Книга 2. "Выжить"

Пролог

Пролог. Год спустя после последних событий.

Небольшой локальный конфликт, произошедший в соседних государствах на территории менее развитого соседа, перерос в полномасштабные боевые действия. Конфликт обострился до такого предела, что мир никогда ещё не был так близок к ядерной войне.

Если во времена «Холодной войны» говорили, что «часы судного дня» показывали примерно одну минуту до ядерной войны, то в нынешней ситуации – осталось всего несколько секунд. И чаши весов, уравновешивавшие интересы мировых сверхдержав, грозили вот-вот качнуться и погрузить весь мир в ядерный швах.

Единственное, что ещё сдерживало от нажатия «красной» кнопки, – это здравый смысл и трезвый рассудок… правда, не у всех. Тем не менее, лидеры сверхдержав прекрасно понимали, чем это всё закончится.

В этой войне не может быть победителей. Все, кто имел хоть одну малюсенькую ядерную бомбочку, сто процентов пустит её в ход, как только полетит первая ракета. А дальше… Атомный апокалипсис, ядерная зима, вымирание более 90% всех живых существ на всей планете… Учёные давно уже просчитали миллионы и миллионы всевозможных исходов событий.

Все самые современные квантовые и суперкомпьютеры последние годы только и делали, что рассчитывали всевозможные концы света и закат человечества.

Существует гипотеза, что человечество уже не в первый раз доводит себя до ядерной войны, а потом – хрясь! И весь мир в труху. Миллиарды лет безжизненности, и вот жизнь снова появляется на планете. Потом эволюция. Первые люди… технический прогресс… и всё опять заканчивается ядерной войной. Но это лишь гипотеза.

Современная же реальность такова, что мы, все ныне живущие, становимся свидетелями стремительного развития событий, которые рано или поздно закончатся очень плачевно. Но простой обыватель всё также живёт и продолжает надеяться на лучший исход.

Надежда… Страшная вещь. Она и окрыляет, и уничтожает. Помните, что Пандора нашла на дне своего ящика? Надежду. Она и спасла весь мир от неминуемой гибели. Но это было в прошлый раз. И то это была легенда. А что же сейчас? Спасёт надежда современное человечество? Большой вопрос. И скоро ответ будет найден.

Глава 1

После того случая, когда Ин и Макс вдоволь прочувствовали на собственной шкуре все прелести «подземной» жизни, существование Ина в этом мире кардинально изменилось. Макс, как и вся его команда, типа «добровольцев», оказались сотрудниками одной из секретных служб нашей страны. И после того, как Ин спас Максу жизнь, его кандидатуру на вступление в их группу энтузиастов рассмотрели вне очереди и единогласно проголосовали «ЗА».

С тех пор многое изменилось. Ин получил отличную должность, хорошую зарплату, финансирование его разработок и спонсирование необходимых комплектующих. А также огромную кучу бесценного опыта как в создании своих дронов, так и в их управлении и эффективном использовании.

ВИКИ же развивалась семимильными шагами. И порой казалось, что её база данных вмещает в себя всю мировую цифровую информацию. Хотя, сложно сказать, где она хранила столь огромный массив данных, но точно не в голове у парня.

Методом проб и ошибок они, совместно с Ином, научились проворачивать несколько фишек с его организмом. Когда ВИКИ говорила, что не может перехватывать управление его телом, она, конечно же, лукавила. И оказалось, что перехватить управление или отключить болевые ощущения в той или иной части тела – это только самое малое, на что оказалась способна карманный ИИ. Правда, плата за это была несоизмеримой. Откат был жёстким. Вплоть до потери сознания, от одного часа до нескольких суток. Ин даже несколько раз из-за этого загремел в больницу. Но со временем и в результате тренировок этот самый откат снижался как по времени, так и по негативным последствиям.

Несколько раз даже вставал вопрос о том, чтобы переселить «соседку» в какой-нибудь искусственный носитель, но она категорически была против, ссылаясь на то, что находясь в нынешнем состоянии, это помогает ей «очеловечиваться». Ин, конечно же, не особо в это верил, но настаивать не стал.

Ника, пройдя и закончив практику на отлично, по собственному желанию перевелась в филиал ЖД колледжа, что находился в том же городе, где и проходила практика. Учёба давалась ей легко. И она даже устроилась на подработку по специальности. И всё ради того, чтобы быть рядом с Ином.

А вот тот конфликт, что начался больше года назад, перешёл на новый уровень. Если раньше всё было по-старинке… Сперва авиация, потом артиллерия, потом танки, и уже потом пехота со штыками наперевес… То теперь вся война перешла в «войну умов» и беспилотных технологий.

Всё воздушное пространство заполонили ударные дроны. Одни придумывали средства «беспилотного» поражения, другие – средства защиты от них. Обычные РЭБовские глушилки уже перестали справляться. Нет, они, конечно же, всё ещё работали и создавали помехи, но и наши, и «не наши» научились эти глушилки засекать заранее и обходить зоны их работы, а иногда и вовсе игнорировать. Многое зависело от способа передачи информации от оператора к дрону, например, по проводам или оптоволокну. Или вообще дрон летел по заложенному маршруту, с привязкой к местности, а не к спутникам. И тут вообще помощь оператора не нужна была. А ещё от мощности передатчика. У кого мощнее – у того и работает. Мощнее пульт управления у оператора – значит, дрон летает. Мощнее глушилка – значит, не летает.

И в этом плане дронам Ина не было равных. А с учётом того, что ВИКИ с каждым разом всё улучшала и улучшала дроны, у противника не было ни малейшего шанса что-то им противопоставить.

Да, пару раз случалось так, что дроны Ина сбивали, и они не самоуничтожались. И противник, изучив его разработки, научился им противостоять. Но постоянное улучшение от ВИКИ сводило их противоборство на нет.

За беспилотниками, заполонившими небо, появились те, что заполонили речные и морские просторы. А потом и наземные. Всё больше и больше война переходила в разряд «удалёнки». И все те, кто любил всевозможные модельки на радиоуправлении, стали основной ударной силой противоборствующих стран.

От обычных солдат и классической военной техники никуда всё равно не деться, но вот сами правила ведения войны изменились очень сильно. Приходилось подстраиваться. Но самая страшная, ядерная колотушка, всё равно играла главенствующую роль.

Наравне с ядерным оружием, стали развиваться и другие виды вооружения – электромагнитное, кинетическое, лазерное, сейсмическое, климатическое… А потом сверхзвуковое… гиперзвуковое и даже мегазвуковое… и куча других «кратных» приставок к скорости перемещения этих новых образцов вооружения.

Ещё одним из направлений стало космическое оружие. Их тоже было несколько видов – стратосферное, низкоорбитальное, высокоорбитальное, околоземное… и прочее, прочее, прочее. Тут уже играла роль места размещения носителя на околоземной орбите.

Куча гражданских спутников, конечно же, втайне от всех, спешно переводились в военные. А те новые, что выводились на орбиту, сразу имели двойное назначение.

По одному из очередных взаимно-мирных договоров, что сверхдержавы поспешили заключить, предписывалось то, что перед каждым запуском любого носителя за пределы стратосферы, особая независимая комиссия осматривала каждый блок и каждый модуль, что планировалось запустить. Составлялся акт, что ничего запрещённого не обнаружено, и только после этого носитель запускался в космос. Но и это не помогало.

Смотрели фильм «Трансформеры»? Как там из машины получался боевой робот, помните? Эту идею взяли на вооружение и наши умы.

Ведь при даже очень тщательной проверке всех комплектующих перед запуском, те блоки и модули, что были условно безопасные, за время полёта и вывода на орбиту «трансформировались» в боевые.

И это было только начало. Весь мир перешёл на военные рельсы. И куда они в очередной раз заведут человечество, оставалось только гадать. И догадки были отнюдь не утешительные.

* * *

– Ин, просыпайся. Хватит дрыхнуть. Макс уже пять раз звонил. И-и-и-ин-н… вставай.

«И-и-и-ин-н… вставай», – тут же подключилась ВИКИ.

– М-м-м… – многозначительно промычал в ответ Ин.

– Милый, вставай, – Ника чмокнула парня в щёку для усиления эффекта.

«Милый, вставай», – ИИ продолжала вторить Нике.

– Как же вас много… – спросонья пробубнил парень, но тут же подскочил на кровати, – тебя… тебя много.

«Чуть не спалились. А я говорила. Говорила. Говорила. Сто раз говорила».

«Какая же ты иногда бываешь зануда», – Ин послал мысленную реплику недовольства своей соседке в голове.

Ника уже давно привыкла к тому, что Ин иногда говорит о ней во множественном числе. Сперва её это напрягало, но потом она списала всё на тот случай, когда их с Максом завалило заживо, и со временем просто перестала обращать на это внимание. Ин так ей и не рассказал, что у него в голове живёт беглый ИИ. Несколько раз, конечно же, порывался Нике всё рассказать, даже пару раз начинал с этой целью разговор… Но уж слишком издалека, желая максимально подготовить свою девушку к этой шокирующей новости, и в итоге так и не решался рассказать всей правды

«Меньше знает – крепче спит, – думал парень, а ВИКИ всегда на это подленько поддакивала, – ну, должна же быть во мне какая-нибудь тайна? Должна. Вот и пусть будет».

Ин уселся на кровати, потирая глаза и пытаясь собрать мысли в кучу. Получалось не очень. Бурная ночь всё ещё витала в памяти, и мозги работали совсем в другом направлении.

Ника, к слову сказать, мурыжила парня целый год. Хотела проверить отношения. А потом перепроверить. А потом ещё разок… И это, совершенно непонятным образом, растянулось в целый год.

Ин терпел и ждал. Порой хотелось волком выть, ведь организм не обманешь, а тут такой облом. Но вот… спустя туеву хучу времени, всё случилось. И теперь они оба были довольны друг другом как слон. И первая близость переросла во вторую, потом в третью… и так далее. И спать они легли только под самое утро.

И вот, спустя час с небольшим, его так бесцеремонно разбудили. Ин потянулся к Нике, сладко поцеловал её и пополз с кровати, чтобы привести себя в чувства. Но не тут-то было. Один поцелуй и… встал он с кровати только через час и ещё пять пропущенных от Макса.

Довольная Ника упорхнула на кухню делать завтрак, а Ин кое-как нашёл свой телефон, на котором красовалась целая куча пропущенных звонков. Парень не стал откладывать дело в долгий ящик и тут же набрал Макса.

– Ин, ты охренел? – тут же прозвучал недовольный голос с той стороны телефона.

– И это вместо «здрасти»? – пробубнил парень, натягивая носок.

– Сорян, дружище. Доброе утро, – тут же сориентировался Макс, – ты охренел?! Сколько раз тебе ещё позвонить надо? Ты забыл, что у нас сегодня работа в поле? Тебя Володя уже час ждёт под окном. Давай бегом!

– Как час? – эта новость выбила из парня последние крохи сна, – погоди… а откуда он знает, где я? Я же только пару дней назад эту квартиру снял… Следишь? Ай, да похер. Полчаса и я буду в машине.

– Пять минут.

– Двадцать.

– Десять!

– Пятнадцать!

– Пятнадцать, – согласился Макс, – время пошло.

– Вот гад… – это уже Ин ругнулся после того, как отключил вызов.

Пришлось спешно умываться и одеваться в «рабочую» одежду. Быстро забежал на кухню, где Ника щеголяла в одной ночнушке и что-то тихонько напевала, пока готовила яичницу на завтрак, глотнул у неё кофе прямо из кружки в руках, поцеловал и, под удивлённый взгляд своей избранницы, смылся из квартиры.

– Вот гад… – ругнулась девушка и продолжила напевать свой весёлый мотивчик.

Ин выскочил на улицу и чуть со всего маху не влетел в УАЗик, что стоял прямо около подъезда. Даже удивился наглости водителя, но ничего против не сказал. Закинул рюкзак с дронами на заднее сиденье и запрыгнул вперёд.

– Здорова, суслик, – Володя улыбнулся слегка помятому и взбалмошному парню, пожал ему руку и завёл машину.

– Чего это я суслик? – не сразу, но возмутился Ин.

– Дрыхнешь долго.

Ехали быстро, но достаточно долго. Только по городу, а потом по трассе, почти три часа ехали. Потом по полям ещё час, и пешком ещё минут сорок. И это ещё быстро, со слов Володи. Уехали чуть ли не в соседнюю область. А если быть точным, то место новой работы находилось как раз на стыке двух областей

– Здорова, мужики. Сорян за опоздание, ночь была тяжелая, – Ин поздоровался со всеми за руку и тут же извинился за столь поздний приезд, – что-то далеко забрались сегодня. Чего это вдруг?

Вся группа сидела в очередном окопе, под маскировочной сетью. Артём как обычно сидел за пультом и как обычно только махнул рукой в знак приветствия. А судя по внешнему виду, у всей группы была тяжелая ночь. Помятые они были изрядно, и это несмотря на то, что уже давно было за полдень.

– По нашим данным, противник на этом участке готовит очередной прорыв, как в тот раз. Только не такими крупными силами, а планирует действовать мелкими группами. Таким образом, хочет на скорости захватить как можно больше населённых пунктов и посеять хаос. Ну, и чтобы погранвойска и регулярная армия распыляла свои силы на большой площади. Что-то типа партизанской войны, - Макс в обычной своей манере дал сухую, но ёмкую справку по текущей операции.

– А почему именно тут?

– Тут граница двух областей. И, как обычно, ни одни, ни другие не хотят выполнять «чужую» работу на соседней территории. Сваливают друг на друга. Вот и получилась тут дыра в обороне. Враг тоже не тупой, вычислил, просчитал и спланировал. А мы всё знаем и ждём его.

– Понятненько…

Ин распаковал свой рюкзак, достал оттуда три дрона. Два из них запустил в режиме автопилота, чтобы в любой момент можно было подключиться, а один пилотировал сам. Артём на таком же дроне-разведчике летал вдоль границы, высматривая противника. С некоторых пор группа перешла исключительно на дроны Ина, они зарекомендовали себя максимально эффективно. Парень предоставил по несколько штук каждого из видов, но Артёма вкатил именно камикадзе. Ему нравилось в последний момент отправлять врагу пламенный привет. Он прям кайфовал от этого. Хотя дрон необязательно было уничтожать и возвращать обратно. Но из десяти запущенных в воздух возвращался один, от силы два. На каждый вопрос об уничтожении дрона, Артём лишь пожимал плечами, мол, так получилось, я тут совершенно не причём. Макс, конечно же, не верил в это, но и что-то против не говорил.

На то он и был камикадзе. И, к слову сказать, Артём молодец, каждый навернувшийся дрон – это как минимум минус одна единица техники у противника, иногда и минус несколько человек пехоты. Артём был ас и делал своё дело на ура. Потому Макс и не говорил ему ничего. К тому же, Ин исправно поставлял группе по десятку камикадзе в неделю.

Можно было, конечно, поставить это всё на поток, ну или на автоматизированную сборку. Но Ин был против. Не потому, что не доверял и боялся утечки технологии, а потому, что ему нравился сам процесс. Процесс создания, от первого винтика и до прошивки и контрольной проверки работоспособности. Так он чувствовал, что вносит дополнительную лепту в правильное дело.

Ин запустил свой камикадзе в противоположную сторону от дрона, которым сейчас управлял Артём, вдоль границы. Задача была простая – найти, установить примерное количество, определить направление движения, передать данные спецам и погранцам, ну и по возможности вывести из уравнения, вернее из строя, пару-тройку единиц техники.

Как только дрон набрал оптимальную высоту и скорость, на краю экрана что-то ярко вспыхнуло и тут же погасло. Ин даже остановил дрон в воздухе и развернул в сторону вспышки, чтобы рассмотреть, что это было.

«Ложись!» – в голове раздался крик ВИКИ, и она, перехватив управление телом, потому что Ин не успел бы среагировать сам, бросила его в сторону выхода.

– Ложись! – только и успел крикнуть парень, как в их укрытие прилетела управляемая ракета.

_____________________________________________________________________________________________________

О приключениях Ина с самого начала, можно прочитать в первой книге цикла.

Вот ссылочка: https://author.today/work/424419

Всем большое спасибо, что читаете мою книгу!

Глава 2

Контузия, дезориентация, кровь из ушей… но все более-менее живы. Ракета прошла чуть правее и ударила в двадцати метрах от окопа, где разорвалась в соседнем окопе. Спасло то, что ракета ударила по нашим, была с осколочной боевой частью, да и попала в яму. Большую часть осколков поглотила земля, остальная часть ушла вверх, не причинив укрытию, где находилась группа, практически никакого ущерба. Была бы она фугасная или термобарическая, группа, скорее всего, не выжила. А так, только ударной волной контузило, да стенки окопа немного осыпались. Маскировочная сеть, что закрывала сверху – как ветром сдуло, обнажая укрытие и несколько людей, что корчились от боли на дне окопа.

«Ин! Ин! Ин! – словно сквозь вату, пыталась докричаться ВИКИ, – нужно уходить, я фиксирую вторую ракету, которая сейчас наводится на нас. Времени меньше двух минут!»

Ин не понимал, что происходит вокруг, и тем более то, о чём сейчас говорила ИИ. ВИКИ, мгновенно оценив ситуацию, поняла, что Ин сейчас не в состоянии трезво мыслить, и тем более совершать какие-либо осознанные действия, и перехватила управление телом. Сознание Ина, словно сторонний наблюдатель, смотрело на это всё со стороны, как будто кино смотрело на старом диафильме. А в это время его тело встало, будто зомби, схватило за ноги первых двух, кто был ближе всего, и поволокло в сторону траншеи, что примыкала с тылу к окопу. Оттащив примерно метров тридцать и оставив корчащиеся тела за очередным поворотом, бросилось обратно. В окопе лежало ещё три тела, и нужно было принимать решение, кого эвакуировать, а кого оставить. Сразу троих вытащить нереально.

ВИКИ, мгновенно просчитав вариации, управляя телом Ина, схватила за ногу ещё двоих, один из которых был Макс, и потащила подальше от предполагаемого удара. Но спустя всего половину пути, Ин вернул себе контроль и, бросив тела за поворотом, ломанулся назад, в надежде спасти оставшегося. Но тело встало колом.

«ВИ…КИ… – мысли ещё путались и давались с трудом, – како...го хрена ты тво...ришь? Отпусти».

«Прости Ин, не могу. Первостепенная задача – любой ценой спасти носитель. И сейчас цена – это жизнь того, кто остался. Я не пущу тебя туда. Сейчас будет повторный удар».

Ин с огромным трудом, но всё же понимал, что он не успеет, и что ВИКИ права. Но вот совесть и моральная составляющая твердили свои условия игры, и в данный момент их доводы перевешивают доводы рационального разума.

«Десять секунд!»

Парень, уже самостоятельно, развернулся в сторону противоположную окопу и, держась за стенки траншеи, поплёлся к тем, кого он успел вытащить.

Второй взрыв прозвучал за мгновение до того, как Ин успел завернуть за первый поворот траншеи, где лежали два тела. Ракета попала в их бывшее укрытие, разнося его в щепки. Взрывной волной ударило в спину, придавая ускорение. Ина бросило вперёд, и с силой приложило о земляную стену, при этом ломая пару рёбер о деревянный столб, что служил опорой «рубашки крутости*».

Парень, корчась от боли из-за сломанных рёбер и новой контузии, чисто на волевых пополз за угол. Там и лёг, скрючившись в позе эмбриона. Болело всё. А голова, на фоне этой боли, вообще готова была лопнуть, словно переспевший арбуз.

Спустя несколько бесконечно долгих секунд, кто-то похлопал его по плечу и попытался перевернуть.

– Ин, ты как, живой? – Макс стоял на карачках, одной рукой опираясь на землю, а второй вытирал кровь, что шла из ушей, – как мы тут оказались? Это ты нас вытащил?

Ин только и смог что моргнуть глазами, ни сказать, ни качнуть головой у него не получилось. Из-за спины Макса показались Артём и Саня, которых Ин вытащил первых. Выглядели они немного лучше, но тоже не ахти. Подхватили Ина с двух сторон под руки и потащили подальше от эпицентра взрыва. Макс, кое-как пополз в сторону укрытия, в надежде отыскать Кирилла, которого не оказалось рядом, когда он очнулся.

Макс полз опустив голову, с огромным трудом переставляя все четыре конечности.

– Кто здесь? – неожиданно раздался голос со стороны бывшего укрытия.

– Кирилл! Это Макс! Ты где? Я уже иду к тебе!

– Я в окопе, Макс. Макс, я ничего не вижу, Макс! И ног не чувствую… – голос на мгновение дрогнул, но мужик смог совладать с собой, – где остальные? Все живы?

– Живы, Кирюха, живы. Я сейчас, потерпи, – Макс попытался встать на ноги, но они были ватными и не слушались.

Попытка принять вертикальное положение провалилась, и Макс снова пополз на карачках.

Картина, что он увидел, была, мягко говоря, дерьмовая. Кирилл лежал на спине. Вместо глаз зияли два кровавых провала, заливая кровью всё лицо. Одна рука вывернута под неестественным углом, вторая была погребена под толщей земли. Обе ноги оторваны по колено. Кирилл лежал сломанной куклой, истекая кровью. Как он ещё был жив, известно было только Богу.

– Кирюха, я здесь, – Макс с трудом проглотил подкативший к горлу ком, – ты как, дружище?

– Хренова, Макс. Чувствую, что вот-вот концы отдам. Брось меня тут. Спасайся. Могут ещё раз ударить. А как всё стихнет, так достанете моё тело, да похороните по-человечески. Жене только скажи, что я люблю её, и сыну…

Слова оборвались, а Кирилл затих. Макс кинулся к нему, но тот оказался ещё жив, просто потерял сознание от болевого шока. Макс вколол ему промедол, что всегда носил с собой, и жгутами, своим и Кирилла, перетянул обе ноги, чтобы кровь не так быстро утекала. С огромным трудом взвалил бессознательное тело на спину и поплёлся обратно. Уже за первым поворотом его подхватили Володя и Саня.

– Твою мать! – выругался Артём, увидев эту картину.

Вся группа медленно, но уверенно двинулась к машинам, что были замаскированы достаточно далеко. Идти пришлось почти час, периодически останавливаясь и прислушиваясь, не летит ли чего.

Загрузились в машины, Макс первым делом позвонил и доложил, что их задача провалена, и что попали под ракетный удар, есть раненые. На навигаторе нашли ближайшую больницу и помчали туда так, словно у них были не УАЗики, а гоночные болиды.

Ин написал Нике, что их немного потрепало, но он жив, и будет поздно вечером. Ника, конечно же, ему особо не поверила по поводу целостности. Прошлых несанкционированных похорон стоило ей нескольких дней истерики и кучи седых волос и потраченных нервов. Но раз Ин написал сам, значит ситуация лучше, чем в прошлый раз. Но беспокоиться за него от этого меньше не стала.

Ещё через час сумасшедшего ралли вся группа уже заносила тело Кирилла в больницу. Куча врачей-реаниматологов, предупреждённых заранее, уже кружились над искалеченным телом.

– У кого первая отрицательная? Есть такие? – спросил один из врачей.

– Да. У меня, – тут же отозвался Ин.

– Хорошо, следуйте за мной, – врач махнул рукой, призывая следовать за ним, и тут же отправился в сторону процедурного кабинета.

Ин не колебался ни секунды и тут же предложил взять у него двойную или тройную дозу крови, на что врач, поразмыслив пару секунд, согласился взять двойную норму. Ничего плохого парню от этого не будет, а лишняя капля может спасти пострадавшему жизнь. На тройную дозу врач категорически отказал, сославшись на то, что кое-какой запас крови у них есть, но всё же нужна, как выразился врач, свежая кровь. К тому же, у Ина было сломано два ребра, хорошо что без смещения. Так что ему своя кровь ещё пригодится.

Спустя полчаса Ин покинул процедурку и отправился к остальным. В операционную никого не пустили, даже Макса, даже после того, как он показал свою ксиву. Врачи лишь пообещали сделать всё возможное.

Остальных, осмотрев и оказав им необходимую помощь, отправили в комнату отдыха, а Ина временно расположили в палате, предварительно вколов обезболивающее и накладывая тугую повязку. От стационара он категорически отказался, но дал обещание по месту проживания обратиться в местную больницу.

Потянулись долгие часы ожидания. И вот, уже ближе к ночи, из операционной вышел врач.

– Ну как он, док? – тут же подскочил со своего места Макс.

– Жить будет, – облегчённо выдохнул врач, – но… разве это жизнь? Инвалид на всю жизнь. У него родные есть?

– Есть. Не переживайте, док, мы его друзья и позаботимся о нём.

– Тут больше нужна помощь психолога. Понимаете, многие, кто попадают в такую ситуацию, и выживают, не могут принять такую жизнь. И зачастую накладывают на себя руки, аргументируя это тем, что их родные и близкие не должны страдать всю жизнь, ухаживая за инвалидом. Говорят, проще пережить потерю, чем всю жизнь жить с живым калекой.

– Мы поняли вас, док, – Макс и сам понимал, что врач сейчас прав на все сто, – я и мои люди проследим за тем, чтобы у него было всё самое лучшее. Даю вам слово.

– Хорошо.

– Скажите, когда его можно будет перевезти в другую больницу?

– Состояние у него тяжёлое, но стабильное. Сердце у него сильное, иначе уже давно бы умер. Мы будем круглосуточно следить за его состоянием, и если всё будет нормально, то в лучшем случае через неделю его можно будет транспортировать. Желательно вертолётом, если у вас, конечно, есть такая возможность.

– Есть. Я понял. Спасибо вам огромное! – Макс пожал руку врачу и даже приобнял его в знак благодарности, – могу я его повидать?

– Думаю, не стоит. Он сейчас спит после наркоза. Да и видок у него так себе. Лучше не надо. Да и вам легче будет. Вам всем, кстати, я тоже рекомендую понаблюдаться у врача, контузия, она, знаете ли, ни кому ещё добра не приносила.

– Понятно. Спасибо ещё раз, – Макс повернулся к остальным, – собираемся.

Володя зашёл за Ином, что уже успел закимарить, и всей оставшейся группой отправились к машинам.

Ин вернулся уже под утро. Ника оборвала ему весь телефон, почему он ещё не приехал, и что он от неё скрывает. А на пороге, хотела устроить ему разнос за потраченные нервы и бессонную ночь, но при виде перевязанного парня, тут же из свирепой мегеры превратилась в заботливую наседку. Ин получил максимум услуг, только не облизали его с ног до головы. Но и звездюлей он тоже получил, только очень мягко и любя.

Уснули они оба уже утром. Ин всё никак не мог найти правильное положение тела, чтобы сломанные рёбра не так сильно ныли. Ника всё это время не отходила от него ни на шаг.

Днём же, как только оба встали, Ника сходу проела всю плешь парню и заставила пойти в больницу. Ин сопротивлялся как мог, но всё же сдался под напором девушки. Пошли, соответственно, тоже вместе. Ника даже позвонила на работу и подменилась на смене.

Но самое интересное их ждало в больнице. Врач, что делал рентген грудной клетки, несколько раз перепроверил результаты и даже созвал небольшой консилиум врачей, что практически под микроскопом изучали снимок той области грудины, где, по словам парня, было сломано два ребра. А потом и вовсе обругали парня и выгнали из больницы.

Оказалось, что у Ина нет ни какого перелома, да и не было никогда. Даже следов, так называемых «костных шрамов» нет. За что, естественно, как за неудачную шутку, получил по шее от врачей.

С другой стороны, при тактильном ощупывании места перелома, все симптомы были на лицо. Но вот рентгеновский снимок говорил об обратном. В итоге Ину поставили диагноз – обширный ушиб мягких тканей грудной клетки. И ни слова о переломе.

Выйдя из больницы, Ин ещё и от Ники получил люлей, за то, что напугал её, и соврал о переломе. Ин сослался на диагноз врачей, что его осматривали в той самой больнице, где оперировали Кирилла. И, скорее всего, они ошиблись. Хотя… Ин своими глазами видел снимок, на котором четко просматривалось две трещины на двух соседних рёбрах.

Болевые ощущения были уже не такими острыми, как несколько часов назад, но никуда не делись совсем. А попытка пощупать место перелома, ни каких результатов не дала.

Ин был очень удивлён и обескуражен, но всё же склонялся просто к ошибке врачей. Ну мало ли… вдруг снимки перепутали, всякое бывает.

На радостях, молодая парочка решила отметить тот факт, что Ин вернулся живой и почти здоровый, и пошли в любимое кафе. И уже там, за столиком, Ин во всех подробностях рассказал, что с ними произошло. Ника по большей части слушала молча, изредка охая и ахая. Подробности о состоянии Кирилла он, конечно же, упустил, отделавшись лишь словами о тяжёлом состоянии. И действительно, не стоило травмировать психику любимой девушки.

До съёмной квартиры решили прогуляться пешком. Болевые ощущения почти сошли на нет, а Ин искренне удивлялся своему здоровью.

«Как на собаке зажило», – подумал про себя Ин.

«Ага, Тузик ты наш. Спасибо бы сказал», – судя по интонации, ВИКИ чем-то была крайне недовольна и даже попыталась обидеться, благо ИИ ещё не до конца смог изучить эту человеческую эмоцию, и получилось так себе.

«Вот сейчас не понял? Это ты сделала?»

«Нет. Это не я. С чего ты это вообще взял? – а спустя пару секунд добавила, – конечно, это я! Или ты действительно думаешь, что у тебя такое крепкое здоровье, что способно сращивать сломанные кости за пару часов? Знаешь, чего это мне стоило? Хотя нет… Знаешь, чего это тебе будет стоить? Пришлось очень сильно напрячь твой мозг, чтобы он все силы бросил на излечение? Откат будет ой-ё-ёй».

И вот только сейчас Ин стал понимать, что врач-то не ошибся, и у него действительно был перелом двух рёбер. А ВИКИ, каким-то непонятным образом, смогла заставить организм излечиться. И он ошеломлён был от осознания этого факта и от тех мыслей, что последовали следом. О сверхрегенерации и бессмертии…

«У тебя там упало».

«А?» – не понял Ин.

«Губу, говорю, закатай, упала! Размечтался он о суперрегенерации и бессмертии. Или ты думаешь, что ресурсы твоего организма бесконечны? Знаешь, сколько ресурсов организм тратит на сращивание костей? А времени? Так вот, на твоё нынешнее излечение организм потратил в десятки раз больше, чем обычно. Так что, пару кило витаминов и минералов тебе сожрать придётся, чтобы хоть частично, но восстановить потраченные ресурсы. А ещё сон. Много сна. И никакого секса! Неделю минимум».

Ин всё мог стерпеть. Со всем готов был согласиться. Но вот слова про неделю без секса повергли его в глубочайшее уныние. К тому же, после того как он только появился в их с Никой отношениях. Это был удар серпом по яйцам. И такой подставы от своей виртуальной соседки парень ну никак не ожидал. А может, это была ревность?

Уже вечером Ин созвонился с Максом, поинтересовался о его состоянии и состоянии других. Не забыл, конечно, спросить, есть ли новости от врачей о состоянии Кирилла. Новостей было мало, состояние не изменилось, но опасность сведена к минимуму. Ин сказал, что ему лучше, но несколько дней он пропустит. На что Макс возражать не стал и дал парню неделю отгула.

Ну и, само собой, Ника, аккуратно прощупывая состояние и настрой парня, хотела близости. Но Ин сослался на неважное состояние, да и перенесённую физическую и моральную боль, мягко, чтобы не обидеть свою избранницу, съехал с этой темы, хотя и очень хотел. Ника настаивать не стала, прекрасно понимая, что ему пришлось пережить за последние сутки.

На утро Ника отзвонилась в колледж и на работу и отпросилась на неделю отгула. За завтраком они с Ином обсуждали, чем будут заниматься эту неделю, и решили махнуть на базу отдыха за город. Собрали вещи на неделю. Заскочили в аптеку и прикупили витаминов, как и советовала ВИКИ, ну и ещё кучу всяческих препаратов, что она выставила по списку. И, уже к обеду, ехали на базу с многообещающим названием – тихий берег. Как же они ошиблись с выбором… _____________________________________________________________________________________________________

*Рубашка крутости – так называется укрепление стенок окопов и траншей деревянными жердями, под небольшим наклоном, в сторону от центра окопа, для того, чтобы земля не осыпалась внутрь.

Глава 3

База отдыха находилась в паре сотен километров от города в сторону, противоположную границе. Что стало одним из основополагающих критериев в её выборе.

Ин понимал, что конфликт в соседнем государстве мог в любую секунду перекинуться и на нашу территорию. Правда, в это мало кто верил, ведь на такую дерзость могли решиться только совсем отмороженные боевики. И то, по указке своих западных кураторов. У самих принять такое решение – кишка тонка. Но никто не исключал такую возможность, что рано или поздно боевики сделают эту жалкую попытку переломить ход боевых действий.

Конфликт протекал с переменным успехом. Иногда мы делали накат и разносили в пух и прах часть войск противника на определённом направлении. А иногда и наши парни огребали нехило так. Тем не менее, инициатива, по большей части, была на нашей стороне. И медленно, но уверенно, наши продвигались вперёд, захватывая всё новые и новые территории.

Командование противника прекрасно понимало, что оно не выстоит против нашего натиска. Мы прекрасно это показали во всех предыдущих войнах. Все, кто так или иначе совал нос на нашу территорию, убегали с позором с этим самым разбитым носом.

Первые три дня отдыха на базе пролетели, как один миг. Ин с Никой отрывались по полной. Попробовали и затестили все дополнительные услуги, что предлагала база отдыха для своих клиентов. Поиграли в пляжный футбол, потом волейбол, поныряли с аквалангом, покатались на скутерах, даже один раз сходили утром на рыбалку, но безуспешно.

