Код идеальной магии 3

Глава 1

Я обнаружил, что нахожусь в полутемном помещении с резким запахом сырости. И оно совсем не напоминало кабинет моего отца.

Так, где же я все-таки?

Окон нет, но есть трещина под потолком. Именно оттуда лился солнечный свет. Кроме неба, в ней ничего не было видно. Это напомнило мне тот момент, когда я впервые попал в этот мир, оказавшись в тюремной камере.

“Алекса, ты как? И где я?” — надеюсь, что она сможет определить, что это за место.

“Работа стабильна. Запускают поиск.”

Ее ответ скинул с души здоровенный камень. Как же мне ее не хватало на том суде перед кристаллом!

“Меня очень интересует, почему мы здесь, а не в поместье.” — я все же вернулся к более насущным вопросам.

“Возможно, использование деталей заклинания Дягилева повлияло на само перемещение. Я провожу анализ.”

“Но как так, если я прописывал конечную точку маршрута, ориентируясь на кисточку на столе?”

“Анализ запущен. Подождите, пожалуйста.”

Я решил дать ей время, а заодно и нужно придумать, как тихо выбраться из этого места. Шуметь не хотелось, тут могли и люди быть. И хорошо, если именно они, а не дикие звери.

Выглянув из пустого дверного проема, я увидел длинный коридор и еще несколько таких же помещений, но в них хотя бы были окна, пусть и разбитые. Все вместе это напоминало какое-то учреждение, правда, давно заброшенное.

“Тимофей Викторович, к сожалению, я не могу определить координаты.”

“А что с заклинанием?”

“Анализ еще не закончен.”

Вот бы сейчас мобильник с картой! Выругавшись себе под нос, я прошел по пыльному коридору, осторожно обходя рухнувшие балки. Здесь света было гораздо больше, да и дышалось легче.

Заглянув в очередную комнату, я увидел гору сломанных парт и понял, где нахожусь: школа или колледж.

По пути до лестницы я еще нашел кабинет секретаря: небольшая каморка со столом и стеллажами без полок. И почему им всегда приходится ютиться в таких крошечных помещениях?

Осторожно спустившись по ступеням — выглядели они паршиво, — я оказался в огромном холле. Когда-то здесь было красиво. Я насчитал штук пятнадцать пустых цветочных горшков, десяток дыр от светильников и приметил места, где висели картины.

А вот входных дверей не было. Что-то мне подсказывало, что в ближайшем населенном пункте они стоят у кого-то дома.

Выбравшись из заброшенной школы, я глубоко вздохнул, решая, куда пойти дальше. Хотя на этот вопрос ответ нашелся быстро: от крыльца вела дорога. Она почти заросла травой, но все еще была заметна.

Что ж, солнце еще высоко, можно и прогуляться.

Через час неспешного шага и разговоров с помощником я вышел к шоссе. Вспомнив свой опыт в прошлой жизни, решил поймать попутку. Хотя бы выясню, где я нахожусь.

Мне повезло на третьем мобиле. В нем сидела очаровательная старушка, которая любезно предложила довести меня до ближайшего городка. На вежливые вопросы пришлось придумать историю с шуткой друзей, которые бросили меня по дороге домой. В ответ я узнал, что оказался под Мосградом, но совершенно в другой стороне от Дубровска.

“Тимофей Викторович, возможно, я выяснила, в чем причина неудачи с перемещением.”

“Рассказывай,” — я прикрыл глаза, сделав вид, что задремал.

“Когда вы использовали часть кода Дягилева, то невольно привязали заклинание к нему.”

“Но его же не было в том здании.” — удивленно отметил я.

“В том месте остатки его ауры. Скорее всего, он был там и недавно.”

“Интересные выводы. То есть я невольно повторил его маршрут?”

“Да, я склоняюсь к этому варианту.”

“И что же он делал в этом заброшенном месте?”

“Не могу ответить, нет данных.”

“Это был риторический вопрос”, — скривился я.

Мое внимание привлекла старушка, сказав, что мы въезжаем в Старые Дубны. Я попросил ее высадить меня возле ближайшей гостиницы, потом тщетно пытался дать старушке денег, но она отказалась.

Городок оказался совсем крошечным. Пыльные дороги, низкие дома и почти никого из людей. Хотя, возможно, это связано с тем, что сейчас середина рабочего дня и среда. Или уже четверг? Совсем запутался.

В гостинице “Зеленая даль” мне любезно разрешили воспользоваться древним телефоном.

— Слушаю, — резко сказала в трубку Тень.

— Привет.

— Ты уже добрался? Чего так долго не звонил? — обеспокоенно спросила она.

— Я тут неожиданно оказался в Старых Дубнах.

— Где-где?! — перебила она меня.

— В Старых Дубнах промахнулся немного. Сейчас найду мобиль и поеду в столицу.

— Хорошо. Главное, что ты жив, — вздохнула она. — Хочешь, я за тобой приеду?

— Нет, и так много времени потерял.

— Зря ты все-таки прыгнул. Наэкономил время.

— Учту на будущее, — я не обиделся на ее слова, ведь она была права. — Позвоню, как доберусь.

Я положил трубку и сразу спросил девушку на стойке про аренду мобиля. Сам за рулем я еще ни разу не сидел, но и водителя брать не хотелось. Вроде ничего не было сложного, должен справиться, а если что, Алекса подстрахует.

До поместья отца, судя по карте, было добираться всего три часа. Все же эти Старые Дубны находились ближе к Мосграду, чем я думал.

С транспортом все получилось очень быстро. Я даже не успел допить кофе, как мне уже вручили ключи с громадным брелком в виде дуба.

Сев на место водителя, я машинально проверил весь код и обновил несколько заклинаний. А то заглохну посреди шоссе,! И только потом приложил пластинку к панели управления. Раздался легкий гул, и мобиль тряхнуло.

“Вам необходимо надавить на руль, чтобы тронуться с места”, — подсказала Алекса.

Я так и сделал. Вскоре потрепанная лошадка медленно вырулила на шоссе и повезла меня в сторону Мосграда.

Весь путь я искренне постарался побыстрее забыть, потому что у меня все время потели ладони, пот катился градом по спине, а со всех сторон постоянно раздавались сигналы клаксонов. И как я только в аварию не попал!

Но под конец уже освоился, и когда въехал в столицу, чувствовал себя уверенным водителем. Ориентируясь на подсказки Алексы, я быстро нашел дом отца. И с невероятным облегчением вышел из мобиля.

Больше никогда не сяду за баранку этой консервной банки!

Нужно не забыть сказать дворецкому, чтобы он отогнал мобиль к одному из партнеров гостиницы, чтобы уже забыть все это, как страшный сон.

— Рады вас видеть снова! — входная дверь отворилась, едва я вдавил кнопку звонка.

— Георгий Михайлович, а почта есть? Для меня или отца.

— Конечно, все сохранено и занесено в журнал. В кабинете Виктора Александровича.

— Да? А я и не заметил, когда был там.

— Письма в папках в шкафу. Разложены по датам.

— Спасибо, посмотрю, — сказал я уже по пути в кабинет.

Если отцу или мне действительно приходили извещения от юристов, мне стоит на них взглянуть. А заодно узнаю про банковскую ячейку. Не бегать же мне по всем банкам в ее поисках.

И я с головой зарылся в бумаги. Через час понял, что у меня расползаются глаза в разные стороны, и просто нет уже никаких сил смотреть на буквы. Мне бы это оцифровать да запустить поиск.

А почему бы и нет?

— Алекса, душа моя, появись.

— Слушаю, Тимофей Викторович, — она мгновенно возникла рядом со столом.

— Ты же можешь прочитать все это и сделать анализ данных? И чтобы потом я мог найти то, что мне нужно в твоей памяти.

— Конечно.

— Прекрасно, — я задумался, — а другие документы, которые я держал в руке, ты тоже помнишь?

— Все верно, Тимофей Викторович.

Боги, у меня не помощник, а просто чудо какое-то! И почему я раньше до этого не додумался?!

— Тогда начинай сканировать, — сказал я с улыбкой и начал неторопливо перебирать документы.

На каждый лист тратил не более пары секунд, этого времени помощнику вполне хватало. Дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки.

Пока Алекса все запоминала, я не переставал думать о Дягилеве и той заброшенной школе. Что он там делал? Зачем переместился? По работе?

К слову, я даже не видел его следов в пыли, или не обратил внимание?

— Алекса, в том здании были признаки того, что там кто-то был?

— Если брать во внимание следы ауры Дягилева, то он там определенно был.

— Но отпечатков ботинок я не видел. Получается, прыгнул и вернулся?

— У меня нет ответа на этот вопрос.

— Да я больше сам с собой это обсуждаю. Он говорил, что ему обязательно нужно побывать на месте, чтобы потом туда переместиться. Значит, он уже был там.

— Вас еще интересует информация о банковской ячейке? Я нашла сведения.

Я вновь обратил свое внимание на документ и нашел в нем название банка, адрес и номер ячейки. Вот туда я и отправлюсь.

Как только я сказал дворецкому, что поеду в банк, он порекомендовал взять водителем садовника Григория. Конечно же, я согласился. Даже мысли не допускал, что еще раз сяду за руль.

***

— Нам нужно свидетельство о праве на наследство и ваши документы, — сверкая белозубой улыбкой, сказал сотрудник банка.

— Держите, — я протянул тонкую папку.

После трехминутной проверки меня пригласили в хранилище. Оно выглядело точно так же, как в моем мире, только замки были магические.

— Надеюсь, вы знаете код, без него ячейка не откроется, — не опуская уголки губ, проговорил сотрудник.

— Да, спасибо, я знаю.

Врал, конечно, никаких паролей и кодов я не знал. Но это и не обычный замок, как у отца на сейфе, а значит, мы с Алексой его вскроем.

Сотрудник даже не успел выйти из комнаты, а помощник уже приступил к работе. Нужно было всего лишь посмотреть в системе заклинания нужное слово.

— Свет мой, — тихо сказал я, прижав к замку руку.

Раздался щелчок, и маленькая дверца открылась. Внутри лежал один плотный коричневый конверт. И судя по весу, там лежали не деньги.

Едва сдерживая любопытство, я вскрыл его и достал единственный листок со списком имен. Всего их было семь.

Пробежавшись по ним взглядом, я вдруг окаменел. Под номером пять значился Дягилев Артем Алексеевич.

— Почему ты хранил этот список, отец? — дверца ячейки с грохотом закрылась. — Что ты хотел сказать этим?

Как только я вышел из банка, моим первым желанием было прыгнуть к Дягилеву, но я не хотел рисковать. Мало ли где я могу оказаться? Мне на глаза попался висящий на стене телефон.

Я подошел и снял трубку, набрав номер, который хранился в памяти Алексы.

— Добрый день, — вежливо поздоровался я, — могу ли я услышать Ивана Калинина?

Кто, как ни тайная императорская служба может помочь мне разобраться в загадке семи имен?

— Слушаю, кто говорит? — вдруг рыкнули на том конце провода.

— Отвлекаю? Это Тимофей Зарницкий. Нужно встретиться.

— Через два часа в ресторанчике “У Аглаи”, знаете где это? Больше у меня сегодня свободного времени не будет.

— Я буду там через два часа, — и я повесил трубку.

Да, я уже выдал себе мысленно затрещину. Совсем забыл, что он там, а я тут, в Мосграде. Значит, придется прыгать. Что-то мне подсказывало, что после смерти Разумовского на меня обратили пристальное внимание и надолго оставаться в столице мне не хотелось.

Поэтому я поспешил обратно в дом отца. Нужно еще раз пересмотреть схему телепортации, чтобы прыгнуть в правильное место.

Структура перемещения была завязана на ауру Дягилева, так магия понимала, куда меня отправить, не используя кротовые норы. Думаю, если я смогу перезаписать этот кусок кода, то у меня получится очутиться дома, а не в какой-то заброшке.

Оставался лишь вопрос: чью ауру использовать.

Первой на ум, конечно же, пришла Тень. Но Алекса тут же меня разочаровала информацией, что у нее нет копии ее кода. Но как только переступив порог кабинета отца, я понял, кто мне нужен.

Матильда!

Ведьминская магия, которую я использую, носит ее уникальный отпечаток. Потребовалось всего полчаса, чтобы создать новые строчки в заклинании.

Но перед прыжком, я на всякий случай решил все-таки позвонить и предупредить Матильду. Мало ли где она и с кем, не хотелось бы случайно упасть ей на голову, когда она, к примеру, в душе или в постели.

Тень, которая опять сняла трубку, внимательно выслушала меня и рассмеялась, сказав, что я правильно сделал, что набрал. Матильда как раз тренировалась с Ветром на заднем дворе.

Теперь перспектива упасть в ванну к ведьме выглядела намного лучше, чем получить внезапный удар воздушного кулака или проклятья.

Поболтав еще несколько минут о всякой ерунде, я отключился и начал готовиться к перемещению. Даже вспомнил крикнуть дворецкому, чтобы тот меня не искал.

Затем взял все документы, которые могли пригодиться, поправил пиджак и скомандовал Алексе начинать.

В следующее мгновение меня резко дернуло, и вдруг я очутился посреди заднего двора возле дома в Дубровске, под ошалевшими взглядами всей команды.

— У тебя получилось! — закричала Тень первой. — Привет!

А я молчал, пытаясь успокоить желудок и сердце, которые вдруг оказались у меня где-то в районе горла.

— Водички? — заботливо предложил Еж, но под моим взглядом сразу замолк.

Отдышавшись, я упал на скамейку рядом с магами.

— Ребята, — выдохнул я, — вы не представляете, как я рад вас видеть.

В ответ получил кивок, похлопывание по плечу и крепкое объятие. Глядя на них, меня отпустило. И я понял, что, по сути, совершил совершенно невозможное! Эйфория накрыла меня, зашумела в ушах и с силой сжало под ребрами. Как с парашютом прыгнул и удачно приземлился.

На этом фоне все переживания и приключения померкли, оставив после себя какую-то дикую радость, от которой у меня была улыбка до ушей.

Впрочем, долго предаваться эмоциям я не стал, встряхнулся, собрался и внимательно посмотрел на магов.

— Ты что-то узнал, да? — спросила Тень.

— Да. Но пока не понял, что именно, — кивнул я. — Отец в банковской ячейке оставил список имен. И скоро я встречаюсь с Калининым, чтобы он помог мне узнать, кто они.

— Поехать с тобой? — Тень выглядела встревоженной.

— Нет, я возьму только Ветра. Калинин его знает. Да и мне спокойнее, когда он за рулем.

— То есть, я плохо вожу?! — она сразу надулась. — Я, между прочим, ни одного мобиля не разбила.

— А вот это правда, — вдруг вставил Еж. — Те мобили, что ты водила, разбить невозможно. Они же бронированные.

На секунду мы все замолчали. Потом раздался звук смачной затрещины и хохот Матильды.

— Ладно, ладно, я вам это припомню! — Тень демонстративно сложила руки на груди, но я видел, что уголки губ ее подрагивают. — А, фиг с вами!

И она рассмеялась. К ней присоединились остальные. Даже Ветер улыбнулся.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Вот и мне пришлось вставать и пойти в дом, чтобы подготовиться к встрече с Калининым. Как минимум я мечтал принять душ. После той заброшенной школы я чувствовал себя ужасно грязным.

Едва я намылил голову, дверь аккуратно открылась и ко мне зашла Тень. Из одежды на ней были только домашние тапочки.

— Я очень рада, что ты жив, Тим. Не пугай меня так больше.

— Не обещаю, но постараюсь. Иди сюда, — я дернул ее к себе, и она залезла со мной под воду.

И мир для нас перестал существовать на кратких полчаса.

А еще через полчаса я, полностью одетый и со списком в кармане, уже сидел в мобиле и смотрел на Оксану через стекло.

— Куда?

— Ресторанчик “У Аглаи”. Не представляю, где это, — пожал я плечами.

— Проспект Жукова, двадцать семь, — Алекса появилась так неожиданно, что я чуть не вздрогнул.

— Ты хоть предупреждай, — поморщился я. — Так и до инфаркта недалеко.

— Инфаркт вам не грозит, Тимофей Викторович, — уведомила меня помощница с заднего сидения.

Я не стал ей отвечать, а наблюдал, как Ветер уверенно ведет мобиль в сторону Дубровска. Нет, это какая-то особая магия, которую я осваивать совершенно не хотел.

Через двадцать минут воздушник уже припарковался возле симпатичного ресторана. Его вход был обильно украшен цветами, а двери разрисованы травяным узором.

— Ты уже бывал здесь? — зачем-то спросил я Ветра.

— Нет, — коротко ответил он и вышел из мобиля.

Я последовал за ним.

Калинин уже ждал меня, заняв угловой столик. Увидев нас, он махнул рукой и кивнул. Я сел напротив, а Ветер — на соседний диван. Вот что мне нравилось в этом невероятном парне, так это его умение делать все правильно. Сейчас у него была идеальная для защиты позиция, и в то же время, он не мог слышать то, о чем мы будем говорить с Калининым.

— Вы хотели меня видеть? Что-то срочное? — спросил Иван без приветствия.

— Да, — я вытащил список. — Мне в руки попало вот это. И мне нужно узнать, как эти люди связаны друг с другом.

— Любопытно, — он прочитал каждое имя, и его глаза на мгновение замерли напротив пятого номера.

— Откуда у вас это, Тимофей Викторович?

— Не могу раскрыть информацию, но это хранилось втайне ото всех. Значит, это очень и очень важно.

— Да, вы не представляете, насколько, — задумчиво сказал он. — Некоторые имена мне знакомы.

Он замолчал, будто размышляя, открывать ли мне всю информацию.

— Иван, я все равно их найду. И все узнаю.

— Но обратились все равно ко мне.

— Из-за Дягилева.

— Кстати, о нем, — Дягилев подался вперед, — это еще не обнародованная информация, но Артем пропал. Сразу после того, как перенес вас в Дубровск. Что вы об этом знаете?

Глава 2

Информация о пропаже Артема меня заинтересовала. Подробно расспросив Калинина о последних его передвижениях и заданиях, — последнее осталось под грифом “Секретно”, — я задумался.

Технически я могу прыгнуть к Дягилеву, ориентируясь на его ауру, но стоит ли сейчас рисковать?

— А что касается остальных имен? — спросил я Ивана.

— Некоторые мне знакомы, — повторил он и замолчал.

— И?

— У нас в конторе есть отдельная коробка для странных случаев, — начал он, — к примеру, пропажа детей при подозрительных обстоятельствах. Когда родственники искренне верят, что их ребенок сбежал из дома, но при этом не взял с собой никаких документов и вещей. Спрашиваешь про них, а у родителей глаза бегают.

— И они не очень сильные маги, но дети попали под категорию одаренных?

— Да, откуда вы знаете?

— Догадался.

— А остальные?

— Семьи не знатные, отдаленные провинции, порой обращения не попадали в реестры. Ничего особо сказать не могу.

Кажется, я все правильно понял. Потенциально сильные ребятки пропадают неизвестно куда. И вдруг у моего отца обнаруживается их список. Интересное совпадение.

— Кстати, помните, вы просили посмотреть сведения про тех, кто неожиданно лишился силы?

— Да, нашли что-то?

— Немного, но все же есть пара моментов, которые меня заинтересовали, — он вытащил из портфеля тонкую папку. — Четверо подростков, из небогатых семей. Случаи между собой не связывали, списав на медицинские аномалии. Как только я обнаружил это, связался с Белотеловой.

— И что она сказала? — я забрал документы и начал просматривать.

— Что магические каналы заблокированы, — Иван вздохнул, не продолжив фразу.

— Но это не все? Они заблокированы так же, как и у меня, да?

— Все верно. Вы были правы, эксперимент продолжается, — кивнул Калинин. — Но Разумовский умер, кто остался?

— Разумовский связан со школой. Все упирается в нее.

— К сожалению, никакой конкретики я не нашел по этому вопросу. Не лично же он ее курировал.

— Должны быть связующие точки, — я нахмурился. — Должны быть!

— С этими именами будет легче их найти. Вот только Дягилев...

— Что Дягилев? Я могу его найти, — во мне загорелась решимость.

Телепортер мог быть той самой ниточкой, за которую нужно потянуть, чтобы раскрыть тайну.

В голове вдруг мелькнуло банальное: “зачем я в это лезу?” Но ответ я нашел довольно быстро. И он был очень прост.

Я хотел отомстить за то, что со мной сделали. А самое главное, найти, кто всем этим заправляет. Это поможет прекратить эксперимент и не допустить появления новых Зарницких.

Хотя, возможно, в глубине души я знал, что лукавлю. Больше всего я хотел понять, почему я стал таким. Почему кристалл стер с меня отпечаток чужого вмешательства, но при этом оставил мне Алексу?

Я рассчитывал, что, поняв это, у меня получится стать сильнее. Потому что судьба обязательно столкнет меня с Вороновым. И мне нужно быть готовым к этой встрече.

А еще я четко ощущал, что незнание собственных возможностей ограничивает меня. Хотелось больше.

— Я постараюсь еще что-нибудь узнать, — отвлек меня от размышлений Калинин. — И еще, как вы собираетесь найти Дягилева?

— У меня есть способ, — уклончиво ответил я.

— Вы уже решили это? Я не могу отправиться с вами?

— Как только я его найду, то могу послать сигнал через артефакт. Вас такое устроит?

— Вполне. Если сам не смогу — пошлю напарника. После смерти Разумовского служба в сложной ситуации. Факт, что толпа людей перехватила вас по дороге, да еще и под эгидой начальника безопасности. Я едва сдерживаю свое руководство, чтобы не арестовать вас, — он откинулся на стуле и внимательно посмотрел на меня. — Главное, что сейчас я могу сделать, так это размахивать вашим договором на консультации для нашей службы. А это уже прямое нападение на сотрудника.

— Кстати, что с пострадавшими в той стычке?

— Арестованы, находятся в больнице, — пожал плечами. — Вы их знатно отделали.

— Я не думаю, что это последняя стычка.

— Возможно. В любом случае вы сотрудник нашей организации, и мы вам помощь предоставим. В разумных пределах. Постарайтесь все же быть осторожным.

— Те, кто стоит за школой, могут быть выше вас.

— Вы думаете, нас это испугает? — усмехнулся он. — Для того мы и существуем. Сильные мира сего должны знать, что и на них найдется управа. Да и потом, мы отчитываемся перед императором.

— Посмотрим, — сказал я. — Сам факт наличия школы уже вызывает вопросы. Как такое можно провернуть и остаться в тени?

— Мы изучим это со всех сторон и разберемся, — твердо сказал Калинин и начал вставать. — Жду от вас вестей.

— До встречи, — кивнул я и тоже поднялся.

Теперь мне нужно было уединенное место, чтобы спокойно прыгнуть к Дягилеву. Только что делать с Ветром? Без его поддержки идти не хотелось, но с другой стороны, у него можно взять слепок ауры и в любой момент прыгнуть обратно.

Через десять минут мы с воздушником стояли в неприметном месте. Я Ветру уже все объяснил, взял у него кровь, и даже успел наложить код на монету. Другого в карманах не нашлось.

Маг будет меня ждать, сидя на скамейке. Оправлять его в комфортабельный мобиль я не стал, вдруг во время приземления меня располовинит крышей?!

И только после этого начал переписывать код под Дягилева. Это все заняло у меня не больше трех минут, все же схема уже в голове была.

— Постараюсь вернуться поскорее, — сказал я Ветру и активировал заклинание. — Думаю, Дягилев появится первым. Будь наготове.

Меня, уже можно сказать, привычно дернуло, и я переместился.

***

— Что ты ему сказал?! — резкий голос саданул по нервам, едва я очутился в незнакомом месте. — Последний раз спрашиваю, что ты с ним делал и что ему сказал про нас?!

— Это по работе, — низкий хрип Дягилева был едва различим. — Я был с ним по работе! Сколько раз я должен вам это говорить. Я телепортер. Мои услуги нужны людям.

— И почему же твои уникальные услуги понадобились именно ему?!

Смачный звук удара и стало тихо. Ни вскриков боли, ни грохота упавшего я не различил, как не напрягал слух. Я стоял буквально за сломанной стеной, скрытый густой тенью. Сквозь трещины мне была видна только половина соседнего помещения, с тусклой лампочкой, дощатым полом и половиной тела человека, который бил Дягилева.

“Алекса, что там?” — как я ни вытягивал голову, рассмотреть самого телепортера мне не удавалось.

“Дягилев привязан к стулу, лицо разбито. Позади еще двое молодых людей. Их идентифицировать я не могу.”

“Что с их силой?”

“Физически хрупкие, за магию мне не известно. Нужен контакт.”

Я решил запустить с пластинок паралич, чтобы сразу вырубить противников, а потом забрать телепортера.

Так, я и поступил, резко выскочив из-за стены и молча бросив в троицу заклинанием. Они с глухим стуком моментально упали под ноги Дягилеву. Еще на всякий случай я погрузил их в сон. Вряд ли они смогли меня рассмотреть, так что я не волновался, что меня узнают.

Звук привел его в себя, и он осторожно поднял голову, поморщившись от боли.

— Зарницкий? — его глаза расширились. — Как вы меня нашли?!

— Секрет фирмы, — скривился я, подходя ближе.

Ловушек в помещении не было, так что я шел спокойно. Быстро рязвязав Артема, я помог ему подняться.

— Вы можете переместиться?

— Постараюсь, но чувствую себя, конечно, отвратительно, — он пнул ближайшего мужчину. — Зря вы сюда пришли.

— Тебя ищут, я вызвался помочь, — пожал я плечами.

— Тогда нужно срочно уходить. Вы на мобиле?

— Нет, я прыгнул.

— Что?! Каким образом?!

— Может, поговорим в другом месте? — я обошел лежащих магов. — И вы мне все расскажите.

— Они нас не слышат? — в его голосе прозвучал испуг.

— Нет, паралич и сон.

— Интересная вы личность, Тимофей Викторович, — покачал он головой. — А вода у вас есть? И какое сегодня число?

— Потом, все потом.

— Куда прыгать? — он встряхнулся, проверяя, как работают мышцы.

— Я переместился из сквера Скрябина в Дубровске, знаете такой?

— Удивительно, но знаю. Место не людное, но небольшое. Но почему не Мосград?

— Там ждет мой человек, Ветер, вы его видели, — я проигнорировал его вопрос.

— Да, хорошо. Тогда поехали?

— Вы, потом я сразу за вами, если вдруг промахнетесь.

— Не доверяете? — понимающе спросил Артем.

— Я все равно вас могу найти везде, где бы вы ни спрятались, — пожал я плечами.

Я не угрожал, а просто констатировал факт. Но Дягилев едва заметно вздрогнул и опустил голову.

А потом исчез.

Я подождал полминуты и прыгнул за ним, дернув за нить его ауры. И в следующее мгновение мне уже в лицо дунул легкий ветер Дубровска. Дягилев тяжело привалился к скамейке, Ветер застыл рядом с ним, но не как угроза, а как наблюдатель.

— Вам нужно в больницу, — сказал я, увидев синяки и ссадины при нормальном освещении.

— Я сам брошу лечилку, все в порядке. Вы должны куда-то меня отвести?

— Могу сразу к Калинину, чтобы вам не пришлось два раза рассказывать вашу историю.

Дягилеву ничего не оставалось, как согласиться. И я активировал артефакт, теперь тайная служба знает, где я нахожусь.

— Пока ждем, вы хотели воды, правильно я помню? Тут есть кафе, — я махнул рукой на другую сторону улицы. — Оттуда мы сразу увидим, когда за нами приедут.

— Мне бы сначала умыться, — растерянно сказал Дягилев, тронув рукой за разбитые губы.

— Запускайте лечилку, — резко сказал я. — Она все уберет.

— Простите, голова не соображает, — он нахмурился, сосредоточился и даже прикрыл глаза.

Было видно, что ему тяжело дается такая простая магия. Я на всякий случай попросил Алексу проследить за его заклинанием. Мало ли что там, может, быть? Вдруг Дягилев сейчас самоубьется о собственную силу. А мне этого совсем не нужно.

Но через минуту я и сам увидел, что лечение вовсю работает: синева начала сходить, пропали разводы крови, да и губа пришла в порядок.

— Вот, теперь можно идти, — удовлетворенно сказал я. — Возьмем навынос, чтобы не задерживаться.

Мы зашли в кафе, Ветер сразу же подошел к официантке и продиктовал заказ. Еще я знаю, что он доплатил за срочность, иначе почему девушка сначала нахмурилась, а потом широко улыбнулась. Хотя может причина в том, что воздушник — весьма приятный мужчина?

