Княжич

Глава 1 Выкормыш

—Берегись княжич! — раздался голос Войнега. Стрела с черным оперением со звоном воткнулась в перекладину, в том самом месте, где еще несколько секунд назад была голова Даниила.

—Если ты и дальше будешь так не внимателен, то недоживешь до того момента, когда Орда передаст тебе престол твоего отца.

Я вложил свой клинок в ножны и осмотрелся.

Вся улица усадьбы была усеяна телами напавших на нас дружинников князя Осмысла. Трупы наймитов князя лежали в темных лужах среди догорающих изб холопов.

Войнег закинул топор за спину и дружески хлопнул меня по плечу.

—Твоей смерти желает не мало людей княжич и князь Осмысл первый из них.

—Если ты умрешь, то трон твоего отца станет его.

—Но он же мой родич! — с негодованием воскликнул я.

—Когда дело касается власти многие об этом забывают, — с сожалением добавил Войнег.

— Не забывай об этом княжич Даниил. Иначе за твою голову не дадут и гривны в базарный день.

Войнег туго затянул пряжку ремня на поясе.

Но волнение, охватившее меня, не собиралось сдаваться. Разум не мог сопротивляться увиденному. Мой дядя князь Осмысл хотел убить меня самым подлым образом, подкараулив на одной из пустынных улиц Новгородского посада.

—Орда все равно узнает о его предательстве! — гневно выразил я эмоции, переполнявшие сейчас меня.

Войнег лишь угрюмо покачал головой. —Орда далеко княжич и ярлык хана лишь отсрочил твою смерть, но у тебя есть шанс выжить.

—Я напишу великому хану письмо и его клан пришлет кочевников, чтобы разделаться с дядей. Войнег снял с пояса мертвеца кошель с гривнами.

—В Орде тоже идет война за трон. Они не убивают друг друга оружием. —Отпрыски великого хана травят друг друга ядами, — пояснил Войнег. Их и так уже осталось немного настоящих ордынских царевичей, а не полукровок от жалких рабынь.

—Сколько? — спросил я. Кто из них станет великим ханом.

—Джанибек?

Войнек срезал еще один кошель и повернулся ко мне. Тот, кто сумеет умело отравить своих братьев и не вызвать подозрений великого хана переложив ответственность на другого брата.

—Так-то из них будет ханом Войнег? — выкрикнул я.

Войнег выпрямился и стал загибать на ладони пальцы проговаривая про себя имена сыновей хана. Живых естественно.

В Орде шла незримая война. Она в принципе никогда и не прекращалась.

—Я родился в Сарае, в то самое время, когда моя мать была заложницей великого хана, чтобы мой отец вел себя правильно и вовремя платил хану ясак. Взамен ханской таньги ему пришлось отправить хану в столицу Сарай мою беременную мать Ольгу.

Позже я понял каких сил стоило отцу князю Росту принять такое тяжелое решение.

Ордынский двор тонул в великолепии красок и изысканных запахов. Караваны верблюдов и мулов из Бухарского ханства везли в столицу Сарай тюки, набитые шелками и пряностями.

Из Европы везли прекрасных белокурых рабынь, которые служили наложницами во дворце великого хана. Среди них были как дочери простых холопов, так и дочери баронов и графов. Самому хану Ашлыку прислуживала франкская принцесса Альфия. Поначалу ее гордость не позволяла ей заниматься столь постыдным делом, но ханские нукеры быстро образумили ее, оставив в пустыне одну, без еды и питья. Принцесса сломалась и стала словно шелк в ханском дворце мягкая и покладистая.

После того, как я научился говорить и читать по-ордынски, ханский визирь объяснил мне мое положение в Орде и дал некоторые наставления. Так как я все-таки был сыном князя Новгорода, а не холопом, хан разрешил мне обучаться вместе со своими сыновьями.

Основные дисциплины нам преподавали арабские мудрецы, но специально для меня великий хан выписал из Московии ученого монаха, чтобы я освоил письменность своего народа и научился грамотно говорить без акцента, что поможет мне в будущем стать настоящим князем, а не волчонком с жаждой крови своих соплеменников.

Мне приходилось притворяться, разучивая эти все Аз-Буки-Веди.

С русским языком у меня все было в порядке еще со времен прошлой жизни. Большинство людей совершенно не помнят, что было там за порогом, который я перешагнул легко и просто, можно сказать смеясь. Конечно пришлось немного помучаться, когда пулеметная очередь прошила мои внутренности, там под Купянском.

В моей группе нас было трое. Трое неотесанных болванов, вообразивших себя маленько Рембами. А замок предупреждал, не лезьте парни на рожон. Добрались до дверей-закинули гранату-укрылись от осколков. Мы в принципе так и делали всегда. И эта тактика не давала сбоев.

Так и в этот раз, закинули гранату, зашли и тут заработал пулемет. А его вместе со стрелком не должно было быть. Две гранаты по нашим представлениям должны были размазать тех, кто находился в сарае по стенам. Слишком замкнутое было пространство. Очередь, долетевшая до моего слуха, только чуть позже принесла боль.

А боль рано или поздно уходит, и она ушла. Вслед за ней пришла темнота и чьи-то беспокойные голоса. В начале я подумал, что это голоса медиков в полевом госпитале, но слова: Княжич родился, заставили меня по-другому осмыслить происходящее.

—Ну, княжич, так княжич, это даже лучше, чем бодаться с бюрократической машиной, выбивая свои кровно заработанные боевые. Княжич, это сын князя, пришло понимание, а значит знатный человек.

Я многое понимал, но ничего не мог поделать даже тогда, когда нас с матерью усадили в повозку, направляющуюся в Орду. Я, грешным делом, думал так, раз я княжич, то жизнь моя будет похода на молоко и мед. Все оказалось совершенно не так. Титул еще не дает тебе право править. Это право нужно заслужить.

Вот я и учился этому всему вместе с ханскими царевичами.

В Орде царствовало четыре клана. Во главе каждого клана стоял брат великого хана.

Первым и самым главным был клан Джанибека. Охотника на нежитей.

Кто такие нежити, я поясню позже.

Вторым по значимости был клан Куроян-бека. Третьим был клан Борахана и четвертым клан Саур-Ахмеда. Истребителя степных вампиров.

Стоп приятель скажут. Куда тебя понесло какие в п... степные вампиры. Это не Средневековая Европа с замками Дракулы и Франкенштейнами. Это Орда. Кочевники. Ну, так я и говорю: Степные вампиры, пьющие кровь лошадей на пастбищах. Они приходят ночью и уводят кобыл во мрак. После пастухи находят кобылу в степи с перезанным горлом.

Клан Саур-Ахмеда охотится за степными вампирами. Жизнь кочевника целиком завязана на его лошади, и потеря хотя бы одной кобылы из табуна становится ударом для хозяина и возможно смертью для пастуха.

Со степными вампирами разобрались, осталось разобраться с тем, что будет со мной, после того как я достигну совершеннолетия и хан отправит меня домой к отцу.

Но хан не спешил. По его мнению, я еще не готов был править Новгородскими землями. Впереди было испытание огнем и магией.

Магия порождение демонов и шайтанов. Так считают люди во всех землях, что лежат вокруг Орды.

Конечно, есть в них и колдуны и ведьмы и всякие знахари, но они лишь бледная тень того мастерства, что практикуется в Орде. Клан Джанибека достиг в этом особого совершенства. Но меня пока не стали посвящать во многие аспекты практик, видя во мне возможного противника, хотя великий хан не сомневался в моей преданности и лояльности. Тот, кто вырос в Орде, станет ордынцем, чья бы кровь не текла в его венах.

Я старался сделать, так чтобы хан и представители кланов не усомнились в этом. Едва мне исполнилось шестнадцать глава клана Джанибек с усмешкой спросил у меня стал ли я уже мужчиной.

Я в виду своей цивилизованности покраснел, в чем Джанибек увидел отрицательный ответ.

—Иди за мной княжич! —приказал он мне с некоторой усмешкой на лице. В роскошных покоях, куда он привел меня пахло пряностями и звучали тихие звуки домры.

—Она ждет тебя, твоя первая женщина, — сопроводил Джанибек свой уход.

—Туда! — указал он рукой.

Я откинул шелковый полог. На ложе из атласной ткани возлежала обнаженная Альфия. Я смутился и зажмурил глаза.

Альфия расхохоталась.

— Ты смущен княжич? — спросила она, затушив своим дыханием свечу. В тот момент я не знал, что ей ответить.

Как юноша, впервые видевший обнаженную женщину, конечно, да, и даже больше.

—Старый хан прогнал меня! —заявила Альфия с некоторой долей злости.

—Какое мне дело до того, кого хан затащил в постель? — безразлично ответил я.

—О юноша, —засмеялась Альфия.

—Это ключ к власти над кланами.

Альфия прикрыла грудь и села на постели.

—Ты хочешь вина? —поинтересовалась она.

Я помотал головой. —А я выпью, — прошептала она. Вино помогает забыться и сгладить горечь утраты.

—Утраты чего? — с интересом поинтересовался я.

Альфия хмыкнула: —Ну, конечно же власти.

Она сделала глоток вина и поставила кубок на стол.

—Может теперь меня отпустят на родину во Франкию. Я отрицательно помотал головой: — Не отпустят.

—Почему же? — усомнилась в моем ответе Альфия.

Я показал глазами ей на кувшин с вином. Она все поняла и налила мне кубок.

—Хан любит знатных заложников, иначе бы я был уже в своем княжестве еще два года назад.

—У хана на тебя особые виды! — усмехнулась принцесса.

Это еще какие? — немало удивился я.

—Хан желает видеть тебя князем Новгорода, который объединит всю Русь и даст отпор Москве, которая уже протянула свои лапы ко всем русским землям.

—Я уже вступил в совершеннолетие, — заявил я. И возможно смогу править своим городом.

Альфия загадочно улыбнулась. —Именно поэтому Джанибек привел тебя в мои покои, чтобы убедиться, что ты стал мужчиной.

—Это каким образом? —вновь удивился я.

—Ты проведешь со мной ночь и Джанибек будет просить у отца посвятить тебя на ступень выше.

—На ступень?

Альфия кивнула. —Тебе давно пора начать обучаться магии и получить свою часть силы у источника.

Слово Источник заставило меня дрогнуть. Однажды, я укрывшись за занавеской подслушал разговоры Джанибека с членами его клана.

Некоторые мурзы жаловались Джанибеку, что сила, что дает им источник стала недостаточной в противостоянии с кланом Куроян-бека и кланом Борохана.

Шпионы Борохана властвуют в шатрах и юртах клана Джанибека в невидимых накидках и их сил не хватает, чтобы разрушить магию шпионов Борохана.

Они опасаются вести разговоры и передают друг другу сообщения рисуя символы на восковых досках.

—Я хочу взять силу у источника! — превозмогая себя, сообщил я принцессе Альфии.

—Придет время и тебя отвезут к нему, — улыбнулась она.

