Книга первая. Хранилище знаний

Глава I

В высоком голубом небе ни облачка. Сквозь прозрачную, едва заметную дымку прорываются яркие лучи утреннего солнца. Ослепляя, они мягко прогревают черные влажные комья земли, разбросанные по огромной равнине, еще совсем недавно пестрящей разноцветными цветками и свежими травами. В вышине бесшумно кружат падальщики, хищные птицы терпеливо выжидают своего часа, когда последний воин от десятков ран, изнеможденный страшной кровопролитной битвой замертво рухнет на землю. Вскоре стихнут грозные барабаны, умолкнут волшебные трели магических флейт, а лязг железа и безумные крики сменятся скорбным стоном, уносимым вглубь долины Харом и разливающимся по Тиракской равнине, где, отражаясь от серых скал, он поднимется к вершинам нагорья Хуву и растворится в яростных порывах леденящего ветра. Тысячи тел людей, гигантов, гудаев, магов и других существ, обезображенных до неузнаваемости, усеяли широкое пространство в низовье полноводной Рун. С грохотом огибая Безмолвные холмы, река окрасилась кровью участников великого сражения. Здесь, плечом к плечу лежат непримиримые соперники, враги, оружием решившие доказать друг другу свою правоту в претензиях на плодородные земли, богатые рудники, глубокие реки и озера.

Жадно вдыхая пропитанный порохом воздух, среди груды безжизненных тел уцелевший солдат вытирает лицо от грязи. Его торс облачен в темные латы с золотистым солнцем на груди, перебитая боевым молотом нога зажата обломками баллисты. Безуспешно пытаясь вырваться, человек сжимает глаза и обнажает зубы от пронзительной боли. Внезапно, среди редких тихих стонов он различает звуки приближающихся тяжелых шагов. «Гигант», - пугающая мысль молниеносно переходит в хаотичное ощупывание земли вокруг, рука ищет рукоять меча. Позади слышится хрипение, шаги ускоряются, медленно переходя на вялый бег. Наконец, среди обломков и тел ладонь натыкается на гладкий прохладный эфес, резким рывком клинок выдергивается наружу, внезапный разворот устремляет лезвие в сторону, откуда доносится топот.

- Стой, Брудар!

Тонкий голос раздается из-за силуэта огромного звероподобного существа, облаченного в шкуру черного медведя и с ног до головы измазанного синей краской, отдающей зеленоватым отливом из-за обилия крови. Лицо гиганта расплылось в улыбке при виде раненного человека, отчаянно пытающегося себя защитить. Покачивая в руке массивный топор, он медленно подошел к уцелевшему солдату королевской армии людей.

- Что, без своих огненных орудий, вы не так уж и страшны?

Словно загнанный зверь королевский солдат вперил хищный взгляд в черные глаза врага. Он явно не намерен сдаваться без последнего боя.

- Подожди, от него будет больше проку живым.

- Этот червь заслуживает только смерти!

С ревом гигант вскинул огромный топор над головой, но в этот момент из-за его спины выскочил крошечный человечек, ростом не многим более метра, и встал на пути грозного воина.

— Это не простой солдат! Взгляни на герб его доспехов!

Недовольно отодвинув коротышку в сторону, словно игрушку, Брудар вырвал клинок из ослабленной руки человека. Схватив за нагрудник, он приподнял его тело вверх.

- Я думаю, это сын короля непреступной цитадели. Ему надо помочь, сдвинь эту деревяшку.

Фыркнув, гигант разжал пальцы и отпустил тело солдата на землю. Раздался жалобный стон.

- Не волнуйся, он никуда не убежит.

Низкорослый гудай указал на размозженную ногу.

Для чего нам спасать сына человеческого короля? Он командовал людской армией и без тени сожалений отдавал приказы истреблять наших собратьев из своих огненных орудий. Надо прикончить его и уходить, скоро подоспеют их резервы.

- Его битва окончена. Оглянись вокруг, сколько твоих соплеменников погибло? А сколько здесь тел людей? Королевского наследника можно будет допросить или использовать в переговорах.

- Переговорах?

Крепко сжимая челюсти, гигант несколько раз посмотрел по сторонам. Черный дым разъедает глаза, из-за чего появляются слезы. Редкие выжившие пытаются освободить своих собратьев из-под обломков и тел мертвецов. Их совсем немного, хромая, уцелевшие из огромной армии сбредают в крошечные отряды, дожидаясь решения своего мудрого вождя. Они без тени сомнения пойдут на смерть, если последует призыв от того, кому они доверили свои жизни и жизни своих семей. Подойдя ближе, гудай мягко прикоснулся к огромной руке Брудара.

- Друг мой, ты знаешь, что это верное решение. Но нужно поспешить. Ты прав, обнаружив пропажу, генералы людей непременно отправят все оставшиеся резервы.

Неуемный внутренний гнев огромного полководца объединенной армии гигантов и гудаев уступил разумным речам предводителя тиракских народностей. Словно щепка разрушенная станина баллисты отлетает в сторону от резкого могучего рывка. Громкий крик раздался из уст освобожденного сына короля, раздробленная нога вернула утраченную чувствительность.Невзирая на стоны и жалкие попытки сопротивляться, Брудар закинул пленника на плечо.

- Господин, что прикажите с этим делать?

- Связать и доставить в лагерь!

Подоспевший солдат принял у своего повелителя ношу.

- И перевяжите ему раны!

Тонкий голос гудая доносится вслед исполняющему приказ.

- Иначе он не доживет до переговоров.

На возвышенности холмов появился силуэт всадника, командир разведотряда докладывает, что уцелевшие солдаты людской армии бегут, оставляя убитых и раненных. Но догонять беглецов не станут, истощенные войска победителей уже мало чем напоминают силу, способную разбить даже отступающего врага. Нескончаемые битвы последних десятилетий изрядно вымотали каждую сторону давнего конфликта. Немногие вспомнят истинные его причины. А они до банальности просты.

Люди долины Харом никогда не отличались излишним дружелюбием и уважением к собственным соседям, впрочем, как и друг к другу. Самая многочисленная и наиболее развитая народность Верхних земель. Их жизнь скоротечна, один правитель сменяет другого, вводя новые законы и упраздняя старые устои на раздробленной территории долины. В погоне все успеть за отведенное время, сформировался характер людей – брать от жизни все, не отдавая ничего, постоянно совершенствоваться и преумножать свое богатство. Многочисленные города, возведенные по последнему слову строительного ремесла, расположились на вытянутом участке земли межу нагорьем Хуву и Безмолвными холмами. Их выгодно отличает от других селений Верхних земель наличие высоких и крепких стен с оружейными и дозорными башнями по периметру. Дома в своем большинстве возводятся из камня, добываемого в шахтах верховья реки Рун. В сотнях мастерских талантливые представители человеческого рода изобретают все новые и новые поделки, качественно улучшая жизнь своих сограждан. Многие из придуманных изделий местные купцы ловко продают умельцам народности гудаев, черный рынок активно развивается даже в условиях многочисленных запретов и ограничений. Однако не все людские творения создаются в мирных целях. В своей любви к сражениям солдаты королевских армий соперничают с воинственными гигантами. Подчиняя стихию, правители одних земель зачастую посягают на свободу своих собратьев, используя для этих целей смертоносные орудия, разрушительная сила которых стирает с лица земли целые города. На их местах победители возводят новые, и это продолжается столетиями. В целом, все человеческие качества, так хорошо знакомые каждому, не чужды населению долины Харом.

Долгое время внутренние конфликты региона не касались ближайших соседей людей. На Тиракской равнине, раскинувшейся от подножия скал нагорья Хуву до Пепельного леса на западе и долины Харом на востоке, протекала мирная сельская жизнь. Здесь испокон веков возделывали землю гудаи. Эти низкорослые трудяги с миловидной детской внешностью являются самыми древними из ныне живущих обитателями Верхних земель. При первой встрече может показаться, что перед вами ребенок, но не следует обманываться. Средний возраст жителей этой народности составляет триста лет, а самые старые представители гудаев утверждают, что своими глазами видели змеев, живших во времена Первой эры. В остальном они мало чем отличаются от обычных людей, за исключением жизненной философии: «Не ищи проблем, и ты их не найдешь». Гудаи – потрясающие ремесленники и земледельцы. Обширные плодородные земли равнины они умело обрабатывают, используя все доступные средства, среди которых встречаются немало диковинных изобретений. С незапамятных времен гиганты с нагорья Хуву спускались в равнину, чтобы разграбить селения гудаев, однако подобные набеги больше доставляли хлопот горным обитателям, нежели получаемой выгоды. Основной провиант, заготавливаемый невысокими жителями равнины, состоит из злаков, плодов и всевозможных трав, что, как не трудно догадаться, мало интересно огромным дикарям, больше походящим на медведей. А от изобретений им проку совсем никакого, механизмы для сильных и выносливых, но не очень умных гигантов оказались слишком сложны и неприменимы в условиях их среды обитания. Тем не менее, им долго удавалось держать гудаев в страхе, пока старейшина низкорослых трудяг Сивил не предложил вождю гигантов Фьелю взаимовыгодное сотрудничество. Уже следующий визит воинственного племени к подножью горы был не захватническим, гиганты привели с собой небольшое стадо волосатых мускусных быков. Потребовалось совсем мало времени, чтобы гудаи смогли освоить искусство животноводства и наладить регулярные поставки продуктов питания к самым вершинам нагорья. Фьель же поклялся не допускать насилия на равнинных землях, как со стороны горных обитателей, так и жителей других приграничных территорий, взяв на себя тем самым обязательства по охране миролюбивых гудаев от посягательств извне. Надо сказать, что несмотря на свою устрашающую внешность и несгибаемый ум, гиганты всегда держат данное слово. Сивила и Фьеля уже давно нет, однако их договоренности неукоснительно соблюдаются, что держит данный регион в относительной стабильности.

Среди острых горных хребтов, постоянно покрытых белоснежными шапками снега, в высеченных в твердых скалах пещерах, живут звероподобные крупные существа – гиганты. Летопись Верхних земель гласит, что прародителями гигантов являются каменные исполины, которые в начале времен поднялись со дна мирового океана. Их размеры и масса не позволили им закрепиться на лесистой территории, из-за чего исполины развернулись обратно к воде. Однако вернуться в лоно океана они не сумели, под огромной тяжестью земля продавливалась, с каждым шагом все крепче удерживая каменные глыбы мертвой хваткой. Мудрые пишут, что все Верхнее нагорье – это тела навеки уснувших исполинов.

Огромные головы гигантов покрыты густой растительностью. У женщин волосы светлые, отдающие тусклым лунным сиянием, у мужчин же темно-земельного цвета с примесью рыжего, густые брови и бороды. Однако, невозможно быть до конца уверенным, что это истинный их цвет, потому как практически всегда их лица измазаны грязной синей краской, таинственные узоры из которой придают их облику еще большую воинственность. Длинные мощные руки свисают до колен значительно более коротких ног. Такая конституция позволяет этим могучим существам быстро перемещаться на четырех конечностях, отдаленно напоминающих лапы черных медведей. Кстати, последние являются частой добычей среди народа гигантов, их шкуры великолепно защищают от пронзительного горного ветра и экстремально низких температур, из-за которых кожа представителей этого сурового племени обрела темно-бордовый, практически бурый окрас. Их звериные повадки и образ жизни несовместимы со строительством крупных населенных пунктов, что сказывается на низком экономическом развитии нагорья Хуву. Однако, достигнутые множество столетий назад договоренности предводителей соседских народностей, обеспечили гигантам безбедное существование.

Занятые делением территорий со своими сородичами, короли долины Харом много лет враждовали между собой, пока на всей обширной и богатой местности не осталось только три королевства, принадлежащие отцу и двум его сыновьям. Король Георг сумел вразумить своих детей Баˈстиана и Петра подписать мирное соглашение, дабы не прекратить человеческий род в бесконечной разрушительной войне. Перемирие остановило кровопролитные бойни, правители какое-то время довольствовались приобретенными наделами и богатствами. Но, так уж устроен человек, рано или поздно ему все равно захочется чего-то большего. Братья достигли взаимопонимания, их королевства Омуˈт и Ивдеˈль помогали друг другу отстраиваться, торговля стала приносить существенные выплаты в казну. Города на территории их земель принялись разрастаться один за другим, привлекая все новых и новых жителей со всех уголков долины, в том числе и из Тавдора - королевства их отца Георга. Какое-то время старый король мирился с этим, стараясь не замечать процветания соседей, однако уязвленное самолюбие отца, считавшего мир в долине исключительно своей заслугой, заставило короля снова созвать своих командиров.

***

Тонкими ручейками разрозненные остатки человеческой армии возвращаются домой. Повозки, солдаты, даже лошади без всадников. Кто в одиночку, кто парами, кто небольшими группами стекаются в узкий проход под высокой каменной стеной, отделяющей владения людей от территорий, населяемых другими расами Верхних земель. Уставшие побитые воины стыдливо опускают глаза при встрече с вопрошающими взглядами жителей, те отвечают им сожалением. Страну опять ждут долгие месяцы, а то и годы тяжелых лишений. Все будет брошено на восстановление сил. Стоны и плач заполняют улицы, уцелевшие командиры, несмотря на долгий путь, тропятся во дворец.

Металлический звон доспехов доносится из глубины темного коридора за массивной украшенной бронзовыми вставками двери. В просторной каменной зале людно и шумно. Раскрасневшийся пожилой военачальник с длинной разобранной надвое бородой вскрикивает, указывая толстым пальцем на карту, небрежно развернутую на заваленном помятыми грязными шлемами широком столе.

- Нужно срочно собрать всех гвардейцев и направить их наперерез Пыльным тропам! Эти звериные отродья не успеют оправиться, что позволит взять нам реванш!

- Но тогда в городе останется малая часть гарнизона, мы не можем подвергать короля такой опасности! Кроме того, их армия уже в нескольких днях пути.

- А как же наши раненые? Им нужно оказать помощь!

Предложения наталкиваются на сопротивление среди присутствующих, возбуждая все новые и новые волны бранных обвинений. В крови солдат, избежавших гибели на поле сражения, еще не утих пыл проигранной битвы. Нарушая субординацию, военачальники оскорбляют друг друга. Молодой офицер, потеряв контроль, в вспышке гнева с кулаками бросается на высокого седовласого генерала, его едва успевают схватить под руки стражники. Немного в стороне, облокотившись на искусно вырезанный из темного дерева поручень, сидит мужчина. На вид ему лет семьдесят, его короткая, еще темная борода изрезана серебристыми полосками. Он облачен в темно-зеленый кафтан, украшенный серебристым лунным диском. Прикрыв свое хмурое лицо рукой, он молча наблюдает за происходящим. Наконец, задумчивый взгляд сменяется растерянным взором, словно очнувшись, мужчина вскакивает на ноги.

- Хватит!

Огоньки пламени свечей задрожали, наделив серые тени жизнью. Словно рык горного тигра, призыв короля моментально успокаивает бушующие волны собрания военного совета.

- И вы считаете себя элитой армии Тавдора?

Слова отрезвляют уставших солдат. Озираясь, они неторопливо расходятся по комнате, стараясь не издавать ни звука, занимают свои места. Бегло пробегаясь по лицам присутствующих, Георг останавливается на противоположной стороне стола.

- Где Бастиан? Почему он не явился на собрание?

Гулкое перешептывание отражается от каменных стен. Сухо прокашлявшись, военачальник, несколько минут назад предлагавший отправить гвардию за реваншем, неторопливо привстал и робко взглянул на своего повелителя.

- Милорд, вашего сына не было среди вернувшихся офицеров.

Секундная борьба эмоций едва проскальзывает на лице короля.

- Вы хотите сказать, что мой сын остался с солдатами?

- Господин.

Низкий спокойный голос высокого генерала звучит твердо и уверенно.

- Последний раз короля Бастиана видели в авангарде среди всадников тяжелой кавалерии. Он героически повел конницу, отрезая противника от нашей пехоты. Этот маневр позволил спасти множество жизней.

- В том числе и вашу, командор Редерик.

Озлобленный взгляд короля не заставил генерала отвести глаз.

- Ох, этот мальчишка! Как он оказался на поле сражения? Ведь он должен был руководить объединенными армиями из тыла?

- Солдаты Омута вступили в бой первыми, не дождавшись прибытия всех наших войск. Они не выдержали натиска этих зверей, генералы Омульцер и Паштан были разбиты в считанные минуты, их конницу оттеснили, артиллерия и пехота поддались панике. Ситуация приняла критический характер.