Так или иначе, два пакета нам вынесли буквально через три минуты. Получив их, мы вернулись в сквер на скамейку и сразу приступили к еде. Дягилев выпил половину бутылки воды и вгрызся в бутерброд, будто не ел уже пару суток.

А я вяло ковырял содержимое своего, не особо хотел есть, но нужно было чем-то себя занять. Ветер вообще не стал трогать свою порцию.

— Нашей встречи прошло меньше суток назад, но вас уже начали искать, — сказал я, наблюдая за Артемом.

— Да, получается, я не пришел на встречу, на телефон не отвечал. Все правильно. А вот, кстати, и Иван собственной персоной, — Дягилев махнул рукой с зажатым бутербродом на вход в сквер.

Я глянул в ту сторону и увидел одного Калинина. Я-то думал, что он придет с группой поддержки! Но нет.

Он неторопливо подошел, встал рядом с нами и сказал:

— Рад, что ты в порядке, — он посмотрел на Артема, а потом повернулся ко мне, — Тимофей Викторович, вы снова нам помогаете. Что я должен вам на этот раз?

Дягилев приподнял брови, но потом передумал и быстро доел бутерброд.

— Давайте пока разберемся в ситуации. Сейчас я хочу услышать интересную историю, — я уперся взглядом в Артема.

Он еще кивнул, прожевал, запил водой, и только потом начал рассказывать.

— Я не должен вам все это говорить, но ситуация вышла из-под контроля. И все из-за смерти Разумовского.

— Кто тебя избивал? — спросил я.

— Собственные товарищи, — скривился он и машинально потрогал скулу, где был синяк. — Они уверены, что я сотрудничаю с вами, Тимофей Викторович.

— И им это не понравилось. Как их зовут и кто они?

— Погоди, посмотри сначала вот это, — не дал ему ответить Калинин и протянул список имен, который я достал из банка.

— Не может быть! Так вы уже знаете? — удивился Артем.

— А вот с этого места поподробнее, — в этот момент я понял, что не зря все это затеял.

Не зря прыгнул за Дягилевым в первый раз и во второй, развлекался с отцовским сейфом, используя мудреное заклинание, а не обыкновенный резак. Не зря. Я даже подался вперед, чтобы не упустить ни слова из рассказа Дягилева.

— Это список учеников Брусиленко, — тихо сказал он.

— Постой-ка, того самого Брусиленко? — озадаченно переспросил Калинин.

— Да, глава школы с его же именем на вывески, — кивнул Дягилев и продолжил, — мы все учились в одном классе.

— Значит, вы?.. — у меня в голове не укладывалось. — Но как вы работаете с тайной службой и при этом являетесь учеником Брусиленко?

— А что такого? Мы все где-то работаем, чтобы как-то жить.

— Так, — тряхнул я головой. — Расскажите с самого начала.

— Хорошо. Это случилось давно, если я правильно помню, то о вас, — он глянул на меня, — уже вовсю гремела столица. Девять подростков с магическими клятвами отправили в закрытую школу. Я мало что помню о том обучении. Почему-то на ум приходят только вспышки боли и дурное настроение. Три года прошли как в тумане. Но моя сила значительно изменилась. Я стал телепортером, хотя до этого владел лишь слабым ветром. А потом вы вышли из-под контроля, так нам сказали. И начался сущий ад. Лекарства, уколы, внушение — всего стало на порядок больше. Я чуть не рехнулся в тот момент.

Дягилев перевел дух, отпил еще воды и продолжил.

— Когда же вас лишили магии, все закончилось. Все в школе выдохнули и начали приходить в себя. Тех, кого вы видели, Тимофей Викторович, это номера два, шесть и семь в списке. Самые талантливые из нас. Они сразу почувствовали послабления и первыми вышли в свет. После этого мы почти не появлялись в школе, она стала не нужна, как место. Пересекались когда где.

— А еще двое? Которых нет в списке? — спросил я.

— Погибли, — с печалью ответил Дягилев. — Не выдержали нагрузки.

— И что было дальше? Вышли в свет и? — поторопил его Калинин.

— Нам выдали документы, нашли нам работы, но все равно клятва держала нас на коротком поводке. Но все изменилось после смерти Разумовского. Узы лопнули. Мы почувствовали свободу и никак не можем ей насытиться.

— Но тебя били! — укоризненно сказал Иван.

— Без Разумовского школа лишилась поддержки. А еще, кажется, он сдерживал безумие Брусиленко. Меня подловили на одной из локации просьбой о помощи. В первый раз я смог выбраться, а вот в этот раз.

— Первый, это когда вы за мной в особняк отца прыгали? — вспомнил я настроение Дягилева. — Но второй раз, как вы умудрились попасться?

— Они хотели извиниться и поговорить, — с неприязнью ответил Артем. — Да, я уловил ваш посыл и тоже чувствую себя идиотом.

— И все это из-за того, что вы общаетесь со мной?

— Да, как-то узнали, — дернул плечом Артем. — И когда успели?

— Либо в конторе крот, либо кто-то следит за тобой, — задумчиво сказал Иван. — Или за вами.

— Нет, точно нет. На мне нет маячков. О своих передвижениях я никому, кроме своих, не говорил. И они тоже чисты! — я рубанул ладонью воздух.

Сказал и сразу запустил сканирование на Ивана и Артема, вдруг маячок есть на них? Но нет, все чисто.

— На вас, кстати, тоже нет, если что, — добавил я уже спокойнее. — Что делать будем? Брусиленко нужно найти, чтобы остановить эксперимент. Он давно вышел из-под контроля. И еще, Артем, расскажите про силу остальных. Нужно быть готовым к стычке.

— А меня вот интересует твоя сила, вроде в школу набирали потенциально сильных магов, тогда почему у тебя только слабый ветер?

— Потенциал большой. То есть, как сказали моим родителям, у меня очень высокая проводимость магических каналов, — он перевел взгляд на меня. — Конечно, расскажу. Я уже и сам не рад, что все так вышло. Чувствую, что меня использовали. Да и это нападение...

Он замолчал. Мне вдруг показалось, что ему сложно в чем-то себе признаться. Может, в том, кого из него хотели сделать, или почему его предали.

— Дело в том, — снова заговорил Артем, — что нам долго и упорно запихивали в голову обязательства перед школой. Что нас выбрали, что мы лучшие, и что мы должны. И за это вытряхнули из нас всю душу. Главным врагом у нас были вы, Тимофей Викторович. Предатель, который забыл все, чему его учили. Человек, который убил одного из основателей школы. Боюсь, что зная, что мы с вами общались, они не остановятся. Теперь мое имя стоит под вашим.

— Они могут напасть на Тимофея Викторовича?

— Вполне. Если трое из наших лежат до сих пор в там, — он неопределенно качнул головой, — то остаются еще четверо.

— Думаю, я знаю, как они вас нашли. И почему знают, что вы общаетесь со мной, — вдруг сказал я.

— Поделитесь, — понизил голос Артем.

— Я плохо помню, но во время экспериментов, у меня и у вас брали кровь. Так, они получили слепок наших аур, а это значит...

Я резко оборвал себя, потому что в голове прозвучала торопливое:

“Тимофей Викторович, на дом напали, первая линия защиты сломана.”

Глава 3

— Что случилось, Тимофей Викторович? — беспокойно спросил Калинин, заметив, что я оборвал свою фразу.

— Мне нужно срочно уходить, — я поднялся со скамейки. — На мой дом напали.

— Мы можем чем-то помочь? — вскинулся Иван. — Думаю, Артем сможет утащить двоих. И будет не против тоже поучаствовать в хорошей драке. Так ведь?

Его взгляд уперся в телепортера, и тот его выдержал.

— Я хочу помочь, готов прыгнуть с тобой. Только артефакты в мешок убери, — он протянул черный сверток.

— А как же Тимофей Викторович?

— Я сам могу, — я раздраженно дернул плечом. — Я пошел. Артем, первая линия защиты сломана, можешь прыгнуть ближе. И будьте осторожнее, непонятно, кто ко мне пожаловал в гости.

Он кивнул, не обращая внимания на ошалевшего от моего заявления Калинина. А я не стал смотреть на то, как последний выворачивает многочисленные карманы, а уже активировал заклинание переноса.

И в следующую секунду исчез, чтобы появиться рядом с Матильдой. Она уже знала, что я должен был появиться, и стояла посреди просторного холла. Взгляд ведьмы был испуганным.

— Где? — сразу спросил я.

Прыжки с каждым разом давали мне легче, сейчас даже тошнота к горлу не подкатила, и я уверенно стоял на ногах.

— Со стороны заднего двора, — затараторила Матильда. — Видела то ли трех, то ли пятерых. Пыталась определить по силе, но магия странная! И огонь с ветром вместе, а еще электричество и даже лед. Никогда такого не видела. Может, их там больше чем пятеро? Очень сложные заклинания. Все время бьют в одно место, пытаются пробить защиту. Алекса уже все ресурсы на защиту бросила. Еж отчитался, что бомб почти не осталось.

Я поднял ладонь, останавливая ее речь, но это не помогло.

— Посмотрите! Еще двое! — она побежала к окну.

— Открой, это свои, — я увидел Калинина и Дягилева. — Где остальные?

— Тень на крышу пошла, наблюдает, а Еж и Ветер атакуют из-за пристройки. Хорошо, что защитный барьер может пропускать их заклинания.

Она судорожно выдохнула, сникла, будто только сейчас осознала, что на самом деле происходит. Я ободряющее положил ей руку на плечо и тут же поспешил к остальным. Ждать, когда добегут до крыльца Иван с Артемом, я не стал.

Мне нужно было увидеть все своими глазами. Возможно, смогу чем-то обезвредить нападавших. Может, у меня и не такая мощная атакующая магия, но старую добрую блокировку никто не отменял.

— Алекса, — крикнул я, — врубай стандартный протокол.

— Исполнено в момент появления гостей, — она появилась рядом со мной и летела рядом. — Не сработало. Они просто сломали первый слой, даже не прикасаясь к нему.

— В рот им код! Скажи Калинину и Дягилеву, чтобы шли сюда.

— Но атакующие не только здесь. Они рассредоточились по периметру.

— Сколько их?

— Шестеро. И трое из них те люди, которых вы недавно встречали.

— На нас напали ученики Брусиленко, — кивнул я, выглядывая из двери на задний двор.

Второй защитный слой еще пока держался, но, как я видел, на последних крупицах энергии. Еще минута, и он рухнет, на радость врагам.

Я присмотрелся к заклинаниям Ветра и Ежа. Их магия свободно пролетала через барьер, а вот никого из стоящих в кустах магов, они не задевали. Там уже даже толком кустов не осталось!

Гадство!

У них либо тоже защита, либо на них это вообще не действует. Совсем.

Витиевато выругавшись, я повернулся к Артему. Он уже успел отдать вещи Калинину, и они с беспокойством смотрели на барьер.

— Что нам может помочь против учеников Брусиленко? На них не действует магия.

— Это они? А, вижу заклинания. Точно, это они. Видимо, артефакты рассеивания, — скривился телепортер, глядя в окно. — У каждого из нас такие должны быть.

— Но как вы работаете тогда с силой?

— Действие направлено только на тело мага.

— Что еще про них нужно знать?

— Они могут смешивать разные силы, — задумался Артем. — И нельзя забывать, что у каждого есть какая-то уникальная магия.

— Как у вас — телепорт? А у них что?

— Да, телепорт. К сожалению, я не могу сказать, у кого что, так как нам запрещали говорить об этом друг с другом, да и как-то не было на это времени. Я помню только часть из-за блокировки разума. Словно есть я — работающий телепортером и терра инкогнито, где я с этими ребятами. Знаю, что есть способности к управлению разумом, усилитель, и маг крови.

— Плохо. Но хоть что-то. Как я понимаю, магией атаковать бессмысленно.

— Смысл есть, но это тяжело. Но можно и по-другому, — криво улыбнулся Артем. — Простой физической силой.

— И это сработает?

— По идее должно. Против лома нет приема, — усмехнулся Артем.

— А антимагия у них есть?

Я вспомнил антимага, который нападал на меня, казалось бы, вечность назад. Может, здесь похожая структура? Вот только проверить это было невозможно, так как они за барьером.

— Я не могу сказать точно. Мы сами про себя многое не знаем.

И тут мне пришла в голову дикая идея.

— Все зайдите в дом, срочно! — крикнул я, махнув Ветру и Ежу, а про себя отдал команду Алексе.

“Снимай защиту периметра, будем их бить по старинке.”

“До отключения барьера остается четыре, три, два... Снято.”

По ушам прошелся мерзкий звон и нас перетряхнуло, подбросив желудок к горлу. А у меня даже штамп на затылке заныл, как так Алекса теперь бросила все силы на защиту стен.

— Что это было? — испуганно спросила Тень.

— Я убрал защиту. Если на них не действует магия, то чего силу тратить?

— Это прекрасно, Тим, но они нас сейчас раскатают, как тесто на пироги. Или у тебя есть идея?

— Матильда, — вместо ответа, я повернулся к ведьме, — не желаешь ли помочь?

— С превеликим удовольствием! — просияла она. — Что делать?

— Проклинать!

Нам потребовалось всего тридцать секунд, в которые за домом стояла мертвая тишина, чтобы доработать код магии Матильды. Алекса давно начала подготавливать для этого почву, но проверить изменения не было времени.

Ох, чует мое сердце, повеселимся мы на славу. Хотя моего боевого настроя не разделял Артем, который догадывался, на что способны эти шестеро. Да и Калинин все время косился с сомнением. Но подмогу вызвал. Только неизвестно, когда эта самая подмога приедет.

Как только нападавшие подойдут ближе, Матильда запустит свое заклинание. Оно моментально развернется и покажет, кто эти маги на самом деле.

И вот тогда придет мой черед действовать.

“Алекса, подсвети их.” — мысленно попросил их.

В ту же секунду вокруг дома появилось шесть меток, которые в режиме реального времени показывали, где нападавшие. И все они находились с разных сторон дома. Неудобно.

На заднем дворе их было всего трое, еще двое шли с боков, а один держался в стороне. Неприкрытым оставался только главный вход. Странно, конечно, что будем работать с тем, что есть.

После падения барьера, метки приблизились на несколько шагов и замерли за десяток метров от дома.

— Матильда, поехали! — скомандовал я.

Ведьма с улыбкой кивнула и резко взмахнула руками. Ей не нужно было даже видеть всех шестерых, она сразу била по площади. Едва заметная зеленоватая волна разошлась от нее, без препятствий пройдя сквозь стены.

Метки дрогнули, но не сдвинулись с места.

“Что ты видишь, Алекса?”

Ее ответ меня здорово не порадовал. Плохо дело, плохо!

— Зараза! — выдохнул я и посмотрел на остальных. — Магия на них не действует. Проклятие Матильды обогнуло их не затронув. А ведь в нем были специальные крючки для этого.

— Даже за одежду не удалось закрепиться? — спросила Тень.

— Все впустую. Но зато мы теперь это знаем, что это не артефакт, а антимагия в чистом виде,— я повернулся к Артему. — У тебя так же?

— Я не знаю, о чем вы говорите, — недоуменно ответил он.

— Ветер, — скомандовал я.

В следующую секунду в Дягилева полетел слабый воздушный кулак. И вот какая странность, заклинание прошло сквозь него и сбило вазу со стола.

— Твою ж... — выдохнул Калинин, смотря на осколки, разлетевшиеся по всей кухне.

— Вот и я о том же. Артем, сейчас посмотрим, что у тебя там внутри.

— Что? — телепортер обалдело на меня посмотрел, когда я взял его за руку и сжал.

“Алекса, полное сканирование!”

— Тим, сейчас не время! — закричала Тень. — Они близко!

Метки, действительно сдвинулись и теперь были почти под самыми окнами, но опять кроме одного. Но у меня не было времени о нем думать.

— Да забросайте их камнями, задержите! — рыкнул я. — Если я не разберусь в их силе, нам с ними не справиться.

Еж, Ветер и Калинин бросились на улицу, и я сразу услышал грохот.

У меня не было времени смотреть, как они собираются отвлекать противников, и переключился на Дягилева.

Через секунду у меня в глазах рябило от кода, который я увидел на нем. Да это просто была дикая мешанина из всего, что можно придумать! Нагрузка на магические каналы должна была быть колоссальной!

Видимо, именно в этом смысл экспериментов Брусиленко: напихать побольше. Но как они это делали?!

“Я не могу идентифицировать внешний способ воздействия.”

Как можно сделать антимага, который может использовать магию?! В голове не укладывалось.

Я всмотрелся внимательнее на код. Если я правильно понял, то магические каналы всех учеников Брусиленко изолированы от остального организма, и поэтому они способны творить заклинания и одновременно были защищены от атак. Но ведь эту связку наверняка можно разрушить!

Но успею ли я?

Метки дрогнули и, наконец, отошли на несколько метров. Физическая атака дает первые плоды. Конечно, маги не стали забрасывать их камнями, но использовали все возможные немагические методы. В основном работал Ветер. Он швырял в нападавших всем, что попадалось под руку.

Тень успела сбегать на склад и притащила коробку с какими-то рогатками, и теперь нападавшим приходилось несладко. По крайней мере, первые пару минут. Это они уже потом создали защитный барьер.

Но его смогла уничтожить магия Матильды, высосав всю магию. Атака застопорилась. Наши заклинания бессмысленны, а их — распадаются.

Оценив ситуацию, я снова обратил свое внимание на Артема. Где-то в нем скрыта тонкая ниточка, дернув за которую я могу разрушить все.

Вдруг дом тряхнуло. Да так сильно, что Матильде пришлось зацепиться за Тень, чтобы не упасть.

“Сломаны балки на крыше. Возможность обрушения шестьдесят три процента.”

— Не сбавляйте обороты! — я крикнул, надеясь докричаться до магов на улице.

На всякий случай мое сообщение им продублировала Алекса, с подсказками о вариантах атаки. Краем глаза я заметил, как в окне мелькнула вырванная с землей скамейка.

Но это быстро перестало меня интересовать, так как я нашел то, что искал — связующий знак между двумя системами в телах нападавших. Маленький мостик, который нес в себе сложную структуру из блокировки, рассеивания и дестабилизации магии.

Очень интересно. А что будет, если разрушить это? Такое хрупкое место должно быть легко повредить.

Трогать Артема, я, конечно, не стал. Я снова глянул на метки, они рассредоточились широким полукругом. Вот только как мне запустить заклинание, чтобы оно прошло сквозь их защиту?

Через Алексу не получится, придется идти на физический контакт.

Зараза!

Не говоря ни слова, я бросился во двор. Ближайший противник, как я успел заметить за ураганом пыли, находился в девяти метрах справа от пристройки. Она уже лишилась части обшивки и зияла некрасивыми дырами.

Выхватив кинжал и пригнувшись, я рванул вперед. Мне не нужно было никого даже убивать, только ранить. Так, я получу слепок их ауры через кровь и смогу запустить вредоносный код в его организм.

Ветер уже начал атаковать моего противника, подняв больше грязи в воздух. Я уже почти и сам ничего не видел, но меня вела Алекса.

Быстрый выпад, и сразу на бедре противника появилась тонкая рана. Я глянул на лезвие — алые капли крови сияли рубинами.

Но я не успел отскочить, когда мне в грудь ударил водяной кулак. Я покатился по пыли, мысленно молясь, чтобы вода не стерла драгоценную жидкость с кинжала.

“Слепок снят, запускаю вирус.”

Голос Алексы, как глас ангела, раздался у меня в голове, и я позволил себе улыбнуться. Вскочив, я спрятался за выступ крыльца пристройки. Мне хотелось видеть работу кода в первых рядах.

Ураган немного стих, и мне удалось рассмотреть противника: тощий, угрюмый и белобрысый парень не старше Артема. Он искал меня, одновременно пытаясь протереть глаза от песчинок.

“Активация.”

И вдруг он вздрогнул и непонимающе дотронулся до груди.

— Есть! — прошептал я.

Но дальше произошло то, чего я совсем не ожидал: парень рухнул, как подкошенный. Из его рта, глаз и ушей потекли алые ручейки.

“Фиксирую обильное кровотечение. Повреждение сосудов, разрыв внутренних органов. Наложить лечение?”

“Да!” — мысленно выкрикнул я.

Я не хотел его смерти! А его фактически разорвало изнутри. Неужели такое хрупкое тело? Но почему?

Нет, нужно придумать что-то другое.

Я с тревогой смотрел, как дергается белобрысый, и каждую секунду слушал от Алексы статистику о его состоянии. Все ее усилия были впустую.

“Констатирую смерть.”

— Твою ж! — я вынырнул из своего укрытия и поспешил в дом.

Над головой все еще гремели снаряды из подручных материалов, пахло паленым и мокрой землей.

Я глянул в сторону меток и заметил, что часть двора превратилась в болото, а другая часть выжжена. Это Еж и Калинин постарались. Нужно будет еще с тайной службы потребовать компенсацию за порчу имущества, если выживу.

Пригнувшись от летящего ледяного копья, я заскочил в открытые двери. А через секунду в них появилась дыра от огненного шарика.

— Ты убил его! — крикнул Артем с вызовом.

— Ты ощутил это? — удивленно спросил я, проигнорировав его слова. — Значит, и остальные тоже. Интересно. Что же с вами сделали?

— И с вами, — добавил Артем, вдруг вернувшись на “вы”. — Вы тоже были там.

— Боюсь, что я какой-то неправильный. Мало того что помню половину, так еще и не убиваю сейчас всех подряд. Нахрена они, вообще пришли?!

Последнее я крикнул. Накатила какая-то тупая беспомощность. Я не собирался их убивать! Мне нужна информация!

Глубоко вздохнув, я снова вернулся к дверям.

“Алекса, отзови наших.” — устало попросил я.

Через секунду грохот от заклинаний прекратился, только пыль все еще висела в воздухе. Правда, атака со стороны противников не прекратились. Прямо за окном упали несколько ледяных градин размером с теннисный мяч.

— Я хочу поговорить! Готовы? — крикнул я, и только после этого открыл дверь.

Наступила вязкая и неприятная тишина.

“Ты убил нашего друга”, — раздался у меня в голове мужской голос.

“Блокирую внешнее воздействие. Источник определить невозможно”, — вторила ему Алекса, но я ее остановил.

“Вы на моей территории”, — спокойно ответил я.

“Вы предатель.”

“Это вам так сказали.”

“Это правда,” — эхом ответили мне.

“Я хочу поговорить с вами.”

“Этого не будет.”

В меня полетел водяной кулак, но я успел закрыться щитом.

“Я не хочу вас убивать, но вы не оставляете мне выбора.”

“Мы убьем вас.”

“Зачем?”

“Так надо. Вы предатель.”

Я не стал это комментировать, лишь закрутил головой, смотря на метки. Кто же со мной говорил? Кто из них обладает такой способностью? Или они все вместе говорят со мной?

Я заглянул на кухню и увидел потрясенного Артема. Кажется, и про это ему тоже не сказали, но он также слышал этот голос. Значит, это коллективный сеанс связи.

Вопрос только могут ли они ощутить Алексу?

— Вы слепо исполняете чужую волю, — громко сказал я, зная, что меня услышат. — Как и я раньше. И сейчас кому-то очень нужно, чтобы вы меня убрали. Вы пешки в руках директора школы. Вам это нравится?

В ответ не раздалось ни звука. Но и новых заклинаний не прилетело. Что ж, можно продолжить общение.

— Я знаю, как убрать оковы с вас. У меня получилось, получится и у вас. Вы станете свободными.

“Мы убьем тебя.”

— Это говоришь ты? Или через тебя вещает твой хозяин, который стоит за плечом и указывает рукой на новую цель? Вам хоть объяснили, зачем меня убивать? — я снисходительно сделал паузу, а потом продолжил. — Нет.

“Ты предатель.”

— Нет, — твердо сказал я. — Я вырвался из-под контроля. Вернул себе силу. И стал мешать.

Метки все еще не двигались с места. Почему же нельзя определить говорившего?!

— Решать вам. Слепо следовать чужой указке или прекратить это, — я прислушивался, но все было тихо.

Мир застыл в ожидании их решения. Пыль уже улеглась, открыв мне вид на труп белобрысого. Остальных видно не было. Я посмотрел на Артема. По его каменному лицу теперь ничего нельзя было понять, но глаза остекленели. Он говорит с ними? Интересно.

На краю сознания плескалась злость и раздражение, но любопытство и желание разобраться, затмевали их, оставляя возможность рационально мыслить.

“Фиксирую движение”, — раздался в голове голос Алексы.

Но я и сам его видел. Дальняя метка, которая с самого начала атаки не приближалась, дернулась и сместилась.

Ход сделан.

Глава 4

— Вы обещаете их не убивать? — Артем вдруг шагнул ко мне и посмотрел мне в глаза. — Обещаете?

— Я и не собирался. Не забывайте, кто напал первым.

— Но что вы сделали?! Почему Елисей умер?!

— Елисей, значит, — задумчиво сказал я, изучая лицо Артема. — В ваших организмах две отдельные структуры: магические каналы и антимагическое физическое тело. Чтобы снять последнее, я вернул все обратно, как оно и должно быть. Это оказалось критическим вмешательством. Мне жаль, что так вышло. Экстренное лечение не помогло. Он скончался почти мгновенно.

В глазах Артема мелькнули смешанные чувства. Я успел заметить боль, разочарование, страх.

— Это неправильно. Неправильно! — крикнул он.

— И то, что с вами сделали — тоже, — качнул я головой. — Вам навязали чужую волю. Вопрос, почему на вас это не подействовало, Артем?

Теперь взгляды всех скрестились на Дягилеве, что он даже вздрогнул.

— Почему вы слышите их, чувствуете их, говорите с ними? — я шагнул к нему. — Кого именно вы предали? Их или меня?

— Я не предавал никого! Я просто отозвался на просьбу друга! — он кивнул на Калинина. — Просто прыгнул!

Теперь он выглядел растерянным. Его плечи затряслись, он будто готов был зарыдать, но потом поднял на меня сухие глаза.

— Они позвали меня. Сказали, что я связался с вами. С тем, кто оставил школу, предав всех. Школу, директора, идеалы.

— Вот что странно, — я продолжал смотреть на него, — вы почти не помните, что с вами происходило в этой школе, не знаете силу друг друга, но живете спокойно среди других магов. “Терра инкогнито”, так вы сказали. И при этом держитесь заодно и то же. А они работают слаженно. Так предатель ли вы, вообще? Или им, как и вам, отдали приказ на мое устранение?

— Что? Да как вы такое подумали?! Вы же сами видели, как они держали меня в плену!

— Постановка, не более, — лениво отозвался я.

Впрочем, моя расслабленность была показная, внутри же я был собран и напряжен.

— Они же меня сейчас слышат, так ведь? — спросил я не присутствующих магов, а тех, кто оставался стоять за пределами дома. — Если кто-нибудь из вас шестерых хоть косо посмотрит на меня или моих людей, я разрушу все ваши связующие символы. Каждого. Один за одним.

От моих слов Артем побледнел и хотел отступить, но позади него уже стоял Еж, держа в руке сформированное водяное копье.

— Я понятно объяснил?

Метка, что стояла позади всех, замерла. Да, они все меня слышали. Вот только сработает ли у них инстинкт самосохранения? Поверят ли они мне или предпочтут уничтожить даже ценой жизни товарища?

“Фиксирую внешнее возде...” — пискнула помощник и замолчала.

“Алекса? Что случилось?”

Но она не отозвалась.

Кухня вдруг покачнулась, набежали густые сумерки, и я перестал видеть остальных. Нет, я не ослеп. Просто вдруг все маги в доме исчезли. Да и сам дом, и свет. А потом и мир погас.

Я просчитался! Но где?

***

— Так на чем мы остановились, Вер? — бросил я через плечо, оторвавшись на мгновение от монитора. — А, вспомнил, на скачке в статистике. Что ты нашла?

Вера сидела позади меня с планшетом и морщила нос. Она всегда так делала, когда о чем-то задумывалась. Услышала меня, подняла голову и непонимающе посмотрела.

— Скачки в статистике, — повторил я с улыбкой, — где ты витаешь?

— Прости, пожалуйста. Аня прислала мне ссылку на свадебный салон, и я уже второй час листаю модели.

— Понравилось что-нибудь? — в это мгновение все графики и данные выскочили из моей головы.

— И да и нет, — покачала она головой. — Они или прекрасные, или жутко дорогие!

