Книга 8. Пожиратель Драконов. Часть 2

Глава 25

С лёгкостью перекрыв вой сирены, вызывая дрожь во всём теле и адскую головную боль, корабль экспедиции наполнил драконий рёв.

Люди вокруг меня, не обладавшие такими же крепкими телами, хватались за уши и валились на пол, не в силах противостоять этой мощи. И это был всего лишь рык. Да, наполненный маной, но вовсе не имевший целью как-то навредить.

Пока чудовище кружило вокруг кораблей, на невероятной для своих размеров скорости, я успел считать его ауру и уровень жизненной силы. И плохая новость была в том, что чисто по этим параметрам тварь превосходила даже Палема, бога войны и сильнейшее существо Тейи.

Правда, значительный процент мощи Палема составлял его Дар, многократно усиливавший его на принадлежащих ему территориях. Так что в целом быстро приближающаяся к кораблям тварь всё-таки уступала богу войны.

Тем не менее, это определённо было не то существо, с которым я или кто-либо другой из камбадской экспедиции мог справиться. Облачный океан встретил нас крайне недружелюбно.

Радовало одно: мощь корабля, на котором мы летели, всё-таки была куда выше, чем у каждого отдельного человека на борту. По крайней мере тот энергетический барьер, что, вспыхнув на секунду, разошёлся во все стороны от корпуса, я бы ни за что не пробил даже своим лучшим ударом.

Вот только тоненькая плёночка магии, отделяющая нас от монстра, способного за несколько укусов сожрать корабль целиком, не слишком-то обнадёживала.

К тому же спустя несколько секунд после того как рёв gрекратил отдаваться громом в ушах, я заметил среди облаков ещё несколько более мелких силуэтов.

Хотя более мелкими они были лишь по сравнению с главным драконом. Сложно было точно определить размер этих новых чудовищ в не имеющем ориентиров облачном море. Однако даже по самым скромным подсчётам каждый из них был длиной не менее сотни метров.

И так как их с каждой секундой становилось всё больше и больше, для корабля они могли представлять угрозу не меньшую, чем их большой брат.

Ещё больше расстраивало то, что в отличие от своего босса, эти мелкие драконы были отличным лакомством, а я при всём своём желании не мог им насладиться.

Для того чтобы открыть охоту на мелкую дичь я должен был как минимум выбраться за борт корабля и преодолеть закрывающие его силовое поле. Вот только все люки, выходящие наружу, были задраены ещё в момент отбытия и должны были открыться лишь когда мы уже прибудем в Облачный Храм.

И даже если бы я смог каким-то образом оказаться снаружи, поохотиться вволю мне бы не дали. По крайней мере до того момента, как мы прибудем на место, я должен был скрывать свою истинную форму от людей.

На бескрайних просторах Облачного Храма, а там, как я слышал, действительно были почти бесконечные территории, я мог творить абсолютно всё что вздумается, не думая об угрозе со стороны других участников экспедиции, как со стороны Комбата, так и из других стран.

Однако здесь и сейчас, находясь в загнутом пространстве, наедине со множеством достаточно сильных магов, в случае раскрытия моей истинной сущности, я рисковал ополчить против себя весь корабль.

О том что сам корабль был напичкан оружием и разнообразными магическими устройствами, созданными как раз для того чтобы противостоять разного рода монстрам, не стоило и упоминать.

А потому сейчас, как бы мне не хотелось обратного, единственное что оставалось – это просто ждать, наблюдая за разворачивающимся противостоянием человеческой магической инженерии и первобытной мощью огромных крылатых ящеров.

Вскоре после первого последовал второй, однако из-за развернувшегося силового поля он уже не был настолько разрушительным. Содержащиеся в нём мана не прошла внутрь корабля и людям уже не было настолько сложно противостоять его давлению.

Потому те немногие кто вместе со мной ещё оставался на обзорной площадке, придя в себя после первого шока, поспешили убраться внутрь корабля. Я видел разные выражения на лицах: панику, напряжённое ожидание, злобу.

Тем не менее никто не решил остаться под таким хрупким на вид панорамным стеклом. Конечно, нам говорили, что оно способно выдержать даже удар стенобитного тарана. Однако на фоне кружащих уже в опасной близости от корабля монстров в прочность этого стекла сложно было поверить.

К тому же экипаж корабля, а точнее слуги, стоявшие всё это время вдоль стен и готовые откликнуться на любой зов пассажиров, старательно способствовали всеобщей эвакуации. Настойчиво, пусть и без приказного тона, говорили всем разойтись по своим каютам и дожидаться разрешения ситуации.

Ко мне, разумеется, тоже подошли и попросили покинуть смотровую площадку, однако я лишь отмахнулся. Не знаю, были ли эти люди вправе попытаться увести меня силой, однако, взглянув на меня и оценив свои силы, парочка слуг решила пока что отступить.

Тем не менее, вслед за остальными они не ушли. Отойдя обратно к стенке, остались там, видимо решив дождаться момента, когда я сам соглашусь, что оставаться в этом месте слишком небезопасно.

А этот момент надвигался стремительно. Не прошло и минуты с того момента как последний человек покинул смотровую площадку, когда корабль в первый раз тряхнуло.

Пока что совсем не сильно. Это был один из мелких драконов, решивший, чтобы впечатлить своего босса, напасть на вторгнувшихся на их территорию чужаков.

Я отчётливо видел его благодаря восприятию мировой ауры. Крупный по сравнению с остальной шушерой, почти двухсотметровый ящер налетел на сигарообразный корабль сзади, попытавшись вонзить когти в металлическую обшивку.

Это ему не удалось даже близко. Окружившее корабль силовое поле, спружинив будто батут, оттолкнуло дракона прочь.

Тем не менее, часть удара всё-таки достигла корабля, и это было не слишком-то обнадёживающее. Потому что можно было представить, что случится, когда на нас налетит главная тварь.

К счастью, корабль мог не только защищаться, но и атаковать в ответ.Вслед отлетевшему и вынужденному снова начать махать крыльями, чтобы не упасть в бесконечную пропасть, дракону ударили лучи мощной энергии.

Смертельны они не были, однако без труда пробили насквозь одно из крыльев, перебив кость. А те, что угодили в тело ящера, оставили после себя глубокие выжженые вмятины. Испытать попадание такой вот магической пушки на себе я бы точно не хотел.

Первая атака была успешно отражена, вот только это был даже не один процент от армии драконов, и хуже всего было то, что нападение первого монстра послужило спусковым крючком для всех остальных.

Не прошло и нескольких секунд после того как первая тварь, истошно вопя, полетела прочь, как на корабли, наш и два соседних, обрушился целый шквал атак от крылатых чудовищ.

Это не было похоже на нападение муравьёв на слона. Драконы, даже самые маленькие, были не во много раз меньше корабля. И, вероятно, только это нас и спасло.

Будь в стае хоть сто, хоть тысяча, хоть десять тысяч драконов – это было не так важно, ведь они не могли атаковать все одновременно. А также, вероятно, ни один из них не обладал силой вроде лазерного дыхания тех двух драконов, что я встретил на острове во время охоты на маркиза Савса.

Так что единственное, на что они были способны – это облепить силовое поле кораблей и беспрестанно наносить всё новые и новые удары.

Три экспедиционных корабля летели друг за другом, и так как наш находился по центру, я мог ощущать, что происходит и на других суднах. Впрочем смысла большого в этом не было. Ситуация, что у нас, что у них была примерно одинаковой.

Силовые поля проминались под тяжестью драконьих тел и ударов драконьих лап, крыльев, хвостов, клыков и когтей. В ответ с корпусов кораблей ежесекундно срывались десятки ярких магических сполохов, выжигавших плоть и испепелявших драконий шкуры.

Получившие слишком сильные ранения в крылья, грудь или голову драконы отваливались от силового поля и либо улетали, тяжело и болезненно ревя, либо тут же падали в бесконечное облачное марево.

Вот только на их место тут же прилетали новые. И хотя силовое поле пока что держалось, было видно, что оно постепенно теряет свою упругость и прочность.

Вибрации от ударов драконьих тел с каждой секундой всё сильнее и сильнее доходили до корабля.

Мне, сидевшему в кресле и продолжавшему наблюдать за разворачивающиеся баталией обзорное окно, было ещё более-менее комфортно. А вот пара слуг, всё ещё дожидавшаяся меня, была вынуждена прямо-таки упереться в стену, чтобы не рухнуть на пол.

Прошла минута, вторая, третья. Противостояние продолжалось. Сильно, а возможно и смертельно ранены были уже десятки монстров.

Вот только, движимые каким-то неведомой злобой, драконы продолжали атаковать нас без устали, страха, и даже малейшего намёка на отступление.

Сложно было сказать сколько это ещё может продлиться. Численность стаи, тех, кто ещё не вступил в бой, и сейчас кружил где-то вдалеке, я не мог ощутить даже с помощью мировой ауры. Слишком далеко находились от меня крылатые монстры.

Тем не менее, по общему ощущению, мы всё-таки выигрывали. Несмотря на то что силовые поля на кораблях действительно становились всё слабее и тоньше, судя по объёмам энергии, которую я чувствовал внутри корпусов экспедиционных суден, мы могли продолжать оборону в течение ещё как минимум десяти минут.

К этому времени, если всё будет идти теми же темпами, убитыми или ранеными окажутся уже не десятки, а сотни драконов. И, хотелось надеяться, что этого окажется достаточно, чтобы они отступили.

Вот только существовала ещё одна проблема, главная проблема, справится с которой, вероятно, не смогли бы ни одно защитное поле и ни одна магическая пушка.

И, будто в ответ на эти мои мысли, буквально через несколько секунд я в очередной, третий уже раз, услышал оглушительный рёв главного дракона.

Дальше всё происходило настолько стремительно, что как-то среагировать на происходящее вряд ли сумел бы даже самый опытный в мире капитан.

Сверху, перекрывая сиянием своей жизненной энергии десятки мелких драконов, на огромной скорости на головной корабль рухнула гигантская туша. До сих пор исправно справлявшееся с нападениями десятков в драконов силовое поле не выдержало и секунды, лопнув будто мыльный пузырь.

И четырёхсотметровый корабль, чудо инженерной мысли и гордость Камбада, удерживаемый в мёртвой хватке огромных когтей, исчез из моего поля восприятия.

Его участь, как и участь всех находящихся на нём людей, была незавидной. Даже если предположить, что огромный дракон в какой-то момент отпустит корабль, во что слабо верилось, многочисленные повреждения корпуса, наверняка приведшие к повреждениям и внутренних систем корабля, никуда не девались.

А даже если бы корабль смог выправить и продолжить полёт, разгерметизация с высокой вероятностью привела бы к непоправимым последствиям.

Вот только думать о судьбе головного корабля было не время. Несмотря на то что между суднами было расстояние более чем в километр, огромная тварь задела наш корабль крылом.

И хотя силовое поле выдержало даже такой мощный удар, после множества атак более мелких ящеров оно уже не смогло погасить полученный от огромного дракона импульс.

Нос корабля, на котором находилась смотровая площадка, резко ушёл вниз. И выправится ему уже не удалось.

Кувыркаясь будто попавшая в сильное течение ветка, мы начали стремительно падать, погружаясь всё глубже и глубже в облачное море. Слуги, не обладавшие драконьими сердцами, а потому неспособные к магии, чуть не распрощалась со своими жизнями.

Лишь в последний момент я успел подхватить их и не дать воткнуться головами в панорамное окно смотровой площадки. Дальше, используя приказ фиксации, я без особых проблем добрался до коридора, ведущего с обзорной площадки в глубину корабля, где и оставил эту парочку.

Один из них уже потерял сознание, то ли от шока, то ли от резкой перегрузки. Спасая их, я не был слишком уж аккуратен. Второй, схватившись за ввинченные в стену коридора, видимо как раз для таких ситуаций, поручни, болтался туда-сюда, разбрызгивая во все стороны рвоту. Ему явно было не до меня.

И так как ничего похожего на камеру видеонаблюдения в этом мире пока что не изобрели, я мог наконец-то спокойно заняться своими делами, не боясь быть раскрытым.

Для верности примотав отрубившегося парня к месту оторванным от стены поручнем, я вернулся на обзорную площадку. После чего без особого труда разбил одно из стёкол составлявших широкое, площадью более ста квадратных метров панорамное окно, и вылетел наружу.

Моя цель была проста. Прикинувшись выпавшим из Корабля пострадавшим, и я собирался поохотиться на всё ещё летавших тут и там вокруг судно драконов, а затем вернуться на последний уцелевший корабль и продолжить полёт.

Каких-либо угрызений совести по поводу брошенных корабля и его экипажа я не испытывал. В любом случае, хотел я того или нет, остановить падение такой махины, находясь человеческом облике, я бы не смог.

Да и даже в истинной форме это не факт что было бы возможно. К тому же где-то там внизу расправлялся с первым кораблём огромный, непобедимый пока что враг.

Рисковать не только раскрытием секрета, но и собственной жизнью без особой уверенности в успехе ради людей, которых я не знал и которые не знали меня, я не собирался.

К тому же гибель “моего” корабля ещё не была высечена в камне. Никаких серьёзных повреждений он не получил, так что шанс выправиться и вернуться на курс у него был. А у меня были свои дела.

За бортом, внутри облачного океана, было холодно. Очень холодно.

Обычный человек наверняка умер бы за считанные минуты. Мне, впрочем, было вполне комфортно.

Единственное, что стоило сделать это направить часть энергии циркулировать по телу, чтобы избежать даже самых незначительных последствий обморожения.

Не собираясь больше терять ни секунды, ведь нападение драконов на последний оставшийся корабль не могло длиться вечно, я, приняв истинный облик, бросился на ближайшего ко мне крылатого ящера, сходу атаковал его в голову.

Несмотря на размеры, личная сила каждого из мелких драконов была невелика. Что-то на уровне тридцатого, максимум тридцать второго ранга. И потому мне, после получения Дара молнии, Ока Шуары, а также окончательного избавления от всех внутренних травм, справится с ними было несложно.

Тем не менее, расслабляться и действовать вполсилы я не имел права. У меня было от силы десять минут, а скорее даже ближе к пяти, чтобы собрать как можно больший урожай.

Мне нужны были лишь самые питательные и ценные части драконьих тел. Сердце, мозг, возможно, печень.

С учётом того, насколько они были большими, а также того, что вокруг меня, растревоженные атакой своего босса, этих крылатых тварей были десятки, в каждый удар и в каждое движение я должен был вкладывать максимум силы.

Перемещаясь от дракона к дракону, объятый сполохами молний, я бил по черепам, ломал рёбра и разрывал защищающую животы чешую, после чего с помощью Дара пожирания, усиленного приказом захвата, поглощал самые сливки энергии, скрытой в главных органах драконьих тел. Вскоре я уже был весь головы до ног покрыт дымящийся драконий кровью и ошмётками плоти.

И только через пару минут поначалу не понимающие что происходит крылатые ящеры наконец осознали, что по их души пришёл хищник, и теперь уже они должны были защищаться, а не нападать.

Вот только даже перестав хаотично метаться туда-сюда, сбившись в стаю и начав встречать каждое моё нападение яростными контратаками, они мало что поменяли. В отличие от хрупких людей, которым было бы достаточно одного-единственного удара хвостом, чтобы отправиться на тот свет, моё тело было даже крепче, чем у этих крылатых ящериц.

Я спокойно позволял им кусать меня за руки, за ноги и даже в корпус, зная, что следующим ходом я просто размозжу их головы мощными ударами.

Правда, скорость моей охоты всё-таки снизилась, и заметно. Настолько, что особого смысла в ней я ещё через минуту уже перестал видеть. Так что я уже собирался рвануть на максимальной скорости прочь, после чего, заложив вираж покруче, вернуться к последнему кораблю.

Однако затем вдруг снизу, из толщи облаков, я ощутил направленный на меня разъярённый взгляд.

Дракон-босс явно не был в восторге от того, сколько его подчинённых я прикончил.

Глава 26

Тягаться с этой тварью, бывшей больше, чем что угодно из того, что я видел за свою жизнь, было равносильно суициду.

Жизненная энергия, исходившая от него, была настолько яркой и густой, что почти обжигала, и это при том, что между нами ещё было несколько километров. Мне не нужно было даже особое зрение, чтобы понять, насколько этот монстр силён.

А значит совершенно не зазорно и не стыдно было развернуться и дать по газам. Вот только довольно быстро вскрылся очень неприятный факт.

Двигался дракон-босс он на каких-то совершенно невероятных для своих габаритов скоростях.

Сейчас скорость звука для меня не была чем-то существенным. Поднапрягшись, я смог бы превысить её даже в несколько раз.

Вот только я был размером хорошо если с какой-нибудь истребитель. Так что такая скорость, хоть и могла быть шокирующей, не выходила за рамки привычных мне даже земных представлений о физике и аэродинамике.

А драконий босс был в десятки раз длиннее даже самых огромных созданных людьми ракет, с размахом крыльев, которыми можно было буквально закрыть небольшой город.

По всем привычным мне представлениям нечто подобное не то, что летать не могло, оно в принципе не должно было существовать. Обычный воздух ни при каких условиях не должен был быть способен поддерживать полёт этого монстра, да и в принципе он должен был сдохнуть на месте, задавленный собственным весом.

Так что сложно было не то, что представить, хотя бы вообразить, что нечто подобное способно на лихие виражи и моментальные ускорения. Может быть скорости звука огромная туша не достигала, но в какие-то моменты была от неё совсем недалеко.

Оставалось только “поблагодарить” мировую ауру. Хотя драконы и не могли владеть ей осознанно, как Майигу, по воле Руйгу мира Драконьих Островов они были благословлены этой силой, буквально пропитывавшей их тела насквозь.

В результате, хотя я и был куда быстрее босса-дракона, удрать от него всё никак не получалось.

Слишком ускоряться в облачном мареве было опасно. Око Шуары, хотя и обладало множеством поразительных свойств, видеть сквозь пелену сияющего молочным светом тумана не могло. А правый глаз, хотя и без проблем проникал сквозь облака, не видел дальше пары километров.

Во время боя против полчищ драконов это не было критично. Но вот если бы я попытался набрать скорость побольше и броситься наутёк, эти два – два с половиной километра стали бы почти ничем.

Время между появлением впереди по курсу чего-то опасного и столкновением с ним сократилось бы настолько, что среагировать вовремя и затормозить или увернуться стало бы почти невозможно. Тем более что в этом облачном мареве я мог наткнуться далеко не только на “корни” возвышавшихся над облачным океаном островов, но и на других драконов.

Прямое Столкновение с чешуйчатой тушей, по прочности тканей не слишком отличающейся от меня самого на скорости в три-четыре маха меня, возможно, не убило бы. Но даже в лучшем случае меня бы ждали множественные внутренние повреждения, а о худшем не хотелось думать.

И мировые приказы мне бы тоже не помогли. У укрепления были свои пределы, а фиксация легко могла из защиты превратиться в едва ли не худшее, чем те же драконы, препятствие, если бы я влетел в неё бездумно.

При этом дракон-босс ни капли не беспокоился о потенциальных препятствиях на пути. Вряд ли бы для чего-то подобного в принципе могло бы существовать достойное препятствие.

К счастью, несмотря на невероятную для его габаритов манёвренность, со мной в этом он всё-таки не мог тягаться. Не один раз я уворачивался в последний момент, огибая по кратчайшим траекториям уже почти сомкнувшуюся вокруг меня пасть, полную пятидесятиметровых клыков или нависшую огромную лапу.

Со стороны это, вероятно, в каком-то смысле было похоже на человека, пытающего поймать назойливо жужжащую муху или пчелу. И вдвойне аналогия работала в облачном океане, где не с чем было сравнить размеры двух играющих в кошки-мышки существ.

Поначалу было действительно очень напряжно. Каждые несколько секунд я чувствовал дыхание костлявой на своём затылке. Однако минуты через три я более-менее приспособился к движениям гиганта и из “смертельно опасной” ситуация стала просто “невероятно рискованной”.

Тем не менее, вечно так продолжаться не могло.

Во-первых, хотя я старался за этим следить, я всё хуже и хуже понимал, в каком направлении от меня находится экспедиционный корабль. Так как я был совершенно не в курсе, где находится Облачный Храм, я должен был вернуться на борт, если хотел всё-таки поучаствовать в исследовании новых земель.

Во-вторых, с каждой минутой повышалась вероятность того, что к нашим гонкам присоединится ещё один дракон. Не кто-то типа роящейся вокруг мелкоты, а нечто, сравнимое с преследующим меня титаном. И вот тогда мне точно конец.

И в-третьих, я начинал банально злиться от осознания того, в какую тупую ситуацию попал, фактически, из-за собственной жадности. Если бы я решил остановиться на минуту раньше, когда мелкие драконы только-только объединились и начали сотрудничать против меня, ничего этого бы не произошло.

А по-хорошему вообще не стоило покидать борт, или по крайней мере сразу переместиться на уцелевший корабль, когда мой начал падение.

Эти драконы, хотя и были довольно крупными, не обладали внушительными запасами энергии, а потому не были особо питательными. От того, что я потерпел бы ещё пару дней и отправился на охоту уже в мире Облачного Храма, много бы не потерял.

Но из-за того, что я провёл месяц в полнейших тишине и спокойствии, у меня слишком чесались кулаки и слишком урчало в животе. И я не смог себя сдержать, понадеявшись, по большому счёту, на удачу.

За что и получил ответную пощёчину от вселенной в виде титанического, преследующего меня по пятам, не отставая ни на секунду, разъярённого дракона.