Сухой доклад генерала Редерика явно раздражает короля. Прямолинейный солдат счел нужным предоставить полный отчет о событиях последних нескольких дней на риторический вопрос своего повелителя. Прервав монолог военачальника, Георг язвительно спросил:

- Вы хотите сказать, сер Редерик, что Бастиан виноват в том, что мои лучшие генералы побитые сидят сейчас здесь, а он остался где-то на равнинных просторах Тиракских земель?

Выговаривая отдельно каждое слово, король широкими шагами обошел армейских командиров, попутно сверля взглядом их затылки, и встал на место своего сына. Широко расставив руки, он оперся на стол и уставился на каменное лицо сера Редерика. Секундное напряжение прервал тонкий голос самого молодого участника собрания.

- Милорд, наши разведчики сообщили, что король Бастиан был захвачен в плен. Он тяжело ранен, но жив.

- И почему ты молчал все это время? Ты своими глазами это видел?

Стараясь скрыть волнение, король сделал несколько шагов навстречу командиру разведки.

- Никак нет, милорд. Об этом доложил старший скаут армии Омуˈта.

- Где он, я хочу с ним поговорить!

В угнетающем молчании минуты, казалось, растянулись на часы. Стража спешно бросилась к казармам в поисках скаута армии Бастиана. Однако, найти умелого разведчика оказалось не так просто, кроме того, обстановка в городе не позволяла быстро передвигаться – раненные солдаты разбрелись далеко за пределы госпиталей, измученные, они отдыхают вдоль каждой улицы и переулка. Арзгидор – столица королевства Тавдор и дом короля Георга, один из древнейших городов людей в долине Харом. Долгое время благодаря своему уникальному расположению на краю резкого обрыва он служил форпостом, защищающим мир человеческой расы от вторжения других жителей Верхних земель. Его могучие стены с острыми, как когти черного медведя, шпилями, дозорные башни, здания первых линий – все это высечено из горной породы скал Хуву – очень прочного камня устрашающе-темно-стального цвета. В летописях Верхних земель утверждается, что крепость Арзгидор осаждалась сотни раз во времена племенных войн, однако ни одному захватчику так и не удалось перейти за порог каменных врат. Позднее мастера долины заменили камень на сталь, после освоения обработки железных руд, обнаруженных в огромном количестве под землей в верховье реки Рун. Устройство города также претерпевало многочисленные изменения: строились новые здания на склоне обрыва, город приобретал ступенчатую конструкцию, витиеватые мощеные улицы змеей спустились вниз, мягко соскальзывая с высоты в лоно прекрасной равнины, богатой всеми мыслимыми ресурсами, необходимыми для комфортной жизни. Пытливый человеческий разум придумал сложные механизмы, установленные по двум сторонам вытянутого города. Две крупные платформы для быстрого перемещения грузов и две поменьше, их позволялось использовать только жителям королевского дворца, разместившегося в вечнозеленом саду у подножия обрыва. Именитые архитекторы приложили руку к строительству этой жемчужины долины, а великие военные умы, заслужившие подобное звание яркими победами в племенных войнах древности, спроектировали защитные сооружения, чтобы ни при каких обстоятельствах дворец не был разрушен.

Гвардейцы россыпью разбежались по всем жилым артериям столицы, возгласы с именем разведчика слышатся со всех сторон, иногда заглушая друг друга. Спустя томительные минуты ожидания наконец послышались торопливые шаги, раздался гулкий стук.

- Господин, командир скаутов Омуˈта по вашему приказанию прибыл.

Перед королем предстал молодой юноша, лет двадцати, может двадцати пяти. Высокий, стройный, с широкими плечами. На его длинных руках, покрытых разорванной тканью, виднеются спекшиеся следы крови.

- Как тебя зовут, воин, какое у тебя звание.

- Мое имя, Гарон, господин, я главнокомандующий разведки армии короля Бастиана, недавно мне присвоили звание капитана.

- Ох, глупый мальчишка, его армией командуют юнцы в младших офицерских чинах! Капитан, доложите мне, что произошло с вашим королем на поле боя, и почему вы, давший клятву защищать его ценой собственной жизни остались при этом живы?

Щеки молодого солдата зарделись, челюсть сильно сжалась, обозначив острые черты лица, выпрямившись по струнке, скаут отчеканил:

- Мое подразделение выполняло приказ, связанный с разведкой тыла противника, мы выдвинулись раньше основной армии, обойдя место, выбранное для наступления, по Безмолвным холмам.

Доклад солдата произносился впервые. Никто из генералов войск Тавдора и Омуˈта должным образом не знал всех причин развернувшейся трагедии.

- Гиганты под предводительством своего вождя Брудара заняли первую линию, прикрывая отряды поддержки гудаев. Об этом мы знали, король Бастиан приказал выстроить шеренги согласно ступенчатой тактике: тяжелая кавалерия, артиллерия и пехота, с флангов легкая конница. Первый клин должны были разрушить огнем наших орудий. Однако, их летучие стаи сильно изменились. Мы не обнаружили волчьих всадников, как это было ранее.

- И на чем-же эти безмозглые твари смогли вас обогнать?

Король нетерпеливо перебивает рассказ скаута.

- Ни на чем.

Капитан Гарон остановился, сухость подступила к горлу, вспоминаемые картины отчетливо всплыли перед глазами разведчика.

- Их огромные воины сами принимали звериное обличие. Такое видели раньше в пылу сражений, но это были единичные случаи. Сейчас же целая армия. Я даже не знаю, как их назвать. Целая армия этих существ атаковала наши подразделения. Их движения были столь стремительны. Флейты гудаев разносят над их огромной стаей новые мелодии. Для людей они опасны, тела перестают слушаться, цепенеют. Гром их барабанов поднимает давление крови, двое солдат из моего отряда потеряли сознание. На гигантов же это действует, судя по всему, иначе. Делает их сильнее и быстрее. За годы моей службы я видел это впервые.

- Выходит, вы не выполнили свое задание, из-за чего ваш король, мой сын, попал в плен этих дикарей!

- Милорд. Нет сомнений, что капитан не дрогнул бы и исполнил клятву, данную королю Бастиану. Но он говорит правду. Гиганты умнеют, их союз с недорослями из Тиракского царства приносит свои плоды.

- Что было дальше, ты видел, как пленили моего сына?

Король встал рядом с генералом Редериком.

- Да, господин. Еще с вершины одного из холмов мы увидели побоище внизу, события развивались так стремительно. Залпы артиллерии и взрывы орудий заволокли все поле черным дымом. Наши кони скакали на износ, но в момент, когда я смог различать лица, все уже было кончено. Король Бастиан лежал среди обломков одного из орудий, он защищался мечом от гиганта, тот высвободил его и передал кому-то из солдат.

- Почему он его не убил?

- Вероятно слова гудая вразумили его.

- Очевидно это был их вожак, господин.

- Это был Брудар, за ним следовал Пирим Старший – правитель гудаев. Их волчья разведка приблизилась слишком близко, нам пришлось отступать вместе с основными войсками.

- Вы все жалкие трусы, из-за вас мой сын сейчас в плену у варваров!

В этот момент сер Редерик, единственный из всех военачальников принимавший участие в беседе, отступил от короля и закрыл собой капитана. Его обычно неподвижное лицо выразило беспокойство. Он знал, что в гневе король способен совершить необдуманный поступок. Союз Георга и его сына был не так прочен, как полагал властитель лунного царства. Без своего правителя солдаты Омуˈта становились мало контролируемыми, а случайная смерть их командира, или даже его увечье, полученное от руки жителя Тавдора, пусть и самого короля, могли легко привести к очередному витку противостояния двух соседей. Редерик отчетливо это понимал. Генерал сделал едва заметный поклон.

- Мой господин, мы потерпели поражение в битве, но не в войне. Теперь нам нужно прийти в себя и придумать, как высвободить короля Бастиана из плена. Для этого нам понадобится каждый солдат как Тавдора, так и Омуˈта. Капитан Гарон, несмотря на свой юный возраст, очень опытный разведчик. Я уверен, его знания помогут нам в этом.

Капитан опустился на колено.

- Почту за честь, мой господин. Мы любим короля Бастиана, мы принесли присягу Омуˈту. Мы останемся верными ей до конца.

- Право, милорд.

Седой генерал с раздвоенной бородой попытался было вставить слово, однако король прервал его жестом. Глубоко вздохнув, повелитель Тавдора приказал всем разойтись.

- Сер Редерик, вы думаете, это какое-то проклятье?

Слова догоняют последнего покидающего залу. Старший генерал армии лунного королевства закрыл за уходящими двери и вернулся обратно к столу.

- Мы воюем с безмозглыми зверями уже больше десяти лет.

- Скорее двадцати, милорд. Но вы правы, война продолжается уже очень давно. И за столь продолжительный срок наши технологии шагнули достаточно далеко. Однако и враг оказался сильнее, чем изначально предполагали наши советники.

- За столько лет мы хоть как-то приблизились к поставленным целям? Мне постоянно что-то докладывают, объясняют, но в действительности мы по-прежнему не можем безопасно покидать свою долину! Это точно какое-то проклятье! Маленькие человечки не такие миролюбивые, какими кажутся, они колдуют свои заклинания.

Король откинулся в кресле и закрыл лицо рукой.

- Гудаи преуспели в магии, но она в основном усиляет армию гигантов, их союз нерушим уже многие века.

- Союз, да союз! В этом они опередили нас на голову. Собственный сын отказывается присоединиться ко мне. Из-за него мы не можем склонить чашу весов в нашу сторону!

- Господин, сейчас нужно вызволить из плена Бастиана. Нашей армии потребуется много времени на восстановление, а солдаты Омуˈта вряд ли будут столь полезны без своего правителя. Кроме того, силовой метод не гарантирует успеха. Как глава войск Тавдора и ваш советник, я предлагаю отправить посольство королю Петру, возможно он изменит свое решение, узнав о пленении брата.

Король с недоверием посмотрел на старого соратника.

- Он не подпустит наших послов и на пушечный выстрел. Петр неплохо преуспел в вопросах охраны и защиты своего царства. Последние послы чудом сохранили свои головы. Думаешь, плен брата заставит этого черствого эгоиста нам как-то помочь в войне?

- Не берусь утверждать, что король Петр изменит свое отношение к нашей войне, однако с братом у них тесная связь с самого детства. Остается понять, как донести просьбу о помощи.

Георг сморщил лицо.

- Я не стану просить его о помощи. Он мой сын, и должен подчиняться воле своего отца! Прикажите рекрутам объявить новый набор, нам нужно больше солдат и орудий. Мы заставим варваров поплатиться за свою дерзость и вызволим Бастиана из плена!

Нахмурившись, генерал Редерик кивком головы ответил на полученный приказ. Отбив каблуками, он направился к выходу, оставив короля среди догорающих свечей.

Стража у входа приветствует своего командира.

- Пригласите капитана Гарона ко мне.

- Слушаюсь, командор.

***

На первом ярусе Арзгидора, в небольшом углублении, закрывающимся во время осады толстыми железными щитами, расположились армейские казармы королевской гвардии. Здесь солдаты, чьим долгом является ежедневное поддержание безопасности в городе, а также охрана дворца и его жителей, проходят свою службу: обучаются, тренируются и справляют свой быт. Также здесь расположены административные здания органа управления всей военной машиной Тавдора. Палата единоначальника армейских корпусов и городского гарнизона столицы расположена в отдельном здании вытянутой формы в самом углу военного городка. Генерал лично распорядился устроить ее таким образом, чтобы из окон легко проглядывались все казармы, склады и здания местных советов и правлений. Это одна из старых привычек командора – занимать удобную позицию на возвышенности. В самобытность солдата такое правило не раз помогало ему выжить. К слову, за долгие годы службы в армии, сер Редерик принимал активное участие во всех конфликтах времени правления короля Георга и его предшественника Гастона, благодаря чему прошел длинный путь от низших чинов до высшего военного звания в стране. Даже став близким советником правителя, командор старается активно контролировать события военного театра действий. Такой подход позволяет умному полководцу и талантливому управленцу получать всю информацию из первых рук и умело ей распоряжаться. Может быть именно благодаря этому страна, на десятилетия погрязшая в бессмысленных войнах, до сих пор не распалась изнутри.

Убранство палаты генерала по-солдатски сдержанное, за исключением пары тканных полотен, подаренных правителями за верную службу, да искусно сложенного камина, наполняющего комнату светом и теплом в любое время года. Генерал не успел зайти в свою рабочую комнату, как в дверь постучались.

- Вы хотели меня видеть, командор Редерик?

Молодой скаут встал в шаге от стола и уставился прямо. Заметив огромное полотно на голой стене, глаза капитана невольно сместились в сторону, ему сложно подавить внезапный интерес. Картина действительно достойна внимания. Бывало, генерал часами стоял перед прекрасной работой десятка лучших мастеров со всей долины и разглядывал мелкие детали, составляющие масштабное событие, отображенное на ткани.

- Это - Орзимское сражение, или как его еще называют – побоище. Финальная битва, положившая конец бесконечным междоусобным войнам людей.

Командор встал из кресла и неторопливо подошел к полотну.

- Спустя месяц был подписан мир, Тавдор, Омуˈт и Ивдель прекратили вражду, начатую много веков назад. Вы изучали историю, капитан?

- Как и все солдаты, я проходил военно-физическую подготовку, господин. Однако, моя мать научила меня читать и писать, а также говорить на общем языке. Но историю я знаю лишь из рассказов нашего кастеляна, получившего степень лиценциата.

- О, ваша мать была ученой?

- В деревне, где я вырос, эшеваном был выбран богатый торговец. Раз в месяц он допускал по одному члену от каждой семьи в свою библиотеку, где за годы его странствий по материку собралось огромное частное собрание трудов из каждого уголка Верхних земель. Отца рано не стало, потому от нашей семьи в библиотеку ходила моя мать.

- Похвально, похвально. И что же вы думаете о этом творении?

Немного помолчав, капитан принял серьезный вид.

- Война, смерть. Честно говоря, мне больше по нраву то второе полотно.

Кивком головы молодой солдат указал на край пестрого гобелена, едва выглядывающего из-за плотной шторы с бахромой, прикрывающей заднюю часть рабочего кабинета генерала. Улыбнувшись, командор пристально посмотрел на скаута, после чего одним движением сдвинул ткань в сторону и явил прекрасный пейзаж осеннего леса. Буйство ярких цветов захватило внимание обоих мужчин, почти минуту они созерцали чудесное произведение в абсолютной тишине, только потрескивания огня на мгновения прерывали этот момент.

- Подойдите поближе, рассмотрите внимательно. Здесь изображена…

- Тайбола Раменье. Прошу прощения, сер.

Сконфузившись, скаут сделал шаг назад. Однако догадка молодого солдата вызвала явное удовольствие командора.

- Вы – настоящий следопыт. Я понимаю, почему король Бастиан назначил вас командовать одним из самых важных подразделений войск. Это – действительно Тайбола Раменье. Я родился в тех местах и в детстве проводил много времени в здешнем лесу. Мне всегда хотелось узнать, что же за этим холмом, но одолеть лесные преграды мне оказалось не под силу.

- За тем холмом небольшой луг, иногда на нем появляются дикие козы, сбиваются у подножия одинокого стеклянного дерева, отдыхают. В этом лесу я научился охотиться, читать следы зверей, искать путь, когда невидно неба. Выходит, вы тоже из Омуˈта?

- О, я появился на свет так давно, когда границы наших государств еще не были столь явно очерчены. Люди рождались в одних уголках долины, а жизнь могли прожить совершенно в других.

Последний раз взглянув на яркий пейзаж, командор задернул штору и указал солдату на место за столом.

- Прошу вас, присаживайтесь. У меня к вам дело, капитан Гарон. Я не могу вам приказывать, вы не давали присяги королевству Тавдора. Поэтому я хочу вас попросить. Королю Омуˈта нужна помощь, он сейчас в плену, и не стоит себя винить в этом. Бастиан совершил благородный поступок и проявил заботу о своих людях, как и полагает настоящему правителю. Однако, у нас сейчас нет ресурсов, чтобы предпринять попытку отбить его из лап гигантов, вы не хуже меня это знаете.

Сделав незначительную паузу, командор уставился в деревянную столешницу и пару раз постучал по ней указательным пальцем, словно решая, посвятить молодого скаута в свои планы или нет.

- Король Георг приказал провести рекрутам новый набор в армию, я полагаю, у нас нет столько времени. Может быть, Брудар отправит посла с предложением, в которое включит освобождение Бастиана. Но это – лишь догадки. Я же привык опираться на что-то более конкретное, думаю, как и вы.

