воздух болот постепенно сменялся странным, сухим сквозняком, который приносил с востока запах горелого, старого железа и химических реагентов. Земля под ногами становилась тверже, а среди корней папоротников всё чаще начали попадаться ржавые, полуразрушенные металлические конструкции, уходящие глубоко в землю.

Запретные Руины были близко. И вместе с ними - те, кто охранял тайны Превознесенных.

Заросли болотного папоротника постепенно редели, уступая место совершенно иной, пугающей местности. Влажная, пахнущая гнилью почва сменилась сухой серой глиной, сквозь которую проступали потрескавшиеся плиты древнего искусственного камня. Из этих трещин, словно ребра похороненного заживо гиганта, торчали ржавые изогнутые балки и куски гофрированного железа.

Воздух здесь тоже изменился. Он больше не был душным и приторно-сладким. Он пах сухой пылью, изоляцией и чем-то резким, химическим, от чего в горле мгновенно начинало першить. Каждое дыхание отзывалось легким жжением в легких.

Мы сделали короткую остановку у поваленной бетонной стены, чтобы перевести дух и проверить снаряжение. Бранн осторожно опустил свой тяжелый мешок на плиты и принялся поправлять кожаную обвязку на груди.

- Погоди - Сора резко перехватила его за руку, и её глаза округлились от удивления - Бранн, твои узоры...

Я тоже повернулся и замер. В полумраке ночного леса то, что произошло с татуировками великана, выглядело потрясающе.

Вчерашние уродливые, вздувшиеся багровые шрамы, которые покрывали всю его грудь и шею сочащимися сукровицей полосами, полностью исчезли. Кожа под ними разгладилась, вернув свой естественный здоровый цвет. Сами узоры уменьшились в размерах почти в пять раз, стянувшись к ключице. Теперь это был изящный, геометрически выверенный рисунок, состоящий из тончайших, как волоски, линий.

Но самым главным было не это. Узор Бранна больше не пульсировал ядовитым, кровавым светом. Он светился ровным, чистым сиянием. Точно таким же, как и моя микросхема на шее.

- Они больше не горят кровью - прошептала Сора, робко прикасаясь пальцами к его ключице - Бранн, твой узор... он стал холодным и чистым, как звезды над куполом. И он пахнет... тобой, а не диким зверем

Бранн осторожно провел ладонью по груди, и на его суровом лице проступило облегчение.

- Мне больше не больно - тихо сказал он, глядя на меня с нескрываемой благодарностью - Раньше, когда я злился, узор выжигал мне ребра изнутри. Я чувствовал, как чужой зверь грызет мои мысли. А сейчас... сейчас я чувствую только свою силу. И я вижу... - он зажмурился на секунду - Я вижу, как внутри этих линий течет чистая вода. Без грязи

Я удовлетворенно кивнул. Очистив его код от мутагенного мусора, я не просто спас ему жизнь - я переформатировал его татуировку по своему шаблону. Теперь его нейронет работал на чистом, оптимизированном коде. - Это не вода, Бранн - тихо произнес я, поправляя лямку кожаной сумки, взятую из клана - Это упорядоченный поток данных. Твои мышцы теперь получают команды без задержек и без вирусов. Ты стал сильнее, но остался человеком. Это и есть разница между эволюцией и мутацией

- Кай - Ваэль дернул меня за рукав куртки, указывая вперед, сквозь редеющие ветви - Смотри. Игла Мертвого Неба.

Я поднял голову. В полутора километрах от нас, прямо посреди выжженной серой пустоши, в пурпурное небо уходила исполинская конструкция. Это была трехгранная решетчатая мачта из темного, нержавеющего сплава высотой не менее ста пятидесяти метров. На её вершине тускло мерцала круглая тарелка направленного излучателя, окруженная венцом сигнальных огней. Ретранслятор Превознесенных.

Но мое внимание привлекло не само сооружение, а то, что находилось у его подножия.

Вокруг мачты полукругом выстроились полуразрушенные кубические здания из серого бетона, опутанные силовыми кабелями толщиной с человеческое тело. А на границе этой зоны воздух буквально дрожал от плотной, пульсирующей сетки невидимого поля.

СИСТЕМА: Обнаружен закрытый сектор связи "Хаб-Внешний" ВНИМАНИЕ: Протокол "Отец" поврежден на 93% Лимит времени до автоматического сканирования сектора: 45 минут Текущий радиационный фон: 120 мР/ч

- Там земля дышит ядом - Сора испуганно прижалась к стене, не сводя глаз с темных руин - Шаман говорил, что это дыхание рассерженных камней. Если долго стоять там, изо рта пойдет кровь, а ногти станут мягкими, как мокрая глина

- Это радиация, Сора - я вздохнул, понимая, что у меня нет времени читать им лекцию по ядерной физике - Невидимый огонь, который разрушает тело изнутри. У нас есть около часа, чтобы сделать дело и уйти. Если задержимся дольше, яд действительно начнет убивать нас. Но сейчас меня больше волнуют стражи. Где они?

Бранн указал копьем на бетонные обломки у подножия мачты.

- Они спят в темноте - тихо сказал он - Железные звери. У них нет глаз, но они слышат шаг на камне и чувствуют тепло живого тела. Шаман говорил, что они слепы, потому что боги лишили их зрения за жестокость. Но если они проснутся, они не остановятся, пока не убьют всё, что дышит

- Слепые Стражи - я прищурился, концентрируя зрение интерфейса на темных проемах бетонных коробок.

ИСТИНА: Автоматические дроны защиты периметра "Панцирь-М" (Устаревший класс) Режим работы: Энергосбережение Тип сенсоров: Инфракрасный сканер, Сейсмо-датчики Слабость: Ограниченный угол обзора сейсмо-сенсоров на песчаном грунте Нечувствительность к объектам с температурой окружающей среды

Я почувствовал, как по спине пробежал легкий холодок. "Панцири" были старыми боевыми роботами поддержки, которых Превознесенные использовали для охраны важных узлов инфраструктуры. Они действительно были "слепыми" в привычном смысле - у них не было оптических камер, они ориентировались исключительно по тепловым силуэтам живых тел и вибрациям почвы от шагов.

- Значит, они видят наше тепло и слышат наши шаги - я повернулся к своей команде, лихорадочно соображая - Ваэль, те мокрые болотные водоросли, которые ты собрал у реки... они еще влажные?

- Да, Кай - парень быстро вытащил из мешка охапку тяжелых, склизких сине-зеленых растений, которые пахли речной тиной - Они холодные и совсем не сохнут на ветру.

- Отлично. Нам нужно обмазать этой тиной всю нашу одежду и открытые участки кожи. Особенно плечи, шею и лицо.

Бранн удивленно нахмурился, разглядывая грязную жижу.

- Зачем нам пачкаться в болотной грязи перед битвой? - спросил он.

- Это не грязь, Бранн. Это наш температурный экран - я начал первым наносить холодную, пахучую массу на лицо и шею, превозмогая отвращение - Эти железные звери видят мир не так, как мы. Для них всё вокруг серое и холодное, а мы для них - как яркие, горящие факелы в темноте. Эта мокрая тина задержит тепло наших тел на какое-то время. Мы станем для их глаз такими же холодными, как эти серые камни.

Ваэль с восторгом посмотрел на меня, его глаза блестели от осознания очередной "тайны" сопромата и физики. Он без лишних слов запустил руки в миску с тиной и начал активно обмазывать лицо своей сестры, а затем и свои собственные плечи.

- Как упругое дерево - прошептал парень, размазывая холодную грязь по лбу - Мы берем силу болота, чтобы обмануть железных зверей. Это тоже... наука, Кай?

- Это термодинамика, Ваха - я невольно улыбнулся, используя его домашнее имя - Раздел физики, который изучает тепло. Запомни: в природе нет магии. Есть только законы, которые можно использовать в своих целях, если ты знаешь, как они работают.

- Тер-мо-ди-на-ми-ка - по слогам повторил парень, пробуя новое слово на вкус - Я запомню, инженер.

Когда мы все превратились в ходячие болотные чучела, покрытые слоем холодной склизкой тины, я проверил наши тепловые сигнатуры через интерфейс. Мои импланты работали в штатном режиме и прошивка не сбросилась, после внедрения патча отца и перелета через орбиту. Результат был отличным - наши силуэты практически слились с общим фоном серых плит.

- Теперь второе правило - я посерьезнел, глядя каждому из них в глаза - Идти нужно очень медленно. Наступать только на мягкую землю между плитами. Никаких резких движений, никакого бега. Сейсмические датчики этих тварей ловят любые резкие удары о твердую поверхность. Представьте, что вы крадетесь мимо спящего Жнеца. Каждый шаг должен занимать три секунды.

- Мы умеем ходить тихо, Кай - Сора поправила лук за спиной - Охотники Пепельного Клана могут подойти к спящей птице на расстояние вытянутой руки.

Звучит как сказка, хотя… чему только люди не обучатся в условиях выживания. Мы вышли из-за укрытия и медленно двинулись в сторону ржавых конструкций. Каждый шаг давался с трудом. Мышцы затекли от медленного темпа, ушибленные ребра горели при каждом движении, а холодная тина на лице быстро подсыхала на сухом ветру пустоши, стягивая кожу. Но я не спускал глаз с темных проемов бетонных коробок.

Прямо посреди нашего пути, в тридцати метрах впереди, из груды битого бетона показался плоский, угловатый металлический корпус. Слепой Страж. Он был похож на огромного ржавого паука с шестью суставчатыми лапами и тяжелым сдвоенным пулеметом на поворотной турели вместо головы. На его передней панели медленно, ритмично пульсировал тусклый оранжевый огонек - датчик сканирования периметра.

Я поднял руку, приказывая всем замереть.

Дрон медленно повернул свою пулеметную турель в нашу сторону. Оранжевый луч сканера скользнул по серым плитам, прошел по ногам Бранна, задержался на плече Соры и двинулся дальше. Робот не зафиксировал теплового контраста. Нано-споры болотной тины надежно удерживали прохладу.

Ваэль, стоявший рядом со мной, затаил дыхание. Я видел, как на его шее выступили капли пота, но он не шевелился, превратившись в статую.

Дрон издал тихий, металлический щелчок и вернулся в режим ожидания.

Я сделал медленный шаг вперед, указывая рукой направление обхода. Мы обогнули спящего монстра по широкой дуге, наступая исключительно на мягкие пучки сухого мха и серую глину. Через десять бесконечных минут мы наконец достигли подножия гигантской мачты ретранслятора. Прямо перед нами, в стене бетонного бункера, находилась тяжелая гермодверь. Рядом с ней на стене висел распределительный щит с разбитым экраном, из которого торчал пучок разноцветных оптических кабелей.

- Мы на месте - шепнул я, опускаясь на колени перед щитом - Бранн, Сора, встаньте по периметру. Следите за дронами.

Если один из них дернется - не пытайтесь драться. Просто бегите назад к болотам. Ваэль, помоги мне подержать кабели. Парень мгновенно опустился рядом со мной, его янтарные глаза светились преданностью и любопытством.

Я вытащил из кармана свой верный титановый обломок обшивки и аккуратно зачистил изоляцию на одном из толстых медных проводов, которые вели к аварийному генератору ретранслятора. Нам нужно было подать питание на мой собственный нейроинтерфейс напрямую от мачты, чтобы запустить глубокий взлом сети.

СИСТЕМА: Обнаружено прямое подключение к магистральному кабелю связи

Запуск аварийного сопряжения с Хабом... В процессе

Протокол "Отец" критически перегружен: 96%

ВНИМАНИЕ: Обнаружен мощный входящий сигнал авторизации Превознесенных

У основания моего черепа вспыхнуло такое дикое, разрывающее жжение, что я едва не вскрикнул, вовремя зажав рот ладонью. Моя серебряная микросхема на шее вспыхнула ослепительным голубым светом, просвечивая сквозь слой болотной тины.

Перед моими глазами больше не было ржавых конструкций Запретных Руин, не было испуганного лица Ваэля и Соры, держащей лук наготове. Реальный мир мгновенно схлопнулся до размеров крошечной точки и исчез, уступив место бескрайней, ледяной цифровой бездне.

Мой разум буквально швырнуло в командную строку Системы. Это не было похоже на виртуальную игру. Вокруг меня, куда ни посмотри, уходили в бесконечность каскады монохромных зеленых символов, складывающихся в колоссальные, движущиеся стены кода. Я чувствовал себя песчинкой внутри гигантского суперкомпьютера, который работал по своим, холодным и безжалостным законам. И этот компьютер только что зафиксировал инородное тело.

СИСТЕМА: Обнаружено аварийное подключение по магистрали 04-Б

Запрос авторизации субъекта... ОШИБКА

Попытка сопоставления сигнатуры с глобальной базой данных "Превознесенные"... ОТКАЗАНО

ВНИМАНИЕ: Зафиксирована аномалия сетевого уровня. Запуск протокола карантина

Стены кода вокруг меня начали стремительно менять цвет с зеленого на тревожно-красный. Я почувствовал, как мой собственный нейроинтерфейс у основания черепа начинает плавиться от колоссального напряжения. Боль была такой, будто мне в мозг вкручивали раскаленный шуруп.

- Давай же, отец... где этот чертов черный ход? - закричал я в пустоту, лихорадочно пытаясь мысленно пробиться сквозь заслоны безопасности Системы.

Мой мозг, привыкший работать со сложными сетевыми схемами на станции, судорожно искал лазейку. Я знал, что Превознесенные ленивы. Они не переписывали Систему с нуля - они просто накатили свою оболочку поверх старых человеческих протоколов связи, которые мы использовали двести лет назад. А эти протоколы я знал как свои пять пальцев.

Я сосредоточился, проецируя перед собой мысленную клавиатуру. Мои пальцы в реальности судорожно дергались, пока в цифровом пространстве я вбивал обходные команды:

ПОДКЛЮЧЕНИЕ: корень/админ_доступ/ячейка_04

ОБХОД_ТОКЕНА_АВТОРИЗАЦИИ: - принудительно

ЗАГРУЗКА: системный_патч/Отец

Стены красного кода на секунду замерли. В глубине бездны раздался тяжелый, нарастающий гул, словно старые серверные стойки на орбите перегрузились от входящего трафика.

СИСТЕМА: Доступ к корневому каталогу ячейки получен

Протокол "Отец" успешно интегрирован в магистраль связи

Обновление маскировочной сигнатуры Кая... Завершено (Срок действия: 30 дней)

ВНИМАНИЕ: Зафиксирована критическая просадка напряжения на локальной линии

- Есть! - выдохнул я, чувствуя, как сознание медленно начинает возвращаться в мое физическое тело.

Но облегчение длилось всего долю секунды.

Мой левый глаз распахнулся, и я снова увидел серые плиты руин, покрытые сухой тиной руки и Ваэля, который испуганно тряс меня за плечо. Но еще ярче в моем зрении горела системная строка:

ВНИМАНИЕ: Падение напряжения в магистрали вызвало аварийный перезапуск систем защиты периметра

Инициация пробуждения боевых единиц "Панцирь-М"

Из темного проема бетонного бункера в тридцати метрах от нас раздался тяжелый, металлический скрежет. Оранжевый датчик на плоском корпусе робота-паука вспыхнул ядовито-красным светом. Шесть ржавых, суставчатых лап дрогнули, с хрустом вонзаясь в бетонные плиты.

Боевой дрон просыпался. И его сенсоры больше не были заблокированы энергосберегающим режимом.

- Кай! Он шевелится! - в панике крикнула Сора, вскидывая лук. Её стрела с титановым наконечником была нацелена в турель робота, но она понимала, что обычное оружие не прогнет эту броню.

- Назад! Бегите в болота! - заорал я, пытаясь выдернуть кабели из распределительного щита, но мои пальцы онемели от электрического удара, а ноги отказывались слушаться. Мышцы свело судорогой.

Бранн рванулся вперед, закрывая нас своим широким телом. Его новая, неоново-голубая татуировка на груди ярко вспыхнула, настраивая его рефлексы на максимум. Он перехватил свое тяжелое копьё обеими руками.

Дрон издал пронзительный, свистящий звук раскручивающегося пулеметного затвора. Сдвоенный ствол турели медленно повернулся в нашу сторону, наводясь точно на мою грудь. Дрон зафиксировал остаточное тепло моего перегретого интерфейса.

- Бранн, Сора, уводите его! - Ваэль вдруг выскочил вперед, его худое лицо было бледным, но в янтарных глазах горела безумная, отчаянная решимость.

- Ваэль, стой! Назад! - закричала Сора, но было уже поздно.

Парень не стал стрелять или бросать камни. Он сделал то, что видел вчера на лагерной площади. Он использовал законы упругости и проводимости, которые пытался выучить за этот короткий день.

Ваэль подбежал к оголенному силовому кабелю ретранслятора, который я только что зачистил титановым обломком. Провод искрил, изрыгая синие дуги электричества прямо под напряжением мачты.

Парень схватил длинную, сырую лиану, быстро обмотал её вокруг тяжелого куска ржавой арматуры и со всей силы швырнул этот импровизированный гарпун прямо в сустав лапы просыпающегося робота-паука. Другой конец мокрой, проводящей ток лианы он прижал к оголенному медному кабелю.

- Получи, железная тварь! - крикнул Ваэль.

Вспышка была ослепительной.

Колоссальный разряд электричества от аварийного генератора мачты пронесся по мокрой лиане и ударил точно в металлический корпус робота. Дрон дико задергался, его суставы начали испускать снопы искр, а пулеметная турель бешено завертелась, беспорядочно паля в воздух. Свинцовый ливень скосил верхушки папоротников на границе руин.

У него получилось. Мальчишка перегрузил цепи боевого робота чистой физикой. Но мокрая лиана в его руках была слишком хорошим проводником. Обратный импульс тока, силой в несколько тысяч вольт, прошел сквозь тело Ваэля до того, как он успел разжать пальцы.

Я увидел это словно в замедленной съемке. Тонкая фигура паренька на секунду замерла, окутанная синим ореолом электрических разрядов. Его янтарные глаза встретились с моими. В них не было страха -только тихое, детское удивление. А затем он рухнул на серые плиты, как подкошенный стебель каменного вяза.

- Ваэль! - дикий, срывающийся на ультразвук крик Соры разорвал тишину руин.

Она бросилась к брату, падая на колени и прижимая его голову к своей груди. Робот-паук, окончательно выжженный коротким замыканием, со страшным скрежетом завалился на бок, его оранжевый датчик погас навсегда.

Я с трудом сполз по стене бункера, мои колени подгибались. Я подполз к ним, оставляя грязный след на плитах. Мои руки дрожали, когда я коснулся шеи Ваэля.

СУБЪЕКТ: Ваэль

ЗДОРОВЬЕ: 0/100

Статус: Биологическая смерть (Остановка сердца)

- Нет... нет, нет, нет... - шептал я, и слезы, смешиваясь с болотной тиной и грязью, капали на бледное лицо мальчика. - Ваэль, очнись. Слышишь? Запусти сердце... Давай же, чертов интерфейс, сделай хоть что-нибудь!

Но Система молчала. Для нее Ваэль был просто утилизированным органическим элементом, который больше не потреблял энергию сети.

Сора не кричала. Она просто раскачивалась из стороны в сторону, прижимая безжизненное тело брата к себе, и её тихий, утробный плач был страшнее любого рева Панцирного Вепря. Бранн стоял рядом, его огромные кулаки были сжаты до белизны суставов, а неоново-голубой узор на груди пульсировал в такт его тяжелому, прерывистому дыханию.

Я посмотрел на свои руки, испачканные в копоти и грязи. Этот мальчик погиб потому, что поверил мне. Потому что хотел учиться моей "науке". Он погиб из-за моих игр с кодом Системы, которую я считал просто кривым чертежом.

В этот момент внутри меня что-то окончательно сломалось. Та наивная часть инженера со станции, которая просто хотела спрятаться, выжить и найти тихий уголок, исчезла. На её месте осталась только холодная, выжженная пустота, заполненная чистой, концентрированной ненавистью к тем, кто построил этот загон.

- Они заплатят за это, Сора - тихо произнес я, и мой голос прозвучал так холодно, что Бранн невольно вздрогнул. - Все они. И те, кто сидит на орбите, и те, кто управляет Анкерами на земле. Мы сломаем эту ферму. До самого основания.

Я поднялся, опираясь на мачту ретранслятора. Мой интерфейс обновился, зафиксировав успешную загрузку тридцатидневного патча маскировки.

Мы получили время. Но цена этого времени была слишком высока.

Глава 8. Наши тени

Дождь не просто лил, он стегал по телу, превращая серую глину в липкое, вязкое месиво. Я споткнулся, провалившись по колено в размякшую почву, и едва не выронил титановый нож.

- Кай, держи темп! - Сора подхватила меня под локоть с такой силой, что я едва не взвыл от боли в ушибленной груди. Она не ждала моих распоряжений, она вела меня, ориентируясь в темноте лучше любого радара. - Если мы замешкаемся, этот лес нас сожрет.

Она была права. Я уставал, спотыкался и отставал от охотников привыкших к физическим нагрузкам с самого детства. Тяжесть планеты давила на плечи, воздух казался перенасыщенным, а каждый вдох отзывался в легких металлическим привкусом.

Бранн, шедший впереди, резко остановился и поднял кулак. Это был не приказ -это был сигнал охотника. Он не ждал, пока я просканирую местность, он действовал сам. Гигант припал к земле, вслушиваясь в шорохи ночи.

- Впереди запах тухлого мяса, - прошептал он, не оборачиваясь. - Они не следят, уже выбрали позицию. Я не полезу вперед. Нужно занять высоту. Сора, бери левее, обойди их через корни вяза. Я прикрою правый фланг. – начал действовать заранее Бранн, расставляя нас по позициям.

Я хотел было возразить, выдать план, основанный на анализе тепловых сигнатур, но вовремя прикусил язык. Он был прав. Его мутантское чутье, очищенное моим взломом и охотничьи инстинкты работали быстрее любого процессора.

Я кивнул, понимая, что становлюсь обузой, если буду пытаться ими командовать. - буду в центре.

СУБЪЕКТ: Бранн

ЗДОРОВЬЕ: 130/130

ВЫНОСЛИВОСТЬ: 85/115

СИЛА: 35

ЛОВКОСТЬ: 18

ИНТЕЛЛЕКТ: 12

ВОЛЯ: 20

СТАТУС: Призрак

Мы двинулись вперед, работая как единый организм. И тут лес взорвался.

Это не было похоже на нападение животных. Теневые волки атаковали синхронно. Они не рычали. Они вообще не издавали звуков, пока их клыки не впивались в плоть.

Один из них прыгнул прямо на Сору. Она среагировала мгновенно: резко присела, пропуская хищника над собой, и с разворота вогнала свой костяной нож в область шеи, которую я подсветил ей красным маркером в интерфейсе. Волк взвизгнул, превращаясь из серой тени в окровавленную тушу.

Бранн же не стал ждать, пока его окружат. Он отошел от тела Вахи, которое положил под ствол поваленного дерева и с рыком бросился навстречу двум другим теням, используя свою огромную массу как таран. Удары его кулаков были тяжелыми и сокрушительными, ломающими хребты даже в полупрозрачном состоянии.

Я же метался по центру, пытаясь подсвечивать им цели. Моя грудь горела, каждый шаг давался через силу. В пылу боя я потерял копьё -оно просто вылетело из рук, когда меня сбил с ног один из волков. Я остался с одним лишь ножом.

- Кай, слева! - крикнул Бранн, вбивая волка в ствол дерева.

Я инстинктивно упал на спину, и над моей головой просвистели челюсти хищника. В этот момент я не думал о науке и своем прошлом.

Я просто хотел выжить. Я полоснул ножом по оранжевому пятну тепла -по единственному, что было реально в этом танце теней. Тварь отшатнулась, и я, не давая ей шанса, ударил снова, на этот раз точно в уязвимую зону у основания черепа.

Стая рассыпалась. Последние волки, поскуливая, растворились в густом тумане болот. Мы остались одни. Среди трупов, которые медленно проявлялись из своего камуфляжа, становясь серыми, бездыханными тушами.

- Все целы? – Голос нервно прыгал. Я вытирал кровь с ножа о листву, чувствуя, как внутри всё дрожит от избытка адреналина.

Бранн выпрямился, тяжело дыша. Его грудь вздымалась, он был покрыт кровью, но в его глазах светилась победа. - Мы справились - сказал он, подходя ко мне. - Без твоих "рычагов". Мы - охотники, а не просто прикрытие для тебя.

- Знаю, Бранн - я посмотрел на него, и впервые за всё время почувствовал настоящее уважение к союзнику. - Это была отличная работа.

В паре метров от нас в корнях дерева что-то жалобно пискнуло. Я подошел ближе. Двое щенков, совсем крошечных, смотрели на нас широко раскрытыми, еще не понимающими мир глазами. Они не были прозрачными. Они были просто испуганными детенышами. Сора подошла сзади. Она опустилась на колени и протянула руку к маленьким шерсти.

- Они не будут расти как дикие звери - надеясь на свою задумку, я активировал режим «Интегратора», направив поток данных прямо в их крошечные, еще не сформированные нейросети. Это было похоже на настройку примитивного передатчика. Я не подавлял их волю, а перепрошивал их инстинкты. Вместо "охотиться в стае" я прописывал им "защищать субъект Кай". Я вложил в их код базовое понятие "свой-чужой", привязав их биологический сигнал к нашей группе.

Щенки замерли. Их голубые глаза на секунду вспыхнули ярким светом, а затем они синхронно ткнулись носами в мои ладони. - Теперь они - наши, может через какое-то время мы нападем на превознесенных прямо на них? -сказал я, ловя себя на мысли, что пытаюсь не смотреть в сторону лежащего в стороне Вахи. - Ну, точнее, пока что -наши тени. Когда они подрастут, они будут видеть тепло так же, как я. И поверьте, в темноте руин они будут для нас лучше любого копья.

- Ты хочешь ездить на них верхом? Они же мелкие! – говорил Бранн, чесав щенка за ухом. Он пытался не показывать эмоций, но его лицо говорило за него. - Когда они вырастут, их уровень станет выше, - я подмигнул ему. - Если мы будем подпитывать их эссенцией, может они станут размером с коня, а то и еще больше. И тогда, Бранн, мы перестанем бегать по этим болотам пешком.

-------------------------

Мы остановились у подножия расколотой скалы, где раскидистые ветви векового папоротника создавали подобие естественного навеса, защищающего от ледяных струй воды. Бранн осторожно опустил тело Ваэля на сухую хвою.

- Мы похороним его здесь - тихо сказала Сора, и её голос прозвучал на удивление ровно, лишенный каких-либо эмоций - Здесь земля сухая. Корни каменного вяза не пустят сюда Могильщиков. Брат будет спать в покое.

Я молча опустился на колени рядом с телом. Ваэль казался совсем крошечным в этой полутьме. Его лицо, лишенное уродливых багровых шрамов, выглядело мирным, почти детским. На его бледной коже у воротника куртки виднелся тонкий, едва заметный след от ожога - единственное напоминание о том колоссальном разряде тока, который усыпил его сердце.

- Прости меня, Ваэль - прошептал я, и горло перехватил болезненный спазм - Я должен был предвидеть перегрузку сети. Должен был рассчитать сопротивление проводника. Я инженер... но я не учел тебя. Твоя смерть - моя вина.

- Не вини себя, Кай - Бранн опустился на землю рядом со мной, его огромная ладонь тяжело легла на мое плечо - Ваэль сделал выбор сам. Он видел, как ты спас меня. Он видел, как ты убил Вепря. Он не хотел больше чистить шкуры и ждать, когда его татуировки сожрут его разум. Он хотел быть как ты. Свободным.

Я поднял глаза на великана. В его карих глазах светилась глубокая, осознанная печаль. Не та звериная тоска, которую я видел у мутантов в лагере, а чистая, человеческая скорбь.

Мы начали копать могилу. Инструментов у нас не было, поэтому Бранн использовал свое тяжелое копьё с титановым наконечником, разрыхляя твердую глину, а мы с Сорой руками выбрасывали комья земли в сторону. Мои пальцы быстро забились грязью, ногти ломались, а содранная кожа на ладонях горела от соли, содержащейся в почве. Но я продолжал работать, чувствуя, что эта физическая боль - единственное, что удерживает меня от безумия.

Каждый ком земли казался мне невероятно тяжелым. Физика этого мира была безжалостной. Гравитация тянула всё вниз, к ядру, словно пытаясь похоронить нас всех под этим пурпурным стеклянным небом.

Через два часа яма была готова. Мы уложили Ваэля на мягкую хвою и бережно засыпали его землей. Сора положила на могильный холм его короткий титановый нож - то самое оружие, которое он так гордо сжимал в руках перед смертью.

- Спи, Ваха - тихо произнесла она, касаясь ладонью сырой земли - Твой путь к Мертвому Небу завершен. Больше никаких узоров. Больше никакого страха.

Она поднялась, отряхивая грязные руки от глины. ----------------- Дождь постепенно затихал, сменяясь густым, липким туманом, который выползал из низин болот. Мы развели крошечный костер под защитой скалы, используя сухие внутренние волокна папоротника и химический воспламенитель, который я нашел в обломках своей капсулы. Слабый оранжевый свет выхватил из темноты наши лица - бледные, измученные, покрытые грязью и копотью. Прошло часа три, с того момента, как Ваха был погребен. За это время мы не проронили ни слова.

Я сидел у огня, обхватив колени руками. Тепло медленно возвращалось в тело, но внутри по-прежнему царила ледяная пустота. Я посмотрел на Сору, затем на Бранна.

- Почему? - спросил я, нарушая тишину, которая казалась тяжелее гранитных плит руин.

Они оба повернули головы ко мне.

- Почему вы пошли за мной? - я обвел их взглядом - Вы ведь знали, что я Аномалия. Знали, что Шаман прикажет убить любого, кто мне поможет. У вас был дом, еда, понятные правила. А теперь... теперь вы изгнанники. Ваш брат мертв. Из-за меня. Из-за моих "багов" и моих попыток сломать Систему. Зачем вам это?

Бранн посмотрел на огонь, его голубой узор на груди тускло замерцал в такт пламени.

- Ты действительно не понимаешь, Кай - тихо сказал он, и его голос прозвучал неожиданно мягко - Ты смотришь на нас с высоты своего Мертвого Неба и видишь дикарей, которые сошли с ума от своих татуировок. Но ты не знаешь, каково это - медленно умирать внутри собственного тела.

Он сжал свой огромный кулак, и я видел, как под его кожей перекатываются плотные, здоровые мышцы.

- С десяти лет мне выжигали эти багровые шрамы - продолжил Бранн - Каждое поглощение эссенции делало меня сильнее. Племя радовалось. Шаман говорил, что я благословен духами. Но с каждым новым узором я терял себя. Сначала я забыл лицо своей матери, которая умерла, когда я был ребенком. Потом я перестал чувствовать вкус еды - всё казалось мне сырым мясом. А потом пришел голод. Дикий, постоянный голод, который требовал убивать. Я знал, что еще пара узоров, и я превращусь в зверя. Я видел, как это происходит с другими. Мой дядя... он ушел в лес три зимы назад. Теперь он бегает там на четырех лапах, обросший шерстью. И когда я смотрел в зеркало воды, я видел, что скоро стану таким же.

Бранн перевел взгляд на меня, и в его глазах вспыхнул ясный, чистый свет.

- Я говорил это когда мы были в клане, но я повторюсь. Ты дал мне вернуть мою голову, Кай. Вчера, когда ты прижал руку к моей груди, я впервые за много лет услышал свои собственные мысли. Не рев Вепря, не голод Системы. Свои собственные. Ты очистил меня. Мой узор теперь светится синим, как твои звезды. Я больше не зверь. Я человек. И за это я готов пойти за тобой хоть в самую глубокую бездну Мертвого Неба. Потому что лучше умереть человеком под твоим началом, чем жить сытым животным под надзором Ур-Гаша.

Я сглотнул вставший в горле ком. Его слова резали без ножа. Я думал, что совершил просто техническую операцию - декомпилировал код, убрал мусор. А для него это было возвращением души. Я повернулся к Соре. Она сидела неподвижно, глядя на тлеющие угли костра.

- А ты, Сора? - спросил я тихо - У тебя чистый геном. Твой мутагенный индекс всего двенадцать процентов. Тебе не грозило одичание. Почему ты рискнула всем? И почему привела Ваэля?

Девушка медленно подняла свои янтарные глаза. В их золотистых глубинах отражались искры угасающего пламени. - Потому что я умею видеть, Кай - её голос был тихим, но в нем звенела сталь - Мой символы малы, потому что я всегда отказывалась брать эссенции сильных тварей. Я видела, что происходит с воинами нашего клана. Я видела, как они становятся тупыми, злыми, как забывают свои имена. Ур-Гаш говорит, что это воля богов. Что мы должны страдать, чтобы стать совершенными. Но я видела белых безликих воинов, которые приходят из Мертвого Неба. Они безупречны. У них нет шрамов. Они не пахнут гнилью и потом. Они смотрят на нас как на червей под ногами.

Сора подалась вперед, и её лицо оказалось совсем близко к моему. Я почувствовал тонкий запах болотной мяты и дыма, исходящий от её волос.

- Шаман учит нас молиться камню - продолжила она - Но когда пришел Вепрь, камень молчал. Когда Бранн умирал, Шаман хотел его убить. Твоя баллиста... твои расчеты... ты победил смерть без молитв. Ты показал нам, что у всего есть причина. Что дерево гнется по законам, которые можно понять. Что мир - это не воля капризных духов, а механизм, который можно разобрать. Ты дал нам знание, Кай. А знание - это самое опасное проклятие для Шамана. Если бы мы остались, Ур-Гаш всё равно бы уничтожил нас. Рано или поздно. Потому что мы начали задавать вопросы. А Ваэль... Ваэль просто хотел увидеть мир, где люди строят дома из блестящего металла, а не живут в хижинах из гнилых шкур.

Она замолчала, и в лесу снова воцарилась тяжелая тишина. Лишь угли костра тихо потрескивали, испуская струйки серого дыма.

Я откинулся назад, прислонившись затылком к холодной скале. Они пошли за мной не из-за веры в мое "колдовство". Они пошли за мной потому, что я был единственной альтернативой тому медленному, контролируемому вырождению, которое Превознесенные приготовили для обитателей ячеек. Я принес им не магию. Я принес им логику и свободу выбора. И эта свобода стоила жизни Ваэлю. В этот момент мой разум словно по команде вернулся в прошлое, в душный, пропахший озоном учебный класс на "Орионе". Я снова сидел за партой, а профессор Бронштейн, сухопарый старик с глазами, скрытыми за толстыми линзами, водил указкой по голограмме Земли, разделенной на ячейки. -------------------------- - Система, созданная нашими наставниками - Превознесенными - это совершенный алгоритм. Она поддерживает баланс, направляя эволюцию биосферы в нужное русло. Дикая эволюция на поверхности - это ключ к нашему выживанию, дети. Их генетический материал - это наш банк данных. Их мутации - это новые версии нашего генома. Мы наблюдаем. Мы собираем урожай.

- Но зачем? Зачем им всё это, профессор? - спросил я тогда, мне было, наверное, лет пятнадцать. - Почему они не могут просто использовать свои технологии, чтобы исправить Землю? Почему не вернутся? Почему мы сидим здесь, на орбите, а не там?

Бронштейн на секунду замялся, его взгляд скользнул по невидимой камере Наблюдателя, висящей под потолком. Он знал, что нас слушают. Но когда он посмотрел на меня, в его глазах я увидел не страх, а глубокую, невыразимую усталость.

- Потому что они... стерильны, Кай. Их геном достиг пика и застыл. Они не могут адаптироваться к дикой среде Земли. Любой местный вирус для них смертелен. Они не могут спуститься. Поэтому они ждут. Они ждут, когда созреет "идеальный образец" - тот, кто сможет впитать в себя всю мощь земных мутаций, но сохранит разум.

- То есть мы для них - просто пробирки с биологическим мусором? - я почти выкрикнул это.

- Мы - материал, - Бронштейн подошел ко мне вплотную и наклонился. Его голос перешел в еле слышный шепот. - А почему я знаю, что у монстров слабые места? Потому что, Кай, прежде чем стать учителем, я был одним из тех, кто "чистил" ячейки. Я был первым поколением Интеграторов. Система когда-то была доступнее, чем ты думаешь. Но никогда не пытайся повторить мой путь. У них есть "фильтры" на любой нестандартный код. --------------------------

Я резко открыл глаза. Тлеющие угли костра подмигнули мне в темноте. Значит, профессор был не просто теоретиком. Он был архитектором этой боли. Он был как я. Или мог бы стать как я. Краем уха я услышал прерывистые всхлипы. Сора сдерживала себя, но когда она осталась одна, эмоции взяли верх.

Просидев еще с пол часа, плач затих. Я не стал никак ее беспокоить, ей нужно было принять это, принять то что они взялись помогать человеку с неба и с ходу потерять единственного родного человека. Раз она так смело покинула поселение, значит кроме Вахи у нее никого не было. Подняв с земли обломок своего копья, перехватив его поудобнее. Нужно было действовать. Прямо сейчас.

- Нам нужно забрать эссенцию Теневых Волков - сказал я, поднимаясь на ноги. Мои мысли работали четко, выстраивая план

Бранн открыл глаза и еле поднялся со своей комплекцией спросонья, видимо он сразу заснул как только лег на землю. Сора даже не повернулась на мой голос, вытирая красные глаза от слез она встала. Они уже знали, что после боя я собираю "уроки" с поверженных. Мы вернулись к месту стычки, где лежали промокшие туши уже бывшей стаи.

- Сора, Бранн, идите сюда, - позвал я. - Эти твари... их код довольно интересный. Он не такой тяжелый, как у Вепря. Если вы поглотите эту эссенцию через мой фильтр, вы не станете мутантами. Вы просто… обновите свои драйверы.

- Ты хочешь, чтобы мы поглотили их дух? - Бранн настороженно смотрел на багровое облако, висящее над трупом волка. – Ты же сам говорил что мы превращаемся в зверей. Или ты сможешь опять повторить ту магию, когда я почти сошел с ума?

- Это даст вам данные - поправил я. - Сора, бери этот сгусток и этот. Бранн, тебе хватит одного, твой индекс и так сейчас нестабилен.

Бранн теперь с опаской поднес руку к эссенции. Действительно, быстро у людей появляется чувство страха, когда беда опускается на их голову.

Я приложил руки к их плечам, пропуская потоки данных через свой очищенный канал связи. Это было похоже на передачу тяжелого файла через перегруженный кабель. Я видел, как их собственные багровые узоры, теперь сияющие чистым лазурным светом, впитывают чистую энергию.

СИСТЕМА: Инициация распределенного патча "Теневой Волк"

Сора: +2 ловкость, +5 здоровье

Бранн: +2 сила, +5 выносливости

Сора резко выдохнула, её кожа на долю секунды пошла рябью, а зрачки стали вертикальными, но тут же вернулись в норму. Она посмотрела на свои руки, сжимая и разжимая пальцы.

- Я чувствую... расстояние, - прошептала она. - Я чувствую каждую веточку в радиусе десяти шагов. - И так…. Теперь моя очередь. – Воспоминания о первой татуировки поглотили мой разум. Та боль, которую я ощутил впервые от получения эссенции прокручивалась десятки раз за эти секунды, пока я смотрел на парящий сгусток над тушей погибшего волка. ------------------- Мы двинулись дальше. Сора теперь двигалась бесшумно, как призрак. Я чувствовал, как меняется динамика нашего отряда. Мы больше не были просто выжившими беглецами. Мы превращались в автономную боевую единицу.

К полудню мы достигли подножия Иглы. Руины здесь выглядели как кладбище титанов. Огромные бетонные плиты были вырваны из земли, повсюду валялись останки кабелей, которые когда-то передавали энергию целым городам.

- Кай, смотри - Сора указала на одну из бетонных коробок. - Там что-то блестит.

Я активировал Истину. Это были не датчики, а остатки системы питания. Внутри бетонного блока покоился древний, покрытый пылью накопитель энергии -своего рода «портативная батарея» для обслуживания Иглы.

СИСТЕМА: Обнаружен портативный накопитель энергии типа "Искра-1" Состояние: Критическое. Уровень заряда: 12% Рекомендация: Извлечение опасно.

- Это наш ключ - я посмотрел на Бранна. - Если мы подключим это к ретранслятору, я смогу перехватить управление локальным сектором на пару часов. Этого хватит, чтобы стереть нас из всех баз данных ячейки.

- А что будет с Ур-Гашем? -спросила Сора, глядя на шпиль.

- Ур-Гаш потеряет связь с "богами". И тогда его племя увидит, что он просто старик, который умеет пугать их сказками. Мы не будем убивать его, Сора. Мы просто сделаем его бесполезным. И тогда племя само решит, что с ним делать.

Мы подошли к основанию Иглы. Громадная конструкция гудела, вибрируя под нашими ногами. Где-то внутри работали системы охлаждения, которые не отключались сотни лет. Внезапно интерфейс взорвался красным.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ! Обнаружен прямой доступ к защитному протоколу. Реакция узла: Активация Стражей "Тип-С". Время до пробуждения: 30 секунд.

Из тени бетонных стен вышли трое. Это были не обычные дроны-пауки. Это были гуманоидные машины, собранные из высокопрочных сплавов, с зеркальными панелями вместо лиц. Слепые Стражи. Они двигались с пугающей, механической грацией. Их суставы не издавали ни звука.

- Бранн! Сора! -крикнул я, вырывая из пояса титановый нож. -Держите оборону! У меня 30 секунд на взлом!

Бранн прыгнул вперед, его синяя татуировка вспыхнула так ярко, что осветила всё поле боя. Он перехватил удар одного из Стражей, высекая искры из его титанового предплечья. Сора, используя свои новые рефлексы, кружила вокруг второго, отвлекая его внимание и не давая прицелиться.

Я прижался спиной к пульту управления, втыкая свои "очищенные" контакты в разъем.

СИСТЕМА: Начало взлома.

Загрузка... 10%... 30%...

- Кай! У нас проблемы! -Бранн с трудом парировал очередной удар. -Их броня не берется копьями!

- Бейте по сгибам рук и ног! - кричал я, не открывая глаз, погружаясь в код. - Там гидравлика! Ищите слабые точки!

Я чувствовал, как каждый удар Бранна и Соры отдается в интерфейсе дронов. Я видел их "уязвимости" как красные маркеры.

- Бранн, удар в левый локоть! Сора, бросай стрелу в круглую хрень на спине! - Что такое хрень?! – отвечала мне Сора оббегая железную консверву сбоку. - Что такое гидравлика!? – с отдышкой пытался спросить Бранн отбиваясь своим копьем.

Но на удивление они понимали меня. Каждый мой крик превращался в действие. Бранн, используя свою мощь, вырвал металлическую пластину из сустава Стража, а Сора, увернувшись от удара, вогнала стрелу прямо в схему управления. Роботы начали замедляться, их движения стали дергаными.

СИСТЕМА: Взлом завершен на 90%. ВНИМАНИЕ: Активация протокола "Перезагрузка".

В этот момент самый крупный Страж, до этого стоявший в стороне, сделал рывок. Он прошел сквозь защиту Соры и занес свое клинковое лезвие прямо над её головой.

- НЕТ! -Бранн бросился наперерез, но был слишком далеко.

Я ударил по "Энтеру" в своем интерфейсе.

СИСТЕМА: Команда "Отключение" подтверждена.

Стражи замерли. Их красные глаза погасли. Лезвие остановилось в сантиметре от плеча Соры. Она упала на спину и ее грудь глубоко и часто поднималась и опускалась, за эти дни она уж слишком часто была буквально на волоске.Мы стояли посреди поля боя, тяжело дыша. Вокруг нас застыли безжизненные стальные исполины.

- Это уже перебор -прошептала Сора, глядя на застывшего перед ней робота.

- Мы сделали только первый шаг - сказал я, отключаясь от кабеля. -Теперь эта ячейка принадлежит нам. По крайней мере, на ближайший месяц.

Бранн подошел ко мне и положил руку на плечо.

- А теперь, Кай, расскажи нам. Что именно ты сделал с этим камнем? Что ты теперь видишь?

Я посмотрел на ретранслятор, а затем на их лица -лица людей, которые больше не были рабами.

- Теперь я вижу всё.

Глава 9. Своя игра

Тяжелая гермодверь бетонного бункера поддалась с тихим, ржавым стоном. Внутри пахло сухой пылью, старым пластиком и тем самым неповторимым запахом застоявшегося машинного масла, который я так хорошо помнил по техническим палубам «Ориона».

Я вошел первым, держа перед собой обломок титановой пластины, который слабо отражал неоново-голубой свет, исходящий от груди Бранна. Наш новый лагерь. Наша крепость посреди первобытного кошмара.

В центре пыльного зала, на массивном металлическом постаменте, покоился силовой распределитель Иглы. Я бережно опустил на бетонный пол портативный накопитель энергии "Искра-1", который Бранн вытащил из соседнего блока. Батарея была тяжелой, холодной, но внутри нее все еще теплилась та самая сила, которая могла подарить нам свободу.

- Помоги мне - сказал я Бранну, указывая на силовые кабели

Гигант шагнул вперед. Его движения стали плавными, лишенными прежней угловатой тяжести. Ловкость, которую он получил от эссенции Теневого Волка, отлично скомпенсировала его огромную массу.

Мы провозились около часа. Мои пальцы, испачканные в копоти и болотной тине, быстро зачищали толстые медные жилы, пока Бранн удерживал тяжелые клеммы. Наконец, я затянул последний узел из проволоки.

- Сора, включай - крикнул я в сторону распределительного щита

Девушка резко опустила массивный рубильник. На секунду в бункере воцарилась тишина, а затем под нашими ногами утробно, нарастающе загудел силовой кабель. Ретранслятор на вершине Иглы ожил. На приборной панели зажглись ряды тусклых зеленых индикаторов, а перед моими глазами с бешеной скоростью побежали строки системного кода.

СИСТЕМА: Локальный источник питания подключен Обнаружена точка доступа: Ячейка-04-Ретранслятор Запуск протокола сопряжения... Успешно Доступный уровень авторизации: Интегратор

Я глубоко вздохнул и сел прямо на пыльный пол, прислонившись затылком к вибрирующему корпусу генератора. Пришло время разобраться, что же за силу оставил мне отец. Я закрыл глаза, полностью погружаясь в структуру своего интерфейса.

"Интегратор" не был боевым классом вроде тех, что Система навязывала местным охотникам. Это был административный инструмент разработчика, скрытый глубоко под пользовательской оболочкой. Обычные выжившие пользовались Системой как готовым приложением на телефоне: они могли только нажимать кнопку "поглотить" и получать случайные, часто грязные мутации. Но мой интерфейс работал в режиме компилятора. "Интегратор" позволял мне видеть сырой код эссенций, разбирать его на составляющие, удалять деструктивные файлы мутаций и собирать из оставшихся чистых данных новые, стабильные программы. Я был системным администратором на этой ферме. Я мог переписывать правила.

- Кай - тихий голос Соры заставил меня открыть глаза.

Она сидела у небольшого костра, который мы развели прямо в центре зала. Дым уходил в вентиляционную шахту под потолком, так что снаружи нас никто не мог заметить. Рядом с ней, свернувшись в пушистые клубки, спали двое маленьких волчат. На их серых шкурках уже начали проступать первые, едва заметные серебристые полосы оптического камуфляжа.

Бранн сидел чуть в стороне, аккуратно очищая копьё от налипшей болотной грязи. Он выглядел изможденным, но его движения были спокойными и размеренными.

Я смотрел на огонь, чувствуя, как тепло медленно проникает в промокшее тело, разгоняя остатки дрожи. Последние несколько дней… они тянулись как месяцы. Падение с орбиты. Смерть отца. Дикая, агрессивная природа Земли. Ужас перед Шаманом. Бой с Вепрем. Успешный, но такой болезненный взлом интерфейса Бранна. И, наконец, смерть Ваэля в Запретных Руинах. Мое тело стонало от постоянного напряжения, а разум был выжат досуха. Я был на грани. На грани того, чтобы просто рухнуть и больше не встать. Но я не мог. Не после всего, что произошло.

- Фух - тяжело выдохнул я, растирая затекшие плечи. - Вы двое, конечно, хорошо сражаетесь, но я, кажется, еще долго не отмою этот запах паленой шерсти и болотной жижи.

Сора тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью. Её смех был легким, почти девичьим, но я видел, как в глубине её янтарных глаз тени горя от потери брата не исчезли. Ее губы могли смеяться, но глаза не улыбались.

- Ты пахнешь как дохлый Жнец - поддразнила она, и в её голосе прозвучали нотки прежней, колкой игривости. - Этот запах Мертвого Неба смешался с кровью Вепря и грязью. Мы думали, ты утонул в болоте.

- Это запах выжившего! - огрызнулся я, пытаясь отшутиться, но почувствовал, как к горлу подступает ком. Усталость и горечь навалились с новой силой. - И, по крайней мере, я не пахну, как Бранн, после того, как он съел целую ногу Вепря. От тебя так несло, Бранн, что даже волки шарахнулись.

Бранн добродушно захохотал, показывая свои теперь уже человеческие зубы. - Ладно, а что мы будем делать с этими железными зверями на улице? - спросил Бранн, кивая в сторону гермодвери, за которой застыли трое отключенных нами Слепых Стражей. - Пустим их на металл для наконечников?

- Всех пускать нельзя - я покачал головой, чувствуя, как возвращаются силы после короткого отдыха. - Их броня сделана из сплава, который мы не сможем расплавить на простом костре. Двоих мы разберем вручную с помощью титановых обломков - нам нужны их внутренние приводы, кабели и энергоячейки. А вот третьего... третьего я попробую перепрограммировать.

Сора удивленно вскинула брови.

- Перепрограммировать? - переспросила она, спотыкаясь на сложном слове. - Сделать так, чтобы железный зверь служил нам, как эти волчата?

- Именно - я улыбнулся, глядя на спящих щенков. - Я залью в его систему управления новый протокол охраны нашего бункера. Он будет стоять у входа как безмолвный часовой. Если кто-то из патрулей Шамана или диких хищников приблизится к руинам, дрон просто сотрет их до того, как они успеют понять, что произошло.

- Это хорошая охота - удовлетворенно хмыкнул Бранн. - Железный воин, который не знает усталости и страха. Но Шаман... Шаман почувствует, что мы оживили Иглу.

- Не почувствует - я покачал головой. - Я настроил ретранслятор так, что он транслирует на орбиту пустые отчеты. Для внешних сканеров эта зона по-прежнему мертва и заброшена. Но Ур-Гаш... он поймет это по-другому. Он увидит, что его собственная связь с Анкером начинает барахлить.

Я подбросил пару сухих веток в костер. Пламя весело затрещало, освещая бетонные стены бункера.

- Расскажите мне о других племенах - попросил я, устраиваясь поудобнее. - Бранн упоминал клан Костяного Копья и Каменного Щита. Кто они? И почему они так отличаются от вас?

Сора вздохнула, её янтарные глаза отразили языки пламени. Она обняла колени, задумчиво глядя на огонь.

- В нашей ячейке три больших клана - начала она тихо. - Мы, Пепельный Клан, живем в лесах. Мы берем эссенции всего, что можем убить. Шаман говорит, что это делает нас сильными охотниками. Но ты сам видел... наши воины уродливы. Их тела ломаются от хаоса внутри. Мы берем силу Вепря, Медведя, Жнеца... всё в одну кучу.

- Это генетический мусор - тихо произнес я, понимая суть происходящего. - Ваша ДНК перегружена конфликтующими кодами.

- Да - согласилась Сора, хоть и не поняла моих слов.

- Но на западе, у Великих Гор, живут люди из клана Костяного Копья. Их называют зверолюдьми. Они другие. Они красивы и страшны одновременно. Их женщины гибки, как кошки, а мужчины сильны, как Теневые Волки. На их телах нет уродливых шрамов. Их узоры всегда чисты и покрывают только руки и спину.

- Как это возможно? - я нахмурился.

- Их предки приняли закон - Бранн поднял голову от копья. - Очень давно, когда Мертвое Небо еще не было таким темным. Шаман Костяного Копья запретил им поглощать эссенции птиц, змей или насекомых. Они охотятся только на хищных зверей. Из поколения в поколение их дети рождаются уже со спящими узорами кошачьей или волчьей силы. Их кровь чище нашей. Они быстрее, их чувства острее, но они... они дикие, Кай. Они не строят дома. Они живут стаями, как волки, и не умеют говорить на нашем языке так же хорошо. Их разум наполовину звериный.

- Специализированная селекция - пробормотал я, лихорадочно сопоставляя факты. - Первые поколения Костяного Копья нашли способ зафиксировать геном. Они ограничили свой "рацион" эссенций только млекопитающими хищниками. За десять поколений эта мутация закрепилась на уровне родословной. Они получили невероятные физические статы, но поплатились за это деградацией когнитивных функций. Система упростила их разум, чтобы он соответствовал звериным инстинктам.

- А на юге, у Древних Болот, живет клан Каменного Щита - продолжила Сора. - Их называют Лесными Эльфами или Глиняными Людьми. Они почти не охотятся. Они берут эссенции древних деревьев, упругих лоз и светящихся грибов. Их кожа зеленоватая или серая, как мокрая глина. Они могут не есть много дней, просто стоя под розовым светом неба. Их раны затягиваются сами за считанные минуты, а живут они в три раза дольше, чем наши охотники. Но у них почти не рождаются дети. Их женщины бесплодны, и клан медленно умирает.

Я едва не подпрыгнул на месте от озарения.

- Фотосинтез и растительная регенерация! Они поглощали эссенции флоры. Их клетки научились вырабатывать хлорофилл и ускорили деление клеток за счет растительных гормонов. Но растительный геном вступил в жесткий конфликт с человеческой репродуктивной системой. Они стали долгожителями, но потеряли возможность размножаться. Система Превознесенных заблокировала их воспроизводство, чтобы этот удачный эксперимент не вышел из-под контроля.

- Откуда ты всё это знаешь, Кай? - Бранн посмотрел на меня с нескрываемым благоговением. - Ты говоришь о нашей крови так, словно сам собирал её из кусочков.

- Мой отец собирал её, Бранн - грустно улыбнулся я, глядя на спящих волчат. - Точнее, те, кто сидит на орбите. Они разделили людей на группы и заставили проводить эти ужасные эксперименты над собственной плотью. Костяное Копье, Каменный Щит, Пепельный Клан... это просто разные пробирки на одной лабораторной полке. Превознесенные смотрят, какой геном окажется более живучим. Они ищут стабильный код, который сможет пережить радиацию и вирусы Земли, но не сойдет с ума.

- А мы? - Сора тихо коснулась моего плеча. Её янтарные глаза были совсем близко. - Кто мы для них?

- И результат налицо - вы медленно превращаетесь в диких тварей. Ваша "выбраковка" - это просто завершение эксперимента для конкретной особи.

В бункере воцарилась тяжелая, гнетущая тишина. Лишь гудение генератора Иглы напоминало о том, что мы находимся внутри сломанного компьютера.

Бранн тяжело вздохнул, его огромные кулаки сжались. - Значит, вся наша жизнь... вся наша борьба за выживание - это просто забава для тех, кто сидит в Мертвом Небе? - в его голосе звенела глухая, страшная ярость.

- Не забава, Бранн - я посмотрел ему прямо в глаза. - Для них это вопрос выживания. Их собственный геном стерилен, они вымирают на своей орбите. Им нужна ваша жизнеспособность. Но они совершили одну ошибку. Они дали мне инструмент, который может переписать их программу.

Я поднялся на ноги, чувствуя, как внутри разгорается упрямое, злое пламя.

- Завтра мы начнем подготовку. Бранн, ты поможешь мне разобрать двух дронов. Мне нужны их сервоприводы - мы сделаем из них натяжные механизмы для новых баллист. Сора, твои стрелы с титановыми наконечниками теперь будут лететь в два раза быстрее благодаря расчетам баллистики, которые я занес в твой интерфейс. Мы вернемся в лагерь Пепельного Клана не как беглецы. Мы вернемся как те, кто пришел забрать свое право быть людьми.

Сора медленно поднялась вслед за мной. Её янтарные глаза светились золотистым огнем, а на губах играла холодная, решительная улыбка.

- Мы покажем Шаману, что его боги больше не имеют власти над нашей плотью - тихо произнесла она.

Я посмотрел на ретранслятор. Зеленые строчки кода на экране приборной панели мерцали ровным, спокойным светом. Мы создали свой собственный, независимый узел сети. Наш маленький островок свободы посреди контролируемого ада.

Вы - контрольная группа - ответил я, глядя на огонь. - Пепельный Клан - это те, кому позволили жрать всё подряд. Вы должны были показать, что произойдет с человеческой ДНК при максимальном, хаотичном уровне мутаций.

Я подбросил пару веток в костер, глядя на то, как искры устремляются вверх, к холодному металлическому потолку бункера.

