Книга 4. Слияние

Пролог

Книга четвёртая. Слияние

Ратибор Шурман

Над вечерней Москвой нависали низкие свинцовые тучи, из которых на улицы города и серые здания проливался противный дождь. Фонари светили в тщетной попытке разогнать давящую тьму вокруг. На огороженной территории стоял ведомственный транспорт, на котором вращались красно-синие проблесковые маячки. Мимо машин сновали бойцы Департамента Магического Контроля, закидывая различные ящики с оружием, боеприпасами и прочим оборудованием. На импровизированном плаце выстраивались сотрудники в боевой выкладке, поправляя и подгоняя снаряжение, бегло осматривая своё оружие. Мимо строя шла женщина в такой же черной форме, разве что в левой руке она держала мощный щит. Она пристально всматривалась в лица бойцов, что прятались под черными масками и балаклавами. Бойцы под её тяжелым взглядом стремились сразу принять стойку смирно, провожая её такими же напряженным взглядом. Давящая атмосфера в городе не отпускала и здесь. Казалось, что стоит покинуть мощный забор, на них накинется тьма, которая притаилась в подворотнях этого уже чужого города. Урса наконец встала на середину относительно свободного пятачка пространства перед строем, которое так и не затронула творящаяся вокруг нервозная суета.

— Смиииирно! — Гулко прозвучала команда кого-то из офицеров в строю. Вся суета, царившая на территории быстро прекратилась, все замерли в ожидании приказа. Лишь шелест дождя, да звуки большого города продолжали доноситься из-за ограды. Пауза затягивалась. Урса никогда не умела говорить воодушевляющих речей, что требовала от неё ситуация, а кроме неё из старших офицеров здесь никого не было. Тимирязев и остальные были заняты организационными вопросами.

— Как все уже знают, мы вынуждены оставить город — над строем разнесся громкий, звонкий голосом молодой женщины с хрипотцой — в настоящее время проводится эвакуация всего личного состава и членов их семей. Так же руководством принято решение об эвакуации и гражданского населения — она замолчала, переводя дух, при этом внимательно смотря на бойцов перед собой. Кто-то понимал в необходимости такого решения, но многие все равно не могли поверить, что они бросят столько людей на произвол судьбы, которых они должны оберегать и защищать. Они просто не могут спасти всех.

— Сегодня перед нами стоит задача - эвакуировать сотрудников 11 Института, с оборудованием и членами их семей, которых они сумели разместить на объекте. В Институте проводились исследование и конструкторские разработки потенциально нового оборудования и специальных средств, работающих на концептуально ином новом уровне. Мне не нужно объяснять вам важность этой операции, от которой зависит наше дальнейшее выживание.

11 Институт первый, под руководством Муромцева, перестроился под новые реалии, забрав к себе в штат перспективных ученых, также найдя и сумев завербовать ряд сотрудников, в которых пробудилась магия. Благодаря их усилиям у силовиков своевременно начали появляться новые игрушки, позволившие им выполнять боевые и оперативные задачи, не теряя своих соратников. Лишь благодаря сотрудникам этого института удалось избежать серьёзных потерь. Чего стоили только локальные магические подавители, специальные наручники и ошейники, блокирующие применение магии. Устройства, что позволяли выявлять различных тварей тьмы, одержимости, нечисти и прочих порождений демонического племени.

— Согласно последним докладам от дежурных Института, сейчас они находятся в осаде. Их район почти полностью обезлюдил. Сотрудники комендатуры вынуждены были принять у себя жителей из близлежащих домов. В настоящее время прямых угроз так и не выявлено, но на прилегающей к институту территории наблюдается повышение магического фона, как и следы демонической энергии.

Урса сделала очередную паузу, давая возможность бойцам проникнуться важностью, поставленной перед ними задачей. Дождь не унимался. По лицу молодой женщины, что успела вернуть к себе свою твердость и непоколебимость стекали капли, отражая свет проблесковых маячков.

— Центр ставит перед нами задачу – любой ценой вывезти учёных и оборудование. Провал недопустим. Вопросы? — Никто не проронил ни слова, хотя многие недоумевали, как подобный объект не эвакуировали одним из первых, почему в самом конце, о чем вообще думали начальники, — задача ясна?

— Так точно, товарищ полковник! — по плацу разнесся нестройный хор боевиков, чётко знающих, что им предстоит делать.

— Тогда, дополнительный приказ, от меня лично. Выживите! Выживите все вы, и выполните поставленную задачу. — Урса сама дернулась, не ожидая от себя таких слов, но ничего не могла поделать. За последние пять дней они потеряли и так слишком многих. Самый настоящий ад разворачивался на улицах города, только его по-прежнему умело скрывали или пытались. Но судя по тому, что люди до сих пор не поддались массовой панике и истерии, у них это получалось.

— По машинам! — Разнесся возглас очередного офицера и строй разбившись на отделения и группы бросился спешно грузиться.

Поспешила и Урса, по сердцу пробежал неприятный холодок, а на душе заскреблась тоска. Сколько людей. Сколько людей, вот так, даже не подозревает, что их ждет в ближайшее время.

— Това…

— Трогай — перебила Урса молодого паренька, что сидел за рулем броневика, захлопывая дверь. По её лицу продолжала бежать дождевая вода.

Ворота медленно поползли в стороны, сотрудники, дежурившие снаружи, быстро перекрыли движение на прилегающей улице и в город стали устремляться остальные машины, озаряя тьму фарами и проблесковыми маячками.

Глава 1. Междумирье

Кансдерея.

Мы оказались в лагере выживших этих странных людей. Внешне они ничем не отличались от нас, разве что уровень технологий многократно превышал. Только гномьи чертоги могли соперничать с ними, и то я до конца не уверена в этом. Ведь машины, оружие, разные устройства, казалось все это сложные магические артефакты, но нет, там не чувствовалось и капли магии.

Раны все еще ныли, но я и так чудом не отправилась к праотцам, благодаря слугам того синеглазого мага. Сейчас этот демон в обличье человека сидел на деревянных ящиках, весь перебинтованный и курил странную бумагу. Удивительно, но они даже не использовали трубки для этого, а дым от их курева неприятно щекотал ноздри, как и не было приятного дурманящего эффекта. Далеко не всё мне становилось понятно, но я продолжала наблюдать. Единственное я поняла одно, если я хочу выжить и спасти госпожу, нам необходимо держаться рядом с этим отрядом.

Вокруг синеглазого хлопотала вампирка и оборотень, хотя вечно враждующих два вида никогда бы не стали терпеть друг друга, не говоря уже о том, чтобы прислуживать какому-то человек. Этого я никак не могла понять. И если оборотень была обычной, то вот вампирка, казалась как минимум древней, разменявшая не одну тысячу лет, только такие способны переносить солнечные лучи. А твари подобной силы точно никому не служат, наоборот служат им.

И сейчас серебряноволосая что-то высказывала парню, кивая на очередную скрученную бумажку, которую тот прикурил. Ей что-то вторила оборотень, не расстающаяся с огромным рюкзаком, она не оставляла свою ношу ни на секунду. Неподалеку находились и остальные. Кто-то дремал, кто-то спешно перекусывал, бородатый и еще один обычный воин чистили своё оружие. Да, теперь я однозначно поняла, что те палки, с которыми все ходят – это оружие. Только никакие луки им и в подметки не годились. Страшные громыхалки, разящие на огромном расстоянии, пробивая стальные доспехи, фактически насквозь. И даже они, со всей своей мощью проигрывали тому аду, что разворачивался здесь. Хотя ни одно королевство бы не выстояло, лишь наша империя, и то лишь возможно. Ну и быть может эльфы с дворфами.

Госпожа спала у меня на коленях, порою вздрагивая во сне. Я продолжала трепетать её золотистые волосы, которые спутались и превратились во что-то жуткое на голове. Некогда прекрасное и дорогое платье, подаренная отцом госпожи накануне, давно напоминала больше грязные лохмотья. А прекрасное девичье лицо всё измазано в грязи и саже. Не пристало благородной госпоже ходить в таком виде, даже во время бедствий и войн. Но совершенно не было сил, чтобы привести госпожу в порядок, как и возможностей. Лауренс же пытался выправить свой погнутый нагрудный доспех, но у него мало что получалось, он, как и любой солдат имперского легиона, прекратил задаваться вопросами, касательно происходящего, поэтому он просто занялся привычными вещами, поглядывая по сторонам. Он достаточно легко принял мое лидерство и больше его не оспаривал, идеальный солдат, который не забивает голову лишними вопросами, когда есть те, кто может подумать за него. Хотя формально, нами должна руководить госпожа, но она до сих пор не понимала что происходит, а ситуация кардинально каждый раз менялась за последние дни от пробуждения к пробуждению. Казалось прошло всего несколько дней, как мы выехали из поместья, а ощущалось, что прошло несколько месяцев.

Несмотря на кажущуюся безопасность, в лагере царила давящая атмосфера. У мужчин застыли хмурые лица, глаза женщин наполнялись отчаянием и страхом. Никто не видел выхода и пути к спасению. Я же надеялась, что у этих людей в запасе есть оружие, которое сможет нам помочь, но судя по тому, что вижу, ошиблась. Только безмятежными казались люди синеглазого, словно им все равно, что будет дальше, ведь их командир точно знает что делать. Странная, непонятная, слепая уверенность.

Неожиданно хлынули воспоминания того болота, как воин в зеленом бежал со мною на плечах, я несколько раз теряла сознание, все плыло. Помню лишь урывками, как оказалась в доме, как несколько мужчин мне наскоро бинтовали раны, вставляли железные иглы, что-то вводя в мое тело. А потом… Лучше бы я этого не помнила, моя рука непроизвольно сжалась, из-за чего я дернула за волосы госпожу, и та во сне наморщилась и невнятно пробурчала. Но воспоминания не отпускали, они раз за разом ко мне возвращались.

Когда высокая девушка, которая как потом оказалось, не умеет говорить, подула в свою раскрытую ладонь, сдувая магический порошок, и неожиданно вокруг неё зажглись древние драконьи руны. И все люди словно оказались под действием дурмана. Нас собрали плотной группой и повели на улицу. Меня тащили одной из первых, сразу за вампиркой несколько человек в зеленом. Их глаза оказались полузакрыты, а пустые взгляды ничего не выражали. Подручные синеглазого, как пастушьи собаки, вели эту толпу сквозь непроницаемый туман, постоянно меняя направления. В пелене иногда проступали огромные деревья, порою мелькали силуэты чудовищных тварей. Я все еще не могу понять, почему же никто этого не помнит, только я. Так продолжалось некоторое время, точно не могу сказать, все же пару раз сознание в очередной раз меня покидало, а потом мы добрались до их командира, что ждал нас на каком-то небольшом холме, возле ствола огромного дерева, края которого терялись в тумане, а потом мы шагнули в междумирье…

Я лишь однажды читала, в старинном трактате, который хранился в библиотеке графа, и мало что поняла из рассуждений одного древнего мага о путешествиях между мирами. Да и в быту считалось, что это лишь выдумки и сказки, но маги различных академий серьезно вели исследования в этом направления, хотя и строили лишь теории и гипотезы. Об этом любила рассказывать молодая госпожа. В реальности никто его не видел и там не бывал, а если таковые были, то по каким-то причинам они ничего не рассказывали.

И вот мы оказались в оном, впереди шел синеглазый парень, который развернул свою ауру, что стремилась разогнать тьму, царившую там, обволакивая всю группу нежным синим светом, но её сдувал невидимый сильный ветер, как в бурю, словно это место протестовало, что в него попали живые, и всячески нас пыталось исторгнуть назад. И яркий синий свет, его сдуваемой ауры, словно накрывал нас, не позволяя пропасть, раствориться в этой тьме, царившей вокруг. Он с трудом шел, невзирая на огромное сопротивление, выставив перед собой руки. Его соратники, как и прежде, оказались по краю толпы, не позволяя никому отбиться в сторону. Так длились минуты, а может мгновения, или быть может вечность. Вокруг не чувствовалось время, словно мы оказались там, где живым не место. Но в какой-то момент давление усилилось, даже я это ощутила, накатил животный страх, паника, я задергалась и меня чуть не выронили, но рядом оказалась вампирка, с полыхающими красными глазами, она резко осадила меня и я потеряла сознание, а когда пришла в себя, то завопила от ужаса. Или мне так показалась, ведь мой крик просто растворился в царящем вокруг хаосе. Сквозь тьму стали проступать неясные тени, напоминающие силуэты людей, эльфов, кажется орков и других тварей, а в уши ударил вопль страдания тысячи, десятков тысяч, сотен глоток. Погибшие души. Они налетали на нас, но их отгоняла аура синеглазого, что сейчас пылала как небольшое солнце, озаряя тьму вокруг. Все плыло, сознание давило и затапливал животный ужас, соратники синеглазого с трудом уже стояли на ногах, я заметила, как несколько человек не выдержало и резко дернулись в сторону, вампирка не успела их ухватить, и они исчезли, подхваченными черными тенями в бешеном водовороте. А в голове возликовали тысячи неясных голосов, что продолжали нашептывать. Только это превращалось в какую-то жуткую какофонию, что начинало разрывать сознание на части.

Сам же Мэкаиль, как его называли остальные, уже с трудом делал очередные шаги, хотя вдалеке уже виднелся неясный свет. Видимо это проход в реальный мир, к которому мы стремились. Но он неожиданно упал на одно колено, из его глаз сочилась синяя мана, а лицо искажала боль, ярость, ненависть, страх, отчаяние и все это одновременно, он неожиданно прижал руки к глазам, и медленно провел по лицу ногтями, а пространство вокруг наполнилось потусторонним новым рёвом, постепенно перерастающий в звериный вой. За его спиной проступил настоящий вольфрак, объятый синим пламенем. В этот момент его тело словно взорвалось новым выбросом манны синего света, с новой яростью он начал разгонять тьму, что не оставляла попыток схлопнуться вокруг нас. Он с огромным трудом снова поднялся на ноги и пошел дальше, делая шаги с огромными усилиями. Пространство вокруг начинало давить все сильнее, мне казалось я схожу с ума от избытка эмоций, которые меня затапливали, мысли путались, сознание рвало на куски, а вокруг я видела то, что просто не могла понять и осознать. Но вместе с ним, вокруг его соратников проступили образы из света, что возвышались за их спинами и словно шагали вместе с ними. Я не могла разобрать остальных, но за спиной вампирки появилась воительница из света, с непропорциональной длинной шеей, она выставила перед собой щит, а второй рукой, словно обнимала вампирку за плечо. Это ведь благословение богов света, а фигуры, ни что иное как хранители. Но как такое возможно?

И когда мне казалось, что мы почти выбрались он снова рухнул на колени, обессиленный, его аура начала уменьшаться и угасать, а вокруг раздался торжествующий вопль и хор голосов, что не могли дождаться, когда доберутся до нас, живых. Мэкаиль же пытался выцарапать себе глаза, а лицо его застыла в немом крике. Он раз за разом ожесточенно проводил ногтями по лицу, то вдруг хватался за грудь, где было сердце, словно намереваясь его выдрать и отбросить, всё что угодно, лишь бы облегчить терзающую его тело и сознание боль. Синий свет начал угасать, а светлые образы за спинами его товарищей истаивать. На задворках измученного и истерзанного сознания пробежала успокаивающая мысль, что это конец и мучения вот-вот закончатся. Эта мысль вызвала неподдельную радость и облегчение. Вихрь из сгустков душ и энергий начал вращаться с еще большей скоростью, словно предвкушая, когда они наконец набросятся, на эту упёртую и такую желанную душу.

Я лишь прикрыла глаза не желая видеть, что будет дальше. Как низко я пала, грезить смертью и думать, что это величайшее облегчение. Не смогу я выполнить клятву и сберечь госпожу. Какое же я ничтожество. Неожиданно давление, которое буквально размазывало нас, исчезло, а сквозь веки почудился зеленоватый свет. Я открыла глаза. Тьма расступалась. Души, что вихрем вращались вокруг нас спешно рассеивались, а перед голубоглазым парнем проявился образ величественной девы, что держала его на своей ладони. А он, стоя на коленях, обессиленный и не помнящий себя, пытался ползти в сторону портала, но затем, видимо ощутив отсутствие буквально размазывающей давящей силы, поднял свой взгляд. Дева ободряюще улыбалась, она по-матерински и снисходительно смотрела на него своими бесконечными синими глазами. На красивом лице, без единого изъяна то и дело проплывали странные пятна, где-то напоминающие омертвевшие ткани, как у зомби, иногда они напоминали высохшую глину, а порой прокаженную черноту. Она разверзла уста и проговорила что-то парню, а затем приблизила его к своему лицу и коснулась губами его лба, при этом одновременно уменьшаясь, а затем яркая зеленая вспышка заполнила все пространство.

В себя я пришла одна из первых. Небольшую поляну, утопающую в сочной зеленой траве, была устлана валяющимися как попало телами людей. Я заозиралась, в поисках госпожи, но Лауренс оказался с ней неподалеку. Они оба дышали и у меня отлегло. Я непонимающе стала осматриваться, словно мне просто приснился дурной, ужасный сон. Наконец в звенящую тишину ворвался гомон обычного леса, крики птиц, ветер, шумевший кронами деревьев. Неужели мы выжили?

Возле меня раздалось шуршание травы, и я лишь увидела удаляющуюся задницу серебряноволосой, она подползла к какому-то телу среди высокой осоки и прильнула ухом к груди. Хриплый возглас разнесся над округой.

— $#@^G37! (Он не дышит!).

— Старший!

Михаил лежал на спине, руки раскинуты в стороны. Буквально белое лицо, посиневшие губы, невидящий взгляд, устремленный в фиолетово-свинцовые тучи, что проступали сквозь кроны деревьев. Из глаз, ушей, носа и рта тянулись струйки крови. Вся одежда оказалась изъедена, словно от огня или от действия кислоты, на коже виднелись следы, как от химических ожогов.

— Нет, нет, нет… — Виктория отняла голову от его груди. Сердце не билось. Она тут же начала не прямой массаж сердца. Три десятка качков грудной клетки, потом глубокий вдох, она подложила руку под его шею, зажала нос и постаралась как можно сильнее вдохнуть в него воздух.

— Псина! — Над поляной разнесся охрипший, срывающийся голос Виктории.

Сбоку наконец появилась Ксения. Она трясущимися руками принялась рыться у себя в подсумках в поисках шприца. Наконец она нашла нужный, с адреналином, и быстро вонзила иглу в область сердца, выдавливая содержимое. Вика тут же принялась с новой силой остервенело качать, после тридцати нажатий, аж до хруста в ребрах она просипела:

— Вдох — Ксения зажала нос, как это сделала ранее вампирка и склонилась над лицом Михаила. После чего Вика продолжила, но ничего не происходило. Тело Михаила вздрагивало под каждым качком сжатых рук вампирки на его грудной клетке.

— Безмолвная! — Где-то в лесу раздался грохот и треск разрываемой древесины и стрекот молний, а поляну озарило несколько голубоватых вспышек. Это Александр успел прийти в себя и начал пытаться держать периметр. Постепенно и остальные люди начали приходить в себя, но они оказались ошеломлены и дезориентированы, совершенно не помнили последние события, как и не могли понять где вообще оказались. Ему вторила серия оглушительных хлопков от огненных вспышек Эдварда.

— Безмолвная!! — Вика орала уже сорвавшимся голосом. Спустя буквально пару мгновений, около них материализовалась подползшая Настя. Выглядела она немногим лучше Михаила, бледная как приведение, но она оказалась в сознании. — Коли ему ту хрень! — Настя рефлекторно расстегнула карман и достала шприц с ярко оранжевой жидкостью, укрытую колпачком и на секунду застыла в нерешительности.

— Что встала?! Коли! — Прохрипела рядом Ксения, срывая с груди кусок поврежденной ткани. Настя еще раз нерешительно посмотрела в глаза одной и второй, и когда Виктория уже была готова вырвать из её рук шприц, та резко сорвала колпачок вонзая длинную иглу точно в сердце. Ксения уже налепливала на грудь Михаила диоды от полевого дифриблирятора, который достал Монк. Он как пришел в себя, присоединился к реанимации парня.

— Разряд — прохрипел бородач. Тело Михаила дернулось под действием разряда тока. Ксения мгновением позже сделала вдох. — Разряд! — Напряженно прохрипел Монк. Тело командира снова дернулось. Вика склонилась прильнула к груди, но так и не услышала стук сердца. Ксения сделала очередной вдох. Монк снова нажал кнопку на дифриблиряторе, но тот вместо очередного разряда тока лишь зашипел, из корпуса повалил густой едкий дым. — Дерьмо! — Прохрипел медик.

— Командир — дрогнувшим, обессиленным голосом просипела Ксения.

— Оживай же! — В сердцах вскрикнула Виктория, нанося прекордиальный удар кулаком. — Ну же!

— Виктория… — Начал было Монк, но та его не слушала. Ксения с поникшей головой сжимала истерзанную аптечку, Настя невидящим взглядом уставилась в одну точку.

— Ну же! Живи! — Виктория начала входить в какое-то неистовство. Её глаза охватило кровавое безумие.

— Виктория! — Попытался урезонить её бородач. Но та лишь схватила его за грудки и приблизила резко к своему лицу. Её клыки выдвинулись, а в глазах бушевала неутишимая ярость.

— Закройся… — Прошипела та ему в лицо — или перегрызу глотку. — После чего резко отбросила полевого медика и нанесла с силой очередной удар.

Неожиданно Михаил дернулся всем телом, его мышцы свела судорога, и он приподнялся корпусом и попытался сделать судорожный вдох, который тут же перерос в бульканье. Его глаза распахнулись шире и начали менять цвета с синего на зеленый, потом золотой. В них пронеслись и другие цвета, но перед тем как вернуть свой законный цвет в них отразилась бездна тьмы.

— Командир! — Ксения его тут же перевернула на бок, из его рта полилась черная кровь, с какой-то слизью. Он судорожно попытался вдохнуть еще раз, и сейчас у него получилось лучше, но буквально мгновение позже он стал блевать кровью.

Бледное лицо Михаила все же приобрело более жизненные оттенки, ушла синева губ, но взгляд по-прежнему блуждал. Его прислонили к стволу ближайшего дерева.

— Сколько мы здесь — прошептал он обессилено.

— Минут десять, капитан — проговорил Монк с облегчением, он на автомате начал осматривать тело парня на предмет ранений. Вика склонилась над ним. Уткнувшись в колени, и просто мелко вздрагивала, Настя улыбалась, из её глаз вырывались слезы. Ксения тоже шмыгнула носом.

— Уходим. Немедленно. Кто не захочет, бросайте. Помогите… — Он попытался подняться.

— Старший, ты с трудом двигаешься, и остальные…

— Уходим. Сейчас же! — Обессилено, но настойчиво прошептал парень.

Глава 2. Связь

Михаил.

— Старший, — Вика укоризненно на меня посмотрела, когда я прикурил очередную сигарету.

— Да, командир, ты можно сказать с того света вернулся — недовольно пробурчала Ксения, что ошивалась так же рядом. Они обе вообще от меня не отходили ни на шаг. Вначале это даже оказалось приятно, что обо мне заботятся, но сейчас это банально начинало раздражать. Хотя более или менее внятно мыслить я начал совсем недавно, до этого ощущал больше себя овощем, который порой терял сознание.

Но что я точно помнил, я никогда, никогда больше не сунусь в междумирье. Такое ощущение, что мою душу пропустили через блендар, измельчив на мельчайшие осколки, а потом все хорошенько перемешали и собрали заново, и походу нихрена неправильно. Это чертовски больно, казалось, что я вообще потерял себя, и здесь, сейчас на ящиках сижу не я, а кто-то другой. Я вообще не думал, что там все настолько плохо. Хотя, даже удерживать края случайного пробоя оказалось непросто, но терпимо. А вот внутри… Давление стало просто чудовищным, словно само это место протестовало, чтоб там находились живые.

Хотя только нашу группу я бы провел, с трудом, но провел бы. А такую толпу людей, да и я находился не в лучшей в форме, постоянные стычки, отсутствие отдыха и возможность полноценно восстановиться, давали о себе знать. Правда у нас все равно не было выбора. Или рискнуть и попытаться вернуться, или оказаться бесславно сожранными в другом мире, куда нас забросило. Меня даже больше пугало то, что мы еще столкнемся с той флорой и фауной, когда миры сольются…

В общем, я чуть не помер еще раз. Или помер, учитывая нервозность остальных. Правда, не было той мути, что ты смотришь со стороны на свое тело, спокойно паришь над пространством, белый свет где-то в конце, который тебя притягивает. Ничего не было. Я даже не помню, как потребовал, чтоб мы срочно убирались с места пробоя.

Единственное, я помню более-менее отчетливо какую-то девушку в междумирье. От неё исходило какое-то тепло и спокойствие, посреди того безумия, через которое я пытался провести всех. А еще её слова: «Помни». Это слово намертво отпечатались в голове, даже сейчас эхом разносилось у меня на задворках сознания. Но вот что именно я должен помнить, я как раз забыл. Я даже сейчас в своих воспоминаниях вижу, как шевелятся её губы, как она произносит что-то еще, но вот что именно, я не знал. Провал… Это единственное, что четко отпечаталось в моей голое. Остальное я помню весьма туманно, да и честно, хочу забыть все то, что там ощутил. Даже сейчас меня пробирал страх, проникающий до самого позвоночника, липкий и отвратительный, из-за чего тело начинало покрываться холодным потом и пробивал озноб. Отвратительное ощущение. Все моё естество просто вопило: никогда туда не возвращаться. Очередной бычок отлетел в сторону, и сморщившись я достал следующую сигарету, игнорирую уже откровенно недовольные взгляды обеих девушек.

— Интересно, что скажет Агния… — Не выдержала наконец Виктория и включила свою стервозность, правда, богиню она на дух не переносила, из-за чего я, даже для себя, неожиданно дернулся и сломал пальцами сигарету. После чего хмуро посмотрел на вампирку, которая невинно смотрела на медленно копошащийся лагерь. Вот всегда она так… Но от Агнии мне действительно влетит, если мы вообще выберемся отсюда, конечно.

Я оказался весь перебинтованный, хотя большинство повреждений уже начало заживать. На мне красовалась относительно новая футболка цвета хаки, армейские брюки и берцы. Моя одежда превратилась даже не в лохмотья, а какие-то куски ткани, прилипшие к плоти. Похоже, я переборщил с выплеском манны, она фактически материализовалась и начала разъедать мышцы и кожу. Не говоря уже про мои энергетические каналы и структуры, каким чудом я не пережег их, до сих пор не понимаю. Возможно, помогла та чудо сыворотка, последний подарок от Юко. Она не успела её испытать, но утверждала, что та и мертвого поднимет, как и сделала всего одну дозу. Мы с собой её по инерции и возили на всякий случай. Ну и полнейшее магическое истощение, я даже, по-моему, ушел в минус и начал использовать жизненную энергию, разрушая свои внутренние органы. Поэтому за мной приглядывали, и ворчали из-за того, что я продолжаю вредить себе.

Я посмотрел на низко повисшие свинцово-фиолетовые тучи, правда сейчас их почти разогнал ветер, чего не случалось последние дней пять. Местами виднелось голубое небо, а на землю проливались солнечные лучи. Красиво.