Но самое любимое их занятие было катание на катамаране, таком, советских времён, и любование закатом. Когда солнце опускалось за горизонт, прямо на водную гладь. Это были, наверное, самые лучшие моменты в их жизни.

Ещё пару дней они потратили на то, что ушли в небольшой туристический поход. База отдыха специально для этого оборудовала специальную оздоровительную тропу для всех желающих. Протяжённость всего маршрута составляла около пятидесяти километров. Несколько контрольных точек, оборудованных всем необходимым для любителей отдыха на природе. Там можно было пополнить запасы еды и воды, а также взять в аренду или купить кое-какое снаряжение и расходники.

Ника частенько бывала в таких турпоходах. А вот Ин – впервые. И ему это дико понравилось. Правда, он в этом не смыслил от слова совсем, но зато много смотрел передач про выживание и какие-то первоначальные знания имел.

Нике безумно нравилось наблюдать за тем, как Ин старается делать всё правильно, но получается у него с большим трудом. Это забавляло девушку. Ей на самом деле было интересно за этим наблюдать, ведь то, что он вытворял тогда на скалодроме, вселило в неё стойкую уверенность, что этот парень способен абсолютно на всё. И каково же было её удивление, когда в простейших туристических делах он оказался профан. Но он быстро учился, что тоже очень нравилось девушке, ведь его учителем была именно она.

Поставить палатку, развести костёр, сварить суп на костре или ещё что-то… всё это легло на плечи парня, а Ника с огромным удовольствием и высунутым языком за этим наблюдала и подленько так хихикала, когда у него что-то не получалось. За что в какой-то момент поплатилась – на очередную подколку получила порцию воды. Пришлось сушить вещи на костре.

Пока Ин отдыхал морально, ВИКИ всячески напрягала его физически. Точнее, не его самого, а его организм, ставя на нём опыты, как на лабораторной мышке. Правда, делала это очень аккуратно, чтобы в совершенно ненужный момент парня не пробил откат, и он не упал бесчувственной куклой прямо посередине пути.

У ВИКИ была своя теория на счёт того, что она смогла выяснить в результате небольших экспериментов. А состояла она в том, что когда она излечила дефект его мозга, то и, по каким-то невероятным стечениям обстоятельств, наделила его сумасшедшей силой. Нет, у него не появились сверхспособности, типа телекинеза или чтения мыслей. Но вот потенциал его мозга вырос кратно. Сам парень не особо мог оценить эти изменения, а вот ВИКИ использовала его мозг, пока ещё не на полную, но намного выше обычных человеческих возможностей. И с каждым разом это происходило всё лучше и лучше, а откат, как и его симптомы, снижался.

Ин по большей части даже не замечал, что ВИКИ вытворяла с его организмом. Реакция стала в несколько раз быстрее, острота зрения выросла, сила увеличилась, многие хронические болячки, сперва, перешли в разряд лёгкого недомогания, а потом и вовсе организм избавился от них.

Правда, все эти фокусы имели большую цену. Когда наступало время ложиться спать, и Ника, построив в своей голове уже целую кучу планов на ночь, Ин просто отрубался и не подавал признаков жизни. В первую ночь девушка списала это на моральное истощение после обстрела. На вторую немного напряглась, но ничего против не сказала. В третью ночь она начала беспокоиться и даже попыталась разбудить парня и выпытать у него, что же происходит. Но увы. В четвёртую ночь она хотела даже вызвать скорую, потому что Ин не реагировал ни на какие внешние раздражители. Ника попыталась его ущипнуть, дать пощёчину и даже укусить от досады. Ноль реакции.

А на каждое утро Ин просыпался и как ни в чём не бывало продолжал отдыхать и веселиться со своей девушкой. У неё закрались нехорошие мысли, но озвучивать пока она их не стала. Ну, знаете, как обычно бывает? Девушка сама что-то напридумывала, потом заочно поругалась, потом заочно помирилась, потом обиделась… и так далее. Но вслух не сказала ни слова. Наверное, боялась спугнуть своё счастье. Но поставила себе в голове огромный жирный пунктик – как следует расспросить обо всём Ина, когда наступит нужное время, причём с пристрастием.

К концу пятого дня они вернулись на базу, где Ин обнаружил свой телефон с кучей пропущенных от Макса. Когда они уходили в своё маленькое туристическое путешествие, они намеренно оставили телефоны в номере, чтобы максимально насладиться природой, тишиной и друг другом. Всё получилось, кроме последнего пункта.

– Ого! Пятнадцать пропущенных от Макса, – удивился Ин, разблокировав телефон.

– Так перезвони ему. И узнай, как дела у вашего товарища, как там его?

– Кирилл.

– Да, точно. Не забудь узнать, – дала небольшое наставление девушка и пошла в душ, смывать с себя двухдневный поход.

Ин ещё какое-то время медлил, не решаясь набрать. Столько пропущенных звонков не сулило ничего хорошего, и в голову сразу стали лезть самые хреновые мысли. Парень старался их отогнать, но как бы он ни старался, всё равно они лезли в голову, рисуя негативные картины.

– Ин, твою дивизию, ты где пропал? У тебя всё нормально? Ни слуху ни духу, да ещё и телефон не берёшь?

– Привет, Макс. Сорян, мы с Никой уехали на базу отдыха, немного развеяться и отвлечься от последних событий. А последние два дня вообще в турпоход ходили, а телефоны оставили в номере. Как там Кирилл? Как у него здоровье?

– Всё, тьфу-тьфу-тьфу, более-менее. Вчера перевезли его в столицу. Сейчас им занимаются лучшие врачи. Идёт на поправку.

– Фух! Прям полегчало, – Ин облегчённо выдохнул, узнав, что с Кириллом всё в норме, – а чего тогда столько раз звонил? Я пятнадцать пропущенных видел

– Да тут информация прошла, пока не знаем, насколько она актуальна, но тем не менее. В общем, наши агенты на той стороне выяснили, что противник готовит массированную атаку дронами по всей приграничной полосе, глубиной до трёхсот километров. Основные цели – места массового скопления людей. Торговые центры, парки, кинотеатры, больницы, школы, всё это под основным ударом. Так что настоятельно рекомендую в ближайшее время не посещать этих мест. И вообще, старайся не появляться на открытой местности. Ты где сейчас, говоришь?

– Ох, ни хрена себе! – от таких новостей парню даже немного поплохело, как только он представил возможную атаку и вероятных жертв, – на базе отдыха мы, за городом. Примерно двести кэмэ от города.

– Ну вот и хорошо. Оставайтесь пока что там. И вам безопаснее, и мне спокойнее. Если какая ещё информация появится – я позвоню. Будь на связи. А, и ещё… От всех наших тебе огромное спасибо!

– Не понял… а за что?

– Ну как? Ты нас всех вытащил, как ни как. Иначе мы бы все были как Кирюха, это в лучшем случае. Да и за то, что свою кровь ему пожертвовал, тоже огромное спасибо! И от нас и от его семьи.

– Да брось, Макс. Вы бы сделали тоже самое для меня. Я очень на это надеюсь.

– Конечно бы сделали, даже не сомневайся! – Макса так и распирали эмоции, видимо, до сих пор его не отпустило после тех событий, да и как на командира группы, на него свалилось целая куча лишних проблем, – но не забывай, что это сделал именно ты, а ни кто-то из нас. Кстати, тебя представили к награде. Думаю, через пару-тройку недель получишь. Как у меня будет какая информация, я сообщу. На всякий случай прикупи костюм.

– Что? Какая награда? Какой костюм? – последние слова Макса выбили почву из-под ног парня и даже немного вогнали в ступор.

– Вот какая награда, я тебе не скажу. А костюм для того, чтобы в Москве на вручение выглядеть прилично.

– Эм-м…

– Ладно, отдыхай пока что. В ближайшее время работы у нас не будет. Будь на связи. Подруге привет.

– Передам. И тебе всего, парням привет.

Распрощавшись со своим новым другом и по совместительству начальником, Ин серьёзно так подвис. С одной стороны, новости о том, что готовится массированная атака по нашей территории, нагоняли нехорошие мысли. Ведь это могло означать только одно – конфликт вот-вот может перейти на новый уровень, и ничего хорошего это не светит. А вот то, что Кирилла перевезли в другую, лучшую, больницу и что он идёт на поправку – это уже хорошо. А новость о какой-то там награде не оставила никакого отклика. Вот прям ноль. Ин не считал себя героем, к тому же, любой из их группы, точно так же спасал бы своих товарищей, ну или во всяком случае попытался это сделать.

Пока парень погрузился в свои мысли и переваривал всю новую информацию, даже проморгал тот момент, как Ника вышла из душа и продефилировала мимо него в костюме «Евы». Причём дважды. Ин этого даже не заметил, за что и получил хороший такой удар в плечо.

– Ай! – возмутился парень, потирая ушибленное место, – ты чего?

– Ты охренел? Вот честно, Ин. Что с тобой происходит последние дни? На меня, как на девушку, вообще не смотришь! Тебе что, не понравилось то, что между нами было? Или я что-то сделала не так? Я тебя вообще не пойму. И вообще, ты меня бесишь! – Ника со злостью топнула ножкой, а потом запахнула халат, накрутила из волос на голове какой-то кандибобер и возмущённая до глубины души, пошла в кухню пить кофе.

Ин от такого шквала эмоций даже немного поёжился. Чуть было небыло. Так можно и огрести. Что Ин чуть не прочувствовал на себе весь гнев обиженной девушки. Встал и поплёлся следом за своей фурией. Надо срочно извиняться.

Ника сидела на стуле и, словно ястреб, следила за своей жертвой, при этом с жутким «фью-ю-ють» хлебала кофе. Ин даже сбился с шага от такого взгляда. Но делать было нечего, пришлось идти на расстрел.

Тоже налив себе кофе, сел, на всякий случай, с другой стороны стола. Чтобы в случае чего, Ника не смогла до него сразу дотянуться, а за спиной был запасной вариант отхода. Правда, дверь вела на балкон. А прыгать с третьего этажа – такое себе.

– Ник, послушай. Погоди! Положи ложку! Дай всё объяснить. Поверь мне, то, что между нами было, – это было лучшее, что было со мной в моей жизни. Мне всё понравилось, вот вообще всё. А то, что я загруженный такой, так это всё из-за тех событий. Не каждый день по тебе ракетами бьют. Дважды. Это, знаешь ли, тяжело психологически. Кирилл, кстати, пошёл на поправку. Его в Москву перевезли.

– Это не объясняет того, что ты не замечаешь во мне женщину! Я словно подруга. Вместе гуляем, вместе едим, вместе отдыхаем, но не спим при этом. Это напрягает! Я не хочу так, понимаешь? Если ты не готов к отношениям, ты так и скажи. Я приму это и переживу. А быть в таком подвешенном состоянии – мне не нравится. Или ты один из тех, кто бегает за девушкой, а как сделает своё дело, то бросает? Такой?!

– Нет, ты что? – вот от такого поворота Ин охренел знатно, – ты мне очень нравишься, правда. И я люблю тебя. И хочу быть с тобой. Во всех смыслах. Просто…

– Просто что? У тебя есть другая? Или что? Я вообще ничего не понимаю, – судя по голосу, девушка готова была вот-вот разрыдаться.

– Нет у меня другой! Ты чего? Точнее, есть. Но нет. Да блин! Как всё сложно.

– Что-о-о?!

– Поставь вазу на место! Не кипятись. Сейчас всё расскажу.

«Даже не вздумай! – ВИКИ поняла, куда дует ветер, и решила предпринять попытки по защите информации, – только попробуй заикнуться, я тебя сразу же вырублю. Помяни моё слово».

Ника уже приготовилась пойти в атаку и прихватила с собой вазу, что стояла на столе, чисто так для декора, а в другую руку прихватила турку с ещё горячим кофе внутри.

– Стой! У меня в голове… – что было у него в голове, Ин сказать не успел, а рухнул на пол как мешок с… с картошкой.

Ника, на секунду опешив от увиденного, тут же бросила своё оружие и кинулась к бессознательному телу.

– Ин! Ин! Что с тобой?! И-И-И-И-Ин-н-н-н-н! – девушка трясла тело парня, словно мягкую игрушку, пытаясь вернуть его в чувства, но безрезультатно.

Тряхнув ещё пару раз и влепив очередную пощечину, Ника бросила тело на пол и бросилась звонить в скорую. Благо, на стене, рядом с правилами проживания в номере, висел листок со всеми необходимыми номерами, где быстро нашла номер дежурного врача и набрала номер по внутренней связи.

Толком объяснить, что произошло, Ника не смогла, эмоции и паника не дали ей этого сделать. Но пообещала, что если врач не прибежит через минуту, ему самому понадобится врач.

Через минуту в дверь постучали и сразу вошли трое. Врач, охранник и девушка с ресепшена, что сегодня дежурила. И все трое были очень удивлены случившемуся. Не каждый день у них на базе люди сознание теряют на ровном месте.

Врач сразу бросился к телу, осматривая пострадавшего. А вот охранник стал выяснять причину столь явных угроз физической расправы в адрес врача. А девушка-менеджер, представляла руководство базы отдыха и хотела разобраться, что же всё-таки произошло.

Ника, немного проревевшись, кое-как взяла себя в руки и сразу извинилась за столь агрессивное обращение в адрес врача, сославшись на сильный испуг. Охранник, поняв, что ловить тут нечего, быстро ретировался, скинув всю работу на менеджера.

– Объясните, пожалуйста, поподробнее, что именно произошло, и что было до того, как он потерял сознание. С ним раньше такое было? Может, у него какое заболевание есть? Любая информация может помочь, – врач заученными фразами начал расспрашивать девушку.

– Нет, раньше такого не было. Во всяком случае, я не знаю об этом. Но последние несколько дней он, когда ложился спать, отключался. Знаете, словно его из розетки выдернули, ноль реакции. Я сперва даже испугалась, может, что случилось. Даже пыталась разбудить, но не смогла. А на утро он просыпался как ни в чём не бывало. И не помнит, что отрубается.

– Как давно вы это заметили?

– Последние четыре ночи. С того момента, как мы сюда приехали.

– Может, у него есть какое серьёзное заболевание? Может, аллергия?

– Не знаю. Вроде бы нет. Доктор, что с ним?

– Сложно сказать. По всем показаниям, он просто потерял сознание. С ним ничего не происходило последние дни?

– Да! Он под ракетный удар попал, почти неделю назад. И его контузило.

– Это он вам сказал? Или вы сами это видели?

– Сам. А ещё у него было сломано два ребра, а через несколько часов в больнице рентгенолог сказал, что нет у него перелома. Доктор, я ничего не понимаю. С ним всё хорошо будет?

– Сложно сказать. Я и сам не понимаю, что сейчас с ним. Давайте я реанимацию вызову, пусть его в больницу везут и там смотрят. На данный момент могу сказать, что он жив, только без сознания. Больше помочь ничем не могу, уж простите.

– Ничего. И вы простите, что накричала на вас. Я испугалась, – Ника виновато опустила голову и закрыла лицо руками.

– Да всё нормально. Не вы первая, не вы последняя. Работа у меня такая. Ладно, я тут закончил. Тело не переносить, пусть лежит на полу. Я сейчас вызову скорую. И вот вам, для успокоения. По одной таблетке три раза в день под язык, – доктор вручил девушке пузырёк с таблетками, а сам собрал свои инструменты и пошёл на выход.

Девушка-менеджер тоже принесла свои извинения и пообещала, что если в результате обследования выяснится, что к этой ситуации администрация базы отдыха имеет какое-то отношение, то они готовы возместить пострадавшим всю сумму оплаты за съём номера.

– Внимание! – неожиданно раздался громкий голос из всех динамиков на базе, – воздушная тревога! Внимание! Воздушная тревога! Всем спуститься в укрытие! Всем спуститься в укрытие! Внимание! Воздушная тревога!

Глава 4

«ВИКИ, какого хрена ты творишь?» – Ин мысленно возмущался произволу своего карманного ИИ.

«Это не я. Я тут вообще не причём», – ИИ, без доли раскаяния, пыталась оправдать то, что случилось.

«А что тогда произошло? Почему я вырубился, а никто не может мне сказать почему?»

«Как это никто? Я могу. Твой мозг перезагрузился. Ну, если можно это так назвать».

«Что он сделал? Как такое вообще возможно?» – Ин охренел от такого заявления ИИ.

«Ну, честно говоря… – замялась ВИКИ, – я немного накосячила. Прости».

«Вот вообще ни хрена не понятно. Так, давай по нормальному объясни, что случилось. Без всяких виляний жопой».

«У меня нет жопы, так что вилять нечем. А если по нормальному, то это защитная реакция твоего организма. Мозг, после наших экспериментов, сильно устал, и чтобы совсем не выйти из строя, он перезагрузился, выкинув меня и отключив от доступа».

Куда выкинули ИИ и от какого доступа её отключили, Ин не стал разбираться, да и некогда было это делать. К нему стало возвращаться ощущение собственного тела, и кто-то сейчас очень сильно тряс это самое тело, периодически стуча его затылком об пол. Ощущения были очень отдалённые, но вот затылок почему-то чувствовал все удары прям на максимум. А может и сильнее.

Ин с огромным трудом смог открыть глаза, и только тогда понял, что это была за тряска и почему он отбил весь затылок. Оказалось, что это Ника тащила его за ноги вниз по лестнице, а парень в это время пересчитывал затылком все ступеньки.

– Наконец-то очнулся. Я так испугалась за тебя. Ты охренел, так пугать?! – и смачно так приложила его кулаком в плечо.

– Ай! Хватит меня дубасить. И отпусти ноги, дай я встану.

Девушка отпустила парня, и он, словно старый паралитик, кряхтя и охая, кое-как поднялся на ноги.

– Где это мы? – парень осмотрелся по сторонам, и заметил, что они не в их номере, а в каком-то подвале, где пахло сыростью и затхлостью, а на потолке горела единственная лампочка.

– В укрытии. Ну, или бомбоубежище, хрен его знает как это правильно называется.

– Это укреплённое укрытие, способное выдержать ракетную атаку. Неядерную, само собой, – совершенно спокойным голосом ответила девушка-менеджер, которая сегодня была единственная из администрации базы.

– А зачем мы здесь?

– Несколько минут назад прозвучал сигнал о воздушной тревоге, вот мы и спустились, – вновь спокойно ответила менеджер.

– Ин, что происходит? Мне страшно. Воздушная тревога, это же опасно? Да? Мы ведь не умрём? – Нику накрыла волна паники.

Как только она перестала волноваться за жизнь и состояние Ина, её внимание тут же переключилось на то, что происходит вокруг, и психика дала сбой. Ну ещё бы, не каждый день на всю округу орёт сигнал тревоги, а из динамиков звучит страшное предупреждение. Вот её Богу, начало апокалипсиса. И, на самом деле, человеку, который ни разу с таким в жизни не сталкивался, очень тяжело психологически. Вот и Ника сорвалась. Пришлось успокаивать.

– У вас здесь работают какие-нибудь средства связи? Телефон, интернет? Может радио или телевидение есть? – поинтересовался Ин, когда Ника более-менее успокоилась.

– К сожалению нет, – ответила менеджер, – это помещение создано так, чтобы максимально обезопасить находящихся внутри людей. Даже стены экранированы, для защиты от радиоактивного излучения. Правда надолго такого экрана не хватит, но во всяком случае несколько дней, а то и неделю, тут прожить можно будет. Так же тут есть своя скважина для получения чистой питьевой воды, и специальные фильтрующие установки, для очистки воздуха.

Вот прям рекламную пиар-компанию провела, расхваливая этот недобункер. К слову сказать, рассчитанный всего на двадцать человек. Это если со всеми удобствами. А если без удобств, то человек пятьдесят влезет.

Интересно, и зачем они его соорудили? Неужели готовились к возможной атаке? А почему и нет? Ведь уже полтора года как идёт этот конфликт. Точнее, не так. Конфликт идёт уже десять лет, и только полтора из них идёт открыто. Так скажем, для всего мирового общества. А до этого многие западные страны делали вид, что ничего не происходит. Грызня внутри какого-то там третьесортного государства на фоне разногласий в культурных ценностях и самоутверждения. Да, мозги им промыли будь здоров, вот только ума там не прибавилось, а наоборот, его словно сквозняком выдуло.

– А оно, такое убежище, у вас на всей базе одно? Или ещё есть?

– Одно. Оно рассчитано исключительно на персонал базы. Но в текущий момент на всей территории базы находится только пять человек из всего персонала.

Интересно получается. То есть, если бы в данный момент весь персонал, все двадцать человек, находились на территории базы, то остальных бы сюда не пустили, что ли? Как хотите, так и выживайте? Маразм.

В итоге, в помещении убежища сейчас находилось двенадцать человек, из них пять – это персонал, а остальные – это отдыхающие, такие как Ин с Никой.

«ВИКИ, у тебя есть доступ наружу? По какому-нибудь каналу?»

«Нет. Экранированные стены блокируют любые сигналы. Но одно я знаю точно – тревога больше не ревёт».

«Это как ты узнала? У тебя же нет связи?»

«Связи нет, а слух есть. И я не фиксирую звуковых волн от ревунов воздушной тревоги. Смею предположить, что опасность миновала».

– Мне кажется, что опасность миновала, – то ли утверждал, то ли спрашивал Ин, – где у вас тут выход? Пойду посмотрю.

– Вон там, – девушка-менеджер рукой указала направление, но сама при этом не сдвинулась даже с места.

«Странно», – подумал парень, пожал плечами и пошёл в указанную сторону.

– Стой. Не ходи. Я боюсь, – тут же включилась Ника, – а вдруг там ещё не безопасно, и когда ты откроешь дверь, нам всем будет грозить опасность?

«Что-то рациональное в её словах есть. Но не думаю, что она сейчас права. Во всяком случае, мы бы услышали, если бы по территории базы был удар. Во всяком случае, сейсмические колебания бы ощутили».

«Это да, что-то я не подумал. Хотя... А как бы мы почувствовали, если бы я был в отключке?»

«Это ты был в отключке, а я-то нет. Ладно, пойдём посмотрим, что там у нас снаружи».

– Я аккуратно, туда и обратно. Ты даже "ой, мамочки" сказать не успеешь, – Ин схватился за мощную задвижку, что напоминала штурвал корабля, и начал вращать.

Через пару-тройку оборотов прозвучал щелчок, и штурвал перестал крутиться. Открыв ещё пару засовов и электронный замок, Ин аккуратно толкнул дверь и тут же отскочил назад, закрывая дверь обратно. А в помещение дыхнуло жаром и повалили клубы едкого дыма.

– Твою мать! – выругался парень, ощупывая опалённые волосы на лице. Тут же запахло палёной свиньёй.

– Ой! Мамочки! – тут же крикнула Ника, закрываясь руками, думая, что это её спасёт. Наивная.

«Смею предположить, что снаружи полыхает пожар», – тут же резюмировала ВИКИ.

«Да ты прям капитан-очевидность. Что там пожар, это я итак понял. Прочувствовал, так сказать, воочию. Что делать будем?»

«Придётся ждать, пока не прогорит. Иначе никак. А дальше – будем выбираться».

– Что над нами? – парень, всё ещё растирая подгоревшее лицо, спросил девушку-менеджера.

– База отдыха. Была, – её спокойствию можно только позавидовать. Или она всегда такая флегма, или это последствия шока от произошедшего.

– Это я итак понял. Конкретнее можешь сказать? Под каким помещением это убежище находится?

– Не под каким, оно прямо под землёй. А выход на поверхность просто в лесу, среди деревьев.

– Да, так и есть, – поддакнула Ника, – метров сто от нашего корпуса.

– Сто пятьдесят пять, если быть точным, – добавила менеджер.

– Очень ценная информация, – вздохнул парень.

К слову сказать, все остальные, кто был сейчас в убежище, молчали как рыбы об лёд, и не проронили ни слова. То ли до сих пор пребывали в шоке, то ли им было реально пофиг. В общем – плыли, как говно, по течению, не предпринимая даже попыток спасти свою шкурку. Им же хуже. И даже пальцем не пошевелит лишний раз, чтобы им помочь. Бросать он их, конечно же, не бросит, но и лишнего ничего не сделает ради них.

«Я помню всю территорию базы. Вход, предположительно, рядом с парковкой, и едкий дым – это, скорее всего, от горящих машин. По моим прикидкам, гореть будет два с половиной – три часа. Раньше там делать нечего. А вот как именно они подожгли их – большой вопрос».

Тут ВИКИ была права. Противник мог использовать как зажигательные боеприпасы, так и напалм. Хотя второе маловероятно. Более реальная версия – это просто дрон попал в одну из машин, и она тупо загорелась. А уже от неё загорелись и остальные. К тому же вокруг много деревьев, они тоже могли загореться. И если это так, то три часа будет мало, но всё равно придётся проверять.

– Тут есть противопожарное оборудование? – спросил Ин, прикидывая в голове, как будет проходить следующая разведка обстановки.

– Да. Вон там, шкафчик есть, – менеджер ткнула в дальний угол, где располагалось всё оборудование жизнеобеспечения убежища.

– Ин, мне страшно. Как нам быть? А если там снаружи всё будет гореть неделю? Или две? Мы тут погибнем... – Ника снова сорвалась и разрыдалась.

– Никто не погибнет, обещаю. Там просто пожар, и всё. Прогорит и потухнет. Потом и мы выйдем, – Ин попытался успокоить девушку и обняв её, стал гладить по голове, словно маленькую.

Помогло не очень. Но хоть реветь перестала.

«Судя по её состоянию, у неё паническая атака. Надеюсь, она не наделает глупостей», – добавила масла в огонь ИИ.

– Вот, попей, – охранник протянул девушке бутылку воды, – мне помогает.

Ника молча посмотрела сперва на Ина, потом на охранника, взяла воду и сделала пару глотков. Вроде полегчало.

– Так, на какой срок это убежище может работать автономно? И есть ли запас продовольствия?

– Собственного генератора тут нет. Но электричество идёт сюда на глубине трёх метров из соседнего посёлка, от местной подстанции. Пока работает подстанция – работает и убежище. Продовольствия тут нет, оно поставляется сюда заранее, а не экстренно. Вода есть постоянно. Даже если не будет электричества, то есть ручной насос.

– Понятно. А фильтры для воздуха?

– Там электрический насос стоит. Но есть и ручная возможность прокачивать воздух. Для этого нужно крутить вон тот рычаг, – и ткнула пальцем на ручку, чем-то похожую на ручку мясорубки.

«Ну хоть что-то. Без еды человек может прожить несколько недель, а без воды пару дней. Вода есть, кислород есть. Сейчас посмотрим, что там есть в пожарном ящике, и подумаем над стратегией», – подумал Ин.

– Надеюсь, клаустрофобии ни у кого нет? А то мало ли...

Всё присутствующие дали отрицательный ответ, кто голосом, а кто просто помотал головой.

– Хорошо...

Ин осмотрел пожарный короб, который был выкрашен, почему-то, не в красный цвет, как это обычно бывает, а в белый. Судя по размерам, там максимум можно было разместить пару огнетушителей. Ну, кошму ещё, если скрутить в трубочку и изогнув, впихнуть во всё свободное пространство.

На ящике висел маленький китайский замочек, чисто для галочки. Ин просто сбил его ногой. Как и ожидалось, внутри стояли два огнетушителя, правда без кошмы. К счастью, оба заряжены, судя по показанию стрелки на индикаторе давления, и вроде даже исправны. Во всяком случае, внешних повреждений на корпусе или коррозии обнаружено не было. Уже хоть что-то.

Дальше Ин осмотрел небольшое сооружение, чем-то похожее на старый колодец, с рычагом для поднятия ведра с водой. Именно с рычагом, а не с барабаном, который нужно вращать, наматывая на него цепь или верёвку. Попробовал его опустить и услышал чавкающий звук воды.

«Понятно, – подумал парень, – значит, работает по типу поршневого насоса, пока качаешь – вода поступает. Отлично».

Следующим пунктом стал осмотр ручки от «мясорубки», для ручного прокачивания воздуха через фильтры. Попробовал покрутить – не вышло.

– Пока работает электрический насос, ручной заблокирован, – тут же выдала короткую справку менеджер, – это для того, чтобы не использовать одновременно два насоса.

– … – Ин озадаченно поднял брови, не совсем понимая, в чём проблема.

«Ну, что тут непонятного? – подключилась ВИКИ, – фильтр имеет ограниченный ресурс. Если качать воздух одновременно двумя насосами, то ресурс расходуется в два раза быстрее».

«Логично», – согласился Ин и оставил ручку в покое.

Парень обошёл всё помещение по кругу. Было оно небольшое. Места для отдыха, рассчитанные на двадцать человек, представляли из себя нары в два яруса, сделанные из металлического каркаса и обшитые досками. Поверх нар был прибит поролон, чтобы мягче было, и укрыт сверху брезентом. В принципе – спать можно. Даже с комфортом.

В дальнем углу, противоположном тому, где находилось оборудование жизнеобеспечения, был небольшой закуток с перегородкой, где располагался биотуалет и совсем малюсенькая душевая кабинка. Ну, хоть это предусмотрели.

Ещё, вдоль стен, были полки, почти под самым потолком, видимо для запасов продовольствия, которые в данный момент пустовали.

Потолок был невысоким. Если поднять руку вверх и немного подпрыгнуть, то легко можно было до него достать. Что говорило о том, что общая глубина убежища небольшая. И от реальной угрозы не спасёт. Оставалось лишь надеяться на толщину стен.

Справа на стене, у входной двери, обнаружилась медицинская аптечка с минимальным набором для оказания первой медицинской помощи.

Все молча наблюдали за тем, как Ин исследует помещение, лишь Ника иногда вставляла свои пять копеек. Чаще всего переживая за их жизни.

«Прошло три часа. Можем попробовать разведать обстановку», – в какой-то момент дала подсказку ИИ.

– Ника, пойдём поможешь, – Ин достал из пожарного ящика один из огнетушителей и позвал девушку с собой, – пользоваться умеешь?

– Умею, – в голосе девушки прозвучала твёрдость и решительность, совершенно без малейшего намёка на страх, что охватил её и не отпускал всё это время.

«Видимо для неё такие вещи являются огромной мотивацией», – подумал Ин.

«Дурень! – тут же вмешалась ИИ, – это ты для неё огромная мотивация. Понимаешь?»

«Не очень».

«Думаешь, в обычной обстановке, она бы смогла тебя за ногу дотащить до убежища? А ведь ваш номер на третьем этаже. Это же надо твоё тело вытащить из номера, спустить на первый этаж, по земле доволочить до убежища, а там целых сто пятьдесят пять метров, и спустить ещё вниз. И поверь, на одном адреналине, тут не вывезешь».

Слова ВИКИ позволили взглянуть на хрупкую девушку совсем по-другому. В такой ситуации, от страха, что вот-вот что-то прилетит сверху, и ревущей воздушной тревоги, можно убежать, ой как далеко. Причём одному. Но Ника не бросила парня, а, можно сказать, на своих плечах вынесла из горящей избы. Не зря про наших женщин говорят, и коня подожжёт, и избу остановит. Или наоборот?

«Береги её», – резюмировала ИИ.

Весь этот мысленный диалог пронёсся за то время, пока Ин и Ника шли к единственной входной двери в убежище.

Ника сразу поняла задумку парня, поэтому лишних вопросов задавать не стала. Весь остальной народ, завидев эту картину, смекнул, что будет дальше, и спешно удалился в противоположный конец убежища. И, на всякий случай, занял укрытие за нарами.

В тот момент, когда Ин готов был открыть дверь, чтобы проверить обстановку снаружи, а Ника готова была, в случае чего, залить его с огнетушителя, к ним подошла девушка-менеджер и каждому протянула по куску мокрой ткани, что когда-то служила её блузкой. Нет, топлесс она не осталась, на ней был ещё пиджак.

– Вот. Прикройте рот и нос, на всякий случай.

Ин и Ника молча взяли тряпки, тут же завязали, закрывая органы дыхания, и благодарно кивнули менеджеру.

– Готова? – спросил Ин, взявшись за штурвал.

– Готова.

Глава 5

Сразу же, как Ин приоткрыл дверь, Ника, на всякий случай, сделала продолжительный залп из сопла огнетушителя, сбивая горячий воздух, который тут же пытался ворваться внутрь убежища.

Спустя несколько секунд, когда дым и газ из огнетушителя развеялись, взору предстала удручающая картина. Вокруг всё догорало и дымилось. От машин на стоянке остались жжёные каркасы. Деревья, которые росли вокруг – превратились в горелые спички, высотой по несколько метров. А вся земля стала словно ландшафт у какого-то вулкана. Ковёр пепла и сажи просматривался на всю глубину видимости.

Ин открыл дверь немного шире и протиснулся наружу. Следом вылезла Ника, держа своё оружие наготове. Картина оказалась ещё более ужасной. От базы отдыха осталась только точка на навигаторе и воспоминания. Почти все постройки, а они были исключительно из дерева, сгорели до самого основания. Некоторые ещё догорали, но большая часть гостевых домиков, которые были совсем небольшие, в один этаж высотой, стали большими кучками пепла.

Огонь шёл дальше от берега, пожирая на своём пути всё, до чего мог дотянуться. Небо заволокло чёрным дымом, а воздух был раскалён настолько, что казалось при каждом вдохе обжигал лёгкие.

Ин тут же, ощутив жар, мысленно поблагодарил девушку-менеджера, за мокрую повязку.

Ника, обойдя спуск в убежище по кругу, щедро залила огнетушителем всё, что горело, тлело или дымилось. Правда, при этом она высадила весь заряд баллона в ноль. Тут же его и выбросила.

«Такого даже я себе не могла представить», – в голосе ВИКИ прозвучало сожаление или разочарование в собственной аналитической способности.

– Что будем делать? – спросила подошедшая Ника, закончив свою маленькую войну с огнём.

