Книга первая. "Рождение".

Глава 1

Все персонажи, события, места и их названия выдуманы автором. За совпадения с реальными ответственности автор не несет.

Я думаю, что Оля сходит с ума.

Птицы больше не поют.

Наркотики – ЗЛО, и с ними нужно бороться. Отпуск – ДОБРО, и нужно ехать.

02.06.2020

Я смотрел на жену и восхищался. Оля стояла у окна ко мне спиной и потягивалась, радуясь утреннему солнцу. Она всегда ему радуется. Ей дай волю - она бы отменила ночь. Хотя на звезды смотреть она тоже очень любит. Вот такая она у меня непоследовательная.

Невысокая, всего метр шестьдесят пять, стройная, с округлой попой, которая отлично смотрится в любой облегающей одежде. Грудь тоже присутствует, твердая двоечка. Кто-то скажет, мало, а по мне так в самый раз.

Волосы каштанового цвета после сна слегка взлохмачены и немного подсвечиваются первыми лучами светила. Волосы - единственная проблема ее внешности. Точнее, это моя проблема: мне всегда нравились длинные, желательно, чтобы до попы, а она не дает им отрасти, «по-варварски» подрезая их в салоне красоты. Ну ладно, варварством там и не пахнет, в этих салонах все прилично, но это не меняет моего отношения к этим ежемесячным экзекуциям нужной мне прически.

Жена, услышав или почувствовав, что я проснулся, не оборачиваясь, начала что-то говорить. И это что-то предназначалось явно мне.

Я пропускал ее слова мимо ушей, глядя на нее и балдея оттого, что это моя женщина. Ей уже сорок, и половину этого времени она замужем за мной, и с каждым днем я люблю ее все больше.

А она любит, когда я зову ее Солнце.

Но всему приходит конец. Помимо того, что жена всегда знает, что я уже не сплю, она всегда знает, когда я ее не слышу. Чтобы донести до меня свои слова, ей пришлось повернуться и изобразить строгий взгляд, а затем повторить вопрос:

Поехали в отпуск на мой день рождения?

, Пришлось все-таки отвлечься от наблюдения за упомянутой выше двоечкой и, вникнув в суть вопроса, ответить:

Солнце, ну какой отпуск в июле? Будет жарко, и мы не отдохнем или испортим остальным отпуск. Хотя это вариант: кому ты хочешь запороть лето? Давай признавайся. Ты же помнишь, что, когда мы едем на озеро – жаре конец, да какой жаре, лету приходит конец на время нашего путешествия к «морюшку».

Тюня сказала, что жары в июле не будет. Будет просто тепло, причем долго, даже вода успеет прогреться, и мы сможем наконец-то нормально в озере поплавать. К тому же, я отпросилась уже на первую половину июля, ну то есть на две недели, и отчеты все успею сдать на работе, а если не успею, подменят. Поехали, а? – Оля протянула эту последнюю «а», посмотрела на меня просительным взглядом, а потом быстро захлопала ресницами, изображая какую-то из экранных героинь. - Мы вон на Тургояке сто раз были, а так и не поплавали в нем. Поедем в «Крутышки», и даже если не будет тепло, там есть горячий бассейн, все равно наплаваемся. Шашлыки пожарим, на берегу посидим с пузыриком, ты мне стихи почитаешь. А еще там птиц новых поищем. Ну давай, тебе же там нравится.

Ты смотри, все она уже продумала и даже отпросилась. А как же я? Мне так просто не уйти, ты же знаешь: у нас график, а все, что не по графику, на фиг, на фиг, на фиг. Так, стоп, а с каких пор ты даешь имена приложениям? – Я постарался изобразить подозрительный взгляд, - И почему это приложение с погодой у тебя стало Тюня? Да, и еще вопрос: когда это мы стали доверять прогнозу погоды аж на месяц вперед? А, я понял Тюня – это красавец-мужик, который рассказывает о погоде по какому-то из телеканалов? Нет, мы же не смотрим телек, или я чего-то о тебе не знаю? Мне пора ревновать? Что это за новый фаворит у тебя, да еще с дурацким именем Тюня? Я даже не могу придумать сходу имя, которое можно сократить до Тюня, разве что Анатолий, но так извратить это имя ты бы самостоятельно не смогла.

Оля на несколько секунд задумалась, решая про себя, что говорить мужу, а потом решилась и скороговоркой произнесла:

Тюня – это сорока, и она девочка. Я ей доверяю, она меня еще ни разу не обманула и, кстати, даже показала мне место, где прячет всякие красивые штучки, которые за три года натаскала. Ты не поверишь, там и стекляшки красивые, и железяки всякие, и даже пара украшений есть! Ну я ей одно колечко купила и подарила. Что ты так на меня смотришь? Простенькое колечко - не золотое, обычная бижутерия, копеечная.

Значит, ты разговариваешь с сорокой?

Да.

И сорока разговаривает с тобой?

Да.

А кто еще с тобой разговаривает? Кукушка там или дятел? Мне всегда хотелось знать, что говорит кукушка, да и по дятлу вопросы есть. Ну, там, болит ли голова от долбежки дерева носом, говорит ли он вообще, а то все пернатые нормально трындят, а этот только стучит.

То есть ты мне веришь?! Ну что я с птицами разговариваю.

Конечно, помнишь песня даже такая есть: «Я тебе, конечно, верю, разве могут быть сомненья, я и сам все это слышал – это наш с тобой секрет, наш с тобой секрет!» – Я пропел, немного сфальшивив, часть припева старой, популярной когда-то песни и уставился на жену.

А раньше ты пел нормально, и слух у тебя был почти идеальный.

Я продолжал молча смотреть на жену.

Значит, все-таки не веришь, – Оля не выдержала и тяжко вздохнула, - а хочешь, докажу?

Что докажешь? Что не сбрендила? Так ты давно того... Я уже привык, просто это что-то новенькое.

Чего того?! Сам ты того! Кошки, докажите!

Сказав это, Оля обернулась к лежащим на полу кошкам. Те никак не отреагировали на слова хозяйки дома и главной кормилицы по совместительству.

Вот видишь, кошки тоже тебе не верят, – ухмыльнулся я.

То есть говорить с кошками нормально, даже если они тебе не отвечают, а с птицами – это «дурка»?

Ну не прям «дурка», видишь, я же не кинулся звонить 03, но...

Что но? Сам ты но!

Солнце, ты сама себя слышишь? Ладно дать птице имя, но утверждать, что ты ее и, самое главное, она тебя понимает – это перебор. Сама так не считаешь?

Я тебе докажу, – упрямо произнесла Ольга, смотря прямо мне в глаза. - Вот завтра суббота, и Тюня прилетает с новостями. Ты даже не представляешь, какой огромный и интересный мир у птиц.

Это я как раз понимаю, более того, из-за тебя даже увлекся немного птицами. Ну ты сама знаешь – утки и чайки - наше ВСЕ!

Не наше, а твое. Мне больше нормальные птицы нравятся, и, чтобы ты знал, чаек считают дурами, а уток яжматерями.

Кто считает?

Все остальные птицы.

И сообщил тебе это?...

Да, Тюня мне сказала, но и Марка с Соней тоже так считают. Вот, бе-бе-бе.

Таааак, а Марка и Соня – это тоже сороки?

Ну что ты, как дурачок? Кто же сороку будет Маркой называть?! Марка - это стриж, кстати, с ней трудно общаться – очень быстро разговаривает и на месте долго не сидит. Или не стоит? Блин, не задумывалась раньше, как правильно про птиц говорить. И еще у них нет рода. Нет у них стрижих, все стрижи, и мальчики, и девочки. А Соня – это синица.

Дорогуша, ну какая синица в городе летом? Или ты с ними в лес ходишь общаться? А когда? Мы же почти все время вместе.

Вот, по вопросу общения с птицами ты уже, я так понимаю, не возражаешь? А синицы уже в городе, они в парке тут недалеко живут.

Конечно, не возражаю, меня пугает только мысль, что ТЫ думаешь, что и ты их понимаешь.

Мы пошли по кругу, – Оля тяжело вздохнула и села на диван. – Ладно, не будем ждать до завтра. Соня, принеси, пожалуйста, с кухни что-нибудь, только сразу не ешь, нам с тобой надо доказать этому Фоме, что он Фома.

В этот момент с серванта раздалось щебетание, что-то мелкое и быстрое проскочило над моей головой в сторону кухни, и буквально через две секунды синица, а это оказалась именно она, вылетела из коридора, неся в клюве тыквенное семечко. Затем она села на выставленную заранее ладонь Оли и, положив в нее семечко, начала активно щебетать. А моя жена как ни в чем не бывало начала что-то шептать сине-желтой пичуге. Глядя на это, я подвис. Нет, жена меня и раньше удивляла, но сейчас было что-то из ряда вон выходящее. Был бы я повпечатлительнее, с криком «ВЕДЬМА!» свалил бы из дома за секунду.

Но, видимо, перечитал я книжек про тех же самых ведьм, домовых, колдунов и т.д. Поэтому просто включаю режим одного юмориста, чья фамилия стала нарицательной.

Трюк – огонь! А бутерброды она может нарезать и притащить? Нет, лучше пусть рюмки принесет и водку из холодильника, надо это как-то обмозговать. Вот реально, впервые в жизни столкнулся с ситуацией, где выражение «без пузыря не разобраться» идеально подходит. О, еще вопрос: с кошками ты тоже говоришь? Ну, в смысле понимаешь?

Оля отрицательно покачала головой.

Нет, к сожалению, но птицы мне переводят, а кошки, да и все остальные звери нас и так понимают.

Час от часу не легче, то есть мне и нычек теперь дома не сделать, все ведь тебе расскажут, не кошки, так птицы. Кстати, а чего это синица тут у нас в квартире тусуется?

Так ей здесь хорошо. Хищники не трогают, кушает вкусняшки, знаешь, она очень любит твои картофельные чипсы, но я много не даю, вдруг плохо станет. Мне тоже хорошо, теперь всегда есть переводчик с кошачьего. – Оля улыбнулась и опять что-то прошептала синице.

Че ты ей все время там шепчешь? Теперь-то и вслух можешь говорить. Да, и насчет водки я не шутил. Раз твой пернатый Киплинг не может нам соорудить «думательную атмосфэру», то пошли на кухню, сами закуски нарежем и хряпнем.

Тебе лишь бы хряпнуть.

Ну знаешь, не каждый день узнаешь, что у тебя жена ведунья и с птицами разговаривает.

Я не ведунья, просто их понимаю.

Ладно, у меня миллион вопросов, когда и как это началось? Почему молчала?

Три месяца. Не знаю. Потому что думала, что не поверишь, а там «дурка» и все остальные прелести жизни таких, как мы.

Таких, как мы? Есть еще такие же? Много? А этому можно научиться?

Да, есть еще такие же, мне Соня рассказала, они знают еще как минимум об одной такой же, как я, говорящей с птицами. Есть еще говорящие с животными, но о них я ничего не знаю. Про научиться - точно нет, я уже сказала тебе, не знаю, как это случилось, просто однажды я поняла, о чем говорит Тюня, то есть я тогда не знала, что это Тюня, я не дала ей тогда еще имя. Все, запуталась. Давай пошли пить твою водку и под это дело расскажу все по порядку.

***

«Дура, ну кто так кормит? Куски поменьше, раскидывать подальше. Тьфу – одно слово, человеки!»

Вот, представь, никого не трогаю, скидываю какие-то обрезки от разделки курицы с балкона и слышу это. Сначала не поняла, что мне, потом начала оглядываться, кто это такой офигевший. Ну хоть убей, никого не вижу. Потом смотрю - сорока на березе нашей сидит. Ну, думаю, или я кукухой поехала, или кто-то втихаря измывается. А потом присмотрелась: сорока клюв открывает, а трескотни не слышно, только снова кто-то меня кроет: «Ну что уставилась, болезная, да, тебе я это говорю! Оглядывается она, смешная! Все-таки зря ваши предки слезли с деревьев и от меха отказались. Все равно мозгов не добавилось. Вы посмотрите, она меня еще и слушает, как будто понимает, ха-ха-ха!»

Я-то в шоке, ну и на эмоциях ей ответила: «Ты, трещотка пернатая, на кого рот открыла? Будет мне еще указывать, смесь чайки и павлина, как мне разбрасывать отходы. Жри, что дали и как дали! Обезьян она вспомнила. Мы уже тысячи лет разумные и развиваемся, а вам, пернатым, мозгов даже на эволюцию не хватило».

Так себе оскорбления, конечно, но ты же меня знаешь, не люблю и не умею ругаться. То есть, понимаешь, я даже не поняла, что не просто с птицей разговариваю, а диалог у нас.

О, отличный тост! - Ну, за диалог! – Оля взяла рюмку и выпила.

Я ее поддерживаю и тут же подаю маринованный огурец, она с удовольствием его целиком схрумкивает.

Мы сейчас редко водку пьем – жена чаще вино свое, белое полусладкое, а я дешевый вискарек. Однако в доме всегда есть одна или две банки маринованных корнишонов, официально для салатов. А лучшей закуски под внезапное распитие водочки трудно представить.

Нет, есть миллион людей, которые бы сейчас мне начали рассказывать, как я не прав и какая закуска всегда должна быть в доме, ну или, на худой конец, какая она, закуска, правильная, на что я отвечу: «Идите лесом, мы сами с усами».

Я так понимаю, это и была Тюня?

Ага, но ты бы видел, как она офигела, когда поняла, что я действительно ее понимаю и отвечаю ей. Видел, как у сороки челюсть нижняя отваливается? Ну не челюсть, а нижняя часть клюва, но все равно смешно. Потом мы поболтали, потом я пыталась выяснить, как так получается, что я ее понимаю, она, кстати тоже не знает, потом выяснилось, что я всех птиц понимаю. Да, еще прикол: Тюня теперь очень «модная» птица, так как она нашла человека, который им может помогать. У них это что-то вроде верховного жреца или оракула, я не до конца понимаю. Теперь, типа, все просьбы птиц идут через Тюню. Предвосхищаю твой вопрос: просьб - вагон, и телега тоже не маленькая, но Тюня старается и всякую фигню отсеивает. Что она считает фигней, или, как она сама выражается, проблемой, не стоящей выеденного яйца, я не знаю и знать не хочу. У птиц вообще много выражений крутится вокруг перьев и яиц, я не всегда их присказки понимаю, но в принципе смешно.

А что там по птичьим просьбам?

Да там разное, вот, например, Соня, – в этот момент синица встрепенулась и что-то прощебетала, – да, я помню, – это уже Оля сказала, явно обращаясь к птице. – Так вот, Соня. Меня к ней привели, чтобы спасти. У нее было вывихнуто крыло, и я ее долго выхаживала, ну и скрывала от тебя, так-то она не болтливая, говорит, трудно было постоянно молчать, пока ты дома. Ну и другие просьбы похожие, кому-то птенцов назад в гнездо поднять, кому-то корма принести, пару раз с котами договаривалась, чтобы отстали, кстати, пришлось неделю кормить мясом котов.

Понятно. И что дальше? Ты вообще имеешь право мне рассказывать про это все? Что- то я не помню, чтобы где- то всплывала информация о таких, как ты, значит, все -таки тайна?

Да, тебе могу рассказать, – она сделала паузу, – наверное, а вот сЫночке пока не будем, мало ли. Вот, а дальше... Давай наливай, и будет дальше, как в том анекдоте про пока не началось.

Я-то налью, только ты меня не пугай, а то возьму и испугаюсь, – наливаю по полной рюмке и жду.

Видимо, я сегодня тостующий, – Оля улыбнулась и продолжила:

– Ну, за перспективы!

Мы выпили, похрумтели огурчиками, и я снова уставился на жену.

В общем, у меня две новости, первая хорошая, а вот вторая неоднозначная, с какой начинать? – теперь уже Оля смотрела на меня, ожидая ответа.

Давай для разнообразия с хорошей новости начнем.

Мы не то чтобы прям богаты, но теперь можно не работать.

Откуда дровишки? Клад нашла?

Почти. Дело в том, что люди ежедневно теряют очень много денег, и не только монеты. А у меня теперь есть маленькая пернатая армия для поиска и сбора этих самых денег. В месяц только купюрами мне приносят около трехсот тысяч рублей, ну плюс - минус, а монетами еще тысяч пятьдесят. Даже валюта попадается, но это так, по мелочи. Правда, из этих денег тысяч пятьдесят уходит на корм птицам и всякое такое для них же, еще тысяч двадцать я на собак и кошек местных трачу, а все остальное в кубышку. За два с лишним месяца уже накопилось почти полмиллиона. Теперь моя работа превратилась в хобби, но, думаю, пора завязывать с ней – времени на все не хватает. И вот тут приходит время второй новости. Готов?

Погоди, – говорю я и наливаю еще по рюмке. – За пернатую будущую олигархшу! – Давай свою неоднозначную новость.

Дело в том, что мы теперь боремся с разными нехорошими личностями, в основном с закладчиками, – только после этих слов Оля выпила. – Что-то мы зачастили, давай тормознем и вообще покушать надо приготовить, а не вот это все.

Стоп, че это ты юлить начала? Что значит боремся с закладчиками и другими нехорошими личностями? И кто это мы?

Мы – это я, птицы и иногда привлекаем собак и кошек. Все организовано просто и эффективно, птицы отслеживают закладчиков, потом, если сами могут, то вынимают и утаскивают эту гадость. Если нужно откопать или еще что-то такое же, то уже зовем кошек или собак. С другими зверями мы не работаем, хотя ты и не представляешь, сколько вокруг нас разных животин обитает. Кроты, крысы, сурки даже есть. В парке вообще лисы попадаются, ну и остальная мелочь: белки, зайцы, даже еноты есть. Но, как я и сказала, их не подключаем, не смогли договориться. Почему - я так и не поняла. Теперь о закладках. Сначала я сама выкапывала и скидывала в канализацию, но один раз чуть не попалась. А потом, я же у тебя умная, начала пользоваться услугами птиц, ну а там и с мохнатыми договорились. Пока работаем только в нашем районе, но уже договорились с воробьями всего города. Они же самые незаметные, кто на них обращает внимание? Правильно, никто. Сейчас мы отслеживаем всех курьеров по городу, боимся, что если сразу везде начнет пропадать у них товар, то на нас начнется охота, а мы пока не готовы к этому.

И как ты собираешься готовиться? Медведей наймешь или волков каких? Ты что, не понимаешь, какие они опасные люди? Куда твой страх и инстинкт самосохранения делся? Ты же у меня трусишка.

Знаешь, сама не понимаю. Сначала да, было страшновато, а сейчас даже азарт какой -то появился. Птицы меня поддерживают. Им, конечно, плевать на наши человеческие разборки, пока это их не касается, но я для них что-то вроде мессии, поэтому они прониклись и теперь помогают не за еду или помощь, а просто так. Нет, ты не подумай, опасения у меня остались, но теперь и ты знаешь, может, поможешь, подскажешь. Сразу скажу: я это дело не брошу. – Оля посмотрела на меня с вызовом и как-то нахохлилась или распушилась, ну прям сова.

Конечно, я согласился помочь, редко видел в жене такое упрямство, но каждый раз, когда она вот так на чем-то закусывалась, приходилось уступать.

В тот день мы еще долго говорили, я многое успел спросить, еще больше не успел, но к концу бутылки подустали и пошли спать.

На следующий день я уже был частью команды по борьбе с наркоторговцами. Самое страшное, что мое Солнце не собиралось останавливаться на закладчиках – ей подавай всех наркодилеров нашего города, а потом и страны. Откуда в ней такие амбиции, да фиг знает, может, это те самые ее способности, может, она такая и была, но просто сдерживалась, но факт остается фактом – она теперь почти супервумен, только нет суперкостюма и не летает.

***

Нам с женой по сорок лет, мы даже учились в одной школе и в одном классе, но романтических отношений тогда, во время учебы, не случилось. Наверное, не готовы были. Поженились же мы в возрасте немного за двадцать, и почти сразу родился сын. Хотя это уже другая история, и текущей ситуации она не касается. Любой разумный человек сказал бы, имея в виду наш возраст: «Ну куда вы поперли, в ваши-то годы, да еще и против организованной преступности»? И да, никаких навыков или знаний для этого ни у меня, ни у жены не было. Поэтому после того как приняли окончательное решение ввязаться в эту аферу, а по другому я никак не могу это назвать, ну разве что «блудняк», «трындец» и еще несколько таких же говорящих синонимов, нам нужно было подготовиться.

Работал я обычным менеджером в филиале Питерской компании по продажам стройматериалов. Менеджер я был средненький и работу свою уже давно не любил, а может, и никогда. Однако искать что-то новое всегда страшно, поэтому и тянул эту лямку уже семь лет, особо не дергаясь. Зарплаты хватало на прожитье, оплату кредита за машину и на ежегодный отпуск где-нибудь на наших озерах. Нет, два раза мы съездили семьей в Турцию, но это скорее исключение из правил.

Жена почти всю свою зарплату откладывает на институт сыну. Поэтому, когда Оля рассказала о новом источнике денег и планах поработать против распространителей отравы, я с легким сердцем уволился.

С легким ли?

Наверное, да.

Приключений захотелось?

Возможно.

Все детство и юность зачитывался книжками про героев. Не таких, как сейчас у всех на слуху - типа человека-паука или супермена, а нормальных. Сначала это были мушкетеры, потом ковбои с индейцами, детективы и разведчики.

Ну а когда дорос до фантастики и фэнтези, то вообще погрузился в мир книг. Библиотека стала моим вторым домом.

Естественно, когда читаешь про всех этих умных и сильных, добрых и смелых, ассоциируешь себя с ними.

А потом вырастаешь и становишься менеджером.

Наверное, эта мысль, которая очень и очень редко меня посещала (что не стал и не станешь никогда тем книжным героем), позволила безболезненно бросить работу.

Была еще причина: про работу в такси уже давно подумывал, но вот как жене объяснить, я не знал. Водить машину мне всегда нравилось, а заработок в такси почти такой же, что и на прежней работе.

В общем, в понедельник сказал шефу, что все заманало и я пойду таксёром работать.

С женой договорились, что два-три часа в день буду реально таксовать и деньги, и легенда если что.

Оля же ушла в отпуск, у них в бухгалтерии, хоть и с трудом, но можно было внезапно свалить, если есть кому подменить и если это не отчетный период. Что такое отчетный период, я знал не понаслышке. Жена в эти дни приходила позже, чем обычно, и уставшая в умат. На мне не срывалась, но по клиентам, коллегам, начальству и органам, принимающим отчеты, а иногда и нет, «проходилась» только в путь??? Сейчас мы как раз попадали на очередной отчет, но ждать мое Солнце отказалось и поэтому она договорилась о подмене с кем-то из своих подруг в бухгалтерии.

Потом мы ей пару раз сделаем больничный через знакомых и, если все будет нормально, тоже уволится.

***

Весь следующий месяц мы занимались тем, что продумывали, как обрезать во всем городе доступ к закладкам и при этом не попасться бандитам, ну и ментам.

Оказалось, что в некоторых районах есть менты, которые прикрывают дилеров. Язык не поворачивается таких назвать полицейскими, вот ментами или даже полицаями – да. Ну а кто они? Если вместо помощи своим гражданам они, надев форму, только вредят. Радовало то, что замечены в этом были единицы со всего города.

Птицы – это нечто: во-первых, незаметные, во-вторых, быстрые, в-третьих, даже при конфликтах внутри их сообщества они все откладывают ради общего дела. А тут получается наше дело стало их делом. Как Оля добилась этого, не знаю, но факт остается фактом, всю информацию по делу собирали наши пернатые помощники.

Мы составили список всех дилеров города, выяснили тех, кому они подчиняются. Узнали, где находятся фасовочные цеха. Ну как цеха? Где-то действительно все построено серьезно: большие помещения, куча людей, оборудование даже. А есть и такие, где в ручном режиме в своих квартирах трудятся круглые сутки «наемыши».

Всю информацию беспрерывным потоком приносили птицы, нам оставалось только конспектировать и систематизировать: какой район, кто главный, где живут все персонажи схемы, когда и куда приходит товар и т.д. и т.п. К концу месяца у нас на стене висела карта города с отметками всех точек и фигурантов, голова опухла от информации, кофе в наших организмах заменил кровь, но мы справились.

Теперь осталось решить, что со всем этим делать, и вот тут-то мы зависли.

Просто сдать наработки компетентным органам нельзя по нескольким причинам: первое – там могут быть соучастники этих наркобарыг, так как не факт, что мы вычислили всех «крышевателей», второе – как нам передать информацию и не спалиться, третье – даже если передадим, не спалившись, даже если не замешанным и честным, то где гарантия, что там поверят и начнут действовать?

И еще: все схемы мы прорисовывали и прописывали на бумаге. На компьютере, конечно, удобней, но тут уже я настоял на аналогичном варианте. Что-то боязно мне было оставлять следы на электронных носителях. Бумажки сжег - и всё, а вот в компьютере может остаться что-то.

Я же немного параноик и верю во всемирную слежку Большого брата за нами, сирыми и убогими. Поэтому с женой даже по телефону на эти темы вообще не говорили.

И вот как, скажите, передавать эту стопку бумаг, причем анонимно?

Думали, почтой, но там же везде камеры.

Смотришь иногда фильм про преступников, орудовавших лет тридцать - пятьдесят назад, и думаешь, как же им хорошо и легко было жить. Сейчас, куда ни плюнь, тебя видят. Камеры даже в домофонах и лифтах. Такими темпами выпившему человеку скоро и в кусты по -маленькому не сходить – или станешь звездой Ютюба, или получишь штраф на Госуслугах, с фотодоказательствами в нескольких ракурсах.

Потом решили просто подкинуть к дверям нужной организации, но подумали: что если потеряют или специально потеряют? Мы, конечно, сделали все в трех экземплярах, но...

И тут нам снова помогли птицы. Помимо преступников, они занимались слежкой за нужным нам учреждением, а именно Управлением по борьбе с наркотиками. Так мы вычислили нескольких подходящих нам сотрудников. Птицы предложили закинуть наши выкладки кому-то из этих полицейских прямо в кабинеты, через окна. Причем они могли это сделать, не попав на камеры, соответственно еще снизив возможность выйти на нас. Ну и самое главное: именно Соня предложила передать данные одновременно двум кандидатам (изначально мы собирались выбрать одного) на досрочное повышение в звании, а это им точно гарантировано, если они накроют всю сеть распространения химии в городе. Ведь если сразу у двух сотрудников УБН появится одинаковая информация, как избавиться от всей наркосети, то шансы, что полиция будет действовать и накроет местных наркомафиози, вырастают кратно. И наши труды окажутся не напрасны.

После этого два дня ушло на осмотр местности, где будем проводить операцию по заброске данных, проработку действий и выбор дня, когда все произойдет.

В общем, мы выбрали две даты: первая основная, вторая - если что-то сорвется в первый раз. Дни были выбраны с разницей в неделю, соответственно второе и девятое июля. Выбрали так, чтобы было максимально жарко, по крайней мере в прогнозе погоды на нескольких сайтах так значилось. Еще во время слежки за капитаном Крупининым Евгением Анатольевичем и майором Складских Сергеем Геннадиевичем - так зовут тех, кто был выбран на роль главных борцов с преступностью в нашем городе - мы узнали, что кондиционеров в их кабинетах нет и в жару они открывают окна нараспашку. Также благодаря пернатым мы узнали, что ни один, ни другой из наших кандидатов в эти даты не должен быть в отпуске.

Сложность состояла еще и в том, что кто-то из них или даже оба могут быть на выезде, и тогда схема рушится. Их нет, окна закрыты, посылка не доставлена. Очень важно забросить пакеты обоим сотрудникам в один день. Задача непростая, но, по нашим расчетам, все должно было получиться.

За день до операции подготовили пакеты с информацией, предварительно обмотав их пленкой. Каждый пакет вышел ни много ни мало на триста граммов. Поэтому на роль курьеров выбрали ворон достаточно крупных и сильных, с кличками Траки и Топор, только они смогли более-менее спокойно нести этот груз. Пленку, в которую завернули наши опусы, взяли черного цвета, чтобы сразу обратить внимание хозяев кабинетов, и в то же время не такое яркое, чтобы бросалось в глаза простым прохожим.

Это я сейчас понимаю, как много в нашем плане было тонких моментов, а тогда мы слишком устали от процесса подготовки.

Важно было поймать момент, когда хозяева кабинетов, и первый, и второй, после открытия окна вышли хотя бы ненадолго. Оба нужных нам окна находились на третьем этаже пятиэтажного здания и выходили на широкую улицу, где недавно власти города наконец-то провели работы по облагораживанию. Долгое время эта территория, несмотря на близость такой организации, как УБН, было местом сбора алкашей и всяких мутных личностей. Там, где теперь проложены симпатичные аллеи, поставлены, как сейчас модно говорить, малые архитектурные формы, а по-простому – лавочки, качели и т.д., ранее находились заросли мертвых деревьев и кустов.

Естественно, мы с женой не могли сидеть дома и грызть ногти в ожидании результатов операции. Поэтому, купив семечек, мы уселись на лавке в сквере неподалеку от здания Управления по борьбе с наркотиками. Не скажу, что с точки нашего расположения был хороший обзор, но как минимум одно из нужных окон мы видели. Ну и сами елки, я бы даже сказал ЕЛИ, которые, в отличие от всего сухостоя, вырубленного при создании сквера, росли вдоль здания Управления и были живее всех живых. Вот они, пышные, вечнозеленые, и стали временным укрытием для наших крылатых курьеров.

Рано утром Траки и Топор заняли позиции в тех самых елях и ждали сигнала Сони и ее брата Сени (ну что сказать, моя жена не особо заморачивается, придумывая имена птицам). Соня и Сеня выполняли роль разведчиков. Именно они отслеживали перемещения нужных нам офицеров и должны были сообщить, когда цели покинут свои кабинеты. С окнами оказалось все проще, почти все, кто работал, по крайней мере в тот день, пооткрывали свои окна сразу по приходе на службу. В общем, все было рассчитано, все ответственные назначены, оставалось только жрать семки и ждать.

Периодически к нам подлетал один из воробьев, взятых нами на операцию для постоянного обмена информацией и передачи команд всем помощникам. Может, это был даже не один и тот же воробей, но я в них вообще не разбираюсь, а Оля и не думала представлять мне каждого пернатого помощника.

Несмотря на наши вспотевшие от волнения ладошки и выкуренную за два часа пачку сигарет, все прошло довольно просто. Примерно в 11 часов утра нам сообщили о том, что первая цель покинула кабинет. Тут же, не прошло и минуты, сообщили, что и второй куда-то вышел. После сигнала синиц оба наших пернатых транспортника рванули к окнам по заранее рассчитанной траектории, чтобы не попасть на камеры и оставить подарки. Можно было, конечно, опасные для нас камеры заранее загадить нашими пернатыми друзьями, такое они уже проворачивали, но мы не стали рисковать. Люди в УБН работают не самые глупые, могли что-нибудь заподозрить.

Мы дождались Соню, которая после заброски посылок проверила, все ли нормально, и вернулась к нам. Подлетев, она как обычно уселась на плечо Оли и быстро защебетала. Оля по ходу отчета переводила на наш человечий язык все, что та ей сообщала:

Пакеты лежат на нужных столах так, что не заметить их невозможно. Сами хозяева кабинетов еще не вернулись, контролировать обнаружение посылок остался Сеня и еще один птах из их с Соней семейки.

Надо же, и у них блатные должности по родственникам раздаются. Может, это они у нас, у людей подсмотрели? Лучше бы чего хорошего от нас взяли. Хотя, может, и наговариваю на пернатых. Возможно, им так удобней, насчет блатных должностей я погорячился, особого профита им близость к Оле не несет.

Выяснив все это, для вида мы еще посидели минут пять и пошли в магазин, купить вкусняшек всем участвовавшим в сегодняшней операции.

Еще через полчаса мы были уже дома и со спокойной совестью стали собираться в отпуск. Морюшко, как его ласково называет моя жена, я не люблю, а вот к нашим уральским озерам в последнее время стал относиться... скажем так, с пониманием. Выбрали мы с женой в этот раз базу «Крутышки», как она и предлагала. Оказывается, Оля, еще вчера забронировала нам коттедж, чтобы можно было кошек с собой взять и побыть там подольше. Мы там уже бывали, и нам понравилось. Сейчас мы этой поездкой убивали двух зайцев. Во-первых, отдохнем, а то нервишки у жены сдали за последний месяц, во-вторых, мы решили понаблюдать за результатом операции, точнее, действиями сотрудников УБН, издалека.

Вообще жене я не сказал, но главной причиной моего согласия на отпуск в «тьмутаракани» было опасение, что, когда полиция начнет очищать всю эту наркоманскую клоаку, кто-нибудь из главных бандитских боссов увернется от «топора и плахи», а затем начнет складывать два плюс два. Найдет слабые звенья в УБН, которые расскажут, откуда корни столь быстрой и серьезной зачистки их годами отложенной системы.

Я не наивный, понимаю, что купленные преступниками сотрудники есть, иначе как бы смогла эта мерзкая паутина распространения наркотиков так разрастись. Поэтому, думаю, искать нас скорее всего начнут обе стороны, и преступники, и законники. А нам лучше находиться подальше от этих поисков. Если вдруг на нас каким-то чудом выйдут или одни, или другие, то птицы предупредят. Кто предупрежден, тот вооружен, а в нашем случае - смог потеряться. Как - пока не знаю, но, надеюсь, придумаю.

Подумаю об этом завтра.

А пока нас ждут три безмятежных недели отпуска.

Глава 2

Отпуск - в этом слове все прекрасно.

Птицы, звери и их проблемы, оказывается, присутствуют не только в городе, но и в лесу.

Вести из города так себе.

03.07.2020

Три часа диких сборов и отлова кошек, несмотря на возможность общаться с ними через птиц, уговорить их поехать с нами не получилось. Пришлось запихивать в переноски силком. Как итог – руки и у меня, и у жены расцарапаны, кошки орут благим матом, мы злые, а самое отвратительное – это то, что сорока и синица ржали над нами все то время, что мы отлавливали мяукающих тварей.

Прям, как вспомню это трещание и щебет, аж передергивает, и жена, конечно, молодец: сразу мне сообщила, что это они ржут над нами. Ну ладно я, Оля-то реально смех слышала и ведь слова им плохого не сказала, все-таки она у меня не от мира сего – живую природу обожает и принимает такой, какая она есть. Насекомых, правда, недолюбливает, да и то не всех.

Перед отъездом Оля провела последний инструктаж для Тюни, которая оставалась в городе за главную среди пернатой братии. Все то время, что мы занимались нашей «акцией», сорока, или, как она себя называет, «Правая рука Говорящей», ну или иногда поскромнее - «Тюня Великолепная», собирала под свое крыло дополнительные пернатые силы. Создавала новые нычки с деньгами, которые вся ее армия, не занятая нами в операции «Скажи нет наркотикам», выискивала уже не только в городе, но и в ближайшем пригороде. Вроде как даже на поселки вокруг города замахнулись, но там опаснее действовать, там на нетипичное поведение птиц быстро обратят внимание.

Все-таки в поселках и деревнях люди по -другому живут и с природой не на Вы общаются.

После мы заехали в одну из точек, сразу на выезде из города, где Тюня разместила очередную захоронку, и опустошили ее. В это место нас привела помощница Тюни, очередная сорока.

И если честно, я бы не понял, что это не Тюня. Жена их как-то отличает, а для меня все осталось по-старому, все птицы одинаковы. По крайней мере, внутри породы, так-то снегиря от вороны я отличу.

А вообще получается, Тюня обрастает свитой. Тут помощница и, видимо, тоже из ее семьи, какая-нибудь сестра или тетка, там, думаю, еще есть другие помощники и помощники помощников. Снова как у людей.

Посчитав деньги, Оля сообщила, что мы стали богаче на пятьдесят тысяч рублей. Там была еще и мелочь, но мы решили с металлическими деньгами не таскаться.

После того, как Тюню назначили главной по сбору денег, она, по ее словам, пахала не покладая крыльев, и сама выбирала места для складирования т.н. «выручки». Сама же принимала решение о консервации каждой ячейки, ей понравились слова консервация и ячейка, и сорока, по словам жены, постоянно их вворачивала в разговоре. И еще каждую неделю проверяла лично каждую такую захоронку. В общем, ответственный сотрудник нам достался.

Место под нычку сорока подобрала с умом. Несмотря на близость от дороги, береза, в корнях которой у самого ствола была небольшая ямка, где, собственно, и были спрятаны деньги, сама находилась в ложбине, и шанс найти эту заначку у стороннего человека был минимален. Ну кто в здравом уме полезет в сырой, заросший высокой травой овражек? Даже самые «дикие» грибники в такие места не суются.

После пополнения нашей казны были ещё два часа путешествия до базы отдыха, которые прошли под яростное мяуканье, птичий щебет и мои попытки перекричать эту звериную какофонию в те моменты, когда мне становилось скучно и хотелось пообщаться с женой. И вот наконец перед нами предстал наш новый временный дом.

Коттедж был шикарен. Да, кто-то помажористее нас скажет фи, увидев его. Но для нас, привыкших выбирать каждый раз номер подешевле, главное, чтобы кровать одна большая и холодильник, ну и душ, куда же без него, дом был просто огонь! Однако при этом есть и минусы. Из-за огромного размера дома кошки, как только мы их выпустили из переносок, исчезли, и мы потратили час, чтобы найти их обеих. Даже Соня не помогла их быстрее найти, хотя старалась, ну или делала вид, что старается.

Вообще стало интересней жить – кучу нового узнаем каждый день о жизни, ладно, поправка: о жизни животных.

Птицы оказались болтливыми и ничего не скрывали. На любой вопрос достаточно откровенно отвечали, а если чего-то не знали, то тут же кто-то из них отправлялся выяснять необходимую информацию. Нет, серьезно, я даже стал их иногда называть википедией пернатой. Понятно, что они не могли рассказать, как отремонтировать дом или автомобиль, но вот все, что касается животного мира, нам открывалось теперь в полном объеме.

Один раз я решил приколоться и спросил, сколько медведей обитает в ближайших от базы лесах. Так они заморочились и то ли посчитали, то ли где- то узнали, но мне ответили, за что я и огреб от жены. Оказывается, медведи реально у нас обитают, правда, их немного, и они стараются не показываться на глаза людям. А Оля очень их боится. Несмотря на то, что ее новые пернатые друзья обещали ей неприкосновенность, в том числе и мою, от всех обитателей животного мира.

Ну и дополнительных люлей получил за то, что гоняю птичек не по делу.

Но вернемся к коттеджу. Там все прекрасно: полноценный холодильник, а не привычный нам мини-бар, персональная то ли баня, то ли сауна, я так и не понимаю разницы, в виде пристройки к дому, своя мангальная зона, огромный телевизор, огромная кровать, да еще и не одна, кувыркайся где хочешь.

Еще была кухня, почти как дома, с плитой, посудой и приборами, даже зачем-то микроволновку поставили.

Приборы и посуду мы перемыли на всякий случай, брезгливый я излишне, как говорит моя жена. Вот только ножи оказались тупыми, но это проблема любого арендного жилья. Ну и помимо этого, остальное так, по мелочи: халаты, тапочки, одноразовые «мыльнорыльные» и т.д.

Вся эта радость была нами оплачена на три недели. Обычно столько времени вдали от города нам не нужно - скучно становится, но сейчас были обстоятельства.

***

Первые три дня отпуска прошли в эйфории. Купались в бассейне, парились в бане-сауне, я так и не спросил у местного персонала, что это на самом деле, гуляли по лесу, общались со всякой живностью, ну и пьянствовали, конечно – отпуск все-таки.

В озеро один раз попытались залезть, но оно оказалось холодным, все закончилось мочением ног. И это несмотря на несколько аномально жарких дней, для Урала, конечно. Температура в тени доходила до 35 градусов. Видимо, озеро Тургояк нормально не прогревается никогда.

Наши кошки к концу второго дня обжились, но на улицу не просились, все-таки выросли сугубо домашне-городскими.

В то же время вся местная живность хотя бы разок у нас показалась, я даже семейство сусликов видел.

Оказалось, в этих местах Говорящие с птицами, ну и с животными уже давно не появлялись, даже так, как мы, наездами.

Так и получилось, что нас начали таскать на все «ужасные» происшествия. То птенец слёток устал и не смог в гнездо вернуться, то лиса застряла в корневище сосны (хотя за лису не очень-то и просили, но даже намек на проблемы у животных заставлял Олю нестись сломя голову на помощь), то нужно разрешить спор, чье гнездо и т.д. и т.п.

В общем, у нас и отпуск, и мультик «Спасатели идут на помощь», только в нашем случае не нас бурундуки спасали, а мы их, ну и других тварей тоже.

На четвертый день отпуска, придя с завтрака, мы уселись за просмотр криминальных новостей из нашего родного города. Оля думала, раньше этим займемся, но я поставил условие, что три дня мы отдыхаем и не забиваем голову ничем серьезным. Она, конечно, повозмущалась, но в итоге мой довод, что раньше все равно ничего не должно начаться, приняла и честно терпела все три дня.

Мы сидели на веранде нашего коттеджа. Я смаковал каждую затяжку сигареты с ароматом вишни. Пачку таких сигарет мы всегда покупаем для меня, когда едем в отпуск. Жена очень не любит табачный дым, но эти сигареты пару раз в году готова терпеть. И каждый раз я предлагаю ей попробовать на вкус, а она каждый раз отказывается. Это еще одна игра-традиция, которой уже несколько лет.

В этот раз она не просто отказалась, но и раздраженно попросила пойти курить куда-нибудь подальше.

Только после следующих ее слов, я понял, из-за чего пропало ее настроение:

В новостях ничего нет, – сказала Оля, оторвав взгляд от экрана ноутбука. - Я просмотрела все наши региональные новостные сайты.

Может, три дня мало? Сама посуди, пока они нашли наши послания, пока изучили, потом еще необходимо получить у начальства разрешение на проверку. Думаю, только на это уйти должно три - четыре дня. А еще у них тоже могут быть отпуска.

Мы специально проверили, у этих двоих отпуск не в июле.

Может, горящий тур?

Ага, у обоих сразу или, еще лучше, вместе поехали. – Оля улыбнулась и подмигнула.

Ее настроение как-то резко улучшилось после этой простенькой и не совсем в ее духе шутки.

Но-но, давай без этих инсинуаций, наши офицеры таким не балуются. Да и на эти «увлечения» мы их тоже проверяли, сама знаешь, не зря же птички за ними две недели наблюдали. Мы теперь почти все про них знаем, а некоторые моменты даже лучше их самих. Хотя насчет сразу двоих ты права.

Так и я про то, - всплеснула она руками.

Но есть же еще и их шеф, он мог уехать срочно или заболеть в конце концов. Без его разрешения они вряд ли что смогут сделать.

Начать проверять этих подонков они и без него смогли бы, – не успокаивалась Оля.

Так, может, они и проверяют. То, что не трубят в новостях о проверке каких-то личностей на возможность их причастности к наркоторговле, не означает, что работа не ведется. Давай подождем еще два дня, и заодно отправь кого-нибудь в город, там у наших наблюдателей точно есть информация – кто, кого и почему.

Хорошо, Марку попрошу слетать, но, чтобы ты знал, мне все это не нравится. Вот!

Чюечка?

Возможно. Как -то муторно на душе.

О, я знаю – это похмелье!

Ты дурак?

Отравилась чем-то?

Повторю вопрос: ты ку-ку?

Ооооо, теперь я понял – это возраст. Кости не ломит? Хвост не отваливается?

Все, тебе хана! Ты, муж, договорился! Следующие два дня – береги голову, а то вдруг чего прилетит на твою лысину, шишка там или что-нибудь птичье. – Оля посмотрела на меня с ехидной улыбкой и что-то прошептала сидевшей все это время на плече синице.

Ты не посмеешь... Ведь нет? Дорогуша?

И вот тут уже муторно стало мне, а вдруг правда на меня начнут какать птицы? Ходить два дня, опасаясь, что в любой момент могу словить подарок на темечко – это невесело.

В кепке ходить не люблю, тем более, что все время в ней не будешь ходить. В доме тоже птицы летают, а в обстрелянной птицами кепке ходить не комильфо. Ну и угроза твердых предметов, летящих в меня, также прозвучала. Короче, надо выходить из ситуации, причем без потери лица.

Солнце, а давай ты отменишь охоту на меня, за это я тебя поцелую.

Ха три раза, предлагай что-то посерьезней.

Массаж? Всего тела, этого прекрасного необъе... черт, ну куда я опять со своими шуточками?

Оля вскинулась и уже собралась что-то мне сказать, но я опередил.

Давай так: с меня массаж, а еще я метнусь кабанчиком в город за мясом и пожарю шашлыки. Шампуры, уголь и все остальное тут на базе можно взять.

Ладно. Ты почти прощен, хотя что-то мне подсказывает – шашлыки и так были в твоей программе. Езжай за мясом, заодно купи овощей для гриля, ну ты знаешь, какие я люблю.

Да ты любые хомячишь тоннами.

Я сказала для гриля, а не для салата, хотяяяя... Давай сейчас список всего, что нужно, напишу, а то возьмешь только цукини и перец, как обычно.

Пиши в вотсап, а то бумажку потерять могу. И Марку не забудь проинструктировать, пусть всю информацию собирает и от тех, кто следит за УБНовцами, и от тех, кто за барыгами наблюдает. Слушай, я вот тут подумал, речь у нас с тобой кошмарная стала. Словечки всякие нехорошие постоянно в разговоре появляются. Ну я -то ладно – мы люди простые, из рабоче-крестьян, но ты-то интеллигенция. Вот куда нас эта афера приведет? Еще через полгода по фене ботать будем? Надо что-то с этим делать. В общем, ты думай, а я поехал за снедью. Тьфу ты, а это слово у меня откуда вылезло?

Я быстро переоделся в парадно-выходное, взял ключи от машины, деньги и, чмокнув жену, потопал на парковку. Ехать до города минут двадцать, далее минут пять до магазина. В магазине еще полчаса, в общем, часа за полтора обернусь.

***

Звонок жены застал меня в магазине. Я выбирал кусок мяса на шашлык.

Бросай все и возвращайся скорее назад, – голос Оли был не просто встревоженным - чувствовалось, что она в панике.

Че вдруг? Что случилось, Солнце?

Прилетел Сеня, говорит, что за нашей квартирой слежка и даже пытались проникнуть к нам.

Кто? Полиция? Хотя какая полиция, чего я несу, они бы просто вызвали нас по телефону. Так, успокойся и жди меня, сейчас кое-что докуплю и приеду.

Хорошо, жду, осторожней там.

Причем тут осторожней?

Чего она панику на пустом месте разводит?

Нажал на телефоне отбой и бросил в тележку выбранный мной кусок свиной шеи, упакованный уже к тому моменту сотрудницей магазина. Затем побрел дальше по магазину, прикидывая, что нам может понадобиться в ближайшее время в связи со вновь открывшимися обстоятельствами.

В такие моменты, по крайней мере, так говорит жена, у меня начинает в голове работать компьютер, который отключает все эмоции. Ну как компьютер... так, максимум калькулятор. Однако, если быть честным хотя бы с самим собой, то нужно признать, я реально становлюсь почти автоматом Калашникоff. В том смысле, что все действия, выполняемые мной с нужного момента, простые, четкие и лишенные эмоций, т.е. нацелены на одну задачу.

Понятно, что прямо вот таких ситуаций у нас не было, чтобы бандосы за нами охотились, но были другие случаи в жизни, когда мой «режим робота» спасал.

Как пример: Оля периодически вспоминает случай, когда наш сын в возрасте пяти лет смог устроить пожар. Почему-то мы оставили его с зажженной свечой одного в комнате, а сами ушли на кухню. Сын прибежал к нам, бормоча слово огонь. Дальше мной руководил «Калашников»: влетаю в комнату, вижу загоревшуюся штору, срываю с гардины одним движением и бегу с ней в ванную. Там уже заливаю душем остатки тряпки. Как не обжёг руки и не подпалил еще что-то, пока бежал через всю квартиру с горящей тряпкой, не знаю, но, видимо, калькулятор в голове все успел просчитать.

Ну или высшие силы меня сберегли.

Вот и сейчас вместо мыслей, что делать и куда бежать, мне пришло в голову, что нужно затариться консервами, крупами, посудой, желательно металлической. А также всякими мелочами, необходимыми для жизни на природе: антикомарин, влажные салфетки, туалетная бумага.

Почему и зачем?

А кто ж его знает.

Может, во мне проснулся исконный русский мужик, который при любой серьезной угрозе уходил в лес, чтобы оттуда давать отпор супостату.

Однако тележку я уже катил к полкам, где все это могло быть выложено. Хорошо, что заехал в крупный гипермаркет, а не обычный придомовой магазинчик.

На кассе принял решение рассчитываться наличкой во избежание эксцессов, таких, как отслеживание нашего местоположения через расчеты по карточке (зря что ли мы с женой сериалы детективные смотрим).

Телефон, может, еще отключить?

Нет – это уже я начинаю разгонять ненужные настроения.

Так, что еще нужно? Рюкзаки, плитка на газу с запасом баллонов, нож нормальный и бутылки под воду возьму в магазине на выезде из города.

Когда сюда ехал, видел один такой.

Одежду туристическую брать не буду.

Хотя...

Надо это обдумать уже на месте. Если денег на все будет хватать, то присмотрю что-нибудь. Размеров жены я, конечно, не знаю, но, думаю, разберусь.

Уже в магазине «Все для рыбалки и охоты» снова позвонила Оля:

Ну ты где пропал!? – почти прокричала она - Я же волнуюсь.

Спокойно, дорогая. Уже почти на пути к тебе. Сейчас еще на заправку заеду и минут через тридцать буду. Ты опять на панику садишься?

Конечно, тебя нет уже два часа, а я просила приезжать скорее. Где ты там потерялся?

Покупал тут всякое, шашлык будет – закачаешься! – сказал я преувеличенно веселым голосом. – Коньячку взял, твоего любимого.

Какой коньяк, какой шашлык? У нас тут проблемы, а ты фигней маешься.

Дорогуша, проблем У НАС нет – я специально выделил голосом эти слова – есть пока непонятная ситуация, которую еще нужно обдумать. Так что последний раз тебя прошу – успокойся и жди меня.

Хорошо. - Оля вздохнула в трубку и продолжила: - Давай только больше нигде не задерживайся.

Чмоки – чмоки, до встречи, скоро буду.

Шмотки решил все-таки не брать, а вот походные, по словам продавца, непромокаемые ботинки себе и жене взял на всякий случай. Этот и один ее пикантный размер я знал.

Рассчитавшись в магазине и забрав покупки, которые сразу распихал по рюкзакам, посчитал, сколько осталось наличных денег. На дозаправку хватит и все, кончились «бабки», нужно провести ревизию налички у жены и попросить местных птах наладить сбор денег, как в нашем городе. Думаю, что домой мы не скоро сможем вернуться.

Сев в машину, я подумал, в какое прекрасное время мы живем. Можно прийти в любое время, есть же круглосуточные магазины, и купить практически что угодно. Были бы деньги. Кто-то скажет, что с деньгами хоть когда и хоть где можно купить все, что душа пожелает.

Однако не соглашусь.

Мы с женой помним и 80-е, и 90-е, да и нулевые, что уж там говорить. Сначала ничего нельзя было купить, потому что в магазинах было пусто, а потом, когда все привезли, оказалось, что на это нет денег.

Мы-то ладно, у нас только облом хотелок случился, а родители наши как смогли и нас вырастить, и сами не сломаться? Все-таки железные люди.

Обдумывая это, я на автомате запустил двигатель и, выехав с парковки, двинулся в сторону нашего временного дома.

К базе подъезжал уже через полчаса, сильно не гнал, но нога сама собой поддавливала педаль газа. Беспокойство, оно такое.

Поставил машину поближе к нашему домику. Хорошо, что места на парковке в нужном месте освободились. Видимо, идет смена жильцов на базе.

Из багажника достал только продукты, которые жена заказала. Ну и то, что купил для шашлыка. Рюкзаки не стал светить перед Олей, чтобы лишний раз не нервировать, и даже прикрыл их в багажнике тряпкой.

Вручил жене пакеты с едой и сразу озадачил вопросами по наличке. Пусть займется своими птицами, а позже подумаем, что будем делать дальше.

Сейчас по ней видно, что уже успокоилась, но на всякий случай я ее приобнял, поцеловал и сказал, что все будет хорошо. А пока готовятся шашлыки, на ней еще салаты и сервировка.

Через десять минут Оля уже общалась с птицами и резала овощи, а я занялся мясом.

Вообще мясу нужно мариноваться хотя бы шесть - восемь часов, но этого времени у меня не было и пришлось использовать минералку. Так-то я шашлычник не очень. В последние два года увлекся готовкой и попробовал много рецептов из Интернета, в том числе и один простой, где маринадом выступают лук, соль и паприка. Нам с женой так понравилось, что с тех пор только по этому рецепту и мариную.

