Книга лора о Киберпанке 2077

Глава 1 Ранний мир корпораций и конфликтов: до 1990-х

Ранний мир корпораций и конфликтов: до 1990-х

История тёмного будущего уходит корнями в далёкое прошлое — в эпоху, когда империи ещё писали свои законы сталью и паром, а корпорации, которым суждено было пережить государства, только зарождались в тиши кабинетов и грохоте заводских цехов. Вся последующая летопись корпоративного могущества, кровавых войн и медленного распада привычного мира начинается задолго до того, как само слово «киберпанк» обрело смысл. Уже в девятнадцатом веке, в угасающей феодальной Японии, в семье, чьё имя станет синонимом безжалостной корпоративной мощи, родился Сасаи Арасака. Рядом с ним по жизни шла Юи, а в их окружении появился Акио Нагава. Сасаи взял Юи в жёны, и именно он основал корпорацию «Арасака» — предприятие, которому предстояло перерасти и свою страну, и саму эпоху.

Когда у Сасаи родился сын Сабуро Арасака, будущее корпорации обрело наследника. Но мир вокруг стремительно катился к катастрофе. В Калифорнию из Германии хлынула большая волна еврейских переселенцев, основавших Конгрегацию Бет-Эль; позднее община перебралась в бывшую баптистскую церковь в Морро-Бэй. В те же годы родился Антонио Луккеси — человек, чьё имя впоследствии окажется связано с рождением «Милитех». Началась Вторая мировая война. Сабуро Арасака был тяжело ранен в бою, его комиссовали из Императорского флота Японии, и он вернулся в Токио. Когда война закончилась, в день капитуляции Японии Сабуро попытался покончить с собой — этот жест отчаяния стал тёмной вехой в его биографии.

Послевоенные годы принесли новые судьбы. Родились Эллен Триест, Дональд Лунди, Валентин Доманевка, доктор Пол Робишо, Маргарет Эллен Гольдштейн. В это время было построено здание, в котором позднее разместится «Оружейная». Умер Сасаи Арасака, и Сабуро взял управление корпорацией в свои руки, немедленно создав в её структуре службу безопасности для проведения тайных операций. Родились генерал Лупольд Корепино, Роланд Йи, Дуглас Ллевеллин, Синтаро Такаяма, полковник Максвелл фон Брукнер, полковник Эмиль Лазарус. Тогда же был возведён кинотеатр «Байограф». В мир пришли Андерсон Беннет, Неонила Новикова, Трентон Паркер, Маршалл Р. Шепард, Нельсон Кацадулос, Элизабет Кресс, Ранольф Кристмас, Ангус Янгблад, Брюс Скив, Кей Арасака, Питер ван Рийен, Карсон Домингес, Малкольм Янгблад, Рамон Сагзай. Лупольд Корпино вступил в ряды Советской армии.

Тем временем в Бирме Государственный совет по восстановлению закона и порядка совершил переворот и переименовал страну в Мьянму. 7 апреля родился Керри Евродайн, а 16 ноября в Колледж-Стейшн, штат Техас, появился на свет Джонни Сильверхенд — будущая легенда и трагическая фигура грядущих конфликтов. Джордж Г. У. Буш стал 41-м президентом Соединённых Штатов Америки. В тени официальной власти сформировалась «Банда четырёх» — тайный союз ЦРУ, АНБ, ФБР и УБН, созданный, чтобы негласно управлять страной за спиной президента. Родился Брэдли Дэвид Паркер-младший. Холодная война подошла к концу, Берлинская стена пала. И почти сразу же вспыхнула Первая Центральноамериканская война: Соединённые Штаты объявили открытую войну наркокартелям Центральной и Южной Америки.

Ещё раньше, в 1980-х, тлел другой конфликт — Иран-Иракская война. В реальном мире она шла с 1980 по 1988 год. В тёмной версии событий Агентство национальной безопасности США держало на Ближнем Востоке более трёхсот агентов, когда разразилась война, и отозвало их всех, не уведомив военно-промышленный комплекс. Вдобавок АНБ на два часа задержало передачу спутниковых снимков. В результате старые российские ракетные установки одной из воюющих держав успели занять позиции и стёрли с лица земли американские военные объекты в Саудовской Аравии и Кувейте. Позднее АНБ оправдывалось тем, что скрытность была необходима для безопасной эвакуации агентуры, а военные, получив данные, начали бы войну до выхода агентов. Эта разведывательная неудача подтолкнула тогдашнего министра обороны Джонатана Сьюарда к расследованию деятельности «Банды четырёх».

Первая Центральноамериканская война стала прямым следствием интервенционистской политики США в Южной Америке. Организация американских государств единогласно осудила действия Вашингтона. Срок Панамского договора истёк, и канал вернулся под контроль панамского правительства. Соединённые Штаты, сославшись на интересы национальной обороны, направили в Панаму войска, чтобы вернуть канал силой. Национальная гвардия ушла в холмы и начала партизанскую войну, действуя с территории Гондураса и Никарагуа. К 1994 году американские войска вторглись и в эти страны, и конфликт перерос в полномасштабную войну. Как и во Вьетнаме, это была битва местного населения против чужаков. Именно тогда Соединённые Штаты создали новые элитные батальоны механизированной лёгкой пехоты — киберсолдат, оснащённых лучшими технологиями начала девяностых.

Этому предшествовали события 1991–1992 годов, когда по всему миру начал действовать антинаркотический биоагент, разработанный США. Сильнее всего пострадали наркобароны Южной Америки — главные поставщики американского рынка. Их могущество рухнуло вместе с уничтожением плантаций наркотических растений. Тогда наркобароны использовали связи с крупными корпорациями Европейского экономического сообщества, чтобы нанести ответный удар, атакуя УБН по всем фронтам. Были ли еврокорпорации действительно деловыми партнёрами наркобаронов или просто воспользовались случаем ослабить американские ресурсы, результат оказался одинаковым. Сам конфликт начался годом ранее с ограниченного вмешательства в зону Канала. УБН, втянутое в политическую паранойю «Банды четырёх», расширило войну, отправив национальные вооружённые силы ещё дальше на юг.

Результат был предсказуем. Почти за тридцать лет, прошедших после вьетнамского конфликта, уроки, выученные в болотах Юго-Восточной Азии, оказались забыты. Крупные соединения, оснащённые тяжёлой техникой, снова гонялись за партизанскими отрядами, которые отказывались принимать открытый бой. Враг наносил удар и растворялся в тропических лесах, порой сливаясь с местным населением. Партизанская активность наносила американским силам тяжёлый урон, диверсии стали нормой. Пропагандистские кампании и программы помощи не помогали. Местная экономика держалась на деньгах от наркотиков — если человек не выращивал наркотические культуры, он получал деньги от тех, кто их выращивал. Эта экономическая связь и привела наркобаронов к власти, настолько прочной, что правительства их стран были практически бессильны. Жители Центральной и Южной Америки прекрасно понимали, что американцы лишили их средств к существованию, и ненавидели их за это. Они были только рады ударить в ответ любым доступным способом.

Новые организационные планы, разработанные для распределения «мирных дивидендов», пришлось корректировать под влиянием событий в Южной Америке. Как война во Вьетнаме породила концепцию аэромобильности, так Первый Центральноамериканский конфликт превратил аэромобильные подразделения в полностью аэродинные транспортно-боевые соединения. Тактический опыт показал, что даже вертолёты не справляются с густыми лесами под плотным зенитным огнём; только аэродины обладали необходимой скоростью и манёвренностью. Большая часть мировых разработок аэродинов была направлена на создание лучших аппаратов вертикального взлёта и посадки для войны; почти каждый аэродин, летавший в 2020 году, вёл свою родословную от AVX-2 — первого жизнеспособного боевого аэродина.

Американская армия становилась всё более аэромобильной и, казалось, была обречена стать первой в мире полностью авиационной военной силой. В сочетании с новыми дальнобойными умными боеприпасами и тактикой «непрерывного боя» продолжительностью 24 часа это начало переламывать тяжёлое соотношение потерь в пользу американских сил. Но затем всё рухнуло. Биржевой крах 1994 года перерос в Коллапс 1995-го, и «Банда четырёх» начала отзывать наземные подразделения в США, опасаясь худшего. Опасения подтвердились, когда в 1996 году федеральная власть окончательно рухнула и началась анархия. Бывший министр обороны мистер Сьюард оказался перед выбором: чтобы спасти то, что осталось от Америки, он объявил военное положение.

Однако всё это произошло уже в девяностые. А до их наступления мир пережил череду иных потрясений. В 1988 году, когда рушилась бирманская государственность, в Колледж-Стейшн уже рос Джонни Сильверхенд. В 1989 году пала Берлинская стена, и в том же году была сформирована «Банда четырёх». Эти события стали рубежом, за которым начался отсчёт нового мира — мира, где корпорации, тайные союзы и армии наёмников вышли из тени.

Ранний период был отмечен и другими важными вехами. В 1913 году в Чикаго, штат Иллинойс, была основана компания «Кенмор» — производитель бытовой техники, со временем ставший известным брендом, а к 2077 году расширившийся до сети закусочных. В августе 1917 года в Дирборне, штат Мичиган, Генри М. Лиланд и Уилфред Лиланд основали автомобильную компанию «Линкольн», специализировавшуюся на роскошных седанах, внедорожниках и маслкарах; в 1922 году её приобрёл «Форд», превратив в своё люксовое подразделение. 15 мая 1940 года в Сан-Бернардино, Калифорния, Ричард и Морис Макдональды вместе с Рэем Кроком открыли первый ресторан «Макдоналдс» — сеть, которой предстояло стать символом предсказуемости и безопасности и в 2027 году всё ещё продавать фастфуд. В 1971 году в Уилмингтоне, Калифорния, Джеральд Вигерт основал «Вектор Моторс Корпорейшн» — производителя суперкаров, который в 2020-х диверсифицировался и вышел на рынок гидропланных досок для сёрфинга на топливе CHOOH2. В 1980 году появился автомобильный бренд «Юго», а в 1985 году его производство наладили на заводе «Застава Аутомотив» в Югославии; автомобили критиковали за безопасность и надёжность.

Ранние десятилетия также стали временем зарождения технологий, которым предстояло определить облик киберпанка. Именно тогда, в не столь отдалённом прошлом, были заложены основы будущих кибер-имплантов, нетраннинга и боевых систем. Уже после 1990-х появятся такие устройства, как «Мираж» М73 от «Милитех» — маскировочный костюм на жидкокристаллической технологии с памятью на 24 камуфляжных узора, весивший полтора килограмма и дававший штраф к обнаружению. Или же тазер-бумажник от «Пёрсьют Секьюрити, Инкорпорейтед» — бумажник с зарядом в тысячу вольт, срабатывавший, если его уносили дальше двух метров от передатчика. Всё это были продукты мира, вставшего на путь корпоративного могущества.

Таким был ранний мир — мир, где рождались династии корпоратов, формировались тайные союзы, а государства начинали проигрывать войну за контроль над будущим. Из пепла старых империй, из глубин секретных служб и лабораторий, из партизанских джунглей Центральной Америки и пустынь Ближнего Востока поднимались силы, которые вскоре перепишут карту мира. До 1990-х годов были заложены основы корпоративного могущества и прочерчены первые линии будущих конфликтов — линии, которые протянутся через десятилетия и приведут к пожарам, ядерным взрывам и войнам корпораций за само право определять судьбу человечества.

На бусти доступны главы вплоть до десятой

Глава 2 Технологии и пространства ранней эпохи: до 1990-х

Технологии и пространства ранней эпохи: до 1990-х

Тёмное будущее не родилось в одночасье. Оно вырастало из десятилетий, в которых первые технологии, первые машины, первые импланты и первые кварталы будущих мегаполисов закладывали фундамент того мира, что позже назовут эпохой Киберпанка. Чтобы понять, как Найт-Сити стал Найт-Сити, как хром стал повседневностью, а корпорации — сильнее правительств, нужно вернуться к истокам — к тем ранним годам, когда всё только начинало обретать форму.

Сама вселенная Киберпанка как явление культуры появилась в 1988 году, когда Майк Пондсмит и издательство R. Talsorian Games выпустили первую редакцию настольной ролевой игры — *Cyberpunk: The Roleplaying Game of the Dark Future*, известную ныне как *Cyberpunk 2013*. Тяжёлое влияние на неё оказали романы Филипа К. Дика и Уильяма Гибсона, а также фильм 1982 года «Бегущий по лезвию». Мир игры разворачивался в альтернативном будущем, где преступность достигла невиданных высот, убийства стали обыденностью, а корпорации обрели власть, превосходящую власть мировых правительств. Ядром этой вселенной стал Найт-Сити — вымышленный мегаполис на западном побережье, расположенный между Лос-Анджелесом и Сан-Франциско.

Первый бокс-набор *Cyberpunk 2013* включал три буклета: *View from the Edge: The Cyberpunk Handbook* с правилами создания персонажей и небоевыми механиками, *Friday Night Firefight* с боевыми правилами и *Welcome to Night City: A Sourcebook for 2013*, который впервые знакомил читателей с Найт-Сити и вселенной Киберпанка. В набор также входили шестигранный кубик, десятигранный кубик и четыре справочных листа для игроков. Именно в *Cyberpunk 2013* впервые появились несколько знаковых персонажей, пятеро из которых дебютировали в приключении-рассказе *Never Fade Away*, написанном Майком Пондсмитом как введение в Тёмное будущее. Среди плейтестеров *Cyberpunk 2013* были Лиза Пондсмит, бизнес-менеджер R. Talsorian Games и соавтор *The Witcher Tabletop Roleplaying Game*, а также Уолтер Джон Уильямс, один из основателей жанра киберпанк благодаря своей серии *Hardwired*. Его серия была адаптирована в официальный альтернативный сеттинг для *Cyberpunk* через сорсбук *Hardwired*.

*Cyberpunk 2013* установил три ключевые концепции, необходимые для передачи сути вселенной: стиль над содержанием, отношение превыше всего и жизнь на грани. Художник Сэм Лю во многом определил визуальный язык вселенной своими знаковыми работами для *Cyberpunk 2013*, многие из которых оказались настолько хороши, что их повторно использовали в *Cyberpunk 2020*. Среди его образов — razorgrrl, хромированная рокерская пара в объятиях, мужчина, осматривающий вскрытую киберруку, женщина с фирменными киберглазами и полный борг с дыхательной трубкой. Позднее Сэм Лю работал в комиксах и анимации, получил премию «Эмми» в 2006 году за работу над мультсериалом «Бэтмен» и к моменту выхода поздних материалов занимался режиссурой фильмов для DC Animation, включая грядущую адаптацию «Смерти Супермена».

Основная каноническая линейка серии развивалась так: *Cyberpunk: The Roleplaying Game of the Dark Future* (1988), *Cyberpunk 2020* (1990), *Cyberpunk RED* (ноябрь 2020 года), видеоигра *Cyberpunk 2077* от CD Projekt RED (10 декабря 2020 года), аниме-сериал *Cyberpunk: Edgerunners* от CD Projekt RED и Studio Trigger, выпущенный на Netflix 13 сентября 2022 года, и анонсированный сиквел *Project Orion*. Отдельно существовали серия *Firestorm*, чей лор в основном каноничен за исключением некоторых событий, и *Deep Space*, в основном каноничный за исключением некоторых дат. *Cyberpunk Version 3.0*, также известный как 203X, ранее публиковался как продолжение *Cyberpunk 2020*, но был удалён из канона, хотя некоторые его элементы могли перекочевать в основную хронологию. *CyberGeneration*, называвшийся *CyberGeneration Revolution 2.0* и опубликованный в 1995 году, изначально был частью второй редакции, но позднее стал отдельной альтернативной вселенной.

Мир Киберпанка начал обретать свою тёмную плоть задолго до 2020 года. Уже в 1990 году, с окончанием Холодной войны, Банда Четырёх — ФБР, ЦРУ, АНБ и DEA — искала новых врагов, чтобы отвлекать американских граждан. Начались Первый Центральноамериканский конфликт и «Тихая война» между США и ЕЭС. Советский Союз распался, а правительство Южной Африки рухнуло в анархию.

В 1991 году Еврокосмическое агентство запустило космоплан «Гермес», открыв новую эру освоения космоса. Корпорация Biotechnica разработала CHOOH2 — биотопливо, которому предстояло заменить бензин в баках большинства машин Тёмного будущего. В том же году в Соединённых Штатах были разработаны первые искусственные мышечные волокна — та самая основа, на которой позднее вырастет вся индустрия кибер-имплантов. Экономики Чили, Эквадора и Афганистана рухнули после того, как в их границах был выпущен антинаркотический растительный вирус.

1992 год стал годом формирования Европейского экономического сообщества и учреждения евродоллара. В Восточном Лос-Анджелесе сформировался клан Альдекальдо. Нарковойна DEA ускорилась, вытолкнув Центральноамериканский конфликт в Южную Америку. В этот же год Управление по борьбе с наркотиками США выпустило по всему миру несколько биоинженерных цветочных чум, нацеленных на растения коки и опийного мака. Эти чумы оказались невероятно эффективны и уничтожили 98 процентов мирового урожая. Несколько правительств, державшихся на наркоэкономике, рухнули практически мгновенно.

1993 год ознаменовался уходом Джоудов из Оклахомы, когда регион превратился в пыльный котёл. Альдекальдо покинули Лос-Анджелес. Майами был опустошён гангстерской войной. Наркотеррористы взорвали ядерную бомбу в Нью-Йорке, немедленно убив пятнадцать тысяч человек. В Мюнхене были разработаны биологические интерфейсные чипы TRC — второй столп будущей кибернетики. В Соединённых Штатах создали аэродин AV-4, которому предстояло стать рабочей лошадкой небесных перевозок, а в Калифорнии началось строительство Коронадо-Сити — города, которому суждено было стать Найт-Сити.

В 1994 году начался Коллапс. Мировые фондовые рынки рухнули после того, как вскрылись манипуляции США на европейских и азиатских биржах. Атомная электростанция в Питтсбурге расплавилась, погибло 257 человек. В Польше было объявлено военное положение после массовых забастовок, парализовавших экономику. Страны Юго-Восточной Азии пережили экономический подъём, поскольку крах 1994 года заставил производителей искать дешёвую рабочую силу. В этом же году был принят Закон о жизни 1994 года, позволявший гражданам регистрироваться как доноры органов; любой, кто доставлял тело зарегистрированного гражданина в донорский центр, получал вознаграждение в зависимости от состояния пригодных для изъятия конечностей и органов.

Аппалачия, сформировавшаяся после Коллапса, стала одним из самых политически влиятельных регионов Соединённых Штатов. Её составили штаты Кентукки, Северная Каролина, Теннесси, Вирджиния и Западная Вирджиния, а также, своего рода прицепом, округ Колумбия. Хотя Свободный Штат и мог бы быть более мощным политическим фактором и даже подавить Аппалачский регион, структура нового правительства США, вкупе с тем фактом, что FSB редко голосовал единым фронтом, уменьшала его влияние. На протяжении двадцатого века эти штаты оставались по большей части захолустьем: крупные городские агломерации располагались вдоль атлантического побережья, а обширные территории Кентукки, Теннесси и обеих Вирджиний оставались относительно незаселёнными, игнорируемыми поп-культурой как глушь и прибежище «деревенщин». К счастью, эти штаты избежали большей части ущерба экосистемам, нанесённого кислотными дождями северо-востока, а обилие лесных массивов помогло земле пережить засухи и глобальное потепление в хорошей форме. Климат в этой части страны изменился мало.

Чрезвычайно низкие цены на землю в сочетании с готовыми запасами рабочей силы и сырья привлекли сюда промышленность на рубеже тысячелетий, и вскоре Аппалачия стала новым быстрорастущим регионом страны. TerraTech начала обширные подземные туннельные и горнодобывающие работы, а затем превратила главные шахты в супермагистрали, которые подрезали извилистые аппалачские дороги. Подпитываемые запасами древесины, руды и самодостаточными строителями, новые города вырастали быстро, давая жильё тысячам корпоративных «бобров», стекавшихся сюда. За следующие десять лет Аппалачия пережила ренессанс, какого Америка не видела со времён открытия Старого Запада. Целые маленькие города выкупались, сносились и отстраивались заново как плановые сообщества. Сюда перебралась промышленность всех видов, обеспечив лёгкость сетевого взаимодействия, невиданную в других штатах. Из всех компаний списка Fortune 1000 2020 года каждая имела крупный корпоративный офис в этих штатах. Сердцебиение нации теперь ощущалось именно здесь. Эти штаты тоже боролись бы за статус Свободного Штата, но по отдельности им не хватало силы. Как коллективный блок они, однако, обладали огромным авторитетом в новой правительственной структуре и, благодаря дезорганизованной политической позиции Свободных Штатов, могли определять политику страны.

1995 год принёс начало работ Еврокосмического агентства и Панафриканского альянса над масс-драйвером Килиманджаро. «Великая унификация министерств» в Японии урезала бюрократию, но резко изменила баланс сил в стране. Армия США начала эксперименты с кибер-имплантами в южноамериканском конфликте.

К 1996 году беспорядки стали обычным делом по всей территории Соединённых Штатов, поскольку Коллапс усиливался. Один из четырёх американцев остался бездомным. В стране было объявлено военное положение. Появились первые бустерганги. Японские силы самообороны экспериментировали с мозговым управлением двуногим танком; когда машина вышла из-под контроля, погиб двадцать один человек. Американские военные покинули Японию и Корею. 17 августа 1996 года президент и вице-президент США были убиты. Спикер Палаты представителей в это время переносил операцию шунтирования, а временный председатель Сената отказался приносить присягу. Днём того же дня министр обороны Джон Сьюард обратился к нации и объявил военное положение. Начался самый тёмный период в истории Соединённых Штатов. Исполняющий обязанности президента Сьюард и его кабинет активно боролись с Бандой Четырёх за контроль над правительством, одновременно справляясь с бунтами по всей стране, восстановлением разрушенных глобальных альянсов, дальнейшими экологическими катастрофами и опустошительной чумой. Сьюард был убит в 2000 году.

1997 год принёс эскалацию напряжённости на Ближнем Востоке, вылившуюся в ядерный обмен, который опустошил Иран, Ирак, Ливию, Чад и Арабские Эмираты. Мировые запасы нефти сократились вдвое, из-за чего CHOOH2 и синтетические смазочные материалы стали ещё популярнее. Рокербой Мэнсон был убит полицией на сцене во время концерта Amnesty International — событие, вдохнувшее жизнь в движение рокербоев, названное в его честь. Таиланд отменил все антинаркотические и антиконтрабандные законы, став полностью открытым рынком. Гонконг вернулся под контроль Китая. Изменения в японских силах самообороны заставили многих членов уйти; большинство устроились в «Арасаку».

В 1998 году массивное землетрясение опустошило Лос-Анджелес: 35 процентов города ушло под воду, погибло 65 000 человек. В западном Кентукки сформировались нео-луддитские террористические ячейки. Засуха 1998 года ещё сильнее опустошила американские фермерские земли. КГБ поддержало переворот в России. Ричард Найт был убит, а Коронадо-Сити переименовали в Найт-Сити.

В 1999 году начали появляться культы миллениума. Еврокосмическое агентство основало лунную колонию Тихо. Началась Вторая корейская война после того, как Юг заявил, что Север нарушил его воздушное пространство. В Гонконге после вспышки беспорядков было объявлено военное положение. Джоуды получили контракт на восстановление Лос-Анджелеса.

Наступление 2000 года ознаменовалось разгулом культов миллениума: 1 января они устроили оргию убийств, самоубийств и разрушений. Появились первые позёрские банды. На северо-западе Америки бушевали огненные штормы. Началось строительство космической станции «Кристальный дворец». Чума Истощения поразила США и Европу, вынудив ЕЭС закрыть границы. ESA и Orbital Air выкупили большие участки полуострова Кейп-Йорк в Австралии для строительства космопорта. Банда Bloods покинула Флориду.

В 2001 году была завершена спутниковая сеть WorldSat, позволившая глобальную связь через Сеть. Завершилось восстановление Лос-Анджелеса. Европа ввела обязательную систему удостоверений личности. Британская монархия рухнула, в Англии было объявлено военное положение. Официально образовалась Федеративная Республика Австралия. Множество групп коренных народов взялись за оружие против австралийского правительства, требуя возвращения земель предков.

В 2002 году продовольственный кризис опустошил большую часть мира, когда мутировавший растительный вирус уничтожил посевы во многих странах. Соединённые Штаты, в основном не пострадавшие, были обвинены в биологической войне. Была основана лунная колония Коперник. SovOil приватизировался. В Эгейском море извергся вулкан Санторин. Новая Зеландия начала программу самообеспечения. Несколько японских автомобильных компаний слились и реорганизовались.

В 2003 году началась Вторая центрально-южноамериканская война: Соединённые Штаты вторглись в Колумбию, Панаму, Эквадор, Перу и Венесуэлу с приказом уничтожить наркоинфраструктуру. Производители ЕЭС получали рекордные прибыли, продавая оружие южноамериканским правительствам. Корпоративные анклавы в Японии эволюционировали в полноценные города. Репортёр Тесла Йоханнесон раскрыла историю Банды Четырёх, опубликовав секретные записи о Первом Центральноамериканском конфликте. В 2003 году знаменитую группу Samurai открыл Джек Мастерс, исполнительный директор Universal Music, подписавший коллектив после того, как увидел их выступление в «Rainbow Cadenza», закулисном баре Найт-Сити. Состав Samurai включал Джонни Сильверхенда (вокал и соло/ритм-гитара), Керри Эуродайна (вокал и соло/ритм-гитара), Денни (ударные), Нэнси — она же Bes Isis (клавишные), и Генри (бас). Их первый сингл «Blistering Love» занял первое место в EuroCharts.

В 2004 году Тесла Йоханнесон была убита. Разразилась Первая корпоративная война между Eurobusiness Machine Corporation и Orbital Air, обе из которых хотели приобрести Transworld Airlines; в итоге EBM проиграла. Эта война положила начало использованию корпорациями военной силы для достижения желаемых результатов в сделках. Бюрократическая структура ЕЭС была реформирована после вскрытия масштабной коррупции и отказа населения платить налоги. Золотой треугольник в Китае был почти уничтожен вирусными атаками DEA; позднее, в 2004 году, был выпущен второй набор биологического оружия, стёрший плантации Золотого треугольника, где выращивались штаммы опиума и коки, устойчивые к прежним чумам. С тех пор Золотой треугольник специализировался на создании синтетических версий старых наркотиков и новых вариаций. Пока он сосредотачивал усилия на экспорте продукта в Америку и Европу, китайские власти закрывали глаза на его деятельность. В Южной Корее произошёл военный переворот.

