Книжный червь спасает сказку. Книга 3. Сказочная жизнь

Пролог

Начало: https://author.today/work/398950

— Сестрица, пожалуйста, возвращайся домой поскорее! — рыжий мальчишка крепко обнял Василису, когда они отошли на приличное расстояние от избушки на курьих ножках.

— Не могу, Митрошка, пока не могу, — покачала головой девушка.

— Но почему? — царевич с недоумением посмотрел на царевну.

— Дела у нас важные, — напомнил цветастый петух, горделиво задрав клюв.

— Но ведь Мара выгнала Кощея из замка, и теперь он не сможет починить прутик, — проговорил мальчик.

— Прутик у Александры, и надобно его забрать, — объяснила Василиса.

— Так давайте заберём и вернёмся домой, — предложил Митрошка.

— Но мы всё ещё не знаем, как им пользоваться. Настасья могла бы нам помочь, — задумчиво проговорила бывшая невеста Кощея.

— Тетёха-неумёха эта ваша Настасья, — вскукарекнул петух.

— И Данила теперь в избушке. Вместе они точно смогут помочь нам с прутиком, — сказала Василиса.

— На том и решено, — проворчал Петька, которому не очень нравился план царевны, однако, находясь в служении при дворе, петух не мог противостоять своей воспитаннице.

Ученица его выросла и теперь совершенно не слушалась пернатого наставника. Впрочем, она и в детстве покорностью не отличалась.

Глава 1. В Медяново

В небе разгорался яркий закат, а мы с Санькой недобро смотрели на Кощея. Пауза затягивалась.

— Тяжело тебе придётся жить на ковре, — усмехнулась я, глядя на Бессмертного.

— А я буду жить на ковре? — изумлённо посмотрел на меня мужчина. Брови его взлетели вверх, глаза выпучились, тонкие губы расплылись в улыбке. Лиходей восседал на Изборе, по-детски болтая в воздухе ногами.

— Так в избушку тебя никто не пригласит, — кивнула Санька, сложив руки на груди. — Яшка точно не пустит, а мы его уговаривать не станем.

— Не пущу, — согласился домовой.

— Тогда я вам помогать не буду, — заявило сварливое приложение.

— Но мы же договорились! — воскликнула я.

— А ещё у нас было соглашение, что вы меня кормить будете, но отдали Кощею и помогли Маре отжать у нас замок.

— У вас? — фыркнула Санька.

— Вы уже настолько сблизились? — усмехнулась я.

— И теперь всё моё питание у этой мерзавки! — гаркнул смартфон, игнорируя наши замечания.

— Так может вам с Кощеем на гору Ой махнуть? Тебе же новые перья нужны, — предложила я. — Иначе скоро разрядишься.

— Это не ваша забота теперь, как-нибудь сами разберёмся, — заявил гаджет. — Так что, будьте добры освободить одну комнату для нас. Ты можешь переехать к этой, с косой.

— Эту зовут Санькой, — фыркнула брюнетка. — А мы и так уже съехались, места нет. Но можете поселиться на крыше, Баюнчика немного потесните.

— Если хотите вернуть свою Каркушу к жизни, гоните комнату, да получше, — категорично заявило приложение.

— Есть у меня одна идейка, Яшка, можешь сваять помещение по моему плану? — моя подруга повернулась к домовому и лукаво ему подмигнула.

— Добро, — кивнул лохматый парень и исчез в тот момент, когда Санька открыла дверь в избушку.

Я осталась одна с Кощеем и Избором. Может быть, коврик смог бы отнести паука обратно в беседку? Впрочем, вряд ли гобеленовый согласится, учитывая, что его хозяин, то есть друг, изгнан со своей бывшей территории, поэтому вряд ли разбойник решит помочь. А вот у Серого отношения с Марой вполне мирные и дружелюбные.

К избушке из леса выскочил крупный чёрный кот с зелёными глазами.

— Чего это у вас тут за сборище? Мур-р-р.

— Мы идём в Медяново, а потом за живой водой, — уверенно сообщила я наставнику. — И это не обсуждается, твоего мнения мы не спрашиваем. Просто прими факт.

— Нет живой воды, — фыркнул Баюн.

— Есть! — воскликнуло приложение.

— А я говорю, что нет! — продолжил спор кот.

— Жаль, что вам обоим доверять нельзя, — вздохнула я. — Так что, пока мы будем делать всё, чтобы спасти Былю. Только сначала Любаву домой доставим. Кстати, где она?

— С Коло по лесу гуляет, — сообщил пушистый наставник.

— Надеюсь, они не сбежали опять? — напряглась я.

— Кто ж их знает. Фр-р.

— Избор может поискать, — предложил Кощей, продолжая болтать ногами, сидя на коврике.

— Нет, не может! Он напугает детей, — начала я, но вспомнила, что Коло уже не ребёнок, да и возможно успел подружиться с гобеленовым разбойником. — Ну, Любаву.

— Ха-ха! Напугаю Любаву? — ковёр так расхохотался, что Бессмертному пришлось вцепиться в края ткани, чтобы не свалиться от тряски. — Слезай, я поищу мелких.

Долговязый мужчина легко соскочил с коврика. В одной руке он держал смартфон, а другой будто сжимал палку. Видимо, Кощей так привык повсюду таскать волшебный посох, что теперь мышечная память не желала расставаться с привычкой.

Избор улетел в лес на поиски девочки и колобка, а из-за деревьев вышли Василиса, Митрошка и Петька. Петух важно вышагивал, сопровождая царевну и царевича, а мальчик, громко посмеиваясь, что-то рассказывал спутникам.

В избушке за моей спиной что-то загромыхало и, испугавшись, я соскочила с крыльца на землю.

Домик встряхнулся, будто только что вышел из воды, и присел. Сзади, со стороны купельной и новой мужской комнаты, у нашего теремка появился горб, который, потрескивая, стремительно рос, пока не превратился в башню с зарешётчатым окном.

Шум утих, и дверь открылась. На крыльцо выскочила довольная Санька и воскликнула, глядя на бывшего жениха:

— Добро пожаловать, Кощеюшка! Комната приготовлена лично для тебя и Избора. Милости просим, чувствуйте себя как дома!

Бессмертный некоторое время задумчиво созерцал башню, а потом деловито поинтересовался:

— А из чёрного хрусталя такую могёте?

— Да у тебя фетиш какой-то на чёрном хрустале! — возмутилась брюнетка, разочарованная произведённым эффектом. Девушка надеялась, что подколет бывшего жениха, однако он, кажется, остался довольным и теперь нетерпеливо ожидал Избора, чтобы заселиться в новые покои.

Баюн же взирал на башню крайне неодобрительно. Презрительно фыркнув, кот перевёл взгляд на Яшку, возникшего на ступеньке.

— Вредитель! Чего с избушкой сотворил!

— Тебя не спросил! — усмехнулся домовой.

— Только не начинайте опять! Сейчас не до ваших разборок, — пробормотала я.

Вскоре у избушки собрались все её жители на настоящий момент. Новоприбывшие с удивлением смотрели на обновление терема, которое теперь стало частью живого дома, а Санька снова и снова со смехом рассказывала о том, как решила отомстить Кощею за наше пленение, поселив его в башне.

Постояльцы избушки пришли не с пустыми руками, каждый что-то принёс: грибы, ягоды, хворост. Мы приготовили ужин и поели на свежем воздухе у костра, после чего, погрузившись в домик на куриных ножках, отправились в Медяново.

Ночью уснули все, кроме меня, Саньки, мышки, Баюна и Яшки. Мы собрались в комнате брюнетки, и кот тут же принялся ворчать:

— Во что избушку превратили, проходной двор.

— Так можешь жить на крыше, кто ж против? — фыркнула Санька.

— Это мой дом! — рыкнул зверь.

— Не твой, — улыбнулся домовой.

— Слушайте, а раз уж у нас избушка так стремительно растёт, может, сделать комнату для Серого? Раз уж он пока с нами, — предложила я.

— А почему бы и нет? — кивнула подруга.

— Яшка, ты можешь сделать какое-то просторное помещение?

— Да, только надобно подумать, где...

— Не надобно, не будет Серый жить в избушке, — недобро сверкнул ярко-зелёными глазами кот.

— А почему бы и нет? — возмутилась я. — Раз уж у нас теперь даже Кощей поселился с ковром-самолётом... Можно и Серому местечко найти, всё-таки он неоднократно уже нас выручал.

— Ты ему предложи, вот и посмотришь, согласится ли, — усмехнулся Баюн.

— А вот и предложу, — я встала с перины на полу и потребовала: — Избушка-избушка, у тебя передышка, остановись.

Как только домик замер на месте, я выскочила из комнаты, а потом прокралась к выходу, открыла дверь и вышла на крыльцо.

— Серый, ты здесь?

— А как же, — из-за теремка вышел огромный волк.

— Я тут подумала... Раз уж ты пока с нами, Яшка может сделать тебе комнату, чтобы ты мог нормально отдохнуть, поспать.

— Нет, — покачал головой зверь.

— Почему? — из-за моей спины показалась Санька. — Нечестно, что Кощей с Избором устроились в доме, а ты всё за нами бегаешь-догоняешь.

— Пусть будет так, как есть.

— И всё-таки странно, — я с недоверием посмотрела на волка. — Как тебе может нравиться каждый раз бегать за избушкой? Впереди новая дорога, как только мы вернём Любаву родителям. Разве не удобней быть внутри теремка?

— Я же говорил, — торжественно заявил Баюн, запрыгнув на перила.

— Ты много что говорил, но это не всегда правда, — проворчала я.

— Точно! — усмехнулась Санька и скинула кота на землю.

Баюн зашипел и приземлился на лапы рядом с крыльцом.

— Александра! — рыкнул пушистый наставник.

— Что? Тебе тоже не мешает погулять, — улыбнулась брюнетка. — Всё равно не спишь. И Серому компанию составишь, а то опять какой-нибудь гриб слопает и будет песни всю ночь петь под окнами.

Подруга схватила меня за руку и затащила в дом, закрыв дверь до того, как Баюн успел заскочить в терем.

— Санька...

— Что? Он заслужил! Избушка-избушка, ступай дальше на опушку в лесу близ Медяново.

Наше общежитие на курьих ножках покачнулось и зашагало по ночному лесу, а мы услышали, как за окном ржёт над котом волчара.

Мы с Санькой и мышкой-норушкой через час задремали и проспали до утра, а когда проснулись, избушка уже стояла на привычном месте в лесу рядом с Медяново.

— Как будто домой вернулись! — улыбнулась я, посмотрев в окно.

— И не говори! — засмеялась подруга. — Я первая в купель!

— Если там не занято, — усмехнулась я. — Помнишь, сколько нас теперь?

— Не сосчитать, — улыбнулась Санька, схватила чистую одежду из шкафа и побежала в ванную.

После утреннего ритуала по приведению себя в порядок, мы с подругой собрались вести Любаву на ферму.

— Без Коло не пойду, — сложив руки на груди, заявила девчонка.

— Ладно-ладно, если он согласится остаться с тобой, то пусть, — вздохнула я.

— Коло, ты с нами останешься или с Любавой пойдёшь? — посмотрела Санька на хлебного подростка.

— С ней, — сообщил Коло.

— Можно мы пойдём с вами в деревню? — попросила Василиса. — Сил нет сидеть в избушке.

— Конечно, — кивнула я.

— И мы, — к нам подлетел Кощей на Изборе, он улыбнулся Саньке, но та хмыкнула и отвернулась.

— А вы не покидайте полянку, — строго проговорила я. — Вся округа всполошится, если народ узнает, что к ним Кощей заявился. Помоги лучше завтрак приготовить.

— Пусть Избор с нами полетит, — предложила подруга. — Мы на нём продукты новые привезём, у фермеров купим.

— У нас денег нет, — напомнила я.

— У меня есть, — Митрошка сунул руку в карман штанов, и послышался звон монет.

— Мы же не можем позволить ребёнку нас кормить, — покачала я головой.

— У меня есть медяки, — хором проговорили Данила и Иванушка.

— Тогда пойдёте с нами, заплатите и поможете донести всё. И ты, Избор, давай, — скомандовала брюнетка.

Мне показалось, что царевна разочарована тем, что с нами отправились парни и коврик, но я не придала этому значения. В любом случае, перед тем, как отправится в путь, нам стоит пополнить запасы провизии, а мы с Санькой не дотащим столько продуктов, учитывая, сколько теперь у нас едаков.

Петька тоже посеменил с нами, держась поближе к царевичу и царевне. У меня стало складываться впечатление, что петух был знаком с Василисой и Митрошкой.

На плече Саньки восседала мышка-норушка, с которой подруга теперь практически не расставалась, опасаясь, что животинку съест Баюн.

На окраине деревни мы увидели детей, которые с удочками и вёдрами шли на рыбалку. Заметив нас с Любавой, часть ребят на перегонки бросилась к домам, видимо, разнести новость о возвращении дочки фермеров, а часть кинулась к нам и принялась рассматривать Коло и Избора.

— Это мои друзья, — гордо сообщила односельчанам Любава.

Когда мы дошли до крайнего дома в деревне, нас уже сопровождала целая толпа, и мы ещё не успели добраться до фермы, как Марфа и Еремей уже бежали навстречу своей дочери. С ними была белокурая девочка лет тринадцати с длинной косой.

— Мама! Папа! Дуняша! — закричала Любава и, шмыгнув носом, бросилась к своей семье.

Родственники обнялись, и родители расцеловали вновь обретённое чадо.

— Можно Коло останется со мной? — улыбнулась младшая дочка фермеров, на глазах которой блестели слёзы.

— Только Коло? — растерянно оглядела Марфа нашу толпу и задержала взгляд на парящем рядом с дочерью коврике.

— А можно не только? — глаза девчонки загорелись восторженным огоньком.

— Нет-нет, только Коло, — поспешно сказала фермерша, прижимая к себе младшую дочку.

Мы проводили Любаву и Коло до дома, закупили продукты и повернули к избушке на курьих ножках.

— Александра, Настасья, наберём земляники? — предложила Василиса, когда мы шли по лесу.

— Так мы же столько всего накупили, — возразила Санька. — Может, пойдём позагораем?

— Ягоды никогда не помешают, — улыбнулась я, догадавшись, что царевна хочет с нами что-то обсудить.

Наши спутники потащили продукты к дому, а мы направились на полянку, где всегда было много земляники. Митрошка и Петька пошли с нами, обсуждая методы поиска ягод.

Когда мы добрались до места, юный царевич и петух бросились на перегонки искать среди травы спелые красные ягоды, а мы вчетвером, включая мышку-норушку, немного отстали.

— Василиса, ты о чём-то с нами хотела поговорить? — вопрошающе посмотрела я на царевну.

— Да, — кивнула рыжая девушка. — Александра, волшебный прутик...

— Ай, я же совсем про него забыла! — воскликнула брюнетка.

— А что с прутиком? Я тоже про него забыла, — пробормотала я.

— Я забрала его и спрятала в своих вещах в шкафу! — сказала Санька.

— У нас же Кощей с Избором в избушке, нужно как-то сныкать прутик, чтобы они не нашли его, — предложила я.

— Или мы можем забрать прутик, — улыбнулась Василиса. — Он хранился в нашем дворце, его батюшке заморский принц подарил.

— А Кощей его украл, — сердито проговорил Митрошка и сунул в рот целую горсть земляники.

— Тогда надо вернуть его в ваш дворец, но одних мы вас отпустить не можем, тем более с таким опасным артефактом, — сразу выстроила новые планы я.

— Я смогу защитить царевну и царевича, — горделиво выпятил грудь Петька.

— Я в этом не сомневаюсь, — улыбнулась я. — Но мне будет спокойней, если мы проводим Василису и Митрошку, довезём на избушке.

— Но как же Быля? — посмотрела на меня рыжая девушка.

— Былю мы обязательно спасём, — кивнула я. — Но нельзя допустить, чтобы волшебный прутик попал в руки какого-нибудь лиходея. Иначе...

— Быть беде! — хором произнесли все присутствующие.

— Да, иначе быть беде. Так что сначала разберёмся с вашим прутиком, а потом станем искать живую воду для Были.

— Будем оставлять мышку-норушку в комнате, когда куда-то уходим, — предложила Санька. — Она присмотрит за шкафом, чтобы туда никто не сунулся.

— И я могу, — вскукарекнул петух, широко растопырив крылья.

— Будете дежурить по очереди, — согласилась брюнетка.

Наевшись земляники до отвала, наша процессия двинулась к избушке на курьих ножках.

Из трубы валил густой дым, вкусно пахло выпечкой, а у домика парни запекали картошку в углях.

Иванушка и Данила на быструю руку сколотили большой стол и поставили его на улице, чтобы все смогли разместиться. Теперь мастер и лучник делали стулья, а Кощей переходил от одного к другому, внимательно созерцая и цокая языком.

— Чудеса. Чудеса! — приговаривал долговязый мужчина, покачивая головой и поджимая губы.

— Помочь не желаете, Ваше Бессмертное Нахлебничество? — усмехнулась Санька, глядя на бывшего жениха.

— Я учусь, учусь, — кивнул Кощей, сложив ручки в замок на груди.

— Учиться надо, делая самому, а не разглядывая работу других, — фыркнула девушка.

— Эм, уважаемый, можно мне попробовать? — выглянул из-за спины Иванушки Бессмертный, когда царевич забивал гвоздь. Стрелок чуть не треснул себя молотком по пальцу из-за неожиданного появления Кощея.

— Не, надо быстро, — покачал головой парень и не отдал инструмент долговязому мужчине.

Тогда бывший жених Саньки и Василисы переместился к мастеру.

— Данила, можно...

Юноша молча протянул молоток Кощею и взялся за пилу, чтобы подготовить материал для следующей табуретки.

Бывший владелец хрустального замка схватился за инструмент и озадаченно уставился на Иванушку, забивающего очередной гвоздь. Наконец Кощей кивнул и, беззвучно шевеля губами, несколько раз замахнулся молотком, пробуя для начала забить невидимые гвозди, а затем уже взял металлический штырёк, пристроил к табуретке и ударил, но мимо.

После пяти попыток Бессмертного прибить ножку к стулу, мы с Санькой, Василисой и Петькой не выдержали и ушли в избушку, а Митрошка остался помогать Бессмертному справляться с молотком и гвоздями, чтобы отвлечь Кощея.

Царевна и петух остались у печки, наблюдая за дверью, а мы с подругой забежали в её комнату. Девушка открыла шкаф и принялась рыться в одежде на полке.

— Ну?! — нетерпеливо воскликнула я.

— Не могу найти! — громко прошипела брюнетка.

Мы принялись вытаскивать одежду с полок и бросать на перину, перебирая каждую вещицу, однако коробка с волшебным прутиком так и не нашлась.

— Спёр кто-то! — высказала очевидное Санька.

— И ёжу понятно, — кивнула я. — Вот только кто? У всех, кто был с нами на полянке, алиби. Значит, нужно искать среди остальных.

— И найдём! — сердито буркнула подруга.

Глава 2. Спешим на помощь

Мы рассказали о случившемся Василисе и Петру, который тут же всполошился и принялся бить крыльями, сердито выпучив глаза.

— Кто?! Кто?! — прокукарекал петух, и мы хором зашикали, успокаивая пернатого.

— Тихо, тихо, Петька, — прошептала я. — Мы обязательно найдём прутик и накажем того, кто это сделал.

— Да что тут гадать? Кощей это, — уверенно проговорила Василиса.

— Или паук. Мы забыли про паука! Кто-нибудь его видел? — я посмотрела на Саньку, а потом на царевну и петуха.

Однако никто не встречался с ворчливым обитателем беседки у хрустального замка.

— Тогда он мог стащить прутик и сбежать с ним, — предположила Санька.

— Вполне, — кивнула я.

Мы взяли стопки посуды и вышли из избушки на улицу, каждый с недоверием всматривался в парней, Кощея, зверей и гобеленового, но никто не вызывал подозрений, вернее, их вызывали все, однако ничем не выдавали вины в воровстве прутика.