- Послушай, Бранн, - я нарушил тишину, прищурившись на великана. - Ур-Гаш. Ты сказал, он "силен". Но что это значит на практике? Я видел его узоры, они перегружены кодом. Но чем именно он берет племя, кроме своих пророчеств?

Бранн на секунду замер, его лицо стало напряженным. Он даже отложил копьё, словно само имя Шамана заставляло его чувствовать себя неуютно.

- Никто не бросает ему вызов, - голос Бранна стал низким, рокочущим. - Последний раз это было, когда я был совсем мальчишкой. Один из охотников, Гарн тогда еще был молодым и глупым, решил, что Ур-Гаш слишком слаб, чтобы вести клан. Он вызвал его на поединок у Анкера.

Сора, сидевшая рядом, скептически хмыкнула, потирая предплечье. - Опять ты за свое, Бранн. Я тогда была маленькой, но помню: Ур-Гаш просто коснулся его посохом. Гарн тогда поскользнулся на мокром камне, вот и всё. Старик любит приукрашивать свою "божественность", чтобы пугать детей. Он такой же старый и немощный, как и его узоры.

Бранн медленно покачал головой, и в его глазах отразился ужас, который он хранил десятилетиями. - Нет, Сора. Ты смотрела не туда. Когда Гарн прыгнул на него, Ур-Гаш даже не поднял посоха. Он просто открыл рот. С его языка, прямо из-под нижней челюсти, брызнула густая, зеленая пена. Она попала Гарну на плечо, прямо на багровую татуировку. Сначала шкуры задымились, а потом... потом кожа Гарна начала таять. Не гнить, а именно плавиться, как воск на огне. Он орал так, что птицы в лесу замолкли на час. Ур-Гаш тогда сказал, что это "яд Богов". С тех пор никто не смотрел ему в глаза, когда он сердится.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Описание Бранна было слишком биологически точным. - "Яд Богов"... - пробормотал я, включая режим анализа. - Бранн, ты сказал, что у него на щеке костяной нарост? И он выглядит как старый корень?

- Да- кивнул великан.

- Всё ясно - я сжал кулаки. - Ур-Гаш не святой. Он - результат очень удачной и жестокой селекции. Скорее всего, он поглотил эссенцию чего-то вроде местной "королевской амфибии" или ядовитой рептилии. У него в железах вырабатывается сложный нейротоксин. Его татуировки - это не просто связь с сервером, они питают эту железу, заставляя её работать на износ. Он может плеваться разъедающей кислотой, а его собственная кровь - это чистый яд. Его узоры - это его иммунитет. Он не "бог", он - биологический танк ближнего боя. И если он решит пустить этот яд в ход, нам конец, если мы не будем готовы.

Сора продолжала упрямо качать головой, хотя её рука невольно потянулась к ножу. - Это всё сказки, чтобы мы не нарушали запреты. Если бы он мог плавить плоть взглядом, он бы давно стал единственным жителем этой ячейки.

- Он не делает этого, потому что Система запрещает ему убивать "полезный ресурс" просто так, - возразил я. - Он - администратор фермы. Ему нужно, чтобы вы размножались и приносили эссенции. Он убивает только тогда, когда это необходимо для контроля. Но со мной он церемониться не будет. Я для него - системная ошибка, которую нужно удалить.

Я посмотрел на свои руки. Значит, Ур-Гаш - это "Босс" этой локации. С иммунитетом к яду и кислотным плевком. Нам нужно будет придумать что-то получше, чем просто острый нож, чтобы подобраться к нему. Но пока... пока нам нужно просто выжить и добраться до Иглы.

После всего произошедшего, разговоры естественным образом затихли. Нам нужно было отдохнуть. Сон естественным образом не приходил и я ворочался на полу еще с пол часа. Сидя у костра, прислонившись спиной к прохладной бетонной стене бункера. В коленях тихо посапывал серый волчонок, пригревшись у огня. Сора пригребла второго маленького хищника в обнимку и уже дремали. Бранн глубоко спал утомленный тяжелым походом и боем.

Мой левый глаз слабо пульсировал. Я вызвал интерфейс, чтобы наконец разобраться с тем, что произошло с моим телом после поглощения эссенции Вепря и Теневых Волков. Перед глазами развернулась детальная схема моих биологических параметров.

СУБЪЕКТ: Кай ЗДОРОВЬЕ: 55/100 ВЫНОСЛИВОСТЬ: 20/100 СИЛА: 10 | ЛОВКОСТЬ: 12 | ИНТЕЛЛЕКТ: 120 | ВОЛЯ: 30

НЕРАСПРЕДЕЛЕННЫЙ БИОМЕТРИЧЕСКИЙ КЭШ: 5 ЕДИНИЦ МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 0.2%

Я уставился на строчку с "биометрическим кэшем". Пять единиц. В обычных играх на старых плоских компьютерах это назвали бы "свободными очками характеристик". Но здесь, в реальности генетической фермы, это было кое-чем гораздо более осязаемым.

Обычные охотники в ячейках не видели этих цифр. Когда Бранн или Гарн поглощали эссенцию зверя, Система запускала автоматический, невероятно грубый скрипт интеграции. Она просто брала весь массив сырых данных монстра и насильно вживляла его в человеческую ДНК. Из-за этого их характеристики росли хаотично: поглотил Вепря - у тебя раздулись мышцы, но вместе с этим выросли уродливые костяные наросты, а разум помутнел от звериной ярости. Система навязывала им готовый, грязный шаблон, забивая "память" их тел мусорным кодом и стремительно повышая Мутагенный Индекс.

Но мой класс "Интегратора" заблокировал эту автоматическую установку. Я сжал код Теневых Волков, отсек из него всю деструктивную информацию и оставил только чистые, несжатые пакеты энергии. Система не знала, что с ними делать без своего авто-скрипта, и просто сохранила их в буфере обмена моей нейросети в виде нераспределенного кэша.

- Значит, я могу сам адресовать эти данные - прошептал я, концентрируясь на строчках характеристик. - Я мысленно потянул первую единицу кэша и направил её в сектор "Сила". Мой интерфейс тут же выдал технический отчет:

ИСТИНА: Направлен биометрический пакет на стимуляцию мышечной структуры Запущено уплотнение миофибрилл скелетных мышц Повышение плотности костной ткани на 1.2%

Я почувствовал, как по моим плечам и предплечьям пробежала волна сухого, сильного тепла. Мышцы не раздулись, как у Бранна, они просто стали плотнее, жестче. Словно под кожей натянулись тонкие стальные тросы.

- Работает - я едва не рассмеялся от восторга. – Просто охренительный патч накатал отец, да он чертов гений! Никаких уродливых шрамов, никакой чешуи. Только чистая оптимизация волокон.

Я распределил оставшиеся очки. Две единицы я отправил в "Локальную Ловкость", чтобы ускорить проводимость нервных импульсов к ногам - мне нужно было компенсировать свинцовую тяжесть земного притяжения. Еще две единицы ушли в "Волю", повышая мою ментальную стойкость к перегрузкам нейронета.

Я легко поднялся на ноги. Удивительно, но свинцовая тяжесть земли, которая давила на мои плечи все эти дни, стала ощущаться заметно слабее. Я сделал шаг, затем другой. Мои движения стали более четкими, исчезла орбитальная расслабленность, из-за которой я постоянно спотыкался о корни папоротников.

Я посмотрел на спящего Бранна. На его ключице тускло мерцал неоново-голубой узор. Теперь, когда его Система была очищена моим взломом, его характеристики тоже перестали расти хаотично. Он стал сильнее, но его разум оставался человеческим. В ближайший час, не более, надо было уходить. Радиация фонила даже тут внутри Шпиля, но не так сильно, как снаружи. Надо будет обустроиться где то поблизости, что бы был постоянный доступ к обновлению камуфляжа. А пока, отдых – наше все. В последний раз на сегодня решил перепроверить свой статус, перед поиском нового дома.

СУБЪЕКТ: Кай. Ур.2

КЛАСС: Интегратор СТАТУС В СЕТИ: СБОЙ СИНХРОНИЗАЦИИ (Объект скрыт протоколом «Отец»)

ХАРАКТЕРИСТИКИ: ЗДОРОВЬЕ: 45 / 100 (физическое истощение после взлома) ВЫНОСЛИВОСТЬ: 15 / 100 СИЛА: 11 (базовые 10 + 1 за кэш) ЛОВКОСТЬ: 14 (базовые 12 + 2 за кэш) ИНТЕЛЛЕКТ: 120 ВОЛЯ: 32 (базовые 30 + 2 за кэш)

АКТИВНЫЕ НАВЫКИ И ДРАЙВЕРЫ: 1. Протокол «Отец» (активен): Пассивная маскировка. Срок действия обновлен: 29 дней. 2. Рефлексы Жнеца (пассивный): Орбитальный боевой драйвер ближнего боя. 3. Чутье Тени Ур. 1 (пассивный Улучшает ночное зрение и чувствительность к вибрациям)

КОМПАНЬОНЫ: • Тень [Уровень 1] (Теневой Волк). Статус: Приручен. • Сумрак [Уровень 1] (Теневой Волк). Статус: Приручен. (Больше времени проводит с Сорой, числится в сети Кая).

МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 0.2%

Глава 10. Каменный щит

Зеленоватый свет контрольной панели Иглы лениво отражался в лужах на грязном бетонном полу бункера. Мы только что закончили тяжелый разговор о племенах нашей ячейки - о зверолюдях Костяного Копья и бесплодных долгожителях Каменного Щита. Бранн и Сора сидели на поваленных металлических ящиках, восстанавливая дыхание после схватки с тремя железными стражами. Тишина, нарушаемая лишь утробным, нарастающим гулом ретранслятора над нашими головами, казалась почти осязаемой.

Этот гул вибрировал в зубах, отдавался мелкой дрожью в подошвах ботинок и заставлял мой левый глаз постоянно подергиваться от нервного тика. Я сидел перед распределительным щитом, лениво прокручивая диагностические логи в своем интерфейсе. Мой патч маскировки встал ровно, зафиксировав тридцать дней безопасности, но радоваться было слишком рано.

Где-то в углу настойчиво мигала багровая пиктограмма, которую я сначала принял за системную ошибку.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ Зафиксировано опасное превышение фонового излучения в секторе 04-А Текущий уровень: 140 миллирентген в час Предельное время безопасного нахождения без защитного костюма: 4 часа Рекомендация: Покиньте зараженную зону

Я устало потер переносицу, размазывая по лицу остатки сажи и болотной грязи. Невидимый огонь, о котором в страхе шептались дикари, не был сказкой. Ретранслятор Иглы, лишенный нормального обслуживания и охлаждения за два с половиной века, безбожно фонил в пространство. Древний реактор нано-элементов медленно травил радиацией всё живое в радиусе полукилометра.

- Нам нужно уходить отсюда - сказал я, медленно поднимаясь на ноги и опираясь на обломок деревянного древка своего сломанного копья - Мы не можем здесь спать. Если останемся в этом зале до утра, наши зубы начнут крошиться, а кожа покроется язвами. Этот бункер - наша рабочая зона, но не дом.

Бранн удивленно поднял голову. - Но здесь тепло, Кай - возразил он, указывая на гудящие кабели - И стены прочные. Ни один хищник из леса не пролезет сквозь эту железную дверь.

- Железная дверь не спасет от того, что проходит сквозь любые стены - я покачал головой, чувствуя, как свинцовая тяжесть земного притяжения давит на плечи. Мои мышцы, не привыкшие к полноценной гравитации в один g, горели от усталости - Поверь мне, Бранн. Это невидимый яд. Он медленно убивает клетки тела изнутри. Сора, ты говорила, что неподалеку есть пещеры?

Девушка, сидевшая у стены и тихо наблюдавшая за волчатами, медленно кивнула. - Да, в пятистах шагах к северу есть расколотая скала - тихо произнесла она, её голос был лишен прежней живой силы. Смерть Ваэля оставила на её лице глубокий, невидимый шрам - Там сухо, и глубокие каменные ниши защищают от ветра. Но там темно.

- Темнота - это меньшее из наших зол - я выключил силовой щит, оставляя ретранслятор работать в автономном, экономичном режиме - Собираем вещи. Переносим лагерь туда. Будем приходить сюда только для работы.

Переход дался мне нелегко. Бранн практически тащил на себе наш тяжелый мешок со снаряжением, а я едва поспевал за Сорой, которая бесшумно скользила между мокрыми папоротниками. Тень и Сумрак, наши маленькие питомцы, семенили следом, то и дело испуганно прижимаясь к моим ногам при каждом шорохе ночного леса. Их серебристый камуфляж на шкурках то вспыхивал, то гас, реагируя на уровень их тревоги.

Пещера под расколотой скалой оказалась идеальным убежищем. Огромный гранитный козырек, поросший густым фиолетовым мхом, надежно скрывал вход от чужих глаз и блокировал прямую видимость со стороны Иглы. Тяжелые каменные пласты служили отличным естественным экраном от радиации - мой интерфейс сразу показал падение фона до безопасных пяти микрорентген.

Мы быстро обустроили быт. Бранн натаскал сухой хвои и листьев каменного вяза, соорудив подобие мягких лежаков. Я развел небольшой костер в глубине пещеры, используя химический воспламенитель. Слабый оранжевый свет выхватил из темноты неровные своды нашего нового дома.

- Бранн, отдыхай - сказал я, усаживаясь у костра - А я вернусь к Игле. Мне нужно запустить Слепого Стража, пока у нас есть энергия от "Искры". Нам нужен часовой на входе в руины.

- Я пойду с тобой - Бранн поднялся, его огромная фигура перекрыла свет пламени - Ты едва стоишь на ногах. Твои руки дрожат. А эти железные чудовища тяжелые. Кто будет держать их и защищать тебя, пока ты копаешься там?

Я не стал спорить. Бранн был прав - без его физической силы я бы не смог даже перевернуть трехсоткилограммовый металлический корпус робота.

--------------

Вернувшись в бункер, мы подошли к застывшему Слепому Стражу. Это был "Панцирь-М" - тот самый шестилапый стальной паук, который вчера оборвал жизнь Ваэля. Его массивный бронированный корпус лежал на боку. Металл на брюхе был покрыт черной, оплавленной коркой от колоссального разряда тока, а левая задняя лапа была неестественно подогнута - стальной штырь, который Ваэль с силой вогнал в сустав, намертво спекся с гидравликой под воздействием высокой температуры.

Этот робот был убийцей. Но теперь он должен был стать нашим защитником.

Рядом на полу лежали разобранные корпуса двух гуманоидных стражей "Тип-С", которых мы с Бранном выпотрошили утром. Их зеркальные лицевые панели были разбиты, а внутренности аккуратно разложены на чистом куске брезента. Третий "Тип-С" пока стоял в углу бункера, безмолвный и целый - я решил оставить его как резервный донор запчастей.

- Держи его за основание турели, Бранн - скомандовал я, вытаскивая свой титановый обломок - Мне нужно совместить шину данных от разобранного гуманоида с уцелевшими двигательными портами этого паука. Нам придется сделать ему пересадку мозга. Его собственный процессор полностью выгорел от удара Ваэля.

Бранн навалился всем своим весом на массивный корпус "Панциря-М", удерживая его тяжелую стальную тушу от падения. Его мышцы вздулись от напряжения, а неоново-голубой узор на ключице вспыхнул ярче, компенсируя колоссальную нагрузку.

-Тяжелый, зараза - прохрипел великан, упираясь ногами в бетонный пол - Кай, быстрее. Мои суставы уже трещат от этой железки. Она словно пытается ожить сама.

Я просунул острый титановый клин в щель защитного люка на нижней панели робота и с силой надавил. Раздался резкий, металлический щелчок, и крышка блока откинулась, обнажив обгоревшее, пахнущее гарью сплетение тончайших оптических кабелей.

Я действовал быстро, почти не глядя. Мой интерфейс "Интегратора" подсвечивал поврежденные линии связи красными маркерами, а целые узлы - зелеными. Это была настоящая хирургическая операция на стыке высоких технологий и первобытной дикости. Я вручную, жила за жилой, спаивал оптические контакты паука с уцелевшим вычислительным ядром, которое я вырезал из гуманоидного "Тип-С".

СИСТЕМА: Обнаружен узел управления боевой единицей "Панцирь-М" Питание: подключено Запрос на принудительную перезапись локального ядра... Успешно Интеграция вычислительного модуля "Тип-С": Совместимость 85%

- Бранн, держи крепче! Сейчас будет запуск! - крикнул я, закорачивая последнюю пару контактов на аварийную батарею.

Робот внутри глухо, нарастающе зажужжал. Зеркальная полоса сенсора на его передней части на секунду вспыхнула ядовито-красным светом, а затем погасла, сменившись ровным, тусклым оранжевым свечением. Шесть суставчатых конечностей машины вздрогнули, сервоприводы завыли на высокой, неприятной ноте.

СИСТЕМА: Обнаружено новое локальное устройство "Страж-01" Статус: Частичная совместимость кода. Задержка двигательных команд: 15%

Локальный скрипт охраны периметра: Загружен

- Пускай его - выдохнул я, отступая на шаг и вытирая пот со лба.

Бранн отпустил робота и быстро отшагнул назад, перехватывая свое копьё.

Слепой Страж медленно приподнял свой тяжелый корпус на шести металлических опорах. Его левая задняя лапа заметно подергивалась - сервопривод был намертво заблокирован спекшимся железом, и теперь машина двигалась с отчетливым, волочащимся металлическим скрежетом. Оранжевый сенсор на его передней панели хаотично сканировал пространство, а турель на спине сделала пробный оборот.

- Он... он не нападет на нас - тихо спросил Бранн, не опуская оружия.

- Не нападет - я устало опустился на ящик из-под оборудования - Я прописал наши биометрические данные в его белый список. Для него мы - свои. А вот любого, на ком горят багровые татуировки Шамана или кто пахнет диким зверем, он атакует без предупреждения, если они подойдут к бункеру ближе чем на пятьдесят шагов. Наш хромой часовой на месте.

Робот медленно повернулся и, тяжело волоча поврежденную конечность по бетону, направился к выходу из бункера.

В этот момент в проеме гермодвери появилась Сора. Она стояла неподвижно, прислонившись плечом к косяку, и молча смотрела на приближающуюся к ней стальную машину. Робот проковылял мимо нее, изрыгая тихий свист сервоприводов, и занял позицию у входа, застыв в засаде как огромный ржавый паук.

Сора долго смотрела вслед уходящей машине. В её янтарных глазах отражался оранжевый свет его сенсора.

- Он хромает так же, как Ваха, когда подвернул ногу на болотах - тихо произнесла она, и её пальцы сильнее сжали костяное лезвие - Пусть стоит там. Пусть помнит.

----------------------

Мы вернулись в пещеру, когда костер уже начал прогорать, оставляя после себя лишь кучу тлеющих оранжевых углей. Туман с болот стал гуще, он затекал под каменный навес, принося с собой липкий холод и сырость.

Я подсел ближе к огню, протягивая руки к теплу. Мое тело стонало от дикой, свинцовой усталости. Эти последние два дня превратились в одну сплошную, непрерывную гонку за выживание, где каждый неверный шаг мог стать последним. Мой мозг, привыкший к размеренной работе в диспетчерской станции, плавился от перегрузок. Я безумно устал. Устал от тяжести этой планеты, от постоянного страха и от запаха крови.

Чувствуя, как Тень сразу же забрался ко мне под куртку, устраиваясь на моей груди. Маленький волчонок тихо заурчал, его тепло помогало мне согреться. Сумрак устроился рядом с Сорой, которая осторожно гладила его здоровой рукой.

Волчата росли удивительно быстро. Благодаря очищенной эссенции Теневых Волков, которую я скормил им вчера, их тела уже заметно вытянулись, а лапы стали шире и мощнее. На их мордах начали проступать жесткие, хищные черты. Они больше не были похожи на беспомощных щенков - это были молодые, опасные хищники, которые уже сейчас могли видеть тепловые следы в темноте лучше меня.

В этот момент я услышал тихие, почти неслышные шаги Соры. Её янтарные глаза светились золотистым огнем.

- Нам нужно знать, что делает Ур-Гаш - твердо произнесла она, глядя на Бранна - После того, как ты выжил, а Кай взломал Иглу, Шаман не оставит нас в покое. Он может собрать воинов Пепельного Клана для большой охоты. Или позвать белых стражей. Я должна пойти в лагерь. Разведать обстановку.

Я резко поднялся, но грудь тут же отозвалась острой болью, заставив меня покачнуться.

- Нет, Сора - покачал я головой - Это слишком опасно. Если тебя поймают, Шаман выжмет из тебя всё. Он узнает про бункер и про Иглу. Мы не можем так рисковать.

- Кай, ты не охотник, ты не знаешь наших лесов - Сора посмотрела на меня. Смерть Ваэля сделала её жесткой - Бранн слишком большой, хоть он и умеет передвигаться незаметно, его практически сразу увидят. Ты ранен и слаб. А я могу пройти мимо постов часовых так, что даже птицы не взлетят. Я выросла там. Я знаю каждую тропу, каждый овраг. Я должна узнать, что замышляет старик.

Бранн тяжело вздохнул, его огромная рука легла на мое плечо, мягко прижимая меня обратно к лежаку.

Она права, Кай - тихо сказал гигант - Сора - одна из лучших охотниц в нашем клане. Она может скользить в тумане как призрак. Если мы будем сидеть здесь в неведении, Шаман зажмет нас в этих пещерах как крыс. Нам нужна информация.

Я посмотрел на них обоих. На Бранна, чья синяя татуировка теперь мягко светилась в полумраке пещеры, и на Сору, которая стояла у входа, готовая раствориться в ночном тумане. Они не были моими слугами или подчиненными. Они были моими союзниками. И они принимали решения сами.

Я полез в карман куртки и достал одно из титановых лезвий, которые мы сделали вчера из обшивки капсулы. Оно было узким, невероятно острым и легким.

- Возьми это - я протянул ей оружие - Костяной нож может сломаться. А это лезвие прочное и не заступится от пары ударов. И возвращайся до рассвета. Если тебя не будет к утру, мы с Бранном пойдем за тобой. И тогда нам придется использовать нашего Слепого Стража на полную мощность.

Сора приняла лезвие. Её холодные пальцы на секунду коснулись моей ладони. Она ничего не сказала, лишь коротко кивнула Бранну.

В следующую секунду её фигура бесшумно скользнула под каменный козырек пещеры и мгновенно растворилась в густом, липком тумане болот.

Мы остались у костра вдвоем с Бранном. Маленький Тень тихо заскулил во сне, лишившись тепла своей подруги Сумрака, и я подтащил его ближе к себе, чувствуя, как внутри нарастает холодное, липкое предчувствие большой беды.

Месяц нашей маскировки уже начали свой обратный отсчет. И каждая секунда этого времени была оплачена кровью.

-----------------

Товарищи читатели, очень рад что есть те, кому понравилось произведение. Так-как для меня это новое "хобби", и я не могу много времени уделять этому делу из-за многих причин. Естественным образом я могу путаться и забывать некоторые детали, которые писал ранее.

Огромная просьба к вам, если увидите какой то недочет или несоответствие поведения персонажей с их характером, напишите это в комментариях.

Будет огромным плюсом, если укажете чем зацепил "код первобытного", и как бы вы улучшили повествование. Потому-что быть в позиции читателя и писателя, к сожалению, абсолютно разные вещи.

Глава 11. Тень над болотами

СОРА

Туман ласкал мои щиколотки, холодный и влажный, точно склизкий язык болотной гадюки. Я бежала. Мои ноги едва касались сырой земли, усыпанной прелыми листьями папоротника. Каждое движение давалось мне с пугающей, неестественной легкостью. Эссенция Теневого Волка, которую Кай пропустил сквозь свои невидимые пальцы, прижилась во мне мгновенно. Я чувствовала, как под кожей моих ног перекатываются обновленные, эластичные сухожилия. Мой шаг стал длиннее, бесшумнее, словно я сама превратилась в одну из тех серых теней, что охотились на нас прошлым вечером.

Но внутри меня, за этим новым ощущением силы, стояла ледяная, звенящая пустота.

Ваэль.

Каждый раз, когда я закрывала глаза на бегу, я видела его бледное лицо и искру удивления в янтарных глазах перед тем, как его сердце остановилось навсегда. Мой маленький, глупый брат, который так хотел увидеть блестящие дома из чистого металла. Его больше нет. Земля забрала его, как забирала всех нас, рано или поздно.

Я не плакала. На болотах слезы быстро высыхают на ветру, оставляя лишь грязные соленые дорожки на щеках, по которым хищники могут выследить тебя. Я должна быть сильной. Сильнее, чем когда-либо. Я сделала глубокий вдох, анализируя запахи ночного леса. Мой мутагенный индекс составлял всего двенадцать процентов. В Пепельном Клане меня считали слабой. Охотники вроде Гарна смеялись за моей спиной, когда я отказывалась пить горячую кровь убитых Жнецов и вживлять в свои плечи уродливые костяные наросты. Они качали силу, превращаясь в тяжелых, асимметричных уродов с перекошенными лицами и звериными повадками. Они думали, что "Благословение Богов" - это когда твоя рука становится толще бревна, а разум заполняется постоянным, голодным воем.

Но они были глупцами. С каждым новым узором они теряли человеческую хитрость, заменяя её тупой, предсказуемой яростью зверя. Я же оставалась человеком. Мой разум был чистым. Я могла рассчитать траекторию полета стрелы с учетом бокового ветра, могла заметить примятую травинку за тридцать шагов и понять, куда направился раненый зверь. Моя слабость была моей величайшей силой - я умела думать. И теперь, когда Кай показал нам, что Система - это просто сломанная машина, я окончательно поняла, насколько была права.

Я скользнула под поваленный ствол каменного вяза, складываясь пополам с гибкостью болотной кошки. Впереди, сквозь частокол деревьев, замерцали тусклые красные огни. Лагерь Пепельного Клана.

Обычно ночью здесь царила сонная тишина, нарушаемая лишь криками ночных птиц и треском костров. Но сегодня лагерь гудел. Я припала к сырой земле, сливаясь с корнями огромного папоротника, и затаила дыхание.

Анкер в центре лагеря вел себя странно. Его черная глыба больше не пульсировала ровным, багровым светом. Символы на камне метались, вспыхивая ядовито-розовым, затем угасая почти до темноты, словно испуганное животное, запертое в клетке. Взлом Кая на Игле серьезно повредил трансляцию данных.

У самого камня, на коленях, стояли почти все воины клана. Их багровые татуировки на груди и шеях тревожно подергивались, реагируя на сбои Анкера. Люди шептались, испуганно оглядываясь на темное небо.

-Боги гневаются - донесся до меня хриплый голос Гарна.

Его нога была туго перемотана грязными шкурами, он опирался на тяжелое копьё - Черный камень умирает. Если он погаснет, белые стражи придут и выжгут наш лес. Это всё из-за Аномалии и предателей, который впустил его в наш дом.

- Молчать - раздался сухой, шипящий голос Ур-Гаша.

Шаман стоял на вершине Анкера. Его посох мелко дрожал в руках, а костяной нарост на щеке казался еще более раздутым и серым, чем обычно. Старик был в ярости. Он чувствовал, как нити контроля, которые связывали его с разумом охотников через Анкер, истончаются и рвутся одна за другой.

- Боги не гневаются - монотонно произнес Ур-Гаш, хотя его глаза-угольки бешено метались по толпе - Они испытывают нас. Чужак - это не просто человек. Это скверна, которую Мертвое Небо выплюнуло, чтобы проверить нашу верность. Бранн и Сора предали клан. Они ушли с ним в Запретные Руины. Железные звери - это слуги богов. Они принесут их головы к этому камню.

- А если нет - крикнул кто-то из молодых охотников из темноты - Если чужак сильнее железных зверей? Мы видели, как он вернул Бранну его лицо! Бранн больше не дичает!

Ур-Гаш резко повернул голову в сторону крикнувшего. Из его приоткрытого рта вырвалось тяжелое, свистящее дыхание.

- Бранн мертв - отрезал Шаман, и его голос прозвучал так холодно, что люди невольно вжали головы в плечи - Его душа стерта. То, что вернулось - это лишь пустая оболочка, которой управляет демон. Завтра, когда солнце взойдет над куполом, мы пойдем к границе Запретных Руин. Перекроем все тропы. Если они попытаются вернуться - мы принесем их в жертву Анкеру. Каждый, кто откажется поднять копьё на предателей, разделит их участь.

Я крепче сжала титановое лезвие, которое дал мне Кай. Металл рукояти был приятно прохладным, он не скользил в ладони.

Они собирались устроить охоту. Ур-Гаш паниковал. Он понимал, что если мы вернемся и покажем племени, что можно жить без его багровых шрамов и без страха перед Анкером, его власти придет конец. Он готов был уничтожить половину клана, лишь бы сохранить свое место у черного камня.

Я медленно, дюйм за дюймом, начала отступать назад, растворяясь в ночном тумане. Я узнала всё, что было нужно. У нас было время до рассвета, чтобы подготовиться к обороне.

----------

В пяти километрах к северу от раздведчицы, у расколотой скалы, Кай и Бранн стояли на высоком гранитном уступе, всматриваясь в серую равнину пустоши с величественным шпилем, примерно возведенным два с половиной века назад.

Дождь полностью прекратился, но туман стал настолько плотным, что казался осязаемой стеной. Розовое свечение купола едва пробивалось сквозь эту серую взвесь, окрашивая мир в зловещие, пастельные тона.

Я стоял у самого края обрыва, чувствуя, как холодный ветер шевелит мои влажные волосы. Рядом со мной замер Бранн. Его огромная фигура казалась высеченной из того же гранита, на котором мы стояли. Тень, маленький волчонок, прижимался к моей ноге, его крошечное тело мелко дрожало, а уши были плотно прижаты к голове. Он не просто мерз - он был напуган.

Внезапно земля под нашими ногами вздрогнула. Это не было землетрясением. Это был одиночный, тяжелый удар, который отозвался глухим гулом глубоко в скальной породе. Через две секунды удар повторился. Затем еще раз. Ритмично.

Нарастающе.

- Кай - тихо позвал Бранн, и его голос сорвался на шепот, в котором я впервые услышал первобытный, неосознанный страх. Его лицо стало белым, как туман вокруг - Смотри туда. В низину болот.

Я сфокусировал зрение, активируя Истину и Чутье Тени. Мой левый глаз мгновенно перестроился на инфракрасный спектр.

Сначала я не увидел ничего, кроме сплошного серого фона. Но затем, в полутора километрах от нас, прямо посреди вековых зарослей болотного папоротника, туман начал расступаться. Из него медленно, с величественной и пугающей грацией, выплывал исполинский силуэт.

Мой интерфейс мгновенно выдал каскад предупреждающих сообщений, которые буквально залили всё мое зрение ядовито-красным светом.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА Обнаружен супер-хищник класса "Апекс" Биологический вид: Болотный Тиран (Модифицированный подкласс "Кархародонтозавр-М")

Уровень: 32 Характеристики объекта: скрыты из-за недостаточного уровня Интеграции Прогноз: Шанс выживания при прямом контакте: 0.02%

Я замер, не в силах сделать даже вдох.

Это существо было огромным. Не менее шестнадцати метров в длину от кончика массивного, покрытого шипами хвоста до вытянутой, уродливой морды. Оно передвигалось на двух мощных, мускулистых задних лапах, каждая из которых заканчивалась огромными когтями из темного, матового сплава - Системной модификацией, которую Превознесенные вживили в его скелет. Его спина была покрыта колоссальными, острыми костяными пластинами, которые светились тусклым, розоватым светом эссенции. Это был живой танк, созданный исключительно для того, чтобы уничтожать всё, что движется в этой ячейке.

Прямо на наших глазах Болотный Тиран остановился у глубокого оврага. Из зарослей выскочил огромный Панцирный Вепря - такой же, какого мы с трудом убили два дня назад с помощью баллисты и хитрости. Но для этого монстра Вепрь не был угрозой. Он был просто едой.

Тиран сделал молниеносный, невероятный для его массы рывок вперед. Его огромная пасть, усаженная рядами зазубренных титановых зубов, сомкнулась на спине Вепря. Раздался страшный, хрустящий звук ломающихся костей и костяного панциря. Вепрь даже не успел взвизгнуть. Исполинский хищник поднял его стокилограммовое тело в воздух, легко перекусил пополам и заглотил, почти не жуя. По его подбородку потекла густая, темная кровь, которая тускло светилась в полумраке пустоши.

- Это... это Болотный Дьявол - прошептал Бранн, его пальцы судорожно сжали древко копья до белизны суставов - Шаман говорил, что боги создали его, чтобы карать тех, кто пытается уйти из ячейки. Он живет в глубине мертвых болот. Он никогда не подходит так близко к лагерю.

- Он не "дьявол", Бранн - тихо ответил я, чувствуя, как холодный пот катится по моей спине - Это биологический ограничитель. Превознесенные выпустили его в этот сектор, чтобы у дикарей даже мысли не возникало переходить границы зон. Это санитар ячейки. И он тридцать второго уровня.

Я посмотрел на свои руки, на свои скромные характеристики второго уровня. Сила - одиннадцать, Ловкость - четырнадцать. Мы были для этой твари просто пылью под ногами. Если этот монстр зайдет на территорию руин, наш Слепой Страж-паук не продержится и десяти секунд. Его просто раздавят, как ржавую консервную банку.

- Тиран издал тихий, утробный рык, от которого мелкие камешки посыпались с уступа нашей скалы.

Он медленно повернул свою огромную голову в сторону руин Иглы, словно почувствовал слабый электромагнитный импульс ожившего ретранслятора. Его оранжевые глаза-щелки тускло блеснули в тумане.

- Кай, он смотрит на нас - прошептал Бранн, медленно отступая в глубь пещеры - Уходим. Быстрее. Если он почует наш запах, нас не спасут никакие пещеры.

- Тихо - я схватил Бранна за руку, утягивая его за собой, в тень гранитных валунов - Не делай резких движений. Его зрение настроено на движение и тепло. Мы экранированы скалой и нашей мокрой одеждой. Стой смирно.

Мы замерли, превратившись в две каменные статуи. Маленький Тень уткнулся носом в мою ладонь, его крошечное тельце дрожало, но он не издал ни звука, подчиняясь моему безмолвному приказу через системную связь.

Болотный Тиран постоял еще несколько секунд, втягивая ноздрями влажный воздух. Затем он тяжело повернулся, его огромный хвост снес несколько вековых деревьев на границе болот, словно сухие соломинки, и чудовище медленно пошагало обратно в глубь туманной низины. Каждым шагом он заставлял землю дрожать, напоминая нам о том, кто является истинным хозяином этой первобытной фермы.

Когда гул его шагов окончательно затих в отдалении, я тяжело опустился на колени, чувствуя, как адреналин медленно покидает мое тело, оставляя после себя лишь дикую слабость.

- Ну и ну - выдохнул я, глядя на свои дрожащие пальцы - Теперь ты понимаешь, Бранн, почему Превознесенные не боятся, что вы поднимете восстание? Им даже не нужно спускаться сюда самим. Достаточно просто выпустить из вольера одну такую игрушку, и от любого клана останутся только мокрые пятна на камнях.

- Мы не сможем убить его, Кай - тихо сказал Бранн, опускаясь на сухую хвою рядом со мной. Его широкие плечи были опущены - Даже если соберем все баллисты мира. Он слишком силен. Его кожа толще, чем стены нашего бункера.

-Нам не нужно его убивать - я жестко улыбнулся, хотя внутри всё еще дрожало от пережитого страха - Нам нужно стать умнее его. Этот монстр работает по жесткой программе, заложенной в его мозг Превознесенными. Он охотится только на тепло и движение определенных частот. Если мы взломаем Иглу и получим доступ к более глубоким слоям Системы, мы сможем переписать его маршрут патрулирования. Или натравить его на лагерь Шамана, если тот решит пойти на нас войной.

Бранн посмотрел на меня с нескрываемым удивлением, в котором смешались страх и робкое восхищение.

- Ты хочешь подчинить себе Болотного Дьявола? - медленно произнес он, словно пробовал эту мысль на вкус - Ты сумасшедший, Кай. Орбитальное небо выжгло тебе разум.

- Возможно - я поднялся, отряхивая штаны от сухой листвы - Но это единственный способ выжить в этой пробирке. Завтра мы начнем делать новое оружие. Мне нужны сервомоторы тех двух гуманоидных дронов, которых мы разобрали. Мы сделаем из них натяжные механизмы для наших новых луков и баллист. Нам нужна сила, способная пробивать шкуры хотя бы Жнецов на расстоянии.

В этот момент у входа в пещеру послышался шорох.

Бранн мгновенно вскинул копьё, а я выхватил свой титановый нож. Из тумана, тяжело дыша и прижимая руку к боку, выскользнула Сора. Её лицо было бледным, а на плече темнела свежая полоса крови.

Глава 12. Начало обороны

Сора - я бросился к ней, едва не поскользнувшись на влажных камнях у входа в пещеру.

Бранн среагировал быстрее. Его огромные руки бережно подхватили девушку до того, как её колени коснулись гранита. Он аккуратно уложил её на лежак из сухой хвои, поближе к угасающему костру.

Я упал рядом на колени, лихорадочно активируя Истину. Мой левый глаз запульсировал, заливая зрение потоками диагностических данных.

На левом плече Соры, прямо сквозь разорванную шкуру Жнеца, зияла уродливая рваная рана. Кожа вокруг нее уже успела посинеть и вздуться мелкими, водянистыми пузырями. Но хуже всего было то, что рана буквально кипела - зеленовато-желтая пена шипела, разъедая плоть и испуская слабый, приторно-сладкий запах гнили.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ

Обнаружено локальное поражение биологическими токсинами класса "Кислотный некроз"

Скорость разрушения тканей субъекта Сора: 1.2% в минуту

Рекомендация: Срочная ампутация или введение антидота широкого спектра

- Какая к черту ампутация - прорычал я, чувствуя, как внутри все сжимается от злости и страха. Мы только что похоронили Ваэля. Я не мог позволить этой планете забрать еще и её. - Бранн, держи её за правое плечо. Не давай ей дергаться.

Сора глухо застонала, её зубы сжались до скрежета, а пальцы судорожно впились в рукав моей куртки. Её янтарные глаза, обычно такие холодные и расчетливые, сейчас были подернуты мутной пеленой боли.

- Это... это был один из его "Сосудов" - прохрипела она, пытаясь сдержать крик. - У часовых на восточной тропе... Ур-Гаш дал им свою кровь. Один из них заметил меня. Я убила его, Кай... но он успел плюнуть мне вслед.

Молчи, береги силы - я прижал левую руку прямо к краю шипящей раны.

Микросхема на моем затылке отозвалась резким, болезненным уколом. Я закрыл глаза, сознательно погружаясь в структуру кода её поврежденных тканей. Режим "Интегратора" развернул передо мной трехмерную модель поврежденного плеча.

Это было ужасно. Чужеродный, агрессивный био-код яда Ур-Гаша вел себя как стая нано-саранчи. Он быстро переписывал здоровые клетки Соры, заставляя их вырабатывать кислоту и уничтожать соседние ткани. Это была контролируемая мутация, направленная на быстрое гниение.

Я мысленно выделил багровый, хаотично пульсирующий блок кода яда. Мой интерфейс, работая в режиме компилятора, начал медленно "срезать" вредоносные сегменты, нейтрализуя цепочки токсичных белков. Это было похоже на то, как антивирус удаляет зараженные файлы из оперативной памяти компьютера.

СИСТЕМА: Инициация очистки внешнего кода субъекта Сора

Локальное сопряжение: Активно

Нейтрализация токсина "Кислотный некроз"... 30%... 65%... Успешно

Восстановление клеточной структуры: В процессе

Я открыл глаза и тяжело выдохнул. Зеленая пена на плече Соры перестала шипеть и растворилась, превратившись в обычную, темную кровь. Синева вокруг раны начала медленно спадать, уступая место нормальному, здоровому цвету кожи.

- Всё - я бессильно откинулся назад, утирая пот со лба грязным рукавом. - Я вычистил код яда. Некроз остановился. Но рана глубокая, ей нужно время, чтобы затянуться. Бранн, перевяжи её чистыми волокнами папоротника.

Гигант молча и быстро принялся за работу, его огромные пальцы действовали на удивление аккуратно.

Сора облегченно вздохнула, её тело обмякло на хвое. Она посмотрела на меня, и в её янтарных глазах промелькнула робкая, теплая благодарность, которую она тут же поспешила скрыть за привычной маской суровости.

- Спасибо, Кай - тихо сказала она. - Теперь я знаю, что Бранн не преувеличивал. Ур-Гаш действительно владеет силой, которая может плавить людей. Но его сила - это просто грязь, которую ты можешь стереть.

- Что в лагере - спросил я, усаживаясь обратно у костра и подтягивая к себе Тень. Маленький волчонок сразу ткнулся носом в мою ладонь, пытаясь поделиться своим теплом. Сумрак же устроился у ног Соры, тихо поскуливая от беспокойства.

- Лагерь гудит как растревоженное гнездо шершней - Сора поморщилась, пока Бранн туго затягивал повязку на её плече. - Наш взлом Иглы сломал их Анкер. Черный камень больше не горит ровным светом. Он мигает, символы гаснут. У охотников раскалываются головы, их татуировки барахлят. Ур-Гаш в панике. Он говорит племени, что ты - демон, который разрушает их связь с богами.

- Он теряет контроль - я удовлетворенно улыбнулся. - но теперь у нас другая проблема, если шаман каким-то способом передал свою силу другим, они стали ещё опаснее. Главный вопрос заключается в том, есть ли последствия у этого метода для самого Ур-Гаша.

- Да, но из-за этого он стал еще опаснее - Сора покачала головой. - Завтра на рассвете он отправляет Гарна и всех боеспособных воинов к границе Запретных Руин. Они не войдут в туман, но они перекроют все выходы. Они будут ждать нас. Ур-Гаш объявил нас предателями. Он приказал привязать нас к Анкеру и выпустить кишки, как только мы покажемся на тропе. У нас есть от силы день, Кай. Потом они зажмут нас здесь.

Я посмотрел на Бранна, затем на Сору. Ситуация была критической. Против нас собиралось выступить около тридцати опытных лесных охотников, вооруженных тяжелыми копьями и отравленными стрелами. И во главе их стоял Шаман - био-танк с кислотным плевком, со своей ядовитой свитой.

А у нас были только один синий великан, раненая лучница, двое волчат и один хромой робот-паук у входа в бункер.

- Нам нужно оружие - сказал я, поднимаясь на ноги. Внутри меня снова разгоралось то самое холодное упрямство. - Не просто палки и костяные ножи. Нам нужны технологии. Бранн, мы возвращаемся в бункер. У нас мало времени, а радиация не будет ждать. Мы разберем тех двух гуманоидов и сделаем то, что заставит Пепельный Клан очень сильно пожалеть о своем решении.

----------------

В бункере Иглы было сыро и холодно. Счетчик радиации в моем интерфейсе продолжал настойчиво предупреждать о фоновом излучении, но я просто заблокировал это уведомление. Сейчас у нас были проблемы посерьезнее лучевой болезни.

На куске брезента лежали разобранные детали двух роботов "Тип-С". Массивные титановые бронепластины, гибкие гидравлические шланги, прочные стальные тросы и тяжелые поршневые механизмы.

- Бранн, тащи сюда ту стальную балку - скомандовал я, раскладывая инструменты.

Гигант приволок двухметровый кусок двутаврового профиля, который когда-то служил частью несущей конструкции бункера.

- Что ты задумал? - спросил он, с любопытством разглядывая детали.

- Я сделаю тебе оружие, Бранн - я взял в руки один из тяжелых гидравлических поршней от ноги гуманоидного робота. - Обычное копьё - это просто острая палка. Но ты силен. Твоя новая Сила равна тридцати пяти единицам. Это значит, что твои мышцы могут выдержать колоссальную нагрузку. Мы используем это.

Я провозился у верстака более нескольких часов, забыв о времени и боли в ребрах. Мой мозг работал на полную мощность, рассчитывая векторы силы и кинетическую энергию.

Я взял стальной профиль и с помощью Бранна согнул его, придав форму тяжелого, массивного боевого топора. Вместо обычного лезвия я прикрепил к нему широкую титановую пластину от грудной брони "Тип-С". Но самое главное было внутри полого древка.

Я интегрировал туда высокотемпературный гидравлический поршень и небольшую энергоячейку, снятую с робота. Принцип работы был прост, но гениален: когда Бранн делал замах и наносил удар, под воздействием центробежной силы срабатывал инерционный датчик. Поршень внутри древка резко выталкивал титановое лезвие вперед в момент соприкосновения с целью, создавая колоссальный кинетический импульс.

Это был не просто топор. Это был гидравлический пробиватель.

- На, попробуй - указал лежащее на брезенте Бранну на его новое, громоздкое оружие.

Великан с трудом поднял его одной рукой. Топор весил не менее тридцати килограммов, но для обновленных стат Бранна это было в самый раз. Он перехватил его удобнее, взмахнул, и воздух в бункере рассек тяжелый, свистящий гул.

- Ударь по той бетонной плите в углу - посмотрев на обломок стены толщиной в ладонь.

Бранн шагнул вперед, его синий узор на груди ярко вспыхнул. Он с силой обрушил топор на бетон.

В момент удара внутри древка раздался резкий, сухой хлопок сработавшей гидравлики. Титановое лезвие с колоссальной скоростью вылетело вперед на несколько сантиметров. Бетонная плита не просто раскололась - она взорвалась, разлетевшись на мелкую пыль и щебень. Бранн даже не покачнулся, его новые характеристики воли и ловкости позволили ему легко компенсировать отдачу.

- О боги... - прошептал гигант, ошарашенно глядя на кучу бетонного мусора у своих ног. - Оно... оно бьет само. Как удар грома.

- Это не боги, Бранн - я удовлетворенно улыбнулся. - Это чистая гидравлика. Давление в контуре - триста атмосфер. Этот топор прошьет костяной панцирь любого Вепря как сухой лист. Теперь твоя очередь, Сора.

Девушка, которая все это время молча сидела на бетонной плите, наблюдая за нашей работой, медленно подошла к верстаку.

Для нее я подготовил кое-что другое. Её старый деревянный лук был хорош для охоты на мелкую дичь, но против бронированных воинов Ур-Гаша он был бесполезен.

Я взял прочные, гибкие титановые полосы от ребер Слепого Стража и соединил их с помощью шарниров и роликовой системы, снятой с приводов робота. Вместо обычной тетивы я натянул тончайший стальной трос высокого натяжения.

Это был блочный композитный лук. Сложная инженерная конструкция, которая позволяла накапливать колоссальную кинетическую энергию при натяжении, но при этом требовала меньше усилий для удержания стрелы в прицеле.

- Попробуй натянуть - я протянул ей холодную металлическую конструкцию.

Сора взяла лук левой, перевязанной рукой. Она нахмурилась, уперлась ногами в пол и с силой потянула тетиву назад. Благодаря её новым пунктам к ловкости, её тело справилось с колоссальным сопротивлением блоков. Раздался тихий, натянутый свист металла.

- Он... он очень тугой - прошептала она, но её глаза впервые зажглись азартным огнем охотника. - Но когда я довожу тетиву до плеча, удерживать её становится легко, даже с раненным плечом. Как ты это сделал?

- Блоки распределяют нагрузку - я выложил на верстак десяток длинных, тонких стрел, которые я выточил из титановых прутьев роботов. - Эти стрелы летят со скоростью звука. Обычный кожаный щит или костяной доспех для них - просто воздух.

Сора осторожно коснулась пальцами острого титанового наконечника стрелы. На её бледном лице впервые за эти дни промелькнула тень робкой, но гордой улыбки.

- Теперь у нас больше шансов, но против нас целый клан.... - тихо произнесла она, глядя на меня сквозь пламя костра.

---------------

Мы вернулись в пещеру глубокой ночью. Усталость валила меня с ног, перед глазами плыли цветные круги, а интерфейс продолжал настойчиво требовать отдыха.

Я рухнул на свой лежак из хвои, чувствуя, как Тень сразу же забрался ко мне под куртку, устраиваясь на моей груди. Маленький волчонок тихо заурчал, его тепло помогало мне согреться. Сумрак устроился рядом с Сорой, которая осторожно гладила его здоровой рукой.

Бранн сидел у костра, аккуратно полируя титановое лезвие своего нового гидравлического топора куском сухой кожи. Он делал это медленно, с каким-то особым, почти религиозным трепетом.

-Знаешь, Кай - тихо проговорил великан, не поднимая глаз от оружия. - Я всю жизнь думал, что мы сильны только тогда, когда берем силу у зверей. Что мы должны становиться монстрами, чтобы выжить. Но этот топор... в нем нет крови. В нем нет звериной ярости. Но он сильнее, чем любой охотник в нашем клане. Это странно.

- Это называется технологиями, Бранн - я закрыл глаза, чувствуя, как сознание медленно уплывает в темноту. - Люди на "Орионе" не имели когтей или клыков. Но у них были машины, которые могли испарить этот лес за одну секунду. Разум всегда сильнее плоти. Помни об этом.

Он ничего не ответил, лишь тихо хмыкнул, продолжая свою работу.

Я заснул под монотонный шорох кожи о титановое лезвие. Мне снился отец. Он стоял на палубе "Ориона", глядя на меня сквозь панорамное стекло, а позади него медленно рушились массивные стальные конструкции станции, увлекая нас всех в бесконечную, холодную бездну.

---------------

Вспышка системного оповещения вырвала меня из сна так резко, что я едва не раздавил спящего на мне Тень.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ

Зафиксировано нарушение внешнего периметра безопасности в зоне 04-А

Устройство "Страж-01" переведено в режим боевой готовности

Дистанция до целей: 120 метров. Количество целей: 3

Я мгновенно сел, сбрасывая остатки сна. Тень испуганно вскочил, глухо зарычав и вздыбив шерсть на загривке.

Справа от меня бесшумной тенью уже поднималась Сора. Она не стонала и не жаловалась на боль, хотя по её бледному лицу и резко сжавшимся губам я видел, что каждое движение раненого плеча отзывается дикой вспышкой боли. Превозмогая слабость, она уверенно перехватила свой новый титановый блочный лук. Её пальцы легли на стальной трос тетивы. Сумрак замер у её ног, уставившись горящими голубыми глазами во тьму за пределами пещеры.

Бранн уже стоял у самого выхода, его огромная фигура перекрывала свет угасающего костра. В его руках тяжело покоился гидравлический топор. Синий узор на его груди тревожно мигал, реагируя на выброс адреналина.

Увидев мое беспокойство, охотница все поняла. - Они пришли - тихо произнесла Сора, и её янтарные глаза хищно сузились - Ур-Гаш не стал ждать рассвета. Он отправил ищеек.

Я быстро переключил свой интерфейс на удаленный видеопоток со Слепого Стража-паука, который застыл у входа в бункер.

Перед моими глазами развернулась зернистая, оранжево-черная тепловая картинка. Наш хромой "Панцирь-М" медленно водил своей турелью из стороны в сторону, сканируя густой туман пустоши. Прямо перед ним, на расстоянии около ста метров, сквозь заросли болотного папоротника медленно продвигались три яркие тепловые сигнатуры. Это были люди. И на их телах горели багровые узоры Пепельного Клана.

Один из них шел впереди, сильно припадая на левую ногу.

Гарн.

Даже сквозь помехи тепловизора я узнал его характерную, угловатую фигуру и тяжелое копьё со знакомым костяным наконечником. Шаман скорее всего надеется хоть как-то повлиять на Бранна и Сору через хромого друга. Он вел за собой двоих молодых охотников. Они двигались осторожно, постоянно оглядываясь по сторонам.

- Они нашли наши следы - прошептал я, поднимаясь с лежака и сжимая в руке титановый нож - Гарн привел ищеек Шамана. Они вышли прямо на наш бункер.

- Что делает твой железный паук - спросил Бранн, крепче сжимая древко топора.

- Он ждет - я активировал Истину, наблюдая за тем, как три оранжевые точки приближаются к невидимой черте безопасности в пятьдесят шагов - Его программа проста. Как только они пересекут рубеж, он откроет огонь на поражение.

На экране моего интерфейса расстояние быстро сокращалось.

Пятьдесят пять шагов. Пятьдесят два. Пятьдесят.

СИСТЕМА: Нарушение границы безопасности подтверждено

Устройство "Страж-01": Открытие огня

Наш хромой стальной паук, застывший в засаде у гермодвери бункера, внезапно ожил. Его оранжевый сенсор вспыхнул ядовито-красным светом, а сдвоенная пулеметная турель на спине с сухим, оглушительным треском сделала пробный оборот.

В следующую секунду ночную тишину руин разорвал бешеный, непрерывный грохот тяжелого пулемета. Свинцовый ливень скосил вековые папоротники, превращая их в зеленую кашу, и понесся прямо в сторону застывших от неожиданности охотников.

Глава 13. Клыки и шестерни

Свинцовый ливень, выпущенный турелью нашего хромого «Панциря-М», с сухим треском выкашивал заросли. Я чувствовал, как мой затылочный чип нагревается, транслируя тепловую картинку с сенсоров робота.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ. Расход боеприпасов устройства "Страж-01": 18%

- Назад! За плиту! - скомандовал я, увлекая Сору за массивный облом бетона.

Но Бранн не стал прятаться.

Он выставил свой тяжелый гидравлический топор вперед, заблокировав проход к нашему укрытию.

- Хватит прятаться, Кай - глухо рокотал великан. Его лицо было сосредоточенным, в глазах не было прежней растерянности. - Если мы побежим сейчас, они расстреляют нас в спину. Паук удержит их на расстоянии. Дай мне поговорить с ними.

Я быстро перенастроил логи робота-паука через интерфейс.

- «Страж-01», десять шагов вперед. Удерживать сектор.

Тяжелая шестилапая машина со скрежетом выдвинулась вперед, волоча левую поврежденную конечность, и перекрыла узкий проход между скалами. Короткая пулеметная очередь ударила прямо под ноги Гарну, который пытался обойти нас справа. Грязь и бетонная крошка взметнулись веером.

Около тридцати воинов Пепельного Клана, стянувшиеся к Шпилю на звуки выстрелов, в испуге попятились. Вперед медленно вышел Ур-Гаш, тяжело опираясь на посох.

- Вы совершаете глупость! - закричал Шаман, его голос вибрировал от злобы. - Аномалия подчинил себе железного демона! Он хочет выжечь наш клан!

- Твои боги молчат, Ур-Гаш! - Бранн сделал два шага вперед, выходя прямо под прицелы вражеских луков. Он поднял свой гидравлический топор над головой, и чистый синий свет его узора на груди ослепил стоящих впереди охотников. - Они молчали, когда Вепрь ломал наши хижины! Они хотели моей смерти! Но чужак вернул мне разум! Посмотрите на меня - на мне больше нет багровой гнили! Я больше не дичаю!

Среди охотников пронесся глухой ропот. Многие начали опускать копья, переглядываясь. Инициатива стремительно переходила к Бранну. Гарн сделал шаг назад, не решаясь поднять оружие на бывшего первого охотника.

Но прежде чем Бранн успел развить успех, земля под нашими ногами содрогнулась с такой силой, что я едва удержался на ногах.

Это был удар огромной плоти. И следом за ним - вибрирующий, сводящий с ума гул в ушах. Инфразвук. Низкочастотный импульс на частоте 7 Гц, сгенерированный биологическим резонатором в горле монстра.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА

Обнаружен супер-хищник Болотный Тиран [Уровень: 32]

Меня мгновенно вырвало от резкого спазма в желудке. Мир вокруг поплыл, превращаясь в грязное месиво. Охотники падали в грязь, зажимая уши руками, из их носов текла кровь.

Из серой мглы болот, экранированный своим пассивным электромагнитным полем, вылетел Болотный Тиран. Его массивные челюсти, покрытые титановыми пластинами, сомкнулись на нашем «Панцире-М». Раздался страшный скрежет сминаемого титана - робот-паук был перекушен пополам за секунду и отброшен в сторону.

Взрыв резервной энергоячейки паука разметал людей Шамана в разные стороны.

Огромный оранжевый глаз Тирана сфокусировался на мне. Я застыл, парализованный панической атакой, которую мой нейрочип транслировал прямо в мозг. Я не мог пошевелить даже пальцем.

- БЕЖИМ!!!! - взревел Бранн.

Он буквально выкинул меня из оцепенения и схватив меня за воротник бросил назад, в глубину бетонных плит, а сам побежал правее, отвлекая внимание монстра на себя.

- Сора, веди Кая к пещере! Я уведу его! - гремел голос великана сквозь туман.

Мы бежали. Позади нас раздавался тяжелый топот и хруст ломаемых деревьев. С флангов нас начали зажимать два молодых тиранчика - выводок монстра, которых он учил охотиться.

Рядом с нами, тяжело хрипя и спотыкаясь, бежал один из охотников Пепельного Клана. Это был молодой парень, его левый бок был залит кровью после взрыва нашего робота, а багровая татуировка на плече горела тусклым, угасающим светом.