Капитан Гарон слушает, не перебивая. Лишь изредка покачивает головой, давая понять, что внемлет словам старшего командира.

- Нам нужно заручиться помощью старшего брата вашего правителя – короля Петра, властителя царства Ивдель. Тут есть определенные сложности. Не буду вдаваться в глубинные причины конфликта, но король Петр не поддержал отца и брата в идее расширить свои владения на запад от долины, более того, он ожесточился по отношению к своей родне. Царство Ивдель богато как природными, так и человеческими ресурсами. Те годы, что мы провели в войнах, король Петр мудро использовал на благо своей стране. Его владения надежно охраняются, население в абсолютном достатке, они готовы защищать свой дом, свой уклад жизни с оружием в руках, которого скопилось за десятилетия на всех солдат долины Харом.

- Я слышал, что король Петр не принимает посольства Омуˈта и Тавдора под угрозой обезглавливания любого посла, осмелившегося пересечь границы его страны. Откуда вы знаете, как течет жизнь в Ивделе?

- Все-же вы еще очень юны, капитан. В мире есть силы, которые не удержать никакими пограничными заставами и отрядами.

- Полагаю, вы о торговцах?

Командор по-отечески улыбнулся, оставив вопрос без ответа.

- Хорошо, думаю, я смогу пробраться в столицу Иргемрат, но что дальше? Если король Петр не общается со своими отцом и братом и грозит отсечь голову любому их подданному, как мне передать просьбу о помощи и при этом остаться живым?

- О нет, нет. Моя просьба совсем не о том, чтобы юный скаут королевства Омуˈта пробрался в Иргемрат и встретился с королем. Переубедить его нам неподвластно. Но все-же давние связи наших народов, как единого целого, оставили отпечаток и на короле Петре. Вы не поверите, но среди ваших сограждан есть тот, кого он точно выслушает, кто сможет войти в королевскую палату и выйти обратно на своих же ногах.

Встав из-за стола, командор подошел к полкам на стене, справа от камина. Пробежав пальцем по корешкам увесистых книг, он достал одну, самую толстую, и аккуратно развернул ее посередине, после чего, спешно пробегаясь глазами, перелистнул несколько страниц.

- Вот, запись смотрителя дворца короля Гастона. Я в ту пору служил младшим офицером и не имел прямого доступа ко дворцу. Здесь написано, что в детстве Петр: «заместо учения грамоте и королевскому этикету, как полагается будущему наследнику королевского трона и покровителю душ долины Харом, юный королевич дни напролет слоняется по лесам и близлежащим деревням с отпрыском охотника из рода Булеваров, жителя деревни Корткерос».

- Вот здесь еще. – Генерал пролистал пару страниц вперед. – «отец Петра запрещает юноше общаться с простолюдином. Однако Иргем регулярно появляется во дворце и наводит смуту, мешая Петру обучаться ведению государственных дел».

Захлопнув книгу, сер Редерик вернул ее на место.

- Друг детства? Прошло столько лет, может они больше никогда не общались? Почему вы считаете, что король Петр выслушает своего давнего товарища? Может отцу все-же удалось разрушить их дружбу?

- А как на общем языке звучит полное название столицы Ивделя?

Разомкнув губы, капитан задержал дыхание.

- Иргемрат дурум. Дорогой друг Иргем.

- Вы хорошо учились у своей матери, капитан.

- Булевары были именитыми охотниками. Об этом знает каждый мальчишка Омуˈта. Ладно, но там не сказано, где этот Иргем сейчас? Корткерос уже давно не деревня, король Бастиан построил замечательную столицу. Род лесных добытчиков, насколько мне известно, давно прервался.

Выдержав паузу, командор повернулся лицом к картине Орзимского сражения.

- В молодости король Георг был вспыльчив. Об этом знал каждый придворный слуга и охранник дворца. Бастиан всегда был любимчиком, поскольку беззаветно слушался отца, Петр же проявлял вольный характер, сломить который было невозможно. Они подружились с Иргемом, когда родитель последнего приезжал на ярмарку в Арзгидор, привозя с собой лучшую пушнину. Он был таким-же вольнодумцем, как и молодой королевич. Молодые люди спелись с первого мгновения своего знакомства и уже не расставались никогда. Кроме того, Петр потом утверждал, что Иргем спас ему жизнь, подстрелив в лесу рысь. Это была прекрасная чистая дружба, не обремененная множеством правил и условностей, характерных для круга общения королевской семьи.

Командор вел рассказ неторопливо, периодически останавливая повествование и задумываясь над чем-то. Капитан слушал терпеливо, не перебивая.

- Все прекратилось, когда трон Тавдора перешел королю Георгу. Он приказал сыну разорвать все связи с безродным охотником, и, как не трудно догадаться, получил отказ смелого Петра. Такого удара по самолюбию новый король вынести не смог. Был издан приказ, обвиняющий именитый охотничий дом в измене и сотрудничеству с набежчиками, наказанием такому преступлению служила смерть. Солдаты схватили родителей Иргема, а юному Петру рассказали, что на деревню семьи Булеваров напали кочевники с Безмолвных холмов. Она вся сгорела…

Внезапно оборвав историю, генерал вскочил на ноги.

- Насколько мне известно, Иргему удалось спастись, он ушел в леса где-то на границе Омуˈта и Ивделя. Капитан, я прошу вас вернуться в Корткерос, собрать лучших следопытов и отыскать последнего охотника из рода Булеваров. Расскажите ему о произошедшем, и будем уповать на Мориан, он передаст нашу просьбу правителю Иргемрата.

- Команду я соберу. Но откуда мне следует начать поиски? В бытность своей юности я изучил каждый метр всех лесов в округе Корткероса, на службе не раз патрулировал границы с Ивделем, но никогда не натыкался на следы неизвестного мне охотника.

Командор подошел ближе и взглянул прямо в глаза молодому капитану. Его серое лицо серьезно, скорее даже тревожно, но при этом взор его мягок, без тени надменности и повеления.

- Мой юный друг, вы смогли пробраться сквозь дебри Раменье и обнаружить, что скрывает лесистый холм. Ищите же места, куда пока густая чаща вас не пускала. В любом случае, нам нужно действовать. Жизнь короля Бастиана в опасности. Я готов оказать вам необходимую поддержку, однако знайте, правитель Тавдора не отдавал такого приказа.

- Я повелеваюсь приказам правителя Омуˈта, генерал. Война еще не окончена, вместо себя я оставлю лейтенанта Гимро. Это надежный разведчик и не менее опытный следопыт, полагайтесь на него, как на меня. Я выступаю сегодня с наступлением темноты.

- Пусть Мориан укажет вам верный путь.

Капитан покинул покои генерала Редерика так-же тихо, как и прибыл сюда.

Глава II

Широкие мощеные дороги соединяют столицы соседних королевств. В недолгие годы благоденствия по ним нескончаемым потоком курсировали караваны купцов, доставляющие к прилавкам по всей долине, да и за ее пределы, всевозможные товары, описать которые не хватит фантазии и сотни сказителей. Богатый минералами восток отправлял руды металлов, горючие жидкости, драгоценные камни, а также тысячи химических порошков, особым образом влияющих на щедрые урожаи в равнинной части долины. Оттуда, в свою очередь, во все концы растекались вкуснейшие плоды фруктовых деревьев, овощи, свежее мясо, хлеб и крупы, сыры, вино и прочие яства, которые можно только вообразить. Ближе к Тиракской равнине мелкие поселения славились фамилиями потомственных мастеров, превращающих дерево, камни, руду в замысловатые изобретения, облегчающие труд каждого, кто сумел его приобрести. Кроме того, особая статья торговли отводилась предметам роскоши: изящные ткани, уникальные безделушки, украшенные россыпями драгоценных камней, элегантные украшения, редчайшие специи и многое-многое другое. Такие караваны непременно сопровождались надежной охраной, ибо налетчики с холмов вели свою деятельность и в мирное время.

Жизнь кипела, однако сейчас торговля в этом регионе замерла в ожидании лучших времен. Широкие дороги стали артериями для военных нужд. Капитан Гарон, прекрасно осведомленный обо всех перемещениях по главным магистралям, повел свой отряд невидимыми тропами по пересеченной местности, прокладывая путь в тени Безмолвных холмов, держась на приличном, но легко сокращаемом расстоянии от пологого берега Рун. Трудность ландшафта в узкой полоске земли вдоль покатых склонов несколько защищает троих следопытов от дозорных отрядов, рассредоточенными по округе по собственному приказу командира разведчиков.

- Капитан, мы сможем задержаться дома? Я не видел семью уже два года. Вот бы устроить сюрприз Мередит и дочерям.

Мужчина средних лет с длинными светлыми волосами и темной, как шкура толая в летний сезон, щетиной на лице мечтательно откинулся на аккуратно смотанное шерстяное одеяло и придвинул ноги в изящных кожаных сапогах к задорно играющему пламени маленького костерка. Его напарник – приземистый, крепкого телосложения юноша, коего метров с двадцати в сумерках непросто было отличить от ствола срубленного дерева, достает из походного мешка провиант, заботливо раскладывая содержимое на заранее приготовленные дощечки.

- Мы вообще-то не в отпуске, если ты не заметил.

Не прекращая накрывать стол для трапезы, невысокий скаут недовольно буркнул в ответ блондину.

- Да, но я предлагаю использовать сложившуюся ситуацию нам во благо. Уверен, что и вы были бы не против провести денек другой в стенах родного дома.

- Это было бы слишком безрассудно. Попадись мы на глаза дозорного или стражника, мне придется выдумывать причину нашего присутствия в землях Омуˈта. И да, сначала никаких подозрений не будет, все-же я командир разведки. Но ложь порождает ложь, и в конце концов либо я, либо кто-то из вас проколется, и вовсе не потому, что мы не умеем лгать. Просто так всегда бывает. Поэтому Тиль прав, мы не будем заходить в деревни или города. Наша цель далеко на востоке, и мы должны добраться туда, как можно быстрее.

Сложив охапку нарубленных на равные части веток, капитан присоединился к своим спутникам.

- Я понимаю тебя, Виг. Война изматывает, и никогда нет уверенности, сможем ли мы вернуться живыми. Но я прошу тебя сосредоточиться на задании, выполним его, и кто знает, может нас отпустят домой… до нового военного похода, конечно.

- Вы правы, капитан. Что-то я раскис. Просто зима закончилась, лес пробуждается от спячки. Этот аромат сырости навеял столько воспоминаний.

За долгие годы конфликтов армии людских государств заметно помолодели. Все реже и реже встречаются солдаты, успевшие обзавестись семьей и хозяйством, прежде чем их призвали на службу. Вигвар – один из тех немногих представителей, у кого остались жена, дети и небольшой магазин, где опытный охотник продает дичь, пушнину, чучела и различное оружие да приспособления для своего промысла. Каждую весну со своими братьями Вигвар отправлялся бить гусей, в это время огромный спрос на мясо диких птиц. Традиционно в каждой деревне, городе и городишке, в каждом постоялом дворе Омуˈта жители страны прощались с зимой и встречали новый пахотный сезон. Центром любого праздничного стола обязательно служила водоплавающая дичь. Жители региона верят, что птицы, возвращающиеся после зимовки за морем, приносят с собой секреты богатого урожая, и съев мясо гуся или утки, земледельцу обязательно откроются тайны предстоящего посева.

Второй скаут, сопровождающий капитана Гарона, Тиль – всю свою недолгую жизнь (на вид разведчику лет восемнадцать – девятнадцать) проработал лесорубом. Как и у многих детей из его деревни, отец Тиля был призван в армию, когда мальчику было восемь лет. С тех пор он больше его не видел. Тяжелый физический труд выковал несгибаемый твердый характер солдата. Он никогда не жаловался на свою судьбу, на трудности и лишения. Вы не услышите от него про усталость, слабость, недомогания, про невыносимый холод или испепеляющий зной. Он никогда не сетовал на тяготы и невзгоды как непростой мирной, так и солдатской жизни. Со стороны Тиль казался черствым, но была у него одна страсть, являющая обратную грань его души. Это был очень хлебосольный молодой человек, умевший из скудного запаса провианта приготовить изысканный обед как минимум на пару блюд. Этому его умению поражались все сослуживцы, не скупясь на благодарности, он же скромно отвечал, что готовить его научила мать, мол в жизни всегда пригодится. Так оно и оказалось.

- Давайте поедим, а то стынет!

В привычной немногословной манере Тиль пригласил товарищей ближе к огню, где на аккуратно отесанных дощечках был сервирован потрясающий походный ужин из ароматных вареных бобов, мяса забитого зайца, приправленного густым пряным ягодным соусом, да тонкого ломтика Омуˈтского хлеба, впрочем, очень сытного.

- Ох, сейчас бы еще кусочек тыквенного пирога, что готовит моя Мередит. Ты только не подумай, Тиль, ужин великолепен. Но пирог моей жены, наверное, самое вкусное, что я ел в своей жизни.

Блондин мечтательно закатил глаза и снова отпрянул на мягкое одеяло. Его слова ничуть не задели товарища. Словно не замечая комментария, он обратился к командиру.

- Капитан, вы уже определились, где конкретно мы будем искать охотника? Леса на границе с Ивделем мной изучены вдоль и поперек, как и вами, и даже им. – Тиль указал на Вигвара, обсасывающего тонкие кости, оставшиеся после ужина. – Если бы в них жили люди, мы бы точно знали где.

- У меня есть несколько вариантов, и нам предстоит выбрать, куда конкретно отправиться, поскольку на проверку каждого уйдет слишком много времени. У короля Бастиана его может не быть.

Использовав пень срубленного дерева, Гарон аккуратно развернул изрядно потрепанную карту – личный артефакт капитана. Умелой рукой здесь набросаны различные тропы, удобные дневные и ночные стоянки, излюбленные места обитания и пути миграции практически каждого представителя местной фауны, водоемы, труднопроходимые участки, и прочее, чего не встретишь на обычных солдатских картах. Даже прибрежная карта главной реки региона отображала все заводи, глубоководные места для пристани и мели, которых так боялись крупные суда. Шероховатая поверхность вся испещрена пометками красного и черного цвета, однако в ярком свете пылающего огарка опытный глаз скаутов легко различает три области, коих заметки умелого охотника коснулись совсем немного.

- Осторожнее, Виг. Эта карта всю жизнь со мной, не хотелось бы ее сжечь.

- Да как можно, капитан. Я отсеку себе руку, если хоть одна искра дотронется до этого невероятного произведения искусства. Я и не знал, что в долине водятся бородатые кабаны. Эта пометка точна?

- С одной рукой ты вряд ли сможешь так метко стрелять. – Гарон по-доброму улыбнулся. - Они заходят сквозь узкий проход в горах прямо здесь, видимо за клубнями алых чатрий в период размножения. Я наблюдал их миграцию дважды – страшное зрелище, честно признаться.

- Хах, представляю. Я как-то подстрелил одного у подножия серебряных скал, пришлось тушу разделывать прямо там, ибо до дома доставить целиком – задача невыполнимая. А уж когда они идут стадом… Кстати, вот участок, – Вигвар ткнул пальцем в самую отдаленную от столицы область с минимальным количеством отметок – у Турмуранского ущелья, здесь труднопроходимая чаща, по большей части колючие кусты да бурелом от сходящих лавин, там точно никого нет. По этому краю отличный обзор с порядочной высоты, если бы я хотел скрыться, то определенно не стал бы здесь разбивать лагерь. Ивдель давно разрабатывает местные шахты, там всегда полно рабочих. По противоположному краю за столько лет проходили и солдаты, и охотники, и случайные лесники. С гор регион просматривают разведчики гигантов, там обширная сеть сложных троп.

Немного подумав, блондин добавил.

- Всегда удивлялся, почему они не придумают спуск с отвесных скал. Нам, в каком-то смысле, определенно повезло с противником.

- А ты бы этого хотел? Не надо недооценивать своих врагов. – К диалогу присоединился Тиль, закончивший складывать несъеденные припасы. – Я думаю, здесь его тоже нет.

Толстый палец скаута уперся в крошечную область, помеченную словом «Яма».

- Я слышал легенды об этом месте, мол сотню лет назад здесь пытались выкопать тоннель, проходящий под холмами и Шипящим морем, еще до изобретения летающих кораблей. Проект был грандиозным, привлекли сотни мастеров со всей долины. В годы работы раскряжевщиком в приграничных лесах я познакомился с обрубщиком Сеппом, старику было лет восемьдесят, не меньше. Но дело свое он знал, это точно. – На лице Тиля проскользнуло едва заметное подобие улыбки. – Дак вот, отец Сеппа, с его слов, конечно, участвовал в рытье этой самой ямы.