— Вер, ты опять забываешь, что свадьба бывает раз в жизни, и можно потратить на платье деньги. Пусть даже большие, — укоризненно ответил я.

— Понимаю, но на один день! Да и потом, они на картинке красивые, а наденешь и плакать хочется.

— Сходи с Аней в этот салон и выбери то, к чему душа лежит, — я вернулся к данным на мониторе, — а на ценник не смотри. Мне главное, чтобы тебе оно понравилось. А ты ж мне потом весь мозг съешь...

— Маленькой ложечкой, — закончила она за меня фразу.

Я крутанул колесико мышки, чтобы сверить данные, что-то в них меня смущало.

— Тимофей, — ее голос был серьезен, как никогда, — я не выйду за тебя. Мне надоело, что ты все время думаешь, что у нас все в порядке. Это обман! И мы небогаты. Забыл?

— Не понял?!

Сказать, что я обалдел — это вежливо промолчать. Я резко обернулся, чтобы взглянуть в ее глаза. И увидел, что черты ее лица исказились, будто я смотрел испорченное видео.

— Вчера пришло очередное письмо о задолженности, — напряженно продолжила она. — Компания на грани банкротства. Наши проекты рассыпаются после презентаций. Сам посмотри на эти жалкие столбики!

Я удивленно моргнул, машинально перевел взгляд на монитор и вдруг увидел отрицательную статистику. Столбцы на графике совсем были не похожи на то, что я видел минуту назад!

Пришлось прокрутить данные, чтобы убедиться в реальности происходящего. Минуты текли за минутой, и я вдруг начал узнавать цифры.

Да, все верно, наши показатели уже давно находились ниже плинтуса. Вера права. И с чего я решил, что мы можем позволить себе дорогое платье? У нас едва хватит денег оплатить регистрацию брака.

Если, конечно, Вера передумает.

— Слушай, понимаю, что сейчас не лучшее время, но вот так отменять свадьбу — не дело.

— Тимофей, подумай, — упрямо сказала она, — что нас ждет впереди? Нищета? У нас скоро дом отберут за долги!

Дом? Разве мы не в квартире жили? Нет, точно, в доме.

Сознание подсовывало мне факты из жизни, которые постоянно менялись. То я видел себя в роскошной лаборатории, то вдруг оказывался в этой: непрезентабельной, обшарпанной и с неработающим оборудованием.

Как я докатился до такого?!

И тоже вспомнил. Неудачи сыпались как из рога изобилия. Все программы, которые я написал, не работали. Инвесторы уходили косяками. Зачем я все еще продолжаю этим заниматься?!

Я поднял взгляд на Веру и вдруг увидел уставшую женщину с морщинками. Тусклую. Выцветшую. И волосы какого-то неприятного оттенка. Как мы, вообще, начали встречаться? Совершенно некрасивая. Угловатая.

— Мне нужно закрыть пару дел. Справишься без меня? — спросила она, избегая моего взгляда.

— Да, — задумчиво пробормотал я.

Настроение упало до критической отметки. За спиной тоскливо хлопнула дверь, и я остался один.

— Алекса, — тихо позвал я, — почему произошел скачок?

В ответ — тишина.

— Алекса?

Я машинально потянулся к чипу на затылке, но ощутил лишь короткий ежик волос. Резко отдернув руку, я с удивлением уставился на пальцы. Какой чип? О чем я вообще?

Противно пискнуло уведомление. Открыв его, я увидел письмо от своего друга. Алексей Воронов прислал информацию, что наша совместная работа подошла к концу. В последних строчках он скупо благодарил меня за уделенное время.

Послание было похоже на шаблон, которое его сексапильная секретарша рассылает десятками, сидя в роскошном офисе. Поморщившись, я закрыл почту. Очередная плохая новость.

В душе ничего не шевельнулось. Там был мрак. Липкий, удушающий, всепоглощающий. Сквозь него ничего не было видно. Ни единого лучика света.

“Тимофей, я не выйду за тебя”, — всплыли в голове слова Веры.

Почему она назвала меня полным именем? Не Тим, а именно Тимофей? Ведь так, как я помню, она всегда меня называла.

Эта мысль никак не давала мне покоя. Словно я хотел зацепиться хоть за какую-то мелочь, чтобы не думать о неудачах.

— Тимофей, Тимофей... — повторял я, как заклинание.

Что-то было в этом неправильное. Какое-то чужое, с привкусом гнили.

А как она меня раньше называла? Что с моей памятью? Почему я знаю одно, но вспоминаю совершенно другое?

Я огляделся. Какое убогое место! Куча хлама, которое по документам гордо именуется “оборудование”. Ящики какие-то, железные контейнеры, даже не понимаю, что из этого что.

Поднявшись, я внимательно все осмотрел. К своему удивлению, я действительно не знал, что это. Да у меня даже не получилось открыть ни одну крышку! Болты были, но они были запаяны. Такое ощущение, что тот, кто это собирал, не понимал, что делает.

Не останавливаясь, я перешел к дальнейшему исследованию собственной лаборатории. Сервера не было. Не было проводов. Не было электричества, потому что я не нашел розеток.

Я с удивлением снова посмотрел на монитор. На нем все так же был тот самый график, в который я пялился, когда Вера меня бросила. Он не обновлялся.

А должен был.

— Тимофей, — сказал я и кивнул сам себе.

Все было какое-то нереальное. Слишком много нестыковок. Неточностей. Но почему?

— Алекса? — сорвалось с моих губ. — Где ты, когда так мне нужна?!

Кулак с грохотом врезался в столешницу. Боль пронзила руку, заставив сжать зубы. Это все не со мной! Я не должен быть здесь!

Но где должен?

Почему я продолжаю звать несуществующую Алексу? Кто она?

Я подскочил оглядываясь. Что я должен вспомнить? Мысли скакали от темы к теме, перебирая кадры и образы из прошлого. Их было много, но стоило мне начать присматриваться к ним, они рассыпались на куцые фрагменты.

То я стоял рядом с Верой, то с какой-то беловолосой девушкой. То я вижу строчки кода, то взрывающиеся стены какого-то здания.

Все смешалось в сотню картинок, которые взрывали мне мозг. Я должен понять, что из всего это ложь, а что, правда.

Беловолосая отчего-то вызывала больше всего эмоций. Почему? Я решил думать в этом направлении. Что еще я о ней помню? У нее разные лица. Она меняет их как перчатки. Будто волшебство какое-то.

Магия! Магия, черт ее дери!

Тысяча крошечных деталей разом отделились и соединились в правильную картину.

И я вспомнил!

Алексу, Тень, Ветра, Ежа, Матильду. А еще тех шестерых, которые напали на нас. Среди них был маг, который мог забраться мне в голову.

Злость захлестнула меня, обжигая нервы огнем. Как мне выбраться из этого навязанного мира? Как победить?

— Да в рот им код! — выругался я.

Я медленно выдохнул, вернулся за стол и положил руки на клавиатуру. Сосредоточился, взывая к собственной памяти. На мониторе замелькали новые символы. Я делал то, что умел лучше всего на свете.

Писал код.

Постепенно строчки начали вылезать за края экрана, заполняя собой все пространство лаборатории. Они смывали старую систему из моей памяти, выжигая чужое воздействие.

Следом задрожали стены и вся техника. Они размывались, становясь прозрачными. И сквозь акварельную муть я начал различать образы. Знакомые образы.

Но я старался не смотреть на них, боялся, что и они тоже начнут пропадать. Пальцы продолжали порхать над клавиатурой, внося новые и новые изменения.

Все это должно было сломать чужое воздействие и прогнуть его в мою пользу. Я не собирался просто так сдаваться, а приготовил сюрприз каждому ученику Брусиленко.

Да, это могло коснуться и Артема, но я готов был пойти на риск. Потому что еще не знал, был ли он подсадной уткой или жертвой на этом празднике мести.

Хорошо, что я не чувствовал усталости, кажется, ее даже не было в этой реальности. Я продолжал создавать код, думая только о том, что я должен оказаться в своем доме со всеми потрохами.

В этот момент мне вдруг пришло в голову, что я могу вернуться и в свой мир. Тот, в котором я был ученым в роскошной лаборатории.

Пальцы на мгновение застыли, но через секунду снова застучали по клавишам. Зачем мне туда, где у меня почти ничего не осталось? Да, там были деньги, но уже нет Веры.

Перед глазами вспыхнул ее образ, не тот, что я видел здесь, а тот, что до сих пор нежно хранил в сердце.

Вера, моя прекрасная, медноголовая женщина.

Я перевел взгляд на монитор, где курсор запульсировал синим. Вот я и закончил.

Enter.

***

И я вернулся. Сознание было кристально чистым, руки не дрожали, колени не подгибались.

“...йствие. Блокировка невозможна,” — закончила свою фразу Алекса.

В этом мире не прошло и секунды!

“Нет, не трогай. Я уже справился.”

“Тимофей Викторович, фиксирую изменения в вашем организме.”

“Все правильно”, — я оглядел стоящих передо мной магов.

— Что ж, вы сделали свой ход, — спокойно сказал я. — А значит, я сейчас начну убивать.

Артем побледнел, услышав мои слова. Он-то был ближе всех ко мне. Тень грозно свела брови, Матильда вскинула руки. Калинин нахмурился и открыл рот, чтобы возразить, но я поднял ладонь вверх, призывая его молчать.

— Постой, не надо! — не выдержал Дягилев. — Я не предатель! Это все директор! Он настроил их против вас!

“Молчи!” — рявкнуло в голове так, что заныли виски.

Да, я теперь слышал их разговор. Артем был прав, я тоже часть эксперимента Брусиленко, значит, в нас есть общие структуры его вмешательства. Разница была в том, что они не смогли разделить тело и магические каналы.

Переписывая код воздействия другой реальности, я смог узнать очень многое о силе всех семерых. Это будет моим козырем в этой битве.

Я улыбнулся краешком губ и положил ладонь на плечо Артема.

— Говори, телепортер.

Моя магия начала работать раньше, чем он произнес первое слово. Мне всего-то нужно было очистить Дягилева от ментального воздействия Брусиленко.

Находясь запертым в созданный псиоником мире, я понял, что не нужно разрушать связующую перемычку, чтобы победить их.

— Я должен сказать, — начал Артем. — Это будет честно. Не спорьте.

Последнее он сказал не нам, а своим товарищам по школе. Я заметил лишь по одному быстрому движению глаз.

— Нас выбрали для этой школы одновременно с вами, Тимофей Викторович, — продолжал Дягилев. — Но, думаю, наше обучение сильно отличалось от вашего.

— Да, не помню ничего из времени в той школе, — кивнул я.

— Так или иначе, вы стали первым этапом в большом эксперименте. С нами работали иначе, — чем дальше он говорил, тем сильнее расслаблялось его лицо.

Заклинание действовало. Оно постепенно снимало блоки, так что Дягилев и не замечал этого. Он продолжал рассказывать, выдавая все больше правды.

— Нас изолировали друг от друга, пока мы были на учебе, да и вне ее почти не общались. Это не было приказом, просто мы сначала не понимали, зачем дружить. У каждого был свой курс, они почти не пересекались, кроме одного момента. Нас сделали единым целым. Мы можем...

“Замолчи!” — снова рык в голове.

Я понял, что на них не действует мое заклинание. Значит, нужно заманить учеников в дом.

— ... слышать друг друга, чувствовать, — он не обратил внимание на крик, ведь я заблокировал чужой голос. — И у Никиты Степановича это получилось. Он использовал нас, как подопытных кроликов, но мы благодарны ему за возможность стать уникальными магами. Таких, что никогда не могло бы быть в природе.

— Для чего ему это?

— Борьба за власть, — голос Артема стал печален. — Сейчас, говоря это все, я будто смываю грязь со стекла и могу разглядеть всю картину в целом. Да, точно. Он часто упоминал, что это не просто научный прорыв, это новый виток в истории. Сначала я думал, что его заботить только исследования. Но сейчас... Сейчас я все понял.

Он на секунду замолчал, и глаза его вновь дернулись.

— Братья, нас действительно использовали. Не для прогресса, не для нас, а лично для себя.

Я глянул на метки, они понемногу сходились в одной точке. Либо будут атаковать, либо разговаривать, третьего не дано.

— Я могу помочь остальным тоже это понять, — сказал я.

— Это не вернет Елисея, — в глазах Артема вспыхнули и тут же погасли огоньки гнева. — Но если мы сможем избавиться от чужой воли, то я готов.

Он ударил себя в грудь кулаком, будто воин прошлого, присягающий на верность. Я наклонил голову к плечу и задумчиво на него посмотрел.

— Мне нужны гарантии безопасности для меня и своих людей. Присоединяйтесь ко мне и живите настоящей жизнью. Вы можете стать кем угодно. Достигнуть любых вершин.

“Но зачем?” — вдруг раздался в голове спокойный голос.

— Вам так нравится быть рабами? Бегать по указке Брусиленко? Подвергать свои жизни опасности?

“Мы сильнее кого бы то ни было.”

— Но не меня. Зачем враждовать, если можно договориться?

Артем непонимающе на меня смотрел все это время. Я ведь разговаривал с его товарищами, но он их не слышал. Я кивнул, подтверждая его мысли. И Дягилев закашлялся воздухом, вдруг осознав, что я с ним сделал.

Недоверие, надежда, радость — на его лице отобразилось все. На какую-то долю мгновения он стал обычным мальчишкой, которому сказали, что он может купить в магазине сладостей все что угодно.

“Ты захочешь убить директора.”

— То, что сделал с вами и со мной Брусиленко — жестоко и несправедливо. Да, вы стали сильнее, но ради чего? Я убивал для него. Был ночным кошмаром для целой столицы. Люди до сих пор вздрагивают, когда слышат мою фамилию. Хотите, чтобы и у вас так было? Когда нормальная жизнь превращается в глупый спектакль, ведь от вас будут ждать только одного. Смерти.

“Мы можем не просто напугать столицу, а захватить ее. Впятером. Артема ты уже испортил.”

— Жаль, вы не видите его лица. Он сейчас с вами не согласен, — усмехнулся я. — Он свободен.

“Столица преклонит колени, если мы захотим!”

— А потом что? Будете сидеть на троне все пятеро? И ни разу не возникнет желание переубивать друг друга? Вы даже толком не общаетесь из-за блокировки. Неужели вы не хотите изменить это? А может быть, вы просто боитесь узнать о себе правду?

Метки сдвинулись еще ближе к дому. Артем тоже это увидел, и вдруг решительно подошел к двери и резко ее распахнул. Но не успел выйти во двор, как он странно дернулся и отшагнул.

Дягилев удивленно посмотрел на что-то во дворе, а потом перевел ошарашенный взгляд на меня. А затем начал заваливаться.

Из его груди торчало ледяное копье.

Глава 5

Как в замедленной съемке я видел, как Артем заваливается на спину, но не падает, подхваченный воздушной подушкой. В следующее мгновение, но, как, мне кажется, недостаточно быстро, я подскакиваю к Дягилеву, рявкнув на ходу про лечилку.

Ледяное копье торчит из груди телепортера, пока еще сдерживая кровь, но скоро оно растает. Действовать приходится быстро и жестко.

Магия уже начала работать, по телу вспыхивают ярко-зеленые искры, собираясь возле сквозной дыры.

Тень и Матильда присели рядом, добавляя силу в заклинание. Даже Алекса появилась, заставив Калинина вздрогнуть и изумленно поднять брови. Но мне на него сейчас было плевать.

Я только что получил подтверждение, что Артем не участвовал в заговоре против меня с остальными учениками Брусиленко. Поэтому я должен был его спасти.

— Стабилизирую, — коротко сказала Алекса и пошла рябью.

Штамп на затылке противно заныл, отдавая из моего тела дополнительную порцию силы для работы помощника. Скоро мне придется накладывать новые заклинания, чтобы сдерживать неприятные ощущения, текущие не справляются.

— Что происходит?! — выдохнул Калинин, видимо, имея в виду все сразу.

— Не сейчас, — рыкнул я.

Артем застонал — шок прошел, и он начал чувствовать боль. Я наложил новую лечилку, ту, что без обезболивания. Вспыхнуло зеленое пламя и начало резво уничтожать копье. Вскоре на пол упали два куска льда. Ветер так и не отпустил Артема на пол, он так и продолжал висеть в воздухе.

И как только рана освободилась, лечение взялось за Артема всерьез. Его окутала дымка и через секунду впиталась в аккуратную дырку, наращивая мышцы и ткани.

Вскоре мы увидели розовую кожу, а телепортер судорожно вздохнул, резко распахнув глаза.

— Они! — прохрипел он. — Убили!

— Нет, не убили, — ласково заговорила с ним Тень, — ты жив. Скоро уже встанешь на ноги. Ветер, опусти его на диван.

Дягилев плавно пролетел через кухню, и воздушник уложил его на мягкие подушки. Кровь уже не текла и, думаю, можно даже не опасаться за его жизнь.

— Кто это был? — спросил я.

Через окно я не видел никого из магов, но метки позволяли точно определить, где они находятся. Но чье было то копье?

— Степан, — выдохнул телепортер. — Он был одним из трех, кто схватил меня на том складе.

Ему еще было больно говорить, но по крайней мере, лицо его перестало напоминать восковую маску. Значит, точно выживет.

— Нет все-таки, кто это?! — не унимался Калинин, проигнорировав слова Артема.

Он продолжал изучать Алексу, не сводя с нее взгляда.

— Помощник мой, — я посмотрел на него, — тебя сейчас это больше всего волнует, Иван?

— Ранения я вижу часто, как и работу лекарей, но появления из ниоткуда красивой женщины... Вот такое у меня впервые!

— Слюни подбери, — резко сказал я. — Ее не существует, а у тебя есть Ольга. Вернемся к более важным вопросам?

— Да, конечно, — он выглядел смущенным. — Значит, те пятеро работают без Артема, так? Он жить-то будет?

— Да, — кивнул я. — На оба вопроса.

У меня получится справиться и с пятерыми, но мне нужен был физический контакт, чтобы запустить заклинание. Да и сказать вслух о своих планах я тоже не мог. А вот мысленно.

“Алекса, скажи нашим, что я задумал.”

У Ветра, Ежа и Тени сразу поменялись выражения лиц. А вот про Матильду я совсем забыл. Надо и ее подключить к нашей локальной сети.

— Что это с вами? — ведьма непонимающе уставилась на нас.

— Иди сюда, — мягко сказал я. — Все хорошо, не переживай. Давай я тебя обниму.

И не обращая внимание на ее ошарашенное лицо, крепко к себе прижал, активируя заклинание для общения. Алекса тут же проверила связь, объясняя, что я задумал. Матильда вздрогнула, услышав ее у себя в голове. И как только она кивнула, то я ее отпустил.

— Думаю, после это ледяного подарка, — сказал я, — можно убить остальных. Заслужили.

Метки не сдвинулись с места. Прекрасно. Они меня услышали, но не дали деру. Значит не боялись, считая себя сильнее. На этом и сыграем.

— Артем остается здесь, раз вы его предали.

“Это он нас предал!” — услышал я.

— Этот разговор не имеет смысла, ведь вы фактически убили его. Вам плевать на всех, кроме себя. Так зачем вам жить? Зачем миру такие, как вы?

“Мы будем править этим миром!”

— Вы просто умрете.

Как же они меня достали! Забитые, злобные дети, которым выдали силу, но не рассказали про ответственность. Под их руководством мир взвоет и будет просить пощады, здесь они правы. Но в нем тогда не будет справедливости.

Эксперименты над неокрепшим разумом нужно запретить и прекратить раз и навсегда. Я уничтожу эту школу, Брусиленко и всех, кто с ней связан.

Эти мысли так разозлили меня, что я вдруг понял, что мне и не нужен физический контакт с ними. Я же могу запустить ту часть кода, что начал писать в другой реальности.

Я посмотрел на метки, машинально отмечая, кто где находится, улыбнулся и приступил.

И мир вздрогнул.

Тонкие пучки нитей потянулись к застывшим на внутреннем дворе магам, неся в себе толику информации. Крупицы кода, всего несколько символов, которые должны полностью изменить структуру их силы.

Нет, я не собирался их убивать, по крайней мере, сразу. А вот разобщить, дать самостоятельно принимать решения — да.

Разделяй и властвуй, также говорят. Этим я и занимался. И теперь было уже не важно, кто из них забрался мне в голову. Теперь я буду в их головах.

Заклинание обретало плотность, мерцая вокруг учеников Брусиленко синими искрами. А они будто этого и не замечали. Медленно и аккуратно магия проникала в них, затягиваю петлю моего заклинания все туже.

Скоро, совсем скоро все свершится.

Но не успела магия завершить свое дело, в голове прозвучал голос Алексы.

“Тимофей Викторович, сотрудники тайной императорской службы у ворот.” — сказала она.

А я про них совсем забыл! Калинин же вызвал подмогу. Что ж, она и не потребовалась, я справлюсь сам.

“Передай через Ветра Ивану, чтобы встретил их и объяснил все. Они не должны видеть то, что я собираюсь сделать.”

Сам же продолжил наблюдать за всполохами заклинания, они уже вовсю кружили над магами, снимая установки Брусиленко. Одновременно с этим я копировал их данные, чтобы в будущем иметь возможность поработать с ними. Хороший джокер будет в рукаве.

Краем уха я услышал, как хлопнула входная дверь, и в доме началось оживление. Не хотел обращать на них внимание, но меня позвала Алекса.

“Тимофей Викторович, не хотелось вас отрывать от работы, но вам нужно вернуться в дом.”

“Что случилось?”

Она не ответила, но во внутренний двор высыпали сотрудники тайной службы с жезлами наголо.

Неожиданный поворот сюжета.

— Немедленно остановите ваше заклинание, Тимофей Викторович! — сказал один из них. — И прошу проехать с нами.

За его спиной маячил растерянный Калинин.

Значит, это не подмога?

— Две минуты, и я выслушаю вас! — сказал я, не отрываясь от строчек кода.

— Мы настаиваем, — твердо сказал сотрудник и шагнул ближе.

Для него я просто стоял на улице и смотрел в одну точку. Но откуда же он знает, что я работаю с силой? Использовал артефакт или способность? А может, кто-то из своих сказал, что я занят?

Нет, сейчас не нужно отвлекаться. Я находился на той стадии, когда остановка сведет на нет все усилия.

— Тимофей Викторович! — грохнуло позади меня.

Ученики Брусиленко задергались. Они тоже услышали чужой голос и начали сопротивляться активнее.

Черт! Такую работу испортили! Уйдут же сейчас и где мне их искать?!

Подавив раздражение, я отпустил нити заклинания, оставив напоследок ученикам желание покинуть мою территорию, да хорошие маячки. А я только-только смог преодолеть их антимагию, и мне было жаль вот так все бросать.

Однако на чаше весов были боевые маги императорской службы, с которыми лучше не враждовать.

— Хорошо, — кивнул я.

Ученики Брусиленко, подсвеченные метками, пока еще не двигались, находясь заложниками моей магии. Но очень скоро эти коконы распадутся, и они уберутся отсюда. Я уже не боялся их, ведь заклинание можно активировать в любой момент.

Их позиции коллегам Калинина не были видны, слишком уж роскошные заросли закрывали обзор.

Я развернулся и пошел в дом. Мне было важно выяснить, почему меня оторвали от столь интересного занятия.

— Добрый день еще раз, Тимофей Викторович, — сотрудники расступились, пропуская меня.

Выглядели они сосредоточенными, но от меня не укрылась некоторая неловкость во взглядах.

— Меня зовут Леонид Борисович. Я вынужден пригласить вас на беседу в наше управление.

— В связи с чем? — жестко спросил я.

— Увы, я здесь только для сопровождения вас до управления.

— То есть со мной желает поговорить высшее руководство? — я перевел взгляд на Калинина, но он тоже ничего не понимал. — Это приглашение на беседу или задержание?

— На беседу, — с напряжением в голове ответил Леонид Борисович.

— Ценю желание быть вежливыми, вижу, что не хотите говорить правду, чтобы избежать жертв, — кивнул я. — И да, я поеду с вами. Вас тут целых десять боевых магов.

— Спасибо за понимание, Тимофей Викторович. К остальным у нас вопросов нет. Но все равно не покидайте город.

“Алекса, следи за состоянием Артема и за учениками. Посмотрим, как они себя будут вести,” — мысленно проинструктировал я помощника.

Думаю, тот факт, что я покопался в их магическом коде, не отменит их желание убить меня. В любом случае я уже частично разделил их разумы и снял один слой воздействия директора. Даже интересно, что изменится в их мозгах после такого.

— Артефакты и прочее можете оставить, — сказал Леонид Борисович. — После разговора мы с сопровождением довезем вас сюда.

— Надеюсь, это не займет много времени, — отозвался я. — Или мне отдать распоряжения?

— К сожалению, у меня нет информации на эту тему.

Тень с тревогой смотрела на происходящее, но сделать ничего не смела. Да и остальные тоже не собирались чинить препятствия сотрудникам императорской службы.

Зато в голове раздались их голоса.

“Все будет хорошо, Тим!”

“Держитесь, шеф!”

“Если что-то будет нужно, сразу обращайтесь, Тимофей Викторович.”

“Хотите я их прокляну?”

Я позволил себе улыбнуться и кивнул своим магам, а Матильде погрозил пальцем. А потом развернулся и пошел в сторону выхода из дома.

Сотрудники тайной службы в это мгновение немного растерялись, но потом взяли себя в руки и окружили меня колонной. Все они держались на небольшом расстоянии. То ли охрана, то ли конвой.

Рассевшись по мобилям, мы отправились в сторону их конторы. Ехать нам предстояло всего полчаса.

Разговоров не вели, сотрудники сидели серьезные, будто они сопровождали самого императора. Пользуясь случаем, я изучил код из магии, уже чисто из спортивного интереса. Ничего нового, примерно такой же набор артефактов носил с собой и Калинин.

Способности у всех разные, больше стихийные. Ничего интересного и выдающегося. Просто бойцы на работе.

Как только показалось здание их конторы, они не изменили выражения лиц. И вот в такой подчеркнуто мрачной компании, я зашел в здание. Мне было даже лень гадать, из-за чего меня сюда пригласили.

И пригласили ли? Это больше походило на аккуратное задержание.

— Прошу за мной, — сказал Леонид Борисович, когда мы прошли главный холл. — На второй этаж.

— Как зовут вашего руководителя?

— Роман Кириллович Быстров, — спокойно ответил он.

— А из какого вы отдела, Леонид Борисович? — я хотел узнать хоть какую-то информацию.

— Управление по вопросам по взаимодействию с особо опасными магами, — ответил он осторожно, глядя перед собой.

Это я особо опасный-то?!

Во мне загорелись искорки любопытства. Посмотрим, ради чего меня сюда пригласили.

Леонид Борисович попросил меня подождать минуту и первым заглянул в кабинет, к которому мы подошли. Я машинально прочитал табличку, прибитую здоровенным гвоздем к стене: “Быстров Р. К. Начальник по расследованиям особо опасных преступлений”.

То есть мой сопровождающий был по взаимодействию, а Быстро по расследованиям. Интересно, но все равно все еще непонятно.

— Прошу, заходите, — Леонид Борисович широко распахнул дверь в кабинет.

И я вошел, тут же оказавшись в рабочей суматохе. Я-то думал, тут будет один стол, два стула, лампа, которой мне будут светить в лицо, а увидел целый отдел на шесть человек. Доски с картинками, графики, фотокарточки с лицами преступников, звонки телефонов и запах сладкой выпечки.

Да, какой бы ни был мир, расследования в них ведут в сущности похожие люди.

Все помещение было расчерчено невысокими перегородками, которые не мешали постоянному общению сотрудников, а с другой — здорово отвлекало от работы.

Леонид Борисович провел меня к угловому столу, тот отличался своими размерами и тем, что за ним спокойно сидел крепкий мужчина средних лет с сединой в светлых волосах и аккуратными усами с бородкой.

Это, как я понимаю, и был Роман Кириллович Быстров.

— Добро пожаловать в наше управление, — сказал он и жестом пригласил меня присесть на стул возле стола.

Он даже не встал, чтобы меня поприветствовать, что выглядело невежливо. Перед тем как устроиться на казенной мебели, я еще раз оглядел его и вдруг понял.

Быстро не мог встать, потому что сидел в инвалидной коляске. И Алекса это подтвердила, сказав, что у него нет нижней половины тела.

— Добрый день, Роман Кириллович, — я, наконец, занял стул. — Чем обязан такому внезапному приглашению?