Честно говоря, я мог бы продолжать эти салочки ещё очень долго. Не сражаясь, а только убегая, я не только не тратил, но даже восстанавливал свои запасы маны.

И был шанс, что в какой-то момент огромному ящеру надоест гоняться за мухой, которую он бы проглотил, даже не почувствовав.

Вот только полагаться на случай я не любил. Или, если уж говорить точнее, я ненавидел отдавать контроль над своей жизнью в руки судьбы.

Того раза в инкубаторе поглотителей, когда я совершенно никак не мог контролировать ситуацию, мне хватило на всю оставшуюся жизнь.

А значит, чтобы избавиться от слишком большого и назойливого хвоста, я должен был сделать что-то сам.

Вот только что?

Даже не проверяя, я мог с полной уверенностью сказать, что этого титана мне не ранить и тем более не убить.

Собрав все силы, использовав все Дары и приказы на максимум и выжав всё, что только возможно из вписанных в перчатки рун, я мог рассчитывать максимум на то, что мой удар порвёт его шкуру и доберётся до его мяса.

Проблема была в том, что в масштабах его гигантской туши даже удар кулака размером с винную бочку был бы не больнее укуса комара. А чтобы дракон-босс от меня отстал, нужно было что-то куда более значительное.

Был шанс отвадить его от преследования, атаковав глаза. У любого живого существа глаза были слабым местом.

К сожалению, даже с учётом того, что размером моргала ублюдка были больше меня, с учётом скоростей, на которых мы носились, это всё-таки была слишком мелкая и сложная цель. Да и та скорость, с которой дракон двигался и маневрировал, очень наглядно демонстрировала скорость его реакции.

С вероятностью в девяносто процентов я либо промахнусь, либо он успеет закрыть веко. А они у него были достаточно мощными и плотными, чтобы такой “укус” лишь сильнее его разозлил, а не заставил отстать.

Оставался только один вариант. Как бы мне ни было плохо от одной мысли об этом.

Как-то раз в детстве меня в губу укусила оса, неведомым образом оказавшаяся внутри алюминиевой банки газировки.

Раньше меня уже пару раз кусали пчёлы, так что я знал, каково это. Но из-за того, что я рассчитывал ощутить сладкий пузырящийся вкус, а получил осиное жало прямо в уголок рта, боль, которую я ощутил, показалась едва ли не втрое больше, чем обычно.

И сейчас я собирался сыграть роль той самой осы.

В тот момент, когда дракон в очередной раз разявил свою пасть, я не стал уворачиваться. Наоборот, заложив крутой вираж, я на полной скорости рванулся прямо между стремительно смыкающихся челюстей.

И замедляться я не собирался, лишь продолжая набирать скорость. Параллельно вся та энергия, что я успел восстановить за время погони, активировалась и начала вливаться в уже занесённый для удара кулак.

Дар молнии наполнил перчатку, быстро перекрыв мерное свечение облаков нарастающим блеском мириад электрических разрядов. Коэффициент Дара жизни приблизился к критическому уровню, оставляя мне лишь несколько минут жизни. Пожирание и Контроль вместе с приказом захвата начали высасывать из окружающего пространства всю доступную энергию, превращая её в мою силу.

Сейчас мне не надо было защищаться ни от чего, я избавился от всех внутренних травм, а мои силы были практически на пике. Удар, который я собирался нанести, должен был минимум в два, а то и в три раза превзойти тот, которым я нокаутировал Вералина.

И, тем не менее, я чувствовал, что этого недостаточно. А потому, несмотря на то, что буквально секунду назад всяческих избегал этого, лишь ещё больше ускорился, подталкивая себя вперёд приказом фиксации.

В момент, когда мой кулак врезался в нёбо гигантского дракона, напоминающее потолок огромного грота, моя скорость уже превысила три тысячи километров в час.

Взрыв, настолько мощный, что, вероятно, уже был сравним с ядерным, отбросил меня прочь. В следующее мгновение барабанные перепонки лопнули к чертям от рёва ярости и боли, изданного огромным ящером.

Этим рёвом меня, с трудом поддерживающего себя в воздухе с помощью приказа фиксации, к чертям выбросило прочь из его пасти. И, к счастью, продолжать “бой” гигант не стал. Недовольно взрыкнув, он нырнул вниз и через несколько секунд скрылся в гуще облаков.

Его свора, распуганная отчаянным рёвом босса, поспешила следом. Через четверть минуты я остался совершенно один в пустоте молочного свечения.

Можно было облегчённо выдохнуть. И я так бы и сделал, если бы вдохи и выдохи не сопровождались жуткой режущей болью.

Резкая перегрузка от взрыва заставила меня выблевать целую бочку крови: внутренние органы смялись и оказались порваны во множестве мест.

Кости правой кисти превратились в труху. Кости плеча и предплечья растрескались, будто полые птичьи. Всему остальному скелету тоже нехило досталось. Без трещин, кажется, не осталось ни одной кости во всём организме.

Тем не менее, не это было худшим, потому что это всё было поправимо. Несмотря на адскую боль, едва не отправившую меня в отруб, вызванную, фактически, ушибом всего тела, все эти травмы с моей регенерацией затянулись бы максимум за сутки.

Ничего наподобие повреждений от мировой ауры Палема сейчас я не получил, и даже глаза удалось защитить. Вернее, глаз. Протезу даже от такого взрыва ничего бы не было.

Хуже всего оказалось то, что невероятный по мощи взрыв, сопровождаемым не меньшим электрическим разрядом, произошедший, фактически, у меня перед лицом, превысил то, что мог выдержать мой волчий доспех.

Броня, созданная из шкуры далеко не самого сильного Майигу, хоть и постепенно росла вместе со мной, в последнее время, похоже, достигла своего предела. И сейчас разница в качестве между ней и перчатками из сердца горного великана показала себя “во всей красе”.

Перчатке, несмотря на то, что на неё пришлась основная мощь взрыва, было хоть бы хны. Она лишь раскалилась докрасна, но ни единой, даже минимальной, деформации, я на ней не заметил.

А вот покрывавшая моё тело, мимикрировавшая под драконью чешую броня пришла в полную негодность.

Первая и единственная атака Палема, которую я встретил телом, была, по сути, просто невероятно мощным шлепком. Так что мягкий волчий доспех, хотя и был серьёзно повреждён, целостность не потерял.

Теперь же правый рукав, половина брони, закрывавшей грудь и спину, а также часть на левом плече оказались сожжены практически дотла. Остальной доспех, хоть и был сильно обуглен, остался более-менее целым.

Вот только уже никакими способами я бы не смог его починить. Одно дело – залатать дыры и с восстановить внутреннюю структуру, повреждённую мировой аурой бога войны. И совсем другое – воссоздать сгоревшие части из ничего.

Волчьему доспеху, бывшему со мной ещё до того, как я стал Майигу, пришёл конец.

Я принял человеческий облик. Так я был менее заметен для потенциальных пролетающих мимо драконов.

Броня, немного “поднатужившись”, тоже приняла “гражданскую” форму. Как и в полной версии, у моих водолазки и плаща отсутствовали правые рукава, грудь и спина оказались обнажены по пояс, а оставшаяся ткань стала ещё чернее, чем обычно.

Ну, хотя бы голым не остался. Тем не менее, благодаря связи, что образовалась между мной и волчьим доспехом после того, как он прошёл вместе со мной через обожествление, я понимал, что и такой облик броня сможет поддерживать недолго.

Максимум через несколько часов он вернётся в свою истинную форму и в ней и останется, лишившись всей своей магии и став просто довольно прочными кусками неведомого материала, когда-то бывшего волчьей шкурой.

Сказать, что это было обидно – значит ничего не сказать. Я, конечно, планировал в ближайшем будущем найти для себя более подходящую по уровню броню, но избавляться от волчьего доспеха не собирался ни в коем случае.

Всё-таки это был предмет, защищавший меня на протяжение уже почти двух лет от самых разных угроз, прошедший со мной через тысячи боёв, что-то, что в каком-то смысле было даже ближе Эллисы или Рахиры.

И вот, волчий доспех, если так можно было выразиться, умирал. По сути, из-за моей самонадеянности.

М-да. Давно мне не было так тошно. Чувство было такое, будто я боевого товарища предал. И в каком-то смысле так и было.

Тем не менее, я всё-таки не был настолько сентиментальным, чтобы на полном серьёзе горевать по сломавшемуся доспеху. Так что, организовав для самого себя условную минуту молчания, я решил, что лучшим выбором в данном случае будет позволить волчьему доспеху стать частью моего тела уже навечно.

Вернувшись в истинный облик, я снял её и за несколько минут сожрал, чувствуя, как немного укрепляется и твердеет моя собственная шкура от поглощения столь полезной биодобавки. Теперь в человеческом облике, правда, я остался бы голым, но это меня не слишком заботило.

А когда с траурным застольем было покончено, пришла пора триумфального пира. Всё-таки я был бы не я, если бы не поимел из этой ситуации с драконом что-то полезное.

В ту секунду, когда в пасти чудовища прогремел взрыв, из его сравнительно мягкого и нежного нёба во все стороны брызнули капельки крови. Какие-то из них почти сразу же сгорели в пламени, какие-то отлетели прочь слишком быстро, чтобы я, едва соображавший от боли, внутренних повреждений и контузии, смог за ними уследить.

Но десять или одиннадцать капель мне всё-таки удалось подхватить приказом фиксации. И “каплями” они были только в масштабах тела трёхкилометрового титана.

Каждая из них была размером с мою голову, и речь шла про голову истинной формы. А когда я объединил их всех в одну огромную каплю, общий объём содержащейся в ней крови составил точно не меньше тридцати тысяч литров.

При этом она была не только очень тяжёлой, минимум втрое плотнее обычной, но и невероятно густой, как мёд или дёготь. А концентрация жизненной энергии в ней превышала все разумные пределы.

Церемониться я не собирался. Раскрыл рот пошире, запрокинул голову и, проделав в сдерживающем кровь коконе приказа фиксации “дырку”, позволил густо пахнущей железом патоке стечь прямо в горло.

В первую секунду мне показалось, что я сделал глоток лавы. Кровь огромного дракона обжигала, и не потому, что была действительно горячей, а из-за содержащейся в ней жизненной энергии.

Пить её было буквально больно, при том что моё собственное тело уже давным-давно стало сравнимо по прочности и силе с драконьим. Если бы обычный человек проглотил хотя бы пару граммов этой магмы, то умер бы за секунду, вероятно в прямом смысле взорвавшись от переизбытка энергии.

Тем не менее, хотя боль в глотке, пищеводе и желудке не утихала, моей выносливости всё-таки было достаточно, чтобы выдержать такой напор. И очень быстро адский жар от льющейся в меня драконьей крови начал распространяться по всему телу, теряя концентрацию наполняя каждую клеточку ни с чем не сравнимым комфортом и теплом, стремительно излечивая все полученные повреждения.

Вот только долго этот комфорт не продлился.

Через несколько минут последняя капля крови чудовищного дракона проскользнула в моё горло. А ещё через минуту я вдруг ощутил, как наполнявшее тело приятное тепло вновь начало нарастать.

Спустя секунд тридцать я уже чувствовал себя будто в самой жаркой парной. Затем вернулась боль, что я ощутил, проглотив первую порцию крови, только уже распространившаяся на всё тело.

И с каждой секундой она всё нарастала и нарастала.

Последнее, на что меня хватило – это создать из приказа фиксации под собой платформу, которая не должна была рассеяться, даже если бы я потерял сознание. На этой платформе я и лёг бревном, прикрыв глаза, борясь с адской болью и пытаясь разобраться, что произошло и что я мог с этим сделать.

Вот только ничего придумать я не успел. С пронзившей всё тело от макушки до пяток отвратительной болью пошёл мелкими трещинами один из грудных позвонков. А затем с разницей меньше секунды за ним последовали и остальные кости.

Моё тело буквально начало ломаться изнутри.

Глава 27

Первой мыслью было то, что я всё-таки доигрался и сожрал что-то, чего жрать не стоило.

Вот только когда я, перебарывая зубодробительную боль, отправил к треснувшим костям энергию для ускорения регенерации, произошло ровно противоположное. Позвонки начали трескаться и крошиться лишь быстрее.

С учётом того, что я совершенно точно не мог настолько неаккуратно использовать свои силы, с которыми уже давным-давно свыкся, причина внутренних разрушений, похоже, была не негативной.

И вообще, это было логично. Хотя жизненная сила в крови дракона-босса была огромной, я на своём веку уже успел попробовать куда более разрушительных штук.

Сожрал “сердце” поглотителя седьмой эволюции, находясь на уровне четвёртой. Бесхозный осколок силы неизвестного Руйгу после охоты на Кантарику. И даже кусочек Закона самого Катриона, одного из владык Содружества Миров.

Да, от всех этих “деликатесов” мне было мягко говоря нехорошо. От принятия некоторых я бы точно откинулся, не помоги мне смекалка или внешнее вмешательство.

Вот только ничего похожего на то, что со мной происходило сейчас, я не мог припомнить. А нынешняя разница между моим уровнем и уровнем драконьей крови была несравнимо меньше, чем тогда.

Так что, как бы это странно ни звучало, потрескавшийся, будто меренговый рулет, позвоночник, кажется, не был чем-то плохим. Проблема была в том, что я всё равно чувствовал боль, и боль эта была поистине адской.

А когда трещины начали с позвонков переходить и на другие кости, мне пришлось чуть ли не насквозь прокусить язык, чтобы не отключиться и продолжать следить за происходящим с моим организмом. Подобные процессы нельзя было оставлять на самотёк.

Трещин на костях становилось всё больше и больше. Через несколько минут за тончайшей вязью разломов стало едва ли видно сами кости.

Но при этом, что странно, я не чувствовал себя “разваливающимся”. Целостность и прочность скелета, конечно, снизилась, но определённо не настолько, насколько можно было бы подумать при таких повреждениях.

Вот только радоваться этому у меня не было времени. Спустя десять минут за трещинами в костях последовали разрывы сухожилий и мышц и меня окунуло в новый адский чан с мучениями.

А когда спустя неизвестное количество времени я более-менее пришёл в себя и смог снова осознанно изучать свой организм, стало понятно, что со мной творится что-то совсем уж странное.

Всё это время жар во всём теле, вызванный кровью дракона, продолжал нарастать. Уже не так быстро, как в первые секунды, но всё равно ощутимо.

Температура моего тела уже и в буквальном смысле наверняка в несколько раз превысила температуру кипения, а изнутри это ощущалось так, будто я проглотил солнце.

Когда жарко, люди говорят, что “плавятся”. Я же, под воздействием этого жара, начал плавиться буквально.

Если точнее, начали плавиться мои кости.

Крошево, в которое превратился мой скелет, начало постепенно превращаться в полужидкое-полутвёрдое месиво, подобно кусочкам металла в доменной печи. И, неожиданно, вот этот процесс вовсе не был болезненным, скорее наоборот.

В тот же момент я ощутил, как со всех сторон ко мне, будто вода в слив ванной, начала стягиваться мировая аура, быстро сформировав самый настоящий вихрь.

Правда, боль от разрывающихся мышц и сухожилий, к которой вскоре прибавилась также агония от постепенно превращающихся в кашу внутренних органов и распадающейся кожи, пока что никуда не делась. Так что мне по-прежнему было довольно хреново.

Тем не менее, так как я уже примерно понял, куда это всё шло, единственное, что осталось – это продержаться. Не знаю почему, но в мозгу продолжала занозой сидеть мысль, что, если отключусь, то случится что-то крайне неприятное. И таким ощущениям я привык доверять.

Боль окончательно отступила где-то через полчаса, если я моё чувство времени со всеми этими странными изменениями осталось правильным.

А то, что оно оказалось нарушено, на самом деле было вовсе не исключено. Потому как сейчас в моём теле в прямом смысле не осталось ничего, кроме раскалённого, насквозь пропитанного невероятно мощной жизненной энергией напополам с мировой аурой, студня. И ещё плавающих в нём Ока Шуары и боевых перчаток с сапогами.

Каким образом я при этом умудрялся сохранять сознание, для меня было решительно непонятно.

Тем не менее, я не только не потерял себя. Наоборот, мысли стали чёткими как никогда, и быстрыми, как разряды молнии, а с памяти будто сдули вековую пыль.

В том числе благодаря этому я довольно быстро смог понять, что именно со мной происходит. Ну, и ещё неслабо помогла та форма, которую принял состоящий из меня студень.

На платформе из мирового приказа фиксации стояло, прочно держась почему-то на остром кончике, огромное яйцо.

Благодаря тому, что Око Шуары продолжало видеть и посылать картинку в мой разум, я знал, что оно было ало-чёрным, со множеством золотых прожилок. А благодаря тому, что это яйцо в буквальном смысле было мной, я чётко понимал, что с каждой секундой оно становилось всё больше и больше.

Поглощая мировую ауру в десятки, если не сотни раз быстрее, чем я мог даже надеяться, яйцо стремительно росло, с пятиметрового диаметра меньше чем за десять минут вымахав до десятиметрового. И останавливаться оно даже не думало.

Где-то через час оно стало таким большим, что платформа из приказа фиксации, что его удерживало, начала показывать признаки разрушения. Но, благо, до этого всё-таки не дошло.

Рост яйца замедлился и остановился так же быстро, как начался. Теперь в нём (во мне?) было более тридцати метров в поперечнике и чуть меньше сорока – в высоту.

А затем процесс плавления моих костей, мышц и органов пошёл в обратную сторону.

Вот только форма, которую это всё принимало, сильно отличалось от того, что было мне привычно. Длинная шея, изогнутый позвоночник, мощные лапы с угрожающими когтями, полная клыков пасть. А главное – хвост и пара мощных крыльев.

За следующие два часа ало-чёрный студень превратился в могучего дракона. И мой разум был внутри этого тела.

Сказать, что я был удивлён таким переменам – значит ничего не сказать. До сих пор трансформации, что проходило моё тело, было либо чисто-функциональными, направленными на повышение боевого потенциала, либо, наоборот, скорее косметическими, вроде рогов.

Несмотря на то, что с момента попадания в этот мир я вырос в десять раз, я остался прямоходящим гуманоидом, и не было никаких предпосылок к тому, чтобы это как-то изменилось. Настолько резкая смена форм-фактора была как минимум неожиданной.

Однако, немного подумав, я смог понять причину.

До сих пор превращения, которым я подвергался, были вызваны двумя факторами.

В самом начале причина была в генах поглотителей, усиливавшихся по мере пожирания мной их “сердец”. Они превращали моё тело в идеальный инструмент для охоты, подобный им самим.

И, кстати, этот процесс ещё не был закончен. Как минимум я чётко ощущал, что в моём теле ещё должны будут сформироваться как минимум два новых “сердца”. А ещё было некое слабое предчувствие того, что на этом ничего не закончится.

Вторым же фактором, что менял мой внешний облик, были пожранные мной монстры. Организм полу-пожирателя брал от попадавших в мой желудок тварей лучшее и присваивал себе.

Поэтому, в частности, после пожирания тысяч и тысяч ящероподобных и драконоподобных монстров на континенте монстров Эвфере, мой облик стал настолько походить на драконий. Всё-таки драконы были одними из сильнейших существ не только в Тейе, но и, похоже, во всех мирах.

Однако ящеры мира Драконьих Островов кардинально отличались от своих жалких Эвферских подобий. И у этой разницы было имя. Мировая аура.

Существа, благословлённые местным Руйгу, заменившие вырезанных из самой сути мироздания Майигу, имели то, чего не было даже у прошедших через обожествление. Тела, насквозь пропитанные мировой аурой, и сердца, представляющие из себя почти настоящие реакторы, работающие на ней.

По мере того, как я пожирал их, я всё больше и больше убеждался в том, насколько идеальны были их тела. И дело было вовсе не в какой-то особенной физиологии.

Каждая мышца, каждая косточка, каждая чешуйка на драконьей шкуре были многократно очищены от любых дефектов. Драконы не болели и не старели, им были чужды пороки несовершенных существ типа людей.

Я поглотил за раз огромное количество крови дракона-босса, чей уровень мне было сложно осознать даже сейчас, и чья кровь была сравнима с небесной амброзией, полной жизненной силы и мировой ауры.

И мой внутренний поглотитель, похоже, решил, что время полумер подошло к концу.

Проблема была в том, что я вообще не представлял, каким именно образом произошла эта перестройка. И это меня злило.

Злило, что я до сих пор, даже получив подобную мощь, продолжал зависеть от чего-то, чего не понимал и что не мог контролировать.

В голову сами собой закрадывались мысли о том, что случится, если однажды эти превращения перестанут происходить мне на пользу. Если в следующий раз гены поглотителя решат, что моё человеческое сознание – это бесполезный рудимент?

Каких бы вершин я ни добился с этой силой, я не мог успокоиться, пока она оставалась мне неподконтрольна.

Тем не менее, пока что с этим я не мог ничего поделать. А ответы на все интересующие меня вопросы куда проще было найти, обладая подавляющей мощью.

Так что на данный момент мне оставалось только смириться с тем, что произошло, и постараться по максимуму использовать.

Спустя ещё полчаса моё новое тело, окончательно сформировавшееся, могучее и по-своему прекрасное, встало своими новыми ногами на укреплённую платформу приказа фиксации.

Контроль над мировой аурой, приказами и Дарами после обретения драконьего тела стал в разы проще. Как и другие драконы этого мира, сейчас я был подобен огромной батарейке мировой ауры, с сердцем в роли бесперебойного аккумулятора. Так что моё родство с ней и понимание этой силы в мгновение испытало экспоненциальный рост.