Внезапно молодой тиран выскочил из папоротников, сбивая парня с ног. Охотник вскрикнул, пытался закрыться сломанным копьем от огромной пасти.

- Бранн, отвлеки его! - крикнул Кай, превозмогая боль в ребрах и бросаясь к упавшему.

Бранн сделал резкий разворот. Его гидравлический топор со свистом рассек воздух. Сработал инерционный датчик, поршень вылетел вперед с сухим хлопком, и титановое лезвие с силой врубилось в костяной щит на морде молодого ящера. Тварь отлетела назад, яростно мотая головой и захлебываясь собственной кровью. Этот удар продемонстрировал всю мощь гидравлического оружия - кость монстра просто разлетелась в крошево. Сора побежала в сторону болот, уводя взрослого Тирана за собой и петляя между скалами, давая мне время спасти раненого.

- Быстрее в пещеру! - скомандовал Бранн, хватая меня за плечо и помогая тащить окровавленного охотника. Схватив его вместе со мной за здоровое плечо и буквально поволокли за собой по скользкой глине в сторону нашей скрытой пещеры.

Через несколько минут безумного бега по кругу мы с Бранном оторвались от преследования в густом тумане и буквально ввалились под гранитный козырек нашего убежища. Бранн перекрыл вход своим телом, а Сора выставила вперед лук. Снаружи еще несколько минут раздавался яростный рев взрослого Тирана, но толстые гранитные стены надежно экранировали тепло наших тел. Вскоре тяжелые шаги чудовища начали удаляться в сторону болот.

Мы сидели в полумраке пещеры, боясь издать даже звук. Тень и Сумрак испуганно забились в самый дальний угол, прижавшись друг к другу.

Я тяжело сполз по стене пещеры. Желудок снова сжался, и меня шумно и мучительно вырвало прямо под ноги на сухую хвою. Меня крупно трясло от пережитого шока, страха и дикого истощения. Весь мой орбитальный разум сейчас просто трещал по швам. Я не был солдатом. Я был чертовым инженером, который только что едва не стал кормом для доисторического ящера.

Бранн молча подошел, опустился на одно колено и протянул мне ржавую гильзу с прокипяченной водой. В его глазах не было страха - только спокойная суровость охотника.

- Пей - тихо сказал он. - Земля тяжелая. У нас нет времени на слабость. Либо ты примешь эту грязь, либо она тебя похоронит. Пей.

Я дрожащими руками принял гильзу, сделал несколько глотков и вытер рот рукавом. Великан был прав. Я глубоко вздохнул, укрощая дрожь в теле, и подошел к раненому.

Парень лежал на хвое, его левый бок был залит кровью. Я присмотрелся к его лицу сквозь полумрак. Парень был совсем молодым, его глаза испуганно метались по сводам пещеры.

- Как тебя зовут? - спросил я, пытаясь сфокусировать зрение.

- Торин... - прохрипел он, сжимая зубы от боли. - Я сын Хорна.

Бранн резко повернул голову, его глаза расширились.

- Хорн... - в пол голоса произнес великан. - Твой отец бросил вызов Шаману, когда я был ребенком. Ур-Гаш растворил его тело прямо у Анкера.

- Да - Торин горько усмехнулся, его лицо покрылось испариной. - Старик убил моего отца. Я всю жизнь ждал шанса... ждал, когда его сила иссякнет. Когда Бранн вернулся с чистым лицом, я понял, что боги Ур-Гаша - это ложь. Я пошел за вами не ради охоты. Я хотел увидеть, как старик сдохнет.

В этот момент у входа в пещеру из тумана проступил силуэт.

Ур-Гаш.

Шаман стоял без своего посоха, его одежда была изорвана, а костяной нарост на щеке пульсировал слабым, нестабильным зеленым светом. Он тяжело дышал, его шаги были неуверенными. Взрыв робота и сбой Анкера сильно подорвали его силы, но в его красных глазах по-прежнему горела безумная, фанатичная решимость. Он выследил нас по запаху крови Торина.

- Бранн... Сора... - голос Шамана прозвучал неожиданно мягко, почти умоляюще. Он медленно поднял пустые ладони, делая шаг в глубь пещеры. - Вы должны выслушать меня. Вы совершаете ошибку. Этот чужак... он погубит нас всех. Я знаю, как успокоить Молчаливых Богов. Отдайте мне Аномалию. Я очищу вашу пищу, я верну вам благодать Анкера. Без меня вы сгниете в этом лесу от голода и грязной воды. Я могу вернуть вам ваши дома. Бранн, я верну тебе твое место первого охотника. Нам просто нужно принести его в жертву. Вместе.

- Убирайся, старик! - Бранн сделал шаг вперед, поднимая топор. - Твои сказки больше не работают.

- Вы не понимаете... - Шаман сделал еще один шаг, его взгляд на секунду сфокусировался на мне.

- Твоя "благодать" - это цепь на нашей шее, старик! - Бранн сделал шаг вперед, перехватывая топор.

Лицо Ур-Гаша исказилось. Его рот резко распахнулся, и из-под нижней челюсти в мою сторону вылетела струя зеленой кислоты. Я не успел уклониться - яд попал мне на левое предплечье и грудь.

Боль была такой, что я закричал, падая на колени. Моя куртка и кожа под ней мгновенно начали дымиться и плавиться с шипением.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ. ТЕПЛОВОЙ ОЖОГ 4-Й СТЕПЕНИ

Скорость некроза: 4.5% в секунду

- Умри, тварь! - взревел Торин.

Превозмогая боль в бедре, он сделал невероятный рывок вперед, прыгнул на спину Шамана и с размаху вогнал свой костяной нож точно в основание его черепа. Ур-Гаш судорожно выгнулся, и из раны на его шее под колоссальным давлением брызнула струя его собственной кислотной крови, ударив Торину прямо в лицо.

Парень издал страшный, нечеловеческий вопль, падая на колени и зажимая лицо руками. Кислота уже шипела на его коже, растворяя плоть и проникая глубоко в глазницы. Из-под его пальцев валил густой белый дым.

Тело Шамана рухнуло на камни пещеры и затихло навсегда. Его узоры медленно гасли, превращаясь в серые шрамы.

Я бился в конвульсиях на полу, чувствуя, как кислота прожигает мышцы до самых ребер. Мой разум был на грани обморока.

- Назад! Не трогайте меня! - прорычал я Соре и Бранну, которые пытались подбежать.

Я сосредоточился на своем интерфейсе, направляя все ресурсы "Интегратора" на внутренний взлом кода яда в собственной плоти.

СИСТЕМА: Инициация экстренной самоочистки

Нейтрализация токсина... 100%

Некроз остановлен. Здоровье: 18/100

Шипение прекратилось. Я выжил, но на груди остался страшный обугленный след. Рядом разрывался от крика Торин. Кислота на его лице продолжала выжигать ткани.

- Бранн, держи его! - хрипел я, подползая к парню. - Держи голову!

Великан навалился сверху, фиксируя Торина. Я прижал дрожащую ладонь к его залитому ядом лицу, запуская декомпилятор яда. Мои пальцы тряслись, а перед глазами плыли темные пятна от боли.

СИСТЕМА: Инициация нейтрализации токсина... Успешно

Дальнейшее разрушение тканей прекращено

Я бессильно выдохнул, роняя руку. Мне удалось остановить реакцию и спасти парню жизнь, но его глаза... их больше не было. Кислота выжгла зрительные нервы полностью, оставив вместо них лишь глубокие, обугленные впадины.

В этот момент над мертвым телом Ур-Гаша медленно поднялось густое, маслянисто-фиолетовое облако. Оно вибрировало, испуская слабое электрическое потрескивание, а внутри него хаотично метались неоновые строки системного кода. Мой левый глаз выдал сообщения:

СУБЪЕКТ: Ур-Гаш (Мертв)

Обнаружено ядро данных класса "Прокси-Администратор"

Доступные сегменты для извлечения:

1. Авторизационный сертификат узла "Анкер-04" (Ключ Пастуха)

2. Био-шаблон "Кислотная железа"

Бранн испуганно отшатнулся, выставив вперед топор. - Кай... его дух не уходит, - прошептал великан. - Шаман оставил проклятие. Не трогай его.

- Это не проклятие, Бранн, - хрипло выдохнул я, превозмогая слабость и протягивая руку к фиолетовому сгустку. Сора осторожно придерживала меня за плечо, не давая упасть. - Это его права доступа. И чертеж того яда, который только что чуть не убил меня.

Я коснулся маслянистого облака пальцами. Мой интерфейс "Интегратора" вспыхнул ослепительным лазурным светом. Я запустил компилятор, сжимая данные личности Ур-Гаша в ноль, полностью стирая его память, его злобу и его фанатизм.

СИСТЕМА: Декомпиляция человеческого ядра завершена

Извлечен авторизационный ключ доступа к Анкеру Пепельного Клана

Получен био-шаблон: "Синтез кислоты" (Сохранено в архив крафта)

Мутагенный индекс Кая: 0.2% (Без изменений)

Фиолетовое облако с тихим шипением растворилось в воздухе. Я сжал кулак, чувствуя, как внутри моего интерфейса прописался новый, невероятно мощный системный файл.

Теперь у меня был ключ от их деревни. Ключ, который Ур-Гаш хранил всю свою жизнь.

----------

Мы сидели в пещере. Бранн и Сора выглядели бледными и опустошенными.

- Нам нужно поесть, - я нарушил тяжелую тишину, прижимая ладонь к обожженной груди. - Иначе мы загнемся здесь раньше, чем придет его клан. Сора, принеси ту Болотную крысу, которую ты подстрелила.

- Но Кай... это дикое мясо, - Сора посмотрела на меня с сомнением. - В нем слишком много мутагенов. Без Анкера оно убьет нас за неделю. Наш индекс взлетит. - парировала Сора, выучив за эти несколько дней определения.

- Я - ваш Анкер, - устало протянул я.

Сора с сомнением во взгляде притащила тушку. Я положил ладонь на кусок сырого мяса. В моем интерфейсе побежали красные строки грязного био-кода. Мои пальцы дрожали от боли, голова раскалывалась, а Бранну пришлось крепко держать меня за плечи, чтобы я не потерял завалился набок от перегрузки. Но я активировал режим декомпиляции, вручную вырезая и сжимая активные мутагенные цепочки из волокон плоти. Мясо на глазах побледнело, стало сухим и волокнистым.

- Ешьте - я протянул им очищенные куски, а Сора аккуратно поднесла к моим губам ржавую гильзу с теплой водой. - Теперь это просто протеин. Вкуса нет, но ваш мутагенный индекс не вырастет ни на долю процента.

- Твой протеин даже мясом не пахнет - сморщилась Сора, обнюхивая кусок

Мы ели в полной тишине, сидя над мертвым Шаманом. Мясо было похоже на жеваный картон, но оно давало энергию. Жизнь возвращалась в наши тела по капле.

Тень и Сумрак крутились у наших ног, улавливая запах сырого мяса. Я положил ладонь на тушку и запустил декомпиляцию мутагенов. Мясо на глазах побледнело, теряя свой дикий, грязный код.

- Держи, Бранн - я протянул ему кусок. - И волчатам дай только очищенное мясо.

- Зачем переводить на них твою силу? - удивился Бранн. - Они ведь звери. Они всю жизнь жрали сырое мясо с болот.

- Если они будут жрать дикое мясо без контроля, их мутагенный индекс взлетит - объяснил я, бросая кусок Тени. Волчонок жадно вцепился в него зубами. - Они вырастут бешеными, неуправляемыми тварями, которые однажды ночью перегрызут нам глотки. Но если мы будем кормить их чистым протеином, их ДНК стабилизируется. Они вырастут разумными, сильными лютоволками, которые будут понимать наши команды лучше, чем охотники клана. Мы растим оружие, Бранн. А оружие должно быть послушным.

Бранн молча кивнул, скармливая очищенный кусок Сумраку.

Кай повернулся к Торину. Парень сидел неподвижно, его изуродованное лицо с затянутыми пленкой глазницами было отвернуто к стене пещеры. Он не жаловался, не произносил пафосных речей. Но его тело выдавало глубокую, черную депрессию. Его движения были скованными, он даже не пытался нащупать кружку с водой.

- Кай - Сора подняла на меня свои янтарные глаза. - Ты сказал, что Игла дала нам тридцать дней. Но почему боги не придут за нами прямо сейчас? Они ведь увидели, что Шаман мертв.

Я тяжело вздохнул, усаживаясь у костра и прижимая здоровую руку к обожженным ребрам.

- Потому что на орбите сидят не боги, Сора. Там работает бездушная автоматическая система. Превознесенные не следят за каждой ячейкой вручную - для них Земля это просто автоматическая ферма. ИИ-сервер на орбите зафиксировал смерть Ур-Гаша как штатное событие. Пастухи иногда гибнут от когтей хищников. Автоматика запустила стандартный протокол: «Выбрать нового кандидата на роль Пастуха в течение тридцати циклов».

Если за тридцать дней никто не придет к Анкеру и не введет Ключ Ур-Гаша - только тогда ИИ решит, что сектор вышел из-под контроля, и закроет ячейку на принудительное выжигание. У нас есть тридцать дней, пока они не пришлют Чистильщиков.

- Но Гарн не даст нам подойти к Анкеру - глухо рокотал Бранн. - Сора видела их в лесу.

- Именно - я помрачнел, вспоминая вчерашний бой. - И дело не только в количестве. Ур-Гаш перед смертью совершил безумие. Он провел принудительную прошивку своей кислотной крови через Анкер. Он раздал свой код охотникам.

Сора вздрогнула, невольно коснувшись своего перевязанного плеча.

- Он сделал их Сосудами - тихо произнесла она

- Да. Это грязный, нестабильный патч - подтвердил я. - Половина его людей, скорее всего, сгорела от некроза прямо у камня. Но выжившие... Выжившие теперь не просто охотники. Их слюна - это кислота. Их кровь при ранении брызжет ядом, разъедая металл и плоть. Их мутагенный индекс взлетел до предела, они быстро теряют разум и превращаются в бешеных фанатиков. Пепельный Клан фактически стал Кислотным Кланом. И Гарн поведет этих камикадзе на штурм нашего Шпиля.

Я посмотрел на Торина, который сидел неподвижно, прислушиваясь к каждому слову. На Бранна с его тяжелым гидравлическим топором. На Сору с титановым луком.

- Мы не сможем победить их в обычном бою, - подвел я итог. - В ближнем бою их кислотная кровь просто сожжет нас. Нам нужна наживка. И этой наживкой станет Болотный Тиран. Мы выманим его из болот с помощью частот Иглы и стравим с Кислотным Кланом Гарна на подступах к нашему дому. Нам предстоит грязная работа. И мы начнем её прямо сейчас.

Глава 14. Слепой локатор

Утро началось не с триумфа, а с дикой, выламывающей суставы боли. Я очнулся от собственного удушливого хрипа. Каждое дыхание отзывалось в левой стороне груди так, словно туда забили раскаленный титановый костыль. Ожог от кислоты покойного Ур-Гаша воспалился, но хуже всего была изнуряющая, выкручивающая суставы слабость и жуткая тошнота. В горле стоял отчетливый, кислый вкус меди. Мой левый глаз лениво замигал багровым системным отчетом, подтверждая мои худшие опасения.

СИСТЕМА: Зафиксировано критическое накопление ионизирующего излучения Накопленная доза: 38 мЗв (Субклиническая стадия лучевой нагрузки) Эффект: Блокировка естественной регенерации клеток на 48 часов. Снижение максимальной выносливости на 30%. Здоровье: 18/100

Вот оно как. Я горько усмехнулся, утирая холодный пот со лба. Вчерашние шестнадцать часов работы в бункере Иглы не прошли даром. Даже локальный электростатический щит верстака, который я запитал от "Искры", не спас меня полностью. Я нахватался невидимого яда, когда бегал в неочищенные зоны бункера за деталями разбитых роботов. И теперь радиация вместе с голодом, ожогом от кислоты медленно добивала мой неприспособленный к Земле организм. Справа от меня зашевелился Торин.

Он не издал ни звука. Парень медленно сел на своем хвойном ложе, слепо поворачивая забинтованную голову из стороны в сторону. Спекшаяся кожа на его лице, герметично затянувшая пустые глазницы после моего прижигания портов, лишила его мимики, превратив лицо в застывшую маску. Он попытался подняться на ноги, опираясь руками о неровную стену пещеры. Его пальцы судорожно скребли холодный камень.

Сделав неуверенный шаг вперед, Торин зацепился носком ботинка за выступающий корень каменного вяза. Он рухнул вперед, тяжело ударившись коленом о гранитный валун. Ржавая гильза с водой, стоявшая рядом, с тихим звоном покатилась по земле, выливая скудную влагу в грязь.

Я дернулся, чтобы помочь, но Бранн, сидевший напротив, перехватил мою руку своей огромной мозолистой ладонью. Он покачал головой.

Торин не закричал и не позвал на помощь. Его челюсти сжались так, что на скулах заходили желваки. Он замер в грязи на четвереньках, его плечи мелко дрожали от бессильной ярости и унижения. Секунду, другую... Затем нащупав руками укатившуюся гильзу, поднялся на колени и медленно пополз обратно к своему лежаку, ориентируясь по теплу догорающих углей. Он сел у стены, уткнувшись лбом в колени и напрочь отгородившись от мира.

Бранн поднялся, подошел к нему и поставил перед ним полную гильзу свежей воды, которую успел вскипятить на рассвете. Он не стал утешать парня - на болотах жалость считалась оскорблением. - Нам пора уходить отсюда. В пещере холодно, а Торину нужен нормальный уход. Клан Гарна перекроет тропы к полудню. Если мы застрянем здесь, нас просто выкурят как крыс. В бункере под Шпилем у нас хотя бы есть стены из чистого металла и запасы энергии

- Ты прав- я поднялся, шипя от боли в груди - Собираем вещи. Переносим все припасы и оружие в бункер. Там я смогу запустить приборы Иглы и разобраться с тем, что нам оставил Шаман.

----------

Переход до руин Шпиля дался нам тяжело. Бранну пришлось практически нести Торина на плече, пока парень молча висел на нем, зажав зубами обрывок шкуры, чтобы не стонать при каждом толчке. Я едва поспевал следом, опираясь на обломок деревянного древка. Сора скользила впереди, держа наготове свой новый титановый лук, её глаза непрерывно сканировали туманную чащу. Волчата - Тень и Сумрак - семенили рядом. Они уже заметно вытянулись, их лапы окрепли, а серебристый камуфляж на шкурках стал более плотным благодаря чистому протеину, которым мы их кормили.

Когда тяжелая гермодверь бункера наконец захлопнулась за нашими спинами, отрезав нас от холодного болотного тумана, я почувствовал облегчение. Здесь, в глубине бетонных казематов Иглы, радиационный фон все еще слегка превышал норму, но это было ничто по сравнению с угрозой со стороны Кислотного Клана Гарна. Я уложил Торина на брезент в углу аппаратного зала, а сам подошел к главному терминалу управления Иглы. Мой затылочный нейрочип отозвался сухим электрическим треском, приветствуя локальную сеть.й Мысленно активировав Ключ Пастуха - фиолетовый системный файл, извлеченный из эссенции Ур-Гаша.

СИСТЕМА: Авторизация в локальной сети "Игла-04" подтверждена Статус: Прокси-Администратор Доступ к вычислительным мощностям узла: Открыт Запуск принудительного сканирования локального оборудования...

В этот момент мой левый глаз вспыхнул ослепительным лазурным светом. Игла, используя свои датчики и вычислительные контуры, провела фоновое сканирование нашего снаряжения. Наконец-то Система смогла проиндексировать и рассчитать параметры созданных мной гибридных предметов, которые до этого отображались в интерфейсе как неформатный мусор. Перед моими глазами развернулись детальные, структурированные характеристики нашего оружия:

ИСТИНА: Тяжелый гидравлический топор "Сокрушитель" Класс: Уникальное гибридное оружие Материал: Конструкционный титан (сегменты брони "Тип-С"), силовой двутавровый профиль Минимальные требования: Сила 30 Физический урон: Высокий (Дробящий / Рубящий) Активный эффект "Гидравлический удар": При столкновении с целью инерционный датчик активирует поршень высокого давления (300 атмосфер). Создает направленный кинетический импульс разрушения. Бонус: +150% к пробитию плотной биологической брони и костяных панцирей. Расход ресурса: 5% заряда ячейки за один силовой удар.

ИСТИНА: Высокотехнологичный блочный лук "Шелест" Класс: Дистанционное оружие (Сложный натяжной механизм) Материал: Титановые ребра жесткости "Стража Тип-С", роликовая система приводов, стальной трос Минимальные требования: Ловкость 14 Дальность стрельбы: +200% по сравнению с биологическим аналогом Начальная скорость снаряда: 120 м/с Пассивный эффект "Сброс натяжения": При прохождении пиковой точки блоков усилие удержания снижается на 75%. Точность прицеливания в режиме ожидания значительно повышена.

ИСТИНА: Титановые стрелы "След Жнеца" (Модифицированные) Тип снаряда: Повышенная бронепробиваемость Эффект: Игнорирует легкую и среднюю броню (до 15 единиц плотности). Модификация "Яд Пастуха": Наконечник содержит микро-капсулу с химическим концентратом кислоты. При попадании наносит 5 единиц урона в секунду в течение 10 секунд (Кислотный некроз). Разрушает доспех цели в точке контакта.

Примечание: Создано на основе декомпилированного био-шаблона Ур-Гаша.

- Ну и ну - пробормотал я, разглядывая бегущие по сетчатке строки - Сора, Бранн, ваше оружие теперь полностью синхронизировано с Системой. Мы можем отслеживать его прочность и эффективность в реальном времени.

Бранн подошел ближе, с благоговением проводя пальцами по титановому лезвию своего топора. - Я чувствую, как оно отзывается на мою силу, Кай - негромко произнес он - Оно больше не кажется просто тяжелым куском железа. Оно словно часть моей руки

Следом за оружием Система вывела на экран обновленные данные нашей группы. Благодаря Ключу Пастуха, Игла принудительно зарегистрировала моих спутников в локальной сети, рассчитав их параметры на основе плотности их ДНК:

СУБЪЕКТ: Бранн (Ур.5) КЛАСС: Тяжеловес (Зарегистрирован в сети) ЗДОРОВЬЕ: 130/130 ВЫНОСЛИВОСТЬ: 87/115 МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 48.9% (Стабильно)

СУБЪЕКТ: Сора (Ур.3) КЛАСС: Охотник (Зарегистрирован в сети) ЗДОРОВЬЕ: 85/85 ВЫНОСЛИВОСТЬ: 67/90 МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 12.0% (Стабильно)

СУБЪЕКТ: Торин (Ур. 2) КЛАСС: Локатор (Зарегистрирован в сети) ЗДОРОВЬЕ: 32/100 (Стабильно. Травматический шок) ВЫНОСЛИВОСТЬ: 15/80 МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 24.5% (Стабильно) СТАТУС: Слепота

Я уставился на параметры Торина. Его новый класс "Локатор" уже был прописан в системе Иглы, но оставался неактивным.

- Кай - раздался глухой, прерывистый голос Торина из угла. Он не поворачивал головы в мою сторону, его пальцы продолжали медленно перебирать волокна брезента - Ты же человек неба, сделай так, что бы я мог видеть. Пожалуйста..... Я устал лежать как мертвый зверь

Я глубоко вздохнул, доставая из сумки заготовки: ультразвуковой сенсор движения от разобранного гуманоида "Тип-С" и гибкий медный шлейф.

- Бранн, Сора, помогите мне - позвал я - Операция будет грязной и тяжелой. Бранн, держи его голову. Если он дернется в момент сопряжения контактов, импульс может выжечь ему остатки мозга

Бранн навалился всем телом на плечи Торина, фиксируя его череп своими огромными руками. Сора встала рядом, её пальцы крепко сжали ладонь раненого парня.

Я подошел к Торину со спины и осторожно снял повязку с его затылка. Там, у самого основания черепа, проходила багровая линия его системной татуировки. Я приложил к ней медные контакты шлейфа датчика, а сам обруч с сенсором затянул на его лбу. Темная круглая линза прибора теперь отсвечивала прямо посреди его лица, напоминая третий, мертвый глаз стального паука.

- Держись, Торин - прошептал я, активируя режим сопряжения через Истину.

Мой левый глаз вспыхнул. Затылочный чип выдал резкий разряд, который ушел по кабелям прямо в затылок парня.

СИСТЕМА: Обнаружено внешнее устройство "УЗ-Локатор Тип-С" Попытка подключения к периферийному био-интерфейсу стороннего субъекта... Внимание: Риск болевого шока субъекта Торин: Высокий Сопряжение... Успешно

- А-А-А-А-А - дикий, разрывающий легкие крик Торина эхом ударил в бетонные своды бункера.

Парень выгнулся дугой, его мышцы напряглись так, что сухожилия на шее едва не лопались. Из-под контактов на его затылке посыпались мелкие синие искры, а багровая татуировка на его шее яростно запульсировала ядовито-розовым светом.

Его мозг только что получил первый, прямой, нефильтрованный электрический удар от датчика движения. Нано-сеть Торина пыталась переварить чужеродный цифровой сигнал, переводя его в понятные биологические импульсы.

- Держи его, Бранн - кричал я, лихорадочно прокручивая настройки частоты резонатора в своем интерфейсе, чтобы снизить болевой порог - Снижаю амплитуду! Сжимаю входящий сигнал!

Крик Торина перешел в хриплый, прерывистый стон. Он обмяк в руках великана, его тяжело вздымающаяся грудь была покрыта холодным потом. Под его закрытыми, затянутыми герметичной кожей веками быстро двигались белки глаз.

- Торин... ты слышишь меня? - я убрал руки, закрепляя кожаный обруч на его лбу.

Парень медленно, тяжело закивал. Его зубы продолжали выбивать дробь от пережитого шока.

- В моей голове - прошептал он, его пальцы судорожно сжимали край брезента - В моей голове что-то щелкает. Очень быстро. Как стего-муравьи в сухой траве

- Это я стою прямо перед тобой - я сделал два шага назад - Сейчас щелчки стали реже?

- Да - Торин медленно повернул голову вслед за моим движением, линза датчика на его лбу зафиксировала перемещение источника тепла - Теперь они реже. Но когда я поворачиваюсь к стене скалы, они начинают бить мне в уши как град. Это больно, Кай. Очень больно. Каждое щелканье отдается в затылке тяжелой, тупой иглой

- Терпи - Сора подошла к нему и аккуратно положила руку на его плечо - Твой мозг со временем привыкнет. Ты должен научиться слышать расстояние, Торин.

Парень ничего не ответил. Он сидел неподвижно, медленно поворачивая голову из стороны в сторону, пытаясь сориентироваться в пространстве бункера по частоте и громкости болезненных щелчков в своей голове. Он все еще был беспомощен, но теперь у него появился шанс.

----------

- Теперь займемся вторым проектом - я повернулся к био-контейнеру медицинского отсека Иглы, который тускло светился в углу зала - Сора, поднеси Сумрака к капсуле.

Сора с непрекрытой тревогой принесла маленького волчонка. Сумрак тихо попискивал, прижимая уши и испуганно озираясь по сторонам своими светящимися голубыми глазами.

- Что ты хочешь сделать с ним? - переминаясь с ноги на ногу, осторожно поглаживая волчонка по голове.

- Я хочу интегрировать био-шаблон кислотной железы Ур-Гаша в его слюнные железы - я открыл панель управления био-контейнера - Сам я не могу принять этот код. Мой интерфейс выдает предупреждение, что интеграция шаблона повысит мой мутагенный индекс и маскировка протокола Отец будет уничтожена. Если я мутирую физически - орбитальный Хаб сразу засечет меня. Моя задача - оставаться человеком. Но звери переносят мутации гораздо легче

Я бережно уложил заснувшего под воздействием слабого сонного газа волчонка внутрь стеклянной капсулы био-контейнера. На его пушистом загривке закрепились тонкие сенсорные датчики Иглы.

- Процесс перестройки кода займет около двенадцати часов - я ввел команды на терминале, запуская декомпиляцию человеческого шаблона кислоты под анатомию псовых - Я адаптирую код некроза Ур-Гаша под его слюнные железы. Сумрак не будет плеваться ядом на расстояние. Но его слюна станет высокотоксичным концентратом. При укусе он будет впрыскивать кислоту прямо в раны врагов, разъедая их багровые татуировки и костяные доспехи. Мы вырастим из него идеальное оружие ближнего боя

На экране био-контейнера побежали зеленые строки прогресса:

СИСТЕМА: Адаптация био-шаблона "Кислотная железа" под субъект "Теневой Волк" Процесс интеграции запущен. Время до завершения: 6 часов Температура субъекта: Стабильно (Легкая лихорадка)

Я устало опустился на ящик рядом с терминалом, чувствуя, как ожог на груди снова начинает пульсировать тупой болью, а в горле нарастает привкус меди. Мы сделали всё, что могли в этих условиях. Мы вооружились, мы спасли раненых и запустили процесс создания нашего секретного оружия.

После коротко сна открыв глаза, я почувствовал как моё сердце колотилось медленно и тяжело, словно застывающий ком глины. Восемнадцать единиц здоровья. Я был ходячим трупом. Одно неловкое падение, один случайный порез или просто слишком глубокий вдох радиоактивной пыли - и система Кая окончательно отключится. Привкус меди на языке становился всё более отчётливым. Радиация в сто сорок два миллирентгена в час медленно, но верно ломала структуру моих клеток.

- Бранн, тащи сюда силовой кабель с правого распределительного щита, - хрипло скомандовал я, удерживаясь за край терминала Иглы, чтобы не упасть. Перед глазами плыли серые круги. - Быстрее. Если мы не перекроем этот фон, я не доживу до рассвета.

Великан буквально рванул из стены толстый, оплетённый металлом провод и притащил его к центральному пульту. Я мысленно активировал Ключ Пастуха, подключаясь к инженерным подсистемам Иглы. Мой левый глаз запульсировал лазурными строками кода. На сетчатке развернулась трёхмерная схема энергоснабжения бункера.

СИСТЕМА: Доступ к распределительному узлу "Игла-04" получен Текущий заряд накопителя "Искра": 42% Доступные защитные протоколы: Электростатический барьер фильтрации (Деактивирован)

- Перенаправить резервную линию питания на контур барьера аппаратного зала - мысленно отдал я команду, соединяя оголённые контакты кабеля прямо с шиной аварийного генератора. - Медный шлейф в моих пальцах с сухим треском выдал сноп синих искр. Меня чувствительно ударило током, заставив сжать зубы от боли.

СИСТЕМА: Внимание. Активация электростатического барьера Расход энергии накопителя "Искра": 1.2% в час Локальный радиационный фон в аппаратном зале: Снижение с 142 мР/ч до 12 мР/ч Статус субъекта Кай: Угроза лучевого поражения приостановлена

Я тяжело выдохнул и сполз по металлической панели пульта на пол. Воздух в зале неуловимо изменился - он стал сухим, слегка пахнущим грозой. Кислый привкус во рту начал медленно исчезать. Локальный щит заработал. Теперь этот зал был единственным безопасным местом в радиусе десяти километров. Но плата за это была высокой: барьер пожирал драгоценную энергию «Искры». Нам нужно было спешить. Я повернул голову и посмотрел на Сору. Она сидела на полу у стеклянного био-контейнера, в котором под тусклым зеленоватым светом спал Сумрак. Её титановый лук лежал рядом на брезенте, но все её мысли были заняты не оружием. Она прижала ладонь к холодному толстому стеклу капсулы. Её лицо сейчас выражало глубокую, почти материнскую тревогу.

Сумрак внутри капсулы мелко дрожал, его дыхание было частым и неровным. Нано-боты Иглы перестраивали его слюнные железы, и эта мутация давалась молодому организму тяжело. На экране монитора Иглы пульсировали строки: «ВНИМАНИЕ. Температура субъекта: 40.2°C. Риск отторжения кода: 14%».

- Кай... - тихо, почти шёпотом позвала Сора, не отводя взгляда от брыкающегося во сне щенка. - Он выживет? Его тело горит. Я не хочу потерять ещё и его.

Я с трудом поднялся, превозмогая слабость в ногах, и подошёл к ней. Моя ладонь легла на её плечо.

- Выживет, Сора, - уверенно сказал я, хотя сам чувствовал, как внутри всё сжимается от беспокойства. - У зверей ДНК гораздо пластичнее нашей. Их нано-сети созданы для быстрой адаптации к мутагенам. Лихорадка - это просто процесс перезаписи кода. Сумрак сильнее, чем кажется. Ему просто нужно время.

Сора молча кивнула, но руку со стекла не убрала. Её пальцы слегка подергивались в такт неровному дыханию волчонка.

- Мы должны подготовиться - глухо произнёс Бранн, стоявший у входа в зал с гидравлическим топором на плече. Его синяя татуировка ровно светилась в полумраке. - Торин пришёл в себя. Но он... он не справляется.

Я повернулся к углу зала. Торин пытался подняться. Прибор-локатор на его лбу непрерывно и мелко щелкал, заполняя его мозг ультразвуковыми сигналами. Парень сделал неуверенный шаг вперед, его рука судорожно искала опору в пустоте. Датчик на лбу выдал резкий, болезненный писк - Торин слишком быстро повернул голову к металлическому стеллажу. Парень вскрикнул, зажав уши руками, и снова упал на колени, тяжело дыша. На его изуродованном лице, затянутом серой кожей, выступил крупный пот.

- Я не могу... - прохрипел он, его пальцы судорожно скребли холодный пол. - Этот шум... он сверлит мой череп изнутри. Я не слышу мир, Кай. Я слышу только бесконечную, разрывающую мозг боль.

- Ты должен научиться разделять сигналы, Торин - я подошёл к нему и опустился на одно колено. Ему нужна была опора. - Писк - это препятствие. Если звук высокий и частый - перед тобой стена. Если он затихает - путь свободен. Твой мозг пытается обрабатывать ультразвук как обычный свет, поэтому тебе больно. Перестань пытаться увидеть. Начни слушать. - Я протянул ему его старый деревянный лук, который Бранн прихватил из пещеры. - Возьми оружие. Твои руки помнят его вес. Твоё тело помнит, как натягивать тетиву. Привыкай к миру через дерево и металл.

Торин дрожащими руками принял лук. Его пальцы медленно скользнули по гладкому, затертому дереву плеч оружия. Это простое действие, казалось, вернуло ему часть уверенности. Он затих, перестал метаться и медленно повернул голову в сторону Бранна, прислушиваясь к мерным щелчкам датчика, отражающимся от массивного тела великана.

- Бранн... - тихо произнес слепой парень. - Ты стоишь в четырех шагах от меня. И ты... ты огромный как скала. Звук от тебя идет тяжелый, глухой.

- Правильно, парень, - Бранн скупо улыбнулся. - Охотник не всегда видит зверя глазами. Иногда мы бьем по шороху травы. Ты научишься.

- Теперь к делу, - я вернулся к главному терминалу Иглы. - У нас осталось мало времени. Часы маскировки тикают, а Гарн уже выставил засаду на восточной тропе. Обычный бой с его Кислотным Кланом - это самоубийство. Их намного больше нас. Нам нужна наживка.

Я вывел на экран карту местности, полученную со спутникового контура Иглы. На ней красными точками были отмечены посты охотников Гарна на границе Запретных Руин.

- Я настроил передатчик Иглы на инфразвуковой импульс в семь герц, - я показал пальцем на схему. - Мы соберем компактный ретранслятор. Бранн, мы с тобой выйдем к пограничному поваленному вязу и установим прибор там. Когда я запущу сигнал через терминал бункера, Тиран взбесится от дикой боли в черепе. Его инстинкты погонят его уничтожать источник звука.

И его путь пройдет ровно через восточную тропу. Ровно через посты Кислотного Клана.

- Они столкнутся лоб в лоб, - янтарные глаза Соры хищно блеснули. Она наконец оторвалась от стекла био-контейнера. - Тиран раздавит их засаду, а выжившие побегут обратно к лагерю.

- Именно, - кивнул я. - Это даст нам время прорваться к Анкеру Пепельного Клана в их деревне и ввести Ключ Пастуха. Но риск колоссальный. Если Тиран обнаружит нас во время установки ретранслятора, у нас не будет шансов выжить. Бранн, Сора... Отдохните и готовьте оружие. Мы выходим после обновления Сумрака.

-----------

И снова всех приветствую. Постараюсь выкладывать главы каждые Вт, чт, сб. Если случится какой либо форс мажор, будет выходить две главы на следующий день по графику, с интервалом полтора-два часа.

Глава 15. Первое упокоение

Внутреннее пространство бункера наполнилось резким, свистящим шипением - это автоматическая система медицинского отсека Иглы начала выравнивать давление в био-контейнере. Стеклянная полусфера капсулы медленно поползла вверх, выпуская наружу облако холодного белого пара, пахнущего лекарственными полимерами.

Сора мгновенно оказалась рядом. В её глазах сейчас металась неприкрытая, почти болезненная тревога. Она невольно прижала ладони к груди, наблюдая, как на дне контейнера медленно шевелится серебристый клубок шерсти.

Сумрак открыл глаза. Его зрачки, раньше бывшие чисто-голубыми, теперь горели холодным лазурным светом с едва заметным, зеленоватым отливом на самой границе радужки. Волчонок тяжело, хрипло выдохнул, и на титановое днище капсулы упала крупная капля слюны. Раздалось шипение, и металл под его мордой мгновенно покрылся черной, изъеденной коррозией.

- Осторожно, Сора, не трогай его пасть, - хрипло предупредил я, удерживаясь за край верстака. - Его слюнные железы полностью перестроены под био-шаблон Ур-Гаша. Теперь его укус - это химическое оружие.

Но Сора словно не слышала меня. Она бережно, с невероятной нежностью просунула руки под брюшко волчонка и достала его из контейнера. Сумрак был горячим, его тельце всё еще била мелкая дрожь, оказавшись на руках у хозяйки, он ткнулся мокрым носом в её ладонь и тихо, прерывисто заскулил. Девушка облегченно выдохнула, прижимая зверя к себе и тихонько баюкая его, шепча что-то на старом наречии болотных кланов. На её бледных щеках впервые за долгое время проступил слабый румянец.

Бранн стоял рядом, опершись на рукоять своего тяжелого топора. Великан завороженно смотрел на подросшего Сумрака, и в его суровом лице сквозила странная, детская зависть. Он протянул было свою огромную мозолистую ладонь к Теневому Волчонку Тени, который крутился у моих ног, но вовремя отдернул руку, словно боясь повредить хрупкое существо.

- Сильный зверь будет - глухо рокотал великан, и в его синем узоре на груди пробежала теплая волна. - В нашем клане только Шаман мог подчинять себе болотных гадюк, но те были глупыми, холодными тварями. А эти... эти понимают нас. Кай, когда мы очистим Анкер... ты сможешь найти зверя и для меня? Кого-то большого. Способного идти со мной в первом ряду и ломать щиты.

- Обязательно найдем - слабо улыбнулся я, превозмогая тошноту от лучевой нагрузки. - Но сначала нам нужно выжить. А для этого мне нужно закончить оружие для себя.

Я повернулся к заваленному деталями верстаку. Моя Сила после распределения кэша равнялась всего одиннадцати единицам - я был физически неспособен натянуть жесткую титановую тетиву лука Соры или эффективно замахнуться тяжелым гидравлическим топором Бранна. Мне нужно было технологическое решение, которое компенсирует мою физическую слабость.

Я взял облегченные титановые ребра жесткости от разбитого «Стража» и соединил их крест-накрест, формируя прочную, упругую дугу.

Вместо того чтобы натягивать тетиву руками, я смонтировал на ложе компактный червячный редуктор с поворотным рычагом, снятый с привода турели стального паука. Теперь, чтобы взвести оружие, мне не требовалось прилагать усилий - достаточно было сделать несколько легких оборотов рычага, и стальной тросик натягивался с колоссальным натяжением в двести килограммов, намертво фиксируясь на шептале.

Я провел ладонью над готовым прибором, и Игла, используя права доступа моего Ключа Пастуха, мгновенно проиндексировала созданный гибрид, выведя на сетчатку золотистые строки:

СИСТЕМА: Создан новый уникальный объект ИСТИНА: Компактный пневмо-блочный арбалет "Жало" Класс: Дистанционное оружие (Модифицированное) Материал: Облегченный титан, элементы приводов "Тип-С", стальной трос Минимальные требования: Сила 6, Ловкость 8

Физический урон: Средний (зависит от типа снарядов)

Активный эффект "Механический взвод": Использование червячного редуктора позволяет взводить арбалет без затрат физической выносливости. Время перезарядки: 6 секунд.

Бонус: Высокая точность на дистанции до 80 шагов. Идеально сбалансирован для пользователей с низкими физическими показателями.

Я аккуратно выложил на верстак десяток коротких титановых болтов, которые вырезал из обшивки дроида. Наконечник каждого из них я смазал густым, ядовито-зеленым гелем, синтезированным медицинским блоком Иглы на основе био-шаблона Ур-Гаша.

ИСТИНА: Болты "Кислотный некроз" (10 шт.) Тип: Модифицированный боеприпас для арбалета Эффект: При попадании капсула на наконечнике разрушается, нанося 6 единиц химического урона в секунду в течение 12 секунд.

Особое свойство: Полностью разъедает физическую броню цели в точке контакта, снижая показатель защиты на 40%. Эффективно против багровых татуировок Системы.

Я аккуратно закрепил «Жало» на поясном креплении своей куртки. Теперь я больше не был беспомощной мишенью. В моих руках был инструмент, способный пробивать костяные панцири и плавить плоть с безопасного расстояния.

Гермодверь Иглы закрылась за нашими спинами с тяжелым, глухим лязгом, отрезав относительную безопасность аппаратного зала. Безопасность, за которую мы платили драгоценными процентами «Искры». Едва мы шагнули в серый, клубящийся болотный туман, мой левый глаз неприятно запульсировал желтым предупреждением.

СИСТЕМА: Внимание. Радиационный фон внешней среды: 142 мР/ч Прогноз: Накопление критической дозы излучения возобновлено

Я непроизвольно поморщился, поправляя на плече лямку тяжелого брезентового рюкзака. Внутри него лежал наспех собранный ретранслятор - угловатая металлическая коробка с торчащими медными усиками антенн, переделанная из передатчика сломанного робота. Мои ребра, обожженные ядом Ур-Гаша, горели от каждого шага, а ноги казались налитыми свинцом. Восемнадцать единиц здоровья. Я чувствовал себя стеклянной игрушкой, которую забыли на краю стола. Один сильный толчок - и я рассыплюсь на осколки.

Сора скользила впереди беззвучной серой тенью. Её титановый лук «Шелест» лежал на её левом плече, а пальцы правой руки постоянно касались оперения стрел в колчане. Сумрак семенил у её ног. Волчонок перенес лихорадку мутации на удивление быстро, хоть его дыхание все еще оставалось тяжелым. Из его пасти то и дело капали густые слюни, оставляя на гнилых листьях папоротника шипящие, обугленные следы.

Бранн шел замыкающим. Он нес наш основной скарб и тяжелый гидравлический топор, непрерывно озираясь по сторонам. Синий узор на его груди был скрыт под плотной шкурой Жнеца, но я чувствовал ровное, уверенное тепло, исходящее от гиганта. Его пятый уровень теперь работал на полную мощность.

- Туман слишком густой - Сора резко остановилась, припадая на одно колено у поваленного ствола гигантского дерева. Её глаза сузились, сканируя серую мглу. - Запахи болот стоят стеной, я не могу почуять ищеек Гарна. Но они точно должны быть здесь.

- Нам не нужно идти к лагерю - я опустился рядом, тяжело дыша и прижимая ладонь к горящей груди. - Нам нужно дойти до каменного вяза на развилке восточной тропы. Это где-то триста шагов отсюда. Если установим ретранслятор там, сигнал накроет всю низину.

- Гарн выставил там секреты - Бранн опустился рядом с нами, его лицо было хмурым. - Он знает, что этот вяз - единственное место, где можно укрыться от болотной жижи. Он умный охотник, Кай. Был умным, пока Шаман не отравил его разум своей кровью.

- У нас нет выбора - я поправил ремень своего нового пневмо-блочного арбалета на поясе. Холодный металл «Жала» приятно холодил бедро, но я молился, чтобы мне не пришлось его использовать. Я не боец. Моя задача - техника.

Мы двигались медленно, шаг за шагом пробиваясь сквозь мокрые, цепкие заросли болотного папоротника. Земля под ногами хлюпала, грозя затянуть в вонючую жижу. Каждый метр давался с боем. Гравитация Земли казалась мне сегодня особенно жестокой, словно планета пыталась прижать меня к своей грязной груди и больше не отпускать.

Наконец сквозь серую пелену проступили очертания огромного, расколотого молнией каменного вяза. Его массивные, черные ветви уходили высоко вверх, теряясь в плотном розовом куполе ячейки. Это была идеальная точка. Высокая, сухая, с хорошей зоной распространения радиоволн.

- Бранн, прикрывай - скидывая рюкзак на скользкие корни дерева. - Мне нужно три минуты, чтобы закрепить прибор и подключить его к кабелю Иглы.

Я быстро открыл брезент, доставая металлический короб ретранслятора. Пальцы дрожали от холода и слабости, медные провода казались скользкими. Я лихорадочно соединял контакты, мысленно настраивая частоту через Ключ Пастуха в своей голове.

Вдруг Тень, сидевший у моих ног, глухо зарычал. Его шерсть на загривке встала дыбом, а маленькие уши плотно прижались к черепу. Сумрак у ног Соры тоже вздыбился, издав низкий, предупреждающий рык.

- Кай, назад! - дикий крик Соры разорвал тишину болот.

Из густых зарослей папоротника справа от нас, абсолютно бесшумно, вылетела фигура. Это был один из молодых охотников Пепельного Клана - Кир. Я помнил его. Тихий, нескладный парень, который всегда держался в тени Гарна. Но сейчас от прежнего Кира не осталось ничего. Его кожа на лице была покрыта глубокими, сочащимися зеленой жижей трещинами. Глаза горели диким, безумным зеленым огнем, а багровые татуировки на шее пульсировали так сильно, что казались открытыми ранами. Он был полностью во власти грязного патча Шамана. Бешеный, лишенный разума Сосуд.

Кир двигался с неестественной, ломаной скоростью. Прежде чем Бранн успел развернуть свой тяжелый топор, безумный мутант сделал невероятный прыжок, сбивая меня с ног.

Я тяжело рухнул спиной на скользкие, мокрые корни вяза. Удар выбил весь воздух из моих легких. В глазах на секунду потемнело, а обожженная грудь взорвалась такой дикой, ослепляющей болью, что я едва не потерял сознание.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ Получен физический урон: 6 единиц. Здоровье: 12/100 Внимание: Риск удушья

Тяжелое, пахнущее гнилью и едкой кислотой тело Кира навалилось сверху, намертво придавливая меня к земле. Его пальцы с обломанными, почерневшими ногтями с силой впились в мое горло. Я захрипел, судорожно пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха, но железная хватка мутанта перекрыла кислород.

- Демон... - хрипел Кир, его лицо было в нескольких сантиметрах от моего. Из его приоткрытого рта, обнажавшего воспаленные десны, пузырилась густая зеленая пена. - Умри... скверна...

Капля его слюны упала мне на левую щеку. Кожу мгновенно прожгло до крови, дикая боль заставила меня судорожно выгнуться. Я пытался скинуть его здоровой рукой, но моя сила в одиннадцать единиц была ничтожна против его безумной, подстегнутой мутагенами мощи.

Бранн бросился к нам, но скользкая глина не дала ему сделать быстрый рывок - гигант поскользнулся, его тяжелый топор со свистом рассек воздух в пустоте. Сора не могла выстрелить из лука - мы слились с Киром в один хаотичный клубок в грязи.

Я умирал. Мой мозг стремительно отключался от недостатка кислорода, перед глазами поплыла густая, темная пелена, а системные сообщения Иглы слились в один сплошной красный шум. Это был не симулятор. Не учебный класс на "Орионе". Это была реальная, грязная смерть в болотной жиже под ногами безумного дикаря.

Правая рука, действую на чистых инстинктах выживания, скользнула к моему бедру. Пальцы нащупали холодную рукоять арбалета "Жало". Я не мог прицелиться. Я просто сорвал оружие с крепления, упер его титановый ствол снизу в мягкие ткани под нижней челюстью Кира и судорожно нажал на спуск.

Раздался резкий, сухой щелчок освобожденного стального троса. Титановый дротик со свистом ушел вертикально вверх. Он с хрустом пробил челюсть, язык и череп Кира насквозь, выйдя из его темени со звонким хлопком. Безумный охотник мгновенно замер. Его пальцы на моем горле ослабли. Зеленый огонь в его глазах удивленно округлился, а затем медленно подернулся мутной, серой пеленой смерти.

В следующую секунду из разорванного горла Кира под давлением хлынул густой, горячий поток его ядовитой крови. Она фонтаном ударила мне прямо на лицо и грудь. Кислотная кровь зашипела на моей куртке, мгновенно растворяя синтетическую ткань и вгрызаясь в кожу. Тело Кира тяжело завалилось набок, увлекая меня за собой в грязь.

- Кай! - Бранн подлетел ко мне, силой сбрасывая мертвеца в сторону.

Я лежал на боку, судорожно, со свистом хватая ртом воздух и заходясь в сиплом, мучительном кашле. Моя левая щека и грудь горели так, словно их прижали к раскаленной плите распределителя. Но я не чувствовал этой боли.

Я смотрел на Кира.

Он лежал всего в двух шагах от меня. Из его открытого рта медленно вытекала темная, пенистая кровь, смешиваясь с болотной жижей. Его пальцы последний раз судорожно дернулись и затихли навсегда.

Я убил его.

Я своими руками лишил жизни человека. Не робота, не дикого зверя, не системный сбой. Человека, который еще неделю назад встречал рассветы и провожал закаты. Его мертвые, стеклянные глаза смотрели в серое небо Иглы с немым упреком.

Мой цивилизованный разум просто ломался. В ушах поднялся страшный, оглушительный гул, заглушающий любые звуки болот. Всё вокруг сузилось до размеров этого мертвого лица в грязи.

Меня резко, спазматически вывернуло желчью прямо на скользкую хвою. Мое тело крупно трясло, пальцы судорожно скребли мокрую землю, пытаясь уцепиться хоть за что-то, а зубы выбивали бешеную дробь. Я харкал желчью, заходясь в беззвучном плаче, пока грязь и ядовитая кровь Кира смывались с моего лица каплями болотного дождя.

Бранн молча опустился рядом в грязь. Его огромная, теплая ладонь легла мне на плечо, слегка сжав его. Великан взял пригоршню влажного, холодного мха и аккуратно, с силой стер остатки шипящей кислоты с моей щеки и шеи, не давая ей прожечь ткани глубже.

- Это Земля, Кай - тихо, но твердо произнес великан. Здесь нет правил твоего Мертвого Неба. Кир уже не был человеком - Шаман выжег его разум, оставив только злобу. Ты спас себя. Поднимайся. Нам нужно закончить работу, пока его крики и запах крови не привлекли остальных ищеек.

Я с трудом поднялся на ноги, опираясь на широкое плечо Бранна. Мои колени подкашивались, а перед глазами все еще стояло лицо Кира с титановым дротиком в челюсти. Я сделал несколько глубоких вдохов, заставляя дрожь в руках утихнуть, и молча кивнул. Бранн был прав. Земля не прощала слабости.

Я подошел к поваленному вязу. Пальцы все еще плохо слушались, но я заставил себя закрепить металлический короб ретранслятора на массивной ветке и подключить кабель. - Всё - хрипло произнес я, вытирая грязным рукавом пот со лба. - Прибор установлен. Он готов к трансляции.

Я мысленно активировал команду запуска через Ключ Пастуха. Ретранслятор на ветке тихо, почти неслышно зажужжал. Воздух вокруг вяза начал едва заметно вибрировать. Инфразвуковой импульс в семь герц ушел в глубь болот, невидимой волной накрывая восточную тропу и позиции постов Кислотного Клана.

- Уходим - Сора подобралась ближе, её лук был наготове, а Сумрак тихо скулил, чувствуя приближение чего-то огромного. - Тиран услышит этот шум через несколько минут. Нам нужно вернуться в бункер до того, как он выйдет из болот.

Мы побежали назад, петляя между деревьями. Позади нас, далеко в глубине болотной мглы, раздался первый, тяжелый, сотрясающий скалы утробный рев Болотного Тирана. Приманка сработала. Невидимая звуковая игла вонзилась в его примитивный мозг, и чудовище пришло в ярость.

Но в моей голове по-прежнему стояла мертвая, ледяная тишина. И лицо Кира в грязи.

Глава 16. Схождение сил

Мы ворвались в аппаратный зал Иглы, тяжело дыша и задраивая за собой гермодверь. Едва затворы встали в пазы, я бессильно сполз по рифлёной стали косяка на пол. Мой левый глаз лихорадочно мигал алыми предупреждениями.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ! Здоровье субъекта: 12/100 Физическое истощение: Критическое (Выносливость: 5/100) Регенерация заблокирована действием лучевой нагрузки (38 мЗв)

Каждый вздох приносил острую, режущую боль в обожжённой груди. Левую щеку, куда попала капля слюны Кира, немилосердно пекло, а перед глазами всё ещё стояло его мёртвое, удивлённое лицо с торчащим из темени титановым дротиком. Мои руки крупно дрожали. Я прижал ладони к лицу, пытаясь унять эту дрожь, но пальцы пахли гарью и болотной жижей. Меня накрывало тяжёлой, душной волной, заставляя сердце биться вхолостую в пустой груди.

Бранн опустился рядом, протягивая мне гильзу с тёплой водой. Он не пытался поднять меня на ноги силой. - Ты сделал то, что должен был. На Земле нет места тем, кто сомневается перед ударом. Если бы ты не выстрелил, Кир сейчас пил бы твою кровь.

Я принял воду, сделал несколько глотков, чувствуя, как тёплая влага немного успокаивает горящее горло. Металлический привкус радиации во рту стал слабее благодаря работающему электростатическому барьеру зала, но общая слабость никуда не делась. Я был на грани.

- Кай - Сора подошла к терминалу, ведя за собой Сумрака. Волчонок теперь двигался уверенно, его лазурные глаза внимательно сканировали углы, а из пасти больше не текла кислота - он научился контролировать свои новые слюнные железы. - Датчики Иглы зафиксировали движение в низине. Приманка работает.

Я с трудом поднялся, опираясь на плечо великана, и подошёл к главному пульту управления. Мои пальцы легли на сенсорную панель, активируя внешние оптические и инфракрасные сенсоры Шпиля.

Экран перед нами моргнул, выстраивая трёхмерную проекцию восточной тропы. Благодаря Ключу Пастуха, Система Иглы больше не выдавала мне белый шум вместо данных о людях. На оранжево-черной тепловой схеме чётко прорисовались силуэты засады Гарна.

Около пятнадцати охотников укрывались за поваленными стволами деревьев и каменными глыбами у самого входа в ущелье. Но их тепловые контуры выглядели странно. Вместо ровного жёлто-оранжевого свечения здоровых тел, их силуэты пульсировали грязным, рваным багровым светом. Шаманский патч перегружал их организмы. Даже через экраны я видел, как неестественно быстро двигаются их конечности, как они часто и прерывисто дышат. Они были как перетянутые струны, готовые лопнуть в любую секунду.

Гарн стоял в центре. Его контур был самым крупным. Его правая рука, модифицированная костяными наростами, светилась ядовито-зелёным - кислота уже циркулировала в его лимфатической системе, разрушая его тело изнутри, но давая колоссальную физическую мощь.

- Они ждут нас, - тихо произнесла Сора - Они думают, что мы попытаемся прорваться через ущелье.

- Они ждут не того врага, - хрипло отозвался я, запуская масштабирование теплового контура болот.

Вдруг дальняя часть экрана пошла тяжёлыми, рваными помехами. Электромагнитное поле Болотного Тирана искажало сигналы даже мощных сенсоров Иглы. Но его исполинский силуэт - глыба концентрированной ярости тридцать второго уровня - проступил сквозь помехи ослепительно-ярким, алым пятном.

Монстр двигался с пугающей скоростью. Он бежал прямо по направлению к нашему ультразвуковому ретранслятору, ломая вековые деревья как сухую солому. Звуковая игла в семь герц, бившая ему прямо в череп, превратила его примитивный мозг в бурлящий котел безумия.

- Началось - взяв покрепче рукоять «Сокрушителя» на автомате.

На экранах развернулась бойня. Охотники Гарна услышали треск ломающихся деревьев слишком поздно. Из густого серого тумана прямо на их позиции вылетела исполинская титаново-костяная туша Тирана.