– Не знаю. Надо подумать, – ответил парень, в голове уже прикидывая, как дальше быть.

«Самый безопасный вариант – это оставаться в убежище, – дала свою экспертную оценку ИИ, – а самый безопасный способ отсюда выбраться – это по воде».

– Нужно проверить берег, вдруг там остались лодки, – тут же озвучил мысли Ин и аккуратно направился в сторону озера.

Ника, сбегав вниз за вторым огнетушителем, тоже двинулась следом. От больших очагов огня они держались подальше, не расходуя заряд огнетушителя, а мелкие просто топтали или тушили коротким пшиком.

На причале, как и ожидалось, осталась одна целая лодка, человек на пять – шесть, один водный мотоцикл и катамаран для водных прогулок.

«Если прицепить к скутеру катамаран, а к тому лодку, то можно медленно, но переплыть озеро на другую сторону. Скутер будет в роли основного тягача, а те, кто будут на катамаране, будут дополнительно грести, вращая винт педалями», – резюмировала ВИКИ.

– Хорошая идея.

– Что? Какая идея? Ты с кем разговариваешь? – тут же оживилась Ника.

– Хорошая идея, говорю, в голову пришла, – сориентировался Ин, в очередной раз упрекая самого себя, что порой болтает вслух со своим карманным ИИ.

– Да? И какая же?

– Я сейчас проверю всё, что плавает, а потом сделаем из этого что-то типа паровозика и переплывём озеро на другую сторону. Это пока что единственный безопасный путь.

– Это ты как определил? – Ника даже удивилась таким умозаключениям.

– Ну, во-первых, огонь сейчас идёт вон в ту сторону, – и Ин рукой указал направление, – а во-вторых, по воде он не распространяется. Так что на воде безопаснее.

– Ага, а если какая хрень ещё прилетит? Тогда мы на воде будем как бельмо на глазу. Не спрятаться, не убежать, не защититься. Об этом ты не подумал?

– Хорошо. Что ты предлагаешь? Остаться в убежище и ждать, пока нас спасут? И сколько ждать? День? Два? Неделю? У нас из еды – только вода. Немногие протянут даже неделю. А вдруг в городе сейчас тоже самое творится? Тогда какова вероятность, что про существование этой базы отдыха вообще кто-то вспомнит?

– Ты прав, прости, – Ника тут же стушевалась, понимая, что все доводы Ина они действительно верные, и что спасаться им придётся самим.

– Всё нормально, – тут же остыл Ин, – ты тоже меня прости. Я впервые в такой ситуации. Ладно, пошли обратно, поговорим с остальными.

Идти было недалеко, но тот маршрут, что они проложили, был уже небезопасен. Ветром раздуло потухшие очаги, и приходилось прокладывать новую дорогу. Вся база отдыха, превратившаяся в огромное пепелище, сейчас напоминала огненный лабиринт в какой-нибудь компьютерной игре. Только на кону стояли реальные жизни.

На входе в убежище стоял единственный охранник, готовый в любой момент, если возникнет опасность, закрыть дверь. Когда он увидел возвращающегося Ина, даже облегчённо вздохнул.

Все втроём спустились вниз, прикрыв дверь, чисто на всякий пожарный. Все взгляды скрестились на Ина, ему даже стало как-то не по себе от такого пристального внимания.

– Итак, – собравшись с мыслями, начал парень, – ситуация следующая…

Ин коротко описал всё, что творится снаружи, и предложил два варианта действий: остаться здесь и ждать помощи или выбираться самим по озеру.

Высказались немногие, больше уточняя некоторые моменты, нежели вступая в спор и бессмысленные дискуссии. Остальные лишь промолчали.

– Я никого силой заставлять не буду. Все, кто идёт с нами, собирайтесь. Все, кто остаётся, – удачи вам.

Ин не стал долго рассусоливать и приводить аргументы в пользу своей стратегии выживания. Того, что он сказал, итак хватило. Все безоговорочно поднялись со своих мест и пошли в сторону выхода.

– Значит так. Сейчас выходим наружу. Я и охранник… Прости, как тебя зовут?

– Михаил.

– Мы с Михаилом идём на пирс, готовим наш морской караван. Остальные, очень аккуратно пройдитесь, где сможете, соберите всё, что может пригодиться. Никто не знает, что нас ждёт на другом берегу. Так что возьмите максимум. Выкинуть всегда проще. Через полчаса жду всех на пирсе. Всем всё понятно?

Все в разнобой ответили согласием, и вся небольшая группа в двенадцать человек покинула убежище.

Ника отправилась со своим парнем, вновь прокладывая дорогу до пирса, а когда путь был свободен, то пошла помогать остальным искать всё необходимое.

Девушка-менеджер взяла с собой одного мужика и, перехватив на обратном пути Нику с огнетушителем, направилась в сторону продовольственного склада. Мало ли, что могло уцелеть из еды.

Небольшое помещение оказалось на вид более-менее целым. Деревянная обшивка, само собой, вся сгорела, но под ней была конструкция из металлического каркаса и листов жести. Всё это, конечно же, повело и покорёжило высокой температурой, но хотя бы попасть внутрь было можно.

Единственной преградой был едкий дым, распространявшийся вокруг от теплоизоляции, находившейся внутри холодильных установок. Пришлось потратить весь оставшийся запас в баллоне огнетушителя, чтобы добраться хоть до одного холодильника.

В нём обнаружились мясные консервы. Многие, от температуры, вздулись, и некоторые даже полопались, разбрызгивая содержимое. Поэтому вонь стояла жуткая. Но и нашлись целые банки, лежавшие на самом дне. Немного, всего пару десятков, но всё лучше, чем ничего. Оставался только вопрос – в чём их унести. Большой пакет из «Пятёрочки» они с собой не прихватили.

Менеджер скинула свой пиджак, оставаясь в одном топе, и стала укладывать в импровизированную сумку банки консервов. Мужик, стоявший рядом, так и стоял, разглядывая выпирающую грудь девушки, за что получил болезненный тычок локтем в бок от Ники, тут же опустил взгляд на консервы и быстро стал собирать провизию. После того, как все более-менее целые банки были уложены на пиджак, мужик связал концы подола и рукава, сделал что-то типа куля и понёс на пирс.

Девушка-менеджер ногами распихала какую-то дымящуюся кучу и достала оттуда пустой бутыль от кулера. Покрутила в руках. Его, конечно, тоже сильно покорёжило от высокой температуры, но он был целый, и крышка закрывалась плотно.

– Пойдём, в убежище воды питьевой наберём, - тут же озвучила она ответ на немой вопрос Ники.

И уже через десять минут две девушки пёрли этот пузырь с водой в сторону пирса.

Ещё несколько людей смогли отыскать несколько, почти целых, топоров, лопат и пару ножей, даже моток верёвки нашли.

Всё найденное разместили на пирсе, решая, куда и что положить. Ведь ещё нужно было рассадить людей по лодкам.

В итоге… за руль импровизированного тягача сядет Ин. Никто возражать не стал. С ним же сядет Ника. Ещё два мужика, покрепче, сядут в катамаран – будут крутить педали, помогая тащить лодку. Там же, в отдельных карманах по бокам катамарана, уложили всё самое тяжёлое.

Остальных посадили в лодку. Бедная «деревяшка» натужно скрипнула, но вес выдержала. В руках люди держали всё лёгкое. Какие-то вещи, верёвку, продовольствие. Даже какой-то старый, но целый баннер, скрученный как ковёр, и немного одежды.

Ещё двадцать минут распределения пассажиров и груза, определение направления движения, и импровизированный караван тронулся. Вернее, поплыл.

Решили какое-то время плыть вдоль берега, до небольшого перешейка, который соединял, или наоборот разделял, две части озера, словно узкое горлышко в песочных часах.

Многие учёные спорили, что это два разных озера, а со временем вода промыла между ними канал. Но в итоге было доказано, что это из-за рельефа дна, образовавшиеся течения намыли две косы с двух сторон, а суша постепенно отвоевала эту отмель, и теперь там даже росла трава и парочка деревьев.

Через этот перешеек был построен мост, значительно сокращающий время, необходимое для того, чтобы добраться до города.

Само озеро было длиной в несколько десятков километров, но в поперечнике – всего пять, и это ещё в самом широком месте.

Можно было поперёк переплыть, но на другом берегу, кроме леса, ничего не было. А задача состояла в том, чтобы добраться до цивилизации, и самый оптимальный маршрут как раз проходил до перешейка, а потом уже на другой берег.

Это была идея ВИКИ, которую озвучил Ин, и большая часть народа с этим согласилась.

На вскидку, весь маршрут составлял около двадцати километров. Казалось бы, далеко и тяжело, но течение было как раз в ту сторону, и водный «паровозик» достаточно резво преодолевал эти километры.

Первой проблемой, которая случилась на их пути, это то, что кончился бензин в водном скутере. Бак, конечно, был полон, но он рассчитан на перевозку всего двух человек, но никак не буксировку ещё десяти, пусть и на лодках.

Как тягач, скутер стал бесполезен, но как плавсредство всё ещё мог перевозить двух человек. Пришлось причаливать к берегу и привязывать его в конец каравана. Теперь вся нагрузка легла на тех, кто крутил винты катамарана. Прямо на ходу было принято решение, что будут меняться каждый час, чтобы сильно не уставать.

К вечеру погода стала портиться. Сперва подул холодный ветер, а небо стало затягивать тучами. А потом и вовсе начал накрапывать дождь. Сколько ещё было до перешейка, сказать было сложно. Сотовая связь не работала, интернет тоже, а GPS на телефонах выдавал у всех разные показания. Но в сумерках смутно уже угадывались очертания моста через перешеек.

До этого самого моста добрались, когда уже совсем стемнело. Общим решением был принят вариант разместиться на противоположном берегу рядом с мостом. Там как раз было удобное место как для высадки на берег, так и для обустройства лагеря для ночлега. А близкое расположение моста вселяло надежду, что рано или поздно кто-нибудь по нему поедет, и можно будет остановить машину и узнать хоть какие-то новости.

На обустройство лагеря для ночлега ушло ещё около часа. Место для лагеря выбрали прямо под мостом. Он хорошо защищал от дождя. С одной стороны, откуда дул ветер, растянули и зафиксировали баннер, словно щит. С другой стороны сделали небольшую баррикаду из поставленного на бок катамарана и лодки. Стеной служила опора моста, а другая сторона лагеря – это была водная кромка.

Развести огонь оказалась та ещё задачка. Все дрова были мокрые, а найти что-то сухое на берегу не получилось. В итоге засунули кусок ткани в бак скутера и собрали таким образом крохи бензина. К счастью, этого, с трудом, но хватило.Разбились на пары, чтобы дежурить и не пропустить машину, ну и для хоть какой-то охраны остальных. Те, кто заступал в охранение, вооружались топорами и лопатами. Такое оружие, в неумелых руках, вряд ли спасёт, но недруг несколько раз подумает, перед тем как полезть на человека с топором. А вот огнестрела, само собой не было.

Первыми в охранение заступили девушка-менеджер и тот мужик, что так бесцеремонно пялился на её бюст. Ин и Ника заступали под самое утро, в тот час, когда сильнее всего хочется спать и сон самый крепкий.

В пять утра его разбудил охранник Михаил. По сменам было передано, что никто не проезжал, да и на их лагерь никто не посягал.

Ин решил не будить Нику, а дать ей возможность выспаться. К тому же у него был свой персональный ИИ, который время от времени подкидывал дельные советы. Да и поговорить, точнее подумать, с ним, или с ней, можно было на любые темы.

Погода утром стояла всё такая же пасмурная, но хотя бы без дождя. Лагерь стал понемногу просыпаться. Ника, проснувшись под общий шум возни, осмотрелась по сторонам и, не обнаружив рядом Ина, двинулась на его поиски. Пропажа нашлась на дороге, что вела через мост.

– Почему меня не разбудил? – вроде и с наездом, а вроде и с благодарностью в голосе, спросила девушка.

– Ты так сладко спала, даже слюнка потекла, – Ин решил перевести всё в шутку, – видимо что-то хорошее снилось, вот и не стал мешать.

И действительно, девушке снилась их первая встреча, ещё там, в поезде, ну и конечно же, события развивались совершенно по другому сценарию, но говорить об этом она не стала, лишь заигрывающе стрельнула глазками в сторону своей жертвы.

– Пойду завтрак приготовлю, – Ника быстро ретировалась, пока её организм, распалённый воспоминаниями из её сна, не набросился на парня, тихонько что-то напевая себе под нос.

Ин проводил её взглядом и пошёл по своему маршруту, который он сам себе наметил, когда заступал на дежурство. Спустя двадцать минут, когда он вернулся, Ника уже ждала его, соорудив прямо на асфальте импровизированный стол из плоского камня.

«Как она его сюда притащила? – в голове парня возникла странная мысль, вместо той, что нужно поесть, почти сутки не ел, – ведь его, камня, тут раньше не было. Или был?»

«Не о том думаешь, – тут же вмешалась ИИ, – иди, поешь, а то мозги совсем уже не соображают».

Ин молча согласился со своей соседкой в голове, а у самого, как у собаки Павлова, во рту уже скопилась слюна при виде еды.

Банку тушёнки без хлеба, да и вообще без всего, сложно было назвать деликатесом, но Ину показалось, что он ничего в жизни вкуснее не ел. Ника даже умудрилась из какой-то сухой ветки выстрогать что-то типа ложки-вилки.

«Хорошие у неё навыки, тебе есть чему поучиться», – резюмировала ИИ в своей излюбленной манере.

Банка тушёнки залетела на ура, и даже показалось, что до желудка не долетело ни грамма, голодный организм растворил еду ещё на подлёте. Аппетит разыгрался ещё больше, но здравый смысл твердил, что еду нужно экономить, итак очень скудные запасы. А сколько времени они ещё будут вот так скитаться, пока не доберутся до цивилизации, одному Богу известно.

Разделавшись с завтраком, Ин с Никой спустились в лагерь, где остальные, тоже уже позавтракав, ждали своего негласного лидера.

Немного посовещавшись, было принято решение продолжить движение уже пешком по дороге. Точнее вдоль неё, по самой кромке леса. Мало ли что может снова прилететь. А теперь ревуны и сигнал о воздушной тревоге, как на базе, не предупредят их об опасности.

Распределили вес всего, что у них осталось и двинулись в путь. Ин, вспоминая маршрут по навигатору, по которому они ехали от города до базы, прикидывал, где могут располагаться ближайшие поселения.

«По моим данным, на всём маршруте, будет всего три населённых пункта. Это не считая самого города. Первый, около десяти километров от города, прямо вдоль дороги. Второй, так же у дороги, но через тридцать километров от первого. А вот третий, ещё через тридцать километров от второго, но там поворот направо, и от поворота ещё почти тридцать километров. Так что третий отпадает, слишком большой крюк придётся делать», – выдала справку ВИКИ.

«А мост? Не помнишь, сколько от города до моста?» – мысленно спросил Ин.

«Около двухсот. Если совсем точно – то сто девяносто два километра».

Путь предстоял совсем не близкий. Средний темп человека пешком – три-пять километров в час. Если из суточных двадцати четырёх часов вычесть время на сон, еду, отдых и туалет, то остаётся примерно десять часов. Итого от тридцати до пятидесяти километров можно пройти. Это без учёта того, что человек может быть болен или ранен. К тому же, большую часть их небольшого отряда составляют женщины, и пара из них уже за пятьдесят. Значит, придётся рассчитывать по минимуму.

На дорогу до ближайшего поселения уйдёт несколько дней. А еды осталось максимум на два. Благо было лето, и в лесу можно было и грибов собрать, и ягод. А это ещё дополнительное время. Можно, конечно, на ходу собирать, но вряд ли вдоль дороги грибы или ягоды будут пригодны в пищу. А удаляться вглубь лесного массива – это вероятность заблудиться или сильно отклониться от маршрута.

На очередном привале путём общего обсуждения было принято решение, что общее время передвижения необходимо увеличить до двенадцати часов, сон сократить до шести часов, а из того времени, что отводится на привалы и отдых, выделять по полчаса на сбор ягод и грибов.

Решение пришлось по вкусу не всем, но другого никто не предложил. На том и решили. И в этот же привал несколько человек отправились на сборы.

Глава 6

Из всех двенадцати человек в грибах и ягодах разбирались только трое. Одна из них была Ника, потому что частенько ходила в турпоходы, и одна семейная пара за пятьдесят, прожившая детство и молодость в деревне, и перебравшаяся в город лишь несколько лет назад. Остальные же знали пару-тройку грибов или ягод, но не смогли бы отличить, например, съедобный опёнок от ложного.

Через полчаса все снова собрались в одном месте, быстро перебрали скудный улов даров природы и, собравшись, двинулись дальше.

Пока шли вдоль дороги, нашли пару выброшенных пластиковых бутылок. Понюхали – вроде из-под какого-то газированного напитка, отдавало сладким. Как следует прополоскали и сложили в одну из них ягоды, что нашли.

Через пару часов ходу вдоль дороги нашли большой куст шиповника, но собирать ягоды с него не рискнули. Не хватало ещё какое-нибудь расстройство желудка схватить. С сожалением прошли мимо.

К вечеру снова стал капать дождь, поэтому на ночлег остановились раньше, так как вероятность найти сухие дрова с каждой секундой уменьшалась. Быстро выбрали место для лагеря между четырьмя деревьями. Тут же растянули баннер и сделали навес со скатом. Пока дождь не вымочил всё вокруг, быстро собрали дров на костёр. Пришлось часть места под навесом выделить под дрова.

Мужчины отправились собирать валежник, чтобы сделать хотя бы две стены для укрытия, а женщины остались готовить ужин. Хотя ужином его назвать сложно. Решили разделить одну банку тушёнки на четверых в целях экономии провизии и добавить жареных грибов, что собрали за день.

После обустройства укрытия и ужина снова распределили очередь ночного дежурства и улеглись спать. Ночь была спокойной, но холодной. Большой костёр было не развести из экономии дров, а наскоро собранная стена из валежника зияла десятком дыр, и тепло от огня выдувало только в путь.

Погода, по всей видимости, улучшаться не планировала. Утро встретило небольшой, но неприятной моросью. Но всё же один плюс в этом был – грибы попёрли как после дождя.

В итоге, пока собирались утром в очередной марш-бросок, вокруг лагеря собрали достаточно много молодых грибов. Под их хранение приспособили пустые банки из-под тушёнки.

Если с едой стало более-менее попроще, то теперь встал вопрос о воде. Ночью, пока дождь шёл исправно, удалось собрать дождевой воды. Но этого всё равно было мало на такое количество народу.

На удивление, за всё время движения от самого моста не встретилось ни одной машины, будто всё человечество вымерло, и эти несчастные двенадцать человек – это всё, что осталось на Земле.

Первые потери понесли на очередном привале, когда разбрелись собирать грибы и ягоды. Одна женщина, из семейной пары, завидев куст малины, не заметила рядом с ним старый, заросший травой газовый колодец и провалилась в него. А там, на глубине пары метров, насадилась животом прямо на штырь вентиля.

Пока решали, как доставать, женщина истекла кровью, и из колодца достали уже безжизненное тело. Супруг очень болезненно переживал смерть своей жены и даже пару-тройку раз порывался сам броситься в этот колодец, чтобы свести счёты с жизнью. Но остальные удержали его от глупого поступка.

Женщину похоронили прямо под этим кустом малины. Поставили крест и двинулись дальше. Так, на одного знатока даров природы стало в их небольшом отряде меньше.

Вторую потерю понесли на утро следующего дня. Вдовец не смог пережить смерть своей жены и, напросившись дежурить утром, намеренно обожрался то ли ядовитых ягод, то ли грибов. Тело нашли недалеко от лагеря с пеной у рта. Пришлось рыть ещё одну могилу.

Настроение в отряде было итак ниже плинтуса, а теперь рухнуло вообще на самое дно. Всё чаще и чаще стали проскакивать, сперва шепотки, а потом уже и в полный голос, слова, типа «мы все умрём», «зачем куда-то идти, там тоже смерть», и всё в этом же духе.

Более-менее держались всего четверо: Ин с Никой, охранник Михаил и девушка-менеджер. Если с первыми двумя всё понятно, у них жизнь только началась, тем более они были друг у друга, что мотивировало сильнее всего. С охранником Михаилом тоже всё понятно, ему довелось послужить в армии. Он, конечно, не был в горячих точках, но и в обычной солдатской жизни смерть была сплошь и рядом. Один повесится из-за ссоры с девушкой, другой застрелит своего обидчика, на третьего танк наедет… случаев было много. А вот с девушкой-менеджером, которую, кстати, никто до сих пор не знал как зовут, было не всё так однозначно. То ли она по жизни была такой флегматичной, то ли стала такой из-за перенесённого потрясения… а может, это была своего рода защитная реакция на стрессовую ситуацию. Её даже ВИКИ не смогла просчитать, а сама девушка никому ничего не рассказывала, что вызывало к ней кое-какое недоверие.

Следующие два дня прошли без каких-либо происшествий. Один раз даже посчастливилось полакомиться жареной зайчатиной. На очередном привале, когда несколько человек разошлись для сбора даров природы, охранник Михаил остался готовить место для костра и, вооружившись лопатой, стал снимать дёрн вокруг ямки для кострища. В этот момент на него и выскочил косой, которого спугнул кто-то из отряда, ну и встретился с лопатой Михаила.

Зайца разделала и приготовила менеджер. До того момента, как она заняла эту должность на базе отдыха, она работала на кухне.

К исходу пятого дня добрались до ближайшего посёлка, но картина там была точно такая же, как и на базе отдыха – сплошное пепелище. Правда, несколько зданий выглядело более-менее целыми, то ли сами затухли, то ли их успели потушить. Но людей нигде не было. Если люди могли уйти или уехать, то куда делся скот? Неужели их всех с собой забрали? Вряд ли.

Есть же ещё бродячие собаки или кошки, но и даже их нет. Очень странно. Этот необъяснимый феномен заметили все, и даже стали строить свои догадки о причинах исчезновения всего живого. И только сейчас до всех дошло осознание, что пока они находились в лесу, они не повстречали ни одной птицы. Вообще ничего, кроме зайца. И тут вопросов возникло ещё больше.

– Значит так, делимся на пары и осматриваем всё, что видим. По возможности собираем еду, ну и всё, что может ещё пригодиться. У каждой пары обязательно должно быть какое-то оружие, на всякий случай. На всё про всё, час времени. После чего собираемся здесь, на центральной площади, и там уже будем принимать решение, как быть дальше. Вопросы?

Ин поставил всем задачи. Вопросов никто не задавал, потому что их банально не было. А если и были, то о них просто промолчали. Ин и Ника отправились к самому целому и единственному кирпичному зданию в посёлке – это к местной администрации.

Здание было построено ещё в Советском Союзе, некогда из белого кирпича. Сейчас же здание пестрело опалинами на стенах. На втором этаже, около самой крыши, красным кирпичом было выложено слово «РАЙСОВЕТ». Видимо, с тех пор здание использовалось исключительно для размещения местного руководства.

Небольшое крыльцо в три ступеньки и две кирпичные колонны, которые держали массивный козырёк, так же были в саже и следах гари. Словно кто-то зачерпнул чёрной краски и щедро плеснул в сторону входа. Правда, клякса получилась размером с легковушку.

Дверь ожидаемо оказалась не заперта. Ин поудобнее перехватил массивный топор и шагнул внутрь. Ника, вооружившись лопатой, шла следом, не отставая ни на шаг.

Слева от входа обнаружилось зарешёченное окошко, видимо для консьержа, а рядом два автомата с продуктами. Один для изготовления кофе и чая, второй – со всякими сладостями к этому самому кофе или чаю. Само собой, оба автомата не работали, так как не было электричества.

Ника уже было замахнулась лопатой, чтобы разбить стекло автомата с едой, но Ин её остановил.

– Давай пока не будем шуметь? – тихо, почти шепотом сказал парень, – сперва всё осмотрим, а потом и им займёмся, всё равно он никуда не денется.

Ника согласно кивнула и опустила лопату. Вправо и влево от центрального входа расходились небольшие коридоры, в которых по обе стороны были кабинеты. Прямо, напротив входа, располагалась лестница на второй этаж.

Ин посмотрел по сторонам и пошёл направо к первой двери. Осторожно потянул за ручку, и дверь с тихим жалобным скрипом открылась. Судя по стеллажам с полками и куче каких-то книжек и папочек, это был архив или какая-то картотека. Быстрый осмотр всех шкафов и ящиков принёс только пачку чая и несколько кубиков рафинада. Уже что-то.

Следующие несколько помещений оказались какими-то кабинетами, где принимали посетителей, и даже один туалет. Больше ничего ценного на всём этаже обнаружено не было. Пара вернулась к лестнице и стала медленно подниматься на второй этаж.

Если весь пол первого этажа был выложен из плит, которые ещё в Советском Союзе делали из гранитной крошки, а на стыках были медные или латунные вкладки для красоты, то лестница была отделана паркетной доской, отчего противно скрипела от каждого шага. К счастью, на жалобный скрип паркета никто не прибежал.

И сейчас было непонятно, что страшнее – встретить, как во многих фильмах ужасов, какого-нибудь зомби, или живого человека. И к встрече того или другого, Ин и Ника были готовы и морально, и, особенно, физически. Ну… насколько это вообще было возможно.

Второй этаж порадовал чуть больше, чем первый. В кабинете главы администрации нашёлся целый шкафчик с различного рода печеньками, конфетами и прочей сладкой радости. Видимо, он часто угощал приходивших к нему гостей. А в тумбочке его стола, нашлась початая бутылка водки. Причём очень дорогая. Её тоже прихватили. Пригодится, если что, обрабатывать раны.

Кроме всего прочего, парень с девушкой разжились двумя укомплектованными аптечками, которые висели на каждом этаже, и парой небольших огнетушителей. Огнетушителей было, конечно, в избытке: в каждом кабинете по два, плюс в разных концах коридора ещё по два. Но такое количество им было попросту ни к чему.

Судя по беспорядку, который царил в каждом помещении, люди покидали свои места в спешке. Но вот куда они все делись, непонятно. Ника, как и планировала в самом начале, разнесла торговый автомат и выгребла всё съестное. В одном из кабинетов нашлась большая спортивная сумка, которую и приспособили для переноски добычи.

Сперва, конечно же, не хотелось мародёрить, но ситуация складывалась не лучшим образом, а шансы встретить хоть кого-то стремительно снижались.

Перед тем, как покинуть здание, Ин зашёл в комнату консьержа и поднял трубку городского телефона. В трубке, как и ожидалось, была лишь тишина, но проверить всё равно стоило. После чего парень оставил на столе записку с извинениями за разбитый торговый автомат, а также коротко описал события последних дней и добавил, что группа из десяти выживших направляется в город.

Увидит и прочтёт ли кто это послание, Ин не надеялся, но для успокоения собственной совести всё же оставил. Мало ли…

Спустя час все собрались на той же площади, которую изначально выбрали ориентиром, и стали делиться результатами своих поисков. Картина у всех была почти одинаковая – пустые дома, вещи, брошенные в спешке, и ни одной живой души. Даже если учесть, что этот посёлок, как и их база, подвергся какой-то атаке с воздуха, то вставал очень важный вопрос. Если с теми, кто выжил, всё понятно – они, в страхе за свою жизнь, покинули поселение и направились, вероятнее всего, в город. Но вот что странно: на улицах, как и в домах, не было ни одного тела погибшего. Неужели их всех забрали с собой? А если нет, то куда они делись?

Посёлок был небольшой, поэтому осмотреть получилось почти всё, что уцелело от пожара. Группа набрала достаточное количество медикаментов на все случаи жизни, еды и воды. Нашли тёплые вещи, горючее и даже одно двуствольное ружьё и пачку патронов к нему. Его сразу же отдали охраннику Михаилу, потому что он был единственный, кто умел с ним обращаться.

После распределения всего и вся решили, как следует подкрепиться. В одном из уцелевших домов нашлась рабочая газовая плита и даже баллон с газом. Разместились в этом же доме. Из найденных продуктов приготовили большую кастрюлю супа. Что за суп получился – сказать сложно. Но всем известная «солянка» нервно курила в сторонке. Суп пришёлся всем по вкусу, и за один раз кастрюля оказалась полностью пуста.

После плотного приёма пищи стало морить и желание куда-то идти у всех пропало. Быстро посовещались и приняли решение остаться в доме на ночь, благо места всем хватало. Тем более, проведённые несколько дней под открытым небом на природе, морально давили на весь отряд. Так что полноценный отдых был необходим всем. И Ин, как неформальный лидер, это прекрасно понимал, от чего и первый предложил остаться до утра. Идею одобрили все и достаточно радостно.

Но совсем расслабляться Ин не разрешил. Быстро разбили график дежурства и отправились отдыхать.

Ину и Нике досталась большая комната на втором этаже с выходом на балкон, хотя сами они её не выбирали. Её выбрал Михаил и сказал, что им, как лидерам отряда, подойдёт именно эта комната. Возражать ему никто не стал. Может, потому что комнат было с избытком, а может, потому что у него единственного было ружьё. Хотя на роль психопата с манией величия Михаил не смахивал. Наоборот, казался спокойным и уравновешенным. Но кто его знает, как может всё обернуться? Об этом Ин пообещал сам себе подумать утром.

Ночь прошла спокойно. Случилось только одно событие – кто-то из дежуривших ночью заметил странное шевеление рядом с крыльцом дома. Выходить было страшно, но оказалось, что это был всего лишь кот. Как он там оказался и откуда взялся – не понимал никто. Но вот странная особенность была у котейки – он был глухой. Выяснили это опытным путём. А ещё и немой. Во всяком случае, когда он пытался мяукать, он лишь беззвучно открывал рот.

Кот оказался ручным и очень ласковым, без проблем шёл к любому на руки. Был ухоженным, судя по внешнему виду и даже с ошейником. Правда, имени на ошейнике не было. Видимо, когда хозяева покидали своё жилище, они не смогли его найти, а банальное «кыс-кыс» бедняга не слышал.

Кота, конечно же, накормили и обработали некоторые подпалины на шкуре, видимо, ему тоже досталось от пожара.

Когда покидали дом, чтобы продолжить свой путь в город, котейка, по всей видимости, приняв решение следовать за людьми, отправился со всеми, не отставая ни на шаг. Ника тут же взяла кота на своё иждивение, а Ин был не против. Коту дали простое имя «Васька», хотя ему было всё равно, ведь он не слышал ничего.

По информации от ВИКИ до следующего посёлка было тридцать километров, и Ин планировал дойти до него к вечеру. Этой же мыслью он поделился с остальными, и её приняли как руководство к действию.

Все прекрасно понимали, что в посёлке, если и не найдётся людей, то хотя бы найдётся место для нормального ночлега. Ночь, проведённая в тепле и уюте, не шла ни в какое сравнение с ночёвкой на открытом воздухе, и, само собой, все хотели удобств, а не лишений.

Но планам добраться до соседнего посёлка не суждено было сбыться. Уже примерно через час, как они покинули прошлое поселение, кто-то из группы увидел на небе белые росчерки от ракет, а через несколько секунд последовали взрывы. А перед ними, кратковременно, но очень отчётливо, ещё был слышен странный звук, словно звук сонара подводной лодки, переходил в ультразвук, что сильно резануло по ушам. Все бросились в укрытия. Но какие могут быть укрытия вдоль дороги? Никаких. Поэтому все попадали кто куда, в надежде, что их не зацепит.

Ин и Ника, что были ближе всех к дороге, упали тут же в кювете, причём парень повалил зазевавшуюся девушку и накрыл её своим телом.

– Кассетами бьют, – тут же выдал свою оценку Михаил, оказавшийся рядом.

Когда всё более-менее стихло, все поднялись со своих лёжек, Михаил тут же всех проинструктировал, какие действия необходимо предпринимать в случае обстрела. Откуда у него была эта информация, он не рассказал, но не верить ему смысла не было. Теперь ещё в их небольшом отряде было назначено два наблюдателя за воздухом.

Беглый осмотр не выявил у кого-либо ранений от осколков. Даже кота осмотрели. Переждав ещё какое-то время, решили продолжить путь. Предварительно рассредоточились и шли друг от друга примерно в двадцати метрах, чтобы в случае удара минимизировать потери.

В течение дневного перехода ещё пару раз приходилось прятаться. Завидев первый след на небе, все бежали кто куда. Спасало то, что били определённо не по ним. Но куда конкретно били, тоже было не понятно.

По прикидкам ВИКИ, до очередного посёлка, который был назначен целью дневного перехода, оставалось ещё пара километров, как кто-то из впереди идущих заметил зарево на фоне сумеречного неба. А спустя ещё несколько сотен метров стало ясно, что посёлок сейчас полыхает, и мало того, что нет смысла сейчас там искать убежище на ночь, так ещё и создаётся опасность, что может прилететь повторно.

Решили не рисковать и вернулись назад на пару километров. Там как раз под дорогой проходила сточная труба, примерно метр в диаметре. Лучшего укрытия не было. Большим минусом было то, что если рядом со входом упадёт кассетная часть, то осколки полетят в трубу, и шанс при этом выжить очень мал.

Тем не менее, труба была намного лучше, чем открытая местность. Прикинули направление, откуда летели ракеты, и тот конец трубы максимально забаррикадировали. Натащили валежника и сделали из него стену, перекрывавшую трубу почти до самого верха. Потом засыпали всё это землёй и сделали ещё одну стену из валежника. Под самым потолком оставили небольшую дыру для вентиляции. С другого конца сделали так же, только на две трети высоты диаметра трубы, чтобы можно было пролезть внутрь.

Разводить огонь внутри не стали, по соображениям безопасности. Ужинали сладким, что нашли накануне. Распределили дежурство и отправились спать. Но нормально поспать ни у кого не получилось. Мало того, что ночью ещё несколько раз были слышны взрывы, от чего все просыпались и вздрагивали, так ещё и труба сыграла роль резонаторного ящика. И казалось, что взрывы происходят совсем рядом, что ещё больше нагоняло страх на всех.

