Книга судеб

Часть первая. Глава 1. Воздушный змей

Существует много легенд о том, как появилась магия. Одни утверждают, что магия пребывала в мире всегда и со временем избранные смогли откликнуться на ее зов. Другие гласят, что магию принесли с собой посланники из других миров и подарили ее лучшим представителям человечества.

Но как бы то ни было, многие исследователи сходятся в одном: магия передается лишь по наследству, а ее истоки зародились на Вольных островах. До Великого исхода там проживали сотни магов, в то время как в королевстве Лотиан их насчитывалось не больше десятка. Ирония ли судьбы, что именно правители Вольных островов восстали против магов и изгнали их со своих берегов, полностью и окончательно запретив колдовство?

Отрывок из книги Одрина Флавиля «Размышления о магии».

Под ногой затрещала ветка. Ив перепрыгнула на соседний сук и вцепилась руками в ствол. Сердце перепуганной птицей заметалось в груди. Еще секунда, и… Потревоженные листья, кружась как волчки, полетели на землю.

Ив постаралась унять сердцебиение и задрала голову. Воздушный змей, пойманный в ловушку ветвей, трепетал на самой макушке дуба. Он опасно раскачивался на ветру, готовый в любой момент сорваться и улететь. Алые крылья в лучах полуденного солнца пылали точно огонь. Шелковые ленты на хвосте хлопали и развевались.

– Все, Ив! Слезай! Тебе его не достать!

Ив оторвала взгляд от змея и посмотрела на Мико. Друг топтался на замшелых корнях, которые оплетали его ноги как зеленые щупальца. Встревоженное лицо белело среди листвы, на щеках пестрела россыпь веснушек.

– Нет. Я достану, – возразила Ив.

Воздушного змея ей подарил отец на День Перемен. Вдруг он все-таки вспомнит о своем обещании и предложит вместе его запустить? Нет. Подарок нельзя потерять.

– Ив, пойдем! Ты не дотянешься, тебе длины рук не хватит. Высоко ведь.

– Да, высоко. Но не по моей же вине он там очутился.

Мико ссутулился и опустил глаза.

– Я ведь уже извинился…

Поникшие плечи друга заставили Ив устыдиться своей резкости. Мико, конечно же, не нарочно отпустил змея. Просто ветер оказался сильнее. Если бы в тот момент веревку держала она, змей тоже бы улетел.

– Ладно. Забудем. Но без змея я никуда не уйду. Отец огорчится, если узнает, что я его потеряла.

– Ив, это бесполезно. Ты его не достанешь.

– Спорим, достану!

– Не хочу я спорить, Ив. Пойдем-ка лучше назад. Меня отец наверняка уже ищет. Я обещал ему помочь на конюшне. Он убьет меня, если узнает, что мы были в лесу.

– Не говори глупостей, Мико. Твой отец тебя не убьет. Но, если хочешь, иди. Я справлюсь сама.

– А вот и уйду. Вот увидишь, уйду!

– Иди. Я тебя не держу.

Зеленые глаза Мико сердито сверкнули в листве. Он отвернулся, но никуда не пошел и принялся с досадой пинать толстые корни. Ив покачала головой и продолжила изучать ветви, решая, с какой стороны лучше подняться. Дуб был высоким и старым. Некоторые ветви высохли и могли легко обломиться. Хотя живых и крепких тоже хватало и по ним можно было взбираться, как по ступеням.

– А ты знаешь, почему отец запрещает мне сюда приходить? – снова раздался голос Мико.

Ив вздохнула и опустила глаза.

– И почему?

– Он говорит, что этот лес проклят и тут водятся призраки. Вот почему.

– Что за выдумки!

– Это не выдумки. Ты разве не слышала про зеленые огни и черные тени, которые бродят в лесу по ночам? А деревенские ребята рассказывали, что даже днем тут происходит нечто странное. То чей-то шепот возникнет из ниоткуда, то кусты сами по себе закачаются. Хочешь верь, хочешь нет, но я тоже чувствую здесь чье-то присутствие. Будто кто-то бродит вокруг, задевает кусты и шуршит листвой. А потом останавливается и наблюдает. Вот и сейчас мне кажется, что на меня кто-то смотрит.

– Глупости, – пробормотала Ив, но уже не столь уверенно.

Не хотелось признавать, но от слов Мико ей стало не по себе. По коже поползли мурашки. Ив поежилась, но тут же взяла себя в руки. Мико явно пытался ее испугать.

– Перестань выдумывать, Мико! Нет здесь никого.

– Нет? А сейчас? Вон там, в глубине, кусты задрожали.

– Заяц пробежал, вот и задрожали.

– Нет, Ив. Это не заяц. Пойдем-ка лучше отсюда.

– Разумеется это заяц, – возразила Ив, но все же вгляделась в полумрак. Свет и тень пятнами ложились на землю, подрагивая и искажая очертания подлеска. Что могло скрываться за этой пляской теней?

– Видишь, там кто-то есть, – прошептал Мико.

– Нет там никого! – воскликнула Ив, вдруг рассердившись на себя за то, что чуть не попалась на уловку друга. – И прекрати меня пугать, Мико! Я не боюсь! Наслушался глупых сказок, вот и ищешь призраков в каждой тени. Нет их! Все это знают. В призраков верит лишь малышня!

Ив не хотела задеть чувства друга, но заметила, как по его лицу скользнула обида. Ее слова задели его за живое. Мико было двенадцать – на год меньше Ив.

– Малышня, говоришь? – буркнул он. – В таком случае я тебе точно не нужен. Раз ты такая взрослая и смелая, оставайся одна. А я ухожу.

На этот раз он выполнил угрозу: развернулся и зашагал к опушке леса. Ив хотела окликнуть друга и извиниться, но уязвленная гордость ей не дала.

– Пусть идет, – пробормотала Ив с досадой. – Так даже лучше.

Она ухватилась за сук и начала подниматься. Ветка за веткой она взбиралась все выше и выше. Находила опору для ног, подтягивалась и карабкалась дальше. Ветви цеплялись за одежду, грубая кора царапала руки, но Ив не обращала внимания. Страх прошел, и теперь близость к цели распирала грудь азартным волнением. Тени таяли, сквозь поредевшую листву били лучи солнца. Ветер приносил ароматы цветов и трав, ерошил волосы и трепал тунику. Вскоре показалась макушка дуба, и ствол распался на три крупных ветви. Воздушный змей болтался на самой толстой из них. Ив обвила ее руками и огляделась.

Как же высок был дуб! Одним взглядом можно было охватить всю округу. Справа простирался бескрайний лес, пышный и кудрявый, похожий на зеленые облака. Через дорогу слева тянулся фруктовый сад. Вишни осыпались белыми лепестками, зато ветви яблонь только одевались в нежно-розовую дымку цветов. Сразу за садом начинались поля. Темные борозды пашней стояли еще голые, а склоны зеленых лугов облеплял белый пух – рассыпанные по пастбищам отары овец. Чуть в стороне сверкал тонкий изгиб реки, а дальше, на холме, возвышался семейный особняк Стаутов. Рассмотреть дом отсюда было невозможно: его почти полностью скрывали деревья. Над кронами выступали лишь трубы дымоходов и бордовая черепичная крыша.

Воздушный змей над головой дернулся и затрепетал. Ив испуганно ахнула и вскинула руку. Потерять змея сейчас было бы невероятно обидно. Кончики мысков едва упирались в ствол, но пальцы скребли по коре и ловили воздух. Мико оказался прав: длины ее рук не хватало, чтобы достать змея. Шелковые ленты прыгали и смеялись, но Ив не собиралась сдаваться. Она оттолкнулась от ствола, обхватив ветку лодыжками и коленями, и осторожно поползла наверх.

Ветер раскачивал и толкал. Ветка гнулась под тяжестью тела. Без опоры под ногами Ив чувствовала себя неуютно. Сердце бешено скакало в груди. Темнеющий внизу подлесок казался бездонной пропастью. Смертельной ловушкой, которая распахнула свой черный рот и ждала, когда в него рухнет добыча. Если она сорвется и упадет… Если обломится ветка… От подобных мыслей кружилась голова, и Ив запретила себе думать об этом.

Порыв ветра ударил в лицо, затряс ветви, зашелестел листвой. Ив остановилась. Ползти дальше было слишком опасно. Стараясь сохранить равновесие, она отпустила руку и потянулась вперед. Воздушный змей встрепенулся, готовый взмыть в небо, но пальцы успели схватить его за хвост. Змей хлопнул крыльями и поник.

Ив чуть не завопила от радости. Получилось! Она поймала беглеца! Теперь Мико признает, что ошибался. Поймет, что зря сомневался… Ив опустила глаза, и радость вмиг улетучилась. Прежде чем хвалиться, нужно еще как-то спуститься. А как это сделать со змеем в руках? Сбросить его на землю не выйдет – он снова застрянет в паутине веток. Значит, придется слезать вместе с ним.

Ив намотала веревку на запястье и, пыхтя, поползла назад. Змей мешал и застревал в листве. Руки немели от напряжения, ноги дрожали от усталости. Дело пошло скорее, как только под ногами появилась опора. Ив цеплялась за ветви и сучья и медленно, но верно спускалась. Вокруг снова сгустились тени. Запахло прелой листвой, сыростью и землей.

Она так сосредоточилась на каждом движении, что не сразу заметила, что под деревом кто-то есть. У корней сидела черная тень и копошилась в листве. Ив застыла как вкопанная. Сердце подпрыгнуло к горлу, а душа ушла в пятки. Неужели Мико не лгал и в лесу действительно кто-то был? Или это та самая черная тень, которая бродит в лесу по ночам? Ив шагнула на соседнюю ветку, стараясь разглядеть, что происходит внизу. И только услышав резкий треск, поняла, что встала на ранее надломленный сук.

Все случилось мгновенно. За один вздох. Ив даже не успела испугаться и закричать. Вот она стоит наверху, а в следующий миг мимо проносятся ветки и больно хлещут по бокам. Упала она на что-то теплое и упругое, смягчившее удар. В глазах вспыхнули искры, дыхание оборвалось. Ив тихо застонала, и под спиной что-то зашевелилось.

«Черная тень!»

Ив дернулась, пытаясь встать, но тело не слушалось – от запоздалого испуга руки и ноги налились свинцом, мышцы одеревенели. Ив откатилась в сторону и села. На корнях дуба лежал юноша. Не призрак. Теперь это было очевидно.

Незнакомец приподнялся на локтях и ошеломленно уставился на Ив.

– Что за напасть…

Крякнув, он встал и отряхнул одежду. Затем снова посмотрел на Ив.

– Ты в порядке? Ничего себе не сломала?

Тело ныло. Ив чувствовала, что в скором времени появится много синяков, но, похоже, все кости были целы.

– Все нормально, – ответила она и тоже поднялась, украдкой поглядывая на незнакомца.

Он был высок и строен. Смуглый, черноволосый и кареглазый. Одет просто: в широкие штаны и темную рубаху, из-за которой Ив приняла его за тень. Ни оружия, ни доспехов. Закатанные до локтя рукава открывали на запястьях тонкие браслеты из черной кожи, украшенные вставками из кости и серебра.

Юноша поворошил ногой листву и подобрал с земли флягу. Вероятно, он ее обронил, когда Ив на него свалилась.

– Что ты там делала? – спросил юноша, указывая на дуб. – Пряталась, что ли, от кого?

– Скажешь тоже! От кого мне там прятаться?

– Не знаю. От разбойников, например.

– Еще чего! – возмутилась Ив. – В землях моего отца разбойников нет!

– Твоего отца? – на лице юноши отразилось искреннее удивление. – Так ты маленькая леди?

Ив знала, что сейчас совсем не напоминает леди. Знатные дамы носили платья или, по крайней мере, выглядели элегантно. На Ив же были черные штаны с потертыми коленками и льняная короткая туника, усеянная зацепками от коры и пятнами от листьев. Наряд больше подходил мальчишке, но в нем было так удобно бегать и лазить по деревьям! В юбках же ноги вечно путались и заплетались. В них можно было разве что сидеть да стоять.

Но все же Ив невольно смутилась. Она провела рукой по волосам – утром заплетенным в аккуратные косы, а теперь растрепанным, полным веток и сухих листьев, и представилась:

– Меня зовут Ив. Ив Стаут.

– Я Даниель, – ответил юноша и с новым любопытством взглянул на Ив. – И все же, зачем ты туда залезла?

– Я доставала своего… – Ив запнулась, поняв, что змей уже не болтается на руке.

Он лежал в куче листьев с другой стороны дуба. Одно крыло погнулось, и ткань свисала с него лоскутами, второе – чудом уцелело. Ив подняла змея и огорченно вздохнула:

– Вот и достала… – она повернулась к юноше. – Ты меня напугал. Я думала, что ты призрак.

– Кто? Призрак?

Даниель улыбнулся, и Ив почувствовала себя глупо – настолько по-детски прозвучали ее слова.

– Мне так показалось, – пробормотала она и поспешила сменить тему. – А ты что там делал? Я видела, ты что-то искал.

– Да. Искал, – Даниель присел на корточки у оголенных корней и запустил руку в темный провал под дубом. – Свои вещи.

Он вытащил холщовый заплечный мешок и бросил его на землю.

– Понимаешь, – продолжил он, засыпая яму сухой листвой. – Один путник на дороге подсказал, что в этом лесу есть родник. К своему стыду, я ему не поверил. Решил, что он хочет заманить меня в ловушку к бандитам.

– Тут нет никаких бандитов.

– Да. Теперь я это знаю. Порой добрый совет – лишь добрый совет. Но на дорогах осторожность бывает нелишней, поэтому вещи я решил спрятать здесь.

– Разумно, – хмыкнула Ив. – Особенно когда боишься бандитов.

Даниель поднял глаза, и в полумраке леса они показались черными словно ночь.

– Я – маг, маленькая леди. Я никого не боюсь.

Ив обомлела. Она приняла юношу за путника, который ищет работу в садах или на полях. Конец весны – подходящее время для найма. Но маг? Невероятно! За все свои тринадцать лет она не встретила ни одного мага в окрестностях поместья. И понятно почему: маги жили в крупных городах и столице и не бродили по лесам. К тому же юноша выглядел так… обычно. Хотя, с другой стороны, откуда ей знать, как выглядят маги? Ведь и она не походила на знатную даму.

– Ты – маг, а сумку спрятал под дубом? – усомнилась Ив.

– Ну да.

– Почему не воспользовался магией?

– Потому что есть листья и корни. А магия отнимает силы и время.

Ив не нашла что возразить. Она была слишком потрясена и взбудоражена этой встречей. В голове роилась сотня вопросов, но первой вылетела просьба:

– А ты можешь показать, что умеет твоя магия?

Даниель перестал возиться с завязками на мешке и нахмурился.

– Ты хочешь увидеть что-то волшебное?

– Да! То есть… я не знаю. Я прежде не встречала мага.

Даниель задумчиво покусал губу и огляделся по сторонам. Затем отряхнул руки и встал:

– И что ты хочешь увидеть?

– Не знаю. А что ты умеешь?

– Все.

Ив слегка растерялась. С тем же успехом Даниель мог заявить, что он бог.

– Все? Разве так бывает?

– А почему нет? Ограничения для магии выдумывают лишь люди и короли.

Ив не особо разбиралась в магии – благородным дамам не полагалось ее изучать. Но даже ей было известно, что маги обычно выбирают себе определенные умения, наиболее полезные, к которым у них есть талант, и далее всю жизнь развивают. Зачем магу уметь все?

– Думаешь, я хвастаюсь? – в голосе Даниеля звучало скорее удивление, чем обида.

– Э-э, нет… но я полагала, что изучение магии занимает время, а ты…

– Слишком молод? – Даниель улыбнулся. – Ты права. Мне семнадцать. Но я обучался магии с детства, и у меня было много наставников. Когда-нибудь я обязательно стану величайшим из магов, но я и сейчас способен на многое. Ну? И что бы ты хотела увидеть?

Ив пришла в еще большее замешательство. О чем попросить мага, который умеет все? Ее взгляд упал на змея в руках.

– А ты можешь починить моего змея? Сделать так, чтобы он снова летал?

Даниель уставился на потрепанного воздушного змея и вдруг рассмеялся.

– Ты меня за швею принимаешь, что ли?

Ив нахмурилась. Что смешного она сказала? Магия должна приносить людям пользу, иначе какой от нее толк?

Даниель вздохнул и покачал головой:

– Твоего змея надо заново обтянуть тканью, и, вероятно, тогда он опять полетит. Любой портной справится с этим. Ты же просишь показать тебе магию, а это совсем другое дело.

Даниель огляделся и махнул рукой.

– Ладно, пойдем. Покажу тебе кое-что.

Он пересек небольшую полянку, укрытую раскидистыми кронами дубов, и сел на поваленное дерево. Ив двинулась следом, но Даниель вскинул ладонь.

– Нет. Стой там.

Ив замялась в центре поляны. Землю под ногами устилала коричневая прошлогодняя листва, сквозь которую пробивались скрученные языки папоротников.

– Почему ты хочешь, чтобы я тут стояла?

– Там тебе будет виднее.

– Что виднее? Ты же не собираешься превратить меня в дерево или сделать что-то подобное?

Даниель закинул ногу на коленку и улыбнулся – похоже, он чувствовал свое превосходство и наслаждался происходящим, в отличие от Ив, которая уже начала сомневаться в разумности своей просьбы.

– Нет, маленькая леди. Не бойся. Я не собираюсь тебя ни во что превращать. Да и невозможно это. Магия не способна менять суть вещей, а тем более людей. Но может кое-что иное. Готова увидеть?

Ив заглянула в глаза Даниеля. Могла ли она ему доверять? Могла ли поверить магу? Ив сжала в руках воздушного змея и легонько кивнула.

Даниель опустил голову и сделал глубокий вдох. Его лицо было расслабленным и в то же время сосредоточенным. Еще один вдох и медленный выдох. Ив не отрывала от него взгляда и переминалась с ноги на ногу, не зная, чего ожидать.

Минуту ничего не происходило. Пели птицы, шелестели кроны дубов. Затем все неожиданно смолкло, и под ногами зашевелилась листва. Десятки, сотни сухих листьев взмывали с земли и повисали в воздухе, словно застывший во времени листопад. А потом они завертелись, затанцевали, только это были уже не листья, а огромные бабочки. Они летали, меняя на ходу цвет с желтого на оранжевый, с оранжевого на зеленый.

Ив ахнула от удивления, но, приглядевшись, поняла, что бабочки не совсем настоящие. Их тела состояли из веток, а крылья – из листьев, сменивших мертвые коричневые цвета на осенние расцветки. Ив улыбнулась. Магия Даниеля была такой бесполезной… Но до чего же прекрасной! Ив со смехом раскинула руки и закружилась в хороводе волшебства. Бабочки порхали вокруг рук и лица, щекотали кожу, но поймать себя не давали. Воздух от их крыльев колыхался и стрекотал.

– Ну как? Нравится тебе магия? – спросил Даниель.

– Это невероятно! – воскликнула Ив. – Как тебе удалось превратить листья в бабочек?

– Я просто напомнил им время, когда они были живыми.

Ив перестала кружиться и посмотрела на Даниеля сквозь пеструю завесу из крыльев.

– Я не знала, что магия на такое способна.

– Магия способна на большее.

От опушки леса донесся стук копыт: по дороге скакали всадники. Даниель настороженно повернул голову, вглядываясь в прогалы между стволами. Бабочки затрепетали и замерли. Их крылья, теряя яркую окраску, вновь обращались в сухую листву, скручивались и осыпались серым дождем из пепла.

Как только топот затих вдалеке, Даниель вскочил на ноги.

– Прости, маленькая леди, – пробормотал он. – Я слишком задержался. Мне надо идти.

Он поспешил к своей сумке и продолжил развязывать шнуровку. Ив с сожалением поглядела на останки погибшей магии и тоже побрела к дубу.

– Уже уходишь? – спросила она.

– Да, маленькая леди, прости. Я потерял много времени.

Даниель сунул флягу в мешок, дернул за веревку, но вместо того, чтобы затянуть узел, перевернул сумку вверх ногами. На землю полетели свитки и одежда.

– Ах, чтоб тебя! – выругался Даниель и принялся запихивать вещи обратно.

К ногам Ив подкатился черный камень размером со сливу.

– У тебя что-то выпало, – сказала она, поднимая камень, и в этот момент он вспыхнул бледно-голубым светом.

Ив с изумлением втянула воздух. На ощупь камень был прохладным и шершавым, но горел ярче, чем свеча. На одной стороне его мерцали непонятные символы.

– Что это такое? – спросила Ив.

– Это?.. Искра. Я сделал ее сам еще в детстве.

– Как она работает? Я ведь ничего не сделала. Только подняла.

– Она загорается от прикосновения. Подкинь ее в воздух, и все поймешь.

Ив подбросила Искру вверх: в воздухе она погасла, а в руке вспыхнула вновь.

– Какая у тебя необычная магия, – улыбнулась Ив и протянула камешек Даниелю. – Вот, держи.

Даниель замер и уставился на протянутую руку так, будто Ив предлагала ему взять настоящий огонь. Затем отвернулся.

– Нет. Оставь ее себе, – он завязал мешок и зашагал к опушке.

– Ты мне ее даришь? – удивилась Ив и побежала следом.

– Да… дарю, – Даниель поглядел через плечо и улыбнулся. – Она же тебе понравилась?

– Конечно понравилась!

– Тогда она твоя. Только не держи ее постоянно в руке. Она отнимает у тела тепло. Я не закончил над ней работу и не успел придумать, как устранить этот недостаток.

– Ладно. Спасибо! – Ив покрутила Искру в руке и положила в карман.

Они вышли на дорогу. На перекрестке остановились.

– Я иду на восток, – сказал Даниель.

– А мне на север.

– Тогда до встречи, маленькая леди.

– До встречи, Даниель, – вздохнула Ив.

Она проводила его взглядом до поворота и побежала к особняку.

Глава 2. Загадочные гости

Дом нисколько не напоминал крепость Великого лорда. Тут не было ни рвов, ни башен, ни укрепленных дворов. Вместо них двухэтажный особняк обступали ухоженные сады, газоны и цветники, а стены заменяли низкие ограды и живые изгороди. Никакой показной роскоши и вычурных украшений. Это было тихое и уютное место для семейной жизни.

Рядом с особняком Ив замедлила шаг. Во дворе у конюшни стояли две пегие кобылы. Одна была расседлана, и Мико усердно чистил ее бока от грязи и пыли. Увидев Ив, он потупил взор и залился румянцем стыда. Щетка в его руках почти замерла.

– Давай, Микаэль, пошевеливайся! – прикрикнул на сына Свенс, снимая со второй кобылы седло. – Нечего прохлаждаться! У нас дел невпроворот… – он осекся, заметив Ив, и в знак уважения приложил руку к груди. – Леди Ив.

Ив ответила Свенсу кивком, а когда Мико снова поднял глаза, с улыбкой показала потрепанного воздушного змея. Она не сердилась на друга, напротив, горела желанием помириться и рассказать о том, что случилось в лесу. Однако Мико воспринял этот жест как упрек и еще сильнее втянул голову в плечи. Что ж, разговор может и подождать.

Ив направилась к калитке, но остановилась. Лошади во дворе означали, что отец вернулся домой и наверняка ее ищет. Ив опустила глаза. Зацепки на штанах. Пятна на тунике. Царапины на руках. Нет, в таком виде нельзя показываться отцу на глаза. Это его расстроит, а может, и рассердит.

Ив сошла с главной дороги и побежала к входу на заднем дворе. По пути оставила змея в садовом домике с инструментами и через приоткрытую дверь проскользнула на кухню. Там царила суета. Булькали и ворчали кастрюли, на сковородах шипело масло, в печи трещали угли и золотился пирог. В воздухе витали соблазнительные ароматы выпечки и ванили, жареной индейки и миндаля. Ив сглотнула слюну, запоздало вспомнив о пропущенном обеде, и еле удержалась от недостойного леди желания схватить с подноса горячую булку с корицей и сунуть в рот. Позже. На это найдется время позже.

Она прошмыгнула мимо кухарок Агнес и Рут, колдующих над мясным рулетом, и выскочила в коридор. Он вел в обход приемных залов и гостиных, где мог оказаться отец, и заканчивался у библиотеки. Оттуда по винтовой лестнице можно было незаметно подняться на второй этаж, минуя парадную лестницу и холл, и самое главное – не попасться никому на глаза.

Ив свернула за угол и замерла. Двери библиотеки были плотно закрыты. Их запирал лишь отец, когда оставался там с кем-нибудь наедине.

– Леди Ив!

Громкий голос заставил Ив подскочить от испуга. Из столовой вышла Нелл, экономка отца, и зашагала навстречу. Ее губы были сжаты в тонкую нить, черные брови – нахмурены. Нелл следила не только за слугами особняка, но приглядывала и за Ив. И, похоже, обошла уже не одну комнату, чтобы ее отыскать.

– Леди Ив! Ваш отец уже дважды справлялся о вас и… – Нелл задохнулась от потрясения. Ее брови полезли на лоб. – Святые небеса! Что случилось с вашей одеждой? А волосы… – она всплеснула руками. – Юной леди не пристало ходить в таком виде! Ваш отец будет недоволен… А ведь скоро прибудут его гости! Вам следует немедленно привести себя в порядок и переодеться.

– Этим я и собиралась заняться, – пробурчала Ив.

– Весьма разумно с вашей стороны, – вздохнула Нелл и сокрушенно покачала головой. – И что с вами только приключилось на этот раз?

Ив не успела ответить. Двери библиотеки отворились, и на пороге показались брат и отец. Рикон, как всегда, выглядел безупречно. Белоснежная рубашка, темно-коричневые штаны и жилет. На шее изумрудный платок, подобранный к тону глаз. Каштановые кудри, еще влажные после бани, лежали волосок к волоску. Зимой брату исполнилось семнадцать, он стал полноправным наследником отца, будущим Великим лордом и правителем фамильных земель. И теперь всякий раз своим видом он старался подчеркнуть новый статус.

Отец же, напротив, все еще был облачен в дорожную одежду: синий камзол, узкие штаны для верховой езды и высокие пыльные сапоги. Отцу было сорок два, но он казался моложе своих лет: крепкий, подтянутый, полный энергии и сил. В черных волосах у него белели мелкие опилки. Очевидно, он заезжал на стройку нового амбара для зерна. Отец предпочитал быть в курсе всех дел и узнавать об их состоянии не только из отчетов своих помощников и управляющих.

Первым молчание нарушил Рикон. Он сложил руки на груди и присвистнул.

– Ого! Где это ты так извалялась, малявка?

В зеленых глазах брата горели веселые огоньки. Ив знала – за его словами не стоит ни злоба, ни издевка. Брат просто обожал ее дразнить.

– Не болтай ерунды, Рикон! Нигде я не валялась!

– А то не видно. Поросята и то чище, когда осенью желуди роют.

– Поросята?! Ну держись, Рикон! Я покажу тебе поросят!

– Все. Довольно. Прекратите оба, – спокойный голос отца вмиг пресек перепалку. – Сейчас не время для ссор. Пойдем, Ив. Я хотел с тобой поговорить.

Рикон многозначительно поднял брови.

– Ох и достанется же тебе, сестрица, – прошептал он и, насвистывая, зашагал в столовую.

Нелл тоже подхватила юбки.

– Я распоряжусь, чтобы для молодой госпожи приготовили одежду и воду для умывания, – пробормотала она и заспешила прочь.

Отец вошел в библиотеку, и, поникнув, Ив поплелась следом. Внутри приятно пахло деревом и кожаными переплетами. Книжные шкафы стояли вдоль стен, освобождая место столикам, диванам и креслам. Ив любила эту комнату. Ей нравился шорох страниц в тишине, уютное потрескивание поленьев в камине, запахи бумаги и кожи. В детстве отец часто читал ей здесь книжки и теперь выбрал тот же диван у камина. Ив села, ерзая среди подушек, и с замиранием сердца приготовилась выслушать все, что скажет отец. Она заслужила упреки и порицания и заранее была согласна на любое наказание. К удивлению, отец вместо суровой отповеди нежно взял ее руки в свои.

– Я не сержусь на тебя, Ив, и не собираюсь ругать. То, что ты как дикарка носишься по округе, отчасти и моя вина тоже.

Ив с изумлением подняла глаза на отца. Совсем не это она ожидала услышать.

– Я не уделяю тебе должного внимания. Постоянно занят и пропадаю в разъездах. Какое после этого у меня право тебя наказывать и ругать?..

Отец тяжко вздохнул. Он провел рукой по ее волосам, вытащил из косы сухой лист и бросил его в угли.

– Ты только взгляни на себя: вся в пыли и одета как деревенский мальчишка, – отец покачал головой, и в его голосе прорезалась скорбь. – Твоя мать не хотела бы, чтобы ты так росла. Она мечтала, чтобы ты жила как настоящая леди.

Лицо отца вдруг стало невероятно грустным и усталым. Его голубые глаза с тоской устремились на стену. Ив знала, куда он смотрит. Над каминной полкой висел портрет ее матери, Алисии Стаут.

На картине мать сидела, изящно сложив руки поверх светлого кружевного платья. Каштановые волосы сплетались в сложную высокую прическу. Зеленые глаза сияли пониманием и добротой, а губы мягко улыбались. Мать воплощала собой образ идеальной леди, прекрасный и недостижимый. Внешне Рикон сильно на нее походил. Ив же получилась точной копией отца: те же чернильные волосы, васильковые глаза и острый упрямый подбородок. Она не помнила мать и знала ее лишь по рассказам слуг и отца. Алисия Стаут умерла, когда Ив было два года.

Ив перевела взгляд на отца, и сердце болезненно сжалось. Уж лучше бы он ее отругал, чем выглядел таким печальным!

– Но я и живу как настоящая леди! – воскликнула Ив, разбивая оковы скорбной тоски. – Тебе не в чем себя упрекнуть.

– Конечно живешь, – прошептал отец. Он смотрел на Ив, но будто не видел.

– Вот, смотри. Я могу быть леди и без красивых нарядов, – Ив села на край дивана, выпрямилась и с важным видом сложила руки на коленях, подражая матери с картины.

Отец улыбнулся, но грусть не покинула его глаз.

– Хочешь, я прямо сейчас пойду и переоденусь в платье? – предложила Ив. – Тебя это обрадует?

– На самом деле, Попрыгунья, мне все равно, носишь ты штаны или платья. Главное, чтобы ты была счастлива. Остальное неважно, – отец вздохнул и потер глаза. – Но я хотел поговорить с тобой не о том. Ты же знаешь, что к нам сегодня приедут гости?

Еще бы она не знала! Всю последнюю неделю слуги носили из чулана мебель, развешивали шторы и гардины, выбивали матрасы и стелили ковры, готовя северное крыло особняка к приезду гостей. Из кладовой доставали лучшие запасы еды и вина. Да и Свенс на конюшне гонял мальчишек, заставляя чистить стойла до блеска. Никогда еще приезд гостей не сопровождался такой суматохой. Правда, никто толком не знал, кто же к ним все-таки едет.

– Разумеется, знаю, – подтвердила Ив. – А кто эти гости?

– Это люди короля. Они едут к нам из столицы.

– А что людям короля от нас нужно?

– У них есть для меня предложение.

Что-то в тоне отца Ив насторожило.

– Какое предложение?

Отец не ответил.

– Я уже обсудил это с Риконом, – сказал он. – Думаю, ты тоже достаточно взрослая, чтобы вести себя ответственно и разумно, как и полагается дочери Великого лорда. Ты ведь меня понимаешь, так?

Ив ничего не понимала, но с готовностью закивала.

– Поэтому я тебя прошу, – продолжил отец. – Что бы ни произошло, ни во что не вмешивайся, хорошо?

– Не вмешиваться? – прошептала Ив, и острые коготки тревоги заскребли где-то глубоко в груди. – А что может произойти?

Отец прикрыл глаза и покачал головой.

– Не знаю. Надеюсь, что ничего. Но в любом случае к нам едут очень влиятельные люди, и мы должны оказать им хороший прием. Могу я в этом на тебя положиться?

– Можешь. Конечно же можешь!

– Вот и отлично, – отец ласково улыбнулся. – Рад, что ты меня поняла, Попрыгунья. А теперь беги и приведи себя в порядок. Гости прибудут к ужину, а мне еще надо проверить все ли готово к их приезду.

Отец встал, Ив с растерянностью последовала его примеру. Что означала эта странная просьба? И для чего на самом деле приезжают столичные гости? Разговор с отцом разжег любопытство и заинтриговал.

Ив бросилась к лестнице, но вспомнила, зачем еще шла в библиотеку. В книжном шкафу у лестницы был тайник, в котором она держала личные вещи. Ив замерла и прислушалась. Голос отца звучал вдалеке. Он что-то спрашивал, и слуги ему отвечали. В остальных же комнатах царила тишина. Ив опустилась на колени и отодвинула в сторону книги на нижней полке. Задняя стенка шкафа состояла из горизонтальных дощечек в ладонь шириной. Ив толкнула нижнюю и сняла. В открывшемся углублении хранился ее дневник, а еще серебряная цепочка матери. Туда же Ив положила и Искру. Затем она вернула дощечку на место, прикрыла книгами и побежала на второй этаж.

Над библиотекой располагалась чайная комната. Это была самая светлая гостиная особняка: три стены ее имели широкие окна, и солнце с утра до вечера заливало комнату светом. Вероятно, пить чай тут было бы так же приятно, как на летней веранде, но на памяти Ив чай здесь никто и никогда не пил.

Раньше комната принадлежала матери и служила ей мастерской. Здесь Алисия Стаут писала картины, которые теперь украшали всю дальнюю стену. На одних полотнах были изображены цветы, на других – пейзажи. Цветы на картинах были переданы с удивительной точностью, вплоть до мельчайших прожилок на листьях и лепестках – казалось, протянешь руку и сорвешь с картины цветок. А вот пейзажи, напротив, были написаны схематично. Создавалось впечатление, что смотришь сквозь мутное стекло куда-то вдаль. Вблизи это были широкие мазки желтых, зеленых, коричневых и голубых красок. Но издалека становилось понятно, что изображены леса и сады, вспаханные и засеянные поля, дороги и небо. Отец рассказывал, что картины с цветами олицетворяют настоящее, а осенние и весенние пейзажи – прошлое и будущее, только Ив никогда не понимала, в чем тут суть.

Скользнув взглядом по картинам, она вышла в коридор, миновала несколько дверей и добралась до спальни. На столе стоял кувшин с водой для умывания, рядом на подносе лежала еда. Отец с братом будут принимать гостей в обеденном зале, поэтому ужин для нее накрыли отдельно. Тем лучше. Это отлично вписывалось в ее планы.

Умывшись, Ив проглотила свой ужин, причесалась и заново собрала волосы в хвост – самую простую прическу, какую умела делать сама. На кровати лежало небесно-голубое платье с кружевными рукавами и атласными лентами, но для ее задумки оно совсем не годилось. Как леди она оденется завтра, а сегодня еще немного побудет мальчишкой. Ив достала из сундука темные штаны и тунику, переоделась и побежала во двор.

К парадным воротам особняка вела широкая каштановая аллея. Старый каштан у ворот был самым раскидистым и высоким. Его крона поднималась над крышей особняка, а толстые ветви сплетались в удобные гнезда. В них можно было усесться как на скамье и видеть все, что происходит вокруг, а густая листва надежно скрывала от взглядов с земли. Ив вскарабкалась по ветвям на привычное место, прислонилась к стволу и затаилась в ожидании гостей.

Лучи закатного солнца заливали медью поля и холмы на востоке. Над рекой стелилась дымка тумана. По дорогам ползли телеги, развозя по домам работников из садов и полей. На границе с темнеющим небом зажигались огни, отмечая цепочкой светлячков деревни и села.

Когда солнце коснулось горизонта, ожидание Ив было вознаграждено: на дороге появились всадники. Они двигались шагом, размеренно и неторопливо. Ехали налегке: без повозок и телег с багажом, и едва ли планировали оставаться надолго. Гости свернули на подъездную аллею и вскоре оказались достаточно близко, чтобы можно было их рассмотреть.

Свиту возглавляли двое мужчин. Черные кожаные доспехи и кинжалы на поясах выдавали в них наемников. Обычно к их услугам прибегала знать для охраны домов, имущества или собственной жизни. Содержание наемников обходилось недешево, что говорило о высоком статусе и богатстве их владельца, который, без сомнения, за ними и следовал.

На вид мужчине было лет тридцать пять. Суровое лицо, холодные серые глаза, тонкие властные губы. Черные волосы были собраны в гладкий, лоснящийся хвост. Высокий и широкоплечий, он и сам походил на воина, однако алый плащ с золотой вышивкой и соболиным воротником указывал на то, что он человек знатный.

Следом ехала женщина, укутанная в шерстяную шаль. Ее темные волосы свободно спускались по спине, а лицо не выражало ничего, кроме усталости. Женщину сопровождали две спутницы – вероятно, служанки.

Замыкал процессию всадник в серо-голубом коротком плаще. Стройный и невысокий, он лениво покачивался в седле, но при этом сохранял удивительную, по-кошачьи пружинящую грацию. Лицо его скрывал капюшон. Поравнявшись с деревом, на котором сидела Ив, всадник придержал лошадь. Первые сумерки надежно прятали Ив среди листвы, однако сердце пропустило удар, когда всадник поднял голову и посмотрел прямо в ее сторону. Под капюшоном сверкнули золотые огоньки. Ив затаила дыхание и вжалась в ствол, стараясь ничем себя не выдать. Спустя три удара сердца всадник отвернулся, тронул бока лошади и двинулся за остальными.

Ив испустила вздох облегчения. Она выждала, когда во дворе уляжется суета, и, дрожа от холода и волнения, спустилась на землю.

Домой она возвращалась снова через дверь на заднем дворе, чтобы избежать встречи с отцом и гостями. На кухне полным ходом шли приготовления к ужину. Агнес раскладывала на тарелки закуски, Рут хлопотала у печи. Кухонная прислуга забирала подносы с едой и уносила в обеденный зал. Ив проскочила мимо слуг в коридоре, юркнула в библиотеку и застыла от удивления: в одном из кресел с книжкой в руках сидел Рикон. Брат тенью ходил за отцом и не пропускал ни одной его встречи, поэтому казалось странным, что его не пригласили.

– Рикон? Почему ты не встречаешь гостей вместе с отцом?

Брат недовольно повел плечом и захлопнул книжку.

– Отстань. У отца личная встреча.

– Выходит, он даже тебе ничего не объяснил?

– А что тут объяснять? Личная значит личная. Хотя кому я это говорю? Ты же обожаешь везде совать свой нос, и слово «личное» тебе незнакомо.

– По крайней мере, я не ворчу от досады, как это делаешь ты.

– Я не ворчу, да и вообще… – брат умолк и с подозрением прищурил глаза. – А ты чего тут бродишь? Разве отец не велел тебе тихо сидеть в своей комнате и не путаться под ногами?

– Могу поспорить, отец велел тебе то же самое, – усмехнулась Ив и кинулась к лестнице, пока брат не надумал запустить в нее книжкой.

***

К своему разочарованию, Ив мало что узнала на следующий день. Гости не покидали покоев, сославшись на усталость после долгой дороги. О присутствии темноволосой женщины говорили лишь служанки, которые относили в северное крыло еду и с пустой посудой возвращались на кухню. Загадочный всадник в серо-голубом плаще себя и вовсе никак не проявлял.

И только ближе к вечеру Ив столкнулась в холле со знатным мужчиной. Он шел к лестнице вместе с наемником и о чем-то негромко с ним разговаривал. Слов Ив не разобрала, но повелительные интонации в голосе уловила отчетливо. Все в этом человеке дышало могуществом и властью, от поворота головы до походки. Казалось, одним взглядом он может испепелить всякого, кто встанет у него на пути. В его присутствии хотелось затаиться, исчезнуть, стать маленькой и незаметной. Он прошел мимо Ив, не обратив на нее никакого внимания и даже не удостоив взглядом, но она все равно поспешила свернуть за угол, чтобы оказаться подальше от его ледяных глаз.

Следующий день выдался теплым и солнечным. Ив вырядилась в синее платье, как и полагается воспитанной леди, и отправилась искать Мико, чтобы наконец помириться. Садовая дорожка змейкой вилась вокруг особняка, среди роз и аккуратно подстриженных кустов шиповника и миндаля. В саду на все голоса пели птицы, над цветами порхали рыжие и голубые бабочки. Ив собиралась свернуть к конюшне, когда из приоткрытого окна долетел сердитый голос отца. Он находился в своем кабинете и с кем-то спорил.

Ив помедлила. Воспитанная леди не должна подслушивать чужие разговоры. Это неправильно и недостойно! Но ноги уже вели обратно к особняку. Ив пробралась сквозь колючие кусты роз и прислушалась.

– …я торговец и свое дело знаю, – раздался приглушенный голос отца.

– Лорд Стаут, я приехал не для того, чтобы торговаться или вам угрожать, – в голосе собеседника Ив узнала властный тон знатного мужчины. – Я приехал сделать вам предложение, которое бесспорно выгодно как мне, так и вам. Я дам вам еще день все обдумать, но, по правде говоря, выбор у вас невелик. Или вернее – выбора у вас нет.

Наступило долгое молчание. Звякнул поставленный на стол бокал, и мужчина снова заговорил.

– Подумайте, для кого наше сотрудничество важнее? Обойдусь ли я без вашей помощи? Что ж, вероятно. А справитесь ли вы без моей? Сомневаюсь. К тому же мое предложение довольно-таки щедрое, вы не находите?

– Как раз его щедрость меня и настораживает. Какие у меня будут гарантии?

– Перед вами – Верховный маг короля, какие еще гарантии вам нужны?

Отец что-то ответил, но его слова потонули в надрывном лае пса: у конюшни во весь голос заливался Маури, старый волкодав Свенса. Пес ненадолго умолк, а в следующий миг над головой хлопнула рама, закрывая окно и отсекая дальнейший разговор.

Ив застыла в изумлении. Так вот кем оказался загадочный гость отца! Королевским магом! Но что они могли обсуждать? Отец в Южном крае хоть и был крупнейшим землевладельцем, но торговал он только фруктами, зерном и шерстью и к магии отношения не имел. Тогда о чем он мог договариваться?

Маури опять захлебнулся от лая, и Ив тряхнула головой. До чего же не вовремя! Неужели Свенс уехал за зерном, а пса оставил на страже? Ив выбралась из кустов и зашагала к конюшне.

Маури сидел на привязи у запертой двери конюшни, а напротив стояли двое мальчишек. Они поднимали с земли камни и бросали, целясь в голову пса. Слепые глаза Маури не могли увидеть обидчиков, но нос их прекрасно чуял. Черная шерсть стояла дыбом, зубы щерились в грозном оскале. Один из камней угодил в цель, и мальчишки с победными воплями заскакали. Взвизгнув, пес отскочил назад, но затем снова заголосил.

Ив и сама не заметила, как схватила прислоненные к стене вилы и встала за спинами у ребят.

– А ну немедленно прекратите!

Мальчишки в замешательстве обернулись. На вид им было лет по четырнадцать. Один – рыжеволосый и долговязый, второй – невысокий и коренастый. Покрытая пылью одежда выглядела поношенной и неопрятно висела. Иногда к Мико прибегали друзья из ближайшей деревни, но этих ребят Ив видела впервые. Вероятно, это были дети сезонных рабочих с полей. Рыжий поднял с земли камень. Подкинул, ловко поймал и сжал в кулаке. Коренастый скрестил на груди руки и с недовольной гримасой уставился на Ив.

– Ты еще кто такая? – заносчиво спросил он.

– Какое это имеет значение? – с вызовом бросила Ив. Она не собиралась знакомиться с хулиганами. – Оставьте пса в покое и уходите! Разве не видите, что он привязан и слеп?

– Ну и что? – перекидывая камень в руках, вперед вышел рыжий.

– А то, что он не может себя защитить.

– Так в этом и заключается смысл.

– Смысл избивать беззащитного?

– Ага, – кивнул рыжий и, словно извиняясь за свою жестокость, добавил: – Это всего лишь старый пес.

– Это мой пес!

– А докажи, что он твой.

Коренастый толкнул приятеля в бок.

– Эй, Кобб, – шепнул он. – По-моему, девчонка из благородных, хоть и ведет себя странно.

– И что с того? – с пренебрежением фыркнул рыжий. – Что она нам сделает?

Ив крепче сжала вилы в руках и выставила тупым концом вперед будто меч.

– Просто уходите отсюда, – процедила она сквозь зубы.

Ребята переглянулись. Казалось, они обдумывают, как поступить. Рыжий подкинул камень в руке, но приятель снова толкнул его в бок. Несколько секунд рыжий сверлил Ив взглядом, потом забросил камень в кусты и поплелся за другом в поля. Почуяв, что обидчики уходят, Маури сердито заворчал и сел на задние лапы.

– Смелый поступок, – голос раздался над головой.

Ив подняла глаза. На втором этаже конюшни находился амбар. Створки наружных дверей были распахнуты настежь, и в проеме, привалившись спиной к косяку и вытянув на соломе ноги, сидел молодой человек. Его плечи укрывал серо-голубой плащ, и Ив догадалась, что это и есть тот самый загадочный всадник. Выглядел он лет на двадцать. У незнакомца были приятные черты лица и зеленые с золотистым отливом глаза. Ветер развевал его плащ и трепал выбившиеся из хвоста светлые волосы цвета песка.

– Смелый, но не мудрый, – добавил он.

Ив нахмурилась.

– Они собирались забить пса камнями. По-твоему, я зря вмешалась?

– Разумеется, нет. Ты поступила правильно. И смело. Но порой смелость от глупости отделяет всего один шаг. Ребята могли посчитать тебя более интересной целью, и тогда камни полетели бы в твою сторону.

– Они бы не посмели, – возразила Ив. – У меня были вилы.

– Вилы? Ты серьезно? – незнакомец фыркнул и покачал головой. – Поверь, они отобрали бы у тебя эти вилы, а потом ими бы и поколотили.

– Но они ушли. Значит, испугались.

– Разумеется, они испугались. Но не тебя. И не вил. А твоего лорда-отца. Будь ты одета немного иначе, а ребята – чуть поглупее, то твои угрозы их только бы разозлили.

Ив вдруг с пугающей ясностью осознала, что он прав. Все так бы и обернулось, не пойми мальчишки, кто она такая. В их глазах не было страха, а в расслабленных позах таилось больше угрозы, чем могло показаться на первый взгляд. Ив содрогнулась, представив, чего ей удалось избежать.

– Поэтому, – продолжил молодой человек, – когда в следующий раз решишь сделать что-нибудь правильное и смелое, сначала оцени свои возможности и обдумай вероятные последствия.

Он спустил ноги в проем и спрыгнул на землю. Ив с любопытством поглядела на раскрытые дверцы амбара.

– Что ты там делал? – спросила она.

– Спал.

– Спал?

До чего странный человек! Зачем спать на соломе, когда в твоем распоряжении весь особняк?

– Угу, спал. А еще наблюдал.

– Иными словами подслушивал разговоры конюхов?

В золотистых глазах незнакомца заплясали веселые огоньки.

– А ты разве не поступаешь так же? Не подслушиваешь и не подглядываешь?

– Ты что, за мной следишь?

– Слежу? Пф-ф. Поверь, в этом нет необходимости. Тебя слышно и видно издалека. Будь я котом, а ты мышкой, то я бы давно тебя поймал. Учись быть тихой и незаметной, а до тех пор… будь аккуратней, Мышка, – незнакомец подмигнул и направился к особняку.

– Я не Мышка, – крикнула Ив вдогонку. – Меня Ив зовут.

Незнакомец оглянулся.

– Я знаю.

Ив надеялась, что он представится в ответ, но незнакомец молчал.

– А ты кто? – спросила она.

Он улыбнулся, прижал палец к губам и покачал головой. Затем отвернулся и продолжил свой путь. Ив так и не поняла, что означал этот жест. То ли незнакомец не мог назвать свое имя, то ли просил сохранить их встречу в секрете.

Глава 3. Разлука

Солнце за окном сместилось, и лучи раскрасили стены бронзой и позолотой. Ив сидела за столом в учебной комнате и рассеянно слушала своего учителя – мастера Альбера. Обычно занятия проходили по утрам, но после завтрака учитель перенес их на полдень, а затем и вовсе отложил на вечер. В особняке мастер Альбер служил писарем и в первую очередь выполнял срочные поручения своего лорда, и, очевидно, днем их скопилось немало. Вот почему теперь в глаза бил столь непривычный закатный свет.

Ив любила уроки седовласого старца, истории о дальних странах и давних временах. Но сегодня сосредоточиться на учебе никак не выходило. Голову занимали мысли о гостях и подслушанный у кабинета отца разговор. Голос учителя доносился будто издалека.

– …на юге, в водах Бескрайнего моря, лежат Вольные острова – цепочка из пяти крупных островов с десятками мелких. Власть на островах принадлежит не королю, а Конвенту. Это единый орган управления, состоящий из высших слоев общества: членов знатных семей… Леди Ив, если география сегодня для вас не столь занимательна, то, может быть, вы хотите услышать о чем-то другом?

Услышав свое имя, Ив вздрогнула и подняла глаза на учителя. Он сидел, сцепив руки на круглом животе, и вопросительно глядел из-под кустистых серых бровей. Ив постучала карандашом по книге, пытаясь сообразить, в чем заключался вопрос.

– Мастер Альбер, мне интересна география, но…

Ив запнулась, не зная, как объяснить свою рассеянность. Надо собраться с мыслями! Неожиданно Ив вспомнила волшебный хоровод из листьев в лесу и встречу с юным магом. От воспоминания губы невольно изогнулись в улыбке.

– Скажите, мастер Альбер, а правда, что на Вольных островах магия запрещена?

– Что ж, хороший вопрос, – одобрил мастер Альбер, и его морщинистое лицо разгладила довольная улыбка. Он откинулся на спинку кресла и устремил взгляд в глубь комнаты, как всегда поступал, когда обдумывал что-то важное. – Да, на Вольных островах уже триста лет как запрещена магия. В те давние времена члены Конвента посчитали, что возрастающие силы магов опасны, и поэтому запретили колдовство. Маги не пошли на конфликт. Они покинули острова и попросили убежище в нашем королевстве. Правящий в те времена король Аурелий Мудрый рассмотрел их просьбу и согласился принять на определенных условиях. В истории это событие известно как Великий исход.

– Не понимаю, – покачала головой Ив. – Почему правители Вольных островов решили отказаться от магии? Неужели она и вправду опасна?

– В неверных руках, леди Ив, даже перо с бумагой опасны. Что уж говорить о магии?

– Тогда почему наш король принял изгнанных магов?

– Все не столь однозначно, как кажется на первый взгляд, леди Ив. Аурелий Мудрый видел в магии не только угрозы, но и преимущества. По его мнению, возможная польза оправдывала риски, и минувшие триста лет мирной жизни это доказали. Конечно же, этому поспособствовали принятые законы и соглашения. Согласно им, маги не вправе претендовать на земли королевства и использовать магию против людей. В целом все свелось к простой формуле, гласящей, что магия должна служить людям. И она служит. К тому же за исполнением законов следит Совет магов, который возглавляет избранный королем чародей.

«Верховный маг короля, – пронеслось у Ив в голове. – И сейчас он гостит в нашем доме».

Мастер Альбер громко закашлялся, достал из кармана платок и вытер губы.

– Что ж, думаю, на сегодня довольно, – сказал он, собирая со стола свитки и карты. – Завтра продолжим с законов короля Аурелия Мудрого, раз они так вас заинтересовали, леди Ив. Теперь же не смею вас больше задерживать. Похоже, ваши мысли сегодня витают где-то вдалеке от наук.

Ив захлопнула книгу и поспешила к двери.

– Леди Ив! – окликнула ее Нелл в коридоре. – Ваш отец просил, чтобы вы зашли к нему в кабинет.

– Хорошо. Я зайду, – ответила Ив, а в душе встрепенулась тревога.

Что случилось? Неужели отец видел, как утром она подслушивала у окна? Или дело в разговоре с Загадочным всадником?

Терзаемая совестью и сотней вопросов, Ив подошла к кабинету и робко постучала в дверь. Послышалось разрешение войти. Отец стоял у окна, заложив руки за спину, и глядел на закатное солнце. Ив пересекла комнату и села в кресло. Полки у стены загромождали книги и документы, на столе лежало неоконченное письмо, из чернильницы рядом торчало перо. Ив смотрела на темный силуэт отца на фоне алых лучей и терпеливо ждала.

Наконец отец расцепил руки и обернулся. На его лице не отражалось ни тени суровости или гнева. Только усталость.

– Мне нужно кое-что тебе сообщить, Ив, – начал он. – В скором времени нас ждут перемены.

Ив встревоженно замерла, не зная, как реагировать на это заявление.

– Завтра уезжают наши гости, – добавил отец. – А следом за ними в столицу переезжаю и я.

– В Теоден? – ошеломленно переспросила Ив.

– Да. В Теоден.

– Но почему? Что случилось? Это из-за гостей? Когда тебе нужно уехать? Это надолго? Мы с Риконом поедем вместе с тобой?

Отец выставил перед собой руки, словно защищаясь от града вопросов, и покачал головой.

– Не так много вопросов сразу, – попросил он. – Я все расскажу по порядку.

Он вернулся за стол, сев напротив, и отодвинул в сторону документы.

– Я уже говорил, – продолжил отец, – что наши гости привезли для меня предложение, которое в некоторой степени стало для меня неожиданным. Король предлагает мне место своего советника по торговле. Это очень почетная при дворе должность, и мне оказано большое доверие. На подобные предложения не принято отвечать отказом, и я согласился. Теперь, чтобы выполнять возложенные на меня обязательства, я должен переехать в королевский дворец.

– Ты будешь там жить?

– Да.

Ив нахмурилась. Что-то не сходилось. Если должность советника такая почетная, как говорил отец, то о чем он спорил с королевским магом? Из-за чего сердился? И каких гарантий хотел? Но Ив не могла задать ни один из этих вопросов, не выдав того, что подслушивала, и спросила о другом.

– Мы с Риконом поедем вместе с тобой?

– Нет.

Ответ прозвучал твердо и бесповоротно. Даже резко. Но отец смягчил эту резкость слабой улыбкой.

– Я не могу взять вас с собой, Попрыгунья. Рикон должен заниматься делами поместья и присматривать за особняком. С завтрашнего дня он принимает на себя все мои нынешние обязанности. Отныне он Великий лорд наших земель. Что же касается тебя… Что ж, возможно, жизнь в столице пошла бы тебе на пользу, – отец поспешно вскинул ладонь. – Но и тебя я не могу взять с собой. По крайней мере, пока. Тебе нужно еще многому научиться и подрасти. Но в будущем я обещаю подумать над тем, чтобы увезти тебя в столицу. Пока же ты останешься со своим братом и будешь во всем его слушаться. Ты можешь мне пообещать, что так оно и будет?

У Ив сдавило горло. Неужели она так разочаровала отца своим поведением, что он даже не желает брать ее с собой? Ив изо всех сил заморгала, прогоняя горькие слезы.

– Да, отец. Обещаю, – прошептала она, но голос все равно предательски дрогнул.

– Хорошо. Я тебе верю. Ты достаточно взрослая, чтобы заботиться о себе и о брате. К тому же тебе нужно продолжать учебу. Мастер Альбер хорошо о тебе отзывался и хвалил твои успехи. Меня это очень радует.

– А если я буду еще лучше учиться и послушно себя вести, тогда ты возьмешь меня с собой?

Отец печально покачал головой.

– Боюсь, не все зависит от моих желаний, Попрыгунья. В столице я буду сильно занят, и меньше всего я хотел бы оставлять тебя там одну.

– Тогда давай возьмем Нелл, и я не буду одна.

– Боюсь, Нелл будет нужна здесь твоему брату. Она наша экономка и должна присматривать за слугами и заниматься счетами. Поверь, Попрыгунья, я бы очень хотел взять тебя с собой, но пока… не могу.

Ив уныло кивнула в ответ, но чувство, что отец чего-то недоговаривает, никуда не пропало.

– Когда ты уезжаешь? – спросила она.

– Через пару дней. Мне не по душе такой скорый отъезд, но обстоятельства меня вынуждают. Обещаю, что буду приезжать так часто, как это будет возможно.

От тоски у Ив сжалось сердце. Отец часто уезжал по делам, но каждый вечер он проводил дома. Теперь же разлука может продлиться невообразимо долго.

– Я буду скучать по тебе, – прошептала Ив.

– Знаю, дорогая. Я тоже буду очень скучать.

В глазах отца мелькнула грусть, но он отвел их и взял в руки письмо.

– Прости, Попрыгунья, но мне надо заняться делами. Наверное, придется просидеть тут всю ночь.

Отец потянулся к перу – верный знак, что разговор завершен. Ив встала и зашагала к двери, но у порога остановилась.

– Что такое? – ласково спросил отец. – Говори.

Ив помедлила, но затем решилась спросить:

– Скажи, а почему предложение короля тебе привез королевский маг?

На лице отца отразилась растерянность. Он неловко поерзал в кресле.

– Так ты слышала, – пробормотал он. – Что ж, все верно. Один из наших гостей – Ксандер, Верховный маг короля. В некотором смысле нам придется работать с ним вместе.

Взгляд отца сделался отстраненным. Он обмакнул в чернила перо и опустил глаза.

– Ты хотела узнать что-то еще?

Ив покачала головой.

– Нет, больше ничего.

Она толкнула дверь и вышла в коридор. Подозрение, что отец что-то скрывает, теперь переросло в уверенность. За его отъездом стояло что-то, помимо должности при дворе.

Ночью сон никак не хотел приходить. Ив долго и беспокойно ворочалась в постели. Тревожные мысли терзали, и, устав с ними бороться, она выбралась из кровати. Огонь в камине почти погас, и на полу танцевали красные отсветы. Ив накинула на себя легкую шаль и вышла в коридор. В доме стояла тишина. Одинокая лампа в конце коридора едва разгоняла мрак.

Ведя по стенке рукой, Ив добралась до чайной комнаты и спустилась в библиотеку. Сквозь окна лился жемчужный свет луны, омывая зыбким сиянием книжные шкафы, кресла и столики. Ив двинулась к тайнику, чтобы достать Искру, но в полушаге от шкафа замерла. В комнате она была не одна: в кресле сидел Загадочный всадник и глядел в окно. Лунный свет падал ему на лицо, выделял точеные скулы, серебрил светлые волосы. Без сомнения, он знал о ее присутствии, ведь Ив даже не пыталась скрываться. Но он даже не повернул головы и не шелохнулся, продолжая за чем-то наблюдать в темноте. Ив невольно проследила за его взглядом, но, кроме мирной ночи, полной луны и висящего над кустами тумана, ничего не увидела. Она осторожно отступила назад, чтобы не нарушать одиночество незнакомца, и вернулась наверх.

Уже в спальне она подумала, что, возможно, стоило с ним попрощаться или что-то сказать. Ведь теперь, когда ей предстояла долгая разлука с отцом, она поняла, что одиночество не всегда бывает желанным. Но затем усталость взяла свое, и Ив провалилась в сон.

Утром гости покинули особняк, а через день уехал отец. Ив проводила его до конюшни, но не сдержалась и кинулась в его объятия, из последних сил стараясь не зареветь, как маленькая девочка. Отец поцеловал Ив в макушку, что-то прошептал на прощание и, не затягивая проводы, ускакал.

Медленно потянулся следующий год, а за ним и второй. Отец возвращался домой на несколько дней каждые три месяца. Днем он с Риконом занимался делами, а по вечерам все чаще запирался один в кабинете.

Как-то в один из осенних вечеров Ив застала отца в библиотеке. Он сидел на диване с книгой в руках, но не читал, а задумчиво глядел на портрет Алисии Стаут. Ив замялась на пороге, не зная, как поступить: уйти или заговорить, но в это мгновение отец повернулся, и его лицо осветила улыбка.

– Иди ко мне, Попрыгунья, – позвал он.

Обрадованная его вниманием, Ив кинулась к отцу на диван. Он обнял ее за плечи одной рукой и, как в детстве, прижал к груди. Некоторое время они сидели молча, наслаждаясь моментом. В камине уютно трещал огонь, за окнами барабанил дождь. Затем отец отстранился и заглянул Ив в лицо. В его глазах отразилось удивление.

– Подумать только… – растерянно пробормотал он. – Ты так выросла, а я и не заметил когда.

– А видел бы ты, как я научилась держаться в седле! – с гордостью заявила Ив. – Теперь за мной даже Рикону не угнаться!

Год назад отец подарил ей вороную кобылу, и с тех пор Ив много времени проводила в седле, рассекая по окрестным дорогам.

– Да, я наслышан про твои успехи, – улыбнулся отец. – Ты и впрямь стала совсем уже взрослой.

– Это значит, что я могу поехать с тобой в столицу? – просияла Ив.

Как всегда, при упоминании столицы по лицу отца скользнула тень.

– Боюсь, все не так просто, милая… Лучше расскажи, как ты назвала свою вороную?

Ив удрученно поникла. Отец опять поменял тему, стоило ей заговорить про столицу.

– Уверена, я тебе уже говорила, – ответила Ив. – Я назвала ее Тень.

– Да-да, конечно. Тень.

– Почему ты избегаешь разговоров про столицу? – спросила Ив напрямик. – Ты не хочешь, чтобы я была рядом с тобой?

– Дело не в этом…

– Тогда в чем? Объясни, что происходит. Я все пойму.

Отец медленно покачал головой.

– Я не могу.

– Почему? Тебе что-то угрожает?

На миг в глазах отца мелькнула тревога, но улыбка ее прогнала.

– Нет, милая, с чего ты взяла? Поверь, тебе не о чем волноваться. Просто у меня много дел. Как только я все улажу, так сразу пришлю за тобой, и мы будем жить в столице, если тебе этого хочется. Ты подождешь? Еще немного?

Слова отца звучали искренне, и Ив устыдилась своего требовательного тона. Успокоившись, она улыбнулась и вновь прильнула к его крепкой груди.

– Конечно я подожду.

Если отец обещал – он сдержит слово. Если надо ждать – она подождет. И так, в ожидании, миновал третий год. А с наступлением весны отец умер, унеся с собой в могилу все надежды и мечты.

Часть вторая. Глава 4. Прощание

Так что же собой представляет королевство Лотиан? Условно его можно поделить на четыре региона.

Север известен как Край тысячи озер или Озерный край. Каждую весну его земли наполняют сотни рек и речушек, бегущих с горных вершин и тающих ледников. Край изобилует озерами и лесами, богатыми охотничьими угодьями и ценной древесиной. Если вы собираетесь охотиться или ловить рыбу, то лучших земель не найти.

Восточные земли носят название Горный край. Его границы защищает протяженный горный хребет, который отделяет Лотиан от Расколотых королевств. Край славится белоснежными горными пиками, холмистыми предгорьями и уединенными долинами. Богатство этим землям обеспечивают рудники и каменоломни, а также золотые прииски.

Запад королевства, именуемый Равнинный край, знаменит пастбищами и степями, древними фортами и целебными травами. А еще это, без сомнения, родина лучших скакунов. Только чистокровных степных лошадей закупает двор короля.

Немного западнее Равнинного края лежат мертвые земли пустыни, известные как Пыльные пустоши. Безжизненные почвы не родят ничего, кроме камней и песка, всю влагу там выпивает солнце, а свободные ветра гоняют по бескрайним просторам клубы рыжей пыли. Пыльные пустоши – необитаемы. Они входят в состав королевства, но на всех картах значатся как ничейные земли.

И наконец, на юге простираются плодородные земли Южного края с цветущими садами и виноградниками, лесами и лугами, обширными полями и плодородными пахотами. С юга земли Южного края омывают воды Бескрайнего моря, и вдоль побережья тянутся бухты и порты. Самый крупный порт принадлежит городу Лотар, на рынках которого можно найти товары со всего света.

Столица же находится в центре королевства, на перекрестье четырех дорог. Недаром говорят, что все пути ведут в Теоден.

Отрывок из книги «Краткий путеводитель по королевству Лотиан».

Похороны лорда Эдмунда Стаута прошли на семейном кладбище неподалеку от особняка. Беспомощно наблюдая, как могила отца наполняется влажной землей, Ив едва заставляла себя стоять на ногах. Моросящий весенний дождь ледяными иглами вонзался в шею, затекал за ворот плаща, но Ив его не замечала. С каждым новым комом земли, падающим на крышку гроба, ее тело сковывало оцепенение.

Отца больше нет. Ив до последнего отказывалась в это верить. Перед глазами всплывал образ крепкого и полного сил мужчины с решительным взглядом и ласковой улыбкой. Такой человек не мог умереть от сердечного приступа. Это не могло оказаться правдой. Но вот он лежит в могиле рядом с женой, под черным слоем земли.

После похорон дом наводнили толпы людей, которые знали отца и хотели выразить свои соболезнования. Рикон взял на себя роль главы дома. Он приветствовал гостей и выслушивал, стараясь каждому уделить внимание. Ив же оставалась ко всему безучастной. Она сидела в главном зале, полном людей, но чувствовала себя бесконечно одинокой. Некоторые гости к ней подходили и что-то говорили, а Ив кивала в ответ, не особо понимая, с чем именно она соглашалась. Произносимые слова утешений не имели смысла. Разве могли они вернуть ей отца или заполнить образовавшуюся после его ухода в душе пустоту?

В знак траура в комнатах стояли вазы с сухими цветами, на подставках горели свечи. Воздух был настолько тяжелым, что, казалось, еще чуть-чуть и раздавит. От наплыва гостей хотелось бежать. Куда ни глянь – сочувственный взгляд. Куда ни повернись – скорбный шепот. И как только представился удобный случай, Ив скрылась ото всех в своей спальне. Там она плотно задернула шторы, позволяя нахлынуть мраку, и села на кровать. Хотелось выть от тоски, но не было даже слез, чтобы излить свое горе. Пустота глубоко в груди отняла и эту возможность облегчить тоску. Ив с бессильным стоном рухнула на кровать и спрятала лицо в подушке.

Разбудил ее тихий перезвон посуды. Кто-то принес еду: комнату наполнили ароматы сладкой выпечки и мятного чая. Ив натянула на голову одеяло и продолжила спать. Сон позволял не думать, не вспоминать.

Дни сменяли друг друга, но Ив точно не знала, сколько их миновало, – все они слились в один. Отныне время измерялось стуками двери в спальне и звоном тарелок.

Хлопок, звон, хлопок.

Порой раздавались голоса. Они ее окликали и что-то говорили, но Ив не хотела ни слушать, ни отвечать. Потом, когда наступала тишина, она вставала и съедала принесенную ей еду, не ощущая ни голода и ни вкуса, а скорее по привычке. Затем снова падала на кровать и погружалась в забвение сна.

Хлопок, звон, хлопок.

Однажды Ив покинула спальню. Стояла ночь, и в доме царила мертвая тишина. Ив взяла Искру и, освещая себе путь, спустилась на первый этаж. В каминах догорал огонь, и мерцали красные угли. Все казалось таким же, как прежде, и оттого каждый предмет еще сильнее напоминал об отце, вскрывал рану утраты и кричал о потерянном счастье. Миновав несколько комнат, Ив повернула назад. В белой ночной сорочке, освещенная голубым сиянием Искры, она и сама походила на заблудшего призрака.

Хлопок, звон, хлопок.

В один из бесконечных дней дверь в спальню хлопнула громче, чем обычно, зазвенела посуда, но повторного хлопка не последовало. У кровати зашуршала юбка, но Ив не подняла головы.

– Вижу, леди Ив, вы намерены утопить себя в горе и отчаяние, похоронить в четырех стенах, – голос Нелл дрожал от еле сдерживаемого гнева и возмущения. – Что ж, дело ваше. Но хочу, чтобы вы знали: подобная скорбь не к лицу дочери Великого лорда! Ваш отец бы пришел в ужас, увидев вас такой! Он считал вас смелой и сильной, способной справиться с любыми невзгодами, и сильно расстроился бы, узнав, что это не так!

Ив пошевелилась. Она оторвала голову от подушки и уставилась на Нелл. Никогда прежде экономка не разговаривала так резко. Причитала, сокрушалась, но не отчитывала. В глазах Нелл горело осуждение, а упертые в бока руки, казалось, только и ждали момента, чтобы схватить Ив за плечи и хорошенько встряхнуть.

– Никогда еще мне не было так стыдно за ваше поведение, юная леди! – Нелл с укоризной качнула головой и зашагала прочь, но у двери обернулась. – К вашему сведению, два дня назад я принесла вам письмо, и оно до сих пор лежит на столе неоткрытым.

Дверь с громким стуком хлопнула, на столе зазвенели тарелки. Минуту Ив с недоумением пялилась на закрытую дверь, затем скинула одеяло и села. Воздух в комнате был застоявшимся и прохладным. Камин давно не топили. Сквозь неплотно задернутые шторы пробивался тусклый свет.

Ив поежилась.

Отец считал ее смелой и сильной… Но была ли она на самом деле такой?

Ив встала, подошла к окну и отдернула шторы. На улице стоял серый, пасмурный день, но после сумрака спальни он показался ослепительно ярким. Ив зажмурилась и отвернулась от окна. Как же долго она не видела дневной свет? Ив обвела комнату взглядом и поморщилась. Постель пребывала в полном беспорядке: простыни были смяты, одеяло сбилось в бесформенный ком. Одна подушка лежала на полу, там же валялась одежда. Из распахнутого сундука свисало белье. Ив повернулась к зеркалу и взглянула на свое отражение. Под глазами темнели круги, лицо осунулось и побледнело, волосы превратились в черный спутанный клубок. Ночная сорочка… Ив не помнила, когда меняла ее последний раз. Отец бы точно пришел в ужас, увидев ее сейчас!

Она накинула на плечи шаль и вышла из спальни. Нужно было что-то сделать… как-то все изменить… По старой привычке Ив добрела до чайной комнаты, переступила порог и остановилась, совершенно не представляя, куда идти дальше. Что она могла сделать? Что изменить? У нее больше не было цели, ей нечего было ждать, не на что было надеяться. Ив повернула обратно, и ее взгляд застыл на картинах. Размытые пейзажи висели по краям стены, а в центре сочным красками наливались живые цветы.

«Люди обычно тревожатся за будущее или печалятся о прошлом, и забывают о настоящем, – объяснял отец значение картин. – Вот почему на картинах твоя мать изображала будущее и прошлое в размытых тонах, а настоящее – яркими красками. Ведь если задуматься, все, что есть у нас в жизни, – это сейчас».

– Сейчас, – прошептала Ив.

Теперь она поняла смысл картин. С ней случилось именно то, о чем говорил отец. Она так глубоко погрузилась в тоску о прошлом и сожаления о потерянном будущем, что в итоге утратила свое настоящее. В последние дни ее жизнь превратилась в разбитую чашу. Мир стал серым и потускнел, хотя должен был цвести подобно ярким цветам с картин матери.

– Сейчас, – повторила Ив.

То, что у нее осталось. То, чем можно распоряжаться. Надо жить тем, что есть сейчас.

Первым делом Ив отправилась в баню, где смыла остатки вялости и апатии и привела себя в порядок. Горячий пар подарил телу легкость, а ледяная вода вернула бодрость, отчего на душе сразу посветлело. На кухне Ив съела кусок горячего пирога с курицей и выпила крепкий чай, впервые за долгое время ощутив вкус еды и терпкий аромат трав.

В ее отсутствие слуги прибрали спальню и затопили камин. Комната дышала свежестью и чистотой и больше не напоминала затхлый склеп. На миг снова захотелось упасть на кровать, но Ив тут же задушила в себе это желание. Она будет горевать так, как подобает дочери Великого лорда, – в глубине своего сердца, а не напоказ.

Ив села за стол и отыскала письмо, которое оставила Нелл. На конверте стояла дворцовая печать, говорившая, что письмо пришло из столицы. Озадаченная, Ив вскрыла конверт и пробежалась взглядом по строчкам. Отправителем письма оказался Микалас, помощник отца во дворце. Он сообщал, что среди личных вещей лорда Стаута обнаружил купчую, согласно которой на имя Ив был куплен в столице дом. И теперь Микалас ждет указаний, как распорядиться имуществом: будет ли Ив продавать дом или намерена в нем поселиться?

Ив опустила письмо на колени и уставилась в пространство перед собой. Намерена ли она поселиться?.. Она тряхнула головой и заново перечитала письмо. Что это значило? Отец купил ей дом в Теодене? Но почему он ничего не сказал? Хотел сделать сюрприз? Но, согласно письму, дом был куплен более полугода назад. Почему отец так долго тянул? Мысли ворочались вяло и неохотно. Информации было недостаточно, но Ив знала, кто ей сможет помочь.

Рикона она нашла в его кабинете. Он сидел за столом и делал пометки в толстой учетной книге. Ив не стала его отвлекать: тихо вошла и опустилась в кресло. Брат выглядел собранным и сосредоточенным, но в то же время усталым. Под глазами лежали тени от бессонных ночей, каштановые кудри на голове разметались, ворот рубашки был небрежно расстегнут. Только теперь Ив осознала, сколько забот и обязанностей легло на плечи брата в эти дни, и ей стало стыдно за свое безразличие. В своем горе она позабыла, что Рикон тоже потерял отца.

Наконец брат оторвался от бумаг, поднял глаза и некоторое время пристально смотрел на Ив. Затем его губы тронула улыбка.

– Знаешь, я все никак не мог понять: это действительно ты или мне только мерещится?

– Я тоже тебя рада видеть, Рикон, – пробормотала Ив. После долгого молчания звук собственного голоса показался ей странным.

Рикон откинулся на спинку кресла.

– Ну? И что же тебя заставило покинуть свое добровольное заточение? Пришла помочь со счетами или просто узнать, как дела?

– Рикон, я… – Ив умолкла.

Сарказм брата заставил ее еще сильнее устыдиться своего поведения. Ей нечем было оправдать свою слабость, ведь пока она предавалась унынию и горю, брат продолжал работать и заниматься повседневными делами.

Рикон вздохнул. Улыбка сошла с его лица, и он вновь стал серьезным.

– Я переживал за тебя, – сказал он. – Я заходил к тебе несколько раз, пытался поговорить, но ты не отвечала. Это было так… на тебя не похоже. Ты же никогда не сидишь на месте. Всегда где-то носишься. А тут за две недели ни разу не покинула спальню. Признаться, меня это сильно тревожило.

Ив сконфуженно опустила глаза. Она не подозревала, что брат приходил к ней в комнату, и его забота приятно ее тронула.

– Ладно, – кашлянул Рикон. – Я так понимаю, ты пришла ко мне не ради счетов.

Ив положила на стол письмо.

– Я хотела спросить об этом. Мне написал Микалас, помощник отца во дворце. Он сообщает, что у отца в столице был дом, купленный на мое имя. И теперь он ждет моих указаний о том, как распорядиться имуществом.

Рикон нахмурил брови, взял письмо и прочел.

– Дом? – озадаченно пробормотал он. – Как странно.

– Ты об этом не знал?

– Нет. Впервые слышу.

– Я подумала, может, отец собирался мне сделать подарок и…

– Будь это так, он бы мне рассказал. Хотя, по правде говоря, отец мало что рассказывал о своих делах в столице. Сплошные секреты. Он говорил, что хочет увезти тебя в Теоден, но речь шла о том, что ты будешь жить во дворце вместе с ним. Ни о каком доме он не упоминал.

Рикон потер подбородок, бросил письмо на стол и посмотрел на Ив.

– И что ты намерена делать?

– Думаю, мне надо поехать в столицу и посмотреть на дом.

– Хочешь остаться там жить?

– Не знаю, Рикон, – ответила Ив. Она действительно не знала, хочет ли жить в столице без отца, но чувствовала, что оставаться без отца в особняке ей стало невыносимо. – Я хочу поехать в Теоден и посмотреть на дом. А потом… потом решу, что делать дальше.

– Я обещал отцу заботиться о тебе.

– Знаю. И последние три года ты с этим прекрасно справлялся. Пришло время мне начать самой заботиться о себе.

Рикон промолчал, и Ив закатила глаза.

– Ну хорошо. Последние дни были не лучшим примером того, как я могу заботиться о себе, но когда-нибудь мне придется этому научиться. Так почему не сейчас?

Брат продолжал молчать.

– Рикон! – не выдержала Ив. – Через полгода мне исполнится семнадцать, и мне не нужны будут ни опекуны, ни помощники. Я смогу сама распоряжаться деньгами и собственной жизнью.

Рикон вздохнул.

– Знаешь, в детстве я завидовал тебе, – признался он. – Отец все тебе разрешал. Ты могла гулять целыми днями, а мне приходилось сидеть в библиотеке и учить торговые кодексы. Отец даже ругал тебя сквозь улыбку. Со мной же он был по-настоящему строг. Я, конечно, понимал, что причина в том, что я его наследник, но… все же я завидовал тебе.

– Странно. Я думала, тебе нравится заниматься делами с отцом.

– Да нет, я не жалуюсь. Мне действительно это нравилось и тогда, и теперь. Но жизнь младшей сестры, полной глупостей и безумств, тоже была по-своему привлекательной.

– Ты не поверишь, Рикон, но я тоже завидовала тебе. Отец все время проводил с тобой, брал с собой в поездки, я же постоянно оставалась дома.

– Вот как? – улыбнулся Рикон. – Выходит, у нас есть что-то общее, сестрица? Занятно. На самом деле я сейчас пытался представить, как бы поступил отец на моем месте. И полагаю, он бы не стал тебе ничего запрещать. Я не возражаю против твоего отъезда. Ты взрослая. Решай сама, как жить дальше.

– Спасибо, Рикон.

– Когда ты хочешь поехать?

– Как можно скорее. Завтра.

– Хорошо. Я попрошу Свенса подготовить для тебя экипаж.

– Нет, не беспокойся. Я поеду верхом на Тени. Так будет быстрее.

– Хочешь явиться во дворец верхом на скакуне, как дикарка?

– Ты же знаешь, Рикон, – фыркнула Ив. – Сколько я ни пыталась вести себя как леди, у меня ничего не получалось. К тому же отец и сам ездил верхом.

– Ладно, как пожелаешь. Я отправлю во дворец птицу, предупрежу Микаласа о твоем приезде. Сама ты наверняка бы об этом не подумала.

– Ты прав, не подумала, – Ив виновато взмахнула ресницами, но тут же улыбнулась, вскочила с кресла и крепко обняла брата за шею. – Спасибо, Рикон! Ты самый лучший брат на свете!

Рикон поморщился.

– Могла бы обойтись и без этих нежностей, – проворчал он. – Я, в конце концов, Великий лорд, а не щенок, чтобы меня тискать.

– Не будь таким ворчуном, Рикон. Я же знаю, тебе приятно.

– Ага, приятно как… как… – не найдя подходящего сравнения, Рикон отмахнулся. – Ладно, ступай. У меня полно дел. Счета сами себя не оплатят. И, Ив!

Ив остановилась у двери и оглянулась. Брат редко называл ее по имени, предпочитая глупые прозвища или в последнее время лаконичное «сестрица».

– Будь там осторожней, Ив, – попросил Рикон, и в его глазах сверкнула тревога.

Ив хотела спросить, что он имеет в виду, но быстро поняла. В воздухе так и висело не высказанное никем сомнение: действительно ли отец умер своей смертью или нет? Мало кто в сорок пять умирает от сердечного приступа.

– Ты знаешь, чем отец занимался в столице? – прошептала Ив. – Помимо обязанностей советника?

Рикон покачал головой.

– Нет. Поэтому и говорю: будь осторожней.

– Я постараюсь, – пообещала Ив.

– Ладно, иди, – кивнул Рикон. – И помни: ты всегда можешь сюда вернуться. Здесь и твой дом тоже.

Слова звучали на удивление искренне. Ив еще немного посмотрела на брата, подмечая, как он повзрослел за последние годы и как сильно стал походить на отца, а затем выскочила в коридор.

Сборы в дорогу не заняли много времени. Ив положила в дорожную сумку вещи из тайника: свой дневник, цепочку матери и Искру. Добавила к ним смену одежды и обуви, взяла мешочек монет. Все прочее решила купить в столице, благо за несколько лет у нее скопилось достаточно подаренных отцом денег, чтобы ни в чем не нуждаться и не просить у брата.

Когда Ив пришла проститься с Нелл, экономка пустила слезу, причитая о том, как же быстро девочка выросла, а потом добавила, что отец мог бы ей гордиться. Мастер Альбер одобрительно покивал, приговаривая, что вооружил Ив всеми необходимыми знаниями, и теперь она ничем не уступает придворной знати.

Утро встретило белым туманом. Он висел на ветвях, полз по траве, укрывал завесой холмы и поля. Весна вступала в свои права, деревья одевались в салатовую дымку листвы, но сырой воздух еще обдавал прохладой и пробирал до костей. Ив плотнее запахнула костюм для верховой езды и подняла воротник, не давая ледяной влаге проникать за шею. Пока она шла к конюшне, выпавшая роса успела намочить высокие сапожки из оленьей кожи и оставить капли на темных штанах.

В конюшне было тепло, пахло свежим сеном, кожей и лошадьми. Ив подошла к стойлу вороной и облокотилась на ограду. Тень высунула голову и с радостным сопением толкнула хозяйку в грудь носом. Ив запустила пальцы в шелковистую гриву. Кобыла была черна, точно ночь, быстра, словно ветер, и грациозна, как леди. Отец сам выбирал ее в конюшнях Равнинного края.

– Хочешь погонять вместе с ветром? – улыбнулась Ив, и Тень с нетерпением фыркнула в ответ.

Сбоку хлопнула дверь, и из подсобки с седлом в руках вышел Мико.

– Доброе утро, леди Ив, – поздоровался он. – Я ее сейчас оседлаю.

За последний год Мико сильно вытянулся и повзрослел. Из нескладного подростка он постепенно превращался в мужчину. Работа в конюшне сделала его плечи крепче, а руки грубее. О детских годах напоминали лишь веснушки на щеках, от которых его лицо казалось более юным и открытым, да короткие русые волосы, которые все так же падали ему на глаза. Ив была рада застать здесь старого друга.

– Привет, Мико, – откликнулась она. – С каких пор ты зовешь меня «леди Ив»?

Мико повесил седло на дверцу стойла и пожал плечами.

– Да уже несколько месяцев. Только прежде ты не замечала.

– В самом деле? – Ив нахмурилась. В последнее время она и вправду была немного рассеянна. – Не зови меня больше так. Ты мой друг, а не слуга.

На лице Мико мелькнула улыбка. Он ухватился руками за дверцу и перемахнул в стойло к вороной. Ив отошла, чтобы не мешать. Мико работал проворно и быстро, с ловкостью, отточенной годами. За несколько минут он справился с седлом и уздечкой и вывел Тень в проход, но поводья Ив не отдал.

– Я знаю, что ты уезжаешь в столицу, – сказал он. – И я подумал… в общем, позволь мне поехать с тобой!

– Что? – Ив на миг растерялась. – Прости, Мико, но мне не нужно сопровождение. Одна я поеду быстрее.

Она потянулась к поводьям, но Мико не пошевелился.

– Я тебя не задержу, – возразил он. – Как ни скачи, а до столицы два дня пути. К тому же в дороге может всякое случиться, и помощь не повредит.

– Да что со мной может случиться? Я уже не маленькая. Справлюсь сама.

– Знаю, что справишься. Ты всегда была смелой и… упрямой. Но разве ехать в компании не веселей? К тому же я могу позаботиться о Тени, что точно сбережет тебе время.

Ив задумалась.

– Что ж, может, и так… Но, Мико, я не смогу тебе заплатить и сомневаюсь, что брат заплатит тебе за работу, о которой он не просил.

– Да я же не ради денег! – возмутился он. – Ты сама сказала, что я твой друг, а не слуга! Вот и относись к моему предложению так же. И потом, не вечно же мне сидеть под опекой отца. Я хочу поискать себе место в столице.

– Ах, Мико… – вздохнула Ив, больше не находя причин для отказа. – Хорошо. Едем вместе.

Мико сверкнул широкой улыбкой и отдал поводья.

– Подожди, я сейчас! – прокричал он на бегу. – Только сумку возьму и выгоню лошадь отца!

По тому, как быстро он вернулся, Ив поняла – он все подготовил заранее и в любом случае отправился бы следом.

Они выехали со двора неторопливым шагом, давая лошадям размять ноги. Проезжая под старым каштаном у ворот, Ив с грустью осознала, что уже не спрячется в своем старом укрытии. Детство прошло, как и время, когда можно было беззаботно бегать по округе в поисках приключений.

Туман окутывал пеленой сады и поля. Мимо проплывали силуэты деревенских домов и бредущие на пастбища стада. На дороге из белой дымки возникали запряженные мулами телеги, на которых с мотыгами и лопатами ехали работники в поля. Тихие разговоры, стук копыт, скрип колес гулко отдавались в тумане и таяли за спиной.

К полудню погода начала улучшаться. Выглянуло солнце, прогоняя остатки тумана и пригревая. Ив ощутила нетерпение Тени и послала ее рысью. Копыта дробью застучали по твердой земле, в ушах засвистел ветер. От восторга по телу разлился жар. Ив пригнулась и крепко вцепилась в поводья. Мышцы с неохотой вспоминали позабытое напряжение. Старая кобыла Мико едва поспевала, и, насладившись быстрой ездой, Ив придержала Тень, позволяя себя догнать.

Вскоре дорога свернула на север, повела через сады и леса и влилась в Королевский тракт. Широкий и укатанный, местами укрепленный булыжником, он как стрела летел напрямик в Теоден. Ив задавала темп, переходя с шага на рысь и обратно, и Мико изо всех сил старался не отстать. Родные края остались позади, и грусть от расставания с ними сменилась радостным возбуждением от встречи со столицей.

Глава 5. Теоден

Ближе к вечеру лес отступил от Королевского тракта, открылись прогалы лугов и полей, а вместе с ними появились и огни поселений. Главная улица небольшой деревушки пролегала вдоль деревянных домов с соломенными крышами и огороженными дворами и выводила на центральную площадь с колодцем. С одной стороны стояла единственная каменная ратуша, приземистая и кособокая, с другой – постоялый двор с гордым названием «Путеводная звезда», где Ив и решила заночевать.

С наступлением сумерек людей на улице было мало. Последний пастушок запирал в загоне коз; худенький мужичок тащил на спине вязанку дров; старуха закрывала калитку. Где-то звенел молот кузнеца. У заборов сновали коты, и тявкали псы. Жители расходились по домам и садились за ужин. Дым из печных труб смешивался с ароматами овсяных лепешек, жареной картошки и лука.

Перед постоялым двором крутились двое мальчишек – как оказалось, местные конюхи. Мико отказался от их услуг и сам повел лошадей в конюшню. Ив же отправилась договариваться о ночлеге. «Путеводная звезда» представляла собой двухэтажное бревенчатое здание, вытянутое от площади в длину. Сразу при входе начинался общий трапезный зал со столами и лавками. На крюках под потолком пылали лампы. В простенках между окнами висели потрепанные гобелены со сценами охоты, над дверьми торчали оленьи рога.

В конце зала виднелась уходящая наверх лестница, а сбоку от нее ютилась стойка из темного дерева. За ней восседал худой остроносый мужчина с тонкими усами, зализанными волосами и суетливо бегающими глазами. Важный вид, с которым он то и дело одергивал расшитый золотом бордовый кафтан, подсказал, что это и есть хозяин двора. Ив зашагала к нему.

В трапезной царило оживление. Стучали ложки, гремели кружки, звучали громкие голоса и редкие вспышки смеха. В воздухе висели густые запахи эля, жареного мяса и табака. У стойки Ив остановилась.

– Мест на ночлег больше нет, – с ходу отрезал хозяин в бордовом кафтане.

– Как нет? – опешила Ив.

– А вот так и нет, милостивая госпожа. Как видите, превосходными услугами моего заведения желают воспользоваться многие путники. Во всей округе вы не сыщете места приличнее и дешевле, чем у меня. Вот и судите сами, почему ни одна комната у меня не пустует.

Хозяин гордо задрал нос и снова оправил кафтан. Ив сильно сомневалась, что именно «превосходные услуги» обеспечивали постоялому двору приток гостей. Скорее всего, тому способствовали отсутствие конкуренции и близость к Королевскому тракту. Но Ив не стала об этом говорить.

– А хоть горячий ужин здесь можно заказать? – спросила она. Надо было дождаться Мико, перекусить, а уж потом решать, что делать дальше.

– А это милости просим, любезная госпожа, – трактирщик махнул рукой в сторону зала. – Любой столик в вашем распоряжении.

Ив огляделась. Почти все столы были заняты. Кто-то сидел в одиночестве, но большинство собирались компаниями. По проходу ходили двое слуг с подносами в руках. Ив заметила, как в глубине зала из-за стола встали трое гостей, и направилась туда.

Место располагалось возле пылающего камина и в стороне от сквозящей двери. Жесткая дубовая лавка заставила Ив заскучать по мягкой постели и с тревогой подумать о ночлеге. После целого дня в седле с непривычки ныла спина, и гудели ноги. Хотелось хоть на миг забыть про усталость. Ив положила руки на стол и прикрыла глаза. Мерный гул голосов и тепло очага навевали сладкую дрему. Ив с блаженством ощутила, как убегают мысли и расслабляются мышцы. Как тело становится легким и невесомым, как клонится к рукам голова…

От резкого стука Ив вздрогнула и распахнула глаза. На стол перед ней опустилась кружка пенного эля, а следом на лавку напротив бесцеремонно уселся мужчина. Его вид уже не предвещал ничего хорошего. Закованный в доспехи из черной кожи он выглядел могучим словно гора. Косматая борода и буйная копна темных волос делали незнакомца похожим на медведя. На поясе у него висел длинный кинжал. Наемник. Ив вспомнила, что наемников в народе называли черными воинами, и далеко не всегда за цвет их доспехов. Порой за дурную репутацию.

– Гляжу, компания тебе не помешает, – хрипло произнес мужчина. Его дыхание отдавало крепким элем. Похоже, это была не первая его кружка за вечер.

– Я не нуждаюсь в компании, – холодно ответила Ив.

– А мне показалось, что ты заскучала. Сидишь тут одна.

– Я не одна.

– Разве? – наемник покрутил головой, делая вид, будто кого-то ищет. – Что-то я больше никого здесь не вижу.

Мужчина усмехнулся, и его глаза зловеще заблестели. Ив покосилась на дверь. И куда только Мико запропастился? Хотя что он мог сделать с вооруженным наемником? Ив поглядела на соседей – они ели, пили, смеялись. Никто не смотрел в их сторону и не торопился помочь.

– Я же сказала, что не одна, – повторила Ив, стараясь вложить в голос больше твердости. – Оставь меня в покое.

– Знаешь, мне совсем не по нраву тебя оставлять. Может, и тебе тоже?

– Ты забываешься! Уходи!

– Смотри-ка, а ты с норовом. Люблю таких.

Наемник оскалился в улыбке и схватил Ив за запястье. К удивлению, его хватка оказалась не столь крепкой, как можно было бы ожидать. Ив дернула руку и освободилась. Кисть описала дугу и, задев кружку, случайно ее толкнула. Густая пена брызнула на стол и потекла на колени мужчины. Наемник выругался, резко отпрянул назад и чуть не грохнулся с лавки. Выглядело это настолько забавно, что Ив невольно заулыбалась. За соседним столом кто-то хохотнул, видимо решив, что она намеренно опрокинула эль. К несчастью, наемник посчитал так же. Его глаза пылали от гнева, ноздри с яростью раздувались.

– Ах ты маленькая дрянь, – проскрежетал он сквозь зубы, и его рука коснулась рукояти кинжала.

Ив испуганно ахнула и повернулась к двери, готовая броситься прочь. Помощь подоспела, откуда не ждали.

По проходу к столу шагала высокая рыжеволосая девушка в темно-зеленом плаще. Она только вошла в зал и стягивала с рук перчатки. Изумрудные глаза дерзко блестели, губы кривились от отвращения.

– Эй, приятель! – окликнула она наемника. – Ты занял мое место, да к тому же залил его этим отвратительным пойлом.

– Ты кто еще такая? – рыкнул наемник.

– Меня зовут Ирис, но для тебя я чародейка Ирис Мельдар. И я с нетерпением жду, когда ты уберешься отсюда.

Ирис сняла перчатки, и по ее рукам пробежали голубые искры. Воздух всколыхнулся и снова замер.

– Ну так как? Сам уйдешь или тебе нужна помощь?

Наемник встал, вырастая над столом грудой мышц и доспехов. Несколько секунд он мерил чародейку свирепым взглядом, играя желваками на скулах, потом со злостью отпихнул скамейку и зашагал прочь. Миг спустя за ним захлопнулась дверь. Снова застучали ложки, загомонили голоса – Ив даже не заметила, в какой момент в зале наступила тишина.

Ирис покачала головой.

– Никогда не знаешь, чего ждать от подобных ребят. Он ведь тебе досаждал, не так ли?

– Да, – выдохнула Ив, радуясь, что сидит: от пережитого испуга ноги стали ватными и непослушными. – Спасибо за помощь, чародейка Ирис Мель… Мель…

– Мельдар. Мне было несложно, – отмахнулась она. – Хотя если бы он решил пустить в ход свой кинжал, то нам бы пришлось туго. Я ведь целитель. Мое призвание людей лечить, а не калечить.

Ив вытаращила глаза, и Ирис, пожав плечами, улыбнулась.

– К счастью, он поверил в мое представление. По-моему, вышло неплохо, а?

– Да… Выглядело убедительно, чародейка Ирис Мельдар…

Ирис закатила глаза.

– Прошу, давай обойдемся без титулов и длинных имен. Зови меня просто Ирис.

– Хорошо, Ирис. Меня зовут Ив.

– Рада познакомиться. Ты не возражаешь, если я к тебе присоединюсь? Я умираю от голода.

– Буду только рада, – с готовностью согласилась Ив. Присутствие чародейки будет нелишним, если наемник вдруг решит вернуться. – От ужина в хорошей компании я не откажусь.

– Вот и прекрасно.

У стола уже суетился слуга, вытирая пролитый эль и приводя место в порядок. Пока он трудился, чародейка сняла плащ и повесила его на гвоздь рядом с очагом. Под плащом на ней была белая блузка с глубоким декольте, стянутая на талии корсажем. Ноги облегали штаны и высокие сапожки. На рыжих волосах танцевали искорки огня от отблесков ламп.

Когда стол вновь засиял чистотой, Ирис заняла место напротив Ив, и к ним тут же заспешил хозяин двора. Его прежняя напыщенность бесследно исчезла – он низко кланялся и услужливо улыбался.

– Ах, чародейка Ирис, какая приятная неожиданность! Я так счастлив, что вы решили почтить мое скромное заведение своим визитом, какая удача принимать вас…

– И тебе вечер добрый, Квор, – прервала Ирис бурное приветствие. – И, безусловно, он станет добрее, если ты что-нибудь принесешь нам поесть. Я с дороги ужасно проголодалась.

– О, у нас сегодня все самое лучшее, лучезарная Ирис. Свежевыловленные раки, отваренные с укропом и специями. Бараньи ребра, запеченные в винном соусе и чесноке. Грибная подлива с картофелем. Речная форель, обжаренная с фасолью и овощами. Если пожелаете, есть также рыбный суп и говяжья похлебка. Горячие пироги с яблоками и тыквой, сдобренные невероятно вкусным весенним маслом, и…

– Ох, Квор, остановись, – простонала Ирис. – Пока ты будешь перечислять, я умру с голода, представляя себе эти блюда. Неси-ка все, да поживей!

– Как прикажете, достопочтимая чародейка, – трактирщик низко поклонился и убежал на кухню, раздавая на ходу сердитые приказы.

Вскоре стол заполнили тарелки с едой и кружки подогретого сидра с корицей. А минуту спустя в дверях показался Мико. Сумерки за окном к тому моменту сгустились и превратились в непроглядную тьму. Мико сел рядом с Ив и с нескрываемым любопытством стал разглядывать то обильное застолье, то улыбающуюся чародейку.

– Ирис, это мой спутник Микаэль, а это моя новая знакомая – чародейка Ирис, – представила их Ив, решив умолчать об обстоятельствах знакомства с чародейкой.

К счастью, исходившие ароматом блюда не оставляли места для разговоров, и компания с аппетитом накинулась на еду. Когда голод был утолен, Ив взяла кружку теплого сидра и обратилась к чародейке:

– Смотрю, ты хорошо знакома с хозяином? С тобой он был любезней, чем со мной.

– Квор мне малость обязан, только и всего. Я лечила его от болей в спине, с тех пор он и не прочь ее лишний раз для меня согнуть, – лукаво улыбнулась Ирис. – А вас как сюда занесло? Едете в Теоден?

– Да, – подтвердила Ив. – В королевский дворец.

– Неудивительно. Кто упустит возможность попасть на королевский прием? Ты же едешь во дворец праздновать День Перемен?

– День Перемен? – Ив совсем позабыла, что послезавтра наступает последний месяц весны – день, когда отмечают весенний праздник цветения, и покачала головой. – Нет, меня ждут там дела.

– Нам в любом случае по пути. Составите мне компанию?

– С удовольствием, – Ив посмотрела на Мико.

Он увлеченно глодал баранье ребро и не менее увлеченно поглядывал на чародейку, которая явно привыкла к подобным взглядам и не обращала на них внимания. Почувствовав на себе взгляд, Мико оторвался от ребра и созерцания чародейки и повернулся к Ив.

– В компании путешествовать всегда веселее, – поддержал он.

– Хорошо, – кивнула Ив. – Осталось решить, где нам провести ночь. Хозяин постоялого двора сказал, что у него не осталось свободных комнат.

– Странно, – нахмурился Мико. – В конюшне хватало свободных мест. Едва ли гости пришли пешком. Хотя обо мне можешь не беспокоиться. Я в любом случае собирался заночевать в конюшне и заодно присмотреть за лошадьми. Мне не понравилось, как местные конюхи таращились на твою вороную.

– Тогда я тоже проведу ночь в конюшне.

– Подожди, – вмешалась чародейка. – Чую, прохвост Квор что-то задумал. Наверняка он собирался запросить двойную цену за нежданно освободившуюся комнату. Даже представляю себе его речь. «Милостивая госпожа, только для вас я готов потеснить своих гостей. Вам придется уплатить неустойку за неудобство, но зато у вас будет отдельная комната». Ну что, спорим? Хочешь убедиться, что комнаты есть?

В глазах чародейки вспыхнул азарт, и Ив засмеялась.

– Спорить не буду, – сказала она, – но с удовольствием посмотрю на разоблачение.

– Отлично. Смотри.

Не успела Ирис махнуть рукой, как рядом возник Квор, будто только и ждал момента, когда его позовут.

– Что желает, моя блистательная госпожа? – спросил он, отвесив очередной поклон.

– Квор, объясни-ка мне, как так получилось, что в твоем прекрасном заведении не нашлось комнаты для моей подруги? – поинтересовалась Ирис.

Глаза трактирщика быстро забегали, перепрыгивая с чародейки на Ив и обратно.

– Ох, достопочтимая чародейка, если бы я только знал, что это ваша подруга… – неуверенно начал он, сжавшись под строгим взглядом Ирис. – То я непременно оставил бы для нее комнату, как делаю это для вас… Но скоро ведь День Перемен. Путники так и текут ко мне рекой…

– Так и текут? Что-то не верю. Что еще ты задумал, хитрый притворщик?

– Ах, чародейка Ирис, уверяю вас, что ничего, – пролепетал Квор, заламывая руки. – Мне и правда некуда поселить вашу подругу. Могу предложить устроиться в амбаре над конюшней, там тепло и мягкое сено…

– В амбаре над конюшней?! – оскорбленно перебила Ирис. – Как тебе это в голову взбрело? Такое даже деревенской девке стыдно предложить, не то что благородной леди!

– Но что же я могу поделать? – жалостливо взмолился Квор, переминаясь с ноги на ногу. – У меня самого лишь скромная комнатушка на чердаке…

– Отлично! Скромная комнатушка на чердаке нам вполне подойдет. А ты, Квор, можешь заночевать в амбаре. Там тепло и мягкое сено.

Ирис лучезарно улыбнулась, и трактирщик с досадой прикусил губу.

– Ну, разве что так… хотя, если подумать… у меня, вероятно, найдется комнатка для вашей подруги, – пробормотал он. – Вы ведь знаете, великолепная Ирис, что я готов все принести в жертву лишь бы вам угодить. И, разумеется, я не попрошу платы с ваших друзей.

– Вот так-то лучше, милый обманщик, – рассмеялась чародейка. – А насчет платы не переживай. Я не обижу, ты же знаешь.

– И не думал сомневаться, – Квор довольно сверкнул глазами и, отвесив поклон, быстро удалился.

– Ловко у тебя получилось, – улыбнулась Ив. – Не знаю даже, как тебя благодарить.

– Поверь, я не сделала ничего достойного благодарности. Квор тот еще хитрец. Он никогда не упустит выгоды и обдерет всякого, кто прилично одет. Будет ему урок, – Ирис отодвинулась от стола и сладко потянулась. – С вашего позволения, я пойду спать. День был длинным, а после сытного ужина так и тянет прилечь.

Ирис подхватила свой плащ и отправилась на второй этаж.

– Интересно, о какой плате она говорила? – пробормотала Ив, провожая чародейку задумчивым взглядом.

– Да все тут понятно, – сказал Мико, доедая остатки яблочного пирога. – Целители готовят различные зелья, в том числе очень редкие и запрещенные. А хозяин за время болезни, видимо, пристрастился к подобным настойкам, и теперь чародейка их ему продает.

– Но это же незаконно.

– То-то и оно. Думаешь, отчего он так перед ней лебезил?

Ив пораженно уставилась на друга.

– И откуда ты все это знаешь?

Мико смущенно улыбнулся.

– Просто я слушать умею. Мальчишки в конюшне сплетничали. Радовались, что прибыла чародейка, и что ее зелье на несколько недель улучшит настроение хозяина.

Мико одним глотком осушил кружку сидра и встал из-за стола.

– Пожалуй, я тоже пойду спать. Завтра рано вставать.

– Да, верно, – поддержала Ив.

Слуга проводил ее в тесную комнатку на втором этаже. Кроме сундука и узкой кровати, там больше не было ничего, но для Ив это не имело значения. Она рухнула на постель и уснула, едва сомкнулись веки.

Утром Ив разбудил солнечный свет, лившийся сквозь окошко под потолком. Мико уже ждал с лошадьми во дворе. Вскоре, сонно зевая, вышла и Ирис, и они тронулись в путь.

Небо сияло лазурью, чистой, как озерная гладь. Лес то редел, уступая место полям и лугам, то снова смыкался, вставая стенами с двух сторон. Селения становились крупнее, среди деревянных срубов попадались каменные дома в два, а то и в три этажа. На реках вырастали водяные мельницы. Появлялись придорожные таверны и лавки, предлагающие товар на любой вкус и кошелек.

Путников на Королевском тракте тоже прибавилось. Торговцы на телегах везли дубовые бочки с вином, мешки с зерном и овощами. Неспешно катились огромные фургоны бродячих артистов, обвешанные цветными плакатами. Проезжали экипажи, запряженные благородными скакунами. Проносились и одинокие всадники – посыльные и гонцы, поднимавшие клубы пыли.

После обеда дорога повела через рощу. Дубы отбрасывали ажурную тень, сосны разливали ароматы хвои и смолы. На ветвях щебетали птицы. Ив ехала рядом с Ирис, Мико держался чуть позади. Они перешли на шаг и прижались к обочине, чтобы не мешать телегам и экипажам.

– Перед праздниками дороги всегда полны людей, – сказала Ирис. – Если бы не королевский прием, я бы ни за что не стала возвращаться домой в это время.

– Ты живешь в Теодене? – спросила Ив.

– Да. Держу в городе лавку, лечу людей и продаю эликсиры. Порой приходится покидать Теоден. Ну, знаешь… Знатные лорды. Титулованные особы. Вот и приходится, как встарь, колесить по дорогам… А ты говорила, что у тебя дела во дворце?

– Да. У меня там назначена встреча с помощником моего отца, Микаласом.

– Помощником твоего отца… – Ирис округлила глаза. – Так вот в чем дело! Ты дочь Эдмунда Стаута! Теперь я поняла, почему твое лицо мне показалось знакомым. Ты так похожа на отца!

– Ты знала отца? – с надеждой спросила Ив, но, к разочарованию, Ирис покачала головой.

– Не могу сказать, что я его знала. Встречала несколько раз во дворце. Он всегда держался сам по себе, был приветлив, но близко ни с кем не общался и… Ох! Я совсем не подумала… – спохватилась чародейка. – Прими мои соболезнования. Его смерть стала для всех большой неожиданностью.

– Как и для нас с братом, – кивнула Ив.

На этом разговор оборвался, и дальше они поехали молча. Спустя час лес снова плотно сомкнулся с обеих сторон, местность стала холмистой. Дорога то взбиралась на возвышенность, то убегала в низину. На склоне очередного холма Мико приподнялся на стременах и указал вперед.

– Посмотрите туда! – воскликнул он и пустил лошадь рысью.

Ив тоже увидела то, о чем говорил Мико, и поскакала за ним.

На вершине холма, по бокам от дороги, высились два огромных зверя из серого гранита. Они стояли на постаментах друг напротив друга, припав на когтистые лапы и наполовину раскрыв за спиной могучие крылья. Казалось, звери приготовились сделать прыжок и взмыть в небо. Их пасти скалились клыками, а хвосты покрывали шипы. На крупных головах кучерявились гривы. Размерами звери не уступали трехэтажному дому и уже издалека вызывали трепет своим грозным видом.

Ив остановилась рядом с Мико и, задрав голову, во все глаза уставилась на каменных чудищ.

– Это мантикоры, – сказала Ирис, подъехав. – Они стоят парами на каждой из четырех дорог, ведущих в Теоден. Согласно легенде, если городу будет грозить опасность, мантикоры оживут и встанут на его защиту.

– Разве камень может ожить? – усомнился Мико.

– Как знать, – загадочно улыбнулась чародейка. – Пока еще на город никто не нападал.

Ирис двинулась дальше и указала вперед.

– Это место называют Южные врата, а сам Теоден лежит вон там, в долине.

Ив поравнялась с Ирис на склоне холма и с восторгом застыла. На дне долины в окружении лугов и лесов простирался Теоден. Город был огромен: Ив видела лишь его южную окраину. Кварталы тянулись длинной полосой с запада на восток и сливались в пестрое нагромождение каменных домов, рыжих черепичных крыш, башен, шпилей, улиц и скверов. В небо над трубами поднимались белые столбики дыма.

Город делила пополам река Серна. Она собирала свои воды на севере, из мелких речушек Озерного края, ширилась, разрасталась и прокладывала себе путь через центр столицы. Дальше она разбивалась о склоны южных холмов, поворачивала и серебристой лентой убегала на запад. По реке сновали узкие лодчонки и барки, а разлученные водой берега соединяли изогнутые каменные мосты.

Королевский дворец высился над восточной окраиной города. Построенный из белого камня, он словно звезда сиял в лучах заходящего солнца. От жилых кварталов его отделяла огромная круглая площадь. Дворец окружала стена, а за ней лежали сады, лужайки, прудики, фонтаны и цветники. Над пятью высокими башнями на ветру развевались знамена с королевским гербом: белым ветвистым дубом на лазурном фоне. Каждая из четырех башен обозначала один регион королевства, а пятая, центральная, символизировала власть короля.

Живой поток из путников, всадников и телег стекался к городу со всех сторон.

– Здесь мы и расстанемся, – сказала Ирис. – Мне надо в город, заглянуть в мою лавку, а вам лучше поехать в объезд. Вон та дорога приведет вас прямиком во дворец.

Ирис указала на тропинку, ведущую к роще.

Ив окинула взглядом город, разношерстную толпу у реки и кивнула.

– Спасибо, Ирис.

– Не за что. Прощаться не буду. Думаю, мы еще встретимся, – добавила она и, помахав рукой, влилась в поток путников на дороге.

Ив с Мико свернули с Королевского тракта и двинулись через рощу. Дорога была узкой, по бокам теснились дубы, образуя арку из переплетенных ветвей. Под копытами чавкала грязь, и брызгами разлеталась вода. Влажную землю бороздили корни, и укрывал мягкий мох. Ив все время смотрела вперед и едва успевала пригибаться под нависшими ветками.

У дворцовой стены роща оборвалась, и подъездная аллея повела к высоким бронзовым воротам с ветвистым дубом и пятизубчатой короной на створках. Королевский гвардеец в белом мундире попросил назвать имена, сверился со списком в руках и послал во дворец стражника. Спустя некоторое время заскрежетал замок, и ворота распахнулись. Ив с Мико въехали на территорию дворца, обогнули прудик с фонтаном и остановились в просторном дворе. Конюх в синей ливрее помог Ив спуститься и забрал лошадь.

– Я попрошусь переночевать в комнате для слуг, – шепнул Мико, – и заодно попробую наняться конюхом. Думаю, в канун праздника мне не откажут, – он улыбнулся, взял под уздцы свою кобылу и поспешил вслед за конюхом.

К Ив подошел слуга и поклонился.

– Леди Стаут? Господин Микалас ожидает вас во дворце, я провожу.

И они направились к дворцу по садовой тропинке.

Вблизи дворец казался еще величественней и грандиозней. Белокаменные стены сияли в лучах солнца и огней, на фасаде красовались барельефы, входы украшали витые колонны. Дворцовые сады благоухали и цвели, зеленели газоны, пестрели яркими узорами клумбы. В прудиках плавали голубые лотосы. Вдоль тропинок стояли каменные скамьи с резными спинками и мраморные беседки. Слышались трели птиц, уютное журчание ручьев и фонтанов. От обилия цветочных ароматов кружилась голова.

Парадный вход во дворец охранял почетный караул из четырех гвардейцев в белых плащах и серебристых шлемах. Как только Ив со слугой поднялись по широким ступеням, гвардейцы приподняли блестящие пики и распахнули золоченые двери.

Главный холл дворца поражал размахом. В разные стороны из него разбегались лестницы, двери и коридоры. В свете сотен ламп переливался мрамор и сверкал хрусталь. Высокий куполообразный потолок в центре зала подпирали резные колонны, расходившиеся двумя полукругами. Между колоннами на постаментах высились каменные скульптуры воинов и королей. Одни преклоняли колени, держась за воткнутый в землю меч, другие поднимали над головой факел, третьи целили вдаль заряженный лук. В дальнем конце холла виднелись огромные кованые двери с затейливым золотым орнаментом и пятизубчатой короной посредине: вход в тронный зал был закрыт.

Ив двинулась вдоль каменных скульптур, разглядывая благородные лица королей и доспехи могучих латников. Возле их ног она чувствовала себя крошечной и незначительной, но, вероятно, именно эти чувства они и должны были внушать всякому, кто попадал во дворец.

– Леди Стаут, я полагаю? – мягкий голос эхом прокатился по залу и затих.

Ив обернулась. От одной из колонн отделилась зыбкая тень и на свету приняла облик мужчины. Он шагнул вперед и поклонился.

– Добро пожаловать в королевский дворец. Я – Микалас, – представился он, жестом отпуская слугу.

– Рада познакомиться.

Ив не взялась бы определить его возраст: Микаласу могло быть как тридцать лет, так и сорок. Залысины у лба и лукавые морщинки у глаз делали его старше, а нежная кожа с легким румянцем – моложе. Одет он был не хуже всякого лорда: в длинный темно-синий камзол с серебристой вышивкой. Из-под рукавов выглядывали кружевные манжеты, а шею обнимал белый воротник с платиновой цепочкой.

– Полагаю, вы устали с дороги? Позвольте, я провожу вас в покои, – предложил Микалас. – К сожалению, весть о вашем приезде я получил только с утра, поэтому предложить могу лишь прежние покои вашего отца. Надеюсь, вы не против?

– Покои отца? – Ив мотнула головой. – Нет, не против.

Микалас удовлетворенно кивнул и жестом предложил следовать в южный коридор. Они миновали галерею с арочным потолком, свернули в цветущий дворик с фонтаном и вышли в длинный зал. Темный мрамор и перламутр сплетались в красивый узор на полу, в нишах сияли бронзовые скульптуры. Закрытые двери, торжественно замерев, охраняли гвардейцы.

– Микалас, расскажи, что именно ты делал здесь для отца? – спросила Ив под гулкое эхо шагов.

– Все, что требовала должность его помощника. Занимался письмами, составлял график встреч, готовил сведения для королевских заседаний. Замещал лорда Стаута, если он находился в отъезде. Следил за его гардеробом, счетами, покупками. И, разумеется, выполнял любые его поручения.

– Похоже, ты был незаменимым для отца человеком, – заметила Ив.

– Благодарю за похвалу, леди Стаут, – сдержанно улыбнулся Микалас. – Но я был ему всего лишь верным слугой.

– А было ли в его работе что-нибудь… – Ив не сразу смогла подобрать нужное слово: подозрительное, опасное, странное? – Что-нибудь необычное?

Микалас нахмурился.

– Боюсь, я не совсем понимаю ваш вопрос, леди Стаут. В делах, которыми занимался я, не было ничего необычного. А я, уж поверьте, служил многим лордам. Ваш отец доверял мне много дел, это верно, но и уезжал он частенько.

– Куда уезжал?

– Об этом лорд Стаут мне не докладывал. Полагаю, в свои родовые земли. Он же возвращался домой?

Ив сдвинула брови. Конечно, отец приезжал домой раз в три месяца, но разве это можно назвать частыми отлучками? Куда еще он ездил и зачем?

Они повернули в коридор. У резной двери Микалас остановился и отпер замок.

– Прошу, леди Стаут. Ваши покои.

Он пропустил Ив вперед и зашел следом. За дверью обнаружилась просторная гостиная со столиком, диваном и парой кресел. Пол застилал мягкий ковер. На стенах висели картины в золоченых рамах, в напольных вазах благоухали живые цветы. Напротив входа располагались укрытые тюлем стеклянные двери, которые вели на террасу. Слева от гостиной размещался кабинет, справа – спальня с кроватью и гардеробной. Ничто в комнатах не напоминало о том, что их прежде занимал отец.

– Микалас, когда я смогу увидеть дом?

– Я бы рекомендовал вам дождаться окончания торжеств и поехать туда, скажем… послезавтра. Дом находится в Нижнем городе, на той стороне реки, и во время торжеств там будет… не очень спокойно. К тому же за это время я успею нанять плотника.

– Плотника?

– Да. Видите ли, среди вещей лорда Стаута я обнаружил лишь купчую, а вот ключа от дома не нашел, – Микалас вопросительно поднял брови.

– А-а… у меня его тоже нет.

– Так я и думал. Поэтому нам понадобится плотник, чтобы заменить замок. Без вашего присутствия я не решился это сделать.

– Да, конечно. Я понимаю. Я дождусь окончания праздника.

– Думаю, ожидание не будет вам в тягость. Вы же намерены посетить королевский прием?

– А это возможно?

– Отчего нет? Вы – дочь Великого лорда и советника короля, вам не требуется специальное приглашение. Хотя лорд Стаут заранее позаботился о формальностях и внес ваше имя в списки гостей… Вы не знали?

– Нет. Видимо, отец не успел сообщить.

Ив почувствовала, как сдавило горло. Она отвернулась, толкнула стеклянные двери и вышла на террасу, окруженную садами. Солнце опускалось за крыши домов, золотя последними отблесками кусты и деревья. Справа виднелся полукруг Дворцовой площади, слева – далекие горы: их высокие пики покрывали снежные шапки и кутали облака. Внезапно взор затуманился. Контуры гор расползлись, как оплавленный воск. Ив моргнула, и по щеке скатилась слеза. Странное дело: она не проливала слез после смерти отца, а теперь, узнав, что он собирался пригласить ее во дворец, вдруг расплакалась.

В гостиной Микалас негромко покашлял, тактично напоминая о себе. Ив смахнула слезы и оглянулась.

– Микалас, я пойду на королевский прием. Отец бы хотел этого. Вот только проблема: у меня нет подходящей одежды. Надеюсь, что-то можно придумать?

– Я все устрою.

– Спасибо.

Ив вдохнула сладкий аромат сада и ощутила на лице улыбку.

Глава 6. День Перемен

Ив долго не могла отвести взгляд от зеркала. Что за незнакомка в нем отражалась? Откуда взялся этот нежный румянец на щеках, озорной блеск в глазах, благородный изгиб шеи? Удивительно, но присланные Микаласом служанки сумели превратить Ив в настоящую леди, почти такую же прекрасную, какой выглядела на портрете мать. Служанки, следуя последней столичной моде, припудрили Ив лицо и нанесли дымчатые тени на веки, отчего кожа засияла, а глаза стали ярче. Черные волосы собрали в прическу: часть локонов, сплетенных в тонкие косы и завитки, уложили высоко на макушке, а пряди сзади оставили свободно струиться по спине.

Нарядом стало платье из синей парчи. Оно плотно облегало талию и грудь, открывая плечи и руки, а подол легкой волной спускался на пол. Ткань мерцала темно-синим и серебристым шитьем. Наряд отлично дополняла серебряная цепочка матери, которую Ив привезла с собой. Звенья имели форму тонких изогнутых листьев, которые удачно сочетались с узором на платье. Вокруг шеи витал нежный аромат сирени: именно эти духи любила использовать ее мать.

Наконец Ив оторвала взгляд от зеркала и пригласила пажа, чтобы он проводил ее в зал для торжеств. День Перемен во дворце встречали с особым размахом. Празднику весны, цветения и пробуждения жизни вторило и убранство комнат, и буйство огней. Солнце еще не зашло, а сады и залы уже озаряли лампы и фонари, у входов пылали жаровни с огнем. Свет отражался в хрустале, играл бликами на позолоте дверей, плясал на голубом мраморе. В вазах благоухали цветы, в клетках скакали птицы с красочным оперением.

Королевский прием проходил сразу в двух местах: просторном парадном зале и в садах. Гости толпились уже на подходе к залу. Столичная знать, маги, придворные, королевские советники и их родственники – шумным потоком вливались на торжество. Разукрашенные, громогласные, смеющиеся они обнимались, кланялись, изящно и небрежно приветствовали друг друга. Такое скопление людей привело Ив в смятение. Что ей делать? Куда идти? Стоит ли с кем-нибудь заговорить? А если да, то о чем? Будь рядом отец, он бы помог, подсказал… А теперь она одна! И кругом чужаки!

Ив позволила оттеснить себя к краю зала, схватила бокал с вином и выскочила в сад. По аллеям тоже гуляли люди: вечер выдался теплым, с неба исчезли последние тучи, и воцарился штиль. Однако в саду было спокойнее. Музыка звучала мягче, смех и разговоры – тише. Уютно журчали фонтаны. Светильники в виде лодочек окутывали дорожки и кусты легким маревом. У беседок висели разноцветные фонарики и гирлянды. Сквозь паутину веток проглядывали белые купола шатров, в которых были накрыты столы.

Ив одним глотком осушила бокал и взяла новый. Его она решила сохранить подольше – как-никак здесь он был ее единственным спутником.

– Ив! – раздался знакомый голос.

Ив обернулась и увидела Ирис. Чародейка светилась как огонек. Шелковое алое платье в сочетании с рыжими волосами бросались в глаза издалека. Ив улыбнулась и заспешила навстречу подруге.

– Так и знала, что встретимся, – сказала Ирис. – Увидела тебя и решила снова прийти на помощь.

Ив засмеялась.

– Неужели так заметно, что я нуждаюсь в помощи?

– А ты как думаешь? Одинокая девушка с бокалом вина – верный сигнал о помощи. К тому же я помню свой первый прием во дворце, и как сама растерялась при виде разодетой толпы.

– Ни за что не поверю, что ты могла растеряться!

– Не то чтобы совсем растерялась, – лукаво призналась Ирис. – Но это не значит, что я тебя не понимаю. И к слову, ты великолепно выглядишь. Удивляюсь, как тебя до сих пор не окружила толпа из поклонников.

– Этого еще не хватало! – с неподдельным ужасом воскликнула Ив.

Рассмеявшись, Ирис взяла ее под руку и повела в глубь садов:

– Пойдем.

– Куда?

– Я тебя с кем-нибудь познакомлю. Главное развлечение на светских приемах – заводить знакомства и сплетничать. К тому же все самое любопытное происходит не при свете ламп, – Ирис кивком указала на сияющий парадный зал, – а под покровом темноты, – она обвела рукой меркнущий небосклон и загадочно улыбнулась.

Они свернули на узкую тропинку и зашагали к шатрам. На миг в голове Ив мелькнуло предупреждение брата об осторожности. «Отец был как-то связан с магами», – шепнул голосок, но Ив его прогнала. Компания чародейки казалась лучшей альтернативой одинокому скитанию по садам.

Среди гостей Ирис чувствовала себя легко и непринужденно – все знали ее, и она знала всех. Свободно ориентируясь в потоке лиц и имен, она представляла Ив то лордам, то магам. Они обменивались стандартными приветствиями, делились новостями и шли дальше. Нередко Ирис просто указывала на кого-нибудь из толпы и коротко рассказывала о нем.

– Это лорд Тилл. Он владеет огромными пастбищами в Равнинном крае и разводит лучших скакунов.

– А это леди Сабриса. Ее прапрадед основал Королевский банк в столице.

– Лорд Холанд – советник короля по финансам. А эта пышка рядом с ним… нет, не жена. Любовница.

– Тот смурной мужчина у стола с лебедями – член Совета магов. Не знаю почему, но он никогда не улыбается.