Также мои Дары, хотя и остались на прежних уровнях, уже начали демонстрировать признаки развития.

Поток мировой ауры, стекающийся ко мне из внешнего мира, вырос в сотни раз. Хотя прямое использование её было ограничено уровнем контроля, для того, чтобы просто направлять мировую ауру к звёздочкам Даров, большого ума было не нужно.

По эффективности это по-прежнему было несравнимо с пожиранием Даров других Майигу. Но, с другой стороны, этот процесс шёл постоянно и без каких-либо усилий. Беспроигрышная ситуация.

Однако в наибольшей степени изменения касались именно физического аспекта.

Самое очевидное: я очень сильно вырос. От кончика вытянутой морды до кончика хвоста во мне теперь было более полутора сотен метров, а размах крыльев превышал две сотни.

С точки зрения адекватной физиологии с такими габаритами я не только летать не должен был уметь, но и банально стоять не смог бы. Просто рухнул бы под весом собственного тела, составлявшего теперь где-то тридцать тысяч тонн.

Но тут на помощь приходила мировая аура. Пропитанный ей насквозь, от когтей до клыков, я чувствовал себя будто в толще воды. Вес не тяготил, внутренние органы не давили друг на друга, и было чёткое понимание: первый же взмах крыльев поднимет меня в воздух.

И пропорционально такому огромному телу выросла и грубая сила. Сейчас я бы без проблем смог одолеть Вералина чистой физической мощью, пробившись сквозь его щит из молний без всяких приказов и Даров одним ударом лапы.

Правда, тут как раз-таки и оказалась зарыта собака. Проведя несколько тестов я понял, что на фоне подобной физической силы мои Дары стали, по большому счёту, бесполезными.

Скорость поглощения мировой ауры моим драконьим сердцем была почти вдвое выше, чем у Дара пожирания на пределе возможного.

Дар жизни, чтобы повысить мою мощь хотя бы на десять процентов требовал такого коэффициента поглощения жизненной силы, что я откинулся бы уже через полчаса.

С Даром роста была примерно та же история. Он работал подобно вечному двигателю, преумножая вложенную в него энергию. Вот только даже на максимальных оборотах его выхлопа было недостаточно, чтобы оказать заметный эффект в бою.

Дар молний остался плюс-минус полезным, правда тоже не в качестве козыря или крайней меры, а скорее для эффекта неожиданности, как трюк, способный отвлечь противника на пару секунд.

Разумеется, Дар контроля остался очень важным, по сути являясь усилителем всех моих мировых приказов. Тем не менее, эффективность самих приказов теперь тоже стоило пересмотреть.

У меня их было восемь.

Укрепление с учётом прочности и крепости моего обновлённого тела почти потеряло смысл.

Фиксация осталась полезна, как и Дар молний, в качестве вспомогательного инструмента.

Вспышкой на данный момент я не владел достаточно, чтобы эффективно применять её на столь гигантское тело.

Отмена, которую я использовал вместо исцеления, также стала малоэффективна с учётом моих габаритов и того, насколько энергоёмкой стала моя плоть.

С охлаждением та же история. Как и с захватом, который на пределе использования повышал эффективность поглощения мировой ауры на смешные три десятых процента. Как и с абсорбцией.

Единственным по-настоящему эффективным мировым приказом осталось сокрытие. Размывать свою энергию в окружающем пространстве после того, как я оказался пропитан мировой аурой, стало даже проще.

Правда, даже если я смогу скрыть свою энергию, спрятать стапятидесятиметровую тушу будет уже куда сложнее.

И тут оставалось только проверить, будет ли мой Дар превращений работать на этом теле. Потому что, если нет, то об экспедиции в Облачный Храм можно будет забыть.

Глубоко вдохнув, я активировал Дар и моё тело начало постепенно уменьшаться. Стремительного “перекидывания” из формы в форму больше не было и в помине. Дар оказался слишком слаб, чтобы достаточно быстро перестроить настолько большое и пропитанное мировой аурой тело.

Тем не менее, спустя минуту с небольшим я смог выдохнуть, уже стоя на платформе приказа фиксации своими человеческими ногами. Никаких проблем вроде оставшегося хвоста или торчащих из лопаток крыльев тоже не было, так что эксперимент можно было счесть удачным.

Более того, поэкспериментировав ещё где-то полчаса, я понял, как зафиксировать превращение. Остановить его на почти привычной мне форме пятнадцатиметрового гуманоидного ящера, на которую боевые перчатки с сапогами садились как влитые.

В этом облике истинная драконья мощь пропала, я оказался лишь раза в три сильнее прошлой версии себя. Тем не менее, параллельно с этим и Дары с приказами более-менее возвращали свою эффективность. И увеличившийся приток мировой ауры мог показать всю свою полезность.

Так что в итоге, хотя драконидная форма со всеми вспомогательными силами и оказывалась заметно слабее полноценной драконьей, разница была вовсе не такой большой, как можно было подумать. Напоследок я снова вернулся в человеческое тело и проверил, на что способен в нём.

Прирост сил был очень значительным, но далеко не таким, какого можно было ожидать.

С одной стороны, человеческий облик не мог даже близко отразить огромную драконью мощь. С другой же, из-за уменьшения драконьего сердца эффективность поглощения мировой ауры также заметно падала, а с ней становились слабее и мировые приказы.

По сравнению с прошлым, когда человеческая форма могла показать где-то процентов пятнадцать-двадцать от силы истинного облика, сейчас это значение упало до жалких двух-трёх.

Тем не менее, даже в этой форме я стал заметно сильнее. Оценивая мерками этого мира, в человеческом облике я сейчас тянул на уровень где-то между тридцать шестым и тридцать седьмым рангами.

Разница между ними по всем данным была по-настоящему огромной. Так что, хотя я определённо был сильнее любого тридцать шестого ранга, слишком самоуверенным быть всё-таки не стоило.

А вот форма драконида сохраняла баланс между эффективным использованием мировых приказов и Даров и физической мощью, и была минимум раз в десять сильнее человеческой. Так что тут я мог без лишней скромности записать себе тридцать седьмой ранг.

Драконий же облик, по сути полагавшийся исключительно на физическую мощь, вероятно, был либо на пике тридцать седьмого ранга, либо между ним и тридцать восьмым. Не встретив до сих пор ни одного человека с такими силами, очень сложно было судить объективно.

Отсюда следовал довольно простой вывод. Мне нужно было срочно заняться развитием своих Даров и навыков контроля мировых приказов, сосредоточившись на этом по максимуму.

Физически я в ближайшее время без чего-то уровня крови дракона-босса всё равно вряд ли смог бы стать хотя бы на процент сильнее.

Закончив со всеми проверками, я принял человеческий облик, после чего летавший вокруг Рейн, как всегда исчезнувший в самом начале замеса и появившийся лишь когда всё уже было кончено, привычно приземлился мне на запястье.

При этом отношение малыша заметно поменялось. Он и раньше чётко осознавал моё главенство и слушался всех команд, которые мог понять.

Но сейчас в его направленных на меня глазах читалось прямо-таки обожание. Похоже, то, что я стал полноценным драконом окончательно убедило его, что, став моим питомцем, он вытянул выигрышный билет в лотерее жизни.

Усмехнувшись и почесав кроху под подбородком, в ответ на что получил довольное урчание, я взлетел и устремился в ту сторону, куда, если правильно запомнил, должен был улететь последний уцелевший экспедиционный корабль.

Благо чувствительность к мировой ауре также возросла в разы, из-за чего с помощью восприятия я теперь мог ощупывать пространство более чем на десяток километров во все стороны.

Если бы не это, я, вероятно, так и не нашёл бы огромное четырёхсотметровое судно. Да и даже с таким восприятием мне понадобилось более пяти часов на это. Всё-таки облачный океан был в прямом смысле безграничным, не имея не то, что берегов, но даже дна.

При этом огромным удивлением для меня стало то, что кораблей было два. Похоже, тот, который я покинул, всё-таки смог каким-то чудесным образом выправиться после того хаотичного падения и вернуться на курс.

Ну, мне же лучше. Всё-таки на нём были мои вещи, а ходить голым по кораблю не стоило.

Когда я медленно приблизился, в окружавшем “мой” корабль защитном поле появился подсвеченный проход, через который я и попал внутрь. Ещё через пару минут передо мной уже открывали шлюзовую дверь.

Вот только радушного приёма не случилось. Стоило мне в полном одиночестве пройти через коридор внутри обшивки корабля и оказаться во внутреннем коридоре самого судна, как меня тут же окружила толпа из десятка человек.

Ещё через секунду на меня уже были наставлены искрящиеся электричеством копья и волшебные палочки. Пожав плечами, я поднял руки, демонстрируя, что не собираюсь драться.

Посмотрим, что у них на уме.

Глава 28

- Кто ты?

Вперёд вышел мужчина лет пятидесяти. Я его знал. Не лично, но видел не раз во время каких-то организационных собраний на корабле.

Первый помощник капитана. Крупную шишку отправили, чтобы со мной разобраться.

- Тим Тарс. Живу в каюте номер пятьсот семнадцать. Мои документы тоже там.

Первый помощник кивнул кому-то уже из своих помощников, парень спешно убежал, видимо проверять каюту.

- Захвати мне штаны! - крикнул я ему вслед.

- А почему вообще ты голый? - повернулся ко мне помощник капитана.

- Одежда сгорела, пока я сражался с драконами.

- А почему целы перчатки и сапоги?

- Это не совсем обычная одежда.

- Допустим. Но как ты вообще оказался за бортом?

- Я был на смотровой площадке, когда всё началось. Когда огромный дракон задел корабль и мы начали падать, я вытащил в коридор пару слуг и вернулся, чтобы проверить, не осталось ли там ещё кого. Но из-за рёва дракона на секунду потерял ориентацию и вылетел наружу, выбив своим телом стекло. А потом на меня напали драконы и стало уже не до возвращения. Я сумел от них отбиться и сбежать и спрятаться за остовом одного из островов, просидел там несколько часов, а потом отправился искать корабль.

- Хочешь сказать, что сумел в одиночку одолеть стаю диких драконов?

- Одолеть – громко сказано, - хмыкнул я, вложив в этот звук все эмоции, что остались у меня после столкновения с драконом-боссом. Получилось, как по мне, более чем убедительно. - Но благодаря Кольцу Грозового Змея и его магии молний я смог в итоге набрать достаточную скорость, чтобы оставить их позади. Правда, вся одёжка сгорела из-за разрядов.

- Ты не против пройти пару проверок, чтобы мы убедились в твоей личности?

- Как угодно, - пожал я плечами.

- Тогда следуй за мной. И без фокусов.

- Без фокусов, - кивнул я.

Всё ещё окружённый вооружённой охраной, я двинулся по коридорам вслед за помощником капитана. Мы спустились на несколько уровней ниже, когда нас, наконец, догнал тот парень, которого отправили в мою каюту.

В руки помощника капитана перекочевали мои документы, а в мои руки – штаны.

Интересно было то, что, надев их, я с удивлением обнаружил, что после превращения в дракона моя человеческая форма немного прибавила в размерах. Я не стал выше, но, похоже, что называется, заматерел, потому как раньше довольно свободные штаны сели в облипку, туго стянув тканью икры, бёдра и ягодицы.

К счастью, они всё-таки застегнулись. В противном случае, если бы на меня не сели мои же штаны, у помощника капитана, почему-то сомневавшегося в том что я – это я, появилось бы слишком много вопросов.

Спустя ещё минут десять мы, наконец, добрались до места.

Обширное помещение, из-за покрывающих стены странных треугольных пластин похожее на студию звукозаписи. То, что в одной из стен находилось прозрачное окно, за которым была видна другая комната с какими-то приборами и пультами лишь увеличивало сходство.

- Стой тут, - отдал команду помощник капитана. - Если тебе нечего скрывать, то мы быстро закончим и пойдёшь по своим делам.

- Хорошо, но я хочу услышать объяснения того, что вы вообще собираетесь проверять.

- Если ты пройдёшь проверку – пожалуйста.

С этими словами он развернулся и в сопровождении моего эскорта вышел за дверь. Через минуту он уже появился в смежной комнате с приборами.

Через толстое стекло человеку по идее расслышать что-то было невозможно, однако для моих ушей это не было проблемой.

- Давайте, по протоколу, - отдал приказ первый помощник.

- Так точно!

Закрутились какие-то ручки, защёлкали переключатели и спустя несколько секунд я ощутил, как в помещении сгущается мировая аура. Видимо повинуясь манипуляциям операторов за пультами, она постепенно стягивалась ко мне, в конце концов сформировав что-то наподобие кокона вокруг моего тела.

Когда же её концентрация превысила определённый порог, мировая аура и вовсе начала впитываться в моё тело. Ну, или вернее, я позволил ей это.

Сейчас как никогда кстати пришёлся приказ сокрытия, который я почти не использовал до сих пор, ведь люди этого мира не умели определять энергию и силу оппонента невооружённым взглядом. Благодаря ему я как бы размыл пропитывавшую мой организм мировую ауру, не позволяя ей как-либо взаимодействовать с внешней.

Если бы я этого не сделал, настолько низкая концентрация мировой ауры ни за что не смогла бы проникнуть даже на миллиметр под кожу.

Также пришлось принудительно замедлить процесс поглощения мировой ауры драконьим сердцем почти до полной остановки, чтобы сымитировать мой официальный тридцатый ранг.

И, надо сказать, это был довольно напряжённый момент. Да, мой уровень контроля мировой ауры был недоступен для людей, я обладал Даром превращений и владел приказом сокрытия.

Тем не менее никакой информации о приборах, что использовались для проверки, и их чувствительности, у меня не было. Нельзя было исключать даже того варианта, что сама успешная попытка спрятать что-то от них будет засечена и воспринята как доказательство моей вины.

К сожалению, по-другому было нельзя. Я не знал, где находится Облачный Храм, и вряд ли смог бы найти его без этих людей. А значит, по крайней мере до того момента, как я туда попаду, я должен был сохранять с ними дружеские отношения.

Можно было, конечно, просто проследовать за кораблём. Но тогда был слишком велик шанс, что на подходе к Облачному Храму меня засекут какие-нибудь средства обороны, установленные ранее прибывшими людьми.

Да и сам Облачный Храм ещё неизвестно, как был защищён. Всё-таки это были не просто острова, а столицы огромных империй Майигу-королей древности, откуда они управляли своими землями. Даже спустя эпохи в таком месте могли остаться какие-то работающие устройства против вторженцев.

Так что стоило как минимум попытаться пройти эту проверку, хотя бы для своего удобства. А о том, что делать, если пройти её не удастся, я буду думать, когда это случится.

Я стоял неподвижно, наблюдая внутренним взором, как мировая аура, направленная приборами комнаты постепенно проникает всё глубже в тело. Последним местом, которого она достигла, было драконье сердце.

И, наконец, спустя ещё пару минут, один из оператором за стеклом резко повернул рубильник, из-за чего мировая аура быстро исчезла. Судя по их лицам, проверку я прошёл.

- Всё в порядке? - поинтересовался помощник капитана.

- Вполне, - кивнул один из операторов. - Он определённо человек, ранг тридцатый, на пике, левый глаз протезирован, как и указано в отчёте. Помимо этого никаких отклонений не обнаружено. Единственная странность: согласно собранным данным ему меньше года от роду.

- И что это значит?

- Либо какой-то сбой, либо он практикует особую технику развития тела. Согласно данным, он из Целрода. Некоторые кланы там действительно прибегают к подобному. Варварская практика с очень низким процентом успеха, но в случае успеха действительно можно добиться полного обновления организма и испытать практически второе рождение. И с учётом наилучших физической формы и состояния организма, какие я только видел за всю свою жизнь, это более чем вероятно.

- То есть никаких признаков аномалии нет?

- Помимо сказанного – нет. Продолжать проверку?

- Давайте. Может быть он и человек, но я хочу знать, что за человек.

- ВНИМАНИЕ! - голос оператора, поднёсшего рот к чему-то наподобие рупора, гулко разнёсся по моей комнате. - ЗАЙМИТЕ НАИБОЛЕЕ УДОБНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ И ПОСТАРАЙТЕСЬ МАКСИМАЛЬНО РАССЛАБИТЬСЯ И НЕ ШЕВЕЛИТЬСЯ!

Кивнув, я лёг прямо на пол, прикрыл глаза и постарался принять позу шавасаны. Имея полный контроль над каждой мышцей в организме это было несложно.

Мировая аура снова начала собираться и концентрироваться, однако на этот раз не по всему телу, а локально. Конкретно манипулировавших ей людей интересовали моё лицо и ладони.

Ощущение, вызванное очень концентрированной мировой аурой, копошащейся где-то на поверхности кожи, было не слишком комфортным, зудящим. Благо, на этот раз проверка не продлилась и минуты и я снова услышал голос главного из трёх операторов.

- Признаков изменения тканей, мышц и костной структуры лица не найдено. Так же как и следов изменения отпечатков ладоней. Форма отпечатков сходится с оригинальной, разве что немного размыта из-за увеличения размеров ладоней.

- Увеличение размера? - в голосе помощника капитана отчётливо слышались нотки подозрительности.

- Да, на двенадцать процентов в правой руке и четырнадцать – в левой. Но это вполне нормально, ведь отпечатки снимают в семнадцать, а ему двадцать один. Не удивительно, что за четыре года его руки ещё выросли, тем более с учётом специализации на ближнем бое и, как следствие, наверняка многочисленных тренировок.

Этот исследователь явно был за меня.

- То есть?..

- Никаких веских причин подозревать его нет. Можете приставить к нему наблюдение, если хотите перестраховаться, но я не вижу особого смысла.

- Понятно, - помощник капитана тяжело вздохнул, после чего уже его голос раздался через громкоговоритель. - МОЖЕШЬ ВСТАВАТЬ, ПАРЕНЬ! ДВЕРЬ СЕЙЧАС ОТКРОЮТ, ИДИ К НАМ!

Спустя пару минут мне уже представляли троицу операторов, вынесших вердикт относительно моей личности. Старшего, того, что разговаривал с помощником, звали Эдмун, второго мужчину – Шойт, а миленькую девушку примерно моего возраста, оказавшуюся стажёркой, звали Ланика.

При этом судя по восторженным взглядам, что она бросала на мой голый торс, впечатление на неё я произвёл немалое. Поймав в какой-то момент её взгляд, я ей задорно подмигнул.

В последний месяц в академии я был слишком сосредоточен на подготовке к экспедиции. А до того возможностей близкого общения с прекрасным полом не было в принципе. Так что долго думать я не собирался.

Тем не менее, это потом. А пока что я хотел получить ответы.

- Объясните мне, почему так всполошились? Я примерно понял по зонам воздействия мировой ауры, что вторая часть проверки была для того, чтобы убедиться, что я – не какой-нибудь шпион, убивший настоящего Тима Тарса и с помощью магии изменивший внешность и отпечатки ладоней. Но для чего нужна была первая?

Первый помощник и главный исследователь Эдмун переглянулись.

- Расскажешь? - после того, как опасность миновала, в общении между ними исчезла подавляющая доля формальности. - У тебя всяко лучше получится растолковать.

- Конечно, - кивнул Эдмун. - Тим, вообще информация об этом считается секретной. Но, раз уж так вышло, и раз уж вы оказались достаточно способны, чтобы выжить в облачном океане, думаю, вы в праве знать. Надеюсь, что в ответ на нашу откровенность вы ответите лояльностью к Камбаду в дальнейшем, хоть вы и иностранец.

- Разумеется.

- Рад это слышать. Вы правы, когда я попросил вас лечь и не двигаться, мы проверяли, не была ли применена магия изменения облика. Эта экспедиция слишком важна, к тому же мы уже потеряли один корабль, так что нельзя допустить на борт посторонних. Первая же проверка нужна была для того, чтобы проверить, нет ли в вас признаков аномалий.

- Аномалий какого рода?

- Аномалии, о которых я говорю – это немного не то, что принято называть этим словом. Мы называем Аномалиями, Аномалиями с большой буквы, порождения облачного океана. Это может быть что угодно. Звери, растения, драконы, люди, предметы, природные феномены. Также Аномалии могут проникать в настоящих живых существ и объекты, замещая собой какие-то части без ведома носителя.

Наверху, на островах, подобных феномен невозможно встретить. Но здесь, в толще мерцающих облаков, шанс повстречать Аномалию тем выше, чем глубже мы окажемся. И в Облачном Храме, который находится в десятках километров под уровнем островов, Аномалий достаточно, чтобы в среднем с ними сталкивался каждый десятый человек.

- Тогда эта информация должна предоставляться всем участникам экспедиции, разве нет?

Эдмун покачал головой.

- Нет, и на то есть три причины. Первая: Аномалии непредсказуемы. Хотя мы собрали уже довольно обширную базу данных о встречах с ними, это нисколько не помогает предсказать, какого рода Аномалия встретится в следующий раз. При этом подробная информация об Аномалиях является государственной тайной, которую не получится распространить среди участников экспедиции, не рискуя её раскрытием иностранным агентам.

Вторая причина: Аномалии по большей части безопасны до тех пор, пока человек, натолкнувшийся на них, ведёт себя по-обычному и не обращает на них особого внимания. Зафиксирован случай, когда Аномалия заменила руку человека и ничем не выдавала себя на протяжение двух лет, пока он в составе экспедиции исследовал Облачный Храм. А другая Аномалия, имитировавшая погибшего, как потом выяснилось, работника, две недели проработала в составе строительной бригады. Так что лучше хранить информацию о них в тайне от большинства, чтобы не вызывать панику и паранойю и не провоцировать лишний раз настоящие Аномалии, что встретятся людям.