— А кто-нибудь видел паука? — спросила я, расставляя чистые тарелки на столе.

— Мизгиря? — поинтересовался Бессмертный.

— Не знаю, он не представился, — усмехнулась я. — Но много ворчал. Я... Я случайно захватила его с твоих земель.

— Случайно? — улыбнулся долговязый мужчина.

— Ну, я забыла про него, — смутилась я. — Хотела попросить Серого отнести паука обратно, но вылетело из головы. А теперь он... как ты сказал?

— Мизгирь, — повторил Кощей.

— Да, теперь Мизгирь потерялся.

— Он не потерялся, а поселился в башне, с нами, — сообщил ковёр-самолёт.

— Так, значит, паука не нужно возвращать в беседку? — обрадовалась я, что не придётся гонять Серого к замку из чёрного хрусталя.

— Нет, — покачал головой Бессмертный, схватил со стола очищенную луковицу и вгрызся в неё словно в сладкое яблоко.

— Прекрасно!

— А кто стащил кое-что из моего шкафа? — возмутилась Санька, которая всё это время недобро рассматривала подозреваемых. — Колитесь!

Прямо брюнетка спрашивать не стала, потому что тогда Кощей узнал бы, что и невеста своровала артефакт у него. Вдруг всё-таки не Бессмертный забрал прутик из шкафа девушки?

— Признавайтесь, — кивнула я.

Все, кто мог украсть прутик, переглядывались, будто надеясь, что кто-то признается, однако никто не желал брать на себя вину.

— Долго вы будете ерундой страдать? — гневно воскликнуло Диво, хотя казалось, что голос звучит из груди Кощея, который хранил гаджет у себя за пазухой. — Мы уже должны быть на пути к живой воде.

— Кто это решил? — усмехнулась я. — Ты?

— А Каркушу спасать не надо? Быстро же вы забыли о своей помощнице.

— Мы не забыли, — покачала я головой. — Но сначала надо найти одну вещицу...

— Могу кое-что рассказать, если обещаете, что после вашей утренней подпитки мы отправимся за водой, — многообещающе заявило приложение.

— Опять соврёшь что-нибудь? — устало поинтересовалась я, забирая у Яшки, стоящего на крыльце, чистые чашки.

— Нет, не совру. Я знаю кое-что очень-преочень-мега-архи-суперважное.

— Ладно, говори, — сдалась я.

— И отправимся за водой?

— Сделаем одно дело и отправимся, — согласилась я, имея в виду доставку Василисы, Митрошки и найденного артефакта на родину царевны и царевича. — Обещаю.

Я понимала, что Диво вполне может видеть на своей волшебной карте нахождение прутика, а значит, знает, кто его украл.

— Тогда слушайте, — с усмешкой проговорило приложение, однако закончить фразу не успело.

— Настасья! Александра! — прокричал знакомый нам звонкий голосок.

Птицы на деревьях поблизости тревожно взлетели, шумно стрекоча.

— Любава? — мы с подругой с беспокойством переглянулись.

Первым на полянку выкатился Коло, за ним, тяжело дыша, выбежала девочка. Её коса была растрёпана, волосы мокрые.

— Что случилось? — я подбежала к дочке фермеров, с опаской вглядываясь в её лицо. — В деревне что-то?

— Нет! На речке! — выдохнула Любава.

— На какой речке? Вы что, уже на речку ходили? Мы же вас только домой привели! — возмутилась я.

— Подожди, — остановила мою лекцию подруга. — Любава, что случилось?

— У водяных! Беда! — выпалила девочка.

— Что за беда?

— Водяница захворала, — пояснила дочка фермеров.

— Кто-то опять кота в реку закинул? — усмехнулась я, кинув взгляд на брюнетку.

— Это не я, если что, — засмеялась девушка.

— У тебя алиби, — кивнула я, улыбаясь. — Да и Баюнчик здесь.

— Дарию хворь одолела, — покачал головой ребёнок. — Спасать надо.

— А нам-то какое дело до водяницы? — фыркнул Баюн, заскочив на стол.

— Да тебе вечно ни до кого дела нет, — посмотрела я на кота с осуждением.

— Оставьте нам что-нибудь поесть, мы с Настькой к речке сгоняем быстренько, — повернулась Санька к остальным.

— Я с вами, — сделал вперёд шаг волчара.

— Точно! На нём быстрее будет, — с одобрением кивнула брюнетка.

— Серый, а ты нас двоих довезёшь? — засомневалась я.

— Легко! — усмехнулся зверь.

— Нет уж! — фыркнула Санька. — У вас двоих... своя атмосфера. А я полечу на коврике. Избор, подмогнёшь?

Кощей улыбнулся, заскочил на ковёр, и гобеленовый тут же подлетел к брюнетке.

— Мы поможем.

— Э-э, нет, Ваше Бессмертное Флиртнейшество, — засмеялась девушка. — Я бы предпочла разместиться на Изборе в одиночестве с максимальным комфортом.

— Слыхал? — усмехнулся тканый разбойник. — Барышня желает остаться со мной наедине. Слезай.

И, не дожидаясь, пока Кощей соскочит с гобелена, коврик сам скинул друга на землю.

Грохнувшись на ноги, долговязый мужчина повернулся к бывшей невесте из другого мира.

— А ежели помощь моя понадобится? — поинтересовался он.

— Так что же без волшебного посоха ты можешь, Твоя Бессмертная Упоротость? — фыркнула брюнетка.

— Вот и увидишь, — расплылся в улыбке Кощей.

— В другой раз, — Санька легко заскочила на коврик, и Избор тут же взмыл ввысь. — Ого! Круто как!

Девушка схватилась за края гобелена и с восторгом смотрела на нас, оставшихся внизу.

Серый разлёгся на траве, и я поспешила вскарабкаться на его спину.

— Иван и Данила, отведите, пожалуйста, Любаву и Коло домой, — попросила я, повернувшись к парням.

Царевич и мастер кивнули, а волчара вскочил и понёсся по лесу к Малахитовой реке. Над нами парила Санька на ковре-самолёте, восторженно покрикивая.

На берегу мы с подругой соскочили с волка и гобеленового, и я вошла в воду и прокричала:

— Водяной-батюшка! Мы пришли, чтобы помочь Дарии!

Река спокойно несла свои воды, с лёгкой рябью от небольшого ветерка. Но рядом со мной вдруг появилось бурление, и всплыла девушка, очень похожая на Дарию, только с тёмно-зелёными волосами и глазами болотного цвета.

— Чего шумите да воду мутите? — возмутилась незнакомка.

— Говорят, что Дария захворала? — уточнила я.

— Правду говорят, — кивнула русалка. — Дюже захворала сестрица.

— А я могу попробовать помочь, — уверенно проговорила я, надеясь, что мои заговоры подействуют и в этом случае, а иначе придётся обращаться к Баюну, чего делать вовсе не хотелось.

— Чем же ты можешь помочь? — усмехнулась водяница.

— У неё дар Яги, — пришла мне на помощь подруга.

— Не поможет тут даже дар Яги, — тяжело вздохнула девушка. — Дария дыхание потеряла своё, помирает теперь.

— В смысле? Как же она могла его потерять? — уточнила Санька, а вот до меня начало доходить, в чём может быть проблема, вернее в ком.

— Барышня одна к нам приплывала, и сестрица давала ей своё дыхание, чтобы гостья могла дышать под водой, — начала объяснять дочь водяного.

— И забыла забрать своё дыхание обратно? — перебила я русалку.

— Так и было, — кивнула девушка, кинув на меня удивлённый взгляд.

— Так это я была! — воскликнула я. — Что нужно сделать? Как вернуть дыхание Дарии?

Вместо ответа незнакомка схватила меня за руку и утянула под воду так стремительно, что с меня слетели очки. Им и так досталась на землях Кощея, а теперь ещё и потеряла свои "стёклышки". Надеюсь, Санька успела подхватить их, а иначе, как мне тут выживать со зрением минус семь?

Русалка утащила меня на дно реки, а потом к знакомой мне коряге, мы проскочили в пещеру, где на троне-камне по-прежнему, сгорбившись, восседал дедуля с бледно-серой кожей, укутанный в одеяние из водорослей. Только теперь он был довольно печальный, и даже, кажется, не заметил нашего появления.

— Тятя, — проговорила девушка негромко, однако водяной будто рассматривал что-то на дне и по-прежнему не поднимал взгляда. Тогда водяница громко закричала: — Тятя!

— А?! — старик выпрямился и посмотрел на дочь. — Что? Утоп кто?

— Вот, это она украла дыхание сестрицы, — русалка довольно сильно толкнула меня в спину, и я, споткнувшись о камень, чуть было не полетела носом в дно реки, но успела расставить руки в стороны и удержать равновесие.

— Ничего я не украла! — возмутилась я. — Откуда мне было знать, что я должна вернуть дыхание Дарии? Но я тут и готова помочь. Что нужно делать?

— Отдать свою жизнь! — ринулась ко мне дочь водяного с тёмно-зелёными глазами и оскалилась, показав несколько рядов острых зубов.

Я отпрянула, инстинктивно выставив руки вперёд, готовая защищаться.

— А другого способа нет? Жизнь у меня только одна и расставаться с ней я пока не намерена, — усмехнулась я.

— Бана! — сердито посмотрел водяной на дочь. — Угомонись!

— Но, тятя, она же...

— Бана!

— Молчу, — обиженно надула губы русалка, сложив руки на груди.

— Вели принести сюда Дарию.

Юная водяница выскочила из пещеры, и я перевела взгляд на речного правителя.

— Извините, я правда не знала, — пробормотала я. — Я же новенькая в вашем мире, многого пока не понимаю, но я учусь.

— Дария сама виновна, — покачал головой старик. — Я ж сколько раз ей говорил, а она...

Он резко замолчал и многозначительно махнул рукой.

— Дети, — понимающе кивнула я. — С ними всегда так.

Водяной громко расхохотался, глядя на меня. От смеха он несколько раз ударил хвостом о песчаное дно, и я тут же закрыла глаза, защищая их от поднявшейся мути.

А что я сказала смешного?

— Ты же сама ещё дитё малое да неразумное, — отсмеявшись, пояснил причину своего веселья водяной.

— Я? — удивилась я. — Да я в своём мире уже преподаю! В смысле, детей обучаю. Вовсе я не ребёнок!

Да, не очень удачно и совсем недавно, но всё-таки. Вот если бы мне дали учеников помладше, то уверена, что моя педагогическая карьера сложилась бы по-настоящему благополучно. Впрочем, думаю, что скоро я вернусь домой и смогу с помощью волшебства всё исправить.

Раз уж Диво работало в нашем мире, и Баюн мог там разговаривать, то и мои заклинания должны подействовать. Наколдую себе хороший класс, чтобы директриса дала мне возможность работать с подходящим возрастом. И тогда всё будет хорошо.

Муть улеглась, и вода в пещере снова стала прозрачной. Я посмотрела на правителя Малахитовой реки — водяной лишь снисходительно посмеивался, глядя на меня.

Что ж, с его позиции, наверное, я и правда всего лишь неразумное дитя, возможно, правителю Малахитовой реки уже далеко не один век и тогда для него все мы дети, кому меньше лет ста или даже трёхсот.

Наконец в пещеру втиснулись два молодых водяных, которые на руках несли безжизненно повисшую Дарию.

У меня сердце сжалось от боли и тревоги от взгляда на бедную девушку. И это с ней сотворила я, пусть и не желая того.

Правитель Малахитовой реки поднялся со своего трона, и молодые водяные положили на камень Дарию.

— Что мне нужно делать? — в очередной раз поинтересовалась я.

Водяной объяснил мне, как действовать, и я, кивнув, приблизилась к юной русалке. Я сжала правую ладонь в кулак, но тут же сообразила:

— Подождите, но если я верну Дарии дыхание, то сама захлебнусь. Всё-таки жизнь за жизнь? — в ужасе спросила я.

— Ох, старость-то не радость, — усмехнулся дедуля. — Совсем забыл. Раз уж, барышня, ты помогаешь нам избавить Дарию от хвори, то вот тебе дар от Моего Высочества.

Старик протянул руки к своей шее, и я напряглась: чего это он задумал? Водяной запустил пальцы в густую бороду-водоросли, будто схватился за что-то и резко дёрнул.

Теперь в его руке оказался толстый зелёный шнурок, скорее всего, сплетённый из водорослей, а на нём болталась небольшая треугольная, закрученная в спираль, ракушка. Водяной протянул мне кулон, и я озадаченно уставилась на украшение, похожее на те, что продаются в туристических сувенирных лавках. Зачем оно мне?

— Эта ракушка поможет тебе дышать под водой. Всегда, — словно прочитав мои мысли, пояснил старец.

— Благодарствую, водяной-батюшка — я слегка поклонилась и взяла подарок, затем надела его себе на шею, надеясь, что волшебство речного правителя действительно сработает, и я не захлебнусь хотя бы в этом водоёме.

Я снова сжала правую ладонь в кулак, следуя инструкциям водяного, но резко замерла, услышав снаружи знакомый голос сварливого приложения:

— А теперь под корягу! Под корягу, говорю, в пещеру!

— Что? — я озадаченно повернулась к выходу, уже представляя, как в тронный зал правителя Малахитовой реки вплывает мой бывший гаджет, но не угадала: сюда, неловко дёргая длинными тощими конечностями, ввалился Кощей.

Только его здесь не хватало!

— Ты чего сюда припёрся? — возмущённо прошипела я.

— Александра попросила, — расплылся в улыбке лиходей.

Да, я не могла без очков рассмотреть выражения его лица, но по голосу точно чувствовала улыбку.

— Так уж прям и попросила? — не поверила я.

— Сказала, что украли тебя водяные, — кивнул Бессмертный.

— Похитили и утащили на дно, — добавило приложение. — Заметь, я здесь рискую, но помогаю. Запиши себе где-нибудь в своей крошечной, я бы даже сказала, ничтожной памяти, что я погрузилась на речное дно, пренебрегая собственной безопасностью, чтобы...

— Не мешайте! — отмахнулась я. — У нас тут каждая секунда на счету, потом поговорим.

Диво продолжало ворчать за пазухой у Кощея, но я отвернулась от этой парочки.

Со стороны могло показаться, что долговязый мужчина — чревовещатель, страдающий раздвоением личности, а для водяных, местных жителей, совершенно не понимающих, что за диковинный зверь бубнит под рубахой незваного гостя, пожалуй, происходящее было той ещё загадкой.

Впрочем, сейчас хвостато-чешуйчатых больше волновала судьба Дарии, да и меня тоже беспокоила юная водяница.

В очередной раз я сжала правую ладонь в кулак и выдула в него воздух, а потом приложила сжатый кулак к груди юной водяницы и медленно разжала его.

Я почувствовала в районе своего сердца неприятный, довольно сильный толчок, и на несколько секунд дыхание перехватило, а мне перестало хватать воздуха. Я даже испугалась, что подарок водяного не действует и теперь я задохнусь. Но правитель Малахитовой реки меня не обманул: я снова могла дышать под водой!

Русалка открыла глаза и удивлённо посмотрела на меня.

— Здравствуй, — улыбнулась я. — Ты как? Хворь ушла? Дыхание вернулось или как там правильно сказать?

Дария неуверенно кивнула и прижала ладонь к груди, будто пытаясь кончиками пальцев почувствовать что-то, что к ней возвратилось.

— Тогда поспешим на сушу, — я направилась к выходу из пещеры, пока водяные не передумали и не устроили какой-нибудь кипиш.

— А как же, добрый человек, ты под водой дышишь? — посмотрел правитель реки на Кощея. — Или ты утоп?

— Да я, — начал Бессмертный, но я не дала ему договорить, опасаясь, что беседа может затянуться.

— Заморское волшебство, очень древнее и могущественное, — торопливо выпалила я. — Нам нужно поскорее вернуться на землю, иначе быть беде. А вам всего хорошего и... мир вашему дому.

— Дария, Бана, проводите гостей, — обратился к дочерям правитель Малахитовой реки.

Светловолосая русалка поднялась с камня и направилась ко мне, она уже привычно схватила меня за руку и рванула прочь из пещеры. Когда мы стремительно плыли к пляжу, я увидела, как сестра Дарии тащит за нами Кощея, схватив за шиворот рубахи. Бессмертный барахтался, то ли сопротивляясь водянице, то ли пытаясь помочь ей, то ли ему просто не нравилось, что движением управляет кто-то другой, а не он.

"Да уж, это тебе не на Изборе рассекать", — мысленно усмехнулась я, перед тем, как всплыть на поверхность.

Глава 3. Дела и заботы

— Настька! — закричала Санька, едва я только успела вынырнуть.

Подруга бросилась в воду, и я поплыла скорее к берегу.

— Благодарствую, — резко высунулась из воды передо мной Дария. — Ты спасла меня.

— Пожалуйста, — улыбнулась я. — Не забывай теперь возвращать своё дыхание.

Я дотронулась до ракушки на груди и посмотрела на русалку.

— Дария, а почему водяной-батюшка не спас тебя этим кулоном?

— Так как же? — засмеялась девушка.

— Эй, вы о чём там треплетесь? — возмутилась брюнетка. — Мне к вам плыть?

— Не надо! Я сейчас! — крикнула я подруге.

— Так мне тоже интересно! — усмехнулась Санька. — Но мокнуть неохота.

К ней тут же подлетел коврик-самолёт, и девушка легко на него заскочила. Избор понёсся в нашу сторону и завис над нами как раз в тот момент, когда вдалеке из воды показался Кощей.

— Чудеса! — хором проговорили юные водяницы, глядя на гобеленового разбойника и барышню на нём.

— Дария, так почему батюшка не спас тебя кулоном? — напомнила я о вопросе, пытаясь отвлечь русалку от созерцания коврика и Саньки на нём.

В это время тканый бандит снизился, и брюнетка опустила ноги в воду и стала болтать ими, поднимая тучу брызг.

Бана тащила за шкирку к берегу Бессмертного, уже не сопротивляющегося, а просто с улыбкой смотрящего на потенциальную невесту, которая зачерпнула прохладной воды ладонями и теперь умывалась.

— Чтобы ты дышала, я отдала тебе частичку своей души. Ненадолго, — улыбнулась русалка. — Но потом забыла вернуть. А без этой частички чахла я день за днём, пока ты её не вернула.

— Так не проще ли было сразу мне ракушку дать?

— Да не было у меня её, — засмеялась Дария.

— Только у батюшки была, — вступила в беседу Бана, которая отбуксировала Кощея на мелководье, нырнула и через несколько секунд оказалась уже рядом с нами, вблизи разглядывая коврик.

Избор, купаясь в лучах женского внимания, видимо, решил произвести ещё большее впечатление. Он заскользил по поверхности реки, а Санька улеглась на гобелене и протянула руку вниз, едва касаясь воды пальцами. Девушка громко смеялась, и я почувствовала, что не прочь бы составить ей компанию, однако понимала, что сейчас не время для беззаботного веселья.

На берегу громко ржал Серый, глядя на бессмертного друга, выбравшегося на сушу. А Кощей и правда выглядел жалко: сейчас он напоминал тощую мокрую крысу.

Подойдя к волку, долговязый мужчина встряхнулся, и капли воды полетели на зверя. Серый рыкнул и повалил друга, прижав лапой к песку. Я напряглась: неужели из-за такой ерунды они сейчас реально подерутся? Только этого нам не хватало!

Но моя тревога оказалась напрасной: волк и мужчина уже громко хохотали, катаясь по берегу в шуточном сражении.

— Эй, осторожней! Вы обо мне не забыли? — взвизгнуло Диво. — Меня заденете! Я могу не подлежать восстановлению в этом мире! Лапы убери, блохастый!

Крики чудо-гаджета были проигнорировали, что, скорее всего, задело приложение до глубины её сварливой цифровой души. Возможно, будет месть. Но предупреждать об этом Кощея я точно не стану. Пусть наслаждается сюрпризами и узнаёт Диво постепенно.