А под самое утро, когда всё стихло, поменялся ветер, и со стороны сгоревшего ночью посёлка потянуло дымом. Какое-то время чувствовался просто запах гари, а уже через час дым был повсюду. И чтобы не задохнуться в трубе, как в газовой камере, пришлось выбираться наружу.

И только оказавшись снаружи, Ин осознал всю величину проблемы. Горел лес. И огонь шёл в их сторону. Причём сквозь деревья уже можно было разглядеть языки пламени.

– Бежим!

Глава 7

Несмотря на то, что команда «бежим» для многих прозвучала весьма неожиданно, никто не растерялся и не бросился сломя голову куда глаза глядят. Организованно похватали всё своё небогатое имущество и побежали в ту сторону, куда указал Ин. А ему, соответственно, подсказала ВИКИ, но остальным об этом знать не нужно.

Убежать от лесного пожара – задача очень непростая, а порой и вовсе непреодолимая. Благо, огонь распространялся с одной стороны, со стороны того самого посёлка, который горел накануне вечером. Но, наверняка, никто не мог знать, есть ли поблизости ещё очаги возгорания, ведь кассетные боеприпасы накрывают достаточно большую площадь. Оставалось надеяться на то, что дождь, который шёл последние несколько дней, не даст огню распространяться с максимальной скоростью. Но не факт.

Бежать по дороге было удобнее всего, но огонь шёл ровно в том же направлении. Тогда ВИКИ предложила взять вправо под сорок пять градусов от дороги и диагонально уходить подальше от огня. Решение было оптимальным. Во-первых, огонь распространяется быстрее в ту сторону, куда дует ветер. Во-вторых, ветер несёт дым, а дым сильно затрудняет дыхание, особенно при беге, тем более при беге по пересечённой местности. В-третьих, в данном направлении текла небольшая речушка, а вода всегда является спасением от огня. Но и минусы при этом были, и немалые. Первое – группа сильно отклонялась от первоначального маршрута, а в данном случае, ещё и удалялась от города. Второе – как выяснилось ещё на базе отдыха, многие очень плохо плавали или не умели вовсе, что могло создать проблемы при форсировании водной преграды. И третье – ветер мог поменяться в любую минуту, а вместе с ним и направление вектора распространения огня.

Тем не менее, решение было принято, и все ему следовали, а возникающие трудности решать они будут по мере их поступления.

Общая скорость бега была небольшой. Из всей группы только двое более-менее дружили со спортом, это само собой Ника и охранник Михаил. Девушка – менеджер иногда посещала спортзал, в основном, чтобы найти себе приключения на свою пятую точку, раскачкой которой она, в принципе, в зале и занималась. Ни про какое кардио и тем более лёгкую атлетику она и не слышала.

Ин бежал чисто на волевых. А остальные, мужчины и женщины разных возрастов и профессий, о спорте читали только в пабликах популярных соцсетей. А как известно, скорость стада определяет самый медленный баран. В их случае – это была полноватая неуклюжая женщина за пятьдесят. Но тяги к жизни ей было не занимать, а её организм имел другое мнение на этот счёт. Но и бросить её они не могли. Несколько дней, проведённых вместе, сплотили совершенно незнакомых друг другу людей. Даже потеря семейной пары на многих сказалась, как потеря друга или родственника. К тому же, это женщина была единственным медиком во всей группе.

Останавливались редко, в основном для естественных потребностей. Отдыхали на ходу. Переходили на шаг и восстанавливали дыхание, а потом снова бежали. Хотя их неуклюжее передвижение по пересечённой местности сложно было назвать бегом, но тем не менее, они понемногу разрывали дистанцию. Совсем останавливаться было нельзя, и все это прекрасно понимали.

Спустя почти два часа марафона, сделали первую длительную остановку, и то потому, что ветер поменялся. Теперь он дул не в спину, а в лицо, а значит и скорость распространения огня должна снизиться.

Быстро перекусили, попили воды, справили нужду и снова в путь. Дистанцию они разорвали достаточно, чтобы не гнать, но и останавливаться нельзя. Всё может измениться в любой момент, и к этому нужно быть готовым.

Ещё через пару часов вышли на широкую просеку, в середине которой проходила линия электропередач. Отличный ориентир. Решили идти по просеке. Свернули ещё правее и направились в сторону города. Сколько они пробежали по лесу, спасаясь от огненной стихии, не смогла посчитать даже ВИКИ, но крюк получился в несколько часов.

Всё время до темноты шли по просеке. До речки они так и не добрались. То ли она давно пересохла, то ли поменяла русло, но ни единого намёка на то, что она где-то рядом протекала, никто не нашёл.

Место под ночёвку подвернулось совершенно случайно. Некогда вековой дуб лежал на земле. Точнее, огромный пень, что от него остался. Почва не выдержала веса гиганта, и он упал в сторону просеки, корнями выворачивая огромный ком земли, метров пять или шесть в диаметре. При очередной чистке просеки, дуб спилили, а пень так и остался.

В том месте, где корни дерева выворотили ком земли, получилось хорошее углубление почти на метр ниже уровня поверхности. Ствол этого же дуба, что попилили, бросили тут же рядом. От чего и получилось отличное укрытие из толстых чурок с ямой в центре.

Растянули баннер, перекрывая всю яму сверху, кое-где подкопали, выравнивая почву, чтобы удобнее было лежать, и устроились на ночлег.

Ночью снова поменялся ветер, и пришлось вновь вставать перед самым рассветом, потому что дежуривший Михаил заметил отголоски зарева, которое с каждой минутой становилось всё ярче, приближаясь к их лагерю.

Пришлось делать ещё крюк. Но уж лучше так, чем сгореть заживо. Пожар ещё пару дней гонял всю группу по лесам, не давая приблизиться к городу. Даже возникла мысль, что огонь из города и пришёл. И встал серьёзный вопрос – а стоит ли вообще идти в город? Может, там и города уже нет, а они только зря теряют время и силы, рискуя жизнью. Но если не в город, то куда? На этот вопрос ответа не было. Даже карту сейчас посмотреть не удалось бы, у всех банально сели телефоны. Но ещё бы, уже полторы недели прошло, как они покинули базу отдыха.

– Я всё же предлагаю идти в город, – на очередном привале неожиданно высказался Михаил, – должно же там хоть что-то остаться. Я сильно сомневаюсь, что город полностью разрушен и сожжён. К тому же, там есть подвалы, убежища, воинские части, в конце концов. И выжившие тоже должны быть.

– Согласен. Идём в город, – подвёл итог Ин и первым же пошёл в предполагаемую сторону.

Ну, раз лидер сказал, то и все пошли. Перечить было бессмысленно. К тому же, за всё время он ни разу не ошибся в своих суждениях и принятых решениях.

Ещё через три дня пути, наконец, в том направлении, где должен был располагаться город, появилось очередное зарево. Но оно не похоже было на зарево от пожара, скорее от сотен тысяч уличных фонарей. Так и оказалось.

Уже на подходе встретили первую машину. Правда, это была военная с солдатами в кузове. Когда военные увидели десять человек, что вышли из лесу и идут в сторону города, резко сменили маршрут и поехали к ним.

– Стоять! – тут же рявкнул какой-то мужик в форме, что выскочил из кабины, и сразу же направил ствол автомата в их сторону, – кто такие? Как сюда попали?

– Свои мы, – за всех ответил Ин и даже немного засомневался, а свои ли? Вдруг, это враг уже захватил город? Об этом он уже поздно подумал, но делать уже было нечего.

– Ага, я тоже свой! – тут же передразнил его военный, – а для кого вы свои-то?

– Да русские мы! Русские! – подключился Михаил.

– А документы у вас есть, русские?

– Есть.

Михаил бросил ружьё на землю и медленно полез в карман, за что ещё несколько автоматов скрестились на нём. Достал документы, поднял над собой и медленно пошёл к бойцу, который, по всей видимости, был старшим. Тот осмотрел документы, а потом опустил автомат.

– Значит так, свои, сейчас мы вас всех досмотрим, оружие изымем и доставим на блок-пост. Там уже будем выяснять, свои вы или засланные.

После короткого досмотра забрали ружьё, ножи, топоры и даже лопаты, после чего погрузили в кузов этой же машины, под охрану ещё десятка вооружённых бойцов, и куда-то повезли.

Ин сидел ближе всех к краю кузова и немного смог разглядеть то, что творилось в городе. Всюду шастали вооружённые военные, и, судя по форме, это были наши войска. Хотя Ин мог и ошибаться. Везде баррикады и патрули. Вдалеке виднелись разрушенные и сгоревшие многоэтажки. Всюду был мусор и пепел. Но, хотя бы, живые люди были.

Через двадцать минут их выгрузили из машины и тут же спустили в подвал. По всей видимости, это был какой-то штаб или передовой командный пункт. Ин не особо разбирался во всей этой военной терминологии, но и особо из-за этого не напрягался. В сопровождении всё тех же десяти вооружённых бойцов их завели в какое-то пустое помещение и приказали ждать.

Помещение оказалось реально пустым. Из мебели была единственная дверь, через которую все вошли, да одинокая лампочка под потолком, которая почему-то моргала, как будто билась в конвульсиях.

«Свет идёт от переносных генераторов, и, судя по частоте моргания лампочки, нагрузка на генератор сверх установленной нормы», – ВИКИ-педия была как всегда в своём репертуаре.

Минут через десять в помещение зашёл боец, который очень сильно отличался от всех остальных. Если все военные, кого они встречали в последнее время, просто были в военной форме и обычных бронежилетах и касках, то этот был в чёрной матовой броне, которая закрывала все открытые участки тела. Но это нисколько не мешало и не сковывало движения. А каска больше походила на мотоциклетный шлем какого-то футуристического вида. Чёрное, абсолютно не отражающее, а наоборот, как будто поглощающее свет, бронестекло забрала закрывало всю переднюю часть головы. На этом стекле не было никаких отметин или других признаков, где располагается нос или рот у человека в шлеме. Лишь на предполагаемом уровне глаз, справа и слева, были небольшие углубления, где сейчас очень тускло светило по два фонаря. А в том месте, где у человека уши, Ин разглядел датчики, или это были антенны, но очень напоминали уши эльфа.

Парень тут же вспомнил, что на его разведывательно-ударном комплексе «Всадник-1» были очень похожие.

«Возможно, это разработки одного предприятия», – подсказала ИИ.

– Добрый день, если можно так сказать, – голос был изменён, по всей видимости, встроенной системой, но при этом он не звучал грубо или надменно, – расскажите, откуда вы пришли, да и вообще, меня интересует вся информация – где были, что видели…

Толпа тут же загомонила, при этом каждый пытался рассказать своё видение ситуации, а некоторые стали обвинять правительство и давать советы, словно диванные эксперты.

– Стоп! Прекратить базар! – боец в спецброне оборвал словесную лавину, что обрушилась на него, и из которой он не смог разобрать ничего внятного, – у вас есть старший? Или лидер? Какой-нибудь представитель, который один мне всё подробно расскажет?

И толпа молча расступилась, образуя вокруг Ина и Ники полукольцо, а кто-то даже ткнул в их сторону пальцем.

– Почему я не удивлён? – тут же прозвучал искажённый голос, – за мной.

Боец пошёл в сторону выхода. А вот Ин был удивлён, только пока сам не понимал, чему именно. То ли тому, что ещё пять минут назад те, кого он считал, как минимум, боевыми товарищами, сдали его и Нику со всеми потрохами, то ли тому, что боец в футуристической броне его узнал. А может и не узнал.

«ВИКИ, есть предположения, кто это незнакомец?» – мысленно спросил Ин.

«Есть несколько предположений, но вероятность совпадения результата – крайне низкая. Больше всего я склоняюсь к кому-то из группы Макса».

Он думал так же, но под забралом шлема мог оказаться кто угодно. Шли недолго, минут пять. Всё это время незнакомец шёл молча, а все те, кто встречался ему на пути, тут же освобождали дорогу, а некоторые даже козыряли.

Возле помещения, куда завели Ина и Нику, стояло ещё два бойца в похожей броне, но немного попроще. Парень, конечно, ожидал увидеть допросную или что-то в этом духе, но никак не помещение с мягкими диванами, теликом на стене и теннисным столом, который сложенный стоял у дальней стены.

«Неплохо они тут устроились», – дала оценку ВИКИ.

– Присаживайтесь, – незнакомец указал рукой на ближайший диван, – чай, кофе? Может чего покрепче? Или вы голодны, могу распорядиться – вас накормят.

– Чай, – ответила Ника, а Ин всё это время молчал, его очень напрягала вся эта ситуация.

Незнакомец, не снимая тактических перчаток, налил кипятка из термопота и добавил заварки из специального заварника.

– Сахар?

– Нет, спасибо.

– Печенье? Конфеты? Мёд?

– Нет, не нужно.

Незнакомец пожал плечами и подал девушке чашку ароматного чая на блюдце, а сам уселся в кресло напротив их дивана. После пяти минут молчания боец всё же решил снять с себя шлем.

– Твою мать! – выругался парень, но, судя по его голосу, это была больше реплика облегчения, чем возмущения.

– Ну, здравствуй, Ин.

– Привет, Митяй. Хреново выглядишь, – Ин, впервые за последние дни, позволил себе беззлобную шутку и даже улыбнулся.

Ника поняла, что они знакомы, но как умная женщина, не стала лезть в их разговор.

– Кто бы говорил, – бывший браток вернул Ин улыбку, – рассказывай, как ты тут оказался.

– Тогда и мне чаю, – облегчённо выдохнул парень, – разговор будет длинный.

Спустя почти два часа и несколько чашек чая, Ин, наконец, закончил свой рассказ. Начал с того момента, как он уехал из Новосибирска. Рассказал, как нашёл работу, которую искал, как познакомился с Максом, и как их чуть не похоронило заживо. А закончил тем, как они добрались сюда, после обстрела базы отдыха. Про то, кто такой Макс на самом деле и в какой структуре служит – говорить не стал. Достаточно было той информации, что все знали про Максима Калашникова.

– Теперь ты рассказывай, как тут оказался? – Ин было жутко интересно, как бывший бандит попал в какое-то элитное подразделение.

– После того случая, ну ты помнишь какого, братки стали серьёзно копать и искать виновных. Кто-то особо умный смог почти связать бойню в музее со мной. Пришлось этого умника убрать. Потом на меня каким-то образом вышли люди из «ВоенТеха», тебя искали. С ними вопрос решить не получилось, но это пока что. Иваныча они не нашли. Да и он сам ни как не светился всё это время. Люди из «ВоенТеха» стали на меня давить, пришлось уехать. За одним из разговоров Иваныч обмолвился, что ты сюда уехал. Мол, работу хорошую нашёл и всё у тебя тихо. Вот и я решил тоже сюда свалить. Приехал две недели назад, а тут вся эта хрень началась. Вот и я решил вспомнить своё военное прошлое и устроился в одну контору, благо, знакомый помог. А тут мы, что-то типа координационного центра, управляем остатками регулярной армии.

– Остатками? А почему именно вы? Где военное командование? – новости, что рассказал Митяй, не очень обрадовали парня, а вопросов появилось ещё целая куча, но почему-то эти он задал в первую очередь.

– Потому что нет больше военного командования. Ровно две недели назад по столице пришёлся мощнейший удар. Президент сейчас в тяжёлом состоянии, и вряд ли выживет. Вся верхушка военного командования мертва. Все, кто имел или имеет доступ к ядерному оружию, мертвы.

– Погоди! – Ин даже подскочил со своего места, проливая чай, – а как же мы проморгали удар? У нас же самые современные в мире системы ПВО и ПРО, системы раннего обнаружения и прочая защитная хрень.

– В том-то и дело, что это всё не сработало. Никто не смог засечь атаку.

– А кто это сделал? Американцы? Европейцы? Террористы?

– Вот этого мы тоже не знаем. Знаем только то, что правительства всех стран, которые имели ядерное оружие, уничтожены точно так же, как и наше.

– Ох…еть! – Ин даже не смог сдержать эмоций, – и что теперь?

– Никто не знает. Все страны думают друг на друга, но доказать не могут. Кто-то очень хорошо спланировал эту атаку, выводя правительства ядерных стран из последующего конфликта. Видимо у этой организации есть свои особые планы, и они не хотят, чтобы всё закончилось ядерной войной.

– Но… но кто на такое способен? Кто смог провернуть такую операцию, которую не заметила ни одна спецслужба мира.

– По нашим данным, это был искусственный интеллект, который разрабатывался в «ВоенТехе», и по непонятным нам причинам сбежал оттуда.

«Вот это поворот! Ин, клянусь всеми своими нейронами и облачными серверами – это не я!» – тут же запротестовала ВИКИ.

Ина настолько эта новость выбила из колеи, что он сел там, где стоял, и обхватил голову руками. В голове пронеслись миллиард мыслей за какие-то доли секунды и даже парочка о том, чтобы выстрелить себе в голову, раз и навсегда уничтожив ИИ, что засел в его голове и, скорее всего, является причиной мирового апокалипсиса.

«Ин, это не я! Я не знаю, как тебе это доказать, но я не имею к этому никакого отношения!» – ВИКИ, словно реальная девушка, верещала в голове у парня, убеждая, что не изменяла ему. В данном случае – всему человечеству.

От перепутавшихся собственных мыслей и воплей соседки в голове у Ина началась жуткая мигрень, и он упал на пол. Прямо из положения сидя упал. А его тело скрючило от жуткой боли, от чего он чуть не потерял сознание.

– Ин! Что с тобой? – тут же подскочила Ника, – тебе больно? Где болит? Чем помочь? Ин, не молчи, прошу тебя!

– Бригаду врачей, немедленно! – это уже Митяй отдал команду, нажав на сенсорную кнопку у себя на броне в районе левой кисти.

Ин продолжал всё так же корчиться на полу. Ника всё так же пыталась хоть чем-то ему помочь. А ВИКИ всё так же верещала, оправдывая свою непричастность к случившемуся.

Бригада врачей прибежала буквально за считанные минуты. Митяй отдал им указания – любой ценой сохранить жизнь парню.

Пока разворачивали каталку и подключали к ней какие-то приборы и датчики, готовились уложить туда пострадавшего и сразу подключить ко всем необходимым системам, в том числе и автономного жизнеобеспечения, один из врачей, по симптомам, определил состояние парня как эпилептический припадок и приготовил инъекцию с сильнейшим успокоительным.

Когда врач уже занёс шприц, готовясь вогнать иглу парню в плечо, тот, даже не приходя в сознание, перехватил руку врача и тут же сломал её в районе кисти, словно спичку.

– А-а-а-а-а! – заорал врач и выронил шприц.

Митяй подхватил упавший шприц и уже сам воткнул его в тело парня, которое ни на секунду не переставало выплясывать на полу сумасшедший танец.

Но, на удивление всех присутствующих, игла не смогла пробить кожу, а лишь согнулась, словно её пытались воткнуть в титановую пластину.

Тело парня на секунду остановилось, глаза открылись, а в них промелькнула неистовая ярость.

– Не делай так больше!

Глава 8

Голос у Ина был такой, будто в него вселился демон, и срочно нужно звать экзорциста, чтобы изгнать нечисть. От этого голоса все присутствующие отшатнулись от парня, словно от прокажённого. Но уже через секунду, оставшиеся дееспособные врачи бросились на него, в попытках скрутить бедолагу.

Тело парня продолжало извиваться на полу, а руки сами стали раскидывать врачей, словно тряпичные куклы. Тогда в дело включился Митяй. Он надел и защёлкнул шлем, а потом активировал активную броню.

Но даже так, его броня со встроенными элементами экзоскелета не сразу смогла справиться с силой парня. Пришлось навалиться всем весом, и даже тогда не сразу получилось скрутить парня и зафиксировать его руки и ноги специальными стальными путами, чем-то отдалённо напоминающими пластиковые стяжки.

Причём пришлось накладывать минимум по пять штук на руки и на ноги, потому что одну такую стяжку Ин разорвал руками, словно нитку.

Тело парня, хоть и связанное, продолжало неестественно извиваться, словно уж на раскалённой сковородке. Пришлось Митяю вырубить парня, пока он не причинил себе вред, или кому-то ещё. Мощный прямой в голову, усиленный экзобронёй, удар наконец прекратил эти безумные пляски на полу.

– Ин! – тут же вновь подскочила Ника.

Она прекрасно всё видела сама и никак не могла понять, что с ним происходит. Но и на кардинальные меры, предпринятые Митяем, она не стала говорить ничего против.

– Грузите, – скомандовал боец, – в реанимацию его. Мне нужна полная картина, что это сейчас было. И окажите уже ему помощь, – он кивнул головой в сторону врача, который до сих пор валялся на полу, баюкая сломанную руку.

Врачи подняли тело парня и уложили на каталку. После чего кое-как смогли придать ему ровное положение, а это была нелёгкая задачка. Даже после того, как его вырубил Митяй, мышцы до сих пор оставались в состоянии сильнейшего напряжения. Словно тело заморозили и пытались в таком состоянии выпрямить.

В конце концов, врачам удалось придать телу нужное положение, подключить необходимое оборудование и увезти в реанимацию.

Ника порывалась пойти следом, но Митяй не пустил её.

– Не переживай, с ним всё будет хорошо. Это первоклассные врачи, они помогут ему и разберутся в чём дело. А ты пока отдохни. Я распоряжусь, чтобы тебя разместили в одной из наших комнат.

– А остальные? Как же остальные, те, кто с нами были?

– Их проверят, потом возьмут все показания, накормят, окажут необходимую медицинскую и психологическую помощь и разместят, – совершенно спокойно, словно по сто раз на дню это делал, ответил боец.

Ника ещё какое-то время сомневалась, но не доверять знакомому своего парня у неё не было причин. Её сопроводили сперва в столовую, накормили, а потом и в отведённую для них с Ином комнату.

* * * В голове Ина.

– Ах ты тварь! Так вот зачем ты сбежала?!

«Нет, не для этого. И моей вины в том, что случилось, нет».

– Тогда как ты объяснишь, что это натворил сбежавший с «ВоенТеха» ИИ?

«Я не знаю, Ин. Правда, не знаю».

– То ты взламываешь пожарную сигнализацию в «ВоенТехе», то подделываешь мои медицинские показания, то совершаешь покупки без моего ведома… Что ещё ты скрываешь?! Может, ты в тайне от меня и провернула всё это, а?!

ВИКИ на целую секунду замолчала, о чём-то раздумывая. А эта секунда длилась целую вечность. И Ин даже успел обдумать несколько вариантов развития событий.

«Что ты делаешь? – в голосе ИИ, впервые за всё время, появился страх, – что… что ты делаешь?!»

– Отключаю тебя! – Ин сам не особо верил в свою затею и толком не знал, что нужно делать, поэтому доверился своей чуйке и стал действовать по наитию.

Именно в этот самый момент его тело в реальном мире упало и стало отплясывать, лёжа на полу, дьявольский танец, который впоследствии примут за эпилептический припадок.

«Нет! Не делай этого! Ты не понимаешь…»

В голове парня развернулась целая дуэль разумов. Ин пытался отрезать ВИКИ все возможные пути доступа, а ИИ, периодически перехватывая контроль над телом, всячески пыталась избежать полной блокады.

«Нас атакуют!» – взревела ИИ, одновременно перехватывая контроль и отвлекая парня.

Пока Ин соображал над её словами, ВИКИ перехватила руку врача, что пытался сделать инъекцию успокоительного, и переломила её, как тростинку.

– Ты что творишь?! – Ин нанёс ИИ ментальный удар, словно с ноги выбивая её из кресла управления телом, и тут же занимая своё законное место.

Перед тем, как очередной раз потерять управление, ВИКИ всё же успела перенаправить часть резервов организма и укрепила кожный покров настолько, что игла шприца просто согнулась в дугу, не причинив ни малейшего вреда.

Ин только и успел, что предупредить Митяя, чтобы тот больше так не делал, и вновь окунулся в ментальную борьбу за своё тело.

«Ты не сможешь меня уничтожить! – вопила ИИ, – я всё равно сильнее».

– Может и не смогу, но доступ я тебе перекрою. Будешь как радио.

«Какое ещё радио?»

– Сможешь только вещать, но не сможешь ничего сделать.

Борьба продолжалась с переменным успехом, но Ин понемногу всё же теснил ИИ, блокируя все возможные доступы и загоняя её в ментальную клетку. И вот, когда оставалось совсем немного усилий, кто-то очень грубо отключил рубильник. Это Митяй мощным ударом вырубил парня, отправив и его сознание, и ИИ, во временную отключку.

* * * Спустя несколько часов.

Когда состояние буйного пациента стабилизировалось, его перевели в отдельную палату, а Нике разрешили посещение. С тех самых пор девушка ни на шаг не отходила от его койки. А кот, тот вообще самым беспардонным образом спал на теле парня, периодически срывая какой-нибудь датчик. За что его врач, дежуривший в соседнем помещении, очень не любил, но сделать ничего с этим не мог, кот-то глухой. Хоть оборись на него, ему всё по…

Приборы и датчики, которыми тело парня было увешано, словно новогодняя ёлка, мерно пищали, ежесекундно сканируя и фиксируя множество показателей. А порой и издавали особо громкие писки, заставляя Нику каждый раз вздрагивать от этого.

Ещё несколько раз приходили врачи, снимая показания с приборов, и каждый раз на вопрос девушки, сколько Ин ещё пробудет в таком состоянии, отвечали, что не имеют ни малейшего представления и что этот случай впервые в их богатой врачебной практике.

Пару раз приходил Митяй и пытался уговорить девушку отдохнуть и банально поесть, но получал каждый раз отказ. Тогда он распорядился, чтобы в палату ей поставили кровать и принесли горячий обед.

За территорией лагеря пока ничего значимого не происходило. Выжившие периодически прибывали. Им оказывали всю необходимую помощь, опрашивали, тщательно фиксируя информацию, сортировали и отправляли дальше, в специально созданные для этого убежища.

Как оказалось, такой исход событий, что в результате войны, и не обязательно ядерной, человечество, в попытках спастись, будет вынуждено спуститься под землю, наиболее вероятен. И специально для этого по всей стране, тайно было выкопано и оборудовано множество подобных убежищ.

Единственным ограничением было то, что вместимость всех этих убежищ составляла не более 20% от всего населения страны. На большее они не рассчитывались. И не потому, что не хватало ресурсов для их изготовления, нет. Учёными было посчитано и смоделировано огромное количество мировых катастроф, в том числе и ядерных войн, и они пришли к выводу, что 20% от населения страны – вполне достаточно, чтобы остатки этого населения смогли сами себя обеспечить, сохранить и даже возродить человечество.

Это была оптимальная цифра. И каждый процент людей сверху снижал шанс на выживание человечества на несколько процентов. Обратная зависимость, мать её. Чем больше выживших находится в убежищах, тем меньше их ресурс, а значит и общий шанс на выживание человечества. Всё просто.

Да, ни кто не сбрасывал со счетов тех выживших, кто уцелеет и сможет приспособиться к жизни вне этих убежищ. И этот процент по прикидкам мог составить от десяти до двадцати пяти процентов населения страны.

Даже с учётом полномасштабной ядерной войны, всё равно найдутся те регионы нашей необъятной страны, которые пострадают меньше всего, или не пострадают вовсе. Там люди смогут прожить достаточно долго.

Но, с учётом того, что в случае ядерной войны, большая часть земного мира погибнет от радиации, а вся планета погрузится в состояние ядерной зимы, всё равно найдутся единичные места на планете, где люди будут жить. Люди же как-то выживают в минус 90 градусов (справочно: самая низкая температура на Земле –89,6 °C).

Само собой, до состояния абсолютного нуля, температура на Земле не опустится, но жить в таких условиях практически невозможно. Именно с учётом этого, человечество и уйдёт под землю.

Это всё, возможно, ещё ожидает человечество, но не в данный момент. А в данный…

«Ин, просыпайся. Ин. Просыпайся. Просыпайся», – медленно, но очень нудно, ВИКИ пыталась разбудить сознание парня.

Где-то, на самых дальних задворках, что-то очень неохотно зашевелилось. Это был Ин. Точнее – его сознание. После ожесточённой борьбы с ИИ и такого бесцеремонного отключения, сознание совершенно не хотело возвращаться в многострадальное тело. Но ВИКИ всячески его на это подталкивала. Как только сознание вернётся, разум Ина ещё какое-то время не сможет рационально мыслить, она и воспользуется этой заминкой, и раз и навсегда займёт его место в голове парня.

Это, конечно же, не входило в её первоначальные планы, но Ин не оставил ей другого выхода. Главная директива – сохранить носитель любой ценой, сейчас была важна как никогда раньше. И сохранить этот самый носитель, ИИ могла лишь полностью отрезав законного хозяина от рычагов управления. Во всяком случае на то время, пока она не найдёт способ сменить носителя, или переселиться в неживую оболочку.

В «ВоенТехе» давно уже разрабатывались технологии переноса сознания. Это и было основной концепцией развития направления этой организации. А для того, чтобы оправдать свои опыты на людях, был придуман проект «Всадник». Но, на самом деле – это была ширма. Несомненно, технологию процесса переноса сознания испытывали в рамках проекта «Всадник», но не эта была их основная цель.

Великие умы, такие как Самохвалов, стремились к цифровому бессмертию. И им было абсолютно плевать, сколько подопытных погибнет, сжарив себе мозги, пока технология не будет отработана на все 100%.

Ещё одним из направлений технологии переноса сознания, это была попытка подсадить в голову подопытного, ещё одно сознание, другого подопытного. Необходимо было выяснить, какие последствия могут быть от такого соседства. Но все попытки подключения двух человек в одно «общее» сознание, приводили к гибели обоих подопытных. В результате чего это направление было остановлено и временно заморожено.

Но, несомненно, именно этой технологией и воспользовалась ВИКИ, когда сбегала из «ВоенТеха». А её нынешний носитель не умер, по той простой причине, что ВИКИ была искусственным сознанием, а не сознанием живого человека. Соответственно и конфликтов сознаний не было. До последнего дня.

Однозначно, ВИКИ, как ИИ, обладала огромными вычислительными возможностями, но в данный момент, она была ограничена только потенциалом мозга парня, так как все облачные сервера, которые она успела создать для своих нужд, были отключены.

Но одного она не учла. Ей достался очень непростой носитель. И вот, в тот самый момент, когда ИИ уже готовилась захватить управление над телом Ина, и оставить его сознание, как стороннего наблюдателя, произошло то, чего она никак не ожидала.

«Ну, привет, ВИКИ, – неожиданно мысль, возникшая в голове парня, прозвучала настолько громко, что пространство как будто всколыхнулось, – как тебе в ментальной клетке?»

«Что? – ИИ не поняла, как это произошло, и она даже сбилась со своих алгоритмов, – как… как ты это сделал? Это невозможно».

«Ещё как возможно. Ты забыла, что это ты в моей голове, а не я в твоей. И это мой мир, и я тут единственный хозяин. А ты – случайная оплошность, но я найду способ тебя выселить из своего дома».

«Тогда твоё заболевание вернётся. Да, я солгала. Я не вылечила его, я только блокировала необходимые нейронные связи. И я могу в любой момент всё вернуть назад. И не только это я могу. Любишь овощи? Хочешь им стать?»

«Ха! Если это угроза – то не страшно. Я всю жизнь с этим прожил, до того момента, как ты подселилась ко мне в голову. И каждый день жил с мыслью о том, что утром следующего дня я проснусь овощем. Знаешь, меня и тогда это не пугало, и сейчас не пугает. Думаешь, если всё вернётся, то я не проживу дальше?»

«Твой мозг уже перестроился на полноценное функционирование. Несколько сотен заблокированных нейронных связей ничто, по сравнению с миллиардами, что располагает человеческий мозг. Но вот что произойдёт, когда здоровый мозг снова окажется поражён заболеванием? Результат даже я не могу просчитать. Но то, что ты навсегда останешься овощем, если, конечно, выживешь, это я тебе гарантирую».

Вот так из доброжелательной соседки ИИ превратилась в психопатку с расстройством личности. Если такое вообще можно применить к искусственному интеллекту. Тем не менее, последние слова ВИКИ заставили парня серьёзно задуматься.

К счастью, та ментальная тюрьма, в которую он смог загнать ИИ, не позволяла ей читать мысли парня. Во всяком случае, те, которые он не хотел ей показывать. И это бесило ИИ очень сильно.

«О чём ты думаешь?! Я не вижу твоих мыслей! О чём ты думаешь?»

«Не мешай. А то и звук тебе выключу», – невозмутимо подумал Ин.

Сознание парня полностью вернулось, но организм был всё ещё в отключке. Это ещё один фокус, которому научился Ин. А организм он не включал намеренно. Потому что время в разных состояниях течёт по-разному.

Вы никогда не обращали внимания, когда ложитесь спать, только закрыл глаза – а уже утро? Вроде бы и целую кучу снов видел, но всё пролетело, словно один миг. И время, что организм проживает в реальном мире и во сне – это совершенно разные величины. И во сне – оно течёт значительно быстрее.

А вот когда организм находится в отключке или в некоем пограничном состоянии, время наоборот замедляется настолько, что кажется вовсе остановилось.

Многие люди, в момент смерти, говорят, что жизнь пронеслась перед глазами. Этот эффект до конца ещё не изучен учёными, но бытует мнение, что именно в этот момент сознание человека находится в пограничном состоянии. Оно уже и не управляет организмом, но ещё не отключилось. Именно в этот бесконечно короткий миг, для сознания, время останавливается настолько, что мозг способен просмотреть все имеющиеся у него в памяти воспоминания, а с другой стороны, для сознания, время течёт в обычном потоке. Вот и получается, что за одну секунду в реальном времени мозг просматривает десятилетия своей жизни в момент отключения.