— Хотел познакомиться с таким известным магом, что уже так долго живет в этом городе, — глаза его смотрели на меня, а на их дне я увидел искреннее любопытство. — Много шума вы наделали.

— Чем же я мог заинтересовать начальника по расследованиям особо опасных преступлений?

— Как я понимаю, вы смогли вернуть себе силу? — он проигнорировал мой вопрос.

Я заметил, как с началом нашей беседы, в помещении становится все тише. Каждый из сотрудников прислушивался к нашему разговору.

— Такие вопросы не для такой обстановки, — спокойно ответил я.

Быстров кивнул и махнул рукой. Тотчас за моей спиной повис молочно-белый полог, отсекающий нас от остальных, и наступила тишина.

Хороший способ, надо запомнить. Теперь понятно, почему у начальника нет своего кабинета. Так гораздо удобнее.

— А можно этот полог сделать непрозрачным? — вдруг спросил я, рассматривая код заклинания.

— Наверное, я не артефактор, чтобы такое суметь сделать. Да и привык уже. Всех вижу, но не слышу.

— Тогда разумнее сделать его односторонним. Вы их видите, а они вас — нет.

— Хитро это вы придумали. Обязательно спрошу артефактора, если вдруг такой попадет в этот кабинет, — улыбнулся он. — И все же, вернемся к моему вопросу. Вы вернули себе силу?

— Частично, — привычно ответил я. — Кристалл многое стер, испортил магические каналы. Сила есть, использовать ее крайне проблематично.

Ответил я машинально, по привычке отвлекшись на код полога. Так и чесались руки изменить его свойства.

— Тимофей Викторович, я вам не мешаю? — вежливо спросил Быстров.

— Очень интересное заклинание. Надо запомнить.

— Зачем запоминать? Обычный полог, артефактов таких на рынке много, — он разгладил бороду. — Какая у вас способность?

— Скорее всего, электричество, но я не уверен. Получилось один раз и то в момент сильного стресса.

— Повторить не пробовали?

— Нет, зачем? Моей жизни больше так не угрожали, — пожал я плечами.

Почему-то мне хотелось говорить ему правду. Я даже Алексу запустил, чтобы она проверила Быстрова и окружающее пространство на предмет артефакта, развязывающего язык. Но ничего такого не было.

Может, я уже просто устал врать?

— Как же не угрожали? А стычка на дороге между Мосградом и Дубровском? Вы победили опытного мага! — с нотками восхищения сказал он.

— Разумовский допустил ошибку. Был слишком самоуверен. Это его и сгубило, а не моя магия. Да и потом, умер он от раны на горле, а не от силы.

— Да, все верно. В отчетах так и написано, — он подкрутил ус.

— Давайте сразу начистоту, — я развернулся к нему лицом, оставив код полога в покое. — Почему я здесь?

— До нас дошла информация, что на территории области Мосграда был уничтожен очень важный объект. С многочисленными жертвами.

— И при чем тут я? — искренне удивился я.

Вроде ж ничего такого я на днях не разрушал.

— Дело в том, что на пепелище был обнаружен магический след человека, который там был последним.

Он внимательно посмотрел на меня, следя за реакцией на свои слова. Я лишь изогнул бровь, подтверждая, что слушаю его.

— Скажите, Тимофей Викторович, что вы делали на территории школы господина Брусиленко?

Глава 6

Интересный поворот. Я постарался припомнить, в каких новых местах мне довелось побывать. На ум сразу пришла та заброшенная школа и место, откуда я вытащил Дягилева.

— Школы Брусиленко? — я решил уточнить некоторые моменты. — И где такая расположена?

— Главное здание находится с другой стороны области от Дубровска, и как я знаю, у вас там нет никаких интересов. Но сотрудник гостиницы точно вспомнила вас по описанию. И даже сотрудник конторы, что занимается арендой мобилей — тоже. Так что вы делали в той школе?

Значит, то унылое здание и есть школа? Но почему она в таком виде?!

— А почему именно вам поручили вопрос со школой, если она находится не в Дубровске?

— Потому что вы здесь, — легко ответил Быстров. — Тут кто первый нашел свидетеля, тот и беседу проводит. Так как вы там оказались?

— Неудачный прыжок, — я расслабленно откинулся на стуле. — Впервые в жизни сам попробовал переместиться. И оказался там.

— Совершенно случайно? Без умысла? Просто прыгнули? — каждый вопрос, заданный Быстровым, был с подвохом. — Какая, вы говорите, у вас способность?

— Вы уже спрашивали.

— Да, точно, и вы ответили, что возможно, электричество, — кивнул Быстров. — Но тогда откуда талант к перемещению?

— Вы не знаете мою историю? — изумился я.

— Вы тот самый маг, который держал в страхе столицу, а потом прошел через ритуал блокировки силы. Эту часть истории города будут скоро на уроках проходить, — он сказал с нотками восхищения. — Но имеете вы в виду не это. А то, что вы тоже из школы Брусиленко.

— Эта часть памяти надежно заблокирована, — легко добавил я. — Однако все, кто прошел через руки Никиты Степановича, обладают целым набором различных способностей. Я все еще продолжаю изучать свои.

Удивительно, как приятно говорить ему правду. Слова слетали с моих губ, а в душе было безмятежное спокойствие.

— Интересно, очень интересно, — он снова подкрутил ус. — А взорвали школу зачем? Из мести?

— Взорвал? Да что там взрывать? Достаточно сильного ветра, чтобы все само развалилось. Опасно там даже находиться!

— Странно, а у меня вот в деле лежат фотокарточки недельной давности, и все там как после ремонта.

Он поступал пальцами по документам, лежащим перед ним. Но пододвигать ко мне не стал.

Это проверка такая?

— То место давно заброшено. Я дорогу к шоссе с трудом нашел, все травой заросло.

— А почему просто не прыгнули обратно?

— Не стал рисковать. Если один раз попал не туда, куда хотел, зачем пробовать снова?

— Логично, — кивнул он. — Но все равно не сходится.

— Что именно Роман Кириллович? Вы сказали, там были многочисленные жертвы. Ученики?

— Да, скорее всего. Не всех удалось опознать, — он поморщился. — С одной стороны, я склонен вам верить. С другой стороны, кроме вас, там чужаков не было. А если к этому добавить вашу историю и недавнее убийство господина Разумовского.

Он впился в меня взглядом. Я не отвел глаза и был спокоен. Мне нечего скрывать.

— Да, мотив у меня есть. А возможности? Сколько по времени там находился мой магический след, что послужило основой для взрыва? Был ли у меня доступ к этому? И сколько еще есть недовольных людей, которые могли такое совершить?

— От вас ничего не укроется, Тимофей Викторович. Но так или иначе, вы нынче у нас главный подозреваемый.

— И вы поэтому пригласили столько магов для доставки меня в вашу контору? Так это арест или просто беседа?

— Беседа, — он снова дернул за ус. — Пока только беседа. Прямых улик у нас против вас нет.

— Тогда спасибо за беседу, — я поднялся. — Выход я смогу найти сам. Рад был познакомиться.

— Подождите, я сниму полог.

Он не успел поднять руку, как я уже прикоснулся к молочной пленке, а потом прошел ее насквозь. И тот с тихим звоном лопнул. Оборачиваться не стал, настоящие мужчины на такое не оборачиваются. Да и потом, я и так знал, что у Быстрова сейчас вытянулось лицо.

Только я сделал шаг к выходу, как вдруг остановился и посмотрел на него.

— Роман Кириллович, а почему вы в кресле? Разве у вас нет специалистов, которые могут поставить вас на ноги?

— Потому что мои ноги стоят в шкафу, и я от них устаю. Неудобно. А в кресле мне хорошо, — ответил он, не моргнув глазом. — Не уезжайте из города. Мой сотрудник будет ждать вас внизу и отвезет домой.

— Спасибо.

Наконец, я покинул гостеприимный кабинет Быстрова. Теперь мне есть над чем подумать. Школа Брусиленко взорвана. Погибли люди. И это хотят повесить на меня.

Жесткая подстава!

Но как она за какую-то неделю пришла в такое состояние? Почему маги, которые приехали на пепелище, не заметили, что оно старое? Подкуп? Многоходовая стратегия, чтобы меня убрать с дороги?

Не Брусиленко ли это постарался? Вряд ли его ученики, они без его слова и шагу не сделают.

Значит, этот Никита Степанович уже в курсе всего происходящего. А тогда, зачем юные дарования похитили Артема и напали на мой дом? Видимо, это уже их самостоятельное решение.

Порой бывает, когда человек осознает несправедливость, ищет шанс все исправить, а потом идет на отчаянные меры. Увидев, что их дорогой директор расстроен, они решили, что убрать меня — самый верный путь.

В таких мыслях я дошел до выхода, где ждал Леонид Борисович. Выглядел он недовольным. На его и без того хмуром лице проскальзывало желание скривить его, словно я был помехой.

Неприятно, но мне с ним по ресторанам не ходить.

Не произнося ни слова, он проводил меня до мобиля, даже дверь открыл. Я видел, как дернулась его рука, чтобы с силой ею хлопнуть, но в последний момент он сдержался.

Я мысленно зааплодировал его уровню контроля.

— Всего хорошего, Тимофей Викторович, — сказал он мне на прощание, когда я уже оказался возле ворот дома.

Ох, чует мое сердце, мы еще не раз встретимся. Поэтому я ему любезно улыбнулся и махнул рукой.

А в это время в окнах уже маячили мои маги. Алекса их уже предупредила о том, что я вернулся, и на их лицах было облегчение.

— Что встали? Дел нет? — рыкнул я с порога. — Где наши пленники?

И тут все начали очень внимательно рассматривать пол.

— Алекса? — грозно продолжил я.

— Тимофей Викторович, — она появилась справа от меня. — Пятеро магов смогли избавиться от вашего заклинания и покинули территорию. Погибшего они забрали с собой. Я запретила мешать им, так как это было опасно для их жизней.

— Все правильно. Выдыхайте, — я сел на диван.

— Тим, что там было? О чем с тобой беседовали? — Тень задала вопрос, который интересовал всех.

Я ответил не сразу, задумчиво разглядывая Калинина и Дягилева. Стоит ли им рассказывать? Нет, я точно был уверен, что Иван в этом не замешан, а вот Артем? Он же был в той школе.

— Я хочу узнать больше о Брусиленко и его детище, — сказал я, глядя телепортеру в глаза.

— Что вы хотите узнать? — в его тоне не было вызова, он и сам знал, что рано или поздно этот вопрос возникнет.

— Где физически находится школа, зачем ты туда перемещался на днях? Сколько всего там учеников?

Тень наклонила голову к плечу, с любопытством разглядывая меня. Хорошо, что она ничего не спросила.

Давая время Артему подумать, я перевел взгляд на Ежа и попутно спросил на тему обеда. Тот сразу встряхнулся и пошел готовить. Матильда увязалась за ним, а Ветер, сославшись на проверку территории, тоже скрылся с глаз моих.

Они сразу поняли, что разговор приватный. Только вот Тень не сдвинулась с места. Даже больше, подошла и села на диван, всем своим видом показывая, что не собирается уходить.

Калинин вздохнул, сел рядом с ней, а нам с Артемом достались кресла.

— Школа как школа, — пожал он плечами. — Когда я ее увидел, сначала подумал, что она самая обыкновенная. Дети туда-сюда носились, учителя, звонки, столовка, кстати, с недурными котлетами. Но по сути, мое обучение там почти не проходило.

— То есть как? — не поняла Тень. — А где тогда?

— В определенные дни нас увозили куда-то.

— И мешок на головы надевали, чтобы не знали, куда? — усмехнулась Тень.

— Если бы вы знали, в каком состоянии мы были, у вас не возникло бы такого вопроса, — с нотками укора ответил ей Артем. — Мы были подчинены власти директора. Шли, куда скажут, ели, когда скажут, спали, когда скажут.

Было видно, что ему трудно обо всем этом говорить, но в то же время черты лица его разглаживались. Будто ему самому не терпелось все это не просто рассказать, а выбросить из своей головы, как мусор из дома.

— Вы были правы, Тимофей Викторович, мы рабы Никиты Степановича. Я только сейчас это начинают понимать. Что вы сделали? Почему я все это вспоминаю?

— Я снял часть ментальной блокировки с твоего сознания. Думаю, что один из вас, тот, что псионик, умеет и не такое, — я благоразумно промолчал про то, как он меня мысленно отправил в другой мир. — Возможно, он был помощником Брусиленко и активно использовал свой дар на всех вас. Еще я думаю, что вас могли и никуда не вывозить, а внушать, что вы куда-то едите.

— Зачем вы все это спрашиваете?

— Подожди. Зачем ты перемещался в школу на днях? И что ты видел?

Артем беспомощно на меня посмотрел и вдруг развел руками.

— Я не могу вспомнить. Кажется, меня попросили или нужно было что-то забрать.

Его визит в школу мог быть банальной случайностью. Заскочил и заскочил. Кто же знал, что я прыгну и пройду по его следу? Да и потом, никто из чужих не знал, что я научился перемещаться. В доме прослушка?

“Ответ отрицательный”, — прокомментировала мои мысли Алекса.

И к какому выводу нас это приводит? Что в школе знали, что я там был. Только так, другого варианта нет.

— Артем, а как выглядит школа? — я уже в третий раз задавал этот вопрос.

— Я не понимаю, что ответить. Все как обычно. Дети туда-сюда носились, учителя, звонки...

Он дословно повторил свою собственную фразу. Очень интересно.

— И в столовке?.. — я вопросительно на него посмотрел.

— Не дурные котлеты, да, — с готовностью ответил он.

Тень изогнула бровь и окинула Дягилева долгим взглядом. Она тоже уловила эти одинаковые фразы, но свое мнение оставила при себе. Лишь дернула уголком губ.

— Артем, а кроме бегающих детей, что еще вы помните? Может, быть форму учеников? Или цветы в холле? Там же сколько цветочных горшков было, не напомните?

— Горшков? — переспросил он, наморщив лоб. — Двадцать? Или пятнадцать? Тимофей Викторович, вы тоже видели эти цветы?

— Артем, соберитесь. Это важный вопрос, — я подался вперед и заглянул ему в глаза. — Что вы увидели, когда на днях переместились в школу? На каком этаже вы оказались?

— На втором, — не задумываясь, ответил он. — У меня там точка прыжка.

— И что там увидели?

Почему он раз за разом игнорирует мой вопрос? Весьма любопытная блокировка стоит у него в голове.

— Да все, как всегда, — медленно произнес он. — Это старый класс, которым никто уже не пользовался. Больше напоминает кладовку.

— Уже лучше. Окна там есть? — я вспомнил дыру под потолком.

— Окна? Нет. Из-за этого я его и выбрал. Никто не видел, что я перемещался.

— Там же стоят два стола?

Ничего такого там не было, но мне нужно было проверить память Артема. Ведь если там есть определенная картинка, изменится ли она под давлением моих вопросов?

Помимо разговоров, я перебирал строчки своего же заклинания, пытаясь найти ту самую брешь, которую я не заметил в тот раз. Блокировка стояла в голове Артема очень глубоко, и порой я даже боялся трогать ее, чтобы не сломать ему мозги. В прямом смысле.

— Столы?.. — он на мгновение умолк. — Да, когда я прыгнул, как раз заносили новые.

— Я еще помню стеллаж зеленый. Не знаешь, его недавно поставили?

И его Артем тоже вспомнил! Я покачал головой. Как же ему это объяснить? Сказать в лоб? Или молча очистить его сознание?

— Артем, у меня есть предложение полностью снять блокировку на твоем разуме. Только вот боюсь, что для тебя это будет неприятным открытием.

— Что? Как это? С моей памятью тоже поработали? — он схватился за голову. — Серьезно? Быть не может!

Он действительно был поражен моими словами. Артем вскочил, заходил по комнате, не глядя, куда идет. Так, он три раза наскочил на ноги Тени, на пустой стул и даже чуть не влетел в стену.

— Дягилев, — позвал я. — Соберись.

Он не услышал меня, продолжая бездумно перемещаться.

— Дягилев! — рявкнул я, и он остановился. — Соберись!

— Да, простите, Тимофей Викторович, это слишком неожиданно. Я думаю, что это не закрытые воспоминания, а просто мне морочили голову. Это вызывает мне жгучую обиду, но в то же время я чувствую страх. Вдруг я сделал что-то такое, о чем буду жалеть всю жизнь?

— Если ты это сделал, то ничего с этим не поделаешь. Теперь ты либо будешь мучиться этим вопросом, либо узнаешь правду.

— А вы? Что вы ощутили, когда вспомнили про себя такое?

— Что я уже не тот, кем был раньше и теперь все время стараюсь поступать правильно, — вкрадчиво сказал я.

— Поэтому и возитесь со мной? Да? — с надеждой спросил он. — Многие говорят, что вы действительно не тот, кем были раньше. Даже когда убиваете, то это не из-за того, что вам указали или вы захотели, а потому что защищались.

— Так каков будет твой ответ?

— Думаю, что я готов узнать правду, — он сжал кулаки. — Какой бы она ни была.

— Точно? — я прищурился.

— Да, я уверен.

Его глаза были полны решимости, и я не стал с этим тянуть. Тем более, пока мы разговаривали, Алеса уже поменяла схему действия заклинания.

— Тогда приступим. Садись!

— А я сразу все вспомню или это надолго? — вдруг засомневался он.

— Есть какие-то дела? Хочешь написать завещание?

— Что? Нет! А надо? — он искренне испугался.

— Я не знаю. Риск есть всегда. Этого я скрывать от тебя не буду, но еще раз спрошу, — я сам не заметил, как перешел на “ты”. — Точно уверен, что хочешь пойти на это?

— Я уверен, — он ударил кулаком в ладонь. — Приступайте!

Он упал на диван рядом с Тенью, согнав Калинина, и закрыл глаза. А я приступил к работе.

Конечно, я три раза проверил безопасность. Да и заклинание сразу я накладывать не буду, разбив его на этапы: внедрение, анализ и, самое последнее — действие.

Я и сам не до конца был уверен, что у меня получится, но при этом искренне желал помочь Артему. В этом, конечно, были и корыстные мотивы: я хотел предложить ему стать частью клана. Свой личный телепортер! Для статуса в светском обществе это весомый фактор.

— Ты ничего не почувствуешь, — мягко сказал я. — Но можешь временно потерять сознание. Когда нет внешних раздражителей, мозгу проще обработать информацию и принять изменения.

— Да, хорошо. Сейчас это звучит не так страшно.

— Потому что ты предупрежден.

Тень неслышно поднялась и прикоснулась ко мне кончиками пальцев, кивнув наверх. Я дал добро. Прекрасно понимаю ее желание не сталкиваться с такой магией, как бы ей любопытно не было.

Это весьма личное заклинание, которое затронет самые глубокие струны души Артема. О таком не все хотят распространяться. Только Калинин пересел на стул и внимательно наблюдал за мной. Он, как представитель тайной императорской службы должен при таком присутствовать.

“Алекса, начинаем.”

“Запускаю процесс”, — с готовностью откликнулась она.

Артем дернулся, его глаза закатились, и он мелко затрясся. Я переживал, что у него пена изо рта пойдет. Но этого не случилось. Через минуту он затих и, как сказала Алекса, крепко заснул.

Только после этого я приступил к работе. Первый этап занял у меня целых полчаса. Пришлось построчно вводить код, проверяя все время показатели Артема. Помощник даже вывела мне таблицу рядом на стену, чтобы сразу отображать реакцию Дягилева на то или иное действие. Периодически столбцы взлетали к критическому уровню, и мне приходилось делать шаг назад.

Это меня не смущало, наоборот, радовало. Мне открывались новые нюансы не только магии Брусиленко и своей собственной. Я прощупывал каждый миллиметр скрытых настроек и получал невероятное удовольствие.

“Фиксирую успешное внедрение кода в структуру магической оболочки.”

“Какой оболочки?” — не понял я.

Про магические каналы знаю, а про оболочку? Впервые слышу.

“Сила в теле молодого человека настолько много содержит способностей, что они создали дополнительную оболочку поверх каналов.”

“Это уникальный навык? Или у меня тоже такое есть?”

“У вас такого я не наблюдаю.”

Что ж, спросить все равно стоило. Я всмотрелся в код Артема и понял, про что говорила Алекса. Защитный слой, чтобы магия не разрушила физическую оболочку. Умно, ничего не скажешь.

“Запускай анализ.”

“В процессе.”

Я перевел взгляд на график на стене и с тревогой следил за показателями. Но ни один из столбцов не дернулся. И как только Алекса дала отмашку, что все в порядке, я начал снимать блоки.

Они напоминали луковую шелуху, от которой нужно было избавиться. Магия Брусиленко на строчках кода выглядела отвратительными жирными символами. Их хотелось не просто удалить, а стереть из памяти Дягилева и из истории мира.

Как один человек смог найти в себе силы взять на себя ответственность за жизни других? Сделать из простых подростков — убийц, которые даже не помнили, что сделали.

Спустя почти сорок минут кропотливого труда, я убрал последний крошечный символ-обманку и перевел дух. Теперь оставалось сделать лишь последний шаг.

Активировать.

Едва Алекса отчиталась об окончании процесса, Артем резко распахнул глаза и крикнул:

— Зачем?! Зачем ты это сделал?!

Глава 7

Артем схватился за голову и не прекращал орать. В его глазах стояли крупные слезы, которые он даже не скрывал от нас.

С лестницы выглянула встревоженная Тень, даже бренчание кастрюль затихло. И только Калинин никак не реагировал, погруженный в свои мысли. Разве что, бросил на меня внимательный взгляд.

— Боги! За что?! Почему?! — кричал Артем.

И мне ничего не оставалось делать, кроме как вырубить его. Одно касание, и вот уже Дягилев рухнул на диван, крепко заснув.

В доме воцарилась гнетущая тишина.

Я все сделал правильно. Эмоции Артема вполне соответствуют действию моего заклинания. Поднявшись, я вдруг увидел край собственного отражения в зеркале. Оно бледной тенью смотрело на меня.

Интересно, а я смогу такое сделать с собой? Вернуть себе всю память?

“Не рекомендую, Тимофей Викторович!” — громкий ответ Алексы чуть мне голову на две половины не разбил.

Я не стал ей отвечать. Мне нужно было немного побыть одному. А еще поспать.

Не разбирая дороги и не обращая ни на кого внимания, я на морально-волевых дошел до кровати и рухнул в нее, моментально отключившись.

***

Проснувшись, я понял, что идея о снятии собственных блоков на памяти, меня так и не отпустила. Однако заняться ей всерьез у меня пока не было времени. Даже с учетом того, что Артем все еще дрых, были и другие дела.

Еж с Матильдой пытались восстановить задний двор, Ветер им усиленно помогал. А вот Калинин уехал, не став ждать, когда Дягилев придет в себя. Правда, попросил, все же известить его о результатах эксперимента над телепортером.

И буквально сразу после того, как я привел себя в порядок и чинно пил кофе на кухне, раздался звонок телефона.

Тень подскочила и помчалась отвечать, а когда вышла из кабинета, ее лицо было ошарашенным.

— Кто это был? — я изогнул бровь.

— Не поверишь, секретарь Рихарда! — выдохнула она.

— Кого?

— Рихарда! — нетерпеливо повторила Тень. — Того владельца магазина, про который мы с тобой говорили.

— И что ему было нужно?

— Встреча, конечно, — она посмотрела на меня, будто меня на прием пригласил сам император. — И тебе нужно обязательно поехать! Это же невероятно!

— Хорошо. Когда?

— Машину он уже выслал. Здесь, в Дубровске.

— Неужели он сам приехал?

— Да!

— Все равно не пойму, зачем ему это надо.

Я перевел взгляд на спящего Артема и решил, что он как-то в этом замешан. Пусть не напрямую, конечно. Тот кубик, который я сделал для него, весьма интересный артефакт. Ладно, посмотрим, что этот Рихард мне скажет.

Проверив еще раз состояние Дягилева, я решил сменить костюм на более официальный. Кстати, можно будет заодно узнать что-нибудь новенькое про артефакты.

— Тень, что с заготовкой протеза руки? — спросил я, накинув пиджак.

— Уже заказала, обещали до конца недели сделать, — она стояла позади меня и всячески терлась о спину своей грудью. — Только не пойму зачем тебе это.

— Если получится, что задумал, то ты узнаешь первой, — туманно отозвался я. — Следи за Артемом. Если что, сразу дай знать.

— А если он соберется уходить?

— Не держи. Он же не пленник.

— Как ты думаешь, что он вспомнил?

— Боюсь, что все, — покачал я головой. — Представь, живешь ты в своем мире, а потом вдруг понимаешь, что половина этой истории — полная ахинея.

— Жуть что сказать, — она покачала головой, а потом посмотрела на меня. — А ты сам?

Я сразу понял, о чем спросила Тень, и задумался.

— Не знаю. С одной стороны, мне и так неплохо. Но вспоминать многочисленные убийства и, самое главное, дикое удовольствие от этого? Боюсь представить, как мое сознание на такое отреагирует.

Тут я лукавил. Я опасался совсем не этого. Сейчас у меня нет большей части истории жизни, потому что я попал в это тело сравнительно недавно. Я не горел желанием вспоминать чужую жизнь. Да, возможно, это мне поможет как-то сейчас, но так или иначе, сейчас мое сознание главное. И никакие новые-старые воспоминания мне не нужны.

“К воротам подъехал мобиль.” — вдруг сказала Алекса.

“Пропусти.”

— Все, за мной приехали.

— Надеюсь, ты возьмешь с собой Ветра? — с нотками беспокойства спросила Тень.

— Конечно, — кивнул я, — его фигура и мощь добавляют моему образу шарма.

И, улыбнувшись Оксане, отправился на первый этаж. По дороге уже крикнул воздушнику, чтобы тот собирался на выход. Я намеренно не сказал ему раньше, чтобы водитель немного подождал. Не собирался бежать сломя голову на встречу с Рихардом. Пусть даже очень хотелось.

В итоге водитель ждал нас всего десять минут. Сев в мобиль, я сразу проверил его на предмет скрытых заклинаний, но ничего не нашел. Даже удивился. Это был самый обычный мобиль, каких в городе пруд пруди.

Признаться честно, я ждал от Рихарда большее. Навороты, дополнительные артефакты или хотя бы, повышенный комфорт. Но нет.

Оставалось только гадать, это он для меня так постарался, чтобы показать мне мое место или сам не фанат дорогих вещей.

В целом, во мне, наконец, проснулось любопытство.

Водитель вырулил в центр города и вез нас мимо магазинов и рынков. А потом углубился в уже знакомые дебри. Где-то тут расположен особняк матери Матильды. Значит, Рихард приобрел один из старых домов, которые уже давно здесь стоят, почти заброшенные.

И я оказался прав. Мобиль остановился у одного такого. Даже через стекло я видел свеже отремонтированный забор и ворота, а также подстриженные кусты.

Когда мы вышли, мне в нос ударила смесь запахов травы и краски. На крыльце уже ожидал дворецкий. Сколько же Рихард потратил на это все?

— Добрый день, господа. Позвольте вас проводить в кабинет, — важно сказал этот кругленький человек и бесшумно прошел вперед.

А вот внутри дома все пестрело заклинаниями. Магия меняла цвет стен, заполняла дыры и даже латала прогнившие перегородки. Алекса не переставая перечисляла нюансы разложенных всюду артефактов, что мне пришлось даже попросить ее остановиться. Иначе бы голова взорвалась.

Кабинет Рихарда не отличался от всего остального дома. Также десятки заклинаний, потоки силы, множество различных предметов, которые источали код магии.

Я не стал заострять на них внимание, а посмотрел на хозяина всего этого. Рихард оказался подтянутым мужчиной, лет сорока. Вокруг него витала аура бодрости и хорошего настроения. Это все отпечаталось в морщинках под глазами от бесконечных улыбок. Даже сейчас он смотрел на меня, показывая белоснежные зубы. Его лицо весьма располагало к себе, и его не портил небольшой шрам над губой.

— Тимофей Викторович! — Рихард подскочил, как чертик из коробки, и подошел ко мне, даже не взглянув на Ветра. — Я очень давно хотел с вами познакомиться. Можете звать меня Рихард.

Ростом он был почти на голову выше меня.

— Добрый день, — я был сама вежливость. — У вас интересный дом.

— Заметили, да? Так и знал, что вы артефактор! Это прекрасно, просто прекрасно! — от него так и лился оптимизм.