Я подумала о том, что мне бы тоже стоило расслабиться хоть на какое-то время и повеселиться. В конце концов, мир не рухнет. Или рухнет?

Вот сейчас и проверим: я помахала подруге, и она попросила Избора приблизиться ко мне. С помощью Саньки я залезла на ковёр, который тут же взмыл ввысь, а потом под наш восторженный визг резко пошёл на снижение и окунулся в воду, подняв тучу брызг.

Попрощавшись с юными водяницами, мы стали собираться обратно к избушке. Я вскарабкалась на спину к волку, а Санька отказалась пускать Кощея на ковёр, поэтому Бессмертный плёлся по лесу самостоятельно, но это его, кажется, вовсе не расстроило.

Вернувшись к домику, мы быстро позавтракали и взялись за дела: мне нужно было срочно довязать плащ из хлад-травы, а подруга решила найти в книгах Яги способ восстановить моё зрение, потому что очки мы в реке так и не нашли. Стоило попросить о помощи водяниц, однако я подумала об этом, уже вернувшись к теремку, а беспокоить снова речных жителей не хотелось: мало ли, вдруг опять что-то случится.

Мы сидели за новым огромным столом, многие жители избушки разбрелись по делам, с нами остался только кот, который дремал на противоположном краю столешницы. А на крыльце сидел Яшка и шил сарафан для Василисы, которая пока по-прежнему ходила в моей одежде.

— Вот увидишь, должен быть способ! — уверенно проговорила Санька, откладывая очередную книгу.

— Я могу попробовать сделать что-то, похожее на ту вещицу, — предложил Данила.

— А рецепт на очки кто выпишет? — усмехнулась брюнетка. — В смысле, там же нужны диоптрии, чтобы стёкла подходили именно Настькиным глазам. А врачей и технологий у вас нет.

— Баюн, ты бы мог помочь нам, — буркнула я, снова промахнувшись мимо петли спицей. Мне приходилось держать вязание прямо перед лицом, чтобы видеть, что я делаю, но руки быстро уставали.

— Мог бы, — широко зевнул кот и вытянулся в длинную струну. — Но когда ещё Александра книгу в руках подержит?

— Гад ты, — нахмурилась брюнетка. — Как, по-твоему, Настька учиться твоим премудростям будет и Ягу спасать, если она не видит ничего?

— Фр-р-р! Так она не учится и не спасает, — усмехнулся пушистый наставник. — Сколько времени уж потеряли.

— Это не потеря времени, а приобретение опыта, — улыбнулась я. — Не ворчи.

К вечеру, когда все собрались у избушки и готовили ужин, я перебралась на крыльцо, чтобы наконец довязать плащ — оставалось совсем чуть-чуть.

Санька уселась рядом со мной, продолжая листать книги. Я видела, что подруга устала, но не хотела сдаваться.

— Сань, завязывай, завтра продолжишь, — предложила я.

— Нет, вот печёнкой чую, что я обязательно что-то найду! — покачала головой девушка, шустро пролистывая страницы.

Василиса и Иванушка расставляли тарелки на столе, о чём-то оживлённо беседуя. Кажется, эти двое всё-таки поладили. Митрошка под присмотром Петьки храбро сражался с зарослями крапивы, размахивая длинной палкой, Данила выковыривал из костра запечённые картофелины.

— Кажется, всё! — в восторге воскликнула я, откладывая теперь ненужные спицы. — Плащ готов!

Мне не верилось, что, наконец, я довязала свою первую многострадальную вещицу, которой немало пришлось перенести ещё до того, как она была завершена.

— Ну-ка, надень, — попросила подруга.

Я послушно накинула плащ, соскочила со ступеньки и покрутилась, показываясь.

— Ну? Что? — посмотрела я на Саньку выжидающе.

— Отлично! — одобрительно кивнула брюнетка.

— Кривовато на один бок, — фыркнул Баюн, заскочив на крыльцо и усевшись рядом с девушкой.

— Где? — возмутилась я.

— Да ничего не кривовато, — покачала головой подруга. — Врёт он всё.

Санька протянула руки к коту, чтобы сбросить его на землю с крыльца, но тот оскалился и зашипел. Девушка усмехнулась и снова уселась на ступеньку, уткнувшись в книгу.

А я пошла в комнату подруги, где мы пока вместе обитали, чтобы отнести плащ, спицы и остатки нитей. Я подумала, что можно связать из них какой-нибудь сувенир для Любавы. Ведь скоро мы вернёмся домой, и хорошо было бы оставить какой-то подарок девочке на память.

Если бы я умела, то связала бы небольшую игрушку, для неё как раз нужно не так много пряжи. Наверное. Но в этом мире я даже не могу посмотреть видеоуроки для таких чайников, как я. Впрочем, если договориться с Диво, то...

Кого я обманываю? Любой договор с этой прохиндейкой выйдет мне боком. И не только мне, скорее всего.

— Настька! Настька! Я нашла! — заверещала подруга.

Дверь в избушку отворилась, и навстречу мне со скоростью урагана неслась Санька, размахивая толстенной пыльной книгой.

— Что? Реально нашла? — удивилась я.

— Да! После ужина будем варить зелье.

— А потом мне придётся его пить? — кисло уточнила я.

Мне совсем не хотелось пить варево из неприятных и даже отвратительных ингредиентов.

— Не, — покачала головой брюнетка.

— Уф-ф, — с облегчением выдохнула я.

— Капать его в глаза надо, — улыбнулась подруга.

— Да ну! — воскликнула я. — Нет, я лучше попрошу водяниц мои очки в реке найти.

— И не надоело тебе зависеть от очков? Ты же вечно куда-то попадаешь, а с ними неудобно.

— И что ты предлагаешь? Линзы заказать через Диво из нашего мира? — усмехнулась я. — А Баюн будет курьером между мирами?

— Нет же! Ты и дома их носить отказалась...

— Я их не носить отказалась, а надевать. Потому что потом полчаса снять не могла! Только когда разревелась, они сами выскочили.

— Вот! Так что давай быстренько сделаем тебе магическую коррекцию зрения и никаких проблем! — уверенно заявила Санька.

— Мне надо подумать, — буркнула я, прекрасно понимая, что подруга теперь от меня не отстанет, пока мы не приготовим зелье и не испытаем его на моих бедных глазах.

После ужина мы с Санькой и Василисой мыли посуду в купельной комнате, тихонько переговариваясь о пропавшем прутике.

— Нужно пробраться в башню Кощея и обыскать там всё, — предложила брюнетка.

— И как ты это предлагаешь сделать? — с любопытством посмотрела я на подругу, тщательно промывая тарелку.

— Всё просто. Я его отвлеку, а ты, Яшка и Василиса обыщете башню. Только Петьку с собой не берите — спалится.

— Тогда ему говорить нельзя, — усмехнулась я. — Иначе точно попрётся.

— А как же ты отвлечёшь Кощея? — спросила Василиса, собирая в ведро чистую посуду.

— На свидание позову, — хищно улыбнулась брюнетка.

— На свидание? — не поняла царевна.

— Романтическую встречу, — кивнула Санька. — Поговорим о всяком-разном... Можно пикник устроить.

— Ты уверена? — уточнила я.

— Так это ж для дела, а не реальное свидание, — фыркнула подруга.

— А если он опять что-то натворит? Ты же знаешь, не умеет Кощей с девицами обращаться. То в лягушку превратит, то в башне заточит, — продолжила я отговаривать Саньку.

— Я смогу за себя постоять, — усмехнулась девушка. — А если что-то пойдёт не так в волшебном смысле, то ты ему быстро объяснишь, где Кощеи зимуют.

— Ладно. И когда ты собираешься пригласить его на свидание?

— А сейчас, — брюнетка положила намыленную тарелку в таз и вытерла руки о шорты. — Чего тянуть?

— Ты только сначала с Яшкой поговори, а то как бы он не сделал Кощея смертным, — улыбнулась я.

— А он может? — изумилась Василиса.

— Думаю, что нет. Я просто пошутила, — пояснила я. — Он же не колдун, а домовой.

— Сейчас поговорю. Домоете? — проворковала Санька, уже выпархивая из купельной комнаты.

— Домоем! — со смехом крикнула я вслед подруге. — Хотя, кажется, наш ответ был и необязателен, да, Василиса?

Царевна молча кивнула, она задумчиво тёрла уже чистую тарелку, размышляя о чём-то своём.

Через несколько минут мы услышали приглушённый спор Саньки и Яшки. Домовой очевидно не был согласен с планом девушки, и теперь между ними летели искры.

— Я сейчас, — буркнула я и выскользнула из комнаты вслед за подругой.

— Вы чего, хотите, чтобы вас услышали? — прошипела я.

— Она...

— Он...

— Ага, мне тоже не очень нравится идея Саньки, — повернулась я к парню. — Но у нас пока нет другого варианта, а действовать нужно быстро. Я бы хотела поскорее отправить Василису и Мирошку домой, вернуть к жизни Былю и наконец уже разобраться с Ягой. Сколько можно тянуть? Домой пора. Или, Яшка, у тебя есть идея, как по-другому найти прутик?

— Нет, — покачал головой домовой.

— Тогда пусть идёт на свидание с Кощеем. Оно же всё равно ненастоящее, — прошептала я.

Яшка сердито сложил руки на груди и тут же исчез.

— Вот как с ним разговаривать? — возмутилась Санька.

— Ну, его же можно понять? — я посмотрела на подругу.

— Ты что, на его стороне? — сердито проговорила девушка.

— Я не выбираю сторон, просто говорю, что его можно понять, — вздохнула я.

— А с чего бы вдруг? Мы, между прочим, не пара! Я не обязана перед ним отчитываться! — вспылила брюнетка и, отбросив косу за спину, резко развернулась и вылетела из избушки.

— Мда уж, — вздохнула я и поспешила в купельную комнату на помощь Василисе.

Минут через десять рядом со мной возник Яшка.

— Что? Хочешь поговорить? — предположила я. — Я уже сказала Саньке, что не придерживаюсь чьей-то стороны, но...

— Они ушли, — перебил меня домовой. — То есть улетели.

— На свидание?

Парень кивнул.

— Санька и Кощей? — зачем-то уточнила я.

— И Избор.

— Молодец Санька! Так нам точно никто не помешает. Хотя тройное свидание — это немного странно, — усмехнулась я. — Ладно, пойдёмте в башню.

— Я мог бы сам всё осмотреть, — предложил домовой.

— Нет, втроём мы быстрее справимся.

На самом деле я понимала, что возможно, было бы лучше, если бы в новое жилище Кощея наведался только Яшка. Ведь он может перемещаться мгновенно, да и башня — часть подведомственной ему избушки, а значит, парень там должен легко ориентироваться.

Однако мне просто любопытно было взглянуть на обитель Бессмертного гостя. Пусть и со зрением у меня пока беда, но когда ещё может выпасть шанс? Вполне вероятно, что после того, как Кощей свалит от нас, башня исчезнет, а я так и не успею посмотреть, что там было.

Мы прошли в "мужскую" комнату с трехъярусной кроватью. У входа валялся чей-то лапоть, а второй почему-то висел на лестнице между вторым и третьим этажом.

За постелью теперь появился проход на довольно узкую винтовую лестницу, пахнущую свежим деревом.

— Встретимся там, — тихо проговорил домовой и исчез.

Я первой прошла к лестнице и стала подниматься по ступенькам. Здесь по всему пути располагались в стенах небольшие окошки, сквозь них пробивался солнечный свет, который освещал дорогу.

За мной осторожно поднималась рыжая царевна, и я остро ощущала её напряжение и тревогу, хотя для меня это пока было скорее весёлое приключение, ведь мы находились на своей территории, а не в замке Кощея. В конце концов, эта башня — часть нашей избушки на курьих ножках, и мы в любой момент можем выгнать отсюда непрошеного гостя вместе с Избором и Диво. Если уж совсем припечёт.

Но Кощей-то сейчас совершенно беспомощен, после того, как Мара отняла у него посох. Так что он нам ничего сделать не сможет. Разве что неудачно пошутит, но это вовсе не смертельно.

Передо мной резко возникло что-то, упав с потолка. Я сощурилась, пытаясь разглядеть чёрное пятно, и остановилась, а в меня тут же врезалась Василиса.

— Чего забыли в башне, барышни? Ходят и ходят...

— Мизгирь? — сразу догадалась я, кто перед нами. — Тебя ищем, чтобы домой вернуть на земли Кощея. Или всё-таки Мары, да? В общем, откуда тебя забрали, туда и вернём.

— Мне и здесь хорошо, привык уже.

— Да, но Кощей и Избор в избушке временно. Как только мы доберёмся до источника с живой водой, наши пути разойдутся, башня исчезнет, а тебе придётся искать новое жильё. Так не лучше ли вернуться домой?

Я надеялась, что, пока я забалтываю Мизгиря, Яшка тщательно осматривает башню и вот-вот найдёт волшебный прутик, украденный Кощеем. Дважды! Первый раз Бессмертный стырил артефакт у отца Василисы и Митрошки, а потом у Саньки. Но теперь наша очередь своровать палочку у лиходея.

— А я останусь, — повторил паук, переместившись по паутине выше, теперь животинка раскачивалась прямо у меня над головой.

— Ты плохо слышишь? — фыркнула я. — Ты не сможешь остаться, а башня исчезнет, негде будет тебе жить.

— В избе останусь. Привык.

— Как можно так быстро привыкнуть к чему-то?

— Так.

— В любом случае, тебе здесь не рады, — нахмурилась я.

— Сами меня сюда принесли.

— Ладно. Хорошо. Мы виноваты. Я виновата. Но скоро я вернусь домой в свой мир, а сюда возвратится хозяйка, Баба Яга. Ты уверен, что она будет с тобой спорить, а не вышвырнет волшебным пендалем отсюда? Далеко лететь будет. И больно падать. А может быть, она тебя просто растопчет в порошок и насыплет в какое-нибудь хитрое зелье от боли в костяной ноге. Не думал об этом?

Мизгирь, кажется, засомневался. Он висел на паутине, шустро шевеля передними лапками. Пауза затягивалась, но меня это не беспокоило: чем дольше мы общаемся, тем больше времени у Яшки на поиски.

— Сделай так, чтобы я смог остаться, — наконец выдал паук.

— Как ты себе это представляешь? — опешила я. — Зачем мне это?

— Я пропущу вас в башню и никому не расскажу о том, что ведьма и лягушка...

— Я не ведьма!

— Я не лягушка!

— Так-то мы на своей земле... То есть в своей избушке, а вы в гостях. Куда хотим, туда и ходим. А как радушная хозяйка я должна следить за порядком, вот сейчас пыль надо протереть в башне, — я достала из кармана шорт тряпочку для протирания очков. Хоть на что-то теперь сгодится.

— Сделай так, чтобы я смог остаться, — не сдавался Мизгирь.

— А хочешь переехать во дворец? Не в беседку, а в настоящий царский дворец? — выпалила вдруг Василиса.

Глава 4. Польза Мизгиря и свидание с Кощеем

Повисло молчание. От предложения царевны выпали в осадок все: и я, и Мизгирь, и, пожалуй, сама Василиса.

— В царском дворце? — с недоверием переспросил паук.

— Да, мы же с Митрошкой из царской семьи и можем забрать тебя с собой, если хочешь. Жить будешь не в саду, а во дворце, сделаем тебе личную комнату, где пожелаешь.

— Даже на чердаке? — удивился Мизгирь.

— Да. Мы с Митрошкой поможем тебе обустроить обитель.

— А ты нам за это поможешь, — быстро проговорила я.

— Как? — уточнил зверь.

— Надобно нам волшебный прутик найти, который украл Кощей, — ответила Василиса.

— Прутик волшебный? — почему-то хихикнул паук.

— А что смешного? — напряглась я. — Только не говори, что Кощей его уже починил и скоро быть беде.

— Не Кощей его забрал, не Кощей, — развеселился Мизгирь. — Совсем не Кощей. А я могу сказать-рассказать, кто забрал прутик.

— Кто?! — хором прокричали мы с рыжей барышней.

— Не могу найти, — тихо проговорил домовой, появившись на лестнице передо мной. Увидев огромного мохнатого паука, раскачивающегося на паутине между нами, парень исчез, но тут же возник снова, только уже с метлой.

Мы с Василисой и слова не успели сказать, как хозяин избушки замахнулся и треснул по зверю со всей силы.

— Прочь, нечистый, прочь! — домовой опять замахнулся для удара, но я успела схватить его за руку.

А Мизгирь уже возмущённо голосил:

— Каждый обидеть норовит! Сначала добрым словом приручат, а потом метёлкой в морду тычут!

— Яшка, подожди! Мы соглашение заключили с Мизгирем, — я потянула метлу на себя, отнимая у домового. — Ведь заключили, да?

Я посмотрела на паука, который медленно и, как мне показалось, обиженно шевелил хелицерами и молчал. Тогда я прижалась спиной к стене и повернулась к Василисе, переведя на неё умоляющий взгляд, мысленно прося: "Придумай что-нибудь".

Санька бы поняла меня даже без этого взгляда, однако её здесь не было, но и царевна тут же уловила суть.

— Мы отдадим тебе весь чердак дворца! Весь! А не маленькую комнатку, — рыжая девушка попыталась изобразить руками большой объем, но узкое пространство сильно стесняло её движения.

— Весь? — хелицеры теперь шевелились шустро, будто помогали пауку осмыслить и переварить новую информацию.

— Только расскажи, пожалуйста, поскорее, кто украл волшебный прутик из комнаты Александры, — взволнованно попросила я, опасаясь, что в любой момент явится разгневанный Кощей, после того, как Санька, не выдержав, настучит ему по голове или приложит острым словцом, ранив его бессмертную душу.

— Мо́лодец этот...

— Какой? — хором воскликнули мы втроём.

— Да мастером кличете вы его, Данилой.

— Как это? Данила украл прутик? — изумлённо проговорила я.

— А ты не обманываешь? — уточнила Василиса.

— Как есть, правду говорю, — усмехнулся Мизгирь.

— Это вполне может быть так, ведь Данила очень хотел разобраться с этим прутиком, починить его. Но не успел, — пробормотала я. — Нужно успеть поговорить с мастером до того, как вернётся Кощей. Если Бессмертный узнает, что артефакт у нас, то сделает всё, чтобы его забрать, а потом отправится мстить Маре, чтобы забрать у неё замок и свою коллекцию редкостей обратно.

Я говорила, торопливо спускаясь по лестнице. Василиса бросилась за мной, а паук кричал за нашими спинами:

— А я? Когда же во дворец?

— Как только найдём прутик, Василиса и Мирошка пойдут домой и тебя заберут! — на бегу прокричала я.

Когда мы выскочили из избушки, домовой уже стоял на крыльце, разглядывая Данилу. Впрочем, он мог просто проверять, не приближается ли к домику Санька, спешащая с неудачного свидания с Кощеем. На мой взгляд, Яшка довольно сильно беспокоился из-за тактического хода девушки.

Жаль, что я не успела пока побывать в башне, но всё-таки наша вылазка не прошла зря: теперь мы знаем, что артефакт украл не Кощей, а Данила.

Немного ранее неподалёку

Санька и Кощей летели по лесу на ковре-самолёте. С одного бока сидела девушка, а с другого — долговязый мужчина. Оба болтали ногами и не смотрели друг на друга, уставившись вперёд.

Между ними стояла корзина с едой, но Санька немногое успела туда забросить и только теперь поняла, что вместе с яблоками, остывшими картофелинами и кусочком сыра, зачем-то закинула шматок свежей свинины, завёрнутый в бумагу. И что с ним делать на пикнике? Разве что Кощей питается сырым мясом, тогда точно пригодится.

Пока в избушке гостил Петька, девушки решили не использовать в питании мясо птицы, хотя Санька предпочитала именно его за более низкий каллораж.

На улице было довольно жарко, и брюнетка думала о том, что скоро кусок свинины уже будет не таким свежим, а возможно и вовсе испортится, ведь Саньке нужно продержаться на свидании как можно дольше, чтобы дать друзьям время на поиск волшебного прутика в башне.