Разведчик уселся обратно на свое место возле огня и замолчал. Его товарищи удивленно переглянулись.

- Ты – мастер рассказывать истории, Тиль! Чем же все закончилось, почему они не вырыли тоннель?

Низкорослый юноша пожал плечами.

- Не знаю, может плохо подготовились, или недостаточно укрепили стены, и все обвалилось. Кто знает?

Взволнованный блондин схватился за голову.

- То есть ты не поинтересовался у Сеппа? Как такое может быть?

Его слова практически перешли на крик, внимательно слушавший капитан одернул вспылившего товарища, напомнив, что они на задании, и их обнаружение совсем не желательно. Тиль же отреагировал в свойственной ему манере.

- Сепп сказал, что копатели набрели на логово подземных тварей, которые и сожрали всех, в том числе и его отца. Однако, я не склонен этому верить. Старик любил выпить. – Вставив в рот тростинку пожухлой травы, разведчик откинулся головой на походный мешок и мечтательно взглянул на высокое звездное небо. – Одно могу сказать, эта яма действительно слишком глубока, да и не особо она спрятана от глаз людских. Не думаю, что искать охотника нужно там.

- Выходит, у нас остается только один вариант.

- Ведь это хорошо, не так ли?

- Ну, идти неблизко, но да, ты прав Виг.

- Но вы почему-то не рады, капитан. Вас пугают сложности пути?

- Какой же ты болван, Вигвард. – Недовольный голос Тиля разрезал темноту. – Последний участок, отмеченный на карте, - территория больших кошек. Я удивлен, что опытный охотник про нее ничего не слышал. Хотя, о чем я, охотники оттуда не возвращаются живыми.

- Я слышал про это место. – Обиженно ответил блондин. – Мои братья рассказывали, что там обитают особые хищники – прирожденные убийцы. И самое главное, что в отличии от других диких зверей, они не боятся человека.

- На территории больших кошек охотник становится добычей. Вы правы. Но мы все-же иногда возвращаемся оттуда живыми, Тиль. – Самый молодой член отряда безразлично продолжил жевать тростинку травы и смотреть в небо. – Пора отдыхать, завтра утром рано выступаем.

***

«Территория больших кошек» - таким названием жители Омуˈта и Ивделя одарили неширокую полоску мрачного леса на севере от Корткероса, разделяющую равнинную часть долины с рекой Рун. Его кровавая репутация окутана плотной завесой тайн. Местные жители побаивались туда ходить, все смельчаки, что решились изведать этот лес, обратно не возвращались. А ночами, по рассказам деревенских, из глубины чащи раздавались жуткие крики, словно кого-то заживо сжигали на костре. Подобные истории привлекали авантюристов со всей страны и даже дальше, многие также сгинули в беспросветном мраке, другие, вернувшиеся спустя недели блужданий, потеряли дар речи и разум, унеся тайну с собой в безвестность. Много лет тому назад, король людей Бульвин отправил в лес целую армию вооруженных солдат, дабы взять под полный контроль эту часть владений, однако природа дала твердый отпор. Люди Бульвина столкнулись с целым полчищем огромных кошек, яростно охранявших свою территорию от вторжения. Этот поход подробно задокументирован кастеляном короля, по воле случая вернувшимся среди счастливчиков и прожившим долгую и интересную жизнь. Ученый описал зверей, как «крупные хищники из рода кошачьих, мускулистые вытянутые гибкие тела, шкура разных оттенков: от черного, до пепельно-пятнистого; короткие, но массивные лапы с убедительными когтями, разрывающими сталь доспехов, широкие пасти снабжены хорошим набором острых зубов, укус такой силы, что способен отделять члена от тела… Организованы, безжалостны, не имеют страха пред человеком и огнем оружия. Кажется, что это само отродье царства теней». Рассерженный владыка отдал приказ испепелить этот лесистый клочок земли, однако генерал, командующий провальным походом, убедил короля оставить все как есть, поскольку столь непреодолимый барьер выгодно ограждал долину от кочевников с холмов. Идея понравилась Бульвину отсутствием необходимости хоть сколько-то защищать данную границу государства. С тех пор посещение таинственного леса стало запрещено под страхом смерти, если не от когтей и зубов хищников, то от топора палача. Со временем интерес к территории больших кошек угас, люди знали, что там небезопасно, но по-прежнему из года в год один – два искателя острых ощущений пропадают в мрачной чаще, подтверждая смертоносную репутацию этого места.

Путь отряда пролегал по каменистым тропам через земли всех семи лордов – наместников короля. Весть о пленении повелителя быстро донеслась до ушей глав именитых домов, как и новости о том, что король Георг готовит силы для ответного удара. Без личного приказа Бастиана никто не имел права начать новый созыв в армию. Эщеваны крупных городов Омуˈта пребывают в смятении, все гарнизоны приведены в боеготовность, все замерли в ожидании сведений о судьбе короля, каждый из семи лордов знает, к чему может привести гибель властителя их страны без назначенного правопреемника. И дело не только в распрях и междоусобицах, каковы повсеместно встречаются: как в царстве людей, так и среди других народностей Верхних земель. В памяти каждого жителя Омуˈта старше сорока лет еще теплятся воспоминания о жестокости и безжалостности соседей и о том, на каких условиях в долине воцарился мир. Как бы сильно король Георг ни любил сына, он непременно воспользуется случаем, если сосед останется без покровителя, способного дать отпор его тщеславию и властным намерениям.

Все дороги кишат солдатами, любые изменения на границах моментально докладываются в высший военный совет, собранный из старших офицеров, оставшихся на службе внутри страны. Большая часть армии, уцелевшей в битве, еще плетется по пути из Тавдора, лорды дожидаются возвращения своих генералов, надеясь на их мудрость и привнесение ясности в текущее положение дел. Обстановка весьма напряженная.

Тщательно выбирая маршрут, группа скаутов добралась до предполагаемого места обитания Иргема ровно за пять ночей, последний привал было решено разбить на небольшой возвышенности, склон которой плавно порос деревьями, незаметно превращаясь в хорошо различаемую с ровными границами полоску урмана, уходящую далеко на восток к самому истоку Рун.

- Небо ясное, погода благоволит нам. – Глубоко вдохнув, капитан умудренно взглянул вдаль: над темной линией горизонта занялась рдеющая заря. – Нужно подготовить ножи и ружья. Тиль, собери побольше коры вильчатого дерева. Если точнее, пару сотен хлыстов. Тут на склоне смешанный лес, со стороны реки их предостаточно. Вигвар, с тебя семена дикого мака. Будь крайне осторожным, потроши бутон только после того, как срежешь. И да, поспеши до первых лучей.

Внемлив безотлагательному тону командира, скауты без лишних расспросов приступили к выполнению задания, Гарон тем временем разложил на ковре из первоклассной бычьей шкуры дальнобойный арсенал отряда – ружья нуждаются в чистке и подготовке к охоте.

***

Мягкое весеннее солнце яркими бликами едва прорывается сквозь сплошной навес черных крон могучих смолистых вечнозеленых бурых деревьев. Стараясь обуздать сбитое дыхание, Вигвар устремил напряженный взгляд куда-то в глубину темного густого леса. Впервые за все время в пути его ружье, длинный ствол которого обмотан серо-зеленой тканью, приготовлено к стрельбе. Все тело разведчика покрыто слоем вязкой липкой грязи, сырые прошлогодние листья спрятали каждый неприкрытый одеждой участок кожи. Биение сердца стуком отдается в висках, назойливое насекомое перебирает своими лапками прямо на лбу, однако скаут остается неподвижным. Во время охоты ему порой приходилось сидеть вот так в засаде часами, чтобы не спугнуть добычу. Этот навык сделал знатока леса незаменимым во время вылазок в тыл врага. Но сейчас стрелок особенно сосредоточен, возможно, как никогда ранее. Слабый ветерок играет ветвями в вышине, внизу же, возле толстых стволов крепких исполинов – абсолютный штиль, отряд выжидал наступления идеальной погоды много часов. Преодолев огромное расстояние, разведчики углубились в полосу урмана, граничащего с берегом буйной Рун. Шум ее яростных вод, разбивающихся о скалистые пороги, разносится на многие километры вокруг, едва различимый он достигает и ушей Вигвара.

С каждой минутой напряжение нарастает, в глубине леса, куда устремлен взгляд стрелка, раздается звук ломающихся веток. В мгновение блондин вскидывает ружье, его палец на спусковом крючке. Сухой треск приближается с большой скоростью, уже виднеются вздрагивающие кусты и нижние ветки деревьев. Наконец, из-за растительной преграды появляется лицо капитана Гарона искаженное если не ужасом, то испугом. На секунду кажется, все замедлилось, словно под воздействием заклинания, что читают волшебники из Заболоченных земель. Напрягая все тело, капитан стремительно сближается с засевшим в засаде охотником, подбежав к краю песчаного обвала, нога скаута находит оголенный корень. Оттолкнувшись, он с силой выпрыгнул вперед, в этот миг за спиной командира разведчиков загорелись два желтых угля, молниеносно приняв форму огромного черного зверя. Раскинув массивные лапы с торчащими когтями, дикая хищная кошка одним грациозным скачком практически достала спину Гарона. Оскал обнажил изогнутые клыки, бешеный рык привел в оцепенение.

- Тиииииииииль!

Подняв столб пыли, из песчаного укрытия внизу обвала внезапно вскочил во весь рост третий член разведгруппы. Отклонившись, резким рывком он натянул канат, толстая витая сеть с визгом взмыла ввысь. Хищная кошка не успела ничего осознать, как гибкие путы обмотали мощное тело и лапы. Обездвиженное животное пролетело прямо над упавшим на грудь капитаном и с шумом грохнулось в нескольких метрах. Обезумевший зверь яростно пытается освободиться, часть сети вмиг рвется на лоскуты. Застывший Вигвар вернул самообладание, отбросив ружье в сторону, скаут ловко выскочил из засады и резким движением вытряхнул содержимое срезанного с пояса мешочка.

- Задержите дыхание!

Густое облако синеватого дыма, смешавшись с пылью, медленно расползлось рядом с невероятным телом хищного зверя, все еще рьяно вырывающегося из тесной тюрьмы. Выносливое животное не сдается без боя. Вторая лапа обретает свободу, острые, словно бритва тавдорского брадобрея, когти молниеносно устремляются к ноге зазевавшегося блондина. Пронзительная боль поражает Вигвара, от неожиданности он вскрикивает, вдыхая волшебный порошок. Сохранивший абсолютное хладнокровие Тиль вовремя поспевает и подхватывает товарища в опасной близости от смертельных орудий неистовой кошки. Сильным толчком обмякшее тело удаляется на несколько шагов, перевернувшись, Тиль отскакивает в сторону от усыпляющего облака и упирается руками в землю. Широко раскрывая ноздри, солдат делает несколько жадных вдохов, после чего возвращается к товарищу и оттаскивает заснувшего Вига подальше в сторону. Спустя минуту бешеное сопротивление пойманного зверя понемногу угасает. Словно в конвульсиях, оставляя глубокие борозды на песке, животное издает глубинный печальный рев, сменяющийся жалобным стоном, и затихает. Прикрывая рот и нос согнутой в локте рукой, капитан, отпрянувший к обвалу, встает на ноги и неуверенно приближается к замершей кошке. Зверь еще не уснул, вперив твердый озлобившийся взгляд страшных желтых глаз в ускользнувшую жертву, хищник, тяжело вдыхая, сдается. Медленно веки опускаются, ознаменовав торжество победителей над побежденным.

- Вот это зверина. – Махая перчаткой перед лицом, Тиль встал рядом с капитаном и уставился на мирно спящее животное. – Не могу поверить, что все получилось. Долго он так пролежит?

Вытерев лицо рукавом, Гарон осторожно подошел к огромному коту ильберсу и, присев возле широкой головы, серьезно осмотрел морду хищника. Из приоткрытой пасти виднеются клыки, одним укусом способные оторвать значительный кусок человеческого тела.

- Крупный самец. Я таких еще не встречал. – Мысленно измерив длину тела кошки, Гарон ответил на вопрос. – Килограмм четыреста, не меньше. Думаю, часа три плюс полчаса, чтобы пришел в себя.

Не меняя выражения лица, Тиль передал удивление интонацией.

- Вы уже охотились на этих зверей раньше, капитан?

Гарон усмехнулся и скромно отвел взгляд.

- Скорее они охотились на меня, а я лишь спасал жизнь одного глупца, всерьез решившего пробраться с холмов в долину этим маршрутом.

В почтительном молчании Тиль выразил глубокое уважение старшему товарищу.

- А с этим что будем делать? – кивком головы он указал на похрапывающего блондина.

- Перевяжи ему ногу, я пока тут разберусь. Надо поторапливаться, ильберс обязательно будет мстить, и второй раз нам может не повезти. Надеюсь, Вигвар вдохнул не слишком много сонной пыльцы, иначе он нас очень сильно задержит.

- Тогда предлагаю его оставить на откуп коту, может мы ему тогда и не понадобимся.

Неумелая шутка все-же вызвала улыбку на лице командира разведчиков. Пошарив в кустах поблизости, капитан достал походные сумки. Тиль взял все необходимое для оказания помощи и удалился к раненому. Оставшись наедине с мирно сопящим хищником, Гарон вытащил со дна своего мешка небольшой металлический футляр. Осторожно он достал содержимое – небольших размеров листок, убедившись, что бумага не имеет никаких повреждений, запечатывает обратно. Тонкий, но прочный кожаный жгут обвивает тусклую холодную трубку несколько раз, каждый моток перевязывается особым двойным узлом, образуя некое подобие сетчатого чехла. Проверив крепление, опытный охотник оставляет длинные сдвоенные концы жгута по несколько метров. Вылив из крошечной стеклянной бутылочки себе на ладони несколько капель густой ароматной мутной жидкости, капитан усердно смазал изготовленную привязку, уделив особое внимание хвостам. Следующим действием Гарон снял с пояса широкую повязку, ее мягкие пласти были также обработаны ароматным маслом, после чего, разрезав искусно выдубленные лоскуты, он проделал аккуратные прорези по краям обеих половинок и вдел в них хвосты шнуров. Тем временем Тиль закончил свою работу.

- Я дал ему понюхать растертый корень волчеягодника, это должно помочь. Мы часто использовали его на работах в лесу. Рубка дерева – дело травмоопасное.

Одобрительно кивнув, капитан отодвинул вещи от туловища кошки.

- Есть проблема. Я не предусмотрел, что зверь будет таким тяжелым. Нужно поддеть привязку и зафиксировать футляр между лопатками. Это одно из немногих мест, куда кошка не сможет дотянуться, чтобы сорвать с себя посторонний предмет.

- Все эти рассказы про воду, которая не идет под лежачий камень, - полная ерунда. Встретившись с препятствием, которое нельзя обойти или перепрыгнуть, вода уходит вниз. Предлагаю сделать подкоп. Тут песок. – Тиль пошарил ногой по земле. - Должно получиться.

Достав короткие лопатки, разведчики принялись делать подкоп с разных сторон спящего зверя.

- Капитан, приказы не обсуждаются, конечно. Но все же, для чего мы так рисковали? И что мы сейчас пытаемся закрепить?

Раскрасневшееся от активной работы руками лицо капитана не передает бурлящих внутри эмоций. Охота на столь опасного хищника – действительно запредельно опасное занятие, в успехе которого нельзя было быть уверенным до конца. Приняв такое решение, глава разведки рисковал как собственной жизнью, так и жизнями своих подчиненных, проявляющих безграничное доверие командиру. Понемногу раж погони покинул молодого солдата, сознание вернуло контроль над телом и мыслями. Понимая возможные последствия, Гарона запаниковал. Несмотря на свой возраст, мужчине не раз приходилось совершать поступки и отдавать приказы, ставящие на кон судьбы десятков и даже сотен человек. Но почему-то именно здесь, в мрачном лесу в глубине своей родины капитан впервые усомнился в правильности своего выбора. Однако, спокойное лицо Тиля, не подозревающего о внутренних переживаниях командира, охлаждает пыл внезапного самоанализа.

- Не уверен, что мы сможем отыскать охотника. Я бродил много лет по окрестностям, мой отец познакомил меня с урманом, правда кошек мы с ним никогда не встречали, но все-же, я хорошо знаю прибрежную полосу. Король Бастиан не стал полагаться на репутацию этой местности, два раза в неделю дозорные проверяли следы возможного вторжения с холмов.