Прежде чем они успели вскинуть свои тяжелые копья, монстр издал свой «Гробовой рев». Даже через толстые бетонные стены бункера мы почувствовали этот удар - стальные панели пола мелко завибрировали, а у меня из носа побежала тонкая струйка крови.

На экране тепловизора силуэты охотников мгновенно исказились. Половина из них просто рухнула в грязь, зажимая уши руками и заходясь в рвоте от резонанса внутренних органов. Их боевой порядок рассыпался за секунду. Но Гарн... Гарн не побежал. Подстегнутый безумием мутации, он взревел, его багровые узоры вспыхнули ослепительным светом. Он сделал рывок вперед, уклоняясь от огромной лапы Тирана, и с силой вогнал свое тяжелое копьё прямо в незащищенное титановыми пластинами сочленение задней ноги ящера. Капсула на наконечнике его копья лопнула, выпуская концентрированную кислоту Шамана.

Тиран взвыл - звук был таким пронзительным, что датчики звука Иглы на секунду зашкалили. Кислота Ур-Гаша с легкостью начала растворять даже его металло-органический костяной панцирь, прожигая мышцы до кости.

- Смотрите! - воскликнула Сора. - Их кровь... она действительно разъедает его!

Еще трое охотников прыгнули на спину ящеру с верхушки деревьев, вонзая свои костяные ножи в стыки его брони. Тиран крутнулся на месте, сметая двоих из них своим массивным хвостом. Тела людей отлетели на десятки шагов, ломаясь о гранитные скалы и стволы деревьев. Но в момент удара их тела буквально взорвались фонтанами кислотной крови.

Зеленый ядовитый поток ударил Тирану по морде и груди. Остеогенез тяжелых металлов, защищавший ящера, начал шипеть и плавиться. Титан тек как воск, обнажая сырое, дымящееся мясо. Монстр буквально взбесился от боли. Он перестал просто защищаться - он начал уничтожать всё вокруг себя. Его огромная пасть сомкнулась на грудной клетке одного из нападавших. Раздался страшный хруст, и мгновенный взрыв кислоты из разорванного тела охотника обжег пасть Тирана изнутри. Но ящер, не обращая внимания на боль, топтал, рвал когтями и давил людей Гарна с пугающей эффективностью тридцать второго уровня. Это была грязная, первобытная мясорубка. Кислотный Клан Гарна сражался с яростью камикадзе, их кровь плавила броню монстра, но разница в массе и уровнях была слишком велика.

Через две минуты всё было кончено.

На восточной тропе осталось лежать больше десятка изуродованных, дымящихся тел. Болотный Тиран, тяжело хрипя и волоча сожженную кислотой заднюю лапу, медленно развернулся и побрёл обратно в глубь болот. На его морде и груди зияли глубокие, сочащиеся зеленой слизью язвы - кислота Клана нанесла ему тяжелейшие повреждения, но он выжил. - Они разбиты - с толикой тоски произнес Бранн. В его голосе слышалась тяжелая горечь. Он только что увидел гибель своих соплеменников, пусть и предавших его. - Гарн... он выжил?

Я приблизил изображение на терминале. Гарн лежал у подножия расколотого вяза. Его левая рука была оторвана, а багровые татуировки на теле горели тусклым, прерывистым светом. Он медленно, опираясь на обломок копья здоровой рукой, поднимался из грязи. Рядом с ним на ногах держались всего трое охотников - всё, что осталось от его передового отряда. Они были изувечены, напуганы и полностью дезориентированы.

- Они не возвращаются в лагерь, - Сора присмотрелась к экрану. - Они идут сюда. К Шпилю. Они думают, что это мы натравили на них монстра... и они правы. Они идут убивать нас, Кай. Даже вчетвером они смертельно опасны, если доберутся до наших дверей.

Я посмотрел на свои дрожащие руки. Моё здоровье по-прежнему оставалось на уровне двенадцати процентов. Если Гарн прорвется внутрь бункера, мне конец. - Мы встретим их на подступах - я выпрямился, чувствуя, как внутри меня страх перед убийством медленно вытесняется холодной, расчетливой необходимостью. - Торин, твой выход. Бранн, Сора - к позициям у входа. Мы должны закончить этот кошмар здесь и сейчас.

В этот момент Торин медленно поднялся с брезента. Его локатор на лбу ритмично и уверенно щелкал. Он крепко сжимал в руках свой старый деревянный лук. На нем застыла холодная, злая решимость человека, которому больше нечего терять. - Я готов. - тихо сказал слепой парень, поворачивая голову на звук моего голоса.

------------------

Холодный болотный дождь мелкими иглами бил по бетонной аппарели Шпиля, смывая остатки копоти от взорванного паука-стража. Туман стоял такой плотный, что в десяти шагах очертания скал превращались в размытые серые призраки.

Я стоял за полуразрушенным бетонным блоком у самой гермодвери бункера. Мои пальцы, судорожно сжимавшие титановое ложе арбалета «Жало», окоченели и не слушались. Системная шкала здоровья на периферии зрения тускло мигала на отметке в двенадцать единиц. Я чувствовал себя стеклянным. Каждое резкое движение отдавалось в груди невыносимой, жгучей болью, а в затылке настойчиво пульсировал металлический привкус радиационного продрома.

Рядом, привалившись плечом к бетону, стоял Бранн. Его тяжелый топор «Сокрушитель» был опущен, но силовой кабель, тянущийся от поршня к энергоблоку на поясе, слабо вибрировал. Наверху, на уцелевшей смотровой площадке Шпиля, замерла Сора. Её лук «Шелест» был полунатянут. Чуть левее Соры, в глубокой нише, сидел Торин. Его новый прибор-локатор на лбу работал в активном режиме, наполняя воздух вокруг него едва слышным, сухим стрекотанием. Торин держал свой старый деревянный лук, но стрела на тетиве мелко дрожала. Его изуродованное лицо под кожаным обручем сенсора казалось каменной маской. Он напряженно прислушивался к болезненным щелчкам в своей голове, пытаясь выстроить из них контуры невидимого мира.

- Идут - донесся сверху тихий, как шелест травы, голос Соры. - Гарн впереди. Они едва держатся на ногах.

Я прищурился, вглядываясь в серую пелену. Сквозь туман медленно проступили четыре фигуры. Они двигались рваными, дергаными шагами, словно их тела контролировал неопытный кукловод. Кожа на их плечах и шеях трескалась, обнажая светящиеся грязно-зеленым светом мутировавшие вены. Гарн шел первым, опираясь на обломок тяжелого копья. Его левая рука была оторвана до самого плеча, рана была наспех прижжена грязной болотной жижей, но его правая рука - огромная, покрытая серыми костяными наростами - судорожно сжималась. Из его приоткрытого рта валил пар, смешанный с зеленоватой пеной. Шаманский патч перегрузил их процессоры, превратив охотников в бешеных, умирающих псов.

- Бранн... - прохрипел Гарн, останавливаясь в двадцати шагах от аппарели. Его глаза горели безумным огнем. - Ты... привел демона в наш дом. Ты сломал камень. Боги... боги требуют его голову. Отдай нам Аномалию, и мы... мы позволим тебе умереть быстро.

- Гарн, посмотри на меня! - Бранн шагнул вперед, его голос громовым эхом покатился по ущелью. Синий узор на его груди вспыхнул ровным, чистым светом, рассеивая серый туман вокруг него. - Тебя отравили! Ур-Гаш влил в твои вены гниль перед смертью! Твоя система сгорает! Сложи оружие, Кай может очистить тебя, как очистил меня!

- Врет... - зашипел один из охотников за спиной Гарна. Его лицо было почти полностью разъедено собственной кислотной слюной. - Он осквернен! Убить их всех! Мутант резко вскинул копьё, но не успел сделать и шага. Сверху раздался сухой, болезненный вскрик Торина. Парень резко повернул голову на звук голоса охотника. Прибор на его лбу выдал бешеную очередь щелчков. Торин инстинктивно отпустил тетиву.

Его выстрел был неловким, неточным - он все еще был слеп и безумно боялся этого нового «зрения». Но стрела, пролетев по высокой дуге, с глухим стуком вонзилась мутанту прямо в бедро. Парень не убил его, но заставил споткнуться и выпустить копьё. В ту же секунду Сора спустила тетиву своего «Шелеста». Титановая стрела с модификацией «Яд Пастуха» с тихим свистом пробила грудную клетку второго нападавшего. Капсула на наконечнике мгновенно разрушилась. Концентрированная кислота Ур-Гаша в секунду разъела его кожаный доспех и проникла в ткани. Охотник дико закричал, падая на колени, пока его собственная, нестабильная кислотная кровь вступала в реакцию с моим ядом, буквально растворяя его тело изнутри в шипящее зеленое месиво.

- В бой! - взревел Гарн, делая невероятный, подстегнутый безумием прыжок вперед.

Двое оставшихся охотников бросились следом. Сумрак, сидевший до этого у ног Соры, молнией скатился по бетонной аппарели. Молодой кислотный волк перехватил одного из нападавших прямо в прыжке. Его челюсти сомкнулись на горле мутанта. Сработал пассивный эффект «Едкого укуса» - слюна Сумрака мгновенно прожгла защитные костяные бляшки на шее охотника. Тварь и человек покатились по грязи, но охотник уже не мог драться, его горло было полностью растворено ядом. Тень остался охранять Торина. Бранн встретил третьего врага лицом к лицу. Мутант попытался достать его костяным ножом, но Бранн резко перехватил «Сокрушитель».

Клац! - поршень высокого давления сработал с сухим, оглушительным хлопком гидравлики. Титановое лезвие топора с силой впечаталось в грудь нападавшего. Кинетический удар силой в тридцать единиц просто разорвал его грудную клетку, ломая ребра как сухие щепки. Фонтан ядовитой крови брызнул во все стороны, но Бранн успел закрыться широким титановым обухом топора. Лишь несколько капель попали ему на плечо, с шипением прожигая шкуру Жнеца, но не причинив великану вреда.

Я остался один на один с Гарном.

Новый первый охотник двигался с пугающей скоростью. Он проигнорировал Бранна, его безумный взгляд был прикован только ко мне. Он видел во мне причину гибели своего мира. Его огромный костяной кулак, сочащийся зеленой пеной, взлетел для удара, способного расколоть бетонный блок. Я попытался уклониться, но моё изможденное тело не послушалось. Я поскользнулся на мокрой глине и тяжело рухнул на спину, прямо под ноги нападающему. Моя обожженная грудь взорвалась новой вспышкой боли, а шкала здоровья качнулась до критических восьми процентов. Гарн навис надо мной. Его костяной кулак шел вниз, целясь мне прямо в лицо. У меня не было времени взводить редуктор арбалета. Я просто вскинул «Жало» перед собой как щит и нажал на спусковой крючок. Короткий титановый болт с кислотным наконечником со свистом вылетел из направляющей и в упор вонзился Гарну точно в сочленение его мутировавшего правого плеча.

Раздалось дикое, яростное шипение. Концентрированный «Яд Пастуха» мгновенно начал разъедать костяной панцирь на его плече, превращая прочную броню в хрупкую серую кашу. Гарн взвыл от боли, его удар скользнул мимо моей головы, глубоко уйдя в бетон аппарели. Огромная туша великана тяжело рухнула сверху, придавливая меня к скользким плитам и окончательно выбивая остатки воздуха из моих легких.

СИСТЕМА: Здоровье субъекта Кай: 6/100 (Критическое состояние)

В глазах начало стремительно темнеть. Я задыхался под тяжестью Гарна, его ядовитая слюна капала мне на куртку в нескольких сантиметрах от шеи. Но я не мог умереть здесь. Не сейчас. Превозмогая вязкую темноту, я мысленно активировал Ключ Пастуха. Мой затылочный чип выдал мощный электрический разряд, который заставил мое сердце сделать еще один тяжелый удар. Я протянул дрожащую правую руку и с силой прижал ладонь прямо к пульсирующей багровым светом татуировке на шее Гарна.

- Доступ... администратора... - хрипел я, захлебываясь собственной кровью. - Инициация... принудительной очистки...

Мой интерфейс вспыхнул ослепительным лазурным светом, который пробил серый туман болот. Ключ Пастуха, используя вычислительные мощности Иглы, принудительно подключился к забитой вирусами системе Гарна.

СИСТЕМА: Обнаружен авторизованный Ключ Пастуха Инициация принудительной декомпиляции вредоносного кода "Кислотный некроз" стороннего субъекта "Гарн" Внимание: Риск выжигания био-интерфейса цели: 42% Запуск принудительного удаления мусорного кода...

- А-а-а-а-а! - дикий, разрывающий легкие крик Гарна ударил мне в уши.

Его тело надо мной судорожно выгнулось, мышцы напряглись до предела. Из-под моей ладони, прижатой к его шее, посыпались ослепительные синие искры. Я видел, как багровая гниль на его коже начала стремительно бледнеть и осыпаться сухим серым пеплом. Нано-боты в его теле, подчиняясь моим административным командам, методично вырезали грязный код Шамана из его ДНК, возвращая его структуру к исходному, стабильному состоянию.

Костяные наросты на его правой руке начали трескаться и отваливаться кусками, обнажая обычную, здоровую кожу. Зеленый безумный огонь в его глазах начал медленно угасать, сменяясь привычным, человеческим карим цветом. Процесс очистки был болезненным для него, но его Мутагенный Индекс стремительно падал вниз, возвращаясь к безопасной отметке.

СИСТЕМА: Очистка субъекта Гарн завершена Мутагенный индекс снижен с 89% до 32% (Стабильно) Статус пользователя: Синхронизирован в сети "Призрак"

Гарн тяжело обмяк, его голова бессильно упала мне на плечо. Он дышал тяжело, прерывисто, но его дыхание больше не пахло ядовитой кислотой. Он был без сознания, но он был жив. И он снова был человеком. Я бессильно откинул голову на мокрый бетон аппарели. Силы окончательно покинули меня. Мой интерфейс лениво мигал алым цветом на самой границе угасающего сознания.

Бранн подбежал к нам, силой стаскивая Гарна с моего тела. Великан завороженно смотрел на чистую кожу своего бывшего друга, на которой больше не было уродливой костяной брони.

- Ты... ты спас его, Кай, - прошептал Бранн, и в его голосе я услышал глубокую, искреннюю преданность. - Ты действительно вернул его.

- В бункер... - едва слышно прошептал я, чувствуя, как сознание окончательно уплывает в темноту. - Всех... в бункер. Запустите... барьер.

Мой левый глаз погас. Первая битва за нашу ячейку была выиграна, но цена этой победы едва не стоила мне жизни.

Глава 17 Осколки пепла

Сознание возвращалось медленно, словно сквозь слой тяжелой, вязкой смолы.

Сначала я услышал мерный, сухой треск. Щелк... щелк... щелк. Звук был ритмичным, раздражающим, он отдавался в моем затылке тупой, пульсирующей болью. Затем в нос ударил резкий запах озона и горелой проводки. Барьер Иглы все еще работал, защищая аппаратный зал от невидимой радиационной смерти.

Я открыл глаза. Потолок бункера медленно прекратил вращаться. Мой левый глаз лениво вывел на сетчатку обновленные параметры здоровья.

СИСТЕМА: Субъект Кай - Ур. 2

ЗДОРОВЬЕ: 15/100 (Стабильно. Последствия критического истощения)

ВЫНОСЛИВОСТЬ: 20/100

Энергия накопителя "Искра": 31% (Внимание: Повышенный расход на барьер фильтрации)

Я выжил. Моё сердце сделало еще один оборот благодаря аварийной стимуляции чипа, но я чувствовал себя так, словно меня переехал Болотный Тиран. Каждое движение обожженной грудной клетки заставляло меня шипеть сквозь зубы.

- Очнулся - глухой, низкий голос Бранна раздался слева.

Великан сидел на металлическом ящике у входа в зал. Его гидравлический топор лежал на коленях, а сам он мерно точил лезвие бруском. В углу, привалившись спиной к стальной стене, сидела Сора, осторожно поглаживая спящего Сумрака. Молодой кислотный волк тихо попискивал во сне, дергая лапами.

Я повернул голову на непрекращающийся треск локатора.

Торин стоял посреди зала. Кожаный обруч с темным круглым объективом на его лбу непрерывно сканировал пространство перед собой. В его руках был зажат лук со стрелой, направленной точно в дальний угол комнаты. Он стоял неподвижно, его лицо было бледным и застывшим, а уши улавливали каждый шорох сквозь болезненный писк в его голове.

Я проследил за направлением его стрелы и замер. В углу, намертво привязанные тяжелыми кабелями к опорным колоннам бункера, сидели двое.

Первым был Гарн. Его разорванное плечо, где раньше была левая рука, было туго перетянуто чистым брезентом. На его коже больше не было уродливой костяной брони - принудительная очистка Ключа Пастуха выжгла мутацию Шамана. Он сидел тихо, опустив голову на грудь. Его карие, абсолютно чистые человеческие глаза смотрели на металлический пол бункера с выражением глубокой, опустошающей растерянности и горя.

Вторым был Ярн - тот самый молодой охотник, которому Торин на аппарели прострелил бедро. Он выглядел ужасно. Его не успели очистить. Ярн метался в путах, его тело судорожно подергивалось, а багровые татуировки на шее горели грязным, ядовито-зеленым светом. Из его рта капала шипящая кислотная слюна, медленно проедая бетонный пол у его ног. Он хрипел, скалил зубы и пытался укусить кабели, полностью потеряв человеческий облик под действием шаманского патча.

- Он бредит уже три часа - тихо произнесла Сора, не отводя взгляда от Ярна. - Его система сгорает, Кай. Если ты не очистишь его, как Гарна, его сердце лопнет к полудню. Но у нас мало энергии.

Я с трудом поднялся на ноги, опираясь о верстак. Колени мелко дрожали от слабости.

- Бранн, держи его - хрипло выговорил я, подходя к бьющемуся в конвульсиях Ярну.

Великан молча поднялся, подошел к мутанту и железной хваткой прижал его голову к колонне, не давая ему плеваться кислотой. Я протянул дрожащую руку, касаясь пульсирующего узора на его шее, и мысленно запустил Ключ Пастуха через терминал Иглы.

СИСТЕМА: Инициация принудительной декомпиляции кода "Кислотный некроз" субъекта Ярн

Расход энергии накопителя "Искра": 0.8%

Ярн дико взвыл, его тело выгнулось дугой. Синие искры посыпались из-под моих пальцев, выжигая зеленую гниль из его вен. Через бесконечную минуту парень обмяк в руках Бранна, тяжело и ровно задышав. Костяные наросты на его теле осыпались серым пеплом, а глаза закрылись в спасительном сне.

Я убрал руку, чувствуя, как перед глазами снова поплыли темные пятна. Мой лимит выносливости упал почти до нуля.

- Зачем... - раздался тихий, хриплый голос Гарна из угла. Он медленно поднял голову, глядя на меня своими чистыми, полными боли глазами. - Зачем ты оставил нас в живых, чужак? Ты забрал у нас Шамана. Ты убил наших лучших воинов. Мой клан... он мертв. Ты уничтожил нас.

Бранн резко повернулся к нему, его синий узор на груди яростно запульсировал.

- Клан уничтожил Ур-Гаш, Гарн! - громовой голос великана заставил пленного вздрогнуть. - Он напоил вас своей ядовитой кровью! Он сделал из вас одноразовое мясо, чтобы защитить свою власть! Посмотри на Ярна - он только что едва не сгнил заживо от этой «благодати»! Если бы Кай не выжег этот код, мы бы сегодня закапывали его труп!

Гарн долго молчал, его плечи мелко вздрагивали. Он посмотрел на свою правую руку - чистую, без костяных уродливых наростов, которые еще вчера казались ему источником великой силы.

- В деревне... - тихо, почти неслышно произнес он, и его голос сорвался на шепот. - В деревне никого не осталось, Бранн. Все воины, все, кто мог держать копьё, ушли со мной к Шпилю. Их больше нет. Наших братьев нет. Там... там остались только женщины, старики и дети Ваэля. Без нас... без Анкера... они обречены. Болота сожрут их за три дня.

В аппаратном зале воцарилась тяжелая, мертвая тишина. Лишь локатор Торина продолжал мерно и сухо щелкать у стены.

Я посмотрел на Бранна, потом на Сору. Их лица были бледными. Они понимали, о чем говорит Гарн. В диких болотах Ячейки №4 выжить без воинов было невозможно. Первая же стая Теневых Волков или выводок Болотного Тирана просто вырежет деревню за одну ночь.

- Мы должны забрать их - Бранн повернулся ко мне, и в его глазах я увидел суровую решимость вождя. - Мы не можем оставить их там на съедение тварям. Это наши семьи. Моя сестра, матери наших погибших братьев. Мы должны привести их к Игле.

- И как ты это себе представляешь? - я устало потер лоб, чувствуя, как радиационный продром снова напоминает о себе легкой тошнотой. - В аппаратном зале едва хватает места для нас пятых. Силовой барьер, который защищает меня от радиации Иглы, жрет один процент энергии «Искры» в час. Если мы приведем сюда еще сорок человек женщин и детей, они либо сгорят от лучевой болезни в неочищенных коридорах, либо наш щит лопнет от перегрузки через полдня, когда накопитель разрядится в ноль. И тогда мы все станем трупами.

- Но мы не можем их бросить! - Сора резко поднялась, её янтарные глаза яростно блеснули. Сумрак у её ног мгновенно вздыбился, вторя настроению хозяйки. Тень лениво поднял голову - Мой брат погиб ради того, чтобы мы изменили этот мир, Кай! Если мы оставим детей умирать на болотах, вся наша «технология» и твои «чистые коды» - это просто ложь! Такая же ложь, как и пророчества Ур-Гаша!

Её слова ударили наотмашь. Я замолчал, глядя на экран терминала. Она была права. Если я хочу построить здесь новую силу, способную противостоять орбите, я не могу начать свой путь с предательства тех, кого обещал защитить.

Я подошел к пульту управления, запуская анализ Ключа Пастуха. Мне нужно было решение. Инженерное решение.

СИСТЕМА: Поиск доступных вариантов развертывания локальной инфраструктуры

Обнаружен узел связи: "Анкер-04" (Координаты: Деревня Пепельного Клана)

Текущий статус узла: Сбой трансляции (Требуется авторизация Пастуха

Возможности узла "Анкер-04" при полной авторизации:

1. Локальная фильтрация радиационного фона в радиусе 1.5 км.

2. Энергетический барьер маскировки низкого уровня.

3. Распределение пищевых рационов (при наличии ресурсов Иглы).

Я прищурился, разглядывая строчки. Вот оно. Решение лежало прямо перед моим носом. - Нам не нужно тащить их сюда, - я повернулся к притихшей группе. - Анкер в вашей деревне - это не просто кусок черного камня. Это сервисный суб-узел Иглы. Если мы доберемся до деревни, я смогу использовать Ключ Ур-Гаша, чтобы полностью авторизоваться на Анкере.

- И что это даст? - Гарн недоверчиво поднял голову.

- Это даст нам контроль над территорией деревни, - жестко ответил я. - Я смогу запустить электромагнитный фильтр Анкера на полную мощность. Радиационный фон там упадет до нуля. Я смогу настроить маскировочный барьер вокруг деревни, сделав её невидимой для датчиков дикой мегафауны болот. Мы превратим вашу деревню в неприступную, чистую техно-крепость. Но для этого нам нужно дойти туда живыми. И сделать это быстро.

Я подошел к Гарну и одним движением титанового ножа перерезал кабели на его ногах, оставив связанными только руки.

- Гарн, ты пойдешь с нами - я посмотрел ему прямо в глаза.

- Ты покажешь своим людям, что ты жив, и что Бранн - ваш новый вождь. Если попытаешься бежать или плюнуть в меня кислотой - Бранн снесет тебе голову быстрее, чем твой чип успеет пискнуть. Договорились?

Гарн молча, медленно кивнул. В его глазах больше не было безумной ярости - только тяжелая, взрослая покорность человека, который осознал масштаб своей ошибки и готов платить по счетам.

Я попытался подняться, но мои колени окончательно подкосились. Пол аппарели резко ушел куда-то вбок. Я успел заметить, как на периферии зрения системная шкала здоровья мигнула последним, предупреждающим багровым сигналом:

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ. ЗДОРОВЬЕ: 6/100

Обнаружен системный отказ регенеративных функций. Инициация экстренного сна для предотвращения распада нейросети...

- Кай! - голос Бранна донесся словно из-под толщи воды.

Я из последних сил уцепился за его тяжелое кожаное плечо. Мой разум угасал, но инженерная часть мозга требовала завершить расчеты. - Трупы... на улице, - прохрипел я, захлебываясь кашлем. - Бранн... притащи их к двери. Мне нужен... био-кэш. Иначе я... не проснусь.

Я не помнил, как Бранн волок тяжелые тела убитых охотников по бетонной аппарели. Помнил лишь, как сквозь нарастающую слепоту протянул руку к двум багровым сгусткам энергии, поднимающимся над мертвецами у порога бункера. Мой интерфейс "Интегратора" впитал их ядра данных с голодным, сухим шипением.

СИСТЕМА: Поглощены очищенные ядра двух субъектов класса «Охотник»

Получен биометрический кэш: 7 единиц

Достигнут лимит для обновления пользователя...

Внимание: Запущена принудительная реструктуризация клеток. Текущий уровень: 3.

Время до завершения процесса: 16 часов. Переход в режим анабиоза...

Мир вокруг меня окончательно погас.

----------

Я бежал по коридору «Ориона». Босые ступни скользили по белому полу, покрытому тонкой плёнкой болотной воды. Она доходила мне до щиколоток и пахла гнилыми листьями, кровью и горячим металлом. Каждые несколько шагов под прозрачной поверхностью проплывали человеческие пальцы. Я не смотрел вниз. За спиной раздавался тяжёлый топот.

Шаг.

Пауза.

Ещё шаг.

Каждый удар заставлял стены станции вздрагивать. По потолку бежали красные аварийные полосы, но вместо привычных предупреждений на них отображалась одна и та же строка:

ОПЕРАТОР ОБНАРУЖЕН

ОПЕРАТОР НЕ СООТВЕТСТВУЕТ НОРМЕ

Я добежал до шлюзовой двери и ударил ладонью по панели. - Откройся! Откройся, мать твою! Панель мигнула.

ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН

За спиной раздался влажный хруст. Я медленно обернулся. В конце коридора стоял Болотный Тиран. Его голова почти упиралась в потолок. Костяные пластины на спине прорезали кабели, а из разорванных гнёзд сыпались искры. Но вместо морды Рекса на меня смотрело лицо Кира. Лицо было человеческим только наполовину.

Из одной глазницы вытекала зелёная кислота. В нижней челюсти торчал титановый болт моего арбалета. Каждый раз, когда чудовище дышало, наконечник двигался вместе с плотью.

- Ты сказал, что я уже не человек - произнёс Кир.

Его голос звучал сразу из всех динамиков станции.

- Ты сказал, что я был вирусом.

Я попятился к двери. - Я не хотел…

- Хотел.

Тиран сделал шаг.

Пол под его лапой превратился в болотную жижу. Белые стены «Ориона» потемнели, покрылись плесенью и багровыми татуировками. На месте аварийных ламп начали расти костяные наросты. Они раскрывались, как рты. Из каждого рта звучал голос Ур-Гаша. - Очищение.

Я снова ударил по панели.

ДОСТУП ЗАПРЕЩЁН

- Ты убил его - сказал Кир. - Потом забрал его код. Ты не спасал людей, Кай. Ты просто разбирал их на детали.

Тиран наклонился ко мне. Его пасть раскрылась, и в глубине вместо глотки я увидел аппаратный зал Иглы. Там лежал Гарн. Рядом стояла Сора, прижимая к стеклу био-контейнера ладонь. За стеклом дёргался Сумрак. Бранн стучал в стену изнутри. Торин сидел на полу без лица, а его локатор щёлкал всё быстрее.

- Помоги им - прошептала Сора.

Я рванулся к стеклу, новода вокруг ног стала густой. Из неё поднялись руки. Сначала человеческие, потом покрытые шерстью, чешуёй и костными пластинами. Они вцепились мне в ноги и начали тянуть вниз.

- Кай - произнёс голос отца.

Я замер. Отец стоял по ту сторону стекла шлюза. В чистой форме, без единой царапины. За его спиной открывался космос, а вдалеке медленно вращалась Земля. - Папа…

Он посмотрел на мои окровавленные руки. - Я учил тебя ремонтировать системы. Не ломать людей.

- У меня не было выбора.

- Выбор был всегда. - За его плечом появилась белая фигура Чистильщика. Она подняла оружие и направила его на стекло.

- Ты хотел вернуться к нам - сказал отец. - Но теперь ты такой же, как они.

Стекло начало покрываться трещинами. Я увидел своё отражение. На месте моего рта темнел костяной нарост Ур-Гаша. Из-под кожи шеи просвечивали багровые линии. За спиной раскрывались костяные пластины Вепря. А в руке я держал голову Кира. Он всё ещё был жив.

- Проснись - прошептал он. - Или стань мной.

Пасть Тирана сомкнулась на моей голове.

----------

Я резко сел на брезенте, судорожно хватая ртом воздух. Мой лоб был мокрым от холодного пота, а легкие горели, словно в них плеснули кипятком.

В аппаратном зале Иглы царил глубокий полумрак. Электростатический барьер тихо, монотонно гудел на границе слышимости, наполняя воздух сухим запахом озона. Я медленно поднял руку, касаясь левой щеки - обожженная кожа стянулась плотным, сухим и абсолютно безболезненным шрамом. Нано-боты Иглы закончили регенерацию, пока я находился в вынужденной коме. Перед моими глазами лениво развернулся лазурный интерфейс:

СУБЪЕКТ: Кай Ур. 3

КЛАСС: Интегратор Этап: 1

ЗДОРОВЬЕ: 43/100 (Стабильное восстановление)

ВЫНОСЛИВОСТЬ: 88/100

НЕРАСПРЕДЕЛЁННЫЙ БИОМЕТРИЧЕСКИЙ КЭШ: 7

Пассивный навык «Рефлексы Жнеца» повышен до 2 уровня.

Получен навык «Предчувствие угрозы» - 1 уровень.

ПТСР: Активная фаза (Триггеры: кислотный запах, звук шагов, лицо субъекта Кир. Эффект: нарушения сна, кратковременные панические реакции).

Я тяжело выдохнул, пытаясь унять бешеный стук сердца. Кошмар все еще стоял перед глазами, оставляя липкий, холодный страх в груди. Я посмотрел на свои руки - чистые, без татуировок. Но внутри меня, глубоко в структуре нейросети, теперь навсегда прописался этот грязный след болотной бойни.

Вдруг я почувствовал странное, легкое щекотание на своей обгоревшей груди под повязкой. Я медленно опустил взгляд. Прямо на брезенте у моего плеча сидело странное существо. Оно было размером с крупную бабочку, но его крылья были абсолютно прозрачными, похожими на тончайшие кремниевые платы, по которым пробегали слабые неоновые импульсы. У него не было глаз - только пара длинных, нитевидных усов-антенн, которые медленно касались светящихся линий моего системного интерфейса, улавливая слабое электромагнитное излучение моего чипа.

Теневой Шелкопряд. Дикий нейро-паразит болот.

Существо питалось излучением активных татуировок. Это оно, подключившись к моему нейрочипу во время сна, транслировало в мой мозг мусорный код, превратив мои страхи в этот кошмарный сон. Я медленно протянул руку, стараясь не спугнуть паразита. Мой левый глаз сфокусировал «Истину».

ИСТИНА: Теневой Шелкопряд Ур. 1

Класс: Био-паразит

Эффект "Нейро-помехи": При подключении к био-интерфейсу спящей цели транслирует хаотичные сигналы, вызывая тяжелые кошмары и галлюцинации. Снижает Волю цели на 50% после пробуждения.

- Так вот кто устроил мне эту экскурсию на «Орион» - прошептал я, активируя режим сопряжения «Интегратора».

Существо даже не попыталось взлететь. Мой чип для него был не угрозой, а идеальным, чистейшим источником энергии. Лазурный свет моих пальцев мягко окутал прозрачные крылья шелкопряда. Его примитивный код послушно встроился в мою локальную сеть как новый, пассивный инструмент контроля.

СИСТЕМА: Получен контроль над био-объектом "Теневой Шелкопряд" (Связь стабильна)

Инструмент сохранен в архив управления

Я осторожно посадил существо на плечо, где оно мгновенно стало почти невидимым, слившись с цветом моей куртки. Идеальный, бесшумный диверсант. С его помощью я смогу лишить сна любого врага, введя его в состояние глубокого ментального выгорания. Я осмотрелся. Аппаратный зал был пуст.

На брезенте у противоположной стены тихо спал Ярн - его раненная нога была аккуратно перевязана Бранном, а лицо было полностью чистым от костяной гнили Шамана. Он спал глубоким, здоровым сном выздоравливающего человека. Но ни Бранна, ни Соры, ни Торина в бункере не было. Как не было и связанного Гарна.

Я подошел к главному терминалу управления Иглы. Экран тускло светился желтым цветом, транслируя логи аварийного протокола «Отсутствие оператора», который я запустил перед тем, как отключиться.

АВАРИЙНЫЙ ПРОТОКОЛ «ОТСУТСТВИЕ ОПЕРАТОРА»

Оператор находился без сознания: 18 часов 47 минут.

Субъекты Бранн и Гарн покинули Иглу-04.

Направление: деревня Пепельного Клана.

Цель: эвакуация гражданского населения.

Субъект Ярн оставлен под наблюдением.

Состояние: стабильно.

Радикальная группа «Кром»:

Статус: активна.

Вероятность внутреннего конфликта: 67%.

Я уставился на экран, чувствуя, как внутри нарастает холодная тревога. Бранн забрал очищенного, но все еще ненадежного Гарна и ушел в деревню. Без меня. Без технологического прикрытия Иглы.

На экране тактической карты точка деревни Пепельного Клана тревожно пульсировала оранжевым цветом.

Я посмотрел на свой новый арбалет «Жало», лежащий на верстаке, затем на спящего Ярна. У меня было семь единиц нераспределенного биометрического кэша и новый уровень. Мне нужно было срочно распределить ресурсы и выдвигаться следом. Бранну и Соре понадобится моя помощь.

Глава 18. Закон силы

Бранн

Дождь кончился, оставив после себя тяжёлый, прелый пар, поднимающийся от болотной жижи. Туман висел так низко, что верхушки частокола нашей деревни казались обрубленными чёрными кольями, парящими в грязно-розовом небе.

Я шёл впереди, тяжело увязая по голень в скользкой глине. В моей правой руке был зажат топор. Металл его рукояти был тёплым - энергоблок на поясе мерно гудел, транслируя сквозь ладонь лёгкую вибрацию. Позади меня Сора вела Гарна. Наш товарищ по ремеслк шёл молча, привязав обрубок левой руки к груди широким кожаным ремнём. Его шаги были тяжёлыми, неуверенными. Без костяных наростов и ядовитой ярости Ур-Гаша он казался сдувшимся, постаревшим на десять зим. Но его глаза... его глаза впервые за долгое время были живыми.

Когда мы приблизились к воротам деревни, из-за частокола донёсся испуганный детский плач и глухой, старческий ропот.

- Бранн! - раздался резкий, дребезжащий крик с надвратного помоста.

Там стоял Кром. Старый охотник-инвалид, чудом доживший до своих лет, у которого вместо левой ноги рос уродливый, раздвоенный костяной шпорец - подарок одной из старых мутаций. Его лицо было сморщенным, как сушёная болотная груша, а уже посеревшие багровые узоры на шее тревожно пульсировали. Рядом с ним стояли трое подростков с охотничьими рогатинами и двое старых калек из приближённых покойного Шамана.

- Ты пришёл один, Бранн! - прокричал Кром, его костяная нога со стуком ударила по дереву помоста. - Где наш Отец? Где наши воины? Почему наш Анкер гаснет?

Я остановился в десяти шагах от ворот, вонзив тяжёлый обух топора в мокрую глину. - Ур-Гаш мёртв, Кром! - мой голос эхом покатился по притихшей деревне. Из щелей в хижинах начали медленно высовываться испуганные лица женщин и детей. - Он отравил наших воинов своей гнилой кровью. Сделал из них бешеных тварей и повёл на Шпиль. Они все мертвы. Их тела сожрала их собственная кислота.

Деревня взорвалась диким, многоголосым воем. Женщины бросались на землю, заливаясь слезами, дети кричали от страха. Наш клан за один день лишился всех, кто мог держать оружие и добывать пищу.

- Ложь! - Кром яростно затряс копьём. - Это ты предал нас! Ты и твоя девка Сора! Вы привели железного демона! Вы осквернили Анкер! Посмотрите на Гарна - они сломали нашего воина! Отрезали ему руку!

Охотники на помосте испуганно наставили на нас рогатины.

Гарн медленно сделал шаг вперед, выходя из-за моей спины. Он поднял свою уцелевшую правую руку - чистую, без единого костяного нароста. Его лицо было спокойным, хотя я видел, как тяжело ему даётся каждое слово. - Кром, замолчи, - глухо произнёс Гарн. Его голос, всегда бывший хриплым и яростным, теперь звучал ровно, но в нём была странная, давящая сила. - Бранн говорит правду. Шаман напоил нас ядом. Мы сгорали изнутри. Моя рука... она гнила ещё до того, как мы пришли к Шпилю. Этот чужак, которого ты называешь демоном, спас меня. Он выжег гниль из моих вен. Я снова чувствую себя человеком, Кром. Моя голова... она больше не воет от голода.

Калеки на помосте переглянулись. Охотники Гарна всегда были для них законом и примером, и его слова заставили их опустить оружие. Кром побледнел, его узоры на шее вспыхнули ядовитым фиолетовым светом.

- Ты сломался, Гарн! - прошипел старик, пятясь назад к спуску с помоста.

- Ты лишился силы и трусливо приполз обратно! Но без Шамана мы все сдохнем! Болотный Тиран раздавит наши стены к новому солнцу! Нам нужен новый шаман!

- Шамана больше не будет, Кром, - я выдернул топор из земли и сделал шаг к воротам. - Теперь у клана есть вождь. И этот вождь - я. Открывай ворота, или я сломаю их вместе с твоими ногами.

Кром зашипел, но перечить не решился. Подростки на воротах, испуганно глядя на мой сияющий синий узор и огромный топор, быстро отодвинули тяжелый деревянный засов.

Мы вошли в деревню.

----------

Кай

Я сидел у терминала Иглы, чувствуя, как внутри меня медленно восстанавливается баланс. Принудительный анабиоз вычистил остатки радиационной пыли из моих лёгких, а полученный третий уровень дал долгожданный прилив сил. Мой левый глаз вывел на экран мерцающий блок нераспределённого биометрического кэша. Семь единиц.

Я не собирался качать Силу - для Интегратора это было бы пустой тратой ресурсов. Сила одиннадцать давала мне возможность свободно носить моё снаряжение и арбалет без утомления под земной гравитацией, и этого было достаточно. Мне нужна была скорость обработки данных и реакция.

Я мысленно перенёс маркеры кэша в интерфейсе:

РАСПРЕДЕЛЕНИЕ БИОМЕТРИЧЕСКОГО КЭША:

ЛОВКОСТЬ: 12 -> 14 (+2)

ВЫНОСЛИВОСТЬ: 100 -> 120 (+2)

ВОЛЯ: 15 -> 18 (+3)

ПОДТВЕРЖДЕНИЕ... УСПЕШНО.

Текущие параметры обновлены.

Мой затылочный чип отозвался сухим, прохладным импульсом. Мышцы ног и предплечий на секунду напряглись, словно под них ввели порцию жидкого азота. Движения стали более плавными, чёткими. Но главное - моя Воля на уровне восемнадцати единиц теперь позволяла мне одновременно держать в фоновом режиме до трёх системных процессов Иглы без угрозы получить перегрузку процессора в голове.

- Г-господин... - раздался тихий, испуганный голос из угла зала.

Я повернулся. Ярн пришёл в себя.

Молодой охотник сидел на брезенте, поджав под себя колени. Его лицо было чистым от костяной брони Шамана, а в карих глазах метался дикий, первобытный страх. Он смотрел на меня не как на врага - в его взгляде была рабская, благоговейная покорность дикаря перед божеством.

Ярн медленно опустился на колени, коснувшись лбом холодного металлического пола бункера. - Господин... - прошептал он, его плечи мелко дрожали. - Не убивай. Я буду служить тебе. Буду охотиться, буду носить твою кладь. Не отдавай мою душу черному камню.

Я вздохнул, утирая пот со лба. Вот она, изнанка этого мира. Система Превознесенных веками вбивала в их головы подчинение «Пастухам». - Встань, Ярн - сухо произнес я. - Я не твой хозяин. И черному камню твоя душа не нужна. Твой Шаман мёртв, но твоя деревня в опасности. Бранн и Гарн ушли туда двенадцать часов назад. Ты пойдешь со мной. Покажешь короткую тропу.

Парень испуганно закивал, быстро поднимаясь на ноги. Он всё ещё прихрамывал на раненую Торином ногу, но благодаря моей очистке регенерация его тела работала нормально.

Я повернулся к Торину. Слепой снайпер сидел у стены, прислушиваясь к мерным щелчкам своего локатора. Его пальцы безостановочно скользили по деревянному плечу его старого лука, словно он пытался запомнить каждую деталь оружия заново.

- Торин, ты готов? - спросил я. - Нам предстоит долгий переход. Прибор будет щелкать постоянно. Твоя голова выдержит?

Торин медленно поднялся. Его лицо под кожаным обручем сенсора оставалось неподвижным, но челюсти сжались. - Моя голова уже раскалывается. Но это лучше, чем лежать в темноте и ждать, пока тебя закопают, ведите.

Переработав Болотрых крыс, лежащих у терминала и раздав пайки, я закинул за спину рюкзак с остатками инструментов. Проверил крепление пневматического арбалета «Жало» на поясе и подозвал Тень. Серебристый волчонок мгновенно пристроился у моей левой ноги, его уши чутко ловили каждый шорох в коридорах бункера.

Мы вышли на аппарель Шпиля. Туман стал ещё гуще.

Вдруг мой новый навык - «Предчувствие угрозы» - выдал резкий, колющий импульс боли в левом виске.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ! Зафиксировано изменение электромагнитного поля в секторе 04

Вероятность угрозы: Средняя

Я резко остановился, вскидывая арбалет. Но угроза была не здесь. Импульс пришёл со стороны южного хребта - границы территории зверолюдей Костяного Копья.

- Быстрее, - скомандовал я Ярну. - Веди нас к деревне через болотные броды. Что-то надвигается, но не уверен, к нам ли движется это.

----------

Бранн

Деревенская площадь бурлила. Я стоял у Анкера - огромного, чёрного гранитного валуна, который теперь стоял мёртвым и холодным. Без Шамана узел связи угас, и защитный купол, веками оберегавший наши хижины от болотного гнуса и хищников, исчез. Женщины и дети испуганно жались возле своих домов, пока старый Кром яростно кричал с порога своей хижины.

- Он предатель! - брызгал слюной старик. - Бранн привел к нам смерть! Он хочет отдать нас железным демонам Шпиля! Воинов больше нет, кто будет кормить наших детей? Кто защитит нас, когда придут волки?

- Я буду защищать вас, Кром! - я шагнул вперед, поднимая свой гидравлический топор. - Мы перенесем Анкер к Шпилю. Кай очистит его, и у нас будет новый дом - тёплый, из чистого металла, где нет радиации и холода!

- Глупец! - Кром злобно расхохотался, его уродливый костяной шпорец на ноге заскрежетал по камням. - Ты думаешь, мы успеем дойти? Ты думаешь, другие кланы позволят нам уйти?

В этот момент из лесных ворот деревни, тяжело дыша и спотыкаясь, выбежал молодой дозорный - подросток по имени Мир. Его лицо было бледным от ужаса, а деревянная рогатина выпала из дрожащих рук прямо в грязь.

- Бранн... Гарн... - закричал он, падая на колени посреди площади. - Зверолюди! Клан Костяного Копья! Они перешли Южный хребет! Их много... больше сорока охотников! И с ними... с ними Огромный Болотный Вепрь!

Деревня замерла в гробовой тишине. Гарн резко повернул голову в сторону ворот, его карие глаза сузились от яростного осознания.

- Болотный Вепрь... - прошептал он, поворачиваясь ко мне. - Бранн... тот первый Вепрь, который напал на нашу деревню... это были они. Зверолюди натравили его на нас.

- О чём ты говоришь? - нахмурился я.

- Я видел на костях того Вепря следы их костяных шипов, когда мы разделывали тушу - произнёс Гарн, и его кулак сжался до хруста сухожилий. - Мы думали, это просто дикий зверь. Но Костяное Копьё... они умеют направлять зверей. Они обмазали его своими зельями и выгнали к нашему Анкеру, чтобы ослабить нас перед штурмом. Ур-Гаш знал это! Он паниковал, поэтому и заставил нас принять его кислотную кровь!

Я обернулся к Крому. Старик стоял на пороге хижины, и на его сморщенном лице играла злобная, торжествующая усмешка. Он не выглядел удивлённым. - Это ты... - я сделал шаг к нему, чувствуя, как внутри закипает чистая, первобытная ярость. - Кром, ты знал, что они придут! Ты сдал им проходы!

- А что мне оставалось, предатель?! - закричал Кром, пятясь в глубь хижины. - С вашей Аномалией мы бы все сдохли от голода! Вождь Костяного Копья обещал пощадить наших женщин, если мы отдадим им угасший Анкер! Они сделают нас частью своего великого клана! Мы выживем!

- Вы станете их рабами, глупец! - взревел я.

Снаружи, прямо за частоколом деревни, раздался оглушительный, ломающий деревья рёв огромного зверя. Земля под нашими ногами задрожала.

Зверолюди Костяного Копья пришли за нашей кровью. И у нас не было воинов, чтобы защитить наших детей. Только я, Сора с титановым луком, слепой Торин оставшийся в шпиле и израненный однорукий Гарн. Я поднял топор, чувствуя, как силовой поршень «Сокрушителя» отзывается на моё мысленное усилие яростным, нетерпеливым гулом.

- К бою! - скомандовал я, закрывая собой плачущих детей. - Мы не отдадим им наш дом!

Глава 19. Костяное копьё

Тропа вдоль залитых тиной каменных вязов напоминала гниющую кишку. Земля здесь проседала под каждым шагом, а туман был настолько плотным, что очертания деревьев размывались уже в пяти шагах. Я шел третьим, непрерывно сводя и разводя затекшие пальцы правой руки. Приклад арбалета «Жало» был холодным и скользким от болотной сырости. В моем магазине оставалось ровно восемь титановых болтов с кислотными капсулами - один я потратил в тумане на безумного Кира, второй вошел в Гарна у аппарели Шпиля. Восемь выстрелов. Восемь шансов на ошибку, которых у меня фактически не было.

Мой обновленный затылочный чип выдавал новые параметры. Мои движения стали точнее, дыхание больше не сбивалось на полувздохе, но мой разум все еще саботировал тело. В ушах при каждом сухом треске веток под ногами вспыхивал звук - ломающийся под тяжестью Кира.

-Тихо... - прошептал Ярн, замирая у поваленного ствола. Его травмированная нога мелко подрагивала, но парень упрямо сжимал костяной нож. - Впереди дозор.

В этот момент мой левый висок прожгла раскаленная, сухая игла боли. Это сработало новое умение.

СИСТЕМА: Пассивное умение "Предчувствие угрозы" - Ур.1 Вектор атаки: Справа-сверху (Угол 45°) Тип угрозы: Высокая кинетическая энергия

Я не уклонился красиво, как это делают бойцы в симуляциях. Я просто испуганно захрипел и нелепо рухнул плашмя в вонючую папоротниковую грязь, больно ударившись локтем о камень. В ту же секунду над моей спиной со свистом пролетел тяжелый костяной гарпун. С глухим, разрывающим древесину треском он вонзился точно в то место, где секунду назад находилась моя грудь. Из ветвей каменного вяза на мокрую траву грузно спрыгнула фигура.

Я замер, вытаращив глаза. Наша группа впервые столкнулась с передовым дозором зверолюдей Клана «Костяное Копьё», и их вид заставил мой разум на секунду забыть об опасности. Это было не просто случайное уродство мутаций, как у Пепельного Клана. Это была структура. Направленная генетическая инженерия дикой планеты.

Две твари, выскочившие из тумана, принципиально отличались друг от друга.

Первый «Глубокий мутант» - был мясным авангардом. Изогнутая, сутулая туша длиной около двух с половиной метров передвигалась на четырех мускулистых конечностях с черными изогнутыми когтями. Его позвоночник был полностью сросся с массивным костяным панцирем, а вытянутая морда напоминала скрещение челюстей хищного варана кабана. Из его приоткрытой пасти валил густой, пахнущий тухлым мясом пар. У него не было разума - только рефлексы идеального органического загонщика.

Второй - воин «Тактического ядра» - заставил меня судорожно сглотнуть. Это был высокий, двухметровый гуманоид, сохранивший человеческую осанку и пропорции, но глубоко модифицированный. Его широкая грудь была покрыта густой серой шерстью, а из лба уходили назад прочные изогнутые рога, сливающиеся с роговыми пластинами на скулах. Его глаза - золотисто-янтарные, с узкими вертикальными зрачками - сканировали нас с холодным, расчетливым интеллектом.

В когтистых кистях он сжимал тяжелое копьё, в основание наконечника которого был кустарно вплавлен силовой модуль от какого-то орбитального дроида. Модуль мерно гудел, пуская по кости синие электрические искры. - Осквернитель... - пророкотал рогатый воин, его зрачки сфокусировались на лазурном свечении моего глаза. Глубокий мутант на четырех лапах рявкнул и сделал молниеносный рывок прямо на меня. Я в панике вскинул арбалет. Пальцы дрожали. Я нажал на спуск слишком рано.

Щелк!

Титановый болт ушел в молоко, с глухим стуком вонзившись в ствол дерева за спиной твари. Один выстрел мимо. В магазине осталось семь болтов. - Черт! - выплюнул я, пытаясь отползти назад по грязи.

Тварь уже нависала надо мной, разинув костяную пасть. В эту секунду над моей головой сухо прострекотал локатор Торина. Слепой снайпер, ориентируясь только по тяжелому топоту мутанта, инстинктивно спустил тетиву своего старого деревянного лука.

Стрела вошла твари точно в мягкую ткань под челюстью. Глубокий мутант визгливо зарычал, его рывок сбился, и он тяжелым тушей рухнул прямо рядом со мной, загребая лапами мокрые листья. Ярн прыгнул сверху, с диким криком вгоняя свой костяной нож ему в затылочный порт. Рогатый воин с электро-копьем сделал шаг вперед, намереваясь приколоть Ярна к земле. С максимально возможной для меня скоростью, перезарядив редуктор, я навел ствол «Жала» в упор, снизу вверх, и вслепую выжал спусковой крючок.

Щелк!

Второй кислотный болт вошел рогатому точно в стык костяной брони на паху. Капсула лопнула. Концентрированный «Яд Пастуха» мгновенно закипел, разъедая плоть и бедра воина. Рогатый гигант дико, нечеловечески закричал, роняя искрящее копьё и падая на колени. Ткани его ног растворялись на глазах. Я лежал в грязи, тяжело дыша, и смотрел на кричащего в агонии гиганта. Меня снова накрыла волна тошноты.

Шесть болтов. У меня осталось шесть болтов.

- Кай, вставай! - Ярн рывком поднял меня за шкирку. - Их больше! На шумы прибегут остальные!

- Мы не сможем пробиться к воротам вплобовую... - хрипло выговорил я, утирая холодный пот со лба и глядя на шипящее месиво у моих ног. - Они слишком сильные. Обычный бой для нас - смерть. Ярн... ты говорил про скрытый лаз?

- Старый водосток под южной стеной - быстро закивал парень. - Туда сбрасывали потроха после разделки туш. Там узко, но пролезть можно.

- К деревне! -скомандовал я. - Нам нужно до последнего не попаться этому зверью на глаза.

——————————

Мы пробрались к южному периметру деревни, когда штурм превратился в кошмарную бойню. Палисад из черных бревён был пробит. Сквозь туман доносились удары гидравлического топора Бранна, крики людей и страшный рёв резонаторов зверолюдей. Но когда мы пролезли сквозь вонючую, забитую гнилым папоротником трубу водостока и укрылись за настилом крайней хижины, мое сердце окончательно ушло в пятки.

Это был не бой. Это было систематическое уничтожение. На центральной площади Пепельного Клана царил хаос. Зверолюди не просто штурмовали - они зачищали сектор.

Прямо перед нами двое молодых подростков с деревянными рогатинами пытались закрыть собой вход в жилую хижину. Из тумана выскочил Глубокий мутант. За долю секунды его тяжелые когтистые лапы просто разорвали обоих парней пополам, разбрызгивая внутренности по бревенчатой стене.

Раздался хруст ломаемых костей, и мальчишки безжизненно рухнули в грязь.

А чуть дальше, за плетеным забором, разворачивалась еще более жуткая картина. Рогатый воин «Тактического ядра» силой выволок из хижины молодую женщину. Она брыкалась, кричала, пыталась царапать его рогатую морду. Воин молча, с абсолютно холодным, злым прагматизмом, словно переламывал сухую ветку, сломал ей обе руки, а затем с размаху вогнал свое копьё ей в живот, прибивая к мокрой земле. Её предсмертный, захлебывающийся крик оборвался быстрым хрипом. Воин даже не посмотрел на нее - он просто выдернул оружие и пошел дальше.

Я зажал рот ладонью, чувствуя, как желудок скручивает спазмом. Меня трясло. Пальцы на арбалете стали ледяными. Я видел смерть и раньше, но эта бессмысленная, дикая жестокость сломала во мне последние иллюзии.

Ярн рядом со мной тихо прорычал. Парень не выдержал. Он выскочил из-за настила и сзади набросился на того самого воина, вгоняя свой нож ему в шею. Рогатый гигант захрипел, падая замертво.

В хижине осталась еще одна женщина -совсем молодая девушка, сжавшаяся в углу под шкурами. Она видела всё. Её глаза были абсолютно пустыми, она не плакала и не кричала. Она просто смотрела перед собой сломанным, мертвым взглядом человека, чей разум только что выгорел дотла от пережитого ужаса.

Я подбежал, силой оттаскивая Ярна назад в тень. - Нам нужно к Анкеру! - прошипел я, чувствуя, как слезы бессильной ярости застилают глаза. - Мы не спасем их оружием! Их слишком много! В центре площади стоял Вождь зверолюдей - Рагш. Он был исполином. Почти три метра ростом, с короной из тяжелых костяных рогов, его тело было частично заковано в титановые пластины, сорванные с орбитальной техники. Рагш не кричал, не радовался победе. Он стоял у мёртвого черного валуна Анкера, словно забойщик на скотобойне. У его ног на коленях ползал Кром. Старый предатель, сдавшей проходы, судорожно цеплялся за сапог Вождя.

- Я сделал всё! - визжал Кром. - Я отдал вам всё! Останови резню!

Рагш медленно опустил свои вертикальные зрачки на предателя. - Скот не договаривается с вождем. - Он даже не стал обнажать оружие. Рагш просто поднял свою тяжелую, закованную в титан лапу и с плотным, кошмарным хрустом раздавил череп Крома своим костяным каблуком. Старик обмяк в грязи, как мешок с костями. Я скользнул вдоль стены последней хижины. До черного валуна Анкера оставалось всего пятнадцать шагов.

Зачем мне был нужен Анкер?

Я знал, что Ключ Пастуха - это не волшебная палочка. Он не мог выжечь тридцать вооруженных мутантов боевым лазером. Анкер был просто сервисной вышкой Иглы. Но на его базе функционировал Локальный Электромагнитный Инициатор.

Зверолюди «Тактического ядра» активно использовали кустарную технику - их копья питались от силовых модулей, а их глубокие мутанты контролировались через радио-маяки на холке. Если я введу Ключ Пастуха и запущу Аварийный Импульс Перегрузки (EM-Pulse) через Анкер, радио-сигнал Иглы сожжет их силовые модули, снесет частоты контроля над мегафауной и на несколько секунд ослепит их био-татуировки. Это даст Бранну и Соре единственный шанс вычистить площадь.

Я перебежал последние метры и упал на колени перед черным камнем. Но едва мои пальцы коснулись холодной, шероховатой поверхности валуна, Вождь Рагш медленно повернул голову в мою сторону.

Его встроенные в затылок системы, питавшиеся от системных частот, мгновенно среагировали на сигнал Ключа Пастуха в моем нейрочипе. Рагш не закричал. Он просто перехватил свое тяжелое, искрящее копьё и сделал шаг ко мне. Его янтарные вертикальные зрачки зафиксировались точно на моем лазурном глазу.

-Ты... - глубокий, вибрирующий голос Рагша заставил воздух вокруг Анкера задрожать. - Ты не охотник. Ты тот самый Пастух с Неба.