Девушка поморщилась, представив, как очень скоро начнёт вонять в корзине.

— Так и будете молчать? — усмехнулась грудь Кощея, вернее Диво, спрятанное за пазухой сказочного злодея.

— А что сказать? — встрепенулся долговязый мужчина.

— Что-нибудь, вы же на свидании, — фыркнул гаджет.

— Расскажи мне что-нибудь... интересное, — Бессмертный повернулся к девушке и уселся по-турецки, поджав под себя ноги.

— Отличное начало! — хмыкнула гостья из другого мира. — Именно так начинаются самые удачные свидания.

— Правда? — расплылся в улыбке Кощей.

— Нет, конечно! — воскликнула брюнетка и повернулась к собеседнику, а затем уселась по-турецки, скопировав его позу. — Ты должен красну девицу поразить, заинтересовать. Сам! А ты ждёшь, что я тебя буду историями развлекать? Нанял бы аниматора тогда... В смысле, шута себе заведи!

— Могу включить краткий аудиокурс "Первое свидание для чайников", — хихикнуло Диво.

— А-а, ты уже завёл, — засмеялась Санька.

— Не поняла... Ты что, про меня? Это ты меня шутом назвала?! Ну-ка, Кощей, вытащи меня, я хочу посмотреть ей в глаза! Вытащи, говорю! Сейчас же! — бушевало приложение.

Бессмертный прижал руку к груди, будто пытаясь успокоить буйный гаджет, потом вытащил из-под рубашки бывший телефон Насти.

— Привет, — помахала рукой брюнетка. — Как тебе мои глаза? Я считаю, что очень красивые.

— Я тоже, — кивнул Кощей, широко улыбаясь.

— А я не у тебя спрашивала, а у Диво, которое хотело посмотреть в мои глаза, — фыркнула девушка. — Но всё равно благодарствую.

— Лживые глазёнки-то у тебя! — воскликнула мобилка.

— Нет, ну я так не играю, — Санька картинно надула губки и сложила руки на груди. — На свидании красной девице хочется слушать приятные комплименты, а не сварливый бубнёж ревнивой завистницы.

Мужчина, не переставая улыбаться, закивал и вытащил из кармана большой цветастый платок. Он завернул в него возмущающийся телефон и снова сунул за пазуху.

Диво вдруг замолчало, видимо, пригревшись, или из-за темноты, как замолкают попугаи, когда на клетку накидывают ткань.

Однако, как только приложение перестало возмущаться, опять повисла тишина.

— А вот со мной как-то случилась такая история, — посмеиваясь, заговорил Избор. — Раз уж вы помалкиваете, я расскажу. Давным-давно, когда я ещё был на своей родине, продал купец меня старому летописцу. Не знал он, что не просто тряпка перед ним, вот и за бесценок отдал.

— И ты просто ветошью прикидывался? — удивилась девушка.

— Было дело. Коль желаешь выживать — надобно и схитрить, — пояснил гобеленовый разбойник. — Так летописец тот, Сандип, расстелил меня в саду рядом с источающей дивный аромат смоковницей, а потом разложил на мне сначала десятки, а потом и сотни книг. Затем сей книгочей и сам взгромоздился на меня. Срывал плоды смоковницы, вкушал, капая пахучим сладким соком на мою чистенькую ткань. Я молчал и терпел, но всё же не выдержал и как вскочил с места, стряхнул и Сандипа, и книги его. Вот смеху было! Валяется летописец на земле, лапками кверху, а на него книги так и сыплются, так и сыплются! Кричит он, кричит, надрывается, а я подождал, пока он вылезет из кучи книг и...

Коврик сделал паузу, и Санька на автомате спросила:

— А дальше?

— Стал я трясти смоковницу, и плоды посыпались на Сандипа, — расхохотался тканевой бандит, подрагивая так, что пассажирам пришлось схватиться за концы гобелена, чтобы не свалиться на землю.

— Ну, знаешь, Избор, если бы ты мне на свидании рассказал такую историю, то второго свидания бы точно не произошло, — усмехнулась девушка.

— А зря, я и не такое могу рассказать! — самодовольно сообщил коврик.

— Не сомневаюсь, — засмеялась брюнетка и попросила: — Стой, давай здесь остановимся.

Гобеленовый бандит замер над песчаным берегом у тихой речной заводи, а затем снизился, позволяя пассажирам соскочить на пляж.

Первым на землю спрыгнул Кощей, Санька же не двинулась с места. Она дождалась, пока Бессмертный поставит корзину с продуктами на песок, а потом подала руку мужчине. Однако он озадаченно посмотрел на спутницу, поднял корзину и протянул девушке.

— Блин! Ну разве непонятно, что нужно помочь мне слезть с коврика? — усмехнулась Санька.

— А ты разве сама не можешь? — удивился Кощей. — Это же легко.

— Могу, конечно! Но на свидании нужно ухаживать за барышней, а не превращать её в жабу, — фыркнула брюнетка.

— В лягушку, — расплылся в улыбке Бессмертный и поставил корзину на песок.

— Да без разницы. Ты себе так невесту точно не найдёшь.

— Уже нашёл, — в глазах мужчины сверкнул озорной огонёк.

— Ха! Ты обо мне что ли? Не-е, ты не в моём вкусе. Хотя я вот сейчас дала тебе шанс, а ты совершенно им не пользуешься.

Кощей протянул руку девушке, чтобы помочь ей слезть с коврика, однако Санька проигнорировала его и сама соскочила на песок, что вызвало у Бессмертного ещё большее недоумение.

Пока он размышлял о том, как тяжело понять женскую душу, гостья из другого мира обратилась к гобеленовому разбойнику:

— Было бы неплохо расположиться на коврике, а не на холодном песке, но, пожалуй, это будет как-то не по-дружески по отношению к тебе.

Избор вытянулся вертикально в воздухе и торжественно произнёс:

— Понял, оставлю вас одних.

— Нет! Нет! — закричала Санька, поняв, что ковёр может рвануть в башню, а этого допускать нельзя, ведь Настя, Яшка и Василиса, скорее всего, ещё обыскивают временное пристанище Кощея. — Не улетай, я хочу ещё послушать твои истории.

— Тебе же не понравилось, — усмехнулся гобеленовый бандит.

— А ты расскажи что-то другое. Интересно узнать что-то о твоей родине и о тебе самом. Правда, Кощей? — девушка посмотрела на долговязого мужчину, неловко переменяющегося с ноги на ногу и неуклюже размахивающего руками, будто Бессмертный вдруг осознал, что не знает, куда их деть и как держать.

— Ты же говорила, что на свидании должны быть только мо́лодец и красна девица? — уточнил лиходей.

— Да, но ты же молчишь всё время, а... Избор поможет нам найти общий язык и узнать друг друга получше. В моём мире часто друзья помогают на свиданиях, — быстро нашла, что сказать Санька.

Девушка тянула время, как могла, но ей это "свидание" нравилось всё меньше. Будь её воля, брюнетка давно бы сбежала с этой встречи со смешливым и разговорчивым ковриком, они бы летали над лесом и речкой, а Избор рассказывал дурацкие истории и один хохотал над своим шутками. Однако это было бы точно веселее, чем попытка пообщаться с нудным бессмертным социофобом. Хорошо, что Кощей, по крайней мере, сейчас без волшебного посоха и не может превратить Саньку в какую-нибудь стрекозу из-за неудачного свидания.

Кощей неуверенно кивнул и хлопнулся на песок, усевшись по-турецки, но тут же вскочил и указал на своё место девушке, слегка поклонившись.

— Благодарствую, конечно, однако вряд ли оно успело нагреться, — хохотнула брюнетка. — В смысле, я бы предпочла что-то более комфортное, но сойдёт и так.

Избор разлёгся на песке, немного поёрзал, устаиваясь, и предложил Саньке расположиться на нём.

— Ладно, уговорил, — согласилась девушка, опасаясь, что в случае отказа коврик направится в башню.

Она села на гобелен и кокетливо посмотрела на Кощея.

— А теперь ты должен вкусно меня накормить, поухаживать за барышней.

— Ага, — кивнул мужчина, открыл корзину, достал из неё яблоко и кинул потенциальной невесте.

Девушка поймала фрукт и проговорила, качая головой:

— Да уж, тебя учить и учить, иначе точно невесту не найдёшь, а мир наполнится лягушками, жабами, ящерицами, и кто знает, кем ещё... Хорошо, что Мара забрала у тебя посох.

Пока она говорила, Бессмертный взял и себе яблоко и уселся на песке рядом с провизией. Однако, как только девушка затронула тему Мары и посоха, Кощей рывком вскочил на ноги и прокричал:

— Да я его ещё отвоюю! Сейчас победа за Марой, но в следующий раз...

— Нет, твои истории мне нравятся меньше, чем рассказ Избора, — вздохнула брюнетка. — Тебе бы повзрослеть, Ваше Бессмертное Ребячество, а потом уже можно и невесту искать. Какая барышня захочет с тобой нянчиться? А потом ты скажешь, что поехал на работу или с друзьями на рыбалку, но сам отправишься к сестре на разборки? А жена потом, оставив детей с Избором и колобками, будет искать ведьму, которая тебя из какого-нибудь подвала вытаскивать будет? Кому это надо? Девицам нужен ответственный взрослый мужчина, с которым они будут чувствовать себя в безопасности. А ты что?

— Что? — выпучил глаза Кощей.

— Пересолит суп твоя жена, а ты её в кенгуру превратишь, чтобы в сумке детей ваших таскала и была хорошей матерью даже под заклятием?

— В кого? — Бессмертный подался вперёд, с любопытством уставившись на собеседницу.

— Это тебе потом Диво покажет и расскажет. Да, Диво? Диво? Чего это оно молчит, разрядилось что ли? — тревожно поинтересовалась Санька. — Ты давно её кормил?

— Порошок остался во дворце, — развёл руками Кощей.

— Ох, и злое же оно будет, когда придёт в себя! — усмехнулась брюнетка. — Подождите, но как же мы теперь найдём живую воду без Диво?

— Оно спит, скоро проснётся, — пояснил Избор.

— Точно? — с недоверием уточнила девушка.

— Диво называет это... ика-гно-ми-ей, — подняв указательный палец вверх, пояснил Бессмертный.

— Икагномия? — расхохоталась Санька. — И часто у вас гномы икают? Экономия! Телефон перешёл в режим экономии, энергию бережёт, потому что подкормки новой нет. Это хорошо. В смысле, не отсутствие зарядки у Диво, а то, что она старается протянуть подольше, ведь без неё мы живую воду не найдём. Надо всё-таки поторапливаться.

— О чём я и говорю! — проворчал гаджет из-под рубахи мужчины.

— Ты ж в режиме "икагномии", чего подслушиваешь? — фыркнула брюнетка.

— У меня автоматическая активация при произнесении ключевых слов, — деловито проговорил телефон.

Лицо Кощея вытянулось, он выпучил глаза и, беззвучно шевеля губами, пытался повторить мудрёные слова Дива, но слоги в слова не складывались.

— Ну-ка, ну-ка, Ваше Бессмертное Икагномщество, вслух, пожалуйста. Что только что сказало чудо чудное? — засмеялась Санька.

— А-а-а! — протяжно бросил сказочный лиходей, махнув рукой.

— Зря, очень зря, — продолжала веселиться девушка.

Через полчаса болтовни, когда Санька уже не знала, о чём можно поговорить ещё с Кощеем и Избором, а паузы затягивались, она предложила перекусить, опустошив корзину.

Бессмертный достал свёрток с мясом и уже замахнулся, чтобы запустить в потенциальную невесту, но девушка его остановила:

— Там мясо, его готовить не на чём, печки или костра нет.

Мужчина лукаво улыбнулся и достал из кармана огниво.

— Предлагаешь шашлыки замутить? — оживилась Санька, надеясь, что всё-таки теперь её друзьям точно хватит времени, пока Кощей организует костёр и зажарит мясо.

— Что? — не понял Бессмертный. — Шаш-лы-кин?

— Почти, — улыбнулась барышня. — Я тебя всему научу, жаль, конечно, что маринада у нас нет, но ничего.

Глава 5. Вечерок

— Данила! Данила! — прокричала я.

Мастер сидел за столом, работая в перчатках. Перед ним лежали разложенные на бумаге детали, и парень задумчиво разглядывал их, когда я позвала его. Остальные суетились, готовя ужин.

Сбежав со ступенек, я поспешила к вору и, пододвинув поближе к нему табуретку, уселась рядом.

— Я всё знаю, — уверенно проговорила я, недобро глядя на собеседника.

— Совсем всё? — удивился мо́лодец.

— Не о мировом устройстве, а о твоём подлом поступке, — насупилась я.

— Каком? — вроде бы искренне удивился мастер.

— У тебя так много подлых поступков? — усмехнулась я.

— Нет, я просто не понимаю...

Я оглянулась, проверив, нет ли поблизости друзей Кощея, и прошипела:

— Прутик волшебный.

Парень покраснел и отвёл взгляд, рассматривая узоры на закопчённых перчатках.

— Значит, правда? Это ты его своровал? — громким шёпотом уточнила я.

— Не своровал! Я его одолжил! — воскликнул мастер, теперь прямо глядя мне в глаза.

— Одолжил? — усмехнулась я. — Никому ничего не сказав? Пробравшись в комнату девушки, копаясь в её личных вещах? Это вот прям совсем фу! И тем более всё это сейчас, когда Кощей и Избор живут с нами под одной крышей! А если они видели, как ты забрал прутик?

— Нет, никто не видел! Правда!

— И ты собирался чинить его прямо здесь, у всех на виду?

— Нет, я...

— Ещё лучше, утащить его в неизвестном направлении? А мы бы так и не узнали, кто его стырил? — бушевала я.

— Да я бы его вернул! Скоро! — воскликнул Данила, вскочив с места. — Как только бы разобрался.

— Но ты так и не понял, как его заставить работать? — уточнила я, тоже вставая со стула.

— Нет, — сразу сник мастер, будто из него выкачали всю энергию.

— Возможно, просто надо уметь им пользоваться. Это же волшебная палочка, а с ними обычно действуют так: нужно знать заклинания и делать определённые движения, как Кощей шевелил волшебным посохом не просто так, а будто рисуя узоры, которые соответствуют его пожеланию. Понимаешь, о чём я говорю?

— Вроде, — кивнул парень, усевшись обратно.

— Но мы не волшебники, поэтому не можем знать, что именно нужно делать с этим прутиком. Вот обученный человек сразу бы разобрался, а ты просто пальцем в небо тыкаешь. Ну, дай картошку дикарю, который её никогда не видел и даже не знает, что эта еда. Будет кидаться клубнем во врагов, подпирать двери, строить из него жильё, но это же всё не то, потому что...

— Да понял, понял... Благодарствую, что с дикарём сравнила, — усмехнулся мастер.

— Прости, — улыбнулась я. — Хоть в школе я работала недолго, но привычка объяснять всё на простых примерах осталась. Я это к тому, что не отчаивайся, дело не в тебе, а в том, что загадка не для твоей специальности, то есть я хотела сказать, что она не для мастера, а для волшебника.

— Угу, — кивнул Данила, но, мне показалось, что он давно уже перестал меня слушать.

Я дотронулась до его плеча, чтобы привлечь внимание, и парень вздрогнул, что подтвердило мою догадку о том, что собеседник витал в своих мыслях и пропускал мои слова мимо своих ушей.

— Данила, ты должен вернуть волшебный прутик, он принадлежит отцу Василисы и Митрошки, ребята вернут его батюшке, а мы проводим царевну и царевича до дома на всякий случай. Так будет правильно. Нельзя допустить, чтобы сильный артефакт попал в руки какого-то лиходея. Согласен?

Рыжая барышня сидела на крыльце, тревожно глядя в нашу сторону. Мастер думал, рисуя пальцем узоры на столе перед собой. Я молчала, выжидая, пока наконец решение созреет в голове парня, и я очень надеялась, что это решение будет верным, ведь передо мной сидел самый что ни на есть добрый мо́лодец.

— Придумал! — вскочил на ноги парень так резко, что стул упал на землю, однако юноша вовсе не обратил на это никакого внимания.

— Что? — с опаской поинтересовалась я.

— Вам не придётся провожать Василису и Митрошку.

— Почему? — напряглась я ещё больше, а царевна спрыгнула с крыльца и побежала в нашу сторону.

— Я позабочусь обо всём и помогу вернуть волшебный прутик

— Ты?! — воскликнули одновременно я и царевна. Только мой возглас был недоверчивым, а Василисин удивлённым.

— Я! — твёрдо произнёс парень.

Взглянув на рыжую девушку, я попыталась понять, как она относится к такому раскладу. С одной стороны, было бы неплохо, если бы Данила проводил царских детей к отцу и проследил за их безопасностью, но с другой, одержимость Данилы волшебным прутиком меня настораживала. Кто знает, что он выкинет снова, учитывая недавнюю кражу.

Я поняла, что определённо нужно посоветоваться с Санькой и Петькой. В любом случае, если мы всё же решимся на такой вариант, то нужно будет отправить с царевичами и мастером Иванушку. Пусть от него часто мало толку, но думаю, что с Данилой он сможет справиться в случае чего.

В конце концов, мы же не должны решать все проблемы сказочного мира, нам надо спасти Бабу Ягу, именно для этого мы сюда прибыли. Но для этого сначала необходимо доставить Былю к источнику с живой водой, ведь мы в долгу перед нашей птичкой.

— Это хорошо, да? — посмотрела на меня Василиса, которая, видимо, тоже ждала от меня реакции, чтобы принять решение.

— Давайте подумаем и определимся, когда Санька вернётся. Но Кощей и его компания ничего знать не должны.

Все собрались у избушки, темнело, и Данила с Иванушкой расставили лампы на столе. Однако Саньки, Кощея и Избора по-прежнему не было.

Яшка сидел на крыльце, рядом с ним стояла тарелка, в которую мы с Василисой положили еды, но домовой к пище не притрагивался. Он всматривался в лес, ожидая возвращения девушки.

Я тоже переживала, не находя себе места. Все уселись за столом и принялись за еду, а мне кусок в горло не лез.

— Чего, Настасья, нос повесила? — хохотнул волчара, вгрызся в кусок мяса и принялся жевать.

— Саньки до сих пор нет. А тебя не беспокоит, что твой друг не явился к ужину? — удивилась я.

— Жрать пожелает — придёт, — усмехнулся зверь.

— А если с ними что-то случилось? — я встала из-за стола и сделала несколько шагов в сторону, раздумывая о том, чтобы уже отправиться на поиски.

Если бы Быля была жива, она бы быстро нашла Саньку, но наша птичка... Я почувствовала, что на глазах выступили слёзы.

— Э-э, Настасья, ревёшь что ли? — удивился волчара.

— Нет, не реву. В глаз соринка попала. Серый, а ты не можешь по запаху найти Саньку?

— Так как же? Кощей и Александра на Изборе же улетели? — уточнил друг Бессмертного.

— А, точно! — воскликнула я. — Тогда давайте разделимся и прочешем лес? Нас много...

— Вот ещё! — фыркнул кот.

— А тебя, Баюнчик, никто и не спрашивал! — возмутилась я и направилась к домовому. — Яшка, может, зелье есть какое для поиска? Стрелу зачаруем?

Кудрявый парень покачал головой и тут же вскочил на ноги, уставившись куда-то за мою спину. Я повернулась и увидела, что из-за деревьев показался пёстрый коврик, летящий по воздуху, на нём сидели двое, болтая в воздухе ногами.

В сумерках видны были только силуэты, а для меня, потерявшей очки, эта троица выглядела как одно сплошное пятно, снизу яркое и цветастое.

Однако я узнала смех подруги, которая громко хохотала, подлетая к избушке.

— Избор, давай скорее! — веселилась брюнетка.

— Сил уже нет, — со смехом ворчал коврик. — В следующий раз полетим на Кощее!