В лагере нашу группу встретили весьма триумфально, правда накал быстро спал, когда выяснилось, что мы такие же, как и остальные, а не группа зачистки или подкрепление. Полковник Звянцев, что командовал фактически сборной солянкой, с некоторым облегчением отдал бразды правлению майору спецназа, что пришел с нами. Мужик буквально на глазах превратился в дряхлого старика, которому приходилось принимать тяжелые решения, и, судя по всему, он желала уже остаться здесь навсегда, и не мог себе простить за то, что происходило у него на глазах. Это было понятно по его взгляду, смотрящем сквозь людей и предметы куда-то вдаль. Это понял и майор, поэтому он не стал задавать никаких лишних вопросов. Ознакомился с текущим положением дел, да докладом единственного разведчика.

А расклады вырисовывались печальные, даже безнадежные. Здесь около сотни бойцов, плюс обычные мужики, которых поставили в ружье. Около двух сотен гражданских. Плюс наша группа, порядка восемнадцати бойцов и около двух десятков гражданских. Ну еще парочка иномирцев, которые прилипли к нам и далеко от моей группы не отходили.

Я как-то полагал, что как только мы доберемся до остатков регулярной армии, то дальнейшие действия понятны и относительно легко осуществимы. Имея транспорт и людей, мы спокойно примкнем и выберемся отсюда. Но все оказалось куда хуже, и мы фактически были сами по себе. Связь отсутствовала, лагерь постоянно подвергался нападениям, из-за чего численность выживших сокращалась день ото дня, патроны на исходе, медикаментов почти не осталось. А все разведгруппы пропали, кроме одной, вернее вернулся один боец, и его доклад не внушал никакого оптимизма. Как выбираться непонятно, куда прорываться тоже. Дерьмово… Я запрокинул снова голову к небу, выстреливая пальцами очередной бычок.

Попытаться выбраться только своей группой и бросить остальных? Возможно, но я себе этого никогда не прощу, да и не факт, что мы выберемся, учитывая, как нас потрепали за эти несколько дней. Мой взгляд рефлекторно упал на неровные палатки, в которых ютились обычные люди, выжившие. Молодые девушки с детьми, пожилые люди, пара дородных женщин, грязные, в изодранной одежде, многие ранены и перебинтованы уже испачкавшимися бинтами. Пустые взгляды, на дне которых отчаяние и безысходность. Дети, которые переняли настроения взрослых, почти не было слышно плача. Мужики и молодые парни с хмурыми лицами и ненавистью в глазах. Только их ненависть направлена на себя, от бессилия что-либо сделать. Хотя у многих даже просто апатия. Стариков почти нет. Никто не пытался качать права, требовать от военных что-то сделать. Похоже, такие уже вымерли, а если кто и оставался, то благоразумно сейчас помалкивал. Хотя такие люди и благоразумии, совсем несовместимые вещи.

— Что будем делать? — К нам подошла Сова. Её нервировала атмосфера в лагере.

— Если б я знал… — Пробормотал я, наблюдая как молодая девушка, сидя на земле, обняла колени и просто раскачивалась, смотря в пустоту. Бесячий вопрос, и все вечно ко мне с ним лезут. Да откуда я знаю что делать?! Я хочу нажраться, забыться и спатеньки, а не вот это вот все… Еще помыться бы, да. И кофе, хочу кофе. С шоколадкой…

— А если серьезно? — Настаивала та.

— А не хочешь ты отвязаться? — Прошипела Вика.

— А то что? — Набычилась Сова и уперла в вампирку взгляд, правда правую руку положила на рукоять пистолета в кобуре, а я лишь тяжело вздохнул.

— Забываешься, — прошипела Виктория, как змея, она буквально растворилась в воздухе и возникла у той за спиной, из-за чего Сова вздрогнула. Вампирке она совершенно не нравилась, возможно из-за того, что мы все это время выбирались вместе, а может еще почему. Пойди разберись что у девушек вообще в голове происходит, не говоря уже про нелюдей-девушек. Сова же постаралась не потерять лицо, медленно развернулась и встретилась с Викторией взглядами, но руку с рукояти убрала. Так они и стояли как два барана, пока нашего пилота не позвал Монк.

— Как дети… — Пробормотала Ксения с набитым ртом. Вот кому я завидовал, она вообще не задавалась лишними вопросами, а спокойной хомячила банку тушенки. Вика уже набрала воздуха, чтобы ей ответить, когда над лагерем раздался истошный крик.

— Товарищ майор! Связь!! Товарищ майор, связь! — Мимо нас пробежал молодой сержант.

Лагерь неожиданно ожил, люди начали выбираться из палаток, чтоб посмотреть, что происходит. В глазах людей начала зажигаться надежда, появились даже робкие улыбки, люди рефлекторно прижимали кулаки к груди, затаив дыхание. Сержант, наконец, нашел нашего майора, и они быстро побежали в штабную палатку, вместе с ним устремилось еще несколько офицеров.

— Пойдем, послушаем — я соскочил с ящика и поморщился. Ко мне тут же подскочила Виктория, но я отказался от её помощи и поковылял следом к штабной палатке. Все же меня сильно потрепало и нам срочно нужен целитель в отряд. В меня залили конечно дефицитные зелья, но эффект от них оказался незначительным.

У штабной палатки уже собрались солдаты с автоматами, что отгоняли столпившихся там людей, всем хотелось поскорее узнать новости с большой земли. Нас же пропустили без проблем, хотя и поглядывали настороженно, а некоторые и с отвращением. Ну да сложно их винить за это. За последние дни тут все пережили настоящий ад, где непонятно кто твой друг, а кто враг. А мы, в глазах обычных людей, должны выглядеть жутковато. Вика и так отличалась от обычного человека. Ксения тоже приобрела больше звериные глаза, даже в человеческом обличии. И у остальных глаза светились из-за насыщенности манной. А обычные люди уже уверовали, что все зло от магии. Ну а маги и есть такое же зло и плевать на логику и здравомыслие.

— Я Застава 13! Дубрава, как слышно, приём — но в ответ доносились лишь помехи и непонятные хрипы.

— Я Застава 13, я Застава 13, приём! — Радист чуть ли не кричал, но эфир отвечал лишь помехами.

— И где связь?! — Нервно спросил майор.

— Да только что… — Начал оправдываться лейтенант, что находился рядом, а радист нервно начал щелкать по приборной панели. Собравшиеся лишь напряженно слушали помехи и белый шум. Так продолжалось с минуту, радист побледнел и уже трясущимися руками продолжал настраивать радиостанцию, когда сквозь помехи и хрипы рации прозвучали первые слова.

— За…ава 13, я Периметр, Дуб..вы …ольше нет. Дол..жи…е стат…с приём! — Сквозь помехи наконец послышался долгожданный ответ.

— Периметр, я Застава 13! Срочно требуется эвакуация, мы находимся на пересечении Северного Широтного Коридора. Боеприпасы на исходе, медикаментов нет, техника уничтожена. Огромные потери. У нас гражданские, дети! — Радист замолчал, в ответ слышно снова помехи.

— Периметр, я Застава 13, прием! Периметр, я Застава 13, прием!

— Застава 13, я Пер…тр, эвак… не будет.

— Что? — Растерянно пробормотал радист.

— Дай сюда — влез майор.

— Периметр, говорит майор Тихонов, повторите!

— За…ва …ать, я П…митор, эвак… не будет.

— Периметр, я Застава 13, у нас гражданские и дети! — Но в ответ снова донеслись лишь помехи.

— Периметр, я Застава 13, приём — уже со злостью начал майор.

— Майор — связь снова отмерла, только голос говорившего изменился. С той стороны донёсся уставший голос мужчины в возрасте — говорит генерал-лейтенант Савин — Связь очистилась от помех, стало четко и хорошо слышно — майор, ты там?

— Так точно, товарищ генерал, я… — но его перебили.

— Майор, эвакуации не будет, подкреплений тоже — с тяжелым вздохом донеслось из радиостанции — у меня нет людей и техники, мы с трудом держим границу аномалии.

— Но, товарищ генерал!

— Я всё понимаю, но вы сами по себе! — Сбоку зашуршал принтер, начиная свою работу, вот он подцепил первый лист бумаги и начал что-то печатать. Люди в палатке напряженно продолжали молча слушать. Если вначале все загорелись какой-то надеждой, то сейчас они отказывались верить в услышанное.

— Да как они могут?! — не выдержал один из офицеров, но его быстро успокоили. Звянцев, положив тому руку на плечо и тяжело посмотрел.

— Высылаю свежие спутниковые снимки вашего района, все чем могу, майор, всё чем могу.

— Тогда мы обречены, дети, женщины! Мы все здесь просто сдохнем — Маэстро уже не обращал внимания на правила переговоров. Сквозь помехи раздался очередной тяжелый вздох генерала.

— Майор, я каждый день теряю людей, мы не можем даже на пару кило…тров зайти. У м…я нет ресурсов, ты пон…ешь?!

— Но как же…

— Вот …к, майор, да по…жет вам Бог.

— Уроды — сквозь зубы прорычал еще один майор, что был со Звянцевым.

— И ёщ… у вас ….ть с..ок чтоб у..ратьс… …т…да. По рег…у бу…т на…на сер…я я…ных уд… при..м! — Сообщение повторилось, но помехи становились всё сильнее, появились снова хрипы.

— Периметр, я Застава 13, приём! Периметр! Дерьмо! — Выругался майор и отбросил переговорное устройство.

В палатке воцарилась гробовая тишина, нарушаемая шумом работы различных приборов, да натужными усилиями принтера. Офицеры продолжали смотреть на радиостанцию не в силах оторвать от неё взгляда. Я же отлип от стола и потянулся к листкам бумаги, что тот уже выплюнул. Я быстро пробежался по ним глазами, Вика заглядывала мне через плечо.

— А что он произнес последнее? — Нарушил молчание наконец Антон Павлович, хирург из местной больницы, гражданский, который здесь присутствовал. Ну мы еще условно гражданскими были, нда… Он казался единственным, кто не поддался отчаянию и унынию.

— Кажется…

— По региону будет нанесена серия тактических ядерных ударов — безразлично проговорил капитан морской пехоты, он достал сигарету и прикурил её прямо здесь, тяжело затянувшись. Он пришел вместе с нами. Это был последний гвоздь в крышку гроба здесь присутствующих.

— Когда? — Осипшем голосом спросил кто-то.

— Непонятно — капитан выдохнул табачный дым вверх — связь дерьмо. Через сколько-то дней.

— Но, а как же люди?!

— Оглянитесь! Какие здесь люди? Только мы на многие сотни километров и то чудом!

— Но все равно есть выжившие, не только мы.

— И сколько таких? — Иронично спросил капитан.

— Он прав — проговорил Маэстро, прекращая бессмысленный спор — если это творится повсюду, то так они смогут сдержать тварей, не позволив им расползтись по остальной территории.

— Но люди…

— Мы и так здесь обречены. А остальных можно еще спасти.

— И что нам делать?! Просто застрелиться? — в палатке начинала накаляться атмосфера, люди находились уже на грани, просто устали, а последняя надежда сейчас оборвалась.

— Соберем все что сможем и будем прорываться — уверенно проговорил Маэстро.

— Куда прорываться? — Истерично воскликнул молодой лейтенант.

— Я напоминаю о субординации — пропечатал майор.

— Да пошёл ты!

— Что сказал?

— Харченко, отставить! — Рявкнул Звянцев. Но тот его не слушал. Глаза блестели безумием. Он рассмеялся и потянулся за пистолетом. Собравшиеся здесь офицеры попытались его остановить, но тот неожиданно резко опустился на колени, запрокинув голову. Позади него стояла Виктория, держа того за волосы, а горло лейтенанта сдавила её изящная рука с выступившими когтями.

— Дернешься – вырву глотку.

— Да плевать — Захрипел тот — мы и так здесь уже покойники! Мы покойники! Мы вс… — договорить он не успел, Вика просто шмякнула его головой о небольшую деревянную тубу, на которой стоял ноутбук. Нельзя допускать чтоб в лагере началась паника.

— Может и не покойники — пробормотал я, а затем поднял на присутствующих взгляд — как далеко от нас находится Тарсов Яр?

Глава 3. Путь к спасению

Лагерь отмирал прямо на глазах. Люди, что были заперты в своем отчаянии и безнадежности стремились сделать все от них зависящее, но чтобы ни за что не дать угаснуть этому робкому лучику надежды. Женщины спешно собирали свои вещи, дети им старательно помогали. Мужики варили к автобусам железные листы и решетки, перетаскивая с места на места различный металлолом. Механики спешно ремонтировали технику, какую еще можно поставить на колеса, ну или на траки.

Откровенно говоря, я не сразу обратил внимание, но лагерь занимал внушительную территорию. Это позже люди стали кучковаться на небольшой его площади, чтоб иметь возможность эффективно обороняться. На территории сохранилось почти два десятка различных автобусов, грузовики, пара пожарных машины, около пяти машин скорых помощей. Ну и еще гражданские легковые автомобили, которые сейчас спешно проверялись и обдирались на предмет всего полезного. Так же тут оказалось пара боксов для ремонта военной техники, развернутые пришедшими армейцами. Различные контейнеры, бытовки, транспортные контейнеры. И сейчас все пространство гудело, как растревоженный улей.

Совещание в штабной палатке закончилось пару часов назад. И все это время я несколько бестолково шатался по лагерю, пугая людей, да отвлекая всех от работы. Если бы кто-нибудь увидел, что я пытаюсь кому-то помочь, особенно Вика, мне бы тут же сделали секир-башка. Хотя я понимаю их, восстановление шло крайне медленно, основательно меня потрепало. Да и магическое истощение давало о себе знать. Но сидеть и ничего не делать, когда вокруг такая суета, мне оказалось крайне сложно.

В целом план, с некоторыми доработками присутствующих, одобрили и он не казался чем-то невыполнимым. Около Тарсов Яра, небольшого городка, расположилась новая войсковая часть, обслуживающая военно-транспортную авиацию, созданная на волне новых изменений в мире. Ну как созданная, фактически там располагался наскоро созданный военный аэродром с некоторой инфраструктурой, да несколько бараков. Строительство на момент появления магической нестабильности шло полным ходом. Но и не это нас заинтересовало. А два транспортных самолета, больше всего похожих на Ил-76. И выглядели они вроде бы целыми, конечно, возникал закономерный вопрос, а почему никто ими так и не воспользовался, когда здесь начали открываться филиалы ада, но на этот вопрос мы так и не смогли найти ответ. Снимки все же не самого хорошего качества, да и облачность полностью никуда не делась. Собственно как и сейчас, над нами снова висели тяжелые почти черно-фиолетовые тучи. Но на снимках самолеты выглядели целыми и неповрежденными.

Ну а теперь всеми любимые «но». И во главе угла встал вопрос, а кто сможет пилотировать. Тогда я вспомнил о Сове и за ней тут же отправили пару сержантов. Спустя несколько долгих минут ожиданий в нервной обстановке, все боялись спугнуть тот призрачный шанс, что начинал маячить перед нами, наконец, появилась недовольная пилот.

Дальше происходящее больше всего напоминало совещание из ролика, где нужно нарисовать семь красных параллельных линий, чтоб они были еще перпендикулярны одновременно. Бедная Сова отбивалась как могла, упирая, что она пилот винтокрылых машин вертолетного типа и крылатые посудины терпеть не может. Но её никто не слушал, интересовал лишь один момент, сможет ли она поднять и посадить самолет. Спустя полчаса Сова сдалась, выдавив, что со множеством оговорок и «если», но сможет.

Теперь вырисовывалось второе «но». Тарсов Яр находился от нас примерно в пятистах километрах. И располагался он в противоположной стороне от условных краёв Уральской аномальной зоны, то есть вглубь. И если с самолетами нас постигнет неудача, то это гарантированный билет в один конец. Дальше нам останется просто подороже продать свои жизни, уничтожая тварей, которые сейчас наводнили уральское плоскогорье.

Такие вот дела. Я пальцами щелкнул бычок в сторону и соскочил с зеленных ящиков, на которых устроился, чтоб перевести дух. Пятьсот километров мы на машинах в нынешних реалиях точно не проедим, но и здесь нашлось решение. Железнодорожное депо в десяти километрах от нас, и пути проходили недалеко от Тарсова Яра. Поэтому по железке мы могли бы добраться. Если конечно пути целы, и участки не провалились в другие миры, и вообще, если на путях не встретится совсем уж откровенной жути. Короче шанс небольшой, но он выше, чем на машинах или уж, тем более своим ходом. Что там конкретно в этом депо мы увидеть по снимкам не смогли. В высланных изображениях снимки цепляли лишь часть территории. Ну и все та же пресловутая облачность. Поэтому мы просто полагались на великое русское авось.

Нет, безрассудством или излишней глупость никто не страдал, но времени у нас судя по всему крайне ограниченно. Сгореть в огне термоядерных взрывов так себе перспектива. А если и не сгореть, то загнуться от радиации… Короче, с какой стороны не посмотри, мы просто в долбанной жопе. А посылать на разведку у нас просто нет времени. Причем никто до конца так и не выяснил, как себя ведет радиация в новых условиях с появлением магии. На атомных станциях появилось дополнительное оборудование, так же появились различные магические артефакты, понижающие магический фон или полностью его нивелирующие. Приборы фиксировали небольшие странности, но я не знаю, чем в итоге там все закончилось. Знаю, что проводили еще какие-то эксперименты, но с их итогами я не был знаком. Они закончились уже после нашего ухода из Департамента.

Еще одной проблемой становилось то, что мы с Безмолвной словили магическое истощение. Все же манипуляция магическими потоками нам доступна на более тонком уровне в отличии от других. Если Эдварда и Громилу можно сравнить с варварской магической дубиной, то мы с Настей были чем-то вроде хирургических скальпелей, по силе слегка им уступающими, но могли манипулировать манной с хирургической точностью. Из-за этого переход через междумирье дался нам тяжелее остальных.

Ладно, надо двигать к своим. Хотя нам собирать особо и нечего, но остальные члены группы активно включились в подготовку к отправке в наш последний рейс.

— Эд, ты с Громилой пойдете в голове и хвосте колонны — перед импровизированным строем стояла Виктория и сурово посматривала на всех остальных. Мальчик и парень лишь кивнули. Тут зажестикулировала Настя — Ты — выделила голосом вампирка — едешь в середине вместе со Старшим. И никакой магии! И не корчи свою морду, вы оба пустые и ты это знаешь! Сами отобьемся, без вас как-нибудь — Вика сделала несколько шагов в сторону — Монк…

— Да, знаю, я с местным доком — Вика лишь кивнула.

— Крест, Балка.

— Я с Совой — махнул рукой Стебель.

— Мне не нужны няньки — буркнула та.

— Ты наш единственный билет отсюда — прогундосил Балка.

— И что с того?

— А то, что если ты подохнешь - мы все здесь сдохнем — зевнула Ксения — поэтому завязывай ломаться как целка. — Крест и Балка хрюкнули, пытаясь подавить смех. Настя осуждающе посмотрела на Волчицу. Вика уже не слушала дальнейшего спора. Она сделала следующий шаг и уперла свой взгляд в зеленорожую оглоблю.

Кайлана выглядела немного бледно. Она и сама уже не рада, что навязалась в попутчики этим психам. Вначале чертовы перелеты на неведомых железных птицах, потом самый страшный ночной кошмар любого жителя Тортурна. Красный дракон. Мало кто их смог увидеть и выжить после. Так они теперь перли целое драконье яйцо. Да если бы кто узнал в их мире об этом, не осталось бы ни одного царства, империи, ордена, наемника или бандита, что не попытались бы их найти и убить, не считаясь с потерями. А стоимость... Цену она просто не могла себе представить. После, пройти самое настоящее междумирье, где могли побывать лишь сильнейшие шаманы, но таковые известны лишь в древности. Но этот маг короткозубых смог. Она уважала его и боялась. Ибо в любой момент, ему стоит лишь сделать легкий пас рукой, и она отправится к праотцам, даже не успев этого осознать. Он чудовище в человечьем обличии.

Нет, в свою бытность наёмником она многое повидала. Как и людских магов ей приходилось убивать не раз. Но они даже близко не стояли с ним. Да и остальные не сильно ему уступали. Но это и к лучшему, если кто и способен выжить в этой бездне, что открылась в мире живых, то только такие же чудовища. И ей необходимо сделать всё, чтобы быть им полезной. Главное донести это и вождю Трдилугу. Её сердце кольнула тоска по сыновьям, что остались вместе с юным вождем.

— Ты — выплюнула вампирка на общеимперском, который худо-бедно уже могли понимать все в группе. Она не взлюбила зеленокожую и её неимоверно бесило даже то, что ей приходилось смотреть на неё снизу-вверх. — Защищать мальчик. — Кайлана покосилась на ребенка, что повелевал молниями и хмыкнула. Вика же пристально на неё посмотрела и прищурила глаза. Затем сделала по инерции ещё один шаг и недоуменно посмотрела на троицу иномирцев, которые встали вместе со всеми остальными в линию. Они так и не отходили от их группы и все время держались по близости.

— Что вы тут стоять? — После небольшой паузы все же выдавила из себя Виктория.

— Мы могли бы вам помочь. Я и Лауренс, — положила на плечо легионера девушка или все же молодая женщина в растрепанной одежде и копной черных, вьющихся волос, что сейчас были убраны в непослушный хвост — сильные воины. Госпожа графиня Шерея де Корнар сильный волш… — Вампирка подняла руку и остановила Кансдерею на полуслове. Ибо та начала говорить быстро, стремясь донести смысл, что они могли бы им очень пригодится. Но она неудачно шевельнулась и уже неплохо затянувшиеся раны дали все же о себе знать. Она сморщилась, но не проронила ни слова, хотя бок ожгло чуть ли не жидким пламенем.

— Говорить медленно, понимать плохо — вздохнула Виктория и вперила в них взгляд синих и холодных, как бездна глаз. Как бы они не относились к нежите и прочей нечисти, на подобии вольфраков, но Канси придется с ними мириться, иначе им не выжить. А эта серебряноволосая упырица была одной из приближенных к магу. Поэтому не самое плохое решение попытаться заручиться её поддержкой. Молодая графиня же лишь смотрела в глаза вампирке, словно кролик на удава, не в силах вымолвить ни слова.

В их мире вампиры не были чем-то экзотичным, но встречались нечасто. Из-за их коварства, холодного и пытливого ума и почти бессмертия, они становились жутким противником. Поэтому их стремились изничтожить на корню, не считаясь с потерями и последствиями. В истории известны случаи, когда упыри смогли захватить целые города в разное время. Где-то шантажом, подкупом или с помощью богомерзкой темной магии или магии проклятых, они овладевали душами и сердцами людей, что начинали действовать по их указаниям. И постепенно город превращался в обитель немертвых, где выжившие горожане зачастую использовались как скот для пропитания упырей. И порою проходило не одно десятилетие, прежде чем корона или местный правитель мог узнать об этом.

И тогда на штурм города посылалась целая армия, которая сжигала его просто дотла вместе с жителями и ненавистными кровососами, ровняя город в руины. Но даже так, людям не всегда удавалось одержать победу. Лет триста назад, один высший вампир, чье имя попытались полностью стереть из истории, сумел отбиться от армии местного князя. Он готовился к подобному десятилетиями и смог сформировать свое воинство. Тогда княжество пало в течении декады. Целые полчища упырей по ночам преодолевали огромные расстояния, появляясь и нападая на деревни, города, крепости. По их следам шло основное воинство с обозом, в том числе и множеством глухих массивных телег. В самом же воинстве были и обычные люди, натренированные, и опоенные различными дурманами. Так и подвергшиеся запретной магии порабощения и контроля. Днем они охраняли покой своих господ, а ночью те выбирались из своих передвижных склепов и сеяли смерть, разрушения и разорение.

Если бы тот высший удовольствовался бы княжеством, возможно бы он и дальше смог там существовать до поры до времени. Но он не остановился, начали страдать соседние страны, и тогда Святая Империя Теранус объявила крестовый поход. Неутихающая несколько десятилетий кровавая бойня на границах бывшего княжества закончилась за 5 лет крестового похода. Даже несколько святых дев пришлось привлечь для победы над неживыми. И хотя официальная история утверждает, что высший вампир пал, многие в этом сомневались. Сейчас же в тех местах образовалось несколько вольных баронств, а дурная слава и по сей день ходит о тех местах. А в истории неохотно и как-то стыдливо помнили о тех событиях.

Вся это история мигом пронеслась в голове молодой графини, ведь перед ней стоит одна из высших вампиров, которые способны тягаться в силе с целой Святой… Неожиданно после какой-то реплики Канси, упырица пристально посмотрела юной графине прямо в глаза, от чего та непроизвольно вздрогнула и захотелось схватиться за руку своей служанки и телохранительницы. Но каким-то чудом она смогла с собой совладать, и несмотря на то, что внутри все тряслось, графиня постаралась не отвести взгляда. Канси долго с ней беседовала перед тем, как они наконец смогут поговорить с этими странными людьми.

На закономерный вопрос, что они не единственные люди, к которым Канси вместе с ней могли бы присоединиться, Кансдерея посмотрела на свою госпожу с некоторой иронией, жалостью и тоской. Так она поступала, когда не могла ослушаться свою госпожу, но из-за юного возраста и неопытности Шерея могла сказать что-то глупое, вот и сейчас, она не до конца понимала, почему та выбрала именно этого мага.

— И чо они хотят? — Поинтересовалась Волчица.

— Учила бы язык, сама бы поняла — огрызнулась Виктория. Но просьба или желание иномирцев её немного обескуражила.

— Так они тихо говорили просто — попыталась выкрутиться Ксения, подходя ближе к вампирке. Виктория лишь тяжело вздохнула.

— К нам хотят присоединиться.

— Ну так пускай — махнула Ксения рукой.

— Ты совсем дура?

— А что такого? Этот неплохо мечом размахивает, а вторая прирожденная убийца.

— С чего ты взяла?

— А я смотрела за ней. Движения, привычки, манера держаться. Не говоря о её взгляде. — Ксения посмотрела на Кансдерею, из-за чего та нахмурилась и непроизвольно поёжилась. Быть объектом внимания сразу высшего упыря и вольфрака ей совершенно не нравилось.

— И что с ним? — Недоуменно спросила Виктория. Девушка уже напряглась, ожидая чего угодно, а на её лице выступил холодный пот.

— Это взгляд человека не просто солдата, что видел смерть на войне. А взгляд убийцы без сожалений отправившего на тот свет не один десяток человек. Или больше… — Уже тише добавила Волчица.

— Ты совсем? Псина! — Прошипела Виктория — и спокойно предлагаешь им присоединиться к нам?!

— Ты посмотри вокруг, только такие и выживут. И пусть они будут лучше под нашим присмотром. — Пожала плечами Ксения. Вика достаточно быстро остыла.

— Нужно спросить Михаила.

Мимо ревя дизелем проехал танк. Колонна начинала формироваться, уже скоро объявят погрузку. Постепенно и люди начали собираться недалеко от выстраиваемой техники. Иногда слышались очереди из станковых пулеметов на окраине лагеря. Не смотря на скорую подготовку, безопасность лагеря оставили на уровне. И раз тревогу не объявляли, то серьезного нападения не происходило.