– А вон тот…

Поначалу Ив пыталась запомнить всех представленных ей людей, но потом бросила это бесполезное занятие: гости у шатра сменялись так часто, что всех упомнить было невозможно.

– Ирис, подруга! – у входа в шатер появилась необычайно красивая девушка с длинными платиновыми волосами и небесно-голубыми глазами. – Давненько мы с тобой не встречались!

– Эх, не отказалась бы я отложить эту встречу еще лет на десять, – тихо пробурчала Ирис, но повернулась к знакомой и уже громче добавила: – А, Рения, дорогая! Рада видеть тебя в добром здравии!

Ирис жестом попросила Ив немного подождать и шагнула к подруге.

– А ведь и верно давно не встречались. Кажется, с тех самых пор, как Совет магов отослал тебя в горы, чтобы уладить скандал с таверной, которую ты якобы случайно сожгла. Как же она называлась? Хотя кто сейчас вспомнит – от нее же остались одни угли да пепел.

Чародейка Рения мелодично рассмеялась, но в ее смехе не было ни капли веселья.

– Ну ты и вспомнишь, Ирис! Подумать только! Это старая лачуга сгорела так давно, что теперь даже Совет магов не вспомнит, а была ли она вообще.

– У Совета действительно короткая память. Но это понятно. Ведь не им же пришлось лечить тех бедняг, которых там искалечил пожар.

– Ты права. Совет не отличается долгой памятью, – Рения провела кончиками пальцев по изумрудному колье на шее в виде кусающей себя за хвост змеи. – Например, постоянно забывает о том, какими эликсирами из-под полы торгует одна наша общая знакомая.

У Ирис от гнева побелело лицо, и губы Рении тронула ехидная улыбка.

– И, кстати, об эликсирах, – продолжила она с напускным равнодушием. – Смотрю рекомендованное мной зелье пошло тебе на пользу. Те деревенские веснушки, так портившие твое лицо, стали едва заметны.

Ирис скривила губы, но быстро собой овладела.

– Все как раз наоборот, дорогая, – улыбнулась она. – Оно оказалось абсолютно бесполезным. Похоже, со времени обучения ты растеряла все свои навыки. Советую на досуге потренироваться. А то, чего доброго, случайно спалишь свои прекрасные локоны, и придется снова отсиживаться в горах.

Рения злобно сверкнула глазами, и Ирис небрежно отодвинула ее в сторону.

– А теперь извини. Хочу успеть попробовать устриц с лимоном. Их все так нахваливали, что, боюсь, ничего не останется.

Ирис взяла с подноса бокал вина и, игнорируя яростный взгляд подруги, вернулась к Ив.

– Как же я ненавижу подобные встречи и разговоры, – буркнула Ирис, когда они отошли. – Мы с Ренией претендуем на одно место в Совете магов, и теперь она не упускает случая мне досадить.

– Я думала, вы подруги.

– Не всякий, кто зовет тебя другом, другом и является. Во всяком случае, в среде чародеек все обстоит именно так, – Ирис тряхнула головой. – А знаешь, пойдем и правда перекусим. Что-то у меня вдруг разыгрался аппетит.

Ив была только рада отдохнуть от круговерти знакомств. Она так и не поняла, что было в этом интересного. Банкет в саду не предполагал сидячих мест, поэтому гости закусывали на ходу у столов. Ив положила глаз на тарталетки с воздушным кремом, Ирис – на знаменитые устрицы с лимоном. Они взяли тарелки и встали у свободного стола.

– А вот и хозяева торжества, – Ирис кивнула на огромный шатер с тремя куполами. – Вся королевская семья в сборе.

Шатер, на который указала Ирис, располагался на просторной поляне и вмещал в себя не только пышно накрытые столы, но и фонтан, скульптуры, вазы с цветами, кресла, кушетки и вившиеся между ними тропинки. По периметру, вытянувшись по струнке, стояли гвардейцы в белых мундирах. Король Эглантин восседал в центре шатра в похожем на трон бархатном кресле. Королю перевалило за шестьдесят, но возраст на нем почти не сказался. Крепкий, плечистый, с ясными голубыми глазами и здоровым румянцем на щеках он лучился могуществом и силой. В тронутых сединой черных волосах сверкала золотая корона с пятью зубцами. Король с веселым озорством в глазах и снисходительной улыбкой на губах принимал поклоны и приветствия гостей. У шатра уже выстроилась очередь из желающих выразить почтение и напомнить о себе, а возможно, и задержаться у королевского стола. Король, однако, приглашал остаться немногих.

Справа от короля на роскошном диване сидела королева Мартиника. Она была на двадцать лет моложе короля, статная и величавая, с прямой осанкой и гордым взглядом. В золотистых волосах ее тоже блестела корона, но скромная и скорее символическая – с тоненьким ободком и одним зубцом посередине. Рядом с матерью устроилась четырнадцатилетняя принцесса Ровена. Внешне она походила на мать: золотоволосая, кареглазая и грациозная. Однако королевское величие ей давалось с трудом – любопытный взгляд так и бегал по сторонам. Единственным, кто из королевской семьи радовался празднику от души, был девятнадцатилетний принц Робер, наследник короля. Он стоял в кругу молодых людей, потягивал вино и похохатывал над шутками приятелей.

Ив снова перевела взгляд на короля и вздрогнула. Рядом с ним появилась мужская фигура. Свет упал на властное, суровое лицо, отразился в стальном взгляде, огладил черные, собранные в хвост волосы. От одного его вида у Ив по коже поползли мурашки. Верховный маг Ксандер наклонился к королю, что-то шепнул и остался стоять у кресла.

– Когда они так близко, это особенно заметно, – сказала Ирис, проследив за взглядом Ив.

– Что заметно? – не поняла Ив.

– Что Ксандер – сын короля.

Ив вытаращила глаза.

– В самом деле?

– А ты не знала? – в свою очередь удивилась Ирис. – Это никогда не скрывалось – Ксандер рос в королевском дворце. А теперь и подавно не тайна. Месяц назад король официально признал Ксандера сыном, – она многозначительно подняла брови, взяла с тарелки Ив тарталетку и кинула в рот.

– Хочешь сказать, Ксандер стал наследником короля?

– Разумеется нет! Ксандер хоть и признанный сын короля, но все равно незаконный. Наследником как был, так и остается принц Робер. Тут дело в другом, – Ирис прожевала тарталетку и наклонилась ближе. – В матери Ксандера.

– А кто его мать?

– Ты что, правда ничего не знаешь? – недоверчиво переспросила Ирис. – Ладно, слушай. Мать Ксандера – чародейка по имени Сибил. Она служила при дворе короля Эриса, отца Эглантина. Эглантин в то время был молод и горяч, а Сибил – невероятно хороша собой. Говорят, они полюбили друг друга с первого взгляда. Долгие годы они оставались любовниками, но, когда Эглантин взошел на престол, он, выполняя волю покойного отца, был вынужден жениться на Мартинике. Он надеялся, что молодая жена окажется послушной и кроткой и закроет глаза на любовницу, но Мартиника такой не была. Став королевой, она потребовала выгнать чародейку из дворца, и Эглантину пришлось подчиниться. Сибил уехала, а ее придворная должность досталась Ксандеру – на тот момент ему было уже восемнадцать. А теперь посмотри на лицо королевы: сколько в нем холода. Признание Ксандера больно ударило по ее самолюбию. Этим жестом Эглантин не только усилил и без того огромную власть своего первого сына, но еще и во всеуслышание извинился перед Сибил за свою женитьбу. Считай, это публичное признание в любви.

Ив снова посмотрела на королеву. В горделивом взгляде таился лед, в величавом повороте головы – отчужденность. Королева была явно не в восторге от поступка короля.

– А где теперь Сибил? – спросила Ив.

Ирис пожала плечами.

– Как знать. Говорят, она где-то в горах.

Ив потянулась за тарталеткой и поняла, что незаметно за разговором все их умяла. Или это Ирис ей помогла? Чародейка тоже доела свои устрицы и потащила Ив прочь.

– Пойдем. Неприлично так долго стоять у столов.

Они снова побрели по извилистым дорожкам сада. Воздух посвежел, и в нем явственно проступили ароматы цветения. В плотных сумерках огонь в светильниках запылал ярче, разбрасывая вокруг себя рыжие всполохи. Голоса гостей зазвучали громче, в смехе появилась искренность.

– Ирис, милая! Так и пройдешь мимо, не поприветствовав?

Мужской голос долетел от беседки, освещенной у входа фонариками. Ив повернулась вслед за Ирис… и не поверила глазам. У беседки стоял ее давний знакомый и одновременно незнакомый – Загадочный всадник. На нем был роскошный камзол цвета спелого абрикоса, штаны и жилет на тон темнее. Волосы цвета песка со времени их последней встречи стали короче и торчали на голове с легкой небрежностью. В золотисто-зеленых глазах искрилось веселье.

– А, Джей, – обронила чародейка. – Я тебя не заметила, поэтому и не поздоровалась. А обвинить меня в бестактности уже бестактно.

Загадочный всадник, названный Джеем, лениво улыбнулся и шагнул навстречу с изяществом и грацией кота:

– Ты же знаешь, Ирис, тактичность не самая моя сильная сторона.

– Что верно, то верно, – отозвалась чародейка и повернулась к Ив. – Позволь представить тебе лорда Джея Риверса, придворного повесу и бездельника…

– Благодарю за лестный отзыв.

– …а это…

– Леди Ив Стаут из Южного края, – представилась Ив сама.

Острый взгляд лорда Риверса скользнул по ее лицу, задержался на глазах и… ничего! Вежливая улыбка, галантный поклон.

– Безмерно счастлив познакомиться, – заверил он, – с леди из Южного края. Знаменитого края садов и полей.

Неужели не узнал?! Быть не может! Уже одно имя должно было ему подсказать, где они прежде встречались. Или он просто не помнит?.. Ив вдруг сильно захотелось напомнить об их старом знакомстве.

– Наш край знаменит не только садами, – сказала она, – но еще и своим гостеприимством. Мы даже позволяем путникам спать в наших амбарах.

В глазах лорда Риверса загорелись веселые огоньки. Что это? Проблеск узнавания или отражение вежливой улыбки, которая снова появилась на его губах?

– Какая похвальная добродетель, – ответил он. – Не каждый осмелится пустить кого попало в свой амбар.

«Неужели в самом деле не помнит?» – засомневалась Ив.

В разговор вмешалась Ирис:

– Что слышно нового при дворе, Джей?

– Да все по-старому, Ирис. Советники придумывают советы, лорды и маги – интриги. Ничего нового, как видишь.

– И верно, ничего.

– А что нового в мире магии?

– Думаю, тебя вряд ли интересуют магические формулы и заклинания. Что до остального, то… давай без политики.

– Давай, – согласился Джей.

Он остановил проходившего мимо слугу, взял два бокала вина и вручил их Ирис и Ив.

– Милые дамы, ваше общество невероятно приятно, но я вынужден вас покинуть.

– Как? Уже уходишь? – изумилась Ирис.

– Да. Ухожу. Со временем даже самые изысканные приемы приедаются.

– Но вечер только начался! Ты пропустишь все самое интересное.

– И что, по-твоему, я тут не видел? Заискивающих перед королем лордов? Злобно шипящих чародеек? Знаешь, Ирис, подобные сборища мне всегда напоминали клубок змей, в котором каждый старается побольнее укусить соседа.

Ирис нахмурилась. Ив не сдержала улыбки. Взгляд лорда Риверса вновь скользнул по ее лицу.

– К тому же, – продолжил он, – я обещал показать дамам, как праздник отмечает простой люд на Дворцовой площади. Вот где настоящее веселье.

При упоминании дам из беседки выпорхнули три девушки, одна краше другой, и окружили лорда Риверса. Ив не знала, куда ей смотреть: то ли на сверкающие драгоценности на их шеях, то ли на пестрые, полупрозрачные платья. Девушки наперебой начали упрашивать Джея пойти на Дворцовую площадь, и он развел руками: «Мол, ничего не поделать».

– Приятного вечера, милые дамы, – сказал он на прощание и в сопровождении девушек зашагал прочь.

Глаза гостей обращались на порхающих, словно бабочки, дам, не замечая шедшего среди них молодого человека. Когда лорд Риверс скрылся в темноте садов, Ив схватила Ирис за руку.

– Расскажи мне о нем!

Ирис выгнула бровь и лукаво заулыбалась.

– Вот так-так! То-то я смотрю, ты с него глаз не сводила. Ах, Ив! Джей, может, и симпатичный, но, поверь, он не стоит твоего внимания. Ты видела дам рядом с ним? Готова поспорить, он даже имен их не знает.

– Дело не в этом, – возразила Ив и умолкла. Как объяснить Ирис, что она неверно истолковала ее интерес? Впрочем, какая разница! – Мне просто любопытно. Что ты о нем знаешь?

– Хм. Если задуматься, то не так и много.

Они зашли в беседку и сели на резную скамью. Ирис глотнула вина, размышляя.

– Говорят, он прибыл с Вольных островов лет восемь назад и с тех пор живет при дворе. Во дворце он пользуется популярностью, ведет довольно праздный образ жизни и знаменит своими нелепыми выходками и шумными посиделками. Удивительно, но все ему сходит с рук.

– Сходит с рук?

– Вот именно. Он говорит что вздумается. Делает что хочет. Даже король смотрит на его проделки с улыбкой, – Ирис наклонилась ближе: – Ходят слухи, что на Вольных островах Джей кого-то убил или ограбил, а может, сделал то и другое сразу, затем сбежал, а на полученные деньги купил здесь себе титул лорда. Но есть и другое мнение. Некоторые считают, что Джей – незаконный сын короля от какой-то женщины с Вольных островов, и именно потому Эглантин все ему позволяет.

Ирис откинулась на спинку скамьи и снова пригубила вино.

– Только я ни во что это не верю, – заявила она.

– Почему?

– Не знаю. Не верю и все. По мне, так он самый обычный взбалмошный лорд, который получил в свое время огромное наследство и теперь проматывает его в свое удовольствие.

Ив задумалась. Пожалуй, сон в амбаре можно было назвать взбалмошным поведением. Но во всем остальном Джей скорее производил впечатление умного и осторожного человека.

Ирис неожиданно встрепенулась:

– Кажется, я вижу там одного моего знакомого. Прости, я покину тебя ненадолго. Мне надо с ним кое-что обсудить.

Ирис выскочила из беседки, промелькнула алым огоньком среди кустов и скрылась за деревьями.

Ив глотнула вино. Какой это был по счету бокал? Голова немного кружилась, но Ив винила в этом скорее круговорот лиц и обилие впечатлений. А следом пришла и новая мысль. Что она вообще тут делает? Светские беседы казались пустыми, а представленные за вечер придворные так и остались безликой толпой незнакомцев. Да и Ирис едва ли скоро покинет мужчину, к которому так стремительно убежала.

«Вот где настоящее веселье». Слова лорда Риверса искрой вспыхнули в голове. За два дня в столице Ив ни разу не была в городе. А сейчас он праздновал и ликовал. Когда еще представится возможность увидеть такое? Ответ, как и решение, напрашивались сами собой.

Ив допила вино и вышла из беседки. По пути во дворец она поискала Ирис, чтобы предупредить о своем уходе, но чародейка на глаза так и не попалась. Оказавшись в спальне, Ив сняла платье. Она не знала, как одеваются горожане, но привлекать к себе внимание роскошным нарядом не собиралась. Она переоделась в свою привычную одежду: светлую блузку на шнуровке, темные штаны и высокие сапожки. Смыла с лица пудру и распустила волосы, рассыпав их по плечам. Как же было приятно снова стать собой!

Уже у ворот перед Дворцовой площадью Ив окликнул гвардеец:

– Миледи! Ворота запираются в полночь, – предупредил он. – Не опаздывайте, а то придется заночевать в городе.

Ив прикинула, что у нее есть почти два часа, и кивнула. Гвардеец, вероятно, удивился, что кто-то сбегает с королевского приема, а не спешит на него: кареты с гостями еще прибывали на подъездную аллею.

Дворцовая площадь сияла яркими огнями и гудела весельем. Пестрые гирлянды и цветные флажки украшали фасады домов. Взрывались хлопушки, на голову сыпался золотой серпантин. Отовсюду неслись музыка, смех, голоса. Кто-то пел и плясал, кто-то ел и пил, кто-то наблюдал за всем со стороны. В одном конце площади выступали артисты, акробаты и фокусники, в другом – играли бродячие музыканты. Вдоль периметра стояли прилавки с угощением, столы и скамейки для тех, кто хотел отдохнуть. От всего, что происходило вокруг, разбегались глаза, и Ив позволила толпе вести за собой.

Рядом в небо рванул столб огня. Люди ахнули от удивления, расступились и тут же рассмеялись. Переполох вызвал факир, который на потеху публике показывал фокусы с огнем. Ив немного понаблюдала за трюкачом и двинулась дальше.

На площадке, где плясала молодежь, Ив за руку схватила девушка с тугими косами и со смехом увлекла за собой танцевать. Ив хотела отказаться, но вот за другую руку ее взял молодой человек, и цепочка танцоров замкнулась. Хоровод змейкой пополз по кругу. Танцоры то сближались, то опять отдалялись. Ритм танца задавали играющие тут же музыканты. Размеренные удары барабана, легкий свист флейты и напевы лютни складывались в задорный мотив. Ив сначала неуверенно повторяла движения танца, но затем, поняв, что никто не замечает ее промахов, отдалась во власть музыки. По деревянному настилу застучали десятки ног. Руки то взлетали в воздух, то опадали, то снова взмывали. Темп танца с каждой секундой все ускорялся, с каждым движением набирал силу. Ив казалось, что она уже не танцует, а парит. Ноги будто оторвались от земли и отбивали ритм в воздухе. Разгоряченная кровь стучала в висках, из груди рвался смех.

Наконец громыхнул барабан и танец окончился. Щеки Ив пылали румянцем, сердце пело от восторга. Она поблагодарила незнакомку за приглашение и зашагала к краю площади, чтобы перевести дух. Все столы и скамейки оказались заняты, и Ив двинулась вдоль прилавков. У лотка со сладостями она не удержалась и купила за пару медяков горсть орехов в теплой сахарной корочке. Закидывая их в рот, она побрела дальше.

На следующей сцене выступали акробаты на высоченных ходулях. Пританцовывая, они жонглировали шарами и исполняли смешную пантомиму. Зрители ахали и хохотали. Ив протиснулась сквозь толпу и замерла – на противоположном конце сцены она заметила лорда Риверса. Он стоял, облокотившись на сложенный из бочек прилавок, и тоже смотрел на акробатов. Его спутницы-бабочки бесследно исчезли. Пропал и роскошный камзол: штаны и жилет хоть и выглядели дорогими, но роскошь скрадывали по-простецки закатанные рукава и расстегнутый ворот рубашки.

Лорд Риверс перекинулся с продавцом парой фраз, глотнул сидр из кружки и снова повернулся к акробатам. Его взгляд скользнул по толпе рядом с Ив, и ее сердце подпрыгнуло. Она быстро отвернулась и юркнула за спины людей. Понаблюдать за загадочным лордом и остаться незамеченной – вот чего ей хотелось!

Ив осторожно направилась вдоль сцены в поисках места, откуда она могла бы видеть лорда Риверса и при этом не попадаться ему на глаза. Она подошла к прилавкам с едой, и ноги уперлись в пустую скамью. Место было идеальным, и Ив села. Джей стоял к ней спиной и беседовал с продавцом.

– Хочешь узнать свою судьбу?

Ив вздрогнула, услышав сиплый голос. Напротив нее за столом сидела смуглая женщина. Изрезанное морщинами лицо было обращено в сторону Ив, но затянутые серой пеленой глаза глядели куда-то вдаль – женщина была слепой. На плакате рядом с ней был изображен глаз в треугольнике, а под ним была подпись: «Прорицательница судьбы». Сама того не ведая, Ив подсела к гадалке.

– За четверть суверена я тебе погадаю, – предложила женщина.

Ив не верила в предсказания судьбы, но уходить с такого удачного места не хотела.

– Хорошо, погадай.

Ив не нашла в карманах медяков и кинула на стол три серебряные монеты, которые тут же исчезли в рукаве у гадалки. Сумма получилась больше запрошенной, но Ив это не волновало.

– Дай мне свою руку, дитя, – попросила женщина.

Ив протянула руку и посмотрела на Джея. Он по-прежнему болтал с продавцом и изредка поглядывал на акробатов: те уже жонглировали горящими факелами.

Пальцы гадалки защекотали ладонь, и до Ив донесся тихий смех.

– Ты слепа, – заявила гадалка.

Ив с недоумением повернулась. О ком она говорит? Уж, не о себе ли?

– Да, слепа, – повторила прорицательница, и ее мутный взор застыл на лице Ив. – Ты не способна увидеть свой путь. Друг, которому ты поверишь, тебя предаст, а враг – поможет. Но и тогда ты не сможешь понять, кто тебе друг, а кто враг. А прозреешь ты, когда солнце на небе перестанет вставать и садиться.

– Что за чушь! – воскликнула Ив и выдернула руку.

– Это твоя судьба, дитя. И она уже начала исполняться.

Гадалка вновь разразилась хриплым смехом. Ив вскочила на ноги, чуть не опрокинув скамью, и как раз вовремя: Джей оставил на прилавке монеты и направился в город. Растолкав толпу, Ив поспешила за ним. За спиной еще звучал хохот гадалки.

Улицы от площади расходились пятью лучами в разные стороны. Джей выбрал центральную. Люди там праздновали с не меньшим задором: пели, гуляли, веселились. Гремели шутихи, летел серпантин. На перекрестках в кованых урнах ревело пламя, повсюду горели огни. Свет фонарей метался в темных окнах домов, рассыпался искрами на бронзовых вывесках, ложился на булыжники мостовой. В небе разливалось сияние взошедшей луны.

Ив шла вдоль обочины, прячась за спины прохожих. Джей шагал размеренно, не торопясь. Нигде не задерживался и не оглядывался, что облегчало задачу не попадаться ему на глаза. С главной улицы он свернул в небольшой переулок, по нему добрался до соседней улицы и спустя минуту оказался перед каменным зданием с витражными окнами. Над дверью со скрипом покачивалась вывеска с золотым рогом, из которого щедро сыпалась еда, а надпись гласила: «Ресторация «Рог изобилия». У входа Джей пропустил шумную компанию молодых людей и вошел.

У двери Ив помедлила, раздумывая, как лучше ей поступить: последовать внутрь или дождаться снаружи? Что, если лорд Риверс просто решил перекусить в компании своих спутниц? Возможно, они все время его ждали там. Ив представила роскошные столы на королевском приеме, и все сомнения отпали. Никому не придет в голову ужинать в таверне после застолья дворца. А дамы-бабочки, скорее всего, так и вовсе остались где-то в садах. Они были лишь маскировкой, ширмой, прикрывавшей уход. Более не колеблясь, Ив толкнула дверь.

«Рог изобилия» был полон людей. Воздух дрожал от гула голосов. Играла музыка, на сцене пели менестрели. Девушки в чепчиках и клетчатых передниках разносили напитки и еду. Ив оглядела зал и сквозь завесу табачного дыма заметила стройную фигуру Джея перед стойкой в конце зала. Как она и предполагала, он пришел не на ужин. Обменявшись кивками с трактирщиком, он бросил на стойку монеты и скрылся за неприметной дверью в глубине зала. Ив одолело любопытство. Что за той дверью? Еще один выход? Спуск в подвал? Проход в другое здание? Был лишь один способ это узнать. Она пересекла зал, дождалась, когда трактирщик отвлечется на гостей, и проскользнула за дверь.

Внутри оказалась подсобка. На полу стояли коробки и бочки, у двери лежали мешки с крупой. Деревянные полки на стене заполняли банки солений, на гвоздях висели травы и связки чеснока. На перевернутой бочке чадил огарок свечи, но даже скудного света хватало, чтобы понять – в комнате нет ни души.

Ив взяла свечу и подняла повыше. Ни двери, ни люка в полу. Но не мог же Джей испариться в воздухе? Значит, где-то скрывался проход. Ив поднесла свечу к каменной кладке, свободной от банок и трав, и медленно пошла вдоль стены. Огонек вытянулся, свет заплясал на серых камнях. Она почти добралась до угла, когда пламя вдруг дернулось и затрепетало, едва не погаснув.

Ив замерла. Стена выглядела монолитной, камни плотно прилегали друг к другу, но все же… Отчего дрожит огонек? От потока воздуха? Ив снова подняла свечу над головой. Коробки у стены стояли криво, царапины чертили дугу на полу. Ив отодвинула пустую коробку. В нижнем ряду кладки один из камней слегка выступал, и она на него надавила. Раздался щелчок, заскрежетал механизм. Часть стены поползла в сторону, открывая лестницу и тайный проход. Ступени вели в полумрак, но в самом низу горел свет.

Ив оставила свечу и переступила порог. Механизм снова пришел в движение, и проем сомкнулся за спиной. Не оборачиваясь, она двинулась дальше.

Проход был тесный, ступени – узкие и крутые. Когда они кончились, взгляду открылся туннель с высоким сводчатым потолком и кирпичными стенами. В кольцах на стенах пылали факелы. Свет от голубого огня ложился кругами, чередуясь с темными промежутками. В туннеле было тихо, только эхом отдавались падающие капли воды. Ни шепота голосов, ни шороха ног. Если Джей здесь был, то уже ушел.

Ив поглядела на лестницу, но отбросила мысли о возвращении. Она слишком далеко зашла, чтобы теперь отступать, и, потоптавшись на месте, последовала за изгибом туннеля.

Воздух в подземелье дышал сыростью и прохладой, тайнами и магией. Изредка, когда на факелы попадала вода, они шипели и сыпали искрами, но пламя не сбивалось и продолжало ровно гореть. Магический огонь завораживал и пугал.

Туннель сначала вильнул влево, затем – вправо, а потом и вовсе распался на три коридора. На перекрестке Ив остановилась. Какой из путей выбрал Джей? Вода тут текла не только по боковым желобам, но и сочилась по плитам пола. Ив присела, разглядывая влажные камни. Отпечатков ног здесь не осталось, но на сухих участках они вполне могли сохраниться. Озаренная догадкой, Ив двинулась прямо. Если проверить каждый проход…

– С какой стати мышка решила охотиться на кота?

Ив подпрыгнула от неожиданности и обернулась. В круг света за спиной вышел лорд Риверс. Его глаза искрились весельем, губы изгибались в улыбке. Появление Ив не стало для него сюрпризом – он знал, что она спустилась в туннель, и поджидал. Ив ощутила досаду – она действительно была лишь мышкой, которая возомнила себя охотницей. И тут поняла еще кое-что.

– Ты меня помнишь, не так ли? – она уже не спрашивала, а утверждала. – Ты помнишь нашу встречу в поместье.

– У меня хорошая память, Ив. Но мне понравилась твоя попытка ее освежить.

– Тогда к чему это притворство? Почему сразу не признался, что знаешь меня?

– Признаться? И тем самым дать Ирис повод для сплетен? Пф-ф. Мне это ни к чему. Да и тебе, поверь, тоже.

Ив прищурила глаза.

– Значит… – пробормотала она. – Ты лорд Риверс?

– К вашим услугам, миледи, – он отвесил низкий поклон. Насмешливо низкий поклон. И поднял глаза. – Но раз мы уже перешли на «ты», то зови меня Джей.

Он выпрямился и с ленивой грацией шагнул ближе.

– Ты так и не ответила на мой первый вопрос. Ты следила за мной. Зачем? Какой светлый порыв двигал тобой в этот раз? Зачем ты спустилась за мной в подземелье?

И правда, зачем? Из любопытства? Из-за лишнего бокала вина? Нет, все не то, хотя ответ крутился на языке. Джей снова приблизился на шаг.

– Кажется, я говорил уже, что ты поступаешь смело, но не мудро?

– Три года назад, – подтвердила Ив.

– Вижу, с тех пор ничего не изменилось. К твоему сведению, эти туннели тянутся под всем Верхним городом. Если сбиться с пути, то можно тут блуждать много дней, но так и не найти выход. Все выходы тут надежно скрыты и охраняются.

– Не так и надежно они охраняются, – фыркнула Ив. – Как видишь, я же здесь.

Джей вздохнул и покачал головой.

– Ты разве еще не поняла? Ты здесь потому, что я попросил тебя пропустить.

– Зачем? – опешила Ив.

– Хотел посмотреть, как далеко ты сможешь зайти, – Джей снова шагнул. – И ты зашла достаточно далеко, чтобы угодить в неприятности.

Теперь он стоял уже вплотную. С такого расстояния можно вонзить в сердце нож или поцеловать… Но Ив не дрогнула и не отступила, продолжая глядеть ему в глаза. Такие необычные и загадочные глаза. Она сама себе поражалась: откуда столько спокойствия? Почему она его не боится? Может, оттого что он не держал в руке нож. Да и целовать, похоже, не собирался…

– Ладно, Мышка, пойдем, – вздохнул Джей. – Я провожу тебя во дворец. Ворота скоро закроются, ты не успеешь вернуться. И на будущее: если захочешь за кем-нибудь проследить, то не используй духи. Ты пахнешь сиренью.

Джей повернул в правый проход, но Ив не двинулась с места. Теперь она знала, зачем шла за ним.

– Мне нужны ответы, – отчеканила она. – Я хочу знать, какую сделку отец заключил с Ксандером? Чем отец занимался в столице? Куда ездил? Какое отношение имел к магам? Я хочу знать…

– Хорошо, – прервал Джей. – Я все расскажу. Но не здесь и не сейчас.

Он развернулся и зашагал дальше в туннель. Ив задохнулась от удивления. Вот так просто? Он расскажет то, что даже отец отказывался обсуждать? Никаких уклончивых ответов, хитростей, торгов? Просто расскажет?

Ив побежала следом.

– Ты мне все расскажешь?

– Да.

– Почему?.. Почему ты согласился?

Джей бросил взгляд через плечо.

– Что-то я тебя не понимаю, – усмехнулся он. – То тебя не устраивает, что ты ничего не знаешь, то ты недовольна тем, что узнаешь. Тебе, однако, сложно угодить.

Ив прикусила язык. И правда, какая разница, почему он решил ей помочь? Она получит ответы, и это главное.

Туннели петляли, делились, изгибались. Порой Ив казалось, что они ходят кругами. Сначала она пыталась запомнить путь и считала повороты, но вскоре сбилась и перестала. Джей, похоже, намеренно ее путал и выбирал самый сложный маршрут. Иногда он менял направление, резко разворачивался и шел к другому проходу.

«Какая же ты умница, Ив, – прозвучал в голове голос брата с его обычной насмешливой интонацией. – Ты так замечательно выполняешь свое обещание быть осторожной, что не нашла ничего лучшего, как выспрашивать о тайнах отца, а потом доверилась незнакомцу и бродишь с ним по мрачному подземелью. Он надавал тебе обещаний, а теперь насмехается, путает, чтобы в итоге взять и завести в тупик».

Ив прогнала голосок подальше.

– Откуда это подземелье? – спросила она. – Для чего оно нужно?

– Его начал строить еще Аурелий Мудрый триста лет назад. Сначала туннели шли под дворцом, потом их расширили. По задумке короля подземная сеть должна была обеспечить жителям города безопасность. У Теодена нет крепостных стен, и король хотел, чтобы в случае нападения у людей была возможность спрятаться или уйти. Некоторые проходы ведут в лес, далеко за пределы города. Все входы и выходы охраняются и держатся в секрете. О существовании туннелей знает лишь небольшой, близкий к королю круг лиц.

– И ты, стало быть, в этот круг входишь?

– Стало быть, вхожу.

Коридор кончился, и с трех сторон выросли стены. Ив в замешательстве остановилась.

– Что происходит? Мы все-таки заблудились или тут новая потайная дверь?

– Ни то и ни другое, – покачал головой Джей. – Выход справа от тебя.

Ив посмотрела в указанном направлении, но увидела лишь каменную стену.

– Ты шутишь?

– Нисколько. Там нет стены. Я тебе говорил, что выходы охраняются. Так вот – их защищает магия. Рядом с тобой нет стены, лишь ее иллюзия. Сквозь нее можно пройти.

Ив провела рукой по стене. Пальцы коснулись прохладного шершавого камня.

– Проход здесь? – усомнилась она.

– Да. Чувства будут тебе говорить, что ты не сможешь пройти, но это не так. Ни о чем не думай, просто шагни. Там будут ступени. Когда начнешь подниматься, наверху откроется проход.

– Ты уверен, что лестница именно здесь?

– Уверен.

– Не на два шага правее? Или три левее?

– Она там, где ты стоишь, Ив.

– Откуда ты знаешь?

– Просто поверь мне.

Ей очень хотелось поверить. Поверить и не осторожничать. Ив крепко зажмурилась и шагнула вперед. К удивлению, она не расшибла о стену лоб. Возникло странное сопротивление, будто она брела сквозь толщу воды. Тело словно окутала вязкая, густая патока, а в следующий миг это ощущение ушло. Ив открыла глаза и оглянулась. Каменная стена так и стояла за спиной нерушимым монолитом или, во всяком случае, казалась такой. Впереди, как и говорил Джей, были ступени, а наверху уже открывался проход.

Ив поднялась по лестнице и очутилась в небольшой пещере. Стены покрывал плотный мох, который излучал зеленоватое сияние и освещал все вокруг. В центре пещеры блестел небольшой водоем. Его дно устилали камень и мелкая галька. Вода была настолько прозрачной, что, казалось, ее нет. Ив остановилась у края бассейна и посмотрела на дно. Откуда-то сверху сорвалась капля, и поверхность водоема подернулась рябью.

– Это плохая примета.

Ив оглянулась. Джей поднялся следом по лестнице, и проход за ним с тихим рокотом сомкнулся.

– Говорят, если в День Перемен увидишь свое отражение в воде, то навсегда потеряешь свою истинную любовь, – договорил он.

Ив фыркнула.

– Я не верю в эти сказки.

– Я тоже, – лукаво улыбнулся Джей. – Выход на том конце грота. Он выводит в юго-восточную часть королевских садов. Оттуда недалеко до дворца.

– Ты обещал рассказать про отца, – напомнила Ив.

– Раз обещал, расскажу, – он задумался. – Завтра. Я сам тебя найду.

Ив помедлила. Можно ли было ему доверять? Была в нем какая-то загадка…

– Как ты внизу узнал, где находится потайной проход? Он был довольно узким. Было легко ошибиться.

– Ну я же не ошибся… – Джей замолк и вдруг рассмеялся. – Так вот в чем дело! Ты думаешь, что я маг и скрываю это? Нет, Ив. Я не маг. Будь оно так, я бы не скрывал это.

«Тогда что ты скрываешь?» – захотелось спросить, но Ив задала вопрос о другом.

– Если ты не маг, то почему служишь Ксандеру?

– Я? Служу? Ксандеру? С чего ты взяла? Потому что мы приезжали к вам в особняк? Нет. Я не служу ему, Ив.

– Тогда откуда ты знаешь его секреты?

– Не обязательно кому-то служить, чтобы знать его секреты. Достаточно вызывать доверие.

– И чем же ты заслужил доверие Ксандера?

На губах Джея заиграла лукавая улыбка.

– Мне невероятно лестно твое внимание к моей скромной персоне, Ив, но боюсь, еще немного, и ты смутишь меня окончательно. Завтра, Ив. Все завтра. Надеюсь, ты простишь, если я не стану провожать тебя дальше. Если ты не испугалась заблудиться в подземелье, то и в садах не потеряешься.

Он скрестил на груди руки и отступил на шаг. Ив поняла, что он собирается вернуться в туннели, но не хочет показывать, как открыть проход с этой стороны. Она поколебалась секунду, затем кивнула.

– Хорошо. До завтра.

Она обогнула водоем и двинулась навстречу дыханию ветра. В садах продолжались гулянья. Шатры и тропинки сияли огнями, слышались голоса и вспышки смеха, играла музыка. Оглядевшись, Ив поняла, где находится, и отправилась во дворец.

Глава 7. Вопросы и ответы

Все утро Ив провалялась в постели. Мягкие перины, уютное щебетание птиц за окном, ароматный чай и горячий завтрак – спешить решительно было некуда. Сегодня она получит ответы на многие вопросы, оставалось лишь ждать. Ждать встречу с Джеем, поездку к новому дому, момента, когда откроются тайны отца…

Микалас постучал в дверь после обеда. Вся столичная знать передвигалась по городу исключительно в экипажах, собственных или наемных, поэтому первое, что он сообщил: экипаж подан и ждет во дворе. Далее последовало известие о том, что нанят плотник для замены замка. И только потом Микалас извлек из кармана конверт.

– Мне поручено передать вам письмо от лорда Риверса…

Ив так поспешно схватила конверт, что Микалас от удивления умолк на полуслове.

– Спасибо, Микалас. Я его как раз и ждала, – пробормотала Ив, чтобы сгладить неловкость, и развернула конверт.

Внутри лежало приглашение на прием, который состоится этим вечером в покоях лорда Риверса. Сухой официальный язык, но главное – Джей не забыл о своем обещании. Ив с облегчением прижала письмо к груди, но вовремя спохватилась, стерла с лица улыбку и положила письмо на стол. На этот раз Микалас лучше скрыл свои чувства и словно бы не заметил ее трепетного отношения к письму.

Экипаж с королевским гербом стоял на подъездной аллее возле дворца. На соседней дорожке Ив увидела Мико. Переодетый в форму королевского конюха, он вел в конюшню гнедую кобылу гонца. Мико махнул Ив рукой и, сияя от гордости, указал на свою синюю форму. Ив успела ответить улыбкой, и Микалас распахнул перед ней дверцу кареты. Они сели внутрь, и экипаж тронулся. Вскоре он миновал ворота и, грохоча колесами по каменной мостовой, покатил по центральной улице города. Ив отодвинула бархатные занавески и во все глаза уставилась в окно.

Верхний город представлял собой вереницу богатых кварталов. Искрились золотом вывески банков и лавок. У дверей рестораций стояли лакеи в белых ливреях. По аллеям и скверам гуляли люди в красивых нарядах, мимо проносились парки, площади и фонтаны. Особняки отделяли друг от друга проулки и кованые ограды. Входы украшали колонны, дворики утопали в цветах, сверкали и переливались витражные окна. Над крышами высились башенки с фигурными шпилями.

Но стоило пересечь реку Серну и попасть на улицы Нижнего города, как лоск и роскошь сразу померкли. Даже солнце там отказалось светить и спряталось за набежавшую тучу. Каменные домики, серые и неказистые, липли впритирку друг к другу. Мрачные склады, шумные рынки, дешевые забегаловки и ночлежки – все мешалось без разбора и порядка. Забитые досками окна, узкие переулки, гомон и суета. Шум, казалось, долетал отовсюду. Звенел молот в кузнечном цехе, шипел пар в ремесленной мастерской, эхом отдавались крики торговцев, предлагавших наперебой ткани, специи и травы. Ив на всякий случай отодвинулась от окна и дальше за дорогой следила вполглаза.

За всю поездку Микалас не проронил ни слова. Он листал документы у себя на коленях и карандашом оставлял на полях пометки. Когда экипаж остановился, он оторвал взгляд от бумаг, посмотрел в окно и кивнул.

– Мы на месте, – сказал он. – Дом находится в конце вон того переулка. Нам придется немного пройтись.

Они покинули экипаж и влились в живой поток улицы. Люди двигались непрерывно. Скрипели телеги, стучали копыта, голосили торговцы. На перекрестке, придерживая подвешенный на шее лоток, во все горло орал мальчишка: «Крендельки! Горячие крендельки! Налетай! Покупай!» Ив крутила головой, стараясь все охватить взглядом, и еле поспевала за деловито шагающим Микаласом.

Они миновали пару домов и свернули на перекресте на тихую улочку. Как только Ив оказалась в переулке, то сразу поняла – дом был куплен не для нее. Старые, обветшалые фасады, пыльные окна, кривые лесенки у порогов, кособокие козырьки над дверьми, разбитая и размытая дождями брусчатка. Отец не выбрал бы это место, чтобы сделать подарок. Здания из серого камня тянулись с обеих сторон. Двухэтажные дома настолько плотно прилегали друг к другу, что было невозможно понять, где заканчивался один дом и начинался другой. Радовало лишь одно: в переулке царили тишина и покой.

Спотыкаясь о выбоины и щели мостовой, Ив догнала Микаласа:

– Микалас, а ты уверен, что дом отца находится именно тут? Нет ли здесь какой-то ошибки?

– Я абсолютно уверен, леди Стаут! В купчей был указан именно этот адрес. Видите вон то крыльцо? – он указал на выпирающие из фасада дома ступени и козырек. – Это и есть вход в ваш дом. А рядом, если не ошибаюсь, стоит наш плотник.

Перед крыльцом и правда стоял высокий мускулистый мужчина с гладко выбритой головой и короткой бородой. С разрешения Микаласа он поднялся к темно-бордовой двери и начал менять замок.

Ожидая, Ив переминалась с ноги на ногу и озиралась по сторонам. Что заставило отца купить дом в этом месте? Неприметность? Уединение? Удаленность от дворца?

– Микалас, как ты думаешь, почему отец выбрал здесь дом? – спросила она.

– Боюсь, это и для меня загадка. Лорд Стаут мог позволить себе любой роскошный особняк в Верхнем городе, а он выбрал этот захудалый район, который к тому же пользуется не слишком хорошей репутацией.

Ив помедлила, прежде чем спросить:

– Микалас, а не мог ли отец встречаться здесь с женщиной?

– С женщиной? Хм. Насколько мне известно, лорд Стаут не проявлял интереса к придворным дамам, – Микалас замялся. – Понимаете, во дворце сложно что-либо скрыть. Любые сплетни разлетаются мгновенно.

– А если его избранницей была не придворная дама?

– Маловероятно. У лорда Стаута попросту не было ни времени, ни возможности познакомиться с кем-либо не при дворе. И даже если предположить, что такая дама была, и он хотел скрыть свои отношения, то я все равно не понимаю, зачем понадобилось устраивать свидания здесь. Дома в Верхнем городе для этих целей подошли бы намного лучше.

В этом Ив была согласна с Микаласом. Если бы отец кого-нибудь полюбил, то не поскупился бы на удобства.

Закончив работу, плотник отдал Ив ключи и подошел к Микаласу за расчетом. Ив поднялась на крыльцо и открыла дверь. Под ногами заскрипели деревянные половицы. В коридоре царил полумрак. Слева на второй этаж уходила лестница, справа виднелись две двери.

Ив шагнула к ближайшей двери и застыла в ужасе на пороге. Комната лишь отдаленно напоминала некогда уютную гостиную. Кресла были опрокинуты, стол – перевернут, дверцы буфета – распахнуты настежь. Все содержимое веером валялось на полу: обрывки бумаг, столовые приборы, треснувшая и чудом уцелевшая посуда. У камина россыпью винтиков сверкали разбитые механические часы.

За дверью по соседству располагалась кладовая, но она, как и гостиная, представляла собой груду сломанных полок, разбросанных кастрюль и выпотрошенных мешков. В конце коридора была еще одна дверь. Она была заперта изнутри на засов и вела в глухой внутренний двор с колодцем.

Ив закрыла дверь и поднялась на второй этаж. Спальня выглядела так же, как и все внизу: сорванные со стен полки, рассыпанные на полу книги, открытые дверцы тумбочек, вывернутая постель и разорванные на лоскуты одеяла. Вид разгромленных комнат потряс Ив. Кто мог сотворить такое? И зачем?

– Воришки.

Она вздрогнула и оглянулась. В спальню, покачивая головой, вошел Микалас.

– Как я и говорил, тут не самый спокойный район. И вот тому прискорбное подтверждение.

Ив нахмурилась. Если это была работа воров, то зачем ломать и бросать столько дорогих вещей? В голову приходил только один ответ – так поступает лишь тот, кто ищет что-то более ценное. Но что искали воры, и удалось ли это найти, оставалось загадкой.

– Если хотите, мы можем позвать гвардейцев, – предложил Микалас.

– Для чего? – расстроенно вздохнула Ив. – Я не знаю, что украли и украли ли что-то вообще. О чем мне просить гвардейцев?

– Возможно, вы правы. Едва ли теперь гвардейцы смогут помочь и отыскать воришек, – Микалас помялся. – Не хотел бы вас торопить, да и обстоятельства не располагают… Но все же мне надо знать ваше решение о доме. Вы его оставите или будете продавать?

Из-за плачевного состояния дома идея о его продаже казалась разумной. Но все-таки Ив колебалась.

– Я пока не решила, – ответила она. – Я могу подумать несколько дней?

– Безусловно.

Ив подошла к туалетному столику, заглянула в пустой выдвижной ящик и сделала глубокий вдох. Прежде она не была готова к этому разговору, но теперь поняла, что должна это услышать. Должна знать. Потому что теперь это стало важным.

– Микалас, я знаю, что ты обнаружил… – Ив запнулась, но, собравшись с духом, продолжила, – …тело отца. Расскажи мне о том дне. Как это случилось?

Рикон что-то рассказывал ей о смерти отца, но его слова потонули в бездне горя и пустоты, и в итоге Ив не запомнила ничего из его объяснений.

– Леди Стаут, не знаю, стоит ли сейчас вспоминать… – Микалас осекся, поймав взгляд Ив, и обреченно вздохнул. – Хорошо, как пожелаете. В последний раз я разговаривал с лордом Стаутом накануне вечером. Он сообщил, что собирается всю ночь работать с документами у себя в покоях и попросил его не беспокоить. Утром ко мне пришел паж, который обычно приносил ему завтрак, и сказал, что дверь в покои лорда Стаута заперта, а на стук никто не отвечает. Я предположил, что лорд Стаут, возможно, еще спит, но когда он не открыл и к обеду, я попросил дворцового хранителя ключей отпереть мне дверь, – Микалас прервался на миг. – Когда мы вошли, то обнаружили лорда Стаута в его кабинете. Он сидел за столом. Голова его лежала на руках, среди исписанных документов. Я подумал, что лорд Стаут просто уснул за работой, но когда коснулся его плеча, то сразу понял, что ошибся. Королевский лекарь подтвердил, что он умер еще ночью.

– Проводилось расследование?

– Расследование? – на лице Микаласа застыло недоумение. – Но зачем? Лорд Стаут умер от сердечного приступа. Королевский лекарь однозначно заключил, что смерть наступила в результате естественных причин.

– Я не сомневаюсь в выводах королевского лекаря, – нетерпеливо перебила Ив, – но пытались ли выяснить, что именно вызвало приступ? Отец не был стар. Что, если это был яд? Или магия?

– Яд?.. Магия?.. – прошептал Микалас потрясенно. – Вы полагаете?.. Но кто мог желать лорду Стауту зла?

Ив медленно покачала головой.

– Не знаю, Микалас… Я не знаю…

– Нет, это невозможно. Любая магия оставляет следы, и лекарь бы это заметил. А яд… Лорд Стаут даже к ужину не притронулся, откуда бы проник яд? Весь вечер к нему никто не входил, все окна и двери были заперты изнутри, а ключами располагал только лорд Стаут и дворцовый хранитель. Нет, это абсолютно исключено!

Ив задумалась, не ищет ли она злой умысел там, где его нет.

– Ладно, Микалас, забудь, – сказала она и направилась к лестнице. – Ты говорил, что нашел купчую в личных вещах отца. Разве во дворце еще что-то осталось из его вещей?

– Ничего существенного. Почти все я отправил в ваш особняк. Остались пара рубашек, которые вернулись после стирки, да письменные принадлежности. Если хотите, я распоряжусь, чтобы все отнесли в ваши покои.

– Да, буду признательна.

Ив снова заглянула в гостиную. Разруха и хаос. Вместо ответов – одни вопросы, которые росли и множились, как снежный ком. Ив отвернулась и зашагала к выходу.

– Я видела достаточно. Думаю, пора возвращаться.

С севера по небу ползли низкие тучи, грозящие вскоре пролиться дождем. Порывы ветра трепали вывешенное из окон белье, ткань хлопала, как крылья огромной птицы. Ив закуталась в плащ и постаралась прогнать мрачное настроение, навеянное домом.

У выхода из переулка толпились люди. Взобравшись на деревянную коробку, перед ними стоял худой мужчина в длинном сером плаще. Он махал руками и что-то призывно кричал. Прохожие останавливались и слушали. Заинтересовавшись, Ив приблизилась к толпе и тоже прислушалась.

– Мы забыли наших истинных богов, настало время их вспомнить! – взывал мужчина. – Маги нам их никогда не заменят! Чародеи служат лордам и собственным интересам. До простых людей им нет дела! Так ли магия должна служить людям? Мы ошибались, оказывая магам доверие. Мы заблуждались, разрушая храмы и забывая богов. И тем самым мы их прогневали! Вспомните сонный мор, охвативший восток! Что сделали маги? Ничего! Безымянные боги шлют нам напоминание о наших заблуждениях! Настало время восстановить храмы и почитать истинных богов, а не обманщиков!

– Замолчи, глупец! – послышался выкрик из толпы.

– Да все верно он толкует, – возразил чей-то голос.

– Маги предпочитают сидеть во дворце, им до простых людей нет дела! – поддержал третий голос.

– Ничего он не понимает! Кому известно, чем славны безымянные боги? А чародейка спасла моего сына от смерти! – прокричала женщина.

По толпе пробежало волнение, зазвучали выкрики одобрения и возмущенные протесты. На другой стороне улицы показались гвардейцы. Они двинулись к месту собрания и принялись разгонять толпу, призывая всех разойтись. Заметив стражу, мужчина в сером плаще умолк, спрыгнул с коробки и поспешил затеряться среди людей. Нехотя горожане начали расходиться. Ив отправилась с Микаласом к экипажу.

– Кто это был? – спросила она, когда экипаж тронулся.

– А, смутьяны, – равнодушно протянул Микалас. – Они называют себя жрецами безымянных богов. Хотели построить в столице храм и восстановить поклонение богам, но король запретил, и теперь они собирают на улицах толпы зевак. Говорят, что служат безымянным богам, а на деле выступают против магов.

– Почему их не арестуют?

– О, их, конечно, ловят, когда удается, но вскоре они снова выходят на улицы. Их можно обвинить лишь в нарушении спокойствия, а от наказания за это легко откупиться.

Микалас достал из камзола свернутые документы.

– Прошу меня извинить, мне надо закончить доклад королю. До нового назначения я временно исполняю обязанности советника по торговле.

Он развернул бумаги и погрузился в их изучение. Ив уставилась в окно и весь путь до дворца не отрывала невидящий взгляд от мелькающих улиц и площадей.

Вернувшись в свои покои, Ив попросила пажа принести чашку крепкого чая. С напитком она устроилась в гостиной и стала обдумывать все, что узнала за день. Таинственный дом оказался совсем не тем, чего она ожидала. Отдельные фрагменты не складывались в цельную картину, а дыр и пустоты в ней появлялось все больше. Ив посмотрела на приглашение Джея – ждать ответов осталось недолго.

За окном громыхнул гром, и застучали первые капли дождя. Ив допила чай и отправилась переодеваться. Для приема – чем бы он ни был – она выбрала простое, элегантное платье из сиреневого атласа с широким пояском. Одевшись, она выглянула в коридор, но, как назло, там не оказалось ни одного пажа, который смог бы ее проводить. Пока Ив гадала, как поступить, распахнулась соседняя дверь, и из нее вышла девушка с рыжей копной волос.

– Ирис! – окликнула Ив.

Чародейка оглянулась, и на ее лице сверкнула улыбка.

– А! Ив! Ты ко мне?

– Вообще-то нет. Я даже не знала, что ты во дворце, а твои покои рядом.

– Вот как? Ты куда-то идешь? Тогда пойдем вместе, – Ирис взяла Ив под руку и повела по коридору. – Ну? И куда ты вчера пропала?

– Прости. Я хотела тебя предупредить, но не нашла.

– Не бери в голову. Лучше расскажи, кто тебя похитил?

– Никто. Я сама, – засмеялась Ив. – Я ходила на Дворцовую площадь. Хотела посмотреть, как горожане отмечают праздник.

Ирис хмыкнула в ответ. В руке она несла кожаный саквояж и выглядела озабоченной.

– Ты, кажется, чем-то встревожена, – заметила Ив. – Что-то случилось?

– Случилось. Поэтому я и осталась во дворце, – вздохнула Ирис. – Все из-за младшего сын лорда Тилла – Анри. Ты наверняка помнишь его отца. Я вчера его тебе представляла.

Имя лорда Тилла звучало знакомо, но Ив не могла вспомнить его лицо.

– Тилл? Лорд из Равнинного края? Тот, что разводит лошадей?

– Тот самый, – подтвердила Ирис. – Так вот, Анри предложил провести ритуал очищения. Ты же знаешь все эти старые поверья? Что если прыгнуть через огонь, то это очистит твой дух? Вот Анри и выбрал самую широкую урну с огнем, собрал толпу зрителей и… Стоит добавить, что к тому моменту он уговорил несколько бокалов явно чего-то крепкого и едва держался на ногах. Зато публика хохотала. В общем, можешь себе представить, чем все закончилось.

– Только не говори, что он свалился в огонь, – ахнула Ив.

– Нет, – покачала головой Ирис. – Урну с огнем он все-таки перепрыгнул, но очищение духа не принесло ему пользы. Приземлившись, он споткнулся и сломал себе ногу. Можешь себе представить что-нибудь более глупое? Теперь мне предстоит в кратчайшие сроки вновь поставить его на ноги. А знаешь, как непросто сращивать кости? Магия забирает силы не только у целителя, но и у больного. Лечить приходится с перерывами, и на ближайшие несколько дней я прикована к Анри, как узник к камню. Не могу даже отлучиться в свою лавку.

Ирис снова вздохнула и окинула Ив пытливым взглядом.

– А ты куда идешь?

– Ах, верно, – спохватилась Ив и огляделась по сторонам. – Я искала пажа, чтобы он проводил меня в покои лорда Риверса. Я приглашена к нему на прием.

Ирис приподняла бровь и игриво улыбнулась.

– Я сама тебя провожу, пойдем. Нам как раз по пути.

Они вошли в гулкий зал и направились в западное крыло дворца.

– Итак, – промурлыкала Ирис, уже не скрывая любопытства в изумрудных глазах. – Джей позвал тебя на прием?

– Так было написано в приглашении.

– В приглашении? Как мило! Если хочешь знать, он никому не отправляет приглашения. В этом просто нет необходимости. Он популярен при дворе, и в его комнатах постоянно собираются люди. Одни зовут других и так по цепочке. Ах, Ив! Ты определенно его заинтересовала!

Ив промолчала, не зная, что сказать. Не рассказывать же Ирис про подземные туннели и отца? Они поднялись на второй этаж, свернули в длинный коридор, и Ирис указала на высокие двойные двери из темного дуба с позолотой.

– Тебе сюда. Но когда мы встретимся в следующий раз, даже не надейся отделаться молчанием!

Ирис погрозила пальцем, и Ив засмеялась.

– Но мне нечего рассказывать, Ирис.

– Неужели? В таком случае ты знаешь, где меня найти, когда будет что рассказать, – Ирис озорно подмигнула и помахала рукой. – Веселись, но не слишком увлекайся. Джей не тот человек, которым стоит увлекаться.

Голос чародейки прокатился по коридору и стих за углом. Ив немного выждала и постучала в дверь. Спустя несколько секунд ее отворил высокий мужчина в черной ливрее. У него было худое лицо, глубоко посаженные глаза и орлиный нос.

– Леди Стаут, добро пожаловать в покои лорда Риверса, – поприветствовал он. – Я – Людвиг, его слуга.

Он отступил в сторону, и Ив вошла, проглотив язык от удивления: «Откуда он меня знает?»

Гостиная лорда Риверса была полна людей, но все равно оставалась просторной. Потолки уходили высоко вверх, открывая галереи второго этажа, занятые диванами и книжными полками. Стены украшали картины и гобелены, пол устилал светло-голубой пушистый ковер. Возле стен стояли пажи, готовые выполнить любые пожелания гостей. Вокруг столиков общались элегантно одетые мужчины, они смеялись и выпивали. На диванах сидели дамы, бросая по сторонам томные взгляды и перешептываясь. Где-то играла флейта. Веселый смех разбавляли тихие, доверительные беседы.

Ив растерянно огляделась и обратилась к компании молодых лордов:

– Простите. Не подскажите, где я могу найти хозяина торжества?

– Могу поклясться, он только что стоял здесь, – ответил один из них и пожал плечами.

– А я видел его наверху, – указал другой в сторону галереи на втором этаже.

– А может, мы сумеем его заменить? – улыбнулся третий.

Ив с улыбкой покачала головой и отправилась дальше. Вокруг низкого столика в центре комнаты толпились люди. Они следили за игрой двух юношей, в одном из которых Ив с удивлением узнала принца Робера. Игроки сидели на мягких подушках прямо на полу, а на столе перед ними лежала круглая доска, разделенная на множество сегментов. Игроки по очереди выставляли и передвигали фишки разных цветов, а гости с увлечением обсуждали ходы. Ив тоже стала наблюдать за ходами, стараясь понять, в чем смысл незнакомой игры.

– Игра называется шантара, – голос Джея прозвучал почти у самого уха. Он говорил достаточно тихо, чтобы его слышала только Ив. – Она популярна у жителей Вольных островов. Суть ее заключается в том, чтобы выставить как можно больше своих фишек в центр круга и не позволить сделать то же самое сопернику.

Ив обернулась. Джей смотрел мимо нее, на игроков. Небрежная поза, равнодушный взгляд. На лице – безмятежное спокойствие, в уголках губ – намек на улыбку.

– Ты знаком с играми Вольных островов? Откуда? – спросила Ив.

– В детстве научился, – обронил Джей и, повысив голос, обратился к принцу: – Не подведи, Робер. Я поставил на тебя сотню суверенов.

Принц поднял на Джея голубые глаза и усмехнулся.

– Можешь не переживать. У меня был на редкость хороший учитель. Дай мне двадцать ходов, и я его разобью, – принц весело подмигнул, затем подпер рукой подбородок и снова сосредоточился на игре.

Джей наклонился к Ив:

– Пойдем. Поговорим у меня в кабинете.

Через дверь в конце гостиной они вышли на площадку и по винтовой лестнице поднялись в просторную комнату, расположенную на вершине дворцовой башни. В кабинете стояли шкафчики для бумаг и добротный письменный стол со стульями. В камине напротив дивана уютно потрескивал огонь, на полу перед диваном лежали волчьи шкуры. В узкие окошки на полукруглой стене настойчиво барабанил дождь.

Джей указал на диван у камина.

– Располагайся.

Ив секунду помедлила, оглядывая комнату, затем села на предложенное место. Язычки пламени лизали сосновые поленья, источая аромат хвои и тепло.

– Будешь вино? – предложил Джей.

– Нет, спасибо. Я не за этим пришла.

– Как хочешь. А я себе, пожалуй, налью. Говорят, вино способствует красноречию, а мне оно сегодня явно не помешает.

Он подошел к столу и наполнил из графина бокал.

– У тебя много гостей, – заметила Ив. – Кто они?

– Кто? – Джей пожал плечами. – Столичная знать, банкиры, артисты, принц Робер, как ты могла заметить… По правде говоря, я и сам не знаю, кто там есть. Мои двери открыты для всех.

– И поэтому их охраняет слуга по имени Людвиг?

– Мои двери открыты, – повторил Джей с лукавой улыбкой, – но все-таки они есть.

Ив прищурила глаза.

– Ты же не надеешься от меня избавиться, сославшись на занятость и присутствие принца?

– И в мыслях не было. Я подумал, тебе будет спокойнее общаться со мной в присутствии гостей и принца, чем наедине в темных туннелях.

Его глаза весело заблестели, и Ив отметила, насколько они проницательные.

– Я пришла узнать правду. Это единственное, что меня беспокоит.

– Хорошо. Правда так правда.

Джей подошел к дивану, оперся локтем на каминную полку и поставил на нее бокал.

– Как ты знаешь, – заговорил он, – триста лет назад правители Вольных островов изгнали со своих берегов всех магов.

– Да, я знаю про Великий исход. При чем тут отец?

Джей поднял палец.

– Терпение. Итак, они изгнали магов, поскольку?..

– Поскольку считали магию опасной. Это что, урок истории?

– Не совсем – ответ на обе твои фразы. Правители Вольных островов опасались не магии как таковой, они боялись потерять власть. С каждым годом маги совершенствовали свои умения и знания, росло их влияние в обществе, и это стало тревожить правителей. Они объявили магические учения вне закона, магию – опасной, и на магов начались гонения. Сжигались книги, уничтожались артефакты. Маги не стали воевать, решив спасти то, что уцелело. В итоге они покинули Вольные острова и отправились в Лотиан.

Джей умолк. Покрутил бокал. Поправил мыском в камине полено, взметнув в воздух искры. Ив терпеливо ждала.

– Прежде чем я перейду к твоему отцу, – продолжил Джей, – мне придется еще ненадолго вернуться в прошлое и рассказать тебе о событиях, о которых ты, вероятно, не знаешь. Как я уже говорил, в результате гонений и переселения маги утратили многие знания, а вместе с ними влияние и могущество. И вот примерно тридцать лет назад сформировалась группа магов под предводительством чародейки Карин, которая считала, что действующие законы слишком строги и магам нужно больше свободы. Карин отказывалась подчиняться Совету магов и королю. Конфликт грозил перерасти в бунт, но в конце концов Карин и ее сторонников объявили отступниками и изгнали в Пыльные пустоши. Пыльные маги, как их позже прозвали, долгие годы не давали о себе знать, и об их существовании даже подзабыли…

– Подожди, – прервала Ив. – Ты хочешь сказать, что эти маги до сих пор живут в Пыльных пустошах? В пяти днях езды от столицы, и никто о них не знает?

– Почему никто не знает? Те, кому надо, знают. А прочих это не должно волновать. Пыльным магам под страхом смерти запрещено появляться в землях королевства. Покинуть свое пристанище они не могут, да и не пытались никогда. Последние двадцать семь лет они скрывались и всячески избегали контакта с внешним миром. Но три года назад это изменилось.

За окном сверкнула молния, на миг озарив комнату белой вспышкой, а следом грянул гром. Дождь с новой силой застучал в стены башни. Поежившись, Ив придвинулась ближе к огню.

– Они появились у западных границ королевства, – продолжил Джей, – с намерением кое-что отыскать. Они и прежде торговали на черном рынке, но в этот раз предметом их интереса стало нечто особенное. Они искали Книгу судеб.

– Что это такое?

– Согласно легенде, Книга судеб – могущественный артефакт, который попал в наш мир вместе с магией. Он наделял своего владельца невероятной силой и дарил почти безграничные возможности. Столетиями его оберегали Хранители на Вольных островах, но считалось, что во время Великого исхода Книга судеб была утеряна.

– Если артефакт настолько могущественный, то почему маги не использовали его для защиты во время гонений?

– Хороший вопрос, – усмехнулся Джей. – Тому есть несколько объяснений. Первое. Силой Книги судеб мог управлять лишь один маг – избранный Хранителем, и считалось, что во время гонений этот маг был убит. Второе. Сила Книги судеб не настолько велика, как гласят легенды. И последнее – никакой Книги судеб и вовсе нет, это просто легенда. Но как бы то ни было, Пыльные маги решили, что Книга судеб уцелела во время Великого исхода и каким-то образом попала в Лотиан. Они захотели ее найти и обратились за помощью к торговцам на черном рынке. Это обстоятельство встревожило Совет магов. Ксандеру потребовался информатор – торговец, который хорошо знает черный рынок, и в случае, если бы Книга судеб нашлась, ее бы перехватил.

Джей умолк и устремил на Ив долгий взгляд. От этого взгляда ей вдруг стало не по себе. В груди похолодело от дурного предчувствия.

– Интересная история, – выдавила Ив. – Но я все равно не понимаю, при чем тут отец. Он торговал фруктами, зерном и шерстью.

– Если бы он торговал только фруктами, зерном и шерстью, то тогда действительно был бы тут ни при чем. Однако трюмы его кораблей, что плыли на Вольные острова, заполняли бочки с магическим маслом, а вместо зерна и сидра лежали амулеты. Лорд Стаут был самым крупным и влиятельным игроком на черном рынке магических товаров. Он был контрабандистом.

– Ты лжешь!

Ив вскочила с дивана, кровь прилила к щекам. От гнева ладони сжались в кулаки. Джей не отвел взгляд. Он смотрел в глаза Ив с легким сочувствием и сожалением, слишком искренне и открыто для лжи.

– Мне незачем тебе лгать, Ив, – тихо проговорил он. – Я рассказываю тебе то, что обещал – правду, которую ты хотела узнать. Сама подумай, откуда твой отец брал деньги на покупку новых кораблей, в то время, когда на его землях был неурожай? Да и зачем вообще ему потребовались собственные корабли? Многие лорды их нанимают. Ответ прост – твой отец поставлял жителям Вольных островов магические товары. Они изгнали магов, но полностью отказаться от магии так и не смогли, поэтому с охотой пользовались услугами черного рынка, за которые щедро платили.

– Нет, – Ив затрясла головой. – Все это ошибка. Отец был честным и хорошим человеком. Он не стал бы нарушать законы Короны, чтобы обогатиться.

Ив понимала, как наивно звучат ее слова, как жалки оправдания, но принять все сказанное Джеем означало признать, что она совсем не знала отца.

Джей будто услышал ее мысли и кивнул.

– Порой нам кажется, что мы знаем о близких все, но зачастую это не так. Ты знала лорда Стаута как отца, и, без сомнения, он был честным и хорошим человеком. Но ты не знала его как торговца, а это совсем другой человек. Не думаю, что на самом деле им двигала корысть. Скорее всего, он верил, что таким способом помогает Пыльным магам и заботится о благополучии своих детей.

Ив с тихим стоном рухнула обратно на диван. Джей не лгал. В глубине души она знала это еще до его объяснений, а может, знала всегда. Отец был состоятельным человеком, но никогда не выставлял свое богатство напоказ. Это ли не свидетельство того, что он хотел скрыть источники своих доходов?

В руку Ив опустился бокал, и она сделала несколько крупных глотков. Терпкий напиток разлился внутри приятным теплом, и тугой комок в груди перестал так сильно давить.

– Расскажи остальное, – попросила Ив.

– В сущности, я все уже рассказал. Ксандер предложил твоему отцу стать его информатором и докладывать о ходе поисков Книги судеб. Взамен лорд Стаут получал от Короны прощение за незаконные сделки и должность советника.

– Зачем отцу понадобилась эта должность?

– Не ему, – Джей помедлил. – Ксандеру. Видишь ли, он любит все контролировать и хотел, чтобы твой отец находился… скажем так, под присмотром. Должность советника не обременительна и объясняет постоянное присутствие лорда Стаута во дворце.

– Выходит, Ксандер шантажом заставил отца работать на него, превратил в шпиона, а дворец – в тюрьму. Теперь я понимаю, почему отец не спешил звать меня во дворец. Он боялся, что я стану заложницей.

– Не преувеличивай. Никто не держал тут твоего отца силой. Он без помех ездил домой, жил в комфорте и обладал всеми почестями и привилегиями советника. По-моему, это совсем не похоже на тюремные застенки. Ксандер и твой отец заключили сделку, и каждый выполнял ее условия. Никаких угроз и шантажа. Все действовали добровольно.

Ив покачала головой.

– Добровольно, пока это устраивало Ксандера. У отца ведь не было выбора, так?

Джей промолчал, но ответ и не требовался.

Ив прикрыла глаза. Кусочек за кусочком картина складывалась в голове, но мысли все равно путались и разбегались. Сколько всего надо понять и принять. Она получила желаемые ответы, но заканчивался ли на них список вопросов? Размышляя, Ив допила остатки вина. В камине потрескивал огонь, в окна стучал дождь.

– А что с Книгой судеб? – спросила она. – Ее нашли?

– Нет. За три года поиски не увенчались успехом. Возможно, Книга судеб была лишь уловкой со стороны Пыльных магов. Возможно, они ошибались и ее не существует. Возможно… да много чего возможно, но все это теперь дело Совета магов, – Джей развел руками. – Я рассказал тебе все, что знал, Ив. А сейчас прости, но мне и правда надо вернуться к гостям. Если хочешь, присоединяйся – узнаем, чем закончилась партия принца.

Джей направился к выходу. Ив встала, поставила пустой бокал на каминную полку и поглядела в темное окно. За стенами лил дождь, в отблесках огня на стекле сверкали тонкие струйки воды.

– Ты знал, что у отца в Нижнем городе есть дом? – внезапно спросила Ив.

Джей остановился, не дойдя до двери, и обернулся. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство.

– Я была там сегодня, – продолжила Ив. – Во всех комнатах беспорядок, все перевернуто, словно там что-то искали. Я подумала, может, ты…

Ив умолкла, не зная, как правильно закончить фразу.

– Может, я что? – переспросил Джей. – Все там перевернул?

– Нет, – Ив слегка качнула головой, не смея признать, что допускала и такую мысль. – Я хотела сказать, может, ты что-нибудь знаешь об этом?

– Ах, Ив! Когда ты лжешь, то на миг отводишь взгляд в сторону, вот как сейчас. Учти это. А что касается дома твоего отца, то поверь, если бы я решил обыскать чей-нибудь дом, то сделал бы это тихо и незаметно. Мне ничего не известно ни о доме, ни о том, что там произошло.

– Джей, если у отца были враги, то я должна об этом узнать.

– Справедливо, – согласился он. – Только почему ты решила, что у него были враги? В дом могли залезть воришки, что для Нижнего города совсем неудивительно.

– Я не думаю, что там были воры. Какой вор оставит столовое серебро и разобьет дорогие часы? В доме что-то искали, и я хочу понять: кто, что и зачем?

Джей несколько секунд стоял неподвижно, взвешивая и оценивая слова Ив. Затем шумно выдохнул, вернулся в комнату и присел на край стола.

– Любопытно, – обронил он. – Однако я могу сказать тебе только одно: у твоего отца было больше секретов, чем знал я.

– Из-за этих секретов его и убили?

Джей вскинул голову, его глаза полыхнули огнем.

– Как же ты неосторожна, Мышка! – с укором воскликнул он. – Во дворце о подобных вещах даже думать нельзя, не то, что произносить вслух!

– Значит, ты тоже считаешь, что его убили?

– Я ничего не считаю, поскольку у меня нет на то доказательств. Но разбрасываться такими обвинениями налево и направо, не зная, где оно угодит в цель, крайне беспечно и неосмотрительно с твоей стороны.

Джей был прав. Ив не знала, кому может доверять. Но никому не верить тоже не могла.

– Помоги мне, Джей, – попросила она. – Помоги узнать, что скрывал отец. Одна я не разберусь, а, кроме тебя, мне не к кому обратиться – друзей в столице у меня нет. Ты же хорошо знаешь и столичную, и придворную жизнь, знаешь людей. Прошу, помоги разобраться.

– Ты ведь не успокоишься, пока все не выяснишь, так?

Ив не ответила, но упрямо сжатые губы и твердый взгляд сказали все сами за себя.

– Я опасался чего-то подобного, – глухо пробормотал Джей.

С тяжелым вздохом он встал со стола, плеснул в бокал вино и замер с графином в руке. Ив ждала. Ждала. И ждала.

Наконец Джей поставил графин, бросил на Ив косой взгляд. В его глазах сверкали озорные огоньки.

– Надеюсь, завтра ты ничем не занята? Если нет, то я жду приглашения в дом твоего отца.

Ив шумно выдохнула, поняв, что, ожидая ответа, перестала дышать.

– Завтра я совершенно свободна. И, разумеется, ты приглашен.

За окном полыхнула молния, вдалеке прокатился гром.

Глава 8. Тайны и сны

Ив окинула взглядом переполненный двор. Несмотря на раннее время, экипажи вереницей выстраивались вдоль подъездной дороги. Одни – с гербами и вензелями – увозили гостей после праздника домой, другие – черные и скромные, явно наемные – забирали наряженные пары на прогулку в город. После ночной грозы в воздухе еще висел влажный запах дождя, но чистое весеннее небо обещало, что день будет ясным и теплым.

Джей ждал возле экипажа с королевским гербом. Он общался с кучером и кивками отвечал на приветствия проходивших мимо людей. Увидев Ив, он не обошелся кивком и отвесил элегантный поклон.

– Леди Стаут, – бархатисто промурлыкал он, – какая приятная встреча. Отличное утро для прогулки, вы не находите?

Лукавые глаза Джея смеялись. Он вел себя так, словно они и не договаривались здесь вчера встретиться, и наслаждался устроенным представлением. Ив решила ему подыграть.

– Утро и в самом деле отличное, – улыбнулась она. – Я как раз еду в город.

– Прелестно! Только вот досада – я забрал последний экипаж. Не составите мне компанию? Я с удовольствием вас подвезу.

– Буду признательна.

– Мой экипаж к вашим услугам, – Джей распахнул дверцу кареты и наклонился к Ив. – Если не хочешь, чтобы вон у тех кумушек разыгралась фантазия на наш счет, то лучше не стоять тут столбом и поскорее уехать.

Краем глаза Ив заметила стайку дам, которые тихо шушукались и бросали в их сторону любопытные взгляды.

– Так в этом все дело? – фыркнула Ив, наконец сообразив, почему Джей так странно себя ведет. – Мне безразлично, кто и что будет думать.

– Это пока безразлично, – возразил Джей и галантно протянул руку.

– Ты ошибаешься. Мне будет безразлично и теперь, и потом.

Ив повернулась к дамам и одарила их дерзкой улыбкой. Те тут же притихли, застыв с раскрытыми ртами. Ив задрала подбородок, приняла поданную ладонь и забралась в карету. Джей, хихикая, запрыгнул следом.

– Неосмотрительно, Ив. Ох, как неосмотрительно. Не стоило привлекать к нам внимание.

– Будто ты не привлекал к нам внимание, раскланиваясь и заигрывая!

– Ив, я мужчина. Для меня естественно заигрывать с дамами. К тому же я придворный повеса и бездельник. Мое поведение никого не удивит. А вот тебе стоило бы проявить больше сдержанности и равнодушия.

– Я не была равнодушна? Пф-ф! Тебе показалось! Мог бы и заранее предупредить меня об этом представлении.

Экипаж тронулся и покатил по аллее.

– Ох, – спохватилась Ив, – я же не сказала, куда надо ехать!

– Не переживай, я сказал.

– Что?.. Но как ты узнал?

– Ох, Ив, – вздохнул Джей. – Ты, вероятно, не обратила внимания на кучера, но именно он вчера отвозил тебя и Микаласа в Нижний город. Я разыскал его в дворцовой конюшне и попросил доставить на то же самое место.

– Ах вот оно что. Весьма… находчиво.

– Угу.

Джей откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Экипаж выехал из ворот и понесся по улицам Верхнего города. Ив смотрела в окно, но взгляд постоянно возвращался к Джею. Он тоже разглядывал ее из-под ресниц – глаза прищурены, уголки губы приподняты в легкой улыбке – точь-в-точь проглотивший птичку довольный кот. Как так получилось, что она доверилась человеку, о котором ничего не знает? Откуда эта уверенность, что она не ошиблась? Откуда убежденность, что вместе они раскроют тайну отца?

– Итак, – нарушил молчание Джей. – Твой отец купил дом в Нижнем городе, оформил его на твое имя и никому ничего не сказал. Есть идеи, почему он так поступил?

– Я думала о том, что он мог встречаться там с женщиной.

– Лорд Стаут? С женщиной? В Нижнем городе? Нет, исключено.

– Да. Потом и я так решила.

– Значит, никаких идей…

Джей задумчиво прикусил губу.

– А как умерла твоя мать? – вдруг спросил он.

– Что? – Ив вытаращила глаза. – Думаешь, это связано как-то с отцом?

– Связано? Нет. Не думаю. Но все же…

Ив несколько секунд смотрела на Джея, пытаясь разгадать ход его мыслей. Потом отвернулась к окну.

– Это был несчастный случай. Она неудачно упала с лошади, когда ехала с отцом через лес. Удар пришелся на голову. Она умерла почти мгновенно, у отца на руках. Когда прибыл лекарь, было уже поздно.

Ив вспомнила печальные глаза отца, какими он смотрел на портрет ее матери. Только сейчас она начала понимать, что чувствовал отец, изо дня в день видя лицо погибшей жены. Тосковал ли он по прошлому? Или винил себя в том, что не сумел ее спасти?

Ив качнула головой, отгоняя грустные мысли.

– Отец тяжело переживал ее смерть и не любил говорить на эту тему, – продолжила она. – Сама я ничего не помню. Когда мать умерла, мне было всего два года. Я даже не уверена, что помню ее. Она как силуэт в тумане – вижу общие черты, но не ее саму. Если бы не портрет в библиотеке, то, наверное, я бы даже не знала, как она выглядит. Хотя порой мне кажется, что я помню ее улыбку, и как она нежно мне что-то поет.

Ив замолчала, мысленно вернувшись в далекое детство. Смутный образ матери распался, так и не обретя четкой формы. В памяти ничего не осталось. Короткие вспышки, отголоски прошлого, которые походили скорее на фантазию, – вот и все.

– Спасибо, что поделилась со мной этим, – тихо сказал Джей.

Его голос звучал искренне, но внезапно Ив поняла, что он спросил о ее матери вовсе не потому, что ничего не знал. Он хотел посмотреть… насколько она будет с ним откровенна? Да, похоже, именно так. Ив снова повернулась к окну – карета уже тряслась по извилистым улицам Нижнего города.

Вскоре экипаж остановился. Джей, нисколько не боясь испачкать светлые штаны, спрыгнул на мокрую мостовую и протянул руку Ив. Она перескочила через бегущий по обочине ручеек и повела Джея в переулок.

В мутных лужах сверкало солнце. Стены домов облеплял серый лишайник, под карнизами темнели сырые потеки, рамы окон шелушились от старой краски. Ив с легкостью отыскала бордовую дверь и открыла замок. Джей сразу отстранил Ив за спину, будто опасался, что кто-то стоит прямо за дверью, и первым шагнул в коридор. Осторожно ступая, он обогнул груду битой посуды и остановился в центре гостиной.

– Вчера тут было все так же?

– Да. Насколько я могу судить.

– Прекрасно.

Джей бегло изучил разбросанные вещи, обошел по периметру комнату. Заглянул под кресла и стол, пошуршал в буфете. Пощупал стены, заглянул в камин.

– Ты права, тут побывали не воры, – заключил он. – Работа грубая, непрофессиональная. Не знаю, кто это был, но, похоже, они что-то искали и при этом сильно спешили.

Он вышел в коридор, осмотрел лестницу, простучал полы. Покрутился в кладовке, выглянул во двор, запер дверь.

– Кирпичная кладка везде старая. С момента постройки ничего не меняли. Я не нашел ни скрытых проходов, ни тайных дверей. Хотя под Нижним городом и нет подземных туннелей. Хм… Мебель тоже старая. Видимо, продавалась вместе с домом. Нет ни тайников, ни рычагов. Идем наверх.

Джей проворно взбежал по ступеням. Ив едва успевала следить за его стремительными движениями и мыслями. В спальне Джей повторил простукивание пола и стен, обыскал мебель, затем вздохнул, сел на кровать и принялся листать валяющиеся на полу книги. Ив шагнула к нему, и под ногой что-то хрустнуло.

– Аккуратней, Мышка, – попросил Джей, поднимая глаза. – Я здесь еще не все осмотрел, ты можешь повредить что-нибудь важное.

– Тут нет ничего важного, – с досадой поморщилась Ив и подобрала книгу, на корешок которой случайно наступила. – И перестань называть меня Мышкой. Я уже не ребенок.

Джей выгнул бровь, и в его глазах заплясали лукавые огоньки.

– Вообще-то я заметил, что ты уже не ребенок. Еще на королевском приеме. Но если ты настаиваешь…

– Я настаиваю. Не называй меня так.

– Хорошо. Так не буду.

Он взял из рук Ив книгу и прочел название:

– «Магия предсказаний». Знаешь, все книги тут так или иначе связаны с магией. Сомневаюсь, что они продавались вместе с домом, значит, их сюда принес твой отец. Либо он увлекался магией, либо… нет, не могу придумать никакого разумного объяснения. Зачем ему понадобилось такое дешевое чтиво, как «Магия предсказаний»? В библиотеке у Ксандера есть выбор получше.

– Сомневаюсь, что он читал эти книги. Джей, а что, если… – Ив на мгновение задумалась. – Что, если отец нашел Книгу судеб и спрятал ее здесь, среди книг?

– Я думал об этом, – признался Джей. – Я перебрал все места, куда можно спрятать Книгу судеб, и дом в Нижнем городе оказался в самом конце списка. Нет, Ив. Твой отец не дурак. Он не оставил бы здесь такой важный артефакт. Слишком ненадежно. Слишком рискованно. К тому же ни одна легенда не описывает Книгу судеб как книгу.

– Тогда что же это такое?

– Никто не знает. В свитках нет ее изображений. Она упоминается просто как Великая Сила и на самом деле может оказаться чем угодно.

– В том числе и книгой?

– Как вариант – да.

Джей замолчал, полистал книгу в руках. Некоторые страницы были надорваны и смяты, где-то смазались чернила. Он захлопнул книгу. Над обложкой взвилась пыль.

– Нет, Ив. Могу с уверенностью заявить, что тут искали не книгу, – он встал и прошелся по комнате. – Судя по тому, что внимание взломщиков привлекали даже мелкие предметы, искали они что-то небольшое. Такое, что уместилось бы в ладони. И, возможно, оно еще здесь, – он повернулся к Ив. – Подумай, где бы твой отец спрятал такую вещь? Может, что-нибудь тебе здесь знакомо?

– Джей, ни один предмет в этом доме мне ни о чем не говорит. Отец редко что прятал. Он даже ящики стола в кабинете не запирал.

– Ив, мне сложно помочь, когда…

Джей резко умолк. Его взгляд обратился к лестнице. Ив тоже замерла и прислушалась. Внизу скрипнули половицы.

– Ты дверь заперла? – прошептал Джей одними губами и, не дожидаясь ответа, бросился к лестнице.

Ив секунду помедлила и кинулась следом. На нижней ступеньке она замерла. Джей стоял у входа в гостиную, а перед ним – вжавшись в дверной косяк, худенькая девочка лет двенадцати в выцветшем коричневом платье. Усыпанное веснушками лицо обрамляли рыжие косы. Девочка, обхватив себя руками, с испугом взирала на Джея.

– Ты кто? – спросил он.

– В-в-велена, – выдавила девочка дрожащим голосом.

– Велена? Это твое имя?

Девочка ответила слабым кивком.

– Хорошо. Тогда ответь нам, Велена: что ты тут делала и как ты вошла?

– Я каждую неделю тут прибираюсь. Вот, у меня есть ключ.

Девочка разжала кулак и показала железный ключ.

– Замок только вчера заменили, – заметила Ив. – Ты не смогла бы его открыть.

Взгляд девочки метнулся к Ив.

– А я и не открывала, госпожа. Дверь сама распахнулась. Я лишь немного толкнула.

Джей вздохнул и покачал головой, и Ив почувствовала его немой укор.

– Итак, ты тут убираешься, – продолжил он свой расспрос. – Кто и когда тебя нанял?

– Почти полгода назад, один важный господин.

– Что за господин?

– Он не назвался. У него были темные волнистые волосы и голубые глаза, – девочка снова посмотрела на Ив. – В точности, как у вас, госпожа. Он был вежлив, хорошо одет и платил за месяц вперед.

– Это был отец, – подтвердила Ив.

– Без сомнения, – согласился Джей. Он указал на беспорядок в гостиной. – Ты знаешь, что здесь произошло?

Девочка округлила глаза и испуганно замотала головой.

– Нет, господин. Я ничего не знаю! Клянусь вам, я тут ни при чем! Я не виновата! Когда я приходила неделю назад, все было как обычно. А теперь… я ничего не знаю…

Подбородок у девочки задрожал. Казалось, она вот-вот заплачет. Джей вздохнул и отвернулся. Ив спустилась с лестницы и подошла к девочке.

– Успокойся, Велена, – сказала она, – тебя никто ни в чем не обвиняет. Но если бы ты вспомнила что-нибудь еще о хозяине дома или о событиях последних недель, то очень бы нам помогла.

– Но я честно ничего не знаю! – с отчаянием воскликнула Велена. – Я видела господина всего один раз. Он нанял меня убирать дом, и больше мы не встречались. Каждый месяц он оставлял мне деньги, а я честно и хорошо выполняла свою работу. Что бы тут ни случилась, я не имею к этому отношения. Мне нельзя потерять работу. У меня братья и младшие сестры, так я хоть немного могу им помочь.

Голос Велены затих. Она шмыгнула носом и уткнулась глазами в пол. Ив поняла, что больше ничего не добьется – новые вопросы лишь сильнее испугают девочку. Она подошла к Джею, который вернулся в гостиную и снова начал рыться в буфете.

– И что мы теперь будем делать? – спросила она.

– Что? По-моему, ответ очевиден. Мы будем пить чай.

Ив моргнула.

– Что?.. Видимо, я ослышалась. Твой голос звучал нечетко. Кажется, ты сказал: мы будем пить чай?

– Ты все услышала верно, – Джей почти полностью скрылся в шкафу, шаря рукой на верхней полке. – Могу поклясться, я видел здесь упаковку отличного абрикосового чая… Ага! – улыбаясь, он выглянул из-за дверцы буфета с бумажным свертком в руке. – Осталось немного, но нам хватит. Да, Ив, мы будем пить чай!

Он шагнул к перевернутому столу и поставил его на ножки. Круглую столешницу из темного дерева покрывали царапины, но сам стол не пострадал. Джей положил на него чай и повернулся к Велене. Та, как и Ив, наблюдала за происходящим со смесью недоумения и любопытства.

– Велена, можно тебя попросить принести немного воды? – обратился он. – А я пока огонь разведу.

Девочка несколько мгновений таращила глаза, потом кивнула и побежала в кладовку за котелком. Джей присел на корточки у камина и стал закидывать в него дрова.

– А ты знала, – заговорил он, – что на Вольных островах чай сушат вместе с абрикосами? Благодаря этому он приобретает сладкий вкус и фруктовый аромат…

– Что ты делаешь? – перебила Ив.

Джей с притворным удивлением поднял глаза.

– Как что? Пытаюсь развести огонь.

– Я не об этом спрашиваю.

Джей хмыкнул и продолжил собирать поленья.

– Ив, когда задача не находит решения, лучше заняться чем-то другим, – он произнес это так, словно объяснял ребенку очевидную истину.

– Значит, ты просто сдашься?

– Если ты это так поняла, значит – да.

Он разжег огонь, поленья быстро схватились и живо запылали в камине. Вскоре с колодца вернулась Велена с полным котелком воды. Джей повесил его над огнем и, пока закипала вода, занялся уборкой комнаты: расставил по местам мебель и принялся искать на полу уцелевшую посуду. Велена подхватила его затею: замела осколки, вытерла стол и убежала мыть найденные чашки. Немного понаблюдав, Ив присоединилась: убрала лишнюю посуду в буфет, а чашки, которые принесла Велена, поставила на поднос и отнесла на стол.

Когда вода закипела, Джей высыпал в котелок заварку, и комнату наполнил душистый аромат абрикосов.

– Чувствуешь? – улыбнулся Джей. – Чай с Вольных островов. Такой подают в чайном салоне дворца.

Он разлил в чашки чай, одну отдал Ив, другую протянул Велене. Девочка взяла напиток робко, словно драгоценность – вероятно, слова о чайном салоне дворца произвели на нее впечатление. Однако сесть в кресло она наотрез отказалась и устроилась на полу у огня. Джей сел в кресло рядом с Ив.

– Как ты собираешься поступить с домом? – спросил он.

– Думаю, оставлю и буду тут жить.

Ив сама удивилась, как легко приняла решение, хотя еще вчера сомневалась. Возможно, причиной тому стал уютный свет очага или чашка горячего чая в руках. А может, ей просто захотелось сохранить последнюю ниточку, связывающую ее с отцом, и надежду узнать его тайну.

– Логично, – кивнул Джей. – Нижний город – подходящее место для дамы, которая любит бродить по темным туннелям и залезать на макушки деревьев.

Ив раскрыла рот, но затем заметила озорные огоньки в глазах Джея, улыбку в уголках губ и засмеялась.

– Ты меня дразнишь!

– Ты заметила? Прости, не удержался.

– Прощаю, если расскажешь, как тебе удалось тогда заметить меня на дереве? Ведь больше никто не увидел.

Джей пожал плечами.

– Не знаю. Наверное, я просто привык все замечать.

Возле очага заерзала Велена. Она допила чай и явно чувствовала себя неловко, сидя в компании господ и слушая их разговоры.

– Ты что-то хотела сказать, Велена? – спросила Ив.

– Я лишь хотела узнать, госпожа, понадобятся ли вам мои услуги? Вы же теперь хозяйка дома?

– Да, я, – подтвердила Ив и нахмурилась. Прежде ей не приходилось заниматься хозяйством – все дела дома вела Нелл, и помощь Велены могла пригодиться. Денег на служанку хватало, да и девочка ей была симпатична. – Знаешь, а я тебя, пожалуй, найму. Приходи через неделю, обсудим. Думаю, за это время я успею привести дом в порядок.

– Так я всем займусь, госпожа! – воскликнула Велена, просияв. – Вот увидите, через пару дней дом будет как новый! Я все уберу. А если позволите, я позову старшего брата. Сепп служит подмастерьем у столяра и все тут починит.

– Что ж, так даже лучше, – согласилась Ив. Она отсчитала задаток и отдала девочке вместе с новым ключом. – Приводи брата, а после договоримся об остальном.

– Вы не пожалеете, госпожа! Сепп – мастер на все руки! Он и полки в кладовке повесит, и дверцу буфета починит, и даже камин… – Велена запнулась.

– Что такое, Велена? – спросила Ив.

– Я хотела сказать камин тоже… но он совсем не дымит.

– Не дымит, – Джей наклонился вперед. – А раньше было иначе?

– Не знаю, – пробормотала Велена. – Важный господин мне сказал… – она виновато сморщила нос. – Да, я видела его еще один раз, кроме того, самого первого. Мы столкнулись в дверях месяца два назад. Он уходил и попросил меня камин не топить, поскольку тот сильно дымит.

Ив с Джеем переглянулись.

– Но раз с камином все хорошо, то и ладно, – продолжила девочка. – Если позволите, госпожа, я лучше займусь комнатой наверху.

– Да, ступай.

Как только Велена скрылась на втором этаже, Джей метнулся к камину и вылил остатки чая в огонь. Угли сердито зашипели, в очаге заклубился дым.

– Когда я предложил выпить чай, – прошептал он, – то прежде всего хотел убедиться в том, что девочка действительно здесь убиралась.

– Ты думаешь, она имеет отношение?..

– Теперь уже нет. Она хорошо ориентируется в доме и, несмотря на беспорядок, знает, где что лежит. А еще я надеялся, что, занявшись привычной работой, она успокоится и вспомнит что-нибудь полезное. И, похоже, нам повезло.

Джей раскидал в стороны угли и заглянул в камин. Какое-то время он изучал кладку, затем нырнул в очаг с головой. Раздалось довольное восклицание. Заскрежетал кирпич, и спустя пару секунд Джей выбрался из камина, смахивая с себя золу и сажу.

– Обычно в каминах ставят рычаг, – произнес он, откашлявшись, – чтобы открывать потайные проходы. Я искал такой и не нашел. А вот о тайнике я не подумал. Кто станет хранить что-то ценное в раскаленной печи? Но просьба твоего отца навела на определенную мысль. Заметить свежий кирпич было непросто – его замазали сажей и очень правдоподобно подогнали под остальные. А внутри него кое-что лежало. То, что так и не нашли.

Джей раскрыл ладонь, и Ив увидела сложенную в несколько раз бумагу. Местами она пожелтела и покрылась бурыми пятнами. Джей ее развернул, и ему на ладонь выпал серебряный ключ. Он был чуть меньше мизинца, тоненький и изящный. Джей покрутил его в руке.

– Судя по размерам, ключ открывает что-то небольшое, но в доме ничего похожего нет, – он отдал ключ Ив. – Он тебе знаком?

– Нет, – ответила Ив. – Впервые вижу. А что в бумаге?

– Сейчас, – Джей расправил лист и прочел: – Аукционный дом братьев Вильдек города Лотар подтверждает оплату и передачу товара владельцу в соответствии с описанием лота номер триста двенадцать. Подписано: Витольд Вильдек и датировано концом второго месяца этого года.

– Это было два месяца назад… Именно тогда отец оставил ключ в тайнике. Думаешь, ключ и есть лот триста двенадцать?

– Сомневаюсь. Сам по себе ключ не имеет никакой ценности. Думаю, он либо является частью товара из лота, либо открывает тайник, в котором этот товар лежит.

– И как нам узнать, что же он отпирает? Отправиться в аукционный дом в Лотаре?

– Нет. Плохая мысль. Долго и бесполезно, – покачал головой Джей. – До Лотара больше десяти дней пути, а там мы лишь выясним, какой был продан товар, но не узнаем, где он теперь. У меня есть идея, как узнать то и другое сразу. Вернее, знаю, кто нам поможет.

– И кто?

– Сновидец.

– Толкователь снов? Я не понимаю.

– Видишь ли, в мире магии сновидец – это больше, чем толкователь снов. Маг с таким даром способен управлять сновидениями и с их помощью показывать события, связанные с каким-либо предметом или человеком. В нашем случае нам помогут этот листок бумаги и ты.

– Я?

– Конечно. Вы с отцом – кровные родственники. Шанс, что магия даст тебе ответ, очень велик. Мы сможем узнать, как твой отец был связан с товаром из лота и где эта вещь теперь. Достаточно задать этой бумаге верные вопросы.

Ив задумалась. Она ничего не знала о магии сновидения, но если был шанс с ее помощью разгадать тайну отца, им нужно было воспользоваться.

– И ты знаешь такого сновидца?

– По счастью, да. Я знаю одну чародейку. Ее зовут Тиена, и она обладает сильным даром сновидца. Надеюсь, она не откажется нам помочь и сможет принять сегодня. Если ты, конечно, согласна?

– Еще спрашиваешь? Конечно согласна. А что делать с ключом?

Джей ненадолго задумался.

– Давай поделим. Документ останется у меня, а ты возьмешь себе ключ.

Ив хотела убрать ключ в кошель, но передумала и сняла с шеи цепочку. Толщина звеньев позволяла пропустить их через отверстие в ключе, что Ив и сделала.

– Хорошая мысль, – одобрил Джей. – Давай помогу.

– Спасибо.

Ив отдала ему цепочку, откинула с шеи волосы и повернулась к нему спиной.

– Красивая работа, – заметил Джей.

Он надел украшение ей на шею, и металл защекотал кожу.

– Да, – согласилась Ив. – Это цепочка моей матери. Раньше я ее не носила – боялась потерять. А теперь по той же причине ношу, не снимая.

– Ты права. Лучше не расставаться с тем, что дорого сердцу.

Щелкнул замок, и цепочка снова обвила шею. Ив спрятала ключ под ворот блузки и поймала взгляд Джея.

– Спасибо тебе, Джей, – сказала она, выражая признательность не только и не столько за помощь с замком.

Джей кивнул, поняв, что она имела в виду.

– Пойдем. Не будем терять время.

Оставив Велену заниматься домом, они вернулись к экипажу. Вскоре карета уже катила по набережной на север города. За бронзовым ограждением сверкала река. По воде скользили лодочки, узкие и проворные, – одни катали людей, другие возили товар. Там, где канал сужался, его пересекали мосты. Гранитные и белокаменные, изогнутые и прямые, с высокими арками и резными поручнями – ни один не повторялся. Река по ходу движения тоже менялась. В одном месте она разливалась так сильно, что напоминала озеро. Но и это пространство город не оставил пустовать. Водную гладь заполняли укрытые навесами плоты, на которых шла бойкая торговля, а между ними, как по улицам, сновали лодки покупателей.

– Это плавучий рынок, – пояснил Джей, заметив, как Ив прильнула к окну. – Тут продается почти все, от пуговиц до морковки. Самые низкие цены и самое большое скопление карманных воришек. Если надумаешь там покататься, то вешай кошель на шею и не убирай с него рук.

Экипаж миновал мост, свернул с набережной и покатил по тихой улочке Верхнего города. С двух сторон тянулись аккуратные домики с ухоженными садами, раскидистые клены отбрасывали на тротуары тени. Дамы в шелковых нарядах прогуливались под кружевными зонтиками. Господа щеголяли в модных костюмах.

Перед трехэтажным особняком из белого камня и кирпича экипаж остановился. Дом окружал высокий кованый забор, увитый плющом, а у ворот дежурил привратник. Узнав Джея, он отвесил поклон и отворил калитку. Дорожка из светлой плитки петляла среди цветущих кустов шиповника и вела в уютный внутренний дворик. У входа на клумбах росли фиалки, а рядом нежно журчал фонтанчик.

Джей указал Ив на скамью возле куста сирени.

– Ты не подождешь меня здесь? – попросил он. – Я узнаю, примет ли нас Тиена. Дело в том, что магия, к которой мы хотим прибегнуть, несколько… незаконна. Будет лучше, если прежде я сам поговорю с Тиеной.

– Незаконна? Но почему?

– Ты слышала о том, что магия должна служить людям? Так вот, закон запрещает следить за людьми с помощью магии. А то, что мы собираемся сделать, в некотором роде является слежкой.

– Но это же мой отец… к тому же он уже мертв.

– Тем хуже. Если бы ты решила следить за своим врагом, это бы послужило оправданием. Но следить за родственником, тем более покойным, который уже не может себя защитить, – незаконно. Подожди меня. Я недолго.

– Ладно. Как скажешь, – кивнула Ив.

Она села на скамью, а Джей постучал в дверь. Спустя мгновение ему отворила служанка и, поклонившись, впустила внутрь. Ив подставила лицо теплым лучам солнца и стала ждать.

– А! Джей!

Голос раздался прямо над головой. Ив подняла глаза и увидела, что на втором этаже открыто окно. Женский грудной голос продолжал говорить:

– Ты ко мне давненько не заходил. Я стала подумывать, что ты меня избегаешь.

– Избегаю? Тебя? – Джей фыркнул. – Тиена, милая, я для этого слишком ленив.

– Ленив, чтобы меня избегать?

– Ленив, чтобы искать причины, по которым я должен тебя избегать.

– Ты неисправим.

– Увы.

– И безнадежен.

– Дважды увы.

– И невозможен.

– А вот с этим я бы поспорил. Раз я стою перед тобой, значит подвергать сомнению мое существование в корне неверно. Кстати, почему я стою?

– Острословишь? Ладно, притворюсь, что поверила. Садись. Ты, между прочим, мне снился.

Джей насмешливо фыркнул, и чародейка возмущенно воскликнула:

– Это совсем не то, о чем ты подумал! Я говорю про один из моих особенных снов.

– И?

– И мне снилось, что тебе грозит опасность.

Повисло молчание.

– Какая опасность? – голос Джея стал серьезным.

– Не знаю какая. Не путай, пожалуйста, сновидение с ясновидением. Знаю только, что опасность. Сны о будущем всегда расплывчаты и туманны. Особенно, если они касаются тебя. Но считай, я предупредила. Будь осторожен.

– Я всегда осторожен, Тиена.

Снова воцарилось молчание. Затем что-то скрипнуло, зашуршало, и чародейка вновь заговорила:

– Ладно. Знаю, ты пришел не ради моих красивых глаз и тем более не для пустой болтовни. Говори, что тебя привело.

– Как пожелаешь. Одной моей знакомой требуется твоя помощь…

– Вот как? Знакомой? И с каких пор ты помогаешь девицам в беде? Полагаю, она юна и красива?

– Тиена, это не имеет отношения к делу…

– Значит, юна и красива.

– И потом, разве не должен каждый благородный человек помогать всякому, кто оказался в беде?

– Благородный? – Тиена разразилась смехом. – Возможно, благородный и должен. Впрочем, какая мне разница… – скрипнул отодвигаемый стул. – Пойдем. Расскажешь, что от меня требуется.

По затихающим голосам Ив поняла, что они перешли в другую комнату, откуда разговор был не слышен. В весеннем воздухе переливчато пели птицы, журчала вода. Над фиалками кружили шмели. Ив встала и подошла к фонтану, выполненному в виде раскрытой лилии. Солнечные блики искрились в струях воды, а на дне чаши… Ив ахнула от удивления – на дне плавали пестрые рыбки. Ив перегнулась через край чаши, чтобы лучше их рассмотреть. Рыбки танцевали в потоках воды. Золотые хвосты колыхались, как длинные платья модниц, чешуя переливалась всеми цветами: от серебристо-белого до темно-синего. Ив протянула к ним руку, и за спиной раздался тихий смех.

– Осторожнее, Ив, не свались! Будет обидно, если ты промокнешь из-за иллюзий.

Ив повернулась к Джею, который стоял на крыльце.

– Из-за иллюзий? Хочешь сказать…

– Вот именно, в фонтане нет ничего. Маги любят пустить пыль в глаза, – он махнул рукой. – Пойдем, Тиена согласилась помочь.

Ив бросила раздосадованный взгляд на фонтан, отряхнула руки и зашагала за Джеем в дом. Они поднялись на второй этаж, миновали зал с мягкими диванами и миниатюрными деревцами в горшках и оказались в личных покоях чародейки.

Тиена сидела в кресле у окна. У нее были мягкие черты лица, смуглая кожа и выразительные, как у лани, ореховые глаза. Точеную фигуру облегало узкое фиолетовое платье с золотым шитьем. Шею прикрывал воротник, но руки оставались открытыми. На запястье сверкал рубиновый браслет. Черные гладкие волосы доходили до подбородка, придавая округлость овальному лицу. Выглядела чародейка лет на двадцать пять, но что-то в ее взгляде говорило, что она старше, чем кажется. Маги не умели продлевать свою жизнь, но могли долго сохранять молодость, чем некоторые и пользовались.

Когда они вошли, Тиена с кошачьей грацией поднялась с кресла и направилась им навстречу. В ее ушах покачивались золотые сережки в виде спиралей.

– Что ж, понимаю, откуда в тебе столько рвения, Джей, – сказала она, окидывая его пытливым взглядом.

Джей сделал вид, что ничего не заметил. Подошел к шкафу и принялся с интересом разглядывать книжные полки.

– Ты объяснил, в чем заключается сеанс сновидения? – вновь обратилась к нему Тиена.

– Предпочитаю доверять это профессионалам, – отозвался Джей, продолжая рассматривать книги.

– Это правильно, – одобрила чародейка, явно польщенная его словами.

Она приблизилась к Ив и взмахнула руками над ее головой. Ив ощутила, как загудело в ушах, закололо виски, но все сразу прошло, стоило чародейке опустить руки.

– Хорошо, – кивнула Тиена сама себе и пояснила: – Я проверяла наличие постороннего магического воздействия. К счастью, его на тебе нет, и нам ничто не помешает провести сеанс. Джей сказал, ты хочешь найти вещь, купленную на аукционе твоим отцом, верно?

По тому, как кратко чародейка описала цель их визита, Ив поняла, что Джей сообщил ей минимум информации, не раскрывая подробностей и, вероятно, не называя имен.

– Да, все верно, – подтвердила Ив, решив более ничего не добавлять.

– В таком случае сразу предупрежу, что магия сновидения не дает точных ответов. Она может лишь отыскать в событиях прошлого подсказку о том, что тебя интересует. Для этого я погружу тебя в сон и направлю его на события, связанные с искомым предметом и твоим отцом. Обычно такие сны дают желаемый результат. Это очень сильная магия.

Сбоку всколыхнулась портьера, и в комнату вошла девушка с подносом в руках. На подносе стояли фарфоровый чайник, кружка и коробочка с травами и порошками. Девушка поставила все на стол в центре комнаты, и Тиена махнула рукой.

– Спасибо, Офелия. Я все подготовлю сама, ты можешь идти.

Девушка молча поклонилась и вышла. Тиена подошла к столу, насыпала в чашку разных порошков и залила кипятком. Вода сразу окрасилась в зеленый цвет.

– Прошу, располагайся.

Тиена указала на атласную кушетку возле стены, и Ив туда села.

– Прежде чем мы начнем, – помешивая напиток, продолжила чародейка, – я хочу тебя кое о чем предупредить. Сны, созданные магией, очень правдоподобны, поэтому нельзя ни на секунду забывать, что все, что ты видишь, – лишь сон. Случалось, люди путали сон с реальностью и так глубоко в него погружались, что больше не просыпались. На моей практике такого не происходило. Но если я вдруг почувствую опасность и прикажу тебе проснуться, ты должна немедленно прекратить следовать за сном и открыть глаза. Все понятно?

– Да, понятно.

– Вот и отлично. Не волнуйся. Я все время буду контролировать течение твоего сна.

– Значит, ты будешь видеть то же, что я? – забеспокоилась Ив. Пускать в личную жизнь отца постороннего человека ей совсем не хотелось.

Тиена хитро прищурилась.

– А тебе есть что скрывать?

– Всем есть что скрывать, Тиена, – вмешался Джей. Похоже, он внимательно следил не только за книжными полками, но и за разговором.

Тиена бросила на Джея лукавый взгляд и улыбнулась.

– С этим не поспоришь, – согласилась она и вновь посмотрела на Ив. – Нет, я не буду видеть твой сон. Он принадлежит только тебе, и после пробуждения ты его не забудешь. В этом главное преимущество магии сновидения.

Чародейка протянула Ив чашку с напитком.

– Выпей. Настойка поможет тебе погрузиться в нужную фазу сна, – Тиена повернулась к Джею. – Дай мне бумагу, которую ты показывал. Мне надо настроиться на сеанс.

Джей отдал ей документ. Тиена села на стул у кушетки, втянула воздух и закрыла глаза. Ее пальцы медленно заскользили по листу, будто пытались прочесть невидимый глазу текст. Ив с любопытством наблюдала за действиями чародейки и небольшими глотками пила магическую настойку. Напиток оставлял во рту пряный вкус трав и легкую сладость.

– Документ защищала магия, – сообщила Тиена, не открывая глаз. – Ты знал?

Джей покачал головой:

– Нет. Это создаст какие-то проблемы?

– Нет. Защита была не сильной и более не действует. Но пару дней назад обнаружить этот документ с помощью магии было бы невозможно. Просто хотела, чтобы ты это знал, – Тиена открыла глаза и посмотрела на Ив. – И ты тоже.

– Спасибо, – ответили Джей и Ив одновременно.

– Если ты все выпила, – снова обратилась Тиена к Ив, – то мы можем начать. Ложись.

Ив проглотила последние капли напитка и вытянулась на кушетке. Пальцы чародейки коснулись ее висков.

– Сейчас у тебя немного закружится голова и захочется спать. Не сопротивляйся, – предупредила Тиена.

От затылка вдоль позвоночника разлилось тепло, и Ив ощутила приятную легкость. Казалось, она поднялась над кушеткой и парит в воздухе. Пьянящее головокружение лишь усиливало это чувство.

– Закрой глаза и сосредоточься на том, что ты хочешь узнать, – голос Тиены доносился словно издалека.

Ив закрыла глаза и… сразу открыла. Покои чародейки исчезли. Стояла ночь, и хлестал ледяной ветер. Голые ветви деревьев клонились вслед за порывами. Вдали мигали огни фонарей, в небе светила луна. По размокшей дороге, завернувшись в длинный плащ, ехал одинокий путник на коне. Под копытами чавкала грязь, колеи заполняла вода. Возле хлипкого деревянного сарая путник остановился, слез с коня и вошел внутрь.

Влекомая предчувствием, Ив последовала за ним.

Сарай оказался заброшенной конюшней. Вдоль прохода тянулись загоны для лошадей. Доски прогнили, а кое-где их не было вовсе. На полу валялась сгнившая солома. Пахло сеном, сыростью и навозом. Путник зажег висящую у входа лампу и скинул с головы капюшон.

– Отец!

Ив протянула к нему руки. Ей хотелось его обнять, прижаться к крепкой груди, но отец ее не слышал и не замечал. «Я – бессловесный призрак», – с сожалением осознала Ив. В мире снов она могла лишь слушать и наблюдать.

Лорд Стаут прошел в глубь конюшни и замер. Из последнего загона ему навстречу шагнула тень – черный плащ опускался до пят, голову скрывал капюшон.

– Она у тебя? – спросил отец.

– Да. Она здесь, – женский голос звучал уверенно и спокойно. – Она действительно хранилась в аукционном доме.

– Что теперь?

– Наш уговор в силе. Шкатулку спрячь в одинокой башне, а ключ оставь у себя, – женщина сделала предостерегающий жест. – Но даже мне не говори, где ты его спрячешь. Так будет надежнее.

Она извлекла из-под плаща небольшой сверток и протянула отцу. Руку обтягивала черная перчатка.

– Все скоро закончится, Эдмунд. Ждать осталось недолго.

Лорд Стаут взял сверток.

Видение задрожало и растаяло, как туман. Теперь Ив находилась не в конюшне, а в богато обставленном кабинете. Строгие каменные стены, комод из темного дуба, на столе – груда бумаг, в камине – огонь. Отец сидел в кресле, за столом напротив него – седовласый старик.

– Мне дорога эта вещь, – сказал отец, разворачивая сверток. – Поэтому прошу, сохрани ее для меня. Знаю, у тебя она будет в безопасности.

Ткань соскользнула, и в руках отца осталась деревянная шкатулка. Он поставил ее на кипу бумаг.

– Эх-хе-хе, в этом ты прав, Эдмунд. Охраны у меня, как в темнице, провались она в пекло, – старик скривил губы в мрачной усмешке и взял шкатулку. – Но раз ты просишь, спрячу я твою безделицу.

Он встал из-за стола, подошел к камину и сунул руку в огонь. Пламя лизало его ладонь, но не причиняло вреда. Полыхнула вспышка, и шкатулка бесследно исчезла из рук старика.

Ив пораженно ахнула, но видение вновь задрожало и распалось. Теперь она была в Нижнем городе, в гостиной своего нового дома. Комната была опрятно убрана, и отец в глубокой задумчивости мерил ее шагами.

– Почему ты мне его отдала? – пробормотал он. – Потому что мне доверяешь? Или оттого, что не доверяешь себе?

Отец остановился перед камином и поглядел в мертвый очаг. Затем достал из кармана ключ и завернул его в бумагу.

– Что ж, пусть будет так.

Внезапно Ив ослепил яркий свет. От неожиданности она закрыла глаза, а в следующий миг, когда их открыла, оказалась в огромном зале. Уходящий ввысь потолок подпирали ветвистые колонны, похожие на морские кораллы. Стены и пол из жемчужного стекла переливались всеми цветами радуги и мягко светились.

«Куда я попала? Где отец?» – мысли метались и не находили ответа.

Место было ни на что не похоже. Диковинное, невероятное, чуждое.

В нерешительности Ив шагнула вперед, и зал ожил. Вдоль стен появились фигуры: люди в длинных светлых мантиях и капюшонах на головах. Они возникали прямо из воздуха и двигались в центр зала, где вставали перед круглой дырой в полу. Хотя нет. Это была не дыра, а спираль из ступеней, которая ввинчивалась в глубокий колодец.

Ив не понимала смысла видения, но откуда-то знала, что надо идти вперед. Она приблизилась к лестнице и встала на первую ступень. И в тот же миг по залу прокатился шелест голосов. Язык их казался неведомым и древним, но в то же время знакомым. В напевах голосов слышались шум ветра и плеск воды, шорох листьев и шуршание песка. Шепот завораживал и манил. Обещал открыть мудрость многих веков и поколений. Звал за собой, и Ив откликнулась на его зов.

Где-то вдалеке звучал еще один голос. Он требовал вернуться. Или, быть может, проснуться? Но этот призыв не имел смысла, поэтому Ив продолжила спускаться. Там внизу кто-то ждал, и надо было идти дальше.

С каждым шагом свет становился тусклее, а шепот заполнял собой все вокруг. Ив встала на очередную ступень, и сердце ухнуло вниз: под ногой была пустота! Ив взмахнула руками, стараясь сохранить равновесие, но было уже поздно: она стремительно неслась навстречу непроглядной тьме.

Глава 9. Выводы

Была тьма и бесконечное падение. Она скользила сквозь то, что не имело пределов. Тьма обещала вечный покой и забвение. Стоит лишь захотеть в ней раствориться, и больше ничто не будет иметь значения. Вечность и пустота. Разве нужно что-то еще? Как же легко согласиться…

Где-то вдалеке продолжал звать настойчивый голос. Он гудел, как комариный писк, не давая наслаждаться полетом, и не вызывал ничего, кроме раздражения. Она попыталась от него отмахнуться, но он не отставал. Голос требовал вспомнить, кто она такая, и вернуться. Открыть глаза и проснуться. Вспомнить, кто она такая? Где-то на границе сознания возникло слово, которое когда-то имело значение, но не сейчас. Сейчас оно напоминало далекое завывание ветра и больше ничего. И-и-ив. Так оно звучало…

Ив распахнула глаза и увидела перед собой смуглое лицо, очерченное темным кругом волос, и выразительные оленьи глаза. Тиена. А следом хлынул поток воспоминаний: визит в дом чародейки, магический сеанс и сны, в которых был отец. Отец! Вот ради кого она здесь! Ив подскочила на кушетке, но от резкого движения потемнело в глазах, и, лишившись сил, она рухнула обратно на подушку.

– Не двигайся, – приказала Тиена. – Выпей это и тебе станет лучше.

Губ коснулась чашка, и в рот потекла горькая жидкость. Ив несколько раз глотнула, но задохнулась от горечи, закашлялась и отвела рукой чашку в сторону.

– Спасибо, мне уже лучше.

Она снова открыла глаза. Рядом на кушетке сидела Тиена, а у нее за спиной стоял Джей. Он обхватывал себя руками, словно удерживал от чего-то. Губы были плотно сжаты, лицо заливала бледность. Он переживал? Из-за нее? Почему? Что случилось?

Ив приподнялась, и на этот раз ей удалось сесть. Тело было ватным, в голове стоял туман. Она откинулась на спинку кушетки и огляделась. Из окна по-прежнему струился дневной свет, но казалось, что миновало много часов, если не дней.

– Сколько я спала?

– Примерно полчаса, – ответила Тиена.

Она взяла Ив за запястье и некоторое время молчала. Затем удовлетворенно кивнула.

– Да, теперь лучше. Ты нас ужасно напугала, – добавила она с упреком, хотя в глазах читалось облегчение. – Еще немного и сон бы тебя поглотил.

– Что случилось, Тиена? Что пошло не так? – голос Джея звучал жестко и требовательно.

– Не знаю, – Тиена выглядела растерянной. – Сначала все шло хорошо. Я направляла сон на события из прошлого, но затем произошел скачок в иное место, не связанное с тем, что мы искали. Во всяком случае, я не видела связи. Новое видение оказалось слишком сильным, и мне пришлось прервать сеанс, чтобы сон не затянул ее глубже, – она помолчала, разглядывая чашку в руках. – Это походило на вмешательство.

– Чье вмешательство? Откуда?

– Ничье и ниоткуда, – отрезала Тиена, сердито качнув головой. – За кого ты меня принимаешь? Во время сеанса я постоянно поддерживала защиту от внешних вторжений и заклятий. Я говорю не про внешнее вмешательство. Это было что-то внутреннее. Похоже на воздействие воспоминания.

– Воспоминания? – удивилась Ив. – Но все, что происходило во сне, я видела впервые. Как это может быть воспоминанием?

– Понимаю, это прозвучит странно, но ты могла увидеть свое будущее воспоминание. Иногда такое случается. Во снах грань между прошлым и будущим очень тонка, а порой ее и вовсе нет. Вот почему мир сновидений так изменчив и неустойчив.

Тиена с любопытством поглядела на Ив.

– Надеюсь, ты нашла ответы на свои вопросы? Что ты видела?

– Сложно объяснить. Все так необычно…

Ив запнулась, заметив, как за спиной Тиены Джей осторожно качает головой. Просит ее промолчать? Не доверяет чародейке? Ив потерла лоб, чтобы выдать замешательство за растерянность.

– Даже не знаю, – пробормотала она. – В голове все путается. Никак не получается собраться с мыслями.

Джей кивнул с одобрением. Тиена тоже понимающе закивала.

– Ничего страшного. Сон прояснится, как только магическое воздействие окончательно пройдет. Во всяком случае, я сделала все, что могла, – Тиена встала с кушетки и поставила чашку на стол. – Что ж, раз все обошлось, то, с вашего позволения, я вас покину. Сегодня мне предстоит еще один сложный сеанс. Я должна перед ним отдохнуть.

– Конечно. Не смеем тебя задерживать, Тиена, – ответил Джей. – И спасибо за помощь.

– Не стоит благодарности, – отмахнулась чародейка и направила палец на Джея. – А ты помни про мое предупреждение. Это не шутки.

– Я помню, Тиена. Помню.

Чародейка покачала головой и удалилась за портьеру. Джей протянул руку Ив.

– Как ты себя чувствуешь? Встать можешь?

– Что за вопросы! – уязвленно фыркнула Ив. Меньше всего ей хотелось выглядеть беспомощной и слабой. – Конечно могу.

Она встала с кушетки, и комната закружилась перед глазами. Ноги подкосились, и Ив вцепилась в руки Джея, который вовремя успел ее подхватить.

– Да, можешь, – вздохнул он. – Но явно не сейчас.

– Нет. Я в порядке, – смущенно пробормотала Ив и на этот раз не сильно покривила душой. Секундное головокружение прошло: стены перестали раскачиваться, а пол танцевать. Однако слабость осталась, и голову заполнял свинцовый туман. – Мне уже лучше.

Джей внимательно посмотрел Ив в лицо и покачал головой.

– Нет, так дело не пойдет. К счастью, я кое-что придумал.

Убедившись, что Ив твердо стоит на ногах, он ее отпустил и подставил локоть.

– Держись. Придется немного пройтись.

Они покинули дом чародейки и зашагали вверх по аллее. Солнце сместилось на запад, тени деревьев вытянулись и удлинились. Время давно перевалило за полдень. От свежего воздуха в голове немного прояснилось, но каждый шаг давался с трудом: ноги еле слушались и казались чужими. Ив с благодарностью сжимала локоть Джея – все-таки приятно, когда есть на кого опереться, – и не отставала.

– Куда мы идем? – спросила она.

– Тут недалеко, – ответил Джей. – Тебе надо восстановить силы, и я знаю отличный способ, как это сделать.

Больше он ничего не сказал, а у Ив не нашлось сил еще о чем-то спросить. Они свернули с аллеи в переулок и оказались перед каменным двухэтажным зданием с витражными окнами. Стекла из разноцветных ромбиков лепились друг к другу и сияли как самоцветы. Над входом покачивались фонари из того же стекла, а бронзовая вывеска гласила: «Таверна «Охотничий дворик».

Джей толкнул обитую металлом дверь и пропустил Ив вперед. После солнечного света полумрак помещения почти ослеплял. Ив замерла у порога, чтобы привыкнуть к освещению. Ажурные деревянные перегородки из тонких реек делили зал на уютные кабинки, напоминавшие беседки. В каждой кабинке висел фонарь из цветного стекла, и по его свету можно было понять, какой из столов занят. Сейчас горели лишь три фонаря.

Джей прошел в глубину зала и настойчиво постучал по деревянной стойке.

– Эй, старый медведь! Ты где? Выходи! – позвал он.

Из двери за углом выглянул высокий мужчина с косматой бородой и темной копной волос, побеленной у висков сединой. Он вытер огромные ручищи о фартук на поясе и вышел из-за стойки. При виде Джея суровое лицо мужчины осветила улыбка, придав его грубой внешности неожиданно приветливый вид.

– А! Мальчик мой! – пробасил он и добродушно похлопал Джея по плечу. – Рад тебя видеть! Рад! Помнится, в прошлый раз мы славно с тобой посидели, – он довольно хохотнул, и его взгляд упал на Ив. – А! Вижу, ты не один.

– Да, Рейнар. И нам необходим твой кулинарный талант, – Джей повернулся к Ив и театральным шепотом прибавил: – Мэтр Рейнар Бонем готовит лучших перепелок в столице. Я бы даже сказал, лучших во всем королевстве.

– Ну что за болтун! – польщено рассмеялся мэтр Бонем. – Не слушайте его, миледи. Он выдумщик, каких свет не видывал. Но для вас я постараюсь изо всех сил. Услужу, как говорится, чем смогу.

– Спасибо за гостеприимство, Рейнар.

– Так что же вы стоите! – спохватился мэтр Бонем и живо замахал руками. – Проходите же! Проходите! Прошу на террасу. Там вас никто не побеспокоит. Я так понимаю, вам подать похлебку из перепелок?

– Ты понял все верно. А еще принеси нам то великолепное вино, которым ты угощал меня последний раз, если оно, конечно, осталось.

– А как же! – хозяин причмокнул языком. – Через минуту подам все в лучшем виде.

Мэтр Бонем поспешил скрыться за дверью, а Джей повел Ив к лестнице. Проход был узким, Ив поднималась первой, но чувствовала, что Джей готов подхватить ее при малейшем неверном движении. На втором этаже они свернули из коридора в приоткрытую дверь и оказались на уединенной террасе. Как и все внизу она напоминала беседку. Стены из деревянных реек оплетал плющ, а сквозь резные окошки открывался вид на вишневый сад. Деревья стояли в цвету, ветки от ветра осыпались белыми лепестками. Накрытый белоснежной скатертью стол располагался прямо под окном.