— Следующий раз? Я подумаю, — кокетливо засмеялась подруга, когда гобеленовый бандит подлетел к избушке на курьих ножках и снизился.

Бессмертный ловко соскочил с тканевого друга и галантно протянул руку девушке, помогая сойти на землю, хотя высота и так была довольно небольшой.

— Вот это другое дело, — одобрительно улыбнулась Санька, приняла помощь и спрыгнула на землю.

— Ужинать будете? — поинтересовалась я, хотя на самом деле хотела задать совсем другие вопросы. На удивление, моя подруга не выглядела злой или несчастной. Неужели свидание прошло хорошо?

Как бы домовой ночью не попытался прибить Кощея из ревности, если Яшка, как дух дома, тоже бессмертен, то битва будет эпичной, но без жертв, а если нет? Тогда у парня нет шансов против сказочного лиходея.

— Будем! Я такая голодная! Как волк! — воскликнула девушка и тут же повернулась к нашему волчаре. — Серый, не обижайся, у нас так просто говорят.

— И правильно говорят, — хохотнул зверь и вгрызся в огромный кусок мяса.

— Я сейчас приду, только накину что-нибудь, а то холодает, — поёжилась Санька. — Настька, пойдём со мной, тебе тоже надо что-то надеть, я же вижу, что у тебя зуб на зуб не попадает.

Я закивала, а подруга схватила меня за руку и потащила в дом. Мы стремительно пронеслись мимо Яшки, стоящего на крыльце, уперев руки в бока.

Как только мы с подругой оказались в избушке и закрыли за собой дверь, домовой возник рядом.

— Мы переодеваться будет вообще-то, — фыркнула брюнетка.

— Да ладно тебе, Яшка переживал очень. Ты скажи ему, всё в порядке?

— Ага. Всё норм, — кивнула девушка. — Яш, иди... Положи мне чего-нибудь вкусненького, а то пока мы будем переодеваться, там сметут всё.

Лохматый парень исчез, и я посмотрела на подругу с осуждением:

— Зря ты так, он правда очень волновался.

— А я напоминаю, что мы не пара, — буркнула Санька, открывая дверь в свою комнату.

— Ну, мы с тобой тоже не пара, но я также волновалась, — усмехнулась я. — Будь с ним помягче. Так что, как прошло? Я уже собиралась всех отправить на твои поиски. Где вы так долго пропадали?

— Не поверишь, шашлык жарили, — засмеялась девушка. Она поднесла свою косу к носу и понюхала. — Вся дымом насквозь провоняла.

— Шашлык? — удивилась я.

— Ну, это, конечно, громко сказано, ведь у нас был только небольшой кусочек свинины. Но Кощей с Избором приготовили его просто божественно! А коврик где-то стырил специи и соль, представляешь? — Санька открыла дверцу шкафа и стала искать что-то подходящее, что можно накинуть на плечи. На улице было не так уж и прохладно, но нам нужно было найти причину нашего побега с ужина.

— Нет, не представляю, — искренне ответила я и с подозрением посмотрела на подругу. — Тебе как будто понравилось свидание?

— А вот знаешь, мне реально понравилось, — улыбнулась брюнетка, доставая с полки толстовку и набрасывая её на плечи. — Не сразу, конечно, но... Ты будешь что-то тёплое искать? Прикинь что-то из моего, чтобы к тебе не идти.

— Да-да, возьму вот это, — я схватила цветастое пляжное парео и накинула на плечи.

— Серьёзно? — усмехнулась Санька.

— Да кто там смотреть будет? — отмахнулась я. — Ты лучше расскажи, что на свидании было?

— Да ничего такого, — улыбнулась брюнетка. — Кощей и Избор забавные на самом деле.

— Ты забыла, как они нас в темницу бросили? — напомнила я. — А Василису твой забавный превратил в жабу, когда она отказалась выйти за него замуж.

— В лягушку.

— А, ну тогда да, ничего страшного, — фыркнула я.

— Я же не говорю, что они добрые ребята, просто забавные. Я весело провела вечер, вот и всё. Ты лучше главное скажи, — девушка перешла на шёпот: — Вы нашла палку?

— И да, и нет, — усмехнулась я.

— В смысле?

Я кратко рассказала о нашей встрече и договоре с пауком, о беседе с Данилой.

— Надо же, мне и в голову не приходило, что прутик мог стащить ботаник, — удивилась Санька.

— Вопрос в том, стоит ли ему доверять дальше после такого? — пробормотала я.

— Нет, конечно! — воскликнула подруга.

— Тогда нам придётся проводить Василису и Митрошку до дома.

— Придётся, — кивнула брюнетка. — Но сначала нужно добраться до живой воды, потому что Диво может разрядиться в любой момент. И тогда надо будет сначала найти порошок из перьев грозовой птицы, а потом уже топать к водице.

— Тебе не кажется странным, что Диво не потащило нас к горе Ой за новыми перьями? Ведь это сейчас важнее для неё, чем источник живой воды.

— Да кто поймёт наше Диво? — фыркнула девушка. — Впрочем, оно уже не наше, а Кощеево.

— И это радует, — улыбнулась я.

— Точно. Всё, пошли есть, иначе я сейчас кого-нибудь покусаю, — засмеялась Санька и рванула к двери.

На столе уже ждала Саньку заботливо сложенная в тарелку еда. Как выяснилось, под управлением домового Василиса собрала всё, что любит темноволосая гостья из другого мира.

Моя подруга, ещё не усевшись на стул, вгрызлась в яблоко, а другой рукой схватила кусок печёного постного мяса.

Кощей с улыбкой наблюдал за прожорливой бывший невестой, и я не смогла сдержать усмешку.

— Чего ржёшь, Настька? — поинтересовалась Санька.

— Сначала поешь, а потом говори, пока не подавилась, — засмеялась я.

— Ты сама давай жуй, сейчас поедим и будем зелье варить, в смысле, капли для глаз! — пробурчала подруга.

— Сегодня? Нет! — воскликнула я.

— А когда? Завтра нужно запастись провизией и в путь отправляться, — уверенно проговорила девушка. — Только нужно определиться, куда именно.

— За живой водой, — твёрдо проговорила я. — Когда оживим Былю, она полетит с Василисой и Митрошкой, присмотрит за ними. Если что-то случится, позовёт нас на помощь.

— На том и порешили, — кивнула Санька, откусывая кусок картошки вместе с кожурой.

После ужина Василиса, Иванушка и Данила занялись мытьём посуды в купельной комнате, а мы с Санькой уселись за столом в избушке. Я читала рецепт и выписывала из него самое главное в свою книжицу, а подруга зачитывала Яшке ингредиенты, и домовой лазил по шкафчикам и складывал на скатерть свёрточки, ставил баночки.

Мне приходилось наклоняться прямо над книгой, чуть ли не водить носом по странице, чтобы разглядеть буквы.

— Сань, может, давай завтра, а? Сил нет, — пробормотала я, завершив конспект.

— Нет. Подумай, уже сегодня ты сможешь нормально видеть и не порвёшь книгу носом во время чтения, — усмехнулась подруга.

— Ну, спасибо тебе, — фыркнула я.

— Не за что пока, — хохотнула брюнетка. — Спасибо скажешь тогда, когда сможешь увидеть все краски этого мира, да ещё и без очков! Они не запотеют в дождь, не покроются каплями, не разобьются и не свалятся, когда ты будешь выпутываться из очередной передряги. Ты будешь видеть всё!

— Звучит, конечно, очень заманчиво, но...

— Что? Какие могут быть "но"?! — закричала Санька. — Ты просто так привыкла быть очкариком, что не можешь уже себя представить без своих "стёклышек".

— Возможно, ты права, — сдалась я.

— Да сто пудов права! Тут без вариантов! — уверенно заявила подруга и гаркнула: — Яшка! Нужен сушёный аир болотный!

Парень нашёл нужный кулёчек и исчез, чтобы появиться рядом с брюнеткой. Он положил последний ингредиент на стол и возник у печки, достал котёл, в котором мы до этого варили зелья, и, переместившись в купельную комнату, принялся наливать воду под возмущение Иванушки, которого, видимо, домовому пришлось потеснить.

— Сварим зелье, но капать сегодня не буду, — безапелляционно проговорила я, вставая из-за стола.

— Но почему? — не поняла Санька.

— Потому что, — усмехнулась я. — И не спорь.

— Утро вечера мудренее, — кивнул возникший рядом с печкой домовой.

— И я про то, можно было бы и зелье сварить утром, — проворчала я, развязывая шнурок на холщовом мешочке с сушёными листьями смородины.

— Не бухти, это в твоих же интересах, — улыбнулась подруга, открывая бумажный кулёк с сушёным аиром болотным.

— Баюн, зачем зелья, шкафы, набитые мешочками, кульками и банками, почему нельзя просто всегда прочитать заклинание? — поинтересовалась я у кота, дремлющего после сытного ужина на столе.

— Заклинания не всегда работают верно и требуют большого расхода силы, — широко зевнул кот и, недовольно сощурившись, посмотрел на меня. — Знания и помощь вокруг тебя, так почему бы не использовать их, сохраняя силы.

— Так давай я сначала попробую заклинание? — я взглянула на подругу.

— А если хуже сделаешь? Ты же только в стрессе нормально колдуешь, — с сомнением покачала головой подруга.

— Да, это точно. Тогда лучше зелье.

Глава 6. Зелье для остроты зрения

Мы с Санькой готовили ингредиенты, Яшка следил за водой в котелке, Митрошка сидел в сторонке внимательно, с серьёзным взглядом, наблюдая за нами.

— Вот вырасту, и тоже буду колдовать, — твёрдо произнёс мальчик, когда я растирала листья болотного аира в тяжёлой каменной ступке.

— Вот ещё! — воскликнула Василиса, выходя из купельной комнаты. — А царством кто будет управлять?

— Ты и будешь, — хихикнул братец.

— Не положено, — вздохнула рыжая девушка. — У нас же как заведено? Только царь править может, а не царевна.

— Так проведи революцию, — усмехнулась Санька. — Василису на царство! Тем более, если Митрошка сам на трон не хочет и выбрал себе другую карьеру.

— Какой же из него колдун? — засмеялась царевна и потрепала братца по волосам.

— А вот увидишь! — уверенно посмотрел на сестру Митрошка, вскочив и топнув ногой.

— Тогда учись со мной зелья варить, — улыбнулась я, высыпая на чистую тарелку порошок из сушёного болотного аира.

Мальчик взял стул, на котором сидел в сторонке у стены, и переставил его к столу поближе ко мне.

Яшка появился рядом с Санькой и водрузил на скатерть деревянный бочонок с узором в форме сот. Брюнетка открыла ёмкость и отмерила семь больших деревянных ложек, переложив мёд насыщенного тёмно-янтарного цвета в глиняную чашку.

Я положила на тарелку три сушёных листочка смородины, выбрав самые красивые, не поломанные.

— Настойка из одуванчиков и отвар полыни, — протянул мне бутылочки из тёмного стекла домовой.

— Спасибо, — кивнула я, поставив склянки рядом с тарелками, и печально вздохнула: — Хорошо хоть отвар крапивы мне не нужно будет в глаза капать.

— Раньше и крапиву добавляли. Фр-р-р! — усмехнулся кот. — А потом заменили на полынь.

— Прекрасно, — фыркнула я.

Мне всё меньше хотелось капать в глаза будущее зелье. Жаль, что нельзя его предварительно испытать на ком-то, не на живом, нет, я не настолько жестока. А вот если бы можно было в какую-то пробирку поместить каплю варева, и чтобы искусственный интеллект провёл полный анализ волшебной жижи на безопасность... Но я, пожалуй, слишком многого хочу. Впрочем, Диво, возможно, смогло бы сделать что-то такое, но с ним потом не расплатишься. Так что придётся испытывать зелье сразу на себе.

Как только Яшка позвал меня, сообщив, что вода закипела, я последовательно добавила в неё все ингредиенты, кроме мёда. Затем сняла котёлок с печки и переставила на подставку на столе. Нужно было выждать, досчитав до ста, а потом уже добавить мёд.

Когда варево остыло, с помощью черпака я принялась разливать зелье по пустым пузырёчкам, которые тут же подписывала Санька, клея на склянки бумажки, смазанные варёной картошкой.

Один пузырёк мы не стали подписывать, я села за стол и задумчиво крутила бутылочку в руках.

— Давай сейчас закапаем, к чему откладывать? — искушала меня подруга.

— Нет, всё-таки подождём до завтра, — уверенно проговорила я и направилась в комнату, соседствующую с моей. — А пока пошли спать.

Утром меня разбудила щекотка. Сначала я воспринимала её как часть сна, но потом, проснувшись, заметила на подушке рядом со мной маленькую серую мышку.

— Норушка, ты чего? — недовольно буркнула я, спрятавшись от животинки под одеяло с головой.

— О, ты уже проснулась?! — радостно воскликнула Санька.

— Нет, совсем не проснулась и пока не собираюсь, — пробормотала я, поглубже забираясь в тёплое укрытие.

— Настька! — требовательно проорала брюнетка. — У нас по плану операция "возвращение зрения". И без тебя нам никак не справиться.

— Жаль, очень жаль. Я надеялась, что обойдётся без меня, — засмеялась я, а подруга уже стаскивала с меня одеяло. — Ладно, сдаюсь, ты права. Надо уже сделать это.

Я уселась на перине по-турецки, а Санька протянула мне маленькое зеркальце, предварительно полюбовавшись на себя любимую и подмигнув своему отражению.

— Ну, долго будешь решаться? — недовольно посмотрела на меня девушка.

— Пипетки нет. Ты предлагаешь лить зелье в глаз прямо из пузырька? — фыркнула я.

— Будет тебе пипетка, — усмехнулась подруга и, вскочив на ноги, бросилась из комнаты с криком: — Яшка!

Домовой возник в комнате и протянул мне инструмент для капель, и в спальню тут же ворвалась Санька.

— Ладно, уговорили, — улыбнулась я.

Зелье в пузырёчке имело янтарный цвет и приятно светилось на солнце. Я открыла склянку, набрала несколько капель и поднесла к глазу, но, как только они полетели вниз, я не смогла сдержаться и крепко зажмурилась.

— Настька! — с досадой проорала подруга.

— Что? Я же не специально, он сам закрылся. Это рефлекс.

— Хочешь нормально видеть без очков?

— Конечно, хочу!

— Тогда нафиг рефлексы. Могу поднять тебе веки, — хихикнула брюнетка.

— Нет, я не Вий, а добрая ведьма, — засмеялась я. — К тому же буду сопротивляться. Тоже рефлекс.

— Какая ты сегодня душная, — вздохнула Санька. — Давай уже капай!

— Сейчас! — я немного отвела нижнее веко вниз, чтобы в случае рефлекторного закрытия глаз капли всё-таки попали куда нужно. И в этот раз действительно получилось.

— Ну? — подруга заскочила на перину и приблизилась ко мне, вглядываясь в моё лицо. — Что? Видишь?

— У-у-у-у! — прошипела я, крепко зажмурившись.

— Что? — теперь уже с тревогой спросила девушка.

— Жжётся! Ой, как же жжётся! — я вскочила на ноги и принялась размахивать руками.

— Глаза открой, быстрей пройдёт, — подсказала Санька.

— Уверена?

— Нет, но ты же не сможешь вечно ходить с закрытыми глазами. Нам в Медяново нужно.

— Блин, ты так помогла! — с сарказмом буркнула я.

— Всегда рада, — фыркнула брюнетка.

— Я заметила.

— Открой уже глаза!

Я осторожно открыла пострадавший глаз, но пока из-за слёз ничего не видела.

— Скажи, он хотя бы на месте? — настороженно уточнила я.

— Глаз-то? — усмехнулась подруга.

— Угу.

— Да. И даже не один, — хохотнула девушка.

— Санька!

— Что? Мне, между прочим, тоже стрёмно и интересно. Так что? Ты видишь?

— Пока не пойму, — я закрыла второй глаз, в который пока не капала волшебное зелье, и посмотрела на брюнетку.

— Сколько пальцев видишь? — деловито поинтересовалась подруга.

— Кулак! — фыркнула я.

— А теперь?

— Два?

— Ура-а-а! Работает! — закричала Санька и кинулась ко мне обниматься.

— Подожди, зелье расплескаешь, и у нас перина обретёт зрение вместо меня, — засмеялась я.

— Капай во второй!

Я послушно закапала зелье во второй глаз и зашипела, стараясь переждать время жжения.

— Ну?

— Перестань нукать! Я ещё сама не знаю, — я снова осторожно открыла глаза и проморгалась. — Вижу! Санька, я вижу! Никаких больше очков, представляешь!

— А я говорила! — довольно приосанилась брюнетка.

— Говорила! Говорила! — радостно засмеялась я, обнимая лучшую подругу.

Сейчас, когда мир стал чётким и ясным, я жалела, что не испробовала зелье ещё вчера. Почему Баюн не рассказал о нём раньше? Я бы уже давно могла избавиться от очков и жить спокойно и свободно.

Я очень надеялась, что эффект зелья не пропадёт, когда я вернусь в свой мир. Ведь так хорошо я не видела даже в линзах.

— Давай, пойдём объявим сбор и в Медяново рванём на ферму, — поднялась с перины Санька.

— Кого с собой возьмём?

— Избора по-любому, Ивана, Данилу, а остальных можем оставить. Если хочешь, можем взять Серого.

— А я здесь при чём? — вскинулась я.

— Ну, может, ты хочешь, чтобы он составил нам компанию, — улыбнулась брюнетка.

— Тогда и Кощея возьмём? — фыркнула я.

— А что Кощей? — усмехнулась подруга. — Кощея с собой брать бесполезно, Его Бессмертное Оболтусейшество ничего не понесёт, а через минуту ещё и костлявого тащить придётся. И так Избор вместо продуктов...

— Зато Серый, конечно, поможет, — перебила я Саньку. — Как только к деревне подойдёт, жители Медяново либо слиняют с криками, либо пойдут на нас с вилами и факелами.

— А, это да. Тогда Кощея с Серым не берём. Хватит медяновцам пока Коло, к нему пусть сначала привыкнут.

— Да, точно, — кивнула я.

Решено было сходить на ферму, пополнить запасы, проверить, как Любава и Коло, не сбежали ли снова куда-то, и отправиться к источнику с живой водой. Как только спасём Былю, попрощаемся с Кощеем и его компанией и пойдём провожать Василису и Митрошку домой.

Я очень надеялась, что всё будет именно так, без лишних поворотов и приключений, однако боялась, что в сказочном мире всё-таки может что-то пойти не так. Даже, скорее всего, точно что-то пойдёт не так.

Но пока у нас есть чёткий план, мы будем его придерживаться. А там посмотрим. Вдруг всё-таки ничего не случится?

Меня смущал Баюн, который в последнее время притих и практически не был слышен и виден. Конечно, вполне вероятно это связано с тем, что в избушке сейчас полно народу. Но что если кот замышляет что-то недоброе, какой-нибудь жуткий урок в своём стиле?

В Медяново уже практически не обращали на нас внимания, видимо привыкли к нашим набегам за продуктами. Разве что Избор пользовался популярностью — местная детвора требовала покатать их, пока мы шли до фермы. И коврик соглашался, устраивая настоящий аттракцион для ребят.

Сейчас совсем нельзя было сказать, что он не просто живой гобелен, а самый настоящий разбойник, похититель красных девец и близкий друг Кощея Бессмертного. Впрочем, и знаменитый сказочный лиходей оказался вовсе не таким, каким ожидаешь его увидеть, вспоминая истории, знакомые с детства.

Я не могла нарадоваться тому, что теперь видела всё четко и ясно. Всё-таки Санька молодец, что уговорила меня испытать зелье для восстановления зрения.

Когда мы уже возвращались к избушке, небо резко затянули тяжёлые тёмно-фиолетовые тучи, и почти сразу пошёл дождь. Сначала небольшой, но через пару минут превратившийся в настоящий ливень.

Мы с Санькой спрятались под коврик, парящий над дорожкой.