И третья причина: Аномалии – уникальный источник информации о нашем мире. Изучение захваченных аномалий может привести к разработке новых заклинаний и даже целых ответвлений магии, невиданных ранее магических приспособлений, раскрытию тайн прошлого и многим другим открытиям. Так что мы не можем рисковать потерей настолько ценных объектов из-за некомпетентности или излишней подозрительности рядовых участников экспедиции.

- Два вопроса, - немного подумав, произнёс я. - Каким образом в Аномалии могут содержаться подобные знания? И чем может быть опасна Аномалия, которую, скажем так, рассекретили?

- Хорошие вопросы, - улыбнулся Эдмун. - И, на самом деле, ответ на них будет примерно один. По сути, без учёта оболочки, имитирующей какие-то реальные объекты, Аномалии – это, выражаясь научным языком, единичные феномены конденсированных концепций.

По-простому – это что-то наподобие шаровых молний, в которых вместо электричества может быть почти что угодно от огня до яда и от иллюзий до безумной одержимости убийствами. Когда Аномалии переходят из спокойного в возбуждённое состояние, они начинают бесконтрольно излучать в окружающее пространство своё содержимое, и это может быть очень опасно даже для сильнейших магов. Однако, если поймать их, то можно попытаться добраться до сути концепций, которые они представляют, и очень часто это – что-то как минимум необычное.

- Понятно… - протянул я. - Одновременно опасность и возможность.

- Вероятно, как и всегда, - усмехнувшись, пожал плечами Эдмун.

- Точно. Ладно, спасибо за рассказ. А теперь, если в моей личности больше нет сомнений, то я бы хотел вернуться к себе и отдохнуть. Гонка против стаи драконов была выматывающей.

- Да, конечно.

В каюте был полный бардак. Большая мебель была прибита к полу, так что осталась на своих местах, а вот остальное: матрас, содержимое полок шкафа и сами полки, стулья, тренировочный инвентарь, посуда, разложенные на столе бумаги и тетради для записей – всё было разбросано по полу.

Ну, и не удивительно. Корабль падал, вращаясь во всех направлениях, так что подобный хаос был ожидаем. Скорее я был удивлён тому, что они сумели так быстро всё восстановить в коридорах.

Убираться пока что было лень, я правда очень устал. Перерождение в форме дракона может и подняло мои силы на новый уровень, но сам процесс и испытанная во время него боль отняли слишком много сил, как физических так и ментальных.

Так что единственное, что я сделал – это вернул матрас обратно на раму кровати и плюхнулся на него. Взгляд упёрся в потолок.

Аномалии. Новая неведомая угроза, с которой, памятуя о моей удаче, я наверняка столкнусь в Облачном Храме.

Как там Эдмун их назвал? “Единичные феномены конденсированных концепций”?

С одной стороны это было чем-то совсем странным. Некая неизвестная сила, способная притворяться не только камнями или животными, но даже людьми, на деле являющаяся сгустком природных явлений.

С другой стороны это звучало невероятно знакомо. Если оставить часть с мимикрией под что угодно, суть Аномалий мало чем отличалась от того, что было мне максимально привычно. От Даров.

Молния, Гравитация, Жизнь, Пожирание, Война. Тоже вполне себе единичные феномены конденсированных концепций.

Могло ли быть такое, что Аномалии и Дары имели одну природу? В таком случае я обязан был найти хотя бы одну такую и попытаться присвоить. Для того, чтобы поскорее накопить силу, все средства были хороши и никакие возможности нельзя было упускать.

За всеми этими мыслями я не заметил, как заснул. Видимо, и правда очень переутомился.

Вот только, как это постоянно со мной происходило, пробуждение мирным не было.

Из сна меня выкинула боль в груди. И не мудрено. Первым, что попалось мне на глаза, когда я раскрыл их, был вонзённый в район сердца кинжал.

Глава 29

Рукоять была простой, деревянной, а вот лезвие ощутимо фонило мировой аурой. Это точно был артефакт.

Тем не менее, ни этого, ни силы, вложенной в удар убийцей, не хватило даже чтобы пробить рёбра, тем более чтобы достать до сердца. Лезвие вошло всего на сантиметр и застряло, не способное преодолеть сопротивление плоти.

- Да из чего ты… - раздался сдавленный шёпот нависшего надо мной парня лет тридцати в форме матроса.

Договорить фразу он не успел. Мои пальцы сжались на его горле.

Я поднялся и сел на кровати, держа убийцу перед собой.

- Ты ещё что за чёрт? - выдохнул я.

Спросонья было немного сложно сконцентрироваться, в голове гудело, взгляд никак не мог сфокусироваться.

И, видимо, именно поэтому лишь через пару секунд до меня дошло, что подобных симптомов моё тело сейчас не было способно испытывать в принципе. Хотя кинжал и не достал до сердца, его лезвие либо было смазано ядом, либо было ядовитым само по себе из-за свойства Артефакта.

Поспешно запустил приказ отмены на полную мощность. На несколько секунд в голове прояснилось, но затем стало ясно, что отрава всё ещё действовала. Я не обезвредил её, а лишь замедлил и облегчил симптомы.

Забористая, похоже, это была дрянь, раз продолжала меня убивать даже после перерождения и с участием приказа отмены. Куда мощнее того паразита, что Вералин добавил в Кольцо Грозового Змея.

Правда, заместитель ректора академии и не имел целью меня убить. А вот парень, силящийся разжать перекрывающие доступ кислорода в его мозг пальцы, похоже, был настроен серьёзно.

Хотя, на самом деле не совсем парень.

Может быть мои зрение и восприятие и не были настолько точными и аккуратными, как приборы в той похожей на студию звукозаписи комнате, но зато оно всегда было при мне.

И я отчётливо видел, во-первых, толстый слой мировой ауры на его лице, видимо изменявший его черты, а во-вторых, стягивающие грудь бинты и пустота между ног.

Девушка в маскировке. Всё интереснее и интереснее.

И ещё интереснее было бы, если бы я не продолжал умирать. Благо, с помощью того же восприятия мировой ауры в её внутреннем тайном кармане, пришитом на форму, я смог увидеть три пузырька с жидкостями, также излучавшими мировую ауру.

Свободной рукой сорвав карман вместе с пузырьками, я поднёс их к носу убийцы.

- Говори, в каком из них противоядие, иначе последним, что я сделаю перед смертью, будет твоё максимально жестокое изнасилование во все доступные отверстия.

В её глазах, до сих пор отражавших лишь гнев, решимость и готовность погибнуть ради исполнения задачи, вспыхнула и за мгновение перекрыла всё паника. И спустя несколько секунд внутренних терзаний тонкий пальчик указал на крайний справа пузырёк.

Надо же, сработало. Я, честно говоря, не особо надеялся, уже приготовившись искать антидот методом проб и ошибок.

Пригрози я убить, она бы тоже раскололась бы? Не уверен. Для некоторых девушек, возможно, перспектива потери чести действительно была хуже смерти, но как-то очень уж быстро она сдалась, нет?

Тем не менее, даже слушая её сердцебиение, проверяя кровяное давление и следя за каждым изменением мимики я не смог заметить ни одного признака обмана.

Содержимое пузырька перекочевало в мой рот, откуда быстро распространилось по организму. Слабость и заторможенность ушли, в голове окончательно прояснилось, а пальцы на горле убийцы сжались ещё крепче.

Замаскированная деваха в ответ на это расслабила руки и закрыла глаза, похоже, приготовившись к гибели. Вот только какой идиот стал бы расправляться с убийцей, не узнав имени заказчика?

- Слышь, - я встряхнул её посильнее, чтобы привести в чувства, - не надейся сдохнуть так просто. Я хочу знать, кто и почему приказал тебе меня убить. Ты ведь явно не сама такая инициативная. Да и с чего бы? Я сейчас немного разожму пальцы, не думай дурить. В тебе силы как в мышке, поймать тебя ещё раз не составит труда.

Она и правда была слабой. Даже очень слабой. Несмотря на то, что у неё было драконье сердце, её ранг был на уровне пятнадцатого-шестнадцатого. В этом мире – что-то на уровне шутки.

Но, кстати, почему в таком случае ни я, ни Рейн, спавший у меня на запястье и всполошившийся лишь когда я сам вскочил, её не почувствовали? Что-то странное тут происходило, и мне это не нравилось.

- Лучше убей! - прохрипела она, как только получила доступ к кислороду.

- Это всегда успеется, - покачал я головой. - И перед убийством у нас в любом случае будет несколько незабываемых часов, если ты не будешь сотрудничать.

И по пульсу, и по выражению лица, и по наполнившим глаза слезам было понятно, насколько эта перспектива её пугает. Она определённо не была каким-то тренированным агентом или типа того, такие хотя бы попытались бы сделать вид, что им плевать.

Тем не менее, после первого раза, когда я пообещал ей расправу над её пещеркой, она явно подсобралась.

Тогда мои слова стали для неё шоком и она, похоже, выдала правду о противоядии чисто на панике. Теперь же, осознав, что ничего хорошего ей в любом случае не светит, она попыталась перебороть свой страх.

- Д-делай со мной ч-что хочешь, я нич-чего не с-скажу!

Слышать, как она говорит это дрожащим заикающимся голосом, с трясущимися коленями и колотящимся как бешеное сердцем было даже забавно. Тем не менее, пользы от этого никакой не было.

Даже не обладая большим опытом в ведении допросов, я понимал, что оставлять её на том же уровне стресса было бессмысленно. Да, она держалась из последних сил, но держалась, и неизвестно, сколько это могло продлиться.

Нужно было сделать что-то, что либо доведёт её до предела и окончательно сломает, либо наоборот, немного снизить напряжение, чтобы она расслабилась и в её защите появилась брешь.

И, к её счастью, пока это не останется последним способом, воплощать свои угрозы в жизнь я не собирался.

Не потому, что мне было стыдно или жалко ту, кто хотела меня прикончить. Дело было в том, что я банально не был бы убедителен.

Даже пытаясь просто представить в голове этот процесс, я впадал в ступор на первой же реплике, которую надо было бы произнести. Нужно ли было в процессе безумно смеяться? Корчить страшные рожи? Мерзко облизываться? Или следовало сохранять лицо кирпичом?

Я прекрасно умел уничтожать тела, и мне было несложно убедить в этом противника. Однако на девушку угроза смерти, похоже, не действовала, а пытать её тоже можно было ой как долго, пока она не расколется.

С другой стороны сексуальное насилие подразумевало уничтожение не физическое, а скорее ментальное. И тут я был полнейшим профаном.

Так что на данный момент я предпочёл пойти по чуть более сложному, но и более комфортному для себя пути. Тем более что у меня уже была идея, на что надавить. А забыть про пряник и снова взяться за кнут можно было в любой момент.

- Ты кого-то защищаешь?

По сути, я ткнул пальцем в небо. Просто подумал, что человек, явно не проходивший никаких специальных подготовок и настолько трясущийся от мысли об изнасиловании решится убить кого-то и даже будет готов умереть лишь по одной причине. Ему есть, кого защищать.

Однако, судя по резко изменившемуся пульсу, похолодевшим конечностям и отразившейся на лице панике, я с первого же выстрела попал в яблочко.

- Н-нет!.. Никого я не защищаю! Убей меня уже, я ничего тебе не скажу всё равно! Убей! Или сделай что хочешь, а потом убей!

- Я мог бы, - запустив палец в ворот матросской рубахи и поддев тугие ленты, я резко дёрнул на себя, разрывая ткань и освобождая небольшие грудки-единички. О кнуте всё-таки лучше было не забывать. - Но если ты расскажешь мне, кто за этим стоит, я не только не трону тебя, но и помогу. Ты, конечно, очень разозлила меня, попытавшись меня убить. Но мне не слишком интересно мстить отправленному в атаку камикадзе.

- Правда? - в вырвавшемся из неё одном-единственном слове было столько надежды и мольбы, что последние сомнения в правильности моего предположения отпали.

- Если мне понравится то, что я услышу, то да, правда. Но я хочу знать всё. Ты понимаешь? Всё.

Секунд пятнадцать она молчала, видимо лихорадочно обдумывая варианты. Однако в конце концов всё-таки приняла решение в мою пользу.

- Хорошо, я согласна.

Звали её Карникой. Она была служанкой у маркиза Шелгора.

Там же ей имплантировали слабенькое драконье сердце, чтобы она могла использовать магию, и научили заклинанию изменения облика. А всё для того, чтобы она могла участвовать в организуемых маркизом домашних театральных постановках в любых ролях.

Что тут сказать? У богатых свои причуды.

Однако когда стало известно о подготовке экспедиции, маркиз отправил её вместе с двумя своими сыновьями. Разумно рассудил, что в Облачном Храме умения Карники по смене лиц и образов смогут пригодиться больше, чем дома.

Ну и, разумеется, помимо неё с двумя братьями Шелгор было отправлено ещё немало прислуги.

Слугам приглашение, вроде того, что я получил от Вералина, было не нужно, они шли как бы дополнительным грузом. Однако при этом они не могли самовольно передвигаться по миру Облачного Храма, не могли ничего продавать или покупать, не могли владеть личным имуществом.

По сути они становились полноценными рабами, и, лишившись благосклонности хозяина, оказывались обречены на гибель, если их не принимал к себе кто-нибудь другой.

Именно этим Карнике и пригрозил старший из сыновей маркиза, Викор Шелгор, если она откажется исполнять приказ и не убьёт меня. А чтобы угроза была более убедительной, изгнание было обещано не самой Карнике, а её матери, работавшей у маркиза поваром и отправленной в экспедицию, чтобы сыночки правильно питались даже в Облачном Храме.

За что старший брат Шелгор ополчился на меня, девушка не знала. Однако ей было известно, что клан Шелгор принадлежал ко фракции третьего принца, так что тут несложно было проследить закономерность.

Оставалось, правда, два вопроса.

Первый: почему он приказал убить меня только сейчас, а не когда мы только отчалили? Если бы я не прошёл перерождение, не только кинжал-артефакт наверняка смог бы войти в мою грудь куда глубже, чем на сантиметр, но и яд скорее всего распространился бы куда быстрее.

Однако это я собирался выяснить уже в ближайшее время.

И второй вопрос: каким образом Карнике всё-таки удалось ко мне подобраться? Ладно, допустим, я, не ожидая ничего подобного, вроде как даже не затворил дверь в каюту, не то, что закрыл на замок.

Но это всё равно не объясняло, почему я, обычно так чутко спящий, проснулся лишь когда лезвие вонзился в моё тело. Никаких артефактов для повышения скрытности у неё не было, старший брат Шелгор дал ей только кинжал.

Даже если предположить, что я не проснулся от того, что был слишком вымотан, что очень вряд ли. Оставался ведь ещё Рейн. Дракончик со своим звериным чутьём точно должен был засечь Карнику.

Оставался только один вариант: что-то особенное было в самой девчонке. Однако, осмотрев её с ног до головы и Оком Шуары, и моим правым глазом поглотителя, и восприятием мировой ауры, я не нашёл ничего примечательного.

И от этого моя заинтересованность становилась только выше.

Впрочем, разобраться в причинах повышенной скрытности Карники можно было и потом. Сейчас у меня было более неотложное дело.

- Иди за мной, проверим, насколько ты была честна, - разжав, наконец, руку, я встал с кровати и, пройдя по комнате, подобрал и кинул девушке одну из своих рубашек. - На, прикройся.

На себя же я натянул что-то вроде тонкого свитера свободного кроя, плотно облепившего разросшиеся после перерождения мышцы. Преследуемый по пятам спешно застёгивавшей пуговицы Карникой, я вышел из каюты.

- Куда мы?

- Где каюты братьев Шелгор?

- Нет-нет, что вы! - она повисла на моём рукаве. - Нельзя!

Я хмыкнул.

- Им меня убивать можно, а мне их – нет? Либо скажешь ты и будет шанс, что всё закончится более-менее тихо, либо я пойду и узнаю у кого-нибудь из настоящей команды. Это ведь не конфиденциальная информация. И тогда всё будет долго, сложно, в итоге они всё равно сдохнут, а плохо будет всем. К тому же их скорейшая смерть в твоих интересах. Кто знает, что они сделают с твоей мамой, пока мы тут сопли на кулак наматываем.

- Каюта сто семь.

- О, первый уровень? ВИП?

- Да.

- Интересно. Я ещё не был в ВИП-каюте.

Нумерация жилых “этажей” корабля начиналась сверху. И на первом уровне располагалось всего около десяти огромных кают для самых богатых и важных персон, путешествовавших с целым штатом прислуги.

С учётом того, что даже моя каюта на пятом уровне была шикарнее некуда, номер, занятый братьями Шелгор, должен был быть воплощением кричащей роскоши.

И о том, насколько всё серьёзно, стало понятно ещё даже до того, как я оказался внутри. Из общего коридора до дверей самой каюты тут ещё нужно было идти метров десять по отдельному тамбуру, в котором, подумать только, стояли столик для секретаря и стулья вдоль стены для ожидающих.

Сейчас, правда, по расписанию было время отбоя, так что единственными, кроме нас с Карникой, в тамбуре была парочка охранников у дверей в каюту. Давать им себя видеть не стоило.

Хотя затягивать с расправой я не собирался, сделать это всё-таки стоило аккуратно, чтобы потом ко мне не появилось лишних вопросов. И, в том числе, стоило избежать разрушений и драк.

Мировая аура заполнила сначала тамбур, а потом последовательно просочилась в каждую комнату огромной ВИП-каюты. А затем я активировал приказ фиксации, превратив невесомый воздух в монолитный гранит.

С учётом масштаба и сложности контроля прочность такой “тюрьмы” была относительно невысокой. Грубой физической силой, сравнимой с моей в человеческом теле, или мощным разрядом магии ранга эдак тридцать четвёртого её можно было разрушить без особого труда.

Вот только стражники были всего лишь тридцатых рангов. И уже спустя пару минут безуспешных попыток высвободиться отключились от нехватки кислорода.

Только тогда я всё-таки позволил им дышать, хотя обездвиживание не снял. Когда они очнутся, всё равно не смогут ни увидеть меня, продолжая пялиться в пустоту тамбура, ни помешать, ни позвать на помощь.

А затем, обойдя вместе с Карникой потерявшую сознание парочку, мне моя магия, естественно, не мешала, мы вошли в саму ВИП-каюту.

На огромном диване в ещё более огромной гостиной перед самым настоящим джакузи сидел, обнимая за плечи пару обнажённых красавиц, парень лет двадцати пяти в распахнутом халате на голое тело. Ещё одна красотка сидела в самом джакузи, массируя ему пяточки.

Ну, или точнее, так было до того, как мы ворвались. Сейчас они замерли, будто живые статуи. Девушки тоже уже отключились, а вот парню перекрывать доступ кислорода я не стал, мне ведь нужно было с кем-то общаться.

Подойдя, я распечатал ему рот, только чтобы услышать:

- Как ты смеешь?! Живо отпусти меня, иначе!..

- Это он – Викор? - спросил я выглянувшую из-за моей спины Карнику, снова заткнув парню рот мировой аурой.

- Нет, это – младший брат, Хоар.

- А, понятно. А старшенький значит…

Широкими шагами я прошёл к боковой двери, ведущей в одну из спален. Внутри моим глазам предстала крайне забавная картина.

Второй парень, года на три старше первого, замер, пойманный в мой приказ фиксации соскакивающим с кровати, вероятно на пути к лежащей на комоде волшебной палочке.

Одна нога стояла на кровати, вторая была занесена над полом, но он не успел её опустить, руки для баланса были комично расставлены в стороны, на лице застыла испуганная гримаса.

Похоже, в отличие от своего младшенького, Викор смог почувствовать мою мировую ауру до того, как она просочилась в спальню и понять, что на настолько нагло вломившихся в их каюту людей не стоит просто орать, против них нужно было иметь хоть какой-то более весомый аргумент.

Жаль, что его тридцать третьего ранга всё равно было недостаточно, чтобы выбраться из плена приказа фиксации. Хотя, судя по тому, что он и попыток не предпринимал, полностью расслабив мышцы и, видимо, приняв свою судьбу, понимание того, что с врагом, способным на такую магию, ему не тягаться, тоже имелось.

В целом получался вполне разумный человек. Более того, в отличие от брата, утехи Викор, похоже, предпочитал очень даже пуританские. С одной девушкой, в кровати под одеялом. Даже свет выключили и свечки зажгли, очень мило.

Вот только от моей мести это его бы не спасло.

- Он? - на всякий случай уточнил я у Карники.

Она кивнула. Судя по испуганному взгляду, направленному на Викора, даже зависшего в воздухе, голого и полностью беззащитного, мягок он был лишь в постели.

- Ну, что же, поговорим.

Подойдя, я сомкнул пальцы на горле старшего Шелгора, после чего отменил для него приказ фиксации. На мгновение его тело дёрнулось, будто в судороге, а затем обмякло всё, кроме рук, вскинувшихся вверх и за секунду сложившихся в жесте мольбы.

- Пожалуйста, не убивай!

Я аж слова, которые хотел сказать, потерял. Таких бесстыдных персонажей я ещё не встречал.

Настолько бесстыдных, что на всякий случай стоило уточнить.

- А ты знаешь, кто я?