— Хорошо — Виктория перевела обратно взгляд на Канси. — Выполнять любой приказ. Если не выполнять… — Виктория небольшим усилием воли вогнала себя в боевой транс, из-за чего её глаза налились краснотой, а клыки выдвинулись — Если не выполнять… Перегрызу шея.

— Ты жрать их собралась? Вообще-то это не очень прилично — я не удержался от легкой колкости. Отчего-то Виктория стеснялась своей боевой ипостаси при мне. Не знаю чем это вызвано. Вика резко отвернулась, приходя в норму. Я несколько минут наблюдал, как Виктория пыталась наводить порядок, за что я ей был благодарен сейчас. Меня же еще лихорадило, иногда путались мысли и порою накатывала дурнота.

— Старший.

— Определи им место в нашей группе. Безмолвная, выдай еще одно зелье темноволосой. Так же принимаем и мы с тобой исцеления и по одному зелью манны. Скоро выдвигаемся.

Глава 4. Дорога

Колонна машин, ревя дизелями и выпуская черный дом из выхлопных труб, медленно катила по разбитой дороге. На автобусы и грузовики наскоро и грубо наварили различные решетки и дополнительные листы стали из-за чего те стали похожи на уродливых франкенштейнов постапокалипсиса. Все это должно дать хотя бы небольшой дополнительный шанс людям внутри, если твари все же нападут на колонну. В грузовики так же погрузили десяток дизель-генераторов, инструменты, остатки провизии и боеприпасов. Техникам удалось реанимировать три танка, пятерку БТРов и пару БМП. В колонне шли несколько армейских наливников, в которые слили все топливо с оставшегося в лагере автотранспорта.

Всего колонна насчитывала шесть армейских Уралов, Четыре рейсовых автобуса, которые сейчас были обварены наспех решетками и стальными листами, несколько микроавтобусов в такой же комплектации, пара буханок, одна из которых выполняла роль КШМки. Еще техники смогли реанимировать три броневика, Тигр.

Колонна двигалась не больше километров двадцати в час, изредка ускоряясь на прямых участках дороги. Вдоль движущихся машин сновали дроны, управляемые из машин прямо на ходу. Далеко они не отдалялись, иначе сигнал быстро слабел и оператор терял свою игрушку, а коптеров и так осталось крайне мало. Но даже так, это позволяло контролировать округу намного лучше, чем своими глазами из машин через оставленные щели.

Еще низкая скорость колонны обуславливалась тем, что приходилось объезжать различные препятствия. Мы постоянно проезжали мимо брошенных легковушек, некоторые оказались раздавлены, часть разорваны на мелкие детали, что усеивали всю округу. Темные пятна на асфальте, которые образовались из смеси топлива, масел и крови несчастных. Порою встречалась и армейская техника. Чаще всего та оказывалась выгоревшей дотла. Дорожное полотно и обочину усеивали стрелянные гильзы от автоматического оружия. Пустые и разбросанные зеленые ящики из-под боеприпасов. Порою встречались разбитые и посеченные осколками Уралы, как от фугасных снарядов. Они так и провожали нашу колонну безжизненными разбитыми фарами и темнеющими салонами брошенных машин, словно укоризненно упрекали, что мы до сих пор живы.

— Всего несколько дней, а такое ощущение, что мы попали в какой-то постапокалипсис. Какую-то неделю назад, здесь были обычные города, деревни и сёла. Люди ездили на своих машинах по делам. Курсировали автобусы… — Ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотала Ксения, обнимая свою ценную ношу. Вид снаружи вводил в уныние. Я покосился на рюкзак. Нам еще только предстояло разобраться, что с ним в итоге делать, с этим долбанным яйцом. Я лишь тяжело вздохнул и уставился снова в сторону.

Мы ехали примерно в середине колонны на одном из микроавтобусов. Нам выделили отдельную машину, куда загрузился я, Безмолвная, Ксения и иномирцы. Не смотря на то, что места у нас еще хватало, к нам никто не захотел больше подселяться. Руль крутил кто-то из местных, и судя по всему он был мягко говоря не в восторге. Так же к нам покидали некоторое количество ящиков с различным барахлом. Громила и Кайлана разместились в голове колонны на одном из Тигров, что ехал сразу за танком Т-70М. Майор так и не прислушался к моим доводам, что впереди стоит пустить броневик как передовой дозор, чтоб они могли среагировать на магическую угрозу. А так мы просто рисковали потерять танк. Но убедить Маэстро мне так и не удалось. Виктория и Эдвард оказались в конце колонны и прикрывали тыл. В нынешних условиях мне казалось, что хвост более уязвим, чем передовые машины.

За все время нам не раз приходилось действовать в сложных условиях, где было много разрушений и побитой техники. Но это все лишь локальные происшествия. Сейчас же куда не посмотри, взгляд цеплялся за следы творящегося здесь безумия. Обезлюдивший мир. Разрушенные и выгоревшие деревни, придорожные отели и магазинчики. Сгоревшие дотла заправки. Разбитые легковушки, непонятно откуда взявшийся мусор на дороге, какие-то куски непонятного, обгоревшего железа. Вот чего мы не встречали, так это трупов. Лишь изредка попадались фрагменты тел, да отдельно лежащие красноваты кости с кусочками плоти и кожи. Вот это меня напрягало больше всего, даже пугало.

Как-то люди привыкли считать себя вершиной пищевой цепочки. И вот сейчас реальность нам жестко намекало на наше глубочайшее заблуждение. Ведь здесь мы оказывались всего лишь кормом. Потому что куда могло деться столько трупов, кроме как быть сожранными я просто не представлял.

Колонна в очередной раз замедлилась и машины начали аккуратно объезжать, заезжая на обочину, развороченный танк, что перегородил часть дороги. Его изуродованная башня с остатком погнутого ствола предупреждающе смотрела в сторону движения колонны.

— Никак не могу понять, что так могло уничтожить целый танк? — Хмуро и потрясенно пробормотал водитель. Звали его, кстати, Николай. Ему было уже за полтинник, лет десять он катал водителем на скорой. В целом Маэстро постарался посадить за руль каждой машины опытного водителя, чтоб случись непредвиденная ситуация у людей было больше шансов.

Мы лишь проводили взглядом погибшую в жестоком бою мощную технику. Но вопрос, озвученный водителем, крутился у нас у всех. И не дай Бог нам сейчас встретить тех, кто так смог раздолбать наших военных. Ибо даже мне казалось, что благодаря нашему техническому уровни и современному вооружению у нас неплохие шансы на выживание. Но, похоже, я заблуждался, и мы крайне мало знаем о тех мирах, что сейчас вот-вот сольются в один.

Колонна снова немного ускорилась, правда нас потряхивало из-за разбитой снарядами дороги, как и из-за кучи непонятного железного мусора на ней. Мы так можем остаться и без колес. Даже чудо, что до сих пор на автобусах все покрышки целы. Снова щелкнула гарнитура в ухе и оператор беспилотника отчитался о том что видит впереди. Ему ответил кто-то из офицеров Маэстро. После междумирья боевики, что пришли вместе с ним относились к нам настороженно. Никто не помнил, как мы продирались сквозь ту тьму, между мирами. Да и в целом, он несколько предвзято относился к магии. Как ни странно, среди оставшихся в живых не так много оказалось пробудившихся. И их уровень был весьма скромным по сравнению с нами, как и выучка оставляла желать лучшего. Я лично не лез в лидеры не желая ломать голову как управлять всеми этими вояками, как и постоянно держать в голове такое количество гражданских. Поэтому пусть этот гемм…нелегкий и благородный труд останется на его сильных и мужественных плечах. Да и я никогда не руководил таким большим количеством народу. Лишь отдел под моим управлением, да и то… Да и то я не всех сберег. Сердце неожиданно сдавила боль и тоска. Хотя казалось, что прошло уже какое-то время, но… Тот, кто сказал, что время лечит, явно пи**ел.

Но некоторый авторитет у нас все же был, как и влияние. Нас выслушивали и с нами считались. Опять же Сова не стеснялась и открыто заявляла, что мы спецгруппа из Самой Москвы с мега секретным заданием, с грифом: «этого никогда не было». Ну и наш уровень все видели, хотя это даже вызывала немного обратной эффект и нас теперь банально побаивались. Но майора вполне устраивало, что я не лезу к нему с тем, как руководить людьми. А он особо не лез к нам, и мы молчаливо просто поддерживали своей магической мощью оставшихся в живых людей, стремящихся к своему спасению.

Мы с ним этого не обсуждали, но четко понимали, что вытащить всех мы, скорее всего, не сможем и потеряем немало тех, кто оказался сейчас в этой колонне.

— Внимание! — Раздался напряженный хрип оператора беспилотника — движение! Четыре часа!

Я тут же переметнулся на противоположную сторону, сумев опередить Ксению, на что та лишь недовольно проворчала у меня за спиной. Но толком ничего разглядеть не мог. Нам, к сожалению, так и не дали планшет, куда можно было выводить картинку с беспилотника. Спустя секунд тридцать, в ухе раздалось напряженный голос Маэстро:

— Колонна, к бою!

Водитель резко ударил по тормозам. Впереди, через автобус, взревел дизелем БТР выкатываясь в сторону, его башня начала наводиться на цель. Я же хотел уже метнуться к двери, но меня опередила Настя. Она успела распахнуть и собиралась соскочить на асфальт, когда мимо меня метнулась тень и рука Ксении ухватила её за шиворот куртки.

— Куда это мы собрались? — Лилейно ласково, буквально промурчала Волчица и рывком затащила девушку обратно, закидывая на соседнее сидение, словно та ничего не весила.

Я же решил воспользоваться ситуацией, пока Ксения отвлеклась, и выскочить наружу, но она ожидала нечто подобное, мне на колени рухнул злополучный рюкзак, резко вдавив в сидение. Охренеть… А яйцо то оказалось очень тяжелым, хотя Волчица с ним управлялась играючи. Всё же у оборотней физические возможности на порядок выше, чем у обычного человека.

— Сидите здесь, сами разберемся — проворчала та, передергивая затвор на потрепанном печенеге, который негромко звякнул патронной лентой. После чего она плавным и быстрым движением покинула салон и метнулась куда-то к обочине, где занимали позиции солдаты, спешно спешивающиеся с Уралов. Водила напряженно вцепился в баранку и уставился перед собой, мимо лобового стекла, которое сейчас оказалось убрано в стальную решётку, пробегали бойцы.

— Мы проехали всего километра три. Всего три километра… — бормотал тот невнятно.

Я кое-как скинул с себя рюкзак на соседнюю седушку. Ибо даже за такое короткое время он умудрился отдавить мне ноги. Я глянул на недовольную Настю, что сидела сейчас насупившись. Мы встретились взглядами, на что я лишь пожал плечами и вытянул сигарету из пачки. Но нам откровенно поднадоело, что остальные пытаются уберечь от нагрузок. А мы не могли оставаться в стороне, когда все активно заняты тем, что делают все для всеобщего выживания.

— Маэстро всем. Огонь без приказа не открывать — раздался в гарнитуре хрип майора.

— Вепрь Маэстро, противник, два километра, стремительно приближается. Наблюдаю около двух сотен.

— Кто противник?

— Эээ… Вепрь Маэстро, не могу определить, плохая видимость — в канале послышалась невнятная ругань.

Я успел уже прикурить сигарету и жадно затянулся. По салону поплыл сизый дым. Бойцы занимали позиции, изготавливаясь к бою. А в салонах автобусов замерли в напряжении обычные люди. Впереди ревел дизелем Танк, который разворачивался корпусом в направлении противника. Машины в колоне подтянулись друг к другу, чтоб стоять плотнее. В эфире раздавались короткие команды, офицеры выслушивали доклады о готовности. Если я правильно помню карту, то как раз в стороне от трассы, в нескольких километрах, находилась небольшая деревушка. Я поднял руку и нажал на кнопку рации, которые использовала моя группа.

— Виииик? — Протянул я лениво.

— Гнолы, Старший. Три сотни. Двигаются к нам.

— Проблемы?

— Нет, Старший. Шаманов почти нет.

— Первый всем. Не вмешиваемся. Только в крайнем случаи. Не теряйте бдительность.

— Есть — отозвался хмурым голосом Громила.

— Слушаюсь — из второй двойки подтвердила Вика.

Потянулись долгие секунды ожидания, когда неожиданно грохнул танковый выстрел, за которым последовал врыв вдалеке. Следом заговорили башенные орудия БТРов, отстреливаясь короткими очередями.

— На нас напали? — Раздался с задних сидений голос темноволосой девушки. Кажется, её звали Кансдерея, или как-то так.

Мы с Безмолвной даже немного вздрогнули от неожиданности. Иномирцы оказались в нашей машине и сидели тихо-тихо. Мы успели даже немного позабыть, что они вообще есть. Когда колонна только тронулась, они находились в сильном напряжении. Им было непривычно находиться в машине, поэтому все вызывало неподдельный интерес и настороженность. Вначале мы немного поумилялись, как три пары широко распахнутых глаз внимательно все осматривают в ожидании неизвестно чего.

— Да.

— Надо сражаться? — Я лишь отрицательно мотнул головой.

— Кто напал? — Она секунду помедлила, перед тем как задать следующий вопрос. А я немного подвис, ибо как они называются у них, я не знал. Настя решила придти на помощь. Попыталась изобразить жестами рук вытянутую морду, с большими ушами, которая делает клац-клац. Правда, под это описание подходили почти все твари… Нда… Нам нужен переводчик, артефакт. И почему в реальности не как в книгах и фильмах, когда все говорят на одном языке, или, о чудо, жители разных миров лепят каждый на своем, но понимают друг друга.

— Беречь патроны! — Злобно рявкнуло в гарнитуре голосом майора.

Снаружи стрекотали автоматы. Прерываемые разрывами. Неожиданно бледненько сверкнула молния, которая с грохотом врезалась в щит, выставленный Громилой, на землю посыпались голубоватые искорки. В ответ же, в сторону противника, протянулась мощная дуга разряда. Буквально на доли секунды она заглушила звуки выстрелов своим стрекотом, разорвавшись где-то вдалеке. В ноздри ударил запах озона.

Через минуту все стихло. Еще несколько раз в сторону машин прилетали слабенькие заклинания. Пара молний, огнешар и кажется булыжник. Но Александр играючи выставлял щиты, отражая атаки. В эфире потекли короткие доклады, а в салон заскочила довольная Ксения, захлопывая за собой дверь.

— Что? Яж не вмешивалась, просто постреляла — решила она оправдаться. Затем секунду помедлив, она торжественно достала планшет из-под куртки и вручила его мне — мне и планшет подогнали — улыбнулась та в свои тридцать два белоснежных зуба, которые на человеческие были мало похожи. Но планшет это хорошо.

— Умничка — на автомате пробормотал я, сразу раз блокируя устройство.

Безмолвная забрала у той пулемет и погладила её по голове, отчего Ксения издала непонятный сладостный не то стон, не то уканье, чем вызывала удивление у всех присутствующих. Это оказалось полной неожиданностью и для неё самой, ибо на её довольной, наслаждающейся лаской физиономии вначале отразилось удивлением, потом на ней промелькнул ужас, и она шарахнулась от руки девушки как от проклятой на передние сидения.

— Кхм — я не сдержался. Это получается она уже больше похожа на…

Ксения же бешено вращала глазами и мелко дышала. Но это вышло, правда мило, как будто Настя погладила большого щенка. Но для Ксении, вечно соперничавшей с Викой, это был полный провал.

— Какого чёрта? — вырвалось из Волчицы.

Удивление Безмолвной быстро сменилось на мстительную и предвкушающую улыбку и она, закинув пулемет на сидение, сделала к ней первый шаг. Настя решила поквитаться за недавний демарш Волчицы, которая не выпустила нас из салона.

— Да что тебя надо?! — Ксения еще сильнее вжалась в кресла, стараясь быть подальше от вытянутых рук девушки — Отстань! — Рявкнула та, перепрыгивая рыбкой через ряд, в глубь салона, когда Настя попыталась сделать рывок к ней чтоб её затискать. В этот момент машина тронулась вместе с колонной, а водитель бросил на нас недовольный взгляд, в котором читалось что-то на подобии: «вокруг конец света, а эти полоумные...».

— Тихо вы — сделал я суровое лицо, хотя мне самому было до жути интересно, это была случайность или… И чем кончилось бы, если Безмолвная смогла её поймать.

И судя по сверкающим глазищам последней, она не откажется от своей затеи. Ксения же беспомощно посмотрела на меня, потом подтянула к себе пулемет и резко отстегнула короб с патронами. Настя же с гадкой улыбочкой протянула ей закрытый цинк патронов.

Темноволосая и легионер, наблюдавшие всю эту сценку, отвернулись в разные стороны, стараясь не встречаться взглядом с Волчицей и изо всех сил делали вид, что они ничего не видели, более того, что их вообще здесь нет. Лишь аристократка, сидящая между ними, не могла отвести взгляд от Ксении своими широко раскрытыми голубыми глазюками, выражающих смесь неверия и непонимания, словно она увидела то, чего не может случиться никогда в этом мире.

Я же достаточно быстро разблокировал офицерский планшет и пробежался по программам и настройкам. Достаточно легко нашел и зашел в трансляцию, ведущуюся с дронов. Кто-то сумел аккумулировать со всех птичек картинку в КШМке и теперь можно одновременно смотреть сразу картинку со всех дронов, или, для более детального просмотра, переключаться между ними. Операторы вели своих птичек с темпом колонны, порою увеличивая подозрительные участки в сфере своей ответственности. Картина вокруг удручала. Деревня, откуда вылезли гнолы, почти полностью выгорела. От черных пепелищ до сих пор тянулся слабый дым. Пара домов, что не тронул огонь, оказались полностью разрушены. На территории вокруг разбросан мусор, вещи, побитый транспорт. Неожиданно оператор увеличил картинку. В центре деревне стояло что-то похожее на погост, где суетилось еще около полусотни гнолов. Там же стояли огромные котлы и пепелища от костров. Оператор еще увеличил изображение и спустя мгновение, когда камера снова поймала резкость, я несколько секунд всматривался, после чего быстро отвел взгляд. Из котла высовывалась рука со скрюченным запястьем. Мертвенно бледна кожа с порезами, а на ногтях до сих пор оставался цветной лак. Твари.

Колонна быстро удалялась. Оператор увеличивал еще несколько раз картинку, чтобы рассмотреть детали. Но живых людей там не осталось. Кто-то из офицеров хотел вернуться и выжечь это ублюдочное племя с особой жестокостью и цинизмом. Но Маэстро быстро всех заткнул. Не было у нас на это времени. А мертвым уже все равно.

— Почему ты поручил Ире охранять эту истеричку, пилота? — Ксения заразительно зевнула, из-за чего я повторил за ней.

— А почему нет? — Я неспешно переключался между камерами, но ничего подозрительного не видел.

— Ну так опасно же… И это.

— Если ей кто-то из вас в лицо скажет, что она – ребенок, и она послушает, то я заберу её обратно.

В салоне повисла тишина. Настя, как и я, прекрасно знала отношение сестер, если к ним относиться как к маленьким девочкам. И если младшая, еще как-то была сдержана, или потому что она все же считала себя еще подростком или в силу спокойного характера. То Иру это провоцировало на жесткий конфликт, с ожесточенным отстаиванием своей позиции. Но положа руку на сердце, она смогла выжить в этой мясорубке и добраться до нас. При условии, что она не обладала никаким даром и действовала одна. Даже прицеп сумела с собой притащить. Я мельком покосился на иномирцев, которые негромко что-то обсуждали. Так что относиться к ней не как к равной, я считал неприемлемым. Она более чем доказала это.

— И потом, не забывай, что она в одиночку, не без чьего-то разъебайства… — Я пристально посмотрел Волчице в глаза из-за чего та съежилась и быстро отвернулась. Свой косяк она понимала.

— Внимание всем! Приближаемся к лесу. Всем смотреть в оба — раздалось в гарнитуре хриплым голосом.

— Слон штабу. Вижу непонятный объект в воздухе. Держится на расстоянии.

— Это самолет?

— Не могу определить, но точно не техника.

— Этого нам еще не хватало. Следи за ним.

— Принято.

Колонна сбавила скорость и начала втягиваться в лесной массив. Вполне знакомый русский лес. Узнаваемые деревья. Но теперь они заставляли держаться в напряжении. Неизвестно кто или что притаилось под густыми кронами среди подлеска. Я потянулся к своей рации.

— Что видите?

— Чисто — быстро отозвалась вампирка.

— Лес странный — Александр явно нервничал.

Я посмотрел на Безмолвную, она на секунду замерла, её глаза наполнились бирюзовым светом, и вокруг колыхнулась еле уловимая бирюзовая дымка, с мельчайшими сверкающими пылинками, моментально истаявшая в пространстве. Обычный человек мог видеть только насыщенный цвет глаз, в магическом зрении все становилось иначе. Потрясающая и завораживающая красота. Через несколько секунд она развернулась вперед и снова замерла. Хреновый знак. Ксения тоже напряглась и потянулась к пулемету. Она уже успела собрать новые ленты и уложить их в короба.

Наше изменившееся поведение заметили и иномирцы. Они сразу умолкли и подобрались. Легионер положил руку на рукоять меча. Темноволосая с непроизносимым именем подобралась, словно дикая кошка, приготовившаяся к прыжку.

Настя еще несколько раз использовала заклинание поиска. И после каждого, хмурилась. Затем она повернулась уже к нам и несколько мгновений помедлив начала быстро показывать жестами.

— Странное впереди. Не могу понять. — Час от часу не легче. Мне бы стоило посмотреть самому, но я только-только начал приходить в себя и постепенно восполнял свой магический резерв. Поэтому делать даже слабенькую ворожбу мне лучше повременить. Хотя Насте тоже досталось, но все равно меньше, поэтому она могла себе позволить простенькие заклинания. Я переключил канал, настроенный только для офицеров и командиров.

— Гастролёры Маэстро — я вышел в эфир. Не знаю почему, но нам выдали такой позывной.

— В канале — раздался недовольный голос майора. Я чуть помедлил, после просто тяжело вздохнул и продолжил.

— Впереди…

— Ну?! — Раздражение майора лишь нарастало.

— Впереди возможен противник. Численность и степень угрозы неизвестна — я, наконец, сформулировал мысль.

— Ты издеваешься? — После недолгой паузы прошипело в ухе.

— Мы не знаем что это, но впереди что-то есть — злиться начал уже и я. Что он от нас бл**ь хочет?

— Принял — бросил тот.

— Не ну а что? Может ему еще ситниковые снимки распечатать? — Проворчала Ксения — А что вообще ощущается?

Мы оба посмотрели на Настю, та задумалась, после чего знаками показала магическую концентрацию, которую словно бы пытались скрыть. Но она не уверена, потому что больше похоже на стихийное или природное магическое образование. Я лишь почесал затылок. Сейчас на обнаружение мало надежды. Слишком нестабильны магические потоки и хаотически всплески магии засоряют восприятие мага.

— Колонна, внимание! Всем полная боевая готовность. Сбросить скорость. — В общем канале все же раздались указания Маэстро.

— Первый всем — я тут же дотянулся до отдельной рации — полная готовность. Похоже нас ждут проблемы.

— Есть, слушаюсь — почти одновременно отозвались Александр и Виктория.

— Приняла — наконец подала голос Ира.

Я быстро вытащил свой видавший виды калашников 105, который все это время лежал между сиденьем и корпусом микроавтобуса, и слегка отвел затвор, заглядывая внутрь. В этом гребанном путешествии я умудрился просрать свой меч и теперь себя чувствовал неполноценным. Но хотя бы короткий остался при мне, правда он больше все же относился к кинжалам или даже кортикам. После чего отпустил затворную раму и передернул его резким движения. Настя последовала моему примеру, усаживаясь около щели, на сидениях напротив. Я так и оставался сидеть рядом с дверью, на правой стороне. Ксения начала скидывать с себя снарягу, перед этим она намертво примотала свой рюкзак к сиденьям.

— Штаб Слону, что там в небе?

— Слон штабу. Объект не наблюдаю, но до этого он следовал за нами на большом расстоянии.

— Получилось идентифицировать?

— Нет.

Перед нами шел один из Уралов. Бойцы в кунге тоже готовились к бою. Пара магов спешно готовили заклинания к активации. Урылы, кстати, тоже обварили дополнительной броней. Если наверху так и оставался тент, то борта подняли и наварили дополнительные листы стали, прорезав в них бойницы, что позволяли солдатам внутри отстреливаться на ходу. Колонна тем временем еще замедлилась и мне стало совсем не уютно. Мне начало казаться, что на меня обращено множество глаз, всматривающихся из чащи.

— Голова всем! Контакт! Гоблины!

Я быстро отвлекся и щелкнул первую камеру, на дрон которой летел впереди колонны. Оператор как раз увеличил изображение. На обочине наш русский мишка махался сразу с десятком зеленокожих маленьких тварей, вооруженных деревянными копьями, каменными ножами, да пращами. Несколько палок торчали из его могучей и косматой спины, но медведь тем яростнее сражался. Он встал на задние лапы с силой обрушиваясь на не успевшего увернуться уродливого карлика. Камера не передавала звука, но я прям почувствовал, как хрустнули кости, а под кронами деревьев раздался визг боли. Более удачливые сородичи попытались нанести удары, но косолапый резким рывком смял жиденький строй, размахивая своими лапами с мощными когтями. Сразу несколько тел рухнули в траву, орошая кровью обочину и траву вокруг из глубоких рванных ран. У одного не выдержали нервы и он, метнув непонятно куда своё копье, развернулся и попытался сбежать. Но успел пробежать лишь пару метров, когда медведь, разинув свою пасть буквально откусил ему голову. Оставшиеся гоблины попытались воспользоваться моментом и напасть на царя лесов со спины, но медведь, словно вошел в состояние кровавого берсеркера, продолжал разрывать маленькие тельца на части одного за одним. Даже появилась некоторая гордость за отечественного топтыгина, что давал просраться мелким уродцам.

На самом деле мы с гоблинами до сих пор не сталкивались. В Москве и рядом в основном появлялись гнолы и прочие мерзопакости. Нор с гоблинами появилось всего несколько, да и те небольшие. А вот под Питером наоборот, там в основном почему-то появлялись гоблины, а гнолов за все время, ни разу.

Оператор отдалил изображение и я прихренел. Вся дорога оказалась устлана разорванными телами гоблинов. И их там, даже навскидку, была пара сотен. Причем точно разорвана зверями, никакой магии. Но мы наблюдали только одного мишку и больше никого. Он не смог бы в одиночку перемолоть столько зеленых, это точно. Развернув дрон, оператор еще раз увеличил изображение. По обочине бежала еще пара десятков гоблинов, с непонятными грязными мешками, шкурами в виде переносок спереди и они сильно отличались от тех, что сейчас погибали от лап медведя, некоторые бежали налегке, но они оказались ниже ростом. Самки! А в шкурах, что те придерживали руками спереди, совсем мелкие детеныши! Они пытались спастись от клыков разъяренного хозяина тайги.

— Да что, чёрт возьми, происходит? — Тихо выдохнула Ксения. Они с Настей уже вместе со мной смотрели в экран планшета. Как и за их спинами выглядывала иномирка с темными волосами.