В 2005 году был изобретён кибермодем — первый коммерчески доступный компьютер, специально предназначенный для прямого подключения разума к Сети через интерфейсную программу, переводящую получаемую информацию в сенсорные данные. Первая корпоративная война завершилась. EBM закончила выкуп Гамбурга и объявила его отдельным от Германии, но всё ещё частью ЕЭС. Вторая корейская война завершилась объединением Кореи. В 2005 году Kenjiri Technologies выпустила кибермодем, а первые интерфейсные программы были примитивны и существовали в разных вариантах, позволяя пользователю выбирать, будет ли Сеть выглядеть как фэнтезийное подземелье или мегаполис 1920-х годов. Отсутствие стандартизации иногда делало взаимодействие сложным, особенно когда два нетраннера пытались общаться: трудно объяснить, что кому-то стоит заглянуть в узел данных, когда один видит его как пульсирующего кальмара, а другой — как простую геометрическую фигуру.

В 2006 году киберконечности уже широко использовались в американской армии. Был выращен первый клон человека in vitro. Начались генетические эксперименты с целью подготовки исследователей к миссии на Марс.

В 2007 году началась Вторая корпоративная война между SovOil и Petrochem. Национальные правительства впервые открыто поддержали стороны в корпоративном конфликте. Был разработан бранданс. В Греции произошёл переворот. Новая Зеландия легализовала марихуану и производство конопли.

В 2008 году США вторглись на российскую космическую платформу. Вмешалась ESA, и разразилась первая космическая война; она закончилась, когда масс-драйвер колонии Тихо сбросил крупный камень на Колорадо-Спрингс, а камни были сброшены и на другие объекты, жизненно важные для космической программы США. Близкий промах каменного удара в Австралии убил 25 000 человек в городе Алис-Спрингс. Военное положение в США закончилось проведением первых национальных выборов. Значительная часть Южно-Китайского моря была залита нефтью, пока продолжалась Вторая корпоративная война. В Северной Америке завершилось строительство Трансконтинентальной системы МагЛев. 7 ноября 2008 года большинство историков считают концом Коллапса и началом восстановления Соединённых Штатов: в тот день, спустя двенадцать лет после объявления военного положения, прошли свободные выборы. К сожалению, ущерб уже был нанесён — по состоянию на 2020 год правительство США оставалось слабым, а его хозяевами были не Банда Четырёх, а корпорации, поддерживающие экономику. Согласно переписи, почти половина населения США погибла за двенадцать лет Коллапса. Ещё от 25 до 50 миллионов граждан стали номадами — бесправными скитальцами.

В 2009 году миссия ЕЭС/Советского Союза на Марс отправилась в путь. Разведка США попыталась захватить «Кристальный дворец», используя террористическую группу как прикрытие, но потерпела неудачу. ESA сбросила камень недалеко от Вашингтона в качестве предупреждения. Корпорации Найт-Сити работали над искоренением влияния организованной преступности. Индонезия вторглась в Папуа — Новую Гвинею. В этом же году пионер Сети Нобухиро Ихара был переманен из Zetatech консорциумом телекоммуникационных компаний, а тот же консорциум переманил гейм-дизайнера Яна Грабба из Kenjiri Technologies. Вместе эти два гения возглавили команду инженеров и программистов, переработавших Сеть с нуля. Они разработали последовательную универсальную интерфейсную систему, которая не только переводила данные в ощущения, но и передавала чувство пространственного восприятия, так что путешествие онлайн действительно ощущалось как движение через трёхмерный мир. Выпущенные в сентябре 2014 года Алгоритмы Трансформации Ихары-Грабба гарантировали, что все в Сети получали одинаковый базовый опыт, хотя пользователи всё ещё могли настраивать представление своих иконок, программ и личного сетевого пространства.

К 2010 году Вторая центрально-южноамериканская война завершилась. 500 000 контрактников были брошены и начали Долгий путь обратно в Соединённые Штаты. Network 52 контролировала 62 процента медиавещания в США. Вторая корпоративная война окончилась победой SovOil. Румыния пострадала от землетрясения. В Австралии экотеррористы начали кампанию против крупных строительных проектов. Позднее, в 2010 году, подполковник Эмиль Лазарус, пережив катастрофу операции во время Второго южноамериканского конфликта и потеряв всякое уважение к американской армии, вместе с финансовым спонсором Нельсоном Кацадуласом основал Lazarus Group — частную военную силу.

В 2011 году был достроен «Кристальный дворец». ESA закрепило своё доминирование в космосе. Миссия ESA/Советского Союза достигла Марса и начала возвращение. Джон Мета повёл группу брошенных американских контрактников на захват кораблей и нефтяных платформ, создав МетаКей. Экспериментальные нанотехнологии, предназначенные для очистки радиации, вышли из-под контроля в Южной Австралии. Открытая корпоративная война в Японии привела к дестабилизации межгородских поставок. В 2011 году бывший параспасатель-пожарный Саманта Стивенс каким-то образом вернула часть вещей Джонни Сильверхенда, включая один из его «Малорианов». Она хранила оружие десятилетиями, поддерживая его в хорошем состоянии с помощью космолина.

В 2012 году биочумы поразила Чикаго, убив тысячи. Долгий путь завершился: лишь около 10 процентов первоначальных контрактников добрались до Соединённых Штатов. В Испании вспыхнула корпоративная война за права на воду во время Великой засухи, но была остановлена вмешательством ЕЭС.

Так выглядела хронология ранней эпохи, но технологии Тёмного будущего развивались собственным путём. Основы технологий улучшения тела, известных как кибер-импланты, были заложены в 1991 году, когда в Соединённых Штатах разработали первые искусственные мышечные волокна, и в 1993 году, когда в Германии появились первые биологические интерфейсные чипы. Ранние кибер-импланты испытывали на солдатах, служивших в центрально- и южноамериканских войнах, обычно не предупреждая подопытных о возможных побочных эффектах. К 2020 году кибер-импланты распространились в обществе как по утилитарным причинам, так и как модный аксессуар. Было модно иметь вживлённые в тело высокие технологии, и завсегдатаи красных дорожек с одинаковой вероятностью хвастались тем, кто разработал их новую руку или глаза, как и тем, кто создал их наряд.

Кибер-импланты обычно делились на десять категорий: Fashionware — косметические улучшения тела; Neuralware — процессоры, подключаемые к нервной системе для её модификации или усиления; Implants — устройства, добавляющие телу специфические функции; Bioware — улучшения, построенные на биологических, а не механических принципах; Cyberweapons — в основном нелегальное оружие, имплантируемое непосредственно в киберконечности или тело; Cyberoptics — камеры, заменяющие биологические глаза; Cyberaudio — устройства, подключаемые к слуховым нервам для улучшения слуха; Cyberlimbs — конечности любого цвета и стиля; Linear Frames — экзоскелеты, прикрепляемые к телу; Body Plating — пластины из пластика или металла, покрывающие часть тела как защита или монтажная поверхность. Некоторые категории начинались с базового блока, например киберглаза, который можно было улучшать опциями.

Интерфейсные разъёмы были одной из самых распространённых форм кибер-имплантов в мире *Cyberpunk 2020*. Они служили отправной точкой, позволявшей людям подключаться к машинам, огнестрельному оружию и компьютерам и управлять ими, при условии наличия нужного нейрооборудования. Информационные и навыковые чипы также можно было вставлять в интерфейсные разъёмы, обеспечивая прямой ментальный доступ. Разъёмы обычно устанавливались прямо в кость и подключались к крупным нервным стволам. Большинство людей монтировало их в запястья, но некоторые любили выставлять их напоказ: «Plugheads» крепили их на виске, «Frankensteins» — сразу за ушами, «Puppetheads» предпочитали затылок. Нередко можно было увидеть интерфейсный разъём, инкрустированный драгоценными металлами или украшенный индивидуальными колпачками. В 2000 году Kiroshi выпустила свои Model 100 — первые коммерчески доступные интерфейсные разъёмы, которые из-за громоздкости и сложности можно было имплантировать только в голову или верхний отдел позвоночника.

Среди конкретных имплантов ранней эпохи выделялся Bodyweight Decentralized Heart — децентрализованное сердце, стоившее 1300 эб. Эта кибернетика заменяла сердце синтетическими имплантами, которые распределяли камеры, главные артерии и главные вены по трём областям внутри торса, снижая критический урон от одиночного ранения. С таким имплантом персонаж получал плюс 2 к спасброскам от смерти при ранениях торса, а потеря человечности составляла 1D6+4. Bodyweight MedicGear, стоившая 3400 эб, представляла собой боевую медицинскую броню с жёстким панцирем SP20, в структуру которой был встроен компьютер Hybrid MedicWear. Датчики и программное обеспечение позволяли ей работать как анализатор наркотиков и техсканер, показывая, что именно принял пациент и какое у него кибер-оснащение. Инъектор наркотиков был встроен в выдвижной стебель на левой руке, а пять доз каждого из десяти разных препаратов хранились в сборке запястья и предплечья. На поясе размещались давящие повязки и другие припасы, а также маска и баллончик с кислородом примерно на тридцать минут. Аппликатор sprayskin крепился на правом запястье, имелся и дермальный степлер. В крайних случаях ладони перчаток можно было наэлектризовать, используя их как реаниматор или как тазер с -2 к попаданию; заряда хватало на три попытки. Наконец, анестетический пистолет, аналогичный p-1135, но с половинной дальностью, восемью выстрелами и точностью 0, можно было установить рядом с правым запястьем или на правом бедре. MedicGear имела EV -3 и добавляла +2 ко всем «полевым» медицинским проверкам.

Masetto Tech Clothing 'Francesca' Techscanner стоил 1200 эб и оснащался лучшими программами, а также сложными портами ввода-вывода и щупами, дававшими точную и полезную информацию об исследуемом оборудовании. Как и следовало ожидать от Masetto, прибор был построен со стилем и изяществом: гладкие хромированные линии специально дополняли комбинезоны Alessio, а цвета дисплея красиво оттеняли устройство. Техсканнер давал +1 к проверкам навыка при диагностике, а в Европе, озабоченной статусом и внешностью, техник с таким прибором мог получить +1 к своему Wardrobe & Style или Reputation по решению ГМ-а. Tritech Tight-Beam Radio Relay за 1500 эб предлагал простое улучшение для любой деки: если дека находилась вне сотовой сети, устройство устанавливало шифрованную узконаправленную радиосвязь с домашней базой, позволяя подключаться через этот сокет.

Оружие ранней эпохи также закладывало основы будущих легенд. Malorian Arms 3516 была серией уникальных пистолетов, изготовленных компанией Malorian Arms. 3516 представляли собой уникальные тяжёлые пистолеты превосходного качества, некоторые из которых считались сверхроскошными предметами. На протяжении лет выпускались улучшенные версии оружия, каждая мощнее предыдущей. Одна из 14-мм итераций имела редкую цельную титановую раму, изготовленную в космосе, что давало почти нулевую вероятность дефекта корпуса. Кастомное Dyna-портирование и прямая интегральная кибер-связь означали, что только человек с киберрукой и смарт-линком мог полностью использовать возможности пистолета. Другая версия была очень уникальной: полуавтоматическая, оснащённая прототипом смарт-линка и совместимая с различными типами боеприпасов; более того, с её помощью можно было создать огненную «дышащую» атаку, производимую загруженными в пистолет патронами.

Основатель Malorian Arms Эран Малур разработал радикально новый дизайн 3516 по личным спецификациям знаменитого рокербоя Джонни Сильверхенда, которому нужно было оружие, способное остановить киберпсихованного фаната на расстоянии ста шагов, какой бы бронёй тот ни был защищён. Цена для него не была проблемой. К 2020 году 3516 был самым мощным личным пистолетом на рынке. С годами Джонни владел разными «Малорианами», каждый мощнее предыдущего. Его последний был мощнее противотанкового ружья, и благодаря особой киберруке и плечу отдача не отрывала их при выстреле. Джонни носил 3516 до своей смерти в 2023 году во время катастрофы AHQ. Вскоре после этого Саманта Стивенс каким-то образом нашла его вещи, включая один из «Малорианов», и хранила его десятилетиями. Во Время Красного 3516 были чрезвычайно редки и востребованы, что делало их дороже, чем в 2020-е, и найти такое оружие в продаже было почти невозможно. Позднее, когда группа эджраннеров из Найт-Сити искала неизданную песню Samurai, Саманта отвела в сторону одну из них, наёмницу по имени Зара, и отдала ей завёрнутый «Малориан», сказав, что прежний владелец больше никогда им не воспользуется. Во время путешествия на восток из Найт-Сити Зара развернула оружие, поняла, что это, но боялась это подтвердить. Несмотря на страх, она в конце концов подключилась к нему и использовала его для защиты друзей. Она обнаружила, что интерфейс оружия повышал её ситуационную осведомлённость до очень высокого уровня, давая почти сверхъестественную точность и ощутимо холодную жажду боя. Кибер-интерфейс оружия был модифицирован для создания почти киберпсихотического уровня обратной связи, который приглушал обычную эмоциональную реакцию на боевые ситуации и давал роботоподобный контроль. Группа в итоге добилась успеха, и Зара решила оставить оружие себе. В какой-то момент после смерти Джонни Адам Смэшер подобрал один из его «Малорианов» и подарил его своему правой руке Иеремии Грейсону, который хранил его до 2077 года, когда Ви и Роуг Амендиарес забрали его обратно. Известными владельцами Malorian Arms 3516 были Джонни Сильверхенд, Сьюзан Форрест, Зара и Иеремия Грейсон. Борг Адам Смэшер считал 3516 игрушечным пистолетом по сравнению со своим Magnum Opus Hellbringer. Последний «Малориан» Джонни имел четыре патрона и стрелял боеприпасами, эквивалентными патрону .577 Nitro Express.

Майк Пондсмит комментировал дизайн оружия: первый пистолет Джонни, как и все его последующие, был разработан Малорианом, главным оружейным дизайнером мира 2020 года; он начинался как модернизированный Desert Eagle с усиленным патронником под патрон .577. Стандартный боекомплект составлял всего четыре патрона. Передняя часть была очень громоздкой с пламегасителем и дополнительным весом, чтобы оружие не задиралось слишком сильно, но при этом требовалась полностью запирающаяся киберрука. Дерек Кинтанар провёл исследование и нашёл безумца, который действительно построил пистолет под патрон .577. Оружие было спроектировано, чтобы останавливать слонов или по-настоящему разъярённого киберпсихованного фаната, жаждущего автограф. К тому времени, когда CDPR взялась за игру, все решили, что оригинал выглядел слишком «по-дезерт-игловски» и нуждался в обновлении. Майк Пондсмит также объяснял: изначально он работал по таблицам относительной боевой нагрузки Winchester circa 1979 года, с базовым уроном, рассчитанным от стандартного военного пистолета .45 Colt. Тяжёлый пистолет — это 11 мм (.45 Colt), очень тяжёлый пистолет — примерно 12 мм (.44 Magnum или Desert Eagle .50), а особые типы, такие как печально известный «Малориан» Джонни Сильверхенда, были специфицированы, чтобы уронить бушующего киберпсиха, и равнялись .577 Nitro Express. Фактически, с последним «Малорианом» Джонни стрелял из ручного противотанкового револьвера, поэтому у него были особая рука и плечо.

Среди другого оружия ранней эпохи был Splatman Airpistol — небольшой пневматический пейнтбольный пистолет непрерывного действия высокого давления, выпущенный в *CyberGeneration* и стоивший 200 эб. Он мог стрелять кислотой, наркотиками, ядом или просто краской; краска стоила 10 долларов за тысячу, другие заряды — втрое дороже. Бронебойный дизельный локомотив из *Cyberpunk Version 3.0* был грузовым локомотивом, приводимым в движение дизельным двигателем «U-Boat». Он был способен тащить железнодорожные вагоны, некоторые даже в бронированной конфигурации с 3-сантиметровой рельсовой пушкой или тяжёлой артиллерией. При максимальной скорости 100 миль в час этот тяжеловооружённый и бронированный локомотив был вовсе не игрушкой. Его характеристики включали максимальную скорость 100, ускорение/замедление 10/20, экипаж 2–6 человек, дальность 1000, манёвренность N/A, SDP 400, SP 50 и стоимость 10 000. Семейная банда Дойлов контролировала большинство терминалов, станций и железнодорожное депо, где хранила свои кастомные бронированные дизельные локомотивы.

Custom Hotrod '50, автомобиль из *Cyberpunk Version 3.0*, представлял собой кастомный модифицированный стритрейсинг/драгрейсинг автомобиль в стиле 1950-х годов, популярный среди банд хотроддеров 1950-х. Он имел максимальную скорость 100, ускорение/замедление 15/40, экипаж 2–6, дальность 300, манёвренность 0, SDP 25–80, SP 6–20 и стоил 250 эб. Банда Johnny Zee & The Zee Town Rollers владела кастомным хотродом 1950-х годов.

Появление киберпсихоза потребовало создания особых полицейских подразделений. Отряды киберпсихов, известные также как киберотряды или психоотряды, существовали во многих странах мира; в Соединённых Штатах их называли командами C-SWAT. Их целью была борьба с публичными угрозами, вызванными киберпсихозом, с которыми обычная полиция не могла справиться самостоятельно. Психоотряды вооружались лучшей бронёй, снаряжением и транспортом; большинство носило оружие, начиная от лёгких пушек и выше. По своей природе это были не очень приятные люди. Кибер-аугментация была настолько распространена и обширна в этих отрядах, что, сражаясь огнём против огня, многие офицеры сами оказывались на грани киберпсихоза. Существовали также психоотряды военной и корпоративной безопасности. В случаях, когда такие подразделения были недоступны, иногда собирались импровизированные отряды, называемые «тяжёлыми деталями». Подразделения C-SWAT в Токио и других крупных японских городах особенно отличались массированным использованием ударных аэродинов, ACPA и танков, таких как мини-танк SWAT Mitsubishi «Musashi». В 2000-е годы киберпсихоз стал серьёзной проблемой во многих странах, особенно в густонаселённых районах. Хотя существовали методы терапии, труднее всего было доставить пациента в кабинет психолога. Когда бронированный металлом кибер-усиленный маньяк начинал беспорядочно убивать, стандартные правоохранительные органы не были выходом. Поэтому правительства начали создавать специализированные тактические подразделения для охоты и захвата или уничтожения психованных убийц. Эти отряды действовали под названиями C-SWAT (Cybernetic Special Weapons & Tactical Squad), PSYCHE-DIV, CYB-Enforcement или MAX-TAC (Maximum Force Tactical Division). Со временем рост числа киберпсихотических случаев вынудил выделить эти подразделения в отдельные полицейские дивизии, ставшие обычным явлением во многих городских центрах мира.

Полиция Найт-Сити отличалась от многих американских городов тем, что её службы комплектовались муниципальными служащими, а не частной контрактной организацией. Департамент полиции Найт-Сити (NCPD) поддерживал несколько участков, а корпоративные силы патрулировали Корпоративный центр города. NCPD поддерживал порядок с помощью регулярных уличных и следственных подразделений, системы замкнутых камер и мониторов, а также воздушного патрулирования. Примерно сорок процентов уличных углов Найт-Сити имели коллбоксы, позволявшие гражданам и гостям вызвать NCPD всего за один эдди; некоторые даже работали. Отдел по борьбе с киборгами, сокращённо C-SWAT, а позднее MAX-TAC, изначально входил в состав отдела специального оружия и тактики (SWAT), но выделился, когда частота их операций потребовала собственного командования. MAX-TAC был отрядом быстрого реагирования из самых боеспособных офицеров NCPD, экипированных лучшей военной бронёй, оружием и транспортом. Их миссия заключалась в наблюдении за сильно аугментированными лицами и готовности прибыть быстро, ударить жёстко и стрелять на поражение, если цель переступала грань киберпсихоза. MAX-TAC работали командами SPAR (Special Purpose Assault Rescue) из шести бойцов и одного офицера; многие члены были хромированы до такой степени, что сами находились под наблюдением, а некоторые офицеры были полными боргами. Оружие MAX-TAC было универсально рассчитано на поражение тяжело кибернетизированных целей, обычно это были крупнокалиберные патроны, пробивающие любую броню. EMP-оружие было редкостью, поскольку наносило такой же урон команде SPAR, как и киберпсиху. Среди распространённого оружия были Cyclone Squad Support Weapon от Constitution Arms и гироскопическая снайперская винтовка Remington.

Интеграция огнестрельного оружия и хрома была одной из целей дизайна кибер-имплантов практически с момента их изобретения. Смартганы представляли собой модифицированные версии обычного оружия, использовавшие различные сканирующие системы для постоянной подсветки целей и передачи данных в мозг или на очки, что позволяло точнее целиться. Различные компании также создавали варианты оружейных креплений для киберконечностей: выскакивающие пистолеты и пистолеты-пулемёты были обычным делом, но для тех, у кого хватало денег заплатить риппердоку, были доступны огнемёты, гранатомёты и установки микроракет. Энергетическое оружие обычно встречалось только у военных или специализированных корпоративных агентов. Лазерное оружие, такое как Militech LaserCannon, питалось от батарей и имело регулятор мощности, позволявший варьировать выстрел от уровня лёгкого пистолета до выстрела мощностью с штурмовую винтовку, но расходующего половину заряда. Techtronica Model 009 Volt Pistol была тазером с изюминкой: она использовала низкоинтенсивный лазер для ионизации воздуха на траектории, а затем разряжала электричество, формируя искусственную молнию. Микроволновое оружие могло вызывать сбои в кибернетике, но его эффекты было трудно предсказать. Более надёжной, хотя и более дорогой была рельсовая пушка Rhinemetall EMG-85 Kinetic Energy Railgun, стрелявшая 15-граммовым майларовым снарядом с гиперзвуковой скоростью и пробивавшая почти любую броню; из-за экстремального веса и отдачи её часто использовали полные борги против полных боргов.

Среди конкретных видов оружия ранней эпохи были и экзотические. Воздушный пистолет Splatman был маломощным пейнтбольным пистолетом непрерывного действия, способным стрелять кислотой, наркотиками, ядом или краской. MTC 'Francesca' Techscanner был техсканером с лучшими программами и сложными портами ввода-вывода. Бронебойный дизельный локомотив, как уже упоминалось, был грузовым локомотивом с дизельным двигателем «U-Boat», способным тащить бронированные вагоны и развивать скорость до 100 миль в час.

Отдельного упоминания заслуживает ранняя история климата и сельского хозяйства. В мире Киберпанка отсутствие регулирования в США и других регионах привело к быстро меняющемуся и непредсказуемому климату, сделавшему сельское хозяйство почти невозможным. К 1998 году Средний Запад США был немногим больше пыльного котла, а кислотные дожди, засуха, лесные пожары и токсичные отходы уничтожили сады Калифорнии, Техаса и Флориды. К 2020 году большая часть бывшей житницы мира стала загрязнённой пустошью, поэтому пищи производилось меньше и в новых местах. Из-за роста температур районы, некогда слишком суровые для крупного сельского хозяйства, стали новыми возможностями: Северная Канада стала одним из ведущих мировых поставщиков настоящей еды, а Аляска — одной из немногих частей США, где фермерство ещё могло существовать в промышленных масштабах. Большинство американцев к 2020 году ели переработанную пищу, чаще всего киббл — сухие зернистые кусочки с витаминами, минералами и небольшим количеством настоящего белка. Киббл составлял 70 процентов среднего американского рациона. SCOP, выращенный в чанах белок, генетически адаптированный для имитации текстур и вкусов разных продуктов, составлял 20 процентов. Свежая пища составляла всего 2 процента рациона, и её импортировали из Канады, Европы или СССР. Богатые, разумеется, питались иначе: Powerdealers ели настоящую еду, приготовленную живыми поварами, каждый приём пищи; Corpzoners позволяли себе свежую еду в среднем четыре раза в неделю, никогда не ели киббл и редко SCOP; Movers в основном жили на SCOP, но иногда покупали свежее, чтобы произвести впечатление.

Медицинские технологии развивались стремительно. Благодаря кибернетике, криобакам, биотехнологиям и лекарствам медицинская наука к 2020 году продвинулась настолько, что Trauma Team и другие медики регулярно возвращали людей «с того света». Trauma Team установила шкалу мёртвости под названием «Death State» от DEAD 1 (только что умер, реанимация почти гарантирована) до DEAD 10 (реанимация невозможна). Как правило, пациент поднимался по шкале каждую минуту, хотя окружающие условия, кибернетика, лекарства и СЛР могли замедлить прогресс. Trauma Team Tower в Найт-Сити располагался возле конференц-центра NC и вмещал офисы корпорации и локальные операции, включая диспетчерскую, оружейную, техобслуживание и стартовые площадки для AV-4 компании. NCPD присваивал Trauma Team Tower рейтинг безопасности 3, что означало высокозащищённые замки и сигнализации, выводящие из строя меры безопасности, постоянный мониторинг, военные/SWAT-охранники, патрулирующие группами по 5–10 человек, и чёрный IC против нетраннеров. В Найт-Сити в любой момент времени дежурило не менее дюжины активных отрядов Trauma Team, и их сотрудники всегда были лучшими из лучших: пилот Trauma Team мог посадить AV-4 на крышу припаркованной машины, а старший медтехник любого отряда имел рейтинг навыка Medical Tech 8 или выше из максимальных 10. Trauma Team брала по 100 эб за минуту с момента вызова до доставки пациента в больницу, плюс возмещение стоимости боеприпасов, израсходованных при спасении. Планы обслуживания стоили от 500 эб плюс расходы до середины пятизначных сумм в месяц в зависимости от уровня покрытия. Для более интенсивных ситуаций Trauma Team работала с Militech над созданием Tb/O Lifeline — бронированного костюма с питанием, специально предназначенного для экстренных служб; его лёгкое, но прочное шасси весило 158 кг и оснащалось полным набором медицинского оборудования, тяжёлыми инструментами, когтями скалолаза и электропилой.