- Бесконечно великодушный, щедрый и прощающий человек, образец для подражания, прекрасный…

- Заткнись.

Он настолько резко захлопнул челюсть, что аж хруст было слышно.

- То есть лицо моё ты видишь впервые?

- Да, но если бы увидел раньше, точно…

- Ещё одно бесполезное слово – и я оторву тебе ногу. Какую-нибудь из трёх, пока не решил, какую. А имя Тим Тарс тебе о чём-то говорит?

Судя по тому, как по его лицу последовательно за пару секунд промелькнули эмоции недоумения, осознания, паники и, наконец, искреннего ужаса, имя моё он знал.

- Пожалуйста, пожалуйста, я не хотел, я не знал!..

Мощная пощёчина заставила его замолчать.

- Ты послал эту девушку меня убить? Будешь отвечать честно – получишь хотя бы шанс на выживание. Будешь врать – сдохнешь медленно и мучительно.

- Я! Выдал отравляющий артефакт!

- И на кой хрен? Чем я тебе насолил? Или, судя по твоей реакции, не тебе? Кто меня заказал?

Он уже открыл рот, чтобы что-то сказать, вот только сделать этого не успел. Я ощутил мощное дуновение мировой ауры откуда-то из области в основании его черепа, а через мгновение голова Викора Шелгора взорвалась кровавым фейерверком прямо у меня перед лицом.

Глава 30

К счастью, взрыв не был настолько сильным, чтобы навредить мне.

Да, от черепа заказавшего мою смерть Карнике молодого маркиза не осталось даже следов, его почти полностью аннигилировало. Но дальше разрушение не пошло, мне удалось остановить его с помощью всё того же приказа фиксации.

Так что единственное, что пострадало, кроме головы и шеи Викора – это мой только надетый свитер. Его рукав сгорел в пламени взрыва.

Карника завизжала от ужаса, для неё это явно было слишком. М-да, втянули девчонку во что-то очень нехорошее.

Разжав пальцы, удерживавшие обгоревший обрубок шеи, я отряхнул руки и с недовольством посмотрел назад, в главную гостиную. Спустя секунду я уже стоял там, точно также держа за шею младшего из братьев.

- Что тебе известно о покушении твоего брата на Тима Тарса? Кто заказчик? Кто отдал ему приказ?

- Я ничего не знаю! А даже если бы знал – не сказал бы, ублюдок! Как ты поспел врываться в нашу каюту? Ты хоть знаешь, кто мы такие? Знаешь, кто наш отец?!

Этот явно был потупее. И, судя по тому, что его башка не взорвалась от моих вопросов, он скорее всего действительно был непричастен к покушению на меня.

Вернув его в плен приказа фиксации, я обернулся на вышедшую из спальни, немного пошатываясь, Карнику. Судя по не самому приятному запаху, быстро распространявшемуся в воздухе, её только что вырвало.

- Ты часто видела братьев Шелгор?

- Не слишком, - замотала она головой, после чего спешно закрыла рот рукой, видимо борясь с новым приступом тошноты. Отдышавшись, она продолжила. - В Камбаде я служила маркизу Варинору Шелгору, а в экспедиции должна была начать полноценно работать только по прибытии в Облачный Храм. Я мало что умею помимо актёрского мастерства, полноценной прислугой никогда не работала. Так что и Викору с Хоаром была не особо нужна.

- Чёрт, - я лихорадочно перебирал в голове варианты. - А та, что лежит сейчас в кровати Викора? Она его постоянная любовница или просто шлюха?

- Не уверена, но я точно видела её пару раз в особняке Шелгор ещё до отправки в экспедицию.

- Ты, - я повернулся к Хоару. - Тот же вопрос. И предупреждаю. Твой брат мёртв. Если хотя бы слово лишнее слетит с твоего языка, последуешь за ним.

Блок приказа фиксации был снят.

- Да! Она его любимая девка!

Обратно фиксацию. Я был слишком зол, чтобы не быть нетерпеливым. Следующей шеей в моей руке оказалась уже шея любовницы, к этому моменту уже начавшей приходить в себя после асфиксии.

- Привет, - я улыбнулся, после чего слегка наклонил её голову, демонстрируя обезглавленное тело Викора. Девушка молчала, её рот был запечатан приказом фиксации, однако отразившийся в глазах ужас и потёкшие по бёдрам струйки наглядно продемонстрировали её отношение к увиденному. - Вспоминай всё то время, что провела с ним, каждую секунду. Было ли в его словах, действиях, окружении – что-то подозрительное, что можно было бы связать с тем, что ты увидела? Ответишь: “не знаю”, – сдохнешь. Соврёшь, а я это почувствую – сдохнешь. Дам тебе минутку, можешь не торопиться, успокоиться и подумать. Но, когда откроешь рот, я хочу услышать чёткий и вдумчивый ответ. Итак, я слушаю.

Она правда секунд тридцать собиралась с силами, но в конце концов, к счастью, взяла себя в руки. И, хотя дрожать не переставала, действительно постаралась ответить именно так, как я просил.

- Где-то за месяц до отправки ночью я проснулась от того, что молодой господин Викор с кем-то спорил. Я не осмелилась открыть глаза и поймала только конец диалога, но запомнила, потому что было очень странно, что молодой господин не включил свет в комнате. Молодой господин был зол, что его нагружают дополнительной работой даже в экспедиции, а неизвестный человек спокойным голосом отвечал, что у молодого господина нет иного выбора, иначе “никакой помощи больше не будет”, и что молодой господин сам знает, что будет в случае неподчинения. И ещё было что-то про письмо, что молодой господин должен будет его вскрыть, если получит сигнал.

- Умничка, - кивнул я, - а теперь просто полежи, я тебе ничего не сделаю.

Положив её обратно на кровать, я на полную врубил восприятие мировой ауры, охватив ей всю ВИП-каюту. Мне нужно было что-то похожее на письмо.

К сожалению, единственным, что хоть как-то подходило под описание, был обожжённый кусочек бумаги в камине. Подскочив к нему, я обнаружил лишь пепел от конверта, капли воска от печати и уголочек явно довольно дорогой плотной бумаги.

При этом будто в каком-нибудь детективе сохранилась часть текста, вот только, в отличие от книжек, это мне вряд ли смогло бы чем-то помочь.

“…рам.”

Вот, собственно, и всё. Перебором возможных вариантов, подходящих по контексту, несложно было догадаться, что это было слово: “Храм”. А в самом письме тогда, наверное, должно было быть что-то типа: “Тим Тарс, убить. Обязательно до прибытия в Облачный Храм”.

Но вне зависимости от того, так это было или не так, пользы мне не было никакой. Какой-то ценной информации вроде подписи заказчика, естественно, не сохранилось.

Да и на самом деле вряд ли тот, кто перестраховывается настолько, что устанавливает в головы своих людей магические бомбы, будет оставлять в письме обратный адрес.

Тем не менее, одно можно было понять наверняка. Если только в мире Драконьих Островов не научились проецировать сообщения на бумагу дистанционно, таинственный Некто знал, что может захотеть убить меня на корабле.

При этом изначально такой цели не стояло. Иначе Викору сразу бы приказали отправить ко мне убийцу, а не дожидаться сигнала к распечатыванию письма.

Что изменилось с момента отправки экспедиционного корабля? Очевидно: я исчез и вернулся спустя почти полдня.

Вот только я прошёл все проверки и никаких подозрений не вызвал. Тем не менее кому-то, похоже, было известно куда больше, чем операторам в той комнате и первому помощнику капитана.

И ещё одно было ясно довольно чётко: если неизвестный заказчик так не хотел, чтобы я добрался до Облачного Храма, одной попыткой он не ограничится.

Немного подумав, младшему брату Шелгор я всё-таки свернул шею. Если бы оставил его в живых, он, как только почувствовал бы снова безопасность и вспомнил о стоящем за спиной отце, начал бы, брызжа слюной, требовать найти меня и покарать.

А вот девушку трогать не стал. Отнёс к джакузи, положив на край, и сказал, что, если она хочет выжить и не получить обвинения в соучастии в убийстве, то должна будет сказать, что тоже ублажала младшего брата и ни о чём не знает.

Остальные и не могли ничего знать, они оставались в отключке и я следил, чтобы, когда они начинали приходить в себя, им снова перекрывался кислород.

Карнику я, разумеется, забрал с собой. Девчонка влипла в это дерьмо по самые уши, и без меня наверняка не прожила бы и суток.

Мне, с одной стороны, можно было использовать её в качестве приманки, чтобы попытаться поймать на живца тех, кто попытается замести за Викором следы.

С другой же стороны её магия смены облика могла бы быть мне очень полезна в мире Облачного Храма. Мой Дар превращений не позволял мне менять внешний вид, только превращаться в человека из своего истинного облика. А там вполне смогут, и не раз, возникнуть ситуации, когда светить своим лицом будет далеко не лучшей идеей.

Покинув первый уровень корабля, мы вернулись в мою каюту. Благо, в ночное время количество людей в коридорах, в том числе и матросов, было минимальным, и нас мало кто видел.

Там я наконец сказать ей снять маскировку. Магия смены облика не накладывала иллюзий, она буквально перестраивала кости, мышцы и ткани лица, так что процесс этот был не быстрый.

Однако минут через двадцать Карника всё-таки показалась мне своё настоящее, оказавшееся довольно милым, хотя и совсем не в моём вкусе, лицо.

- Вы с Викором о моём убийстве разговаривали наедине?

- Да.

- Когда?

- Несколько часов назад, незадолго до отбоя.

- Где ты взяла форму матроса, в которой заявилась ко мне?

- Украла из прачечной… - забавно было то, как она смутилась, сознаваясь в воровстве одежды после того, как недавно едва не совершила убийство.

- Её не хватятся?

- Не должны.

- Хорошо. А где твоя собственная одежда?

- Спрятала в подсобке на четвёртом уровне.

- Давай за ней и обратно. Переоденься там и форму матроса возьми с собой.

- Поняла!

Вернулась она минут через десять в обычном аккуратном платьице, держа в руках тканевый мешок. Мысленно я её похвалил. Выполнила всё чётко и быстро, несмотря на то, что её до сих пор потряхивало.

Хотя, вероятно именно потому, что ей говорили, что делать, она пока и держалась. Матросские штаны, порванную рубаху, ботинки и форменную шапочку, которые нашёл в мешке, я испепелил разрядом молнии.

- Теперь слушай внимательно. Ни о каких заказах на убийство ты, естественно, ничего не знаешь. Вечером вы с Викором говорили о том, что по прибытии в Облачный Храм ты должна будешь разузнать планы младшего маркиза Реандаля. Потом ты пошла прогуляться по кораблю, наткнулась на меня и остаток ночи мы провели вместе. Смерти братьев Шелгор для тебя такой же шок, как и для всего корабля. Никаких идей о том, кто мог бы это сделать, у тебя нет, да и не может быть. Всё поняла?

- Да!

На части про ночь вместе она вновь очень забавно засмущалась.

- А теперь давай спать. В гостиной есть диван. Пойдём, я помогу его поставить на место.

Поставив откинутый к стене диван обратно на ножки, я проследил, как она собирает разбросанные по полу тяжёлые плотные подушки и ложится, укрываясь тонким покрывалом, после чего вернулся в свою спальню.

Спустя минут пять до моего слуха донеслись её сдерживаемые рыдания, а ещё минут через десять быстрые шаги и звуки рвоты из туалета. Накопившийся стресс давал о себе знать.

Тем не менее, утешать девушку я не собирался. Во-первых, потому что я определённо был не тем, от кого она сейчас хотела бы услышать слова утешения. А во-вторых, потому что мне было в целом наплевать.

Достаточно с неё того, что после попытки моего убийства она сама осталась жива и даже под моей защитой.

А проблема с её матерью теперь скорее всего решится сама. Я не был уверен, как это работало, но всех слуг братьев Шелгор скорее всего отправят обратно в Камбад, даже не высаживая в Облачном Храме.

Некоторое время потратил на изучение кинжала. К сожалению, ни намёка на Дар в нём не было, скорее всего лезвие было просто сделано из клыка какой-нибудь ядовитой твари.

Тем не менее, сила яда в кинжале по-настоящему ужасала. Раз уж даже меня пробрало настолько, что не помогла ни драконья сущность, ни приказ отмены, обычный человек скорее всего умер бы от удара таким ножичком за считанные секунды.

Причём, как оказалось, было необязательно вонзать его в тело. Даже просто приложив лезвие к коже я почувствовал воздействие яда, проникающего в тело. Правда, настолько низкую концентрацию удалось без проблем подавить естественным сопротивлением драконьего организма.

К тому же у меня были ещё два пузырька, полученные от Карники. Имея ещё некоторый запас противоядия, я рискнул проверить их содержимое.

Впрочем, ничего особенного не нашёл. В обоих оказался каким-то образом выделенный из кинжала яд в слегка отличающихся пропорциях.

А вот что оказалось довольно необычным – так это ножны для кинжала, которые Карника мне тоже отдала. Специальным образом повернув в них лезвие, я неожиданно снял с лезвия рукоять, обнажив другую сторону лезвия, тоже оказавшуюся острой.

При этом ранее невидимая часть лезвия отличалась не только цветом слоновой кости, но и другой, пористой и шершавой, текстурой. Ради интереса прижав эту половину к коже, я не ощутил никаких признаков отравления.

В голову пришла неожиданная догадка.

Перевернув кинжал ядовитой половиной, я легонько полоснул по ладони, после чего быстренько снова поменял части, проведя ещё одну кровавую линию рядом с первой уже костяной стороной. Как и ожидалось, уже начавшее распространяться по руке онемение почти тут же исчезло.

Выходило, что “стальная” половина кинжала содержала яд, а “костяная” – противоядие. Очень интересный и удобный артефакт попал ко мне в руки.

Тем не менее, радость от такого приобретения не могла сгладить напряжение, вызванное всей этой ситуацией.

Кто-то на корабле следил за мной и что-то понял после того, как я вернулся? Этому человеку было известно, что я – Майигу? А тому, кто отдал Викору письмо ещё в Камбаде, было это известно? Почему эти люди так не хотели, чтобы я попал в мир Облачного Храма? И, что даже важнее, как далеко они собирались зайти, чтобы не позволить мне этого?

Первый ответ на последний вопрос я получил незадолго до того, как по громкой связи внутри корабля был объявлен час подъёма. Благодаря восприятию мировой ауры и глазу, способному видеть жизненную силу, я мог очень ясно наблюдать эту картину.

Перед входной дверью в каюту остановился человек, пару раз огляделся по сторонам, видимо пытаясь понять, не следит ли за ним кто, после чего присел на корточки и достал из кармана что-то наподобие веера, которым принялся обмахивать щель под дверью.

Я собирался уже опробованной тактикой поймать его в силки приказа фиксации, однако тут вдруг из двери в дальнем конце коридора вышел какой-то случайный пассажир. Вряд ли он был в курсе происходящего, скорее просто встал пораньше, чтобы успеть занять лучшие места на завтраке.

Тем не менее, своим появлением он, похоже, одновременно и сорвал очередное покушение на меня, и мой шанс изловить и допросить очередного убийцу.

- Эй, ты что там делаешь?! - воскликнул невольный свидетель, после чего скрылся в своей каюте и через несколько секунд выскочил обратно в коридор с волшебной палочкой наизготовку.

К его и моему сожалению, махавший мне под дверь мужчина к этому моменту успел сбежать в другой конец коридора и скрыться на лестнице. Ну, его приметы я запомнил, так что ещё отыщу его, никуда не денется.

Ещё через минуту в дверь моей каюты настойчиво стучали. Вздохнув, я пошёл открывать.

- Здравствуйте, - небезразличный пассажир с палочкой наперевес вежливо кивнул мне из коридора. - Прошу прощения, если вдруг разбудил.

- Не разбудили, - улыбнулся я.

- Меня зовут Иоахин Фергал, я живу в каюте пятьсот три. У вас всё в порядке? Только что какой-то странный тип что-то химичил у вас под дверью.

- Вроде бы нормально, - пожал я плечами, - Карника, иди сюда! - через минуту заспанная девушка, ещё не совсем понимающая, что происходит, выглянула из-за угла прихожей. - Ты в порядке?

- Да… - неуверенно произнесла она.

- У нас всё в порядке, спасибо за беспокойство. Вы заметили, как он выглядел?

- Не особо, - вздохнул Иоахин, - тёмные волосы, среднего роста, слегка полноватый. Может быть стоит сообщить об этом помощнику капитана?

- Не стоит, - отмахнулся я. - Мало ли кто балуется. Кстати, Тим Тарс, приятно познакомиться.

- Да, мне тоже, - после небольшой заминки он пожал протянутую руку. - Ладно, в таком случае я пойду, не буду вас отвлекать. Может быть ещё увидимся.

- Может быть.

Закрыв за небезразличным пассажиром дверь, я глянул на явно слегка перепуганную его визитом Карнику.

- Это не за тобой, не волнуйся. И теперь у нас есть более-менее надёжный свидетель, который подтвердит, что ты была у меня. Пойдёшь ещё спать?

- Нет, - помотала она головой. - Теперь не засну.

- Тогда может быть тоже пойдём позавтракаем?

- Давайте.

Днём всё было в норме, и пару часов после отбоя тоже. Я уже было начал думать, что таинственный заказчик, кем бы он ни был, осознав, что после первого неудачного покушения я буду начеку, решил отступиться.

А потом в какой-то момент вдруг ощутил, что корабль, до сих пор шедший ровным курсом и с одной скоростью, вдруг начинает подозрительно резко ускоряться. И до меня дошла простая истина.

Если не получается устранить одного человека на корабле, то нужно устранить весь корабль.

Глава 31

Хотя восприятие мировой ауры работало радиусе более чем десятка километров, обычно я не использовал его даже на процент.

Одно дело – искать с его помощью четырёхсотметровый корабль в абсолютной пустоте облачного океана. И совсем другое – рассматривать изнутри сам корабль, с миллионами деталей и тысячами людей, занимающихся каждый своим делом.

После того, как я прошёл через обожествление, а теперь ещё и через драконификацию, мой разум, конечно, стал работать куда лучше и быстрее, чем у обычного человека. Но даже для меня это был невыносимый поток информации, способный за считанные мгновения перегрузить и расплавить мозг.

Тем не менее, сейчас других вариантов не было. Корабль ускорялся, и с учётом того, что мы летели всего в паре километров в кильватере у второго экспедиционного судна, столкновение должно было произойти в течение максимум минуты.

За такой срок, действуя наощупь, было невозможно отыскать причину и вовремя её устранить.

Уже предчувствуя адскую головную боль, что ждала меня в недалёком будущем, я врубил восприятие мировой ауры на полную, охватив им всю сигару корабля.

Переборки, каюты, магические двигатели, обшивка, трубы с водой, кабели с маной, генераторы энергии и люди, люди, люди…

Чтобы минимизировать нагрузку, я сразу же отметал то, что уже проверил, и что точно не могло быть связано с объектом поиска. Однако это тоже требовало определённых усилий, так что сильно лучше не становилось.

Спящие, разговаривающие, отдыхающие, занимающиеся спортом, чтением, сексом… всё не то. Мне нужны были подозрительные личности, творящие что-то непонятное там, где ничего творить по идее никто не должен был.

На капитанском мостике как будто бы никого похожего не было. Все лихорадочно суетились, пытаясь понять, что происходит и как это можно исправить.

А вот неподалёку от мостика, метрах в двадцати, если по прямой, обнаружился вполне подходящий под описание персонаж. Забившись в какую-то подсобку с трубами и вентилями, он, присев на четвереньки, что-то химичил с вытащенными из стены толстенными мана-кабелями. В его руках ощущалась не слишком мощная, но отчётливая и очень густая мировая аура, не дававшая разглядеть детали.

Я не мог быть уверен на все сто процентов. С тем же успехом это мог быть ремонтник, как раз занимающийся устранением неполадки.

Вот только слишком уж быстро он оказался у места неисправности, если действительно не был ни о чём в курсе и только чинил поломку. Да и его одежда, вполне обычная, а не форма работника корабля, тоже намекала на злой умысел.

Проблема была в том, что другого похожего человека я заметил в почти противоположном конце корабля, у самого хвоста, где располагались главные двигатели, и ещё одного – внизу, в районе “пуза” судна, там, где располагались рулевые паруса.

Успеть к одному из них по многочисленным коридорам, лестницам и переходам корабля ещё было возможно. Но никак не ко всем. А это значило, что я должен был проложить свой путь, кратчайший из возможных.

Головная боль уже сковала тугим обручем череп. В ушах звенело, перед глазами вспыхивали цветовые круги, подкатывала тошнота. Это не было даже близко так же ужасно, как процесс разрушения организма во время драконификации, но мерзкое ощущение не давало нормально сконцентрироваться.

Благо, использовать восприятие мировой ауры было больше не нужно. Лишь зафиксировать положение троицы диверсантов.

Окружив себя коконом из приказа фиксации, я рванул вверх, к первому из них. Прямо сквозь уровни, чужие каюты, коридоры и коммуникации. О том, что где-то на судне может отключиться свет, чьи-то вещи может залить, а кто-то окажется сметён с пути и получит травмы, думать было некогда.

За спиной пару раз даже раздались взрывы, но я это благополучно проигнорировал и уже спустя несколько секунд вынырнул из пола прямо под пытавшимся столкнуть два корабля камикадзе.

Он был откинут к стене. Сияние мировой ауры у него в руках, с помощью которого он исполнял какие-то манипуляции с мана-кабелем, погасло и я смог понять, что излучал её приборчик, похожий на электрошокер, только не с двумя, а тремя “рожками”.