Я судорожно прижал ладонь к камню, запуская процесс авторизации. Мой интерфейс залился ослепительным светом, пока трехметровый Вождь зверолюдей поднимал копьё для смертельного удара.

Глава 20. Мясорубка

Пальцы касались черного гранита Анкера. Камень был обжигающе холодным, словно кусок льда, вытащенный из глубокой бездны. В ту же секунду мой затылочный чип взвыл от напряжения. Воля восемнадцать единиц позволила удержать сознание, пока Ключ Пастуха на бешеной скорости вшивал административный код Иглы в мертвую систему суб-узла.

СИСТЕМА: Обнаружен авторизованный Ключ Пастуха Связь с узлом "Анкер-04" установлена Инициация протокола аварийной очистки частот... Доступен локальный сброс энергии: Импульс Перегрузки

Вспышка высокого напряжения не убила вараноподобных бестий - она выжгла им остатки затылочных нервов. Потерявшие любой контроль, ослепленные дикой болью ящеры превратились в бешеных, неуправляемых тварей. Они начали рвать всё, что двигалось вокруг. На моих глазах трехметровый ящер развернулся и своими челюстями снес голову собственному хозяину - рогатому воину, а затем, сжимая в зубах бьющееся тело, рухнул прямо на кучку испуганных женщин. Раздались дикие, разрывающие душу женские вопли, смешанные с хрустом ломаемых костей.

- Сора! - закричал я сквозь гарь и треск пламени.

Наверху, на рушащемся настиле, происходила катастрофа. От непрерывных взрывов силовых модулей, рева мутантов и криков умирающих прибор-локатор на лбу Торина поймал критический резонанс. Сенсор не успевал фильтровать тысячи отраженных сигналов. Ультразвуковая перегрузка ударила слепому парню прямо в мозг.

- А-а-а-а! Моя голова! - Торин закричал, зажимая уши окровавленными руками и роняя свой деревянный лук. Из-под кожаного обруча на его лбу по вискам струйками пошла черная, спекшаяся кровь.

Парень потерял ориентацию, упал на колени и забился в конвульсиях прямо на краю горящего настила. Соре пришлось бросить стрельбу. Она закрыла Торина своим телом, сжимая в правой руке только охотничий нож и отбиваясь от прыгнувшего на них глубокого мутанта.

На левом фланге падал Гарн. Однорукий гигант, закрывая собой двоих плачущих детей, принял на свое единственное целое плечо удар тяжелого костяного палицы рогатого воина. Раздался сухой, страшный треск - ключица Гарна переломилась, он рухнул в мокрую глину, захлебываясь собственной кровью, но продолжал судорожно мотать головой, пытаясь подняться. Ярн, прыгнув сверху, вогнал нож воину в горло, но тут же получил ожоговый удар от остатков искрящего копья второго мутанта и с диким криком покатился по земле.

Площадь превратилась в хаотичную, вонючую мясорубку. Горели хижины, в грязи корчились раненые, а дым выедал глаза. И сквозь этот пылающий ад к Анекру шел только один. Вождь Рагш. Его тяжелая титановая броня экранировала импульс. Он проламывал горящие бревенчатые стены хижин как сухой картон, сметая с пути и своих, и чужих. Его трехметровая туша заслоняла свет догорающего пламени. Из-под титановых щитков на его груди капала горячая черная кровь, а в янтарных вертикальных зрачках горела чистая, абсолютная жажда убийства. - Пастух... - его голос заглушил треск горящих крыш. - Твоя магия не спасет твое мясо.

Я в панике вскинул арбалет «Жало». Пальцы скользили по окровавленному пластику. В магазине оставалось шесть болтов.

Щелк!

Первый кислотный болт вошел Рагшу точно в грудную титановую пластину. Капсула лопнула, но толстый слой конструкционного титана брони "Тип-С" принялся плавиться слишком медленно - гель лишь зашипел, проедая металл на пару сантиметров. Рагш даже не замедлил шаг.

Щелк!

Второй болт ушел в его левое колено. Вождь лишь глухо рыкнул, слегка прихромал, но инерция его трехметровой туши не оставила мне шансов. Четыре болта в магазине. У меня больше не было времени на перезарядку. Рагш был в пяти шагах. Его тяжелое двуручное копьё - пятиметровый стальной пик без сгоревшего модуля, превратившийся в тяжелый таран - устремился мне прямо в лицо.

- Назад, инженер! - раздался рев, от которого задрожал сам гранит Анкера. Из дыма и гари выскочил Бранн. Его синий узор на груди горел на пределе возможностей, выжимая из его нано-сети последние капли энергии. Великан перехватил «Сокрушитель» обеими руками и в прыжке заслонил меня своим телом.

КЛАЦ!

Тяжелое стальное острие копья Рагша врезалось в обух топора Бранна. Кинетический удар силой тридцати двух единиц просто смял блок великана. Бранна отбросило назад, его ноги выбили из мокрого настила доски, но он удержался на ногах.

- Я сломаю тебя, дикарь! - взревел Рагш. Исполин сделал молниеносный, нечеловечески быстрый выпад. Его пятиметровое стальное копьё пошло не в голову - Рагш ударил снизу вверх, с дикой силой пробивая оборону Бранна.

ХРУСТ!

Тяжелый стальной пик с кошмарным, влажным звуком пробил плотную шкуру Жнеца на левой стороне груди Бранна. Сталь раздробила ребра, прошла сквозь легкое и с глухим ударом вошла сзади в бревенчатую стену горящей хижины, намертво прикалывая великана к дереву.

- БРАНН! - закричал я, чувствуя, как внутри всё застывает от ледяного ужаса.

Кровь - густая, пенистая, артериальная - фонтаном брызнула из груди Бранна, заливая его лицо и синий светящийся узор. Великан захлебнулся, его рот заполнился алой пеной.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА! Субъект Бранн [Уровень: 5] ЗДОРОВЬЕ: 8 / 130 (Проникающее ранение легкого. Артериальное кровотечение) Время до остановки сердца: 20 секунд

Бранн висел на колу, прижатый к пылающей стене. Его левая рука бессильно плетью опустилась вдоль тела. Синий узор на его груди замигал, превращаясь в серый, мертвый шрам. Вождь Рагш не стал выдергивать копьё. Он просто отпустил рукоять, оставив умирающего Бранна висеть на стене, и сделал шаг ко мне. Его огромная, закованная в титан лапа сжалась в кулак размером с человеческую голову.

- Теперь ты - пророкотал Вождь, нависая надо мной.

Я лежал на коленях у подножия Анкера. Арбалет выпал из моих дрожащих рук. Мой здоровье было на уровне пятнадцати процентов, а перед глазами плыли серые круги. Рагш занес свой титановый кулак над моей головой для смертельного удара. Огромный, закованный в титан кулак устремился вниз, к моему лицу. В этом ударе была сила, способная вколотить мой череп в бетонные плиты аппарели. Времени не оставалось. Арбалет был бесполезен, рефлексы сбоили, а здоровье дыханием висело на пятнадцати процентах.

«Шелкопряд! Запуск!» - мысленно отдал я команду через затылочный чип.

Прозрачное, кремниевое существо у меня на плече, сливавшееся с курткой, ответило мгновенным импульсом. Шелкопряд сорвался с ткани и бесшумным неоновым росчерком устремился прямо в лицо Рагша. Паразит не атаковал плоть. Он впился усами-антеннами в открытые технологические порты шлема Вождя - туда, где системные датчики зверолюдей сопрягались с их био-татуировками.

СИСТЕМА: Активирован инструмент "Теневой Шелкопряд" Трансляция нейро-помех в био-интерфейс цели "Рагш" Эффект: Локальная галлюцинация. Дезориентация: 2.5 секунды.

Занесенный над моей головой кулак Рагша резко замер в каких-то двадцати сантиметрах от моего носа. Янтарные вертикальные зрачки Вождя расширились, старев мутными и бешеными. Для него мир вокруг мгновенно рухнул - нейро-паразит влил в его мозг дикую, концентрированную паническую галлюцинацию. Рагш взревел, но не от ярости, а от внезапного, животного ужаса, и его гигантская туша качнулась назад. Эти два с половиной секунды спасли мне жизнь. И они дали Бранну его единственный шанс.

Бранн висел на колу, приколовший стальным пиком к горящей стене хижины. Из его груди хлестала алая артериальная пена. Таймер жизни на моем интерфейсе замер на отметке:

ВНИМАНИЕ! До остановки сердца: 7 секунд.

Но синий узор на его груди - узор, который я вычистил от гнили Ур-Гаша - вспыхнул ослепительным, диким лазурным огнем. Бранн сжег остатки своей Выносливости. На одной лишь бычьей, нечеловеческой воле выжившего, он зарычал, захлебываясь собственной кровью, и его уцелевшая правая рука намертво вцепилась в рукоять «Сокрушителя». Великан не стал пытаться выдернуть копьё. Он использовал его как опору. Бранн подтянулся на колу вперед, ещё глубже вгоняя стальной пик в собственные легкие, и с диким, раскатистым ревом вогнал титановое лезвие «Сокрушителя» снизу вверх - прямо под незащищенный титаном паховый щиток и брюшную полость Рагша.

- За... Пепельный... Клан! - прохрипел Бранн.

Его палец судорожно выжал пусковую клавишу гидравлики.

КЛАЦ-БУМ-М-М!

Поршень высокого давления сработал с оглушительным, оглушающим хлопом. Триста атмосфер сжатого воздуха и кинетической энергии вырвались наружу в упор, внутри тела Рагша. Удар такой мощи буквально разорвал трехметровую тушу Вождя зверолюдей пополам.

Вспышка разрушения разметала титановые пластины его брони, разорвала внутренние органы и швырнула верхнюю половину его тела на пять шагов назад, прямо в горящие угли разрушенной хижины. Нижняя часть туши исполина тяжелым, дымящимся куском валилась в грязь у ног Бранна.

Все было кончено.

Шелкопряд с тихим жужжанием вернулся на мое плечо. Остатки рогатых воинов «Тактического ядра», увидав кошмарную гибель своего непобедимого Вождя, окончательно потеряли разум. Встревоженные, бросая искрящие копья, они панически кинулись прочь из деревни, растворяясь в сером болотном тумане. Но радости не было. Бранн обмяк. Его правая рука выронила тяжелый топор, который с глухим стуком упал в грязь. Великан остался висеть на стальном пике, приколотый к бревнам. Его голова бессильно упала на грудь, а синий узор погас полностью.

ТАЙМЕР: 6 секунд. Остановка сердца.

- Сора! Ярн! Ко мне! - заорал я, срывая голос и в два прыжка оказываясь у стены. Втроем, подбежав в панике, мы уперлись руками в дымящуюся грудь Бранна и силой сдернули его с торчащего из стены стального пика. Тяжелая, налитая свинцом туша великана рухнула мне на руки. Я едва удержал его, оседая на колени в кровавую грязь. - На Анкер! Живо! - хрипел я, захлебываясь дымом. Мы буквально на животах втащили бессознательное тело Бранна на плоскую, черную поверхность валуна Анкера. Его разорванное легкое сипело, из раны на груди валила пена, а пульс под моими пальцами на его шее затих. Сердце встало. Я накрыл его рану обеими руками, вбивая ладони прямо в окровавленную плоть, и мысленно крикнул в интерфейс Ключа Пастуха:

- Авторизация медицинского протокола! Полная перегрузка! Перенаправить всю доступную энергию Иглы на прямой разряд!

СИСТЕМА: Внимание! Опасность выжигания локальной сети Расход энергии накопителя "Искра": 6.8% Запуск прямой электро-дефибрилляции и биологической коагуляции...

Черный гранит Анкера под нами вспыхнул ослепительным лазурным светом, от которого темная ночь над деревней на секунду превратилась в день. Мощнейшая дуга высокого напряжения ударила прямо сквозь мои руки в грудь Бранна. Великан дугой выгнулся на камне, его мышцы напряглись до треска сухожилий. Раздалось омерзительное, сухое шипение - локальная системная сварка Анкера принудительно, на запредельных температурах начала спекать развороченные артерии и края разорванного легкого. Густой сизый дым с запахом паленой плоти и озона поднялся над камнем.

СИСТЕМА: Зафиксирован восстановительный импульс сердца Субъект Бранн: Здоровье 4 / 130 (Стабильное тяжелое) Кровотечение остановлено. Травматический шок.

Бранн судорожно, со свистом втянул носом воздух, его грудь дернулась в спазматическом вдохе, и он снова провалился в глубокий, бессознательный анабиоз. Но он дышал. Сердце забилось - редко, тяжело, но ровно.

Я обессиленно повалился набок, сползая с Анкера прямо в грязь. Мои руки по локоть были испачканы запекшейся кровью, пальцы мелко и неуправляемо тряслись, а перед глазами летали серые мушки от острой нехватки кислорода. Но мы вытащили его. Мы вытащили его с того света.

Дождь снова начал капать с темно-розового неба, постепенно сбивая пламя с горящих хижин.

Я подтянул колени к груди, сидя в грязи посреди разгромленной площади, и впервые осмотрелся вокруг. Победа пахла не триумфом. Она пахла паленой человеческой плотью, кишками и мокрой печной сажей. Из шестидесяти жителей Пепельного Клана выжила едва ли половина. На площади лежали тела двух разорванных подростков, убитая женщина у плетня, растерзанные мутантами старики.

Сора сидела у стены, бережно обнимая дрожащего Торина. Из ушей слепого парня все еще сочилась тонкие струйки запекшейся крови после ультразвукового удара, но он был жив, судорожно прижимая к себе свой старый деревянный лук. Рядом стоял Ярн - его плечо было обожжено, но парень упрямо держал копьё, защищая подступы к Анкеру.

Из полуразрушенных, дымящихся хижин начали медленно, в страхе выходить оставшиеся женщины и дети. Они подходили к площади бесшумно, как призраки. На их лицах больше не было дикого языческого ужаса перед «Аномалией» или «демонами». Была лишь глухая, беспросветная усталость выживших.

Гарн, тяжело хромая и прижимая сломанную ключицу здоровой рукой, подошел к Анекру. Он молча посмотрел на дымящийся обрубок туши Рагша, затем на бессознательного Бранна, лежащего на лазурном камне. Бывший первый охотник медленно, с трудом опустился на одно колено прямо перед нами. - Вождь спас клан, - глухо, но разборчиво произнес Гарн. - А ты... ты вернул его с того света, инженер.

Женщины и подростки, стоявшие за его спиной, один за другим опустились в грязь. Не из-за религии. Не из-за страха перед Ключом Пастуха. А потому что у них больше не было никого, кроме нас, кто мог бы защитить их от этого дикого, беспощадного мира. Я посмотрел на них, чувствуя, как внутри нарастает ответственность.

Я мысленно активировал главный контур Анкера. Черный камень зажужжал на низкой частоте, и над разрушенной деревней Пепельного Клана медленно, со слабым мерцанием развернулся полупрозрачный защитный купол маскировки. Запах гари и болотного гнуса мгновенно исчез. Радиационный фон внутри периметра упал до абсолютного нуля.

20.1 Гарн

Дождь мешался с пеплом, превращая землю под ногами в скользкую серую кашу. Я сидел в этой грязи, привалившись спиной к обгоревшему столбу хижины Крома, и тупо смотрел на свою правую ладонь. Она была чистой. Десять зим я видел под своей кожей только багровые пульсирующие жилы. Я привык к тому, что мои пальцы пахнут едкой кислотой, а суставы покрыты серой костяной коркой. Ур-Гаш называл это «благодатью». Он говорил, что черная кровь богов делает нас сильнее всех в этих болотах. И мы верили. Мы рвали глотки соседям и ели сырое мясо Жнецов, радуясь тому, как огонь мутации выжигает в нас всё человеческое.

Я провел ладонью по шее. Кожа была гладкой. Никаких наростов. Никакого несмолкающего, сводящего с ума шепота в затылке. Чужак - этот бледный парень с Неба, которого мы считали проклятым демоном, - выжег из меня эту «благодать» за один удар сердца. И только сейчас, когда багровая пелена спала с моих глаз, я увидел, во что мы превратились. Шаман не растил воинов. Он растил цепных псов, чье единственное назначение - сдохнуть в нужный момент, обдав врага ядовитой слюной.

Я поднял взгляд на Анкер. Огромный черный валун больше не пульсировал гнилым зеленым светом. Теперь он гудел на низкой, ровной частоте, окутанный чистым лазурным сиянием. На вершине камня, прямо в этом сиянии, лежал Бранн.

Его грудь была похожа на кусок сырого, обгоревшего мяса после удара Вождя Рагша. Я видел, как стальной пик прошил его насквозь. Обычный человек должен был сдохнуть еще там, в грязи у ворот. Но Кай - инженер, как он сам себя называл, - не позволил ему уйти.

Я завороженно смотрел, как лазурные лучи Анкера, повинуясь движениям рук Кая, буквально сшивают разорванную плоть Бранна. Раздавалось сухое шипение, в воздух поднимался сизый дым с запахом озона, и на моих глазах дыра в легком великана затягивалась, превращаясь в плотный, честный шрам. Это не было колдовством Шамана. В этом не было жертвоприношений или молитв. Это была голая, беспощадная сила технологий, которая не просила веры - она просто требовала подчинения. Бранн вздохнул, и его сердце, остановившееся минуту назад, снова ударило о ребра. Тяжело. Громко. Уверенно.

Я посмотрел на выживших женщин и подростков, которые кольцом стояли вокруг камня. Они молчали. В их глазах не было религиозного экстаза. Только бесконечная, вековая усталость и крохотная, пугающая искорка надежды. Старый Пепельный Клан сдох сегодня в огне и крови вместе с Кромом и Ур-Гашем. То, что осталось - это лишь осколки. Но глядя на то, как Кай уверенно вбивает команды в светящийся воздух над Анкером, я понял одну вещь.

Этот парень с Неба не собирается нас пасти. Он собирается нас перестроить. Сделать такими же, как его инструменты - прочными, точными и лишенными лишней гнили. Я сплюнул густую, соленую кровь в грязь и медленно опустился на одно колено, склонив голову перед лазурным светом. Если цена жизни в этом мире - стать деталью в его сложном механизме, то я готов. Потому что альтернатива - это вонючая яма и забвение, которое обещал нам Шаман.

Над деревней медленно разворачивался купол маскировки, отрезая нас от ядовитого дыхания болот. Впервые за свою жизнь я почувствовал, что могу просто дышать.

Глава 21. Костры и сталь

Дождь смывал кровь слишком медленно. Он шел мелкими, частыми иглами, превращая огарки деревянных хижин в вонючее серо-черное месиво. Запах паленой человеческой плоти, смешанный с кислым гаром заклинивших силовых модулей зверолюдей, висел над деревней тяжелым, удушливым смогом.

Я сидел на покрытом запекшейся коркой полуразрушенном настиле и смотрел, как двое стариков и бледная, исхудавшая женщина тащат по мокрой глине тело шестнадцатилетнего подростка. Того самого, чьи ребра Глубокий мутант разорвал на наших глазах. Его босые ноги оставляли в грязи ровные, глубокие полосы. Женщина не плакала, плакать было уже банально нечем.

Вокруг центральной площади выжившие жители Пепельного Клана собирали своих мертвых. Из шестидесяти человек выжило от силы тридцать. Восьмерых подростков и женщин словно срезало косой в первые минуты штурма. Похоронный ритуал клана был жутким в своей дикой практичности: здесь не копали могил - глубокая болотная грязь быстро выталкивала трупы обратно. Мертвых складывали в ровную стопку у края оврага, перекладывая сухими ветками каменного вяза и заливая густой смолой болотного папоротника.

- Души уходят в глубокую воду - прохрипел Гарн.

Его левое плечо, где раньше была рука, а потом шрамы от кислоты, было плотно обмотано чистой тканью. Он прижимал к груди раненую ключицу правой рукой, но не уходил в хижину. Он смотрел на похоронный костер. Когда старый охотник высек искру и смола вспыхнула густым, черным дымом, Гарн медленно наклонил голову.

- Они умерли свободными - добавил он, и в его голосе прозвучала тяжелая, глухая трещина. - Ур-Гаш отдал бы их тела на съедение Жнецам, чтобы вырастить костяные шипы. А мы... мы даем им сгореть в чистом огне.

Я ничего не ответил. Я смотрел на маленькую хижину с пробитой крышей у самого забора.

Там, на низком настиле из шкур, сидела девушка. Совсем молодая, лет семнадцати. Я не знал ее имени. Это её мать рогатый воин «Тактического ядра» приколол копьем к земле на моих глазах.

Девушка сидела неподвижно, поджав колени к подбородку. Она не шевелилась уже три часа. В её широких, темных глазах не было ни слез, ни страха - только пустая, мертвая зеркальная гладь. Она видела, как хрустнули кости её матери. Она не выдержал удара и просто выключилась от реальности, спасшись в глубоком заторможенном шоке.

Сора опустилась рядом с ней на колени, тихо поднеся к её губам глиняную кружку с прокипяченной, очищенной Анекром водой.

- Пей, Мира... - непривычно мягким голосом шептала Сора, осторожно придерживая девушку за затылок. - Пей. Твоя мать не хотела бы, чтобы ты замерзла здесь.

Девушка не отозвалась. Стук глиняной кружки о её сжатые зубы был единственным звуком. В этот момент Сора подняла на меня свои янтарные глаза, и я увидел в них ту же самую ледяную, выжигающую душу боль, которую видел в день гибели её брата Ваэля.

Я поднял руку и ткнул пальцем в сенсорную панель интерфейса на затылке, вызывая системную диагностику. Мне нужно было отвлечься. Нужно было заняться цифрами, иначе эта сгорающая на костре смола заставила бы меня сойти с ума.

СИСТЕМА: Зафиксирована активация скрытого подпротокола "Боевая адаптация"

Описание: При входе в фазу непосредственной смертельной угрозы активируется блокировка эмоционального фона (страх, фантомные боли).

Эффект: Скорость обработки тактических данных +40%. Игнорирование ментальных помех.

Откат: Паническая реакция, тремор и тошнота по завершении боевого контакта.

«Вот оно что - усмехнулся я. - Мой чип просто превращает меня в хладнокровного био-робота на время боя. А потом сбрасывает весь накопившийся ужас мне в сознание, когда враги мертвы». Я сжал кулаки и перешел к блоку сообщений о получении опыта и поглощении био-кэша.

СИСТЕМА: Поглощены ядра данных субъектов касты "Тактическое ядро" и Вождя Рагша [Уровень: 12]

Получен свободный биометрический кэш: 14 единиц

Достигнут лимит структуры. Повышение уровня

ТЕКУЩИЙ УРОВЕНЬ: 4

СИСТЕМА: Инициация интеграции навыка "Предчувствие угрозы" и структурирования интерфейса...

Вдруг мой правый висок - то самое место, куда колола раскаленная игла перед атаками зверолюдей из тумана - обожгло сухим, лютым холодом. Кожу под волосами зажгло так, словно туда вонзились сотни микроскопических лазерных игл. Я зашипел от неожиданности, схватившись за шею.

Прямо под моей кожей, проступая сквозь эпидермис, начала разворачиваться линия. Это не была сочащаяся багровая язва, как у людей Ур-Гаша. Это была чистая, невероятно тонкая лазурно-голубая нить системного кода. Она спустилась от виска по шее, перешла на правое плечо и аккуратным, геометрически совершенным узором - похожим на интегральную плату орбитального челнока - расчертила моё предплечье до самых костяшек пальцев. Моя новая чистая татуировка Интегратора.

Она отзывалась ровным, прохладным теплом, излучая слабый, пульсирующий неоновый свет. Навык «Предчувствие угрозы» окончательно прописался в моем теле. Я больше не был просто оператором с нейрочипом - я физически становился частью инфраструктуры Иглы.

- Кай... -Сора оторвалась от молчаливой Миры и с изумлением уставилась на мою руку. -Что это?

- Я поднял руку, разглядывая лазурные линии. - моя новая сила. Знак того, что я перестроил свою систему. - с долей восхищения приговорил я, рассматривая новое приобретение. Пепельный клан и в самом деле можно понять, почему они так радовались новым татуировкам. Они дают не только силу, но и выделяют тебя визуально, дают индивидуальность. - Как там Бранн?

- Дышит ровно - Сора кивнула на вершину Анкера. - хватает энергии. Он больше не теряет кровь, но рана глубокая. Ему нужно время.

Я провел быстрое сканирование Бранна через Ключ Пастуха:

Субъект Бранн [Уровень: 5] -Здоровье: 28 / 130 (Стабильное восстановление, травматическая кома).

Прямая системная сварка Анкера прижгла его разорванные сосуды и затянула легкое, но он был без сознания. Он отдал все силы на эту победу, и теперь наша очередь была защищать его.

Из хижины неподалеку, спотыкаясь, вышел Торин. За ним семенил Тень - серебристый волчонок на секунду замер, обнюхал мокрую глину и подбежал ко мне, с любопытством ткнувшись носом в мою новую лазурную татуировку на запястье. Сумрак остался у ног Соры, его пасть с кислотными железами нервно подергивалась.

У Торина из ушей все еще висели корочки запекшейся крови после ультразвукового удара. Парень держался за стену, его прибор на лбу мелко и хаотично стрекотал.

- Замри, Торин, - я подошел к нему, доставая из сумки сервисный шлейф. - Я настрою твой локатор. Из-за взрывов копьев и запуска анкера, твой сенсор поймал перегруз. Конечно, если подобное повторится, это тебе слабо поможет, но явно будет легче. - Я прижал контакты к обручу на его лбу и запустил тонкую калибровку частот:

СИСТЕМА: Калибровка периферийного УЗ-Локатора субъекта "Торин"

Установка фильтра акустического резонанса. Снижение чувствительности при фоновом шуме на 20%

Прибор на лбу Торина тихо щелкнул, меняя частоту. Парень тяжело выдохнул, его плечи опустились, а напряжение на лице сменилось облегчением.

- Звуки... они встали на место - заулыбался слепой снайпер, трогая забинтованную голову. - Гул ушел, спасибо.

- Отдыхай, Торин. Сегодня ты выложился на максимум. - Я погладил Тени по загривку и повернулся к центру площади.

Там все еще лежала развороченная, трехметровая туша Вождя Рагша. Зверолюди бросили своего вожака, когда бежали. Для инженера такой высокоуровневый объект двенадцатого уровня был невероятно ценным источником ресурсов.

- Ярн! -позвал я молодого охотника. - Помоги мне. Нам нужны его доспехи.

Ярн прихрамывая подбежал с костяным ножом. Выжившие женщины и старики, оторвавшись от похоронного костра, медленно подходили ближе, с боязливым любопытством наблюдая за тем, что я собираюсь делать. В их глазах смешались страх перед мертвым исполином и немое почтение ко мне. Опираясь на титановый нож, я методично срезал с плеч и груди Рагша цельные, тяжелые пластины брони "Тип-С". Качественный конструкционный титан сбитых челноков Превознесенных -прочный, матовый, с идеальной температурой плавления. Из его головы я с трудом выпил массивные костяные рога -тяжелый био-композит, заменявший зверолюдям сталь.

Но главным уловом стал искрящий обломок двуручного копья Рагша. Я осторожно вскрыл его костяное основание и извлек оттуда уцелевший, круглообразный силовой микро-конденсатор.

СИСТЕМА: Извлечен энерго-компонент "Микро-ячейка класса B"

Статус: Исправно (Заряд: 85%)

Сопряжение с накопителем "Искра"...

Подключение ячейки к сети Иглы добавит +12% к общему запасу энергии

- Посмотри - я поднял светящийся синий цилиндр конденсатора, показывая его Ярну. -Этот маленький предмет питатель всю их силу. Они думали, что это магия богов. Но это просто батарейка, которую их предки сорвали со сбитого челнока.

Ярн завороженно смотрел на синий свет в моих пальцах. - И ты... ты можешь заставить эту железяку работать на нас, господин? - спросил он.

- Не просто заставить - Я направился к разрушенным главным воротам. - Я сделаю из нее то, что защитит вашу деревню, когда нас не будет рядом.

За мной потянулась цепочка выживших жителей. Старики, женщины и даже маленькие дети окружили меня у пробитого палисада. Они молча смотрели, как я раскладываю на плоском камне детали: сервоприводы от разбитого Болотным Тираном паука «Панцирь-М», титановые пластины Рагша, червячный редуктор и зачищенные медные провода.

- Что делает Аномалия? -шептались женщины за моей спиной.

- Он строит железного стража - глухо ответил им Гарн, опираясь на копьё. - Молчите и не мешайте. Вы видите, как светятся его руки? Он вплетает силу Неба в металл.

Я не обращал внимания на их шепотки. Мой обновленный показатель Ловкости четырнадцать позволил мне собирать механические узлы с невероятной точностью и скоростью.

Мои пальцы летали по деталям, а паяльный луч Иглы со звонким шипением и снопом синих искр сваривал титановые стыки. Я монтировал двухствольный пневматический блок, подключал опто-электронные объективы паука к какабельному контуру Анкера и вшивал программы распознавания целей.

Процесс крафта занял три часа. За это время похоронный костер на краю оврага догорел, оставив лишь кучу серого, дымящегося пепла.

И когда над пробитыми воротами деревни поднялся тёмный, угловатый титановый силуэт новой машины, люди ахнули.

СИСТЕМА: Создан стационарный оборонительный объект

ИСТИНА: Автоматическая турель "Страж-02"

Материал: Конструкционный титан "Тип-С", редукторы "Страж-01", костяной каркас

Вооружение: Двухствольный пружинно-пневматический блок

Боекомплект: 120 титановых болтов / костяных штырей

Режим работы: Автономный (Синхронизация с датчиками купола Анкера-04)

Эффект: Ведение автоматического огня по любым объектам с Мутагенным Индексом выше 60% в секторе 100 метров.

Черный титановый корпус «Стража-02» над воротами с сухим, металлическим кликом ожил. Сдвоенные объективы турели плавно повернулись, сканируя серый болотный туман.

Молодой Ярн не удержался и сделал шаг к воротам. Турель мгновенно среагировала: её титановые стволы со скрежетом повернулись в его сторону, а внутри корпуса зажужжал натягиваемый редуктор. Но в следующую секунду прибор распознал его чистый системный индекс, стволы опустились, и турель снова вернулась к сканированию внешней чащи.

Ярн испуганно отшатнулся, а потом на его лице расплылась дикая, восхищенная улыбка. - Она... она знает, кто свой! - закричал он, поворачиваясь к женщинам. - Она не трогает нас! Она защитит нас!

Женщины и старики боязливо, но с глубоким облегчением подходили ближе к воротам. Девочка Мира, все это время сидевшая в шоке у хижины, медленно подняла голову и впервые за весь день посмотрела на турель, стоящую над палисадом. В её мертвом взгляде пробилась первая, крохотная искорка осознания: враги больше не ворвутся сюда беспрепятственно.

Я подошел к главному терминалу Анкера и вызвал системный лог таймера.

СИСТЕМНЫЙ СТАТУС ЯЧЕЙКИ №4: Маскировка узла: АКТИВНА

Радиационный фон в секторе: 0 мР/ч

Остаточный ресурс маскировки: 26 дней 8 часов 14 минут

Глава 22. Фундамент

Первый день после похорон выжившие жители деревни Пепельного Клана спали. Они спали долго, беспросветно, словно мертвые - сказывался дикий эмоциональный и физический откат после боя. Лишь над воротами тихо гудела турель «Страж-02», да у подножия Анкера я разложил инструменты. У нас было время. Таймер маскировки сектора показывал 26 дней 8 часов, и я принял волевое решение: никакой спешки. Бежать в радиоактивную Мертвую Зону с полумертвым Бранном, слепым контуженным Торином и истощенным запасом боеприпасов было прямым путем на кладбище. Нам нужна была пауза. Нам нужно было пустить корни.

На второй день у Анкера раздался громовой, хриплый хохот, от которого с лазурного валуна слетела стайка болотных пичуг. - Эво-на как! - рокотал Бранн, пытаясь сесть на настиле из шкур и ойкая от острой боли в перевязанной груди. - Слышь, Кай! Видали, как я этого рогатого барана на два куска распустил?! А?! Поршень - бум! - и кишки по веткам!

Сора, сидевшая рядом и менявшая ему повязку из сушеного мха, с силой ткнула его пальцем прямо под бинты. - Сиди тихо, вождь недоделанный - сурово протянула она, хотя в её янтарных глазах впервые за долгое время блеснула теплая смешинка. - Твои кишки тоже наружу висели, если бы Кай не прижег тебя камнем. Забыл, как на колу висел?

- Да брось ты, сестренка! - Бранн аккуратно, со скрипом в ребрах, провел мозолистой ладонью по чистой коже на груди, где остался только плотный ровный шрам. - Каю поклон, конечно. Но каков удар, а?! Сокрушитель-то мой выдержал!

Великан хохотнул, но тут же поморщился, осторожно укладываясь обратно на шкуры. Он был все еще очень слаб - четыре единицы здоровья из ста тридцати - но его привычный дух вернулся, разгоняя мрачную тень похорон.

Я улыбнулся, не отрываясь от верстака. - Бранн, будешь громко орать - заставлю тебя вручную титановые болты на редукторе крутить - сказал я, доставая из сумки три светящихся сгустка. Это были ядра данных трех рогатых воинов зверолюдей восьмого уровня, убитых у ворот. В них содержался чистый биологический кэш. В диком состоянии их эссенция несла в себе грязные коды агрессии, но мой Ключ Пастуха позволял проводить глубокую фильтрацию.

- Подзови Гарна и Торина - попросил я Сору. - Пришло время делить трофеи.

Через десять минут у Анкера собралась наша штурмовая группа. Я поочередно прикладывал Ключ Пастуха к затылкам Соры, Торина и Гарна, пропускаемый очищенный био-кэш через фильтры Иглы.

СИСТЕМА: Очистка биометрического кэша сторонних субъектов Перенаправление ресурсов сети "Призраки"...

Результаты распределения: Субъект Сора: Повышение уровня! Ур: 3 -> 4 (Ловкость +2, Зрение +1) Субъект Торин: Повышение уровня! Ур: 2 -> 3 (Акустический слух +2, Воля +1) Субъект Гарн: Повышение уровня! Ур: 3 -> 4 (Выносливость +3, Костная регенерация)

Сора замерла, её янтарные глаза вспыхнули ярким, ослепительным золотом. Она глубоко вдохнула, потягиваясь всем телом, словно гибкая болотная кошка.

- Мое зрение... - прошептала она, глядя в темноту болот. - Кай, я вижу каждую каплю тумана на листьях в ста шагах. И туман... он больше не кажется мне темным.

Торин, чей слух сгладился после моей калибровки, выпрямился, утирая кровь из носа. Его обруч-сенсор на лбу мерно защелкал. - Я слышу, как течет вода по трубам под землей - восхищенно сказал слепой снайпер. - Я слышу сердце Бранна. Оно стучит ровно, как твой прибор на воротах.

Однорукий Гарн с немым изумлением смотрел на свой обрубок плеча - глубокий розоватый шрам на нем посветлел, а тупая боль в ключице окончательно уступила место силе. Он сжал правый кулак с такой силой, что хрустнули костяшки. - Ты отдал нам силу врагов... но очистил её от грязи - прошептал Гарн, наклоняя голову перед камнем. - Мы должники твои, Кай.

На третий и четвертый день в деревне закипела совсем другая работа. Я собрал молодых парней во главе с семнадцатилетним Ниром - пареньком с цепкими руками и сбитыми пальцами. Для них постройка турели была чудом, и они ходили за мной буквально по пятам, впитывая каждое слово. - Смотри сюда - я показывал ему чертеж на экране Иглы. - Если ты вытачиваешь деревянный стержень для болта, угол наконечника должен быть ровно тридцать градусов. Иначе аэродинамика сбивается. Не «на глаз», а по этому титановому шаблону. Понял?

- Понял, мастер Кай - благоговейно кивал Нир, бережно сжимая в руках изготовленный мною стальной шаблон. - Руна Пастуха требует точности. Если сделать криво - машина не примет болт!

Я лишь вздохнул. Их языческое восприятие физики пробить за пару дней было невозможно, но главное - они работали с ошеломляющим энтузиазмом. Моя «Академия Адептов Стали» заработала. За три дня Нир и трое других подростков заготовили больше двухсот отличных, идеально сбалансированных болтов для турели и моего арбалета «Жало», освободив меня от муторной ручной работы.

А на пятый день я занялся техническим бытом. Питаться сырым или полуобгоревшим на костре мясом Жнецов, от которого валил густой дым, привлекавший болотных тварей, было глупостью. Я разобрал охладительный контур сбитого дроида-паука и вытащил оттуда четыре термоэлектрических элемента Пельтье и медный радиатор. За шесть часов работы у центральной кухни деревни появились два новых прибора.

Первым была Автономная Морозильная Камера - герметичный титановый ящик, зарытый в землю под настилом, где элементы Пельтье поддерживали стабильные минус восемь градусов за счет энергии Анкера. Теперь туши убитых Жнецов и болотных валунов могли храниться неделями, не гния на жаре. Вторым прибором стала Индукционная Варочная Панель. Я свернул медную катушку из кабеля Иглы и подсоединил ее к силовому выходу Анкера.

Когда старшая ткачиха Марена впервые поставила на плоский металлический диск каменный котел с водой, и вода без всякого огня, дыма и дров закипела через три минуты, старая женщина упала на колени и запричитала молитву. - Никакого дыма, Марена, - улыбнулся я, показывая ей поворотный регулятор мощности. - Никаких костров. Еда варится чисто, без болотной копоти и ядовитого нагара. Крутишь вправо - греет сильнее. Крутишь влево - остывает.

К вечеру пятого дня деревню Пепельного Клана было не узнать. На воротах сухо щелкала объективами турель «Страж-02». В Мастерской у Анкера подростки во главе с Ниром мерно точили наконечники по моим шаблонам. На кухне вакался чистый суп без дыма, а в морозилке лежал запас свежего мяса. Купол маскировки Анкера-04 ровно гудел над нами.

Интерлюдия. Сора

Туман над болотами сегодня был необычным. Я сидела на смотровой площадке над воротами, положив титановый лук «Шелест» на колени, и смотрела на серое море папоротников за палисадом. Раньше туман казался мне глухой, враждебной стеной, за которой всегда пряталась смерть. Но теперь... теперь мой новый четвертый уровень, полученный от чистой эссенции Кая, открыл мне совсем другой мир.

Мои глаза видели сквозь серую пелену на триста шагов вперед. Я различала каждую каплю росы на паутине болотных шелкопрядов, видела, как под бревнами моста копошатся слепые раки, и чуяла легкий, едва уловимый запах металла, исходивший от нашей новой турели.

Рядом со мной, положив тяжелую голову мне на бедро, лежал Сумрак. Молодой кислотный волк подрос за эти дни. Когда он тихо выдыхал, из его пасти больше не валил ядовитый дым - он научился контролировать свои железы. Погладив волка по загривку, я спрыгнула с настила. Захотелось пройтись по деревне, пока тишина под куполом казалась почти настоящей. Возле кухни суетилась старая Марена. Ткачиха осторожно, словно боясь вспышки, поворачивала регулятор на плоском металлическом диске индукционной плиты. На диске без всякого огня, дыма и углей закипал большой каменный котел с водой.

- Не чернеет котел-то... - восхищалась старая женщина, когда я подошла ближе. В её сморщенных глазах смешались суеверный страх и детское изумление. - Ни сажи, ни дыма. И глаза от гари не режет. Вчера Мира первый раз суп поела, не кашляя. Это ж... это ж настоящая чистая сила. Без жертвоприношений. Без крови.

- Это технологии - ответила я, глядя на то, как вода бурлит в котле. - Кай говорит, здесь нет волшебства. Только правила, по которым работает мир.

- Правила... - Марена качнула головой, бережно накрывая котел деревянной крышкой. - Ур-Гаш тоже говорил про правила. Только его правила требовали, чтобы мы каждые три зимы отдавали ему слабых младенцев. А этот чужак... он только учит.

Я пошла дальше, к навесу у Анкера, откуда доносился ритмичный, сухой стук. Там семнадцатилетний Нир и трое младших мальчишек добела выскребали деревянные стержни для арбалетных болтов. Нир сжимал в руке стальной шаблон, который Кай выточил для него из титана, и с маньячной строгой точностью прикладывал его к каждому наконечнику.

- Нир, ты когда последний раз спал? - спросила я, останавливаясь у его верстака.

Парень вздорогнул, вытер лбом пот, испачкав нос сажей, и гордо выпрямился: - Спать потом будем! Мастер Кай сказал, что у турели на воротах магазин должен быть полным всегда. Если мы сделаем болты криво - редуктор заклинит. Ты видела, как она вчера объективами крутила?! Она же живая! Она за нами смотрит!

- Она же не живая. Это железо и датчики.

- Всё равно! - парень бережно отложил готовый болт в деревянный ящик, где их лежал уже больше сотни. - Раньше мы от страха под шкуры прятались, когда вепрь на болотах орал. А теперь... теперь у нас Мастер Кай есть. И машины его. Нам бы только титана еще достать, мы с парнями еще одну турель на южном палисаде поставим!

Я посмотрела на его сбитые в кровь, но счастливые пальцы и ничего не сказала. Они нашли свой смысл. Они больше не чувствовали себя жертвами, приговоренными к сожжению. Я пошла дальше и увидела Кая, он сидел на краю бетонной аппарели, у самого подножия Анкера. Он был один. На его коленях лежал разобранный пневматический арбалет «Жало». Инженер что-то чистил, но его движения были медленными, рваными, словно пальцы плохо слушались. Я подошла бесшумно и опустилась на мокрый бетон рядом с ним. Сумрак и Тень мгновенно улеглись у наших ног, свернувшись в два серо-серебристых клубка. Кай даже не повернул головы, но я увидела, как мелко дрожит его правое предплечье. Новая лазурная татуировка на его коже тускло пульсировала. Он выглядел... истощенным. Не так, как Бранн после ранения, а изнутри. Как человек, которого кинули в кипящую смолу, а он всё ещё не может поверить, что не сгорел. - Как рука?

- Нормально - выговорил он. Голос у него был глухим, хриплым.

Я помолчала, разглядывая его профиль. Бледная кожа, темные круги под глазами, плотно сжатые губы. За этими светящимися лазурными линиями и системными интерфейсами, которые так пугали наших стариков, я видела обычного парня. Парня, который еще пару недель назад жил на своем Мертвом Небе, крутил гайки в коридорах и знать не знал, что такое запах паленой человеческой плоти и хруст ломаемых ребер.

- Ты в порядке? - внезапно спросила я.

Кай замер. Паяльный луч в его руке гас. Он медленно повернул ко мне голову, и его левый неоновый глаз на секунду мигнул, уступая место обычным, человеческим карим зрачкам. В них металась дикая, опустошающая усталость. - Да не очень… - горько усмехнулся он, откладывая инструмент на бетон. Он обнял колени руками и уставился на похоронный пепел у края оврага. - Я... я рабочий, понимаешь? Я должен был ремонтировать климатические установки и менять фильтры на челноках. А я... я здесь режу людей. Выжигаю им вены. Смотрю, как кишки Бранна висят на колу, и думаю не о том, как мне страшно, а о том, сколько процентов энергии «Искры» уйдет на его дефибрилляцию.

- Твой чип… - произнесла я.

- Да, твою мать, мой чип! - Кай сжал виски пальцами, его голос впервые сорвался на эмоции. - Он просто выключает мне мозг во время боя! Превращает меня в ледяную тварь, которая считает выстрелы и траектории! А когда бой кончается - он включает всё обратно. И я сижу в грязи, и меня рвет желчью от того, что я только что сделал! - Кай замолчал, тяжело и прерывисто дыша. Его плечи мелко подрагивали.

Я осторожно протянула руку и положила ладонь ему на плечо - прямо поверх тяжелой ткани его куртки Сначала он вздрогнул, но не отстранился. Кай долго молчал. Свет его лазурной татуировки на рукаве постепенно стал ровным, прохладным и глубоким.

- Я привыкаю - выговорил он, закрывая глаза. - Это пугает больше всего. Я ловлю себя на мысли, что запах горелой плоти перестает заставлять меня выворачиваться наизнанку. Я привыкаю к этой планете.

- Ты не привыкаешь к ней - я улыбнулась, впервые тепло и открыто за эти дни, и слегка толкнула его плечом. - Ты просто учишься на ней жить. Как и все мы.

Он глубоко выдохнул - тяжело, с длинным паузой - а потом впервые за все это время на его губах появилась слабая, едва заметная, но настоящая человеческая ухмылка. - Ладно, пойду проверю, как там Торин со своим локатором. А то он опять пытался у Нира масленку отжать, доказывая, что она «звенит не по-научному».

Я поднялась вслед за ним, глядя, как он идет к хижинам. Его шаг больше не был шаг испуганного чужака. Он все еще боялся, он все еще был в шоке от этого безумного мира, но он шел уверенно. И я знала: за этим парнем мы пойдем хоть в Мертвую Зону, хоть на само Мертвое Небо.

--------------

Я медленно шла вдоль края палисада, просто слушала и смотрела. День клонился к вечеру. Раньше сумерки на болотах означали только одно: каждый житель клана забивался в свою хижину, затихал, боясь громко дышать, и слушал, как за стенами трещат сухие ветки под тушами ночных хищников. Наступало время страха. Но сегодня под лазурным куполом Анкера вечер ощущался совсем иначе.

Высоко над головой, на высоте полусотни метров, прозрачная силовая сфера мягко преломляла угасающий свет дня. За куполом висел привычный, тяжелый болотный туман, но здесь, внутри, воздух был упругим, сухим и удивительно прозрачным У центрального очага собирались дети.

Раньше ребятишек от пяти до десяти лет в деревне почти не было видно - матери держали их у постелей, приучая молчать с младенчества. Теперь двое мальчишек и маленькая девочка гонялись за Тенью. Серебристый волчонок Кая шутливо рычал, уворачивался от их цепких рук и прыгал через поваленное бревно, пока дети оглушительно и откровенно хохотали.

Я замерла на секунду, слушая этот детский смех. На Пепельных болотах дети не смеялись. Они умели только плакать беззвучно, зажимая рот кулачками. Потребовалось всего пять дней под защитой турелей и купола, чтобы эти малыши вспомнили, что они умеют радоваться. Чуть дальше, на длинной скамье у хижины Марены, сидели старые ткачихи. Они больше не вымачивали шкуры в вонючей ядовитой жиже. На их коленях лежали мотки свежей, чистой нити, сплетенной из болотного паука. Женщины тихо напевали старую, простую песню о далеких горах, которую я не слышала с самого детства. Рядом с ними на бревне сидела Мира - та самая молчаливая девушка, потерявшая мать. Она всё ещё молчала, но её пальцы больше не сжимались в судороге. Мира держала деревянную веретено, помогая Марене наматывать нить. В её взгляде уже не было мертвой зеркальной пустоты - только глубокая печаль человека, который начал делать первые шаги из глубокой тьмы обратно к людям. Сумрак, шедший у ноги, ткнулся влажным носом в её ладонь. Девушка потрепала волка за густое ухо, чувствуя, как от его шерсти исходит сухое, спокойное тепло.

- Куда лапу ставишь, глухарь?! - донесся до моих ушей громкий, суровый окрик Гарна. Однорукий ветеран сидел у стены Мастерской, наблюдая, как двое молодых парней поднимают тяжелый брус для укрепления стены нового склада.

- Брус ровнее держи! - ворчал Гарн, подпихивая край бревна носком сапога. - Кабы Кай увидел, как вы паз срубили - он бы вас за эти кривые руки прямо на ворота вместо засова повесил! У него всё по линейке должно быть! Марш переделывать!

Парни испуганно, но без обиды закивали, расторопно взявшись за топоры. Гарн проворчал что-то себе под нос, вытер усы и наткнулся взглядом на Сору. На мгновение старый охотник смутился, но тут же нахмурился с привычной дедовской строгостью. - Чего смотришь? Иди лук свой проверь, а то ишь, разгуливает тут. Все работают, одна она мышей ловит.

Я лишь улыбнулась в ответ, качнув головой. У пруда, созданного сливом чистой воды из фильтра Анкера, сидел Бранн. Наш огромный вождь, которому ткачихи сшили широкую льняную рубаху, пытался ножом вырезать из чурочки простую деревянную ложку. Его гигантские, привыкшие к топору пальцы смотрелись с тонким ножиком так нелепо, что Соре пришлось сдерживать смешок. - Опять сломал? - спросила она, подходя ближе.

На траве у ног Бранна уже лежали три расколотых вдоль деревянных бруска. - Да тьфу на неё! - Бранн сокрушенно швырнул обломок в воду, поднимая сноп брызг. - Деревяшка хрупкая! Топор держишь - чувствуешь вес, понимаешь, куда сила идет. А тут... чуть приналег - и тресь! Кай вон мальчишкам шаблоны железяками режет, а я над ложкой третий час потею!

- Потому что у тебя сила есть, а терпения нет - я опустилась рядом на сухую траву, подбирая плавающую ложку и вытирая её о штаны. - Отдохни. Тебе рану беречь надо.

- Да зажило всё - проворчал Бранн, но спорить не стал. Он откинулся спиной на бревно, заложив здоровую руку за голову, и закрыл глаза. - Слышишь?

- Что?

- Тишина. Никто не орет, не плачет. Водой чистой пахнет и супом. Я за всю жизнь такого вечера не помню. Кажется, мы впервые не выживаем... а просто живем.

Я обняла колени руками, глядя на то, как над деревней загораются первые неоновые огоньки системного света у ворот. Бранн был прав. Впервые за двести лет этот маленький кусочек отравленной Земли перестал быть загончиком для обреченных. Здесь родился дом. И за этот дом, за этот спокойный детский смех и запах вареного супа, она готова была встретить любого врага, откуда бы он ни пришел - из туманных болот или с далёкого Мертвого Неба.

Вода в пруду была настолько чистой, что на дне, сквозь двухметровую толщу, просматривался каждый речной галечник. Раньше вся вода на болотах отдавала тухлой гнилью и оставляла на губах горчащий ядовитый осадок, от которого к ночи крутило живот. Теперь же от зеркальной глади веяло настоящей прохладой.

Бранн поднял с земли ровную титановую пластинку, вырезанную Каем из корпуса дроида, и лениво пустил её по воде блинчиком. Спокойная гладь откликнулась тихими, мерными кругами.

- Отец бы не поверил... - негромко произнес Бранн, следя за расходящимися кругами. - Помнишь, Сора, как он таскал нас к ручью за Выжженную Гряду? Мы выжимали мох через тряпку, чтобы хоть пару глотков чистой воды получить. А потом он две недели кашлял черной пеной.

- Помню - ответила я, проводя пальцами по гладкому титановому плечу своего лука. - Он говорил, что где-то далеко за болотами есть места, где вода течет прямо из земли и ее можно пить, не боясь сгнить изнутри за одну зиму. Мы думали, это просто сказки для детей, чтобы мы не плакали от голода.

- А оказалось, эти «сказки» просто в железо зашиты были - Бранн усмехнулся, но в его ухмылке не было привычного громового задора. Он осторожно коснулся ладонью плотного ровного шрама на своей груди. - Кай ведь тоже из таких «сказок» пришел. С Неба. Я вот всё думаю... Ведь там, откуда он упал, все такие? С железными штуками в затылке, с лазурными метками?

- Не знаю - я покачала головой, глядя, как Сумрак на берегу лениво ловит пастью ночных болотных мошек. - Но он сказал, что его Небо мёртвое. Что там нет травы, нет ветра и нет настоящей воды. Только стальные коридоры и тишина. Мне кажется, там, на его Небе, люди ещё одинокие, чем мы здесь.

- Может и так - задумчиво протянул Бранн. - Зато здесь он нашел, кого защищать. И мы нашли, за кем идти.

Со стороны Мастерской, поскрипывая сапогами по подсохшей глине, к нам подошел Торин. Слепой снайпер двигался уверенно, слегка кивая головой в такт тихому, мерному стрекотанию прибора на лбу. В руках он держал пару свежевыточенных титановых наконечников, которые ему только что передал Нир.

- Опять воду мутите? - ворчливо спросил Торин, останавливаясь в трех шагах и безошибочно поворачивая свое изуродованное шрамами лицо к Бранну. - Бранн, от тебя за версту вареной тушенкой пахнет. Ты половину запасов из морозилки в одно рыло сожрал, пока Марена не видела?

- Слышь, ты поучи меня еще, как вождю питаться! - хохотнул Бранн, но тут же пододвинулся на бревне, уступая слепому место. - Сядь, не гуди. Как твоя «дятлиха» на лбу? Не воет больше?

- Не воет - Торин осторожно опустился на край бревна, проведя пальцем по матовому металлу наконечника. - Кай какую-то частоту подкрутил. Теперь в голове ровно. Я вот что пришел-то... Сора, ты стрелы проверяла?

- Проверяла, - я вытащила из колчана одну из стрел «След Жнеца» и протянула Торину.

Слепой парень осторожно взял ее своими чуткими, длинными пальцами. Он провел подушечками по матовому титановому древку, коснулся трехперого черного оперения и задержал пальцы на прозрачной микро-капсуле у самого основания наконечника. В сумерках внутри капсулы мягко пульсировал ядовито-зеленый гель.

- Тяжелая - тихо оценил Торин, слегка подбросив стрелу на ладони. - Баланс идеальный. Кай умный мужик, конечно. Была у нас обычная кость да жилы, а теперь - наконечник режет, капсула жжет. С такой стрелой и на Болотного Тирана выйти не стыдно.

- На Тирана мы пока ходить не будем, - я заправила стрелу обратно в колчан. - Завтра у нас Мертвая Зона.

В воздухе у пруда на мгновение зависла тяжелая тишина. Каждый из нас знал, что такое Сектор 04-Б. Даже охотники Ур-Гаша обходили Выжженную Гряду за пять верст, предпочитая сдохнуть от лап Жнеца, чем заживо сгореть от невидимого огня Мертвой Зоны.

- Не боишься? - тихо спросил Бранн, глядя на меня.

Я достала из потайного кармана жилета небольшой, потемневший от времени костяной амулет - единственный предмет, который остался у нас от брата Ваэля. Я сжала его в кулаке так сильно, что острые края въелись в кожу.

- Боюсь - честно ответила я, поднимая взгляд на прозрачный силовой купол над деревней. - Я боюсь, что мы не успеем. Кай сказал, у нас осталось двадцать один день. Двадцать один день маскировки, пока его Небо не поймет, что Игла больше им не подчиняется. Если мы не принесем со сбитого челнока оружие и защиту - придут те, кто жжет землю сверху. И они не будут разбирать, кто у нас вождь, а кто ребенок.

- Значит, принесете - произнес Бранн. Великан поднялся во весь свой огромный рост, расправил широкие плечи и посмотрел на нас сверху вниз. - Ты, Торин и Кай. Вы - наши лучшие глаза и уши. А мы с Гарном и турелью удержим этот купол. Хоть зверолюди придут, хоть сороконожки болотные. Деревня будет стоять.

Торин встал рядом с ним, аккуратно заправляя наконечники в свой заплечный мешок. На его бескровных губах появилась редкая, скупая, но стальная ухмылка. - Ну, если с нами идет Кай со своими свинцовыми плащами - мы там точно не соскучимся, - тихо хмыкнул слепой снайпер. - Пойду, лук еще раз воском протру. Ночь короткая.

Я осталась у пруда одна с волками. Сумрак тихо ткнулся мордой в мою ладонь, словно чувствуя мое внутреннее напряжение. Тень прибежал из кустов и улегся рядом, с любопытством поглядывая на далекий отсвет лазурного Анкера. Я посмотрела на свои пальцы - сухие, мозолистые, привыкшие к тетиве и холодному титану. Впереди была ночная тьма, за которой ждала радиоактивная пустошь. Но впервые за всю свою жизнь, глядя на ровный свет защитного купола и слушаю чистый всплеск воды у ног, я знала, ради чего иду на этот смертельный риск.

Глава 23. Мертвый сектор

Утро в деревне началось не с рассвета, а с грохота и сочного, трехэтажного мата Бранна, разнесшегося над центральной площадью.

- Да чтоб тебя заклинило, дрянь суррогатная! - взревел великан.

Я выскочил из Мастерской с арбалетом наперевес, думая, что на ворота опять прорвались зверолюди. Но картина, открывшаяся у кухни, была далека от военной угрозы. Бранн стоял у нового титанового стола, глупо разглядывая сплющенную в блин, искореженную глиняную кружку. Из его мощной пятерки на глиняный пол капал остывший болотный отвар.

- Ты опять сжал кружку со всей дури, рожа твоя бычья? - Сора, сидевшая на бревне и методично протиравшая тетиву «Шелеста» промасленной ветошью, даже не подняла головы. - Это уже третья за два дня. Марена тебе скоро вместо посуды деревянную колоду вытешет. Будешь из дупла суп хлебать.

- Да я слегка придерживал! - Бранн с досадой швырнул обломки в кучу мусора и вытер пальцы о штаны. - Хлипкая глина! Раньше Ур-Гаш делал кружки из черепов варанов - вот то была вещь! Наступишь - и то не треснет!