— Продукты промокнут, — с досадой проговорила я.

— Ладно продукты, мы промокнем! — воскликнула брюнетка. — Настька, ты не можешь как-то разогнать тучи?

— Не знаю, — я посмотрела под ноги. Казалось, что дорога превращается в кипящую, пузырящуюся реку.

— Попробуй заклинание какое-то придумать.

— Из-за летнего дождика? — усмехнулась я.

— Ничего себе летний дождик! — возмутилась подруга. — Ещё немного и нам придётся плыть к избушке.

— Да ладно тебе, — улыбнулась я. — Зато свежо. И смотри, какое всё сразу яркое стало! И деревья, и трава, и... Избор!

— Это потому, что ты больше не очкарик, — тоже улыбнулась Санька.

— Да. Я уже тебя благодарила?

— Ну, не знаю, не откажусь, если снова поблагодаришь... Например, дождь остановишь, — засмеялась девушка.

— Ты же помнишь, что я могу колдовать только в стрессе? — напомнила я.

— А сейчас тебе стресса недостаточно? Лучшая подруга замёрзла, промокла и бредёт по уши в грязи!

— Хорошо, я попробую. Остановится пусть дождь, высохнет дорога. Не хочу носить калош и сидеть в берлоге!

— Ты заклинание сочиняла или частушку про айтишника, который решил сменить вид деятельности и стать тревел-блогером? — хохотнула брюнетка.

— Получилось что-то среднее, — усмехнулась я. — Хотя нет, скорее частушка, иначе бы сработало.

— Кажется, дождь ещё сильнее полил, — поморщилась Санька. — Ну, спасибо тебе, молодая Яга.

— Думаешь, это я?

— Конечно! Это потому, что тебе дождь нравится. Ты неискренне хотела его остановить.

— Прости, но ничего не могу с собой поделать, — улыбнулась я.

Санька была права: я действительно всегда любила дождь. Но я бы не отказалась сейчас его отсрочить до момента, когда мы вернёмся в наш тёплый уютный домик, где наверняка Яшка уже затопил печку.

Впереди послышался знакомый грохот, земля под нами задрожала, по лужам пошла рябь.

Мы с Санькой переглянулись.

— Реально что ли? — удивилась подруга.

— Яшка спешит на помощь, — улыбнулась я.

И действительно, через несколько минут навстречу нам выскочила избушка на курьих ножках. Она подбежала к коврику, с ног до головы обрызгав всех нас вместе с продуктами в корзинах грязной водой из лужи.

— Ну, спасибо! — усмехнулась брюнетка. — Яшка! Поаккуратней нельзя было?

— Скорее! Сюда, — проигнорировал возмущение девушки домовой.

Мы первыми пробежали в дом под прикрытием Избора, залетевшим вслед за нами. Затем в теремок заскочили Данила и Иван.

— А Серый где? — уточнила я, осматриваясь.

— Не знаю, — отмахнулся от вопроса Яшка. Он уже накинул на Саньку одеяло и протягивал чашку с горячим напитком.

Эх, вот это я понимаю забота и любовь. Жаль, что у меня такого нет, но я уверена, что однажды будет.

А пока пришлось заботиться о себе самой: я забежала в свою бывшую спальню, схватила сухую одежду и бросилась в ванную комнату, где уже набиралась в купель почти горячая вода, за что я потом обязательно поблагодарю домового.

Избушка вернулась на полянку, так как мы решили переждать непогоду в знакомом месте, а не в пути. А дождь разгулялся не на шутку: ливень только усилился и вовсю хлестал по нашему домику, да ещё и гром с молнией добавились.

На улице довольно сильно похолодало, однако в нашем домике было тепло и уютно: в печке потрескивали дрова, мы пили чай из самовара, аппетитно пахло пирожками.

За столом собрались все жители избушки на данный момент, кроме мышки-норушки и Мизгиря. Первая спала в комнате Саньки, а второй не показывал носа из башни. Зато к нам спустились Кощей и Избор.

Коврик устроился на печи, где просыхал после попадания под дождь, а Бессмертный, спокойно улыбаясь, попивал чай, уплетая из глиняной вазочки земляничное варение, которое мужчина скромно собирал ложкой по краю, будто боялся, что ему сделают замечание за то, что он ест слишком много сладкого.

— А давайте во что-нибудь поиграем? — предложила вдруг Санька.

— Во что? — удивилась я, понимая, что настольные игры вряд ли есть в жилище Бабы Яги, а подобрать развлечение для огромной компании, в которой все очень разные, довольно сложно.

— В "мафию", — вскочила девушка со своего места, готовясь объяснять правила присутствующим жителям сказки.

— Город засыпает, просыпается Кощей? — усмехнулась я. — Что-то не хочется закрывать глаза, когда в доме находятся похитители и разбойники.

— Ладно, тогда... В "крокодила"? Разобьёмся на две команды.

Санька объяснила правила, и мы поделились на две группы. Первая состояла из меня, ворчащего Баюна, Яшки, Василисы и Иванушки, а вторая из Саньки, Кощея, Избора, Данилы и Митрошки. Петька дремал на лавке, не обращая внимания на шум вокруг.

Я с грустью посмотрела на дверь, подумав о Сером, который сейчас один под дождём, мокрый и замёрзший. Наверное, ему сейчас очень одиноко. И почему он отказывается пожить с нами в избушке? Неужели так переживает из-за того, что может что-то здесь порушить?

Мы написали разные слова на бумажках и сложили их в две корзины. Каждый придумывал задания для другой команды, поэтому старался взять слово, которое будет непросто отгадать. Но мы договорились, что при этом слова должны быть всем понятные, нельзя брать то, что не будет ясно игроку из другого мира.

Первой вышла угадывать Санька, чтобы показать всем, как нужно действовать. Ей попалось слово "стрела", которое загадал Иванушка.

Пока моя подруга изображала, как натягивает тетиву лука, я налила чая в самую большую миску, которую нашла, и выскользнула на крыльцо.

— Серый! — громко позвала я, стараясь перекричать грохот дождя. — Серый!

Волк не откликнулся и не появился. Я постояла ещё несколько минут, замёрзла и вернулась в дом.

— Настька, теперь твоя очередь отгадывать! — Санька отняла у меня миску с чаем и поставила на лавку. — Давай, вытягивай слово.

Я послушно подошла к корзине, в которой были бумажки для нашей команды, и вытащила скомканный листочек с надписью: "Книга".

Повернувшись к "своим", я стала изображать, как листаю томик, и все стали выкрикивать догадки:

— Волшебство!

— Ветер!

— Прочь!

— Брысь! — предположил Баюн, который утверждал, что играть не будет.

Я сменила тактику и показала, как надеваю очки, сажусь за стол и открываю воображаемую книгу, перелистываю страницы.

— Стряпать?

— Мука!

— Тесто!

— Муха!

Я хлопнула в ладоши, надеясь, что сокомандники поймут, что я закрыла книгу, но нет.

— Я же говорил, что муха! — воскликнул кот.

Тогда я стала делать движения, как будто варю зелье, но при этом заглядываю в книгу, лежащую на столе.

— Колдовство!

— Зелье!

— Учёба!

Я дала знак, что слово близко к учёбе, и Баюн наконец выдал:

— Книга?

— Да! — закричала я. — Молодец!

— Фр-р! Ты всех запутала, теперь я, покажу как нужно, — кот соскочил со стола, на котором лежал, запустил лапу в корзину с бумажками и подцепил одну коготком, развернул на полу и облизнулся.

— И всё? — возмутилась я. — И что мы должны понять?

Баюн снова облизнулся.

— Сметана! — воскликнул Иванушка.

Кот кивнул и, гордо задрав хвост, заскочил на скатерть.

— Да, он определённо показал лучше меня, — усмехнулась я.

Глава 7. Как бы чего не вышло

Дождь шёл до самого вечера. Мы играли в "крокодила", потом всё-таки в "мафию", испекли горы печения и пирожков, научили местных жителей приготовлению пиццы, пусть и в деревенско-сказочном стиле.

Больше всех по вкусу заморское блюдо пришлось Бессмертному. Он с аппетитом поглощал кусок за куском, облизывая пальцы.

Когда дождь наконец закончился, все выскочили из избушки на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и прогуляться. Я же надеялась увидеть Серого и убедиться, что с ним всё хорошо.

Мокрый волчара лежал недалеко от крыльца, щурясь от солнечного света.

— Ты где был? — поинтересовалась я, спускаясь по ступенькам.

— А что? — оскалился в улыбке зверь. — Соскучилась?

— Я тебе горячий чай выносила, а тебя не было, — пояснила я.

— Так в укрытие от дождя бегал, схорониться надобно было.

— А-а, — протянула я. — Так, может быть, всё же Яшка сделает тебе место в доме?

— Нет! — покачал головой Серый.

— Вот упёрся! — буркнула я.

После недолгой прогулки мы снова собрались в доме, и Диво сварливо поинтересовалось:

— Теперь вы готовы идти к источнику с живой водой?

— Готовы! — закивали люди, звери и летающие разумные предметы быта.

— Построй нам маршрут, — улыбнулась Санька, устраиваясь на полу, ожидая резкого движения теремка.

— Сначала идём до деревни Заозёрье.

Я, усевшись рядом с подругой, громко обратилась к нашему жилищу:

— Избушка-избушка, ступай к деревне Заозёрье.

Дом дёрнулся и послушно зашагал по лесу. Неподалёку от меня расположились остальные обитатели дома, а Избор снова валялся на печке, пригревшись в тепле. К нему присоединился Баюн, на удивление не ворчавший по поводу нашего очередного отклонения от его плана.

Ближе к ночи все разошлись по комнатам, и мы с Санькой отправились в нашу пока общую спальню.

— Слушай, а как я объясню дома, почему теперь вижу без очков? — шёпотом спросила я, глядя в окно, пока подруга гнездилась на перине.

— Ну, мы же по легенде уехали, вот и скажешь, что там, где мы были, нашли крутую акцию по коррекции зрения, ты не сразу, но решилась на операцию.

— Идея хорошая, только поверит ли мама, что я согласилась на операцию, да ещё и не посоветовавшись с ней? — вздохнула я и откинулась на подушку.

— Если нет, то ты так стрессанёшь, что точно подключишь волшебство, — усмехнулась Санька, забираясь под одеяло.

Мышка-норушка устроилась рядом с брюнеткой и, свернувшись клубочком, тут же заснула.

— Да уж, наверное, так и будет, — улыбнулась я. — Саньк...

— Что?

— Яшка так о тебе заботился сегодня.

— Ну да.

— Ты сможешь спокойно вернуться домой, оставив его здесь?

— С собой заберу, — хихикнула девушка.

— Правда? — удивилась я.

— Нет, конечно! Как домового забрать отсюда? Хотя... Знаешь, может быть, реально можно? — оживилась подруга. — Если он захочет.

— Да Яшка за тобой на край света пойдёт, — заверила я.

— Ну, мало ли, — кокетливо заявила брюнетка.

— Пойдёт-пойдёт, ты и сама знаешь, — улыбнулась я.

— Знаю. Но всегда есть вероятность, что женская интуиция подвела.

— Тебя? — фыркнула я. — Вряд ли. Твоя интуиция всегда работает на сто процентов.

— Ой, захвалила, совсем захвалила, — засмеялась Санька.

Утром, когда мы проснулись, избушка стояла на месте. С разрешения Дива мы сделали привал, чтобы домик отдохнул, а мы размялись. После завтрака все разбрелись по делам, а я, Санька и Василиса решили посмотреть на деревню Заозёрово. С нами пожелали пойти Кощей и Петька, но мы разрешили только петуху отправиться в поселение, ведь Бессмертный намеревался лететь на коврике, что могло напугать людей.

Конечно, было бы хорошо остаться незамеченными, чтобы нас посчитали местными, но из-за нашего вида это было невозможно, так как сейчас даже Василиса одета была по-нашему: в современный сарафан, футболку и шорты.

Наша процессия вышла из леса к огородам, где с утра работали заозёровцы. На чужаков пока никто не обратил внимания, потому что взгляды людей были направлены на землю: кто-то пропалывал грядки, кто-то поливал растения, а кто-то собирал овощи и зелень для готовки.

Деревню опоясывала узкая речушка, уходящая в большое озеро с противоположной стороны поселения.

— Жаль, что избушка не там остановилась, — посмотрела на водоём вдали Санька. — Могли бы искупаться.

— Давай вернёмся и попросим избушку переехать? — предложила я.

— Да ну, — покачала головой девушка. — Лучше время сэкономим и поскорее доберёмся до источника.

— А вы знаете, что рядом с живой водой всегда мёртвая? — спросила вдруг царевна.

— Вроде, — неуверенно сказала я.

— Что-то такое в сказках было, — кивнула брюнетка.

— И что с этой водой? Она опасна? — посмотрела я на рыжую девушку.

— И помочь может, и погубить, — ответила Василиса.

— В сказках вроде говорилось, что мёртвая вода может исцелить раны, — вспомнила я.

— Да, любые раны затянутся вмиг, ежели капнуть на них мёртвой воды, но нельзя пить её, какая бы жажда не мучила, — пояснила царевна.

— Иначе смерть? — уточнила я.

— Вечный сон, — ответила барышня.

— Значит, смерть, — вздохнула я.

— Ну, мы же не собираемся пить мёртвую воду, — фыркнула Санька. — Нам просто нужно макнуть Былю в живую и всё, мы свободны. Почти. Потом спасаем Ягу и тогда точно свободны.

— Звучит как план, — усмехнулась я.

— Мы вчера помидоров не взяли, — задумчиво проговорила брюнетка.

— Придётся обойтись без них, — улыбнулась я.

— Можем купить здесь, — предложила Василиса. — У меня есть медяки.

— Пошли? — перевела взгляд с грядок на меня подруга.

— А стоит ли? Жители деревни не знают нас, как бы чего не вышло, — пробормотала я.

— Из-за нескольких помидоров? — фыркнула Санька. — Настька, не душни! Василиса, пошли за помидорами. Сейчас придём в избушку, макнём помидорку в соль и... Вкусняшка же! И никакого вреда фигуре.

— Ладно, за помидорами так за помидорами, — сдалась я.

Мы прошли по узкой меже между огородами, и теперь уже нас заметили местные жители. Сначала в нашу сторону посмотрела женщина довольно почтенного возраста. Она махнула рукой в направлении чужаков и что-то сказала, и будто по волшебству, другие люди стали отрываться от работы и глазеть на нас.

— Только не говорите, что мы связаны с Ягой, — еле слышно пробормотала я спутницам. — Обычно это никому не нравится.

Я вспомнила, как медяновцы относились к нам до того, как мы спасли Катерину.

— И кто же мы? — тихо хихикнула Санька. — Законодательницы новой моды?

— Что-то вроде того, — усмехнулась я. — И ты, Петька, молчи. Вряд ли местные привыкли к говорящим петухам.

Мы поравнялись с женщиной, которая стояла, оперевшись на тяпку. Поздоровавшись, мы слегка поклонились, и брюнетка тут же перешла к делу:

— Подскажите, у кого тут можно купить помидоров?

Местная жительница поздоровалась, но отвечать на вопрос Саньки не торопилась, с удивлением рассматривая нас.

— Мы нездешние, — пояснила я. — У вас так не одеваются, но мы прибыли из-за моря, там обычное дело так вот принарядиться.

— Дюже хорошо по-нашему гутарите, — с прищуром посмотрела на меня заозёрница.

[Гутарить — разговаривать, беседовать, болтать.]

— Так мы туда, за море, на учёбу ездили. Батюшки отправили, — быстро нашла, что сказать брюнетка. — Так что с помидорами? Продадите? Вон какие у вас красавчики на грядке, поспели уже.

— А почему петух с вами? — перевела взгляд на Петьку женщина.

— Мы ему невесту ищем, — улыбнулась Санька. — Там, за морями, учёные говорят, что даже птицам надо самим искать себе пару. Вот у вас в деревне наверняка не так? Какой гарем петухам выдали, тот и есть? А наш Петенька сам ищет свою любовь. У вас есть кого посмотреть?

— Нет у нас кур. И петухов, — со вздохом проговорила заозёрница.

— Почему? — удивилась я.

— Так Яга всех извела. Давно ещё.

Мы с Санькой переглянулись. Хорошо всё-таки, что мы не стали говорить здесь, что у меня есть дар Яги, а то бы нас сейчас точно отсюда погнали тяпками, вилами и факелами.

— Прости, Петька, невесту мы тебе здесь не найдём, — посмотрела Санька на петуха, который выпучил глаза и захлопал крыльями.

Я понимала, что он сдерживается из последних сил, чтобы не ляпнуть чего-нибудь, поэтому быстро проговорила:

— Если вы не продадите нам помидоров, тогда мы обратимся к кому-нибудь другому.

— Эй, я продам! — крикнула, помахав нам рукой, женщина с огорода по другую сторону межи.

— Вот и отлично, — улыбнулась Санька.

Мы попрощались с неприветливой заозёрницей и, осторожно ступая между грядок, направились на другой огород.

Эта жительница была гораздо старше недоброжелательной. Она с улыбкой двинулась нам навстречу, ярко-голубые глаза светились дружелюбием.

Мы поздоровались, слегка поклонившись, и обсудили цену и количество овощей. Василиса протянула женщине пять медяков, но заозёрница рассмеялась:

— Здесь что ли платить будете?

— А где? — растерялись мы.

— Пойдёмте в дом, я вас чаем напою, — предложила бабуля, поправляя косынку на седых волосах.

— Да мы торопимся, — нетвёрдо запротивилась я.

— Невежливо отказываться, — прошептала Василиса.

— Благодарствуем, — улыбнулась Санька. — Разве что ненадолго.

Женщина махнула нам рукой, призывая следовать за ней, и мы, старательно обходя грядки и беспорядочно растущие овощи, направились к дому.

— Меня Анисьей звать, — сообщила наша новая знакомая.

Она шла, сложив руки в замок на пояснице и шустро шевеля большими пальцами, совершая круговые движения. Я шла следом за заозёрницей и не могла оторвать взгляда от её рук.

Мы все представились, кроме Петра, который пока держался, изображая обычного петуха, не умеющего разговаривать.

Жилище старушки выглядело довольно бедно: серый дом из старых бревён немного покосился, вместо ступенек кое-как лежали потрескавшиеся доски, одна из которых лопнула, и наступать на неё было вовсе не безопасно.

Крыльца не было, рядом с лестницей стояла деревянная бочка, наполовину заполненная водой.

Мы прошли в дом, и пространство тут же преобразилось: внутри жилище оказалось уютным и милым: недалеко от входа располагалась свежебелёная печка, а рядом с ней тяжёлый деревянный стол и лавки, пол был застелен пёстрой ковровой дорожкой грубой вязки.

За печкой я увидела две высокие узкие кровати, застеленные цветастыми покрывалами, скорее всего, связанными хозяйкой. На каждой из постелей была выстроена пирамида из четырёх подушек: от самой большой к самой маленькой.

— Ну же, присаживайтесь, — улыбнулась старушка, расставляя морщинистыми руками глиняные кружки на столе.

Мы расселись на тяжёлых скамейках и послушно попили чаю вместе с приветливой женщиной. Петьке стало скучно слушать нашу беседу с Анисьей и он, вскукарекнув, направился к выходу.

— Не заблудись! — крикнула я вслед петуху. — Далеко не уходи, всё равно здесь нет невест.

К нашей с Санькой радости, хозяйка дома не расспрашивала нас ни о чём, не интересовалась она и судьбой Василисы, а рассказывала о своей жизни.

Анисья жила одна: муж скончался год назад, а дочери давно уехали в семьи к мужьям и появлялись в Заозёрье крайне редко, так как путь был неблизким.

Выслушав женщину, мы заплатили за овощи, и хозяйка дома выложила из ведра на стол крупные спелые помидоры, от которых тут же разнёсся аппетитный аромат по всей избе.

Мы с Санькой положили овощи в рюкзаки, а Анисья попыталась дать нам с собой ещё и огурцов, молока и свежего хлеба.