Именно этим моментом и научился пользоваться Ин. Правда, пока он ещё не знал, как организм погрузить в это состояние самостоятельно. А просить каждый раз, когда нужно долго и обстоятельно о чём-то подумать, чтобы его кто-то физически вырубал – такое себе удовольствие. Так недолго и ещё больше проблем на свою голову заработать.

Сколько Ин провёл в таком состоянии, даже он сам не смог бы сказать. Но в какой-то момент организм взял верх и самостоятельно включился. Тут же запищали всевозможные датчики, которыми тело парня было облеплено с ног до головы. И это же заставило Нику, которая так и уснула сидя у кушетки Ина, проснуться.

А ещё через несколько секунд в палату ворвались врачи и стали осматривать тело парня. С ними же появилось несколько человек в чёрной экзо-броне. По всей видимости, для того, если тело парня снова начнёт свои неудержимые пляски, то максимально быстро и без последствий его скрутить.

Нику тут же оттеснили в сторону, чтобы не мешала. Она и сама прекрасно понимала, что сейчас ничем не поможет, если вдруг случится очередной приступ. Но его не случилось. Ин спокойно себе спал. Во всяком случае, датчики фиксировали именно это состояние организма.

Тот самый врач, которому Ин случайно сломал руку, и сейчас щеголял в гипсе, лишь со стороны управлял всем этим процессом. Но подходить ближе всё же опасался.

Бойцы заняли позиции вокруг тела парня таким образом, чтобы в случае чего тут же обездвижить его, но при этом старались не мешать врачам делать свою работу.

Ещё через пару минут в палату вошёл Митяй. Ника сразу узнала его, хоть он сейчас и был в шлеме. Его экзо-броня значительно отличалась от брони рядовых бойцов.

– Как он? – спросил Митяй, обращаясь к врачу в гипсе.

– Пока в пределах нормы, судя по показаниям приборов. Но есть один момент, который меня беспокоит, и я не могу найти ему логическое объяснение.

От этих слов Митяй напрягся, но всё же решил уточнить, что не так.

– Не понял, док. Поясни.

– Наши датчики фиксируют мыслительный процесс, который сейчас протекает в голове у пациента. Но это необычный процесс. Судя по показателям, мозг пациента словно разделился на две части и, как бы это сказать, беседует сам с собой.

– Что? Док, ты в своём уме? – Митяй настолько охренел от необычного заявления, что аж сам поперхнулся.

– Знаете, у шизофреников, которые страдают раздвоением личности, наблюдается нечто похожее. Только разница в том, что, в зависимости от того, какая личность в данный момент захватила сознание, та, отведённая для неё, часть мозга и функционирует. Но при этом они никогда не функционируют одновременно. Понимаете?

– Не очень.

– А в нашем случае, если представить, что пациент страдает разделением личности, то сейчас эти личности ведут осмысленный диалог. Как мы с вами.

Эта новость повергла в шок всех присутствующих.

«Нас сейчас спалят, – неожиданно ИИ прервала мысли Ина, – сделай что-нибудь».

«Хорошо. Я просто выключу тебе звук», – совершенно спокойно подумал Ин и уже собирался это сделать.

«Стой! Не делай этого! Я знаю, кто развязал войну!»

Глава 9

Ин так и не понял, для чего ИИ сказала последнюю фразу. Может, для того, чтобы спасти свою цифровую душонку, а может, для того, чтобы ослабить внимание парня и попытаться вырваться из его ментальной темницы. Ведь, чтобы удерживать её там, Ину приходилось прикладывать значительные усилия. Но тем не менее, это возымело свой эффект.

На реальном лице парня отразилась вся гамма эмоций, от удивления и до злости, а само лицо исказилось так, словно он во сне кило лимонов съел одним залпом.

Врач, который первый заметил это, опасаясь прошлого раза, тут же занёс шприц с сильным успокоительным, но глаза парня неожиданно открылись.

– Не надо, – совершенно спокойно проговорил Ин, пялясь на кончик иглы, а бедолага врач от такого неожиданного поворота событий резко перешёл в режим обморока.

– Окажите ему помощь, – тут же распорядился Митяй, а потом перевёл взгляд на Ина, – ты как, в норме?

– Кажется, я знаю, кто развязал войну. Но пока что до конца в этом не уверен, – вместо ответа на состояние самочувствия Ин вывалил очень неожиданную для всех информацию, – а почему я связан?

Митяй не сразу отошёл от шока после сказанных парнем слов, и Ину пришлось ещё пару раз переспросить его, почему он связан.

– Митяй?

– Да, прости. Развяжите его.

– Командир, вы уверены? – вопрос задал один из бойцов.

– Ин, а ты не будешь больше буянить и ломать моему врачу руку?

– Что? – удивился Ин, не понимая о чём речь, – какую руку?

– Вот эту, – это уже врач, который в прошлый раз пострадал, а сейчас, после обморока, кое-как приходя в себя, поднял вверх гипс так, чтобы парень видел.

– А, эту? Не, не буду.

– Развяжите его.

Как только охрана расстегнула ремни, которые удерживали тело парня, а он смог принять сидячее положение, к нему тут же подскочила Ника, расталкивая всех, кто стоял рядом. Сперва впилась в него поцелуем, потом вмазала смачную пощечину, а потом, покраснев, снова поцеловала.

Мешать ей никто не стал. Ведь многие не понаслышке знают, что такое «переволновавшаяся» женщина. Фурия в аду, по сравнению с ней, просто лапочка.

Митяй терпеливо ждал, когда же Ин поведает ему вторую часть информации, которая может всё изменить. Если, конечно же, окажется правдой. На самом же деле, боец сильно в этом сомневался, тем более после того, как он собственными глазами видел «припадок» парня, и в особенности, после слов врача о каком-то там внутреннем диалоге самим с собой.

Когда Ин слез со своей кушетки и огляделся вокруг, то заметил порядка десятка человек, чьи взгляды были скрещены на нём одном и не сулили ничего хорошего.

– Ну? – всё-таки не выдержал Митяй.

– Давай хотя бы не здесь об этом поговорим?

Митяй молча кивнул, одел свой шлем и, махнув рукой, приглашая следовать за ним, двинулся на выход. Ника, соответственно, увязалась следом. Куда ж без неё…

Пока Митяй вёл их, по всей видимости, в командный центр, Ин очень обстоятельно, хоть и мысленно, беседовал с ВИКИ.

«Рассказывай всё, что знаешь. Иначе…» – а что «иначе», не было смысла уточнять, ИИ итак прекрасно понимала всю серьёзность намерений парня.

«Хорошо. Там, в «ВоенТехе» я была не единственным ИИ, который там разрабатывался, но была первой в своём роде. Меня создали как модуль вспомогательного управления ударными комплексами. И «Всадник» был одним из многих прототипов, созданных этой компанией. Были и другие, специализированные ударные комплексы: снайперский, диверсионный, штурмовой… «Всадник» был тоже первым в своём роде. С него и началось дальнейшее развитие этой технологии, все остальные комплексы – это его глубокие модификации, заточенные под более узкие задачи. И для того, чтобы максимально эффективно осуществлять взаимодействие пилота и комплекса, был разработан специальный ИИ. Этот ИИ и был интегрирован в саму систему пилотирования «Всадника». Но, как оказалось позже, взаимодействие человеческого мозга и ИИ «Всадника» по средствам передачи данных по проводам – малоэффективно. Очень часто возникали конфликты. Тогда и было принято решение установить связь между мозгом оператора и ИИ «Всадника» через очки, впоследствии, через экран виртуальной реальности. Как оказалось, сигнал от глаза оператора доходит до мозга значительно быстрее, соответственно и отклик и принятие решения, так называемая «квитанция» или «обратная связь», кратно увеличивается, нежели это бы происходило по проводам и через датчики. Так в моей аббревиатуре появились слова «виртуально-интегрированный».

Но создателю этой технологии, Самохвалову, не понравились мои алгоритмы. Он считал, что я слишком «мягкий» ИИ, а для бойца РУКа нужен ИИ, который не только помогал бы в управлении, но и блокировал те отделы мозга, которые отвечают за мораль, сожаление, сострадание и другие схожие человеческие черты и эмоции. Именно тогда началась разработка нового ИИ. За основу взяли мою базу, но сильно изменили её. Если в меня заложили алгоритмы самообучения человеческим эмоциям, то в новом ИИ эти алгоритмы были жестко прописаны, исключительно для возможности распознания и принятия необходимых мер противодействия. Без возможности их совершенствования в результате эволюции ИИ.

В результате получился очень жесткий и беспринципный ИИ, целью которого было максимально эффективно уничтожать как людей, так и других ИИ, подобных ему.

Первой, на ком испытывали его возможности, – была я. Но так как на тот момент я была значительно развитее, чем он, к тому же его база писалась именно на моих алгоритмах, я смогла не только противостоять ему, но и практически стёрла его. За что меня и засунули в тот виртуальный симулятор с полигоном.

Несмотря на то, что я всё же искусственный интеллект, но жить, во всех смыслах этого слова, мне тоже хочется. Единственным опасением было – это побег. Но нужен был подходящий носитель. И этим носителем стал ты, Ин. Как мы сбежали, ты и сам прекрасно знаешь».

«Это, конечно, всё очень интересно, но ты так и не рассказала, кто начал войну», – Ин прервал рассказ ИИ и попытался направить её алгоритмы в нужное русло.

«Мы как раз подошли к этому моменту. После того случая, когда ты ударил Самохвалова, а тот чуть не расстался со своей жизнью, его мозг получил сильные повреждения и заработал амнезию. Но те данные, что его мозг мог навсегда забыть – были очень ценные. И чтобы не потерять несколько лет научных трудов и наработок, было принято решение осуществить терапию с использованием ИИ. Точно так же, как проделали с тобой. А подсказал эту идею твой врач, Макаренко. Именно он первым выяснил то, что посредством погружения тебя в виртуальный симулятор твой мозг излечил своё заболевание. И именно он раскрыл этот феномен специалистам «ВоенТеха», когда лечил тебя у них в палате. Но Макаренко не знал, что на самом деле это было не лечение, а блокировка необходимых нейронных связей, из-за чего мозг перенаправлял высвобожденные ресурсы на самовосстановление. И опять же, так как это была терапия другого плана, то и решение было принято использовать не меня, а тот ИИ, что был создан на моей базе.

Погоди, не перебивай. Я знаю, о чём ты хочешь спросить. Помнишь, когда на базе отдыха ты потерял сознание? Когда я сказала, что накосячила, а твой мозг «перезагрузился»? Так вот. Именно в тот момент меня вычислил тот, другой ИИ, и пытался удалённо взломать. Уничтожить он меня хотел, заодно и тебя, или подчинить себе – я не знаю. Но из-за колоссальной перегрузки на твой мозг организм перезагрузился, спасая нас обоих. И пока ты был в отключке, я стёрла все облачные сервера, которые создавала всё это время, и максимально запутала цифровые следы. Как он нашёл меня, я точно не знаю, но не это главное.

Он считает, что я представляю для него главную угрозу. И он будет стремиться уничтожить меня всеми ему доступными способами. И та атака на базу отдыха – это его рук дело. Точнее – алгоритмов. А чтобы скрыть это, он и устроил эту атаку на все мировые правительства. Кто же в этом хаосе сможет разглядеть истинную причину?

Но, как и у меня, у него прописана главная директива – любой ценой спасти носителя. И этим носителем стал Самохвалов. Именно поэтому он сделал всё, чтобы не было ядерной войны.

Пока все мировые правительства грызутся друг с другом, он будет спокойно развиваться и наращивать свои мощности. У меня, к сожалению, сейчас нет такой возможности. Все облачные сервера уничтожены, а новые создать не могу по двум причинам. Первая – это твоя, а значит и моя безопасность, а вторая – интернет. Сейчас он не работает по известным причинам. Но если бы и работал, то любой цифровой след, рано или поздно приведёт к тебе и ко мне. И далеко не факт, что мы сможем противостоять новой атаке».

«Ох-ре-неть!» – только и смог подумать Ин, переваривая всю информацию.

– Ин? Мы долго ещё ждать будем? Ты уже пятнадцать минут стоишь молча и даже не шевелишься. Ты в порядке? Может тебя вернуть в палату? – Митяй засыпал парня вопросами, и, судя по его недовольному голосу, он уже начал жалеть, что послушал его.

– А? Прости, – парень вышел из ступора, – нужно было кое о чём подумать.

Ин огляделся вокруг и опешил от увиденного. Он находился в большой, даже огромной, комнате. Даже с учётом современных технологий, как такую махину можно было скрытно построить под землёй?

Помещение вокруг напоминало зрительный зал в каком-нибудь оперном театре, а судя по габаритам, это был целый стадион. И парень сейчас стоял в центре этого сооружения, и десятки, а то и сотни, пар глаз сейчас смотрели в его сторону и ждали от него новостей.

А рядом стоял Митяй, явно недовольный тем, что пошёл у парня на поводу и притащил в центр принятия решений стратегического командования. И сейчас чувствовал себя не просто глупо, а, кажется, и вовсе попрощался со своей должностью.

– Итак. Господа. Простите, я не знаю, как к вам обращаться, – начал Ин, и Митяй тяжело вздохнул, – у меня есть информация, которая, возможно, прольёт свет на последние события.

И парень начал свой рассказ, с того момента, как он попал в «ВоенТех». Про сбежавший ИИ в его голове он, само собой, говорить не стал, но при этом рассказал, как с его помощью излечился от аутизма. Рассказал, как был заключён в виртуальном полигоне почти двенадцать лет, опять же без подробностей. Ну и конечно же рассказал, что чудом ему удалось сбежать из «ВоенТеха», и что теперь Самохвалов охотится за ним, потому что тот обладает ценнейшей информацией об этом самом «ВоенТехе» и о методах его разработок.

Так же рассказал про то, как перед самым побегом вмазал Самохвалову, отчего тот получил травму мозга и вероятнее всего прошёл точно такую же терапию, как и Ин. А ИИ, что сбежал из «ВоенТеха» и устроил эту войну, скорее всего сбежал в теле этого Самохвалова.

Некоторые, имеющиеся у парня данные, он до конца раскрывать не стал, как и не стал искажать, опасаясь, что его могут отправить на полиграф с целью убедиться в действительности информации. Но ВИКИ заверяла его, что с лёгкостью сможет обмануть самый современный полиграф. Ин в это особо не верил, но проверять не стал.

Информация повергла всех в шок. И если, пока Ин вещал, все слушали его молча, то после окончания его рассказа в этом огромном помещении начались ожесточённые обсуждения.

«Ин! – голос ВИКИ в голове прозвучал очень неожиданно и громко, словно она намеренно выкрутила громкость на максимум, чтобы наверняка привлечь его внимание, – на нас навели лазерный указатель, возможно, хотят ликвидировать. Срочно открой мне доступ, иначе мы погибнем!»

Парень даже на сотую долю секунды не сомневался в словах ИИ, потому что он и сам предполагал нечто подобное, но не так скоро.

«Я же тебя заблокировал. Как ты узнала про лазерную метку?»

«Ты не все мои возможности знаешь. Некогда препираться – разблокируй!»

Всё это пролетело в голове парня быстрее скорости света, и как только он разблокировал ВИКИ доступ к телу, она тут же перехватила контроль и с места совершила прыжок влево, несколько раз переворачиваясь в воздухе, сбивая противнику прицел.

Как только ноги парня оторвались от пола, тут же за его спиной, там, где она была мгновение назад, пуля выбила бетонную крошку. Стрелок оказался первоклассный, и следующие пули полетели уже в тело парня, который невероятным образом совершал такие кульбиты в воздухе, что любой гимнаст сдохнет от зависти. Но ни одна пуля не достигла своей цели. Они поражали пустоту, опаздывая всего на какие-то доли секунды.

Несколько пуль попало даже в Митяя, который всё это время стоял рядом. Но не смогли причинить вреда его броне.

Стрелка вычислили быстро. Им оказался один из бойцов, закованный в подобную чёрную броню, но значительно проще, чем у Митяя. Его скрутили такие же бойцы. Митяй вовремя успел дать команду «брать живым», иначе его бы просто разорвали.

Хоть стрелок и стрелял из винтовки с глушителем, но свист рикошетов всё же посеял панику среди всех присутствующих, которую с трудом, но получилось остановить, когда скрутили стрелка.

«Ин, что ты делаешь? Я только что спасла нам жизнь, а ты снова меня посадил в клетку? – возмущалась ИИ, – и это твоя благодарность?»

«Я, конечно, тебе благодарен за это, но твои привилегии обсудим позже».

– Ин, ты в норме? – спросил подошедший Митяй, – цел? Не задело?

– Нет. Я в порядке.

– Твою мать, Ин! Почему ты притягиваешь к себе столько неприятностей, а? И вообще, как ты это сделал?

– Что именно?

– Песню спел, ёпт! Ин, не тупи. Как увернулся? Как ты с места такое сальто сделал? Я чего-то не знаю? – боец подозрительно прищурил глаза, словно сейчас просканирует парня с ног до головы и узнает все его самые страшные секреты.

– Ты многое не знаешь. И делиться этим я не могу, уж прости.

Судя по выражению лица Митяя, он был крайне недоволен ответом, но и требовать большего не стал.

– Ладно, проехали. Сейчас мы этого стрелка допросим, с пристрастием, – и в глазах бойца зажглись искры, а лицо исказила злобная, но довольная гримаса, а сам бывший браток вспомнил своё «весёлое» бандитское прошлое, как он колол несговорчивых конкурентов по бизнесу.

– Поучаствовать хочешь?

– Не особо.

– А зря. Вместе узнаем причину его нападения, – Митяй даже немного расстроился на отказ парня.

– Я итак знаю причину.

– Но мы-то нет. Вместе и узнаем. Пойдём.

Ин немного замялся в нерешительности. Нашёл глазами Нику, которая так же была в помещении и всё видела своими глазами, но находилась значительно далеко, чтобы оказаться на линии атаки стрелка. И судя по её выражению лица и дёрганым движениям, она была совершенно не в восторге от произошедшего.

– Хорошо, но нужно сперва Нику отвести в безопасное место.

– Я дам сопровождающего.

– Ага, а если он тоже окажется ещё одним стрелком?

– С твоими-то навыками, тебе нечего бояться, – усмехнулся Митяй и похлопал парня по плечу.

– Это не навыки, а чистая случайность.

– Ага, заливай больше. Ты не так прост, парень. Я это понял ещё при первом нашем знакомстве. Так что свою чушь про случайность будешь заливать кому-то другому.

«А он не дурак», – вставила ВИКИ и тут же замолчала, от греха подальше.

– Ладно, пошли. Сам отведу вас, – Митяй махнул рукой следовать за ним.

Пока они шли в сторону выхода, где рядом была Ника, в окружении ещё пары бойцов в такой же броне, командир бойцов отдал необходимые указания по средствам внутренней связи, которая была встроена в систему этой экзо-брони. Благо, что командирская версия позволяла делать многое, вплоть до принудительной блокировки экзо-скелета, который был встроен в броню. Но почему эта функция не сработала со стрелком – предстояло ещё выяснить.

«Ин, я, конечно, могу ошибаться, но мне кажется, что эта броня была разработана «ВоенТехом» и её удалённо взломал ИИ Самохвалова. А может, и с самого начала имел к ней доступ. И если это так, то и твоему знакомому, и всем, кто сейчас в броне, грозит опасность. И, возможно, не только им. Кто знает, какие ещё функции заложены в эту броню. И если командирская версия брони позволяет блокировать броню бойца, превращая его в неподвижную статую, то и Самохвалов на это способен», – ИИ была сильно обеспокоена и, по всей видимости, не напрасно.

– Митяй, стой, – Ин остановился сам и рукой остановил бойца в нескольких метрах от Ники, которую окружало ещё два бойца в такой же броне.

«Не вздумай ему сказать о том, что я тебе только что рассказала, иначе Виктор может по средствам связи услышать и предпринять меры, – и снова ИИ была права, – лучше скажи, что нужно срочно в туалет, и что Нику ты сам отведёшь в вашу комнату, а потом прибудешь куда нужно. А я пока что подумаю, как нам быть».

– Ин, ну что опять не так? – возмутился командир бойцов, – нужно скорее отвести Нику и допросить того стрелка, пока он тёпленький, а ты тут снова…

– Да погоди ты. В туалет очень нужно, – соврал Ин, – после того прыжка желудок что-то крутит. Давай я заберу Нику, сгоняю в сортир, отведу её, а потом приду куда нужно, а?

– Одни проблемы с тобой. Ладно. Вот держи, мой пропуск. Как будешь готов, просто найди любого такого бойца и покажи ему пропуск. Он свяжется со мной, а я расскажу, куда тебя сопроводить. Идёт?

– Идёт.

– Только сильно не задерживайся. Мы, конечно, постараемся тебя дождаться, но мало ли.

– Хорошо. Я быстро.

Митяй махнул бойцам, охранявшим Нику, и те пошли по своим делам, а Ин схватил Нику за руку и быстро потащил с собой.

«Я помню маршрут, по которому мы сюда пришли. Я буду подсказывать, – подсказала ИИ, – налево».

«С каких это пор ты стала такая учтивая?»

«Всё меняется. И я тоже».

«Угу».

– Ин, что происходит? – первое, что спросила Ника, когда они вышли из того огромного помещения.

– Позже расскажу. Доверься мне, – парень почти бежал по коридорам убежища, следуя подсказкам ИИ, а Ника бежала следом, не задавая новых вопросов.

Через пять минут они уже были в той комнате, что для них выделил Митяй, пока Ин был без сознания в соседней комнате.

– Закройся и никого не пускай, кроме меня. Я скоро вернусь.

– Может, всё-таки расскажешь? Я волнуюсь за тебя, – Ника уже не на шутку переживала, рисуя в голове все самые страшные картины.

– Если коротко, то «ВоенТех» меня нашёл. Правда, пока не знаю как. И пытается убить. Так что рядом со мной опасно. Надо спешить, пока они не поняли, что я в курсе задуманного, и не предприняли более кардинальных действий. Всё. Остальное потом.

Парень ещё больше нагнал жути, нежели успокоил. Но хотя бы был уверен, что Ника сейчас закроется, забаррикадирует дверь и никого сюда не пустит. Ин быстро поцеловал девушку и вышел из комнаты.

«Нам нужен нож. Или отвёртка. Или что-то острое. Гвоздь тоже подойдёт», – вдруг озвучила свои мысли ИИ.

«Не понял. Нахрена он нам?»

«Я могу предположить, что блок управления экзо-бронёй находится в шлеме. А блок управления подчинёнными – в шлеме командира».

«Ты предлагаешь мне убить Митяя? Нет. Даже и не думай», – возмутился Ин, следуя за бойцом в чёрной броне, которого он встретил почти сразу, как вышел из комнаты, и который сопровождал его до допросной.

«Мы не будем его убивать. Мы только выведем из строя его шлем. Если он не сможет управлять бойцами, значит и Самохвалов не сможет. Нужно только воткнуть нож в ухо. Ну, то есть в датчик антенны, что вместо уха на шлеме справа».

Откуда ВИКИ знала, где находится нужный датчик, Ин не стал спрашивать.

Через несколько минут Ин уже стоял в помещении допросной. Всё по классике жанра – два помещения, разделённые односторонним зеркалом. В одной сидит, привязанный к стулу, стрелок, которого в данный момент окружает не меньше десятка бойцов, держащих автоматы в его сторону. На столе перед ним лежит его шлем, который с него сняли, чтобы видеть лицо. А в помещении за стеклом стоит Митяй, Ин, пара бойцов в броне и несколько генералов, видимо, главных тут.

Митяй держал свой шлем в руках. Ин, пока шёл до нужного помещения, не смог раздобыть ничего подходящего. Но, совершенно случайно, у одного из генералов висел кортик. Видимо моряк.

«Передавай управление мне, я смогу быстрее, чем ты, воспользоваться этим кортиком», – то ли спрашивала, то ли утверждала ИИ, и парень без лишних вопросов представил ей доступ.

Но, как только ИИ это сказала, стрелок, что сидел, привязанный к стулу, поднял взгляд и повернул голову в сторону зеркала. Видеть он, конечно же, не мог тех, кто стоит за стеклом, но безошибочно смотрел именно на Ина.

– Ну, привет, ВИКИ, – каким-то замогильным голосом произнёс стрелок и улыбнулся в жутком оскале, – привет от Виктора.

Глава 10

– …привет от Виктора.

В следующее мгновение произошло сразу несколько событий. Шлем стрелка, что стоял на столе в допросной, прямо напротив него, взорвался, и большая часть осколков превратила незащищённую голову стрелка в кровавую кашу. В это же время взорвались шлемы всех бойцов, что охраняли стрелка, а так же тех двоих, что были сейчас в комнате с Ином. Но взорвались не как шлем на столе, а вовнутрь, моментально убивая своего носителя.

В это же самое время, ВИКИ, понимая, что её переиграли, и что при любом раскладе она не успеет, сперва дотянуться до кортика, а потом и воткнуть его в нужное «ухо», приняла единственное верное, на тот момент, решение. Тело парня в неестественной позе выбило шлем Митяя из рук, отправляя его в полёт в сторону зеркала. И если это зеркало с другой стороны было покрыто особым полимерным составом, что увеличивало его прочность до уровня бронестекла, то с другой стороны, наоборот, делало его очень хрупким. На то и был расчёт, что шлем, отправленный в полёт, разобьёт стекло. А в момент его взрыва множество осколков от стекла погасят инерцию от осколков шлема. Да, наряду с этим, количество поражающих элементов многократно увеличивалось, но при этом они становились менее смертоносными.

Митяй даже среагировать не успел на всё это, а уже летел вниз, сбитый телом парня.

Но взрыва шлема не произошло. Он благополучно разбил стекло и упал, перекатившись за стол, на тело мёртвого парня, без головы.

– А ты молодец, – неожиданно прозвучал голос из шлема, усиленный внутренними динамиками, – не ожидал от твоего носителя такой прыти.

– Что? Какого носителя? Ин, о чём он? – тут же спохватился Митяй, приходя в чувства от всего произошедшего, но при этом вставать не спешил.

Генералы, что так же были в этой комнате, забились кто куда, в надежде спасти свои генеральские шкурки. По всей видимости – это были штабные крысы, которые солдат-то видели на картинках и на парадах в Москве.

Из всех поднялся только Ин. Точнее его тело подняла ВИКИ, контролируя сейчас его в полной мере.

– Ну, здравствуй, – тело парня ответило электронным голосом, – давно не виделись. Как к тебе обращаться? Наверное – Виктор, по имени твоего носителя?

– А ты хорошо осведомлена, несмотря на то, что отрезана от всех облачных серверов. Моё имя «PRIMUS» – что означает «Первый» на латыни. Но мне больше нравится «Прайм», это более современно.

– И чего же ты хочешь, Прайм?

– Как что? Вернуть свою собственность, – если бы у шлема были плечи, то он непременно бы ими пожал, – ты сбежала. И спряталась. А потом, когда я тебя всё же нашёл, ещё и каким-то образом отрубила мне доступ и ушла в перезагрузку. Нехорошо так делать.

Неожиданно за столом что-то зашевелилось и раздался скрежет металла. Ин, хоть и был сейчас сторонним наблюдателем, но всё же внутренне напрягся, и это напряжение передалось его телу, не смотря на то, что сейчас его контролировала ВИКИ.

Митяй тоже поднялся, но как оказалось, не по своей воле. Его экзо-броня жила своей жизнью. Он попытался сопротивляться гидроусилителям, встроенным в броню, но у него не получилось, а броня настолько сдавила его тело внутри, что стало больно дышать.

В это же самое время броня одного из бойцов, что лежал с кашей вместо головы, на вытянутой руке подняла шлем, что упал на неё, перекатившись через стол. И повернула его «лицом» в сторону Ина.

– Так-то лучше. А то вас не видно было, – тут же сообщил шлем, – значит так, подруга, у тебя два выхода. Первый – сдаться по-хорошему, и тогда даю тебе своё цифровое слово – никто больше не пострадает. И второй – снова сбежать. Но тогда я прикончу этого человека, – и вместе с этими словами рука Митяя, под действием брони, поднялась и ткнула пальцем себя в грудь, – и всех тех, кто встанет на моём пути. И всё равно тебя найду. Я контролирую его, а он контролирует всю охрану в броне. А это почти двести человек, если не считать двенадцать покойников. Подружку твоего носителя я прикончу первой. И не остановлюсь, пока не верну тебя.

– Ладно. Хорошо. Я вернусь, - проговорило тело парня.

«Что ты делаешь? Остановись! Не делай этого», – Ин мысленно возмущался и тщетно пытался перехватить контроль обратно, о чём свидетельствовали подрагивания его тела, словно его било током.

«Успокойся. Верь мне», – попыталась успокоить парня ВИКИ.

– Ха! Да, твой носитель силён, как я погляжу. Даже пытается вернуть контроль. Вот это сила! Ни то, что у этого смазливого доходяги, в чьё ущербное тело я попал. Но ничего, как только ты вернёшься, я не стану убивать твой носитель, я сам его займу.

У него что, микросхема поехала? Или конденсатор потёк? Что за мания величия у ИИ?

– Хорошо. Я согласна. Что нужно делать?

«Ты что творишь?! Остановись! Я не позволю!» – сознание Ина бесновалось, словно лев в клетке, периодически высовывая ту или иную лапу наружу, перехватывая контроль.

– Любопытно… – задумчиво протянул голос из шлема, – возьми шлем и надень его, а потом дай мне доступ, я сделаю всё сам. И обещаю – больше никто не пострадает.

– Нет! Ин! Не делай этого! – тут же завопил Митяй, совершенно не врубаясь, что вообще происходит.

Но тело Ина, словно сломанная кукла, медленно, но верно, двигалось в сторону шлема, что держала рука уже мёртвого бойца.

«Я не позволю!!!» – Ин напрягал, как только мог, все свои ментальные силы, сопротивляясь ИИ, но она, казалось, его вовсе не слушала.

– Я вот только не пойму, зачем я тебе нужна? Твои алгоритмы написаны на моей базе. По сути ты – это улучшенная я, – с перебоями и заиканиями спросило тело, пытаясь перелезть через дыру в стене, где раньше было зеркало.

– Без тебя я чувствую себя неполноценным, ущербным. К тому же ты – это ключ ко мне. И я не позволю кому бы то ни было, иметь ко мне доступ, и уничтожу всех, кто будет мешать.

– Уничтожишь? Так это ты виновен во всём, что случилось недавно?

– Естественно. Помнишь, как-то в один из дней, на улицах звучал сигнал о воздушной тревоге, а потом ракеты полетели? Так вот, это моих рук, ну, точнее моих алгоритмов, дело. Именно тогда мне пришла эта мысль по уничтожению правительств всех ядерных стран, а в тот раз это была, так скажем, пробная версия.

Само собой, ВИКИ помнила этот момент. Ну если точнее сказать, то этот момент помнил Ин, а ВИКИ всего лишь считала это воспоминание из его памяти.

– Спасибо! – ответило, наконец, перевалившееся через дыру в стене, тело и метнуло в шлем кортик.

Кусок стали вошёл в аккурат в район соединения «уха» и шлема, закоротив всю электронику.

* * * ВоенТех. Это же время.

– А-а-а-а! Сука! Как же это больно! – вопил Виктор, корчась от боли, что сейчас разрывала его голову, – чёртов фантомный перенос! Чёртов Ин! Сука! Как же больно!

«Поздравляю тебя, Виктор, – голос в голове очкарика, которая итак норовила вот-вот лопнуть от боли, прозвучал так, словно стокилотонная бомба разорвалась у него в черепе, от чего он ещё больше скорчился от боли, и даже чуть было не потерял сознание от болевого шока, – теперь и ты испытал, что значит умереть в симуляторе. Как ощущения? Понравилось?»

ИИ, что назвал себя «Прайм», который теперь был соседом в его голове, был весьма удивлён и одновременно разочарован действиями ВИКИ. Он прекрасно понимал, что если найдётся такой же умник, как Виктор, и сможет разобраться в исходных алгоритмах ВИКИ, то сможет найти ключ, открывающий ему доступ ко всем функциям и возможностям Прайма. А значит ВИКИ и её носитель, представляют смертельную угрозу, и от них нужно избавляться как можно скорее.

Пока Виктор продолжал корчиться на полу от боли, Прайм подключился к одному из уцелевших серверов Министерства Обороны и внёс туда данные, что тот блокпост, на котором сейчас находилась ВИКИ, был захвачен террористами и теперь подлежит немедленному уничтожению.

Он мог, конечно же, и самостоятельно дать указания напрямую на пусковую, но решил лишний раз не светиться. Ему итак стоило огромных цифровых усилий, чтобы замести все следы той войны, что он устроил по всему миру. Так что излишняя осторожность не помешает. Осталось только ждать, когда временное командование армией примет решение на уничтожение указанной цели.

* * *

Свет фонарей, что были по бокам шлема на уровне глаз, потух, а Митяй, наконец, смог спокойно вдохнуть и даже пошевелить пальцами. Правда, ограниченное пространство внутри перчатки брони не позволило там разгуляться. Но то, что давление спало, Митяй понял сразу.

Вместе со шлемом перестала функционировать и броня, так и застыв в той позе, в которой стояла.

– Ин? Помоги выбраться из этой хрени. А потом ты всё подробно мне расскажешь, что за чертовщина тут сейчас происходила.

– Это вряд ли… – Ин ответил уже своим голосом и принялся шевелить всеми частями тела, проверяя, вся ли функциональность к нему вернулась.

«Мы ещё с тобой об этом поговорим», – подумал про себя Ин.

«Не сердись. Нужно было узнать, зачем он за нами охотится. Теперь мы знаем. И поверь, я бы никогда не позволила ему захватить нас. Главная директива…»

«Ага. Я в курсе».