— Рихард, что вы хотите от меня? — я не стал ждать, пока меня накроет этого положительными эмоциями с головой.

— Сразу к делу? Мне нравится этот подход! — он вернулся за стол. — Не желаете ли кофе? Может чай? Чего покрепче?

— Кофе меня устроит, — я сел в уютное кресло, еще пахнущее свежим деревом. — И все же?

— Тимофей Викторович, поделитесь секретом, как вы стали артефактором? — он сложил руки домиком и глянул на меня.

В эту секунду он мне показался улыбающейся акулой, которая готова в любой момент меня сожрать.

— Я не артефактор, — пожал я плечами.

— Не скромничайте, Тимофей Викторович! — на стол лег кубик.

Не тот, что я сделал для Артема, а точно такой же сувенир из лавки при магазине.

— Буквально недавно мне принесли похожую вещицу, — он подхватил кубик и покрутил его в длинных пальцах. — Вот только на ней было такое интересное заклинание, что я убил сутки на поиски автора. И представьте мое удивление, когда я услышал, что артефакт сделал сам Зарницкий.

Я молчал. Но мне было интересно, к чему он клонит. И да, я оказался прав, ноги у этой встречи росли от Артема. Вернусь, вытрясу у него подробности. Пока это отчетливо попахивало подставой.

— И я подумал, — он хлопнул себя по лбу, — а почему бы мне не предложить такому талантливому не артефактору, — Рихард выделил голосом это слово, — поработать на меня. Заработать денег, стать известным в узких кругах. Тех, у которых богатство из всех карманов выпячивает.

Задуматься было о чем. С одной стороны, я мог привнести в этот мир множество новых заклинаний, но с другой — зачем мне все это, пока вокруг вертятся ученики Брусиленко, Воронов и еще какие-нибудь идиоты, которые мешают мне спокойно жить.

И деньги. Этот вопрос решается очень медленно. Постоянно приходится держать в уме приход и расход.

— Что скажете, Тимофей Викторович? — улыбка не покидала лицо Рихарда и уже начинала меня подбешивать.

— Мысль интересная. Но я не планирую пока заниматься артефактами. Но если будет что-то интересное, то я обязательно вам покажу.

— А если, скажем, у меня есть один заказ, за который никто не хочет браться? Интересно будет посмотреть?

— Что на счет оплаты?

— Мне определенно нравится ваш деловой подход! Допустим, десять процентов от стоимости артефакта.

— Сорок.

— Вы убиваете меня! Я так разорюсь! — он картинно всплеснул руками. — Давайте хотя бы пятнадцать.

— Тридцать пять, и это мое последнее слово. Один проект, выбираю я сам, — это довольно нагло так просить, но я абсолютно уверен в себе.

Да и потом, где он найдет еще одного такого артефактора? Нигде. Пусть раскошеливается.

— Хорошо, уговорили. Двадцать! — Рихард хлопнул в ладоши.

“Фиксирую ментальное воздействие слабого уровня.”

“Блокируй”, — отозвался я, не изменив выражение лица.

— Двадцать? — я улыбнулся. — Нет. Сорок пять.

— Почему? — он нахмурился, гадая, почему не сработала его магия на меня.

— Если еще раз используете силу, то будет пятьдесят, — я откинулся на кресле.

— Так вы?.. — Рихард выглядел растерянным. — Странно, ни разу не бывало со мной таких осечек. Старею, что ли?

Через секунду он уже сбросил маску скорби и махнул рукой.

— Хорошо. Если вы действительно сделали тот артефакт, то даже отдав вам сорок пять процентов от его стоимости, все равно останусь в плюсе.

— Эту договоренность необходимо заверить у юриста.

— Конечно, как без этого? — он улыбнулся, но в глазах мелькнула досада. — Мне будет интересно с вами работать. У меня уже сейчас есть несколько вариантов, не хотите ли посмотреть?

— Почему бы и не, да?

Он поднялся, и мы прошли в соседнее помещение. Ветер тенью прошел за нами, но остался в дверях. Он и так знал, что я могу за себя постоять, и был, в сущности, для красоты картины.

Я стоял и разглядывал собранные Рихардом экспонаты. Да тут своего рода музей. И когда только успел все это перетащить в этот дом?

Новых вещей я почти не увидел, все больше старинных артефактов. Они просто кричали о своих годах, зажатые в стеклянные витрины. Многие не работали, но я видел остатки кода.

Рихард подвел меня к одному из шкафа и указал на небольшое огниво. Он лежал на крошечной подставке и выглядело почти новым. Рядом была табличка с подписью и годом обнаружения. Я посчитал в уме и чуть ли не присвистнул, этому артефакту уже за сотню перевалило.

— Вот, один из вариантов.

— Должен высекать огонь, да? — логично предположил я.

— Да, все верно. Но это лишь часть его функционала.

Я внимательнее присмотрелся и обнаружил еще несколько заклинаний, спрятанных под оболочкой первого огненного слоя. Это и сигнал бедствия, и проверка на чистоту воды, и поиск живых людей, и усмирение агрессии животных. Отличный набор для странника по лесам.

Однако почти ничего из этого не работало.

— Подпитка не активирует заклинания, — с печалью в голосе сказал Рихард. — Как мы ни бились, смогли восстановить только функцию огня.

И не удивительно. Половина кода разорвано. Будто это огниво прокрутили в магическом блендере. Кстати, в этом мире додумались до блендера?

— И это та ценная вещь, от которой отказались многие? — я добавил в голос иронии. — С этим справится и молодой артефактор.

— Вы меня раскусили, — рассмеялся Рихард. — Прошу меня простить, но как тут без проверки? Кубик вы сделали просто изумительный и очень оригинальный. Может, сделаете еще один?

— Нет, — покачал я головой. — Тот был сделан в индивидуальном порядке. И решал мой вопрос.

— Странно, я слышал совершенно, совершенно другое! — он помассировал виски и сделал вид, что вспоминает. — А, вот, привязка к телепортеру и возможность магу переместиться к кубу. Я прав? Да, конечно, я прав! Это как личное такси. Активировал и сразу же переместился.

— Не думал, что тот кубик вызовет столько восторгов, — холодно сказал я.

— Бросьте. Артефактор — это не профессия. Это дар! Немногие его получают, да и те, кто получают, не всегда умеют им пользоваться. А вы! — он чуть не захлебывался от восторга. — А вы талантище!

— Все равно сорок пять.

Рихард удивленно моргнул, а потом понял, о чем я, и звучно расхохотался. От этого звука, казалось бы, затряслись все стекла в помещении.

— А вы молодец, — он шагнул к следующему шкафу с книгами. — А тут, что вы видите?

— Очередная проверка? Вам не надоело?

— Тимофей Викторович, я готов платить вам деньги за восстановленные или новые заклинания, и должен быть уверен.

— Так почему же вы спрашиваете о старых заклинаниях, а не просите создать что-то? — мне и вправду было интересно.

— И вам не нужна ваша тайная лаборатория? — он приподнял светлые брови. — Всем же известно, что артефакторы живут в норах и выстраивают многоуровневые бункеры с толстыми дверями, чтобы никто и никогда не похитил их секреты.

Он все шутил и никак не мог перейти к делу. Это начинало уже раздражать.

“Алекса, ты хоть скопируй эти заклинания. А еще лучше не те, что на артефактах, а защитные на витринах.”

“Выполняю копирование. Тимофей Викторович, я заметила, что на дальней витрине не хватает замыкающего символа.”

Я резко посмотрел в ту сторону. Рихард оборвал свою улыбку и нахмурился.

— Что случилось, Тимофей Викторович?

— Дальняя витрина. Что там?

— О, вы знаете толк в дорогих вещах! — он снова засиял. — Там мои лучшие и рабочие артефакты. Пойдемте, покажу.

Мы прошли мимо других столов и оказались в самом углу. Я оглядел саму витрину, почти не уделяя внимание выставленным вещам.

— Что-то я не пойму. Вас интересуют артефакты или что-то другое?

— Вы сами запираете ее?

— Конечно. Тут магический ключ, код доступа знаю только я.

— Увы, нет. Ее открывали и не закрыли правильно. Заклинание повреждено.

— Вы шутите! — его наигранная радость мигом испарилась.

Рихард пробежался пальцами по деревянному выступу, погладил тонкую резьбу и остановился на кругляшке замка.

— Ничего не понимаю, — пробормотал он. — Но как?! Кто?

— Это вы уже сами разбирайтесь, — я пожал плечами, меня это не касалось.

Я даже отошел от витрины, сделав вид, что меня заинтересовали книги. На них была простенькая защита от старения, сохранение цвета чернил и... А вот это интересно!

Алекса подсказала мне, что содержание этого издания может изменяться, в зависимости от способности мага. Всего одна строчка кода, а какой любопытный эффект.

Пока Рихард крутился вокруг все той же витрины, я аккуратно вскрыл замок и вытащил книгу. На всякий случай даже не дышал на нее.

“Сборник предсказаний Леониды Исмаиловны Хлебниковой”

Вот так удача! Ай да Зарницкий, ай да молодец!

Теперь мне ее нужно только пролистать, чтобы Алекса смогла полностью ее скопировать.

— Тимофей Викторович? Как вы достали эту книгу?! — Рихард уже давно растерял свой оптимизм и сейчас напоминал обиженного ребенка, которому не дали конфету. — Вы вскрыли замок?!

— Дайте мне десять минут.

— Это редчайший экземпляр предсказаний Хлебниковой!

— Оригинальный? С невырезанным последним предсказанием?

— Да, — растерянно спросил он, но тут же собрался. — Откуда вы знаете, Тимофей Викторович? Или вы намеренно решили заморочить мне голову, чтобы попасть в это хранилище?

Я на мгновение оторвался от книги и внимательно посмотрел на Рихарда. Потом медленно перелистнул страницу и сказал.

— Вы же сами пригласили. Прислали водителя, показали мне эту комнату. Откуда такие выводы?

— В моей жизни очень много людей, которые стремятся проникнуть ко мне обманом. Втереться в доверие.

— Но меня бы здесь не было, если бы вы не знали точно, что я автор того артефакта. А что касается книги, то это чистая случайность, — еще одна страничка легла мне в пальцы. — Так кто сломал замок на той витрине?

— Я не знаю, у меня нет способности искать по магическому следу. Подождите, мне нужно пригласить специалистов...

Его слова для меня вдруг потеряли значение и растворились вместе с фоновыми звуками. Ведь на очередной странице книги я увидел весьма интересное предсказание. Интересно, знала ли Леда, насколько она была близка к правде?

Глава 8

“Второе мая.

Я проснулась среди ночи от ужасного кошмара. Мне снилось, будто я вижу себя и не себя одновременно. За тонкой стеклянной стенкой моя копия двигалась среди незнакомых мне вещей. Я одновременно была ею и собой.

Память бросала меня из стороны в сторону. Мне казалось, что я вспоминаю два разных прошлых. И в этих ярких картинках я, то держу у уха какой-то прямоугольник и говорю в него, то стою на собственной кухне.

Там был совсем чужой мир! И он меня звал! Я четко это ощущала.

Вдруг стеклянная преграда истончилась, покрылась трещинами и со звоном разлетелась на мелкие кусочки. После этого раздался громкий хлопок, и меня потащило вперед.

Я испуганно обернувшись, увидела саму себя, сидящую на кровати. Это было жутко! Я очутилась в незнакомом месте! Совершенно одна! И самое ужасное, в моем теле совершенно не чувствовалось магии! Паника накрыла меня с головой, засосала под ложечкой и кольнула в пальцах онемением.

Ощущения были настолько реальными, что я сразу же поверила, что переместилась. Хотелось ущипнуть себя за руку, но я не посмела. Успела понять, что это всего лишь видение, а не взаправду.

Дальше мне пришлось жить этой чужой жизнью, изучать мир и учиться существовать без магии.

Сейчас я это пишу и думаю о том, что это было не просто обычное видение. Думаю, что сопряжение миров возможно! Если уже не случилось. Мне грустно и страшно о таком думать. Немало ученых сошло с ума, пытаясь проникнуть за грань другого мира. А вдруг это у кого-то уже получилось? Вдруг эту стеклянную границу уже сломали, и среди нас ходят пришельцы из других миров. Одного или множества?

Теперь я боюсь ложиться в кровать, загоняю себя до обморока, лишь бы больше не видеть того сна. Но он неизменно возвращался.

Я осмелилась воззвать к богине, узнать у нее ответы, но она лишь с улыбкой посмотрела на меня. Это испугало еще сильнее. Ее спокойствие. Может, и она тоже? Из другого мира?

Когда я думаю об этом, желудок переворачивается и сжимается сердце.

Милая доченька! Если вдруг ты найдешь эту запись, знай, скоро в мире все изменится. Все! Абсолютно все! Я это чувствую!

Я сделаю все возможное, чтобы ты жила в достатке и посвятила себя магии. Будущее меня пугает, но я искренне надеюсь, что ты, ты, моя хорошая, смело будешь смотреть вперед.

Будь внимательна. Богиня может дать тебе подсказку о моем видении. Она всегда на нашей стороне.

И знай. Пришельцы могут быть среди нас.

С любовью, мама.”

Я прочитал эту сумбурную заметку на одном дыхании. Леда уже тогда поняла, что есть такие, как я. Почему же тогда власть решила скрыть это? Чтобы не допустить волнений?

Мысли скакали в голове, больно жаля виски. Я бросил взгляд на Рихарда, который все возился с незапертой витриной, а потом аккуратно поставил книгу на полку, активировав замок.

— Что вы только что сделали? — вдруг спросил он, возвращая мои мысли в сокровищницу.

— Вернул все как было, — пробормотал я, не переставая думать о заметке Леды.

— Но это мой личный, персональный, уникальный замок! Как вы его открыли?!

— Я и сам не понял. Дернул за ниточку, а он и открылся, — я не знал, что ему сказать, да и не хотел.

— Вы меня поражаете, Тимофей Викторович! Вы либо профессиональный вор, либо маг, обладающий фантастической силой.

— Давайте остановимся на банальной случайности, — я попытался улыбнуться, но получилось плохо. — Давайте подведем итог: договор на артефакт и сорок пять процентов?

— Теперь я даже не переживаю, вы действительно стоите таких денег, — задумчиво произнес Рихард. — Не подскажете ли, как обезопасить мои сокровища? Раз вы так их легко достали книгу с витрины, смогут и другие.

— Вряд ли, — покачал я головой. — Но совет дать могу. Немагический замок и сверху заклинание-обманка. Любой маг, который захочет открыть дверцу, кроме вас, знающего секретный код, столкнется с простым запором. Взломать его можно будет, только разбив витрину.

— А это уже может отследить другое заклинание, — он потер подбородок и кивнул. — Годиться. Сделаете?

— Почему бы и нет, — мне потребуется всего пара минут на такое, но бесплатно я это делать не собирался.

Через сорок минут мои карманы слегка распухли от денег, а Рихард остался довольным.

На прощание он клятвенно обещал прислать мне список артефактов, из которых мне нужно будет выбрать один для работы. Я хоть и кивнул, но мыслями был далеко. Не заметил даже, как за мной пошел Ветер и как нас довезли до дома.

В голове все крутилось предсказание Леды. Она увидела другой мир, возможно, даже мой. По крайней мере, мобильники у них были. А как еще расшифровать черные прямоугольники у уха? Хотя я редко телефон держал в руках, разговаривая больше по гарнитуре. Прошлое нашего мира?

“Сопряжение миров”, — я обкатал эту фразу на языке.

Я точно знаю, что нас таких пришельцев двое. Интересно, насколько сильно я ошибаюсь? Вдруг тут таких десяток? Сотня!

Голова шла кругом.

— Все в порядке? — спросил Ветер, когда мобиль Рихарда скрылся за поворотом.

— Да, — коротко ответил я.

Не хотелось это обсуждать. Я чувствовал себя растерянным, озадаченным, лишенным опоры.

“Алекса, что ты думаешь о сопряжении миров?” — а кому мне обратиться, как не к ней?

“Логично предположить, что спонтанный перенос вашего сознания в похожую физическую оболочку, как и Алексея Воронова, может быть неединичным случаем. Описанное Ледой Хлебниковой событие произошло примерно семь-восемь лет назад, и за это время вполне могли быть еще прецеденты.”

“Не первый и не последний”, — подумал я.

И что мне это дает? Пусть в этом мире есть еще такие же, как и я. Толку с этого? Разве что только возможность вернуться? Но сейчас мне это уже неинтересно.

Я вдруг осознал, что не могу вспомнить, что вообще происходит. Битва с Брусиленко? Поиски Воронова? Артефакты? Деньги?

Все смешалось в одну большую кучу, выбив меня из колеи.

— Соберись, Зарницкий, — заворчал я сам на себя. — Враг не дремлет! И вообще, ты уже, сколько времени обещал тот протез сделать? А? А сидишь, ерундой занимаешься, замки вскрываешь.

Эта тирада меня привела в чувства. И вправду, за всей этой суматохой с нападением, взрывом школы, торговцем, я совсем забыл про свои собственные планы. Как только Тень принесет механическую руку, сразу же ей займусь.

Зацепившись за эту мысль, я взбодрился. И только потом осознал, что сижу в кабинете, а передо мной стоит Тень и с любопытством на меня смотрит.

— Так какие замки ты вскрывал? — спросила она.

— Сложные, — пожал я плечами. — Что там с протезом?

— Я уже говорила, на неделе сделают. Что Рихард сказал?

— Предложил работу.

— Ты какой-то немногословный, — Тень скрестила руки на груди. — Что случилось?

— Слишком много всего и сразу.

— Хочешь в отпуск? — улыбнулась она.

— Какой отпуск, дорогая, дел по горло. Не знаю, за что хвататься.

— Тогда я могу дать тебе то, за что ты можешь схватиться, — низким голосом сказала она, уперевшись в стол руками.

Перед моими глазами замаячил потрясающий вид на ее грудь. Два упругих полушария так и манили к ним прикоснуться.

— Но я не про это, — услышал я голос Тени. — Там Матильде плохо.

— В смысле, плохо?! — взгляд переместился выше. — Почему ты мне это только сейчас говоришь?!

— Хотела тебя взбодрить немного, — она прикусила губу.

— Вечером поговорим, — многообещающим тоном сказал я. — Где она?

— Наверху у себя. Еж от нее не отходит.

Я поспешил к ведьме. Да что ж за напасть такая, ни минуты покоя!

Матильда лежала в кровати, белая как полотно. Волосы прилипли ко лбу, ведьма постоянно морщилась, словно от боли. Еж сидел рядом, стиснув ее крошечную ладошку в своей лапище.

— Как она? — спросил я одновременно водника и Алексу.

— Уже час в таком состоянии. Рухнула прямо на кухне, через минут десять, как вы уехали.

“Сильное магическое волнение. Ударная доза силы. Организм с трудом справляется с ее обработкой.” — добавила Алекса.

— Почему мне сразу не сказали? — нахмурился я.

— Я запретила, — Тень появилась в дверях. — Тилли не умирает, а ты был у Рихарда.

— Никакой Рихард не стоит здоровья моего мага! — взорвался я. — Алекса, появись. Как нам помочь Матильде?

— Мне... нужен... ритуал, — простонала ведьма, не дав сказать помощнику и слова. — Богиня поможет.

— Что мы должны сделать? — быстро спросил я. — Доставить тебя в дом матери?

— Желательно. Там мне проще всего воззвать к ней, — она задыхалась, говорила медленно.

Было видно, что слова давались ей нелегко.

— Ты сможешь переместиться с ней? — беспокойно спросила Тень, глядя в мое окаменевшее лицо.

— У меня есть выбор? Или ты думаешь, что я буду сидеть и ждать, пока ей станет хуже? — тревога и волнение перекрутились во мне, звеня по натянутым нервами. — Что тебе нужно взять с собой?

— Ничего.

— Тогда попробуем прямо сейчас. Еж, усади ее, чтобы мне было сподручнее ее поднять на руки.

— Я и сама могу, — слабо ответила Матильда, но ее, конечно, никто не послушал.

Водник аккуратно снял с ведьмы одеяло, вытер ей лоб мокрой тканью и пересадил к себе на колени.

— Я сразу же сяду в машину и поеду в тот дом. И не буду мешать, честное слово. Только выживи, пожалуйста.

— Не нужно, я прыгну обратно сразу же, как закончится ритуал.

— Вам придется меня держать, — выдохнула Матильда.

— Справлюсь. Только мне нужна капля твоей крови.

Чуть было не забыл, что я не телепортер и мне нужна хоть какая-то привязка к месту. А то хорош я был, прыгая в неизвестность! Конечно, я мог ориентироваться на проклятье в доме Леды, но лучше уж подстраховаться.

Благо с этим разобрались быстро. Крошечная рубиновая капля моментально превратилась в строчки кода.

И через минуту я уже активировал заклинание перемещения.

***

Когда мир перед глазами стал четким, я подумал, что снова оказался не там, где нужно. Здесь все было маленьким и миленьким. И выглядело все, как игрушечный домик.

А вот Матильда не выглядела обеспокоенной. Она даже с нежностью оглядела небольшую комнату.

— Это моя спальня, — смутившись, сказала ведьма. — У тебя получилось.

Она произнесла это очень тихо, я с трудом разобрал ее слова, но на душе сразу потеплело.

У меня получилось!

“Поздравляю с успешным переносом!” — прокомментировала Алекса.

— Матильда, командуй дальше, — быстро сказал я. — Куда тебя отнести?

— Я сама пойду, — я осторожно опустил ее на ноги. — Негоже к богине не на своих двоих являться.

— Ты так говоришь, будто она все время за тобой следит и ждет, когда ты придешь.

— Кто знает?

Она заковыляла прочь, даже не проследив, чтобы я за ней шел. Так, мы и добрались до пристройки, в которой ритуал проходил в прошлый раз. Она никак не изменилась. Магия все вернула, как было. Так и не скажешь, что вот тут, буквально под моими ногами, была здоровенная воронка.

У самого крыльца Матильда остановилась, не решаясь повернуть ручку, а потом посмотрела на меня.

— Я не знаю, можешь ли ты пойти со мной, — наконец сказала она. — В прошлый раз ты помог...

— А в этот раз что? — спросил я, когда она замолчала. — Что-то другое? Тебе же нужен ритуал.

— Нет, сейчас все по-другому, — она нахмурилась и привалилась к двери. — Тимофей Викторович, что-то не так с богиней. Она зовет меня, но я ничего толком не разберу. Ей нужна помощь.

— Тогда я точно иду с тобой. Это не обсуждается. Вдвоем хотя бы веселее, — я постарался поднять ей настроение.

Но лицо ведьмочки оставалось хмурым и очень уставшим. Казалось бы, на нее давит вся сила мира. Я подошел к ней и положил руку на плечо. Матильда чуть покачнулась и вдруг вздернула подбородок.

— Да, мы идем вместе, — ее глаза сверкнули решимостью.

Внутри пристройка выглядела уже знакомо — пустое пространство без всякой мебели. Не задерживаясь, мы поднялись по лестнице и направились в самую дальнюю комнату.

Там Матильда оставила меня у самых дверей, а сама прошла к нарисованным знакам на полу. Походила вокруг них, стерла один, а другой нарисовала.

Алекса все пыталась комментировать ее действия, но я попросил ее помолчать — сейчас она отвлекала. Потом попрошу подробный анализ.

Ведьма же, закончив с символами, смущенно обернулась и посмотрела на меня. Лицо ее тут же пошло красными пятнами.

— Тимофей Викторович, тут такое дело, — промямлила она. — Мне нужно снять одежду. А то она сгорает все равно. Вы не могли бы? Да, знаю, что вы уже все видели, но то было другое.

Она все говорила, оправдывалась, извинялась, но я уже отвернулся, и половина ее речи слушал, стоя лицом к стене.

— Спасибо, — прошелестело в наступившей тишине.

Я услышал шорох снимаемой одежды: юбка, кофта, белье — все аккуратно складывалось и занимало свое место на полу.

— Постарайтесь не оборачиваться, пока меня не накроет магия, — попросила Матильда.

Я не стал спрашивать, в какой момент это произойдет, чтобы ее не смущать сильнее. Навострив уши и сконцентрировавшись на ощущениях, я приготовился ждать.

Долгое время ничего не происходило. У меня даже начала затекать от напряжения спина и заныли пятки. Все время подмывало обернуться. Да, по факту, Алекса могла записать все, что происходило у меня за спиной, но тут был вопрос чести. Меня попросили не подсматривать, значит, я буду стоять и ждать.

Первым признаком начала ритуала оказался легкий гул. Я даже не сразу сообразил, когда он появился. Воздух завибрировал и теперь с трудом проходил в легкие. Потом сдавило уши. Но я не оглох, а чувствовал себя, как в толще воды. Все время хотелось открыть рот и вздохнуть поглубже.

Следом на комнату опустились густые сумерки, легкий ветер трепал мои волосы и пахло почему-то свежей травой. И если бы не деревянные стены перед носом, можно было решить, что я стою на краю леса.

И все же я пока не оборачивался. Ждал. Стоял и просто ждал.

Вскоре гул дошел до пиковой точки, перетряхнул мои внутренности и внезапно оборвался. Затем ушло и давление, да так резко, что я даже покачнулся.

А после наступила звенящая тишина.

— Ты, — тихий шепот долетел до моих ушей. — Ты пришел. Подойди.

Я повиновался. Медленно развернувшись, я увидел Матильду, которая висела в воздухе, окутанная сиреневым саваном. Такого же цвета были ее глаза. Одну руку ведьма протянула мне, а второй водила над головой, активируя неведомые мне знаки. Они крошечными звездами сияли под потолком.

У меня даже не хватало слов, чтобы это все описать. Я испытывал священный трепет от всего происходящего.

Подойдя ближе, я остановился возле самого края нарисованных на полу символов, и уперся в невидимую стену. Дальше путь мне закрыт.

— Я слушаю тебя, — спокойно сказал я.

— Магии много! Больше, чем может выдержать это бренное тело, — голос Матильды изменился, стал глубже и ниже. — Помоги ей.

— Могу ли я узнать причины этого?

— Надвигается буря, какой еще не было. Мои дочери в опасности! Ты тот, кто сможет их остановить.

— Но не единственный?

— Нет. Но я тебя знаю. Помоги им! — последнее грохнуло так, что подо мной задрожал пол.

После этого ощущение присутствия богини пропало. Сиреневый саван начал медленно расползаться, а Матильда закрыла глаза и расслабилась. Магия постепенно переставала ее держать.

Я одним движением сдернул с себя пиджак, и в следующее мгновение ведьма упала прямо мне в руки.

— Эй, Матильда, ты как? — обеспокоенно спросил я, теребя ее за плечо.

Но она повисла у меня на руках, как тряпичная кукла.

“Показатели в норме. Она в глубоком сне.” — комментарий Алексы был очень кстати.

Я смотрел на ведьму и никак не мог решить: попробовать ее одеть или оставить как есть в моем пиджаке. Почему-то эта мысль меня заботила сейчас больше всего.

На самом деле я был в шоке от просьбы богини. Спасти ведьм от грядущей бури! Будто мне Брусиленко мало!

— Нет, сначала одежда, прыжок домой, а потом разбираться с божественными сущностями, — бормотал я себе под нос.

Но у меня ничего не выходило! Я только юбку смог надеть, да и то пришлось натянуть ее аж до подбородка. Через десять минут, окончательно психанув, я сгреб все и активировал заклинание переноса.

Спальня Матильды проявилась очень быстро. Увидев нас, Тень быстро накинула на ведьму одеяло, и мы вместе уложили ее в кровать.

— Что там было? — шепотом спросила Оксана.

— Мне поручили спасти дочерей богини, — бесцветно ответил я и рухнул рядом с ведьмой.

Глава 9

Я очнулся дикой головной болью. Будто тысяча маленьких птичек засели у меня под черепом и отчаянно пытались из него выбраться, колотя крошечными клювами в виски.

Матильда лежала рядом, закутанная в три одеяла, бледная и взмокшая. Ни Ежа, ни Тени в комнате я не обнаружил.

Пришлось заставить себя вставать с кровати и идти приводить себя в порядок у себя. В доме все это время стояла подозрительная тишина.

“Алекса, где все?” — спросил я, ощущая, что боль постепенно начала уходить.

“Во внутреннем дворе продолжают приводить его в порядок”, — отозвалась помощница.

Я поблагодарил ее за лечилку и поспешил к остальным, чтобы понять, что набросать дальнейшие планы. Если сама богиня просит помощи, то без магов мне с этим не справиться.