Оператор продолжил вести убегающих гоблинов, когда из-за крутого поворота вырулил танк, ревя дизелем. Следом за ним выскочил Тигр, в люке которого виднелась голова Александра, убранная в шлем, тот явно ему велик, но ничего лучше не было. Он напряженно вращал головой, выискивая опасность. Глаза сверкали от сосредоточения магии. Гоблины замерли в ступоре, пока один из воинов с копьем не растолкал своих соплеменников, воплем и пинками направляя сородичей в чащу. Оператор снова развернул дрона и устремился вперед. А картинку подхватил другой дрон. Неожиданно с одного из БТРов, через бойницы, раздались автоматные выстрелы. Несколько гоблинов рухнули как подкошенные. В траву осыпались срезанные пулями ветки и молодые деревца, попутно выбивая щепу из стволов деревьев.

— Отставить!

— Отставить стрельбу! — раздалось почти синхронно от Маэстро и Звянцева.

Я чуть поморщился от подобных криков в эфире. Но нервы у людей сдавали. С каждым пройденным десятком метров напряжение лишь нарастало. Гоблины уже затерялись в подлеске. Я быстро вернулся на первый дрон. Мишка, добив последнего, буквально разорвав гоблину грудную клетку, быстро, но величественно скрылся в чаще. А дорогу впереди устилали разорванные тела. Асфальт залило темно красной с непонятным отливом кровью гоблинов. Повсюду валялись порванные плетеные корзины, вымазанные шкуры животных, куски ткани и прочий мусор, что переносили с собой зеленокожие карлики. Похоже на качающее племя напали дикие животные. Правда, никого те жрать не стали, а просто всех поубивали. И вот это нонсенс. Животные просто так никогда не нападают. Или когда охотятся для пропитания, или защищая свою территорию и потомство. И это сделал точно не один медведь. Одного топтыгина те бы завалили, задавив просто числом. С жертвами, но завалили бы.

Колонна сбавила ход, и мы втянулись на полотно дороги, что стало свидетелем побоища. Газель покачивалась, словно на невидимых кочках, а до ушей, сквозь рев дизелей, нет-нет, но и доносился хруст. Но может это разыгралось просто воображение. Опытный водитель побелевшими кистями намертво вцепился в баранку, словно это был новичок, лишь только получивший права. В салоне все молчали. Не уверен, понимают ли иномирцы, что мы сейчас едем буквально по сотне трупов, но они не проронили ни звука. А аристократка и вовсе побледнела, её нижняя губа подрагивала, казалось, она держалась из последних сил, чтобы не расплакаться.

— Подтянуться — раздалась очередная команда в общем канале.

Газель сделала небольшой рывок, сокращая дистанцию с идущим впереди Уралом. Я начал переключаться между камерами. Мне показалось что-то неправильное в телах гоблинов, что были на краю, со стороны куда направлялась колонна. Но я так и не смог больше выхватить нужный кадр. Попробовать запросить повтор записи или одного из операторов дронов? Но сейчас все и так готовы взорваться от малейшей искры. Никто не знал чего ждать и откуда ждать. Мы словно ехали по минному полю. Когда все машины выбрались из-за поворота и отъехали вперед на полкилометра Маэстро скомандовал остановку.

— Командир, впереди неправильный лес — раздался взволнованный голос Александра. Вечно угрюмый и скупой на эмоции мальчишка сейчас сильно нервничал.

— Ты можешь определить угрозу? — Я затаил дыхание.

— Нет.

— Маэстро Гастролёрам — щелкнуло в наушнике, когда гарнитура перешла на другую волну.

— В канале — я быстро отозвался.

— Что думаешь? — Да откуда мне знать… Я страдальчески запрокинул голову вверх и посмотрел в потолок салона. Сам вижу, что дело нечистое, но понять не могу.

— Дикие звери — что еще я могу сказать, кроме как очевидного.

— Да. Только они не убивают из прихоти — пробормотал майор.

— Может им тоже посносило кукухи из-за всего творящегося? — В канале раздался голос нового собеседника, кажется, это Алтай, капитан, что пришел с нами.

— Мы так ни к чему не придем — пробормотал Маэстро — Что на счёт сказанного ранее?

— Как и до этого, где-то впереди. Разве что мы приблизились.

— Противник?

— Характер и степень угрозы определить не можем — я мельком глянул на Настю, та лишь кивнула и пожала плечами.

— Вы только кроликов из шляп таскать и можете — тяжело вздохнул майор, закинув просто огроменный булыжник в наш огород. Непроизвольно у меня заиграли желваки и мне захотелось вмазать тому по морде. Пока я пытался совладать с вспышкой гнева Маэстро уже перешел в общий канал, отдавая указания:

— Всем стянуться. Идем медленно, плотным строем. Всем внимание. Впереди возможен неизвестный противник. Всем приготовиться и доложить. Выполнять.

Дальше послышались короткие доклады. Машины стянулись, сокращая дистанцию еще ближе. Иномирцы все это время сидевшие тихо, не выдержали, темноволосая, наконец, заговорила.

— Что происходит? — У нее был приятный, глубокий, низкий голос с неуловимой хрипотцой. По телу пробежали мурашки. Я совершенно не ожидал такой реакции от себя, по сути, просто услышав невинный вопрос на языке, которого никогда не было на земле. Правда, он был произнесен крайне близко от моего уха, что я ощутил теплое дыхание.

Ксения, увидев мою реакции, недовольно засопела, обернувшись, первая к иномирянке. Секундой позже повернулся и я, сумев совладать с собой. Но вот что ей ответить? По сути мы сами не знаем, что происходит и сейчас движемся по течению неизвестной реки, совершенно не представляя кто водится по её берегам, как и в самой реке. И тем более мы не знаем её характер, течение, есть ли там мелкие участки, пороги и водопады. Мы не разведываем, не исследуем, а просто должны добраться до какой-то точки, не имея возможности вернуться на подготовленную базу, где восполним еду, патроны, технику и людей. Тут я посмотрел в бойницу, взглянув на небо. Боже, пусть хоть погода нам не преподнесет никаких сюрпризов в виде каких-нибудь кислотных дождей или еще чего похуже. Я потер лоб и снова посмотрел на Кансдерею.

— Я не знать — проговорил я, глядя прямо в глаза. Она нахмурилась, ей не понравился мой ответ — мир вокруг меняться. Что быть белый, прекратить быть белый, что был черный прекратить быть черный. Мы сражаться за своя жизнь — уже твердо и уверенно закончил я фразу. Очень надеюсь, что она меня поняла. Она испытующе посмотрела мне в глаза несколько мгновений, затем кивнула.

— Используй наши кернордан — последнее слово я не понял.

— Кхернодан? — она кивнула, но видя мое замешательство, плавным движением достала откуда-то из своего подранного платья короткий меч, и держа его за лезвие протянула рукоятью вперед немного склонив голову и устремив взгляд в пол. Этот жест казался чем-то церемониальным, но в то же время я ощутил, что для них это многое значит.

— Похоже, она предлагает использовать их как клинки или другими словами полагаться на них.

— Ты-то откуда знаешь? — Проворчал я, стараясь скрыть свое замешательство.

— Читала в одной исторической статье, что в некоторых странах воины, таким образом, предлагали свои услуги — вот честно иногда она напоминала качка гориллу с почти нулевым IQ. Но порою она задвигала умные мысли, как и демонстрировала достаточно широкий кругозор — Что? Да не тупая я! Эй, руки убрала, на! — Увернулась она от Насти, которая попыталась её погладить, воспользовавшись ситуаций. И пока мы дурачились темноволосая продолжала передо мной стоять, так и не шелохнувшись.

— И что я должен сделать?

— Ну не знаю, возьми меч, покрести её как крестоносцев — хмыкнула Волчица, держа в поле зрения Безмолвную. Я лишь тяжело вздохнул и посмотрел на рукоять меча. И в голове, словно голосом Аркха пронеслись слова. Повинуясь внутреннему импульсу, я положил руку на рукоять и произнёс:

— Дарган у Коркхан да Гар — Темноволосая вздрогнула из-за затянувшейся паузы и посмотрела мне в глаза с неверием и удивлением.

— Колонна, марш! — раздалось в гарнитуре голосом полковника. Спустя пару мгновений, наш микроавтобус взревел двигателем и тронулся следом, дернувшись несколько раз. Походу накрывается трансмиссия. Я отвлекся на доклад оператора.

— Так, ладно, собрались! — Пресек я зарождающуюся с новой силой возню. С одной стороны может и лучше так не переставать шутить, улыбаться, поддерживать, чем сидеть и рефлексировать на тему, что мы все умрем.

Настя, довольная собой, подобрала автомат и уложила его у себя на коленях. Сама же пару раз ударила себя ладонями по щекам и устремила свой взгляд в бойницу по левой стороне. Машины двинулись дальше. На камерах все оставалось спокойно. Узнаваемый лес, знакомые с детства деревья. Порой взлетали небольшие птицы.

Мы проехали несколько километров, когда впереди стала видна прогалина метров пятьдесят. Деревья расступались в стороны. Но за ней сразу же лес продолжался, где дорога резко уходила вправо. В принципе лес скоро кончится, дальше надо будет перебраться через мост, и мы фактически окажемся в нужно нам месте. Депо находилось на самой окраине небольшого посёлка.

Машины начали выбираться на открытый участок, когда первые машины уже втянулись в новый лес и приближались к повороту Громила неожиданно ударил молнией в деревья на самом краю. В эфире раздались непонимающие возгласы. Я лишь краем уха слышал крик Александра. Спустя могновение свернула еще одна молния, когда в ухе раздался крик оператора беспилотника.

— Контакт! Великан у поворота!!

— Колонна к бою! — Рявкнул Маэстро.

Глава 5. Дорога. Часть вторая

Наш водила резко ударил по тормозам, выворачивая руль в сторону, чтоб избежать столкновения. Я быстро переключился на первый беспилотник и увидел, как Громила запустил третью молнию, что размазалась о воздух и неожиданно появился огромный человекоподобный великан или тролль. Александр смог сбить щиты или заклинание невидимости, что скрывали его до этого.

Ростом чуть ниже крон деревьев. Даже отсюда я услышал его рёву. На его серой толстой коже оказалось что-то напоминающее доспех или броню, уродливое лицо, больше напоминало морду, с выступающими желтыми обломками клыков из пасти. Голова же убрана в здоровый стальной шлем, плотно прилегающий к черепу. В руке он держал огромное бревно с корневищем, что заменяло ему дубину. Головному танку до него метров десять, тот спешно начал наводить орудие, внезапно резво для своих размеров, тролль успел сделать несколько быстрых шагов и нанес удар. Танкисты успели выстрелить, попав троллю в левое предплечье, когда танк снесло, и огромная, казавшаяся фундаментальной, куча металла, отлетела с дороги. Танк несколько раз перевернулся, разнося деревья в щепки и раскидывая куски обшивки в разные стороны, после чего застыл на боку.

— Вашу мать! Огонь! Огонь!

— Открыть огонь на подавление!

— Коробочка 3, контакт.

Деревянная дубина великана рассыпалась в щепки, когда он сделал шаг к следующей цели в его голову ударила мощная молния. От неожиданности он отшатнулся, ревя от боли, но сумел сохранить равновесие. Его маленькие глазки налились кровью, когда он попытался наброситься на обидчика, громила ударил его второй раз, точно в грудь. После мощеного разряда он ударил еще раз по площади вокруг твари, более мелкими разрядами. Из-за чего тролль споткнулся, его мышцы свело судорогой, и он завалился головой к колонне.

— Горшочек 1, разнеси ему хлебальник!

— Выполняю.

Из колонны вынырнула БМПешка и начала долбить очередью прямой наводкой. После первых выстрелов троллю снесло шлем. Его тело по-прежнему поражали разряды, из-за чего мышцы хаотично сокращались, он мог лишь реветь и беспомощно шевелить огромными конечностями, загребая землю, словно вместо рук, у него огромные ковши бульдозера, да дергая головой, пытаясь увернуться от безжалостно жалящих ос. В гарнитуре продолжали сыпаться приказы.

— Первая группу занять позиции!

— Я, точка два, фиксирую движение на семь часов.

— Чёрт! Что это!!

— Коробочка 2, контакт на три часа!

С одним из беспилотников пропала связь, и над нами мелькнула тень. Микроавтобус, что шел перед Уралом, за которым мы двигались неожиданно воспарил вверх. Я успел переключиться на другого дрона, который зафиксировал как виверна, а это точно была она, мне встречалось несколько докладов с прикрепленными фото, черная чешуя с отливов, тупая, уродливая голова на длинной шее, подняла машину на десяток метров, парой взмахов крыльев, из которой раздались выстрелы. Судя по всему, кто-то смог попасть, после чего тварь подкинула микроавтобус и снова вцепилась в него когтями, стремясь поудобнее ухватить строптивую добычу. Эфир наполнили крики, а спустя мгновение что-то сдетонировало внутри. Тварь издала визг и дернулась одним крылом в сторону, повинуясь последнему импульсу мозга, рухнула на землю. Я лишь успел увидеть, как мощные лапки разлетелись в разные стороны, вместе с левым крылом, а из брюха хлынула жижа вместе с внутренностями на землю. После чего связь с дроном пропала.

— Вашу мать! — В эфире стояли хрипы, крики, вопли.

— Все, я пошлааррр — Ксения успел с себя скинуть почти всю одежду со снарягой, и быстро перебросилась в форму оборотня, разрывая исподнее резко меняющимися габаритами своего тела. Дверь начинала открывать рука еще прекрасной девушки, а сейчас на ней оставили борозды от когтей лапы волколака.

— Волчица! Назад! — Взревел я, но не успел. Та выскочила наружу и уже сгруппировалась, чтоб метнуться в сторону леса, когда из чащи ей прямо в грудину прилетел настоящий огненный болид на чудовищно быстрой скорости. Даже я его с трудом различал со своим восприятием. Грянул оглушающий взрыв, за которым пахнуло жаром, а в салон микроавтобуса влетел дымящийся оборотень. Волчица с хрустом вмазалась башкой в железный корпус, выгибая наваренные листы с наружи. Салон наполнился тошнотворным запахом паленой собачатины. Шкура дымилась, а местами и вовсе горела. Ксения не подавала признаков жизни.

— Эдвард — срывающимся голосом я ору в рацию.

— Он уже работает, Старший — напряженно отозвалась вампирка.

Сзади грохнул выстрел танка. Лес наполнился стрекотней автоматов и пулеметов, в какофонию которых вплетались увесистые уханья крупнокалиберных башенных орудий БТРов и БМП. Я перехватил печенег, который до этого использовала Ксения и высунул ствол наружу, зажав гашетку. Руки дернулись от отдачи. Уши заложило, под ноги с легким звоном начали сыпаться гильзы и звенья пулеметной ленты. Я открыл огонь по чаще просто наугад, когда на дереве заметил еле различимый силуэт. Резко доведя ствол, я всадил короткую очередь в тень. Та дернулась и как подкошенная свалилась на землю.

— Гастролёр всем! Они на деревьях! — Уже более внимательно и прицельно я продолжил вести огонь. На противоположной стороне Безмолвная отстреливалась короткими очередями.

В уши ударил раскат грома. Несколько раз свернула молния, а спустя удар сердца в лес по обе стороны от дороги ударили вспышки разрядов, разламывая деревья на щепки и поднимая комья земли вместе с травой и кустарником. После чего из чащи метнулся в голову колонны более крупный болид, чем тот, что словила Ксения. Раздался оглушительный взрыв! Чёрт! Пацан!

— Громила?! Громила на связь! Александр?! — Я втянулся обратно в салон, отстегивая пустой короб, попутно вдавливая кнопку радиостанции — твою мать!

— Я в порядке — отозвался Александр дрожащим голосом — работаю.

Он успел. У меня отлегло на сердце. Все же Александр поражал, он мог не только творить сложные заклинания, требующие чудовищной концентрации, но при этом еще реагировать на окружающую обстановку, выставляя щиты и контратаковать. Но Ксения так и не приходила в себя. Из-за чего я занервничал. Все же ей частенько доставалось, но благодаря чудовищной живучести и бешенной регенерации, она быстро восстанавливалась. Но не сейчас. Более того, её шерсть продолжала дымиться, а местами разгораться, перекидываясь на выдранные и смятые седушки. Твою неваляху. В салон, чиркнув по корпусу залетела стрела, ровно в том месте куда я собирался выглянуть и с тяжелым скрежетом пробила металлическую обшивку микроавтобуса войдя на половину. Охренеть! Я выдохнул и передернул затвор, затем нашел Кансдерею взглядом.

— Потуши её! Втащи в салон! Живо! — После чего, не обращая уже на девушку внимание, высунулся снова, открывая огонь. В чаще начали мелькать неясные тени, когда над дорогой разнесся протяжный вой. Плохо-плохо, очень плохо!

— Лес движется!

— Я ранен, ранен.

— Они внутри.

— Помогихте!

— Что с танкистами!?

— Люк открылся, экипаж еще жив!

— Я прикрываю, к нам быстрее.

— Какого хрена…

— Экипаж убит. Стрелы! У них стрелы!

— Лес движется!

— Аааргааарххга…

Позади сквозь грохот взрывов, вопли с хрипами в рации и стрекотню выстрелов донеслось гудение пламени свист с треск деревьев. Эдвард буквально заливал все огненным напалмом даруя нам шанс выбраться отсюда.

Грянул новый взрыв. Шедший впереди колонны танк разорвало. Башню снесло и она отлетела в впередиидущий автобус, сминая и разрывая корпус. Автобус опасно качнулся, но устоял на колесах. В эфире раздались новы крики. Чуть впереди и правее нас зашевелилась и вздыбилась земля, выстреливая корнями пронизывая сразу нескольких бойцов, словно острые и длинные копья. Одного боевика откинуло, видимо попав в пластину. Тот отлетел к борту Урала, смачно впечатавшись в него. К нему тут же метнулся огромный волк, размером немногим уступающий быку.

— Лес! Лес атакует!

Я успел его срезать короткой очередью, раскроив череп в районе уха. С левой стороны ударила вспышка. Очередной болид ворвался в бочину БМПшки, что оборвала жизнь первого великана. Тяжелую машину подбросило, и я она с глухим скрежетом перевернулась, после чего внутри неё раздался взрыв, который повлек за собой еще более мощный. Сдетонировал боекомплект. Кансдерея успела потушить Ксения куском брезента и сейчас с трудом втаскивала ее в проем между сидениями. Я засунулся обратно и мельком глянул на тело оборотня, меняя очередной короб. Её грудная клетка вздымалась. Жива! Дышит… Похоже против нас друид или что-то такое. И лес его место силы. Нам надо срочно уносить отсюда ноги.

— Что мы делаем?! — Проорал Николай, пригнувшись под торпеду. Несколько стрел играючи пробили стекло и сейчас оказались воткнуты в салоне микроавтобуса.

В эфире творился настоящий Ад. Я зажал кнопку передачи.

— Маэстро! Валим! Командуй выдвижение! Иначе все здесь поляжем!! Маэстро! — Ору я в гарнитуру снова высовываясь, чтоб открыть огонь на подавление.

— Всем! Немедленно по машинам! Выдвигаемся! Вперед! Вперед!

В тени подлеска напротив нас застыла высокая фигура, направляя на нас палку. Мои глаза расширились и время замедлилось. Я увидел, как вокруг посоха вспыхнули незнакомые руны, а маг сделал несколько коротки пасов и с верхушки посоха в нашу сторону срывается очередной огненный болид, оставляя за собой хвост из пламени, словно миниатюрная, игрушечная комета, только такая же смертоносная. В моем горле застревает наполовину произнесенное имя девушки рядом. Но та сама что-то успела почувствовать, и пока я прорываясь сквозь такой плотный и тягучий воздух, напрягая каждую мышцу в своем теле, отчаянно поворачивал пулемет, болид наткнулся на поток воздуха у унеся в высь. Время отмерло, и я с злостью и ненавистью зажал гашетку. Несколько теней метнулось перед колдуном силясь закрыть его своими телами. Но патронная лента в пулемете длинная. Я отчетливо разглядел как его тело прошило сразу несколько смертоносных осколков свинца, выбивая фонтанчики крови, а последними тремя выстрелами я разнес его проклятую черепушку.

— Коля! Валим! Газуй-газуй!

Наш микроавтобус взревел двигателем, водила крутанул баранку, пытаясь объехать тела убитых солдат после чего резко воткнул следующую передачу, и мы начали настигать разгоняющуюся колонну.

— Вика?!

— Мы прикрываем. Эд залил все огнем.

Мы быстро настигли впереди идущий Урал, из которого так и свешивался один из бойцов, чье горло разорвала стрела, да так уродливо и осталась торчать, пробив его на сквозь и похоже перебив позвоночный столб. Позади нарастал гул пламени продолжали стрекотать автоматы, что-то взрывалось. Картинки с дронов давно не было. Как только мы завернули колонна начала набирать скорость. Дорога позволяла. Нам открывался очень длинный прямой участок.

— Маэстро всем! Доклад!

В эфире начали стихать вопли, послышалась ругань офицеров и полились отчёты. Я рывком толкнул дверь, которая со скрежетом захлопнулась и полез за аптечкой, склоняясь над лежащей у моих ног Волчицей. Мельком я глянул на рюкзак, что так и был прикручен намертво ремнями к седушке рядом.

Глава 6. Привал

— Тридцать бойцов двухсотых, среди них четыре офицера и три мага. Еще у пары десятков легкие ранения.

— А гражданские? — Маэстро поднял взгляд на молодого лейтенанта.

— Шестьдесят два человека погибло — он тяжело вздохнул — еще сорок имеют ранения различной степени тяжести. Одиннадцать из них, скорее всего, не переживут эту ночь.

— Что по технике? — Спросил майор, уставившись в пустоту.

— Потеряли танк вместе с экипажем и две БМП, еще наливник. Один из БТРов скорее всего придется бросить — Продолжил все тот же молодой лейтенант — один микроавтобус уничтожен, со всеми пассажирами. Так же один из автобусов, куда отлетела пушка от танка, — он пару секунд помялся, но затем все же собрался — его тоже придется бросить. Там месиво внутри, не уверен, что сможет кто-то ехать дальше…

Я присутствовал на чем-то вроде минипланерке, подводя итоги произошедшего на маршруте. Колонна смогла прорваться, хотя и потеряли мы немало, почти треть. Проехали еще километров пять, когда лес отступил, и сейчас мы уткнулись в разрушенный через реку мост. Что-то нехило его так раздолбило, словно по нему прилетело десяток другой калибров. Если судить по карте, то мы совсем недалеко от намеченной цели, всего каких-то пять километров. Или я изначально неправильно понял истинное расстояние до нужного нам депо, то ли говорилось это про прямую линию от лагеря, а мы кружили по дорогам. Но, похоже, придется ехать еще и в обход, делая крюк. По левой стороне в четырёх километрах находился брод.

— Гражданские на грани паники — вторил ему один из офицеров.

— Да что б**ть гражданские?! — Разозлился Гурман — Тут половина бойцов подумывает, что пустить себе пулю в голову – лучшее решение. Многие на грани срыва. Чудо, что никто не слетел еще с катушек и не похреначил людей вокруг…

— Где полковник Звянцев?

— Погиб. Он и еще пара бойцов преградили путь волкам, что кинулись к одному из автобусов. Их разорвали на месте, но это позволило стрелку-наводчику из соседнего БТРа успеть прицелиться и скосить тварей.

Повисло молчание. Вокруг тарахтели машины на холостых оборотах. Техники старались провести в порядок оставшийся транспорт, на сколько это сейчас возможно сейчас. Стоны раненных. Кого-то перетаскивали на носилках. С одного из Уралов сгружали зеленые ящики с патронами.

— Что думаешь, Колдун? — Я даже не сразу понял, что майор обращается ко мне, продолжая задумчиво смотреть на нервозную и какую-то дерганую суету вокруг — Эй, капитан? — Безмолвная легонько дернула меня за рукав.

— А, что?

— Что думаешь, спрашиваю.

— Дерьмово всё — потер я рукой лоб. У меня до сих пор стоял перед глазами непонятный фаербол, который по своей эффективности напоминал мощную ракету с кумулятивными возможностями — но надо двигать дальше.

— Да куда? Мы даже до депо не добрались, а дальше?

— Может где-то просто закрепиться? — Предложил еще один офицер.

— Где? Мы и так едва держали опорник, а там какая никакая фортификация проводилась!

— Да и боеприпасы у нас на самом дне, день два и останутся только штык-ножи да саперные лопатки.

— Забыли про ядерные взрывы.

— Не факт что прилетит по нам, мы же не знаем куда именно их нанесут, да и далеко находимся от больших городов.

— Даже так, последствий нам хватит за глаза. Повышенный радиоактивный фон, который неизвестно как повлияет в нынешних условиях.

— Думаю и твари, начнут мигрировать в поисках более безопасного места.

Не самая лучшая идея сейчас устраивать привал, надо валить как можно быстрее и как можно дальше. Мы отъехали не на такое уж и большое расстояние. Но необходимо оказать помощь раненным, убрать трупы, подлатать машины, как и в целом перегруппироваться. Эдвард как раз сейчас заливал огнем лес, откуда вышла наша колонна. Даже если за нами бросились в погоню, то они не смогут подойти незамеченными, все же окраина леса находилась от нас почти в километре. Да и мы сейчас на открытой местности. Правда, отступать нам особо некуда. Впереди река и раздолбанный мост.

— Отставить разговоры — прорычал майор — поздно уже что-то менять. Действуем согласно плана. Пилот жив? — Он несколько позже чем следовало спохватился.

— Да. В броневик прилетело несколько заклинаний, но магическая защита выдержала, только слегка корпус покорёжило, а кто внутри – получили небольшую контузию.

Магия-шмагией, но элементарные законы физики тоже никто не отменял. Уверен, Сова в бешенстве. На неё надели толстенные бронежилеты, в которых саперы ходят. Сейчас она похожа на небольшого бронированного джаггернаута. Сверху мы с Безмолвной налепили на неё амулеты и защитные руны. И посадили в броневик, не позволяя никуда выходить. Пока её одевали воплей, чередующихся с проклятьями, было море.

— А кто-нибудь знает, кто вообще на нас напал? — Задал животрепещущий вопрос Гурман.

— Так животные же? — Прозвучало неуверенно.

— Нет, там в лесу кто-то был.

— Эльфы, кажется — произнес я безразлично со вздохом.

— Какие, в жопу, эльфы? — После недолгой паузы проговорил майор.

— Если я правильно понял, то тёмные.

На мне скрестились взгляды всех присутствующих. Виктория успела схлеснуться с несколькими в ближнем бою из нападавших, прикрывая Эдварда, пока тот заливал окружающий лес жидким огнем. И по описанию выходило, что они похожи на эльфов: утонченные фигуры, длинные заостренные уши, изящная броня, с вышитыми или нанесенными различными серебряными узорами и рунами. Весьма легкая, не сковывающая движения, но крепкая. Единственное, цвет кожи у них разнился, от пепельно-серого до коричневого.

В записях погибшей жрицы, которая вытащила меня с того света, при схватке с Ерсоном, немного и коротенько рассказывалось почти про все расы, населяющие её мир. Было там пару предложений и про темных эльфов. Когда я спросил у неё более подробно, она лишь нахмурилась и заявила, что с ними лучше никогда не сталкиваться.