А теперь иди ко мне. Не будем разочаровывать Джанибека.

—Нет! — твердо отказался я. Пусть Джанибек позаботится о людях своего клана.

Я отвернулся и направился к выходу. —Куда ты княжич? —закричала в след принцесса.

—Считаю, что мне нужно ускорить свое знакомство с источником, — обернувшись произнес я.

Члены других кланов мне помогут в этом. Я должен вернуться в свое княжество.

Спустя неделю после поражения Москвы от объединенной дружины Новгорода и Орды.

Полог шатра распахнулся и появилось встревоженное лицо Войнега.

—Что случилось Войнег? — удивился я. Куда ты пропал после сражения?

Войнег обшарил глазами шатер и спросил: —Ордынцев нет. Я кивнул головой. —Говори смело Войнег.

—Твой дядя князь Осмысл пожаловал в твою ставку с богатыми дарами сообщил он.

—Будь осторожен с ним княжич. Осмысл что-то замыслил. —Он не посмеет! — отрезал я. Орда еще близко. Ханская тамга на княжение у меня, а не у него.

—Джанибек привяжет его к своей лошади, если он посмеет усомниться в моей власти. —Так оно княжич? — согласился Войнег. Но нам надо поспешить в Новгород, чтобы принять корону из рук твоего умирающего отца. Только так новгородские бояре примут твою власть.

—Не смотря на происхождение, ты для бояр всего лишь выкормыш Орды.

Я кивнул. —Вместе с тем, Войнег они уже убедились какую силу представляют собой объединенные ордынские кланы. Московиты в том убедились.

—Надолго ли? — усомнился Войнег.

—Призывать каждый раз, как Москва поднимет голову ордынские кланы слишком хлопотно и нужно много золота.

—Вот о золоте я и хотел с тобой сейчас поговорить Войнег! — сообщил я ему. Присаживайся. Войнег сел на скамью, обитую красным бухарским бархатом.

—Я знаю, где взять золото Войнег, — по секрету поделился я.

Глаза Войнега округлились.

—И где же княжич? —пролепетал он

—Золото мы возьмем в источнике.

—Но источник принадлежит орде! — испуганно прошептал Войнег. Ордынцы не дадут воспользоваться его силой.

Золота и так не хватает на все кланы.

—Я поговорю с Джанибеком, — успокоил я его. Нам нужно всего лишь один день, и мы увезем из Орды несколько телег полных золотых слитков. Войнег покачал головой.

—Тебя научил тот араб, что умеет читать будущее по звездам спросил Войнек.

—Нет рассмеялся я, однако посмотрел на вход. Я еще не доверял окружающей тишине, и шпионы Борахана меня научили этому.

—Ты хочешь знать, как я научился делать золото с помощью источника.

Войнег кивнул.

Я налил себе в кубок вина и сделал глоток.

Мы не торопимся. Один из членов клана Борохана, когда посещал принцессу Альфию для удовлетворения своей похоти беспечно оставил невидимый плащ на скамье у входа в ее покои.

—Ну и? —Войнек жаждал узнать все.

—Я украл эту накидку и спрятал в сумке на седле кобылицы клана Саур-Ахмеда истребителей степных вампиров перед тем, как всех кобыл угнали на пастбище.

Какой переполох был в караван сарае Борохана.

—А что стало с тем недотепой, что потерял накидку?

Я подмигнул Войнеку: —Ему отсекли голову, не посмотрев, что он их родич.

—А теперь невидимая накидка у тебя? — поинтересовался Войнек.

—Нет! — расcмеялся я. Она в Орде спрятана в седле кобылицы.

—А если ее найдут? — испугался Войнег.

—Не найдут! — убедил я Войнега. Сейчас утрясем дело с наследством и поедем Орду в гости к Джанибеку.

—Но сначала нам надо решить вопрос с твоим дядей, —попытался убедить меня Войнег.

—Я не хочу иметь на своих руках его кровь! — твердо заявил я. Пусть его образумят ордынцы.

Войнек цокнул языком: —Это хорошее решение княжич.

Новгород встретил нас боем колоколов.

Смерды и посадские низко кланяясь дивились на моего великолепного жеребца из табуна ночных охотников.

—Ростом не велик княжич, а конь знатный! — неслось со всех сторон. Поди много золота отвалил за коня. Смерды продолжали валиться на землю, словно перезрелые колосья пшеницы. У княжича хороший конь, мы траву жрем. Налогами да оброками задавили. Войнег выдернул из-за пояса плеть: —А ну циц холопы, разговорились тут они.

В тереме было сумрачно, не смотря на солнечный и погожий денек.

—Как батюшка? — спроведовал я у посадника Христича. —Жив батюшка княжич.

—Жив, пролепетал осматривая меня с головы до ног посадник. Далек и труден был путь из Орды княжич? Войнег спешился и передал поводья своего коня холопу.

— Ничего посадник управились. Христич лукаво улыбнулся и протянул руку в направлении ко мне.

—Вот ведь какой княжич стал большой, да разумный. В дом прашуров вернулся, да не побрезговал, хотя в Орде то в ханском дворце жил, продолжал приговаривать посадник. Куда уж нам убогим. Придворные мамки няньки, слуги и бояре закивали головами.

—По возвращению княжича из Орды устроим пир на весь мир! —объявил боярам и слугам посадник. —Честные люди все айда в палаты княжеские. На застолье честное.

Толпа у палат одобрительно загудела.

Что-что, а выпить на халяву на Руси любили издавна.

Глава 2

Палаты князя. Застольный пир.

—Где мой братец княжич Даниил?

В зал словно лебедь вплыла дщерь князя Осмысла княжна Мария.

—Не зря ее князь Осмысл прислал, — прошептал мне на ухо Войнег. Не пей кубка из ее рук княжич. Отравлено будет.

—Ты уверен Войнег? — переспросил я у своего воспитателя. —Уверен княжич, —твердо ответил Войнег. Смотри сейчас кубок со стола возьмет и кругом в танце пойдет княжна, чтобы не выдел никто, как зелье она подсыплет. —Не пей княжич!

Я усмехнулся и достал из кармана ордынский перстень.

—Знаешь, что в перстне сем Войнег? — спросил я его.

Войнег покачал головой: —Не знаю княжич.

—Перстень сей, мне Джанибек подарил перед самым отъездом. Без него в Орде никуда. Все кланы тихо травят друг друга за застольными пирами у хана. Джанибек о том знал и посылал в Китай своих нукеров за противоядием.

—Привезли нукеры противоядие? —поинтересовался Войнек.

Я сжал перстень двумя пальцами. В перстне сем, порошок волшебный. Никакой яд его не возьмет.

—Братец Даниил. Перед нашим столом появилась княжна Марья с кубком. —Выпей княжич вина молодого заморского за свиданьице и долгое твое правление. Я поднялся из-за стола.

—Чего не выпить сестрица. Выпью вина твоего заморского. Возьми Войнег кубок с вином, я пока сестрицу расцелую.

Княжна передала Войнегу кубок и прильнула ко мне с братским поцелуем. Войнег уже знал, что делать и быстро всыпал в кубок из перстня порошок Джанибека.

—А теперь выпьем сестрица! — торжественно произнес я.

—Может и тебе оставить вина заморского княжна, а то все мед пьешь.

Княжна Мария спала с лица. —Я уж апосля братец, — пролепетала она.

—Ты пей, чай в Орде такого вина нет.

Знала бы она, что есть в Орде не говорила бы такие глупости.

Я опрокинул кубок одним залпом.

—Спасибо княжич, что не побрезговал подарком моим! — пролепетала княжна и растворилась в хороводе танца.

—Пойдем к окну княжич, — пригласил меня Войнег. Смотри вниз.

—Прав я был насчет вина и княжны.

Княжна Мария сбежала по лестницы вниз терема и передала записку какому-то холопу, который вскочив на кобылу, тут же умчался от терема прочь.

—Весточку своему отцу передала княжна, — пояснил поведение сестрицы Войнег, а холоп на кобыле к нему поскакал.

—А где сейчас князь Осмысл? — спросил я.

Войнег кивнул головой. Во дворце говорят: —В Орду князь собрался за тамгой.

—Это чего так Войнег? — поинтересовался я.

Княжна Мария отцу передаст: —Мол отравила она княжича. Сам князь при смерти. С тем и поедет Осмысл в Орду. Некому мол в Новгороде править. Один он из князей остался, подавай хан тамгу на княжение.

—Вот сука! — выругался я, хлестнув плетью себе же по ноге.

—Что будем делать Войнег?

—Отправим погоню за холопом, — почесав затылок поразмыслил Войнег.

—И еще отправим с послом в Орду перстень пустой. Джанибеку вернем его со словами: —Потравить княжича Осмысл хотел.

Дочь свою на пиру подослал с вином потравленным. Только княжич Даниил помнит доброту Джанибека. Шлет поклон ему низкий аки брату своему названному. Джанибек поймет и отцу хану все перескажет.

—Хороший план Войнег, я хлопнул его по плечу. Трудно бы мне без тебя пришлось. Войнег улыбнулся. Так как родичи уже стали.

Многими годами ранее. За порогом.

Мой офис был в одной из башен Москва-сити. Ну, как офис, так два больших таких мебелированных кабинета. По роду своей деятельности мне и не требовалось большое количество сотрудников.

Была секретарша Полина и водитель Дмитрий. Дмитрия я видел только по утрам, когда он отвозил меня в офис и вечером, когда вез обратно. Полина же постоянно была у меня на глазах выполняя мелкие поручения. Пообедать можно было спуститься в холл в небольшой кафетерий, но я почему-то предпочитал «Доширак» и «Бизнес-ланч» в пакетах. Привычка знаете ли осталась со времен девяностых. Кофемашину же я само-собой прибрел в первую очередь, еще до того как нанятый на стороне айтишник настроил мне рабочее место и подключил Wi-Fi.

Моей специализацией была биржевая аналитика и инвестиции.

Куда инвестировал?

Во многие ценные бумаги типа акции ГазПрома, ЛукОйла, Башнефти и прочих китов экономики.

Покупал и продавал крипту. В общем, как бы сказали ранее занимался финансовыми спекуляциями.

Ну, и конечно же прогорел, вложившись в новую крипту под названием «Трампкоин». Тамошний заморский президент набирал очки и политический вес в своей Америке. Даже свою криптовалюту создал.

О чем думал дурак? Посмотрел на прошлые его ходы с применением административного ресурса, думал и сейчас также будет.

Прогорел в чистую. Долг два ляма долларов повис на шее как петля.

Пришли конечно в офис деловые ребята. Не на братков из девяностых совсем не похожие. Воспитанные и вежливые, даже в сторону Полины криво не помотрели, но сказали твердо:Жить тебе Вася ровно неделю, если свой долг не вернешь.

Вот я и сквозанул на СВО, чтобы те не достали. С этой стороны не достали, зато с другой хорошо так очередью прошлись.