Ив добрела до ближайшей скамьи и без сил рухнула на груду бархатных подушек. Джей занял место напротив. Мэтр Бонем, как и обещал, появился минуту спустя с бутылкой вина и в сопровождении двух слуг. Угощение не ограничилось двумя мисками с горячей похлебкой. Слуги принесли свежие лепешки с сыром, гусиный паштет со сливочным маслом и огромное блюдо с мясом и запеченными овощами. Хозяин сам откупорил бутылку вина и разлил по бокалам.

Ив и не подозревала, как была голодна, пока ароматы еды не заполнили всю террасу. Как только мэтр Бонем со слугами удалился, Ив тут же набросилась на похлебку. Та оказалась сытной, наваристой и удивительно вкусной. От похлебки она перешла к лепешкам и паштету, затем – к мясу и овощам. Закончила Ив трапезу бархатистым вином с привкусом земляники. Уже давно она не ела с таким удовольствием!

Когда бокал опустел, Ив с блаженством откинулась на подушки и поймала на себе веселый взгляд Джея. Он съел свою порцию похлебки и теперь потягивал вино. Ив вдруг смутилась своего нескромного аппетита. Накинулась на еду точно дикарка и проглотила все без остатка. Нелл бы пришла в ужас от ее манер! Однако Джей улыбался…

– Почему ты смеешься? – покраснела Ив.

– Приятно снова увидеть прелестный румянец у тебя на щеках.

Только теперь Ив заметила, что туман из головы окончательно выветрился, а слабость сменилась приятной истомой, вызванной скорее сытостью, чем магическим истощением.

– Мне действительно уже лучше, – призналась Ив.

– Вот сейчас я тебе верю. Ничто так не восстанавливает силы, как сытный обед.

Их разговор прервал слуга, который принес десерт: выпечку из хрустящего слоеного теста и яблоки в карамели.

– Ты хочешь, чтобы я съела и это? – простонала Ив.

– А ты попробуй, – Джей закинул в рот пирожок и с наслаждением закрыл глаза. – М-м-м… Невероятно! Бесподобно!

– Вот как? Ну ладно!

Ив не могла и подумать, что в нее влезет хоть что-то еще, но спустя минуту от десерта не осталось следа. Джей заново наполнил бокалы вином.

– Больше я не проглочу ни кусочка, – заявила Ив. – Хотя все было удивительно вкусно.

– Я знал, что тебе понравится, – промурлыкал Джей.

Ветер за окном колыхал махровый ковер из цветущих крон, над которыми поднимались крыши особняков.

– А тут уютно, – заметила Ив. – Хозяин твой друг?

– Рейнар? Угу. Можно сказать и так. Мы знакомы очень давно. Так давно, что лучше об этом не вспоминать.

Ив поняла, что Джей не хочет обсуждать эту тему, и заговорила о другом:

– А почему ты не дал мне рассказать Тиене про сон? Ты ей не доверяешь?

– Как профессионалу, я ей, безусловно, доверяю. Но, видишь ли, дело в том, что Тиена входит в Совет магов и безоговорочно предана Ксандеру. Я не мог гарантировать, что все сказанное тобой останется в тайне. К тому же нам не известно, кто еще охотится за секретами твоего отца и с какой целью, – Джей глотнул вина и посмотрел на Ив поверх бокала. – Или тебе удалось что-то узнать во время сеанса? Расскажешь?

Ив постаралась вспомнить все, что видела во сне. Видения-вспышки запечатлелись в памяти очень отчетливо, но что же в итоге они открыли?

– Честно говоря, я узнала не так и много.

Ив рассказала обо всех видениях, стараясь не упускать деталей, в том числе поведала и о светящемся зале с колоннами.

– Теперь я знаю, – закончила Ив, – что ключ открывает шкатулку. Возможно, она и есть аукционный лот. Или лот хранится внутри. Но я не знаю, кем была та таинственная женщина в капюшоне, с которой встречался отец, и кто тот седовласый маг, в чьих руках исчезла шкатулка. И тем более я не знаю, что такое одинокая башня и где ее искать. Последнее видение мне и вовсе кажется странной фантазией или каким-то вымыслом.

Ив умолкла и посмотрела на Джея. Он задумчиво болтал в бокале вино, заставляя его вспыхивать россыпью рубиновых искр. Во время рассказа он то хмурил брови, то кивал, из чего Ив сделала вывод, что он понял гораздо больше нее.

– Ты что-то знаешь, так ведь?

– Еще бы, – ответил Джей и продолжил крутить бокал.

Ив нетерпеливо заерзала на подушках.

– И? Может, поделишься?

Джей выдержал паузу, явно наслаждаясь моментом. Затем заговорил:

– Ну, для начала старец из твоего сна вовсе не маг. Это лорд Арвин Льютерс, владелец замка Ангус в Озерном крае. Магия, которой он воспользовался, всего лишь разновидность охранных заклятий. Лорды часто заказывают у магов подобные иллюзии-тайники и прячут в них свои ценности и секреты. Как ты выяснила, тайником у лорда Льютерса является камин.

– То есть камин был не настоящим?

– Нет. Камин настоящий. Долго объяснять, как работает эта магия, но, если кратко: в камине было создано что-то вроде второго слоя. Вот в этом слое лорд Льютерс и спрятал шкатулку.

Джей глотнул вина и продолжил:

– Далее, у замка Ангус есть одна примечательная особенность – высокая выпирающая башня, из-за которой его в народе прозвали Одинокой башней. От столицы до замка полдня пути, и он действительно хорошо охраняется. В нем живут и тренируются отряды наемников. Кроме того, в замке проводит заседания Совет магов. У лорда Льютерса не осталось наследников: двое его сыновей погибли во время горного обвала несколько лет назад, и скорее всего после его смерти король передаст замок Ксандеру. Насколько это законно, не возьмусь судить, поскольку магам запрещено владеть землями, но, думаю, в силу определенных обстоятельств король сделает для Ксандера исключение.

– Да, это кое-что проясняет, – сказала Ив после раздумий. – Во всяком случае, теперь мы знаем, где искать шкатулку. Как наследница отца, я могу отправиться к лорду Льютерсу и потребовать, чтобы он ее мне отдал.

– Потребовать-то ты можешь, но стоит ли?

– Ты о чем?

– Осталось еще много вопросов, – нахмурился Джей. – Например, для кого и, самое главное, от кого твой отец прятал шкатулку? Чем она так ценна, и что в ней лежит? Кем была та таинственная незнакомка? Я бы предположил, что это Карин, но судя по описанию, встреча проходила не в Пыльных пустошах, а Карин их точно не покидает, да и аукционы в Лотаре не посещает. Быть может, это кто-то из ее сторонников здесь, в королевстве? Или это некая третья сила, которая не имеет отношения ни к Ксандеру, ни к Пыльным магам? Этот вариант мне кажется наиболее вероятным. Также нам неизвестно, что стало со шкатулкой после смерти твоего отца. По-прежнему ли она у лорда Льютерса или ее забрала та загадочная незнакомка? Она знала, где находится шкатулка, но не знала, где лежит ключ. Возможно, обыск твоего дома – дело ее рук. А может, и нет.

Джей замолчал и пригубил вино. Ив тоже отпила из бокала, размышляя над его словами.

– Да, вопросов много, – признала она. – Но, по-моему, ответы на большинство из них можно получить в замке Ангус.

– Скорее всего, да, – согласился Джей. – Но нельзя исключать и того, что появляться тебе там опасно. И опасно, прежде всего, тем, что у нас нет ответов на многие вопросы.

– Получается замкнутый круг. И что мы будем делать?

– Пока не знаю.

Джей помолчал, допил вино. Потом встал и протянул руку Ив.

– Давай для начала вернемся во дворец. Мне надо подумать, а тебе – отдохнуть. Как гласит второе правило восстановления сил: после сытного обеда нужно обязательно поспать.

– Ах, так есть еще и второе?

– Вообще-то их больше, но тебе хватит и двух.

Они поблагодарили хозяина за теплый прием и вернулись к экипажу. Солнце неуклонно подбиралось к крышам домов, розовея и становясь нежнее. Ив сомневалась, что после магического сеанса сможет уснуть. Но качка и мерный стук копыт убаюкали, и она незаметно задремала в карете. Проснулась она уже в дворцовом дворе. Джей проводил ее до южного крыла, пообещав вскоре придумать какой-нибудь план, а Ив в свою очередь пообещала отдохнуть и провести остаток дня у себя в покоях. На том они и расстались.

В спальне Ив забралась на кровать, достала из сумки дневник и угольный карандаш. Последняя запись была сделана перед смертью отца, а дальше шли пустые страницы. Ив полистала дневник и поняла, что время для воспоминаний еще не пришло, и принялась просто водить карандашом по бумаге. Пальцы двигались сами по себе, нанося широкие штрихи и плавные изгибы. Сначала Ив не понимала, что пытается нарисовать, но постепенно линии складывались в правильный овал лица, проницательные глаза и лукавую улыбку, пока все вместе не обрели облик Джея.

Ив с удивлением взглянула на получивший портрет. Конечно, угольный набросок не мог сравниться с картинами матери, но все-таки он довольно точно передавал черты Джея.

«А ведь он красив, – подумала Ив. – Почему я раньше этого не замечала?»

Внешность Джея не была яркой и броской. Его красота скрывалась в глубине глаз, таилась в уголках тонких губ, пряталась в тенях скул. Ив провела пальцем по нарисованной щеке и перевернула страницу. В порыве вдохновения она решила изобразить таинственный зал из сна, пока он живо стоял перед глазами. Под рукой появились ветвистые колонны, переливы света от пола и стен, круглый колодец со ступенями и призрачные фигуры по бокам. Вскоре образ из памяти полностью заполнил листок.

Ив наносила последние штрихи, когда раздался стук в дверь. Сиреневые тени за окном сгустились, превратившись в синие сумерки, и, прежде чем открыть дверь, Ив зажгла лампы в гостиной. На пороге ожидал слуга со свертком в руках.

– Господин Микалас просил вам передать это, миледи, – сообщил он с поклоном.

– Благодарю.

Ив забрала сверток, закрыла дверь и села в кресло в гостиной. В сумке лежали личные вещи отца, которые Микалас обещал ей отдать. Среди них действительно не оказалось ничего интересного: две светлые рубашки – из шелка и льна, пара восковых свечей и несколько именных карандашей с инициалами отца.

Ив выложила все на стол, когда в дверь опять постучали. На этот раз пришла Ирис.

– Почему ты ко мне не зашла? Я тебя весь день ждала! – воскликнула она, проходя в гостиную.

– Э-э… – растерялась Ив. – А я должна была к тебе зайти?

– А как же! – брови Ирис недоуменно взлетели. – Ты же мне вчера сама обещала рассказать о том, как прошла встреча с Джеем.

– Я обещала? Разве?

– Ну конечно!

Ирис плюхнулась на диван и утомленно вздохнула.

– Ты не представляешь, как я устала от капризов Анри. Скоро он меня сведет с ума! Мало того, что я трижды в день прихожу подкреплять магией его силы, так он еще вызывает меня по всяким пустякам! То у него голова заболит, то спина заноет, то в плечо стрельнет. Я у него спрашиваю: «А при чем тут сломанная нога?» А он отвечает: «Так в мире все взаимосвязано». Я: «И какая же тут связь?» Он глядит на меня так снисходительно и говорит: «Ноги не ходят, значит – болит спина, боль отдает в голову, а там и плечо близко». Тоже мне умник нашелся! А потом ухмыляется и добавляет: «А если бы я не сломал ногу, то не познакомился бы с такой непонятливой чародейкой». И это я-то непонятливая? И так по кругу раз десять на дню! Я ему пригрозила, что если он продолжит так же неуместно заигрывать и дергать меня без причины, то я приведу ему сельскую знахарку. С ней, может, такие штучки пройдут. На что получила ответ…

Ив с улыбкой слушала веселую болтовню Ирис и складывала вещи отца. Искать среди них было нечего. От рубашек пахло свежестью и чистотой. Ив бережно свернула сначала одну, потом вторую и положила обратно в сумку. Карандаши она решила приберечь для рисунков. Как оказалось, это занятие прекрасно убивало время и приводило мысли в порядок.

– Ах, прости, я слишком много болтаю! – спохватилась Ирис. – Но знаешь, как непросто найти того, с кем можно поговорить по душам. Придворные дамы только и делают, что задирают нос от собственного превосходства. А чародейки… Джей был прав, когда говорил, что мы постоянно друг на друга шипим. Мы соперничаем, соревнуемся, оберегаем секреты. Каждый хочет оказаться лучше, неотразимее, умнее. Нас скорее объединит общая вражда, чем дружба. Мы – не такие как все, и это делает нас одинокими.

Ирис мотнула головой.

– Ну вот опять! Я все говорю, говорю, а ведь рассказывать у нас должна ты! – глаза чародейки весело заблестели. – И? Как прошел вечер у Джея? Что было интересного?

Ив взяла свечу из вещей отца и подошла к лампе. Комната не нуждалась в дополнительном освещении, но это был лишний повод, чтобы потянуть время и придумать ответ. И что же ей рассказать? Что ее отец оказался контрабандистом, и его шантажировал Ксандер? Что теперь она с Джеем пытается выяснить, в каких историях еще был замешан отец? Нет! Все это определенно никуда не годилось!

На кончике свечи затрепетал огонек.

– На самом деле там не было ничего интересного, – заговорила Ив, напуская на себя безразличный вид. – Много гостей, все веселились, пили, общались. Ах да! Там был принц Робер. Представляешь? А так… даже и нечего вспомнить.

– Ну-ну… Говоришь, нечего вспомнить? – Ирис хитро прищурилась. – И, наверное, поэтому сегодня во дворе лорд Риверс тебе мило улыбался, любезно раскланивался, а затем посадил в свой экипаж и увез в неизвестном направлении? И после этого ты уверяешь, что, кроме принца Робера, не было ничего интересного?

Ив чуть не уронила свечу. Она поставила ее в подставку на столе и с удивлением взглянула на Ирис.

– Как ты узнала? Ты была во дворе?

– Я? Конечно нет. А вот сплетни со двора летят очень быстро.

Ирис расплылась в улыбке и стала с любопытством ждать объяснений. Ив застыла, не зная, что сказать. Лгать подруге ей не хотелось, а правда была слишком запутана и сложна.

– Ну, в целом все так и было, – подтвердила Ив. – Утром я ездила в Нижний город – у меня там дом, а Джей предложил меня подвезти. Ничего особенного.

– И, вероятно, именно поездка в Нижний город заставила тебя сиять рядом с Джеем, как огонек? Или, как утверждают свидетели, как «влюбленный огонек»?

– Я сияла, как огонек?..

Ив запнулась и мысленно прокляла свою дерзкую улыбку, адресованную стайке сплетниц, и сплетниц заодно. Каких еще глупостей они навыдумывают? Влюбленный огонек? Ну надо же! А Джей ведь предупреждал…

– Все было не так, – возразила Ив. – У меня было хорошее настроение. Светило солнце, пели птицы…

– Да-да. Весной всегда светит солнце, и поют птицы. Ах, Ив! Это, конечно, не мое дело, но не думай, что Джей проявляет к тебе искренний интерес. Он умеет быть внимательным и галантным, но он не из тех мужчин, что отдаются чувствам. Не спорю, ты чем-то ему интересна. Будь иначе он бы и пальцем не пошевелил. Но как только он удовлетворит свое любопытство, то найдет себе новое, не менее симпатичное личико, а про тебя и забудет. Уж поверь моему опыту. Я пять лет при дворе и эти игры знаю.

Ирис вдруг умолкла и наморщила нос.

– Чем это пахнет?

– Пахнет? – Ив тоже ощутила сладковатый аромат и заметила, что от свечи поднимается белый дымок. – А! Похоже, это от свечи. Напоминает запах вереска.

– От свечи? – Ирис наклонилась вперед и принюхалась.

Внезапно ее глаза широко распахнулись. Ирис зашипела, как разъяренная кошка, взмахнула рукой, сверкнув на кончиках пальцев голубыми искрами. Стол пошатнулся. Погаснув, свеча с глухим стуком отлетела к стене и разломилась пополам.

Ив приоткрыла рот и несколько секунд ошарашенно глядела то на свечу, то на воинственно настроенную чародейку. Наконец взяла себя в руки:

– Если тебе не по душе запах вереска, то просто сказала бы.

– Это не вереск, – Ирис подняла с пола свечу. – Это яд.

– Яд? – потрясенно повторила Ив.

– Да, яд. Притом очень редкий. Его добывают в тропических лесах Южного Предела из местных лиан. В Лотиан его привозят алхимики с Вольных островов, да и то в малых дозах. Когда я училась у своего наставника, он мне показывал этот яд. Я запомнила его запах. Его действительно легко спутать с вереском, но разница все-таки есть.

Ирис ковырнула ногтем воск возле фитиля и поднесла его к носу.

– Похоже, ядом был пропитан фитиль. При горении ядовитые пары выделяются в воздух. Они вызывают сильное сердцебиение и паралич. Спустя полчаса мы умерли бы от удушья или…

– От остановки сердца, – закончила Ив.

– Да, верно, – подтвердила Ирис. – Этот яд еще называют «Тихая смерть».

Ноги Ив сделались ватными и подогнулись, она плюхнулась на диван.

– Ирис, мой отец умер от остановки сердца. А эти свечи принадлежали ему.

Ирис округлила глаза.

– Что? Ты хочешь сказать… Силы небесные, – выдохнула она. – Распознать отравление можно лишь в первые часы после смерти, а позже сердечный приступ будет самой очевидной причиной… Но откуда у твоего отца эти свечи? Во дворце свечами не пользуются.

– Не знаю, но обязательно выясню, – Ив взяла чародейку за руку. – Ирис, если яд редкий, значит, можно найти продавца и узнать, кто был его покупателем?

– Теоретически да.

– Ты сможешь узнать?

– Постараюсь. Но это займет время.

– Спасибо, Ирис. Ты столько раз меня выручала, что я даже не знаю, как тебя благодарить.

Ирис улыбнулась.

– Спасибо – вполне хватит. У меня, знаешь ли, такое призвание – служить людям. А сейчас давай проветрим комнату. Яд со временем разрушается в воздухе, но лучше не стоит рисковать.

Ирис распахнула двери террасы, впустив прохладный вечерний воздух.

– Если не возражаешь, я возьму свечу. Хочу ее изучить и убедиться в своих выводах.

– Буду признательна. И прошу, Ирис, не рассказывай никому об этом. Это небезопасно.

Ирис закатила глаза.

– Я, может, и сплетница, Ив, но не дура. Пойдем, у меня посидим.

– Спасибо за предложение, но мне надо кое с кем встретиться, – Ив взяла со стола вторую свечу и встала с дивана. Ноги дрожали.

– Ладно. Но если надумаешь, то приходи в любое время. Я буду у себя, если, конечно, Анри снова за мной не пошлет.

Они вышли в коридор. Ив взглядом проводила Ирис до покоев и привалилась к стене. Тело била мелкая дрожь, на лбу выступила ледяная испарина, сердце стучало, как у перепуганного кролика. Отец был убит. Был убит! Убит! Мысль грохотала в голове, как молот о наковальню. Больше никаких сомнений или догадок. Смутное подозрение превратилось в реальность.

Дрожь не отпускала. Что это? Запоздалая реакция на пережитое потрясение или подействовал яд? Ив обхватила себя руками и несколько раз глубоко вдохнула. Интересно, отец тоже думал, что свеча пахнет вереском, когда вдыхал яд? Ив сомкнула веки, но лучше не стало. Перед глазами возник отец: его руки хватаются за горло, дыхание застревает в груди, сердце рвется от нагрузки. Еще миг – и отец замертво падает на стол.

Ив с хрипом втянула воздух и открыла глаза, прогоняя жуткое видение.

– Нет, – прошептала она. – Мне надо собраться. Надо взять себя в руки. Надо двигаться дальше.

Еще пара глубоких вдохов, и дрожь прошла, сердце забилось ровнее. Вот так лучше. Ив сжала в руке свечу и решительно зашагала в кабинет Микаласа.

Микалас сидел у окна за столом в окружении свитков и документов и аккуратно водил пером по бумаге. Когда Ив вошла, он поднял голову, и его брови поползли вверх.

– Леди Стаут? Чем обязан визиту? – голос Микаласа звучал, как всегда, учтиво, но мелькнувшая на лбу морщинка указала на легкое раздражение.

«Надо было постучать, а не врываться так внезапно», – запоздало сообразила Ив. Но ей было сейчас не до вежливости.

– Микалас, я хотела спросить про вещи отца.

– Про вещи? – нахмурился он. – Ах, да! Вещи лорда Стаута. Я сегодня утром отправил слугу к вам в покои. Разве он их не принес?

– Принес. Я их только что получила.

– Хм, приношу свои извинения за задержку, – он отложил перо и встал из-за стола. – Знаю, я обещал отдать их еще вчера, но меня отвлекло одно важное событие, – Микалас обошел стол и остановился напротив Ив. Его глаза сияли. – Вчера за отличную службу король пожаловал мне титул лорда и сделал своим советником по торговле.

Ив рассеянно моргнула.

– Что? Ах да, поздравляю.

– Благодарю, – Микалас широко улыбнулся. – Вы не представляете, как много для меня это значит. Мой отец был простым писарем в поместье одного небогатого лорда. Он дал мне хорошее образование, но, к сожалению, мое происхождение не позволяло мне добиться чего-то значимого в жизни. Я мог рассчитывать лишь на службу у лордов. А теперь у меня есть титул и высшая при дворе должность. О таком я не смел и мечтать!

– Да. Это… замечательно.

– Это невероятно.

Микалас с улыбкой коснулся грамоты с королевской печатью и поднял на Ив глаза.

– Так вы что-то хотели спросить о вещах лорда Стаута? – напомнил он.

– Да, я хотела.

Ив откашлялась. Радостная речь Микаласа несколько охладила ее пыл, и она вспомнила про осторожность. Надо следить за словами. К тому же Микалас теперь не слуга и равен ей по статусу. Как же к нему обращаться? Милорд? Что за чушь!

Ив раскрыла ладонь и показала свечу.

– Микалас, в вещах отца была эта свеча. Ты не знаешь, откуда она у него?

Микалас наклонился и внимательно посмотрел на свечу.

– Знаю. Свечи прислал лорд Льютерс.

– Арвин Льютерс? – поразилась Ив. – Владелец замка Ангус?

– А, так вы его знаете? Да-да, именно он, – подтвердил Микалас. – Лорд Стаут общался со стариком и иногда навещал его в замке. Наверное, их сблизило общее прошлое. Прежде лорд Льютерс служил советником при дворе покойного короля Эриса, но после смерти сыновей стал затворником.

– Ты уверен, что именно лорд Льютерс прислал эти свечи?

– Абсолютно. Я хорошо это помню. Ваш отец жаловался, что у него устают глаза от холодного света ламп и попросил написать письмо лорду Льютерсу с просьбой прислать свечи, якобы они добавляют теплых тонов. В окрестностях замка полно пасек, и там налажено свечное производство.

– Когда это было?

– Примерно за неделю до смерти лорда Стаута. Гонец из замка доставил опечатанный конверт со свечами, и в тот же день я передал их вашему отцу.

– А ты случайно не помнишь, в день смерти отца на его столе стояла свеча?

«Слишком опасный вопрос», – мелькнуло у нее в голове, но слова уже слетели с языка.

Микалас задержал на Ив задумчивый взгляд и долго молчал.

– На столе лорда Стаута действительно был оплавленный воск, но я не возьмусь утверждать, что воск был свечным. Хотя логично предположить, что если из трех свечей осталось лишь две, то третья и была на столе.

– Спасибо, Микалас. Это все, что я хотела узнать, – Ив направилась к двери, но на полпути остановилась. – Да, чуть не забыла. По поводу дома. Я решила, что не буду его продавать. Полагаю, на этом наши дела завершены?

– В таком случае да, завершены. Я пришлю документы на дом в ваши покои.

– Благодарю.

Ив открыла дверь, но на пороге обернулась. Микалас все еще стоял у стола и задумчиво глядел ей вслед.

– Еще раз поздравляю с назначением, – сказала Ив и, сжав в кулаке свечу, шагнула в коридор.

Дворец сиял. Блестели мозаичные полы, слепила позолота, играли огни. Ив шла через коридоры и залы, но не замечала и малой доли красоты. Что ей теперь делать? Вернуться в спальню и лечь спать? Нет, сейчас она и глаз не сомкнет. Отправиться к Ирис? И это не вариант. Тогда куда она идет? Впереди раскинулся внутренний дворик, зажурчали фонтаны. Поворот. За рядами арок выросла ажурная галерея, воздух огласил щебет птиц. Отец был убит. Куда ей идти? Новый зал, поворот. Разве важно куда? От правды не убежать. Лестница, коридор, поворот.

Ив остановилась перед дверьми, поняв, что ноги сами привели ее к покоям Джея. Он был единственным, кого она сейчас хотела увидеть. А главное – лишь с ним она могла поделиться своими мыслями и догадками.

Ив постучала в дверь. Спустя мгновение ее отворил Людвиг.

– Добрый вечер, леди Стаут, – поприветствовал он.

– Здравствуй, Людвиг. Джей у себя?

– В гостиной с гостями, – он поклонился и отошел в сторону.

Комнату, как и накануне, заполняли люди, но, к счастью, их было немного. Джей общался с двумя мужчинами у столика с закусками. Заметив Ив, он извинился перед собеседниками и направился к ней.

– Кажется, ты обещала мне отдыхать, – улыбнулся он.

– Кое-что случилось, – прошептала Ив. – У меня есть доказательство.

Лицо Джея стало серьезным. Жестом он предложил подняться в кабинет. Оказавшись наверху, Ив взволновано принялась мерить комнату шагами. В душе кипела буря, мысли путались и разбредались. Какое-то время Джей наблюдал за ее метаниями, потом сел на диван.

– М-м-м, вижу, ты принесла свечу, – прервал он молчание. – Весьма романтично. Правда, полагаю, твое взвинченное состояние не имеет отношения к романтике.

– Это и есть доказательство, – выдохнула Ив. – Свеча отравлена, и точно такая убила отца.

Она кратко поведала обо всем, что происходило с момента их расставания. О вещах отца и о том, как благодаря Ирис они избежали отравления ядом. Джей слушал внимательно и в этом месте с тревогой нахмурился. Ив тут же его заверила, что никто не пострадал. Затем она пересказала разговор с Микаласом.

– Что ж, – сказал Джей, когда она завершила рассказ. – Попросить Ирис узнать, кто купил яд, – умный ход. Ни у кого не вызовет подозрений интерес целительницы к такого рода товарам.

Ив не задумывалась об этой стороне дела, но кивнула, довольная похвалой.

– А вот ходить к Микаласу тебе явно не следовало, – продолжил Джей. – Все, что он тебе рассказал, можно было узнать иначе. Хотя что теперь говорить…

– Все это и вправду неважно, – отмахнулась Ив. – Главное, я знаю имя убийцы. Лорд Арвин Льютерс.

Ив процедила имя лорда сквозь зубы. Она совершенно не знала этого человека, но уже одно имя вызывало в ней ярость и гнев.

Джей тихо захлопал в ладоши.

– Браво, Ив! – воскликнул он. – Тебе бы в королевском сыске служить. Еще ни одно преступление не раскрывалось так быстро, как это получилось у тебя. Я восхищен!

Ив перестала мерить комнату шагами и уставилась на Джея.

– Я не понимаю твоей иронии. Ты разве не слышал: именно лорд Льютерс прислал моему отцу отравленные свечи.

– Хм, хорошо. Предположим. Тогда скажи, зачем лорду Льютерсу понадобилось убивать твоего отца? Старик и сам стоит одной ногой в могиле. Чего это взбрело ему в голову на старости лет?

– Да это же очевидно, Джей! Все дело в шкатулке! Лорд Льютерс захотел присвоить ее себе.

– Захотел присвоить невзрачную деревянную коробку? Не слышал, чтобы старик до такой степени выжил из ума. Да будь она из чистого золота, и то сомневаюсь, что он польстился бы на нее.

– Возможно, дело не в самой шкатулке, а в том, что лежит внутри. Просто мы многого не знаем и не понимаем.

– А вот с этим я согласен. Мы многого не знаем, потому нельзя делать однозначные выводы, – Джей соединил перед лицом кончики пальцев и задумчиво посмотрел на огонь. – Например, как бы лорд Льютерс заглянул в шкатулку и узнал, что внутри, не имея ключа? Он, конечно, мог бы ее взломать, но тут возникает новый вопрос: зачем потребовалось разделять шкатулку и ключ? Вероятно, в этом был какой-то смысл.

– Я не знаю, какой в этом смысл, но знаю, что лорд Льютерс отправил моему отцу отравленные свечи.

– Ты так считаешь? Тогда скажи, какой убийца пошлет яд своей жертве и подпишется собственным именем?

Ив нахмурилась.

– Не знаю. Возможно, он полагал, что никто ничего не узнает и ему все сойдет с рук. А ведь и сошло бы, не вмешайся случай!

– А ты не думала, что свечи могли перехватить по дороге и подменить?

Ив задумалась.

– Микалас сказал, что конверт был запечатан.

Джей закатил глаза.

– Я могу рассказать тебе несколько способов, как распечатать и запечатать конверт и не сломать при этом печать. К тому же мы знаем о печати исключительно со слов Микаласа. Делать выводы из одного свидетельства крайне глупо.

– Значит, ты не веришь, что лорд Льютерс причастен к смерти отца?

– Доказательства, Ив. Доказательства. Пока их недостаточно. Нужно дождаться известий от Ирис.

Ив замотала головой и снова зашагала по комнате.

– Нет. Я не могу ждать так долго. Поиски Ирис могут занять много дней, а то и недель. Нет. Я завтра же выезжаю в замок Ангус!

Джей пробурчал в ответ что-то неразборчивое. Ив бросила на него вопросительный взгляд:

– Что? Прости, я не расслышала, что ты сказал.

– Я сказал, что ты, похоже, меня сегодня совсем не слушала.

– Я слушала.

– Слушала, но не услышала, – с раздражением отозвался Джей. – Я полдня тебе объяснял, что пока мы не узнаем, кто охотится за шкатулкой, ехать в замок опасно. А теперь я в этом еще сильнее убежден.

– Но это единственный способ что-то узнать, – возразила Ив.

– Тогда вперед, – Джей махнул рукой. – Поезжай в замок.

– Спасибо за разрешение. Но я в нем не нуждалась. Ты мне не отец и не брат.

– О, к счастью, нет. Потому что, будь я твоим отцом или братом, то запер бы тебя в этой башне. А так я всего лишь тот, кого ты попросила о помощи. Поэтому говорю: поезжай в замок. Расспроси всех вокруг. Потребуй вернуть шкатулку. Обвини лорда Льютерса. Это, хоть и не единственный, но самый верный путь последовать за твоим отцом. Потрясающий план, правда?

Джей с лукавой усмешкой вытянулся на диване. Ив замерла. Открыла рот и закрыла, не найдя, что сказать. Да, у нее действительно не было плана. Она не представляла, что станет делать в замке, с кем и о чем говорить. По правде, она даже не знала, где находится замок Ангус. И да, она просила Джея о помощи, а теперь отказывалась его слушать.

Ив подошла и села на диван рядом с Джеем.

– Хорошо. Что ты предлагаешь?

– Вот это уже другой разговор. А предлагаю я следующее: в замок отправлюсь я со своим пажом, а Ив Стаут никуда не поедет.

– Ну уж нет! Это мое дело! Я не могу переложить его на тебя.

– В замок отправлюсь я со своим пажом, – твердо повторил Джей и лукаво улыбнулся. – Ты же сможешь притвориться пажом?

– Я? Пажом? – Ив растерянно захлопала глазами. – Джей… Но ведь все придворные пажи – это мальчишки.

– Ну и что? Юная девушка вполне сойдет за мальчишку. Ты переоденешься в костюм пажа, а волосы заплетешь в косу, как это делают некоторые слуги во дворце. Никто и не поймет, кто ты такая.

Она сойдет за мальчишку?.. Ив вдруг стало обидно. В детстве она часто вела себя, как сорванец, да и сейчас предпочитала юбке штаны. Но мысль, что Джей видит в ней мальчишку, неприятно ее задела.

Джей словно прочитал ее мысли и улыбнулся.

– Ив, я не говорю, что ты похожа на мальчишку. Я говорю, что одежда слуги сделает тебя невидимкой. Никому и в голову не придет гадать юноша ты или девушка.

– Думаешь, одной одежды достаточно, чтобы всех обмануть?

– Достаточно, – уверенно кивнул он и, заметив сомнения Ив, прищурил глаза. – Ладно. Чтобы развеять твои сомнения – опиши мне пажа, который каждое утро приносит тебе завтрак и забирает в стирку одежду.

Ив постаралась воскресить в памяти лицо человека, приходившего к ней по утрам.

– Он невысокий, у него темные волосы и… – Ив нахмурилась. Как она ни пыталась вспомнить лицо юноши, кроме синей формы пажа, в голову ничего толкового не приходило.

– Что ж, – заключил Джей. – Судя по твоему описанию, он вполне мог быть и тобой?

– Да, вероятно, – с неохотой согласилась Ив.

– Вот видишь, ты, как и все, оцениваешь людей по одежде.

– Я не сужу людей по одежде…

– Это было сказано не в обиду тебе, – отмахнулся Джей. – Я лишь хотел показать, что люди редко обращают внимание на то, к чему привыкли. Все воспринимают слуг как должное и попросту не замечают. Вот этим я и предлагаю воспользоваться.

– Хорошо. Ты меня убедил, – согласилась Ив. Чем больше она думала, тем сильнее ей нравился план Джея. Под видом пажа она сможет попасть туда, куда леди Стаут вовсе бы не пошла.

– Вот и отлично! – Джей хлопнул себя по коленям. – Поедем завтра верхом. Утром я достану тебе костюм пажа, а по пути ты переоденешься. Отправимся в полдень и к вечеру доберемся до замка.

– А как мы поступим в замке?

– Там видно будет. А сейчас я тебе советую пойти и отдохнуть перед дорогой.

Ив не стала спорить и вернулась в свои покои. Готовый план привел мысли в порядок и успокоил бурю в душе. В спальне Ив залезла под пушистое одеяло и какое-то время разглядывала, как на занавесках мелькают тени от веток. Она боялась закрыть глаза и снова увидеть, как умирает отец. Однако усталость и волнения долгого дня взяли свое, и она незаметно забылась глубоким сном.

Глава 10. Сомнения

Ровно в полдень Ив была у конюшни. Внушительное здание из камня и кирпича вмещало сотню лошадей и пару десятков экипажей. У распахнутых ворот суетились конюхи и слуги. Под арочной крышей тянулись длинные ряды стойл. Проходы пересекали друг друга, как улицы, и уводили в далекий сумрак.

Ив перекинула в руке дорожную сумку и огляделась. Джей еще не пришел, но Тень должны были оседлать к этому времени – утром Ив об этом распорядилась. Она шагнула в ворота и окликнула конюха в проходе.

– Мне нужна помощь…

Конюх обернулся, и Ив узнала Мико.

– Мико! – обрадовалась она. – Как удачно, что я тебя встретила!

– Да. Я ждал тебя, – кивнул он в ответ.

– Ждал? Ах да, прости. Мне надо было зайти к тебе раньше. Как твои дела? Пойдем, по пути расскажешь. Боюсь, у меня немного времени. Я сейчас уезжаю.

– Думаю, время у нас найдется, поскольку я еду с тобой.

Ив шагнула в проход, но слова Мико заставили ее остановиться.

– Как это едешь со мной?

– Дворцовые конюхи иногда сопровождают гостей, вот я и договорился сопровождать тебя в поездке.

– Но зачем ты это сделал?

– Потому что не хочу отпускать тебя одну.

– Мико, но ты же не можешь везде следовать за мной по пятам. К тому же еду я не одна. Меня сопровождает лорд Риверс.

На лице Мико появилось странное выражение, но оно исчезло прежде, чем Ив поняла, что оно означало.

– Тогда тем более я поеду с тобой. С ним я тебя не оставлю.

– Это еще почему?

– Потому, – буркнул Мико, упрямо поджав губы. – Всякое про него говорят. Если послушать, то и… В общем, я не доверяю ему.

– Да мало ли что говорят люди, – возразила Ив. – Я знаю, какой Джей на самом деле, и доверяю ему.

– Знаешь? Откуда? Сколько вы знакомы? Три дня?

Да. Ровно столько они и были знакомы, если не считать короткой встречи три года назад.

– Да и люди не станут говорить на пустом месте, – продолжил Мико. – Никому не известно его прошлое и кто он такой. Он явился словно из ниоткуда. Швыряется деньгами, ведет разгульный образ жизни, напивается и охмуряет наивных девиц. Тьфу, Ив! И для чего тебе такая компания? Он явно не стоит твоего внимания.

Ив закатила глаза.

– Ты говоришь совсем как Нелл.

– Я говорю то, что слышал. Я видел вас вчера во дворе. Вы улыбались так мило друг другу, и я подумал, что вы… что ты…

Смутившись, Мико покраснел и отвел глаза.

Так вот в чем дело! Мико, как и все прочие, решил, что Ив нашла себе неподходящего ухажера. Как же он заблуждался, причем сразу во всем! Ив невольно улыбнулась.

– Ты все неправильно понял, Мико. Меня с Джеем не связывают отношения. Просто он помогает мне кое-что выяснить об отце.

Ив думала, что правда положит конец спору и все объяснит, однако Мико еще крепче стиснул челюсти, и в его взгляде появилась решимость.

– Просто помогает? – отрывисто произнес он. – И с какой стати, Ив, он будет тебе просто помогать?

Ив нахмурилась. И правда, с какой?

«Ты чем-то ему интересна. Будь иначе он бы и пальцем не пошевелил».

Слова Ирис вдруг обрели новый смысл. Почему Джей согласился помочь? Из благородства? Искренней симпатии? Едва ли. Тогда в чем его интерес? Какую выгоду он ищет? Что надеется получить взамен?

Мико заметил на лице Ив сомнения и настойчиво кивнул:

– Вот-вот. Подумай об этом.

Его взгляд скользнул за спину Ив, и в нем отразилась неприязнь.

– Я приведу наших лошадей, – громко объявил он, взял сумку у Ив и зашагал в глубь конюшни.

Ив обернулась. Джей стоял в проходе, прислонившись плечом к стене. В руках он держал седельные сумки, плечи укрывал красивый зеленый плащ. В золотистых глазах светились вопрос и легкая настороженность.

– Все в порядке? – спросил он.

– Да, в порядке, – солгала Ив, стараясь не отводить взгляд.

– Хорошо. Я достал тебе одежду пажа, сможешь переодеться в дороге.

– Ладно. Ах да, с нами поедет еще Мико, – поспешно добавила Ив. – Ты не против?

Джей равнодушно повел плечом.

– С чего мне быть против? Пусть едет.

Он закинул за спину сумку и побрел по проходу, по пути раздавая приказы конюхам. Ив наблюдала за его легкой пружинистой походкой, расслабленными движениями и размышляла. А что, собственно, она о нем знала? Лишь несколько слухов, которые поведала ей на приеме Ирис. Но кем на самом деле был Джей? Видела ли она хоть раз его настоящего или всего лишь маску, которую он для нее надевал? В памяти всплыла их встреча три года назад. Тогда на вопрос, кто он такой, Джей приложил палец к губам и покачал головой. Похоже, Ив до сих пор не знала ответа.

Вскоре Мико вывел во двор лошадей. Джей появился минуту спустя, сидя верхом на сером жеребце – чистокровном, порывистом, молодом. Ив невольно залюбовалась тем, как прямо и грациозно он держался в седле. Резвый жеребец гарцевал и нетерпеливо фыркал, но Джей с ним без труда управлялся одной рукой.

От дворца они поехали по северной окраине города. В дневные часы улицы заполняли телеги и экипажи. Толпы горожан гуляли по тенистым аллеям, сидели за столиками рестораций и на террасах таверн. Ехать приходилось неспешно, объезжая галдящих торговцев с лотками и зазевавшихся прохожих у витрин. Погода радовала солнцем и почти летним теплом. В лазурном небе с криками носились стрижи.

Тесные улочки влились в широкий проспект на набережной, который привел к Королевскому тракту. Северную границу города тоже охраняли крылатые мантикоры. Они ничем не отличались от южных собратьев, но Ив и Мико с трепетом подняли глаза, когда над головой проплыли оскаленные пасти.

За поворотом дорога вильнула прочь от реки, и с двух сторон потянулись березы. Джей ехал неторопливой рысью рядом с Ив, Мико следовал позади, но как только поток путников поредел, он подстегнул лошадь и вклинился между Джеем и Ив.

– Лорд Риверс, – обратился он, – говорят, вы прибыли с Вольных островов. Расскажите, как чужеземцу удалось добиться такого высокого положения при дворе?

Джей покосился на Мико.

– Про меня много чего говорят, мой друг, но это не значит, что всему стоит верить.

– Не стоит верить тому, что вы прибыли с Вольных островов? Или тому, что вы добились высокого положения?

Джей усмехнулся.

– А из тебя, мой друг, вышел бы отличный придворный. Не верь ничему и окажешься прав.

– Значит, вы родом не с Вольных островов?

– Наполовину.

– Как это наполовину? На какую половину?

– На ту, которая есть у каждого человека.

Мико прищурил глаза, не понимая, как расценивать подобный ответ.

– В таком случае где находятся ваши земли? Что-то я не слышал о лордах-землевладельцах с таким именем, как у вас.

– А ты знаком со всеми Великими лордами? Похвально, – Джей лукаво улыбнулся. – Но ты прав, у меня нет земель.

– Тогда чем же вы зарабатываете?

– Я служу при дворе, мой любопытный друг. Чтобы зарабатывать, совсем не обязательно владеть землей.

– И кем же вы служите? Я слышал, вы только и делаете, что устраиваете приемы, развлекаете знать, напиваетесь и растрачиваете деньги на азартные игры.

Ив затаила дыхание. Слова Мико звучали слишком дерзко. Сказать подобное не осмелился бы человек и более знатного положения, не то что слуга. Ив порывалась было толкнуть Мико в бок, чтобы положить конец неуместным расспросам, но в какой-то момент ей и самой стало любопытно услышать ответы.

Губы Джея снова дрогнули в улыбке. Похоже, дерзкое поведение конюха его нисколько не сердило, а скорее забавляло.

– Из твоих слов, мой друг, логично заключить, что я служу придворным шутом.

Мико нахмурился. Он либо не уловил иронию в словах Джея, либо предпочел ее не заметить.

– Шутам не дают титул лорда. За что вы его получили?

– За особые заслуги, мой неугомонный друг.

Мико открыл было рот для очередного вопроса – видимо, он собирался спросить, о каких заслугах идет речь, но Джей его опередил:

– Друзья, если мы так поедем и дальше, то до ночи в замок не доберемся. Давайте прибавим хода.

Джей подстегнул жеребца и унесся вперед. Мико бросил на Ив выразительный взгляд, всем видом говоря: «Видишь? Он что-то скрывает», и тоже пришпорил кобылу. Помедлив, Ив поскакала вдогонку.

На некоторое время ритмичные движения лошади, стук копыт и ветер в волосах вытеснили из головы все мысли. Но потом они вновь вернулись. Ив не хотела сомневаться в Джее, но больше не могла закрывать глаза на очевидные факты: она ничего не знала о своем спутнике, а он определенно что-то скрывал и недоговаривал. Из чего возникал новый вопрос: а на чьей он стороне? Не доверяла ли она ему излишне слепо и безоговорочно, ни о чем не спрашивая и полностью во всем полагаясь? Отчего-то вспомнилась гадалка с Дворцовой площади и ее предсказание. Если в нем была хоть капля правды, то кто тогда Джей? Друг, который предаст, или враг, который поможет? Оба варианта казались одинаково плохими.

Спустя полчаса езды по тракту они сбавили ход и свернули на лесную тропу. Светлые березы сменили тенистые дубы и стройные сосны. Под их сводами дышалось легче, чем на пыльной дороге. Воздух посвежел, повеяло ароматами хвои и трав. С веток лились трели птиц. Солнечные блики скользили по пышным папоротникам, мелькали среди серо-рыжих стволов и острыми лучами пронзали разлапистые кроны дубов. Под копытами стелился ковер из желтых сухих иголок. В дымчатом, рассеянном свете перед глазами танцевала мошкара.

Постепенно лес становился холмистым, склоны по бокам делались круче. Тропа зазмеилась среди каменистых откосов. Иногда путь преграждали ручейки. Они бежали с журчанием с высоких расселин и исчезали в густом подлеске на уровне ниже. Мокрые камни, покрытые скользким мхом, вынуждали двигаться шагом. Путников на дороге встречалось не много. Один раз мимо пронесся почтовый курьер да проскакал охотник в сером плаще.

Возле небольшой заводи Джей распорядился сделать привал и вручил Ив сверток с одеждой.

– Там есть охотничий домик, – он указал на деревянную избушку в глубине леса, – где можно спокойно переодеться.

Ив взяла сверток и поймала удивленный взгляд Мико.

– Так надо, – сказала она.

На объяснения времени не было, да Ив и не знала, как все объяснить. К счастью, Мико удовлетворился ответом и ни о чем не спросил.

В избушке из удобств были дубовый стол со скамейкой и очаг с запасом дров, чтобы отдохнуть и согреться в непогоду. В углу между бревнами нашелся даже осколок зеркала, перед которым Ив заплела волосы в косу и перевязала черной лентой на мужской манер. Затем переоделась в костюм пажа: темные штаны, льняную рубашку и синий бархатный камзол с белыми прорезями на рукавах. Камзол оказался немного широким в плечах, но в целом одежда подошла идеально.

Вернувшись к заводи, Ив обнаружила своих спутников в разных концах дороги. Джей сидел на пеньке под березой и что-то тихонько мурлыкал себе под нос, Мико с хмурым видом бродил возле берега.

– У вас все в порядке? – спросила Ив.

– В порядке, – буркнул Мико и, противореча своим словам, сердито запустил камень в воду.

Очевидно, он возобновил свои расспросы и получил от Джея отпор. Ив решила ни о чем не спрашивать и подошла к Джею. Он встал с пенька и внимательно оглядел Ив со всех сторон.

– Превосходно, – похвалил он. – Хотя, пожалуй, я был неправ. Ты даже в одежде пажа выглядишь очаровательно.

Ив широко улыбнулась, но поймала взгляд Мико и позволила улыбке потухнуть. Джей запрыгнул в седло.

– В дорогу, друзья, в дорогу, – призвал он. – Вечер не будет нас ждать.

Они снова продолжили путь. Вскоре лес начал редеть, уступая место зеленым холмам, пастбищам и цветущим лугам. Мелкие ручейки превратились в бурные реки, и там, где они пересекали дорогу, изгибались горбатые каменные мосты. Местность стала более обжитой: на склонах холмов паслись стада овец и коров, по дорогам колесили телеги. Тут и там к берегам лепились деревенские хижины.

Замок Ангус вырос за очередным холмом. Сначала Ив показалось, что он стоит посреди огромного озера, но затем она поняла, что он расположился на узком перешейке между двух озер. Заходящее солнце окрашивало водную гладь багрянцем и отражалось золотом в темных окнах. Зубчатая квадратная башня упиралась в небо как указующий перст и на три этажа поднималась над серыми стенами замка.

Когда копыта лошадей застучали по подвесному мосту, переброшенному через глубокий ров, солнце коснулось горизонта, и поползли первые сумерки. Решетку ворот держали приподнятой до середины, чтобы в любой момент опустить. Внутренний двор освещали факелы, вставленные в кольца на каменных стенах. Отсветы огня падали на ряды ящиков и бочек с провизией, колыхались у лестниц и дверей дворовых пристроек. По периметру, словно черные тени, бродили наемники. Скрипела кожа, сталью бряцали мечи на поясах. В суровых фигурах Ив ощущала скорее угрозу, чем обещание защиты. В памяти еще была свежа неприятная встреча с пьяным наемником в «Путеводной звезде».

Из ворот конюшни вышел пожилой конюх и заспешил навстречу к Джею. Мико воспользовался моментом, подошел к Ив и шепнул:

– Я все время буду в конюшне. Одно твое слово и мы сразу уедем.

Ив благодарно кивнула, от души надеясь, что подобная предосторожность не потребуется. Она взяла свою сумку и шагнула в глубь двора. Одинокая дозорная башня громоздилась в дальнем углу замка. Вблизи она выглядела массивной и грозной. В вышине над зубцами вилась стая черных ворон, их резкие крики оглашали округу.

Справа от башни к парадному входу вели крутые ступени, а над ними, опираясь на толстые квадратные колонны, нависал балкон. У перил стоял щуплый старик с тростью в руках, в котором Ив мгновенно узнала лорда Арвина Льютерса. Он выглядел так же, как и во сне. Редкие белоснежные волосы, иссеченное морщинами волевое лицо, сгорбленные плечи в строгом черном камзоле. Застыв в неподвижной позе, лорд Льютерс рассеянно глядел куда-то вдаль.

– Будет гораздо лучше, если ты перестанешь испепелять лорда Льютерса взглядом и с такой яростью сжимать свою сумку, – тихо пробормотал Джей. – Слуги так себя не ведут.

Только услышав слова Джея, Ив осознала, сколько негодования в ней вызывала хрупкая фигурка старика. Она заставила себя расслабить руки и опустить глаза.

– Да. Так определенно лучше, – заключил Джей и отдал ей свои седельные сумки. – Пойдем, мы должны выглядеть как хозяин и слуга.

Ив согнулась под тяжестью ноши – «И что он только запихнул в свои сумки?» – и последовала за Джеем к парадному входу. Дежуривший во дворе наемник распахнул перед ними дверь и провел внутрь. В холле было сумрачно и тихо. Тусклые лампы освещали просторный зал с галереями на втором этаже, лестницу и проемы уходящих во тьму коридоров. Из двери под лестницей вышел слуга в зеленой ливрее и желтых штанах и поклонился.

– Рад приветствовать вас, милорд, – произнес он. – Но боюсь, мне не сообщали о вашем приезде.

– Да, верно, – кивнул Джей, стягивая с рук перчатки. – Я не успел известить о своем визите. Понадеялся на местное гостеприимство.

Повисла вопросительная пауза, и слуга отвесил торопливый поклон.

– Смею вас заверить, милорд, в замке Ангус всегда рады гостям из столицы.

– Прекрасно… А ты ведь Мартен, верно? Местный дворецкий?

– Совершенно верно. У вас отличная память, милорд.

– Тогда распорядись, чтобы мне подготовили комнату и подали ужин. Я жутко устал и проголодался с дороги.

– Конечно, милорд.

– Да и сумки у моего пажа забери, – Джей махнул в сторону Ив. – Бедняга совсем утомился в пути, а ему еще прислуживать мне за ужином.

– Как прикажете, милорд.

Мартен взял у Ив сумки, едва на нее взглянув. Удивительно, но, похоже, трюк с переодеванием работал – дворецкий нисколько не усомнился, что перед ним королевский паж. Ив с облегчением вздохнула и не только по этой причине – от тяжести у нее уже затекали руки.

– Послушай, Мартен, – сказал Джей. – А в замке еще кто-то гостит?

– О, замок пуст, милорд. Лорд Льютерс уже неделю никого не принимает и не покидает своих покоев. А что касается магов… Ну, вы знаете их, милорд. Они приходят и уходят когда захотят. А после того, как они установили тут свой портал, – Мартен выразительно указал глазами куда-то в потолок, – и вовсе не угадаешь, кто и когда придет. Могут свалиться на голову в любой момент. Вот, как вы, милорд.

Дворецкий лукаво прищурился, довольный своим сравнением, и подхватил ускользающие из рук сумки.

– Насколько мне известно, милорд, – продолжил он секунду спустя, – сейчас в замке один лишь магистр…

Он не договорил. Из коридора долетел зычный голос, а следом показался и его обладатель в сопровождении слуги. Ив открыла рот от удивления. В холл вошел Даниель – маг, которого она встретила когда-то в лесу. За три года он возмужал и стал шире в плечах, но в остальном не изменился. Темные непокорные волосы, точеный волевой подбородок, искрящиеся карие глаза. Даже на запястьях под рукавами белой рубашки виднелись все те же кожаные браслеты.

Ив потрясенно застыла, а потом с улыбкой шагнула вперед. Даниель наверняка ее узнает, если… Она резко остановилась, вспомнив, что сейчас изображает слугу, и попятилась. Как бы она ни была рада этой встрече, но Даниель не должен был раскрыть обман. Ив отступила еще на несколько шагов и спряталась в тени. Джей озадаченно выгнул бровь, наблюдая за странной пантомимой своего пажа.

Войдя в холл, Даниель настороженно замер. Затем взмахом руки отпустил слугу и направился к гостю.

– А, Риверс! Вот так сюрприз!

– Даниель, – сдержанно кивнул Джей.

– Всегда удивлялся твоей способности появляться в нужный момент там, где не ожидаешь тебя увидеть.

– Не понимаю, о чем ты.

– Я говорю о завтрашнем собрании Совета магов. Хочешь сказать, ты ничего не знал?

– Какое мне дело до ваших собраний?

– Ну-ну, – задумчиво протянул Даниель. – Знаешь, я попросил накрыть мне ужин в малой гостиной, может, составишь компанию? Не люблю есть в одиночестве.

– Прости, Даниель, но я уже распорядился, чтобы ужин мне подали в комнату.

Джей бросил выразительный взгляд на дворецкого. Мартен вздрогнул и виновато поклонился.

– Я все сейчас же устрою, – заверил он, подхватил сумки и скрылся за дверью.

– В таком случае давай я хотя бы угощу тебя бренди, – предложил Даниель. – Ты все равно пока будешь ждать свою комнату. Местные меня уверяли, что бренди тут отличного качества.

– Благодарю, Даниель, но я слишком устал для светских бесед.

– Да брось ты, Риверс! Какие тут светские беседы? Мы же не во дворце. Здесь все по-простому. Да идем же! Идем! Постараюсь исполнить для тебя роль гостеприимного хозяина.

Даниель обхватил Джея за плечи и повел к лестнице. Джей оглянулся и жестом велел Ив идти следом. Они поднялись на второй этаж и зашагали по коридору. В разные стороны разбегались проходы и двери. С деревянных балок свисали светильники на железных цепях, на каменных стенах дрожали круги света.

Ив старалась не привлекать внимания и держалась на несколько шагов позади мужчин. Встреча с Даниелем выбила ее из колеи и взволновала. Поначалу она боялась, что он ее узнает и разоблачит, но теперь другая мысль не давала покоя: а вдруг он ее и не помнит? Похоже, за эти годы Даниель добился высокого положения среди магов, и воспоминания об упавшей ему на голову девчонке – последнее, что могло его занимать. Странно, но от этой мысли в груди стало как-то тесно и неуютно.

Они зашли в гостевой зал. В огромном камине жарко пылал огонь. Стены украшали скрещенные секиры, над каминной полкой висел веер из боевых топоров. Как и подобает слугам, Ив осталась стоять в темном углу рядом с дверью. Джей прошел к столику в центре комнаты и сел в кресло напротив огня. Даниель прикрыл двери, наполнил у тумбы бокалы и занял соседнее кресло.

– Поведаешь, что привело тебя в замок, Джей? – спросил он, протягивая ему бокал.

– Свежий северный воздух, синева озер, журчание рек… Столичная суета порой так утомляет, Даниель. Вот я и решил поохотиться.

– Поохотиться? Позволь спросить на кого?

– На уток.

– На уток?

– Именно. Я слышал, на местных озерах они разжирели, стали медлительными и неповоротливыми. Такая охота мне как раз по душе.

– Не знал, что ты любитель охоты.

– Ты многого обо мне не знаешь.

– Ты так считаешь? – губы Даниеля тронула усмешка. – Знаешь, когда я тебя увидел, то решил, что тебя прислал Ксандер. Сам он уже давно не посещает собраний, и твое присутствие могло стать… напоминанием.

– Опять ты за свое, Даниель, – вздохнул Джей и одним глотком осушил бокал. – А бренди и вправду отличный. Тебя не обманули.

– Спасибо. Я знал, что ты оценишь, – Даниель пригубил бренди и отодвинул бокал. – Поговаривают, что после того как король признал Ксандера своим сыном, его шансы получить трон увеличились.

– Поговаривают? Даниель, ты вроде не старая бабка, чтобы слушать досужие сплетни. Признание короля ничего не меняет. Он подтвердил то, что и так всем было известно, а шансы Ксандера… Лорды никогда не согласятся, чтобы ими правил маг. Если король передумает и вместо Робера объявит наследником Ксандера, они восстанут.

– Согласен. Однако Ксандер слишком привык к власти, чтобы от нее отказаться.

– Тебе виднее. У меня ты что хочешь узнать? Собирается ли Ксандер захватывать трон? Боюсь, об этом мне ничего не известно.

– А я боюсь, ты лукавишь. Такие, как ты, всегда что-то знают.

– Такие, как я? Даниель, ты заблуждаешься. Такие, как я, могут только гадать. Если тебя интересует мое мнение, то я не думаю, что Ксандер развяжет войну.

– Не развяжет. По крайней мере, пока жив король. Сейчас Ксандер может лишь подкупать знать да раздавать обещания. Но достаточно ли этого, чтобы получить трон?

Джей пожал плечами и промолчал.

– Что ж, твое молчание говорит больше слов, – заключил Даниель и откинулся в кресле. – Впрочем, я обещал тебе обойтись без светских бесед.

– Благодарю. Они меня утомляют так же быстро, как и столичная суета.

Джей покрутил в руках пустой бокал и повернулся к Ив, жестом попросив подлить. Ив помедлила: подойти так близко к Даниелю?.. Но ослушаться приказа «хозяина» она не могла, поэтому взяла с тумбы бутылку и зашагала к столу. Стараясь скрыться за спиной Джея, она плеснула бренди в бокал, но в последний миг не удержалась и подняла глаза. Даниель смотрел ей прямо в лицо. Карие глаза прищурены, брови задумчиво сдвинуты. Неужели узнал? Сердце подскочило и затрепетало в груди. Ив быстро отвернулась, вернула на место бутылку и заспешила в темный уютный угол.

Даниель покусал губу, поерзал в кресле и уже что-то собирался сказать, когда двери в зал распахнулись. На пороге возникла чародейка Рения. Взгляды мужчин как по команде обратились к двери и с восхищением остановились на гостье. Их было сложно за это винить – Рения выглядела великолепно. Стройную фигуру облегало длинное платье из белого шелка, расшитое кружевами. В глубоком декольте в тон губ сверкало рубиновое ожерелье. Гладкие белокурые волосы спадали на плечи, скромно прикрытые меховой накидкой. Даже в тусклом свете ламп Рения сияла точно звезда. Она немного постояла в дверях, оценивая эффект своего появления, и довольная результатом прошествовала в зал. Каждый шаг отчетливо прорисовывал под тканью безупречно сложенное тело.

– Добрый вечер, мальчики! – промурлыкала Рения с чарующей улыбкой. – Надеюсь, вы не против, если я разбавлю вашу компанию?

Не дожидаясь ответа, она уселась в кресло напротив Даниеля и, выбрав самую удачную позу, небрежным движением сбросила с плеч накидку.

– И тебе, Рения, вечер добрый, – ответил Даниель. – Я бы спросил, что тебя привело, но, пожалуй, догадываюсь. Завтрашнее голосование в Совете?

– От тебя не скроешь ничего, Даниель, – Рения изобразила на лице смущение. – Хотя верно. Что толку скрывать? Ты прекрасно знаешь, что я претендую на место в Совете. И, к сожалению, я не одна.

– Желающих встать у руля власти всегда больше, чем мест. Так было всегда. От меня ты чего хочешь? Я не единственный, кто решает судьбу претендентов. Есть еще одиннадцать членов Совета.

– Хочешь сказать, десять ничего не решающих членов Совета и Ксандер? – пренебрежительно фыркнула Рения. – Брось, Дени. Всем известно, что Совет принимает решения с оглядкой на Ксандера… или в его отсутствие на тебя.

– Хочешь меня подкупить?

– Я хочу предложить тебе свою поддержку, Даниель. Ты единственный, кто не боится противостоять Ксандеру. Все прочие блеют перед ним точно овцы и слово поперек боятся сказать. Ты же – совсем другое дело. Многие тебя уважают и даже побаиваются, но сторонников тебе все равно не хватает. Некоторые судят тебя за молодость и смелые взгляды и упускают главное – ты сильнее Ксандера. Он – день вчерашний. А ты – завтрашний. Я это вижу и предлагаю свою поддержку. В моем лице ты сможешь обрести верного и преданного союзника. Тебе нужно лишь захотеть.

Рения взмахнула ресницами и задержала на Даниеле невероятно долгий, многообещающий и обольстительный взгляд. Ив на секунду даже позавидовала чародейке, что та умела так смотреть на мужчин. На Даниеля этот взгляд, однако, не произвел должного впечатления. На его лице мелькнула улыбка, но он скрыл ее рукой, сделав вид, что задумался.

– Ах! Ну, в самом деле, Дени! – не выдержала чародейка. – Неужели ты всерьез думаешь взять эту глупышку Ирис?

– А почему бы и нет? Ирис – талантливый целитель. Она хорошо разбирается в людях. Совету это не помешает.

Рения злобно сверкнула глазами, но промолчала, видимо, посчитав спор не лучшим способом убеждения. Даниель тоже не стал настаивать и повернулся к Джею.

– А может, нам и вовсе взять в Совет Риверса? По-моему, он разбирается в магии не хуже любого из нас.

Рения мелодично рассмеялась, сочтя сказанное удачной шуткой, однако лицо Даниеля, напротив, стало серьезным.

– А? Что скажешь, Джей?

Джей поднял голову, перестав притворяться, что его интересует бренди на дне бокала, и посмотрел на мага.

– Скажу, что ты, как обычно, мне льстишь, Даниель.

– А ты, как обычно, скромничаешь. Если у тебя даже Ксандер просит советов, значит, ты того стоишь.

– Да откуда тебе знать, каких советов у меня просит Ксандер? И просит ли он их вообще? – усмехнулся Джей. – Чего ты так упорно ищешь, Даниель?

– Не знаю… Есть в тебе что-то странное. Я чувствую, но не понимаю. Что-то в тебе неправильно.

– Что-то неправильно? Что-то? Даниель, ты меня обижаешь. Я воплощение пороков и лени. Во мне все неправильно.

– Тогда объясни, откуда ты так много знаешь о магии? – взгляд Даниеля сделался острым и пронзительным. – И не пытайся отрицать. Я слышал. Ты рассуждал так, будто специально учился. Мне даже любопытно, откуда такие познания у человека, полного пороков и лени? И главное, зачем?

В комнате повисло молчание. Джей откинулся в кресле и лукаво улыбнулся.

– Я бы тебе объяснил, Даниель, но не хочу смущать присутствующую здесь даму.

Рения игриво улыбнулась.

– О, можешь меня не стесняться, Джей. Говори все, что пожелаешь.

– Ну, раз вам так любопытно… – вздохнул Джей, и в его голос закрались ироничные нотки. – Видите ли, чародейки в постели очень болтливы, а мне, как галантному кавалеру, не остается ничего иного, как терпеливо выслушивать все, что они рассказывают о магии. Дамам приятно внимание, а я невольно получаю редкие знания. Вот и весь секрет, Даниель.

Даниель скривил губы и отвернулся. Рения мелодично засмеялась, в ее глазах заплясали огоньки.

– Не знала, что ты такой внимательный собеседник, Джей, – проворковала она. – Даже удивляюсь, отчего мы раньше с тобой не общались.

– Это всегда можно исправить, Рения.

У дверей послышались шаги, и в зал заглянул Мартен.

– Милорд, ваша комната готова, – сообщил он.

– А, ну наконец-то! – воскликнул Джей, допил остатки бренди и встал. – Жаль покидать вашу компанию, но, полагаю, вам и без меня есть что обсудить.

Он отвесил чародейке легкий поклон, пожелал всем доброй ночи и зашагал за Мартеном. Уходя, Ив посмотрела на Даниеля. Все внимание он обратил на чародейку, которая пересела в соседнее кресло и что-то с улыбкой шептала ему на ухо. В эту секунду Ив вдруг пожалела, что упустила момент, когда Даниель мог ее узнать.

Покои находились за углом, дальше по коридору. В небольшой гостиной горел камин. У окна ютился письменный стол, рядом у стены располагался узкий диван, а напротив камина стоял круглый столик с двумя мягкими креслами. Каменные стены и пол были и вовсе лишены всякого убранства.

Выпроводив Мартена, Джей кинул на диван свой дорожный плащ и перчатки и вытянулся в кресле у огня. С его лица мгновенно слетела напыщенная маска лорда, уступив место усталости и задумчивости.

– Прости, – сказал Джей, поднимая на Ив глаза.

– За что?

– Там в зале мне пришлось говорить… – он поморщился и качнул головой. – Впрочем, неважно.

Ив улыбнулась. Видимо, она и была той дамой, которую он не желал смущать. Ив расстегнула на камзоле несколько верхних пуговиц и села в кресло напротив. Ноги и спина гудели от усталости, голову заполняла отрешенная пустота. Ив с блаженством прикрыла глаза, чувствуя, как отпускает напряжение, и в этот момент раздался стук. Джей даже не пошевелился, и с тяжелым вздохом Ив поплелась к двери.

На пороге стоял мальчишка-слуга в белых поварских одеждах.

– Ужин для лорда Риверса, – объявил он.

Ив забрала поднос с едой и захлопнула дверь, от всей души надеясь, что больше никто не придет. Джей с ловкостью, которой позавидовал бы любой придворный паж, расставил на столе тарелки, разложил приборы и салфетки и поднял крышки с блюд. На ужин лорду Риверсу подавались пшеничные лепешки, маринованные овощи, тушеная утка с картофелем и миска горячего бульона с яйцом. На десерт предлагались медовые пирожные с кремом и графин с охлажденным вином.

– Вполне недурно, – заключил Джей. – Присоединяйся, еды на двоих хватит. Что-что, а утку тут умеют готовить.

Мясо и вправду было нежным и сочным. Ив попробовала всего понемногу, запила вином и отодвинула тарелку: усталость заглушала голод. Хотелось остаться одной и обо всем поразмыслить. Вытянуться на кровати и закрыть глаза.

– Пожалуй, я пойду спать, – сказала Ив и встала. Но тут же застыла на месте: дверь у камина вела в единственную спальню. – Ой, а где моя комната?

– А ее у тебя нет, – Джей подцепил вилкой мясо, прожевал и продолжил: – Видишь ли, слуги обычно ночуют рядом со спальней хозяина, чтобы явиться к нему по первому зову. Если бы я попросил для тебя отдельную комнату, то это вызвало бы ненужное подозрение.

Ив не задумывалась об этой стороне вопроса, хотя, разумеется, Джей был прав. Положение слуги представляло определенные неудобства, но Ив была слишком измотана, чтобы обращать на это внимание. Она зашагала к дивану. Если накрыться плащом и…

– Ив, ну что ты делаешь? – остановил ее Джей.

– Собираюсь лечь спать. А что?

– Ив, ну честное слово! Обо мне много чего болтают, но все-таки я в состоянии уступить даме спальню, – он ткнул вилкой в приоткрытую дверь. – Она твоя.

– А как же ты?

– Я? Да как-нибудь устроюсь.

Ив повернула к спальне, но снова остановилась. Мысль, что придется делить общие комнаты с человеком, о котором она ничего не знала, вновь заставила задуматься, а может ли она ему доверять. Между ними будет лишь тонкая дверь, и ни одна душа, кроме Мико, не знает, кто такой на самом деле паж лорда Риверса. Ив охватили сомнения. Она вернулась и облокотилась на спинку кресла.

– Знаешь, о тебе действительно много чего болтают, – осторожно начала она.

Джей поднял глаза и озорно улыбнулся.

– Да? И что же ты слышала?

Ив облизала пересохшие губы.

– Например, что ты сын короля.

– Сын короля? – Джей хохотнул. – Забавно, раньше утверждали, что я его дальний родственник. Поразмыслю об этом на досуге.

– А еще говорят, что ты сбежал с Вольных островов, поскольку там кого-то убил и ограбил.

Ив ожидала, что Джей возмутится, но он снова лишь весело фыркнул.

– Занятно. Я думал, эту сплетню давно позабыли.

– И это тебя забавляет? – удивилась Ив.

– А почему бы и нет? Над некоторыми вещами можно лишь посмеяться.

– Но если это неправда, то откуда берутся подобные слухи?

– Ох, Ив, достаточно в одном месте промолчать, в другом недоговорить, и вот люди уже додумывают все остальное.

Ив готова была в это поверить – Джей был мастером по недомолвкам. К тому же она на собственном опыте знала, как рождаются сплетни. Но, с другой стороны, не является ли недомолвка сама по себе попыткой что-то скрыть?

– Люди не додумывают на пустом месте, – повторила Ив слова Мико и услышала в своем голосе обвинительные нотки. – Никто не знает о твоем прошлом. У тебя нет земель, и все считают, что ты прибыл с Вольных островов.

– О-о-о, – протянул Джей, – и это, несомненно, доказывает то, что я бывший убийца?

– Не знаю. Ты мне скажи.

Прищурив глаза, Джей обглодал косточку и бросил ее в огонь. В воздух с тихим шипением взметнулись желтые искры.

– Кажется, я понял, в чем дело, – он вытер руки о салфетку, откинулся в кресле и пристально посмотрел на Ив. – Ты готова слушать все, что говорят другие, но не желаешь слушать себя. А ведь недавно ты утверждала, что тебе безразлично, кто и что думает.

– Да, это так, но я… – Ив запнулась. Она действительно так говорила и думала, что же теперь изменилось? Ив качнула головой. Нет. Она не позволит так легко сбить себя с толку. – Джей, я хочу знать, кто ты такой. И я хочу услышать правду, а не слухи и домыслы.

– Правду? – Джей криво усмехнулся. – Правда прямо перед тобой, Ив. Тебе надо лишь захотеть ее увидеть. Но ты не хочешь.

Ив вдруг разозлилась.

– Это не ответ!

– Другого у меня нет…

– Перестань постоянно говорить загадками! Я все это время была с тобой откровенна, а ты ни слова не говоришь о себе! Не находишь это несправедливым?

– Нет, не нахожу. Я всегда знаю о других больше, чем они обо мне. Что с того?

Ив не понимала его упрямства. Что он скрывает? Все предположения уже высказаны, неужели он боялся их подтвердить? Или было что-то похуже? Ив вцепилась в спинку кресла и упрямо уставилась на Джея, ожидая ответ.

Джей тяжело вздохнул и отвел глаза.

– Не мучай меня вопросами, Ив. Этот разговор не имеет смысла, не стоит его продолжать.

– Почему?

– Потому что я не хочу тебе лгать.

– Лгать? Тогда как я могу тебе доверять, если ты сам мне не веришь и не желаешь ничем поделиться?

– Как ты можешь мне доверять? – озадаченно переспросил Джей и рассмеялся. – Забавно, что ты заговорила о доверии только сейчас. Отчего же раньше тебя не занимал этот вопрос? Например, в подземных туннелях, когда ты требовала рассказать об отце? Или когда просила у меня помощи? Тогда ты тоже мне не доверяла?

Золотистые глаза Джея сверкали, точно два горящих уголька, губы ломала кривая усмешка. Выдержав небольшую паузу, он продолжил:

– Скажи, неужели тебе действительно нужно знать, кем я был, чтобы мне доверять? Какая трогательная история из моей жизни тебе подскажет, что я достоин доверия? Что из моего прошлого сможет тебя в том убедить? – Джей горько усмехнулся и покачал головой. – Нет, Ив. Доверие нельзя завоевать словами, только делами. А я пока вроде не совершил ничего, что заставило бы во мне сомневаться.

Джей отвернулся и присел у огня, видимо, посчитав, что вопрос исчерпан.

Ив растерянно заморгала. Мысли устало разбредались. Она уже и сама не понимала, чего добивается и хочет узнать, однако чувствовала, что разговор еще не закончен.

– Что ж, мне действительно пока не в чем тебя упрекнуть, – сказала она, собравшись с мыслями. – Но как я могу быть уверена в этом и дальше?

Рука Джея зависла над поленом, которое он хотел бросить в огонь. Он повернулся и посмотрел на Ив. Потом отряхнул руки и присел на подлокотник кресла.

– Скажи, Ив, ради чего на самом деле ты завела весь этот разговор? Чего ты боишься? Что я тебя убью? У меня была возможность сделать это множество раз. Я просто мог бросить тебя одну в подземелье. Значит, дело в другом. В чем?

– Почему ты мне помогаешь? Что ты попросишь взамен? – слова сами слетели с губ.

– Что я попрошу взамен? – озадаченно повторил Джей.

Его взгляд скользнул на приоткрытую дверь и одинокую кровать за ней. Джей качнул головой, будто отгоняя догадку.

– Думаешь, я хочу воспользоваться ситуацией и затащить тебя в постель?

Ив молчала. Язык словно прилип во рту, не ворочался, не желал отвечать. В глазах Джея вспыхнул гнев, и Ив поняла – ее немое обвинение его оскорбило.

– Думаешь, все женщины попадают в мою постель путем обмана? – прошипел он. – Не льсти себе, Ив. У меня была сотня женщин и столько же еще будет. Ты мне зачем?

Каждое его слово звенело и кололо как лед. Ив опустила глаза, чувствуя, как загорается на щеках румянец. Несколько секунд она неподвижно стояла, оглушенная и ошеломленная резкостью Джея. Наконец выдавила глухим голосом:

– Ты был прав, нам не стоило продолжать разговор.

Она зашла в спальню, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Сердце мучительно билось в груди. Ив не понимала своей реакции. Она никогда не думала о Джее как о мужчине, однако холод в его словах ее неприятно задел.

Она закрыла глаза и прислушалась. Джей бродил из угла в угол, то раздраженно фыркая, то вздыхая. Его шаги беспорядочно метались по комнате, но затем замедлились и остановились у самой двери. Ив затаила дыхание. Казалось, Джей хочет постучать или войти. Однако в следующий миг шаги опять решительно застучали. Хлопнула входная дверь, и упала тишина.

Ив со вздохом открыла глаза. Сумрак спальни разбавлял свет луны, который серебрил белые простыни. Ив сняла камзол и повесила на спинку стула. Стянула сапоги и обессиленно рухнула на кровать, спрятав лицо в подушке. Если некоторое время назад она много о чем хотела подумать, то теперь думать не хотелось совсем.

Глава 11. Замок Ангус

Ив разбудил лившийся из окна свет: тусклый, блеклый, невыразительный. В комнатах царила тишина, сотканная из неподвижности и безмолвия. Миновала минута… вторая… третья… Наконец Ив откинула одеяло, встала и выглянула в окно. Над озером клубился туман: длинные щупальца хватались за берега и уползали в низины. Сквозь дымку проступали очертания хижин и холмов, бледным пятном над горизонтом висело солнце.

Ив поежилась. Воздух за ночь остыл, напитался озерной влагой и пробирал до костей. Ив натянула на себя камзол и обулась. На туалетном столике нашла кувшин с водой, который не заметила вчера в темноте, и, прежде чем покинуть спальню, умылась и заново перевязала волосы лентой.

В гостиной тоже было прохладно. Угли в камине покрывал серый пепел. На столе стояли пустые тарелки. Ив мысленно побранила нерадивого слугу, который вовремя не затопил камин и не унес посуду, но тут же сообразила, что она и есть тот самый слуга. Она сложила тарелки на поднос и принялась разводить огонь.

Ночью Джей не возвращался. На диване лежал его дорожный плащ, на стуле – сумка. Где же он провел ночь? Ведь не мог же он рассердиться и просто уехать? Или мог?..

Ив вздохнула, проклиная свой упрямый язык. Вот зачем она вчера затеяла тот разговор? В свете нового дня все сомнения казались нелепыми и надуманными. Если Джей не желал говорить о прошлом, значит, у него были на то причины. Секреты есть у всех. Ив надо было это понять и принять. Не требовать ответов, а быть благодарной за поддержку и помощь. Тем более теперь она знала – с ней Джей был другим. Настоящим. Он не играл, не притворялся, не носил масок. Да, он был загадочен, лукав и не особо откровенен, нооставался собой, насколько мог себе это позволить. А теперь из-за пустых подозрений она, возможно, лишилась своего единственного союзника.

На душе стало тоскливо. Захотелось вернуться в постель, укутаться в одеяло и обо всем забыть. Но это бы ничего не исправило, поэтому Ив гнала мрачные мысли прочь.

Вскоре в очаге запылал огонь. Ив взяла очередное полено, когда за спиной распахнулась и хлопнула дверь.

– С добрым утром, – промурлыкал знакомый голос.

В комнату с подносом в руках вошел Джей. Он выглядел сонным и взъерошенным, но при этом отчего-то довольным.

– Как оказалось, мой паж очень ленив, – сказал он, расставляя на столе тарелки с едой. – Спит все утро напролет и даже не соизволит позаботиться о своем господине. А по утрам господин любит плотно поесть. К сожалению, пажу до этого нет и дела. Ему бы весь день валяться в постели да витать в облаках. Вот и приходится господину самому бегать по замку в поисках своего завтрака.

Ив догадалась, что эту историю он рассказал на кухне, чтобы оправдать там свое появление. Джей тем временем неторопливо положил себе на тарелку омлет с ветчиной, налил в кружку чай и стал намазыватьмасло на хлеб. Потом перевел взгляд на Ив и озадаченно выгнул бровь.

– Ты есть будешь? Если что, еду я брал на двоих. К твоему сведению, слугам на завтрак выдают лишь несладкий чай и хлеб с ветчиной. На твоем месте я бы использовал эту возможность нормально поесть.

Ив поймала себя на том, что стоит в обнимку с поленом и с совершенно нелепым видом пялится на Джея, который чего-то ждет. Чего? Ах да… завтрак.

– Да, буду. Спасибо.

Ив сунула полено в огонь и села за стол. Ароматы свежей выпечки и копченых колбасок мгновенно пробудили аппетит. Ив положила себе омлет и приступила к трапезе. Еда была отличным поводом усердно жевать и молчать,поскольку Ив не знала, о чем говорить. После вчерашней ссоры она твердо решила не задавать Джею вопросов и не касаться личных тем. Если он захочет, расскажет сам.

– Ночью я кое-что узнал о свечах, – заговорил Джей, и Ив с любопытством подняла глаза. – При поступлении на склад замка на основание каждой свечи ставится печать в виде зубчатой стены с башней. Я это обнаружил, пока был в комнате Рении.

– А! Так значит, ночью ты был с Ренией? – вырвалось у Ив, и она прикусила язык. Ну вот какое ей дело, с кем и где он провел ночь!

Джей покосился на Ив, и впервые за утро его губы дрогнули в улыбке.

– Ты, кажется, опять меня не слушаешь. Я не говорил, что был с Ренией. Я сказал, что был в ее комнате.

– Разве это не одно и то же?

– Ну, вообще-то нет. Потому что Рении в комнате не было.

– Вот как? И где же она была?

– Откуда мне знать? Наверное, где-то с Даниелем.

Ив вспомнила, как чародейка шепталась с Даниелем, и усилием воли прогнала это видение.

– Но речь не о Рении, – продолжил Джей. – Как я сказал, на каждой свече есть печать замка. Однако на той, которую ты мне показывала, такая печать не стояла. Я разыскал Мартена – именно он выполнял указание лорда Льютерса и отправлял свечи твоему отцу. Мы немного выпили, разговорились, слово за словом… В общем, я узнал, что он сам взял свечи со склада, положил в конверт, запечатал и передал гонцу, который сразу же уехал во дворец.

Ив открыла рот, и Джей поднял палец.

– Да-да. Знаю, о чем ты подумала. Дворецкий мог солгать о том, что взял случайные свечи. Мог покрывать своего хозяина. Мог сам быть причастен к преступлению. Но! Тут есть одно большое «но». Какой смысл избавляться от печати на свечах, когда точно такая же печать стоит на конверте? Ответ: никакого. Из этого следует, что свечи подменили уже после того, как они покинули замок, и поставить на них печать не представлялось возможным. Можешь не соглашаться, но я, как и прежде, считаю, что лорд Льютерс не имел отношения к отравлению твоего отца.

Ив нахмурилась. Доводы Джея звучали разумно, но все же они не избавляли до конца от сомнений.

Джей положил себе кусочки сыра и колбаски и продолжил:

– Далее, что касается шкатулки… Ночь была длинной. У меня было время подумать, и я пришел к выводу, что если шкатулка до сих пор в замке, то ее лучше незаметно забрать и сразу уехать.

– Забрать – в смысле украсть?

– Забрать – в смысле забрать. Она же твоему отцу принадлежала. Просто мы ее возьмем и никому об этом не скажем.

– Ладно. Но как мы достанем шкатулку из защищенного магией тайника?

– Не волнуйся. Я об этом позабочусь.

– Как?

– Неважно, – качнул головой Джей. – У любого замка есть ключ, его нужно только найти. Самое главное – мы знаем, где искать тайник. Кабинет лорда Льютерса находится на третьем этаже, в комнате под дозорной башней. Попасть туда можно или из личных покоев хозяина, которые он, к сожалению, не покидает. Или через вход со двора. Последний вариант кажется единственным и самым верным. Однако именно это меня и тревожит.

– Почему?

Джей закинул в рот сыр и медленно прожевал.

– Не знаю. Какое-то предчувствие… Но в любом случае, мне потребуется больше информации. Чуть позже я узнаю график дежурств во дворе, тогда и решим.

Ив кивнула и отпила чай, размышляя над услышанным. Оказывается, Джей не терял времени даром. Пока она спала, он собирал сведения, искал доказательства. Ему бы все бросить и уехать, а он продолжал помогать. Даже завтрак принес… Ив ощутила внутри теплоту, которая возникла не только благодаря горячему чаю.

Джей негромко покашлял.

– Знаешь, вчера я, вероятно, был несколько резок, – осторожно начал он. – Когда я говорил про сотню женщин…

– Ой, Джей, прошу, – перебила Ив, чувствуя, как к щекам приливает кровь. – Меня не интересуют твои любовные похождения.

Она поняла, что он хотел всего лишь извиниться, но возвращаться к вчерашнему разговору, а тем более к его концу, ей совсем не хотелось. Она поковыряла вилкой ветчину, притворяясь, что полностью увлечена едой.

Джей вздохнул, отодвинул пустую тарелку и подпер кулаком подбородок.

– Скажи… – медленно произнес он, – а когда я вчера упомянул, что ты меня не интересуешь, тебя ведь это задело, не так ли?

– Что-о?! Вот еще! Какая глупость! Конечно же нет! – возмутилась Ив и тут же прикусила язык. Ответ вышел слишком поспешным и эмоциональным.

Джей расплылся в улыбке.

– О-о! Да ты никак лжешь! Выходит, я прав!

– Я не лгу, – сердито пробурчала Ив. – Не выдумывай.

– Лжешь. Еще как лжешь.

Джей с улыбкой откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Ив с раздражением вздохнула. Джей видел ее насквозь, и это выводило ее из себя. Она отправила в рот последний кусок ветчины, и отчего-то он показался абсолютно безвкусным. Ив заставила себя его проглотить и залпом выпила чай. Потом принялась убирать со стола. Все это время Джей сидел неподвижно. Казалось, он уснул. Ив старалась не звенеть посудой, чтобы его не разбудить, и вздрогнула от неожиданности, когда он вновь заговорил.

– Мне надо немного поспать. Хотя бы пару часов. И желательно в более удобном месте, чем это кресло, – Джей лениво приоткрыл один глаз. – Ты не будешь возражать, если я займу спальню?

Ив пожала плечами.

– Делай что хочешь.

– Благодарю.

Джей со вздохом встал с кресла и направился в спальню.

– Да, и кстати, – сказал он, расстегивая на ходу рубашку. – Было бы неплохо, если бы мой паж перестал притворяться изнеженной леди и более серьезно отнесся к своим обязанностям. Для разнообразия он мог бы хоть немного подумать о своем господине и, например… – Джей остановился в дверях. – Например, отнес бы в стирку мою одежду.

Он зашел в спальню, и через секунду из приоткрытой двери вылетела скомканная рубашка. Ив услышала, как ударились о пол сапоги, скрипнула кровать и зашуршало одеяло. Затем наступила тишина.

Ив вздохнула. Джей был прав: ей нужно убедительнее играть роль пажа. Она подобрала с пола рубашку, взяла поднос с посудой и отправилась на поиски кухни.

Несмотря на позднее утро, в коридорах не было ни души. Ив шагала по пустому замку, а сердце все равно замирало. Где-то тут Даниель. Воображение рисовало их встречу за каждым углом, у каждой двери. Ив выдумывала речь, готовила объяснения, которые произнесет, но Даниель не появился ни на лестнице, ни в холле и даже не показался издалека. На миг Ив накрыло разочарование, но потом пришло облегчение: их встреча должна состояться не так и не здесь, если ей, конечно, вообще суждено случиться…

Кухня нашлась довольно быстро, по характерным запахам стряпни. Кухарка в белом переднике, забирая поднос, смерила Ив строгим взглядом и на прощание неодобрительно поцокала языком. Очевидно, рассказ о нерадивом паже вышел у Джея необычно красочным и правдоподобным. Спустя десять минут скитаний по замку Ив отыскала и прачечную в подвале. Молодая прачка повела себя более дружелюбно и пообещала вернуть рубашку через час. Ив посчитала, что на этом долг перед «господином» исполнен, и отправилась во двор на разведку.

После пустых коридоров замка двор дышал оживлением. Шаркали ноги, звенело оружие, скрежетали лезвия о точильный камень. Кто-то посмеивался, кто-то насвистывал, кто-то покашливал. У ворот фыркали кони. За оградкой у сарая деловито возились куры.

Мико сидел у конюшни на деревянной коробке и наблюдал за тренировкой лучников. Стрелы, вылетая из арбалетов, со свистом рассекали воздух и вгрызались в круглые мишени у стены.

– Ты как? Все нормально? – спросила Ив, садясь на коробку рядом с другом.

– Да, вполне, – отозвался Мико.

Ив рассеянно кивнула в ответ и посмотрела на балкон, где вчера стоял лорд Льютерс. Сейчас балкон пустовал, лишь в глубине, на ветру, колыхались светлые занавески. Ив перевела взгляд на дозорную башню. Вход в нее охранял наемник. Он прохаживался вдоль стены, отмеряя несколько шагов в одну сторону и в другую. Ходил он медленно и лениво – мимо не проскочишь.

Ив с досадой отвернулась и заметила на лице Мико улыбку.

– Ты чего? – спросила она.

– Да я просто о тебе вспоминал, – сказал он. – Как я учил тебя обращаться с оружием.

– Ты учил меня обращаться с оружием? Когда?

– Мне тогда, наверное, было лет восемь. Ты принесла мне кинжал своего отца и попросила научить тебя каким-нибудь приемам. Я понятия не имел, что делать, но мне было так стыдно в этом признаться, что я согласился. К счастью, лорд Стаут увидел нас прежде, чем мы успели лишиться пальцев.

– О, помню, отец жутко тогда рассердился и несколько дней запрещал мне выходить из дома. А как выразительно Нелл закатывала глаза! «Леди с оружием – неприемлемо», – Ив улыбнулась. – Да, это было весело и… ужасно глупо.

– Может и глупо, но иногда мне этого не хватает. Ведь в последнее время… мы почти перестали общаться.

– Разве? Не замечала.

– А я замечал. Наше общение свелось к коротким приветствиям в конюшне. Я стал для тебя невидимкой.

Горечь в голосе Мико Ив удивила.

– Но это не так, – возразила она. – Я всегда буду относиться к тебе как к другу. Ты же знаешь?

Мико тихо вздохнул.

– Да, знаю.

Двор взорвался от радостных криков, прервав разговор: одна из команд стрелков одержала победу. Их соперники с недовольным ворчанием вытащили из карманов монеты и передали их победителям. Похоже, наемники не столько тренировались в стрельбе, сколько развлекались и пытались подзаработать.

Начался новый тур, и команды поменялись местами. Опять засвистели стрелы. Мико немного последил за стрельбой и снова покосился на Ив.

– Знаю, это не мое дело, но все же… может, объяснишь, для чего нужен этот маскарад? – он указал на костюм пажа.

Ив ждала этого вопроса. Хотя о чем она могла рассказать? Об убийстве отца? Слишком опасно. Что хозяин замка может оказаться преступником? Но и в этом она не была уверена.

– Так надо, Мико. Мой приезд должен остаться в тайне, – сказала она и поморщилась от скупости своего ответа. – Понимаешь, отец оставил тут одну вещь, и мне надо ее забрать.

– Ясно. Если тебе нужна помощь, ты только скажи.

– Спасибо, но Джей уже обещал мне помочь.

Мико помрачнел.

– А… ну да… Обещал помочь.

– Перестань, Мико. Ты несправедлив. Джей действительно мне помогает, а я взамен…

Ив скривилась, вспомнив вчерашнюю ссору. Мико, однако, неверно истолковал ее гримасу.

– Что взамен? – воскликнул он, сжимая кулаки. – Если он хоть как-то тебя оскорбил…

– Нет-нет. Дело не в этом, – запротестовала Ив. – Он меня никак не оскорблял. И хватит, Мико. Я Джея совсем не интересую.

– Не интересуешь? – Мико криво усмехнулся. – Это он так сказал? В таком случае он либо лжец, либо слепец. Потому что ты самая замечательная и красивая девушка на свете.

Ив с изумлением уставилась на друга. Мико осекся, и его щеки залил румянец.

– Прости, я не это хотел сказать… в смысле это, но не так чтобы… уф… – он умолк, окончательно смутившись, и еще сильнее покраснел.

– Тебе не за что извиняться, Мико. И… спасибо за комплимент.

– Это был не комплимент. Комплименты говорят лорды, а я всего лишь простой конюх и говорю то, что думаю.

Мико отвернулся.

– Знаешь, пойду-ка я лучше… лошадей накормлю.

Он вскочил с коробки и чуть ли не бегом кинулся к конюшне. Ив проводила его взглядом, гадая, что это на него нашло. Она еще немного посидела и понаблюдала за двором, потом пошла в прачечную за рубашкой.

Когда она вернулась в комнату, Джей уже проснулся. Он сидел на столе у окна и разглядывал какой-то документ.

– А, вот и ты, – сказал он, поднимая глаза.

– Да. Я немного прогулялась по замку.

Ив отдала рубашку, и Джей кинул ее на диван.

– Благодарю. Похоже, мой паж не такой лентяй, как я полагал.

В его манерах чувствовалась отстраненность, и это больно кольнуло Ив. Ох! А ведь она до сих пор не извинилась!

– Джей, я…

– Я сейчас уезжаю, – перебил он. – Тебе придется самой позаботиться об обеде. Скажи на кухне, что еда для меня, и выбирай любое блюдо по своему вкусу.

– Уезжаешь? – у Ив упало сердце. – Куда?

– Как куда? На охоту, разумеется.

Ив моргнула.

– На охоту?.. На уток?

– Именно. На уток, – Джей сложил документ пополам и сунул в карман. – Ты не будешь возражать, если я возьму с собой твоего защитника?

– Кого?

– Конюха, который оберегает тебя от недостойных лордов, – уточнил Джей с ироничной улыбкой.

Ив почувствовала, как щекам прилила кровь.

– Если ты про Мико, то ему не требуется мое разрешение. Он мне не слуга. Спроси его сам, захочет ли он поехать с тобой.

– О! Уверен, он согласится. Я на всякий случай спросил. Вдруг он должен был защищать тебя не только от меня.

Обида в голосе Джея вновь заставила Ив устыдилась своих подозрений.

– Джей, прости. Я не хотела тебя вчера обидеть…

– Ив, – перебил он. – Я бы никогда не попросил у тебя того, что ты не захочешь мне дать и даже не стал бы на это рассчитывать. Я рад, что мы наконец-то это выяснили.

Он взял с дивана плащ и зашагал к двери. На пороге он обернулся.

– Да и если тебе еще любопытно, то я никогда не был на Вольных островах. Моя мать была родом оттуда.

Джей лукаво улыбнулся и вышел в коридор. Ив почувствовала, как губы растянулись в улыбке. Неужели он прислушался к ее словам о взаимном доверии и приоткрыл часть своего прошлого? Крохотную часть, но все же он сделал ей шаг навстречу.

До обеда оставалось время, поэтому Ив решила продолжить изучение замка. Первый этаж, как она уже выяснила, занимали казармы, склады, хозяйственные и оружейные помещения. Второй – гостевые комнаты и залы. А вот третий этаж отводился хозяину замка и представлял особый интерес.

Ив положила Искру в карман, чтобы иметь возможность заглянуть даже в самые темные закоулки замка, и вышла в коридор. Замок постепенно оживал. Где-то хлопали двери, шуршали шаги, скрипели петли. Где-то с эхом отдавался кашель, холодной рукой касался сквозняк. Ив вздрагивала от каждого шороха и ветерка и тут же одергивала себя: нечего так дергаться и дрожать, она – королевский паж, тень и невидимка. Однако у лестницы самообладание подвело, и Ив кинулась наверх, пока никто ее не заметил.

Третий этаж отличался богатым убранством. Полы устилали ковры – немного потертые, но толстые и добротные. Стены украшали семейные портреты и блестящие щиты, в нишах красовались латные доспехи. С потолка на железных цепях свисали изящные кованые светильники, озарявшие коридор светом. И кругом ни души: ни слуг, ни охраны.

Вход в покои лорда Льютерса закрывала резная дубовая дверь. Ив повернула ручку, но, как и следовало ожидать, дверь была заперта. В конце коридора за двойными дверьми находился огромный зал с колоннами. Вероятно, раньше в нем проходили праздничные торжества, но теперь зал выглядел заброшенным и пустым. Не было ни лавок, ни столов. Вдоль прохода стояли витые канделябры без свечей, а по стенам спускались пыльные гобелены.Сквозь витражные окна падали лучи света, раскрашивая пол цветными узорами.

В конце зала виднелась еще одна дверь, и Ив зашагала туда. Тонкий ковер приглушал звуки шагов и гасил гулкое эхо. Уже у двери внимание Ив привлекло необычное сияние. Посреди прохода, над полом, висело светящееся кольцо. Воздух внутри него переливался и дрожал, как знойное марево, а по кругу вращались голубые символы. Их начертание напоминало руны на Искре. Видимо, это и был тот портал, о котором упоминал дворецкий.

Ив приблизилась и коснулась края кольца. Пальцы кольнул холодок, и она отдернула руку. Символы дрогнули и расплылись, как чернила в воде, но затем собрались и вновь обрели четкость. Сейчас портал бездействовал – управлять им умели лишь маги, но и оставаться рядом было опасно. Портал – та же дверь: в любой момент из него мог кто-нибудь выйти.

Ив отошла на пару шагов, когда раздался хлопок. Воздух всколыхнулся, и портал засиял. Пространство внутри него уплотнилось и обрело форму сферы. Темно-фиолетовые переливы вихрились, выплывая из центра и скользя по бокам. Зрелище завораживало, и Ив не сразу сообразила, что надо бежать. Она юркнула в ближайшую дверь.

Новая комната была вполовину меньше предыдущей. В центре стоял овальный стол в окружении кресел, под потолком сияли ажурные лампы. Ни окон, ни дверей, лишь пустые каменные ниши и утопленные в стенах колонны.

За дверью послышались голоса. На женский смех ответил басовитый мужской рокот. К ним присоединился новый голос и еще один. Зазвучали слова приветствия, все четче и яснее, все ближе… И тут Ив словно пронзило. Через портал прибывали не кто иные, как члены Совета магов, на собрание, которое пройдет в этой самой комнате.

Ив в смятении отскочила от двери. С кем она могла тут столкнуться?

Во-первых, с Даниелем. Он либо вспомнит ее и разоблачит. Либо потребует объяснить, что паж лорда Риверса делает в зале Совета магов. И что на это ответить?

Во-вторых, с Тиеной. Надеяться, что чародейка ее не узнает? Нет, Ив не была так наивна. Костюм пажа мог обмануть незнакомого человека, но не того, кто ее знал.

В-третьих, с Ксандером. Что сделает Верховный маг с переодетой в пажа леди? Допросит? Отпустит? Запрет в темнице? Нет, она понятия не имела, как он поступит.

Ив вжалась в нишу между колоннами. Положение было безнадежным. Оставалось ждать того, кто войдет первым и бежать со всех ног. Но удастся ли убежать от магов? Ив с досадой ударила кулаком по стене. Что-то щелкнуло, заскрипело, и стена за спиной провалилась. Ахнув, Ив полетела следом за ней и уперлась локтями в кирпичную кладку. Стена тем временем повернулась вокруг своей оси и с тихим стуком встала на прежнее место. Упала кромешная тьма.

Ив оцепенела, пытаясь сообразить, что произошло. Она случайно привела в действие скрытый механизм, открыла тайный проход и оказалась заперта между двумя стенами. Дрожащей рукой Ив нащупала в кармане Искру и осветила узкий проход. Справа он заканчивался тупиком, слева наверх уводили крутые ступени. Воздух был затхлым и прохладным, но откуда-то явственно тянуло сквозняком. Что ж, по крайней мере задохнуться ей тут не грозит.

В комнате за стеной хлопнула дверь, зазвучали голоса. Как же вовремя она спряталась! Ив с облегчением вздохнула и чуть не чихнула от пыли. Она зажала ладонью нос и, освещая путь Искрой, зашагала наверх.

Лестничный проход был узким, плечи то и дело задевали о пыльные стены. В воздухе колыхались липкие нити паутины, и Ив брезгливо смахивала их с лица и волос. Наверху лестница заканчивалась площадкой, достаточно широкой, чтобы на ней можно было с кем-нибудь разойтись. На другом конце виднелись еще ступени, которые вели куда-то в глубь замка. Вероятно, тайные ходы опутывали все здание.

Ив не решилась идти дальше и осмотрела площадку. Дуновение сквозняка тут ощущалось сильнее, и даже без света Искры можно было различить очертания стен и перекрытий потолка. В стене справа на уровне глаз Ив заметила горизонтальную щель, из которой сочился свет. На первый взгляд щель не казалась изъяном – кто-то намеренно ее сделал в стене.

Ив спрятала в кулаке Искру и посмотрела в глазок. Весь зал совещаний был виден отсюда как на ладони. Площадка находилась прямо над ним, напротив двери. За столом сидели двое мужчин, еще один стоял около входа. По какой-то причуде их голоса тут слышались особенно четко. Ив разобрала, как мужчина у двери попросил кого-то поторопиться и тоже сел за стол. Похоже, не оставалось ничего иного, как ждать окончания собрания.

Неожиданно чья-то рука зажала ей рот. Ив дернулась, но кто-то крепко обхватил ее поперек груди.

– Тихо. Это всего лишь я, – шепнул на ухо Джей, и кольцо рук разомкнулось.

Ив развернулась на пятках и подняла Искру. Перед ней и правда стоял Джей. Он поморщился от яркого света, и Ив опустила руку. Площадка снова погрузилась в полумрак.

– Джей? Что ты здесь делаешь?

– Хотел спросить то же самое. Как ты сюда попала?

– Совершенно случайно.

– Охотно верю и почему-то не удивляюсь, – вздохнул Джей. – Неужели тебя и на минуту нельзя оставить одну?

– А ты здесь откуда? Ты ведь уехал.

– Уехал. И снова вернулся.

– А что с Мико?

– А что с ним? Думаю, наслаждается видом озер в охотничьем домике.

– Думаешь? Ты что, бросил его одного?

– Ох, Ив! Да что с ним случится? Он смышленый малый. Готов спорить, он уже мчится обратно в замок.

– Что ты ему сказал?

– Что забыл в замке свои счастливые перчатки и должен за ними вернуться.

– И он тебе поверил?

– Усомнился, конечно. Но не нашел достойного повода не дать мне уехать.

– Зачем ты так поступил? Хотел ему отомстить?

– Отомстить? – Джей фыркнул. – Месть – самое бесполезное и жалкое на свете занятие. Я не стал бы тратить на это время. Я хотел, чтобы мой отъезд выглядел убедительно, вот и все. Да и потом, за что мне ему мстить? За то, что мальчишка в тебя влюблен?

– Что? – Ив округлила глаза.

– О боги, Ив! Только не говори, что не знала. Это же очевидно, – Джей мельком посмотрел в глазок и покосился на руку Ив. – А что за вещица у тебя в руке? Откуда?

Ив напустила на себя таинственный вид.

– Это подарок.

– Подарок? От Даниеля, полагаю? Хм. Вы так и познакомились?

Ив застыла с открытым ртом. И как ему это удается? Он читает ее, как открытую книгу!

– Видимо, да, – заключил Джей и снова повернулся к глазку.

– Не понимаю, о чем ты… – придя в себя, запротестовала Ив, но Джей сердито шикнул:

– Тихо. Все утки расселись по местам. Охота началась.

Ив пришлось прижаться к Джею плечом, чтобы тоже заглянуть в глазок. Совет магов собрался почти в полном составе. За столом сидели десять магистров, пустовали всего три места: во главе стола и два по бокам. Из присутствующих Ив узнала только Тиену.

В зал вошел Даниель и закрыл дверь. Ив затаила дыхание и прильнула к стене. Даниель остановился во главе стола и оглядел зал.

– Похоже, Ксандер к нам опять не присоединится, – заключил он и повернулся к худому темноволосому магу справа. – Кассий, позаботься о безопасности Совета. Наша беседа не должна касаться чужих ушей.

Кассий поднялся из-за стола и развел в стороны руки. Воздух над столом заискрился, и в следующую секунду голоса в зале зазвучали глуше. Ив догадалась, что заклинание не подействовало на нее в полную силу, поскольку площадка, на которой она стояла, немного выступала в зал.

Даниель снова обвел всех взглядом и на этот раз довольно кивнул.

– Думаю, можно начинать, – он отошел от кресла во главе стола и занял свободное место сбоку.

Глава 12. Совет магов

Кассий одернул камзол и посмотрел на Даниеля.

– Кто сегодня возглавит Совет? Даниель, ты?

– Нет, Кассий, – покачал головой Даниель. – Будем придерживаться правил. В отсутствии Великого магистра Советом руководит старший из нас. Бери слово ты.

– Как пожелаешь, – вздохнул Кассий и словно под грузом ответственности тяжело опустился в кресло. – Что ж, начнем с тревожных вестей. Все слышали о группе фанатиков, которые именуют себя жрецами безымянных богов. В Теодене они открыто призывают к восстанию против магов из-за якобы нашего равнодушия к бедам простых людей.

– Из-за якобы нашего равнодушия? – переспросил Даниель.

Кассий нахмурил брови.

– Что ты хочешь сказать, Даниель?

– Давайте называть вещи своими именам. Как часто вы, магистры, помогаете простым людям? – Даниель обвел взглядом Совет и, приняв молчание за ответ, кивнул. – Видите, люди правы, обвиняя нас в равнодушии, и это надо признать.

– К чему ты ведешь, Даниель? – усмехнулась золотоволосая чародейка в ярко-голубом атласном платье. – Предлагаешь выйти на улицы и заняться благотворительностью?

– Нет, Лорель. Я прекрасно понимаю, что мы не в силах решить все проблемы людей. Мы не боги. Я лишь пытаюсь указать на то, что правда на стороне людей и жрецов. В этом их сила и наша слабость. Поэтому нельзя недооценивать угрозу, о которой говорит Кассий.

Многие магистры с одобрением закивали.

– Что ж, я согласен с замечанием Даниеля, – поддержал Кассий. – Тем более что жрецы сменили тактику и теперь утверждают, что маги не только бесполезны, но и опасны. Они призывают изгонять нас из городов, а вчера от слов перешли к делу и подожгли дом одного мага в предместье Теодена.

По залу пробежался взволнованный гул, и Кассий поднял руку.

– Никто не пострадал, но сам факт уже вызывает тревогу.

– Что ж, – заговорила Лорель. – Как мы видим, эту проблему не спешат решать ни король, ни Ксандер. Значит, нам надо взять все в свои руки.

– А чтобы взять все в свои руки, – продолжил мысль чародейки сидящий рядом белокурый маг, – нам нужно больше полномочий, больше власти, больше возможностей – все то, чем сейчас Совет, к сожалению, обделен. Мы полностью подчинены воле короля.

– Верно, братец, – согласилась Лорель, – но об этом позже. Пока же ясно одно – жрецами кто-то управляет. И управляет в собственных интересах. Кассий, у нас есть сведения, кто за этим может стоять?

– Пока нет. Но можно утверждать, что это лицо обладает большой властью и близко к окружению короля. А возможно даже… – Кассий задержал дыхание и тут же выдохнул: – Это сам король. Все задержанные властями жрецы уже на следующий день выходят из тюрем и беспрепятственно продолжают призывать к очередным мятежам.

– Над этим стоит поразмыслить, – задумчиво проговорила Лорель. Ее взгляд обежал по кругу всех магистров и замер на Даниеле. – Ты был прав, Даниель, когда говорил, что прежние соглашения между людьми и магами нас не защитят. Теперь очевидно, что кто-то хочет спровоцировать нас на резкие ответные действия, которыми после попрекнут, а попрекнув, объявят вне закона и изгонят, как некогда наших предков с Вольных островов.

– Я говорю об этом давно, – кивнул Даниель, – и призываю вас, магистры, наконец задуматься о будущем магии. Вольные острова не последний пример произвола властей. Достаточно вспомнить, как король Эрис изгнал неугодных ему магов в Пыльные пустоши. Когда-нибудь настанет и наш черед. Я согласен, что нам нужно выяснить, кто стоит за провокациями, но на это уйдет время, а нам больше нельзя его терять. Нельзя безропотно ждать, когда придут сжигать и наши дома тоже. Нам надо начать действовать уже сейчас.

– Как действовать, Даниель? – осторожно спросил Кассий.

– Для начала мы потребуем от короля возместить ущерб всем, кто пострадал или еще пострадает от действий жрецов.

– Просьбы, требования, слова… – пробурчал белокурый маг. – И это называется действовать?

– Помолчи, Леонар, – цыкнула на него Лорель. – Даниель предложил хороший вариант.

– И чем же он хорош, сестрица?

– А тем, милый братец, – с укоризной проговорила Лорель, – что с одной стороны, мы покажем, что великодушны и снисходительны к народу. Что мы не держим зла из-за сгоревших домов. И что нас, вопреки ожиданиям, не так-то легко спровоцировать на конфликт. А с другой стороны, мы упрекнем короля в бездействии. В неспособности нас защитить. Напомним ему о том, что, отобрав у нас власть и наложив ограничения на магию, он тем самым сделал нас уязвимыми и теперь не вправе диктовать нам условия. К тому же наши требования ударят по его казне. Он не захочет нести убытки и либо усмирит жрецов, либо будет вынужден вернуть нам утраченные права.

Лорель посмотрела на Даниеля.

– Я верно разгадала твою мысль, Даниель?

– Верно, Лорель.

– Опять интриги и намеки… – вздохнул Леонар. – Король не понимает намеков. Он не вернет нам власть. Действовать нужно иначе. Зачем просить о свободе, когда ее можно просто забрать?

– Ах, Леонар, – закатила глаза Лорель. – Уж не хочешь ли ты поднять знамя войны и свергнуть короля? И думать об этом забудь.

– Забыть? И почему же, сестрица?

– А потому, глупая твоя голова, – разгневалась Лорель, – что наш мятеж ни к чему хорошему не приведет. Мы только усугубим наше положение и укрепим веру в то, что мы представляем угрозу. В худшем случае мы и вовсе окажемся без голов. Как бы ни была велика наша магия, она не способна противостоять силе всего королевства. Нам не устоять против армии короля и наемников, а теперь еще и тысяч людей с факелами. Не будь ты моим близнецом, Леонар, я бы засомневалась в нашем родстве. В подобных делах требуются тонкость и деликатность. А что до намеков, то король их отлично понимает, когда они затрагивают его лично.

– Я согласен с Лорель, – сказал Кассий. – Война нам не нужна. Совет магов существует не для того, чтобы свергать королей и наводить на людей ужас. Наш долг защищать магию и магов, сохранять мир и служить людям, которые сейчас попрекают нас безразличием.

– Поэтому я и предлагаю начать действовать, – твердо повторил Даниель. – Если мы не можем покорить королевство, нам надо стать от него независимыми. Чтобы оно не диктовало нам свои условия. Чтобы по своей прихоти не могло нас изгнать.

– Твоя идея о независимости… любопытна, Даниель, – медленно произнес Кассий. – Некоторые ее разделяют, но Ксандер с тобой не согласен. И пока он Верховный маг, твоя идея так и останется идеей.

– Я думаю, тут ни для кого не секрет, почему Ксандер со мной не согласен, – помрачнел Даниель. – Он хочет стать королем, и интересы магов стоят для него на последнем месте.

– Тогда что ты предлагаешь, Даниель? – спросила Тиена. – Ксандер избран королем, нам его не сместить. Ждать, когда к власти придет принц Робер и изберет нового Верховного мага? Но и тогда судьба твоего предложения едва ли оптимистична. Может, в наших интересах сделать так, чтобы трон занял Ксандер? Король-маг во главе королевства. Разве не этого мы хотим?

– Ксандер не тот король, что нам нужен, – возразил Даниель. – Придя к власти, он задушит любые идеи о независимости магов. Да и как знать, может, именно он и стоит за спинами жрецов. Нет, нам нельзя допустить, чтобы Ксандер занял трон.

Только три мага осторожно кивнули, и Даниель стиснул зубы, скрывая досаду.

– В таком случае что ты предлагаешь, Даниель? – повторила Тиена вопрос. – Ждать?

– Нет, мы ждали достаточно. Я сказал с чего нам стоит начать, но это, как заметил Леонар, лишь интриги и намеки. Для действий более решительных нам потребуется сила куда более великая и могущественная, чем у нас есть сейчас. Сила, перед которой во все времена склоняли головы маги и короли. Нам нужна Книга судеб.

В зале воцарилась полная тишина. Магистры с недоумением переглянулись. Первой молчание нарушила Лорель.

– Неужели ты до сих пор веришь в существование Книги судеб, Даниель? – улыбнулась она.

– Не только верю, но и знаю, что она существует, – Даниель достал из внутреннего кармана небольшую книгу в кожаном переплете и кинул на стол. – И вот тому доказательство.

Все пораженно ахнули и подались вперед, разглядывая потрепанную обложку.

– Что это, Даниель? – дрожащим голосом произнес Кассий. – Это ведь не?..

– Нет-нет, – рассмеялся Даниель. – Это не Книга судеб. Как я уже сказал, это доказательство ее существования.

Даниель выдержал паузу, оценивая реакцию магистров. Все затаили дыхание в ожидании продолжения. Первой не утерпела Лорель.

– Так что это такое, Даниель? – спросила она, нервно теребя на пальце кольцо. – Расскажи нам наконец.

– Это, магистры, бортовой журнал торгового судна «Флибер». Триста лет назад оно следовало с Вольных островов и попало в шторм. Почти никто из экипажа корабля и его пассажиров не выжил. Судно село на мель у берегов Лотиана, где его и обнаружил королевский флот. Часть груза уцелела, и этот бортовой журнал в том числе. В нем сохранилась запись о том, что на корабле находился Кеярд Хвейц – последний известный Хранитель Книги судеб. Он спасал ее от правителей Вольных островов и вез, чтобы передать магам в Лотиане. Хранитель Кеярд понимал, что не переживет шторм и оставил в бортовом журнале свои личные записи. В них он описал последние дни своей жизни, а также указал, где искать Книгу судеб. На судне ее не оказалось, поэтому маги тогда решили, что Книга судеб утрачена навсегда. Однако я изучил морские течения в районе крушения и выяснил, что неподалеку есть одно место, называется оно Берег находок. Море часто выносит туда обломки кораблей после крушений. Вот туда-то, магистры, море и выбросило Книгу судеб. Там, триста лет назад ее и нашли.

Даниель умолк, и наступившая тишина сменилась оживленным гулом. Магистры наперебой выражали удивление и недоверие, засыпали Даниеля вопросами, которые терялись в общем хоре голосов. Даниель поднял руку, призывая всех к молчанию.

– Магистры, магистры, – покачал он головой. – Я понимаю, как много вопросов у вас вызывает эта новость, но на большинство из них я не смогу вам ответить. Во-первых, потому что на некоторые и сам не знаю ответов. А во-вторых, боюсь, что, сказав слишком много, я подвергну Книгу судеб опасности, и она окажется в неверных руках.

По залу пробежал возбужденный ропот, и в кресле приподнялся Кассий.

– Ответь хотя бы на главный вопрос, Даниель: ты знаешь, где Книга судеб? – взволнованно спросил он.

– Да. Я нашел ее следы.

– Значит, Книга судеб у тебя? – воскликнула Лорель.

– Пока еще нет, – печально вздохнул Даниель.

– А как же Хранитель? У Книги судеб должен быть Хранитель. Так говорят древние свитки. Ты его нашел?

– Этим вопросом я тоже занимаюсь и, надеюсь, скоро получу ответы, – Даниель взял со стола бортовой журнал, к которому уже потянулся Леонар, и убрал в карман. – А до тех пор я предпочел бы держать всю информацию, как и сведения из этого журнала, в секрете. Уверяю вас, магистры, как только Книга судеб будет обнаружена, вы узнаете об этом первыми. Обладая этой реликвией, мы сможем в полной мере послужить интересам магии…

Даниель резко умолк. Дверь в зал распахнулась, и на пороге показался высокий мужчина в парчовых одеждах. Ив невольно вздрогнула, узнав Ксандера. С поистине королевским величием он расправил могучие плечи и в полнейшей тишине проследовал в зал. Заняв место во главе стола, Ксандер сложил перед собой руки, и его ледяной взор скользнул по лицам магистров.

– А что все так сразу притихли? – поинтересовался он с мрачным весельем. – Я, конечно, в последнее время нечасто посещал наши собрания, но все же я пока еще Верховный маг и имею право послушать, о чем говорит мой Совет. Прошу вас, магистры, продолжайте. Мне крайне любопытно узнать, какие важные вопросы вы обсуждаете сегодня.

Ксандер посмотрел на Даниеля, но наткнулся на его жесткий взгляд и плотно сжатые губы и повернулся к Кассию. Поняв, что от него ждут ответа, Кассий откашлялся и нервно сцепил руки.

– Мы не знали, что ты сегодня придешь, Ксандер, – пробормотал он, – поэтому некоторые вопросы уже обсудили. Я представлю отчет тебе позже.

Ксандер со снисхождением кивнул.

– Остался последний вопрос, – продолжил Кассий. – В Совете освободилось место, и нам следует избрать нового члена.

– Голосование? Отлично! – одобрил Ксандер. – Кто претенденты?

– Претендентов двое: Ирис Мельдар и Рения Бергер. Третий претендент снял свою кандидатуру. Полагаю, всем хорошо известны достоинства и недостатки наших претенденток, поэтому предлагаю сразу перейти к голосованию.

– Обожди, Кассий, – прервал его Ксандер. – Вижу, все складывается как нельзя лучше, и голосование нам не понадобится.

– Как не понадобится? – удивился Кассий. – Претендентов – двое, а место – одно.

– Ты ошибаешься, Кассий. Мест в Совете как раз для двоих.

– Как для двоих? – еще сильнее удивился Кассий.

– А вот так. С сегодняшнего дня ты, Кассий, моим единоличным решением изгоняешься из Совета магов и лишаешься звания магистра.

– Изгоняюсь? Я? – бледнея, пробормотал Кассий. – Но ты не можешь изгнать меня по своему желанию, Ксандер. Требуется одобрение большинства членов Совета. К тому же ты не сообщил причину своего решения.

– Безусловно, я все объясню, – спокойно произнес Ксандер. – Я выгоняю тебя, Кассий, без права обращения к Совету, поскольку ты призывал к мятежу и неповиновению королю. Как ты знаешь, подобное преступление, будь оно вынесено на рассмотрение королевского суда, карается гораздо жестче. Надеюсь, ты, как и все члены Совета, способны оценить, насколько мягко и великодушно я с тобой обхожусь.

Даниель громыхнул кулаком по столу.

– Я возражаю!

Ксандер медленно повернул голову, обратив на Даниеля ледяной взгляд.

– Ты несправедлив, Ксандер, – с гневом процедил Даниель. – Кассий никогда не призывал к мятежу. Если кого и стоит в этом винить, то только меня. Я призывал магов освободиться от власти короля и получить независимость. Но если по-твоему стремление защитить магов – это мятеж, а желание самостоятельно определять свое будущее – неповиновение, то выгоняй прежде меня. Или выгнать меня ты боишься?

Магистры, ошеломленные дерзостью Даниеля, затаили дыхание. В зале повисла напряженная тишина.

– Я уже принял решение и менять его не намерен, – отрезал Ксандер. – Изгнание Кассия – повод всем призадуматься и впредь не разделять твою идею о независимости, Даниель. Ведь в следующий раз я могу оказаться не столь добр.

– Не разделять мою идею о независимости, – Даниель мрачно улыбнулся. – Если бы ты, Ксандер, не мечтал о троне…

– Осторожнее, Даниель, – сурово предостерег Ксандер.

– …если бы хоть немного заботился об интересах магов, – яростно продолжил Даниель, не замечая ни грозного лица Ксандера, ни предупреждающих взглядов магистров, – то ты бы первым разделил мою идею о независимости. Маги должны сами решать свою судьбу и быть свободны от воли короля…

– Маги обязаны повиноваться королю! – резко оборвал Ксандер. – Обязаны, поскольку живут на его землях и пользуются благами, которые предоставляет Корона. А если говорить о свободе, то вспомни о Пыльных магах. Ну и где они теперь со своей свободой? В голой мертвой пустыне, огороженные стеной недоверия, а их имена отмечены клеймом позора, как имена отступников и мятежников, – в голосе Ксандера звенела сталь. – Тот, кто не учится на ошибках, обречен их повторять. Если тебе так близки идеи отступников, Даниель, то тебе ничто не мешает к ним присоединиться и навсегда похоронить себя в Пыльных пустошах.

Даниель стиснул челюсти, продолжая с яростью сверкать глазами. Ксандер отвернулся.

– Считаю этот вопрос решенным, – отрезал он. – Объявляю заседание Совета магов закрытым.

Под скрип отодвигаемых кресел магистры поднялись со своих мест и потянулись к двери. Вскоре зал опустел, и за столом остались лишь Ксандер и Даниель.

– Почему ты не выгнал меня, Ксандер? – спросил Даниель, когда затворилась дверь. – Мои идеи тебе не по нраву, так почему Кассий, а не я?

– А ты не понял? Кассий не хотел участвовать в ваших интригах и кознях. Я избавил его от необходимости выбирать сторону, а заодно приобрел в его лице верного союзника.

– А не проще ли было избавиться от меня?

– Зачем мне избавляться от моего лучшего магистра и самого сильного мага?

– Ах вот оно что, – мрачно усмехнулся Даниель. – Предпочитаешь держать врагов на виду?

– Не говори глупостей, Даниель. Мы не враги друг другу.

– Но и не союзники. И никогда ими не будем.

Ксандер бросил на Даниеля тяжелый взгляд.

– Скажи, Даниель, чего ты добиваешься своим бунтарским поведением? Хочешь занять мое место?

– А ты бы мне его уступил? – снова усмехнулся Даниель. – Нет, Ксандер, не нужно мне твое место. Не суди других по себе.

– Тогда чего ты хочешь?

– Справедливости. Я хочу справедливости, – Даниель встал из-за стола, но, сделав пару шагов, оглянулся. – А все-таки ты боишься меня, Ксандер. Как только мы остались одни, твой защитный барьер стал таким сильным, что я ощутил бы его и за пределами замка.

Ксандер не повернул головы.

– Только глупец ничего не боится, а я себя глупцом не считаю.

Даниель набрал воздуха в грудь, будто собирался что-то сказать, но передумал и решительно зашагал прочь. Когда за ним захлопнулась дверь, Ив с облегчением вздохнула и перестала покусывать губы. Все это время она не отрывалась от глазка, с напряжением следя за Даниелем, волнуясь и переживая за его судьбу.

Некоторое время Ксандер сидел неподвижно, низко опустив голову, но затем его взгляд пополз по стене и с пугающей точностью замер на скрытом глазке.

– Я знаю, что ты там, – сказал он спокойным, почти равнодушным тоном. – Выходи, Джей. Мне надо с тобой поговорить.

Ив ахнула и с испугом уставилась на Джея, однако он не повел и бровью.

– Тсс, – прошептал он. – Ксандер о тебе не знает.

Он приложил палец к губам, призывая к молчанию и тишине, и направился к лестнице. Затаив дыхание, Ив снова прильнула к глазку. Стена между колоннами повернулась, и Джей вышел в зал.

– В последнее время тебя сложно найти, – сказал Ксандер. В его голосе не звучало упрека, он просто констатировал факт.

– Меня сложно найти, когда мне этого хочется, – ответил Джей и не спеша двинулся вокруг стола. – Ты же знаешь. Впрочем, как и то, где меня можно застать.

– Ты же не думаешь, что я стану посещать балаганы, которые ты устраиваешь в своих покоях?

– А что тебя смущает? – Джей в притворном удивлении вскинул бровь. – Ко мне в гости приходит весь высший свет. Принц Робер, например. А в нем, знаешь ли, благородной крови не меньше, чем в тебе.

– Оставь свои колкости и остроты для дам, – с раздражением бросил Ксандер. – Робер к тебе приходит, поскольку слишком мало знает и понимает.