Поэтому мне очень не понравилось поведение иномирцев. Когда Кансдерея разглядела одну из стрел, оставшихся в салоне, она побледнела и мгновением позже бросилась ко мне, лопоча на своем языке. Я понимал в лучшем случаи одно слов из десятка. Но чаще всего повторялись слова: «плохо, опасность и бежать». Примерно так же произошло и с зеленокожей, когда мы остановились здесь. Она сразу меня нашла, и все повторилось. Но когда они увидели, что Эдвард поджигает лес, они умудрились побледнеть еще сильнее, а в их взглядах поселилась обреченность. Словно нам грозила неминуемая и весьма мучительная смерть.

— И иномирцы ведут себя очень обеспокоенное… Короче надо валить дальше и быстрее — закончил я, посмотрев Маэстро в глаза. Тот несколько секунд молчал, но затем произнес:

— Пятнадцать минут и выдвигаемся, если какую технику не получится реанимировать – бросаем. — Он посмотрел на разгорающееся пламя в лесу — поторопимся, пока ветер не поменялся и огонь не отрезал нас от брода.

Все быстро разошлись по своим делам. Я же с Безмолвной направился к нашему микроавтобусу. Теперь надо заняться Викторией. Да и Ксению проведать. Вампирку маленько нашпиговали стрелами, так-то ничего серьезного, с её-то недожизнью вкупе с регенерацией и выносливостью, но она умудрилась поймать плечом какую-то особенную стрелу. Я лишь бегло осмотрел её, убедился, что она не собирается помирать прямо сейчас и направился на совещание офицеров. Сейчас же пришло время её подлатать. Нам срочно нужен целитель, или кто-то типа Монка.

Юный натуралист Эдвард уже закончил поджигать леса и должен ждать нас там вместе с остальными. Пора заняться Викторией. Поскольку целителей среди нас не было, мне и Насте придется хирургически выжечь с помощью магии проклятье в теле вампирки. Уверен это будет крайне болезненно, как и от нас требует огромной концентрации.

Мы быстро добрались до места назначения, лавируя среди хаотично бегающих бойцов и мужиков в гражданке, которые помогали носить ящики, инструменты и какие-то запчасти от техники.

— Где Александр?

— Он приглядывает за округой — Эдвард кивнул в сторону. На крыше автобуса стоял Громила, хмурым взглядом осматривающий пространство вокруг.

Я кивнул и взглядом нашел вампирку, которая сидела на ступеньках микроавтобуса с раскрытой дверью, по её буквально белому, как мел, лицу порою пробегала гримаса боли, а под глазами притаились черные круги. Она старательно отводила взгляд.

За ней, внутри салона нашлась ехидно скалящаяся Ксения под капельницей, сейчас лишь в штанах и берцах, вся туго перебинтованная, но из-под бинтов все равно просматривались жуткие фиолетово-чёрные пятна синяков и ушибов. Рядом копошился бородач, что-то перекладывая в своей санитарной сумке. Некоторое время ей не стоит перевоплощаться в оборотня, как и следует избегать резких нагрузок.

В результате прямого попадания того болида, она получила контузию внутренних органов. Как сказал Монк, из-за этого, печень и селезенку разорвало нахрен. Возможно было еще что-то, но без оборудования он не мог сказать наверняка. Её обкололи всем чем только можно и сейчас в неё загоняли физраствор с различными питательными смесями для быстрого восстановления. Живучесть оборотней в очередной раз поражала.

Я невольно покосился в сторону пылающего леса. Даже отсюда слышен гул огня, свист и треск сгораемой древесины. Ветер дул от нас, поэтому запах гари почти не ощущался. Кайлана как и я, держа руку на рукояти своего двуручного меча, хмуро смотрела в сторону пожара и беззвучно шевелила при этом губами. Остальные иномирцы похоже сидели внутри салона и не отсвечивали. Стебель и Ира скорее всего находились в броневике вместе с Совой. Я лишь взъерошил волосы и сделав несколько шагов опустил на корточки перед Викторией, и попытался поймать её взгляд глазами.

— Ну что?

— Да, я в порядке, Старший, — скривилась та, от неловкого движения плечом.

— Буна на вас нет — беззлобно бормочу себе под нос. Все же мне очень не хватало остальных членов нашего отряда, который уже воспринимался мною как семьей.

Надеюсь, они там в порядке. И в Москве не творится подобного как здесь. Да и нам надо поторапливаться. Судя по всему грани миров максимально истончились и нам надо успеть вернуться в Москву, до того как старые миры исчезнут и появится один, единый, новый мир.

Я резко поднялся и оттянул ворот куртки, обнажая плечо. На белоснежной коже виднелась рваная рана. Она не слишком заморачивалась и сама выдернула стрелу, рассчитывая на свою регенерацию. Сейчас же сама рана контрастировала отвратительной чернотой на её бледной белоснежной коже. Вокруг самого ранения кожа так же почернела, как и по телу тянулись черные вздувшиеся вены и капилляры, захватывая шею, часть спины и пронизывая правую руку.

— Область поражения то уменьшается, то снова увеличивается. Такое ощущение, что тело сопротивляется, но ему не хватает ресурсов побороть это — позади вампирки Монк присел на корточки, вместе со мной рассматривая спину девушки. — Лютая мерзость, никогда такого не видел.

— А что это вообще? — Встрял Эд.

— Не знаю что это, но попадая в организм, в нем быстро происходит некроз тканей. Фактически ткани очень быстро отмирают и начинают гнить. В нескольких бойцов попали похожими стрелами. Они погибли за десяток секунд в страшной агонии. Тела почернели и буквально начали растекаться бесформенной жижей по асфальту.

— Она прикрывала меня, когда всё началось. Я сконцентрировался на магии, и она вытолкнула меня из-под стрел. Две отбила мечом, а третья попала ей в спину. — Хмуро проговорил пиромант, сжимая при этом кулаки. Он чувствует вину за состояние своего товарища.

Все же регенерация вампирки действовала. Организм регенерировал ткани, яд их отравлял, причиняя существенную боль. Но в конечно счете, если это никак не вывести, то рано или поздно ресурсы организма закончится и он проиграет. Я провел рукой над раной, пальцы кольнуло, словно от небольшого удара током. Хоть я понемногу и гонял энергию по телу, но магию использовал впервые после перехода.

В магическом зрении рана преобразилась. Над ней клубился черный густой, словно слизь, дымок со сверкающими чернотой вкраплениями, распространяя в разные стороны чёрные миазмы, которые со временем растворялись в окружающем пространстве. Безмолвная встала с противоположной стороны и вместе со мной рассматривала спину Виктории. Я надеялся, что она сможет как-то помочь, но похоже мне придется самому выжигать эту дрянь. Все же её стихи ветер. Больше всего это походило на проклятие, но в отличии от оного оно имело физическое воплощение, то есть фактически это был яд, который в магическом зрении выглядел как проклятие. С подобным мы никогда не сталкивались.

— Я уже всё перепробовал, что у меня было… — Пробормотал виновато бородач.

— Будет очень больно — я проговорил даже больше для себя, чем для окружающих.

— Я готова, Старший, — прохрипела Виктория. Даже такие небольшие манипуляции с раной причиняли ей боль.

— Монк, возьми Эда и притащите несколько ящиков.

— Понял, — они быстро исчезли, растворившись в шуме царящем вокруг.

Безмолвная достала армейских нож и отточенными движениями распустила рукав куртки, снимать её мы не стали. Незачем лишний раз беспокоить ранение. Затем очередь настала черной футболки, которую так же частично срезала, затем, секунду помедлив, та перерезала лямку лифа. После она сняла свою куртку и прикрыла обнажившуюся грудь девушки, Виктория прижала её левой рукой.

— Вот, командир.

Ящики быстро оказались на земле, а спустя мгновение мы усадили и пострадавшую вампирку. Я встал за её спиной, критично осматривая вздувшиеся чернотой вены и сосуды. После чего отвел правую руку в сторону, которую до этого она инстинктивно прижимала к груди, из-за чего Виктория издала болезненный стон и шипение. Мда… И с чего лучше начинать? С пораженных сосудов или вначале выжечь ядро заразы. Я посмотрел на Настю, но та напряженно прикусила нижнюю губу, хмуро рассматривая черное пятно на коже.

— Держите её… — Пробормотал я с сомнением. Все же как и Волчица у Виктории физические показатели были задраны. Она, несильно напрягаясь, могла спокойно крошить бетонные стены. Затем мой взгляд зацепился за зеленокожую дылду, которая с интересом рассматривала происходящее.

— Только не она, — прошипела Виктория, содрогаясь всем телом от очередного приступа. Организм продолжал бороться, но постепенно проигрывал. Я быстро повторил просьбу на всеобщем. Кайлана хмыкнула, но подошла, перехватив у меня правую руку девушки. Виктория лишь злобно зыркнула на неё, не желая показывать свою слабость.

— Эд, держи её за плечо.

— Я тоже помогу, — Монк зафиксировал её левую руку.

— Безмолвная, помогай, следи, чтоб я ничего не пропустил — та быстро встала рядом со мной и соединила указательный и большой палец, оттопырив остальные три. — Ну чтож, приступим.

Я еще раз провел рукой над раной, стараясь магией вычленить и ощупать область поражения. Но черная отрава колыхнулась в теле Виктории, а шум дизелей, крики людей, стук железа, треск болгарки, гул лесного пожара вдалеке, теперь прерывал нечеловеческий вопль боли. Вампирка дернулась, всем телом, Кайлана с трудом удержала её руку. Рядом выругался Монк, Эд вцепился побледневшими пальцами в плечо девушки. Чёрт-чёрт-чёрт. Какого хрена?! Проклятие в ране перешло в какое-то движение. Организм девушке усиленно сопротивлялся. По телу пробегали судороги, а Виктория уже не помня себя пыталась вырваться из держащих её рук. А округу разрывал чудовищный вопль. Дерьмо, придется жечь как есть.

Больше не испытывая сомнений, я влил в тело девушки свою магию, проникая к пораженным участкам, в теле девушки начали зажигаться маленькие вспышки синего пламени, невидимые обычному человеческом взгляду. Запахло паленой плотью. А Виктория с новой силой попыталась вырваться. Монк улетел куда-то за микроавтобус. Освободившийся рукой вампирка схватила Эдварда за шиворот и рывком перекинула его через себя с силой впечатав в землю, выбивая воздух из легких парня.

Положение спасла Кайлана, которая резким движением перехватила вторую руку, затем потянула Викторию на себя и заломала её на земле. Виктория извивалась всем телом, но зеленокожая вцепилась в неё мертвой хваткой.

— Аргартом! (Быстрее) — Хрипит Кайлана. На её лице и руках вздулись вены от напряжения.

— Прижми её — рычу Безмолвной, кидаясь к девушке. Позади меня колыхнулся воздух, прижимая бьющееся в агонии тело вампирки к земле.

Я еще раз вливаю манну в тело девушки. Мне удалось выжечь часть сосудов с заразой и сейчас в магическом зрении там всё чисто. Лишь волдыри, слезающая кожа и слегка почерневшая плоть от пламени. Я с новой силой принялся жечь заразу, не сильно уже заморачиваясь над осторожностью. Чем быстрее я покончу с этим, тем быстрее ей станет легче. Я полностью сконцентрировался на ране девушки, не обращая больше внимания ни на что вокруг. Лишь колыхающаяся тьма, и её миазмы занимали мое внимание. Только краем сознания я фиксирую вопли, рычание, проклятья и мольбы, которые постепенно превратились в сипение и бульканья от сорвавшегося голоса.

Не знаю сколько прошло времени, но в какой-то момент я обнаружил, что выжигать больше нечего. В ране не осталось черноты колышущегося проклятья с тошнотворным дымом и миазмами. Я отшатнулся и непонимающим взглядом осмотрелся. В лагере продолжалась суета, рокотали дизели. Вокруг стояло полтора десятка бойцов, готовые отражать нападение армии демонов во главе с Маэстро. На земле же затихло тело вампирки. Обессиленная Кайлана отползала в сторону силясь подняться на ноги. Позади раздался облегченный вздох облегчения Безмолвной. Она быстро подобрала свою сброшенную куртку и укрыла ею Викторию.

— Какого хрена тут происходит? — Прорычал майор.

Я лишь устало махнул рукой опускаясь на один из опрокинутых ящиков. По лбу текли капли пота. А сам я вымотался словно пробежал пятикилометровый марш бросок в полной боевой выкладке. Из-за микроавтобуса вышел пошатывающийся бородач. К прислонившемся у колеса Эдварду подошла Безмолвная.

— Грузимся, — поняв, что ответа так и не дождется бросил майор и развернулся. Я лишь кивнул в спину уходящим бойцам.

— Давайте, загружаемся.

— Обработать бы… — Неуверенно промычал Монк.

— Уже на ходу.

Из салона на нас смотрели две пары глаз иномирцев. Увидев, что мы собираемся забираться внутрь, на помощь быстро бросилась темноволосая, прошипев что-то легионеру, после чего и он стал помогать.

— Эд, ты как?

— В норме.

— Давай в голову колонны. Громила пусть побудет в хвосте. Зеленую с собой возьми.

— Хорошо — тот быстро направился к автобусу с мальчишкой на крыше.

Машины начали приходить в движение, постепенно выруливая на грунтовую дорогу, что уходила влево от нас вдоль реки. Я взял бережно, на сколько это возможно, Викторию на руки, и понес в салон микроавтобуса. Николай уже завел двигателей и с нескрываемым страхом смотрел на нас. Теперь я понимаю выражение: «бей своих, чтоб чужие боялись». Но сейчас не до этого. Монк успел уже положить Насте на колени что-то вроде пеленки, которую достал из небольшой упаковки. Сверху я положил вампирку, лицом вниз. Можно обойтись и без обработки, но если он срежет поврежденные ткани, те быстрее просто регенерируют.

— Что, Волчица, добрый доктор ветеринар сегодня лечит всех — нашел время медик для упрёка.

— Не-не-не, я уже полностью здорова — Ксения попыталась даже потянуться, но по её лицу предательски пробежала болезненная гримаса.

— Да, а чтож ты так ныла, пока я тебя заматывал, а? Лейтенант?

— Не-не, тебе точно показалось. — Небольшая шуточная пикировка этих двоих немного скинула напряжение, что буквально витало в воздухе. Все-таки Монк первоклассный специалист.

— Сраааанноо… — Протянул тот ехидно, вытаскивая хирургический набор полевой хирургии. И больше ни на что не отвлекаясь начал чистить рану, — а она вообще живая? — Спустя минуту пробормотал он, когда вампирка никак не отреагировала.

— По машинам! — С наружи раздалась надрывная команда. Я быстро вставил гарнитуру в ухо.

— Готовность к выдвижению. Всем провести перекличку личного состава. И проверьте гражданских. Готовность пять минут. — Отрывисто бросил Маэстро в эфир. Послышались ответы офицеров.

Я все же для успокоения приложил палец к горлу девушки. Она что-то большее чем просто вампир. Ведь у тех не бьется сердце, а у Виктории оно гоняет кровь, да и в отличии от мертвецов, Вика была чуть теплой. Но до конца живой ее при этом назвать язык не поворачивался. Спустя минуту жилка на шее девушка так и не дернулась, что заставило меня серьезно занервничать. У меня как-то даже и мысли не возникало, что она может вот так вот ласты склеить. Нет-нет-нет. Когда сознание уже начала подтапливать паника под пальцами еда заметно тюкнуло. Живая… Слава Богу.

— Давай быстрее заканчивай с ней — пробормотал я, опускаясь на сидение рядом с дверью. Надо быстрее залить в неё кровь. Удивительно, но сейчас я фактически желал этого, хотя раньше ощущал неловкость, или даже некую обременительность в подобном. Но сейчас, не так.

— Четвертый Маэстро, приём.

— В канале.

— Мы не досчитались одного человека. Никто его не видел. Приём.

— Вашу мать… — Негромко прохрипела рация.

Я взял планшет в руки подключаясь к камерам дронов. Как только Монк закончит, буду приводить в чувство Вику. Безмолвная же колдовала над раной вампирки вместе с медиком, помогая ему быстрее убирать омертвевшие или поврежденные от синего пламени ткань.

— Гурман Маэстро.

— Слушаю.

— Торхина ни в каком из транспортов нет. В четвертом у него жена и брат, начинают наводить панику. Какие будут указания? Приём.

— У нас нет времени на поиски. Что дроны?

— Никаких движений.

— Да куда он делся?!

Добавилось несколько камер, а дроны начали разлетаться по округе, постепенно увеличивая радиус по спирали. Спустя еще минут одна из камер увеличила изображение. В траве, метрах в пятистах от крайней машины справа валялся коричневый ботинок. Его так бы не заметили, но он зацепился за огромный камень. Вокруг оказалась примята трава, словно по ней тащили что-то тяжелое. Дрон полетел по следу, где еще через пару минут накрою леса, который подступал почти в плотную к воде, прямо под сосной нашлось обезображенное окровавленное тело, на левой ноге находился такой же коричневый ботинок, как оставленный его собрат в поле.

— Какого… — Похоже за изображением следил не только я.

— Он двигается! — Тело действительно дернулось, от него отделился кусок мясо подкинулся вверх, а спустя мгновения за несколько рывков, словно его заглотила невидимая пасть. Невидимая пасть?

— Включи тепловизор. — Изображение дернулось и спустя мгновение картинка изменилось. Видно уже остывающее тело несчастного мужика, но больше ничего. Местность вокруг казалась совершенно обычной, без аномалий.

— Да что это за хрень?

— Гурман Маэстро. Мне послать бойцов?

— Нет времени, он уже мертв. — Майор перешел на другой канал и вызвал автобус — Маэстро Четвертому.

— На приёме.

— Меня кто-то слышит?

— Нет — запнулись с той стороны.

— Он мёртв. Семье скажи, что он в другой машине. Нам надо сейчас же убираться отсюда.

— П-принято.

— Выдвигаемся! — Проговорил майор, переключившись в общий канал.

Впереди взревели дизели оставшихся в строю машин. Здесь мы оставили раскуроченный танковой пушкой автобус, разбитый БТР, в который по касательной прилетело пара болидов, так же умерший уже после остановки Урал. Техники так и не смогли понять, как он вообще сюда доехал. Только как чудо. Мотор оказался полностью похерачен.

Дрон еще некоторое время следил за дергающимся телом погибшего человека, оператор попытался поменять спектры восприятия камеры, но ничего так и не смог увидеть. И меня эта тварь очень сильно настораживала. Ведь никто, вообще никто её не заметил. Так она еще сумела вытащить здоровенного мужика и утащить его так далеко, опять же пока по округе мотались дрона. Как?! И пока мы не поймем с чем имеем дело, нужно сохранять максимальную бдительность.

Наш микроавтобус взревел двигателем и чуть не заглох, но Николай быстро исправил ситуацию, и мы заняли свое место в колоне. Наконец заворочалась Виктория, тихо простонав. Монк уже успел закончить, после моего внушения, перестав с ней церемониться, а работая на скорость, и сейчас убирал свой инструментарий, придирчиво дезинфицируя и протирая специальными салфетками.

Я подсел к Безмолвной и начал бережно, но настойчиво тормошить Викторию. Маршрутку качнула на ухабе, и девушка наконец открыла глаза. Невидящий взор начал блуждать по потолку салона.

— Очнулась?

— Дха… — Еле слышно донеслось с колен Анастасии. Постепенно взгляд прояснялся.

Я же засучил рукав и рассек руку поданным ножом Безмолвной. Руку кольнула боль, а по коже побежала алая кровь. Я поднес к лицу Виктории.

— Нхет, Сшрархый, йа…

— Жри давай, — проворчала Ксения.

Больше Виктория сопротивляться не смогла, по её телу бежала легкая дрожь, клыки давно выдвинулись, как только она уловила запах крови. Со звериным урчанием она вцепилась мне в руку. Настя вместе с Монком тактично отвернулись. В своем углу недовольно засопела Ксения. Потрепанные, окровавленные, но мы устремились к своей цели дальше.

Глава 7. Город

Колонна машин достаточно быстро преодолели большую часть пути до территории института. Еще минут семь и передовая машина упрется в закрытые мощные ворота. Урсу все сильнее одолевало чувство смутного беспокойства и тревоги. Их явно ждали проблемы. Своему чутью полковник давно научилась доверять.

— Есть связь с комендатурой? — В очередной раз она бросила в рацию. Сквозь небольшой треск помех быстро послышался ответ.

— Никак нет. Комендатура на связь не выходила. Дозвониться до сотрудников не удаётся. Последний раз Институт выходил на связь двадцать минут назад. Докладывали о подозрительной активности с северной части периметра.

— Продолжайте их вызывать.

— Есть.

— Да какого чёрта они молчат… — Бросила Урса сама себе и её взгляд устремился в боковое окно, по стеклу которого все так же размазывались унылые капли дождя.

Обстановка снаружи менялась прямо на глазах. Еще пару минут назад они проехали по оживленной и достаточно освещенной столице, а сейчас машины втягивались в окружение темных, мрачных и унылых зданий. Городское освещение отсутствовало. Свет в квартирах встречался крайне редко. Движущиеся машины не встречались. Лишь по бокам дороги из мрака выныривали в свете фар небрежно припаркованные, а порою и вовсе брошенные, машины. Транспорт втягивался в фактически обезлюдивший район города.

Новости по телевидению хоть и наполнились странными происшествиями, но в целом продолжали скрывать правду об истинном положении дел в городе. Да что в городе, в целой стране. Происшествие вокруг Уральского плоскогорья так же освещались вскользь. Но обычные люди давно почувствовали тревогу и многие начали покидать город. В народе давно укоренилась простая истина: «если власти говорят, что все под контролем, самое время начать срочно бежать». Правда многие все равно продолжали ждать пока все само разрешится и вот тогда происходило это. Целые районы превращались в пустые и вымершие городские застройки.

Хотя были и те, кто начал самостоятельно организовываться в некие образования. Сайт, который создал Ярцев, продолжал жить. Хоть и не часто, но порою там даже обновлялась информация. Поэтому многие, кто еще не разучился думать самостоятельно, стремились использовать полученные оттуда сведения по максимуму, желая защитить свою жизнь и жизнь своих близких.

Но достаточно быстро сверху пришла директива о пресечении и искоренении подобных объединений граждан. Правда, многие начальники, например как Тимирязев, скоро стали её игнорировать. Если конечно новое образование не начинало устраивать беспорядки, громить улицы и делать прочий беспредел. Таких очень быстро осаживали, зачастую с серьезным членовредительством. Зато подобный метод эффективно и доходчиво позволял переубедить подобных индивидов.

Судебная система в последнее время откровенно буксовала. Многих преступников, которые получили силу, расхватывали различные группировки и госорганы. Отсюда на улицах начал появляться некоторый беспредел. Ведь правда очень долгое время скрывалась и люди, дорвавшиеся до силы, зачастую не понимали и не знали о реальном положении дел. Поэтому они, уверовав в своей исключительности и всемогуществе как и в полной безнаказанности, начинали буйствовать, более не сдерживаемые государством и законами, как сами они считали. И вот тогда приходили такие как Урса. Правоохранители, которые уже не один месяц на самой грани выполняли свой долг, каждый день сражаясь с такими жуткими тварями, которые не могли присниться и в самом лютом кошмаре.

Среди таких попадались и весьма одаренные люди, с неплохим магическим потенциалом. А встречались и вовсе чудовищно сильные индивиды. Но что может тупая ярость и мощь против мощи, опыта и выучки. Ничего. С такими приходилось повозиться немного, но итог всегда был один. Для таких тюрем не существовало, не было ресурсов и времени, да и их сознание оказывалось уже полностью извращено совершенным отсутствием человеческих и моральных принципов, как и сама сила так или иначе влияла на разум мага, только у таких сила полностью развращала разум. Поэтому они подвергались просто ликвидации. И вот если бы такие успевали набраться опыта и мастерства, тогда бы они становились однозначно крупной проблемой с множеством человеческих жертв и разрушений.

Если все же попадались те, кто не утратил еще разум, или кто смог сохранить свое я, не растворившись в голосах силы, обезвреживались и забирались в специальные лагеря, где уже инструкторы готовили из них новых рекрутов в отряды, выбивая разное гражданское дерьмо про нехотение, права и прочее.

Прошло уже полутра суток как начала проводиться эвакуация личного состава. Сотрудники Департамента Магического Контроля оказались поделены на три группы. Первая занималась охраной их новой базы. Вторая группа оказалась под её командованием и занималась эвакуацией. А третья еще сохраняла видимость присутствия здесь власти и моталась по всему городу ликвидируя самые тяжелые и кровавые происшествия. На такую мелочь, как кто-то сожрал бомжа уже никто не обращал никакого внимания. Да даже если бы они всем составом продолжали исполнять свой долг, то все равно уже утонули бы в количестве инцидентов, которое только возрастало.

Урса ощущала буквально кожей, что еще чуть-чуть и мир, который она знала, окончательно исчезнет в пучине хаоса и беспросветной тьмы. Казалось, что какие-то институты и службы еще функционировали, выполняя свои привычные функции и обязанности. Только это выглядело наоборот дико и ужасающе, словно на уже мертвом теле еще функционировали его какие-то части.

Ведь информационные сводки сыпались просто с ужасающей скоростью. Не всю информацию получалось обрабатывать, не говоря уже про то, чтоб на неё как-то отреагировать. Нужны были люди, огромное количество сотрудников. И вот если их мобилизовать еще можно было, то вот обучить и подготовить просто не было времени. А учитывая огромную смертность в подразделениях… Дьявол! Они никак не смогли бы со всем этим справиться… Стольких они уже потеряли, а сколько еще погибнет.

Молодая женщина непроизвольно сжала кулак, хрустнув громко костяшками и натянула до треска ткань специальной тактической перчатки. Водитель от неожиданности и напряжения вздрогнул, но быстро взял себя в руки, увидев как на лице полковника вздулись вены и играют желваки.

Только сейчас она по-настоящему смогла понять слова генерала, о заслугах капитана. Ведь когда она в тепличных условиях формировала свой отдел, проходя боевое сглаживание на полигонах с заботливо подобранными кадровиками бойцами, получая инструкции и методички, заучивая их наизусть, Ярцев же уже во всю сражался со всеми этими тварями. Он смог сам найти где-то людей, что встали под его командование, прямо на ходу он смог создать из них коллектив, попутно разбираясь в новых реалиях и накидывая все те инструкции, которые спасли не одну сотню жизней.

А вот то, что происходило в мире, уже вообще никого не интересовало. Все страны утопали в этом хаосе. Лишь в последнюю неделю появились призывы в ООН о немедленном заседании Совета Безопасности, но это бессмысленные уже потуги. В интернете уже во всю обсуждались те или иные происшествия, и от массовой паники людей удерживало лишь относительное успешное сдерживание правды всеми государствами мира. Хотя уже с большей частью Египта связь оказалась утеряна за последние сутки. Прекратилась какая-либо интернет активность и еще в ряде стран, в том числе африканских и стран латинской Америки.

Мир буквально разваливался на куски и все это происходило под #хэштэги, лайки, комментарии и стримы. Полковник до сих пор не могла это осознать до конца, как такое вообще возможно.

— Две минуты до пункта назначения — прошипела рация.

Осталось совсем немного, водитель, молодой парнишка, который небось и бриться-то начал недавно, подобрался и обеими руками вцепился в руль броневика. Он лишь напряженно смотрел вперед, на габаритные огни впереди идущего БТРа. Нервничали все, ведь Институт так и не вышходил на связь. И вот это заставляло напрячься.