Подлетев к ублюдку, я протянул руку, желая отобрать странное устройство, но диверсант тоже оказался не промах. Раскрутив за мгновение ману своего неожиданно высокого тридцать четвёртого ранга, он, прежде, чем я успел ему помешать, вонзил рожки приборчика себе в грудь.

Крякнув от перенапряжения, я призвал всю доступную мировую ауру, чтобы с помощью приказа фиксации подавить взрыв. В отличие от бомбы, заложенной в черепе Викора Шелгора, сейчас сдетонировало само драконье сердце этого камикадзе, и это было очень мощно.

Технически моя сила в человеческом теле находилась минимум на пике тридцать шестого ранга, но заметную часть этой силы составляла физическая мощь. Сила моих мировых приказов была на уровне пикового тридцать пятого, максимум начального тридцать шестого ранга.

И справиться с моментальным высвобождением всей маны мага тридцать четвёртого ранга было ой как непросто. Тем более что из-за использования восприятия мировой ауры мой мозг сейчас ежесекундно будто пронзали миллионы иголок.

В результате, хотя тех разрушений, которых хотел добиться самоубийца, не произошло даже близко, совсем без повреждений обойтись не удалось. Стальные стенки и перекрытия корабля разошлись в разные стороны метра на три, выдавленные раздувшимся от взрыва приказом фиксации.

Снизу прямо в меня ударил фонтан кипятка. В коридоре, куда выходила дверь подсобного помещения, оказался насмерть раздавлен невезучий матрос, как раз в этот момент пробегавший мимо. Судя по быстро растекающейся в воздухе мане, были повреждены какие-то важные кабели.

Тем не менее, глобального ущерба удалось избежать. Вот только это был только первый из трёх диверсантов.

Не собираясь задерживать ни секунды, странный приборчик, который можно было бы использовать в качестве улики, всё равно сгинул во взрыве, я рванул по диагонали вниз, ко дну судна и рулевым парусам.

Ситуация повторилась почти один в один. С той только разницей, что на этот раз я, наученный неприятным опытом, оказался умнее и успел создать плёнку приказа фиксации между телом камикадзе и рожками устройства, которые он собирался в себя вонзить.

Моментальной детонации не произошло. И хотя теоретически человек мог взорвать своё драконье сердце и без всяких вспомогательных устройств, этот процесс занимал куда дольше, чем несколько мгновений.

Так что я успел вырубить ублюдка до того, как он совершил самоподрыв. Оставив его валяться в луже вытекающей из головы крови, контролировать силу удара было некогда и я определённо сломал ему череп, я бросился к последней цели, в самом хвосте корабля.

Вот только на этот раз добраться вовремя у меня не вышло. Когда я был примерно на полпути, корабль сотряс мощнейший взрыв.

Похоже, камикадзе, как-то поняв, что его напарников обезвредили, решил не дожидаться и взорвать себя сразу.

Хорошая новость была в том, что, в отличие от зон у капитанского мостика и у рулевых парусов, сзади, у главных двигателей, не должно было быть людей. Для человека там было слишком жарко, и техники заходили туда только когда двигатели отключали.

Плохая новость заключалась в том, что, взрыв полностью уничтожил главные двигатели. С помощью восприятия мировой ауры я видел, как их обломки падали вниз, в бесконечную пустоту облачного океана.

При этом, хотя маневровые двигатели по всей поверхности корпуса и двигатели вертикального удержания в днище корабля не пострадали, я чувствовал, что энергия в мана-кабелях, ведущих к ним, постепенно исчезает. Похоже, кабели к этим двигателям шли через корму, и взрыв их слишком сильно повредил.

А это означало, что, хотя столкновения со вторым кораблём удалось избежать, в ближайшее время судно потеряет способность к полёту и отправится вслед за обломками своих главных двигателей. В гости к драконам.

- Не двигаться! - в дыру, которую я проделал, просунулось несколько волшебных палочек.

- Не время, идиоты! - рявкнул я, для убедительности вложив в голос мировую ауру, после чего через опешивших магов выскочил в коридор корабля. - Все за мной, спасать корабль!

Путь отсюда до той двери во входной шлюз, через который я оба раза входил в корабль раньше, я наизусть не помнил. Но, к счастью, совсем недалеко от того места, где орудовал обезвреженный диверсант, находились грузовые ворота.

Их я приметил, изучая корабль восприятием мировой ауры. И теперь, преследуемый тремя магами, похоже, так и не решившими, то ли арестовать меня, то ли помочь, я спешил к ним.

Церемониться с открытием грузовых ворот я не собирался. Просто выбил их ударом ноги, вызвав на свою голову смесь гневной брани и удивлённых вздохов.

А затем, выскочив наружу и подлетев под днище корабля в том месте, где не было двигателей, использовал приказ фиксации, чтобы создать что-то вроде поддерживающей подушки, на которую судно смогло бы лечь.

Вот только этого было даже близко недостаточно. Четырёхсотметровый корабль в толстой стальной броне весил по меньшей мере тысяч четыреста тонн. Подобную махину удержать с помощью одного только приказа фиксации было невозможно.

Возможно, перекинься я в форму драконида, в которой мои мировые приказы становились заметно мощнее, что-то бы и получилось. И то, на самом деле, очень вряд ли. А так это был дохлый номер.

К счастью, двигатели вертикального удержания, сопла которых находились в разных местах вокруг меня, пока не отключились полностью. Они постепенно глохли, но до момента, когда корабль перестанет что-либо держать в воздухе, оставалось ещё несколько минут.

Так что на какое-то время моей помощи должно было хватить, чтобы судно не начало слишком быстро снижаться. И также очень порадовало, что трое преследовавших меня магов оказались не дураками.

Осознав, что происходит, двое из них остались помогать мне, своими тридцать вторыми рангами внося не слишком большой, но хоть какой-то вклад в поддержание судна на лету. А последний поспешил обратно на корабль, видимо чтобы доложить о ситуации и попросить ещё помощи.

Спустя буквально минуту я услышал сообщение по громкоговорителю, раздавшееся внутри корабля.

- ВНИМАНИЕ! ЭКСТРЕННАЯ СИТУАЦИЯ! ВСЕМ МАГАМ, ВЛАДЕЮЩИМ ЛЕВИТАЦИЕЙ, ПОСПЕШИТЬ ПОКИНУТЬ КОРАБЛЬ ЧЕРЕЗ БЛИЖАЙШИЕ ВЫХОДЫ И ПОМОЧЬ УДЕРЖАТЬ ЕГО В ВОЗДУХЕ! ПОМОЩЬ СКОРО БУДЕТ! ВНИМАНИЕ! ЭКСТРЕННАЯ СИТУАЦИЯ! ВСЕМ МАГАМ…

Спустя ещё минуты полторы людей, поддерживавших корабль своей магией, было уже десять, а спустя три минуты – почти сотня.

Хотя большинство из них были в районе тридцатых – тридцать вторых рангов, количество вполне успешно компенсировало качество. И хотя судно всё-таки начало постепенно снижаться, происходило это достаточно медленно, чтобы к нам действительно успела подоспеть подмога.

Второй корабль, развернувшись и снизившись, подплыл к нам под брюхо и, позволив нашему лечь на него всем весом, на полную врубил двигатели вертикального удержания.

Теперь всё, что требовалось от относительно небольшой горстки людей – это удерживать почти потерявший управление корабль в вертикальном положении, вручную имитируя маневровые двигатели. А между тем освободившиеся маги занялись спешной эвакуацией.

С корабля на корабль перетаскивались люди, вещи и разнообразные исследовательские приборы, отправленные с экспедицией в Облачный Храм. Всё исполнялось оперативно и без паники, что не могло не радовать.

Правда, лично присутствовать и участвовать в этом всём мне не довелось. Во-первых, потому что мне было бы слишком лень таким заниматься. А во-вторых, потому что меня, когда кризис миновал, всё-таки “арестовали” и повели на допрос.

К счастью, никаких серьёзных проблем не предвиделось. Хотя у проводившего допрос первого помощника капитана и возникли определённые вопросы, в моей невиновности он не сомневался.

Помогло то, что я всё-таки умудрился сохранить один из приборчиков, которыми диверсанты ломали управление кораблём, а также сам пойманный камикадзе, как оказалось, работавший на корабле по совершенно чужим документам.

Тем не менее, мне всё-таки пришлось объяснить, каким образом я смог вычислить диверсантов, а также каким образом вообще смог сделать всё то, что сделал со своим официальным тридцатым рангом.

Мой ответ на первый вопрос был даже почти честным. Я объяснил, что из-за слепоты невероятно чуток к мане, которую до получения протеза использовал для ориентации в пространстве, и благодаря которой смог ощутить места на корабле с аномальным течением энергии.

А вот по поводу силы было сложнее. Меня ведь даже проверили всеми теми приборами и подтвердили тридцатый ранг. И теперь заявить, что на самом деле я куда сильнее, было равносильно утверждению, что их проверки на мне не действуют.

К счастью, мне и не обязательно нужно было прямо отвечать на вопросы, чтобы от меня отстали.

Я заявил, что являюсь человеком первого принца, чему у меня действительно было подтверждение в виде рекомендательного письма. И что не могу разглашать информацию о резком росте своей силы без его одобрения.

Вообще я должен был принести письмо специальному человеку уже по прибытии в Облачный Храм, чтобы получить некоторую поддержку, и кроме того человека никому не давать.

Но просто показать герб на печати ведь никто ведь не запрещал? И этого оказалось более чем достаточно, чтобы подтвердить мои слова о принадлежности к фракции первого принца.

Подозрений первого помощника это, правда, полностью не развеяло.

Но тогда я сказал ему, что по прибытии он сможет послать запрос обратно в Камбад, или вернуться лично, чтобы узнать детали. А я пообещал до того времени никуда не деваться и спокойно дождаться вердикта.

С учётом моего вклада в спасение корабля этого, наконец, оказалось достаточно, чтобы меня отпустили.

Теперь, когда весь экипаж и пассажиры двух кораблей оказались на одном судне, кают на всех не хватало и многих селили парами. Однако мне, как, с одной стороны, спасителю, а с другой – подозреваемому, всё-таки выделили отдельную комнату.

Не такую роскошную, как прошлая, на восьмом уровне вместо пятого, но всё равно вполне неплохую и удобную. Кивнув напоследок охраннику, который должен был теперь сторожить мою дверь до самого прибытия, я оставил чемодан у двери и тяжело упал на диван.

Это было действительно опасно. Если бы агенты неизвестного заказчика были и на первом корабле, шансов на спасение у экспедиции не было бы. К счастью, похоже, своих людей он внедрил только на тот корабль, на котором летел я.

И это, конечно, всех спасло. Вот только от осознания этого становилось только беспокойнее.

Кем были эти диверсанты? Судя по их телам и жизненным аурам, обоим не было и тридцати.

Тридцать четвёртые ранги в таком возрасте в Камбаде были бы признаны гениями среди гениев, они могли бы жить припеваючи, наслаждаясь жизнью. А вместо этого они отправились следить за мной и без сомнений кончали с собой, осознавая, что их раскрыли.

Так что в то, что они бы что-то сказали на допросе, я в любом случае не особо верил. Вот только это не имело значения, ведь допрашивать было некого.

Да, тот, которого я обезвредил, выжил и сейчас лежал в лазарете корабля. Однако из-за того, что я приложил его слишком сильно, ублюдок получил перелом черепа, сильное сотрясение мозга и трещину в шейном позвонке и впал в кому.

С таким даже целительная магия не всегда могла справиться. И единственное, что оставалось – это просто ждать, когда он проснётся.

А магический приборчик забрали на исследование, не позволив мне на него даже взглянуть ещё раз. Да и даже если бы дали, сам я вряд ли смог бы из него что-то выудить.

После того, как корабль прибудет в мир Облачного Храма, мои руки окажутся развязаны, и я смогу действовать куда свободнее. А пока оставалось только ждать и следить за развитием событий.

К счастью, никаких проблем в пути больше не возникало. Да и путь, по сути, уже почти закончился. По плану мы должны были прибыть на место в районе полудня следующего дня, то есть меньше чем через десять часов после чуть не случившейся катастрофы.

Где-то часа два из них было потрачено на допрос, ещё четыре – на сон. Голова после использования восприятия мировой ауры на всю катушку до сих пор трещала, как после худшей попойки в мире и одной только медитацией с этим было не справиться.

Ещё час после пробуждения я потратил на то, чтобы отыскать Карнику. Благо, приставленный ко мне охранник никак не препятствовал, лишь ходил за мной хвостиком.

Девушку уже тоже допросили. И по поводу смертей братьев Шелгор, и обо мне. И, судя по тому, что она сама была на свободе, а мне не было предъявлено новых обвинений, со своей ролью она справилась на пять баллов.

Возникла, правда, небольшая загвоздка.

Смерти Викора и Хоара были подтверждены. Но из-за того, что наш корабль после завершения эвакуации всё-таки рухнул вниз, дотянуть его до Облачного Храма второе судно бы ни за что не смогло, все улики в ВИП-каюте собрать не успели.

Так что, хотя Карнику ни в чём не обвиняли, всех слуг братьев Шелгор временно заключили под “домашний арест”, как потенциально причастных к убийствам. Мы с девушкой смогли поговорить через порог её каюты, обменявшись парой ничего особо не значивших фраз. Однако вывести её приставленные к дверям стражники ни за что бы не позволили.

Тем не менее, главное я услышал. Она не раскололась, и с её матерью всё было в порядке.

А это значило, что по прибытии взять её с собой мне уже ничто не мешало. Как это сделать технически – уже вопрос десятый.

Ещё где-то через час я, вместе с, кажется, всеми уцелевшими пассажирами, уже был на смотровой площадке. Вскоре впереди должен был показаться Облачный Храм.

На почти полтора часа раньше, чем по расписанию. Во избежание новых инцидентов капитан решил врубить полный вперёд и поскорее добраться до цели.

Я, как и большинство пассажиров, полностью такое решение поддерживал. И теперь, специально не используя восприятие мировой ауры, с интересом ждал, что же произойдёт.

В какой-то момент неизменная толща облаков впереди начала редеть. И спустя буквально несколько секунд мы вдруг резко вынырнули из мерцающей пелены облаков.

А впереди, в паре десятков километров, нас уже ждал облепленный экспедиционными кораблями других стран ОН.

Берег Облачного Храма.

Глава 32

Острова на поверхности почти полностью были скрыты в облачном океане. Метров тридцать вниз от берега – и уже бесконечные белые барашки.

Облачный Храм, вопреки своему названию, был совершенно полностью чист.

Вправо, влево и вниз – он был виден абсолютно весь целиком. Особенно мне, для которого, после получения Ока Шуары, почти исчезло такое понятие, как “не могу разглядеть”.

Разумеется, я не видел всей площади огромного континента Облачного Храма, взору мешала кривизна рельефа. И также береговая линия в обе стороны просматривалась “лишь” на несколько сотен километров.

А вот что было видно очень отчётливо и целиком – так это остов. Каменную глыбу, на которой покоился привычный людям мир с полями, лесами и реками, можно было рассмотреть почти всю и даже увидеть нижний край остова, подёрнутый дымкой тумана.

Остов Облачного Храма не опускался ровной линией от берега, он шёл на скос вовнутрь эдакой перевёрнутой пирамидой. Тем не менее, монументальность этого колоссального куска суши, просто парящего в воздухе, была неоспорима.

Даже по самым скромным подсчётам площадь этого Облачного Храма равнялась нескольким десяткам миллионов квадратных километров. По сути, передо мной была небольшая планета, развёрнутая из глобуса в плоскую карту.

При этом бог этого мира будто бы насмехался над привычными мне законами физики, о которых рассказывали ещё в школе на уроках астрономии и физики.

То, что объект такого размера должен был естественным образом свернуться в шарик под собственным весом. То, что на поверхности Облачного Храма, до которой не доходили лучи солнца и под которой не было раскалённого планетарного ядра, должно было быть холодно как на последнем круге ада. Да хотя бы то, что он продолжал висеть в воздухе без каких-либо опор, что без прикрытия облаков становилось совсем уж очевидным.

Это было настолько базово, что как будто бы даже не требовало подтверждений и доказательств. И вот, передо мной было нечто, игнорировавшее все эти правила и ещё десятки других, нечто настолько огромное, что игнорировать это было решительно невозможно.

Единственным ответом на все эти парадоксы была мировая аура. Воля самой реальности, способная творить абсолютно что угодно внутри собственных границ.

И хотя я уже давным-давно пользовался этой силой сам и знал, на что она способна, только сейчас я, наконец, понял, на наглядном примере, насколько это поразительная и поистине всемогущая сила.

А ведь Руйгу получает полный контроль над всей мировой аурой в своей реальности. Похоже, изгнание Майигу из мира Драконьих Островов, которому я так удивлялся, было далеко не самым впечатляющим, на что был способен истинный бог.

Экспедиционный корабль, последний из трёх, замедлился на подлёте к Облачному Храму, а затем, после нескольких манёвров, встал в самую настоящую очередь из судов, заходящих на посадку.

Там, куда мы неторопливо двигались, к длинному, в несколько десятков километров, пирсу, были пришвартованы сотни и сотни кораблей.

Большинство из них было заметно меньше нашего, какие-то были похожи по размеру. И ещё был где-то десяток титанов, превосходящих даже нашу четырёхсотметровую сигару.

Особенно сразу в глаза бросился один, в окружении других кораблей напоминающий курицу с цыплятами. Имевший форму половинки груши, вдоль самой длинной оси этот колосс имел по меньшей мере две с половиной тысячи метров, и энергией фонил такой, что даже дракон-босс наверняка сбежал бы, поджав хвост, испугавшись битвы.

- А это что за громадина? - поймал я чей-то разговор в толпе пассажиров.

- Сама ещё не поняла? Это корабль Драконьего Трона.

Я поморщился.

Драконий Трон. Представители Руйгу Данброка в его мире. Организация, обладающая непререкаемым авторитетом и абсолютной мощью, неоспоримый лидер всех Драконьих Островов.

К счастью для обычных стран этого мира, Драконий Трон не вёл активную политику, выполняя скорее роль пастуха, присматривающего за отарой овец. Случаев в истории, когда они бы напрямую вмешались в какую-нибудь войну или поспособствовали заключению мирного договора, было не больше десятка.

Сейчас, по крайней мере официально, они тоже не собирались вмешиваться в исследование Облачного Храма. По обыкновению лишь наблюдали, готовые вступить в игру лишь в случае невероятного кризиса, с которым не будут в силах справиться остальные.

В общем не понравились они мне уже даже после такого опосредованного знакомства.

Впрочем, и без них мне было, на что посмотреть.

Главная часть экспедиции, когда исследователи из множества стран должны были, наконец, отправиться в глубь Облачного Храма, должна была начаться где-то через неделю. До тех пор все прибывающие не имели права покидать пределов портового города, по традиции называемого Преддверьем.

Единственные, кого это правило не касалось – первооткрыватели, королевство Йераган. Они уже больше полугода шныряли по территории Облачного Храма, собирая всё самое интересное и ценное.

С другой стороны, на их плечи, с небольшой поддержкой Драконьего Трона, ложилась работа по постройке того самого “Преддверья”. И даже за множеством корабельных корпусов было заметно, что стройка до сих пор шла полным ходом.

Всё-таки даже тех, у кого было официальное приглашение, набралось около двухсот тридцати тысяч. Допустим, некоторые до конца маршрута не добрались, кого-то забрал облачный океан, как пассажиров нашего головного корабля.

Но даже так это было не менее двухсот тысяч человек. А ведь как я, одиноким волком, сюда очень мало кто ехал.

Большинство имевших приглашение были аристократами со своими штатами слуг, либо видными учёными и исследователями, окружёнными множеством подмастерьев. Таким образом общее число людей, которых должно было вместить Преддверье, с лёгкостью переваливало через миллион.

И это не считая тех, кто строил город; тех, кто должен был работать здесь на разного рода производствах; тех, кто собирался воспользоваться редкой возможностью заработать, открывая здесь магазины, рестораны и самые разношёрстные фирмы, а также тех, кто во всех этих предприятиях собирался трудиться. Их всех набиралось ещё где-нибудь на миллион минимум.

В результате фактически из пустоты за несколько месяцев вырастал город, который даже по земным меркам считался бы мегаполисом. Город мирового значения, в который стекались ресурсы, деньги и люди из десятков стран.

А самым важным было то, что это были за люди. Здесь, в совершенно новом, невиданном людьми на протяжении эонов мире, собиралась элита элит, лучшие представители своих стран, сливки общества.

Ради того, чтобы первыми успеть отыскать, обнаружить, добыть и сохранить нетронутые осколки прошлого: уникальные артефакты, забытые магические учения, невиданных ранее драконов – находящиеся в вечном противостоянии государства были готовы отправить в бой свои лучшие силы.

От мыслей об этом у меня начинала непроизвольно выделяться слюна. Чувство было такое, будто я попал на банкет с лучшими деликатесами лучших мировых кухонь и всё, что от меня требовалось – это взять тарелку и идти выбирать, что бы съесть первым.

И даже воспоминания о таинственном заказчике, готовом угробить сразу оба экспедиционных корабля только для того, чтобы я не попал на этот пир, не могли испортить мне настроение.

С огромным любопытством я наблюдал, как наш корабль постепенно приближается к причалу.