Город Найт-Сити имел умеренное северо-калифорнийское расположение с одним из самых приятных климатов на западе США. Обычный диапазон температур — от середины 80-х до низких 50-х по Фаренгейту, с туманной белой дымкой по утрам и вечерам. Осадки составляли около 21 дюйма в год, из которых в среднем лишь 35 процентов содержали кислотный или токсичный фактор выше правительственных стандартов. При посещении Найт-Сити рекомендовалось носить лёгкую или среднюю одежду с лёгкой бронекурткой или баллистическим пальто; фильтр-маска и дополнительный кислород были крайне желательны из-за кислотных дождей и инверсионных смогов. Кислотоупорные плащи, зонты и маски продавались уличными торговцами за 20–35 эб. Реактивные самолёты и аэродины регулярно прибывали и убывали из аэропорта Найт-Сити Метрополитен. Перелёт на космическую платформу Джонсон требовал пересадки в Лос-Анджелесский международный аэропорт и далее на орбитальный космический комплекс Мохаве. Безопасность на рейсах была заботой самих пассажиров, рекомендовались низкоскоростные боеприпасы, чтобы не пробить внешнюю обшивку кабин. Среди авиакомпаний, работавших из Найт-Сити Метро, были Atlas, TransContinental и Western Pacific. Роскошные круизные аэродирижабли Pan-Pacific Phoenix-class aero-zeps причаливали в Найт-Сити Метро с жёсткой проверкой оружия и кибер-имплантов; рейсы отправлялись раз в неделю на Гавайи, в Токио, Вашингтон и Нью-Йорк.

Транспорт Тёмного будущего имел свои особенности. Большинство коммерческих автомобилей работали на CHOOH2 — биотопливе, синтезированном из генетически модифицированной пшеницы. Переход на CHOOH2 был вызван не альтруизмом, а ростом цен на нефть. Нейроинтерфейсы через кибер-импланты позволяли некоторым машинам иметь частичное или полное ментальное управление, но к 2020 году такие машины были редки из-за высокой стоимости; ни один производитель ещё не выпустил полностью кибер-управляемый автомобиль как стандартную модель. Главной инновацией транспорта стали аэродины (AV) — «летающие машины», заменившие колёса реактивными турбинами, что позволяло им маневрировать в узких стеклянных каньонах городов. AV обычно принадлежали правительствам, корпорациям и сверхбогатым. Среди конкретных моделей: Thundergod от Harley-Davidson — лучший мотоцикл по рекламному слогану, с мощностью спорткара, компьютерной подвеской и невероятно прочным шасси; Kundalini Shiva — мотоцикл, развивавший до 260 км/ч на треке, со стандартной кибер-ассистированной подвеской; Toyo-Chevrolet Hopper — дешёвая пластиковая машина, вмещавшая четверых; New American Motors Crowder — двухместный электрокар, не разгонявшийся быстрее 40 миль/ч; Lambo-Fiat Mach — AV за 650 000 эдди с автопилотом; Bell-Boeing Aircar за 300 000 эдди, выпущенный в начале 2010-х как более доступная люксовая альтернатива AV-4; MAC-Deux Monster — дальнобойный транспорт 2018 года с двумя метаноловыми двигателями, запасом хода 800 миль и сенсорной системой; Imperial Metropolitan Agriculture Nomad — высококастомизируемый транспорт для странников; Punknaught — уродливые самодельные городские боевые машины, сваренные бандами из обрезков, способные парить в нескольких метрах над землёй. Бронеавтомобили включали PB 2000 — тягач, легко модифицируемый под разные виды топлива; M-11 — современный боевой танк, разработанный для кибер-подключённого водителя; New American Motors Armadillo Armored Road-Home — бронированный дом на колёсах для корпоративных руководителей; New American Motors Vulture Heavy Tow Truck — тяжёлый эвакуатор, способный тащить до 86 тонн; New American Motors Ambunaught — бронированная машина скорой помощи с герметичным и огнеупорным корпусом; VMW 2020 — городской патрульный автомобиль с цельными шинами и дистанционной турелью.

Такси в Найт-Сити были представлены тремя основными службами. Red Cab, Inc — крупнейшая, с флотом бронированных, хорошо обслуживаемых наземных машин; типичный Red Cab весил 1600 фунтов, имел грузоподъёмность 530 фунтов, крейсерскую скорость 80 миль/ч и вмещал до 6 пассажиров. Большинство машин были бронированы и вооружены 7,62-мм лёгким пулемётом на стабилизированном креплении; внешняя «шокерная» система защищала машину, а внутри водитель мог активировать форсунки, заливавшие задний отсек снотворным газом. Дневной тариф составлял 3,25 эб за милю, снижаясь до 2,75 после первых пяти миль; ночью — 4,25 эб за милю, снижаясь до 3,75 после пяти миль. Компанию основал в 2012 году русский иммигрант Алек Белавиц, выкупивший компанию жёлтых такси и перекрасивший машины в красный цвет. Aerocab предпочитала небо улицам, имея флот из 10 отремонтированных аэродинов AV-4, 3 аэрогироскопов и трёх новых AV-7; тариф составлял 10 эб за милю плюс 25 эб за подачу. Combat Cabb была не самой крупной, но наилучшим образом вооружённой службой, способной доставить клиента куда угодно, гарантированно; компания прославилась благодаря драмеди-сериалу Diverse Media Systems, выходившему по четвергам и рассказывавшему о приключениях Харрика и Эммануэль Мур. Реальный Харрик основал Combat Cabb в 2011 году и всё ещё управлял ею. Honda-Avis сдавала в аренду электрические Metrocars за 100 эб в день, а Renta-Robo была полностью управляемой ИИ службой проката. Городской транзит обслуживала NCTC — Night City Transit Corporation, владевшая более чем тридцатью Mercedes Urban Transporters с широкими сиденьями, голографическими рекламными щитами и ИИ-контролируемыми билетными системами; каждый автобус был тяжело бронирован и оснащён противопехотным осколочным поясом и снотворными распылителями.

Ранние годы также породили новые формы преступности. Среди низкоинтенсивных кровавых спортов (где смерть возможна, но не является целью) были боевой футбол, рестлинг полных боргов, гонки байкерских банд и дерби на снос; организаторы без лицензии рисковали штрафом и 1–5 годами тюрьмы средней строгости. Высокоинтенсивные кровавые спорты, где бой шёл почти всегда до смерти, были легальны лишь в некоторых частях Северной Америки, включая Техас и отдельные районы Мексики и Канады; среди них были моноклинковое фехтование, кикбоксинг в тазерных ботинках и регби на минных полях. Экзотические бои без правил включали похищение экзотиков или их насильственное создание и стравливание в смертельных схватках; к 2020 году стандартным наказанием для организаторов была смертная казнь. Подделка личности включала несанкционированное изменение личности с помощью наркотиков, индуцированного киберпсихоза, чип-имплантов, бранданса и определённых программ Black ICE; наказание составляло от 2 до 20 лет. Сопутствующая несанкционированная физиологическая манипуляция, включая биоскульптинг и изменение ДНК, наказывалась крупным штрафом и до 20 лет. Уникальным для Найт-Сити преступлением было Hound Tipping — оглушение полицейских робопсов ЭМИ-импульсом и их перепрограммирование; наказание — крупный штраф и до 20 лет строгого режима. Каннибализм в бедном ресурсами Тёмном будущем становился всё более распространённым, а среди пресыщенной сверхбогатой элиты — своеобразной модой; наказание — смерть или психоблок при хорошем адвокате.

Деньги в 2020 году существовали в нескольких формах. Наличные всё ещё были в ходу, но легальный бизнес не любил их: наличные были грязными, переносчиками болезней, занимали физическое место и привлекали грабителей. На улице наличные ценились за трудность отслеживания. Евродоллар (эб) начался как общая валюта стран ЕЭС и к 2004 году стал признаваться во многих странах как законное платёжное средство. Американский доллар всё ещё печатался, но колебался так сильно, что им пользовались только госслужащие. Японская новая иена была примерно так же популярна в Азии, как евродоллар. Российский рубль был почти бесполезен. Корпоративный скрипт — деньги, печатаемые мегакорпорациями, — давал корпорациям максимальный контроль над жизнями сотрудников. CredChips использовали жидкокристаллические матрицы для хранения личной информации и данных счёта; не существовало стандартной формы CredChip. Token CredChips, или TIPs, были портативными расходными счетами с фиксированной суммой. После Четвёртой корпоративной войны бартер стал гораздо более распространённым.

Ранняя история Сети также уходила корнями в этот период. Ранние исследования по соединению компьютерных систем военными и университетами в 70-х и 80-х годах, казалось, вели к созданию глобальной сети к 90-м. Разработка биологических интерфейсных чипов в 1998 году сделала это ещё более захватывающим, обещая будущее, где каждый сможет ментально путешествовать в «киберпространство». К сожалению, крах фондового рынка 1994 года и последовавший Коллапс задержали развитие. Только когда WorldSat завершила телекоммуникационную спутниковую систему в 2001 году, родилась по-настоящему глобальная сеть. В этот момент нетраннеры, использовавшие примитивные интерфейсы для навигации по локальным сетям, смогли двигаться глобально и влипать в неприятности. Сеть 2020 года была совокупностью всех человеческих телекоммуникаций, объединявшей компьютеры, телефоны, сотовые, радио, микроволновые передатчики, спутники и многое другое. Для навигации по Сети требовался кибердек, весивший в среднем полкилограмма и размером примерно с коробку макарон с сыром; мониторы, клавиатуры и другие устройства ввода не были стандартными, поскольку деки разрабатывались для прямого взаимодействия с мозгом через интерфейсные разъёмы. Сеть примерно делилась на девять Регионов, также называемых Королевствами, номинально контролируемых одиночными корпорациями или правительствами. Некоторые нетраннеры считали, что эти Регионы спонтанно обрели сознание и стали Искусственными Интеллектами. Netwatch начиналась в Европе как частная организация, обещавшая защиту от хаков, и выросла, получив контракты от корпораций и правительств по всему миру.

Среди производителей ранней эпохи выделялись несколько корпораций. Kendachi — ведущий производитель кристаллического и стекловолокна, известный прежде всего серией моноклинков Kendachi: от MonoKnife до MonoKatana и M-88 PowerSword. Основатель Kendachi Тэссё был экспертом-бойцом и мастером кэндо. Kiroshi Group изначально создавала часы, но добилась успеха, запустив орбитальную фабрику и став мировым лидером в производстве высококачественной оптики; их киберглаза считались люксовыми спорткарами глазной кибернетики. Gibson Battlegear создавала одежду и аксессуары для рискованных ситуаций, включая стелс-плащи и бронированную одежду, выглядевшую как обычная. Raven Microcybernetics, базировавшаяся в Найт-Сити, была одним из ведущих производителей кибер-имплантов в Северной Америке, с сильным контролем качества и лёгким корпоративным профилем. Tsunami Design Bureau разрабатывала прототипы оружия и лицензировала их другим производителям; среди её знаменитых разработок были Airhammer для «Кристального дворца» и Express Racegun. Utopian Corporation, основанная в начале 2010-х бывшими учёными Microtech, сосредоточилась на молекулярном конструировании и опережала конкурентов в создании таргетированных лекарств и микро-компонентов; её штаб-квартирой был частный орбитальный комплекс Utopia с семнадцатью автофабриками и девятью пилотируемыми лабораториями.

Ганги Найт-Сити формировались вокруг центральных тем, часто доведённых до культовой одержимости: Boosters, одержимые заменой плоти металлом; Chromers, вдохновлённые движением рокербоев; Combat-банды, одержимые битвой; Cultists, организованные по религиозным линиям; Dorphers, сосредоточенные на наркотиках; Guardians, созданные для защиты домов; Juvies, состоящие из подростков; Posers, перенимавшие поп-культурные образы; Pranksters, посвящённые розыгрышам; Party-банды гедонистов; Professionals, стиравшие грань между гильдией и бандой; Puppets, спонсируемые корпорациями или правительствами. Среди конкретных банд были Brainiacs — интеллектуальная бустерганга, предпочитавшая навыковые чипы и нейрооборудование; Maelstrom, рождённый из осколков нескольких банд с общей обидой на Инквизиторов; Silver Slash, одновременно банда-хранитель и банда-хромер, созданная по образцу одноимённой группы; Wild Things, дorpher-банда, в которую не принимали без года выживания в другой дорфер-банде; Voodoo Boys, промышлявшие наркотиками среди студентов Университета Найт-Сити и практиковавшие извращённые ритуалы; DJs, хромер-банда, лучше торговавшая пиратскими музыкальными чипами, чем игравшая музыку; Slaughterhouse, бустерганга, стремившаяся вживить как можно больше острого хрома; Tyger's Claw, все члены которой были японского происхождения; Western Stars, позёрская и боевая банда в стиле ковбоев; Willow Sisterhood, женщины, биолепившие себя под знаменитых красавиц; и Bozos, начавшие как клоунская пранк-банда, но превращённые Великим Бозо в орудие садистских экспериментов.

Кибероружие включало Scratchers — металлические или карбоновые ногти, легальные и доступные; Vampires — имплантированные клыки, полный комплект которых назывался Sharkgrin Special; Rippers — трёхдюймовые лезвия, выскакивавшие из кончиков пальцев и нелегальные; Wolvers — треугольные лезвия длиной в фут, телескопически выходившие из запястья; BigKnucks — усиленные костяшки; Slice N' Dice — монофиламентная проволока, намотанная в палец; Cybersnake — гибкое оружие, имплантируемое в горло или другое отверстие длиной более дюйма, выдвигавшееся до трёх футов и атаковавшее как кобра; Whip — шестифутовый металлический шнур из киберруки; Mace Hand — усиленный кулак на трёхфутовом тросе; Flashbulb — лампа-вспышка на 20 000 свечей в ладони; BigRipp — лезвие до четырнадцати дюймов в предплечье; Bonespike — семидюймовая полимерно-усиленная кость; ChainRipp — цепная пила, выскакивавшая из предплечья.

Движение рокербоев началось в начале 1990-х, когда второй альбом Джеймса «Рокербоя» Мэнсона «Bum's Rush» вышел с откровенно политическим посланием. Он продолжал бросать вызов власти и выпускать песни о переменах и бунте, пока в 1997 году его не забили до смерти британские полицейские на сцене во время концерта Amnesty International. Его смерть вдохновила движение рокербоев, названное в его честь. 3 августа 1997 года, за несколько часов до смерти, вызвавшей бунт, в котором погибло более пятисот человек, Мэнсон сказал аудитории: «Жить в неведении о политическом состоянии вокруг тебя — не оправдание. Это твоя ответственность, как и моя, распространять слово. Одна великая нация мертва; будет ли твоя следующей? Если тебе есть что сказать, не молчи; скажи им, что чувствуешь». Эти слова стали талисманом движения рокербоев. Большинство доступной публике музыки было алгоритмически сгенерированным пропагандистским шумом; рокербои всех полов старались донести своё послание любыми способами. Среди известных рокербоев были Destiny, группа с политическим уклоном под руководством Джесси Мур, и Silver Slash, чей первый сингл 2017 года «Stand For Your Word» вдохновил банду-хранителя с тем же именем. Среди популярных в 2020 году песен рокербоев были «Never Fade Away» Джонни Сильверхенда, «Holdin' On» Керри Эуродайна, «Back from Nowhere» Lost Boys, «Kalakari» Cutthroat, «Hand of Fate» Artificial Kids, «Blast Off» Blackheart, «Little Sister» Brutus Backlash, «Loving at the Speed of Light» Сары О'Коннор, «You Said You'd Never Leave» Pipin' Hot и «Song for John (50 Years)» Destiny.

Сама группа Samurai распалась в 2008 году. Нэнси отправилась в тюрьму на семь месяцев за то, что выбросила своего жестокого мужа из квартиры на 83-м этаже через окно; группа твёрдо поддержала её, но семимесячная пауза показала, что творческие пути участников расходятся. Генри ушёл работать над прототипом человеко-машинного интерфейса; несчастный случай поджарил его мозг, и ему пришлось восстанавливать рассудок. После распада Samurai лейбл DMS пытался подписать Джонни Сильверхенда любыми средствами, включая угрозы, насилие и в конечном счёте шантаж; они выяснили, что Джонни был дезертиром, покинувшим Корпус морской пехоты США во время войн в Центральной и Южной Америке. Вместо того чтобы уступить шантажу, Джонни подписал контракт с Universal Music и предал информацию огласке. Его первый сольный альбом «SINS of Your Brothers», выпущенный в 2009 году, объяснял его поступки, реальность войн, правительственную ложь и экспериментальную программу кибернетики, через которую заставляли проходить солдат и морпехов. Популярность альбома привела к росту осведомлённости и поддержки ветеранов центрально- и южноамериканских войн.

Корпорации ранней эпохи действовали как нации. Первая корпоративная война разразилась между Eurobusiness Machine Corporation и Orbital Air из-за желания обеих приобрести Transworld Airlines; в итоге EBM проиграла. Вторая корпоративная война велась между энергетическими гигантами PetroChem и SovOil; в итоге SovOil победила, а война вылила миллиарды баррелей сырой нефти в Тихий океан и разрушила экономики нескольких малых стран. Третья корпоративная война велась почти полностью в Сети между финансовыми фирмами и стала первым крупномасштабным виртуальным конфликтом; она закончилась полным уничтожением одной из корпораций-участниц. Четвёртая корпоративная война началась с конфликта двух акватехнологических компаний: OTEC и CINO. OTEC наняла Militech, CINO наняла Arasaka. То, что должно было быть обезличенным, быстро стало личным, поскольку давнее соперничество Militech и Arasaka затмило малый конфликт и переросло в собственную войну. К 2022 году война превратилась в тотальную схватку двух крупнейших силовых структур планеты. Понимание того, почему конфликт OTEC и CINO эволюционировал в глобальную войну между Arasaka и Militech, требует понимания двух руководителей: Сабуро Арасака и Дональда Ланди. Для Сабуро Арасака мечта о японском доминировании не умерла с окончанием Второй мировой войны; Arasaka была специально построена, чтобы превратить Японию не только в ведущую финансовую, но и в ведущую военную державу. Ланди, несмотря на пост CEO, в душе оставался солдатом. 6 марта 2022 года Arasaka испытала только что завершённый Soulkiller 2.5, подложив его в процессор смарт-линка автомобиля одного из руководителей Militech; программа сработала идеально, и допрос захваченного разума привёл к атаке на офис Militech в Найт-Сити, что открыло трёхмесячный период тайных ударов между мегакорпорациями. 31 марта 2022 года Militech с помощью Моргана Блэкхенда и Альт Каннингем убедила ренегата-нетраннера Rache Bartmoss охотиться на Soulkiller 2.5. 9 апреля 2022 года Bartmoss взял под контроль несколько оружейных спутников Arasaka и использовал их для уничтожения ключевых объектов Arasaka; в ответ ESA ввела 24-часовую блокаду космических полётов. В конце мая 2022 года теневая война перешла в горячую фазу. 9 июня силы Arasaka атаковали завод Militech в Вирджинии, а наёмники Militech вырезали сотрудников завода Arasaka в Иокогаме. К середине июля удары по объектам Militech и Arasaka происходили ежедневно. Война вышла и в космос. Всё усугубила странная порча в Сети: числа и данные менялись, казалось бы, случайным образом; DataKrash начался. Rache Bartmoss ненавидел корпорации и в ранние дни Сети внедрил несколько программ прямо в исходный код киберпространства, среди которых был его протокол DataKrash. Протокол искал доступные через Сеть файлы и менял их, случайно обменивая данные между двумя точками. К концу 2022 года стало ясно, что DataKrash не ограничивался корпоративными сетевыми пространствами: по оценкам, он поразил до 78,2 процента систем, подключённых к Сети; хуже того, странные формы Black ICE, напоминавшие Rache Bartmoss, начали появляться и атаковать цели, казалось бы, случайным образом.

Rache Bartmoss нашёл мастер-копию Soulkiller 2.5 в апреле 2022 года и принял меры к её уничтожению. К 6 мая Arasaka решила, что Bartmoss — достаточно серьёзная угроза, чтобы выделить целую оперативную группу для его поиска и убийства. Его обнаружили в многоквартирном доме на окраине Зоны боевых действий в Найт-Сити; каждый житель был заражён подсознательными личностными имплантами, готовыми умереть за Rache и достаточно хитрыми, чтобы скрывать это до момента чистого выстрела. Последней защитой Rache был Death Wish, кибернетически улучшенный кот, хранивший, по утверждению Bartmoss, остатки человеческой личности, скачанной из Сети. Даже Death Wish не помог: оперативная группа обнаружила кресло Bartmoss, замаскированное под холодильник, и разрядила оружие. Тридцать секунд спустя здание взорвалось. Одни считали, что Bartmoss заминировал здание зарядами самоуничтожения, другие — что Arasaka для уверенности ударила по зданию орбитальной артиллерией. Так или иначе, Rache Bartmoss был мёртв; его последним сообщением, адресованным, вероятно, единственному настоящему другу, Спайдер Мёрфи, он так и не смог признаться, насколько сильно только что испортил весь мир.

К осени 2022 года правительства Южной Калифорнии и Техаса национализировали все объекты Arasaka и Militech в своих границах; дни спустя ЕЭС объявила, что сделает то же самое, если боевые действия не прекратятся. В конце 2022 года неосоветский корабль «Комсомольск» открыл огонь по спутникам над Азией, американский боевой корабль «Агамемнон» сделал то же самое над западным полушарием, а ESA уничтожила несколько «подозрительных» орбитальных объектов. «Агамемнон» был сильно повреждён огнём с неопознанного killsat, что вызвало безумие: все три стороны начали уничтожать любые орбитальные активы без метки «свой». К концу орбитальной войны было уничтожено так много низкоорбитальных спутников и объектов, что страховые компании приостановили полисы, сославшись на пункт о «военных действиях». Поворотный момент наступил, когда в Италии был атакован шоурум Militech; ЕЭС выполнила свою угрозу и начала национализацию всех объектов Arasaka и Militech в Европе. Ободрённая действиями ЕЭС, Япония национализировала все активы Arasaka внутри страны и близлежащих территорий, извинившись перед миром, что не может ничего сделать с Arasaka за пределами своей непосредственной сферы влияния. Война ещё не была окончена. Среди других мегакорпораций во время Четвёртой корпоративной войны Biotechnica старалась держаться в стороне, торгуя услугами с обеими сторонами; DMS и Network News 54 посвящали войне целые каналы; EBM и IEC занимали нейтральную позицию, а к концу войны EBM начала переводить производство с оружейных компонентов на WORM-приводы; Infocomp продавала данные обеим сторонам; Merrill, Asukaga & Finch оставались нейтральными; Orbital Air пострадала сильнее всех после Arasaka и Militech из-за срывов международных перевозок; Petrochem и SovOil воспользовались хаосом для новых атак друг на друга; Trauma Team International объявила, что не будет отвечать на вызовы персонала Arasaka или Militech на время конфликта; WorldSat предъявила ультиматум о прекращении обслуживания любого, кто уничтожит их спутник; Zetatech заключила сделку с Lazarus Group о защите; Lazarus Group играла нейтральную роль, и её бизнес вырос.

После национализации активов Arasaka в Японии Соединённые Штаты под руководством президента Элизабет Кресс реактивировали комиссию CEO Militech Дональда Ланди, взывая к его чести солдата, и тот согласился работать с правительством. Под командованием Ланди силы Militech прекратили все наступательные операции. Однако Arasaka, потеряв активы в Японии и ЕЭС, не собиралась отдавать активы в Северной Америке без боя; сопротивление было в основном символическим, но в Найт-Сити ситуация сложилась иначе. Корпоративно-контролируемая структура правительства Найт-Сити давала Arasaka беспрецедентный контроль над муниципалитетом, и войска Arasaka со всей Северной Америки отступили в город, сделав его последней крепостью корпорации на враждебной земле. Вокруг Найт-Сити стояла осадная группировка войск НорКал, США и Militech, но они не решались наступать: вторжение означало бы уличные бои не только с войсками Arasaka, но и с многочисленными хорошо вооружёнными бандами и эджраннерами города. Президент Кресс хотела выдворить Arasaka с территории, которую считала американской; Arasaka требовала полной экстерриториальности Найт-Сити. Сын Сабуро Арасака, Кей Арасака, имел два козыря: во-первых, его люди заставили Альт Каннингем создать более мобильную и интеллектуальную версию Soulkiller; во-вторых, в недрах мейнфрейма Arasaka в Найт-Сити хранилась база данных — либо все разведданные Arasaka, способные свергнуть правительства, либо обширная коллекция мировых данных, спасённая до того, как DataKrash уничтожил её навсегда; база хранилась полностью офлайн, и ни DataKrash, ни внешний нетраннер не могли её коснуться.

Напряжённость прорвалась летом 2023 года. К тому времени несколько видных национальных фигур США были убиты, находясь подключёнными к Сети: Arasaka использовала целевые убийства через Soulkiller 3.0 для изменения политики. Была спланирована тайная миссия: чтобы положить конец влиянию Arasaka в Найт-Сити, небольшие отряды должны были ударить по мегакорпорации в сердце её силы — башням Arasaka. США отправили три команды. Strike Team Alpha должна была добраться до 120-го этажа, Альт Каннингем, и уничтожить Soulkiller 3.0; в спасательную команду входили Джонни Сильверхенд, Роуг, Спайдер Мёрфи, медиа Томпсон и полный борг Шайтан, за ними следовала группа спецназа Militech и кадр воинов Lobo, одолженных номадом Сантьяго. Strike Team Beta должна была достичь подвального уровня и извлечь или уничтожить загадочную базу данных Arasaka. Strike Team Omega под руководством Моргана Блэкхенда действовала как мобильные специалисты по устранению проблем, обеспечивая огневую поддержку, подкрепление и спасение. 20 августа 2023 года небольшое ядерное устройство было приведено в действие где-то высоко в башнях Arasaka. Взрыв уничтожил здания; обломки обрушились на соседние строения, вызвав цепные реакции, взрывы газопроводов, трансформаторов и сильные пожары. К концу Корпоративный центр Найт-Сити стал радиоактивной горячей зоной. Более полумиллиона человек погибли в первые мгновения катастрофы, ещё четверть миллиона — в ближайшие дни. Власть Arasaka над Найт-Сити была сломлена, но город оказался почти разрушен. В 2025 году был зачищен последний известный очаг сопротивления Arasaka, и Четвёртая корпоративная война закончилась.