- Угу - подал голос Торин из тени настила. Парень сидел, прислонившись спиной к столбу, и пальцем ковырял линзу своего щелкающего прибора на лбу. - А ещё от тех черепов у тебя во рту пахло так, будто ты в брюхе у Жнеца три дня ночевал.

- Заткнись - Бранн буркнул, но тут же расплылся в широкой ухмылке, подгребая к себе миску с холодным вареным мясом. - Слушай, Кай... А у тебя в твоем железе на воротах нет случайно штуки, которая кружки из титана гнет? А то у меня пальцы от этой туземной посуды сводит.

- Нет, Бранн - я вздохнул, убирая «Жало» на предохранитель. - У меня есть турель, которая стреляет по дуракам, если они на ворота без пароля лезут. Хочешь протестировать?

Бранн хохотнул, проглотив кусок мяса размером с мой кулак, и сочувственно посмотрел на меня. - Злой ты с утра. Это всё потому, что ты нормальное мясо не жрешь, а свои сухие пайки из пакетиков сосёшь. От них же щеки к ребрам липнут! Посмотри на Сору - кости да жилы, а всё туда же, за ворота рвется.

- Эти «кости и жилы» тебе с копья в спальник недавно положила в виде колючего сушеного ежа - подал голос Однорукий Гарн, проходя мимо с охапкой деревянных заготовок для турели. Старик остановился, попытался привычным движением поправить лямку мешка левой рукой, вонзился пальцами в пустой рукав куртки и привычно выругался: - Черт бы тебя драл, дыра пустая... Опять забыл. Нир! Ты где, щенок?! Почему наконечники не в масле?! Я вам что, мазать их соплями буду?!

Из Мастерской пулей выскочил семнадцатилетний Нир с масленкой в руках, на ходу кланяясь Гарну - Дядька Гарн, да готово все! Вот, только заправил!

- Поклонись мне еще, дурак, копьем в зад получишь - проворчал старик, но масленку забрал. - Иди турель проверь, у нее левый ствол пылью забился. Если из-за тебя машина заклинит - я тебя лично к палисаду вместо чучела привяжу.

Мы собирались в поход. В Сектор 04-Б - радиоактивную Мертвую Зону. Маршрут был нанесен на карту Иглы. Восемь километров на юго-восток, через Выжженную Гряду, где двести лет назад рухнул десантный челнок Превознесенных «Чистильщик-Zero». Сектор фонил невероятно сильно - датчики Анкера фиксировали там радиацию до восьмисот миллизивертов в час. Без защитного снаряжения обычный человек сгорал там за пару часов от лучевой болезни. Я разложил на столе наше новое снаряжение, созданное за эти дни паузы. Для себя я сшил из дубленой кожи Жнеца и гибких свинцово-композитных пластин, вырезанных из внутреннего корпуса паука, Тяжелый Плащ Гасителя. Он выглядел угловатым, мрачным и тяжелым, но его внутренний слой полностью экранировал радиацию. Сора получила обновленный колчан и легкую накидку с пропиткой из смол болотного папоротника, которую вымочили ткачихи Марены.

- Я иду с вами - Бранн вытер губы рукавом и уставился на меня, упираясь ладонями в бока. - Хватит мне на этих шкурах пролежни наживать. Я здоров.

- Ты сидишь на жопе ровно, вождь - Сора поднялась, легко закидывая блочный лук «Шелест» за спину. Сумрак мгновенно встал у ее ноги, тихо порыкивая на Тень, который пытался цапнуть его за хвост. - У тебя легкое только как спеклось благодаря Каю. Сделаешь один глубокий шаг в радиоактивную грязь - и мы тебя обратно на загривке не попрем.

- Да я нормальный! - взревел Бранн, делая широкий шаг и тут же болезненно морщась от укола под ребрами.

- Вот именно - сухо резюмировал Торин, поднявшись и подтягивая ремень колчана. - Бранн, я даже без глаз слышу, как у тебя в груди хлюпает, когда ты дышишь. Сиди в деревне, охраняй кастрюли Марены. Не дай Бог, суп остынет - клан тебя не простит.

Бранн сокрушенно выдохнул, заново усаживаясь на бревно и с досадой глядя на свои гигантские кулаки - Тьфу на вас. Командиры хреновы. Ладно. Но если вы оттуда не притащите мне нормальный железный сапог вместо этого кожаного рванья - я вам всем проход в хижины обухом заколочу.

Я проверил крепление пневматического арбалета «Жало» на бедре. В магазине было заряжено восемь свежих кислотных болтов, заготовленных Ниром. На плече незаметно сидел Теневой Шелкопряд, транслируя в мой чип слабое, щекочущее тепло. Состав штурмовой группы был утвержден: Я , Сора, Слепой Торин и два волка - Сумрак и Тень.

- Гарн, Бранн - я посмотрел на оставшихся у ворот ветеранов. - Турель в автономном режиме. Если купол начнет мигать - вбивайте эти две кнопки на Анкере. Пароль Нир знает. Мы вернемся через три дня.

- Дойдите живыми - сурово выговорил Гарн, впервые за долгое время посмотрев мне прямо в глаза без тени прежней вражды. - Мертвая Зона не прощает ошибок. Там и до Войны никто не жил.

Тяжелые деревянные ворота деревни с тихим скрипом распахнулись. Мы шагнули за пределы лазурно-синего силового купола. Защитный барьер Анкера остался за спиной, и в нос мгновенно ударил привычный, тяжелый запах сырого болотного тумана, гнилых вязов и далекого, металлического гари. На затылочном интерфейсе замигал системный таймер:

СЕКТОР 04-Б (МЁРТВАЯ ЗОНА): Расстояние до объекта "Чистильщик-Zero": 7.8 км Текущий радиационный фон: 42 мЗв/ч (Нарастает) Остаточный ресурс маскировки: 21 день 04 часа 12 минут

- Торин, держи левый фланг - Взяла главенство Сора, выдвигаясь вперед и полунатягивая тетиву «Шелеста». - Слышишь что-нибудь?

Слепой парень поправил прибор на лбу, слушай сухой стрекот эхолокатора. - Ветер - негромко ответил Торин. - И камыши шуршат. А ещё у Кая плащ свинцовый так скрипит, будто он на себя кусок старой крыши надел. Кай, ты хоть шаг мягче делай, а то нас любые твари за три версты услышат.

- Плащ тяжелый - огрызнулся я, перешагивая через трухлявый ствол вяза. - Сниму - и через два часа мои кости в темноте светиться начнут.

- Зато красиво будет - хмыкнул слепой. - Жаль, я не увижу.

Сора тихо фыркнула, Сумрак у её ноги беззвучно скользнул в кусты, а Тень побежал впереди, уткнувшись носом в мокрую траву. Мы углублялись в Мертвую Зону. Чем дальше мы уходили от маскировочного купола Анкера, тем сильнее менялся пейзаж.

Привычные болотные топи с их вязкой глиной и ползучими камышами постепенно уступали место Выжженной Гряде. Двести лет назад здесь проходил фронт локального выжигания - термоядерный удар или сброс орбитальных плазменных зарядов превратил болотную почву в спекшийся, темный шлак.

Деревья здесь не росли. Вместо них из серой, покрытой белым инеем соли земли торчали обугленные, окаменевшие стволы - «Стеклянный Лес». Высокая температура в день Падения оплавила древесину, превратив ее в хрупкие, искрящиеся на тусклом свете столбы из углерода и кремния. Каждое прикосновение к ним отзывалось тихим, хрустальным звоном. Датчик моего плаща Гасителя издал сухой, мерный клик.

СИСТЕМА: Зафиксирован рост радиационного фона Текущий уровень: 180 мЗв/ч (Зона высокого риска) Внимание: Плащ Гасителя экранирует 94% излучения. Остаточная доза: 10.8 мЗв/ч (Допустимо: 8 часов без риска лучевой болезни)

Свинцово-композитные пластины плаща, снятые с внутреннего корпуса паука, были тяжелыми. Каждый шаг давался мне с трудом, но плащ работал безупречно, принимая на себя тяжелые гамма-кванты. На внутреннем интерфейсе левого глаза бежала ровная зелёная строка фильтрации.

- Туман здесь... плохой - тихо произнесла Сора, натягивая на нос мокрый плотный шарф из жил, пропитанный смолами.

Девушка шла первой. Её ястребиные янтарные глаза сканировали Стеклянный Лес, но впервые за долгое время её «Орлиный взор» сталкивался с преградой. Радиационная взвесь в воздухе преломляла свет, заставляя видимый контур скал слегка дрожать и расплываться, как в раскаленной пустыне.

Сумрак, шедший у её ноги, низко опустил голову. Кислотный волк не рычал, но его лазурные глаза тревожно мигали. Едкие железы в его пасти рефлекторно сжимались, реагируя на сухой, ионизированный воздух Мертвой Зоны.

- Воздух кислым пахнет, - подал голос Торин, шедший за мной. Парень держал в левой руке свой составной лук, а правой опирался на моё тяжелое плечо. - Как будто кто-то железную веху в костре перекалил.

- Излучение ионизирует кислород. Наша кожа чувствует это как сухой холод. - ответил я, перешагивая через спекшийся кусок шлака.

- А-а - слепой снайпер кивнул с абсолютным спокойствием. - Ну, главное, чтобы у меня уши снова вытекать не начали. А то я только к тишине привыкать начал. Слушай, Сора, а ты видишь, где там эта твоя железная дура летающая лежит?

- Не вижу - отозвалась девушка, замирать у края спекшейся промоины. - Впереди серая пелена. Свет ломается. Кай, что твои приборы говорят?

Я поднял левую руку, активируя модуль сканирования «Истины».

СИСТЕМА: Поиск целевого объекта "Чистильщик-Zero" Дистанция: 3.4 км Направление: Юго-Юго-Восток (Сектор 04-Б) Радиационный фон по курсу: 420 мЗв/ч Обнаружены паразитные электромагнитные наводки. Источник: Автономные контуры защиты объекта.

Я прищурился. Наводки? Двести лет челнок лежал в выжженной яме, но его внутренние оборонительные системы всё ещё подавали признаки жизни. - Впереди скалы - сказал я группе. - Челнок лежит в гигантском кратере за Грядой. Но его подступы фонят не только радиацией. Там работают древние авто-ловушки.

- Стальные пауки? - с толикой волнения отозвался Торин

- Сора мгновенно перехватила тетиву «Шелеста», закладывая стрелу «След Жнеца» с матово-зеленой капсулой.

- Не знаю. Вряд ли там остались целые дроиды - за двести лет их аккумуляторы должны были сгнить. Но стационарные мины или контуры перегрузки вполне могли сохраниться в стазисе.

Тень - мой серебристый волчонок - выскочил вперед, устремляясь к ближайшему завалу из спекшихся камней. - Тень, назад! - гаркнул я.

Волчонок вовремя замер. В ту же секунду из-за камней раздался сухой, тонкий щелчок. Псс-с-с... Торин резко дернулся, его голова с прибором на лбу повернулась направо со скоростью змеиного броска. - Стой! - закричал слепой парень, силой хватая меня за край тяжелого плаща. - Не шаг дальше! Воздух звенит!

Я замер, подняв ногу над серым камнем. В двух сантиметрах от моего сапога из шлака торчала тончайшая, почти невидимая титановая нить растяжки. Она была настолько старой, что покрылась слоем белой соли, но силовой датчик в её основании всё ещё тускло светился красным неоновым глазом.

- Ловушка - прошептал я, осторожно отступая назад. - «Игла-4»... Антипехотная скачущая мина Превознесенных. Если бы я задел нить - из земли вылетела бы капсула с сотней титановых игл и разнесла нас на куски.

- Угу - подал голос Торин, вытирая нос рукавом. - А вы всё говорите: «Торин слепой, Торин спотыкается». Кабы не я, ты бы сейчас уже свои свинцовые пластины из ушей выковыривал. Скажи спасибо.

Сора тихо хмыкнула, но в её янтарных глазах мелькнуло уважение: - Спасибо, а теперь скажи, сколько там еще этих штуковин?

Торин наклонил голову, прислушиваясь к сухому стрекотанию своего локатора. Ультразвуковая волна отражалась от металлической начинки мин, скрытых под слоем шлака, и строила в его голове четкую трехмерную карту опасности. - Справа три штуки, - быстро проговорил он, указывая пальцем в пустоту. - Слева одна, прямо под тем черным валуном. А между ними... узкая тропка. Чистая. Там только песок запекся.

Я посмотрел на парня с искренним изумлением. Его новая пассивная черта «Акустический фильтр» и калиброванный сенсор превратили слепого дикаря в идеального сапера. Он «видел» плотность металла под Землей лучше, чем мой левый глаз с системной «Истиной»!

- Веди - тихо сказал я. - Но шаг в шаг. Если кто-то ошибется - плащ меня не спасет.

Мы двигались сквозь Стеклянный Лес со скоростью черепах. Торин шел первым, опираясь на деревянный лук как на трость. Парень плавно кивал головой, ловя ультразвуковые отражения, и с точностью до сантиметра обводил нас вокруг похороненных в земле мин. Сора с Сумраком прикрывали тыл, а Тень, осознавший опасность, шел строго по моим следам, прижав уши к голове. Через два часа непрерывного напряжения Стеклянный Лес закончился. Мы вышли на вершину Выжженной Гряды. Перед нами открылась величественная и жуткая картина Сектора 04-Б. Это был гигантский кратер диаметром почти в полкилометра. Вся земля внутри него превратилась в гладкое, черное как смоль вулканическое стекло - результат невероятной температуры падения корабля. Радиационный фон здесь зашкаливал за 620 миллизивертов в час. Датчики моего плаща начали издавать частый, тревожный писк. А в самом центре кратера, под углом в сорок пять градусов вонзившись в застывшую стеклянную массу, лежал остов десантного челнока «Чистильщик-Zero». Это была огромная, тридцатиметровая махина из угловатого, черного конструкционного титана. Её левое крыло было полностью оторвано в день Падения, а бронированный корпус покрыт глубокими шрамами от орбитальных плазменных пушек. Но челнок не выглядел мертвым. Над его заклинившим главным гермозатвором ровно, без помех горела алая полоса аварийного питания.

СИСТЕМА: ОБЪЕКТ ОБНАРУЖЕН! Тип: Средний десантный челнок класса "Палач-М" (Орбитальный флот Превознесенных) Статус: Аварийный контур активен. Стазис-секция под напряжением. Текущий уровень радиации в кратере: 640 мЗв/ч Внимание: Срок безопасного пребывания в плаще Гасителя: 1 час 40 минут

- Вот он... - прошептала Сора, опускаясь на одно колено у края стеклянного обрыва. Ее янтарные глаза завороженно отражали алый свет аварийной полосы челнока. - Он огромный, Кай. Он больше, чем половина нашей деревни.

- Это не просто корабль - я до отказа вскинул рычаг редуктора арбалета «Жало». - Это бронированный сейф. Внутри него лежат оружие, медицинские капсулы и плазменные ядра, за которыми мы пришли.

- Кай... - раздался тихий, напряженный голос Торина. Парень стоял у самого края обрыва, и прибор на его лбу отбивал дикую, сумасшедшую дробь. - Из этой железной туши кто-то дышит.

Я резко повернулся к нему: - Что? Там не может быть живых, Торин! Двести лет прошло!

- Я не знаю, как про двести лет - медленно наставляя стрелу на алый гермозатвор челнока. - Но там, за этой железной дверью, идет гул. Тяжелый. Мерный. Как сердце у Бранна, когда он спал после ранения. Каждые пять секунд... У-у-ум... У-у-ум...

Мой затылочный чип мгновенно выдал предупреждающий красная сигнальный лог:

СИСТЕМА: Обнаружена биологическая активность внутри корпуса "Чистильщик-Zero" Синхронизация с узлом стазис-капсулы: АКТИВНА Идентификация объекта: КРИТИЧЕСКАЯ ОПАСНОСТЬ

Внутри древнего сбитого челнока двести лет спал тот, чья профессия заключалась в полном уничтожении таких, как мы. Одинокий Чистильщик Орбиты. И мы стояли на пороге его берлоги.

Глава 24. Охота в тишине

Внутри «Чистильщика-Zero» стояла смерть. Не та сырая, привычная смерть болот, которая пахнет гнилыми вязами и прелой тиной, а сухая, вымороженная стерильность орбитального морга. Холодный титан стен отдавал неживым, стоячим холодом, от которого мгновенно перехватывало дыхание.

Гермозатвор десантного челнока не открылся - он издох со страшным, предсмертным стоном. Когда мои пальцы, окутанные лазурным свечением Ключа Пастуха, коснулись заиндевевшей сервисной панели, многотонные створки шлюза с визгом разошлись всего на полметра и намертво заклинили в перекошенных пазах. Из образовавшейся щели на нас вывалился ледяной фронт формалина, застоявшегося фреона и старой, запекшейся крови. Запах был настолько резким и химическим, что Сумрак и Тень заскулили, прижимая уши и отступая на шаг назад.

- Быстрее - прохрипел я, чувствуя, как тяжелый свинцовый плащ Гасителя давит на плечи, а радиационный фон у входа превышает допустимые нормы в тысячи раз. - Внутрь, пока не зажарились.

Мы протиснулись в узкий проем по одному. Внутри «Zero» не было естественного света. Лишь редкие багровые сполохи аварийной сети мигали под потолком с мерной, сводящей с ума частотой, выхватывая из вязкой темноты коридоров очертания того, что когда-то было триумфом орбитальной инженерии Превознесенных, но сравнивая сейчас этот корабль с новыми моделями, можно ужаснуться огромным скачкам технологий людей. Хотя не совсем людей... Это всего-лишь жалкие подачки тварей стоящих ещё выше нас. Интересно только одно - насколько они продвинулись далеко от нас в технологиях и биоинженерии.

- У-у-ум... У-у-ум... - инфразвуковой гул внутри стальной коробки челнока отзывался вибрацией прямо в зубах.

- Кай... - прошептал Торин. Слепой парень стоял, вцепившись пальцами в моё свинцовое плечо так сильно, что его костяшки побелели. Его обруч на лбу нервно отбивал чечётку. - Звук в стенах висит. Как будто мы в брюхе у металлического питона, и он нас переваривает...

Мы двинулись вглубь по центральному проходу десантного отсека. Фонарь на моем плече разрезал тьму узким, дрожащим лучом. То, что он высвечивал на титановом настиле пола, заставляло волосы на затылке вставать дыбом.

Весь пол был усеян скелетами в истлевших серых комбинезонах техников. Десятки людей. Они не погибли при ударе корабля о Землю - их тела лежали ровными, аккуратными рядами у стен, словно их кто-то сложил здесь перед смертью. У каждого в затылочной части черепа виднелось ровное, расплавленное отверстие от лазерного разряда.

- Они убили своих - Сора перешагнула через истлевший грудной замок, её голос дрожал от сдерживаемого ужаса.

- Протокол «Минимизация ресурсов» - сухо отозвался мой затылочный чип. Я чувствовал, как внутри закипает тяжелая, холодная ярость. Эти люди не знали жалости. Для них человеческая жизнь была лишь строчкой в смете расхода кислорода.

- Он идет... - голос Торина сорвался на хриплый шепот. Парень замер, его пальцы впились в мою куртку с такой силой, что порвали ткань. - Что-то очень тяжелое... Оно... оно не идет, оно давит воздух! И там... внутри него... тысячи мелких шестеренок... Это не человек, Кай! Это машина, которая хочет жрать!

Мы не успели дойти до центрального медотсека. Справа, за решетчатой переборкой грузового лифта, раздался короткий, шипящий свист стравливаемого из магистрали пара. А затем - удар. Такой невероятной силы, что трехсантиметровая титановая сетка переборки вылетела вместе с заклепками, едва не раздавив Тень.

Из тьмы технической шахты на заиндевевший настил шагнуло Оно.

Двухметровый, трехсоткилограммовый киборг-фанатик. Его экзоскелет «Каратель-4» за двести лет спаялся с его собственной плотью: через разрывы титановых щитков видна была не кожа, а багровая, накачанная био-гелем мускулатура и синие сплетения нейро-интерфейсов. Из треснувшего визора его шлема на нас смотрел один единственный, выгоревший, затянутый бельмом глаз. В этом глазу не было ни ярости, ни страха - только запредельное, ледяное равнодушие тупой программы уничтожения.

В правой руке он сжимал пятизарядный кинетический дробовик «Отбойник-2», ствол которого был шириной с человеческую руку. На левом предплечье со звуком, похожим на скрежет пилы по сухой кости, выдвинулся метровый вибро-клинок. Воздух вокруг его лезвия дрожал от высокочастотной вибрации, излучая слабый синий жар.

- Идентификация... - из встроенных динамиков его шлема вырвался не человеческий голос, а цифровой, синтезированный, мегафонный рокот. - Субъекты... классификация: Био-угроза. Приступить... к зачистке...

Он не стал выцеливать. Он просто вскинул дробовик в нашу сторону.

Б-А-А-У-У-М-М-М

В замкнутом стальном коридоре выстрел тяжелого кинетического дробовика превратился в плотную физическую стену.

Ударная волна спрессованного воздуха ударила мне в грудь, вышибая сознание и швыряя меня спиной на титановый стеллаж. Звук выстрела в металлической коробке не просто оглушил - он разорвал мои барабанные перепонки. Горячая кровь хлынула из ушей, а мир мгновенно погрузился в абсолютную, звенящую вату.

Я видел всё как в замедленной съемке: Сору с дикой силой швырнуло в темноту бокового технического тоннеля, её титановый лук «Шелест» со звоном улетел под ноги скелетам. Торин, зажимая уши окровавленными руками, отлетел за упавший контейнер и забился там в конвульсиях от акустического шока - его обруч на лбу вошел в критический резонанс, выжигая ему остатки слуха. Сумрака приложило об переборку, волк тяжело хрипел, пытаюсь подняться на перебитых лапах.

Отряд был полностью разорван и подавлен одним-единственным выстрелом. Вся наша тактика, все наши планы рассыпались в пыль.

- Обработка... - пророкотал синтезатор Чистильщика.

Его тяжелый корпус мигнул. Поверхность брони покрылась оптической рябью. Стелс-камуфляж Превознесенных, подпитанный аварийным реактором, превратил монстра в едва заметное, преломляющее свет силуэтное пятно. В полумраке отсека слышен был только тяжелый, сокрушительный топот сервоприводов:

Хруст! Хруст! Хруст!

Я лежал на ледяном полу, беспомощно глотая ртом воздух. В глазах плавали алые круги. Попытка подняться отозвалась дикой болью в левом боку - три ребра треснули. Каждое дыхание наполняло ртутью грудь. Свинцовый плащ Гасителя был пробит осколками снаряда, и от него теперь шел постоянный писк - радиационный фон внутри кратера начал выжигать мою плоть.

Невидимая трехсоткилограммовая туша Палача шагнула прямо по мне.

ХРУСТ

Тяжелый стальной сапог экзоскелета с размаху наступил мне на левую голень. Раздался сухой, страшный треск ломаемой кости. Сапог с легкостью смял свинцовую пластину плаща Гасителя, вдавливая её прямо в моё мясо. Дикая, нечеловеческая боль вспыхнула в ноге, отчего я забился на полу, заходясь в беззвучном крике.

И в следующую секунду титановая лапа Палача выскочила из невидимости, впиваясь мне в горло.

Экзоскелет силой впечатал меня обратно в переборку, поднимая над полом. Свинцовые пластины плаща Гасителя смялись как сухая бумага. Из носа хлынула кровь, заливая воротник. Из невидимого воздуха прямо перед моим лицом медленно выдвинулось лезвие вибро-клинка. Оно вибрировало с такой частотой, что воздух вокруг него светился синим туманом.

Палач не торопился. Он сканировал мои жизненные показатели, выбирая точку входа клинка. Ему нужно было нанести точный удар, декомпилирующий нервную систему.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКАЯ УГРОЗА!

Субъект Кай: Здоровье 12 / 100

Перелом трех ребер. Ушиб левого легкого. Внутреннее кровотечение. Потеря слуха. Раздробленная голень.

Внимание: Обнаружен тепловой след. Вектор атаки: ШЕЯ.

Я смотрел в единственный безумный глаз монстра за треснувшим пластиком визора. Этот киборг двести лет ждал момента, чтобы выполнить свой единственный приказ - уничтожить любой живой организм, не имеющий сервисного кода Орбиты.

В этот момент, сквозь звенящую тишину в ушах, я почувствовал, как в моей голове начинает гореть. Мозг задыхающийся от боли и нехватки кислорода, начал выдавать системные ошибки, но где-то в глубине затылочного чипа пробилась одна холодная мысль: «Если я сейчас сдохну здесь - Бранн, Сора, Торин и вся деревня сгорят через три недели под орбитальным ударом».

Мои пальцы судорожно вцепились в затылочный интерфейс. В системном буфере горели 14 единиц кэша, полученные за Рагша. Мой единственный, последний ресурс.

- СЕЙ... ЧАС! - я не слышал своего крика, но почувствовал, как вибрируют горловые связки и глаза готовы выскочить из орбит.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ! ПОПЫТКА АВАРИЙНОГО ВЛИВАНИЯ БИОМЕТРИЧЕСКОГО КЭША (14 ЕДИНИЦ) В СОСТОЯНИИ КЛИНИЧЕСКОГО ШОКА.

Прямой разряд в центральную нервную систему!

Риск выжигания нейронной сети: 84%. Продолжить?

- ДА! - мысленно взревел я, нажимая на невидимый курок.

Мир исчез в ослепительной вспышке боли. Четырнадцать единиц ресурса ударили в мою центральную нервную систему, как раскаленный свинцовый лом. Я почувствовал, как мои мышцы сокращаются с такой силой, что сухожилия на ногах начали трещать, а из правого глаза хлынула запекшаяся кровь. Это была не волшебная прокачка. Это был принудительный, разрушительный оверклок человеческого организма.

ВОЛЯ: 18 -> 22 (+4) (Предельное подавление шока)

ЛОВКОСТЬ: 12 -> 16 (+4) (Скорость обработки сенсорных сигналов)

ВЫНОСЛИВОСТЬ: 120 -> 180 (+6) (Запас выживаемости тканей)

Но вместе с этой дикой болью пришла абсолютная, ледяная ясность.

Мой мозг, подстегнутый новой Волей и Реакцией, начал обрабатывать данные с неестественной скоростью. Звук не вернулся, но я начал «чувствовать» пространство вокруг. Я видел Чистильщика не глазами, а через электромагнитные наводки его поврежденного экзоскелета. Сквозь дымку оптического камуфляжа просвечивали еле уловимые тепловые узлы его гидросистемы.

Моя левая рука с лазурной татуировкой Интегратора, изгибаясь под неестественным углом, впилась не в его титановый щиток. Пальцы с Ключом Пастуха вонзились прямо в открытую, заиндевевшую магистраль хладагента на стойке стазис-капсулы, которую Чистильщик загородил своей спиной.

СИСТЕМА: Магистраль сброса жидкого фреона обнаружена.

Авторизация... ВЗЛОМ.

- Пожри хладагента, сука! - прохрипел я сквозь запекшуюся кровь.

П-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш-К-К!

Из разорванной мной трубы прямо в лицо и грудь Чистильщика вырвалась ревущая струя супер-охлажденного жидкого фреона под давлением в пятьдесят атмосфер. Температура минус сто сорок градусов по Цельсию ударила в раскаленные сервоприводы «Карателя-4».

Эффект был кошмарным. Жидкий газ мгновенно заблокировал оптические сенсоры его камуфляжа. Стелс-броня с громким треском отключилась, проявляя трехсоткилограммового монстра. Но главное - раскаленный металл экзоскелета попал под удар мгновенной глубокой заморозки. Титановые щитки, сервоприводы и трехслойный композит Палача покрылись толстым слоем белого льда и от термошока стали хрупкими, как обычное тонкое стекло!

Хватка Чистильщика на моем горле ослабла. Его титановая перчатка пошла глубокими трещинами.

Я извился всем телом, выбивая ногами разорванную магистраль, и с сухим треском выскользнул из его заледеневших пальцев, тяжелым мешком валясь на пол.

Но Чистильщик не был простым мутантом. Он был машиной войны, хоть и крайне старым прототипом. Даже со сбитым камуфляжем и замерзшей бронёй, Чистильщик издал из динамиков жуткий, нечеловеческий вопль, похожий на скрежет ломаемого рельса. Его заледеневшая левая нога заклинила, но он с тяжелым, сбитым шагом развернулся и рванул не ко мне - он рванул в темноту коридора, куда унеслась Сора.

- НЕТ! - беззвучно закричал я, пытаясь ползти по осколкам стекла.

Из темноты технического тоннеля выскочила Сора. Девушка с трудом удерживала свой лук «Шелест», ее янтарные глаза горели яростью. Она видела, что левая нога Палача покрыта трещинами от мороза.

*СВИСТ!*

Ее титановая стрела с ядовитой капсулой вонзилась точно в замерзший сустав левого колена экзоскелета. Замерзшая титановая чашечка от кинетического удара **просто разлетелась на сотни мелких осколков**, как разбитая стеклянная бутылка!

- А-а-а-а-а! - мегафонный вопль Палача сотряс стены челнока.

Трехсоткилограммовая махина с кошмарным грохотом завалилась набок. Разорванное колено экзоскелета брызнуло замерзшим маслом. Чистильщик рухнул на титановый пол, ломая переборки.

Мы думали, что это финал. Мы думали, что лишенный ноги монстр беспомощен.

Но мы ошибались.

Чистильщик, лежа в грязи и масле, правой рукой сорвал с пояса короткую аварийную чеку и вбил её прямо в развороченный грудной блок своего экзоскелета.

ЗЗ-З-З-Т-Т!

Из его радио-антенны на плече в затянутое тучами небо ушел короткий, високочастотный, невероятно мощный электрический импульс. Сигнал SOS прямо на орбитальные спутники Превознесенных.

СИСТЕМА: ВНИМАНИЕ! ЗАФИКСИРОВАНА ПЕРЕДАЧА СИГНАЛА НА ОРБИТУ!

Источник: Аварийная радио-антенна "Каратель-4"

Адресат: Орбитальный сервер наблюдения "Орион-Запад"

Содержание пакета: [SST-ZERO: КРИТИЧЕСКАЯ АНОМАЛИЯ / СМЕРТЬ ОФИЦЕРА / ЗАПУСК ПРОТОКОЛА "НОЛЬ-ДВА"]

Ошибка маскировки! ИИ "Орион-Запад" зафиксировал сбой.

СИСТЕМНЫЙ СТАТУС ЯЧЕЙКИ №4:

Остаточный ресурс маскировки: 0 дней 10 часов 42 минуты

Таймер маскировки на моем затылочном интерфейсе со скрежетом сбросил весь оставшийся ресурс! Вместо трех недель у нас осталось десять часов сорок две минуты до того, как Орбита отправит разведывательный отряд головорезов. И это было только начало.

Палач, лежа на полу, со страшным, сокрушительным хрустом вырвал собственную раздробленную левую ногу из экзоскелета. Его серые, накачанные био-гелем мышцы на обрубке запеклись от автоматического прижигания. Монстр, опираясь на одну ногу и вибро-клинок, рывком поднялся во весь свой пугающий рост.

Он больше не пытался стрелять. Он запустил внутренний протокол самоуничтожения челнока.

Б-У-У-М!

В недрах челнока загремели тяжелые бронированные гермозатворы. Все аварийные выходы из корабля начали принудительно запечатываться сплошными титановыми плитами! Главный шлюз, через который мы вошли, с грохотом закрылся, намертво замуровав нас внутри умирающего «Zero».

Включались красные лампы аварийной детонации. Пол под нашими ногами начал вибрировать с такой частотой, что с потолка посыпалась замерзшая крошка.

- Он закрыл корабль! - закричала Сора, её голос пробился сквозь звон в моих ушах. - Кай, мы в ловушке! Он запер нас внутри!

Но Палач не остался ждать детонации на месте.

Используя свой вибро-клинок как костыль, монстр с нечеловеческой скоростью прыгнул на верхние технологические мостки под потолком отсека и растворился в темноте вентиляционных каналов.

Мы слышали лишь тяжелый, скрежещущий ползок трехсоткилограммовой туши прямо над нашими головами:

Крак... Крак... Крак...

А в следующий момент из глубины запертых коридоров челнока раздался истошный, наполненный дикой болью крик Торина.

- КАЙ! СОРА! ОНО НАДО МНОЙ! ОНО В СТЕНАХ! - вопил слепой парень, пытающийся вырваться из завала контейнеров.

Чистильщик не сдох. Он лишился ноги, он потерял камуфляж, но он превратил весь запертый корабль в свою личную охотничью территорию. Он ползал по потолочным шахтам, заманивая нас поодиночке, а сам челнок должен был детонировать через десять часов.

Я лежал на ледяном полу со сломанными ребрами, поврежденным легким и раздробленной ногой, сжимая в руках пневматический арбалет. Мой слух был выжжен, радиация проедала плащ, а над нами, в темных вентиляционных трубах, судорожно ползал безногий киборг-убийца, подбираясь к слепому Торину.

Глава 25. Протокол «Ноль-Два»

Мир состоял из двух вещей: соленого вкуса крови на губах и бесконечного, высокочастотного ультразвукового писка, выжигающего остатки разума изнутри. Я не слышал вопля запечатывающихся гермозатворов. Я только чувствовал, как задрожал заиндевевший титан пола, когда многотонные аварийные плиты перекрыли единственный путь к выходу из «Zero». Над нами, в темных вентиляционных коробах под потолком, что-то двигалось. Беззвучно. Без громогласных команд и цифр. Безногий киборг-охотник не собирался вещать из мегафона -он просто полз над нашими головами, оставляя за собой скрежет когтей по тонкому железу и капли горячего масла.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ ОРГАНИЗМА! Субъект Кай: Здоровье 12 / 180 Ушиб левого легкого Трещины трех ребер слева Закрытый оскольчатый перелом левой голени Полная потеря слуха Накопление радиационной дозы: 5.1% в минуту Болевой порог превышен. Режим судорожного шока.

Я не мог встать. При попытке опереться на левую ногу голень отозвалась хрустом, а в глазах намертво вспыхнула алая пелена. Свинцовый плащ Гасителя был разорван на груди и бедре, и счетчик радиации на затылочном чипе вопил об опасности. Сора вцепилась мне под мышки. Ее губы двигались -она что-то кричала, но для меня это была глухая пантомима.

Девушка уперлась ногами в титановую переборку и с сухим, отчаянным рыком потащила меня волоком по ледяному настилу коридора. Я греб правой резиновой подошвой и локтями, оставляя за собой на остекленевшем полу широкую полосу из крови и фреонового инея.

Рядом, прижимаясь к полу и скаля окровавленные клыки, двигался Сумрак. Кислотный волк, несмотря на распоротый бок, заслонял нас своим телом. За ним, постоянно оглядываясь на потолок, тенью шёл серебристый Тень.

Цель была одна - герметичный медицинский блок в конце десантного отсека.

КРАК!

Потолочный лист прямо за нашими спинами прогнулся. Из рваной дыры выскочила стальная клешня Палача, с грохотом впиваясь в настил там, где секунду назад были мои ноги. Сора не остановилась. На пределе жиловых сил она втянула мою беспомощную тушу в открытый проем медотсека, буквально вкатывая следом раненого Сумрака.

ХРУСТ!

Девушка всем весом навалилась на ручной рычаг аварийного сброса. Метровая титановая дверь медотсека со скрежетом пошла вниз, вбиваясь в пазы и намертво отсекая нас от главного коридора. Я с трудом подполз к панели, всаживая Ключ Пастуха в аварийный замок и расплавляя ригели.

СИСТЕМА: Герметизация медотсека завершена.

Локальный уровень радиации СНИЖЕН (Экранные переборки блока).

Мы оказались в замкнутом, вымороженном кубе. Здесь стояли три стазис-капсулы, стойки с медикаментами и разбитые медицинские терминалы. Но передышки не было. Уже через пять секунд в тяжелую титановую дверь с той стороны ударили.

Дверь выгнулась внутрь. Из щели показалось искрящее синим лезвие вибро-клинка Палача. Он начал медленно, планомерно вскрывать титан, как консервную банку. Я ткнул пальцем в настенный шкафчик с крестом и показал Соре на свою шею и бок. Слова были не нужны. Девушка подскочила к настенному пеналу, выдирая оттуда армейский набор Орбиты. Никаких лишних движений. Сора вогнала авто-инъектор противорадиационного «Рад-Щита» и боевого «Спектра-9» мне прямо в шею, а следом -забила длинную иглу с био-пеной «Гемостат» мне между ребер.

Медицинский полимер заполнил грудную клетку изнутри, жестко фиксируя треснувшие ребра и останавливая кровотечение. Я взвыл сквозь сжатые зубы, но дыхание выровнялось.Сора вогнала авто-инъектор «Рад-Щита» мне прямо в яремную вену на шее. Это был не укол - это было ощущение, словно мне в кровоток засадили порцию жидкого свинца. Противорадиационный реагент Орбиты начал связывать тяжелые изотопы цезия и стронция прямо в моей плазме. Внутренности вспыхнули ледяным, выжигающим огнем. Мой затылочный чип затарахтел каскадом аварийных предупреждений:

СИСТЕМА: Инициация протокола "Рад-Щит-4"! Принудительная связка изотопов в костном мозге... Внимание! Токсическая нагрузка на печень: 92%! Симптомы: Тошнота, фокальный галлюциноз, падение артериального давления.

В горле мгновенно встал тошнотворный, отвратительный ком. Во рту разлился ядовитый вкус медного купороса, жженого пластика и гнилой желчи. Мир перед глазами окончательно поплыл: очертания Соры начали раздваиваться, превращаясь в две пляшущие силуэтные тени. Меняв дико замутило. Я забился в судорожном позыве рвоты, но Сора судорожно зажала мне рот своей окровавленной ладонью, наваливаясь всем телом

- Глотай! - провизжала она мне в самые губы, хотя я видел лишь движение ее лица. - Кай, глотай, сука, не смей шуметь! Он прямо за дверью!

Я захлебнулся, сглатывая горячую, кислую смесь крови и реагента обратно в пищевод. По пищеводу будто прошлись теркой. Из глаз брызнули слезы, затылок сжало раскаленным обручем, но радиационный писк на интерфейсе начал медленно спадать. Затем Сора наложила титановую рейку на мою раздробленную голень, намертно стягивая её свинцовыми ремнями. Нога превратилась в жесткий, неподвижный протез. Ступить на неё было нельзя, но кости перестали смещаться при ползании.

СИСТЕМА: Применение медицинского комплекса "Орион-3": Плевральное кровотечение остановлено (Био-пена "Гемостат") Радиационный ожог плазмы купирован ("Рад-Щит") Болевой шок заблокирован ("Спектр-9")

Здоровье: 11 HP -> 32 HP / 180 HP (Стабилизация) Выносливость (Искусственный ресурс аналептика): 180 / 180 (Таймер: 15 минут)

ХРУСТ!

Вибро-клинок Палача прорезал полуметровую дыру в двери.Я быстро ткнул пальцем вниз, под стойки стазисных капсул, и приложил палец к губам. Мы забились в глубокие тени под разбитыми стазис-капсулами, прижав к себе волков. Сумрак и Тень замерли, не издавая ни звука. Титановая дверь со страшным грохотом рухнула внутрь. Титановая дверь со страшным, железобетонным грохотом рухнула внутрь медотсека. В задымленный проем, тяжело подтягиваясь на одной стальной клешне и вибро-клинке, ввалилась трехсоткилограммовая туша Палача.

Мы лежали под узким брюхом стазисной стойки, вжавшись в ледяной шлак. Я прижимал к себе Тени, чувствуя, как мелкий волчонок дрожит всем телом, а Сора обеими руками намертво зажала окровавленную пасть Сумраку. Волк скулил от распоротого бока, его кислотные слюни капали на титан, шипя и разъедая настил, но Сора держала его мертвой хваткой. Безногий киборг, опираясь на искрящий синим вибро-клинок, прополз в полуметре от нашего укрытия. Из его запеченного, дымящегося обрубка левой ноги на титановый настил прямо перед носом Соры начали капать тяжелые, черные капли перегретого синтетического масла. Запах жженой резины и паленого человеческого мяса был настолько концентрированным, что меня снова накрыла волна дикой тошноты. Рвота подступала к горлу. Я впился зубами в собственную губу до хруста, выжигая болью тошнотворный позыв, чувствуя, как кровь стекает по подбородку.

Красный луч его дальномера скользнул по обшивке стазис-капсулы прямо над нашими головами. В темноте под стойкой алая полоса света пробила дым, осветив на секунду безумные, расширенные зрачки Соры. Если он опустит визор на десять сантиметров ниже - нам конец. Киборг замер на три бесконечные, сводящие с ума секунды. Внутри его шлема что-то щелкнуло, сервопривод шеи со скрежетом повернул визор к потолочному люку машинного отделения. Он не засек нас из-за экранирующих плит капсулы. С тяжелым, ломающим металл звуком безногий Палач подтянулся на клешне и уполз вверх, в темноту вентиляции

Я вылез из-под капсулы, харкая запекшейся пеной, и потянул Сору за рукав. Мы должны были найти Торина. Слепой парень застрял в соседнем техническом завале. Когда мы добрались до него через боковой вентиляционный лаз, Торин лежал на полу, зажав уши. Из его ушных раковин запеклась черная кровь. Он тоже не слышал ничего, кроме безумного звона. Я подполз к нему, схватил за руку и перенаправил его ладонь на холку Сумрака. Торин замер. Его пальцы ощутили жесткую, частую вибрацию рыка кислотного волка. Слепой снайпер всё понял без слов. Он сжал свой составной лук, кивнув мне. Сумрак стал его осязанием.

----------------------

И в этот момент мой мозг окончательно пошел вразнос. Нестабильное магнитное поле Плазменного Ядра «Аурум-5» ударило по моему затылочному чипу и сканирующему глазу «Истина», как мощнейший импульс РЭБ. Лазурный свет перед левым глазом вспыхнул и рассыпался на тысячи горящих цифровых пикселей.

СИСТЕМА: КРИТИЧЕСКИЙ МАГНИТНЫЙ РЕЗОНАНС! Отказ визуального процессора... Фантомная нейро-сенсорная перегрузка!

Мир потерял ориентацию. Мостки под ногами начали визуально «закручиваться» в спираль. Мне показалось, что я лечу в кипящую реакторную яму вниз головой. Пространство накренилось под углом сорок пять градусов. Жуткий приступ пространственной тошноты накрыл с головой - меня вырвало черным сгустком запекшейся крови прямо на решетку мостков.

- Кай! -я не слышал голоса Соры, но почувствовал, как ее пальцы впились в мой свинцовый плащ, удерживая от падения в провал.

Я мотнул головой, размазывая кровь по лицу. Картинка не прояснилась, но откат «Спектра» и магнитный шторм Ядра смешались в один гремучий коктейль. Я видел Палача, висящего на балочной конструкции, сквозь двойную, троившуюся ало-синюю призму. Здесь царил настоящий ад. В центре огромной круглой шахты, на трех магнитных подвесах, ослепительно-белым светом сияло Плазменное Ядро «Аурум-5». От него веяло таким жаром и диким магнитным гулом, что воздух вокруг решеток мерцал, а мой глаз «Истина» затарахтел системными сбоями. Под мостками на десятиметровой глубине бурлила темная, кипящая реакторная яма. Палач не прятался. Он ждал нас. Как только мы ступили на скользкий настил мостков, трехсоткилограммовая туша киборга рухнула с верхних балок прямо перед нами!

Решетка мостков под его весом прогнулась, выбивая снопы искр. Первым же диким ударом стальной клешни Палач сшиб Сору с ног. Девушку отбросило на край мостков, а её титановый лук «Шелест» со звоном улетел в сторону, застряв у самого обрыва реакторной ямы! Палач навис над ней. Его искрящий синим вибро-клинок выдвинулся на полную длину, готовый приколоть Сору к настилу.

Сумрак, несмотря на распоротый бок, бросился вперед. Кислотный волк с наскока впился зубами в правую клешню Палача, заливая его суппорты едкой зелёной кислотой. Металл зашипел. Киборг издал сухой механический треск и встречным ударом тяжелого наплечника сбросил волка с себя. Сумрак с жалобным хрипом отлетел в переборку, врезавшись спиной в титан и недвижно замер.

- СОРА! -беззвучно закричал я, ползя по решетке и вскидывая пневматический арбалет. Но я не мог стрелять в тушу -кислотный болт просто отскочит от его композита, а Сора легла прямо под его клинком! Мой глаз «Истина» вопреки магнитным помехам выхватил верхний ярус.

СИСТЕМА: Сканирование несущих конструкций...

Обнаружен магистральный кабель высоковольтного сброса (10 000 Вольт) прямо над подвесом Палача!

Изоляция разрушена на 80%.

Я ткнул арбалетом вверх -на толстый медный кабель над головой Палача, а затем указал Соре на её лук, лежавший в двух метрах от неё у края обрыва. Девушка увидела знак. Извиваясь на спине, Сора совершила отчаянный бросок, подхватывая «Шелест» прямо над кипящей ямой. Повернувшись на боку, она заложила титановую стрелу с кислотной капсулой. Торин, чувствуя дикую вибрацию метания Палача по мосткам, вскинул свой лук в ту же сторону.

Две стрелы вылетели одновременно. Стрела Соры вонзилась точно в медный распределительный узел под потолком, а стрела Торина ударила в наплечник киборга, отвлекая его визор. Капсула «След Жнеца» лопнула на кабеле. Концентрированная кислота мгновенно прожгла оставшуюся изоляцию.

Гигантский, ревущий столб сине-белой плазменной дуги в десять тысяч вольт рухнул сверху прямо на Палача. Но разряд не остался только на нем. Десять тысяч вольт устремились по металической решетке мостков, превращая весь пол в электрический ад. Кая, Сору и Торина скрутило судорогами. Мои мышцы завязались в узлы, из глаз брызнули слезы, а стимулятор «Спектр» едва удержал сердце от остановки. Устаревшая электрика «Карателя-4-Альфа» вспыхнула. Из шлема и сочленений киборга вырвались снопы фиолетового пламени. Он забился в диком припадке, его единственный глаз выгорел дотла. Но этот монстр не перегорел как лампочка в коридоре. Объятый пламенем, с дымящейся, плавящейся броней, безногий Палач, опираясь на одну обугленную клешню, с глухим, страшным скрежетом ПОПОЛЗ ПО МОСТКАМ ПРЯМО НА МЕНЯ. Он греб по раскаленному титану, как сожженный адский паук, протягивая свои искрящие пальцы к моему горлу, чтобы утащить меня за собой в яму. Он был в полуметре. Его запекшееся, дымящееся лицо за треснувшим визором было перед моими глазами. Я не стал целиться из арбалета. С выжившим из ума диким рыком я сгреб Ключ Пастуха на левой руке и ВБИЛ СВОИ ПАЛЬЦЫ ПРЯМО В ОТКРЫТЫЙ, ГОРЯЩИЙ РЕАКТОРНЫЙ ОТСЕК НА ГРУДИ ПОЛЗУЩЕГО КИБОРГА.

СИСТЕМА: Прямой контакт с поврежденным ядром "Каратель-4".

Инициация принудительной декомпиляции.

СБРОС ПЛАЗМЕННОГО ЗАРЯДА.

Короткий, ослепительный импульс вырвался из моей лазурной татуировки прямо во внутренности Палача. Внутренний реактор киборга детонировал. Его броня лопнула изнутри. Охотника сметнуло с мостков, и с затухающим металлическим гулом Палач окончательно рухнул вниз, в десятиметровую глубину кипящей реакторной ямы.

СИСТЕМА: СУБЪЕКТ "КАРАТЕЛЬ-4-АЛЬФА" ОКОНЧАТЕЛЬНО ДЕКОМПИЛИРОВАН! Поглощение биометрического кэша устаревшего образца... Получено: 22 единицы чистого ресурса! ВНИМАНИЕ! Автономная детонация челнока через 120 секунд!

Мы победили. Но мостки под нами начали рушиться. Я, харкая пеной и с трудом дыша, подполз к консоли Плазменного Ядра «Аурум-5». Вонзив Ключ Пастуха в магнитные зажимы, я сбросил защитный купол. Ослепительный белый шар Плазменного Ядра упал прямо в открытый свинцовый контейнер. Сора мгновенно захлопнула и запечатала крышку.

- ЗАБИРАЙ... ЯДРО! -показал я ей знаками.

Сора подхватила двадцатикилограммовый пенал. Торин подхватил очнувшегося, стонущего Сумрака. А я, опираясь на локти и негнущуюся, привязанную к титану ногу, пополз вперед по рушащимся мосткам. Мы не бежали. Мы скреблись по детонирующим, лопающимся тоннелям «Zero» как сумасшедшие звери. Стены корабля сминались изнутри, титановые плиты вылетали с грохотом снарядов. Я вогнал Ключ Пастуха в замок главного шлюза, выжигая аварийные ригели. Многотонные створки с ревом вылетели наружу. Сора за воротник вытащила мою полумертвую тушу из брюха челнока прямо на черный остекленевший шлак кратера! За нашими спинами остов «Чистильщика-Zero» с кошмарным, гулким схлопыванием смялся в искореженный ком металла, навсегда погребая под собой лабораторию Превознесенных. Мы лежали на стекле под хмурым небом. В ушах стоял сплошной нестерпимый писк. Но в руках Соры чисто и мощно бился пульс Плазменного Ядра «Аурум-5».

СИСТЕМА: ОБЪЕКТ "ПЛАЗМЕННОЕ ЯДРО AU-5" УСПЕШНО ИЗВЛЕЧЕН! Текущее время до входа десанта Орбиты в атмосферу: 09 часов 45 минут 12 секунд СИСТЕМА: Действие аналептика "Спектр-9" ЗАВЕРШЕНО. Инициация отката...

Внезапно раскаленная подпитка стимулятора рухнула в ноль. Все нейро-блокаторы выгорели. Стены боли, которые «Спектр» сдерживал в моей голове, рухнули гигантской лавиной. Легкое вспыхнуло огнем, раздробленная голень отозвалась адским пульсом, а перед глазами расплылась черная бездна. Я успел лишь показать Соре рукой на юго-запад -в сторону нашей деревни, после чего мое сознание окончательно погасло, погружая меня в тяжелую, лихорадочную кому отката.

Глава 26. Сеть Пастуха

Черное остекленевшее дно кратера уходило из-под ног, превращаясь в разорванную, смазанную карусель. Меня тащили. Я не чувствовал собственного тела ниже пояса - зафиксированная титановой рейкой голень волоклась по шлаку неживым, затекшим бревном, а внутри забинтованной пены в груди при каждом толчке раздавался хриплый, влажный всхлип. Сора и Торин сцепились ремнями плаща, соорудив волокушу из обломка десантного настила. За ними, оставляя в шлаке ядовитую зеленую полосу, тяжело ковылял раненый Сумрак, а мелкий Тень бежал впереди, периодически замирая и припадая к земле.

- Кай, держись... - я не слышал голоса Соры, но видел, как ее запятнанное сажей лицо отчаянно накренилось надо мной на фоне пылающего, грозового неба.

Я запрокинул голову назад. Там, над Выжженной Грядой, разворачивался настоящий климатический ад. Тяжелые, насыщенные металлизированной пылью облака сходились в гигантский, вращающийся клин. И в самом центре этого свинцового смерча, на высоте трех километров, вспыхнул и закружился огромный, монументальный силуэт. «Грозовой Крылан». Кетцалькоатль-М. Тридцатиметровый Апекс-хищник этого сектора. Мой сканирующий глаз «Истина», несмотря на жуткие фантомные помехи от отката стимулятора, судорожно выхватил контуры его тридцатиметрового крыла:

СИСТЕМА: СКАНИРОВАНИЕ МЕГАФАУНЫ СЕКТОР 04-Б

.. Объект: "Кетцалькоатль-М" (Спецификация: Зенитный Апекс) Био-графеновые мембраны крыльев (Электростатические накопители) Внутренние генераторы заряда: 2 500 000 Вольт Способ наведения: Ионизационный аэрозольный канал (Ультранизкое сопротивление)

Гигантский летающий монстр взмахнул крыльями, и прямо на моих глазах трибоэлектрическое трение его био-графеновой кожи о нано-частицы туч высекло из воздуха сплошной ослепительный кокон из синих молний.

Крылан выдохнул вперед тонкую, едва заметную струю серебристого газа - плазменный аэрозольный маркер. И через долю секунды, прямо по этому идеально прямому газовому каналу, с неба в дальний скальный хребет ударила неоновая, прямая как рельс, ионизированная молния.

Б-О-О-О-М-М

Скала на горизонте просто испарилась в столбе плазмы. Я задыхающийся от лихорадки, зафиксировал эту цепочку: «Био-графен... Накопитель... Ионизированный газовый канал... Ему не нужен зигзаг, он пробивает идеальную дугу... Если поставить титановые заземлители вокруг базы... он станет нашим громоотводом...» Эта мысль была последней. Глаза застлала сплошная, тяжелая черная бездна, и я провалился в лихорадочную кому.

--------------------

Я очнулся от резкого, горького запаха паленой полыни и чесночного сока. Звук вернулся не сразу. Сначала пришла вибрация - тяжелый, ритмичный стук где-то глубоко в земле. Это работал Анкер, силясь удержать остатки купола на аварийном питании. Я лежал не на сырой земле. Под спиной была мягкая сухая солома, застеленная теплыми шкурами болотных вепрей. Правая щека упиралась в бревенчатую стену моей хижины.

- Живой! Живой, сука! - этот басовитый, громоподобный окрик заставил меня поморщиться.

Прямо надо мной нависал Бранн. Огромный вождь выглядел так, словно сам только что вышел из тяжелого боя: его кожаная безрукавка была в копоти, а лицо осунулось от дикого напряжения. В своих массивных лапищах он сжимал маленькую глиняную чашку с водой - и от радости так сильно сжал пальцы, что глина с сухим треском лопнула, проливая воду на шкуры.

- Бранн... опять посуда, - мой голос прозвучал как шелест сухих листьев. Голова раскалывалась, а во рту стоял стойкий привкус меди от «Рад-Щита».

- Да и хрен с ней, с чашкой! - ревел Вождь, утирая нос кулаком. - Сколько без чувств валялся! Сора притащила тебя на волокуше, сама вся в крови, у Торина из ушей жижа черная текла... Мы думали, вам там в железном брюхе конец настал!

Сора сидела на краю лавки в углу хижины. Ее плечи мелко дрожали от усталости, но янтарные глаза горели облегчением. Торин сидел рядом с ней, его голова была туго обмотана чистой холстиной, сквозь которую проступали желтоватые пятна травяного отвара Марены, видимо она еще и травничеством занимается в деревне. Я попытался пошевелить левой ногой. Боли не было. Вместо этого голень сдавило странным, плотным теплом.

Взглянув вниз, я увидел, что моя раздробленная нога не просто замотана в клубок. Из Ключа Пастуха на моей левой ладони тянулись тонкие, светящиеся лазурные нити, которые уходили прямо под бинты, соединяясь с металлическими штырями шины.

СИСТЕМА: Инициация локального протокола "Остеосинтез-Микро"... Использован резервный ресурс Анкера-04 (Частотная стабилизация костных тканей). Осколки большеберцовой кости зафиксированы в био-магнитном поле. Начат процесс ускоренной регенерации под действием полимера. Здоровье: 35 / 180 HP. Внимание: Физическая нагрузка на левую конечность ограничена 30%

Анкер. Мой Ключ Пастуха автоматически задействовал аварийные медицинские частоты Анкера-04, пока я был в отключке. Локальное силовое поле удерживало кости голени ровно, заменяя мне дорогой хирургический аппарат со Станции. Наступать на ногу всей массой по-прежнему было нельзя, но теперь я хотя бы мог стоять и медленно ходить без костыля, просто прихрамывая. Я сел, опираясь здоровой ногой на земляной пол. - Сколько времени? - спросил я, глядя на Сору.

- Шесть часов сорок минут до прилета десанта - отозвалась она. - Контейнер с Ядром на столе. Из него так фонит теплом, что у Сумрака шерсть на загривке дыбом встает.

Я посмотрел на стол. Тяжелый свинцовый пенал лежал в центре, и сквозь смотровое окошко пробивался ровный, густой, ослепительно белый свет. Плазменное Ядро «Аурум-5» ждало своего часа. - Помоги подняться, Бранн, - я протянул руку вождю. Гигант легко, как пушинку, вздернул меня на ноги. Левая голень отозвалась тупой, терпимой ноющей болью - био-магнитное поле Анкера держало кость жестко, словно титановый штифт. Я вышел из хижины на свежий воздух. Деревня Пепельного Клана больше не была тихим поселком. Она превратилась в разворошенный муравейник, живущий в лихорадочном предсмертном ритме. Все 84 человека, составлявшие население нашей деревни, были на ногах. Никто не спал, несмотря на глухую ночь.