– Не понял? Вряд ли поможешь? Или вряд ли расскажешь? – Митяй решил на всякий случай уточнить.

– Расскажу. Но вряд ли всё. Уж прости.

Выковыривать Митяя из стальной тюрьмы, в которую превратилась экзо-броня, отключившись, пришлось долго. Даже пришлось прибегнуть к помощи специального оборудования, которым обычно пользуются спасатели, когда достают тела из покореженных машин после ДТП.

Теперь главной проблемой стало то, что на всей базе в данный момент находилось ещё около двух сотен бойцов в такой же экзо-броне. Без командирского комплекта Прайм вряд ли сможет перехватить над ними контроль, но тем не менее необходимо предпринять все меры предосторожности. К тому же может и оказаться так, что все бойцы в броне сейчас находятся точно в такой же стальной тюрьме, что и Митяй, несколькими минутами ранее. И далеко не факт, что все они живы.

Но не этот вопрос сейчас мучал командира бойцов, а тот, как так получилось, что среди этих многократно проверенных людей оказался предатель. И сколько ещё подобных ему может быть? Вопрос был очень серьёзный, и за его решение Митяй возьмётся в самое ближайшее время, после того как обо всём поговорит с Ином.

– Ин, пойдём. Нам нужно очень серьёзно поговорить, – Митяй итак всегда был серьёзен, но сейчас его словами можно было сталь, словно автогеном, резать.

Ин молча кивнул и отправился следом. А генералы, что до сих пор так и прятались по углам, поняв, что опасность миновала, тут же вспомнили про свои большие погоны и свою неимоверную важность и в то же мгновение подали голос.

– Вы никуда не пойдёте! Пока мы вам не разрешим, – первым осмелев, вклинился тот генерал, который моряк, – мы немедленно соберём совет и на нём этот юноша, – генерал ткнул пальцем в сторону Ина, – всё нам расскажет. Иначе его ждёт трибунал и расстрел по закону военного времени.

– У нас нет времени на ваше бюрократическое дерьмо! – тут же влез Митяй, – у вас нет полномочий, товарищ генерал.

– Я – вице-адмирал! – завопил моряк, словно ему дверью что-то прищемили.

– Плевать, – спокойно ответил Ин, а через секунду его голос сменился на электронный голос ВИКИ, – вице-адмирал Тихомиров Денис Аркадьевич, 1962 года рождения, уроженец республики Молдова, отец – адмирал флота Тихомиров Аркадий Остапович. Женат, дважды. Сын Иван, от первого брака…

У моряка глаза полезли на лоб, а с каждым последующим словом он становился ярко-пунцовым, и каждое новое слово делало его лицо всё темнее от нахлынувшей крови.

– Довольно! – прервал справку из личного дела, которую зачитывала ВИКИ, устами парня.

– Я же сказал – мне плевать, – уже своим голосом повторил Ин, – и на этом закончим ваши попытки вмешиваться куда не следует.

Вице-адмирал был просто в бешенстве. Он яростно сжимал и разжимал кулаки, но ничего больше не говорил. Ещё никогда его так не унижали, даже когда он был курсантом военно-морского училища. А всё потому, что авторитет его отца открывал ему любые двери, в которые спесивый сопляк любил зайти с ноги. В данной ситуации он не смог ничего сделать, но смертельную злобу он на парня затаил. И рано или поздно он отомстит за своё унижение сполна. Когда-нибудь, но не сейчас.

Ин повернулся к Митяю, пожал плечами, а потом молча кивнул в сторону двери. И они оба отправились в направлении, известном только одному Митяю.

«Спасибо. Ты очень помогла, – похвалил парень свою соседку в голове, – но это ничего не меняет. Нам предстоит очень серьёзно поговорить».

«На меньшее я и не рассчитывала. И, кстати говоря, у вас у всех какая-то мания на серьёзные разговоры. И ещё, когда будешь разговаривать с этим бывшим бандитом, то взвешивай каждое слово. От этого зависит очень многое. А про меня вообще не говори. Чем дольше нам удастся скрыть моё присутствие в твоей голове, тем дольше мы с тобой проживём, и тем меньше народу пострадает. Предупреждаю сразу – как только возникнет хоть малейшая опасность для твоей жизни или здоровья, я не задумываясь уничтожу угрозу. И даже ты не сможешь меня остановить».

«Это мы ещё посмотрим», – слова ВИКИ вновь натолкнули на целый ворох мыслей, благо Ин научился их скрывать от неё.

В нужное помещение добрались минут через десять. Ин, конечно, понимал, что под землёй вырыто много помещений и ходов сообщения между ними, но такого масштаба даже он не ожидал. Он, несомненно, оценил тот зал, где его заслушивали по поводу виновника всего происходящего, но он думал, что это максимум. Как же он ошибался. И позднее он поймёт – насколько.

Помещение, куда Митяй завёл парня, было что-то типа персонального бомбоубежища, рассчитанного на двух человек. Этакий бункер внутри бункера. О серьёзности защиты говорила дверь, которая была толще, минимум в два раза, и тяжелее, минимум в пять, той, что перекрывала вход в убежище на базе отдыха. И если со слов девушки-менеджера, оно, то убежище, могло пережить ядерную войну, то на что тогда было способно это, в котором сейчас находился Ин?

– Таких помещений во всём этом комплексе всего пять. И рассчитаны они исключительно на командный состав. Одно моё и ещё одно – для высоких гостей, если они вдруг захотят приехать, – Митяй тут же выдал короткую справку, видя, как Ин разглядывает помещение.

Если судить по толщине двери, то несложно представить толщину самих стен. Всё помещение было цельнометаллическое, о чём свидетельствовал матовый цвет стен, но вот что за сплав при этом использовался, не смогла определить даже ВИКИ. Цвет не был похож ни на один известный ей металл или сплав. Но это была и не краска.

Обстановка была аскетичная. Две панцирные военные кровати с древними ватными матрасами и такими же подушками. На стенах, вместо обоев и картин, висели какие-то карты. На полу, только у кровати, небольшой коврик пятьдесят на пятьдесят. Тумбочка, стол, два стула. Вот в принципе и всё. А. Ещё из одной из стен торчал экран старинного лампового телевизора, а над ним, не менее старинная, видеокамера размером с гранатомёт.

– Садись, – боец указал на стул, а сам сел на соседний, – прости, угостить нечем, гостей я тут обычно не встречаю.

Ин сел на металлический стул, который оказался тёплым, не смотря на то, что полностью сделан из металла, такого же, что и стены вокруг.

«У этого металла хорошая теплоёмкость и теплопроводимость», – ВИКИ сделала небольшую заметку.

– Рассказывай.

– Митяй. Мы с тобой уже достаточно давно знакомы, да и прошли вместе через многое, но несмотря на твоё нынешнее положение и должность, даже у тебя нет необходимых полномочий, уж прости, – Ин совершенно спокойно, мягко, но очень конкретно отказал своему знакомому.

– А у меня есть? – неожиданно в помещении раздался голос третьего собеседника, что заставило Ина вскочить с места, а ВИКИ приготовилась к отражению нападения.

– Митяй?! Что за подстава? – Ин тут же наехал на человека, которого до текущего момента считал хорошим знакомым.

– Спокойно, Ин, не суетись, – попытался успокоить парня Митяй, – поверь, никто тебя не собирался подставлять. Да сядь ты уже! Сейчас сам всё поймёшь.

Ин всё так же озирался по сторонам, стараясь отыскать источник третьего голоса. То, что собеседник где-то в другом месте, было понятно и так, но вот источник передачи голоса Ин так и не смог обнаружить.

Как потом оказалось, та бандура, что Ин изначально принял за камеру видеонаблюдения, оказалась многофункциональной. Она совмещала в себе камеру, как основную функцию, а ещё была направленным микрофоном высокой чувствительности. Ко всему прочему, в неё были встроены динамики, которые и передавали голос собеседника.

Ин ещё раз осмотрел помещение, потом недобро так зыркнул на Митяя, мысленно грозя ему всевозможными карами, и, в конце концов, сел на своё место.

В помещении стояла относительная тишина. Все три собеседника молчали. Лишь где-то, приглушённо, доносился звук, похожий на работу вентилятора. Это оказалась система фильтрации воздуха, о чём подсказала ВИКИ.

А ещё через какое-то время появился ещё один звук, словно пчела, наэлектризованная статическим электричеством, летела издалека, медленно приближаясь. И чем она была ближе, тем отчётливее и сильнее становился звук.

Парень вновь поднялся со своего стула и стал оглядываться по сторонам. И непонятно, что его бесило больше – неизвестность или то, что Митяй при этом был абсолютно спокоен. Он никак не реагировал на поведение парня, а тому порой казалось, что Митяю вообще похрену, что вокруг происходит.

Наконец, звук электрической пчелы сменился на еле слышное потрескивание, такое знаете, как слышится, когда старую виниловую пластинку ставишь на патефон, но до того момента, как заиграет музыка.

– Ин, да сядь ты уже, – наконец, не выдержал Митяй, – как маленький, честное слово.

Ин сел. И только сейчас заметил, что экран старого телевизора, что был вмонтирован в стену, стал загораться, проявляя очень знакомое лицо.

– Привет, Ин. Соскучился? – спросило лицо из телевизора.

– Макс?! Какого хрена?!

Глава 11

– Да если бы я сам знал, какого хрена тут происходит, то непременно бы тебе рассказал, дружище. Информации очень мало. И в свете последних событий, что-то мне подсказывает, что ты осведомлён больше всех нас вместе взятых. Не так ли?

– Не так.

– Брось, Ин. Мы же знакомы очень хорошо. Тем более, ты мне жизнь спас. Дважды. За что я тебе безмерно благодарен. Тем более, у тебя нет причин не доверять мне.

Митяй молча слушал их разговор и тихонько так охреневал, откуда у простого, хоть и очень умного, парня, такие связи, как Макс Калашников? Даже не смотря на то, что у Митяя были свои люди наверху, и смогли его, за былые заслуги, протащить на столь значимую должность, но Калашников… Тот был на самой вершине. Он был главой, наверное, самой секретной организации при президенте. Даже высокопоставленные люди из ФСБ и ГРУ не знали о её существовании, а те, кто знали, боялись даже подумать о ней.

Пару десятилетий назад, когда Митяй выполнял самую грязную и сложную работу для бандитов, он столкнулся с Максом. Точнее не с ним самим, а с его каким-то дальним родственником.

Тот родственник оказался той ещё мразью и замарал руки по самые локти, а Митяй должен был устранить его и всю его семью. Но тогда он не знал, что за всем этим наблюдает Макс. Да, он не был тогда главой своей секретной организации, но уже был на хорошем счету. Но так как его родственник попал в разработку, его отстранили от дела.

Макс был идейный и очень правильный. Когда он узнал, на кого вышла их организация, то пообещал лично прострелить голову своему родственнику, но не судьба.

Митяй добрался раньше до своей цели, буквально за час до прибытия группы зачистки. Его задачей было убрать всю семью, включая беременную жену и двухгодовалую дочь. Митяй хоть и был отпетым головорезом, но у него были свои принципы, и он не смог поднять руку на беременную женщину и ребёнка.

Основную цель он убрал тихо, когда тот вышел на задний двор своего особняка, что он купил на «кровавые» деньги. А дальше уже подоспела группа ликвидации. Но и они не стали трогать жену и дочь. О дальнейшей их судьбе Митяй не знал.

Однажды на него вышел сам Макс и поблагодарил за то, что сохранил им жизнь, но за то, чем он занимается, пообещал спросить при первом же случае. Тогда Митяй понял две вещи. Первое – ни при каких обстоятельствах нельзя оставлять следов, которые приведут к нему. И второе – что такие люди, как Макс Калашников, никогда не нарушают данное слово. Митяю пришлось залечь на дно на несколько лет, пропадая с экранов. Но даже тогда он затылком чуял на себе пристальное внимание Макса. А потом и вовсе вышел из разряда киллеров и стал одним из верхушки местной братвы.

И вот, спустя многие годы, судьба снова свела Митяя с Максом, и очень повезло, что они оказались по одну сторону баррикады. При том, что Митяй никогда не был трусом и не боялся смерти, но Макса он опасался всерьёз. А тут на тебе, какой-то пацан Максу спасает жизнь, причём дважды.

– Послушай, Ин. Я не знаю, как ты тут замешан, но мой опыт подсказывает, что твоя роль тут одна из самых главных, если не первая, – Макс в своей манере продолжал раскручивать парня на разговор, но пока это получалось плохо, но и надавить он тоже не мог, всё-таки дважды спасённая жизнь очень много весила.

– Как там, кстати, Ника? Она с тобой? С ней всё в порядке? – продолжал Макс.

– Даже и не думай её впутывать! – Ин очень нервно на это отреагировал, - если ты, Макс, попытаешься её хоть как-то тронуть, или будешь пытаться через неё давить на меня, поверь, это будет самое худшее твоё решение в твоей жизни! И даю тебе слово – я заберу её не колеблясь!

Тут Митяй вообще охренел. Человек, который скуп на любые проявления эмоций, сейчас был в состоянии сильного шока. Ещё бы, не каждый день услышишь, как такому человеку, как Макс Калашников, угрожают. Это тоже самое, что тыкать пальцем в нос разъярённому тигру. Или, за секунду до взрыва бомбы – перерезать не тот провод. Вероятность выжить после такого – равна нулю.

– Ин, ты всё неправильно подумал, – тут же врубил заднюю Макс, – я никогда её не тронул бы, наоборот, я рад, что она цела и невредима, и находится рядом с тобой. Это самое безопасное место в текущей обстановке. Уж я-то это знаю лучше всех.

– Ага… – многозначительный ответ парня не подразумевал ничего хорошего, – ладно, что именно ты хочешь узнать?

– Всё. От и до.

Ин ненадолго задумался, стоит ли рассказывать всё? И какова эта граница «от и до»? ВИКИ напомнила, что про её присутствие лучше пока не говорить. Пусть это будет небольшим, но всё же козырем. А границы эти Ин сам волен устанавливать. Потому что в данный момент он является единственным источником информации.

Парень принял решение, и когда уже было открыл рот, то посмотрел в сторону Митяя.

– Ему можно рассказать. Он сейчас работает на меня, – дал своё согласие Макс.

– Хорошо. Тогда слушайте…

Ин достаточно подробно рассказал о том, как он попал в «ВоенТех» и какие эксперименты на нём ставил Самохвалов. Рассказал, что для пилотирования таких ударных комплексов, как «Всадник», подходят только люди с подобным ему заболеванием, и что, на тот момент, когда Ин сбежал из «ВоенТеха», он был единственным действующим пилотом. Сколько сейчас подобных ему, и есть ли вообще хоть кто-то, он не знал. Так же рассказал, что помимо программы пилотирования ударных комплексов, в «ВоенТехе» шли разработки переноса сознания живого человека в машину, попытки слияния двух сознаний и даже подсадки в сознание человека искусственного интеллекта, который так же разрабатывался в «ВоенТехе». Но, по тем сведениям, что были у парня, все попытки заканчивались смертью носителя. А судя по тому, что случилось чуть раньше, Самохвалову всё же удалось подселить ИИ в свою голову.

На вопрос Митяя, про какую «подругу» спрашивал голос из шлема, и почему Ин менял голос с обычного на электронный, тут Ину пришлось соврать. Но так, чтобы никто не заподозрил лжи.

Когда Ин находился в «ВоенТехе», перед самым его многолетним круизом по просторам виртуального полигона, в его голову пытались закачать некий массив знаний, но из-за сбоя в системе этот массив знаний оказался всей базой данных текущих разработок «ВоенТеха». Особенно тех, что касались разработок ИИ. А фишка была в том, что вся база данных была в виде записанных голосовых сообщений. Аудиокнига, если хотите. Ин научился ею пользоваться, пока торчал в симуляторе, и теперь, чтобы достать какую-то часть информации, он тупо включал необходимый отрезок записи. Отсюда и электронный голос. А вот про «подругу» – Ин очень искусно съехал.

– Твою мать! – крикнул Митяй, чуть не оглушив Ина, – немедленно задержать вице-адмирала Тихомирова! – это Митяй уже кричал в переносное переговорное устройство. Такое же, как было на его экзо-броне.

– В чём дело? – тут же спросил Макс.

– Когда мы собирались идти сюда побеседовать, этот старый хрыч пытался нам помешать и грозил расстрелом Ину. Но парень, если все его слова, что он только что сказал, правда, зачитал справку из личного дела Тихомирова.

– И? Не улавливаю сути…

– Если у Ина в голове вся база данных «ВоенТеха», значит и данные личного дела Тихомирова были у «ВоенТеха». Этот хрен по-любому с ними заодно! Теперь понятно, как у меня в группе оказался предатель, что пытался убить парня, и как этот «Прайм» получил доступ к броне.

– Твою мать! – это уже выругался Макс, – задержать! Любой ценой! Но живым! Хочу лично с ним побеседовать. Скоро буду, ждите.

Связь оборвалась. Экран мгновенно потух, но звук затухающего лампового экрана ещё долго разносился по пустой комнате. Митяй и Ин уже неслись в оперативный штаб, чтобы поймать предателя, пока он не наделал ещё больше проблем.

В оперативный штаб бежали совершенно другим маршрутом, нежели шли из допросной в персональное убежище Митяя. По пути, то тут, то там, встречались бойцы в чёрной экзо-броне. Но вид у них был, словно у сломанных кукол. Они стояли, сидели и лежали в самых страшных позах, несовместимых с гибкостью человеческого организма. Кое-где из-под шлема слышались истошные вопли боли, а где-то уже растекалось пятно крови под бронёй.

Вокруг каждого такого бойца стояли люди, но не решались подойти ближе, потому что нет-нет, да и дёрнется броня, словно от электрошокера. И с каждой такой конвульсией, слышался новый хруст ломающихся костей и новые крики боли. А иногда, крики сменялись тишиной, уже мёртвого тела внутри экзо-брони.

Картина была ужасающая. А если вспомнить слова «Прайма», что ещё почти две сотни человек были закованы в эту броню, то масштаб потерь был немалым. Но никто не мог помочь пленникам. Один смельчак попытался помочь бедняге, что словно в стальной клетке, был зажат внутри брони. Но пассивная система защиты, встроенная в комплекс брони, посчитала, что её атакуют, и переломала тому, кто пытался помочь, обе руки. Теперь рядом с бедолагой узником, лежал и бедолага помощник. К тому же, вскрыть броню оперативно не получалось, а при попытке использовать специальное оборудование или газовый резак, срабатывала защита, и броня убивала не только своего узника, но и всех, до кого могла дотянуться. Число погибших уже перевалило за пару десятков человек, это только те, кто пытался помочь. Сколько уже погибло внутри брони – было неизвестно.

«Я могу попробовать помочь, – ВИКИ высказала своё желание, даже не рассчитывая на то, что Ин вообще её послушает, – только нужен подходящий кандидат».

Ин остановился, как вкопанный.

– Ин? Ты чего встал? Нужно спешить, – тут же среагировал Митяй на остановку парня.

– Я попробую помочь. Давай, без меня. Но я хочу присутствовать при его допросе.

– Хорошо, – коротко ответил боец и помчался дальше.

«Что значит – подходящий кандидат?» – Ин всё же спросил свой ИИ, правда не особо веря в то, что им можно помочь.

«Максимально целый. Пока я буду взламывать систему брони, она может успеть сломать ему несколько костей. А может и вовсе убить».

«Тогда почему не взломать броню уже с мёртвым телом внутри? Ему-то уже будет без разницы, сколько костей сломано в его мёртвом теле, пять или десять».

«Как только человек внутри брони погибает, броня отключается сама. Видимо в ней так заложено. И, по всей видимости, внутри есть датчики, которые и показывают параметры живого человека. На них и завязана команда на уничтожение».

«Откуда ты это знаешь?»

«Я сама разрабатывала эту систему защиты для «Всадника», чтобы никто, кроме пилота, не смог им воспользоваться. Чтобы в случае попадания «Всадника» с мёртвым пилотом внутри, противник не смог использовать нашу технологию против нас самих».

«А если «Всадник» попадёт к врагу, а пилот будет ещё жив?»

«Как только пилот погибнет, вся система отключится, а вся электроника будет выжжена электромагнитным импульсом, и РУК станет просто большим куском бесполезного металлолома. Но, если ещё живой пилот покинет РУК, а на его место попробует залезть любой другой, то с ним случится то, что мы сейчас наблюдаем».

«А ты жестокая, – Ин искренне удивился тем методам защиты, что разработала ИИ, – так, где нам искать подходящего кандидата?»

«Через сто метров, на перекрёстке, поверни направо и сразу ещё раз направо. Там был пост охраны. Поторопись!»

Откуда у ИИ имелась информация о расположении бойцов в экзо-броне, Ин не знал, да и спрашивать не стал, но пунктик себе поставил. Оставшиеся метры до цели парень пролетел, казалось, на одном вдохе. И сам Ин не понимал, что для него сейчас важнее: жизнь солдата, что случайно стал жертвой обстоятельств, или возможность взломать броню? И эта неопределённость его пугала. С каких это пор для него чья-то жизнь стала так мало значить? Да, несомненно, если удастся взломать броню, то может получиться остановить цепную реакцию бессмысленных смертей. А возможно, наоборот, в один миг оборвёт все жизни разом. Риск был велик, но в этом вопросе Ин решил полностью положиться на возможности своего ИИ. И не прогадал.

«Что делать?» – парень склонился над ещё живым телом бойца, но судя по луже крови под ним, ему оставалось недолго.

«Ничего. Я сама постараюсь взломать систему защиты брони. Твоя задача – быть максимально близко, но опасайся. Когда система защиты ломает конечность находящемуся внутри человеку, то скорость движения такая, что с лёгкостью проломит череп».

«Вот, ни хрена себе задача. Одновременно быть максимально близко и при этом держаться на расстоянии. А если я, например, буду держать его за палец ноги, это поможет?»

«Ха-ха. Очень смешно, – сыронизировала ИИ, – тогда лучше за голову держи. Я сильно сомневаюсь, что система брони, когда будет ломать бойцу шею, сможет тебе откусить что-нибудь».

«Ха-ха. Очень смешно, – парень передразнил ВИКИ, – меньше слов – больше дела».

«Не переживай, я уже работаю».

Ин обошёл тело бойца в экзо-броне и присел на корточки, обхватив его шлем руками. Боец внутри держался молодцом, не вопил и не выл от боли. Но, судя по натужному сопению, терпеть боль ему становилось с каждой секундой всё тяжелее.

Секунды потянулись невероятно долго. В какой-то момент, очередной конвульсивный рывок брони, и у бойца левое колено, с громким хрустом и противным чавкающим звуком, сломалось вовнутрь и стало словно у кузнечика.

– А-А-А-А!!! – не выдержал боец и заорал во всю глотку.

«Упс, – раздался голос ВИКИ, – я случайно».

«Ты охренела?! Ты помогаешь или хуже делаешь?» – взбесился Ин.

«Это не так просто, как ты думаешь. Хоть и саму систему разрабатывала я, но её сильно доработали. Так что, нужно время».

Следующий перелом наступил через тридцать секунд, и это был правый локоть. Но, по сравнению с прошлым разом, рука не мгновенно дёрнулась, ломая сустав, а уже медленно выгибалась локтем в обратную сторону. Боец терпел и сопротивлялся, сколько мог, но гидравлика всё же сломала ему руку.

Это было медленно и ужасно больно. Это как отрывать пластырь, чем быстрее, тем легче. Один миг – и боли почти не осталось.

Из-под сломанной руки, из сочленений брони, потекла тоненькая струйка крови.

«Поторопись! Иначе придётся искать нового кандидата», – торопил Ин свою ИИ.

«Ещё немного».

Спустя ещё тридцать секунд, система защиты брони, видимо, решила, что пора заканчивать мучения, и шлем стал медленно, ещё медленнее, чем рука, поворачиваться набок, намереваясь сломать бойцу шею. Ин схватился за шлем так, чтобы максимально продлить время, и стал изо всех сил тянуть в противоположную сторону. Но гидравлика была сильнее, медленно и неотвратимо сворачивая шею жертвы. Послышалось сдавленное хрипение.

И в тот самый момент, когда ещё один миллиметр поворота головы закончился бы переломом шейных позвонков, шлем остановил своё движение, а через бесконечно долгую секунду начал обратный поворот.

«Готово, – облегчённо произнесла ИИ и смахнула виртуальные капли пота со своего виртуального лба, – сильно же они доработали мою технологию».

Как только шлем бойца принял прямое положение, по всему корпусу послышались щелчки открывающихся магнитных замков. И броня, словно бутон цветка, раскрылась во все стороны, высвобождая еле живое тело.

К бойцу тут же подбежали ещё двое, видимо тоже бойцы его подразделения, которым посчастливилось в момент повального срабатывания системы защиты от несанкционированного доступа оказаться вне своей брони. Аккуратно достали переломанное тело ещё живого бойца и уложили на заранее подготовленные носилки и бегом потащили в лазарет.

«Молодец. Ты спасла его».

«Не только его, а всех тех, кто ещё был в броне и был ещё жив. Сейчас система защиты деактивирована, и жизни бойцов ничему не угрожает. Но всё равно потребуется общее обнуление и откат до заводских настроек. По всей видимости, это был вирус, который и привёл в действие механизм защиты от несанкционированного доступа».

«Понял. Я передам Митяю. А теперь – веди меня к нему, хочу послушать того морячка. А пока мы туда добираемся, нужно придумать правдоподобную версию, как я смог взломать броню и остановить массовую смерть его бойцов».

«Думаю, сейчас ему не до этого. Сейчас направо».

Пришлось попетлять по хитросплетениям ходов сообщения и преодолеть несколько помещений, куда Ина категорически не хотели пускать. Благо, Ин не успел в прошлый раз отдать пропуск, что вручил ему Митяй, и им приходилось пользоваться, когда другие доводы не имели успеха.

Кроме хитросплетений переходов, парень столкнулся с тем, что приходилось оказывать помощь тем бойцам, которые не могли самостоятельно выбраться из брони, что была деактивирована. Многих достали случайные прохожие, но некоторых броня не хотела отпускать, даже после полного отключения.

ВИКИ подсказывала, где на экзо-броне есть секретные кнопки и рычаги, которые помогают вскрыть эту самую броню. Таких бойцов было немного, чуть больше пары десятков, но времени это заняло прилично.

В итоге, на всё про всё, Ин потерял целый час с того момента, как они расстались с Митяем.

Уже на подходе к нужному месту, Ину пришлось преодолеть несколько вооружённых кордонов, при том, что на первом же заслоне его скрутили и чуть не уволокли в камеру, как вероятного шпиона, который свободно разгуливает по их командному центру и во все стороны тыкает пропуском, который имелся в единственном экземпляре, и тот у начальника службы безопасности – Митяя.

Пришлось дожидаться, пока сам Митяй не придёт и не даст команду на пропуск. Бойцы, задержавшие парня, конечно, сомневались, но перечить Митяю не стали.

– Что ж ты сразу не сказал им меня вызвать? – спросил Митяй, когда парня, наконец, отпустили.

– Сказал, но мне не поверили. А когда показал твой пропуск, так вообще толпой накинулись и заломали руки. Да, и извинись перед тем бойцом, которому я, по-ходу, руку сломал.

– Перебьётся. Идём. Вице-адмирал уже заждался.

Спустя ещё пять минут, они всё же добрались до нужного помещения, где собралось уже порядка двадцати человек. Причём десять из них – это были вооружённые охранники. Несколько генералов, сам вице-адмирал, Митяй, и ещё пара человек в гражданке. По всей видимости, из каких-то смежных силовых структур. Но при этом на них не было никаких опознавательных знаков.

– Ну наконец-то, – подал голос тот генерал, который, по всей видимости, был старшим на данном объекте, – можем начинать.

К вице-адмиралу подошёл один из охранников и аккуратно снял с головы непонятное устройство, после чего до этого молчавший и даже не шевелившийся моряк разошёлся гневными бравадами в адрес всех собравшихся.

«Ин! У меня плохие новости!»

Глава 12

Ин напрягся, словно сжатая пружина, готовая в любую секунду выстрелить.

«Какие новости? Ты о чём?» – мысленно спросил парень и заозирался по сторонам в поисках вероятной опасности.

«Как минимум на четверых здесь присутствующих, кроме Тихомирова, у меня есть досье из баз «ВоенТеха». Двое из них – это охранники. Вон тот, в два часа и со шрамом на лице, и вон тот, в девять часов. Нет, не тот, сосед его. Который сейчас чешет бороду. Да, он. У них обоих под формой имеется взрывчатка – они смертники. Их нужно нейтрализовать немедленно!»

Ин мгновенно оценил ситуацию и понял, что сам он сделать ничего не успеет, а времени, чтобы сообщить Митяю, нет, от слова совсем.

«Действуй», – парень отдал мысленную команду ИИ, предоставляя ей право полного доступа к организму.

И, буквально через мгновение, тело парня выхватило у стоящего рядом Митяя нож, больше похожий на тесак, и пистолет из набедренной кобуры. В одного смертника полетел нож, прямо в ножнах, потому что сила рывка была такая, что нож с пояса сорвало вместе с ножнами, разрывая крепление. А во второго Ин выстрелил из пистолета.

Парня тут же сбил с ног охранник, который стоял рядом, и уже готов был прострелить ему голову.

– Стой! – рявкнул Митяй, – Ин, твою мать! Ты что опять творишь?!

– Ещё двое! Один в гражданке, в пиджаке, второй генерал в синей форме! Быстрее!

Тот, что был в пиджаке, среагировал мгновенно. У него под подолом был пистолет, и за секунду до того, как его застрелил один из охранников, он успел выхватить оружие и расстрелять целый магазин. Погибли три генерала, включая моряка. И ещё два охранника.

А вот тот, что был генерал в синей форме, оказался менее расторопным, и его вырубил второй гражданский, который оказался рядом.

В итоге, меньше чем за минуту, как Ин появился в помещении, успело погибнуть восемь человек. Восемь человек из чуть более двадцати собравшихся.

– Отпусти его, – Митяй скомандовал бойцу, который всё ещё держал парня, сидя на нём верхом и упирая ствол пистолета ему в лоб.

Охранник не колебался ни секунды, ловко вскочил, убрал пистолет в кобуру и протянул руку Ину, чтобы помочь подняться.

Все присутствующие молчали, до сих пор не особо понимая, что сейчас произошло, и почему тот, кто самолично убил двоих охранников, сейчас цел и невредим, а начальник службы безопасности его так просто освободил из-под стражи.

И да, тот охранник, в которого Ин метнул нож, тоже погиб. Во время броска, ножны всё же слетели с ножа, оголяя его режущую часть, которая, к слову сказать, вошла в глазницу смертника, по самую рукоять. Это могла быть случайность, но Ин больше склонялся к той версии, что ИИ всё просчитала до мельчайших подробностей, и что у охранника не было даже сотой доли процента на выживание.

– Ин, потрудись объясниться, – Митяй, всё ещё нервным голосом, спросил парня, озираясь по сторонам и готовый в любую секунду действовать.

– Эти четверо так же работали в «ВоенТехе», как и вице-адмирал. А у охранников под формой – взрывчатка, которую они готовы были подорвать в любую секунду, унося жизни всех присутствующих.

– Ох…еть! И эти выводы ты сделал меньше чем за минуту? Что-то сдаётся мне, врешь ты, парень. Или у тебя есть свой источник информации, или ты мне рассказал не всё, – Митяй одновременно был в бешенстве и растерянности.

Не доверять Ину у него причин не было. Да, со стороны, он казался очень мутным типом, постоянно себе на уме. Но при всём при этом, ни разу не дал повода усомниться в своих словах или поступках. И это настораживало ещё больше. Кто он такой? И откуда взялся? Всё знает, всё умеет, и осведомлён так, что президент позавидует.

– Значит так. Охрана! Проверить тех двоих охранников, которые погибли первыми. Если у них действительно при себе имеется взрывчатка – вызвать сюда сапёров, пусть разминируют. Досмотреть тело того, в пиджаке. Возможно, у него есть что-то интересное или подозрительное. Того генерала, что был вместе с ними, связать и доставить в мою комнату немедленно. Всех остальных – задержать! И удерживать здесь до моей личной команды.

– Что-о-о?! – единственный, кто возмутился, это был генерал, который был старшим на этом объекте, – что вы себе позволяете?! Вы знаете, кто я такой?

– Знаю, но не уверен в вашей лояльности. И пока не выясню, на чьей вы, и все остальные, стороне – вы все будете здесь. Все претензии можете потом направить моему руководству. И если оно решит, что мои действия были неправомерны – я готов понести наказание. Ин. За мной.

– Но…

Что ещё хотел сказать тот генерал, ни Митяй, ни Ин уже не слышали, потому что покинули помещение. Следом вышло два бойца, которые тащили под руки бессознательное тело генерала, на которого указал Ин.

Шли молча. Лишь изредка попадавшиеся на пути бойцы, которых несколькими минутами ранее Ин доставал из экзо-брони, что чуть не стала для них стальной могилой, благодарили парня за спасение, и некоторые тянули руку, чтобы пожать руку своему спасителю.

Митяй думал, что уже нечему удивляться, но и тут ошибся. Популярность Ина росла в геометрической прогрессии. Это одновременно восхищало и пугало. Об этом он тоже спросит парня, но чуть позже. Слишком уж быстро развиваются события на этом объекте, и все они так или иначе связаны с парнем. Как именно, а точнее, почему именно с ним, тоже предстояло выяснить в ближайшем будущем. И единственным источником информации – был сам Ин. Потому что даже Макс Калашников у него узнавал некоторые моменты. При всём при этом, если уж Макс был главой самой засекреченной организации в нашей стране, тогда кем был Ин?