Президент Кресс запустила масштабную пиар-кампанию, возложив вину за катастрофу Найт-Сити на Arasaka; официальная версия гласила, что Arasaka держала в башнях аварийное ядерное устройство и взорвала его, когда стало ясно, что корпорации не победить. Годы спустя сын номада Сантьяго, Трейс, опубликовал разоблачение и открыл правду: Соединённые Штаты отправили ядерное устройство вместе с ударными командами в ту ночь; Кресс и генерал Эддингтон, руководивший операцией, изначально намеревались уничтожить башни. Америка сбросила ядерную бомбу на Найт-Сити.

Так завершилась ранняя эпоха, но её фундамент — технологии, транспорт, оружие, импланты, районы и люди — определил всё, что последовало. Ранние годы до 1990-х и первые десятилетия после них не были прологом: они были самим веществом Тёмного будущего, из которого выковались и Найт-Сити, и Сеть, и легенды вроде Джонни Сильверхенда, Моргана Блэкхенда и Альт Каннингем.

На бусти доступны главы вплоть до десятой

Глава 3 Японские префектуры и техника ранних лет: до 1990-х

Японские префектуры и техника ранних лет: до 1990-х

Мир Киберпанка, сотканный из хрома, нетраннинга и корпоративных войн, уходит корнями в десятилетия, предшествовавшие расцвету Найт-Сити и эпохе эджраннеров. В те годы, когда термин «кибер-импланты» ещё только входил в лексикон улиц, а нетраннеры не считались отдельной кастой, каркас будущего возводился на обломках старых государств, валютных систем и военных конфликтов. Японские префектуры, чьи побережья и горные котловины веками формировали островную культуру, стали одним из краеугольных камней нового порядка, а машины, выпущенные в дорогу и на глубину, определили облик грядущих дорог и океанских путей.

Японские префектуры: географический и культурный каркас

Япония, разделённая на префектуры, в ранние годы Киберпанка сохраняла административную и культурную мозаику, которая питала корпоративные штаб-квартиры, исследовательские центры и теневые операции. Пять префектур заслуживают особого внимания — Фукусима, Хиросима, Нагасаки, Окаяма и Окинава. Каждая из них несла на себе отпечаток природных катаклизмов, исторических трагедий и технологического подъёма.

**Фукусима** расположена в регионе Тохоку. Это преимущественно гористая местность, где поселения сосредоточены в небольших внутренних котловинах и вдоль побережья. В самом центре префектуры лежит озеро Инавасиро площадью 40 квадратных миль (100 квадратных километров). Юго-восточная часть национального парка Бандай-Асахи занимает северо-западный угол префектуры; парк охватывает район вулканических гор Бандай и Адзума. Нижние склоны вулканов усеяны озёрами и болотами, многие из которых образовались в результате извержения горы Бандай в 1888 году. Многочисленные горячие источники обслуживают этот край.

**Хиросима** находится в регионе Тюгоку, на главном японском острове Хонсю. Префектура граничит с внутренним Японским морем на юге и горами Тюгоку на северо-западе. Столица, также называемая Хиросима, — современный город, известный Мемориальным парком мира и Куполом Генбаку, уцелевшими руинами единственного здания, оставшегося стоять после атомной бомбардировки 1945 года во время Второй мировой войны. В этом городе расположена штаб-квартира Mazda Corporation, а главный научно-исследовательский центр компании также находится в Хиросиме.

**Нагасаки** принадлежит региону Кюсю. Префектура на западном побережье японского острова Кюсю известна вулканами, поросшими лесом прибрежными островами и горячими источниками. Столица Нагасаки была частично разрушена атомной бомбой в 1945 году — событие увековечено Парком мира и Музеем атомной бомбы. Миссионерское прошлое города отражено в церквях XIX века и Мемориале двадцати шести мучеников, чтящем канонизированных мучеников XVI века.

**Окаяма** также расположена в регионе Тюгоку, в южной части острова Хонсю. Префектура известна преимущественно сельскими пейзажами, феодальными замками и несколькими значительными художественными музеями. Она служит воротами на остров Сикоку через мост Сэто Охаси. Столица, город Окаяма, — родина сада Коракуэн, формального сада, завершённого в 1700 году, и замка Окаяма XVI века, прозванного «Замком ворона» за характерный чёрный экстерьер.

**Окинава** — японская префектура, включающая более 150 островов в Восточно-Китайском море между Тайванем и материковой Японией. Окинава известна тропическим климатом, широкими пляжами, коралловыми рифами, а также памятниками Второй мировой войны. На крупнейшем острове (также называемом Окинава) находятся Окинавский префектурный мемориальный музей мира, посвящённый массированному вторжению союзников в 1945 году, и аквариум Тюрауми, где обитают китовые акулы и манты.

Валютные системы и финансовое противостояние

До 1990-х годов финансовая карта Киберпанка определялась противостоянием йены, доллара и нарождающегося евродоллара. Йена была введена как официальная валюта Японии в эпоху Мэйдзи. Она стала третьей по объёму торгов валютой на валютном рынке после доллара США и евро, а также широко использовалась как резервная валюта после доллара США, евро и фунта стерлингов. Концепция йены являлась частью программы модернизации японской экономики правительства Мэйдзи, которая постулировала введение единой валюты по всей стране по образцу европейской десятичной валютной системы.

В 1992 году договор учредил Европейское экономическое сообщество (ЕЭС). Зоны контроля и защитные тарифы регулировали деятельность государств-членов — Франции, Объединённой Германии, Британии, Японии и Италии. Тогда же была установлена общая денежная единица — евродоллар (Eb). Однако всего через десять лет после учреждения ЕЭС, в начале 2015 года, Япония была исключена из его состава. В том же году японское правительство запланировало введение новой формы валюты, основанной на исходной йене. Была учреждена «Новая йена» для противодействия евродоллару. Новая йена мало отличалась от прежней йены и сохранила ту же тематику и стиль. Она стала очень распространённой и популярной в Азии. На банкнотах Новой йены изображены несколько известных людей, достопримечательностей и произведений искусства: банкнота ¥1000 — Сибусава Эйити и гравюра на дереве «Большая волна в Канагаве», банкнота ¥5000 — Цуда Умэко и цветы глицинии, а банкнота ¥10000 — Китасато Сибасабуро и Токийский центральный вокзал.

На другом полюсе финансовой нестабильности находился **русский федеральный рубль**, национальная валюта Объединённых Суверенных Советских Республик, иначе именуемый «Redbucks», «Junk» и «Rubbles». Многие граждане, живущие в республиках, считали его бесполезным и часто пытались обменять на евродоллары или Новые йены, которые признавались действительными валютами. Однако, поскольку официального обменного курса для евродолларов не существовало, компаниям не разрешалось выплачивать сотрудникам зарплату в них, а советским банкам запрещалось обменивать рубли на них, внутри республик расцвёл процветающий чёрный валютный рынок.

Техника ранних лет: наземные, подводные и воздушные машины

Технический арсенал раннего Киберпанка включал не только уличные автомобили, но и субмарины, а также аэродайны, порождённые вселенной CyberGeneration.

**Mercedes Limo Replica '32** — легковой автомобиль из вселенной *Cyberpunk Version 3.0*, лимузин производства Mercedes-Benz. Машина 1932 года обладала максимальной скоростью 80, ускорением/торможением 10/30, экипажем от 2 до 8 человек, запасом хода 200, манёвренностью −1, SDP от 25 до 100, SP от 6 до 50 и стоимостью 300 евродолларов. Банда FemiNazis владела репликой лимузина Mercedes 1932 года.

**Microsub** — подводная лодка из *Cyberpunk Version 3.0* с максимальной глубиной погружения 600 метров. Её характеристики: максимальная скорость 60, ускорение/торможение 10/10, экипаж от 2 до 10, дальность хода 1200, манёвренность 0, SDP от 100 до 150, SP от 85 до 100, стоимость 12 000. Вооружение составляли 6 торпед. Банда Locker Crue владела одной Microsub.

**Chrystar Falcon SpinnerCoupe** — аэродайн производства Chrystar в вселенной *CyberGeneration*. Это был четырёхместный аэродайн типа «спиннер», похожий на боевую конструкцию Corpsec (SDP=50). Управление — электродистанционное, четыре вентилятора, максимальная скорость 200 миль/ч, потолок до 22 000 футов, SDP=45. Экипаж 1, пассажиров 3, стоимость 175 000.

**Corpsec SpinnerCoupe** — аэродайн производства Corpsec в вселенной *CyberGeneration*. Также четырёхместный аэродайн типа «спиннер», аналогичный боевой конструкции Corpsec (SDP=50). Электродистанционное управление, четыре вентилятора, максимальная скорость 200 миль/ч, потолок до 22 000 футов, SDP=45. Экипаж 1, пассажиров 3.

События и войны: от вторжения в Ирак до Крахa 1994 года

Военная и политическая история ранних лет Киберпанка отмечена двумя ключевыми вехами — вторжением США в Ирак в 1991 году и мировым биржевым крахом 1994 года.

**Вторжение США в Ирак 1991 года** представляло собой краткий военный конфликт, в котором вооружённые силы США и союзных государств нанесли поражение иракским силам под командованием Саддама Хусейна. США и союзные силы вмешались в Ирак, чтобы устранить Саддама Хусейна как угрозу региональной стабильности. Вторжение стало ошеломляющей победой коалиции во главе с США. Иракская армия была разгромлена, несмотря на численное превосходство. Однако, как только сражение было выиграно, правительство США приказало прекратить огонь и завершило войну, не достигнув цели устранения Хусейна как угрозы региону. Для некоторых окончание короткой и дорогостоящей войны, казалось, доказало, что Соединённые Штаты обладают силами крупной мировой державы, но не имеют воли полностью их использовать. Более масштабным результатом вторжения стало его влияние на движение «дивидендов мира» 1990-х годов. Пиррова победа в Ираке придала силы и в конечном счёте привела к сокращению численности американских вооружённых сил, а также к снижению оборонных расходов с раздутых уровней эпохи Холодной войны. В реальном мире США вторглись в Ирак в 2003 году и отстранили Саддама Хусейна от власти. США также воевали против Ирака в войне в Персидском заливе 1990–1991 годов. Тот факт, что *Cyberpunk 2020* вышел в 1990 году, делает возможным, что создатели серии вдохновились тогдашней войной в Персидском заливе и включили её в лор игры.

**Краха 1994 года**, также известного как Мировой биржевой крах 1994 года, стал катастрофой, вызванной тайной агрессией так называемой «Банды четырёх». Угрожаемая растущей мощью Европейского экономического сообщества, «Банда четырёх» начала самоубийственный курс скрытой агрессии, позже названный «Тихой войной». По мере роста мощи ЕЭС вмешательство США в европейские дела становилось всё менее терпимым. Вскоре ЕЭС стала мировой державой, а США отошли на второй план, особенно в своей чрезмерно амбициозной международной политике. Один из примеров относится к 1992 году. Когда СССР проходил последние стадии гласности, Совет национальной безопасности США продолжал проводить устаревшую политику «Империи зла», блокируя всю помощь Советам и добиваясь того же от своих союзников по НАТО. Как только ЕЭС прочно утвердилась в качестве державы, одним из первых её действий стал вызов США: она направила столь необходимую продовольственную помощь советским государствам, несмотря на возражения СНБ. Результатом стало то, что Советы приняли евродоллар вместо американской валюты, а НАТО рухнуло, поскольку Советы впервые за более чем сорок лет заключили мир с Западной Европой. Взбешённые потерей престижа, а также опасаясь, что расширяющаяся космическая программа европейцев (у которой к Новому 1993 году на Луне уже имелся прототип масс-драйвера) обеспечит ЕЭС военное превосходство, АНБ развернуло кампанию по подрыву структуры ЕЭС, используя тактики от махинаций на фондовом рынке до попытки срыва первых переговоров о военном договоре между ЕЭС и СССР. В попытке выглядеть платёжеспособными и «показать» экономическую мощь ЕЭС, «Банда четырёх» также начала манипулировать фондовыми рынками Европы и Азии, напрямую взламывая системы. Эти искусственные манипуляции валютой и акциями позволили банде создать иллюзию американского богатства, но дорогой ценой; когда ЕЭС обнаружила обман, европейцы просто слили информацию мировой прессе. С подрывом подразумеваемой безопасности обменного курса система рухнула. В последующие годы эту катастрофу назвали Крахам 1994 года. В ответ на раскрытие мошенничества большинство развитых стран немедленно ввели эмбарго на торговлю с Соединёнными Штатами. Эти эмбарго стали разрушительными для Америки и лишь ускорили Коллапс.

Издательство и летописцы мира

Задокументированная история этого мира обязана своим существованием издательству **R. Talsorian Games**. Оно базировалось в Рентоне, штат Вашингтон (до 1997 года — в Беркли, Калифорния), и выпускало книги и аксессуары для настольных ролевых игр. Среди его изданий — серия *Cyberpunk 2020*, а также линейки, связанные с аниме, например *Dragonball Z*. Основной продуктовой линейкой сегодня является система Fuzion. Успех малотиражной игры *Mekton* убедил Майка Пондсмита в том, что на разработке игр можно построить бизнес, поэтому в 1985 году он основал R. Talsorian Games, а затем выпустил второе издание *Mekton* (1986) через новую компанию. Второй игрой компании стала *Teenagers from Outer Space* (1987). *Mekton II* (1987) — третье издание *Mekton* — впервые представило полноценную систему Interlock. Следующая игра Пондсмита, *Cyberpunk 2013* (1988), стала второй разработкой на Interlock. R. Talsorian одним из первых издателей настольных ролевых игр перешло на настольную издательскую подготовку. Первыми книгами, свёрстанными настольно, стали *Mekton II* в 1987 году, которые выглядели совершенно иначе, чем продукты R. Talsorian несколькими годами позже (такие как *Cyberpunk 2020* 1989 года). *Cyberpunk* стал чрезвычайно популярен (по меркам настольных ролевых игр) и получал наибольшую часть внимания компании на протяжении большей части её существования. После восьмилетнего перерыва, начавшегося с ухода компании с GenCon в 1998 году из-за конфликта по поводу выставочных и дилерских площадей, издательство возобновило полурегулярный график выпуска в 2006 году. Несмотря на то, что «основные» линейки находились в перерыве, RTG продолжало поддерживать три лицензированные аниме-линейки (*Bubblegum Crisis*, *Armored Trooper VOTOMS* и *Dragonball Z*) через свой лейбл ANimechaniX и время от времени выпускало переиздания *Mekton Z* и *Cyberpunk 2020*. 4 января 2006 года R. Talsorian Games основала свою первую демонстрационную команду The Chrome Berets. The Chrome Berets были основаны и курировались Дэвидом «Knighthawk» Симпсоном, создателем Knighthawk's Cyberpunk Archive, популярного фан-сайта игры. Цель The Chrome Berets — продвижение компании и её продуктов, а также плейтест грядущих релизов. Помимо нескольких настольных ролевых игр по аниме, таких как *Bubblegum Crisis*, *Armored Trooper Votoms* и *Dragonball Z*, компания также выпустила недолговечную RPG *Dream Park*, основанную на сеттинге романов «Dream Park». В портфеле R. Talsorian Games значатся *Cyberpunk*, *CyberGeneration*, *Shadow Scar* (новая интеллектуальная собственность Коди Пондсмита), *The Witcher: Role-Playing Game* (основанная на серии фэнтезийных романов Анджея Сапковского и серии видеоигр CD Projekt RED), *Mekton* (аниме-RPG), *Castle Falkenstein* (RPG в жанре sorcery & steampunk) и *Teenagers from Outer Space* (универсальный аниме-сеттинг, первая универсальная аниме-RPG до появления *Big Eyes, Small Mouth* на системе Tri-Stat). Официальный сайт, официальный магазин и цифровой магазин DriveThruRPG ведут летопись компании. Среди сотрудников — Майк Пондсмит, Лиза Пондсмит, Коди Пондсмит, Джей Грей, Джеймс Хатт, Уинтер Блу Джей и Роб Бэрфут (DiceTTRPG). В лоре серии *Cyberpunk* аналогом R. Talsorian Games называется **Puddleforge Games**.

Техническая грамотность: диалоговые выборы и действия

В *Cyberpunk 2077* наличие достаточно высоких атрибутов позволяет V открывать уникальные варианты диалогов и действий, получая новые пути, информацию или иные исходы. Эти технические способности проявляются в десятках ситуаций, где точное знание механики, электроники и имплантов решает судьбу операции.

В задании **The Information** при показателе 6 V распознаёт первоклассное оборудование, которое использует Джуди Альварес: сенсорные сигнальные усилители, акустические и эмотивные волновые мониторы. V также узнаёт транслятор выражений от Fuyutsuki Electronics и негативно комментирует матрицы этой серии. В задании **The Pickup** после того, как Джеки получает новый Arch Nazaré, V при показателе 6 может предложить Джеки несколько модификаций мотоцикла, что приведёт к изменению его транспортного средства (только для жизненного пути номада). При 6 же V опознаёт несколько охранных турелей и мин Милитех. При 7 V может обезвредить мины Милитех и переопределить охранные турели. При 7, после того как Дум-Дум демонстрирует Flathead, V отмечает, что Raven не является выделенным блоком управления для Flathead, на что Дум-Дум заявляет, что это собственная версия Maelstrom. При 7 V может открыть дверь на заводе All Foods Plant, под лестницей, ведущей в сектор с грузовиком Милитех.

В задании **Automatic Love** при 5 V получает доступ к служебной двери Clouds и электрической сети перед VIP-зоной, при 5 — открывает служебную дверь Clouds в зоне персонала, при 7 — открывает дверь Clouds в зоне персонала. В **The Space in Between** при 5 (или около) V открывает окно в клинику Финна Герстатта, чтобы встретиться с Фингерсом посреди процедуры для пациента; при том же уровне V замечает, что лицевая пластина пациента повреждена, или что Фингерс продаёт некачественный хром, если Фингерс застигнут во время процедуры (для этого требуется силой открыть дверь клиники с Телом 7). При 5 V может обвинить Финна Герстатта в установке неисправных имплантов. В **Disasterpiece** при 9 V открывает дверь при поисках Эвелин Паркер. В **M'ap Tann Pèlen** при 5 V замечает, что фургон, на который указал Пласид, определённо является заказной работой. Пласид замечает, что это лишь способ V сказать, что тот не знает, откуда взялся «kamyonét». V отвечает, что просто пытается сложить факты воедино. В **I Walk the Line** при 10 V открывает служебные ворота в Grand Imperial Mall.

В **Lightning Breaks** при 8 V может спросить Панам Палмер, не хочет ли она использовать ЭМИ, чтобы сбить АВ Андерса Хеллмана. При 5 (или около) V гарантирует, что соединение персонального линка защищено, несмотря на ошибку при попытке подключиться к турели машины Панам. При 8 (или около) V делает вывод из объяснений Панам о антеннах электростанции, что можно запустить цепную реакцию, заставив каждую антенну излучать мощный ЭМИ-всплеск прямо в момент пролёта АВ Андерса Хеллмана. При 8 (или около) V вызывается выбивать трансформаторы из строя, чтобы ускорить процесс. В **Gimme Danger** при 6 (или около) V указывает Джонни Сильверхенду, что план Горо Такэмуры всё ещё может быть опасен. При 6 V открывает дверь в Arasaka Industrial Park. В **Play It Safe** при 6 V может отсоединять сегменты мостков, при 6 — отсоединять сегменты мостков (повтор), при 11 — открывать дверь в комнату, где находится Genjiroh, на 21 этаже.

В **We Gotta Live Together** при 7 V спрашивает Митча Андерсона, является ли Afterburn, установленный Альдекальдо на Милитех Basilisk, стандартным нитро или военным классом. Митч отвечает, что стандарт не сдвинет Basilisk, а напихать военную технику в панцер — мелочь по сравнению с трюками, которые они со Скорпионом проворачивали во время войны. В **Who Wants To Live Forever** при 13 V спрашивает Соломона Рида, почему врачи не использовали наноботов. В **With a Little Help from My Friends** при 3 V открывает дверь в диспетчерскую башню раньше Панам. В **Bullets** при 8 V узнаёт Mantis Blades Хигуруси 20-13 у Мелиссы Рори и знает, что линейка Хигуруси 20-13 была снята с рынка в 2069 году. В **Ex-Factor** при 9 V комментирует, что Джуди Альварес не могла взломать замок Clouds с первой попытки, и спрашивает, знает ли она, как обойти их системы. Джуди отвечает утвердительно, говоря, что надеялась, что они не обновляли систему с тех пор, как она ушла. В **Coin Operated Boy** при 3 V говорит клерку, что тот не понимает, с чем возится, заявляет, что Брендан особенный, почти чудо науки, что клерк никогда не встречал машины с такой когнитивной матрицей, и начинает рассуждать об ИИ Брендана. Клерк прерывает V и пускает его в мастерскую, доверяя знаниям V и тому, что тот ничего не сломает, и просит проверить «маленькое чудо» Брендана, пока обновляется прошивка. При 10 V открывает ворота, чтобы встретиться с Бренданом. При 4 V говорит Брендану, что знает, что тот не настоящий искусственный интеллект или, по крайней мере, далеко не ОИИ, потому что процессор Брендана просто недостаточно велик для вычислительной мощности, необходимой для ИИ со свободой воли. Брендан отвечает, что V прав, и, должно быть, V отличный техник. V затем комментирует, что код-обезьяна, создавший Брендана, заслуживает приза за то, что Брендан — лучший эмулятор разговора, с которым V когда-либо взаимодействовал, и что Брендан почти обманул V. Брендан замечает, что V кажется слегка разочарованным, а V говорит, что кто ещё может сказать, что его друг — S.C.S.M., и что это почти безумно до красоты.

В **Riders on the Storm** при 9 V открывает канализационный люк, чтобы проникнуть в главное здание Wraiths. В **Violence** при 10 V открывает дверь в Riot. В **Don't Lose Your Mind** при 5 V открывает решётки в гараже штаб-квартиры Delamain Corp, при 8 открывает боковую дверь в офис штаб-квартиры Delamain Corp. В **Dream On** при 10 V чинит стекло смарт-экрана в квартире Пералезов. В **The Hunt** при 12 V открывает боковую дверь в NCPD. В **Pyramid Song** при 6 V спрашивает Джуди Альварес, как она смешивает две отдельные дорожки переживаний. В **These Boots Are Made for Walkin'** при 3 V предлагает Лане Принс, что стоило начать с шагового двигателя, так как было бы быстрее починить Thorton Galena «Rattler». Лана сетует, что заменила весь дроссель. В **I Fought the Law** при 9 V подключается к точке доступа в Red Queen's Race, при 3 и 5 открывает двери внутри Red Queen's Race. В **Only Pain** при 20 V взламывает полицейскую машину.

В заказе **Gig: Hacking the Hacker** при 3 V открывает вентиляцию в убежище 6th Street, при 9 открывает ставни в одной из квартир на этаже R6, при 9 открывает ещё одни промышленные ставни в другой квартире, при 9 открывает двери внутри убежища 6th Street, при 13 переопределяет турель в комнате Люциуса. В **Gig: Family Matters** при 12 V открывает входную дверь дома Джульетты. В **Gig: Greed Never Pays** при 5 V открывает дверь в квартиру Лии Глейден без использования кода Вакако Окады. В **Gig: Occupational Hazard** при 5 V открывает дверь на складе The Mox на Longshore North. В **Gig: Until Death Do Us Part** при 6 V открывает дверь в ванную на верхнем этаже. В **Gig: Catch a Tyger's Toe** при 6 V открывает дверь в серверную. В **Gig: Monster Hunt** при 7 V открывает дверь на пути в клуб Ho-Oh. В **Gig: Rite of Passage** при 7 (или около) V отключает камеры в клинике HeavenMed, при том же уровне открывает двери в клинике. В **Gig: Bloodsport** при 7 V отключает камеры в додзё Tyger Claws на Брукленд-стрит, при 8 открывает вход на крышу в додзё Tyger Claws на Брукленд-стрит. В **Gig: For My Son** при 8 V открывает дверь внутри боксёрского клуба. В **Gig: Freedom of the Press** при 5 V обезвреживает мины (называемые Максом Джонсом «IED — Improvised Explosive Device»), при 8 открывает дверь в старую телестудию в Нортсайде. В **Gig: No Fixers** при 8 V обезвреживает мины на территории Wraiths. В **Gig: An Inconvenient Killer** при 9 V открывает дверь лифта в 7th Hell. В **Gig: Bring Me the Head of Gustavo Orta** при 9 V открывает дверь в служебное помещение рядом с квартирой Густаво Орты. В **Gig: Flying Drugs** при 10 V отключает питание антенны. В **Gig: Cuckoo's Nest** при 8 V открывает двери внутри, при 15 открывает промышленные ставни снаружи, при 15 открывает окно в психиатрическое отделение. В **Gig: Old Friends** при 8 V открывает дверь в комнату в притоне Карубо Байреи (ту же дверь можно открыть силой при Теле 12), при 16 открывает чёрный ход в притон Карубо Байреи. В **Gig: Psychofan** при 17 V открывает дверь квартиры 1702. В **Gig: Sr. Ladrillo's Private Collection** при 5 V притворяется, что находится в Dicky Twister для починки звуковой системы, чтобы войти бесплатно, при 18 открывает дверь в офис сеньора Ладрильо. В **Gig: Guinea Pigs** при 19 V открывает дверь в квартиру Джоанны Кох. В **Gig: Woman of La Mancha** при 6 V открывает дверь в номер мотеля Анны Холл, при 6 открывает чёрный ход в мотель вместо оплаты номера 203, при 6 открывает дверь номера 203, если не заплатил, при 4 открывает служебную комнату на 1 этаже, чтобы узнать, что случилось с последним жильцом номера 203. В **Gig: Lousy Kleppers** при 10 V открывает две двери внутри объекта. В **Gig: Greed Never Pays** при 5 V открывает одну дверь в склад в клубе Wired Head, при 10 открывает другую дверь в склад в клубе Wired Head. В **Gig: Serious Side Effects** при 5 V открывает двери на втором этаже, при 12 открывает двери снаружи, при 12 открывает ещё одни двери внутри, на первом этаже. В **Gig: Going-away Party** при 12 V ломает забор. В **Gig: Radar Love** при 5 V открывает две решётки. В **Gig: Trevor's Last Ride** при 5 V открывает двери, ведущие в оружейную.