Можно было бы написать: —Лежу я в гробу, и думаю. Ни в каком гробу, я не лежал. Дом тот, где мы встретили костлявую, чуть позже ФАБом разобрало. Стены вместе с крышей сложились. Кто там чего разбирать и искать будет. Туман войны, как говорится. В новой жизни мне повезло, однако. Если это можно назвать везением. Родственники папаши постоянно грызлись за престолы. Гоняли в Орду за подтверждением своих прав.

«Вот приедем к хану, хан нас всех рассудит!» — как говорилось. Вот в такой нервной обстановке я родился. Родился правда не на Руси, где в то время мой отец со своей дружиной сворачивал шеи многочисленным родственникам, а в столице Орды Сарае. Отличное местечко, если поразмыслить.

Слово хана закон для каждого ордынца. Тут тебя не выловят в темном лесу, и не отсекут голову или не напоят отравленным вином без ведома хана.

—А главное за твоей спиной стоит клан.

Будь ты мурза или простой ордынец клан в твоей жизни все. Он решает будешь ли ты жить завтра или нет. Джанибек старший сын хана свой клан в железных рукавицах держит, не то, что я. Меня даже сестрица княжна Мария отравить хотела. Но в основном всем тайно заправляла мать Джанибека Тайдулла.

—Приму титул официального наследника и вернусь в Орду. За то время, что я был в Новгороде батюшка мой от болезни моровой отошел и на ноги встал. Сам, вновь в силе править княжеством.

В Орде Джанибек затеял новый город строить у самого устья реки. Все суда, что из моря Итиль реку заходить будут не минуют Джанибековой таможни. Это ж какие барыши Джанибек поднимать будет. Хорошо бы, долю малую в порту получить. Деньги батюшке отсылать. Пусть дружину крепче держит, да новых дружинников нанимает.

С теми мыслями я и уснул.

Проснулся я от того, что Войнег теребил меня за плечо. —Вставай княжич!

Я потянулся и глянул в окно. За окном шла обычная жизнь средневекового города. Ржали кобылы, гоготали гуси,

кудахтали курицы, скрипели колеса телег. —Что случилось Войнег? — поинтересовался я.

Ты оторвал меня от прекрасного сна.—Прекрасного сна? — усомнился Войнег.

—Ага! — кивнул я.

— Снилось мне то, как сеструху княжну Машку ее же пойлом потравленным напоили и бросили в свинарник, где она благополучно отдала Богу душу.

Войнег перекрестился. —Ну и сны у тебя княжич! — пробормотал он.

—Чего стряслось то? — переспросил я.

Джанибек письмо прислал. —Ну? — кивнул я.

—Зовет в Орду. Новый город строить.

—Здесь что ли дел мало? —осторожно спросил я.

—Дел много везде, — добавил Войнег. А в Орде важнее. Джанибек дядьку твоего князя Осмысла на цепь, как собаку посадил.

Сказал так: —Простит княжич-отпущу. Нет, так в Итиле утоплю, или к кобылам привяжу и в степь пущу. Пусть его нежити по костям разберут.

Войнег замолчал и склонил голову. — Что еще? — осторожно спросил я,глядя как по подоконнику ползают большие черные мухи.

—Беда нынче в Орде, — тихо прошептал Войнег.

—Стада пасти некому. Я удивился. —Куда пастухи делись в Орде?

—Вампиры сожрали княжич? — скорбно ответил Войнег.

—Как это сожрали? — удивился я. Войнег зачерпнул ковшом квасу из кадки на лавке и залпом выпил. В степи стали пастухов находить мертвых. Словно рыба, вяленная на солнце. Крови нет ни капли в теле.

—По Орде слух пошел, что кровопийцев это рук дело. Никто из ордынцев не хочет табуны в степь гнать, боятся.

Хан и головы рубил и в реке пастухов топил. Побежали люди с кочевий.

—И впрямь беда Войнек, — согласился я с ним. Мы-то, чем Орде и хану поможем?

—Кланы собирают своих воинов в рейд.

Джанибек зовет тебя присоединиться к его клану.

Я выпил квасу и размял руки. —С чего нам простому княжичу такая честь вместе с сыном великого князя сражаться?

—Не чужой ты для них! — парировал Войнег.

—Джанибек писал тайному искусству тебя обучит коли пойдешь.

—А отца на кого оставлю? — пробурчал я, глядя как большая черная муха ползет по стеклу окна.

В мухе этой, видел я своего властолюбивого дядю Осмысла. Дай ему только повод. В один миг к столу новгородскому присосется, не отцепишь.

—За отца не волнуйся, — спокойно произнес Войнег. Воины в его дружине мной проверены. Злато-серебро им за измену подосланные мной люди сулили. Ни один не купился. —Поезжай княжич, — убедительно произнес Войнег.

—А ты в Новгороде останешься?

Войнег весело рассмеялся. —Куда ж я без тебя княжич. Вместе в Орду поедем к Джанибеку.

Я признательно кивнул Войнегу.

Войнега подобрал мой отец в спаленной ордынцами деревушке под Рязанью. Ордынцы никого не оставили в живых. Cам Войнег уцелел, благодаря тому, что мамка засунула его в корзину в погребе. Настойчивый плачь младенца растопил сердце угрюмого новгородского князя следующего конным в орду.

Войнега достали из погреба, отмыли и передали в свиту князя, что ехала в обозе. Так Войнек и остался при новгородском дворе. С возрастом он стал умелым воином, не ведающим страха перед врагом не важно, кто ему преградил путь русич или ордынец. С годами преданность Войнега новгородскому князю сделалась крепче собачьей. У князя родился сын и он поручил его жизнь Войнегу. Войнег жил с княжичем в Орде.

Незримо присутствовал при его играх с ордынскими царевичами и несколько раз участвовал в охоте на нежитей, что плодились в Ордынских караван-сараях и в русских городах.

Но Орда и Русь никогда не переступали границ в своей войне с нежитью.

Нежить — это мертвецы, зависшие между мирами. Они не там, и не здесь. Поначалу нежить сбивалась в стаи и бродила по ночам, нападая на несчастных путников и бездомных. Со временем у нежити появилась своя иерархия. Князя нежити звали Агрис. Впоследствии вокруг него сформировалась иерархическая лестница из баронов и просто нежитей, ставших солдатами. Это происходило тогда, когда еще на Русь прибыли первые христианские проповедники из Цареграда, а кочевья Орды еще не знали слова: Великий хан. Домом нежитей была тьма. Тьма, опускавшаяся на землю после захода солнца.

Войнег достал подорожную сумку. —Прежде, чем отправимся в Орду княжич прими подарок Джанибека.

Войнег вынул из сумки тряпичный сверток. Он подбросил его вверх словно перышко и из развернувшейся тряпицы по воздуху заскользила невесомая ткань.

—Это оно? — с восторгом прошептал я.

—Джанибек велел передать ее тебе только если ты соберешься в Сарай.

—Это достойный подарок от царевича, — пробормотал я. Эта ткань была похожа на ту, что я спрятал в сумке кобылицы.

—Проверим Войнег, — улыбнулся я, глядя на то, как у Войнега лицо расплылось от умиления. —Попробуй княжич, — предложил он.

Я перевернул материю узором наружу и накрыл кувшин, стоящий на столе. Спустя мгновение, стол оказался пуст. На его поверхности не было не кувшина, ни накидки.

—Это она! — восторженно воскликнул я.

—Теперь я могу посещать боярские кланы и слушать, что задумали эти жирные нелюди.

Итиль шумел темными водами, перекатывающимися друг на друга.

Солнце садилось низко за горизонт, оставляя между землей и небом кровавую полосу заката.

—Постой княжич! — Войнег дернул поводья лошади. Я остановился позади него и стал вслушиваться в гнетущую пустоту

степи. —Пташек не слышно, — заметил Войнег. Он спешился и повел коня вперед под уздцы.

—Найдем мелководье и переправимся, — сообщил он мне.

—Может, лучше найдем ночлег. Ночевать в степи опасно, — заявил я.

—Ты прав княжич! — отозвался мой спутник.

Я надеялся до темноты добраться до кочевья Хаджи. Оно первое на пути к Сараю.

Я кивнул, но возразил: —Не успеем. Нужно, поискать на этом берегу

Войнег не стал спорить, а вскочил на коня и просто поехал вдоль берега.

Ночевать одним в степи, это гарантированно нарваться на нежитей.

Накидка Джанибека всего одна, и тогда Войнегу придется не сладко.

Войнег развернул своего коня на встречу мне. —Нашел кочевье княжич! — крикнул он. Две юрты за холмом. Едва заприметил. —Едем туда, —я хлестнул коня плетью.

Юрты и впрямь оказалось две. На очаге еще дымился чан с вареным мясом, но людей не было видно.

—Пойду по юртам гляну! — бросил Войнег.

Слишком тихо для кочевья. Оставайся здесь княжич, и будь наготове.

Войнег откинул порог и исчез внутри юрты.

—Хайя! — вдали раздались крики наездников. К кочевью приближалась группа всадников. Ордынцы гнали коней во весь опор. —Войнег! — позвал я своего спутника.

—Ордынцы.

Войнег сосредоточился и на всякий случай достал из ножен меч.

Ордынцы влетели в кочевье словно ураган. Окружив нас, они стали кружиться на своих лошадях вокруг.

—Бердибек! — выкрикнул один из них.

—Кто вы такие?

—Княжич Даниил, я сделал шаг вперед. —Это мой спутник, —указал я на Войнега.

—Ты из клана Джанибека русич?

—Да я брат Джанибека и друг.

Ордынцы успокоили коней с стали спешиваться.

Бердибек спрыгнув с лошади направился в мою сторону. Люди из этого кочевья сбежали еще днем, сообщив, что на них напали нежити.

—Днем? — удивился я. —Выходит, что так, — прокричал Бердибек.

Он махнул рукой призывая ордынцев собраться вокруг него.

—Идите в юрты и ищите след! — приказал он своим войнам.

—Какой след? — вмешался в разговор Войнег.

Бердибек ухмыльнулся. —Рус не знает, что после прихода нежити в наш мир, в воздухе остается тонкое синее сияние, что обозначает открытую дверь между мирами.

Войнег покачал головой. —Прости Бердибек, этого я не знал.

Бердибек весело рассмеялся: —Ты не охотник на нежитей, потому и не знал. Княжич, может захочет стать охотником.

Я глупо улыбнулся. —Мне суждено править Русью Бердибек.

Бердибек кивнул и добавил: —Конечно княжич, если будешь другом Орды.

—Но все равно тебе лучше уметь это делать.

—Бердибек? — крикнул один из ордынцев. Я нашел след нежитей. Он в юрте.

—Поохотимся? — предложил Бердибек.

Войнег кивнул: —С удовольствием мурза. Мне оставалось согласиться с ними.

—Идемте скорее в юрту, пока след не исчез! — предложил мурза.

—Нежить далеко не ушла.

— Я воспользуюсь накидкой Джанибека! —сообщил я.

Бердибек рассмеялся. —В том мире она бесполезна.