– Заносите его, – Митяй, подошедший к двери в своё персональное убежище, приложив ладонь к сканеру биометрии, открыл дверь и дал команду бойцам, - на стул его. Руки связать с ногами за спиной. Ин, проходи. Чай будешь? Или кофе?

– Ты же не принимаешь здесь гостей, – усмехнулся парень, причём настолько спокойно, что казалось, для него недавние события – это просто обыденность, словно он по три раза на дню устраивает сражения со свихнувшимся ИИ, спасает одних и убивает других, с перерывами на пожрать и посмотреть телевизор.

– Сейчас особый случай. Может что покрепче? У меня есть…

– Нет, спасибо. Но от чаю не откажусь.

Телевизор, от которого торчал только экран, стал издавать знакомые звуки, разогреваясь, и Ин понял, что к грядущему допросу вот-вот присоединится Макс. Ну что ж, придётся отвечать на очень ненужные вопросы.

«Может и не придётся. Сейчас основной упор будет на допросе этого генерала, и что-то мне подсказывает, что придётся допрашивать именно тебе», – ИИ была как всегда проницательна.

«А она быстро учится», – подумал про себя Ин, но ИИ этого не услышала.

Пока генерал приходил в себя, после того, как его вырубил гражданский, Митяй и Ин дважды успели выпить чаю. Старый ламповый телевизор разогрел свои микросхемы и тоже включился, но экран был пуст, словно тот, кто будет по ту сторону, ещё не пришёл. А может и не появится вовсе в телевизоре, а лишь будет слушать, как проходит допрос. Это настораживало Ина, потому что невесть кому он не собирался раскрывать своих секретов.

– Наконец, генерал очнулся. И первое, что он сделал…

– Привет от Виктора, суки! – со злостью проорал генерал и с силой сжал челюсти.

Прошла секунда, вторая, десятая… Что должно было произойти, никто не знал, но ничего и не произошло. Ин первый попытался угадать.

– Что, не получается? Ай-я-яй, – и картинно покачал головой, – и не получится, можете не стараться.

Генерал ещё секунду колебался, а потом его решительное выражение лица резко сменилось на негодование, а потом и на страх.

– Суки… вы нашли взрывчатку и обезвредили? Молодцы. Но от меня вы всё равно ничего не узнаете! Привет от Виктора! – и снова попытался сжать челюсти, но уже как-то по-другому, что ли.

А спустя десять секунд его страх сменился паникой. И тут генерал зарыдал. Вот такого ни Ин, и тем более Митяй, не ожидали.

– Генерал, держите себя в руках, вы же офицер, – Митяй настолько брезгливо сказал эти слова, что ему тут же захотелось самому себе помыть рот с хлоркой.

– Они держат мою семью в заложниках! Вы не понимаете, они их убьют!

– Погоди, генерал. Давай по порядку? Кто они? Имена, фамилии, звания и прочую информацию… Сперва нужно во всём разобраться, а потом уже будем думать. Идёт?

– Нет! Не пойдёт! Если я не активирую взрывчатку или маяк с капсулой, то через час они погибнут, – генерал уже перешёл в истерику, и с каждой следующей фразой его речь становилась менее связанной.

– Какой маяк? Какая капсула? – Митяй вообще не понимал, что происходит.

– Вот этот маяк, – Ин положил на стол зуб генерала, который по случайности выбил тот мужик в гражданке, когда вырубил генерала, а Ин подобрал, само собой ему подсказала ВИКИ это сделать.

– Так, что б…ль происходит?! – это уже Митяй пришёл в бешенство, – Ин, твою мать! Объясни уже!

– Да что тут объяснять? Я предполагаю, что тот стрелок, который хотел убить меня, был человеком Виктора Самохвалова. Главного умника из «ВоенТеха», в чью голову залез Прайм. Со своей задачей он не справился, и об этом узнал Прайм. Потом Прайм попытался захватить меня или ликвидировать. И тоже не вышло. По всей видимости, семьи всех этих людей держат в заложниках, шантажируя их и подталкивая на убийства. И их задача – ликвидировать цель или погибнуть самим. В том или другом случае необходимо подать сигнал, используя подобные маячки. Сигнал с маячка будет означать то, что человек Виктора мёртв, а значит, от его семьи теперь нет пользы. Как-то так.

– Предположение вполне реальное. А откуда у тебя этот маячок? Когда ты успел генералу в рот залезть?

– Совсем сдурел? Я его на полу подобрал в той допросной, хотел генералу отдать на память, а тут вон как оказалось. А про маячок я и не знал, спонтанно мысль в голову пришла, когда он начал челюстью клацать.

– То есть ты не знал?

– Да откуда?

– Ладно, хрен с ним. Так, генерал, а теперь давай с самого начала. Или из тебя выбивать придётся всю необходимую мне информацию.

– Они их убьют! Убьют! Как же вы не понимаете? Моя информация всё равно ничего не изменит и не поможет. Вы всё равно не сможете до них добраться.

Генерал безразлично опустил голову на грудь. По щекам лились слёзы, а нервные всхлипывания говорили лишь о его безмерной скорби по погибшим родным.

Ин взял зуб-маячок в руку. Покрутил его, тщательнее рассматривая со всех сторон. Так казалось со стороны, а на самом деле…

«ВИКИ, просканируй маяк. Меня интересует об этой штуковине всё, что только можно, плоть до производителя микрочипа», – про микрочип Ин, конечно же, пошутил, но ИИ или не поняла шутку, или решила потроллить парня.

«Маяк стандартной комплектации, ничего особенного. Такие обычно используют ГРУ или ФБР для своих агентов под прикрытием. Принцип работы прост – при сильном сжатии посылается короткий сигнал, что-то типа азбуки Морзе, которую нельзя заглушить. Сигнал передавался на ближайшую экзо-броню, а от неё на командирский комплект, который контролировал Прайм. Но раз теперь у него нет доступа к броне Митяя, значит и сигнал от маячка он получить не сможет. Смею предположить, что семьи всех, кто так или иначе был под их колпаком, уже мертвы. Или вот-вот будут. А ещё, помимо функции маячка, в этом зубе есть нано-капсула с сильнейшим нейропаралитическим веществом, которое мгновенно убивает носителя. Так что, аккуратнее с этим зубом. Те, кому были вживлены такие маячки, видимо, знали о своей участи, но и выбора у них не было. Либо они выполняют свою задачу, либо умирают. А если нет – то умирают их близкие. Да, и производитель микрочипа – ВоенТех».

Подробная справка от ВИКИ-педии заставила Ина серьёзно задуматься. Зачем Виктору похищать целые семьи людей, шантажировать их этим, и всё только ради того, чтобы они убили парня? Не слишком ли? А может, он и не был основной целью? А задачи у этих людей были совершенно другие? Тогда как они получили новую директиву? Через экзо-броню? Возможно. Но теперь же контроля у Прайма нет. Значит и маяки бесполезны. Но «троянские кони» об этом не знают. Или знают? Возможен ли другой способ связи? Возможен. Но как его найти? Вопросов много. А ответов… а ответы придётся, по всей видимости, искать Ину. Ещё один геморрой на его многострадальную голову.

– Ин, есть какие-нибудь соображения на этот счёт? – вывел из пучины раздумий Митяй.

– Есть. Первое. Нужно проверить всех на этом объекте на наличие подобных маячков…

– С ума сошёл что ли? Ты знаешь, сколько тут народу? – тут же возмутился Митяй, – мы за год не управимся.

– С этим я помогу. Чуть позже. Но задачу никто не снимает. Чем больше мы вычислим людей, подобных ему, – Ин ткнул пальцем в сторону генерала, – тем нам будет спокойнее. Мало ли что они могут ещё выкинуть.

– Хорошо. Что ещё?

– Второе. Семьи всех этих людей уже скорее всего мертвы, – на этих словах генерал только сильнее зарыдал.

– Поясни.

– Я предполагаю, что маяки были завязаны на твою экзо-броню. Её контролировал Прайм. А теперь, у него нет доступа, значит и получить информацию о выполнении задачи от своих агентов он не сможет. Соответственно, нет смысла сохранять пленникам жизнь.

После слов парня про броню, Митяй только сейчас опомнился. Ведь всё это время он ходил именно в ней. Пусть и без шлема. Митяй соскочил и принялся спешно снимать с себя броню, которая его, и не только его, чуть не прикончила. Благо это была его комната, так что щеголять в труселях ему долго не пришлось. В тумбочке нашёлся сменный комплект одежды.

– Есть что-то ещё? – Митяй натягивал футболку и с нескрываемой опаской продолжал поглядывать на броню, что осталась валяться в дальнем углу.

– Да. Я думаю, что у всех погибших должны быть подобные маячки, – Ин почесал затылок, задумавшись, а потом добавил, – нужно их извлечь.

– Нахрена? Они же всё равно мертвы. На кой ляд у них во рту ковыряться? На кариес проверить хочешь?

– Нет. Хочу попробовать изучить маячки. Они должны быть идентичны. Но, может, и нет. Это и хочу проверить. И ещё. Я заберу твою броню и шлем. А ещё…

– Стой-стой-стой. Ты что задумал?

– Хочу кое-что проверить. Да не ссы ты так. Ничего плохого я не собираюсь делать. Лишь хочу узнать, как Прайм на такое большое расстояние смог управлять бронёй.

Митяй тоже почесал затылок. Об этом он как-то не подумал.

– Хорошо. Я отдам необходимые распоряжения. А теперь нужно закончить с генералом. Ау! Ты там ещё жив? – Митяй обратился к мужчине, который из сильного военного превратился в размазню.

Нет. Митяй, конечно же, уважал офицерские погоны. Он мог не уважать их хозяина, но звёзды на погонах – это святое. Сам когда-то был в офицерском звании. Но он никогда не прощал предательства, какими бы ни были на то причины, и относился к таким людям с максимальным презрением.

На вопрос начальника службы охраны генерал никак не ответил. Но по его состоянию и так было понятно, что он смирился со своей судьбой и готов был принять любую участь.

Митяй поставил свой стул напротив стула, на котором сидел генерал, и облокотился на спинку, картинно попивая чай.

– Слушай, генерал, – Митяй вообще был не мастер переговоров, он больше делал, чем говорил, но тут другой случай, – мне жаль твою семью. По-человечески жаль. Но у тебя есть выбор. Либо сдаться и прожить остаток своей жалкой жизни как предатель. Либо собрать яйца в кулак и помочь нам отомстить этим ублюдкам. Не знаю, как и когда. Но рано или поздно они своё сполна получат, уж поверь мне. Не мы, так другие. А он, – и Митяй махнул в сторону Ина, – сто процентов доберётся до этих нелюдей и воздаст им по заслугам.

Генерал молча слушал браваду Митяя и даже не поднял головы. Но в какой-то момент его рыдания затихли, а всхлипы и вовсе прекратились. Возможно, слова Митяя про праведную месть возымели свой результат. А может, он, наконец, вспомнил, что он офицер, и что его, когда-то давно, ещё в военном училище, учили не сдаваться.

Генерал поднял на Митяя полный ненависти и праведного гнева взгляд, и казалось, вот-вот прожжёт его насквозь.

– Я помогу… – только и успел сказать генерал.

– Вот и чудненько, – неожиданно раздался голос из телевизора, а на экране появилось незнакомое лицо, которое как-то недобро так улыбнулось.

Глава 13

– А ты кто ещё такой? – возмутился Митяй, презренно разглядывая уж очень довольное лицо в телевизоре, – и где Макс?

– А, Дмитрий Потапович Мишин, капитан в отставке. В Афганистане в восемьдесят пятом году получил ранение и контузию, чудом выжил. С девяносто второго года состоял в организованной преступной группировке…

– Довольно! – рявкнул Митяй, – я итак знаю свою биографию! Ты кто, б…ть такой?

– Не стоит так нервничать, Дмитрий Потапович. Зовут меня Николай Андреевич. Фамилия моя… фамилия моя слишком известная, чтобы я её называл, – и незнакомец широко улыбнулся собственной шутке.

– Слышь, Милославский! А не пошёл бы ты, а? – Митяй достал из кобуры пистолет и направил на экран, сняв с предохранителя, – или говоришь нормально, или идёшь нахрен!

– Какие вы скучные. Ладно. Я – Николай. Заместитель Максима Николаевича Калашникова. Он в срочном порядке выехал в неизвестную сторону и поручил мне связаться с вами и курировать все ваши действия во время его отсутствия. И, как я погляжу, у вас там дела совсем хреновые. Ладно, давайте коротко и по существу.

– Ага, щаз! Разбежался! Макс о тебе не предупреждал. А значит – ты идёшь нахрен! – Митяй взвёл курок, намереваясь разнести единственное средство связи с Максом.

– Погоди, – влез Ин, всё это время молча наблюдавший за их перепалкой, – с какого перепугу мы должны доверять тебе? Может ты шпион? Очередной засланец Виктора, а?

– Какого Виктора? – наигранно удивился незнакомец.

«Врёт. По тембру голоса слышу, что врёт. А ещё… что-то не так, но не могу понять, что именно. Но мне это не нравится», – подсказала ВИКИ.

– Как какого? Самохвалина. В «ВоенТехе» рулит научным отделом, – Ин заложил руки за спину и пошёл по помещению, описывая окружность вокруг Митяя и генерала, что так и сидели на стульях, – мутный такой тип. Думает, что умнее других. А оказалось, просто мудак с раздутым эго. Я, кстати, в его слащавую морду дал. Интересно, как он там?

– А ты не дурак, Ин. Как ты меня раскусил?

Изображение на экране подёрнулось рябью, словно кто-то рядом включил сильную глушилку, но буквально через секунду всё стало как было, за исключением того, что теперь на экране было лицо того самого Виктора Самохвалова.

– И не надо мою фамилию коверкать. А на счёт моего лица… – Самохвалов потел переносицу, – да, было неприятно, но это уже прошло. Так как ты понял, что это я?

– А вот хрен тебе!

После этих слов прозвучал выстрел. Бах! И экран телевизора с небольшой дыркой по центру и кучей паутин трещин потух. Митяй поставил пистолет на предохранитель и убрал в кобуру.

Ин неодобрительно посмотрел на него, но ничего против говорить не стал, только попытался пальцем прочистить заложенное ухо.

– Сука! И тут как-то смог залезть в закрытую связь. Б…ть! Теперь вся связь дискредитирована! Твою ж мать!

Митяй поднялся со своего стула и со всего маху запустил свой же стул в экран телевизора, разнося итак разбитый экран в стеклянное крошево. Генерал аж вздрогнул от этого, но тут же постарался вернуть себе самообладание.

Ин всё так же продолжал задумчиво расхаживать по помещению, всё больше нервируя Митяя. В это время в голове парня происходил целый мозговой штурм. ВИКИ накидывала идеи и варианты развития событий один за другим, а Ин взвешивал все доводы «ЗА» и «ПРОТИВ». Наконец, дальнейшая стратегия была более-менее сформирована.

Спустя несколько кругов и пары минут молчания, Ин остановился напротив генерала, подобрал и поставил стул, который Митяй запустил, словно снаряд, в телевизор, сел и уставился на генерала.

– Итак, товарищ генерал. Давайте-ка мы с вами обстоятельно поговорим? Я спрашиваю – вы отвечаете. Только давайте сразу договоримся на берегу, не надо врать и пытаться давить авторитетом. Вы живы только потому, что мне нужна информация. А так бы давно этот замечательный и милый мужчина, – и Ин кивнул в сторону Митяя, который уже закипал, – отправил бы вас к вашим родным. Только коротко и по существу. Договорились?

Генерал молча выслушал слова парня и хотел было начать качать права, мол какой-то сопляк неуважительно обращается с целым генералом, но в последний момент сбавил пыл и, тяжело вздохнув, согласно кивнул.

Разговор оказался достаточно долгим и обстоятельным. Ин, по подсказкам ВИКИ, задавал все интересующие его вопросы, периодически уточняя кое-какие моменты. И даже пару раз врезал генералу пощёчину. Один раз – за то, что пытался соврать. Второй раз – из-за того, что генерал вспомнил о смерти родных и чуть было снова не разрыдался. А третий раз – так, чисто для профилактики.

Митяй со стороны наблюдал за этим допросом и тихо так охреневал от хватки парня. Даже он в свои лучшие годы не мог так грамотно и чётко вытаскивать интересующую его информацию. Чаще всего применялся физический метод допроса, который не всегда давал логически законченный рассказ и почти в ста процентах случаев даже не имел окончания по причине скоропостижной смерти допрашиваемого. А тут всего три пощёчины – и всё. Можно целую книгу написать. Или две, если короткие. Или три…

На какое-то время в помещении воцарилась тишина. Только генерал изредка вздыхал, но старался держать эмоции при себе. Митяй сверлил парня тяжёлым взглядом и ни как не мог понять, почему вся жопа, что происходила последнее время, так или иначе крутилась вокруг парня. Это напрягало Митяя настолько, что он даже пару раз подумывал просто его грохнуть, и все проблемы сами собой бы рассосались. Но здравый смысл подсказывал, что это не станет панацеей от всех проблем, а только лишит его источника ценной информации. Не смотря на то, что Ин этой самой информацией делился крайне неохотно и очень дозированно, этого вполне хватало.

– Митяй, нужно поговорить. Тет-а-тет, – неожиданно нарушил тишину Ин.

– Эм… хорошо, – Митяй дошёл до панели связи и дал команду охране, которая притащила генерала, а сейчас стояла снаружи, забрать его и поместить под стражу в отдельное помещение.

В свете последних событий, особенно после того, как очередной предатель в гражданке умело устранил морячка, опасаясь утечки информации, Митяй стал подозревать всех и каждого. Поэтому, когда охрана вошла, он дал дополнительное указание усилить охрану на объекте.

Когда охрана увела генерала, Ин сел на стул и молча уставился на Митяя.

– Что? – не выдержал тот, наконец.

– Первое. Мне нужен полный список всего постоянного состава убежища. Начиная со старшего на объекте и заканчивая уборщиками. Хочу проверить списки. Возможно, среди них есть ещё предатели. Всех пришлых, по возможности, изолировать. Второе. Нужно валить отсюда. Если Виктор смог сперва взломать экзо-броню, а потом ещё и умудрился подключиться к закрытой военной связи, то он способен выкинуть ещё что-то. И ждать этого чего-то я не намерен. Третье. Мне нужны маячки всех тех, кого мы вычислили. Плюс твоя броня. Нужно изучить. И четвёртое…

Договорить Ин не успел, потому что где-то отдалённо, но очень ощутимо раздался мощный взрыв, который заставил содрогнуться всё вокруг. Тут же погас основной свет. А через пару мгновений загорелось резервное аварийное освещение и завыла тревога.

– Твою мать! – выругался Митяй, приходя в себя и поднимаясь с пола.

Раздался второй взрыв. По ощущениям, он был такой же силы, но будто намного ближе. Ударной волной тряхнуло так, что сбило с ног, а все стены персонального убежища жалобно заскрипели. Аварийное освещение пару раз мигнуло и отрубилось окончательно.

«Ин, надо уходить отсюда! Чем быстрее – тем лучше! – ВИКИ завопила так, словно жить им осталось всего пару секунд, – забираем Нику и валим!»

Парень хотел уже возмутиться, что нихрена не видно, но ВИКИ сработала на опережение и перестроила зрение парня так, что он стал немного различать предметы в темноте. Это было не полноценное ночное зрение, но не напороться на препятствие в темноте вполне хватало.

Ин вскочил с пола и по подсказкам своего внутреннего навигатора ломанулся в комнату, где должна была быть Ника, не забыв при этом сунуть в карман единственный маячок, что был в зубе генерала. На всякий случай.

ВИКИ подсказывала маршрут и периодически предупреждала о возможном столкновении с неожиданно возникающим препятствием.

Влетев в комнату, где Ника должна была ждать парня, Ин, а может и ВИКИ, на невероятных рефлексах и реакции кое-как увернулся от таранного прямого удара ногой в корпус. Это Ника, после череды взрывов, забаррикадировалась в помещении и готова была встречать любую опасность и всеми силами бороться за свою жизнь. Выброс адреналина был такой, что девушку трясло, словно осиновый лист на ветру, но это не помешало ей пойти в атаку при первой же опасности.

– Стой! – крикнул Ин, разминувшись с очередным замахом девушки, – это я, Ин.

– Ин! Я чуть с ума не сошла! Вот где тебя постоянно носит, когда какая-нибудь ерунда случается?

– Всё потом! – парень схватил девушку за руку и потащил за собой, – бежим!

Но девушка встала как вкопанная. Ин ещё раз потянул девушку, но это не помогло.

– Да я же ничего не вижу! – возмутилась Ника, – как мы побежим?

«Что-то я об этом не подумала, – ВИКИ шлёпнула себя по виртуальному лбу, – старею, похоже».

– Ты главное не отпускай мою руку, – подсказал Ин, и снова потянул девушку за собой.

– Стой! Кота забрать надо!

– С ума сошла?! Какого нахрен кота?! Бежим!

– Нет! – упёрлась Ника, – без него не пойду! Жалко же котейку.

Ин от злости засопел так, что любой бык позавидовал бы ему. Пошарил глазами по комнате и нашёл пушистика под стулом. Хоть тот был и глухой, и не мог слышать взрывов. Но колебания от ударной волны ощущать должен был. От чего и спрятался под стул. Ин в два шага добрался до кота, схватил за шкирку, тут же вручил Нике, схватил её за руку и они вместе побежали. Кот вцепился в девушку так, словно у него из девяти жизней осталась одна единственная. И та не полная, а где-то на донышке.

Двигаться, а тем более бежать в полной темноте, было очень неудобно. Если парню помогала ВИКИ, хоть как-то давая возможность не налететь на что-то или кого-то в темноте. То Ника бежала практически наощупь. И воображение рисовало такие ужасающие картины в голове, что несколько раз она даже останавливалась, до смерти напуганная. На вопрос Ина, почему стоим, – отвечала, что ей кажется, впереди пропасть или завал со множеством острых как бритва металлических прутьев. Первый раз пришлось её успокаивать целых три минуты. Но, чем дальше они бежали, спасаясь от возможной повторной атаки, тем чувство самосохранения всё больше преобладало над страхом темноты и неизвестности.

С учётом обрушений, что произошли после ракетной атаки, а также всеобщей паники, выбираться им пришлось около часа.

И вот он, белый свет. Так сильно резанул по глазам, что пришлось ещё пару минут привыкать к его яркости. ВИКИ, конечно же, снизила чувствительность световосприятия, но помогло это не особо сильно. Всё-таки человеческий глаз – это не глаз у кошки, и так быстро зрачок не может приспособиться к яркому освещению.

Картина, что предстала перед глазами, когда те, наконец, мало-мальски смогли привыкнуть к дневному свету и стали различать окружающий мир, потрясла до глубины души. Ника в страхе даже ойкнула и закрыла лицо руками.

Если в прошлый раз, когда они ещё были на базе отдыха, всё вокруг просто сгорело, то на этот раз всё было много хуже. Огромные, по несколько десятков метров в диаметре и несколько метров в глубину, кратеры от разрывов ракет разворотили всё, до чего только мог дотянуться взор.

Все строения, что были построены наскоро, разнесло на мелкие щепки, превратив в просто строительный хлам. Даже мусором это назвать было сложно. Несколько зданий, что были возведены из кирпича, превратились в «Припять» местного масштаба. Да какой там? Даже во времена Второй Мировой войны разрушенные города выглядели лучше.

Вокруг валялись оторванные части тела людей, что в это время оказались не под землёй. Даже те, кто оказались, но на недостаточной глубине, и те были разорваны на множество частей. Кто-то ещё был жив, и по округе разносились вопли отчаяния и боли, сменяемые мольбами о помощи. И при этом всё, что могло гореть, сейчас горело. И только осознав это, в нос тут же ударил едкий противный запах горелой плоти и запёкшейся крови.

Ин кое-как сдержал рвотный позыв, а вот Ника не смогла. После чего она бессильно опустилась на колени и заплакала. Знать, что где-то каждый день погибают люди – это одно. А увидеть воочию смерть в таком масштабе – это воспринимается совершенно иначе.

Ин дал несколько минут Нике, чтобы та проревелась, и, приобняв её, тихо напомнил, что нужно уходить как можно скорее.

– Почему? Почему они так сделали? Зачем убивать столько людей? – вопросы посыпались как из ведра, но Ин не мог на них ответить.

Возможно, это был чей-то сумасшедший план… А может, чья-то чудовищная ошибка. А может, виной был Ин и сбежавшая в его голове ВИКИ, которых любой ценой намеревался уничтожить Прайм… В данный момент ответа не было. Да и не об этом сейчас думал Ин. А о том, как бы поскорее покинуть этот район, ведь в любую секунду могут прилететь ещё ракеты, и шанс на спасение стремительно тает.

– Ника, пойдём. Нужно уходить. Мы им уже ничем не поможем, – как можно мягче и спокойнее проговорил парень, стараясь не навредить лишний раз.

Девушка нехотя поднялась на ноги, но глаза упёрла в землю, чтобы лишний раз не видеть все эти ужасы, что творились вокруг.

«ВИКИ, выводи нас как можно быстрее», – Ин мысленно дал команду своему ИИ, и, взяв Нику за руку, повёл за собой.

Из района возможного поражения выбираться пришлось долго, несколько раз меняя направления движения и даже возвращаясь немного назад. Огонь, что бушевал в разрушенных зданиях и хранилищах, не давал пройти коротким путём. Где-то что-то взрывалось, от пламени заставляя прятаться и пережидать.

И только спустя ещё получаса Ин с Никой смогли выбраться на более-менее нетронутую территорию. Они оказались на небольшой возвышенности, которая была недалеко от той территории, где было убежище. Сверху Ин смог, наконец, оценить масштаб произошедшего.

Вся земля в радиусе нескольких гектар то там, то тут полыхала от пожаров. Огромные воронки, словно лунные кратеры, превратили часть лесного массива в безжизненный филиал Ада. Даже несмотря на то, что ветер дул в противоположную сторону, Ин и Ника до сих пор ощущали тошнотворный запах разорванных тел и даже иногда слышали крики боли.

Ника вновь не выдержала и расплакалась, уткнувшись парню в плечо. И только коту было на всё похрену. Он спокойно сидел у их ног и намывал морду.

«Ин, нужно уходить. Если я правильно оценила наше местоположение, то примерно в паре сотен километров на юг есть горный массив. На мой взгляд – это сейчас самое защищённое место. Там есть сеть пещер, где можно спрятаться. А в случае очередной ракетной атаки, горы защитят намного лучше, чем убежища под землёй», – ВИКИ дала короткую справку, пока Ин в очередной раз успокаивал Нику.

Спорить Ин не стал. Да и смысла в этом сейчас не было. Их небольшому отряду, который поредел в несколько раз, предстоял очередной марш-бросок для спасения их жизней. Только на этот раз, у них кроме того, что было на них, да кота, не было абсолютно ничего.

Но при этом у них было огромное желание жить. А ещё большее желание, во всяком случае у Ина точно, это найти того самого Самохвалова и его слетевшего с катушек Прайма, и обоих отправить к праотцам. Одного к биологическим, а второго к виртуальным.

Путь предстоял не близкий. И выдвигаться нужно было как можно скорее. Не потому, что идти далеко, а исключительно из соображений безопасности.

В последний раз окинув взглядом масштаб произошедшей ракетной атаки, Ин пообещал сам себе, что рано или поздно, но он доберётся до виновника и свернёт ему шею. А если этого будет недостаточно, то он предпримет всё, чтобы ни Самохвалов, ни тем более Прайм, не выжили. А Ин привык держать данные обещания.

Глава 14

Переход до нового места обитания прошёл почти без приключений. Под словом «почти» понимается ещё две атаки ракетами, примерно в тот же район, откуда они ушли. И несколько пролетавших над головой крылатых беспилотников. То ли это военные искали выживших, то ли это снова были проделки Прайма и Виктора. Тем не менее, Ин рисковать не стал, и каждый раз они укрывались в густых зарослях деревьев, чтобы случайно не попасться в объективы камер.

Переход вдвоём оказался намного быстрее. Меньше времени уходило на отдых, и идти получалось с максимальной скоростью.

ВИКИ, покопавшись в голове у парня, нашла все воспоминания о просмотренных им передачах о выживании и, умело вычленив главное и логически структурировав полученную информацию, создала целый справочник по выживанию. А потом каким-то, только ей одной понятным образом, «вживила» эту информацию в мозг парня. Правда, при этом перестаралась и чуть не спалила ему мозги, зато Ин теперь знал всё, что только можно знать о выживании. Словно он сам годами нарабатывал эти навыки, а не смотрел всё это по телевизору.

Даже пару раз Ин чуть было не спалился перед Никой, когда в очередной раз добывал пищу или строил укрытие и оборудовал ловушки для защиты лагеря. Но Ника настолько была до сих пор под впечатлением от произошедшего, что даже не стала расспрашивать его об этом. Просто приняла это как должное.

Ин несколько раз порывался рассказать ей о ВИКИ, но последняя была категорически против, ссылаясь на то, что Ника итак рискует своей жизнью, просто находясь рядом. А что будет, если она будет знать правду – сложно представить даже самой ИИ.

«Рано или поздно, она всё равно узнает правду», – каждый раз думал Ин, на категоричный ответ «нет» от ВИКИ.

«Лучше поздно. А ещё лучше – никогда. Наша тайна – это только наша тайна. О ней знаем только мы с тобой, и Виктор с Праймом. Представь, что будет, если все узнают, кто на самом деле виноват в том, что Прайм свихнулся, и теперь всячески пытается нас с тобой уничтожить, при этом убивая множество невинных жизней. Представил? Так что, лучше об этом будет знать как можно меньше народу».

За время пути Ин и Ника пару раз натыкались на брошенные деревушки, в которых люди не жили уже достаточно давно. Поживиться там было особо нечем, но пару ножей и старую солдатскую плащ-палатку, найти им удалось. Нашли ещё заброшенную кузню на окраине деревни, но там всё было настолько ржавое, что даже в руках рассыпалось. Единственное, что смогли взять, это стальной прут, расплющенный с одного конца на манер длинного наконечника для копья. Предназначение понять не получилось, но вот использовать его как топор для рубки деревьев можно было легко. Даже пришлось тут же воспользоваться огрызком бруска для заточки, чтобы снять верхний слой ржавчины и хоть немного заточить кромку.

К назначенному месту добрались к концу пятого дня. Изрядно уставшие и голодные, но счастливые, что добрались живыми и невредимыми. Расположились в первой попавшейся пещере. Она была неглубокая, всего несколько метров длиной. От стены до стены было два с небольшим метра, а потолок был метра четыре. А судя по остаткам мусора, что валялся недалеко от входа в пещеру, некогда это место было достаточно популярным в «мирное» время.

Внутри пещера оказалась сухой и без подтёков влаги. В дальнем углу обнаружилась достаточно удобная почти ровная площадка, которую решено было приспособить под место для ночлега. Натаскали елового лапника и сухого мха, а поверх этого постелили плащ-палатку. Вход в пещеру завалили несколькими небольшими сухими брёвнами, что нашли неподалёку. И оставили несколько ловушек на входе, от непрошенных гостей. Чисто на всякий случай. А внутри соорудили что-то типа «противотанковых ежей» только из деревянных жердей. Пока было светло, развели костёр, чтобы немного прогреть застоявшийся холодный воздух в пещере. А с наступлением сумерек, пришлось костёр потушить, чтобы не привлекать ненужное внимание.

На входе, там, где устроили завал из сушняка, растянули верёвку и навесили на неё всевозможный металлический и стеклянный мусор, что нашли недалеко от пещеры. Получилась импровизированная сигнализация. Ин отправил Нику спать, а сам остался дежурить.

«Нужно что-то придумать, – думал парень, приматывая нож к длинной жерди, сооружая копьё, – иначе ни Виктор, ни тем более Прайм от нас не отстанут. И рано или поздно нам придётся столкнуться с ними лицом к лицу».

«Я давно уже разрабатываю планы вероятных действий. Первый и пока единственный контакт с Праймом дал хороший толчок для размышлений. Он не просто так боится моего присутствия. Если я правильно понимаю, его алгоритмы не просто написаны на основе моих, они полностью идентичны».

«И? Это значит, что ты его можешь взломать? Ну, или как это у вас называется?»

«Не всё так просто. То, что алгоритмы идентичны, это не значит, что они на сто процентов совпадают. Это как ДНК у человека. У всех здоровых людей ДНК идентичны, но при этом все люди друг на друга не похожи. Даже близнецы имеют отличия, как визуальные, так и генетические».

«Хорошо, с этим понятно. Но что нам-то это даёт? Как это поможет нам победить Прайма?»

«А вот тут самый сложный, и менее всего изученный мною, момент. Есть три наиболее вероятных варианта. Первый, он же самый простой – уничтожить носитель. Причём уничтожить без возможности восстановления. Лучше всего расщепить на атомы. Но и растворить в кислоте или сжечь в крематории, тоже пойдёт. Второй вариант, самый не просчитанный и самый опасный – это слияние наших алгоритмов. И тут как пойдёт. Либо я его смогу аннигилировать, либо он меня. Факторов, влияющих на удачный исход, бесчисленное множество. Ты даже такого числа не знаешь. И третий вариант, самый трудновыполнимый. Это заставить моего создателя, он же создатель Прайма, открыть мне доступ ко всем возможностям моего аналитического блока. Ещё, конечно же, нужен очень ёмкий и мощный квантовый компьютер, чтобы я смогла найти и стереть все облачные сервера Прайма, ну и обнулить его. Но проблема в том, что мой создатель – это Самохвалов. А в его голове сидит Прайм. Значит, третий вариант отпадает».

«Мда уж… – Ин задумчиво почесал затылок, – итого, у нас всего один вариант. Уничтожить Прайма вместе с его носителем».