– О-о-о, – протянул Джей, качая головой. – Ты зря недооцениваешь брата. Он далеко не так прост, как кажется.

– Что ты этим хочешь сказать?

Джей лукаво улыбнулся.

– Только то, что сказал.

Ксандер прищурил глаза и махнул на ближайшее кресло.

– Да сядь ты, наконец! У меня уже кружится от тебя голова.

Джей вздохнул, выдвинул кресло и сел.

– Значит, проводишь время, шпионя за моим Советом? – с усмешкой спросил Ксандер.

– За твоим Советом? – фыркнул Джей. – Сдается мне, Ксандер, не очень-то он и твой. Его члены плетут против тебя интриги, а ты даже их собрания пропускаешь.

– Мне прекрасно известно, что обсуждают мои магистры. В Совете у меня есть свой человек, который обо всем мне докладывает, – Ксандер повел бровью. – А тебя это будто удивляет?

– Более чем удивляет – озадачивает и огорчает.

– И что же тебя озадачивает и огорчает?

– Ну сам посуди, Ксандер. У тебя должно быть двенадцать беззаветно преданных магистров в Совете, а ты говоришь, что лишь одного из них можешь назвать своим. Как видишь, перевес голосов явно не в твою пользу. Разве это не должно озадачивать и огорчать?

– Вот дерзкий мальчишка.

– Я тот, кто не боится сказать тебе правду.

– Верно. За что тебя и ценю, – кивнул Ксандер. – Ну и? Даже не поинтересуешься, кто мой шпион в Совете?

– А зачем мне спрашивать о том, что я знаю и так? Очевидно, что это Тиена. Ты ведь поэтому все ей обо мне рассказал?

– Да, рассказал, – подтвердил Ксандер. – Она задавала о тебе правильные вопросы, и я понял, что о многом она догадалась сама. Если бы я ей солгал, то лишился бы ее доверия, что, как ты понимаешь, стало бы для меня неприятной потерей… Так ты из-за этого на меня дуешься?

– Дуюсь? Ты это так называешь? Мне стоит больших усилий держать все в секрете, а ты выбалтываешь все первому, кто приходит к тебе с вопросами.

– Тиена не болтлива и умеет хранить секреты. Тебе нечего опасаться. И потом, ты сам виноват. Я говорил тебе быть осторожнее с чародейками. Если постоянно совать руку в огонь, то непременно обожжешься.

– Ты знаешь, почему мне приходиться совать руку в огонь. Потому что я пытаюсь понять… – Джей резко себя оборвал, но тут же продолжил: – А ты отказываешься мне помочь.

– Я не отказываюсь. Мне нечем тебе помочь…

– А отказываешься, – Джей пропустил ответ мимо ушей, – потому что тебе выгодно, чтобы все оставалось как есть.

– Не отрицаю. Выгодно, – Ксандер наклонился вперед и ткнул в Джея пальцем. – И тебе тоже. Людям ты можешь болтать о себе что угодно, только не забывай, пожалуйста, кто ты такой на самом деле.

Джей сложил на груди руки и отвернулся.

– И можешь не сидеть с таким оскорбленным видом, – продолжил Ксандер. – Твои театральные уловки меня не проведут.

Джей молчал. Ксандер не сводил с него глаз.

– Ну ладно. Хватит об этом, – смягчился он. – Я позвал тебя не для ссор. У меня есть для тебя хорошие новости.

– Новости? Да еще хорошие? – Джей фыркнул, но на Ксандера посмотрел.

– Да. Я сегодня говорил с королем о землях, которые тебя интересовали…

Джей резко выпрямился и застыл.

– Земли эти, – продолжил Ксандер, – как оказалось, отличные охотничьи угодья. Получить их будет непросто, учитывая, сколько лордов на них претендуют, – он выдержал паузу. – Непросто, но все-таки мое влияние кое-чего стоит. Уверен, в ближайшее время король их тебе передаст.

Из груди Джея вырвался вздох облегчения.

– Спасибо. Ты знаешь, как много они для меня значат.

– Да. Знаю, – Ксандер встал, но не ушел. – И кстати. Как продвигается то дело, о котором я тебе говорил?

Ксандер задал вопрос вскользь, словно вспомнил о нем случайно, но Ив показалось, что только ради этого вопроса и затевался весь разговор.

Плечи Джея поникли.

– Продвигается, – коротко обронил он.

– Хорошо. Расскажешь обо всем во дворце. Надеюсь, теперь-то между нами не осталось обид, и ты не станешь игнорировать мои просьбы зайти?

– Я зайду, – пообещал Джей.

Ксандер немного постоял, глядя на склоненную перед ним голову, и покинул зал. Ив выждала минуту и спустилась к потайному проходу. От толчка плечом стена повернулась. Ив убрала Искру в карман, стряхнула с одежды пыль и паутину и подошла к столу. Джей сидел, опустив голову, и, казалось, мысленно был где-то далеко.

– Джей, – окликнула Ив.

Он поднял голову и скользнул по ее лицу рассеянным взглядом.

– Мне надо вернуться за конем, – медленно проговорил он. – Я оставил его в роще у замка. Боюсь, кто-нибудь его уведет. Позже поговорим, ладно?

Ив помедлила и кивнула. Ей действительно о многом хотелось поговорить: о Книге судеб, о секретах, о Ксандере, о том, кем они друг другу приходятся и какие ведут дела…

Джей провел по лицу ладонью, прогоняя задумчивость. Встал, подошел к потайной стене и вновь скрылся в проходе.

Глава 13. Разговор по душам

После пыльных и темных застенков хотелось глотнуть свежего воздуха, и Ив отправилась во двор. Она спустилась на второй этаж, когда сбоку открылась дверь, и из нее вышли Тиена с Лорель. К счастью, чародейки были так увлечены беседой, что не заметили, как Ив нырнула в темный закуток у лестницы и скрылась в тенях.

– Думаешь, Даниель на самом деле что-то нашел? – послышался голос Тиены. – Сплошные тайны и недомолвки. Никто толком и не разглядел, что он там показывал.

– Даниель любит приукрасить факты, но он не лжец, – ответила Лорель. – Думаю, он и правда что-то нашел или, во всяком случае, искренне в это верит. На его месте я бы тоже напускала туман и говорила загадками. Меня больше волнует вопрос: а понимает ли он сам, что нашел? Древняя магия… больше не осталось тех, кто в ней бы разбирался.

– Это верно…

– Что с тобой? Тебя что-то беспокоит?

– Мои сны… В них стало столько неопределенности, что меня это пугает…

– А когда в твоих снах была определенность?

– Не смейся! Мои сны всегда точны. Все изменилось пару дней назад, когда Джей привел ко мне ту девушку.

– Какую девушку?

– Не знаю. Он ничего мне о ней не рассказал.

– Новая любовница?

– Я тоже так сначала подумала, но нет. Там что-то другое. Он так на нее смотрел, что… Ах, даже не знаю.

Лорель рассмеялась.

– Так-так, чувствую, ты проиграла наш спор и Джей наконец-то влюбился.

– И не надейся! Я не проиграла. Джей не умеет любить. Никто этого не изменит. И точка.

– Ты просто злишься, что не тебе он отдал свое сердце, вот и придумываешь себе оправдания.

– Я? Оправдания? Пф-ф. Мне они ни к чему. Впрочем, оставим эту тему. Мне надо вернуться в Теоден. Хочу опробовать кое-что новое. Я рассказывала тебе…

Чародейки поднялись по лестнице, их голоса отдалились и вскоре затихли. Ив выглянула в коридор и, никого не увидев, отправилась вниз.

Небо полностью очистилось от туч, и во дворе светило яркое солнце. Прищурив глаза, Ив зашагала к конюшне, когда на мосту послышался стук копыт, и в ворота влетел Мико. Его глаза сердито сверкали, на лбу блестела испарина. Лошадь под ним тяжело дышала – всю дорогу ее гнали галопом. Увидев Ив, Мико остановился и спрыгнул на землю.

– Он ведь не собирался охотиться, да? – спросил он, отдышавшись. – Сам куда-то уехал, а меня решил проучить?

– Нет, Мико, послушай…

Ив замолчала. Попытка оправдать Джея еще сильнее задела бы чувства друга. Мико отвел глаза.

– Да ладно, – пробормотал он. – Я понимаю. Его урок пошел мне на пользу.

Он взял лошадь под уздцы и повел в конюшню. Ив покачала головой. Она не могла ничего сделать. К тому же у Мико было доброе сердце, он не станет держать обиду.

Ив побрела к бочке в тени. Мишени у стены убрали, и наемники разошлись кто куда. У ворот постанывала телега, с которой слуги сгружали мешки с зерном и головки сыра. Из углов доносилось тихое бормотание, скрип кожи и бряцание мечей. Ив села на бочку. И тут же вскочила: вход в башню никто не охранял. Наемник, который утром ходил у двери, куда-то пропал. Ив огляделась. Двое наемников играли на лавке в кости. Еще двое неторопливо бродили у ворот: один следил за мостом и дорогой, другой что-то со скукой разглядывал под ногами. У амбара дремал старик-конюх. И на башню никто не смотрел.

Ив направилась через двор. Такую возможность было нельзя упускать. Только бы никто не обратил внимания… Только бы никто не спросил… Чем ближе становилась дверь, тем сильнее колотилось сердце. Вот сейчас кто-нибудь окликнет и встанет на пути. Вот еще шаг и… Ив открыла дверь и вошла внутрь. Прохлада и полумрак. В комнате было пусто – лишь у двери валялись мешки с соломой. По стене вокруг центрального столба вилась винтовая лестница. Из узкого зарешеченного окошка над головой струился приглушенный свет. Где-то жалобно завывал ветер, хлопали крылья и стучали ставни. Звуки отдавались с легким эхом, будто падали на дно колодца.

Ив немного постояла и, не услышав ничего подозрительного, зашагала наверх. По истертым ступеням она поднялась на три этажа и вышла на площадку с грубым каменным полом и широким окном. Отсюда лестница уводила еще выше, а в нише под ней пряталась дверь. Глупо было надеяться, но Ив все-таки потянула за ручку. Дверь скрипнула и распахнулась. От неожиданности у Ив перехватило дыхание. Это был тот самый кабинет. В углу у окна стоял заваленный документами стол, чуть в стороне – пара кресел с комодом, а прямо напротив входа горел камин. Именно в нем лорд Льютерс спрятал шкатулку.

Резкий вскрик ворона за окном заставил Ив испуганно дернуться и напомнил об осторожности. Тихо затворив за собой дверь, она пересекла комнату и присела на корточки у каминной решетки. Джей знал, как обойти магическую защиту, но что, если это не сложно? Что, если огонь – лишь иллюзия, как стена в подземном туннеле? Надо только побороть страх и поверить в то, что огня нет. Ив сделала глубокий вдох и сунула руку в огонь. И тут же зашипела от боли – огонь в камине был самым настоящим. Отпрянув, Ив затрясла рукой. Пальцы нестерпимо жгло, кожа покраснела. Что же она сделала не так? Где ошиблась? В чем секрет тайника?

Все еще тихонько шипя, Ив прижала руку к груди. И тут в воздухе над головой что-то просвистело. Легкий ветерок скользнул по волосам, и в стол с треском врезалась черная трость, оставив на столешнице глубокую вмятину. Взвизгнув, Ив вскочила на ноги, разом позабыв об обожженной руке. Резко развернулась. Прямо перед ней стоял лорд Льютерс с тростью в руках. Его лицо искажала свирепая гримаса, на голове воинственно торчал белый пушок. Он быстро оправился от своего промаха и занес руку для нового удара. Ив вскрикнула и еле успела увернуться. Трость со свистом рассекла воздух возле лица, задела край рукава и звякнула об угол каминной решетки.

– Ах ты негодник! – в бешенстве вскричал лорд Льютерс. – Гадкий воришка! Ну погоди у меня! Ты свое получишь, мерзавец!

Ив не предполагала, что в хрупком теле старика может быть столько силы. Он вновь замахнулся тростью. Задохнувшись от испуга, Ив отшатнулась к столу. Трость просвистела перед глазами и снова взлетела. Ив упала на стол и перекатилась на другую сторону, взметнув за собой вихрь бумаг. Там вскочила на ноги и отступила к окну. Сюда старик не мог дотянуться, однако на его лице отчего-то появилась мрачная усмешка. Он нажал на рукоять, и из кончика трости выскочило стальное лезвие. Длинное, блестящее и невероятно острое.

У Ив перехватило дыхание. Она была зажата в углу, а в грудь ей смотрел клинок. Достаточно одного точного удара, чтобы пронзить ее сердце. Ив выставила перед собой руки.

– Лорд Льютерс, прошу остановитесь! – взмолилась она. – Вы меня не за того принимаете! Я не вор и не слуга!

Старик замер, однако клинок остался нацелен ей в грудь.

– Не вор и не слуга? Тогда кто ты такой, негодяй?

– Я – Ив Стаут, дочь Эдмунда Стаута.

Ив не знала, погубит ли ее это признание или нет, но, кроме правды, ей в голову ничего не пришло.

– Посмотрите внимательно на меня. Все утверждают, что я похожа на отца. Посмотрите, и вы поймете, что я не лгу.

Лорд Льютерс прищурился, вглядываясь ей в лицо. Трость в его руке дрогнула, но он ее не опустил.

– Что ж, может, и похожа, – признал он наконец. – Глаза, волосы, подбородок. Да, похожа. Но мало ли на свете синеглазых и темноволосых людей?

– Но я не лгу! Эдмунд Стаут – мой отец!

– Тогда ответь, почему ты одета как слуга?

– Потому что мне может грозить опасность, – Ив прикусила губу, но, посчитав, что хуже не будет, продолжила: – Отца убили, поэтому мне приходится быть осторожной.

– Убили? – озадаченно переспросил старик. – Что ты такое несешь? Насколько я знаю, Эдмунд умер от сердечного приступа. Именно такие вести доходили до меня из столицы.

– Нет. Его отравили.

– Отравили? Не понимаю… Что за вздор ты несешь? Эдмунда отравили… – лорд Льютерс нахмурился и к великому облегчению Ив немного отвел клинок в сторону. – Но при чем тут я? И какая опасность тебе может грозить в моем замке? Объясни мне все толком.

Старик опустил трость, и, щелкнув, лезвие скрылось внутри. Ив воспользовалась моментом, выбралась из-за стола и отступила к комоду. Сбоку за приоткрытой портьерой виднелась еще одна дверь, и Ив приметила ее на случай отступления.

– За неделю до смерти, – сказала она, заглянув в блеклые глаза старика, – отец попросил вас прислать ему свечи. И вы ответили на его просьбу согласием.

Ив почувствовала в своем голос обвинительные нотки и стиснула зубы.

– Да, – подтвердил лорд Льютерс. – Я что-то такое припоминаю. Мне приходило от него письмо. Кажется, оно еще где-то здесь… – он рассеянно поворошил на столе документы и снова поднял глаза. – Но при чем тут эти свечи?

– Отправленные вами свечи были отравлены. Именно они убили отца.

Ив выплюнула последние слова с яростью и болью, внезапно перестав бояться и старика, и его клинка. Ей нужна была правда, а все остальное казалось мелким и незначительным.

Лицо старика помрачнело. Он шагнул к креслу и со вздохом сел. Трость в его руке дрожала, превратившись из оружия снова в опору.

– Вот оно как, – вымолвил он, отрешенно глядя в пустоту. – Прискорбно слышать, что кто-то воспользовался моим именем, чтобы совершить подобное злодеяние, – он посмотрел на Ив. – Да, теперь я вижу, что передо мной действительно дочь Эдмунда. Понимаю твои чувства, юная леди, и что ты подумала про меня, но я не убивал его. Эдмунд был хорошим человеком, я относился к нему как сыну… своих я, к сожалению, давно потерял… У меня не было причин желать ему зла, а тем более смерти.

– А как же шкатулка? Вы же не будете отрицать, что отец ее вам оставил?

Лорд Льютерс прищурил глаза, и его тонкие губы искривились в усмешке.

– А… так значит, ты из-за этой проклятой вещицы крутилась у моего тайника? – от его тона по телу Ив побежали мурашки. – Бесполезное занятие. Тебе бы следовало знать, что тайник может открыть лишь его владелец либо опытный маг, способный разрушить заклятье.

– Значит, шкатулка у вас?

– Да. У меня.

Лорд Льютерс оперся на трость и встал. От его воинственного настроения не осталось ни следа. Его плечи сгорбились и поникли, ноги вяло шаркали по полу.

У камина старик обернулся:

– Эдмунд сказал, что шкатулка принадлежала его покойной жене и этим была ему дорога. Он собирался забрать ее после Дня Перемен, а до тех пор попросил подержать у меня. Мне показалось, он что-то недоговаривает, но тогда я не стал его ни о чем спрашивать.

Лорд Льютерс повернулся к камину и протянул руку к огню. Пламя окутало его ладонь, затрепетало и, вспыхнув, оставило в руке сверток. Старик поставил его на ворох бумаг на столе и откинул ткань. Под ней оказалась самая простая шкатулка из темно-красного дерева. Прямоугольную крышку украшала резьба в виде трех полумесяцев и звезд. Ни драгоценных камней, ни позолоты… Однако Ив не могла отвести от нее взгляд. Она потянулась к шкатулке, но рука лорда Льютерса легла поперек крышки.

– К сожалению, юная леди, я ее тебе не отдам.

– Что? Это еще почему? – удивилась Ив. – Если вы признаете, что я дочь Эдмунда Стаута, то вы обязаны ее мне отдать.

– Именно потому, что ты дочь Эдмунда, я ее тебе не отдам.

В водянистых глазах старика отразился свет от огня. Он убрал руку со шкатулки, обошел стол и сел в кресло у окна.

– Примерно неделю назад ко мне пришли два мага и заявили, что шкатулка принадлежит им.

Ив моргнула.

– Какие маги? Кто-то из Совета магов?

– Нет, – качнул головой старик. – Другие.

– Другие?

– Да. Те, кого сейчас называют отступниками.

– Пыльные маги? – с изумлением прошептала Ив.

– Да, их и так называют. Один был молодой, а вот второй мне показался знакомым. Думаю, я встречал его во дворце, когда служил там советником. Звали его Аллен… или что-то вроде того… – лорд Льютерс прищурился и с раздражением мотнул головой. – Нет, теперь я уже не вспомню. Оба они были одеты в потертые кожаные плащи и больше походили на дорожных разбойников.

– Вы сообщили о них Совету магов?

– Совету? – глаза лорда Льютерса гневно сверкнули. – Этим падальщикам? Поганым стервятникам, что с нетерпением ждут моей смерти? В своем доме я не обязан отчитываться ни перед кем! Тем более не перед Советом магов! За свою жизнь я имел несчастье похоронить трех жен, двух сыновей и даже пережил младшего брата. Мои земли отойдут королю, и все, ради чего я жил, скоро обратится в прах. А эти стервятники еще пустили когти в мой родовой замок и распоряжаются тут, как у себя дома. Провалиться им в пекло!

От негодования лицо лорда Льютерса прорезали глубокие морщины. Он сдвинул брови и замолчал. Ив вдруг стало жаль старика. За его суровым нравом скрывалось одиночество, которое ему было не с кем разделить. Лорд Льютерс пожевал губами, гася в душе гнев, и уже спокойно продолжил:

– Я догадывался, что Эдмунд вел дела с магами. С отступниками. Поэтому их появление не стало для меня неожиданностью, как и просьба отдать им шкатулку.

– Но вы ее не отдали?

– Ну почему же? Отдал. Что мне еще оставалось? Они знали про тайник, а мне скрывать было нечего. Но когда они поняли, что шкатулка заперта, а ключа нет, то вернули ее назад. Они сказали, что без ключа им не добраться до того, что внутри.

Ив бросила взгляд на шкатулку. Отблески огня играли на красной лаковой поверхности, сверкали на острых ребрах.

– А что внутри? – спросила она.

Лорд Льютерс пожал плечами.

– Этого они не сказали. Они спешили вернуться в портал и постоянно поглядывали на часы, – он указал подбородком на каминную полку, где стояли часы. – Их могли обнаружить, поэтому они оставили здесь шкатулку и ушли.

Ив нахмурилась.

– Не понимаю. Если они приходили за шкатулкой, то почему не забрали с собой?

Старик оскалился в улыбке.

– А вот это я могу объяснить. Они знали, что рано или поздно за шкатулкой кто-то придет, и у того обязательно будет ключ.

Ив почувствовала, как по спине пробежал холодок. Теперь она поняла, кто обыскивал дом отца в Нижнем городе и зачем. Рука непроизвольно дернулась к шее, где висел ключ, но Ив пресекла это движение и сцепила руки в замок.

– Ключ?.. – пискнула она и откашлялась.

– Да, ключ, – вкрадчиво повторил лорд Льютерс. – Я же сказал, что они искали ключ. К сожалению, я не предполагал, что первой, кто спросит меня о шкатулке, будет дочь Эдмунда. Я ожидал кого-то из них, из стервятников, – старик гневно махнул рукой. – Иначе не согласился бы помогать этим двоим.

– Как помогать? Что вы им обещали?

– Назвать имя того, кто ее заберет.

Ив прошиб озноб.

– Но вы же этого не сделаете? Не расскажете им про меня?

Лорд Льютерс наклонился вперед.

– Вот, что я скажу тебе, девочка. Забудь об этой проклятой вещице и ступай себе прочь. А если у тебя есть еще ключ, то выкинь его подальше и тоже забудь.

Ив поняла, что качает головой.

– Нет. Я не уйду без шкатулки. Возможно, она позволит узнать, кто виновен в смерти отца.

– Да как же ты не понимаешь! – воскликнул лорд Льютерс, сердито сдвинув брови. – Если ты ее заберешь, я буду вынужден рассказать магам, кому ее отдал.

– А вот и нет, – Ив вдруг улыбнулась. – Ведь сейчас перед вами стоит всего лишь никому не известный слуга, который ухитрился вас обокрасть и сбежать.

– Ты просишь меня солгать?

– Если вы действительно относились к моему отцу как к сыну, то помогите. Отдайте мне шкатулку и позвольте спокойно покинуть замок. Никто не знает, что я тут была.

Лорд Льютерс минуту буравил Ив взглядом. Затем встал из-за стола.

– Что ж, ты и верно сойдешь за слугу, а у старика уже память не та. Я достал шкатулку из тайника и забыл на столе, а потом меня обокрал проворный воришка, – он пододвинул шкатулку к Ив. – Да. Такое возможно. Однако в твоем плане есть один изъян.

Ив взяла шкатулку и замерла.

– Какой изъян?

– Видишь ли, как владелец замка Ангус, я не могу позволить ворам спокойно сбегать у меня из-под носа. Даю тебе ровно час. Надеюсь, у тебя найдется хорошая лошадь, чтобы оказаться за это время как можно дальше отсюда, – лорд Льютерс легонько стукнул тростью о пол. – И советую поторопиться. Время пошло.

Глава 14. Побег

Ив захлопнула дверь покоев и перевела дыхание. Кровь стучала в висках, во рту пересохло. Тик-так. Минуты утекали, как песок сквозь пальцы, оставляя все меньше времени на побег.

Ив метнулась к сумке. Тик-так. Руки тряслись от волнения, ремешки выскальзывали из пальцев. Надо успокоиться! Нельзя привлекать внимания, иначе наемники заподозрят неладное и задержат возле ворот. Наконец ремешки поддались. Ив сунула шкатулку в сумку, развернулась, и в этот момент дверь распахнулась. Джей с порога все понял без слов.

– Что-то случилось? – напрягся он.

– Да, – выдохнула Ив. – Я забрала шкатулку. И мне надо срочно бежать.

– Если так, то убегаем вместе.

Ив не стала спорить – поняла, что бесполезно. Джей затолкал свои вещи в дорожную сумку и зашагал к двери.

– Опиши вкратце, что произошло. Мне надо понимать ситуацию.

И, пока они спускались во двор, Ив торопливо пересказала все, что случилось в кабинете лорда Льютерса. За весь рассказ Джей не проронил ни слова, но два тяжелых вздоха выразили все, что он думал.

На улице солнце стояло в зените. Лучи, как стрелы, били прямо в макушку. Решетка на воротах была приподнята до середины, и, к счастью, никто не спешил ее опускать. Мико сидел в тени на скамейке и уплетал за обе щеки похлебку. Увидев Джея и Ив, он уронил ложку в миску и вскочил.

– Мы уезжаем. Немедленно, – шепнула Ив.

Больше ничего говорить не пришлось – Мико сразу побежал в конюшню. Джей отправился ему помогать, и спустя несколько минут они уже выезжали из замка. На мосту Ив оглянулась, и в груди кольнуло сожаление. Она так и не осмелилась заговорить с Даниелем и теперь не знала, доведется ли им встретиться вновь.

Лошади скакали быстрой рысью. Дорога пролегала через луга и поля, и пологие холмы лишь ненадолго скрывали замок из вида. На очередном пригорке Джей резко натянул поводья и привстал на стременах.

– Проклятье, – выругался он сквозь зубы.

Ив тоже обернулась, и ее пробрал озноб. Из ворот замка выехали четверо всадников и поскакали той же тропой. В лучах солнца сверкали клепаные доспехи и рукояти мечей. За лошадьми стелилось облако пыли – их гнали во весь опор. Лорд Льютерс не обманул: отпущенный час истек, и наемники отправились в погоню за вором.

– Может, у нас получится договориться? – предположила Ив, хотя уже знала ответ.

– Я бы на это не рассчитывал, – мрачно пробормотал Джей. – Жизнь вора ничего не стоит, разговор выйдет коротким.

Он покопался в седельной сумке, достал короткий серо-голубой плащ с капюшоном и протянул его Ив.

– Накинь на себя и распусти волосы, – велел он.

– Зачем? Мы единственные, кто покинул замок. Они знают, что вор среди нас.

– Надень, – твердо повторил Джей. – Вор – один, а нас – трое. Или ты хочешь упростить им задачу?

Ив помедлила, но взяла плащ. Джей повернулся к Мико.

– И ты, друг, тоже переоденься. Костюм конюха отличается от формы пажа, но все же это одежда слуг.

Джей снял с плеч расшитый золотом плащ и вручил его Мико. Тот покосился на Ив и после того, как она кивнула, надел на себя плащ лорда. Сам Джей остался в белой рубашке и синем жилете. Ив с тревогой отметила, что теперь лишь в его одежде преобладают цвета дворцовых слуг. Понимал ли он это сам? Ив показалось, что очень хорошо понимал.

Она застегнула на груди плащ и потянулась к волосам. Обожженные пальцы ныли и плохо справлялись с тугой лентой. Джей заметил ее затруднение, и в его руке сверкнул нож.

– Позволь помогу, – он наклонился и ловким движением рассек ленту.

Ив потормошила косу, рассыпая волосы по спине. Джей спрятал нож за голенище сапога и отвесил шутливый поклон.

– С возвращением, леди Стаут. Из тебя все равно не вышло бы хорошего слуги.

– Это еще почему? – нахмурилась Ив.

– Потому что слушаться и подчиняться не в твоем характере.

В его голосе не звучал упрек, но всадники за спиной говорили сами за себя. Ив виновато отвела глаза.

– Прости. Я знаю, мне надо было дождаться…

Джей взял Ив за подбородок и повернул к себе. Он должен был сердиться на нее, ругать за глупость и неосторожность, но странное дело – на его лице светилась улыбка. Мягкая и успокаивающая.

– Мы справимся, Ив, – заверил он. – Когда идешь вперед, никогда оглядывайся назад, иначе… споткнешься.

Он окинул взглядом своих спутников и махнул рукой.

– Ходу, ходу, друзья! Нам надо оторваться!

И они пустили лошадей галопом. Копыта дробью застучали по пыльной дороге, под подковами зазвенели каменные мосты. Мимо проносились тенистые рощи и реки, деревенские хижины и холмы. Ив то и дело оглядывалась. Не могла не смотреть. Всадники то исчезали за поворотом, то снова появлялись на вершине холма, и с каждым разом становились все ближе. Свежие лошади позволили им быстро сократить расстояние и держать беглецов на виду. От черных фигур так и веяло угрозой.

Вскоре впереди показался сосновый бор. Ив вновь обернулась, и над ухом раздался свист. Такой знакомый, что вспомнить его оказалось легко: перед глазами возникли круглые мишени и летящие в них стрелы. Звук повторился, и Ив припала к шее Тени. Между лопаток неприятно защекотало в предчувствии удара.

– У них арбалеты! – выкрикнул Джей. – В лес! Скорее! Они сбавляют ход, пока стреляют. Мы оторвемся!

Они подстегнули лошадей. Ив коленями сжала бока Тени и вцепилась в поводья. Грива секла по глазам, ветер хлестала по лицу. Сердце грохотало громче подков. За спиной развевался и хлопал плащ. Джей с Мико держались позади, не сговариваясь, встав плечом к плечу и образовав защитную стену от стрел.

На дороге гремел топот боевых лошадей, доносились разгоряченные крики и свист. В голосах наемников слышались возбуждение и азарт, и Ив поняла: стрельба не была отчаянной попыткой остановить беглецов. Для наемников они – лишь дичь на охоте, еще одно развлечение в череде скучных дней. Стрелки даже не пытались попасть, а просто так забавлялись. Последняя надежда на мирный исход растаяла словно дым.

Мимо пролетело еще несколько стрел. Ив почувствовала, как на глазах выступили слезы страха, но встречный ветер тут же унес их прочь. Наконец темный полог леса накрыл беглецов, и наемники прекратили стрельбу. Лесная тропа тянулась по краю оврага, местами дорогу затапливали мелкие ручейки. Тяжелым коням наемников преодолевать препятствия было непросто, и звуки преследования вскоре затихли.

Не сбавляя темпа, беглецы гнали лошадей. Лесной воздух был густым и влажным. Хвойный запах висел душной завесой. Капельки влаги липли к коже, оседали на волосах и плаще.

– Мы оторвались? – спросила Ив.

– Ненадолго, – ответил Джей. – Надо попасть в город. Туда они не поедут.

Копыта Тени подняли веер брызг, проносясь через очередной ручей. Неожиданно Ив услышала у себя за спиной всплеск воды, лошадиное ржание, а в следующий миг мимо проскочила кобыла Мико без седока. Лошадь хрипло дышала, от влажной шкуры поднимался пар. Следом за ней проскакал Джей и подхватил под уздцы, прежде чем она убежала.

Ив так резко дернула за поводья, что Тень чуть не взвилась на дыбы. Взлетев на пригорок, вороная беспокойно закрутилась и наконец замерла, с недовольством тряся головой. Ив оглянулась. Мико лежал на спине посередине ручья и, казалось, был без сознания. Но потом он пошевелился и растерянно приподнялся на локтях. Видимо, уставшая кобыла поскользнулась на мокрых камнях и сбросила его в воду. По крайней мере, он мог двигаться, а значит, серьезно при падении не пострадал.

Ив хотела развернуть Тень, но Джей преградил ей дорогу.

– Ты немедленно поедешь дальше.

– Без Мико я никуда не поеду, – отрезала Ив. Ей было страшно, но страх за друга был намного сильнее.

– Ив, не глупи, – процедил Джей сквозь зубы. – Обещаю, я позабочусь о мальчишке. Езжай!

– Говорю же! Я его не брошу!

Джей схватил Ив за ворот плаща и дернул к себе так, что они почти соприкоснулись лбами.

– Ты помнишь дорогу, по которой мы сюда ехали? – быстро зашептал он. – Езжай по ней, никуда не сворачивай, не останавливайся, нас не жди. Здесь наши пути разойдутся. Не ты нас бросаешь. Мы бросаем тебя. Наемники ищут шкатулку. У нас ее нет, и мы не представляем для них интереса. Они погонятся за тобой. У тебя одной свежая лошадь, ты легко оторвешься. Мы будем тебя тормозить. Скачи во дворец, встретимся там. Ты поняла? Все поняла?

Ив в подтверждение затрясла головой.

– Тогда уезжай.

Джей оттолкнул ее от себя и хлестнул ладонью по крупу Тени. Кобыла, не привыкшая к такому обращению, возмущенно заржала и рванула вперед. Ив оглянулась, но Джей уже скакал к Мико, стремительно удаляясь.

Мутная пелена слез на миг ослепила, но Ив их тут же сморгнула, запрещая себе плакать. Сердце разрывалось на части. Все внутри противилось такому побегу, но что она могла сделать? Джей, вероятно, был прав: если она увезет шкатулку, то отведет от друзей опасность… Но тогда почему так скверно на душе? Почему в словах Джея ей померещилась ложь? Ив тихонько всхлипнула, но продолжила сжимать поводья и мчаться вперед.

Дорога до Королевского тракта пронеслась, словно в тумане. Ив не заметила, как исчезли ручейки, каменистые откосы и овраги. Как выровнялась дорога, и между стволов замелькали лапы папоротника. За весь путь она не слышала звуков погони, и эта тишина пугала сильнее летящих стрел. На тракте Ив сбавила ход. Все вокруг заливал ржавый закат. Окрашенные багрянцем березы у обочины стояли поникнув. Ветер умер, птицы затихли.

Город встретил шумом и суетой. Торговцы у речного причала бойко распродавали остатки рыбы, гудели грузчики в порту. По улицам грохотали экипажи, цокали копыта, скрипели телеги. Звонко орали зазывалы. Таверны заманивали дымным ароматом мяса и острых специй. Гомон и толчея – все обрушилось в один момент, оглушив и ошеломив после тягостной тишины леса.

Миновав окраинные улицы, Ив добралась до дворца и въехала в ворота. От усталости и напряжения она буквально свалилась на руки подошедшего конюха. Он помог ей устоять на ногах и забрал поводья. Сумку Ив отдала слуге и с беспокойством стала мерить шагами двор. Руки нервно теребили складки плаща. Глаза не отрывались от подъездной дороги, с надеждой цеплялись за лица всадников и гонцов, но всякий раз напрасно. Ив упорно гнала от себя тревожные мысли, но страх вползал в горло, сдавливал грудь и липким комом душил изнутри. Почему они так долго? Не пострадал ли Мико сильнее, чем ей показалось? Что, если он и вовсе не смог ехать, и наемники их настигли? Что, если… Ив усилием воли приказала себе успокоиться и села на садовую скамейку.

Когда солнце утонуло в крышах домов, на аллее показался всадник в заляпанном грязью плаще. Он сполз с коня и, прихрамывая, заковылял по дорожке. Ив вскочила и бросилась ему навстречу.

– Мико! Ну наконец-то! – задохнувшись от радости, Ив обвила шею друга.

– Ив… – выдохнул Мико и застыл, на миг растерявшись. – Ты в порядке… – он робко обнял ее одной рукой и прижал к себе.

– Как же я за тебя испугалась! – воскликнула Ив, вновь обретя дыхание. – Я хотела за тобой вернуться, но Джей настоял…

– Он все правильно сделал. Я бы ни за что себя не простил, если бы с тобой что-то случилось. Да и я тоже хорош – конюх, который не совладал со своей кобылой… Кому рассказать – засмеют.

– Никто не засмеет. Там было совсем не до смеха. А что с твоей ногой? – Ив немного отстранилась и посмотрела на левую ногу Мико, на которую он старался не наступать. – Ты хромаешь.

– Да так… подвернул, когда из седла выпал, – Мико вдруг осознал, что до сих пор обнимает Ив за талию, вздрогнул и поспешно отпрянул. На его щеках вспыхнул румянец. – Глупости, – улыбнулся Мико смущенно. – Скоро пройдет.

– Не глупости! Обязательно покажись лекарю и… – Ив осеклась, только теперь заметив, что во двор больше никто не въехал, а за поводья Мико держит не свою кобылу, а серого жеребца Джея. Тревога вновь стиснула грудь. – Погоди. А почему ты один? Где Джей?

– Нам пришлось разделиться.

– Что случилось? Расскажи мне все.

– Да рассказывать особо нечего. Когда я пришел в себя, лорд Риверс уже возвращался с моей кобылой. Мы отправились за тобой, но вскоре снова услышали звуки погони. Тогда лорд Риверс велел свернуть на другую тропу, шедшую вдоль ручья. Я боялся, что наемники последуют за тобой, но они заметили нас и тоже свернули.

Ив прикрыла глаза и покачала головой. Вот и первая ложь. Конечно же, наемники отправятся за теми, кто ближе. Им было плевать на шкатулку. Тут же скрывалась и ложь вторая. Джей не рассчитывал на то, что Ив станет приманкой. В бело-синей одежде он сам был приманкой.

– Тропа была узкой, быстро по ней не поскачешь, но нам это было на руку. Моя кобыла еле плелась, а у тракта совсем захромала. Тогда лорд Риверс и предложил обменяться лошадьми. Он отдал мне своего жеребца, велел скакать за тобой во дворец и убедиться, что ты сюда добралась и находишься в безопасности. Сам же он собирался увести наемников в другую сторону, чтобы отвлечь от меня. Когда я помчался в город, они выскочили из леса и снова стали стрелять. Лорд Риверс нырнул обратно в лес, и они поскакали за ним.

– Почему в лес? – удивилась Ив. – Ты сказал, что до города оставалось немного.

– Да, немного, но он бы не успел. Моя кобыла сильно хромала и на свободной дороге ее бы быстро догнали, а в лесу можно скрыться за деревьями. К тому же лорд Риверс придумал какой-то план, но он не успел мне о нем рассказать. Говорил что-то про грот и туннели… – Мико растерянно пожал плечами. – Но, честно говоря, я не понял, о чем он, а спросить не успел. Наемники уже приближались. Я сел на коня и уехал.

– Лес! Ну конечно! – сообразила Ив. – Там есть входы в туннели, а по ним можно добраться до дворца… Но почему наемники бросились только за ним?

– Думаю, они хотели хоть кого-то схватить, а наездник на слабой лошади показался им привлекательной целью. Хотя…

Мико нахмурился, и Ив охватило дурное предчувствие. Тревога опять заскребла коготками.

– Что хотя?

– Когда наемники стали стрелять, я оглянулся, и мне показалось, что лорда Риверса ранили.

Сердце ухнуло вниз.

– Что? – выдохнула Ив.

– Да. Он как-то странно покачнулся в седле, будто его что-то толкнуло. Тогда я решил, что он специально притворился раненым, чтобы заманить наемников за собой. Но сейчас подумал… он, конечно, умеет притворяться, но ведь и моя кобыла дернулась под ним…

Больше Ив ничего не слышала. Она развернулась и помчалась в юго-восточную часть королевских садов, где находился грот и проход в туннели. Мико что-то прокричал ей вслед, видимо, просил его подождать, но Ив не могла терять ни секунды. Каждая секунда могла стоить Джею жизни.

На сады опустилась тонкая вуаль сумерек. Под деревьями залегли тени. Ив бежала, позабыв про усталость. Сердце билось неистово и тревожно. Воздух с шумом вырывался из легких. Поворот, перекресток, снова поворот. Под ногами зашуршала свежая галька. Удивленно ахнул садовник, чью корзинку с инструментами Ив случайно задела. Она пролепетала невнятные извинения и понеслась дальше через лабиринт кустов, по узкому мостику, под аркой ветвей.

В День Перемен Ив покидала грот ночью, поэтому не сразу его признала в груде крупных валунов. Из щелей торчали пучки травы с длинными стебельками, а вход обрамляла россыпь мелких цветов. Внутри пещеру озарял зеленый светящийся мох. Ив обогнула водоем и остановилась у потайного прохода в полу. Где-то должен был находиться рычаг, но где? Ив провела рукой по стене, сожалея, что не проследила за Джеем и теперь не знала, как открыть проход. От прикосновения мох съежился, и свечение померкло. Значит, рычаг был спрятан не на стене. Беглый осмотр пола тоже не принес результатов.

Ив с отчаянием пометалась из угла в угол, с рычанием потоптала закрытый проход и наконец без сил упала у края водоема. Никогда еще она не чувствовала себя такой беспомощной и бесполезной. Слезы душили, глаза неприятно щипало. Джей может лежать сейчас без сознания где-то внизу и медленно истекать кровью… Вспыхнувшая перед глазами картинка заставила оцепенеть, но Ив запретила себе думать о плохом.

Она с яростью плеснула в лицо холодной водой и уставилась на подернутое рябью отражение. Бледный овал лица выделялся на фоне черных волос, голубые глаза пылали под изгибом темных бровей, губы сжимались в тонкую напряженную линию.

«Это плохая примета. Говорят, если в День Перемен увидишь свое отражение в воде, то навсегда потеряешь свою истинную любовь».

Слова Джея всплыли из глубины памяти, и внезапно все встало на свои места. Зачем говорить о примете, в которую не веришь сам? Только если хочешь отвлечь внимание от чего-то в воде!

Ив закатала рукав и вгляделась в глубь водоема. Среди гальки и круглых камней на дне что-то блестело, и она сунула руку в воду. Пальцы нащупали металлическое кольцо и потянули. Механизм под полом издал тихий стон, и плита за спиной со скрежетом поползла в сторону.

Ив вскочила на ноги и кинулась в проход. Внизу, как и прежде, ступени заканчивались иллюзорной стеной. Ив зажмурилась и с разбега прыгнула вперед. Прыгнула и на что-то натолкнулась. На миг Ив решила, что в проеме успели возвести стену из настоящего кирпича, но тут чьи-то руки обхватили ее за плечи, и она открыла глаза. На нее смотрели золотистые глаза Джея.

– Ты жив!

– Ты добралась…

Оба возгласа прозвучали одновременно, и в обоих слышалось облегчение.

– Кажется, я говорил тебе, что тут легко заблудиться? – с легкой укоризной спросил Джей.

– Говорил.

– Тогда зачем ты сюда спустилась?

– Мико сказал, что ты ранен, и я отправилась тебя искать.

– И как ты собиралась меня тут найти?

– Не знаю, – честно призналась Ив. – Я думала только о том, что тебе нужна помощь.

– Как это на тебя похоже, – вздохнул Джей то ли с одобрением, то ли с упреком.

Его пальцы впивались ей в плечи, и внезапно Ив поняла, что причина не в избытке радостных чувств. Джей держался за нее, чтобы не упасть. В неверном свете факелов она не сразу заметила неестественную бледность его лица, бусинки пота на лбу и алые пятна на рукаве. Жилет на плече был разорван, и ткань почернела от запекшейся крови.

У Ив оборвалось дыхание.

– Ты же ранен!

– Да, ранен, – спокойно подтвердил Джей. – Арбалет одного наемника оказался взведен. Я не ожидал, и он выстрелил, когда я придержал лошадь.

– Тебе срочно нужна помощь! Подожди! Я сейчас кого-нибудь приведу!

Ив хотела развернуться, но Джей ее удержал.

– Нет, – твердо произнес он. – Не надо никого звать. Просто помоги мне дойти до дворца. Дальше я сам о себе позабочусь.

Ив с сомнением нахмурилась. Как он мог о себе позаботиться, если едва стоял на ногах? Но она не стала спорить и позволила обхватить себя за плечи. Горячее дыхание Джея скользнуло по щеке.

– Ты пахнешь сиренью, – прошептал он.

Ив с тревогой скосила глаза. Уж не начался ли у него бред? Сейчас она не могла пахнуть ничем, кроме пота и пыли. Или это отголосок воспоминания о дне, когда они были здесь прежде? Тогда она действительно пахла сиренью.

Ив повернулась к лестнице и в нерешительности застыла. Иллюзия идеально скрывала проем, и, даже зная о его существовании, было сложно понять, где он расположен.

– Лестница прямо перед тобой, Ив, – подсказал Джей.

– Как тебе это удается? – удивилась она.

– Очень легко.

Ив ждала продолжения, но его не последовало, и они шагнули в проем. На лестнице вдвоем было тесно, Ив пришлось подниматься бочком. В пещере они остановились. Крутые ступени отняли у Джея много сил, и ему понадобилось время, чтобы восстановить дыхание.

– Как ты догадалась? – спросил он, кивнув на водоем.

– Ты сам подсказал. Ты ведь нарочно придумал ту примету, чтобы отвлечь мое внимание от воды?

Джей изогнул губы в улыбке.

– Да. Я тебя отвлекал, – признал он. – Ты слишком пристально смотрела на дно. Но нет. Я ничего не придумал. Такое поверье действительно существует.

Они медленно двинулись к выходу.

– Так ты видела свое отражение в воде? – спросил Джей.

Ив качнула головой.

– Не помню. Я смотрела на камни.

Они вышли в сизые сумерки. Солнце скрылось за горизонтом, и на сады опустились темные тени. Над дорожками плыл бледный туман, веяло прохладой и влагой.

Ив направилась прямо к дворцу, но Джей потянул в другую сторону.

– Нет, не туда, – его голос звучал хрипло и слабо. – Пройдем через вход для слуг. Там мы не привлечем внимания.

Они свернули на соседнюю тропу и зашагали вдоль пруда. В темной воде мерцал свет от окон. Трещали сверчки, пели лягушки, ломая застывшую тишину сада. Джей с трудом переставлял ноги, и с каждым шагом Ив все сильнее ощущала на плечах вес его тела. От усталости ноги путались и заплетались, от тяжести ныла спина. Дорожка проползла через лабиринт кустов и вывела к стенам дворца.

Ив остановилась, чтобы перевести дыхание.

– Давай я кого-нибудь позову, – предложила она. – Тебе нужна помощь, а мы еле идем.

– Нет, – отрезал Джей.

Он судорожно втянул воздух и перенес вес на свои ноги. Они двинулись дальше, но через несколько шагов Ив снова ощутила тяжесть у себя на плечах. Джей шел, пошатываясь и спотыкаясь, словно был мертвецки пьян. Неожиданно его голова упала на грудь. Он покачнулся и завалился набок. Ив испуганно вскрикнула, вцепилась в его одежду, но не удержала. Джей с тихим стоном рухнул на землю.

Ив упала рядом с ним на колени. Его глаза были закрыты, лицо посерело. По плечу скатилась багровая струйка крови и убежала в песок. Ив окаменела от страха. Хотелось вопить, звать на помощь, но из горла вырвался лишь беспомощный всхлип.

– Джей, очнись, – Ив обхватила его за плечи. – Только не умирай. Не покидай меня.

Джей дернулся и открыл глаза.

– Я в сознании… – прохрипел он. – Просто… потерял много крови и ослаб… я сейчас встану… помоги…

Ив взяла его под руку, но поняла, что одна его не поднимет. Джей с тяжелым вздохом привалился к скамье и снова прикрыл глаза. Его дыхание было хриплым и прерывистым, тело била мелкая дрожь. Ив душили бессильные слезы.

– Я не справлюсь одна, – прошептала она. – Ты для меня слишком тяжелый. Я сбегаю за помощью и сразу вернусь.

Джей вздрогнул и раскрыл глаза. Его пальцы сомкнулись у Ив на запястье.

– Нет. Я встану…

Ив больше не могла видеть, как он угасает из-за упрямого нежелания принимать чью-либо помощь. Она подняла голову и оглядела сады. Безмолвно и пусто. В этот час даже садовники не работали. Над головой шелестели ветви вишни, чуть дальше на лужайке к земле склонились уснувшие цветы. В окнах дворца горел свет, такой же теплый и яркий, как сама жизнь. А сзади выступали перила террасы. Ив только теперь поняла, что находится под окном собственной спальни. Стеклянная дверь в гостиную была слегка приоткрыта. Вероятно, ее распахнули слуги, чтобы проветрить комнату.

И тут ее озарило. Мысль была такой ясной и очевидной, что Ив поразилась, как не додумалась до этого сразу.

– Ирис! – воскликнула она. – Я приведу Ирис! Она мгновенно тебя исцелит!

– Нет, – неожиданно четко произнес Джей. – Только не Ирис. Она не поможет.

Он схватил Ив за запястье, но она вырвалась из его ослабевшей руки. Вскочила на ноги и метнулась к перилам. Джей что-то сердито прохрипел ей вслед, но Ив уже не слушала. Конечно же Ирис поможет! Иначе не может и быть! Она запрыгнула на террасу, влетела в гостиную и распахнула дверь.

Покои Ирис находились чуть дальше по коридору, и Ив забарабанила в ее дверь. Ответом была тишина. В отчаянии Ив снова заколотила, сотрясая кулаками дверь. И опять тишина. Неужели Ирис куда-то ушла? Или хуже того: уехала из дворца? Ив оцепенела на миг, и тут из-за двери донесся голос Ирис:

– Да иду я! Иду!

Дверь распахнулась.

– Кому еще там неймется…

Слова застыли на языке чародейки, ее глаза широко распахнулись.

– Ив! – ахнула она. – Силы небесные! Что с тобой случилось?

Ив опустила глаза и только сейчас заметила, что ее руки и одежда в крови. Она вытерла ладони о край плаща и замотала головой.

– Это не со мной, – она махнула в сторону своих покоев. – Там Джей. Ему нужна твоя помощь.

Лицо чародейки сразу стало серьезным. Она вернулась в комнату за саквояжем и через секунду вышла в коридор.

– Веди, – приказала она.

Ив заспешила назад, вбежала в гостиную и испуганно вскрикнула. Джей лежал на полу лицом вниз и не подавал признаков жизни. Видимо, он последовал за ней, и на полпути силы ему отказали.

– Ирис, скорее! – позвала Ив.

Ирис опустилась на колени перед Джеем.

– Зажги свет, – велела она.

Ив обежала комнату, зажигая по очереди лампы, и вскоре гостиную озарил теплый свет. Ирис перевернула Джея на спину и расстегнула пропитанные кровью жилет и рубашку. Ив обхватила себя руками, пытаясь унять нервную дрожь.

– Он потерял много крови, – сказала Ирис и подняла на Ив полные вопросов глаза. – Как его угораздило поймать стрелу? Впрочем, неважно. Потерю крови я не восполню, но могу исцелить рану и восстановить его силы.

Ирис приложила руки к груди Джея и глубоко вдохнула. По ее пальцам потек бледно-голубой свет. Несколько секунд, показавшиеся Ив вечностью, магическое сияние лучилось из рук чародейки, но потом потускнело и вовсе погасло. Джей так и лежал на полу, не двигаясь и не реагируя на происходящее.

Ирис нахмурилась и затрясла руками.

– Ничего не понимаю, – пробормотала она. – Магия проходит сквозь него, будто его тут и нет.

– Нет? – слово упало, как камень. У Ив подогнулись ноги, и она медленно осела на ковер. – Он умер?

Ирис бросила на нее сердитый взгляд.

– Нет, он жив. Его сердце еще бьется. Слабо, но бьется, – она тряхнула головой. – Видимо, я сегодня слишком устала. Попробую еще раз.

Она снова коснулась груди Джея. Он вздрогнул и схватил чародейку за руку.

– Ирис, милая, – послышался его слабый голос, – не трать силы зря. Магия на меня не действует.

Он уронил руку и вновь потерял сознание. Ив с Ирис переглянулись.

– Он сказал, что магия на него не действует? – переспросила Ирис.

– Да, – ошеломленно прошептала Ив. – Но разве такое возможно?

– Никогда о подобном не слышала. Но факт остается фактом – магия на него не действует.

Они с недоумением уставились на распростертое тело. Ирис первая оправилась от потрясения:

– Ладно. Помоги мне перенести его в спальню. Мне надо обработать и перевязать рану, чтобы она не воспалилась.

Они подхватили Джея под руки и потащили в спальню. Он застонал и что-то неразборчиво забормотал, но глаз не открыл, даже когда они положили его на кровать. Пока Ив металась, зажигая лампы, Ирис достала из саквояжа бинты и мази и разложила на тумбочке, затем принялась промывать рану какой-то пахучей жидкостью. Ив застыла у кровати, до боли сцепив руки. Джей был настолько бледен и слаб, что казался прозрачным. Хотелось взять его за руку и обнять… сделать хоть что-нибудь! Но Ив знала, что не в силах ему помочь.

Ирис бросила на Ив взгляд, покопалась в своем саквояже и достала небольшой сверток.

– Завари, пожалуйста, этих трав, – попросила она.

Ив с готовностью взяла сверток, радуясь возможности быть хоть чем-то полезной. Она вышла из спальни, и за ней сразу захлопнулась дверь. Похоже, Ирис не столько нуждалась в помощи, сколько хотела отвлечь Ив от тягостных мыслей и чем-то занять. И за это Ив была ей благодарна.

Прежде чем вызвать пажа, Ив сняла испачканный кровью плащ и камзол пажа и сунула их за подушку дивана. Штаны и рубашка на ней вполне могли сойти за дорожный костюм. Вскоре паж принес ей чайник с водой. Ив засыпала травы и стала ждать, когда ее позовет чародейка. Настойка тем временем сменила цвет с бледно-желтого на насыщенно-красный.

Наконец Ирис вышла из спальни.

– Ну как он? – спросила Ив, вскакивая с дивана.

– С ним все будет в порядке. Рана неопасна. Ему нужно поспать и набраться сил. Пусть пока останется у тебя. Он уснул, и лучше его не тревожить. Надеюсь, ты не против?

– Нисколько, – выдохнула Ив с облегчением.

В руках Ирис держала окровавленную рубашку Джея, которую затем убрала в саквояж.

– Его одежда безнадежно испорчена. Придется ее сжечь, – пояснила она. – Если хочешь, занимай мою спальню, а я за ним пригляжу.

– Нет, спасибо. Я и так многим тебе обязана. Я за ним присмотрю. Отчасти это и моя вина тоже.

– Да-да, знаю, – проворковала Ирис и загадочно улыбнулась. – Защищал прекрасную даму от стрел. Как романтично.

– Защищал прекрасную даму?.. – Ив запнулась. – Он так сказал?

– Ну, так не сказал. Он бредил, но кое-что среди его бормотания мне удалось разобрать. Про побег. Про то, что должен тебя защитить… Остальное я додумала сама, но, пожалуй, все ясно и так, – Ирис вдруг рассмеялась. – Ох, небеса! Я, конечно, предполагала, что когда-нибудь он угодит в неприятности из-за своего острого языка. Но чтоб так! Защищая кого-то? Признаться, такого благородства я от него не ожидала. Что за чудеса с мужчинами ты творишь? Даже я не владею таким волшебством! – Ирис опять хохотнула. – Ты просто обязана рассказать мне всю историю целиком!

Смутившись, Ив пробормотала что-то невнятное, что при желании могло сойти за согласие, и, чтобы сменить тему, указала на чайник.

– Я заварила травы, как ты просила. Что с ними делать?

– Травы? А! Ну так выпей их.

– Что?

– Ох, небеса! Ив, они же для тебя. Видела бы ты свое лицо! Оно белее простыни. Я даже подумала, может, и тебя ранили.

– Нет, я не ранена, – растерялась Ив.

– Тогда пей. Травы успокаивают, снимают напряжение и усталость.

Ив хотела отказаться, но строгий взгляд чародейки заставил ее выпить пряный и сладковатый напиток до дна.

У двери Ирис задержалась.

– Зови, если понадобится помощь. Правда, утром я покидаю дворец. Я закончила лечение Анри, и он уезжает в свое поместье. Наверное, я даже буду скучать по нему, – Ирис на секунду задумалась и качнула головой. – Словом, я возвращаюсь в свою лавку, где ты сможешь меня найти. Она находится в Нижнем городе у реки, тебе любой подскажет. И еще. Насчет той свечи… – Ирис понизила голос, и Ив придвинулась ближе. – Я ее изучила, и мои опасения подтвердились. Ядом был пропитан фитиль. Я запросила список торговцев, которые его продают, и думаю, через пару недель выясню, кто его покупал. Едва ли список будет большим.

– Спасибо. Я твоя вечная должница, – прошептала Ив.

Ирис улыбнулась.

– У меня столько должников, что можно сбиться со счета. Но лишь друзья мне ничего не должны. Запомни это.

Ирис подмигнула и ушла. Заперев за ней дверь, Ив заглянула в спальню. Джей лежал на кровати, укрытый одеялом. Его грудь мерно вздымалась. Дыхание было глубоким и ровным, как у любого спящего человека. Черные ресницы слегка подрагивали во сне. На бледном лице трепетали пятна света и тени, к влажному лбу прилипли светлые волосы. Ив осторожно их отвела, ощутив под пальцами шелковистые пряди, но вдруг смутилась своего поступка и отдернула руку. Джей беспокойно качнул головой, но не проснулся, и дыхание его осталось ровным.

Ив еще немного за ним понаблюдала, погасила свет и вышла из спальни. В гостиной она обессилено рухнула на диван, из последних сил сопротивляясь сонливости и убеждая себя, что должна бодрствовать и в случае необходимости помочь Джею. Но веки сами сомкнулись, голову наполнила приятная пустота, и Ив незаметно уснула.

Глава 15. Шкатулка

Что-то громыхнуло. Ив дернулась и открыла глаза. Гостиную заливал утренний свет. Прозрачная занавесь у террасы сияла жидким золотом, на ковре отпечатался солнечный прямоугольник окон. Что происходит? Как она оказалась во дворце и почему спала на диване? Мысли текли вяло и с неохотой. Постепенно из глубин памяти вынырнули воспоминания о побеге из замка, о безумной гонке в лесу и ранении Джея…

Джей! Ив только теперь сообразила, что разбудивший ее звук донесся из спальни. Она вскочила и бросилась к двери. Вот же проклятые травы! Усыпили и заставили позабыть обо всем на свете!

– Джей! – Ив влетела в комнату и остановилась на пороге.

Джей сидел на краю кровати и сонно потирал глаза. Он был бледен, но уже не напоминал обескровленную восковую куклу. Правое плечо его было аккуратно забинтовано.

– Доброе утро, – он повернулся к Ив и виновато улыбнулся. – Прости. Я занял твою кровать.

– Глупости! – отмахнулась Ив. – Как ты себя чувствуешь?

– Живым, – прохрипел он и потянулся к графину с водой.

Ив налила ему в стакан воды, и Джей с жадностью его осушил. От следующего он отказался, помотав головой, и попытался встать, но тут же с тяжелым вздохом опять упал на кровать.

– Не вставай, – сказала Ив. – Ты можешь оставаться в моей кровати, сколько пожелаешь.

Джей поднял глаза, и в них заплясали веселые огоньки.

– Признаться, мне лестно, что ты с такой легкостью готова пустить меня в свою кровать.

Ив осознала, как двусмысленно прозвучало ее предложение, и невольно улыбнулась. Похоже, Джей чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы шутить.

– Ты понял, что я имела в виду, – с укоризной сказала она.

Джей улыбнулся уголком губ и кивнул.

– Конечно же я тебя понял, Ив. И поэтому мне лучше уйти, – он растерянно огляделся. – Я пытался найти свою рубашку, но не нашел…

– Ее унесла Ирис. Она сказала, что собирается ее сжечь.

– Сжечь? А… ну как же, – Джей покачал головой. – Если она хочет покопаться в моей крови, то бесполезно. Там она нечего не найдет. Спасибо, что хоть штаны мне оставила… Хотя я все равно не могу разгуливать по дворцу нагишом. Я бы послал слуг за своей одеждой, но, боюсь, уже к обеду все будут знать, где я провел ночь. Не хочу, чтобы о тебе распускали сплетни.

– Да пусть шепчутся о чем угодно, – фыркнула Ив. – Мне все равно.

– Зато мне не все равно. Буду признателен, если ты что-нибудь мне принесешь.

Ив кивнула и с любопытством скользнула взглядом по его телу. Джей был красив. Рельефные мышцы очерчивали сильные руки, скульптурные плечи и упругий живот. Кое-где на коже виднелись старые, побелевшие шрамы, одни короткие и едва заметные, другие кривые с мизинец длиной. На миг захотелось к ним прикоснуться, ощутить под пальцами и понять, какое за ними стояло прошлое. Кто их оставил? И почему даже магия обходит его стороной?

– Ив, одежда, – с улыбкой напомнил Джей. – Понимаю, что я неотразим с голым торсом и в бинтах, но мне надо что-то надеть.

Его голос заставил Ив встрепенуться. Она почувствовала, как вспыхнули щеки, и отвернулась. Пожалуй, не стоило на него так откровенно пялиться.

– Тут есть рубашка отца, – вспомнила Ив и направилась к шкафу. – Думаю, она тебе подойдет, хоть и будет слегка велика.

– Спасибо.

Джей встал, сделал несколько осторожных шагов и со вздохом привалился к стене. Он отодвинул тонкую занавеску и поглядел в окно.

– Я все жду, когда же ты начнешь задавать мне вопросы, – произнес он. – Тебе ведь любопытно узнать, почему магия на меня не действует? Ты думала об этом, когда таращилась на меня.

– Я не таращилась! – возразила Ив, прячась за дверцей шкаф. – Я оценивала размер… в смысле подойдет ли тебе одежда…

Ив зажмурилась от смущения и вдруг замерла, осененная догадкой. Джей всегда так точно угадывал ее мысли, что это немного пугало. Она выглянула из-за дверцы шкафа.

– Ты ведь не умеешь читать мысли?

Джей хохотнул и болезненно поморщился от невольного движения мышц.

– Нет, Ив. Я не умею читать мысли. Люди сами их выдают, не замечая того. Лицо… глаза… жесты… говорят больше любых слов. Достаточно просто быть наблюдательным.

Ив снова нырнула за дверцу шкафа и потянулась к сумке с одеждой отца.

– А если я спрошу, почему магия на тебя не действует, ты мне ответишь?

– Да, – ответ прозвучал твердо. – Я думал над твоими словами в замке и… ты была права. Нельзя просить о доверии, не доверяя в ответ.

Ив нащупала в сумке рубашку, достала.

– Честно говоря, – продолжил Джей, – я и сам не знаю, почему магия на меня не действует.

– Не знаешь? – удивилась Ив. – Так, значит, ты не маг?

– Нет, Ив. Я же говорил тебе: у меня нет магических способностей. Это правда. Моя особенность существует сама по себе, вне зависимости от моей воли. Я не могу ей управлять. А магия – это прежде всего выражение воли и желания мага.

Джей умолк и вздохнул. Ив не шевелилась и молча ждала продолжения.

– Я обнаружил свою особенность случайно, еще в детстве. Наверное, я таким родился. А может, это никому неведомое проклятие или мой особый дар. Не знаю. Во всяком случае, магия не способна мне ни помочь, ни навредить. Ксандер пытался определить, что же со мной не так, но ничего не узнал. Сказал, что ему не ведомо ни одно заклятие, которое могло бы вот так оградить человека от магии. Я и сам изучал этот вопрос. Прочел много свитков и книг, но так и не нашел ответов.

Ив закрыла шкаф и неторопливо расправила рубашку. Вспомнились слова Даниеля в замке: «Есть в тебе что-то странное. Я чувствую, но не понимаю». Не о тайном ли даре Джея он тогда говорил? Видимо, да.

– Вот, значит, откуда у тебя столько знаний о магии, – поняла Ив.

– Да. Хотя и болтливость чародеек не стоит исключать, – Джей улыбнулся и снова поморщился, когда отодвинулся от стены.

– А в подземелье? Там ты тоже использовал свой дар?

– Разумеется. Только я не использую свой дар, а просто вижу сквозь иллюзии, они для меня не существуют. А еще я чувствую присутствие магии. Не знаю, как это описать. Легкий гул в ушах, слабая вибрация, грозовой запах дождя, особое движение воздуха – все это указывает мне на наличие магии. Я даже научился по этим признакам отличать один тип магии от другого. Они по-разному себя проявляют.

Ив задумчиво кивнула и подошла к Джею.

– И при помощи своего дара ты собирался выкрасть шкатулку из тайника? В этом был секрет? Ты мог ее забрать так, чтобы никто не узнал?

– Да. Был у меня такой план. Но ты оказалась быстрее.

– Прости. Если бы я знала… А теперь из-за меня…

– Перестань извиняться. Ты же знаешь, я тебя ни в чем не виню.

От его слов у Ив на душе потеплело. Стена из недоверия и отчуждения, выросшая между ними в замке, рухнула окончательно.

– Я сохраню твою тайну. Обещаю.

– Я знаю, – кивнул Джей.

Он взял рубашку и неловко помял в руках.

– Ты не могла бы мне помочь? – попросил он. – Ирис так туго перевязала мне плечо, что я едва могу рукой шевелить.

– Конечно.

Ив старалась аккуратно натянуть рубашку ему на плечи, но плотная ткань так и норовила зацепить повязку. От каждого движения Джей болезненно морщился, но терпел. Рубашка, как и следовало ожидать, села свободно: отец был выше и шире в плечах. Ив ее запахнула и потянулась к пуговицам, но Джей поймал ее ладони и сжал в своих.

– Что?.. – вопрос застыл у Ив на губах.

Никогда прежде Джей так на нее не смотрел. В полумраке спальни его глаза казались темными и бездонными. Он что-то искал в ее лице, ответы на незаданные вопросы, но Ив не понимала что. От пронзительного взгляда по коже бежали мурашки – странные, но приятные. Было во всем этом что-то… правильное, но Ив не могла определить, что именно правильно и почему. А в следующий миг Джей разжал ладони и отвел глаза.

– Дальше я справлюсь сам, – сказал он.

Ив растерянно заморгала, будто очнулась от сна.

– А-а… хорошо.

Странная магия растаяла… А может, и не было ничего.

– Не знаю, стоит ли говорить, – вдруг улыбнулся Джей, – но мне понравился мой портрет.

Он указал на край тумбочки, где рядом с графином лежал дневник.

– Твой портрет? – Ив оторопела. – Ты брал мой дневник?

– Честное слово, я не нарочно. Я его случайно уронил, когда искал одежду, и он раскрылся на последней странице. Клянусь, я не видел ничего, кроме рисунков.

Ив нахмурилась, сердитая скорее на себя, чем на Джея: сама виновата, что оставила дневник на виду.

– Почему ты не рисуешь? – спросил Джей. – У тебя явно есть талант.

– У моей мамы был талант. Она писала великолепные картины, а я… пока могу ей лишь подражать.

– Она писала картины? Это те, что висели у вас дома? Да, помню. Они и правда великолепны. Но ты можешь лучше.

Ив поймала его взгляд, и ее опять охватило странное чувство: словно колесо времени сделало круг, и она оказалась там, где должна. От этой мысли снова стало не по себе.

Джей закончил застегивать пуговицы и принялся закатывать длинные рукава.

– А второй рисунок? – спросил он. – Это тот самый зал из сна?

– Да. Я нарисовала его, пока помнила. Не знаю, насколько хорошо у меня получилось.

Джей судорожно вздохнул.

– Достаточно хорошо, чтобы я его узнал.

– Что? – удивилась Ив. – Ты его где-то видел?

– Да. Во сне. Он мне снился.

Ив сглотнула ком.

– Снился? Наверное, ты просто запомнил, как я его тебе описывала, и ты увидел его во сне.

– Нет, – качнул головой Джей. – Ты не поняла. Он снился мне много лет назад. Когда ты о нем рассказывала, я не обратил внимания. А теперь увидел и сразу вспомнил.

В комнате стало так тихо, что Ив услышала, как за окном шелестит листва на деревьях и тонко щебечут птицы. Она мотнула головой. Что за ерунда? Почему им обоим приснился этот зал? Какая связь между их снами? И что, в конце концов, это было за место?

– Что ты видел во сне? – прошептала Ив.

– Только этот зал с колоннами. Но он так меня поразил, что я помню его до сих пор.

Джей подвернул второй рукав.

– А что со шкатулкой? – сменил он тему. – Где она? Надеюсь, ты ее не потеряла?

– Разумеется, нет, – ответила Ив, а сердце испуганно екнуло.

Вчера она по привычке отдала сумку слуге, а куда он ее отнес? И отнес ли вообще? Да и был ли это слуга? Как она могла быть такой беспечной и неосторожной!

Ив кинулась в гостиную и суетливо огляделась. Стол, диван, два кресла и в одном из них… лежала сумка. Дрожащими руками Ив развязала ремешки, сунула руку и выдохнула с облегчением: сверток со шкатулкой лежал внутри. От сердца сразу отлегло. И, верно, что за безумие! Не хватало еще в каждом паже видеть врага!

В гостиную нетвердой походкой вошел Джей. На его лбу выступили капельки пота от усилий, которые он приложил, чтобы преодолеть расстояние в десяток шагов. Похоже, он чувствовал себя не так хорошо, как могло показаться. Джей вцепился в спинку кресла, обогнул его и с шумным вздохом сел на диван.

– Ты как? – с тревогой спросила Ив.

– Нормально. Только дух переведу… Давай лучше посмотрим, что там внутри.

Ив села на диван, поставила сверток на стол и принялась разворачивать. Ткань соскользнула, и на лаковой поверхности шкатулки заиграли солнечные блики, сверкнули красные огоньки в изгибах трех полумесяцев. Несколько секунд они завороженно глядели на переливы света. Джей первым нарушил молчание.

– Мостик, – обронил он.

– Ты о чем? – не поняла Ив.

– Шкатулка – это мостик, который ведет к Книге судеб. Вот что внутри. Ты говорила, что за шкатулкой приходили Пыльные маги. Как они узнали о ней?

– Я не спросила. Но возможно, отец им сам рассказал.

– И поэтому спрятал ее прямо под носом у Совета магов? Нет, не сходится, – Джей задумался. – А что насчет того, что шкатулка принадлежала твоей матери?

– Так сказал отец лорду Льютерсу. Но он мог и придумать это объяснение. Ты думаешь, тут есть какая-то связь?

– Не знаю. Но у меня такое чувство, будто мы что-то упускаем… Тебе не кажется шкатулка знакомой?

– Нет. Во всяком случае, среди вещей матери я ее никогда не видела. У нее был ларец из белого камня, в котором она хранила кисти и краски. А украшения она держала в ящике туалетного стола. Вот только…

– Что?

– Шкатулка могла принадлежать ей еще до замужества. Отец мне кое-что рассказывал о тех днях. Мой дед, отец матери, был крупным судовладельцем в Лотаре. После его смерти дела пошли не очень хорошо. Когда мать встретила отца, судоходная компания была на грани разорения. Собственно, и картины она начала писать, чтобы расплатиться с долгами. Мой отец помог Ролану, ее старшему брату от первого брака, сохранить семейное дело, но, вероятно, кое-что из семейных ценностей они могли распродать…

– А шкатулка была куплена как раз на аукционе в Лотаре, – подхватил Джей. – Вот и связь.

– Да, верно, – Ив нахмурилась. – Но я все равно не понимаю, что эта связь нам дает? К тому же нельзя исключать совпадения. Лотар – крупный торговый порт. Там много аукционных домов, и живут десятки знатных семей. Возможно, мы ищем связь там, где ее нет.

– Может, да… А может, и нет…

Они снова уставились на шкатулку.

– Надо посмотреть, что внутри, – предложил Джей.

– Да, верно.

Ив расстегнула цепочку и сняла ключ. Покатала его между пальцев. Нестерпимо хотелось заглянуть внутрь и узнать, ради чего отец рисковал, но что-то в глубине души говорило, что открывать шкатулку нельзя. Что Ив вмешивается не в свое дело. Что сама не понимает, что хочет найти.

Ив поднесла ключ к замку.

– Нет! Подожди! – Джей схватил ее за руку. – Тут есть какая-то магия. Я не ощущаю ничего опасного, но проклятая слабость притупляет мои чувства, и я могу ошибиться. Давай я открою. Мне магия точно не навредит.

– Ты уверен?

– Да.

Джей вставил ключ в замок и, немного помедлив, повернул на пол-оборота. Раздался тихий щелчок. Ив затаила дыхание, но более ничего не произошло. Джей выдохнул и осторожно откинул крышку. Свет скользнул внутрь и озарил… пустую полость.

Ив наклонилась вперед.

– Тут ничего нет, – прошептала она. – Пусто.

Не веря глазам, Ив схватила шкатулку, перевернула и потрясла. Ничего. Ни крошки, ни соринки. Ив провела пальцами по шероховатому дну, и опять ничего. Пальцы ни за что не зацепились, ни на что не наткнулись. Внутри – самое обычное шлифованное дерево. Ив поставила шкатулку на стол.

– Не может быть! Неужели все было зря? – воскликнула она. – Неужели кто-то открыл ее раньше нас?

– Я так не думаю. Даже маги не решились открыть ее без ключа. К тому же кое-что в ней все-таки есть.

Джей указал на шкатулку, и Ив снова наклонилась вперед. На дне шкатулки проступили темные линии. Они сплетались в плавные изгибы и завитки, образуя сложный узор из двух рун.

– Что это? – удивилась Ив. – Вроде только что ничего не было… Что они означают?

– Не знаю. Но их можно перевести. У меня в библиотеке есть книги по рунам. Я бы их расшифровал, если бы ты… – Джей помедлил. – Если бы ты позволила мне взять шкатулку с собой.

В его просьбе Ив услышала еще и вопрос: доверяет ли она ему?

– И ты еще просишь? – удивилась она и придвинула к Джею шкатулку. – Конечно бери.

Джей поблагодарил взмахом ресниц, взял шкатулку, но не стал ее запирать и вытащил ключ.

– Предлагаю их разделить. Хотя, может, теперь это не имеет значения.

– Сделаем, как скажешь, – согласилась Ив, повесила ключ на цепочку и снова надела на шею.

Джей встал, сделал несколько нетвердых шагов к двери и остановился. У него на лбу снова заблестели капельки пота.

– Ты плохо выглядишь, – забеспокоилась Ив. – Тебе нужно срочно в постель.

– Да. Туда я и собирался отправиться.

– Давай я тебя провожу.

– Ты опять делаешь мне двусмысленные предложения, – с улыбкой заметил Джей и покачал головой. – Не волнуйся, Ив. Я дойду. В крайнем случае притворюсь пьяным, и меня проводят слуги.

Он повернулся к двери, но не двинулся с места. Застыл в напряженной позе, что-то обдумывая, на что-то решаясь. Его взгляд слепо блуждал по ковру.

– Приходи ко мне завтра, – попросил он. – Мне надо тебе кое-что рассказать. О твоем отце.

– Об отце? Я думала, ты мне все рассказал.

– Да, все. Но есть… еще кое-что.

– Что? Расскажи мне сейчас.

– Я… м-м-м, нет. Приходи ко мне завтра вечером. Надеюсь, к тому моменту я буду чувствовать себя не так скверно и переведу руны. Тогда и поговорим.

– Хорошо, как скажешь. Правда, завтра я хотела покинуть дворец и переехать в свой новый дом. Но, наверное, я могу тут еще погостить?

– Этикет позволяет гостить во дворце две недели. Еще одна у тебя есть. Но если хочешь, я представлю тебя королю, и он даст тебе статус придворной дамы.

– Ты можешь представить меня королю? – с изумлением прошептала Ив, а на губах замер второй вопрос: уж не сын ли он короля на самом деле?

– Могу, если хочешь.

– Не знаю, – растерялась Ив. – Когда-то я хотела жить при дворе, рядом с отцом. Но теперь его нет, и это потеряло для меня всякий смысл. Сейчас я хочу понять, кем могу стать без него.

– Понимаю, – кивнул Джей и покачнулся. – Пожалуй, мне лучше уйти. Говорят, мужчины должны падать к ногам прекрасных дам, но, полагаю, это не стоит делать столь буквально.

Ив поймала его лукавый взгляд и рассмеялась.

– Вчера ты уже падал к моим ногам.

– Каюсь. Впредь постараюсь выражать свои чувства иначе.

Он поднес руку Ив к губам, скользнул по коже горячим дыханием и сразу отпустил.

– До завтра, Ив.

Он вышел в коридор, а Ив еще долго не могла избавиться от глупой улыбки на губах. После горячей ванны и завтрака она отправилась в конюшню проведать Мико и заодно попросить оседлать Тень. Если уж она собиралась жить в Нижнем городе, то следовало убедиться, что дом в порядке и в нем можно жить.

Тощий рыжеволосый конюх по имени Кит сообщил, что Мико взял выходной, и согласился проводить Ив до его комнаты. Они прошли через колоннаду в крыло для слуг и по лестнице поднялись на второй этаж. Комнаты слуг тянулись рядами вдоль коридора. Комната Мико находилась в самом конце. На дощатом полу стояли четыре кровати с сундуками, у стены ютился стол. Из небольшого окошка в проход падала узкая полоска света. Мико лежал у окна на кровати. Под спиной у него торчала подушка, ноги укрывало колючее шерстяное одеяло, а на коленях покоилась раскрытая книга. Увидев гостей, он захлопнул книгу и, путаясь в одеяле, попытался вскочить. Ив его остановила:

– Прошу, не вставай.

Мико застыл на кровати и сконфуженно оглядел комнату: тут не было даже стульев, чтобы предложить присесть. Он бросил на Кита сердитый взгляд, словно в этом была его вина. Кит лишь пожал плечами в ответ. Уходя, он многозначительно улыбнулся и подмигнул, отчего Мико еще сильнее смутился и покраснел.

– Прости, – пробормотал он, когда закрылась дверь. – Сюда редко приходят такие дамы, как ты… Вернее, они вообще не приходят.

Ив так и не поняла, извинялся ли он за ухмылку друга или же за скромную обстановку комнаты. А может, за то и другое разом. Она подошла к кровати и прислонилась к столу. Стол протестующе заскрипел, но уперся столешницей в стену и затих. Мико снова попытался выпутаться из одеяла и встать. И вновь Ив его остановила:

– Не волнуйся. Я ненадолго. Я хотела узнать, как ты себя чувствуешь. Как нога?

– Нормально… Еще немного ноет, но скоро пройдет. Лекарь посоветовал мне день полежать, и я взял выходной, – он замолчал. – А как дела у лорда Риверса? Полагаю, ничего серьезного? Будь иначе, все бы уже знали. Плохие новости расходятся быстрее огня.

– Джея задела стрела, но рана неопасна, и он скоро поправится.

– Ясно. Хорошо, что все обошлось. Наверное, мне стоит перед ним извиниться и поблагодарить. Он ведь рисковал собой из-за меня, хоть и делал это ради тебя, – Мико вяло улыбнулся. – Кстати, утром вернулась моя кобыла. Прибрела к воротам, целая и невредимая. Скакать галопом она уже не сможет, но на неторопливую езду сгодится. Можно сказать, все закончилось хорошо.

– Да. Хорошая новость, – согласилась Ив и замолчала, обдумывая, как лучше выразить то, что ее беспокоило. – Мико, я хотела тебя кое о чем попросить. Понимаешь, есть вещи, которые нельзя доверять бумаге. Особые тайны. И я прошу… Не пиши моему брату о том, что случилось в последние дни.

Ив высказала предположение наугад, но по тому, как Мико вздрогнул и побледнел, с удивлением поняла, что попала в цель.

– Он ведь поэтому тебя и послал? Следить за мной и обо всем докладывать?

– Следить?.. И докладывать?.. – сбивчиво пробормотал Мико. – Нет… я бы никогда не посмел… ты же знаешь… – он шумно вздохнул. – Ты должна понять. Лорд Рикон волновался о тебе и хотел, чтобы рядом с тобой в столице был тот, кому он мог доверять.

– Вот как. А мне он, значит, не доверяет? Считает неразумным ребенком, который неспособен о себе позаботиться и нуждается в няньке? И в качестве няньки выбрал тебя?

– Что? Нет! Вовсе нет! Все было не так! – Мико вскочил с кровати, уронив одеяло на пол. – Я вызвался сам! Лорд Рикон хотел, чтобы до дворца тебя сопровождал мой отец, но я уговорил его отправить меня. Я сам хотел поехать с тобой, потому что ты мне небезразлична!

Мико прикусил губу и, порозовев, смущенно отвел глаза.

– Лорд Рикон не желал ничего плохого, – тихо заговорил он. – Он переживал, что, окунувшись в столичную жизнь, ты не найдешь времени или забудешь ему написать, а он будет волноваться. Поэтому и попросил меня присылать ему весточку, все ли с тобой в порядке. Да и случись что, он знал – к нему ты из гордости не пойдешь, а ко мне, как к другу детства, можешь вполне обратиться.

Ив слушала и удивлялась. Неужели Рикон с его показным равнодушием, едкими насмешками и вечно задранным носом мог искренне за нее переживать? Ив считала, что брат будет только рад избавиться от опеки над ней, и действительно не планировала донимать его письмами. За все время она отправила лишь короткую записку о том, что добралась до дворца. А тут, оказывается, как раз это его и волновало. Такая тайная забота брата даже трогала.

– Вот я и ухватился за эту возможность, – продолжал Мико. – Хотел как-то себя проявить. Получить шанс видеть тебя иногда. Знаю, что глупо. Ведь надежды у меня никакой…

– Мико…

– Знаю, что это так, – перебил он, и Ив испытала облегчение, поскольку и сама не знала, что собиралась сказать. – Тогда на дороге лорд Риверс справедливо заметил, что я тебя недостоин…

– Он так сказал? – поразилась Ив.

– Не совсем, – поморщился Мико. – Он хотел найти со мной общий язык. Сказал, что у нас нет причины для ссор. Что мы не соперники друг другу, поскольку ты достойна лучшего, чем он или я. Тогда я на него рассердился. Решил, что он играет со мной. Но сейчас понимаю – он прав. Ты достойна лучшего, – Мико обвел взглядом комнату и покачал головой. – Мне нечего тебе предложить. Я не лорд, всего лишь простой конюх. У меня нет ни титулов, ни земель. Я не ношу красивой одежды, и пахнет от меня лошадьми и навозом. Безумие на что-то надеяться.

Мико поднял глаза, и на миг в них сверкнула надежда. Сверкнула и сразу погасла. Ив закусила губу. И что тут можно сказать? Что ей неважно, конюх он или лорд, поскольку прежде всего только друг? Но, похоже, Мико все понял и так.

– Я могу предложить, – заговорил он совсем тихо, – лишь свою преданность, поддержку и дружбу. Но это и так всегда принадлежало тебе.

Мико замолчал. Он смотрел ей прямо в глаза, но по тому, как взволнованно поднималась его грудь, Ив догадалась, что он лишь усилием воли сохраняет спокойствие на лице и сдерживает прыгающее в груди сердце.

«А ведь для подобного признания требуется смелость, – сообразила она. – Особенно, когда знаешь, что ответят отказом».

Неожиданно для себя Ив перестала видеть в Мико мальчишку из детства, и перед ней предстал взрослый юноша. Серьезный, честный и рассудительный. Казалось, даже черты лица его заострились и стали строже. Ив вспомнила, как усомнилась в его способности защитить ее от наемника на постоялом дворе. А теперь поняла – Мико, не задумываясь, заступился бы за нее, не имея оружия, и даже ценой собственной жизни.

Ей захотелось его обнять, прижаться к теплой груди. Но этим бы она дала ему лишь ненужную надежду, поэтому осталась безучастно стоять, вцепившись пальцами в край стола.

– Не знаю, что и сказать… – пробормотала она. – Ты знаешь, как я к тебе отношусь и как ценю нашу дружбу…

– Тебе и не надо ничего говорить, – прервал Мико и смущенно улыбнулся. – Это я наболтал лишнего.

Он поднял одеяло, бросил на кровать и, прихрамывая, отошел в сторону. На его русых волосах золотом заиграло солнце.

– А насчет писем твоему брату, не волнуйся. Я ни строчки не напишу без твоего разрешения. Обещаю.

– Спасибо, Мико. Будем писать Рикону вместе, чтобы он не тревожился.

– Хорошо. Можешь на меня положиться.

Ив поискала, что можно добавить еще, но поняла, что все сказанное сейчас будет неуместным. Она пообещала заглянуть к нему позже и зашагала к двери. Тень уже ждала во дворе.

Погода стояла ясная. Город шумел, галдел, торговался. На площадях раскинулись ярмарочные шатры. Где-то выступали артисты, разнося по улицам веселые трели дудочек. Ив смотрела по сторонам, отмечая нужные лавки и перебирая в уме список дел и покупок. Ах, сколько всего надо успеть! Сколько всего обдумать!

Немного не доехав до дома, она остановилась и зашла на постоялый двор «Под луной». Там имелась конюшня, и Ив договорилась с конюхом о корме и месте для Тени. Решив первую задачу, она с удовлетворением вычеркнула один пункт из списка дел и направилась к дому.

В переулке стояла обычная тишина, крики зазывал и цокот копыт гасли за спиной. Поднявшись на крыльцо, Ив достала из кошеля ключ и поднесла к замку. Дверь скрипнула и приоткрылась сама. В узком зазоре царила темнота. Ив застыла на ступенях, не зная, зайти или бежать.

«Что за глупость! Это мой дом! – одернула она себя. – Куда мне бежать? Наверное, Велена зашла и забыла закрыть».

Ив толкнула дверь посильнее, и свет озарил коридор. Подхваченные ветром пылинки заискрились в потоке лучей. Ив оставила дверь открытой и с колотящимся сердцем переступила порог. Глупость глупостью, но зачем рисковать? Миновала коридор и заглянула в гостиную.

В комнате царил идеальный порядок: стол блестел, кресла были придвинуты по бокам. Дверцы буфета висели ровно, а рядом стоял мужчина – коренастый, темноволосый, в короткой кожаной куртке. Ив подавила испуганный вскрик и снова осадила себя. Вот дурочка! Это всего лишь нанятый столяр. Какой вор сохранит в доме такой порядок?

Мужчина что-то разглядывал на полках, но, услышав шаги, обернулся и с любопытством уставился на Ив. Казалось, он удивлен их встрече не меньше. Ив напустила на себя хозяйский вид и вошла в комнату.

– Ты, наверное, Сепп? Брат Велены? – спросила она. – Она предупреждала, что ты придешь.

Мужчина кивнул и шагнул навстречу.

– Вижу, ты закончил с буфетом, – продолжила Ив. – А как дела наверху? Ты повесил полки?

Снова кивок и еще шаг вперед. Ив нервно сглотнула и невольно отступила назад. Что-то в этом человеке ее беспокоило. Только что? Слишком взрослый? На вид ему было около тридцати. Щеки и подбородок покрывала щетина, под голубыми глазами темнели мешки. Но Велена и не говорила, что ее брат мальчишка. А в подмастерьях у столяра можно ходить много лет. Не похож на Велену? Да, не похож. Но, как знать, может, они не кровная родня?

– А где Велена? – спросила Ив, прочистив горло. – Разве она не с тобой?

На этот раз мужчина не промолчал.

– У нее не получилось прийти, – голос низкий, с хрипотцой.

Ив снова сглотнула. Почему девочка не пришла? Неужели просто доверила ключи брату?

– Почему не получилось? У нее что-то случилось?

– У нее другие дела.

Мужчина снова шагнул. Он не смотрел Ив в глаза, его взгляд застыл где-то ниже. Неприятный, немигающий взгляд. Ив стыдливо взметнула руку к воротнику, стягивая на груди шнуровку. Пальцы пробежались по лентам – все плотно завязаны, нащупали цепочку, затем и ключ. Именно в него с жадностью впивались глаза незнакомца.

И тут Ив осознала свою ошибку. Вместо того чтобы подсказывать незнакомцу правильные ответы, надо было прежде спросить, кто он такой. И вот еще: если он столяр, то где его инструменты?

Ив развернулась и бросилась к выходу. Она успела сделать пару шагов, когда дверь резко захлопнулась, и коридор погрузился во мрак. У двери стоял еще один человек. Очевидно, он спустился со второго этажа и дожидался за приоткрытой дверью. Темный силуэт двинулся навстречу. Ив отшатнулась и налетела на незнакомца за спиной. Он обхватил ее поперек груди, прижал руки к бокам. Второй мужчина сунул ей в лицо тряпицу, источавшую резкий неприятный запах. Ив попыталась вывернуться из хватки, задергала руками, застучала ногами. Но чем сильнее она сопротивлялась, тем больше вдыхала вонючих паров. Они затекали в горло и нос, неприятно щекотали в легких. Ив завертела головой, но тряпица еще плотнее прижалась к лицу. Неожиданно ее руки потяжелели и плетьми упали вдоль тела. Ноги стали ватными и подогнулись, и лишь железная хватка незнакомца ей не давала упасть. Сознание поплыло, перед глазами замелькали круги. А затем опустилась кромешная тьма.

Очнулась Ив в полумраке. Руки были связаны за спиной. В щеку впивались грубые доски пола. В горле пересохло, язык словно посыпали пеплом.

Где она? И как долго тут пробыла?

Ив пошевелилась и осторожно повернула голову. Об пол звякнула цепочка с ключом. Потребовалось время, чтобы глаза привыкли к темноте. Вскоре она разглядела в углу серый мешок, железный котелок и полки с посудой над головой. Она лежала в собственной кладовке. Сначала это успокоило: Ив знала, где находится, и могла попытаться сбежать. А затем встревожило. Если незнакомцам был нужен ключ, то почему они его не забрали, пока она была без сознания? Зачем связали и заперли в кладовке? И кто они такие? Пыльные маги, которые решили вернуться и заново осмотреть дом? Или кто-то иной?

Ив постаралась приподняться на локтях, но веревки больно врезались в запястья, и получилось лишь перекатиться на другой бок. Перед глазами появилась узкая полоса света под дверью. Ив снова попробовала сесть, но голоса в коридоре заставили ее замереть.

– …у нее на шее висел ключ, – произнес мужчина, которого Ив приняла за брата Велены. – Мы не были уверены, его ли вы ищете…

– И поэтому заперли ее в кладовке? – перебил женский голос. – Болваны. Я же просила сделать все аккуратно. Разве я за это мало плачу?

Ив сразу узнала этот голос, его спокойные, повелительные интонации. Он принадлежал таинственной незнакомке, которая передала шкатулку отцу. Ив дернулась от волнения и задела ногой котелок. Он опрокинулся и со звоном откатился к стене.

– Она очнулась! – воскликнул другой мужской голос, совсем близко от двери. – Что нам с ней делать?

– Вам – ничего, – отрезала женщина. – Я сама разберусь. Считайте, наш контракт завершен. Оставшиеся деньги получите, где обычно.

Дверь в кладовую распахнулась, и в проеме показался женский силуэт в длинном плаще. Свет падал со спины, и лицо незнакомки оставалось в тени. Ив приподнялась, попыталась хоть что-то сказать, назвать свое имя, но пересохшее горло издало лишь каркающий хрип. Незнакомка взмахнула рукой, и у Ив закружилась голова. Захотелось закрыть глаза и забыться сладким сном. Тело обмякло, голова безвольно упала, и Ив снова провалилась во тьму.

Часть третья. Глава 16. Таинственная незнакомка

В тот день я отправился на городской рынок в порту – самый крупный в Лотаре, где найти можно почти все на свете. Для начала весны стояла необычно холодная и сырая погода. С моря дул пронизывающий ветер, и, казалось, в любую минуту пойдет снег. Я плотнее завернулся в шерстяной плащ и пошел по рядам, разглядывая пестрые ковры и диковинные товары островных мастеров.

У прилавка Карима я остановился, и мы, как обычно, разговорились. Какие в этом году установятся цены на шерсть? Какие на сидр? Что слышно нового на островах? Мы уже прощались, когда мое внимание привлек бойкий девичий голос. У соседнего прилавка с красками торговалась девушка, с ног до головы закутанная в темно-зеленый плащ. Манера держаться и вести разговор выдавали в ней знатную даму, однако ее не сопровождал ни кучера, ни слуги, что для оживленного портового района было делом удивительным.

Я шагнул ближе. В этот момент налетел порыв ветра и сорвал с ее головы капюшон. Никогда прежде я не встречал девушки прекраснее. Изумрудные глаза, алые губы, сияющая кожа с легким румянцем, шелковистые каштановые волосы. Ее лицо притягивало взор, западало в душу. Сраженный и очарованный, я застыл на месте, не видя ничего вокруг. Мир будто отдалился, рассыпался в прах, померк перед ее несравненной красотой. К несчастью, незнакомка заметила мое внимание и накинула капюшон. Это меня отрезвило, но я не пошевелился, чтобы своей неуклюжестью не разрушить тающий дивный миг.

Тем временем девушка расплатилась с продавцом, забрала покупку и стала протискиваться сквозь толпу. Влекомый неведомой силой, я поспешил за ней. Сердце стучало в груди, словно молот в руках кузнеца. Напрочь позабыв обо всем на свете, я шагал по мокрым мостовым, петлял среди лавок и домов. Я не мог отвести глаз от стройной фигуры в зеленом плаще и даже не следил, по каким улицам и переулкам мы идем. Подол длинного плаща развевался на ветру, мелькал среди ног прохожих, но вдруг хлопнул и исчез за углом. Я испугался, что упущу свою незнакомку, не удержался и кинулся за ней. Свернул за угол, и перед лицом сверкнула сталь. К моему горлу прижалось острие ножа. Из-под капюшона на меня смотрели изумрудные глаза.

– Кто вы такой, господин? И зачем преследуете меня?

– Влюбленный дурак, – ляпнул я первое, что пришло в голову. – Я увидел вас на рынке, миледи, и ваша красота меня покорила. Если бы не нож у моего горла, то я бы упал на колени и признался вам в любви.

Я готов был к тому, что нож за столь дерзкие слова вонзится мне прямо в шею. Хуже того – я осознал, что был бы счастлив умереть от этой руки. Но незнакомка меня пощадила.

– Что ж, господин, вы и впрямь не похожи на бандита, – сказала она. – Нож, так и быть, я уберу, а вот падать на колени я вам не советую. Улицы Лотара слишком грязные, особенно в это время года.

С этими словами нож исчез в ее рукаве. Незнакомка отвернулась, чтобы уйти.

– Как? Вы уже уходите? – в отчаянии воскликнул я.

– Простите, господин, но я потеряла слишком много времени, пытаясь от вас убежать, и теперь очень спешу.

– Миледи, если вы уйдете, не оставив мне надежды увидеть вас вновь, то я продолжу преследовать вас и дальше.

– Вот как?

– И не успокоюсь до тех пор, пока не выясню, кто вы и где живете.

– Вижу, вы очень упрямы, господин, – сказала она и с сомнением сдвинула брови. – Ну хорошо. Завтра в полдень я снова буду на рынке, и постарайтесь к тому моменту, господин Влюбленный дурак, придумать что-нибудь более оригинальное, чем признание в любви.

Она озорно улыбнулась, чем окончательно покорила мое сердце, взмахнула плащом и упорхнула. Несколько мгновений я стоял околдованный и ослепленный. Ее улыбка была как лучик солнца после хмурых туч. Когда я очнулся от сладких чар и вышел из переулка, моя незнакомка бесследно исчезла в потоке людей, оставив после себя лишь легкий аромат сирени.

На постоялый двор я возвращался словно в тумане. Перед глазами стояло прекрасное лицо, сияла солнечная улыбка. Ночь я провел без сна, нещадно себя коря за то, что отпустил свою незнакомку и, возможно, потерял навсегда.

С первыми лучами солнца я снова отправился на рынок. Наблюдая за тем, как площадь постепенно заполняется людьми, я все с большей уверенностью думал о том, что если моя таинственная незнакомка появится в назначенный час, то я попрошу ее стать моей женой.

Отрывок из дневника лорда Эдмунда Стаута.

Пробудилась Ив в мягкой постели, в небольшой комнате со сводчатым потолком. Стены из темно-серого камня украшали резные узоры в виде вьющихся лоз и цветов. Спину грело теплое покрывало, подбитое тонким мехом. От подушки под головой пахло душистым кедром. В ногах под круглым окошком стоял письменный стол, сбоку – еще одна узкая кровать. В проходе лежал плетеный ковер. Все в комнате дышало свежестью и уютом. За окном на фоне серой дымки медленно кружились снежинки.

Ив стряхнула остатки сна и села на кровати. Снег? За окном идет снег?! Она зажмурилась и снова посмотрела в окно. Белые хлопья, танцуя на ветру, падали, как лебяжий пух из разорванной подушки. Что происходит? Откуда в конце весны взялся снег? Ведь не могла же она так долго спать, что наступила зима? Ив потерла запястья – их больше не связывали веревки, но тупая боль убедила, что похищение ей не привиделось, и все вокруг не сон. Тогда где же она?

Ив встала и прижалась лбом к холодному стеклу. Внизу под окном тянулись изломы гранитных скал. Из трещин торчал дикий папоротник, к стене жался низкий кустарник с мелкой листвой. Скалы тянулись вдоль стены и обрывались в отвесную пропасть. А дальше, сквозь туман и белесую дымку, проглядывали склоны далеких гор, покрытые темным лесом и увенчанные снежными шапками на макушке. Плотная завеса туч скрывала небо и сыпала редким пушистым снегом, который таял, едва соприкоснувшись с землей.

Итак, магический сон не перенес Ив на полгода вперед. Каким-то образом она очутилась в горах. И теперь стало ясно, почему ее развязали: при всем желании тут было некуда бежать. Похитители даже не отняли цепочку с ключом – она по-прежнему висела на шее. Ив оторвалась от окна и поглядела через плечо. Или все же было куда бежать?

Толстую деревянную дверь украшал тот же орнамент, что и стены. Без особых надежд Ив потянула за ручку. К удивлению, замок щелкнул, и дверь распахнулась. Колючий ветер ударил в лицо, скользнул за воротник и заставил кожу покрыться мурашками. Не обращая внимания на холод, Ив переступила порог и оказалась под сводами галереи, которая опоясывала квадратный внутренний дворик. Вдоль стен рядком тянулись двери. В пролетах под арками стояли скамьи и глиняные горшки с раскидистыми сине-зелеными растениями. Четыре мощеные дорожки вели в центр двора, где сходились у статуи старца в мантии. Рядом с постаментом стоял высокий темноволосый мужчина в длинном плаще. Еще до того как он обернулся, Ив поняла, кто перед ней.

– Даниель, – изумленный вздох вырвался изо рта облачком пара.

Прищуренный взгляд карих глаз обратился в ее сторону. Даниель склонил голову в знак приветствия, и волнистая прядка волос упала ему на лоб.

– Ну здравствуй, маленькая леди. Вот мы и встретились вновь.

– Так ты меня помнишь, – прошептала Ив, и сердце радостно запело.

Она вышла из-под крыши во двор, навстречу снегу и ветру, но затем остановилась. В мутной снежной дымке все казалось нереальным, сотканным из фантазий и видений. Протяни руку – Даниель и двор растают без следа, развеются туманом. Все окажется выдумкой, игрой воображения. Сложно было поверить, что это не сон.

Даниель шагнул вперед.

– Зачем ты вышла под снег? – удивился он. – Ведь замерзнешь. Иди лучше ко мне.

Он не стал дожидаться и за три широких шага преодолел разделявшее их расстояние. Взмах рукой, и Ив окружил теплый воздух. Снег перестал колоть лицо и начал таять прямо над головой.

«Магия», – догадалась Ив, и ее сотрясла дрожь. Только теперь она поняла, как сильно замерзла.

Даниель взял ее закоченевшие руки в свои и растер. Тепло его ладоней было лишено всякой магии, однако согревало не хуже. Ив вздохнула от удовольствия и заметила, что Даниель украдкой наблюдает за ней из-под ресниц. В его взгляде читалось легкое замешательство, какое порой проскальзывало в глазах отца после длительного отсутствия дома. И даже сказал он почти то же самое:

– А ты повзрослела. Пожалуй, теперь неуместно называть тебя маленькой леди.

Ив с трудом осознавала, что не спит. Что ответить? О чем говорить? Все слова, что она готовила для их встречи в замке Ангус, вылетели из головы. Казалось, она перенеслась в лес на полянку, а вокруг вместо снежинок порхают ожившие листья-бабочки. Все было реальным и в то же время – невероятным.

Пальцы Даниеля легонько сжались, и Ив вздрогнула от боли: на запястьях остались ссадины и синяки от веревок. Даниель опустил глаза и нахмурился.

– Это нехорошо, – пробормотал он. – Сильно болит?

– Терпимо.

– Подожди, я постараюсь помочь.

По лбу Даниеля пробежала напряженная морщинка, и почти сразу Ив ощутила легкость в руках: ссадины затянулись, и синяки побледнели.

– Вот так, – с удовлетворением вздохнул Даниель. – Я не целитель, но от боли избавить могу.

– Спасибо. Уже не больно.

Ив сглотнула и взглянула ему в лицо. Даниель был почти на голову ее выше, прямой, как стрела, и спокойный, как озерная гладь. Сильный и могущественный. Рядом с ним Ив чувствовала себя пылинкой в руках бури. Слабой и беззащитной.

– Значит, я твоя пленница? – тихо спросила она.

– Моя кто?.. – Даниель запнулся и от души рассмеялся. – Ив, ты разве еще не поняла? Ты тут не пленница. Ты – гостья.

– Вот как? – Ив приподняла бровь. – Не знала, что в гости приглашают насильно.

Даниеля смущенно улыбнулся.

– Ты права. Прости за навязанное гостеприимство. Но, поверь, здесь тебе ничего не грозит.

– Здесь… – Ив снова оглядела тихий дворик и арки галерей вокруг. – А где мы, собственно? И как я сюда попала? Все похоже на сон…

– Мы на горе Вальторн, а если точнее – то в цитадели Ард Видир. Это гостевые покои. Некоторые называют это место цитаделью магов, но на самом деле это не совсем так… А попала ты сюда через портал в Нижнем городе.

– Я была в Нижнем городе утром… – растерянно пробормотала Ив и резко вскинула голову. – Женщина! Там была женщина!

Даниель кивнул.

– Она ждет тебя и хочет поговорить. Пойдем, я тебя провожу.

Он направился в противоположный конец дворика, где виднелись двойные двери.

– И не отставай, – бросил он через плечо. – Я не смогу удерживать тепло на большом расстоянии.

В лицо ударил ледяной ветер, и Ив поспешила за Даниелем. За дверьми находился еще один уютный дворик со скамейками и спящим фонтаном. В углах у колонн раскинулись ветвистые кусты боярышника, голые и колючие, усеянные бусинами искристых капель. Дворик окружали галереи, которые сходились перед лестницей с арочным сводом.

Они поднялись по ступеням и вышли на небольшую площадь, мощенную серым булыжником. В центре, цепляясь корнями за скалы и скудную землю, рос огромный белый клен с бурой дрожащей листвой. По кругу его опоясывала кованая оградка со скамейками, а подпорки держали могучую крону.

В разные стороны от площади расходились лучи дорог. Слева к скале, как птичьи гнезда, лепились каменные домики и башенки, между которыми петляли дорожки и ступени, вырезанные прямо в скале. Несколько людей в плащах сновали по ним вверх и вниз, неся что-то в плетеных корзинках. Россыпью светлячков в туманном мареве сияли огни.

Дорожка справа вилась и исчезала за зелеными лапами пихтовой аллеи. А прямо напротив площади высилось массивное темное здание, похожее на старинный замок с остроконечной крышей, ажурными окнами и зубчатыми стенами. Несколько шпилей взлетали высоко в небо и терялись в облачной дымке. К входу в виде трех стрельчатых арок вела широкая лестница. По бокам от дверей стояли две статуи, облаченные в каменную мантию с капюшоном. В протянутых руках они держали чаши с огнем.

У подножия лестницы Ив остановилась и с любопытством огляделась по сторонам. Даниель не стал торопить.

– Это и есть цитадель Ард Видир, – сказал он, указав на замок. – Согласно легенде, много столетий назад тут проходила граница двух горных королевств. Ими правили братья Аскольд и Витольд, два безумных короля. Не сговариваясь, они выбрали это место для постройки дворца. Каждый проложил дорогу по своей территории, и когда они встретились и поняли, что претендуют на одно и то же место, решили в поединке выяснить, кто из них достоин его занять. Поединок начался на рассвете и длился два дня и две ночи. В бою ни один не уступал другому, их силы были равны. На исходе третьего дня, когда на небосклоне взошла полная луна, одному из них наконец удалось пронзить сердце соперника. Победитель, ликуя, воздел руки к небу, но тут его колени от усталости подкосились, и он рухнул грудью на клинок противника, который тот еще сжимал в руках. Они умерли в один миг, держа друг друга в объятиях, и ни один из них так и не построил свою цитадель. Возвел же ее правящий в то время король Лотиана, которому из-за отсутствия иных наследников отошли оба горных королевства.

Даниель замолчал.

– Говорят, – продолжил он секунду спустя, – при свете полной луны можно увидеть, как на этих ступенях до сих пор сражаются призраки безумных королей, которые так и не смирились с исходом поединка.

Ив невольно метнула взгляд к лестнице, и Даниель улыбнулся.

– Но, по правде говоря, я их никогда тут не видел.

Он двинулся дальше, по огибавшей цитадель дорожке. Ив зашагала рядом.

– Почему это место называют цитаделью магов? – спросила она. – Разве эти земли принадлежат магам?

– Разумеется, нет. Маги ничем не владеют. Поэтому я и сказал, что это название не совсем верно. Цитадель строилась как дворец, но дворцом никогда не была. По сути, сейчас это огромная библиотека, где хранятся исторические документы, древние манускрипты и уцелевшие тексты о магии. Именно поэтому здесь и обосновались маги. Тут можно проводить исследования и изыскания, искать себе наставников или учеников. А еще можно обзавестись связями и рекомендациями. Когда мы с тобой познакомились, я как раз шел сюда. Не побывав в цитадели, невозможно чего-то достичь. А я хотел достичь многого.

– И у тебя получилось, – заключила Ив и прикусила язык.

Как же неудачно! Вот как теперь объяснить, откуда она знает о достижениях Даниеля? Он явно не понял, что они уже встречались в замке Ангус, и Ив хотела сохранить тот обман с переодеванием в секрете.

К счастью, Даниель принял ее утверждение за вопрос.

– Да, получилось, – ответил он. – За год я получил много признаний и рекомендаций, стал магистром и вошел в Совет магов. Но это только начало. Мои планы куда шире пустых званий и чинов… Осторожнее!

Даниель преградил дорогу рукой, и Ив увидела, что едва не шагнула в пропасть. Тропинка неожиданно закончилась отвесным обрывом, на дне которого торчали окутанные туманом каменные зубья. Ив ахнула и отступила назад. Сердце испуганно заскакало в груди.

– Не бойся. Здесь нельзя упасть. Над обрывом создано силовое поле. Оно бы тебя удержало, но с перепугу ты могла случайно выйти за его пределы.

Даниель что-то шепнул, и из бездны поднялись каменные плиты. Покачиваясь, они повисли в воздухе, образовав проход на другую сторону пропасти, где среди молочной белизны мерцали огни.

– Раньше тут находился каменный мост, но он рухнул, и я предложил использовать магию. Она надежнее камня.

– Как это работает? – поинтересовалась Ив, и у Даниеля заблестели глаза.

– Все дело в воздушных потоках, – увлеченно ответил он. – Магия направляет их вверх таким образом, что все, что попадает в зону их воздействия, остается висеть в воздухе.

Даниель шагнул на первую плиту и протянул руку Ив.

– Наступай на плиты и ничего не бойся. Это безопасно.

В другое время Ив бы удивилась парящим в воздухе камням, но рядом с Даниелем уже ничему удивляться не приходилось. Она взяла его за руку и, стиснув зубы, встала на плиту. Та немного опустилась под ее весом, будто лежала на поверхности топкого болота, но потом неподвижно застыла. Даниель двинулся вперед. Ив вцепилась в его ладонь и постаралась не думать о том, что, кроме воздуха и тумана, под плитами ничего нет. Вернее есть: острые камни и скалы. Плиты пружинили под ногами, порывы ветра пробивались сквозь теплый воздух и настойчиво толкали в пропасть. Только горячая и сильная ладонь Даниеля внушала абсолютную уверенность в каждом шаге.

Наконец плиты закончились, и Ив с облегчением ступила на твердую землю.

– Мы уже пришли, – сказал Даниель.

Ив решила, что он просит отпустить его ладонь, и разжала пальцы, но тут впереди увидела освещенный факелами вход в каменное темно-серое здание. Дымка и снежные хлопья скрывали его истинные размеры, но оно явно не превышало двух этажей и было вытянуто в длину. Короткая лестница привела в овальную прихожую с множеством узких оконцев. У стен располагались скамейки, в высоких вазах благоухали белые лилии. Даниель пересек прихожую и толкнул следующую дверь. Заглянув внутрь, он кому-то кивнул, а затем жестом пригласил Ив войти.

Комната за дверью лучилась светом, теплом и богатством. Стены были отделаны роскошными тканями, их тиснение в свете ламп отливало янтарем и бронзой. Под круглым окном стояло мягкое кресло со скамеечкой для ног, чуть в стороне – письменный стол, украшенный драгоценным камнем и костью, а еще дальше – пара диванов с яркими подушками и маленький резной столик. В камине тихо трещал огонь, пахло сладким яблоком и летом.

В центре комнаты на толстом ковре стояла высокая женщина в темно-бордовом платье до пола и бурой соболиной накидке на плечах. В черных блестящих волосах, собранных вокруг головы в сложную прическу, сверкали тонкие нити жемчуга. На сцепленных между собой изящных пальцах переливались перстни с самоцветами. Женщина не была юна, но полна зрелой красоты, которую подчеркивали величавая осанка и гордый взгляд. Гладкую оливковую кожу не портила ни одна морщинка, но проницательные глаза говорили о том, что они повидали долгую жизнь. Лицо женщины казалось смутно знакомым, но Ив никак не могла вспомнить, где и когда она ее видела.

Некоторое время они смотрели друг на друга, оценивая, изучая. Затем женщина взглянула поверх головы Ив и сказала:

– Спасибо, Даниель. Мы немного прогуляемся и поговорим.

Ив не оборачивалась, но почувствовала, как за спиной тихо закрылась дверь. Отсутствие Даниеля наполнило комнату какой-то странной пустотой.

– Даниель сказал, что вы знакомы, – нарушила тишину женщина, – и я решила, что тебе будет приятно увидеть его после пробуждения.

Ее голос был спокойным и мягким, властные нотки звучали в нем не так явно, как прежде.

– Полагаю, в первую очередь мне следует извиниться за грубое вторжение в твою жизнь этим утром. Если бы я знала, что ты окажешься в доме, то ни за что не допустила бы столь неподобающего с тобой обращения. Только отчаянное положение заставило меня искать помощи у тех людей.

В неловком жесте она расплела пальцы и снова сплела их в замок. Ив хранила молчание, не зная, как следует себя вести и что говорить.

– Я знаю, кто ты, Ив Стаут, – продолжила женщина секунду спустя, – но вижу, что я тебе незнакома. Что ж, представлюсь. Мое имя – Сибил. Тебе это что-нибудь говорит?

Ну конечно! Мать Ксандера. Теперь их родство бросалось в глаза. Черты сына безошибочно угадывались в строгих линиях губ и подбородка, в серых глазах чародейки. Однако ее лицо было знакомо совсем по иной причине, и в эту минуту Ив вспомнила, где видела ее прежде. Именно Сибил три года назад приезжала к отцу в свите Ксандера. Только тогда она выглядела настолько же просто и скромно, насколько сейчас по-королевски величественно.

Ив прочистила горло.

– Кое-что говорит, – осторожно ответила она.

– Хорошо, – отозвалась Сибил и указала куда-то вбок. – Ты не возражаешь, если мы немного пройдемся? Я хочу показать тебе свой сад. В горах порой так не хватает ярких красок долин, что мне захотелось это исправить. Хочу похвастаться. Ты согласна?

Ив сдержанно кивнула в ответ, и Сибил повела ее к двери, скрытой за тканевым пологом. Они вышли в небольшой коридор. С одной стороны тянулись двери, простенки между ними украшала мозаика и роспись. С другой – лучились витражи, подсвеченные снаружи факелами. От огней на полу плясали разноцветные блики.

Перед дверью в конце коридора Сибил остановилась и ключом с пояса отперла замок. Ив первая шагнула внутрь и пораженно замерла. За дверью и впрямь раскинулся великолепный сад. Под стеклянной крышей цвели деревья и кусты. Лепестками осыпались абрикосы и сливы, на яблонях набухали белые соцветия. Среди кустов роз, шиповника и жимолости петляла узкая тропинка. На ветвях покачивались светильники с голубым, явно магическим огнем. В увитых плющом каменных чашах журчали фонтанчики с родниковой, кристально-чистой водой. Над цветами порхали бабочки. В клетках скакали пестрые птицы, наполнявшие сад веселым щебетанием. Все было сделано с таким размахом и заботой, что Ив показалось, будто она перенеслась в королевские сады.

– Люблю здесь бывать, – вздохнула Сибил. – Бродить по тропинкам и размышлять. Тут очень спокойно, не правда ли?

Напряженная линия губ Сибил смягчилась, лицо приобрело умиротворенное, почти блаженное выражение. Она обвела взглядом сад и повернулась к Ив.

– Ты наверняка гадаешь, почему ты здесь и что мне от тебя нужно? Что ж, для начала я хочу, чтобы ты просто меня выслушала. Жестоко оставлять кого-то блуждать в потемках, когда в твоих руках горит свет. К тому же невежество, ведущее отважное сердце, порой может оказаться довольно опасным. А ведь твое сердце, безусловно, отважное. Не так ли?

Сибил тонкими пальцами приподняла висящий на шее Ив ключ. Немного подержав его на ладони, она отвернулась и неторопливо побрела по тропинке. Ив последовала за ней.

– Боюсь, разговор выйдет долгим, но, полагаю, время для него у нас сегодня найдется.

Сибил приподняла кончики губ в улыбке, и Ив мысленно согласилась, что сегодня уже спешить некуда. К тому же любопытство брало верх: о чем ей собиралась рассказать чародейка?

Минуту они шли молча.

– Ты когда-нибудь любила по-настоящему? – неожиданно спросила Сибил и тут же качнула головой. – Хотя ты так молода, у тебя все еще впереди. Я была старше тебя, когда поняла, что полюбила по-настоящему. Это случилось, когда я прибыла ко двору, приняв назначение короля Эриса на должность Верховной чародейки. Мои предки прежде служили королям Лотиана, поэтому его выбор был обусловлен скорее их заслугами, чем лично моими. Эрис славился резкостью и крутым нравом, и я с опаской готовилась к назначению. К моему удивлению, король принял меня сдержанно, но довольно тепло. Тогда-то я впервые и встретила Эглантина – юного голубоглазого принца, покорившего мое сердце. Он совсем не походил на отца. Эглантин был веселым, обаятельным и нежным. Недаром позже его прозвали Добрым королем. Злые языки поговаривали, будто я его околдовала и приворожила, но все это глупость и ложь. Магия не способна пленить сердце. А если кто кого и околдовал, так скорее он меня.

Король Эрис смотрел на наши отношения сквозь пальцы, видимо полагая, что это обоюдное увлечение скоро пройдет. Однако оно не прошло, поскольку никогда и не было увлечением. Это стало очевидно, когда на свет появился Ксандер. Но и тогда Эрис не стал нам мешать. Он относился к Ксандеру с теплотой и, вероятно, по-своему любил, как своего первого внука. Может быть, поэтому я уверилась в мысли, что когда-нибудь он позволит Эглантину жениться на мне. По правде говоря, я и сейчас не знаю, чего же я тогда желала сильнее: стать королевой или прожить жизнь обычной женщины рядом с любимым мужчиной.

В задумчивости Сибил сорвала алую розу, и до Ив донесся ее дурманящий аромат.

– А еще у меня была подруга Карин, тоже чародейка, – продолжила она мгновение спустя. – Подруга не на словах, как это нередко бывает сейчас, а настоящая и очень близкая подруга. В детстве все свободное время мы проводили вместе и были неразлучны. Часто, заболтавшись до утра, мы засыпали в одной постели. Я делилась с Карин всеми сокровенными мыслями, и она отвечала мне тем же.

Все переменилось, когда я получила придворную должность. Что-то в наших отношениях сломалось, пошло наперекосяк. Карин от меня отдалилась, стала резкой и ядовитой. Я полагала, что она завидует моему новому положению при дворе и ревнует к любви с Эглантином. Она открыто смеялась над моими чувствами и заявляла, что юный принц вскоре наиграется со мной и бросит. Выберет себе более подходящую невесту, когда настанет время жениться. Что скорее она станет королевой, чем я. Но я была уверена в чувствах Эглантина, как в своих собственных, и слова Карин лишь меня ранили.

Все усугубилось, когда Карин начала выступать против королевской власти. Она заявила, что пришло время пересмотреть прежние соглашения. Что маги заслуживают больше свободы и должны сами определять свою судьбу, а не зависеть от воли короля. Что должны иметь свои земли. И самое ужасное – в чем-то она была права.

Вокруг Карин собрались десятки сторонников. Они составили прошение к королю о выделении им земель, на которых бы они сами правили и устанавливали законы. Фактически речь шла о разделе королевства. Когда весть о том дошла до короля, он пришел в бешенство. Эрис потребовал сделать что угодно, лишь бы это прошение никогда не попало к нему на стол. И было понятно почему. Согласие с требованием мятежников подорвало бы королевскую власть, а отказ грозил вылиться в бунт. Карин так распалила своих сторонников, что они были готовы пойти ради нее на все. У меня оставался лишь один выход: лишить мятежников их главы и избавиться от подруги так, чтобы маги не сочли наказание за гнев короля.

Сибил замолчала. Ее пальцы терзали бутон, срывая алые лепестки, которые багровыми пятнами ложились следом за ней на тропинку. Собравшись с мыслями, она вновь заговорила:

– В то время в Горном крае вспыхнула первая волна сонного мора. Болезнь была новая и неизученная. Она уносила жизни людей за сутки и более себя не проявляла. Одни умирали, другие нет, и даже сейчас неизвестно отчего так происходит. Есть мнение, что болезнь связана с горными обвалами и талыми ледниками, которые выпускают ее на свет. Наверное, так и есть. Но тридцать лет назад об этом никто не знал, и я обвинила Карин в использовании запретной магии и вспышке сонного мора. Карин любила эксперименты с магией и часто повторяла, что птице, рожденной летать, нельзя обрезать крылья. Этим я и воспользовалась. Обратила свои знания против подруги. И моих доводов хватило, чтобы отправить ее в изгнание в Пыльные пустоши. Услышав приговор, Карин шипела, как разъяренная кошка, обвиняла меня в предательстве. В том, что я отвернулась от магов и проявила слабость. И она снова была права. Предательством я хотела купить расположение Эриса, устроить жизнь с Эглантином и подарить своему сыну корону. Я хотела счастья и была вынуждена выбирать. Всем, кто пожелал последовать за Карин, под страхом смерти было запрещено возвращаться. Они ушли в пустыню, пообещав однажды вернуться и все расставить на свои места.

Сибил прервалась. Взяла у родника два серебряных кубка и наполнила их водой: один вручила Ив, из другого глотнула сама. Над каменной чашей фонтана кружили небесно-голубые бабочки. Тихо журчала вода, и негромко посвистывали в клетке птицы. Ив отпила из кубка – вода была сладкой и прохладной – и приготовилась слушать дальше рассказ чародейки.

– Когда я сообщила Эрису об изгнании мятежников, он смерил меня долгим взглядом и просто кивнул – так, будто я прогнала из подвала десяток крыс. Не знаю, чего я ждала, но явно не такого. Думала, он поймет, чем я пожертвовала ради любви к его сыну, что предала. Надеялась, что он примет меня в семью, назовет будущей королевой и женой Эглантина. Но моим надеждам не суждено было сбыться. Прошло десять лет, и, умирая, Эрис потребовал сына поклясться, что он никогда не возьмет в жены чародейку и не посадит мага на трон. Перед лицом смерти Эглантин был вынужден дать отцу такое обещание. И я знала, что он его сдержит, поэтому не удивилась, когда он объявил, что женится на другой.

Я слышала, Мартиника утверждает, будто она выгнала меня из дворца, но это не так. Я ушла сама. Эглантин просил меня остаться. Уверял, что женитьба простая формальность, и в наших отношениях с ним ничего не изменится. Но я знала – изменится все. Нет, я не сомневалась в любви Эглантина, ведь он любит меня до сих пор. Недавнее признание Ксандера – тому доказательство. Но что за жизнь нас бы ждала? При свете дня король предстает перед подданными с законной королевой, а под покровом ночи скрывается в постели любовницы?

По лицу Сибил пробежала горькая усмешка. Ив не знала, кого ей больше жаль: чародейку, вынужденную расстаться с любимым, или законную королеву, которая надела корону, но так и не познала любви.

Они оставили кубки у родника и побрели дальше по саду.

– Место придворного мага занял Ксандер. Ему исполнилось восемнадцать, и он неудержимо рвался к власти. С каждым годом он все больше напоминал мне Эриса, своего деда. Я оставила место в Совете и удалилась от жизни двора. Про Карин я слышала мало. Знала, что она бродит со своими сторонниками по пустыне, торгует на черном рынке и, вероятно, люто меня ненавидит. И вот три года назад она себя проявила. Она искала утраченную три столетия назад реликвию. На истинном языке магов имя этой реликвии звучит как «Финель видат игит», что в дословном переводе означает: «Источник познания Древних». Перевод отражал истинную суть силы, но был не очень благозвучным, и со временем сказители переименовали ее в Книгу судеб.

Сибил остановилась, и Ив увидела, что тропинка тут изгибается в обратную сторону, а всю стену впереди украшает панно из мозаики. На нем было изображение трех высоких людей в серебристых одеждах. В руках у них горел голубой огонь, а у ног толпились люди, которые восторженно взирали на троицу и тянули к ней руки. Сибил указала на мозаику и продолжила:

– Легенда гласит, что предки магов, покидая свой умирающий мир, собрали все силы и знания и поместили их в одном месте – Книге судеб. Тот, кто владел ее силой, владел миром и считался избранником магии. Когда Древние пришли в наш мир, то они, чтобы не ссориться друг с другом за право обладания силой, договорились, что у нее будет Хранитель, который и определит, кто ее достоин. Они выбрали среди людей, живших на островах, несколько человек и наделили их единственным даром – способностью передавать Книгу судеб Избраннику. Хранителем становился самый старший из них, а дар передавался из поколения в поколение по наследству. Известно, что на Вольных островах действительно существовал культ Хранителей, но в настоящее время сведений о них почти не осталось и их природа нам не очень ясна. После Великого исхода Книга судеб так же считалась утраченной, но Карин верила, что она уцелела и находится где-то в Лотиане, поэтому начала ее искать.