- Слушай мою команду! Кидать землю сюда! Быстрее, пока руки не отсохли! - Гарн стоял у частокола, размахивая пустым рукавом и гоняя лопатами молодых парней.

Я огляделся, оценивая наши силы через призму сухих цифр:

Население: 84. Старики: 18 человек.

Сейчас они под руководством Марены собирали в глиняные горшки запасы чистой воды, сушеное мясо и раскладывали по мешкам целебные коренья.

Дети и подростки (до 15 лет): 34 человека.

Нир, семнадцатилетний кузнец, мобилизовал всех старших пацанов. Своими «Адептами Стали» они лихорадочно обшивали деревянные ворота и уязвимые стыки частокола тонкими листами ржавого титана, который мы притащили со свалки Иглы. Мелкие девчонки и пацанята таскали мешки с песком, обкладывая ими основание нашей единственной турели.

Охотники/воины: 32 человека.

Способные держать оружие, Включая Бранна, Сору и оглохшего Торина. Прямо перед воротами кипела самая тяжелая работа. Мужчины копали глубокую, полутораметровую траншею - окоп полного профиля, который должен был защитить наших стрелков от ответного плазменного огня десанта и, главное, от раскаленного выхлопа нашей собственной турели «Страж-02».

Земля была сырой, тяжелой, пахнущей прелой глиной и болотной гнилью. Люди работали молча, в гробовой тишине. Слышен был только тяжелый стук деревянных и костяных заступов о корни вязов да хриплое дыхание мужчин. В воздухе висел липкий, осязаемый запах страха. Дикари понимали: к ним летит не просто соседний враждебный клан с костяными копьями. К ним летят «боги» с Небесного Храма. Те самые, что двести пятьдесят лет назад выжгли планету до состояния стеклянного шлака. Бранн подошел к краю траншеи, его тяжелый титановый топор «Сокрушитель» лежал на плече.

- Мы сделаем глубокий бруствер - глухо сказал вождь, кивая на свежую насыпь земли, укрепленную прутьями. - Если эти железные птицы начнут плеваться огнем, мои люди уйдут под землю. Охотники распределены. По три человека на сектор. Но... ты же понимаешь, что против их щитов наши стрелы - это просто сухие ветки?

Я посмотрел на его широкую грудь, на которой тускло мерцали незавершенные лазурные узоры. - Я могу вас сделать сильнее - тихо сказал я. - Сора, Торин, идите сюда.

Они подошли. Мы встали у края траншеи, подрагивая от сырого болотного ветра. Волки - серебристый Тень и раненый Сумрак - легли у наших ног, чутко прижав уши.

- В одиночку нам не выстоять - я вытянул левую руку вперед. На моей ладони Ключ Пастуха вспыхнул чистым, лазурным светом системного кода. - Но у меня есть ресурс, который мы забрали у Охотника в челноке. Двадцать две единицы чистого кода Сети. Я распределю их между вами.

- Код Сети?.. - Сора нахмурилась, переводя взгляд с моей светящейся руки на свои ладони. - Мне очень нравится, когда ты добавляешь новые слова в свою речь, но не объясняешь их. Ты нам хочешь клешни того охотника в ребра впихнуть?

- Нет - я покачал головой. - Это не сделает вас машинами. Это просто очистит ваши природные способности от системных ограничений и багов, почти тоже самое, что я сделал с Бранном, когда у него крыша чуть не поехала. Это даст вашим телам ту проводимость и реакцию, которую Система блокирует ради контроля. Бранн, начни ты.

Я прижал светящуюся ладонь к лазурному контуру на груди гиганта. Бранн вздрогнул. Его огромная туша выпрямилась струной, глаза широко раскрылись, а изо рта вырвался тяжелый, горячий пар. Лазурные дорожки микросхем на его груди и плечах вспыхнули ослепительным неоновым светом, уходя под кожу, в самую толщу его невероятных мышц.

СИСТЕМА: Передача биометрического кэша субъекту "Бранн"... Распределение: +4 к Силе, +4 к Выносливости. Сила субъекта: 21 -> 25 (Плотность мышечных волокон увеличена на 30%). Выносливость субъекта: 20 -> 24 (Уплотнение надкостницы, рост объема легких).

Гигант медленно опустил взгляд на свои руки. Его кулаки, размером с хорошую тыкву, сжались с тихим, сухим треском суставов. Он поднял свой титановый топор «Сокрушитель» одной левой рукой, удерживая его на весу так легко, словно это была сухая камышинка.

- Я... я не чувствую тяжести стали - прошептал вождь, и в его голосе впервые за ночь появилась дикая, первобытная уверенность. - Так явно лучше, такими темпами можно Тирана за хвост тягать одной рукой!

Пока Бранн перекидывал свой топор из одной руки в другую, я повернулся к Соре - Твоя очередь.

Она сделала шаг вперед, гордо вскинув подбородок, но я видел, как дрожат ее пальцы. Я коснулся Ключа Пастуха к ее правому плечу.

Лазурный код Сети тонкими, изящными светящимися ветвями побежал по ее шее, очерчивая скулы и уходя к вискам. Янтарные глаза девушки вспыхнули чистым, золотистым пламенем, зрачки сузились в кошачьи щелки, а дыхание мгновенно стало неестественно глубоким и редким.

СИСТЕМА: Передача биометрического кэша субъекту "Сора"... Распределение: +4 к Ловкости, +4 к Реакции. Ловкость: 18 -> 22 (Скорость синаптической передачи увеличена). Реакция: 16 -> 20 (Предельное расширение зрительного фокуса).

Сора вскинула свой титановый лук «Шелест». Она сделала это так быстро, что мое зрение, подстегнутое Реакцией 16, зафиксировало лишь смазанную тень. Она натянула стофунтовую тетиву из сухожилий болотного тирана двумя пальцами, вообще не изменившись в лице. Странно то, что у некоторых открываются новые характеристики, по типу "реакции" у Соры и "Сенсорики" Торина, сколько вообще таких "навыков" можно открыть у людей? После передачи кэша, ее взгляд поднялся со своих рук в чащу леса и ее глаза удивленно расширились.

Напоследок я подошел к Торину. Слепой парень стоял смирно, его лицо было бледным под повязкой. Я приложил ладонь к обручу его ультразвукового локатора на лбу.

СИСТЕМА: Ремонт и калибровка слухового анализатора субъекта "Торин"... Передача кэша: +3 к Воле, +3 к Сенсорике. Воля: 14 -> 17 (Стабилизация ментального контура). Сенсорика (Слуховой спектр): 12 -> 17 (Акустический диапазон расширен до 45 кГц).

Прибор на его лбу издал чистый, ровный, серебряный звон. Черная запекшаяся кровь на его ушах отшелушилась сухими хлопьями. Торин резко выпрямился, его рот открылся в беззвучном вздохе. Мы создали наш авангард. Наш инженерный спецназ. Теперь они были не просто дикарями с хорошим оружием - они были интегрированы в единую систему обороны. - А теперь - самое главное - я повернулся к пятиметровой титановой стеле Анкера-04, стоявшей в центре деревни. - Нир! Убирай лопату, ты мне сейчас нужен!

Парень вздрогнул от резкого звука, он нервно посмотрел на Гарна. После его кивка, он облегченно вздохнул и убежал сверкая пятками от своего бригадира. Мы подошли к терминалу вместе с Ниром. Семнадцатилетний кузнец, дрожа от благоговения, держал тяжелыми клещами Плазменное Ядро «Аурум-5». Я вскрыл аварийную панель питания Анкера Ключом Пастуха. Внутри всё было серым, запыленным, заросшим болотной плесенью. Старая батарея выгорела двести лет назад, едва удерживая купол маскировки на последних микро-ваттах.

- Вставляй ядро - Показал я указывая рукой в нужную точку показал.

Нир аккуратно, стараясь не дышать, опустил ослепительно светящийся шар в гнездо реактора. Я нажал на рычаг затвора. Титановые зажимы намертво сомкнулись вокруг Ядра. Земля под нашими ногами содрогнулась так сильно, что глиняная обмазка на хижинах пошла мелкими трещинами. Из вершины пятиметровой стелы Анкера-04 в грозовое небо с диким, ревущим свистом ударил гигантский, тридцатиметровый столб лазурного плазменного света. Над деревней Пепельного Клана, со свистом раздвигая облака, развернулся полупрозрачный, лазурно-голубой силовой купол радиусом в полтора километра. Это больше не была хлипкая невидимость, которая дрожала от любого дуновения ветра. Это был Боевой Силовой Щит. Он плотно, тяжело искрил на стыках сегментов, готовый принять на себя прямой плазменный или артиллерийский удар из космоса. А на главных деревянных воротах, обшитых титаном, с тяжелым гидравлическим гулом ожила наша единственная двухствольная авто-турель. Её спаренные тяжелые стволы развернулись в сторону леса, напитываясь бесконечной, ровной энергией Ядра.

СИСТЕМА: Анкер-04 переведен в режим "Осада". Энергетический баланс: 100% (Источник: Плазменное Ядро AU-5). Подключенные оборонительные сегменты: Боевой Силовой Щит "Купол-М" (Активен). Авто-турель "Страж-02" (Заряд: МАКСИМАЛЬНЫЙ). Локальная сеть Пастуха: 4 узла авторизованы.

Мы сделали всё, что могли. Из захудалого болотного поселка мы за шесть часов построили технологический форт. Таймер на моем затылочном интерфейсе неумолимо отбивал последние секунды:

00 часов 00 минут 05 секунд 00 часов 00 минут 02 секунды 00 часов 00 минут 00 секунд

- ВСЕМ В УКРЫТИЯ! - зычно крикнул Бранн, взводя свой топор.

Пятьдесят человек Пепельного Клана - женщины, дети и старики - мгновенно ушли под землю, скрывшись в глубоких глиняных погребах под защитой толстых бревенчатых накатов. Тридцать два бойца замерли в траншее. Сора заняла позицию на вышке у ворот, Торин лежал у бруствера, а я, опираясь на Ключ Пастуха, стоял рядом с гудящим блоком турели. Мы ждали гигантского взрыва. Ждали, что с неба с ревом рухнет десантный бот Орбиты, пробивая лазерами наш новый Силовой Щит. Ждали огненного шторма и воплей штурмовиков.

Прошла минута. Пять минут. Десять минут.

Ничего.

Над Пепельными Болотами стояла абсолютная, звенящая, могильная тишина. Ночь полностью накрыла тундру. Холодный ветер тихо шелестел сухой травой за пределами нашего лазурного купола. Никакого шума двигателей. Никаких плазменных залпов.

- Кай... - донесся тихий шепот Соры сверху с вышки. Она не снимала пальцев с тетивы «Шелеста». - Почему они молчат? Где десант?

Я смотрел своим лазурным сканирующим глазом в непроглядную темноту леса за пределами искрящего щита.

- Потому что они видят наш Щит - тихо ответил я, чувствуя, как холодный пот стекает по шее. - Никто не станет разбивать дорогой челнок о плазменную стену, если можно просто подождать, пока у нас сгорит реактор. Они затаились в лесу и смотрят, на сколько нас хватит... или они вовсе не прилетели, потому чт...

Я не договорил. Далеко в ночной чаще, в полукилометре от нашего забора, между кривых стволов болотных вязов на долю секунды вспыхнула и погасла едва заметная, фиолетовая точка оптического прицела Орбиты.

Глава 27. Тень под куполом

Дождь начался во второй половине ночи. Он не умыл джунгли Сектора 4-А - он превратил их в чавкающее, вонючее месиво из палой прелой листвы и глины. Тяжелые, налитые ядохимикатами капли с шипением разбивались о Боевой Силовой Щит над нашей деревней. Каждое попадание отзывалось на лазурном куполе тихим треском и короткой синеватой вспышкой, разносившей по периметру острый запах озона и жженого кремния. В окопе перед воротами стояла вода. По колено.

Сорок два человека - тридцать два взрослых охотника и десяток пятнадцатилетних подростков во главе с Ниром - сидели на мокрых бревнах бруствера, вжав головы в плечи. Вопреки моим опасениям, парни из «Адептов Стали» не сдрейфили: они сжимали самодельные титановые копья с сухим, отчаянным упрямством, копируя жесты взрослых. Остальные сорок два жителя - восемнадцать немощных стариков и двадцать четыре ребенка младше четырнадцати - были заранее эвакуированы в глубину подземных глиняных погребов. Боевой задор, поднятый включением Анкера, выгорел за первые три часа. Организмы людей, израсходовавшие адреналиновый ресурс, требовали еды и сна. Охотники дрожали от липкого болотного холода, перекладывая из рук в руки намокшие луки.

Я сидел на деревянной ступени бруствера, чувствуя, как под сухими грубыми штанами гудит левая голень. Пробитый свинцовый плащ Гасителя, напитавшийся радиоактивной пылью кратера в Секторе 4-Б, пришлось оставить еще при входе в деревню. Гарн лично срезал его с моих плеч за воротами и запечатал в герметичный свинцовый пенал, а Анкер на полной мощности продул мое тело дезактивационной струей сжатого воздуха. Сейчас на мне была сухая холщовая рубаха, застегнутая на костяные пуговицы, и плотная кожаная безрукавка. Левая нога была зажата в жестком титановом каркасе:

СИСТЕМА: Локальный протокол "Остеосинтез-Микро"... Формирование био-магнитного поля удерживает костные фрагменты Ограничение осевой нагрузки: до 30% от массы тела Здоровье: 35 / 180 HP

Анкер не лечил ткани магией. Поле просто не давало костям смещаться при движении, заменяя мне хирургический штифт со Станции. Наступать всей массой на пятку было нельзя, но опираться на носок, сохраняя равновесие без костыля, уже получалось.

- Сколько еще так сидеть? - Бранн опустился рядом со мной. Огромный вождь был похож на гору мокрой грязи. На его плечах и широкой груди мягко пульсировали лазурные линии - результат недавней прошивки Сети. Поперечный шрам на его челюсти сгладился, лицо обрело правильные, тяжелые черты, но взгляд оставался вымотанным.

- Столько, сколько потребуется - ответил я, не поворачивая головы.

Я вызвал на левую ладонь интерфейс Ключа Пастуха:

СИСТЕМНЫЙ СТАТУС УЗЛА АНКЕР-04: Текущая нагрузка: 94% (Предельный плазменный резонанс) Температура реакторной ямы: 480°C (Критический перегрев почвы) Остаточная мощность Ядра "Аурум-5": 99.1%

Проблема была в физике. Плазменное Ядро «Аурум-5» выдавало колоссальную мощность. Но сам Анкер-04 - пятиметровая титановая стела в центре поселка - проектировался как ретранслятор маскировки, а не как щитовой генератор тяжелого форта. Почва вокруг стелы в радиусе пяти метров уже спеклась в черную, дымящуюся корку. Если оставить купол в режиме полной непроницаемости еще на шесть часов, подповерхностные шины питания сгорят, и мы останемся без энергии.

- Кай... глянь на это - тихий голос Соры донесся сверху, с бревенчатой вышки.

Девушка спрыгнула в окоп без единого звука. Ее движения стали быстрыми, экономными. Влитый кэш в Реакцию и Ловкость полностью убрал из ее походки суету. В руках она сжимала свой лук. Я взглянул на рукоять ее оружия - и прищурился. Тонкие лазурные нити, пролегавшие по ладони Соры, на секунду вышли за пределы кожи. Светящиеся голубые линии перетекли на титановую рукоять «Шелеста», оплетая металл аккуратными дорожками. Натяжной блок лука тихо, едва слышно вибрировал. Сора тут же испуганно разжала пальцы. Светящиеся нити втянулись обратно под кожу, а лук снова стал обычным куском титана и сухожилий.

- Что это было? - прошептала она, разглядывая свою ладонь. - Когда я сжала рукоять... мне показалось, что он вибрирует. Будто тетива сама упирается в пальцы.

Я активировал «Истину», сканируя ее лук и контур руки:

СИСТЕМА: Сканирование объекта... Обнаружен кратковременный синаптический импульс. Системный лог протокола: ДАННЫЕ ОТСУТСТВУЮТ.

- Я не знаю - честно ответил я, качая головой. - В доступных мне логах такой функции нет. Пока не пытайся повторять это намерено. Не заставляй контур работать вслепую.

- Но это не ощущалось как ошибка - тихо добавила она, вскидывая лук на плечо. - Это ощущалось... как если бы металл понимал, что я хочу сделать.

- Это... странно - донесся голос Торина из глубокой ниши бруствера.

Слепой снайпер сидел на сухой шкуре. Налобный прибор - «дятлиха» - шевелился, издавая чистый ультразвуковой писк. Ну и странную же кличку ей выдали.

- Ты что-то слышишь? - я повернулся к нему.

- Шум дождя везде - ответил парень, осторожно касаясь пальцами обруча на лбу. - Капли бьют по куполу за полтора километра отсюда. Но там... у самой восточной границы Щита, возле ручья... там образовался провал. Словно кто-то поставил в лесу тихую зону размером с десяток шагов. Капли падают, но звука удара о землю нет.

Я сжал Ключ Пастуха. Акустическое гашение. Стелс-костюм индивидуальной разведки. Разведывательный модуль высадился в джунглях Сектора 4-А предположительно за три километра, разведчик в оптическом камуфляже подобрался к самому краю нашего полуторакилометрового купола и собирал данные. Сканировал частоту Анкера, замерял плотность купола и ждал, когда мы совершим ошибку. Они начали войну на истощение.

--------------------

Прошло еще четыре часа. Наступило утро - серое, мутное марево, пробивавшееся сквозь тучи и ядовитый туман. Напряжение в деревне достигло предела. Люди не могли больше сидеть в затопленных окопах. Подростки Нира засыпали прямо стоя, опираясь подбородками на древки копий.

- Нам нужно изменить контур - сказал я Бранну, поднявшись к центральной стеле Анкера.

- Что?! - Гарн, стоявший у ворот, нахмурился. - Кай, если мы снимем купол, нас накроют!

- Мы не снимаем его полностью. Мы сужаем радиус до границы частокола и стравливаем лишнее тепло. Зря мы вообще его настолько разогнали, только энергию потратили. - Я вогнал Ключ Пастуха в терминал Анкера.

СИСТЕМА: Коррекция геометрии силового контура... Радиус купола: 1500 м -> 150 м (Периметр частокола). Плотность поля: 40% (Автоматический сброс температуры). Температура реакторной ямы: Падение до 210°C.

Лазурный купол со скрежетом сжался. Огромная стена плазмы, стоявшая далеко в лесу, опала, превратившись в полупрозрачную сферу радиусом всего в сто пятьдесят метров, обнимавшую только наши деревянные стены и турель на воротах. Гул в ушах стих. За пределами забора снова открылись мрачные, молчаливые джунгли Сектора 4-А. И как только Щит сжался, затаившийся в лесу разведчик Орбиты мгновенно сделал бросок вперед, подойдя к самому заборному периметру.

- Нам нужно проверить тот провал, про который говорил Торин - я взглянул на Тень.

Волчонок прижался к мокрому титановому настилу ворот, чутко подергивая ушами.

- Ты не пойдешь туда один - Сора мгновенно встала передо мной, блокируя проход. - У тебя нога держится только на поле Анкера! Если в лесу снайпер, ты даже добежать до дерева не успеешь!

- Я не собираюсь устраивать охоту. Если мы выйдем толпой, они поймут, что мы засекли их координаты, и сменят позицию. Один человек с мелким волчонком выглядит как проверка внешнего забора. Они не станут открывать огонь, пока не закончат сканирование. И вообще далеко не факт, что высадилась целая группа, для сбора данных могли отправить и одного человека в камуфляже.

- Разумно - Бранн тяжело оперся на топор. - Но ты не уйдешь дальше сорока шагов от ворот. Я встану за турелью. Если из тумана выскочит хотя бы одна метка - я выжгу тот кусок леса из турели.

- Договорились - сказал я. - Сора - на вышке. Торин - держит акустику. Если Тень подаст знак, я сразу ухожу назад под щит.

- Нет - ответила Сора.

Она произнесла это спокойно, но слишком быстро. Не как возражение, которое можно обсудить, а как приказ, уже принятый за меня. - Нет, Кай. Ты не выходишь.

Я повернулся к ней. Под лазурным светом купола её лицо казалось почти бесцветным. Только глаза оставались прежними - янтарными, слишком яркими на фоне серого утра.

- Сора...

- У тебя раздроблена голень - перебила она. - Не ушиб, не царапина. Кость держится потому, что Анкер не даёт осколкам разойтись. Если поле собьётся хотя бы на несколько секунд, ты упадёшь. Если разведчик решит проверить дистанцию, ты не успеешь уйти. Если под ногой окажется яма - Тень не поднимет тебя обратно.

Она говорила всё быстрее, будто пока слова не закончились, ей удавалось удерживать страх на расстоянии.

- Ты сам сказал, что они наблюдают. Значит, они уже знают, что ты ранен. Знают, сколько времени ты можешь стоять. Знают, как работает твой костюм. Ты выйдешь за ворота и подаришь им самый удобный объект для захвата.

Я посмотрел на лес. В тумане ничего не двигалось. Именно это и было хуже всего. - Если мы не проверим их, они продолжат смотреть.

- Пусть смотрят на меня - резко сказала Сора. - Я могу двигаться. Я могу спрятаться. Я могу выстрелить и отступить. Ты - нет.

- Разведчик ждёт именно вооружённого наблюдателя. Если выйдешь ты, он может решить, что мы готовим нападение.

- А если выйдешь ты, он решит, что нашёл слабое место.

- Уже нашёл - тихо сказал Торин.

Мы оба повернулись к нему. Слепой снайпер сидел у бруствера, одной рукой удерживая налобный локатор, а другой ощупывая деревянную рукоять лука. После выстрела в челноке слух так и не вернулся полностью: вокруг него постоянно стоял тонкий писк, а громкие звуки превращались в болезненные удары внутри головы.

- Я тоже против - сказал Торин. - Не потому, что Кай ранен. Это я и без глаз вижу. Дело в другом.

Он наклонил голову, прислушиваясь к собственному прибору. - Там не просто человек, который сидит в кустах. Он умеет гасить звук. Я чувствую пустоту вокруг него, но не слышу самого тела. Будто дождь обходит его стороной. Если Кай выйдет за щит, разведчик может не тронуть его вообще. Просто запишет расстояние, реакцию и путь возврата. А потом будет знать про нас всё, что ему нужно.

- Тогда что ты предлагаешь? - спросил я.

- Ничего не делать, пока он не ошибётся.

Сора коротко усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья.

- Очень полезный план. Сидеть и ждать, пока неизвестный человек решит, когда нас убивать.

- Именно - ответил Торин. - Мы всю жизнь выживали потому, что не бросались на каждый шорох. Сейчас шороха нет. Значит, кто-то достаточно умный, чтобы его убрать.

Бранн до этого молчал. Он стоял у ворот, положив ладонь на рукоять «Сокрушителя», и смотрел то на меня, то на Сору. Вождь явно хотел приказать мне остаться. Это читалось по тому, как напряглась его челюсть. Но за воротами была деревня. Подростки Нира держали мокрые копья, старики и дети прятались под землёй, а единственная турель на палисаде медленно вращала стволами, не находя цели. Бранн не мог уйти со мной. Не мог оставить пост. И потому выбор ему не нравился вдвойне.

- Кай - наконец сказал он - если ты решил идти, я тебя не свяжу. Ты всё равно перережешь ремни и поползёшь сам.

- Спасибо за доверие.

- Это не доверие - буркнул Бранн. - Это знание твоего дурного характера.

Он снял с плеча тяжёлый топор и подошёл к пульту «Стража-02». Турель была установлена над воротами на усиленной площадке из титановых пластин. После подключения «Аурум-5» её механизмы работали без прежних перебоев, но интерфейс распознавания целей всё ещё требовал ручного подтверждения. Бранн положил ладонь на управляющую панель. Лазурные контуры на его запястье слабо засветились. На мгновение несколько тонких нитей потянулись к металлу, но тут же оборвались, будто система не смогла завершить соединение. Бранн нахмурился.

- Она не хочет меня пускать.

- Потому что ты не оператор - сказал я. - Только авторизованный боец сети.

- Тогда объясни ей, кто здесь вождь.

Он снова прижал ладонь к панели, на этот раз сильнее. Лазурный свет пробежал по его татуировке и впился в контактный разъём. Турель издала низкий гул. Один из объективов повернулся к Бранну, затем на секунду вспыхнул зелёным.

СИСТЕМА: Временная передача управления объектом «Страж-02». Субъект: Бранн. Режим: Ручное подтверждение цели. Ограничение: Автономная стрельба запрещена.

- Вот - сказал я. - Теперь турель будет ждать твоего решения. Не стреляй по любой движущейся тени. Сначала определи, что это.

Бранн оскалился. - Я не идиот.

- Ты вчера три раза сломал кружку.

- Кружка была плохая.

Сора раздражённо выдохнула. Напряжение на мгновение отступило, но лишь на мгновение.

Бранн положил ладонь на массивный корпус турели. Теперь он не выглядел человеком, который просто охраняет ворота. Он стоял рядом с единственным тяжёлым оружием деревни и отвечал за каждую пулю. - Я остаюсь здесь - сказал он. - Если что-то войдёт в сектор поражения, сначала проверю цель. Если цель пойдёт к воротам, выстрелю. Если ты не вернёшься к условленному времени, отправлю Сору за тобой.

- Нет - одновременно сказали мы с Сорой.

Бранн медленно повернул голову. - Значит, не задерживайся.

Сора шагнула ближе и вцепилась пальцами в мой рукав. - Сорок шагов, Кай. Не пятьдесят. Не «ещё один взгляд за деревом». Сорок. Если Тень остановится - возвращаешься. Если увидишь оружие - возвращаешься. Если потеряешь связь со мной или Торином - возвращаешься.

Я кивнул. - Хорошо.

- И не разговаривай с ним.

- Почему?

- Потому что ты обязательно начнёшь умничать.

- Я просто задам вопрос.

- Ты ранен, Кай. У тебя мозг сейчас работает на боли и упрямстве. Для тебя это уже почти нормальное состояние, но со стороны выглядит как самоубийство.

Торин тихо хмыкнул. - Если начнёшь спорить с разведчиком, говори громче. Может, он услышит и решит, что связываться с нами слишком утомительно.

Я посмотрел на каждого из них. Сора всё ещё держала мой рукав. Торин сидел у бруствера, стараясь не морщиться от постоянного писка. Бранн стоял у турели, наполовину скрытый за её корпусом, и делал вид, что полностью уверен в происходящем. Никто из них не верил, что мой выход - хорошая идея. Да и я тоже. Но участок тишины в лесу оставался там, где его быть не должно. А неизвестный разведчик уже получил несколько часов наблюдения за нашим куполом. Если оставить его без ответа, он продолжит собирать сведения, пока не поймёт, как обойти щит. Я осторожно высвободил рукав из пальцев Соры.

- Я вернусь до того, как Анкеру придётся снова сбрасывать тепло. - Подозвав Тень коротким движением руки и вышел за ворота. В этот раз за моей спиной не прозвучало ни одного приказа. Только сухой щелчок турели, переводимой в ручной режим, и тихое урчание Сумрака, которого Сора удерживала у себя. Силовой Щит остался позади - тонкой лазурной границей между деревней и джунглями. Я сделал первый шаг. Потом второй. На третьем Тень остановился. За двенадцать метров от нас, между мокрыми стволами, воздух дрогнул. Разведчик не стрелял. Он просто позволил мне понять, что видел мой выход с самого начала. Я остановился, не поднимая оружия. Тень низко зарычал, а из деревни донёсся приглушённый, механический звук готовящейся к выстрелу турели. Дальше двигаться было нельзя. Но и отступать первым я тоже не собирался. В тумане передо мной медленно начала проявляться человеческая фигура. Я не стал вскидывать арбалет. Оружие оставалось висеть на ремне под левым локтем.

- У тебя фокус камуфляжа плывет на стыках, - произнес я на чистом, техническом языке Станции. Без туземного акцента Пепельного Клана. - Матрица «Спектр-4» плохо держит высокую влажность. Нам на первом курсе инженерного факультета говорили чистить эти линзы перед каждым выходом. - Затишье длилось пять длинных секунд. Слышно было только, как капли воды падают с листьев на мой плащ. Затем пространственная рябь перед деревом пошла крупными волнами. Оптический камуфляж начал медленно стекать с фигуры, словно растворяющееся в воде серебро. Перед мной проявился силуэт. Человек в легком тактическом скафандре разведчика Орбиты. Темно-серый композит, узкие щитки на суставах, за спиной - короткая игольчатая винтовка. На груди мерцал тусклый зеленый огонек идентификатора. Разведчик поднял руку в перчатке и коснулся герметичного зажима на шее. Давление в шлеме стравилось. Головная часть скафандра откинулась назад, открывая лицо. Под шлемом оказалась женщина. Лет тридцати пяти. С короткими, жесткими пепельными волосами, сухими бескровными губами и серыми глазами человека, привыкшего смотреть на мир через сетку прицела. На ее правой челюсти темнел ровный шрам от нейро-интерфейса. Ее глаза расширились. Алый луч сканера на ее налобном щитке вспыхнул, пробежав по моему лицу, по затылочному чипу и по кожаной безрукавке.

- Субъект... Кай?.. - ее голос прозвучал тихо, с металлическим хрипом. - Технический учет Станции... Авария в Центральном Хабе...

Она сделала полушаг назад, но рука осталась лежать на грудном креплении скафандра.

- Твоя капсула считалась уничтоженной в атмосфере - прошептала она, смотря на меня без враждебности, но с сухим, застывшим изумлением. - Твой отец погиб при зачистке Хаба, а я лично вносила рапорт об утилизации твоего дела в архив Станции.

Я посмотрел на нее сквозь неоновый свет «Истины».

- Как видишь, Эрис - тихо ответил я - архивы Станции иногда требуют корректировки.

-------------------

СИСТЕМНЫЙ АНЕКДОТ:

Бюрократия на Станции работает настолько сурово, что человека реально проще застрелить на месте, чем переписывать за ним отчётность.

Эрис сейчас в абсолютном шоке. Она все эти дни жила с мыслью, что красиво закрыла дедлайн, а тут из тумана на одной ноге вываливается неоформленный неликвид и начинает пояснять за качество матрицы.

Это как если бы вы пришли в налоговую, а за стойкой сидит ваш дед, которого списали ещё в девяностых, и спросонья спрашивает: «А чё, ставка НДС опять поднялась?»

Короче, клиффхэнгер на месте. Поставьте лайк, пока автор не решил, что Каю реально проще сдохнуть, чем заново заполнять документы на Станции. И черканите в комментах свои версии: Эрис пришла его спасать, ликвидировать или предложить ипотеку от Превознесенных под 20% и первоначальным взносом?

Глава 28. Взгляд с Неба (Часть 1)

Шум дождя в Секторе 4-А казался сплошной, тяжелой занавесью из серого гула. Капли размером с мелкую кость с сухим шипением пробивали плотную листву болотных вязов, выбивая из мокрого мха едкий, приторный запах прелости, разлагающихся грибов и холодной, сырой глины. Каждая секунда в этих джунглях была пропитана ядовитым дыханием четвертой ячейки. Но здесь, в сорока шагах от деревянной стены нашей деревни и в двенадцати метрах от вывороченного корня, между нами висела свинцовая, физически осязаемая тишина. Забрало скафандра Эрис уже было откинуто назад.

Ее бледное, суровое лицо проступало сквозь клубы пара, поднимавшегося от разогретого нейро-уплотнения на воротнике. Короткие пепельные волосы намокли от мелкой болотной мороси, слипшись на лбу аккуратными прядями, а под серыми глазами залегли темные, въевшиеся тени человека, живущего на искусственной стимуляции, сухих таблетках и регенерированном кислороде. На правой челюсти темнел аккуратный, ровный шрам от хирургического порта Станции - нестираемая метка армейской разведки.

Ее пальцы в облегающей перчатке из темно-серого композита шестого класса не дрожали. Они намертво сжимали анатомическую рукоять игольчатого растворителя «Игла-М», уперев тонкий титановый ствол мне прямо в центр груди - ровно между забинтованных ребер. На ее правое веко проецировался алый луч тактического сканера. Он непрерывно пульсировал, очерчивая мои контуры, титановую шину на моей сломанной левой голени, рваные края холщовой рубахи и неоновый лазурный огонь, бьющийся в левом глазу «Истина».

СИСТЕМА: СКАНИРОВАНИЕ ВНЕШНЕГО СУБЪЕКТА... Объект: Эрис (Статус: Лейтенант армейской разведки, Станция "Орион-Запад") Снаряжение: Скафандр класса "Спектр-4", Игольчатый растворитель "Игла-М"

ВНИМАНИЕ! Обнаружена фоновая передача данных: Буферизация зашифрованного пакета "Архив-Аномалия"... Таймер авто-отправки на Спутник: 00:01:45 Приоритет системы: Активация протокола "Изъятие и Жатва"

Я замер, едва перенося вес тела на носок левой ноги. Под сухой тканью штанов гудела голень: био-магнитное поле Анкера удерживало костные фрагменты в правильном положении, но нервные окончания транслировали тупую, выжигающую боль при каждом микро-смещении стопы. Мой затылочный чип буквально горел от входящих радиоимпульсов ее скафандра, ловя попытки её локальной системы пробить частоты. Она подготавливала автоматический транзит.

Через минуту и сорок пять секунд её "Спектр-4" сформирует узконаправленный микроволновый луч, который пробьет тучи и уйдет напрямую на спутник-ретранслятор Орбиты. В этом пакете будет всё: геопозиция нашего Боевого Щита, спектральный анализ Плазменного Ядра "Аурум-5", данные обо мне, видеозапись деревни и биометрические следы всех жителей Пепельного Клана. Если этот пакет улетит в сыром виде - Станция не станет разбираться. Превознесенные мгновенно вышлют Жнецов.

Меня заберут живым на операционный стол, чтобы препарировать мозг и вскрыть затылочный чип с админ-кодом, а Бранна, Сору и всех жителей Клана пустят на чистый био-молекулярный кэш для станционных лабораторий. Деревню превратят в стерильный загон для постоянной Жатвы.

Мы смотрели друг на друга сквозь степь болотной мороси. Я вглядывался в геометрию её скафандра, считывая глазом «Истина» распределение веса и малейшие импульсы сервоприводов. «Спектр-4» был модификацией глубокой разведки: зауженные сочленения на коленях, дополнительный контур охлаждения на лопатках и дублированный блок питания на левом бедре. Лейтенант армейской разведки - это не штурмовик в тяжелом композите, прессующий массой. Это человек, обученный бить в уязвимые узлы, мгновенно менять позицию и действовать в условиях одиночного автономного рейда.

Её стойка была безупречной. Правая нога слегка отведена назад, центр тяжести смещен на таз, локти прижаты к ребрам. Если я сделаю хоть один шаг без предупреждения, трехгранная игла с химическим растворителем вылетит из ствола со скоростью восемьсот метров в секунду. Моя шина не защитит грудную клетку.

- Около месяца... - её голос прозвучал тихо, с металлическим хрипом долго молчавшего человека. - Телеметрия спасательной капсулы зафиксировала детонацию при входе в плотные слои атмосферы. Твой отец был ликвидирован у главной консоли Хаба при попытке саботажа. Я лично вносила рапорт об утилизации твоего личного дела в архив Мониторинга.

Ее серые глаза сузились, сканируя разорванные швы на моей кожаной безрукавке и светящийся лазурный Ключ Пастуха на моей левой ладони.

- Я помню тебя, Кай, - добавила она, и её голос на секунду потерял уставную сухость. - Три года назад, на третьем инженерном горизонте «Ориона». Ты работал в смене Роберта, чинил катушки заземления на секторе «Бетта». В карточке учета твое личное дело стояло с пометкой «технический резерв». Тебя считали тихим парнем, который всю жизнь просидит за схемами калибровки.

- Люди меняются, когда им в лицо стреляют Наблюдатели - ответил я, не поднимая арбалета. Арбалет висел на ремне под левым локтем, и я даже не пытался к нему потянуться. Любое резкое движение пальцев могло спровоцировать авто-спуск игольника. - Мой отец погиб у меня на глазах. Аня и Марк сгорели у пультов за три секунды до того, как он затолкнул меня в аварийный шлюз.

Эрис не ответила на упоминание имен операторов. На Станции имена погибших вымарывали из логов через сорок восемь часов, заменив их на учетные индексы утилизации.

- Твой отец попытался взломать центральный ретранслятор - жестко сказала она. - Он нарушил приказ Совета. За это штурмовой блок получил санкцию на немедленную зачистку сектора.

- Он не саботировал ретранслятор - перебил я ее. - Он скачал логи Мониторинга и увидел, что Земля - это не выжженный ядовитый труп, а действующая Ячейка с миллионами выживших. Он понял, что Станцию кормят сказками про изоляцию, пока Превознесенные выкачивают из людей био-кэш.

- Откуда у тебя этот админский узел? - ее ствол винтовки качнулся на пару миллиметров вверх, упираясь в мое горло. - Откуда здесь боевой плазменный контур? И как ты выжил в секторе с радиацией выше нормы?

- Со Станции - ответил я. - Только ваш Чистильщик-Zero больше ничего никому не передаст.

При упоминании Zero ее челюсть сжалась так, что шрам на щеке натянулся белой нитью.

- Это ты сделал? - ее голос упал до ледяного тона. - Ты уничтожил группу зачистки? Дикари не способны пробить композит шестого класса. У них нет ни оружия, ни тактики.

- Дикари - нет - ответил я, превозмогая тупой укол в ноге. - А если знаешь слабые места конструктивной защиты энергоблока челнока - вполне.Тем более, что от группы остался только один охотник.

На налобном щитке Эрис проскочила сухая сервисная надпись. Ее скафандр прощупывал резервные частоты:

СИСТЕМА: ПОПЫТКА ИНИЦИАЦИИ ДУБЛИРУЮЩЕГО КАНАЛА (КВ-ДИАПАЗОН)... Статус: Поиск несущей частоты... Ошибка: Локальная частотная аномалия в радиусе 10 метров.

Эрис чуть заметно коснулась пальцем перчатки левого наплечника. На ее костюме стоял аварийный дублирующий передатчик, работающий через заземляющий шлейф в ботинках. Она пыталась пустить микроволновый импульс прямо по сырому грунту, используя мокрую глину как проводник для антенного контура.

Я увидел эту попытку раньше, чем импульс прошел два метра. Мой левый глаз мгновенно подсветил алые нити тока, поползшие от ее левой подошвы в грязь. Ключ Пастуха на моей ладони ответно запульсировал, посылая противофазную волну гашения. Алые нити на земле мгновенно размылись в серую россыпь искорок. Эрис скосила взгляд на свои ноги. В ее глазницах проскочил короткий, холодный всплеск понимания: перед ней стоял не просто выживший парень с арбалетом, а инженер, контролирующий электромагнитное поле вокруг себя. За моей спиной, у ворот деревни в сорока шагах, тихо и сухо щелкнул гидравлический механизм.

Это Бранн на палисаде перевел спаренные стволы Стража в режим ручной выверки цели. Спаренные пятидесятимиллиметровые стволы медленно повернулись на три градуса вправо, зафиксировав тепловую аберрацию скафандра Эрис. Слышно было, как со скрежетом встала на боевой взвод тяжёлая подающая лента.

Сора на вышке уже удерживала натянутую тетиву. Из-за её плеча виднелся стальной наконечник стрелы, в основание которого была вмонтирована мутная стеклянная капсула с едкой кислотой болотного волка. Стрела смотрела ровно в незащищенную зону - в шейный стык скафандра Эрис, открытый после откидывания шлема.

Эрис ощутила эту угрозу мгновенно. Ее налобный щиток издал тихий, частый писк, фиксируя жесткий перекрестный захват:

ВНИМАНИЕ: Обнаружен прицельный захват тяжелым орудием "Страж-02" Дистанция поражения: 38 метров. Вероятность пробития брони: 98% Дополнительная угроза: Стрелок на вышке. Вектор атаки - незащищенная зона шеи

Разведчица не дернулась. Ее дыхание осталось ровным, а палец на спусковой скобе винтовки не сместился ни на миллиметр. Она слегка изменила положение правой стопы, пытаясь найти угол, в котором ствол болотного вяза перекрывал бы прямой вектор обстрела турели. Но Бранн уже уловил это движение - гидравлика турели коротко зашипела, скорректировав угол на два градуса левее. Слепой зоны не было.

- Забавно - губы лейтенанта искривились в холодной, сухой ухмылке. - Ты окружил себя туземцами и думаешь, что контролируешь ситуацию? У меня на груди стоит аварийный телеметрический датчик, Кай. Если эти дикари спустят тетиву или турель сделает один залп - система зафиксирует падение моего пульса и выстрелит пакетом данных на Орбиту в ту же секунду. Без задержки. И через двенадцать часов в этот сектор войдут Жнецы.

- Поэтому я вышел один - спокойно сказал я. - И поэтому они не стреляют. - Таймер на моем интерфейсе продолжал беспощадный отсчет:

Таймер авто-отправки пакета: 00:01:12

Мне нужно было сбить этот автоматический транзит. Без выстрелов. Без прямого нападения. Если я попытаюсь атаковать её арбалетом или взломать скафандр в лоб, её реакция сработает раньше - игла в грудь, скачок пульса, мгновенный аварийный сброс данных на Спутник.

Мне нужен был другой путь. Серебристый Тень, стоявший у моих ног, медленно опустил голову к грязи. Волчонок ощутил электромагнитное напряжение, исходящее от скафандра. Тень бесшумно сделал три шага вбок, уходя в глубокую тень под вывороченным корнем болотного вяза. Его серебристая шерсть сливалась с серым туманом, а пассивное нейро-чутье начало генерировать узкий радиочастотный шумок.

Волчонок двигался без единого звука, огибая сломанные ветки вязов. Эрис заметила движение боковым зрением, но не могла перевести ствол винтовки с моей груди на мелкого зверя - смещение ствола хотя бы на десять сантиметров давало Соре окно для выстрела в шею.

- Прежде чем твой скафандр отправит этот рапорт - сказал я, выигрывая секунды, - скажи мне одну вещь. Зачем ты здесь? Собрать материал для Совета? Или проверить, кто сбил ваш Zero?

- Сектор 04-А числился мертвым - сухо ответила она, не переводя взгляда с моей груди. - Когда маскировка с вашего ретранслятора спала около месяца назад, на Станции зафиксировали неопознанный сигнал. Совет отправил разведку проверить, не пробилась ли сюда инфекция или чужой камуфляж. На Станции никто не ждал встретить тебя, Кай. Твой отец...

- Мой отец узнал правду. Он узнал, как используют и вас на Станции, и тех, кто остался на Земле. Он узнал, что потеря связи с поверхностью - это фальшивка. Совет Станции прислуживает Превознесенным, помогая им выжимать био-кэш из разорванных мутантов!

- А у нас был выбор?! - в ее голосе впервые пробилась сухая, яростная эмоция, смывшая холодную отстраненность. - Ты думаешь, на Орбите кто-то мечтает служить Превознесенным?! Мы не выбирали эту рабскую систему! Да, наши предки двести пятьдесят лет назад построили и Станции, и Ячейки для спасения человечества, но Превознесенные давным-давно перехватили контроль! Они заблокировали админ-доступ и держат Станцию на коротком поводке!

Ее грудь под композитом скафандра тяжело вздымалась.

- У нас на Станции нет нормальной еды! Замкнутый цикл очистки воды исчерпал ресурс пятьдесят лет назад! У нас генетическая деградация в четвертом поколении! Ты слышишь?! В четвертом! Превознесенные выделяют Станции норму очищенного био-кэша ТОЛЬКО за то, что мы обслуживаем их Иглы и систему Мониторинга! Если мы перестанем передавать данные и искать аномалии - нам перекроют кэш, и Станция вымрет через десять лет! Мы выживаем точно так же, как твои дикари в грязи!

Таймер авто-отправки пакета: 00:00:41

Пока она говорила, я медленно поднял левую руку. Не рывком - плавным, естественным движением, словно просто перехватывал удобнее ремень арбалета. Мой Ключ Пастуха на левой ладони вспыхнул тусклым, едва заметным лазурным светом. Сигнал ушел не по воздуху - он прошел через сырую, напитанную солями глину прямо под ноги разведчицы.

СИСТЕМА: Инициация локального протокола "Пастух-Интерцепт"... Поиск активных узлов передачи в радиусе 15 метров. Обнаружен узел: "Спектр-4" (ID: 884-Эрис) Канал связи: Ультракоротковолновый микроволновый массив. Попытка изолирования буфера передачи...

- Что ты?.. - Эрис резко нахмурилась.

На ее налобном щитке замигала желтая системная строка: ОШИБКА БУФЕРИЗАЦИИ: ВНЕШНЕЕ ПРЕРЫВАНИЕ СЕТИ.

- Я не даю тебе отправить рапорт, который погубит нас всех, - ответил я, осторожно перенося вес на здоровую ногу.

Тень в этот момент сделал короткий, молниеносный выпад из-под корней. Волчонок щелкнул зубами у левого наплечника скафандра, закорачивая своими нейро-помехами внешний экранированный кабель антенного контура, а Ключ Пастуха через почву вошел в прямое соприкосновение с логическим буфером ее скафандра.

Вспыхнула короткая синеватая искра. На щитке Эрис проскочила серия хаотичных символов, после чего экран замер на сухом системном сообщении:

ВНИМАНИЕ: Антенный стек заблокирован внешним административным прерыванием. Пакет "Архив-Аномалия" заморожен в локальном буфере. Внешняя несущая частота: НЕДОСТУПНА.

Автоматическая отправка сорвалась. Таймер сбросился в ноль. Но винтовку из рук она не выпустила. Тонкий ствол игольчатого растворителя по-прежнему смотрел мне прямо в грудь. Никаких лишних движений. Палец Эрис лежал на спусковой скобе - плотно, без дрожи. Офицеров армейской разведки Станции не учили паниковать при потере связи. Их учили хладнокровно оценивать угрозу и действовать по ситуации. Сзади, у частокола, глухо щелкнул гидропривод турели. Спаренные стволы Стража-02 чуть опустились, взяв скафандр Эрис в жесткий, бескомпромиссный захват. На вышке Сора слегка изменила угол наклона лука: стрела с кислотной капсулой теперь смотрела ровно в яремную вену на шее разведчицы. Из травы у ворот поднялся кислотный волк Сумрак, тихо роняя на мох густую, шипящую слюну.

Дистанция - двенадцать метров.

Это была идеальная тактическая ничья. Мексиканский тупик. Если она нажмет спуск - трехгранная игла прошьет мое легкое насквозь. Через полсекунды турель Бранна превратит ее композитный скафандр в месиво из титана и плоти, а стрела Соры добьет то, что останется. Но ее смерть ничего не изменит для Станции, потому что пакет данных уже изолирован в локальном буфере и не улетит на Спутник. Эрис это прекрасно понимала. Ее серые глаза быстро скользнули по стволам турели, по наконечнику стрелы, по химическим ожогам на мху у лап волка. Ни тени истерики. Только сухой, профессиональный расчет рисков.

- Кай - негромко позвала Сора с вышки. Голос девушки звучал ровно, но тетива Шелеста вибрировала от предельного натяжения. - Она опасна?

- Да - ответил я, не отводя взгляда от ствола игольника. - Опусти лук, Сора. Не дергайся.

Я снова посмотрел на лейтенанта - Твой передатчик заглушен, Эрис. Если нажмешь спуск - я труп, но пакет на Спутник все равно не уйдет. А тебя здесь срежут за одну секунду.

Она молчала еще четыре секунды. Оценивала угол обстрела турели, скорость натяжения тетивы, мою травму, положение волчонка у ее ног.

Затем ствол ее винтовки плавно, без резких движений опустился на двадцать градусов - в землю. Предохранитель она не включила.

- Ты заглушил антенну - голос Эрис прозвучал тихо, жестко и отстраненно. - Но через двенадцать часов Станция зафиксирует пропуск сеанса связи. В журнале Мониторинга появится отметка о потере разведгруппы. Автоматика сочтет сектор зоной активной угрозы, и сюда отправят тех, кто не задает вопросов. Сюда придут Жнецы.

- Знаю - ответил я. - Поэтому ты пойдешь со мной за купол. Не как пленная и не как враг. Нам нужен общий рапорт с твоим подтверждением, чтобы закрыть этот сектор консервацией.

Эрис коротко посмотрела на ворота деревни, за которыми в сумерках мерцала полупрозрачная стена Боевого Щита.

- Винтовка остается при мне.

- Пока держишь стволом в землю - держи - ответил я. - Пошли.

Она не стала спорить. Не сделала ни одного лишнего движения. Лейтенант разведки Станции Орион-Запад шаг за шагом пошла за мной к воротам Пепельного Клана - вооруженная, опасная, собранная, готовая к любому повороту, но принявшая единственное разумное решение в ситуации, где у обеих сторон на кону стояла жизнь.

Глава 28. Взгляд с Неба (Часть 2)

До частокола мы шли в полном, тяжелом молчании. Каждый шаг по раскисшей глиняной колее отдавал в поврежденную левую голень тупой, пульсирующей болью. Био-магнитный контур Анкера удерживал костные фрагменты от смещения, но не глушил нервные окончания полностью. Я наступал на носок, опираясь на Ключ Пастуха, пока Тень бесшушно трусил у моего бедра, не спуская янтарных глаз с разведчицы.

Эрис шла позади, на полшага правее. Ствол ее игольчатого растворителя «Игла-М» смотрел ровно в сырую грязь под ногами, но указательный палец оставался на спусковой скобе. Она не опустила оружие за спину и не расслабила плечи. Ее композитный скафандр класса «Спектр-4» глухо поскрипывал сочленениями при каждом маневре, а встроенные в подошвы пьезо-компенсаторы гасили звук соприкосновения с мокрым деревянным настилом. Это не был человек, которого вели под конвоем. Это был лейтенант армейской разведки, временно согласившийся на прекращение огня ради оценки обстановки, сбора данных и поиска уязвимостей в нашей обороне.

На палисаде тяжелая створка ворот приоткрылась ровно настолько, чтобы пропустить двоих. Бранн стоял прямо за створкой. Огромный вождь не выпускал рукоять турели «Страж-02» - спаренные пятидесятимиллиметровые стволы продолжали сопровождать фигуру Эрис, пока она не переступила полупрозрачную лазурную кромку Силового Щита.

За его спиной, у бруствера первой линии траншей, замерли подростки Нира. Пятнадцатилетние парни из "Адептов Стали" сжимали самодельные титановые копья побелевшими от напряжения пальцами. В их глазах смешались страх и дикое, нескрываемое любопытство: они впервые в жизни вблизи видели человека в настоящей броне Орбиты, о которой старики слагали жуткие легенды.

Чуть дальше, у перекрестка между жилыми земляными хижинами, стоял Гарн. Однорукий ветеран оперся единственной ладонью на бревенчатый упор, держа свой роговой лук наготовленным. Даже без одной руки этот человек, очищенный мной от Одичания и сохранивший сухую силу 12-го уровня, излучал тяжелую, выверенную угрозу старого волка.

Как только мы оказались за воротами, Сора спрыгнула с вышки на дощатый настил. Без единого звука. Тетива ее блочного лука «Шелест» была спущена, но кислотная стрела оставалась на полке, прижатая подушечкой указательного пальца.

- Закрывайте - сказал я повернув голову к воротам.

Тяжелые створки сошлись с глухим стуком, и массивный засов из мореного дуба с титановыми накладками встал в гнезда.

Эрис остановилась посреди главной улицы деревни. Налобный щиток ее скафандра издал тихий, частый зуммер - визор непрерывно сканировал окружающие метрики, и показания датчиков явно ломали все служебные инструкции Станции, заложенные в память ее тактического костюма:

СИСТЕМА СКАФАНДРА: ПЕРИФЕРИЙНЫЙ СКАН... Силовой периметр: Стационарный плазменный контур класса "Аурум" (Стабилен).

Субъект "Бранн": Мутагенный Индекс 15%. Плотность мышечных волокон превышает норму человека на 140%. Признаки деградации лобных долей: отсутствуют.

Субъект "Сора": Мутагенный Индекс 12%. Скорость синаптической реакции: предельная.

Субъект "Гарн": Мутагенный Индекс 18%. Активный генотип 12-го ранга.

Радиационный фон в черте периметра: 0.02 мР/ч (Стерильный сектор).

ОШИБКА БАЗЫ ДАННЫХ: Отсутствуют патологические маркеры Одичания 3-й стадии.

Она медленно повернула голову, осматривая глубокие дренажные канавы, выложенные диким камнем, аккуратные ряды укрепленных землянок, настилы из мореного бруса и титановую пятиметровую стелу Анкера-04 в центре поселка. В основание стелы было вогнано Плазменное Ядро «Аурум-5», снятое нами со сбитого челнока «Zero». Белый, глубокий свет реакторной ямы заливал весь внутренний двор. Эрис сделала шаг к Аматору, ее визор вспыхнул алой сеткой анализатора.

- Где вы взяли экранирование? - спросила она. Голос прозвучал сухо, без иронии, но в нем пробивалось напряжение и шок. - Этот реактор должен был выжечь грунт в радиусе километра. По нашим расчетным моделям, поверхностные субъекты в четвертой ячейке не способны выжить рядом с открытой плазменной фазой дольше трех суток. Почва должна спечься, а ткани людей - разрушиться от лучевого некроза.

- Потому что ваши расчетные модели строятся на отчетах Наблюдателей - ответил я, опираясь на Ключ Пастуха. - А Наблюдателям плевать на биологию людей. Они видят только цифры сырого сбора.

Я указал на основание стелы, где под пластом раскаленного кварцевого песка пролегали лазурные жилы заземления. - Я замкнул магнитный контур Ядра через тугоплавкую титановую подложку челнока и кварцевую жилу ручья. Плазма не уходит в почву - она закольцована в стоячую волну, питающую Боевой Щит и турель. Никакой радиационной утечки.

Эрис замерла, вглядываясь в структуру лазурных нитей, вьющихся по титановой обшивке стелы. - Это фазовый резонанс второй категории... - прошептала она. - На Станции такие схемы преподают только на старших курсах инженерно-космического факультета. Откуда у дикарей титановые шины заземления?

- Дикари здесь только в ваших отчетах - хмыкнул я.

- Кай - позвал меня Бранн. Вождь спустился с помоста турели, его лазурные контуры на руках мягко пульсировали в сумерках. Он не отрывал тяжелого взгляда от чужачки, держащей винтовку стволом в землю. - Кто это?

- Лейтенант армейской разведки Станции «Орион-Запад» - ответил я. - Зовут Эрис.

Возвышаясь над женщиной, Бранн нахмурился, разглядывая гладкие композитные пластины ее скафандра, подогнанные без единого зазора.

- Очередная ищейка с неба. Они прислали ее доделать работу за сбитым челноком?

- Она пришла проверить, почему замолчал корабль - сказал я. - И если через несколько часов с ее скафандра не уйдет подтверждение, сюда спустят не человеческих штурмовиков. Сюда придут Жнецы.

При слове «Жнецы» даже лицо Бранна на мгновение застыло. Жители Пепельного Клана не знали структуры Орбиты, но память о трехметровых белых фигурах с зеркальными лицами передавалась среди охотников как древний ужас. С ними не воевали. От них просто оставалась выжженная, запекшаяся глина.

- И что ты предлагаешь? - Бранн сжал рукоять «Сокрушителя». - Мы не отдадим наш дом.

- Никто ничего не отдает - я повернулся к Эрис. - Идем в хижину. Нам нужно составить рапорт до того, как истечет контрольное окно автоматики.

В моей хижине пахло подсушенной полынью, чесночным соком, паленым воском и старой титановой стружкой. Я зажег масляный светильник, закрепив его на бревенчатой балке под потолком. Тусклый желтый свет залил деревянный стол и лавки.

Эрис опустила винтовку на деревянный стол, но оставила ее стволом в сторону стены - ровно в пределах быстрого хвата своей правой перчатки. Шлем ее скафандра был откинут назад еще в лесу, и теперь, в сухом теплом воздухе хижины, на ее бледных щеках выступили мелкие капли пота.

Она села на край тяжелой бревенчатой скамьи, разглядывая свои композитные перчатки, покрытые болотной грязью.

- На Станции нам показывают другие сводки - задумчиво произнесла она, глядя на огонек светильника. - В отчетах Мониторинга написано, что выжившие на поверхности теряют способность к членораздельной речи в последствии неконтролируемого поглощения эссенций, а их ДНК полностью разрушается из-за радиации.. Нам крутят записи с беспилотников: бессмысленные мутанты, рвущие друг друга на куски в ямах.

- Ну... это недалеко от правды. Так и было - ответил я, садясь напротив нее и вытягивая поврежденную ногу. - Пока они пили сырые эссенции без фильтрации кода.