Вот мы аккуратно пришвартовались, опустившись почти до линии земли, чтобы людям было удобнее выходить на берег. Вот ко множеству шлюзовых дверей вдоль корпуса подвезли трапы. Вот двери отворились и на землю Облачного Храма начали спускаться первые пассажиры.

Я не спешил. Расходиться после спуска на берег, как это было бы в каком-нибудь земном порту, всё равно было нельзя. Скорее ситуация походила на прибытие самолёта: людей выстраивали в очереди, проверяли документы, досматривали багаж.

Даже если бы я отправился прямо сейчас, куда-то дальше вряд ли смог бы продвинуться ещё как минимум полчаса. Так что я неторопливо покинул почти опустевшую смотровую площадку, дошёл до своей каюты на восьмом уровне, забрал чемодан, который так и не распаковал после эвакуации, и тем же неторопливым шагом направился к выходу.

Когда я уже подходил к лестнице, шлюзовые двери были открыты на шестом уровне, так что мне нужно было подняться на два пролёта, меня окликнули.

- Господин Тарс! Какое совпадение!

Обернувшись, восприятие мировой ауры я пока что полностью отключил, я встретился взглядами с мужчиной, вчера ночью спугнувшим убийцу у меня из-под двери.

- Иоахин?.. - я пожал руку, протянутую моим подбежавшим “спасителем”.

- Фергал. Иоахин Фергал. Вас тоже переселили на восьмой уровень?

- Да, в восемьсот сорок первую.

- А меня – в восемьсот седьмую, к очень милой паре. Пришлось немного потесниться, к счастью совсем ненадолго. Но они уже ушли, не стали меня дожидаться.

- Понятно.

Мне не слишком хотелось вести светские беседы. Иоахин, однако, то ли не понимал этого, то ли намеренно игнорировал мою немногословность.

- Вы ведь тоже впервые в Облачном Храме?

- Ага.

- Чувствуется прямо какой-то мандраж, согласитесь? Меня всего аж потряхивает, несмотря на то, что это уже моя третья экспедиция.

- Серьёзно?

Я удивлённо поднял бровь. На вид ему было всего лет тридцать, а, насколько я знал, последний Облачный Храм открыли уже лет двадцать назад. Так что…

- Понимаю ваше замешательство, - усмехнулся Иоахин. - Дело в том, что я родился в Преддверии у пары исследователей, и над облаками поднялся только когда мне было пять. Представляете, как я был удивлён, увидев солнце впервые? Хех, как сейчас помню свой шок и ужас в первую ночь. Мне казалось, что наступил конец света.

- Почему? - его искренность максимально подкупала.

- Как “почему”? - он аж замер посреди лестницы и лишь спустя несколько секунд на его лице отразилось понимание. - А, вы ведь действительно можете не знать! В Облачных Храмах нет ни времён года, ни дня и ночи. Здесь вечно один и тот же сезон, а над головой – неизменно сияющие облака. Поначалу, вероятно, будет сложно привыкнуть вставать и ложиться лишь потому, что так говорят часы. Но вы привыкнете, я уверен. Кстати, после того ночного инцидента всё точно было нормально? Тот человек выглядел очень подозрительно.

Мой охранник, всё это время следовавший чуть впереди и никак не вмешивавшийся в наш диалог, с подозрением обернулся и вопросительно поднял бровь, глядя на меня.

- Я уже рассказал об этом первому помощнику, - отмахнулся я.

- Господин Тарс, вы что-то натворили? - аккуратным шёпотом поинтересовался Иоахин.

У него был только двадцать четвёртый ранг, так что левитацией он не владел и корабль снаружи не толкал, а значит и знать, что я во всём этом участвовал, не мог.

- Ничего непоправимого.

Я думал, что он станет докапываться, но какое-то чувство такта у мужчины всё-таки было.

- Ну, ладно, - пожал он плечами. - Где вы собираетесь остановиться в Преддверии?

- За мной закреплена комната в общежитии.

- Каком?

- Четвёртом, кажется.

- А я буду во втором. Комната номер четырнадцать, если вдруг захотите повидаться.

- Я запомню. Свою комнату не помню.

- Ну, если что я спрошу у управляющего.

- Спросите.

Следующие минут двадцать, пока мы выходили из корабля и стояли в очереди для досмотра и проверки документов, прошли примерно в том же режиме. Иоахин что-то говорил, я кратко отвечал или просто поддакивал.

Странное дело, он меня не раздражал своей болтовнёй. Может быть потому, что знал меру и не тарахтел без умолку. Может быть потому, что не говорил ничего бесполезного, рассуждая о вещах, интересных в том числе и мне. А может потому что в целом был очень приятным человеком, будто бы созданным специально для того, чтобы быть идеальным собеседником.

К тому же, слушая его, я мог скоротать время в очереди и не так раздражаться. Но, конечно, отвлечения Иоахина не помешали мне найти в толпе Карнику и пометить её с помощью мировой ауры.

С корабля сгружали всех, и девушку, вместе с другими слугами Шелгор, видимо должны были куда-нибудь разместить до дальнейших указаний. До тех пор я должен был забрать её, если хотел убедиться в сохранности моего секрета, а также иметь возможность пользоваться её навыками перевоплощения.

И вот, наконец, все проверки были пройдены.

Охранник просто сказал, чтобы я не переселялся никуда из общежития до тех пор, пока не будут закончены все проверки. А под конец ещё и поблагодарил за спасение его и всего корабля, вызвав падение челюсти у Иоахина.

Мужчина тут же пристал ко мне с расспросами и параллельно предложил вместе дойти до общежитий, построенных специально для небогатых исследователей из Камбада, не способных раскошелиться на отдельный дом.

Однако я ответил, что у меня ещё дела и в ответ получил моментальное отступление. Иоахин лишь предложил как-нибудь в будущем встретиться и выпить, на что я без проблем согласился и напомнил, что через неделю состоится церемония официального открытия Облачного Храма, которую настоятельно порекомендовал посетить.

Все бы люди были такими приятными и тактичными.

И вот, наконец, я оказался предоставлен сам себе в Преддверии Облачного Храма. После томительного ожидания, упорной подготовки и наполненного событиями пути сюда даже как-то не верилось.

Будто бы я в универ поступил, честное слово.

Впрочем, между временем четыре года назад, когда я оказался на первом курсе, и нынешним моментом была одна большая разница. Я точно знал, что буду делать.

Часа три ушло на то, чтобы посетить контактное лицо первого принца, которому я отдал рекомендательное письмо. Не сказать, что это мне было прямо нужно, но, раз предлагают, почему бы не взять?

“Помощь”, которую предоставил мне первый принц, заключалась в трёх вещах.

Во-первых, несколько тонких карточек, выполнявших роль валюты в Преддверии, общим номиналом достаточным, чтобы купить небольшой дом.

Во-вторых, сам человек, к которому я пришёл. Пожилого мужчину звали Эмерет, он был из Йерагана и в Преддверии работал судьёй.

У него был какой-то давний долг перед первым принцем и ради покрытия этого долга он пообещал помочь мне в случае чего разобраться с возможными обвинениями. В разумных пределах, естественно, но, пока я не убью кого-нибудь прилюдно, не превращусь в Майигу или чего похуже, он скорее всего сможет меня отмазать.

И в-третьих, Эмерет отдал мне очередной артефакт. Вдобавок к Оку Шуары, потерявшему силу Кольцу Громового Змея, а также ядовитому кинжалу и, конечно, моим перчаткам и сапогам, которые по сути тоже были артефактами.

На этот раз это был небольшой наручный компас, который должен был указывать на ближайшего дракона.

Вероятно, граф Сайлот или первый принц хотели сделать мне приятное, оказав таким образом помощь в охоте. И ещё пару дней назад это действительно был бы хороший подарок.

Вот только теперь компас, когда специальный рычажок высвобождал его стрелку, начинал указывать на меня самого. Так что смысла в артефакте никакого не осталось.

Но, конечно, Эмерету об этом я говорить не стал. Может быть потом выдастся возможность продать компас. Артефакты в любом случае стоили немало.

На этом обязательная программа была окончена.

Будь моя воля – прямо сейчас отправился бы исследовать сам континент Облачного Храма. Однако пока что всё-таки не стоило.

За стеной, окружающей Преддверие, тщательно следили, в том числе, насколько я услышал из разговоров в очереди, и люди из Драконьего Трона. Связываться с этими ребятами пока что было слишком рискованно.

Так что вместо бескрайних просторов я отправился в место куда более замкнутое и унылое. В библиотеку.

Вот уж точно никогда не подумал бы, что, став сначала полубогом, а потом и драконом, мне всё равно придётся заниматься штудированием учебников. Тем не менее, изучение магии, за которым хвостиком должны были потянуться расшифровка заклинаний, создание новых мировых приказов и даже новых Даров, было сейчас моим вторым приоритетом после набивания брюха вкусностями.

Вообще-то и вовсе первым, ведь после драконофикации пожирание всякого скорее всего почти никак бы на меня не повлияло. Однако я не мог оставить в стороне свою главную и по сути единственную оставшуюся страсть в жизни.

Каждый час над городом громом раздавались удары часов, отмерявших время в мире, не знавшем восходов и закатов. И спустя несколько минут после того, как я услышал одиннадцать последовательных ударов, подошёл библиотекарь с настоятельной просьбой покинуть здание.

Общежитие я нашёл ещё спустя где-то полчаса. Благо на каждом перекрёстке стояли специальные городские работники, выполнявшие роль городских гидов и навигаторов.

Как раз от такого я узнал, как пройти в библиотеку. И благодаря такому же достаточно быстро, почти не плутая, пришёл в место своего временного пребывания.

У управляющего, предъявив документы, получил ключ, поднялся на третий этаж. До утра я собирался заниматься медитацией и проверкой вариантов магических формул, которые успел придумать и выписать на листочек в библиотеке.

Однако где-то минут в пять второго в мою дверь быстро и резко постучали. Причём, хотя я услышал быстро удаляющиеся шаги, я не увидел жизненной энергии человека за дверью, а восприятие мировой ауры на его месте показало пустое место.

Открыв дверь, я увидел на ней пришпиленную кнопкой записку.

“На крыше”.

Хмыкнув, я закрыл за собой дверь и двинулся в сторону лестницы. Что же, посмотрим, кто это такой таинственный.

Глава 33

Выйти на крышу общежития оказалось несложно. Дверь туда не была закрыта, и лестница вела обычная, а не какая-нибудь приставная.

И так как само здание было построено меньше полугода назад, тут было очень чисто, а парапеты сверкали свежей краской. В углу, глядя на меня сквозь прорезь в тёмно-серой маске, стояла закутанная в длинный, до пола, плащ, фигура.

Всё было действительно так, как мне и показалось. Даже глядя на неё в упор, я будто смотрел на каменный столб. Ни жизненной энергии, ни мировой ауры, ни даже маны, на которую я редко ориентировался из-за очень невысокой, по сравнению с другими энергиями, чёткостью “картинки”.

- Ты так просто пришёл на встречу с незнакомцем? - раздался из-под маски низкий грудной голос.

- А чего мне бояться? - развёл я руками. - Однако если ты дальше намерена оставаться просто “незнакомцем”, я разворачиваюсь и ухожу.

- Неужели так заметно? - голос резко сменился на женский.

- Пропорции не мужские, и такому голосу не подходят.

- Бывают и карлики с очень глубокими голосами.

- Значит я просто угадал. Так что? Снимаешь свою маску или я пойду?

- Тебе правда не интересно?

- Интересно. Но разговор должен вестись на равных. Ты ведь явно знаешь, кто я, а я даже лица твоего не вижу.

Несколько секунд она молчала, но затем всё-таки подняла руки и сняла маску.

Красивая, даже очень, примерно моего возраста или немного старше. Не совсем в моём вкусе, но, в отличие от той же Карники, в ней было что-то такое, что не позволяло оторвать взгляд и заставляло смотреть и смотреть, пока это не станет неловко.

- Так лучше? - игриво улыбнувшись, спросила она.

- Это твоё настоящее лицо? А то я тут недавно узнал, что даже это можно подделать.

Я уже знал ответ. Когда она сняла маску, я всё-таки смог ощутить от неё слабый поток энергии и смог “прощупать” её лицо с помощью мировой ауры. Никаких признаков костной перестройки не было.

Тем не менее, мне было интересно, как она отреагирует.

- Настоящее, можешь не сомневаться. Магия смены облика пагубно влияет на мышцы и кожу лица, лет через двадцать постоянного использования можно превратиться в морщинистую старушку. Я себе не могу такого позволить.

М-да. Карнике об этом явно не сказали. Впрочем, я тоже не собирался.

- Понятно. В таком случае я искренне рад общаться со столь привлекательным собеседником. Может быть тогда и имя назовёшь?

- Имя не скажу, извини. Если хочешь как-то звать, то можешь звать меня Мо.

- Ну, пусть будет Мо. Итак, что тебе от меня нужно, Мо?

- Ты ведь Майигу. - Это не было вопросом, она констатировала факт. Я едва сумел скрыть всколыхнувшуюся жажду убийства. - Не знаю как ты попал в этот мир в обход главной сети порталов, и почему решил, что можешь делать тут всё, что хочешь. Но Облачный Храм – это перебор. Иномирцы, и тем более Майигу, не должны тут находиться. Я здесь, чтобы дать тебе совет: вернись в Камбад, заверши свои дела и покинь мир Драконьих Островов так быстро, как только сможешь. В противном случае на тебя откроют настоящую охоту.

Сорвавшись с места, я за долю секунды преодолел разделяющее нас расстояние и схватил её за горло.

Вернее, попытался схватить.

Воздух вокруг моей руки загустел, став будто бы резиновым, и мои пальцы замерли в паре десятков сантиметров от тела Мо. При этом, так как я не знал её ранг, не видел, вероятно из-за какого-то артефакта, для перестраховки я вложил в движение не только значительную часть своей физической силы, но и мировые приказы и Дары.

Не сказать, что я выложился на полную, но где-то семьдесят-восемьдесят процентов своих способностей точно применил. И при этом был так просто остановлен.

Это могло означать только одно: она сильнее меня, и намного. Конечно, по сравнению с другими моими формами человеческая сильно уступала. Но беззащитной или слабой она уж точно не была.

Сейчас я должен был быть на уровне минимум ректора королевской академии, может быть даже повыше. И такая разница в мощи могла возникнуть только в одном случае.

Если эта Мо уже успела перешагнуть через огромную пропасть между тридцать шестым и тридцать седьмым рангами, непреодолимую для подавляющего большинства магов Камбада.

В голову приходила только одна организация, способная вырастить такого монстра.

- Ты из Драконьего Трона?

- Быстро догадался, - улыбнулась она, снимая магию, удерживавшую мою руку. - Да, всё так. Теперь понимаешь, насколько всё серьёзно? Покинь Облачный Храм так скоро, как только возможно, и мы закроем глаза на твоё незаконное проникновение в мир Драконьих Островов.

- А если нет, убьёте меня, как уже пытались сделать на корабле экспедиции?

Мо резко посерьёзнела.

- Я в курсе о диверсии, устроенной на экспедиционном корабле Камбада. И от имени Драконьего Трона заявляю, что мы не имеем к этому отношения.

- А кто имеет?

- Я не знаю. И даже если бы знала, такие вопросы обсуждать с тобой я не уполномочена.

- И с чего бы мне тебе верить?

- Как минимум с того, что прямо сейчас я сильнее тебя, и мы всё равно продолжаем вести диалог. Да, я не в курсе, насколько сильнее ты станешь, приняв истинный облик, но ты не сможешь этого сделать посреди города, иначе против тебя ополчатся вообще все. И, кстати, в этом случае как раз Драконий Трон будет действовать максимально быстро и жёстко.

- Резонно, - вздохнул я, немного подумав. - Тогда, что, слухи о судьях Драконьего Трона, уничтожающих целые страны за сотрудничество с Майигу – это преувеличенный бред?

- Не совсем. Просто обычные люди не в курсе, да и не должны быть в курсе всех деталей. Драконий Трон, помимо прочего, действительно пристально следит за попадающими в наш мир Майигу. Как минимум потому, что Его Величие Данброк, Руйгу мира Драконьих Островов, испытывает к Майигу сильнейшую неприязнь, а мы являемся Его представителями и проводниками Его воли. Ну и то, что Майигу по своей сути являются монстрами, которым, несмотря на разум, зачастую чужды человеческие понятия морали, а значит каждый Майигу – потенциальный массовый убийца, разумеется, тоже играет свою роль. Тем не менее, приказом Его Величия Данброка судьям Драконьего Трона запрещено напрямую вмешиваться в мирскую жизнь без веской причины.

- А я – недостаточно веская причина, - понимающе кивнул я.

- Именно. После того, как нашими агентами в Камбаде было доложено о твоём существовании, Драконий Трон провёл тщательную проверку и изучили весь твой недолгий путь в нашем мире. Вывод был следующим: несмотря на то, что ты – Майигу, реальной угрозы Камбаду и тем более всему этому миру ты не представляешь. А потому оптимальный выход на данный момент – это предложить тебе тихо и без шума покинуть мир Драконьих Островов. В конце концов, твоя смерть может сказаться и на твоём родном мире, а Его Величие Данброк этого бы не хотел.

- Какой добрый. А что же тогда о вас ходит слава как о жестоких палачах и все боятся Драконий Трон даже упоминать?

- Лучше, чтобы люди совершали преступления и потом приходилось бы тратить в десять раз бо́льшие усилия, чтобы всё это исправить, чем пригрозить им жестокой расправой и обеспечить таким образом мир и спокойствие? Мы действительно можем вынести приговор и привести его в исполнение. Но сделаем это только в том случае, когда мирные переговоры зашли в тупик. Правда, в этом случае кара будет действительно жестока. И именно такие случаи, не без нашей помощи, разносятся по всему миру Драконьих Островов и становятся ночными страшилками.

Я хмыкнул. Можно было бы начать заливать про свободу воли и равный для всех выбор, но я прекрасно знал, что она ответит. Более того, я и сам не верил в абсолютную свободу для всех и каждого.

По этому принципу работала любая страна и в принципе любое общество. Те, кто наверху, устанавливали правила и наказывали за их несоблюдение. Драконий Трон просто решил слегка преувеличить масштаб наказаний.

- А мне ты почему так просто об этом рассказываешь?

- А почему бы и нет? - Мо пожала плечами. - Ты не из этого мира, не человек, да мои слова вряд ли что-то изменят. Ведь самое главное я уже сказала, даже дважды. И не против повторить в третий раз: уходи.

- Есть ли у вас портальные камни, с помощью которых можно попасть в миры, не относящиеся к Содружеству?

Мо удивлённо вскинула брови.

- Из того, что о тебе нет информации ни в одном из порталов, мы предполагали, что ты не из мира Содружества. Так это правда. Как ты попал в мир Драконьих Островов?

- Предпочту воздержаться от ответа.

- Как угодно, - она неожиданно быстро отступила. - Да, портальные камни у нас есть, правда не в моих полномочиях раздавать их просто так. Я узнаю, дадут ли тебе один.

- Когда узнаешь – тогда и продолжим разговор.

- Ладно. Приходи сюда завтра в это же время.

С этими словами она просто развернулась и спрыгнула с крыши, воспарив на магии левитации. А я вернулся в свою комнату, думать.

Новости были далеко не приятными. Драконий Трон уже давно выследил меня и следил, а я даже не подозревал. Жив я остался, похоже, лишь потому, что слухи об их бескомпромиссности и жестокости оказались байками.

Меня это максимально злило. Снова, в который уже раз, мне не хватало силы, чтобы оставаться хозяином своей судьбы.

Тем не менее, погружаться в бессмысленную апатию было некогда. Визит Мо кое-что разъяснил, однако два вопроса теперь требовали незамедлительных ответов, от которых зависело моё будущее и моя жизнь.

Вопрос первый: кто на меня покушался? Когда я понял, что троица камикадзе-диверсантов имела тридцать четвёртый уровень, неоправданно высокий для простых расходных пешек, мысль о Драконьем Троне сразу пришла мне в голову.

Тем не менее, Мо опровергла эту версию. Не то, чтобы я сразу и безоговорочно поверил, но у неё как будто бы действительно не было причин врать.

Я бы всё равно ничего не смог сделать, даже если бы она подтвердила причастность Трона. Всё-таки это была подавляющая сила, контролирующая весь этот мир и управляемая Руйгу. Мне до такого уровня было пока слишком далеко.

А значит место тайного заказчика оставалось вакантным. Вот только помимо Драконьего Трона я решительно не мог придумать никого настолько влиятельного и при этом настолько желавшего мне смерти.

Агенты тридцать четвёртых рангов теоретически могли бы быть у местных сверхдержав. Но ни с кем из них я не пересекался и не мог пересечься, и даже если бы их разведчики в Камбаде каким-то образом узнали бы, что я – Майигу, мотива убивать меня у них не было бы.

А те, кто чисто теоретически мог бы реально заказать моё убийство, либо не обладали нужными ресурсами, чтобы снаряжать такой отряд самоубийц, либо ни за что не стали бы рисковать экспедиционными кораблями, везущими цвет Камбадской нации.

Оставалась только версия с каким-то таинственным тайным обществом, раскинувшим щупальца по всему миру Драконьих Островов и почему-то ненавидевшим Майигу даже больше хозяина Драконьего Трона. Вот только это было настолько притянуто за уши, что мне самому становилось смешно.

Однако больше идей у меня правда не было. Даже при том, что эти ребята скорее всего не отступятся от своего плана по моему убийству и хотя бы догадка о том, кто они такие, могла бы помочь мне выжить.