***

Через два часа под мясо, коньяк и салаты мы начали мозговой штурм:

Теперь давай по порядку, что именно тебе рассказал Сеня. Дословно и в деталях.

Ты же знаешь, что за нашей квартирой теперь присматривают мои птицы, – скорее утверждая, чем спрашивая, начала Оля. - Причем круглые сутки и целой группой. Так вот, три дня назад у нашего подъезда начали крутиться непонятные люди. Нет, сначала они никому из дозорных не показались подозрительными. Ну сидят на лавке, ну пьют пиво, у нас же у подъезда постоянно кто-то трется, но потом птицы заметили, что ЭТИ ночью не уходят, а садятся в машину и не уезжают. Ночью они не спят, по крайней мере, минимум один из них, а наблюдают за нашим подъездом. Всего их четверо. Постоянно одни и те же. И они дежурят по двое, меняясь через сутки. Дальше больше, на второй день их присутствия в нашем дворе один из них попытался проникнуть к нам в квартиру. Народу у нас в подъезде, да и в доме тоже живет мало, а днем все на работе. И у взломщика бы все получилось, если б не соседи сверху, которые вдруг решили, что им срочно нужно вывезти весь хлам из квартиры. Для чего и таскали его к подъезду часа четыре. Потом долго ждали грузовик, потом какое-то время его загружали. В общем, спасибо соседям, спугнули этих мутных товарищей, но, думаю, уже ночью они все-таки залезут в квартиру. После этой попытки влезть к нам дежурные птахи сообщили Сене обо всем, и он принял решение лететь сюда, чтобы все рассказать.

На удивление Оля была спокойна и всю информацию выдала без волнения в голосе, так, будто рассказывала про что-то, нас не касающееся. Может, это коньяк уже подействовал, а может, черная мохнатая бестия по имени Бэтти, которая устроилась у жены на коленях и своим урчанием в очередной раз изображала трактор. Однако попытки удариться в панику со стороны моего Солнца не просматривалось. Вторая кошка, Марго, сидела рядом со мной и периодическим мявком пыталась выпросить мясо, которое, конечно же, ей иногда перепадало.

Кстати, – продолжила свой рассказ Оля, – у птиц сложилось впечатление, что эти подозрительные типы знают о наших возможностях с ними общаться. С птицами, конечно, а не с «типами», – предвосхитила мою шутку жена, увидев, что я собрался ей что-то сказать. - Когда птахи стали следить за ними внаглую и попытались подслушивать их разговоры, эти мужики отгоняли пернатых и не подпускали близко к себе. А еще у дома стали появляться «не наши» птицы.

Ну то, что бандюки, думаю, все-таки, что эти ребята не из полиции, отгоняют птиц, еще ничего не значит, может, у них птицефобия, а вот про «не наших» пернатых давай поподробнее. Да, и еще не понял, как они их отгоняли? Оружием, что ли?

Нет, не оружием, конечно. Музыку какую-то врубали в машине на полную. Они после попытки влезть в квартиру из машины не вылезают, только во время смены наблюдателей и еще в туалет по одному бегают в ближайшую кафешку. И знаешь, музыка эта странная. Там то ли басы, то ли высокие ноты, но Сеня говорит, всем птицам, что близко подлетали, плохо становилось. А по поводу других птиц Сеня говорит, что появляются вороны и воробьи, которых никто из наших не знает, причем они как будто тоже наблюдают, но уже за нашими.

Погоди, звучит немного бредово. Ты же понимаешь, что птиц миллионы только в черте нашего города, и все они нашими не могут быть по определению.

Да, но, когда у меня открылся дар, – тут Оля немного замялась, - любая птица могла прилететь и произнести слово «присягаю», после чего она «привязывалась» ко мне.

В смысле привязывалась?

Сразу скажу, слово «привязка» в данном случае я сама стала употреблять. У птиц это вообще никак не называется, они просто начинают считать меня своей повелительницей.

Оооо, так ты Владычица морская? Или в данном случае воздушная?

Не совсем, но аналогия уместна. Однако вернемся к процессу «привязки». Как бы проще это объяснить? На любой птице, выбравшей меня на роль «Повелителя», появляется что-то типа метки. Нет, метка - грубое слово. У них появляется как бы аура, которую вижу только я, ну и такие же носители ауры, то есть все мои птицы. После такой «привязки» птаха никогда меня не обманет и не предаст, мне об этом рассказала Тюня в первый же день знакомства.

То есть у тебя и у птиц появляется что-то типа маркировки свой-чужой?

Да, наверное, я в ваших военных штуках не особо разбираюсь.

Слушай, вот ты сказала, что они произносят слово «присягаю» – это же уже подходящее понятие для всего этого процесса. Зачем ты заморочилась с придумыванием дополнительного определения?

Мне не нравится само понятие - присяга. Оно слишком грубое, черствое и воинственное, а вот «привязка» – это уже душевное, оно четко дает понять, что птица сама принимает решение пожертвовать своей свободой ради человека. И еще, понимаешь, я когда их слышу, то я слышу человеческие слова, а они не всегда по значению соответствуют оригиналу. Так что нет стопроцентной гарантии, что я всегда верно понимаю птиц.

Да ты ж мое солнышко! Если отбросить твои сомнения про перевод с птичьего, то остается один момент, а именно - столько пафоса даже я не смог бы вложить в одно предложение! Это я, если что, про твою расшифровку «привязки»

Блин!

Казалось у Оли вырвалось это слово, но я-то видел, что она собиралась сказать кое-что посмачнее, скорее всего даже на ту же букву. Свою жену я очень хорошо знаю, она очень редко матерится. Даже, можно сказать, почти никогда. И поэтому у меня закралось сомнение:

Дорогуша, ты что-то от меня скрыла?

Да ничего такого.

Ага, а глазки-то забегали.

Давай, колись, – продолжал настаивать я.

Ладно, только обещай не смеяться.

Обещаю! Даже торжественно клянусь!

Ну смотри, ты обещал. В общем, сначала я хотела назвать этот процесс – запечатлиться. – Оля замолчала, смотря на меня и ожидая реакции.

А я молчал, потому что не понимал, о чем жена говорит. Ну слово дурацкое немного. Ну и все на этом.

Оля не выдержала:

Ну ты чего? Это же из «Сумерек», там оборотни друг на друга запечатлялись, что означало глубокую связь на всю жизнь.

Кто бы знал, каких усилий мне стоило не заржать в голос. Да, ошибся я, когда говорил про пафос в прошлый раз.

Ладно, – решил я все-таки хоть что-то сказать, – давай договоримся. Мы больше не вспоминаем про это слово в данном контексте, иначе я не обещаю в следующий раз сдержаться и, скажем так, не улыбнуться. А еще, наверное, не будем больше никогда смотреть «Сумерки».

Пффф, не очень -то и хотелось.

Ну как скажешь. А теперь продолжим про птиц во дворе. Не может же быть, чтобы все птицы в городе или даже в нашем районе присягнули тебе. И уж тем более не значит, что кто-то из неместных пернатых не может к нам во двор залететь.

А вот тут ты не прав. – Оля улыбнулась и продолжила:

Точнее, ты прав, но не совсем. Буквально через неделю после моего первого общения с Тюней вал птиц, которые захотели со мной познакомиться, так захлестнул двор, что даже слепой бы понял, что творится что-то ненормальное. И нам пришлось продумать возможность «привязки», которая не привлечет ненужного внимания. Знаешь, как много у нас в городе любителей птиц? Эти товарищи - фанаты своего увлечения. Любые нестандартные ситуации, связанные с птахами, ими очень быстро вычисляются. Да что там нестандартные ситуации, они на замеченную кем-нибудь редкую птицу слетаются, как мухи, в течение часа. Не поверишь, даже с работы срываются и через весь город могут рвануть. У них сообщества есть в соцсетях. В реале часто собираются, чтобы пообщаться или поехать хоть в «Тьмутаракань», потому что там можно понаблюдать в естественной среде за какой-нибудь цаплей. – Оля глотнула минералки и продолжила:

Так вот, мы с Тюней продумали план, по которому раз в неделю или две я выбираюсь в парк, подальше от людей, и там уже собираются все желающие птицы. Ты же иногда отпускаешь меня одну погулять, пока днем в выходной отсыпаешься. А вот в наш двор или, точнее, во все дворы в нашем квартале теперь «левые» птицы залететь не могут, их останавливают еще на подлете наши.

Че, прям вот вообще не могут пролететь?

Я так думала до рассказа Сени, но этим как-то удалось. А вот как, мы узнаем, когда Марка вернется.

Жена, ты меня все время удивляешь, чего я еще не знаю о ваших птичьих делах? Да, и еще, Марку же ты отправила после прилета Сени?

После, но инструкции не меняла, просто максимальный сбор информации от всех. Так, по поводу птичьих дел вроде все рассказала, если чего не вспомнила, всплывет потом обязательно.

Хорошо, давай вернемся к бандитам. Даже если они залезут к нам домой, они ничего не найдут. Я имею в виду наши записи по отслеживанию наркодилеров и контактов в полиции. Я вообще не понимаю, зачем им к нам лезть? То, что нас нет дома, они уже догадались. Хотят узнать, куда мы уехали? Надеются на нашу безалаберность, и что мы оставим какую-нибудь информацию о них и о нашем участии в слежке? В любом случае пока в город возвращаться нельзя. Через знакомых и родных они не смогут узнать, где именно мы находимся. Ты же никому не говорила, куда мы едем?

Нет, конечно, мы же договаривались. Просто сказала, едем на озеро, на новое место.

Тогда по бандитам пока пауза. Но остается главный вопрос: как они на нас вышли? Нам бы языка взять?

Оля вопросительно изогнула бровь, и я продолжил:

Шутю, что мы с этим языком делать будем, не пытать же. Давай дождемся Марку, и если из ее рассказа не будет понятно, как нас вычислили, то будем думать. Теперь следующий вопрос: что Сеня сказал про УБНовцев?

Там все нормально. Наши послания нашли в тот же день, вроде началась суета, но вот почему-то они действуют порознь, ну эти наши, которых мы выбрали на роль карающей длани. По крайней мере, птички не видели их вместе. Хотя они же не все окна контролируют, да и некоторые кабинеты вообще внутри здания без окон. Птахи точно видели, что после изучения наших материалов и капитан, и майор собирали своих подчиненных, а потом их отправили куда-то. Почему-то мы с тобой не подумали, что нужно сразу приставить к каждому из их групп своих наблюдателей. Но с Маркой я отправила поручение начать слежку за каждым, кто работает на Крупинина и Складских.

Ну вот, я же тебе говорил. Сейчас они все проверят, кое-кого подергают из своих контактов, а потом накроют всех. Может, даже успеют к концу нашего отпуска, и мы спокойно вернемся домой.

Это конечно, – задумчиво произнесла Оля и продолжила:

А все-таки непонятно, почему они друг другу не рассказали о находке? Ведь они друзья, ну или товарищи. Мы же их не просто так выбрали. Думали, что объединятся. Вот представь, что сейчас их люди делают двойную работу, если вообще не мешают друг другу. Хочется, чтобы поскорее все закончилось. Здесь, конечно, хорошо, но домой рано или поздно надо возвращаться, причем без страха, а пока: «Что-то я очкую, Славик».

Да успокоооойся ты, я так сто раз делал! – ответил я жене, постаравшись передать интонации одного из героев этого известного юмористического дуэта.

Мы посмеялись, и дальше разговор как-то перешел на болтовню ни о чем. Оля что-то рассказывала про птиц, я пытался слушать и даже вопросы задавать впопад.

Странно, но во время наших посиделок вокруг стояла тишина. То есть не совсем мертвая, конечно, в соседнем коттедже тихо играла какая-то музыка, периодически по дорожкам прогуливались отдыхающие, но вот вечного гомона птиц, к которому я уже начал привыкать, не было. Рядом с женой все время находилась только Соня, а вот остальных пернатых было не видно и не слышно, как вымерли.

Когда я спросил Олю про непонятную тишину, она объяснила, что днем сильно нервничала, и птицы решили дать ей отдохнуть, не дергая по пустякам, а если что-то важное или срочное, то передадут через Сеню, который где-то недалеко тут знакомится с местными пернатыми красотками.

Потом мы пошли спать, сил на уборку стола уже не оставалось, и Оля сказала Соне, чтобы передала местным зверенышам разрешение на сбор еды со стола, так что утром нам останется только помыть посуду и собрать упаковочный мусор.

Уже засыпая, вспомнил, что жена так и не сказала, сколько у нее осталось наличных денег. Но она так сладко сопела, что будить не стал и решил оставить вопрос на утро.

За ночь же ничего не случится.

Глава 3

Что объединяет зеленого гиганта и луковую голову.

Боги есть, они не могут не есть.

Почти увлекательная поездка на природу.

07.07.2020

«Мне нужно успеть, нужно предупредить Говорящую. Я должна ее спасти», – эти мысли по кругу проносились в черно-бурой голове небольшой птички, летящей сквозь ночь. Луна уже умирала, но давала достаточно света, чтобы не удариться о верхушки деревьев, к которым так близко опускалась эта пернатая молния.

«Она добрая, она нам помогает, она дала мне новое, красивое имя.» Черный стриж по имени Марка летел, тратя все свои силы, чтобы успеть добраться до НЕЕ раньше, чем те плохие люди. Хорошо еще, что Говорящая именно ее отправила за информацией в город. Стрижи очень выносливые и быстрые. Марка могла лететь очень долго. Раньше, бывало, она с подругами все лето могла кружить в небе, не приземляясь. А по скорости Марка уделывала любую ласточку, не говоря уже об этих медлительных воробьях и синицах.

«Я не подведу, я спасу, я успею!»

Возможно, если бы эта маленькая и упорная птичка не была так сосредоточена на мыслях о женщине, которая сейчас спокойно спала в своей кровати, то она бы заметила, что опустилась слишком низко и пролетала не над верхушками двух особенно высоких елей, а между ними. И тогда не упустила бы момент, когда большая крылатая тень неожиданно появилась сбоку от нее.

Возможно, даже если бы за секунду до... эта черная птичка повернула голову, то смогла бы спастись.

Но случилось то, что случилось.

Марку не спасли ни реакция, ни скорость.

Большая серая сова, которая ни в одной из Вселенных не должна была поймать стрижа, смяла свою жертву лапами и просто бросила.

Еще через какое-то время она уже приземлялась на землю.

Отлично зная, что ее никто не увидит и не услышит, эта птица в одно мгновение превратилась в красивую молодую женщину. Достала из кармана юбки телефон. Быстро нашла нужный номер и начала дозвон. Ей очень быстро ответили, и женщина, еще раз посмотрев на горящий синим цветом экран, убедилась, что набрала правильный номер. После этого произнесла в трубку одно слово: «Выполнено» и нажала отбой.

Убрав в карман телефон, женщина вновь обернулась совой и, набрав высоту, полетела на восток, где уже скоро будет разгораться рассвет.

***

Ночью я проснулся. Нет, меня не разбудило чувство опасности, наверное, просто приснилось что-то нехорошее. Такое хоть и редко, но случается. Однако в этот раз сон, видимо, был настолько неприятным, хоть он и моментально выветрился из памяти, что я не заснул сразу. Открыв глаза, я по привычке активировал экран телефона, чтобы посмотреть время. Сфокусироваться удалось не сразу, но в итоге мутное пятно перед глазами превратилось в цифры 03.14. Еще я почувствовал, что во рту у меня кто-то ночью все обработал наждачкой. Причем гад потрудился так хорошо, что, если срочно не залиться жидкостью, любой жидкостью, до утра мне не дожить.

Это нас и спасло.

Подсвечивая путь телефоном и стараясь не смотреть по сторонам, а уж тем более в зеркала, есть у меня такой бзик – боюсь вместо отражения увидеть бабайку, пошел на цыпочках в сторону кухни.

Не знаю, почему не предупредили птицы, которые несли охрану. Однако когда я открыл дверь в кухню и включил свет, то увидел двух человек. Их лица закрывали обычные медицинские одноразовые маски. Оба шли от открытой входной двери в мою сторону.

Один высокий, примерно метр девяносто, может, даже два метра, в меру упитанный, но не жирный, а скорее плотный. Второй - ниже меня ростом, я бы сказал какой-то несуразно-щуплый, но вот голова у него была размером с телевизор, старый такой, ламповый. Как он на такую морду натянул эту маску - непонятно.

Только я успел подумать, что к нам приехал цирк уродов, как в следующую секунду мне в голову что-то прилетело с правой стороны. Если это был кулак, то, наверное, размером с утюг, потому что ощущения были примерно такими. Нет, на самом деле я ни разу не получал утюгом по кумполу и сравнить мне не с чем, но в тот момент в голову почему-то пришло именно такое сравнение. Однако если это не прилет главного помощника домохозяек, то меня приголубил человек, умеющий очень хорошо работать кулаками.

Мне помогло только то, что, увидев незнакомцев, я инстинктивно начал движение назад, чтобы рвануть в спальню к жене. И поэтому кулак, он же утюг, всего лишь, вскользь проехался по подбородку, не погасив мое сознание наглухо. Но тушку мою повело и, потеряв равновесие, я начал заваливаться назад.

Краем глаза успел увидеть, что вдогонку летит нога того, кто мгновением назад попытался меня выключить. От удара в живот меня отбросило вглубь коридора. В полете я только и успел выплюнуть весь воздух, что был в легких. После приземления на задницу единственное, на что меня хватило, это на попытку судорожно втянуть хоть капельку живительного кислорода.

Вот ведь самка собаки, попал прямо в солнечное сплетение!

Кричать не могу, встать - тоже, в голове бьется мысль: хочу дышать, но не получается. Наверное, именно так себя чувствует рыба, когда ее вытаскивают из воды.

Тут у меня в голове, что-то ломается. Ощущение времени меняется. Секунды превращаются в часы, все вижу, как при замедленной съемке. Наверное, марвеловский Флэш так видит мир, когда бежит с ускорением.

Вижу, как ко мне бегут, ну или ползут те двое, которых я увидел, включив свет. Нет, реально паноптикум какой-то. Ко мне приближаются Халк и Чиполлино.

В голове яркой вспышкой возникает мысль о жене.

Дыхание уже не важно.

Нужно спасти Олю!

Пытаюсь подняться, чтобы хоть как- то задержать этих уродов...

И тут меня отпускает. Воздух попадает в легкие, сознание проясняется, замедленная картинка исчезает.

Успеваю встать на одно колено, прежде чем первый из этих двоих, который Халк, добежав до меня, бьет ногой в голову. Ловлю летящую в меня ногу руками и дергаю на себя. Блин, как будто машину решил потянуть. Откидываясь назад, кричу что есть мочи: «Бандиты!» Все-таки моих сил и инерции хватает на то, чтобы Халк провалился в шпагат. Он тоже начинает кричать, но уже от боли. Наверное, он не гимнаст, и экстренная растяжка не очень ему нравится.

Бросаю его ногу, делаю кувырок назад, снова успеваю подняться только на колено, ну не акробат я, чтобы из позы лежа на спине вскакивать на обе ноги.

Тут же поднимаю руки, чтобы заблокировать удар подбежавшего Чиполлино. Он бьет правой и тут же добавляет левой. Пока поднятых рук хватает, чтобы не получить в голову, но, если он решит пнуть в корпус, мне хана. У него преимущество - он стоит, а я все еще не могу подняться.

Слышу краем уха звон разбитого окна сзади и понимаю, что добрались до жены. Наверное, это тот, кто первым начал меня «окучивать».

С.ка, что делать!?

И тут мутузивший меня сам дал ответ. Он тоже понял, что удар ногой меня доконает и заблокировать его не получится. Пинок у него почти получился...

Почти.

Если тебя ударят в пах, ты не выдержишь. Ни один нормальный мужик такое не сдюжит. Да, я поступил нечестно, бить туда запрещено всеми известными и неизвестными конвенциями. Думаю, в ООН есть специальный отдел, который следит за всеми фактами нарушения данного запрета и жестко карает отступников ответными санкциями. Однако у меня не было выбора: или я, или он, точнее, его «коки». После моего удара щуплый завизжал и, согнувшись пополам, упал на колени. Потом завалился набок и начал скулить.

К этому моменту Халк уже, видимо, пришел в себя и даже попытался пробить мне в голову, кунфуист, блин. Что им всем моя голова покоя не дает? Признаю – я не красавец, но не ломать же мне фейс за это?

Если бы он попал, тут и наступил бы конец истории. Парень он был крупный, так что мне и удара рукой от него хватило бы. Но я успел отклониться вниз и влево. Инерция снова сыграла с ним шутку. Из-за того, что в конечной точке удара его ноге не было препятствия, а он явно бил со всей дури, тело развернуло на 180 градусов, и он оказался ко мне спиной. Я наконец-то умудряюсь подняться на обе нижние конечности. Пинаю в лицо лежащего в позе эмбриона Чиполлино.

Черт!

Больно!

Совсем забыл, что я без обуви. Голой ногой по кости бить то еще удовольствие. Разворачиваюсь к Халку, и на этом все заканчивается. Нет, он не самовыпилился, просто я увидел ЭТО.

Из нашей спальни появляется НЕЧТО.

И, кстати, если бы это был Мойдодыр, было бы не так ссыкотно.

Ростом под два метра, хотя нет, выше. Халк по сравнению с ЭТИМ не кажется таким уж высоким. Фигура женская. Лицо, покрытое золотисто-коричневыми перьями, оставалось почти человеческим. Если бы не светящиеся огромные янтарные глаза и клюв вместо носа. Причем клюв размером с мой кулак. Вместо кистей птичьи лапы, с огроменными когтями. Единственное отличие от птиц - пальцев пять.

Это чудище, почему-то одетое в пижаму моей жены, через мгновение оказывается между мной и Халком. Тот уже успел повернуться ко мне и собирался продолжить драку, но день был явно не его. ЭТО хватает его за горло и приподнимает над полом (хорошие тут потолки, высокие!) Затем второй лапой сворачивает голову, как курице, и отбрасывает тело к стене.

Стою и вообще не понимаю, что делать.

А ОНО поворачивается и медленно идет в мою сторону.

Я начинаю так же медленно отступать. Умом понимаю, что это чудище, наверное, моя жена, вон и синица знакомая на плече у нее сидит, но сделать ничего с собой не могу, хочется сбежать.

Вдруг это все-таки не Оля.

А если она, но кто-то ею сейчас управляет и меня пустят под нож, как того бедолагу? Тьфу, ну не под нож, а под куриные лапищи.

А вдруг и правда это не моя жена, и она сейчас там, в спальне, растерзанная лежит? Может, я еще успею ей помочь?

Значит, нужно срочно избавиться от этого существа и бежать к Оле. Эти мысли проносятся в голове, а ноги сами отводят меня спиной назад к спальне. Это НЕЧТО, проходя мимо щуплого, которого я так и не вырубил своим последним ударом, на секунду остановилось и поставило ему на шею ногу. К слову, обычную человеческую ногу, а затем, надавив, с отчетливым хрустом завершило его мучения. И снова пошло ко мне.

Дамочка, может вы остановитесь и не будете ко мне подходить? Так поговорим, а?

Мои слова не остановили эту гарпию. Кстати, а в этом что-то есть. Правда, у гарпий, по легендам, человеческое лицо и вместо рук крылья, но налицо схожесть деталей. И тут, и там женщина соединена с птицей, а в каких пропорциях - неважно.

Почему-то в тот момент мне в голову не пришли примеры наших чудо-птиц с женскими чертами. Та же Гамаюн, например.

Мы продолжали наш улиточный забег. Она медленно приближается, смотря своими глазищами прямо мне в глаза. Я же медленно отступаю. Чувствую спиной, что до спальни остается всего метра полтора. Но рвануть в дверной проем опасаюсь. Красивое слово «опасаюсь» и очень нужное, когда хочешь показаться храбрым. На самом деле, были бы у меня волосы длиннее, уже встали бы дыбом от ужаса. Ей ведь всего секунды хватит, чтобы меня перехватить. Недавно почивший Халк не даст соврать.

А вообще я не понимаю, чего она медлит, поэтому не разрываю зрительный контакт и продолжаю пятиться.

Ладно попробуем по- другому:

Кто ты, чудище? Если ты девица молодая – назову тебя сестрой двоюродной, если ты старушка болезная – будешь теткой любимой из Воронежа. Шутка так себе, конечно, но вдруг получится ее расшевелить и вывести на разговор.

Бравады нет, есть страх за Олю и себя. Истерика в моем стиле.

Еще через минуту или вечность я наконец-то перешагнул порог спальни и вдруг вспомнил, что, когда вся эта вакханалия началась, там был еще минимум один бандит.

Забываю про необходимость смотреть в глаза Чудищу и начинаю оглядываться. Тут же гарпия ускоряется и за мгновение оказывается рядом со мной. Хватает меня за горло, как и первую свою жертву, и начинает поднимать в воздух. Вот у нее все-таки силища! Пальцы-когти сжимают горло, и я опять начинаю задыхаться.

Ну что за ночь такая!

Вдруг синица, сидящая на плече у гарпии, начинает щебетать...

И о чудо, я слышу человеческую речь.

То есть я не сразу стал понимать. Первые секунды я слышал только обычное тиликанье синицы, но в какой-то момент вместо этого я услышал нормальные слова. Голос, исходящий из клюва синицы, был глубоким и одновременно скрипучим. Сначала это вызвало раздражение. Но как только я отвлекся от птичьего клюва и перевел взгляд на лицо Страшилы, представив, что именно от нее исходят эти звуки, то дискомфорт прошел.

Человек, ты должен лучше оберегать мою дочь! Сегодня я смогла помочь и спасла ее, но у меня много других забот. В следующий раз могу и не успеть. Ты слаб, не пойму, почему она выбрала именно тебя, но предупреждаю – в этот момент голос Чудища стал еще и зловеще-угрожающим – подведешь ее, а значит, меня. Твоя смерть будет очень долгой и очень мучительной.

После этих слов лапа, державшая меня за горло, разжала пальцы, и я рухнул на пол.

Синица, ты чего несешь? – прохрипел я, – какая дочь, кого я плохо оберегаю, я с твоими птенцами даже не знаком.

Вот опять мои дурацкие шутки, права жена, когда-нибудь я из-за них огребу по-взрослому.

Человек, ты не только немощен, но и глуп. С тобой через мое творение говорю я – Богиня Плисада. Если я заговорю с тобой в этом облике - ты оглохнешь, а зачем моей дочери глухой слуга. Можно, конечно, тогда будет тебя поменять на более сильного и умного, но Ольга к тебе привязалась, не хочу ее расстраивать.

Ваше Святейшество, хотя нет, не так, – я на секунду задумался: а как обращаются к богам? Но ничего не придумав, решил поинтересоваться у первоисточника:

А как к вам, богам, обращаются?

Спросил и подумал, а с чего я вдруг на слово верю, что она богиня? Вдруг это ведьма или колдунья злая? Зачаровала мою жену, а сейчас мне зубы заговаривает. С другой стороны, если бы она желала зла мне, то могла сразу прикончить. А с Олей потом ей раз плюнуть разобраться.

Может, ей чего от меня/нас надо? Ага, самомнение уровня полубог. Ладно, послушаем, чего она нам еще скажет. А параллельно постараемся выяснить все, что сможем:

Вас же несколько, как я понимаю, ну, богов то есть. Вдруг еще с каким богом встречусь и опять конфуз, не смогу правильно попросить чего-нибудь. У вас же можно просить всякое нужное? А Оля сейчас где? И еще вы, мадам, ранее сказали, что я слуга у Ольги. Чего это вдруг? Слугой быть не хочу, я же муж все-таки, можно меня перевести в статус... ну хотя бы фаворита ДОЧЕРИ ЕЯ БОГИНИ ВЕЛИЧЕСТВА?

Только я успел задать свой последний вопрос, как фигура богини будто расплылась. Примерно, как воздух, в сильную жару над асфальтом. А в следующее мгновение на месте Чудища уже стояла моя жена.

Фигасе у вас тут фокусы, а в слониху сможешь обернуться? – спросил я и, сделав быстрый шаг к жене, крепко прижал к себе и поцеловал. – Как ты? Все хорошо? Тебя не ранили?

Если не брать в расчет, что я убила трех человек, – все нормально. – Оля немного отстранилась и спросила:

Я теперь убийца? Чудовище?

Нет, в новом образе твой нос не сильно отличался от обычного, – ответил я, улыбаясь, – и маникюр нормальный, смотри, даже следов на шее не осталось, напильником обрабатывала?

Смотри, заклюю, – в ответ улыбнулась Оля.

Что случилось в спальне? Сколько там еще тел? Живые есть?

Живых людей нет. – Оля сделала паузу. - А тело только одно. Какой-то здоровяк разбил стекло, открыл створку и стал влезать. Правда, сама я этого не видела. Меня подорвал твой крик, а уже потом был звон стекла, и ко мне пришла Плисада, точнее, в меня. Она за секунду сделала с ним то же, что позднее с этими. – Кивок на тела в коридоре.

Жена у меня не кисейная барышня, конечно, и рыданий с заламыванием рук я не ожидал. Как по мне, после всего произошедшего должна была бы проявить побольше эмоций.

Ну хотя бы мааааленький нервный срыв.

Слёзки?

Нет?

Ну и ладно, не очень-то и хотелось.

По поводу богини потом поговорим и по всему остальному тоже. – Многозначительно протянул я последние слова. - Сейчас нужно что-то с этим бардаком сделать и с телами разобраться. Хорошо хоть кровью тут все не заляпали, меньше возни с уборкой. Еще надо их обыскать. Может, узнаем, кто они. От кого, я догадываюсь, но вдруг чего интересного или неожиданного найдем. Например, полицейские корочки.

Тебя совсем не волнует, что мы убили людей?

Ага, теперь она сама решила эту тему раскручивать.

Вот! Вот сейчас пойдут эмоции, раскаяние и т.д. Надо пресечь, пока не началось. Значит, следует загрузить срочными делами, которые имеют признак ОЧЕНЬ.

Очень! Но сейчас нет времени на это, потом мы с тобой все обсудим, я же уже говорил. Давай я машину подгоню ко входу, затащим их в багажник. Если не влезут, то в салон и вывезем подальше в лес. Спроси местных птах, куда лучше ехать. Где людей почти не бывает, но куда мы сможем добраться на машине.

Хорошо, сейчас Соня кого-нибудь найдет подходящего.

Оля обернулась в сторону коридора и наткнулась взглядом на трупы. Через секунду она уже неслась в санузел, и оттуда раздались характерные звуки рвоты.

Ага, все -таки она у меня не Маргарет Тэтчер, не совсем железная.

Необходимо было как можно скорее идти за машиной, но я медлил. Жене я был сейчас нужнее. Пришлось идти к ней и напоминать о срочных делах.

Бойтесь желаний своих.

Минуту назад думал, что где -то завалялась истерика в исполнении супруги.

Когда я пришел к жене, она уже сидела на краю ванны. Вода была включена, но Оля не умывалась, а просто сидела и, глядя на струю воды, рыдала. Вообще не помню, чтобы она именно вот так навзрыд плакала, бывало, что глаза краснели и мокрота появлялась в краешках глаз. Было так, что в подушку уткнется и тихо поскуливает, но вот так почти в ор - впервые.

Мне, конечно, самому было муторно, все-таки мы не киллеры какие-нибудь, а простые обыватели. Что называется, люди, у которых «дом, семья, работа». Самое страшное происшествие до этого у нас было, когда от гопников ночью убегали в Екате. Потом еще со смехом вспоминали тот случай.

В общем, понимаю, что жена плачет не по этим ублюдкам, а из-за того, что она сделала, но, думаю, не те это персонажи, о ком стоит сожалеть. Что я и попытался донести до нее. Успокоить удалось только минут через десять, и то она продолжала всхлипывать, как обиженный маленький ребенок. Однако уже можно было ожидать от нее помощи в уборке тел без опасения, что слезопад повторится.

А вообще надо будет потом подумать и проанализировать, почему я так спокоен, не кошке на хвост наступил. Случилось страшное и странное. Мы отбились от нападения, при этом убив трех матерых бандюганов.

Нет, совсем сами мы бы не справились. Чудо в перьях помогло. Однако продержались какое-то время. А это кое-что да значит. Не совсем, получается, пропащие. К сорока годам мы не только болячки и жизненные ошибки накопили - знания, опыт, а главное, наверное, характер.

И все-таки, хоть убей, не пойму, как я против двоих продержался и почти справился.

Так, стоп, по кругу мысль пошла. Надо делом заняться.

Найдя свой телефон, который вылетел у меня из рук еще в начале драки, я обнаружил, что вся бойня вместе со временем на общение с богиней и успокоение жены заняла буквально полчаса.

Однако скоро начнет светать. А нам еще нужно следы замести.

***

На всякий случай я не стал оставлять Олю наедине с трупами и взял с собой на парковку.

По пути к жене подлетела Соня и чего-то прочирикала. Оказалось, что место, где можно припрятать тела, пернатые уже нашли и придумали, как поведут нас к нему.

Подогнав машину максимально близко к крыльцу нашего дома, мы убедились, что ни одна камера охраны базы отдыха не направлена на это место.

Дальше мы занялись погрузкой тел. В процессе Оля еще раз чуть не сорвалась, но в этот раз помогли птахи, которые все время крутились вокруг нее и что-то ей чирикали.

Видимо, это ее успокаивало.

Нам вообще везло в эту ночь. Никто из отдыхающих или из охраны не бродил вблизи нашего коттеджа. Хотя я отлично помню, в том числе и по прошлым посещениям этой базы, что бывали ночи, когда какая-нибудь компания «гудела» до утра.

А иногда романтики шатались по базе, наблюдая Луну и звезды.

Ладно, чего уж там, мы сами так делали.

Я про Луну и звезды, если что, а не про дебош.

Загрузив крепыша из спальни в багажник (тяжелый оказался, чертяка), мы обнаружили, что больше туда никто не влезет. Даже если я вытащу рюкзаки, которые все-таки увидела жена. Спрашивать она ничего не стала, видимо, сама все поняла. Пришлось оставшихся бандитов грузить в салон на задние сиденья. Причем сидя, да еще и пристегнув ремнями. Ох и намаялись мы. Весили «пассажиры» немало, а нас с женой назвать качками трудно.

Только с помощью чуда и «такой-то матери» спустя сорок минут все было готово.

Начало рассветать. Охранник на воротах спросонья долго не мог понять, чего от него хотят, но, врубившись, выпустил нас с территории базы. Даже не стал проверять документы и записывать номер автомобиля.

Когда я попросил охранника открыть шлагбаум, то попытался донести до него мысль, что мы поехали встретить рассвет в горах. Надеюсь, он запомнил это. Вдруг его кто-нибудь спросит, хотя почему вдруг обязательно будут вопросы.

Нам еще как-то за разбитые стекла отчитываться.

Думаю, повелитель шлагбаума долго потом нас материл.

К месту избавления от тел ехали почти час, по большей части это были проселочные дороги, но был и участок трассы в самом начале пути. Благодаря подсказкам нашего проводника, серого дятла, которого я тут же прозвал Навигатор, мы избежали попадания в объективы дорожных камер. Скорость приходилось держать невысокую, километров 40-50 в час, иначе не успевали бы реагировать на изменение курса. Переводить щелканье или чириканье нашего Навигатора приходилось жене, а это создавало небольшую, но все-таки задержку между указанием и действием. Так себе схема управления движением.

Главное, чего я опасался, так это остановки по взмаху волшебной полосатой палочки какого-нибудь усердного ДПСника. Есть же такие, кому не спится и не пьется по ночам. Вот тормознет такой нас, и тут начнется история с нашим «грузом». Те, что в салоне, еще могут сойти за спящих пассажиров, а вот если он захочет посмотреть багажник?

Нет, птицы конечно обещали, что проведут нас не только мимо камер, но и мимо всех постов полиции, однако...

Помимо этого несколько раз приходилось резко поворачивать и даже один раз развернуться. А все потому, что птицы по-другому рассчитывают скорость, видят ориентиры и реагируют на необходимость изменения направления.

Сначала я подумал, что проблема в жене и даже в очередной раз пожалел, что она так и не научилась водить машину. Потом понял причину и решил, что если бы птица летела перед нами, указывая путь, то мы приехали бы в нужное место раньше и без лишних нервов. С другой стороны, птица не смогла бы долго лететь с той скоростью, с которой мы передвигались по трассе, и нам бы пришлось замедлиться. Время дорого, а мы и так много потеряли при загрузке машины и ожидании проводника. Ну а в лесу сильно не погоняешь.

В общем, добрались, благодаря Навигатору, без происшествий, и за это спасибо.

Кстати, в противовес моему остроумию и, как оказалось, незнанию некоторых деталей, Оля дала птице другое имя - Дона. А все потому, что о, неожиданность! дятел оказался девочкой.

И вообще длинные имена давать птицам неправильно, – менторским тоном уже в конце пути заявила моя благоверная.

Это почему?

Неудобно.

Неудобно трусы через голову надевать, товарищ курсант,– решил я блеснуть армейским юмором.

Муж, мозги включай. Короткое имя запомнить легче – это раз. Произносить быстрее – это два. И еще: никакой я тебе не курсант – это три. Беее! – Оля высунула язык.

Чем длиннее имя, то есть чем больше знаков в имени, тем больше вариантов этих самых имен, как в цифровом пароле – это раз. Зачем тебе все имена запоминать, если они сами каждый раз представляются – это два. Осмысленное имя, как, например, Навигатор, запомнить легче, чем просто набор букв, так и быть – это к номеру два. Ну а насчет быстрого произношения – это вообще смешно, зачем тебе? Хотя в одном ты права, до курсанта тебя еще подтягивать и подтягивать, займемся этим, когда приедем назад.

В этот момент Доня-навигатор что-то прощелкала, и жена, которая придумывала, что бы возразить на мой спич, отвлеклась от этого занятия:

Тормози, тормози, мы приехали, – скомандовала Оля.

Место, куда нас привел серый дятел, действительно было подходящим.

Здесь точно невозможно будет отыскать тела. Последние двадцать минут мы ехали через лес по давно заросшей дороге-тропе. Несколько раз с трудом протискивались между деревьями. Один раз даже поцарапали дверь. Я тогда не заметил яму, и машину повело. Но по старой русской традиции материл не себя, а всё вокруг. Ох как я разошелся! Оля даже разрешила вылететь в окно нашему Навигатору, чтобы та не слушала «эту солдатскую непотребщину!»

Нам еще повезло, что в этих краях целую неделю не было дождя. Мы бы точно где-нибудь застряли, и не один раз.

Уже на месте, в этой проклятой глуши, оказалась огромная расщелина примерно метр шириной и пять метров длиной. Трава по краям сильно разрослась, прикрывая эту дыру в земле. А глубину я вообще оценить не смог даже когда, рискуя сверзнуться, пытался посветить туда фонариком, дна я так и не увидел.

Однако Дона нас убедила, что там очень глубоко. Более того, она обещала, что, когда мы скинем в эту щель тела, местные животные закидают их землей, старой листвой и сушняком.

Ну и самое главное преимущество данного вида захоронения выяснилось только на месте. Мы совершенно забыли, что нужно будет копать яму, и вспомнили об этом в момент выгрузки мертвяков из автомобиля. Естественно, лопат у нас для этого не было, ну не брать же в расчет маленькую саперную лопатку. Таким инструментом даже по очереди копали бы яму для всех троих до осени.

Так что сюрприз с расщелиной оказался, прямо скажем, кстати.

Захотелось даже расцеловать эту дятлиху.

Вытаскивать тела из машины оказалось чуть легче, чем запихивать внутрь. Вроде вес они не потеряли, мне даже показалось, что потяжелели, но зато не нужно было постоянно опасаться, что кто-то заметит. Хотя все равно то еще испытание.

Оля к этому моменту уже спокойно, по крайней мере, внешне, отнеслась к мертвецам, и с небольшими передышками мы дотащили до ямы все тела.

И тут до нас дошло, что так и не обыскали их.

Документы нашлись только у одного из бандитов, того, что вломился к нам в спальню через окно. При нем было водительское удостоверение на имя Шапошникова Игоря Анатольевича и свидетельство о регистрации ему же принадлежащего автомобиля «Сузуки Витара». Посмотрев данные в правах, я убедился, что эти уроды приехали из нашего города, ну или как минимум один из них. Оставалась вероятность, что двое других - местные и присоединились к Шапошникову уже здесь в качестве поддержки, а также носителей знания местных реалий.

Мы с Олей были уверены, что наркодилеры, под которых мы копали, имели представительства во всех областных городах. Значит, у них везде были свои люди, причем не обремененные моралью и уважением к закону. Однако во время сбора информации на так называемое головное предприятие не было возможности докопаться еще и до этих «филиалов».

На самом деле все логично. Структура у них выстроена должна быть, как и в обычном, то есть законном бизнесе. Думаю, придет время, и мы займемся той частью «наркопаутины», что покрывает область. Если, конечно, она сама не развалится после прикрытия городской сети.

Помимо пары документов, в карманах у почивших нашлось немного налички, тысяч десять, один нож-выкидуха - только сейчас до меня дошло, что никто из напавших не использовал оружие - и начатая упаковка жвачки «Орбит».

Надо же, ни сигарет, ни зажигалки.

Спортсмены, что ли? Вообще непохоже.

Может, в машине остались?

И остальные документы тоже?

Все, кроме денег, мы скинули в расщелину вслед за телами, предварительно протерев даже упаковку жвачки тряпкой.

Ну ни разу мы не шпионы. Все, что мы делали в процессе заметания следов, было подсмотрено в кино и вычитано в книгах.

Перед тем как ехать обратно, проверили багажник и весь салон. Даже коврики пришлось вытаскивать. Мало ли, вдруг что-то вывалилось из карманов нашего «груза».

Ничего не нашли и, с трудом развернувшись на узкой лесной дороге, отправились назад.

На обратном пути сделали крюк километров в десять для алиби.

Птицы нашли нам подходящее место, где удалось сделать несколько фотографий рассвета на природе. Мы же типа за этим и поехали ни свет ни заря. Естественно, забабахали штук десять селфи с разными фонами, чтобы была привязка к месту.

После фотосессии отправились на базу уже по другой дороге. Специально засветились на две или три дорожные камеры. Дона решила проехаться обратно с нами, но ехал я уже по настоящему навигатору, и поэтому можно было спокойно поговорить с женой.

***

Солнце, ты как?

Вроде нормально. Что делать дальше будем?

Сейчас приедем, приберемся и сообщим администрации «Крутышек», что кто-то разбил стекло в спальне, пока нас не было. Ну если они еще сами об этом не узнали. Кстати, что-нибудь еще в спальне пострадало, когда этот урод вломился?

Вроде нет, но точно не помню. Нужно смотреть. Там все так быстро произошло. Вот я сплю. Просыпаюсь от твоего крика. Только успеваю соскочить с кровати, как слышу звук разлетающегося вдребезги стекла. Поворачиваюсь в сторону окна и вижу, как какой-то мужик лезет к нам в спальню. Я начинаю паниковать. В этот момент Соня садится мне на плечо (как она в доме оказалась, не понимаю), а в голове спокойный женский голос называет меня своей дочерью. Я в очешуении. Голос в голове продолжает вещать, чтобы я не нервничала и что мне ничего не грозит. В следующую секунду я теряю контроль над телом. Знаешь, это как смотреть со стороны на себя. Так странно... Наверное, в тот момент я смотрела глазами Сони. Не спрашивай, как такое возможно, не знаю. И вот я вижу, что начинаю меняться. Ты же видел, какой я стала? Это трындец. Как только с моим телом все изменения произошли, снова оказываюсь в своей черепушке. Оказалось, что управлять этим чудищем я не могу, и поэтому просто смотрю. Вот я/Плисада руками-лапами хватаю вломившегося и быстро сворачиваю ему голову.

Оля рассказывала все это короткими, почти рублеными фразами/предложениями, с небольшими паузами. Как будто не вспоминала то, что с ней случилось несколько часов назад, а читала вслух текст книги, находящейся прямо сейчас перед ее глазами.

Это напомнило мне уроки литературы в школьные годы. Когда стоишь и пытаешься вспомнить выученное накануне стихотворение, но делаешь это, пытаясь представить текст в учебнике. Ты даже помнишь серый почему-то цвет бумаги, шрифт, которым это напечатано, но сам текст проявляется на этой, видимой одному тебе странице, не целиком, а в лучшем случае, по строчкам.

Уже позднее, когда в нашей жизни появились компьютеры и мы стали знакомиться с миром Интернета, я увидел первый раз прогрузку текста на экране. Тогда он (Интернет) был еще ну ооочень медленным. Страница с текстом появлялась на мониторе строка за строкой, так же, как стихотворение в голове.

Я посмотрел на жену. Ее взгляд был устремлен куда-то вперед, в одну точку, что еще больше усиливало то ощущение, возникшее от воспоминаний.

Знаешь, в тот момент, я ничего не почувствовала, ни ужаса, ни жалости - вообще ничего. Мне вдруг показалось, что это не в реальности происходит, а во сне. Сознание меня не покинуло, а просто придумало приемлемое объяснение. Я ведь до ухода Плисады из моего тела считала, что все это мне снится. Даже не так, только после того, как ты меня обнял, я поняла, что все произошедшее – это реальность.

Ты вообще об этой Плисаде раньше знала?

Птицы несколько раз упоминали какую-то Создательницу, без имени, но, думаю, это они про нее говорили.

А почему она тебя дочерью назвала? Судя по внешнему виду, она так себе мама. И еще меня твоим слугой, кстати, почему-то назначила. Я не хочу быть слугой. Мне роль мужа и любовника по-совместительству нравится.

Про дочь ничего не знаю, давай Соню спросим, когда приедем. Ну а от слуги я, в принципе, не откажусь, – произнесла жена, почему-то изображая томность в голосе. – А если он еще будет и наложником...

Вот теперь мне все стало ясно, значит, гарем будешь собирать? Тогда я пошел, – сказал я и добавил, пытаясь сымитировать голос Папанова:

Нет! На это я пойтить не могу.

Мы посмеялись, и я продолжил:

Хорошо, дорогуша, давай о серьезном. Ты еще у себя в голове о чем-нибудь с богиней успела поговорить? Или, может, она тебе инструкции какие дала?

Да, кое-что было. Перед тем как отпустить меня, она сказала, что вернется через три дня и уже нормально с ней поговорим.

А если раньше ее помощь понадобится?

Сами, все сами.

Ладно, по богине тогда пауза. Знаешь, меня все-таки волнует, почему вломившиеся были без какого-либо оружия? Тот нож, что нашли у Чиполлино, я в расчет не беру.

Какого Чиполлино? – перебила меня Оля.

Пришлось отвлечься и рассказать жене, кому, за что и какие прозвища успел дать.

То есть вместо того чтобы думать о жене, которая лежит там, в спальне, вся такая красивая и которую дикари почти утащили в свое племя, ты придумываешь шутейные клички этим самым дикарям?

Ну, во-первых, дикарями я как раз и был занят, во-вторых, ты бы себя видела, «красавица», – это слово я выделил голосом и изобразил кавычки – когда из спальни появилась. Ну и в-третьих, ты же знаешь, у меня рефлекс: вижу какой-нибудь изъян в человеке - даю прозвище. Кстати, ты не можешь отрицать, что это у меня хорошо получается. Может, иногда перегибаю палку и бывает кому-то обидно, но чаще просто смешно.

С прозвищами ладно, но за красавицу в кавычках ты мне еще ответишь. Я, между прочим – в этот момент Оля выпятила грудь и задрала подбородок, изображая из себя то ли гордую светскую даму, то ли «звезду» на ковровой дорожке – и в том виде была красивее многих других.

Каких других, она уточнить не успела, потому что я снова заржал, а за мной следом и она сама.

Что-то мы много смеемся. Одно из двух: или нас так отпускает после стресса, или... А вот второе «или» придумать не удалось. Есть, конечно, поговорка: «Много смеешься – скоро плакать будешь», однако мне не хотелось, чтобы это и было вторым вариантом «или».

В очередной раз отсмеявшись, я продолжил мысль:

Понимаешь, даже на мой взгляд, они действовали, как дилетанты. Тишину не соблюдали, дрались, почти как обычные гопники. А еще у них с собой даже веревки никакой не было. На что они вообще рассчитывали? Если убить хотели, возвращаемся к вопросу об оружии, если похитить, то как спеленать нас собирались? Вопросов больше, чем ответов.

Может, мы ошибаемся, и это были не посланцы наркодилеров, а обычные местные воришки? Днем следят за отдыхающими, выбирают жертв послабее и попьянее, а ночью влезают в коттеджи и берут все, что плохо лежит. На крайний случай ножиком припугнут, мало кто «возникать» будет. – Тут Оля сделала паузу и продолжила, но уже с волнением в голосе:

Подожди, тогда что получается? Они не были такой уж большой угрозой? Мы зря убили трех человек!?

Ну, убийство – это всегда нехорошо, однако есть нюансы, – я на секунду отвлекся от дороги и, дождавшись, пока жена на меня посмотрит, поднял вверх палец. – Вот смотри: убила этих, без сомнения, подонков Плисада, а не мы. Твоими руками, конечно, но все-таки она. Дальше... Следишь за моей мыслью? – Оля кивнула, и я продолжил: - Неизвестно, что с нами могли сделать. Мы ведь начали сопротивляться, а они в свою очередь и не подумали бежать. Даже после того, как поняли, что их обнаружили. Думаю, меня бы они точно убили, если бы не ваше с богиней вмешательство. А с тобой вообще плохое могли сделать. Ну и последнее: есть все-таки большая вероятность, что они были посланцами тех наркобарыг. То, что мы выжили – просто удача, ну или чудо, называй, как хочешь. Так что не парься, все уже произошло. Сейчас нет смысла жалеть об этом, наоборот, нужно радоваться, что мы победили. Кстати, нашу легенду хорошо запомнила?

Да, про себя уже несколько раз успела повторить.

Никаких лишних деталей, все, что не в легенде, подпадает под категорию «не помню», ясно?

Ясно.

Есть еще вопрос, который мы так и не обсудили. Почему нас не предупредили птицы о вторжении?

Ты будешь ругаться, но это я их отпустила с ночного дежурства. Мы так замечательно посидели вчера, у меня было очень хорошее настроение. Ну прям очень. Вот я и решила – пусть они тоже отдохнут. Ну кто же знал, что именно этой ночью к нам заявятся бандиты. Мы тут уже четвертый день, никто не знает, где мы...

Видимо, все-таки знают, – прервал я жену. – Солнце, ты меня убиваешь. Ты сама замутила это опасное дело. Мы жили почти в осаде целый месяц, пока готовили первый этап. Сюда приехали и даже никому не сказали, куда именно. И, наконец, вчера мы узнаем, что кто-то следит за нашей квартирой. Что делает нормальный человек в такой ситуации?

Но я...

Правильно, ты. Ты на полном расслабоне отправляешь нашу единственную защиту отдыхать!? Ты что, правда не понимаешь, на кого мы замахнулись? Или ты думаешь, что эти люди такие же забавные преступники, как в сериалах на канале «Детектив-ТВ»?

Да все я понимаю, но вчера я была пьяненькая и добренькая. Сам меня напоил, а сейчас ругаешься. Но я у тебя добрая и милая. Прощаю и не обижаюсь. А еще обещаю: больше такого не повторится!

Надеюсь, потому что в следующий раз за нами приедут уже серьезные ребята, а мы и в этот раз еле отбились. Не то чтобы совсем «еле», но вот вопрос: ты фокус с перевоплощением в страшилище сможешь, если что, повторить?

Не знаю, в тот раз не я же сама это сделала. А нам прям надо?

Надо. Сейчас у нас два варианта: первый – мы сами становимся опасными и неуязвимыми, что, как ты понимаешь, нереально, по крайней мере, пока. И второй – нам нужно, чтобы всех наших врагов кто-то нейтрализовал, а именно полиция. Вот в этом варианте я надеюсь на двух наших заочных друзей, почему-то до сих пор бездействующих.

А что мы сейчас-то можем? Мы же все уже сделали, информация у УБН есть.

Нужно как-то ускорить процесс зачистки всей верхушки наркобизнеса в городе, ну а мелочовка нам не особо грозит, их со временем и так закроют.

И как мы это сделаем?

Пока не знаю, но придумать что-то нужно, и причем срочно. Так что думай, ты у нас в семье мозг. Да и некогда мне, я занят, машиной управляю.

За мозг спасибо, про некогда смешно. Давай будем думать. А сколько у нас времени на это?

Ну вообще врачи рекомендуют побольше думать, развитию помогает, говорят.

Снова смешно, лавры Петросяна покоя не дают? Я серьезно спрашиваю.

Тон жены действительно был очень серьезным, настолько, что дальше шутить перехотелось. А судя по знакомым названиям на дорожных указателях, ехать оставалось недалеко. Так что оставшуюся часть дороги мы молчали, пока в какой-то момент не оказались у ворот нашей базы отдыха.

Нас ждало продолжение отпуска.