В **Spider and the Fly** при 12 V открывает двери, которые Розалинд Майерс называет «Музеем несбыточных желаний, где богатые покупали и продавали столько неисполненных мечтаний». В **Lucretia My Reflection** при 12 V открывает служебную дверь в туннелях метро, при 12 открывает дверь в ресторан Captán Caliente, при 8 обезвреживает лазерные мины в ресторане Captán Caliente. В **You Know My Name** при 3 V обезвреживает мины в затопленных туннелях, при 15 (или около) открывает вентиляционную решётку через склад, при 20 (или около) предупреждает Соломона Рида, что мина на его пути — модель Tsunami Tsuchigumo и её можно перевести в дружественный режим. В **Shot by Both Sides** при 3 V открывает дверь в квартиру Бри, при 18 (или около) говорит Бри, что турели в старом здании Милитех работают по последовательным цепям: взлом одной запускает петлю обратной связи, которая активирует и остальные. Бри предлагает вообще ничего не взламывать. При 8 (или около) V обезвреживает мины в старом здании Милитех. В **I've Seen That Face Before** при 20 (или около) V понимает, что Синхронизированная с поведенческим отпечатком лицевая пластина должна делать больше, чем менять лицо и голос: она влияет на гормоны, как дизайнерский наркотик, обеспечивая гиперспецифические подъёмы и правила для изменения поведения. Алена Ксенакис дополняет, что она устанавливает новый базовый уровень, и нужно лишь произнести правильные слова. В **Somewhat Damaged** при 20 (или около) V знает, что отключённый дверной терминал на пути к дата-терминалу Sierra можно починить, при 17 использует блок предохранителей на пути к дата-терминалу Sierra, чтобы включить дверной терминал. В **The Killing Moon** при 20 V подключается и запускает диагностику Сонгбёрд, при 10 открывает напольную решётку в терминал Tycho, при 10 открывает дверь в лифт стройплощадки, при 14 (или около) осматривает хром Сонгбёрд, будучи знакомым с большинством её узлов, и может запустить автодиагностику и предоставить Сонгбёрд доступ к её BIOS. Она получает отчёт, который может разогнать компенсаторы. В **Things Done Changed** при 14 V спрашивает Соломона Рида, почему врачи не использовали наноботов, и говорит, что не верит, что они повредили нервную систему V. Рид отвечает, что, по-видимому, нейронная матрица снизила регенеративную способность клеток V, и врачи действительно перепробовали всё. В **Gig: Dogtown Saints** при 13 (или около) V говорит, что пациент Оделла Бланко использует женский имплант, не подогнанный под его вес, и рекомендует сначала настроить грузоподъёмность и коленные суставы, и посмотреть, поможет ли. Оделл комментирует, что не пробовал. В **Gig: Prototype in the Scraper** при 15 V отключает камеру в Scraper, при 20 (или около) комментирует Хасану Демиру, что установка прототипной техники рискованна. В **Gig: Roads to Redemption** при 20 (или около) V отпирает дверь комнаты с вредоносным ПО для установки. В **Gig: Talent Academy** при 15 V отпирает дверь с пометкой «Только для персонала», при 15 отпирает окно вентиляционного отверстия в стене, которое даёт доступ к технической шахте. В **Gig: Waiting for Dodger** при 10 V отпирает люк наверху боковой комнаты, смежной с комнатой, где находится единственный ничего не подозревающий охранник. Однако за люком снаружи наблюдает один солдат BARGHEST.

Эти разрозненные эпизоды, собранные из технических отчётов, полицейских сводок и устных свидетельств, рисуют картину эпохи, когда границы между человеком, машиной и корпоративным интересом ещё только начинали стираться. До 1990-х годов мир Киберпанка уже был полон предчувствий: японские префектуры хранили память об атомных пожарах и вулканических извержениях, валютные системы трещали под давлением амбиций, а первые спиннеры и субмарины рассекали небо и глубины. Именно из этих фрагментов впоследствии вырос Найт-Сити, Корпо-плаза, Пустоши и бесконечные войны банд, корпоратов и наёмников, чьи истории ещё только предстояло написать.

На бусти доступны главы вплоть до десятой

Глава 4 Войны и потрясения 1990-х: Часть 1

Войны и потрясения 1990-х: Часть 1

Мир на исходе двадцатого столетия напоминал растревоженный улей. Технологии, некогда созданные для спасения жизней, стремительно превращались в моду, оружие и валюту. Кибер-импланты — хром, как их называли на улицах, — перестали быть диковиной и стали самой тканью общества. Но за блеском хромированных конечностей и неоновых витрин скрывались тектонические сдвиги: войны корпораций, распад государств, эпидемии и рождение городов-государств, которым предстояло определить облик грядущих десятилетий.

Киберпромышленность в современном смысле выросла из медицинских протезов. В начале XXI века протезы заменяли зубы, лицевые кости, нёбо и суставы. Во время Первой Центральноамериканской войны в начале 1990-х разработка резко ускорилась: тысячи американских солдат вернулись домой тяжело искалеченными. Медицинская кибернетика становилась сложнее и доступнее, а на переднем крае исследований стояли Япония и Германия. Первый протез руки не имел пальцев — лишь грубый захват, а сама рука была тяжёлой. Эти примитивные конструкции 1990-х получили название «поколение ноль». Послевоенное развитие протезов подстегнуло миниатюризацию: укреплённые позвоночники и суставы создавались для рабочих, воздушные фильтры вживлялись в верхние дыхательные пути тем, кто трудился в загрязнённой среде. В 2010-е годы наступила Промышленная кибер-революция: боевые импланты производились для Второй Центральноамериканской войны, а также Второй и Третьей корпоративных войн. Американская мегакорпорация Милитех улучшала своих солдат, увеличивая грузоподъёмность тел и подключая их напрямую к персональным детекторам движения и дальномерам. Между частными армиями мегакорпораций, такими как Арасака, началась гонка вооружений, не утихшая и к 2077 году. Импланты первого поколения, обычно из металла и пластика, до сих пор встречаются на чёрных рынках, чаще всего у бедняков, которые не могут позволить себе ничего лучшего.

Киберпромышленность — это любая кибернетическая технология, постоянно установленная в тело, особенно та, что взаимодействует с центральной нервной системой. Все кибер-импланты искусственны; биологические улучшения выделяют в отдельную категорию — биоварь. Людей с искусственными тазобедренными суставами или кардиостимуляторами обычно не считают киборгами, даже если часть их тела искусственна. В киберпанковском мире это постчеловеческое общество, где живое тело — лишь инструмент, который улучшают ради функциональности или внешнего вида. Кибер-мода, иногда называемая фэшнварь, стала собственной нишей: тело украшают исключительно ради внешности. Помимо статуса, кибернетику чаще всего желают из практических соображений; для большинства главная проблема — просто позволить себе импланты. Они по-прежнему дороги, но средний класс в той или иной степени может их приобрести, а иногда даже бедняки находят способы. У рабочих, особенно профессионалов, часто есть два-три импланта. Кибероптика полезна для записи совещаний, кибераудио с усиленной чувствительностью — для подслушивания сплетен в зале для руководства. Несмотря на куда более жестокое общество, существует множество мирных повседневных применений кибернетики, делающих её желанной почти для всех. Установку кибертехнологий обычно считают крупной покупкой — как ноутбук, телевизор или автомобиль, — но в пределах возможностей большинства.

Кибертехнологии можно приобрести почти где угодно. Некоторые операции тривиальны и выполняются в порядке живой очереди; существует множество сетевых магазинов — Bodyshoppe, Fashion/Fusion, Parts'N'Programs и другие, — которые также модернизируют, ремонтируют и настраивают уже установленные импланты. Другие вмешательства требуют настоящей больницы и времени на восстановление. Как и в реальном мире, качество зависит от того, сколько вы готовы потратить. Магазины в торговых центрах считаются середнячком, специализированные клиники дают гораздо более высокое качество, а для отчаявшихся или преступников существуют риппердоки — подпольные медтехи, которые ставят импланты дёшево, но с серьёзными издержками в качестве и целостности. Риппердоки не следуют медицинским кодексам и процедурам обычных магазинов, клиник и больниц, что может приводить к осложнениям, например, к дополнительной боли. К их услугам прибегает и преступный мир — ради установки нелегального хрома. Установка кибер-имплантов включает использование нанотехнологий для создания интерфейса между модулем и нервной системой тела. Нет предела тому, насколько можно модифицировать тело: полная конверсия заменяет практически всё, кроме мозга. Однако в таких случаях почти невозможно избежать киберпсихоза, поэтому полные конверсии редки. Будучи установленным, большинство имплантов требует регулярного обслуживания: компоненты со временем деградируют, а малейшие изменения химии тела влияют на точность, время отклика и общую функциональность. Даже наниты в некоторых видах биовари необходимо периодически калибровать для сохранения физиологической совместимости. В тяжёлых случаях неисправный имплант может полностью выйти из строя или угрожать жизни носителя, поэтому проверки рекомендуются не реже одного раза в шесть месяцев. В 2070-х годах нейровирусы, подхваченные через заражённые персональные линки, также могут нарушить работу имплантов.

Тяжёлые нейронные процессоры — лишь одна грань этого мира. Линейные каркасы представляют собой высокотехнологичные экзоскелеты, напоминающие облегающую броню. Такие рамы выходят за пределы возможностей обычных кибер-конечностей: поскольку каркас не опирается на живое тело, он позволяет совершать поистине сверхчеловеческие действия — поднимать небольшие автомобили или гнуть стальные прутья руками. У них есть ограничения: с ними нельзя плавать, они замедляют рефлексы, и фактически вы до конца жизни будете носить постоянную броню. Линейные каркасы сопряжены с колоссальной ценой человечности — легко в десять и более раз выше, чем у стандартной кибер-конечности, поэтому киберпсихоз становится реальной угрозой. Баллистический сопроцессор подразумевает вживление настоящих броневых пластин в тело. В отличие от подкожной брони, это находится поверх кожи, но столь же постоянно, как любой другой имплант. Пластины можно устанавливать секциями или на всё тело, а также встраивать в линейные каркасы и другую кибернетику. Броня — это не просто стальные листы, приклёпанные к коже: она многослойна и пориста, кожа под ней продолжает существовать, как и живое тело. Снаружи, однако, вы будете напоминать робота. Но бронепластины не обязаны выглядеть грубо или уродливо: их можно стилизовать как угодно. Многие женщины с бронепластинами напоминают сексуальных роботов с картин 70-х и 80-х. Возможны минималистские дизайны — хотите базовую отражающую овальную сферу вместо головы? — или устрашающие фантастические существа — желаете выглядеть как металлическая мантикора? Единственный реальный предел — воображение. Люди с бронепластинами практически невосприимчивы к пустяковым повреждениям, которые беспокоят остальных, — порезам, царапинам и прочему. Такая броня защищает лучше даже подкожной и может быть дополнительно усилена.

При большинстве полных конверсий позвоночник, мозг и надпочечники переносят в заполненный жидкостью поддерживающий мешок внутри полностью кибернетического тела, куда вливаются питательные вещества. Их подают через капельницу, вставляемую в порт на внешней оболочке, либо получают из пережёванной пищи, которая проходит через «блендер» в отдельную пищеварительную камеру, а затем в перерабатывающий контейнер, направляющий витамины к поддерживающему мешку. Металлический корпус питается от перезаряжаемой батареи с многодневным зарядом. Кожа — хромированный RealSkinn того же типа, что используется на кибер-конечностях: мягкая и тёплая, но безволосая и блестящая. Нейросеть связывает сенсоры кожи с мозгом — технология схожа с той, что используется в сексуальном импланте Mr. Studd.

После войн кибермедицинский рынок начал расцветать. Те же корпорации, что участвовали в конфликтах, увидели новые возможности для прибыли от линеек медицинских имплантов. Из-за отсутствия федерального регулирования в это время разрабатывалось и кибероружие. Параллельно с подъёмом стиля «китч» создавались препараты против отторжения, а вскоре как побочный продукт этих препаратов появилась биоварь, основным назначением которой была интеграция кибернетики в человеческое тело посредством искусственно выращенных улучшенных органов и низкоинтенсивных нанотехнологий. Этот период развития второго поколения широко известен как «Эпоха киберпромышленности». Импланты второго поколения — самые распространённые и часто устанавливаемые на улицах в наши дни: дешёвые и ставящие функцию выше формы. Именно тогда гидравлические и пневматические поршни первого поколения заменили искусственными кибермышцами, обеспечив большую мощность и силу. Вслед за этим разработали технологию RealSkinn, почти сразу ставшую символом статуса.

С возвышением мегакорпораций и их почти бездонными бюджетами произошёл новый скачок. Подстёгнутое корпоративной гонкой вооружений — «холодной войной» корпораций — третье поколение кибер-имплантов было изобретено в отделах НИОКР. Каждая корпорация хотела лучших, сильнейших и быстрейших солдат для защиты и долголетия компании. Тяжёлые металлические пластины сменились лёгким углеродным волокном и керамическими полимерами; для тайных ударных групп и убийц разработали скрытую подкожную броню и выдвижное оружие. В это же время появились пуленепробиваемые, клинконепробиваемые и огненепробиваемые варианты RealSkinn, и по сей день остающиеся самыми распространёнными формами RealSkinn среди корпоративных служб безопасности и военных. Этот период также ознаменовал подъём биовари — искусственных биологических улучшений вместо кибернетики. Скинвив, нанохирурги, токсин-связыватели и синаптические апгрейды стали популярны благодаря невосприимчивости к ЭМИ-атакам, незаметности для обычных сканеров и меньшей вероятности вызвать киберпсихоз. Пусть эти импланты сравнительно слабее кибер-аналогов, выгоды огромны и часто перевешивают недостатки. Корпоративные агенты и спецподразделения стали самыми смертоносными в своей карьере после появления третьего поколения, комбинируя биоварь и хром, чтобы стать идеальными машинами убийства для корпоративных богов. Однако следует остерегаться нелегальной несертифицированной биовари — иначе несертифицированные наноботы внутри в итоге начнут атаковать и разрушать вашу нервную систему.

Лучшие, самые продвинутые дизайнерские импланты делятся на две категории. Первая — ультрасовременные, топовые, сливки общества импланты и улучшения, используемые высокопоставленными корпоративными чиновниками и агентами: улучшенные нейропроцессоры, хакварь для нетраннинга, киберглаза четвёртого класса и стресс-анализаторы дают этим людям преимущество перед конкурентами, как никто другой. Наложенные и скрытые под самым качественным RealSkinn с рынка, кибернетика четвёртого поколения по-настоящему определяет образ жизни корпората, являясь лучшим символом статуса в компании. Вторая категория не уступает по технологической сложности, но создана как откровенно заметный хром: киберпромышленность всё больше входит в моду среди богатых и влиятельных. Это неокитч — субстанция и стиль для одного процента: социальная элита, корпоративные наследники, звёзды бранданса и им подобные. Текучие золото и платина, вплетённые в высокотехнологичный RealSkinn, кибер-конечности из чистого кристалла, выращенного на орбитальных станциях, или даже отделка натуральной деревянной плиткой, стоящей больше среднего пожизненного заработка в Найт-Сити. Чисто декоративная, неокитч-кибернетика — высший символ богатства, власти и влияния.

Всё это великолепие покоилось на руинах старого порядка. Тихая война, развязанная «Бандой четырёх» против растущей Европейского экономического сообщества, стала одним из первых гвоздей в крышку американского господства. По мере роста ЕЭС вмешательство США в европейские дела терпели всё меньше. Вскоре ЕЭС стала мировой державой, а США отошли на вторые роли, особенно в своей чрезмерно амбициозной международной политике. В 1992 году, когда СССР проходил последние стадии гласности, Совет национальной безопасности США продолжал устаревшую политику «Империи зла», блокируя любую помощь Советам и заставляя союзников по НАТО поступать так же. Когда ЕЭС прочно утвердилась, одним из первых её шагов стал вызов американским желаниям: она отправила столь необходимое продовольствие и помощь советским государствам, проигнорировав возражения СНБ. В результате СССР принял евродоллар вместо американской валюты, и НАТО рухнула, когда Советы впервые более чем за сорок лет заключили мир с Западной Европой. Взбешённая потерей престижа и опасаясь, что расширяющаяся космическая программа ЕЭС — прототип ускорителя масс на Луне появился уже к новому 1993 году — даст европейцам военное превосходство, АНБ начало кампанию по подрыву структуры ЕЭС, используя тактики от биржевого мошенничества до попытки сорвать первые военные переговоры между ЕЭС и СССР. Чтобы казаться платёжеспособной и «утереть нос» экономической мощи ЕЭС, «Банда четырёх» также начала манипулировать фондовыми рынками Европы и Азии, напрямую взламывая системы. Эти искусственные манипуляции валютой и акциями позволяли создавать иллюзию американского богатства, но дорогой ценой: когда ЕЭС это обнаружила, она просто слила информацию мировой прессе. Подорванная безопасность обменного курса привела к краху системы. Впоследствии эту катастрофу назвали «Крах 94-го». В ответ большинство развитых стран немедленно ввели эмбарго на торговлю с Соединёнными Штатами. Эти эмбарго оказались сокрушительными для Америки и лишь ускорили Коллапс.

Пока рушились старые империи, на атлантическом побережье разворачивалась иная драма. Коннектикут, штат в составе Новых Соединённых Штатов Америки, помнил удары с небес. Когда ракеты ESA упали в залив Делавэр, непосредственно к востоку от Вашингтона, округ Колумбия, удар вызвал огромные приливные волны, которые обрушились на побережье Делавэра, сравняв с землёй значительные части штата. Даже теперь большая часть штата покрыта солоноватыми лужами стоячей воды. Город Довер разделил эту судьбу, став свидетелем того, как море пожирает сушу.

Пандемия довершила хаос. В 1999 году разразилась Истощающая чума — ужасная инфекция, поражавшая кишечник жертв и заставлявшая их умирать от голода, сколько бы они ни ели. Её распространению способствовали лёгкость и быстрота передачи между странами, плотно заселённые городские районы и умышленная склонность распадающихся правительств того периода игнорировать или преуменьшать последствия медицинских чрезвычайных ситуаций. Чума пронеслась по Европе и наконец достигла Соединённых Штатов в 1999 году. Полностью проигнорированная в хаосе правления «Банды четырёх», она унесла, по оценкам, 14 миллионов жизней, прежде чем в Японии наконец разработали вакцину.

На фоне этих катастроф амбициозный человек по имени Ричард Найт увидел уникальную возможность. Успешный бизнесмен, в начале 1990-х обеспокоенный насилием и разрухой надвигающегося Коллапса, он работал в основном над корпоративными проектами пресловутой компании Halsey, Ferris and Night. Ричард мечтал создать собственный идеальный город и покинул старую фирму, основав девелоперскую компанию Night International. Он задумал образцовый мегаполис — контролируемую среду, в конечном счёте безопасную от бед, разрывающих мир. Новый город должен был быть полностью спланированным, самодостаточным и способным сдерживать даже самых решительных преступников. В нём планировались кварталы, посвящённые сохранению духа разных национальностей и культур, а также суперсовременный корпоративный центр — сияющий маяк просвещённого капитализма. Это был амбициозный, дальновидный и провидческий замысел.

В конце концов Найту удалось обеспечить неслыханный капитал, необходимый для финансирования столь масштабного проекта. В условиях Коллапса многие корпорации искали собственные городские зоны — контролируемые пространства, свободные от преступности, бедности и долгов, где правительство было бы корпоративным, допускающим оптимальное зонирование и отсутствие анти-бизнес-элементов. В идеале это должна была стать капиталистическая мекка возможностей. Город мечты Найта идеально подходил для этих целей: он предоставил проектные и строительные мощности, а корпорации — средства. К 1992 году Арасака, EBM и Petrochem подписались на проект, что привело к образованию Партнёрства Коронадо.

Ричарду Найту требовалось много земли для новой инфраструктуры, а также доступ к морским портам и современным шоссе для доставки огромного количества материалов. Он отправил разведывательные группы на Восточное и Западное побережья Соединённых Штатов Америки. Однако к концу 1992 года внимание Ричарда привлекла небольшая статья из San Francisco Chronicle, описывавшая ужасное происшествие в маленьком приморском городке Морро-Бэй на центральном калифорнийском побережье. Вместо того чтобы увидеть место пост-холокостного ужаса, Найт разглядел возможность построить проект всей своей жизни. Поскольку Морро-Бэй стал городом-призраком, Ричард смог выкупить землю по очень низкой цене. Petrochem помогла с приобретением: корпорация имела права на бурение на части региона и уже владела заброшенной электростанцией Dynergy, планируя также устроить офшорный порт и нефтяной терминал. Приобретение за 132 миллиона долларов с кредитным плечом обеспечило оставшиеся участки, включая районы соседнего Лос-Осос. Банк Merrill, Asukaga & Finch, желавший сделать новый город финансовым центром, вместе с Night и Petrochem нанял корпорацию Арасаку для зачистки банд и превращения района в безопасную зону строительства. Дополнительные средства поступили от внешних инвесторов, привлечённых обещанием выгодных строительных контрактов и возможных источников внелегального дохода. Чтобы стереть клеймо инцидента в Морро-Бэй, Партнёрство переименовало регион в залив Дель-Коронадо, расчищая путь для нового проекта — города Коронадо. Впрочем, благодаря неординарной личности основателя местные вскоре прозвали его «Найтс-Сити».

К 1993 году очертания города Коронадо потребовали больше земли, чем изначально давала геология залива. Партнёрство выровняло окрестные холмы и сбросило их в океан в качестве насыпи, перекроив залив так, что прежде узкая песчаная коса на западе расширилась до примерно 10 миль. Гавань углубили заново, сделав её способной принимать крупные суда, необходимые для строительства мегаполиса, а оставшийся грунт также пошёл на засыпку западного края. Это место сочли идеальным для строительства станции планируемого межконтинентального магнитоплана.

Город Коронадо воистину отражал эклектичное видение своего создателя. Вместо гигантских стальных и стеклянных башен городской план Найта разбивал город на районы, каждый со своим архитектурным стилем и темой. Он включал элементы многих известных североамериканских городов обоих побережий — Сиэтла, Сан-Франциско, Нью-Йорка или Бостона, — от фальшивых браунстоунов до псевдовикторианских пряничных домиков; азиатские кварталы отражали собственные культурные стили. Небольшие магазины, рестораны и предприятия проектировались в пределах лёгкой пешей доступности от городского жилья, а массивные здания в районе, получившем название Нью-Харбор, должны были вместить стадион и торговый центр мирового уровня. Открытая марина обслуживала частные суда и прогулочные лодки, тогда как главный промышленный порт предполагалось разместить к северу и югу от города. Найт также отдал дань уважения маленькому бывшему поселению Морро-Бэй, воссоздав большую часть его первоначальной планировки в открытой среде, напоминающей приморскую деревню. Городской и корпоративный центры должны были стать сверкающими кварталами высоток и парков, и именно здесь Найт продемонстрировал личное архитектурное мастерство в проектах множества корпоративных небоскрёбов, которым предстояло стать самым заметным символом растущего благосостояния города.

Строительство наконец началось в мае 1994 года. Хотя Petrochem и MA&F были главными спонсорами Партнёрства Коронадо, строительными компаниями они не являлись, и потому требовался кто-то, способный привести технику и рабочую силу, чтобы копать котлованы и возводить сталь. В итоге это привело к найму мафии и подобных организаций. Мафии Западного побережья — мафия, якудза и прочие — десятилетиями удерживали мёртвую хватку на тяжёлом строительстве в регионе. Они контролировали строительные и транспортные профсоюзы, а также большинство государственных агентств, ведавших строительными лицензиями, экологической экспертизой и прочими бюрократическими необходимостями. Вложив крупные суммы в Партнёрство через подставные корпорации, мафиозные синдикаты надеялись не только получить огромную прибыль от выгодных строительных контрактов, но и обеспечить себе доступ к будущим игорным, проституционным и наркотическим франшизам в новом городе. Однако план Найта требовал использования его собственных передовых строительных технологий и материалов, на которые была способна Night International, но которые исключали ряд устоявшихся профсоюзов и строительных фирм, контролируемых его новыми партнёрами. Это им не понравилось, а дальнейшее требование Найта, чтобы новый город был безопасным и свободным от преступности, разозлило их ещё больше.

В число строительных и девелоперских компаний входили Night International, Halsey, Ferris & Skiv (переименованные старые партнёры Найта), Burleson Construction Company (позже обанкротившаяся) и другие. Поначалу Ричард довольно эффективно не пускал подконтрольные криминальным семьям компании в свой быстро растущий город, хотя в первые четыре года строительства угрозы его жизни звучали ежедневно, а когда они переросли в саботаж и запугивание, он призвал корпоративных партнёров, которые разобрались с проблемой быстро и безжалостно. Однако, несмотря на влияние и обещания союзников, удача отвернулась от Найта. 20 сентября 1998 года Ричард Найт был застрелен в своём пентхаусе на вершине только что построенной башни Парквью. Убийцу так и не нашли, и в память о нём вновь назначенный городской совет официально переименовал город Коронадо в Найт-Сити.

Возмущение общественности в ответ на убийство Ричарда Найта и противостояние opportunistическим криминальным синдикатам какое-то время сохраняли относительную стабильность. Через год после гибели мужа Мириам Найт реструктурировала его компанию и основала Фонд Найта с главной целью — защищать и продвигать видение идеального города её покойного супруга. Со временем этот фонд реорганизовали в Корпорацию Найт.