— Да мы не донесём, — покачала я головой. — Благодарствуем, но нам нужны были только помидоры.

Выйдя из дома, мы попрощались со старушкой и, прошагав немного по меже, позвали нашего пернатого телохранителя, однако Петька не появился и не откликался.

— Обиделся, наверное, — предположила Санька. — И вернулся в избушку.

— Или заблудился? — высказала я свою версию.

— Нет, не мог Пётр нас бросить, — уверенно возразила рыжая царевна.

— Давайте вернёмся к избушке и на всякий случай проверим там, а если Петра нет дома, то будем искать по деревне и окрестностям.

— Надеюсь, его не присмотрел кто-то из местных на суп, — пробормотала брюнетка, пока мы торопливо шли к теремку.

— Типун тебе на язык, — сердито буркнула Василиса.

— И правда, Санька, чего ты нагнетаешь? — возмутилась я.

— А что? Здесь же люди явно живут бедненько, а кур нет. Вполне могут нашего Петьку на обед присмотреть.

— Будем надеяться, что всё-таки наш пернатый друг забрёл куда-то и заблудился. А ещё лучше, если он всё-таки обиделся и вернулся в избушку, — спокойно проговорила я, хотя начинала нервничать.

Немного ранее

Пётр вышел из дома Анисьи и побрёл по двору. Беседа барышень со старушкой его совершенно не интересовала, однако пернатый защитник не собирался уходить от избы далеко, потому что он отвечал головой за безопасность царевны. Да и за гостьями из другого мира стоило присмотреть — вечно они попадали в беду на пустом месте.

Петух прошагал немного в сторону, заскочил на высокий пень, чтобы осмотреть окрестности, громко кукарекнул, забив крыльями. И так увлёкся своим криком, что не заметил, как сзади кто-то бесшумно подкрался и накинул на Петьку мешок, схватил птичку и бросился наутёк.

Пернатый защитник царской семьи опешил от такого отношения, а когда пришло осознание, что его похитили, вскукарекнул, что есть мочи, призывая на помощь ведьму, её подругу и царевну, но в горле неприятно саднило, а вместо привычного зычного "ку-ка-ре-ку!" из клюва вырвался еле слышный сиплый звук. То ли стресс сказался, то ли Петька перестарался, демонстрируя диапазон своего ора на пне.

Однако беда пришла теперь и к нему на, казалось бы, совершенно пустом месте. Видимо, эта штука заразна.

Петька затаился, выжидая удобного случая для нападения на похитителя. Сейчас он ему покажет! Сейчас он за всё расквитается!

Петух ощущал, как мешок с его тельцем подскакивает и ударяется о спину врага. Если изловчиться, то можно попробовать клюнуть похитителя или вцепиться в него когтями, проткнуть шпорами. Вот только сделать это никак не получалось: стоило только царскому служителю приготовиться к атаке, как мешок подскакивал, встряхивая узника, и путал все его карты.

Пернатый телохранитель понял, что лучше всего беречь силы и ждать момента, когда лиходей заглянет в мешок.

Наконец похититель остановился и поставил ношу. Петька приготовился к атаке, однако никто пока выпускать его не собирался. Зато послышались зловещие звуки: грохот посуды, потрескивание костра.

Очевидная догадка пронзила разум петуха — его собираются готовить в качестве обеда или ужина!

Пернатый узник зашевелился, стараясь порвать мешок. Он драл его когтями и шпорами, пытался пропороть клювом. Вот уже удалось проделать дыру, и петух не смог удержаться, приник к отверстию глазом, чтобы увидеть своего похитителя.

Над небольшим костерком висел котёл, у которого кружила худенькая светловолосая девушка в пёстром сарафане.

Петька замер: неужели придётся сражаться с барышней? Но он не может поднять коготь на прелестное создание, пусть и собирающееся его съесть. Не так воспитывали пернатого наставника и защитника царских детей.

Какой выход остаётся? Только побег, чтобы увильнуть от сражения.

Петух с ещё большим усилием принялся раздирать мешок, стараясь выбраться незамеченным, пока похитительница занята, помешивая своё варево.

Девица бросила что-то в котёл и повернулась к мешку с жертвой. Заметив, что ткань порвана в нескольких местах, и наружу уже торчат голова и лапы птицы, барышня запричитала:

— О, нет! Нет-нет-нет! Не убегай!

Она бросилась к мешку и принялась запихивать лапу петуха обратно, но узник сипло шипел и не сдавался.

Конечно, Петру многое хотелось сказать лиходейке, он был не прочь прочитать ей целую лекцию о недопустимости подобного поведения, однако он помнил, что его подопечные просили не разговаривать ни с кем в этой деревне, поэтому пернатый держался изо всех сил. Да и голос всё равно не слушался, не давая даже издать грозный "ку-ка-ре-ку!", который сам по себе способен повергать врагов в бегство. Да, это не свист Соловья-разбойника, но тоже неслабое оружие.

Что ж, раз уж побег не удался, придётся сражаться. Даже с прекрасной барышней.

Глава 8. Петьку надо выручать

— Не убегай, пожалуйста, не убегай, — повторяла девица, пытаясь утрамбовать Петьку обратно в мешок.

Однако, как только удавалось запихнуть лапу, выглядывала голова с возмущённо выпученными глазами.

— Петушок, не убегай, миленький, — продолжала уговаривать барышня.

Пернатого защитника царской семьи поражала наглость похитительницы. Как можно быть столь жестокосёрдной и просить живое существо добровольно сдаться и стать чьим-то обедом?

Ну уж нет! Крылатые так просто не сдаются!

За спиной незнакомки что-то зашипело, и она, ойкнув, бросилась к костру, в который лилась кипящая вода из котла.

Вскинув когтистую лапу, Петька наконец-таки разодрал ткань и выскользнул наружу. Петух заметался по небольшому двору, со всех сторон окружённому невысоким забором. Как бы сейчас пригодилась способность летать! А без неё преодолеть препятствие было нелегко.

Но пернатый телохранитель искал подходящее место, где можно найти что-то для прыжка. Заскочить бы на пенёк или дрова, а там и через забор можно перемахнуть.

Петька успел заметить бочку, накрытую доской, и понёсся к потенциальному спасению, но судьба в этот раз была не на его стороне — похитительница успела заметить побег жертвы.

Девица бросилась к птичке и, успев схватить петуха, прижала к груди.

— Уф-ф, попался, — с облегчением проговорила разбойница и тут же принялась строго отчитывать пернатого, будто нашкодившего малыша: — Я же просила не убегать, что же ты такой непослушный?

Петька молчал, молчал из последних сил, но терпение его было на исходе.

Барышня теперь бродила по двору, бубня себе под нос:

— Куда же тебя пока посадить, куда же... Вот!

Она подошла к той самой бочке, которую петух воспринимал как спасение. Девица подняла доску, сунула в "темницу" пленника и прикрыла доской.

— Подожди немного, я сейчас.

Ждать Петька, конечно же, не собирался. Сначала он несколько раз клюнул деревянную стенку бочки, проверяя на прочность, а потом принялся скакать туда-сюда, пытаясь раскачать "темницу".

Когда же удалось уронить ёмкость на бок, грохот привлёк преступницу, и она поспешила к жертве.

— Какой же ты всё-таки упрямый, — вздохнула барышня. — Но ничего, у меня уже всё готово.

Петух напрягся, понимая, что вот-вот ему придётся отринуть свои моральные принципы и напасть на преступницу, надо же как-то спасаться.

— У меня получится, я смогу, — забормотала себе под нос девица.

Зажав птицу под мышкой, похитительница поспешила к костру. Она помешала варево поварёшкой, затем зачерпнула немного жижи, поднесла к лицу и старательно подула, а потом приблизила бульон к клюву петуха.

— Попей, — попросила преступница жертву, но Петька инстинктивно отрицательно покачал головой, забыв, что должен притворяться простой несмышлёной птицей.

Впрочем, девица всё равно не заметила отказа и продолжила упрашивать пернатого:

— Пожалуйста, миленький, всего один глоточек.

Петька изо всех сил сжал клюв, стараясь, чтобы ни капли подозрительного варева не попало в его организм.

Тогда преступница больно ущипнула его за бок рукой, которой держала. Пернатый раззявил клюв в гневном беззвучном крике, и тут же барышня залила в жертву странный бульон.

Бросив поварёшку в котелок, девица схватила петуха двумя руками, приподняла и закружилась с ним в танце. А Петька понял, что похитительница безумна и вроде бы не собирается его пока варить. Так что стоит перестать пытаться сбежать и выждать, пока незнакомка успокоится и потеряет бдительность, а тогда уже уносить лапы.

Хотя возможно к этому времени его сможет отыскать ведьма из другого мира, но сильно надеяться на неё не стоит, Настасья та ещё неумёха.

— Ничего? — преступница остановилась и теперь выжидающе уставилась на птицу. Не дождавшись какого-то эффекта, она разочарованно выдохнула: — Ничего. Какая же я неудачница!

Пётр почувствовал, что неприятные болезненные ощущения в горле прошли. Чтобы проверить свою догадку, он набрал побольше воздуха в лёгкие и изо всех сил прокричал:

— Ку-ка-ре-ку-у-у-у-у-у!

Петушиное оружие произвело ожидаемый эффект: девица испуганно выронила Петьку и отскочила в сторону, а петух бросился к бочке, которая сейчас валялась на боку и оказалась бесполезна.

Барышня кинулась в погоню, наступая на беглеца.

— Стой! Давай попробуем ещё раз! Я знаю, в чём ошиблась: мало положила листьев чертополоха! Или нет, пепел жароцвета! Нужно было его сначала вымочить в яблочном соке. Или я вымочила? Не помню... Стой!

Девица протянула руки к петуху, чтобы снова его схватить и посадить в бочку, но Петька уже принял решение: раз уж голос вернулся к нему, стоит им воспользоваться, всё-таки ситуация не простая, а довольно экстремальная. Возможно, получится с барышней договориться и обойтись без насилия.

— Цыпа-цыпа-цыпа, — преступница растопырила руки, приготовившись схватить пернатого, и наступала на него.

— Милая барышня, давайте попробуем договориться. Я не простой петух, как вы, впрочем, могли уже заметить...

Похитительница отпрянула, но тут же с восторгом закружилась в танце, словно забыв о жертве.

— Я волшебница! Волшебница! — кричала она, радостно хлопая в ладоши.

— Этого ещё не хватало, — вздохнул Петька.

— У меня получилось! — девица прекратила танцевать и скакать, сейчас она вновь сосредоточила внимание на пернатой жертве. — Я всё-таки волшебница! Пусть у меня не получилось снять куриное проклятье Яги, зато я... теперь ты умеешь говорить!

Юная жительница Заозёрья опять приблизилась к петуху и протянула к нему руки.

— Вот ещё! — усмехнулся Петька, предостерегающе забив крыльями. — Я всегда мог говорить.

— Да, по-своему, по-курячьи, — закивала барышня. — Но сейчас ты можешь говорить, как и я, по-человечески. Ну-ка, молви что-нибудь.

— Открой калитку, девица. Меня долг зовёт, идти надобно.

— Как мудрёно ты говоришь! — восхитилась похитительница.

— Не вынуждай действовать меня не словами, — петух снова забил крыльями, заставляя преступницу сделать шаг назад.

В это время в избушке на курьих ножках

Мы вернулись к дому, однако Петьки там не оказалась. У царевны на глазах появились слёзы, а губы задрожали, выдавая сдерживаемое желание разрыдаться.

Митрошка схватил палку, которая всегда помогала ему сражаться с крапивой, и собрался идти в деревню выручать пернатого богатыря, но мы заставили остаться его дома, вместе с сестрой. На случай, если всё-таки петух сам вернётся к избушке.

Взрослая часть нашей компании разделилась на группы и собралась направиться в деревню, только Баюн не пожелал принимать участие в поисках и остался валяться на печке.

Решено было даже подключить к операции по спасению Петьки Кощея и Избора. В конце концов, мы всё равно, как только найдём пернатого богатыря, покинем Заозёрово, а действовать нужно быстро.

Однако, как только из башни спустился Бессмертный и выслушал наш план, из района его груди послышался смех:

— Искать они собрались! Уморили, уморили! — ухохатывалось Диво.

— А что смешного? — с возмущением поинтересовалась я.

— У вас есть я, забыли? — усмехнулось приложение. — Сейчас я найду вашу курицу-гриль в два счёта!

— Ничего он не курица-гриль! — воскликнула я.

— Да, по запросу "курица-гриль" ничего не найдено, — хихикнул смартфон в руке у Кощея.

— Диво! Ищи нормально! — попросила Санька. — Мы же время теряем, сейчас уже кто-то может собираться съесть нашего друга!

— Ладно-ладно, вернём мы вашего цыплёнка тапака, — деловито проговорило приложение. — А вы готовьтесь к отбытию, нам пора продолжить путь.

Избор, Кощей и Диво отправились в деревню за Петькой, а мы принялись спешно собираться, готовясь к путешествию.

У дома юной волшебницы из Заозёрья

— Какой потешный! — засмеялась девица. — Пойдём, я тебя накормлю, а потом сварю новое зелье.

— Ку-ка... — начал петух, но замолк с открытым клювом глядя за спину барышни.

— Что? Я сажей перемазалась? — восприняла похитительница удивление пернатого на свой счёт и принялась тереть лицо.

— Эй, чахохбили! — прокричал стервозный женский голос откуда-то сверху за спиной преступницы. — Ты чего тут делаешь? Наши тебя обыскались!

Светловолосая девушка с ужасом посмотрела в небо и сначала увидела пёстрый восточный ковёр, летящий в воздухе, а потом уже заметила восседавшего на нём тощего мужчину с всклокоченными чёрными волосами. В руке незнакомец держал небольшую коробочку, из которой опять раздался неприятный женский голос:

— Петька! Давай домой! Погостил и хватит уже!

Цветастый ковёр снизился, приблизившись к петуху, и пернатая жертва похищения, не теряя времени, заскочила на гобелен.

— Эй! — увидев, как заколдованная ткань набирает высоту, очнулась от ступора девица. — Это мой петух!

— С чего это вдруг? — возмутилось Диво. — Так... Кто ты у нас? А-а, начинающая ведьма из Заозёрья, самоучка-неудачница.

— Ничего я не неудачница, я сварила зелье, которое...

Барышня осеклась, вдруг осознав, что разговаривает с коробочкой в руках молчаливого мужчины, который с улыбкой разглядывает бардак во дворе.

Девица поняла, что перед ней могущественный колдун, который очевидно уже до неё научил петуха разговаривать. И не только его, вон как тараторит коробочка в его руке.

И, словно подтверждая теорию преступницы, из-под мужчины заговорил диковинный летающий ковёр:

— Прощевайте, милая барышня, но нам пора, а петуха нашего забираем.

— Не вашего, а своего! — вскукарекнул Петька.

— Но... Подождите! Он мне нужен! — закричала девица вслед удаляющемуся коврику с пассажирами.

Раздосадованная волшебница подбежала к котелку, висящему над догорающим костром, и на эмоциях пнула его подошвой лаптя. Волшебное варево с шипением вылилось на горящие угли, подняв клубы лилового дыма.

— Петька, когти спрячь! — попросил Избор, игнорируя ор юной колдуньи, остающийся позади.

— Я упаду! — запротестовал петух, изо всех сил цепляясь за гобелен.

Кощей схватил пернатого, прижав к себе, и продолжил невозмутимо оглядывать деревню с высоты коврового полёта.

Бессмертному здесь всё было в диковинку, отвык он от быта обычного народа, а тут целое поселение со своей жизнью можно было рассмотреть.

Сказочный лиходей задумался о большом путешествии, но пока идею стоило отложить на потом.

У избушки на курьих ножках

Наш домик нетерпеливо переминался с ноги на ногу, ожидая скорого отправления в путь. Большинство обитателей ждало новостей на улице, Яшка сидел на крылечке и тихо беседовал с Санькой, Митрошка устроился на пне, поедая свежее печенье, а мы с Василисой стояли, всматриваясь в лес в стороне деревни.

Данила и Иванушка собирали иван-чай рядом с домиком, чтобы подсушить его на печке и пополнить запасы листочков для ароматного напитка.

Серый отдыхал перед долгой дорогой.

Наконец среди деревьев появился цветастый ковёр-самолёт, на котором сидел, болтая в воздухе ногами, Кощей. Бессмертный почти с любовью, во всяком случае так казалось со стороны, прижимал к боку взъерошенного злющего петуха.

Теперь, когда я закапала в глаза зелье, я видела каждую мелочь даже на таком расстоянии, что было очень приятно.

Избор завис рядом с крыльцом, и Петька соскочил на перила, размахивая крыльями. Он что-то по-петушиному гневно тарахтел, возможно, это была нецензурная брань на птичьем, но я лишь предполагала такой вариант. Всё-таки вряд ли благовоспитанный Пётр мог себе такое позволить.

— Всё, ваш суповой набор доставлен. Довольны? — проворчало Диво в руках Кощея.

— Да, но было бы лучше, если бы ты называла его по имени, а не по подходящим позициям из меню, — усмехнулась я.

— Тогда отправляемся к источникам, — проигнорировало моё пожелание приложение.

Все жители общежития на курьих ножках вернулись в дом и заняли удобные позиции на полу.

— Диво, куда теперь? Какой маршрут? — поинтересовалась я у смартфона.

— Дубравино, — коротко ответил мой бывший телефон.

— Избушка-избушка, ступай в Дубравино, пожалуйста, — попросила я.

— Надо было сначала пообедать, — вздохнула Санька, когда домик пошатнулся и уверенно зашагал по лесу.

Мы поели уже в пути, теперь все привыкли к движению избушки на курьих ножках и спокойно могли принимать пищу, пить и даже передвигаться по дому.

В принципе это было похоже на существование в поезде — если приспособиться, то сложностей особых не возникает. Конечно, можно пролить кипяток себе на ноги или порезать палец вместо хлеба, однако мы не заморачивались такими мелочами. И всё-таки обошлось без травм.

Когда голод и жажда были утолены, а грязная посуда сложена в тазы и вёдра до стоянки, Санька полюбопытствовала:

— Пётр, а где ты пропадал? Куда подевался?

— Да, нам всем интересно, — кивнула я.

— Так... Беда пришла, откуда не ждали, — буркнул петух.

— И всё же? — не отставала брюнетка. — Всё равно делать нечего, расскажи, пожалуйста, будь добр.

Нехотя, но всё-таки петух поведал о том, что его скрутила могущественная ведьма, посадила в заколдованный мешок, из которого невозможно было выбраться, однако нашему Петру удалось, превозмогая боль, надорвать ткань и сбежать...

— А как можно порвать заколдованную ткань? — уточнила Санька. — Когда Серый был в подобных путах, он ничего сделать не мог сам.

— Я... У меня есть опыт некоторый, — пробормотал пернатый хвастунишка. — Да и думаю, что помогло то, что в мешке уже была небольшая дырочка, кем-то проделанная раньше.

— Тогда ясно, — кивнула брюнетка, хотя было заметно, что она не поверила петуху и говорила с сарказмом.

— А дальше что было? — спросила я.

— Выбрался я из мешка, а ведьма пожелала меня сунуть в кипящее масло в котле, но не смогла поймать. Всё-таки я довольно ловок, быстр и хитёр...

— А там и мы подоспели, — перебил Петьку Избор.

— Вовремя вы, — улыбнулась я.

— Да я бы и сам справился, — выпятил грудь пернатый богатырь и горделиво задрал клюв.

Избушка дёрнулась, и Петька, широко растопырив крылья, полетел с лавки, на которой сидел, головой в пол. В последний момент петух затормозил свой полёт, выровнялся и избежал опасного столкновения.

— Это карма, — усмехнулась Санька. — Наказание за хвастовство.

— Не такая уж и могущественная ведьма, так, самоучка начинающая, — хихикнуло Диво. — Настька-то наша посильнее будет.