Я следом за Бердибеком и другими ордынцами вошел в юрту. Тонкая светящаяся синяя линия, повисшая в воздухе, обозначала вход в мир нежитей. —Идем княжич! — подтолкнул меня вперед Бердибек. Смотри и повторяй за мной. Ты станешь хорошим охотником, и когда-нибудь это пригодится тебе в твоей Руси. Мы по очереди вошли в мир нежитей.

На самом деле он не очень отличался от нашего. Юрты кочевья стояли на том же месте, только сам воздух был серого цвета, и с неба не прекращая падала какая-то черная зола.

Бердибек осторожно обходил вокруг все юрты, сжимая в руках кривую монгольскую саблю. Встретившись с нами, он с раздражением покачал головой. —Они уже ушли княжич, — добавил Бердибек.

—Куда они могли уйти? — поинтересовался Войнег.

Бердибек указал рукой в сторону реки.

—Но я не вижу лодок! — воскликнул Войнег. Как они переправились?

Бердибек рассмеялся: —Также, как и ваш Бог.

Я удивился. — Нежити умеют ходить по воде? Бердибек согласно кивнул. —В их мире, для них нет препятствий. —Возвращаемся княжич.

Глава 3

Орда. Сарай. Дом Тайдулы.

Бердибек привязал коня к изгороди. —Слезай княжич, приехали! — крикнул он мне.

—Видишь конь Джанибека стоит, значит Джанибек нанес визит своей матери.

Я спрыгнул с лошади.

Вдали раздался лай похожий на собачий. —Сильней кричи собака, — ордынец хлестнул плетью ползающего на коленях невольника в грязной одежде.

—Дядька твой князь Осмысл, как собака на цепи сидит! — рассмеялся Бердибек. Джанибек посадил. Тебя порадовать хотел. Бердибек открыл дверь огромной юрты и махнул мне рукой.

—Не стой у входа, как истукан. Идем.

—Джанибек ждет тебя княжич.

В центре юрты жалко пылал большой очаг, где на вертеле шипел и трещал от обилия жира сочный барашек. Джанибек сидел, подогнув под себя ноги в дальнем углу юрты. Заметив меня, Джанибек тихо кивнул головой и повернулся к своему брату Борохану.

Бердибек сжал мое плечо и толкнул в сторону. Джанибек сам выйдет к тебе. Мы с Бердибеком прошли в другую половину дома, скрытую от посторонних глаз толстыми шкурами.

—Почему Джанибек принимает гостей в юрте, а не во дворце? — поинтересовался я.

—Джанибек прежде всего монгол и только потом старший сын хана.

Я понимающе кивнул Бердибеку. Войнег маячил за моим плечом.

—Садитесь туда! — Бердибек указал нам наше место. Чай и баранину скоро принесут.

—Ешьте-пейте! — пожелал Бердибек. Разговор будет долгим. На голодное брюхо плохо говорить. Войнег с благодарностью кивнул.

Джанибек с братом решали вопрос с нашествием нежитей на кочевья.

Заключить между собой союз для совместного похода в мир нежитей Джанибеку и Борохану мешала вражда с самого появления сыновей хана на свет. Джанибек родился на пять минут раньше Борохана. Примиряло двух сыновей хана лишь присутствие матери Тайдуллы и самого великого хана. Уйдя те в мир иной, братья бы перегрызли друг друга глотки. Это был бы шанс для Руси освободиться от вассальной зависимости Орды.

Но свобода от Орды? не значит мир на Руси. Московский князь тайно скупал земли удельных князей и креп. Джанибеку доносили тревожные вести из Москвы.

—Тайдуллу излечил великий колдун Алексий, — произнес Джанибек.

—Двор митрополита Алексия в Москве! — поморщился Джанибек.

Его полное лицо исказила гримаса злобы. В Москве, а не в Новгороде княжич Даниил. Сейчас за твоей спиной стоит Орда. Я согласно кивнул, соглашаясь со словами Джанибека. Если бы не поддержка Орды московиты во главе со своим князем уже выступили в поход против Новгорода. Я бы стал обычным удельным князем, но скорее бы всего меня просто убили бы.

Проникли ночью в княжеские покои и задушили бы во сне подушкой, даже дорогой яд не стали бы тратить.

Хотя в списке моего обвинения на первом месте стояло отношения и связь с Ордой. Одного этого хватало бы, чтобы отрубить мне голову.

Так что моя жизнь целиком зависела от Орды и моего благоразумия.

Впрочем, этого было не совсем достаточно. Раз в Орде шла тихая война всех против всех, мне придется выбрать сторону. Если я ошибусь, то мне безусловно крышка. Меня просто свяжут и отвезут в Москву, потребовав взамен золото и рабов. С другой стороны, даже противники Джанибека видят положение дел на Руси и усиление Москвы им не выгодно, а значит даже в случае проигрыша клана Джанибека у меня есть шанс.

А пока сила и закон на стороне старшего сына хана. Следовательно, все монголы преданы ему, словно собаки до последнего кочевья от булгар до великой стены.

—Как мне переманить митрополита в Новгород великий хан? —спросил я.

Я нарочно назвал Джанибека Великим ханом.

В его взгляде я увидел одобрение своих слов. Наверняка, Джанибек уже видит себя великим ханом всей Орды.

Город, что Джанибек собирался строить в устье Итиля уже имел имя Джани-сарай.

—Это будет великий город, — подтвердил я, едва слуги принесли в юрту огромную шкуру на которой были нарисован план города и его укрепления.

Войнег согласился с моими словами кивнув головой.

—Даже урусам нравится мой город! — рассмеялся Джанибек. А они хорошие строители.

—Посмотрите мои мурзы на стены Новгорода, — Джанибек перевел взгляд на меня. Новгородский княжич подтвердит. Я кивнул и произнес: —Стены Новгорода высоки, но не потому, что Орда наш враг. Орда друг Новгорода. Свита Джанибека одобрительно зашумела.

—Враги Новгорода, — продолжил я в закатных землях. Там, где витязей называют рыцарей и говорят на собачьем языке.

Джанибек поднялся на ноги и рассмеялся. —Если собака кусает своего господина она заслуживает плеть. С этими словами Джанибек выдернул из-за пояса плеть и хлестнул ей лежавшую у его ног псину.

Псина вскочила на ноги и жалко заскулив забилась в противоположный угол юрты.

—Это тебе еще один урок княжич Даниил, — добавил Джанибек. Бей своих врагов плетью словно собак. Будь беспощаден.

Милосердие для слабых людей.

Я был согласен с Джанибеком, чем лучше я относился к своим слугам и холопам, тем больше они меня ненавидели. Возможно даже хотели убить, как хорек убивает крыс в курятнике.

Исключение был лишь Войнек и то потому, что он вырос при дворе моего отца и был рядом со мной в Орде все это время.

Я не забыл это и был ему благодарен.

Плов слуги подали на огромном плоском блюде. Рассыпчатый обильно смазанный бараньим жиром рис источал аромат, как другие пряности этого блюда. Сверху блюдо украшали большие головки чеснока сваренные целиком и воткнутые в рис.

—Чеснок отгоняет многие болезни княжич, — посоветовал Бердибек. И его также боятся нежити. Ешь его целиком и ты будешь неуязвим. Бердибек ухватил пальцами головку чеснока и полностью запихнул ее себе в рот.

Джанибек громко рассмеялся. В след за ним рассмеялись и другие мурзы. «Собачья верность» — подумал я. Они повторяют даже движения Джанибека, не говоря о его привычках.

—Хочешь увидеть нежить? — неожиданно спросил Джанибек. Его предложение несколько ошарашило меня.

—Будем ли мы в безопасности брат Джанибек? — спросил я. Войнека тоже интересовал этот вопрос. Одно дело слушать эти сказки про истребителей нежити, а другое дело увидеть нежить воочию.

—Ты должен знать, с чем можешь столкнуться, если хочешь стать князем! — прошептал мне в ухо Бердибек. Мой поклон головой Джанибек воспринял как согласие.

—Приведите сюда нежить! — велел он.

Мурзы, вскочив со своих мест, исчезли снаружи.

—Мы держим пойманных нежитей в большой яме, — сообщил Джанибек. Стены ямы обвешены луковицами чеснока. Это несколько парализует нежитей, но не убивает их.

—Несколько парализует! — раздался голос Бердибека.

—Вы охотитесь на них с чесноком? — с изумлением спросил я. Бердибек рассмеялся.

—Кто сказал тебе такую чушь княжич?

Я задрал подбородок и с гордостью произнес: —Наши пастыри говорят, что нечисть боится чеснок, серебро и святую воду.

Бердибек вновь рассмеялся, только в этот раз к нему присоединился и сам Джанибек.

—Нежить, ничего этого не боится, — пояснил Бердибек. Она ничего не боится, кроме силы, что дает великий источник.

—Когда мы соберем большое количество нежитей, мы пойдем в великий поход на закатные земли! — добавил Джанибек.

—Это будет великая армия Орды и Руси.

—Но впереди себя мы отправим легионы нежитей. Они сомнут закатных рыцарей и их цари будут платить Орде ясак золотом.

Грандиозность замыслов Джанибека поразила меня до кончив пальцев.

—Как ты сможешь управлять целой армией нежитей? — спросил я, глядя, как Бердибек уже воткнул свои зубы в баранье мясо и громко причмокивал от удовольствия.

—Хан! — на пороге появился караульный ордынец в острой меховой шапке.

—Мы усмирили нежить, —сообщил он.

—Ведите его сюда велел Джанибек.

—Хочу показать его княжичу. Я дрогнул.

Ордынец кивнул и махнул другим рукой.

В юрту затащили связанное веревками полупрозрачное существо. Оно не слишком упиралось, но и не казалось таким безвольным.

—Это один из моих воинов! — с гордостью произнес Джанибек.

—Дайте ему понюхать вкусняшку, чтобы он успокоился. Ордынец вытянул из сапога головку чеснока и протянул его к голове нежити. Нежить несколько раз дернулась и затихла, ослабив веревки на своем теле.

Я обошел вокруг нежити пытаясь разглядеть его в деталях.

—Он сможет держать меч? — спросил я у Джанибека. Джанибек весело рассмеялся.

Не только держать княжич. Он будет сражаться им со всей своей дьявольской силой.

Я покачал головой и сел на свое место. —Это грозная сила хан.

—Конечно, —без тени сомнения заявил Джанибек. Тебе придется научиться управлять ей, потому что вскоре тебя ждут великие битвы за трон.

—Какие великие битвы? — уточнил я.

Джанибек улыбнулся. Приведите сюда мудреца с его чертовой книгой. При слове: приведите мудреца. Бердибек выронил из рта баранью кость и вытер пальцы о тряпку. —Да ведите скорее этого старикашку! — повторил он слова Джанибека.

Ордынцы втолкнули в юрту плюгавого деда в рваном халате и со свитком под мышкой.