Глава 4

Знакомство с руководством «Крутышек»,

или «Главное - все правильно рассказать».

Кто-то в круиз, а кто-то в лес по дрова.

07.07.2020

Солнце уже вовсю светило, но охранник на воротах оказался тот же. Видимо, пересменка еще не прошла, или они вообще меняются не по утрам. Запустили нас на территорию без проблем, и это значит, что скорее всего разбитое окно пока никем не обнаружено. Хотя чего это я, времени всего 8 утра, даже на завтрак еще никто не собирается. Самые первые обычно подтягиваются к столовой в 8.30. Получается, у нас есть шанс быстро прибраться и идти качать права в администрацию.

У коттеджа нас встретили Соня и еще два совсем уж куцых воробья. Оля быстро выяснила у птиц, что Марка еще не вернулась и к коттеджу никто не приближался в наше отсутствие.

В кухне, прямо на диванчике, обосновались наши кошки, выглядевшие недовольными. Скорее всего, это из-за слишком поздней кормежки, которую им только предстояло получить от персональных слуг в виде меня и Оли. Похоже, здесь, на природе, им настолько понравилось, что даже ночное происшествие не заставило этих пушистых бестий заныкаться куда подальше. Дома любой стук в подъезде, да что стук, включение электромясорубки автоматически отправляли их в самые дальние и темные углы, из которых потом приходилось их вытаскивать силой. В подтверждение моей догадки об их настроении через Соню в качестве переводчика эти две «мурки» сообщили, какими безответственными они нас считают - их до сих пор не покормили.

Мы осмотрели следы разрушения в кухне и спальне. Ничего, кроме разбитого окна, не намекало на то, что здесь происходило ночью. Уборка не понадобилась, ну кроме стекла, конечно, но эту проблему мы планировали спихнуть на других. К тому же, мы собирались делать вид «обиженных и оскорбленных», а для этого нужен АНТУРАЖ и АТМОСФЭРА.

Оля убедилась, что все украшения и деньги, которые мы привезли с собой, остались на месте.

Потом мы для вида громко покричали и поохали.

И вот только после этого, изобразив на лицах возмущение, мы двинулись на ресепшен.

***

В холле главного здания «Крутышек» за стойкой сидела та же девушка, лет двадцати пяти – двадцати восьми, что и принимала нас, когда мы только заезжали. На бейджике было написано имя Светлана. Она что-то увлеченно набирала на клавиатуре, не отрывая взгляда от монитора.

Хмыканьем и сопением мы добились того, что на нас обратили внимание. И только после этого, не меняя максимально недовольного выражения лица, я заговорил первым:

Светлана, здравствуйте. У нас есть проблема. Сегодня утром, хотя, наверное, даже ночью, часа в три, да, дорогая? – обратился я уже к Оле, и после того как она кивнула, подтверждая мои слова, продолжил: – Так вот, мы уехали в горы встретить восход и сделать несколько фотографий, а когда вернулись, обнаружили, что кто-то разбил стекло в спальне нашего коттеджа. Из вещей вроде бы ничего не пропало, но ситуация неприятная.

Со следующих слов я начал повышать голос и под конец спича дошел почти до крика, слюной разве что не брызгал:

Что вы с этим будете делать? Почему у вас охрана не следит за порядком, а если бы кто-то ночью к нам вломился? За что мы деньги, и причем немалые, платим?

Сказать, что Света растерялась, значит, ничего не сказать. Видимо, у них такое ни разу не случалось, ну или она с таким не сталкивалась. Тут моя жена начала играть роль хорошего полицейского, то есть в нашем случае доброго клиента:

Дорогой, ну что ты на девушку накинулся, не она же охраной заведует. Светлана всего лишь здесь, на ресепшене, гостям помогает. Давай попросим пригласить главного, – и уже обращаясь к девушке: – Света, можете позвать директора или управляющего, я не знаю, кто у вас тут главный?

Девушка, понимая, что гроза может пройти мимо нее, начала натянуто улыбаться и со словами «Да, конечно, сейчас позову Управляющую» убежала куда -то вглубь помещения, располагавшегося сразу за стойкой. Минуты через три оттуда, куда умчалась Света, послышался хлопок закрывающейся двери, и к нам вышла женщина, следом за которой шла Светлана.

Здравствуйте, меня зовут Наталья Марковна. –Я Управляющая базой отдыха «Крутышки», расскажите, пожалуйста, что у вас случилось?

Меня зовут Максим Юрьевич, – в тон ей ответил я, продолжая делать вид, что был сильно взволнован и сейчас успокаиваюсь с усилием. – Мы уже сообщили вашей сотруднице, что у нас случилось, – повторил я слово в слово ее вопрос, – но Вам могу повторить. Под утро мы с женой, – киваю на Олю, – поехали прокатиться и сделать несколько фотографий рассвета. Понимаете, жена у меня романтик и приходится соглашаться с такими ее причудами. Так вот, мы уехали на два – три часа, а когда вернулись, то обнаружили, что у нас в коттедже, в спальне, разбито окно. Весь пол в осколках, чудо, что моя жена, обнаружившая это, не порезалась. – Я вновь повысил голос и понял, что начинаю переигрывать, поэтому договаривал уже почти спокойно. – В общем, мы пришли сообщить о происшествии и узнать, почему не работает ваша охрана, а также узнать, когда у нас приберутся и поменяют стекло.

Наталья Марковна оказалась тертым калачом. Она не стала обвинять нас в том, что мы сами могли разбить это стекло. Вместо этого предложила подождать начальника охраны, которого, вот сюрприз! уже вызвала. А пока мы ждем его появления, она обещала отправить сотрудников для замены стекла и уборки в коттедже.

На время ожидания нам предложили посидеть в баре и выпить кофе с десертом, естественно, все за счет заведения.

Я поинтересовался, сколько времени займет ожидание, мне ответили, что не более получаса. Услышав это, мы отказались от посиделок в баре, сообщив управляющей, что пойдем на завтрак, время которого уже наступило. Наталья Марковна, естественно, не возражала, попросила только, чтобы после этого мы подошли снова на ресепшен.

Все-таки стресс и ночные физические нагрузки способствуют появлению зверского аппетита.

Жена, забыв о своем «осознанном питании», оно же диета, на которой живет второй год, накидала две тарелки всего, что хоть как-то напоминало плотную, нормальную еду. В роли «неосознанного питания» сегодня выступали мясо, блины, сыр, колбаса, какие-то печеньки и даже белый хлеб. Почему «даже»? Да потому что хлеб мы не едим уже год. Сейчас Оля забыла про любимые каши и овощи.

Ну и я от нее не отставал. Обожаю круассаны, которые здесь дают на завтрак. Ни в одном другом отеле или доме отдыха таких нет. Может быть, даже ради них я сюда каждый раз и приезжаю с женой. Однако одной выпечкой сыт не будешь, особенно если в тебе под девяносто килограммов. Именно поэтому я хапал на раздаче даже круче жены. Сосиски, колбаса, макароны с какими-то котлетами, омлет, а потом по второму кругу.

Давно я так не объедался.

Почти крепкий кофе здесь был очень кстати. После такого завтрака даже выспавшегося человека снова потянет на боковую. А уж нас с женой точно «накрыло» бы после такой ночи. Сначала нам не давал уснуть адреналин, который до возвращения на базу отдыха бурлил в крови, но уже после первой тарелки еды, буквально проглоченной нами за минуту, начали сказываться накопленные усталость и недосып. Уже упомянутый кофе, конечно, помог, но

надолго его действия не хватит, и нам срочно нужно было решать вопрос с администрацией.

Когда мы вернулись к стойке ресепшена, нас уже ждали управляющая, администратор и мужчина в строгом сером костюме. Они что, следили за нашим приемом пищи, больше напоминавшем возвращение бедных студентов из общаги в родительский дом?

Посмотрев на Олю, я понял, что ей в голову пришел тот же самый вопрос.

Кстати, это могло оказаться правдой, я заметил целых две камеры в столовой. Раньше я не обращал на это внимание, а вот сейчас...

Да, сейчас – это сейчас. После ночных приключений, думаю, мы с женой перейдем на новый уровень паранойи.

А может быть, они просто ждали нас тут все время.

***

В этот раз первым с нами заговорил мужчина. Ростом он был примерно с меня, но в плечах чуть поуже. Однако приличный животик, который у нас принято называть пивным, натягивал пиджак, застегнутый на одну пуговицу. Вспомнились мемы, где пуговица изображена в виде фигурки с руками и диким напряжением на лице. Картинка дает понять, какие огромные усилия прилагает пуговица, чтобы удержать место соединения ткани. Правда, в тех мемах обычно пуговица удерживает очень узкую рубашку на огромной груди девушки. Но в данной ситуации аналогия уместна.

Был у меня товарищ, с которым несколько лет назад мы вместе работали в одной конторе по продаже электрики. Прозвище у него было «Плюшевый», но сам себя он иногда называл «тряпочной проституткой». Он очень хорошо разбирался в одежде и сам покупал только дорогую «фирму». Тратил на это почти все свои деньги. Хотя наши зарплаты в то время позволяли только купить поесть и заплатить за квартиру. Но не это сейчас важно. Главной своей способностью он считал умение с первого взгляда определить уровень стоимости любой шмотки.

Так вот, мне его способность не понадобилась, чтобы понять, что костюм, рубашка и туфли у целого «начальника охраны» куплены, скорее всего, на китайском рынке. Ну максимум в магазине стоковых вещей, причем тоже китайских.

Странно это.

Хотя, может, он уже в том возрасте, когда плевать на имидж? Даже несмотря на должность.

Возраст этого дядьки так сразу и не определить. На мой взгляд, точно старше нас, минимум лет на пять-десять. Седина уже преобладает в шевелюре. Ну ладно, шевелюрой то, что у него на голове, назвать нельзя. Глубокие возрастные залысины бросались в глаза. Мужчина, не желая мириться с ними, пытался закрыть их, на мой взгляд, излишне длинными волосами, зачесанными на дедовский манер.

На чуть оплывшем лице выделялся большой нос картошкой и пухлые губы. По классике у него должны были быть маленькие бегающие глазки, но нет, ничем особым они не выделялись. Если бы не взгляд. Он откровенно, не стесняясь, оценивал нас, как будто уже готовил досье.

В общем, мужик мне не понравился.

Здравствуйте, меня зовут Альберт Альбертович Запрудный.

Блин, только бы не заржать. У меня почему-то его имя-отчество трансформировалось в Полиграф Полиграфыч. Хотя нет, понятно почему. Внешне он немного напоминал актера, так органично сыгравшего в свое время Шарикова, да и голос похож, если мне не изменяет память.

А вот интересно, кто-нибудь из его знакомых или подчиненных заметил это сходство и называет его за глаза Шариковым? Я вот точно, про себя, буду его так называть.

Тем временем он продолжил:

Наталья Марковна рассказала мне о происшествии, случившемся в вашем коттедже. Я уже отдал приказ посмотреть записи по всем камерам, так или иначе охватывающим участки территории, прилегающей к вашему домику. Пока мои сотрудники проверяют видеозаписи и в вашем коттедже наводят порядок, мне хотелось бы поговорить с вами и уточнить некоторые детали. Давайте пройдем в мой кабинет и там продолжим разговор? – Предложил «Шариков» и указал рукой на дверь слева от стойки ресепшена.

Мы согласились и вместе с управляющей, следуя за начальником охраны, прошли в открытую им дверь. За ней оказался небольшой коридор метров пять, который заканчивался еще одной дверью. Вот уже за ней и находился его кабинет.

Интересно, если его кабинет находится прямо здесь, то зачем им понадобилась пауза в целых полчаса перед нашим разговором? Неужели такое простое происшествие, как разбитое окно, заставило их выстраивать стратегию общения с нами?

Или я чего-то не понимаю?

Ну что я могу сказать, кабинет больше напоминал кладовку, в которой почему-то забыли замуровать окно. Помещение площадью два на три метра. Стол, а точнее два стола, поставленные буквой Т, больше походили на школьные парты. Четыре стула самых дешевых, металлических, с тканевой обивкой, такие стоят в банках для простых посетителей. Кресло хозяина кабинета тоже явно недорогое. Ну и два шкафа вдоль одной из стенок. Шкафы были забиты папками и книгами.

Вот, собственно, и все убранство. Как-то не тянет это место на кабинет одного из главных людей, работающих на базе отдыха. Зато отлично согласуется с замеченным мною ранее пренебрежением к своему внешнему виду со стороны данного индивидуума.

И все-таки почему тут так плохо с охраной? Камер явно не хватает. Возможно, сотрудников тоже. Сам начальник охраны не выглядит успешным и довольным жизнью.

А ведь база явно процветает. Здесь постоянно что-то строится, добавляется к существующему номерному фонду. Новые коттеджи, домики и места для развлечений клиентов. Только за последний год здесь добавились три домика на берегу озера, бассейн и два корта для большого тенниса. Думаю, лет через пять смогут гордо называться Парк-отель или Санаторий. Не знаю, что из этого престижней.

Мы сели в предложенные нам стулья. Наталья Марковна разместилась напротив нас, через стол. После того, как все мы расселись, «Шариков» прошел к своему креслу и, усевшись в него, предложил нам чай.

Мы отказались, напомнив, что только с завтрака и вообще хочется поскорее все вопросы решить, чтобы спокойно отдохнуть.

Если не ошибаюсь, вы уехали на пикник где-то в 4 утра? – задал вопрос хозяин кабинета.

Мы уехали не на пикник, а посмотреть на рассвет в горах и сделать несколько фотографий, – поправила его Оля.

Да-да, извините, оговорился.

Ну на самом деле мы брали с собой перекусить, так что фактически это можно считать пикником. - Просто мы не знали, сколько времени там проведем, – сказал я и подумал, что мои уточнения выглядят как оправдания и могут вызвать подозрения.

Ну это на самом деле не так уж и важно, – ответил на мои слова «Шариков». – Ваша поездка составила три часа и пятьдесят минут. Уже в восемь утра вы были на территории «Крутышек». Это отмечено в журнале у дежурного на въезде. Спустя уже десять минут вы сообщили о разбитом окне. Вы точно уверены, что ничего не пропало? Неужели вы так быстро успели проверить все свое имущество?

Понимаете, у нас с собой вещей не так уж и много, мы же всего на три недели сюда приехали. Ну и смотрели, если честно, не так уж внимательно, устали. Мы же планировали завалиться спать, эти рассветы и закаты, знаете ли, хороши на фотках, а вот для самочувствия не очень. Нам ведь не по семнадцать все-таки. В общем, приехав с «пикника», - я выделил это слово интонацией, на что «Шариков» кивнул, показав, что понял мой подкол, - сразу отправились в спальню, ну и увидели стекло на полу. Сначала я не понял, откуда оно там, даже на секунду запаниковал, вдруг наши кошки разбили что-то ценное и придется за это платить, но затем посмотрел на само окно и все понял. Сказал жене проверить деньги и золото, там, конечно немного, но все равно жалко, сами понимаете. Оля проверила, все оказалось на месте. Потом еще минут пять мы искали наших кошек, которые оказались на втором этаже. Видимо, их напугали те, кто разбил стекло. Так-то они в спальне обосновались, рядом с нами, но, когда их что-то шокирует, всегда прячутся где-нибудь наверху. У нас в квартире нет второго этажа, поэтому прячутся на кухонных шкафах. Ладно, куда-то я не туда повел, короче, после того как нашли кошек, мы пошли сообщать администратору о происшествии.

- Значит, ничего не пропало, – произнес «Шариков» задумчиво.

Нет, я же говорю, мы проверили только наших кошек, деньги и украшения жены, а о вещах не подумали как-то. Вы же не думаете, что к нам залезли из-за нескольких футболок и трусов?

Я думаю, это был несчастный случай, максимум хулиганство, раз самое ценное не исчезло.

Сказал он это утвердительно, но вот во взгляде был вопрос, а может, ожидание нашего решения. Согласимся мы с предложенным вариантом или полезем в бутылку и будем качать права.

Слушайте, мы тоже так думаем, – подтвердил я его ожидания. - Нам нет нужды на пустом месте раздувать конфликт. Мы на отдыхе и просто хотим его провести без всяких приключений. Уборка в комнате, замена стекла и бесплатный ужин в вашем ресторане нас вполне устроит.

В этот момент у начальника охраны зазвонил телефон, он извинился и попросил нас подождать минуту для продолжения разговора, а затем ответил на звонок. Говорил он действительно не больше минуты, даже не говорил, а слушал, угукая и агакая в ответ на слова звонившего ему. После слов: «Понял, перезвоню», он нажал кнопку отбой на своем смартфоне. Кстати, телефон из серии «яблочных». Я в них не особо разбираюсь, но скорее всего из самых первых, так как линза камеры на обратной стороне была всего одна. Затем он обратился к нам:

Ну что ж, вынужден с сожалением сообщить, что ни одна камера на территории нашей базы не просматривает ни стену, в которой разбили окно, ни крыльцо вашего коттеджа. Мы не смогли установить, было это специально сделано или случайно. Приношу вам свои извинения от лица руководства за причиненное неудобство. Также мы готовы в качестве компенсации предложить два дня отдыха на нашей базе в любое удобное для вас время. В эти два дня входит весь комплекс наших услуг, бесплатно. По датам и деталям вы сможете договориться с Натальей Марковной, –кивая в сторону названной, сказал «Шариков» и добавил: – со своей стороны обещаю, что мы добавим количество камер на территории и в дальнейшем будем полностью контролировать все участки нашей базы отдыха. Да, и еще, пока нас не прервали, вы говорили про ужин в нашем ресторане – думаю, это мы также включим в список компенсации. А теперь еще раз прошу прощения за инцидент, и если у вас нет больше ко мне вопросов, то мне пора идти, много работы, – сказал он, поднимаясь со своего кресла и протягивая мне руку.

Мы с женой тоже встали, я ответил на его рукопожатие и вместе с управляющей мы вышли из кабинета. Уже оказавшись на улице, у входа в основной корпус «Крутышек», я задал вопрос Наталье Марковне: - Скажите, у нас уже убрали в коттедже? Мы можем вернуться в него?

Подождите, пожалуйста, минуту, я узнаю, – ответила она, отошла от нас на несколько шагов и, достав свой телефон из кармана брюк, кого-то набрала.

Через несколько секунд вернувшись к нам, сообщила, что стекло поменяли и в коттедже провели уборку. Мы договорились с ней увидеться позднее и уточнить детали ужина в ресторане, а также второй части компенсации.

Вернувшись в коттедж, я налил себе чашку растворимого кофе, жене чай с ромашкой и усадил ее напротив себя.

Чтобы сильно не напугать своими мыслями и решениями, основанными на них, начал с заданий для нее. Это должно было занять ее внимание на ближайшие полчаса-час. Если вопросы появятся, а они появятся, жена же у меня не дура, отвечу потом, когда составлю план наших действий не на день, а минимум на ближайший месяц.

Солнце, сейчас ты берешь ноутбук, находишь какой-нибудь не сильно дорогой круиз желательно на 3-4 недели на пять человек. Подбери такой, чтобы начинался не позднее, чем через три дня, за это время наши родители смогут добраться до Питера. Далее связываешься со своими родителями и сообщаешь время выезда. С сыном и со своими я свяжусь сам. Паспортные данные на моих скину тебе чуть позже. Легенда такая: ты получила большую премию, и мы решили, что в последнее время у них было мало времени на общение с внуком, а у тебя есть знакомая в турагенстве, которая предложила нам эту поездку с хорошей скидкой. Мы сейчас не можем так надолго уехать, да и к сыну мы периодически летаем в Питер, в отличие от них. А вот они все-таки пенсионеры, и любые срочные дела, даже походы к врачам, могут отложить на какое-то время. Понимаю, что будут ерепениться, но твоя задача убедить их.

Но...

Подожди, – прерываю я начавшую возражать, жену. – Все вопросы потом. Я пока буду собирать вещи. Кстати, цени: моих родителей сам буду уламывать, а это на порядок сложнее, ты их знаешь.

Оля на последнюю фразу только кивнула и, поставив кружку с чаем на стол, пошла за ноутом.

Люблю свою жену, в том числе за умение в нужный момент молчать и делать то, что нужно. Через двадцать минут, когда я уже собрал почти все наши вещи и запихивал вторую кошку в переноску, пришла Оля.

Круиз нашла на восемнадцать дней, причем почти все время за границей. Туры больше и дальше – это уже космос по деньгам, да и начинаются они только через неделю. Вылет в Питер из Челябинска послезавтра в пять утра, там их встретит Сашка. Кто-то из друзей у него на машине, все не на своих двоих. Родителей уговорила, легенда норм. Да, кстати, денег на счетах больше нет, ни на одном. На покупку тура, билетов до Питера и обратно, аренду квартиры и на расходы нашим отпускникам - ушли все наши сбережения, даже пришлось занять у Веры приличную сумму, наличкой же не заплатить. Твои как отреагировали?

Ты знаешь, на удивление нормально, почти не сопротивлялись. У них там опять локальные боевые действия по поводу правильности полива огурцов. Поэтому единого фронта возражений не возникло. Да и Саньку они обожают, так что три недели с ним – это праздник. Огород свой на соседей оставили, причем без особых проблем, опять же на удивление. Сын и то больше кочевряжился, но куда он денется? Погоди, я только сейчас понял – ты тоже с сыном успела поговорить? Когда? А мне он ничего не сказал.

Я с ним после тебя разговаривала минут через десять, за это время он и успел с другом о машине договориться.

Ааааа, тогда понятно. Попроси свою маму связаться с моими и договориться о поездке в аэропорт.

Хорошо, сейчас в вотсап напишу. Мы дальше что делаем?

Основные вещи я собрал, но часть пришлось оставить, чтобы сделать вид, что мы ненадолго уезжаем и скоро вернемся. Только ты сама посмотри, может, я чего не взял или наоборот ненужное прихватил.

А мы что, не вернемся?

Солнце, пока не знаю. Давай обо всем уже в машине. Нам еще нужно будет как-то красиво обставить наш отъезд перед администрацией базы. Или не нужно? Черт, я сам запутался, дай минутку, пожалуйста, – сказал я и сел на диван, на котором стояли наши сумки с вещами и обе переноски с кошками. Потом посмотрел на жену и, увидев на ее плече Соню, вспомнил: - Кстати, Марка не вернулась?

Нет, и я начинаю волноваться, слишком долго ее нет.

Нормально все, ей же еще отдохнуть после такого перелета надо, вспомни Сеню, он тут чуть кони не двинул, когда из города прилетел, ты мне сама говорила. Ну и собрать со всех информацию тоже за пять минут не получится.

Все равно как-то не по себе.

Это конечно. Ты знаешь что? Оставь здесь, у нашего домика, кого-нибудь из своих птиц. Пусть встретят Марку и проводят к нам.

А к нам это куда?

Подальше отсюда и от людей, уходим в партизаны. Прямо сейчас попроси своих местных друзей, да ту же Дону, найти нам укромное место. Желательно такое же, как то, где мы были ночью, а лучше еще дальше.

Хорошо, оставлю Сеню и скажу, чтобы, когда прилетит Марка, дождались проводника, который нас отведет и вернется за ними. Мы прямо сейчас стартуем?

Не сейчас. Мы подождем обеда, у нас есть три часа до него, как раз поспим немного, потом сходим на обед и на обратном пути сообщим кому-нибудь на ресепшене, что уедем на два дня. История такая: нас друзья неожиданно пригласили в гости, живут тут недалеко. Скажем, что нет необходимости убираться в коттедже и ужин в ресторане перенесем на следующую неделю.

Оля после этих слов подошла ко мне, села на колени и, глядя пристально в глаза, спросила:

Максимочка, у нас же будет все хорошо?

Конечно, Солнце. У нас все будет просто замечательно, в отличие от тех, кто против нас. Мы их всех победим, а потом уедем в лес жить. С твоими птицами, – ответил я, постаравшись, чтобы в моем голосе звучала уверенность, которой у меня, на самом деле, не было и в помине. – А теперь пошли спать и не забудь поставить будильник на час дня. Я тоже поставлю парочку, под чей-нибудь да проснемся.

Давай только кошек выпустим, чего им столько времени сидеть в переносках.

Точно, как-то забыл про них, я же сначала думал сразу уехать, – сказал я и, уже обращаясь к кошкам, продолжил: - Марго, Бетти, сейчас вы свободны, но через три часа сидите каждая у своего переносного дома и лишнего не мявкайте. Ясно?

В ответ не раздалось ни одного мяу, будем надеяться, что поняли.

***

Проснулись мы, конечно, с трудом, не хватило трёх часа сна после такой-то ночи. Быстро умывшись, пошли на обед. В этот раз ели не торопясь и немного, но с собой прихватили несколько классических бутербродов с сыром и колбасой, а еще немного булочек. Перекус в дороге - что может быть прекраснее? Разве что на природе.

На ресепшене тоже все прошло спокойно. Светлана, которая там еще дежурила, не особо удивилась, услышав о нашем отъезде, ну или не показала вида. Сказала, что передаст управляющей нашу просьбу о переносе ужина и отсутствии необходимости уборки в коттедже. На прощанье улыбнулась и пожелала доброго пути.

Что сказать, милая девушка и ответственная. Однако в силу своего испорченного характера мне пришло в голову другое слово – вышколенная.

Перед отъездом Оля еще раз со всеми созвонилась, повторно провела инструктаж, убедилась, что все всё поняли и заодно сообщила, что мы уезжаем со знакомыми в горы. Упомянула, что там не будет связи и поэтому пусть нас не теряют недели две. Родители, конечно, удивились нашей внезапно открывшейся любви к походам в места, где черт ногу сломит и даже связи нет, но сильно давить на нас с расспросами не стали. В конце разговора Оля попросила свою маму скинуть смс, что все нормально, когда будут на борту корабля. После разговора мы отключили телефоны и в ближайшее время включать не планировали.

Я подогнал машину к коттеджу, а когда мы начали загружать вещи, обратил внимание на грузовичок с подъемником. Водитель с деловым видом прямо по газонам подъезжал почти вплотную к нашему домику. На кабине я прочитал: «Охранные технологии - видеонаблюдение».

И тут до меня дошло.

Фигасе, они скоростные, – сказал я, присвистнув.

Кто? – спросила Оля, запихивая последний пакет с вещами на заднее сиденье.

Вон, смотри, – киваю в сторону подъемника, – уже камеры устанавливают, как и говорил «Шариков».

Какой Шариков? Ты о чем?

Ааааа, я же забыл тебе рассказать. Тебе никого не напомнил начальник охраны, с которым мы утром общались?

Нет, но теперь я поняла, про кого ты говоришь и почему Шариков. Фильм я этот не очень люблю, и особенно этого персонажа, но сходство определенно есть. Всё, вещи и животные загружены, инструкции Сене переданы, можем ехать. Ключи от коттеджа будем оставлять?

Нет, возьмем с собой, вдруг всё действительно пойдет, как мы надеемся, и у нас получится вернуться сюда в ближайшие дни. Садись, поехали.

Оля уселась на переднее сиденье и придержала открытой свою дверь. Через несколько секунд я понял, для чего нужна была эта пауза. Ей на плечо уселась знакомая птичка с двойным именем Дона-навигатор и что-то защелкала Оле в ухо. После этого жена пристегнулась и спросила:

Так что тебя удивило в скорости реакции службы охраны? Обещали – сделали. По-моему, все нормально.

Ага, из-за какого-то мелкого происшествия так быстро все вопросы решили? За три часа умудрились согласовать незапланированные траты, нашли, где купить правильные камеры, нашли монтажников с нужной машиной. Ты в сказке, что ли, оказалась?

Вообще-то да. Правда, сказка какая-то страшная.

Ну где-то ты права. Это я про страшную. – Не стал я игнорировать ее шутку. – Но, думаю, вся суета не для того, чтобы нас обезопасить, а совсем даже наоборот.

О, я поняла, – перебила меня Оля и, подняв указательный палец вверх, продолжила с заговорщицким видом: - Это чтобы нас «заопасить»!

Фу, какое уродское слово. Но шутка засчитана. Не перестаю удивляться твоему ускоренному эволюционированию в юморе. От инфузории туфельки ты уже дошла до... – Тут я помедлил, пытаясь подобрать подходящее существо, – ну, пусть будет до жука -носорога.

Опять шутки про мой нос? Дорогуша, ходишь по тонкому льду. Вот обидюсь, и мстя моя будет страшна. Ты меня знаешь.

В ответ на угрозу я сделал гордый вид и запел:

Врагу не сдаееется наш гордый Варяг!

Вот вместе с ним под лед и пойдешь. Со своим Варягом, – не дала мне допеть еще одну строчку из песни жена.

А после этого мы заржали. Ну ладно, я ржал, а жена мило так хохотала.

Отсмеявшись, а я это всегда делаю дольше жены почему-то, продолжил прерванную мысль:

Вернемся к твоему вопросу. Думаю, камеры так быстро установили, чтобы следить за нами. А вот зачем им это – вопрос на 1000 баксов. Есть, конечно, у меня на этот счет мысли, но пока мы не вернулись, думать об этом не хочется. А вот если не вернемся, то и не будет смысла.

Кстати, про тысячу баксов, а если точнее, про сумму в рублях. Как ты и просил, мои пернатые друзья собрали денег, тут недалеко от «Крутышек», едем, я покажу.

Глава 5

Шопинг, но есть нюанс.

Мы не партизаны, мы только учимся.

Явление ... народу.

Все еще 07.07.2020

Через полчаса мы стали обладателями приличной суммы. Приличной она была на первый взгляд, а вот насколько, выяснилось чуть позже, когда мы заезжали за покупками.

По дороге после обнуления заначки с деньгами и до остановки в конечной точке путешествия было еще несколько остановок. Сначала заезд на заправку. Там, помимо полного бака, мы взяли две двадцатилитровые канистры и залили их бензином под горлышко.

Потом посетили супермаркет, ближайший от базы, но находившийся в противоположной стороне от направления нашей дальнейшей поездки. Там мы решили прикупить продуктов и мелочей, о которых я в прошлую свою закупку как-то не подумал. Список получился приличный: антикомариный спрей, мази, предметы гигиены и еще много чего.

Оля молодец! Быстро среагировала после моего сообщения об уходе в подполье, точнее, в леса и составила список мест, куда нужно заехать и чего закупить.

Помимо еды и мелочей мы все -таки купили подходящую для леса одежду в том же торговом центре, где находился супермаркет.

Потом заехали в аптеку, где жена набрала лекарств на все случаи жизни. Я так и не понял, зачем ей нужен крем от загара и еще пара каких-то баночек с непроизносимым названием и таким же предназначением, но ей виднее, она у меня умная и эрудированная.

Был бы я один, пришлось бы жить на подножном корме и использовать лопухи. Нет, можно, конечно, в любой момент сгонять в ближайший магазин, который мы видели, проезжая небольшую деревеньку ВСЕГО полтора часа назад. Эта деревня, состоявшая из двадцати домов, расположенных на двух улицах, оказалась последним населенным пунктом на нашем пути. Однако посещение местного магазина решили отменить, чтобы лишний раз не светиться. Конечно, есть шанс, что все-таки придется ехать, если наше отшельничество затянется, но мы постарались предусмотреть все возможные проблемы, связанные с проживанием на природе.

Рассчитывались, естественно, той наличкой, которую взяли в тайнике. Ее на все не просто хватило, а еще осталось на нормальный такой отпуск где-нибудь в Турции.

Откуда столько денег, никто ответить не мог, ни птицы жене, ни соответственно она мне. Даже в нашем миллионнике они такую сумму приносили за пару недель, а тут в области меньше, чем за сутки, наковыряли. Может, у них есть доступ к чьей-то огромной нычке или вообще к банковскому хранилищу, забитому пачками денег, как в киношках показывают? Хотя нет, тогда бумажки были бы все крупного номинала, новенькие и вкусно пахнущие. А там в кучке купюр, которую нам собрали птицы, дикий разнобой по номиналу, да и состояние некоторых купюр было аховое. Ну да не о том я думаю, главное - бабло есть, запасы всего есть, мы свалили подальше и родных успели вывезти. По крайней мере, надеюсь, что они уедут нормально и ничего не случится.

***

Спустя три часа езды, из которых только час мы передвигались по относительно нормальной дороге, а остальные два по полям, пролескам и вообще не пойми каким местам, наконец-то наступил момент, когда наш Навигатор сообщила о прибытии в нужное место.

В этот раз поездка прошла проще, по крайней мере, в плане управления движением. Навык реагирования на команды через вторые руки потихоньку нарабатывался. Однако все равно устал сильно. А все почему? Наши пернатые помощники слишком буквально восприняли просьбу отвезти нас подальше от всех, чтобы совсем никто найти не смог. Буераки, узкие тропы, по которым пешком-то с трудом можно передвигаться, разбор завалов на так называемых дорогах – это описание только последних 30 минут езды. До этого было еще хуже.

К слову, деревенька с магазином, ранее упомянутая, вообще непонятно откуда там взялась. До ее обнаружения мы уже час ехали по проселкам, и ни одной живой души не видели. Да к ней даже дороги никакой не ведет. Мы просто вырвались из леса, а там внезапно это поселение. До этого места я реально ехал, виляя между деревьев, никакого намека на дорогу не было. А тут и дома, и люди, и даже магазин. Шайтан, однако, не на вертолете же сюда добираются.

С другой стороны, если мы сюда так добирались с проводником, то преследующим нас, если таковые найдутся, будет еще сложнее.

Я вылез из машины и с наслаждением потянулся. Затем, не слушая отчаянного мяуканья, устроил себе второй кайф - закурил. Эти некурящие тираны, в том числе и дражайшая супруга, не давали мне исполнить древний ритуал североамериканских индейцев, а у меня уши, что называется, опухли до уровня Чебурашки или даже индийского слона.

Как только мы приехали на место нашего нынешнего проживания, причем, думаю, все-таки на долгое время, моя птичница сразу накинулась на меня с вопросами. И это она отвлекла меня не только от вкуснейшего перекура, но и еще от более важных дел, таких, как выбор места стоянки и, собственно, обустройства оного.

Нет, попытки задавать вопросы она делала и во время пути, но после нескольких матов, за которые мне ни фига не стыдно, пообещала, что я за все и на все отвечу, как только доедем.

Теперь давай объясняй, чего это мы так резко сорвались сами и отправили всех своих в непонятное путешествие. Ладно хоть не пешее. Ты что-то узнал и мне не сказал? Или понял? Но почему не посоветовался со мной? Нет, я понимаю – ты мужчина и принимаешь все решения сам, но сейчас все и так непонятно, если не сказать страшно, а ты заставляешь меня пугаться еще больше. Чего молчишь? – все это Оля выпалила без паузы, гневно взирая на меня снизу вверх.

Это всегда так смешно, когда она ругается, стоя вплотную ко мне. Будучи ростом ниже меня на пятнадцать сантиметров, ей приходится тянуться, причем незаметно для себя самой. Думаю, она это делает, чтобы взгляд был вровень, а значит разговор идет на равных, но каждый раз, естественно, не получается. Отчего она начинает сердиться еще больше.

Я сделал очередную затяжку, чем заставил жену отступить. Оля не переносит табачного дыма, от слова совсем. И как она живет со мной, дымящим, словно пароход, уже много лет, я не знаю. Конечно, как и любая женщина, она пыталась на меня повлиять, чтобы я бросил курить. Но помимо недолгих периодов, максимум месяц без сигарет, добиться ничего не смогла. И то это были моменты, когда я сам решал, что надо бросить.

Однажды я перестал страдать этой фигней с ограничениями себя, любимого. Тогда я придумал себе новый девиз: «Если брошу пить и курить – стану идеальным, а кому нужны идеальные люди?».

Пафос - наше все!

Смотрю на жену и понимаю: перекурить сейчас не получится. Выдыхаю дым в сторону, смотрю уже с сожалением на недокуренную сигарету, плюю на нее, туша окурок, и убираю его в специально оставленную пустую пачку. Пожары и свалка мусора нам тут не нужны.

После этого начинаю говорить. Благо возможность обдумать и почти систематизировать в голове всю накопившуюся за последнее время информацию у меня была. Основные моменты нашей дальнейшей стратегии выживания удалось выделить еще до выезда с базы. А вот окончательно расставить все по полочкам придется уже сейчас, на ходу, в процессе обсуждения со второй половинкой.

Смотри, у нас есть враг. Да не морщись ты – именно враг. После того, что мы затеяли и уже сделали, они нас точно считают врагом. Пока они еще не до конца поняли наши возможности или просто недооценили, но после ночного происшествия точно пересмотрят свое мнение. Далее, у этого врага есть финансы и, что называется, «длинные руки». Да и со связями у них точно проблем нет, раз они смогли так развернуться. Как ты понимаешь, в нашей организации – в этот момент я показал руками на окружающие нас лес, кусты и все остальное, в том числе и на нас самих с автомобилем – ничего из вышеперечисленного пока нет. У нас сейчас не девяностые, полиция работает на порядок лучше, и оснащение там нормальное. Мы с тобой только маленькую часть их возможностей узнали, и то только благодаря нашим пернатым помощникам. И, несмотря на всю нынешнюю мощь полиции и смежных структур, наши визави смогли создать огромную сеть по перевозке, фасовке и распространению наркотиков. Это значит, что они как минимум не слабее полиции в оснащении и их точно кто-то из верхушки «Органов» прикрывает. Так вот, не сегодня - завтра они поймут, что их люди не просто загуляли, а что-то с ними серьезное произошло, возможно, несовместимое с жизнью.

Оля слушала внимательно, даже не пытаясь перебить. Я же, как частенько со мной бывает, вошел в раж. Бывает со мной такое. Не то чтобы я болтун или глухарь на току, но заносит меня. Если тема интересная, я ее хорошо изучил и есть кому рассказать, то со мной происходят небольшие метаморфозы. Спина распрямляется, голос переходит на менторские, слегка нудные интонации, и я начинаю ходить из стороны в сторону, если, конечно, позволяют пространство и обстановка.

А теперь представим, что вокруг лес, а из слушателей только жена, несколько птиц и какой-то подозрительно шевелящийся куст.

Смешно?

Наверное.

Однако меня такое никогда не останавливало. Более того, я в такие моменты почти ничего вокруг не замечал.

Мы с тобой не знаем точно, было их всего трое или нет. Может, еще кто-то на шухере оставался, а может, у них вообще есть купленный человек из персонала базы. Далее, а точнее, первое – они же как-то нас нашли. Более того, не просто базу, где мы находимся, они точно узнали, где мы располагаемся, следили за нами какое -то время, чтобы прийти тогда, когда мы максимально не готовы. – Я сделал паузу и попросил: – Солнце, дай, пожалуйста, водички – горло пересохло, а говорить нам с тобой еще долго.

Ага, смешно! Говорить.

Я тут лекцию непутевым и неразумным читаю.

И самое страшное, что этим глупцам нельзя открывать, насколько по интеллекту я впереди них по развитию.

Мысли - огонь!

Шучу!

Я так никогда не думал и не буду думать.

Но вот кто-то другой так может.

Вспомните об этом, когда кто-то будет вам читать лекцию на тему, ну, например, «Чем антибактериальное мыло лучше обычного детского».

Оля достала из машины начатую полторашку с минералкой и подала мне. Сделав два глотка, я продолжил.

Есть еще момент. Почему-то начальник охраны не сообщил нам о трех непонятных личностях, отиравшихся у нашего коттеджа. И тут возможны два варианта: первый – они поселились на базе, и их воспринимали как отдыхающих, второй – «Шариков» или кто-то из охраны, кто имеет доступ к записям с камер, заодно с ними. Оба варианта для нас печальны.

Подожди, – перебила меня Оля, – но ведь камеры не видят наш коттедж, по крайней мере, ту часть, с которой они к нам проникли. Те трое просто могли не попасть на камеры. Ты это не учел?

Ты сама ответила на вопрос. Камер на территории базы установлено море, но эти ребята, пусть будет им земля стекловатой, точно знали, как подойти к нашему домику, минуя их. Или, как я только что сказал, кто-то просто не захотел замечать их на записях. И в том, и в другом случае им точно помогали.

А ты не думаешь, что раз они следили за нашим коттеджем и нами, то могли рассчитать такой маршрут, чтобы не попасть в объективы?

Не думаю. Пока мы укладывали вещи в машину, я прикинул, куда смотрят ближайшие к коттеджу камеры. Так вот, там точно перекрываются все подходы максимум за 15 метров. Я вообще не понимаю, как при таком плотном покрытии территории нашлась мертвая зона, через которую они проникли в дом. Все вышесказанное приводит к мысли, что не сегодня- завтра к нам нагрянут уже серьезной толпой. А параллельно могут попробовать дотянуться до родителей. То, что к сыну в Питер они заявятся, я не очень верю, но надо учитывать и этот вариант. К ментам идти бесполезно, во-первых, повторюсь про высокую вероятность наличия продажных в их рядах. Во-вторых, не успеем мы получить от них помощь, если они вообще захотят нам помогать. Даже от тех, на кого мы ставку сделали в УБН. Все-таки они часть госструктуры, а это бюрократия и все, что с ней связано. Сама видишь, как долго по нашим данным не начинается движуха. На других сотрудников этого управления, да и полиции в целом, выходов прямых у нас нет. Не записками же через птиц с ними общаться. Ну и в-третьих, мне почему-то не хочется раскрываться перед полицией. По крайней мере, пока совсем жареным не запахло. Вот я и решил вдали от людей отсидеться. Есть шанс, что за неделю-другую наркосеть накроют. Возьмут, конечно, не всех, мы с тобой изначально не верили, что такое возможно, но структуру разрушат. Заставят бежать оставшихся по той или иной причине на свободе, а там, может, и про нас забудут. Что те, что другие. Как минимум долгое время им будет не до нас, – длинный спич довел мое горло до состояния небольшой пустыни, и я снова приложился к бутылке с водой.

А вдруг ты не прав, и те трое, что к нам вломились, все-таки обычные воришки. Допускаю, что работают с кем-то из охраны, но их пропажа необязательно на нас укажет. Ты посмотри на нас, кто поверит, что мы что-то смогли сделать с тремя здоровыми молодыми мужиками?

Солнце, мы пошли по кругу, этот вариант уже обсуждался и был отброшен как несостоятельный, завязывай. Даже если ты все-таки права, я не готов всеми нами рисковать. Родители с сыном повеселятся, а мы посидим тут. Какое-то время посмотрим за ситуацией в городе и на базе. У тебя же там остались птицы для наблюдения за коттеджем, помимо Сени?

Да, после этой ночи я дала указания, чтобы дежурили у домика. А когда уезжали, сказала им, чтобы каждый день кто-то к нам прилетал и отчитывался по обстановке.

Хорошо, если эти вопросы утрясли, давай займемся нашим лагерем. Спать будем в машине, но нужно место для костра и для туалета. Да и поесть уже хочется. Вот что, сначала мы перекусим, а потом займемся выбором места и обустройством.

Оля занялась нарезкой бутербродов с колбасой, сыром и листьями какого-то салата. То, что мы прихватили из столовой «Крутышек», схомячили под ноль во время пути сюда.

Я достал из багажника наши рюкзаки и то, что докупали в начале поездки. Наши домашние шмотки оставил отдельной кучкой, решил, что сейчас они не нужны, а потом Оля решит, что и куда. Разложил все на покрывале, прихваченном с базы, и после этого выпустил котеек. Те верещали еще громче, чем во время поездки.

Переоделся в купленную три часа назад одежду и распихал по карманам всякие нужные штуки типа ножа, компаса, спичек и т.д. Почти в каждом кармане что-нибудь да лежало. Подумал, что если я еще не полноценный лесник (шутка), то как минимум бывалый путешественник, по крайней мере, выгляжу таковым.

Я надеюсь.

Пока жена надевала спецодежду, я с бутербродом в одной руке и минералкой в другой пошел осматривать ближайшую территорию, чтобы выбрать место под стоянку. Лагерем, наверное, это не стоит называть, ведь ни палатки, ни спальников у нас нет, а как укрытие от непогоды мы планировали использовать машину.

Через час места под костер и туалет были готовы.

Мини-лопатка все-таки оказалась у меня в инструментах. Отец всегда заставлял меня возить полный набор, так сказать, на все случаи жизни. Надо будет ему потом сказать, что первый раз за всю жизнь пригодились и лопата, и топор - какое глубокое предвидение! Двадцать лет перекладываю из одного авто в другое всю эту трехомундию, уже машины четыре поменял, и только сейчас понадобилось.

Костер, на самом деле, нужен больше для романтики. Ну или на случай, если закончится газ для плитки. Раньше я такими плитками не пользовался и оценить расход голубого топлива не могу. Будем надеяться, что не придется готовить, как нашим пещерным предкам.

Туалет также больше для проформы, точнее, для соблюдения норм цивилизованных людей. Подходящее место под него нашлось в ста метрах от машины. В итоге клозет из себя представлял обычную яму у двух кустов, которые перекрывали вид на машину, или от нее...

Ага, чего там было про нормы и цивилизованность?

Как ни странно, за час, что мы уже находились в лесу, ни один комар или муха нас не посетили. Может, эти спреи и зеленая хрень в виде спирали, которую поджигают, а она мерзко воняет, нам и не пригодятся.

Пока я срезал дерн под стоянку и копал яму под костер, Оля добралась до сортировки вещей. Разложила на две кучки: те, что нам пригодятся в ближайшее время, и другие, прихваченные непонятно для чего.

И это не мои слова, если что, цитата «Великой». Да еще и произнесенная с нескрываемым сарказмом. Что меня не задело, а позабавило. Я-то помнил, что именно моя ненаглядная собирала большую часть этих ненужных шмоток.

Также она выбрала продукты, которые станут нашим сегодняшним ужином, а потом перенесла их вместе с покрывалом к месту стоянки.

Неотобранное для сиюминутного использования было мне поручено снова убрать в багажник машины.

Затем жена пошла собирать дрова. Ночь, конечно, еще не скоро, но мы решили набрать побольше сушняка, чтобы потом лишний раз не бегать.

Потом мы притащили два не до конца сгнивших березовых бревна, которые я нашел, пока подбирал место под туалет. Положили их углом, у будущего костровища, чтобы использовать как лавки.

Сняв кору с верхней части уложенных на место бревен, я немного подстругал их топором, выравнивая поверхность. После того как я закончил, Оля накидала на них одежду, снова вытащенную из машины.

«Ага, пригодились вещички», - хотелось мне сказать, но я благоразумно промолчал.

Время за подготовкой быта пролетело незаметно.

Несмотря на то, что сейчас середина лета, темнота упала на нас как-то внезапно. Вроде вот только светило начало краснеть, подсказывая людям, что закат близко, только мы начали готовить ужин, и вот уже светло лишь в радиусе трех метров от костра. Хорошо, что мы его заранее разожгли.

С таким закатом, а точнее, с его отсутствием, лично я сталкивался только на море. В тот единственный раз, когда отдыхал с женой в Турции. Хотя, думаю, в горах такое, наверное, тоже бывает.

Еще хорошо, что к тому моменту с плиткой я разобрался и разъяснил жене, что да как с этим девайсом. Оля, не мудрствуя лукаво, по-быстрому сварила макароны и, закинув туда тушенку в количестве одной банки, забабахала быстрый и сытный ужин.

Почти все время до ночи, пока обустраивали наше место стоянки, мы с Олей не разговаривали. Перекидывались иногда шутками, просили у друг друга совета в чем -либо или помощи.

Жена почти все время болтала с птицами, которые редко-редко менялись, занимая место ее собеседника. Я же продолжал прокручивать в голове возможные варианты развития нашей операции. Если быть точнее, то ее последствия, которые нас уже настигли и еще могут быть впереди. Ничего хорошего я пока не видел и придумать не мог.

Особенно плохого вроде тоже не нахожу. Плюсы в связи со всем этим бардаком в нашей новой жизни тоже есть.

Жене, конечно я такого не скажу, нечего ее расстраивать, но самому стало непонятно.

Непонятно, что будет дальше. Непонятно, зачем вообще все это. События странные начали происходить.

Что делать и как с этим жить?

Голова не хочет над этим всем думать.

Может, я отупел?

Мозг отмирает?

Хм... Подумаю об этом завтра.

***

Сели поедать эти недомакароны по-флотски, или они макароны недо по-флотски? (Коверкаю специально) Надо будет у тещи потом спросить, как правильно будет, она у нас в этих вопросах спец. Не, не в макаронах, а в правильном использовании русского языка. Не зря же литературу и русский преподавала столько лет. Вот и пригодилось.

Поесть нормально мы так и не смогли. Где-то через пять минут после того, как уселись и начали жевать, за моей спиной вдруг посветлело. Сидел я спиной к машине и к той части леса, откуда мы приехали.

Первая мысль, пришедшая в голову, кто-то смог добраться к нам, в эту глушь на машине, и это свечение от включенных фар. Однако не услышать звука двигателя я не мог, даже несмотря на все обилие ночных звуков леса. А их оказалось даже больше, чем днем. Кто бы мог подумать, что дикая природа в глуши ведет себя совершенно иначе, чем в небольшом удалении от городов.

Оля сидела боком ко мне, и она уже смотрела мне за спину. Глядя на вытянувшееся лицо жены, я решил, что тоже хочу так удивиться.

Встаю с бревна-сидушки, поворачиваюсь и вижу, что на самой границе леса и поляны стоит женщина. Свет исходит от нее самой. Даже не свет, а свечение белое, неяркое и какое-то теплое. Не знаю, как еще точнее описать ощущение, появившееся после того, как увидел его.

В голове пронеслась череда мыслей. Конечно, как поклонник фильмов и сериалов про сверхъестественное, первое, о чем я подумал, – это призрак. Если уж бывают живые боги и какая-то непонятная магия, то почему бы не быть и призракам?

На этом, собственно, моя фантазия закончилась, и в голове начались серые офисные будни. Потому как вместо поиска других вариантов, кто бы это мог быть, я начал думать: «А что мы сможем ей сделать?»

Нет, пересмотренные, причем не один раз, пятнадцать сезонов сериала про двух братьев, охотников на нечисть, сделали меня почти экспертом в борьбе с монстрами. Но то киношные монстры, а тут...

Я на всякий случай ущипнул себя.

Ай!

Блин.

Больно.

И есть у меня ощущение, что все методы борьбы с призраками из этого сериала сейчас не сработают.

Пока эта ерунда крутилась в моей голове, Оля все сделала сама. Она встала, удивление с ее лица уже сошло, сменившись на...

Да не может такого быть!

Единственное, что пришло мне в голову, когда я глядел на мою жену – это слово «смирение».

Не–не-не. Я не религиозен, хотя и крещеный, но тут слово как будто всплыло из памяти.

А потом Оля удивила еще раз:

Здравствуй, Плисада. Так рано мы тебя не ждали.

Я повернулся и посмотрел на ту, кого жена назвала именем уже известной нам богини. Та пока не сдвинулась с места, и рассмотреть ее нормально мне так и не удалось.

Поэтому я снова повернулся к жене и увидел, что Оля еще и голову склонила, обращаясь к неожиданной гостье. О, ну это уже не смирение, а ПОКЛОНение.

Ха, неплохой каламбур получился. Надо будет жене рассказать.

Или не надо?

Не поймет?

В смысле, шутку-каламбур поймет. А вот в отношении богини может не оценить.

Ладно, это потом, если не забуду.

А сейчас...

Раз жена так почтительна, и мне не грех. Снова поворачиваюсь (вот я флюгер сегодня вечером!), чтобы поклониться, и вздрагиваю. Богиня уже в шаге от меня и смотрит, как мне показалось, насмешливо. Склоняю голову, а сам думаю, ну что за архаизм, такими темпами скоро заговорим, как бояре шестнадцатого века. С другой стороны, сейчас не поклонишься, а она потом шею свернет, как тем трем бедолагам. Кто его знает, что у нее в голове? По-любому там тараканы такие страшные, что мне и не снились, богиня все-таки.

Кстати, ее свечение перебивает свет от костра. Вот мы в ночном лесу, и красный свет от горящих толстых полешек окутывает уютом и воспоминаниями о детстве. А вот мы уже в большом темном помещении, и над нами загорается огромный такой люминесцентный фонарь. Знаете, как в игрушках-стрелялках, с уклоном на хоррор.

Еще через секунду понимаю, что свет сместился, поднимаю голову и поворачиваюсь к жене.

Да что ж такое!?

Верчусь, как пятиклассница у зеркала перед первым свиданием.

Вижу, как Плисада кладет руку на голову Оли и говорит:

Садись, дочь моя, настало время нам поговорить. А то, что я раньше к тебе явилась, так на то есть причина. Помощь тебе моя нужна. Да и мне твоя не помешает. Может, и твой «непутевый» пригодится, – сказала богиня и сама уселась на Олину сидушку, потом посмотрела на меня и улыбнулась.

Че это она разулыбалась? Подозрительно как-то.

Оля села рядом с богиней и тоже улыбнулась, глядя на меня, после ее улыбки у меня пропало желание как-нибудь реагировать на «непутевого» - бабы, че с них взять, не обижаться же. С другой стороны, меня из слуги до «непутевого» подняли. Уже прогресс.