- Но территория кошек уходит далеко на северо-восток. На сколько я знаю, там сплошь один калтус, его даже звери преодолеть не могут.

- Ты прав, именно туда мы и направимся. Северные калтусы, пожалуй, - одно из немногих мест, где не ступала нога человека. – На секунду лицо Тиля исказилось изумлением, но быстро вернуло невозмутимый вид. – Если Иргем жив и скрывается где-то там, то у нас практически нулевые шансы его отыскать. Единственное, что мне пришло в голову, это постараться сделать так, чтобы он сам нас нашел. А что может заставить охотника явить себя?

Остановившись, Тиль на секунду задумался. Осознание правильного ответа уже второй раз явило миру эмоцию удивления.

- Охотнику нужна хорошая добыча. Выходит, этот зверь?

- Да.

- И, чтобы привести добычу охотнику, мы станем приманкой для хищной твари?

Раздался металлический скрежет, лопатки соприкоснулись где-то посередине, прямо под грудью черного ильберса. Отпрянув назад, скаут уселся на песок и воткнул рядом инструмент. Кажется, замысел командира нисколько не пугает крепкого юношу. Надув губы, он поднял брови вверх.

- Хорошо, что Вигвар этого не слышал.

- Не слышал что?

В стороне раздался слабый голос третьего разведчика.

- С возвращением. Как ты себя чувствуешь, Виг?

Отряхнув с одежды песок, Гарон подошел к раненому и подал руку, приглашая его сесть.

- Чувствую, словно надышался сонной пыли… а потом еще чего-то. Голова раскалывается.

Скаут потряс копной спутавшихся грязных волос, сразу не заметив раненую ногу.

- Все получилось, капитан? Ауу.

Резкая боль сковала тело.

- Она все-же зацепила меня!

- Ты встал слишком близко и был нерасторопен. – За спиной капитана показалось безразличное лицо Тиля. – Еще чуть-чуть, и она дотянулась бы не только до твоей ноги.

Хмуро оглядев светлую повязку, контрастом сияющую на фоне серо-зеленой облепленной грязью одежды, блондин встал, опираясь на протянутые руки товарищей. Вид грозной кошки и следы борьбы вокруг вызывают внутри раненого скаута восторг, трепет и уважение. Ему, как охотнику, победа в подобной схватке видится вдвойне ценной.

- Значит, у нас все получилось? Невероятно, эти истории про гигантских кошек – чистая правда!

- Тебе все равно никто не поверит. Мы еще не закончили, капитан, перекиньте мне один конец привязки.

- Для чего это?

Вигвар подошел ближе. Таинственно улыбаясь, Гарон предоставил возможность Тилю ввести напарника в курс дела.

- Долгая история, расскажу по пути. У нас мало времени, нужно собрать вещи и убираться отсюда поскорее, пока эта громадина не пришла в себя.

- Ты сможешь идти, Виг? Нам предстоит поход дальше на север.

- На север? Но туда же нет пути?

Строгий взгляд командира оставляет вопрос без ответа.

- Вам ли не знать, капитан. На охоте всякое бывает. Но я всегда возвращался на своих двоих. Ладно, я пока отыщу ружье и соберу вещи.

Прихрамывая, Вигвар вернулся к своему недавнему ложу. Походная сумка обнаружилась в месте прежней засады, дуло ружья показалось из колючего куста в стороне, куда оно было отброшено. Аккуратно отогнув ветки, скаут бережно освободил карабин из тернового плена. Оглядев нежным взглядом рукоять, он плавно открыл затвор и ловко поймал выскочивший патрон. Надежный инструмент, прошедший с разведчиком через все сражения. Каждый солдат с большим уважением относился к своему оружию, однако для Вигвара – лучшего стрелка в армии Омуˈта, а возможно и всей долины, оно было чем-то действительно сакральным и сейчас, словно испытывая некоторый стыд за столь небрежное обращение, он с особой осторожностью и любовью проверил работоспособность каждого механизма, достал и повертел в руках каждый патрон из обоймы, после чего зарядил карабин и, расправив ремешок, закинул его за спину.

Проверив крепление футляра, Гарон неторопливо осмотрел текущую позицию. Ни одна травинка вокруг не должна выдать произошедшего – важный принцип всех подразделений под командованием молодого капитана. Прочная сеть, обвившая тело спящего хищника, надрезается в четырех местах. После пробуждения зверь легко скинет сковавшие путы. Присыпав лесным ковром последние следы, отряд выдвинулся сквозь труднопроходимые заросли, ориентируясь по шуму реки в стороне. Передвижение вдоль русла издревле является лучшим способом сохранять верное направление, а в случае с урманом, незаметно переходящим в зыбучие калтусы, чуть ли не единственным способом сохранить ориентацию и не заплутать в непроглядной темноте. Несмотря на бурелом и плотный частокол из массивных стволов, командир задал интенсивный темп. Человек – самое выносливое животное. Он дольше всех может преследовать свою жертву, доведя тем самым ее до изнеможения и поймать, не сделав ни единого выстрела. С раннего детства Гарон тренировался вместе с отцом: нагруженный силками, хитроумными ловушками, провиантом и прочей охотничьей утварью он сопровождал своего родителя в дальних пеших походах. Отец будущего командира разведки не давал сыну поблажек; его забота в стремлении вырастить из ребенка умелого охотника граничила с жестокостью. Мальчик нередко возвращался домой один; отставший, он блуждал по лесам, пока не находил дорогу обратно. Такие уроки могли стоить Гарону жизни, но, несмотря на протесты матери, отец из раза в раз брал мальчика с собой. Однако, суровое воспитание принесло должные плоды. Юноша вырос невероятно крепким физически и морально. Ночи, проведенные наедине в лесной глуши, взрастили в характере будущего командира безграничную стойкость, упорство, никогда не переходящее черту с упрямством, веру в свои силы. Помимо утомительных походов, отец Гарона постарался привить сыну любовь ко всему живому, он обучал мальчика философии охоты – не ради развлечения, а только для практических целей, прямым образом или косвенно связанных с выживанием. И в этих уроках красной нитью вьется знание о натуре диких кошек. «Прирожденные убийцы, первоклассные звероловы; каждый миллиметр их грациозного тела служит одной единственной цели – поймать и съесть». Вероятно, такое описание этих красивых и смертоносных существ оставил в энциклопедии хищных животных долины Харом любитель-натуралист, ни разу не встречавший кошек, крупнее алюйских мышеловов. Да и этих вполне милых пушистых зверей если он и видел, то издалека. Среди всех представителей фауны кошки стоят обособленно: в их природе инстинкт убивать связан не только с жаждой утолить голод или защитить территорию. Кошки – огромные ценители игр. Пойманный ушкан вряд ли накормит взрослого черного ильберса, но поохотиться на него дабы развлечься – такое предложение хищная особа просто не могла упустить. Выследить сытого зверя оказалось несложно, кровавые следы свежей трапезы привели разведчиков прямиком в логово крупного самца. Остальное – результат многолетнего взаимодействия с лесом каждого члена отряда. Первый акт сложной игры прошел практически идеально, не считая ранения Вигвара. Впрочем, он не обманул, за все несколько часов интенсивной ходьбы с затяжными перебежками, скаут ни разу не отстал от товарищей и даже больше, периодически он подгонял низкорослого Тиля, подтрунивая над его короткими ногами.

Бедный солнечный свет практически иссяк, едва заметная дымка ровной полоской поднялась над труднопроходимыми участками между редеющими стволами деревьев. Липкий воздух прохладой овеял уставшие лица, запахом сырости и гнили повис в гудящей тишине.

- Мы приближаемся к болотам. Нужно выйти вплотную к реке, тут мы не сможем сражаться, если я ошибся.

- Ошибся в чем, командир?

Остававшийся до последнего в безвестности Вигвар присел на торчащий из земли корень и осмотрел повязку. Работа выполнена на совесть, плотная ровная полоска медицинской ткани ни на миллиметр не изменила своего положения, надежно удерживая лечащую мазь на ране.

- Да, Виг. Зверь, что мы поймали сегодня днем, захочет отомстить.

Гарон еще раз поведал свой замысел напарникам. К удивлению Тиля, новость воспринята блондином без особых переживаний. Роль приманки для него не нова и даже наоборот, кажется вполне интересным способом продолжить охоту, пусть и повторно.

- У нас была фора часа три, но ильберс передвигается в разы быстрее. Нужно выйти на открытую местность, здесь намного сложнее отследить возможную атаку. И, кроме того, мы попросту можем утонуть, попав в заросшую трясину.

Короткое совещание определяет направление выхода к реке. Вооружившись шестом, высеченным из надломленной ветви бурого дерева, Тиль приступил к прокладыванию пути, усердно прощупывая каждый метр впереди. Калтус – наиболее коварная часть лесного массива; эти неприступные болотистые дебри обходят стороной даже дикие животные. Любой непроверенный шаг по покрову труднопроходимых падей таит в себе ужасную опасность; попав в трясину, выбраться шансов совсем мало. Поддавшись панике, жертва в считанные минуты опускается на дно и навсегда остается в смертельных объятиях лесного озера.

Осторожно, шаг в шаг, отряд углубился по просторной глади с редкими травяными холмиками – островками надежности. Временами шест идущего впереди полностью погружается в коричнево-зеленую жижу, при этом на поверхность всплывают упругие пузыри, раздуваясь до внушительных размеров, они лопаются; характерный булькающий звук эхом возвращается от стены леса, огибающего болото вытянутым полукругом. Достигнув дальнего края, Тиль остановился, сделав соответствующий жест напарникам.

- Ничего себе, вы это видите?

Следующие за низкорослым скаутом переглянулись. Они не верят своим ушам, в голосе шагающего впереди раздалось искреннее удивление и восторг. Когда на вопрос не последовало реакции, Тиль обернулся.

- И вы зовете себя охотниками? Вон, смотрите. Еще скажите, что встречаете подобное каждый день!

Метрах в трехстах от разведчиков на узкой полоске горизонта тусклое бледно-синее сияние призрачными вспышками озаряет темные свисающие ветви бурых деревьев. Приглядевшись, скауты рассмотрели редчайшее природное волшебство. Едва взлетая и переплетаясь друг с другом, сотни, а может тысячи электрических стрекоз мирно копошатся на самом краю широкой топи. Их крылья испускают ускользающие молнии, разряды которых прорезают пространство вокруг, создавая магическое напряжение в воздухе. Оно невидно, но ни одно живое существо не пройдет сквозь этот незримый барьер. Сила тока, выделяемая этими потрясающими насекомыми, способна в мгновение подарить или отобрать жизнь. Люди долины не раз пытались обуздать эту огромную энергию, но даже лучшим умам не удалось совладать с невидимой мощью. Десятки ученых слегли замертво в стремлении покорить непобедимую стихию. Однако и для природных носителей столь желаемой людьми силы эти эксперименты не прошли незаметно. Считается, что электрические стрекозы ныне живут только в Заболоченных землях, где таинственные маги сумели найти с грозной энергией баланс сосуществования. Вместо тщетных попыток забрать этот дар себе, колдуны из рода Даркура, корнями уходящего к началу летоисчисления Верхних Земель, научились у стрекоз создавать свои собственные молнии.

Завороженные, скауты вперили взгляды на волшебный электрический танец. Внезапный урчащий звук нарушил идиллию момента.

- Ты настолько голоден, Тиль? Потерпи, скоро будет привал.

Взглянув широко распахнутыми глазами на товарища, низкорослый скаут молвил едва слышно.

- Это не я.

Без лишних слов солдаты рассредоточили внимание, напряженные взгляды принялись внимательно ощупывать редкую лесную кромку, обрамляющую зеленую топь.

- Мы здесь, как на ладони, капитан.

Перейдя на шепот, Вигвар вскинул винтовку.

- В этом и смысл.

Движением головы Гарон указывает направление для выхода. Как только нога поднялась над заболоченной гладью, легкое покачивание тонких ветвей в густой кроне крепкого высокого дерева, уцепившегося корнями за край твердой земли, выдает присутствие кого-то еще.

- Бежим!

Каждый охотник хорошо знает: ничто не привлекает врага так, как быстрое передвижение. Громкий возглас провоцирует хищника раскрыть себя, длинным прыжком черная тень перемещается с дерева на дерево. Кажется, лапы зверя едва касаются веток, они легонько покачиваются, когда кошка оставляет их позади. Отбросив в сторону палку, Тиль с завидной прытью устремился к краю топи – к месту, где продолговатый участок болота отделяет берег с приближающейся зубастой смертью от ровного плацдарма; его Гарон присмотрел как удачную позицию для возможной обороны от внезапно нагнавшего ильберса. Командир был уверен, что кошка пустится догонять своих обидчиков, но никто из отряда не мог и предположить, что сильному и выносливому животному понадобится втрое меньше времени для выслеживания своих жертв. О попытке выстрелить и попасть нет и речи. Совершенно позабыв об опасности коварной трясины, все трое ринулись к твердой земле, пружинистыми шагами разбрызгивая зелено-коричневую жижу по сторонам. Не сводя с цели дьявольских желтых глаз, лесной охотник стремительно сближается с отрядом: все его четыре лапы вонзили мощные когти во влажную мягкую землю. Каждый рывок зверя оставляет глубокие следы, моментально наполняющиеся водой. Тиль первым выскочил на берег, нога Гарона уже нащупала прочную опору. Не преодолев последних двух метров, Вигвар покосился и завалился набок – раненая нога не выдержала чрезмерной нагрузки. Неосторожный шаг от проталенной напарниками узкой полоски, и конечность по колено моментально погрузилась в утягивающую трясину. Стараясь выправить ситуацию, разведчик опрометчиво поставил вторую ногу в опасной близости от засасываемой, мягкая подошва изящных сапог подвела ценителя удобной обуви в неподходящий момент. Проскользив, нога улетела вперед. Оставшись без опоры, тело Вигвара обрушилось в болото. Осознание случившегося быстро приходит к напарникам, но еще быстрее грозный ильберс приближается к своему краю трясины.

- Выкинь приклад ружья вперед!

Подавшись всем телом вперед, Гарон протянул руки к барахтающемуся напарнику. Тиль опустился на колено и приготовился стрелять, однако сосредоточиться трудно, его взгляд мечется от качающихся кустов на противоположном берегу к хрипящему тонущему товарищу. Кое-как сорвав с себя карабин, Вигвар что есть силы выкинул приклад винтовки вперед, предварительно обмотав свободную руку ремнем. Пальцы Гарона устремились к деревянной рукоятке, у него не получается дотянуться – расстояние слишком велико, капитану необходимо удерживаться на твердой земле.

- Тиль! Обхвати мои ноги!

- Но капитан, зверь совсем близко!

Стараясь не набрать болотной жидкости в рот, Вигвар отчаянно пытается высвободить крепко застрявшую ногу, тем самым погружая себя все глубже и глубже в трясину.

- Скорее, иначе он утонет!

Отведя растерянный взгляд в сторону, Тиль глубоко вдохнул. В ушах зашумело, гул реки слился с громким сердцебиением, отбивающим ритм в висках. Вокруг все замедлилось. Впереди, за неширокой зеленой болотной полоской из высокого кустарника, обильно покрывавшего противоположный берег, показалась огромная черная голова.

- Тиль!

Повторный призыв командира выводит скаута из транса, уверенно отбросив ружье в сторону он крепко обхватил вытянутые ноги. Подавшись сильнее вперед, Гарон ухватил погрузившийся в жижу приклад карабина. Мгновение, и вторая рука помогает сделать убедительный рывок. Вытянувшись, Вигвар смог приподнять голову. В его испуганных глазах появилось отражение черной тени: в безумном прыжке могучее тело озлобленного ильберса выросло над смертоносной преградой, отделяющей его от жертв. Гулкий выстрел пронзил мрачную пустоту; не позволив эху добраться до стены леса, звук второго выстрела догнал хищника в конце прыжка. С глубинным пронзительным ревом кошка, едва долетев до берега со скаутами, грохнулась на землю и кубарем покатилась вперед, распластавшись о ствол близстоящего дерева. Не оглядываясь на чудесным образом миновавшую опасность, Тиль нащупал ступнями опору и потянул командира за ноги. Широкий ружейный ремень натянулся, из-за чего рука Вигвара побелела, однако усилия напарников возымели успех – понемногу ему удается высвободить вторую руку. Перевернувшись на живот, блондин принялся подтягивать вперед плечи, словно огромная гусеница. Спасение товарища занимает несколько напряженных минут. Поддавшись слаженной работе, неохотно трясина возвращает на поверхность сначала здоровую, а затем и раненную ногу. Еще несколько последних рывков, и с пят до головы измазанный в болотной грязи Вигвар растянулся на берегу рядом с задыхающимися напарниками. Все трое молчат и жадно захватывают ртами смердящий воздух.