— А может её тоже, Баюн, на обучение возьмёшь? — улыбнулась я, посмотрев в сторону печки, на которой валялся котяра.

— Вот ещё! Мне одной ленивицы хватает! — возмутился пушистый наставник.

— Ничего я не ленивица, — обиделась я. — Даже отдохнуть немного времени нет!

— Фр-р-р! Что только не сделаешь, чтобы не учиться? — фыркнул зверь.

— Неправда! — воскликнула я, собираясь уже прочитать коту целую лекцию о нравственных ценностях, но меня перебила подруга:

— Баюнчик, ты не прав. Если тебе наплевать на добрые дела, которые делает Настька, то подумай о другом: она прокачивает свои способности. Если так дело пойдёт, то скоро она сможет применять волшебство не только, когда напугана до... в общем, сильно, но и в обычном состоянии. Разве это не здорово? А самое главное, что при этом от тебя не требуется никаких усилий, валяйся на печке да грей бока. Думаю, что ты и сам всё это понимаешь, поэтому в последнее время не возникаешь.

Да, умеет же Санька сказать в нескольких словах мысль, которую я собиралась выразить долгой лекцией! Приятно иметь такого переводчика своих мыслей.

Только Баюн не признал правоту девушки, но и не пытался с ней спорить. Он просто фыркнул, встал, вытянулся и улёгся на другой бок, повернувшись мордочкой к стене, а к нам не самой дружелюбной стороной своего тельца.

Я вздохнула, стараясь думать о хорошем: осталось совсем чуть-чуть, и мы вернёмся домой. Теперь я уже легко справлюсь с Марком и его компанией, без проблем закончу практику. Ведь я стала сильнее, уверенней в себе, да ещё и волшебницей. Что мне какие-то невоспитанные мажоры сейчас, когда я могу даже нечисть заколдовать? Сначала я разберусь со старшеклассниками, которые немало кровушки у меня попили, а потом наворожу себе хороших учеников.

Теперь я в предвкушении ожидала возвращения к педагогической практике. Скорее бы уже разобраться с делами в сказке!

Глава 9. Наши ряды редеют

В Дубравино мы прибыли вечером, но ещё до заката. Диво настояло, чтобы теремок пришёл на конкретную поляну, и вела нас строго по координатам, подсказывая, где повернуть, а где пойти прямо.

Избушка устроилась на отдых, а мы высыпали из дома наружу, чтобы прогуляться и размяться.

Решено было не высовываться и не покидать поляну, чтобы не влипнуть в неприятности, которые, казалось, к нам притягивает словно магнитом.

Я, Санька и Василиса расстелили покрывала и устроились греться на солнышке, пока мужчины разжигали костёр и готовили ужин.

Только Кощей не помогал им, разлёгся на Изборе, зажав травинку между зубов, и созерцал вечернюю суету у дома.

Когда все собрались к ужину, небо окрасилось огненно-алой зарёй заката.

Мы с Санькой быстро нарезали ароматные помидоры, чтобы сделать салат. Но Серый вдруг напрягся, прислушиваясь, уши волчары тревожно задёргались.

— Только не говори, что у нас гости, — с раздражением проговорила я. — Этого ещё не хватало.

Зверь оскалился в улыбке и поспешил к очагу, поближе к еде.

— И что за гости? Чего нам ждать? Проблем или просто прохожих? — выжидающе посмотрела на волка Санька.

— Так он же молчит! — возмутилась я. — Серый! Что ты почуял?

— Ты же просила не говорить, — хохотнул зверь.

— Я? Нет же! — возразила я уверенно.

— Говорила-говорила, — хихикнуло вредное приложение и воспроизвело запись моих слов: — Только не говори, что у нас гости.

— Диво! Но ты-то знаешь, что это образно, выражение такое! — рассердилась я.

— Знаю, конечно. А ещё я вижу, кто сюда идёт, — самодовольно заявил гаджет.

— Кто? — одновременно воскликнули мы с Санькой.

Из леса вдалеке послышался стройный хор мужских голосов:

Мы на службе у царя,

Знаем мы как дважды два,

Как царевну уберечь,

Как казну всю ночь стеречь,

Глаз и вовсе не смыкая,

На усталость не взирая.

Эх! На усталость не взирая!

Эх! Глаз и вовсе не смыкая!

— Ой! — пискнула царевна, схватила за руку братца и рванула в избушку.

— Василиса, куда же ты? — засмеялся телефон за пазухой у Кощея.

— Диво, что за фокусы? Кто это? — набросилась я на приложение.

— А чего ты на меня орёшь? Я-то здесь при чём? — веселился гаджет.

— Ты нас сюда привела, — продолжала я возмущаться, подойдя к Избору, на котором Бессмертный молча слушал наш диалог.

— Мало ли, где мне захотелось остановиться, — фыркнуло приложение.

— Ну, конечно, — усмехнулась Санька, приблизившись к нам.

— Дружина это наша, — радостно вскукарекнул петух, захлопав крыльями.

— Так это же хорошо? Почему Василиса убежала? — с недоумением поинтересовалась я.

— Не хочет домой? — предположила брюнетка.

Хор дружины приближался и звучал всё громче. Во мне боролись две мысли, противоречащие друг другу. Первая: быстренько собрать всех в избушке и сбежать, раз уж царевна не желает возвращаться домой. Вторая: поскорее избавиться от царского семейства и волшебного прутика. Если дружина заберёт Василису, Митрошку и Петьку с собой, то у нас значительно поубавится проблем.

Петух восторженно забил крыльями, вскочил на крыльцо, а затем на перила и, выпятив грудь, громко закукарекал, сообщая войску, что он уже рядом.

Песня замолкла, как будто кто-то резко выключил звук.

— Кощеюшка, ты бы схоронился куда-нибудь, а то несдобровать тебе, — хихикнула Санька. — Они же понимают, что именно ты украл царевну. Увидят похитителя Василиски и прибьют, а потом, поймут, что до конца убить не выходит, упекут в какой-нибудь подвал...

Бессмертный не успел дослушать речь бывшей невесты — Избор рванул в избушку, дверь сначала открылась, пропуская коврик, а затем захлопнулась.

— Эй! Я хочу посмотреть! — раздался крик Диво из дома. — Ладно, тогда перехожу в режим экономии. Свистните, когда отправимся в путь, я построю маршрут.

Из леса на полянку вышло небольшое войско, все мужчины были крепкими и высокими, в кольчуге и металлических шлемах, сияющих на закате.

Санька сделала шаг вперёд, с любопытством рассматривая бойцов царя.

— Нет вроде среди них богатырей, — тихонько хихикнула я, ткнув подругу локтём в бок.

— Да ну тебя! — брюнетка сложила руки на груди и перевела взгляд на закат.

— Братцы! — воскликнул пернатый, кинувшись навстречу мужчинам.

— Пётр? — удивился воин, стоящий в начале дружины, ближе к нам.

— Я! Я, Илюша! — вскукарекнул петух. — И Василиса с Митрошкой со мной. Вырвал я дитяток из рук лиходея!

— Сам? — усмехнулась Санька.

— Не без помощи людей добрых, — кивнула птица.

— Ну, спасибо, Петька, на добром слове, — фыркнула я.

— Василиса! Митрошка! — проорал петух, выпучив глаза. — Домой!

— Так вы сопроводите царевича и царевну во дворец? — на всякий случай уточнила я, повернувшись к бравому войску.

— Да мы... — замялся Илюша и оглянулся к собратьям по оружию, ожидая, что кто-то придёт к нему на помощь и завершит высказывание.

— Что? — напряглась я.

— Дело у нас, — наконец буркнул воин, убедившись, что никто другой говорить не собирается.

— А как же безопасность Василисы и Митрошки? Разве она не должна стоять у вас на первом месте? — вспылила я и процитировала песню дружины: — "Мы на службе у царя, Знаем мы как дважды два, Как царевну уберечь, Как казну всю ночь стеречь". Где всё это?

— Пётр, ты же понимаешь? — пробормотал Илюша, переведя взгляд на петуха.

— Знаете, нам надо поговорить. Вы же главный? — не дала я Петьке и рта раскрыть, вернее клюва.

— Воевода я, — кивнул мой собеседник.

— Тогда с вами, — я схватила воина за руку и потащила в сторону, чтобы мои спутники не смогли услышать наш разговор.

Илюша послушно плёлся за мной, но я видела, что взгляд его озадаченно скачет с его боевых товарищей на моих.

— Санька, спойте там что-нибудь! А то больно атмосфера гнетущая! — крикнула я подруге, которая тут же кивнула, очевидно, смекнув, что я хочу исключить возможность подслушивания, ведь у Серого и Баюна довольно острый слух. А я не доверяю обоим.

Брюнетка громко заголосила:

— Во поле береза стояла,

Во поле кудрявая стояла,

Люли-люли, стояла,

Люли-люли, стояла...

[Отрывок из русской народной песни]

Я посмотрела на воина из дружины царя, прикидывая, насколько ему можно доверять.

— Ну же! Я не слышу вас! — кричала Санька, прыгая на крыльце. — Давайте все вместе! Люли-люли, стояла!

Первыми песню подхватили царские стражники, к ним присоединился волчара, а потом и петух.

— Илья, — тихо заговорила я, когда подруга уже вовсю руководила хором имени себя любимой, — вы что-то знаете о волшебном прутике?

Воин выпучил глаза и слегка покраснел.

— Э-э...

— Я понимаю, что это возможно секретная информация, в смысле, тайные знания... Но я знаю, что происходит, и даже скажу больше, что если вы шли искать прутик, то вы его нашли.

— Как? Где? — Илюша наконец смог выдать нормальные слова, а не междометия.

— Здесь. Он у Данилы, который мастер.

Плечистый бородатый мужчина тут же забыл обо мне и ринулся искать мозговитого парня, но я снова схватила за руку воина и даже пару метров пути Илюши провисела на его конечности.

Возможно, я всё-таки ошиблась по поводу богатырей, решив, что в дружине царя их нет. Однако довольно неприятно, когда земля вдруг уходит из-под ног, а ты оказываешься в воздухе. Я даже не сразу догадалась отпустить руку Илюши, точнее я наоборот вцепилась в неё мёртвой хваткой.

Заметив, что я не осталась позади, а повисла на его руке, воин из царской дружины остановился и опустил конечность, позволяя мне вновь коснутся земли ногами.

С облегчением вздохнув, я негромко обратилась к мужчине:

— Илья, волшебному прутику ничего не угрожает, правда. Я предлагаю вам забрать царевну, царевича и прутик. Данила вам его отдаст добровольно, я об этом позабочусь. А вы должны позаботиться о том, чтобы доставить Василису, Митрошку и артефакт во дворец так, чтобы ничего не случилось плохого. Вы сможете?

— Мы? Да мы... Кто мы?! — громогласно воскликнул воин.

Песня о судьбе берёзки резко оборвалась, и теперь дружина перескочила на другую мелодию:

Мы на службе у царя,

Знаем мы как дважды два,

Как царевну уберечь,

Как казну всю ночь стеречь,

Глаз и вовсе не смыкая,

На усталость не взирая.

Эх! На усталость не взирая!

Эх! Глаз и вовсе не смыкая!

— Илья! — закричала я, стараясь переорать оглушительный хор войска. — Давайте отойдём в сторону?

Схватив за руку богатыря, рвущегося подпевать дружине, я потащила его снова подальше от чужих ушей и криков. Потому что теперь из-за стараний воинов я не могла слышать собеседника, а он меня.

— Думаю, я могу вам доверять, — проговорила я, оценивающе разглядывая мужчину. — Но вы должны понимать, что злые силы не дремлют, и они ближе, чем вам кажется, поэтому нельзя здесь что-то говорить о прутике. Все должны думать, что вы просто забираете царевну и царевича, чтобы безопасно доставить их домой. А об артефакте никому знать не нужно. Понимаете?

— Понял, — коротко бросил богатырь, кивнув, и направился к своему войску.

— Васили-и-и-иса! — выпучив глаза, прокукарекал петух на крыльце. — Митро-о-о-о-ошка-а-а-а!

— Я схожу за ними, — вздохнула я, понимая, что теперь ещё предстоит уговорить царевну покинуть избушку. Кто же знал, что девица не захочет бросить наш разношёрстный коллектив и вернуться домой.

Влетев в дом, я обыскала все комнаты, кроме запретной, но царских потомков не нашла. Передо мной возник Яшка, и я вопросительно посмотрела на парня.

— Они в башне, да?

Домовой кивнул и поинтересовался:

— Позвать их?

— Нет, я лучше сама поговорю с Василисой, — покачала я головой и направилась к лестнице, ведущей в обитель Кощея.

Когда я прошла ступеней пять, к моему лицу упал сверху большущий паук и завис, покачиваясь на тоненькой, едва заметной ниточке.

— Должо-о-ок! — сообщил Мизгирь, будто чудо-юдо из знаменитой киносказки.

— Я помню-помню, но мне нужно найти Василису, ты отправишься во дворец только с ней, так что пропусти меня.

Зверь резво поднялся по паутинке, но наблюдал за мной из-под потолка. Я торопливо поднялась по лестнице и оказалась в узкой башне, в которой была лишь одна комната, берлога бессметного холостяка.

Стен в узком помещении практически не было, их заменяли окна из тёмного материала, который снаружи вовсе не выглядел прозрачным, а вот изнутри да, словно затемнённые стёкла.

У противоположной к лестнице стены стояла узкая высокая кровать, на которой валялся Избор, а на полу, собравшись в кружок, по-турецки сидели Кощей, Василиса и Митрошка.

Я опешила от неожиданности, увидев такую картину. Конечно, я понимала, что царевна и царевич укрываются в башне, но уж больно сейчас их компания выглядела дружелюбно настроенной друг к другу. А разве Василиса не ненавидела бывшего жениха?

— Эм-м-м, — протянула я, глядя то на рыжую девушку, то на мальчишку. — Там дружина царская, и Петька от восторга соловьём заливается, все ждут вас.

— Мы не можем вернуться домой, — уверенно заявила царевна, сложив руки на груди.

— Да, — братец тут же деловито скопировал позу сестры.

— В смысле? Вы не можете больше с нами оставаться, — твёрдо сказала я.

— Но почему? — возмутилась царевна, вскочив на ноги.

— Потому что, — ответила я.

На меня навалилась усталость от того, что нас окружает такая толпа, как же хорошо было, когда в избушке обитали только мы с Санькой, Яшка и Баюн. Как теперь выселить из дома всех новых жителей, если они вовсе не сбираются покидать теремок?

Вот, казалось бы, нам так повезло: царская дружина сама пришла, а Василиса...

И тут я поняла, что войско не само по себе случайно встретилось на нашем пути. Диво! Оно специально подстроило пересечение наших путей. Прохиндейка!

Впрочем, сейчас я была на стороне вредного приложения — от рыжиков пора избавляться. Хотя я бы не отказалась, если бы Кощей со своей компашкой тоже свалил отсюда, но эти точно от нас пока уходить не собираются.

— Мы тоже хотим пойти к источнику с живой водой, — встал на ноги Митрошка.

— Но зачем? — растерянно смотрела я на царевну и царевича.

— Я хочу научиться волшебству, — сообщил мальчишка.

— А я не брошу его одного с вами, — кивнула рыжая барышня.

— Баюн не станет тебя обучать, Митрошка, — я старалась говорить мягко, чтобы не обидеть ребёнка. — А сама я пока ничего толком не умею, но уже скоро вернусь домой, в свой мир. Тебе нужно найти хорошего учителя, но не здесь. Возможно, в вашем царстве есть кто-то подходящий...

— Тогда я пойду к Маре! — уверенно заявил царевич.

— Что?! — воскликнула я. — Как тебе только такое в голову пришло?

— Он сказал, — мальчик ткнул пальцем в сторону Бессмертного, который тут же расплылся в улыбке и кивнул, — что Мара может взять меня в ученики.

— А Мара-то об этом знает? — усмехнулась я. — Слушай больше Кощея. Ты забыл, как он твою сестру украл и в жабу превратил?

— В лягушку! — хором поправили меня Бессмертный, Василиса и Митрошка.

— Это, конечно, в корне меняет дело, — фыркнула я и перевела взгляд на рыжую девушку. — Василиса, а ты не забыла, что у вас с братом есть ещё одно важное дело? Которое связано с Данилой.

— Ой, да, — поникла царевна.

— Митрошка, — я повернулась к мальчику. — А тебе же нужно проследить за этим делом, чтобы... всё завершилось хорошо. Да и сестрицу домой вернуть. Разве нет?

Ребёнок опустил взгляд, рассматривая пол, шмыгнул носом и кивнул, буркнув:

— Да, долг превыше всего.

— Тогда вам не стоит ждать, пока мы сходим к источникам с живой водой и сможем проводить вас во дворец, дружина батюшки уже сейчас отведёт вас до дома, — с улыбкой проговорила я.

— Но... — начал Кощей, однако я его перебила.

— А вы, Ваше Бессмертие, разбирайтесь с сестрицей самостоятельно, не вмешивайте детей, — усмехнулась я.

Мы спустились вниз, оставив Кощея, Избора и Диво в башне. Я взяла вместительную корзину, в которую спрятался Мизгирь, и отдала её царевне, затем мы все вышли из избушки.

Петька решил, что он, дружина и дети царя отправятся на ночёвку в деревню Дубравино, а утром выдвинутся в сторону дворца.

А наша компания собралась сразу после ужина идти по маршруту Диво.

Я отвела в избушку мастера, чтобы нашего разговора никто не услышал.

— Данила, ты должен отдать волшебный прутик Василисе.

— Я пойду с царевной и царевичем во дворец их батюшки, — уверенно проговорил парень.

— Хочешь и там заняться тайной артефакта? — догадалась я.

— Да, — кивнул мастер.

— А если царь не позволит тебе оставаться в его замке? Не подпустит к волшебному прутику? — предположила я.

— Я смогу уговорить Еремея, — без тени сомнения заявил парень.

— Ну, попробуй... Только всё-таки лучше отдай волшебный прутик царевне, так у тебя будет больше шансов. А иначе выглядит всё не в твою пользу, будто ты украл артефакт, — я попыталась хоть как-то убедить Данилу вернуть палочку царевне, не силой же отнимать у него колдовскую вещицу, тогда все узнают о том, что она не осталась в бывшем дворце Кощея.

— Хорошо, — кивнул Данила.

Я привела Василису в избушку, и мастер отдал ей волшебный прутик, который девица тут же спрятала под сарафан.

Мы вышли из дома, и настало время прощаться.

— Я пойду с ними, — сказал вдруг Иванушка. — Моя помощь не помешает.

Мы с Санькой переглянулись и улыбнулись, понимая, что царевич может скорее навлечь неприятностей на всю процессию, чем реально чем-то помочь. Однако отговаривать лучника никто не стал, всё-таки по предсказанию зачарованной стрелы Иванушка являлся суженым Василисы, так что очевидно, что их пути сейчас не могли просто так разойтись.

— Мы больше никогда не увидимся? — спросила рыжая барышня, глядя то на меня, то на Саньку.

— Не знаю, — честно ответила я. — Ведь скоро мы вернёмся в свой мир.

— Но кто знает, — улыбнулась брюнетка, — как сложится, пока мы здесь. Не удивлюсь, если наши пути снова пересекутся.

Мы все обнялись, попрощались, и Василиса, Митрошка, Петька, Данила и Иванушка покинули полянку в сопровождении царской дружины, затянувшей песню о своей нелёгкой службе.

Как только хор мужских голосов растворился вдали, из избушки вылетел Избор, на котором восседал Кощей, держащий в руке большую деревянную ложку, расписанную под хохлому.

— Ужин уже готов? — поинтересовался Бессмертный.

— Готов, — вздохнула я, осматривая нашу изрядно поредевшую компанию. — Нужно было сначала всех накормить, а потом уже отпускать. Мы же всё не осилим. Сколько народу сразу ушло.

— Зато теперь можно есть курочку, — усмехнулась Санька. — Раз уж Петька свалил.

— Я даже буду скучать по нему, — улыбнулась я.