Джанибек указал рукой. — Ты говорил Бармак, — обратился он к старику. Говорил, что моего брата княжича Новгорода в будущем ждут тяжелые и опасные времена. И нам всем они угрожают.

—Повтори свои слова старик! — рявкнул на него Джанибек.

Старик сел у ног хана и развернул свой свиток. Его губы тихо зашевелились.

—Когда Земля войдет в Дом Великого солнца и небо станет черным, как ночь.

—Я это слышал старик, —Джанибек пнул носком сапога провидца.

—В Москве, — продолжил говорить старик. Родится воин. Он бросит вызов Орде и Новгороду.

—Кто он? — спросил Бердибек. —Он будет простым холопом. Родится в грязи и холоде. Назовут его Лавром.

—Ты запомнил его имя княжич? — спросил меня Джанибек.

—Лавр, — повторил я про себя.

—Но как я найду этого Лавра, если Москвой правит другой князь? — воскликнул я.

—Мы покорим Москву! — заявил Бердибек. Москва подчинится тебе, а ты будешь искать этого Лавра. Ни один смертный московит не посмеет бросить Орде вызов.

Джанибек поднялся с ковра: —Я сожгу Москву, до единой избы. И всех московитов переселю в Новгород и Псков. А новгородцев в Москву.

—Отличное решение хан, —я склонил голову.

—Пошел прочь лысая собака! — Джанибек пнул мудреца ногой.

—Весной собирайтесь с отцом в поход княжич. Вы зайдете с севера, а Орда с юга. Горе московитам прохрипел Джанибек.

Ордынцы в дружном порыве вскинули руки вверх.

—Хорошо хан Джанибек? — я склонил голову в покорности. Я как княжич Новгорода приму любое твое решение.

Бердибек лукаво усмехнулся: — И престол свой Новгородский коли нужда будет Джанибеку отдашь?

Ухмылка Бердибека застала меня врасплох. Кто я без своего княжества? Не больше облезлой степной лисы.

Войнег осторожно ткнул меня в бок своим локтем и прошептал: —Обещай княжич.

Я кивнул Бердибеку и громко произнес: —Коли будет воля брата моего Джанибека, ничего не пожалею, даже своей головы, не токмо стола Новгородского.

Ордынцы заулыбались. Такая покорность орде по сердцу. А куда деваться. Без Орды пропадем не за грош. Рыцари собаки давно мечтают Новгород и Псков под себя подмять. Одна надежда у русичей осталась.

—Ну, коли так! — Джанибек отбросил тарелку с бараниной в сторону и встал на ноги.

—Женить княжича буду. Лучшую ордынскую жену дам. Самую красивую, как луна. —Пиши толмачь! — приказал Джанибек.

—Всем мурзам нашим ордынским везти дочерей своих в Сарай.

—Если две-три жена захочешь княжич, бери трех жен! — закричал Джанибек. Гарем в Сарае свой будет. Как Ордынский мурза— жить

будешь. Злато-серебро— все твое.

—Зачем княжичу три ордынских жены? — в проеме показалась Тайдулла мать Джанибека. Пусть с одной управится.

Джанибек склонил голову.

—Княжич уже в летах. Сам решит— сколько жен возьмет.

Войнег вновь ткнул меня локтем. —Кланяйся княжич ханше. Я поклонился. На лице Тайдуллы вылезла улыбка.

—Во что Орду превращаешь Джанибек? — запричитала Тайдулла, уходя в свою половину.

Джанибек улыбнулся и махнул рукой.

—Несите кумыс! — крикнул он слугам. Заиграла домра, и на середину зала высыпались жонглеры и факиры.

—Жениться это хорошо, — тихо подсказал мне Бердибек.

У каждой твоей жены— отец мурза. У каждого мурзы— свой тумен воинов.

Богат, не тот мужчина у кого много золота, а тот, у кого много воинов и много жен.

—Золото что? — спросил Бердибек и сам же ответил: —Золото тьфу метал. Преданных воинов на него не купишь. Воин которого можно купить за золото, плохой воин. Такой предаст тебя княжич? если ему дадут больше золота.

Я соглаcился с Бердибеком. С преданностью нынче беда. Свои родичи отравить хотели, а Орда спасла.

—Когда меня отвезут к источнику Бердибек? — спросил я. Мне нужна сила для борьбы с Москвой.

—Как соберемся в поход на Москву, так и дадим тебе силу, — уклончиво ответил Бердибек.

—Я запомню твои слова Бердибек! — пообещал я.

Бердибек чтобы развеять мои сомнения вынул из ножен кинжал и полоснул им по своей ладони затем капающую с ладони кровь направил в свою чашу с кумысом.

—Вот моя тебе клятва княжич! — громко пообещал он при всех.

—Что с моим дядей Осмыслом? —спросил я.

—Ты хочешь его убить? — задал встречный вопрос Бердибек.

Нет! — категорически ответил я. Но я и не хочу, чтобы он больше возвращался на Русь. Пусть скитается или станет монахом.

Бердибек кивнул головой: —Я услышал твою просьбу княжич. Никогда, на Руси.

Я повернулся к Войнегу, чтобы обсудить с ним участие в нашем походе на Москву.

Бердибек тем временем дал своим нукерам знак.

Князь Осмысл сидел на цепи за юртой Джанибека. Ордынцы только что кинули ему баранью кость, на которую он с жадностью набросился.

—Жри собака! — пробурчал один из ордынцев, — ты не заслуживаешь больше.

Осмысл бросил кость себе под ноги и посмотрел на небо. Ветер разогнал все тучи и небосвод над Сараем был пронзительно прозрачен, словно слеза. Где-то высоко еще можно было заметить тонкое перышки облаков, но они таяли, как и его надежда вернуться на Русь.Дым приносил запахи пряностей и костров. Сарай шумел, как обычный средневековый город.

Князь Осмысл втянул разодранными в кровь ноздрями свежий воздух.

В это время на его шею легла крепкая кожаная петля. Петля все сильнее сжималась и Осмысл засучил ногами по земле. Он почувствовал, как все вдруг становится невесомым и наливается звенящей пустотой.

Нукер Бердибека откинул задушенное тело князя Осмысла в сторону.

—Мы выполнили приказ хозяина, — пояснил один из ордынцев.

—Но княжич не хотел смерти своего дяди! — возразил другой.

—Поверь брат, Бердибек лучше знает, что хотел княжич.

Ордынцы ушли в юрту, оставив под степным солнцем тело задушенного петлей князя.

Смотрины невесты для меня проходили ранней весной едва в степи сошел снег. Снег сошел не весь. Еще местами оставались бурые пятна, но на проталинах уже подняли голову первые цветы.

Мой конь уносил меня из кочевья Керимбея. Его гостеприимство было уж слишком показным, чего не скажешь о его дочери Айгуль.

Она была ростом чуть ниже меня. Темно-карие глаза и такие же темные волосы, заплетенные в косы.

—Тысячу всадников княжич! — заявил Керимбей. Моя дочь достойна стать женой правителя Руси.

—Знатен ли он родом? — уточнил Войнег.

Бердибек рассмеялся. Его род кочевал в этих степях, когда не было вашей Москвы.

—Знатен ли он? — смеясь дернул поводья Бердибек.

—Москва сейчас разбогатела! — уточнил Войнег.

—Князь московский много денег у себя в подвалах спрятал, — крикнул Бердибеку Войнег.

—Мы заставим его поделиться! — отозвался, смеясь мурза.

—Почему ордынцы всегда смеются? — спросил я у Войнега.

—Я живу в Орде уже кажется тысячу лет и до сих пор не могу понять этого! — пожаловался я Войнегу.

Войнег почесал затылок. —Наверное ордынцы думают, что весь мир принадлежит им и потому для них: все легко и приятно.

Глава 4

—Зная, что могут натворить нежити, я бы так не сказал! — возразил я.

—Нежити для Орды всего лишь досадное недоразумение, которое нужно сломить и заставить служить себе княжич, — пояснил Войнег.

—У тебя будет красивая и сочная, как баранья кость жена! — выкрикнул Бердибек. —Зачем печалиться?

Я кивнул головой. —Тысяча воинов мне не помешают.

Бердибек вновь рассмеялся. —Будет еще одна тысяча княжич, когда сосватаем дочь Мамедкула. —Когда Бердибек? — уточнил Войнег. —Завтра княжич! — ответил Бердибек и вновь пустил своего коня в галоп.

—Так уже две жены! — стал загибать я пальцы на руке. Войнег догнал меня. Две жены-две тысячи войнов. Десять жен-десять тысяч.

—Что я буду делать с десятью женами? — испугался я. Ровно тоже самое, что Джанибек делает со ста своими женами.

Бердибек остановился, всматриваясь в степь. —Бердибек, сколько у тебя жен? —спросил я. Бердибек рассмеялся: —Двадцать княжич.

—И где они все живут? —поинтересовался Войнег.—В моем кочевье! — ответил, улыбаясь мурза. Оно не в Сарае. Сарай слишком большой город.

—Слишком много соблазнов для женщины, у которой муж воин! — рассмеялся Бердибек.

—Бердибек, я не всегда в Орде! — крикнул я.

—Мне необходимо бывать в Новгороде.

—В чем проблема княжич? — рассмеялся мурза. Посели одних жен в Орде, а других отвези в Новгород. Пусть учат твой язык.

Войнег покачал головой: — Хотят ли они того?

Бердибек вновь рассмеялся: —Тогда княжич отправит их к отцу, а его воинов оставит у себя. Тогда он может взять новую жену и получить еще воинов.

—Княжич женится десять раз и у него будет свое войско для подчинения Руси. Не надо просить всадников у Джанибека.

—Я бы так сделал, — Бердибек ухмыльнувшись, подмигнул нам.

—Я видел в юрте Джанибека красивую женщину? — сообщил я Бердибеку.

Она украдкой посмотрела на меня и затем отвела взгляд. А потом еще несколько раз также бросила взгляд.

—На ней был синий хиджаб с золотой каймой? — уточнил Бердибек.

—Это так, — подтвердил я его догадку.

—Это Сахра! — рассмеялся мурза. —Она знатного рода? — уточнил Войнег.

—Одного из самых знатных. Из рода Чингизида, но за нее ты не получишь себе воинов, — пояснил Бердибек.

—Почему мурза?

—Потому что она вдова.

—Мы хотели девственницу! — встрял в разговор Войнег.

—Она девственница, — уточнил Бердибек. Ее сосватали, когда ее муж был в походе и его там же убили стрелой. Она осталась нетронутой.

Войнег поравнялся с Бердибеком.

—Княжичу она приглянулась даже без приданного.

Бердибек скосился на Войнега. —С приданным у нее все в порядке, а вот войнов нет. Ее муж всех увел в поход, где они все погибли. Бердибек склонил голову словно он был в трауре.

—Выходили на Русь? — поинтересовался я.

—В закатные земли, — кивнул Бердибек. Королевство Польша. Король Польши слишком самоуверен.

—Он и к Руси тянет свои лапы, — добавил Войнег.