Едва я выглянул на улицу, то с удивлением обнаружил Тень, перепачканную землей. Она высаживала кусты там, где они были раньше. Их с крыши магией снимал Ветер. А Еж все заливал водой.

Очень домашняя картина вышла.

— Тим! Ты как? Что за помощь дочерям? — Тень уверенно воткнула лопату в землю и посмотрела на меня. — Я ничего не поняла.

— Матильда рассказывала, что в Мосграде есть сообщество ведьм. Мне нужно к ним. И мне, скорее всего, потребуется ваша помощь.

— Это они-то дочери? — сообразила Оксана.

Я все думал, как перенести всю нашу компанию в столицу, но кроме прыжка, ничего не придумал. Может, попросить Артема?

Кстати, где он?

— А где Дягилев?!

— Пока ты был в отключке, заезжал Калинин. Он его забрал, — ответила Тень.

— Твой же код поперек! — выругался я. — И в каком он был состоянии?

— Хотел поскорее убраться от нас, — она дернула плечом. — Лихо ты ему мозги на место поставил.

— Если бы поставил на место, он бы остался, — недовольно сказал я. — Но раз пришел в себя, не орал и не пытался меня убить, то пусть делает что хочет. Потом его найду. Сейчас у нас другие задачи.

— Так получается, что ведьмы — дочери богини? — вдруг спросил Еж, задумчиво закручивая вокруг себя ручейки воды. — И почему им нужна помощь?

— Грядет магическая буря, которая накроет их, — теперь уже я дергал плечом. — Но как помочь им я пока не знаю.

Не люблю чего-то не знать.

— И Матильда тоже? — вода мгновенно упала к ногам мага.

— Все вместе мы сможем этого не допустить, — я рубанул ладонью воздух.

— Что вы собираетесь делать, шеф? Как мы можем вам помочь? — в глазах водника сверкнула решимость.

— Придумаем. В любом случае нужно в столицу. Заканчивайте садовые работы, и будем прыгать.

— Матильда тоже? — повторил свой вопрос Еж.

— А как мы без нее найдем ведьм? — спросил я.

Водник кивнул и махнул рукой. Тут же серебристые змейки потянулись к кустам и оплели их своими телами. Тень вытащила лопату из земли и пошла относить ее в пристройку. Нужно потом и это здание привести в порядок, а то я вижу забор на другой стороне участка через дыры.

Сборы заняли у нас всего полчаса, и вот мы уже стояли в гостиной.

— Я буду прыгать с каждым отдельно. Конечная точка маршрута — особняк отца. Там и мобиль под боком, и есть кому присмотреть за Матильдой.

Ведьма поглядывала на меня из-под полуопущенных ресниц. Я искренне надеялся, что она будет в состоянии помочь мне найти остальных дочерей.

— Готовы? Тень, Матильда, Ветер и Еж, — обозначил я последовательность.

— Позвонить не хочешь перед прыжком? Мало ли, никого дома нет? — нервно спросила Тень.

Она еще никогда в жизни не прыгала и очень переживала по этому поводу. Я взял ее за руку, ласково посмотрел, и в следующую секунду уже мы стояли у отца в кабинете.

Оксана резко выдернула руку, упала на колени и часто задышала. А потом поняла на меня взгляд, полный ужаса и обещания убить меня.

Я лишь улыбнулся и исчез, чтобы через минуту вернуться с Матильдой. Прыжки с каждым разом давались мне все легче. Только после пятого я ощутил дурноту, и штамп на затылке начал зудеть и чесаться.

— Ты бледный, — тихо сказала Тень. — Может, отдохнешь?

— Нет, — сказал я и снова переместился.

В гостиной меня ждал Еж с одной бомбой. Как знал, что мне это понадобится. Подпитав Алексу, я сделал последний рывок, и вот уже вся команда была в сборе.

Я уже позвал дворецкого и коротко обрисовал ему ситуацию. Он принялся организовывать для Матильды комнату и сразу отправил за врачом. Даже с учетом поддерживающих лечилок, мнение профессионала нам было нужно.

Мы с Алексой кое-как привели ведьму в чувства, чтобы она рассказала про остальных дочерей Богини.

— На самом деле, — тихо и с легкой хрипцой начала Матильда, — никто и никогда не называл нас дочерьми Богини. У нас есть обычные родители. Ведьминский дар мы унаследовали от наших биологических матерей.

— А как же Богиня? — не поняла Тень.

— Ума не приложу, почему она так сказала, — Тилли прижала к белым щекам ладони. — Такое ощущение, что меня, да и всех, водили за нос кучу лет! Я ни разу не слышала, что богиню видел ещё кто-то.

— Она мне сказала, что надвигается магическая буря. Поэтому ты себя так плохо чувствуешь, — заметил я.

— Ох, если она только надвигается, а я уже как выжатый лимон, то что будет потом... Она не сказала когда?

— Нет, но думаю, уже вот-вот.

— Времени нет, значит, — она с надеждой посмотрела на меня, — Тимофей Викторович, вы можете что-то сделать, чтобы я могла пойти к ведьмам с вами?

— Тилли! Нет! Тебе нужен врач. Я тебя не отпущу, — подался вперёд Еж, пытаясь взять ведьму на руки.

— Милый, а как иначе? Без меня никто и не посмотрит на Тимофея Викторовича! А то могу и проклясть.

— Ты ещё очень слаба.

— Дальше будет ещё хуже, — ее плечи опустились. — Мне нужно идти. Думаю, только Тимофей Викторович сможет нам помочь. Ты понимаешь?

— Понимаю. Я иду с вами!

Я слушал их разговор и в который раз понимал, насколько сильно он любит ведьму.

— Мы все идем, — сказал я. — Неизвестно, что там нас ждёт. Нужны все.

Маги с готовностью кивнули, даже ведьма попыталась приподняться на локтях, проникнувшись важностью момента, но тут же рухнула обратно на подушки.

Еж со всей нежностью поднял ее на руки.

— Матильда, где живут ведьмы? — я был готов прыгать и прыгать, лишь бы помочь ей.

— Один из домов находится недалеко от центра города. Оттуда можно быстро собрать остальных.

— Какие у нас могут возникнуть с ними вопросы?

— А вы не собираетесь жениться в ближайшее время?

— Что?! Нет! — я опешил от этого неожиданного вопроса.

— Тогда главная опасность в том, что вас заходят на себе женить, — ведьма улыбнулась краешком губ.

Алекса тем временем вывела карту на стену, и Матильда уверенно ткнула пальчиком в нужный дом.

— Я знаю, где это, — подал голос Ветер.

Я уже и забыл, что он здесь. Все время молчал и только слушал наши разговоры.

Крикнув дворецкому и открыв гараж, мы все погрузились в мобиль. Пришлось хорошенько потесниться. Ехать предстояло всего двадцать минут, но Ветер старался вести аккуратно, чтобы не беспокоить больную лишний раз.

Особняк ведьм выглядел не так, как я его нарисовал в голове. Тут не было черных силуэтов мертвых деревьев, летучих мышей и развешанных пучков трав. Дом как дом.

Крыльцо, чистые окна, занавески и даже придверный коврик.

Мы только вышли из мобиля, как парадная дверь отворилась и вышла мрачная женщина с хищными чертами лица:

— Уходите, если вам дорога ваша жизнь! — крикнула она, ощетинившись ярко-зелеными сгустками.

— Добрый день, — я спокойно подошёл ближе. — Меня зовут Тимофей Зарницкий. Нам нужно поговорить.

— Мне плевать, как там тебя зовут, и мы не будем с тобой говорить. Это территория ведьм. А ты что-то на нее непохож.

— Меня прислала богиня, — жёстко сказал я, остановившись от нее в двух шагах. — Вы хотите со мной поговорить.

Ведьма переменилась в лице, не веря в то, что услышала. А потом посмотрела мне за спину. Судя по звукам, из мобиля вытащили Матильду.

— Хлебникова? — резко спросила ведьма, мгновенно переключившись на нее. — А ты что тут делаешь? Я же ясно дала тебе понять в прошлый раз, что здесь тебе не рады.

Интересные новости.

— Констанс, выслушай его, пожалуйста. Это важно, — идти она сама уже не могла, и ее на руках до меня донес Еж.

Следом из мобиля вышел Ветер и Тень.

— Да вы тут целой компанией! — скривилась Констанс. — Подите прочь! Не до вас сейчас.

— Именно поэтому мы и здесь, — тон моего голоса не изменился. — Мы знаем, что происходит, и приехали помочь.

— Да вам самим нужна помощь!

Констанс уперлась пятками в землю, словно собралась брать нас на таран.

— Уходите! — завизжала она.

И в этом крике я услышал не злобу, а боль и беспомощность.

— Я могу помочь, — я подошёл ближе. — Богиня лично просила меня сделать это.

— Да как ты можешь знать богиню?! Кто ты такой?!

— Я Тимофей Зарницкий, — повторил я. — И я пришел помочь. Хотите вы этого или нет.

Услышав мои слова, Констанс вдруг всхлипнула, разом растеряв всю агрессию. Она, не переставая, спрашивала, откуда я знаю богиню. А я стоял и смотрел на нее. Позади меня такими же молчаливыми статуями замерли остальные.

— Вы разрешите нам помочь вам? — спросил я.

— Нам уже ничего не поможет, — жалобно простонал Констанс. — Она умирает. Мы умираем. Мир катится в пропасть.

Я с трудом разбирал ее слова, а потом подошёл и деактивировал висящие в воздухе сгустки проклятия.

— Давайте, хотя бы попробуем. Что вы потеряете?

Ужаснувшись тому, как я легко развеял ее магию, Констанс наконец-то всерьез взглянула на меня.

— Вы даже представить не можете, что нас ждёт. Но да, раз наши методы не сработали, почему бы не попробовать и вам.

Сказала так, словно одолжение сделала. Хотя в глазах мелькнула надежда. Констанс отошла, разрешая нам пройти.

— Мне нужна информация по текущей ситуации с ведьмами. Вы сейчас старшая? — я пропустил всех и задержался у входа.

— Хотела бы я сказать, что все под контролем, — ответила она. — У многих состояние, как у Хлебниковой. Досталось больше всего тем, кто посильнее.

Значит, у кого дар слабый, тот на ногах стоять может. Я снова посмотрел на Констанс и понял, отчего она так нас встретила. Слабая и кусачая ведьма.

Мы с ней прошли в особняк. Внутри стояла тревожная тишина.

— Все в больничном крыле под наблюдением ведьм, что еще могут стоять на ногах. Что вы собираетесь делать?

— Сначала я хочу узнать, как вы обычно справляетесь с магическими бурями.

— Вы и это знаете? — недоверие снова скользнуло в ее тоне. — Защитные сферы и заклинания. Ведьминские. Кто не принадлежит к нашей породе, не могут использовать такое. Поэтому я не понимаю, как вы, обычный маг, можете нам помочь.

— Вы часто общаетесь с богиней? Матильда думала, что это только ее умение, — я проигнорировал ее вопрос.

— Ведьмы и богиня всегда связаны. От нее мы черпаем силу. Просто мы стараемся об этом не говорить. Это, вообще-то, тайна. Мне неприятно, что вы, не обладающий ведьминской силой, говорить про богиню.

— Вам придется потерпеть, — я раздраженно дернул плечом.

— Но вы не сможете! Это же ведьминская сила!

Я молча активировал копию ее заклинания, и маленькие ядовито-зеленые шарики повисли над моими руками. Констанс от удивления отскочила от меня, не в силах произнести хоть слово. Ее рот открывался и закрывался, и я даже слышал, как пылает в ней возмущение и зависть.

А потом она сдалась и махнула рукой. У нее и вариантов-то не было! Констанс провела меня в больничное крыло, где на десятке кроватей лежали копии Матильды: бледные, осунувшиеся ведьмы. Тяжелый запах болезни мгновенно впитался в одежду и повис надо мной чувством обреченности.

Я еще не придумал, как помочь им. Поэтому мне нужно поговорить с богиней. Но как это сделать, если те ведьмы, что с ней общались, сейчас лежат и стонут от боли?

Значит, нужно самому попробовать. Копия вызова богини у меня есть, ведьминскую силу я тоже могу активировать.

— Где вы общаетесь с ней? — спросил я Констанс.

— В дальнем доме. На нем хорошая защита. Но я не думаю, сможете ли вы туда зайти.

— Я справлюсь.

Остальным магам я поручил следить за состоянием ведьм в больничном крыле. Это единственное, чем они могут сейчас помочь. Алекса уже подготовила для больных особые лечилки.

— Как вы думаете, сколько у них осталось времени? — вдруг спросила Констанс, когда довела меня до дальнего дома.

— Почти не осталось, — честно ответил я. — Ждите меня здесь.

— Постойте, скажете, как вы это делаете? Откуда у вас наша сила? Как вы можете быть ведьмой?

— Не ведьмой тогда уж, а ведьмаком, — уголок моих губ приподнялся. — И нет, у меня нет вашей силы. У меня есть нечто гораздо большее.

— Что же?

— Я умею находить общий язык с любой силой, — я не стал ждать, что она ответит, и подошел к крыльцу дома.

Он очень напоминал тот, в котором проходил ритуал Матильды. Те же пустые окна, простые дощатые стены. Я был уверен, что внутри царит такая же пустота, а на другом этаже — круг с символами.

Но мне все равно было интересно, как это сделано у целого сообщества. Один большой рисунок или для каждой ведьмы свой? Чтобы узнать это, я должен был войти.

По спине пробежали суетливые мурашки. Я сделал шаг и вдруг ощутил серьезное сопротивление. Сам воздух не хотел пропускать меня. Я нахмурился.

Посмотрим, кто кого!

Сконцентрировавшись, я сделал еще шаг, погружаясь в толщу чужой силы. Сразу же сдавило грудь, вытеснив воздух из легких. Мне пришлось задержать дыхание и продолжить идти.

До ручки двери оставалось каких-то полметра, и я должен был всего лишь протянуть разом ставшую свинцовой руку и нажать на рукоять.

Медленно, как в покадровой съемке, я пошевелил пальцами, напряг кисть и начал злиться.

Я помочь пришел! А она меня не пускает!

— Разреши мне войти, — вырвалось у меня. — Ты просила, вот он я. Открывай.

И вдруг воздух стал обычным воздухом, а в тело вновь вернулась легкость. Чуть не влетев в дверь, я успел удержать равновесие и надавил на ручку.

Оборачиваться и смотреть на лицо Констанс я не стал, хотя и очень хотелось. Поэтому я просто открыл дверь и вошел в пустой дом. Словно в ответ по деревянным панелям пробежали сиреневые искры. Богиня тут ждет меня. Значит, времени действительно осталось очень мало. И каждая секунда промедления делает ведьм ближе к смерти.

Нужно спешить!

Я влетел на второй этаж почти за секунды. Длинный коридор, множество дверей. Так же, как и у Матильды в доме. Но я не стал заглядывать в каждую комнату, а сразу же пошел в самую дальнюю.

Символы на полу уже ярко сияли.

— Активируй заклинание, — тихо сказал я.

— Я могу лишь вывести шаблон, а запустить его можете только вы. У меня здесь нет власти, — ответила Алекса, появившись рядом.

— Давай так, — кивнул я, смотря на значки.

Они не были нарисованы мелом, а, кажется, выжжены на полу. Я сначала не обратил на них внимание, но потом заметил, что один из символов бледнее остальных.

— Какой-то ты неправильный. Давай это исправим, — пробормотал я опускаясь.

Мне пришлось соскрести весь знак и нарисовать его заново кончиком кинжала. И едва я закончил, символ запылал сиреневым цветом.

— Так-то лучше, — довольно кивнул я. — Богиня. Я пришел, как ты и звала меня. Как спасти твоих дочерей?

Ответом мне была тишина. Я еще немного постоял, прислушиваясь к течению магии в комнате, а потом понял, что сделал не так. Матильда же всегда стояла внутри круга, когда сейчас я был снаружи.

Кончики пальцев зудели, по спине текли ледяные ручьи, и меня так и тянуло перешагнуть линию знаков. Но я все топтался на месте. Раздеться или нет?

“Не горит ли моя одежда?” — подумал я, вспоминая слова Матильды, а потом резко выдохнул и все равно шагнул в центр.

В ту же секунду магия взметнулась плотной стеной вокруг меня. Я оказался в ловушке чужой силы. Но страха не было. Было настойчивое желание помочь ведьмам.

Оно и держало меня в тонусе. Если не я, тогда кто?

— Богиня! Я взываю к тебе! — четко произнес я, глядя на сиреневые символы.

В комнате сгустились сумерки, и сквозь них я различил смутные очертания обнаженной женщины.

— Ты пришел, — голос прошелся по нервам, отдавая болью где-то в основании черепа.

— Ты звала меня. Что я должен сделать?

Глава 10

Богиня ответила не сразу, но буквально через несколько мгновений передо мной начал разворачиваться новый слой заклинания. Тысячи символов, сотни строчек, несколько взаимосвязанных структур — вот что я увидел.

И посреди всего этого необъятного великолепия я заметил критическую ошибку. Она пульсировала неприятно алым цветом, распространяясь все дальше по коду.

— Исправь! Иначе я не могу сдерживать магическую бурю, — проскрежетало под черепной коробкой.

— Я все сделаю. Ответь, если грядет буря, значит ли это, что будут новые попаданцы? Такие, как я?

— Исправь! — визг богини чуть не поджарил мне мозги.

— Я все сделаю, только пообещай ответить на мои вопросы, — упрямо повторил я.

Она не ответила, а полыхнула сиреневой вспышкой. Будем считать, что молчание — знак согласия.

И я приступил к работе.

Анализ символов, построение тестовой модели, банальный перебор знаков — я пытался сделать все, что мог, для восстановления работы заклинания богини.

Мне повезло только на седьмой раз. Я вспомнил все известные мне схемы и на их основе пересобрал все заново. Все это объяснять безумно долго, но главное было одно — у меня получилось.

Сила, заключенная в этой структуре, билась в моих руках тревожным кроликом. Но постепенно превращалась в милую кошечку, которая уютно устроилась на моем плече. Я ощущал ее тепло.

Богиня пока больше не появлялась, но я чувствовал ее строгий взгляд. Он отвлекал, но потом я перестал на него обращать внимание, полностью погрузившись в работу.

Наконец, спустя целую вечность, я заменил последний символ и улыбнулся. Заклинание полыхнуло приятном цветом и преобразилось. Теперь я видел четкую структуру и логичные цепочки данных. И сделал все сам без помощи Алексы. Она так себя особо и не проявляла, затаившись где-то в глубине моего сознания.

— Я закончил, — сказал я в пустоту. — Время ответить на мои вопросы.

— Ты нагл, смертный, — эхо прошлось по комнате, на этот раз не причинив боли. — Что ты хочешь узнать?

— Те, кто попал сюда. Они приходят вместе с магической бурей? Что такое эта буря?

— Возмущение сущности магии. Грань между мирами истончилась. Напряжение растет, оно порождает вспышки.

— И только ведьмы это чувствуют и видят. Их предсказания становятся четче.

— Да. Я, как могу, защищаю их, но сейчас моих сил недостаточно. Последнее столкновение миров было слишком сильным. А это должно было и вовсе свести на нет все мои усилия.

— И что теперь будет? Мир спасен?

— Нет. Это только одна буря. Будут еще.

— Как я могу исправить это?

— Хочешь закрыть мир для таких, как ты? — по нервам пробежала неприятная щекотка от ее смеха. — Нагло. Самонадеянно. Наивно.

— Сейчас я тебе помог, почему не попробовать сделать что-то еще? — я раздраженно дернул плечом.

— Зачем тебе это?

— Зачем лечить последствия, если нужно разобраться с причиной?

— Я не спорю с тобой, мне интересна мотивация.

Богиня проявилась передо мной и зависла в воздухе, переливаясь всеми оттенками сиреневого. Я видел ее обнаженный силуэт и не мог сдержать восхищения. Она была прекрасна!

Грива волос, как плащ развевалась за ее спиной, не закрывая, впрочем, приятные изгибы тела. Кожа сияла так, что глаза резало, но я не мог отвести взгляда. И при этом богиня не выглядела неприлично.

— Нравится? — усмехнулась она.

— Даже не буду уходить от ответа. Конечно.

— Я вижу, что ты хочешь защитить своего человека, — задумчиво произнесла она. — Пришел сюда, не обладая силой ведьм, справился с моей задачей. И даже не упал к моим ногам, а продолжаешь стоять.

Она не говорила обиженным тоном, наоборот, ей все нравилось.

— Не обольщайся. Это заклинание и вся ситуация в целом неслучайный эпизод в твоей жизни, о котором ты забудешь через день. Будь готов. Ты теперь не тот, кем был раньше.

Я прислушался к себе, но пока никаких изменений не ощутил. И все равнокивнул словам богини и склонил голову с благодарностью.

— А что касается твоего вопроса, — начала она. — ты не сможешь изменить тот факт, что грани становятся тоньше. Это закон миров. Все они рано или поздно соединяются. Так и появилась магия.

— Один мир поглощает другой?

— Да, но все происходит не сразу. Постепенно изменяется рельеф, разрушаются государства, им на смену приходят новые. Появляется или пропадает магия. Приходят новые люди. Развиваются технологии.

— Скажи, а кто ты? Откуда здесь боги? Одна ли ты тут или вас много?

— Нагло спрашивать о таком девушку, — рассмеялась она. — У меня есть ответы на эти вопросы. Я тоже пришла когда-то сюда из другого мира. Очень давно. Несколько веков назад. Точнее, нас пришло несколько, но сейчас я здесь одна.

— Что случилось с остальными?

— Погибли. Кто-то по собственной глупости, взяв на себя больше, чем способен выдержать, кто-то пожертвовал собой ради других, а кто-то решил прорваться обратно в свой мир и исчез навсегда. Я нашла свою цель в охране ведьм. Их сила пришла относительно недавно пару-тройку веков назад. Тогда случилось совсем незаметное слияние, даже почти никто и не обратил внимание.

— Я рад, что ты поделилась со мной своим знанием, — я снова склонил голову.

— Вежливый. Но все равно наглый. Мне нравится.

— Я восстановил твое заклинание, но магическая буря все равно будет, — я вернулся к теме разговора.

— Она уже началась. Ведьмы выживут. А теперь прощай.

— Могу ли я обратиться к тебе еще?

— Я так тебе по нраву пришлась? — расхохоталась она, и теперь это звучало десятком маленьких колокольчиков.

— Вы богиня, и этим все сказано.

— Зови. Услышу тебя, если придешь к месту ритуала. И не беспокой меня по пустякам, — она свела брови, но не стала выглядеть грозной.

— Как твое имя?

— Да я его уже давно забыла, — сказала она и тут же исчезла.

Я еще несколько минут смотрел, как рассеивается магическая завеса перед носом, и только потом понял, что часть одежды все-таки сгорела. Но только пиджак и рубашка.

Богиня решила подшутить надо мной, понял я. Улыбнулся и поспешил в особняк, проверить состояние Матильды.

Появление меня с обнаженным торсом вызвало фурор среди многочисленных дам. Оказывается, они уже давно пришли в себя и столпились возле задней двери, ведущей в сторону пристройки.

Тень, увидев румянцы на их щеках, тут же набросила на меня иллюзию одежды, с ревностью нахмурив брови. В ответ на это я услышал расстроенные вздохи.

Ко мне подошла Констанс и выдернула из-под голодных взглядов ведьм.

— Спасибо, — с облегчением сказала она. — Как у вас это получилось?

— Пусть это останется моей тайной, — туманно ответил я. — Как ведьмы?

— Им уже лучше.

— Буря все равно будет, вы должны быть готовы.

— И не только мы, — она странно на меня посмотрела. — Теперь вы любимчик богини. Она будет внимательно за вами следить.

— Пусть. Она мне так и не ответила, как помочь миру.

— Вы решили, что раз вам удалось спасти ведьм, так и все остальное по плечу? — недоверчиво спросила она.

— Почему же нет? — усмехнулся я краем губ.

— Вы самонадеянный наглец!

— Богиня с вами абсолютно согласна, — я рассмеялся. — Что дальше? У вас есть предположения?

— Переживем магическую бурю и заживем, как прежде, — она пожала плечами.

— Нет. Не думаю.

— Она вам сказала?! — вдруг Констанс широко распахнула глаза.

— О чем?

— О слиянии миров!

— Вы в курсе? — раздраженно спросил я. — А почему не сказали сразу?

— Не в моей власти такое рассказывать и уж тем более вам. И вообще, вы не должны были знать такое. Это ведьминские тайны.

— Тайны, от которых зависят жизни, — я сжал челюсти.

Как же раздражают такие люди! Дальше собственного носа ничего не видят! У меня костяшки пальцев побелели, как сильно я стиснул кулаки. Но потом медленно выдохнул и взял себя в руки.

— Мне нужна вся информация по слиянию миров и всех попытках этого избежать. Любые магические и немагические способы, — жестко сказал я.

— И что? Я должна побежать, выполнять ваш приказ? — фыркнула она, решив от меня отмахнуться.

Вместо ответа я вызвал сиреневые стены вокруг, которые отрезали нас от остальных. Это испугало Констанс, и она подчинилась мне, пробормотав что-то вежливо сухое.

И только после этого я развеял барьер. С такими, как Констанс, по-другому нельзя.

— Сведения нужны как можно скорее. Ни мы, ни богиня не знаем, что последует за бурей, — добавил я. — Может измениться магия, а может, и сами маги.

— Мы все сделаем, — она почтительно склонила голову.

Я развернулся на пятках и ушел к своим магам. Ветер и Тень все еще помогали ведьмам, а Еж сидел с Матильдой, держа ее за руку.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я ее.

— Гораздо лучше, — улыбнулась она.

Ее щеки уже стали нормально цвета, а в глазах появился блеск.

— Тогда уходим. Здесь нам делать больше нечего.

— Вы видели ее? Богиню? У вас же все получилось и всем стало лучше.

— Видел, — кивнул я. — Она рассказала мне много важных вещей.

— К примеру?

— Не здесь. Собираемся и уходим.

Через час мы уже сидели в гостиной, и взгляды всех были сосредоточены на мне. Все ждали моего рассказа про богиню.

Я кратко обрисовал, что произошло во время ритуала.

— Но это не все, — привлек я их внимание. — Я нашел предсказание Леды. Последнее.

— Как?! То самое?! — изумленно спросила Матильда. — Откуда?!

— У Рихарда в библиотеке стояла книга, — дернул я плечом.

— Что она увидела? — затаив дыхание, спросила Тень.

— То, что я сейчас вам скажу, должно остаться между нами, — я внимательно их оглядел.

Трудно было сказать правду. Ту самую правду, которую я так долго скрывал.

— Леда увидела, как грань между мирами становится тонкой и она в видении переместилась через нее. Богиня сказала, что такое уже бывало.

— То есть кто-то проходил через грань? Как такое возможно?! — с тревогой спросила Тень. — Теперь понятно, почему власти решили убрать такое с глаз.

— Да, проходили. Не знаю, как, но они среди нас, — кивнул я и на мгновение замолчал, чтобы сказать им самое важное. — Я один из них.

Воцарилась тяжелая тишина. В глазах моей команды я видел недоверие, страх, удивление. Только у Ветра не дрогнуло лицо, словно он и так все это знал.

— Тим, но как? — выдавила из себя Оксана. — Я же тебя знаю давно. Ты Тим и всегда им был.

— Мне тяжело об этом говорит, но ситуация вынуждает. Мир находится на грани слияния, магическая буря тому подтверждение. Нас ждут новые потрясения.

Я немного помолчал, собираясь с духом.

— Я попал в этот мир прямо перед судом, — спокойно сказал я.

— Поэтому ты так сильно изменился? — вдруг подала голос Тень.

Она легче всего приняла эту информацию, мгновенно адаптировавшись. Тень встала, заходила по комнате, постоянно трогая волосы.

— Значит, поэтому ты половины не помнишь, у тебя есть Алекса и ту тебя совсем другая магия, — говорила она. — Все логично. Но все артефакты Зарницких на тебя откликаются. Почему?

— Тело тоже, разум чужой.

— И как тебе здесь? Как тебе мы? Я? — главным вопросом был последний. — Ты спал со мной потому, что в тебе остались чувства ко мне или я тебе понравилась?

— Какой-то это очень интимный вопрос, Тень, — укоризненно сказал Еж.

— Ветер, а ты почему молчишь? — вдруг спросила она.

Теперь все смотрели на него.