Сибил отвернулась от мозаики и продолжила путь. Ее пальцы беспокойно теребили розу, потерявшую часть лепестков. История близилась к развязке, и, следуя за чародейкой, Ив готовилась услышать про отца. И дождалась.

– Твой отец, – заговорила Сибил, – присоединился к поискам Книги судеб не по своей воле. Полагаю, ты знаешь об этом. Ксандер… Признаюсь честно, я не одобряю методов своего сына. Согласие, полученное шантажом, – дурное согласие. Но, боюсь, мы часто расходимся с ним во взглядах и в последнее время не очень-то ладим. Сейчас он делает ту же ошибку, что в свое время совершила и я. Ради власти отворачивается от магов. Но мне ли его судить? Он мечтает о короне так же, как когда-то мечтала и я.

Сибил нахмурилась и ненадолго замолчала, а Ив наконец поняла, что объединяло Даниеля с Сибил: общие разногласия с Ксандером.

– Тем не менее, – продолжила чародейка, – участие твоего отца можно назвать волей судьбы. Два года он следил за поисками Карин и вел свои собственные, но все казалось пустым и безнадежным. И вот, полгода назад, твой отец обнаружил в портовых архивах бортовой журнал с записями последнего Хранителя, который вез Книгу судеб в Лотиан. В них было подробное описание, и когда твой отец его прочел, он понял, где искать Книгу судеб…

– Подожди, – перебила Ив и остановилась. – Отец обнаружил Книгу судеб, но не сообщил об этом Ксандеру, а пришел к тебе. Почему? Он мог выполнить свою часть сделки и вернуться домой. И тогда бы…

Ив задохнулась от вспыхнувшей мысли. Если бы отец вернулся домой, то теперь был бы жив! Никто не прислал бы ему свечи с ядом, и его не настигла бы смерть! Так почему он поступил иначе? Ив прищурила глаза и вгляделась в лицо чародейки. Она не была молода, но, бесспорно, оставалась красивой. Именно такие женщины сводят мужчин с ума и заставляют совершать глупости, да и отец не был стар, чтобы вновь полюбить.

– Неужели отец все это делал ради тебя? – прошептала Ив, и вопрос прозвучал как обвинение. – Защищал от Карин и искал для тебя Книгу судеб? А дом в Нижнем городе купил для ваших свиданий?

– Нет-нет, остановись, – закачала головой Сибил. – Ты все не так поняла. Нас с твоим отцом не связывали отношения. В своей жизни Эдмунд любил лишь одну женщину – твою мать, и вместе с ней для него умерли все остальные. Поверь, я знаю, о чем говорю. К тому же и мое сердце отнюдь несвободно. Я покинула дворец, но не покинула короля. Ничего, кроме глубокой симпатии и уважения, я к твоему отцу не испытывала. Что же касается дома в Нижнем городе, то Эдмунд купил его не для наших встреч, а чтобы их избежать. Мы оба находились под наблюдением различных сил и не должны были привлекать внимания к нашему общению. Поэтому мы поддерживали связь через шифрованные записки в книгах, которые для этой цели я принесла в дом. Каждую неделю мы обменивались сведениями и при необходимости назначали встречу за городом.

– К чему такая секретность? Что вы скрывали?

– Что ж, позволь я закончу свой рассказ, и ты поймешь, почему твой отец обратился ко мне за помощью и попросил держать все в секрете.

– Он обратился за помощью?.. – удивилась Ив и, прикусив губу, кивком попросила продолжать.

Они зашагали дальше по цветущему коридору. С двух сторон обступили нежно-розовые кусты миндаля, над головой висели пурпурные фуксии. В воздухе витал легкий аромат меда.

– Как я сказала, Хранитель подробно описал то, что вез: шкатулку с тремя полумесяцами на крышке, и твой отец ее узнал. Он видел ее в доме твоей матери в Лотаре.

– Так это правда. Шкатулка принадлежала матери, – пробормотала Ив. – Хочешь сказать, шкатулка и есть Книга судеб?

– Нет. Не совсем. Это путь к ней. А точнее говоря, это портал.

– Портал куда?

– Этого мы пока не знаем, ведь он закрыт.

– А разве символы внутри шкатулки не объясняют этого?

– Символы внутри шкатулки? – Сибил так внезапно остановилась, что Ив на нее натолкнулась. – Какие символы? Ты о чем?

– Ну как же… На дне шкатулки есть символы… – Ив запнулась, поняв свою оплошность. – Ах верно, я забыла сказать, что забрала шкатулку из замка Ангус…

– Нет-нет, – Сибил нетерпеливо махнула рукой, словно отметая ненужные объяснения. – Я умею сложить два плюс два, и что шкатулка у тебя, я уже поняла. Что ты сделала, чтобы появились руны?

Ив захлопала глазами.

– Я сделала? Ничего. Они сами появились. Я лишь коснулась дна и немного ее потрясла… Но это же магия. Как я могла?..

Сибил уронила розу и схватила Ив за плечи. Серые глаза чародейки впились в лицо Ив, как два цепких коготка.

– Дитя, я ведь тоже открывала шкатулку, и никаких рун в ней не было. Ты хоть понимаешь, что это значит?

Ив растерянно замотала головой, и чародейка еще крепче сжала ей плечи.

– Врата к Книге судеб открыты – вот что.

Сибил отпустила Ив и, с напряжением сцепив ладони, заходила туда-сюда по тропинке. Ее глаза возбужденно сверкали, на щеках вспыхнул румянец.

– Невероятно, – пробормотала она, – но больше не осталось сомнений. – Сибил бросила на Ив быстрый взгляд. – Пойдем. Остальное я расскажу в кабинете. Вижу, теперь это особенно необходимо.

Они двинулись к выходу, свернув под увитой плющом аркой. Сибил быстро овладела собой и успокоилась, Ив же, напротив, охватило волнение. Происходило что-то важное, но она не понимала что.

Сибил скосила на нее глаза и улыбнулась.

– Выходит, старый ворчун отдал тебе шкатулку? Что ж, неудивительно. Он ладил только с твоим отцом, а ты так на него похожа. Когда Даниель рассказал мне о переполохе в замке, я сразу поняла, что дело в тебе. Надеюсь, шкатулка в безопасности?

– Да, она во дворце.

– Хорошо. На какое-то время ее можно оставить там.

Ив кивнула и поняла, что должна рассказать чародейке еще кое-что.

– Лорд Льютерс сказал, что к нему приходили Пыльные маги. Они хотели забрать шкатулку, но не нашли ключ и вернули ее.

Сибил замедлила шаг, но в ее лице ничего не изменилось.

– Что ж, этого следовало ожидать. Я знала, что Карин не сдалась. Она ищет Книгу судеб, чтобы вернуться. Признаюсь, я страшусь ее гнева, ее мести, но моя расплата неизбежна. Я заслужила все, что бы Карин мне ни готовила, и согласна это принять. Только Карин придется еще подождать. Ведь истинный ключ к шкатулке – ты, дитя.

– Я?

– Да. Скоро ты все поймешь.

Они покинули сад и вернулись в уютную комнату с камином. Сибил предложила Ив сесть на диван, а сама подошла к столу и достала из ящика книгу в темном кожаном переплете.

– Я говорила, что твой отец узнал шкатулку, поскольку видел ее в доме твоей матери, и это нашло подтверждение в его записях.

– Отец вел дневник?

– Да. Вот он, – Сибил села рядом с Ив на диван, раскрыла книгу и перевернула несколько пожелтевших страниц. – Он начал вести его в юности, после знакомства с твоей матерью, и все записи тут в основном посвящены ей.

– Я могу его забрать?

– Конечно, он твой по праву. Эдмунд дал мне его, чтобы я поискала подсказку о том, где может находиться шкатулка. Ведь после замужества твоя мать ее с собой не взяла. К сожалению, информацию об этом я здесь не нашла. Несколько месяцев мы потратили на поиски в Лотаре и нашли шкатулку в одном из аукционных домов. Твоя мать оставила ее там в залог, чтобы выкупить позже, но, видимо, не успела или забыла. Но зато в воспоминаниях твоего отца обнаружилось еще кое-что. То, что его встревожило и заставило ко мне обратиться. И я хочу тебе это прочесть. Вот этот отрывок.

Сибил провела пальцем по строкам и, найдя нужное место, начала читать:

«После ужина мы с Роланом перешли в гостиную и расположились на диване перед огнем. Мы обсуждали, как выкупить оставшиеся корабли, когда к нам присоединилась Алисия. Она забралась в соседнее кресло, по-кошачьи поджав под себя ноги, и закуталась в теплую шаль. Даже в простой обстановке своего дома она выглядела, как королева, восхитительная и прекрасная, и мне казалось невероятным, что вскоре она станет моей женой. Она рассеянно слушала наш разговор, а ее взгляд постоянно задерживался на деревянной шкатулке, которая стояла на чайном столе. Не знаю почему, но эти частые взгляды, бросаемые на стол, поднимали в моей груди необъяснимую ревность.

Когда Ролан оставил нас с Алисией наедине, я встал с дивана и прошелся по комнате, рассматривая безделушки на полках и семейные портреты на стенах. Возле столика я как бы случайно остановился и взял шкатулку. Это была простая вещица из темно-красного дерева, покрытая лаком, с тремя полумесяцами на крышке. В замке торчал маленький ключ.

– Какая интересная вещица, – заметил я вскользь. – Откуда она у тебя?

Я напустил на себя безразличный вид, хотя кого я мог обмануть? Алисия сразу же уловила в моем голосе истинную причину вопроса: желание узнать, кто подарил ей эту вещицу и какие мысли она навевает, раз приковывает к себе все ее внимание.

Алисия встала с кресла и, лукаво улыбнувшись, забрала шкатулку из моих рук.

– А ты собственник, Эдмунд, – сказала она, и это заставило меня устыдиться своих мыслей.

– Прости, – покаялся я, – но ты так на нее смотрела, что я вообразил…

Я замолчал, а Алисия удивленно приподняла бровь.

– В самом деле? – рассеянно переспросила она. – Не замечала.

Она вернула шкатулку на место и, бросив на меня взгляд через плечо, тихо прибавила:

– Она принадлежала моей матери. Я нашла шкатулку на чердаке, когда мне было пятнадцать. Мать в тот год умерла, и слуги унесли ее вещи. В одном из сундуков лежали всякие безделушки: зеркала, заколки, украшения из ракушек, и среди них я нашла эту шкатулку. Или, вернее, она нашла меня. Она притягивала меня, как магнит. Странно, но прежде я не замечала у матери этой вещицы. Сама не знаю, чем она меня привлекла… Хотя нет. Знаю, – Алисия повернулась ко мне, и ее зеленые глаза засияли ярко-ярко. – Эта шкатулка – волшебная.

Я расхохотался, но тут понял, что слова о волшебстве не были обычным кокетством, и поспешил исправить свою оплошность.

– У такой чаровницы, как ты, несомненно, все вещи волшебные, – с улыбкой сказал я. – И в чем же волшебство этой шкатулки?

От этого вопроса Алисия погрустнела.

– Не знаю, – ответила она. – Но в ней точно есть волшебство. Внутри я видела руны. Иногда она меня даже пугает. Раньше, когда я оставляла ее в спальне, меня мучили дурные сны. Я с криком просыпалась по ночам, но не могла вспомнить, что мне снилось, и почему было страшно. Появлялось чувство, будто я что-то постоянно теряю, или мне нужно кого-то найти, чтобы жить дальше спокойно, – она погрузилась в мрачное молчание, а затем тихо добавила: – Порой мне даже хочется избавиться от нее.

Я не заметил, как нежно обнял Алисию и крепко прижал к груди. Мне хотелось ее успокоить и защитить, избавить от этого тревожного настроения. Я гладил ее блестящие каштановые волосы и вдыхал сладкий аромат сирени.

– Ты уже обрела, что искала, – прошептал я. – И меня ты точно не потеряешь. Я сделаю все, чтобы тебе больше не пришлось ни о чем беспокоиться. Хочешь, я подарю тебе другую шкатулку, без магии? А за эту, глядишь, на аукционе мы выручим денег на новый корабль.

Неожиданно Алисия меня оттолкнула и, тряхнув головой, беззаботно рассмеялась.

– Не слушай меня, Эдмунд. Глупости все это. Забудь. Расскажи, лучше о своем поместье. Жду не дождусь, когда смогу его увидеть».

Сибил закрыла дневник и задумчиво поглядела в окно. Там среди дымки проступали темные силуэты гор.

– Из этой записи, – заговорила она пару секунд спустя, – твой отец, как, впрочем, и я, заключил, что Алисия была Хранителем, но не понимала этого. Очевидно, она унаследовала дар от своей матери, а та в свою очередь от предков, в чьих жилах текла древняя кровь Хранителей. За три столетия память об этом даре поблекла и стерлась. Да и много ли времени нужно, чтобы история превратилась в легенду? Но дар помнил свою цель и через сны напоминал обладателю о его роли, что, похоже, и происходило с твоей матерью. Разумно было предположить, что дар Алисии после ее смерти перешел к ее детям, а вернее, к твоему брату, поскольку из вас двоих он старший. Именно это обстоятельство встревожило Эдмунда. Он попросил держать все в секрете, поскольку хотел защитить своих детей, а вовсе не меня, как ты ошибочно предположила.

Сибил вздохнула и отдала Ив дневник. Она положила его к себе на колени и несколько раз провела рукой по обложке. В голове метались сотни вопросов, но Ив никак не могла выбрать, какой из них важнее.

– Ты сказала, что дар перешел к моему брату, но считаешь Хранителем меня, так? – задала она первый пришедший на ум вопрос. – Почему? Из-за рун в шкатулке? Объясни.

– Все верно. Открыть врата к Книге судеб способен только Хранитель, и каким-то образом это тебе удалось. Руны – знак того, что портал открыт для перемещения. Не знаю как, но ты его пробудила. Видимо, мы с Эдмундом ошибались, и дар перешел не к твоему брату, а к тебе. Почему? Я не знаю. Исходя из обрывочных сведений, которыми я обладаю, Хранителями были как мужчины, так и женщины. Первенство не зависело от пола и принадлежало старшему наследнику древней крови. Но, возможно, не все наследуют дар, так же, как не все наследуют магические способности, и твой брат его не получил.

Ив задумчиво потеребила уголок дневника.

– Если я действительно Хранитель, – медленно произнесла она, – то чего ты от меня хочешь? Чтобы я привела тебя к Книге судеб и отдала ее силу?

Серые глаза Сибил широко распахнулись, и в них отразился танцующий в камине огонь. На мгновение страстное желание осветило лицо чародейки, но потом она отвела глаза, и блеск в них потух.

– Нет, дитя, о таком я бы не посмела просить. Меньше всех я достойна этой силы. Да и мое время ушло. Ты должна сама решить, кому ее передашь. И твое решение должно быть добровольным. Именно об этом меня просил позаботиться твой отец.

– Чего он боялся? От кого хотел защитить?

– Ты должна понимать, что для тех, кто охотится за Книгой судеб, многое поставлено на карту, и они не станут считаться с твоими желаниями. В первую очередь это касается Карин и ее сторонников. Следом идет и Ксандер. О да, я прекрасно знаю своего сына и что можно от него ожидать. Это же понимал и твой отец. Он не хотел, чтобы его дети оказались в эпицентре борьбы различных сил. К тому же нам до сих пор неизвестно, что на другой стороне портала и что должен сделать Хранитель, чтобы передать силу Книги судеб Избраннику. А, как я уже говорила, невежество может быть опасным.

– И что собирался делать отец?

– Для начала во всем разобраться. Через свои связи на черном рынке Эдмунд заказал из закрытых архивов на Вольных островах копии свитков с описанием ритуала. К счастью, записи об этом там отнесли к легендам и мифам, и их не уничтожили. Свитки должны были прибыть ко Дню Перемен, но из-за весенних штормов корабль задержался на островах и прибудет в порт Лотара только через пару недель. Изучив ритуал, мы сможем ответить на многие вопросы и понять, как действовать дальше.

– Мы? О ком еще ты говоришь?

– О Даниеле, разумеется. Думаешь, он оказался здесь просто так? Нет. После смерти твоего отца мне был нужен союзник, а Даниель уже давно занимался поисками Книги судеб и далеко продвинулся. Он знал о записях Хранителя и шкатулке, но не знал, где искать. Я все ему рассказала. Ты можешь полностью ему доверять. Он не выдаст твоего секрета, защитит от Ксандера и притязаний других магов. Сама же я вынуждена отойти в сторону. Пойми правильно, но я не могу открыто выступать против своего сына. Даниель же может предоставить тебе защиту и помощь.

Взгляд Сибил переместился к двери, и Ив обернулась. Она не заметила, в какой момент вошел Даниель, но теперь он стоял на пороге и вопросительно смотрел на Сибил. Чародейка поднялась с дивана и коснулась плеча Ив.

– Кажется, мы нашли нашего Хранителя, – объявила она.

Даниель взволнованно шагнул вперед и замер. Его потрясенный взгляд не отрывался от Ив. Он смотрел на нее так, будто перед ним возник новый мир или взошло второе солнце на небесах. Ив аж зарделась от удовольствия. Впервые в жизни она почувствовала себя невероятно важной и значимой. А еще могущественной. Ведь она обладала властью над тем, чего желали все маги, но без нее не могли получить.

Глава 17. Разоблачение

Сибил предложила Ив провести ночь в горах, а Даниель пообещал утром перенести ее через портал назад в город. Всю обратную дорогу он шел задумчивый и молчаливый. Тучи отступили к вершинам гор, и снег прекратился. Небо озаряли розовые отблески заката. Даниель вновь окружил их согревающей магией, но она была под стать его рассеянному настроению: морозный воздух залетал внутрь, кусал Ив за щеки и проникал за воротник.

На площади перед цитаделью Даниель остановился.

– Ты наверняка устала и хочешь отдохнуть, но я подумал… может, ты составишь мне за ужином компанию?

«Может? И Даниель еще спрашивает?»

– С удовольствием, – ответила Ив.

На губах Даниеля мелькнула улыбка.

– Тогда пойдем, я тебе кое-что покажу.

Он взял Ив за руку и повел к рассыпанным на скале домикам и башенкам. У входов горели факелы, освещая дорожки. По ступеням они добрались до подпирающей небо белокаменной башни. Даниель отворил дверь и повел Ив по узкой винтовой лестнице наверх. Они поднялись на вершину башни и очутились в круглой просторной комнате. В центре стоял заваленный свитками стол, у стены – несколько стульев и сундуков. Над ними висела начертанная на тонкой коже карта королевства. В огромном камине жарко пылал огонь, пахло смолой и хвоей от сосновых поленьев. На запад и восток выходили огромные окна, которые на самом деле оказались стеклянными дверцами. Даниель толкнул одну из них и вывел Ив на балкон, который опоясывал башню по кругу.

– Смотри, – прошептал он и указал вперед. – Мы на вершине мира.

Ив взялась за перила и посмотрела вниз. Прямо под ними простиралась горная долина. Крутые склоны гор, покрытые густым лесом, расступались в стороны, а между ними текла широкая река, которая в свете заката казалась раскаленной лавой. Вдоль берегов плыли клочья тумана, а у подножия гор петляли нити дорог. От вида у Ив захватило дух и закружилась голова. Все отсюда выглядело игрушечным, похожим на объемную карту из глины, которую она однажды видела в лавке бродячего торговца.

Даниель оперся локтями на перила и ткнул в пространство между гор, куда спускался солнечный диск, уже ставший размытым красным пятном.

– Видишь ту далекую белую точку на горизонте? – спросил он. – Это королевский дворец. Кажется, он совсем рядом, но на деле до него не менее трех дней пути. Раньше, когда я сюда приходил, то представлял, что любая самая невероятная и далекая цель может стать очень близкой. Протяни руку и возьми… Но обычно так и кажется, когда стоишь на вершине мира.

Ив посмотрела на Даниеля, но его лицо, задумчивое и серьезное, было обращено в сторону гор.

– В детстве, – продолжил он, – у меня было похожее укрытие. Я рос в небольшой деревне в Равнинном крае, где к магам относились со страхом и недоверием, поэтому мне приходилось скрывать свои способности. Я убегал к старым развалинам сторожевой башни на холме. Ее крыша и часть стены обвалились, но сохранилась кирпичная лестница, по которой я взбирался на третий этаж. Я видел все вокруг с высоты и чувствовал себя в безопасности. Там я втайне развивал свои навыки.

– Так ты родом из Равнинного края? – подхватила разговор Ив.

– Да, я там родился. Многие считают, что Равнинный край – это бескрайняя степь, переходящая в пустыню, но на деле это не так. В месте, где я жил, был лес, и текла река. А сколько целебных трав там росло – всех не перечесть.

– А почему там к магам относились со страхом?

– Там? Нет, Ив. Так к магам относятся везде. Со страхом и уважением или со страхом и недоверием. И на деле разница невелика. Пока король приглашает нас во дворец и выказывает внешнее почтение, все ошибочно полагают, что мы стоим на одной ступеньке со знатью. Но это не так. Мы беззащитны. Наши дома горят, а мы не можем ответить, связанные по рукам договорами.

– Но разве Совет магов вас не защищает?

– Совет слаб, – голос Даниеля пропитала горечь. – Когда я в него вступал, то верил, что с его помощью можно что-то изменить. Но теперь у меня не осталось иллюзий. Каждый в Совете заботится лишь о собственном благополучии, и в этой разобщенности наша слабость. Все зависит от воли Ксандера, а его интересы не совпадают с интересами магов. Нам нужен сильный лидер, который всех бы объединил.

– И ты хочешь стать этим лидером?

К удивлению, Даниель покачал головой.

– Не хочу. Но стану, если потребуется.

За спиной послышался шорох шагов, и Ив обернулась. На балкон выглянула девушка в шерстяном плаще и с корзинкой в руках.

– Даниель, я принесла ужин… – она запнулась, увидев Ив. – Прости. Я думала, ты один.

– Все в порядке, Анаис. Спасибо за ужин. Оставь его, пожалуйста, на столе.

– Конечно.

Девушка метнула в Ив колкий взгляд и опять скрылась в комнате. Какое-то время слышался шорох бумаг и стук тарелок, а затем все стихло.

– Если я чему-то помешала… – осторожно начала Ив.

– Нет. Ничему ты не помешала. Анаис служит на кухне. Она обладает слабыми магическими способностями и надеется найти здесь наставника, чтобы их развить. Точнее, она хочет, чтобы ее наставником был я. А увидев тебя, она решила…

– Что я претендую на место твоей ученицы? – Ив улыбнулась. – Знала бы она, какое это нелепое предположение.

– Может, и не такое нелепое.

«А ведь и правда, – подумала Ив. – Я – Хранитель и тоже обладаю какой-то силой». Это до сих пор не укладывалось в голове. Что значит быть Хранителем? Как это? Непонятно. Все только предстояло узнать, и Даниель – тот, кто проведет ее по этому пути и поможет.

Ив вернулась прерванному разговору:

– Ты сказал, что в детстве тебе приходилось скрывать свои способности. Неужели твои родители поступали так же?

– Мои родители… – Даниель вздохнул. – Моя мать была самой обычной женщиной и зарабатывала тем, что продавала настойки и травы. Она никогда не просила меня скрывать магические способности, но я и так все понимал. Ребенок-чародей отпугнул бы ее покупателей и вызвал бы презрение у соседей.

– Выходит, твой отец… – Ив умолкла, поняв, что ступила на зыбкую почву.

Даниель скривил губы.

– Мой отец – негодяй, – процедил он сквозь зубы. – Он бросил мать еще до моего рождения. Магия – единственное, чем он меня одарил. Я могу с полным правом считать, что отца у меня нет и никогда не было. Мать была замечательной женщиной и воспитывала меня одна.

– Была замечательной?.. – повторила Ив и осеклась. Боль утраты в голосе Даниеля была ей очень хорошо знакома.

Даниель едва заметно кивнул.

– Мне было двенадцать, когда она умерла. В амбаре с травами вспыхнул пожар. Мать бросилась его тушить и… Когда я ее нашел, было уже поздно. Огонь ее не тронул, но дым не пощадил. Я пытался помочь, но… – Даниель судорожно вздохнул. – После похорон я покинул деревню и больше туда не возвращался.

Ив будто заглянула в зеркало своей скорби. На собственном опыте она знала, что никакие слова не уменьшат боль от утраты, и просто коснулась руки Даниеля. Он раскрыл ладонь, и их пальцы сплелись. От теплого ответного пожатия ей самой стало легче. Даниель заглянул ей в лицо. У него были восхитительные карие глаза с ореховым отливом, такие пронзительные и волнующие. И его лицо было так близко…

Ив вдруг охватило непонятное смятение. Сердце заколотилось сильнее, и в груди как-то сладко заныло. Смутившись, сама не зная от чего, она отвела взгляд и посмотрела на долину. Солнце скрылось за горизонтом, оставив между небом и землей алую полоску. Огненная лента реки между гор потухла и слилась с берегами. Над головой замерцала алмазная россыпь звезд. Сквозь рваные клочья туч проглядывала половинка луны.

Некоторое время они молча стояли бок о бок, облокотившись на перила и сплетя руки. Но затем Даниель выпрямился, и Ив с сожалением выпустила его ладонь, осознав, как же было хорошо – вот так стоять вдвоем.

– Прости, – сказал Даниель. – Ты устала и голодна, а я утомляю тебя разговорами. Пойдем внутрь, а то ужин совсем остынет.

Они вернулись в башню. В наступивших сумерках комната, озаренная камином, превратилась в уютный островок света и тепла. Со стола исчезли все бумаги, и их место заняли тарелки с едой. Даниель придвинул стулья к столу, зажег от камина свечи в подсвечнике и поставил его в центр стола. Ив села у огня. Даниель разлил в стаканы вино и устроился рядом.

– Не знаю, какую еду ты предпочитаешь, – сказал он, снимая крышки с тарелок, – тут всего понемногу. Мясо, овощи, сыр, хлеб и паштет. Выбор не королевский, но голод утолить можно… Почему ты улыбаешься?

Только когда он спросил, Ив поняла, что, пока она наблюдала за его действиями, ее губы растянулись в улыбке.

– Ты все делаешь как простой человек, – пояснила она.

Даниель улыбнулся.

– А ты думала, что маги зажигают свет щелчком пальцев и призывают еду из воздуха?

– Честно говоря, так и думала, – засмеялась Ив.

– Можно и так, конечно. Но затраты сил на подобные представления обычно не оправдывают результата. Хотя порой тяжело удержаться. Помнится, однажды я заставил листья летать только для того, чтобы поразить упавшую на меня с дерева девочку.

На мгновение их глаза встретились. Даниель улыбнулся, и вновь из-под ресниц мелькнул тот взгляд, который приводил Ив в смятение и смущал. Вспыхнув, она опустила глаза и приступила к еде.

Тонкие ломтики копченого мяса, свежая выпечка и нежный сыр таяли во рту. Несмотря на голод, Ив старалась сдерживать аппетит и вести себя как воспитанная леди: резала небольшие кусочки и медленно их жевала. Даниель тоже ел не спеша: цеплял вилкой кусочки овощей и мяса и задумчиво глядел в огонь.

После ужина Даниель проводил Ив в гостевые покои. В комнате он оставил на столе свечу и зажег ее, щелкнув пальцами, чем вызвал у Ив улыбку, а затем ушел. Оставшись одна, Ив села на кровать, достала из-за пояса дневник отца и принялась листать. Записи начинались со дня, когда отец впервые встретил на рынке в Лотаре свою будущую жену, и далее описывалось, как он добивался ее внимания. В каждой строчке Ив чувствовала присутствие отца и его любовь к ее матери. Следуя за ним день за днем, она заново открывала для себя человека, которого знала всю жизнь. Как оказалось, в молодости отец не всегда был серьезным и сдержанным, а мать порой вела себя не так, как полагается леди.

Ив читала, пока не прогорела свеча и с шипением не потухла. Тогда она спрятала дневник под подушку и залезла под одеяло. Но сон не шел. В голове теснились события минувшего дня, одолевали вопросы. Кто такие Хранители? Что за дар по наследству ей оставила мать? Как им распоряжаться? Как найти Избранника для Книги судеб и сделать правильный выбор? И помогут ли в этом свитки, которые прибудут с Вольных островов?

Ответы не находились, и мысли потекли в другом направлении и вернулись к смерти отца. Могла ли Сибил быть причастна к преступлению? Чародейка наверняка обладала знаниями о ядах и способе их применении. А как бывшая советница короля могла спокойно прийти во дворец и подменить свечи. Что, если между ней и отцом случилась ссора, о которой Сибил не стала упоминать? Возможно, отец стал препятствием на пути к Книге судеб, и она решила его устранить.

Неожиданно эти рассуждения натолкнули Ив на новую мысль: а ведь все то же самое можно предположить и о Даниеле. Сын травницы, знакомый с ядами… И он тоже искал Книгу судеб… Ив содрогнулась. Но тут вспомнила тепло его рук на вершине башни и отмела подозрения. Нет. Даниель не убийца. Тот, кто страдал из-за собственной потери, не причинит другому зла. Ив была в этом убеждена, поэтому решила не спешить с выводами и дождаться вестей от Ирис.

На этом поток мыслей иссяк, и Ив забылась тревожным сном. Всю ночь ей снилось, как две призрачные фигуры вновь и вновь пронзали друг друга мечами.

***

На следующее утро Ив разбудила служанка. Сначала она проводила к горячему источнику для умывания, а потом в небольшой зал, где за длинным столом был накрыт завтрак. Взбодрившись чашкой крепкого чая, Ив прихватила из гостевых покоев одеяло и вышла во двор. Погода стояла ясная. Над пиками гор раскинулась лазурная синева небес, глядя на которую невозможно было поверить, что еще вчера сыпал снег. Солнце дарило тепло, но порывы стылого ветра сводили на нет его усилия. Завернувшись в одеяло, Ив села на скамейку и продолжила читать дневник отца.

Даниель появился после полудня. Он выглядел уставшим, будто не спал всю ночь, но улыбка сгладила это впечатление.

– Я в твоем полном распоряжении, – сказал он после приветствия, – и готов проводить во дворец.

– Мы воспользуемся порталом? – спросила Ив, вставая со скамейки и приглаживая растрепанные ветром волосы.

– Да. Боюсь, все прочие пути будут слишком долгими и утомительными.

Они поднялись на площадь. В свете дня цитадель казалась еще выше и великолепнее, чем накануне. Пелена снега и темнота ночи больше не скрывали изящную лепку вокруг дверей, плетеные узоры на окнах и гладкие стены, сверкающие в лучах солнца, будто стекло. Вопреки ожиданиям Даниель прошел мимо ступеней и свернул на дорожку, ведущую вдоль домиков и башен на скале.

– Разве портал не в цитадели? – с разочарованием спросила Ив.

– Нет, – покачал головой Даниель и улыбнулся, поняв, что ее расстроило. – Обещаю, что покажу тебе цитадель в другой раз. Сейчас надо забрать шкатулку из дворца и спрятать в более надежном месте.

Ив кивнула и осознала, что покидает цитадель с легким сожалением: где еще она увидит подпирающие небеса башни и висящие над пропастью мосты? Где еще услышит истории о призраках и безумных королях?

Дорожка вывела в просторный двор, окруженный низкими постройками. У поилки на привязи стояла пара лошадей, рядом под навесом – телега. Двор упирался в ворота с двумя надвратными башнями, от которых в горы уползала дорога. У ворот Даниель свернул и направился к невысокому зданию с треугольной крышей, которое врастало в скалу позади себя. Стены у входа потемнели от времени и поросли мхом. Даниель толкнул деревянную дверь и пропустил Ив в небольшой зал с колоннами. Под потолком висели тусклые лампы, воздух был неподвижным и ледяным. В дальнем конце зала в скале был прорублен проход. Факелы освещали грубо отесанные стены и уходящие вниз ступени. Отблески голубого огня влажно мерцали на камне.

– Это вход в усыпальницу, – пояснил Даниель, указав на проход. – Согласно обычаю, в древности великих людей после смерти предавали огню. Прах собирали в урны и относили в подземные гробницы в глубине гор. Такой чести удостаивались лучшие магистры и советники короля. Существует поверье, что если поместить портал над гробницей, то он позволит душам после смерти путешествовать по миру. Поэтому не удивляйся, что мы пришли сюда.

Теперь Ив увидела в центре зала парящее кольцо из магических рун.

– Портал перенесет нас сразу во дворец? – спросила она.

– Да. Членам Совета это разрешено.

Даниель подошел к порталу, выбрал несколько рун и что-то прошептал. Воздух внутри кольца всколыхнулся, обдав холодом, и возникла темно-фиолетовая сфера.

Даниель протянул руку Ив.

– Держись за меня.

– Что мне надо делать?

– Ничего, портал все сделает сам. И не волнуйся. Один раз я тебя провел, получится и во второй.

– Так это ты принес меня сюда?

– Конечно. Кто же еще?

Ив особо не задумывалась над тем, как она проходила через портал в первый раз, но тут представила себя на руках у Даниеля и внезапно смутилась. Даниель, однако, принял ее замешательство за испуг и шагнул ближе.

– Хорошо, давай поступим иначе. Я буду тебя держать, – он обнял Ив за плечи и подтолкнул вперед. – Не бойся. Я все время буду рядом.

– Я и не боюсь, – пробормотала Ив, стараясь скрыть свое волнение.

– Вот и хорошо, – шепнул Даниель, и они шагнули в портал.

Ив будто нырнула в ледяную реку с огромной высоты. Из легких выбило воздух, тело сковал холод, разом лишив всех чувств. Где-то позади себя она ощущала присутствие Даниеля, но оно было едва уловимым, как далекое эхо. Ни звуков, ни запахов, ни возможности сделать вдох или пошевелиться – вокруг только плотная, беспросветная тьма, несущая куда-то вперед. Несущая, к счастью, недолго.

Яркий свет, теплое движение воздуха, шепот воды, запах пыли и камня – вспыхнувший из темноты реальный мир ошеломил. Ив уперлась руками в колени и, жадно ловя ртом воздух, задышала, как выброшенная на берег рыба.

– Ничего, сейчас все пройдет, – сказал Даниель, все еще придерживая ее за плечи. – Поначалу всегда неприятно… со временем привыкаешь.

Ив лишь кивнула в ответ, подумав, что не хотела бы еще раз оказаться в портале. Легкое головокружение быстро прошло, и, выпрямившись, она увидела, что стоит посреди огромного зала. Из окон под золоченым потолком лился солнечный свет. Вдоль украшенных фресками стен тянулись колонны. В бассейне с прозрачной водой журчал фонтан, и плавали белые лилии. Прежде Ив не была в этом зале, но, без сомнения, это был королевский дворец.

– Где находятся твои покои? – спросил Даниель и повернулся к дверям. – Надо убедиться, что со шкатулкой все в порядке.

– Они в южном крыле, но шкатулки там нет.

Даниель застыл.

– Как нет? Ты же сказала Сибил, что шкатулка во дворце.

– Да, во дворце. Но не у меня. Она у Джея… в смысле у лорда Риверса.

У Даниеля исказилось лицо. В один миг на нем проступили потрясение, изумление, недоверие.

– Ты сказала: у Риверса? Как это получилось?

– Знаю, ты невысокого мнения о Джее, – затараторила Ив. – Но, поверь, он совсем не такой, каким его считают при дворе…

– Не такой? – с недоумением переспросил Даниель. – Ты о чем?..

Он вдруг умолк и прищурил глаза. Он смотрел на Ив так, будто увидел впервые, и от этого взгляда ей стало не по себе.

– Подожди, – выдохнул он. – Тот паж, что приезжал с ним в замок Ангус, это была ты? Но почему ты ему помогала?

– Я помогала? Нет. Все наоборот. Это он помогал мне.

– Так замечательно помогал, что теперь шкатулка у него, а ты осталась ни с чем? – Даниель сжал кулаки, и его глаза потемнели. – Он обманывал тебя, Ив. Заставил поверить, что помогает тебе, а сам преследовал свои интересы. Хитрый лис – вот он кто.

– Нет. Ты не понимаешь, – закачала головой Ив. – Все было не так…

– Все было так, как нужно ему, – перебил Даниель. – Зачем ты вообще с ним связалась? Особенно после того, как он поступил с твоим отцом.

– После чего?.. – Ив нахмурилась. Вот теперь уже она ничего не понимала. – А как он поступил с отцом?

– Что ж, это многое объясняет, – скрипнул зубами Даниель. – Ты доверилась не тому, Ив. Лорд Риверс, как ты его называешь, – лживый и беспринципный человек, который торгует чужими секретами и использует людей в своих интересах. Это он продал секреты твоего отца Ксандеру. Он продаст и тебя, если ему заплатят.

Мир пошатнулся.

– Нет, – еле слышно выдохнула Ив. Казалось, земля разверзлась под ногами и образовалась бездонная пропасть, в которую она стремительно летела.

– Да, Ив.

Конечно да. Зачем еще Джей приезжал к отцу вместе с Ксандером? Он владел информацией о незаконных сделках отца и мог предъявить доказательства, чтобы заставить отца повиноваться Ксандеру. Это все время лежало на поверхности, но Ив упорно не желала замечать.

– Мне надо с ним поговорить, – произнесла она бесцветным тоном.

– Поговоришь. Пойдем, – Даниель круто развернулся на пятках и зашагал к двери. – Будем надеяться, он еще не понял, что попало к нему в руки.

На негнущихся ногах Ив заковыляла следом. Она будто распалась на две половины: одна отчаянно сопротивлялась и не хотела верить в то, что Джей все время ее обманывал, а вторая лишь насмехалась над первой.

«Глупая, наивная девочка! С чего ты взяла, что можешь доверять Джею? Вообразила, что разбираешься в людях? Откуда? Ты и жизни-то не видела. Джею ничего не стоило обвести тебя вокруг пальца и заставить делать то, что ему было нужно».

«Нет! Нет! Нет!»

«Да! Да! Да! Вспомни, как ловко он притворился на приеме, что не узнал тебя. А затем лишь намекнул о празднике на Дворцовой площади – и ты уже там! А как он поджидал тебя в подземном туннеле? Он знал, что ты захочешь узнать про отца, и предложил именно это. Закинул крючок, а ты его проглотила».

«Нет… Нет… Нет… Невозможно так притворяться! Нельзя так играть! Джей был со мной искренним. Он на самом деле хотел мне помочь!»

«Конечно хотел. Но не тебе, а себе. Хотел выведать секреты твоего отца, а затем их продать. Он намеренно умолчал о своем участии в шантаже Ксандера, чтобы завоевать твое доверие. Разве этого недостаточно, чтобы сделать вывод о его искренности?»

«Но он рисковал собой ради меня!»

«Ради тебя? Ты действительно так считаешь? Бедная, наивная девочка. Он хотел увезти шкатулку, а ты, к несчастью, оказалась на той же лошади».

«Нет. Неправда!»

«Конечно же правда. Решила, что он старается ради тебя? Еще, небось, вообразила, что он увлекся тобой? Тьфу, дурочка! Да тебе нужна армия нянек, чтобы выбивать из твоей головы всякую чушь!»

Ив шагала за Даниелем, не видя ничего вокруг. Полы его плаща хлопали, как крылья рассерженной птицы. Под ногами появились ступени, потянулся коридор. Даниель остановился перед резными дверьми в покои лорда Риверса и постучал. Долгое время царила тишина, затем щелкнул замок, и на пороге появился Джей. Увидев Ив, он улыбнулся, но тут его взгляд уперся в Даниеля, и улыбка погасла, как задутая ветром свеча.

Даниель не стал церемониться, грубо толкнул дверь и ворвался внутрь.

– Где она? – прорычал он. – Что ты с ней сделал?

Он вихрем пересек гостиную и скрылся за одной из дальних дверей.

Ив переступила порог. Она смотрела себе под ноги, боясь взглянуть на Джея и увидеть перед собой коварного и расчетливого незнакомца, который все это время скрывался под маской друга. Но когда она подняла глаза, перед ней стоял все тот же Джей, спокойный и открытый, с болезненно-бледным лицом из-за ранения.

Неожиданно Ив растерялась, и у нее вырвался совершенно неуместный вопрос:

– А где Людвиг?

Джей недоуменно нахмурился.

– Мой слуга? У него выходной. Я же не тиран и позволяю своим слугам отдыхать. К тому же, кроме тебя, я сегодня больше никого не ждал.

Легкий упрек в его голосе привел Ив в себя. И как у него это получается? Она пришла, чтобы обвинить его во лжи, а в итоге сама почувствовала себя виноватой. Ив сжала губы, не желая больше попадать под его влияние, и приготовилась выплеснуть кипевшие в ней обвинения, но в этот момент в гостиную вернулся Даниель, и Джей повернулся к нему.

– Что ты ищешь в моей спальне, Даниель? – спросил он с насмешкой. – Или, может, кого? Ты хоть скажи. Вдруг я тебе помогу.

Темные глаза Даниеля пылали огнем.

– Ты прекрасно знаешь, что я ищу.

Он сжал кулаки и грозовой тучей двинулся вперед. Внезапно Ив испугалась за Джея. Магия была ему не страшна, но если Даниель пустит в ход кулаки, то Джей мог всерьез пострадать. Ив встала между ними, сама толком не понимая, что собирается сделать, и тут на столе, в окружении книг и бумаг, заметила шкатулку.

– Даниель, – окликнула она. – Шкатулка там, на столе.

Даниель замер, шумно вздохнул и зашагал к столу. Джей не пошевелился и не попытался ему помешать, хотя вполне мог бы позвать дворцовую стражу. Просто стоял и безучастно за всем наблюдал. Даниель взял шкатулку и спрятал в складках плаща.

Ив перевела дыхание и поймала взгляд Джея. Разочарование в его глазах мешалось с болью, и Ив снова почувствовала себя неуютно: будто это она его предала, а не он ее. Она опять разожгла в себе злость и обиду и процедила сквозь сжатые зубы:

– Ты мне лгал.

Джей устало вздохнул.

– И как же я тебе лгал, Ив?

– Ты продал секреты моего отца Ксандеру и умолчал об этом, чтобы я тебе доверяла. Или ты будешь все отрицать?

Ив мучительно захотелось, чтобы Джей все опроверг или по крайней мере нашел убедительное оправдание, но после недолгого молчания он качнул головой и спокойно сказал:

– Нет. Не буду. Это правда.

Ив крепко зажмурилась.

– Значит, и остальное правда, – пробормотала она, ощутив, как больно кольнуло в сердце.

Внезапно события последних дней предстали совсем в ином свете. Джей с самого начала подстроил все так, чтобы она неотрывно следовала за ним, начиная с Дворцовой площади и заканчивая поездкой в замок Ангус. Он ненавязчиво подталкивал ее в нужную сторону, подсказывал, как поступить, а она доверчиво соглашалась, думая при этом, что все решает сама.

– Ты все время меня использовал, – хрипло прошептала Ив. – Притворялся, что помогаешь мне, а сам хотел добраться до секретов отца. С первых минут нашей встречи ты играл со мной, словно кот с мышкой, а я не понимала. А ведь должна была бы понять. Ты даже прозвище мне подобрал подходящее. Мышка. Я и правда была глупой мышкой, которая шла в лапы кота.

Джей фыркнул и отвернулся. Злился ли он на ее обвинения или на то, что его обман был раскрыт? Он подошел к столику и плеснул в бокал золотистый бренди.

Внезапно Ив охватила ярость.

– И чего же ты добивался? – выкрикнула она, и ее голос со звоном прокатился по комнате. – Хотел еще раз продать Ксандеру секреты отца? Неужели в прошлый раз он мало тебе заплатил? Или обещанные тебе земли и есть эта плата?

Джей вздрогнул, но промолчал. Его рука с такой силой сжимала бокал, что побелели костяшки пальцев. Лицо застыло и превратилось в ничего не выражающую каменную маску.

Даниель тронул Ив за плечо.

– Пойдем. Ты узнала все, что хотела. Больше нам здесь нечего делать.

– Нет, подожди, – попросила Ив и шагнула к Джею. Ей хотелось узнать всю правду до конца. – Ответь мне, Джей, – потребовала она. – Все это была игра? Ты притворялся и использовал меня?

Джей упрямо глядел в бокал и молчал. У Ив вдруг появилась надежда, что, возможно, всему есть какое-то объяснение. Какие-то обстоятельства, о которых Джей не хотел говорить в присутствии мага. Теперь же Даниель вышел в коридор и не мог их услышать.

– Джей, ответь, – настаивала Ив. – Я имею право знать. Это была игра?

Джей поболтал бренди в бокале и залпом его осушил.

– Думай, что хочешь, – хрипло ответил он.

Ледяной тон, каким были произнесены эти слова, обжег будто огонь. Что-то так сильно сдавило грудь, что Ив стало трудно дышать. Она судорожно вздохнула, пытаясь избавиться от боли внутри, но это не помогло. А следом за болью вспыхнула злость. Злость на саму себя, на свою наивность и глупость. И злость выплеснулась в слова.

– Вот значит как! Выходит, все было ложью! И ты притворялся мне другом! Я думала, что ты…

Ив задохнулась от боли и горечи. И что же она думала? Она зажмурилась и помотала головой, отгоняя нелепые мысли.

– Я думала, что ты был со мной искренним, – продолжила она. – А на деле ты оказался даже хуже, чем о тебе говорят. Надеюсь, земли принесут тебе счастье.

Ив круто развернулась и вылетела в коридор. Даниель ожидал за дверью.

– Ты в порядке? – спросил он.

Ив кивнула и почувствовала, что дрожит. К горлу подкатил ком, на глаза навернулись слезы. Она отвернулась, чтобы скрыть свою слабость, и поспешила к лестнице, бросив на ходу:

– Мне надо подышать воздухом.

Не оглядываясь, она сбежала вниз и кинулась к ближайшей двери. Даниель, похоже, все понял и не стал догонять. Ив стиснула зубы, стараясь изо всех сил не заплакать, но все же слезы обожгли глаза. Ив с яростью смахнула их рукавом и выскочила из удушливых стен дворца в тенистую прохладу садов. Теплый ветер принес ароматы цветов и высушил слезы.

Ив брела по извилистым тропкам до тех пор, пока путь не преградил широкий пруд в центре сада. Тогда она спустилась к берегу и села на плоский валун у воды. Солнце висело высоко в небе, и на поверхности пруда плясали слепящие блики. У берега над кувшинками порхали стрекозы. В траве стрекотал кузнечик. Пахло медом и душистой мятой. Вот из воды выпрыгнула золотистая рыбка и вновь скрылась на глубине. Над головой пролетел пестрый зяблик и нырнул в ветви ивы, которые полоскались в воде.

Зеленая трава, каменистый берег, солнечные блики на воде. Сидя на камне, Ив старалась думать о чем угодно, лишь бы не о Джее. Вскоре умиротворенная атмосфера садов вытеснила из головы все мысли, и даже тупая боль в груди поутихла.

Когда солнце начало клониться к закату, вытягивая тени, пришел Даниель. Он сел рядом на камень и несколько минут молча глядел на белеющие вдалеке пики гор. Потом достал из плаща шкатулку и покрутил в руках.

– Мне столько надо тебе рассказать, Ив, – произнес он со вздохом. – Ты даже не представляешь, как мир нуждается в скрытой тут силе. И в лидере, который поможет магам занять достойное место в будущем этого мира.

Он бережно провел пальцами по поверхности крышки, огладил изгибы лун и прикоснулся к звездам.

– Страх, что я испытывал в детстве, скрываясь в развалинах башни, не сравнится с тем, что творится сейчас. Только что я получил вести о новых нападениях на магов. Люди, которые еще вчера приходили к ним лечить своих детей, сегодня жгут их дома, а завтра потребуют изгнать из королевства. Все это происходит из-за чьей-то злой воли и наговоров. И мы не можем себя защитить. Пока не можем. Ты, Ив, – Хранитель великой силы и неотъемлемая часть нашего будущего. Мир и магия нуждаются в тебе. Я нуждаюсь в тебе.

Ив повернулась к Даниелю. Впервые он открыто выразил свое желание. В тающем свете дня его лицо казалось особенно уставшим и печальным, но в темных глазах горела решимость.

Ив вдруг стало стыдно: отдавшись собственным переживаниям, она совсем позабыла о Книге судеб и роли Хранителя, которую должна выполнять. Глядя на красные отблески солнца в трех полумесяцах, она искала в себе того, о ком говорил Даниель: Хранителя великой силы, в котором нуждается мир. Однако, кроме усталости и пустоты, ничего не находила. Из-за этой вещи она лишилась отца, а друг оказался предателем. Что еще ей предстоит потерять ради возвращения миру древней силы?

Ив снова посмотрела на Даниеля. Она слишком устала от недомолвок и секретов.

– Ты хочешь, чтобы я отдала Книгу судеб тебе? – спросила она напрямик.

Даниель не отвел глаз. Он тоже не собирался играть в игры.

– Думаю, это очевидно. Но выбор за тобой. Я не хочу давить на тебя или к чему-то принуждать. Пусть твое решение будет добровольным и единственно верным. До прибытия свитков с Вольных островов у тебя есть время подумать и определиться с Избранником…

– Я уже определилась, – сказала Ив и поняла, что это так. – Ты – мой Избранник.

У Даниеля вырвался взволнованный вздох, и Ив прибавила:

– Уверена, ты сможешь возглавить магов.

На лице Даниеля вспыхнула такая счастливая улыбка, что у Ив на душе потеплело, и даже ядовитая горечь перестала грызть сердце.

– Ты не представляешь, как много это для меня значит, – Даниель взял Ив за руки и одним коленом коснулся земли, будто собирался дать торжественную клятву. И действительно дал. – Обещаю, что не использую силу во вред. И сделаю все, что в моих силах, чтобы тебя защитить.

На тропинке зашуршали кусты, и мимо прошла служанка с охапкой цветов. Спохватившись, Даниель отодвинулся от Ив и спрятал шкатулку в складках плаща.

– Пока о твоей тайне знаем только мы с Сибил, – продолжил он, – тебе ничего не угрожает. Но боюсь, другие не будут сидеть сложа руки и рано или поздно все узнают.

Ив кивнула, подумав о жаждущей мести Карин и Пыльных магах, но Даниель заговорил о другом.

– Ксандер – первый, кого тебе стоит опасаться. Пока он делает вид, что не верит в существование Книги судеб и ее могущество, его шпионы продолжают искать. И это вторая причина, почему я не хочу, чтобы ты жила во дворце.

Даниель не назвал первую причину, но Ив без труда догадалась: этой причиной был Джей.

– Я и сама здесь не хочу оставаться, – сказала она. – Я завтра же перееду в дом отца в Нижнем городе.

Даниель на секунду задумался.

– Хорошо, пусть будет так. Но прежде я наложу на дом защитные заклятия, которые скроют его от посторонних глаз. На это потребуется время, но к завтрашнему утру я закончу.

– Тогда утром я буду там. Тебе, наверное, понадобиться ключ, он у меня с собой…

Даниель улыбнулся и покачал головой.

– Ив, я маг. Что мне стоит открыть какой-то замок? Если ты не возражаешь, я обойдусь без ключа.

– Как пожелаешь. А как мы поступим со шкатулкой?

– У меня есть на примете одно надежное место. Если ты позволишь, я возьму шкатулку с собой.

– Хорошо, – согласилась Ив и испытала невольное облегчение от того, что Даниель избавил ее от этой ноши.

На этом они простились: Даниель поспешил в Нижний город заниматься заклятиями, а Ив отправилась в свои покои. Вместе с одиночеством вернулись и мрачные мысли. Ив их усердно гнала, но они гудели в голове, как рой надоедливых мух. Ив чувствовала себя опустошенной и невероятно уставшей.

В гостиной царил полумрак. Шторы на окнах были задернуты, и Ив не стала их раздвигать: мрачная атмосфера комнаты вполне соответствовала ее настроению. На столе в центре гостиной стояла масляная лампа из спальни. Огонек тускло мерцал и едва теплился на конце фитиля. Ив подошла ближе и заметила на диване серо-голубой плащ – тот самый, что Джей дал ей при побеге из замка Ангус, и который – она вспомнила об этом только сейчас – он сам носил, когда гостил у них в доме.

Ей следовало бы отшвырнуть его с гневом, но она села и бережно расправила его на коленях. Плащ был чист: похоже, слуги нашли его за подушками и привели в порядок. Ив потянулась к лампе, чтобы прибавить свет.

– Прошу, не зажигай лампу.

Голос раздался откуда-то сбоку. Ив сдавленно вскрикнула и повернулась к соседнему креслу. В нем шевельнулась темная тень. Слабый огонек выхватил мужской силуэт и светлые волосы, и Ив поняла, что там сидит Джей. Его голос звучал хрипло и непривычно серьезно, отчего показался чужим. Ив медленно убрала руку от лампы и выпрямилась. Сердце грохотало в груди, но уже не от страха, а отчего-то иного, мучительного и тревожного.

– Скажи, ты же знаешь, что я непричастен к смерти твоего отца? – тихо спросил Джей.

Ив уже ничего не знала и сама удивилась, когда ответила:

– Да. Знаю.

– Но все же в его смерти ты винишь меня.

И это тоже была правда.

– Если бы ты не появился в нашей жизни и не выдал тайну отца, то он не отправился бы во дворец, не впутался бы в дела магов и сейчас был бы жив.

– Если бы да кабы… Сколько условий и предположений… – устало вздохнул Джей. – А хочешь, я тебе расскажу, как бы все сложилось, не появись в вашей жизни я? Что ж, слушай. Если бы я не перехватил донесение на твоего отца, то вместо Ксандера оно попало бы на стол к королю, и сейчас твой отец сидел бы в тюрьме, а вас с братом лишили бы всех титулов и земель. И вы бы бродили по улицам, прося подаяния. Вот. Как бы. Все. Сложилось, – последнюю фразу он произнес, чеканя каждое слово. – Вместо судьбы преступника я дал твоему отцу возможность стать уважаемым человеком и советником короля. Его богатство и честь были спасены ценой нескольких лет работы на Ксандера. А теперь подумай и реши, какой из двух вариантов, ты предпочла бы сама?

– Ты продал отца точно мешок с зерном и хочешь сказать, что я еще должна быть тебе благодарна?

Ив произнесла это резче, чем собиралась, поскольку поняла, что Джей прав, и она действительно должна быть ему благодарна. Ив сделала глубокий вдох и, не дождавшись ответа, была вынуждена признать очевидное:

– Что ж, наверное, мы с братом и должны быть тебе благодарны. Но только отец в итоге расплатился не своей свободой или землями, а собственной жизнью. Не велика ли цена?

На последнем слове голос Ив дрогнул, и в комнате повисла тишина. Мучал ли Джея тот же вопрос? Не поэтому ли он помогал ей искать убийцу отца?

Молчание все длилось и длилось. Ив смотрела на танцующий огонек и краем глаза следила за Джеем. Его пальцы задумчиво барабанили по подлокотнику кресла. Наконец его рука замерла, и он заговорил:

– Во-первых, я не продавал твоего отца. Меня с Ксандером связывают несколько иные отношения, чем покупателя и продавца…

– Скажешь, вы – братья? – с издевкой бросила Ив, но Джей проигнорировал ее вопрос.

– А во-вторых… Обладание чьей-либо тайной – это тяжкая ноша и огромная ответственность, которая ложится на твои плечи вне зависимости от того, будет ли эта тайна раскрыта или сохранена. Такова цена знания чужих секретов. И ты вынужден выбирать. В такой ситуации важно понять, какой вариант принесет наибольшую выгоду, и действовать в соответствии с ним. Я уже рассказал тебе, какой передо мной на тот момент стоял выбор и какой вариант показался мне наилучшим…

– И кто же ты такой, чтобы распоряжаться чужими судьбами и играть ими по своему усмотрению? Кто наделил тебя правом что-то решать?

Джей сердито дернулся в кресле.

– Кто я такой, Ив? Самый простой человек. По какому праву я что-то решаю? Да потому что могу, – он откинулся на спинку кресла и полностью скрылся в тени. – Твои обвинения несправедливы. В глубине души ты и сама это знаешь. Я не убивал твоего отца. И тебя никак не использовал. Да, признаюсь, поначалу я действительно играл на твоем любопытстве, чтобы посмотреть, как далеко оно тебя заведет. Но лишь поначалу. Сама подумай: неужели я не обошелся бы без твоей помощи, возникни у меня необходимость раздобыть секреты твоего отца? Неужели, по-твоему, я бы не справился сам? Я не играл с тобой, Ив. И не притворялся.

– Тогда зачем ты делал это? Зачем мне помогал?

На этот раз молчание затянулось надолго. Джей сидел так тихо и неподвижно, что Ив засомневалась, а находился ли он здесь вообще. Наконец он вздохнул и негромко ответил:

– Я хотел тебя защитить.

– Защитить? От кого?

– От тебя же самой.

– От меня? Ах, ну да! Я же никогда не поступаю мудро.

– Вот именно. А точнее – ты всегда поступаешь глупо и неосмотрительно, – Джей с шумом выдохнул. – То прозвище, которое я тебе дал… Прежде ты и правда походила на мышку. Пряталась по углам, чтобы подсматривать и подслушивать. Но сейчас ты напоминаешь мне мотылька, который летит на свет огня и не понимает, что может сгореть в языках пламени. Когда я увидел тебя на приеме, то это было как… озарение. Или предчувствие. А может, что-то еще… не знаю. Но тогда я понял, что должен защитить тебя от огня.

Настал черед Ив задуматься.

– Почему ты не сказал мне этого днем?

Джей тихонько засмеялся, и у Ив защемило сердце от того, как невесело прозвучал его смех.

– А ты бы поверила? Ведь даже сейчас ты сомневаешься в каждом моем слове.

И опять это была правда. Ив отчаянно хотела ему верить, но мысль, что это очередная уловка и искусная ложь, с помощью которой он хочет вернуть утраченное доверие и завершить то, что не успел, заставляла относиться к его словам настороженно.

– Сегодня, – продолжил Джей, – я собирался сам все тебе рассказать. И о твоем отце, и о многом другом. Я хотел быть честным с тобой до конца и доверить то, что никому не доверял. Хотел вложить в твои руки власть над собой, поскольку знание чужих секретов и есть власть.

Джей наклонился в слабый круг света, и Ив невольно вздрогнула – таким больным и изможденным выглядело его лицо. Под глазами лежали густые тени, на лбу блестел лихорадочный пот. Лишь в золотистых глазах пылал яркий огонь, сплетенный из бури эмоций и чувств. Ив хотела встать и ему помочь, но что-то в его взгляде удержало ее на месте.

– Впрочем, я пришел к тебе не оправдываться, – хрипло произнес он и поднялся с кресла. – Знаю, что потерял твое доверие. Пусть будет так. Но разреши дать тебе последний совет, Мотылек: не позволяй другим себя обмануть.

Пошатываясь, Джей сделал пару шагов и остановился у Ив за спиной. Его слова были тише шепота, легким движением воздуха в волосах, но Ив застыла в напряжении, вслушиваясь в каждый звук.

– Если тебе любопытно, то я перевел руны в шкатулке. Дословно они означают: «теряя обретать». Простой и вечный закон равновесия мира. Чтобы что-то получить, надо что-то потерять.

Хлопнула входная дверь, но Ив еще долго сидела неподвижно, в смятении и растерянности, не зная, что думать и чувствовать. Раскаяние боролось с сомнением, недоверие со страстным желанием верить. Разум убеждал в одном, сердце уверяло в другом. Даже насмешливый голосок внутри притих и не пытался язвить.

Не в силах ничего решить Ив уронила голову на руки и увидела на коленях плащ. Она прижала его в груди, и сердце вдруг пронзило острое безысходное одиночество.

– Отец… – прошептала Ив слабому огоньку. – Как же мне тебя не хватает.

Огонек в лампе мигнул и погас, оставив Ив в темноте. Она закрыла глаза, ощущая знакомую боль утраты, и уткнулась лицом в мягкую ткань. И лишь, когда комната окончательно погрузилась во мрак, она поняла, чего лишилась еще. Уходя, Джей незаметно снял с ее шеи цепочку с ключом.

Глава 18. Ожидание

Ив заколотила в дверь. Утро успело раскрасить коридор солнечной позолотой, заставив сиять мраморный пол и рассыпаться искрами хрустальные люстры. Всю ночь она провела без сна, разрываясь между сомнениями и сожалениями. Конечно, она была неправа, обвиняя Джея в смерти отца. Он не нес за это ответственность, и Ив сожалела о резких словах, сказанных ему сгоряча. Она злилась и поэтому была несправедлива.

Однако кража цепочки с ключом… Этот поступок Джея Ив озадачил и рассердил. Чего он добивался? И какую затеял игру?

Так и не решив, пришла она ругаться или извиняться, Ив снова постучала в дверь. Наконец щелкнул замок, и на пороге возник Людвиг.

– Доброе утро, леди Стаут, – поклонился он. – К сожалению, лорд Риверс плохо себя чувствует и никого не принимает.

Он собрался закрыть дверь, но Ив придержала ее рукой.

– Подожди, Людвиг. Мне надо увидеть Джея. Позволь мне войти.

– Мне очень жаль, леди Стаут, но лорд Риверс дал вполне четкие указания: никого к нему не пускать.

– Совсем никого?

– Боюсь, что именно так.

– Прошу, Людвиг, сообщи обо мне Джею. Думаю, меня он захочет принять.

Людвиг с сомнением нахмурил лоб, но спорить не стал и скрылся за дверью, оставив Ив ждать в коридоре. И ждать пришлось довольно долго. Ив собиралась вновь постучать, когда дверь приоткрылась, и в узком проеме показался нос Людвига.

– Мне жаль, леди Стаут, но ответ отрицательный.

– Что?

– Лорд Риверс попросил вам напомнить, что в понятие слова «никого» входят все люди без исключения, и вы в том числе.

Нос Людвига исчез из щели, и дверь с шумом захлопнулась. Ив потрясенно уставилась на полированные завитки у себя перед носом. Дерзкий ответ, без сомнения, принадлежал хозяину, а не слуге, и, задохнувшись от возмущения, Ив с яростью забарабанила в дверь.

– А ну, немедленно открывай! – закричала она. – Выйди и поговори со мной, Джей! Ты не можешь так со мной поступать! Это бесчестно! Возмутительно! Несправедливо!

К ударам кулаков она добавила и гневные пинки ногами, но тяжелая дверь даже не шелохнулась. Грохот мгновенно привлек внимание слуг. Сначала из-за угла выглянул паж, а следом за ним и второй. Они быстро отвернулись, но Ив успела заметить улыбку у них на губах.

– Что такое? – сердито спросила она.

– Прошу прощения, миледи, – поклонился первый паж. – Я не хотел вам мешать. Но обычно подобные сцены не помогают.

– Подобные сцены?.. – нахмурилась Ив и вдруг поняла, за кого ее приняли слуги: за отвергнутую любовницу скандального лорда. – Это не то… Я не…

Вспыхнув от стыда и смущения, Ив пнула дверь в последний раз и под веселый взгляд пажа поспешила прочь. Ничьей любовницей она никогда не была, но отвергнутой определенно себя чувствовала. Проиграв в битве с дверью, Ив признала свое поражение, собрала вещи и покинула дворец.

Утро плавно переходило в день, когда экипаж привез ее в Нижний город. Даниель сидел на ступеньках крыльца, щурясь от яркого солнца. Он поприветствовал Ив усталой улыбкой и поднялся на ноги.

– Ты как раз вовремя. Я недавно закончил, – сообщил он. – Отойди на несколько шагов назад и смотри. Я покажу тебе, что получилось.

Ив выполнила указание – отошла от крыльца и посмотрела на знакомый фасад дома: замшелые каменные стены, бордовую дверь и сверкающие в лучах солнца мутные окна. Даниель поднял руку и прочертил в воздухе знак. Неожиданно соседние дома вытянулись и сдвинулись, полностью поглотив собой ее дом.

– Это невероятно! – ахнула Ив. – Но куда исчез мой дом?

– Никуда. Он стоит там же, где и всегда, только никто его не может увидеть.

– Иллюзия?

– Нет. Это более сложная защитная магия. Далеко не каждый способен ей овладеть. Но зато теперь твой дом защищен словно крепость. Его не найдет даже Сибил, несмотря на то, что она бывала тут много раз.

Даниель довольно улыбнулся, а Ив подумала о Джее – его не обманет эта магия. Однако обещание хранить его тайну заставило ее промолчать.

– Заклятие продержится месяц, – продолжил Даниель, – а потом все станет, как было. Этого времени нам вполне хватит… А сейчас позволь, я сниму с тебя действие магии, чтобы ты смогла попасть в дом.

Он взял Ив за запястье. Она ощутила легкое покалывание, которое пробежало от рук к голове, а в следующий миг увидела дом на прежнем месте.

– Удивительно, – выдохнула Ив и вспомнила про Велену. – Ой! А как же моя служанка? Она придет и будет искать дом.

– Ты про девочку с рыжими косами? Я встретил ее утром и уже снял с нее заклятие. Только боюсь, что ее испугал. Сначала она приняла меня за вора, но, когда я объяснил, что я твой друг и маг, она испугалась еще сильнее и убежала. Сказала, что вернется позже.

– Надеюсь, что вернется, – пробормотала Ив и шагнула к крыльцу. – Ты зайдешь?

К разочарованию, Даниель покачал головой.

– Прости, но я валюсь с ног от усталости. Я не спал всю ночь, и заклятие отняло силы. Но я могу прийти позже, если ты, конечно, позволишь.

– Тебе не надо спрашивать, – улыбнулась Ив. – Приходи, когда захочешь. Здесь ты всегда желанный гость.

– Тогда договорились, – кивнул Даниель и ненадолго задержал руку Ив в своей. – Тебе, наверное, все это в тягость. Заклятия, магия и неизвестно, что еще впереди… Но ждать осталось недолго. Корабль со свитками уже в пути и скоро прибудет в Лотар. Когда Книга судеб окажется у меня, все это станет моей заботой, а ты сможешь вернуться к своей привычной жизни и обо всем позабыть.

Ив кивнула в ответ. Но, провожая Даниеля взглядом, поняла, что совсем не хочет возвращаться к своей прежней жизни.

Велена появилась вскоре после ухода Даниеля. Ив разбирала вещи, когда девочка поднялась в спальню и настороженно огляделась по сторонам.

– Госпожа, – поприветствовала она. – Вы одна?

– Да. Не бойся, заходи.

Осмелев, девочка спрыгнула со ступенек и бодро спросила:

– Какие будут для меня указания?

– Для начала помоги мне с одеждой, – попросила Ив. – А еще с этого дня я беру тебя своей личной горничной.

– Личной горничной? – глаза девочки округлились. – Значит, мне больше не придется подрабатывать в других домах, и я буду служить только вам, госпожа?

– Да, верно. Мне нужна помощница, которая будет приглядывать за домом, помогать с покупками, следить за одеждой и выполнять мои поручения. Ты согласна?

– И вы еще спрашиваете, госпожа! – заулыбалась девочка. – Конечно согласна! Сестры мне обзавидуются. Я буду, как взрослая, служить в доме у важной дамы!

Велена от радости закружилась по комнате, но потом замерла.

– Я же буду жить с вами, госпожа? Верно?

Ив обвела взглядом просторную спальню, и ей стало не по себе от мысли, что по ночам она тут будет одна.

– Да, пожалуй, – ответила она. – Если твои родители не будут против.

– Ой, да они только обрадуются, что избавились от лишнего рта! – воскликнула девочка и бросилась помогать Ив с ее гардеробом.

***

Первые дни на новом месте Ив занималась обустройством дома и налаживанием быта. Пришлось посетить не одну лавку, прежде чем комнаты обрели домашний уют. Так на окнах появились яркие занавески, на креслах – мягкие подушки, на полу – ковры и живые цветы в горшках, а в буфете – новая посуда из стекла и фарфора. Обновление коснулось и гардероба. Велена сменила свои поношенные платья на новые, чтобы в полной мере соответствовать статусу «горничной важной дамы». Ив же обзавелась столичными костюмами для верховой езды и прогулок по городу и несколькими платьями, которые надевала специально для Даниеля.

Он приходил каждый вечер. Они устраивались перед камином в гостиной, пили чай и делились последними новостями. Велена предпочитала не попадаться на глаза магу и либо пряталась в спальне, либо сидела, ожидая на лестнице. И все чаще Ив думала о том дне, когда ее миссия Хранителя завершится и Даниель в ней перестанет нуждаться. Что будет тогда?.. Ив не знала и старалась загнать мысли об этом в самые дальние уголки разума.

Пропажу ключа Даниель заметил на третий день. Ив облачилась в прямое платье без воротника, а Велена собрала волосы на затылке, отчего голая шея особенно бросалась в глаза.

– Почему ты не носишь ключ? – спросил он.

– Потому что его у меня нет, – призналась Ив, не понимая, почему раньше не рассказала об этом. – Его забрал Джей, перед тем как я покинула дворец.

– Хочешь сказать, украл? – уточнил Даниель и нахмурился.

Он подошел к окну и задумчиво вгляделся в вечерние сумерки. Редкие фонари за окном отбрасывали на щербатую мостовую бледные круги света.

– Полная бессмыслица, – пробормотал он после раздумий. – Зачем ему понадобился ключ? Шкатулка открыта, как и портал. Ключ нам больше не нужен. Правда, теперь мы не сможем закрыть шкатулку, но что это ему даст? – Даниель постоял немного и вернулся в кресло. – Забудь про ключ. Он нам не нужен.

– Но Джей забрал не только ключ, но и цепочку моей матери, – вздохнула Ив. – А мне она дорога как память.

В глазах Даниеля вспыхнули темные огоньки.

– Одно твое слово – и я вытрясу из него все, что он украл…

– Нет-нет, – возразила Ив, представив, как именно Даниель выполнит свое обещание. Она сердилась на Джея, но не желала ему зла. – Я разберусь сама. Не беспокойся.

– Ладно, как скажешь. Но мне не по душе мысль, что ты будешь с ним снова встречаться.

В голосе Даниеля прозвучали странные нотки, и на секунду Ив подумала: а не ревность ли это? Но Даниель развеял ее подозрение, добавив:

– Боюсь, как бы он опять не втянул тебя в свои игры.

Следующие несколько ночей Ив спала неспокойно. Вскакивала в предрассветных сумерках с чувством, будто кто-то прячется в темных углах спальни и наблюдает. Но когда она хватала Искру, то видела, что, кроме нее и Велены, в комнате никого нет. Позже Ив поняла, что вовсе не страх заставлял ее искать незваного гостя в тенях, а надежда, что придет Джей. Но он не приходил.

***

В ожидании свитков дни незаметно сменяли друг друга. Ив проводила время, гуляя по городу и изучая его жизнь. Нижний город оказался не таким мрачным местом, как показалось вначале, хотя грязь и бедность там были не редкость. Каждая улица имела свой запах и звук. В переулке ткачей стучали швейные станки и хлопали ткани; улица кузнецов разрывалась от звона молотов и шипения раскаленных углей; петляющая улица столяров пахла деревом, а соседняя улица башмачников – дубленой кожей; улица пряностей источала резкие запахи специй и трав, а улицу кондитеров наполняли ароматы выпечки и сладостей, продававшихся с лотков.

И каждая улица была запружена людьми: толпы прохожих непрерывно текли от одного прилавка к другому, от лотка со сладкими вафлями к придорожной таверне. В более бедных районах по разбитым мостовым бегали перемазанные в грязи поросята и не менее чумазые детишки. На повозки и экипажи с лаем бросались собаки, а из-под колес в разные стороны, кудахча, разбегались куры. В воздухе висели густые запахи стряпни, прелой соломы, навоза и сточных вод.

В более зажиточных районах у набережной располагались ломбардцы, стекольщики и ювелиры. Их витрины, заставленные золотом и серебром, оловянными блюдами и разноцветным стеклом, ослепительно сверкали в бликах солнца. Люди ходили там не спеша и носили если не богатые, то хотя бы чистые одежды.

В одну из своих прогулок Ив отыскала и лавку Ирис. Трехэтажный дом из кирпича и камня находился на углу широкого проспекта и тихой набережной. Над входом висела кованая вывеска, переплетенные узоры которой складывались в простую надпись: «Целитель». Внутри лавки пахло душистыми травами и чем-то сладким и приятными. Стены украшал золотистый дуб, под окном стоял диван, а за прилавком – помощница чародейки в окружении полок с настойками и порошками в банках.

Ирис встретила Ив радостным щебетанием и отвела в просторную гостиную на втором этаже. Большие светлые окна выходили на реку. С набережной долетал плеск воды в канале, у пристани постукивали лодки. Ирис предложила Ив устроиться в кресле за столом и поставила кипятить воду для чая. На безмолвный вопрос о яде чародейка покачала головой, давая понять, что вестей пока нет, и пустилась пересказывать всевозможные дворцовые слухи и городские сплетни. Некоторое время Ив внимательно слушала, но затем от обилия незнакомых имен потеряла нить повествования и погрузилась в собственные мысли. Из задумчивости ее вывело молчаливое ожидание Ирис.

– Прости. Я задумалась, – спохватилась Ив. – Ты что-то спросила?

– Да. Я спросила: как дела у Джея?

Вопрос мгновенно испортил Ив настроение. За минувшую неделю она дважды пыталась с ним встретиться и вернуть цепочку, но оба раза у нее перед носом захлопывалась дверь и звучал холодный комментарий Людвига о том, что лорд Риверс никого не принимает.

– Не знаю, – сухо ответила Ив. – Мы не общаемся.

Ирис с удивлением приподняла бровь.

– Вот как? Что случилось?

Ив долго думала, что ответить, и решила сказать правду.

– Мы поссорились. Я наговорила ему много обидных вещей, и теперь он не хочет меня видеть.

– Даже так? – на лице Ирис появилась загадочная улыбка.

– Что тут смешного?

– Ну, знаешь ли, в свое время я тоже говорила ему много обидных вещей, но на следующий день он как ни в чем не бывало мило мне улыбался.

– Значит, тебе улыбаться ему хотелось больше, чем мне.

– Нет. Пожалуй, тут дело в другом. Видишь ли, обычно ранят слова только тех, кто по-настоящему тебе дорог, а обиды прочих не так задевают.

Несколько секунд Ив размышляла над словами подруги, но потом качнула головой, собираясь попросить Ирис оставить этот разговор. Однако чародейка и сама не пожелала его продолжать.

– Ладно. Давай лучше пить чай, – предложила она, ставя на стол чашки. – Я заварила чай с Вольных островов. Ты, кстати, знаешь, почему у него такой сладкий вкус?

Ив чуть не застонала, услышав вопрос.

– Потому что его сушат вместе с абрикосами, – повторила она то, что ей однажды объяснял Джей.

– Верно, – удивленно хмыкнула чародейка. – Надо же, обычно все думают, что это просто такой сорт.

Ирис разлила чай, и, вдыхая его аромат, Ив невольно вспоминала тот далекий день в гостиной и веселые искорки в глазах Джея. Тогда в их отношениях не было места сомнениям и недоверию. Ив не хотела себе признаваться, но она скучала по тем временам.

Вернувшись домой, Ив в ожидании Даниеля решила скоротать время за своим дневником. Она возобновила записи, но теперь вела их в рисунках, а не в словах. На страницах дневника уже появились изображения цитадели и горной долины, портреты Даниеля и Сибил. Ив устроилась на кровати, когда на лестнице послышались шаги и в спальню вошла Велена.

– Пока вас не было, госпожа, приходил господин чародей, – сказала она.

– Даниель?

– Да. Он просил передать, что вечером его не будет.

– Как не будет? – Ив с разочарованием откинулась на подушку. – Почему он меня не дождался? Что случилось?

– Не знаю, госпожа. Но он сказал, что зайдет к вам завтра с утра.

– Завтра? Ах… ну ладно.

Ив отложила дневник, совершенно потеряв настрой рисовать. Она и сама не заметила, как сильно привыкла к встречам с Даниелем по вечерам.

Велена села на стул у туалетного столика, взяла деревянный гребень и повертела в руках.

– Скажите, госпожа, а тот светловолосый господин еще будет к вам приходить?

Ив еще сильнее помрачнела. Ну сколько можно! Все словно сговорились напоминать ей про Джея!

– Не думаю, – с неохотой ответила она.

– Жаль, – отозвалась Велена и положила гребень на стол.

– Жаль? – поразилась Ив. – Мне казалось, он тебя напугал.

– Еще бы не напугал! Он так внезапно появился, что у меня аж сердце в пятки ушло! Но потом… Знаете, госпожа, когда он вам улыбался, то улыбка у него была искренняя и добрая.

– Вот как… А у Даниеля улыбка не такая?

Велена пожала плечами.

– Не знаю, госпожа. Он даже когда улыбается, выглядит задумчивым. А еще глаза у него такие темные, что по коже бегут мурашки.

– Верно. Бегут… – тихо вздохнула Ив, но тут сообразила, что девочка говорит совсем о других мурашках. – Ты его боишься?

– Так он же маг! Как знать, что у него на уме? А вдруг он решит меня заколдовать? Или в кого-нибудь превратить? Например… в паука!

Лицо девочки неприязненно скривилось, и Ив рассмеялась.

– Маги так не умеют, Велена. И это все, что тебя беспокоит?

– А разве этого недостаточно? – удивленно распахнула глаза девочка. – Неужели вы не слышали, госпожа, что люди в предместье сожгли дома нескольких чародеев? Стали бы они так поступать без причины? Братья мне говорили, что те чародеи наверняка совершили что-то ужасное, раз люди их прогоняют и боятся жить рядом.

Слова Велены заставили Ив нахмуриться. Похоже, Даниель не преувеличивал угрозу: даже городские жители готовы были поверить, что маги опасны.

– Не надо слушать все, что говорят на улицах, Велена, – строго сказала Ив. – Маги ни в чем не виновны. Их дома жгут только потому, что это кому-то выгодно. И Даниеля не бойся. Он не сделает тебе ничего плохого.

– Как скажете, госпожа, – Велена встала со стула и направилась к лестнице.

– И, пожалуйста, не пересказывай Даниелю то, что тебе говорят братья, – добавила Ив вдогонку, зная, как его огорчат подобные разговоры.

Велена оглянулась и затрясла головой.

– Ну что вы, госпожа! Ни за что не скажу! А то он меня точно в кого-нибудь превратит!

Девочка вприпрыжку сбежала по лестнице, и Ив закатила глаза.

***

На следующий день Даниель, как и обещал, пришел незадолго до полудня. На нем была темная рубашка и походный плащ, а в переулке за спиной стояла гнедая кобыла.

– Хочу пригласить тебя на прогулку, – сказал он. – Давай выберемся ненадолго из этих каменных чащоб.

– Прогулка верхом? – уточнила Ив. – И никаких порталов?

– И никаких порталов, – с улыбкой подтвердил Даниель.

Ив переоделась в новый дорожный костюм: коричневые штаны и белую блузку, стянутую на талии широким поясом, а Велена собрала волосы в перекинутый через плечо пышный хвост. Тень, простоявшая в конюшне почти две недели, с нетерпением фыркала и трясла головой, когда конюх вывел ее из стойла.

Миновав таверны и мастерские в западной части города, они выехали на Королевский тракт и почти сразу свернули с дороги, пустив лошадей шагом по цветущим лугам. День стоял тихий и безоблачный, пропитанный яркой синевой неба и ослепительным сиянием солнца. Справа тянулись зеленые холмы, слева открывался живописный вид на реку, петлявшую среди полей и убегавшую в лес на горизонте. Вдоль берегов стояли хижины и фермы, на лугах паслись стада коров.

У тенистой рощи на пригорке они остановились. Даниель расстелил для Ив на траве свой плащ, а сам устроился рядом, в тени одинокого дуба, на своеобразном троне из переплетенных корней. Где-то в подлеске тихо журчал ручей и заливался крылатый певец. В воздухе висели пряные ароматы трав и цветов. Даниель достал из сумки бутылку вина, пару деревянных кружек, фрукты и разложил все на плаще.

– Ты прости, что вчера не пришел, – сказал он. – Мне надо было отлучиться по делам Совета в Асенгай, но зато я привез тебе лучшее асенгайское вино.

– Но Асенгай так далеко! – удивилась Ив. – У самого моря! Как ты успел так быстро? Ах, ну да… порталы.

– Верно. В каждом крупном городе есть портал, – подтвердил Даниель и разлил в кружки вино. – Ты когда-нибудь была в Асенгае?

– Нет. У отца там не было дел. Он брал меня с собой лишь в ближайшие города и села на праздники и ярмарки.

– Тогда тебе стоит там побывать. Асенгай – очень красивый город. Он стоит на скалистом берегу. С одной стороны его омывает яркое бирюзовое море, а с другой – окружают виноградники и ветряные мельницы на холмах. Сам город небольшой, но зато чистый и уютный, с мощеными улицами и белоснежными домами, а фасады их утопают в цветах. Солнце там знойное, но спасают тени олив и морской бриз. Думаю, там бы тебе понравилось.

– Да, ты прав. Понравилось бы, – мечтательно вздохнула Ив и пригубила вино. Оно было терпким и сладким.

Даниель разрезал грушу и протянул Ив половину.

– Спасибо, Дени, – отозвалась Ив и прикусила язык – слишком нежно она произнесла его имя.

Даниель усмехнулся.

– Надо же. Дени… Меня так редко зовут. Обычно, когда хотят подчеркнуть мою молодость.

– Прости, – пробормотала Ив. – Я не хотела. Это как-то само собой получилось…

– Знаю. К тому же в твоих устах это так естественно прозвучало, что мне даже понравилось.

Ив почувствовала, как от комплимента загорелись щеки. Она опустила глаза, чтобы не выдать, как взволнованно заколотилось ее сердце, и уперлась взглядом в кожаные браслеты на руках Даниеля. Все они были разными. Одни простые: переплетенные между собой тонкие шнурки из черной кожи. Другие – с палец толщиной, со вставками из серебра и кости.

– Что означают твои браслеты? – спросила Ив, чтобы сменить тему. – Они магические?

– Не все, – Даниель вытянул перед собой руку и коснулся двух тонких плетеных браслетов. – Вот эти просто память, выражение привязанности и дружбы. А вот этот магический, – он указал на широкий браслет с серебром, и Ив заметила на нем руны. – Это амулет ученика. Он помогает на раннем этапе обучения обнаружить чужую магию. Да и в целом реагирует на магию.

Даниель развязал браслет и снял с руки.

– А знаешь, мне он, пожалуй, уже ни к чему, а вот тебе может вполне пригодиться. Браслет предупредит тебя о воздействии магии. Дай мне руку, я настрою его для тебя.

Ив протянула левую руку, и Даниель завязал ремешок. Браслет оказался удивительно мягким и легким и обхватил запястье нежно, как шелк. Даниель минуту удерживал ладонь Ив в своих руках, а затем отпустил.

– Готово, – сообщил он.

– Как он работает? – спросила Ив, любуясь блеском серебра на фоне черной кожи.

– Очень просто, – Даниель достал из сумки шкатулку и поставил перед Ив. Блики солнца на трех полумесяцах и звездах светились багрянцем. – В этой шкатулке заключена очень сильная магия. Возьми ее в руки, и ты все сразу поймешь.

Ив взяла шкатулку и ощутила вибрацию на запястье.

– Да! Я чувствую! – воскликнула она. – Браслет дрожит на руке. Это означает, что я прикоснулась к наделенному магией предмету?

– Да. То же самое ты ощутишь, если кто-то применит магию к тебе. Можешь считать этот подарок знаком моей признательности и дружбы.

– Спасибо, – ответила Ив, тронутая подарком и значением, которое в него вложил Даниель. – Я буду беречь его, как и Искру.

– Она до сих пор у тебя?

– Да, – Ив запнулась, заметив, как по лицу Даниеля пробежала мрачная тень. – Но если хочешь, я ее верну…

– Нет-нет, – закачал головой Даниель. – Я не забираю свои подарки назад. Она – твоя.

Ив кивнула и посмотрела на шкатулку, которую все еще держала в руках.

– Как ты думаешь, куда ведет портал? – спросила она.

– Трудно сказать. Магия очень древняя, и нам о ней ничего не известно. Мы даже не представляем, чем является Книга судеб.

– Думаешь, это не книга?

– Скорее всего, нет. Хотя, как знать. В легендах ее описывают, как источник уникальных магических знаний и силы, которые доступны лишь ее обладателю. В этом и заключается ее могущество – Избранник получает умения, которых ни у кого больше нет. Надеюсь, Книга судеб вернет нам утраченные знания и былое величие.

Даниель наполнил опустевшие кружки вином.

– Знаешь, – продолжил он, – ты оказала мне большое доверие, решив отдать Книгу судеб. В ответ я тоже хочу быть с тобой откровенным и кое-что рассказать, – он отпил вино и немного помолчал. – Я говорил тебе о том, что моя мать умерла, когда мне было двенадцать, но я не рассказал, что было потом. А потом… я обезумел от горя. Ее смерть сильно меня потрясла. Сразу после похорон я вскочил на коня и помчался куда глядят глаза, не разбирая дороги. Не знаю, как долго я ехал, но опомнился лишь, когда подо мной от усталости упал конь. Тогда я пошел пешком и шел, пока не рухнул сам. Когда я очнулся, над головой нещадно палило солнце, а вокруг простирался однообразный пустынный пейзаж, без намека на тень или воду. Некоторое время я еще шел, сам не понимая куда, но затем упал и уже не смог встать. Я чувствовал под собой раскаленный песок и как солнце жжет кожу. Возможно, пару раз дневную жару сменила прохлада ночи, но вскоре я перестал ощущать даже это.

Даниель допил вино и снова наполнил кружки.

– Меня спас случай, а точнее – Карин. Ее лагерь проходил через тот район Пыльных пустошей, и она нашла меня среди камней без сознания. Прошло несколько недель, прежде чем я поправился, и все это время Карин ухаживала за мной как за сыном. У Свободных магов – Пыльными их зовут только здесь – есть строгое правило: не принимать никого извне. Но Карин сделала для меня исключение и предложила остаться. Я согласился и прожил с ними пять лет. Там я научился всему, что знаю теперь. Там я заново обрел семью.

Даниель умолк и посмотрел Ив в глаза. На миг она растерялась, не зная, как реагировать на это признание. Открытость и честность Даниеля обезоруживали. Ив глотнула вино и медленно произнесла:

– Но все-таки ты от них ушел…

Даниель ждал этот вопрос и кивнул.

– Да. Ушел, потому что хотел им помочь. Знаю, Сибил рассказала тебе правду о том, почему Карин со сторонниками оказалась в Пыльных пустошах, и что она не совершала преступления, в котором ее обвинили. Вся вина магов состояла лишь в том, что они хотели попросить у короля больше, чем он готов был им предложить. И этой несправедливости надо положить конец. За это время у некоторых пар там появились дети. Я рос вместе с ними. Вся жизнь их прошла среди камней и песков. Они не видели красот Асенгая, лазурного моря, горных долин и даже этих зеленых холмов, на которые мы сейчас с тобой смотрим. Они ни в чем не повинны, но из года в год обречены скитаться по мертвым землям. Я жил там и знаю, какая это суровая жизнь. Суровая даже для магов.

Ив посмотрела на пестрые луга, голубую ленту реки и коров, жующих сочную траву. Она не знала, что такое жизнь в пустыне, но могла представить, как ужасно не иметь возможности ее покинуть.

– Спасибо за откровенность, Даниель, – сказала Ив. – Я это ценю и понимаю твое желание помочь тем, кто спас твою жизнь. Но если ты их вернешь, разве не захотят они отомстить?

– Признаюсь, Карин не испытывает добрых чувств к Сибил, но и она понимает, что между магами не должно быть раскола. Она готова все забыть и помириться, при условии, что Книга судеб останется в руках у Свободных магов. Карин верила, что я смогу ее отыскать, а чтобы отвлечь шпионов Ксандера, начала свои поиски. Мне жаль, но твой отец тратил время впустую, следя за Карин. Хотя именно благодаря ему и тебе, мои усилия увенчались успехом.

– И чего ты хочешь добиться с помощью Книги судеб?

– Я тебе уже говорил. Я хочу объединить магов и вернуть им мир. Хочу восстановить справедливость. И ради этого я готов на все. Когда я вступил в Совет магов, то поначалу верил, что с его помощью добьюсь своей цели. Но позже я убедился в полной несостоятельности Совета. Все магистры нерешительны и трусливо оглядываются на Ксандера. Несколько раз я пытался поставить на голосование вопрос о возвращении Карин и всех Свободных магов, но за два года магистры даже не решились вынести эту проблему на обсуждение. Тогда я понял – Карин была права. Все решит Книга судеб. Маги прислушаются лишь к голосу ее владельца.

Даниель не сводил с Ив карих глаз. В них стоял вопрос, который спустя мгновение он и задал.

– Скажи, ты же не передумала отдавать мне Книгу судеб?

Ив положила на колени шкатулку, которую неосознанно прижала к груди, и внезапно поняла, что ей безразлично, на чьей стороне Даниель. Он добивался благих целей, и это было главным.

– Честно говоря, я не знаю Карин, – сказала она, – и у меня нет оснований ей доверять. Но я выбрала не ее, а тебя и свое решение не меняю. Я, как и прежде, верю, что ты сможешь возглавить магов.

На лице Даниеля сверкнула улыбка.

– Я знал, что ты меня поймешь.

Ив допила остатки вина и покосилась на Даниеля. Не совершает ли она ошибку? Но увидев его счастливое лицо, отбросила все сомнения.

– Кто-нибудь еще знает, что ты связан с Пыльными… со Свободными магами? – спросила она.

– Надеюсь, что нет. Иначе меня казнят как изменника.

Ив с испугом прижала руку к губам.

– Я этого не допущу. Можешь не сомневаться – я тебя не выдам, – пообещала она. Похоже, хранить чужие секреты уже стало входить у нее в привычку.

– Я ни на секунду в тебе не сомневался, – ответил Даниель, и в его глазах блеснули искорки теплоты.

Ив улыбнулась. Было так хорошо, что даже не хотелось ни о чем говорить. Она раскрыла шкатулку и провела пальцами по темным рунам на дне. Еще одна нерешенная загадка. Портал, который ведет в неизвестность. Что там, на другой стороне? Ив подняла глаза и увидела, что Даниель с напряжением следит за каждым ее движением. Казалось, он даже перестал дышать.

– Почему ты так смотришь? – удивилась она.

– Прости, – выдохнул Даниель. – Я просто подумал, а вдруг дар Хранителя подскажет тебе, как пользоваться порталом.

– Я о таком и не думала, – призналась Ив.

– Да. Вероятно, я слишком тороплю события.

Ив услышала в голосе Даниеля разочарование, и это ее неприятно задело.

– Хотя, возможно, ты прав, и я что-то пойму, – поспешно добавила она. – Я же толком еще ни разу не держала ее в руках. Мне надо подумать.

Ив повертела шкатулку, осматривая со всех сторон и ища подсказку, но все впустую. Сердце не екало, озарение не приходило. Она совершенно не понимала, как кусок дерева мог быть порталом.

– Скажи, – задумчиво проговорила она, – а как работают другие порталы?

– Это тебе не поможет, – покачал головой Даниель. – Магия шкатулки совсем иная. Ни один из ныне живущих магов не способен ее воссоздать.

Ив вновь прикоснулась к рунам на дне.

– А что, если подсказка содержится в рунах? – предположила она. – Они означают…

– Теряя обретать.

– Да. Верно, – кивнула Ив и задумалась. – Чтобы получить желаемое, нужно что-то отдать. Значит, чтобы пройти через портал, в шкатулку надо что-то положить.

– Да, вполне возможно, – согласился Даниель. – Я тоже думал об этом.

– И что туда положить?

– Вероятно, что-то ценное для нас обоих.

– Ценное? Ну не деньги же? – усомнилась Ив.

Даниель пожал плечами.

– Как знать. Возможно, имеет значение само желание что-то отдать, а не то, что отдаешь.

– В таком случае мы ничего не потеряем, если попробуем.

Ив поискала в карманах монеты и достала золотой суверен. Даниель нашел в сумке такой же и сел рядом с Ив на плащ. Они кинули монеты в шкатулку и закрыли крышку.

– И что теперь? – спросила Ив. – Что говорится в легендах?

– Там говорится, что для получения Книги судеб достаточно желания Хранителя и согласие Избранника. Но я не уверен, что это работает и для портала.

– Но других вариантов у нас нет.

– Верно.

Они встали друг перед другом на колени. Ив взяла шкатулку, Даниель обхватил ее ладони.

– Я согласен принять то, что ты дашь.

– А я согласна отдать, – ответила Ив.

Но как только она произнесла это вслух, поняла, что ничего отдавать не хочет. Кем она станет для Даниеля, когда он получит Книгу судеб? Бывшим Хранителем? Обычной девчонкой, которую он однажды встретил в лесу? Она исчезнет для него, станет никем. Уйдут в прошлое их прогулки и встречи по вечерам. Да едва ли вообще они будут видеться.

От потрясения Ив распахнула глаза и тут же устыдилась своих мыслей, увидев, с какой надеждой Даниель смотрит на их сплетенные руки. Нет, так нельзя. Она сделала выбор и обязана исполнить долг Хранителя до конца. И неважно, что будет потом. Ив зажмурилась и от всей души пожелала, чтобы портал перенес их к Книге судеб. Сердце отбивало удары, роща шелестела листвой, но ничего не менялось и не происходило. Портал не работал. Им не удалось разгадать его секрет.

Ив посмотрела на Даниеля. Он еще надеялся и ждал. Его дыхание щекотало щеку, а лицо было так близко, как тогда, на вершине башни в горах. Только теперь его кареглазый взгляд ее не смущал. Ив затаила дыхание и, прежде чем осознала, что делает, наклонилась и поцеловала Даниеля. Он изумленно вздохнул, но не отстранился. Его губы были нежными и горячими, с привкусом сладкой груши, а поцелуй – терпкий как вино. У Ив закружилась голова. Однако в тот же миг она поняла, что все должно быть не так. Даниель ответил ей неосознанно, и растерянности в его поцелуе было больше, чем желания.

Ив отодвинулась и села на плащ.

– Прости, – пробормотала она, смущенно отводя глаза. – Я просто подумала… – она умолкла, совершенно не представляя, что сказать.

– Подумала, что поцелуй откроет портал?

– Да, – ухватилась Ив за эту ложь и осмелилась поднять глаза.

Даниель улыбался.

– К сожалению, Ив, волшебными поцелуи бывают лишь в сказках.

На лице Даниеля не было ни тени смущения. Неужели он действительно поверил в то, что поцелуй был попыткой открыть портал? Вот же глупая! И с чего она взяла, что он захочет ее всерьез поцеловать? Даниель видит в ней лишь Хранителя или хуже того – до сих пор считает ребенком. От этой мысли Ив смутилась еще сильнее.

– По крайней мере, мы попытались, – сказала она и отвернулась, чувствуя, как пылают щеки. – Прости, что ничего не вышло.

– Это ты меня прости. О чем только я думал! Я подверг тебя риску, не зная, ни куда ведет портал, ни что нас там ждет, – Даниель отдал Ив монету и положил шкатулку в сумку. – Оставим эти эксперименты, а то неизвестно куда они нас заведут. Лучше дождемся прибытия свитков. Осталось ждать меньше недели.

Ив кивнула, мечтая раствориться в воздухе, стать невидимкой или на худой конец провалиться сквозь землю. Что угодно, лишь бы Даниель не видел, как она сгорает от стыда! Но, к несчастью, даже земля ее не поглотила.

Они еще немного посидели под дубом и отправились в обратный путь. Всю дорогу до города Ив скакала быстрой рысью, позволив встречному ветру остудить лицо и развеять остатки винного хмеля. Простившись в городе с Даниелем, она нырнула в спасительный полумрак дома и сразу же скрылась в спальне. Там она упала на кровать и закрыла глаза.

– Ох… и зачем я его поцеловала? – простонала Ив и спрятала горящее лицо в ладонях.

Глава 19. Новости

Потребовалось несколько дней, чтобы изгнать из головы мысли о неловком поцелуе и научиться не краснея смотреть Даниелю в глаза. В один из таких дней, чтобы отвлечься, Ив отправилась во дворец навестить Мико. С отправки последнего письма Рикону прошло две недели, и настало время писать новое.

Они ушли подальше от любопытных глаз и дворцовых аллей, где в эти солнечные дни с огромной охотой гуляла знать, и расположились в заброшенном саду за конюшней. Небольшую поляну окружали стены цветущей сирени, а в центре валялась треснутая столешница от некогда каменного стола – вполне пригодная, чтобы на ней писать. Мико разложил письменные принадлежности и, подобрав под себя ноги, сел на траву. Ив устроилась рядом, на желто-белом ковре из лютиков и ромашек.

– Дай подумать, – сказала она, задумчиво барабаня пальцами по губам. – Напиши Рикону, что я переехала в дом отца, обустраиваюсь на новом месте и знакомлюсь со столичной жизнью. Думаю, этого будет достаточно, чтобы он не волновался, а позже я напишу ему письмо поподробнее.

– И ни слова о горах и Хранителях? – уточнил Мико и, поймав сердитый взгляд Ив, улыбнулся. – Хорошо. Я все понял.

Ив рассказала другу о своем путешествии в горы, правда объяснила его приглашением Сибил, а не похищением, да и о Хранителях поведала только то, что их разыскивал отец по просьбе магов. Мико был единственным, с кем она могла хоть чем-то поделиться и быть уверенной, что все останется в тайне.

Мико обмакнул в чернила перо и расправил бумагу. Ив откинулась на спину и закрыла глаза. Ветер ласкал лицо, шелестел в ветвях и приносил ароматы цветов. В ромашках гудели пчелы, напоминая о скором наступлении лета. Над ухом мерно скрипело перо. Умиротворение и покой полянки навевали мысли о доме. Ив с легкостью могла вообразить, что лежит на лугу возле особняка, а им с Мико снова по десять лет. И как тогда в ее жизни все понятно и просто.

Из полудремы Ив вывела тишина: какое-то время Мико ничего не писал. Ив приоткрыла глаза. Мико сидел неподвижно и не сводил с ее лица взгляда, а на стол с пера капали чернила. Ив приподнялась на локте и заглянула в письмо.

– Ты уже закончил?

– Что? А… да, – спохватился Мико и сунул перо в чернильницу. – Я просто немного задумался.

– Да? И о чем?

Мико больше не заговаривал о своих чувствах, но изредка Ив ловила на себе его долгие взгляды и не могла понять, какие мысли за ними стоят.

– Да так… ни о чем. Вспоминал, как ты ругала меня, когда я отлынивал от уроков грамоты. А теперь подумал, что твоя настойчивость оказалась полезной.

– Не то слово полезной! – фыркнула Ив. – Выучился на мою голову, чтобы шпионить для моего брата.

– Да какой из меня шпион, – смущенно отмахнулся Мико. – Я даже денег за это не беру. Правда, узнал, что лорд Рикон платит моему отцу, а тот и не отказывается.

– И правильно делает, что не отказывается. Рикон должен платить тебе за работу.

– Да разве это работа? Там, на конюшне, – да. Но здесь, рядом с тобой… – Мико криво улыбнулся. – Никакие деньги мне не нужны. Хотя знаю, отец откладывает их мне на учебу. Он не хочет, чтобы я служил конюхом, да и я… Знаешь, в последнее время я часто думал об Ирис.

– Вот как? Часто думал? – Ив многозначительно выгнула бровь, вспомнив, как Мико смотрел на чародейку на постоялом дворе.

– Да нет же! Не в этом смысле! – запротестовал он. – То есть, конечно, Ирис красивая, и о ней, наверное, приятно думать и в этом смысле тоже, но я не о том… – смутившись, он покачал головой. – Я хотел сказать, что думал о ней как о целителе. Она лечит людей магией, но далеко не все могут и хотят пользоваться услугами чародеев. Вот я и подумал, а не стать ли мне лекарем? Это уважаемая и достойная профессия. Так я принесу людям намного больше пользы, чем сейчас.

Ив выпрямилась и заглянула в зеленые глаза друга. И когда он успел так повзрослеть?

– Ты очень хороший человек, Мико. И сердце у тебя доброе. Если кто и достоин стать лекарем, так это ты.

– Спасибо, – зарделся он. – Найти учителя будет непросто, но некоторые берут себе помощников и учеников, особенно грамотных. Так что шансы у меня есть.

– Конечно есть! – поддержала Ив. – И даже не сомневайся! Я уже вижу, как ты идешь с кожаным саквояжем и тростью в руках, как настоящий лекарь.

– Скажешь тоже, – фыркнул Мико со смехом. – С тростью ходят лишь старики да придворные щеголи.

– Ну и что? Думаешь, ты хуже придворного щеголя? Вовсе нет. Знаешь, ты как-то говорил, что недостоин меня, но все как раз наоборот. Это я недостойна тебя. Ты обязательно встретишь девушку, которая оценит и полюбит тебя так, как ты того заслуживаешь.

Внезапно Мико отвернулся.

– Ты сама не понимаешь, о чем говоришь, – он сгреб со стола письменные принадлежности и встал. – Мне надо вернуться в конюшню. Я завтра отправлю письмо.

Ив проводила его растерянным взглядом и вновь пожалела, что им не по десять лет.

День стоял теплый и солнечный, возвращаться домой не хотелось. Ив встала с травы и побрела по аллее. Дорожка петляла среди кустов, вдоль высокого кованого забора, увитого плющом. Над головой покачивались пышные гроздья белой сирени. Лучи солнца пронзали густую листву и бликами ложились на землю. Ив дошла до середины аллеи, когда послышались голоса. Они доносились из беседки с другой стороны ограды. Ив собиралась пройти мимо, но знакомые бархатистые интонации заставили сердце учащенно забиться, и ноги сами остановились. В беседке находился Джей. Второй голос был женским и принадлежал Тиене.

– Я же предупреждала тебя об опасности, – с укоризной произнесла чародейка. – Почему ты ко мне не прислушался?

– Я прислушался и, как видишь, остался жив.

– Ты невыносим!

– Скажешь, что за меня волновалась?

– Разумеется, волновалась! Видишь, я примчалась сразу, как только узнала о том, что ты ранен… Кстати, что произошло? На тебя кто-то напал? Ладно, не говори… Объясни хотя бы, с каких пор ты превратился в затворника? Твой слуга меня не пускал. У тебя что-то случилось? Какое-то несчастье?

– Не знаю, Тиена, – глухо ответил Джей. – Хандра, наверное, напала.

– Хандра? Хм. В таком случае, может, нам лучше подняться к тебе? – проворковала чародейка. – Я знаю отличный способ, как излечить тебя от хандры.

– Я тоже его знаю. Вот: бренди.

– Ты же понял, что я имела в виду!

– Конечно понял. И попытался вежливо отказать.

– Вот как? Прежде ты не отказывал…

На краткий миг в беседке воцарилось непроницаемое молчание.

– Надеюсь, ты понимаешь, как глупо себя ведешь? – в голос Тиены закрались сердитые нотки. – Отворачиваешься от того, о чем другие меня умоляют! А ведь я ничего не прошу. И даже не требую хранить мне верность. А все потому… – внезапно ее интонация переменилась. – Знаешь… думаю, я тебя люблю.

– Перестань, Тиена. Мы оба знаем, что это не так.

– Почему ты считаешь, что я не могу относиться к тебе искренне?

– Потому что искренность для нас как огонь – каждый понимает, что может обжечься, и не сует туда руки.

– Верно… Но все же… ты никогда не думал о нас? Что было бы, если…

Джей нетерпеливо фыркнул.

– Проклятье, Тиена! Неужели ты можешь представить меня сидящим возле камина с парой детишек?

– Ты удивишься, но могу. Хотя я не о том… Я говорю о союзе двух людей с похожим прошлым, настоящим и будущим. Разве не видишь, как мы друг другу подходим? Я знаю о тебе все и понимаю лучше, чем кто-либо еще. Наши интересы совпадают, и мы служим одной стороне. Я, конечно, не юная наивная девочка. Да и, чего уж скрывать, – старше тебя на несколько лет, но подобное тебя никогда не смущало. В чем же тогда дело? Я больше тебя не привлекаю?

– Ты невероятно привлекательная, Тиена, и знаешь об этом. К тому же умная и талантливая чародейка. Любой мужчина счел бы за счастье твое внимание…

– Любой, но не ты. Я все поняла. Избавь меня от банальностей. Хоть в этом прояви ко мне уважение.

Послышалось шуршание платья, и по каменному полу беседки застучали каблучки.

– Значит, меня отвергаешь? Неужели все из-за той аристократки? Девчонки-южанки? Не верю. Не может быть, чтобы ты и вправду… – каблучки скрипнули и остановились. – И как, по-твоему, она к тебе отнесется, когда узнает, кто ты такой? Разве она сможет понять? Разве оценит? Она никогда не будет с тобой.

– Я это знаю, Тиена, – тихо ответил Джей. – Оставь ее в покое.

– Знаешь? – не унималась чародейка. – И поэтому у тебя такое кислое лицо?

– Тиена, у меня жутко раскалывается голова. Какое еще у меня должно быть лицо?

– Можешь пытаться обмануть меня, но не лги хотя бы себе! Впрочем, если тебе так легче, можешь и дальше играть роль равнодушного ко всему лорда и топить свою горечь в бренди. Я хотела протянуть тебе руку помощи, но вижу, она тебе не нужна. Отвечу же и я тебе банальностью. Время, некогда проведенное с тобой, было приятным и, пожалуй, счастливым, но не настолько, чтобы не суметь тебя забыть. Когда-нибудь – я в этом убеждена – мы будем общаться как прежде. Весело и непринужденно. Когда-нибудь, но не сейчас. Сейчас нам не о чем говорить.

Сердито покачивая бедрами, Тиена выпорхнула из беседки. Ее силуэт мелькнул у ограды и скрылся за деревьями. Ив затаила дыхание, боясь пошевелиться и выдать свое присутствие. Ей было неловко за подслушанный разговор, особенно такой личный, но он странным образом ее взволновал. Мысли путались, сердце гулко билось. «Разве она сможет понять…» «Значит, меня отвергаешь…» «Не лги хотя бы себе…» Нет, не то. Личная жизнь Джея ее не касалась. Решительно никак не касалась…

Неожиданно Ив обнаружила, что не сердится больше на Джея. Горечь, обида, досада, просеянные чередой дней, обмельчали и превратились в пыль. «Искренность как огонь». Именно в искренность Джея Ив хотела верить сильнее всего, и самое поразительное – она в нее верила.

Ив двинулась к садовой калитке в конце аллеи. Что она скажет Джею? С чего начнет разговор? Потребует объяснений или сперва извинится? Мысли плавились и сплетались в тугой клубок, а впереди уже показалась беседка. Ив обогнула кусты и поднялась по ступенькам. На полу валялась пустая бутылка, но внутри никого не было. Видимо, Джей ушел сразу после Тиены. Ив посмотрела на дворец, но стоило представить, как она опять стучится в закрытую дверь, и решимость пропала. Ив отвернулась и зашагала прочь из садов.

***

Спустя несколько дней Ив снова отправилась к Ирис. На этот раз сразу стало понятно, что у чародейки есть новости. Они поднялись в гостиную на втором этаже, и едва закрылась дверь, Ив спросила:

– Ты что-то узнала?

– Да. Узнала… – Ирис указала на кресло за столом. – Присядь.

Что-то в манерах чародейки встревожило и заставило волноваться. Ив села за стол и с нетерпением сцепила руки.

– Рассказывай!

– Может, сначала чай?

– Ирис, прошу!

– Ну хорошо, – вздохнула Ирис и села в соседнее кресло. – Неделю назад я получила список торговцев, которые продают интересующий нас яд. Всего их оказалось двое: у одного лавка в портовой части Лотара, у другого – здесь, в Верхнем городе. Чтобы ты понимала: продажа ядов не запрещена – в малых дозах они могут лечить и защищать от вредителей, но торговля строго контролируется. Каждая сделка записывается и совершается при условии, что покупатель подтвердит свою личность. Без соблюдения данного правила продавать яды нельзя. Если аптекарь нарушит это условие, то ему грозит смертная казнь, поэтому, насколько я знаю, его никто не нарушает.

– Отлично! – обрадовалась Ив. – Так будет легче разоблачить отравителя и доказать его вину.

– Да, именно на это и сделан расчет.

Ирис замолчала и встала с кресла.

– Знаешь, я все же поставлю чай, – она налила в чайник воды, кинула трав и повесила над огнем. Немного помешала ложкой.

Ив не понимала, отчего чародейка так тянет.

– Ирис, если можно, давай перейдем сразу к сути, – попросила она.

– К сути? Хм. Хорошо. Итак, как я сказала, яд продают в двух местах. В Лотаре за последние полгода его приобрел лишь один заморский покупатель с торгового галеона «Ишар». Он в тот же день отбыл в Расколотые королевства, поэтому эта покупка едва ли представляет для нас интерес.

– Согласна, – кивнула Ив.

– А вот в Верхнем городе сделку совершили сразу три покупателя. Двое из них чародеи. Я знакома с каждым и знаю, что они используют яды для своих исследований – они хотят создать универсальное противоядие. Опыты пока не слишком успешны, но… В общем, я дам тебе их имена, хотя уверена, что они тебя никуда не приведут. Тем более что имя третьего покупателя поразило меня больше всего.

В чайнике закипела вода, и Ирис поспешила снять его с огня. В том, как чародейка старательно отводила взгляд, Ив заподозрила что-то неладное. Уснувшая было тревога с новой силой стиснула грудь.

– Ирис, кто купил яд? – вопрос прозвучал сдавленно, тихим умоляющим шепотом. – Скажи мне наконец, кто отравил отца?

Ирис обернулась, и в ее глазах отразилась сожаление.

– Это был твой отец, Ив. Лорд Эдмунд Стаут.

Ив не заметила, как вскочила с кресла, но в следующий миг она уже стояла у окна и смотрела на реку. По сверкающей водной глади скользили прогулочные лодочки с пассажирами, на набережной гуляли люди. У посудной лавки звонко орал мальчишка, приглашая прохожих посмотреть на новую коллекцию фарфора. Ив вцепилась руками в подоконник и прижалась к стеклу лбом.

– Этого не может быть, – пробормотала она себе под нос. – Отец бы никогда так не поступил. В этом нет смысла. Зачем ему себя убивать? Это ошибка, жуткая ошибка.

– Присядь.

Ив ощутила на плечах руки Ирис, позволила довести себя до стола, после чего рухнула в кресло и спрятала лицо в ладонях.

– Ну почему? Почему? – простонала она. – Что его заставило так поступить? Тут явно что-то не так. Я отказываюсь этому верить.

Пальцы Ирис коснулись ее шеи, и вибрация браслета на запястье подсказала, что чародейка применила какую-то магию. По венам заструилось тепло, и тугой комок в груди вдруг ослаб.

– Выпей чай, – предложила Ирис. – Он на травах.

Ив подняла голову и увидела на столе перед собой чашку. Чай пах душицей и мятой, в воздухе вился пар. Несколько неторопливых глотков заставили сердце биться ровнее и успокоили смятенные мысли.

– Расскажи, что еще ты выяснила, – попросила Ив. – Я хочу узнать все. Отец сам приходил в лавку за ядом?

– Нет. Такие покупки редко кто совершает лично. В лавку приходил обычный рассыльный. Аптекарь подготовил документы для сделки, а позже получил их заверенные копии и банковское поручение на оплату. В Королевском банке подтвердили подлинность печати лорда Стаута, после чего аптекарь отдал рассыльному покупку, и тот отнес ее во дворец.

– А рассыльный? Кто он такой?

– Один из сотни ребят, которые бегают по городу и выполняют заказы тех, кто заплатит. Я и сама иногда пользуюсь их услугами и могу сказать, что каждый раз это кто-то новый. Аптекарь утверждал, что рассыльный получил заказ во дворце и очень спешил его исполнить. К сожалению, это все, что он знал.

Ирис подошла к секретеру у двери и достала из ящика документы.

– Вот то, что я смогла получить от аптекаря: копии его записей, банковские документы, подтверждение сделки. Все заверено согласно правилам, и, боюсь, подделкой тут не пахнет.

Ив взяла документы и внимательно их просмотрела. Сделка состоялась за неделю до смерти отца, как раз в то время из замка Ангус должны были доставить свечи. Все документы, как и говорила Ирис, были составлены согласно правилам, и ни аптекарь, ни банк не усомнились в их подлинности. Вот печать отца, вот банковское подтверждение, вот оплата: сумма была довольно значительной – яд стоил дорого. Все убедительно и складно. Тогда что ей не дает покоя? Откуда взялись сомнения? Почему она не хочет верить в то, что видит своими глазами?

– Тут что-то не так, – пробормотала Ив. – Не понимаю что, но точно не так. Эх, Джей наверняка бы заметил то, что не вижу я…

Ив умолкла и поняла, что последнюю мысль высказала вслух. Ирис села в соседнее кресло и доверительно заглянула в глаза Ив.

– Знаешь, я в подобных делах не советчица и не подскажу, с какого конца подступиться. Но если ты думаешь, что Джей сможет тебе помочь, то почему бы тебе не обратиться к нему? Сходи, навести его.

– Я…

Ив замялась. Как она могла просить Джея о помощи после того, что ему наговорила? Это было абсурдно, с какой стороны ни смотри.

– Я не могу, – закончила Ив.

– Почему? – удивилась Ирис. – Разве тебе не хочется с ним помириться?

– Конечно хочется. Но Джей не желает меня видеть. Я же тебе говорила.

– Ты говорила об этом неделю назад. А как дела обстоят теперь?

– Не знаю. Я больше к нему не ходила.

– Тогда повторяю: сходи к нему.

Ив с сомнением нахмурила брови. Если бы все было так просто.

– А знаешь что? – вдруг улыбнулась Ирис. – Сейчас ко мне должен прийти один важный клиент. Он не любит, когда тут есть посторонние, а ты уже засиделась. Поэтому прости за грубость, но проваливай-ка отсюда! И поживее!

Ив обиженно надула губы.

– Не выдумывай. Никто к тебе не придет.

– Придет-придет, – рассмеялась Ирис и, ухватив Ив за плечи, подтолкнула к двери. – Скажешь мне еще потом спасибо.

Ив скорчила недовольную гримасу, но все же поплелась к лестнице. Оказавшись на набережной, она подошла к ограждению и посмотрела на вздымающиеся над городом белые башни дворца. Когда-то в одной из них Ив попросила Джея о помощи, и он согласился, хотя с легкостью мог отказать. Так что она потеряет, если постучит в его дверь еще раз? Если сделает еще один шаг навстречу? Ив взмахнула рукой и остановила наемный экипаж.

Как дочь Великого лорда она имела право на свободный вход во дворец и сады. Гвардейцы без помех пропустили экипаж во двор и распахнули парадные двери дворца. И только у комнаты Джея Ив поняла, что главный бой еще впереди. С минуту она разглядывала затейливые завитки, соображая, как повести разговор, и лишь затем постучала. Как и ожидалось, дверь распахнул Людвиг. Увидев Ив, он устало вздохнул и покачал головой.

– Мне очень жаль, леди Стаут, но лорд Риверс по-прежнему никого не принимает.

Ив придержала дверь, предвидя, что та сразу захлопнется.

– Я знаю, Людвиг, но мне нужно поговорить с Джеем. Позволь мне войти. Обещаю, что всю вину я возьму на себя, и гнев хозяина тебя не коснется.

– Леди Стаут, – улыбнулся Людвиг, – я не страшусь его гнева. Лорд Риверс – великодушный хозяин. Однако моя работа требует, чтобы я в точности выполнял все его указания. Это вопрос моей профессиональной чести, а не страха.

Ив нахмурилась, обдумывая, как пробить оборону верного слуги. Может, просто позвать Джея?

– Скажи, Людвиг, а Джей сейчас у себя? – она приподнялась на носочках и заглянула в узкую щель. За спиной Людвига виднелись книжные шкафы и уголок картины на стене.

– Боюсь, я не уполномочен отвечать на этот вопрос.

– Тогда позволь хотя бы оставить ему записку.

– Боюсь, и это невозможно. Но если вы принесете готовое письмо, то я непременно… – Людвиг умолк и слегка повернул голову, словно к чему-то прислушивался. Затем распахнул дверь и с поклоном отступил в сторону. – Прошу вас, входите.

На миг Ив оторопела, но затем поспешила войти. Джей лежал на диване в гостиной. В одной руке он держал бокал, другую – закинул под голову. Легкая бледность еще напоминала о перенесенном ранении, но Джей уже не казался больным. Он лениво приоткрыл глаза и с хитрым прищуром оглядел Ив с ног до головы.

– Леди Стаут! Какой приятный сюрприз! Чем обязан визиту?

Если прежде Ив считала, что самое сложное – попасть внутрь, то теперь поняла – это не так. Сложнее добиться откровенности и достучаться до Джея. Как это сделать? Она не представляла.

Не дождавшись ответа, Джей сузил глаза и усмехнулся.

– Знаешь, – медленно заговорил он, – последние недели мне не давал покоя один вопрос. Скажи, а зачем ты пыталась выломать мою дверь?

Ив сжала губы, чтобы не вспылить, и оглянулась. Людвиг не ушел к себе в комнату, как следовало ожидать, а остался в гостиной и преувеличенным усердием смахивал со стола невидимую пыль. Зачем тут слуга? Какая-то проверка от Джея? Хочет посмотреть, как она себя поведет? Или надеется, что в присутствии слуги она не заговорит об украденной цепочке и уйдет ни с чем? Вот уж нет! Ив твердо решила, что если даже не помирится с Джеем, то хотя бы вернет украшение матери.

– Ты знаешь зачем, – сухо ответила она.

Джей расплылся в улыбке.

– О-о-о! Ну что ты, Ив! Не стоило так сильно переживать из-за моего здоровья! Ты же знаешь, двери в королевском дворце стоят дороже моей жалкой жизни. Помри я – и никто не заметит. А вот царапины на двери наделают много шума.

Раздражение вспыхнуло и погасло. Ив вспомнила, каким больным Джей выглядел в их последнюю встречу.

– Так это правда? Ты плохо себя чувствовал? – обеспокоенно спросила она.

Джей сел, покрутил в бокале странную темно-зеленую жидкость и, морщась, выпил ее залпом.

– Да, плохо. Вон у Людвига спроси – я неделю провалялся в постели. Меня мучила ужасная лихорадка. К счастью, Ирис принесла мне какие-то травы, – он приподнял пустой бокал, – и мне стало лучше.

– У тебя была Ирис? – удивилась Ив. Почему чародейка ей ничего не сказала? Потому что Джей сделал для нее исключение и впустил?

В глазах Джея сверкнули огоньки.

– Только прошу, Ив, не ревнуй! – с наигранным весельем воскликнул он. – У Ирис ко мне исключительно профессиональный интерес. Тебе не о чем волноваться. Как мужчина я ее не привлекаю…

– Перестань дурачиться! – рассердилась Ив. – Я пришла к тебе серьезно поговорить, а не выслушивать всякие глупости!

Джей вдруг посерьезнел. Притворная улыбка слетела с лица, и на нем проступила усталость.

– Она пришла ко мне серьезно поговорить, – передразнил он. – А с чего ты решила, что можешь вламываться ко мне всякий раз, когда тебе что-то от меня нужно?

Ив опешила от этой вспышки. Не злость, не раздражение, а горечь и боль звучали в голосе Джея. Неужели Ирис была права и Ив задела его чувства сильнее, чем полагала.

Джей поставил бокал на стол.

– Ладно. Пойдем.

Он встал и направился к входу в башню. Ив секунду помедлила и зашагала следом. Они поднялись в кабинет. Джей подошел к столу, выдвинул ящик и что-то достал.

– Ты за этим пришла? – спросил он, покачивая на пальцах цепочку с ключом.

– Да.

Ив протянула руку, но Джей как-то ловко изогнул кисть – Ив даже не поняла, что именно он сделал, – и цепочка исчезла в его руке.

– Что за фокусы? – нахмурилась Ив. – Ты позвал меня, чтобы насмехаться и дразнить?

– Прости, но такая у меня натура: люблю насмехаться и дразнить. Если это тебе не по нраву, могла бы и не приходить.

В его руке снова появилась цепочка, и на этот раз она упала в ладонь Ив.

– Зачем ты ее украл? – спросила она. – В этом не было смысла.

Джей присел у камина и подбросил в тлеющие угли дрова.

– Смысл есть всегда и во всем.

– И в чем тут был смысл? Скажешь, меня защищал?

Джей неопределенно повел плечами и подкинул еще пару дров. В воздух с шипением взвились искры.

Ив пропустила цепочку сквозь пальцы и положила в карман. Наконец она получила то, что хотела, однако не испытывала от этого ни капли радости. Отчего так? Может, ее целью была не цепочка? Глупый вопрос! Конечно же нет! Ив хотела помириться с Джеем. Увидеть теплую улыбку у него на губах, веселые искорки в глазах. Услышать мудрые советы, которые раньше воспринимала как должное. Хотела снова ему доверять. А вместо этого она топчется посреди комнаты и не имеет ни малейшего понятия, как все вернуть и восстановить их прежние отношения. И от этого чувствует себя бесконечно несчастной.

Ив медленно повернулась к двери, но Джей ее остановил:

– Ирис узнала, кто купил яд, так ведь?

– Да, узнала. Разве она тебе ничего не рассказала?

Джей хохотнул.