- Кто вы такие?

Позади солдат раздался низкий голос.

Капитан потянулся к ружью, в этот момент раздался лязг затвора, вынудивший разведчиков замереть. Потеряв бдительность, ни один член отряда не заметил приближения человека с оружием.

- Даже не думай, королевский солдат. Еще раз спрашиваю, кто вы такие!

Зычный голос неизвестного перешел на рык.

- Мое имя Гарон из рода Зорич. Я командир разведчиков королевства Омуˈт. Это мои солдаты: справа – Тиль из рода Багрум, а тот, что весь в болотной тине – Вигвар из рода Ост. Мы здесь по поручению…

- Солдаты Омуˈта. – Протянул задумчиво голос. – Дак значит, у Омуˈта теперь собственная армия?.. И что же разведчики ищут в дебрях калтусов?

- Тот зверь, что вы подстрелили, господин. Осмотрите его внимательнее, там послание.

На мгновение все вокруг погрузилось в абсолютную тишину, кажется, что даже рьяное течение Рун успокоилось, где-то в бледно-синей вышине над головами захваченных врасплох разведчиков кружит одинокая птица. Провожая глазами ее темный силуэт, командир скаутов усердно напрягает слух, пытается предсказать действия неизвестного человека.

- Оставайтесь неподвижны, господа солдаты Омуˈта. Мое ружье все еще смотрит в ваши затылки.

Бесшумными мягкими шагами вооруженный незнакомец подошел к огромному бездыханному телу животного. Выпущенные пули попали в свои цели: окровавленные раны виднеются на груди и голове зверя. Осторожно присев возле приоткрытой пасти, мужчина бережно положил руку на широкий лоб. Потухший взгляд кошки направлен прямо на своего убийцу. Молча человек уставился на угасшие дьявольские угольки. Глубокое сожаление выражает лицо неизвестного, потупив взор, он плавно опускает веки убитого хищника, после чего закрывает свои глаза рукой и что-то беззвучно бормочет. Улучшив момент, Гарон дает понятный сигнал товарищам и осторожно поворачивается в сторону, куда направился вооруженный незнакомец. Его взору предстает склонившийся над зверем мужчина средних лет. Его руки, голова и тело с ногами облачены в необычное одеяние, имеющее пятнистую коричнево-зеленую раскраску, что даже при сфокусированном взгляде делает обладателя такого костюма практически незаметным на лесном фоне. Тонкий хруст разрушает тишину, не успев осознать, что произошло, Гарон зажмурился от звука выстрела. Комья сырой земли попали на лицо капитана.

- Господин Булевар, не убивайте нас! Прошу, прочтите послание на шее ильберса!

Сделав несколько быстрых шагов, неизвестный стрелок резким толчком ноги отбросил ружье Тиля.

- Ваши солдаты самостоятельно принимают решения в столь напряженной ситуации, командир? Даже не знаю: отвага это, или безумие!

Стрелок направил дуло своего ружья на Тиля, последний поднял руки и молча безразлично уставился на своего оппонента. Очевидно, столь резко пресеченная попытка завладеть оружием не пошатнула самоуверенность скаута.

- Честно говоря, я до конца не был уверен, что мы вас найдем, господин Булевар. Но безотлагательные обстоятельства вынудили нас пойти на этот риск. Нам нужна ваша помощь. Прошу, прочтите послание от командора Редерика из Тавдора. Оно на теле кошки.

Услышав имя советника и главного военачальника короля Георга, стрелок переменился в лице. Задумчиво погладив темную с проседью бородку, он поднял ружье и подошел к телу ильберса. Срезав футляр за головой животного, мужчина присел у дерева.

- Значит, вы знаете моего дядю?

- Я понятия не имел, что сер Редерик ваш дядя. Он лишь рассказал мне давнюю историю о вашей дружбе с королем Ивделя.

Загадочно улыбнувшись, незнакомец стянул с головы капюшон, обнажив крепкую лысую голову с широким морщинистым лбом и густыми бровями. Строгим взором черных глаз он осмотрел троих грязных уставших солдат.

- Это была очень глупая идея. Заставить зверя атаковать себя в надежде, что я позарюсь на такую добычу или приду вас спасать. – Переведя взгляд на тело ильберса, стрелок продолжил. – Он не заслуживал такой смерти. Вам не показалось странным, что, пройдя через весь урман, вы повстречали одного единственного хищного кота? Слава этих лесов не спасла их жителей от человеческой жестокости…

Помолчав, незнакомец вскочил на ноги и убрал нераскрытый футляр в глубину своего одеяния.

- Вставайте, нам нужно убираться отсюда. Скоро лес заберет свое обратно. И не вздумайте направлять на меня свои карабины.

При этих словах вершинами бурых деревьев заиграл внезапный ветер. Угасающий день уносит последние частицы дневного света за темную изгородь урмана. Переглянувшись, солдаты неуверенно встали на ноги. Тиль отыскал свое ружье, проверил дуло и, убедившись, что оно не забито грязью, закинул винтовку на спину. Не дожидаясь повторного приглашения, он первым пошагал за удаляющимся охотником. Гарон помог Вигвару, как это было возможно, привести в порядок его снаряжение и отправил изрядно потрепанного блондина следом, сам замкнул отряд. Когда идущие спереди скрылись за плотной стеной кустарника, предвещавшего приближение к берегу реки, капитан разведчиков в последний раз обернулся к месту, где они чуть было не стали добычей могучего хищника, нашедшего свое последнее пристанище под тенью высокого раскидистого бурого дерева. Слова Иргема не выходят из головы молодого разведчика: «Он не заслуживал такой смерти». Черное тело кошки облепили волшебные болотные жители: тысячи электрических стрекоз образовали светящееся одеяло, искрящиеся разряды которого вспыхивающими нитями устремляются вверх, наполняя атмосферу прощания призрачным торжеством.

Отряд продвигался молча, все были погружены в собственные размышления. Да и шум реки, уже больше походивший на грохот работы машин из каменных шахт, все равно бы заглушил любые слова. Иргем вывел солдат на берег и затем дальше, через сужение русла, вброд, провел отряд на противоположную сторону Рун, где в конце концов они набрели на подземную, как показалось разведчикам с первого взгляда, пещеру, служившую домом охотнику.

- Тут безопасно, разожгите огонь. Переночуем, а завтра вы вернетесь к своему королю.

- Вы нам не поможете?

- Дела жителей долины меня не касаются.

- Нашему королю - родному брату правителя Ивделя грозит смертельная опасность! Его захватили в плен гиганты и гудаи. Сер Редерик возложил все надежды на вас, господин. Без помощи короля Петра мы не сможем собрать достаточно войск в короткие сроки, а без этого… - Гарон сделал паузу. – мы не вернем правителя Бастиана. В Омуˈте опять начнется война за власть. Именитые дома выставят своих претендентов, у каждого лорда достаточно сил, чтобы погрузить наш измотанный мир в хаос.

- Хватит!

Окрик эхом умчался вглубь пещеры. Принесший охапку дров Тиль замер у входа, ружье он держит при себе, но руки заняты. Из всего отряда он меньше всего проникся к новому знакомому.

- Что ваш король забыл в землях гигантов или гудаев? М?

Иргем приблизился к капитану Гарону.

- Очевидно он явился туда не с добрыми намерениями! За столько лет я не встретил ни одного представителя их рода с оружием в руках на территории долины Харом. Но люди, сами жители, ваши соотечественники и соседи. Вы готовы рвать глотки друг другу, а теперь, видимо, и другим обитателям Верхних земель. Даю голову на отсечение, ваш король Бастиан сам виноват в своем текущем незавидном положении.

Не выдержав тяжелого взгляда, капитан отвел взор. Его голос звучит тихо и непривычно низко.

- Вы правы, господин. Война с гигантами началась задолго до моего рождения. И мне неизвестны истинные причины, по которым она началась. Но мы служим Омуˈту, а значит и королю Бастиану. Если вы не поможете, мы сами отправимся в Ивдель.

- Да будет так.

Потеряв интерес к диалогу, Иргем присел к своему мешку, обнаружившемуся в расщелине стены пещеры. Тем временем Вигвар, разжегший костер, наконец достал свою винтовку и принялся разбирать ее на составляющие.

- У вас будет возможность отомстить королю Георгу.

Насвистывая небезызвестную мелодию, блондин, как бы невзначай вклинился в диалог. Замерев, Иргем уставился в серую стену и о чем-то задумался, но оставил замечание скаута без ответа.

- Давайте ужинать и спать, день сегодня выдался слишком долгим. Я первый пойду в караул.

- Караул вам не потребуется, господин разведчик Омуˈта. А вот поужинать действительно надо.

Иргем достал из мешка внушительных размеров кабанью ногу, засоленную с какими-то приправами, и выложил ее рядом на стол, умело накрытый Тилем.

Закончив с трапезой, прошедшей в угрюмой молчаливой атмосфере, хозяин пещеры удивил своих посетителей интересным изобретением: вход в пристанище закрылся дощатой дверью, с наружной стороны обильно покрытой поросшей травой землей. Она незаметно лежала прямо под ногами визитеров во время обнаружения подземной обители; ременной механизм с противовесами из камней установил ее прочно, без единого шанса обнаружить, а тем более открыть проход. Прямо над очагом отодвинутая каменная заслонка предоставила дыму свободный путь наружу через несложный лабиринт, выходящий через дупло прогнившего дерева несколько в стороне от убежища.

- Доброй ночи, господа.

Иргем удалился вглубь пещеры, оставив скаутов наедине у огня. Что-либо обсуждать сегодня ни у кого не было желания. В привычной манере Тиль захрапел первым, Гарон тоже лег, однако сон долгое время не посещал капитана. Мысленно возвращаясь к болоту, он все думал об ильберсе и о словах охотника. Только Вигвар остался сидеть у догорающего костра. Монотонно и планомерно очищая каждую деталь своего оружия, он приводил снаряжение в порядок и тихонько насвистывал под нос небезызвестную в Омуˈте мелодию.

Глава III

Вчерашний костер давно погас. Оторвав голову от походного мешка, Гарон осмотрелся: вход в пещеру открыт, яркое утреннее солнце осветило серо-желтые стены ночного пристанища. Тишину нарушает только посвистывающее сопение Тиля, кажется, что за всю ночь он ни разу не пошевелился. Спальное место Вигвара небрежно скручено и брошено рядом с черным пепелищем. Встав на ноги и стряхнув с костюма засохшую грязь, капитан уставился в глубину пещеры. Завораживающее бледное таинственное мерцание зазывает внутрь. Резкий озорной крик отвлекает внимание к выходу. Осторожно ступая рядом со спящем товарищем, разведчик вышел навстречу доносящемуся голосу. Ослепляющее сияние небесного светила вынуждает прикрыть глаза руками. Наконец, когда зрение обрело свою прежнюю силу, Гарон увидел Вигвара. Словно беззаботный ребенок, тот плещется на мелководье. Раздевшись по пояс, блондин уселся в мелкой заводи с песчаным дном, машет руками, взбивая в стороны сверкающие в теплом свете искры. Его простиранная одежда широко раскинулась на плоских серых камнях неподалеку.

- Доброе утро, Виг.

От неожиданности Вигвар резко повернулся назад, пытаясь стряхнуть с лица налипшие волосы. Потеряв равновесие, разведчик полностью погрузился в воду. Совладав с собой, он оттолкнулся от разъезжающегося под ладонями песка и вытянулся по струнке, словно на параде.

- Доброе утро, капитан! Прошу прощения, я вас разбудил?

- Солнце уже слишком высоко.

Улыбнувшись, Гарон присел на один из камней. Приятное тепло растеклось по телу молодого командира разведчиков.

- Да брось, Виг. Что ты вытянулся, словно король ведет смотрины. Представь, что меня нет.

Ни секунды не сомневаясь, Вигвар раскинул широко руки и плюхнулся назад.

- Присоединяйтесь, капитан. Вода чудесная!

Поморщив нос, Гарон поджал ноги.

- Спасибо, как-то не хочется. А где охотник, ты его видел?

- Нет, он, наверное, ушел. Когда я проснулся, вход в пещеру уже был открыт.

Разглядывая игру прозрачных волн, переливающихся, словно калейдоскоп, капитан задумался. Чувство невыполненного долга сдавило горло. Осознав, что Иргем – возможно единственный шанс на спасение короля, Гарон мысленно пустился обвинять себя за проявленную недостаточную настойчивость и убедительность.

- Может, он пошел поохотиться?

Стараясь не подавать виду, капитан вслух озвучил вопрос.

- Все может быть.

Накупавшись, блондин вышел на берег и, закрыв глаза, запрокинул голову, расставив руки в стороны и позволив мягким лучам весеннего солнца просушить его мускулистое тело, изрезанное бледными полосками шрамов. Рана на ноге выглядит гораздо лучше, свежая повязка туго перевязывает бедро. Тонкими струйками вода с коротких кожаных штанов устремилась вниз, уже через мгновение вокруг разведчика образовалось темное пятно.

- Надо его отыскать. Снова!

Гарон вскочил с камня. В этот миг сзади раздался голос Тиля.

- Капитан! Вы должны на это взглянуть!

Зевая, коренастый разведчик сделал ленивый жест головой вглубь пещеры. Дождавшись, пока Вигвар накинет чистую форму, Гарон присоединился к низкорослому товарищу.

- Вы видите свет?

В глубинном мраке пещеры тусклыми бликами призрачное сияние на долю секунды озаряло неровные стены и пропадало, чтобы через короткое время снова поманить разведчиков.

- Да, я утром заметил какое-то сияние оттуда, но не предал ему особого значения.

- Думаю, там проход.

- Может охотник ушел туда? Извини, Тиль, но сейчас у нас не будет времени позавтракать. Собирайтесь!

Взволнованный открытием, Гарон первым выдвинулся навстречу ускользающему свету. Чиркнув сигнальным факелом по каменистой стене (прорывное изобретение инженеров людей), он бегло осмотрел заднюю часть пещеры, до этого момента скрытую покровом густой темноты. В левом углу обнаружилось углубление, поросшее плотной стеной корда-травы. Колыхаясь на едва уловимых порывах воздуха, она на короткий миг приоткрывала тонкие щели, откуда наружу проникал бледный свет. Неуверенно Гарон отодвинул рукой широкие стебли корда-травы, за ними действительно был узкий проход, внутрь мог войти только один человек. Сияющие влажные каменные стены бликами отражают свечение, друг за другом разведчики вошли в тоннель.

- Берегите головы, тут довольно низко.

Командир поднял факел и подсветил грубый свод.

- Капитан, может следовало закрыть вход в пещеру?

Замыкающий отряд Вигвар высунул светлую голову из-за идущего впереди Тиля.

- Мы не знаем, что нас ждет впереди. Может понадобится отступать. Приготовьте оружие. Нам стрелять будет неудобно, кроме тебя Виг.

Довольный блондин снял со спины свой начищенный карабин, Тиль без лишних слов достал из ножен короткий широкий кинжал с массивной ручкой.

Неторопливо продвигаясь по извилистому тоннелю, разведчики поминутно останавливаются, прислушиваются. Кроме монотонно капающего с потолка ручейка, ничто не нарушает напряженной тишины. Наконец, все еще блеклый ускользающий свет становится ярче и практически осязаемым. Гарон сделал знак и замер, напрягая слух. Где-то совсем рядом послышался веселый птичий щебет. Радостно командир разведчиков указывает на этот факт своим товарищам, но, ко всеобщему удивлению, его рот не произносит ни звука. Лишь немые шевеления губами указывают на желание командира скаутов говорить. Пораженные Вигвар и Тиль также обнаруживают свою неспособность производить звуки. Сделав несколько резких движений руки в обратную сторону, Гарон приказал солдатам вернуться на несколько шагов. Завернув за угол, разведчики снова замерли. Первым прошептал Тиль.

- Вроде я могу говорить.

- Это какая-то магия.

Тихие голоса беззвучным эхом устремляются в разные стороны тоннеля.

- Мы же под Безмолвными холмами. Там выход на противоположную сторону.

Гарон указал большим пальцем себе за спину. Покачивая в руках кинжал, Тиль усмехнулся.

- Так вот почему эти холмы так называются. И что будем делать?