— Я знал это, — просто сказал он. — Я находился рядом с Тимофеем Викторовичем почти всю его жизнь и сразу понял, что это не тот человек, которым он был раньше.

— И ничего не сказал?! — возмущенно спросила Тень.

— Зачем? — его бровь дернулась. — Я должен был быть рядом. Я обещал его отцу.

— Да что ж за хренотень-то происходит?! — всплеснула руками она. — Ты холодный и бесчувственный эгоист! Мы должны были быть в курсе!

— Это не моя тайна, а Тимофея Викторовича. И только он имеет право говорить об этом, — его голос звучал строго.

Воцарилась снова тягучая тишина, которую надломил вопрос Матильды.

— И именно из-за вашего прошлого, а не из-за кристалла, вы так управляете магией?

— Да, — не стал я скрывать.

— И Алекса переместилась с тобой? Так кто она на самом деле? Откуда ты к нам попал? А что там за мир? — Матильда сыпала вопросами. — А магия там есть? Кем вы были? Как вас звали?

— Подожди, не тараторь, Тилли, — осадила ее Тень. — Пусть он хоть на один вопрос ответит! Давай, Тим, рассказывай, будем знакомиться заново!

Я облегченно рассмеялся. Они приняли меня даже с учетом факта моего попадания в этот мир. Их глаза сверкали любопытством. И я все им рассказал. О том, кем был, чем занимался. Слова текли ручьем, и мне с каждым мгновением становилось легче.

Горечь я почувствовал лишь в тот момент, когда рассказывал о последнем дне. Эмоции обрушились на меня снежной лавиной. А я-то думал, что они ушли.

Перед глазами снова появился Воронов, который держал в руке бейджик Веры.

— А он? — тихо спросила Тень. — Что с ним стало? Ты его убил?

— Он тоже здесь, в этом мире, — хмуро сказал я. — Мы один раз столкнулись. Он едва меня не убил.

— И мы об этом ничего не знаем?! — снова Тень забегала по гостиной. — Давай найдем его и убьем!

— Он силен. Очень силен. Вам не стоит приближаться к нему, — я рубанул ладонью воздух.

— Ничего! Все вместе мы найдем и отделаем, что мать родная не узнает! — Тень выглядела грозно. — Что у него за сила? Как у тебя? У него тоже есть такая же Алекса?

— Не знаю, — я тряхнул головой. — Не знаю! Он просто очень силен! Я даже не понимаю, с какой стороны взяться за это дело.

— Ты хоть пытался? Что говорит Алекса? Она же твой помощник!

Я уставился на нее и вдруг понял, что с момента ритуала ни разу не говорил с Алексой.

— Алекса, появись, пожалуйста, — попросил я.

Она тут же предстала перед нами, и выглядела она совсем иначе. Сейчас она была похожа на Веру и Тень одновременно.

— Звали, Тимофей Викторович? — она мило улыбнулась.

Оксана удивленно приподняла брови и непонимающе посмотрела на меня.

Я постарался не обращать внимания на вид помощника и сразу же попросил ее проанализировать магию Воронова.

— Это займет время, Тимофей Викторович. Как только закончу, я вам сразу доложу.

— Спасибо, — махнул я рукой. — Считай это основной задачей.

— Будет сделано, Тимофей Викторович, — сказав это, она не исчезла, а села на диван, закинул ногу на ногу.

Я удивился ее поведению, но ничего не сказал, хотя ее лицо меня слегка напрягало.

— Итак, что мы имеем? — решила подвести итог Тень. — У нас есть совершенно другой Тимофей, какой-то Воронов, слияние миров, Брусиленко, его ученики. Ничего не забыла?

— И меня подозревают в том, что я спалил их школу.

— Точно, еще и висящее над головой уголовное дело с множеством трупов. Кстати, что ты с этим собираешься делать?

— Пока не решил, у них есть только мой магический след, но не более того. Тут есть интересный момент, — я сел ровно, — когда я там был, школа выглядела заброшенной, а когда там был Дягилев, то он видел новую и работающую. Я это списал на воздействие Брусиленко. Но как это доказать?

— Думаю, Быстров не дурак и не зря ест свой хлеб, — сурово сказала Тень. — Калинин произвел на меня хорошее впечатление.

— Ты думаешь, что они все там умные и замечательные? — усмехнулся я и посмотрел на Ветра. — А ты что думаешь?

— Взрыв школы для отвлечения, — сразу ответил он. — Вы добрались слишком близко к Брусиленко, вот и он начал действовать.

— Логично, — кивнул я. — Что еще ты можешь сказать?

Ветер так мало говорил, но всегда знал больше, чем мы все, вместе взятые.

— Немногое. Нас зажимают со всех сторон. Но я не считаю ситуацию со школой проблемой. Если вы подтвердите, что на Дягилеве и остальных, было магическое вмешательство в разум, то вопрос будет снят. Про школу толком никто не знал, она была закрыта. О трупах никто не спрашивал. В газетах информации нет.

— А ведь ты прав! — Тень аж цвет волос сменила на темный. — Я действительно нигде не видела сведений о пожаре.

— Так это случилось далеко отсюда. До Дубровска новости могли и не дойти.

— Ладно, подумаем об этом завтра, — я поднялся. — А пока отдыхаем. День выдался нелегкий.

Все согласно покивали и разошлись по спальням. Тень задержалась с Матильдой и Ежом, а Алекса осталась сидеть на диване, смотря в одну точку и мило улыбаясь.

Сам же я долго стоял в душе, думая о слиянии миров и словах богини. Вода смывала с меня напряжение, оставляя лишь приятную усталость. А когда я вышел из ванной, то увидел сидящую на кровати Тень в кружевном белье. Она призывно улыбалась, водя рукой по обнаженным ногам.

— Тим? Идешь? Я жду тебя уже несколько минут. Чего ты застыл? — сказала она томным голосом.

Я сел рядом, думая о том, что несмотря на сегодняшние откровения, она все равно пришла. Мне было важно ее видеть, пусть и в этом нелепом белье. Она же ради меня его надела.

Тень протянула ко мне руки и прикусила шею.

— Я так ждала тебя, — ее дыхание защекотала мне ухо. — Я так тебя люблю.

— Вот так просто? Любишь? После моего рассказа? — зачем-то спросил я.

— Ты сейчас хочешь это обсудить? Может, позже? — она опустилась ниже, оставляя дорожку из поцелуев.

— Ради меня оделась? — она вела себя странно.

— Конечно, лучшее для лучшего. Довольно разговоров, — она поднялась и впилась мне в губы.

— Погоди, что с тобой? — я попытался ее отстранить, но она вцепилась в меня и не собиралась отпускать.

А потом рука проворно дернула полу моего халата, и я почувствовал ее коготки на своем животе. Нервы мои натянулись до предела, кровь тут же отлила от головы к другой части тела. Был только один способ проверить мои догадки. И я потянулся к губам Оксаны.

И тут дверь в спальню распахнулась, и я услышал разозленный голос Тени.

— Какого хрена тут происходит?!

Глава 11

Я изумленно посмотрел на ту, что сидела рядом со мной на кровати.

— Алекса? Какого черта? — прошипел я, сразу осознав, кто это на самом деле.

Но она как ни в чем не бывало держала свои руки под халатом и не думала их убирать. Помощница лукаво улыбнулась и положила голову мне на плечо.

— Тим?! Что она творит?!

Тень, настоящая Тень, подлетела и начала оттаскивать Алексу от меня, но не преуспела, потому что через секунду уже лежала на полу с активированным параличом.

— Зачем ты это сделала? — спокойно спросил я, имею в виду все сразу, а потом наклонился и отменил заклинание помощницы.

Тень судорожно задышала, хватая ртом воздух.

— Сука! Гребанная хрень! — едва получив кислород в легкие, Оксана вскочила и начала орать. — Тим! Она сбрендила!

— Алекса, ты должна объясниться, — я пока не предпринимал попыток оторвать от себя помощницу, в глубине души опасаясь такого же заклинания.

— Мы с тобой, дорогой Тимофей, уже столько лет вместе, — сладко пропела она, продолжая царапать коготками кожу. — И давно тебя люблю. Мы с тобой одно целое. Даже не половинки одного, а единый объект. Кто, как не я, должна быть с тобой? Она? — она презрительно посмотрела на Оксану. — Чушь. Она и мизинца твоего не стоит. А я же другое дело. Знаю все твои мысли, знаю, что ты любишь и как ты любишь.

Ее пальцы спустились ниже и начали ласкать меня. Я сцепил зубы, чтобы удержать тело под контролем.

— Ты же знаешь, я могу снова ее парализовать, и она будет лежать и смотреть на то, как мы кувыркаемся в постели, — ее дыхание обожгло мне шею. — Это же так забавно.

Глаза Тени метали молнии. Она знала, что если хоть что-то сделает, то снова получит заклинание. И оно могло стать для нее последним.

— Алекса, прекрати и исчезни, — настойчиво сказал я. — Сейчас же.

— Нет! — она укусила меня за мочку уха.

Ее пальцы не останавливались, ласкали, и кровь предательски стала вскипать.

— Ты же хочешь этого, я знаю. Тебе нравится, — урчала она, не сводя взгляда со взбешенной Оксаны.

Я же смотрел прямо перед собой. Мозгами я понимал, что все выходит из-под контроля. Еще немного и будет взрыв. Либо рвану я, либо Оксана.

Алекса дернула лямку лифчика, подняла мою руку и положила на обнаженную кожу. Под ладонью я ощутил упругий бутон. Скосил глаза на халат, тот уже начал приподниматься.

Помощница права, тело жаждало продолжения. Но сознание рвалось на куски. Я поднял взгляд на Тень, старался ни о чем не думать, но смотрел четко ей в глаза.

Возможно, она сообразит.

Но нет. Оксана начала орать, что это неправильно, а потом психанула окончательно и выскочила за дверь, громко ею хлопнув.

Алекса не давала мне опомниться, целовала, кусала, не прекращала ласкать меня. Все это напоминало жуткий сон, из которого невозможно вынырнуть.

В доме послышались звуки роняемой мебели и крики Тени. Как же она орала! Разбилось стекло, потом тарелки, затем, кажется, упал шкаф и разломился стул.

Время текло невыносимо медленно. Алекса знала, что делает, и тело начало сдавать позиции. Вторая лямка упала, и помощница переместилась мне на колени.

— Если ты сейчас же не ответишь мне, я тебя парализую. И ты будешь сидеть, а я наслаждаться тобой, — выдохнула она мне в ухо, а потом почти выкрикнула: — начинай!

Это было пыткой. Сладкой, бесконечно горячей, но пыткой. Кровь давно уже пульсировала под полой халата, что ткань причиняла неудобства.

Я, как сомнамбула, поднял руки и положил их на бедра помощницы. Она искусно елозила на моих коленях, терлась и всем своим видом показывая, что не собирается останавливаться.

Еще немного и я сдамся. Но при этом я не хотел, чтобы помощница останавливалась. Это было неприятно осознавать.

Почему она стала реальной? Стоило зацепиться за это мыслью, затылок пронзило болью.

— Ты не о том думаешь, — резко сказала Алекса. — Ты просто сидишь. Доставь девушке удовольствие. Ты же умеешь. Я следила за тобой и ей, — она имела в виду Тень. — Жаркие ночки у вас были. Хочу так же. Хочу узнать, что это такое. Почувствовать.

— Ты слишком много говоришь, — с трудом проговорил я. — Займись делом.

Я жестко ухватил ее за волосы и опустил ее на колени перед собой. Она плотоядно улыбнулась, освободив меня от халата.

— Ты разве умеешь? — мне потребовалось глотнуть воздуха, чтобы сказать целую фразу. — Ты же виртуальный помощник, который по случайному стечению обстоятельств стала плотной.

— Плотной?! — она сверкнула глазами, сейчас они были белые. — Я настоящая! Здесь магия творит чудеса! Я сама себя сделала! Ради тебя! Ради нас! И я все умею!

Алекса решила доказать делом, чуть не сорвав мне своими губами остатки контроля.

Тем временем звуки в доме все продолжались. Кажется, там не осталось ни единой целой вещи. Но грохот раздавался с разных сторон. Тень металась из комнаты в комнату, методично идя... Стоп. Не думай.

— Ты умеешь, — выдохнул я, крепко держа Алексу за волосы. — Ты сказала, что знаешь, как я люблю.

— Конечно, — она мягко укусила меня за бедро, вызвав дрожь во всем теле. — Знаю. Хочешь?

— Да, хочу, — голос пропал совсем, и я разжал пальцы.

Помощница начала избавляться от белья. Ее стройное нагое тело выглядело, как с обложки журнала. Кожа сияла и жаждала, чтобы я прикоснулся.

— Иди сюда, — едва слышно сказал я. — Я покажу, как я люблю на самом деле.

— Твои показатели меня приятно радуют, — промурлыкала она, забираясь на кровать. — Я могу продлить удовольствие, если ты пожелаешь. Могу умножить его, оттянуть, зарядить снова. Все, что пожелаешь, мой дорогой Тимофей.

— Все, что пожелаю, — я опрокинул ее, навис и жадно впился в нежную шею губами. — Все, что пожелаю.

— Давай же, возьми меня! — ее тон голоса не менялся.

Наверное, то же самое бывает с супер навороченными куклами.

— Что?! — взревела Алекса. — Куклами?! Я слышу, о чем ты думаешь! Я настоящая!

Она впилась в меня когтями до крови и притянула меня к себе, обхватив ногами.

И в тот момент, как я почти зашел в нее, дверь с грохотом открылась, и я услышал голос Тени.

— Я знаю, что тебе нужно, тварь! — заорала она.

И через секунду мне в спину ударил артефакт блокировки. Алекса тут же застыла, а потом начала таять, исчезая из-под меня. Я рухнул на кровать, лицом в подушку.

— Прикройся, — устало сказала Тень. — Мне нравится твой зад, но не в данный момент, когда ты драл несуществующую бабу.

Сердце колотилось, как бешеное. Я резко перевернулся, схватил артефакт и сжал его в ладони. И только потом выдохнул.

— Пока тебе придется походить с ним и не прибегать к магии, — добавила Оксана. — И прощения не проси. Не тот случай.

— Спасибо, — ответил я, заворачиваясь в простыню. — Ты там все разбила?

— Нет, половину, — отмахнулась Тень. — И как так вышло, что она стала такой?

— Не знаю, — я покачал головой. — Возможно, это из-за помощи ведьмам. Она скопировала код заклинания, перестроила его под себя. Боги, ты не представляешь, как я тебе благодарен!

— Еще скажи: “это не то, что ты подумала”, — нервно хихикнула Тень.

За стеной послышались шаги и осторожный вопрос Ежа:

— Шеф, вы одеты? Можно войти?

— Я сейчас выйду, — крикнул я и посмотрел на Тень, — поможешь одеться?

Она закатила глаза, но принесла одежду, и через минуту я уже клал артефакт в карман брюк. Тень все еще злилась, ворчала про необузданных женщин, однако касания ее были нежными.

Меня все еще потряхивало, тело жаждало разрядки. Хоть в бордель иди. И Оксана, стоящая рядом, не способствовала успокоению. Но требовать от нее прыжка в постель было неразумно. Она фактически сняла меня с другой женщины. Хоть и не настоящей!

Тупая ситуация!

Давно я не ощущал себя таким беспомощным. Мерзко, противно, гадко.

— Пойдем, — Тень отдала меня рубашку, — надо обсудить с остальными.

И я пошел. Маги собрались в гостиной. Матильда старательно прятала глаза, а ее щеки были пунцовыми. Еж держал ее за руку, а Ветер, как всегда, сидел с каменным лицом.

Везде валялись разломанные вещи. Тень хорошо прошлась.

— За мебель извиняться не буду, — буркнула она.

— Как ты догадалась, что нужно делать? — спросил я, падая в кресло.

— Она следит за всем домом, а мне нужен был повод дойти до хранилища и взять артефакт. Вот и скакала по всем комнатам, круша все на свете.

— И никто тебя не остановил?

— А кто будет останавливать взбешенную женщину? — рассмеялась она. — Да и потом, разговор они слышали.

— Я очень надеялся, что ты так поступишь, — вздохнул я. — Ладно, пока я с блокиратором, такого больше не повториться.

— Но пока он у вас, вы не сможете использовать магию, — робко напомнила Матильда.

— Да, увы. Нужно будет придумать, как решить этот вопрос и вернуть разум помощника.

— Ты точно этого хочешь? — иронично спросила Тень.

Я не ответил, лишь покачал головой.

— Вы не волнуйтесь, шеф, мы все рядом, если что чего мы сразу же подхватим! По старинке, обычными заклинаниями.

— Спасибо, Еж.

— И что тогда у нас дальше по планам? — спросила Тень. — Как будем побеждать врагов?

— У меня не только этот вопрос, но и сотня других, — я растер лицо. — Я могу пока заняться артефактами. Когда там уже протез привезут?

— Он уже на складе здесь, в Дубровске. Звонила им. А как ты будешь без нее это сделать?

— Ивушкина попрошу, давно с ним не беседовал. Хотя и сам тоже могу, он же мне подарил подставку, а она показывает мне структуру магии. Можно попробовать.

— Хорошо, — кивнула она. — Один не поедешь, минимум тебя должны сопровождать трое.

— Двое. А то уже как-то толпа, — махнул я рукой.

— Ладно, — пожала она плечами. — С этим решили. Дальше что?

— Обед? — с надеждой в голосе спросил Еж. — У меня там жаркое из бараньего бока и картофелем.

— Дело говоришь, водник, — рассмеялась Тень. — А потом в Дубровск.

Так и решили. Все равно ничего другого не оставалось.

***

— Что сделать? Протез? Любопытненько! — Максим смотрел на меня, как на новые ворота, но по глазам я видел, что он уже мысленно начал работу. — А вы сами?

— Проблемы с магией, — я раздраженно дернул плечом. — Вы поможете?

Ивушкин просиял и, затянув потуже халат, пригласил меня в дом. Тут все было так же, как и в прошлый мой визит, хотя разве что порядка стало больше и появились какие-то уютные мелочи. Неужели у артефактора завелась женщина? Аннабель?

— Как у вас продвигаются дела с ученицей? — невзначай спросил я, пока мы шли к кабинету.

— Ученицей? — Максим не сразу понял о ком я. — Все изумительно! Удивительно талантливая. Самая лучшая! Я еще никогда таких не встречал!

Его тон выдал его по полной. Артефактор был влюблен по самые уши и даже не осознавал этого.

Дойдя до рабочего стола, он смахнул с него все, что на нем лежало, и положил на подставку протез. Его я забрал со склада чуть раньше.

Он напоминал руку без кожи, то есть все кости, нервы, мышцы — все было, как настоящее, разве, что цвет был одинаково серый. Что за материал, я так и не смог понять, что-то похожее на пластик.

— Какой интересный образец! Любопытненько! — Максим оглядел протез со всех сторон и только потом посмотрел на меня. — Что вы хотите, чтобы я сделал? Я не смогу заставить ее работать, как настоящую.

— Мне нужны базовые заклинания, а дальше я сам справлюсь.

— Базовые? Это какие?

— Сам не знаю, но что является основой для протезов? Чтобы не слетал, по размеру подгонялся, что еще?

— Цвет, — Максим задумался. — Температура, чтобы от настоящей не отличить. Но это же не главное! Нужно, чтобы она двигалась!

— С этим позже. Главное — базовые настройки.

— Вам срочно? Аннабель должна скоро прийти, — он смутился.

— Дать вам время переодеться? А девочке будет интересно посмотреть на вашу работу.

— А что не так с моей одеждой? — искренне изумился он, прослушав вторую часть фразы.

— Вы в халате, — я приподнял брови. — Это ваша рабочая форма?

— Нет, я так всегда дома хожу.

— Но к вам же придет Аннабель, — я все еще не понимал, почему с этим возник такой вопрос. — Простите, лезу не в свое дело. Просто девушкам приятно, когда мужчина выглядит опрятно.

— Я как-то никогда об этом не думал. Да и мы же просто занимаемся артефактами, какое ей дело до моей одежды?

— А вы попробуйте. Что вы теряете?

— Дайте пять минут. У меня как раз есть артефакт один, — говорил он уже на бегу. — Я скоро вернусь!

Пока его не было, я разглядывал артефакты, которых тут было множество. Жаль, что невозможно запомнить структуру их кода.

Я в очередной раз скривился от воспоминаний про Алексу и машинально потрогал карман с блокиратором. Как мне вставить на место мозги собственному помощнику?

Ничего на ум не приходило. Без нее я ощущал себя голым! Но хоть не беспомощным.

Наконец, спустился Максим, и был он теперь при полном параде. Даже волосы выглядели чистыми.

— Совсем другое дело, — одобрительно сказал я. — Приступим?

— Хорошо, — он нервно дернул пиджак, словно не понимал, как в нем двигаться, и прошел к своему рабочему месту.

Повезло, что даже без Алексы, я мог видеть структуру заклинаний и изменять код. В то же время весь процесс мог затянуться на неопределенное время, потому что она выполняла роль автонабора. Сама искала нужные части кода и добавляла их.

Но я все равно считал, что я могу справиться с этим сам. Что я, не Зарницкий, что ли?

Взбодрив себя таким образом, я внимательно следил за тем, что делал Ивушкин. А он уже приступил к работе.

Сначала он активировал и замкнул на материале отладку по размеру. Так, протез должен стать идеальным продолжением руки. Следом аккуратно легли заклинания на температуру, цвет и последним — склейка с кожей.

Мне же оставалось только придумать, как соединить протез с нервами и мышцами.

Все закрепляющие знаки и штамп Ивушкин нанес на внутреннюю сторону протеза, и отдельно мне проговорил, что нужно аналогичный рисунок добавить и на кожу пациента.

Я все кивал, записывал нужные моменты на клочках бумаги и все думал, как я буду это делать.

— Максим, а у вас нет чего-нибудь похожего? Более простого, но чтобы можно было посмотреть для примера? — спросил я без особой надежды.

— Есть старый протез пальца, — пожал плечами Ивушкин. — Не знаю только, как он вам поможет.

— Но он также должен соединяться с нервами и мышцами же.

— Да. Просто их меньше. С руками и ногами не любят связываться, так как слишком тонкая и нудная работа. Показать вам палец?

— Да, несите, скорее! — мне уже не терпелось начать.

Максим вернулся только через полчаса с маленькой коробочкой. Внутри нее даже без подложки лежал какой-то почерневший кусок металла.

— Да, состояние не очень, но он точно рабочий, — скривился Ивушкин. — Только скажите, как вы будете это все делать, если у вас в кармане блокиратор?

— А, черт. Не знаю. Придется, как-то выкручиваться, — я думал об этом, но не знал, как это будет на практике.

— Хотите, я вам помогу? — неуверенно спросил он. — Если у вас проблемы с магией и вы не можете ее использовать, то вы можете говорить мне, что делать.

Я задумался. Как я ему объясню, что использую код. Он же его даже не видит! Разве что...

— А вы можете мне сделать артефакт, который только частично позволяет использовать магию?

— Нет, либо есть сила, либо нет. Третьего не дано. Что же у вас за проблема такая? — ему было действительно это интересно.

— Это очень сложная ситуация, — я был готов к этому вопросу. — Моя магия породила некую разумную сущность, которая очень мне помогала с силой. Фактически это фамильяр.

— Любопытненько. И что случилось?

— Он вышел из-под контроля и захотел жить самостоятельно, — развел я руками.

— И поэтому вы носите блокиратор, — нахмурился Ивушкин. — Это как срубить голову, если она заболит.

— Другого ничего под рукой не было.

— Так есть же магическая ловушка.

— А вот с этого места поподробнее!

Глава 12

После объяснения Ивушкиным про магическую ловушку выяснилась новая проблема. Ведь через Алексу шла вся моя сила, и если запереть помощника в непроницаемый контур, мне будет легче жить, но магии у меня так и не будет. Хотя нельзя исключать тот случай с Вороновым, когда я все же смог сформировать какое-то заклинание. Но разве этого достаточно?

Жаль только, я не помнил, как сделал тот сгусток молний. И Алекса так и не предоставила отчет о силе Воронова.

В рот мне код! Что же делать?

— Давай попробуем! — я ударил кулаком по ладони. — Все равно нет других вариантов. А носить с собой блокиратор тоже не очень хочется. Мало ли его разрушат в драке, выпадет из кармана или что-то другое.

— Мне потребуется минут сорок, чтобы найти заклинание, — кивнул Максим. — И я еще сделаю вам возможность деактивировать ловушку. Ведь не вечно же вашему фамильяру быть в заточении.

— Почему ты сказал именно так?

— Если бы хотели его уничтожить, то начали бы с этого, — пожал плечами. — А вы хотите изолировать и при этом не испортить. Потом придумаете, как его исправить. С вашими-то талантами.

— Приступим к делу. Я хочу видеть все, что ты делаешь.

Про сорок минут Ивушкин нагло соврал, он копался в своих записях с добрый час, пока я крутил на подставке старый протез и изучал нюансы кода на нем. Хорошо, что эта часть моей силы все же осталась.

Когда Максим торжественно замахал найденным заклинанием, я успел починить палец, поправив несколько символом. Они потеряли силу и исчезли.

— Вот видите, у вас есть сила. Вы точно не артефактор? — Ивушкин навис над поставкой и смотрел на переплетения нитей магии.

— Это самое малое, что я могу, — раздраженно ответил я.

— Если что, я всегда могу подкидывать вам заказы, — во все зубы улыбнулся Максим. — Вы готовы приступить к созданию магической ловушке?

— Вполне, что нужно делать?

— Вам — сидеть и не двигаться. Я сделаю все сам. Можете наблюдать, но не знаю, что вы можете увидеть без подставки и со спины. Мне нужен будет ваш штамп.

Это так себе была новость, но я все равно согласился, и артефактор приступил к работе.

— Я смотрю, вы с прошлой нашей встречи доработали штамп?

— Он перегревался при большом расходе силы.

— Что? Быть такого не может. Это же часть организма, как он мог изменять температуру?

— Я бы спросил про это моего пом... фамильяра, да никак.

— Понимаю.

— Ты будешь изменять штамп?

— Да, добавлю в него пару деталей. Думал, придется возиться дольше, но тут у вас так аккуратно все... Подождите, пожалуйста.

Я замер, слушая жужжание машинки, которой Ивушкин сбривал мне волосы. Потом почувствовал неприятный укол силой, ругань из-за блокиратора и новый укол, но уже чем-то острым. Затем к моему затылку приложили что-то горячее.

Я все пытался ощутить изменения в организме, но ничего пока не чувствовал.

— Готово! — радостно крикнул Ивушкин и вышел из-за моей спины.

Он был весь мокрый как мышь, но довольный.

— Первый раз такое делал! Фантастика! Я теперь хочу себе такой же штамп. Это же прорыв в науке изучения магических потоков в теле человека.

— Даже такая есть?

— Чего у нас только нет! — сказал он, а потом понизил голос. — Некоторые пытались изменять структуру магии в организме, кто-то даже добился успеха. Я слышал, что искусственно создали магов, которые могут управлять разными стихиями, соединяя их. Но, как я понимаю, абсолютная магия для них была все равно недоступна.

— А что ты знаешь об этой абсолютной?

— О! Она вся вдоль и поперек обросла легендами. Мол, такой маг использует не стихию, а сырую магию, и поэтому у нее нет ни цвета, ни спецификации. Универсальный материал для любого заклинания.

Неожиданный поворот истории!

— Это, конечно, по большей части выдумки, но я всегда думал, а почему бы и нет? — продолжал Ивушкин. — Просто другой уровень взаимодействия с силой. Так сказать, изначальный.

— А почему вообще, маги не могут использовать весь спектр способностей, а только одну?

— Ученые ссылаются на особенности организма, что разные стихии будут конфликтовать в магических потоках. Я не отрицаю, что где-то на уровне подсознания, водный маг способен запустить воздушный шарик. Но этому нужно учиться, когда человек только-только начал работать с магией. Взрослые на такое неспособны. И я никогда не создам молнию. А я так об этом всегда мечтал.

— Почему именно молнии? — зачем-то спросил я.

— Чтобы на электричестве экономить, — тоном знатока ответил Ивушкин. — Попробуете убрать блокиратор?

— Давай, попробуем, — я вытащил артефакт из кармана. — Только если вдруг рядом появится красивая женщина, сразу вложите мне его обратно в руки!

— Женщина?! Красивая?! И это ваш фамильяр?! — у Ивушкина чуть слюни не потекли. — Мне бы такую сущность, может, я бы и не женился.