Ведь там сосредоточено все передовое оборудование и вооружение. Как и достаточно много пробудившихся, которые испытывали, тестировали и проверяли прототипы. Не говоря уже о том, что они и сами учувствовали в их создании. А помимо всего этого, там находилась обученная и мотивированная комендатура, укомплектованная в том числе и пробудившимся. О том, что они были обеспечены тяжелым вооружением, даже можно и не упоминать. Муромцев очень серьезно озаботился безопасностью подобного места.

Даже, вроде бы, Ярцев лично с несколькими своими подчиненными что-то там настраивал и делал в магической защите здания и периметра. Поэтому она даже примерно не могла себе представить, что там могло произойти.

— Всем приготовиться — проскрипела рация голосом зама.

Глава 8. Депо

— Проверить и взять под контроль периметр. Живее, живее!

— Первая группа проверить ангары, вторая группа проверить административные постройки, третья…

Мы наконец добрались до точки назначения. Правда вместо ожидаемого пути к спасению мы здесь увидели то, что больше наводило уныние. Вся территория оказалась усыпана воронками, как после бомбежки. Часть ангаров разрушена. Множество вагонов уничтожены огнем или взрывами. Изредка встречалась развороченная и выгоревшая армейская техника, повсюду валялись стреляные гильзы, звенья пулеметных лент, разбросан мусор, обгоревшие щепки, пакеты, куски оплавленного железа, ящики от патронов и снарядов. Попадались погнутые или рассыпавшиеся автоматы. Только тел не оказалось в очередной раз. Не смотря на то, что после побоища здесь прошел точно не один день в воздухе все равно до сих пор витал тошнотворный запах гари.

— Всем гражданским оставаться в транспорте! — Гневно рявкнула гарнитура в ухе, из-за чего я даже поморщился.

— Какого хрена здесь произошло? — Мрачно пробормотала Ксения.

— Я думаю, что армейцы пытались взять под контроль важный объект региональной инфраструктуры — ответил я, продолжая осматривать округу.

Мимо нас сновали бойцы с оружием, стремясь быстрее рассредоточиться по огромной территории и обезопасить ее. Слышались команды, перекличка бойцов. Из кузовов Уралов выгружали станковые пулеметы и боекомплект. Ревели дизелями БТРы. Я бросил взгляд на железнодорожные пути, на которых стояли различные вагоны и локомотивы. Несмотря на множественные разрушения, все же оставался шанс найти здесь что-то на ходу.

— Вы двое, давайте пошерстите по округе — смерив оборотня и вампира строгим взглядом — без самодеятельности, в бой не вступать. Ясно?

— Но… — Начала Ксения.

— Ясно? — Уже с нажимом произнес я.

— Слушаюсь, Старший, — Вика чуть склонила голову и быстро направилась к видневшимся деревьям на краю территории депо — идем, псина.

— Сама псина! — Огрызнулась ты ей в ответ, устремляясь следом.

Добирались мы еще около двух часов, хотя расстояние оказалось смешным. Немного времени мы потратили преодолевая брод, но ничего сложного или критичного. Среди уцелевших магов остались в живых парочка с предрасположенностью к магии земли, поэтому мы с Настей лишь начертили несколько рун, с которыми они уже работали. Чуть поднять грунт, укрепить, сверху навалили бревен, чтоб увереннее прошли автобусы. Деревья подступали почти к самой воде, поэтому бойцы, вооружившись бензопилами, быстро навалили необходимое количество бревен и посрезали все лишнее.

На ту сторону первым перебрался танк и БТР с десантом, которые заняли оборону на той стороне ожидая пока через наше творение переползут автобусы и прочий транспорт. К счастью нас никто не пытался сожрать или как-то иначе лишить нас жизни особо изуверским способом, вокруг оказалось пугающе тихо. Лишь вдалеке, откуда пришла колонна, вверх поднимался густой дым от разраставшегося лесного пожара.

Пока мы добирались Ксения и Вика немного оклемались. Хотя конечно полноценный отдых им все еще необходим. После того как Виктория прилично так меня обескровила, она быстро восстановилась. Правда, полноценный отдых нужен был и всем нам. Эд с Александром неслабо выложились, прорываясь через западню темных эльфов, которые вообще непонятно с чего напали. Ну идут странные повозки, никого же не трогают. Но отдых нужен не только нам, армейцы уже с ног валятся, как и мирняк весь на взводе.

Эд и Громила без моих напоминаний уже взобрались один на кабину Урала, второй на тот же автобус и зыркают по окрестности. Транспорт остановился плотной группой на небольшом пятачке свободного и относительно чистого пространства. Автобусы и гражданские машины оказались в импровизированном центре. Разъехавшись на пару десятков метров в разные стороны, замерли броневики, БТРы, уцелевшая БМП и единственный танк. Наливник тоже остался в стороне, вокруг него усиленно рыскало полтора десятка бойцов.

— Тоже что ли по округе прошвырнуться — ни к кому конкретно не обращаясь, бормочу себе под нос.

— Может не стоит? — Отозвался Монк. Он быстро перекладывал свою медицинскую сумку. Сейчас уйдет помогать Антону Павловичу, местному хирургу, который теперь фактически возглавлял медицинскую часть нашей импровизированной экспедиции.

— Людей сам видишь, не хватает.

— Ну как знаешь, я на перевязки — он быстро убежал к одному из Уралов, куда сгрузили большую часть раненых.

Из салона высунулась Настя, которая приглядывала за иномирцами. Темноволосая и легионер наконец выбрались наружу и насторожено осматривали округу, попутно разминая затекшее тело. Аристократку Кансдерея не выпустила, та тихонько лишь выглядывала из-за спины волшебницы.

— Безмолвная, за старшую. А ты, со мной — последнюю часть фразы я проговорил на всеобщем, тыкая в Кайлану. И не услышав никаких возражений, быстро направился к ближайшей сцепке товарных вагонов на путях. Конечно же, я не мог уже видеть гневную тираду Насти, которую та бросила мне в спину, используя язык жестов. Да, вот такой я вредный и нехороший, но сидеть на месте мне уже опостылело, а полноценный отдых это все равно не приносило.

— Что там в округе?

— Такое ощущение, что тут был встречный бой высокой интенсивности двух армий — пробормотал Алтай и почесал нос — только я не пойму кому принадлежала разбитая здесь техника.

— Да полный бардак — потянулся Гурман, разминая затекшее тело.

— И Звянцев погиб, он хоть частично владел информацией.

— Это сейчас всё неважно — бросил майор устало — что по железнодорожному транспорту?

— Уже осмотрели несколько дизельных локомотивов, но…

— Моторные отсеки разбиты, один от танкового выстрела, другой весь потек, словно пролили кислоту.

— Только застрять здесь нам и не хватало.

Офицеры находились в Командно Штабной Машине (КШМ), роль которой сейчас исполняла Буханка. В кузове расположились несколько радистов, принимая доклады от мобильных групп, что рассредоточивались по огромной площади Депо. Гудели сервера и прочее оборудование. Рядом неподвижно сидела парочка бойцов, которые управляли дронами, лишь пальцы рук аккуратно двигали контроллеры на джойстиках. На глаза одеты специальные визоры с небольшими антеннами.

— Что солдаты?

— Еще держатся, но на грани.

— Меня больше беспокоят гражданские — встрял капитан — уже случилось несколько нервных срывов. Один даже пытался убить свою семью и покончить с собой. Пресечено два дебоша. С этим надо что-то делать, они и так балласт на наших шеях.

— Да, только этого дерьма нам еще не хватало — устало пробормотал Гурман.

— Что с семьей — майор пощелкал пальцами, пытаясь вспомнить фамилию.

— Которого жрало невидимая хрень?

— Да.

— Семья подозревает что-то неладное и требует привести его к ним. Я оставил двух бойцов приглядывать за ними.

— Надо сказать…

— Я сам скажу — тяжело вздохнул Маэстро.

К офицерам спешно приближался молодой лейтенант, лицо в грязи и саже, у уголков рта запеклась кровь, частично уже отвалившись. Весь в помятой, местами порванной полевой форме с подпаленным бронежилетом и разгрузкой, с синей повязкой на правом плече, на которой вышита красными нитками цифра семь. Так сейчас выглядело большинство бойцов. Времени чтоб привести себя в порядок не было, да и места тоже.

— Лейтенант Сидоров, прибыл по вашему приказу — отчитался тот, отдавая воинское приветствие старшим офицерам. Маэстро лишь махнул рукой и лейтенант немного расслабился.

— Ты сейчас старший по магам?

— Простите, не понимаю вопроса.

— Ответ истинного военного, быстрый, понятный и нафиг никому ненужный — улыбнулся Алтай.

— Насколько мне известно, маги имеют отдельное подчинение, не смотря на то, что действуют в составе армейских подразделений.

— Именно так.

— Так кто сейчас главный?

— Никого — несколько обескуражено ответил лейтенант. Маэстро в очередной раз вздохнул, разминая руками лицо. Как-то не думал он, что на него свалится столько проблем.

Но сейчас он в полной мере осознал необходимость магов в отрядах. Они с Гурманом служили в ССО, но в подразделении магов не было, хотя различные новые разработки, на волне новых реалий, они получали одни из первых. И в последнее время они мотались больше по стране, чем участвовали в проведении каких-то операций за бугром. Поэтому как такого опыта взаимодействия с магами у них не было, зато неоднократно учувствовали в их ликвидации и уничтожении.

Отсюда у них сформировалось весьма предвзятое отношение к этим психопатам, которые получали огромную силу и начинали творить различные зверства по всей стране. И вот сейчас он впервые столкнулся с тем, что есть маги и на их стороне. Причем их участие сложно переоценить. Ведь сюда они добрались только благодаря тому, что с ними оказался именно отряд капитана, магов из Москвы.

— У тебя ведь у единственного семерка?

— Да.

— А что это вообще значит?

— Ранг в магической силе и умении. Всего десять рангов, первый наивысший.

— Тааак, а какие у нас еще ранги?

— Еще четверо восьмерок, трое девятых и один десятка.

— А как-то встречал без ранга, хотя он владел магией, — нахмурился Гурман.

— Некоторым не присваивается ранг, ибо их сил хватает на одно-два слабеньких заклинания и то не всегда. Дальнейшее обучение или тренировки несильно поспособствует их развитию и увеличению магического потенциала. Поэтому таким не присваивают ранг, хотя они и пробудились как маги. Поначалу даже таких активно вербовали и использовали.

Вокруг шумела техника, за спиной, в КШМке, гудело оборудование. Тихо переговаривались радисты. На крыше одного из автобусов стоял шкет капитана, который швырялся молниями. На крыше соседнего автобуса расположилась так же пара бойцов с биноклями. Они, как и мальчишка, напряженно и цепко осматривали округу.

— Что думаешь про Московских? — устремив свой взгляд вдаль, поинтересовался Маэстро.

— Да, какого они ранга, как считаешь? — Поддержал оживившийся капитан.

— Вы знаете — лейтенант немного замялся — нам преподавал на курсах маг, который был второго ранга. И он даже близко не дотягивает до этих. — Он невольно покосился себе за спину.

— То есть они на порядок еще сильнее первого ранга.

— Я думаю, что даже от первого ранга их отделяет пропасть.

— Охренеть — донеслось подавлено от Гурмана.

— Хорошо, что они с нами — уже серьезно бросил Алтай.

— Надо с Ярцевом обсудить ту невидимую тварь и как от неё защититься.

Офицеры разом посмурнели, неведомая тварь заставляла их нервничать, потому что они пока не представляли как с ней справляться. На фоне тарахтящей техники, криков людей на улице, где-то с окраины депо неожиданно пробился выстрел охотничьего ружья.

— Кто стрелял?! — Резко поднялся майор.

— Центральный всем! Доложить статус!

Радистам полились доклады мобильных групп. Взревела техника, бойцы рассыпались к бою и занимали удобные позиции.

— Товарищ майор, найдены выжившие. Стрелял один из них в поисковую группу.

— Потери?

Михаил.

И вот дернул же меня чёрт залезть туда первым, да еще так беспечно. Расслабился, не чувствовал никаких тварей, магии, демонических эманаций и поэтому решил что там никого нет. Хотя само здание цепляло взгляд своей какой-то неправильностью.

Мне быстро надоело шататься среди вагонов и на краю депо я увидел одноэтажное здание с облупившейся белой краской. Вместе с Кайланой мы и двинули туда, по пути я зацепил парочку бойцов, которые стояли и просто курили. И хотя было видно, что желания у них никакого нет куда-то переться, ослушаться меня они не посмели.

Постройка оказалась на самом отшибе, ветхая крыша, местами даже вроде провалившаяся. Мутные, зарешеченные окна. По бокам стен валялся различный строительный мусор, старые доски, поддоны. И по мере приближения наш, вернее мой шаг замедлялся. На здание наложили какое-то заклинание.

Только это оказалось не классическое заклинание, поэтому, под настороженные взгляды моих сопровождающих, я несколько минут крутился вокруг этой постройки, которая выглядела совершенно заброшенной.

Но зачем кто-то наложил на неё чары, а главное кто именно, и где этот кто-то сейчас находится? Если я правильно понял, то эта магия делала постройку толи отпугивающей, толи незаметной, вернее не так. Просто с нее соскальзывал глаз, и подойти к ней вызывало не испуг, а полное нежелание с толикой отвращения.

Но самое интересное, это был именно наговор или что-то такое. Юко, хоть и корявенько, но умела их накладывать. Вроде как в её роду были ведьмы. И здесь что-то похожее.

В отличии от классической, рунной, вербальной или стихиальной магии тут не использовалась никакая атрибутики. Наговоры можно было шептать для усиления эффекта, но также их можно спокойно проговаривать мысленно. И если шаманизм завязывался на духов, которые использовались для исполнения воли заклинателя, то наговор или заговор представляли собой своего рода перепрограммирование пространства или объекта. Не знаю как по-другому это выразить. Вот есть дом, нет никаких следов магии, вокруг обычный магический фон, нет рун, кругов или чего-то еще, а эффект накладывается.

В итоге увлекшись я решил залезть внутрь и посмотреть, может этот эффект вызван каким-то неизвестным нам ресурсом, там магической рудой или еще чем. Ну и чем чёрт не шутит, может и вовсе там валяется бесхозный артефакт какой.

С такими мыслями я начал откидывать гнилые доски от двери, и меня совсем не смутило то, что выглядело это так, словно кто-то их специально наложил, придавая зданию вид заброшенности.

Я уже добрался до двери и со скрипом смог её приоткрыть, когда темноту за ней осветил пролившийся из-за моей спины дневной свет и там блеснул ствол охотничьей двустволки. А в следующую секунду мне заложило уши от грохнувшего выстрела. В лицо ударил дым от сгораемого пороха, лицо почувствовало тепло.

В последний момент я махнул рукой, действуя даже на каких-то голых инстинктах, пытаясь поставить щит маны. Но в голове застыло удивление и последняя дорожка мыслей: «так ружье, ружье, а что тут делает ружье?».

Но расстояние всего метра полтора, поэтому если щит манны и смог что-то отразить, то мелочь. А в грудь мне влетел настоящий таран из картечи. Причем в патроны кто-то от души насыпал пороха. Выстрел на доли секунды осветил все вокруг и уже отлетая назад я увидел голубые, выцветшие глаза, усеянные морщинами вокруг. Старик со стальным взглядом, и густой седой бородой, даже не моргнул, лишь резким движение переломил двустволку, а на пол полетели еще дымящиеся красные гильзы.

Мой полет продлился недолго, метр, может два. В свои объятия меня приняла земля с зеленой сочной травой и гребанным камнем прямо под лопатку. «Как хорошо, что я надел бронежилет, и еще немного помагичил над ним» — пронеслась мысль, после того как из меня выбило весь воздух.

Сквозь звон в ушах я услышал треск ломаемого дерева. За которым последовал яростный рёв:

— Трохтамнг! — Теперь уже Кайлана вынесла дверь вместе с косяком, врываясь внутрь.

В этот момент я всё еще пытался сделать вдох. Магия магией, а сраную физику никто не отменял. Гребанная кинетика. Я резким движением скинул с себя бронежилет, пытаясь подняться. В помещении застыла огромная фигура орчихи, которая резким движение выдернула двустволку из рук сопротивляющегося старика. Он так и не успел её защелкнуть обратно. Из ствола выпал один из патронов на пол, и покатился под ногами Кайланы. Одновременно с этим, второй рукой она подняла крепкого старика за горло над полом и с силой впечатала его спиной в стену. Все это произошло буквально за несколько ударов сердца.

— Контакт! — Рявкнул один из бойцов в рацию — Белое здание на северо-востоке!

Освободившейся рукой она резким движением, фактически со свистом, выхватила кинжал с пояса приставляя к горлу старика. Включив бешено мигающие подствольные фонари, бойцы ворвались следом.

— Всем стоять, на землю! На землю!

— Армия России! В пол! Лицом в пол!

— Руки! Покажи руки.

Ревя надрывно дизелем, в нашу сторону уже нёсся БТР, к корпусу которого жался десант. Из здания раздались детские крики, вопли и причитания.

— Не трогайте Деда Максима! Отпустииии! — Рыдал в захлеб детский голосок.

— Лежать! Лежать!

— Вашу мать, — невольно вырвался хрип из моей глотки. Надо завязывать с беспечностью. Доверни старик ствол чуть повыше и снес бы мне башку напрочь. Но да, сам дурак.

Старик уже почти потерял сознание, он мелко сучил ногами, выпученные глаза уже начали закатываться. Бойцы откидывали от орчихи рвущихся к ней, на помощь деду, нескольких детей.

— Кайлана, архтам (отпусти)! — Зеленокожая лишь мгновение помедлила, после чего резко разжала руку, и старик мешком картошки рухнул на пол. После чего он сделал судорожный вздох и разошелся в сухом трескучем кашле.

Рядом взвизгнула тормозами броня. Кайлана успела выйти и помогла мне подняться на ноги. А в проем рвануло еще несколько бойцов, буквально слетевших с брони. Я быстро отряхнулся.

— Командир? — Проквакала рация у плеча.

— В порядке. Всем заниматься своими задачами — чуть отдышавшись хриплю я.

Бойцы успели вытащили старика на божий свет. А следом из помещения начали выбегать дети. Все чумазые, испуганные, но с твердым намерением защитить последнего. Причем всем лет семь-десять. Последними, правда, вышли несколько подростков уже более старших, которые лишь испуганно осматривали потрепанных бойцов. Всего их выбралось девять.

Старик все же откашлялся и попытался подняться. Одет в потрепанную и выцветшую горку. Даже сразу и не узнал. Поверх надет такой же старенький охотничий жилет с множеством кармашков. Широкие плечи, ростом даже выше меня, наверное. Возраст я даже примерно не мог определить. Но почему-то я был уверен, что в молодости он спокойно сгибал ломы. Не смотря на старость в нем до сих пор чувствовалась мощь, сила и решимость. Будь он моложе, возможно смог бы и удивить зеленокожую дылду.

Бойцы уже перестали пытаться оттащить детей от него. Я подошел и протянул руку, дед наконец сфокусировал взгляд на мне, но не спешил подать свою.

— И нахрена? Свои же.

— А почём знать кто свои, а кто вона — раздался старческий трескучий голос, и он неопределенно махнул рукой. В нем звучала спокойная уверенность, хотя он крепко прижал к себе детей, — да и глазища свои видывал?

— Видывал, отец. Времена такие. Свои мы. Последний ваш билет отсюда.

Помедлив еще несколько секунд, тот подал свою руку, и я помог подняться ему на ноги. После чего ему попалась на глаза Кайлана.

— Ан это вот? — Кивнул он на зеленокожую оглоблю.

— Говорю же, времена такие…

Но похоже я не убедил старика. Ну да пусть пообщается уже с майором. Рядом стоял боец, накидывающий отчет о положении дел в рацию. Чуть ныла лопатка, сраный камень.

В остальном в депо больше никого не оказалось. Проверив здание и собрав детей, которые вроде начали успокаиваться, мы двинули обратно. Я правда все же чуть еще задержался, и немного поизучал само здание под ворчливый взгляд Кайланы, в котором читалось что-то на вроде: «ничему жизнь не учит». Ну да и ну её. Надо будет разговорить старика, как он это сделал, а вдруг и вовсе научит.

Правда не понравился я ему особо, похоже. Неужели и правда глаза так изменились?

Долго я про себя потом благодарил всех богов, духов и вселенский разум до кучи, даже Агнию вспомнил мельком за то, что Кайлана не свернула башку этому старику. Дед Максим, как он сам всем и представился позже, работал на этом месте последние пятнадцать лет. Причем несмотря на то, что официально он числился как сторож, он также спокойно разбирался в локомотивах. Мог с помощью молотка, отвертки и какой-то матери даже делать ремонт, как и водить составы. Правда официально его на маршруты не выпускали. Не было образования и соответствующей аттестации. Хотя, казалось, чего там вести, поезд один хрен едет по рельсам прямо. Но похоже не все так там просто.

Что здесь произошло он не знал. Уезжал на несколько дней в родную деревню. А на пути назад к месту работы и начался весь этот ад. Поскольку деревня его оказалась достаточно далеко, а до депо оставалось совсем немного, он решил двигать сюда.

Пока он рассказывал нам, что ему довелось увидеть и встретить на своем пути, я все никак не мог понять, как его не сожрали. Ну не мог выжить обычный человек, когда вокруг творится такое. Но он смог, еще детей где-то по пути насобирал. И я проникся неподдельным уважением к этому человеку. Свой рассказ он вел достаточно сухо, я бы даже сказал, по армейски кратко и по существу. Только со своим говорком.

По началу выживших собралось больше. Но часть погибла пока добирались сюда. Еще небольшая группа взрослых и несколько подростков ушла сегодня на рассвете, не желая оставаться на этом месте побоища, не имея представления что ожидать дальше. Старика они так и не послушали, а тот словно знал, что нужно остаться здесь.

Благодаря его наводке мы загнали большую часть техники в почти пустой ангар, где начали спешно разбивать лагерь. Хорошее это или плохое решение в нынешних реалиях, а чёрт его знает. С одной стороны, мы, возможно, сами себя загнали в ловушку и не сможем быстро дерануть отсюда, если того потребуют обстоятельства. С другой - проще защищаться. Та неведомая невидимая хренотень так и не выходила у меня из головы.

За почти сутки нахождения на территории депо, дед успел обследовать тут все и провести некоторую ревизию локомотивов. На счет этого сейчас и проходило собрание старших офицеров и нескольких представителей от гражданских, чтоб те наконец успокоились и не баламутили по чем зря.

— То есть уцелевших локомотивов нет?! — Подавился Маэстро.

— Тепловозов — поправил его какой-то худощавый мужик в треснувших очках и порванном вязанном свитере. Как раз один из представителей.

— Да какая к е**ням разница?!

Мужик не успел ничего ответить. На него посмотрел безжизненным взглядом Антон Павлович, который не спал уже несколько суток, проводя все время с раненными, и тот больше не осмелился высказываться.

— И ремонт не возможен? — Поднял руку, как в школе, старший прапорщик в возрасте с пышными, еще сохранившими рыжеватый цвет, усами.

Именно благодаря ему оживала уже наглухо мертвая техника. Поэтому всех, кто хоть что-то смыслил в ремонте, сварке и прочем, придали ему в подчинение. Там оказалось даже парочка молодых лейтенантов, которые попытались вякать про субординацию в званиях. Не знаю что именно случилось, но их претензия очень быстро разрешилась. Маэстро наверняка смог подобрать нужные аргументы и факты. Я посмотрел на руки майора, который сейчас активно жестикулировал, задавая очередной вопрос деду Максиму, уверен в правом пудовом кулаке были аргументы, а в левом факты.

— Даже Машку (М62) не реанимируем? С виду вроде целый.

— Это который на втором пути? — Уточник Алтай.

— Да.

— Тама ходовая разбита. Под нима, значится, дары — мотнул головой старик.

— Но что-то здесь есть же?! Но хоть что-то на ходу? Любое… — Вперил злой взгляд в старика майор.

Сейчас в принципе все на него смотрели, кто с надеждой, к с усталостью, кто со злобой, считая его виновником всех своих несчастий в данный момент. Я же попытался прикурить сигарету, но резкое дуновение ветерка обрезало её на уровне фильтра. Я выплюнул бычок и недовольно посмотрел на Безмолвную, которая сосредоточенно рассматривала что-то на стене ангара.

— Ну есть-ма один вариант… — Наконец проговорил дед Максим.

Глава 9. Институт

От атора: Всем огромное спасибо, что ожидаете продолжение и простите за столь долгое молчание. Выкладываю сегодня небольшой кусочек. Так же попрошу чуть подождать, за несколько дней выложу полноценно несколько глав. Честно, ваша поддержка вдохновляет не останавливаться и не забросить. Видел некоторые комментарии про написание "в стол", честно не хочу к этому прибегать, чтоб чувствовать ответственность перед Вами и все же подстегивать себя к дальнейшему написанию. Так же сейчас уделяю некоторое внимание идее одной читательницы, которая мне очень понравилась. Надеюсь и вы это оцените.

— Сколько еще? — Прорычала Урса нависнув над несколькими бойцами, которые сейчас обложились ноутбуками и планшетами с проводами.

— Еще две минуты — огрызнулся главный технарь — не мешайте!

Урса сделала глубокий вдох и выдох, на секунду прикрыв глаза, стремясь взять себя в руки и чтобы не оторвать несколько бошек. Все уже на взводе. Сзади послышались тяжелые шаги.

— Удалось что-то выяснить? — Бросила женщина, не оборачиваясь.

— Никак нет. Периметр не нарушен. Бойцы окапываются вдоль забора. Детекторы фиксирует незначительные эманации демонической энергии. — Пробасил Койот, зам Урсы в звании майора. Этот мощный великан больше походил на блинных богатырей и откуда у него подобный позывной Урса так и не смогла выяснить.

—Тогда какого чёрта здание ушло в осаду? — Буркнула Урса. — Связь?

— Молчат по-прежнему. — Несколько мгновений они молчали. По территории рассредоточивались бойцы. Позади светили фары и раздражающе мигали проблесковые маячки спецтранспорта, ревели дизели БТРов. — Я займусь периметром. И, полковник, люди делают все возможное. —Закончил Койот, глянув на взмокших технарей.

— Я знаю. — Она прекрасно понимала, что мешать подчиненным тупыми попытками ускорить их работу, бессмысленно. Каждый здесь действовал с максимальной самоотдачей. Все понимали, что времени мало и оно, возможно, идет на жалкие часы.

Они добрались без происшествий. На колонну по-прежнему никто не выпрыгивал из тьмы улиц, не летела разрушительная магия. Сама территория казалась нетронутой. Сварно-секционный забор из толстенных прутьев, на мощных бетонных основаниях, поверх которого была брошена колючая проволока под напряжением, выглядел абсолютно целым. Территорию института, с аккуратно подстриженным газоном и редкими синими елями, по-прежнему освещали десяток мощных прожекторов.