Богиня продолжила:

Знаю о ваших бедах. Дело вы задумали хорошее, но глупое. Не то чтобы мне было дело до того, чем люди себя уничтожают. Но вы, человеки, давно стали частью экосистемы нашего мира. Да, шумной, грязной, беспокойной, но частью. За эти столетия привыкла я к вам. К тому же вы поставляете проводников моей воли. – Увидев непонимание в наших взглядах, она хохотнула и продолжила: - Ну вы чего?

И так по-человечески она это произнесла, что я прям оторопел.

Мои дочери, они же Говорящие с птицами, они же проводники моей воли. Могли бы и догадаться. Но вернемся к вашим проблемам. Повторюсь, то, что с отравой покончить хотите и людишек плохих извести, мне без разницы. Но что касается созданий моих, тех, что с вами этим делом занимаются и при этом счастливы, то хорошо. Так всегда бывает, если Говорящая – хороший человек.

А я еще человек? – перебила ее Оля.

Задала она этот глупый, казалось бы, вопрос таким тоном, что я, который знает ее как облупленную, понял – ответ для нее очень важен.

Почему вопрос глупый? Да потому, что несмотря на все происходящее, в ней по сути ничего не поменялось. Те же две ноги, две руки и голова, все с теми же двумя глазами, одним ртом и одним носом. Нос, конечно, немного напоминает клюв, но эта деталька с ней была всегда. Хвост, перья и мех не появились, и ладно.

Я хотел вмешаться и развеять сомнения жены этими аргументами, но Плисада сама ответила. Правда, мы услышали не совсем то, что я ожидал:

Конечно, да, но не совсем. Ты теперь суперчеловек, как в этих ваших новых фильмах. Ты помогаешь другим людям и природе жить в гармонии. Ты творишь добрые дела, и благодаря этому птицам, что с тобой повязаны, тоже в мире хорошо живется. И срок им больше отмерен, и семьи у них крепче. Детишек больше смогут народить, радость от жизни у них не проходит, ну и с напастями всякими есть кому помочь. – Богиня сделала паузу, а потом почти торжественно произнесла: - Так что я тобой довольна! Почему, думаешь, птахи летят постоянно повязаться с тобой, хотя другие мои дочери есть и здесь, и в соседних землях? Все просто – помимо помощи ты даешь им смысл не обычного существования, а важности их деяний. Им это необходимо, они станут частью легенд, передаваемых через поколения, и чем важнее будут твои дела, в которых птицы тебе помогают, тем более значительной будет их роль в легендах. Если сказать проще, ты делаешь их частью Истории с большой буквы.

Не скажу, что я проникся этой речью. Даже, на мой взгляд, с пафосом она переборщила. Хотя что я могу знать об этих богах и их манере вести разговоры?

- Но теперь о главном. Вам придется отложить это маленькое и «важное» дело с продавцами отравы. – Плисада так выделила интонацией слово «важное», что я сразу представил, как она при этом делает жестом кавычки. - Или, если быть точнее, то не отложить, а параллельно с этим кое-что сделать. Вы должны спасти твою сестру, Ольга. Её похитили те люди, которые сейчас охотятся за вами. Не уверена, совпадение это или реакция на ваши действия, но четыре дня назад торговцы отравой захватили другую мою дочь. Где она сейчас находится, я не знаю, уверена в одном: ваш город она не покидала. Я чувствую, что она жива, но найти ее не получается.

Я посмотрел на Олю, как бы спрашивая, могу ли я обращаться к богине. Жена, уловив мой взгляд и поняв немой вопрос, кивнула.

Уважаемая Плисада, есть несколько вопросов к вам.

Спрашивай, воин.

Ого, меня уже подняли в статусе до воина. Надо поднажать, такими темпами до князя дорасту. Только бы не ляпнуть такое вслух, подумал я и задал первый вопрос:

Почему вы не помогли той, другой Говорящей, как нам, той ночью? Ну, когда ее захватывали.

***

Ночь.

Иона сидела на своей любимой ветке своего любимого дерева, которое люди называли Черемуха. Она вообще не понимала, зачем люди дают имена всему, что видят вокруг себя. Вообще всему. Зачем? У них, у крылатого народа, все просто. Дерево может быть съедобным или несъедобным, полезным или нет, а еще оно может быть разного цвета в зависимости от времени года.

Ну да ладно, с этим Иона готова была мириться. Она давно приняла тот факт, что все человеки странные. Кроме разве что тех, кого они называли «Говорящие». Но и тут бывали нюансы.

Вот у дома своей Говорящей Иона как раз и сидела. С некоторых пор Елена ввела круглосуточное дежурство у своего дома. Как будто раньше птицы игнорировали жилище той, к кому они привязались.

Ну бред же!

Всегда кто-то из их пернатой братии находился здесь. По какой-нибудь причине или без таковой. Однако месяц назад Елена дала команду на постоянный контроль за всем, что происходит у ее дома.

Вот, кстати, еще одно дурацкое решение людей. Они зачем-то разделяют год на сезоны, сезоны на месяцы, месяцы на недели, недели на дни. Иона с ума чуть не сошла, пока вникала в эту их непонятную систему. То ли дело у птиц. Все просто. Есть темно, когда прячешься и спишь. Есть светло, когда летаешь, ищешь еду и вообще радуешься жизни. Есть теплое время, когда высиживаешь яйца и растишь птенцов. А потом наступает время, когда надо улетать в другое место, потому что здесь холодно и нет еды. Ну все же логично. Нет, им надо все усложнять.

Несмотря на всю неприязнь, которую Иона испытывала к людям, она и не заметила, как сама очеловечилась. Стала употреблять много людских слов, стала думать и рассуждать не только о простых вещах, но и на философские темы. Даже переняла привычку бухтеть, как человеческая старая бабка. Чем она сейчас и занималась.

Однако это не мешало ей вести наблюдение за домом Елены и обнаружить появление черной большой машины, которая остановилась у калитки. Иона даже смогла успеть прокричать своим хриплым, но громким карканьем предупреждение другим птицам, когда увидела, как из автомобиля вылезли три мужские особи и, не скрываясь, пошли к дому Говорящей.

На случай появления незнакомцев, особенно ночью, птицам была дана четкая инструкция: криком оповестить всех собак и кошек в округе, чтобы те, в свою очередь, подняли своих хозяев. Кто-нибудь да окажется на улице и поможет. Все птицы, услышавшие предупреждение наблюдателя, должны были дальше передавать сигнал тревоги и собирать пернатую армию на помощь своей Говорящей.

Елена жила в своем, как люди говорят, частном доме. Поселок, в котором находился ее дом, как бы прислонялся к городу, с его большими домами, широкими улицами и громкими автомобилями, делая вид, что не является его частью и вообще не хочет иметь ничего общего с ним. Все жители поселка знали друг друга, жили пусть не общиной, но очень дружно и, можно даже сказать, как-то по-старинному. Если возникала у кого-то из них проблема, на помощь обязательно приходили всем поселком. Эта соседская помощь и была первой линией обороны. Если бы случилось что-то невероятное и никто из людей не смог помочь, то уничтожение напавших на Говорящую осуществляла армия птиц.

У Елены и в этот раз был шанс своевременно получить помощь. Более того, у нее был план на крайний случай, так называемый «Le chance finale». А именно оборотная форма – форма зверя. Находясь в этом облике, она становилась почти неуязвимой и смертельно опасной. За те разы, что ей приходилось трансформироваться, ни один ее враг, вынудивший на превращение, не выжил.

Однако в этот раз что-то пошло не так.

Сначала клич о помощи от Ионы почему-то не достиг ушей тех, для кого он предназначался. А это означало, что ни соседи, ни пернатая орда не придут спасать Елену. Они просто не знают об угрозе.

Ну а когда громилы ворвались в дом Говорящей, оказалось, что она не может воспользоваться своей силой, то есть превратиться в чудовище.

Всему виной послужила неказистая деревянная фигурка, очень походившая на древнего идола, которую можно увидеть почти в любом краеведческом музее. Отличие было только в размере. Эта фигурка, изображавшая женщину, была размером с кулак взрослого человека.

Наличие артефакта у одного из похитителей и не позволил птице-стражу докричаться до других пернатых, и он же не дал самой Елене воззвать к богине.

Те птицы, что всегда находились рядом с Еленой, погибли в попытке отбить нападение на свою Говорящую. Их было слишком мало, и, если честно говорить, не того размера были пернатые защитники. Спастись смогла только одна птица, особенно близкая Елене. Женщина успела отослать свою главную пернатую подругу в тот момент, когда поняла, что ей не спастись.

Эта птица добралась до Главы стаи, которая и смогла призвать Плисаду. Однако было уже поздно. Когда богиня появилась в доме Говорящей, там уже не было ни ее самой, ни похитителей.

А Иона, та самая, что была на страже у дома своей Говорящей, и не предупредила.

Та, что должна была спасти, но не смогла.

Та, что не любила дурацкие людские названия месяцев и деревьев, но незаметно для себя самой очеловечилась.

Ее просто пристрелили люди, те самые, что тащили ЕЕ ГОВОРЯЩУЮ, как мешок с овощами. Иона ничего не смогла сделать. Когда она кинулась на помощь, осознав, что больше никто не придет и не прилетит, чтобы их спасти, один из похитителей поднял руку с пистолетом и нажал на спусковой крючок.

Нет, звук выстрела не разбудил всю округу. Преступники не собирались совершать такой ошибки. Пистолет был с глушителем.

Птицу ударило в грудь чем-то тяжелым и очень больным, а через мгновение она уже лежала на земле, не подавая признаков жизни.

Еще через две минуты в автомобиль, дожидавшийся похитителей, сел последний из головорезов. Машина тут же тронулась с места и, проехав до конца квартала, пропала за поворотом, увозя в никуда женщину, которая стала смыслом жизни для многих пернатых жителей этого города.

Глава 6

Сказки не Шахерезады – это когда

пока кто-то говорит, другой кто-то должен молчать.

Недолго мы были туристами.

Что-то там про долг.

Оп-па, у жены новый братик.

07.07.2020-08.07.2020

Не смогла, – тяжело вздохнув, ответила Плисада. – Дочь меня не призвала. Когда ко мне обратилась Глава стаи, обитающая рядом с Еленой, и сообщила, что произошло похищение моей дочери, я сразу отправилась к ней. Однако опоздала. Кроме мертвых птиц я там ничего и никого не нашла. К сожалению, мне не сразу пришло в голову досконально изучить память той птицы, что сообщила о похищении. Только после вашего ночного происшествия я снова призвала ее. Мне показалось удивительным совпадение, что на двух моих дочерей происходит нападение с разницей всего в четыре дня. И это впервые за несколько десятков лет.

А почему...

Не перебивай. Еще раз так сделаешь, и я лишу тебя возможности разговаривать!

Достаточно резко остановила мою попытку вклиниться в свой рассказ Плисада. Но тут же смягчилась:

Все вопросы зададите потом. Так вот, после возвращения от вас я решила внимательно просмотреть в воспоминаниях спасшейся птахи все детали схватки Елены и похитителей. Хотя какой там схватки, ее спеленали, как младенца. В общем, я обнаружила, что один из похитивших Елену участвовал в нападении на вас. Кстати, это был тот самый, что залез через окно в спальню. Знала бы тогда, кто он, оставила бы в живых, чтобы пообщаться. Но что сделано, то сделано. Еще, просматривая память птицы, я увидела кое-что странное. В руках у одного из похитителей было что-то. Какой-то странный предмет. Что он из себя представляет, понять я не смогла. Взгляд птицы раз за разом уходил от него, как будто его отводили. Видимо, это и был артефакт, который блокировал способности моей дочери.

Помня об угрозе со стороны богини, но не имея возможности сдерживать желание задать вопрос, я не придумал ничего лучше, чем поднять руку, как в школе.

Плисада заметила мой жест и тяжко вздохнула:

Ты ведь не успокоишься?

Вопрос был чисто риторическим, поэтому, не дожидаясь с моей стороны ответа или хотя бы кивка, она продолжила:

Спрашивай, глазопялка.

Ну вот, недолго я в звании воина побыл.

Допустим, Елена не смогла вас призвать, но вы же должны были почувствовать угрозу ее жизни. Стоп, а почему глазопялка? Это ругательство такое? А что означает?

С глазопялкой сам разберешься, глазопялка, – она улыбнулась. – А по угрозе тут два варианта. Или ее жизни ничего не угрожало, или тот артефакт помешал этому. Вам предстоит выяснить это, когда найдете Елену.

Если этот артефакт такой могущественный, то почему за нами пришли без него?

Почему в этот раз они были без артефакта и зачем им вторая Говорящая, не знаю, но есть у меня мысль. Я к ней вернусь, а пока кое -что расскажу. После того, как я выяснила, что нападение на двух моих дочерей совершалось с участием одного и того же человека, мне стало интересно, что вас могло связывать. И не нашла ничего, кроме того факта, конечно, что вы обе мои дочери. Потом я опросила ваших птиц, не всех, понятно, самых приближенных. Я пыталась выяснить, что в последнее время изменилось в вашей жизни. А именно: что могло негативно повлиять на вас обеих? И убедилась в том, что и так знала. Елена ничего не меняла. Ни новых людей в окружении, ни новой работы, даже новые магазины не посещала. В общем, вела образ жизни, который многим бы показался скучным. Бывают у моих дочерей такие периоды, но сейчас не об этом. Получалось, что проблема связана с тобой, Ольга.

Ааааа, – не выдержал я, - это все из-за наших действий. Получается, и те, и другие нападавшие - люди наркоторговцев?

Я хотел дальше продолжить мысль, но вдруг понял, что не могу произнести ни слова. Рот открывал, в голове проговаривал, ну как обычно это у людей бывает, но ни одного слова вслух не мог произнести. Наверное, со стороны это выглядело, как будто я рыба, которую только что вытащили из воды.

Я же тебя предупреждала, – раздался голос Плисады. – Не волнуйся, – это она уже к моей жене, – вернется голос к твоему недотепе, когда я закончу, а пока не обессудь.

Прикольно, а я смогу с ним так делать?

Вот сейчас меня жена удивила. Хотя нет, она нас обоих удивила, Богиня тоже выглядела, мягко говоря, ошарашенной. Не ожидала она такой реакции на свои действия, потому, видимо, и ответила, не задумываясь:

Конечно, сможешь, дочь моя, но позже, когда силу наберешь.

- Это че такое происходит, люди добрые?! - мог бы я сказать, но не получалось, ибо я сейчас рыба. - Жена, вместо того чтобы встать на мою защиту, такое говорит! Ну ладно, эта мамка всех пернатых, но моя собственная супруга! Писец ей, вот уйдет ее покровительница, все выскажу или вообще по жопе отшлепаю.

А вообще твой ныне молчаливый супруг прав. Ты, дочь моя, со своим непоседливым муженьком ввязалась в передрягу, которая и послужила причиной наших нынешних проблем. У меня еще есть вопросы, на которые предстоит найти ответы. Например: как эти убивцы-отравители узнали о тебе и тем более о Елене? Что точно они знают о ваших силах? Что они знают обо мне и что за артефакт был с похитителями? Вопросов на самом деле больше, но я найду на них ответы, в том числе и с вашей помощью. Однако в одном я сейчас точно уверена: все из-за ваших делишек, и проблемы нам создают эти душегубы.

Дальше Плисада рассказала, почему она вообще здесь появилась раньше обещанного времени:

«Несколько часов назад к одной из Глав стаи, которой из-за последних событий пришлось временно разместиться в городе, а точнее, в городском бору, поступила новая информация от Наших птиц. Они сообщили, что с одного из отслеживаемых ими адресов выехали четыре машины, набитые под завязку бандитами. Проследив за ними до выезда из города и еще немного, Наши пернатые выяснили, что едут они в ту же сторону, куда мы отправились несколько дней назад. Может быть, это и совпадение, но птицы не стали рисковать и сообщили об этом старшей, ну а там по цепочке информация дошла и до Плисады. Та посчитала, что совпадений слишком много, и на самом деле все сходится на нас, а значит, те машины выехали тоже за нами. Эти машины уже несколько часов сопровождают наши птахи, и они сообщили, что в каждой машине с людьми есть минимум по одной канарейке. Что не очень хорошо, потому как именно канарейки были любимицами Елены. Эта информация почти убирает все сомнения в том, что совпадения – это не совпадения, а система».

Как итог рассказа богини: к нам едет толпа головорезов, им почему-то помогает похищенная Говорящая, и с ними есть лазутчики-канарейки. А еще Плисада сейчас нам не может помочь. Дело в том, что несколько дней назад родилась новая Говорящая, которую охраняет и в которую вкладывает свои Силы богиня.

Надолго покинуть новую подопечную она не имеет возможности, но совсем бросить нас она не могла. По словам Плисады, ей пришлось потратить много сил на создание временной защиты вокруг новой Говорящей и перемещение к нам сюда для разговора. И все для того, чтобы предупредить о проблемах и рассказать о своих выводах.

Однако на следующие десять дней мы остаемся сами по себе, и выбираться из этой передряги нам предстоит самостоятельно. Последний совет от Плисады звучал так:

Бегите и скрывайтесь хоть какое-то время. Ольга, старайся не ввязываться в драку, если не чувствуешь сил победить. Тебе еще развиваться и развиваться. Не думала я, что ты так быстро окажешься на грани выживания. Знала бы, пришла раньше. Но сейчас ничего не изменить. Так что повторюсь: постарайтесь какое -то время скрываться и всю информацию собирать через птиц. Потом вам это поможет. И последнее: возможно, будет вам помощь от моего брата, но это не точно.

Сказав это, она исчезла. Никаких спецэффектов типа искр, языков пламени или чего другого. Просто вдруг стало темно. Лишь неяркий свет догорающего костра освещал наши лица. Луна пряталась за тучами, а может, за облаками, кто их ночью разберет. Рассвет еще даже не собирался будить лес. Ну а мы сидели, смотря друг на друга и не решаясь заговорить.

Значит, хочешь уметь меня затыкать? – не выдержал я долгого молчания. – О, голос вернулся.

Ну ты же понимаешь, что я шутила?

Смотри у меня. Шутница нашлась. Прикольное умение, как в сказке про русалочку. Я пока не придумал, где можно применить, но точно пригодится. Когда научишься так магичить, конечно. А вообще, знаешь, немного страшно было. Пытаешься сказать и не можешь. В голове произносишь, даже рот открываешь, как обычно, а звуков никаких из тебя не выходит. Вот, кстати, и применение, пугать тех, кто тебе не нравится. Главное - не спалиться и не переборщить. Вдруг сердечко у человека слабое. Это я у тебя тигр-р-р-р-р-р, а простые люди не такие храбрые.

Трындец, вот у тебя словесный понос. Всего десять минут молчал, а наговорил уже на полчаса, даже с запасом.

Поговори мне тут, женщина. Я еще тебя не простил за твое поощрение издевательств над мужем.

Оля, поставив на землю тарелку с остывшими макаронами, в два шага переместилась ко мне и, усевшись на колени, произнесла томным голосом:

Что соблазнительная, ласковая и очень любящая женщина может сделать для своего господина, дабы загладить свою вину?

Скажу честно, повелся. Во мне прям зашевелилась похоть. Оп-па, чего это я, снова старинные словечки в голове зазвучали. А может, это из-за близости к природе? Код предков в нас просыпается. Вот так в лесу год проживешь, бороду отпустишь, пузо, идолов из бревен начнешь вырезать и начнешь говорить, как старовер какой-нить. А там и Домострой вспомнится. Тьфу–тьфу, ну его к лешему.

Вот оно средство от возбуждения. Думаешь фигню всякую и забываешь о том самом. Надо запатентовать. Хотя нет, где-то такое я уже видел или слышал.

Зато можно выпустить сборник тем для таких размышлений. Выпустили же сборник цитат от Стэйтема, разлетелся, как горячие пирожки. Тут главное - название придумать подходящее. Например, «Холодный душ», или «Мыслитель на две минуты», или вот «Верни кровь в мозг». В общем, бабла срубим вагон.

Рассказать жене про новый бизнес-план или не стоит? Наверное, нет, будет мой план на всякий случай. Вдруг у нее шиза приключится на теме птиц, и она свалит от меня. Вот тут- то я и раскручусь.

В этот момент мои размышления прервала та самая, у кого шиза должна прийти:

Ты там чего задумал? Знаю я это твое выражение лица.

Ничего такого, думаю, будем мы сегодня ужинать или голодными спать пойдем.

Ты есть хочешь?

А ты нет?

Не знаю. – В этот момент она замерла, показывая всем своим видом, что прислушивается к организму. – Да, наверное, тоже хочу.

Ну тогда давай по-быстрому чуть-чуть подогреем твой кулинарный шедевр прямо на костре, пока угли не до конца прогорели. Ставь кастрюлю прямо на них. Пять минут - и будет теплое, поедим, а потом сразу спать. Будильники ставим на пять утра, шмотки утром будем собирать. Скажи своим пернатым, чтобы птицы предупредили нас сразу, как только те ухари на машинах появятся в деревеньке, той, что мы последней проезжали. Думаю, они поедут по той же дороге. Собственно, у них выбора-то особо и нет.

Хорошо, – кивнула Оля, – а ты кошек наших давно не видел?

В машине торчали. Как я их выпустил, после этого почти сразу залезли назад. Не очень им эта лесная жизнь по душе пришлась. Да, чуть не забыл, нам нужна дорога отсюда. Два варианта, на машине и пешком, пусть наш Навигатор нам подыщет путь.

Скажу, но ее зовут Дона.

Ужинали мы молча. Просто закидывали в рот теплые, в этот раз безвкусные, макароны и, почти не жуя, глотали. Мы оба были погружены в размышления. Видимо, на Олю произвели сильное впечатление встреча и рассказ Богини, раз она ни разу не пристала ко мне с вопросами.

Я обдумывал слова Богини о необходимости бегства и о том, что мы пока не готовы к противостоянию с этой организацией. А еще сильно зацепили ее последние слова про брата и возможную помощь от него. Чуть позже я понял почему.

Все потому, что мне впервые с того момента, как мы стали копать против наркобарыг, стало совсем-совсем неуютно. Даже в ту ночь нападения на коттедж или потом, когда мы везли тела нападавших, мне не было так страшно. Был испуг, который перекрывался адреналином, поступавшим в кровь. Был кураж, азарт. Даже ненадолго чувство всесилия посещало меня. Это когда я смог несколько секунд противостоять целым двум бандитам.

Но вот буквально полчаса назад, сидя в спокойной обстановке у костра, слушая, по моим меркам, всесильное существо, я почувствовал то, что только сейчас определил – страх.

Как там любят писать в книгах? Липкий страх, дикий ужас, кошмар, сковавший тело героя.

Нет, мой страх оказался простым и, как у нас в Училище говорили, квадратным. Можно даже его назвать рациональным. Я понял, что мы действительно слабы. Более того, нас могли убить, причем не вчера ночью, а еще раньше. Ко мне вдруг пришло осознание того, в какое глубокое и страшное болото мы вступили, когда начали свою «операцию». Я и раньше рассуждал на эту тему, но мне казалось все как бы ненастоящим. И вот наконец пришло прозрение. Как там говорил классик: «Да, мы смертны, это было бы еще полбеды, плохо то, что мы внезапно смертны».

Ну вот, главный страх, а значит, проблему определил. Теперь осталось дело за малым – нужно понять, что с этим делать.

А что тут сделаешь?

Будем бегать, как посоветовала Плисада. Никаких столкновений, только если уверены на сто процентов, что победим и выживем.

Помощь будем принимать любую, но только от проверенных персонажей. А каких проверенных? Нет никого, друзей нормальных не завели, родственники не помощники, их самих спасать надо. Купить помощь не получится, у тех ребят денег больше – перекупят. Остаются только птицы и возможная помощь от братца Богини.

Жену надо как-то прокачать в этих ее Силах. Вон, оказывается, она много чего делать способна. Только как это сделать? Блин, единственный источник этой информации свалил, сказав, что пока не до нас.

А еще эта псевдомамаша обещала рассказать, что она там придумала про отсутствие артефакта у напавших на нас и зачем им вторая Говорящая, то бишь моя жена. Хотя на второй вопрос ответ ясен из ее же слов, бандюганы шли за той, кто на них собирал информацию и мог в дальнейшем еще напакостить. Но про артефакт-то промолчала.

Вот же...

Ну хоть предупредила о новых охотничках за нашими головами, и то хлеб.

Че-то я устал, наверное, уже совсем пора спать.

Остатки макарон Оля скинула под кусты, глядишь, какой зверек поест. Костер я залил от греха подальше. Скрыть следы нашего пребывания здесь все равно не получится, поэтому и не будем заморачиваться. Тем более у тех бандюганов, что едут за нами, точно есть птичьи проводники.

Оля пошла умываться в кусты, она у меня правильная, иногда настолько, что аж бесит. Хотя, может, не только умываться. А я забил на вечерние процедуры и ждал у машины, пока она вернется. Заодно выпустил кошек ненадолго, а то они мявкали как-то неправильно. Оказывается, я их в машине закрыл на весь вечер. А чего они хотели? Сами всем видом показали свое отношение к лесу.

Пока отслеживал перемещения мохнатых - покурил, перед сном - это святое. Следом за кошками вернулась и жена.

Разложив передние сиденья, кое-как улеглись. Неудобно, конечно, но спать недолго. Если будем и дальше так скрываться или, не дай бог, путешествовать на машине, надо будет менять аппарат на что-то более приспособленное к таким приключениям.

Несмотря на неудобство, уже через минуту я услышал сопение жены, а там и сам провалился в сон.

***

Она появилась в этом мире тысячи лет назад. Это было так давно, что большая часть ее жизни уже стерлась из памяти, но далеко не все.

В то время, когда нынешние «хозяева планеты», кем они сами себя считают, только-только переступили черту прямохождения и стали разумными. Ее забавляли первые потуги этих приматов использовать огонь для обогрева и приготовления пищи. И вообще они были какое-то время главным ее развлечением. Однако спустя какую-то сотню лет, это ей наскучило.

Она была не одна. Вместе с ней в мир пришел тот, кого она считала братом. Долгое время они не расставались, путешествуя и изучая этот мир. Иногда им даже казалось, что они одно целое, по чьей-то воле разделенное на две части.

Однажды они придумали друг другу имена.

Так они стали Плисадой и Пиллатом.

Возможно, даже с этого началось их отдаление друг от друга.

Нет, они не надоели друг другу. Не устали от однообразия. Их не поглотила, как сейчас у людей говорят, «бытовуха». Да и как можно было устать от такой жизни. Каждый день они узнавали что-то новое об этой прекрасной планете и живых существах, населяющих ее. Каждый день приносил что-то новое в их жизнь. И это было идеально.

Но...

У них был долг.

Знание о своих силах и, главное, зачем они им даны, были вложены в их сущность. Она повелевала всем пернатым царством, ее брат всеми зверями.

Это было так необычно. Чудесные существа птицы. Они могли летать куда угодно, были свободны целиком, до самого кончика перьев. И в то же время эти создания подчинялись ей. Они исполняли все, абсолютно все, чего она пожелает. Но даже в этой покорности они были совершенны.

Плисада так сильно полюбила их, что в какой-то момент стала считать себя их матерью.

Общение с птицами, изучение их жизни захватывало ее целиком. Она считала этот мир идеальным. Поэтому не могла понять, зачем кому-то понадобилось его менять.

Но...

У них был долг.

И она начала выполнять свою главную задачу, то, для чего она здесь появилась. Плисада начала Менять и Творить.

Она ввела жесткую иерархию во всем пернатом царстве. Придумала для них законы, которые регулировали ВСЁ. От территории, где им жить, до времени размножения. Плисада стала скрещивать разные виды птиц, создавая новые, порой нелепые и нежизнеспособные.

Ее никто к этому не принуждал. Еще бы, не было в этом мире той силы, которая могла бы это сделать. Она и ее брат были практически всемогущими. Они даже придумали для этого понятие – Боги.

Но...

У них был долг.

С каждым днем Плисаду все больше и больше увлекала ее миссия. Она настолько погрузилась в выполнение этой задачи, что в какой-то момент осознала, что не знает, где ее брат и чем он занимается. Их связь почти прервалась, и это стало угнетать ее. Она поняла, что все ее действия и свершения не стоят того, чтобы терять брата. Что на самом деле та цель, к которой она стремилась, недостижима, и этот процесс изменения мира в лучшую сторону не имеет конца. Плисада осознала, что не хочет жить в этом мире без Пиллата. Ей нужно видеться с ним, говорить, делиться успехами и неудачами.

Тогда с помощью своих пернатых созданий она нашла его. Они встретились, и все снова стало хорошо.

Но...

У них был долг.

Вместе они провели не так уж много времени. Оказалось, что они не могут противостоять той силе, которая создала их и дала им цель. Они снова расстались, чтобы и дальше выполнять свое предназначение. Однако в этот раз расставание было уже осознанным, и они смогли найти идеальное решение, как им показалось.

Где бы они ни были, что бы с ними ни происходило, они будут встречаться в том месте и в тот день, когда появились в этом мире.

Было очень больно прощаться.

Но...

У них был долг!

Так Плисада и ее брат провели тысячи лет, делая лучше эту планету.

Но они были не одни.

В этом мире оказались и другие, такие, как они с братом. Те, кто позднее, вслед за Плисадой и ее братом, также стали называть себя Богами. Повелители рыб, рептилий, насекомых и еще много кто. Все они были индивидуалистами и одиночками, в отличие от Плисады и ее брата, и редко встречались друг с другом. Обычно это происходило случайно. Если может подходить определение «обычно» для промежутка времени в несколько столетий.

Не все их соплеменники управляли живым миром. Среди них были те, кто повелевал стихиями. Однако с этими представителями Богов ни Плисада, ни ее брат Пиллат ни разу не сталкивались. Со временем даже стали закрадываться мысли: а существуют ли они на самом деле?

Все они пришли в этот мир с одной целью: сделать жизнь на этой планете упорядоченной и разнообразной.

Единственное, чего точно никто не знал, – это кто их создал.

Кто дал им цель?

Кому это нужно?

Плисада никогда не искала ответа на этот вопрос, в отличие от своих соплеменников.

Ей было хорошо в этом мире и без этого знания.

У нее были птицы и Пиллат.

Сейчас, отдав все силы работе над совершенствованием мира, она поняла, что устала. Плисада снова хотела оказаться с братом наедине, где-то очень далеко, там, где нет людей, птиц, животных.

Но у нее был этот чертов ДОЛГ.

***

Максимочка, вставай, нам срочно ехать надо, – услышал я голос жены и почувствовал, как меня трясут за плечо.

Открыв глаза и увидев обеспокоенное лицо жены, я приподнялся на локтях и осмотрелся. Окна машины запотели, но даже сквозь влажную муть стекла было видно, что рассвет еще не наступил. Я точно помнил, что мы планировали проснуться сразу после восхода солнца и, позавтракав, тронуться в сторону «подальше отсюда», по маршруту, который нам к тому моменту уже должны были подготовить птицы. Однако, видимо, что-то пошло не так.

Выбравшись из машины, поежился. Утренний туман уже поднимался и пробирал через открытые участки тела, хорошо хоть спали в одежде, а то и подмерзнуть могли. Достал сигарету, прикурил и, прихватив на всякий случай рулон туалетной бумаги, отправился в ближайшие кусты, бежать до туалета не хотелось, все равно сегодня уезжаем отсюда. Все мы животные, как только отпадает необходимость в создании видимости культурного человека.

За время, пока меня не было, Оля успела собрать и погрузить все наши вещи и уже занималась нарезкой бутербродов. Что-то часто мы стали питаться

всухомятку. Ну да, ну да, жизнь беглецов и туристов, она такая, без изысков. Надо будет после того как всех-всех победим и вернем себе нашу старую жизнь, завалиться в какой-нибудь шикарный ресторан и нормально так покутить.

Я подошел к жене, спросил, где мыло и попросил полить на руки воды. Оля кивнула в сторону открытого багажника, где действительно меня уже ждала мыльница, пятилитровка воды и полотенце. Хмыкнув, глядя на все это, я еще раз попросил о помощи, а сам подумал: «Вот удивительные существа эти женщины, все успевают, все знают, все умеют, силы и терпения немерено, зачем им мужики?»

Хотя тут я маханул, конечно, мы им нужны, чтобы на нашем фоне они смотрелись этакими идеальными существами, ну и иногда тяжести таскали.

Умывание в лесу холодной водой разбудит любого, зуб даю. Сейчас бы чашечку кофе, Сникерс и можно считать, что жизнь, в отдельно взятом локальном отрезке времени, удалась. Но сейчас кофе – это только мечта. А Сникерс откуда в голове взялся? Не иначе, как из бурной молодости, тогда утро именно так и начиналось – кофе, шоколадка и сигарета. Мммм, славные были времена.

Кошки уже не спали и с интересом наблюдали за всеми нашими действиями через открытые двери машины. Мне даже показалось в какой-то момент, что они фыркают, смеясь надо мной, когда я хрюкал и ухал от холодной воды.

Костер мы потушили еще ночью, а новый Оля не стала разводить, решив, что на готовку времени нет.

Кстати, вспомнил! Она же меня подняла со словами «срочно ехать надо» и ничего в итоге не объяснила. Пора узнать, что стряслось.

Ты меня зачем так рано разбудила? Еще часок можно было поспать. Что случилось? – спросил я наконец-то, подходя к жене и протягивая руку за бутербродом.

Прилетел Сеня и сказал, что те из города, которые за нами выехали, уже в «Крутышках» побывали и поехали дальше. Думаю, едут сюда, и кто-то их все-таки ведет. Сеня летел напрямик, так что у нас есть несколько часов, но ты же понимаешь, чем раньше мы выедем, тем быстрее попадем в город и там сможем спрятаться. К тому же в дороге может что-нибудь случиться. Так что давай быстро завтракаем и поехали. – Оля тоже взяла бутерброд и, откусив чуть ли не половину, начала жевать.

Едрить-колотить, кто ты, женщина, и куда дела мою жену? Серьезная такая, голос повелительный, я прям тебя зауважал. Вот ты мне так все выдала, и я тебя зауважал.

Шут гороховый, когда-нибудь дошутишься, и, кстати, Басилашвили тебе никогда не удавался, – сказала Оля и тут же замерла, потому что к ней на плечо села Соня и что-то начала щебетать.

Через секунду жена уже собиралась мне передать это что-то, но не успела, со спины, из леса раздался мужской голос.

Что, голубки, развлекаетесь? – спросил мужик, выходя из кустов на краю поляны.

На плече у него сидел пушной зверек, то ли ласка, то ли куница, я в них не особо разбираюсь. Мужик улыбался и держал руки на виду, только поэтому я не кинулся сразу за топором, а всего лишь сдвинулся вправо, закрывая Олю от него.

Ты кто такой? – спросил я нежданного гостя, разглядывая его и одновременно нащупывая нож в кармане.

Между нами было метров сорок. Мне удалось рассмотреть только то, что мужиком я его назвал рано, скорее, парень лет тридцати, одет в такой же охотничье-рыбацкий камуфляж, как и мы, с одним отличием: на нем была панама той же расцветки, что и одежда. Мы о подобных головных уборах как-то не подумали, хотя сейчас сезон клещей и солнечных ударов. Никакого оружия я у него не заметил, однако это ничего не значит, из меня тот еще знаток, не уверен, что и при обыске нашел бы. Ну и как я уже ранее заметил, на плече сидел хищный зверь скромного размера, который периодически протягивал мордочку к уху хозяина, как будто что-то шептал ему или ласкался.

Или он такой же, как моя жена, только специализируется не на птицах, а на животных, или лесник–затейник. Знаю, что сейчас люди каких только животных не заводят, в том числе и хищников, но представить, что такого пушистика потащат в лес, трудно.

Меня зовут Никита, – представился гость. – Для друзей Никитос, для моих младших друзей Великий, а вы можете меня называть просто – Спаситель!– Последнее слово он выделил голосом и, сняв панаму, шутовски раскланялся, махая ею на манер каких-нибудь придворных в 17 веке.

Ну вот, дорогая, а ты меня шутом называла, смотри – он мне фору сто очков даст, – сказал я, обращаясь к жене, но не отводя взгляда от пришельца.

Парень хотел что-то мне ответить, явно желая продолжить пикировку, но в этот момент мы услышали звук двигателя. Это точно был звук автомобиля, и он был не один. Машины приближались к нам с той стороны, откуда мы приехали. С лица гостя слетела улыбка, и он, что-то сказав своему зверьку, пошел к нам.

Шутки кончились, – сказал гость, подойдя к нам почти вплотную. – Меня отправил отец помочь вам добраться, куда вам нужно и желательно без приключений, но, видимо, я опоздал. Быстро берите только документы и валим отсюда, судя по звукам, ваши недоброжелатели уже здесь, и без проблем нам не уйти.

Отец – это...? – спросил я, и не думая двигаться.

Пиллат, он же повелитель зверей, ваша покровительница должна была предупредить.

Пиллат и Плисада, странные имена, что-то напоминает. Ну да сейчас не до этого. Ты нас выведешь?

Никита кивнул и продолжил, обращаясь к Оле:

Давай, сестренка, пошевеливайся, нам нужно успеть спасти твою драгоценную задницу.

Но-но, – Оля даже не двинулась и вопросительно посмотрела на меня.

Теперь уже я утвердительно мотнул головой и, дождавшись, пока она полезет в машину за нашими документами, спросил у Никиты:

Какой план?

Простой. Вы бежите за мной, я вывожу вас из леса, а потом довожу до города. У вас там есть где затеряться? Я сейчас не о квартире, даче или родственниках. Нужно место, где вас искать не будут. Гостиницы тоже не подойдут.

Найдем, – сказал я, хоть уверенности и не было.

Если они нас так быстро находят каждый раз, может, стоит попросить помощи у неожиданного союзника? Надо это обдумать, пока будем добираться до города. Хотя чего думать? Ночью я уже решил, что примем любую помощь. Пока непонятно, на что этот гость способен, но так как он подарочный конь, смотреть его зубы не будем. А вот насчет направиться в город, я пока не был уверен.

И тут я понял, что больше не слышу звуков двигателей. Почему они остановились, не доехав до нас?

Отсутствие лишних звуков заметил и Никита. Он сорвался с места и побежал через поляну, в сторону кромки леса с противоположной стороны этой самой поляны. Через секунду бегун остановился и развернулся к нам. Увидев, что мы еще не бежим за ним, сделал страшное лицо и махнул рукой, призывая следовать за ним. Оля к тому моменту уже держала в руках свою сумочку, куда, видимо, засунула все документы, и мы стартанули за Никитой.

Глава 7

Мы бежим, они стреляют, мы лежим, они дерутся.

Последствия махача.

Интервью с участником шоу «Остаться в живых».

Ох, не прост названный родственничек, он же Никита,

он же Повелитель зверей, он же Зверолов, он же проводник, он же спаситель.

И еще много всяких «он же».

08.07.2020

Мы неслись, как сайгаки, которых спугнул какой-то хищник. Только те обычно скачут по ровной поверхности степи, а нам под ноги постоянно попадались то кочки, то ямы. К тому же приходилось бороться с травой, которая вымахала по пояс. А еще обнаружилось, что поляна не такая уж и маленькая, я бы даже назвал ее полем.

Спасти нас могло только то, что у нас была небольшая фора по времени и мы уносили ноги налегке.

Но все равно мы не успели...

Когда Никите оставалось до края леса метров двадцать, а нам все пятьдесят, раздались выстрелы. Видимо, один из них достиг своей цели, потому что наш потенциальный спаситель как будто споткнулся и упал. Нас с Олей не зацепило, но это вопрос секунд, может, нас догоняют и не снайперы, хотя в одного уже попали. Я бежал чуть впереди жены, периодически оглядываясь и притормаживая, чтобы сильно не оторваться.

Это только в кино красиво выглядит, когда бегут двое, держась за руки. ОН начинает тянуть ЕЕ, это помогает бежать быстрее, и они скрываются от преследователей в восхитительном закате. В реальной жизни все работает не так. Чуть отвлекся, запнулся, и вот вы уже оба кувырком летите по земле. А все потому, что появляется дурацкая уверенность в том, что вы становитесь единым целым. Что вы бежите с одной скоростью, замечаете все неровности на земле, и, в конце концов, что второй человек удержит тебя, не обращая внимания на закон гравитации.

Я с гравитацией дружил и не очень любил спорить, поэтому мы бежали так, как бежали.

Однако после первых же выстрелов пришлось замедлиться и пропустить Олю вперед. Еще через несколько секунд мы добегаем до Никиты, и я кричу Ольге, чтобы падала на землю рядом с ним, а затем и сам приземляюсь тут же.

И вот тут высота травы выступила на нашей стороне, преследователям нас так просто не разглядеть. Да какое там, мы мимо лежащего Никитоса чуть не пробежали.

Как минимум минута есть, пока догоняющие нас не увидят и не пристрелят. Теперь-то мы втроем приминаем траву, и это лежбище котиков точно не пропустят. Никита уже перевернулся и лежит на спине. Слегка отдышавшись, спрашиваю, куда попали, однако ответ уже не нужен, сам вижу пятно крови, расплывающееся по ткани штанов в районе бедра. Дело труба, бежать дальше он точно не сможет, а ползком мы от бандитов не уйдем.

Никита опережает мой следующий вопрос:

Что ж, по-хорошему не получилось, будем драться. Ольга, у тебя много здесь птиц накоплено?

Около пятисот, – отвечает моя жена.

Откуда столько? – задаю уже я вопрос, тихо офигивая.

Максюша, давай потом все объясню, – и уже к Никите: – В основном не хищные, но можно еще призвать из ближайшей округи, думаю, до тысячи дотянем за пять минут.

Нет времени собирать, будем пользовать то, что есть. По моему сигналу всех отправляй в атаку на этих уродов. Только предупреди, что звери на нашей стороне. – Никита сделал паузу и продолжил: – Видимо, у тебя это первый раз, и я заранее тебе сочувствую, но будь готова, что многие из них погибнут. Нюни не распускай до конца боя, понятно?

Да, понятно, я постараюсь. В страшилище оборачиваемся?

Зверолов опешил от такого вопроса, а потом, видимо, поняв, о чем говорит Оля, ответил:

Да, но только после того, как они будут на расстоянии прыжка, не дальше и желательно не ближе. В боевой форме ты не бессмертна, пристрелят на раз-два.

Тут я не выдержал и спросил:

А мне что делать?

Постарайся не высовываться, – начал говорить Никита и осекся, к нему на грудь заскочил тот самый зверек, которого мы видели вначале знакомства, и что-то протявкал, глядя в лицо парня. Никита сказал только одно слово «сейчас», и зверек кинулся в сторону леса, куда мы чуть-чуть не успели добежать. Зверолов повернулся к Оле и сказал: – Давай птиц!

Оля прошептала что-то Соне, все это время сидящей у нее на плече. Синица тут же сорвалась и полетела стрелой в сторону леса, отчаянно щебеча.

И почти сразу началось.

Раздался громкий клекот, кричала какая-то крупная хищная птица, но было ощущение, что звук усилен рупором или динамиком. Почти одновременно с этим раздался громкий звериный рев.

Я, конечно, не эксперт, но если меня спросят, с уверенностью скажу - это был медведь. Откуда уверенность? Если когда-нибудь вам представится возможность услышать ТАКОЕ, сами поймете.

После этих двух сигналов отовсюду из леса в сторону, откуда мы прибежали, полетели тучи птиц. Там были как мелкие пичуги, так и носители здоровенных когтей и клювов. Разглядеть в этой массе пернатого облака, а точнее, волны каких-либо отдельных особей было нелегко, но парочку видов я смог узнать. Казалось, что это единый организм, который одновременно пищит, каркает, щебечет и еще кучу разных звуков издает. Эта пестрая кричащая волна катилась в сторону наших преследователей, быстро снижаясь и уплотняясь.

Еще через несколько мгновений с той стороны, откуда мы только что убежали, снова раздались выстрелы и одновременно крики. Мне показалось странным, что люди, хоть они и были бандитами и, наверное, повидали в жизни много страшного, при виде этого птичьего воинства просто не бросились бежать, а начали отстреливаться. Но еще несколькими секундами позже, когда мимо нас пронеслась еще одна волна, но теперь уже диких животных, а со стороны бандитов раздалось звериное рычание, я понял, что не птицы заставили их принять бой. Видимо, Никита, все-таки подготовился и, как Оля, собрал в ближайших лесах свое звериное воинство, и те в свою очередь, напав со всех сторон на бандитов, отрезали им путь к отступлению.

Надо же, как я не заметил их присутствия? Ну ладно птицы, если молчат, фиг их увидишь в кронах деревьев. Вру, я их не вижу, даже когда они поют, а я, задрав бОшку, пытаюсь их разглядеть. Но звери! Как они смогли незаметно от нас собраться такой толпой?

Сколько прошло времени, не знаю, может, минута, а может, и час. Напряжение было такое, что мои сжатые челюсти в какой-то момент свело. Однако команды на атаку от Никиты мы так и не дождались.

В какой-то момент прекратилась стрельба. Потом почти стих птичий гомон и звериные рыки. Неужели все, и мы победили? Частично это подтверждалось тем, что часть птичьего воинства продолжала кружиться над поляной, выполняя роль дозора.

После затишья прошло не больше двух минут, как к Оле прилетела Соня и что-то прощебетала. Я смотрел на жену и ждал, поэтому не пропустил момента, когда она облегченно выдохнула и расслабилась, а затем сообщила нам, что все закончено.

К сожалению, а может и к счастью, схватки людей и зверей я так и не увидел. Также мне не удалось посмотреть, какую боевую форму принимает Зверолов. Наверное, это должно было выглядеть, как в фильмах об оборотнях, потом попрошу Никиту показать, если он согласится.

Вообще Звероловом я его называл только в своих мыслях, как они там себя сами называют, пока неизвестно. Если они по аналогии с Олей и ее товарками тоже Говорящие, только с животными, то огромное «ФУ» им за фантазию, а точнее, за отсутствие таковой. А вот если что-нибудь типа Повелителей зверей, то двойное «ФУ» им за пафос. Да, я тоже подвержен двойным стандартам, мне можно в пафос, а им нет. Это другое - понимать надо!

Однако я рано радовался, как оказалось, нам еще предстояло разгребать то, что мы наворотили на этой лесной поляне с помощью птиц и зверей. А еще у нас оказался пленный, о чем нам сообщил Никита, когда к нему вернулся, прихрамывая на переднюю правую лапу, его пушистый спутник. Я встал и помог подняться Оле, а потом и Зверолову. К моему удивлению, парень уже спокойно двигался, несмотря на простреленную ногу, и ведь даже не хромал. На вопрос, как так получается, он ответил, что быть Повелителем зверей (БИНГО! То есть «Фу» два раза), как и Говорящей с птицами – это не только ответственность, но и ряд преимуществ.

А там было чем похвастаться: и тебе ускоренная регенерация тела, и невосприимчивость к болезням и даже нечувствительность к ультрафиолету, как это работает, я не стал уточнять, но первое, что пришло в голову – не сгоришь на солнце. Мелочь, а приятно. Этот Повелитель зверей, тут я мысленно делаю жест «кавычки», мог еще много чего рассказать, однако почему-то не стал. Вместо этого он повернулся к моей жене и выставил перед ней руки, останавливая ее движение в сторону, где недавно схлестнулась наша армия и эти отморозки.

Оттуда, кстати говоря, до сих пор раздавались звериные рыки и одной ей понятный птичий щебет.

Сестренка, думаю, лучше тебе остаться здесь и заняться помощью своим подопечным. Если сможешь, помоги и моим, я скажу, чтобы они тебя не боялись и не трогали.

Но что я могу? Я не врач, и к тому же у меня нет никаких инструментов.

Вот интересно, какие такие инструменты она имела в виду? Неужели готова проводить операции и зашивать раны? Думаю, это она ляпнула из-за стрессовой ситуации.

Да банально бинтов и пластыря нет, я даже царапины не закрою, не говоря уже о чем-то серьезном, – возразила ему Оля, но не сделала ни шага в сторону побоища.

Оля понимала, что ее здесь хотят оставить не столько для помощи, сколько для защиты ее психики от того, что можно там увидеть.

Тут уже вмешался я, понимая, что жене действительно лучше не лицезреть то, с чем мы сейчас там столкнемся:

Солнце, давай ты пойдешь к тому кусту и будешь принимать, как Айболит, всех, кто до тебя доберется, а мы с Никитой обеспечим тебя перевязочными материалами, – я указал жене рукой на небольшой холмик у края леса, рядом с которым рос какой-то куст, и продолжил: – В машине у нас осталась аптечка, да и у этих упырей, думаю, тоже что-нибудь найдется. Так кого-нибудь да спасешь, ну и вообще ты же мечтала в детстве быть ветеринаром.

Неожиданно Никита усмехнулся:

Ага, мы все в детстве мечтали лечить животных и ухаживать за ними. – Видимо, он имел ввиду Повелителей, жест кавычек, и Говорящих.

Прикольно, я мысленно называю его, потом мысленно же изображаю кавычки - да по мне дурка плачет.

Оле пришлось согласиться с нашими доводами и, кивнув, она пошла к указанному мной кусту. А мы вдвоем отправились посмотреть, что осталось на месте боя, и пообщаться с оставшимся в живых бандитом.

Это было... Не знаю, я даже не могу подобрать слово, которым мог бы обозначить свои ощущения, когда увидел все это.

Бандосы не дошли до нас каких-то сто метров, когда на них налетели птицы и звери. Увидев первого же человека, а точнее, то, что от него осталось, я вывалил весь завтрак и, наверное, часть ужина на землю в шаге от тела. Потом, когда увидел, на что меня вывернуло (это было разорванное выстрелами тельце какой-то зверушки), я сделал это еще раз. Никита подошел ко мне и сунул в руку небольшую металлическую фляжку.

Пей, - сказал он, – поможет. Это не алкоголь, звери терпеть не могут его запах. Пришлось изворачиваться и выпрашивать какую-нибудь альтернативу у Отца. Он мне дал рецепт настоя на травах и кореньях. Что именно туда входит, не спрашивай, не расскажу, да и растений ты таких все равно не знаешь.

Я поверил на слово и отхлебнул, не задумываясь, чего это он стал таким разговорчивым. Не скажу, что прямо стал новым человеком, но полегчало знатно. Голова прояснилась, во рту пропало отвратительное ощущение и желание снова вывернуть желудок наизнанку. Большего на тот момент и не нужно было.

После третьего глотка я все-таки обратил внимание на вкус. Настойка была похожа на любой бальзам типа Егермайстера, но без алкогольной составляющей и, наверное, не такой терпкий. Наоборот, послевкусие такое, как будто лимонада холодного и несладкого выпил.

Ты поосторожней хлебай, – остановил меня Зверолов, когда я уже хотел еще раз присосаться к фляжке. – Сейчас не время мозг туманить, у нас еще много дел.

Так вот про какую альтернативу алкоголю он говорил, видимо, от этого напитка будет «приход», если бахнуть в нужном объеме. Надеюсь, что с непривычки меня не сильно накроет.

Вернул фляжку, поблагодарил Никиту и снова посмотрел на тело бандита. Зачем? А фиг его знает. Лицо, точнее, то, что от него осталось, было все в крови. Но даже через кровавую маску были видны разрывы, царапины и укусы, один глаз отсутствовал, а горло разодрано в клочья. На теле также много кровавых отметин. Было видно, что на этого человека налетел ураган из когтей и клыков. Мы обошли все тела, и они выглядели плюс минус так же, как и первое нами увиденное. Вокруг каждого из мертвых бандитов было изрядное количество тел птиц и зверей.

Несмотря на неожиданность нападения с нашей стороны, бандосам хватило воли собраться и попытаться отбиться от необычных противников.

Может, это не воля, а инстинкт самосохранения? Шансов у них, конечно, не было, но количество мертвых птиц и зверей говорило о том, что никто из людей не побежал, а все, или почти все, стали отбиваться. Кроме, возможно, одного. Не просто так же он выжил и умудрился попасть в плен.

В общем, это было удручающее зрелище, точнее, шокирующее, и все равно эти слова не передают мои ощущения, когда я первый раз посмотрел на эту бойню. Сейчас все виделось уже детально. Почти четверть поляны была покрыта перьями, клоками шерсти, кусками тел и тушками животных. Трава, которая так мешала нам убегать, сейчас не была видна под этим кровавым ковром.

Среди «наших» оставались еще подранки, которые уже отправились за помощью к моей жене или в лес зализывать раны самостоятельно. Особыми кровавыми кучками выделялись тела бандитов, которых я насчитал двенадцать. Блин, глядя на такое, и веганом можно стать, чур меня, чур.

И еще, несмотря на легкий ветерок, который должен был приносить запахи цветов, нагретых сосен и кучу всяких ароматов дикой природы, вокруг нас стоял запах смерти. Никак по-другому я не могу его назвать. Тяжелый, почти осязаемый смрад от разлившейся крови и разорванных кишок. Я подумал, что хорошо бы ветер не сменился и вся волна этого зловония не дошла бы до места, где сидит сейчас Оля.