– Удивительно, но иногда она умеет держать язык за зубами. Она упомянула, что у нее есть для тебя неприятные новости, и я сразу все понял.

– Да, новости неприятные, – согласилась Ив и сглотнула, ощутив во рту горечь. – Это был мой отец, Джей. Он сам купил яд.

Джей с любопытством прищурил глаза.

– Есть доказательства?

– Да.

Ив достала документы, и пока Джей их листал, пересказала все, что узнала от Ирис.

– Я не понимаю, – добавила она, – почему отец так поступил? Что заставило его наложить на себя руки? Это на него не похоже. Он был сильным и смелым человеком, а так поступают лишь… Нет, я не могу и не хочу в это верить.

– И правильно делаешь, что не веришь. Потому что я тоже не верю.

– Что? – у Ив перехватило дыхание. – Думаешь, это не самоубийство?

– Скорее всего, нет. Есть тут две странности…

– Какие?

– Первая заключается в том, что твой отец нанял уличного рассыльного. Спрашивается: зачем? Он же мог отправить в лавку любого пажа. Конечно, можно предположить, что он не хотел привлекать к своей покупке внимание дворцовой обслуги, но ведь в лавки к аптекарям обращаются не только за ядами и истинную цель покупки можно было легко скрыть. Поэтому и возникает вопрос: зачем был нужен рассыльный?

– И зачем?

– А затем, что рассыльный, в отличие от пажа, не знает лорда Стаута в лицо.

– Хочешь сказать, кто-то выдал себя за отца?

– Очень на это похоже. И о том же говорит вторая странность. Видишь, на этих документах стоит печать твоего отца. Без сомнения, она настоящая, но вот рядом с ней отсутствует его личная подпись. Да, для совершения сделки печати достаточно, но твой отец – опытный торговец, а торговцы никогда не ограничиваются одной печатью. Лорд Стаут всегда ставил на документах печать и подпись. Это привычка, выработанная годами, и от нее просто так не избавишься.

– А ведь верно! – возбужденно воскликнула Ив. – Я все думала, отчего эти документы мне кажутся странными. Отец подписывал каждую бумагу, а здесь чего-то не хватало. Конечно же подписи! Но что нам это дает?

– А дает то, что теперь круг подозреваемых сузился. Можно с уверенностью сказать, что убийца – мужчина, который вхож во дворец. Только так он смог бы выдавать себя за лорда Стаута и заполучить его печать.

– Но как нам вычислить нужного человека? Во дворце вместе с обслугой живет несколько сотен людей. А сколько еще гостей прибывает! Как понять, кто из них выдал себя за отца?

– Есть одна ниточка. Надеюсь, что есть, – Джей потер лоб и отложил документы. – Я найду тебя, когда что-то узнаю. Ступай, мне надо подумать.

Разговор так неожиданно оборвался, что Ив застыла с открытым ртом. На некоторое время ей показалось, что все стало как прежде, но на деле это было не так. Стена между ними никуда не исчезла – она лишь ненадолго стала прозрачной. Однако удивляло другое.

– Подожди, – пробормотала Ив. – Ты будешь мне помогать? Но почему? В смысле… После всего, что я тебе наговорила… – она запнулась.

Джей отвернулся и посмотрел на пылающий в камине огонь.

– Не люблю бросать дела на полпути. Я обещал тебе помочь и доведу начатое до конца. Все, иди.

Ив помедлила. Она чувствовала, что если сейчас уйдет, то стена между ними останется навсегда. Надо что-то сделать, что-то сказать. Ив с отчаянием впилась ногтями в ладони.

– Джей, прости меня, – выпалила она единственные слова, которые отыскала в глубине своего сердца. – Знаю, я наговорила тебе много неприятных вещей, и сожалею о том. Я запуталась и не знала, чему верить, но сейчас… я верю тебе, Джей. Верю в твою искренность. Прости меня и, если сможешь, забудь все, что я говорила.

Джей поднял глаза, и его губы тронула прежняя теплая улыбка.

– Я уже простил и забыл.

На душе от его слов стало так легко, что захотелось глубже вдохнуть, вобрать в себя больше тепла и света. Ив улыбнулась и со спокойным сердцем зашагала к двери.

Глава 20. Свитки

Когда Ив вернулась домой, в гостиной ждал Даниель.

– Наконец ты вернулась! – воскликнул он, прекращая нетерпеливое метание по комнате.

– Что-то случилось? – забеспокоилась Ив.

– Пока не знаю. Корабль со свитками прибыл в Лотар, однако человек, который их вез, не выходит на связь. У меня недоброе предчувствие. Я сейчас же отправляюсь в Лотар, чтобы выяснить причину задержки. Я не хотел уходить, не повидавшись с тобой.

Ив постаралась подавить тревогу.

– Спасибо, что дождался. Тебя долго не будет?

– Думаю, два-три дня. Я воспользуюсь порталом.

– Хорошо. Надеюсь, все обойдется.

– Я тоже. Постараюсь как можно скорее во всем разобраться и сразу вернусь. Не хочу оставлять тебя надолго одну.

– Обо мне можешь не беспокоиться, – улыбнулась Ив и обвела рукой комнату. – У меня есть надежная крепость.

– Отлично. Тогда я спокоен.

Даниель наклонился к Ив, словно хотел обнять на прощание, но в последнюю секунду замялся. Взял с кресла плащ и зашагал к двери. Ив постаралась скрыть разочарование: не стоило и рассчитывать на объятия.

Весь следующий день она провела дома, рисуя в дневнике и слушая городские сплетни в пересказе Велены. Так Ив узнала, что в лавке сапожника на соседней улице завелось привидение, которое на поверку оказалось застрявшей в трубе кошкой. Что хозяйка трактира «Золотой ключ» дважды в неделю бесплатно кормит беспризорников, а те взамен обворовывают гостей ее конкурента. Что на летнюю ярмарку в этом году привезут дрессированного медведя…

На следующий день, устав сидеть взаперти и вскакивать от каждого звука, Ив отправилась на постоялый двор «Под луной», чтобы пообедать и проверить почту. Помимо конюшни, там находилась курьерская станция, где гонцы меняли лошадей, и Ив пользовалась ее услугами для переписки с братом. Письмо из дома помогло бы скоротать время и отвлечься от тревожных мыслей. Пока Ив ела грибной суп с мясным пирогом, вернулся смотритель станции и передал ей запечатанный конверт. К удивлению, это было не письмо от брата, а короткая записка без подписи.

«У меня есть новости. Ко мне не приходи», – сообщали две строчки.

Ив сразу узнала стройный, летящий почерк Джея, и ее охватило волнение. Вероятно, новости касались отца, раз Джей не хотел говорить о них во дворце. Но почему он не назначил место встречи? Почему так мало информации? Неизвестность терзала не меньше, чем ожидание. Ив проглотила остатки похлебки и вышла на улицу.

– Госпожа! Дай монетку, госпожа!

У входа крутились двое попрошаек. Обычно Ив бросала им по медяку, и они с поклоном и благодарностью отставали. Но в этот раз она истратила всю мелочь на еду, и единственным способом отвязаться от назойливых мальчишек было не обращать на них внимания. В этом случае попрошайки переходили в атаку и начали дергать дам за подол. Однако Ив не носила в городе юбок, что ставило их в затруднительное положение. Все, что им оставалось, – кружить возле ног и повторять незамысловатую фразу про монетку.

«В переулке отстанут», – решила Ив и сосредоточилась на записке.

Почему Джей не хотел, чтобы она к нему приходила? При желании они могли бы поехать в городской парк или зайти в таверну, где раньше обедали. На худой конец, могли встретиться у нее дома. А что, если Джей уже ждет ее дома? Может, поэтому и просил к нему не приходить?

Ив ускорила шаг и вдруг заметила, что попрошайки куда-то исчезли. Она подняла глаза и вздрогнула от неожиданности: прямо перед ней, преграждая дорогу, стоял худой темноволосый мужчина в сером камзоле. Одной рукой он придерживал дверцу кареты с королевским гербом.

– Леди Ив Стаут, я полагаю? – с вежливым поклоном спросил он.

– Да, верно, – растерянно ответила Ив и вдруг поняла, кто перед ней. Это был Кассий – бывший магистр магии, которого Ксандер несколько недель назад выгнал из Совета.

– В таком случае прошу следовать со мной. С вами желает встретиться Верховный маг короля и Великий магистр магии Ксандер Лотианский.

– Встретиться со мной? – встревоженно пробормотала Ив. Ничего хорошего это приглашение ей не сулило. – Не думаю, что сейчас это возможно… У меня есть дела… срочные и неотложные…

– Боюсь, вы не совсем меня поняли, – прервал Кассий ее сбивчивое бормотание и смягчил свою грубость легкой улыбкой. – На приглашения Великого магистра не принято отвечать отказом.

Он отвесил новый любезный поклон и указал на карету, прося зайти внутрь. Ив немного помедлила и тут же ощутила, как на руке задрожал браслет. Кассий больше не собирался просить – он был готов применить магию и доставить ее к Ксандеру даже против воли. Избежать встречи было невозможно.

С трудом сглотнув, Ив забралась в карету. Весь путь до дворца прошел в молчании. Мысли расплывались, становились тягучими и пустыми. Как Кассий нашел ее у дома отца? Что от нее хочет Ксандер? Знает ли он что-нибудь о ее секретах? Может быть, поэтому Джей просил ее не приходить? Ив оцепенело смотрела в окно и не находила ответов.

Во дворце Кассий повел ее по гулким коридорам с мозаичными полами. Миновав внутренний дворик и галерею, они вышли к широким дверям с королевским гербом: отлитым из серебра ветвистым дубом. По бокам стояли слуги в белоснежных ливреях, в углу за столом сидел писарь в очках. При приближении гостей слуги распахнули двери, явив взгляду роскошный зал. Фрески и гобелены на стенах, ковры на полу, мебель из лакированного дуба с перламутром, обитые бархатом и атласом диваны и кресла. В воздухе плыли ароматы воска и душистых масел. На резных колоннах вдоль прохода горели золотые светильники. Однако Ив едва замечала обстановку вокруг. Ее взор был прикован к единственному в зале человеку.

Ксандер сидел в конце комнаты за столом, в массивном кресле, похожем на трон, и что-то читал. Когда Ив подошла, он отложил документ и устремил на нее цепенящий взгляд. Браслет на руке не дрожал, но этот взгляд заставил Ив окаменеть. Во рту пересохло, спину покрыли ледяные мурашки. Этот человек всегда внушал Ив необъяснимый трепет, а теперь к нему добавился еще и страх: вдруг Ксандер причастен к смерти отца? Что, если сейчас она стоит перед убийцей?

Кассий тоже прошел в зал и замер у колонны возле стола. Видимо, после изгнания он и правда стал верным сторонником Ксандера.

Движением руки Ксандер предложил Ив занять кресло перед столом, но она осталась стоять. Ксандер если и обратил внимание на этот молчаливый протест, то виду не подал.

– Рад приветствовать вас во дворце, леди Стаут, – произнес он ровным тоном.

– Магистр Ксандер, – выдавила Ив в ответ, на этот раз от волнения, а не намеренно опустив слово «Великий» в звании мага.

Но и эту оплошность Ксандер будто бы не заметил.

– Мне сообщили, – невозмутимо продолжил он, – что вы уже месяц гостите в столице, а нам так и не довелось повидаться. Досадное упущение… Мы ведь с вашим отцом в свое время неплохо знали друг друга. Вот я и взял на себя смелость исправить возникшее недоразумение.

Ив задрала подбородок, чтобы вернуть себе уверенность.

– Значит, я приглашена сюда только ради соблюдения светских приличий? – она старалась говорить твердо, но голос дрожал, как осиновый лист на ветру.

– Разумеется, не только.

Ив молчала, ожидая, куда Ксандер поведет разговор. Однако следующий вопрос ее удивил и заставил занервничать.

– А как поживает ваш брат? Юный лорд Стаут?

– Рикон? – переспросила Ив, внезапно охрипнув. – Полагаю, у него все хорошо.

– Она полагает… – задумчиво повторил Ксандер, и от дурного предчувствия у Ив внутри все скрутилось в тугой комок. Она вцепилась в спинку кресла, чтобы скрыть, как трясутся руки. – Только боюсь, леди Стаут, ваше предположение не совсем верно, и у юного лорда Стаута все далеко не так хорошо, как вы полагаете.

– Что ты с ним сделал? – прошептала Ив, чувствуя, как в груди замирает сердце.

– Я сделал? – Ксандер недоуменно вздернул брови. – Боюсь, он все сделал сам. Честно говоря, я думал, опыт отца научит его быть более благоразумным, но, к сожалению, этого не случилось. Хотя, наверное, именно отсутствие опыта и сыграло с ним злую шутку. В открытую подкупать смотрителя порта, чтобы провезти на Вольные острова контрабанду… – Ксандер неодобрительно покачал головой. – Пожалуй, только юный глупец на такое решится. К тому же незаконную поставку товаров другому государству вполне можно расценить как измену Короне…

– Но ты же обещал! – выкрикнула Ив. – Обещал, что деятельность отца на черном рынке будет забыта и прощена. Он тебе служил и выполнял свою часть сделки. Как же ты можешь теперь нарушать свое слово?!

– Свое слово я никогда не нарушаю! – рявкнул Ксандер, и в его глазах сверкнула сталь. – Я дал его Эдмунду Стауту и сдержал! А вот его сыну я ничего не обещал.

Ив пораженно застыла, вдруг сообразив, что Ксандер по-своему прав. Рикон не заключал с магом сделки и скорее всего о ней даже не подозревал. Если брат действительно занялся незаконной торговлей, то теперь ему грозят серьезные неприятности. Ив сокрушенно покачала головой и задала вопрос, на который уже знала ответ:

– Чего ты хочешь?

– Книгу судеб.

Ив кивнула.

– И тогда, ты обещаешь, что с моим братом ничего не случится?

– Обещаю, – Ксандер достал из ящика бумаги и разложил на столе. – Здесь вся переписка юного лорда Стаута, в том числе опись груза с его корабля.

Ив склонилась над документами и сразу узнала почерк брата. Каждая страница, каждая строка бросали тень на его честное имя. Доказательств хватало, чтобы посадить Рикона в тюрьму, и Ив с горечью сжала зубы. Ксандер с довольным видом собрал документы и опять убрал в ящик стола.

– Когда Книга судеб будет у меня, – добавил он, – я отдам вам все документы. Никакой иной пользы для меня юный лорд Стаут не представляет.

– Что с ним? Где он сейчас?

– Можете не волноваться, леди Стаут. Он в своем поместье и пока ни о чем не подозревает. Но, поверьте, одно мое слово, и все может вмиг измениться. И тогда на смену домашнему уюту придут тюремные застенки. Я своих слов на ветер…

Ксандер не договорил. Двери с грохотом распахнулись, и по залу прокатилось дребезжание: в проходе зазвенели вазы, на полках задрожали книги. В коридоре заметались испуганные возгласы слуг. Ив оглянулась и увидела в дверях Даниеля. Он взмахнул рукой, и двери за ним со стуком сомкнулись, оставив за порогом слабые призывы писаря позвать на помощь гвардейцев.

– Ты жалкий вор и негодяй!

Даниель стремительным шагом пересек зал, уперся руками в стол и с яростью навис над Ксандером.

– Я знаю, свитки у тебя, – процедил он сквозь зубы. – Отдавай. У тебя нет на них права.

Воздух вокруг стола угрожающе сгустился и потяжелел. На стенах замигали лампы, свет потускнел.

– Любишь же ты, Даниель, эффектно появиться, – невозмутимо проговорил Ксандер и откинулся на спинку кресла. – А мы тебя как раз ждали. Прошу, присоединяйся к нашей беседе.

Ксандер махнул в сторону Ив, и Даниель обернулся. Только теперь он заметил ее у кресла в тени и застыл от удивления.

– Что тут происходит? – растерянно спросил он.

Напряжение в комнате ослабло. Лампы мигнули еще раз и вновь запылали в полную силу.

– Я объясню, – ответил Ксандер. – Как ты видишь, перед тобой стоит леди Стаут. Хотя думаю, тебе не надо ее представлять и говорить, что она Хранитель Книги судеб. Да. Вижу действительно не надо.

– Но как? – Даниель недоуменно моргнул. – Как ты узнал? Никто… ни один твой шпион не пронюхал бы… – он внезапно умолк, и его лицо помрачнело. – Сибил.

– Да, – кивнул Ксандер. – Моя милая матушка. Она недавно ко мне пришла и во всем созналась. Уверяла в вечной материнской любви и просила защитить от Карин. Я уже давно подозревал, что она что-то скрывает. И всего-то стоило открыть ей глаза на то, с кем она так долго водилась, на твою великую дружбу с Пыльными магами.

Даниель побледнел.

– Так ты и это знаешь? – хрипло спросил он.

– Если бы я ничего не знал, то тут бы не сидел, – отрезал Ксандер и подался вперед. – Где шкатулка, Даниель? Уверен, тебе она уже не понадобится. Как раз перед твоим приходом леди Стаут любезно согласилась отдать мне Книгу судеб. Поэтому все, что имеет к ней отношение, в том числе и свитки, которые ты недавно упоминал, теперь принадлежит мне.

Даниель резко повернулся к Ив.

– Как он заставил тебя изменить решение? Чем угрожал?

Ив опустила глаза и покачала головой.

– Мой брат… – только и смогла выдохнуть она.

Даниель стиснул зубы и метнул в Ксандера полный гнева взгляд.

– Ты, как всегда, ведешь себя низко и подло и пользуешься чужой слабостью! – прорычал он. – Хранитель уже сделала свой выбор, и ты обязан его уважать. Теперь у тебя нет права вмешиваться и что-то менять. Воля наших предков четко определена – они хотели, чтобы сила Книги судеб переходила честно, и поэтому наделили Хранителей даром определять Избранника. В этом состоит справедливая передача власти…

– Да перестань ты, Даниель! – перебил Ксандер. – Неужели ты на самом деле веришь, что эта девочка способна сделать единственно верный выбор? Что ее направляет Магия? Ведет Предназначение? И только тот, кого она изберет, достоин обладать силой? Чушь все это! Власть достается тому, кто первый осмелится ее взять. Вот и все дела.

Ив с такой яростью сдавила спинку кресла, что под пальцами заскрипела шелковая обивка. Ксандер повернул голову.

– Ну, леди Стаут, – обратился он, – видите, кому вы хотели отдать Книгу судеб? Мятежникам и бунтовщикам, которые хотят править наравне с королем, не имея на то законных прав. Изгнанникам, которые желают отменить действующие ограничения на магию, чтобы породить хаос. Вы хотите, чтобы они вернулись и снова начали растаскивать королевство на части и призывать к восстаниям? Такое будущее вы желаете получить? Полное междоусобиц и войн?

Ксандер выдержал короткую паузу и веско добавил:

– Я же намерен обратить силу Книги судеб на пользу всего королевства.

– На собственную пользу ты хочешь ее обратить! – возразил Даниель и, повернувшись к Ив, взял ее руки в свои. – Не слушай его и не бойся. В его словах нет правды. Ты знаешь, что я хочу сделать. Не отдавай ему Книгу судеб. Пойдем со мной. У меня нет свитков, но я придумаю, как получить новые копии. И твоего брата я защищу. Если понадобится, я сровняю любой город с землей и разберу по камню этот дворец, но вырву его из рук Ксандера.

Ив готова была зарыдать. В темных глазах Даниеля она видела твердую решимость выполнить данное обещание и уничтожить все на пути, чтобы ей помочь. Но могла ли она просить о таком?.. Ив пробрал озноб. Да и что будет потом? Они с братом станут беглецами, такими же отвергнутыми, как Пыльные маги? Могла ли она обречь Рикона на такую судьбу? И что с ним случится, если она сейчас уйдет? Какое наказание для него придумает Ксандер?

Сердце Ив разрывалось на части. Она готова была последовать за Даниелем куда угодно, рискнуть собой, своей жизнью, свободой… но только не свободой и жизнью брата. Не его судьбой, не его счастьем.

Не в силах выдержать умоляющий взгляд Даниеля Ив опустила глаза. С губ Даниеля сорвался вздох разочарования. Он разжал руки и отступил.

– Что ж, я понимаю твой выбор, – тихо проговорил он. – Но не принимаю его.

Даниель поднял на Ксандера горящие ненавистью глаза.

– Да будь ты проклят, Ксандер! – выплюнул он с яростью. – Я хотел обратить силу Книги судеб на благо всех магов, объединить наши силы и приумножить. Но ты решил встать у меня на пути. Из-за своих амбиций! Ради желания захватить власть! Ты никогда не получишь шкатулку! Я ее тебе ни за что не отдам!

– Перестань упрямиться, Даниель! Скажи, где она, и я забуду весь этот разговор. Живи и дальше, как пожелаешь. Я даже обещаю не лишать тебя места в Совете.

– Никогда! Пусть каждый останется при своем. У тебя – свитки и Хранитель, у меня – шкатулка. Уж лучше пусть Книга судеб не достанется никому, чем тебе!

Даниель вытянулся во весь рост и сжал кулаки.

– Клянусь небесами, – холодно произнес он, – я все хотел решить миром. По-доброму, по-хорошему. Но раз иначе нельзя, значит, будет война!

Он круто развернулся и зашагал к выходу. Короткий взмах руки – и перед ним раскрылись двери. Слуги с гвардейцами настороженно заглянули в зал и расступились. Не обращая на них внимания, Даниель переступил порог и скрылся за поворотом. Ив хотела кинуться за ним, остановить, но ноги будто приросли к полу. Не было сил шевелиться. Плечи поникли, руки безвольно повисли. Казалось, Даниель уносил с собой часть ее сердца, а каждый его шаг разверзал бездонную пропасть.

Кассий, все это время неподвижно стоявший у колонны, двинулся следом, но Ксандер движением руки его остановил.

– Пусть идет. Я и так знаю, куда он отправится. Ступай-ка ты лучше, Кассий, распорядись, чтобы закрыли все городские порталы. Даниель объявил нам войну. Не стоит пренебрегать этой угрозой.

Кассий отвесил короткий поклон и покинул зал. Когда двери за ним затворились, Ксандер взглянул на Ив.

– Это было верное решение, леди Стаут. Теперь, надеюсь, понятно, как опасно доверять изгнанникам и бунтарям?.. Ты все слышал?

Последний вопрос был обращен к кому-то у Ив за спиной, и она оглянулась. Уголок висящего на стене гобелена отогнулся, и из узкого проема за ним вышел Джей.

– Большую часть, – ответил он.

Он смотрел мимо Ив, но проходя рядом, осторожно провел кончиками пальцев по ее руке. Одно крошечное прикосновение – и в груди загорелась надежда. Джей на ее стороне! От облегчения у Ив подкосились ноги, и она упала в ранее отвергнутое кресло.

– Хорошо, – кивнул Ксандер. – Теперь мы знаем, где искать шкатулку, – в лагере Пыльных магов. Даниель там скоро будет.

Джей подошел к столику с закусками, зачерпнул горсть кедровых орешков и закинул в рот.

– И что ты предлагаешь? – спросил он, усердно жуя.

– Мне надо попасть в Пыльные пустоши. Настало время откровенно поговорить с Даниелем и раз и навсегда разобраться с Пыльными магами. И ты меня туда приведешь.

Джей фыркнул, взял яблоко и принялся его чистить маленьким десертным ножиком. Шкурки с тихим стуком падали на поднос.

– И ты меня туда приведешь, – настойчиво повторил Ксандер. – С твоими способностями ты легко обнаружишь их лагерь. Позже я покажу тебе на карте, где их искать. Они уже давно топчутся у границ Равнинного края. Я отдам тебе свой личный портал, и ты убедишь их меня принять. Так будет хоть какая-то польза от твоего острого языка.

Джей не отрывал глаз от яблока. Теперь он отрезал от него маленькие ломтики, макал их в мед и проглатывал.

– Ты меня слышал? – с легким раздражением спросил Ксандер.

– Слышал, – отозвался Джей.

– Тогда оставь в покое это треклятое яблоко!

– По твоей милости, Ксандер, я проторчал кучу времени в темном и узком проходе, глотал паутину и пыль. Могу я теперь хоть яблочко съесть с твоего золоченого блюдца? Там, между прочим, чем-то ужасно воняло. Я про проход. Ты бы хоть проверял иногда. Вдруг там кто не утерпел и сдох в ожидании? Хотя погоди. Кажется, я понял, чем там воняло. Это крысиный помет.

– Там есть мышеловки.

– Что? Мышеловки?! Проклятье, Ксандер! А если бы я наступил? И потом, использовать мышеловки, когда в твоих руках магия? Как-то это несолидно для Верховного мага, ты не находишь?

– Ну все! Хватит! – рявкнул Ксандер. – Перестань испытывать мое терпение и превращать каждый наш разговор в балаган!

Джей бросил огрызок на поднос и обреченно вздохнул.

– Ладно. Когда ты хочешь, чтобы я поехал?

– Я буду готов через неделю в полдень.

– Пять дней на дорогу… значит, мне надо выезжать послезавтра.

– Прекрасно, поедешь послезавтра, – подтвердил Ксандер. Его ледяной взгляд скользнул по лицу Ив, и она невольно вздрогнула. – Да, и леди Стаут мне там тоже понадобится. Предлагаю воспользоваться порталом вместе со мной. Так дорога пройдет быстрей и приятней.

– Нет! Я поеду с Джеем, – воспротивилась Ив.

Джей метнул в ее сторону косой взгляд.

– Мы еще поговорим об этом, – пробормотал он.

– Поступайте, как хотите, – устало отмахнулся Ксандер. – Мне важен результат. Ладно, что там со свитками? Ты успел их прочесть? В них и правда описан ритуал передачи Книги судеб?

– Да, и он довольно прост.

– Хорошо. После расскажешь. Что ты сделал со свитками?

– Я их сжег.

Ксандер задержал на Джее цепкий взгляд. Затем кивнул.

– Хорошо. Ты правильно поступил, – одобрил он. – Что ж, более не смею вас задерживать. Леди Стаут, полагаю, мне не надо вам объяснять, что не стоит совершать никаких глупостей. Все они напрямую отразятся на юном лорде Стауте. Надеюсь, это понятно?

Ив стиснула зубы и заставила себя покорно кивнуть.

– Ладно, ступайте. И, Джей, – окликнул Ксандер. – Надеюсь, и ты понимаешь, что леди Стаут не должна узнать о ритуале до того, как шкатулка окажется в наших руках?

– Понимаю.

– Обещай, что ничего не расскажешь.

Джей на миг замер.

– Обещаю, – произнес он без малейшего колебания.

Удовлетворившись ответом, Ксандер небрежно махнул рукой и снова погрузился в чтение документов. Ив зашагала за Джеем к дверям. Когда они вышли и свернули за угол, Джей схватил Ив за локоть и развернул к себе лицом.

– Я же просил ко мне не приходить, – сердито прошептал он. – Объяснишь, как ты тут оказалась?

– Я и не приходила, – ответила Ив. – Кассий отыскал меня в Нижнем городе и привез.

Джей на миг замер.

– Вот как, – вздохнул он и отпустил Ив. – Похоже, я слишком долго валялся в постели и отстал от дворцовых интриг. Я только вчера узнал о твоем брате и планах Ксандера. Я пытался тебя предупредить, посылал слугу, но он не нашел твой дом и оставил от меня короткое послание на курьерской станции. Наверное, мне надо было прийти самому.

– Ах вот что… – протянула Ив. – Значит, новости были не об отце?

– Нет. Новости касались твоего брата. Собственно, ты их уже узнала.

– Как Рикон впутался в дела с контрабандой?

– Вероятно, к нему обратились прежние партнеры твоего отца и предложили возобновить торговлю. Возможно, никто бы и не узнал, если бы Ксандеру не понадобился компромат… Надеюсь, ты веришь, что я к этому непричастен?

– Верю, – ответила Ив, не задумываясь.

Джей выдохнул и настороженно оглядел пустой коридор.

– Давай лучше продолжим в другом месте, – предложил он и повел Ив на второй этаж, в свои покои.

Зайдя в гостиную, Ив поискала взглядом Людвига.

– Мы одни, – сообщил Джей. – У Людвига выходной. Ему порядком надоело выгонять моих назойливых гостей, и я позволил ему несколько дней отдохнуть. Да и мне пора возвращаться к своей прежней жизни. Располагайся.

Ив рухнула на диван и обхватила себя руками – ее бил озноб. Все случившееся до сих пор не укладывалось в голове. Мысли отчаянно метались, разрываясь между Даниелем и братом.

– Все пошло кувырком, – пробормотала Ив. – Случилось то, чего опасался отец, а мои поступки все только усугубляют. Я подвела Даниеля и не выполнила свое обещание. Теперь Ксандер держит моего брата в заложниках и заставляет против воли отдавать Книгу судеб. А Даниель объявил королевству войну.

– То есть сейчас бы ты поступила иначе? Ушла за Даниелем и бросила брата?

Ив сокрушенно покачала головой.

– Ах! Разумеется нет!

– Тогда перестань себя мучить. Ты все сделала верно.

– Будешь теперь меня убеждать, что выбор Ксандера – наилучшее решение? Что именно он достоин Книги судеб?

– Я не собираюсь тебя ни в чем убеждать. Особенно в чем сам не уверен.

Джей наполнил бокал и протянул его Ив.

– Ты вся дрожишь. Выпей.

– Что это?

– Узнаешь. Пей одним глотком.

Ив с подозрением посмотрела на темно-янтарную жидкость, но последовала указанию и залпом осушила бокал. И в тот же миг горло обжег огонь.

– Ох-хо-хо, – выдохнула Ив и закашлялась. – Что это такое?

– Бренди с перцем, – криво усмехнулся Джей. – Это самый крепкий сорт, но вот увидишь, сейчас тебе станет лучше.

Напиток оставил на языке острый привкус фруктов, дуба и табака. Ив зажмурилась и откинулась на подушки. Спустя минуту жар в горле угас, сменившись теплом в животе, по телу разлилась приятная легкость. Нервная дрожь отпустила, и даже в голове прояснилось.

– Никогда не пробовала ничего подобного, – призналась Ив, – но, кажется, мне действительно уже лучше.

Она обхватила руками подушку и опустила на нее подбородок.

– Скажи… – вопрос вертелся на языке, но Ив не была уверена, что хочет услышать ответ. – Скажи, ты тоже считаешь, что мой выбор ничего не значит? Что я ошиблась с Избранником?

Джей тоже сел на диван и поставил на столик перед собой еще один бокал с бренди.

– Даниель, безусловно, обладает хорошими лидерскими качествами, сильной волей и м-м-м… обаянием. Он смог бы возглавить магов, и они пошли бы за ним, но… его желание усилить их власть в королевстве больше походит на одержимость. Представь, как бы он распорядился Книгой судеб, если даже без нее он объявляет войну.

Ив упрямо поджала губы.

– Ты ошибаешься. Даниель не хочет войны. Я знаю. Ксандер вынудил его это сказать, но на самом деле у Даниеля лишь благие намерения. Он хочет помочь магам и добиться справедливости. И, в отличие от Ксандера, не собирается захватывать власть.

– Ну, знаешь ли, далеко не все благие намерения ведут к чему-то хорошему.

Ив вспомнила холодную решимость Даниеля, когда он говорил о войне, и темный блеск в глазах, когда предлагал Рикону помощь. В сердце закралось предательское сомнение, но Ив его прогнала. Нет, она не ошиблась в Даниеле. Он не использовал бы силу во вред. Он обещал.

– Ты так говоришь, потому что занимаешь сторону Ксандера, – снова возразила она.

Джей поболтал бренди в бокале.

– Нет, Ив, я не занимаю ничью сторону.

– Разве? Тогда как ты объяснишь то, что украл для него свитки? Почему ты ему служишь? Кто он тебе?

– Я не служу ему, Ив, и говорил тебе об этом, – ответил Джей, обойдя вниманием последний вопрос. – Да и свитки я не крал, а лишь позаботился о том, чтобы они попали ко мне. Почему? Во-первых, у меня были на то свои причины. А во-вторых… Да, время от времени я помогаю Ксандеру, как, впрочем, и многим другим. Он попросил меня перехватить свитки еще пару месяцев назад, поскольку они интересовали твоего отца. Как ты знаешь, Ксандер за ним следил.

– И ты мне ничего не сказал?

– Я собирался, но ты как раз внесла меня в список врагов, и я не успел. Между прочим, ты тоже ни словом не обмолвилась ни о свитках, ни о том, что твоя мать была Хранителем…

Джей затянул многозначительную паузу, и, фыркнув, Ив вынуждена была признать, что они оба увязли в недомолвках и тайнах.

– Как тебе известно, – попыталась она выкрутиться, – у меня не было возможности тебе ничего рассказать, поскольку твой слуга постоянно захлопывал у меня перед носом дверь.

Глаза Джея лукаво сверкнули.

– Ах вот как! Выходит, ты надо мной насмехался? – воскликнула Ив и с наигранным возмущением толкнула его локтем в бок.

– Ох! Я повержен! – Джей принялся картинно закатывать глаза и задыхаться. – Твои локти острее стрел! Пощади! Я осознал свои ошибки и молю о прощении!

Ив не выдержала и засмеялась.

– Так и быть. Ты прощен, – снисходительно сказала она и, чтобы снова не рассмеяться, строго прибавила: – И не меняй, пожалуйста, тему.

Джей перестал задыхаться и хохотнул.

– Желание дамы – закон. Итак? На чем мы остановились?

– Мы говорили о свитках и Ксандере. Если ты служишь не ему, то кому?

Губы Джея тронула загадочная улыбка.

– Интересам королевства, конечно. Кому же еще?

Он одним глотком осушил бокал и с видом довольного кота прикрыл глаза. Ив покусала губы и не нашла, что сказать.

– А что ты сделал со свитками? – спросила она. – На самом деле.

– Сжег. На самом деле. Я бы не посмел лгать Ксандеру. Он бы это сразу заметил.

– Но мне-то ты расскажешь, что в них было? Да?

– Не расскажу, – покачал головой Джей и, прежде чем Ив успела возмутиться, примирительно поднял руки. – Ради тебя же самой. Я не хочу, чтобы, поддавшись порыву, ты сделала что-нибудь необдуманное.

Ив раскрыла рот, но непреклонный взгляд Джея убедил ее, что спором она ничего не добьется. По крайней мере, сейчас. Она вздохнула и откинулась на подушки. После смеха и глотка бренди на душе стало легче и спокойнее. Джей умел обращать все заботы в шутку. Рядом с ним проблемы казались несерьезными, а трудности – преодолимыми. Но все же их надо было как-то решать.

– Я должна поговорить с Даниелем, – сказала Ив. – Если мне удастся отговорить его от войны, то стоит попробовать.

– Я бы на это не рассчитывал.

– Почему? Ксандер ведь не будет вести переговоры – он будет требовать и угрожать… – у Ив вдруг перехватило дыхание. – Ох, Джей, а что, если Ксандер хочет убить Даниеля?

Джей скептически изогнул бровь.

– И как ты себе это представляешь? Ксандер не самоубийца, чтобы нападать на Даниеля в лагере Пыльных магов. Нет, Ив, он будет договариваться. Пока не знаю, как и о чем, но будет. Ксандер нуждается в поддержке магов, поэтому и стремится получить Книгу судеб.

– А если у него не получится договориться?

– Надеюсь, что получится. В противном случае… – Джей вздохнул и покачал головой.

– Будет война, так? Джей, я должна попасть в Пыльные пустоши прежде Ксандера. Ты же возьмешь меня с собой?

– Возьму при одном условии.

– Чего ты хочешь?

Джей встретился с Ив взглядом. Его лицо было предельно серьезным.

– Я хочу полного и безоговорочного доверия. Ты должна обещать, что будешь делать все, как я говорю. И на этот раз никаких юных защитников.

Ив улыбнулась.

– Никаких защитников, обещаю. Я не стала бы снова подвергать Мико опасности.

– И ты будешь меня слушаться?

– Буду.

– Хорошо. Тогда мы поедем вместе.

Ив выдохнула с облегчением, но мысль о брате вновь наполнила сердце тревогой.

– Только я не могу уехать и оставить Рикона во власти Ксандера. Чем бы все ни обернулось в Пыльных пустошах, он не должен стать заложником ситуации. Мне надо забрать документы. Я видела, Ксандер спрятал их в ящик стола. Если ты покажешь мне тайный ход в его кабинет, то я…

Джей покачал головой.

– Нет. Ксандер их там не оставит. Он сегодня же увезет их в свой особняк.

– У него есть особняк? И ты знаешь, где он их спрячет?

– Знаю.

– Ты мне покажешь?

Джей встал и подошел к окну. Солнце клонилось к закату, превратив шелковые занавески в жидкий металл. Ив знала – своей просьбой она поставила Джея в трудное положение, заставив выбирать между ней и Ксандером. Кем бы маг ему ни приходился, но сейчас в душе Джея шла борьба, на исход которой Ив повлиять не могла.

Сиреневые тени теснили солнце, а Джей все стоял и глядел на тающий за окном день. Наконец он обернулся.

– Как ты отнесешься к тому, чтобы немного переодеться?

Ив заметила лукавую улыбку в уголках его губ и тоже улыбнулась.

– Ты хочешь, чтобы я снова притворилась пажом?

Улыбка Джея стала шире.

– О нет! Намного лучше! На этот раз ты будешь моим мотыльком.

Глава 21. Бал-маскарад

– Каждый год, в первый день лета, Ксандер устраивает в своем особняке бал-маскарад, – рассказывал Джей на следующий вечер.

Они ехали в наемном экипаже через Верхний город в особняк Ксандера. На улицах постепенно сгущались сумерки. Отсветы фонарей мелькали огненными всполохами на темной обивке кареты.

– Некоторые считают, что он устраивает маскарад, чтобы незаметно ходить среди гостей и подслушивать их разговоры, но это полный вздор. Летний бал позволяет ему усилить свое влияние среди знати и заручиться поддержкой и между тем скрыть свое отсутствие. Ксандер не выносит шумные сборища и пустое веселье. Выведывать для него тайны и сплетни могут доверенные лица, чем они с успехом и занимаются.

Джей положил к себе на колени коробку из плотной бумаги и снял крышку.

– Для нас же с тобой это отличный способ попасть в его особняк, не привлекая внимания, и забрать письма твоего брата.

На дне коробки лежали две изящные маски. Одна была в виде остроухой лисицы, раскрашенной в золотисто-бронзовые цвета. Вторая – в форме мотылька с раскрытыми серебристо-черными крыльями.

Ив взяла свою маску и примерила. Крылья мотылька закрывали почти все лицо, оставляя открытыми лишь уголок лба и губы. Материал был прочным, но гибким, с бархатными вставками внутри. Ив завязала на затылке атласные ленты и спрятала их в густых волосах.

Экипаж тем временем свернул с улиц города и покатил по загородной дороге, мимо роскошных домов знати, укрытых садами и высокими заборами. Особняк Ксандера стоял на некотором удалении от прочих домов, в окружении дубов и орешника. Перед трехэтажным зданием из белого камня был разбит красивый парк с фонтанами и беседками. Бронзовые ворота с вензелями охраняли королевские гвардейцы в светлой парадной форме. Вдоль подъездной аллеи полыхали яркие огни, на деревьях висели цветные фонарики.

Карета скрипнула и остановилась. Джей надел маску лисы, выбрался наружу и подал Ив руку. По мощеной тропинке они направились через ухоженный сад к особняку, откуда доносились музыка и смех. В кустах трещали сверчки, а на подъездной дороге громыхал очередной экипаж – бал начался недавно, и гости еще прибывали.

Ив нервно пробежалась пальцами по платью, стараясь справиться с охватившим ее волнением. Переливчатая серебристая ткань с черным узором идеально подходила к маске. Тонкие бретельки подчеркивали плечи и грудь, а высокий разрез сбоку доходил почти до середины бедра. С непривычки платье казалось слишком открытым. Впрочем, оно не стесняло движений и совсем не шуршало – подходящая одежда, чтобы обокрасть чей-нибудь дом.

– Расслабься, – шепнул Джей. – Мы же идем развлекаться, ты не забыла?

Ив ответила напряженной улыбкой и вцепилась в подол платья, чтобы скрыть, как дрожат руки. Она собирается проникнуть в тайник Ксандера – самого могущественного и опасного в королевстве мага! Как тут расслабишься?

– А знаешь что. Возьми-ка меня лучше под руку, – предложил Джей. – Мы как-никак пару изображаем.

Ив оставила в покое подол, взяла Джея под локоть и постаралась подстроиться под его легкий пружинистый шаг. К удивлению, это помогло. Уверенная походка прибавила уверенности и внутри. Ив расправила плечи и подняла подбородок.

– Вот. Это другое дело, – похвалил Джей. – Ты быстро учишься. Молодец.

Они поднялись по широким ступеням и оказались в просторном холле. По бокам стояли слуги в белоснежных ливреях, у подножия мраморной лестницы ожидал седовласый дворецкий.

– Добро пожаловать на летний бал, лорд Риверс! – поприветствовал он и отвесил поклон. – Прошу вас, проходите в бальный зал на втором этаже.

– Благодарю, Ренсер, – ответил Джей и с притворной досадой сорвал с лица маску. – Какой в ней смысл, если все тебя узнают!

Он сунул маску в руки дворецкому и повел Ив наверх.

– Только ты маску ни в коем случае не снимай, – предупредил он. – Мне она будет мешать, а вот тебя никто не должен узнать. Твой приход обязательно насторожит Ксандера.

У дверей бального зала на втором этаже тоже поджидали слуги, но их приветствия утонули в оживленном гуле. Смех, музыка, звон бокалов, шорох ног, гомон сотни голосов неслись со всех сторон. Зал заполняла пестрая толпа гостей в красочных нарядах и масках. Между ними сновали слуги с напитками. Из распахнутых настежь балконных дверей струился свежий вечерний воздух. И все вокруг искрилось от света: расписанные золотом стены и зеркала, украшенный фресками высокий потолок с люстрами и отполированный до блеска пол.

Джей наклонился к Ив и шепнул:

– Ты пока развлекайся, а я узнаю, что к чему. И будь осторожна, – легким движением головы он указал вперед, на хохочущую среди группы мужчин даму с огненными волосами.

– Ирис, – кивнула Ив.

– Думаю, она тебя не узнает, – подтвердил Джей, – но держись в стороне.

Он взъерошил свои светлые волосы, одернул кремовый камзол и нырнул в бурлящую толпу гостей. Ив растерянно огляделась вокруг: и как прикажете тут развлекаться? Несколько заинтересованных глаз скользнули по ее одинокой фигуре. Нельзя привлекать внимания. Ни в коем случае нельзя! Тогда какого проклятья она стоит столбом у дверей? От волнения пересохло во рту. Ив посмотрела на бокалы с вином, но тут же отказалась от этой идеи: сегодня, как никогда, требовалось сохранять голову ясной. Еще один любопытный взгляд обратился в ее сторону. Ив отвернулась и двинулась в глубь зала, подальше от Ирис, хоть и хотелось поступить наоборот.

В центре зала в танце кружились десятки пар, а чуть в стороне молодой маг развлекал гостей, показывая иллюзии. Когда Ив приблизилась, в воздух взлетели пестрые птицы с диковинным оперением, а мгновение спустя их место заняли выпрыгивающие из пола дельфины и рыбы. Гости ахали и хлопали в ладоши.

Не сразу, но Ив оценила этот ход Ксандера. Пока на площадях кричат о том, что маги опасны, здесь они демонстрируют знати, что никакой угрозы не представляют и способны только забавлять публику красочными представлениями. Умно придумано, ничего не скажешь. Надо отдать Ксандеру должное.

Ив побрела дальше, стараясь держаться в стороне от толпы. В конце зала от угощений ломились столы. Тарелки заполняла еда на любой вкус, от пирогов с олениной до запеченной щуки. Пышные торты, ажурные лебеди из золотой карамели, пирожные в виде зверей и замков – от обилия блюд разбегались глаза, но волнение напрочь отбивало аппетит. Сердце замирало в груди, стоило Ив представить, как Ксандер ловит ее на краже документов. Что тогда случится с братом? Об этом не хотелось и думать.

– Вы позволите пригласить вас на танец?

В проходе вырос высокий темноволосый мужчина в маске совы. Ив вздрогнула и отступила на шаг – на миг ей показалось, что перед ней стоит Ксандер. Но тут же себя одернула: голос незнакомца был слишком мягким и молодым.

– Простите, но я не танцую, – запинаясь, пробормотала Ив.

Мужчина с разочарованием поклонился и отошел в сторону. Ив схватила с подноса бокал с водой и сделала жадный глоток. Кто был этот мужчина? Шпион Ксандера? Он уже знает, что она здесь, и готовит ловушку? Или не знает и хочет выяснить, зачем она пришла в его дом?.. Нет-нет, безумие! Ксандер ничего не знает и не подозревает о ее затее. Да и откуда бы он узнал? Он слишком уверен в своей власти и не ждет, что кто-то пойдет против него. Надо успокоиться и взять себя в руки…

Чьи-то руки обвили Ив за талию. Ахнув, она дернулась и пролила воду из бокала на пол.

– Да тише ты! – рассмеялся Джей. Он развернул Ив к себе и посмотрел ей в глаза. – Я отсутствовал всего десять минут, а ты опять вся на иголках?

– Джей, тут все таращатся на меня. Вот сейчас подходил мужчина в маске совы и приглашал на танец. Что, если он шпион Ксандера? Что, если он… – Ив запнулась, услышав смех Джея. – Ты чего?

– О боги, Мотылек! А ты не думала, что интересуешь мужчин только потому, что им нравишься? Не все здесь шпионы Ксандера.

– Нравлюсь? – Ив пришла в замешательство. Нет, о подобном она не думала. Хотя это открытое платье… Оно удобное, как штаны, но выглядит-то иначе.

– Ты красивая. Особенно, когда не дергаешься.

Джей улыбнулся, и Ив осознала, что он до сих пор ее обнимает. Казалось, объятие должно выйти неловким, но руки Джея дарили спокойствие и уют. Рядом с ним Ив чувствовала себя защищенной.

«А ведь верно, – подумала она. – Мы должны выглядеть парой, чтобы наш шепот не вызывал подозрений. И Джей опять справляется со своей ролью лучше меня».

– Что ты узнал? – спросила она, пытаясь сосредоточиться на их цели.

– Сегодня Ксандер созывает здесь Совет магов и прибудет раньше, чем я ожидал. Обычно он появлялся после полуночи.

– Мы успеем?

– Вполне. Но лучше не тянуть. Надо попасть в покои Ксандера, пока охрана и слуги заняты встречей гостей.

– Тогда идем?

– Да. Пойдем.

Ив отстранилась, и Джей выпустил ее из объятий. Смолкшая ненадолго музыка заиграла вновь, и гости закружились в танце по залу. Замелькали пестрые платья, завертелись перья на масках. Застучали каблуки в ритме вальса.

– Я опять не успел пригласить тебя на танец, – пробормотал Джей.

– Опять? – удивилась Ив.

– Конечно, Мотылек. Мы упустили столько возможностей. Впрочем, нас сейчас ждет не менее увлекательный танец.

Ив заглянула ему в лицо, ища сомнение или тревогу, но в золотистых глазах сверкали лишь азартные огоньки. Джей улыбнулся, и Ив опять почувствовала себя уверенно и спокойно. Все пройдет хорошо, иначе и быть не может.

Они двинулись к выходу. Гости то и дело окликали Джея, и ему приходилось останавливаться и отвечать на приветствия. Уже у дверей его перехватила светловолосая дама в маске рыси.

– Только посмотрите! Это же Джей! – воскликнула она. – Тебя та-а-ак давно не было видно! Куда ты пропал? Злые языки утверждали, что тебя и в живых уже нет!

– Как видишь, моя дорогая, слухи о моей смерти несколько преувеличены.

– Вижу, – девушка игриво рассмеялась и повисла у Джея на руке. – Я, конечно же, не поверила, – сказала она, понизив голос, – но все же… Неужели то, что о тебе говорят, правда?

– Что бы это ни было, моя дорогая, все – правда! Даже не сомневайся! А сейчас прошу извинить.

Джей с очаровательной улыбкой стряхнул девушку с руки, и, притянув к себе Ив, зашагал дальше. Девушка-рысь с разочарованным вздохом посторонилась.

– И что о тебе говорят на этот раз? – с улыбкой спросила Ив. Через тонкую ткань платья она явственно ощущала тепло ладони у себя на талии и постаралась об этом не думать.

– Ну, видишь ли, я не смог скрыть новость о своем ранении, и по этому поводу теперь гуляют различные сплетни. Особенно всем полюбилась история, в которой я получаю стрелу, спасая в лесу от разбойников прекрасную даму. И я даже догадываюсь, кто автор этой баллады – одна наша рыжеволосая знакомая.

Ив рассмеялась.

– Но это правда. Ты спас меня и Мико. Пусть не совсем от разбойников, но это был отважный поступок, достойный баллад.

Джей поморщился.

– Боюсь, героический образ мне не к лицу. Не хватало мне еще толпы романтически настроенных девиц у дверей. Людвиг такого не выдержит.

– Вот уж не думала, что подобное способно тебя огорчить. Насколько я помню, сотня девушек – как раз то, что тебе нужно.

Джей бросил на Ив косой взгляд.

– Вот уж не думал, что ты мне это припомнишь.

Они вышли в вестибюль и поднялись на третий этаж. Круглый холл наверху сверкал мрамором и позолотой. Глянцевый пол украшал мозаичный узор в бордовых тонах. Вместо потолка над головой висел стеклянный купол, сквозь который с черного неба глядели ясные звезды.

Холл распадался на три крыла. В западном и северном – царил полумрак, зато в южном – приветливо горели огни. Джей повел Ив к раскрытым дверям, но не успели они сделать и пару шагов, как их остановил грозный окрик:

– Эй, вы! Туда нельзя!

Из темноты бокового коридора выступил крепкий плечистый мужчина и двинулся им наперерез. Его рука лежала на рукояти кинжала. Доспехи из черной кожи выдавали наемника, который, очевидно, охранял личные покои хозяина.

– А ну живо ступайте вниз! Гостям сюда не дозволено.

Джей шагнул навстречу наемнику, заслоняя собой Ив.

– Привет, Лутас, – дружески кивнул он.

Наемник остановился и, помедлив, убрал руку с кинжала.

– А, это ты, Джей. Прости, не узнал.

– Теплый же у тебя прием, Лутас, нечего сказать. Ты всех так встречаешь?

– Прости, но таковы указания.

– Ксандер велел гнать взашей всех гостей? Как невежливо с его стороны.

– Ну, как бы нет. Не взашей… Понимаешь, дело в том, что он собирает тут своих магов и велел, кроме них, никого не пускать. Я как бы не против, Джей. Правда. Но сам пойми. Приказ есть приказ. Тебе придется уйти.

– Да брось, Лутас. Ты же меня знаешь, я в долгу не останусь. Я всего лишь хотел показать своей даме картину, которая висит в гостиной у Ксандера. Редкие коллекции живописи – ее слабость, а что не сделаешь ради дамы? Ты же меня понимаешь?

Джей лукаво улыбнулся и подмигнул наемнику.

– Картину, говоришь, показать? – Лутас покосился на Ив. Несколько секунд он, прицениваясь, оглядывал ее с ног до головы, затем с пониманием усмехнулся. – Да, хороша у тебя… кхе… картина, говорю, хороша. Ладно. Так и быть, проходи. Только смотри недолго. Не хочу, чтобы Ксандер вернулся и застал, как ты со своей дамой развлек… кхе… картины разглядываешь.

Джей рассмеялся, причем абсолютно искренне.

– Поверь, Лутас, я этого тоже совсем не хочу, – он шагнул было к двери, но опять обернулся. – Да, и кстати, Лутас. Считай, я забыл про тот карточный долг.

– О! А вот это действительно кстати! Благодарствую! – довольно хохотнул наемник и побрел обратно в темный коридор. – Вот же везучий пройдоха.

Джей взял Ив за руку и повел в противоположную сторону.

– Теперь он нам точно не помешает. Прости, что заставил его подумать, будто мы с тобой…

– Знаю, что он подумал! – перебила Ив, почувствовав, как под маской вспыхнули щеки. И уже мягче прибавила: – Я не сержусь.

Джей улыбнулся и зашагал впереди.

Южное крыло представляло собой вереницу комнат, соединенных единым сквозным проходом. Из первой гостиной с диванами и столиками они перешли во вторую с большим мраморным камином. Миновали библиотеку с высокими шкафами и мягкими креслами. И наконец оказались в последней гостиной, из которой две двери вели в спальню и кабинет.

Джей прикрыл за Ив дверь и с торжественным видом указал на стену в конце гостиной.

– А вот и картина.

– Картина? – Ив подняла маску на лоб и озадаченно уставилась на стену.

Все пространство от пола до потолка занимала картина с изображением масштабной битвы. Две огромные армии на поле боя неслись навстречу друг другу, чтобы неминуемо столкнуться в центре полотна. Воины держали в руках мечи и знамена и скакали верхом на диковинных животных, некоторые из которых парили в воздухе.

– Я думала, картина – это уловка…

– Уверен, Лутас подумал так же, – лукаво улыбнулся Джей. – Но иногда лучше сказать правду, чтобы не попасться на лжи. Мы тут ради этой картины, Ив. Тайник Ксандера находится прямо за ней.

Джей прошел вдоль картины. По очереди коснулся пальцем зеленого знамени в руках воина, двух загадочных зверей и розовощекого юноши в шлеме, после чего раздался глухой щелчок. Картина вздрогнула и с тихим шорохом поползла вбок, открывая стальную дверь.

– Механизм довольно прост, если знать, как он работает, – пояснил Джей. – Ксандер намеренно не использовал магию, чтобы не привлекать к картине внимания, и положился на потайные рычаги, расположенные за полотном. Если соблюсти верную последовательность, картина сдвигается.

Джей подошел к двери и указал на три замочные скважины.

– Замки тоже следует открывать в определенном порядке. Сначала средний, затем верхний и только потом нижний. Если нарушить последовательность, то будет выпущен ядовитый газ, от которого мы в лучшем случае уснем, а в худшем – больше никогда не проснемся.

Ив ошеломленно уставилась на дверь.

– А Ксандер умеет хранить секреты. Надеюсь, ключи у тебя есть?

– Нет. Ксандер их носит с собой. Но мы и без них обойдемся, поскольку у тебя есть кое-что лучше. У тебя есть я, – Джей отогнул край камзола и показал во внутреннем кармане ряд металлических отмычек. – Я займусь замками, а ты пока последи за входом. Если сюда кто-нибудь войдет, то никакие намеки на любовное приключение нас уже не спасут.

Ив вернулась к двери и выглянула наружу. В проходе до самого холла было пусто и безмолвно. Джей встал на одно колено перед замком, достал нужную отмычку, но потом замер и опустил голову.

– В чем дело? Что случилось? – забеспокоилась Ив, но в тот же миг все поняла. – Думаешь, что предаешь Ксандера, так?

– В некотором смысле я его действительно предаю, – тихо ответил Джей.

У Ив болезненно сжалось сердце. Неужели они с Ксандером все-таки братья? Это многое объяснило бы.

– Если ты хочешь отказаться, я не стану тебя осуждать. Ты и так сделал для меня слишком много…

– Нет, я не отказываюсь, – твердо произнес Джей и посмотрел Ив в глаза. – Ксандер не должен был так с тобой поступать и использовать твоего брата. Это моя оплошность. И я должен ее исправить.

– Твоя оплошность? – удивилась Ив. – О чем ты говоришь? Ты не виноват в том, что Ксандер решил собрать на Рикона компромат. А если уж говорить откровенно, то это полностью вина брата. И я жутко злюсь на него за это. Мало того, что он связался с контрабандой, да еще и так глупо попался.

Джей хохотнул.

– Не суди его строго. Незаконная торговля явно не его призвание. К тому же, когда он поймет, как близко стоял от края, то многое пересмотрит. И это еще одна причина ему помочь. Так что не будем терять время.

Джей снова склонился над замком. Несколько ловких движений и раздался щелчок. Джей выдохнул и перешел к верхнему замку.

– Почему ты этим занимаешься? – спросила Ив.

– Чем этим?

– Кражей секретов, взломом замков, – пояснила Ив, хотя была уверена, что Джей все понял и так.

– Подожди, не отвлекай меня, – с напряжением в голосе отозвался Джей.

Спустя минуту щелкнул второй замок. Джей перевел дыхание и уселся на пол, рассматривая последний замок.

– Почему я этим занимаюсь? А ты как считаешь?

– Не знаю. Ради денег? Для развлечения?

– Ради денег? – Джей фыркнул. – Без обид, Ив, но много я, по-твоему, сегодня заработал? А что до развлечений… Поверь, мне было безумно весело гадать, поменял ли Ксандер последовательность открытия замков или нет.

Ив вытаращила глаза.

– А ты в этом не был уверен?

– Был, но не до конца.

Щелкнул последний замок, и Джей улыбнулся:

– Все готово, миледи.

Ив направилась к тайнику, но неясный шум заставил ее снова прильнуть к двери. В желтых отсветах ламп в проходе двигался мужской силуэт.

– Сюда кто-то идет, – в панике прошептала Ив.

Джей вскочил на ноги и заглянул в щелку.

– Проклятье! Это Леонар. Какая забота его сюда привела?

– Кто?

– Леонар. Один из магистров Ксандера. Ты наверняка его помнишь. Он сидел на Совете рядом со своей сестрицей Лорель. Она считает себя самой умной, а он себя – самым красивым. И в их случае это недалеко от истины. А еще он упрям, как пень, и просто так не уйдет.

Джей ухватил Ив за плечи и развернул к себе.

– Планы меняются. Ты будешь искать письма своего брата, а я отвлеку Леонара. Он не должен увидеть, чем мы тут занимались, и тебя тоже. Если найдешь документы прежде, чем я вернусь, спускайся в бальный зал и жди меня там, – Джей взялся за ручку. – Ищи в ящиках справа. Скорее всего, ловушек внутри больше нет.

– Скорее всего?! – воскликнула Ив, но Джей уже выскользнул в коридор.

Ив с тихим стоном закатила глаза и уставилась на тайник.

– Знал бы ты, Рикон, что я ради тебя делаю.

Собравшись с духом, она подошла к двери и дернула за ручку. Свет из гостиной скользнул внутрь и осветил… абсолютно пустую комнату. Стены обшивала блестящая сталь, а гладкий квадратный пол покрывал шлифованный камень.

– Это что еще такое? – с недоумением пробормотала Ив.

Она взяла со стола лампу и зашла внутрь. Комната как была пустой, так и осталась. Браслет на руке не дрожал, что подтверждало отсутствие магии. Или не подтверждало?.. Ив протянула руку и осторожно коснулась холодной стали. Ничего не изменилось и не произошло.

– Нет, стоп, – одернула себя Ив. – Тут что-то не так. Все наверняка намного проще.

Она приподняла лампу и заметила на стенах небольшие углубления. Они шли через равные промежутки и тянулись по периметру комнаты в три ряда.

– Ну конечно! Ищи в ящиках справа, – выдохнула Ив последние слова Джея, наконец все поняв. Стены были не чем иным, как ящиками, а углубления – ручками.

Ив поставила лампу на пол и потянула за крайнюю выемку справа. Из стены выполз металлический ящик. Между вертикальными секциями лежали аккуратные стопки бумаг. Ив достала первую пачку и бегло просмотрела: личная переписка лорда из Озерного края, жалоба на мага, донесение на банкира, карты с какими-то отметками – множество чужих секретов, но ничего связанного с Риконом.

Ив убрала документы и огляделась: только на одной стене имелось восемнадцать ящиков. Сколько же времени уйдет на то, чтобы их все просмотреть? И успеет ли она найти письма Рикона до прихода Ксандера?

Не позволяя себе предаваться отчаянию, Ив выдвинула соседний ящик и продолжила листать документы. Планы и чертежи мешались с финансовыми отчетами и письмами, все документы лежали вразнобой. Ив не понимала логику их расположения и перебирала страницу за страницей в надежде увидеть знакомый почерк брата. Пальцы порхали среди бумаг, глаза не отрывались от темных строчек. Нервы были натянуты, как струна.

Ив захлопнула ящик и принялась за следующий. Письма, отчеты, карты. И опять ничего. От волнения и напряжения вспотели руки. Ив вытерла их о подол платья, чтобы не оставить следов, и снова взялась за документы. А что, если писем брата здесь нет? Что, если Ксандер их перепрятал? Что, если это ловушка, и появление Леонара не было случайным?.. Нет! Нельзя поддаваться панике! Надо просто искать.

Ив вытащила предпоследний в ряду ящик и наконец обнаружила то, что искала. Все письма брата лежали в одной связке. На всякий случай Ив просмотрела соседние документы, но других улик против брата не нашла. Спрятав письма за тугой поясок на спине, она взяла лампу и выскочила из тайника. Пора уходить!

Приоткрыв дверь, она выглянула в проход. Никого. В библиотеке стояла тишина. Из окон лился серебристый свет луны. Лампы горели ровно, ни одна тень не дрожала. Ив выскользнула за дверь, пересекла библиотеку и зашагала через вторую гостиную. Теперь главное – никому не попасться на глаза с документами. Где бы ни находились Джей и Леонар…

Ив резко замерла. Где-то звучали глухие голоса. Но откуда они доносились? В последней гостиной никого не было видно, а впереди уже манил пустотой сияющий мраморный холл. Ив помедлила, чувствуя, как громко в груди стучит сердце. Облизала пересохшие губы, снова прислушалась и двинулась дальше. Наверное, показалось. До холла оставался десяток шагов, когда на стене справа откинулся шелковый полог и из проема вышли Джей с Леонаром.

Время будто замедлило ход. Ив увидела, как расширились у Джея глаза. Как стремительно он повернулся к шедшему позади магу. Как схватил того за плечи и толкнул обратно в проход. Застигнутый врасплох Леонар накренился, пошатнулся, но устоял на ногах и уперся плечом в стену, не давая сдвинуть себя с места. Он оказался к холлу спиной, но стоило ему повернуть голову и…

Ив затаила дыхание, не смея вздохнуть и пошевелиться – забытая на лбу маска даже не скрывала лицо.

– Да убери от меня руки, Риверс! – возмутился Леонар и попытался вырваться из хватки Джея. – Я все никак не пойму, пьян ты что ли?

– Думаю, сейчас ты все поймешь.

То, как Джей произнес слово «сейчас», Ив восприняла как сигнал. Более не мешкая, она рванула к двери и выскочила в холл. И как раз вовремя: за спиной послышались звуки борьбы, громкий удар и яростный крик Леонара:

– Да ты совсем сдурел что ли, Риверс?!

От всей души надеясь, что Джей не пострадал, Ив бросилась к лестнице и едва успела надеть маску: прямо перед ней на ступенях вырос Лутас. Наемник нисколько не удивился ни ее взволнованному виду, ни растрепанным волосам. Он с ухмылкой отвесил поклон и посторонился. Вспыхнув, Ив ответила небрежным кивком и, стараясь сохранять спокойствие, направилась вниз.

В бальном зале играла музыка, гости кружились в танце. Ив пробралась мимо слуг, встала в тени у колонны и стала следить за входом. Первым в зал вошел Леонар. Его глаза гневно сверкали, на щеках пылал румянец. Он схватил с подноса бокал вина и нырнул в толпу. Спустя несколько минут появился и Джей. Заметив Ив, он пересек зал и увлек ее на балкон. Музыка и шум веселья звучали тут приглушенно. Всполохи света из зала пронзали темноту.

– Все в порядке? Ты нашла документы? – спросил Джей.

– Да, они у меня.

– Хорошо.

Джей вздохнул, оперся на каменные перила и уставился куда-то вдаль. Ив встала рядом. Балкон выходил на сад перед особняком. Среди кустов петляли подсвеченные фонарями тропинки. В декоративном прудике серебрилась дорожка лунного света, у беседок мерцали огни. У подъездной дороги вдалеке мелькали темные экипажи. Звонко орали лягушки, и трещали сверчки.

Ив подняла маску на лоб и втянула прохладный, свежий воздух. Руки еще дрожали, но скорее от облегчения.

– А как дела у тебя? – спросила она. – Все нормально?

– Да. Я запер тайник, после того как ушел Леонар. Думаю, до нашего отъезда Ксандер ничего не заметит. А после, скорее всего, это уже не будет иметь значения.

– Хорошо. Я боялась, что мы не успеем… А что, кстати, там делал Леонар? Ты не узнал?

– Скорее всего, он что-то искал. Возможно, следы Книги судеб. Не знаю. У меня с Леонаром как-то не задалось. Все это время я пытался уговорить его вернуться в зал и почти добился успеха, когда появилась ты…

– Прости, Джей, я не знаю, как так получилось. Я была уверена, что там никого нет… Надеюсь, ты не пострадал? Я слышала крики и шум. Что у вас произошло?

– Да так… ничего. Мне пришлось прижать Леонара к стене, чтобы он не вывернулся и не увидел тебя. А он, похоже, решил, что я собираюсь его целовать, ну и… несколько рассердился.

Ив недоуменно моргнула.

– А? Что он решил?

Джей поморщился.

– А что бы ты подумала на его месте, если бы кто-то заключил тебя в жаркие объятия? Да и Леонар тоже хорош! Разорался, как невинная девица. Было бы из-за чего шум поднимать.

Ив поняла, что давится от смеха, и расхохоталась – звонко, заливисто, от души. Согнулась пополам и смеялась, пока не заныл живот, и не заслезились глаза. Когда безудержный смех наконец прошел, Ив отдышалась, смахнула слезы и наткнулась на полный укора взгляд Джея.

– Мне, между прочим, было совсем не до смеха, – обиженно сказал он. – Я еле увернулся от кулака Леонара, а потом мне пришлось бегать от подушек, которые он швырял в меня с помощью магии.

– Он швырял в тебя подушки? – прыснула Ив. – О, Джей! По-моему, он заигрывал с тобой.

– Если бы. Мне жутко повезло, что в комнате не было ваз и прочей тяжелой ерунды. Думаю, Леонар запустил бы в меня и кресла со столом, но, к счастью, он вспомнил, что находится в гостиной Ксандера, и, пыхтя как чайник, сбежал.

Ив хрюкнула от смеха и зажала рот кулачком.

– Прости, – выдавила она.

– Угу. Рад, что сумел тебя повеселить, – проворчал Джей, хотя и сам уже улыбался до ушей.

– Нет, на самом деле. Прости, Джей. Я не хотела смеяться. Напротив, я очень ценю твою жертву… – губы Ив против воли растянулись в улыбке, – и чувствую себя виноватой. Что, если теперь Леонар начнет распускать сплетни?

– Сомневаюсь, что он будет об этом болтать. А если даже и так… Знаешь, лорд Риверс постоянно совершает странные поступки. Одной сплетней больше, одной меньше… кого это волнует?

– Ты так говоришь, словно лорд Риверс и ты – разные люди.

– В некотором смысле так и есть, – Джей нахмурился и сменил тему. – Ты документы не потеряла?

– Нет, они здесь, – Ив потянулась к пояску и вытащила бумаги. – Хотела бы я отдать их Рикону лично в руки, но, пожалуй, поступлю иначе.

Ив подошла к краю балкона, перегнулась через перила и поднесла письма к горящему на стене факелу. Бумага мгновенно схватилась, озарив лицо Ив яркой вспышкой. Страницы скручивались и чернели. Легкий ветерок подхватывал пепел и уносил в темноту ночи. Ив смахнула с балкона остатки сгоревших бумаг и полной грудью втянула напоенный прохладой и дымом воздух. На душе как никогда было легко и свободно.

Ив с улыбкой повернулась к Джею.

– Спасибо, что помог, Джей. Я очень тебе признательна. Одна бы я точно не справилась.

Джей прислонился спиной к перилам и сложил на груди руки. Его глаза мягко сияли золотыми отсветами из зала, губы тепло улыбались.

– Рад был помочь. Это определенно того стоило.

Он протянул руку и коснулся щеки Ив, поправляя упавшую на лицо прядь. От его нежного взгляда у Ив вдруг защемило сердце. В груди затрепетало робкое и смутное чувство, совсем не похожее на благодарность.

– Ах вот ты где! – раздался у Ив за спиной женский голос.

Она поспешно надела маску и оглянулась. На балкон шагнула светловолосая дама в маске диковинной птицы, украшенной длинными сине-зелеными перьями. Она смотрела на Джея, и Ив отошла в сторону.

– Здравствуй, Лорель, – отозвался Джей и шагнул ей навстречу.

– Так и знала, что отыщу тебя в каком-нибудь укромном уголке, – Лорель рассмеялась и помахала веером из перьев, который держала в руке. – Кстати, а что ты сделал с моим братом? Стоило мне спросить о тебе, как он раскричался и потребовал, чтобы в его присутствии я больше никогда не упоминала твое имя. Что произошло?

Ив с трудом подавила смешок.

– Ничего особенного, Лорель, – невозмутимо ответил Джей. – Я немного над ним подшутил. Надо же мне как-то тут развлекаться.

– Да? А так и не скажешь, что ты скучаешь, – Лорель с нескрываемым любопытством уставилась на Ив.

Джей прислонился плечом к стене, закрывая чародейке обзор.

– Чего ты от меня хотела, Лорель?

– К счастью, я – ничего. Тиена тебя искала. Просила передать, что ждет тебя в синей комнате. Она сказала, ты знаешь, где это.

– Да, знаю. Спасибо, Лорель, – Джей отвесил легкий поклон, давая понять, что разговор окончен.

Лорель вытянула шею, пытаясь заглянуть ему за плечо, но потерпев неудачу, усиленно замахала веером и зашагала прочь.

Джей вздохнул и повернулся к Ив.

– Ты меня подождешь? Я ненадолго. Только узнаю, чего хочет Тиена. В последний раз у нас состоялся плохой разговор. Наверное, она хочет помириться. Дождись меня. Уже ночь, я провожу тебя домой.

– Хорошо.

Джей на мгновение замялся, словно хотел добавить что-то еще, но затем повернулся и вышел в зал. Грянула очередная мелодия, зазвучали аплодисменты и дружный топот ног. Ив облокотилась на перила и посмотрела на сад. По тропинке внизу прошли два охранника. Их приглушенные голоса проползли вдоль кустов и растаяли в темноте. Снова затрещали сверчки, и запели лягушки. Но вскоре их прервал звонкий смех: в одну из беседок вбежала девушка, а следом за ней мужчина; он заключил девушку в объятия и поцеловал.

Ив отвела от них взор.

«Интересно, Тиена с Джеем сейчас так же мирятся в синей комнате? Рассыпаются в извинениях? Бурно сожалеют? Обнимаются?.. Хотя почему я думаю о Джее с Тиеной? Какое мне дело до их отношений? Пусть мирятся, как хотят. Мне это безразлично».

Внезапно ожидание показалось тягостным и мучительным. Ив оттолкнулась от перил и зябко поежилась. Оставаться в особняке у нее не было ни причин, ни желания. Да и Джей ей ничем не обязан… Ив качнула головой, прогоняя лишние мысли, и направилась в зал.

Она была почти у дверей, когда в зале появился Ксандер. На нем был дорожный плащ, в руках – связка писем. Он хмуро оглядел гостей, отдал слуге короткий приказ и зашагал по лестнице на третий этаж. Даже от столь недолгой встречи Ив пробрал холодок. Вся радость от уничтожения документов вмиг сошла на нет. Слишком наивно было полагать, что этим все кончится. При желании Ксандер сможет найти и другой способ ей угрожать.

– Собиралась одна улизнуть?

Ив вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Джей. От его возвращения на душе потеплело.

– Вовсе нет, – возразила она и виновато повела плечом. – Я просто замерзла на балконе.

Джей улыбнулся, но не стал подвергать сомнению ее слова – снял с себя камзол и набросил ей на плечи.

– Пойдем, поищем наш экипаж. Ксандер приехал. Нам самое время уйти.

Ив завернулась в согретый Джеем камзол и поняла, что и правда замерзла. Они спустились в холл, где седовласый дворецкий с поклоном вернул Джею маску лисицы.

– Приятной ночи, лорд Риверс.

– Благодарю, Ренсер.

Экипаж ждал у ворот. Джей забрался следом за Ив в карету и подал кучеру знак уезжать. Экипаж тронулся и покатил в город.

Ив сняла маску и положила в коробку.

– Ну как? Помирился с Тиеной? – спросила она.

Отчего-то вопрос прозвучал натянуто, с напряжением в голосе. К счастью, Джей ничего не заметил.

– Да, можно и так сказать, – рассеянно ответил он и посмотрел в окно. – Тиена хотела рассказать мне свой сон.

– Какой сон? – Ив вдруг охватила тревога: один сон чародейки уже сбылся.

– Ей приснилось, что я стою на перекрестке дорог и как только выбираю одну из них, меня накрывает плотный туман, и я в нем пропадаю, – Джей немного помолчал и добавил: – Тиена считает, что это плохой знак.

Ив озабоченно нахмурилась.

– А ты так не считаешь?

– А я не верю в плохие знаки, Ив. Перекресток может означать начало нового пути, и это не всегда плохо. Если верить в хорошее, то дурное не случится. Вот во что верю я.

Джей повернулся к Ив, и его глаза весело заблестели.

– А ты никак переживаешь за меня, Мотылек? Неужели я тебе небезразличен?

– Нет… то есть да, – растерялась Ив.

Столь прямой вопрос привел ее в смятение. Конечно, судьба Джея ее волновала, но вот вопрос: почему?

– По-моему, ты несерьезно отнесся к словам Тиены, – забормотала Ив. – Мы едем в Пыльные пустоши и не знаем, что нас там ждет. Один раз ты чуть не умер у меня на руках. Я не хочу, чтобы это повторилось снова.

Джей улыбнулся и опять посмотрел в окно.

– Не волнуйся, Мотылек, я не собираюсь там умирать. Магия мне не опасна, а арбалетов, насколько я знаю, у магов нет.

Ив хотела в это верить. Она плотнее завернулась в теплый камзол и ощутила тонкий и приятный аромат. Запах Джея. Ив вспомнила, как он обнимал ее на балу, и по телу побежали мурашки.

«Да что такое со мной?» – подумала она с удивлением и повернулась к окну.

Экипаж ехал по притихшим улицам Нижнего города. У переулка он остановился. Джей попросил кучера подождать и пошел провожать Ив домой. Почти все окна были темны, улицы освещали лишь редкие фонари: люди тут рано ложились спать и так же рано вставали.

На крыльце Ив вернула Джею камзол и посмотрела на светлое окно гостиной.

– Ты зайдешь? – предложила она. – Велена будет рада тебя увидеть.

Джей двинулся к лестнице, но вдруг замер.

– Как необычно, – прошептал он и прищурил глаза. – Как это выглядит?

– Что выглядит? А, ты про магию? – сообразила Ив, вспомнив, что заклятие Даниеля до сих пор действует. – Магия создает видимость, что на месте моего дома стоят соседние.

– Ясно. Даниель наложил? Ну конечно. Запретная магия Пыльных пустошей… – на лице Джея появилась странная усмешка. – Знаешь, похоже, мое присутствие тут уже ни к чему.

– Да перестань, – улыбнулась Ив. – Зайди хоть на минуту. Я покажу, как обставила дом. Там стало очень уютно.

– Нет. Пожалуй, в следующий раз, – Джей отступил, решительно запахнув камзол. – Доброй ночи, Ив. Увидимся во дворце. Я выезжаю завтра рано с утра. Не опаздывай, пожалуйста.

Он развернулся и зашагал прочь. Вскоре темнота скрыла его с глаз.

Глава 22. Гнев и милость короля

На следующее утро Ив встала с первыми лучами солнца и отправилась во дворец. К удивлению, двор уже не спал и возбужденно жужжал. В главном холле суетились пажи, у дверей толпились придворные. Джей тоже был там. Он вручил дорожные сумки пажу, отдал распоряжения и повернулся к Ив. Его взгляд неторопливо изучил ее одежду и застыл на собственном серо-голубом плаще, который Ив надела в дорогу.

– Пожалуй, тебе он идет намного больше, чем мне, – заметил Джей, и его губы дрогнули в улыбке. – Ладно, пойдем. Надо найти Ксандера и забрать у него портал.

Ив спрятала улыбку и последовала за ним через холл. Возле дверей тронного зала собралась целая толпа придворных. Разбившись на группки, они о чем-то шептались и настороженно поглядывали по сторонам. Их неразборчивое бормотание наполняло зал тревожным гулом.

Джей пробрался мимо вельмож и подозвал к себе разодетого в бархат толстяка.

– Приветствую, Оттер. По какому поводу собрание? Обсуждаете, как побороть бедность? Давно пора. Только смотрю, у тебя что-то лицо недовольное.

Оттер закатил глаза и прошептал:

– Король изволит гневаться.

– Вот как?

– Именно так! Со вчерашнего дня он пребывает в дурном настроении и даже отменил утреннее собрание Малого Совета. А недавно заперся в тронном зале со своими сыновьями.

– С сыновьями? Хочешь сказать, Ксандер тоже там?

– Ну да! Я так и сказал.

– Понятно. Благодарю, Оттер.

Джей кивком позвал Ив за собой и направился в ближайший коридор.

– Наш добрый король изволит гневаться… как любопытно…

– Куда мы идем? – спросила Ив.

– В тронный зал. Ты же слышала, Ксандер там. К тому же я как-то обещал представить тебя королю. Ну вот. Отличная возможность.

– Отличная возможность? – воскликнула Ив и опустила глаза на свой дорожный костюм. – По-моему, это неудачная идея. Король в гневе… да и я одета неподходяще.

– Не переживай, – улыбнулся Джей. – Наш король не судит людей по одежде. Да и гнев свой не обращает на невинных.

Любовь и теплота в его голосе заставили Ив снова задуматься о том, кем же Джей приходится королю. Они свернули за угол. Ив пригладила волосы, убеждаясь, что заплетенная Веленой коса сохранила опрятный вид, и одернула плащ, попутно стряхивая пылинки.

Возле узкой дверцы Джей остановился и кивнул стоящему на страже гвардейцу.

– Пропусти, – велел он и показал что-то за отворотом рукава.

Гвардеец без возражений снял с пояса ключ и отпер дверь. Джей завел Ив в сумрачное помещение, сплошь заставленное стеллажами со свитками, и гвардеец запер за ними дверь. По тесному проходу они добрались до коридора, который вывел их в новую комнату. Вместо стеллажей там стояли четыре стола, заваленные учетными книгами и бумагами. В затхлом воздухе висели запахи старого пергамента и пыли. В конце комнаты была еще одна дверь. Джей толкнул ее и пропустил Ив вперед.

Она переступила порог и ахнула от восхищения: перед ней во всем великолепии предстал тронный зал. Мраморные стены и пол сверкали строгими оттенками королевских цветов: белым и голубым. По периметру зала тянулись ажурные арки и галереи второго этажа. К ним возносились резные колонны и винтовые лестницы. Сводчатый потолок поднимался так высоко, что терялся из вида. Солнечный свет, проходя сквозь витражные окна, озарял все вокруг радужными переливами.

В конце зала на мраморном помосте возвышался бархатный трон с королевским гербом на спинке, но, к удивлению, он пустовал. Король стоял внизу, перед длинным столом. Напротив него, вжавшись в спинку кресла, сидел принц Робер. Его глаза были опущены, а пальцы нервно барабанили по подлокотнику. Лицо принца было бледным и сосредоточенным. Справа от короля восседал Ксандер. Он смотрел на сложенные перед собой руки и, в отличие от принца, держался уверенно и невозмутимо.

В тот момент, когда Ив вошла в зал, король грохнул кулаком по столу и с гневом воскликнул:

– Я еще не умер, чтобы вы делили мой трон!

Слова короля с гулким эхом прокатились по залу, и воцарилась оглушительная тишина. Джей осторожно прикрыл за собой дверь и подтолкнул Ив к рядам скамеек возле колонн. Стараясь не шуметь, они миновали проход и устроились на дубовой скамье в среднем ряду.

Король взял связку бумаг и швырнул через стол.

– Еще три прошения к тем семи, что я уже получил. Не слишком ли далеко ты, Робер, зашел в своей ненависти к брату?

Прямое обращение короля заставило принца Робера поднять глаза и перестать теребить подлокотник.

– Моя ненависть тут ни при чем, – четко проговорил он. – Я заботился об интересах своего королевства…

– И кто вбил тебе в голову подобную чушь? – перебил король. – С каких пор интересы королевства заключаются в том, чтобы сеять смуту среди народа, организовывать травлю магов и призывать к их изгнанию? Каждый день я слышу, что король, очевидно, слаб, раз не может навести порядок в своем королевстве. Если так говорят наши друзья, то что подумают наши враги? – король уперся руками в стол и наклонился вперед. – Разве ты не видишь, Робер, что своими действиями наносишь ущерб моим подданным и ставишь под угрозу мир в королевстве?

– Мир и так под угрозой! – горячо возразил Робер и бросил на Ксандера обвиняющий взгляд. – Маги спят и видят, как бы захватить наш трон! Я прекрасно знаю, о чем они шушукаются на своих собраниях.

– Помолчи, Робер! – оборвал его король, но тоже покосился на Ксандера, словно и сам засомневался в верности магов. – Лишь благодаря усилиям Ксандера маги не взбунтовались в ответ на твои провокации. В отличие от тебя, он понимает, в чем состоят интересы королевства, и никому не позволит ставить под сомнение власть короля.

Оттолкнувшись от стола, король выпрямился и гневно передернул плечами.

– А о наших соседях ты подумал, Робер? Что случится, если они узнают, что мы увязли во внутренних конфликтах и разногласиях и лишены поддержки магов? Не захотят ли они проверить на прочность наши границы?

– Наши границы прочны! А маги и так не встанут на нашу защиту! Бесполезно ждать поддержки от тех, кто сам готов пошатнуть нашу власть! – снова возразил Робер, но король резким движением отмел его протест.

– Так может рассуждать лишь самонадеянный мальчишка, а передо мной – будущий король! Неужели, Робер, ты не понимаешь, что любой внутренний разлад ослабляет королевство? Думаешь, Вольные острова упустят возможность пограбить наши корабли, а может, и наши берега? А Расколотые королевства за горами? Не увидят ли они в этом повод оставить свои междоусобные войны, объединиться и двинуться на нас? Только пока все считают, что Лотиан защищает магия, наши земли будут хранить мир.

Робер открыл рот, чтобы что-то сказать, но не произнес ни слова.

– Лучше ответь мне, Робер, – продолжил король, – ты еще контролируешь своих марионеток? Или жрецы безымянных богов уже без твоего ведома сжигают дома магов?

Принц Робер обиженно нахохлился.

– Контролирую.

– В таком случае ты все немедленно прекратишь и выдашь в руки правосудия каждого жреца. Уж я позабочусь, чтобы ни один из них не избежал наказания.

Робер подскочил в кресле.

– Но, отец! Эти люди защищают трон! Я не могу их выдать! Я обещал им свое покровительство.

– Если ты еще не понял, Робер, то сейчас я с тобой не как отец говорю, – холодно заметил король. – Ты их выдашь в руки правосудия. И, пожалуйста, не заставляй меня пожалеть о выборе наследника.

Принц стиснул зубы и опустил глаза.

– Как прикажешь, государь, – подчинился он.

Король глубоко вздохнул и прошелся вдоль стола.

– Полагаю, сам ты до этой глупости не додумался. Во всяком случае, я на это очень надеюсь. Тут определенно чувствуется рука твоей матери. Неужели она никак не успокоится? Будь ее воля, она избавилась бы от всех магов и чародеек разом.

– И ее несложно понять, – тихо пробормотал Робер и вновь метнул в Ксандера неприязненный взгляд.

– Да чего еще не хватает этой женщине?! – воскликнул король. – У твоей матери есть все! Она купается в непомерной роскоши и ни в чем не знает отказа! – король остановился и пристально посмотрел на сына. – Выходит, когда эти шарлатаны получили от меня отказ на строительство храма, они отправились к ней? Хорошее же дело она им нашла!

– Оставь мать в покое! – вступился Робер. – Всю вину я беру на себя и готов понести наказание.

– Что ж, хоть от ответственности ты не бежишь, и то хорошо, – вздохнул король.

Минуту он молчал, опустив голову и задумчиво сдвинув брови. Затем поднял глаза на старшего сына:

– Ксандер, проследи, чтобы пострадавшим магам выплатили то, что они просят. И позаботься о недовольных, если таковые найдутся. Я знаю, ты найдешь верный способ.

Ксандер, не проронивший за все время ни слова, промолчал и на этот раз и лишь сдержанно кивнул в ответ.

– А ты, Робер, – повернулся король ко второму сыну, – компенсируешь все затраты из собственного жалования. Несколько месяцев без развлечений пойдут тебе на пользу. И, пожалуй, мне стоит подумать о том, чтобы подобрать тебе подходящую жену. Пусть лучше твоя неуемная энергия пойдет в более верное русло. Что же касается жрецов… Хоть они и были той искрой, от которой разгорелся огонь, но искрой слепой и безвольной. Они будут изгнаны из королевства. Так у них не возникнет соблазна вновь обратиться к королеве. С твоей же матерью я поговорю чуть позже сам.

Король окинул сыновей суровым взглядом.

– Я все сказал, – отрезал он и повелительно взмахнул рукой, позволяя сыновьям уйти.

Первым встал принц Робер. Он пробормотал отцу слова почтения и кинулся к выходу в противоположном конце зала. Ксандер поднялся следом. Со спокойствием победителя он собрал со стола разбросанные прошения и направился к скамейке, где сидели Ив и Джей. Из внутреннего кармана он достал запечатанную воском колбу с темно-синим раствором внутри и протянул ее Джею. Ив заметила на стекле переливающиеся магические символы и догадалась, что это и есть искомый портал.

– Через пять дней в полдень, – коротко обронил Ксандер и задержал на Ив полный предостережения взгляд.

Ив выпрямилась, задрала подбородок и смело заглянула ему в лицо. Эта дерзость, однако, не произвела на Ксандера впечатления: он с равнодушием отвернулся и вышел через дверь у них за спиной.

Некоторое время король стоял неподвижно, затем повернул голову и жестом подозвал Джея к себе. Джей оставил Ив ждать на скамейке и зашагал через зал.

– Ваше величество, – с почтением обратился он к королю и хотел преклонить колено, но король его остановил.

– Брось ты эти церемонии, – велел он и махнул в сторону стола, за которым только что сидели его сыновья. – Ну? Видишь, что происходит? Если подобное творится при моей жизни, то что случится после моей смерти? Мне страшно об этом подумать. Они точно сведут меня в могилу своими интригами! Обретет ли когда-нибудь этот дом мир и покой?

Король покачал головой, и в его темных волосах засеребрилась седина. Он заложил руки за спину и медленно пошел вдоль стола. Его шаги с тихим эхом разносились по залу.

– Не думал, что их соперничество зайдет так далеко. Я ожидал, что после признания Ксандера на меня падет гнев королевы, но Робер… Мне казалось, я вложил в него больше понимания того, что значит быть королем. Хотя, как видно, одного я не учел. Мне, как единственному наследнику отца, не довелось познать вкус жажды власти и борьбы за трон. Да и власть меня никогда не прельщала. Она меня скорее тяготила, тяжким бременем судьбы ложилась на плечи. Может, поэтому я был так слеп? Поэтому не мог понять, что творится в их головах?..

Король остановился, и в зале повисла тишина. Джей молча стоял на месте, не смея ни словом, ни движением помешать размышлениям короля.

– Ксандер был бы сильным правителем, – вновь заговорил король. – Он, как и мой покойный отец, наделен непобедимым духом и железной волей. В нем живет та же неутолимая страсть вершить судьбы людей и менять мир по собственному усмотрению. Он сумел бы пресечь и недовольство лордов, и амбиции магов… Вот только какой ценой ему бы это далось? – король задумчиво поглядел на трон. Косые лучи света падали на ветвистый дуб, вышитый на спинке серебристой нитью. – Да, всякое величие приправлено щепоткой яда.

Король немного помолчал, потом вздохнул и повернулся к Джею.

– Эх! А не отправиться ли мне в горный замок? – воскликнул он, и глаза его радостно засияли. – Нет на свете места спокойнее и прекраснее. А какая там природа! Кристальные реки и горные водопады, тихие озера и пестрые луга. А какие там сосновые леса! Я охотился бы на оленей да ловил бы в реке форель. А? Что скажешь? Никаких жалоб придворных, тайных донесений и интриг. Я слушал бы лишь песни ветра да шум воды. Это ли не чудесно?

Джей тихонько засмеялся.

– Отличная идея, государь. Только не станет ли вашему величеству слишком одиноко в столь удаленном месте?

Король лукаво улыбнулся.

– А кто сказал тебе, что я там буду один? – он с добродушным смехом похлопал Джея по плечу и посмотрел на скамейку, где ждала Ив. – Ладно, довольно об этом. Лучше расскажи, что за прелестное дитя ты ко мне привел?

Джей улыбнулся и пригласил Ив подойти. Она поднялась со скамейки, ощутив, как сильно заколотилось сердце, и направилась к королю. Остановившись перед ним на почтительном расстоянии, Ив поклонилась и замерла, смущенно опустив глаза.

Король шагнул ближе, взял Ив за подбородок и заглянул ей в лицо. Его ясные голубые глаза смотрели по-отечески тепло, но вместе с тем требовательно и властно, и невольно Ив охватил благоговейный трепет. Она стояла перед самым могущественным человеком в королевстве, в руках которого находились судьбы множества людей. От волнения сердце застучало где-то высоко в горле.

Король прищурил глаза.

– Откуда мне знакомо это лицо, – задумчиво пробормотал он.

Ив растерянно облизала губы, не зная, что сказать, и ждет ли король вообще от нее ответа.

– Государь, это леди Ив Стаут, – пришел на выручку Джей. – Дочь вашего бывшего советника по торговле.

– Ах да, конечно, – тихо произнес король, и по его лицу пробежала легкая тень. Однако исчезла она так же быстро, как и появилась. Король отпустил Ив и с задумчивым видом отошел в сторону. – Примите мои соболезнования, леди Стаут. Ваш отец верно служил мне советником. И, несмотря на наши некоторые разногласия, я высоко ценил его как опытного торговца и как умного человека. Искренне сочувствую вашей потере.

Упоминание о разногласиях натолкнуло Ив на мысль, что король знал о делах отца на черном рынке. Она бросила на Джея вопросительный взгляд, и тот легким взмахом ресниц подтвердил эту догадку. Ну конечно! Как она могла предположить, что королю о чем-то неизвестно?

Внимательный взгляд короля вновь обратился на Ив. На его лице не отражалось ничего, кроме спокойствия и величия.

– Ну? И о чем бы вы хотели попросить меня, леди Стаут?

Вопрос застал Ив врасплох. Мысли разбежались в разные стороны. О чем она могла попросить короля? Избавить от давления Ксандера? Но вряд ли король выступит против сына. Помочь Даниелю и Пыльным магам? И это едва ли разумно, пока они угрожают войной. Потребовать наказания для убийцы отца? И опять, кроме подозрений, у нее нет веских доказательств того, что в его смерти виноват чей-то злой умысел, а необоснованные обвинения лишь оскорбят короля. Он и так уже проявил великодушие и простил отца. О чем после такого она еще могла попросить?

– Благодарю, государь, за доброту и щедрость ко мне, – ответила она, – но мне не о чем попросить. Быть представленной вашему величеству – уже честь для меня.

Король удивленно вскинул брови и улыбнулся.

– Подумать только! Какая поразительная скромность! Вот бы все мои придворные были такими! – он снял с мизинца перстень с ярким рубином и протянул его Ив. – В таком случае примите от меня этот дар. Отныне, леди Стаут, вы можете в любое время рассчитывать на радушный прием во дворце.

Ив взяла перстень и заметила на его внутренней стороне клеймо в виде короны с пятью зубцами. Без сомнения, кольцо было достоянием королевской семьи. Ив пораженно вздохнула.

– Благодарю, ваше величество, – прошептала она и собиралась поклониться, но король ее остановил.

– Хватит, дитя! Это мне впору кланяться такой очаровательной даме, а никак не наоборот, – взгляд короля с любопытством перескочил от Ив к Джею и вернулся обратно. В уголках его глаз залучились веселые морщинки. – Что ж, теперь я понимаю, отчего Эдмунд так часто упоминал о дочери, но все никак не решался привезти во дворец. Я бы тоже предпочел держать столь прелестное дитя подальше от таких шалопаев, как вот этот.

Джей смущенно улыбнулся, и, рассмеявшись, король обхватил его за плечи и привлек к себе.

– И кстати о шалопаях, – уже серьезно продолжил король. – Не думай, что я не знаю, чем обязан тебе, – он неопределенно махнул в сторону стола. – И знаю, что буду обязан снова. Ксандер рассказал мне про конфликт с магами у западных границ. Я, безусловно, верю в его талант убеждения и благие намерения, однако… Когда-то ты дал мне одно обещание. Я никогда не потребовал бы его выполнять, но интересы Короны меня вынуждают… вынуждают просить. Надеюсь, тебе хватит мудрости понять, в чем же состоят эти интересы.

Джей выпрямился и заглянул в глаза королю.

– Я выполню все, что обещал.

Король медленно кивнул.

– Что ж, прежде чем ты уйдешь, хочу, чтобы ты знал. Я подписал указ о передаче тебе тех земель.

Джей втянул воздух, собираясь что-то сказать, но король его остановил.

– Ничего не говори. Я знаю, почему ты их просил, и должен был это сделать давно, – он отпустил Джея и качнул головой. – Ну все. Ступайте. Время слишком ценный дар, чтобы растрачивать его понапрасну.

Они поклонились, но король, казалось, этого не заметил – его задумчивый взор вновь обратился на трон.

Весь обратный путь через комнаты и коридоры дворца они проделали молча. Лишь оказавшись на тропинках сада, Ив перевела дух и раскрыла ладонь. В ослепительном утреннем свете рубин в перстне сиял ясно, как алая слеза.

– Я только что говорила с королем, – прошептала Ив, сама не веря своим словам.

Джей взглянул на кольцо в ее руке и улыбнулся.

– Полагаю, этот перстень принадлежал еще Аурелию Мудрому. Такими подарками не разбрасываются. Король явно выразил тебе свое расположение.

Ив кивнула, повертела перстень в руке и положила в карман: королевский подарок был слишком ценен, чтобы выставлять его напоказ.

– А что ты показал гвардейцу, чтобы он нас пропустил? – спросила она. – Тоже подарок короля?

Джей замедлил шаг и остановился. Пару секунд он колебался, но затем отогнул манжет рукава и показал серебряную булавку, выполненную в виде ветвистого дуба. Ив удивленно распахнула глаза: только члены королевской семьи имели право носить семейный герб. Она открыла рот, чтобы задать очевидный вопрос, но Джей ее опередил.

– Лучше пойдем, – бросил он, на ходу прикрывая рукав. – Нам пора выезжать.

По его напряженному голосу Ив поняла, что объяснений она не получит. По крайней мере, сейчас.

Во дворе их ждали лошади. Серый жеребец Джея фыркал от нетерпения и недружелюбно косился на пажа, который возился с седельными сумками. Тень стояла неподалеку, а рядом с ней – Мико. Он трепал кобылу по черной гриве и угощал свежим яблоком.

– Вижу, ты уезжаешь надолго, – заметил Мико, указав на туго набитые сумки, и поспешно добавил: – Не думай, я не собираюсь навязываться. Хотел лишь пожелать удачного пути.

– Спасибо, Мико. Я действительно уезжаю надолго, – призналась Ив, сожалея, что не может рассказать другу больше. – Думаю, меня не будет пару недель. Ты же придумаешь что-нибудь для моего брата?

– Разумеется, – кивнул Мико и повернулся к Джею, который прогнал пажа и сам занялся сумками. – Лорд Риверс, вы ведь позаботитесь о ней?

Взгляд Мико больше не горел от недоверия или неприязни, в нем сквозила лишь легкая грусть. Джей поднял глаза и серьезно кивнул.

– Эй, я могу и сама о себе позаботиться, – вмешалась Ив, но никто не обратил на нее внимания.

– Спасибо, – выдохнул Мико и потрепал по гриве Тень, которая толкала его носом, выпрашивая новое яблоко. – Кстати, у меня есть новости, – сменил он тему и загадочно улыбнулся. – Но об этом я расскажу позже, когда ты вернешься. Не хочу вас задерживать.

И он отступил в сторону.

– Ну ты и плут, Мико! – воскликнула Ив и улыбнулась. – Ладно, когда я вернусь, мы обо всем поговорим. Мне тоже есть что рассказать, – пообещала она и вскочила на Тень.

Джей тоже запрыгнул в седло, и они двинулись к воротам.

– А мальчишка молодец, – тихо сказал Джей. – Понял, когда надо слегка отступить.

– Думаешь, он еще?..

– Надеется? Конечно.

Ив обернулась и посмотрела на Мико. Он одиноко стоял в тени конюшни и провожал их взглядом.

– Хотела бы я это изменить.

– Это не в твоей власти. Изменить его чувства могут лишь время и его сердце, если оно пожелает.

Впереди распахнулись ворота. Они выехали на Дворцовую площадь и поскакали через город на запад. Солнце прошло полпути до зенита, когда они добрались до Королевского тракта. День обещал быть теплым и ясным. Воздух дышал влажными ароматами трав и цветов. С обеих сторон тракта тянулись засеянные поля и луга. По дороге навстречу ползли телеги со свежим молоком и яйцами. На обочине стояли фургоны бродячих торговцев, которые сбывали свои товары прямо проезжавшим мимо путникам.

Среди холмов вдалеке Ив разглядела рощу и одинокий дуб, под которым она сидела с Даниелем. При воспоминании о том дне у Ив вспыхнули щеки, а сердце против воли учащенно забилось. Однако приятное волнение и сладостные мечты омрачили мысли о том, при каких обстоятельствах состоится их новая встреча.

Ив нахмурилась и догнала коня Джея.

– Даниель должен узнать, что король взял под защиту магов и наказал виновных, – прошептала она. – Это пойдет на пользу мирным переговорам.

Джей с одобрением кивнул, и Ив задумчиво покачала головой.

– Подумать только! За всем стоял принц Робер! Ты можешь себе это представить?.. – она запнулась, заметив на лице Джея улыбку. – Так ты знал обо всем?

– Вчера ты спрашивала, почему я занимаюсь… тем, чем занимаюсь. Вот мы и добрались до одной из причин – порой это бывает полезным. Я хорошо отношусь к Роберу, но его неразумное соперничество с братом в скором времени привело бы королевство к расколу. Кто-то должен был его остановить и открыть глаза королю.

– Это ты все рассказал королю?

– Ну что ты, Ив! Конечно же нет! Кто я такой, чтобы приносить королю дурные вести? Для этого есть тайный сыск, который порой неплохо работает, если его голову повернуть в нужную сторону, – Джей подмигнул и указал на пустую дорогу впереди. – Думаю, нам стоит поторопиться. Нам ведь еще спасать королевство от нового конфликта. На сей раз между магами.

– Нам спасать? – с сомнением переспросила Ив.

– Разумеется. Зачем еще мы едем в Пыльные пустоши?

Джей подстегнул коня и помчался вперед. Ив растерянно посмотрела ему вслед и тоже пришпорила Тень.

Глава 23. В пути

Следующие четыре дня они скакали так быстро, как могли, делая короткие остановки, чтобы накормить лошадей и перекусить самим. Ночи проводили на постоялых дворах, где съедали горячий ужин и расходились по комнатам с тем, чтобы на рассвете продолжить путь.

Джей выбирал дороги в стороне от крупных городов и рек, чтобы избежать толкотни и очереди на паромных переправах. Поля и небольшие селения чередовались с густыми лесами и песчаными холмами. Иногда на глаза попадались разрушенные крепости и древние форты. Руины напоминали о старой границе, которая некогда тут проходила и исчезла несколько столетий назад. Близ деревень встречались и пришедшие в упадок сигнальные башни, разглядывая которые, Ив всякий раз гадала, не здесь ли Даниель провел свое детство. И вновь к радостному предвкушению их скорой встречи добавлялась тревога.

Постепенно глухие леса сменили светлые рощи, а крутые холмы – равнины. На бескрайних просторах колосилась высокая трава, шедшая волнами от ветра, и зеленели редкие островки кучерявых деревьев. Степи заполняли табуны племенных лошадей, округу оглашали всхрапы, ржание и топот сотен копыт. Дома Великих лордов тут окружали толстые стены, а возле них лепились небольшие городки, где можно было остановиться на ночлег и пополнить запасы воды и еды.

Чем дальше дорога уводила на запад, тем задумчивее и молчаливее становился Джей. Даже во время привалов, когда появлялась возможность спокойно поговорить, он ограничивался будничными замечаниями о еде и погоде да изредка рассказывал о чем-нибудь, увиденном в пути. Все попытки Ив выведать содержание сгоревших свитков оканчивались ничем. На любые расспросы Джей давал один и тот же краткий ответ: «Всему свое время».

На пятый день путешествия они наконец достигли Пыльных пустошей. Покинув на рассвете постоялый двор, они миновали последнее поселение людей в излучине реки и поскакали на юго-запад. Довольно скоро единственная тропа оборвалась, и местность стала совсем дикой. Желтая степь превратилась в каменистую пустыню, которая тянулась вдоль всего горизонта. Жесткую, в трещинах, почву покрывал серый камень и рыжий песок. Ветер поднимал в воздух мелкую пыль и закручивал в тонкие столбы. Кое-где по земле катились спутанные шары колючек. Однообразный пейзаж разбавляли крупные валуны, обточенные песком и ветром, и устремленные в небо зубцы ржавых скал.

Спасаясь от знойного солнца, Ив накинула на голову капюшон, а для защиты от пыли Джей предложил использовать шейные платки, которые они натянули до самых глаз. Однако сухой ветер все же находил способ швырнуть в глаза песок и пощекотать нос.

После полудня на пути попался родник. Он тек по дну неглубокой расщелины, окруженной кустами колючек. Джей напоил у источника лошадей и пополнил запасы воды. Затем они двинулись дальше, вслед за бегущим по небу солнцем.

Вскоре жара пошла на спад, тени протянулись за спины. Мертвую тишину нарушали лишь стук копыт по камням да шум ветра в плащах. Казалось невероятным, что где-то тут живут люди, пусть даже они и маги.

Ив откинула капюшон и сняла платок.

– Как долго нам еще ехать?

Джей тоже опустил платок и прищурил глаза.

– Завтра утром будем на месте.

– Знаешь, я тут думала… – начала Ив и посмотрела на Джея. Он слегка повернул голову, показывая, что внимательно слушает. Это несколько приободрило, поскольку его рассеянное настроение в последнее время не располагало к беседам. – Думала о шкатулке и о том, как работает портал…

Ив сделала паузу, ожидая услышать от Джея обычный ответ, но он молчал.

– Так вот, – продолжила она, – руны внутри говорят, что в шкатулку надо что-то положить, так?

– Можно и так сказать, – подтвердил Джей.

Ив всеми силами постаралась не выдать своего удивления и повела разговор дальше:

– Осталось понять, что туда положить. Ты ничего не просил меня взять с собой, значит, эта вещь уже у меня, – предположила она и покосилась на Джея. На его губах блуждала улыбка. – И я подумала, а что, если это ключ от шкатулки? С тех пор как ты его вернул, я все время ношу его с собой.

Джей скривился.

– Ты не находишь, что это слишком примитивно для древней магии? Увы, Ив, ключ служит одной единственной цели: он открывает и закрывает замок.

Ив нахмурилась, радуясь в душе, что Джей включился в ее игру.

– Итак, не ключ… – заключила она. – Тогда, возможно, это что-то ценное? Драгоценности? Деньги?

Джей разочарованно цокнул языком и покачал головой.

– Хорошо, не деньги… Впрочем, я это уже выяснила… Может быть, это что-то из окружающего мира? Земля? Вода?

Джей еще сильнее затряс головой.

– О! Я знаю! – воскликнула Ив. – Это какая-то личная вещь?

На лице Джея заиграла загадочная улыбка:

– Да, но нет.

– Да, но нет? И как это понимать?

Джей рассмеялся.

– Так и понимать, Ив. И перестань играть со мной в угадайку. Тебе все равно меня не обыграть. Хотя погоди, я дам тебе одну подсказку. Ты справедливо решила, что… Я выражусь иначе: шкатулке надо что-то отдать, и это, разумеется, не осталось дома. Только почему ты решила, что это непременно должно быть у тебя?

– И это называется подсказка? Признавайся, ты меня просто дразнишь!

– Есть немного, – согласился он с лукавой усмешкой.

– Джей, но я же Хранитель! Не пора ли мне все рассказать?

– Не пора. И потом, ты, кажется, обещала мне доверять, – напомнил он. – Вот и доверься сейчас. Так будет лучше для нас обоих. Пока содержание свитков хранится лишь в моей голове, есть шанс, что она останется у меня на плечах.

Ив прикусила губу. Джей был, как всегда, прав. И да – она обещала ему доверять.

– Тогда какой у нас план?

– Для начала дадим шанс Ксандеру и Даниелю договориться. А если у них не получится, то… там будет видно, – он отвернулся и указал куда-то вперед. – Остановимся на ночь вон там. Надо устроиться до сумерек, а то темнеет здесь быстро.

Джей пришпорил коня, и Ив поскакала следом. Укрытием на ночь оказались каменные глыбы, стоящие уголком. Они плотно прилегали друг к другу, защищая с двух сторон: с запада и юга. Джей попросил Ив собрать хворост для костра, а сам занялся лошадьми. В округе валялось достаточно сухих палок – стеблей какого-то растения, выбеленных солнцем и отшлифованных песком, – и до заката Ив набрала приличную охапку хвороста.

Джей к тому времени соорудил в центре лагеря очаг: обложил яму для костра камнями и воткнул в землю крюк с котелком, чтобы вскипятить воду для чая. Затем разжег огонь, и пыльное дыхание пустыни смешалось с запахом дыма. Ив расстелила у костра покрывала – нагретая за день земля еще хранила тепло, но сидеть на мягкой подстилке было удобнее, чем на голых камнях.

Пока они ели свой скромный ужин, состоящий из хлеба, сыра и ветчины, сгустились сумерки. Солнце стремительно закатилось, и упала тьма. Мир, казавшийся днем безграничным, внезапно сжался до крошечного пятачка света вокруг костра. И лишь черный купол над головой, усыпанный мириадами ярких звезд, напоминал, что на самом деле мир никуда не исчез и в действительности он даже больше, чем представляется днем.

Вскоре из котелка потянуло душистыми травами. Джей разлил в кружки чай и поставил на песок остывать. Ив вытянула ноги поближе к огню и откинулась на валун за спиной. Где-то в темноте скребли лапки песчаных мышей; тихо позвякивали уздечки на лошадях.

Джей подкинул веток в огонь, и, затрещав, желтые язычки пламени взметнулись ввысь.

– Хочешь, я расскажу тебе историю об одном мальчике? – предложил он.

Ив взяла кружку с горячим чаем и вдохнула пряный аромат.

– Конечно хочу. А мальчик из этой истории – ты?

Джей медленно кивнул.

– Да. Эта история обо мне. И не обещаю, что она будет веселой.

Он обхватил колени рукой и, собираясь с мыслями, некоторое время ворошил палкой угли. Потом прочистил горло и заговорил:

– Я родился на востоке королевства, в небольшой деревушке у подножья гор. Холодный ручей – так она называлась. Хотя и деревней это место сложно назвать. Несколько хижин, разбросанных вдоль русла реки, а вокруг сплошь леса и горы.

Мою мать звали Лилли. Думаю, ее полное имя Лиллиана, правда, так к ней не обращался никто. Она обладала редкой красотой. Казалось, что она соткана из солнечного света: медовые волосы, золотистая кожа, янтарные глаза, как у меня. А еще она была очень юна. Даже теперь я вспоминаю ее веселой девчонкой с короной из листьев на голове.

О ее прошлом мне почти ничего неизвестно. Знаю, что в четырнадцать лет она покинула Вольные острова. Что ее заставило так поступить, мне она не говорила, а я почему-то не спрашивал. Она многое рассказывала о родных краях, но о возвращении назад не помышляла. Полагаю, причина заключалась в моем отце. Они по-настоящему друг друга любили.

Чтобы развеять заблуждение, скажу сразу – мой отец не наш король. Я позволил тебе поверить в этот обман, но на самом деле моим отцом был простой охотник по имени Арен. Я помню его могучим великаном со светлыми волосами, как у меня, и густой бородой. Хотя, возможно, тогда все взрослые мужчины казались мне великанами. А еще у отца были голубые глаза, как у нашего короля, и это единственное, что их хоть как-то роднит.

Мы вели простую и тихую жизнь, но она была довольно счастливой. Летом мы с отцом ловили рыбу в реке. Он учил меня охотиться на птиц и зверей и показывал, как ставить ловушки. Осенью я собирал с матерью в лесу грибы и орехи. Рядом с домом она держала небольшой огород, а отец продавал в городе шкуры и перья, и на это мы жили. Все оборвалось в один день. В восемь лет я стал сиротой.

В то утро я проснулся от удивительной тишины. За окном не стучал отцовский топор, а на кухне не гремел чугунок с кашей. Я вылез из постели и пробрался за занавеску, которая отделяла меня от спальни родителей. Отец с матерью лежали в своей кровати. Из окна на их белые лица падали лучи осеннего солнца. Я позвал их, сначала тихо и осторожно, затем настойчиво и громко. Отец обнимал мать за плечи, но их переплетенные руки были холодны. Я снова позвал, и снова ответом была тишина. Потом еще долго, до хрипоты, я умолял их открыть глаза и вырваться из оков странного сна, но все оказалось напрасно. Как сын охотника, я с малых лет знал, что такое смерть, но просидел у кровати родителей до следующего утра, прежде чем понял, что они уже никогда не проснутся.

Джей замолчал, и Ив сглотнула застрявший в горле ком. Кружка с чаем в руках начала остывать, но она не могла пошевелиться и сделать глоток. Джей откашлялся и продолжил рассказ:

– Это была вторая волна сонного мора в нашем краю. Говорили, болезнь приходит с гор вместе с летней талой водой. Вероятно, так оно и есть. Мор забрал родителей за одну ночь, но меня пощадил. Почему? Видимо, мне просто повезло…

На следующий день, покинув спальню родителей, я отправился к соседям. Не знаю, искал ли я помощь или сочувствие. Я стучал во все двери, но мне никто не открывал. И только в последнем доме я заметил движение. Там жил одинокий старик, он собирал вещи и складывал их в лодку на берегу. Увидев меня, он застыл от изумления.

«Подожди, малец, я тебя знаю… – пробормотал он. – Ты сынишка охотника. Что ты тут делаешь?»

«Мои родители…» – начал я, но слова застряли в горле.

«Мертвы, – закончил за меня старик. – Знаю. Мор всех унес. Я видел прежде такое и думал, что опять остался один… – он с новым удивлением взглянул на меня. – Но погоди… Если ты жив, то почему до сих пор здесь? Хватай что можешь и уходи! Эти земли теперь мертвы. Нет тут больше места живым!»

Я стоял и молчал.

«Ну что так смотришь, малец? Дело тебе говорю! – сердито воскликнул старик, но затем, видимо, поняв мое состояние, уже мягче спросил. – Другие родственники-то у тебя есть? Зима на носу, тебе не выжить в этих местах одному. Я собираюсь в город вниз по реке, хочешь, я тебя отвезу? Раз судьба дала тебе шанс, держись за него изо всех сил. Она не будет давать его вечно».

Я не ответил старику. Развернулся и побрел обратно домой. Медленно, слово за словом, до меня доходило все, что он говорил. Я потерял близких и остался один посреди сурового и дикого края. Я не хотел никуда уезжать, но, когда на меня снова обрушилась мертвая тишина дома, я с пугающей ясностью осознал, что моей прежней жизни настал конец.

Словно во сне я собрал вещи, взял отцовский нож и деньги, вырученные им за шкуры. После, чтобы не оставлять тела родителей на растерзание зверей, я разлил по дому остатки масла и поджег. В некотором смысле я похоронил их согласно традициям Вольных островов: умерших там принято предавать огню, а прах отправлять в дар богам в море. Последнее я, конечно, исполнить не мог.

Когда огонь разгорелся, я схватил сумку и побежал обратно к реке. Старик еще не уехал и отвез меня в город, где мы и простились. Я не представлял, что делать дальше, но полагал, что среди людей легко найду себе кров и еду. Но я ошибался.

Фергас оказался небольшим шахтерским городком. Пять десятков домов окружали рыночную площадь с постоялым двором и трактиром. Первое время я находил приют в общем зале гостиницы. Тогда я мало что понимал. Я ел и спал, спал и ел. За пару медяков мне выделили место у огня на полу, но затем, чтобы сэкономить, я перебрался в хлев на сеновал. Деньги я тратил лишь на хлеб и похлебку, но даже от столь скромных трат таяли они очень быстро. Единственную работу в городе можно было получить на рудниках, но там требовались крепкие мужские руки, а я был тощ и мал. Я пытался устроиться в трактир, но хозяин ответил, что ему не по карману держать слугу, и посоветовал поискать работу в столице. Так я и поступил.

В Теоден я добрался в конце осени вместе с торговым караваном и двадцатью медяками в кармане. Сказать, что столица меня ошеломила – ничего не сказать. После жизни в лесной тиши город оглушал, поражал и пугал. Толпы разодетых людей, грохот экипажей, шум и гам сбивали с толку. Я чувствовал себя пылинкой на широких каменных мостовых и в окружении высоченных домов. В столице ничто не напоминало родные леса, но главная ее опасность заключалась в том, что на улицах города действовали правила, с которыми я не был знаком.

В первый же день меня обокрали мальчишки. Они подкараулили меня в безлюдном переулке и потребовали отдать сумку. Возможно, если бы я им подчинился, на этом бы все и закончилось. Но я сопротивлялся до последнего, хоть и понимал, что шансов против четверых взрослых ребят у меня нет. Забрав все, что им приглянулось, они решили преподать мне урок: хорошенько поколотили и бросили на задворках склада, куда захаживали одни только крысы. Мне удалось сберечь отцовский нож, спрятанный в грязном сапоге, который никто не захотел с меня снимать, да еще порванные в драке штаны и сорочку.

Ночь я провел там же, забившись в сточной канаве. Я продрог до костей, все тело нестерпимо ныло. И на следующий день я имел крайне плачевный вид: весь в синяках и ссадинах, с разбитым лицом и в драной одежде, похожей на решето. Лишь к полудню, когда полил осенний дождь, я заставил себя встать и, стуча зубами от холода, отправился искать приют. Стоит ли говорить, что никто не захотел помогать и давать работу грязному оборванцу. Одна женщина из жалости сунула мне кусок хлеба со словами: «Не смей больше здесь появляться», все остальные гнали меня прочь.

Спал я где придется. В темном углу под навесом или, если повезет, в куче теплой соломы. Однажды меня взяли грузчиком на речной причал. Весь день я таскал корзины с рыбой и овощами, а когда попросил оплату, меня просто выставили вон. Я даже не мог попросить подаяния: районы у попрошаек были поделены, и новичков туда не пускали. В итоге мне ничего не оставалось, как начать красть с прилавков еду. Чаще всего меня ловили и избивали, но довольно скоро я приноровился запихивать в рот еду и проглатывать до того, как меня успевали поймать. Мои бока болели от крепких пинков, зато желудок не был пустым.

Жизнь в городе оказалась несладкой, но и покинуть его я не мог. Все дома в моей деревне сожгли из-за мора – об этом кричали на городских площадях, поэтому мне было уже некуда возвращаться.

Джей прервал рассказ, глотнул чая и подкинул в костер хворост. Затухающий огонь затрепетал, ожил и ярко разгорелся. Кольцо тьмы вокруг лагеря дрогнуло и отступило. Золотые отсветы пламени заплясали на песке и камнях. Ив пошевелила застывшими от напряжения пальцами и отпила из кружки чай, который вдруг показался холодным.

– Не хочу подробно останавливаться на том периоде своей жизни, – вновь заговорил Джей. – Скажу лишь одно: мне было нелегко. Скорее всего, я умер бы той же зимой от холода или истощения, если бы случайно не набрел на фургончик бродячих артистов. Хозяин труппы искал паренька на роль принца и – о чудо! – он разглядел его во мне. Хотя, разумеется, он просто меня пожалел: меньше всего я тогда походил на принца, а если уж говорить откровенно, то хуже меня оборванца трудно было сыскать. От лохмотьев, в которые превратилась моя одежда, несло навозом и нечистотами; волосы спутались и потемнели от грязи; да и синяки на лице не прибавляли мне королевского лоска. Правда, позже на сцене мне удалось преобразиться. Я довольно убедительно надувал щеки и важно топал ножкой, исполняя роль принца. Публика покатывалась со смеху. За свои выступления я не получал денег, зато имел крышу над головой и кусок честного хлеба. Хозяином труппы был Рейнар Бонем. Ты наверняка его помнишь.

– Хозяин таверны? – удивилась Ив, вспомнив крепкого мужчину с косматой бородой, который угощал их вином и похлебкой. – Так он был артистом?

– Был? Ха! Старый медведь и сейчас может отлично спеть и сыграть, если его как следует попросить, – улыбнулся Джей. – Но водился за ним и другой талант – он умел готовить вкуснейшие блюда и мечтал однажды осесть в каком-нибудь городе и кормить людей. Позже, когда у меня появились деньги, я отыскал Рейнара и в благодарность за его доброе сердце исполнил его мечту и подарил таверну. Мы с тобой как раз в ней обедали.

Улыбка на лице Джея еще какое-то время сияла, а затем постепенно угасла. Он смотрел на язычки пламени, но мысленно находился где-то еще. Вероятно, в безрадостных воспоминаниях своего детства.

– С бродячими артистами я прожил почти год, – продолжил он после минутной паузы. – В конце лета труппа распалась, и каждый пошел своим путем. Рейнар предложил мне отправиться вместе с ним, но я отказался, поскольку не хотел становиться для него обузой. Я знал – в карманах Рейнара так же пусто, как и в моих.

Я снова оказался на улицах Теодена, но хватать с прилавков еду и убегать я больше не собирался. Минувший год многому меня научил. Я набрался опыта и знаний, выучил правила и законы городской жизни. А один актер в труппе показал мне, как с помощью шпилек и булавок вскрывать замки. У меня были ловкие руки и цепкий ум. Я овладел искусством сливаться с толпой, быть у всех на виду и оставаться в тени. Я научился взламывать любые двери и убедительно лгать. Эти умения значительно упростили мне жизнь. Отныне я действовал скрытно и осторожно. Я залезал в теплые конюшни, чтобы не спать на морозе. Обчищал карманы и срезал кошельки у зазевавшихся прохожих, а затем покупал себе еду и одежду. В свою защиту скажу, что не обворовывал бедняков. В толпе я выбирал зажиточных горожан, для которых потеря горсти монет не стала бы большим огорчением.

Я бы покривил душой, сказав, что к воровской жизни меня подтолкнули исключительно бедность, растерянность и одиночество. Хоть все это и так, но имелась и другая причина. Это был бунт. Мятеж девятилетнего мальчишки против тех, кто гнал его прочь. Я не хотел ни от кого зависеть. Гадать заплатит ли мне очередной наниматель за работу или выставит вон. Будет ли у меня крыша над головой и кусок хлеба или я буду избитым валяться в канаве. Отныне я хотел полагаться лишь на себя. Чтобы не быть жертвой, я решил стать охотником. Во всяком случае, именно так я тогда рассуждал.

Не все и не всегда выходило у меня гладко. Случалось, я попадался. Иногда натыкался на другие банды воров, и они видели во мне конкурента. Все мои ошибки, как напоминание, оставались на теле в виде шрамов и синяков. Однако я быстро учился и вскоре овладел всеми премудростями уличной жизни. И это неудивительно ведь у меня были лучшие учителя в мире: холод и голод. Если удавалось, я зарабатывал честно, но с этим мне редко везло. В общем, выживал я как мог.

Так продолжалось примерно три года. В конце лета мне исполнилось двенадцать. Наступила осень, и в один из дней я решил поохотиться на зайцев. Накануне я украл моток проволоки и сделал силки. Их запрещалось ставить в королевском лесу, но для меня это была возможность подзаработать. Я закончил с последней ловушкой, когда заметил на склоне холма расщелину в скале. Проход прикрывали ветви орешника и заросли папоротника, но мой наметанный глаз без труда его разглядел. Внутри пещеры я нашел запертый люк в полу и взломал замок. Лестница под ним привела меня… Да, в подземные городские туннели.

На следующий день я вооружился углем, чтобы не заблудиться, и отправился исследовать подземелье. Мне казалось удивительным, что вход в него до сих пор никто не обнаружил. Тогда я просто не знал, что на меня не действует магия, которая его ото всех скрывала. День за днем я изучал коридоры, но не встречал ни души. И лишь спустя месяц на моем пути возник человек.

К тому моменту я так уверенно чувствовал себя в подземелье, что позабыл об осторожности – резко вывернул из-за угла и налетел на незнакомца. Мужчина тоже удивился и отступил на полшага назад. Его плечи укрывал невзрачный темный плащ, однако перстни на пальцах выдавали в нем знатного вельможу. Мы замерли друг напротив друга.

Первым моим побуждением было сорвать с рук незнакомца украшения и бежать со всех ног. Но я не сделал ни того, ни другого. Я глядел в его спокойное и волевое лицо и не мог пошевелиться.

Вельможа первый оправился от удивления.

«Как ты здесь оказался, мальчик?» – спросил он.