На территорию попасть тоже получилось без проблем. Парочка бойцов просто перемахнула ограду с крыши микроавтобуса и открыли шлюзовые ворота настежь, позволяя машинам въехать внутрь. Часть машин, в том числе и БТРы сейчас рассредоточивались по периметру с внешней стороны, организуя линию обороны. Броневики занимали позиции преимущественно на углах. Бойцы же вдоль самого забора оперативно расставляли пулеметы и бетонные блоки, которые привезли несколько КАМАЗов и сейчас спешно выгружались, оборудовали огневые точки. Она считала это излишней паранойе своего зама, но не стала того останавливать, когда тот припахал к погрузке часть личного состава.

Даже наоборот, теперь ей казалось, что этого недостаточно, а еще как она теперь жалела, что ей не выделили парочку танков. Но чего не было, того не было. Ибо находиться здесь становилось непросто. Чувствовалась давящая неправильность происходящего. Ведь территория абсолютно нетронута, а трехэтажное здание, еще советской постройки, отголосок холодной войны, которое могло выдержать несколько прямых попаданий сверхтяжелых авиабомб, ушло в осадный режим. На окна выдвинулись мощные броневые створки с небольшими отодвигаемыми лючками, которые позволяли из укрытия вести огонь.

Также начали проскакивать еле заметные шепотки на самом краю сознания, которые нервировали все сильнее. Но детекторы ничего не фиксировали, кроме небольших эманаций демонической энергии и несильное повышение магического фона.

— Готово! — Старший из технарей особенно размашисто нажал какую-то кнопку на ноутбуке.

В ответ на его действия раздался гулкий писк, после чего послышалась работа механизмов и сервоприводов внутри. В мощную дверь начали втягиваться запоры, спустя еще десяток секунд дверь стала откатываться в сторону, втягиваясь в левую стену.

В шлюз тут же рвануло несколько боевых групп прикрываясь штурмовыми щитами и включенными мощными фонарями, которые хаотично мигали короткими вспышками света. За стальной дверью таилось обширное помещение, убранное в рифлёные стальные пластины, которое перекрывалось такой же стальной мощной дверью. Справа находилась пультовая закрытая затемненным бронестеклом. Из-под потолка лился холодный свет люминесцентных ламп. Как и с КПП здесь ничего не указывало на нападение и не было никаких следов боя. Шепот в голове усилился, а ноздри защекотал еле уловимый сладковатый запах.

Пусть и в притык к стенам, но здесь мог пройти и БТР. С другой стороны здания находилась проходная с специальными кабинками, которые сейчас так же укрыты за бронированной задвижкой. Можно было пройти и там, но им все равно необходимо разблокировать грузовой шлюз для эвакуации оборудования.

Техники, не дожидаясь команды, быстро просочились мимо боевиков и тут же вскрыли технические панели и лючки, которые невозможно заметить, если не знать где они находятся. Послышался тихий мат, щелчки втыкаемых проводов и стук по клавиатуре.

— Командир, прибыло подкрепление — прошелестел в гарнитуре бас Койота.

— Кто? — Урса напряглась, ведь свободных людей не было.

— Вам не понравится… — Прошелестело в гарнитуре.

— Да кого там еще принес… — Полковник не успела договорить, оборачиваясь, чтобы посмотреть на это самое подкрепление, когда раздались несколько тяжелых металлических шагов.

— Привет, полковник! — Раздался звонкий и озорной голос Инны.

В шлюз зашла молодая девушка, чье красивое лицо обезобразил с правой стороны грубый рваный шрам от трех когтей какой-то твари. Тяжелые армированные ботинки, больше похожие на средневековые, наполняли помещение гулким уханьем при каждом её шаге. Да и сама молодая девушка оказалась облачена в дикую смесь средневековых лат и современного снаряжение в виде бронежилета с разгрузкой. За ее спиной колыхался белый плащ. Помимо Инны в помещение зашли еще четверо мужчин в монашеских балахонах со всей церковной атрибутикой, правда поверх которой оказались надеты бронежилеты с разгрузкой, Урсе раньше не доводилось видеть подобные модели. Какой-то спецзаказ. Лица скрывались под глубокими капюшонами. За спиной у каждого по тактическому рюкзаку. На трехточке висели пистолет-пулеметы, увешанные различным обвесом. На поясах покоились короткие мечи в ножнах или небольшие булавы.

— Что вы здесь забыли? — Полковник и не думала скрывать своего недовольства. Церковников она не переносила на дух.

— А ты все такая же бука — игриво надув губы и рассмеялась девушка.

— Приказ Муромцев. Приданы в ваше распоряжение для усиления — не стал дожидаться развития теплой встречи, проговорил глубоким баритоном монах в летах. Урса лишь тяжело вздохнула.

— Главное не мешайтесь — вообще она была удивлена встретить здесь Инну, недели три назад церковники выявили в Сергиев-Посаде некую секту демонопоклонников и устроили на них облаву. Только вместе с фанатиками и различными звероподобными и тупыми тварями там оказался какой-то сильный демон. И достаточно простая и рядовая зачистка превратилась в бойню. Больше двадцати клириков тогда погибло, не считая раненых и искалеченных, лишь благодаря Инне удалось избежать полного уничтожения сводного отряда церковников. Часть её группы погибла, а сама она получила множество чудовищных ранений, как и лишилась правого глаза. Но не смотря на все это, с помощью магии исцеления, её быстро привели в порядок, правда глаз не получалось восстановить. Сильная, высшая магия исцеления позволяла излечить раны, не оставив даже шрамов, как и отрастить утраченные конечности или органы. Ей сделали несколько операций и подготовили протез, но, когда бинты сняли, глаз оказался на месте, правда, с лица все равно не сходили эти уродливые шрамы.

Девчонка быстро восстановилась и стала рваться в бой. Она уже недели полторы рыскала по всей Москве в поисках того самого демона, но на сколько она слышала – безрезультатно. Правда, она неплохо успела проредить число нечисти в столице.

И если с магами все было понятно, это люди которые способны с помощью своей воли или слов заклинания, или же различных атрибутов, влиять на окружающий мир, воплощая свои желания. То вот с церковными чудесами было совершенно ничего непонятно. Маги света не в счёт.

Совершенно неактивный в ментальном плане человек, прочитав молитву, мог с легкостью зажарить демона, с которым пришлось бы повозиться даже ей с её опытным отрядом. Но эта сила откликалась не всем, кто читал эти самые молитвы. Опять же кому-то больше, а у некоторых только и хватало сил просто пощекотать светом самого слабого и задохлого демона, который бы умер от щелчка по носу. Неожиданно размышления полковника прервал вопрос:

— О, прекрасная мудмазель, а чем вы заняты завтрашним вечером — наконец активизировался Кэша в своей манере. Инна игриво прикрыла личико тактической перчаткой с металлическими накладками.

— Завтрашним вечером я как раз свободна — смущенно та промурлыкала.

— Оо, так может вы составите компанию одинокому прекрасному мужчине за ужином?

— Ах простите, но мое сердце уже принадлежит одному синеглазому могучему воину — картинно вздохнула та.

— Какая досада, но позвольте узнать его имя? — не сдавался ловелас — я тут же вызову его на дуэ…

— Кэша, заглохни! — рявкнула Арта, девушка невысокого роста с большим красным крестом на каске и бронежилете. Из робкой и застенчивой молодой девушки она превратилась в уверенного в себе специалиста. Одна из немногих, кто владела магией исцеления. Помимо этого, она в кратчайшие сроки сумела овладеть военно-полевой хирургией. Благодаря этому отряд почти не нёс безвозвратных потерь, а раненых она ставила на ноги буквально за несколько минут, и те могли вернутся в бой. И её всегда бесил этот несерьезный балагур.

Кэша предпочел заткнуться, уже выучив нрав этой девушки. Крайний раз, когда она его латала, он успел испытать гамму непередаваемых ощущений, по сравнению с которыми ранение казалось жалким пустяком не страшнее занозы. Инна подмигнула последнему. Её глаза как и всегда излучали смех с толикой иронии. Урса же вернулась к своим размышлениям. Технари продолжали что-то набирать с бешенной скоростью негромко переругиваясь между собой.

И ученые так до сих пор и не смогли прийти к каким-либо выводам, поэтому эту тему оставили до лучших времен. А сами церковники не слишком спешили раскрывать свои секреты, или говорили какую-то чушь, на подобии: «Ему угодно, значит происходит, а если нет, то нет». Ну и как понимать эту чушь?

Правда сама РПЦ ушла в лютый экстаз от своей святости и полностью закрылась в себе от власти. Они лишь активно принимали прихожан в своих храмах, многих даже начали располагаться там. А люди, учитывая что происходило на улице, фактически сами бросились в их объятия. И на протяжении всего этого времени РПЦ не оказала никакой помощи, лишь отмачивалась, да откровенно вредила, преследуя какие-то свои цели. Правда начинали ходить хоть и невнятные, но достаточно тревожные слухи о происходящем в московской епархии. Лишь небольшие обители и монастыри и то преимущественно в регионах объявили о своем выходе из РПЦ и начали самостоятельную деятельность. К одному из таких приходов и относилась эта компания. Правда они тесно сотрудничали с Тимирязевым и часто мотались по его поручениям. Сама же обитель давно перебралась в Ковчег. Но Урса все равно не понимала их, поэтому и недолюбливала, считая в лучших заветах Марксизма, что религия – опиум для народа.

— А никто больше шепотов в голове не слышит? — Неожиданно спросила девушка, оборачиваясь на своих спутников.

В другое время Урса бы точно схохмила если сама не голосила в этот момент. Поэтому лишь медленно кивнула, ибо шепот становился все навязчивее.

Один из клириков достал кулон из золота состоящий из обрамленного янтарного камня на длинной и толстой золотой цепи. Кулон качнулся несколько раз, а внутри янтаря несильно засветился слегка бардовый свет. Несколько мгновений церковники всматривались в него, даже Урса скосила взгляд после чего держащий цепочку монах отрицательно махнул головой.

— Это бесполезно, мы уже проверили все детекторами. Лишь небольшие эманации демонической энергии. — Глухо пробурчал один из боевиков с штурмовым щитом. Несмотря на огромные размеры шлюза, от количества столпившихся здесь людей, становилось слегка тесно.

Инна лишь на секунду задумалась, после чего резко обернулась к одному из своих спутников и таким же неуловимым движением вытащила небольшой мутный кристалл из его разгрузки. Все это произошло столь стремительно, что никто не успел даже сообразить, что именно произошло, когда камень уже покатился по стальной рифлёной поверхности пола сверкая непонятной надписью на одной из своих граней. В этот момент все затихли и недоуменно уставились на остановившийся мутный необработанный кристалл. Прошло секунд тридцать, когда монахи облегченно выдохнули. Это был один из древних способов выявить демонов, пытающихся скрыть свое присутствие. На одной из граней кристалла была выгравирована древняя короткая молитва на латыни. поскольку кристаллическая структура камня достаточно быстро вступала в резонанс с эманациями демонической энергии то таким способом можно было выявить скрывающихся демонов.

— Инна Валерьевна, настоятель вам запретил просто так использовать расходники… — Пробурчал старший среди них и тяжело вздохнул, но не увидев никакой реакции со стороны девушки, попытался в очередной раз достучаться до неё — у нас и так уже перерасход за последнюю неделю… — но в очередной, раз не увидев никакой реакции и лишь махнул рукой, кивнув своему товарищу.

Молодой монах сделал шаг и хотел было нагнуться, чтоб подобрать кристалл, но Инна резко его дернула за плечо обратно, продолжая напряженно всматриваться в кристалл.

— Инна Валерьевна — укоризненно начал он снова, но неожиданно снизу раздался треск. Все взгляды вновь оказались прикованы к камню на полу.

А тот в свою очередь начал вздрагивать без какого-либо внешнего воздействия, параллельно до ушей начал доноситься треск. Неожиданно он несколько раз подскочил и затрясся словно его тянули сразу во все стороны невидимые нити. Сопровождалось это все оглушительным треском, складывалось ощущение, что трескалась скорлупа огромного яйца рядом. Неожиданно камень засветился бордовым насыщенным светом, а по ушам мгновенно ударил душераздирающий визг и треск с окончательно разлетевшимся на мельчайше куски кристаллом. Бойцы инстинктивно успели прикрыть глаза от неожиданной шрапнели и недоуменно, но насторожено уставились на церковников.

— Ай! Бл*ть! — Схватился за правый глаз боец. Ну кроме Кеши.

— Матерь Божья, — ахнул молодой монах, после чего раздалась смачный и звонкий подзатыльник.

— Не богохульствуй!

— Что делаем? — Тут же подобрался старший и посмотрел на Инну.

— Что случилось? — Встряла Урса, по напряженному лицу девушки она уже поняла, что случилось что-то из разряда вон выходящего.

— Очищение — негромко проговорила та, что её никто вначале не услышал, но она быстро осмотрела всех, кивнула еще раз своим мыслям и уже громче произнесла — читаем очищение!

— Товарищ полковник, встаньте с вашими людьми плотной группой, пожалуйста — и не дав Урсе возразить монах продолжил, — это необходимо чтоб усилить воздействие защитной молитвы.

Урса пару секунд думала, но потом все же кивнула и рыкнула:

— Что встали?! Быстро!

Один из монахов встал спиной к технарям и взяв в руку огромное распятие, которые висело на мощной и длинной цепи у него на шее. Еще два клирика встали около боевиков вместе с Урсой, проделав тоже самое. В помещении стало чуть посвободнее. В импровизированный центр вышел молодой монах, было видно, что он нервничает, но Инна ему ободряюще улыбнулась и подмигнула. Тот быстро вынул небольшой молитвенник и резво перелистнул страницы. Еще раз сделал глубокий вдох и резкий выдох, стремясь сбросить напряжение, перекрестился и затянул речитатив:

— О, Господи, Владыка сил небесных, да буде свет Твой во мне! Укрепи дух мой…

Все это время невнятный шепот, ощущавшийся лишь на периферии сознания неожиданно резко ворвался в мозг. Давление на всех усилилось, множество голосов кричали, стонали, требовали убить своего товарища, бежать, вырваться себе сердце, непонятный вой.

— О, Свято Боже, защити меня от зла, проявленного и непроявленного! Охрани меня и воинов твоих! Наполни…

Хором зачитали монахи свои молитвы, что закрывали технарей и остальной отряд Урсы. Давление ослабло, боевики начали подниматься с пола, некоторые не выдержали и рухнули на колени. Испуганные технари побледневшие, с выпученными глазами на каких-то своих рефлексах лишь более усердно застучали по клавиатуре. Полковник, успев чуть оклематься от подобной ментальной атаки, быстро окинула помещение взглядом. Шепот в голове не прошел и из-за него все вокруг превращалось в лютую какофонию где непонятно ты слышать звуки в своей голове или в реальности. Побледневшие монахи вцепились в свои распятия и в полный голос продолжали выкрикивать защитную молитву.

— Всемгоощщшуй… Бкхох… — Молодой же, которому выпало читать очищение, стоял посередине и вздрагивал мелко всем телом, из его ушей, глаз и носа текла кровь, но он не отступал, продолжал уже не читать, но хрипеть молитву невидящим взглядом.

Парень начал терять сознание, его руки ослабли время словно замедлилось и Урса увидела, как из побледневших рук начал выскальзывать молитвенник с золотистой вышивкой и небольшим крестом по центру, а молодой монах, запрокинув голову назад, начал оседать на колени, а тело заваливаться на спину. С его головы слетел капюшон, черные кудри, бледное, окровавленное лицо с закатившимися глазами, искажалось невыносимой болью. Тело молодого монаха медленно оседала на пол, но внезапно за его спиной оказалась Инна. Она ловка перехватила молитвенник правой рукой, а левой прижала бережно и нежно тело, по которому продолжали пробегать мелкие судороги.

— Всемогущий Бог! Владыка небес и земли! Я призываю тебя, твое сияющее Имя противостоять силам тьмы, силам демонов!

В этот момент Урса, поддавшись какому-то наитию, сделала быстрый шаг и приняла из рук Инны тело монаха, оседая вместе с ним на колени и облокачивая его тело на свое плечо.

— Я Молю тебя о твоей защите, о небесном щите, отражающем все напасти врага пред детьми твоими. Изгони от меня все зло и всю мерзость, разрушь их власть и дай мне силу противостоять им.

Помещение наполнилось звонким, глубоким голосом девушки. Слова её сметали невидимый шепот, который бесновался в головах присутствующих, несколько бойцов уже потеряли сознание. Монахи, что читали защитную молитву тоже оказались на пределе. У одного шла кровь носом, у другого из правого уха, они буквально хрипели, прикладывая невероятные усилия, чтобы протолкнуть сквозь пересохшее горло очередные слова.

Вой в голове превратился уже в визг, который с каждым произнесенным словом девушки становился все тише и неразборчивее. По телу Урсы побежали мурашки, каждое слово девушки затрагивало что-то невидимое в груди, очищая и успокаивая, возвращая силы и уверенность. Ее слова словно наполнялись внутренним светом, вселяя трепет в душу полковника.

— В Твоей силе – моя надежда и защита. Аминь!

В голове угас последний визг и наступила оглушительная тишина. Лишь тяжелое дыхание присутствующих, шуршание одежды и хрипы, которые казались пугающе громкими.

— Фсе? — Прохрипел один из клириков пересохшими губами.

Внезапно послышался очередной треск, который доносился отовсюду. Ощущение, что разбивалось невидимое стекло и его осколки сыпались на пол и разлетались в дребезги. Урса лишь моргнула, а комната изменилась до неузнаваемости. Свет люминесцентных ламп под потолком перешел в аварийный режим и тревожно мигал. Стены оказались исписаны непонятными символами, рунами и пентаграммами. Местами виднелись подпалины и вмятины от выстрелов. Местами на стенах виднелись рваные борозды от чудовищных когтей, некоторые сегменты стены оплавились. И все это выполнено кровью, Урса неожиданно поняла, почему ей казалась непонятный запах таким знакомым. Пол оказался усеян гильзами и также залит кровью, а посередине, где сейчас стояла Инна, была начертана огромная печать, по кроям которой скопилось особенно много уже запекшейся крови.

— Здесь их и принесли в жертву…

— Полковник?! — Сквозь помехи и хрипы раздался обеспокоенный голос Кайота.

— Сняли демонскую печать. Обстановка?

— Принято. Вам лучше потом увидеть самой. В остальном по периметру тихо.

Инна села на корточки и положила свою руку на сложную печать на полу. Она замерла на несколько мгновений с закрытыми глазами, шевеля лишь губами, а затем резко стерла кусок пентаграммы. Из её руки полился свет, а печати на стенах вспыхнули огнем, от них полетели искры, а помещение наполнилось невыносимой вонью. Но после этого давление, которое все испытывали, полностью исчезло.

— Арта — позвала Урса медика, девушка резко подскочила, чуть не упала. Еще несколько мгновений потребовалось чтоб в её ошалевший взгляд вернулось осмысленность происходящего, и она метнулась к своему командиру.

— Жив! — Арта быстро начала колдовать над молодым монахом, расстегнув свою аптечку.

Инна протянула руку полковнику, чтоб помочь подняться.

— Спасибо — пробормотала та, а затем быстро взяла себя в руки — сколько еще?! — Рявкнула она на бледных технарей, которые трясущимися руками продолжали колдовать над оборудованием все это время. Но ответа не последовала, раздался пронзительный писк, короткое кряканье базера тревоги и в двери начали щелкать запоры. Стальная плита поползла в стену.

От автора: Дорогие читатели, простите, что выход прод так задержался. К сожалению, был очень насыщенный год, а конец года буквально не оставлял мне времени. Даже написанные эти главы я не успевал выложить. Я неоднократно намеривался приступить к дальнейшему написанию, но обстоятельства всегда складывались иначе. Было очень много работы. Хотя я очень хотел закончить книгу к новому году. На днях выложу еще одну главу после редактирования, также новогодние праздники будут для меня достаточно свободными, и я вплотную займусь продами.

А теперь я хотел бы поздравить всех Вас с наступающим новым 2025 годом и пожелать всем Вам, главное, здоровье Вам и вашим близким, ведь все остальное всегда можно добиться, достичь и заработать. И от себя лично я хочу пожелать всем Нам Мирного неба над головой. Пусть 2025 год принесет в нашу жизнь больше улыбок, счастья и радости. С наступающим новым годом.

С уважением и наилучшими пожеланиями Ваш автор,

31.12.2024 Ратибор Шурман

Глава 10. Какой он, мир что нас ждет?

Передо мной горел костер, в котором потрескивали сухие сучья. Я подкинул очередную коряжку, из-за чего из костра вырвался целый сноп искр устремляясь в мрачное небо. Черные низкие тучки, казалось, висели просто на месте. Напротив меня пристроилась темноволосая Иномирка, в ее глазах плясали языки пламени костра, она сидела обняв колени. Немного подумав, я все же предложил им переодеться в земную одежду, ибо у них она превратилась в откровенные лохмотья, которые даже заштопать оказалось невозможно.

Поэтому сейчас Кансдерея сидела хоть и в потрепанной, но простой полевой пиксельной форме без каких-либо знаков различия. Было видно, что она, в целом, привычна к штанам и мужским одеждам, хотя ее мир должен быть похож на наш, века так 16-17 ну и с поправочкой на магию, конечно. Лауренсу также выдали свой комплект, поверх которого он напялил на себя свою погнутую броню. Поскольку имелась языковой барьер их мало к чему оказалось можно привлечь. Так они в основном сторожили наши пожитки и рюкзак с яйцом, которое сейчас, учитывая ситуацию, создавало для нас большие проблемы.

А выкинуть его было нельзя-с. У всех метки, или татуировки, или печати, или как это вообще назвать, в общем претерпели изменения. И сейчас туда добавился дракон, который обнимал изображение нашего домена. Только молодую аристократку темноволосая отказалась переодевать в форму, поэтому пришлось ей найти платье. С этим в целом не возникло особых проблем. Даже не смотря на все что происходило, женщины оставались женщинами, так что нет-нет, да и кто-то прихватил свои «ценные» тряпки. Поэтому сменять на простенький амулет проблем не возникло.

Сейчас стрелка подбиралась к трем часам. Скоро должен забрезжить рассвет, но из-за туч мы его все равно не увидим. Вечные сумерки также давили на нервы. Лагерь уснул всего на 4 часа, работы оставалось слишком много, но зато теперь у нас вроде как был план. В одном из ангаров стоял самый настоящий советский паровоз серии ЛВ, вроде как они выпускались где-то в пятидесятых годах, ну так сказал дед Максим. Его готовили к какой-то выставке, так что буквально недавно он прошел техобслуживание. А несколько грузовых вагонов с углем так и шептали взять их с собой в дорогу.

Весь день кипела работа, мы с Настей шарахались по лагерю используя свой дар для сканирования всего и вся вокруг. Мы подозревали даже долбанные булыжники, которые иногда нет-нет, да и фонили чем-нибудь. Это не говоря уже про все возможные сигналки, ловушки и обнаруживалки, которые мы накидали вокруг лагеря в виде различных заклинаний. Эд и Александр во всю учувствовали в подготовке нашего состава к дальнему сведению. Один оказался неплохой, многофункциональной сварочной станцией, а второй очень мощной батарейкой на ножках.

Если с первым проблем не возникло, он уже манипулировал огнем вообще, как хотел, то со вторым пришлось слегка повозиться, ибо он сходу сжег несколько аккумуляторов. Поэтому усатому прапорщику пришлось собрать что-то вроде трансформатора на коленке, к которому подводились аккумуляторы. Через трансформатор он их и запитывал своим электричеством. А от аккумуляторов питался сейчас весь лагерь, в том числе сварочные аппараты, облепившие состав со всех сторон. Топливо надо экономить. Хотя и здесь нам повезло каким-то чудом. На путях оказалось 3 цистерны с дизелем.

Сейчас формировался состав из различных вагонов. В основном мы брали крытые грузовые вагоны, правда все же пришлось взять и плацкартные. Да сейчас совершенно не до комфорта, но людям нужен хоть какой-то минимальный отдых. Также подогнали платформы, куда уже частично погрузили технику. С стаскиванием вагонов в один состав хоть и пришлось повозиться, но мы просто не особо заморачивались. Опрокидывали ненужные, а остальные подгоняли по путям. Ну и конечно старались брать ближайшие, пусть и менее качественные, и старые, чем были на других путях, но у нас просто не оставалось времени.

Уже сформировавшийся состав обшивался любыми листами железа, арматурой, сеткой, всем до чего мы смогли добраться и найти. И сейчас наш состав превращался в очень уродливого, с торчащими в разные стороны порой конструкциями, стального зверя. Как и сам локомотив мы тоже старались обезопасить и обшить чем только можно, но здесь особо ничего не наваришь. Паровоз это не дизель, поэтому мы с Настей по очереди молевали различные защитные руны и заклинания. Еще вкорячили платформу впереди, куда поставили танк, который также укрыли дополнительной броней. Там же сделали борта и пулеметные гнезда с защитой для стрелков. Дед Максим долго спорил, но все же согласился под аргументами офицеров. Да он и сам успел увидеть разное.

И очень скоро этот стальной зверь понесет нас на встречу с неизвестностью, через которую и проходит наш единственный путь к спасению. По плану завтра вечером мы будем готовы отправляться. Здесь все еще спорили, стоит ли отбивать к грядущей ночи, ведь пусть совершенно неизвестен, цело ли железнодорожное полотно, как изменилась местноть.

Единственный огромный минус, из-за веса состава, техники и дополнительных листов брони, состав получался очень тяжелым и инертным. Как и разгоняться он должен крайне медленно при условии крейсерской скорости Паровоза примерно 70 км в час. Поэтому на пути следования нам крайне не рекомендовалось останавливаться.

Вот такие пирожки с котятами. И время просто буквально ускользало из рук, все это чувствовали, а эти вечные остановки сильно нервировали Маэстро, да и остальных посвященных офицеров. После совещания решили не доводить информацию обычным солдатам и гражданским о том, что вот-вот на наши головы могут посыпаться тактические ядерные ракеты.

Позади меня, где располагался ангар, послышался шорох. Кансдерея мгновенно напряглась и молниеносным, почти невидимым деляческому взгляду движением, вытянула короткий меч из-за спины.

— Не спится? — проворчал я, не оборачиваясь.

— Я не помешаю? — К нам приближалась молодая рыжая девушка с лицом усыпанными веснушками. Эта была та самая, которую мы вытаскивали вместе с Ирой и иномирцами, когда провалились в другой мир. Но как мне потом сказала Виктория, оказывается видели мы её еще раньше. На той дороге, по которой бежали армейцы. Она с мальчишкой за спиной карабкалась по склону.

— Завтра работы много, тебе лучше отдохнуть.

— Я не могу уснуть. — Я лишь тяжело вздохнул и помедлив пару мгновений, махнул рукой, мол садись.

Кансдерея медленно загнала меч в ножны, но продолжила сверлить напряженным взглядом девушку.

— Почему она на меня так смотрит? — Та даже поежилась.

— Я ей сказал, что она должна подозревать даже свою тень.

Некоторое время мы молчали. Девушка, кажется её звали Лера, после спасения, некоторое время побыв в гуще беженцев, теперь старалась держаться поближе к нам на всех привалах. Да и с Ирой у нее вроде как налаживался некоторые диалог. Я этому мог только порадоваться, ибо наша валькирия немного начала замыкаться в себе, а проводить психологические курсы реабилитаций у нас просто не было времени. Нет, я и Ксения старались при случае поговорить с ней, разговорить и прочее, но этого мало. Поэтому их некоторый контакт разрядил Иру, и она немного начала оттаивать, оживать и прекратила быть похожая на робота. В её глаза вернулась осмысленность и живость. Ибо её взгляд начинал напоминать тот, что был у двух сестер в мертвом городе потурившим все и видевшим ад.