А где... – начал спрашивать я, но Никита прервал мой вопрос, сразу поняв, о чем я.

Там, на другом краю поляны, – сказал и одновременно указал рукой направление. – Его сейчас охраняют, пойдем прямо сейчас поговорим, а то как бы он от страха не скончался раньше времени.

А что будет со всем этим? Похоронить, наверное, надо?

Не надо. Чуть позже мои подопечные растащат тела людей по закоулкам, их потом ни одна собака не найдет, а своих подъедят.

Сказав это, он посмотрел на меня, видимо, ожидая возмущения или какой другой реакции. Но к тому моменту мне уже было без разницы, вопрос про похороны я задал чисто на рефлексах.

Меня больше заинтересовали слова о том, что съедят только своих. Значит, у зверей есть табу на поедание людей, пусть и мертвых. По мне так это правильно. Много, где слышал и читал, что зверь, попробовавший человеческого мяса, не вернется на обычную диету. Трудно, конечно, представить процесс доказательства этой теории, но я не эксперт. Говорят люди из телека, значит, верим.

Когда мы шли к месту, где держали пленника, Никита вдруг остановился и присел рядом с каким-то зверьком, который еще был жив. Он подергивал передними лапками и хрипел, пуская кровавые пузыри. Никита достал нож, а руку с ним спрятал за спину, затем стал поглаживать зверька по голове, говоря ему что-то успокаивающее. В какой-то момент он вытащил руку из-за спины и одним ударом под нижнюю челюсть добил его. Потом поднялся, и мы двинулись дальше.

Мы обошли все поле боя, и Зверолов, буду его про себя называть именно так, – мои мысли, имею право - повторял процедуру «успокоения» еще несколько раз. Те же действия он совершал и по отношению к подопечным Оли. Думаю, что не буду ей сообщать об этом, хотя у нее тут везде глаза, может, и узнает.

После завершения этой печальной миссии Никита остановился на краю кровавого пятна, надолго занявшего часть поляны и еще раз окинул его взглядом. Выглядел он забавно, если можно в данной ситуации применить это слово. Лицо напряженное, шея немного вытянута, а еще мне показалось, что у него шевелились уши, как у кого-то из его подопечных. Видимо, поняв, что ничего и никого не пропустил, он развернулся и пошел в сторону леса. Он не проронил ни слова, пока мы быстрым шагом приближались к оставшемуся

в живых бандиту.

Нашли этого бедолагу, едва сделали пару шагов внутрь леса. Он сидел под березой, в окружении нескольких волков, которые не спускали с него глаз. Сам бандит выглядел не так плачевно, как его подельники, но видно было, что и ему досталось. На руках и ногах, в нескольких местах, виднелись рваные раны от клыков зверей и когтей птиц. Взгляд у мужика был отрешенный, возможно, он уже прощался с жизнью и не понимал, почему его еще не сожрали эти страшные звери.

На вскидку ему можно было дать лет сорок, плюс-минус. Волосы короткие, и еще он был, как говорят в таких случаях, седой, словно Лунь. Хотя есть вариант, что он поседел сегодня. Окажись я на его месте, точно превратился бы в этого Луня, правда, даже не знаю, что это за зверь. Одет в джинсы, серую футболку и короткую черную тряпичную куртку, на ногах обычные туфли, которые подошли бы для города, а никак не для леса. В общем, он производил впечатление человека, поехавшего на дачу на шашлыки.

После того как мы с Никитой подошли вплотную и практически нависли над этим доходягой, в его глазах появилось осмысленность. Почти сразу после этого он попытался с нами заговорить, но рычание волков, среагировавших на его голос, заставило мужика закрыть рот и сжаться в комок.

Честно, я и сам боялся этих волков, я даже больших собак боюсь, а тут дикие звери. Подойти и стоять рядом с ними мне позволяла вера, что волки абсолютно послушны Зверолову, а он в свою очередь не будет вредить мужу его «сестренки».

Никита свистнул, дождался, когда все волки посмотрят на него, и жестом отправил их в лес, а затем, быстро обыскав бандита и не найдя ничего, кроме зажигалки, задал ему вопрос:

- Жить хочешь?

***

Жить бандит хотел. Более того, он нам почему-то сразу поверил, что оставим в живых, а не отправим вслед за подельниками в их бандитский рай. Рассказывал все, что знал, ну или думал, что знает. Вывалил даже то, о чем они с корешами догадывались.

Периодически приходилось возвращать в русло повествования и задавать уточняющие вопросы, когда этот говорун уводил рассказ от нужной нам темы. Хорошо хоть пытать, чего я сильно опасался, или побоями вытаскивать из него информацию не пришлось, мужик, как принято выражаться, заливался соловьем.

Звали его Коля, почему-то он назвал свое имя, а не прозвище, ну или, как у них принято говорить, погоняло. Может, хотел повысить шансы на жизнь, все-таки к человеку с именем проще отнестись по-человечески, чем к какому-нибудь «Упырю» или «Скользкому».

Мужиком он оказался неглупым, судя по речи и как минимум по тому, что выжил. С другой стороны, то, что он пошел по «темной дорожке», немного смазывает впечатление о разумности. Да и еще мат, эту часть речи невозможно полностью убрать из общения у русских людей, однако в его разговоре такие слова проскальзывали редко, без излишеств, больше как связки и когда эмоции по отношении к кому-то или чему-то сильно зашкаливали.

Все, кто полег на этой поляне, как и сам рассказчик, входили в одну банду. Их собрали и отправили в эту поездку внезапно, некоторых даже выдернули с точек, на которых они следили за работой простых «работяг», фасующих наркоту. Сказали взять только оружие. Предупредили, чтобы с собой не было никаких документов и вообще ничего лишнего. Только у каждого из водителей должны были быть с собой права и техпаспорт на машину. Хотя, как сказал Коля, приказ не брать документы на вылазки – это была у них в банде обычная практика.

Не то чтобы я эксперт в таких делах, но эта информация, а еще точно такое же отсутствие документов у трех типов, лежащих сейчас в затерянном овраге, навело меня на кое-какие мысли. А именно, что их главный, скорее всего, бывший военный, и еще я уверен, что ночные гости и те, которые лежат на поле, точно связаны.

Сам-то я в свое время служил, но, как говорится, «не был и не участвовал», а про не брать документы на задание – это у меня в голове больше из фильмов про войну.

Так вот, собрали их, назначили главным какого-то Упыря, если что, это не характеристика, а погоняло. Выдали водилам денег на бензин и пожрать, а потом отправили куда-то в область. Сказали, нужно захватить телку, причем живой и невредимой, а любого, кто будет с ней, можно пустить в расход. После этих слов бандит замолчал, поняв, что ляпнул лишнее, но, уловив, что мы никак не реагируем, продолжил рассказ. На тот факт, что с девки не должен слететь ни один волосок, им прямо указал Главный, который их лично инструктировал перед поездкой. Коля сказал, что вообще удивился, потому как впервые лично увидел шефа за все три года, что состоял в банде.

Дальше, по словам Коли, вообще непонятка случилась. В каждую машину, что отправилась на задание, посадили по одной желтой пичуге, которых его кореш Аркаша определил как канареек. У Аркаши есть дочь, и он в свое время купил ей пару таких птичек. «Тупые и вечно орущие» – такое определение он им дал. Птиц трогать было нельзя, и еще главный сказал, что за этих пичуг они отвечают головой. Всю дорогу птицы просто сидели в машинах, и вообще непонятно было, зачем их отправили с людьми в эту поездку.

Однако, когда они приехали на базу, где их цели, как оказалось, уже нет, одна из канареек улетела ненадолго в лес и вернулась уже с вороной. Коля видел это своими глазами. Та в свою очередь и привела их сюда.

Интересный факт: рассказчик и, судя по всему, вся их кодла даже не удивлялись тому факту, что птицы выполняют роли связных и проводника.

Лично меня интересовал момент общения с птицами, но Коля, к сожалению, не знал, как это осуществлялось. Была у меня мысль, как можно такое провернуть, но для подтверждения нужно провести эксперимент, на который сейчас нет времени. В любом случае помощь бандитам со стороны птиц говорит о том, что на них работает какая-то из Говорящих.

И я даже догадываюсь, кто именно.

Ну и еще я оказался прав. В «Крутышках» у них был свой человек. Упырь ушел куда-то и объявил перекур. Пока они ждали дальнейших инструкций недалеко от базы отдыха, он краем уха услышал разговор двух водил. Один из них уже приезжал сюда несколько раз и каждый раз что-то передавал одному и тому же человеку по имени Миша. Общение у этого водилы и того, кому он привозил посылки, как-то не заладилось, причем сразу. Однако была уверенность, что Миша работает на этой базе отдыха.

Блин, еще бы, кто в здравом уме будет тратить столько денег, чтобы круглый год жить здесь? Проще купить домик неподалеку. Вон все побережье застроено, по-любому можно найти вариант из продающихся.

Когда вернулся Упырь, а чуть погодя прилетел вышеупомянутый проводник, они снова тронулись в путь. Из дальнейшего рассказа Коли про их передвижение стало понятно, что ворона вела их примерно через те же «тьмутаракани», что проехали и мы, но без остановок на заправиться и сходить в кусты. Они очень торопились. И еще они вообще не скрывались от камер и ментов, и это снова меня навело на мысль о купленных людях в «органах».

Когда головная машина остановилась тут, неподалеку, Упырь вылез и дал команду по-быстрому и, главное, по-тихому оправиться и подходить к его машине. К тому моменту ворона и все канарейки уже куда-то испарились. После того, как все собрались, даже водилы должны были пойти со всеми, Упырь дал отмашку, и они отправились за нами.

Ну а дальше они обнаружили наш брошенный автомобиль. Сразу стало понятно, что убегали мы впопыхах, бросив все. А еще через короткое время кто-то из них, вот же падла глазастая, увидел нас, бегущих по поляне. Все без команды рванули за нами. Упырь, конечно, крикнул, чтобы не вздумали стрелять, но кто ж его слушать будет?

У братвы вдруг проснулся азарт охоты.

И понеслась.

А дальше... Ну дальше был кошмар.

На мой вопрос, не смущало ли рассказчика или кого еще из их бригады то, что их толпой отправили за двумя людьми, из которых одна женщина, Коля ответил, что обсуждать приказы у них не принято. У тех, кто пытается задавать вопросы или возражать любому «старшему», очень быстро ухудшается здоровье, вплоть до несовместимости с жизнью.

Потом я спросил, почему он так спокойно говорил о действиях птиц. Ведь любой простой, и даже не очень, человек был бы удивлен, столкнись с таким. Ответ оказался простым. Оказывается, на мистику им было вообще чихать. Почти все, кто сегодня остался на поляне, ребята бывалые, много чего видели. У каждого есть свои истории с необъяснимыми явлениями. На любую непонятку у них есть ответ в виде оружия, а все, что нельзя уничтожить из пистолета и тем более автомата, их не касается, для этого и нужны умные люди, которые ими руководят.

Я «подвис». Среди нас живет куча людей, которые с чудесами сталкиваются в реальной жизни. Мало того, часть из них все это просто игнорирует. Это же надо иметь такое мировоззрение! То есть если сейчас суслика не вижу, значит, его нет, даже если точно знаю, что он есть. Паноптикум какой-то!

Мы-то с женой раньше посмеивались над этой непонятной фигней, очень известный ТВ-канал про «все такое» вообще считали продвигателем маразматических идей для недалеких.

А потом в нашу жизнь ворвались говорящие птицы.

Отвлекся я буквально на несколько секунд, предаваясь воспоминаниям и одновременно пытаясь переварить информацию от нашего пленника. Но Никите, видимо, хватило этого времени, чтобы принять решение и совершить действие.

Он, ни слова не говоря, сделал два шага, встав сбоку от бандита, одной рукой надавил на его лоб, отклонив голову назад, и перерезал горло. Несмотря на погруженность в мысли, я умудрился не пропустить момент, когда этот Зверолюб, буду его так называть, и, естественно, только про себя в таких ситуациях. Не то чтобы я думаю, что мы будем постоянно кого-то убивать, но выбешивать он меня, видимо, будет периодически.

На горле пленника как будто появился рот, только страшно уродливый. Кровь из него хлынула потоком. Несколько капель даже попало на меня, и это несмотря на то, что я успел сделать шаг назад. Фонтан быстро заглох, уже через несколько мгновений кровь вытекала небольшими струйками, повинуясь последним толчкам замирающего сердца. Глаза у Коли остекленели, и он замер.

Блин, – вскрикнул я, делая еще шаг назад, – предупреждать надо.

Ох, не то я слово выкрикнул, ох, не то.

И вообще, мы не все у него узнали.

Мне достаточно, – ответил, улыбаясь, Никита.

Вот только я начал думать, что ты адекватный человек. – Вот тут я, конечно, приврал. - На кофе даже собирался пригласить, может, даже с тортиком, а теперь фиг тебе, а не кофе.

Как же так? Ты собираешься оставить меня без торта? Как мне теперь жить? – Никита вскинул руки, как будто взывал к небесам.

Все это время улыбка не сходила с его лица, и мне на секунду подумалось: «А верным ли было мое решение принимать любую помощь для спасения наших шкурок? Может статься, что этот «спаситель» будет пострашнее тех ублюдков, от которых мы бегаем».

Но это я подумал, а вслух, конечно, такого не скажу.

Ха-ха-ха, – изобразил я смех. – Ну, во-первых, под тортом подразумевалась бутылка чего-нибудь крепкого. Когнака, например.

Я увидел, что он собрался возразить, но не дал ему шанса.

Да подожди ты. Помню я, что ты не пьешь алкашку из-за своих зверей. Меня не Дори зовут, если что, и память у меня не как у рыбки. Но иногда же можно? Совсем по чуть-чуть. Бутылочку на двоих - это даже нельзя назвать посиделками, так, пригубили по стакашку.

Зверолов кивнул, соглашаясь с моим высказыванием и получается, что с моим предложением тоже. Поэтому я продолжил, поставив в голове зарубку на мысли, что у этого товарища не все принципы - принципы:

А во-вторых, юмор - это не твое, твоя аудитория максимум из Средневековья, ну или, на худой конец, любители покататься на одном теплоходе. Увидев непонимание во взгляде Никиты, пришлось пояснить:

Тот, который плавал по рекам Золотого кольца лет эдак тридцать назад. Вопрос в глазах не исчез, но я уже решил плюнуть, пускай сам выясняет, если не понял. - Ладно, теперь-то уж что, пошли к Оле, а там подумаем, что дальше делать.

А чего думать, сейчас ты ее приведешь сюда. Потом обыщем их машины, может, есть что интересное, а уже после этого сядем в вашу колымагу и доедем до ближайшего городка. Там ее бросим где-нибудь на задворках, чтобы быстро не нашли, а сами спокойно сядем на электричку и поедем в ваш город. У меня денек перекантуетесь, помыться там, отдохнуть. А потом вы пойдете решать свои проблемы.

То есть в этих разборках ты нам не поможешь?

Нет, Отец мне поручил вывести вас в город и все. Остальное не мое дело.

Ну что ж, с парш... То есть и за это спасибо.

Никита улыбнулся, услышав мою оговорку, но, видимо, не особо обижаясь на нее. Ну или сделал вид, что его она не задела, а даже, наоборот, повеселила.

По сути, что мы о нем знаем – ничего. Знакомы-то меньше часа. Но без него к нам бы уже пришел северный пушной зверек, а так его появление отложено.

На текущий момент этого уже достаточно.

Зверолов отправился в сторону автомобилей, уже мертвых бандитов, собираясь начать осмотр до нашего с Олей прихода.

Я же двинулся к жене, решив по дуге обогнуть место боя.

Казалось бы, после утреннего подъема и знакомства с этим Звероловом прошло всего ничего времени, но сейчас уже окончательно рассвело, и даже роса потихоньку стала исчезать с травы.

Оказалось, что к моей жене так и не приползла ни одна зверюшка или птица. Несмотря на это, все то время, что нас с Никитой не было, она тут не скучала. Оля занималась «привязкой» птиц. Мне даже удалось застать процесс присяги одной небольшой пичуги.

Вот тоже странно, вчера ни днем, ни вечером я не видел, чтобы она занималась этим. Может, при других людях сие действо невозможно? Надо спросить у жены.

Только я хотел поинтересоваться у нее о причине, по которой ни разу до этого момента не видел процесса привязки, как мне в голову пришла другая мысль. Никитос знал, что к моей жене не придет ни один зверь на лечение, да и птица, скорее всего, тоже. Он просто заставил ее находиться на одном месте, пока мы не вернемся. И единственная, ну почти, мысль о том, что ее помощь может понадобиться в любое время этим бедным животинкам, могла заставить мою жену сидеть и ждать.

И тут я вспомнил, что, пока мы перемещались по кровавой поляне, Зверолов действительно не отправил ни одного из своих подопечных к моей жене. А ведь там были те, кто точно был ранен и кого он не упокоил сам.

Вот же продуманный этот тип! И мне даже ничего не сказал. С одной стороны, плюсик ему, беспокоится о «сестренке». С другой минус, так как схему провернул втихую. И ведь я, получается, ему подыграл даже, а сам не вспомнил об аптечке, хотя мы и были в нескольких метрах от машины.

Ладно, таблицу с плюсами и минусами продолжим позднее.

Когда я вплотную подошел к жене и подал ей руку, чтобы подняться с земли, обнаружил что жену нашли наши кошки. Они лежали в тени недалеко от Оли и делали вид, что спали. Черт, а я про них совсем забыл.

Одно хорошо, пришел я вовремя, Оля уже собиралась идти к нам сама. Естественно, прямо через поляну.

Глава 8

Почувствуй себя модератором!

Может, мародером?

А это не одно и то же?

Нет.

Ну и ладно.

Мы в двух часах от дома и чистой постели,

ан нет, кошки-мышки продолжаются.

Все еще 08.07.2020

Бывают такие дни, когда все происходит так, как надо и в тот самый момент. Чаще всего люди называют это везением, а я, как уже устоявшийся фаталист, не верю в это. Думаю, что в некие моменты жизни человек просто начинает обращать внимание на разного рода совпадения и подгонять свою реальность под свои хотелки. Ну не саму реальность, конечно, а всего лишь объяснение явлений с правильной, на их взгляд, стороны.

Как пример - гороскопофилы. Они каждое утро обязательно слушают по радио или, самые упоротые, читают где-нибудь свой гороскоп. Потом в течение дня, когда происходит даже совсем незначительное событие, обязательно вспоминают, что именно им сегодня сообщили великие гуру, читающие судьбу по созвездиям. И все сходится! Бинго! Какой же кайф они испытывают, когда такое происходит.

А самое страшное, что таких людей прям миллионы. Естественно, к этой грядке жителей вымышленной реальности я отношу всех гороскопофилов, нумерологоводов, феншуистов и т.д.

Так вот, сегодня все происходит по заветам верующих в удачу. Жена меня вовремя разбудила, потом Никита появился в нужный момент, и вот сейчас я успел прийти к Оле до того, как она пошла нас искать и увидела бы весь тот ужас, что остался после бойни. Как она отреагировала бы на увиденное, я не знаю, да и не хочу знать.

Мы быстро обошли поляну по кромке леса и вышли к нашей машине. Пока шли, я вкратце рассказал жене то, о чем нам поведал бандит Коля, умолчав о его судьбе. Думаю, правда, она догадалась, что с ним в итоге произошло, но вслух не стала свои догадки высказывать.

Оля начала собирать остатки наших вещей. На удивление, преследовавшие нас отморозки ничего с ними не сделали. Они торопились, конечно, мы же почти сбежали, но ведь могли походя распинать или, что вероятнее, одному–двум бандитам можно было остаться для обыска. Видимо, азарт погони был сильнее желания помародерить.

Оставив жену, я вслед за Никитой отправился обыскивать машины бандитов. Пока добирался до места, старался не ломиться, как медведь по лесу. В фильмах главный герой всегда производит кучу шума, сломав какую-нибудь ветку или уронив вазу в абсолютной тишине, мне не хотелось быть таким. Осторожность не особо нужна была, ведь там уже был Зверолов, но все-таки я не до конца поверил словам бандита о том, что вся приехавшая банда сейчас находится на поляне в виде поломанных тушек. А ну как Коля надеялся, что поведет нас к машинам, а там ему помогут оставшиеся подельники? Никита, судя по всему, в лесу царь и бог и вряд ли пропустил бы затаившихся бандосов, но и на старуху бывает проруха. Однако все предосторожности оказались зря. Никто меня не подлавливал и не пытался убить.

К моему приходу Никита уже заканчивал осмотр последней машины. Удивительно то, что он был в перчатках. Таких тонких, резиновых, возможно, даже хирургических. Он решил, что оставлять отпечатки не стоит, а сжигать все авто опасно - лес вспыхнет за пять секунд, да и обратить внимание МЧС можно. Ну а где спасатели, там и полиция, по итогу информация быстро может дойти до тех, от кого мы бегаем. Пусть сами ищут своих пропавших «сотрудников», зачем им помогать?

Обыск бандитских авто, по уже сложившейся традиции, ничего не дал. Что мы там пытались найти, я так и не понял. Никита предложил, а я не отказался. Хотя вру, одну вещь я надеялся найти – артефакт, о котором говорила Плисада. Была вероятность, что ребята с собой тащили еще один, так как первый экземпляр, скорее всего, постоянно находился рядом с похищенной Говорящей.

Колю я не успел спросить про волшебную фиговину. Сам он ни о чем таком не упоминал, и есть уверенность, что не того уровня фигура почившего, чтобы знать об артефакте. Как он выглядит, мне самому неизвестно, но, думаю, я бы смог отличить эту штуковину от обычных вещей. Теперь остается последняя надежда - найти его при обыске трупов и, думаю, надо торопиться, пока они не начали вонять тухлятиной.

Бандитские тачки мы не стали даже пытаться спрятать, все равно к ним приведут их пернатые помощники, а времени на это мероприятие ушло бы вагон.

Трупы они никак не найдут – это мне пообещал Никита. Так что пусть их главнюк гадает, что тут случилось и как два человека могли заставить исчезнуть целое отделение братков. Еще капля загадочности не помешает.

А вообще все не так уж и плохо, пока счет 19:0 в нашу пользу. Не скажу, что прямо горжусь тем, что мы стали причиной смерти девятнадцати человек, однако тут есть несколько жирных НО: лучше мы с женой живы, чем они, далее - все погибшие были преступниками и наверняка у каждого из них кровь на руках, ну и последнее: лично мы с Олей никого не убивали.

Последний аргумент в суде бы не проканал, но где мы, и где суд.

В очередной раз вернувшись к нашей машине, мы обнаружили Олю, сидящую на бревнышке у нашего брошенного костровища. Она беседовала с сорокой, думаю, с Тюней, а у ее ног лежали кошки. Есть у меня подозрение, что эти пушистые мурчалки теперь не отойдут от нас ни на шаг.

Я дождался, пока жена отвлечется от птицы и посмотрит на меня, после чего сообщил:

Солнце, мы еще раз на поляну сходим, поищем артефакт, тот, о котором твоя богиня говорила, ну и пистолет, думаю, один надо взять, на всякий случай. Может, патронов наберу хотя бы на несколько выстрелов, а то могли все расстрелять.

Подожди, Тюня говорит, что птицы видели канареек, улетавших отсюда, когда началась стрельба. Значит скоро в городе будут знать, где искать своих пропавших.

А чего твои этих желтых не остановили?

С чего бы вдруг? Команды им такой не было, мы же не знали, для чего с ними едут эти птахи, а когда началась бойня, у нас каждая птица на счету была, чтобы еще и за этими лазутчиками следить. Случайно увидели их отлет – уже хорошо.

Ладно, понял, нехорошо, конечно, но уже ничего не сделаешь. А точно никто из канареек этих тут не остался следить за нами?

Нет, в ближайших лесах их точно нет, мои уже все проверили.

Хорошо, мы пошли, максимум через десять минут будем, можешь в машину уже идти, нечего тут сидеть.

Говоря это уже на ходу, я и Зверолов отправились мародерствовать.

На месте бойни ничего не поменялось, видимо, звери ждали отмашки Зверолова, чтобы начать растаскивать тела.

Коля не обманул, документы на машину и водительские удостоверения нашлись у четверых, у остальных и этого не было. И вообще ничего не было, прям не бандиты, а разведчики на вылазке. Даже сигареты с зажигалками были только у одного из пяти. Может, конечно, они были поголовно спортсменами, но теперь по внешнему виду это определить было невозможно.

Себе я выбрал «Макарова», в более-менее нормальном состоянии, так как был с этим оружием знаком по армии. Правда, он был после стрельбы, а почистить нормально нет времени. Стрельнуть бы из него на всякий случай. Попробую, если перед отъездом будет время.

К пистолету я взял три магазина. Все снарядил под завязку, благо патронов бандиты с собой приволокли достаточно, а расстрелять все никак не успевали, порвали их. Причем одного как раз во время перезарядки - лежал с пустым магазином в одной руке и пачкой патронов в другой.

Кроме «Макаровых», целых восьми штук, попалось два незнакомых ствола, смахивающих на «ТТ», которые я видел только в кино и в музеях. Их я просто скинул в общую кучу.

А еще там было три «Калаша», и как бы мне ни хотелось заиметь такую игрушку, здравый смысл не позволил этому свершиться. Точнее, в его роли выступил Никита. Он напомнил, что нам предстоит побывать минимум в двух населенных пунктах, а там есть местные правоохранители, которым почему-то не нравится появление людей с автоматическим оружием. Ага, где они были, когда нас уже два раза пытались как минимум похитить?

Ну да и черт с ним, с автоматом.

Кстати, Никита себе оружие брать не стал, но против моего желания вооружиться не возражал. Хотя я уже целую оправдательную речь заготовил под его наезды против оружия. Как говорит моя жена, «включил умную Машу».

Обыск тел и сбор оружия занял не десять минут, как я предполагал, а все полчаса.

Помимо огнестрела у каждого из бандюков был хотя бы один нож. В основном барахло, конечно, хотя и тут не я экспертом выступал, это со слов Никитоса. Один товарищ только из них выделился. Там набор «холодняка» был знатный и распихан грамотно по кармашкам и нычкам. Но даже этот набор Зверолова не сильно впечатлил.

Никитос обещал, что всю кучу оружия, что мы насобирали, звери запрячут еще дальше, чем сами тела. Почему так, я спрашивать не стал. Может, он себе арсенал собирает, может, правда, причина веская есть. Свое оружие я получил, а на остальное мне, по большому счету, было плевать.

***

Пока мародерили жмуриков, изгваздались в крови, не сильно, но одежду менять придется. Сжечь бы ее здесь, но Никита на мое предложение отрицательно покачал головой, сообщив, что на это нет времени. Просто оставить костер мы не можем все по той же причине возникновения лесного пожара, а на полноценное сжигание с контрольным тушением уйдет не меньше часа.

Час - это много. Нам еще надо выбраться из леса, доехать до ближайшего города, найти подходящее место, где оставим машину, а потом еще на электричку надо успеть сесть. Сейчас дачный сезон, электричек много пускают для пенсионеров-дачников. Последняя же, со слов Никитоса, в нужном нам направлении уходит в шесть вечера.

У меня возник вопрос: «Как Зверолов смог все эти мелочи предусмотреть и так подготовиться к нашей эвакуации?»

Зачем задавать вопрос человеку, когда ты сам можешь придумать на него ответ? Правильно, незачем. Так мы, полудурки, и делаем. Главное же, сам жену постоянно учу, что нельзя за других людей додумывать. Всегда проще спросить, иначе у себя в голове ты можешь к таким выводам прийти, что писатели-фантасты позавидуют. Некоторых любителей додумывать, с особо бурной фантазией, точно бы взяли на работу те самые телеканалы, где крутят истории про рептилоидов.

И вот я пошел по тому же пути, решил сам ответить на свой же вопрос у себя в голове:

«Скорее всего, Никита бывает в этих краях периодически и поэтому знает местность, расписание поездов и т.д. Но тогда возникает уже новый вопрос: это нам так везет, что отправляют Повелителя зверей, который чудесным образом с этими краями знаком, или этих самых Повелителей как грязи, и на каждом направлении свой ответственный? Тогда почему так мало Говорящих?

В общем, из ответа на один вопрос вытекает два, из двух четыре и далее до бесконечности.

Значит, что?

Значит, прекращаем плодить вопросы.

Вот когда будем в безопасности, сядем с бутылочкой вискаря, тогда все эти вопросы и задам. Чего самому ломать голову.

Вернувшись, мы обнаружили Олю, уже сидящую в машине на пассажирском сиденье. Дверь была открыта, крыша и капот автомобиля были покрыты ковром из разных птиц, которые при виде нас вмиг разлетелись. При этом не было ожидаемого в таком случае гомона, пара–тройка трелей не в счет. Молчаливые птицы - это что-то новенькое.

Видимо, продолжался процесс «привязки», а мы ему помешали. Зачем только Оле здесь «подданные», ума не приложу. В этих краях мы окажемся теперь не скоро, если вообще вернемся, птицы за нами тоже вряд ли полетят, у них тут свое место. Ну да ладно, жена у меня умная, сама знает, что делает.

***

Добирались до выбранного Никитой городка опять проселками, опять по бездорожью. Я мысленно благодарил всех существующих и несуществующих богов за хорошую сухую погоду. Иначе мы точно не проехали бы там, выбираясь назад в цивилизацию, к людям.

Вот еще вопрос в копилочку для Плисады: есть ли еще боги, и как они могут влиять на нас? Или я уже этот вопрос откладывал для нее? Черт, нужно завести блокнот для фиксирования вопросов, а потом будем по мере получения ответов на них рисовать новую карту реальности.

Так ведь может оказаться, что плюнул я не в ту сторону или не на тот кустик - и все, враг номер один для какого-нибудь божка ветров или растений, а там не вовремя задранная юбка жены от неожиданного порыва воздуха или еще чего похуже.

На фиг, на фиг!

В город въехали ближе к четырем часам вечера.

Городом его можно было назвать с натяжкой. Однако, несмотря на небольшую территорию, покрутиться по дворам пришлось изрядно. Машину решили оставить в центральной части города. На окраинах каждая новая машина как бельмо в глазу. Вдруг тут участковые дотошные, или, не дай бог, ориентировка на нас в область ушла. И тут неважно, полицейская или бандитская, нам сейчас и те и другие пока враги. По крайней мере, до тех пор, пока не разберемся, почему бандиты еще не сидят.

Никита всю дорогу был в перчатках, а нам свои отпечатки стирать смысла не было, машина записана на меня, так что...

Так что оставили мы ее просто в каком-то дворе, недалеко от вокзала. Забрали оттуда только документы и рюкзаки с минимумом вещей.

Ну и конечно кошек, куда же без них.

Окровавленную одежду сожгли еще на въезде в город. Мы даже удивились, увидев железный бак для мусора, который стоял у автобусной остановки на пригородной дороге. То ли раньше у всех остановок такие стояли, то ли эта была особенная, но нам повезло, что она попалась нам на пути. Людей, как и дорожных камер, ни на самой остановке, ни в ближайшей округе мы не обнаружили. Остановились прямо перед баком, быстро сбросили туда заранее подготовленный узел из одежды, переоделись в цивильное мы еще в лесу, затем полили розжигом и подожгли. Хорошо, что розжиг остался еще с шашлыков на «Крутышках», блин, кажется, что это было когда-то очень давно. Был, конечно, бензин в канистрах, но там возиться долго, я их в багажнике на славу закрепил. А потом, дождавшись, пока нормально разгорится, рванули оттуда.

После того как избавились от машины, сразу отправились на вокзал. Никита вел нас уверенно, чаще по проулкам, иногда заныривая во дворы и не слушая бубнеж навигатора. Оля его запустила на телефоне, как только появилась мобильная сеть, а затем всю дорогу сверяла маршрут, построенный программой, с нашими перемещениями. Естественно, они не совпадали, о чем мое Солнце периодически сообщала Никите.

Кто-то спросит, зачем ей это? Меня к таким людям относить нельзя. Женская логика - страшная вещь, и я почти научился с ней мириться.

Через полчаса блужданий по местам, явно знакомым нашему проводнику, мы были у железнодорожных касс. Кошек под угрозой оставить здесь на улице удалось заставить залезть в переноски. Вообще я собирался оставить в машине эти, на тот момент казавшиеся мне бесполезными, аксессуары. Но опытный путешественник Никитос сообщил, что нас могут выгнать из электрички где-нибудь в середине пути, когда будут проверять билеты. Эта новость для меня была грустью-печалью. Кошаки наши, несмотря на то, что обе девочки, были крупненькими. Каждая весила примерно по шесть кг, и тащить эти килограммы радости, естественно, предстояло мне.

Здание вокзала выглядело, как и большинство виденных нами ранее, по крайней мере, из тех, что не относились к крупным городам. Про архитектуру там нечего говорить, а вот ремонт внутри удивил. Новые сиденья для ожидающих поезд, явно свежая покраска стен и потолка, а туалет вообще выше всяких похвал.

Хотя чему тут удивляться? Сейчас в стране бум на строительство и реконструкции. У нас в городе даже самые убитые дома недавно превратили в конфетки, правда, дальше центра я редко бываю, но уж там все замечательно.

Вообще мы давно на поездах и электричках не ездили, но сами вокзалы обязательно смотрим, когда посещаем какой-нибудь город. Внешний вид для коллекции фотографируем, а вот внутрь никогда не заходим. Именно поэтому инфраструктуру сравнивали со своими воспоминаниями из девяностых и нулевых.

Тогда машин ни у кого из нас, да и у наших знакомых, не было. Все поездки к бабушкам и дедушкам или другим родственникам осуществлялись на автобусах и поездах. Вот тогда вокзалы, сами поезда и автобусы были, мягко говоря, не очень. И тем разительнее чувствовалась разница с тем, что мы увидели сейчас.

Что я там раньше говорил про пафос? Беру свои слова обратно. Для меня, видимо, на все времена будет главным девизом: «Чистые туалеты - наше все!».

Купив билеты, радостные и даже немного разомлевшие оттого, что успели на электричку и закончилось пешее приключение, с рюкзаками и доп. нагрузкой, мы уселись в середине зала. Нам повезло, народу было немного, и свободных сидячих мест хватало. По очереди посетив МЭ и ЖО, мы стали ждать. До отправки электрички оставалось еще сорок минут, и у меня даже появилась мысль сходить куда-нибудь поесть. Когда я сообщил своим попутчикам о желании перекусить и пригласил их отправиться всем вместе, меня мягко послали. Однако жена смилостивилась надо мной и сказала, что в ее рюкзаке есть бутерброды, которые она настругала еще утром.

Бутерброды я не хотел. Честно говоря, мне эта студенческая диета за сутки надоела. Поесть бы сейчас супчика, например, солянку и котлетку с пюрешкой, ммм... Одному идти не хотелось, да и жену с этим новым «родственничком» оставлять тоже не дело. Так что мечты о еде пока останутся мечтами.

Прикрыв глаза, я вспомнил, сколько, по словам Зверолова, будет идти до нашего города электричка, добавил время ожидания и полчаса накинул на дорогу до его квартиры. Получается, через три часа можно будет помыться в душе и поесть нормально. Доставка у нас работает почти идеально. Пока закажем, помоемся, переоденемся, тут и еда подоспеет.

Похоже на план?

Думаю, да!

Расслабляться, как оказалось, было рано. Все-таки опыта в таких делах у нас с женой нет, поэтому мы пропустили момент, когда в зал ожидания вошли несколько парней подозрительной наружности. На самом деле выглядели они, как обычная компания молодых людей. Единственная странность, которая бросалась в глаза, это отсутствие каких-либо вещей. Если вы собрались куда-то ехать на поезде или даже на электричке, у вас точно будут сумки, на худой конец, пакеты. Любой человек в нашей стране знает, что без пакета жизнь не мила.

Эти мысли пронеслись у меня в голове за мгновение, когда, видимо, интуиция заставила моим глазам открыться, и я увидел эту компашку, которая явно высматривала кого-то в зале.

Следующая мысль: они тут по наши души.

В этот момент взгляд их главного, ну я так подумал, раз он был впереди всех, уперся в меня.

Вместо того, чтобы что-то делать или хотя бы просчитать варианты действий, мой мозг выдал финт в виде размышлений, как такое произошло, что нас нашли:

«Видимо, ждали. Только здесь или во всех близлежащих городах? Если только здесь, то как узнали? Почему они появились только сейчас, а не ждали все это время здесь? Хотя тут все просто, последняя электричка в сторону нашего дома. Вот с...а, кто-то умный там у них сидит и раздает задания. И все-таки в других городах тоже сидят и ждут? А на промежуточных станциях? Макс, очнись, не о том думаешь! Даю себе мысленный чапалах. И вот наконец-то важное: что делать?

В голове куча мата, много паники и никаких полезных мыслей.

Если сейчас выберемся из этой передряги, отрежу эту бесполезную башку и пришью себе новую, нормальную.

А нет. Не совсем я плох. Оказывается, пока мозг паниковал, видимо, своей женской половиной, он же отправил команду для действий моим рукам. Одной рукой я успел залезть в рюкзак и вытащить оттуда пистолет, второй рукой с накинутой на ней курткой я прикрывал эти действия.

Ай да я, ай да с...н сын!

Мозг прощен, лоботомия отменяется.

В этот момент меня толкает жена:

Че застыл?

Отвечаю шепотом, чтобы слышали только Оля и Никита:

За нами пришли, – киваю в сторону компании парней, которая уже всем составом смотрела на нас.

Никита, который тоже до этого момента сидел максимально расслабленный и даже, как мне показалось, прикорнул, вдруг потянулся к своему походному рюкзаку, подозрительно смахивающему на армейский вещмешок. Ну, по крайней мере, почти такой же был у меня в армии. Развязал веревку, стягивающую горловину мешка, и оттуда вылез уже знакомый нам пушной зверек. А я и забыл про него. Вообще всю дорогу от той страшной поляны до вокзала даже не вспоминал про эту пушисто-зубастую диковину.

Зверек быстро залез на плечо своего хозяина и протянул свою мордочку к нему. Никита что-то прошептал зверьку, причем так тихо, что даже я, сидевший рядом, ничего не услышал. После чего зверь метнулся в сторону ближайшей от нас стены, потом бесшумной молнией вдоль нее пролетел до угла и как будто еще быстрее рванул в сторону парней.

Они, в свою очередь, начали двигаться в нашу сторону. Однако сделать то, что они собирались, уже не смогли.

Пушистая молния влетела на плечи парня, стоявшего ближе всего к стене, и, видимо, эта бестия сделала ему очень больно. Раздался оглушительный крик. Дико орущая жертва зверька начала бить себя руками по шее, плечам и голове, пытаясь поймать или хотя бы сбить причинявшего ему боль. Напарники кричавшего вмиг забыли о нас и кинулись ему помогать. Не успели. Зверек уже прыгнул на следующую жертву, используя, как трамплин, первого подранка. В этот раз пушистик спустился к ногам парня и начал кусать бедра и икры, защищенные тонкой тканью спортивных штанов. Уже после первого укуса в общую какофонию криков добавился второй голос. Зверь же не останавливался, перепрыгивая с одного «тельца» на другое, кусая, царапая и вызывая вопли боли.

Да, выражаясь спортивным языком, ребята точно были не из той лиги, в которой бился этот мохнатый демон.

В помещении, где все это происходило, те несколько человек, которые, так же, как и мы, сидели в ожидании своих поездов и электричек, после первых же криков, встрепенулись, повскакивали со своих мест и, хватая свои пожитки, рванули в сторону выхода на перрон. Никто из них даже не подумал помочь кричавшим. Более того, было видно, что даже звонить в полицию никто не собирался.

Потом, подумав над действиями сбежавших, я пришел к выводу, что, по сути, они все сделали правильно. Как бы поступили я или Оля в такой ситуации, даже не знаю. Наверное, так же.

Но это потом, а сейчас я быстро возвращаю пистолет в рюкзак, мы хватаем рюкзаки, переноски, черт бы их побрал, и, не дожидаясь результата неравной схватки мощных челюстей и острых клыков против жалких кулаков этих недобандитов, бежим вместе со всеми в сторону дверей, выводящих к поездам.

Почему недобандитов, да потому что слишком молоды они. С первого взгляда было видно, что старшему из них лет двадцать пять, не больше, остальные до двадцати даже не дотягивают. Понятно, что и в их возрасте можно стать рецидивистом и вообще конченым маньяком, но конкретно эти выглядят как-то жалко, молокососы, одним словом. Думаю, максимум, на что их должно хватать – это друг друга братанами называть и толпой одного дубасить. А тут против них вышла на бой безжалостная зверюга.

Будь немного другая обстановка, поржал бы вволю, но сейчас не до этого, нужно бежать.

На перрон мы вырвались в последних рядах убегающих. Сначала, игнорируя общее направление движения этой мини толпы, мы рванули налево. Однако почти сразу увидели впереди тупик в виде здания, полностью перекрывавшего перрон. Быстро развернувшись, двинули за всеми.

Спрашивается, чего не сразу-то?

С этой стороны перрон заканчивался кованой решеткой, которая соединялась с точно такой же, идущей от угла здания вокзала. Вся эта конструкция выполняла роль забора, чтобы не допускать безбилетников на перрон. В части забора, что шла параллельно перрону, точно должна была быть калитка. Ну не может такого быть, чтобы вокзал всегда был открыт, а обслуживающему ж/д линии персоналу нужен доступ к путям в любое время суток.

Калитка, у которой, сейчас столпились все, кто сбежал из зала ожидания, была почти посередине забора. Мы растолкали эту маленькую компанию трусишек и обнаружили, что дверца была закрыта на магнитный замок. Открыть его, даже если бы среди нас был взломщик с полным набором отмычек, было невозможно.

Так думал я...

Зверолов меня удивил. Он уперся ногой в рамку калитки, взялся обеими руками за решетку двери и дернул со всей дури. Магнит магнитом, а человеческая удаль, ну или нечеловеческая, оказалась сильней. Мне на секунду даже показалось, что он ее выдрал с корнем, но нет, просто замок не выдержал такого рывка, и дверка распахнулась. Сам же богатырь отступил назад и жестом пригласил всех присутствующих проходить.

Мы с Олей тоже, было, дернулись к открытой калитке, но Никита нас удержал, схватив за рюкзаки. Дождавшись, когда мы повернемся к нему, кивком головы показал в сторону ж/д путей. Видя непонимание в наших глазах, он вслух коротко бросил:

Нам туда.

Увидев, что мы все-таки двинулись в указанную им сторону, Никитос в три шага оказался у края перрона и спрыгнул на рельсы.

Ну что ж, пока он нас не подводил. Делая движение к краю платформы и собираясь прыгать вслед за Звероловом, я вдруг осознал, что держу в руках переноски с кошками.

Вот так в стрессовой ситуации тащишь на себе всякую фигню и не замечаешь веса, только минутка раздумий, и все, тяжесть оказывается неподъемной.

Быстро решаюсь и открываю обе переноски. Кошки, не раздумывая, выпрыгивают и садятся тут же, уставившись на меня. Умные, заразы. Раз умные, дадим им право выбора:

Девки, у нас тут продолжение проблем, если хотите, можете остаться в этом городе и поискать дом. Потом мы очень сильно – последние два слова выделяю интонацией – постараемся за вами вернуться. Или дальше вы путешествуете на своих двоих. Тьфу ты, на своих четырех и стараетесь не путаться под ногами.

Кошки не думают. Просто спрыгивают с перрона и несутся через рельсы вслед за Никитосом.

Говорю же, умные. Хотя тут как посмотреть.

Снимаю с жены ее рюкзак и бросаю на пути. Спрыгиваю вниз и, подняв руки на встречу жене, жду, пока она «нырнет» ко мне. Оля не подвела, приземлилась четко на ноги, даже присев в конце прыжка. Мне оставалось только слегка поддержать ее уже в конце полета. После этого хватаю ее рюкзак, и мы бежим, перепрыгивая через рельсы, туда же, куда только что сбежали наши кошки и проводник. Ж/д веток тут всего ничего. Я насчитал восемь штук.

Когда мы с Олей перепрыгнули последнюю железяку, вдруг обнаружилось, что почти сразу за путями начинается крутой скат, покрытый крупным щебнем. Сразу за этой насыпью шла небольшая полоса земли длиной метров пятьдесят. Дальше – лес. Весь участок до границы леса был покрыт недавно скошенной травой. Она еще не превратилась в сено, и ее аромат врезался в ноздри, несмотря на другие не очень приятные запахи типа мазута, нагретого железа и еще черт знает чего. Эта вонь, которая помимо шума поездов, обычно сопровождает все ж/д вокзалы, станции и перегоны, не справлялась с запахом покоса.

Оля так вообще остановилась в трех шагах от кустов, росших на границе леса, и громко, с жадностью, стала вдыхать этот запах. Мне пришлось затормозить и, схватив ее за руку, тащить. До относительно безопасного места оставалось всего ничего, а она тут подышать остановилась. В другой руке я до сих пор тащил ее рюкзак, и не скажу, что мне было легко. Более того, пробежали мы всего метров сто, если учитывать бег с препятствиями в виде рельс и эту полосу между лесом и ж/д полотном, а я уже начал задыхаться.

Надо бросать курить. Если выберемся из этой ж.., обязательно брошу, а может, даже в тренажерку вернусь.

Заросли кустарника - я так и не понял, что это было, то ли шиповник, то ли акация - пришлось преодолевать, прилагая усилия. Уже нырнув в кусты, я на автомате протянул руку назад, чтобы помочь Оле, и сквозь звуки ломавшихся веток услышал выстрел. Сразу же второй, третий. На четвертом почувствовал, как мою руку что-то царапнуло. Одновременно с этим Оля, руку которой я уже успел схватить и даже начал тянуть за собой, вскрикнула и стала заваливаться назад.

Глава 9

Оля притворяется раненой тушкой, а мне удалось пострелять.

А общество «Динамо» бежит? Все бегут!

Зверолов ушел на охоту.

Да когда уже закончится этот день 08.07.2020

Время для меня застыло на три удара сердца. Как тогда в коттедже. И я так же, как тогда, начинаю действовать на рефлексах.

Бросаю Олин рюкзак, освободившейся рукой ловлю вторую руку жены и начинаю тащить на себя. Кричу Никите, хотя даже не вижу его среди деревьев, чтобы вернулся и помог. Протащив Олю через кусты, кладу спиной на землю ее обмякшее тело и пытаюсь найти место ранения. Пуля попала в плечо, чуть выше груди, и на куртке в этом месте уже расползается пятно крови.

Стоп. Раз я вижу пятно спереди, значит пуля прошла навылет. Это, наверное, хорошо. Осталось остановить кровотечение.

Я, конечно, не врач, но в киношках, да, все мои потенциальные навыки и умения из книг и фильмов, видел, где нужно искать пульс. Почему-то короткие армейские курсы по оказанию первой помощи даже не вспомнились в тот момент. Нащупав биение жилки на запястье и увидев, как поднимается и опускается грудь жены, понимаю, что все не так критично.

Никита к этому моменту успел вернуться и стоял рядом, наблюдая за моими действиями. Уже шепотом прошу Никиту проверить рану и остановить кровотечение. Надеюсь, он сможет. По крайней мере, за это время у меня сложилось впечатление, что этот «наш спаситель» много чего умеет.

Я же, достав пистолет из своего рюкзака, побежал вправо вдоль кустов.

Далеко решил не удаляться и, пробежав метров десять, стал аккуратно пробираться через заросли этой то ли акации, то ли шиповника.

Сейчас посмотрим, что это за снайпер там завелся, который чуть не убил мою жену. Мне он тоже поцарапал руку с тыльной стороны ладони, но там настолько несерьезно, что даже пластырь нет смысла клеить, само за минуту заживет. Может, даже и не от пули царапина, а куст неудачно зацепил. В общем, сейчас не это важно.

Надо эту с... вычислить и прикончить.

Обзор, конечно, не самый лучший, небольшой ветерок колыхал листья, и они постоянно норовили перекрыть мне возможность наблюдать. Однако сильно высовываться нельзя, иначе эти «ворошиловские стрелки» могут завершить начатое. Стрелок мог быть и один, конечно, все-таки я не профессионал и на слух не смог определить, из скольких пистолетов шла стрельба. Моей информированности и наблюдательности хватило только на то, чтобы понять – это был не автомат.

Как оказалось, подготовился я к встрече не зря, и к тому же вовремя. Через «железку» в нашу сторону бежали двое, причем оба не из той гоп-компании, что спугнула и заставила нас бежать из вокзала. С виду эти были посерьезней, как минимум постарше. К тому же наши ранения тоже им в плюс записать можно. Хотя если смотреть с нашей стороны, то в минус, и этот минус я им сейчас засуну куда поглубже, потом проверну разок на девяносто градусов, чтобы плюс получился. Мы же не будем отрицать основные правила математики, где минус на минус...

Еще через полминуты я понял, что рано похвалил этих козлов. Бежали они к тому месту, где совсем недавно скрылись мы, при этом вообще не скрываясь. А ну как у нас оружие есть, да еще и стрелять мы умеем?

Надо наказывать за такую наглость. Я прицелился в того, что был ближе ко мне и почти выстрелил, но краем глаза заметил движение у железки справа от меня и решил не торопиться. Да, время не на моей стороне, те двое были уже шагах в двадцати от границы леса. Еще полминуты, и они выйдут на Олю. Там, конечно, Никита есть, но мало ли.

В то же время я не увидел в руках этих ушлепков оружия, значит, стреляли не они. А вот третий, который крался справа, был как раз вооружен. И он точно был хитрее тех двух. Сильно этот тип не торопился и подбирался к лесу чуть ли не ползком. А нет, не ползком, лежит он секунды три, видимо, осматривается, затем приподнимается и делает рывок вперед, шагов на пять и снова падает на землю. Одет этот хитрый в камуфляж и с травой почти сливается. Именно поэтому я его и не заметил сразу.

Черт, в него я могу и не попасть, а те двое уже подбегают к кустам. Время на раздумья закончилось, пора принимать решение.

Делаю один выстрел в «умника» и, не глядя на результат, перевожу прицел на двоих «скорых». Будем надеяться, что если я и не попал, то спугнул его, заставив залечь и не дергаться.

Хорошо, что решил прицелиться и не выстрелил сразу, ибо ситуация на левом фланге поменялась. После первого же взгляда понимаю, что зря опасался за своих. Небольшая мохнатая, темно-бурая молния повторяла трюк, который показывала на вокзале. Только теперь у нее было всего два противника и, судя по крикам, а затем и падению в траву одного из них, понял, что шансов у этих тоже нет, как и у группы с вокзала.

Снова поворачиваюсь в сторону «снайпера», это ведь точно тот самый, что умудрился попасть в Олю. Других кандидатов на звание «стрелок дня» я пока не заметил. Благодаря тому, что кусты, в которых я засел, как, собственно, и лес за ними, находятся чуть выше по уровню горизонта, вижу упавшего в траву стрелка.

Надо же, а пока бежали от железки к лесу, я и не обратил внимание, что есть уклон. Так вот почему дыхалка тогда скончалась. Все, курение реабилитировано, вычеркиваем из списка на бросание.

Эх, сейчас бы покурить.

Так, где там лежит этот снайпер?

Ага, вон торчит кусок чего-то.

Подстрелил я этого самого хитрого или он сам залег – не понять, но глаз с него пока спускать нельзя. Меня он скорее всего не вычислил, поэтому может сейчас притворяться и ждать. На мгновение все-таки снова перевожу взгляд на тех двоих. Вдруг они матерее, чем я подумал, и смогли расправиться с нашим пушистым берсерком.

А я ведь реально, увидев, что они старше тех гопников с вокзала, подумал, что к нам отправили серьезных ребят.

Ха, какое там!

За секунду, которую потратил на этих дурачков, убедился, что чуда не случилось. Один лежит в траве, второй пытается уйти, отбиваясь от насевшей на него хищной твари, но видно, что делает он это из последних сил, даже кричать уже перестал.

Теперь передо мной стоит дилемма: ждать, пока третий встанет, и попытаться его подстрелить или вернуться к своим? Есть еще вариант - самому до него добраться, но уж очень боязно.

Я даже представил, как он лежит, не шевелится, а сам смотрит в нашу сторону и ждет появления любой цели. В его умении стрелять и, главное, попадать даже с такого расстояния в фигуру человека, пусть и стоящего, мы уже убедились. Так что рисковать не стоит. С другой стороны, оставлять его живым за спиной тоже опасно. Проследит за нами и перестреляет, как куропаток.

И тут до меня доходит, что я дебил. У нас же ресурс в виде птиц не использован, а в лесу подопечные Никиты если и не решат проблему с преследователем, то как минимум предупредят. К тому же, все сильнее волнуюсь за мое Солнце.