Второй же вопрос звучал так: “Что делать дальше?”

Первый принц обещал дать мне портальный камень после того, как я бы помог решить ситуацию с третьим принцем и Посохом Легиона. Артефакт, который мог превращать убитых драконов в зомби-монстров и дать третьему принцу почти бесконечную армию, действительно мог бы стать той ещё занозой в заднице.

Вот только это даже звучало слишком запарно, к тому же вряд ли нежить была бы очень вкусной или особо питательной. Так что выгоды для себя, кроме, собственно, портального камня, я не видел.

И теперь, если бы удалось заполучить его через Мо буквально за просто так, я, разумеется, послал бы первого принца с его проблемами далеко и надолго.

Проблема была в том, что мне ещё слишком рано было возвращаться в Тейю.

Да, даже лишившись трёх Даров, один из которых, Дар превосходства, был по-настоящему невероятен и полезен, я уже превзошёл уровень, который имел во время боя с Палемом. Вероятно, я бы даже смог выдержать тот его удар и не развалиться после этого на части.

Вероятно, даже смог бы его пересилить. Вот только этого было далеко недостаточно для победы над сильнейшим Майигу планеты.

Чапалах, которым он отправил меня в нокаут, был нанесён едва ли вполсилы, без использования мировой ауры, Дара войны и преимущества контроля территории. Хвалиться тем, что смог бы остановить этот удар, было всё равно, что радоваться тому, что не упал от чиха чемпиона мира по боксу.

Полная мощь Палема была огромна, совершенно точно выше, чем у дракона-босса, чьей крови я хлебнул. И я ни за что не смог бы заполучить силу, достаточную для победы над ним, в Тейе.

Возможно, в Содружестве миров было место, более подходящее для моего роста, чем Драконьи Острова. Вот только было неизвестно, какие в таком мире будут порядки и не убьют ли меня сразу по прибытии.

К тому же где бы я лучше научился убивать драконов, как не здесь? Так что покидать этот мир было нельзя.

Но и оставаться теперь казалось самоубийством.

Останусь – и за мной помимо тайной организации ненавистников Майигу начнёт охотиться ещё и Драконий Трон. И хотя Мо общалась со мной вполне дружелюбно, полное отсутствие страха или хотя бы почтения в ней красноречиво говорило, что церемониться со мной не будут.

Ослушаюсь, провалю переговоры, и в следующий раз Мо явится уже в сопровождении эскорта из судей Драконьего трона. А они в бараний рог скрутят меня даже в драконьей форме.

Ситуация была будто бы безвыходная. Я оказался словно между молотом и наковальней. Какое бы решение ни принял, везде меня ждал провал.

Так почему же с моего лица при этом не сходила довольная ухмылка? Всё было очень просто. Выпущенная из кустов посреди белого дня тихая стрела была куда смертоноснее, чем окружившая тебя в ночи стая рычащих волков.

Это был принцип, в справедливости которого я убеждался раз за разом. Ничего не могло быть хуже ситуаций, когда на первый, второй и даже третий взгляды всё шло как по маслу. Как бы ты ни был осторожен и подозрителен, сколько бы ни готовился, этого всегда оказывается недостаточно, когда беда обрушивается на тебя с неба и ломает хребет, не давая даже сгруппироваться.

С другой стороны, когда проблема чётко определена, какой бы огромной и страшной она ни казалось, единственной сложностью остаётся придумать решение. А затем нужно лишь приложить достаточно усилий, чтобы претворить его в жизнь.

Да, сейчас проблема была настолько громадной, что руки опускались сами собой. Но, имея возможность всё обдумать, я был уверен, что найду ответ.

На следующую ночь Мо действительно вновь ждала меня на крыше, уже держа в руке знакомый камешек. По форме он был идентичен тому, что мне выдал Катрион, с единственной разницей: на нём вместо зелёного паука была изображена алая голова монстра, напоминающего льва.

- Вот, бери. Из-за особенностей Облачного Храма перемещение отсюда невозможно, так что воспользуешься им, когда вернёшься на поверхность. Ближайший пассажирский корабль отходит через пять дней, воспользуйся теми деньгами, что тебе выдал первый принц, чтобы купить себе место.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я, забирая портальный камень.

- Удачи тебе в твоём мире и желаю нам больше никогда не встретиться. Ради твоего же блага, Тим Трас.

Не дождавшись моего ответа, она улетела. Глядя ей вслед, я пожал плечами. Чем была вызвана её раздражительность, я понять не мог.

Тем не менее, мой обратный билет был у меня в руках, а значит теперь оставалось только придумать, как сделать так, чтобы в ближайшее время мне не пришлось им воспользоваться.

Утром следующего дня я пошёл искать, куда поселили Карнику.

А ещё через четыре дня Тим Тарс вместе со своей служанкой взошли на пассажирский корабль до поверхности, чтобы больше никогда не вернуться в Облачный Храм.

Глава 34

Магия изменения облика имела несколько особенностей.

Во-первых, из-за того, что она не накладывала иллюзию, а реально перестраивала костную основу, мышцы и кожный покров, после завершения процесса для её поддержания не требовалось многого.

Если совсем не подпитывать её энергией, то со временем, за пару-тройку недель, всё сойдёт на нет. Однако было достаточно лишь небольшого вливания маны раз в пару часов, чтобы сохранять новый облик в идеальном виде.

Сделано это было именно так для того, чтобы маг, изменивший лицо, не выдал себя постоянным использованием магии. Хотя люди не могли так же как я точно определять силу оппонента, почувствовать поток чужой маны смог бы даже дилетант.

Во-вторых, хотя в большинстве случаев люди применяли её только для изменения лица, технически не было никаких препятствий для того, чтобы той же магией изменить вообще всё тело. Проблема была лишь в требуемом объёме энергии и той боли, которой сопровождалась перестройка.

В-третьих, её можно было применить к другому человеку.

Правда, тут было множество ограничений. Для этого требовалось полное сотрудничество объекта, а также в разы больше времени. Из-за того, что было невозможно идеально точно ощущать структуру организма другого человека, процесс выходил намного более болезненным, а результат оставлял желать много лучшего и подделку можно было определить даже без магии, лишь присмотревшись повнимательнее. А главное, без знания этой магии подпитывать изменение было невозможно.

И в-четвёртых, после гибели человека, находящегося под воздействием магии изменения облика, эффект пропадал не сразу, а лишь когда рассеивалась поддерживавшая магию мировая аура.

А происходило это не так, чтобы быстро. Ведь, в отличие от маны, напрямую связанной с использующим её чародеем, мировая аура была самостоятельной силой, которую люди лишь использовали, но не контролировали полностью.

Мне этого было вполне достаточно.

Найдя Карнику и узнав у неё детали использования магии изменения облика, я разработал план.

В следующие четверо суток список моих преступлений пополнился несколькими не совсем законными сделками, преступным сговором, а также похищением одного человека и убийством другого.

Немного жаль было, что Карника не будет помогать мне в дальнейшем. Однако помощь в избавлении от слежки Драконьего Трона и возможность прошмыгнуть на территорию Облачного Храма вопреки всем запретам того стоила.

В придуманной мной махинации участвовали четверо. Я, Карника, её мама, а также не самый приятный персонаж по имени Лимго Тервенти, застуканный мной в подворотне за одним из баров Преддверья за попыткой изнасилования официантки.

Лимго был пойман, обезврежен, обездвижен и спрятан в мусорной яме. Сжигали их содержимое вроде как раз в полмесяца, так что ублюдку ничего не грозило, до поры до времени.

После чего я пошёл и “выкупил” маму Карники. Если точнее, то заочно перекупил её рабочий договор с кланом Шелгор.

Вообще, так как женщина была просто наёмной работницей, в этом не было ничего незаконного. Однако из-за убийства братьев все слуги по умолчанию считались потенциальными свидетелями, так что по идее отпускать её было нельзя.

Тем не менее, для меня, воспользовавшегося своей репутацией спасителя экспедиционного корабля и взяткой, благо денег у меня от первого принца было достаточно, сделали небольшое исключение. Всё равно в её непричастности к убийству братьев Шелгор никто не сомневался.

А ночью накануне “моего” отлёта в комнате, выделенной специально для Карники, так как, вот ирония, она была признана наиболее вероятным кандидатом на причастность к смертям Викора и Хоара, собрались все четверо. Карника, её мама, я и притащенный подмышкой Лимго Тервенти.

И началась ночь преображений.

Лимго, обездвиженный и вырубленный, за два часа был превращён в Карнику. Сама девушка на такую масштабную магию не была способна, но тут подключился я, стабильно снабжая её маной на протяжении всего процесса. К сожалению, кое-какие анатомические особенности полностью убрать было невозможно.

Но этого на самом деле и не требовалось. После того, как я несколькими ударами превратил весь его торс и голову в кашу, следователям придётся приложить очень много усилий, чтобы понять половую принадлежность этого фарша.

Где-то за полчаса сама Карника, опять же с помощью моей маны, стала мной. А ещё за пять часов, из-за невероятно плотных тканей моё превращение продлилось куда дольше, я стал Лимго Тервенти. Тем ещё ублюдком, однако при этом человеком, имевшим такое же, как у меня, приглашение в Облачный Храм.

Где-то пятую часть денег я отдал Карнике и её матери. В качестве платы за помощь, а также как стартовый капитал для того, чтобы они смогли спокойно начать новую жизнь, сойдя с корабля.

Сам я поселился в комнате, выделенной Лимго. И судя по тому, что в следующие сутки до официальной церемонии открытия Облачного Храма ко мне не нагрянули ни убийцы, ни судьи Драконьего Трона, девушки успешно погрузились на корабль, не вызвав никаких подозрений.

Наш заговор быстро раскроется. Вряд ли пройдёт хотя бы неделя, прежде чем Мо и её сторонники всё поймут, а скорее они справятся и вовсе дня за два-три. Вот только это уже будет не важно.

Потому что после томительного ожидания в комнате Лимго Тервенти наконец настал день, которого так ждало всё Преддверье. День, который должен был открыть для меня дивный новый мир, полный таинственного, загадочного и невероятно вкусного содержимого.

Церемония открытия проходила на главной площади города, по сути специально ради этого построенной. Так что, несмотря на то, что официальных исследователей Облачного Храма было более двухсот тысяч, все они, или вернее все мы, отлично поместились на огромном, облицованном белым камнем пространстве.

Хотя, там, где стоял я, было, конечно, куда теснее, чем в первых рядах. Там стояли не просто какие-то обычные исследователи, а абсолютная элита, лучшие из лучших, цвет наций и прочее, прочее…

Главной целью всех стран, отправлявших своих людей в Облачный Храм, была, грубо говоря, охота за сокровищами. Для этого были нужны учёные самых разных мастей, экспедиторы, специалисты по выживанию и, разумеется, сильные бойцы, чтобы всех остальных защищать. Всё-таки не на пикник собирались.

Тем не менее, была одна отдельная каста, чья главная цель состояла кое в чём другом. В поддержании репутации и престижа своих стран.

И, что бы кто ни говорил, как бы ни превозносились исследователи и адепты наук, главным и по сути единственным критерием силы государства были маги. Один достаточно могущественный маг мог стоить целой армии, и это были не пустые слова.

А потому даже среди немногих избранных, достойных стоять на этой площади, существовали свои избранные. Те, кого страны мира Драконьих Островов с гордостью выдвигали вперёд, демонстрируя своим соперникам, будто породистых псов на выставке.

Площадь имела небольшой уклон, чтобы все люди могли наблюдать за церемонией открытие ворот Облачного Храма и не смотрели друг другу в затылки. И благодаря этому я, используя Око Шуары, мог без труда разглядеть этих фаворитов.

Из двухсот тысяч исследователей лучшими были признаны всего около четырёхсот. При этом, что примечательно, судя по излучению их жизненных сил, процентов семьдесят из них были сравнительно молоды, до сорока.

Это при том, что драконье сердце становилось сильнее со временем и продолжало накапливать мировую ауру на протяжение всей жизни человека. А значит, число по логике, сильнейшими магами мира должны были быть поголовно старики.

Хотя, немного подумав, такой выбор можно было обосновать.

Об этом я узнал за месяц подготовки к экспедиции, причём даже не особо стремясь узнать. Это не было тайной, информация была везде и всюду, это была реальность, в которой жили все маги этого мира.

Да, с возрастом маг становился только сильнее. Вот только главный вопрос был не в том, “насколько” он силён, а в том, “как быстро” растёт его сила.

При имплантации качественного сердца взрослого дракона начальные ранги все люди, даже не являвшиеся великими гениями, проскакивали за считанные месяцы.

Однако чем дальше, тем сложнее становилось расти в рангах, и качество драконьего сердца прекращало играть решающую роль. На передний план выходили понимание магии и маны, усердие в тренировках, природный талант и совместимость с сердцем.

Таким образом даже того, у которого изначально была фора благодаря богатству клана, могли довольно быстро оставить позади другие, не такие удачливые с точки зрения стартовой позиции, но превосходящие по другим параметрам.

Тем не менее, это было только начало. Со временем и те, кто родился с золотой ложкой во рту, и те, кто пёр вперёд благодаря упорству или гениальности, упирались в одну и ту же стену.

Стену возраста. Чем старше – тем медленнее накапливалась в драконьем сердце мировая аура, хуже работала голова, закостенелее становились мысли, сложнее выкладываться на сто процентов на тренировках.

Тут, кстати, снова могло выйти на первый план происхождение. Ведь специальные эликсиры из драконьих тел, лучшие учителя и превосходные условия жизни – всё это могло позволить снова вырваться вперёд тем, кто ещё недавно глотал пыль за талантливыми, но бедными.

В результате получалась почти идеальная конкурентная среда, в которой каждый фактор был критически важен и те, кто хотел забраться на вершину этого мира, не имели права расслабляться ни на секунду.

И, вероятно, местные учёные подсчитали, что возраст, в котором уже можно было почти однозначно оценить, с одной стороны, чего маг уже достиг, и с другой, каковы его будущие перспективы и чего он может достигнуть – это как раз сорок.

При этом своих сильнейших магов страны, разумеется, не собирались оставлять за бортом. Как в толпе “золотых билетов”, так и в общем человеческом море я чувствовал множество могучих аур. В том числе таких, что смогли бы даже мою драконью форму в бараний рог скрутить и не поморщиться.

Тем не менее, я мог понять, почему впереди стоял именно “молодняк”. Хвастаться тем, чем хвастался ещё двадцать, тридцать или сорок лет назад – это не только не особо интересно, но и недальновидно.

Если будешь козырять только стариками, которым так или иначе в обозримом будущем в гроб ложиться, у всех остальных возникнет вопрос: “А что, потом можно будет спокойно нападать?”

Вот и выставлялись вперёд те, чьи имена уже все знали, но при этом ещё даже близко не достигли своего предела. Те, кому в итоге предстояло возглавить этот мир.

Я сглотнул слюну. Настолько чистые, настолько мощные, настолько сочные ауры я не видел ещё ни разу за всю свою жизнь.

Огромный дракон-босс или Палем, конечно, были несравнимо сильнее, да и старые маги в толпе также превосходили молодняк по силе. Однако это было немного другое.

Для меня два виденных до сих пор сильнейших дракона были словно огромные кровавые стейки, а могучие, но отжившие своё человеческие чародеи, представлялись полезным и сытным гарниром: картошечкой или овощами на гриле.

И всё это было полезно, питательно и без сомнения вкусно. Но, глядя на юных магов с тридцать пятыми, тридцать шестыми и даже тридцать седьмыми рангами, чьи ауры ещё были сияющими и яркими, я представлял коробочку шоколадного ассорти с конфетами самых разных вкусов.

А это уже был совершенно иной вид удовольствия.

И в итоге я настолько засмотрелся, обливаясь слюнями и считая про себя в уме на “Вышел месяц из тумана…”, кого я сожру первым, что совершенно не заметил, как началась сама церемония открытия врат.

Одной из сторон площадь упиралась в гладкую, также чисто-белую, стену, окружавшую всё Преддверье. Одновременно защищавшую город от возможных угроз Облачного Храма, и не позволявшую людям бесконтрольно попадать в вожделенный всеми мир скрытых чудес и сокровищ.

Однако, если присмотреться, можно было заметить в той части стены, к которой примыкала площадь, тонкую вертикальную щель, тянущуюся от земли и до самого стометрового верха.

Вот только это была никакая не щель, а место стыка двух створок огромных ворот. Йераган, страна, обнаружившая Облачный Храм и построившая Преддверье, явно очень неслабо постаралась, чтобы это место выглядело максимально внушительно и эффектно.

Церемония же началась с того, что перед воротами, на высоте где-то двадцати метров, зависла чёрная платформа в форме полусферы, на которой в рядок выстроились семь человек, после чего над всей площадью разнёсся усиленный магией голос того, что стоял в центре.

Приблизив их в Оке Шуары и рассмотрев повнимательнее, я понял две вещи.

Первая: судя по росту и фигуре было очень вероятно, что второй слева стояла моя знакомая с крыши – Мо. И вторая: как и девушка, остальные шестеро носили длинные плащи, полностью скрывавшие все следы энергии, и маски на лицах.

Вслушиваться в речь представителя Драконьего Трона я не стал. Бессмысленная пафосная пурга. Думаю, вне зависимости от мира подобные речи везде были одинаковыми.

Зацепила меня только одна часть. Напоминание об опасностях Облачного Храма, из-за которых каждый из исследователей рискует погибнуть, не оставив и трупа.

Для меня это звучало как самое настоящее приглашение к столу. Ещё и трупы разрешили не оставлять.

Впрочем, помимо этого десятиминутное разглагольствование о важности единства, здоровой конкуренции, внимательности и поддержке Драконьего Трона, на которую все мы могли рассчитывать, было до вывиха челюсти скучным.

А потому я был несказанно рад, когда оратор перешёл к последним напутствиям и пожеланиям удачи.

После того, как он закончил, платформа плавно поднялась над стеной, где и зависла. А спустя минуту огромные, высотой за сотню метров и шириной метров по сорок воротины начали потихоньку разъезжаться в стороны.

Как всех проинформировали ещё с утра перед отправкой на церемонию, по традиции все мы должны были пройти в ворота и вступить на земли Облачного Храма. После чего должно было последовать последнее напутствие от представителей Драконьего Трона и на этом официальная часть завершалась.

Ровно так и произошло. Организованно, пусть и очень медленно, двести тысяч человек прошли в широченные ворота, распределившись по явно специально расчищенному и заново засеянному травой полю.

Однако дальше подавляющее большинство исследователей не отправлялись. Дождавшись, пока закончится очередная, благо на этот раз очень короткая, речь, где-то сто восемьдесят из двухсот тысяч просто развернулись и побрели обратно в город.

Для них экспедиция в Облачный Храм действительно была ЭКСПЕДИЦИЕЙ. С тщательной подготовкой, сбором инвентаря, провианта, исследовательских инструментов.

Это не была спринтерская гонка, это был марафон, в котором, выйдя первым, ты вовсе не гарантировал себе победу. И главные отряды разных стран должны были отправиться ещё нескоро.

Как минимум не раньше, чем вернутся разведчики, составлявшие немаленькую часть оставшихся на поле двадцати тысяч.

Лишь тысяч семь-восемь здесь были “свободными” исследователями, авантюристами и искателями удачи. Теми, кто собирался отправиться в Облачный Храм без подготовки и разведки, полагаясь только на свои навыки и удачу.

Я, разумеется, был в их числе.

Чемодан с моими вещами и блокнотами пришлось отдать Карнике, чтобы на досмотрах она смотрелась убедительнее. Так что в путь я отправлялся налегке. Лишь небольшой рюкзак со сменой одежды, самыми важными записями и, разумеется, портальным камнем, да Рейн, обвивший запястье.

Чувство было необычное и очень приятное. Я будто бы вернулся на семь-восемь лет в прошлое, когда в средней школе ходил с одноклассниками в походы.

Вот только насладиться этим чувством мне не дали.

- РЕШИЛ, ЧТО УМНЕЕ ВСЕХ?! - разнёсся громом над толпой знакомый голос, усиленный магией.

Резко обернувшись, я увидел, как ко мне на скорости японского скоростного поезда несётся та самая чёрная платформа.

Стоящая впереди на ней невысокая изящная фигурка искрила невероятной аурой, пробивающейся даже сквозь подавляющий энергию плащ. С учётом того, что голос, окликнувший меня, также принадлежал Мо, девушка явно была не на шутку взбешена тем, что я её обманул.

Сражаться с ними в человеческом облике было равносильно самоубийству. Так что, сорвавшись с места, я на полной скорости рванул прочь, в глубину Облачного Храма, параллельно активировав превращение.

Сейчас на то, что кто-то узнает о моей сущности, уже было плевать.

Однако ещё до того, как я смог принять даже форму драконида, сзади настолько отчётливо дохнуло смертью, что моё тело само, ещё до того, как я это осознал, развернулось в воздухе, встречая в жёсткий блок фатальный удар.

Маленькое и хрупкое, тем более на фоне продолжавшего увеличиваться меня, тело, врезалось в боевую перчатку с такой силой, что, если бы не непробиваемость стали, из которой она была сделана, я бы точно заработал перелом.

А за ней ведь было ещё шестеро магов, и вряд ли они были слабее Мо. Скрипнув зубами, я подавил желание нанести контрудар, снова развернулся и вложил все силы в побег.

Лишь там, на просторах неизведанного мира, где можно умереть, не оставив после себя и трупа, я мог найти спасение.