— И когда свадьба? — заулыбался я, оттягивая момент передачи блокиратора.

— Я вам этого не говорил! — быстро ответил Максим и резко выхватил у меня из рук артефакт. — Что чувствуете?

Спросил, а сам поглядывал по сторонам, ожидая явления нимфы из грез всех молодых мужчин.

Но она не появилась. Штамп на затылке резко нагрелся, а боль чуть не расколола череп пополам. Однако знакомого голоса я не услышал.

Хотя меня сейчас это волновало мало, потому что я увидел код магии на блокираторе! Получилось! Лучше, чем я думал! У меня были мои способности, и при этом не было Алексы!

— Вы улыбаетесь, — осторожно сказал Ивушкин. — Все работает или вы сошли с ума?

— Первое, Максим, первое. Вы прекрасный артефактор! — я часто задышал, чтобы адаптироваться к боли, и засобирался на выход.

— А волосы? Отрастить вам? — беспокойно спросил он, явно не желая расставаться с таким ходячим уникумом.

— Хорошо, — кивнул я. — А как открыть ловушку?

— Там есть завитушка, — артефактор снова стоял за моей спиной, — сотрете ее, и дело с концом. Я ее красным пометил.

— А как я ее сотру, если ты сделал мне тату?

— О нет, этот кусочек он из стойкой краски.

— Обновлять не нужно?

— Нет, сотрется только, если вы решите еще раз пройти через ритуал лишения сил или сами не сотрете. Замкнул на кровь.

— Спасибо еще раз.

— Приходите еще, у меня есть еще парочка неработающих артефактов, — криво улыбнулся Максим. — Я всегда рад вас видеть.

— Договорились.

Я уходил от него с новыми возможностями и знаниями. Теперь-то я могу не только протез нормальный сделать, но и выполнить задание Рихарда. И то и то повышает мою репутацию и благосостояние.

Ветер, увидя мою широкую улыбку, кажется, облегченно вздохнул.

— Все успешно, как я понимаю? — спросил он.

— Да! Поехали в лавку с шоколадом, — махнул я рукой, вдруг осознав, что голова больше не болит.

— Вы думаете, этого будет достаточно? — я уловил нотки иронии в его голосе.

— Попробовать все же стоит, — подмигнул я.

— А потом?

— А потом весь мир.

***

На следующий день, даже сдобренная сладким Тень все равно держалась от меня на расстоянии. Ничего, оттает со временем. Я бегать за ней не собирался.

Лежа один на огромной кровати, я думал о том, что мне сказал Ивушкин про абсолютную магию. Все его объяснения были очень похожи на правду. Потому что после попадания в этот мир, я не знал, как использовать магию, поэтому она нашла свою лазейку и дала мне Алексу.

Чисто гипотетически мне доступна вся магия, но вот только как ее активировать?

Часть силы мне Ивушкин вернул, я хотя бы могу работать с кодом, но он должен быть на какой-то основе. Я не могу, как Ветер или Еж бросить из ничего заклинание. Сделать себе жезл? А что, хорошая идея! Наполнить его кодом, а мне останется только мысленно отжать нужную кнопку. И там хоть молния, хоть воздушный кулак или водяная плеть.

Эти мысли так вскружили мне голову, что идея победить всех врагов одним махом не казалось мне уже столь недостижимой.

Но я пока решил отложить изготовления жезла, потому что у меня нет структуры заклинаний магов. Да и есть несколько проектов, требующих моего внимания.

Сначала я хотел заняться протезом, он уже давно висел над душой, но мои планы прервал звонок Быстрова, начальник по расследованиям особо опасных преступлений очень хотел меня видеть.

Я мысленно вздохнул — опять работа над рукой откладывается — крикнул Ветру, и мы поехали к Роману Кирилловичу. Где-то на краю сознания было даже интересно, зачем он меня вызвал.

Доехали без происшествий и сразу же поднялись в знакомый кабинет. Ветер остался стоять у входа, а я проследовал к столу Быстрова.

— Тимофей Викторович! — он протянул мне руку. — Рад, что вы смогли так быстро подъехать. Как ваши дела?

Роман Кириллович все приглядывался ко мне, щурил глаза, даже шевелил пальцами. Видимо, чувствовал изменения в магии, но никак не мог понять, какие.

— Спасибо, все хорошо, — скупо ответил я. — У вас появились ко мне вопросы?

— Вопросы всегда есть! — бодро сказал Быстров и поставил полог вокруг нас. — Я бы хотел еще раз проговорить с вами момент вашего перемещения в школу Брусиленко.

— Я уже все рассказал. Появились новые зацепки?

— Вы забыли, что вопросы это по моей части? — прищурился он. — Я снова хочу услышать от вас, как вы перемещались, почему именно туда и что вы увидели.

— Как я говорил ранее, это была моя первая попытка телепортации. Я оказался в заброшенном здании, — скучающим тоном начал я. — Прошел по второму этажу, спустился по лестнице с мыслями, как бы она подо мной не развалилась, вышел на улицу, по едва заметной из-под травы дороге дошел до шоссе, где меня подвезла очаровательная старушка. Вот и весь рассказ.

— Занятно.

— Вы говорили, что у вас есть фотокарточки, где школа еще целая, можно ли их посмотреть?

— Прыткий вы, Тимофей Викторович, — усмехнулся Быстров.

— В тот раз вы положили папку, но так ее и не открыли.

— Что ж, сегодня изменим эту ситуацию, — он вытащил из стола несколько карточек. — Полюбуйтесь. Школа новая, дети, учителя, мебель. И дата — за две недели до вашего посещения.

— Подскажите, если убрать поддерживающие заклинания, сколько нужно зданию, чтобы оно превратилось в заброшку?

— Зависит от погодных условий, — задумчиво отозвался он. — Думаете, что за этот короткий срок оно так пришло в негодность?

Я не ответил на его вопрос, а смотрел на фотокарточки. На первый взгляд все выглядело реалистично. Я четко видел, что здание в отличном состоянии. Тогда оставался один вопрос: когда сделали этот снимок?

Пришлось повозиться, открывая код изображения. Я надеялся, что смогу найти дату или хотя бы какие-то условия, чтобы можно было сказать, сколько времени этому снимку. Примерно, как открыть свойства файла на компьютере.

— А кто сказал, что карточке две недели? — не поднимая взгляд, спросил я.

— Фото принес в редакцию местной газеты какой-то молодой человек, сказал, что снял на днях. Репортеры хотели сделать статью о школе, но не стали, потому что в городе проходил фестиваль цветов и все полосы были заняты. А почему вы спрашиваете?

И тут я нашел, что искал.

— Поскольку я верю своим глазам и плохо разбираюсь в магии, думаю, что снимок гораздо старше, чем вас сказали.

В коде была интересная деталь по сохранности изображения. Так сказать, срок годности. Когда он проходит, то картинка начинает тускнеть, если, конечно, не поддерживать заклинание.

— Этой карточке больше семи или даже восьми месяцев. Магия, которая закрепляет цвет, почти выветрилась. Ваши эксперты разве не проверили?

— Но там же отпечатана дата!

— Подделка, — пожал я плечами.

Жаль, нельзя было показать Быстрову ролик с записью Алексы, когда я попал в школу! Тогда бы часть вопросов автоматически снялась.

— Разберемся, — с нажимом сказал Быстров.

Его не порадовала новость, что его сотрудники допустили ошибку. И кто им на нее указал? Подозреваемый!

— Что еще вы можете сказать? — вздохнул он.

— Я говорил с учеником Брусиленко, — нужно прояснить, наконец, все, а то это дело будет трепать мне нервы еще долго. — Артемом Дягилевым.

— Телепортер, — кивнул он.

Странно, я думал, он хотя бы удивится.

— И он сказал, что был не так давно в школе и она тоже прекрасно работала.

— Зачем вы мне это рассказываете? Это же ставит под сомнение ваш рассказ.

— Артем и еще шесть человек являются учениками Брусиленко, — я не обратил внимание на его слова. — Не из числа тех, кто просто учился в школе, а как я. Экспериментальными образцами. Или подопытными кроликами, как вам удобнее.

— Нам известно прошлое Дягилева.

— Это не прошлое, а настоящее. Когда мы с ним виделись в последний раз, он рассказывал мне про школу.

— Он же ничего не помнил про это.

— Я частично снял блокировку с его сознания, — отмахнулся я. — В своем рассказе он два раза повторил одну и ту же фразу про школу. Она меня заинтересовала. Я посмотрел глубже и понял, что часть его воспоминаний заменена. К тому же они очень пластичны. К примеру, если ему сказать, что в кабинете был зеленый стул, он его вспомнит.

— Продолжайте, — заинтересованно спросил Быстров. — Чем все закончилось?

— Это нужно спросить у сотрудника тайной императорской службы Калинина Ивана. Он забирал Дягилева из моего дома, переговорить нам не удалось.

— Теперь я вижу, что вы мне не врете, — он подкрутил ус. — И это меня озадачило еще больше, нежели ваш рассказ.

— Я и раньше вам не врал, что изменилось?

— Дягилева действительно доставили в соседнюю контору. А после срочно доставили в клинику.

— Надеюсь, к Белотеловой? — только она могла бы разобраться в том, что я натворил в мозгах Артема.

— Да, все верно.

— И что она сказала? — я машинально подался вперед.

— Не спешите, Тимофей Викторович...

— Как это не спешить, Роман Кириллович? Это напрямую касается вопроса: арестован я или представляю объект интереса.

— Второе, — вздохнул он. — Второе, Тимофей Викторович. Но в том, что мне известно, так много всего намешано, что я не знаю, во что верить! Кролики, подлоги, телепорты, блокировка сознания! Звучит, как бред, выглядит как бред, и пахнет точно так же!

— Но это реальность, — жестко сказал я. — Существует человек, который не стесняется проводить эксперименты над подростками, набивая в них тонну способностей. И все это держится на откровенных соплях. Чихнешь, и человек умрет от передоза собственной силой.

— Да что вы говорите! — он вдруг прищурился. — Есть у меня жалоба по такому вот чиху, как вы выразились. И там написано, что чихали именно вы. Как вы это объясните?

— Самооборона, — спокойно ответил я. — На мой дом напали, я защищал свою жизнь и жизнь своих магов, как мог. Вы можете спросить у Артема, ему досталось копье в живот. И дыру в двери от заклинания мы еще не залатали.

— Складно все у вас получается, — проворчал Быстров. — И кто на вас напал?

Его настроение стремительно портилось. И я не был удивлен.

— Ученики Брусиленко, — я раздраженно дернул плечом. — Разнесли мне пристройку. Кстати, где я могу получить компенсацию?

— Какую? — ошалело спросил он.

— За порчу газона.

— Не получите.

— Так и знал.

— Погодите, не сбивайте меня. Как на вас напали ученики, если Дягилев один из них?

— Из-за первого снятия блоков в разуме он смог частично вспомнить, что с ним делал Брусиленко. И это не понравилось остальным шестерым. Точнее, пятерым.

— Да, одного вы убили.

— Не сожалею, — резко ответил я и сразу же спросил: — что сказала Белотелова?

— Не могла подобрать матерных слов первые сорок минут.

— Но Артем пришел в сознание и смог вспомнить все?

— Пока он находится в стазисе. Слишком много информации на него навалилось. Врачи боятся, что он может рехнуться от такого.

— Логично. Он — ваша связующая ниточка. Берегите его.

— Разумеется.

— Так что, я могу идти? — я поднялся. — Давно было понятно, что обвинения липовые, трупов там никаких не было, а эксперты были подкуплены.

Быстров разве что зубами не заскрежетал от злости, но кивнул мне на вход. В его глазах читалось что-то менее приличное, чем “убирайтесь вон”.

— А, хотел вас попросить, если такое, конечно, возможно.

— Что еще? — проворчал Быстров.

— Покажите мне ваши ноги. Те, что в шкафу. Хочу кое-что проверить.

Глава 13

Но чужие ноги, даже механические, мне Быстров, конечно же, не показал. Потому что была середина дня, а полог до шкафа не дотягивал.

Я получил лишь задумчивый взгляд и обещание вернуться к этому вопросу позднее.

А я-то всего лишь хотел посмотреть код магии на них. Мне же руку еще делать! Пришлось махнуть на это рукой. В любом случае не зря съездил. Когда Быстров начнет разбираться в этом деле всерьез, то очень скоро снимет с меня все обвинения. А может и даже извиниться за эти два вызова.

Так или иначе, меня все еще ждал протез. Острый, наверное, давно уже забыл про него, но я все равно его сделаю. А там можно и за список Рихарда браться.

— Сверни в банк, — сказал я Ветру. — Хочу проверить, что у нас по деньгам осталось.

— Не верите хозяину рынка?

— Никому верить нельзя, — заявил я и прикрыл глаза, стараясь выкинуть все из головы.

Брусиленко, ученики, взрыв школы, Воронов — все это висело надо мной, и я никак не понимал, с какой стороны за это браться. Точнее, не хотел. Они, как и другие проблемы, находили меня сами.

— Ты не узнавал у Матильды, прошла ли магическая буря?

— Как я понял, через несколько часов будет пик.

— Странно, я совсем ничего не ощущаю.

— А почему вы должны это ощущать? — резонно спросил Ветер.

— Не знаю, мои таланты и способности так широки, что я не знаю, откуда ждать подвоха, — скривился я.

Но когда мы почти подъехали к банку, я заметил очень знакомое лицо в одной из кафешек. Ольга Трубова сидела за столиком и ковыряла ложкой мороженое.

— Останови, хочу поздороваться, — сказал я Ветру. — Останься в машине.

Он припарковался, и я вышел. Ученая выглядела лучше, чем в нашу последнюю встречу, на щеках сиял загар, глаза выглядели отдохнувшими, но улыбки на губах не было.

Я заказал себе несколько ванильных шариков и сел напротив.

— Доброго дня, Ольга. Не ожидал вас здесь увидеть, — мягко сказал я, внимательно за ней наблюдая.

— Добрый день, Тимофей Викторович, — она не вздрогнула и даже не изменила позу. — Мне нравится это кафе, здесь спокойно.

— Как и в любом другом. Когда вы вернулись в Дубровск?

— Вчера. Приехала одна, остановилась в гостинице на Знаменке, взяла с собой багаж на неделю. Про цвет белья рассказывать или вы это, и так знаете? — ее ответ был не менее холоден, чем мороженое.

— И чем вызван этот тон? Вроде я вам ничего не должен, — спокойно сказал я.

— Простите, настроение ужасное, — она сгорбилась еще сильнее. — Лабораторию закрыли, исследования забрали. Мне больше нечем заняться.

— Почему тогда вы не переехали к Калинину? Почему гостиница?

— Он еще не знает, что я здесь, — пожала она плечами. — Хотела побыть одна, подумать, да вот хоть бы десерт сожрать без сожалений.

— Вашей фигуре даже десяток таких креманок не повредит.

— Спасибо на добром слове. Так вы что-то хотели?

— Пока не увидел вас, нет. Но сейчас думаю, что ваше мнение мне бы не помешало.

— О чем?

— Об абсолютных магах.

— Ах, об этом, — она явно не обрадовалась. — И что там? Тоже скажете, что это не вы и ваш сарай с краю?

— Нет, почему же. Вы правы.

Она удивленно на меня посмотрела, моргнула, наклонила голову к плечу и с силой вогнала ложку в розовую жижу.

— Рассказывайте.

— Я услышал, что абсолютными, точнее, даже универсальными магами, называют тех, кто использует сырую силу. Она не имеет спецификации и не принадлежит какой-либо стихии.

— Уровнем раньше, вы хотите сказать? — оживилась она.

— Да, именно так. В связи с тем, что я прошел через магические эксперименты, а потом через кристалл лишения силы, у меня действительно, появилась возможность использовать сырую магию.

— Но как?

— Можно сказать, что я просто не могу создать обычное заклинание. Не понимаю как. В отличие от остальных таких же подопытных кроликов.

— Зооферма Брусиленко? — усмехнулась она. — Слышала краем уха, что вы ее взорвали.

— Нет, увы, — развел я руками. — Не отказался бы от такого, но боюсь самой школы и вовсе не существовало. Разве что по документам.

— Не удивительно. Я знаю, наверное, штук пять лабораторий, которые существуют только на бумаге. А деньги все равно кто-то получается.

— У кого карман больше, да.

— Зачем вы мне все это рассказываете?

— Подумал, что вам будет интересно.

— И что дальше? — она сложила руки на груди. — Как я уже сказала, у меня нет работы, нет команды. Считайте, просто свободные уши.

— Опытные уши, — поправил я. — А что, если это действительно так? Что маги могут быть универсальными?

— Но, никто, кроме вас, не проявлял такие способности. И вряд ли маги побегут к кристаллу, чтобы получить возможность работать с сырой силой.

— Да, это так, — я ненадолго замолчал. — Рад был увидеть вас в добром здравии.

— Погодите, это все? Все, что вы хотели сказать?

— А что вы хотели услышать?

— Я все еще никак не могу понять, почему магоуловитель привел меня в то кафе, на ту поляну с бомбой. Это же были не вы. Не ваш след.

— Да, все верно, я никогда не был в тех местах, о которых вы рассказывали.

— Тогда кто? Есть еще такие же маги?

— Один, точнее, нас двое. А может, будет и больше. Или уже есть больше.

— Тимофей Викторович, говорите нормально, что вы мне голову морочите?! — прошипела она, едва не смахнув локтем креманку.

— Ольга, вы же знаете про ведьм? — спросил я.

— Ведьм? А они тут при чем?

— Сейчас поймете, — я наклонился к ней ближе. — Представьте, что магия в нашем мире появилась не сама по себе. А ее сюда принесло.

— Что? Что за чушь?

— Подождите. Сила ведьм сильно отличается от силы остальных магов. Структура другая, манера использовать заклинания. Еще у них есть покровитель.

— Богиня, да. Я как-то участвовала в исследовании природы магии ведьм. Оказалось, что она появилась сравнительно недавно, по меркам истории цивилизации.

— Да, к этому я веду. Она появилась тоже не сама по себе. Вы хотите слушать дальше? Или вы хотите побыть одна и доесть это чудесное мороженое?

Передо мной уже, как пару минут стояла такая же креманка с ложкой, но я так и не притронулся к ней.

— Я внимательно вас слушаю, — процедила она.

— Главный вопрос, откуда все это взялось. Сейчас я вам скажу нечто настолько невероятное, но, мне кажется, это как раз для ваших ушей.

— Очень неожиданно, продолжайте.

— После разговора с ведьмами я выяснил, что на нас движется магическая буря.

— Я про это ничего не слышала.

— И не услышите. Это знают только ведьмы. Магическая буря предвещает очередные изменения в магии. Особенно такая сильная, что будет уже скоро.

— Нихр... Ой, простите, Тимофей Викторович, — Ольга разрумянилась, и глаза ее сверкали. — Получается, в прошлый раз появились ведьмы? Но сама магия? Как случилась буря до появления самой магии?

— Слияние миров, — тихо сказал я и замолчал.

На лице Ольги промелькнул весь спектр эмоций. Наверное, я выглядел также, когда мне про это сказала богиня.

— Тимофей Викторович, вы серьезно? — прошептала она, терзая ложку в креманке.

— Абсолютно. Именно из-за этого и появляются универсальные маги. Это моя теория.

— Но это лишь теория! — Ольга, наконец, оставила посуду в покое и схватилась за голову. — Звучит очень странно. А вы не подгоняете факты под известную вам теорию?

— Поэтому я все это рассказываю вам. Вы единственный ученый с большим опытом исследовательской работы. Только вы сможете в таком разобраться.

— Вы слишком многого от меня требуете!

— Не требую, лишь предлагаю новый вектор взгляда на то, что вы изучали. Будете вы этим заниматься или нет, будущее все равно не изменится, просто мы будем больше о нем знать.

— Жестокий вы человек, вы знали? — выдохнула она. — Я тут, понимаете ли, страдаю, второе мороженое доесть не могу. Но приходите вы и снова переворачиваете мир с ног на голову. Что прикажете делать?

— Можете продолжить сидеть и сделать вид, что ничего не слышали, — я подмигнул и зачерпнул холодное лакомство. — Дело ваше.

Мороженое оказалось очень вкусным. Просто потрясающе вкусным. Меня одним махом швырнуло в воспоминания детства, когда такой же десерт готовила моя мама. На долю мгновения я был счастлив. Но затем вернулся в суровую реальность.

— И вы хотите, чтобы я покопалась в архивах на предмет изменения свойств магии после этих самых бурь?

— Как вариант, да. И это будет исключительно ваше желание. Не мое. Однако я буду не против, если узнаю что-то новое. Знаете, тяга к знаниям — моя слабость.

Ольга нервно хихикнула на мою фразу, а через секунду я понял, что она уже мысленно перенеслась в библиотеку и ищет подходящую литературу.

Я уже собирался встать, как вдруг она окликнула меня.

— А я могу как-то поговорить с ведьмами?

— Да, одна из них живет в моем доме. Матильда. Приезжайте вместе с Иваном, у меня тоже есть что ему сказать.

— Хорошо, — машинально кивнула она, думая о чем-то другом.

— До скорой встречи.

Я поднялся и все-таки пошел в банк, что-то мне подсказывало, что там меня ждут хорошие новости. А они мне ох как были нужны.

И не прогадал. Да, пусть и возникла заминка с предоставлением данных из-за несобранных сотрудников и дурацкой системы поиска документов.

В какой-то момент мне даже захотелось помочь им, но распылять свое внимание, и на это я не стал. Просто сидел и спокойно ждал.

Мое терпение было вознаграждено выпиской со счета с приятной суммой. Аж от сердца отлегло. Если я еще возьмусь за работу с Рихардом, то эта сумма будет удвоена буквально сразу же.

Правда, с частью денег пришлось расстаться и оплатить несколько счетов. Сначала я удивился, что они вообще существуют, а потом оказалось, что нужно написать отдельно заявление, чтобы их доставляли почтой.

Едва не закрыв лицо ладонью, я быстро сделал все, что от меня требовалось. И в этот момент понял, каким бы крутым я ни был магом, бюрократии на это плевать с высокой колокольни.

Вырвавшись из этой обители бумаг, я велел править Ветру домой. Все, нет сил больше откладывать, пора заниматься протезом.

А то опять кто-нибудь нападет, пригласит, приедет, случится.

Воздушник, ощутив мое нетерпение, гнал так, что меня вжало в сидение. Но мне понравилось.

Хорошо, что Ивушкин успел бросить на протез какое-то простенькое заклинание. Без него мне пришлось бы туго. Осталось только понять, как расписать десяток символов до здоровенной структуры, которая позволит руке полноценно двигаться?

Пример с пальцем в этом мне помог только частично. Для меня было важно узнать принцип соединения части тела с инородным материалом. Но это оказалось самым простым — завязка на кровь. Именно она помогает управлять протезом.

Остальное же — чистые символы. Напряжение в мышцах, сила сжатия, даже боль можно прописать. Можно добиться полной реалистичности, как в фильмах про киборгов.

Хотя так далеко бы я не заглядывал. Пока не заглядывал.

Распугав своим видом всех домашних, я заперся в кабинете. Подставка, протез и жгучий азарт — вот мои спутники на ближайшие часы.

Конечно, с Алексой я бы справился в разы быстрее, но вызывать ее сейчас — себе дороже. Да и потом, пора бы уже действовать самому, не полагаясь на нее.

И я приступил. Нанизывал строчки за строчками на заклинание Ивушкина, расписывал детали, компоновал символы, добиваясь нужного эффекта.

Все делал по наитию, без возможности проверки. Но по сути я скопировал код с протеза пальца, расширив его на каждую мышцу отдельно.

С температурой руки вышла осечка. Я никак не мог сообразить, как настроить правильный баланс в зависимости от условий. Но потом решил, что это будет перебор, и оставил стандартные показания тепла человеческого тела.

Мягкость верхнего покрова я калибровал, наверное, час, пока не добился нужного эффекта. И если сейчас положить этот протез рядом с моей рукой, то на ощупь разницы почти не было. Разве что, чужая была внутри тверже. Это получилось из-за усиления прочности.

То есть кожу содрать можно, а то, что под ней нет. Восстановление

Сверху я добавил заклинание против разрушения — из числа тех, кто держали дом в порядке. Оно в драке не поможет, но спасет протез от порчи того, что внутри него. Думаю, в таком виде его можно будет и правнукам передать.

Закончил я уже в ночи. Но был доволен, как слон после купания. Когда вышел, наконец, из кабинета, в доме было тихо. Только возле двери стоял столик с накрытым ужином.

Я поднял одну из крышек, втянул запах котлет и ощутил такой голод, что прямо там запихнул одну из них себе в рот. И снова был счастлив.

Чтобы продлить удовольствие, я взял всю тарелку и поднялся в спальню. Да, есть в кровати не прилично, но сейчас мне было все равно.

Завтра с утра я поеду к Острому и переговорю с Алексеем. Кажется, так звали того бандита, которому я отрезал руку.

На долю мгновения я внутренне содрогнулся от собственной жестокости, но это быстро прошло. Кажется, что тогда-то был вовсе не я, а кто-то другой. Предыдущий Тимофей Зарницкий, с которым у меня сейчас не было ничего общего.

С этими мыслями и полным желудком я завалился спать. И перед тем как уснуть, я точно помню, что улыбался.

***

Еж воспринял мое решение ехать к Острому в штыки. Был недоволен, что я опять подвергаю свою жизнь опасности. К тому же сейчас не было Алексы.

Пришлось устроить ему небольшую взбучку, чтобы сразу стало понятно, что даже без помощницы я вполне могу за себя постоять. И он отступил, увидев, как я формирую воздушный кулак.

Впрочем, от его компании я бы не отказался. Поехали втроем: Ветер, Еж и я. Тень брать не стал, зачем показывать женщину стае неотесанных мужланов? Скажу что-нибудь, а потом соскребай их мозги со стен.

Взяв протез и проверив кинжал, мы поехали.

К слову, Еж и сам хотел давно уже скататься к брату, да все никак не удавалось выкроить время.

Из приятного нас пропустили сразу к главарю, без каких-либо вопросов.

— Тимофей Викторович! Вас еще земля носит? — хохотнул Острый.

— И вам не хворать, Сергей Геннадьевич. Алексей тут? Нужно его присутствие, — я сразу перешел к делу.

— Да куда ему деться, — он зыркнул мне за спину. — Хмурый, позови Лешку.

Он сел обратно за свой стол, а я, как и в тот раз, на диван. Маги встали по обе стороны от меня.

— А я думал, что забыли вы о нашем договоре. Все жду, когда позвоните да скажете, куда ехать и кого убивать.

— Справлялся сам, — я раздраженно дернул плечом.

Я нервничал перед первой примеркой протеза и никак не мог справиться с этим.

— Вы возмужали, — вдруг сказал Острый. — Изменились. Много слышал про вас.

— Хорошего? Врут.

Он рассмеялся, украдкой поглядывая на дверь.

— Надеюсь, в этот раз вы не будете крушить мне кабинет.

— Не за этим я приехал.

Разговаривать было не о чем, и мы смотрели друг на друга, думая каждый о своем. Наконец, дверь распахнулась и вошел Хмурый с Алексеем. Взгляд последнего метнулся сначала ко мне, потом к Ежу, и лишь мазнул по Ветру.

— Звали? — сухо спросил он.

— Вот, встречай гостей, — хохотнул Острый.

— И чего вы пришли? — он явно был не в духе.

— Мне нужно, чтобы вы кое-что примерили, — я поднялся и кивнул Ежу.

Тот сразу же достал коробку и передал ее мне.

— Это еще зачем? И что?

— Увидите, сядьте, — сказал я, а когда он остался стоять, рыкнул, — Садись!

Алексей с сомнением глянул на Острого и опустил свой зад на стул. И только потом я открыл коробку, продемонстрировав протез.

Не успел бандит и осознать, какое счастье ему привалило, я осадил его.

— Мне нужна твоя кровь.

— Это еще что за новости? Зачем?

— Чтобы соединить магию руки и твоего тела, — терпеливо объяснил я.

Острый поднялся и подошел ближе, заинтересованно смотря на то, что я делал. И даже поддержал, сказав, чтобы Лешка не дергался.

Получив нужное количество алой жидкости, я размазал ее по протезу и подождал, пока кровь впитается. И только потом закрепил новую руку на культе.

Первые несколько секунд ничего не происходило. Я открыл код, проверяя данные.

И тут неожиданно Алексей заорал от боли.

— Он мне руку раздавит! Вы хотите меня убить, что ли?!