Адреналин, вброшенный в мой организм надпочечниками, уже почти закончился. Меня начинает немного потряхивать, возвращаются обычные человеческие чувства и мысли. До последнего мгновения не отвожу взгляда от тела стрелка, пока осторожно выбираюсь назад, из кустов в лес. Все, я не вижу его, он, если жив, не видит меня.

Можно пока выдохнуть.

Уже собираюсь бежать к жене, но, повернувшись, вижу, что она сидит, прислонившись к дереву, и что-то вещает сороке, которая внимательно слушает, находясь у ее ног.

Ну вот, я там волнуюсь, а она нашла время потрындеть с птицами. Никита стоит рядом с ними и, видимо, не участвует в разговоре, но внимательно слушает. Не торопясь, а чего уже гнать, если отсюда видно, что жена не при смерти, иду к ним.

По пути убрал пистолет во внутренний карман, под пуговицу. Перезаряжать не стал, всего один патрон истратил, не в игре все-таки.

Наверное, беседа у жены с птицей очень увлекательная. Настолько, что никто не замечает моего приближения.

Блин, а чего они такие расхлябанные? Откуда такая уверенность, что им ничего не угрожает? Собираюсь высказать все, что думаю по этому поводу, но не успеваю. Оля неожиданно поворачивается ко мне и улыбается. Только тут я замечаю, что она бледная, может, не как известка или мел, но очень близко к этому. Все претензии улетучиваются. Улыбаюсь ей в ответ, чтобы не выдать свое волнение, она же у нас гордая и самостоятельная, никаких сюсюканий. Кроме тех случаев, когда сама пожелает.

Нужна шутка.

Ага, вот, например:

Когда успела известкой намазаться? А что, свеклу, или что там используется для румян, не завезли?

Тут, в глубинке, трудности с поставками, в руки дают только один цвет, или белый, или красный. Сегодня лицо красишь, завтра губы.

Сумбурно, но задорно, еще пара таких шуток, и сможешь у меня на разогреве выступать.

Во время пикировки успеваю подойти к жене, после наклоняюсь и целую в щеку. Потом вспоминаю, что есть важный вопрос:

Уважаемая Говорящая, не могли бы вы отправить для наблюдения за телом в траве, у насыпи, пару незаметных птичек? – Показываю рукой направление, куда именно нужно отправить птиц.

Оля кивает.

Да, и не мешает посмотреть, что стало с теми двумя, которых оприходовал сильно могучий и страшный зверь. Воооот такого размера, – говорю я и показываю руками приблизительный размер нашего спасителя.

Уже отправила и туда, и туда. Еще несколько в этих кустах сидят, чтобы быстро по цепочке передать, если что-то пойдет не так.

Несмотря на внешний вид, «шо в гроб краше кладут», голос у жены был ровный. В то же время, попытавшись подняться, Оля скривилась и почти рухнула назад.

Дайте пару минут, и будем валить отсюда, – сказала она уже не таким уверенным голосом и продолжила: – Ты, дорогой, как я поняла, счет открыл?

Не уверен. В отличие от того, кто в нас стрелял, я не такой уж и снайпер. Надежда, конечно, есть, но узнать сможем только от твоих птичек, самим туда соваться и проверять не стоит. Как ты себя чувствуешь?

Почти нормально, Никита говорит, что пуля попала в плечо навылет, а наша волшебная регенерация все залечит за полчаса.

Я посмотрел на Повелителя зверей вопросительно, и он, кивнув, заговорил:

Она, конечно, молоденькая Говорящая, но дар Матери уже работает. Рана скоро затянется, а через сутки вообще воспоминания об этом исчезнут. Однако насчет двух минут твоя жена погорячилась. Поэтому давайте не будем терять время и прикинем, что дальше будем делать. У меня есть несколько мыслей, но хочу услышать, что вы сами думаете де...

Договорить Никита не успел, потому что в этот момент с той стороны, где лежал «снайпер», раздалось два выстрела.

Пули не свистят, значит, стреляют не в нас.

Может, полиция наконец-то приехала по души тех ущербных, а у них ума хватило отстреливаться?

Чего гадать, сейчас мне поведают, кто там и кого.

Сразу после выстрелов вокруг начался гомон птиц, и из ниоткуда появился мохнатый зверь-спасун, взлетел на плечо Зверолова и уткнул мордочку ему в ухо. Еще спустя секунду к Оле подлетел воробей и что-то начал чирикать, пытаясь перекрыть весь птичий хор. Не знаю, как жена справляется с тем, чтобы отличить слова, исходящие из нужной птицы, от всех остальных голосов. Но у нее это получается. Когда пернатый посланец перестал открывать клюв, Оля перевела взгляд на меня и попыталась заговорить. Но не успела, ее перебил Никита:

Надо срочно валить подальше в лес. Если не ты против, – это он уже мне, – я понесу Говорящую, мне не сложно, а у тебя руки будут свободны, но бежать придется точно. Да, кстати, рюкзак своей жены тоже несешь ты.

***

«П-ф-ф, а кто это раньше делал? Тоже мне, проблему нашли. Главное, бежать по прямой или еще лучше под горку. А то чего-то у меня не заладилось со спортом сегодня».

Вслух я этого не сказал, только кивнул в ответ.

Возражения у меня, конечно, были, и связаны они далеко не с нагрузками, но сейчас не до глупостей.

Нет, иногда во мне просыпается ревнивец и альфа-самэц, порой они приходят вместе, но это бывает очень редко. Настолько редко, что когда мой невинный, казалось бы, вопрос: «А че это за мужик тебе пишет в чат?» слышит жена, то у нее возникает не паника, конечно, но что-то похожее на опасение. Что нужно делать в такой ситуации? Правильно, попытаться объяснить. И моя благоверная каждый раз начинает это делать, причем быстро и настолько детально, что должно возникать к ней еще больше вопросов.

Не возникает.

А все потому, что доверяю, и мой ревнивец – это больше игровой персонаж, чем реальный Отелло.

Никита аккуратно поднял Олю на руки, я подхватил наши рюкзаки, и мы «испуганными зайцами» понеслись вглубь леса. Минуты через две этого забега временный носильщик моей жены, и по совместительству Повелитель зверей, сообщил наконец-то, почему мы вынуждены снова уносить ноги.

Оказывается, у него, как и у моей жены, всюду есть уши и глаза. Я как-то не задумывался о всяких там мышах, крысах и, барабанная дробь! домашних животных. Все перечисленные стали для обычных людей невидимками или настолько обыденными, что на них не обращают внимания. Кто будет реагировать на что-то промелькнувшее у ног, например, мышь и уж тем более крысу? Проще проигнорировать или придумать самому себе отмазку, типа, не видел, не было. А взять кошек и собак, они же все видят и все слышат.

Еще до этих сказочно-волшебных времен приходили ко мне мысли, что человек, способный понимать этих животных, обладал бы бесконечным источником информации и компромата.

Опять мои мысли-скакуны полетели не туда.

В общем, мохнатый спутник сообщил Никите, что помимо тех погрызенных им на вокзале и у леса, есть еще три группы бандитов, которые как раз приближались к железке и вот-вот должны были нас догнать. В каждой команде по пять человек, оружием не светят, но оно точно есть, причем у каждого из преследователей.

А это уже странно.

Если я раньше думал, что в каждый городок в округе отправили по команде, чтобы нас засечь и по возможности прихватить, то теперь эта версия становится нежизнеспособной. Слишком много людей нас здесь ловит. Ну пять – семь человек могу понять, но сейчас получается уже больше двадцати. Не много ли на один квадратный километр? По количеству это целая, хоть и небольшая, группировка из нашего города.

Не скажу за воров, крышевателей притонов и тому подобной шушере, но вот из тех, за кем мы следили, таких было большинство. А это значит, что наши преследователи именно здесь и сейчас сосредоточили большую часть областных бандюков. Есть, конечно, вероятность, что из города поехали не только те, кого мы «похоронили» у нашей ночной стоянки, но и еще целая толпа.

В любом случае, получается, мы прям очень кому-то нужны.

Ну ладно, не мы, а мое Солнце. Все равно дело попахивает керосином. Долго скрываться от такой бригады мы не сможем. Нужно уезжать подальше.

Нужно будет на привале сообщить Никитосу о моих выводах. Оля меня поддержит по-любому, а значит, остается уговорить Зверолова помочь нам скрыться в другой области.

Еще получается, что надежда на полицию, точнее, УБН, не оправдалась.

Или у этих наркодилеров оооочень крутая крыша, которую мы не смогли вычислить за месяц наблюдений, или они смогли как-то повлиять на тех людей, которым мы отправили результаты нашей слежки. И тут, на самом деле, неважно, деньгами они давили или еще чем. Главное, результат, точнее, отсутствие оного.

Теперь мы один на один со всей этой преступной организацией. Помощи со стороны богини ждать нечего. Остается Никита, который пока еще темная лошадка. Сейчас он нам помогает, но в любой момент может свалить, ибо мы ему никто. И все равно нужно максимально долго его использовать. С его навыками, способностями и знанием местных реалий – он единственный, кто может нам помочь выбраться из этой ж... Тьфу, дыры.

От этих мыслей разболелась голова, и я решил пока отложить размышления, потом с Олей обсудим, может, чего еще придумаем.

Ну вот, опять откладываю на потом. Становится привычкой.

Плохо, что «потом» все не наступает. То бежим, то прячемся, то воюем. Тут пожрать, поспать и помыться-то нормально не получается, не говоря уже о мозговых штурмах.

Первые полчаса бежать было не очень трудно. Если бы не дополнительный груз в виде рюкзака жены, вообще хорошо. Запах хвойного леса и цветов, шуршание сосновых иголок под ногами. Кайф же, нет? Хорошо, что лес именно хвойный и не реликтовый. На самом деле, скорее всего, он был посажен людьми, уж очень ровные иногда рядки деревьев. А главное, подлесок еще не успел подняться. Там и сям вылезают кусты и небольшие деревца, невесть как попавшие в этот лес. Хотя чего это я, тут как раз все понятно - подопечные моей жены и вон того бугая, что прет ее уже столько времени и даже не пыхтит. Здоровьюшка у него вагон. С первого взгляда и не подумаешь, а вот коснулось и ага...

Мне бы столько.

Все время, пока мы перли сквозь лес, нас сопровождал гомон птиц. Я подумал, что это очень и очень плохо (ура, я снова думаю!). Ведь их крики послужат нашим преследователям отличным указателем направления, где нас искать. И собак не надо.

Когда с уже начинающейся одышкой я сказал жене об этом, она меня успокоила, сообщив, что птичья какофония сейчас распространена на несколько километров вокруг нас. Для бандитов это просто крики птиц и фон, мешающий нас услышать. Оля же, в свою очередь, от пернатых получает информацию по передвижению всех, кто за нами сейчас охотится. В онлайн- режиме, так сказать.

Еще, думаю, этот гомон является психологическим оружием, но запланирован ли этот эффект моей женой, не знаю.

Интересно, когда моя «Птичница» успела придумать эту сигналку? А запустить?

Оля подтвердила слова Никиты о трех группах по пять человек, которые следуют с нами в одном направлении слева от нас. Видимо, мы хорошо забираем вправо от вокзала, раз они идут за нами не по пятам. Друг с другом эти команды не объединились и, судя по всему, не собираются этого делать. Однако связь поддерживают через рации.

Вот же, блин, у них еще и рации есть.

Значит, готовились к погоне по глухим местам, где не всегда есть сотовая связь. У нас тут на Урале не как в тайге, но тоже есть места, где можно целый небольшой городок запрятать, а потом потерять.

У предыдущих охотничков за нашими душами таких девайсов не было. А нам бы ой как пригодились. Сидим мы такие, прячемся, а сами подслушиваем их переговоры. Я в кино такое видел.

С другой стороны, их слушают птицы и передают все моей жене. А с этими рациями мороки больше. Вот как их настраивать на нужную частоту? Я лично не знаю.

Никита, может, знает? Он явно продвинутый во многих вопросах. О, я наконец понял, кого он мне напоминает. Рэмбо! Тот, что из первой части про первую кровь. Мордой лица, может, и не сильно на Сталлоне похож, но какое-то неуловимое сходство есть.

Чего это я о нем так много думаю? Понял! Я его подспудно считаю соперником. У него на руках сейчас вон какая «лакомка», того и гляди попытается отбить. А мне, признаться честно, ему и противопоставить нечего. По всем фронтам проигрываю.

Вот чего я загоняюсь? Может, моя любимая ему на фиг не сдалась? И вообще, она меня давно знает, а его видит первый раз.

Еще через какое-то время, по моим ощущениям, вечность, Никитос объявил привал. Аккуратно опустив на землю мою жену, он сообщил, что пойдет проредит количество наших недругов.

Вот ведь, зараза, как будто подслушивал мои мысли и решил поиздеваться. Мало того, что он тащил мешок с мукой, ну ладно, мою жену весом с упомянутый мешок, и сейчас вообще не выглядит уставшим, ни на миллиграмм, так еще и собирается пойти повоевать.

Я же дышу, как рыба, которую вытащили на берег. Ага, воздух в легких закончился минут пять назад, а еще ноги горят огнем, и вообще, кажется, сейчас сдохну.

Да, брат Максим, не быть тебе спецназовцем. Каким спецназовцем? О чем я? Еще два месяца назад жил себе жизнью нормального офисного планктона и в ус не дул.

А сейчас? Беда на беде и бедой погоняет. В который раз уже задаю себе вопрос: «Вот зачем мы ввязались в эту суету?»

Жили бы себе мирно, бабки собирали с птичек, катались по миру. Нет, надо было с преступностью бороться. Семейка «бэтменов», твою дивизию. Ладно, моя жена, она всегда была не от мира сего, но я-то куда полез? И ведь сейчас даже не вспомню, почему я повелся на эти сказки о всеобщем благе. Видимо, все-таки Оля ведьма и как-то повлияла на меня. Не все же она знает о своих способностях. А где гарантии, что обо всем мне рассказывает? Может, у нее там изменения личности из-за этой Силы?

Ладно, хватит рефлексий! Мысленный чополах, ладно, еще один для закрепления.

Помним, что жене доверяем на все сто! А еще бандитов всех победим. А потом спасем принцессу и будем жить втроем в большом замке.

Шутю, втроем не сможем, жена мне все эти хотелки и фантазии свернет и засунет, куда... В общем, туда.

Да, а что там Никита собрался делать? Для приличия надо спросить:

Я тебе нужен? Прикрыть, там, или пострелять?

Нет. Вы пока отдыхайте, а я развлекусь немного. Думаю, всех не изведу, но хотя бы одну группу успокою, – и уже обращаясь к Оле: – Скажи птицам замолкнуть, пусть они понервничают.

Оля кивнула и, повернувшись к Соне, которая уже сидела на ее плече, сообщила, что нужно сделать. Та вспорхнула и, щебеча, полетела куда-то. Через несколько минут лес затих. Нерезко, а так, будто кто-то плавно убавлял громкость на магнитофоне до полного затухания.

Только сейчас я понял, как хороша тишина. Даже вспомнились рабочие будни в офисе, когда вечером, перед уходом домой все выключают компьютеры. Почти сразу после отключения последнего тихий звук вентиляторов охлаждения, работавших весь день, исчезает, а незаметное, казалось бы, давление, создаваемое им, отпускает.

И сразу становится хорошо.

И дышать хорошо, и жить хорошо.

А еще ты понимаешь, что едешь домой, к жене, подальше от этих нудных дел и задач. Она ждет тебя с ужином и рассказами, как прошел день и какие гады руководители, а она самый главный молодец на работе. Ты ее слушаешь, киваешь, иногда поддакиваешь и задаешь вопросы, потому что тебе важно понимать свою жену. Правда, чаще не понимаешь, о чем она, все-таки бухгалтерия - это страшная и тайная наука. Примерно как алхимия.

О чем это я опять?

О покое, тишине и уюте. Однако сейчас нам это не светит и вообще нескоро посветит, я бы даже сказал, может и так засветить, что мало не покажется.

***

Никита ушел почти незаметно.

Когда я только поворачивался к Оле спросить, как она себя чувствует, краем глаза заметил движение и, среагировав на него, обернулся, этот недоэльф уже исчез. Шайтан, однако.

Ну и черт с ним, скоро услышим, как он с этими уродами разбирается, ну или не услышим, если они далеко.

Вопрос жене я все-таки задал, она ответила, задумавшись на секунду и как будто прислушиваясь к своему организму:

Ты знаешь, ничего не болит, и вообще я хорошо себя чувствую, готова марафон пробежать. Что-то, наверное, этот «суперлесник» перепутал про время восстановления. Или соврал. Но зачем?

Не думаю, что была попытка обмана с его стороны. Он же понимает, что ты поймаешь его на вранье, когда твой организм быстро восстановится. В то же время я не до конца ему доверяю. Он нам помогает, конечно, причем, как родным. Но уж слишком это подозрительно. Хотя, должен признаться, я принял решение пользоваться его помощью, пока он сам не устанет. А у нас, как ты помнишь, нет друзей и родственников, кто мог бы оказать такую же услугу.

Ну и на всякий случай теперь я держу летучий отряд рядом, они прикроют, если что, и от него, и от его зверей.

Ты ж моя предусмотрительная. Вот я точно не зря на тебе женился. Все говорили: «Не надо! Не пара она тебе. Получше найдешь!», а я всегда в тебя верил. Кстати, а нет у тебя таких орлов, чтобы отнесли нас куда-нибудь подальше, по – быстрому?

Киношек пересмотрел? Ну тогда ты должен помнить, что такое такси вызывают только в конце пути, когда уже все сделали сами, – ответила жена на мою шутку, улыбаясь во все тридцать два зуба.

А потом до нее дошло то, что я говорил перед вопросом про пернатое такси. Лицо мигом стало красным, нет, даже бордовым. Глаза заблестели, а улыбка сменилась оскалом. Если бы она сейчас зарычала, как зверь, я бы, наверное, не удивился.

Шутка, видимо, не зашла. Вроде моя публика, и раньше без оваций я не уходил со сцены, а тут вон какая реакция. Наверное, стресс и комплексы. Всегда во всем эти две вещи виноваты. Не будем сейчас проводить психоанализ, дабы не усугубить.

Надо срочно перебивать тему, но в голову ничего не приходит. Значит, будем действовать.

Я скинул свой рюкзак туда же, куда ранее опустил Олин, и уселся рядом с женой. При этом изо всех сил делаю вид, что совсем не устал. Получилось не очень, потому как после вытягивания ног вздох облегчения вырвался у меня самопроизвольно. После этого притянул жену к себе одной рукой и поцеловал в щеку. Так мы и сидели еще несколько минут, просто отдыхая и ничего не говоря друг другу.

Спустя где-то минуту, к нам подошла Бетти, а затем, не сильно отставая, подтянулась и Марго. Бетти улеглась у Олиных ног, а Марго, как обычно, включив наглость, забралась ко мне на колени. Обе сразу же врубили «урчальные машины», дополняя умиротворение в сложившийся уголок уюта.

Кошки меня удивили. Мало того, что бежали весь путь с нами наравне, так еще и после ни знаком, ни мявком не подали вида, что чем-то недовольны. А ведь я точно знаю, что они сильно устали и не ели с самого утра.

Доберемся до обжитых мест, и я точно их побалую вкусняшками.

Если не сбегут, осознав, наконец, то, что мы беспокойные хозяева и жить с нами то еще удовольствие.

Нам бы тоже пожрать не мешало, но мне так хорошо было сейчас, что я решил на время забыть о голоде.

А затем раздался рев зверя. Нет, не так, мы услышали РЕВ зверя! Не знаю, как Оля, а я чуть не обделался.

Ладно, там, в кино, Годзила ревет или Кинг-конг какой-нибудь, но это же там, с той стороны экрана. Мы знаем, что там все понарошку. А вот когда так, в одном с тобой лесу кто-то издает звуки, несовместимые с нормальной реальностью, хочется бежать в сторону подальше.

Хорошее это место «подальше», иногда так хочется там оказаться, а в последнее время все чаще и чаще. Кстати, мыслей «вот бы мне сейчас базуку или гранатомет ручной», не возникло, что еще раз доказывает, что пока из меня герой так себе.

Однако и бежать я не кинулся в ту же секунду, а значит, стать Рэмбо шанс есть.

Мы одновременно посмотрели в сторону, откуда раздавался этот ужасный звук, но ни выстрелов, ни других громких звуков, сопровождавших прошлое столкновение бандитов и зверей, мы не услышали.

Было понятно, что рев издавал один из питомцев Никиты. Ага, размером с дом, или, что не менее вероятно, сам повелитель принял облик, подобный тому, в который обращалась Оля во время нашего первого столкновения с бандосами. И в том и в другом случае, думаю, нам сейчас ничего не угрожает.

А с другой стороны, недавнее заявление Оли об отряде боевых птиц, которые нам помогут справиться с Никитой, если что, уже не кажется мне серьезным. Вот если бы у нее действительно были такие орлы, которым легко было бы медведя гризли взять и, как кутенка, унести в гнездо, тогда да.

А так, ну прилетят они, поверещат, может, даже поклюют кого или поцарапают и огребут люлей за пару взмахов лапы, будь то «мишка» пятиметровый или «тигра» под стать тому медведю.

Все-таки хорошо, что на данный момент Зверолов на нашей стороне. Конечно, в городе против огромной кучи людей, да еще и с оружием, он не вывезет. Но где тот город, и где сейчас мы.

Когда и если доберемся до дома, сможем затеряться среди людей, и птицы будут даже полезнее, а пока будем держаться этого зверя.

Кстати, я же так и не сообщил жене, что принял решение валить подальше от дома. Возможно, и от цивилизации вообще.

Если бы не поручение Плисады, можно было бы свалить в другой город подальше от Урала или даже «за кордон».

Блин, точно, поручение. Вот как разорваться теперь?

Хотя она же сама говорила нам скрываться, значит, можно пока забить на спасение Елены. Вот как ее вытаскивать из плена? Мы сами себя не можем выручить.

Однако совсем забить на просьбу Плисады нельзя. Так уж получилось, что теперь судьба Оли, а значит, и моя связаны с этой богиней.

«Судьба, связаны», – вот я у себя в голове ахинею несу, да еще с таким пафосом. Проще надо быть.

Кстати, а вообще как часто мы будем плясать под ее дудку? И насколько по времени это затянется? Что-то мне не улыбается до конца наших дней бегать по лесам и прятаться от всяких уродов.

Ведь до смешного дошло. Мы на природе, вокруг лес и все такое, а жена ни разу не сказала, как хорошо пахнет разогретыми елями. Помнится, в городе она, чтобы подышать этим запахом, чуть ли не каждый вечер меня таскала в парк, а сейчас даже не вспоминает об этом.

Да где там застрял этот Зверолов?

Вместо ответа, как черт из табакерки, появился Никита. Как будто ждал моего вопроса. Только что его не было, и вот он перед нами стоит. И ведь, гад, снова ни тени усталости, а на морде спокойствие, которому позавидуют крутейшие игроки мира покера. Отказавшись от протянутой мною фляги с водой, он начал рассказывать.

Глава 10

Акелла временно стал Балу.

Кошки предатели?

Это жжж неспроста или новый странный друг.

Союз животных и насекомых. А где же тут птицы?

Ура! Скоро настанет другой день, а пока 08.07.2020.

Никита недалеко отошел от места, где отдыхала Говорящая. Так, чтобы его не могли видеть оставленные им люди. Хотя один из этих двоих уже не совсем человек. Да она только в начале пути, но уже видны изменения. Пока только ему одному.

Ну да ладно, не его это дело.

Сейчас есть более насущная проблема. Нужно разобраться с преследователями.

Никита остановился, осмотрелся и обратился в волка. Он любил быть волком. Его каждый раз охватывал восторг, когда удавалось побегать на природе в этом облике.

Когда ты волк, то все другое. Зрение, слух, обоняние. Все чувства обострены. А еще появляется чувство Свободы. Именно вот так, с большой буквы.

Жаль, что в последнее время ему так редко удается выбраться в лес, для того чтобы просто вот так побегать и поохотиться.

Он даже испытал чувство благодарности к этим двум несмышленышам, что ждут сейчас его возвращения.

Когда ему еще удастся выбраться в лес?

Постепенно все человеческие мысли заместились охотничьим азартом, ведь впереди его ждет замечательная схватка.

Через какое-то время к его бегу присоединилась стая. Это были обыкновенные волки, не такие, как он. Но все равно Они были его стаей.

Раньше, когда у него было больше времени для таких вот загулов, Никита жил именно с этой стаей. Многих из этих матерых волчищ он сам учил охотиться, а до этого их отцов и отцов их отцов. Когда-то давно он научил патриарха этой стаи жить рядом с людьми. Охотиться только на диких животных, ходить тропами, подальше от человеческих, и главное, не охотиться на самих людей без него.

С тех пор сменилась уже сотня вожаков, но из поколения в поколение правила выживания передавались неуклонно. А Никита редкими наездами напоминал им о важности некоторых табу.

Никита знал, что Они придут к нему даже без Зова. Они всегда чувствовали, что будет та самая Охота! Сегодня двуногие сами станут добычей.

Все поменялось, когда стая приблизилась к своим будущим жертвам.

Никита увидел автомат. Сам автомат ничего из себя не представлял. Обычный «АКСУ» с глушителем, но он был в руках опытных. Тот, кому доверили эту машину смерти, был сосредоточен и внимателен. Автоматчик, несмотря на свою матерость, явно не был главным в группе человеческих отбросов, каковыми Никита считал всех преступников. Иначе он приструнил бы давно эту кучку тупых, все время гогочущих и явно выпивших дебилов. Интересно, как он вообще попал в эту компанию?

Ну да ладно, не это главное.

Из-за этого автоматчика придется менять план. Никита собирался лихим наскоком порвать всю группу. С ним сейчас пятнадцать взрослых, жаждущих крови волков. Максимум, что эти тупые бандиты могли бы им сделать, так это два – три пулевых ранения, и то вряд ли. Скорее всего, они даже не успели бы достать оружие.

Но у них оказался этот тип со взглядом охотника и выправкой боевика. Нет, его, конечно, не спасут навыки, порвём, как и всех остальных, но этот гад может успеть положить нескольких волков из стаи.

Несмотря на невозмутимость и даже некоторое равнодушие, показанное Никитой на той поляне, на самом деле он не любил терять своих подопечных. Каждый зверь был для него ценен. В какой-то мере он даже считал их всех своими детьми.

Поэтому сейчас нужно было придумать ход, который сведет к минимуму риск убийства его волков.

И такой нашелся.

Придется ему обращаться в аватара Пиллата. В этом облике Никита становился пуленепробиваемым, а еще огромным и страшным.

Быстро отдав команду стае, чтобы она держалась сзади этой группы охотников за головами, метрах в ста, сам Никита побежал по дуге в другую сторону от них. Впереди, по маршруту следования бандитов, был небольшой холмик, заросший орешником. Бандиты точно будут там проходить, эти дебилы идут, не сходя с тропы, причем, видимо, прямо от вокзала. Тропа же как раз и проходит мимо нужного холма.

Там Никита их и будет ждать.

Еще до того, как группа бандитов оказалась перед его лежкой, Зверь, все еще в облике волка, почуял их запах. Как он и предполагал, от этих горе-охотников разило свежим запахом алкоголя.

Дальше все оказалось просто. Дождавшись, пока тот опасный, с автоматом, пройдет мимо него, Никита обратился в Большого Зверя. Хорошо, что переход в облик любого зверя занимал секунду. Правда, именно за этот вид Никита платил частью своей жизненной энергии. Плевать, впереди много лет, компенсирует, накопит.

Перекинувшись в аватара Пиллата, Никита издал РЫК, чем заставил замереть всю компанию бандитов. Ну почти всю. Тот самый автоматчик, вместо того чтобы изображать восковую фигуру, как остальные его компаньоны, развернулся и прямо от бедра начал стрелять в Зверя.

Все-таки даже этот матерый боевик оставался человеком. Осознав, кто на них напал, бандит выпустил весь магазин в чудовище. Перезарядиться он уже не успел.

Зверю хватило двух шагов, чтобы оказаться рядом и одним ударом гигантской лапы с когтями, по размеру сравнимыми с большим поварским ножом, снести голову.

К этому моменту стая, услышав знакомый рык, уже подлетала к замершей группке людей. Те не оказали вообще никакого сопротивления. Расправа была скорой и кровавой.

Да, эта охота оказалась слишком легкой, но волки все равно были довольны. Часть стаи, самые молодые, никогда не охотилась на людей, и это, возможно, был их единственный шанс. Шанс, который они не упустили.

Повелитель зверей тоже был доволен, в этот раз никто из стаи не пострадал, а противники были мертвы.

Никита, вернувшись в человеческий облик, быстро обыскал тела, но, как и в прошлый раз, ничего интересного не нашел.

Кроме рации. Вот она пригодится.

Убрав ее в карман, Никита повернулся к волкам, ждавшим, пока временный вожак стаи даст дальнейшие инструкции. Он объяснил, что нужно делать с телами и оружием, сложенным отдельной кучкой.

Но не этого ждали волки.

Им повезло, они услышали то, что хотели

Охота не закончилась. Есть еще бандиты, которые сейчас находятся в Его лесу, и им тоже не стоит возвращаться к людям.

Повелитель зверей дал добро на дальнейшую охоту, приказав ограничиться только оставшимися двумя группами бандитов. Скорее всего, новые схватки так гладко не пройдут, а среди волков могут оказаться раненые или даже погибшие. Но Никите нужно было возвращаться к Говорящей. Пора выбираться из леса.

Он снова обернулся в волка, коротко рыкнул, пожелав хорошей охоты, и скачками двинулся в сторону ожидавших его людей.

По пути к ним Никита решил, что все рассказывать не стоит и придумал облегченную версию сегодняшней охоты за бандитами.

Немного привру.

Самую малость.

***

Вот что рассказал нам Никита:

Одну команду, которая была ближе к нам, я успокоил. Забрал рацию на всякий случай, но моделька эта паршивая. В свое время я присматривал себе и этот вариант сразу отбросил, там радиус всего восемь километров, причем на максимуме, и батарейка на пять часов активного использования. В общем, барахло. Видимо, бойцов снабжали из того, что было под рукой. Вооружение им тоже, видимо, собирали с миру по нитке. Один автомат на пять человек, пара охотничьих ружей и пистолеты. Да и бойцы так себе. По лесу шли как по проспекту, расхлябаны донельзя. Громко разговаривают, ржут и дымят, как паровозы. Или им не сообщили о пропаже той команды, или они имбецилы.

А вторая и третья группы далеко?

Да, мне мои зверята сообщили, что те еще дальше от нас в сторону взяли и удаляются. Думаю, когда на связь эта группа перестанет выходить, то оставшиеся начнут их поиск и еще больше времени потеряют. В общем, до нас точно не доберутся.

Это хорошо, но что нам дальше делать? В лесу партизанить как-то не улыбается, но в пекло лезть, то есть в город возвращаться, тоже не хочется.

План все тот же: добираемся до ближайшего населенного пункта, желательно с вокзалом, и мчим в ваш город на электричке. Только теперь, думаю, надо будет покинуть поезд за одну–две остановки до конечной и добираться дальше на маршрутках или такси.

Есть предложение, – это уже вклинилась в диалог Оля, – надо сесть на электричку не в крупных поселениях, а где-нибудь на промежуточной остановке. У нас же в области много мелких станций, где небольшие деревни есть и садовые товарищества. Летом там всегда пригородные поезда останавливаются. А контролировать и их тоже, думаю, у бандюков не получится.

Принимается, так и поступим, но уже завтра. Сейчас делаем небольшой крюк по лесам. Есть тут одно село, один знакомый живет. Товарищ не товарищ, но приютит и вопросов задавать не будет. У него переночуем и двинемся в путь. От того села до ближайшей станции час пешком. Так что, если в восемь утра выйдем, ко второй электричке успеем. Ну что, двинулись?

Пока я влезал в лямки своего рюкзака, Оля задала вопрос, который и меня, если честно, волновал:

А душ или баня у твоего знакомого есть? Очень уж помыться хочется. Чешется уже все. Не понимаю, как люди неделями в лесу живут.

Конечно. – Никита, даже несколько удивился такому вопросу. – Как вы себе представляете жизнь в деревне и без бани?

После такого ответа Оля поняла, что сморозила глупость, но сдаваться не в ее привычках. Топит она себя иногда, любо посмотреть.

Ну, может, у него летний душ, а зимой в общественные бани ездит или к соседям на помывку напрашивается. Или вообще там одна баня на все село.

Было видно, что Никита после ее слов еле сдерживается, чтобы не заржать. А я понял, что мы с женой все-таки слишком много времени вместе проводим, даже думаем одинаково. В этот раз я молодец, вовремя промолчал, поэтому она сейчас будет глупо выглядеть.

Никита прервал мои мысли:

Говорящая, а ты часом век не перепутала? Сейчас не девятнадцатый и даже не двадцатый. В деревнях почти во всех газ есть, электричество, автобусы даже детей в школы собирают по таким глухим местам, где медведи водятся. Ты чего? Ну какие общественные бани? Не удивлюсь, если в каждом селе хоть в одном доме джакузи стоит. Ты бы видела некоторые дома в глубинке. Церителли обзавидуется. Ну ты даешь!

Вот вроде бы не меня только что окунули, а такое чувство, что я виноват.

Понятие даже такое есть.

Как же его?

А, вспомнил, испанский стыд называется. И в то же время хочется вступиться за жену. Но никак, Никитос ничего обидного не сказал, и словечек нехороших не употреблял.

Мотаю жене головой, чтобы завязывала спорить, все равно не получится в этот раз выйти победителем. Упущен момент, нас уже уели.

Оля обращает внимание на мои знаки, благо я стою за спиной Зверолова и, не сказав больше ни слова, тоже начинает надевать рюкзак.

Бежать больше не надо было, поэтому мы спокойным шагом двинулись в сторону нашего ночного пристанища.

***

В кошках я все-таки, наверное, ошибся. Всю дорогу до деревни, где жил знакомец нашего проводника, эти мохнатые сборщики репья шагали рядом с Никитой. Ну как шагали, это вам не город и размеренный променад, тут надо постоянно что-то перепрыгивать, от чего-то уклоняться, да и шаг у Зверолова не кошачий.

Еще мне показалось, что они чего-то ему всю дорогу мявкали и, сдается мне, договаривались о смене вассалитета.

Ну-ну, а я им всю колбасу с бутербродов отдал, когда мы все-таки решили перекусить, пока ждали Никиту с рейда. Сам давился хлебом с сыром. Ну ладно, узнаю, что решили переметнуться, я им...

А что я им сделаю, да ничего, только и могу, что жирными назвать.

***

К селу вышли, когда солнце уже почти скрылось за верхушками деревьев, окрашивая все закатным бордовым светом. Село не село, так, деревенька с одной улицей и тремя десятками домов.

Нужный нам дом стоял предпоследним на нечетной стороне улицы, носящей гордое имя Пролетарская. Ну ладно бы Лесная, Полевая или Цветочная. Видимо, когда-то давно здесь была сильна коммунистическая ячейка, и потомки этих партийцев долгое время держались перед натиском новой капиталистической идеи. А сейчас уже, наверное, лень переименовывать. Тем более, что в последнее время там и сям мелькают новости о возвращении названий улиц и городов советской эпохи.

Калитка с номером двадцать пять и названием улицы, к которой нас привел Никита, была не заперта. То ли доверие у них тут к соседям безграничное, то ли хозяин ждал кого. Зверолов как-то по-хозяйски открыл ее и пригласил нас во двор, даже не обозначив себя голосом перед реальным хозяином. Ну что ж, видимо, у них, что называется, «высокие отношения».

Во дворе не было собаки, более того, не было даже признаков наличия таковой. Ни будки, ни миски, ничего. Где вы видели дом в деревне без пса? Вот он, посмотрите.

Забор, отделявший хозяйство от людей с улицы, был очень высоким, метра три примерно, поэтому сам дом удалось рассмотреть, только попав во двор. Был он небольшим, одноэтажным, с двускатной крышей. Облицован по новой моде сайдингом, а вместо привычных для любого селения деревянных рам в оконные проемы были вставлены пластиковые стеклопакеты.

Раньше их все называли Евроокна, а сейчас как-то это слово ушло из российского лексикона. Теперь они просто пластиковые окна.

Кстати, и понятие Ероремонт тоже исчезло. Наверное, избавляемся от всего с приставкой -евро, теперь модно быть русским, самобытным.

Не знаю, кто как, а я считаю это правильным. Давно пора избавляться от этого дурацкого восхваления всего Западного.

Что- то меня в политику понесло.

Устал, мозг хочет простого и банального. А для русского человека обсудить политику самый что ни на есть простой отдых. Лучше всего вечером с соседом на кухне под бутылочку.

Вот, теперь мысль уже в правильное русло течет.

Где тут хозяин? Нам бы помыться, поесть и выпить, а то переночевать негде.

Будто услышав мои мысли, дверь в дом открылась, на пороге появился мужик и, скрестив руки на груди, уставился на нас, при этом не говоря ни слова.

Что сказать? Могуч, по крайней мере, по сравнению со мной и с тем же Никитой. В дверном проеме он помещался впритирку. Бицепсы что мои ноги, наверное, и подковы гнет на спор. Ростом не сильно выше меня. Завершала образ борода. Не такая, как сейчас носит каждый второй «лесоруб» в городах, и даже не такая, как у типичных представителей горных народов. Это была бородища на пол-лица. В общем, перед нами стоял богатырь, каких изображают на картинах.

Подкачала только одежда. Светлые, почти белые джинсы, такая же рубашка, а на ногах... Я даже проморгался, думая, что мерещится. Нет, ничего не поменялось, обут он был реально в Кроксы.

Серьезно? Кроксы?

Это все равно что супермен в своем геройском обличии носил бы розовые пушистые тапки. С помпонами.

Осмотрев нас за несколько секунд, этот богатырь заговорил:

Заходите. Чего тут стоять? Раз уж пришли.

Голос, в противовес всему остальному, у мужика был обыкновенным. С такими внешними данными ждешь бас или вообще раскаты грома вместо слов. Но нет, простой ровный баритон. А может, и не баритон, это я чего-то переумничал.

Мы с Олей посмотрели на Зверолова, все-таки он нас сюда привел. Я удивился. Никита улыбался, причем так радостно, даже немного по-дурацки, как будто встретил старого доброго друга или давно не виденного, но безумно любимого родственника.

Понятно.

Значит, заходим в дом.

***

За входной дверью, как и в любом, наверное, русском доме, находились сени. Достаточно большие, чтобы их даже можно было назвать отдельной комнатой или летником. Это помещение было именно частью дома, а не как часто бывает - пристройкой. Подтверждала версию об использовании этой комнаты как летней большая, но одноместная кровать, стоящая в дальнем углу. Даже не так, там был целый мебельный уголок, где помимо кровати стояли тумбочка, торшер, небольшой платяной шкаф и полка с книгами.

А еще маленькое окно, которого было достаточно для освещения комнаты, пока не наступит ночь. Даже сейчас через него проникали остатки того багрового заката.

Глядя на это, можно было представить, как хозяин теплыми летними вечерами лежит и под светом торшера читает книгу. А на тумбочке, у кровати, парит кружка горячего чая. Да, чуть не забыл, должна быть еще тарелочка с булками, очень свежими и очень вкусными, а еще небольшая пиала с вареньем. Причем варенье должно быть каким-нибудь необычным, например, крыжовниковым или из ревеня.

Почему-то мне кажется, что такой человек, как хозяин этого дома, должен лакомиться именно необычным вареньем.

Опять меня повело на жратву.

А может, это я не придумал, а может, мое подсознание выдает в представленной мной картинке именно мою мечту.

Неважно, навеяна она последними событиями, вызвавшими постоянное напряжение, или так сказывается возраст. Сорок лет все-таки, пора бы уже кризису среднего возраста проявиться. А то вон люди мотоциклы покупают, а я даже варенья из ревеня до сих пор не пробовал.

Отвлекся я от этих размышлений только тогда, когда моя благоверная начала дергать за руку и показывать, что, мол, все уже в дом зашли, а ты тут тупишь.

Кошек, кстати, в дом не пустили, я, видимо, пропустил момент, когда прозвучал запрет. Ну не может же быть, чтобы наши абсолютно домашние кошки сами приняли решение остаться на улице. Надо у Оли спросить.

Мы разулись и через дверь, которая была один в один со входной, прошли в кухню.

Вот еще одна дань традиции. Кухня как преддверие жилой части дома. Раньше вся кухня состояла из печи, которая чаще всего из-за отсутствия больших жилых площадей ставилась почти у входной двери. Был еще стол, конечно, который выполнял роль обеденного, праздничного, рабочего и кухонного. Но то раньше.

На кухне, в которую мы попали, была обстановка как в лучших домах Лондона. Духовой шкаф, варочная поверхность, вытяжка, микроволновка и еще куча всякой мелкой техники. И мебель тоже была не хухры-мухры. Явно не из дешевого ДСП слеплена на коленке. Такое ощущение, что здесь живет человек, который увлекается готовкой.

Вот и сейчас на плите что-то очень вкусно бурлило в кастрюльке и делилось со мной ароматом готовящейся еды.

Стараясь отогнать мысли о еде, я прошел вслед за женой в следующую комнату, оказавшуюся гостиной.

Тут мне стало понятно, что кухня не исключение. Эта комната тоже была обставлена хорошей мебелью и буквально набита техникой. Чего здесь только не было. Телевизор Full hd размером с целую стену. Вот и на фига ему тут в деревне такой телек? Кинотеатр себе домашний устроил?

Ага, вон усилитель под телеком и колонки во всех углах. Я думал, такие системы уже никто не покупает. Людям проще и дешевле в кино сходить.

Вот вам и целевая аудитория на такие продукты. Глубинка, деревня, села, хутора. Как ни назови, все подходит. Им-то в кинотеатр сходить не пять минут на маршрутке проехать. Там целое приключение.

С другой стороны, вся эта аудиовидеосистема стоит таких денег, что проще в город раз в месяц на премьеру скататься.

Оппа, умная колонка. Значит, с Интернетом проблем нет.

Если у него и чайник с управлением по блютузу, то готов буду признать поражение города перед деревней.

И откуда мы такие богатые? А?

Вслух я, конечно, такой вопрос задавать не буду, мне тут еще спать и столоваться. А ну как хозяин обидчивый окажется и на улицу спать отправит или, того хуже, в суп плюнет?

Ну да, ну да, сам понял, что подумал?

Вот что голод делает с приоритетами.

***

Сели за стол примерно через час. За это время хозяин дома успел и ужин приготовить, и баню затопить.

Помыться решили после ужина, а пока в духовке запекалось мясо, за чашкой чая мы успели пообщаться с этим хмурым бородачом.

Правда, разговор начался немного необычно.

За пятнадцать минут Семен, так звали хозяина дома, перекинулся с Никитой буквально несколькими словами, да и то это были фразы типа: «Возьми кружки, ты знаешь, где они, поставь чайник» и т.д.

Все поменялось, когда мы уже сидели за столом, чай был налит (ничего сверхъестественного, обычный пакетированный) и даже съедены первые печеньки.

Первым начал Семен:

Ну и чего ты сюда приперся? Да еще и людей с собой приволок?

Я даже чуть не поперхнулся, когда это услышал. Мне-то казалось, что они друзья, если не родня. Так радовался приходу сюда Зверолов.

Сема, ну ты чего? Ты же на самом деле счастлив нас видеть! – Никита снова улыбался во всю пасть.

Сколько раз тебе говорить, не коверкай мое имя! Симеон я. И вы тоже меня так называйте, – это бородач говорил, уже смотря на нас. – Имя дано человеку родителями. Жизнь и имя, остальное человек сам себе выбирает.

Хммм, человек, – с ухмылкой и как будто даже с вопросом произнес Зверолов.

Да, человек. Все мы рождены людьми, как там дальше у кого пошло, это уже другое. И она, – сказал Симеон, кивая в сторону Оли, – пока еще человек. По нашему пути недавно идет, так что люди ей ближе.

Мы с Олей сидели и, как на теннисном матче, вертели головой туда-сюда, каждый раз поворачиваясь к говорящему. Эти двое сидели на разных концах достаточно длинного стола, а мы с женой рядышком, спиной к окнам. Забавно, мне даже вспомнился мультик «Простоквашино», для полного соответствия не хватало самовара посреди стола.

И тут до меня дошло: этот Симеон тоже из их. Я даже повернулся рассказать Оле, о чем догадался, но по ее ошарашенному виду понял, что она и сама это поняла.

Недолго думая, мое Солнце перебила говорящих, обращаясь к хозяину дома:

Симеон, так вы тоже Повелитель Зверей?

Тьфу ты, не нравится мне это имя. Даже мысленно его трудно выговорить, а если вслух, так вообще язык сломаешь. Не с первого раза, так со второго точно. Может, именно поэтому Никита этого товарища Семеном зовет? И я так буду его называть, по крайней мере про себя.

Бородач посмотрел на Олю:

Нет.

Больше он ничего не собирался говорить. Просто смотрел на Олю и, видимо, ждал нового вопроса.

Забавный персонаж.

Но вопросов стало больше. Думаю, у нас с женой мысли пошли по одному и тому же маршруту.

Он не повелитель зверей. Он точно не из говорящих с птицами, там только женский персонал.

Тогда кто?

Именно этот вопрос и задала моя жена, все-таки мыслим мы одинаково.

Тогда кто?

А ты сама как думаешь?

О, пошла, как говорит мой отец, еврейская тема, отвечать вопросом на вопрос. Так то он, а мы не антисемиты, я даже сам где-то на одну шестнадцатую польский еврей по материнской линии, но шуточки про особенности народов у нас в семье ходят. Если бы я не был замешан во все это, пусть и опосредованно, через жену, я бы сейчас попросил попкорн и мягкое кресло. Такими темпами диалог предстоит долгий, так что стул будет не самым удобным местом.

Тут я вспомнил про Зверолова и посмотрел на него. Вот он точно готов к представлению. Сидит ухмыляется, притянул к себе блюдо с крекерами и явно наслаждается процессом. А ведь этот гад мог нам заранее рассказать, и кто такой этот дядька, и почему мы к нему идем, не верю я, что мы случайно оказались в этой округе.

Ну да ладно, потом я ему припомню.

Однако дуэль - вопрос – ответ, вопрос – вопрос - продолжалась. Мяч на стороне поля команды моей жены.

А может, вы сами ответите?

Достойный ответ, так и до утра можем шоу смотреть.

А нет, бородач, видимо, сломался. Он посмотрел на Никиту, давая понять, что расхлебывать ему, раз он привел сюда этих. Тот, правильно поняв настрой хозяина дома, решил не выкобениваться и заговорил:

Семен у нас Ловец насекомых, или, как я его называю, Повелитель мух.

В ответ на эти слова Семен только поморщился, но ничего добавлять или возражать не стал.

Никита, видя его реакцию, ухмыльнулся и продолжил:

Семен, как бы правильно выразиться, стесняется своей силы. А все потому, что большой и сильный. Ну вы сами посмотрите, где он и где насекомые. Ему бы динозавров палкой гонять, а он за бабочками должен бегать. Вот такой вот казус.

Тут хозяин дома уже не выдержал:

Ну чего ты несешь? Ничего я не стесняюсь. И за бабочками не бегаю. Они сами прилетают.

А ведь после слов Никиты я реально представил, как этот здоровяк носится по полю с сачком и пытается ловить бабочек. Сейчас бы не заржать. Обидится, скорее всего. Там какими-то комплексами попахивает.

А ты помолчи, сам не захотел рассказывать, вот и терпи. – Никита продолжил уже для нас: – Вот вы заметили, что вас ни одна мушка, самая завалящая, не куснула? А ведь вы в лесу сутки почти провели. Это результат договора наших Отцов и Матерей. Ни одного из детей Богов не будут беспокоить все живые существа на этом шарике.

Точно, нас ведь даже не за день, вообще за последнее время ни один комар не укусил. И вообще ни одна живность не приближалась. Я- то думал, что птицы нас защищают, ловят всех этих кровососущих и не только. Но возник вопрос:

А как же я? Меня тоже не кусают, а я ведь не из ваших.

Ну что ты как маленький, ты все время находишься рядом с Говорящей, ты в зоне ее ауры. Вот отойди от жены метров на пять, на час хотя бы, тогда и ощутишь всю прелесть жизни обычного человека.

Значит, моя аура действует на расстоянии пяти метров? – вновь включилась в разговор Оля.

Нет, трех. Но аура - это же не твердый пузырь, вот я и сказал для верности про пять. Чтобы точно исключить все погрешности и флуктуации.

Симеон, – обратилась Оля к хозяину дома, – а как вы догадались, что я Говорящая с птицами? По этой самой ауре, про которую Никита говорит? Тогда почему я не вижу ваших?

Потому что ты еще молодая дочь, – не дал ответить Семену Зверолов, - вот войдешь в силу, наберешься могущества, тогда все будешь видеть и даже что-то понимать.

Прям могущества? – спросила моя жена с ухмылкой.

Конечно, ты даже не представляешь пока, что будет тебе подвластно. Но рассказывать тебе об этом я не буду. Все, что положено знать, тебе расскажет твоя Мать.

Тут вмешался Семен:

Давайте будем ужинать, вам еще помыться и спать. Вижу, притомились с дороги. Завтра можно будет поговорить еще.

Завтра, Сема, не получится. Мы с утра на электричку двинем, в город нам срочно надо. Дела у нас там.

Ну дела, так дела, а сейчас все равно давайте поедим и в баню.

Спорить с хозяином не стали, мы тут на птичьих правах. Ха, почти каламбур вышел, Оле потом расскажу. Должна оценить.

После ужина Никита с Семеном снова сели пить чай. И куда в них столько лезет?

А мы с женой и с выданными хозяином полотенцами отправились в баню. Хорошо, что в рюкзаках оставалось чистое нижнее белье и прямо сейчас стирать не придется.

***

Повелитель зверей и Ловец насекомых сидели за столом и слушали, когда гости хлопнут дверью в баню. Услышав этот звук, вечно невозмутимый Семен моментально поменялся в лице. Глаза сузились, рот ощерился, и он даже не заговорил, а зашипел:

Ну и зачем ты их ко мне притащил? А если бы у меня сейчас были гости? Те самые?

Меня попросил Папа за ними присмотреть. Точнее, за Говорящей, а этот – до сего момента изображавший улыбку Никита сменил выражение лица на презрительное – ее муженек, от нее не отходит ни на шаг. Так что пришлось и его тащить.

Это тебе он Папа, а мне никто, нечего меня приплетать в ваши делишки.

После этих слов Никита как-то подобрался и еще раз преобразился. Лицо как будто поплыло, превращаясь в звериное, рот растянулся в оскале, вместо обычных человеческих зубов появились клыки и стали увеличиваться до, казалось бы, невозможных размеров.

Этот зверь тихо зарычал, но в этом рыке угадывались слова:

Ты что, мухолов, на солнце перегрелся? Ты, тварь, свое место забыл? Могу прямо сейчас напомнить. Выбирай, какая рука тебе не нужна: правая или левая?

Семен прямо на глазах съежился. Да, этот человек, подобный горе, буквально за секунду превратился в испуганное нечто. Он бы, наверное, даже заскулил в испуге, но слишком боялся издавать какие-либо звуки.

Сразу после этого зверь, сидевший напротив огромного, но испуганного до безумия мужчины, так же моментально вернулся в свой обычный облик, как до этого превратился в чудовище.

На лице Никиты снова играла ухмылка. Он, закинув в рот печеньку, заговорил обычным веселым тоном так, будто ничего необычного не произошло:

Ну все. Ну чего ты? Ничего же не случилось. Ты просто думай в следующий раз, кому и что говоришь. А вдруг бы на моем месте оказался Мишка или, не дай бог, Серега. Ты тогда и оторванными конечностями не обошелся бы.

Ну просто вы не вовремя. У меня сегодня действительно должны были быть гости. Забрать сырье, – тихим сбивающимся голосом ответил Семен.

Кстати, на счет гостей. Тут как раз проблемка. Говорящая как-то умудрилась оттоптать им мозоли. Причем настолько, что за ней гоняется сейчас почти весь состав этой шайки. Представляешь совпадение? Она поперла против наших партнеров. Но Папе она нужнее. Поэтому мне даже пришлось лично проредить их компашку целых два раза за сутки. Так что ты их, наверное, не жди, по крайней мере, в ближайшие два дня. Сейчас в Той организации кадровые проблемы.

Но...

Никаких но, – перебил Никита попытку возразить и, кивнув в сторону бани, продолжил: - да, и еще, постарайся с этими до утра не общаться. Ляпнешь чего-нибудь, а мне расхлебывай. Постели им в гостевой, а сам закройся у себя и не выходи до того, как мы не свалим. В холодильнике есть чего? Завтрак приготовить? Ну и с собой прихватить?

Да, там колбаса, сыр, яйца, все домашнее. Хлеб вон там в пакете лежит.