— Почему все это происходит? — Наконец просипела Лера.

Никогда не любил подобных вопросов. Ну а что тут можно ответить? Ну дерьмо случается, вообще все бывает на земле этой грешной. Но правда все происходящее закручивалось слишком круто. Даже ядерный апокалипсис воспринимается чем-то понятным. Но ныть на тему, а почему, а за что и так далее, вообще бессмысленно, надо просто прорываться и надеяться на лучшее. Немного помолчав ответил:

— Знаешь… — Договорить я не успел и резко вскочил. Что-то только что нарушило периметр извне. Моя сигналка очень грубо и резко отозвалась в моей голове — Арнут торм кха (буди наших) — кинул я резко вскочившей вместе со мной Кансдерее и метнулся во мрак, одновременно потянув руку к рации.

По рации я быстро доложил о сработке магической сигналки дежурившим связистам в импровизированный штаб. Где-то позади нарастал шум криков людей, заводились двигатели бронетехники, включались прожектора. А я в полумраке приближался к месту сработки, где должен находиться один из дозоров. Петляя между железнодорожных путей, покореженных вагонов и различным мусором я вскоре очутился на месте.

Впереди через пару метров, за очередным вагоном виднелся тусклый свет, словно от керосиновой лампы. Оттуда же раздавался непонятный скулеж и тяжелые хрипы. Но вместе с тем раздавалось непонятное шуршание и бульканье. Я осторожно начал приближаться к краю, впереди стоящего вагона, чтобы не раскрывать своего присутствия я также прикрыл ауру и не стал пользоваться магией обнаружения. В этот момент неожиданно меня по плечу легонько тронули. Честно, в этот момент я чуть не подпрыгнул и не заорал. Но быстро ощутил знакомую ауру Волчицы.

— Там оно? — Почти одними губами прошептала она. Я лишь пожал плечами и приложил указательный палец к губам.

Я был уверен, что остальные уже тоже несутся сюда, стремясь окружить цель. Правда, на подобный случай все равно кто-то оставался в лагере. Мало ли, вдруг это всего лишь отвлекающий маневр. По мере нашего приближения из-за угла донесся тихий-тихий заикающийся голос полный мольбы, страха и ужаса:

— П-п-пажж-алл-уйст… — Ответом послужило лишь усиленное шуршание и несколько новых бульканий или даже трелей.

В следующий момент я резко выглянул из-за угла и спрятался обратно. Чуть позади и сбоку Волчица уставилась на меня вопросительно, а я лишь хмурился. И было от чего. Еще помедлив несколько секунд, я выглянул снова. Но картинка не изменилась.

Между вагонами находились двое бойцов, один кажется без сознания, валялся на земле лицом вниз, а вот второй вжался в стенку товарного вагона весь бледный и похоже изо всех сил пытался просочиться сквозь такое коварное и ненавистное препятствие, чтоб оказаться как можно дальше от существа перед ним.

— Какой он миленький — Раздался из-за спины возглас Ксении. Я чуть не схватился рукой за лицо…

Существо чем-то напоминала смесь орангутанга, ленивца и чего-то нам незнакомого. Высокий рост, метра два, наверное. Короткие задние лапы, на которых оно сейчас и стояло к нам боком, прямо на против бледного бойца. Длинные передние лапы, оканчивающиеся светлыми длинными четырех палыми когтями. Густой и длинный бежевый мех с небольшими черными вкраплениями. Морда круглая, вообще почти как у ленивца, только громадного. Огромные желтые глаза как у лемуров. Длинные висячие уши словно у спаниеля, был у знакомых когда-то такой собакен. Единственное что выглядело немного чуждо это непонятные наросты на его голове, напоминающие небольшие рога. Вокруг зверюги летало несколько светляков, только не насекомых, а неких сгустков энергии небольшого размера. Именно они и давали некоторый приглушенный свет.

И вот сейчас оно стояло перед совсем молодым бойцом, шумно и старательно его обнюхивало, периодически выдавая те самые бульканья с трелями, которые больше похоже на некий монолог вопросов, когда ребенок спрашивает своего родителя обо всем. На меня и возглас Ксении существо совершенно не отреагировало.

Позади послышался топот ботинок, бряцанье железа, передергиваемые затворы и приглушенные голоса. А спустя еще несколько мгновений позади нарисовалась тревожная группа готовая к бою ну и Вика с легионером и Кансдерея.

Несколько бойцов тут же вскинуло стволы, но вампирка быстро отреагировала и опустила их. Она мгновенно оценила мое полное бездействие и поняла, что как таковой угрозы сейчас нет. Хотя мы могли все ошибаться.

— Вурм Хам… — Выдохнула Кансдерея и несколько нервно взглотнула. Легионер же повыше приподнял свой, такой же как и его кираса, погнуты щит.

— Ортам? (Опасен) — не оборачиваясь я перешел на общеимперский их мира.

Поскольку с ними можно было общаться только так, постепенно мне давался язык все лучше, да и остальные могли уже перекинуться с ними несколькими фразами.

— Орнам. Арх тун так (Очень. Если напасть) — несколько помедлив выдохнула она.

А зверь, совершенно не обращая внимание на скопившихся здесь людей, продолжал пугать свою жертву до усрачки, которая вот-вот и так потеряет сознание. В его взгляде было столько мольбы о спасении, непонимания почему мы до сих пор не пристрелили эту тварь, и страх. Ибо в этот момент Вурм Хам поднял свою когтистую лапу и пытался залезть когтями в один из нагрудных кармашков разгрузки.

— Что у тебя в кармане?

— Н-не-знаю! — Выдавил он из себя плаксиво.

— Думай, а то он сожрет тебя.

— Н-не-зна-ю я-я — чуть ли не плача ответил боец.

Я сделал несколько шагов, позади раздались предупреждающие возгласы, но я не послушал и спокойно приблизился. Только сейчас существо обратило на меня внимание и наклонило голову в бок и словно так вопросительно:

— Вур вур?

Я же аккуратно расстегнул карман и вытащил оттуда початую плитку шоколадки. Вурм Хам как завороженный смотрел на мою руку и жадно принюхивался. Я же отвел ее чуть в сторону, отводя взгляд существа. А другой рукой за шиворот пропихнул бойца себе за спину. На негнущихся ногах он сделал несколько шагов и свалился. Несколько боевиков тут же его подобрали, Вика утащи бессознательное тело.

— Мульп Вурм Пум! — Существо издало целую трель продолжая самозабвенно следить за сладостью при этом прижала передние лапы к груди, потом в них хлопнуло и все это сопровождалось некоторым пританцовыванием. Я быстро содрал обертку и отдал шоколад меховому ленивцу переростку.

В следующий момент над округой разнеслось чавканье и мычание с угуканьем. А до этого и так огромные лимуроподобные глаза показалось, что стали еще больше, в них начали мелькать взрывы фейерверков от полученного гастрономического экстаза.

— Вурм Хам торното пурдом такум (Они любят сладкое, мед) — изумленно смотря за меховым, проговорила Кансдерея.

— Что нам с ним делать? — Позади раздался голос рослого бойца с ПК на плече.

— Знать бы… Вика, давай сюда свою заначку.

— С-старший?

— Тащи, говорю, сладости все что есть.

— Но…

— Давай-давай — поддакнула ухмыляющаяся Ксения.

— С-слушаюсь — вампирка быстро удалилась в лагерь, кинув презрительный взгляд на Волчицу.

Когда люди обращаются в вампиров у них полностью меняется физиология. Им не нужна обычная еда, вода, классические вампиры даже без дыхания могут обойтись. Они делают вдох и выдох раз в несколько минут и то, просто чтоб немного облегчить протекающие процессы в организме. Поэтому вампиры сталкиваются с некоторой проблемой, пустотой. Но вот вкусы они все равно ощущают, поэтому многие вампиры начинали к чему-то пристращаться просто чтоб психологически справиться с изменениям произошедшими с ними. Хотя Вика и не совсем обычный вампир, но многие моменты у нее были схожи. И вот помимо меня как любимого лакомства она начала просто сжирать все сладкое, причем в последнее время это приобрело масштабы большой проблемы. Она начала походить на наркомана сладкоежку.

— Ты — я указал на Ксению — уведешь его подальше отсюда и быстро назад. Только очень аккуратно, ни в во что не ввязывайся.

— А может оставим его? Он такой миленький.

Меховой ленивец уже доел шоколадку и начал облизывать свои огромные когти и задумчиво так смотрел на людей, у которых оказалось так много заветных кармашков.

— Нет уж, у нас и так проблем навалом. — Мотнул я головой. И уже тише добавил себе под нос: — И эти сладкоежки скорее всего поубивают друг друга.

— Мур руррурр? — Вурм Хам продолжал облизывать когти и внимательно все рассматривать. Он не выглядел опасным, но напряжение, которое испытывали иномирцы рядом с этим существом говорило о много.

— Ну давай тогда клыкастую оставим здесь, от неё все равно одни проблемы — проворчала Ксения, но в этот момент вернулась Виктория и демонстративно задела ту плечом.

— Держи, Старший — с нескрываемой тоской произнесла та.

Я взял целлофановый пакет из пятерочки. И откуда и где она столько набрать успела. Хотя наверняка что-то да «забыла», ведь напрямую она не могла меня ослушаться. Печать, что нас скрепляла никуда не делась. Но даже так, боль в глазах вампирки буквально ощущалась в воздухе.

— Давай одна лапа здесь, другая там — протянул я Ксении пакет.

— Я могу…

— Нет, Виктория, ты остаешься здесь — я был уверен, что она нечто подобное предложит — забери её одежду, потом оденешь. Все давайте. — Но ко мне осторожно подошла Кансдерея и тихо произнесла на ухо. Ксения и Вика с пакетом скрылись уже за вагонами.

— Орх харм та нук (у него ******* ценность) — произнесла та, правда я не понял часть слав.

— Торх а? (что?)

— Отр монтар кам та нук (добыча, очень ценная) — попыталась она подобрать другие слова.

Я еще раз посмотрел на ленивца, который рассматривал все здесь происходящее огромными лимурьими глазами. Правда он уже начал делать первые шаги к нам, принюхиваясь. Но из-за его спины раздался свист. Там оказалась вампирка и здоровенный оборотень с пакетиком в одной лапе. Вика держала раскрытую чакопайку. Ленивец повернул голову и булькнул в очередной раз, но до его ноздрей донесся чудный запах сладости.

— Урур мур ульп! — Он тут же неловко засеменил своими короткими лапками к парочке. Вампирка быстро отдала чакопайку Ксении и отошла в сторону, а та сделала огромный скачок с места, приземлившись на крышу одного из вагонов.

— Умра Уууумра! — Заскворчал ленивец, после чего вокруг его лап вспыхнула магия и он резко оттолкнулся от земли и приземлился недалеко от Ксении. А та сделала уже следующий скачок. Виктория тоскливо провожала взглядом заветный пакет.

— Маг! Тут что-то непонятное — окликнул меня один из бойцов. Он стоял чуть дальше от места, где расположился дозор.

Я быстро подошел вместе с остальными. На небольшом пяточке оказалась самая настоящая расчлененнка. Огромная разбрызганная лужа темной, почти черной крови с потрохами, обрывками кожи, костями и раскиданные конечности в небольшом радиусе. Кусок черепа с частично сохранившейся верхней пастью, утыканной острых и мощных зубов размером с половину человеческого пальца.

— Этот тот ленивец постарался — вяло донеслось у нас за спинами.

Бойцов, что были в дозоре усадили на землю и осматривали на месте, раз опасность миновала.

— Кто-то видел, как эта тварь выглядела?

— Нет, просто то, лохматое кровожадное чудовище, выскочило из вагона и начало бесноваться на пустом месте. Мы только позже поняли, что оно кого-то убило. Там не было ничего.

— То есть ленивец пришел не за тварью, а…

— Да, он сидел в вагоне.

— Что там у вас?! — Прорычала рация голосом Маэстро.

Глава 11. Узы

— Филипыч, в Центр сообщили?

— Нет, связь оборвалась, все случилось слишком быстро…

— Гадство.

— Все здесь?

— Наверху осталась только комендатура.

— Откуда эти твари только взялись.

— Где полковник Герасимов?

— Погиб.

— Кто старший?!

Только что закрылась огромная гермодверь, когда вбежали последние потрепанные хмурые бойцы и научники. С собой они тащили пятерых окровавленных с жуткими ранами.

— Раненых сюда! Быстрее!

— Разойдись!

— Сердце остановилось!

— Алёна, сделай что-нибудь!

— Я пытаюсь! — Совсем молодая и обессиленная девчонка наложила руки на грудь одного из раненных. Её ладони озарились тусклым зеленоватым светом. Рядом медик готовил переносной дефибриллятор. Спустя несколько мгновений у девчонки буквально брызнула струя крови из носа и она завалилась назад, на руки находившихся рядом людей. Она сделала все что могла и даже больше. Она успела немного закрыть разорванную грудь.

— Разряд — Тело дернулось — маску! — Рядом сотрудник тут же одел на лицо помпу с раструбом, чтоб сделать искусственное дыхание. После десятков нажатий медик снова проговорил снова: —разряд! — Тело дернулось в очередной раз.

— Есть! Появился пульс.

— Сюда его!

Наверху приглушенно прогремело несколько далеких взрывов. Комендатура до сих пор вела бой с тварями хлынувшими на территорию института из соседних домов. Согласно протоколу безопасности, все сотрудники успели укрыться в бункере, где находилось все экспериментальное оборудование и основные лаборатории. Попутно сотрудники института из компьютеров вытащили все жёсткие диски. Ноутбуки просто взяли с собой. Все остальное наверху превратилось в труху, когда диспетчер подал сигнал с пульта. Небольшие заряды в компьютерах уничтожили все содержимое. Даже несмотря на то, что наверху не велась, какая-либо секретная документация, но все равно все подлежало зачистке, чтоб потенциальной противник не смог добыть даже крох информации.

Нападение было слишком хорошо организовано и спланировано, чтоб списать все просто на прорыв или нашествие тварей. Даже связь с внешним миром сумели оборвать, даже проводную. Каким образом этого удалось добиться – загадка. Осталась только местная проводная связь по самому Институту. Стоило отдать всем должное. Не было никакой паники, ненужных криков и воплей. Все сотрудники среагировали быстро и четко по инструкциям.

Здесь собрались все ученые, конструктора и маги. Гермодверь сейчас баррикадировали два взвода комендатуры. Последний рубеж обороны. Сотрудники начали вытаскивать готовые прототипы. Все случилось действительно слишком быстро. Только благодаря внимательности бойцов из комендатуры удалось избежать колоссальной трагедии.

— Это демоны… — произнес офицер.

— Что там наверху?

— Все хреново, они уже в здании — поморщился офицер, сидя с планшетом в руках. Он продолжал щелкать по камерам видеонаблюдения.

Но везде оказалось примерно одно и тоже. Бойцы отчаянно оборонялись, но их давили, терзали и разрывали твари, множество тварей. Адские гончие и горгульи. Так их именовали в бестиарии Конторы. Но помимо низших демонов встречались и гуманоидно подобные.

Офицер выбрал камеру шлюзовых воротах в задние. На окровавленном полу лежали еще живые израненные бойцы в окружении демонов. Но те не пытались их добить. Изображение пошло рябью и в помещение вошел человек. Лишь приглядевшись стало понятно, что это демон. Высокий, худощавый в идеальном костюме с аристократическими чертами лица и небольшими рожками. Он осмотрел шлюз, а затем посмотрел прямо в камеру. В его глазах пылала алая жажда. Демон улыбнулся, и камера погасла.

— Дерьмо! Это один из высших демонов! Надо предупредить! Их же уничтожат…

— Мы ничего не можем сделать…

— Уведите всех в дальние лаборатории. Остальным кто способен сражаться, принять оружие и приготовиться к обороне.

— Тавр?

— Я надеюсь до этого не дойдет…

— Вы про протокол?

— Закройтесь, никто сегодня больше не умрет… — На случай угрозы захвата оборудования или сотрудников Института приказывалось полное уничтожение и зачистка, в том числе и персонала. Для этих целей тут повсюду была заложена взрывчатка. Поэтому если они не удержат гермодверь до прибытия подкрепления, то…

Солдаты комендатуры и маги смогли организовать некоторое подобие баррикад, даже в несколько линий и заняли позиции. Люди нервничали. До этого высшие демоны всего встречались дважды. И оба раза те причинили просто колоссальные разрушения, как и их уничтожение превратилось в закидывание трупами бойцов. Тянулось время.

Потянулись томительные минуты ожидания, перетекающие в первый десяток. Наверху все стихло. Наконец прекратили вращаться стробоскопы тревоги на стенах и потолке и осталось только освещение, давно ушедшее в авариный режим. Спустя еще пять минут в гермодверь что-то ударило. Да так, что с потолка посыпалась бетонная пыль. Люди все еще верили, что помощь к ним успеет прийти.

— Твою мать, что это?

Удары продолжались несколько минут, осыпая бетонную пыль и крошку с потолка.

— Не по зубам калиточка — злобно усмехнулся один из магов.

На затем на двери вспыхнула синяя печать с пентаграммами и рунами. Она держалась несколько минут, ее сила свечения постепенно увеличивалась. Постепенно из нее начали вылетать искры. Это была защитная магия. Демоны начали использовать магию, чтоб пробиться сюда. И магические искры лишь свидетельствовали о том, что защита вот-вот спадет.

— Да что там за тварь такая?! Он за несколько минут… — офицер не успел договорить, защитная магия последний раз вспыхнула и осыпалась искрами.

— Дерьмо. Всем приготовиться! Подкрепление должно прийти с минуты на минуту!

— Если их уже не перебили…

— Отставить упаднические настроения!

— Да знаю я — Боец передернул затвор на пулемете.

В какой-то момент поазалось, что все стихло. Противник с наружи больше не предпринимал никаких действий. Но прошло еще пять минут и геррмодверь зачадила черным дымом, а в центре начал накаляться металл. Что-то с другой стороны проплавляло вход к последнему рубежу обороны. К надежде многих и многих людей на выживание и спасение.

— Сколько продержится дверь?

— Максимум еще несколько минут — В этот момент металл булькнул и по двери потекли первые капли.

— Сколько у нас магов?

— Около двадцати

— Ранги?

— Семерки-пятерки.

— Не удержим…

Повисла тяжелая давящая тишина. Все понимали, что с каждой секундой шанс на спасение постепенно угасал. Бойцы и сотрудники просто готовились чтобы продать свои жизни подороже. Люди прекрасно видели куда скатывался мир и не питали иллюзий о своем бедующем, которое виделось весьма туманным.

Неожиданно повисшую тишину разорвала противная трель телефонного звонка, который находился на стене рядом с постом. Люди замерли в замешательстве. Наконец один из сотрудников в штатском, который сейчас был здесь за старшего подошел к аппарату. Телефон продолжал настойчиво звонить. Помешкав еще несколько мгновений он резко поднял трубку.

— Подполковник Таракин…

— День добрый, пиццу заказывали? — Донеслось из трубки дурашливый голос.

— Я… — Растерялся подполковник.

— Что там? — послышались шепот рядом.

— Кеша, твою мать, а ну дай сюда! — На заднем плане из трубки послышался женский командный возглас.

— Полковник Донская, мы из Центра. Доложите статус.

В небольшом помещении перед огромной гермодверью стоял демон. Перед ним прямо в воздухе висела кроваво-красная метровая пентаграмма с вращающимися рунами и непонятными символами. Из центра контура заклинания вырывался мощный луч не то плазмы, не то концентрированного жидкого огня, который постепенно проплавлял многослойную стальную дверь из различных сплавов.

Еще немного и они наконец попадут внутрь. Нападение на человеческую обитель знаний, как здесь её называли институтом, прошла, в целом, по плану. Единственное что нервировало Еурдалона, что слуги его госпожи слишком много времени потратили, пока пробивались в людскую обитель. Никто из воинов, защищавших это место, не молил о пощаде и бились с отчаянием обреченных. Хотя человеческие души так слабы, а их тела такие хрупкие… И сколько можно получить наслаждения и энергии истязая их тела, разум, увеча души. Но не с этими. Демон в очередной раз нахмурился.

Даже наложение скрывающей печати, на основе ритуального жертвоприношения великому Хаусу далось ему с некоторыми усилиями. Топливом для этой магии были души. Но даже после смерти они пытались сопротивляться его замыслу и воле Великого Хаоса.

Надо торопиться. Он конечно подготовил засады на пути следования к этой обители. Но подкрепление рано или поздно прорвется. Слишком долго они здесь возятся. И эта чертова дверь оказалась защищена магией, причем очень знакомой. Госпоже стоило давно убить того мальчишку, но она не стала прислушиваться к его мнению. А тем не менее этот выродок начинал серьезно нервировать демона. Ведь с его мощью он бы справился с этой проклятой дверью менее чем за минуту. Но он уже потратил целых десять на эту чёртову дверь.

Неожиданно взвыло чувство опасности, и еще до конца не осознавая происходящее, Эурдалон резким взмахом запястья развеял высшие чары, чтоб не получить откат от прерванного заклинания и одновременно наклонился вперед. Все это произошло за доли секунду, над ним блеснуло серебро и противно свистнул метал. На пол еще не успели упасть несколько срезанных волосков с его шикарной шевелюры, когда тело само еще уклонилось дважды, подчиняясь звериным инстинктам, и лишь после этого Эурдалон сотворил барьер, который тут же разлетелся алыми искрами, а его самого откинуло на несколько метров.

— Изворотливая тварь… — прошипела молодая женщина с шрамом на лице. Делая короткий взмах мечом, с которого слетели капли крови. Эердалон её узнал, хоть и не сразу. Он был уверен, что она давно подохла после предыдущей стычки с ней. Тогда церковники нарвались на один из их ковенов, который в этот момент он как раз и инспектировал. И эта паладинша неплохо его тогда развлекла, но только и всего.

Позади раздался глухой металлический удар, а рядом в стену на сверхзвуковой скорости пролетел один из драургов с ужасно противным чмавком и хрустом. В помещение вошла еще одна женщина в экипировке местных воинов и огромным щитом, по которому сейчас стекали сгустки крови. Чуть выше по лестнице, где было большое помещение перед входом к гермодвери, слышались хлопки и отголоски человеческой магии, визг и рычание умирающих тварей. А это очень плохо, там наверху он оставил около сотни низших демонов вместе с десятком рыцарей. С его поддержкой этого должно было быть более чем достаточно для завершения их замысла. Остальных он отправил укрыться в домах поблизости. Иначе он не смог бы наложить печать сокрытия.

— Тебе нужна помощь?

— Сама выпотрошу эту тварь! — ненавидяще прошипела Инна.

Наверху несколько бойцов спинами перегородили лестницу, отсекая тварей от своего предводителя. А пара драургов, что находилась вместе с ним в комнате, уже мертва. Первому отсекла голову паладинша, в попытке достать его, Эурдалона. А второй медленно стекает сейчас по стене грудой бесформенного мяса и поломанных костей. Он специально оставил основную часть тварей в том помещении, чтоб они не мешали творить высшие чары, которые требовали запредельной концентрации. Только этим он мог объяснить, что не смог почувствовать и услышать приближающуюся опасность.

— А ты я смотрю живучая… — Сладко и иронично затянул по привычке демон, стремясь речью выиграть время и вывести из себя своего противника, чтоб тот на эмоциях совершал глупые и необдуманные поступки, которыми можно будет воспользоваться. — Как молили те подобия жалких людишек в лохмотьях, что гордо называют себя мон…

Договорить он не успел. Паладинша неожиданно быстро превратилась в одну сжатую пружину, а в следующее мгновение он уже на голых инстинктах вынужден был снова уклониться от просвистевшего лезвия меча в считанных сантиметрах от своего лица. Причем он не увидел само движение паладинши.

— Заткнись, выб**док, ты не смеешь произносить о них ни слова — также тихо с шипением произнесла паладинша.

Что-то в ней изменилось. Эурдалон не мог понять, что именно, но однозначно эта человеческая женщина теперь опасна. Да и вторая оказалась не обделена магическим потенциалом. Пожалуй, сейчас лучше всего будет отступить.

Демон картинно сделал спокойный шаг в сторону, разрывая тем самым дистанцию и заставляя женщину с щитом оказаться за спиной паладинши, и одновременно с издевкой и небрежно смахнул не существующую пыль со своего плеча.

— Я бы и рад с вами еще пообщаться, но… — Демон взмахнул рукой и в паладиншу метнулась заклинания из сгустков хаоса и тьмы. Эурдалон уже начал свободной рукой делать первые пасы и произносить короткий речитатив чтоб сбежать отсюда, когда выпущенный сгусток оказался разрублен сверкнувшим светом мечом, а инстинкты снова взвыли. Остатки заклинания рассеивались, а сквозь него уже показалась проклятая человеческая женщина. Лезвие меча, находилось на уровне плеча, и эта чертова паладинша отчетливо намеревалось впечатать его в самое сердце демона. Эердалуну вновь пришлось резко развеять незаконченные чары и проявив немыслимую нечеловеческую гибкость уклониться от еще светящегося лезвия. Демон попытался было поставить щит, но неожиданный удар прострелил бок болью, а под безупречным смокингом хрустнули кости. Спустя мгновение демон впечатался спиной в стену, что выбило из него слабый возглас.

Но паладинша и не думала останавливаться, она вновь устремилась к ненавистному врагу. Еэурдалон в этот раз все же успел поставить щит и щелкнуть пальцами. Небольшой скачок за спину сумасшедшей бабе с мечом. Демон держался одной рукой за бок и тяжело дышал согнувшись. Он не верящим взглядом уставился перед собой в пол. Позади него неспешно выпрямилась Инна. Она повела шей, поправляя растрепанный хвост и медленно повернулась, поднимая свой меч.

— Ты… Ты… — Что-то влажное и теплое потекло по лицу демона. Он смахнул несколько капель крови с рассечённой щеки. Уже многие столетия никто, никто не мог ему нанести хотя бы небольшой царапины, уже не говоря о том, чтоб пролить хоть каплю его кроме. Ну кроме его госпожи. А это… Это… — Убью — прорычал демон. Алая жажда наполнила его уже целую вечность надменный взгляд.

От автора:

Дорогие читатели. 4 книга действительно ждет своего завершение уже неприлично долго. За это искренне прошу прощения. Действительно навалилось прям много всего. Из последнего я с апреля занимаюсь бабушкой после острой гнойной инфекции в ноге. Заживает до сих пор хоть и самая мелочь, впереди еще реабилитация. Мой день проходил каждый день утром работа, потом к ней, перевязки, готовка, уборка, стирка. Проделан огромный путь без выходных и отпусков. На работе тоже прибавилось и не получалось выкраивать момент чтоб понабирать текст. Но благодаря вашим комментариям и поддержке во мне не умирает стремление завершить книгу. Поэтому я действительно в процессе и все же набираю текст. Также 4 книга требует вычитки, что тоже забирает некоторое время. Я очень искренне хочу поблагодарить вас за вашу поддержку. Спасибо вам огромное. Мое желание творить только крепнет. Благодарю вас всех.

С уважением,

Ваш автор