Я поднял левую руку. Ключ Пастуха на моей ладони слабо запульсировал лазурным светом, отбрасывая тонкие геометрические тени на бревенчатые стены хижины.

- Эту Систему двести пятьдесят лет назад создали не Превознесенные, Эрис, - тихо сказал я. - Ее создали наши с тобой предки. Человеческие инженеры и генетики Земли перед Катастрофой. Станции на Орбите, купольные Ячейки на поверхности, нейро-татуировки, био-адаптеры - это был ГЛОБАЛЬНЫЙ МЕДИЦИНСКИЙ ПРОТОКОЛ СПАСЕНИЯ. Он разрабатывался для того, чтобы человеческие тела могли на лету перестраиваться и перерабатывать яды отравленной планеты.

Эрис подняла на меня глаза. В ее серых зрачках не было ничего, но проступала глухая, въевшаяся в кости усталость.

- А Превознесенные - продолжал я,- эти эгоистичные пост-люди, ушедшие в бессмертие, просто совершили переворот. Но это пока только догадки, конкретного на станции мы практически ничего не нашли. Они перехватили управление, заблокировали административный уровень доступа - Ключ Пастуха - и оставили людям только урезанный, «грязный пользовательский код». Из-за этого код эссенций вызывает рак, уродства и Одичание. Они превратили проект спасения в био-ферму, а вас на Станции - в своих подневольных надзирателей.

- Ты думаешь, на Станции кто-то знает про этот «админский код»? - ее голос прозвучал с горькой усмешкой. - Нас с детства учат уставу, тактической стрельбе и регламенту обслуживания ретрансляторов. Нас четыреста тысяч человек на "Орионе", Кай. Четыреста тысяч людей, запертых в стареющих стальных модулях, где половина гидропоники поражена грибком, а очищенная вода пахнет переработанной медью. Мой отец умер в сорок два года от полиорганной недостаточности. Моя мать не смогла выносить второго ребенка - плод замер на четвертом месяце из-за радиационных протечек обшивки.

Она сжала кулаки в перчатках: - Превознесенные выделяют Совету Станции очищенные стабилизаторы строго по нормативу! Сдал норматив по обслуживанию Иглы - получил контейнер с очищенным био-кэшем для больниц. Не сдал - в твоем жилом секторе отключают регенерацию воздуха на три часа в сутки. Мы не «хозяева Земли», Кай. Мы такие же заложники, просто наша клетка висит на высоте четырехсот километров.

Сора, стоявшая у дверного проема со скрещенными на груди руками, медленно опустила взгляд. Охотница впервые слышала, как лейтенант с неба говорит о своей жизни не с надменным высокомерием, а с той же самой глухой тоской, с какой старики клана вспоминали замерзающие зимой землянки.

- Поэтому мы не станем стрелять друг в друга, - тихо сказал я. - Если ты отправишь правдивый рапорт о том, что я жив, а у дикарей есть чистый геном и стабильный реактор - сюда придут Жнецы. Они забракуют этот сектор, меня вскроют на анатомическом столе, а жителей деревни пустят на сыворотку. И ваша Станция не получит ничего, кроме очередного пайка с сухой био-массой.

- Что ты предлагаешь внести в рапорт? - спросила Эрис, глядя прямо мне в глаза.

- Правду, смешанную со служебным регламентом - ответил я, доставая из сумки интерфейсный шнур и подключая его к диагностическому гнезду на ее правом наплечнике. - Мы зафиксируем факт падения челнока «Zero». Подтвердим, что его плазменный реактор пошел вразнос и вызвал критическую термическую детонацию. Радиационный фон в Секторе 4-А - свыше ста двадцати миллирентген в час. Полезный выход био-кэша - ноль.

Эрис отрицательно качнула головой - ИИ Мониторинга не примет такой рапорт без подтверждения с орбитального оптического узла. Они наведут спутниковые сканеры на эту точку. Если они увидят Силовой Щит и живые постройки - рапорт признают фальсификацией.

- Они не увидят купол. Я уже сузил Анкер-04 до ста пятидесяти метров и перевел плазму в режим преломления. Сверху здесь будет видно только пятно выжженного леса и тепловое марево от остывающего кратера. Но чтобы закрыть сектор от повторных дронов, нужен официальный карантин. Ты должна запросить протокол «Консервация».

- На какой срок?

- На сто восемьдесят дней. Полгода.

Эрис на мгновение замерла, судорожно просчитывая армейские инструкции Станции:

- Полгода - предельный срок для зон термического заражения третьего класса. Совет утвердит его без вопросов, потому что гонять поисковые челноки в сектор с нулевой отдачей ресурсов им тупо не по карману. Спутники просто переведут фокус сканирования на двадцатую Ячейку, где сейчас идет активный сбор. Но для утверждения такого рапорта требуется моя официальная биометрическая подпись. Личный жетон и сканирование сетчатки на закрытом канале.

Я придвинул к ней переносной терминал связи, снятый мной со скафандра. - Поэтому я и привел тебя сюда, а не оставил в джунглях.

Она посмотрела на зеленый дисплей терминала, затем на свои руки.

- Если я это сделаю, Кай, обратно дороги не будет. Если через шесть месяцев кто-то из Мониторинга вскроет эту ложь - меня спишут на утилизацию в рециркулятор в течение часа. Лейтенантов за дезинформацию Совета не судят, их сразу пускают на био-шлак.

- Через шесть месяцев, Эрис - я встретил ее взгляд, - нам всем придется драться за то, чтобы не пойти на утилизацию. Но эти шесть месяцев дадут нам главное - время.

Она глубоко выдохнула, зафиксировала дыхание, как вбивали в армейских учебных центрах Станции, и наклонилась к оптическому окуляру терминала. Молчала она долго.

П-Ш-Ш!

Тонкий алый луч сканера ударил в ее серый зрачок, считывая уникальный рисунок капиллярной сетки и авторизационный чип личного дела.

СИСТЕМА СВЯЗИ ОРБИТАЛЬНОГО МОНИТОРИНГА: Авторизация офицера: Лейтенант Эрис (Личный номер: 884-Р.) Формирование оперативной сводки по Сектору 04-А (Ячейка 04)... Ввод служебного обоснования: Термическая детонация энергоблока "Zero". Радиационный фон: 124 мР/ч. Биологическая активность: Аннулирована. Запрос директивы: Протокол "Консервация" (Срок: 180 суток). Подтверждение биометрии: УСПЕШНО.

Пальцы Эрис уверенно легли на сенсорную панель, подтверждая ввод контрольной суммы. Секунда. Две. Три. Внутри терминала сухо щелкнуло электромагнитное реле, и на зеленом дисплее вспыхнула короткая служебная строка ответа с главных серверов Орбиты:

ДИРЕКТИВА СОВЕТА МОНИТОРИНГА УТВЕРЖДЕНА. Сектор 04-А переведен в статус: КАРАНТИН / КОНСЕРВАЦИЯ. Автоматический мониторинг приостановлен на: 180 СУТОК. Приоритет ресурсов перенаправлен на внешнюю Ячейку 20.

Лейтенанту Эрис предписано: Возврат на базовый челнок для эвакуации. Эрис убрала руку от сенсорной панели. Ее плечи заметно опустились, выдав накопившуюся тяжесть.

- Рапорт принят серверами. Для Станции этот сектор мертв на следующие полгода. Спутники уже перевели фокус сканеров в сторону двадцатой Ячейки, где идет активная фаза сбора.

- А твое предписание на возврат? - спросила Сора у двери.

Эрис горько усмехнулась, взглянув на поврежденный блок внешней антенны на своем наплечнике:

- Внесу в локальный лог, что посадочный модуль челнока поврежден кислотными испарениями, а навигационный чип сгорел. У меня есть запас аварийных брикетов в челноке на две недели. Но потом... мне придется искать еду здесь.

- В деревне есть вяленое мясо и чистая вода, - сказал Бранн, сделав шаг в хижину. Огромный вождь посмотрел на разведчицу уже без прежней слепой враждебности - как на сильного воина из чужого племени, оказавшегося в одной траншее. - Если умеешь держать оружие и не гадишь в общий колодец - место у костра найдется.

Эрис суховато кивнула, принимая этот жест: - Договорились, вождь.

Я поднялся со скамьи, превозмогая тупую боль в голени, и вышел на улицу. Над Пепельными болотами опускалась тяжелая, глухая ночь. Лазурный купол над головой больше не светился ослепительным неоном - он превратился в еле заметную полупрозрачную рябь, дрожащую прямо над бревенчатыми верхушками частокола.

Сто восемьдесят дней. Ровно полгода невидимости, за которые мы должны были сделать невозможное: укрепить форт, освоить нейро-синхронизацию оружия, найти способ не попасться Болотным Тиранам и подготовить людей.

Глава 29. Снова отсчет

Утро в Секторе 4-А началось не с рассвета, а с того, что темнота просто сменилась тяжелой, оловянной мглой. Дождь, хлеставший всю прошлую ночь, наконец выдохся, оставив после себя вязкую, холодную сырость, которая липла к коже и забиралась под любую одежду.

Я сидел на перевернутом титановом ящике из-под бортового инструмента челнока "Zero", вытянув левую ногу. Отек вокруг голени спал благодаря магнитному фиксатору Анкера, но стоило мне чуть сильнее перенести вес на пятку, как в кость вонзалась тупая, раскаленная игла. Чуда не произошло: обломки большеберцовой кости держались в силовом поле, словно в невидимом гипсе, но биология брала свое. Организм требовал покоя, кальция и времени, а ни того, ни другого у нас не было.

Перед ящиком стоял Бранн. Вождь держал в руках кусок гладкого аспидного сланца, на котором куском мела были нацарапаны кривые столбики цифр.

- Вот, Кай. Пересчитали, как ты просил. По головам, - Бранн сплюнул под ноги и протянул мне сланец.

Я взглянул на камень. Всего: 84 Взрослых мужчин: 32 Стариков и калек: 18 Женщин и детей: 34

- Тридцать два - медленно повторил я, глядя на вождя снизу вверх. - Твой системный реестр показывает тридцать два человека, способных держать оборону на частоколе.

Бранн издал глухой, невеселый смешок. - Реестр твой железный, железом и думает. Для Анкера любой, у кого две руки и рост выше полутора метров - боевая единица. А по факту? Забыл, кого старый Шаман потащил на клятвенный камень, когда тираненок гнался?

Я помолчал. Память услужливо подкинула воспоминания трехнедельной давности: гибель охотников в протоках, панику, окровавленные тела, брошенные в тине.

- Шаман забрал с собой всю костяковую дружину - загибая толстые, покрытые шрамами пальцы. - Всех, кто ходил на матерых вепрей, кто умел кидать копье на сорок шагов и не срался при виде пасти. Из тех тридцати двух, что на камне нарисованы, настоящих бойцов - я, Гарн да Сора с Торином. Ну, Нир еще сгодится, хоть он больше кузнец, чем охотник. А остальные?

Вождь ткнул пальцем в сторону дымящихся землянок:

- Михей - смолокур. Пятьдесят лет смолу варит, пальцы смолой склеены, лук в руках дрожит. Ворг - заготовщик вязового кряжа, у него кисть оторвана, вместо руки костяной нарост. Трое рыбарей, четверо кожемяк, дровосеки, подростки пятнадцатилетние. Они копьем только рыбу в заводи глушить умеют. Если сюда придет нормальный штурмовой отряд - это не дружина будет. Это будет мясо. Забойный скот.

- Значит, сделаем так, чтобы штурмовой отряд сюда не пришел - ответил я, опираясь рукой на деревянный шест и осторожно приподнимаясь. В колене тут же отозвалось острой болью, и я скрипнул зубами. - И начнем с маскировки.

Я сделал три медленных, выверенных шага к центральной стеле Анкера-04. Пятиметровый титановый монолит слабо гудел. С тех пор как мы вмонтировали в его основание плазменное ядро "Аурум-5", вокруг камня постоянно пахло озоном, а земля в радиусе трех метров была сухой и теплой.

Я приложил левую ладонь к сенсорной панели на высоте груди. Ключ Пастуха отозвался мгновенно: под кожей вспыхнули лазурные дорожки, сливаясь с системными шинами монолита.

СИСТЕМА: Анкер-04. Источник: Ядро AU-5 (Статус: Стабилен). Текущий радиус Боевого Щита: 1500 м. Потребление мощности: 78% (КРИТИЧЕСКИЙ ТЕПЛОВОЙ СБРОС). Температура реакторного колодца: 480°C. ВНИМАНИЕ: Опасность обнаружения орбитальными сканерами по инфракрасному контрасту.

- Орбита ищет не только радиосигналы, - проговорил я, не оборачиваясь. Бранн подошел ближе, заглядывая через мое плечо на мерцающие строки. - Они сканируют сектор в тепловом спектре. Наш щит сейчас горит в ночи как факел. Даже если Эрис отправила рапорт о гибели сектора, любой спутник с инфракрасной оптикой увидит яркое пятно от нас посреди холодных болот.

- И что делать? - нахмурился вождь.

- Сжимать. И прятать тепло.

Я провел пальцем по интерфейсу, вызывая инженерную раскладку контуров. КОМАНДА: Реконфигурация силового барьера. Радиус: 150 м (по внешнему периметру бревенчатого частокола). Режим: [ПАССИВНОЕ МАРЕВО / СТЕЛС-ПРЕЛОМЛЕНИЕ]. Частота оптического рассеивания: 430–750 нм.

Над деревней что-то неслышно щелкнуло. Воздух дрогнул. Свечение погасло. Вместо него воздух над бревенчатой стеной подернулся едва заметной, маслянистой рябью - словно над раскаленной печной трубой в морозный день.

- Теперь сверху деревня выглядит как выгоревшая лесная прогалина - выдохнул я, чувствуя, как пульсирует жилка на правом виске. - Оптический диапазон мы закрыли. Но тепло...

Я повернулся к восточной стороне форта. Там, за вторым рядом частокола, в глубокой траншее лежали толстые медные шины, выдранные нами из силового отсека челнока "Zero".

- Бранн, зови дровосеков и Нира. Нам нужно пробить дренажный канал от охладителя Анкера к подземному плавуну. Весь жар от плазменного ядра мы сбросим в грунтовые воды, на глубину около восьми метров. Болотная жижа холодная, она проглотит температуру без поверхностного пара. Если сделаем грамотно - для орбитальных тепловизоров мы станем неотличимы от окружающего мха.

Вождь молча кивнул, оценив логику, и развернулся в сторону жилых землянок.

К полудню в форте стоял сплошной, тяжелый стук топоров и хруст сырой древесины. Я сидел на расчищенном бревне у северного угла, положив рядом деревянный костыль. Ходить было мучительно, но сидеть сложа руки я не имел права. На коленях у меня лежала доска с нацарапанной схемой первого жилого сруба.

Старые землянки Пепельного Клана были ужасны. Вырытые прямо в торфе, с низкими накатами из тонких жердей, они сочились черной болотной жижей при каждом затяжном дожде. Люди спали на гнилой соломе, дышали плесенью и угарным чадом от примитивных очагов без дымоходов. В таких условиях даже очищенный от мутаций организм быстро сдавал позиции перед банальной чахоткой и ревматизмом.

- Не так, Михей! - крикнул я, приподнимаясь на здоровой ноге и опираясь на шест. - Не клади нижний венец в глину! Через две весны бревно превратится в труху, и весь угол завалится!

Смолокур Михей - коренастый, плечистый мужик лет пятидесяти с седой щетиной на тяжелой челюсти - опустил широкий топор и вытер мокрый лоб грязным рукавом.

- А куда ж его класть? - хрипло отозвался он. - Испокон веков на мох клали. Землянка глубже сидит - теплее держит.

- Землянка сырость держит, а не тепло - ответил я, подзывая его взмахом руки. - Смотри сюда.

Михей подошел, переступая через комья глины. Следом за ним подтянулись еще трое мужиков с топорами и старый Ворг.

Ворг был примечательной фигурой. Десять лет назад ящер отхватил ему левую кисть по самое запястье. Сырая выжимка мутантов, которую шаманы вливали раненым, тогда спасла ему жизнь, но исказила ткани: вместо пальцев у Ворга вырос массивный, бугристый костяной нарост, формой напоминающий тяжелый кузнечный молот или тупой обух. Кожа вокруг нароста была темно-серой, потрескавшейся, с багровыми прожилками, а костяной нарост тускло лоснился на сыром воздухе.

- Вот сюда - я указал концом шеста на вырытые по углам будущей избы ямы глубиной по колено. - На дно каждой ямы засыпаем слой кварцевого щебня. Сверху кладем титановые обрезки от обшивки челнока - Нир нарубил пластин по сорок сантиметров. Титан не ржавеет и не гниет. На него ставим вертикальные стойки из мореного вяза, а уже на них, на высоте полуметра от земли, врубаем первый окладной венец.

Мужики переглянулись. В глазах Михея читалось недоверие человека, привыкшего жить в норе.

- Это ж сколько лишней работы - проворчал один из дровосеков, молодой парень с иссеченным щекой лицом. - Лесины тяжелые, вяз в три обхвата...

- Зато под полом будет гулять сухой воздух - отрезал я, поморщившись от внезапного прострела в сломанной голени. Я опустился обратно на бревно, тяжело переводя дух. - Болотный вяз в воде не гниет, он от сырости только каменеет, как железо. А в сухом срубе ваши дети перестануь заболевать при первых холодных ветрах. И конопатить пазы будем не просто мхом.

- А чем еще? - нахмурился Ворг, глухо постукивая своим костяным обухом по стволу сваленного дерева.

- Триадой. Сухой белый мох берет объем. Жирная белая глина запечатывает щели от ветра наглухо, чтобы тепло не выдувало. А толченый древесный уголь в пазах не даст завестись грибку и впитает радиационную муть из воздуха. Понятно?

- Мудрено - протянул Михей, разглядывая чертеж на доске. - Но складно. Вяза у нас у протоки хватает. Валить тяжело - топор звенит, будто по чугуну бьешь, зато стоит веками.

- Вот и валите - я посмотрел на Ворга. - А ты, Ворг, подойди. Очередь твоя подошла.

Мужики разом притихли. Шум на стройплощадке стих. Даже подростки Нира, таскавшие охапки ивовых прутьев для окопных фашин, остановились, глядя в нашу сторону.

Все знали, что утром я очистил Михея и еще четверых смолокуров. Они видели, как у Михея побледнели и очистились страшные багровые рубцы на шее, как распрямилась его спина и ушел мутный, звериный блеск из глаз. Но случай Ворга был другим.

Старик медленно шагнул вперед, пряча левую руку за спину.

- Не надо мне ничего чистить - глухо произнес он, глядя исподлобья.

- Ворг, у тебя Мутагенный Индекс - шестьдесят восемь процентов, - спокойно сказал я, активируя режим диагноста в Ключе Пастуха. Глаз "Истина" подсветил его тело: сосуды левого предплечья светились грязным багровым цветом, а костяной нарост буквально пульсировал нестабильным системным шумом. - Еще десяток процентов, и ты перестанешь узнавать людей, начнешь жрать сырую падаль и выть по ночам. Ты на пороге превращения в дикую тварь.

- Зато я бревно этим наростом придерживаю лучше любого клина! - вдруг огрызнулся старик, и в его голосе прорезалась глухая, отчаянная злость. Он выдернул руку из-за спины и с силой опустил костяной обух на вязовый кряж. Раздался тяжелый, глухой стук. Древесина треснула, но нарост даже не поцарапался. - Я сорок лет в лесу! У меня пальцев нет! Очистишь меня добела - и что останется? Обрубок гладкий? Кожа розовая? Чем я бревно держать буду? На чьем горбу сидеть стану? Меня ж бабы в овраг выбросят, как дармоеда!

На поляне повисла тяжелая тишина. Мужики опустили глаза. В первобытном клане закон был прост: не можешь работать - не ешь. Потеря полезного уродства для Ворга была страшнее мучительной смерти от одичания.

Я посмотрел на его руку. Потом на Ключ Пастуха на своей ладони.

- Садись - сказал я тише, указывая на край бревна рядом с собой.

- Я не стану выжигать твой нарост - произнес я, раскрывая левую ладонь. Лазурный узор на коже вспыхнул ровным, мягким светом. - Мы не на Станции, где людей подгоняют под стандарт каталога. Твоя кость уже срослась с сухожилиями. Но багровый яд в твоих сосудах убивает твой мозг. Я изолирую мутацию. Поставлю системный барьер вот здесь, - я указал пальцем на локтевой сгиб. - Ниже локтя твой нарост останется таким же твердым. Выше локтя - кровь станет чистой.

Ворг заколебался, но сел, тяжело дыша. Старик недоверчиво посмотрел мне в глаза:

- Не врешь?

- Сейчас все сам увидишь.

Я положил ладонь с Ключом Пастуха на его предплечье, чуть выше запястья. СИСТЕМА: Инициация избирательной компиляции генома... Объект: Ворг (Заготовщик). Исходный МИ: 68%. Режим: ИЗОЛЯЦИЯ ЛОКАЛЬНОГО АДАПТИВНОГО ФРАГМЕНТА. Выделение костной структуры: ЗАФИКСИРОВАНО. Фильтрация восходящего мутагенного потока...

Ворг зашипел сквозь сжатые зубы. Мышцы его руки натянулись как стальные тросы. Из-под ногтей на здоровой руке выступила темная, маслянистая сукровица. Я чувствовал, как сквозь мой Ключ Пастуха идет встречная волна чужого биологического мусора - хаотичный, кривой код болотных ящеров, который сорок лет жрал его тело изнутри.

Интерфейс перед глазами мигнул красным: ВНИМАНИЕ: Нагрузка на синаптический мост Интегратора: 84%. Расход Выносливости: -22 ед. (Остаток: 18/180). Критическое падение резерва нейро-глюкозы.

В висках словно взорвалась граната. В глазах потемнело, к горлу подступила тошнота, а из правой ноздри на губу капнуло горячим и соленым. Я сжал зубы до хруста, удерживая фильтрующий контур еще три секунды, пока багровые нити на плече старика не побелели, уступая место чистой, здоровой коже.

Ниже локтя нарост остался прежним - тяжелым, серым, монолитным. Но дикое, воспаленное покраснение спало, а сосуды вокруг него затянулись прочной соединительной тканью.

Результат: МИ стабилизирован на отметке 22% [БЕЗОПАСНАЯ ЗОНА]. Деградация коры головного мозга остановлена. Функциональный анатомический фрагмент сохранен.

Я разжал онемевшие пальцы и бессильно откинулся назад, уперевшись плечом в частокол. Сердце колотилось в горле как сумасшедшее, перед глазами плавали серые круги. Шестеро за утро. Всего шестеро человек - и я был выжат досуха, словно пробежал марафон со сломанной ногой. Ворг поднял руку. Пошевелил плечом, сжал мышцы предплечья. Нарост послушно качнулся, отвечая на импульс сухожилий, но мутная пелена в глазах старика пропала. Взгляд стал ясным, человеческим.

- Не болит - прошептал он с каким-то детским изумлением, ощупывая локоть здоровой рукой. - Впервые за десять лет в кости не ноет.

Он посмотрел на меня, потом на пятно крови у меня под носом, тяжело поднялся и низко, по-медвежьи склонил голову:

- Спасибо, Кай. Пойду вяз валить. Сделаем избы, как сказал.

Мужики молча разошлись по рабочим местам. Никто не проронил ни слова, но теперь бревна под топорами звенели иначе - увереннее, злее.

К трем часам дня я хромал в сторону караульной вышки у южных ворот, волоча за собой деревянный шест. Каждое движение отзывалось тупым пульсом в голени, но оставаться на месте я не мог.

Возле внешнего рва работа кипела под командой однорукого Гарна. Ветеран двенадцатого уровня стоял на краю вырытой траншеи, придерживая культей край тяжелого бревна, пока трое подростков вбивали в дно березовые колья.

- Плотнее вяжите прут, щенки! - рявкал Гарн, и его хриплый голос перекрывал шум ветра. - Фашина должна быть тугой, как бедренная жила вепря! Если жижа пойдет в ров - стенка поплывет, и вас прямо в этой грязи похоронит!

Быстро схватывает. Стенки траншеи обшивали плетеными щитами из ивовых ветвей, закрепляя их толстыми кольями. На дне уже виднелся дренажный желоб из расколотых вдоль бамбуковых стволов, уходивший далеко в сторону трясины. Я остановился у края, тяжело переводя дыхание. И тут же заметил ее.

Эрис сидела на срубленном пне в двадцати шагах от траншеи, в тени недостроенного сарая. Она оставила тяжелый скафандр "Спектр-4" в моей “доме”, оставшись в темно-серой термо-поддеве и легком армейском жилете с карманами под магазины. Винтовка лежала поперек ее колен, стволом в сторону леса, но палец лейтенанта разведки находился в сантиметре от спусковой скобы.

Она не смотрела на меня. Ее взгляд скользил по частоколу, по турели над воротами, по работающим подросткам. Но в ее позе не было расслабленности. Пальцы правой руки каждые полминуты машинально поднимались к шее, проверяя пустой фиксатор гермошлема - рефлекс человека, привыкшего доверять только замкнутому дыхательному контуру.

Вдруг из-за угла землянки выбежал мальчишка лет двенадцати - сын одного из охотников, погибших при Шамане. В руках он нес глиняный горшок с горячей похлебкой для землекопов. Поравнявшись с Эрис, пацан замер. Его глаза расширились, зубы оскалились, а маленькие кулаки побелели.

Он не сказал ни слова. Просто резко развернулся и с яростной силой плюнул в сторону разведчицы, попав прямо на носок ее композитного ботинка.

- Небесная тварь - прошипел мальчишка с такой лютой, непримиримой ненавистью, на которую способны только сироты, и бросился бежать к траншее.

Эрис даже не шелохнулась. Ее бледное, сухое лицо оставалось абсолютно неподвижным, но левый глаз едва заметно сузился, а пальцы на цевье винтовки побелели от напряжения. Она не стала стирать плевок. Лишь медленно опустила руку под воротник жилета и сжала висящий на цепочке армейский жетон с номером `[884-Р]`.

Двести пятьдесят лет страха и крови нельзя было отменить одной подписью на рапорте. Для клана она оставалась исчадием Неба - той, чьи сородичи сбрасывали на болота Жнецов и выжигали целые поколения ради генетического урожая. Они терпели ее присутствие только потому, что так приказал Бранн и я. Я подошел ближе, стараясь ступать мягче, но сухая ветка под ногой предательски хрустнула. Винтовка на ее коленях качнулась в мою сторону на полдюйма - не на прицел, но в сектор поражения.

- Плохо ходишь - не оборачиваясь, произнесла она. - Твой хромой шаг слышно за сорок метров даже сквозь шум топоров.

- На ровной палубе ходил тише - ответил я, опускаясь на соседний чурбак и вытягивая ноющую ногу. - Как плечо?

- Блок питания скафандра держит остаточный заряд. Локальные шины целы. Но компилятор визора сбоит каждые пятнадцать минут - она достала из нагрудного кармана серый металлический брусок армейского пайка, отломила сухой, крошащийся угол и сунула в рот. Жевала медленно, без всякого удовольствия, словно давилась прессованным мелом. - Твои дикари на меня смотрят так, будто выбирают, на каком вертеле жарить.

- Их можно понять, Эрис. Их отцов забирали наверх живьем.

- А нас на Станции не забирали? - она впервые повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. В ее серых зрачках плавала выжженная пустота. - Мой дед строил солнечные батареи на внешнем кольце "Ориона". Умер от рака крови в тридцать пять. Мать родила меня в герметичном боксе и ослепла через три года от дефицита нормального спектра. Мы для Совета - такой же расходный материал. Только наши клетки чуть медленнее гниют.

Она сделала паузу, выравнивая край пачки пайка строго параллельно шву на штанине.

- Ты обещал посмотреть мой локальный диагностический узел. Твой Ключ может перехватывать системные ошибки скафандра.

- Обещал - я кивнул. - Но у меня встречное условие, лейтенант. Бартер.

Эрис усмехнулась - коротко, одними уголками тонких губ.

- Инженер торгуется с разведкой. Что ты хочешь? Координаты складов челнока? Я сказала - там только сухпай и запасные фильтры.

- Мне не нужны твои фильтры. Мне нужен доступ к закрытым протоколам Мониторинга.

Она нахмурилась, ее пальцы снова привычно метнулись к шейному фиксатору

- Я лейтенант полевой группы. У меня нет допуска к центральному ядру Станции. Мой скафандр несет только тактическую базу Сектора 04 и локальные логи связи.

- Мне не нужно центральное ядро - я наклонился вперед, понизив голос. - Перед тем как Наблюдатель сжег Хаб, мой отец переписал часть зашифрованных архивов на мой затылочный чип. Но закодировал личные файлы армейским алгоритмом "Цербер-4". Без живого офицерского ключа декомпиляции я не могу снять криптографическую защиту. Твой идентификатор 884-Р должен иметь нужный уровень расшифровки служебных контейнеров.

Эрис долго смотрела на меня. В воздухе между нами повисло тяжелое, давящее молчание. Где-то у ворот Гарн снова гаркнул на ополченцев, стукнуло бревно, взвизгнула пила.

- Ты хочешь знать, почему твой отец пошел против Совета? - наконец спросила она.

- Я хочу знать правду, Эрис. Всю.

Она медленно выдохнула, расстегнула боковой карман жилета и достала плоский оптический коннектор с тонким оптоволоконным шлейфом.

- Подключай свой Ключ к моему наручному терминалу. Если попытаешься внедрить паразитный код в систему жизнеобеспечения "Спектра" - я прострелю тебе здоровое колено быстрее, чем твой интерфейс выдаст ошибку.

- Договорились.

Я поднес левую руку к ее наручу. Лазурные дорожки Ключа Пастуха вспыхнули, переплетаясь с холодным зеленым светом станционного терминала.

СОПРЯЖЕНИЕ: Интегратор <-> Офицерский терминал ID: 884-Р. Авторизация внешнего крипто-модуля: УСПЕШНО. Обнаружен локальный зашифрованный контейнер: "Роберт_Архив_01". Снятие блокировки алгоритма "Цербер-4"... Декомпиляция данных... 100%.

Перед моим внутренним взором развернулось дерево системных файлов отца. Десятки служебных заметок, графики распределения энергии, отчеты о сбоях в био-реакторах Станции. Но мое внимание сразу приковала единственная папка, помеченная наивысшим приоритетом секретности: `[ЛИЧНОЕ / ИЗОЛЯЦИЯ]`.

Я мысленно активировал ее.

Первым открылся медицинский лист с гербом Станции "Орион-Запад" СУБЪЕКТ: Роберт (Старший техник-инженер). СТАТУС: Ликвидирован при зачистке Центрального Хаба. ПРИЧИНА: Саботаж протоколов мониторинга Ячеек.

Я сжал зубы. Это я знал и так. Я сам видел, как плазменная ладонь Наблюдателя стерла отца в пепел. Палец мысленно скользнул по следующей строке. И дыхание перехватило.

СУБЪЕКТ: Елена (Инженер-биохимик сектора очистки). СТАТУС: ИСКЛЮЧЕНА ИЗ ОБЩЕГО РЕЕСТРА СТАНЦИИ. ПРИЧИНА: Обнаружение редкой аллели D-хромосомы (Иммунитет к мутагенному распаду 4-го поколения). РАСПОРЯЖЕНИЕ НАБЛЮДАТЕЛЕЙ: Перевод в спец-сектор "БИО-РЕЗЕРВ-01". ТЕКУЩЕЕ СОСТОЯНИЕ: Глубокий крио-стазис / Консервация клеточного матрикса. УТИЛИЗАЦИЯ: ЗАПРЕЩЕНА (Материал высшей категории ценности).

Мир вокруг меня исчез.

Звуки стройки, стук топоров, свист ветра в ветвях вязов - все провалилось в глухую, ледяную пустоту. Перед глазами стояло только одно имя: Елена.

Моя мать.

Мне было восемь лет, когда отец пришел в наш жилой отсек на Станции - бледный, с трясущимися руками - и сказал, что мама умерла в изоляторе. Я помнил ее теплое плечо, запах мыла, тихий голос, напевавший старую колыбельную, которую она помнила из обрывков древних записей. Я помнил пустой контейнер, который сбросили в шлюз утилизатора, и холодный металлический памятник на стене мемориального отсека.

Все это время... шестнадцать лет... это была ложь.

Она не умерла. Ее забрали, заперли в стеклянном гробу в спец-секторе на Орбите, превратив в живой банк чистой ДНК, из которого по каплям цедили стабилизирующий кэш для своей прогнившей элиты.

Отец не просто так взломал систему Мониторинга. Он искал ее. Он готовил побег или штурм, собирал данные по крупицам, пока Наблюдатели не вышли на его след.

- Кай?

Голос Эрис прозвучал глухо, словно сквозь толщу воды.

Я не мог пошевелиться. В горле стоял комок размером с кулак, пальцы свело судорогой, а перед глазами плыли кроваво-красные пятна. Сердце колотилось с такой силой, что ребра стонали от каждого удара.

- Кай, ответь, что с тобой?

Она резко перехватила коннектор и взглянула на экран своего наруча. Ее брови медленно поползли вверх, на лице застыло неподдельное, тяжелое изумление.

- "Био-Резерв-01"... - тихо прошептала она, касаясь пальцем светящейся строки. - Это закрытый сектор на центральном шпиле Превознесенных. Туда не имеют доступа даже офицеры внутренней безопасности Станции. Туда отправляют тех, кого... кого признали уникальным генетическим сырьем.

- Она жива, - мой голос прозвучал так, будто я глотал битое стекло. Я поднял голову и посмотрел на грязно-пурпурное небо над болотами, за которым, в сотнях километров космической пустоты, вращалось металлическое колесо "Ориона". - Они не убили ее. Они держат ее в стазисе.

Эрис медленно отключила кабель. В ее взгляде больше не было прежней насмешки или превосходства. Только сухая, горькая усталость человека, который в очередной раз убедился, насколько глубоко прогнила система, которой он служил.

- Не обольщайся - произнесла она, глядя себе под ноги. - "Крио-стазис" в протоколах Превознесенных не означает жизнь в нормальном понимании. Это клеточная консервация. Ее сознание спит шестнадцать лет. А шпиль Орбиты защищен так, что к нему не подлетит ни один челнок без специального кода доступа Высших. Чтобы добраться туда, тебе мало построить этот деревянный забор на болотах. Тебе нужно перевернуть всю эту планету.

- Я переверну. Но сначала мы наведем порядок здесь.

Я медленно поднялся на ноги, опираясь на деревянный шест. Сломанная нога отозвалась привычной вспышкой боли, но сейчас эта боль казалась мелкой, незначительной. У меня больше не было вопросов, зачем я выжил в падении капсулы. Зачем я забрал Ключ Пастуха. Зачем я собрал этих искалеченных людей вокруг Анкера.

К вечеру над Пепельными болотами опустилась тишина.

Первый жилой сруб из мореного вяза стоял на титановых сваях над землей - темный, монолитный, пахнущий свежей древесной смолой и сухим углем. Пазы были наглухо законопачены белой глиной и мхом, и сквозь маленькие оконца слюдяных рам пробивался теплый, желтый свет первого очага. Внутри было сухо. Впервые за десятки лет старики и дети спали не на гнилом торфе, а на дощатых нарах, поднятых над сыростью.

Вдоль частокола тянулся глубокий ров, укрепленный плотными ивовыми фашинами. Дренажные желоба тихо отводили излишки воды в далекую топь, а подземные медные шины челнока "Zero" надежно рассеивали жар плазменного ядра в глубинные плавуны.

Над фортом, ровно по границе бревенчатых стен, дрожало еле заметное марево силового щита. Сверху, с холодной орбиты, этот сектор казался мертвым, выгоревшим пятном.

Сто семьдесят девять дней.

Я стоял на верхней площадке караульной вышки рядом с Сорой. Девушка держала в руках лук, ее янтарные глаза внимательно вглядывались в темную полосу леса на севере.

- Тиран сегодня не выходил - сказала она, поправляя тетиву. - Но Сумрак чует его. Старый ящер кружит у дальних озер, ждет.

- Пусть ждет - ответил я, глядя в темноту джунглей.

Глава 30. Форт Призраков

Левая нога больше не стреляла слепящей белой болью при каждом шаге.

Я медленно перенёс на неё полный вес тела, опёрся ладонями о сырые перила дозорной вышки и прислушался к собственным связкам. Под кожей вдоль малоберцовой кости ещё сохранялось тупое, ноющее тепло - биомагнитный контур Анкера две недели методично стимулировал надкостницу, сращивая глубокую продольную трещину. Пятнадцать суток неподвижности, чертежей на плоских кусках сланца и монотонного распределения скудного био-кэша. Но теперь я стоял сам. Без суковатой палки, без плеча Бранна. Внизу, за частоколом, глухо ворочались Пепельные болота.

Рассвет над Сектором 4-А никогда не приносил солнца. Небосвод лишь сменял плотную смоляную черноту на цвет застиранной серой холстины с грязно-пурпурными разводами радиационных шлейфов в верхних слоях атмосферы. Воздух пах остывшей сыростью, перепрелым багульником и едким, кислым душком болотного газа, который ветер сносил с южных проток. Но здесь, внутри стопятидесятиметрового полукруга частокола, дыхание становилось ровнее.

Тонкая плёнка купола Анкера, сжатая до внешних бревенчатых венцов, больше не гудела боевой плазмой. Она дрожала едва уловимым стеклянным маревом, мягко сдвигая оптические спектры. Для любого автоматического спутника Станции «Орион-Запад», пролетавшего над нами по синхронной орбите каждые девяносто шесть минут, наша поляна выглядела как бесформенное пятно выжженного бурелома с упавшими кронами вязов.

Карантинный таймер в углу обзора отсчитывал дни с неумолимой, бесстрастной мерностью космического хронометра.

ЛОКАЛЬНЫЙ СТАТУС: ПРОТОКОЛ "КОНСЕРВАЦИЯ" СЕКТОР 04-А (ПЕПЕЛЬНЫЕ ТОПИ) АВТОРИЗАЦИЯ: ОФИЦЕР МОНИТОРИНГА #884-ЭРИС / АДМИН-КЛЮЧ 04 ДО ПЛАНОВОЙ ОРБИТАЛЬНОЙ РЕВИЗИИ: 165 СУТОК 14 ЧАСОВ РАСХОД ЭНЕРГИИ РЕАКТОРА AU-5: 4.2% (РЕЖИМ ПАССИВНОЙ МАСКИРОВКИ) ОБЩАЯ ТЕМПЕРАТУРА ВНЕШНЕГО КОНТУРА: В ПРЕДЕЛАХ ФОНОВОЙ НОРМЫ

Сто шестьдесят пять суток. Чуть больше пяти месяцев тишины. Внизу скрипнули тяжелые ворота. Из-за угла ближней жилой избы вышел Бранн. Вождь нёс на плече связку свежеобтёсанных кольев из болотного вяза, даже не сгибаясь под их весом. После того как его Сила перешагнула отметку в двадцать пять единиц, движения огромного мужика стали другими - исчезла былая размашистая диковатая неуклюжесть, сменившись тяжелой, плотной экономией сил. Каждое движение было выверенным, как ход поршня в гидравлике. Его гидравлический топор висел за спиной в брезентовом чехле, а на оголённых по локоть мощных предплечьях тускло мерцали очищенные лазурные каналы, пульсируя в такт спокойному дыханию.

Бранн сгрузил брёвна возле траншеи, вытер лоб тыльной стороной запястья и задрал голову к вышке. Встретив мой взгляд, он не стал кричать через весь двор - просто коротко мотнул подбородком, приглашая спуститься.

Лестница с вышки отозвалась тугим скрипом сырых перекладин. Я спускался ступенька за ступенькой, намеренно нагружая зажившую голень. Сустав отзывался легким напряжением, но кость держала.

- Не хромаешь - сказал подошедший вождь, глядя мне под ноги. - Шаман в такие сроки после перелома только под себя ходил да коренья жевал, пока кости криво срастались.

- Анкер заставляет клетки делиться быстрее, если направить локальный импульс, - я подошёл к брёвнам, потрогал свежий срез. Древесина была плотной, тёмно-коричневой, маслянистой на ощупь. - Вяз?

- Он самый. С ближнего островка за ручьём приволокли. Мужики с утра спозаранку выходили, пока туман к воде прибит. Нир с ребятами на растяжках стояли, Гарн у турели дежурил.

Бранн тяжело присел на просмоленный пень, вынул из кармана обломок кварцевого точила и принялся машинально править широкий рабочий тесак.

- Двенадцать изб срубили - заговорил он, глядя на ровный полукруг новых строений. - На титановые полосы посадили, как ты чертил. Пазы твоей триадой залили - глина с углём и мхом схватилась так, что вчерашний ливень ни капли внутрь не пробил. Тепло держит. Бабы впервые за три зимы детей на сухие лавки спать уложили, а не в ямы с прелыми листьями.

Я оглядел двор. Он изменился до неузнаваемости.

Вместо прежнего хаотичного скопления землянок и шалашей, в которых люди ютились вповалку с собаками и гниющим мясом, теперь стоял строгий, геометрически выверенный посёлок. Дома стояли уступами, чтобы крыша одного строения не перекрывала сектор обстрела для другого. Вокруг каждого сруба тянулся водоотводный ров, выложенный битым сланцем. Главная траншея вдоль частокола была наглухо укреплена ивовыми фашинами, которые Гарн заставил сплести подростков - теперь земляные стенки не осыпались под весом вооружённого человека, а на дне лежали сколоченные из продольных жердей мостки.

И главное - запах. Из деревни ушёл смрад разложения и гнилой сырости. Пахло свежей смолой, костром, горьким древесным углём и сушеными болотными травами.

- Что по смолокурам? - спросил я, присаживаясь на край обтёсанного бревна напротив вождя.

- Михей на ноги встал - Бранн чуть заметно усмехнулся в бороду. - Ты у него эту багровую дрянь из шеи выжег, так мужик говорит, будто ему сорок лет с плеч скинули. Глаза больше не гноятся, пальцы на руках разгибаются без хруста. С рассвета на яме сидит, дёготь гонит. А вот Ворг…

Вождь осёкся, бросив косой взгляд в сторону дальней кузницы. Оттуда доносились глухие, размеренные удары. Ворг стоял у колоды, прижимая тяжёлое бревно своим уродливым, но чудовищно прочным костяным наростом вместо кисти, и левой рукой методично вбивал клинья.

- Злится? - поинтересовался я.

- Не злится. Привыкает. Руку-то ты ему оставил, а жар из жил ушёл. Раньше у него этот костяной нарост по ночам так ломило, что мужик волком выл и сырую желчь хлестал, чтоб сознание не потерять. Теперь молчит. Работает за троих. Но на Анкер косится, будто на зверя в капкане. Дикие мы ещё, понимаешь? Мы двести лет думали, что если татуировка жжёт - значит, духи предков силу дают. А ты пришёл и показал, что это не сила была, а гниль. Людям трудно в голове это уложить.

- Главное, чтобы руки помнили, как держать оружие - я посмотрел в сторону ворот.

Там однорукий ветеран Гарн, привязав короткий ремень к культе, учил пятерых подростков из отряда Нира синхронному выпаду тяжёлыми рогатинами. Наконечники копий тускло отсвечивали серым матовым титаном - тем самым металлом, который мы срезали с обшивки челнока "Zero".

Гарн не орал, как в первые дни. Он говорил глухо, хрипло, но каждое его слово вбивалось в головы пацанов намертво:

- Не вали корпус вперёд, щенок! Ноги шире! Если тварь пойдёт на таран - тебя твоим же древком через ключицу пропорет! Упри пятку в глину, копьё держи под углом в сорок градусов. Тварь должна сама насадиться на металл под собственным весом. Ваша задача - не убить! Ваша задача - задержать её на три секунды, пока Сора не всадит стрелу в глазной нерв, а вождь не опустит топор! Повторить!

Пацаны синхронно сделали шаг, глухо ударив тупыми концами копий в настил траншеи. Титановые лезвия качнулись на одной линии.

- Неплохо держат строй - заметил я.

- Жить захочешь - не так встанешь, - отозвался Бранн. - Только воевать им пока не с кем. И слава духам, что не с кем. Опытных охотников Шаман всех под корень извёл, когда свои безумные обряды крутил. Эти пацаны да ремесленники - вот и вся наша армия. Против мелких болотных прыгунов сгодятся. Но если к забору выйдет что-то серьёзное…

Он не договорил, но оба мы понимали, о чём речь. В северной части Сектора 4-А, в трёх километрах от нашей границы, начинались Мшистые Плывуны. Там, в глубоком гранитном разломе, заваленном вековыми топляками, находилось логово Болотного Тирана. Тот ночной побег, когда мы уходили от его ярости, до сих пор стоял перед глазами. Мы тогда не просто спасались. Во взрослого ящера мы даже стрелять не пытались - понимали, что наши стрелы для его роговой брони не опаснее комариных укусов. Но отступая по скользкому гребню, Бранн своим топором в щепки разнёс костяной щит молодому ящеру из его выводка, защищая упавшего Торина.

С тех пор старый ящер не успокоился. Торин каждую ночь докладывал: ультразвуковые щелчки и тяжелая низкочастотная вибрация почвы смещаются всё ближе к границам нашего ручья. Тиран искал источник раздражающего сигнала. Он искал тех, кто покалечил его молодняк.

- Сора говорит, дичи в ближних протоках почти не осталось - проверяя пальцем лезвие тесака. - Болотные кабаны ушли к южным скалам. Водяные ужи скатились в глубокие камыши. Тиран выдавливает всё живое из сектора. Если мы не решим с ним вопрос до конца карантина… жрать станет нечего. Копчёной рыбы и сушеного корня нам хватит на месяц, от силы на полтора. А дальше людям нужен будет белок. Чистый белок, без мутагена.

- До конца карантина ещё сто шестьдесят пять дней - ответил я, поднимаясь на ноги. - На Тирана мы сейчас не пойдём.

Бранн поднял на меня тяжелый взгляд - Почему? Мы сильнее, чем месяц назад. У нас турель, у нас титан.

- Потому что турель на себе в болото не утащишь. Она привязана к реактору намертво. А в топях на чужой территории Тиран сомнёт наш строй за десять секунд. Его костяной панцирь держит кинетический удар в две тонны. Его Рев глушит вестибулярный аппарат на пятидесяти метрах - твои пацаны с копьями просто упадут в грязь и будут блевать собственной кровью от разрыва перепонок, пока он их давит. Мы не готовы.

- И что делать? Сидеть за забором и ждать, пока он сам сюда придёт?

- Готовиться. Создать переносные глушители частоты. Сделать нормальные наконечники для стрел Соры с полостями под волчью кислоту, чтобы плавить его суставы, а не шкуру. И главное - научить людей действовать без паники.

Я повернулся и пошёл вдоль траншеи к северному периметру. Бранн помолчал несколько секунд, затем коротко качнул головой и снова взялся за точильный камень:

- Твоя правда. С Шаманом мы уже повоевали нахрапом. Чуть весь род не положили. Делай, как знаешь.

У выхода из караульной землянки стояла Эрис. Разведчица Станции выглядела чужой среди этих свежих брёвен и запаха хвои. Свой композитный скафандр «Спектр-4»она держала в помещении, надевая только на дежурства у внешнего контура. Сейчас на ней были форменные тёмно-серые брюки из баллистического текстиля, тяжёлые ботинки с амортизаторами и плотный жилет связиста с карманами под диагностические платы. Короткие пепельные волосы были влажными от тумана, на правой скуле темнела тонкая полоска заживающей царапины.

Она стояла, прислонившись спиной к бревенчатой стене, и большим пальцем правой руки мерно, машинально гладила металлическую скобу шейного фиксатора под воротником. Эта привычка не уходила. Каждый раз, когда в поле её зрения появлялись дикари или когда воздух казался ей слишком влажным, её пальцы проверяли замок несуществующего шлема.

Её левый глаз чуть прищурился, когда я подошёл ближе.

- Восстановление костной ткани завершено на девяносто четыре процента - произнесла она, даже не глядя на портативный сканер на запястье. Профессиональная выучка позволяла ей оценивать состояние человека по длине шага и наклону плеч. - Твой Анкер работает эффективнее, чем стационарные медицинские капсулы в жилых отсеках нижнего уровня Станции. Там с таким переломом держали бы на стимуляторах три недели.

- Потому что на Станции экономят на регенеративном геле для техников, - ответил я, останавливаясь в двух шагах. - Превознесенные выдают Совету квоты, а Совет урезает пайки тем, кто крутит гайки в вентиляционных шахтах.

Эрис едва заметно нахмурилась. Её пальцы соскользнули с шейного замка и коснулись армейского жетона с номером 884-Р, спрятанного под жилетом.

- Ты слишком уверенно говоришь о вещах, которых не видел лично. На Станции всё держится на распределении. Если отдать ресурсы одному сектору, в другом откажет система рециркуляции воздуха. Мой отец работал в третьем машинном. Он умер не от голода. У него отказали лёгкие, потому что фильтры тонкой очистки меняли раз в три года вместо положенных шести месяцев.

- И ты считаешь это нормальным порядком?

Она промолчала. Медленно перевела взгляд на частокол, за которым в сером мареве дрожали искривленные стволы болотных вязов.

- Порядок - это то, что не даёт четырём тысячам людей вылететь в открытый вакуум - тихо сказала она. - Здесь, внизу, у вас есть земля. Есть вода, которую можно очистить углем. Есть дерево, которое можно срубить и сжечь в очаге. На Станции нет ничего, кроме металла и пустоты за обшивкой толщиной в четыре сантиметра. Ошибся с расчётом давления - и целый отсек вымерзает за две минуты. Поэтому там подчиняются приказам. Даже тем, которые кажутся бессмысленными.

- Например, приказам закрывать глаза на зачистки в Хабе Мониторинга?

Эрис резко повернула голову. Её серые глаза стали жесткими, как полированный титан:

- Мой рапорт отправлен. Сектор законсервирован. Спутники смотрят в сторону двадцатой Ячейки. Я сделала то, о чём мы договаривались. Но не думай, что это делает нас союзниками. Я всё ещё офицер службы наблюдения. И если через пять месяцев, когда кончится карантин, сюда придёт "инспекция" - я не стану бросаться под плазму ради твоих смолокуров.

- Я и не прошу тебя бросаться под плазму. Мне нужно, чтобы ты держала ухо востро по орбитальным окнам. Спутник-шпион проходит над нами раз в сутки по косой траектории. Стелс-марево держит тепло, но если кто-то из наших разведчиков разведёт открытый костёр на открытой поляне за пределами купола - оптический спектрометр зафиксирует всплеск.

Эрис коротко кивнула:

- График пролётов я внесла в память твоего терминала, спутник делает два витка в сутки: в полдень, около двенадцати, и в полночь. Сам пролёт над нашим сектором длится ровно сорок пять минут. В это время - полная светомаскировка. Никакого дыма, никаких открытых костров и никакого выхода на чистую воду или открытые поляны.

Она чуть сощурила левый глаз, глядя в сторону леса - Под кронами вязов оптика вас не достанет, плотность листвы глушит силуэты. Но на открытых участках за пределами купола работайте в промежутках между витками. Нарушите график - орбитальный спектрометр зацепит тепловой след за секунды.

- Так, не пойму одного - зверолюди жгут костры по всей Ячейке - заметил я. - И Небо на них не падает.

- Зверолюди в базах Орбиты значатся как активная популяция - парировала разведчица. - Их костры для алгоритмов - норма. А наш сектор по официальному рапорту считается радиоактивным пепелищем, где всё сгорело дотла. Если спутник зафиксирует правильный температурный очаг там, где должна быть мёртвая земля - алгоритм сразу запросит повторную проверку. Под кронами вязов гуляйте сколько хотите, но на открытых прогалинах во время витка не отсвечивайте.

Она помолчала секунду, затем добавила чуть тише:

- Тот файл… из зашифрованного архива твоего отца. Ты перечитывал его?

В груди кольнуло привычной, тупой тяжестью.

С того вечера, когда персональный токен Эрис вскрыл запароленный кластер в затылочном чипе отца, эта короткая служебная строка выжглась в моей памяти навсегда. Я видел её каждый раз, когда закрывал глаза.

ОБЪЕКТ: ЕЛЕНА (ИНЖЕНЕРНЫЙ КОРПУС СТАНЦИИ) СТАТУС: ИСКЛЮЧЕНА ИЗ ОБЩЕГО РЕЕСТРА СМЕРТНОСТИ ПРИЧИНА: СТРУКТУРНАЯ АНОМАЛИЯ ГЕНОТИПА D-КЛАССА ПЕРЕМЕЩЕНИЕ: СПЕЦ-БЛОК "БИО-РЕЗЕРВ-01" (ОРБИТАЛЬНЫЙ СЕКТОР ПРЕВОЗНЕСЕННЫХ) РЕЖИМ: ГЛУБОКИЙ КРИО-СТАЗИС ОТМЕТКА ОБ УТИЛИЗАЦИИ: ОТСУТСТВУЕТ

Двадцать лет я жил с мыслью, что мать погибла от вспышки лучевой лихорадки в технических коридорах станции, когда мне было пять. Отец никогда не говорил о ней. Он просто работал, стиснув зубы, вбивая в меня знания по термодинамике и системным протоколам так, словно готовил меня к побегу. Теперь я понимал, почему. Он знал. Он знал, что её не похоронили в утилизаторе, а забрали наверх - туда, куда не было хода ни одному человеку со Станции. Превознесенные держали её в заморозке, как редкий биологический образец.

- Перечитывал

- Если ты думаешь, что туда можно добраться… - начала Эрис, но я перебил её:

- Я ничего пока не думаю. До Орбиты четыреста километров вертикального вакуума и две эскадрильи перехватчиков. Чтобы смотреть вверх, нужно сначала научиться твёрдо стоять на земле.

Она посмотрела на меня долгим, нечитаемым взглядом, снова тронула шейный фиксатор и молча зашагала в сторону оружейной мастерской, где Торин перебирал проводку локатора.

Я остался один у края настила.

С севера, со стороны болотных топей, потянул сырой, промозглый ветер. Заросли гигантских папоротников за частоколом тяжело колыхнулись, роняя в мутную жижу крупные капли ядовитого конденсата. Где-то далеко, на пределе слышимости, прокатился низкий, утробный звук - не рык, а скорее вибрация самой земли, от которой мелко задрожала вода в водоотводной канаве у моих ног.

Болотный Тиран подал голос. Глухой инфразвуковой рокот ударил по барабанным перепонкам, заставив сжаться челюсти.

Я опустил взгляд на свою левую руку. Лазурный узор Ключа Пастуха на предплечье вспыхнул ровным, чистым неоновым светом, словно отвечая на вызов далёкого хозяина болот. Линии интерфейса пробежали под кожей к кончикам пальцев, смывая остаточный шум и настраивая фокус внимания:

СИСТЕМА: СУБЪЕКТ КАЙ СТАТУС: ИНТЕГРАТОР АКТИВНАЯ СЕТЬ: ПАСТУХ (ПОДКЛЮЧЕНО: 4 СУБЪЕКТА) СОСТОЯНИЕ ОРГАНИЗМА: СТАБИЛЬНОЕ ТЕКУЩИЙ МУТАГЕННЫЙ ИНДЕКС: 0.0% РЕЗЕРВ БИО-КЭША: 0 ЕД. СИСТЕМНЫЙ ТАЙМЕР: 165 СУТОК ДО ВТОРИЧНОЙ ОЦЕНКИ

Мы заперлись в этой Ячейке, обманули космические сканеры и вырвали себе полгода жизни. Мы построили стены, натянули невидимый купол и дали оружие тем, кто всю жизнь бегал от тварей по кустам. Но за пределами этих стен по-прежнему лежали километры чужих земель ячейки 4-А. Там рыскали стаи Зверолюдей, там закрывались в своих симбиотических рощах бессмертные из "Каменного Щита", там ждал своего часа четырёхтонный владыка болот, чей рёв сотрясал топь.

А ещё выше, за пеленой вечных пурпурных туч, висела холодная стальная громада Станции. И зеркальные лица Наблюдателей, которые пока считали нас пеплом.

Я застегнул куртку, спрятав лазурное свечение под плотной тканью, развернулся и пошёл обратно в посёлок - туда, где стучали топоры, дымила кузница и строился наш первый настоящий дом.

--------------------

КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА

----------------

Друзья, вот мы и подошли к финалу Первого Тома! Огромное спасибо каждому, кто читал, ставил лайки, делился теориями и поддерживал книгу комментариями. Это лучший двигатель и мотивация делать историю интереснее.

Второй Том стартует совсем скоро. Чтобы не пропустить первые главы продолжения - подпишитесь на страницу автора и добавьте книгу в библиотеку. А в комментариях буду рад услышать ваши общие впечатления от первой книги. Кто из персонажей зацепил больше всего и чего ждёте от продолжения?

До встречи!

----------------

https://author.today/work/653754 - второй том