Ладно, иди готовь молодым постель и мне полотенце принеси, тоже помоюсь схожу.

***

Помыться в бане после более чем суточных гонок, в том числе по пересеченной местности, это прекрасно. А уж если после этого и нижнее белье поменять, так вообще кайф.

Мы с женой не особые любители именно этого способа очистки тела, но в данной ситуации, наверное, лучше не придумаешь.

Помню, давно прочитал у кого-то из наших писателей-фантастов размышления главного героя на эту тему. Он собирался на какую-то свою микровойну и перед этим помылся и надел все чистое, а потом предположил, что наши предки, может, потому так часто воевали, чтобы был повод перед боем сходить в баню.

У нас, конечно, не прямо бой и не прямо сейчас, но схожесть некоторая есть.

После бани закурил. Сигарета тоже, кстати, часть моего ритуала помывки, тут она, правда, совмещалась с последней перед сном. А может, чтобы не ломать традиции, выкурить две? Не, будет перебор.

Докурив, присоединился к жене, сидевшей на лавке во дворе и любовавшейся звездами.

Хорошо вот так стоять на улице, просто смотреть в ночное небо, забыв о проблемах.

Через десять минут после звездного аттракциона, который в городе, увы, недоступен, ощутив прохладный ветерок, мы отправились спать.

Никита нас уже заждался и, показав наши спальные места, сам пошел на омовение.

Уснули с женой как убитые.

Кажется, я даже первый сон увидел, когда голова еще только летела к подушке.

Глава 11

Неожиданные гости для нежданных гостей.

Топор - это не только ценный металл,

но и два-три килограмма убедительных аргументов.

26:0

09.07.2020

Утром нас поднял Зверолов. Свет уже вовсю проникал в окна, и Никита, дав нам пять минут на умывание, поставил чайник кипятиться.

Вернувшись с процедур, мы были удивлены отсутствием хозяина дома за столом.

Никитос понял наше замешательство и сообщил, что Семен еще затемно ушел по своим делам и просил извинить его за отсутствие.

Кофе в этом доме отсутствовал как класс. Я уже почти расстроился из-за такого облома, но тут мое Солнце вспомнила, что кофе есть свой, в рюкзаке. Утро было спасено.

Быстро схомячив пять штук бутербродов с бужениной, сыром и свежим огурцом, я первым двинулся к выходу. По пути прихватил наши с Олей рюкзаки и, сказав, что подожду их на улице, отправился покурить. Заодно я решил проверить наши рюкзаки.

Мало ли.

Встав так, чтобы не было видно, чем я занимаюсь, начал со своего рюкзака. Пистолет на месте, запасные магазины тоже. Все вещи были напиханы валом и определить, пропало ли что-то из них, не представлялось возможным. С другой стороны, на фига кому-то мои потные футболки и носки? Правильно, никому. Главное, оружие на месте.

Затем я приступил к осмотру второго рюкзака, там на самом дне лежали наши документы и наличность. Оказалось, все на месте, денег, кстати, оставалось еще полно. Одной проблемой меньше. Вот отличие мое от жены. Не скажу, что я неряха или любитель бардака, но... В отличие от моего рюкзака, в этом все было уложено аккуратно. Женщины - они такие женщины.

Закончив с осмотром, я уделил внимание кошкам, которые все это время ходили вокруг меня и терлись о ноги, рюкзаки, руки и вообще обо все, до чего могли дотянуться. М-да, а кошки-то похудели, да и шерсть как-то потускнела, в некоторых местах даже колтуны появились. Стало стыдно. Нужно заглаживать вину.

О, каламбур, Оле расскажу обязательно, да и Никитосу может понравиться.

Ну я так думаю.

В этот момент раздался стук со стороны калитки. Стучали нормально так, я бы сказал, по-хозяйски.

Вот когда не надо, я отключаю режим «подумать». Хозяина дома нет. Вдруг это его друзья или соседи. Мало ли как отнесутся к чужому человеку? Хотя бы Никиту позвал. Нет же.

Но все эти размышления пришли мне в голову потом, а в тот момент я, недолго думая, пошел открывать.

Уже открывая нехитрый замок калитки, я услышал, как меня сзади окликает Никита. Повернулся, чтобы узнать, чего он хочет, и увидел, как он отчаянно машет мне рукой. Хотел спросить, что случилось, но в этот момент дверь во двор открылась, и я увидел трех мужиков, уставившихся на меня.

У всей троицы на лицах читалось удивление. Явно не меня они ожидали увидеть. А потом удивление сменилось на другое выражение. Сначала я не понял, что случилось, но, когда оба мужика, стоявших за спиной открывавшего дверь, почти синхронно потянулись к своим карманам, до меня дошло, что сейчас будет заваруха. Да, наконец-то я расшифровал изменение их настроения, на их лицах появилось узнавание, сопровождавшееся радостью.

Целых три секунды я потратил на это. Наверное, я тупой и невнимательный, нужное подчеркнуть.

Узнать меня в этой глуши могли только те, кто ищет нас. Я ведь не звезда эстрады и в этих местах впервые. Ну и последний аргумент: даже если бы я торчал очень много денег какому-нибудь банку, а это не так, то нет таких коллекторов, способных найти меня в этой деревне Мухосрановке, или как она там реально называется.

А значит, трое стоящих передо мной мужиков почти стопроцентно относятся к той бандитской группировке, что уже двое суток не дает нам покоя.

Но как?!

Как они могли здесь на нас выйти?

Хотя нет, туплю, встреча случайна, они же удивились, когда меня увидели. И вообще как узнали-то? Неужели у них есть наши свежие фотографии? Все-таки я сейчас и я в том же паспорте - это абсолютно разные люди. Если Олю еще можно узнать по фото двадцатилетней давности, то меня точно нет.

Пока эта вереница мыслей проносится в моей голове, вокруг начинают разворачиваться события.

Те двое из карманов достают, слава богу, не огнестрел, всего лишь ножи. Третий, стоящий прямо передо мной, по моему выражению лица понимает, что что-то не так, и поворачивается к своим товарищам, видимо, ища поддержки или ожидая хотя бы от них объяснений.

Сзади мне кричит Никита: «Закрывай дверь!»

Я начинаю захлопывать ее и вижу, как несколько разнокалиберных птиц налетают на тех двоих, и они вместо того чтобы напасть на меня, начинают отмахиваться своим «холодняком».

Третий, все-таки что-то решив для себя, просовывает ногу в дверной проем, чтобы помешать мне закрыть калитку. А еще правой рукой, как и двое его подельников до него, лезет в карман.

Зуб даю, не сигареты он там искать собрался.

Пинаю ему пяткой под колено и слышу крик боли. Хруста при ударе не было, а значит, не сломал. Жаль. Ему уже не до калитки, на одной ноге он удержаться не может и начинает заваливаться на спину. Но руку, вцепившуюся в железный уголок дверного проема, не отдергивает, пытаясь за счет этой опоры удержаться в вертикальном положении. Хлопаю со всей дури дверью. Она, конечно, не закрылась, однако новый крик боли заставляет меня улыбнуться, и я еще раз сильно бахаю калиткой. На этот раз дверь закрывается беспрепятственно, и я быстро задвигаю защелку. Тут еще есть замок, но как он работает, нет времени разбираться.

Хорошо, что калитка сделана, как часть ворот, из цельного листа гофрированного железа, а не из прутьев. Правда, задвижка-самоделка так себе, из простой арматуры и двух больших гаек, приваренных к двери и косяку. Подмечаю эти детали краем глаза и понимаю, что надолго эта конструкция бандитов не задержит. Однако пара минут у нас точно есть, надеюсь, этого хватит.

Так, а на что нам должно хватить времени?

Плана нет и не предвидится. Только бежать. Блин, как я устал бегать. Может, пристрелить их прямо тут?

А чего я такой кровожадный?

Еще один плохой звоночек. Что-то со мной не так. Собираюсь собственноручно грохнуть людей.

А какие варианты?

Мои размышления прервал Никита, когда я уже оказался у входа в дом и стал доставать из своего рюкзака пистолет.

План такой: ты сейчас со своим рюкзаком мчишь в сторону забора на дальней стороне огорода, но не перелазишь через него, а ждешь моего сигнала. После того как я махну тебе, начнешь изображать бурную деятельность, как будто пытаешься перелезть через него. А я их тут встречу. Ольга же в это время...

Тут он прервался, увидев, что именно я искал в рюкзаке и в данный момент запихивал в карман.

Не-не-не, вот этого не нужно. Меньше всего мы сейчас хотим привлекать к себе внимание, а выстрелы сделают это лучше всего. Так что убирай свой пистолет и забудь пока о нем. С этими тремя я справлюсь на раз-два.

Хозяин барин, пускай справляется, и тут же я спохватился, вспомнив, что он начал говорить перед тем, как увидел ствол в моих руках:

Так что там с Ольгой? И где она, кстати?

Все нормально с ней, она сидит в бане и ждет, пока мы тут закончим неожиданно подвернувшееся дело. Это я и пытался сказать. В дом они еще могут заглянуть и, скорее всего, так и сделают, а до бани им через меня уже не добраться.

Погоди, – тут до меня дошло, – так я приманка?

В некотором роде, а ты против?

А если у них стволы есть? И они меня прямо у забора «того». Чтобы точно не убежал.

Никаких «того» не будет. Им тоже шум ни к чему.

Ага, то-то они сейчас там орут на полдеревни матом и ломают калитку. Исключительно ради сохранения тишины и инкогнито.

Вот зачем я ехидну изображаю? Наверное, от стресса. Удобная эта штука стресс, на нее все списать можно.

И все-таки нужно сгладить момент, человек же нам помогает, а я тут непонятно кого изображаю. Побуду наживкой, все равно в основном рискует Никитос.

Ладно, – продолжил я, направляясь к забору, как и говорил Зверолов, – пойду изображать увальня.

Решил все же подстраховаться и, пока шел, достал пистолет, дослал патрон в патронник и снял с предохранителя. Тут же подумал, что если и буду доставать ствол, то в панике, а при этом велика вероятность выстрелить в процессе, ну и отстрелить себе чего-нибудь. Снова, но уже аккуратно, достал пистолет, снял с боевого взвода и снова убрал в карман-клапан на куртке.

***

Все пошло не по плану.

Понял я это в тот момент, когда над моей головой на все голоса разверещались птицы. Точнее, даже не надо мной, а с другой стороны забора.

Забор был из того же профнастила, что и ворота. Семен не пожалел денег и огородил им весь участок, не оставляя шанса никому снаружи не то чтобы залезть, но и даже подсмотреть за хозяином. Высотой он был выше меня где-то на двадцать-тридцать сантиметров, это минимум два метра.

Вот за этим забором, чуть правее того места, где я изображал блесну для наших незваных гостей, и раздался гомон птиц. Причем он приближался ко мне, и это начало меня напрягать.

Плохо, что единственный человек, который мог бы объяснить, почему всполошились птицы, сейчас прятался в бане. Но это стало неважно, так как я услышал через птичий ор человеческие голоса, а точнее, мат. Громкий и выразительный. Когда я совсем хорошо стал разбирать, что говорят «зазоборцы», то понял, что ругань направлена как раз на птиц.

В какой-то момент мне стало понятно, что птицы не просто голосят, но и атакуют людей, что сейчас приближались ко мне с той стороны забора. Это окончательно меня убедило, что бандиты нас почти обыграли. Точнее, не нас, а меня. Я же собирался просто ломануться через забор. Если бы не Никитос, то нас перехватили бы как раз сейчас в позе «зю». А как еще перебираться через забор, я прыгать на два метра в высоту не умею. Думаю, что Оля тоже пока не способна. Вот бы нас «тепленькими» и приняли.

Хотя нет, птицы бы все равно предупредили.

По количеству голосов выяснилось, что сюда приближаются два человека. Значит, один остался доламывать калитку. Или делает вид, что ломает. Получается, нельзя Никиту срывать на помощь ко мне. Нужно разбираться своими силами. В то же время как-то надо дать ему понять, что часть бандитов сейчас полезет через забор прямо ко мне в лапы.

Ну, кто к кому, разберемся дальше.

Смотрю в сторону Зверолова и вижу, что он тоже смотрит на меня. Пытаюсь руками изобразить, что с той стороны ограждения к нам гости. Кричать нельзя. А шепот он не услышит с такого расстояния. Хоть и недалеко, но гомон птиц и остальные шумы не позволят этого.

Никита кивает, показывая, что понял меня, а затем поднимает руку раскрытой ладонью и загибает пальцы так, что разогнутыми остаются три пальца. Отрицательно качаю головой и показываю в ответ два. Он снова кивает и отворачивается в сторону двора. Видимо, начинает прислушиваться к тому, что там происходит. Через несколько секунд снова поворачивает ко мне голову и пантомимой спрашивает, нужна ли мне помощь. Уже я отрицательно качаю головой и достаю пистолет. Вижу отчаянные мотки головой и скрещенные крестом руки. Киваю головой, мол, понял.

Начинаю осматриваться в поисках оглобли или еще чего подходящего для приема гостей. Лом и лопата тоже подойдут. Как назло, ничего не попадается на глаза. Семен, видимо, очень аккуратный хозяин.

И тут я вспоминаю, что у меня есть новый неплохой топорик в рюкзаке. Зря я его, что ли, все это время таскал на своем горбу? Быстро скидываю рюкзак, и через несколько секунд у меня в руках появляется замечательный представитель шанцевого инструмента. Ну как замечательный, маленький и не тяжелый, сучья рубить конечно самое то, но вот с деревом бороться я бы заманался. В то же время для нашего дела подойдет. По темечку или там по рукам заехать мало не покажется. Если правильно попасть, с первого раза можно вырубить.

Никита видит мои действия и показывает большой палец, после снова отворачивается в сторону двора. Кстати, в руках у него я заметил тот самый «режик», что был им использован для упокоения птиц и животных.

Тоже, значит, готов.

Стоим ждем, откуда появится первая жертва.

Моя команда победила.

Минуты через три после того как я достал топорик, над забором, справа, метрах в пяти от меня появилась рука. Быстро приближаюсь к месту проникновения диверсантов и прячусь за ближайшим от него кустом. Максимально вжимаюсь в землю и начинаю наблюдать за процессом десантирования.

Сначала думал бить прямо по рукам, ну не головой же вперед они полезут. А потом решил, что так спугну второго. Да ладно еще, если спугну, а если он сдуру через забор стрелять начнет? Отсутствие оружия у них не доказано, значит, предполагаем худшее. А слова Никиты, что этим бандюкам шуметь нельзя, решаю пропустить мимо ушей. Он, наверное, человек опытный, но откуда ему знать их мотивы? Правильно, неоткуда.

В общем, я решил дождаться, пока один из них перелезет, и тогда я постараюсь максимально тихо его вырубить. Хорошо, что кусты у забора растут по всей длине. Только через каждые метров десять эта линия кустов прерывается на какое-то плодовое дерево. Было бы время и настроение, я, наверное, восхитился бы работой, проделанной хозяином над оформлением участка. Сейчас же меня радует то, что кусты высокие и густые. Через них, конечно, можно что-то увидеть, но это только в том случае, если прямо вглядываться. А так у меня есть высокие шансы, что вовремя меня не заметят.

С тихим «ёпт» тушка бандюка приземляется с другой стороны моего куста. А дальше он шепотом призывает второго перелезать к нему.

Пора.

В полуприседе делаю шаг в сторону и, уже полностью выпрямившись, проламываюсь вперед между двумя кустами. Еще один быстрый шаг, и бандит, услышавший треск ломающихся веток, оборачивается в сторону этого звука.

Ничего он сделать не успевает, я коротко замахиваюсь и бью ему прямо в лоб обухом. Он падает на спину и затихает.

Убил? Черт его знает. Оттаскивать его тело нет времени, так как за забор уже зацепилась рука второго. Встаю так, чтобы видеть вырубленного противника и в то же время сразу вдарить по голове того, что уже перелезает через забор. Это если голова покажется первой. Ну а если он будет перемахивать преграду жопой вперед, то еще проще. Тюкну так же по голове сзади, как только приземлится.

Задница победила. Перекинув ногу через забор, бандит закинул и оставшуюся часть своей тушки, а потом, не глядя вниз, спрыгнул.

Я тянуть не стал, вырубил его ударом по затылку. Правда, в этот раз услышал какой-то треск. Не рассчитал, забыл, что затылок не такой крепкий, как лоб.

Да и черт с ним. Вот я еще не задумывался о жизнях тварей и отморозков.

Все-таки проверяю пульс и у первого, и у второго, но при этом вторую руку держу в замахе с топором. Вдруг притворяются? У обоих биение прощупывается кое как. Живы, значится.

Ныряю через кусты, чтобы посмотреть, как дела у Никиты. Он так и стоит у стенки дровника, который одновременно служит оградой между двором и огородом.

Показываю ему руками, что все в порядке, и снова начинаю выполнять роль приманки для того, кто ломится через калитку.

Проходят еще две долгие минуты.

Да когда он уже сломает эту чертову калитку? Мы его тут весь день ждать, что ли, будем?

Еще минут десять...

Я успел два раза нырнуть за кусты и проверить, как там мои трофеи.

В первый раз забрал их ремни и кое как связал руки. Надо будет потом в Ютюбе посмотреть, как это правильно делается. Вдруг пригодится, а пока сделал, как смог. Во второй заход обыскал тушки. У этих были и документы, и бумажники с карточками. Даже немного налички нашлось. Оружия, кроме двух выкидух, никакого не было. Видимо, я зря опасался.

Подумал, что, наверное, и ноги надо скрутить, но пока обшаривал взглядом участок в поисках подходящего материала типа бечевки, увидел, как Никита машет мне. Видимо, последний из бандитов справился-таки с той арматуриной-защелкой.

Ладно хоть в этот раз прошло, как и задумывали. Я, стоя боком к проходу во двор, изображал испуганную лань, то снимая с себя рюкзак, то надевая. При этом громко бухтел, проклиная всех и вся, и крутил головой. В общем, нюня нюней.

Краем глаза видел, как в выломанную калитку, оглядываясь, медленно проходит последний наш противник и, увидев меня, начинает ускоряться.

Ну как же! Вон она жертва, нельзя упускать.

Почти переходя на бег, этот тип пересекает огород и получает в спину удар. Вскрикнуть он успел, но как-то приглушенно, а затем по инерции сделал еще два шага и бухнулся мордой о землю. Из его спины торчала рукоятка знакомого ножа.

И вот тут мы совершили ошибку.

Расслабились.

Причем не только я, мне-то простительно, ну не привыкли мы еще с Олей быть постоянно на чеку. Более того, не хочется привыкать. Самое большое желание у меня - как-то разрешить текущие проблемы и зажить старой скучной жизнью. Зверолов же, несмотря на его опыт во всех таких делах, повел себя как дилетант. Он вытащил нож из спины лежащего и еще раз ткнул ему под лопатку. Затем, вытерев лезвие об одежду трупа, повернулся ко двору боком, и, схватив тело за руки, потащил его волоком к кустам.

Только потому, что я наблюдал за всеми его действиями, смог увидеть, как еще одна фигура внезапно появилась в проходе между двором и огородом. В руках у этого человека был пистолет, и он был направлен на Никиту.

Откуда ж ты, с..ка, взялся? Ведь вас же трое было!

Между ними метра два, не попадет только слепой.

Не успеваю ничего сделать, даже крикнуть.

Стрелок не промахнулся, я услышал два выстрела, а затем в почти звенящей после такого грохота тишине раздается щелчок. Осечка это или всего два патрона было у стрелявшего, неважно. Главное, что у меня есть несколько секунд.

Бежать на бандита с топориком нет смысла, высока вероятность, что он сможет справиться с пистолетом, и следующие выстрелы мои.

Отбрасываю бесполезный инструмент и достаю свой пистолет. Надо же, все-таки пригодился. Хватаю его двумя руками и из положения «стрелок в тире» навожу на противника. Выстрел, еще один. Вижу, как бандита после второго выстрела немного ведет назад, но делаю еще один. Он все еще стоит на ногах, но уже выронил свое оружие. Решаю больше не стрелять и быстро бегу к нему, держа все время его грудь под прицелом. Я не снайпер целить в голову, с этих двадцати метров попал в тело - уже победа. Добегаю до бандита в тот момент, когда он все-таки начинает заваливаться вперед.

Поднимаю его оружие. Блин, опять такой же пистолет, похожий на «ТТ», совсем как те, что мы находили на поляне. Убираю его в карман и, пнув два раза в голову на всякий случай, иду к Никите.

Жив.

Не просто жив, он уже даже сам пытается подняться. Протягиваю руку, чтобы помочь, и вижу на груди, с правой стороны, два красных пятна. Кучно, падла, стрелял, как не убил, непонятно.

Хотя Никитос же говорил, что у них там суперсилы какие-то.

Никита, поднимаясь, кряхтит, как бабка, и уже совсем выпрямившись, говорит:

Хорошо, что сердце у меня слева, как у обычных людей.

А что, у вас может быть по-другому? – спрашиваю, не пытаясь скрыть удивление.

Я, конечно, знаю о случаях, когда у человека зеркальное расположение органов. То есть все органы находятся с другой стороны: сердце справа, печень слева и т.д., но из его уст прозвучал сей факт как-то неоднозначно.

Ага, – улыбается он. – Мы такое умеем, знаю я пару наших, кто поменял расположение, а один вообще задублировал все, кроме мозга, разумеется. Я вообще не уверен, что этот самый мозг у того товарища есть. У него не организм получился, а ходячий набор для кунсткамеры.

Прикольно. Слушай, ты давай очухивайся. Тебе же операция и все такое не нужно? – Дождавшись отрицательного мотания головы, я продолжил: – Так вот, ты приходи в себя, а я сейчас к Оле схожу, она там, наверное, извелась вся, сначала ожидание, потом выстрелы.

Снова кивок, но уже утвердительный и я, развернувшись, пошел к жене.

***

Оля не стала прятаться в парилке и сидела в предбаннике, очень удобном, кстати. Тут и диван, и кресла, и шкафчики всякие. Чайник, посуда и даже холодильник есть. В общем, помещение здорового человека.

Увидев меня в дверном проеме, жена одним прыжком оказалась рядом и, обняв, прижалась.

Вот вроде уже всякого навидалась, натерпелась за последние дни, а ведет себя, как девчонка – третьеклассница.

Все нормально. – Глажу ее по спине и тихим, ровным голосом успокаиваю. – Мы победили, супостаты повержены, все почти здоровы. Ну то есть из нашего отряда. У другой команды проблемы. Ты давай еще тут немного посиди, а мы там с Никитосом приберемся и будем валить отсюда. Электричку мы уже пропустили, но должны же быть еще.

Оля кивает и, пряча глаза, отворачивается. А потом, как будто ничего только что не было, спрашивает:

Ты чай будешь? Тут в холодильнике вкусняшки всякие есть. Я пока ждала, все прошерстила. Вчера с тобой мылись, даже по полкам и шкафчикам не полазили.

Ну дык, не до того было вчера. Чай буду и вкусняшки тоже, только чуть позже. Ладно, я пошел. Думаю, минут за двадцать управимся.

Оптимист я, чего тут скрывать.

Послал воздушный поцелуй и вышел из бани.

***

Когда я вернулся к Никите, тот уже был как новенький. Когда-нибудь, я уверен, привыкну к тому, что человека можно продырявить несколько раз, а он через десять минут здоров и бодр.

Он еще и оттащил одно из тел за кусты, к забору. Мне оставил второго. Руки крутить этому полутрупу я не стал.

А зря.

Пока волок его тушку за ноги, все было спокойно, но стоило остановиться перед кустами, чтобы посмотреть, где лучше его перетаскивать, как он вдруг зашевелился. Я от испуга даже бросил его ноги и отпрыгнул, а после этого от злости на себя за этот позор снова прописал ему двоечку с ноги, в голову. Все равно ему не жить.

Что-то все проще я отношусь к смертям людей. Так можно и маньяком стать.

А, впрочем, долой эту интеллигентскую рефлексию! Да здравствует хамское отношение ко всему! Люмпены всех стран, объединяйтесь! Дальше лозунгов я не придумал, пока хватит и этого. Не чудовище же я в самом деле. Каждая жертва возникает исключительно в результате самообороны.

Когда я перетащил-таки последнего бандита за кусты, то обнаружил, что Никитос уже добил тех, кого я принял из-за заборья. Последнего решили по-быстрому допросить. Минуты две приводили его в чувства всякими нехорошими действиями, но ничего не помогало, пока Зверолов не сходил за водой. Окунув бандоса головой в ведро холодной, я бы даже сказал, ледяной воды, мы добились того, что он пришел в себя, смешно задергав руками и ногами.

По сравнению с Колей, нашим предыдущим собеседником из леса, этот оказался прямо кремень. До того момента, пока Никита не начал тыкать в него ножом в самые разные места. Сначала он молчал, потом покрикивать начал, потом ругать нас самыми плохими словами, а под конец сломался.

Даже после этого он говорил с нами сквозь зубы, с ненавистью глядя нам прямо в глаза. Смелый или дурной? Уже не важно. Часто переходил на мат, обращенный к нам, за что получал оплеуху то от меня, то от моего напарника и снова говорил по теме.

А тема была обширна: кто он такой, как тут оказался и чем мы конкретно ему помешали?

Правда, последний вопрос появился только тогда, когда мы выяснили, что этот товарищ не был вместе с той дохлой троицей.

Ну вот, значит это не мой косяк. Не мог я не увидеть четвертого.

Не то чтобы мне кто-то предъявил за это, но, как говорится в одном хорошем анекдоте, « осадочек-то остался».

Эта тварь, оказывается, была на вокзале. Именно он попал из своего пистолета в Олю, а потом, когда понял, что его напарники уже не способны даже отвлечь нас, решил притвориться убитым.

Когда я осознал услышанное, у меня упала планка.

Бил я его как придется: ногами, руками, коленом пару раз заехал. Наверное, убил бы, но меня остановил Никита. Прямо сгреб в охапку, поднял над землей и оттащил на несколько шагов от жертвы. Чуть успокоившись, я пообещал, что не буду трогать эту тварь, пока он все не расскажет. При условии, что будет говорить только по делу.

Оставшаяся часть рассказа была более емкой и без отвлечения.

По крайней мере, без дополнительных побоев.

Мы ж не звери какие.

Ну почти.

Глава 12

История настырного следопыта.

Новые тайны Зверолова.

Жена почти съехала с катушек.

09.07.2020

После того, как у самого уха прожужжала пуля и Пятно упал, притворившись мертвым, прошло минут двадцать, прежде чем он решил, что пора. Поднял голову, осмотрелся и, поняв, что никто в него не стреляет, встал. Вообще его зовут Толя, но он уже давно и сам себя в уме называл «Пятно». Погоняло прилипло в колонии, куда он попал по малолетке, в тринадцать лет из-за большого родимого пятна красного цвета на спине. С тех пор еще три раза он мотал срок в разных колониях и предполагал, что в одной из них когда-нибудь закончит жизнь. Ну да ладно, сейчас не о том. Надо проверить тупых подельников, которых ему навязал шеф. Оба были мертвы. Пушистый монстр не оставил и шанса обоим. Порванная сонная артерия не лечится. Пятно видел, как юркий зверек обрабатывал их и не мог поверить глазам. Как тупое мелкое животное могло убить двух здоровых мужиков? Да, клыки, да, скорость, но у них ножи, и они в несколько раз больше этого зверя.

Не укладывалось все это в его голове.

Пятно забрал у трупов ножи, огнестрел им не доверили, выгреб наличку и решил свалить в лес. Возвращаться назад прямо сейчас смысла не было, а оставаться здесь с трупами опасно, менты загребут, и даже со всеми своими связями шеф его не отмажет.

Решил пока ныкануться за кустами, в которые сбежали те трое, и посмотреть, что будет. Вообще им всем сказали, что баба будет с одним мужиком, и откуда взялся еще один, непонятно. Но ее точно срисовала по фотке местная гопота. Эти малолетние дебилы даже попытались взять «оленей» прямо на вокзале. Еще бы, из Челябинска такую сумму за эту телку обещали, что сейчас, наверное, каждый, кто в теме, за ней охотится. Но у этих не срослось, все пятеро теперь, наверное, в больничке зализывают раны. Ладно хоть им хватило мозгов позвонить одному из бригадиров и сообщить о бабе, прежде чем сунулись к этим троим.

Только теперь Пятно понял, кто малолеток так обработал. Он вспомнил мельком увиденные раны на них и те, что оставил зверек на его напарниках. Картинка сошлась. Почему-то в тот раз зверь-убийца не довел до конца дело, и все пятеро остались живы. Может, времени ему не хватило, а может, для него пять человек много? Неважно, теперь нужно хорошенько подумать, стоит ли продолжать охоту за той бабенкой. Не хочется так же оказаться с порванным горлом.

В этот момент Пятно инстинктивно провел по шее рукой и тут же отдернул ее. Говорила мама, на себе не показывай. Глупое выражение из детства заставило его вернуться к мыслям, а что же делать дальше?

Все-таки вернуться, рассказать, как было? Но ему не простят, что он выжил и дело не сделал. А ныкаться по левым хатам, прячась и постоянно ожидая, что найдут свои же, тоже не вариант. Свои найдут, к бабке не ходи. Шеф опять же. Он ведь ему помог, когда Пятно откинулся месяц назад. Дал денег, приставил к делу, от ментов обещал прикрывать, если сильно не косячить. Должок за ним, получается.

Значит, надо идти за этой троицей, может, по пути чего-нибудь получится придумать, или удача к нему повернется не ж..й.

Есть в этой ситуации один плюс. До того, как первый раз попал по глупости на зону, Пятно жил в одной глухой деревеньке, а его отец был егерем в том лесничестве. Ну и таскал с собой постоянно по лесам, учил всему. В том числе и следы находить, а иногда и прятать. Браконьеров всегда полно было, и не со всеми удавалось по-хорошему разойтись.

Нашел место с пятнами крови.

Ха, с ПЯТНАМИ!

Обидно, конечно, становится, когда осознаешь, что любая клякса твоя тезка, но кликуха есть кликуха.

Ладно, у нас тут ранение не смертельное, раз тела нет. Значит, кого-то смог подстрелить. Не дай бог ту бабенку. Если она умрет и он будет тому причиной, то можно прямо сейчас пулю себе пускать. Шеф его не простит. Он прямо сказал: «Доставить живой и здоровой». От ранения он еще сможет отбрехаться, а вот если она в итоге загнется, все, труба.

Но в тот момент он видел, что последний из убегающих пропадает в кустах и выстрелил на инстинктах, даже не надеясь, что попадет. А оно вон как вышло.

Если бы был верующим, сейчас бы обязательно помолился за ее здравие.

В то же время его выстрел дал мизерный, но шанс на то, что теперь их можно будет отследить и догнать. Вот еще один повод не бросать охоту. Пора двигаться по следу.

Сначала Пятно просто шел по лесу за ними, благо неслись «олени», как лоси (да, я сегодня в ударе, шутка за шуткой), там и сям оставляя следы в виде сломанных веток и взъерошенного покрова из сброшенных еловых игл. Потом решил перейти на бег, опасаясь, что может потерять этих троих. Его смутило, что новых следов крови не было. И вообще где-то внутри у Пятна все время свербило, не давая покоя. В этой ловле простых лохов что-то было не так. Точнее даже, все не так.

Количество подключенных братков, даже гопоту несмышленую подтянули, огромная сумма, обещанная за поимку, шеф слишком серьезный. Тут еще этот ручной зверь-убийца. А самое странное, как лицо, немного приближенное к шефу, Пятно знал, что на поимку этих бедолаг еще до этой облавы были отправлены две группы. И ни одна не то что не вернулась, даже на связь не выходит. Ну не потерялись же они в лесу. И в тех бригадах были серьезные люди, проверенные, не чета двум дебилам, приставленным к нему.

Птицы эти еще галдят, правда, только где-то впереди. Рядом с ним ни одна пернатая тварь даже не чирикнула. Будто они бегут от него.

А почему он вообще на птиц обратил внимание?

Точно, шеф что-то такое говорил. Типа, опасайся большого скопления летунов. Пятно тогда подумал, что шеф немного того. Сейчас же вспомнились его слова.

Пятно не был тупым, несмотря на все свои «ходки», попадался он не по глупости. Каждый раз так фишка ложилась.

Вот и сейчас было о чем подумать. Ручной зверь, убивающий по приказу. Слова шефа и странное поведение птиц.

А не с ведунами или шаманами они связались, часом?

Может быть, все может быть.

Эти мысли не мешали Пятну двигаться короткими перебежками от одного явного следа к другому, пока вдруг птицы не замолкли. Он не сразу осознал, что птичий гомон, мешавший ему последние два часа, почти как комариное зудение, вдруг затих.

Нужно ускориться, если они покинут лес, по полям он их точно не найдет. Пятно побежал, выискивая следы уже на бегу, без остановок.

А потом он услышал рев. Он слышал в походах с отцом, как ревет Хозяин Тайги. Этот было так, как будто дикий предок медведя вернулся в свои леса.

Хорошо, что этот звук был намного левее его и явно на приличном расстоянии. Однако на всякий случай Пятно ускорился еще и остановился через полчаса только на краю леса.

Впереди, примерно в двух километрах, он увидел три удаляющиеся фигуры. Они спокойно, не торопясь, пересекали поле.

Пятно был почти благодарен им за их неспешность. Легкие у него отказали уже когда- то давно, ноги еще раньше. Бежал он на одной упрямости. И все-таки догнал.

Теперь-то уж не упустит.

Потом проводил их до деревни, со странно знакомым названием Саражан. Деревенька непростая, похоже, даже остановка автобусная есть, где он и прочитал название.

Проследив дальше, увидел, как они зашли во двор одного из домов, и спрятался в лесочке. Благо тот подступал вплотную к деревне, а нужный ему дом, точнее, калитка, через которую туда попадают и соответственно выходят, видна с места его лежки.

Он собирался ночью проникнуть в дом, если там не окажется собаки, и забрать бабенку. Что делать с «оленями», на месте решит. Убивать он был готов. Может, и не хотел, но готов.

Однако случилась оказия. Пятно так вымотался после этой беготни, что уснул. Проспал, что называется, до первых петухов.

Тьфу ты, это слово даже в мыслях нельзя произносить, вдруг сорвется когда, а его кореша не поймут.

Понял, что сейчас уже поздно к ним ломиться, стопудово кто-нибудь из соседей спалит и хай поднимет.

Значит, надо ждать и вылавливать их уже в ближайшем лесочке. А еще жрать охота, сутки ничего не жевал. И пить, очень хочется пить.

Потерпим, не впервой. Тут киоск коммерческий со жратвой есть, Пятно его видел вечером, когда следовал за троицей. Но вчера он уже был закрыт. Если его терпилы не появятся до открытия, надо будет сходить «заправиться».

Три часа прошло, похоже, уже не выйдут сегодня. Вот бесы! Пора идти за хавкой и питьем.

Почти вылез из кустов, в которых провел всю ночь, но увидел, как к нужному дому подходят три ухаря, и один из них имеет знакомую харю. Крот, точно он, и с ним двое его корешей. Они постоянно в цеху вместе трутся. Так вот почему название деревни знакомо. Они отсюда какую-то хитрую химию возят. Каждую неделю мотаются. Шеф один раз его хотел отправить вместо Крота, когда он приболел, даже инструкции все выдал, но потом что-то не срослось и поездка отменилась. Та история забылась давно, а вот сейчас увидел знакомца, и все вспомнилось.

Это что получается: та баба, за которой вся братва сейчас охотится, знакома с человеком шефа, который поставляет ему химию? Так, может, в этом все дело: терки какие у них вышли?

Хрен с ним, его дело маленькое, притащить бабенку, а эти трое ему помогут. Только не будем торопиться, посмотрим, как их встретят.

Плохо встретили. Сначала даже дверку открыли, а потом «кипиш» случился. Кто там, с той стороны калитки, Пятно не видел, но приголубил он Крота знатно, вон лежит орет матом, за руку и ногу одновременно хватается. Ну и дверь, соответственно, перед носом закрыли.

Покалеченный Крот, быстро придя в себя, видимо, не так уж сильно ему досталось, отправил куда-то своих помощников, а сам стал ломать калитку.

Пятно принял решение подождать и посмотреть, чем дело закончится. Пусть они друг дружку ушатают, а там и он сам подтянется. Если Крот с подельниками возьмет верх, то бабу все равно не убьют, захотят попользовать. Тут-то Пятно и появится, побудет, так сказать, рыцарем, спасающим прынцессу.

Прошло не так уж много времени, и Крот все-таки вынес дверку во двор. Увидев это, Пятно, недолго думая, рванул за ним. Почти догнал.

Картина маслом – какой-то тип в спину Кроту втыкает нож, а затем еще и контрольный удар проводит и собирается утаскивать тело. Пора действовать и Пятну. Два выстрела в грудь убийце Крота, а потом осечка.

Млять! Что ж такое?!

Черт с ним, потом можно будет с этой гребаной железякой разобраться.

А нет.

Выстрел, и уже в правом плече Пятна возникает жуткая боль, а тело немного ведет назад. Второй выстрел, и новая боль в районе живота. А еще через мгновение удар в голову гасит сознание.

Сколько провалялся, неизвестно, но приводили его в сознание не по-доброму, окунув в ледяную воду головой. Очнулся оттого, что в легких появилась вода и дышать стало невозможно.

Над Пятном стояли двое, и один из них не мог быть здесь. Он должен был сейчас валяться там, у дровника. Пятно отчетливо видел, как засадил обе пули в грудь. Однако этот тип жив и даже не выглядит раненым. Только два красных пятна на куртке на правой стороне груди говорят о том, что ранения были.

А потом был допрос, сначала Пятно, несмотря на боль от ранений и шум в голове, пытался посылать «этих». Но мужички злые уж очень попались, а один вообще чуть не убил, когда про выстрел у вокзала рассказал. Пятно понимал, что смерть близко, раны его доконают, но лучше уж сразу, чем через избиение, а может, даже и пытки. Выложил все, что произошло с ним за последние сутки, и стал ждать, когда тот, что постарше, добьет.

Но, видимо, у него кишка была тонка. Взгляд не тот. Он и стрелял-то в Пятно, не чтобы убить, спасти второго хотел. А вот второй, этот да, он и Крота зарезал, как сморкнулся.

Почему-то они медлили. Один вообще ушел. Ха, так и думал, что он слабак, очканул смотреть на казнь.

Тот, что остался, отошел немного от Пятна, достал телефон и кому-то стал звонить. Говорил не стесняясь, сначала спокойно, а потом, видимо, его разозлил тот, кому он набирал, и голос стал злым. Через минуту нажал отбой на мобиле, убрал ее в карман и достал нож. Потом задумался на секунду и вдруг свистнул. Через несколько секунд на его плечо влетел небольшой коричневый зверек. Человек прошептал своей ручной животине несколько слов, и тот снова исчез, как будто и не было его.

Потом его полоснули по шее. И в момент, когда его тело с огромной скоростью теряло остатки крови, в умирающем мозгу Пятна пронеслось воспоминание:

«В их деревне верили в таких и относились к ним очень серьезно. Сам Пятно никогда не сталкивался с ними, но его отец рассказал как-то раз по пьяни. Вообще он редко себе позволял выпить. Лес этого не любит. Но иногда по случаю, праздник там или поминки, мог напиться в зюзю.

В тот раз был день рождения у его брата, дяди Толи. Да, его назвали в честь отца, а Пятно в честь деда. Отец слушал вполуха мамину болтовню и наливал очередную рюмку водки, доводя себя до нужной кондиции. Запрыгнув на колени, здоровый сибирский котяра по имени Тимоха отвлек его и от мамы, и от выпивки. Сильно так отвлек, отец аж завис ненадолго. А как только очнулся, повернулся к сыну и трезвым голосом начал рассказ.

Дело было так: встретился он в лесу с мужичком. Дело нехитрое, у них вокруг конечно тайга, но еще не та страшная и гиблая, где людишки пачками пропадают. Бывает, конечно, и в их лесах такое, но очень редко. Вот и едут к ним грибники, ягодники да любители отдыха на природе.

Отец, как положено, начал расспрашивать: «Кто таков? Чего тут делает? Не охотится ли на кого без лицензии?»

Он ему в ответ: «Мол, гуляю, ягоды собираю, а охотиться на зверей вообще не имею привычки».

Отец видит, что серьезный мужчина, не ерничает, не обижается на вопросы. Но вот для сбора ягод, на который он ссылается, у него нет никакой тары. С другой стороны, может машина недалеко, и все там у него. Вот решил не докапываться, а только предупредить: «Аккуратней будьте, тут лисы, волки и даже рыси водятся. Не отходили бы вы от машины далеко, мало ли».

И тут мужик свистит, а потом с улыбкой спрашивает: «Такие?»

Отец на мгновение сбился, видимо, снова переживая тот момент, и еще тише продолжил рассказ:

Представляешь, Толик, я так никогда не пугался. А тут струхнул. За спину этому мужику с ближайших деревьев прыгает семь штук рысей. И не малолеток каких, а здоровых матерых кошаков. Дальше, как в цирке, шестеро усаживаются полукругом за ним, а один совсем уж гигантский, размером что твой тигр, подходит к этому дядьке и начинает тереться об него. Представь, как обыкновенная кошка.

После этого отец все-таки налил рюмку, выпил и закончил рассказ:

А потом он мне говорит, почесывая за ушами эту рысь: «У зверей к тебе претензий нет, но ты больше браконьеров не отпускай, совсем, даже за большой откуп, хорошо?». Вот, и, не дожидаясь моего ответа, развернулся и пошел, а все эти рыси за ним, как привязанные. Я, сынок, никому этого никогда не рассказывал, только тебе. И ты молчи. Знаешь, твой прадед давным-давно, когда я был, как ты, соплей лет десяти, одну байку мне на ночь рассказал. Что среди нас есть не совсем люди. То ли волхвы, то ли полубоги. Они повелевают всем живым на этом свете и очень не любят, когда люди вредят этому самому живому. Мне кажется, это был один из них. Ты это, в общем, животных никогда не обижай, даже домашних.

Отец после этого еще долго пил, но водка его в тот вечер не брала, а Пятно решил тогда, что это был пьяный бред и выкинул из головы слова отца.

Сейчас, в последнюю секунду своей жизни, Пятно вспомнил и понял, кто перед ним стоит.

Наверное.

***

Я не стал смотреть, как Никита его добьет.

Сам не решился. Духу не хватило. Одно дело в драке, когда или ты, или тебя, а тут...

Не хочу.

Умом понимаю, что не будь Никиты, пришлось бы.

Не знаю.

Эта тварь Олю подстрелила, и я его убить должен за это.

Пока не могу.

Может быть, в следующий раз.

Да.

В следующий раз точно, все сам сделаю.

Мысли, мысли, мысли. За ними не заметил, как пришел к Оле.

Открываю дверь, а она там сидит и ждет, как и положено офицерской жене. Стоп. Я не офицер. Ну да, мозг сам решает за меня проблему тягостных дум. Обычно вкидывает что-то из «О чем говорят мужчины», но тут, видимо, не тот случай.

На столе стоят три чашки, чайник, простой, электрический, две тарелки с нарезками и пиала с конфетами.

А я и забыл, что собираемся чаи гонять. Никите не сказал. Надо его позвать. Хотя он сам сейчас придет.

Закончит там и придет.

Ну что, хозяюшка, кипяти воду, сейчас перекусом займемся.

Вы там закончили?

Да, скоро Зверолов подойдет.

Вы долго.

Да там то да сё. И как себя чувствует этот японец?

Какой японец?

Датам Тодасё, ты же сам его имя только что назвал.

Ха, подловила. Надо запомнить, шутка - бомба.

Оля улыбнулась.

Кстати, у меня тоже есть. Где у нас кошки?

Что есть? Причем тут кошки?

Ну подожди, так где они?

Вон сидят, в парилке, там веник один очень вкусно пахнет, они его уже весь исслюнявили.

А ты за то, что бедные домашние киски ночевали на улице, ЗАГЛАДИЛА вину?

Да обойдутся. – и шепотом: - Мне кажется, им даже понравилось.

После Олиных слов синица, сидевшая на подоконнике, тренькнула, и моя жена, кивнув ей, продолжила, все еще шепотом:

Вот и Соня говорит, что они ночью сожрали валериану, а потом дрыхли до нашего подъема. Перебрались в баню уже со мной, ну и тот веник на старых дрожжах их добил. Так что ничего мы им не должны. Наоборот, с них магарыч за такое приключение.

Взяла шутку сломала, – я повторил уже по слогам, одновременно изображая поглаживание кошки. – За-гла-ди-ла. Ну? Поняла?

Аааааааа, ты в этом смысле. Ну да ниче так каламбур получился. Сам придумал?

Саааам, где моя награда?

Умывайся и садись. Сейчас чаю налью, а награду дома получишь. Когда вдвоем останемся.

Никитос пришел минут через десять после меня. Он, оказывается, восстанавливал засов на калитке.

Блин, а я и не подумал.

Плохо. Очень плохо.

Пора начинать «правильно» думать. Четвертые сутки нас и в хвост и в гриву, а я как на отдыхе себя веду.

По-быстрому влили в себя по чашке чая и заели это дело конфетами. Есть не хотелось, завтракали меньше часа назад. Но сладкое для заедания стресса зашло на ура.

Оля убрала остатки еды в холодильник, выгнала кошек на улицу, и мы вслед за ними отправились во двор. Выглянув за калитку и не обнаружив там никого подозрительного, я двинулся на улицу первым.

Когда вся наша гоп-компания собралась на дороге напротив дома, спросил у Никитоса:

А как же дверь? Мы же не закрыли.

Сёма скоро вернется, я ему звонил и предупредил об «удобрениях» за кустами.

Каких... Ааааа, понял. А он поможет?

Конечно, мы же с ним друзья.

Ну тогда двинули?

Двинули.

***

Зверолов пошел первым по дороге направо. Мы с женой вслед за ним, а в ногах у нас, еле перебирая лапами, плелись кошки. Дорога почти сразу за границей деревни уходила в лес и, по словам Никиты, должна была вывести нас к стации.

Но нет. Мы не ищем легких путей

Наш проводник, следуя каким-то своим ориентирам, не пройдя и ста метров, свернул на тропу, уходящую в глубину леса.

«Так короче», – вот и все, что он нам сообщил.

Ага, и вряд ли кого встретим. Кстати, о безлюдности:

Никита, а тебе не показалось что-нибудь странным в этом селе?

Нет.

Краткость, конечно, сестра таланта, но не в этот раз:

А вот мне показалось. Эти утырки там шумели на всю улицу, потом стрельба началась, а никто к нам на помощь так и не пришел. Разве это не странно? И вообще мы ни одного человека за два дня там не встретили.

Ты бы хотел, чтобы к нам во время той сшибки заявились соседи Сёмы?

Не знаю. В данной ситуации, наверное, нет. Но все равно, это же де-рев-ня! Там, если на одном конце улицы кто-то пукнул, через минуту уже полдеревни обсуждает, кто это сделал и что он ел на обед.

Что ты вообще можешь знать о деревенской жизни?

Это я-то? Да я, чтобы ты знал, с раннего детства, начиная с весны и заканчивая зимой, каждые выходные у бабушки проводил.

Тут моя жена нарочито громко вздохнула, чтобы точно все услышали, и вступила в разговор:

Началось, завелось, поехало. Сел на любимого конька. Сейчас жалиться будет, как ему детство испортили. Как он пропускал все гулянки друзей, впахивая на огороде, и так далее и тому подобное.

Пока Оля это говорила, я даже представил, как она закатила глаза.

Да, и что? Могу я поныть, если это все правда?

Можешь, но давай в другой раз? – осадила меня жена и неожиданно поддержала: - Никита, а правда, как-то не похоже поведение соседей Семёна на стандартные деревенские отношения.

Ну что вам сказать? Мы не очень общительные. Тем более, что в случае реальной опасности есть возможность подать сигнал. Вот после него бы помогли. В той ситуации я посчитал, что для нас нет серьезной угрозы. И, как видите, оказался прав.

Как всегда, ответ порождает еще больше вопросов.

Никита, а кто такие мы?

Все, теперь Оля не остановится, пока ее любопытство не удовлетворят. Главное, не упустить момент и подкинуть дровишек, когда ее костер любознательности начнет затухать.

А догадайся.

Даем знатокам минуту на размышление.

Ага, управилась раньше.

Не может быть! Что, вся деревня?

Да.

Ни фига себе!

Тут я был согласен с женой и не выдержал, влез:

Вот что ты с нами делаешь?! Сейчас же прямо миллион вопросов возникло!

Прямо столько?

Может, и не миллион, но девятьсот девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять я тебе гарантирую.

Смотри, на слове поймаю.

Первый – почему ты сказал «мы»? У тебя там тоже домик есть? Почему тогда не у тебя ночевали? Так, это я погорячился, сразу три вопроса задал. Давай хотя бы на первый ответь, а потом я повторю оставшиеся два.

Нет. Не сейчас.

Если на вопросы неудобно отвечать, может, тогда просто расскажешь про это село? Так, глядишь, куча загадок и раскроется.

Не сейчас, – с нажимом повторил Зверолов. – Мне нужно подумать. Я потом вам в спокойной обстановке отвечу на вопросы. Может, не на все, но зато откровенно. Договорились?

Ты же все равно будешь молчать, даже если сейчас мы не отстанем?

Ну вот, вы уже умнеете.

Чего-чего?

Да я так, сам с собой.

Вот явно же идет и ржет над нами. Тоже мне, супермен выискался. И все то он знает, и все то он умеет, и даже пули его не берут. Тьфу!

Я обернулся к Оле, она улыбалась. Тоже, наверное, про себя надо мной смеется. Ну и черт с вами. Сам сейчас себе придумаю версию про эту деревню, а потом узнаю, Шерлок ли я.

Остаток пути до станции через леса, прерывающиеся полями, иногда даже засеянными зерновыми культурами, шли молча.

Каждый думал о своем.

Только время от времени кошки просили привал. Им было отказано, но я периодически брал на руки и нес то одну тушку, то другую, за что был благодарно обмурлыкан не один раз.

***

Пройдя минут сорок, мы все-таки сделали привал. Мы с Олей скинули куртки. Несмотря на еще ранний час, уже начало припекать, и воздух стал липким. Прогулка по лесу с рюкзаками, в плотной одежде заставила нас взопреть, и небольшая передышка в тени была как нельзя кстати. Нашли подходящую сидушку в виде поваленной старой березы и, плюхнувшись на нее, расслабились.

Я снова захотел есть и выпросил у жены оставшиеся со вчера бутерброды.

Честно предложил разделить на всех, но Оля и Никита отказались.

Мне больше достанется.

А жизнь-то налаживается, подумал я, доедая второй бутер.

Слово взял Зверолов:

План такой: садимся в разные вагоны, по одному, да и к остановке, думаю, нужно выбираться тоже по очереди. Макс первый, потом Ольга, я последний. Уже в электричке собираемся в одном вагоне, но держимся отдельно. Главное, не терять из вида друг друга. Подозреваю, что в электричках у ваших недругов тоже катаются свои люди. Но я уверен, ищут троих, двух мужчин и женщину. По одиночке, есть шанс, что нас не вычислят. Едем до станции «Смолино». Уже близко к городу, но до центрального вокзала еще три станции. Дальше от города выходить смысла нет, думаю, уже там нас вряд ли будут ждать.

Я вспомнил все свои сомнения и решил предложить альтернативный план:

Может, лучше нам податься подальше отсюда? Мы явно не вывозим войну с этим наркокортелем. Каждый день и не по разу нас кто-нибудь пытается убить. Дорогая, может, ну его на фиг? Давай свалим подальше и отсидимся годик. За это время или нас забудут, или полиция их всех повяжет. Родителей они, думаю, не тронут, а до сына им не дотянуться.

Нет. – Очень твердое нет от моей жены. – Мы должны закончить это дело и еще, если ты вдруг забыл, у нас поручение от Плисады. Оно может быть даже важнее. Но учитывая, что обе проблемы связаны, получается, решая любую, убьем двух зайцев.

Несмотря на вновь появившееся чувство тревоги, мне было лень спорить с женой. В конце концов, если все пойдет хуже, чем сейчас, смогу кинуть ей фразу: «Я же говорил!»

Мое Солнце смотрело на меня, ожидая ответа, и я, может быть, впервые в жизни не понимал, чего она на самом деле хочет. Чтобы я уговорил ее на побег или согласился и дальше вести неравный бой.

Пауза по театральной традиции затянулась. Пора делать жену должницей.

Ладно, уговорила. Но у меня есть условие. Давайте только в Смолино какой-нибудь сельмаг или кафешку посетим, а то так выпить хочется, что пожрать тянет. И вообще заманался я в Уральского Чингачгука играть. Мне комфорт нравится, а не вот это все.

В ответ на мое последнее заявление Никита только хмыкнул. Оля же вздохнула и кивнула с таким видом, что любому стало бы понятно, что ее эта ситуация тоже достала.