Последующие годы стали для Найт-Сити хаотичными: разные силы сражались за контроль над мегаполисом, пока тот продолжал строиться. Боссы мафии, которых подозревали в убийстве магната, вскоре начали прибирать к рукам большую часть города. Зона боевых действий Найт-Сити возникла где-то между 1998 и 2000 годами, когда корпорации и организованная преступность поделили ресурсы города, в результате чего Департамент полиции Найт-Сити (NCPD) стал совершенно неэффективен. Банды, поддерживаемые корпоративными и мафиозными спонсорами, обосновались в менее застроенных южных пригородах к югу от Центрального Найт-Сити, и со временем укоренились настолько, что единственным способом их устранения был бы снос всего района и строительство с нуля. Велось много споров о том, не следует ли обнести этот район стеной, но в итоге ни одно ведомство — ни гражданское, ни корпоративное — не пожелало взять на себя инициативу столь масштабного предприятия.

Со временем город разделился: корпорации контролировали Корпоративный центр, тогда как мафия захватила большую часть предприятий сферы услуг и другие части Найт-Сити. К 2005 году мафия стала доминирующей силой в заливе Дель-Коронадо. Её оставили в покое, поскольку корпорации почти не интересовались управлением Найт-Сити и держали корпоративные твердыни в отдалённых «бобровых посёлках» и возвышенной Корпо-плазе. Тем временем городской совет не мог руководить мегаполисом без корпоративных хозяев, дёргающих за ниточки и предоставляющих мускулы. Организованные преступные группировки отлично делали своё дело, но управление целым городом — совсем иное.

Между 2005 и 2009 годами значительная часть городского правительства была заменена коррумпированными марионетками мафии, и даже Petrochem и MA&F оказались отодвинуты в гонке за быстрыми нелегальными евродолларами. Продавая контракты друг другу, устраивая сделки с наркотиками и вымогательством и в целом приглашая худшее из Коллапса в этот район, мафии сумели превратить относительно чистый современный мегаполис в осаждённую зону боевых действий. Преступность, наркотики, проституция, случайное насилие и кибернетический терроризм вскоре стали обыденностью. К 2009 году название «Найт-Сити» приобрело мрачный и смертоносный новый смысл.

Это были одни из худших лет для Найт-Сити: за четырёхлетний период здесь произошло больше убийств, чем в большинстве городов за десять лет. Мафия правила железной рукой, уничтожая всё на своём пути. Активность банд достигла исторического пика, заявив о себе такие печально известные группировки, как Blood Razors и Slaughterhouse. Найт-Сити вскоре стал ближайшей к аду точкой на земле — зоной боевых действий, где человека с одинаковой вероятностью могли взорвать в машине или украсть у него радио. Число нераскрытых убийств, задокументированных NCPD, выросло до тысяч.

После четырёх лет уличной войны корпорации наконец взялись за дело. С 2009 по 2011 год, в период конфликта, известного как Моб-война, корпорации сражались с преступным миром за контроль над Найт-Сити. Они вступили в войну не ради помощи горожанам, а потому что таков был бизнес. Как у корпорации-соперника, у организованной преступности имелись собственные цели, не вписывавшиеся в корпоративную повестку. Если мафия не готова играть по правилам, корпорации разберутся с ней тем же способом. С отрядами наёмников и обученными Арасакой парамилитарными войсками на штурмовых машинах, вентиляторных танках и боевых аэродинах на организованную преступность обрушилась волна взрывов, убийств и откровенных уличных боёв. Когда дым рассеялся, корпорации полностью уничтожили силовую базу мафии в Найт-Сити. С тех пор, если мафия переходила дорогу какой-либо корпорации, то действовала строго по её правилам.

По окончании Моб-войны в 2011 году корпорации решили поставить на выборах следующего года марионеточного мэра и начали зачистку остального Найт-Сити. Вновь избранный городской совет — столкнувшись с возвращением хаоса — наделил корпоративные силы безопасности полномочиями в пределах города. Вскоре корпоративный и городской центры были очищены и восстановлены в прежнем блеске. То же, в разной степени, сделали с другими районами.

После смены правительства новая драконовская корпоративная политика усугубила хроническую проблему бездомности: любого, у кого не хватало денег на обновлённую версию жилья, насильно выселяли. Сотни людей оказались на улице, когда доступное жильё модернизировали и использовали для размещения войск, необходимых корпорациям для поддержания порядка. В последующие годы ситуация смягчилась, поскольку для безопасности улиц требовалось меньше силовиков и охранных команд.

В 2012 году Джадсон Фримен (позже известный как Мболе Эбунике) стал новым мэром Найт-Сити — именно тем человеком, которого корпорации хотели видеть на этом посту. Согласно Северному договору о разделении 2012 года между Северной и Южной Калифорнией, Найт-Сити вошёл в состав Свободного штата Северная Калифорния, однако путешественникам из Южной Калифорнии гарантировался доступ. Год спустя, в 2013 году, мегакорпорации железной пятой подавили худшие эксцессы Найт-Сити. Базовые службы — полиция (NCPD), пожарные (NCFD) и вспомогательные сервисы — были восстановлены. Если корпоративные хозяева и были деспотичны, то для среднего обывателя это было лучше, чем уворачиваться от пуль по дороге в круглосуточный магазин. 13 апреля того же года знаменитый рокербой Джонни Сильверхенд устроил бунт и концерт у башни Арасаки, чтобы провести ударную группу внутрь здания и спасти свою девушку Альт Каннингем. В ходе событий погибли многие бунтовщики и сотрудники корпорации, включая CEO американского отделения Тоширо Хараду, убитого во время штурма Джонни. Башня сильно пострадала и в последующие годы была заменена новыми башнями Арасаки.

В 2014 году город пострадал от печально известной гангстерской войны, когда банды сражались друг с другом за территорию. Этот кризис позже назвали Металлическими войнами. В том же году произошли Бунты бездомных, подавленные NCPD. Вернувшись в Найт-Сити в 2015 году, Джонни Сильверхенд дал бесплатный благотворительный концерт в Лейк-парке, чтобы привлечь внимание к жестоким методам, применённым NCPD во время тех бунтов.

В эти годы поток наёмников, нанимаемых фиксерами для работы на различных заказчиков (особенно мегакорпорации), стал обычной повседневной деловой практикой. Корпорации публично сотрудничали друг с другом «ради блага Найт-Сити», хотя в тени строили козни. Благодаря этому эджраннеры получали всевозможную работу, открыв новую эру, которой предстояло длиться долгие годы.

В 2016 году город пострадал от небольшого, но разрушительного землетрясения, сравнявшего с землёй несколько недавно построенных, но хрупких модульных зданий, из-за чего они вышли из моды. В то же время, крепко держа Найт-Сити в руках, корпорации добивались принятия любых выгодных им законов. Деньги на муниципальные проекты в подавляющем большинстве утекали в и без того богатые районы, тогда как бедные кварталы приходили в упадок. Границы Зоны боевых действий расширялись каждый день. Банды, не сдерживаемые более крупными преступными организациями, действовали безнаказанно. Корпорациям было всё равно, пока это не било по их прибылям. Для богатых Найт-Сити был относительно безопасным пространством. Для остальных каждое возвращение домой превращалось в бросок костей — если у них вообще был дом.

К 2020 году Найт-Сити представлял собой быстро растущий городской регион, по-прежнему полный уличного насилия и преступности, но с сильным экономическим ростом в корпоративном секторе. Он превратился в оживлённый, успешный, но опасный мегаполис, обладавший городским лоском и стильной крутизной, делавшими его уникальным. Город почти залечил раны мрачного прошлого. Корпо-плаза оставалась безупречной, и у NCPD хватало сил поддерживать дневной порядок в центре. Однако, как и многие другие американские мегаполисы, Найт-Сити стал обществом, вооружённым до зубов: на людных улицах оружие встречалось не реже портфелей. Городское правительство сохраняло контроль, но в критических ситуациях зависело от корпораций. Заключались сделки, переходили деньги, гибли люди, но зато другие избегали смерти. Найт-Сити был далёк от изначальной мечты Ричарда Найта, однако работал достаточно сносно.

Войны корпораций начались задолго до этого. Первая корпоративная война разразилась, когда Euro Business Machines предприняла попытку leveraged buyout Transworld Airlines (TWA) — слабеющей компании. EBM попыталась заключить сделку с CEO TWA, но тот дал ей развалиться. Orbital Air, другая корпорация, заинтересованная в покупке TWA и отчаянно желавшая заполучить её инфраструктуру воздушного сообщения, заблокировала попытку выкупа EBM. Осознав произошедшее, EBM решила устранить шансы Orbital Air на покупку TWA. EBM наняла террористов для похищения переговорной команды Orbital Air, следовавшей на встречу с TWA. Однако террористы провалили миссию, и позже стало известно, что EBM несёт ответственность за их наём. Orbital Air, узнав, кто стоял за атакой, привлекла в союзники технологическую корпорацию Zetatech. Хакеры Zetatech начали масштабную сетевую атаку на EBM, но EBM сумела её отразить и вытеснила Zetatech из войны. Победив Zetatech в киберпространстве, EBM начала собственные атаки — физические и технологические — против TWA и объектов Orbital Air. Обе стороны яростно сражались, используя терроризм, сетевые атаки, пиратство, корпоративных соло и прокси-солдат из стран Третьего мира. За этот период обе компании потеряли сотни миллионов евродолларов.

В Первой корпоративной войне произошли две крупные битвы. Первая случилась, когда коммандос Orbital Air успешно атаковали и захватили космическую станцию EBM. Операция по захвату станции стала ответом на то, что EBM ранее угнала станцию Orbital Air. Европейское космическое агентство осудило обе стороны, потребовав, чтобы компании не воевали друг с другом на низкой околоземной орбите (НОО). Вторая крупная битва, завершившая Первую корпоративную войну, произошла год спустя. Коммандос, нанятые Orbital Air, сумели атаковать, прорваться и захватить комплекс CEO EBM Ульфа Грюнвальдера, вынудив его сдаться Orbital Air. Первая корпоративная война послужила примером для других корпораций: оптовые военные действия против конкурентов оказались жизнеспособной деловой практикой. Это был первый конфликт в своём роде, и он привёл к тому, что другие корпорации последовали примеру, развязывая масштабные войны друг с другом за ресурсы и деловые перспективы.

Тем временем на другом краю земли разгоралась Вторая Корейская война. Она началась в 1999 году, когда Юг заявил, что Север нарушил его воздушное пространство, хотя ни один иностранный радар не зафиксировал активности. Война принесла насилие и смерть многим, но также прибыль нескольким корпорациям. Под угрозой северокорейской ядерной ракеты «Нодон-13» персональное убежище «Семейный Кабуто» от Арасаки побило рекорды продаж. Долгие годы война оставалась кровавым тупиком на границе двух государств. Год спустя, когда обе нации завязли в трясине кровопролития, один японский правительственный чиновник, как сообщалось, заявил: «В долгосрочной перспективе Корейская война принесёт пользу только нам». Его немедленно уволили, но некоторые заподозрили, что Япония могла помогать Южной Корее, и начали расследование.

Война продолжалась два года без конца. Правительство Южной Кореи начало опасаться, что конфликт может уничтожить всю Корею. Однако в том же году южнокорейские военные захватили 15% территории Севера — крупная военная и моральная победа. В 2004 году после нескольких значительных побед генерал И (произносится «и») Рён Юн захватил власть в Южной Корее в результате переворота. И объявил свою военную хунту «Объединённой Кореей», а его частная армия взяла под контроль симпатизирующую национальную армию. Позже в том же году лейтенант И Хо Тон, брат генерала И, возглавил бомбардировку дамбы Субуно. Её разрушение лишило Китай возможности помогать Северу. Когда помощь Северу была отрезана, его армия значительно ослабла, и Южная Корея смогла вторгнуться в столицу Пхеньян. Битва за Пхеньян длилась три дня, пока Ким Чен Ир не был официально отстранён от власти, что положило конец Второй Корейской войне в феврале 2005 года. С победой генерала И родилась Объединённая Республика Корея. Генерал И был избран первым президентом новой страны. После войны президент И Рён Юн на пресс-конференции во дворце Чхонватэ отрицал слухи о союзе с Арасакой и какой-либо связи с Японией. Однако И и сотни других погибли при взрыве бомбы, сравнявшем здание с землёй. В тот же день И Хо Тон был сбит в своём F-16 преследователями ВВС Кореи на пути в Китай. Его самолёт разбился на китайской территории, тело так и не нашли. Причины его бегства в Китай также остаются загадкой. После гибели И прошли новые выборы, и Корея выбрала национального героя войны генерала Сонджина Пака, который повёл страну в будущее.

Вторая корпоративная война вспыхнула в 2006 году, когда SovOil начал производить CHOOH2 — топливо на спиртовой основе, чаще всего используемое для транспортных средств. Petrochem, главный производитель CHOOH2, предложил SovOil обновлённые технологии для бурения, добычи и создания нового топлива из неиспользованных нефтяных ресурсов Сибири. Условием было получение Petrochem частичных прав на бурение. Незадолго до подписания документов о партнёрстве Petrochem-SovOil инженеры SovOil объявили, что разработали собственную технологию бурения, делающую сделку ненужной, и SovOil отменил соглашение в последний момент. Между корпорациями пролегла трещина. В 2007 году обе компании начали экспансию в Южно-Китайское море. Это создало напряжённость, которая в итоге перекипела в начало Второй корпоративной войны.

Война началась, когда взорвалась офшорная платформа Sabina Bravo, принадлежавшая Petrochem. Petrochem обвинила SovOil в установке взрывного устройства на платформе, что вызвало серию ожесточённых публичных словесных баталий между дипломатами обеих корпораций. После разрыва коммуникаций Petrochem нанесла первый военный удар, приказав собственным военным дайверам заложить взрывчатку на платформу SovOil в качестве мести. Платформа была уничтожена, и начался полномасштабный конфликт. На начальном этапе войны наибольший успех сопутствовал SovOil, хотя обе стороны фактически искалечили друг друга за несколько недель, целенаправленно уничтожая нефтяные объекты. Каждая компания потеряла примерно 75% своих нефтяных объектов в первые недели войны. В середине войны Petrochem ненадолго получила преимущество, захватив цепь островов Спратли и убив Анатолия Новиково, CEO и основателя SovOil, используя самолёты, предоставленные правительством Малайзии. Несмотря на потери, SovOil перегруппировался и в конце концов одолел Petrochem, неоднократно отбивая атаки. В октябре 2009 года силы Petrochem оказались серьёзно ослаблены после нескольких неудачных атак, и SovOil де-факто взял под контроль Южно-Китайское море. В итоге выяснилось, что уничтожение платформы Petrochem Sabina Bravo — событие, убедившее Petrochem начать войну с SovOil, — было на самом деле несчастным случаем, за который SovOil не несёт ответственности. Как и Первая корпоративная война, этот конфликт удивил общественность и аналитиков своей интенсивностью, ранее невиданной. Кроме того, обе стороны в ходе конфликта нарушали национальные и международные законы. Хотя обе использовали армии стран Тихоокеанского региона друг против друга, они также доходили до свержения правительств и установления новых. SovOil особенно игнорировал требования государств и делал что хотел — позже SovOil пришлось выплатить репарации некоторым странам. Наконец, поскольку нефтеперерабатывающие заводы были основной целью, война оставила южную часть Тихоокеанского региона чрезвычайно загрязнённой, и к 2020 году условия там описывались как «почти непригодные для жизни».

На орбите разворачивалась собственная война. После того как Военно-космические силы США, полностью лишённые доминирования в небесах по требованию общественности, обратились к созданию самой мощной космической армады на низкой орбите, им ответил НеоСоветский Союз с помощью плана космических вооружений при поддержке ESA. Две державы принялись засорять ближний космос спутниками-убийцами, скрытыми дронами, рабочими хабитатами и массивными боевыми станциями, служившими орбитальными крепостями и базами. Космические патрули периодически зачищали орбитальные гнёзда вражеской техники на основании Законов ООН о космическом спасении 1995 года, гласивших, что любой неопознанный объект на орбите представляет опасность для орбитальной навигации и может быть удалён и утилизирован любой ответственной стороной. Поскольку спутники-убийцы, дроны и шпионские глаза, естественно, не были опознаны — в противном случае их маскировка и эффективность сошли бы на нет, — шаттлы неосоветов и USAF сновали по космическим трассам, обирая оружие друг друга. ESA и Highriders держались в стороне от конфликта, поскольку многие устройства были заминированы и крайне опасны для любого, кто приблизится слишком близко.

Излишне говорить, что эти операции сводили враждебные аппараты в непосредственной близости, что приводило к взрывным результатам. Инциденты с повреждениями и ранениями участились, а противостоящие патрули начали обмениваться не только приветствиями и навигационными данными. Кризис нарастал, пока в 2008 году не произошла внезапная атака на космическую оружейную платформу «Мир XIII», крупнейшую боевую станцию неосоветов. USAF успешно взяла её на абордаж с помощью морпехов EVAT — единственное в истории вторжение в скафандрах. ESA вмешалось на стороне своих союзников, и короткая космическая война бушевала около шести часов, пока ESA не разбомбило Колорадо-Спрингс с Луны. Тем временем более 40% мировых платформ и транспортных средств класса «Земля-орбита» было уничтожено в тотальной войне. Зарождающийся Хрустальный дворец уцелел лишь благодаря удалённой орбите и низкой приоритетности цели — важнее было убивать вооружённых неосоветов, чем безоружные далёкие гражданские объекты.

Первая орбитальная война, как её стали называть, установила рекорд самой высокой стоимости за час в уничтоженных или израсходованных материалах: 2,98 миллиарда евродолларов в час. Примечательно, что потеря американского военного командования в Колорадо-Спрингс вознесла офицера USAF по имени Элизабет Кресс к известности.

Третья корпоративная война началась, когда эксперты Торговой палаты Лос-Анджелеса раскрыли мошенническую схему, которую некоторые инвестиционные консультанты Merrill, Asukaga, & Finch проворачивали против частных инвесторов, используя Фонд Ротштейна (дочернюю структуру Банка Нью-Йорка) в качестве рычага. Они уведомили окружную прокуратуру, которая на следующий день начала расследование. Фонд Ротштейна, разгневанный двуличием MA&F и не желавший быть втянутым в разбирательство, передал всё, что имел, офису прокурора. Фонд также нанял местных уличных нетраннеров для зондирования крепостей данных MA&F в поисках правды. Администрация MA&F восприняла этот шаг бывшего союзника как прямую атаку. Она немедленно усилила сетевую безопасность и бросила своих нетраннеров в атаку на Фонд Ротштейна, сначала ударив по финансовым целям, а затем по компьютерным системам, что привело к эскалации боевых действий.

Несколько дней ситуация представляла собой хаотичную свалку. Крепости данных превратились в вооружённые лагеря, все нервно наблюдали за происходящим. Netwatch ответила ограничением доступа к Сети и жёсткими мерами против компьютерных преступлений, проведя несколько облав, закончившихся многочисленными арестами и ликвидациями. Обе стороны — Фонд Ротштейна и MA&F — решили перенести войну в реальный мир, начав нанимать наёмников. За 12-часовой период короткие ожесточённые бои велись на НОО и на Земле с целью уничтожения физических точек сетевого коммуникационного оборудования противника. Эти бои привели к значительным потерям жизней и материальному ущербу на миллионы долларов. Последующие шесть месяцев состояли из бесконечных сетевых рейдов, в основном незначительных и безрезультатных. Действительно, за 12 часов реальных перестрелок было нанесено больше урона, чем за весь остальной конфликт. Когда всё закончилось, Фонд Ротштейна перестал существовать как единое целое. MA&F выдала трупы двух своих руководителей, затеявших весь этот бардак, прокуратуре Лос-Анджелеса. Корпорации также пришлось оплатить ущерб, нанесённый на НОО и на Земле. К этому времени корпоративные конфликты никого не шокировали, хотя ряд аналитиков удивился, что война продлилась так долго. Способ ведения войны, основанный в основном на действиях в Сети, был довольно необычен и породил пару десятков теорий о том, что, возможно, это новый способ ведения корпоративных войн. Другие утверждали, что, как и пехота в военной доктрине, соло никогда не выйдут из моды.

Но Вторая Корейская война, Вторая корпоративная и Первая орбитальная меркли перед тем, что последовало.

Четвёртая корпоративная война стала глобальным конфликтом, продлившимся с 2021 по 2025 год, в который оказались втянуты две аквакорпорации — CINO и OTEC, нанявшие соответственно Арасаку и Милитех. Как Первая и Вторая корпоративные войны, Четвёртая началась, когда мегакорпорации-соперницы использовали финансы и военную силу для борьбы за выкуп компании и её ресурсов. В начале 2021 года обанкротился IHAG — мегакорпорация, специализировавшаяся на подводных перевозках и технологиях, — из-за чего две конкурирующие аквакорпорации, CINO и OTEC, вступили в схватку за враждебное поглощение оставшихся активов IHAG. Поначалу обе корпорации вели типичные начальные раунды корпоративной битвы: манипуляции акциями и экономическая война, но по мере выхода конфликта из-под контроля настоящие боевые действия стали лишь вопросом времени.

Финансово OTEC и CINO были слишком равны, чтобы осуществить поглощение IHAG традиционным способом. В ноябре 2021 года OTEC отправила ударный отряд перехватить переговорщиков CINO и помешать им присутствовать на переговорах о приобретении. В ответ нетраннеры CINO провели атаку на финансовые биржи, чтобы обесценить акции OTEC. Дальше всё только обострялось. Ни одна из корпораций не осознавала, что Eurobank тайно манипулировал обеими, загоняя их в долги. Конечным планом финансового института было приобрести активы IHAG, OTEC и CINO и сделать Европу доминирующей силой в мировых морских технологиях и судоходстве.

Изначально стратегия обеих корпораций заключалась в обесценивании противника, чтобы вынудить его отказаться от попытки поглощения. По мере продолжения конфликта весь мир всё яснее осознавал потенциал глобального кризиса. Экономика сильно зависела от судоходства и океанической добычи продовольствия, минералов и энергии.

Год боёв привёл к патовой ситуации: ни одна мегакорпорация не могла одолеть другую. Это заставило обе корпорации предпринять шаги, приведшие к эскалации: нанять силы гораздо более крупных мегакорпораций для получения полноценных армий и ресурсов для открытой войны. OTEC наняла Милитех — производителя вооружений и охранную структуру, базирующуюся в Соединённых Штатах. В ответ CINO наняла базирующуюся в Японии корпорацию Арасака, самую влиятельную мегакорпорацию своего рода в современную эпоху.

Поначалу ни Арасака, ни большинство совета директоров Милитех не стремились к прямой войне друг с другом. Будучи конкурентами на мировом рынке, их контракты с CINO и OTEC были просто способом получить огромную прибыль и продемонстрировать эффективность своих услуг остальному миру. Однако советник Арасаки, работавший с ударным отрядом CINO, был убит службой безопасности Милитех на объекте OTEC, поскольку на ней не было корпоративной униформы, обозначавшей её как не-комбатанта. Судно Милитех было атаковано автоматическими торпедными системами Арасаки, так как тайно перевозило припасы для OTEC через воды, контролируемые CINO.

В феврале 2022 года напряжённость возросла до такой степени, что мировые правительства начали захватывать некоторые из более изолированных объектов OTEC, IHAG и CINO в форме «защитной опеки». Это привело к прямым столкновениям между OTEC, CINO и различными правительственными силами. Эти конфликты стали последней каплей, и 22 февраля глобальное давление вынудило OTEC и CINO сесть за стол переговоров.

Однако роль Арасаки и Милитех в конфликте вышла за рамки их контрактных обязательств по безопасности, снабжению и консультированию. Из-за многолетней напряжённости, отчасти вызванной действиями Дональда Лунди, и множества «случайных» повреждений активов друг друга война стала личной. Хотя бои между CINO и OTEC прекратились в начале 2022 года, теневая война между двумя охранными корпорациями продолжилась.

20 февраля 2022 года Eurobank осознал, что его манипуляции OTEC и CINO вышли из-под контроля из-за вмешательства Арасаки и Милитех. Финансовый институт начал продвигать мирные переговоры, против чего возражали Арасака и Милитех. 22 февраля OTEC и CINO расторгли свои контракты с силовыми структурами. К 27 февраля было подписано мирное соглашение между двумя океаническими корпорациями.

6 марта Арасака испытала только что завершённый Soulkiller 2.5, внедрив его в процессор смартлинка автомобиля одного из руководителей Милитех. Программа сработала идеально, и допрос захваченного разума привёл к атаке на офис Милитех в Найт-Сити. Это открыло трёхмесячный период скрытых ударов между двумя мегакорпорациями.

К концу мая 2022 года теневая война перешла в горячую. 9 июня силы Арасаки атаковали завод Милитех в Вирджинии, а наёмники, поддерживаемые Милитех, устроили резню сотрудников завода Арасаки в Йокогаме. К середине июля удары по объектам Милитех и Арасаки происходили ежедневно. Война не ограничивалась Землёй: атаки шли и на орбите, ещё сильнее нарушая космические перевозки и бизнес. Всё усугублялось странным повреждением в Сети: числа и данные менялись, казалось бы, случайным образом. Это ознаменовало начало DataKrash.

К поздней весне 2022 года война распространилась в космос, где активы Арасаки и Милитех наносили удары друг по другу. Космическое сообщение было нарушено хаосом. Летом 2022 года Арасака захватила офис Милитех в Лос-Анджелесе. В ответ Милитех устроила бунт у парижского офиса Арасаки. Отвлечение использовали, чтобы получить доступ к системе вентиляции здания и закачать туда короткоживущий аэрозольный токсин. Все, кто находился внутри, погибли.

В конце лета 2022 года удары в Чикаго переросли в открытую войну, когда была вызвана авиационная и орбитальная поддержка. Битва закончилась, когда номады из народов Мета и Фолк, у которых были контракты в всё ещё восстанавливающемся городе, использовали скрытые команды для сноса офисов и Арасаки, и Милитех. В это время Милитех выпустила био-чуму, убившую тысячи в городе Пусан; город был эвакуирован корейским правительством и позже помещён в карантин.

К сентябрю 2022 года Гонконг лежал в руинах, поскольку силы Милитех и Арасаки превратили его в крупное поле боя. Все беженцы, способные сбежать, сделали это до начала боя. В другой части света шесть исследователей Милитех погибли, подключившись к Сети. Разведка Милитех подозревала, что Арасака использовала Soulkiller для этого.