- Все то же самое, что и при обычной разведке. Общаемся жестами, двигаемся осторожно и внимательно. Мы не знаем, что нас ждет на той стороне. Как только выберемся из узкого пространства, взводим ружья. Либо нас встретит Иргем, либо мы потревожим кого-то еще. Будьте начеку.

Проверив застежки, командир сместил дуло винтовки к левому плечу: такая армейская хитрость позволяет быстро схватить ружье и начать стрелять. Откинув затухающий факел, Гарон сделал сигнал. Безмолвный отряд приблизился к яркому белому пятну в конце прямого участка тоннеля. Выход так же замаскирован растительностью, приблизившись, капитан аккуратно заглянул в узкую щель. Взору открылась неширокая поляна, на дальнем краю которой краснеет крыша невысокого домика, утонувшего в роще раскидистых деревьев. Их ветви только-только окрасились свежей зеленью молодой листвы. Стараясь захватить побольше пространства, Гарон аккуратно отодвинул свисающий стебель: на поросшей густой травой и цветами поляне никого. Жестами командир передает отряду, что впереди открытое пространство, предлагает двигаться вдоль холма налево. Разведчики кивают в знак согласия. Пальцы руки дают отсчет: три – два – один. Не задерживаясь в проходе, одним за другим скауты стремительно вырываются наружу и, прилипая спиной к пузатой каменистой отвесной стене холма, быстро начинают движение к небольшому плотному кустарнику поблизости. До цели шагов двести. Внимание солдат рассредоточено. Напряженные взгляды ощупывают горизонт открытого пространства. Только отряд успел преодолеть менее четверти пути, как с высокого кудрявого дерева, замыкающего очертания рощи на дальнем краю поляны, стая встревоженных птиц взмыла в небо. Раздался тихий дребезжащий звон, через мгновение превратившийся в стремительно приближающийся свист. Немой крик Вигвара не способен привлечь товарищей. Одним широким прыжком он сближается с идущими впереди и сбивает с ног Гарона и Тиля; над их головами проносится массивная стрела баллисты. Врезаясь в холм, она разбрасывает камни и землю. Напарники вскакивают и, пригибаясь, бросаются к намеченной цели. Вдали уже слышится новое дребезжание тетивы, снаряд за снарядом едва не поспевают за беглецами. Вигвар, несмотря на ранение, опережает товарищей и первым вкатывается с кувырком в кусты. Четким движением он прицеливается и, пока остальные разведчики только добираются до укрытия, производит несколько выстрелов. Темный силуэт, походящий на фигуру человека, падает с одного из деревьев. Однако, сквозь эхо от выстрелов ружья слышится новый пронзительный визг: дребезжание кроны дерева на другом конце рощи выдает новую позицию стреляющих. Гарон указывает напарникам следующие две цели: одинокое бурое дерево с широким стволом и несколько тонких салисковых деревьев, еще не успевших обзавестись листвой. Между их стволами поселился колючий розовый куст – не лучшее укрытие, но за неимением чего-то другого, он на мгновение спрячет целящегося разведчика. Вигвар рванул к бурому вечнозеленому дереву, стрела чуть не задевает раненого скаута, врезаясь в землю прямо перед ним в полуметре. Отпрянув в сторону, блондин подскочил и помчался дальше, удерживая карабин за корпус одной рукой. Визжащий плач тетивы участился, две перекрестных стрелы пронзают кусты, еще секунду назад служившие оградой для отряда. Вскоре ружейные выстрелы раздались с двух сторон, кому-то из скаутов удалось подстрелить еще одного нападающего: его силуэт с треском ломающихся веток грохнулся совсем рядом с краснеющей крышей домика, который уже отчетливо можно разглядеть с занятых позиций. Следующий залп не заставил себя долго ждать, но разведчики, совершив несколько новых перебежек, практически вплотную приблизились к позициям стреляющих. Наконец преимущество на стороне отряда Гарона, вблизи мощная неповоротливая торсионная машина, способная пробивать своими снарядами толстые каменные стены малоэффективна. Выглядывая из-за деревьев, скауты сосредоточенными взглядами прощупывают укрытия врага: виднеется остов искусно замаскированного орудия, однако стрелков нет. Когда ветер рассеял последнее облако дыма и унес грохот залпов куда-то вдаль, на поляне воцарилась тишина. Снова послышался веселый птичий щебет. Обменявшись жестами, разведчики потихоньку высунулись из своих укрытий. В этот момент сзади раздался хлопот в ладоши. Все трое солдат мигом направили свои ружья в сторону звучных шлепков. Гарон поднял зажатую в кулак ладонь, делая знак не стрелять. По поляне, подняв руки над головой, к отряду приближается улыбающийся Иргем. Подойдя совсем близко, чтобы скауты могли видеть его лицо четко и ясно, он кивнул им в сторону домика и, не обращая никакого внимания на по-прежнему направленные на него ружья, прошагал между деревьев. Переглянувшись, солдаты отправились следом. Проходя сквозь рощу, Гарон и Вигвар задрали головы наверх; на прямых дощатых площадках в разделении стволов деревьев установлены многозарядные баллисты с колесным механизмом подачи стрел, скатывающихся в колодку одна за другой с косой подставки. С дерева к дереву тянутся канаты, их концы привязаны к поворачивающимся платформам, на которые смонтированы метательные машины. Рядом с ними закреплены холщевые мешки, судя по всему, набитые соломой или еще чем-то; их форма издали напоминает силуэт взрослого человека. Только Тиль не поражается интересной системе охраны, его взгляд направлен строго на затылок охотника.

Вблизи домик оказался гораздо большего размера Рубленный из цельного бревна с широкой покатой крышей, поросшей толстым слоем мха и травы с красными цветочками, привлекающими роящихся насекомых. Немногочисленные окна лесной хижины обрамлены искусно резанными наличниками с крепкими ставнями; распахнутые настежь они приглашают путников заглянуть внутрь. Дворик перед домом ухоженный; на причесанной свежей траве по краям участка расставлены плетеные мишени: круглые и в форме различных животных и птиц. Некоторые из них утыканы деревянными стрелами с натуральным оперением – такие уже не используют даже в армии гигантов, технологии которых сильно отстают от человеческих. Узкая дорожка, пересекающая всю лужайку, вымощена плоским белым камнем, коих полно на берегу реки; скользнув у неприметного входа в жилище, она изгибается за угол и уводит к заднему двору. Там расчерченный на ровные полосы раскинулся крохотный огородик. Глубокие борозды, оставленные плугом из рога болотного оленя (инструмент с налипшей землей можно обнаружить неподалеку) свидетельствуют о начале сезона посева.

Проследовав за Иргемом в дом, разведчики очутились в просторной светлой комнате: у входа слева собрана каменная печь, несмотря на теплую погоду она явно топилась; вдоль печи установлена низкая широкая деревянная лавка, наспех покрытая плотной однотонной тканью; напротив лавки по другую сторону комнаты расположилась хозяйская кровать – высокая, из дерева с резными узорами в изголовье и в ногах, застеленная по-солдатски, без перины и без подушек; над кроватью болтается пучком балдахин из грубой серой пеньки; наконец, у дальней стены посередине длинный, но узкий стол, растянулся практически на всю ширину комнаты, между ним и печью оставался проход в другую часть дома, скрытую от глаз входящих плотной занавеской с незатейливыми узорами. Все в комнате аккуратно и опрятно, как и во дворе, но любой женатый мужчина сразу замечает, что всему этому порядку явно не хватает женской руки: он слишком логичный и практичный, в нем нет ни толики души и домашнего тепла.

- Я уже было подумал, вы не придете.

Бережно сняв с плеча старенькое ружье, охотник аккуратно отставил его в сторону и сел подле стола лицом к вошедшим следом. Солдаты удивленно переглянулись.

- Вы можете говорить? О, я тоже могу говорить?

Вигвар приблизился к хозяину дома и с интересом уставился на рукоять его оружия.

- Все дело в этом камне. – Иргем указал на тусклый черно-красный кристалл в костяной оправе, стоявший на столе рядом с развернутым листом бумаги. – Лет сорок тому назад один торговец выменял его у моего отца на две дюжины великолепных цибелиных шкур. Сказал, что если когда-то отец захочет поохотиться за Безмолвными холмами, то камень будет ему весьма полезен. За две дюжины шкур в ту пору давали полкило золотыми монетами… Его сила весьма ограниченна, мы можем говорить только в непосредственной близи.

Гарон подошел и уселся напротив, отставив свое ружье так же в сторону. Сложив руки перед собой, он с серьезным взглядом устремился на хозяина хижины. Тиль предпочел остаться у входа, он молча наблюдает за происходящим, стараясь незаметно внимательнее изучить дом охотника. Ему, как профессиональному лесорубу, явно импонирует деревянное строение с искусными резными узорами на разных предметах, но выдавать свой интерес он не намерен.

- Что там было? Вы хотели нас убить?

В попытке сдерживаться капитан неумело скрывает бурлящее внутри волнение. Откинувшись на спинку стула, Иргем сложил кисти рук у себя на животе и с хитрой звериной ухмылкой неторопливо провел взглядом по лицам разведчиков, остановившись на серо-зеленых глазах Гарона.

- Если бы я хотел вас убить, то сделал бы это еще до того, как ваша нога, господин командир разведчиков Омуˈта, ступила на зыбкую гладь калтуса. И сохранил бы тем самым жизнь черному ильберсу. Однако нет, я вовсе не собирался лишать жизни ни вас, ни ваших солдат.

Иргем с укором перевел черный взор на Вигвара, словно зачарованный тот потянулся к рукояти ружья охотника. Почувствовав тяжелый взгляд, блондин отпрянул на два шага назад и сконфузился.

- Простите, но ведь это мушкет Гарбино, верно? Один из первых многозарядных мушкетов, применяемый еще солдатами короля Гастона. Многие до Гарбино пытались добиться скоростной перезарядки, но ни у кого не выходило. Невероятно, я никогда не встречал его в рабочем состоянии.

- По правде говоря, понятия не имею, что это за ружье. Его хозяина я похоронил более двадцати лет назад. Он, как и прочие, пришел на Территорию больших кошек снискать славу, но нашел только свою погибель. И да, его убил не я.

С упреждением Иргем повернулся обратно к Гарону.

- Мне нужно было понять, что вы из себя представляете. Как солдаты, как разведчики, как товарищи в конце концов. Что может быть лучше внезапной опасности?

- Понять для чего? Вы сказали, что не намерены нам помогать.

Немного помолчав, Иргем широко улыбнулся и приблизился к столу. Рукой он дотянулся до развернутого листа бумаги. Загадочно взглянув на немногочисленные строки, он сложил письмо несколько раз и убрал в кожаный ягдташ, скрытый под короткой мятлей.

- Я пойду вместе с вами в Иргемрат. Но с одним условием. После того, как мы поговорим с Петром (я надеюсь, что спустя столько лет он все-же вспомнит меня и примет), вы доставите письмо от меня командору Редерику в Арзгидор. И это независимо от того, решит ли король Ивделя помочь своему брату или нет.

Вдохновленный новостью капитан не усидел на месте. Вскочив, он протянул охотнику крепкую руку.

- Даю вам слово, господин Булевар. Я передам ваше послание командора.

Легкая улыбка не сходит с морщинистого лица охотника. В нем сложно узнать вчерашнего угрюмого отшельника. Прищурив глаза, он кратко посмотрел на командира разведчиков и его напарников, после чего резко вскочил, схватив протянутую ладонь.

- Что-ж, вы дали слово, Гарон из рода Зорич. Его придется сдержать.

- Не хочу показаться пессимистом, но как мы дойдем до Иргемрата? Я уже не говорю о том, как попасть на личный прием к королю. Указ Петра беспрекословно выполняется, его пограничные отряды схватят нас, а там и до виселицы недолго. Никто даже не узнает, что вы когда-то были друзьями.

Колкое замечание Тиля несколько разряжает радостную обстановку. Однако, охотник расплывается еще в большей улыбке.

- У вас слишком несгибаемый ум, господин Багрум. Полагаю, вы точно не были охотником, до службы в армии.

Отодвинув штору, Иргем скрылся во второй части дома. Что-то передвигая, он тихо бормотал себе под нос.

- Удивительно, до каких вершин люди добрались в ненависти друг к другу. Когда я жил на равнине, мы могли свободно передвигаться по всей долине. А, вот, нашел! Заходите же сюда!

Не дожидаясь повторного приглашения, Вигвар первым ринулся к шторе. Резким рывком, он отодвинул ткань в сторону и замер. Перед глазами опытного стрелка предстала удивительная картина, погружающая любого, кто когда-либо охотился с ловушками, в прошлое – недоступное для современного поколения лесных добытчиков, привыкших стрелять зверя из ружья или, на худой конец, ставить металлические капканы. На посеревшей с годами бревенчатой стене на воткнутых меж венцами деревянных гвоздях аккуратно развешены силья – кольца сплетки для поимки птиц. В деревнях их делали из конского волоса, но тут, в лесу… скорее всего Иргем использовал для плетения волос каланов; он короткий, но очень прочный. Об искусности и кропотливости работы свидетельствуют сотни, а может быть тысячи крохотных узелков, соединяющих волосинки в длинную ловушку. Под сильями на полу приставлены различные самоловы: хитро сконструированные ловушки, основой которых служит выточенная жердочка или ветвь куста или молодого дерева, в зависимости от того, на какого зверя или птицу ведется охота. Разного диаметра кольца колючего прунуса обвивают основание: где одним витком, а где двойным и тройным – видимо на серых лепусов. Эти ушастые зверьки довольно сильны, и несмотря на боль способны разорвать тонкий колючий куст. Далее на полу вдоль стены расставлены орудия покрупнее: плашки, кряжи, пара слопцов и огромная пасть с заломленными кольями, покрытыми темными следами крови – на первый взгляд она давно не использовалась хозяином. Это мощное орудие использовали десятилетия назад для охоты на кадьяков – монстров лесной чащи. Вигвару за всю его карьеру зверолова посчастливилось ни разу не натолкнуться на это чудовище, в отличии от Гарона: капитан носит на груди под нательником черный коготь молодого кадьяка – реликвия, полученная в схватке, ставшей легендарной среди сослуживцев будущего командира разведчиков.

- Мне кажется, у него не все в порядке с головой.

Не сдержав своего любопытства, Тиль неслышно подошел и шепотом указал завороженному товарищу на странное поведение хозяина хижины. С явным выражением довольства на лице Иргем предстал вошедшим скаутам весьма в странном обличии: стоя рядом с распахнутым настежь массивным сундуком, заваленным цветастыми одеяниями, он накинул на себя яркое блестящее платье. Заметив недоумевающие взгляды, охотник внимательно осмотрел выбранный костюм.

- Ой, оно же женское. Вот, есть другие.

Отбросив в сторону платье, Иргем достал из сундука рубаху с короткими рукавами и какое-то свободное цветное одеяние, отдаленно напоминающее плащ. Довольный находкой, он протянул вещи разведчикам.

- Что это?

- Аа, я думал вы бывали на всеобщих ярмарках! Вы вот выглядите так, словно точно на них бывали. – Охотник указал на Вигвара. – В годы моей юности мы с отцом часто посещали купеческие торжки. Купец, знаете ли, - удивительная профессия. Ходят, где им заблагорассудится, не признают никаких границ, условностей. Я даже видел как-то магов и гудаев среди них.

- Я не такой старый, как вам кажется.

Возмутившись, Вигвар подошел к стене с охотничьими принадлежностями.

- Ничего здесь не трогать!

Внезапно улыбка на лице старика переменилась гневным выражением. От неожиданности Гарон и Тиль схватились за оружие. Вигвар замер неподвижно. Через мгновение улыбка снова широко расплылась на морщинистых губах хозяина хижины.

- Так вот, тут камизы из тика, котты и сюрко. Как раз четыре комплекта. Мы переоденемся купцами. Ведь им и сейчас везде дорога? Или нет?

- Он точно ненормальный.

Тиль покачал головой и вышел из комнатушки.

- Это может сработать.

Потерев подбородок, Гарон взял протянутую рубаху.

***

Восторженно разглядывая пышные рукава доставшейся парадной камизы, Вигвар ожидал у входа товарищей. Блондин первым сумел разобраться со всеми подвязками и ловко спрятал ружье и кинжал в каскадах своего одеяния. Торговцам не запрещалось иметь оружия, тем более в регионах рядом с Безмолвными холмами. Торговые караваны не ходят тут без опытной стражи, снабженной ничуть не хуже королевских гренадеров, а зачастую и даже лучше. Однако армейский карабин точно привлек бы внимание патрульных солдат. Пожертвовав провизией, место для снятой формы освобождается в походной сумке, стянутой, как типичный заплечный мешок странствующего купца. Повязав шлык своего роскошного шаперона на шею, блондин отыскал поблизости деревянный бадог, завершив образ негоцианта. Наконец, из дома послышались голоса.