—Мы отрубим ему их! — рявкнул Бердибек. Его время еще придет.

Сарай. Окраина города у реки Итиль.

Мой новый дом мне понравился, как и Войнегу. Стены из глиняных кирпичей в две сажени. Закрытый двор в центре которого стоял большой дом и сверху пристрой меньше. По бокам две юрты для слуг и рабов.

—А что наверху Бердибек? — спросил я.

—Наверху на твое усмотрение. Можешь, поселить туда всех своих жен.

Войнег весело хмыкнул.

—А если они все туда не поместятся? — пробурчал я.

—Поставь юрту и посели часть туда, — усмехнулся Бердибек.

—Разве тебя так волнует, где будут жить твои жены?

Я пожал плечами. Бердибек ткнул мне пальцем в грудь. —Запомни княжич в первую очередь тебя должно волновать, где будут жить и что жрать твои воины и их кони.

—У тебя должна быть своя земля для кочевий.

Когда твои воины будут сыты и довольны ты можешь подумать какую

жену сегодня позвать к себе в постель.

—Благодарю тебя за урок Бердибек, — я склонил голову в знак уважения. Мурза дал мне уже много уроков в управлении людьми и государством.

—Но сегодня я буду спать один, — произнес я. Пока у меня нет ни воинов, ни жены.

— Отчего же нет княжич?

Бердибек хлопнул в ладоши. В воротах моего дома словно джин из восточной сказки появилась девушка в синем хиджабе с золотой каймой. —Сахра? — с удивлением прошептал я. Бердибек улыбнулся.

—Она твоя княжич. Джанибек узнал о твоих трудностях, и он дарит тебе ее. Пусть она разведет очаг в твоем новом доме и наведет в нем порядок.

Тебе же надо позаботиться о своих людях войнах которых Джанибек дарит тебе вместе с его сестрой. Бердибек снял с пояса кошель с монетами. Купи им юрты и поставь за своим домом.

—Щедрости Джанибека нет пределов! — поклонившись произнес Войнег.

—Каждый заплатит свою цену в свое время! — усмехнулся Бердибек.

Я вошел в дом спустя несколько часов. Все это время мы с Войнегом и еще тремя ордынцами шарились по рынку в Сарае.

Кальяны-мульяны, ковры, пряности вся эта хрень перекочевала из рук торговцев ко мне в повозку. Нужно было обустраивать свой дом в Орде.

—Княжич! — раздался тихий почти скулящий голос из-под прилавка. Войнег откинул материю покрывавшую прилавок.

Под деревянным прилавком на цепи сидел светловолосый юноша.

—Ты кто? — спросил я. —Петр! — ответил парень.

—А сюда зачем залез? — спросил Войнег. —С княжичем хотел поговорить, — промямлил парень.

—Вести важные из Москвы! — прошепелявил он.

—Вытащите его и снимите с него кандалы! — велел я ордынцам.

—С нами поедешь, расскажешь по пути.

Парня звали Федот из холопов московского боярина Романова. Вместе с боярами Долгорукими, те еще упыри. Деревушек у них под Москвой тьма тьмущая вот и лютуют коли холопов много. Не жалко же.

—А чего их жалеть холопов-то? Бабы новых нарожают. Не нарожали.

Сбег Федот из Москвы. А по дороге ему ордынцы петлю на шею накинули.

Так и оказался в невольниках на Сарае в Орде.

—Ну сказывай, что сказать хотел? — допытал Федота Войнег.

—Измена княжич! — проныл Федот. Бояре московские прислали посольство в Новгород. Дескать не князь вам княжич Даниил люди новгородские. Княжич в Орде живет. С ордынцами знается и роднится. —Вот собаки! — выругался я. А то, что за Русь против всей Орды стою, бояре московские не говорили?

Федот нахмурился: —Не говорили княжич.

Войнег дополнил мои слова: —Не княжич бы, полыхали города русские от нашествия Орды. Княжич ханом Джанибеком дружбу водит, на Русь идти отговаривает.

—На Европу папскую Орда пойдет.

—Вот те раз, — запричитал Федот. Княжич за всю Русь у басурман отдувается. Федот покачал головой и надулся словно клещ.

—А кто у бояр заговор возглавляет?

Федот почесал макушку: — Говорят люди сеструха княжича Машка. Больше всех хочет в Новгороде править.

—Вот что с ней делать бабой окаянной! — всхлипнул Войнег.

—Отдадим какому-нибудь мурзе в гарем и дело с концом! — отрезал я. —Чего жалеть ее. Кубок с вином отравленным, мне подавала, не жалела небось.

Войнег кивнул: —Оно верно княжич.

Ордынцы, сопровождающие нас, захихикали. —Что урус, баба сама кназь стать хотеть?

—Ты плеткой ее кназь! —ордынцы засмеялись. Войнег махнул рукой: —Нехристи что с них взять?

—Ту бабу плетью не получится, — твердо заявил Войнег. Сначала придется всех бояр новгородских перевешать.

Не отдадут они княжну Марию. Я согласно кивнул.

—Пойдем в закатные земли княжич, — скалясь заявил Бердибек, — восстановим твою власть в русских землях.

В ворота дома раздался настойчивый стук.

—Эй рус княжич, принимай невеста!

—Открой Войнег ворота! — попросил я. Войнег на всякий случай приподнял меч из ножен.

У ворот стояло с десяток ордынцев в меховых шапках и с кривыми саблями на поясе. Лица ордынцев, как и их одеяние были покрыты слоем пыли.

—Из далека пришли монголы, — тихо сообщил Войнег. Ордынцы весело скалились и улыбались, глядя на мой новый дом. Рядом с ордынцами стояла крытая повозка, запряженная двумя мулами. Крыша повозки была заставлена сундуками различных размеров, на которые еще сверху навалили большие тюки.

—И как эти мулы все это тащили? — удивился Войнег.

Вперед вышел монгол со шрамом на щеке и тут же преклонив колено громко известил нас: —Привезли тебе княжич невеста Айгуль вместе с приданным данным ее отцом за невесту.

—С чего это мурза Керимбей таким щедрым стал, что дочь свою отдал, — поинтересовался я.

— Мурза Керимбей хочет породниться с будущим князем всех урусов! — торжественно заявил монгол.

Хан Джанибек подсказал мурзе.

—Если Джанибек подсказал, у монголов значит велел, иначе башка с плеч! — прошептал мне на ухо Войнег.

—Придется взять княжич, иначе хана обидим. Обидим хана, беда тогда.

Я кивнул Войнегу.

— Как тебя зовут монгол? — вежливо спросил я. — Садык я! — гордо ответил монгол. Я сын мурзы Керимбея. Айгуль сестра моя княжич. Родней станем. Вместе кумыс пить, баран кушать будем.

Садык в знак уважения хлопнул кулаком по своей груди.

—Тут приданое в дом! — Садык указал на повозку. —Это все из приданного? — поинтересовался я.

—Обижаешь княжич! — пробурчал Садык.

—Тысячу воинов привел с собой! — гордо заявил монгол.

—И где они? — поинтересовался Войнег.

—У арыка сейчас стоят, — заявил монгол. Коней, напоить надо.

—Ну, коли так, разгружай приданное! — приказал я. С невестой на пиру познакомимся.

Садык кивнул и махнул рукой. Сопровождающие его ордынцы кинулись снимать с повозки тюки и сундуки.

Бердибек довольно ухмыляясь стоял позади и наблюдал за тем, как мою новую жену ведут в дом.

Я снял шапку. Редкие снежинки пролетали по небу, затянутому свинцовой пеленой. Зима в Орде не такая холодная как на Руси, но снег иные дни устилает степь белым покрывалом.

— Идем княжич в дом! — посоветовал Войнег. Простудишься. Войнег повернулся к Бердибеку и склонил голову: — И тебя приглашаю в дом уважаемый Бердибек.

В доме уже вовсю пылал очаг, на котором клокотала вода в железном котле.

—Чай будем пить господин! — сообщила одна из служанок.

Слуги расстелили на пол ковры с узорами и поставили маленькие столики. С заднего двора уже тянуло запахом жаренной баранины и пряностей.

—Сообщить тебе хочу княжич! — улыбаясь произнес Бердибек.

—Джанибек перед походом в закатные земли, решил отвезти тебя к источнику.

—А то убьют тебя случайно собаки рыцари, кто Русью от имени Орды править будет?

—Кто ясак в Орду привозить будет?

—Московский князь в Орду с поклоном не торопится. Бердибек подул на пиалу с горячим чаем.

—В Орду не торопится, хана не уважает совсем.

—Зачем Москве такой князь?

—Зачем Орде такой князь на Москве?

Бердибек оскалился.

—Без Орды Москве хана. Всем московитам рыцари секир-башка делать будут. Орда поможет. Орда веру вашу уважает. Попов ваших не трогает. Ясак на них не просит.

Войнег кивнул: —То верно Бердибек.

—Рыцари Москва и Новгород покорит, папе их латинскому ясак возить будете. Папа их латинский перекрестить вас желает. Худо это— княжич.

Я кивнул. —От веры отцов не отступимся Бердибек.

—Коли Орда друг, то и Русь Орде другом будет.

—Хан Бату и Сугедэй на Русь ходил, — продолжил Бердибек, —не хотел Киев, Москва, Рязань жечь. Не покорились они.

—Так русичи воскликнул Войнег. Русич свободой жив.

Бердибек хитро прищурился и поставил пиалу с чаем.

—Потому Русь в друзьях Орда видит. На Руси, что хочешь делай княжич, только про ясак хану не забывай присылать.

Я приложил руку к груди: —Не забуду Бердибек.

Моя мнимая покорность Орде ничего не значила для меня, как и для Войнега.

Сегодня один хан в Орде, завтра другой.

Сыновья Чингиза резали и травили себя похлеще римских пап.

Слуги принесли баранину. Бердибек набросился на жирное сочное мясо словно не ел много дней. Жир рекой стекал по его пальцам, пока крепкие монгольские зубы рвали нежное мясо ягненка.

—Две жены княжич, — тихо посмеивался Бердибек. Не забудь про них, а то обидятся. Слово против не скажут, но шипеть будут, словно змеи в весенней степи. Работы у тебя много этой ночью княжич.

Бердибек рассмеялся. —Не уставай княжич, словно осел на водяной мельнице.

Бердибек ухватился жирными пальцами за кувшин с кумысом.

—Может и тебя Войнег женить! — воскликнул он. Ордынская жена лучше русской. Молчит, и слушает.

Бердибек вновь рассмеялся.

—А ночью кинжалом по горлу, да мурза? — съязвил Войнег. Бердибек тут же замолчал, но осуждающе посмотрел на Войнега.

—Такое бывает, но редко.

—Люби жену свою русич, и может быть ты утром проснешься счастливым, а не мертвым.

—Моя жена —служба моему княжичу! — заявил Войнег.

—Тоже якши Войнег! — отозвался Бердибек.

—Ценю верность.

В дом склонившись вошел ордынец. —Коней напоили княжич. Юрты за твоим домом поставили. Десять войнов в охрану оставим.