Я не стал ему лгать и честно признался, как нашел вход в лесу. Вельможа долго смотрел на меня, потом указал на лестницу у себя за спиной:

«Скажи, мальчик, что ты там видишь?»

«Лестницу», – ответил я, совершенно сбитый с толку.

Вельможа кивнул и произнес совсем странную вещь:

«А я вижу стену».

Он поманил меня за собой, и вновь вопреки здравому смыслу я пошел вместе с ним. По пути он расспрашивал меня про дом и семью. Сам не знаю почему, но я выложил ему все. Как умерли мои родители, как я поехал в город, а потом в столицу, как скитался по улицам. Слова текли с языка без остановки, будто только и ждали этот момент. Вельможа слушал и кивал.

Я замолчал лишь на улице. В лицо ударил осенний ветер, а перед глазами выросли белоснежные башни дворца. Я онемел от удивления: впервые я видел дворец так близко. Городская стража следила за спокойствием на улицах Верхнего города и прогоняла всех оборванцев за реку. Пока я глазел по сторонам и гадал, куда мы идем и зачем, мой новый знакомый провел меня через сады к входу для слуг.

«Ты, наверное, голоден, Джей?» – спросил он.

Я неуверенно пожал плечами, и вельможа рассмеялся.

«Ну, разумеется, голоден», – пробормотал он.

Мы миновали коридор и очутились в огромной кухне, где в сотнях кастрюлях что-то жарилось и кипело. Вельможа попросил одну из кухарок принести еды. Та поклонилась, и вскоре на столе передо мной появились тарелки с мясом и выпечкой, а также блюда, названий которых я даже не знал.

«Сегодня ты поешь и отдохнешь, а завтра мы поговорим», – сказал вельможа и ушел, оставив меня на попечение служанки.

Я не представлял, что в голове у этого странного человека, но я не привык отказываться от того, что посылает судьба. Наевшись до отвала и набив карманы едой, я последовал за служанкой в небольшую комнатку с очагом. На кушетке лежали мягкий матрас и одеяло; я рухнул на постель и застонал от удовольствия – впервые за несколько лет я ложился спать сытым, в настоящей кровати, рядом с натопленным очагом, – и почти сразу забылся сладким сном.

Проснулся я от лучей солнца, которые били мне в лицо. Рядом на табуретке сидел мой знакомый вельможа, а у него за спиной, скрестив на груди руки, стоял молодой человек. Я тут же вскочил на ноги, проклиная себя за беспечность. Вельможа улыбнулся и жестом попросил меня успокоиться и сесть. И вновь я доверился ему без раздумий.

«Хочешь ли ты остаться здесь, Джей?» – спросил он.

«В этой комнате?» – поразился я. Тогда, та жалкая каморка, в которой я ночевал, казалась мне самым восхитительным местом на свете.

Вельможа рассмеялся:

«Нет. Я говорю про дворец. Хочешь ли ты жить во дворце?»

«Жить во дворце? – от одной мысли об этом у меня закружилась голова, но уличная осторожность взяла верх. – А для чего я здесь останусь?»

«Чтобы служить своему королю. Ты же этого хочешь?»

«Вероятно, – неуверенно согласился я. – А как я должен служить королю?»

«Думаю, со временем ты сам все поймешь, а пока… ты будешь учиться. Молодой человек у меня за спиной будет твоим наставником».

Вот так я и стал учеником чародея.

Джей прервался и снова подбросил хворост в костер. На несколько секунд его лицо озарило пламя, и Ив вдруг разглядела в его изящном профиле уличного мальчишку, каким Джей некогда был.

– Значит, – нарушила она молчание, – тем молодым человеком был Ксандер, а вельможей…

– Да, наш король, – подтвердил Джей. – Когда в подземелье он понял, что я вижу сквозь иллюзии, он подумал, что нашел своему сыну талантливого ученика. А может, его тронула рассказанная мной история, и он захотел помочь сироте, от которого все отвернулись. Лично мне больше хочется верить в последнее. Ведь довольно скоро выяснилось, что никакой магией я не обладаю, и более того – магия на меня не действует. Ксандера это заинтриговало, а я пришел в отчаяние. Я решил, что не оправдал ожиданий короля, и должен покинуть дворец.

Но прежде я хотел встретиться с королем и поблагодарить его за предоставленный шанс. За зиму, что я прожил во дворце, я видел его всего пару раз, мельком и издалека. Вокруг него всегда вилась толпа вельмож, а я хотел поговорить с ним наедине. Вспомнив свои воровские таланты, я пробрался мимо охраны в его личные покои и стал там ждать. Думаю, мое вторжение испугало короля. Я сразу упал на колени и, не поднимая глаз, произнес заготовленную речь. Король выслушал меня до конца, а потом сказал:

«Почему ты решил, что можешь служить мне только как маг? Каждый человек – будь он охотник или пастух – своими ежедневными делами служит интересам королевства. Найдешь и ты свой путь, как послужить королевству. Вот сейчас, например, ты обнаружил брешь в моей охране и, возможно, в будущем спас мою жизнь. Это дорого стоит. Ступай, Джей, и продолжай учиться».

Мудрость и доброта короля меня покорили. Все еще стоя на коленях, я поклялся, что отныне буду защищать семью короля и его королевство, и, если потребуется, отдам за них жизнь. Король принял мою клятву с улыбкой и, прежде чем отпустить, попросил:

«В следующий раз, когда захочешь со мной поговорить, не появляйся как вор. Приходи открыто. Кто готов пожертвовать жизнью ради моей семьи, тот достоин стать ее частью».

С этими словами он вручил мне серебряную булавку с семейным гербом, велев хранить ее и беречь.

Следующие пять лет я служил во дворце пажом и учился всему подряд: от магии до придворного этикета. Я прочел сотни книг, изучил тонкости политики и дипломатии, нравы и привычки знати, особенности жизни при дворе. Ксандер оставался моим наставником и нашел применение как моим воровским талантам, так и магической неуязвимости. Я приносил для него документы из тайников, не нарушая магической защиты и не оставляя следов. Без препятствий подслушивал тайные переговоры магов. Придворные интриги, секреты вельмож мелькали передо мной как страницы открытой книги, и вскоре я понял ценность чужих секретов. Мне исполнилось семнадцать, когда Ксандер решил, что мое обучение завершено, и мне пора выйти в свет. Так и возник лорд Риверс.

Его появление следовало как-то объяснить, и я выбрал образ богатого чужеземца с Вольных островов. Мне уже приходилось играть принца, поэтому роль лорда далась мне легко. Намеками и недомолвками – поначалу, чтобы скрыть свою истинную личность, а потом ради забавы – я распускал про себя различные слухи, способные сбить с толку любого. К моему удивлению, люди верили в самые нелепые истории, хотя правда была у них перед глазами.

Ты наверняка спросишь, как так случилось, что никто во дворце не признал в новоявленном лорде пажа, который еще вчера приносил завтрак? Ответ прост. Во-первых, мало кто из знати действительно смотрит на слуг, тебе это и самой хорошо известно. Ну а во-вторых, даже те, кто заметили очевидное сходство, – в основном это были слуги, попросту не могли уложить в голове, что неприметный паж и элегантный лорд могут оказаться одним и тем же лицом.

Ксандер считал, что роль аристократа даст мне определенную свободу и откроет прежде закрытые двери. Так и случилось. Я закатывал пышные приемы и вскоре стал популярен при дворе. У лорда Риверса сложилась репутация загадочного, но в целом беспутного и бесполезного человека, который не обладает властью, а значит, не опасен, и с ним можно спокойно делиться любыми секретами. Аура таинственности вперемешку с намеками на темное прошлое сделали его… меня довольно притягательной личностью, способной помочь с некоторыми щекотливыми делами. И да – далеко не все слухи обо мне лживы. Чтобы соответствовать придуманному образу, мне пришлось таковым стать.

Джей замолчал, повертел палку в руках и кинул в огонь.

– Ну вот. Теперь ты знаешь все. Или, во всяком случае, то, что я способен поведать на трезвую голову.

В костре треснули прогоревшие ветки, и вместе с дымом в воздухе разлилась тишина. Ив была слишком потрясена историей Джея, чтобы вымолвить хоть слово. Перед глазами мелькали образы из его детства: одиночество, лишения и тяготы городской жизни. Вся история прошла сквозь нее, оставив глубокий след на душе.

В небе взошла луна, и пустынный пейзаж за пределами лагеря подернулся серебристым сиянием. Уснувшие у камней лошади стояли смирно и лишь изредка водили ушами. Даже песчаные мыши притихли.

Наконец Ив пошевелила руками, сбрасывая оцепенение, поставила пустую кружку в песок и тихо выдохнула:

– Ох, Джей… я и не представляла, какой непростой у тебя была жизнь…

– Не надо, – мягко перебил он. – Я рассказал это не затем, чтобы пробудить в тебе жалость или сочувствие. Я хотел быть с тобой честным. Чтобы наше доверие было взаимным, а ты понимала, кто я такой.

Джей умолк и нахмурил лоб. Он глядел в огонь так, будто надеялся там что-то найти.

– Помнишь, в замке Ангус, – заговорил он мгновение спустя, – ты спрашивала, кто я такой на самом деле. Но правда в том, что я не знаю и сам. Я давно перестал быть сыном охотника. Тот мальчик исчез вместе с пеплом и дымом родного дома. Я не актер, хотя постоянно притворяюсь кем-то другим. Я учился у чародея, но магом не стал. Я охочусь за чужими секретами и оправдываю это благородными целями. Я не лорд Риверс, поскольку его попросту не существует, и уж тем более не принц. Кто тогда?.. Вор… шпион… призрак… Выбирай сама.

– Мне нечего выбирать, – тихо проговорила Ив. – Ты для меня просто Джей. Так есть и было всегда.

Джей повернулся и впервые за весь разговор заглянул Ив в глаза. Несколько секунд он выглядел озадаченным, но потом улыбнулся.

– Хорошо, – согласился он. – Для тебя я останусь просто Джеем.

Он глубоко вздохнул и откинулся на камень у себя за спиной.

– И… многие знают о тебе правду? – спросила Ив.

– Единицы, – Джей растопырил пальцы на руке и принялся их загибать. – Король и Ксандер, разумеется. Еще Тиена, но не по моей воле. Некоторые, как, скажем, Рейнар, в силу обстоятельств кое о чем догадываются. Об отдельных сторонах моей жизни. Но всего целиком, пожалуй, не знает больше никто.

Ив взглянула на четыре загнутых пальца.

– О, так я первая, кому ты все рассказал… – она пораженно умолкла.

Джей согнул пятый палец и сжал кулак.

– Да, первая. Я вынужден все скрывать. Если правда откроется слишком многим, то мой образ богатого лорда рассыплется в прах.

– Но теперь у тебя есть земли. Разве это не делает тебя настоящим лордом? К чему теперь притворяться?

– Земли… – Джей улыбнулся и покачал головой. – Эти земли король передал мне в управление, только и всего. Мое низкое происхождение, как и статус чужеземца, не позволяют ими владеть. Разумеется, они будут приносить мне доход, но добивался я их не затем. Понимаешь, эти земли находятся на месте охотничьих угодий, где когда-то стоял…

– Твой дом?

– Да. Мой дом. Я уже и забыл, что это значит… Я хотел получить земли своего детства, чтобы хотя бы в старости вернуться домой. Знаю, глупо. Ведь никакого дома у меня там нет, но… это была детская мечта, соблазн исполнить которую был слишком велик.

Джей потянулся, разминая затекшие плечи, и устало вздохнул.

– Ладно. Хватит, пожалуй, на сегодня откровений. Нам завтра рано вставать, тебе нужно поспать, – он поднял с песка свое покрывало и протянул его Ив. – Вот, накройся. Хвороста не осталось. Огонь скоро погаснет, и станет холодно.

– А как же ты?

– Не переживай, мне доводилось спать и в худших условиях.

Ив хотела возразить: мол, куда уж хуже, они и так под открытым небом. Но потом сообразила, что Джей знает, о чем говорит. Ему действительно приходилось спать в худших условиях: голодным и на морозе.

Ив помедлила секунду.

– Если хочешь, мы можем накрыться одним одеялом, – предложила она. – Вдвоем будет теплее.

Джей улыбнулся, но покачал головой.

– Нет, Ив. Спи спокойно. Я посижу еще немного на страже.

– Ты уверен? Если передумаешь, я не буду возражать…

– Уверен, Ив. Спи.

Ив положила под голову седло, укуталась в одеяло и вытянулась на подстилке. В темном небе безмятежно мерцали звезды, на серых камнях танцевали отблески огня. Ив закрыла глаза, но тишина пустыни отчего-то не приносила покой. Слишком много настойчивых и тревожных мыслей теснилось в голове. Ив повернулась на бок и приподнялась на локте. Джей придвинулся ближе к огню, но его взор был устремлен куда-то вдаль. Внезапно Ив вспомнила ночь в библиотеке три года назад. Тогда Джей вот так же сидел в лунном свете и глядел на ночь за окном.

– Ты помнишь ночь в библиотеке три года назад? – прошептала Ив. Джей шевельнулся, но головы не повернул. – Ты сидел в кресле, а я спустилась с лестницы, чтобы…

– Чтобы залезть в свой тайник?

– Да… Но как ты узнал?

Джей тихонько фыркнул, и Ив качнула головой – не об этом она хотела спросить.

– О чем ты тогда думал?

– О том, что потерял.

– А сейчас?

Джей повернулся к Ив, и в его глазах сверкнула печаль.

– О том, что еще предстоит потерять.

Ив сглотнула, застыв под покрывалом. Все прежние тревоги, как стая ворон, закружили над головой. Наконец она поняла, что ей не давало покоя.

– Скажи, ты ведь не собираешься рисковать собой ради Ксандера? Он же только и делает, что использует тебя.

Джей опустил глаза и задумчиво провел рукой по песку. Под его пальцами зашуршали камушки.

– Я понимаю, тебе не за что его любить. Да и я не стану утверждать, что Ксандер пытался заменить мне отца или относился как к брату. Нет, он в эти игры не играл. Прежде всего, он был требовательным и жестким наставником. Но использовал ли он меня? Нет, Ив. Нет. Отчего, как ты думаешь, он терпит все мои колкости и выходки? Любого другого на моем месте он бы давно уже выставил вон. Все дело в том, что он нуждается во мне. И, поверь, разница велика. Ни один его шпион или маг не способен на то, что могу я. И не он сделал из меня вора. Я сам выбрал такую судьбу и ни на кого ответственность за это перекладывать не хочу. А если мне и придется собой рисковать, то не ради Ксандера, а ради сына короля.

– Нет! Кем бы он ни был! Я слышала, король просил тебя сдержать обещание, в котором ты поклялся отдать жизнь за его семью, и… это несправедливо!

– Жизнь вообще несправедлива, Ив. А ты, как обычно, слушала, но не услышала. Король не просил меня защищать Ксандера или отдавать за него жизнь. Он просил меня позаботиться об интересах королевства и только. К тому же, по моему скромному мнению, живой я более полезен, чем мертвый, – Джей бросил на Ив лукавый взгляд и улыбнулся. – Ну все, Ив, хватит. А то я всерьез решу, что ты ко мне неравнодушна. Сначала ты так мило предлагаешь накрыться одним одеялом, а теперь волнуешься за меня. М-м-м. Какая чудесная пара! Благородная дама и уличный вор…

– Джей! Шутки тут неуместны!

– Разве? А по-моему, неуместно беспокоиться о том, что может никогда не случиться. Спи, Ив! Летом ночи короткие.

Он накинул на голову капюшон и отвернулся, всем видом показывая, что не намерен продолжать разговор. Ив несколько минут выжидающе глядела на его темный силуэт на фоне огня, но потом откинулась на спину и устало закрыла глаза.

Ночной воздух холодил лицо, но под одеялом было тепло. Ив вдруг осознала, что лежит под открытым небом, среди диких земель, на камнях и песке, но, несмотря на это, ей уютно и хорошо. Рядом мирно потрескивал костер, и колыхалось дыхание пустыни. Сознание поплыло куда-то вдаль, погружаясь в приятное и рассеянное состояние, но в последний момент Ив ухватилась за ускользающую реальность и прошептала то, что собиралась сказать, но не успела:

– Джей… Я не стала о тебе плохо думать. Наоборот. Теперь я знаю, почему ты решил мне помочь. Просто ты хороший человек, вот и все…

Джей не ответил. Даже не шелохнулся. До Ив долетел лишь какой-то неразборчивый звук, но у нее не нашлось сил, чтобы повернуть голову и посмотреть. Она почувствовала, что проваливается в сон, и последнее, что промелькнуло в голове, – что приятный уют и покой ей дарил не треск костра или тишина пустыни, а сидящий рядом человек.

Глава 24. Свободные маги

Бледный свет защекотал веки, и Ив открыла глаза. В небе гасли последние звезды, а на востоке пламенем разгорался рассвет. Отблески зари разливались по пустыне багрянцем, вырывая из сумрака ночи серые камни и рыжий песок.

Ив сморгнула остатки сна и приподнялась на локтях. У камней стояли сонные лошади, тихо будто тени. В яме от костра в такт дыханию ветра колыхалась зола. Одеяло покрывала желтая пыль. Казалось, она налипла везде: на ресницах, губах, волосах. Даже с горьким привкусом скрипела на зубах.

Ив откинула одеяло и села. Рядом, привалившись спиной к валуну и укутавшись в плащ, спал Джей. Его голова склонилась на грудь, белокурые волосы прикрывали глаза. Во сне он выглядел спокойным и безмятежным. Одинокий страж, охранявший ночью ее сон и покой. Ив ощутила на губах улыбку и осознала, что уже долго сидит неподвижно и разглядывает лицо Джея. В нем ничего не изменилось, но что-то неуловимо стало другим. Более понятным и родным?

Ив прикусила губу, прогоняя улыбку, и подняла глаза к румяному небу. Утро окончательно вступило в свои права. Солнце поднялось над горизонтом и окутало просторы пустыни золотым сиянием нового дня. Пора было собираться в дорогу. Ив потянулась разбудить Джея, но замерла. На миг захотелось запустить пальцы в его волосы и провести ладонью – нежно и аккуратно, как это делал ветер… Однако вместо волос рука коснулась плеча.

Джей напрягся, как взведенная пружина. Дернулся, готовый отразить удар, но увидел Ив и расслабился.

– С добрым утром, – улыбнулся он.

– С добрым. Ты так сладко спал, что не хотелось тебя будить.

– Сам не ожидал, что так крепко усну. Спасибо, что разбудила, – Джей сел и поморщился, разминая затекшую спину. – Что и говорить, но даже самый жесткий матрас был удобнее этих камней. Или, может, это я стал стар для таких приключений?

– Скажешь тоже! – фыркнула Ив. – Ты совсем не старый.

Джей озорно прищурил глаза.

– Приятно это слышать из уст юной дамы. Пожалуй, мне стоит чаще спать на камнях, чтобы получать от тебя комплименты.

– Если помнишь, я была как раз против того, чтобы ты спал на камнях.

– Помню, – лукаво улыбнулся Джей и посмотрел на горизонт. – Не хочется прерывать столь любезную беседу, но нам давно пора выезжать.

Они наскоро перекусили остатками хлеба и вяленой ветчины и двинулись в путь. Спустя два часа от ночной прохлады не осталось следа. В воздухе повис удушливый зной. Над поверхностью песков задрожали маслянистые лужи-миражи. Ив собрала волосы в пучок на затылке и накинула на голову капюшон, чувствуя, как на спине выступает испарина. Джей вел все время на запад и изредка оборачивался, чтобы сверить маршрут с движением солнца. Вскоре пустыня переменилась. Песок под копытами посветлел, сделался сыпучим и рыхлым. Появились наметенные ветром волнистые барханы и холмы. Местами из них торчали пучки темной травы, на вид колючей и неприветливой.

На гребне очередной песчаной волны Джей дернул за поводья и остановился. Ребристый бархан покато уходил вниз, а затем обрывался. От подножия холма во все стороны расползалось огромное плато, в трещинах и прожилках, словно дно пересохшего моря. Ни скал, ни камней. Куда ни глянь – везде изогнутые скорлупки сухой глины, припорошенные рыжим песком, и танцующая в воздухе пыль.

Джей достал флягу с водой и сделал глоток.

– Мы добрались, – он вытер губы и указал вперед. – Вон их лагерь.

Ив проследила за его рукой, всмотрелась в пустой горизонт и столбики пыли.

– Где? Я ничего не вижу.

– Ты и не увидишь, – усмехнулся Джей. – Лагерь примерно в тысяче шагах от нас и окружен защитной магией. Там все спокойно, но думаю, они уже знают о нас.

Он убрал флягу и слез с коня.

– Дальше пойдем пешком. Лошади могут разволноваться и понести. Мне не хотелось бы здесь заплутать.

Ив тоже глотнула воды, хотя больше хотелось вылить ее себе на лицо, и спрыгнула в песок. Они взяли лошадей под уздцы и повели вниз по склону холма. Ноги утопали в жидком песке. Насыпь, точно вода, стекала на дно тонкими ручейками.

– Как мы поступим в лагере? – спросила Ив. – У тебя есть план?

– Для начала надо поговорить с Карин. Она их лидер и вдохновитель. Ну а после… будем действовать по обстановке.

– Хорошо. А что делать мне?

– Тебе? М-м-м… Просто держись поближе ко мне.

– И все?

– Хочешь сказать, я прошу слишком много?

Джей лукаво выгнул бровь, и Ив рассмеялась.

– Нет, Джей. В самый раз.

Они спустились с холма, и под ногами захрустели корки сухой глины. Гревшиеся на земле серые ящерки вмиг разбежались и попрятались в трещины. Пыльные вихри, подгоняемые ветром, вырастали то с одного бока, то с другого, а затем неожиданно пропадали. Ив с нетерпением вглядывалась в дрожащий от жара воздух, надеясь хоть краем глаза зацепить то, что неминуемо ждало впереди, но пока оставалось незримым. Желание увидеть Даниеля с волнением жгло грудь.

Когда барханы за спиной превратились в тонкую желтую полоску, Тень тревожно дернула головой и заржала. Ив ощутила, как что-то сильно сдавило грудь и стало трудно дышать. На затылке зашевелились волоски, прошиб ледяной пот.

– Что чувствуешь? – спросил Джей.

– Страх. Хочется развернуться и убежать.

– Не обращай внимания. Это магия. И крепче держи свою вороную. Мы уже рядом.

Ив глубоко задышала, чтобы унять сердцебиение и легкую дрожь, и погладила кобылу по гриве, стараясь успокоить. Тень, как и жеребец Джея, беспокойно фыркала, но вырываться больше не пыталась.

– А как зовут твоего коня? – спросила Ив, чтобы отвлечься. – Ты никогда не говорил.

– А ты никогда и не спрашивала. Арно. На одном из диалектов Вольных островов это означает «верный».

– Хорошее имя.

– Угу, – Джей покосился на Ив. – Если хочешь, возьми меня за руку. Я не смогу защитить тебя от действия магии, но все же…

– Да, спасибо, – Ив вцепилась в протянутую ладонь. Беспричинный страх по-прежнему сжимал грудь, но рука Джея словно якорь удерживала от желания сорваться и кинуться в обратную сторону.

Через сотню шагов Джей остановился.

– Впереди защитный барьер, который скрывает лагерь.

– Да. Я чувствую.

Браслет на руке ощутимо дрожал, а волны страха накатывали без перерыва. Уверенность, что следующий шаг – последний, наполняла голову назойливым жужжанием.

– Сначала я проведу лошадей, – сказал Джей, – а потом вернусь за тобой.

Он взял под уздцы сопротивляющихся лошадей и с силой потащил за собой. Три шага – и они растворились в воздухе. Ив ожидала увидеть нечто подобное, но все равно не сдержала удивленного вздоха.

Вскоре Джей появился вновь и протянул руку Ив.

– Готова? Возможно, будет слегка неприятно.

Ив кивнула, взяла Джея за руку и шагнула за ним.

Земля под ногами дрогнула и накренилась. Перед глазами замелькали цветные круги. На миг ослепнув и потеряв равновесие, Ив споткнулась и повисла на руках Джея, который вовремя успел ее подхватить.

– Все в порядке? – спросил он.

– Да. Все хорошо.

Ив откинула волосы с глаз и отстранилась. Головокружение прошло, как и навязчивый, беспричинный страх. Преодоление барьера напомнило проход через портал, только на этот раз Ив никуда не переместилась. Вокруг простиралась все та же пустыня с солнцем и раскаленным песком, однако мир внезапно наполнился жизнью.

Пустошь, как грибную поляну, усеивали десятки шатров всех цветов и размеров. Одни стояли кучно, между другими пролегали дороги. Над проходами висели сетчатые навесы, создавая драгоценную тень. В небо от очагов тянулись столбики дыма. Пахло костром, мясом и хлебом. На ветру хлопали ткани, трепетали высокие купола и навесы. Блеяли козы, что-то звенело, стучало, шуршало и скрежетало, создавая дружный будничный гул.

Джей снял с себя плащ и положил в сумку.

– Пусть видят, что мы ничего не скрываем, – пояснил он.

Ив тоже убрала плащ, взяла Тень за поводья и зашагала за Джеем к лагерю. Где-то в его глубине двигались тени и ходили люди, но пока никого не было видно. Они обогнули квадратный шатер и очутились на перекрестке. И в ту же секунду их обступили маги. Они выходили из узких проходов между шатрами и вставали полукругом, преграждая дорогу. Магов и чародеек было не меньше двух дюжин. Все они носили свободные одежды цветов пустыни: желтые, белые, рыжие, коричневые, украшенные кожаными ремешками и вышивкой. Некоторые в руках держали посохи из кости и дерева, оплетенные посредине кожей. Ив с надеждой вглядывалась в лица магов, но Даниеля среди них не оказалось.

Джей отпустил поводья и развел в стороны руки, показывая, что они пусты.

– Мы пришли к вам с миром! – выкрикнул он. – Нам надо увидеться и поговорить с вашей королевой. С Карин.

Навстречу ему вышел мужчина на вид самый старший из всех. В его короткой бородке сверкала седина, в уголках серых глаз разбегались морщинки. Заплетенные в косички черные волосы сзади перехватывал шнурок. На жилистом загорелом теле болталась светлая рубаха с затейливым орнаментом. Ноги облегали коричневые штаны и поношенные сапоги.

– У нас, чужак, здесь нет ни королей, ни королев, – сказал чародей, и кончик его посоха уперся Джею в грудь. – Мы – свободные маги. А с чем вы пришли и зачем, мы выясним сами. Малик! – он повернулся к магу позади. – Обыщи их! Ивар, Сильва! Заберите лошадей и позаботьтесь о них. Вещи отнесите в мой шатер.

Молодые чародеи взяли лошадей под уздцы и повели к загону с козами, устроенному в тени навеса на окраине лагеря.

Джей раскинул руки еще шире и опустил глаза на прижатый к груди посох.

– А это обязательно? – спросил он. – Как видишь, я не собираюсь бежать или на вас нападать. К тому же твой посох не кажется мне волшебным.

– Не переживай, он волшебный, если им хорошенько двинуть меж глаз. Будешь умничать – проверишь на себе. Считай, это предупреждение, – сурово предостерег чародей, но посох все же убрал.

– Благодарю, приятель. И за заботу о лошадях тоже.

Чародей окинул Джея тяжелым взглядом.

– Мы с тобой, чужак, не приятели, чтобы ты меня так величал, – он ловко крутанул посох в руке. – Я – Каллен. И более не испытывай моего терпения.

Джей смиренно поджал губы, но озорные огоньки в глазах выдавали, что угроза чародея его нисколько не испугала.

Как только увели лошадей, маг по имени Малик вышел вперед. Ив ждала, что он потребует вывернуть карманы, но ничего подобного не произошло. Маг немного постоял с закрытыми глазами, затем медленно двинулся по кругу. Его лицо было отрешенным и в то же время сосредоточенным. Он будто прислушивался к чему-то вдалеке, пытаясь разобрать. Около левой руки Ив он задержался, рассматривая браслет, но потом качнул головой и перешел к Джею.

Ив сдула со лба прилипшую прядь, посмотрела поверх толпы… и сердце пропустило удар. В двадцати шагах от нее стоял Даниель. Его укрывала тень от шатра, но Ив мгновенно узнала его высокую широкоплечую фигуру.

Она улыбнулась, собираясь махнуть, но рука застыла в воздухе. Из соседнего шатра вышла девушка, стройная и гибкая как тростинка. На ней была блузка с короткими рукавами, а вокруг ног кружилась светлая юбка до пят. Ветер играл в ее волнистых каштановых волосах. Девушка с улыбкой обняла Даниеля за талию, что-то прошептала на ухо и потащила за собой. Даниель лишь на миг обернулся и последовал за уводящей его рукой.

Ив отвела взгляд и сглотнула горький комок. Заметил ли ее Даниель? Ответ заставил сердце мучительно сжаться. Ив не знала, что сильнее причиняло ей боль: то, что Даниель не захотел с ней даже поздороваться, или то, как привычно обнимала его чародейка.

Малик тем временем завершил круг и остановился.

– Каллен, я закончил, – сказал он. – У парня в кармане лежит формула для открытия портала, а в сапоге спрятан нож. Больше ничего опасного я не нашел.

Посох чародея стремительно взметнулся и просвистел перед лицом Джея.

– А ну, чужак, живо мне все отдавай!

– Эй, полегче, приятель! – воскликнул Джей, отклоняясь назад. – Чего ты горячишься? Я вам ничем не угрожаю. Портал двухсторонний и не сработает, пока его не откроют с обеих сторон, на что – и тебе это известно – способны лишь маги. Что до ножа… то им разве что в зубах ковырять…

– Говорил я тебе, не умничай, чужак! – Каллен толкнул Джея посохом в грудь. – Твое мнение тут никого не волнует. Один раз я тебя предупреждал, больше не буду. Сказано тебе отдавай!

Ив с беспокойством дернула Джея за рукав.

– Лучше сделай, как они просят.

Джей пожал плечами, достал из кармана колбу с синим раствором и вручил чародею. Затем вытащил из сапога нож, но помедлил, прежде чем отдать.

– Аккуратнее с ножом, – попросил он. – Он мне очень дорог.

– Не переживай. Будем беречь, как младенца.

Каллен убрал колбу в кожаный кошель на ремне, а нож кинул магу, стоящему у него за спиной. Тот неловко его поймал, чуть не уронив.

Джей улыбнулся и покачал головой.

– Знаешь, а ты мне нравишься, Каллен-свободный-маг.

– К сожалению, не могу сказать о тебе того же, чужак.

Каллен повернулся к толпе и взмахом руки разрешил всем разойтись. Маги опустили посохи и побрели в разные стороны. Некоторые еще поглядывали с недоверием на незваных гостей, но остальные, похоже, решили, что незнакомцы им не опасны, и поспешили вернуться к делам.

Каллен бросил на Джея строгий взгляд.

– Ждите тут, – велел он. – Я узнаю, примет ли вас Карин. И смотрите, никаких глупостей.

Постукивая по камням посохом, он неторопливо зашагал в проход. Вскоре поблизости почти никого не осталось. Джей устало потер глаза и сел на песок в тени шатра.

– Зачем ты их провоцировал? – сердито спросила Ив.

– Провоцировал? Тебе показалось, – отмахнулся Джей и откинулся на стенку шатра. – Я хотел посмотреть, на что они способны, – уже тише прибавил он. – Жаль только, вели они себя на редкость сдержано.

– Ах, Джей! Зачем так бессмысленно рисковать?

– Бессмысленно рисковать? – усмехнулся Джей. – Почему у меня такое чувство, будто мы поменялись ролями?

Ив фыркнула и отвернулась. На самом деле ее сильнее расстроило равнодушие Даниеля, чем поведение Джея. Она немного отошла, рассматривая лагерь. В дальнем конце прохода под тенью навеса сидели два мага и что-то мастерили из шкур. Еще один кормил в загоне коз. Если кто-то и следил за чужаками, то делал это незаметно.

Ив подняла голову. Над шатрами дрожал знойный воздух. С запада по небу плыли облака, а вдалеке на горизонте хмурились грозовые тучи. Всего лишь второй день в пустыне – а Ив уже мечтала о дожде. Нестерпимо хотелось смыть с кожи липкую пленку из пыли и пота. И словно в ответ на ее мысли из соседнего прохода донесся веселый детский смех и плеск воды.

В тени навеса там стояла бочка с водой, и вокруг нее бегали двое детишек: девочка лет десяти и мальчик на два года младше. Они брызгали друг в друга водой, уворачивались и приседали, и звонко хохотали, если удавалось попасть противнику в глаза, что случалось довольно часто: брызги веером летели во все стороны.

Ив в нерешительности помялась на месте и зашагала к детям. Девочка первая заметила Ив – ухватилась за край бочки и замерла. Мальчик не успел среагировать и с разбегу врезался ей в плечо. Смех резко оборвался. Две пары серьезных серых глаз уставились на Ив. Схожие черты их лиц наводили на мысль, что дети – брат и сестра.

В пяти шагах от них Ив остановилась. Дети не выглядели испуганными, скорее удивленными, но лишний переполох в лагере был ни к чему.

– Не бойтесь, – сказала она. – Я хотела лишь попросить у вас немного воды, чтобы умыться.

Девочка широко улыбнулась. Она отжала мокрые волосы, зачерпнула горсть воды и подбросила вверх. Капли разлетелись в стороны, но затем, словно под действием магнита, вновь соединились и повисли в воздухе в виде пузыря. Девочка легонько подула, и, покачиваясь, пузырь медленно поплыл вперед. От ветра его контуры расплывались, но магия опять собирала его в шар. Перед Ив он завис, сверкая в лучах солнца точно огромный алмаз. От восхищения Ив затаила дыхание и протянула к нему руку. И тут пузырь лопнул. Вода хлынула вниз, просочилась сквозь пальцы и лужей расползлась возле ног. Девочка залилась озорным смехом, схватила брата за руку и потащила за собой. Под дружный хохот дети юркнули в проход и скрылись за шатрами.

Ив вздохнула. Когда-то они с Мико тоже шутили над взрослыми. Неужели настал ее черед стать объектом для шуток? Она подошла к бочке и плеснула в лицо водой. Приятная прохлада смыла пыль и усталость, горечь и пот.

Протерев шею и руки, Ив вернулась к Джею. Его глаза были прикрыты, но он явно не спал и за всем наблюдал. Эта догадка подтвердилась, когда Ив села рядом с ним на песок.

– Только представь, – зашептал он, – что эта девочка поднимет в воздух не горсть воды, а реку Серну, а после обрушит ее воды на Теоден. Боюсь, от города останутся одни погреба.

– Думаешь, такое возможно? – усомнилась Ив.

– Не знаю. И мне бы не хотелось это узнать.

По камням застучал посох, и в проходе показался Каллен.

– Идемте. Карин вас ждет, – хмуро позвал он.

Джей вскочил на ноги и протянул Ив руку, помогая встать. Вслед за чародеем они пошли под тенью навесов прямиком через лагерь. Встреченные по пути маги с любопытством глядели на чужаков, но заговорить не пытался никто. Кто-то готовил на огне еду, дразня ароматами сочного мяса и острых приправ. Кто-то чинил одежду. Кто-то мирно дремал в тени.

В центре лагеря находилась овальная площадь, окруженная лавками и навесами. Лавки занимали зрители, а на арене кипела битва. Несколько пар бойцов кружили в боевом танце – они сталкивались и уклонялись, совершали выпады и приседали. Посохи в их руках мелькали, звенели от ударов и свистели, рассекая воздух. Слышались то отчаянные вскрики, то яростное рычание. Ноги бойцов вздымали облачка рыжей пыли, которые затягивали арену легкой пеленой.

Возле арены Каллен задержался, позволяя в полной мере насладиться мастерством юных бойцов, изяществом и точностью их движений.

– В нашем лагере каждый обучен защищать себя не только с помощью магии, – сказал Каллен и выразительно глянул на Джея: в глазах чародея таились предупреждение и угроза. Затем он повел дальше.

Шатер Карин располагался неподалеку от площади. На высоком куполе трепетала желтая ткань, стены укрепляли плотные шкуры. У входа Каллен откинул цветастый полог и жестом пригласил войти, а сам остался снаружи.

Внутри дышала прохлада, и царил полумрак. Не горели ни лампы, ни свечи. Сквозь прозрачную ткань под потолком сочился рассеянный дневной свет, который падал на низкий столик в центре комнаты. Вокруг него валялись подушки, пол покрывали овечьи шкуры. В углах стояли сундуки. На полочке под окном тлели благовония, источая терпкий древесный аромат. Тянувшийся от них дым смягчал освещение и наполнял комнату жемчужным сиянием.

В комнате не было ни души, лишь у дальней стены колыхалась шелковая занавеска. Ив шагнула вперед, но пошатнулась и замерла. Комната неожиданно пришла в движение и вытянулась в длину словно коридор. Столик, до которого оставалось не более пяти шагов, отбежал на столько же шагов вперед. Сундуки в углах и вовсе не могли определиться со своим расположением. Рваными скачками они то приближались, то удалялись. Стены по бокам нервно подергивались, сжимались и раздвигались. Свет померк, и навалилась густая, тягучая духота.

– Осторожно. Тут какая-то магия, – прошептал на ухо Джей.

– Уф, я это уже поняла, – простонала Ив и зажмурилась. От пляски стен кружилась голова, и накатывала тошнота. – Что это за магия?

– Не знаю. Надеялся, ты мне расскажешь. На меня-то она не действует. Но судя по тому, как ты двигаешься, у тебя какие-то проблемы с ориентацией.

– Еще какие! Тут все вертится и танцует… Ох, Джей, лучше скажи, как далеко от меня находится вон та кушетка?

– Кушетка? Там вообще ничего нет.

– Ох, – выдохнула Ив и опять прикрыла глаза. – Что тут такое происходит? Не понимаю. Для чего все это?

– Она с нами играет. Оценивает. Изучает. Хочет сбить с толку и запутать. И, честно говоря, мне это не нравится. Пойдем-ка отсюда.

Джей схватил Ив за руку и потянул к выходу. От резкого поворота голова закружилась еще сильнее. Ноги запутались и заплелись. Ив пошатнулась, готовая рухнуть на пол, но в этот момент с другой стороны ее подхватила еще чья-то рука. От плеча по спине пополз колючий мороз. В глазах вспыхнули и замелькали красные точки. Дрожащий на руке браслет впился в запястье сотней острых иголок. Ив ахнула от удивления и боли, а в следующее мгновение все внезапно прошло. Холод отступил. Стены перестали дергаться и качаться, сундуки в углах неподвижно застыли. Из окна снова заструился мягкий дневной свет.

Джей тоже ощутил перемену. Он рывком развернулся, пряча Ив за спиной, и застыл. В комнате они были уже не одни. У стола стояла невысокая женщина в коричневой тунике, надетой поверх широких белых штанов. В ее облике не было ничего королевского. Ни драгоценностей, ни диадем. Даже вышивка не украшала одежду. Темные волосы кольцами спадали на плечи, обрамляя смуглое лицо. В уголках губ виднелись морщинки. Единственное, что притягивало к ней взор, это глаза. Черные и бездонные, пылающие неистовым, живым огнем. А еще улыбка. Жесткая и опасная.

– Приветствую вас в моем шатре, – сказала чародейка низким и тягучим голосом. – Простите за не слишком радушный прием, но, думаю, нас можно понять: гости тут редкость, – добавила она без тени раскаяния и указала на подушки вокруг стола. – Прошу располагайтесь. Здесь скромно, но, полагаю, ни ты, Ив Стаут, ни ты, сын охотника по имени Джей, не явились ко мне за роскошью.

На лице Джея отразилось легкое замешательство: обращение чародейки явно выбило его из колеи. Однако он быстро взял себя в руки, но с места не сдвинулся.

Карин, скрестив ноги, уселась на подушки перед столом и усмехнулась.

– Ну же, проходите, не бойтесь. Я не кусаюсь, что бы обо мне ни говорили.

Джей переглянулся с Ив и кивнул. Они сели за стол напротив Карин.

– Так это правда? – заговорил Джей, откашлявшись. – Ты умеешь читать мысли? Довольно редкий и необычный дар.

На смуглом лице чародейки сверкнули белые зубы.

– О да! Редкий. Лишь один из тысячи способен им овладеть.

– Но мои мысли ты прочесть не смогла?

– Твои – нет. А вот ее – да. Она как раскрытая книга, ее мысли громкие и беззащитные.

– Ты же знаешь, такую магию запрещено применять к людям. Они не могут себя защитить как маги.

– Запрещено? – Карин запрокинула голову и расхохоталась. – И кто же мне тут запретит? Ты? – в черных глазах вспыхнул вызов вперемешку с насмешкой. – А у тебя, сын охотника, тоже необычный дар. И ты знаешь, как его получил. Только вот ей об этом не рассказал. Видишь, мне не надо читать твои мысли, чтобы кое-что понимать. Тайны и секреты. В этом твоя суть? И тебе ли, коллекционер чужих тайн, говорить со мной о запретах? Ты ведь тоже запретов не признаешь.

Карин взмахнула рукой и указала на стол.

– Но, впрочем, позвольте мне проявить радушие и предложить вам самое ценное, что есть в пустыне. Угощайтесь.

Ив опустила глаза и увидела перед собой запотевшие глиняные стаканы. В золотистом напитке плавали кусочки льда. Ив не заметила, когда они появились. Возможно, стояли на столе все это время: вокруг донышек уже образовался влажный кружок. Ив пересохшим горлом сглотнула слюну и потянулась к стакану. В тот же момент ладонь Джея легла поперек. Он выхватил стакан и недоверчиво поднес к носу.

– О! С каждой минутой все любопытнее и любопытнее! – рассмеялась Карин. – Ты и правда решил, что я хочу вас опоить? Не обижай меня, Джей! Я не нуждаюсь в подобных трюках. Хотя ты меня удивил. Кто бы подумал, что такой осторожный человек, как ты, все-таки имеет свою слабость, – чародейка перевела взгляд на Ив, и ее губы изогнулись в опасной улыбке. – И вот она! Сидит рядом с тобой!

Джей вернул стакан на стол.

– Ты ошибаешься, Карин. Она не моя слабость.

Чародейка с раздражением цокнула языком.

– Говори, что хочешь, но я-то ясно вижу правду в твоих глазах.

– Она не моя слабость, – твердо повторил Джей. – В ней моя сила.

Карин задумчиво наклонила голову.

– Что ж, может, и так, – после небольшой паузы признала она. – Слабость, которую нельзя использовать против тебя, вполне можно назвать силой. Сам знаешь, Хранителя тут никто не обидит. Поэтому пейте спокойно. Это самый обычный чай. Между прочим, его мне привез твой отец, Ив Стаут. Как, впрочем, и эти подушки. И вон те благовония. Да и большую часть всего, что есть в этом шатре.

– Я знаю, что ты с ним торговала.

– С ним и многими остальными. Черный рынок нас кормит и одевает. Благодаря ему мы живем. Можешь не верить, Ив Стаут, но мне нравился твой отец. Он был хватким дельцом и умел соблюдать баланс интересов. Хотя, на мой взгляд, для контрабандиста он был слишком честен и прям. Полагаю, это его и сгубило.

Ив вцепилась в край стола и подалась вперед.

– Что ты сказала?

– О, нет-нет. Не подумай, будто мне что-то известно. До этой минуты я и не подозревала, что он умер не своей смертью. То было лишь мое предположение. По молодости я тоже вела себя слишком честно и прямо. За что и поплатилась.

Карин обратила на Джея черный блестящий взгляд.

– А ты знал, что король Эрис изначально намеревался назначить меня своей советницей вместо Сибил? Догадываешься почему? Он хотел, чтобы я читала мысли его придворных, а после доносила обо всех несогласных и недовольных. Только в последний момент он передумал. Испугался, что я стану читать и его мысли тоже. Я уверяла его, что так поступать не стану и, пожалуй, даже сдержала бы свое обещание. Но он удалил меня от двора и запретил заниматься магией. Вот она, ценность королевских запретов! Все дозволено, пока это выгодно королю. В противном случае – ты изменник и бунтарь. Как считаешь, должна ли я была предать свой дар в угоду изменчивому настроению короля? Должна ли была задушить данную мне природой силу и позволить сделать то же самое с остальными?

Карин повернулась к Ив, внезапно сменив тему:

– Даниель – необычайно талантливый маг! Его дар очень силен, а возможности почти безграничны. Когда я нашла его ребенком среди песков, он несколько дней пролежал под раскаленным солнцем без еды и воды. Он умирал от жажды и истощения, но магия его исцеляла. Он лечил сам себя и даже не подозревал о том. И тогда я поняла – сама судьба дарует нам избранника магии. Мальчика, который сломит прежние устои и приведет нас к победе.

Карин торжествующе сверкнула глазами. На ее лице сияла почти материнская гордость. Не поэтому ли Даниель проникся к ней любовью? Она напоминала ему погибшую мать?

Джей покрутил свой стакан, и в нем застучали кусочки льда.

– И одна песчинка способна изменить ход целого механизма, – пробормотал он и отпил из стакана.

Карин прищурила глаза, раздумывая, как отнестись к его словам.

– Верно. Лучше и не скажешь, – согласилась она.

Ив покосилась на Джея, гадая, какую игру он затеял, но по его лицу сложно было что-либо понять. Она тоже взяла стакан и попробовала напиток. На вкус это действительно был самый обычный чай. Сладкий и ледяной.

– Что же, – выпрямилась Карин, – мой дар имеет одно неоспоримое преимущество: он экономит время. Поэтому пропустим ненужные объяснения и сразу перейдем к делу. Тебе, сын охотника, поручено уговорить меня принять Ксандера. А ты, Ив Стаут, и вовсе пришла не ко мне, – на губах чародейки заиграла лукавая улыбка. – Даниель – вот ради кого ты здесь. Если хочешь, можешь пойти к нему прямо сейчас, – Карин наклонилась вперед и доверительно прошептала: – Он ждет вашей встречи не меньше тебя.

От слов чародейки у Ив невольно затрепетало сердце. Перед глазами еще стояла картина того, как Даниель уходит за девушкой, но горечь от этого воспоминания уступила место затаенной надежде на встречу.

– Джей? – тихо окликнула Ив, желая узнать его мнение.

– Да, конечно. Поговори с ним, – кивнул он в ответ.

– В таком случае Коко проводит тебя, – сказала Карин и дважды хлопнула в ладоши.

Занавеска в конце комнаты шевельнулась, и за ней появилась девочка лет шести – смуглая, темноволосая, черноглазая. Она улыбнулась и поманила Ив рукой.

– У тебя же, сын охотника, – сверкнула глазами Карин, – есть пять минут на то, чтобы убедительно объяснить, зачем я должна открыть Ксандеру портал.

– Мне хватит и одной, – улыбнулся Джей и поймал обеспокоенный взгляд Ив. – Все в порядке. Иди.

Ив помедлила, но спокойная улыбка Джея уверяла, что все действительно будет в порядке. Она встала с подушек и направилась к девочке.

Глава 25. Столкновение

Девочка вывела Ив из шатра и довольно шустро припустила по дорожкам лагеря. После прохлады комнаты жгучее солнце обрушилось душным печным жаром. Знойный воздух стоял почти неподвижно, словно чего-то ждал. Ползущие с запада тучи затянули небо наполовину, но до раскаленного солнца пока не добрались.

Ив едва поспевала за своей провожатой. Из-под пестрой юбочки только и мелькали босые пятки да позвякивали длинные бусы из ракушек, накинутые прямо на голое тело. Девочка юркнула за очередной поворот, и Ив рванула за ней, опасаясь упустить из виду.

– Да подожди же ты! Остановись!

Девочка оглянулась и послушно замерла на месте, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения.

– Стой, – выдохнула Ив и потянулась к худенькому плечику, но девочка ловко увернулась и отскочила в сторону. – Ладно, хорошо. Но не беги так быстро, – попросила Ив, переведя дыхание. – Ты же меня к Даниелю ведешь, верно?

Кивок.

– Тебя Коко зовут?

Снова кивок.

– Необычное у тебя имя. На прозвище похоже.

Девочка никак не отреагировала на это замечание и лишь смотрела на Ив большими темными глазами, так похожими на глаза Карин.

– Ты дочка Карин?

Девочка безо всякого выражения смотрела на Ив и молчала.

– Ты говорить-то умеешь?

И опять никакого ответа.

– Ладно, веди дальше, – махнула Ив.

Девочка улыбнулась и опять поскакала мимо шатров.

– Какой странный ребенок, – пробормотала Ив и заспешила за мелькающими впереди пятками.

Перед круглым шатром, обтянутым белой тканью, Коко остановилась.

– Даниель там? В этом шатре? – спросила Ив, указывая на закрытый пологом вход.

Коко кивнула, развернулась и побежала назад.

– Спасибо, что проводила… – крикнула Ив ей вслед, но слова застряли в горле. Сделав пару шагов, девочка растаяла в воздухе, словно туман поутру.

Ив округлила глаза.

– Что за колдовство такое? – прошептала она и тут же поняла: девочка не дочка Карин, а сама чародейка в шестилетнем возрасте. Да и Коко наверняка ее детское прозвище.

Ив посмотрела на шатер. Даниель. Там Даниель! И сейчас они встретятся! От волнения во рту пересохло. Сердце гулко застучало в груди. Ив поправила блузку, провела рукой по волосам. И вошла.

Внутри горели лампы, но после яркого солнца их свет казался тусклым. Даниель стоял перед овальным столом, склонившись над грудой свитков и карт. Справа от него в плетеном кресле сидела та самая девушка и читала раскрытую на коленях книгу. Когда Ив вошла, они дружно подняли головы, и в комнате повисла тишина.

Ив шагнула в круг света, как никогда чувствуя себя незваной гостьей, и неловко выдохнула:

– Здравствуй, Даниель.

Даниель выпустил из рук свиток и распрямился. На широких плечах натянулась белая рубашка, простая и легкая, какую в лагере носили многие маги. Мягкий свет отразился в его карих глазах, сверкнул на черных волосах и матово засиял на смуглой коже.

– Здравствуй, Ив, – отозвался он.

– Я видела тебя у входа в лагерь, – смущенно пробормотала Ив. – Но ты ушел и…

– Да, знаю. Прости, что не вмешался, но для общего спокойствия вас должны были обыскать. Тебе ничего не грозило. Тут ты в полной безопасности.

– А сюда меня привела девочка, посланная Карин, – поспешно продолжила Ив объяснять свое нежданное появление. – Сначала я подумала, что это ее дочь, но потом она исчезла, как призрак, и теперь я не уверена, что это вообще был ребенок…

– У Карин нет детей. Но я понял, о чем ты. Это был фантом. Они принимают образ создателя и даже могут общаться. Карин любит использовать эту магию для отправки сообщений и мелких поручений.

Сбоку скрипнуло кресло, и Даниель повернулся к сидящей в нем девушке.

– Ив, познакомься – это Миррая. Мы с ней… вместе росли.

Ив воспользовалась возможностью и пригляделась к девушке. Она была не на много старше Ив, лет восемнадцати, не больше. В ее внешности было что-то от пустыни: загорелая бронзовая кожа, тонкие губы, длинная гибкая шея, выгоревшие на солнце рыжие пряди в волосах. Но пустыне точно не принадлежали глаза – живые, сияющие, мятно-зеленые. Во взгляде девушки горел ответный интерес, и Ив задалась вопросом, не скрывалось ли что-то еще за словами «вместе росли».

– Меня можно звать просто Мира, – добавила девушка. – Только родители зовут меня Миррая. Они у меня просто обожают говорящие имена!

– На древнем языке магов Миррая означает «горящая свеча», – пояснил Даниель.

– Вот именно! – закатила глаза Мира. – Ну кому, скажите на милость, захочется быть горящей свечой?

– А по-моему, очень красивое имя, – заметила Ив. Непосредственность и прямота девушки вызывали у нее невольную симпатию.

Мира склонила голову набок, но ничего не сказала.

– Мира, можно тебя попросить… – начал Даниель, но Мира его прервала.

– Да-да, я уже все поняла. Пойду поищу в сундуках у отца еще какие-нибудь свитки.

Она захлопнула книгу и встала. Ив поймала на себе ее мимолетный взгляд: помимо любопытства, в нем было что-то еще, но Мира сразу отвела глаза, и его значение осталось для Ив загадкой.

За Мирой сомкнулся полог, смолкли шаги, и вновь повисла неловкая тишина. Ив растерянно теребила рукав. Она столько всего хотела сказать Даниелю, но совершенно не знала с чего начать. Даниель тоже молчал; он стоял, опустив голову, и задумчиво ворошил на столе бумаги. Сердился ли он на то, что она за ним не ушла? Или тоже гадал, с чего начать разговор? Ох, совсем не так она представляла себе эту встречу!

– А как ты ее представляла?

Голос Даниеля заставил Ив вздрогнуть. На секунду она решила, что он, как и Карин, прочел ее мысли, но потом сообразила, что последнюю из них произнесла вслух.

– Не знаю, – ответила Ив. – Но, по крайней мере, надеялась, что ты будешь рад меня видеть.

Даниель с удивлением поднял глаза.

– Но я рад тебя видеть. Правда рад!

В два шага он оказался рядом с Ив. Его руки взметнулись к ее плечам, но затем замерли и опустились.

– Только вот обстоятельства сейчас не располагают к особой радости, – угрюмо прибавил он и присел на краешек стола. – Я примерно представляю, зачем пришел он, – продолжил Даниель, намеренно не называя имя Джея. – Но я не понимаю, зачем Ксандер отправил тебя.

– Ксандер хочет с тобой встретиться и договориться. Но я здесь не по его указке. Я пришла ради тебя. Я хочу отговорить тебя от войны. Книга судеб не повод, чтобы ее начинать.

– Эх… этого я и опасался.

– Чего? Что я сумею тебя отговорить? Значит, и ты понимаешь, что война – не выход?

– А какой еще выход ты видишь? – с горечью спросил Даниель. – Посмотри, как мы тут живем. В палатках и шатрах! Словно нищие попрошайки! Мы вынуждены торговать магией на черном рынке и постоянно перемещаться по пустыне в поисках воды. У нас нет места, которое мы могли бы назвать своим домом. Посмотри на Миру – она прожила так всю жизнь. Думаешь, ей не хочется все изменить и оставить мертвые земли? Но куда ей идти? За пределами пустошей она – дочь бунтовщиков и предателей. Книга судеб была последним шансом переломить ситуацию в нашу пользу. Без нее мы лишены и этой надежды.

– Так это все ради нее? Ты делаешь все ради Миры?.. – у Ив дрогнул голос, и она замолчала. Спросить о большем она не решилась.

– Ради Миры и всех остальных! – Даниель вскочил со стола и принялся рыться в бумагах. – Вот, смотри. Мира помогает мне изучать древние тексты, и мы нашли упоминание о Книге судеб… – он схватил старый лист пергамента, в пятнах и с выцветшими чернилами, и замахал им перед Ив. – Здесь говорится о безграничной силе, которую дает своему обладателю Книга судеб. Только представь, чего мы могли бы достичь! Мы могли бы получить земли, основать город и наконец перестали бы тратить силы на выживание и защиту. Уверен, к нам бы присоединились и другие маги. А объединившись, мы бы превратились в один сплоченный народ, с которым считались бы все!

– И ради неопределенных надежд ты готов отправить магов воевать?

– Мы хотим жить, Ив, а не выживать. А для этого нам нужны пригодные для жизни земли и возможность заниматься магией без ограничений.

– Но война?

– Да как же ты не поймешь! Война неизбежна! Пока Книга судеб не обрела своего обладателя, маги будут биться за нее! В лагере мы не соперничаем, поскольку у нас общие цели. Но там, – Даниель махнул рукой вдаль, – у каждого свой интерес. Это лишь вопрос времени, кто еще, помимо Ксандера и меня, вступит в схватку.

У Ив от щек отхлынула кровь.

– И в этом я виновата… – прошептала она. – Я – Хранитель и не должна была допускать раздоры. Если бы я знала, что делать…

Даниель покачал головой, и суровое выражение его лица смягчилось.

– Нет. Не думай так. Ты ни в чем не виновата. Мы сами виноваты, что утратили могущество и знания. Древняя магия даже для нас тайна, а откуда тебе о ней знать?

– Но Джей знает! – с надеждой воскликнула Ив. – Он читал свитки перед тем, как их сжег. Если мы убедим его все рассказать… Если ты пообещаешь, что не используешь Книгу судеб во вред…

Даниель мрачно усмехнулся.

– По-моему, ответ очевиден, Ив. Если он тебе ничего не открыл, то с какой стати ему что-то рассказывать мне? Разве неясно? Риверс – верный пес Ксандера, и он не допустит, чтобы Книга судеб досталась нам.

– Но если попробовать?..

– Да? И как? Пытать мне его, что ли?

Ив ахнула и невольно отпрянула, содрогнувшись от такой перспективы.

– Что? Немного пообщалась с Ксандером и теперь тоже считаешь нас монстрами? – на щеках Даниеля вспыхнул гневный румянец, и он отвернулся. – Не переживай. Никто его и пальцем не тронет. Мы чтим законы гостеприимства и их не нарушим. Разумеется, если он не нарушит их первым.

Ив сразу же устыдилась своих мыслей.

– Прости! – воскликнула она. – Я не считаю вас монстрами. Уж точно не тебя. Я просто хочу помочь.

Даниель бросил на Ив взгляд, и сердитые морщинки на его лбу разгладились.

– Знаю, ты без умысла.

– Прости, Даниель, – повторила Ив. – Но должен быть какой-то другой выход.

Она встала рядом с Даниелем у стола и задумчиво взглянула на бумаги. Почти все они были исписаны руническими символами, но Ив и не интересовало их содержание. Ее мысли занимал другой вопрос.

– Знаешь, Даниель… Если Книга судеб несет столько бед, то может… Может, надо уничтожить шкатулку и навсегда с этим покончить?

Даниель резко вскинул голову.

– С ума сошла! Книга судеб – последняя крупица былого величия магов. Уничтожить путь к ней – все равно, что осквернить память предков! Ты – Хранитель, и твоя роль – беречь ее, а не уничтожать! Книга судеб не виновата в том, что маги не умеют договариваться между собой. И потом, это невозможно. Шкатулку нельзя уничтожить.

– Почему?

– Ты же ее видела. Сколько столетий прошло. Сколько времени она пролежала в море, прежде чем ее нашли, а она по-прежнему выглядит так, будто ее недавно покрыли лаком. Шкатулку нельзя уничтожить ни одним известным нам способом. Ни сжечь, ни сломать, ни разрушить магией. Она так надежно защищена, что, похоже, даже время над ней не властно.

– Так защищена, что время не властно… – повторила Ив и нахмурилась.

В словах Даниеля прозвучало нечто важное. И очень знакомое. То, что постоянно упускалось из виду. Но как Ив ни пыталась поймать нужную мысль, она утекала, словно вода сквозь пальцы.

Ив качнула головой и прогнала задумчивость. Нужно было думать о более важных вопросах.

– А если тебе обратиться к королю? – предложила она.

– Шутишь? Кто, как не король, нас сюда сослал?

– Но то был старый король – Эрис. Теперь правит его сын.

– И что толку? Эглантин правит уже двадцать лет и все эти годы нас упорно не замечает. Что же изменится сейчас?

– Об этом я и хотела тебе рассказать. Король положил конец нападкам на магов и изгнал жрецов безымянных богов. Как оказалось, за ними стоял принц Робер и королева. Они боялись, что Ксандер захватит трон и хотели подорвать к нему доверие людей, убеждая, что маги опасны. Как видишь, королю небезразлична судьба его подданных. Он готов пойти против семьи, но встать на защиту магов.

– Король готов нас защищать, пока мы слабы и разобщены. А что будет, если мы объединимся? Станет ли и тогда он нас защищать? Или воспримет как угрозу и велит изгнать? Нет, Ив, хватит нам полагаться на чужую волю. Выпрашивать милости у короля – значит заведомо проиграть и навсегда похоронить мечты о собственных землях.

– Даниель, я понимаю твои сомнения, но неужели война лучшая альтернатива? Я ни за что не поверю, что ты действительно этого хочешь.

Пылающий взгляд Даниеля вдруг потускнел. Он снова присел на край стола и устало опустил голову.

– Не хочу. Но у меня нет выбора. Я не могу теперь сдаться и отступить.

– Но война принесет жертвы. Неужели ты готов рискнуть близкими тебе людьми? Мирой, например?

– Каждый из нас готов пожертвовать собой ради остальных, – бесстрастно ответил Даниель. – Нам есть за что бороться и умирать. Все это понимают.

– Но ведь могут пострадать невинные люди.

– Мы не собираемся нападать на невинных людей. Нам достаточно захватить дворец, чтобы все увидели нашу мощь. Магия нам поможет избежать жертв.

– Даниель, так не бывает, и ты это знаешь. И потом, напав на дворец, вы докажете людям, что маги и вправду опасны. Неужели ты этого хочешь?

Даниель резко вскинул голову, и в его глазах вспыхнул темный огонь.

– А может, нас и надо бояться! Может, нам надо показать, что мы не дешевые ярмарочные фокусники, и с нами стоит считаться!

По спине Ив пробежал холодок. Она с трудом сглотнула застрявший в горле комок и коснулась руки Даниеля.

– Это не ты говоришь, Даниель, я знаю. В тебе говорит отчаяние.

Даниель стиснул зубы и отвернулся.

– Не знаю, Ив. Но я не вижу другого пути.

Ив вдруг почувствовала себя бессильной что-либо изменить. В груди ныло от безысходности. Она опустила глаза и сказала то, чего от себя не ожидала:

– Тогда, может, тебе действительно лучше встретиться с Ксандером.

– Думаю, тебе и правда стоит с ним встретиться.

Жесткий голос заставил Ив обернуться. В шатер вошла Карин. Следом за ней появился и Джей, но в комнату он не прошел, а остался ждать около входа.

– Ксандер придет не один, – глаза чародейки лихорадочно блестели, губы изгибались в ликующей улыбке. – С ним будет Сибил.

– А-а-а, – протянул Даниель. – Понимаю. Ты хочешь ее увидеть. Мои мысли тебе открыты, Карин. Ты знаешь, что я об этом думаю, но все же выскажусь вслух: это пустая трата времени.

– Уже полдень, – пропустила Карин мимо ушей его слова. – Ксандер откроет портал сразу после нас. Я созвала всех на арене. Присоединяйся.

Карин зашагала к выходу и, щелкнув пальцами, указала на Джея и Ив.

– Вы двое тоже пойдете со мной.

Ив с неохотой выпустила руку Даниеля и поплелась за чародейкой, но на пороге оглянулась. Даниель так и сидел на краю стола с опущенной головой, безмолвный и неподвижный. Как же было невыносимо видеть его таким потерянным и несчастным!

На улице небо затянули серые тучи, но воздух оставался жарким и душным. Бледный диск солнца проглядывал сквозь тонкие прорехи в облаках – на песке то и дело мелькали слабые тени шатров: они то появлялись, то исчезали. Карин вела к арене, решительно и без остановок.

Ив догнала Джея и прошептала поникшим голосом:

– У меня ничего не вышло. Я не смогла убедить Даниеля отказаться от войны.

– Не расстраивайся. Я знал, что так и будет.

– Как ты мог знать?

– Ах, Ив! Как бы мне хотелось, чтобы в жизни все было легко и просто и исполнялось согласно нашим желаниям. Но все, к сожалению, устроено иначе.

– Но у тебя-то вон как все ловко выходит, – возразила Ив с унылым вздохом.

– Выходит, поскольку моя задача была намного проще твоей.

– Может, и так. Только зачем ты сказал Карин, что придет Сибил? Когда откроется правда…

– А это правда, Ив. Она придет.

– С чего ты взял? Она же до смерти боится Карин.

– Никого она не боится. Сибил терзает не страх, а чувство вины. Поэтому она непременно придет. А еще потому, – Джей лукаво улыбнулся, – что она сама мне об этом сказала перед нашим отъездом.

– И ты мне ничего не сказал?

– Ну, видишь ли, это был мой сюрприз для Карин.

– А, верно… Ее дар читать мысли… Поэтому ты утаил от меня содержание свитков и остальные свои секреты?

– Ив, я не знал, насколько силен ее дар…

– И поэтому предпочел оставить кое-что при себе? Не объясняй, я все понимаю. Напротив, мне очень неловко перед тобой. Ты поделился со мной своими секретами, а я их не смогла сохранить. Прости.

– Ты не виновата. Тайна остается тайной, пока о ней известно лишь одному – это очевидная истина. Я знал, на что иду, когда рассказывал о себе. А если что и утаил, то не потому, что не доверяю тебе. Спасибо, что меня поняла.

Джей немного помолчал.

– А ты, стало быть, теперь думаешь обо мне, как о сыне охотника? Карин ведь это из твоей головы вытащила.

– Честно говоря, не знаю, Джей. Это плохо?

– Нет. Напротив, мне приятно, что в первую очередь ты считаешь меня сыном охотника. Своего происхождения я не стыжусь, в отличие от остального.

К площади со всех концов стекались маги. Они обходили навесы и скамейки и становились кольцом вокруг арены. Почти все держали посохи. Карин пробралась через толпу, знаком велев Джею и Ив оставаться среди магов, а сама направилась в центр арены. Там, рядом с порталом, вращая в руках посох, ходил Каллен. Круг из магических символов слабо мерцал голубым. С появлением Карин все взоры устремились на нее, и воцарилось почтительное молчание.

– Братья мои и сестры! – обратилась чародейка к толпе. – Я собрала вас, чтобы встретить важных гостей. Сегодня нашу скромную обитель посетят Ксандер и Сибил. Думаю, эти имена говорят сами за себя, поэтому не будем тянуть с приглашением, – Карин взмахнула рукой. – Каллен, открывай портал!

Каллен провел пальцами по магическим символам, прошептал заклинание. Бледный фиолетовый свет растекся по кругу, но остался тусклым и безжизненным – портал открылся лишь наполовину. Все замерли в ожидании. Тишина на площади загустела от напряжения. Редкие хлопки ткани на ветру звучали, как взрывы. Под ногами магов поскрипывал песок.

Некоторое время ничего не происходило, а затем свечение внутри портала ярко вспыхнуло и разрослось, превратившись в темно-фиолетовый шар.

Карин отступила на шаг и громко скомандовала:

– Приготовьтесь! Если отсюда выйдет кто-то, помимо Ксандера и Сибил, примените сковывающие заклинания, а портал немедленно разрушьте! Ксандера и Сибил не трогать ни при каких обстоятельствах! Они нужны мне живыми.

Первым из портала вышел Ксандер. Он шагнул на песок, словно миновал порог открытой двери, а не поток безграничной тьмы и пустоты. Его взгляд пробежал по толпе, безо всякого интереса проскакивая одно лицо за другим, без страха оглядывая давящее на него людское кольцо. Заметив Джея и Ив, он легонько кивнул и отошел в сторону.

Сибил появилась сразу за сыном. Она покачнулась на неверных ногах, но тут же с достоинством выпрямилась. Ее лицо было бледным, волосы были скромно собраны сзади, а из украшений сверкали лишь перстни на пальцах.

Больше из портала не вышел никто. Шар схлопнулся, и свечение погасло. По площади прокатился легкий перестук посохов, и напряжение спало.

Несколько долгих мгновений Сибил смотрела в глаза Карин, затем двинулась дальше. Взгляд Сибил скользил по сторонам, выхватывая лица бывших друзей и подруг, разглядывая старых знакомых и их взрослых детей. Грациозная походка чародейки сделалась медленной и неуверенной. Она остановилась и тут среди магов заметила Ив. Лицо Сибил болезненно скривилось, в глазах задрожали слезы.

– Прости меня, дитя, – прошептала она. – Я не смогла тебя уберечь. Оградить от распрей и ссор. Не сдержала данное твоему отцу обещание. Мне так жаль, так жаль… Я очень перед тобой виновата. Сможешь ли ты меня простить?

Ив качнула головой, сама не понимая, что означал этот жест: отказ или прощение? Она не держала на чародейку зла, но если бы Сибил не выдала всех тайн Ксандеру, то, вероятно, они бы все здесь сейчас не стояли. Сибил судорожно вздохнула, принимая ответ, и повернула назад.

Карин терпеливо ждала: после тридцати лет забвения она могла еще несколько минут подождать. Глаза ее сияли как два черных аметиста, губы изгибались в ликующей улыбке. Робкая поступь гостьи доставляла ей явное удовольствие.

Остановившись перед Карин, Сибил гордо вскинула голову и расправила плечи. Однако сцепленные между собой пальцы так крепко сжимались, что казалось, еще немного и ногти проткнут кожу. Все вокруг замерло в трепетном ожидании. Даже ветер перестал хлопать в навесах. Две подруги и противницы мерили друг друга глазами.

– С-и-б-и-л, – с наслаждением протянула Карин, катая имя подруги на языке, точно лакомый и редкий десерт. – А ты ничуть не изменилась. Выглядишь, как тридцать лет назад. Со мной же время обошлось не столь милосердно. В пустыне, как выяснилось, слишком затратно поддерживать омолаживающую магию.

Карин ядовито сверкнула глазами и поглядела на второго гостя.

– Ксандер! – воскликнула она с напускной радостью. – А ты, смотрю, вырос и возмужал. Помню, тебя еще восьмилетним мальчишкой. Ты бегал по дворцу с деревянным мечом. Что ж, дети вырастают и выбирают себе игрушки под стать, – взгляд Карин лениво переместился к Сибил, и в нем появилась насмешка. – Ну а ты, Сибил? Так и осталась королевой, что правит лишь по ночам?

– Ты всегда пыталась унизить и сделать мне больно, – печально покачала головой Сибил. – Насмехалась над моими мечтами. Но разве я виновата в том, что любила и была любима? Что хотела иметь семью и быть счастливой? Что получила место при дворе? За что ты так ненавидела меня, Карин?

– Ненавидела? – Карин запрокинула голову и рассмеялась. – Какая же ты глупая, Сибил! Я любила тебя! И хотела уберечь от неизбежного разочарования. А ты в ответ меня предала!

Карин выплюнула последние слова с горечью и яростью. Сибил опустила глаза, и ее плечи виновато поникли.

– Да… предала… – согласилась она. – Но ты не оставила мне выбора! Ты подрывала основы королевской власти и требовала независимости для магов. Что еще мне оставалось делать? Меня тоже можно понять…

– Понять?! – с гневом рыкнула Карин, но сразу взяла себя в руки и сверкнула улыбкой, опасной и ядовитой. – О да! У меня было предостаточно времени для раздумий, и хочешь знать, что же я поняла? Ты была разменной монетой в игре короля. Он управлял тобой, как марионеткой. Дергал за ниточки руками собственного сына, к которому ты, к несчастью, воспылала великой любовью. Молчанием он давал тебе ложную надежду на трон, делая тебя послушной и бесконечно преданной. Настолько преданной, что ты отвернулась от друзей, магии и самой себя!

– Король отстаивал мир, который ты хотела нарушить!

– Король! Да кто такие эти короли?! Всего лишь потомки человека, который однажды осмелился заявить свои права на земли, назвав их своими. Так почему я не могу поступить так же?

– Вот такие мысли и приводят к войне! Эрис защищал королевство от твоих посягательств. Раскола! Бунта! Войны!

– Я тоже защищалась от его посягательств! Именно его указ запретил мне заниматься магией. Какое право он имел распоряжаться моей жизнью, как своей собственной? Он запретил мне дышать, подрезал крылья, запер в кокон смертного тела! А потом вы дружно сговорились и отправили меня сюда. В эту мертвую глушь!

– Ну теперь-то ты чего хочешь?! Мести? Так король Эрис уже двадцать лет как мертв! Если тебе нужна и моя смерть тоже, так вот! Я перед тобой!

Арена провалилась в тишину. Казалось, все перестали дышать. Лицо Карин вдруг осунулось и стало невероятно усталым, в уголках губ четче проступили морщинки.

– Твоя смерть? – невыразительно повторила она. – Да что толку мне от твоей смерти, Сибил?

– Тогда чего? Чего ты хочешь?

– Хочу вернуть свою украденную жизнь.

– Но время не повернуть вспять! Твое желание невыполнимо.

– Именно. Поэтому от моего желания, боюсь, уже ничего не зависит. Наше время ушло, Сибил. Да и спор этот больше не принадлежит только нам с тобой. Пора уступить место другим.

Карин кивнула на Ксандера, который мрачно глядел по сторонам, и отступила назад, встав в один ряд с остальными магами. Сибил перехватила взгляд сына и, бессильно уронив руки, тоже отошла. Все взоры обратились на Ксандера.

– Я пришел поговорить с Даниелем! – выкрикнул он. – Где он?

По толпе пробежала мелкая рябь. Людское кольцо дрогнуло и зашевелилось.

– Я здесь, Ксандер! – раздался зычный голос.

Маги расступились, освобождая дорогу. Даниель размашистым шагом пересек арену и остановился напротив Ксандера, устремив на него темный горящий взгляд.

– Вот он я! – повторил он. – Говори, чего ты хочешь!

Ксандер стоял неподвижно, словно высеченная из мрамора статуя. Спокойный и ледяной. В его глазах блестела сталь. Наконец он шевельнулся.

– Для начала, Даниель, – произнес он. – Давай перестанем притворяться, будто нам неизвестно, что ты – мой сын, а я – твой отец.

По арене прокатился тихий шелест голосов. Ив ахнула от удивления и потянулась к Джею.

– Ты знал об этом? – прошептала она и осеклась, поймав рукой воздух, – там, где только что стоял Джей, была пустота.

Ив повертела головой, но нигде его не увидела и снова повернулась к арене – сейчас было не время выяснять, куда пропал Джей и что он задумал.

Даниель смотрел на песок под ногами и молчал. Его лицо было бледным и отстраненным. Потом он дернул плечом.

– А не поздно ли ты об этом вспомнил, Ксандер? Как-никак двадцать лет прошло, – он поднял глаза. – И как давно ты понял, кто я такой?

– Сразу, как только увидел тебя претендентом в Совет магов. У тебя глаза Лиссаны и ее же упрямый характер.

– Даже не смей имя ее произносить! – прорычал Даниель. – У тебя на это нет права! Ты нас бросил и ни разу не вспомнил. Как после этого ты можешь зваться отцом? Не отец ты мне! Отца у меня никогда не было! Не нужен он мне и теперь!

– Я не бросал тебя, Даниель. Я даже не знал о твоем существовании. Твоя мать была слишком гордой, чтобы мне сообщить. Будь иначе, я бы забрал тебя и воспитал как подобает.

– Пожалуй, я рад, что меня воспитывал не ты, – мрачно усмехнулся Даниель. – Но твои слова ничего не меняют. Пусть ты не знал обо мне, но ты бросил ее! Бросил мою мать сразу, как только она тебе надоела.

– Ну чего ты хочешь от меня, Даниель? – развел руками Ксандер. – Нам с твоей матерью было по семнадцать лет. В то время я был единственным наследником короля, а твоя мать – безродной деревенской девчонкой, жившей в лачуге у травницы. Какое будущее нас ждало?

– Ну конечно! Она была недостаточно для тебя хороша!

– Твоя мать прекрасно все понимала. Я от нее ничего не скрывал.

– Она была наивной влюбленной девчонкой! Титулы и богатство для нее не имели значения. А ты этим пользовался! Хуже того! Она думала о тебе до последнего вздоха. Умирая, она шептала твое имя! А тебе не было до нее и дела! Как же долго я потом ненавидел звуки твоего имени.

Даниель с горечью шаркнул ногой по песку и отвернулся. Вдалеке послышались глухие раскаты грома. Небо со всех концов затянули серые тучи. Дующий с запада ветер принес долгожданную прохладу и запах дождя. Где-то бушевала гроза, но никого не волновало, докатится ли она сюда.

– Ладно, – обронил Даниель. – Если ты ждал теплых объятий, то надеюсь, понял, что их не будет.

– Нет, не ждал. Но послушай, Даниель, я пришел не затем, чтобы вспоминать старые обиды. Я не прошу тебя забыть прошлое, но давай хотя бы вынесем из него урок и не станем совершать тех же ошибок в будущем. Я полагаю, мы в состоянии договориться с тобой без лишних эмоций, как разумные и взрослые люди. Мы не враги друг другу и вполне можем действовать заодно.

Ксандер выдержал паузу, но, поскольку Даниель молчал, то продолжил:

– Думаю, ты знаешь, что я пришел за шкатулкой, или вернее – за Книгой судеб. В ней кроется наш раздор. Не буду скрывать, с ее помощью я хочу вернуть себе то, что принадлежит мне по крови и праву – трон королевства. Сейчас самое подходящее время. Робер слаб и лишен поддержки сторонников. Король колеблется и как никогда близок к тому, чтобы изменить свое решение и назвать меня своим наследником. Не хватает лишь одного, последнего довода: силы, которая окончательно даст всем понять, кто настоящий король. Силы, которая сделает своего обладателя несокрушимым в глазах остальных.

– Не понимаю, – мотнул головой Даниель. – Ты же никогда не верил в то, что Книга судеб обладает каким-либо значимым могуществом. Считал это старыми сказками. Вымыслом, в котором нет ни крупицы правды. Так что же изменилось теперь?

– Ничего. Я по-прежнему не верю, что Книга судеб обладает какой-либо значимой силой. Будь это так, разве случился бы Великий исход? Разве бежали бы так позорно маги с Вольных островов? Нет. Мы бы слышали сейчас об их великих деяниях. И поэтому все, что рассказывают о Книге судеб, – только легенды.

– Тогда к чему она тебе?

– Мне не нужны конкуренты, Даниель. Чем бы эта сила ни оказалась, она должна принадлежать мне, – Ксандер шагнул сыну навстречу. – Уступи мне Книгу судеб, Даниель. Дай, что прошу, и я объявлю тебя своим наследником. Ты будешь следующим королем после меня. Как у моего первого и, полагаю, единственного сына, у тебя на это есть все права. В тебе тоже течет кровь королей, – Ксандер протянул руку. – Соглашайся. Мы будем править с тобой вместе, как сын и отец. Разве кто-нибудь сможет предложить тебе больше?

Даниель в замешательстве уставился на протянутую руку, ошеломленный предложением и перспективами. Искушение согласиться, поддаться честолюбивым мечтам сверкало в помутневших карих глазах. Молчание все длилось и длилось, становясь нескончаемым. Наконец Даниель тряхнул головой, словно прогоняя наваждение, и поглядел по сторонам. Теснившиеся вокруг маги безмолвно ждали его решения.

Даниель сглотнул и хрипло сказал:

– Ты предлагаешь мне то, чего у тебя еще нет…

– А ты сомневаешься в нашем успехе? Вместе мы сокрушим любые преграды. Ну же, давай соглашайся, – Ксандер настойчиво вытянул руку вперед.

Даниель неуверенно облизал губы и снова обвел толпу взглядом.

– А как же они? Что будет с моими людьми?

Ксандер равнодушно повел плечами.

– Пожалуй, это место действительно не подходит для жизни. Пусть отправляются, куда пожелают. Я даже готов оплатить им корабль.

– Куда пожелают? – Даниель прищурил глаза. – И куда же, по-твоему, им отправляться? На Вольные острова, где магия под запретом? Или в Расколотые королевства, где бушуют междоусобные войны, и в каждом чужаке там видят шпиона? Или, может, к дикарям в Южный Предел?

– Мое дело предложить выбор. Если хотят, пусть здесь остаются.

– То есть вместо одного изгнания, ты предлагаешь другое?

– Но ты же понимаешь, что я не могу принять их обратно. Если не выполнить их требования, они вновь начнут подстрекать к мятежам и бесчинствам. А удовлетворить прошение о выделении земель, на которых они установят свои законы, не согласится ни один король. Сам подумай, Даниель, насколько это абсурдно. Во-первых, на землях короля не могут действовать иные законы, кроме его собственных. А во-вторых, отдать часть земель им – значит отобрать их у кого-то другого. Кто же по доброй воле захочет лишиться своих владений и доходов? Если ты посмотришь на эту ситуацию глазами короля, то поймешь, что я прав.

– Нет, Ксандер. Я не согласен.

– С чем не согласен?

– Со всем! Я не принимаю твое предложение. Мне не нужны ни трон, ни власть.

– Не принимаешь? – Ксандер с недоумением поднял брови. – Ты отказываешься от трона из-за кучки отщепенцев? Не глупи, Даниель.

– Эта кучка отщепенцев – моя семья! Только боюсь, тебе не дано это понять.

Протянутая рука Ксандера медленно опустилась. Он поглядел по сторонам и неожиданно рассмеялся.

– И что же ты собираешься делать? Объявишь мне войну и отправишься в бой вот с ними? Тебе не выстоять, Даниель. Сколько вас тут? Сотня? Не больше. В моем распоряжении больше трехсот магов и несколько тысяч лучников и солдат. Вас раздавят, не успеете вы появиться.

– Ты недооцениваешь наши силы, Ксандер. Поверь, тридцать лет не прошли даром. Мы оттачивали свои умения и овладели магией, о которой твои триста магов не имеют и представления. Что говорить про лучников и солдат.

– Да хватит уже, Даниель! Неужели ты это всерьез? Думаешь, я не знаю про подпольную сеть порталов, через которую вы торгуете с черным рынком? Да вам даже до города не добраться…

– Не надо. Не утруждай себя. Мне известны все твои подлые и низкие приемы. И я знаю, как их обойти.

– Ах вот оно что. Думаешь, что ты лучше меня? Что, противясь мне, ты докажешь, что у нас нет ничего общего? Не обманывай себя, Даниель. Ты можешь говорить, что власть тебе не нужна, но желание править в твоей крови. Ты можешь меня ненавидеть, но я – твой отец, и этого тебе тоже не изменить. Признай, в глубине души ты согласен со мной. Согласен со всем, поскольку я прав. Спроси себя, хочешь ли ты стоять во главе шайки бунтарей или править великим королевством? Они не дадут тебе того, что дам я. В жизни всегда приходится чем-нибудь жертвовать. Такова плата за власть. Прими это и смирись.

– Что ж, если мне и придется чем-нибудь жертвовать, то жертвой будут не они.

– Не они? – взревел Ксандер, больше не сдерживая гнев. – Да, я их первыми сотру с лица земли, если ты попробуешь напасть на королевство! Их ты принесешь в жертву своего упрямства! Какими бы силами вы ни обладали, все равно их не хватит! Готов ли ты убить людей, которых считаешь своей семьей?!

Даниель стоял неподвижно, мрачный и бледный, с опущенной головой и сжатыми кулаками.

– Ты прав, Ксандер, – тихо ответил он. – В одном ты прав. Я не должен вмешивать их в наш спор. Он принадлежит только нам с тобой.

Даниель поднял горящие глаза. Налетевший порыв ветра взметнул его черные волосы, затрепетал в одежде. Словно крылья сотни птиц захлопали навесы и шатры. Сумрак от грозовых туч сгустился и навис над ареной. Воздух налился свинцом.

– Давай решим все сейчас! – выкрикнул Даниель. – Ты и я! Сразимся в поединке, как в былые времена. И Книга судеб достанется победителю. На том и завершим наш конфликт.

– Глупый щенок! Я готов был сделать тебя своим наследником и вручить тебе трон! А ты предлагаешь мне в ответ поединок? – Ксандер умолк, и в его глазах сверкнула холодная сталь. – Что? Убьешь меня так же, как ты убил свою мать?

От лица Даниеля отлила вся кровь. Он вздрогнул и покачнулся, как ветка под ударом топора.

– Я не убивал ее, – хрипло прошептал он. – Это был несчастный случай. Я любил мать больше всех на свете и отдал бы за нее жизнь, если бы мог.

– Я был на месте пожара, – жестко произнес Ксандер. – Видел сгоревший дом. На углях остались следы от огня. Магического огня. Так я о тебе и узнал. Жаль тогда я тебя не нашел. Хотя готов поверить, что дом ты поджег не нарочно.

– Хватит! – прорычал Даниель сквозь сжатые зубы, и его глаза запылали ненавистью и гневом. – Тебе не удастся мной управлять! Я не позволю играть на моих чувствах. Давай покончим с этим раз и навсегда! Ты принимаешь мой вызов?

Ксандер расправил плечи, встряхнул руками, и по ним проскочили голубые искры.

– Хорошо. Давай с этим покончим, – мрачно согласился он.

Даниель взмахнул руками. Голубое свечение на миг скрыло его с глаз, а затем осыпалось искрящимся потоком и потухло. Маги как по команде подались назад, освобождая место для поединка. Некоторые взобрались на скамейки, другие встали перед ними, выставляя посохи и создавая по периметру магическую защиту. И никто не подумал вмешаться. Остолбенев, Ив глядела по сторонам и не верила, что все происходит на самом деле.

На арене столкнулись две вспышки. Воздух всколыхнулся и загудел. Как от брошенного в воду камня во все стороны потекли ритмичные вибрации. Тысячи песчинок взлетели вверх и по спирали поползли вокруг арены. Две защитные сферы вздрогнули и засветились. Ксандер и Даниель заняли оборонительные позиции, изматывая друг друга и вытягивая силы, чтобы в решающий момент нанести удар. В глазах отца и сына горела твердая решимость победить. Убить или умереть.

– Нет… – простонала Ив и вдруг поняла, что это напоминало.

Битву двух безумных королей за горную цитадель, о которой ей рассказывал Даниель. Как и тогда, в этой схватке не окажется победителя. Ксандер и Даниель будут истощать силы друг друга, пока не умрут оба. А если кто-то и одержит верх, то разве можно назвать победой убийство сына или отца?

– Нет! Кто-нибудь остановите это безумие!

Ив показалось, что она прокричала эти слова во все горло, но на деле изо рта вылетел лишь сдавленный хрип. Ужас сковал все тело. Ив бросила взгляд на Сибил. Чародейка отвернула искаженное страданием лицо, сгорбилась и безвольно уронила руки, выражая всем видом полное смирение с судьбой. Стоящая неподалеку Карин, напротив, внимательно следила за поединком: в черных глазах плескалось предвкушение победы.

У Ив вырвался стон отчаяния. Как все они могли просто стоять и смотреть?! Она закрыла глаза, не в силах видеть, как пылевой вихрь поднимается все выше и выше, обнимая длинными щупальцами двух непримиримых врагов. Как от напряжения побелело лицо Даниеля, заострились черты, легли под глазами тени. Как скатывается по виску капелька пота…

Решение пришло легко и быстро. Был лишь один способ положить конец поединку – надо устранить причину спора и отрезать путь к Книге судеб. Ив не могла уничтожить защищенную магией шкатулку, но проводника, человека из плоти и крови, – вполне. Хранитель должен был умереть.

Ив открыла глаза. Отчего-то мысль о собственной смерти нисколько ее не пугала. Может, если кинуться в гудящее пространство между двумя сферами, конец будет мгновенным и безболезненным. Может, перед смертью она даже успеет в последний раз заглянуть в карие глаза Даниеля…

Ив сделала глубокий вдох и рванула вперед. Рванула, но не двинулась с места: кто-то схватил ее за плечо и дернул назад.

– Нет, Ив. Стой, – зашептал на ухо Джей. – Стой. Это не выход.

Он крепко ее обнял и прижал к груди.

– Нет, – твердо повторил он. – Так ты его не спасешь.

Ив обессиленно повисла у Джея на руках. Осознание того, что она собиралась сейчас совершить, вдруг настигло ее с пугающей ясностью, заставив мелко задрожать.

– Но надо же что-то сделать, – задыхаясь, всхлипнула она. – Их надо остановить…

– Надо. И мы это сделаем. Но иначе.

Джей увлек Ив под навес за спинами магов и отогнул край камзола. В сумрачном свете дня вспыхнули три полумесяца на красной крышке шкатулки.

– Ты ее нашел! – пораженно ахнула Ив.

– Я был бы плохим вором, если бы не нашел. Карин прятала ее в своем шатре, – на губах Джея мелькнула слабая улыбка, но ее тут же сменила странная болезненная гримаса. – Прости, Ив. Я до последнего надеялся, что возможен другой исход… но у меня действительно нет иного выбора. Потребуются две капли крови – твоей и моей. Когда они попадут на дно шкатулки, откроется портал…

– Что? – Ив с недоумением моргнула, только теперь поняв, о чем говорит Джей. – Ты хочешь, чтобы я отдала Книгу судеб тебе? Тебе? Но как? Разве это возможно? Ты не маг… и хуже того – магия на тебя вообще не действует! Как ты собираешься?..

– Ты мне можешь довериться? Без вопросов. Просто довериться?

Ив на миг замерла, глядя на печальную и вопрошающую улыбку Джея. Затем обернулась – туда, где сталкивались и низко гудели две магические сферы, поднимая все выше и выше спирали песка.

– Хорошо, – решилась Ив и протянула Джею ладонь. – Делай что нужно. Только обещай, что спасешь Даниеля.

– Я надеюсь, мы всех спасем.

Джей вытащил из сапога свой нож и подбросил в руке.

– Пришлось повозиться, но его я тоже нашел… А сейчас, позволь.

Лезвие так аккуратно рассекло палец, что Ив даже не почувствовала боли. В разрезе набухли алые капли крови. Джей раскрыл шкатулку, и Ив смахнула кровь на дно. Темные завитки рун вспыхнули голубым свечением и без остатка поглотили отданный им дар.

Джей достал из кармана платок и замотал палец Ив.

– Прижми покрепче. Теперь моя очередь…

Он сделал быстрый надрез у себя на руке, и руны, приняв его кровь, замерцали ровным голубым сиянием.

– Как же просто, – прошептала Ив. – Всего-то капля крови. И что дальше?..

Она не договорила. Звук собственного голоса показался каким-то неправильным и глухим. Ив оглянулась. Взлетающий над ареной песок, хлопающая ткань, развевающиеся одежды магов – все вокруг стало замедляться, будто время останавливало свой бег. Ив с изумлением втянула воздух, но и он с трудом потек в легкие.

О крышу навеса ударилась первая капля дождя, и наступила тишина. Бездонная, оглушительная. В воздухе повис песок, умер ветер, исчез гул защитных сфер. Сердце сжалось в последний раз и замерло. Время перестало существовать. А затем мир перед глазами взорвался ослепительным светом. Яркая вспышка подхватила и унесла.

Часть четвертая. Глава 26. Книга судеб

Альшам мертв. Я видел, как его грудь пронзила стрела. Внутри меня будто натянулась тонкая нить и резко оборвалась. Альшама больше нет.

Слезы застилали глаза, но я бежал по улицам Ирдена. Уже несколько дней длится это безумие. Вскоре после того, как маги отбыли с Вольных островов, оставшиеся восстали. Теперь убивают любого в мантии мага. На площадях жгут книги и уничтожают святыни. Я умолял Альшама вмешаться в конфликт, но он лишь печально качал головой. Я не посмел возразить. Кто я такой чтобы спорить? Отказался он последовать и за магами в Лотиан. Последние его слова были: «Ты должен исполнить свое предназначение». Теперь это моя судьба.

Ноги подгибались от усталости и горя, когда я добрался до порта. Он весь был в огне, но у причала еще стояло последнее судно. Капитан «Флибера» узнал меня, хотя я видел его впервые. Похоже, слава Хранителя меня опережает. Когда я поведал о судьбе Альшама и возложенной на меня миссии, капитан выделил мне одну из лучших кают и занес в бортовой журнал Книгу судеб особой строкой, чтобы все знали, кому выпала честь отвезти ее в Лотиан. Меня успокаивает мысль, что я исполню последнюю волю моего дорогого Альшама…

…Мы в пути пятнадцатый день. Ночью разразился сильнейший шторм, который длится до сих пор. Волны сотрясают корабль и швыряют в разные стороны словно игрушку. Половину матросов уже смыло за борт. Я слышал, как на верхней палубе рухнула мачта. Нижняя палуба дала течь. Весь день я не выхожу из каюты и сжимаю в руках шкатулку. Она под защитой, но что, если мне не удастся доставить ее в Лотиан? Пишу эти строки на такой случай. Я опасаюсь, мы не переживем этот день…

Отрывок из личных записей Хранителя Книги судеб Кеярда Хвейца.

Ив стояла в огромном зале, который видела во сне. Жемчужные стены и пол из стекла мягко сияли, переливаясь всеми оттенками радуги. Свет шел отовсюду и ниоткуда – его источало само стекло. Могучие ветвистые колонны, похожие на морские кораллы, поднимались ввысь и терялись в ослепительной белизне. В центре зала в глубокий колодец спускался веер из ступеней.

Все выглядело в точности, как во сне. И Джея тоже не было рядом. По бокам толпились люди в светлых мантиях и капюшонах, и теперь Ив поняла, кто они: стражи, охраняющие путь к Книге судеб.

– Я – Хранитель, – прошептала Ив. – Они меня пропустят. Не причинят вреда.

Слова прозвучали тихо и неуверенно и повисли в воздухе, как вопросы без ответов.

– Я – Хранитель, – как заклинание повторила Ив и направилась к лестнице.

Стражи стояли вдоль стен и вокруг ступеней в полу. Они не двигались и хранили молчание, разрешая пройти. Ив старалась не смотреть на толпу. Впереди виднелся светлый изгиб лестницы, который уводил в темноту. Ив встала на первую ступень, и зал наполнил шепот тысяч голосов, сухих и ломких, как шорох осенней листвы. Они прокатились по залу и смолкли. Люди в мантиях один за другим начали пропадать, и вскоре зал опустел.

Ив не помнила, как все происходило во сне. Тогда ее поглотило желание спуститься и узнать, что внизу. Теперь же верх брала осторожность. Немного постояв, она двинулась дальше, но тут послышался новый звук: чьи-то шаги. Кто-то поднимался из глубины колодца.

Шарк-шарк.

Ив замерла.

– Джей? – тихо позвала она.

Молчание и шорох шагов. Грудь сдавило странное предчувствие. На этом моменте сон прерывался, а дальше – полная неизвестность. Сейчас случится то, что ей не успел поведать сон.

На стене заметались тени, вырастая и обретая человеческий силуэт. Шарк-шарк – уже близко. Из-за поворота появилась фигура в серебристой мантии с капюшоном на голове и остановилась на стыке света и тьмы. Это был еще один страж – худенький и совсем не грозный. Но тогда почему так отчаянно колотится сердце?

Страж протянул руку, но Ив не шелохнулась.

– Кто ты? – спросила она, вглядываясь в темноту капюшона. – Открой лицо.

Тонкая ладонь стража неуверенно застыла, но затем потянулась к голове и сняла капюшон. У Ив перехватило дыхание. Казалось, под ногами разверзлась бездна. Ив покачнулась и привалилась плечом к стене. С бледного лица стража на нее смотрели такие знакомые и в то же время бесконечно далекие глаза. Сколько раз Ив видела их в библиотеке. Сколько раз находила в них понимание и доброту.

– Мама? – хрипло выдавила Ив непривычное слово.

– Мама? – невыразительно повторила страж.

– Да, мама. Это я – Ив, твоя дочь. Ты меня помнишь? Я была совсем маленькой, когда ты… Но все же ты должна меня помнить…

Ив умолкла, осознав, как глупо звучат ее слова. Мать умерла много лет назад, и теперь не могла тут стоять. Или могла?.. От происходящего шла кругом голова.

– Ты ведь Алисия Стаут, верно?

Непонимание на лице стража сменилось улыбкой. Той самой, что покорила сердце отца и которой Ив пыталась подражать, глядя на портрет в библиотеке.

– Да, когда-то меня так звали.

– Когда-то? А теперь? – прошептала Ив, и от надежды дрогнуло сердце. – Ты же умерла… или нет?

– Верно, – печально кивнула страж. – Жизнь Алисии Стаут оборвалась. Но я, в отличие от нее, умереть не могу.

Страж вновь протянула ладонь. Онемев, Ив опустила глаза и осторожно коснулась ее руки, теплой и вполне осязаемой. Страж отвернулась и повела Ив за собой. Каштановые волосы – настоящие, а не нарисованные – струились волной по спине, и Ив могла поклясться, что чувствует легкий аромат сирени. Через несколько шагов лестница изогнулась, и тьма отрезала от Ив облик матери.

Спуск длился и длился. Поворот следовал за поворотом в абсолютной темноте и молчании. Наконец впереди забрезжил свет, проступили гладкие стены в разноцветных прожилках и последний виток лестницы. Воздух посвежел, потянуло влагой и солью. Следом за стражем Ив миновала поворот и оказалась под аркой, испещренной рунами. Снова зашуршали сухие голоса, всколыхнулся ветер, а затем все стихло так же неожиданно, как и появилось.

Лестница кончилась, и за ней открылась пещера, облепленная бледно-розовыми кристаллами. Они слабо мерцали, излучая тусклый свет. Вдалеке что-то тихо вздыхало. Или это шумел ветер?

Страж отпустила руку Ив и указала на узкий треугольник света в конце пещеры.

– Ты прошла испытания Светом и Тьмой, – объявила она. – Теперь тебе открыт путь дальше.

Испытания? Ив и не подозревала, что проходила какие-то испытания. Для чего? Но этот вопрос волновал ее меньше всего. Она повернулась и заглянула в бесстрастное лицо матери.

– Так кто же ты? – спросила она. – Прошу ответь. Ты душа моей матери? Призрак?

– Душа? Призрак? Нет, – страж покачала головой. – Я, как и все здесь, – воспоминания.

– Воспоминания? – разочарованно вздохнула Ив. – Так ты не моя мама?.. Не Алисия Стаут?

– Напротив. Я намного больше, чем она. Я – вся ее жизнь, каждый ее вздох, все ее мысли, желания и чувства.

– Но не она?..

– А кем мы становимся в конце жизни, если не вереницей воспоминаний о прожитых днях?

Страж раскрыла объятия.

– Обними меня, Попрыгунья.

У Ив сдавило горло: так ее называл только отец. А ведь, наверное, так же ее называла и мать. Ив сглотнула комок и, отбросив сомнения, прильнула к теплой груди, вдохнула цветочный аромат волос.

Руки нежно погладили Ив по голове.

– В памяти Алисии ты навсегда осталась озорным ребенком с огромными голубыми глазами и черными кудряшками, – прошептал голос на ухо, и перед глазами Ив вспыхнуло видение.

Утопающая в дневном свете чайная комната. Возле стен стоят белые холсты и незаконченные картины на подставках. Под окном – стол, укрытый белой скатертью, сверху на нем сохнут кисти. Снизу ткань колышется, будто живая. Тонкая рука ее поднимает, и по комнате разносится озорной визг. Под столом сидит двухлетняя девочка с черными кудряшками, с ног до головы перепачканная цветными пятнами. На полу перед ней стоит открытый ларец, а вокруг валяются баночки с красками.

– Вот ты где, Попрыгунья! Сбежала от Нелл, и сразу в мамину мастерскую? Я же тебе говорила: мама тут работает, а ты еще слишком мала, чтобы мне помогать.

Руки подхватывают ребенка, и к задорному детскому хохоту добавляется женский смех.

– Ты только посмотри на себя! На тебе же не осталось ни одного чистого места! Что? Хочешь, как мама, рисовать картины?

– Как мама!

Девочка радостно хлопает в ладоши, и во все стороны летят капли краски. Два смеха – озорной и мелодичный – сливаются в один.

– Ох, Попрыгунья, пойдем тебя отмывать. Когда вырастешь, будешь рисовать, как мама. Обещаю…

Видение растаяло, но перед глазами Ив стояла пелена. Слезы туманили взор и текли по щекам. Ив крепче обняла мать и спрятала лицо в мягких волосах. Разум говорил, что страж ей не мать, но Ив не могла к ней относиться иначе.

– Спасибо, мама, – прошептала она. – Спасибо, что поделилась со мной воспоминанием. Мне так жаль, но я ничего не помню о тех днях. И тебя тоже не помню.

– Не страшно. Зато я помню все.

Рука стража в последний раз нежно скользнула по волосам, и объятия разомкнулись. Ив вытерла слезы и поглядела на мать. Скольких совместных воспоминаний они лишились, сколько слов не сказали друг другу! Хотелось рассказать обо всем на свете, но как уложить в минуту прошедшие годы жизни? Как выделить самое главное?

– Тебе пора, – сказала страж, собираясь уйти, но Ив схватила ее за рукав.

– Отец больше не женился, – выпалила она. Почему-то именно эти слова показались самыми важными. – Он любил тебя до конца дней и не забывал ни на минуту.

Померещилось, или в глазах стража мелькнула тоска?

– До конца дней? – повторила страж. – Так он умер?

– Да, мама. Умер.

Страж задумчиво кивнула, и ее лицо опять стало бесстрастным.

– Спасибо. Это ценная информация, – она накинула на голову капюшон и отступила назад. – Иди. Твой Хранитель тебя ждет.

Ив моргнула.

– Что?.. Нет, мама. Это я – Хранитель. Так же, как и ты.

– Уже нет.

– Как нет?..

Но страж уже направлялась к лестнице. Под аркой ее мантия сверкнула серебром и исчезла во тьме. Несколько секунд Ив оторопело смотрела ей вслед, а затем оглянулась на светлый треугольник у себя за спиной: все ответы находились там.

Проход обрамлял покрытый рунами шлифованный камень. Ив переступила порог, и под ногами заскрипел песок – мелкий и белоснежный, как мука. Повеяло соленым ветром, и послышались вздохи волн. Свет, казавшийся поначалу ярким, смягчился и посерел, и Ив увидела впереди залив.

Море искрилось разноцветными бликами и сливалось вдалеке с туманным горизонтом. Волны накатывали на песчаный пляж, обрамленный с суши полумесяцем скал. У их подножия из песка выступали низкие холмики, похожие на спины черепах, поросшие молочной полупрозрачной травой с желтыми махровыми кисточками на концах. Узкие тропинки огибали холмы и встречались на широкой полосе пляжа. А у линии прибоя сидел Джей.

Ив бросилась к нему. Ноги вязли в мягком песке. Длинные нити белой травы цеплялись за штаны и, пружиня, отпускали. Пушистые кисточки щекотали руки. Ив обогнула холмы. На прибрежной полосе пляжа песок уплотнился и повлажнел, и бежать стало легче. Джей сидел на песке, обхватив руками колени, и смотрел на море. Рядом с ним Ив остановилась и перевела дух.

– Не знаю, где мы очутились, Джей, – выдохнула она, – но тут происходит что-то странное. Я только что встретила маму…

Джей поднял глаза и улыбнулся.

– Я надеялся, что вы встретитесь. Как поговорили?

– Как? Э-э… хорошо, – Ив мотнула головой. Неужели только она ничего не понимает? – Но послушай, мама сказала, что я уже не Хранитель. Что мы сделали не так? Мы что-то перепутали в ритуале?

– Мы все сделали верно, – Джей похлопал по песку рядом с собой. – Садись.

Ив помедлила и опустилась на песок.

– Ты догадалась, зачем шкатулке нужен ключ? – спросил Джей.

– Ты сам говорил: он открывает и закрывает замок.

– Верно. А еще?

– Хочешь сказать, поворот ключа открывает портал? Что же, это вполне логично.

– Ну вот.

– Что ну вот?

Ив нахмурилась, пытаясь сообразить, куда клонит Джей. Мысли путались и разбегались, не желая выстраиваться в связную цепочку.

– Сибил тоже открывала шкатулку, – вспомнила она, – но ничего не произошло. Получается, ключ открывает портал только в руках Хранителя. Но я ведь не открывала шкатулку. Джей, это сделал ты…

Внезапно все разрозненные кусочки сложились в цельную картину.

– Нет! Не может быть! Ты – Хранитель? – потрясенная, Ив вскочила на колени, но следующая мысль поразила куда сильнее, и она снова рухнула на песок. – И ты намерен отдать мне Книгу судеб?

На лице Джея появилась смущенная, почти виноватая улыбка.

– Да. Все так.

Ив застыла как громом пораженная. Потребовалось время, чтобы собрать воедино смятенные мысли и все осознать. Под пальцами скрипел белый песок, который она мяла и мяла в руках, а сбоку тихо шумел прибой. Ив смотрела в знакомое лицо Джея, но словно видела его впервые.

– Ты не перестаешь меня удивлять, – наконец сказала она. – И как давно ты обо всем этом знаешь?

– Честно говоря, я сомневался до последней секунды, – Джей криво улыбнулся и перевел взгляд на море. – Первая догадка у меня появилась в ту ночь, когда я забрал у тебя шкатулку. Я опять увидел во сне светящийся зал с колоннами и услышал голос, который настойчиво велел выполнить мое предназначение. Поначалу я решил, что это бред. Галлюцинация, вызванная жаром. Но потом я все понял. Видишь ли, Ив… мой дар – это и есть дар Хранителя. Защита от магии обеспечивает непредвзятость и свободу выбора. Гарантирует, что магия не окажет влияния на Хранителя, и ни один чародей не навяжет ему свою волю с помощью колдовства.

– Ну конечно! – воскликнула Ив, вдруг поняв, что в разговоре с Даниелем про шкатулку зацепило ее внимание. – Магия защищает шкатулку от разрушения, а дар Хранителя оберегает его от магии.

– Именно так. Я хотел поделиться с тобой догадками, но, когда понял, что Даниель считает тебя Хранителем, решил все оставить как есть. Я надеялся, что статус Хранителя тебя защитит. Поэтому я забрал у тебя ключ от шкатулки, чтобы ты случайно не доказала обратное. Мне следовало догадаться, что Ксандер пойдет на шантаж и использует против тебя брата. Мне жаль, что так вышло.

– Ты не виноват, – отмахнулась Ив. – К тому же ты помог все исправить.

– Да, – согласился Джей. – Поэтому и помог.

– Значит, я не Хранитель, – с легким разочарованием заключила Ив.

– Ну почему же? В тебе тоже течет кровь Хранителей. Об этом говорит хотя бы тот факт, что ты встретила здесь свою мать. Зал наверху в свитках называется Храмом памяти предков, и его охраняют те…

– …в ком текла кровь Хранителей, – догадалась Ив.

– Да. Даже после смерти они продолжают служить своей цели. Оберегают путь к Книге судеб.

– Но мы с тобой даже не родственники. Как мы оба можем быть Хранителями?

– Верно, не родственники, но это и необязательно. Видишь ли, Хранители происходят не от одного предка. Их было несколько, и, видимо, мы с тобой принадлежим разным ветвям Хранителей. Полагаю, дар мне достался от матери. Когда я был в зале, мне показалось, что я ее видел. Но потом магия перенесла меня сразу на пляж.

– Подожди, но если я тоже Хранитель, то почему не обладаю тем же даром, что и ты?

– Тут все одновременно просто и запутанно. Дело в том, что даром, как и правом выбора, может обладать только один Хранитель – самый старший из ныне живущих. А так уж сложилось, что я старше тебя и твоего брата.

– Как? И Рикон тоже Хранитель?

– Разумеется. Могу предположить, что цепочка Хранителей выглядела так. Сначала дар принадлежал Алисии Стаут. Это подтверждает дневник твоего отца. Дальше дар должен был перейти к моей матери – она на год младше твоей. Но она умерла, а вскоре погибла и Алисия Стаут, поэтому дар достался мне. Если бы я умер на улицах Теодена, то настал бы черед Рикона, ну а после него и твой.

– Как это сложно, – покачала головой Ив. – Не представляю, как это прежде удавалось отследить.

– Это теперь все кажется сложным. А раньше велись записи и родословные Хранителей. Однако все они были утеряны после Великого исхода. Возможно, мы и вовсе последние Хранители, раз старше меня никого нет.

– А если не останется ни одного?

– Тогда, полагаю, путь к Книге судеб будет закрыт навсегда. Но мы есть, значит, мир еще в нас нуждается.

– И ты выбрал меня… Почему не Ксандера?

– Почему? – Джей вздохнул и потер глаза. – Ксандер бы пошатнул баланс сил в королевстве, собственно, как и Даниель, и в итоге это привело бы к конфликту. А я, как ты помнишь, обещал королю позаботиться об интересах королевства.

– Но я?.. Джей, наверное, я чего-то не понимаю, но как я могу получить магическую силу? Я ведь простой человек, а не маг.

– Ну и что? Люди же используют магические предметы. Взять хоть браслет у тебя на руке. Или тот камень, что светится от прикосновения.

– Но это совсем другое дело. Книгой судеб всегда владели маги.

– По-твоему, если все ходят одной дорогой, то иной пойти нельзя?

– Не знаю…

– А я знаю. Ни в одном свитке не упоминается, что Книга судеб непременно должна принадлежать магу. Ты прошла через Храм, Хранители тебя пропустили – значит, путь нам открыт. К тому же в тебе тоже есть капелька магии: наследство Хранителей.

Ив стряхнула с ладоней песок и посмотрела на пенные волны.

– Хорошо, мы здесь… Кстати, а где мы? Это ведь не Вольные острова, да?

– Определенно нет.

– Мама сказала, что тут все – воспоминания.

– Что ж, это кое-что проясняет.

– Что?

– Например, почему тут ничего не меняется, – Джей указал на сооруженную возле ног песочную пирамидку. – За все время, что я здесь сижу, тень от солнца не сдвинулась ни на песчинку. Дует ветер, бегут волны, но линия прибоя не меняется. Все застыло, как на живой картине. Будто вырванный кусок памяти. Правда, кое-что вызывает вопрос: если это воспоминания, то чьи они?

Джей ткнул за спину Ив, и она оглянулась. Вопреки ожиданиям небо не заслоняли облака, однако вместо привычной синевы оно отливало серебром. Солнце висело над морем рядом с утесом и то ли всходило, то ли клонилось к закату. Его далекий голубой свет заливал пляж чуждым сиянием.

Ив подняла голову выше и застыла с открытым ртом. Прямо над скалой, среди бледных звезд, парили три полумесяца: один огромный, испещренный кратерами и разломами, и два поменьше под ним. От вида голубого солнца и трех лун кружилась голова. Странное зрелище завораживало и пугало, и Ив с трудом отвела глаза.

– Ох, Джей, куда мы попали?

– Могу лишь предположить. В свитках говорилось, что шкатулка хранит в себе воспоминания предков. И полагаю, мы внутри шкатулки. Внутри заключенных в нее воспоминаний.

– Но как такое возможно? Все выглядит таким настоящим…

Ив провела рукой по песку и заметила, что на пальце отсутствует порез от ножа – не осталось и намека на шрам.

– Не понимаю. Мы спим, что ли?

– Не думаю, что мы спим, – ответил Джей. – Полагаю, сюда перенеслось лишь наше сознание, а физически мы так и остались в Пыльных пустошах. Помнишь, как все замедлялось, перед тем как мы попали сюда? Думаю, ход времени в реальном мире для нас остановился до тех пор, пока наше сознание не вернется назад.

– Вероятно, ты прав.

Ив снова взглянула на небо. Белые силуэты трех лун напоминали полумесяцы на шкатулке, что подтверждало выводы Джея. Ив отвернулась.

– Что ж, – вздохнула она. – Ты – Хранитель, я – Избранник. А где Книга судеб?

– Полагаю, ее не существует.

– Что?!

– В том смысле, – замотал головой Джей, – что у нее нет физического воплощения. Это не предмет, который можно унести с собой. Наверное, именно по этой причине нет ни одного ее изображения.

– Тогда что же это такое?

– Это мы выясним, когда завершим ритуал, – Джей встал на колени и протянул Ив руку, словно приглашая на танец. – Ты согласна?

Ив задумчиво поглядела на море. Волны лизали берег, неторопливо накатывали и убегали, тихо шурша песком. Она медлила и сомневалась.

– А если ничего не выйдет? Вдруг Хранителям запрещено передавать Книгу судеб друг другу?

– Ты забываешь, что я не только Хранитель, но еще и вор, – усмехнулся Джей. – Я привык нарушать запреты. Карин в этом была права. А если серьезно, Ив, то все решает выбор Хранителя. А я выбрал тебя.

– И кем же я стану, получив силу? Чародейкой?

– Не буду лгать: я не знаю, – улыбка Джея померкла, и на миг в его глазах мелькнула печаль. – Если ты сомневаешься, мы еще можем уйти. Достаточно подняться в зал, и мы вернемся обратно…

Ив представила неоконченную схватку между Ксандером и Даниелем, и последние сомнения отпали. Она встала напротив Джея на колени и взяла его руку. Собственная ладонь показалась ей ледяной.

– Давай завершим ритуал, – сказала она. – Что мне надо сделать?

Джей прикрыл глаза и покачал головой.

– Ничего. Нужно лишь согласиться.

– Тогда я согласна.

– Хорошо, – прошептал Джей. Он придвинулся так близко, что их лбы соприкоснулись. – Я отдаю тебе ключ от дверей. Право видеть и силу владеть. Дар, завещанный предками. Путь, лежащий в тенях. Да откроется тебе Книга судеб.

Голос Джея звучал глухо и монотонно – он явно повторял заученные слова. А сразу после них послышался глухой, низкий рокот, будто к берегу катилась огромная волна. Ив зажмурилась и прижалась к Джею, сплетая с ним пальцы.

– Ты будешь рядом со мной, когда мы вернемся назад? – прошептала она.

Рокот нарастал, приближаясь и становясь все громче.

– Конечно. Я же твой Хранитель.

Ив ощутила теплое дыхание на лице и сразу успокоилась. Шум вспененного моря заглушил все вокруг. Водный вал загремел о песок и с диким ревом обрушился вниз. Ив задержала дыхание, но воды не оказалось. Наступила непроницаемая тишина. Ив распахнула глаза. Вокруг простиралась тьма: абсолютная, беспросветная, обступающая со всех сторон, плотная и густая. Ив запаниковала и дернулась. Что-то пошло не так! Ничего не получилось! Но тут ощутила тепло: Джей по-прежнему находился рядом. Его сущность была везде. Она обволакивала и защищала. Успокаивала и оберегала. Ив устремилась к нему. Их сознания соприкоснулись и сплелись в единое целое. Замелькали сотни образов и видений. Пронеслись тысячи воспоминаний, но все они принадлежали не ей.

Вот восьмилетний мальчишка бежит по мокрой мостовой с хлебом в руках. Слезы текут по щекам, а за спиной гремят ругательства и топот ног. Мальчишке страшно. Он знает, что его ждет. Но голод сильнее боли и синяков.

Вот ему десять. Он снова бежит на этот раз от банды воришек. В руках ребят сверкают ножи, но мальчишка больше не плачет. Его движения проворны и ловки, а разум спокоен и сосредоточен. Под ногами хрустят корки льда, а в кармане сладко звенят украденные монеты. Мальчишка перепрыгивает забор, ныряет в переулок и прижимается к двери. Дыхание вырывается белыми облачками пара. Замерзшие пальцы болят, но быстро орудуют отмычкой. Что такое боль, когда на кону стоит жизнь?

Вот мальчишке двенадцать, и он во дворце. «Для чего я здесь останусь?» – спрашивает он. «Со временем ты сам все поймешь», – отвечает король. И мальчишка понимает. Теперь он – уши и глаза короля и готов на все, чтобы заслужить его любовь и отблагодарить за доброту…

Ив вынырнула из воспоминаний Джея и снова ощутила это странное и неповторимое единство. Два сознания слились в одно: между ними не было больше тайн. А затем ее затопила волна чувств. Все эмоции, которые Джей с легкостью прятал внутри, тут оказались ему неподвластны. Не в силах их выдержать, боясь захлебнуться, Ив оттолкнулась и поплыла дальше, к открытому наверху пути. Оказывается, он все время был тут и тек между Хранителем и Избранником.

Ив поднималась по спирали все выше и выше, пока перед ней не предстал весь Мир. Он лежал, как на ладони, в бессчетном сиянии звезд и мутной дымке туманностей, между жаром огней и холодом пустоты. Беспрерывно там что-то двигалось и менялось. Ежесекундно рождались и умирали миры. Но одно оставалось неизменным: текущие повсюду голубые нити. Они связывали воедино все звездное пространство, вносили в него порядок. Пронизывали материю, диктуя ей форму и предназначение.

Магия – возникло подходящее слово, и в тот же миг Ив почувствовала, как каждую клеточку ее тела наполняет Сила. Она перетекала из голубых нитей, впитывалась в кожу, смешивалась с кровью, жгла и холодила. Древняя и могучая, Сила не знала преград, не имела границ.

Ив рассмеялась от восторга. По своему желанию она могла управлять мирами, перемещать планеты, создавать и разрушать галактики. Могущество пьянило. От безграничной свободы захватывало дух. От бесконечных возможностей кружилась голова. Теперь ей был подвластен весь Мир. Теперь она – центр Мира.

Ив потянулась вперед, желая объять вечность, обхватить все пространство, но что-то ее удержало. Маленькое и хрупкое, такое незначительное и неприметное, пылинка в огромном океане жизни – ее собственное смертное тело. Оно было не способно вместить всю данную ему мощь, но и без физического тела Сила жить не могла.

Тебе необходимо вернуться. Но прежде иди ко мне.

Голос звучал совсем близко, но в то же время походил на далекое эхо. Ив развернулась и поплыла на зов. Скопления звезд кружились и пролетали мимо. Туманности сходились и расступались. Вселенная сияла всеми мыслимыми и немыслимыми цветами. Жизнь пела и пульсировала.

– Я здесь! – позвала Ив.

В ответ сверкнула вспышка, что-то дернуло и потащило.

Ив оказалась посреди руин. Из земли острыми зубьями торчали обвалившиеся стены домов. Голубой огонь пожирал остатки деревянных крыш, плясал на груде камней. Высоко в небе сияло привычное желтое солнце, но его затягивали серые полосы дыма. В воздухе летали хлопья черного пепла. Пахло гарью и смертью. Откуда-то доносились крики и вопли отчаянья.

Из-за угла разрушенного дома выбежала женщина с ребенком на руках. Ее лицо искажал ужас, в глазах горел страх. Задыхаясь, она кинулась к Ив, но вдруг пошатнулась и обратилась в груду серого пепла. Ветер подхватил останки и понес в небо. Пепельный силуэт женщины с ребенком распался и исчез.

Ив с ужасом отступила назад и вдруг осознала, что тут она не одна. Рядом стоял мужчина: высокий, темноглазый, черноволосый. На секунду Ив приняла его за Даниеля, но быстро поняла, что ошиблась. Глаза у незнакомца были не ореховые, а полностью черные, без белков, как два бездонных колодца. Прямые волосы, собранные сзади заколкой в виде ракушки, спускались ниже лопаток. А еще что-то странное творилось с его лицом. Оно постоянно менялось: то принимало нежные юношеские черты, то обретало суровость взрослого мужчины, словно и само не могло определиться, молодо оно или зрело.

Мужчина с тоской взирал на то, что происходило вокруг, но, как и Ив, не пытался вмешаться.

– Ты кто? – спросила Ив.

Ты знаешь, кто я.

Его губы не двигались, но Ив слышала его голос прямо у себя в голове. Тот самый, что позвал ее раньше.

– Я не знаю тебя… – начала Ив, но с удивлением обнаружила, что это не так. Она действительно знала, кто он. – Ты – Альшам. Последний, кто владел Книгой судеб.

Мужчина кивнул.

– Но ты умер триста лет назад. Как мы можем с тобой говорить?

Там, где мы находимся, нет понятия времени. Прошлое, настоящее и будущее, все варианты событий и путей существуют одновременно. Все миры, судьбы и люди переплетены в одно целое.

– И где же мы? Во сне?

Сны лежат на окраине, слишком далеко отсюда, а мы в самом центре. Внутри Финель видат игит.

Последние слова Альшам произнес на языке магов, но Ив их уже слышала и перевела: внутри Источника познания Древних или Книги судеб.

– Так это и есть Книга судеб? – Ив махнула на руины.

Нет. Книга судеб позволяет нам сюда заглянуть.

– Я не понимаю.

Альшам указал вперед.

Каждую ночь я видел это во сне. Хаос, разрушения и смерть, порожденные темной силой. Но эти события не принадлежали моему времени, и я не мог на них повлиять.

Альшам повернулся к Ив. Его лицо перестало меняться и застыло на поре зрелости. Бездонная темнота исчезла из глаз, и Ив увидела, что они голубые.

Они принадлежат твоему времени, мой преемник. И ты должна их предотвратить.

– Я? Но как? – Ив с ужасом поглядела на летящий прах, дымящиеся руины и поняла, что некогда здесь был большой город, который ныне превратился в выжженную могилу. – Ты хочешь сказать, мы видим будущее? И это будущее мне предстоит изменить?

Да.

– Но как? – растерянно повторила вопрос Ив. – Когда это случится? И почему?

Этого мне знать не дано. Теперь ты – Видящая. Все ответы в твоих руках, как и судьба мира. Сила укажет тебе путь.

– Сила? Да что же она укажет, если не помогла даже тебе? Ты предлагаешь мне спасти мир от разрушений, а сам не сумел защитить магов и позволил изгнать вас с Вольных островов.

На лице Альшама отразилось искреннее изумление.

Напротив, я всех спас.

Он отвернулся и снова посмотрел на руины.

К сожалению, никто не застрахован от человеческой глупости и гордыни. Даже маги. Некоторые из нас возомнили, что их могущество безгранично, и захотели повелевать миром и людьми. Властители Вольных островов, прознав о том, решили отстаивать свою свободу и независимость. Назревал раскол. Кровопролития было невозможно избежать. Чтобы спасти множество жизней, я приказал всем, кому дорога магия и жизнь, не выступать против властителей, а сесть на корабли и уехать. Те, кто ко мне не прислушались и остались, умерли в раскаянии и муке. Поступи я иначе, война унесла бы тысячи и тысячи невинных людей. Стоимость победы для любой из сторон была слишком велика. Поэтому покинуть острова был единственный выход. Я всех спас.