В Бразилии город Рио-де-Жанейро был превращён в щебень. Пока Милитех пыталась уничтожить операции Арасаки в городе, битва продолжалась несколько часов. К концу боёв город лежал в руинах.

В конце сентября спутник-убийца нанёс артиллерийский удар по орбитальной станции Хрустальный дворец, видимо, случайно. Трое Highriders погибли, перехватывая снаряды.

29 сентября Highriders станции О’Нил-II провозгласили независимость, что привело к так называемой Семичасовой войне. Европейское космическое агентство проиграло, потому что значительную часть своих сил разместило на планете для защиты наземных объектов от «перелива» Четвёртой корпоративной войны. Желая заручиться поддержкой орбитальной группы, не контролируемой ESA, и Соединённые Штаты, и Япония быстро признали независимое правительство О’Нил-II.

Осенью 2022 года правительства Южной Калифорнии и Республики Техас национализировали все объекты Арасаки и Милитех в своих границах. Через несколько дней ЕЭС объявила, что, если боевые действия в её пределах не прекратятся, она поступит так же. Когда шоу-рум Милитех в Италии подвергся вторжению, ЕЭС выполнила угрозу и начала национализацию всех объектов Арасаки и Милитех в Европе. Обе мегакорпорации протестовали, утверждая, что атака была операцией под ложным флагом, призванной дать ЕЭС повод захватить их активы.

Ободрённая действиями ЕЭС, Япония также попыталась национализировать Арасаку в своих границах. Премьер-министр Джиро Кикучи предпринял попытку захватить контроль над Арасакой, но Сабуро использовал своё влияние, чтобы не допустить вмешательства премьера в дела компании. Ёринобу Арасака, мятежный сын Сабуро, сыграл роль в передаче информации правительству Японии, что помогло национализации активов Арасаки.

После того как местные активы Арасаки перешли под контроль японского правительства, Соединённые Штаты предприняли шаги для завершения глобального конфликта. Президент Элизабет Кресс, экс-президент Милитех, возобновила комиссию CEO Милитех Дональда Лунди для работы с правительством. Под командованием Лунди силы Милитех прекратили все активные наступательные операции — решение, которым Лунди был недоволен. С национализацией активов Арасаки на японской территории глобальная война фактически завершилась. Однако в Западном полушарии всё ещё оставались объекты и оперативники Арасаки. Президент Кресс хотела полностью удалить Арасаку из Северной Америки ради собственных целей, а также ради выгоды Милитех.

Оставался лишь конфликт в Найт-Сити между Арасакой и Милитех. Кей Арасака, сын Сабуро, находился в Найт-Сити, отрезанный от активов по всему миру. Многие силы Арасаки перебазировались в Найт-Сити, и война продолжалась. Напряжённость вспыхнула летом 2023 года. К тому времени ряд видных национальных фигур в США был убит во время подключения к Сети. Арасака использовала целевые убийства через Soulkiller для изменения политики. Милитех отступила из города, сочла его безнадёжным и разработала план уничтожения Арасаки.

20 августа 2023 года небольшое ядерное устройство было взорвано где-то в башнях Арасаки ударной группой во главе с Морганом Блэкхендом. Погибло более полумиллиона человек. Взрыв уничтожил здание. Обломки башни Арасаки рухнули на соседние строения, вызвав серию цепных реакций: взрывы газовых магистралей, трансформаторов и интенсивные пожары. К концу Корпоративный центр Найт-Сити превратился в радиоактивную горячую зону.

Вскоре после Холокоста Найт-Сити, когда Кей Арасака попытался бежать обратно в Японию, его частная подводная лодка Sea Jet была взята на абордаж Спайдер Мёрфи, Роуг Амендиарес и Шайтаном. Нелетально обезвредив всех остальных на борту, Спайдер Мёрфи убедила Кея прекратить войну, совершив сэппуку с помощью Soulkiller.

В 2023 году последний известный очаг сопротивления Арасаки был вычищен из США, и горячая война закончилась. США под руководством президента Кресс развернули масштабную PR-кампанию, возложив вину за Холокост Найт-Сити на Арасаку. Официальная версия гласила, что Арасака хранила в башне аварийное ядерное устройство и взорвала его, когда стало ясно, что корпорации не победить превосходящие силы Милитех. Затем она пообещала восстановить страну под именем Новых Соединённых Штатов. К 2025 году Милитех и национальные армии США наконец подавили все очаги боёв по всей стране, и Четвёртая корпоративная война была официально объявлена завершённой.

Годы спустя сын номада Сантьяго, Трейс, опубликовал разоблачение, открывшее правду. США отправили ядерное устройство вместе с ударными группами той ночью. Кресс и Милитех планировали уничтожить Найт-Сити ради собственной выгоды. Кресс отказалась отвечать на обвинения, но многие граждане протестовали. Тем временем NUSA превратилась в функциональную диктатуру при бессрочном чрезвычайном положении Кресс. Милитех со своими активами использовалась для укрепления страны. В Японии премьер-министр Джиро Кикучи сделал публичное заявление, что корпорация Арасака должна стать компанией, действующей только в пределах Японии, в течение следующего десятилетия. Японское правительство едва не рухнуло после войны, однако сумело сохранить лицо после национализации активов корпорации. Даже после нанесённого ущерба ЕЭС была в основном восстановлена.

Ещё одним зловещим наследием войны, преследовавшим земной шар долгие годы, стало почти полное исчезновение морской торговли на несколько десятилетий из-за вышедших из-под контроля самовоспроизводящихся морских мин Арасаки. Эти мины продолжали атаковать корабли по всему мировому океану даже после войны, независимо от принадлежности, военные или гражданские. Даже в конце 2070-х, когда морское сообщение давно начало медленно восстанавливаться (в промежутке часть нагрузки взяли на себя подводные железнодорожные линии, способствовав глобальному возрождению внутри- и межконтинентальных железных дорог), мины всё ещё представляли постоянную угрозу, не в последнюю очередь в водах вокруг североамериканского континента. Способность Арасаки регулярно использовать океанские суда из недавно «приобретённых» доков в Найт-Сити после триумфального возвращения в Северную Америку после Объединительной войны, включая как торговые корабли, так и военные, такие как суперкарриер «Кудзира», предполагает, что корпорация нашла способ восстановить хотя бы частичный контроль над своими взбунтовавшимися творениями. Большая часть залива Дель-Коронадо до сих пор огорожена гигантской дамбой, построенной Арасакой в начале 2070-х, по-видимому, в качестве меры предосторожности против блуждающих морских мин.

В 2022 году страны по всему миру просыпались с осознанием необходимости противостоять войне. Арасака и Милитех (не говоря уже об их союзниках и операциях) настолько глубоко вросли в мировую экономическую систему, что ни одна страна не могла позволить себе стоять в стороне и смотреть, как они выясняют отношения. Обе компании участвовали в международных поставках оружия, охранных контрактах, субподрядах, шоу-румах и производстве боеприпасов. Из-за войны многие из этих операций стали легитимными целями для враждебных действий. Правительства беспокоило не только широкомасштабное насилие. Операции двух мегакорпораций вливали значительные капиталы в местные экономики. В одном только Найт-Сити существовали розничный шоу-рум Милитех, розничная торговля боеприпасами и запчастями, а также оптовая торговля обеих корпораций. Имелись и охранные контракты Арасаки, многие из которых выполнялись субподрядчиками. С началом войны все их субподрядчики были призваны воевать против Милитех. Продажи оружия, боеприпасов и запчастей рухнули, поскольку Арасака и Милитех приберегали запасы для себя; на улице стало почти невозможно достать фирменные 6,5-мм патроны Милитех. Негативно сказалась война и на местном бизнесе: Che Guevarra's практически свернул свой подпольный оружейный бизнес, а Taco Hut предлагал лишь дешёвые мексиканские копии хорошего огнестрела. Боеприпасы стало трудно найти даже на полках круглосуточных магазинов; мало кто знал, что 74% патронов, продаваемых в Найт-Сити, производила Милитех.

Теневая война ясно показала, что правительствам всего мира придётся что-то делать с обостряющимся конфликтом. Логичным решением было бы выступить единым фронтом против воюющих корпораций и потребовать прекратить боевые действия под угрозой национализации. Однако, поскольку Милитех и Арасака были огромны, богаты и влиятельны, предпринимались усилия позволить им продолжать конфликт. Лоббисты обеих корпораций работали без устали, успокаивая растущую волну гнева из-за разрушений, принесённых войной; к ним присоединялись и связанные с корпорациями компании.

Америка не бездействовала во время Теневой войны; когда ЕЭС попыталась подорвать Колумбию, США ответили собственными тайными операциями. Колумбийский конфликт завершился благоприятно, хотя FIA потеряла больше людей, чем ожидалось. США и Свободные Штаты глубоко ощутили экономические последствия Горячей войны. Только Техас был свободен от всепроникающего экономического влияния Милитех, и даже техасцы получали большую часть вооружения и техники от Милитех. Это, а также солидные взятки, заставляли правительства не торопиться с действиями.

Однако хаос войны становилось всё труднее игнорировать. Когда Лос-Анджелес, Чикаго и Найт-Сити пылали, а звуки автоматического оружия доносились до округа Колумбия, властям штатов и федерации пришлось реагировать. Для этого части Национальной гвардии и гвардии штатов были приведены в состояние повышенной готовности по всей стране. Регулярные воинские части также находились в резерве; USAF перевела свои активы в режим ожидания и проводила ежедневное дельта-патрулирование НОО в светлое время суток Западного полушария. Гавайи и другие владения США находились в твёрдом военном положении; любой пойманный с оружием подлежал тюремному заключению, а пытавшихся сопротивляться убивали на время войны. Корпоративный иммунитет был приостановлен, и ходили слухи, что США рассматривают европейский метод — захват и укрепление внутренних активов обеих корпораций в случае необходимости.

Япония привела Силы самообороны в готовность, ожидая неизбежных атак на активы Арасаки. Тайных атак уже было предостаточно, и правительство было готово ответить подавляющей смертоносной силой, если поймает кого-либо за новыми нападениями. Власти издали приказы: любой, кого застанут с военным снаряжением, за саботажем или участием в военизированном насилии, будет застрелен на месте. Силы самообороны Японии также проводили учения против вторжения, готовясь к возможному китайскому вторжению, спонсируемому Милитех. Единственной страной, воспринявшей эту логику всерьёз, был Китай, считавший, что мобилизация — лишь прикрытие для действий против китайского материка. Главной заботой премьер-министра было национализировать Арасаку в пределах страны, ограничив её ресурсы для остального мира.

Несмотря на опасения вторжения, народ Японии наслаждался периодом относительного мира. Большинство жестоких якудза, босодзоку и банд либо затаились из-за усиления операций Сил самообороны, либо были наняты Арасакой. В целом Япония пережила войну неплохо, и многие находили утешение в рекордно низком уровне преступности, резко контрастировавшем с американскими континентами.

Теневая война держала страны ЕЭС в состоянии особой тревоги. Их мир уже был нарушен войной OTEC и CINO, и они понимали, что это лишь предвестник более жестокого и масштабного конфликта. С этой целью большинство членов ЕЭС мобилизовали антитеррористические силы и держали их в готовности к немедленным действиям, полагая, что угроза спокойствию и бизнесу важнее, чем гнев Милитех или Арасаки. Любые военные или военизированные действия встречали быстрый и смертоносный ответ. В то же время ESA готовила свои силы на случай новой космической войны и начала продавать места для вывода спутников на орбиту.

Советы имели преимущество: в их границах находилось очень мало активов Милитех и Арасаки. Разумеется, свою роль мог сыграть и тот факт, что Советы никогда не были в хороших отношениях с Америкой или Японией. В то время СССР выступал нейтральной страной, продавая оружие, боеприпасы и снаряжение любому, у кого есть евро. Нео-советский ракетный корпус делал то же самое, продавая дешёвые ракетные подъёмники для малых спутников по ценам, подрывающим африканские грузовые рельсотроны ESA «Земля-орбита», пока корпорации спешно размещали новые спутники в НОО. Деньги, предположительно, должны были пойти на завершение Уральской горной пушки — наземной подъёмной пушки на спирту/пару от NSRK. Однако Советы ощутили последствия войны за авиатопливо.

Политически Китай находился в уникальном положении. С одной стороны, он беспокоился из-за вербовки в Корее и на Тайване, полагая, что Арасака может использовать эти войска против него. С другой стороны, Китай зарабатывал деньги. Его космическая программа была глубоко в плюсе, продавая Арасаке спутниковые подъёмники для артиллерийской сети и сети спутников-убийц. Прибыль приносила и оружейная промышленность: китайское оружие обычно считалось хуже японского, но во время войны оно, пусть и уступая, было более доступным. Китай также с глубокой озабоченностью следил за ситуацией в Гонконге, зная, что остров — пороховая бочка, способная взорваться в любой момент.

Западная Австралия находилась под сильным влиянием международных корпораций и полагалась на войска Арасаки для усиления полиции и армии. Война вызывала там серьёзную тревогу: если Арасака выведет свои силы, Западная Австралия окажется во власти соседней Федеральной Австралии и уязвима для партизанских атак аборигенов. В обмен на продолжение помощи Арасака получила полный доступ ко всем правительственным объектам Западной Австралии, которыми и воспользовалась. Портовый город Перт стал крупной базой и районом сосредоточения флота Арасаки. Милитех связалась с правительством Федеральной Австралии и Фронтом националистов Кури, предоставив первому морские и воздушные силы, а второму — оружие и боеприпасы.

Большая часть Южной и Центральной Америки не особенно беспокоилась о войне, поскольку ни Милитех, ни Арасака не имели причин воевать там; исключениями были Чили, Колумбия и Бразилия. Чили всё ещё восстанавливалась после восстания. Несмотря на то, что оно не свергло правительство, восстание значительно истощило силы Милитех в этой стране. Колумбия разбиралась с беспорядком, порождённым вмешательством слишком многих иностранцев. Бразилия, в которой доминировали интересы Арасаки, с опасением смотрела на Колумбию. Бразильские войска начали мобилизацию для защиты границ, пока Арасака пыталась удержать свой главный южноамериканский актив.

Арасака и Милитех десятилетиями оспаривали друг у друга господство на мировом рынке оружия. Это соревнование быстро превратилось в коммерческое соперничество, умело использованное в маркетинге, поскольку большинство людей мыслит в чёрно-белых категориях «свой-чужой». Разжигая установку «мы против них», продавцы Арасаки и Милитех могли пробуждать в клиентах древний племенной отклик. Покупателей одной компании можно было убедить вкладывать эмоциональный капитал в «свою сторону», и они охотно покупали больше товаров у «своих» поставщиков. Это была проверенная схема продаж, и обе компании доили её по полной, выставляя соперников угрозой «нашему образу жизни». Тёмной стороной этого соперничества было то, что Сабуро Арасака вскоре начал считать Дональда Лунди реальной угрозой себе и своим целям. Всё, что построил Сабуро, оказалось под ударом, и он был готов бросить в эту борьбу всё, что имел, против Лунди. Вдобавок Сабуро иррационально видел в Лунди пилота, который сбил его во Второй мировой войне, лишив чести. Лунди, в свою очередь, использовал соперничество двух корпораций, чтобы отвлечь коллег по совету директоров от своей тайной цели — тотального доминирования как над Милитех, так и над мировым рынком оружия. Он утверждал, что его приказы — лишь противодействие «грязной игре» Арасаки, и цифры продаж всегда его оправдывали. После долгих лет противостояния себя и Милитех Арасаке он наконец получил возможность воевать, даже если друзья с ним не соглашались.

Со временем Сабуро Арасака пришёл к убеждению, что Милитех и Лунди — главный источник всего, что его сдерживает. Он лелеял тайное подозрение, что они активно блокируют его планы мирового экономического контроля и пытаются вернуть правление Соединённых Штатов двадцатого века. Кроме того, они несли с собой всё унижение его увечий. Эти страхи начали грызть его разум. Для Лунди Арасака стала врагом, с которым можно разобраться примитивным и решительным способом — огневой мощью. Лунди всегда хотел быть главным и превратить свою корпорацию в крупнейшую силу на планете. Сабуро стоял на его пути, и за это он его ненавидел. Победить Сабуро и корпорацию Арасака, бросив на это всё, что у него было, стало его единственной целью.

Разумеется, настоящий конфликт вёлся экономически: Арасака вкладывала активы в торговлю оружием, а Милитех добавляла всё новые охранные дочерние компании. Годами ни одной компании не удавалось существенно проникнуть на территорию другой. Наконец, в 2021 году азиатские продажи Арасаки превысили продажи Милитех, нанеся сокрушительный удар по платёжеспособности и боевому духу Милитех.

После многолетних взаимных уколов конфликт CINO и OTEC предоставил Милитех и Арасаке прекрасную возможность для столкновения. Когда оно наконец и неизбежно произошло, ни Сабуро, ни Лунди не хотели продолжать вялые уколы. Каждый жаждал решительной победы — сокрушительного удара, который заставил бы другую сторону отступить. Однако ни один не мог слишком ускорять события без риска правительственных и рыночных репрессий: слишком много войны разозлило бы правительства всего мира и заставило бы бизнес отказаться от обеих корпораций. По мере затягивания Теневой войны Сабуро и Лунди напрямую включились в назначение миссий и в своего рода сложную живую шахматную партию друг с другом.

К началу Горячей войны в июне обратного пути не было. Сабуро Арасака и Дональд Лунди сбросили перчатки и начали напрямую крушить организации друг друга с единственной целью — победить. Фактически обе корпорации настолько увязли, что не могли ни отступить, ни остановить войну: если бы одна из них это сделала, она потеряла бы все завоёванные рынки из-за сочетания плохой рекламы, мировых соглашений и исков о возмещении ущерба.

Найт-Сити, как и многие другие города мира во время Четвёртой корпоративной войны, оказался втянут в борьбу за власть между Милитех и Арасакой, когда теневая война стала горячей в 2022 году. Из-за наличия в городе корпоративных офисов и подразделений обеих сторон конфликт не заставил себя ждать. Благодаря статусу Свободного штата в составе Северной Калифорнии город находился вне контроля какой-либо крупной сверхдержавы. В течение последующих месяцев, по мере ухудшения конфликта, по всему Найт-Сити шли постоянные городские бои, особенно в Городском и Корпоративном центрах, где обе фракции содержали значительные офисные комплексы. Кроме того, мегакорпорации начали нанимать местных наёмников, членов банд и номадов для участия в боях. Милитех стала неофициально называть Найт-Сити «Арасакавилль» из-за огромного влияния японской корпорации на мегаполис.

К 2023 году люди толпами покидали город, делая всё возможное, чтобы не попасть под огонь дронов, не быть раздавленными танками или застреленными корпоративными эскадронами смерти. Значительная часть Найт-Сити была разрушена, и люди карабкались друг через друга, добираясь до более безопасных мест вроде соседних Хейвуда и Пасифики. Целые банды и семьи номадов были уничтожены, не меньше пострадало и сообщество наёмников. Воздушное и морское сообщение переживало трудности, припасы стали дефицитом, особенно потому, что другие корпорации, правительства и местные группировки забирали всё, что могли, на случай втягивания в конфликт. Повреждения ключевой инфраструктуры — больниц и хранилищ топлива — или высокие цены на товары первой необходимости ухудшали положение местного населения. С другой стороны, тяжёлое вооружение стало легче найти по всему мегаполису, что позволяло многим бандам и местным жителям им пользоваться.

На протяжении всей войны Найт-Сити и башни Арасаки служили командным центром корпорации в североамериканской кампании. К июлю 2023 года Арасака, в большей степени, чем любая другая корпорация города, держала значительную часть мегаполиса под контролем. Хотя город был постоянной целью явных и тайных операций Милитех, Найт-Сити в целом был крайне враждебен к североамериканской корпорации. Банды, наёмники, полиция, даже городское правительство и местные мафии — все, казалось, ополчились против Милитех, которая отвела свои силы из корпоративных офисов в центре в более защищённые полигоны в Хейвуде. Когда мэр Мболе Эбунике подал в отставку после «нервного срыва», бразды правления взял на себя помощник мэра Гарвен Хаакенсен. Арасака была им более довольна, поскольку Хаакенсен оказался гораздо покладистее и послушнее Эбунике.

К августу 2023 года Найт-Сити находился под полным контролем корпорации Арасака, став её последним бастионом в Северной Америке и местом сбора спасающихся корпоративных солдат со всего континента. CEO Кей Арасака командовал силами из башен Арасаки, пытаясь договориться с Милитех и правительством США о каком-то урегулировании, чтобы сделать Найт-Сити независимым и дать корпорации свободный город для работы. В мегаполисе было введено военное положение, и ряд корпораций покинул свои помещения, оставив японской корпорации возможность занять многие офисы и объекты. Тем временем Найт-Сити окружали силы Северной Калифорнии, посланные губернатором Дениз Де Ла Вега. Президент США Элизабет Кресс — бывший CEO Милитех — убедила его позволить ей отправить дополнительную дивизию элитного спецназа и воздушно-десантных войск из армии США, а также из Милитех, которые собирались на возвышенностях за городом под командованием генерала США Патрика Эддингтона.

Арасака торговалась отнюдь не с позиции слабости: любая атака на город привела бы к массовым жертвам среди гражданских и огромному ущербу имуществу города, от налогов которого Северная Калифорния зависела в значительной степени. Более того, ходили слухи, что Арасака планирует использовать программу Soulkiller против населения и окружающих военных сил, если перемирие не будет достигнуто. В то же время DataKrash вызывал проблемы с Сетью, а два крупных акционера Милитех и один сенатор США оказались в вегетативном состоянии после подключения к ней. Некоторые винили в этом вирус, разрушающий Сеть, но многие считали виновным Soulkiller Арасаки.

20 августа 2023 года группа проникновения Милитех во главе с Морганом Блэкхендом и Джонни Сильверхендом попыталась провести операцию по проникновению в башни Арасаки с целью уничтожить проект корпорации «База данных Реликвария», собравший множество до-DataKrash информации из Сети, и удалить все следы программы Soulkiller. Идея заключалась в том, чтобы сделать проект непригодным для конкурирующей корпорации, используя тактический ядерный заряд в запланированной зоне — сильно укреплённом комплексе под зданием, — чтобы поглотить удар взрыва и предотвратить масштабные разрушения. Однако по какой-то причине ядерное устройство сдетонировало преждевременно на 120-м этаже восточной башни. Взрыв мгновенно уничтожил башни Арасаки, расколов их пополам и заставив обе конструкции обрушиться наружу. Большая часть Городского и Корпоративного районов превратилась в руины за секунды, погибли почти все, кто находился поблизости. Взрыв мгновенно испепелил более 12 000 человек в окрестностях башен и смертельно ранил ещё более полумиллиона. Ещё четверть миллиона умерла в последующие недели и месяцы от последствий. Это событие получило название Холокост Найт-Сити, или AHQ-катастрофа.

Будучи технически воздушным взрывом, он уменьшил долгосрочную радиоактивность, и большая часть оставшейся радиации проникла только в огромные небоскрёбы, окружавшие зону поражения. Поскольку значительная часть Найт-Сити и его окрестностей была построена на насыпном грунте — из-за изначально очень низкой высоты над уровнем моря, — ядерный удар вызвал небольшое землетрясение, разжижившее часть насыпи и затопившее внутренние районы города. Огромный взрыв превратил тонны бетона и стали зданий в мелкодисперсные обломки, покрывшие всю Северную Калифорнию и далеко ушедшие в море на многие месяцы, а также зажёг яростный огненный шторм, который в итоге охватил тысячи акров за пределами города. Мегаполис стал едва пригоден для жизни в течение 24 часов после взрыва. Многие жители Найт-Сити не пострадали от первоначальных осадков, так как были в основном кибернетизированы или уже имели встроенные фильтры радиации. Однако огненный шторм уничтожил значительную часть городского жилья, заставив людей переселяться либо в соседние пригороды, либо в более отдалённые районы. Разжиженный трясущийся грунт, вызванный взрывом, разорвал газовые магистрали, водопроводные трубы и электрические сети; улицы превратились в куски асфальта, усеянные обломками разбитых наземных автомобилей и АВ. Образовавшееся облако пыли взметнулось в небо и окрасило его красным от твёрдых частиц, заставляя рассветы и закаты пылать жутким красным светом.

В течение нескольких часов после катастрофы тогдашний президент США Элизабет Кресс национализировала Милитех, воспользовавшись действующим CEO генералом Дональдом Лунди и его резервной комиссией, поставив корпорацию под контроль всё ещё значительных вооружённых сил США. Тем временем жители Найт-Сити толпами бежали из центра, переполняя окрестные пригороды и отдалённые районы. В течение следующих двух лет Четвёртая корпоративная война наконец завершилась: президент Кресс обвинила в атаке на Найт-Сити японскую корпорацию. Однако она смогла установить, что реальное оружие, использованное в Найт-Сити, было поставлено ударной группой Милитех. Задействовав всю мощь своих военных и пропагандистских ресурсов, Кресс решила нарисовать ужасающую картину: Арасака — злая иностранная мегакорпорация, управляемая безумцем, жаждущим лишь уничтожения американского города в погоне за личной властью. Хартии Арасаки на работу в Северной Америке были немедленно отозваны, её члены и совет директоров объявлены террористами, а активы либо захвачены, либо выведены в офшоры — Арасака была изгнана с континента. «Большая ложь», продвигаемая Милитех и США, состояла в том, что сама Арасака взорвала Корпоративный центр Найт-Сити в ходе атаки отказа от территории, чтобы помешать Милитех захватить башни. Правда заключалась в том, что никто так и не установил формально, кто именно спровоцировал взрыв. В глазах общественности причина ядерного взрыва осталась нераскрытой. Одни верили, что это было чрезмерное рвение Милитех, стремившейся сокрушить Арасаку, другие — что это было оружие отказа от территории, приведённое в действие для защиты башен Арасаки.

Несмотря на все политические игры, президент Кресс почти не проявила интереса к восстановлению Найт-Сити. Подобно прежним президентам времён Коллапса, она списала город как невосстановимый и предложила убежище выжившим беженцам в своих новых Соединённых Штатах. На то было две причины: во-первых, ресурсы США и без того были растянуты до предела, и у неё оставалось слишком мало вариантов. Во-вторых, американский президент видела в этом идеальный способ вернуть своенравный Свободный штат Северная Калифорния под контроль правительства. Найт-Сити, однако, сопротивлялся.