—А сами куда? — поинтересовался Войнег. —Сами в кочевье уйдем. Нельзя монголу без степи и коня. Далеко не уйдем. рядом будем.

Я согласно кивнул.

—Выпьем за княжича! — поднял чашу Садык. Рядом пойду в закатные земли.

—Будем папу латинского, как кобылу в его Риме петлей ловить.

Вести о том, что Джанибек собирается в поход в закатные земли, так называли в Орде Европу, достигла всех отдаленных кочевий. Монголы осматривали свои табуны с лошадями, проверяли луки, готовили стрелы и наконечники к ним. Точили на камнях свои кривые сабли и вялили на кострах мясо. Орда собиралась в поход.

Я уже достаточно опьянел от вина. Я не пил, как монголы кумыс, предпочитая вино, которого на рынках Сарая было

множество сортов из всех уголков мира.

Было пиво из Скандинавии и медовуха с Новгорода. Все, о чем мог мечтать человеческий желудок можно было найти на торговых базарах Сарая.

Утро ворвалось в мой дом пением степных пташек.

Войнег еще сонный протер глаза и вышел во двор.

Во дворе дома стоял конь Бердибека с расшитой золотой попоной на крупе.

—Буди княжича! — улыбаясь буркнул он Войнегу.

—Джанибек ждет его во дворце. Пусть он берет своих воинов.

Войнег бросился в дом.

— Вставай княжич! потряс меня за плечо Войнег. Хан ждет.

В мой мозг, словно птица влетела лишь одна мысль: источник. Долго мне пришлось ждать этого момента.

Дом пробуждался. Зазвенела посуда, и раздался тонкий визг женщин.

Я поднялся. Голову окутал плотный туман после выпитого вина.

—Ничего княжич, — подбодрил меня Войнег. Залезешь на коня, а там проветришься. Ехать долго. Сутки. С ханом в степи ночевать будем.

В дом вошел Бердибек отряхивая со своей одежды снежинки.

—Поторопись княжич! — предупредил он. Хан долго ждать не будет.

Джанибек ехал впереди. Позади него тянулся скрипящий обоз кибиток на больших круглых колесах. Нукеры Джанибека издавая яростные крики вырывались на своих жеребцах вперед и возвращались обратно, докладывая хану о дороге. Степное небо поначалу было совсем хмурое, оттого казалось, что еще недостаточно рассвело.

Ветер, обрушившийся на наш караван, разорвал тугую пелену облаков обнажив голубую даль и холодное солнце.

Я нагнал хана. — Долго ехать господин Джанибек?

—День и одну ночь княжич, отозвался Джанибек.

—Это место называется Мертвый город, но когда-то он был живым городом, — пояснил хан. С тех пор прошло много лет. Город занесло песком и он стал подземным городом.

—А источник? — уточнил я у хана.

—Источник раньше был большим арыком, но со временем его воды налились необыкновенной силой.

—Кочевники, проходящие мимо источника, брали из него воду и поили коней, потому все наши кони такие быстрые, — усмехнулся Джанибек.

Они потомки тех скакунов.

—Источник— это родник? — удивленно произнес я.

В то что говорил хан не слишком верилось, на Руси много родников с целебной водой, но они не дают силу, получив которую воин может сражаться три дня без устали.

—Ты усомнился в моих словах княжич? — спросил Джанибек.

Но я рассказал тебе не все.

Я пожал плечами. —Я слушаю все, что скажет хан, — добавил я. Не сомневайся.

Джанибек хлестнул коня плеткой, и его конь прибавил ход. Моей лошади тоже пришлось ускориться в след.

—Мы не знаем, Аллах или шайтан дал роднику такую силу и энергию, но некоторые наши воины вместо прыжка могли взлетать на высоту конской лошади и метать копье за сотни саженей.

Мне стало стыдно за свое неверие словам хана.

—Каждый человек получает от источника что-то свое. Одни способности к волшебству и магии. Другие получают силу и ловкость.

Третьи получают богатства и табуны лошадей.

—Я не знаю, что получишь от источника ты княжич! — заявил Джанибек. Но хочу, чтобы его дар пошел на пользу и Руси и Орде.

Глава 5

Я кивнул: —У меня тоже желание великий хан.

Джанибек переключил разговор на другое русло.

—Тебе понравились твои жены? — спросил он, искоса глядя на меня.

Я склонил голову. —Пока я не был с ними господин Джанибек. Но по хозяйству они хорошо справляются. Джанибек кивнул.

Воины, что получил ты в качестве приданного, теперь твои воины княжич. Они могут идти с тобой на Русь и быть рядом с тобой, как твой слуга Войнег.

—Он мне не слуга хан, — возразил я. Он мне, как брат.

Джанибек улыбнулся. —Для монгола его воины, его братья.

—У тебя теперь две тысячи братьев княжич.

В прозрачном небе прокричал орел. Затем раздался еще один крик орла, но на этот раз, уже другой птицы.

—Что-то канюки раскричались! — Джанибек поднял голову вверх. До гнездовий еще рано, спугнул кто-то.

—Бердибек! — громко позвал хан.

Бердибек склонил голову. —Ты слышишь канюки кричат? — спросил Джанибек.

Бердибек кивнул. Джанибек остановил своего коня и поднял руку. Караван остановился.

— Скачите вперед, узнайте все. Если найдете нежить, поймайте их, они пригодятся нам в походе в закатные земли.

— Но хан! —попытался возразить мурза. Нежить нельзя подпускать близко к источнику, — добавил Бердибек. Они станут слишком неуправляемые и ничто их не остановит.

Джанибек прищурившись посмотрел на Бердибека. Много лет прошло, а ты так и не научился думать наперед.

—Оставишь охранять пойманных нежитей десяток нукеров. Пусть присоединятся к нам на обратном пути.

Бердибек склонил голову и дернул поводья лошади.

— Сам возвращайся Бердибек! —крикнул хан. Ты мне понадобишься. Но Бердибек уже не слышал слова хана. Копыта его лошади подняли за собой белую занавесь.

Едва рассвело Джанибек толкнул меня в бок. —Идем княжич.

Я тебе кое-что покажу. Я накинул на плечи плотный войлочный кафтан и пошел в след за ханом на высокий холм, покрытый запорошенной снегом травой.

Мой мозг поразила нереальность пейзажа. Чтобы осмыслить увиденное пришлось два раза зажмурить веки, чтобы принять что это вовсе не мираж.

Вдали сверкнули минареты и купала мечетей. Часть из них уже обрушилась от времени и непогоды, но то, что еще стояло поражало воображение.

—Мертвый город, — уточнил Джанибек, указывая на него вытянутой рукой.

Город казался и живым, и мертвым одновременно. Казалось, что из его ворот вскоре выедет караван из верблюдов, а с минарета прокричит призыв к молитве муэдзин. Но ничего этого не было. Была тишина нарушаемая завыванием степного ветра.

—Источник там? — изумленно спросил я.

—Уже тысячи лет, — улыбаясь ответил Джанибек. Никто не подходил к этому городу уже давно. —Кроме монголов, — ухмыльнулся хан.

—Когда-то в нем оставались только джины и шайтаны продолжил свой рассказ хан. Но и они со временем ушли из города.

И теперь, мы можем, не боясь брать из него силу источника.

Позади нас раздались крики нукеров и ржание лошадей.

—Караван уже проснулся, — довольно сообщил Джанибек.

— Идем к ним. Нам еще многое сегодня предстоит сделать.

Дорога к мертвому городу заняла у нас еще целый день.

Верблюдов и лошадей распрягли у полуразрушенной крепостной стены, крепко привязав их за поводья к упавшим воротам.

—Животным нельзя в город, — предупредил хан. В этих разрушенных домах всегда может остановиться какой-нибудь бродячий и голодный джин. Останемся без коней.

—Такое уже было? — ненароком поинтересовался я. Было трудно возвращаться пешком. Джанибек кивнул. —Мы встречались с таким один раз. Прямо у источника. Он сумел разрушить ворота и уже собирался погрузить свое полуистлевшее прозрачное тело в чистые воды.

—Что потом хан? Мне не терпелось узнать, как монголы справились с джином.

—Мы накинули на джина сеть, и оттащили его от источника, — поведал Джанибек.

—И где теперь этот джин? — поинтересовался я. Бердибек затолкал его в один из сундуков и закопал в земле.

—Он не сможет выбраться из этого сундука? Джанибек покачал головой. —Его сил хватало лишь добраться до источника. Он был прозрачен словно вода и умирал. Джанибек замолчал. Снег скрипел под нашими сапогами пока мы шли к главной мечети.

Двор мечети был в запустении. Источник являл собой бассейн, обрамленный квадратом из черного камня. Рядом росла низкорослая ива

—Мы пришли княжич, — облегченно выдохнул Джанибек, снимая с плеч кожаную сумку.

—Это источник? — удивленно прошептал я. Я думал будет ничто грандиозное. Я был несколько разочарован, на что Джанибек ответил: —Первое впечатление всегда обманчиво княжич.

—Окунись в него, а завтра или через несколько дней мы узнаем? что дал тебе источник.

Я, не скрывая своего внутреннего разочарования, стянул кожаные сапоги, снял одежу и полез в воду.

Несмотря на пронизывающий ветер и снежный пух, царящий повсюду, вода в источнике оказалась на редкость теплой. Она отливала лазурью и выталкивала тело на поверхность.

—В нем невозможно утонуть! — крикнул Джанибек. Я набрал в легкие воздух и погрузился с головой. В этот раз вода приняла меня.

Я почувствовал легкое покалывание по всему телу, затем жжение и как апофеоз действа меня пронзили тысячи острых игл. Они, втыкаясь в мое тело, проникали все глубже и глубже, пока не достигли моей головы.

Единственное, что я смог расслышать, как хан кричал сопровождавшим нас нукерам: — Вытаскивайте его и тащите в палатку. После этих слов пришла темнота.

Я очнулся в палатке посреди ночи. Пахло мускусом и кориандром, к которым подмешивался странный аромат роз.

—Господин хочет чаю? — рабыня в хиджабе налила из серебряного чайника в пиалу ароматный напиток. Я попытался приподняться на локтях. За пологом палатки, я слышал голоса Джанибека и Бердибека. Они говорили обо мне.

Голоса были настолько тихие, что их не слышала даже рабыня. Но я слышал их отчетливо. —Ты слышишь голоса? — спросил я у рабыни.

Та отрицательно покачала головой. —Ничего не слышу господин! — пролепетала она. Только ветер снаружи.

Джанибек спросил у Бердибека: — Жив ли княжич?

Бердибек ответил: —Он в порядке, но ему нужен отдых. Хан ответил хорошо. Он возвращается в Сарай и оставляет меня на Бердибека.

Голоса исчезли. Горячий настой из трав буквально поднял меня из постели и заставил выйти наружу. Вокруг юрты кружила легкая метель, но воздух был пронзительно чист.