- Прости Тиль, но я считаю идею господина Булевара здравой. Или, вернее сказать, безальтернативной.

- Никаких проблем, командир. Мы должны выполнить задание.

На лужайку перед домом вышли Гарон и Тиль. Наряд командира разведчиков идеально облегал его высокое стройное тело. Темно-зеленая ткань с серебристым узором придавала облику благородство именитого торговца. Платье Тиля же висело на низкорослом разведчике несуразно – оно было на два-три размера больше необходимого. Однако, скаут кротко принял новый наряд: он обрезал лишнюю ткань на рукавах, завернув края наружу, подол камизы заткнул изнутри за широкий солдатский пояс – Тиль не смог отказаться от своей любимой части армейского одеяния, чем предоставил ногам гораздо большую свободу, нежели его товарищи. Последним вышел Иргем, его одеяние мало чем отличалось от прежнего вида охотника, за исключением берета с меховой оторочкой. Опытный взгляд наверняка определит в этой вещи невероятную ценность. По цвету, мягкости, шелковистости, густоте и пышности меха можно с уверенностью сказать, что данный головной убор сшит из мартезского цибелина – редчайшего представителя пушных зверей, обитающих в суровом холодном климате далеко на севере. Подобную вещь сейчас, как и десятки, и сотни лет назад, может позволить себе только человек с огромным достатком и необычайной удачей – качествами, присущими успешным торговцам и купцам.

В немом молчании отряд выдвинулся сквозь редкую рощу в направлении к проходу под холмом. Проверив надежность закрытых ставней, Иргем неторопливо оглядел свой лесной домик и участок вокруг него. Столько раз он покидал свое жилище с желанием в сердце больше никогда сюда не возвращаться. Но сейчас, когда впервые за многие - многие годы мужчина решился покинуть леса, частью которых он стал, что-то внутри сжалось, что-то невидимое словно не хочет отпускать лесного обитателя во внешний мир. Солдаты с пониманием отнеслись к столь сентиментальному моменту, оставив охотника наедине со своими мыслями. Впрочем, уже через несколько минут последний из рода Булеваров нагнал своих попутчиков и с беззаботным видом возглавил группу. Разведчики покорно отдали Иргему ведущую роль, впереди их ждал путь через опасные калтусы и непроходимые дебри лесов, ограждающих широкую равнинную часть долины людей от загадочных холмов с говорящим названием.

К полудню отряд добрался до границы леса. Не тратя время на пустую болтовню, старик явил солдатам все свои знания скрытых троп и примет, что веками собирались лесными жителями и веками помогали заплутавшим отыскать путь домой. Прошло столько времени, но охотник не забыл дорожки, которыми он спасался от преследовавших его головорезов короля Георга. Когда последние редкие деревья явили глазам путников необъятный простор, далеко уходящий за горизонт, Иргем остановился. Будучи рожденным и прожившим всю свою жизнь в лесу, он не любил равнин и остерегался широких свободных пространств. Тут нет мест, чтобы укрыться, нет надежных деревьев, что спрячут от ненастной погоды и дикого зверя, если ночь застала врасплох. Лесная дебрь принадлежит лесным людям, но на равнине для них нет ни дорог ни примет.

- Дальше нас поведешь ты.

Без ненужных расспросов Гарон молча кивнул и вышел вперед, сделав жест остальным следовать за ним. Равнинные тропы позволяют рано заметить приближающихся людей, но так же рано выдают и наблюдателя. Скауты Омуˈта использовали умную маскировку, сливаясь с плоской земной поверхностью в моменты опасности. Но сейчас солдатская форма спрятана в мешках, а яркие одежды торговцев под лучами весеннего солнца словно сигнальные маяки притягивают внимание любого, кто взглянет в сторону движущегося отряда.

- Не вижу смысла скрываться, да и не выйдет у нас это должным образом. Мы могли бы пойти к северо-восточным каменоломням, там самый узкий участок между Омуˈтом и Ивделем. Но пограничные отряды короля Петра прекрасно это знают и стерегут те земли пуще прочих. Да и наших солдат там много. Предлагаю двигаться наперерез равнине через реку Бас–ир, она не менее глубоководная, чем Рун. Пограничные отряды не суются в пойму реки весной, остерегаясь половодья. Но там множество высоких троп, ведущих прямо к границе с Ивделем. Если все пройдет успешно, мы доберемся в Иргемрат затемно.

- Что-ж, звучит хорошо! Давайте так и поступим.

Своей широкой улыбкой и кажущимся наигранным оптимизмом Иргем несколько смутил спутников Гарона. Однако позитивный настрой охотника оказался заразным, вскоре весь отряд усердно шагал по намеченному маршруту, рассказывая шутки и небылицы. Частый хохот был слышен за сотни метров вокруг.

За пару часов интенсивного марша отряд повстречал несколько обозов крестьян, свозящих продукцию к западной границе государства; торговцев, отчаявшихся пробраться в страну низкорослых гудаев, чтобы попытаться наладить хоть какие-то связи; юношей, группами и по одиночке путешествующих в столицу по приказу о новом наборе рекрутов: возраст некоторых едва достиг шестнадцати лет. Каждый встречавшийся был занят своими проблемами, все они приветствовали путников в странных ярких одеждах, но никому из них не было дела – кто эти путники и куда они следуют. Иные проходили совсем молча, не поднимая глаз. Ближе к пойме реки Бас-ир местность стала совсем безлюдной.

- Почти пришли, будьте внимательнее.

Чвакающая под ногами почва набрала сырости. При каждом шаге она мягко прогибается; оставшийся отпечаток мигом наполняется мутной водой.

- Ищите округлые каменные холмики, что разбросаны здесь довольно часто. Мы с отцом охотились тут на гигантских тревелянов. Эти землерои прокапывают очень глубокие тоннели, куда вода не просачивается. Во время половодья они закупоривают входы камнем.

- Лучшее место для обитания тревелянов. Тут полно червей и прочей живности, которой они питаются.

Вигвар потер носком сапога широкий холмик поблизости.

- Капитан, вы использовали дым для выкуривания зверя из норы? В моей деревне из шкур тревеляна шьют великолепные накидки на седла: их мех теплый и отлично сопротивляется истиранию.

- Нет, Виг, отец научил меня готовить специальную заварку – страшно вонючую, но этим подземным обитателям она по вкусу.

- Паста из сушеницы топяной! Ваш отец очень умный охотник, должен признать! Не каждый ловец зверя настолько тщательно изучает его повадки.

Иргем шагнул вперед и с завидной легкостью начал прыгать с холмика на холмик, стремительно удаляясь вглубь широкой поймы, заполненной ровным слоем холодной воды. Скауты последовали примеру охотника.

На противоположной стороне разведчики уткнулись в возвышающийся холм, одиноко стоявший на равнинном просторе. В его вершине воткнуты конусом заостренные отесанные стволы деревьев. Приблизившись, путники смогли рассмотреть гладкие черные камни, помеченные серой четырехконечной звездой. Ими усыпана вся поверхность возвышенности.

- Холм-могилище. Такие насыпают для захоронения большого количества человек. Пару раз мне доводилось заготавливать бревна для основания такого-же холма. Но обычно им отводят более укромные тихие места, а тут равнина. Что здесь произошло?

- Сейчас, наверное, такое редко встретишь. Проще придавать тела огню. Это сделано в назидание каждому, кто окажется поблизости, господин Багрум. Вы слишком молоды, но когда-то люди долины Харом вместо войн с внешними соседями занимались истреблением друг друга. И весьма успешно. Забота о человеческом теле совершается для устройства души. Очевидно, в этом месте было великое сражение, вы можете видеть на тех камнях разные знаки — это говорит, что тут похоронены как союзники, так и враги. И все это нужно, чтобы не вызвать гнев усопших душ.

Солдаты встали рядом и молча уставились на огромную кучу земли, усеянную могильными камнями. Их тут тысячи, и, действительно, на камнях самые разные рисунки – символы племен тех воинов, что обрели на этом клочке земли вечный покой. Вигвар, как самый старший из скаутов, не раз участвовал в обрядах массовых погребений еще до службы в армии. А затем, ставши солдатом на службе королю, какое-то время был членом специального отряда, кто собирал тела погибших и сжигал их в специальных ямах: их копали выжившие рядом с местами сражений. Со смертью блондин был знаком не понаслышке. Тиль, в силу своей ограниченной эмпатии и рано закостеневшего склада ума, видит в холме только конструкцию, которую ранее ему уже доводилось сооружать для людей старой веры, привыкших хоронить всех умерших своего поселения в одном месте. И только Гарон столкнулся с подобным впервые. Несмотря на регулярные прочесывания местности в районе поймы реки, могилище всегда странным образом ускользало от зорких глаз командира разведчиков. И сейчас, столкнувшись лицом с этим памятником скорби, молодой капитан полный непонятных чувств, в смятении мыслей без слов, ужаснулся чему-то новому, ранее не испытанному.

- Все живое обречено умереть, господин Зорич.

Иргем мягко положил на плечо Гарона широкую с толстыми пальцами ладонь.

- Мы пересекли границу Ивделя, нужно идти дальше, скоро начнет темнеть.

Солнце давно перевалилось за зенит и медленно сползает к горизонту, незаметно погружая равнинные луга в бледную вечернюю дымку. Вдали послышалось ржание, вскоре над пестрящими свежей зеленью кустами, растущими по обе стороны резко уходящей в сторону пыльной дороги, показался штандарт с изображением оскаленной пасти крылатого волка. Гарон моментально пришел в себя.

- Это личный штандарт генерала Курвуса - одного из старших военачальников Ивделя. Бежать бессмысленно, Курвус возглавляет одну из самых быстрых кавалерий, что я знаю.

- Летучие волки, хах. – Иргем поправил меховую шапку, сдвинув ее на затылок, и приложил ладонь ко лбу.

- Курвус старше меня. Так значит, он присягнул Петру! Невероятно, что этот пройдоха еще сидит в седле.

- Вы знакомы с генералом?

Голос Вигвара звучит несколько встревоженно.

- О да, когда мы были юнцами, этот подхалим докладывал кастеляну короля обо всех наших шалостях. Еще тогда я знал, что он далеко пойдет по службе. В одно не могу поверить - что Петр согласился принять его клятву верности. Ведь он из тех, кто служит, пока ему выгодно. Гарон прав, сохраняйте спокойствие и помните, мы всего лишь купцы.

Отряд всадников все отчетливее разглядывается впереди. Уже предельно понятно, что солдаты Ивделя заметили путников и движутся прямиком к ним. Совсем скоро глухой цокот копыт превратился в громкий топот, сливающийся со звоном легких доспехов, облачающих тела животных и всадников. Через несколько минут отряд обступила добрая сотня кавалеристов, кружа вокруг, лошади подняли столб пыли. Странный танец, призванный сбить с толку, продолжается недолго, через мгновение замершие кавалеристы направили дула своих изящных винтовок прямо на разведчиков и охотника. Гарон и его напарники замерли, подняв руки вверх. Иргем же воткнул руки в бока и прищурившись уставился в ту часть круга, где из-за вставших плотным кольцом всадников пробирался кто-то из задних рядов. - Я рад приветствовать командира легендарных летучих волков, чья меткая стрельба на скаку прославила их воинов далеко за пределами царства людей.

Из-за пристально следящих стрелков показался всадник, облаченный в доспех иного толка, нежели амуниция остальных солдат отряда. Крупный герб на нагруднике и богато украшенный шлем, надежно закрывающий лицо, говорят об именитом положении их владельца.

- Кто вы? И Куда следуете?

- Не уж-то вы не узнаете своего старого друга, милостивый сударь?

Расплывшись в неестественной улыбке, Игрем глубоко поклонился, отставив носок левой ноги вперед, да так глубоко, что чуть не обранил шапку.

Сняв шлем, всадник обнажил голову с русыми волосами, голубыми глазами и молодым приятным лицом, не оскверненным следами битв. Нахмурив брови, молодой командир с недоумением взглянул на Иргема. Выпрямившись, охотник снова уткнул руки в бока.

- Погадите-ка, ведь вы же не Курвус! Разве не Люпин Курвус возглавляет летучих волков вот уже многие десятилетия?

- Мое имя Марк Курвус, Люпин Курвус – мой отец. Вы знаете его лично?

- О, да мы были лучшими друзьями в молодости!

Гарон осторожно переглянулся с напарниками. Его удивление осталось незамеченным.

- В годы моей юности я крепко дружил с Люпином и внуком тогдашнего короля Гастона. О, как же это было давно, но я все хорошо помню. Кстати, забавный факт: у твоего отца было прозвище – батат, из-за его большого носа. Он очень злился, когда его кто-то так называл. Это было очень смешно.

Иргем, словно на него не было направлена сотня ружей, беззаботно рассмеялся. На мгновение вокруг повисло удушающее напряжение. Внезапно серьезное лицо командира кавалеристов резко смягчилось, одним движением всадник спешился и, отдав приказ рукой убрать оружие, юноша подошел к окруженным.

- Дак вы правда знаете моего отца и короля Петра?

Тиль первым опустил руки и несколько сжался, словно пружина, готовая выпрямиться в любой момент, выхватив винтовку или кинжал. Гарон, заметив это, мягко коснулся локтя товарища и едва заметно покачал головой.

- Да, Люпин старше меня и Петра, он был нам, словно старший брат, всегда советовал, как поступать лучше.

- Он и сейчас охотно подсказывает королю по самым разным вопросам. Вы слышали, он стал его личным советником!

Марк немного помолчал

- А вот меня он совсем не хочет слушать. На юге идет война, там люди сражаются против полчищ зверей, а он отказывается отправлять наших солдат на помощь королю Георгу.

- Ну, тут ситуация довольно сложная…

Иргем было попытался дать объяснение, но командир всадников пылко прервал его.

- Может вам? Кстати, а как вас зовут?

- Мое имя Бартак, милорд, из рода Губовских купцов. Как видите, я с сыновьями следую традициям своих предков.

Иргем улыбнулся и развел полы торчащей рубахи. Мельком взглянув на разведчиков, Марк приблизился к старику и положил руку на его плечо.

- Может вам, Бартак, удастся вразумить моего отца? Я со своими солдатами, - кавалерист обвел перевернутой вверх ладонью всадников, - решили идти на помощь, и будь что будет. Но нас мало, в Иргемрате гарнизон в десятки раз больше! И отец упорно не хочет отправлять ни всадников, ни пехоту.

- Что ж, я мог бы поговорить с генералом. Да боюсь, меня просто так не пропустят к нему. Ведь я – простой купец, а он вон как высоко дослужился.

- Возьмите это.

Сняв с шеи увесистый предмет на золотистой цепочке, Марк протянул старику ювелирное изделие тонкой работы.

- С печатью Курвусов вас пропустят даже в палаты короля. Я очень надеюсь на вас, Бартак из рода Губовских купцов. И поспешите же. Рысаков я вам не могу дать, это нас замедлит, но одну телегу из обоза снабжения вполне выделю.

Отступив назад, Марк сделал поклон головой и надел шлем. Вскочив на коня, он что-то выкрикнул и начертил несколько кругов в воздухе указательным пальцем правой руки, после чего отряд снова закружил вокруг разведчиков и охотника, однако теперь, раскручиваясь по спирали, всадники во главе с молодым командиром один за другим стали удаляться от удивленных путешественников. Вскоре не осталось ни одного солдата, облако пыли, взбитое копытами лошадей и колесами повозок медленно оседает на свежих зеленых листочках кустов, делая их пепельно-серыми. Из-за плотного ряда конных грудин путники не увидели, как возле них оказалась повозка, наспех разгруженная. Пара запряженных гнедых с белыми пятнами кобыл мирно стоит, рассматривая своих новых хозяев.

- Отлично, дальше доберемся с ветерком.

Тиль радостно запрыгнул на козлы, заняв место ездового. Вигвар, не скрывая своего удовольствия, перевалился через борт телеги и расселся на задней скамейке.

- Столь юный и наивный. Предал волю отца и волю короля.

Задумчиво старик вперил взгляд в конец дороги, куда скрылся отряд летучих волков.

- Впрочем, только мы сами в ответе за свои поступки. Возможно, нам есть чему поучится у этого юноши.

Иргем кратко взглянул в лицо Гарона и проследовал к транспорту.