В последующие годы выжившие после ядерного взрыва жили как могли, ища убежище, чистую воду и еду, а не возвращая утраченное. Многие покинули разрушенный город и начали осваивать близлежащие поселения, заброшенные во время Коллапса 1990-х, хотя ещё больше просто остались в районе мегаполиса. Около двух миллионов человек в большом Найт-Сити остались без крова из-за бомбы — либо напрямую, либо из-за наводнения, вызванного разжижением городского фундамента, построенного на насыпи и песке. Выжившие стекались в переполненные палаточные городки в окрестных пригородах. Даже много лет спустя атмосферные частицы от ядерного взрыва в Найт-Сити, а также обломки орбитальных ударов, обычные взрывы и военное сожжение городов и сельскохозяйственных районов по всему миру создавали жуткое красное зарево, заставляя небеса по всему миру на рассвете и закате пылать жутким красным светом. Люди, пережившие тот период, назвали его Временем Красного.

Организации Найт-Сити, такие как полиция и пожарная служба, впали в полный хаос, потеряв значительную часть инфраструктуры и власти. MAX-TAC, печально известная городская эскадрилья C-SWAT, вышла из-под контроля, верша правосудие по своему усмотрению, а NCART лишилась большей части железнодорожной системы. Планы реконструкции разрушенных районов казались почти невозможными из-за нарушения мирового производства и судоходства, а также краха Старой Сети, хотя образовавшийся вакуум в перевозках заполнили кланы номадов.

К 2030 году стало очевидно: нужно действовать быстро. Во главе с Night Corp, остатками правительства Найт-Сити, различными местными организациями и горожанами, обратившимися к внешним ресурсам и взыскавшими старые долги и услуги у самых разных людей — включая семьи номадов, малые корпорации и эджраннеров, — началось восстановление. Его возглавили кочевой клан Альдекальдо и их союзники из корпорации StormTech. Имея огромный опыт восстановления городов благодаря чикагскому проекту, StormTech и Альдекальдо были уникально оснащены для строительства обширного временного жилья из транспортных контейнеров, а затем из формикретовых модулей, доставляемых по железной дороге и морю. Сначала, однако, нужно было расчистить землю даже под эти примитивные постройки. Большая часть центральной корпоративной зоны, включая правительственные здания, была уничтожена. Развалины были слишком обширны, чтобы выкапывать их и вывозить на дальние свалки, поэтому выжившие использовали бульдозеры и переделанные основные боевые танки — брошенные обеими сторонами, — чтобы сталкивать обломки в залив Дель-Коронадо, особенно радиоактивные руины из метко названной Хот-Зоны. Night Corp предлагала щедрые вознаграждения всем, кто готов помочь очистить кратер радиоактивного щебня в эпицентре. И корпорация, и городской совет утверждали, что жертвы сведены к минимуму, но при этом не предоставили официальной статистики в подтверждение. Многие внутренние районы Найт-Сити уже были снесены с лица земли непрерывными боями, предшествовавшими падению башен, поэтому обломки также использовались для засыпки, на которой вновь поднимались новые здания и старые городские пейзажи, готовые бросить вызов затянутому смогом небу. Среди множества зданий, потерянных в войне, был и печально известный Нью-Харбор Моллплекс.

К 2035 году восстановление разрушенных районов шло полным ходом, хотя мусора оставалось ещё много. Ряд старых районов вошёл в новые Зоны боевых действий, а первоначальное сердце мегаполиса всё ещё лежало в руинах. Городской совет также заключил сделку с корпорациями о помощи и финансировании реконструкции. Проект включал район Глен, задуманный как новый центр власти для центрального правительства. Во время Времени Красного «специальное, свободное объединение» штатов, известное как Конфедерация Пасифики, занималось восстановлением значительной части инфраструктуры, потерянной в войне. Оно предоставило северокалифорнийскому мегаполису Найт-Сити возможность стать зоной свободной торговли внутри Конфедерации, а также точкой входа для остального мира, не желающего иметь дела с США ни в каком виде. К 2040 году в большинстве городов Конфедерации появились CitiNets и Data Pools благодаря местной корпорации Найт-Сити Ziggurat. Руины начали использовать в качестве засыпки, на которой началось возведение новых жилых мегазданий, призванных разместить большую часть перемещённого населения; первые начали расти в районе застройки Ватсон.

Этот продолжающийся период восстановления укрепил отношения города с внешним миром: Найт-Сити не намеревался возвращаться в разваливающееся лоно США после их предательства. Более того, в то время ходили безудержные спекуляции, что Арасаку использовали как козла отпущения за ядерный взрыв, получив возможность очернить репутацию корпорации. Где-то в начале 2040-х правда наконец всплыла. Трейс Сантьяго, молодой независимый медиа, сумел добыть информацию о том, что действительно произошло в 2023 году, написав несколько разоблачений и книг о Четвёртой корпоративной войне и Времени Красного. С публикацией этой истории «Большая ложь» — обман, созданный президентом Кресс, чтобы обвинить Арасаку в AHQ-катастрофе, — полностью рассыпалась. Публикация эффектно ударила по Милитех и США, подтолкнув Найт-Сити к переориентации на Арасаку, а не на Соединённые Штаты. Несмотря на это, многие жители Найт-Сити по-прежнему верили, что Арасака ответственна за взрыв, или, по крайней мере, несёт ответственность за инцидент, поскольку корпорация была причиной, по которой война докатилась до Найт-Сити, ведь мегаполис был североамериканским центром операций Арасаки. После этих разоблачений мнения разделились: многие ненавидели Арасаку, тогда как другие предпочитали возвращение азиатской корпорации подчинению федеральному правлению правительства США. Что касается ЕЭС и Советского Союза, городской совет Найт-Сити считал их приятными торговыми партнёрами, пока они не нарушают гармонию города.

К 2045 году большая часть радиации спала, но на каком-то уровне она всё ещё присутствовала. Найт-Сити продолжал восстанавливаться, и хотя корпорации финансировали его, город по-прежнему страдал от серьёзной перенаселённости пригородов: тысячи, если не больше, людей в районе большого Найт-Сити оставались бездомными. Многие районы были перепланированы, переименованы или вовсе упразднены, однако по сути город делился на Восстанавливающийся городской центр, куда уходила большая часть денег и работы; Переполненные пригороды, заполненные беженцами и палаточными городками; печально известные Зоны боевых действий; и почти нетронутую Хот-Зону в том, что когда-то было сердцем мегаполиса. По-прежнему существовали серьёзные проблемы с цепочками поставок, замедлявшие многие новые проекты, такие как реконструкция надземных линий NCART. Однако всё было не так плохо, как в прежние годы, и даже те, у кого было меньше, при наличии связей могли жить относительно хорошо — если только не обитали в худших районах Найт-Сити. С момента взрыва в городе не было нового мэра из-за слишком хаотичного послевоенного периода, хотя городской совет был доволен таким неудобством. Полиция и пожарные, хоть и с трудом, медленно восстанавливали силы. Самым надёжным транспортом в эту опасную эпоху были номады, особенно с учётом того, что Найт-Сити потерял свой метропольный аэропорт, хотя существовали планы новой инфраструктуры в Морро-Рок у центрального побережья, которые завершились открытием нового космопорта NCX в 2047 году.

В 2052 году радиоактивный щебень Хот-Зоны был наконец расчищен, и началось строительство нового Корпоративного центра. С возвращением мегакорпораций к власти семьи номадов, сыгравшие ключевую роль в восстановлении города, были вытеснены из мегаполиса, а корпорации маневрировали, удерживая кресло мэра вакантным ради собственной выгоды.

В конце 2050-х в Найт-Сити начался большой строительный бум, ускоривший процесс восстановления. Одновременно инвесторы профинансировали превращение района Пасифика в богатое туристическое направление, причём главным инвестором выступила Милитех. Из-за вспышек птичьего гриппа в 2051 и 2059 годах, унёсших тысячи жизней, городской совет 4 мая 2063 года одобрил Акт об истреблении птиц, уничтожив всех птиц в пределах 18 миль от городской черты. Домашних питомцев, впрочем, можно было оставить. Постепенно в городе исчезла и большая часть другой дикой природы.

К началу-середине 2060-х годов Найт-Сити сиял, как драгоценность, став одним из самых влиятельных городов североамериканского Западного побережья, куда деньги текли рекой из множества источников. С этим новообретённым богатством городской совет вместе с корпорациями замыслил превратить Пасифику не просто в отличный туристический курорт, а в лучший в мире. В проект вложили миллиарды евродолларов, и строительство шло полным ходом, когда на горизонте возникла новая проблема, заставившая инвесторов отозвать финансирование, бросить Пасифику и оставить её местным.

В конце 2069 года недавно переизбранный президент NUSA Розалинд Майерс, экс-CEO Милитех, предложила федеральную программу, призванную привести Свободные Штаты к покорности, федерализировав их под предлогом укрепления нации. Большинство полностью автономных американских штатов выступило против объединения, и вскоре между NUSA и союзом Свободных Штатов Северной Америки начался конфликт — Объединительная война.

Официально признанная войной между Новыми Соединёнными Штатами Америки и автономными Свободными Штатами, Объединительная война также считается учёными корпоративной войной из-за существенного участия конкурирующих корпораций Милитех и Арасака. Конфликт также называют Металлическими войнами из-за широкого использования передовых военных технологий, включая огромное количество бронетехники, такой как панцеры. В 2069 году избранный президент Новых Соединённых Штатов Розалинд Майерс представила программу объединения, чтобы распространить федеральное правление на автономные сепаратистские Свободные Штаты под предлогом укрепления нации. Большинство этих штатов воспротивились, что привело к неизбежному конфликту.

NUSA, поддержанная национализированными силами Милитех и поддержкой бывших Свободных Штатов Южной Калифорнии и Юты, объявила войну свободному альянсу Свободных Штатов: Колорадо, Нью-Мексико, Вайомингу, Монтане, Аризоне, Неваде и Северной Калифорнии. Вашингтон, Орегон и Айдахо сохранили нейтралитет ценой ряда уступок федеральному правительству. Республика Техас не встала ни на сторону NUSA, ни присоединилась к альянсу, а имела собственную повестку, противостоя обеим сторонам. Новые Соединённые Штаты действовали первыми, нанеся удары по Колорадо, Нью-Мексико, Вайомингу, Монтане и Аризоне. Стремясь восстановить влияние в Северной Америке, корпорация Арасака воспользовалась возможностью тайно финансировать Свободные Штаты. Несмотря на новое оружие и корпоративных «советников по безопасности», альянс испытывал сильное давление со стороны военной машины NUSA, состоявшей в основном из передовых технологий Милитех и поддержанной остальными федеральными штатами. Конфликт продолжал обостряться, приведя к битве при Риджкресте в Южной Калифорнии, ставшей самой кровавой битвой войны: по меньшей мере 3078 человек погибли за один день.

К началу-середине 2070 года федеральные силы оккупировали все воюющие Свободные Штаты, за исключением Техаса и Северной Калифорнии, хотя столица последней, Сакраменто, подверглась ковровой бомбардировке в ночь на 6 июня, вызвав ещё больше жертв. К юго-западу, гранича с союзной NUSA Южной Калифорнией, мегаполис Северной Калифорнии Найт-Сити до сих пор избегал боевых действий, сохраняя позицию нейтралитета, но лишь едва-едва. Его граждане затаили дыхание в ожидании вторжения от соседа, а страхи перед такой атакой заставили корпорации вывести всё финансирование из продолжавшегося развития района Пасифика. Некоторые части района были оккупированы отрядом NUSA под командованием полковника Хансена. Положение в Найт-Сити было настолько плохим, что СССР отправил гуманитарную помощь; независимые наблюдатели утверждали, что на самом деле неосоветы прислали грузовики с оружием. Что ещё хуже, жители Найт-Сити, бежавшие на восток в поисках убежища в Техасе, обнаружили его границы официально закрытыми для них.

Позже ещё одна дивизия армии NUSA была замечена приближающейся к окраинам. Однако её остановили от вторжения в Найт-Сити благодаря действиям тогдашнего члена совета Люциуса Райна, который использовал свои десятилетние контакты в совете Найт-Сити, чтобы попросить изгнанную корпорацию Арасака о защите. 12 июня в заливе Дель-Коронадо появился суперкарриер Арасаки. Всего через несколько часов NUSA отступила из этого района. Агенты FIA также проникли в Найт-Сити, но после этих событий были отозваны президентом Майерс.

После вмешательства Арасаки все стороны не пожелали ввязываться в полномасштабную войну, и вскоре был предложен мирный договор. Президент Майерс согласилась на условия, поскольку NUSA не могла позволить себе эскалацию конфликта. Подписанный в Арвине, Южная Калифорния, Договор об объединении (или Арвинское соглашение) ознаменовал конец войны. Договор гарантировал, что Свободные Штаты останутся автономными, хотя им пришлось тесно сотрудничать с Новыми Соединёнными Штатами, согласившись участвовать в федеральном правительстве и прекратить вражду между собой. Найт-Сити сумел сохранить полную автономию, отделившись от законов и управления как Северной Калифорнии, так и NUSA, став международным свободным городом. Техас не участвовал в подписании, оставшись полностью автономным и враждебным к NUSA государством. Арасака получила наибольшие выгоды от войны, поскольку запрет, введённый после Четвёртой корпоративной войны, был снят, и корпорация смогла вернуться в Северную Америку.

Мирный договор не удовлетворил большинство сторон, но был признан предпочтительнее продолжения войны и риска нового глобального кризиса. Несмотря на это, обе стороны заявили о победе. Свободные Штаты подчёркивали, что сохранили независимость, а NUSA хвасталась, что как никогда близка к воссоединению разделённого американского народа. Вновь обретённая свобода Найт-Сити имела свою цену: корпоративным интересам снова разрешили действовать в черте города. Это привело к усилению корпоративного влияния и вливанию денег в возрождение мегаполиса с целью закрепиться на Западном побережье. Символическим венцом этих событий стало то, что позже в том же году новый мэр Люциус Райн и городской совет позволили Арасаке построить новую американскую штаб-квартиру в центре города, на месте разрушенной в 2023 году. После войны Соединённые Штаты построили бетонную пограничную стену между Южной и Северной Калифорнией. Несмотря на то, что Найт-Сити больше не был частью Северной Калифорнии, NUSA всё равно продлила стену через Пустоши к югу от города.

Дополнительные сведения уточняют: Объединительная война (иногда называемая Металлическими войнами) представляла собой серию вооружённых конфликтов, длившихся с января 2069 по июнь 2070 года. Она велась между NUSA (Новыми Соединёнными Штатами Америки) и Свободными Штатами, поддерживаемыми соответственно Милитех и Арасакой. Название конфликта зависит от того, кого спрашивать: сторонники NUSA и Милитех называют его Объединительной войной, тогда как Арасака и некоторые Свободные Штаты предпочитают название «Металлические войны». Северная Калифорния (НорКал) выступала на стороне Свободных Штатов, Южная Калифорния (СоКал) — на стороне NUSA. (Примечание: Найт-Сити оставался независимым на протяжении всего конфликта.) Война была окончательно завершена прекращением огня, подписанным в Арвине, СоКал. Однако обе стороны объявили себя победителями и сочли условия мира в целом неудовлетворительными, из-за чего многие верят, что вспышка нового вооружённого конфликта — лишь вопрос времени. Свободные Штаты были обязаны формально отказаться от независимого статуса (пусть лишь на бумаге, поскольку на практике они оставались автономными). В конечном счёте NUSA предпочла принять условия мирного урегулирования, а не рисковать эскалацией войны по всему миру, что привело бы к миллионам жертв и, что важнее, к глубокой рецессии. Арасака и Милитех понесли более тяжёлые потери, чем любая другая корпорация или государственный орган, участвовавший в конфликтах. Обе мегакорпорации потеряли миллиарды евродолларов в военной технике, а Милитех, имевшая на земле собственных бойцов, дополнительно потеряла жизни тысяч солдат, которых корпорация упорно называла «независимыми консультантами». В 2014 году в Найт-Сити также произошла гангстерская война, известная как Металлические войны.

После Объединительной войны Найт-Сити и ряд инвесторов попытались возобновить проект Пасифики, но встретили сопротивление местного сообщества. NCPD попыталась зачистить район, но безуспешно. К октябрю 2072 года, опасаясь кровопролития, власти приказали полиции отступить, а вскоре городской совет отключил все городские службы, чтобы вынудить местных жителей уйти, но и эта попытка провалилась. Медленно, но верно Пасифика превратилась в новую Зону боевых действий в пределах Найт-Сити: её западные районы контролировала таинственная банда Вуду Бойз, а закрытая восточная часть стала Догтауном, домом БАРГЕСТа. В том же году в городе произошла вспышка зоонозной болезни, названная Крысиной лихорадкой.

В последующие годы после возвращения Арасака распространила своё влияние на Найт-Сити. Корпорация смогла устранить ряд конкурентов и построить впечатляющий, но зловещий Арасака-Уотерфронт в Ватсоне, а также новую региональную штаб-квартиру в Корпо-плазе. В 2074 году Найт-Сити отпраздновал восьмидесятую годовщину со дня основания. В том же году атака киберпсиха в Кабуки привела к гибели трёх граждан. Президент NUSA Розалинд Майерс, узнав об этих событиях, предложила защитить жителей Найт-Сити силами Милитех. Эти слова подверглись резкой критике со стороны действовавшего тогда комиссара полиции Найт-Сити.

В 2076 году в Корпоративном центре Найт-Сити произошёл инцидент с участием мегакорпораций Арасака и Милитех. Событие нанесло ущерб окрестностям, а СМИ возложили вину на террористическую атаку неизвестной стороны. Ходили слухи, что на самом деле это был последний бой Дэвида Мартинеса, эджраннера, стремительно прославившегося в предыдущем году. К концу 2076 года исследования показали, что рождаемость в городе упала на 7%, став третьим по величине спадом в Северной Америке.

К 2077 году настоящие животные в Найт-Сити уже более десятилетия были редкостью; говорили, что кошки исчезли последними, но их всё ещё можно было встретить в нескольких драгоценных местах. Это стало более частым явлением с тех пор, как Экологическая целевая группа Найт-Сити начала использовать бродячих кошек для борьбы с крысиной чумой в Ватсоне. Там, где этих животных находили, было видно, что о них заботятся горожане, по крайней мере, в базовых потребностях, хотя казалось, что они остаются без владельцев из-за абсурдно грабительского налога на домашних животных. Птицы также начали снова появляться в Найт-Сити. Отключения электроэнергии — очень частое явление в городе.

Мэр Райн должен был переизбираться в 2077 году. Член совета Джефферсон Перелез, убеждённый противник корпоративного влияния, планировал баллотироваться против него. Райн неожиданно умер, официальной причиной смерти назвали сбой имплантов, регулирующих его сердце. Заместитель мэра Уэлдон Холт стал исполняющим обязанности, были назначены новые выборы, на которых и Холт, и Перелез объявили о выдвижении вместе с несколькими другими неустановленными кандидатами. В итоге Перелез одержал победу над Холтом и остальными, получив большинство или относительное большинство голосов, и стал следующим мэром Найт-Сити.

Тем временем на орбите разыгралась Семичасовая война. В 2022 году, во время продолжающейся Четвёртой корпоративной войны, Европейское космическое агентство завершало строительство орбитальной космической станции О’Нил-II (также именуемой Галилейским цилиндром, а иногда — Вратами О’Нила), используя высококвалифицированную рабочую силу Highrider, изначально нанятую для строительства О’Нил-I. ESA набирало работников лозунгами вроде «Мы откроем дверь во вселенную» и «Солнечная система — дом для всех», привлекая амбициозных технологов, мечтавших обеспечить экспансию человечества в космос. По прибытии рабочие обоих проектов лишались свободы, их заставляли работать сверхурочно в тяжёлых условиях в крайне опасной среде, почти не оставляя времени на отдых и восстановление. ESA, действуя подобно другим корпорациям той эпохи, применяло жёсткие авторитарные меры, чтобы заставить работников подчиняться режиму. Мирные протесты против условий труда встречали несоразмерно жестокой силой, призванной сломить дух работников.

29 сентября 2022 года, доведённые до кипения затяжным конфликтом между колонистами и их начальниками со станции ESA, а также вполне реальным страхом оказаться сопутствующим ущербом в усиливающейся войне между корпоративными соперниками Милитех и Арасакой, жители О’Нил-II осуществили эффективный, умный и тихо организованный переворот, взяв станцию под полный контроль. Изучив и поняв ресурсы, доступные службе безопасности ESA, и возможные сроки подхода подкреплений, они составили простой план: подавить силы безопасности станции числом. Они знали, что превосходят охрану в соотношении 40:1 и что на станции просто не хватит оружия, чтобы остановить всех.

Получив контроль, Highriders, используя навыки, приобретённые при строительстве и эксплуатации станций, развернули артиллерийские возможности О’Нил-II, устроив демонстрацию силы против ESA и ЕЭС. Началась орбитальная бомбардировка ряда ключевых объектов ESA и ЕЭС, а также тактическое, оборонительное уничтожение ряда корпоративных орбитальных вооружений. Весь конфликт продлился всего 7 часов. ESA выделила значительную часть своих сил безопасности на защиту планетарных интересов от «перелива» продолжающейся наземной войны, поэтому не смогла быстро перебросить силы для защиты станции. Результатом гордыни ESA стало то, что контроль над несколькими катастрофически мощными ускорителями масс был потерян, а затем они были обращены против самого агентства и его партнёра, ЕЭС, с разрушительным эффектом. После прекращения бомбардировки и признания станций свободными от непосредственной угрозы возмездия колонисты-хайрайдеры О’Нил-II провозгласили независимость вместе со всеми другими колониями низкой околоземной орбиты, не привязанными ни к одной державе и считающими себя нейтральными в продолжающейся наземной войне. Учитывая масштаб силы, которой теперь обладала новообразованная Конфедерация, правительства Японии и Соединённых Штатов Америки, стремясь заручиться поддержкой орбитальной группы, не находящейся под контролем или влиянием ESA, быстро признали легитимность нового правительства Конфедерации хайрайдеров. В конечном счёте ESA была вынуждена уступить контроль над земным космосом. В какой-то момент новообразованная Конфедерация взяла под контроль бывшие города ESA Тихо и Коперник на Луне.

Среди экипировки, ставшей знаковой в эти бурные десятилетия, был и стелс-костюм производства Gibson Battlegear — самый популярный бренд скрытной одежды в мире. Этот плотный чёрный светопоглощающий боди-костюм из PhotoCarbon™ оснащён капюшоном и сверхлёгкой трифиламентной тканью для лёгкой бронезащиты. Он также снижает инфракрасную сигнатуру владельца, давая общий штраф −4 к проверкам Внимательности наблюдателя (визуальным или инфракрасным) на обнаружение в темноте, тенях или при слабом освещении (этот бонус усиливается на −1 за каждые 10 метров расстояния между владельцем и наблюдателем). Стелс-костюм имеет EV 0 и обеспечивает 10 SP брони. Капюшон снабжён закрывающими глаза линзами для полной защиты. Дополнительно доступны: жилет Flak Vest с SP 16 (EV −1) с веб-снаряжением и assorted карманами за 375eb, а также полностью одобренный боевой шлем SP 18 (EV 0) за 185eb. Gibson также выпускала космический стелс-костюм в сотрудничестве с Mitsubishi/Koryidanshu: Light Maneuver Sneak-Suit, прорезиненный комбинезон SP 8 с 40-минутным запасом воздуха (EV −2), а также гидролокационно-заглушающие водолазные костюмы, созданные с помощью Hydrosubsidium, тоже доступны (EV −2). Производитель рекомендует не подвергать стелс-костюм воздействию источников высокой температуры более 10 минут подряд, иначе фотокарбон перегреется и расплавится, делая костюм непригодным.

Операция «Большая дубинка» стала ещё одним свидетельством того, что бывает, когда правительство США заходит слишком далеко. Эта крупномасштабная операция, проведённая вооружёнными силами США в 2005-2006 годах, продемонстрировала мощь американской военной машины в отношениях с корпорациями во время так называемого инцидента с Мантогой, когда корпорация Мантога была уничтожена военными усилиями. Это произошло до возвращения свободных выборов в 2008 году, во время неудачной попытки ослабить военное правительство и назначить президента. 5 ноября 2005 года назначенный президентом Генри Джейкоби был убит. Улики убедительно указывали на причастность и подстрекательство корпорации Мантога, и 17 ноября 2005 года корпорации дали четыре часа на полный вывод из Соединённых Штатов Америки. Корпорация, к своему несчастью, проигнорировала ультиматум. Ровно через четыре часа после его предъявления армейские силы двинулись на все объекты Мантога, уничтожая каждый офис скоординированными авиаударами (самым впечатляющим стал точечный удар по офису Мантоги в пригороде Чикаго: единственная сброшенная с воздуха проникающая бомба разнесла всё офисное здание с хирургической точностью запланированного сноса) и захватывая все складские и заводские помещения силами пехоты, бронетехники и артиллерии. Операция заняла двенадцать часов, включая зачистку. Разведывательные operatives и скрытые подразделения прямого действия (например, убийцы) завершили работу, преследуя и уничтожая сотрудников и оперативников Мантоги, бежавших из страны. 3 апреля 2006 года операция «Большая дубинка» была официально закрыта, когда последний администратор Мантога был убит в Бонне, Германия. Эта геноцидальная военная акция осталась примером для всех корпораций на американской земле: вот что происходит, когда правительство США вынуждают зайти слишком далеко.

Так 1990-е годы посеяли ветер, а последующие десятилетия пожинали бурю. От кибер-имплантов первого поколения, грубых и тяжёлых, до неокитч-хрома для избранных; от тихих диверсий и биржевых крахов до ядерного гриба над Корпо-плазой; от мечты Ричарда Найта об идеальном городе до Зон боевых действий и Догтауна — всё это стало неотъемлемой частью мира, в котором каждому предстояло выживать. Войны и потрясения не закончились; они лишь сменили форму.

На бусти доступны главы по 14 включительно