—Он уже встал? — раздался смех Бердибека. Они с Войнегом стояли в окружении группы ордынцев. Войнег показывал монголам свои фокусы, на что те в ответ заливались гортанным смехом.

Где-то в плече кольнуло и я попытался сжать кулак. В ответ он налился малиновым цветом. От охватившего меня страха, я тут же разжал кулак и из ладони вырвалась короткая синяя молния, которая ударив в заснеженную землю, растопила снег, обнажив засохшую траву.

Монголы, что заметили мое странное поведение, тут же преклонили колено.

—Аллах даровал ему силу! — испуганно залепетали они.

Бердибек отстранил воинов и спустился ко мне. Вслед за ним и побежал Войнег.

—Княжич ты обрел силу! — радостно воскликнул Войнег. Бердибек отстранил Войнега и сжал мою руку. —Не спеши княжич. Не трать силу напрасно. Она еще пригодится.

Я устало кивнул. —Войнег! — велел мурза. Собирайте юрты. Мы возвращаемся в Сарай. Княжич Даниил сам может ехать в седле.

—По дороге мы поговорим об этом! — предупредил меня Бердибек.

Ордынцы с ловкостью степных лис свернули все юрты и положили их в повозки. Войнег подвел ко мне коня.

—Мы можем ехать княжич, — предложил Войнег. Ты сможешь сам сесть в седло?

Я кивнул. Едва моя нога оказалась в стремени, я сделал лишь маленькое усилие и в один миг оказался в седле.

Бердибек понимающе закивал головой.

—Сила источника скоро полностью наполнит его тело и тогда он станет быстрее ветра, сильнее барса и ни один рыцарь из закатных земель не сможет нанести ему рану.

Войнег тяжело выдохнул: —Мы больше боимся своих мурза.

Свои не смотрят тебе в глаза, когда подают отравленную чашу. Они крадутся с кинжалом в руке словно мыши в ночи.

—Не беспокойся Войнег, — рассмеялся мурза. Ваши мыши теперь попрячутся по амбарам и клетям. Ничто не устоит перед княжичем Даниилом. Войнег перекрестился. —Твои слова да Богу в уши мурза.

—Так и будет! —Бердибек ударил коня плетью. —Догоняй княжич.

Мой конь летел словно ветер. Сила, что наполняла меня передалась и жеребцу и он не знал усталости в своем стремительном беге. Я уже видел спину Бердибека.

—Догоняй княжич! — прокричал он. Крик мурзы пролетел словно крылья орла над степью укрытой снегом и пеленой тумана.

Впереди показались минареты Сарая.

—А ведь мой конь один из лучших в Орде! — выдохнул мурза, едва мы поравнялись.

—Я знаю, что ты умеешь владеть мечом княжич, — добавил он. Но тебе нужно научиться владеть и ордынской саблей.

—Я пришлю к тебе мастера для тренировки. —А пока езжай домой! — посоветовал мурза. Твои жены уже заждались тебя, — рассмеялся он, поворачивая свое коня в другую сторону.

Едва я въехал в ворота по дому разнесся женский крик: —Господин вернулся. Наш господин вернулся. Айгуль и Сухра выскочили во двор со светящимися от счастья глазами. Принять поводья коня у мужа было счастье для ордынской женщины.

Войнег отстал с остальным караваном где-то далеко позади.

Я надеялся, что часть полученной мной из источника силы перейдет и ему в качестве награды за службу.

Сам бы Войнег никогда бы не был удостоен в Орде такой привилегии.

Ордынские ханы из рода Чингиза свято блюли интересы Орды.

Мое исключительное положение при Ордынском дворе было связано лишь теми планами, которые возлагал на меня хан и не больше.

Легитимность для Орды играла куда большую роль, чем знатность и количество воинов.

—Представь, что ты не один! — громко произнес Булат.

Булат мой новый наставник в искусстве владения ордынской кривой саблей. Он постучал в ворота моего дома одетым в рубище нищего попрошайки, что заполонили базары Сарая. Его деревянный посох был похож на вставшую в боевую позу ядовитую змею кобру с раздувшимся от опасности капюшоном. Булат шел по двору медленно переставляя ноги и мне на мгновение показалось что его ступни буквально проваливаются в мерзлую землю. —Тебе не кажется ученик! —

пояснил мое видение Булат. Я действительно так хожу уже многие столетия.

Войнег услышавший наш разговор открыл рот от изумления от слов нищего. —Меня прислал Бердибек! — заявил Булат. Он хочет, чтобы ты...

Я кивнул головой: —Я знаю, что хочет Бердибек. Булат усмехнулся. Тогда сразу к делу. Он вынул из-под рубища прекрасный клинок с позолоченной рукоятью и передал его мне. —Это твое оружие.

Отступив несколько шагов назад Булат отчетливо произнес: —Нападай.

Я сделал замах саблей устремившись на Булата. Тот со звоном отбил мой удар и рассмеялся. —Я сказал нападай, но не так как обычный воин.

У тебя есть сила, используй ее. Я скосился в сторону Войнега. Тот кивнул в ответ.

—Нападай так, словно ты не один! —произнес свое наставление Булат. Закрой глаза и посмотри на себя так, словно ты сбоку от меня, позади, и везде. Я закрыл глаза и передо мной возникла фигура учителя, окруженная мною со всех сторон.

Нас было десятеро. Я открыл глаза. —Ты можешь! — произнес Булат. Вы можете.

—Нападайте! —велел он.

Мы все устремились в атаку, нанося удары по учителю со всех сторон. Звон сабель уже разносился по всему двору.

Мои жены в ужасе закрыли глаза, не в силах наблюдать поединок двух искусных воинов.

Постепенно я начал понимать, как наносить удары и как отражать их.

В какой последовательности и с каким усилием.

—Хорошо княжич! — похвалил меня Булат. Ты делаешь успехи, еще пара тренировок и ты будешь готов! — произнес на прощание Булат.

—Куда ты пойдешь в такую погоду? — окликнул я учителя. Оставайся на ночь. Мой дом в твоем распоряжении учитель.

Булат отрицательно помотал головой. —Я сплю в сарае вместе с верблюдами. —Там мой дом, — произнес он, закрывая ворота.

Войнег непонимающе покачал головой.

—Может он отшельник, как и наши монахи-схимники? — предположил я.

—Разум мудрецов свободен от привязок этого мира, — добавил Войнег. Если там ему хорошо, пусть так и будет. Мы вернулись в дом. На черное небо уже вылез кривобокий месяц, чье сияние уже обрамляло края рваных облаков.

В доме было тепло и пахло пряностями. Убаюкивающий треск сучьев в очаге, буквально сбил меня с ног и положил на ковер.

Сны были тревожными. Снился Новгород, княжий двор. В углах бояре зло шепчутся. Сеструха княжна Машка с ковшом квас ко столу идет.

—Выпей княжич квасу медового.

Принимаю ковш из рук Машки, а он вместе с ее руками как полыхнет пламенем огненным. Бояре на пол повалились. Машка во двор выбежала. Выхожу во двор, а там архимандрит распятием Христовым в рожу мне тычет, с боку поп кадилом машет и орет как блаженный: —Изыди бесы из князя Новгородского.

Ногой я топнул, они все повалились с крыльца.

Жену третью Джанибек прислал. Явилась вместе табуном приданного. Точнее табун кобыл в приданное отец ее мурза Кутлугбек привел. Уилак-хатун была тоньше ствола камыша на реке Итиль.

—Назови княжич Ула! — присоветовал Войнег.

—Как она работу по дому делать будет? —спросил я у сопровождающих девушку ордынцев.

—Для работы рабыни в караван-сараях есть княжичЮ— успокоили меня ордынцы.

Эта жена для любви и удовольствия.

—Две жены и те ссорятся! — с упреком высказался я. —Разведи их по комнатам и каждой купи молодую служанку, — посоветовал старый ордынец.

—У женщин ума мало, а у молодых их совсем нет, — ухмыльнулся нойон.

Войнег сделай так, как сказал их командир. Я подошел к своей лошади.

—Скоро весна княжич! — заметил ордынец.

—Стрелы нужны, наконечники, сушеное мясо, соль поезжай на рынок. Купи все, что нужно сынок. Если монгол идет в бой, то он знает, что в обозе всегда найдет свежего коня и колчан со стрелами.

—А сабля? —спросил я. —Саблю монголу дарят при рождении. С ней он и умирает. Сабля всегда при нем. Сабли не покупай. Стрелы купи. Джанибек в поход собираться начал. По всем улусам клич кинул. Скоро все монголы, кто саблю держать может и на коне скакать, соберутся у Сарая. Старик замолчал и направился к остальным ордынцам, гревшим руки у яркого костра.

—Что он сказал этот старик? — спросил Войнег.

Я усмехнулся. —Джанибек в поход собирается. Гонцов по улусам разослал.

Войнег перекрестился: —Слава Богу, а то я засох уже в Сарае сидеть.

Хоть на Руси побываем. Я согласно кивнул Войнегу, и я соскучился по Руси.

Едва на ордынских кочевьях сошел снег и из-под холодной земли пробилась молодая зеленая трава окрестности Сарая огласило ржание тысяч лошадей и крики мулов. К ним присоединился рев верблюдов и блеяние отар овец.

Загремели наковальни в кузнях Сарая. Замелькали круглые щиты на обмазанных глинах башнях города.

Вокруг Сарая в ночь запылали десятки тысяч костров.

Джанибек вышел из дворца в кольчуге, украшенной золотыми наплечниками.

—Орда собирается великий хан! — доложил Бердибек. Каждый монгол, что пришел по твоему зову привел с собой запасного коня и кибитку с едой и сеном для лошади. Джанибек довольно улыбнулся.

—Что мои нукеры Бердибек?

Бердибек склонил голову и приложил руку к груди. —Они готовы великий хан.

—Нежить тоже готова. Мы за зиму построили для них деревянные клетки.

—Повезем клетки в повозках за войском.

Если встретим на пути противника выпустим наружу. Нежить сметет все на своем пути.

—Войско? — удивился Джанибек.

—Войско великий хан, — отозвался Бердибек. Но не московитов.

—Князь Иван в Москве крепко сидит, выходить не желает, — пробурчал Бердибек.

—Звал князя Тверского объединить силы, тот отказал князю московскому. Джанибек довольно хмыкнул: —Не желает Русь воевать.

—Деньги копит, — пояснил Бердибек.

—Зачем Москве деньги? — спросил хан.

—Думаю, князь московский хочет купить воинов у остальных князей. Так не дают, хоть за злато дадут.

—Вот собака! — Джанибек от злости плюнул на землю. Орда дань не платит-войско копит. —Ну, хоть нам в спину не ударит! — осторожно пояснил Бердибек.

—Пошлем княжича Даниила с письмом в Москву. Пусть князь почитает какую силу Орда собрала.

—Может образумится? — усмехнулся Джанибек.

—Не образумится великий хан! — отрезал Бердибек. Князя менять надо.

—Согласен с тобой мурза.