Посидев еще пять минут, мы снова надели куртки, натянули рюкзаки и тронулись в путь.

И все-таки меня не покидала мысль, что зря мы едем назад в город. Никита нам не поможет, сам так сказал. Плисада тоже «слилась». Полиция непонятно чем занята.

Остается нанять других темных личностей, чтобы разобраться с нашими. Но на это никаких денег не хватит. Даже если птицы будут наличку не искать, а из банков воровать.

Хотя...

Эту мысль нужно будет покрутить.

Нет. Бесполезно.

На группировки, которые могли бы разобраться с этой проблемой, выходы нужны. Пресловутый даркнет мы ни разу не посещали, а по-другому искать как? Не объявление же в газету давать: «Ищем, мол, крутую команду убийц для уничтожения организации по распространению наркотиков. Отморозкам просьба не обращаться. Принимаем предложения от банд с составом не менее 100 человек, портфолио для рассмотрения высылать на такую-то электронку».

Я так живо представил это объявление, что заржал в голос. Правда, почти сразу заткнул сам себя, но жена услышала и, остановившись, повернулась ко мне. Я шепотом и активной артикуляцией обещал ей потом рассказать, что меня так рассмешило.

А она сама о чем думает? Тоже ищет пути выхода из этой задницы? Хотя ей некогда, она почти всю дорогу о чем-то болтает со своей любимицей Соней. И как у нее дыхание не сбивается? Я бы уже сдох. Понятно, что мой стаж курения ей и не снился, но и спортом она не особо увлекается, так, поплавать иногда в бассейне может да неспешные прогулки совершать по парку.

Так, с мысли сбился. Нужно составить план, а еще лучше три плана, но это возможно только в спокойной обстановке и при наличии полной информации. Допустим, информация, кому мы противостоим, у нас есть. Однако, как оказалось, она неполная. В помощниках, реальных, а не тех, на кого мы могли бы рассчитывать, на данный момент никого.

А это значит что?

Что нам трындец.

Ладно, сгущаю краски. Нам просто нужно собрать больше данных. Не может быть, чтобы у наших визави не было естественных врагов. Просто мы их не искали. Надеялись на УБН. Оказалось, зря.

Получается, нам нужно время и безопасное место. А будет оно у нас не раньше, чем мы доберемся домой, ну или куда нас пристроит этот мутный Зверолов.

Ох какой я умный! Осталось все умные мысли записать и выпустить книгу.

В миллионный раз жалею, что я такой ленивый. Вот что мне мешало установить на телефон программу, которая преобразует речь в печатный текст? Шел бы сейчас, надиктовывал мысли и вопросы.

Можно, конечно, таскать с собой блокнот и ручку, но это уже перебор. Сейчас не те времена. Сейчас человек с блокнотом воспринимается как дебил. Да и если честно, неудобно это. Как на ходу писать?

А вот...

Мысль додумать я не успел. Никита остановился на краю очередной рощицы, которую мы пересекали, и мы тормознули вслед за ним.

Он указал вперед и влево.

Вон там станция, которая нам нужна. А вон там – Зверолов повернулся в другую сторону и снова показал рукой направление – дорога. Вы сейчас выйдете к ней и, как договаривались, по одному двинетесь в сторону остановки. Макс, ты выходишь позже, но так, чтобы всегда держал Ольгу в поле зрения. А я выйду к вам отсюда, прямо из леса.

Да понятно все. Зачем повторять? Мы и с первого раза поняли.

Че это моя «терпеливая» вдруг взъярилась?

Никита, скажи честно, что потом? Вот ты нам столько помогаешь, а зачем? Отец сказал и все такое мы уже слышали. А настоящая причина в чем? Если мы, как ты говоришь, сестренка и братик – вот это исполнение сарказма из уст моей жены, аплодирую – то почему до конца с нами не готов пойти? Может, мы не такие уж и близкие? Может, у тебя есть свой интерес в этом деле? Или интерес твоего Бога?

Ухххх, понесло женушку. Сто лет ее такой не видел. Вообще-то нет, правильно будет никогда.

Пусть тебя просветит твоя богиня. Думаю, со временем ты все узнаешь, если доживешь. - Тут он скривился, поняв, что ляпнул что-то не то.

Что? Значит? Доживу? – Оля произнесла это, делая после каждого слова паузу, и мне даже показалось, что ее лицо немного, ну даже не знаю, преобразовалось, что ли. Как будто сквозь привычные черты проступили другие, острые и хищные, как у птицы. Да и голос, которым она задавала вопрос, был не совсем ее. Она будто проскрипела эти слова.

Одновременно с этим вокруг внезапно стало шумно от хлопанья крыльев. К Оле начали слетаться ее подопечные. Огромное количество птиц, наверное, не меньше, чем было на «кровавой поляне». Только в этот раз большинство из них были условно хищными.

Удивительно, я вот кроме нескольких мелких пташек все это время вокруг нас никого не видел и не слышал. Даже мысль в голову приходила, что она опять своих пернатых отпустила на отдых. Значит, ошибался, и моя жена все- таки держала эту армию рядом. А я-то дурак, думал, что она преувеличивала, говоря о страховке на всякий случай.

Уже через минуту все ветки деревьев вокруг нас на обозримом пространстве были заняты птицами. Кого там только не было! Посмотрев на эту пернатую армию, которая продолжала увеличиваться, я внезапно подумал, что, может быть, и завалят они большого мишку. Того, чей рев мы вчера слышали. А еще, что мое Солнце оставило природу на многие километры без птиц.

Так и до экологической катастрофы можно дойти.

Трындец. Я за последние несколько дней такого навидался, что мои предыдущие сорок лет можно выкидывать. Теперь, мне кажется, я видел почти все!

Неа.

Никита тоже удивил. У меня сложилось такое ощущение, что все происходящее вокруг его не касается. Эта неприкрытая угроза от моей жены, туча птиц, внезапно появившаяся из ниоткуда. Он просто вздохнул, знаете, как мудрый старец, который вынужден возиться с детьми и, посмотрев на Олю, сказал:

Не ярись, девочка. Ничего такого я не имел в виду. Ты ведь сама заварила эту кашу? Те, кто сейчас пытается тебя поймать, могут случайно убить. Не хочется об этом думать, но шанс такой есть. Более того, твой спутник вообще имеет минимальные шансы на выживание. Если бы не моя, как ты правильно заметила, помощь, вас бы давно спеленали. Те самые ребятишки, что сейчас бегают по лесам, а также околачиваются у вокзалов и аэропортов в поисках ВАШИХ тушек. Так что, давай, отпусти своих птичек и успокойся.

Видя, что Оля никак не реагирует на его слова, Зверолов продолжил:

Да, и еще, я верю, что вся эта - тут он покрутил рукой, видимо, подбирая нужное слово - «ситуация» закончится для вас положительно. А иначе я зря теряю здесь время. Нет ни у меня, ни у Отца никакого интереса в этом деле. Кроме разве что помочь твоей Богине и тебе. Слово даю.

Не знаю, что проняло мою Птичницу. Может, тихий и спокойный голос, которым говорил Никита, а может, то, что он назвал ее девочкой. Но после фразы «Слово даю» она сразу успокоилась, даже отвела взгляд, как бы извиняясь за несдержанность.

А потом она прощебетала что-то вслух, и все птицы стали покидать свои временные насесты, разлетаясь во все стороны.

Всегда им поражался. Как они такими толпами передвигаются и не сталкиваются в воздухе? И ведь летают не по прямой, а со всякими выкрутасами.

Загадка.

Может, Оля потом мне объяснит.

Так же быстро, как они здесь появились, так и исчезли. Только Соня, как обычно, осталась с нами.

Оля посмотрела на меня, ища помощи, и, поняв это, я начал лихорадочно думать, что делать. А это, я вам скажу, исконно русский вопрос. Даже один известный писатель не смог на него ответить. Нет, я, естессно, был на стороне жены в любой ситуации, но тут-то как разруливать?

Реакцию жены на слова Никиты я вообще не понял. Ну ляпнул человек про смерть и ляпнул, все мы там будем. Может, он устал физически и морально, вот мысли мрачные и посетили его. Я постоянно чего-нибудь не то говорю, что же меня сразу под пернатый пресс пускать, что ли?

Тут внезапная мысль прервала поток слов в моей голове, сформировавшись в вопрос:

Дорогая, а ты что, теперь по-птичьи разговариваешь?

Кто? Я?

Нет, я, блин!

Нет, конечно, с чего ты взял?

Ну ты же только что им щебетала что-то.

Я им по-нашински, по-русски сказала, чтобы разлетались, но недалеко. А ты что, сам русский язык разучился понимать?

Ты мне голову не кружи, – я повернулся к Никите. – Ну ты-то слышал, что она не по-человечески лепетала?

Зверолов уже улыбался. Наша небольшая перепалка сломала тот тонкий ледок, который вырос между ним и нашей парой.

Это еще одна способность, дарованная богами, – и откуда в нем иногда столько пафоса? – Мы, Повелители зверей, можем разговаривать на языке животных, а Говорящие с птицами - на их языке.

А зачем? – подключилась Оля.

Чтобы простые смертные не могли понять, что мы говорим. Знаете, бывали в моей жизни моменты, когда эта способность спасала меня. Правда, это по большей части давно было, зеленый я еще тогда был. Теперь стараюсь не попадать в такие ситуации.

Ага, вот еще один прокол.

Сколько же ему лет все-таки? Или он про детство свое? Тогда какие угрозы жизни, да еще и связанные с простыми смертными? Да нет, не мог он в раннем возрасте стать Повелителем зверей. Оля в сорок только умудрилась.

Или мог?

Глава 13

Повесть, рассказанная в лесу.

И еще много всего.

Спойлеров больше не будет.

09.07.2020-14.07.2020

Здравствуй, Никита.

Мужичок, сидевший под деревом и гладящий по голове белку, вздрогнул и повернулся на голос. Справа от него стоял барин. Нет, не его, видимо, заезжий, но, судя по одежде, он точно был не из простого люда.

Если не местный, то откуда знает, как его зовут? И как он умудрился подобраться незаметно?

Чертовщина какая-то.

И началось это не сегодня.

Нормальная жизнь у Никиты закончилась два дня назад.

Именно тогда он стал понимать скотину. В деревне никто ему не поверил, и уже третий день Никита для всех дурачок.

Он всегда был неравнодушен к животным. С людьми уживался так себе, а вот зверей любил. Даже таких вредных, как кроты и мыши. С детства Никита хотел стать коновалом, только нормальным, не таким, как Ефим. Вот есть же у людей лекари, почему у зверей нет?

Деревенская знахарка и уже упомянутый Ефим не в счет. От их помощи животные чаще дохли, чем выздоравливали.

Теперь Никита мог спасти животных. Но когда он рассказал старосте, что теперь понимает их, ему не поверили.

И теперь он местный юродивый.

Даже хорошо, что родители и братья не дожили до этого.

Как теперь жить-то?

Вот и прячется Никита в любую свободную минуту от всех в лесу. Чтобы меньше издевались.

А теперь этот не пойми откуда взялся.

Белка, увидев «чужого» человека, почему-то не убежала. Даже не дернулась. А когда этот барин пощелкал языком, вообще спрыгнула с руки Никиты и в одно мгновение оказалась на плече незнакомца.

Да что же это такое творится?

Думаешь, что за диво дивное происходит? – снова обратился к Никите этот странный человек.

Удивление на лице заставило рассмеяться чужака.

Не бойся, думы твои я видеть не могу, а вот на лице у тебя все написано. Ты, Никитка, теперь, как это по-вашему... Вспомнил. Ты теперь волхв. А еще можешь называть меня батюшкой. С этого дня роднее, чем я, у тебя никого не будет. Вижу, пугают тебя слова мои. Давай тогда я тебе для начала расскажу сказку. А потом объясню, что непонятно. Только не перебивай меня и слушай внимательно. Потом задашь вопросы.

Никита, и до этого не произнесший ни слова, решил, что теперь точно будет молчать. Пугал его этот дядька до мокрых порток.

Раз в году бывает ночь, когда происходит волшебство, – начал свой рассказ вкрадчивым и тихим голосом незнакомец. – С 12 на 13 июля, в самую полночь, когда стрелки часов на мгновение замирают, в верхней точке циферблата, на числе двенадцать, рождается необычный ребенок. Внешне от других детей он ничем не отличается. Но с раннего возраста его тянет к животным. Этот ребенок спокойно находит общий язык, будь то корова или злой пёс. Следишь за рассказом?

Видя непонимание на лице слушающего, чужак закатывает глаза и горестно вздыхает.

Блин, как же тяжело с вами бывает. Вот почему вы не появляетесь в семьях продвинутых ученых людей? И ведь каждый раз! Аж зло иногда берет.

При этих словах Никита съежился, боясь, что страшный человек начнет его лупить своей тростью с большим железным набалдашником.

Ну что ты скукожился весь? Не трону я тебя. Говорю же. Теперь я отец для тебя, или как вы там называете родителя? Тятя? Хотя нет, не нравится мне это слово. Запомни, будешь называть меня Отец! Понял?

Никита кивнул. Он был готов согласиться на что угодно, лишь бы этот черт отстал от него.

Киваешь, но все еще боишься? Ах, ну да, у вас же отцы постоянно бьют детей. Забавные вы все-таки, существа, людишки. Ладно, спрашивай, не съем я тебя.

Никита еще несколько мгновений медлил, но увидев недовольство, появившееся на лице незнакомца, выпалил:

Барин, а вы кто? Колдун?

Нет, колдун - это ты. А я бог.

Никита, услышав это, быстро перекрестился и с еще большим страхом стал смотреть на этого молодого мужчину. У них в деревне люд был очень набожным, может быть, глупым и необразованным, но набожным. За такие слова могли этого чужака на вилы поднять.

Я не хочу быть колдуном, сжечь могут. Я лекарем хочу стать для животины. Можно?

Даааа, тут разъяснять и разъяснять. Ладно, ты не колдун, но ты умеешь понимать животных, а позднее еще много чего сможешь делать. Обращаться в зверей. Управлять дикими животными. Сила у тебя будет огромная. Главное, что ты смог перешагнуть черту.

Какую черту?

Ты посмотри-ка, то есть по всему остальному у тебя вопросов нет?

Никита и не заметил, как страх перед этим человеком, еще минуту назад накрывавший его, полностью исчез. Как будто со старым знакомым разговаривает. Он всегда был любознательным человеком и, видимо, эта его черта помогла убрать все опасения, связанные с чужаком.

Почему же, есть. Что такое часы, циферблат и когда это июль?

О, пошел диалог. Ты, Никитка, молодец, что в себя быстро пришел. Значит, так: часы - это такая штука, время измерять. А циферблат - это передняя часть часов. Да чего я тебе объясняю, проще показать.

После этих слов чужак засунул руку в карман жилетки, из которого торчала желтая цепочка, и достал оттуда серебристую круглую штуковину. Затем что-то нажал на ней, и Никита увидел, как она разделилась. Но не до конца.

Чего ты оттуда пытаешься высмотреть? Подойди.

Шаг, еще шаг, неожиданно страх перед незнакомцем вернулся. Он был уже не таким всеобъемлющим, просто опасение. Но любопытство снова победило.

Штука была серебряной и очень красивой. Внутри были узоры и какие-то две палочки. Наверное, это и есть стрелки. А вот цифирки по кругу Никита знал. Дьячок из их церкви обучал всех детишек грамоте и счету. Читать в детстве Никита толком не научился, буквы помнил кое-какие и все. А вот цифири отлично знал. Счет ему давался легко и до недавнего происшествия, когда все стали считать его юродивым, в деревне именно его звали, когда надо было что-то посчитать.

Детям учиться неинтересно, а взрослым некогда, вот и вышло, что он один в деревне был грамотен.

Никита шевелил губами, беззвучно повторяя цифры и, видя, это незнакомец начал говорить:

Вот смотри, эта толстая стрелка показывает, сколько сейчас часов, а эта длинная - сколько минут.

Минут?

Ну да, минуты, из них состоят часы. В каждом часу шестьдесят минут. Да чтоб тебя. Все хуже, чем я думал еще несколько минут назад. А ведь тогда я думал, что хуже некуда. Вот вроде вы, люди, развиваетесь, цивилизации создаете, империи строите. Даже наука у вас пошла в гору. Но медленно, очень медленно. Значит, так, поступим по старой схеме. Я тебя сейчас забираю.

Никита встрепенулся и сделал шаг назад.

Да не бойся ты, сколько говорить? Отвезу тебя к наставнику. Он тебе все объяснит и научит. Сделаем из тебя, ну, например, графа. Хочешь быть графом?

И впервые за последние два дня с тех пор как Никита обнаружил свои способности, а затем с дури побежал рассказывать об этом старосте, он подумал, что, может, и правда, сдурел.

В то, что говорил сейчас этот странный человек, нельзя было поверить. Как он может стать кем-то другим, тем более графом. Он их и не видел никогда. Говорят, их барин граф, но тот никогда не приезжал проверить своих крестьян. На то был управляющий. А сейчас ему предлагают самому...

Дальше Никита додумать не успел, сознание от перенапряжения погасло.

Потом было путешествие в Германию, Никита пересек на карете с Пиллатом почти всю империю. Затем знакомство с Лукасом, таким же, как он. Первые шаги в познании мира, обучение искусству быть Повелителем зверей и еще много всего, что уже и не вспомнить

Но Никита никогда не забудет ту первую встречу с Отцом 17 сентября 1742 года от Рождества Христова.

***

На станцию, а точнее, остановку, ибо это нельзя назвать станцией, мы добрались без происшествий. Никто нас не поджидал ни в кустах на подходе, ни на самом перроне.

Жена уселась на самой правой скамейке. На ее коленях разлеглась наша черная кошка, а полосатая Марго прижималась к ее бедру и благосклонно принимала поглаживания. Тяжко пушистым пришлось за последние два дня. Если уж мы были почти истощены, то кошаки, непредназначенные для таких приключений, и подавно.

Я расположился на соседней с Олей лавке, а Никита проигнорировал этот образец заботы о гражданах, путешествующих железной дорогой. Он встал подальше от нас, на другом краю перрона, и со скучающим видом периодически оглядывал все стороны горизонта.

Ждать электричку пришлось почти час.

Когда пришел, наконец, ожидаемый нами электротранспорт, мы, как и договаривались, залезли в разные вагоны. Я выбрал четвертый от электротягача, или как он там называется, а Оля и Никита шестой и восьмой соответственно. Не дожидаясь отправки поезда, я двинулся к соединению с женой.

Протиснувшись через тамбурную дверь нужного вагона, я стал выискивать глазами свою ненаглядную. Только когда увидел ее сидящей у окна, занялся выбором подходящего места для своей тушки. Выпускать из вида Олю я не планировал. Может, даже в гляделки поиграем.

Пустых сидушек в вагонах было достаточно. Выбор пал на крайнее место у прохода, в нескольких рядах от жены. Уронив пятую точку на лавку, разместил рюкзак на коленях. Убирать его ни на полку, ни под сидушку не стал, вдруг бежать придется, или того хуже, понадобится достать из него что-то нехорошее, но выручившее нас уже два раза.

Думать об этом не хотелось. Хотелось отдохнуть, а главное, добраться уже без приключений до места, где нам удастся отсидеться, пока не решим главную задачу. Таковой я видел уничтожение в любом варианте верхушки наркокортеля, а не той, другой, Говорящей. Мне лично и моей хватает.

Но как бы то ни было, действия на случай проблем необходимо продумать. Блин, пистолет все-таки надо было переложить в карман. Не то чтобы я собирался им размахивать посреди народа, собравшегося в этот час в нашем вагоне, но...

Может, выйти в тамбур и там переложить?

Ну ничего же за эти три минуты не случится?

А вдруг?

Дождусь появления Никиты, может быть, после этого...

Кстати, что-то его долго нет.

Я же точно видел, как он запрыгнул в свой вагон.

Решил подождать?

Или что-то случилось?

Да нет, вряд ли.

Червячок сомнения все-таки поселился в моей голове. Может, ему нужна моя помощь? А я тут сижу. Хотя нет. Ну кто его сможет там остановить?

Несколько человек с оружием, например. В таком ограниченном пространстве и без поддержки зверей его могут и «завалить».

Тогда чем мы сможем помочь? Если уж он не сможет справиться?

Гадкая мысль, что нужно спасти себя и Олю, посетила меня ненадолго. Все-таки я не тварь дрожащая.

Надо сходить про...

Додумать я не успел. Дверь из тамбура, напротив которой я сидел, сдвинулась, и тот, кого я уже собирался идти выручать из непонятно какой беды, ввалился в наш вагон. Именно ввалился, бурча себе под нос что-то невнятное. Если бы я не знал, что этот «товарищ» пьет исключительно безалкогольные напитки, точно поверил бы, что он пьян вдрызг. Так натурально изобразить бухого – это умудриться надо. Потом ему поаплодирую и посоветую податься в ТЮЗ.

Тем временем «пьяный» выбрал место, где не сидело ни одного человека и, усевшись у окна, бросил рюкзак на сидушку напротив. После этого надвинул кепку на глаза и мгновенно «уснул».

Какой ТЮЗ? Ему в Голливуд за Оскаром надо.

Оля, кстати, тоже опустила голову, но вот она-то, скорее всего, уснула. Мы же с Никитой продолжали наблюдать за обеими дверями в вагон. Я открыто, он сквозь «сонный прищур».

Вот интересно, Оля уселась лицом ко мне, потому что ко мне или потому что по ходу движения? Слышал однажды по радио теорию, которая заключалась в том, что женщины из-за слабого вестибулярного аппарата очень плохо переносят поездки в транспорте, сидя спиной по ходу движения. Толкал эту речугу дядька, представившийся каким-то там профессором. И я поверил тогда. А вот сейчас интересно стало, работает или нет эта теория. Посмотрел на всех пассажиров. Всего семь женщин, считая и мою супругу. Не знаю, что это доказывает, но они все действительно сидели лицом ко мне. Десять мужчин были поделены пятьдесят на пятьдесят. Хотя нет. Вон те двое сели так, чтобы оказаться напротив своих жен, а еще исключаем Никиту и меня, я не знаю, как бы я сел, если бы не надо было держать под наблюдением Олю. Получается, из оставшихся шести четверо сидят тоже лицом по ходу движения.

Фигня какая-то выходит, а не исследование.

А что делать, мне скучно. Спать нельзя, телефоны мы выключили еще на привале после побега с вокзала. Зачем вообще включали? Ведь не собирались же.

Чем еще заняться?

Посчитать, сколько лысых мужиков?

Кстати, молодежи нет, и детей с собой никто не взял. Хотя это как раз хорошо. Дети и долгий транспорт - вещи несовместимые.

Я вообще считаю, что детей до 12 лет нужно отправлять отдельными вагонами и самолетами. Под присмотром специально обученных людей. Правда, я так считать начал, когда наше дитятко выросло, но то свое было, а все остальные чужие. Так что сегодня нам пока везет.

***

Все случилось через две остановки.

Накопившаяся усталость и скука незаметно выключили мое сознание. В какой момент, я даже не скажу, но проснулся я от громкого разговора проходившей мимо моего места группы ребятишек. Ну это мне тогда спросонья так показалось. Двое из этой пятерки оказались достаточно взрослыми дядьками.

Почему-то во мне ничего не колыхнулось. Прошли и прошли. Идут, смеются, никого не задирают.

А вот Никита подорвался. Что-то в разговоре, хотя как он мог их слышать с другого конца вагона, или во внешнем виде заставило его начать действовать.

Отклоняться от своей легенды Зверолов не стал. Продолжая делать вид, что пьян, он неловко поднялся со своего места и покачивающейся походкой двинулся навстречу компании. Рассчитав скорость, Никитос столкнулся с этими парнями за шаг до места, где сидела Оля. Компашка, не пропуская через свой строй, протолкала его еще шага два. При этом весь фокус внимания этих парней сместился на забулдыгу, который, бормоча, пытался протиснуться сквозь них, но его так качало, что он, наоборот, отступал, качаясь из стороны в сторону.

Я уже полностью очнулся ото сна и, не зная плана Никиты, сидел в напряжении, готовый сорваться с места, чтобы напасть на них сзади. Даже рюкзак временно убрал под сидушку.

Не понадобилось.

Все прошло как надо. Те пятеро прошли мимо, даже не глянув в сторону моей жены, а Никита, когда уже смог прорваться через них, пройдя пару шагов сделал вид, что передумал уходить, и вернулся на свое место.

Что его заставило совершить этот финт, не знаю. Но когда беспокоившая его компания вышла в тамбур, а далее и в следующий вагон, Зверолов не стал нас подрывать. Видимо, убедился, что эти ребята не те, кто нас ищет.

Больше происшествий до нужной нам остановки не было. Даже кондуктор так и не обилетил нас. Этот момент меня тоже волновал. Если пассажиры никак не реагировали на двух кошек, ехавших на сиденьях вместе с Олей, то кондуктор мог выгнать нас из поезда.

***

Вокзал станции Смолино нас встретил... Никак.

А впрочем, он есть, и уже хорошо. Еще хорошо, что Никита оказался прав, нас и тут никто не ждал. Хотя вру, прямо на выходе из вокзального помещения с диким ором к Оле подлетела сорока. И лопни моя селезенка, чего-то меня не туда понесло, если я не знаю точно, как зовут эту трещотку.

Сорока покружила вокруг нас, вереща на всю привокзальную площадку, и умчалась в сторону ж/д путей, откуда мы только что пришли. Два - три человека обернулись посмотреть это неожиданное представление, но, увидев, что нет никакого продолжения, пошли дальше по своим делам.

Хорошо, что не уселась тебе на плечо. Вот номер был бы, – вырвалось у меня.

Она предупредила, что будет ждать нас в лесу, тут, за линией. Там же дорога, ведущая в город, где ходят автобусы и маршрутки. У нее какое-то важное сообщение.

А чего сразу не выдала это важное?

Я ее прогнала. Народ вокруг начал оборачиваться, а она, ты же знаешь, четко без лишнего не может выдать мысль, вот и пришлось.

Получается, нам назад через станцию, железку и в сторону озера?

Да.

Блин, ну мне же обещали, что в кафе пойдем, здесь в поселке, я жрать хочу.

Вон павильон с шаурмой и пирожками, возьми себе и нам, в лесу поедим.

Приехали в город, чтобы опять в лесу сухомятку жевать?

Не нуди.

Ухххх, резкая стала? Боюсь и потому повинуюсь, о царица моих грез! Твои слова - праздник для моих ушей, а гюби сладкие, словно мед.

Кулачком в бок меня прервали на попытке вспомнить еще какие-нибудь подходящие обороты из восточного фольклора. Стоит, типа хмурится, а глаза смеются.

Никитос даже не притворялся, улыбаясь во все 32. Или у него больше? Он же явно в мишку умеет превращаться. А у медведей сколько зубов? Надо погуглить.

Мы ждем тебя здесь, у вокзала. Возьми еще холодную воду без газа, литр или два.

Я взял под козырек и рванул в павильон за снедью.

За мной увязались обе наши кошки, как я их ни отгонял, следовали как привязанные. Не помогло даже обещание, что одна щаурма, точнее, начинка будет для них. Наверное, не верили на слово и решили проконтролировать.

Как и следовало ожидать, из павильона их выгнали, а точнее, заставили меня это сделать. Правда, им пришлось услышать шутку от компании мужиков про то, что шаурма сама пришла, но тут уж сами виноваты.

Я сделал заказ на пять штук куриных и две литровые бутылки воды. Ни пирожков, ни других представителей жарено-печеной продукции, изображенных на рекламной оклейке павильона, в ассортименте не оказалось.

Пока ждал заказ, еще раз невольно взгляд пересекся с той юморной компашкой.

Они стояли вокруг одного из столиков, расположенных там же, но ничего не ели и не пили. «Ждут, наверное», - подумал я, но, встретившись взглядом с одним из весельчаков, понял, ждут меня. Ну не меня, конечно, а нас полным составом, а пока я подойду.

Я не телепат, но тут и не нужно им быть. Выражение лица, вернее, его смена, уж больно напоминало тех двух мудаков из поселка, заселенного детишками Богов.

Узнавание, удивление и радость.

Как тут не понять?

Этот тип с лицом деревенского простачка тоже понял, что я понял.

И понеслась.

Я рванул к дверям, он тоже, при этом почему-то никому ничего не сообщив. Наверное, его напарнички, а я уверен, что вся эта гоп-бригада по нашу душу, удивились действиям своего кореша.

Их столик был на том же расстоянии от двери, что и я. Однако мне ничто не мешало, а этому глазастому пришлось оттолкнуть одного из своих, стоявшего между ним и дверью. У меня образовалась секундная фора.

Ее хватило на то, чтобы добраться до выхода первым и дернуть дверь на себя. Потом я успел сделать несколько шагов, одновременно крича Оле, чтобы они бежали, а потом почувствовал сильную боль в левом боку. Потом еще один укол боли, еще, а дальше ноги перестали меня держать, и в глазах стало темнеть.

Последнее, что я увидел, обе наши мурчалки в прыжке пролетают мне за спину.

Дальше - ничего.

***

Ольга стояла спиной к павильону и не видела начала драки, а точнее, убийства своего мужа. Она слушала болтовню Сони, которая, как обычно, рассказывала одну из своих бесконечных историй из жизни птиц.

Кошачий визг, пробившийся сквозь щебетание синицы, заставил ее резко обернуться и застать момент, когда Максим уже падал лицом вниз прямо на асфальт. Над ним стоял мужик с ножом и отмахивался от насевших на него двух кошек. Оля мгновенно узнала своих мурысок, как она нежно их называла в моменты хорошего настроения.

Еще через мгновение мужик достал Бетти, вцепившуюся в шею сзади и рвавшую его когтями задних лап. Схватив за шкирку, он сорвал черную бестию и, несколько раз ткнув ножом, отбросил, видимо, уже мертвую кошку.

Марго в это время в прыжке пыталась вцепиться ему в лицо. Все, что ей удалось сделать к этому моменту, так это оставить несколько кровавых полос на обеих щеках мужика. В очередном скачке Марго умудрилась вцепиться ему в лицо обеими лапами, а задними она начала рвать ему шею. Крича от боли, мужик ножом бил кошку в бок, а второй пытался отцепить ее от себя. На пятом ударе тело Маргоши обмякло, и ему удалось оторвать полосатую фурию, поступив с этой кошкой так же, как и с предыдущей, убийца поднял обезумевший взгляд на Олю.

В этот момент его сбил с ног огромный пес и одним укусом порвал ему горло. После чего обернулся к пяти мужикам, до этого бежавшим в сторону Оли, теперь же замершим на месте. Вид мгновенной, жестокой расправы над своим корешем остановил их и даже заставил попятиться.

А кого бы не заставил?

Пес, по-видимому, породы Алабай, но слишком огромный даже для этих знаменитых своим размером и свирепостью собак, уже начал движение в сторону компании.

Оля фиксировала все его действия, но никак не реагировала на угрозу ни со стороны этих пяти мужчин, ни со стороны собаки.

Ее мозг был затоплен горем.

Максим лежал на асфальте, а вокруг него уже расплылась лужа крови. Ее муж сейчас был похож на сломанную куклу, которую ребенок в порыве злости бросил на землю.

Ярость, пришедшая на место отчаяния, что-то перемкнула в Оле, и она исчезла. На ее месте оказалось двухметровое чудовище, покрытое перьями, с руками, где вместо пальцев когти размером с приличный столовый нож. Два светящихся желтым огнем глаза, расположенных за огромным клювом, были уставлены на компанию из пяти бандитов. Это существо издало крик-клекот и скачками двинулось к ним.

Пес не сдвинулся с места. Он признавал право мести за Ольгой и не собирался ей мешать. А то, что она справится с этими ублюдками, которые от страха даже бежать не могут, у Никиты не вызывало сомнения.

На самом деле Оля и не дала бы ему влезть. Зверолов уже взял на себя лишнее, убив того ублюдка с ножом.

У нее не было желания долго мучить тварей, убивших ее мужа, нет. Приблизившись к застывшим от ужаса недолюдям в три прыжка, Оля двумя размашистыми ударами порвала им всем глотки.

В этот момент все поменялось.

Оли больше не было. Был монстр, алчущий крови и боли. Желание нести смерть затмило все остальные.

И чудовище не останавливалось, продолжая наносить увечья уже мертвым телам, пока те не опали кучкой разорванных мышц и вывалившихся кишок.

Вдруг чудовище заорало в голос. И этот крик был страшен. В нем смешался человеческий крик боли и яростный клекот птицы.

После этого ужасного клича кровавая пелена не спала с глаз монстра, и он стал крутиться, высматривая, кого еще уничтожить.

Взгляд наткнулся на мужчину, сидящего рядом с телом ее мужа.

Муж.

Знакомое слово.

И этот человек, сидящий рядом с телом того, кого она только что назвала мужем, тоже был ей знаком.

Что происходит?

Где она?

Кто она?

И это тело, лежащее в луже крови?

Момент озарения, и она все вспомнила.

Оля вернулась и тут же пожалела об этом.

Её Максимочка, этот балбес и самое любимое существо на планете был мёртв.

Стоп, что тогда с ним делает Никита?

Зачем он задирает куртку на теле ее мужа?

***

Блин, как болит спина. Наверное, опять скрутило. Не помню, чтобы я что-то тяжелое поднимал.

Нет, болит не так, как после срыва. Тогда что? Вспомнил. Камень как-то у меня в почке был, вот такая же боль. Резкая, чуть выше поясницы слева. Точно почка.

Опять, что ли, камни пошли?

Нееее, сейчас еще и голова болит, как будто всю ночь пили какую-то гадость и мешали ее с мерзостью. Но тогда, наверное, вкусно было.

А вот сейчас...

А где Оля?

И где я?

Твою дивизию! Вспомнил! Все вспомнил!

Где Оля?

Что с ней?

Надо срочно идти ее искать!

Где там моя одежда?

Надо повернуть голову. О, еще и колокола в черепушке зазвенели. Нормально меня, значит, приложило.

Так, поиски жены отменяются. Вот она сидит и сопит, рядом с моей кроватью.

Но я точно не в больничке. Если там, конечно, не стали делать палаты, похожие один в один с комнатой в хрущевке. Ага, и обои дрэковские наклеили, и люстру как-будто у моих родителей стырили и здесь повесили. Хотя нет, люстру такую могли и на складе найти. А вот все остальное, вплоть до знаменитого ковра на стене – это привет из 80-х.

Солнце.

А что с моим голосом? Точнее, где он? И почему во рту сухо, как в пустыне Гоби? Язык не ворочается.

Попытка намбер ту. Только упростим задачу.

Оляяя.

Почти получилось. Уже хрип издаю. На имя любимой не тянет, ну хоть что-то.

Ооооля.

О, проснулась. Круги под глазами. Осунулась слегонца. А так ничего, огонь баба. Хоть сейчас в ЗАГС. Смотри-ка ты, улыбается. А слезы зачем? Все же хорошо.

Или нет?

Максимочка! Очнулся!

Оля встает с кресла, в котором спала, и, присев на мою постель, наклоняется, чтобы поцеловать.

Но-но, женщина, я женат.

Новая попытка сказать ни к чему и не привела. Мое горло отказывалось выдавать членораздельные звуки. Всё тот же хрип. А ведь такая шутка пропала.

Надо срочно попить. И чего я раньше об этом не подумал?

Показываю руками на открытый рот.

Хочешь пить? Конечно, сейчас.

Оля отошла к тумбе, стоявшей за ее креслом у окна, и налила воду...

Та дам! Фанфары!

Из хрустального графина в граненый стакан. Может, графин тоже стеклянный, но хочется думать, что все по классике.

Только тебе много нельзя. Вадик сказал, не больше трех маленьких глотков. А следующий прием через полчаса.

Вот же. И налила ровно на три глотка. Послушная какая.

Вода теплая и, наверное, не очень вкусная, но мне кажется прекраснейшим напитком в мире.

Плохо. Плохо я готовился к таким ситуациям. Вот бухал бы больше, так, чтобы с похмельем. Да, и обязательно с сушняком и головными болями. Тогда бы сейчас не кайфовал от простой воды.

Оля забрала пустой стакан.

Ты поспи, наверное. А я потом, как проснешься, тебе бульончику дам.

Что... Что случилось? – Не с первого раза, но все-таки удается задать вопрос.

Прогресс на лицо. Уже говорить могу.

Я тебе потом все расскажу. Поспи пока. Тебе отдыхать надо.

И правда, весь мой почти боевой настрой куда-то делся, и глаза стали закрываться сами собой. Через секунду я уже спал.

***

В следующий раз меня разбудил голос Оли и ее легкие поглаживания по моей щеке.

Вставай, соня. Солнце уже высоко. Я тебе покушать принесла.

Оля улыбалась. Чернота из-под глаз еще не до конца ушла, но лицо уже разгладилось и посветлело, что ли.

Чувствовал я себя нормально. Если сравнивать с предыдущим подъемом, так вообще замечательно. Мне даже удалось приподняться, и я попытался, опираясь на руки, сдвинуться назад.

Вот это сделал зря. Боль в спине заставила задохнуться и упасть назад. Рано мне еще выступать под куполом цирка.

Ага, а так хотелось. И ведь, главное, раньше, когда здоров был, даже не было желания, а вот сейчас прям надо.

Молодец.

Вышел на новый уровень. Подкалывать себя в мыслях. Так и до шизофрении

недалеко.

Оля, увидев, что я учудил, снова спала с лица и даже поднялась, чтобы помочь мне.

Жестом руки остановил ее, а затем, улыбаясь, попросил:

Давай там свой бульон. И не дергайся, всё со мной хорошо. Так, стрельнуло немного. А пока я ем, расскажи мне сказку. Страааашную. Видимо. Раз мы в девяностые годы перенеслись.

Оля помогла мне сесть и подложила подушку, чтобы я больше не дергался. Собиралась даже кормить с ложечки, но я забрал у нее чашку с бульоном, ложку и стал хлебать.

Ммммм, райское варево. Еще бы сто грамм к нему и кусочек хлеба.

Ой, а хлеб я забыла.

Жена опять подорвалась и пошла, уверен, не за водочкой она рванула. Сделав несколько шагов к выходу из комнаты, вдруг остановилась, повернулась ко мне и растерянно сказала:

А я не знаю, можно ли тебе хлеб и вообще твердую пищу. Вадик сказал откармливать тебя бульоном, а про остальное ничего не говорил.

Спроси тогда у этого светилы медицины. Я ведь правильно понимаю, Вадик - это хилер, который меня штопал?

Почему я вспомнил этот термин лекарей из игры? Ну вот опять лекарь, надо же. Может, головушку я тоже повредил? Че гадать?

Фиг с ним, с хлебом, садись давай и рассказывай: где мы, почему и давно ли? Да, и еще: где Никитос? Это его халупа? Или он нас все-таки кинул?

Оля несколько секунд пометалась, пойти поинтересоваться про хлеб или остаться, в итоге победила женская болтливость, и она, вернувшись на стул, приготовилась рассказывать. Так-то она у меня не болтливая, иногда слова не вытянешь. Но иногда в ней берет верх ее «начало».

Стоп, стул, а где кресло? Я же точно помню, что оно было.

А, вон оно что. Кресло отодвинули к окошку, чтобы у кровати поставить стул и табуретку, на которую ставится чашка, чтобы удобней было меня кормить. Табурет я даже сначала и не заметил.

И вообще неужели я так плохо выгляжу, что кому-то пришло в голову кормить меня, как ребенка?

Солнце, дай зеркало. Пожалуйста.

Зачем? Краситься собрался? Рано тебе еще на дискотеку. И вообще в подоле принесешь - не приму.

Тааааак. Шиза подъехала. Дорогуша, ты хряпнула, что ли? Ну-ка дыхни.

Давай ешь. Остыло уже, наверное. Сейчас зеркало принесу и заодно про хлеб и все остальное спрошу.

Про сто грамм не забудь узнать.

Жена отрицательно покачала головой.

Ну хотя бы писярик, а?

Ладно, спрошу. Не о том ты думаешь. С того света выбрался и сразу писярик. Алкач.

Мне положено. У меня ранение, – вдогонку уходящей жене просипел я.

Оля уже не слушала и, выйдя из комнаты, прикрыла дверь.

Потом я услышал приглушенные голоса, а через две минуты жена вернулась с кусочком хлеба и небольшим настольным зеркалом. Посмотревшись в него, я вспомнил банальнейшую фразу: «В гроб краше кладут».

Ну, теперь жги! – обратился я к жене, отдав зеркало.

***

Оля рассказала всё: от момента моего бесславного падения до того, как они собрались убегать с привокзальной площадки с моей почти мертвой тушкой.

Это, конечно, жесть.

Описывая бойню, моя скромница-жена не стеснялась в выражениях, иногда даже помогала себе жестами.

Черт, да ей же нравится это. Драки, погони и особенно победа над злодеями. Неужели она превращается в валькирию? Что если это влияние силы Говорящей?

Неее, фигню думаю.

Но нужно принять во внимание, что если жена не приукрасила, то уличные камеры, при условии их наличия в том месте, засняли фильм ужасов.

Когда повествование дошло до радостного момента, где она благодаря Никитосу узнала, что я жив, моё Солнце прослезилось, и дальше рассказ она вела уже спокойным голосом.

Хотя глазки нет-нет да поблескивали.

Жив я оказался чудом. Тот ублюдок с ножом успел ткнуть меня в спину четыре раза. Четыре, Карл! И при этом я жив. Не совсем здоров, но главное, жив. Один из ударов почти достал почку, все остальные только повредили мышцы. Однако потеря крови оказалась огромной. Тут бы мне и скопытиться, но приехала скорая помощь.

Никита договорился с врачами, чтобы не везли в скорую и не сообщали в полицию. У водителя скорой оказалась свободная квартира, оставшаяся от бабки, и за немаленькую сумму нас отвезли туда. Подлатали меня в машине, пока везли, там же и капельницу поставили. Потом фельдшер Вадик занимался моим лечением уже здесь, на квартире.

Очнулся я только на четвертый день. Прогнозы хорошие. Вадик говорит, что еще дня через три меня можно будет перевозить. Он уже принес все, что нам понадобится дальше для моего восстановления, а еще научил Олю правильной перевязке.

С этим все понятно, но остался ряд вопросов, – сказал я, когда Оля закончила рассказ.

К этому моменту я уже дохлебал бульон и отдал миску жене. К слову, не врут в фильмах – мне и правда стало намного лучше после него.

Спрашивай, – предложила жена, убирая посуду на отодвинутый табурет. – Хотя нет, ты поспи еще. Врач рекомендовал отсыпаться по максимуму, а как проснешься, задашь все вопросы. Никита к тому времени, наверное, вернется, расскажет о своих планах, а мы с тобой подумаем о наших. С учетом всех текущих проблем.

Ух, какая у меня сурьезная жена! В пору чиновником становиться или академиком. Но она была права. Меня снова потянуло в сон. Блин, как младенец, сплю и ем, ем и сплю.

Стоп!

Неожиданная мысль возбудила мой уже почти уснувший мозг. Дети еще кое-что делают, а я, по словам жены, четыре дня лежу не вставая. Очень нехорошие предчувствия посетили меня. Да какое там, это была уверенность.

И как теперь чувствовать себя мужчиной?

С другой стороны, а почему бы и нет. Все люди бывают в такой ситуации хотя бы раз в жизни. И нечего тут стыдиться. Надо радоваться, что у меня есть такая жена, которая готова для меня этим заниматься.

Будем радоваться потом.

С этой мыслью я уснул.

***

В этот раз я проснулся с четкой мыслью. Отныне в туалет хожу сам. И вообще хватит разлеживаться. Нас там ищут, и с этим пора что-то делать.

Но сначала осуществим первую мысль. Хорошо, что Оли нет в комнате и мне никто не помешает.

Попытавшись встать, я понял, что для того чтобы дойти до этого самого ватерклозета, помощь мне все-таки понадобится. Спина не болела, что странно, а вот ноги почти не держат. Стоять могу, только опираясь на спинку кровати, и скорее всего недолго. Совсем ослаб. Нужна опора в виде человека, надеюсь, Оли мне хватит.

Ну что ж, не все сразу.

Пришлось ее звать:

Солнце. Сооолнце!

В хоре Турецкого я еще петь не смогу, но говорить в полный голос уже получается.

После второго окрика послышались торопливые шаги, и в комнату влетела жена. Выглядела она обеспокоенной, а увидев, что я на ногах, вообще испугалась.

Только сейчас мне пришло в голову, что она всегда тут и бодрствует. Когда же она спит? Вот урод, даже не подумал о ней, а если я ее разбудил? Что, потерпеть не мог?

Стало стыдно.

Улыбнулся ей, как мне думалось, виновато и даже хотел развести руки, мол, вот я какой глупый, что тут поделаешь. Однако в последний момент вспомнил, что стою исключительно благодаря опоре на руки.

Солнце, помоги мне до МэЖо дойти, пожалуйста.

Пошли, горе ты моё, – ответила мне жена и громко вздохнула.

Беспокоится, но мне не возражает. Понимает, что мне важно сейчас самому. Чудо, а не жена. Обыкновенное чудо.

В итоге первый опыт так себе. Даже не хочется вспоминать. Однако маленький шажок для меня – огромный шаг... Хмм, тоже для меня. Ну еще для жены.

Вернувшись в кровать, сообщил, что голоден и было бы неплохо покушать. Оля обещала принести бульон через пять минут, но я вспомнил про эффект сытости и решил, что сначала надо поговорить, а потом уже и пожрамкать можно.

Никиту звать будем или сначала вдвоем все обсудим? – спросила Оля.

А у нас есть что от него скрывать?

Нет, тем более после того, что он для нас сделал. Я даже теперь его без сарказма буду братиком называть. Он ведь спас тебя. Без всяких преувеличений.

Тогда какие могут быть вопросы? Зови нового родственника. Будем совет держать.

Звать Никиту не пришлось. Он сам без стука вошел в комнату. Вот же ж, а если бы мы тут интим устроили? Никакого такта.

Тем временем Зверолов, не говоря ни слова, подошел к телевизору и, взяв пульт, включил его. Ага, а телевизор-то относительно современный, по крайней мере, в сравнении с остальным интерьером.

Телек был настроен на Первый канал, и Никита стал нажимать кнопки на пульте в поисках нужного ему. Найдя тот самый канал, Никита увеличил громкость так, чтобы можно было разобрать слова, подошел к креслу и уселся в него. Потом жестом показал нам на телевизор.

Все это время мы с Олей наблюдали за ним молча, с желанием понять, чего это с ним произошло. После его жеста повернулись к экрану и только тут прислушались к речи ведущего новостей.

Первые несколько секунд мы ничего не могли понять. Обычные криминальные новости. Бегает спецназ, кого-то вяжут, причем, судя по всему, в разных локациях. А потом показали, что, помимо людей, полиция загребает большие объемы наркотиков. Только после картинки, где был показан фасовочный цех, до нас стало доходить, что именно мы видим.

Неужели это конец?

Эпилог

Очень коротенький.

Где-то на третьей декаде июля того же года.

После той самой передачи по нашему местному ТВ ролик с раскрытием огромной сети по распространению наркотиков прошел по всем главным каналам. Правда, в усеченном варианте, но все же. Абсолютно все ведущие, как по шаблону, произносили одну и ту же фразу: «В истории современной России не было такой масштабной операции по раскрытию и обезвреживанию крупной сети наркодилеров».

Мы даже увидели вживую, то есть на экране, капитана Крупинина. Ему отдали все лавры победителя. А вот про второго нашего кандидата, майора Складских, не было сказано ни слова.

По итогу проведения всех мероприятий был изъят какой-то космический объем разного вида наркотиков, а количество задержанных превышало три сотни человек. В том числе и вся верхушка этой наркоимперии. Мы даже не надеялись, но полиция провела много арестов и в области.

Кстати, среди арестованных были и сотрудники органов, хотя мы такой информации не предоставляли. Видимо, УБН успел провести разработку более масштабно. Еще бы. С нашими-то наработками.

***

Что касается нас, то мы провели в этой квартире еще неделю. Как ни рвался я домой, Вадик, которого я наконец-то увидел, не разрешил мне раньше этого срока долгие переезды.

Может, опасался, что я могу кони двинуть, и тогда ему тоже конец?

Допускаю. Однако ко всем лечебным процедурам он относился очень серьезно. Приезжал три раза в день, делал замеры всего, до чего мог дотянуться, пичкал таблетками и мучил уколами. В общем, родная медицина, но частного порядка.

Я лечению не сопротивлялся, уж очень хотелось оказаться дома. А это зависело как раз от процесса выздоровления.

***

За эту неделю мы успели составить план. Судя по тому, что Плисада не давала отбой операции по освобождению Говорящей, ее не спасли, и Никита обещал нам помочь в поисках. Еще он пригнал нашу машину. Она оказалась целой и невредимой.

Настал тот день, когда мы должны были вернуться в наше гнёздышко. Птицы прямо в квартиру принесли пачку денег, половина которой ушла Вадику.

Они же сообщили, что вокруг нашей квартиры больше никто не крутится и там спокойно. У Никиты мы решили не прятаться, в связи с завершением операции по наркокартелю.

За всеми этими новостями, планами и сборами я как-то упустил факт отсутствия наших кошек. Когда мы собирались выезжать домой, у меня случилось озарение и возник вопрос, Оля, потупив взгляд, рассказала о их судьбе.

Я ведь ни разу не кошатник. С детства любил собак и терпеть не мог кошек. Но когда сын попросил разрешения завести именно кошку, дал согласие. Помню, выбрали свободный выходной день и поехали на птичий рынок. Там всегда есть хотя бы один человек, продающий или раздающий котят. В тот день их было несколько. Мы долго ходили от одного продавца к другому, пока не наткнулись на тетку с ящиком разномастных котят. Сын смотрел третьего или четвертого из этой семейки и уже собирался вернуть его, чтобы взять следующего, но случилась судьба. Котенок так сильно вцепился в сына и никак не хотел отлипать, при этом голося как сирена. Это была Марго.

История появления второй кошки, Бетти, вышла интересней. Оля нашла ее прямо на тротуаре, грязную, голодную и больную. Черный чертенок примерно двухмесячного возраста сидел и орал, зовя мамашу, которая так и не пришла. Зато мимо проходила моя сердобольная женушка, и вот у нас уже две кошки.

Воспоминания.

Я не знаю, много ли есть людей в моей жизни, о которых у меня будет столько же теплых и ярких воспоминаний. Пожалуй, нет.

Ничего этого я не сказал Оле. Я понимал, что она переживала даже сильней меня, а ведь у нее еще есть непутевый муж, который сам еле выжил.

Котеек похоронили. Так сказал нам Никита. Обещал даже потом свозить на то место. Думаю, не поедем.

***

Дом, милый дом! Вот все-таки есть у америкосов некоторые словечки и выражения, которые вошли в нашу речь. Причем, думаю, совершенно заслуженно. Всего три слова, а как точно передают эмоции при возвращении домой после долгого отсутствия.

Часа три у нас ушло на помыться, разобрать вещи и приготовить ужин из продуктов, купленных по пути домой. Бутылка «Шампанского» успела охладиться.

Оля пока берегла мое здоровье и все делала сама. Мне доверено было только открыть бутылку и «разлить пузырьки».

Мы уселись на любимый диван, включили телевизор, нашли какую-то комедию-мелодраму и, сделав первый глоток, что называется, поймали нирвану.

Знаешь, а было хорошо, – задумчиво произнесла Оля через несколько секунд, сделала паузу и продолжила: - Несмотря на все проблемы и опасности, мне понравилось это приключение. Думаю, со временем будет даже не хватать чего-то этакого.

В этот момент в дверь постучали. У нас нет звонка. Терпеть не могу эти треньки.

Мы переглянулись, и мне не хватило мозгов промолчать:

Ну что, докаркалась, Каркуша? Сейчас нам навалят приключений и чего-то этакого тоже подвезут.

Может, это соседи или уборщица за водой?

В этот раз молчу и, поднявшись с дивана, лезу в шкаф с инструментами. Молоток нахожу очень быстро. Жаль, но от пистолета пришлось избавиться во избежание...

Поворачиваюсь к Оле:

Давай быстро одевайся. Джинсы, футболка, кроссовки. Все, что в сад надеваешь.

Сам натягиваю такой же точно комплект, кроме обуви, и иду к двери. Жду, пока Оля выглянет из комнаты, давая сигнал, что готова. Киваю в сторону балкона и шепотом добавляю:

Документы наши не забудь и будь наготове выпрыгивать, я, если что, задержу. И еще, прямо сейчас отправляй Соню за подмогой.

Хорошо, – тоже шепчет она и скрывается за углом комнаты.

Жду, пока не услышу звук открываемой балконной двери, и только после этого открываю первую деревянную дверь и смотрю в глазок входной железной.

За дверью стоит человек, которого я точно знаю, хоть и видел его один раз по телеку. Да он еще и майором стал! Крупинин.

Ну что же, видимо, приключения все-таки продолжаются.

Надо открывать.