– Так ты видел будущее?

Я видел все варианты будущего. И выбрал наилучший. Порой надо проиграть, чтобы победить.

– Но сам ты погиб?

Собственное будущее видеть не дано никому. Мне пришлось умереть, чтобы Книга судеб оказалась в нужном времени и месте.

– Значит, ты предвидел, что Сила достанется мне?

Нет. Я не знал, кому достанется Сила. Выбор за Хранителем. Раз он выбрал тебя, ты и есть мой преемник.

Альшам взглянул на Ив. Его губы шевелились с трудом, будто он забыл, как говорить, но голос звучал четко и ясно:

– Мои силы на исходе. Исполни свое предназначение, Видящая. Не допусти хаоса и разрушений.

Лицо Альшама стало рассыпаться на мелкие крупицы, точно было сделано из песка, а ветер сдувал и уносил песчинки.

– Тебе пора возвращаться, – тихо прошептал он и распался в серый прах.

– Нет! Погоди! – прокричала Ив, но уже все вокруг обращалось в пепел и исчезало.

Резкий порыв подхватил Ив и потащил обратно, в хрупкое человеческое тело.

Глава 27. Возвращение

О крышу навеса ударилась первая капля дождя. За ней последовала вторая и третья. Грозовые тучи темной стеной толпились у горизонта. Сверкали молнии, ветер гнал колючий песок.

Ив судорожно втянула воздух, будто вынырнула из водной пучины. По телу пробежала дрожь. Сердце снова забилось, в висках застучала кровь. Легкие пришли в движение, впитывая кислород. По венам хлынул жар, наполняя каждую клетку неведомой силой.

Ив выронила платок из рук и повернулась к арене. Миллионы пылинок взмывали вверх. Защитные сферы трещали от напряжения. Даниель напротив Ксандера. Песок кольцами сворачивался вокруг их ног и дотягивался до поясов. Магия пульсировала. Вибрации сотрясали воздух, и в ответ на них Ив ощутила странное покалывание в руках. Оно усиливалось и разрасталось, и Ив опустила глаза. Ладони, точно перчатки, окутывал голубой огонь. Он не жег, но там, где касался кожи, возникали замысловатые завитки рун.

Полыхнула вспышка, и Ив обратила взгляд на арену. Даниель вскрикнул и отступил на шаг: шипящие искры пробили его защиту и зацепили плечо. И в тот же миг снова сверкнул разряд. На этот раз пошатнулся Ксандер. Защитные сферы моргнули и вновь загудели: противники в очередной раз перешли в изматывающую оборону.

– Сдавайся, Ксандер! – выкрикнул Даниель. – Тебе не устоять!

– Глупый мальчишка! Отступи и покорись!

– Нет! Мне некуда отступать!

– Тогда эти пески станут тебе могилой!

– Ты ошибаешься!

Воздух опять вспорола вспышка, Ксандер вздрогнул, но устоял. Песчинки разлетелись в стороны и зависли вокруг защитных сфер, дрожа и вибрируя. Гул магии заполнял собой все вокруг.

Ив развернулась и двинулась к арене. Переставила одну ногу, затем другую, заново вспоминая, как работают мышцы: ходить по земле оказалось сложнее, чем парить среди звезд. Толпа впереди зашевелилась. Маги с испуганными возгласами оборачивались и расступались. На их лицах появлялось смятение.

– Остановитесь! – выкрикнула Ив, и ее голос прокатился по арене чистой звенящей волной.

Ксандер и Даниель покосились в ее сторону, одинаково и одновременно повернув головы. Отец и сын застыли, как зеркальные отражения друг друга.

– Остановитесь! – повторила Ив. – Вам больше не за что сражаться.

Непонимание на их лицах сменилось недоверием, а затем изумлением. Защитные сферы слабо замерцали и осыпались вместе с песком. Ужас в глазах Даниеля причинял Ив боль, но она запретила себе думать об этом.

– Вы будто малые дети! – прокричала она, и глубоко в груди вспыхнул гнев, как отзвук закипающей внутри силы. – Играете на краю бездны и полагаете, что вас она не проглотит. Но вы рухнете на дно и не заметите, как утащите за собой весь мир!

Ив слышала свой голос, но слова принадлежали не ей. Чувствовала гнев, но и он был ей чужд. Странная двойственность сбивала с толку и пугала.

– Маги, что воюют друг с другом, недостойны ходить по земле. Сила вам дана не затем, чтобы завоевывать территории и делить власть, повелевать или навязывать свою волю. Вы обязаны хранить равновесие в мире, а не нарушать его!

Гнев, усиленный собственным страхом, поглотил Ив. Язычки пламени ползли по рукам, поднимались на плечи. Рукава блузки темнели и рассыпались, открывая на коже новые руны. Они ярко сияли голубым. Капли дождя шипели и испарялись, песок плавился под ногами, но тело вместо жара охватывал холод.

– Остановитесь пока не поздно, глупцы! Иначе будущее спалит вас дотла!

Перед Ив поднялась завеса огня, и мир распался на сотни путей. Одни ярко горели, другие тускло мерцали, третьи таяли и исчезали. Пути стекались со всех сторон, встречаясь в центре, и снова разбегались. Сзади тянулись нити из прошлого. Все они были серыми и погасшими – события, которым не суждено было свершиться. Среди них Ив увидела и собственную иную судьбу. В том прошлом лошадь Алисии Стаут не оступилась, и мать не умерла. Жив был и отец, а у Ив рос еще один брат, младше ее на четыре года. Однако эта линия не вела к текущему моменту и более не существовала. Мертвый путь. «Неужели, чтобы здесь оказаться, я должна была всех потерять?» – пронзила голову мысль, и ответ отозвался болью утраты.

Ив поглядела вперед. Будущее несло в себе еще больше путей с развилками и ответвлениями. Каждое событие порождало за собой миллионы возможностей. Все они множились и вновь распадались на новые и новые вероятности. Будущее имело бесчисленные варианты, но даже их малая часть не могла уместиться в человеческой голове.

– В этом невозможно разобраться… – прошептала Ив. – Что мне делать?..

«Останови их. Положи конец противоречиям, конфликтам и непониманию».

– Как?

«Недостойным нет места на земле. Они не заботятся об общей гармонии. Их волнуют лишь сиюминутные интересы. Положи им конец».

Ив оцепенела от пронзившей голову мысли.

– Нет, нет, нет… Должен быть другой выход.

«Другого выхода нет».

Пламя всколыхнулось, и пути пропали.

Ив в отчаянии затрясла головой. Все эти мысли принадлежали не ей, как и пылающие в груди ярость и гнев. Ив никогда не пожелала бы смерти Даниелю и жившим в лагере детям. Даже смерти Ксандера она не хотела.

Огонь вокруг Ив полыхал все ярче и разрастался, укрывая голубой завесой отступающих в ужасе магов, отсекая их испуганные голоса. Язычки пламени срывались с пальцев и капали в песок, превращая его в стекло.

– Нет, остановись, – взмолилась Ив, но Сила внутри оказалась глуха.

Ив объял невыносимый холод. От слабости подкосились колени.

– Остановись, – снова прошептала Ив и почувствовала, что летит в бездну.

Ледяные тиски и темнота сомкнулись со всех сторон. Последнее, что она запомнила, прежде чем ее поглотил мрак, – чьи-то теплые руки у себя под спиной.

***

Все плыло в тумане. Мелькали огни, качались тени, пахло дымом и дождем. Откуда-то из сумрака появлялись лица и раздавались голоса. Видения метались, то возникая резкими всполохами, то снова исчезая в дымке. Все ощущения приходили будто издалека.

– Жива… – тихий женский шепот. – Поразительно! Я думала, ее это убьет.

– Ты никогда не понимала магию, Сибил, – второй голос ниже и жестче. – Разве не чувствуешь? Эта сила слишком древняя и мудрая, чтобы убить своего обладателя.

– Возможно, ты права, Карин. Магия всегда была для меня загадкой. И препятствием.

– Препятствия мы создаем себе сами.

Ив попыталась разомкнуть веки, но их словно склеил воск. Тело тоже налилось свинцом: ни рукой, ни ногой не пошевелить. Где-то тихо шумел дождь: капли барабанили по крыше, успокаивая и убаюкивая. Сонными волнами накатывало тепло.

Шорох ткани, и шаги.

– Вы обе, прочь отсюда. Хватит тут каркать.

Третий голос принадлежал мужчине, такой знакомый и родной! Ив потянулась к нему, но снова нахлынул туман. Сознание поплыло к границе яви и сна, и, покорившись, Ив упала в милосердные руки забытья.

Когда она вновь очнулась, стояла тишина. Спутанные мысли текли вязкой смолой. Смутные видения, похожие на сон, разжигали тревогу, но рука, нежно водившая по волосам, принесла покой. Так ласково Ив гладил только отец. Он всегда сидел у кровати, когда она болела и мучилась от жара. Неужели она опять заболела? Но ведь отец мертв… Или его смерть ей причудилась? Вдруг сейчас она откроет глаза и обнаружит, что лежит в своей комнате в особняке, а рядом сидит отец? Живой! От надежды защемило сердце. Ив перевернулась на спину, и рука соскользнула с волос.

– Отец, – хрипло позвала Ив; пересохший язык еле ворочался во рту.

– Тише, попей. У тебя истощение.

Губ коснулась глиняная кружка с водой, и Ив с жадностью выпила все без остатка.

– Еще?

– Нет, хватит, – замотала головой Ив, поняв, что желудок так же слаб, как и все тело, и разлепила непослушные веки.

Полумрак тесной комнаты разгоняла одинокая лампа на столе. Ив лежала в углу на невысокой кушетке. Свет выхватывал стены из шкур и высокий купол потолка. Нет, это не комната в особняке, а шатер магов в Пыльных пустошах.

Над головой шевельнулась тень. Ив повернулась и увидела, что рядом на сундуке сидит Джей. Он поставил кружку на стол и улыбнулся.

– Ты как? – спросил он.

– Я?.. – Ив растерянно приподнялась на подушке. – Я спала? Как долго?

– Закончился день, наступила ночь, а сейчас… – Джей поморщился, разминая плечи. – Сейчас, должно быть, уже новое утро.

Ив постаралась собраться с мыслями, и тут на нее разом нахлынули образы. Шкатулка с воспоминаниями, пляж и море, три луны и бесконечный космос. Книга судеб. Битва Ксандера и Даниеля, страх на лицах магов и завеса огня…

Ив содрогнулась от ужаса.

– О нет! Маги на арене… огонь… я… кто-нибудь пострадал?

– Успокойся. Никто не пострадал.

– Но как?! Огонь был везде!

– Он погас сразу, как ты потеряла сознание.

– Погас?

Ив дернулась на кровати, чтобы на себя посмотреть, и поняла, что, кроме нижнего белья, на ней под одеялом ничего нет.

– Ой! – смущенно пискнула она и натянула одеяло до самого подбородка. – А где моя одежда?

– Вон там, – Джей махнул на кучу обугленного тряпья на полу. – Только не думаю, что тебе захочется ее снова надеть.

Ив уставилась на почерневшие лоскуты. Сколько же там дыр? И кто ее раздевал? Нет, лучше об этом не думать.

Джей взял стопку вещей со стола и положил на кровать.

– Карин оставила для тебя одежду. А я принес твои сумки. Они около входа.

Джей указал на сундук в дальнем конце комнаты. Свет лампы упал на его лицо и высветил черные разводы на лбу и щеке. Похолодев, Ив увидела прожженные дыры на его камзоле, сажу и копоть.

– Что с тобой? – спросила она и потянулась к щеке Джея. – Это из-за меня? Ты пострадал?

Джей скорчил гримасу и поймал руку Ив.

– Не говори глупостей. Где я пострадал? Разве только одежда немного. Я по-прежнему Хранитель, и магия на меня не действует. Даже твоя.

Ив замерла.

– Так это был ты? Ты меня поймал, когда я упала? Я почувствовала чьи-то руки… – она пораженно умолкла. – Вот дурак… Зачем ты подошел? А если бы я тебя убила? Если бы твой дар пропал?

– Как видишь, он не пропал, – Джей слабо улыбнулся, и улыбка еще сильнее подчеркнула темные круги усталости под глазами и мелкие морщинки. – Я же обещал, что буду рядом с тобой.

– Дурак… – повторила Ив и осознала, что все еще касается щеки Джея, а его ладонь лежит поверх ее руки. Они одновременно опустили руки.

Ив закуталась в одеяло. Джей откашлялся.

– Я выйду, чтобы ты могла спокойно одеться, – сказал он и встал с сундука.

– Нет! Не уходи! – Ив схватила Джея за рукав. Мысль, что она останется наедине со странной силой внутри, приводила ее в ужас. – Прошу, останься.

В глазах Джея отразилось понимание. Он кивнул, отошел к входу и отвернулся. Ив развернула одежду: Карин принесла свободные белые штаны и пеструю тунику с разрезами по бокам. Как и все, что носили в лагере маги, одеяние выглядело легким и удобным.

– Расскажи, что произошло, после того как я потеряла сознание, – попросила Ив и сунула голову в ворот туники. – О чем говорят в лагере?

– По правде говоря, я и сам не знаю, – сказал Джей. – Почти все время я провел рядом с тобой. Знаю, что Ксандер ушел через портал сразу, как только понял, что упустил Книгу судеб. Сибил же решила остаться.

– Да. Кажется, я слышала ее голос и голос Карин. Они помирились?

– Сложно сказать. Сначала они долго друг на друга кричали, потом плакали и обнимались, затем снова орали. Наверное, это можно назвать примирением, хотя, по-моему, они уже давно друг друга простили. Их разделяют лишь взгляды на запреты в магии. Карин считает, что ограничения бесполезны и наносят ущерб магии. Сибил думает, что это создает порядок.

– А как маги отнеслись к тому, что случилось?

– По-разному. Когда я уносил тебя с арены, все пребывали в смятении. Я слышал ропот недовольства, но в основном он касался меня. Если сказать мягко, то маги обвинили меня в том, что я поступил необдуманно, отдав Книгу судеб обычному человеку. К счастью, дождь несколько охладил общий пыл. Когда ночью я забирал твои сумки, в лагере царило спокойствие.

– А Даниель? – спросила Ив, и ее нога замерла в штанине. – Что сказал он?

– Даниель… Боюсь, все резкие слова мне достались именно от него. Но полагаю, – поспешно добавил Джей, – он просто переживал за тебя. Как и многие, он решил, что магия может тебя убить.

– Так переживал, что ни разу ко мне не зашел? – с горечью произнесла Ив. – Он ведь не приходил?

– Нет… Не приходил.

– Наверное, он меня ненавидит, – зажмурилась Ив. – Я отобрала у него то, чего он добивался многие годы.

Мысли о Даниеле заставили сердце заныть. Ив мотнула головой и натянула штаны. Главное – он жив, остальное неважно. Она встала с кровати и одернула тунику. Комната лениво вращалась перед глазами, и Ив ухватилась за край стола. Ноги дрожали от слабости, в голове плыл туман. Ив прикрыла глаза и попыталась заглянуть в глубь себя, ощутить силу внутри. Магия молчала. Будущее не показывало пути.

Трясущимися пальцами Ив закатала рукав. От кисти по внешней стороне руки тянулась вязь из магических рун. Легкое покалывание кожи на плечах и вдоль позвоночника подсказывало, что знаки проходят и там. С момента их появления они потускнели и переливались на свету голубым перламутром. Плавные изгибы и завитки сплетались в красивый узор, манящий и непостижимый.

– Я словно и правда книга, – Ив подняла голову и увидела, что Джей повернулся и не сводит с нее глаз. – Кто я, Джей? В кого превратилась? Кого ты видишь перед собой?

– Я вижу прекрасную девушку с добрым сердцем и пытливым умом. Смелую, честную и открытую. Я вижу все ту же Ив Стаут.

Ив почувствовала, как к горлу подкатил комок.

– Я не уверена, что это так, – она изо всех сил вцепилась в край стола и выдавила то, что грузом лежало на сердце: – Джей, там на арене… я едва всех не убила. Одним желанием я могла сжечь весь лагерь дотла.

– Ты никого не убила.

– Да, потому что потеряла сознание, – Ив сглотнула тугой комок, но к горлу подступил новый. – Помнишь руны в шкатулке? «Теряя обретать». Это не подсказка. Это предостережение. Боюсь, что за обладание силой нужно заплатить высокую цену… – Ив охватила паника. Она зажмурилась и замотала головой. – Забери ее, Джей. Я не хочу эту силу. Она непостижима и мне неподвластна. Я не знаю, как ей управлять.

Джей растерянно шагнул вперед.

– Но я не могу ее забрать, Ив. Хранитель отдает. Не отнимает. Сила Книги судеб принадлежит Избраннику до конца его дней.

– Что же мы натворили? – выдохнула Ив, похолодев. – Маги правы – Книга судеб не должна принадлежать простому человеку. Ее сила слишком велика и могущественна, а я очень слаба, понимаешь? Мы совершили ошибку, Джей. Непоправимую ошибку.

На лице Джея появилось странное выражение, будто он хотел стукнуть Ив по голове. Однако в следующий миг оказался рядом и крепко прижал ее к себе.

– Даже не смей, – зашептал он прямо на ухо. – Не смей в себе сомневаться. Во мне ты можешь сомневаться сколько угодно, но только не в себе. Ты сильнее, чем тебе кажется. Я это вижу. Я это знаю. Будь иначе, я бы не выбрал тебя.

Ив пошатнулась на неверных ногах и безвольно обмякла. Не разжимая объятий, Джей усадил ее на кровать и сел рядом. Ив спрятала лицо у него на груди. Ее плечи дрожали, по щекам текли слезы.

– Мне страшно, Джей. Я растеряна, и мне страшно, – прошептала она. – Я боюсь, эта сила меня захлестнет и одолеет.

– Вот и хорошо. Хорошо, что тебе страшно. Если бы не боялась ты, то испугался бы я.

– Что ты имеешь в виду?

– Страх предупреждает нас и удерживает от неразумных поступков. Твой страх говорит о том, что ты понимаешь свою ответственность.

– Моя ответственность слишком велика.

– Да, велика и тяжела, – вздохнул Джей. – Эх, Мотылек, хотел бы я поменяться с тобой местами и забрать эту ношу себе, но магия выбрала иной путь.

– Магия ли? – хлюпнула носом Ив. – Ответь честно, Джей, почему ты выбрал меня? Ты сказал, что у тебя не было выбора… Я знаю, ты не хотел отдавать Книгу судеб ни Ксандеру, ни Даниелю, но ты мог бы выбрать Сибил. Или кого угодно еще. Неужели ты выбрал меня только ради того, чтобы сила не досталась ни одной из сторон?

Джей отодвинул Ив от себя и заглянул ей в глаза.

– Это правда, Ив. У меня не было выбора. Но не потому, что мне не из кого было выбирать, а потому, что я не хотел выбирать никого, кроме тебя, – неожиданно он запрокинул голову и рассмеялся таким искренним и легким смехом, какого Ив прежде никогда от него не слышала. – О боги, Ив! Как же ты не понимаешь! Я ведь выбрал тебя не вчера. Это случилось уже давно. Даже раньше, чем я увидел тебя на приеме. Я выбрал тебя в тот день у конюшни, когда ты схватила вилы, чтобы защитить от мальчишек старого пса. А может, и того раньше – в тот миг, когда заметил тебя на дереве. Я выбрал тебя уже тогда, но и сам не подозревал об этом.

– Но почему я? Ты сам говорил: я не поступаю мудро.

– Верно, говорил. И скажу снова. Ты не поступаешь мудро. Но зато делаешь то, что велит тебе сердце, а порой это намного мудрее. Твое сердце справедливо и всегда остается честным, даже если язык лжет. В нем нет зла. Оно способно на жертвы. И ты спрашиваешь, почему я выбрал тебя? Ах, Ив! Ты мой самый лучший и правильный выбор в жизни!

Джей улыбнулся и пальцем смахнул с ее щек слезы.

– Не плачь, Мотылек. Миру не нужен великий маг. Ему нужен посредник. Точка равновесия. Опора. И этой опорой можешь стать ты. Ты не слабая, поверь. Ты сильнее любого огня. Он пройдет сквозь тебя и отступит, даже не опалив твоих крыльев. Не плачь. Теперь ты королева магов.

– Королева? – тихо всхлипнула Ив. – Джей, ты прекрасно знаешь, что маги никогда не примут меня как свою королеву.

– Да, не примут. Но все-таки ты их королева. Помни это и слушай себя. И неважно, что скажут другие. Ну же, не плачь. Слезы не идут королевам.

Он отвел с лица Ив спутанные пряди. Его губы коснулись мокрых ресниц, скользнули по влажной щеке, задели уголок рта… Последний поцелуй вышел случайным и невинным. Ив поняла это по тому, как Джей вздрогнул и отстранился. Однако в следующий миг он притянул Ив к себе и поцеловал по-настоящему. Нежно и страстно. Так путник пьет в пустыне последний глоток воды, растягивая и наслаждаясь. Ив показалось, что они снова стали едины. Она слилась с его дыханием, растворилась в тепле рук, стала легкой и невесомой.

Спустя секунды или минуты – Ив утратила чувство времени – Джей разжал объятия и замер, прикрыв глаза, будто пытался сохранить этот момент где-то в глубине себя. Ив застыла напротив него с широко распахнутыми глазами. Новые чувства ее удивили и застигли врасплох. Голову наполнял туман, мысли разбегались, и, прежде чем Ив удалось собрать их воедино, у входа зашуршал полог, и в комнату зашла Мира. Она переступила порог и в нерешительности замялась.

– Даниель просил узнать, нужно ли что-нибудь Ив, – сказала она.

Джей так стремительно вскочил на ноги, что Ив решила, будто он собирается вытолкать Миру вон из шатра. И даже захотелось, чтобы именно так он и поступил. Однако он вскочил и замер посреди комнаты.

– Разумеется, нужно, – ответил он. – Ив истощена. Ей нужны снадобья и еда. Подойдет любая жирная похлебка, мясо и сыр. А еще настойки, восстанавливающие силы, семена кериса и травы… Ну, не мне тебя учить, – нетерпеливо махнул рукой Джей. – В общем, неси все, что у вас есть.

Мира удивленно выгнула бровь, пораженная то ли его повелительным тоном, то ли его познаниями в магии.

– Меня действительно не надо учить, – сказала она. – Я принесу все, что необходимо.

– Спасибо, Мира, – отозвалась Ив.

Мира бросила на нее сдержанный взгляд.

– Я делаю это ради Даниеля. Благодари его, – ответила она и ушла.

Ив натянула на плечи одеяло, чувствуя, что снова дрожит от слабости. Борясь с головокружением, она посмотрела на Джея. Он так и стоял, не двигаясь, посреди комнаты и глядел куда-то в пустоту под ногами.

– Джей, – окликнула Ив и умолкла.

Что сказать? Момент для объяснений и признаний прошел. Не хотелось ничего выяснять и портить словами тот миг. Не сейчас. Хотелось помолчать или поговорить о чем-то другом.

Джей повернулся и разрушил неловкое молчание:

– Я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещала.

– Что?

– Пообещай, что ты съешь и выпьешь все, что принесет эта девушка, а после еще поспишь.

Ив улыбнулась.

– Обещаю. Сделаю все, как велит мой Хранитель, – она ждала, что Джей улыбнется в ответ, но его лицо осталось серьезным. – А ты разве не поешь вместе со мной?

– Я… Нет. Знаешь, я толком не спал. Мне надо немного вздремнуть. Я лучше пойду…

– А… ладно, – протянула Ив, стараясь скрыть разочарование. – Тогда увидимся позже? Когда отдохнем?

– Когда отдохнем, – эхом повторил Джей и кивнул. – Да. Все верно. Отдыхай и набирайся сил.

Он направился к выходу.

– Джей! – вдруг окликнула Ив.

Он оглянулся, и на несколько вдохов повисло молчание. Ив сожалела, что не может прочесть его мысли так же легко, как когда их сознания были едины. В голове вертелись сотни слов, и наконец Ив нашла единственно верные:

– Спасибо, что был рядом со мной.

Джей улыбнулся уголком губ. Затем откинул полог и вышел.

Ив без сил рухнула на кровать и закрыла глаза. Тяжело было даже думать…

Разбудил ее тихий звон посуды и аромат еды. Ив открыла глаза и села, опираясь на подушку. На столе стояла миска с горячим бульоном, рядом на деревянном подносе лежали лепешки с мясом, ломтики сыра и сочные белые дольки какого-то овоща или фрукта. На полу, скрестив ноги, сидела Мира, а на подносе перед ней лежали какие-то семена и травы.

– Даниель попросил показать тебе, как приготовить целебную настойку, – сказала она и придвинула к себе глубокую чашу из серого камня. – Ты обрела магию не по праву… не по праву рождения, и твой организм не приспособлен к ее воздействию.

«Так вот, что они про меня думают, – мелькнуло в голове у Ив. – Что я получила силу обманным путем».

– Чтобы не страдать от последствий, – говорила между тем Мира, – тебе придется прибегать к помощи настойки из трав. Даниель рассказывал, что готовые отвары продаются в ваших городах, но все же ты должна знать, как его приготовить.

– Почему Даниель не пришел сам? – спросила Ив.

Мира сжала губы в тонкую линию, взяла щепотку мелких черных зерен и бросила в чашу.

– Это семена кериса, – продолжила она. – Их надо истолочь в порошок и смешать с бычьей травой, корой ивы и листьями сагандайля вот в таких пропорциях, – Мира добавила всего понемногу и стала толочь пестом. – После все нужно залить кипятком и несколько минут настоять. Двух чашек в день обычно хватает, чтобы восстановить силы, но сейчас тебе потребуется выпить весь отвар из этого чайника.

– Ты меня осуждаешь?

Мира прервала свое занятие и подняла глаза.

– Ты не должна была вмешиваться.

– У меня не было выбора.

– Неправда. Выбор есть всегда. Ты могла отказаться.

– Я пошла на это ради Даниеля. Я обязана была остановить…

– Разве он тебя об этом просил? – оборвала Мира и покачала головой. – Даниель бы победил. Все это понимали, кроме тебя. Это был наш шанс закончить конфликт. А теперь даже его нет.

– Ты называешь шансом убийство отца?

– Да, если цена в одну жизнь может спасти остальные. К тому же Даниель пощадил бы Ксандера, если бы тот сдался и отступил.

– Он бы не сдался.

– Теперь мы этого уже не узнаем.

Мира опустила глаза и продолжила толочь травы. Некоторое время тишину нарушали лишь ритмичные постукивания.

– Так почему не пришел Даниель? – повторила вопрос Ив. – Он не хочет меня видеть?

Мира со всей силой надавила на пест, и в чаше заскрипели семена. Некоторое время она мешала порошок, затем высыпала его в кипяток и посмотрела на Ив.

– Тебе ведь любопытно, какие отношения связывают меня и Даниеля? – вдруг спросила она. – Не отрицай. Я видела это в твоих глазах. Знаешь, когда вся твоя жизнь проходит в пустыне, где одно место мало чем отличается от другого, остается лишь наблюдать за окружающими да читать книги. Вот я и научилась многое угадывать по лицам людей.

Мира отодвинула чайник и поставила на поднос чашу с пестом.

– В детстве мы были неразлучны. Все время проводили вместе. Где он, там и я. Меня даже дразнили «тенью Даниеля», – на губах Миры появилась улыбка, но она вышла печальной. – Мы делились друг с другом всем на свете и, наверное, можно сказать, что были близки как брат и сестра, но все же… – она подняла глаза, и на этот раз в них сверкнул вызов. – Но все же он мне не брат, а я ему не сестра.

У Ив упало сердце.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Потому что я не хочу его потерять, – голос Миры дрогнул.

– Но я не собираюсь его отнимать…

– Ах! Не обещай того, что выполнить не сможешь или не захочешь! – воскликнула Мира и отвернулась. – Даниель всю жизнь искал Книгу судеб. Она манила его, как яркий огонь во тьме. Мы часто мечтали о том дне, когда он обретет силу и объединит магов в единый народ, и нам не придется жить в пустыне. А теперь она у тебя. Его мечта.

– Но я…

– Знаю, ты забрала Книгу судеб, не желая и не понимая, что берешь. Но даже с ней ты будешь чужой среди магов. Тебе понадобятся поддержка и помощь. И за этим ты обратишься к Даниелю. А он не сможет тебе отказать. Тебе не сможет. И тогда… – Мира качнула головой, словно прогоняя неприятную мысль. – Не проси меня тебе помогать. Выясняй сама, чего Даниель хочет, а чего нет. В этом я тебе не помощница. Надеюсь, теперь ты понимаешь почему. Женщины обычно видят то, в чем мужчины слепы.

– Понимаю, – кивнула Ив и прибавила с сожалением: – Мы могли бы стать подругами, Мира.

– Да, могли бы.

Мира взяла поднос и встала. На пороге она обернулась.

– И еще… Если твои чувства к Даниелю искренние и взаимные, то, обещаю, я не буду вставать у вас на пути. Но если же нет… тогда не мешай мне. Определись наконец, с кем твое сердце на самом деле: с Даниелем или твоим Хранителем.

За спиной у Миры сомкнулся полог, и Ив снова осталась одна.

Глава 28. Новые планы

Выполняя свое обещание, Ив съела и выпила все, что оставила Мира, а после забылась крепким сном. Проснулась резко, будто от удара: вздрогнула и распахнула глаза. В лампе тускло мерцал огонек. У входа от ветра колыхался и шуршал полог. Снаружи о стенку шатра стучали песчинки. В комнате никого не было. Тогда что же ее разбудило?

Ив села на кровати. На столе стоял поднос с новой миской бульона, лепешками и козьим сыром. Из чайника тянуло ароматом свежих трав. Кто-то оставил еду и ушел – вот и объяснение. Неожиданно Ив почувствовала себя невероятно одинокой и впервые за долгое время затосковала по дому. По запаху спелых яблок в садах, по бескрайним полям и тенистым рощам, по уюту семейного особняка. Она скучала по брату, а еще больше по прежней себе. Джей сказал, что не видит в ней изменений, но Ив чувствовала себя иначе. Что-то внутри нее стало незримо другим. Может, она повзрослела? Или так ощущается груз возложенной на нее ответственности?

Ив со вздохом отбросила одеяло и встала. Ноги уже не дрожали, голова не кружилась: сон и настойка прогнали из тела слабость. Ив съела оставленную для нее еду и вышла из шатра.

Солнце висело над горизонтом, роняя на землю алые отблески заката. В жарком воздухе вилась пыль. Пахло горячими камнями, дымом и нагретой кожей. О прошедшем дожде напоминала лишь колотая рябь на песке. Ив немного постояла, щурясь от света и вдыхая сухой воздух, и зашагала к арене.

На открытых площадках между шатрами собирались маги. Они общались, жарили на огне мясо и пекли лепешки на раскаленных камнях. Когда Ив проходила мимо, гул голосов замирал. Маги оборачивались и молча провожали ее взглядом. На их лицах проглядывала настороженность и что-то еще… вероятно, растерянность.

«Теперь ты королева магов».

Слова Джея эхом пронеслись в голове, но Ив не чувствовала себя королевой. Да и маги, похоже, ее таковой не считали.

Арена предстала притихшей. Ветер гонял песок и поднимал в воздух рыжую пыль. Все скамейки были пусты, только рядом с одной в песке ковырялся светловолосый мальчишка. Ив узнала в нем озорника, который вместе с сестрой бегал вокруг бочки с водой.

– Эй… привет, – окликнула она.

Мальчик вздрогнул и поднял голову. Его глаза широко распахнулись, и с губ слетел испуганный вздох.

– Это ты… – прошептал он и вскочил на ноги. – Алия! Алия! Это она! Повелительница огненных бурь!

Неподдельный страх в голосе ребенка заставил Ив оцепенеть. Из-за рядов скамеек выглянула девичья голова, и мальчик бросился к ней. Девочка выбежала навстречу брату, поймала и прижала к себе. Медленно пятясь, они добрались до противоположного конца арены и остановились. Несколько секунд дети разглядывали Ив, а затем со всех ног кинулись прочь.

Ив опустила глаза. На месте, где сидел мальчик, блестел оплавленный песок. И вновь она ощутила странную двойственность: одна ее часть наслаждалась собственным могуществом и званием Повелительницы огненных бурь, а другая – противилась вызывать в людях страх. Ив сглотнула колючий комок и побрела обратно в шатер.

Внутри ожидала Карин.

– Нам надо поговорить, – сказала она без предисловий и жестом предложила зайти.

Ив переступила порог, и сердце перевернулось в груди: у стены слева стоял Даниель. Он не смотрел на нее. Молча глядел в пол, скрестив на груди руки и укрывшись в тени, и эта отстраненность больно кольнула Ив. Она с горечью отвела глаза и повернулась к Карин.

– О чем ты хочешь поговорить?

– О твоей силе, разумеется. Книга судеб была нашей целью и надеждой. Теперь, когда она у тебя, все хотят знать, на что ты способна.

– Для чего? Если ты надеешься, что я выступлю против короля…

– Никто не просит тебя выступать против твоего короля, – отрезала Карин. – Нам надо понять, какие силы тебе достались. Ради общего и твоего же блага. Признаюсь, твоя мощь на арене произвела впечатление. Однако она являлась следствием пробуждения силы, ее зарождения. Вначале это всегда бурный поток энергии, но потом все зависит от мага. В данном случае от тебя.

Карин пододвинула к краю стола свечу на подставке.

– Думаю, ты вполне отдохнула, чтобы испытать свои силы. Вот, попробуй. Зажги свечу.

– Зажечь? – Ив облизала пересохшие губы. – Как?

– Это несложно. Просто представь, как вспыхивает огонь, и направь свою силу на фитиль.

– Просто представить? А как же заклинания и магические жесты?

– Они не нужны. Магия огня естественна и проста. Сам воздух горит. Тебе надо лишь подсказать ему, где зажечься. Ну же, попробуй.

Ив села на кровать и посмотрела на свечу. На словах все казалось легко. Она снова облизала губы и представила, как на конце фитиля загорается огонек. Однако перед глазами тут же возникло бушующее на арене пламя, опасное и неукротимое.

Ив прикрыла глаза и покачала головой.

– Не знаю. У меня ничего не выходит. Наверное, я что-то делаю не так. Может, надо рукой махнуть или… – Ив посмотрела на Даниеля, желая поймать его взгляд, уловить настроение, но он упорно глядел в пол. – Даниель, например, щелкал пальцами, чтобы зажечь свечу.

– Щелкал пальцами? – Карин недоверчиво изогнула бровь и обернулась.

Под взглядом чародейки Даниель неохотно пошевелился, но глаз не поднял.

– Карин права, Ив. Ничего не требуется. Достаточно все выкинуть из головы и представить желаемый результат. Я щелкал пальцами, чтобы тебя повеселить. А на деле все происходит вот так.

На конце фитиля вспыхнул и замерцал огонек. Ив открыла рот от удивления. Как же легко Даниель управляется с магией! Для сотворения огня ему даже не потребовалось прерывать свою речь.

Карин пальцами потушила свечу.

– Видишь, ничего сложного. Попробуй еще раз. Сосредоточься. Представь. И направь силу.

Ив сделала глубокий вдох, успокаивая дыхание и выкидывая из головы лишние мысли, как советовал Даниель, и полностью сосредоточилась на свече. Посмотрела на почерневший фитиль и слегка оплавленный воск. Представила огонек. Миновала минута, вторая, третья… Магия молчала, оставляя свечу безжизненно стоять на столе. Наконец Ив сдалась.

– Не знаю, в чем дело, но я не могу…

– Да как же так! – воскликнула Карин. – Еще вчера ты полыхала как праздничный костер, а сейчас не можешь зажечь свечу! С этим заданием справляется пятилетний ребенок, в котором магия едва теплится, а ты!.. – Карин резко повернулась к Даниелю. – Скажи, ты ведь тоже чувствуешь ее силу?

– Чувствую, – немного помедлив, ответил Даниель.

Карин снова посмотрела на Ив, и ее глаза превратились в узкие щелки.

– О да! В тебе есть сила. Великая сила. Я даже не могу сквозь нее пробиться. Неужели твоя человеческая природа делает ее такой слабой?

– А может, моя сила не предназначена для разжигания свечей! – огрызнулась Ив, вдруг испугавшись, что Карин права.

Острый взгляд чародейки пронзил Ив насквозь.

– Тогда в чем ее предназначение?

«Спасать вас, дураков!» – чуть не выкрикнула Ив, но сдержалась, вспомнив, как сама всех едва не убила.

– Возможно, Ив права, – вмешался Даниель. – Мы знали, что Книга судеб обладает иной, особенной силой, и действовать она может иначе. Нам нужно время, чтобы во всем разобраться.

– Время, – устало повторила Карин. – Ну конечно. Что же еще?

Она направилась к выходу.

– Я пойду созывать совет. Приходи, – бросила она на ходу и вышла из шатра.

Ив взглянула на Даниеля. Еще никогда он не казался таким потерянным и далеким. Прежде в каждом его движении кипела энергия, в глазах горела цель. Теперь в них была пустота. Ив захотелось вскочить, взять его за руку и разрушить эту невыносимую отчужденность, но она не осмелилась.

Даниель опустил руку в карман и что-то достал.

– Я нашел его на арене, – сказал он. – Твой браслет. Ремешки лопнули, и магии в нем не осталось. Так что теперь, боюсь, он для тебя бесполезен.

Ив схватилась за запястье, только сейчас обнаружив отсутствие браслета.

– Как жаль, что он пострадал, – огорчилась она. – Мне нравился этот браслет.

– Да. Жаль.

Даниель сунул браслет обратно в карман и оттолкнулся от стены.

– Но если можно починить ремешки, – поспешно добавила Ив, – я бы его забрала.

Даниель остановился.

– Лучше я сделаю тебе новый.

– Спасибо. Было бы чудесно, – Ив обвела комнату взглядом, с отчаянием ища повод задержать Даниеля. – Похоже, в этом шатре кто-то живет. Если так, то я хотела бы поблагодарить хозяев и извиниться за свое вторжение.

– Ты только что это сделала.

– О! Так это твой шатер…

Ив пораженно умолкла и по-новому взглянула на все вокруг. Оказывается, Даниель отдал ей свою комнату, а она об этом даже не догадывалась.

– А где же спишь ты? – спросила она.

– Каллен у себя приютил. Он отец Миры и в некотором смысле был и мне отцом. В детстве я часто у него засыпал после тренировок.

– Значит, ты тоже умеешь махать посохом?

– Немного. В лагере все обучены навыкам боя.

– А меня научить сможешь?

– Прости, Ив. Из меня выйдет плохой учитель. Лучше попроси Каллена. Он не откажет.

Даниель опустил голову, и на его лицо легли тени. Недосказанность тягостно висела в воздухе.

– Прости, Даниель, – заговорила Ив. – Я не хотела отнимать у тебя Книгу судеб. Когда Джей предложил, я думала лишь о том, как остановить поединок. Если бы я могла… но теперь мы знаем, что не я Хранитель.

– И ты еще просишь прощения?.. – его голос дрогнул и оборвался. Даниель сделал несколько шагов, пошатнулся и неожиданно упал перед Ив на колени. – Я сам виноват. Вообразил, что меня выбрала магия и выше меня никого нет. А ведь мне даже не хватило смелости рассказать тебе правду о матери. Я боялся, что ты от меня отвернешься.

Даниель уронил голову на грудь, и с его губ сорвался тихий всхлип.

– Ксандер не лгал. Я виноват в ее смерти. Пожар возник из-за меня. Я хотел удивить мать и создать для нее магический источник света. Искру. Но не рассчитал свои силы, и в амбаре вспыхнул огонь. Магический огонь. Его нельзя было потушить водой, а мать и не знала… Я понял все слишком поздно. И в Пыльные пустоши я попал неслучайно. Я ехал сюда… умереть…

У Ив пересохло во рту. Она представила, как двенадцатилетний ребенок добровольно обрекает себя на мучительную смерть в пустыне от жары и голода, и похолодела от ужаса.

– А потом, – продолжил Даниель, – когда Карин меня спасла, я решил, что судьба дала мне второй шанс. Шанс, чтобы все искупить. Я честно пытался… Я верил, что поступаю верно, но… Ох, небеса! Я готов был убить отца. Как бы я к нему ни относился, но он – мой отец… Снова. Это чуть не случилось снова… Мать, а теперь и отец… Я оказался не достоин данного мне шанса. Простишь ли ты меня?

Ив на мгновение потеряла дар речи. Даниель просил у нее прощения? Почему у нее? Или он обращался к ее силе?

– За что ты просишь у меня прощения? – произнесла она онемевшим языком. – Я тебя ни в чем не виню. Ты был ребенком и не желал матери зла.

– Это меня не оправдывает.

– Но и не мне тебя прощать. Прежде всего ты должен простить себя сам.

– Себя я никогда не прощу, – шепот Даниеля прозвучал едва слышно.

Он согнулся пополам, и Ив почти физически ощутила его боль. Неожиданно все вокруг обрело странную ясность и четкость. Все чувства обострились. Ив видела каждую пылинку, витавшую в воздухе, каждое волокно древесины на досках стола. Ощущала застарелые запахи пота и трав, дымный шлейф костра на одежде. Различала следы ржавчины на ручках сундука и мелкие трещины на посуде. И каждый предмет в комнате лучился собственным неповторимым светом. Свет пульсировал и заливал все сиянием, разгонял в углах тени. Но ярче всех пылал склонившийся перед ней маг.

Голубые всполохи пронизывали его тело, бежали по венам и тонкими нитями сплетались с пространством вокруг. Именно эта связь позволяла творить магию. Ив обратила взор на себя. В ее крови магия не текла, но все же что-то яркое и ослепительное соединяло ее с окружающим миром и тем, что находилось далеко-далеко за пределами зрения и понимания. Ив снова перевела взгляд на Даниеля и заметила у него в груди темный комок. В нем сливались горечь и гнев, боль и вина, неразрывно связанные с памятью о гибели матери. Воспоминания терзали, мучили, отравляли. Они давили грузом тяжелых эмоций. Ив задохнулась от невыносимой боли и только потом сообразила, что эта боль не ее. Она коснулась головы Даниеля, и пальцы утонули в черных волосах.

– Я могу тебе помочь. Могу избавить от этой боли.

Даниель вздрогнул и поднял голову. Его глаза широко распахнулись. Он отшатнулся и схватил Ив за запястье.

– Нет, Ив. Остановись. Так делать нельзя, – настойчиво зашептал он. – Неправильно отнимать чужие воспоминания. Даже такие ужасные, как мои. Вместе с ними ты заберешь и то хорошее, что еще осталось во мне от матери.

Ив моргнула, и все краски померкли. Комната вновь погрузилась во мрак. Притупились чувства, исчезли запахи. Тени заполонили углы, и восприятие мира сузилось до светлого пятна от лампы на столе.

– Прости, – пробормотала Ив. – Я и сама не знаю, что собиралась сделать.

Даниель привстал на коленях и внимательно заглянул Ив в лицо.

– Ты ведь могла зажечь свечу, так? Но испугалась?

Ив качнула головой.

– Не знаю, Даниель. Правда не знаю. Все происходит как-то само по себе. Мне начинает казаться, что не я управляю силой, а она мной.

Несколько секунд Даниель молчал.

– Ты позволишь мне взглянуть на твои руки? – попросил он.

– Ты хочешь увидеть руны? Да, конечно.

Ив закатала рукава и вытянула перед собой руки. Руны на свету красиво переливались голубым перламутром. Даниель сел рядом на кровать, и его пальцы щекотно заскользили по коже.

– Ты понимаешь, что они означают? – спросила Ив.

Даниель качнул головой.

– Точно не знаю. Похоже на руны связывания. Вот видишь, – его палец двинулся вдоль завитков. – Такую вязь используют, чтобы наделить предметы магическими свойствами. А эти руны мне незнакомы. Возможно, они помогают поддерживать связь между тобой и Книгой судеб.

– Наверное, так и есть, – согласилась Ив.

– Я бы сказал тебе больше, будь у меня доступ к библиотеке в горах. Но теперь я не знаю, когда туда попаду и попаду ли вообще.

– Думаешь, там я смогу что-то узнать?

– Сложно сказать. В цитадели много древних и неизученных текстов. Возможно, среди них есть информация о том, с чем ты связана и как.

– Мне кое-что открылось во время получения силы, – призналась Ив, раздумывая рассказать ли о встрече с Альшамом и о страшном будущем, которое он показал, или не стоит взваливать на Даниеля еще и это. – Знаешь, Книга судеб это ведь не амулет и не книга. Это нечто огромное и непостижимое. Место, где накапливаются знания, соединяются миры и времена, переплетаются судьбы. Думаю, эта магия позволяет заглянуть за грань нашего мира, увидеть прошлое и будущее, возможные развилки событий.

– Поразительно.

– Да, это и впрямь поразительно… – Ив подняла глаза и осеклась.

Даниель по-прежнему держал ее руки, но смотрел ей в лицо.

– Поразительно, – повторил он, – сколько раз я на тебя смотрел, но по-настоящему не видел ни разу.

От взгляда Даниеля у Ив замерло сердце: он действительно никогда так на нее не смотрел.

– Я иногда вспоминал нашу прогулку, – продолжил он, – и тот поцелуй… Он ведь не имел отношения к шкатулке, так? Я понял это еще тогда, но…

Даниель умолк, и в повисшем молчании ощущалось ожидание. Чего он ждал? Что она подтвердит его догадку? Или опровергнет? И что означало это «но» в конце фразы? Сердце грохотало в груди. На миг Ив захотелось забыть обо всем, отбросить сомнения и утонуть в карих глазах, но мысль о Джее ее остановила. Тот поцелуй она не просила и не ждала, но теперь просто так забыть не могла.

У входа зашуршала ткань, избавляя от необходимости отвечать, и в комнату заглянула Мира. В проеме у нее за спиной сгущались сумерки и мерцали огни.

– Даниель, – окликнула она. – Военный совет собран. Все ждут только тебя.

Даниель выпустил руки Ив и обернулся.

– Спасибо, Мира. Я буду через пять минут.

– Хорошо.

Мира задержала на Ив настойчивый взгляд, словно напоминая о чем-то, а затем ушла.

Даниель встал и подошел к столу.

– Военный совет? – переспросила Ив и ощутила, как будущее дыхнуло в лицо жаром огня. Перед глазами закружился черный пепел, а ветер грядущего принес запах гари и крики отчаяния. – Даниель, неужели вы по-прежнему собираетесь захватить королевский дворец?

– Мы не хотим войны, Ив, если ты спрашиваешь об этом. Но нам надо думать о том, как жить дальше. Для этого и существует совет.

– И что же вы собираетесь делать?

– Для начала мы повторно отправим наши требования королю. А если он снова откажет…

– Нет! Вам нужно отказаться от ваших требований, – возразила Ив и сама поразилась тому, как властно и жестко прозвучал ее голос.

Даниель нахмурился, но молча стал ждать объяснений.

– Даниель, – сказала Ив, – в момент получения силы я видела будущее, и оно ужасно. Я видела разрушения, пепел и смерть. Я не знаю, что стало причиной. Возможно, ваши действия, а может, что-то еще. Я не знаю. Но в любом случае, чтобы встретить эту угрозу, нам необходимо единство, а не раздоры.

– Но мы и добиваемся единства, Ив. Наши требования…

– Нет, – твердо отрезала Ив и повторила слова Альшама: – Порой надо проиграть, чтобы победить.

Она прикрыла глаза, чтобы отгородиться от страшных картин будущего и собраться с мыслями. «Теперь ты королева магов», – снова пронеслись в голове слова Джея, и теперь Ив в полной мере их осознала. Звание королевы не давало власти над магами. Оно накладывало ответственность за них и перед ними.

Ив тихо вздохнула, всем телом ощутив груз своего предназначения.

– Если помнишь, – заговорила она, – на заре своего правления король Аурелий Мудрый издал закон, который запрещал магам владеть землей, и назвал его «Справедливым». Он считал, что маги, в отличие от людей, обладают большими преимуществами и поэтому не нуждаются в землях. Я не берусь утверждать, что он был во всем прав, и понимаю ваше желание иметь свои земли, чтобы на них объединиться. Но претендовать на владения, которые уже принадлежат людям и кормят их, в корне неверно. Как бы ни хотелось это признавать, но Ксандер был прав – ни один король не выполнит ваших условий. Маги на Вольных островах тоже требовали себе исключительной власти и были в итоге изгнаны и убиты. Ту же ошибку совершила Карин. История так и будет идти по кругу, пока вы что-то не измените.

– Но если ты признаешь, что нам нужны земли, то что же мы можем изменить?

– Прежде всего, перестаньте требовать и начните предлагать. Устройте прямые переговоры с королем. Люди наделены словами не для того, чтобы воздвигать между собой стены, а чтобы находить понимание. Короля волнует безопасность горных границ – так предложите ему защиту. Глядя на этот лагерь, я полагаю, вам будет это несложно сделать. Покажете, что вы можете принести пользу и в полной мере послужить интересам королевства, и король пойдет на ответные уступки. Что же касается земель, то… Даниель, если на все посмотреть с другой стороны, то плодородные земли вам ни к чему. Вы обладаете куда более великой силой. Посмотри только на этот лагерь! Вы живете тут тридцать лет! А ведь мало кто протянет в пустыне и несколько дней. А цитадель в горах! Кто, кроме магов, построит висящие в воздухе мосты? А какой у Сибил там сад! Вы умеете создавать невероятные чудеса, и для этого вам не нужна даже Книга судеб. Вы способны на многое, будь у вас желание творить, а не разрушать.

Несколько секунд Даниель оторопело глядел на Ив, а потом вдруг рассмеялся. Искренне и легко. Он шагнул к Ив и обхватил ее за плечи.

– Какая же ты умница! – с воодушевлением воскликнул он. – Ты права! Абсолютно права!

– Я лишь вспомнила то, чему меня учили отец и мой наставник, – смутилась Ив.

– Нет. И даже не спорь. Ты умница! Земли в горах – вот что нам нужно! Там можно осуществить все, о чем ты говорила! И почему я сразу об этом не подумал?!

Даниель разжал объятия и возбужденно заходил по комнате.

– Горный край… ну конечно… Лорды добывают там камень и руду, а соседнее королевство истощено междоусобными войнами, и разбойники у границ не редкость. Если мы защитим горные перевалы, обеспечим безопасность дорог и пообещаем не претендовать на ресурсы местных земель, то лорды благосклонно отнесутся к нашему присутствию на их территории. Мы не будем нуждаться в воде и ресурсах, как тут. Мы построим собственный город в горах, а цитадель Ард Видир станет нашей столицей…

Даниель продолжал беззвучно шевелить губами, перебирая в уме планы, его глаза оживленно сияли. В его движениях появилась прежняя деятельная энергия, и эта перемена обрадовала Ив.

Несколько минут Даниель мерил комнату шагами, но потом остановился и задумчиво закусил губу.

– Все легко на словах, но на деле… – тихо произнес он. – Я согласен, что нам нужны прямые переговоры с королем, но в этом и состоит главная проблема. Как его убедить нас принять? Все предыдущие прошения он отклонял. А когда Ксандер расскажет, что мы планировали напасть на дворец, он точно не захочет с нами встречаться.

– Кажется, у меня есть идея.

Ив подошла к своей сумке и стала расстегивать ремешки.

– Напишите королю письмо с просьбой о встрече и попросите Сибил его передать. Я слышала, она осталась в лагере и даже помирилась с Карин. Король обязательно ее примет и выслушает.

– Ты переоцениваешь возможности Сибил. Она, конечно, обладает особым расположением короля, но влиять на его политические решения она может не больше, чем ты или я.

Ив достала из сумки серо-голубой плащ и нащупала в кармане то, что искала.

– Поэтому вложите в письмо еще вот это, – она разжала кулак, и на ладони сверкнул перстень с рубином. – Король обещал мне радушный прием в любое время.

Даниель взял кольцо и озадаченно покрутил в руках.

– Королевское клеймо? – заметил он и улыбнулся. – Обещание, подкрепленное королевской печатью… Ты права, стоит попробовать. Надо немедленно все рассказать совету! Нет! Ты все расскажешь! Это же твоя идея.

– Нет, – покачала головой Ив, вспомнив, какие настороженные взгляды на нее бросали маги. – Лучше ты все объясни. Маги тебе доверяют, они прислушаются к твоему мнению. Я же для них чужая.

Даниель долго смотрел на Ив, затем кивнул.

– Хорошо. Как скажешь. Но я хочу, чтобы ты была рядом со мной.

– Я буду рядом, – согласилась Ив и неловко замялась. – А где, кстати, Джей? Я не видела его весь день. Думаю, его тоже стоит позвать.

– Как? Ты разве не знаешь? Он же уехал.

– Как уехал? Когда? Почему?..

– Рано утром. Забрал коня и уехал. Сказал, что у него есть важные дела во дворце. Наверное, поехал вымаливать у Ксандера прощение… Не держать же мне его тут насильно? Я думал, ты знала.

– Нет… Не знала… – огорчилась Ив. – А мне он ничего не просил передать?

– Нет. Сказал, что сожалеет, что повел себя с тобой как вор.

– Сожалеет?.. – эхом повторила Ив и задумчиво провела пальцами по губам.

Даниель нахмурился.

– Он что, опять у тебя что-то украл?

– Нет… Ничего, – вздохнула Ив и прогнала нелепое желание последовать за Джеем.

– Тогда пойдем. Нас ждут на совете, – Даниель улыбнулся и протянул руку Ив. – Думаю, обсуждение будет долгим, но, уверен, успешным. Пусть все видят тебя со мной во главе стола и привыкают, что ты уже не чужая. Теперь ты одна из нас.

Ив взяла Даниеля за руку и вышла в полумрак, освещаемый россыпью огней.

Глава 29. Последнее обещание

Сибил принесла ответ короля через пять дней: он приглашал во дворец на переговоры двух посланников от магов. Ив удостоилась отдельного письма: король ждал ее как почетную гостью. Представлять интересы магов Карин выбрала Каллена и Даниеля. Ив решила их сопровождать, поскольку ей не терпелось вернуться домой.

В назначенный час Сибил открыла портал. Первыми в него вошли Ив и Даниель, за ними Каллен. Второе в жизни путешествие оказалось не легче первого. Вынырнув из ледяной тьмы, Ив несколько секунд хватала ртом воздух и боролась с головокружением, и только потом отпустила руку Даниеля.

Портал перенес их в главный холл дворца. Вдоль колонн до дверей тронного зала в две шеренги стояли гвардейцы. В белых парадных одеждах они выглядели торжественно и мирно. Острие пик в их руках смотрело строго вверх. Однако впечатление меняли мелькающие между колонн темные силуэты лучников. Их арбалеты были опущены, а стрелы убраны в колчаны, но само присутствие вооруженных стрелков говорило о том, что король позаботился о защите дворца и подготовился к любым неожиданностям.

Даниеля подобный прием ничуть не смутил. Он расправил плечи и решительным шагом направился к распахнутым дверям тронного зала.

– Хороший знак, – шепнул он. – Король демонстрирует нам свою силу – значит, воспринимает всерьез.

Каллен лишь откашлялся в ответ. В отличие от Даниеля, он чувствовал себя не столь уверенно. Без посоха в руках он то и дело дергал ворот туники, будто тот мешал ему дышать.

Когда они вошли в тронный зал, Ив в первый миг растерялась – столько там собралось людей. Придворные сидели на скамейках, толпились в проходах и среди колонн. Переполнены были даже балконы и галереи второго этажа. Воздух дрожал от возбуждения, гудел от сотен голосов. Шаркали ноги, скрипели лавки, шуршали дорогие одежды. Людская масса колыхалась и давила со всех сторон. Ив шла по проходу и не знала, куда деть руки – так непривычно ей было многоглазое внимание.

Король, увенчанный золотой короной, занимал положенное ему место на троне. В пышных одеждах из парчи, бархата и меха он излучал могущество и величие и, казалось, лет на десять помолодел. С двух сторон от него за столами сидели советники. Справа от короля расположился принц Робер, серьезный и молчаливый, слева – Ксандер, суровый и мрачный. Из именитых особ отсутствовала лишь королева. Ив заметила даже юную принцессу Ровену, которая устроилась в первом ряду на скамейке, в окружении мягких подушек и дам.

Для прибывших гостей отвели отдельное место напротив короля. По бокам обитой бархатом скамейки стояли вооруженные гвардейцы. Их присутствие можно было расценить как великую почесть или как меру безопасности. А вероятно, то и другое сразу.

Первым перед королем предстал Даниель. Он вышел, поклонился и замер в ожидании. В зале тут же стих гомон голосов, и воцарилась напряженная тишина. Несколько секунд король с любопытством разглядывал новоявленного внука, а потом кивком позволил начать. Когда Даниель заговорил, его зычный голос эхом пронесся по залу и отразился от стен. Так мог звучать только голос человека, рожденного повелевать. Человека королевских кровей.

После небольшого вступления Даниель перечислил проблемы и угрозы, которые существуют в королевстве у горных границ, а затем объяснил, как маги Пыльных пустошей могут их устранить. Король не сводил с Даниеля проницательных глаз. Изредка он поглядывал на Сибил, сидящую среди придворных, и загадочно улыбался.

Следом за Даниелем слово взял Каллен. Он подробно описал возможности магии и отдельно указал на то, что действующие королевские запреты мешают ее применять. И так плавно он перешел к уступкам, которые ожидал от короля.

Когда речи обоих переговорщиков подошли к концу, на них со всех сторон посыпались вопросы. Одни советники высказывали сомнения и опасения, другие выражали одобрение. Как ни удивительно, наибольшую поддержку магам оказал принц Робер. Очевидно, в лице неподвластных Ксандеру магов он искал новых союзников. И, видимо, по той же причине Ксандер выступал против всех предложений Каллена и Даниеля. Король никак не вмешивался в обсуждение, лишь внимательно слушал и наблюдал.

В какой-то момент в толпе придворных Ив заметила Джея. Его светлые волосы цвета песка и кривую улыбку она не спутала бы ни с чьими другими. Но в следующий миг он отошел за колонну и затерялся среди людей и теней.

Ив вздохнула и прикрыла глаза. Она постаралась отгородиться от споров и шума и разглядеть пути будущего. В последние дни она пробовала пробудить в себе силу, но ни одна попытка не увенчалась успехом. Ив чувствовала, как что-то менялось. Какие-то пути исчезали, какие-то появлялись. Но определить, что это за пути и куда они ведут, она не могла. Уберегла ли она мир от темного будущего, полного ужаса, смертей и пепла, или, напротив, приблизила его наступление?

По залу прокатился грохот. Ив вздрогнула и открыла глаза. Переговоры завершились. Слуги распахнули двери тронного зала, и в них устремился шумный людской поток.

– Думаю, это можно считать успехом, – возбужденно прошептал Даниель, опускаясь на скамейку рядом с Ив.

– Успехом? – Ив рассеянно моргнула и осознала, что прослушала все, о чем говорилось в течение последнего часа. Или двух?

– Король готов снять все ложные обвинения с Карин и Свободных магов и на время переговоров разрешил всем, кто пожелает, поселиться в горной цитадели. Признаться честно, я не рассчитывал на подобный результат в первый же день. Нам предстоит еще много работы, но мы на верном пути.

– На верном пути?

– Вот именно! Мы всю жизнь мечтали о дне, когда обретем собственный дом. И, кажется, он настал.

– Ты бы не спешил так, Даниель, – вмешался Каллен. – Переговоры только начались…

– Только начались, – возразил Даниель, – а тебя, Каллен, уже назначили мастером защитных искусств. По-моему, это шаг вперед после звания изменника.

На лице Даниеля вспыхнула веселая мальчишеская улыбка, от которой у Ив потеплело на душе. В последние дни она нечасто видела, как он улыбается. Да и в целом редко его видела: Даниель с головой ушел в подготовку речи и предложений для короля.

– Все смеешься над стариком, – проворчал Каллен. – Ладно. Время покажет.

– Вот именно. Покажет. К счастью, завтра переговоры продолжатся в узком кругу. Будет несколько советников короля да горные лорды, а те с радостью ухватятся за возможность защитить свои земли и пойдут на любые уступки.

– Время покажет, – повторил Каллен и оглянулся на двери: людской поток уже поредел. – Нам пора возвращаться, Даниель. Скоро стемнеет. В лагере все ждут от нас новостей.

Даниель поднялся и вопросительно посмотрел на Ив.

– Ты с нами или как?

– Пожалуй, я лучше останусь здесь. Не думаю, что в лагере меня кто-то ждет.

– Ты неправа. Многие тебя полюбили.

Ив удивленно выгнула бровь.

– Полюбили? Кто, например?

– Например, Алия и Андрес. Дети от тебя без ума.

– Ах, дети…

В последнее время дети действительно перестали ее бояться и с любопытством бегали по пятам.

– Не только дети… – добавил Даниель и поспешно сменил тему. – Но я понимаю твой выбор. Пыльные пустоши не то место, куда хочется возвращаться.

– Дело не в этом, – покачала головой Ив и улыбнулась. – Не только в этом. Просто я хотела съездить домой и повидать брата. Нам надо с ним о многом поговорить.

– Да, понимаю. Я позабочусь о том, чтобы тебе завтра вернули лошадь… Но я думал, ты захочешь участвовать в переговорах.

– Даниель, формально я не являюсь стороной переговоров. И не думаю, что должна ей становиться. Я должна…

– Соблюдать нейтралитет? Быть в стороне и в то же время над всеми, обеспечивать равновесие и сохранять мир? Да. Пожалуй, это тоже верно.

– Я не думала об этом так, но ты прав. К тому же, как видишь, от меня никакой пользы. Я не разбираюсь в магии, как ты или Каллен. По-моему, вы вдвоем отлично справляетесь.

– Что ж. Поступай, как считаешь нужным. Но, надеюсь, позже ты присоединишься к нам с Мирой в горах?

– К вам с Мирой? – у Ив болезненно сжалось сердце.

– Да. Я хочу в ближайшие дни забрать Миру с собой в горы. Каллен, ты не против?

– Миррая уже взрослая, пусть решает сама. Я лично не против.

– Хорошо. Мне она там будет нужна, – кивнул Даниель и снова повернулся к Ив. – Мира отлично разбирается в древних текстах. Если, кто и сможет прочесть их в библиотеке, так это она. Вместе мы можем попытаться выяснить, что собой представляет твоя сила и как ей управлять.

– Да, конечно, – пробормотала Ив и с трудом выдавила улыбку.

– В таком случае, как решишь, найди меня или Каллена во дворце, и мы перенесем тебя в горы. Переговоры, скорее всего, затянутся надолго, и мы будем здесь частыми гостями.

– Хорошо, договорились.

– Да, договорились.

Даниель помедлил, будто хотел добавить что-то еще, но, поглядев по сторонам, качнул головой и последовал за Калленом к дверям. Ив вздохнула, провожая его взглядом. В последнее время между ними накопилось много недомолвок. Ив всячески старалась показать, что не претендует ни на статус королевы, ни на власть, но не начнет ли Даниель со временем видеть в ней конкурентку? Сейчас он окрылен успехами, а что будет потом? Не станет ли он смотреть на нее и думать, что она отобрала у него силу, которую он мог бы использовать лучше?

Тронный зал почти опустел. Несколько групп придворных и советников еще о чем-то шептались у столов. По бокам скамейки так и стояли гвардейцы. По виску одного от напряжения змейкой струился пот. Они не последовали за Калленом и Даниелем, и Ив поняла: они тут из-за нее. Очевидно, слухи о «Повелительнице огненных бурь» дошли и до дворца.

Ив встала, желая скорее избавиться от присмотра, но оклик заставил ее замереть:

– Леди Стаут!

Из круга советников вышел король и шагнул навстречу.

– Я ведь еще могу к вам так обращаться?

В движениях короля чувствовалась легкая скованность, а настороженное любопытство в глазах не оставляло сомнений – он знал о ее силе.

Ив направилась к королю, и гвардейцы двинулись следом.

– Разумеется, ваше величество, – ответила она, поклонившись. – Как я была Ив Стаут, так ей и осталась, – добавила она, в глубине души надеясь, что так оно и есть.

– Рад это слышать.

Король улыбнулся, и Ив опустила глаза, смутившись, что он смотрит на нее как на диковинного зверя, готового в любой момент сорваться с цепи и укусить.

– На самом деле, – продолжил он, – я позвал вас, чтобы кое-что вам вернуть.

Король протянул руку, и на его ладони сверкнул перстень с рубином.

– Я привык возвращать ценные вещи владельцам, особенно, когда ценность этих вещей определяется не ценой.

В его словах Ив уловила недосказанное: вместе с кольцом король вручал ей и свое доверие.

– Благодарю, ваше величество. Я понимаю, в чем ценность кольца, и буду его беречь, – ответила она, и перстень упал ей в ладонь.

– Я в этом не сомневался, – король лукаво улыбнулся, и к нему вернулась прежняя властная уверенность. – А будет ли мне позволено узнать о ваших планах?

– Разумеется, государь. Я думала о том, чтобы съездить домой и навестить брата, – Ив покосилась на гвардейцев за спиной. – Если, конечно, ваше величество не станет возражать.

Король поглядел на гвардейцев так, словно лишь сейчас их заметил, и небрежно махнул рукой.

– Ступайте, отдохните.

Гвардейцы отвесили низкий поклон и зашагали прочь.

– В мои намерения, – произнес король, – не входит что-либо запрещать моим верным подданным. Вы вольны поступать, как пожелаете, леди Стаут. Но, надеюсь, хотя бы на пару дней вы не откажетесь принять гостеприимство моего дома? Помнится, я обещал вам радушный прием.

Не дожидаясь ответа, король щелкнул пальцами, и возле него, как по волшебству, возник паж.

– Устрой леди Стаут с удобством и выполняй все ее распоряжения, как мои собственные.

Паж кивнул, отошел на несколько шагов и замер в почтительном ожидании.

– Благодарю, государь, – поклонилась Ив, благоразумно решив принять приглашение короля.

– Полно, дитя, – отмахнулся король с добродушной улыбкой. – Тут еще неизвестно, кто кого должен благодарить.

Он кивнул на прощание и вернулся в круг своих советников. К Ив тут же подскочил паж и, кланяясь, повел за собой.

Первым делом Ив отправилась в королевские бани, где почти час нежилась в горячей ванне, наполненной ароматными маслами и душистой пеной. К тому моменту, когда она, завернувшись в полотенце, вышла в раздевалку, слуги принесли из прачечной чистую и выглаженную одежду. Ив отвели просторные покои с огромной гостиной и спальней. Белоснежная постель манила своей мягкостью и уютом, но ноги понесли Ив в другое место.

Людвиг распахнул дверь на второй же стук. В покоях Джея толпились гости. Смех, голоса, веселая игра флейты журчали как весенние ручейки, перетекая из одного конца комнаты в другой. В центре гостиной за столом сражались игроки. Зрители выкрикивали ставки, звенели монеты. Ив попыталась вспомнить, как Джей назвал эту игру, но не смогла. Казалось, с того момента прошли годы.

Джей сидел в дальнем конце комнаты на диване. Одной рукой он обнимал незнакомку, другой – рассеянно покачивал бокал с бренди. Девушка, прильнув к его плечу, перебирала волосы у него на затылке и что-то шептала на ухо.

Ив в нерешительности застыла на месте. Первым побуждением было уйти. Но потом она засомневалась. Все казалось неправильным, словно она смотрела на отражение в кривом зеркале. Или ей просто хотелось так думать?

Пока она соображала, как поступить, Джей поднял глаза и заметил ее. Он что-то прошептал своей спутнице и поднялся навстречу Ив.

– Не ждал тебя сегодня, – признался он. – Надеюсь, ничего не случилось?

– Думаешь, я могу прийти, только если что-то случиться? – улыбнулась Ив и покачала головой. – Нет, ничего. Просто мне не спалось, и я решила к тебе зайти. Ты так неожиданно уехал и… – она поглядела на девушку на диване. – Вижу только, я не вовремя. Не хочу тебе мешать.

– Не говори глупостей. Ты не мешаешь.

Джей тряхнул головой, будто пытался привести мысли в порядок, и Ив поняла, что он пьян. Или, во всяком случае, хотел выглядеть пьяным.

– Подожди, я сейчас, – попросил он. – Пойдем воздухом немного подышим.

Джей вернулся спустя минуту. Волосы вокруг его лица влажно блестели, словно он умывался, плечи укрывал камзол. Они спустились в сады и побрели по освещенной фонарями тропинке. Воздух, напитанный ароматом цветов, приятно освежал, особенно после пыльной пустыни. Как только их скрыли ночные тени, походка Джея обрела твердость, а с лица слетел весь хмель.

– Как тебе это удается? – удивилась Ив. – Еще минуту назад ты был пьян.

– Я и сейчас пьян, – улыбнулся Джей, – но не так сильно, как могло показаться. Для всех при дворе я должен и дальше играть роль забавного и беспечного лорда. Не могу же я за один день измениться? Просто рядом с тобой я не хочу притворяться.

– Но ты же не можешь жить так всю жизнь? Играть и притворяться?

– Не знаю, Ив. Возможно, мне и хотелось бы жить иначе и быть кем-то иным. Принцем, лордом или магом. Но я тот, кто я есть, и этого нельзя изменить.

– Неправда. Ты намного лучше, чем хочешь казаться. И даже лучше, чем думаешь сам. Я это знаю.

На лице Джея мелькнула грустная улыбка.

– Мне приятно, если ты всерьез так считаешь.

Тропинка привела в розарий, и они свернули в беседку, увитую виноградной лозой и мелкими розами. Опавшие чайные и коралловые лепестки усыпали мозаичный пол и полукруглую каменную скамейку. Фонарики у входа из цветного стекла отбрасывали приглушенный бледно-розовый свет.

Джей смахнул с сидения лепестки и откинулся на спинку скамейки. Ив села рядом. Некоторое время царило молчание, уютное и душевное, которое не нуждалось в словах. Джей смотрел на Ив и улыбался. В его золотисто-зеленых глазах светилось тепло.

– Вот теперь я вижу настоящую королеву, – сказал он. – Не только смелую, но и мудрую. Ты молодец. Мирные переговоры с магами – полностью твоя заслуга.

– Не преувеличивай, – улыбнулась Ив. – Почти все идеи принадлежат Даниелю. Я лишь показала, что, кроме требований и угроз, есть другие пути.

– О том и речь. Так поступают все мудрые правители: убеждают подданных в верности своих решений, а не навязывают их. Теперь я спокоен. Моя помощь больше тебе не нужна. Как и я.

– Не говори так! – воскликнула Ив, с трудом подавив желание схватить Джея за руку. – Это неправда! Разумеется, ты мне нужен!

Джей печально улыбнулся и покачал головой.

– Нет. Не нужен.

– Еще как нужен! Ведь ты мой… мой Хранитель.

– Как Хранитель, я исполнил свое предназначение, и теперь… Хотя ты права. Кое-что я тебе еще должен. Сдержать свое последнее обещание и найти убийцу твоего отца.

Ив выпрямилась.

– У тебя появилась зацепка?

– Да, есть кое-что. Девушка, с которой ты меня сейчас видела, Самира. Она мой осведомитель в городе…

– Ах вот кто она. Твой осведомитель…

– …Самира контролирует городских рассыльных и по моей просьбе отыскала парнишку, который относил во дворец якобы твоему отцу сверток из лавки аптекаря. Завтра утром она меня к нему отведет.

– Я пойду вместе с тобой.

– Нет. Это слишком опасно.

– Чего мне бояться рядом с тобой?

– Ты не поняла. Не для тебя опасно. Для мальчишки. Нам еще повезло, что он до сих пор жив. Похоже, убийца был достаточно уверен в себе и не стал его устранять. Но как знать, что он предпримет, если узнает о твоей встрече с рассыльным. Обещаю, Ив, ты будешь первой, кому я все расскажу.

– Хорошо. Пусть будет так, – согласилась Ив и нахмурилась, охваченная смутной тревогой.

Кто этот загадочный убийца? И каков был его мотив? Что, если она его знает, и он где-то здесь? Где-то рядом? Или вдруг убийцы и вовсе нет, и отец сам наложил на себя руки?

Джей словно прочел ее мысли. Придвинулся ближе и положил руку на спинку скамейки, слегка коснувшись плеч Ив.

– Не волнуйся, Ив, все будет в порядке. Мы его найдем. Убийца ловко разыграл самоубийство, чтобы отвести от себя подозрение. Но это не самоубийство. Поверь.

Ив заглянула Джею в глаза.

– Я тебе верю.

Джей улыбнулся, и взгляд Ив замер на его губах. Воспоминание о поцелуе в шатре с трепетом пробежало по коже. От желания вновь испытать те же ощущения перехватило дыхание. Ив резко втянула воздух и вскочила на ноги.

– Знаешь, Джей, похоже, я устала сильнее, чем полагала. Пожалуй, я пойду спать.

Ив отвернулась, чтобы уйти, но Джей схватил ее за запястье.

– Сядь, – велел он.

Ив села на скамейку, старательно отводя взгляд.

– Ты что-то ко мне испытываешь и не понимаешь что. В этом все дело? – спросил Джей.

Ив что-то сбивчиво забормотала в ответ, и Джей тихонько вздохнул:

– Мне следовало сразу тебе рассказать.

Ив подняла голову.

– Что рассказать?

– Что нас связывает магия.

– Ты о чем?

– Помнишь, после того как мы завершили ритуал, наши сознания… они…

Ив знала, о чем говорит Джей и как сложно подобрать слова к тому, что выше понимания.

– Наши сознания слились и стали едины, – подсказала она и поняла, что в тот момент их связь не была односторонней. Джей тоже воспринимал ее как часть себя.

– Да. Наши сознания слились, и в тот момент нас связала магия. В свитках говорилось, что эта связь позволяет ощущать жизненные силы друг друга и почувствовать, если один из нас умрет. А еще говорилось, что эта связь вызывает глубокую привязанность, похожую на… любовь.

Ив долго молчала.

– И ты в это веришь?

Джей тоже ответил не сразу.

– В первые часы после нашего возвращения я чувствовал, как бьется твое сердце. Ты лежала без сознания, но я знал, что с тобой все в порядке, даже когда не находился рядом. Потом это прошло. Но, думаю, я и сейчас пойму, если с тобой что-то случится. Не знаю, как эта связь повлияла на тебя, но нельзя исключать того, что ты могла принять ее за влюбленность.

– Хочешь сказать, то, что было между нами в шатре… лишь магия? – Ив запнулась и смущенно умолкла.

Джей смотрел ей в глаза и молчал. Он не знал ответа. Более того – он ждал этот ответ от нее. Ив растерянно моргнула. В какой момент ее чувства к Джею изменились и изменились ли вообще? Что она испытывала к нему в пустыне? А у Ксандера на балу? Разве не то же самое? Да, когда она лежала в шатре без сознания, то действительно каким-то образом ощущала присутствие Джея. Воспринимала его как родного и близкого человека. Даже считала, что рядом отец. Такое отношение могла вызвать магия. Но повлияла ли она на ее чувства? Ведь в данный момент Ив испытывала к Джею совсем не родственную привязанность.

– Знаешь, Джей, – наконец сказала Ив, – наверное, я всегда относилась к тебе по-особенному.

– Может, и так, – признал он. – Иначе как объяснить твое странное желание довериться первому попавшемуся шпиону. Возможно, нас связывало еще и то, что мы оба Хранители.

– Это лишь предположение…

– Ив, – перебил Джей, – на арене ты хотела пожертвовать собой ради Даниеля. Так поступают только ради очень дорогих людей.

Ив застыла с открытым ртом. Отрицать очевидное было бесполезно. Даниель и сейчас был ей очень дорог.

– Это был глупый поступок, – нахмурилась она. – Он бы ничего не изменил.

– Да. Но это был поступок, который о многом говорит.

Джей сорвал с куста чайную розу, покрутил в руках и засунул в нагрудный карман.

– Ладно, Ив. Я хотел, чтобы ты знала правду и не принимала далекий свет фонарей за сияние звезд. Ты мне ничего не должна и ничем не обязана, особенно из-за того, что было в шатре, – он встал со скамейки. – Я найду тебя завтра сразу, как только что-то узнаю. Доброй ночи, Ив. Надеюсь, теперь ты сможешь спокойно уснуть.

Прежде чем уйти, он улыбнулся, ласково и тепло, но эта улыбка резанула словно нож. И почему Ив не сказала, что окажись на месте Даниеля Джей, она бы поступила так же? Отдала бы за него жизнь, не задумываясь. Ведь поступила бы! И эта мысль разрывала ей сердце пополам.

Всю ночь Ив металась во сне, ища за бесконечными дверьми то Джея, то Даниеля, а потом и вовсе начала от кого-то убегать. Утром она проснулась разбитой и опустошенной. Но горячий завтрак и крепкий чай вернули бодрое расположение духа.

За окном уже вовсю разгорался день, когда в дверь постучали. На пороге стоял запыхавшийся паж.

– Лорд Риверс просил передать, что ожидает вас у северной башни, миледи.

Джей бродил у подножия лестницы среди стройных колонн аркады. Длинный зал был пуст, и тишина дробилась гулким эхом шагов. Увидев Ив, он остановился, но продолжил озабоченно хмуриться.

– Что случилось? – спросила Ив. – Ты выяснил, кто он?

– Да. И более того, я обманом заманил его в комнату на вершине башни и запер там, только…

– Что такое? Почему он до сих пор не арестован?

– Видишь ли, Ив, боюсь, если он сам во всем не сознается, то мне придется его отпустить.

– Что ты такое говоришь? Тот, кто получил яд, и есть убийца. Какие тут могут быть сомнения?

– Так-то оно так, да не совсем. Лично у меня сомнений нет, но для суда одних показаний рассыльного будет недостаточно, – Джей указал на вход в башню. – Думаю, ты сама все поймешь, когда увидишь, кто там.

Ив поглядела на лестничный пролет и кинулась вверх по ступеням. На площадке второго этажа дверь в башню охраняли гвардейцы.

– Дайте нам полчаса, – обратился к ним Джей. – Если мне потребуется помощь, я позову, а до тех пор никого не впускайте и без моего разрешения не выпускайте.

Гвардейцы кивнули и открыли дверь. За ней наверх убегала узкая винтовая лестница. Джей поднимался первым, Ив шла за ним. Каждый поворот заканчивался площадкой, но крутые ступени уводили все выше и выше. Сердце прыгало в груди, но не от усталости. Ив пыталась представить себе лицо человека, убившего отца, но все равно не могла вообразить, кто был настолько жесток и коварен. Она даже не понимала, какие чувства бушуют в груди в ожидании этой встречи. Гнев? Ненависть? Страх?

В конце лестницы была еще одна дверь. Джей отпер ее ключом и вошел в просторную круглую комнату. Слева громоздились книжные шкафы, справа стояли столики и кресла. Солнечный свет, смягченный желтым витражным стеклом, лился из высокого окна, расположенного напротив входа. После сумрака лестницы Ив зажмурилась и не сразу заметила убийцу. Он выдал себя сам, вскочив из глубокого кресла.

– Что еще за шутки такие, лорд Риверс? Я требую немедленных объяснений!

Ив глядела на возмущенное лицо Микаласа, постепенно все понимая. У кого, как не у помощника отца, была возможность получить личную печать лорда Стаута и притом, вероятно, из его собственных рук? Кто еще мог подменить свечи на отравленные и не вызвать подозрений? Стали ясны и слова Джея о том, что только признание докажет вину. Микаласу достаточно заявить, что он брал у рассыльного сверток с ядом по поручению лорда Стаута и не догадывался о его содержимом. Представить убийство как самоубийство и избежать наказания.

Но понимала Ив и кое-что еще. Если бы отец решился на самоубийство, то ни за что не стал бы вовлекать своего помощника и бросать на него тень подозрений. Отец не ведал ни о рассыльном, ни о яде. И смерть его не была добровольной.

Ив вышла вперед. Первое удивление и шок прошли, уступив место ледяному спокойствию.

– Нет, Микалас, – покачала она головой. – Объяснения буду требовать я. Ты убил моего отца, и я хочу знать почему!

Микалас задрал подбородок и сердито свел брови.

– Леди Стаут, что за нелепые и голословные обвинения! Если это розыгрыш…

Ив охватила ярость. Она отпихнула ногой столик, толкнула кресло и двинулась на Микаласа. Из горла бывшего слуги вырвался сдавленный вскрик. Он попятился назад, споткнулся и рухнул в кресло. Вся самоуверенность схлынула с его лица вместе с кровью. В его глазах Ив увидела страх. Страх, который заставил ее улыбнуться. Теперь она вспомнила, что Микалас вчера присутствовал в тронном зале среди советников короля и, несомненно, знал о ее магической силе. Силе Повелительницы огненных бурь.

Ив грозовой тучей нависла над креслом и вцепилась в плечо Микаласа.

– Говори, – прошипела она. – Я хочу знать, за что и почему ты его убил.

По руке Ив прокатилась ледяная волна. Она обожгла запястье и потухла на кончиках пальцев. Микалас судорожно втянул воздух и осел в кресле. Его плечи поникли, с лица слетели все эмоции, сделав его отрешенным. Ив в испуге отпрянула и посмотрела на руку. Кожу слегка покалывало, руны на запястье слабо мерцали голубым. Неужели она неосознанно применила магию?

Несколько секунд Микалас сидел неподвижно, уставившись в пол, а затем заговорил, внятно и четко, что никак не вязалось с его безвольным состоянием.

– Как-то я уже упоминал, что рос в семье писаря. Мой отец служил одному небогатому лорду, который спускал все свое состояние на пустые научные изыскания и заметки путешественников. На старости лет он увлекся изучением растений и все чаще его стол заполняли ворохи неразборчивых записей и рисунков. Отец заставлял меня их переписывать и подшивать в толстые книги. Я ненавидел свою жизнь. Ненавидел корпеть изо дня в день над никому ненужными заметками. Ненавидел отца за никчемную жизнь, за стремление закопать меня в груде бумаг, за убежденность, что лучшего мне не достичь.

Однажды мне повезло поступить на службу к одному заезжему лорду. Он был молод, энергичен и жил при дворе. Большую часть времени он тратил на развлечения и вскоре не смог мне платить. К счастью, к тому моменту я обзавелся связями и с легкостью нашел нового нанимателя. Я служил глупцам, льстецам и подлецам. Старикам, которые едва помнили свое имя, и юнцам, которые только и могли, что щеголять своим именем. Лорд Стаут был не лучше. Он нисколько не ценил свою службу у короля, постоянно куда-то уезжал без причины и не понимал, какой чести удостоился. Так себя ведут только люди, которым достается все без труда.

– Ты убил отца потому, что он не был тщеславным человеком? – с отвращением прошептала Ив.

Микалас не ответил. Он продолжил рассказ, словно не мог его не завершить.

– Несколько месяцев назад король созвал внезапное совещание. Лорд Стаут, как обычно, уехал домой, и мне пришлось его заменить. Король редко интересуется мнением помощников, но в тот раз он выслушал мою речь. А после собрания подошел и похвалил, сказав, что не будь место советника по торговле уже занято, он отдал бы его мне. И в тот момент я понял, что надо делать. Делать немедленно, пока король еще помнит свои слова. То был единственный раз, когда я с благодарностью вспомнил бесконечные дни детства, занятые переписью бумаг. В одной из заметок старого лорда упоминалось редкое растение, дым которого смертельно ядовит. Там говорилось, что яд не оставляет следов, и выявить истинную причину смерти практически невозможно. На тот случай, если бы яд подействовал иначе или был бы обнаружен, я устроил все так, чтобы улики ко мне не привели. Мой план был идеальным. Идеальным, пока не появилась ты.

Микалас поднял голову, и в его глазах вспыхнула ненависть.

– Да. Как только я тебя увидел, то сразу понял, что от тебя стоит ждать неприятностей. Бесконечные вопросы, разговоры про магию и яд. И почему ты не сдохла, когда я отдал тебе свечи?

– Ты хотел меня отравить? – ужаснулась Ив.

Внезапно Микалас вскочил на ноги. Если им и владела магия, то сейчас ее действие прошло. Ив в испуге прижалась к стене. Перед ней стоял расчетливый, хладнокровный убийца, который больше не скрывался за вежливой маской слуги. Краем глаза Ив заметила, что Джей осторожно к ним приближается. В его руке блестел нож.

– И чего же ты хочешь? – с яростью выплюнул Микалас. – Мести? Хочешь меня опозорить? Заставишь вновь и вновь признаваться, применяя свою черную магию?

– Я хочу честного и справедливого суда, – ответила Ив, стараясь, чтобы голос звучал твердо и спокойно. Но на самом деле ее била дрожь.

– Нет уж. Нет. Я не позволю тебе разрушить все, чего я достиг. Ты никогда не докажешь мою вину. У тебя нет доказательств, кроме моего признания. Но и его больше ты не получишь.

Микалас круто развернулся, и в ту же секунду Ив поняла, что произойдет дальше, как и то, что предотвратить это уже нельзя. За несколько широких шагов Микалас пересек комнату и с разбегу прыгнул в солнечный прямоугольник окна. Звон разбитого стекла громом разорвал тишину башни. Желтые осколки витража брызнули во все стороны. В комнату ворвался ветер, пробежал по книжным шкафам и зашуршал среди книг.

Джей метнулся к оконному проему и посмотрел вниз. Ив не двигалась – стояла, оцепенев, у стены. Она и так знала, что увидит на плитах двора. Звук глухого удара о землю сказал все. Джей убрал в сапог нож и покачал головой.

– Он мертв.

Дверь распахнулась со стуком, и в комнату ввалились гвардейцы. Обнажив мечи, они в недоумении замерли на пороге.

– Он выпрыгнул из окна, – повернулся к ним Джей. – Ступайте, позаботитесь о теле.

Гвардейцы вложили мечи в ножны и зашагали вниз. Джей отошел от окна, хрустя битым стеклом.

– Ты как? – спросил он.

Ив отодвинулась от стены, не до конца сознавая, что сейчас испытывает: потрясение, облегчение или сожаление.

– Я в порядке… – ответила она. – Он не причинил мне вреда.

– Я бы не позволил ему и пальцем к тебе прикоснуться. Я не о том спрашивал… впрочем, ладно, – Джей оглянулся и покачал головой. – Надо же. Не ожидал, что он так поступит.

– Я догадалась в последнюю секунду. Нам бы не удалось ему помешать.

– Да, – подтвердил Джей. Он сделал еще несколько шагов и остановился. – Я знаю, о чем ты сейчас думаешь.

Ив поймала взгляд Джея и поняла: он действительно знает.

– Ты гадаешь, не была ли похвала короля руководством к действию и обещанием для Микаласа? Не выразил ли он так свою волю?

Ив опустила глаза, снова ощущая себя разбитой и опустошенной.

– Король привык действовать чужими руками, – тихо проговорила она. – Тебе это известно лучше других.

– Нет, Ив. Нет. Это не он. Похвала была похвалой. Он не виноват, что гнилая натура Микаласа извратила его слова подобным образом. Если бы король захотел избавиться от твоего отца, то отправил бы его в тюрьму, причем на законных основаниях. Но и в этом не было смысла. Король простил его. Ты знаешь это.

Ив медленно кивнула.

– Да, простил, – подтвердила она. – Но что, если дело было не в контрабанде? В последние месяцы отец часто встречался с Сибил, и их встречи проходили тайно. Вдруг король узнал и приревновал? Даже я сначала решила, что их связывали любовные отношения. А что подумал король? Что, если он захотел устранить конкурента?

– Нет, Ив. Это не он. Он бы не стал убивать.

Ив немного помолчала, глядя в сторону.

– Может, и так, – сказала она. – Может, его похвала не таила злой умысел. А если даже таила, то что с того? Микалас прав – у меня нет доказательств. Да и против кого я выдвину обвинение? Против короля? Это абсурдно. Король сам себя не осудит. А месть не вернет мне отца.

Джей шагнул вперед, но остановился. Он, как всегда, безошибочно угадал настроение Ив, и она благодарно кивнула. Как бы ей ни хотелось найти поддержку и утешение в его объятиях, желание бежать прочь из башни было намного сильнее. От доносящихся со двора встревоженных криков начинало мутить.

– Мне нужно побыть одной, – хрипло выдавила Ив и, задыхаясь, кинулась к лестнице.

Глава 30. Последнее предсказание

Ив остановилась на заброшенной полянке в дворцовом саду – лишь сюда не долетали обеспокоенные крики и дворцовое волнение. Каждый вдох наполнял болью грудь, в глазах щипало от слез. Как смерть отца могла оказаться такой бессмысленной и несправедливой? Как он мог пасть жертвой алчности и тщеславия своего слуги?

Ив постаралась успокоить дыхание и села на треснутую столешницу в центре поляны. В руке что-то кололо, и она разжала кулак. На ладони лежал подарок короля. Ив не заметила, как достала перстень из кармана. Символ взаимного нейтралитета: Ив хранила верность королю, а он отвечал ей доверием. Но теперь кольцо приобрело другое значение. Ив надела его на большой палец, и в оправе сверкнул кровавый рубин. Отныне оно будет напоминать о том, как опасна власть. Ведь даже добрые слова короля обратились ядом.

– Ив?

Она вздрогнула и подняла глаза. На краю полянки стоял Мико. В руках он держал чернильницу с пером и лист бумаги.

– Ты уже вернулась? Я не видел Тень… Почему ты ко мне не зашла?

– Прости, Мико. Мне хотелось побыть одной.

– А… Тогда не буду мешать. Я хотел отцу написать, но могу найти и другое место… – Мико неловко замялся и повернулся, чтобы уйти.

– Мико, постой! – окликнула Ив, вдруг осознав, что ей не хочется оставаться наедине со своими мыслями. – Не уходи. Ты мне не мешаешь.

На лице Мико сверкнула улыбка, но она сразу погасла.

– Что-то случилось? Почему ты сидишь тут одна?

– Ты разве не слышал? – удивилась Ив и тут же спохватилась. Новости о смерти Микаласа, разумеется, еще не успели достичь конюшни. – Отец умер не своей смертью. Его убили, и это сделал Микалас. Он только что покончил с собой.

У Мико вытянулось лицо, и Ив вздохнула.

– Это долгая история, – сказала она и поведала обо всем, что происходило за последний месяц. Об отравленных свечах и Хранителях, о событиях в Пыльных пустошах и Книге судеб.

Мико сел на траву рядом с Ив, и чем дальше уводил ее рассказ, тем круглее становились его глаза. Когда поток слов иссяк, Ив выдохнула и ощутила, что наконец стало легче дышать. На нее больше не давили секреты. Мико, напротив, сидел точно каменный истукан: с открытым ртом и широко распахнутыми глазами.

– Перестань на меня так смотреть, – смутилась Ив.

Мико вздрогнул, и Ив на миг показалось, что он собирается в ужасе вскочить и убежать. Но потом сообразила, что лицо друга выражает не страх, а восхищение.

– Как смотреть? – не понял он.

– Да вот так, – рассмеялась Ив.

Мико захлопнул рот и покраснел.

– Ну, знаешь ли, не каждый день услышишь, как твоя подруга раскрывает заговор и убийство, обретает мифическую силу и становится королевой магов.

– Я не королева, – возразила Ив. – Хотя с остальным не поспоришь.

Мико ненадолго задумался.

– И что ты будешь делать дальше?

Ив задавалась тем же вопросом.

– Не знаю. Мне надо во многом разобраться. Но сначала я хочу съездить домой и повидать брата.

– Так это отлично! – воскликнул Мико. – В том смысле, что я тоже собирался поехать домой. Повидать отца и мать, провести с ними лето. А то потом, как знать… – он запнулся и замолчал.

– Что потом? Помню, ты хотел мне о чем-то рассказать.

– Да я так… хотел похвастаться перед тобой. Но теперь, после твоего рассказа, мой кажется незначительным. Даже не знаю, стоит ли говорить…

– Перестань! Рассказывай. Все, что важно для тебя, важно и для меня тоже.

Мико просиял.

– Помнишь, я искал учителя по лекарскому искусству? Так вот, я нашел не просто лекаря, а настоящего алхимика. Он долгое время жил на Вольных островах, а там алхимия фактически заменила магию. Мастер Валенсо не только лечит, но и создает новые лекарства и надеется когда-нибудь отыскать способ лечения сонного мора. Представляешь, если ему это удастся, а я помогу? А еще он много путешествует, и это для меня шанс увидеть мир. Он ждет меня осенью, поэтому я решил провести остаток лета дома.

В голосе друга звучало столько воодушевления, что Ив улыбнулась.

– Я очень рада за тебя, Мико. Отличные новости.

– Мне осталось отработать в конюшне еще пару дней, а потом мы можем вместе поехать домой. Ты меня подождешь?

– Конечно подожду, – согласилась Ив, радуясь хоть какой-то определенности в жизни.

***

Следующие два дня Ив посвятила поиску подарков для брата. Будничные хлопоты не оставляли времени для раздумий и мыслей о будущем. И это вполне устраивало Ив. Вместе с Веленой она обошла десяток лавок и почти в каждой что-нибудь да заказала. К середине второго дня стало очевидно, что пора остановиться. Ив отправила Велену домой, а сама пошла в гости к Ирис.

День стоял солнечный, по набережной вдоль сверкающих витрин гуляли люди. Из переулков долетали крики зазывал. В реке с тихим плеском скользили прогулочные лодки. Ив миновала мост и свернула в лавку подруги. Чародейка, как обычно, приняла в гостиной на втором этаже. После бурного приветствия и предложения устроиться за столом Ирис неловко умолкла и стала перекладывать с места на место раскиданные по комнате свитки и бумаги, изредка бросая на гостью полные смятения взгляды. Наконец Ив не выдержала:

– Ирис, в чем дело?

– Да ни в чем. Ни в чем. Просто ты… – Ирис выронила бумагу и всплеснула руками. – На Совете магов только и говорят что про твою силу да про огненную бурю в пустыне. Про испепеляющую мощь непризнанной королевы. Разговоры разговорами, но увидеть своими глазами!.. Силы небесные! Да ты же вся светишься!

– Свечусь?

– Не в прямом смысле, конечно. Я имею в виду, что ощущаю в тебе невероятную магическую силу. Такую чуждую и необычную, что мне не по себе!

– Ирис, но это по-прежнему я, – с грустью сказала Ив, и в груди неприятно заныло при мысли, что единственная подруга от нее отвернется.

– Да знаю я! Знаю! Прости. Все дело в том, что я целитель и воспринимаю все острее. Дай мне немного времени. Я скоро привыкну.

Ирис одним решительным движением смахнула бумаги в сундук и хитро улыбнулась.

– Давай-ка я лучше поставлю чай, и мы с тобой поболтаем.

Вскоре на столе появились две чашки с абрикосовым чаем, а Ирис, не умолкая, пересказывала все последние сплетни.

– Возвращение Пыльных магов всех взволновало. Мнения в Совете, как обычно, разделились. Одни полагают, что маги решили защищать восточные границы, чтобы тайно захватить власть если не во всем королевстве, то в Горном крае уж точно. Другие, напротив, считают, что маги прогибаются под власть короля и это ничего хорошего не принесет. Однако если король действительно признает горную цитадель столицей магов, то позиции Пыльных магов сильно укрепятся. Уже сейчас они обсуждают новый состав Совета, добиваясь его увеличения до двадцати четырех членов, естественно за счет собственных представителей. Думаю, Ксандер в итоге утратит свой решающий голос, и поэтому он так активно сопротивляется. Горные лорды тоже не определились, радоваться им или опасаться. Принесет ли им соседство с магами больше пользы или хлопот?..

Ив слушала, о чем говорит Ирис, и хмурилась. К чему приведут перемены? Ив верила, что принесет магам мир и предотвратит войну. Что, объединившись, они справятся с любой угрозой. Но чем все обернется на самом деле? Не просчиталась ли она где-то? Ведь в действительности она не знала, в чем именно заключается истинная угроза. Какое событие породит хаос и разрушения.

– Я все о политике да о политике. Давай лучше поговорим о тебе, – сменила тему Ирис, заметив, как Ив помрачнела. – Говоришь, ты хочешь поехать домой?

– Да. Хочу повидать брата. Все эти слухи вокруг меня… Будет лучше, если я сама ему все расскажу, чем случайные люди.

– Да-да. Это верно, – Ирис закусила губу, и ее глаза заблестели. – Как жаль, что ваши отношения с Джеем вот так закончились.

Ив чуть не поперхнулась.

– Как это: вот так закончились? Ты о чем? – выдавила она, чувствуя, как пылают щеки.

– Как? Как? Так и не начавшись, вот как! Признаюсь, поначалу у меня были сомнения на его счет. Он никогда не производил впечатления человека, способного на глубокие чувства. Но потом я поняла, что и у него есть сердце. Правда, теперь это едва ли имеет значение. Говорят, что расстояние укрепляет чувства, но все это ерунда. Взять хоть Анри. Он клялся, что не забудет меня ни на минуту, а как уехал в свое поместье, так ни слуху ни духу. За все время одна короткая записочка…

– Расстояние? – перебила Ив. – Джей покидает дворец?

– Дворец? – фыркнула Ирис. – Он покидает королевство! Ты разве не знала? Король предложил ему должность посла, и Джей уезжает на Вольные острова. Впрочем, это неудивительно. Ведь там как-никак его родина.

– Вольные острова никогда не были родиной Джея. Там родилась его мать, – рассеянно поправила Ив.

Новость об отъезде Джея ее ошеломила. Она и представить себе не могла, что их разговор в башне мог оказаться последним.

Ив со звоном уронила чашку на блюдце и вскочила.

– Ирис, мне надо… я должна…

– Да беги уже! – с улыбкой отмахнулась Ирис. – Может быть, он еще не уехал.

Ив выбежала из дома чародейки, поймала первый же экипаж и отправилась во дворец.

Двойные двери в покои Джея были распахнуты настежь. Ив пропустила двух пажей, которые тащили резной сундук, и вошла внутрь. На первый взгляд в комнате ничего не изменилось: та же роскошь убранства, пушистый ковер на полу, столики и диваны у стен. Однако от сквозящей во всем пустоты у Ив сжалось сердце. Неужели она опоздала?

В конце гостиной отворилась дверь: еще двое пажей несли сундук, а следом шел Джей. Увидев Ив, он остановился. Пажи пересекли гостиную и вышли в коридор. За ними со стуком закрылись двери.

– Джей… – с облегчением вздохнула Ив. Так много всего хотелось сказать, что не находилось слов.

– Ив… – прошептал Джей, и на его губах расцвела улыбка. – Потанцуй со мной, Ив!

– Что?..

– Потанцуй со мной!

В мгновение ока он оказался рядом, подхватил Ив под руки и увлек в водоворот танца. Все вокруг завертелось, поплыло, растаяло.

– Что ты делаешь? – со смехом спросила Ив, едва поспевая за его стремительными движениями. – Музыки же нет!

– Разве? – Джей в притворном изумлении вздернул бровь. – А по-моему, есть. Прислушайся, и ты тоже ее услышишь.

Отступив на шаг, он закружил Ив на месте, а затем вновь притянул к себе. Его рука легла на талию, голова склонилась к уху. Движения стали плавней и изящней, словно быстрая мелодия сменилась лирической балладой. Ив даже показалось, будто она слышит, как поют скрипки и флейты.

– Давно хотел пригласить тебя на танец, – прошептал Джей. – Думал, что уже и не представится такая возможность.

От его слов у Ив защемило сердце.

– Так это правда. Ты уезжаешь?

– Уезжаю.

– Почему ты мне не сказал?

– Потому что не люблю прощаться.

– И что, уехал бы вот так, не сказав ни слова?

– Мне показалось это самым разумным. Тем более что изменить уже ничего нельзя.

– Верно. Должность посла очень почетная. Ты ее заслужил.

Джей тихонько засмеялся, но в его смехе слышалась горечь.

– Да уж, заслужил. Почесть больше похожую на ссылку.

– Почему на ссылку?

– Думаю, ты понимаешь почему. Ксандер считает, что я его предал. Маги возмущены моим самовольством. Двор кипит и бурлит. Вот король и решил, что лучше мне исчезнуть с глаз долой. Достойно и с почестями, но все же исчезнуть. И, вероятно, он прав. Пусть утихнет гнев Ксандера. Пусть маги обо мне позабудут. К тому же роль посла идеально подходит королевскому шпиону и вору.

– Опять все из-за меня. Если бы ты не отдал мне Книгу судеб…

– Нет, Ив. Перестань так думать. Я ни о чем не жалею. Будь у меня возможность вернуться, я все сделал бы так же. Люди – лишь фишки в руках судьбы. Порой она позволяет нам побыть волшебниками и королями, всесильными и неуязвимыми. А затем возвращает к реальности. Случилось то, что должно. Нам остается это принять и плясать дальше по жизни.

Джей немного наклонил Ив назад. Их взгляды встретились. Джей улыбнулся, мудро и печально, затем снова притянул Ив к себе.

– С другой стороны, – продолжил он, – во всем можно найти что-то хорошее. Возможно, в этом путешествии я узнаю что-то о матери. Вольные острова не моя родина, но все же они часть меня. Буду наслаждаться там мягким климатом, вволю пить абрикосовый чай и лучший бренди. Кто скажет, что это плохо?

– Да ты просто счастливчик.

– Не то слово.

Джей вздохнул и спрятал лицо в волосах Ив. Они уже не танцевали, а просто топтались на месте.

– Что мы делаем? – прошептала Ив. – Почему до сих пор танцуем?

– Может потому, что мы как два танцора – кружим вокруг того, о чем ни один не решится сказать вслух.

Ив закрыла глаза, ощущая тепло Джея. Только сейчас она осознала, какое важное место он занимал в ее жизни. И оно вот-вот опустеет… Ив сглотнула тугой комок.

– Ты вернешься?

– Не знаю, Ив. Как видишь, я умею распоряжаться чужими судьбами, а над своей оказался не властен.

Джей отстранился, выпуская Ив из объятий, и повернулся к окну. Отблески заходящего солнца, проникая сквозь занавески, окружали его силуэт золотым ореолом.

– Вот я и добрался до перекрестка дорог, – пробормотал он. – А дальше – туман.

Джей стоял всего в нескольких шагах от Ив, но, казалось, их уже разделяют воды Бескрайнего моря.

– Я поеду с тобой!

Слова сами слетели с губ. Сердце учащенно забилось. Что она делает? Что предлагает? Но Ив это ничуть не волновало.

Джей обернулся и застыл. Он выглядел потрясенным. Казалось, даже перестал дышать. Прошла целая минута, прежде чем он сделал глубокий вдох и заговорил, медленно и осторожно, взвешивая каждое слово:

– Поверь, больше всего на свете я хочу быть рядом с тобой, но… Ты не можешь поехать со мной.

– Почему?

– Самая очевидная причина в том, что ты теперь – чародейка, а магам запрещено приезжать на Вольные острова.

– Но…

Джей протестующе поднял ладонь.

– И даже если предположить, что никто не заметит руны у тебя на руках, то нет гарантий, что твоя магия сама себя не проявит. Ты говорила, что не знаешь, как контролировать силу. И это вторая причина. Твое место среди магов. Тебе надо учиться…

– Это все отговорки!

– Тебе надо учиться, – настойчиво повторил Джей. – И лучшего учителя, чем Даниель, тебе не найти. Вот и третья причина…

Воцарилось молчание. В очередной раз имя мага повисло между ними как оборванная на полуслове фраза.

– Так в этом истинная причина? – спросила Ив. – В Даниеле?

– Нет, – твердо ответил Джей, но тут же вздохнул. – Ив, та связь между нами… Я рассказал о ней не просто так. Я не хочу, чтобы из-за влияния магии ты упустила что-то по-настоящему важное в жизни. Вот в чем причина.

Ив закачала головой, не желая с этим соглашаться и не зная, что возразить.

– К тому же, – продолжил Джей, – Даниель самый что ни на есть настоящий принц. А взгляни на меня. Кто я такой? – он развел руки в стороны, и в глубине его камзола звякнули отмычки. Джей невесело усмехнулся. – Посмотри вокруг. Все это лишь роскошные декорации. Моя истинная жизнь проходит в сумраке и тенях. Она никогда не будет нормальной.

– Но и моя жизнь не будет нормальной, – возразила Ив и на миг испугалась, что Джей воспримет ее слова как упрек. Но он все понял верно.

– Да, разумеется, – улыбнулся он. – Твоя жизнь будет особенной. И поэтому сами себе мы не принадлежим.

Ив прикрыла глаза. Джей все говорил верно, но сердце отказывалось это принять.

– Когда ты уезжаешь? – хрипло спросила она.

– Завтра.

– Тогда поедем вместе. Завтра я собираюсь домой. По пути ты можешь остановиться в нашем особняке, пожить там несколько дней. Ведь тебе необязательно уезжать сразу. Мы могли бы…

– К чему все это, Ив? – прошептал Джей, задыхаясь. – Просто дай мне уехать. Пока я могу…

А могла ли она его отпустить? Горло сдавил тугой комок. В глазах неприятно защипало.

Положение спас грохот наверху: что-то упало на галерее второго этажа, звучно бухнув об пол. Джей откашлялся и поднял глаза:

– Проклятье, Людвиг! Я же просил оставить те книжные шкафы в покое!

Он отвернулся, скрывая влажный блеск в глазах, и взбежал по ступеням наверх. Ив воспользовалась моментом и смахнула слезы. Она совсем позабыла о Людвиге, но, похоже, Джей полностью тому доверял.

– Я сам соберу эти книги, – послышался голос Джея. – Займись лучше теми шкафами в углу.

– Как прикажете, господин, – со вздохом ответил слуга, и Ив показалось, что на самом деле Людвиг ничего не напутал.

Джей появился у балюстрады, облокотился на перила и посмотрел на Ив. Он вновь собой овладел и выглядел спокойным и собранным.

– Я попросил отвезти все вещи в особняк, который мне пожаловал король вместе с землей. Теперь, став послом, я не смогу заниматься делами и назначил Людвига своим управляющим. Знаешь, пожалуй, это символично: с чем я сюда пришел, с тем и ухожу.

Джей умолк. Он явно не собирался спускаться. Может быть, он надеялся, что разница этажей и перила удержат их от неразумных поступков? Ив беспомощно смотрела вверх и понимала, что не сказала самого важного, а время для разговоров прошло.

– Позволь мне завтра тебя проводить, – попросила она.

Джей долго не сводил с нее глаз, словно пытался запомнить, впитать ее образ и продлить последние минуты вместе. Затем медленно покачал головой.

– Нет, Ив. Лучше не надо. Давай простимся сейчас.

Ив зажмурилась и молча кивнула в ответ. Ее душили слезы, и с каждой секундой сдерживать их становилось сложнее.

– Я не знал, увидимся ли мы еще, и кое-что тебе отправил, – сказал Джей на прощание. – Надеюсь, тебе понравится мой подарок. И помни: я ни о чем не жалею. С собой я увезу то, что смогу вспоминать.

***

Домой она возвращалась на закате. Всю дорогу в голове крутились слова Джея, вспоминался их разговор. Войдя в гостиную, Ив не стала зажигать свет и села в кресло. На город опускались сумерки. В углах густели тени, за окном загорались огни. Ив не знала, что делать дальше. Не знала, чего хочет сама. Не знала, как разобраться в спутанных чувствах. Даже не понимала, кто она такая: обычная девчонка, знатная дама или чародейка, королева магов?

Ив вздохнула и закрыла глаза. Даже без магии она видела перед собой два пути. Один вел ее за Джеем на Вольные острова. Ив была уверена – если завтра она настоит и поедет за ним, то он не сможет ей отказать. Во второй раз не сможет. Это было так же очевидно, как и то, что утром взойдет солнце. На этом пути ей пришлось бы отказаться от магии, но она с головой окуналась в чувства и, вероятно, обретала счастье…

Однако был и второй путь – извилистый и туманный, и вел он в горы к Даниелю. Ив смотрела на оба пути, и сердце разрывалось пополам. Одна его половинка тянулась следом за Джеем, но вторая твердила: это неверный путь, твоя дорога не лежит на Вольные острова. «Твое место среди магов», – так сказал Джей, и то же самое ей шептала магия. В горы ее звали долг и ответственность, туда же ее влекло будущее, а еще чудесные карие глаза Даниеля…

Ив знала, что одна половина ее сердца навсегда останется с Джеем, где бы он ни находился и где бы ни была она. Но вторая – безраздельно принадлежит Даниелю, и по этой причине она обязана быть рядом с ним. Даже если его глаза будут смотреть на другую…

Ив открыла глаза. Гостиная погрузилась во мрак. Оранжевые отблески уличных фонарей подрагивали на окне и дорожкой стелились на пол. В комнату тихо вошла Велена и, точно кошка, уселась рядом с Ив на ковре.

– Завтра я уезжаю, Велена, – после недолгого молчания сказала Ив.

– Я знаю, госпожа. Вы говорили, что отправитесь к брату в поместье.

– Да, верно. Но потом я поеду дальше.

– Дальше? – удивилась Велена. – Это куда?

– В горы, а может, еще дальше. Не знаю. Далеко-далеко. Туда, куда меня позовет судьба.

Глаза у девочки стали как две круглые плошки, и Ив рассмеялась.

– Ах, Велена, я не знаю, что меня ждет, и не хочу ничего загадывать.

– А я, госпожа? Как же я? Вы возьмете меня с собой в это далеко-далеко?

Ив нахмурилась. Об этом она не подумала. Она привязалась к девочке и не хотела с ней расставаться, но что ждало их там, за горизонтом?

– Пока не знаю, Велена. Но не волнуйся, в любом случае ты не остаешься без работы. Будешь в мое отсутствие приглядывать за домом.

– Но потом вы возьмете меня с собой?

– Потом и посмотрим. А сейчас разожги лампы. Мне нужно собрать вещи.

Девочка встала и принялась выполнять поручение.

– Ой, госпожа! Чуть не забыла! – воскликнула она. – Там вам посылка пришла. Я забрала ее с курьерской станции. Принести? Она в спальне.

Ив замерла. Прощальный подарок Джея. Сердце сжалось от тоски. На глаза навернулись слезы, но Ив их сморгнула.

– Нет, Велена, спасибо. Я как раз туда иду.

В спальне на кровати лежал шелковый мешочек. Ив положила его на колени, и в нем что-то зазвенело. Немного помедлив, она развязала шнурок. Ткань соскользнула, и содержимое заиграло всеми цветами радуги. Внутри лежали баночки с красками, точно такие, какими пользовалась мать. Ив узнала их по воспоминанию, которым с ней поделилась страж. На дне мешка так же обнаружилась записка с одной единственной строчкой:

«Надеюсь, я когда-нибудь получу свой портрет».

В конце стояла точка, а не знак вопроса. Джей не спрашивал – утверждал. Просил ли он так его не забывать? Или это было обещание вернуться? Ив прикусила губу, прогоняя улыбку, и начала собираться в дорогу.

Утром улицы заволокло туманом. Он окутал дороги, укрыл пеленой дома, плыл и клубился в неподвижном воздухе. Привычный городской гул замер, утонул в дымке. Люди будто не хотели шуметь и вели себя тише.

Ив забрала из конюшни Тень – накануне кобылу благополучно вернули из Пыльных пустошей через портал – и направилась к реке, где договорилась встретиться с Мико. Ехать приходилось медленно и осторожно: под копыта то норовил прыгнуть прохожий, то из-за угла выскакивал экипаж. Очертания домов проступали по бокам и превращались за спиной в сумрачные тени. Кое-где на улицах горели фонари.

На набережной туман сделался гуще. Он висел над рекой плотной стеной, отгораживая белой завесой другой берег. Дома были едва различимы: серые пятна и точки огней. Плеск воды в канале звучал громче, чем обычно. Казалось, город погрузился под воду и куда-то плывет.

Ив привязала Тень к решетке ограждения и, дожидаясь Мико, пошла вдоль канала к мосту. Черная кованая ограда выступала из мглы, словно обгорелый рыбий скелет. Перед мостом Ив остановилась, и в этот момент кто-то схватил ее за рукав. Ив вздрогнула и повернулась. В каменной нише между опорами сидела сгорбленная нищенка, закутанная в серую шаль. Ив дернула руку, но крючковатые пальцы вцепились еще сильнее.

– Я узнала тебя, Видящая.

Сухой, сиплый голос показался знакомым, а обращение заставило Ив замереть: так ее называл Альшам. Нищенка подняла лицо, и Ив содрогнулась от взора мутных слепых глаз. Это была та самая гадалка, которая предсказывала ей судьбу на Дворцовой площади в День Перемен.

– Ты тоже меня помнишь, – хищно улыбнулась гадалка. – Я предсказывала тебе судьбу, и теперь все мои предсказания сбылись.

– Сбылись? – пролепетала Ив. Ей нестерпимо хотелось вырвать руку, но туманный взор женщины приковывал ее к месту.

– Разумеется, сбылись. Судьбу нельзя обмануть. Разве не помогал тебе враг? Не был с тобой вежлив и обходителен? Разве не выполнял все твои пожелания, а ты так и не поняла, что он тебе враг?

«Микалас», – пронеслось у Ив в голове. За маской кроткого слуги она не разглядела убийцу.

– А разве ты не решила, – продолжала гадалка, – что друг тебя предал и обманул, хотя на самом деле он был тебе верен?

«Джей». Сколько раз Ив сомневалась в его искренности, но всякий раз он был на ее стороне.

– И наконец, разве не стала ты Видящей в тот момент, когда солнце на небе перестало вставать и садиться?

«Мир воспоминаний с застывшим над горизонтом голубым солнцем». Там Ив обрела свою силу и возможность увидеть будущее.

– Все сбылось, – прошипела гадалка и так резко дернула Ив за рукав, что их лица оказались на одном уровне. – Но я задолжала тебе еще одно. Последнее предсказание, – нездоровое дыхание гадалки коснулось лица, но Ив не отвернулась. Мир потонул в серой пелене слепых глаз. – Чтобы жить, тебе нужно умереть.

Пальцы гадалки разжались, но Ив так и осталась стоять согнувшись. Последнее предсказание звучало так же абсурдно, как и все предыдущие, но теперь у Ив были все основания ему верить. Она медленно выпрямилась.

– И что это значит?

Гадалка покачала головой.

– Если бы я могла выражаться яснее, то так бы и поступила. Я говорю то, что вижу, а видения не всегда конкретны и однозначны. В тебе я вижу жизнь и смерть.

– Жизнь и смерть, – повторила Ив, задумчиво глядя на обветренное, иссеченное морщинами лицо гадалки. – Как тебе это удается? Видеть будущее? Ты ведь не чародейка.

– Конечно не чародейка. Иначе была бы я слепа? Но и ты, дитя, не рождена чародейкой, зато теперь в тебе живет Великая Сила. Как видишь, у магии свои пути.

– У магии, говоришь?

Гадалка свела брови:

– Иного объяснения у меня нет. Я не знаю, как и почему ко мне приходят видения. Они были со мной всегда, сколько я себя помню.

– Откуда ты родом?

– Я пришла оттуда, из земель за горами, – гадалка повернулась и указала в сторону гор так точно, словно могла их увидеть. – В те времена в Расколотых королевствах правил Верховный король и царил мир. Я росла в горной деревушке в одной из долин. Видения приходили ко мне постоянно, и я не могла держать их в себе. Рассказывала, сколько детей родится в семье, кто умрет и когда случится неурожай. Люди меня боялись и считали проклятой. Даже родители смотрели на меня косо. Когда я выросла, то ушла. Я хотела отыскать Танжирин, но, как ни искала, его не нашла. Так и попала сюда.

– Танжирин? – переспросила Ив. Прежде она не слышала это название, но от его звучания по телу побежали мурашки.

Гадалка подняла на Ив слепые глаза.

– Мой народ считает это место священным. Тайный город в горах, где правят духи и принимают отверженных. Говорят, не всякий может его найти, но тот, кто отыщет, сможет познать там истину.

– Танжирин, – повторила Ив, и снова по спине прокатилась россыпь мурашек. – Значит, раньше ты была зрячей? Что случилось с твоими глазами?

– Ничего. Жизнь их забрала. Одной рукой она дает, другой – отнимает. Когда-нибудь ты это поймешь.

– Наверное, уже понимаю, – прошептала Ив. – Расскажи мне о будущем. Ты сказала: судьбу нельзя обмануть. Это означает, что будущее предопределено и его нельзя изменить?

Гадалка хрипло рассмеялась.

– Судьбу нельзя обмануть – она у всех одна. А будущее – можно. Тебе, Видящая, это должно быть хорошо известно.

– Что ты имеешь в виду? И почему так меня называешь?

– Ты – Видящая, как мне еще тебя называть?

Гадалка вздохнула и ненадолго задумалась.

– Будущее, – наконец заговорила она, – можно сравнить с дорогой, а судьбу – с тем, что предназначено людям совершить на этом пути. Дорога может петлять и изгибаться, подбрасывать под ноги камни и рытвины, но в итоге конец общий для всех. Мы не в силах его изменить, но в нашей власти решать, как пройти этот путь. Как редкий путник сходит с протоптанной дороги, так и здесь – мало кто решается свернуть с исхоженных путей и следует по привычной колее жизни. Поэтому судьбу каждого легко предсказать. Но ты, Видящая, способна разглядеть дороги, скрытые во тьме. Те, что лежат за гранью привычной колеи жизни. Я не могу заглянуть так далеко, но ты можешь, а значит, в твоей власти менять будущее.

– Но как мне разглядеть эти дороги, если они лежат во тьме? И как понять, какие из них верные?

– Все просто. Выйди за привычную грань, и ты их увидишь. А верные тебе подскажет сердце.

Некоторое время Ив обдумывала услышанное, затем коснулась плеча гадалки и легонько его сжала.

– Спасибо тебе за все.

Ив собиралась уйти, но что-то вдруг остановило. Она снова повернулась к гадалке.

– Ты предсказываешь чужие судьбы, но свою увидеть не можешь, так?

– Как и ты, – подтвердила гадалка.

– Тогда остерегайся повозок зимой, – предупредила Ив, не совсем понимая, откуда пришли эти слова.

– Постараюсь, Видящая, – кивнула гадалка. – Постараюсь. Но от своей судьбы не сбежишь.

Последние слова потонули в грохоте промчавшегося экипажа. Ив еще несколько секунд смотрела на сгорбленную фигуру в каменной нише, а затем зашагала обратно к Тени.

Мико выплыл из тумана минуту спустя. Он спрыгнул с лошади и, тяжело отдуваясь, сказал:

– Прости, что так долго. Но этот проклятый туман и… я слегка заплутал.

– Все в порядке, – отмахнулась Ив и заметила, что Мико держит за поводья не свою кобылу, а гнедого жеребца ее брата. – А откуда здесь Джерико? – спросила она, косясь по сторонам. – Неужели Рикон приехал?

– А, это… – Мико смущенно улыбнулся. – Нет. Лорд Рикон не приехал. Понимаешь, я написал отцу, что его старая кобыла охромела, и он велел ее продать. А когда об этом узнал твой брат, он отправил ко мне с гонцом своего коня и написал, что Джерико – единственный способ за тобой угнаться. И знаешь, по-моему, он прав.

– Вот как? – усмехнулась Ив. – Что ж, видимо, Рикон догадался, что все письма ему ты писал под мою диктовку, иначе не прислал бы своего коня.

– Да. Похоже на то.

– Вот и хорошо. Хватит с меня секретов. Едем домой, Мико!

Они двинулись по набережной к Королевскому тракту. К тому моменту, когда они добрались до холма с крылатыми мантикорами, на небе выглянуло солнце, пронзая лучами тучи и разгоняя туман. Белая дымка над городом дрогнула и начала таять. Изгиб реки Серны заискрился россыпью бликов. На траве вдоль обочины засверкала роса. Путники попадались нечасто, и тишину нарушали только верещавшие на взгорьях щеглы.

Ив поравнялась с одной из двух мантикор и коснулась когтистой лапы. Если верить легенде, то в крылатых чудищах жила магия, охранявшая город. Ив попыталась ее отыскать, но, кроме холодного шершавого камня под пальцами, ничего не ощутила. Обманывала ли легенда? Или мантикоры просто спали в ожидании своего часа? Ив не знала, но хотела верить, что в случае опасности каменные изваяния оживут и встанут на защиту города.

– Охраняй мир и покой этих земель, – прошептала она и отпустила лапу.

Минуту они с Мико ехали молча. Солнце золотом плясало на деревьях и камнях. Птицы пели во весь голос. Наконец Мико не выдержал:

– А что ты там делала? Мне показалось, будто ты с ним говорила.

– Так и есть, – таинственно улыбнулась Ив. – Я попросила его защищать столицу.

– И он что-то ответил?

– Конечно.

По тому, как Мико затаил дыхание, Ив поняла: он поверит всему, что бы она ни сказала. Едва сдерживая смех, она наклонилась и прошептала:

– Он сказал… хватит верить в сказки!

– Тьфу ты! – сердито выдохнул Мико. – Я думал, ты серьезно!

– А я серьезно, – захохотала Ив. – Ах, Мико, в мире еще столько загадок. Всех не разгадать, – она тронула бока вороной, переходя на рысь. – Давай наперегонки! Вон до той высокой сосны. Проверим, сможет ли Джерико за мной угнаться!

Ив пришпорила Тень, и в лицо ударил ветер, свободный и неукротимый.

Эпилог

В небе кружился пепел. Он медленно оседал на почерневших камнях и ложился на руины домов. Парил в дыму и пролетал над огнем. Он был глух к крикам и плачу. Безразличен к страданиям.

Он ждал своего часа. Ждал своего дня.