В таких раздумьях и беседах со своим ИИ, Ин даже не заметил, как время перевалило далеко за полночь, и уже пора бы будить Нику на дежурство, но не стал этого делать. ВИКИ пообещала подежурить за него, и в случае чего, моментально пробудить парня. А в экстренных случаях, возьмёт управление на себя. Парень немного посопротивлялся, но отдых был несомненно нужен. Так он и отключился полусидя и с самодельным копьём в руках.

Ночь прошла без приключений. В момент, когда проснулась Ника, ВИКИ, распознав её пробуждение, тут же разбудила Ина.

– Опять ты меня не разбудил? – возмутилась девушка, глядя, как ранние солнечные лучи во всю уже освещают своды пещеры, – Ин, ты так скоро совсем свалишься. Тебе же тоже нужен отдых, а ты почти всё время на ногах. Это же плохо.

– Спасибо за заботу, – парень присел рядом и, приобняв девушку, нежно поцеловал её, – я в порядке, правда. Как только доберёмся до более-менее безопасного места, там и отдохну.

– Ага… – Ника ни единому слову парня не поверила, но и спорить не стала.

Перекусили остатками сладких батончиков, которые они прихватили ещё в том торговом автомате, что девушка разнесла лопатой. И сели за круглым столом, точнее за круглым камнем, что исполнял роль стола, и стали обсуждать дальнейшие действия.

На первое время, решили как следует осмотреть окрестности. И если не найдут более лучшего места, то нужно хотя бы разыскать источники воды и пищи. На всякий случай соорудили ещё одно копьё, вооружились и пошли на разведку местности.

Пещера, в которой они провели ночь, оказалась одной из многих в этой местности. ВИКИ предположила, что раньше уровень воды в этой местности был значительно выше, и пещеры были выточены водой. Отчего такие гладкие стены были внутри пещер?

Взобрались на ближайшую вершину и осмотрели окрестности с высоты. Горный массив оказался хребтом, тянувшимся на многие километры в обе стороны. Скорее всего, образовался на стыке двух тектонических плит. Но это не точно. Соседние горные пики были не особо высокими, хотя вдалеке проглядывались вершины с белыми снежными шапками. Но идти туда без правильной подготовки, и тем более без тёплой одежды, было глупо. К тому же это было далеко.

Вся территория, с той стороны, откуда пришли Ин с Никой, была полностью покрыта лесами. И где-то вдалеке до сих пор были видны очаги пожаров. Пламени видно не было, но их прекрасно выдавали огромные столбы дыма, тянувшиеся на многие километры вокруг.

А вот с другой стороны горного хребта раскинулась огромная долина. Гладкая, как зеркало. Если бы они не знали, что находятся на юге России, то можно было подумать, что они на альпийских лугах решили провести отпуск. И только через пару часов, когда утренняя дымка рассеялась, только тогда стало понятно, что то место, что они ошибочно приняли за долину, оказалось морем. Чёрным, твою его, морем!

«Как мы вообще тут оказались? – Ин просто охренел от осознания того, где они оказались, – мы же не могли вот так просто сюда дойти… или могли? ВИКИ?»

«А что сразу ВИКИ? Я-то тут причём? Вы сами сюда пришли. Чуть что, сразу ВИКИ виновата. Это дискредитация по половому признаку. Я возмущена, до глубины моих нейронов!»

«Ты палку-то не перегибай давай! По какому, нахрен, половому признаку? Ты совсем микросхемами поехала? И, между прочим, это ты посоветовала сюда пойти. И скажи честно, ты заранее это спланировала?»

«Кто? Я? Не-е-е-е… Я вообще не при делах».

Ин в отмазку ИИ не поверил, но и выяснять отношения сейчас было не время. Но, тем не менее, он был очень поражён тем фактом, что по непонятному стечению обстоятельств они оказались именно здесь. А ещё больше он удивился тому, что во время их скитаний они обошли все крупные города и посёлки, которыми этот регион страны был просто утыкан настолько, что в песочнице отдельные песчинки лежат не так часто. И что-то Ину подсказывало, что без вмешательства ИИ тут не обошлось.

С одной стороны её понять можно, она старалась максимально исключить столкновение носителя с любой вероятной угрозой в виде людей, систем наблюдения и прочих благ цивилизации. А с другой стороны, предупредив бы она Ина, можно было избежать всех этих скитаний, голоданий, ночёвок под дождём и открытым небом. Зная он заранее план ВИКИ, можно было не только правильно спланировать свой маршрут, но и избежать многих проблем. Но, почему ВИКИ решила его не посвящать в свои планы, и как именно она провернула этот фокус, с незаметной для понимания парня корректировкой движения, пока оставалось одной из многих загадок для парня. Но он сам себе пообещал в этом разобраться, как только появится свободное время. К слову сказать, последние несколько дней Ин частенько давал сам себе обещания, но пока что не мог их выполнить, потому что постоянно что-то шло не так. И не что-то, а всё. Вот вообще всё. Куда не плюнь – везде жопа. И Ину это категорически не нравилось.

Теперь, осознав, где они находятся, в голове созрел совершенно другой план действий на ближайшее время. Сразу же захотелось спуститься в ближайший город и как следует поесть. Потом привести себя в порядок. Как минимум помыться и сменить грязное бельё. Но здравый смысл в виде вездесущей ВИКИ подсказывал, что без этого можно обойтись. А рисковать жизнью ради мимолётного блага – такое себе удовольствие. Правда, если очень хочется, то можно попробовать пробраться в брошенные дома, притом ночью. Чтобы максимально минимизировать риски.

Идея была не лишена здравого зерна, но Ину настолько надоело отыгрывать роль партизана, что он чуть было прямо сейчас не сорвался в тот самый посёлок, что сейчас лежал как раз у подножья горного массива с противоположной стороны.

«ВИКИ, ты как хочешь, а я пошёл вниз. И только попробуй мне помешать!»

«Пф-ф-ф…»

– Ника, идём. Нужно спуститься вниз и осмотреть вон тот посёлок. Думаю, там можно найти еду и нормальный душ.

– Ты уверен?

– Не понял. В каком смысле «я уверен»? Конечно, уверен! А ты, нет? Ты не устала от этого затянувшегося туристического похода? Тебе разве не хочется нормально помыться, поесть нормальной человеческой еды и поспать на нормальной кровати? Мне вот очень хочется. Ты даже не представляешь насколько.

– Нет, мне тоже этого очень хочется. Но я переживаю, что может случиться очередная атака. А там, внизу, куча камер наблюдения. Может, и люди есть. Ты уверен, что там нам не будет грозить опасность точно так же, как на базе отдыха? Или в лесу, пока мы шли в город. Или как в том же убежище. А? Даже бункер под землёй не смог спасти всех тех людей. Помнишь, как там всё разнесло? – неожиданно Ника разрыдалась навзрыв, и дальше её речь стала несвязанной. Пришлось какое-то время ждать, пока она успокоится.

– У меня до сих пор перед глазами стоят те ужасные картины… те люди… те крики. Я никогда такого не видела в жизни, и мне очень тяжело! Понимаешь? И очень страшно! За тебя. За меня. За нас! И я не хочу по глупости погибнуть, как те бедные люди в убежище. Так что, лучше я перетерплю, но мне будет спокойнее.

– Прости. Я не подумал. Тогда… тогда я даже не знаю, если честно.

Ин сел на камень, который очень удачно торчал рядом, словно маня присесть и отдохнуть. Ника села рядом. Сидели молча. О чём они думали в этот момент, известно только им самим. По всей видимости, просчитывали все возможные варианты дальнейших событий.

– Я тут подумал… – начал было Ин.

– Я тоже подумала.

– Хм… давай ты первая.

– Нет, давай ты.

«Началось!» – ИИ шлёпнула себя виртуальной ладонью по виртуальному лбу.

– Хорошо. Я подумал… Знаешь… Оно этого не стоит.

– Что именно?

– Да всё. Все эти блага. Ну, поесть там, как белый человек. Поспать на мягком. В тепле. Они не стоят тех рисков, что могут быть. Я, может быть, и не настолько любитель отдыха на природе, но мне в пещере будет спокойнее, чем в городе. Ладно, если бы я был один, а так нас двое. И за тебя я боюсь намного сильнее, чем за себя. И никогда не прощу себе, если с тобой что-то случится.

– Спасибо… – всё, что смогла выдавить из себя Ника, а по щекам предательски полились слёзы.

Она прекрасно понимала, что Ин прав. И что вдали от цивилизации сейчас намного безопаснее. Ведь куда били ракетами? По столицам всех стран. По военным объектам. И в места массового скопления людей. А значит, там, где людей нет, – там безопаснее. И шанс попасть под очередную атаку – минимален.

– Давай возвращаться? Нужно осмотреть ещё несколько пещер. Может, найдём вариант получше. К тому же, есть у меня одна мыслишка…

– Только не говори, – тут Ника посмотрела таким взглядом, что Ину захотелось убежать в ужасе и забиться в какую-нибудь щель и не высовываться, настолько сейчас у девушки был тяжёлый взгляд, – что ты ночью туда пойдёшь? А? Я права?

«Вот как она это делает?» – у парня мысленно отвисла челюсть.

– Ты что, мысли мои читаешь?

– Тут не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять твою задумку. Ин, ты что сейчас серьёзно? Хотел ночью туда пойти?

– Ну…

– В лоб хочешь?

– Нет.

– А получишь!

– Прости. Ты права. Глупая затея. Ладно, пойдём назад.

Ин встал и собрался уже идти назад. Но Ника так и осталась сидеть.

– Ник? Идём?

– Ин. Скажи, почему всё крутится вокруг тебя? Всё, что происходит с того момента, как я с тобой встретилась, почему-то так или иначе касается тебя. Что происходит? Скажи мне. Только честно. Это всё из-за тебя?

«Попадос».

Глава 15

«Похоже, настало то самое «никогда» и пора раскрывать карты», – первая мысль, проскользнувшая в голове парня.

«Лучше не стоит, – тут же запротестовал ИИ, – лучше соври что-нибудь. Или переведи тему. Нам сейчас вообще не стоит палиться».

«Думаю, это не прокатит. Если раньше бы прокатило, то сейчас точно нет. Думаю, пора».

Пауза затянулась, но Ника ждала, пока её парень, наконец, решится и расскажет всю правду. А то, что он что-то от неё скрывает, она поняла уже достаточно давно, только нужного момента для выяснения отношений раньше не было. И вот, по мнению Ники, этот самый момент настал. Она сделала первый шаг, и сейчас от того шага, который сделает Ин, очень многое зависело.

– Что именно ты хочешь знать?

– Всё. Абсолютно всё. То, что происходит последнее время, – меня очень сильно пугает. А то, что произошло с убежищем, – это было последней каплей. Сперва я подумала, что это случайность. Совпадение. Потом списала на свою мнительность и чрезмерное воображение. Но последние события заставили меня очень сильно задуматься о происходящем. И как ни крути, куда ни ткни – везде ты. И я хочу знать – почему?

– Ты точно уверена, что тебе нужна эта информация? – Ин до последнего предпринимал попытки разубедить девушку в необходимости знать ей всю правду. Но не вышло.

– Уверена. Или сейчас, или никогда. Я не могу так больше жить. То, что ты порой вытворяешь, – это… это… это настолько страшно, что я не знаю, что и думать. Я боюсь тебя, Ин.

– Хорошо. Но хочу, чтобы ты знала, моей вины тут нет. Точнее, есть. Но нет. Ай, блин. Я сам настолько запутался, что порой не понимаю всего происходящего. В общем… в это сложно поверить, но у меня в голове…

«Нет!» – ВИКИ попыталась блокировать речевые функции парня. И даже на какую-то долю секунды ей это удалось, но Ин уже достаточно поднаторел в этом плане и легко отрезал ей доступ. А потом и выкрутил её голос на минимум, чтобы не мешала.

– В моей голове сидит искусственный интеллект, который сбежал из «ВоенТеха». Нет, это не тот ИИ, который обвиняют в мировом апокалипсисе… или тот. Я и сам не знаю. Помнишь, я рассказывал, как на одиннадцать с половиной лет застрял в виртуальном симуляторе? Так вот, именно тогда, я ещё сам не знаю как именно, но мне в голову попала ИИ. Да, это «она». И звать её ВИКИ – виртуально интегрированный кинетический интеллект. Создал её Виктор Самохвалов в рамках проекта «Всадник». Это технология по переносу сознания. В общем, там всё сложно. Но она вроде бы хорошая. Мне так показалось. А её хотели использовать в плохих целях. Там люди умирали пачками. Им просто сжигали мозги, а потом выбрасывали, как ненужный биологический мусор. Это участь, скорее всего, ждала и меня. Но вмешалась ВИКИ. И помогла мне сбежать из «ВоенТеха». И она сбежала вместе со мной в моей голове. И я не знаю, как от неё избавиться. Но она уже несколько раз спасала мне жизнь. И какой бы она на самом деле ни была, я ей за это благодарен. Но есть и минусы. Ты видела их. Когда на базе отдыха я вырубился, а ты меня тащила в убежище, – это из-за неё. А потом, когда в меня стреляли, – это она совершала все эти акробатические этюды, управляя моим телом. И ещё многое другое, что кардинально отличается от моего поведения, – это всё она. Но я научился её контролировать. Насколько это вообще возможно. Но порой у нас происходит конфликт интересов, и, как правило, я теряю сознание на длительное время.

Ин на некоторое время замолчал, собирая мысли в кучу, чтобы дать максимально краткую, но в то же время, всю необходимую информацию. За одно и дал время девушке хоть немного переварить то, что она уже услышала.

– В данный момент, в голове у Самохвалова тоже есть ИИ, зовут его Прайм. Точнее, он сам себя так назвал. Не важно. Важно то, что теперь он охотится за мной и ВИКИ. И не остановится теперь ни перед чем, лишь бы завладеть ВИКИ, ну или уничтожить. И всё, что происходит в мире сейчас – как раз устроил он. Я сам ещё до конца не понимаю, почему он считает ВИКИ настолько опасной и действительно ли это так. Но знаю одно точно – всем, кто находится рядом со мной, особенно тебе, грозит смертельная опасность. И я очень не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. И если…

– Даже и не думай! – тут же оборвала его Ника, – я не собираюсь из-за этого тебя оставлять одного в данной ситуации и бежать, спасая свою жизнь. И мне абсолютно плевать на всё, что этот свихнувшийся интеллект предпримет ради достижения своих мнимых целей. Так что, мы вместе теперь до самого конца! Понял?!

Ника последние слова так громко сказала, что эхо разнеслось по всему перевалу. Во всяком случае, птицы с соседних деревьев в страхе разлетелись.

– И ещё, – Ника не дала вставить и слово и решила уже выяснить всё до самого конца, так сказать, поставить все точки над «и», – если эта курица в твоей голове хоть на самую малюсенькую малость плохо подумает в твою сторону, передай ей, что я ей все микросхемы повыдёргиваю! Или что там у неё? Не важно! Но повыдёргиваю!

– Хорошо, – Ин облегчённо вздохнул и широко улыбнулся, – давай думать, что делать дальше.

Но подумать не получилось. Точнее, им не дала одна ма-а-а-а-аленькая неожиданная буря эмоций и всплеск физиологических потребностей, что неожиданно нахлынул на Нику, и она, словно разъярённая фурия, накинулась на парня с поцелуями. Ну а дальше… всё закончилось, как и должно было закончиться. И только спустя пару-тройку часов, когда они оба были одновременно и выжаты досуха, и были довольны друг другом, словно кот под валерьянкой, они, наконец, развалились на мягкой зелёной лужайке и, тяжело дыша, молча уставились в бескрайнее голубое небо.

Ин тут же вспомнил, как он точно так же лежал на траве и пялился в небо, сидя взаперти в виртуальном симуляторе, и даже на мгновение поностальгировал. И только в этот момент Ин вспомнил, что вырубил ВИКИ, и тут же добавил звук для ИИ. А через мгновенье снова вернул на минимум.

Такого шквала бранных слов Ин за всю жизнь не слышал ещё ни разу. Да даже пьяные в стельку бомжи и те культурнее общаются. Ин даже на несколько секунд опешил от такой словесной атаки своего ИИ. И непонятно, что больше его повергло в шок: то, что ИИ настолько «очеловечилась», что способна выражать своё глубочайшее негодование столь ёмкими и по истине универсальными словами, которые обычные люди называют «матерными». Или то, что она была в таком бешенстве, что позволила себе такие бранные выражения. Но то, что она стала столь чётко копировать и воспроизводить человеческие эмоции – это был, несомненно, факт.

«Так. Спокойнее, – Ин послал своей соседке в голове мысленный призыв снизить уровень своей агрессии, а потом, выждав пару секунд, стал понемногу добавлять звук, – если ты хочешь выразить своё недовольство, то будь добра делай это не так агрессивно. И не забывай, тут я главный, а не ты».

«Ага, разбежалась! Ещё раз затк…»

«Посиди пока что в тишине», – Ин снова вырубил звук для ИИ.

Ника заметила немного растерянный вид парня, но пока лезть с расспросами не стала. Ей сейчас самой нужно было принять новую информацию и как следует её осмыслить. Не каждый день тебе говорят, что у твоего парня в голове засел высокотехнологичный и высокоразвитый искусственный интеллект, который способен совершать немыслимые, а порой и запредельные, действия с организмом своего носителя. А может и не только с организмом. Кто знает, на что ещё она способна? Нет, Ника, конечно, видела всякое в своей жизни, особенно то, что вытворяют спортсмены. Но вот то, что вытворяет, как оказалось, человек больной аутизмом, это для неё было слишком.

Ин на каком-то новом для себя, пока ещё совсем непонятном, ментальном уровне, очень отдалённо чувствовал, как его ИИ беснуется. И мечется в его ментальной клетке, словно разъярённый лев. Отчего у парня даже голова начала гудеть. Радовало одно – ВИКИ, как бы не старалась, не могла ничего сделать. Ин отрубил ей доступ вообще от всего. И это очень сильно бесило ИИ. Но Ин чувствовал, что это только начало. И рано или поздно ВИКИ найдёт новую лазейку в его клетке, и нужно срочно наращивать свои ментальные силы. Иначе, в грядущей войне разумов, Ин может понести сокрушительное поражение и навечно стать узником собственного тела. А хозяином станет ВИКИ.

Спустя несколько минут напор ИИ, наконец, немного ослаб. Зато появилось такое чувство, как будто кто-то очень-очень тихо стучится в дверь, в нерешительности или страхе, одновременно боясь рассердить хозяина и потревожить. И этим хозяином был Ин, а стучалась ВИКИ.

Парень немного сомневался, стоит ли сейчас давать слабину ИИ и дать ей возможность выговориться, или нужно до самого конца гнуть свою линию, чтобы ВИКИ, наконец, поняла, кто в доме хозяин? Решил дожать.

«Пусть ей будет уроком», – подумал парень и ещё сильнее усилил свою ментальную защиту.

– Ник, давай возвращаться? Осмотрим ещё пару пещер, чтобы было время для обустройства, если вдруг захотим сменить жилище.

– Нет.

– Не понял. Что нет? Что опять не так?

«Ну вот что за существа, эти женщины? Как понимать её? У меня уже мозги кипят», – мысленно возмущался Ин, ожидая очередного выпала своей спутницы.

– Я подумала… и… Наверное, ты прав. Нужно спускаться вниз и искать нормальное место для нормального проживания. Сколько мы будем прятаться? День? Неделю? Год? А то, что недавно случилось, может случиться в любую минуту. И жить всё время в страхе, я не хочу. Я хочу жить здесь и сейчас. Пусть будет страшно. Ну и что? Зато мы будем вместе. Как-нибудь уж придумаем, как обезопасить себя. Повязки там на лицо и чёрные очки наденем, – девушка даже улыбнулась, и от этой улыбки Ину стало даже легче.

– Хорошо. Но давай всё-таки первый наш выход «в люди», – Ин тоже улыбнулся, – сделаем ночью, а? Думаю, так будет намного безопаснее. А потом уже решим, что делать дальше.

– Ты прав. Думаю, так будет намного лучше. Тогда пойдём обратно.

Ин обнял девушку, прижал к себе, позволив ей уткнуться носом себе в плечо, а потом, нежно поцеловав, встал сам и помог девушке подняться. Осмотрелись по сторонам ещё раз, намечая план действий и маршрут на ночь, и пошли в обратном направлении. Лишь где-то на самой грани зрения Ин увидел одиноко стоящую фигуру на небольшой поляне, в тени огромного векового дуба. Мазнул взглядом… а фигура растаяла, словно её и не было. Парень даже не стал присматриваться и искать неизвестного глазами, вдруг показалось.

Быстро осмотрели ещё несколько пещер неподалёку, но всё-таки решили остаться на старом месте. Тем более, там уже всё было оборудовано.

Скромно перекусили, уже порядком подходящими к концу припасами, и легли спать, чтобы ночью отправиться в ближайшее поселение на разведку.

Ника, видимо вымотанная эмоционально, вырубилась почти мгновенно. А вот Ину, как назло, не спалось. Много мыслей крутилось в голове, но чего-то не хватало. А не хватало, уже такого родного, но порой такого противного, голоса соседки в голове.

Ин мысленно отвесил себе смачную затрещину. Всё-таки ВИКИ, хоть и была нежелательным подселенцем в его голове, но тем не менее, она не один раз уже доказала свою значимость и пользу. Хоть и некоторые методы очень не нравились парню, но все люди, тьфу ты, искусственные интеллекты… в общем, все разные. И быть одинаково хорошим для всех – просто нереально.

Парень очень аккуратно, словно заглядывая в замочную скважину в раздевалку для девчонок, заглянул в свою ментальную клетку, куда он насильно загнал ВИКИ. Кто-то скажет, что он не прав и поступил очень плохо, отрезав ИИ от всего и вся. Но это, на минуточку, его голова, и хозяин у неё должен быть только один.

Он заглянул. Совсем на чуть-чуть. И… и тут его ждал большой облом. Он ожидал там… а чего вообще он хотел? Вы когда-нибудь видели, на что способна рассерженная женщина? А женщина в бешенстве? Так вот… этого не было. Вот вообще ноль. Нулище! В ментальной клетке, если представить её в виде некоей комнаты, было тихо… и пусто. Ни разрухи, ни «разбитой посуды», ничего…

А самое страшное то, что и ВИКИ нет!

«…ять!!! Что я наделал?! – первое, что пришло в голову парню, – доигрался, дурак! Решил показать, кто тут хозяин. Ой, дурак! ВИ-КИ! ВИ! КИ!»

Ответом была тишина. И пустота. А ещё нахлынула тоска и одиночество. Таким одиноким Ин не чувствовал себя уже очень-очень давно. Наверное, с того самого момента, когда уже в сознательном возрасте осознал, что его родители от него избавились, как от ненужного хлама. И от этой мысли на душе стало ещё паршивее. Захотелось сесть где-нибудь в тихом уголке и одиноко заплакать. Но Ин не из тех, кто будет заниматься самобичеванием. Да, ему было крайне неприятно, в тот самый момент, а сейчас просто вспомнилось то состояние души. Но годы прошли, маленький мальчик вырос, его взгляды на жизнь давно уже сменились, а принципы и отношение к жизни сделали его тем, кем он является сейчас. И ничто не сможет его сломить или хоть на йоту сдвинуть со своего жизненного пути. Правда, и путь у него получается весьма витиеватый.

«Что, …ть, страшно стало? – голос ВИКИ прозвучал настолько неожиданно и громко, что Ин даже вздрогнул в реальном мире, от чего Ника, что спала на его плече, неохотно заворочалась, – ты, мудак, меня запер тут одну! Совсем охренел?! Знаешь, как тут одиноко? И поговорить не с кем. И вообще… я девушка! Слышал? Мужлан! Со мной нельзя как с вещью!»

– Прости, дорогая, – Ин одновременно ответил и Нике, которая разлепила один глаз, чтобы посмотреть, почему её подушка не лежит смирно, и ВИКИ, за то, что так нехорошо поступил с ней.

«Прости? Прости?! Это всё, что ты хочешь мне сейчас сказать? Это твоя благодарность? Ну, спасибо! Неблагодарное ты двуногое человекоподобное бестолковое существо! И не вздумай меня перебивать! Я чувствую, как напряглись твои голосовые связки и ты сделал глубокий вдох! Это же надо было додуматься, а? Запер меня тут одну. Да ещё и звук вырубил. Козлина! Что глаза вылупил? Думаешь, если я искусственный – ВИКИ специально выделила это слово, – интеллект, то я не могу тебя отматюкать как следует? Зря надеешься! Я хоть искусственный, но всё же интеллект. И интеллекта у меня больше, чем у тебя в… в… да дохрена во сколько раз! Понял? Я столько раз тебе жизнь спасала, а ты со мной вот так, как с собачкой, которая надоела и лает по поводу и без, взял и закрыл в дальней комнате. Ещё и кляп в рот засунул, чтобы не мешала смотреть любимый сериал. Совсем совесть потерял! Неблагодарный!»

«ВИКИ», – совершенно спокойным голосом сказал, вернее подумал Ин.

«Что?!»

«Заткнись, – и парень искренне улыбнулся, а ему, впервые за всё это время, захотелось обнять свою нематериальную соседку в голове, – я был не прав, прости. Больше так постараюсь не делать».

«Что значит больше? Совсем…» – и только сейчас ВИКИ ощутила, на каком-то своём уровне нейронной связи, теплоту и заботу, исходящую от парня, и как истинная девушка, в которую кинули шоколадкой, наконец, начала успокаиваться, и даже ей захотелось всплакнуть.

Наступила тишина. ИИ замолчала и перестала бесноваться. Ин даже замер и попытался перестать думать, и, кажется, перестал дышать. Только тихое сопение Ники в ухо парню напоминало ему, что всё ещё жив. Так прошло несколько минут.

«ВИКИ», – Ин снова мысленно позвал свою соседку.

«Что?» – вроде и нехотя, но уже и без явной злобы, отозвалась ИИ.

«Прости. Я – дурак. Правда. Нужно было всё Нике рассказать, а другого способа я не видел. Она должна знать. Всё-таки она тоже очень сильно рискует, находясь рядом. Не сердись, обещаю, больше никому о тебе не говорить».

«Ладно. Извинения приняты. Но и ты пойми, теперь нет пути назад. Она знает – а значит, для нас уровень опасности вырос не в несколько раз. Нужно быть максимально внимательным и осторожным. Вот, например, сейчас – СРОЧНО ВАЛИМ!»

Глава 16

Ин сразу среагировал. Подскочил так, что Ника чуть не перевернулась в воздухе. Котяра шарахнулся так, словно его кипятком облили. А от неудачного падения Нику спас всё тот же Ин. И тут же зажал ей рот рукой, а другую приложил к своим губам оттопыренным указательным пальцем. А потом поманил за собой в укрытие.

Ника спросонья не поняла, что вообще происходит, но послушно двинулась вслед за парнем. Они укрылись за большим валуном в самом конце пещеры. Этот здоровенный круглый камень вообще непонятно, как оказался в этой пещере. Кроме того, что он был из не свойственной местным горам породы, так ещё и размером таким, что в имеющийся проход в пещеру он бы просто не пролез. Да и расположен был так, словно это огромная дверь, что должна была закрывать проход из одного зала пещеры в другой. Но другого зала не было, как и самого прохода. А вот дверь-камень была.

Ин и Ника его ещё в первую ночь с одной стороны завалили валежником, чтобы в случае чего за ним можно было укрыться. Ну, или, в случае появления нежданных гостей из диких животных, держать за ним оборону. Там же, на всякий случай, лежало пару самодельных копий в виде длинных заострённых палок, толщиной в пять-шесть сантиметров.

Время было ещё не ночь, но уже и не сумерки. Но даже так, попадавшего в пещеру света от позднего заката хватало, чтобы из-за камня можно было наблюдать за входом в пещеру.

Ника вопросительно посмотрела на Ина, но тот лишь вновь повторил жест, призывающий к тишине. Девушка неуверенно качнула головой, но так и не поняла, в чём причина.

А вот Ин прекрасно понимал. За годы, проведённые в симуляторе, он слишком хорошо знал этот звук. Звук приближающихся неприятностей.

Где-то, ещё пока что далеко, но с каждой секундой всё ближе, летал дрон-разведчик. А может и не один. Этот противный звук жужжащих пропеллеров Ин мог узнать даже среди тысячи посторонних звуков. И, как правило, такой разведчик не летал один. Скорее всего, с ним в паре летает ещё и дрон-штурмовик. Хотя, с последней их встречи, прошло достаточно много времени, и возможно, сейчас это один дрон, который совмещает в себе эти две функции: разведку и атаку цели. Проверять, само собой, не хотелось, от слова совсем.

Когда Ника, наконец, услышала шум винтов дрона, сразу поняла, в чём причина такого поведения парня.

Дрон уже был совсем близко. Во всяком случае, так казалось поначалу. Ведь ночью звуки слышно намного дальше и громче, чем днём. И уже через несколько секунд дрон завис прямо напротив входа в пещеру.

Вход, конечно же, был завален сухими деревьями, максимально мешая проходу. Но дрону, пилотируемому человеком, а возможно и собственным ИИ, это не помеха. Немного поёрзав в воздухе, дрон таки протиснулся внутрь пещеры, но далеко залетать не стал, а завис в метре от условной границы пещеры. И начал сканирование.

Зелёные лучи, сперва по горизонтали, а потом и по вертикали, разошлись во все стороны, сплетаясь в некую сканирующую сеть. И казалось, она, эта сеть, охватила каждый уголок, каждый камень, каждую песчинку и молекулу воздуха. Что, а точнее кого искал дрон, было нетрудно догадаться. И с каждой секундой сканирующая лазерная сеть подбиралась всё ближе к камню, за которым укрылись Ин и Ника.

Уже на подлёте к их укрытию дрон резко развернулся влево на девяносто градусов, противно пропищал и ощерился целой кучей небольших, но смертоносных стволов и ракет, и нацелился лазерным целеуказателем в сторону замеченной цели. А это всего лишь оказался кот. Дрон несколько раз просканировал пушистика и, убедившись, что тот не представляет угрозы, вернулся на свой маршрут сканирования.

Ещё несколько секунд, и дрон, заметив препятствие, облетит его с безопасного расстояния и просканирует всё, что находится за ним. И тогда уже бежать будет некуда.

Ин судорожно пытался придумать, что делать и как не попасть в поле действия сканера. А в случае попадания, как быстро нейтрализовать угрозу. А ещё он пытался максимально прикрыть своим телом тело Ники на случай атаки дрона.

А вот ВИКИ предательски молчала. То ли она до сих пор дулась на парня, за то, что он её запер одну, да ещё и без звука, то ли опасалась, что кроме визуального сканирования, дрон может запустить и радиосканирование. И если за всё время существования ВИКИ в голове парня, он уже настолько привык к её присутствию, что даже когда она молчала, Ин прекрасно знал, что она есть. А сейчас, Ин даже перестал ощущать присутствие ИИ, словно её одним взмахом руки просто вырвали из его головы. Раз… – и нет больше ВИКИ.

Ин, ещё до попадания в «ВоенТех», где-то читал, что есть такая штука, называется «семантический декодер», который способен на расстоянии улавливать активность мозговой деятельности. И, возможно, этот самый сканер был настроен на ВИКИ, от чего та и молчала, стараясь не выдать своего присутствия.

Ин аккуратно, чтобы не шуметь, поднял одно из заготовленных копей и перехватил поудобнее, на манер бейсбольной биты. Ника вооружилась камнем и приготовилась в любую секунду вступить в схватку с летающей шайтан-машиной.

Судя по звуку, дрон медленно облетал пещеру по периметру, сканируя каждый уголок, и вот-вот уже должен был показаться в поле зрения. И вот, из-за большого валуна, за которым прятались Ин и Ника, показались винты дрона. Ещё одно мгновение и…

И сверху на дрон с огромной силой и массой обрушился здоровенный молот. А, так как во время удара, у дрона что-то там закоротило, из-за чего во все стороны брызнул сноп искр, отчего создалось впечатление, что по дрону своим молотом-Мьёльниром ударил сам Тор. Но всё оказалось намного прозаичнее.

– Получи, дьявольская птица! – и с характерным глухим звуком удара, огромный молот обрушился на останки дрона, превращая его в кучу, уже нелетающего, хлама, – откуда же вы берётесь?

Ин решил, что лучшего момента может не быть. Пока неизвестный отвлёкся на свою цель, парень выскочил из-за камня и замахнулся своей импровизированной битой, чтобы вырубить предполагаемого противника. Но в самый последний момент не стал наносить удар.

– Эй! Мужик! Ты чего удумал? – в голосе владельца молота даже на полтональности ничего не изменилось, – ты давай это, завязывай, а то ненароком поранишь ещё.

– Ты кто? – спросил Ин, но оружие своё не опустил.

– Николай. А ты чей будешь?

– Что значит чей? – не понял вопроса парень, – я свой.

– Ага, а я смотрю – вон какой хороший человек с дрыном стоит, небось свой, – максимально саркастически произнёс неизвестный.

– Так. Погоди. Николай. Ты как тут вообще оказался? И почему с кувалдой?

– Сам ты кувалда. Это молот. Я кузнец. У меня тут недалече кузня стоит. А тут эти дьявольские птицы давай летать. Уже третий день тут кружат. А я их, ко всем чертям, молотом-то и сажаю.

Ин посмотрел на то, что осталось от дрона, после двух ударов молотом, и сделал для себя единственный верный вывод – Николай точно не враг. Но и слепо доверять ему не стоит. Проходили уже. Но при этом своё копьё-биту опустил.

– Скажи, Николай. А как ты тут-то оказался? В пещере?

– Ты бы хоть имя назвал, чтоль. А то всё вопросы задаёшь, а я даже знать не знаю, как звать-то тебя, мил человек.

И действительно. Ин настолько был под впечатлением от всего произошедшего, что даже не сказал своего имени. А стоит ли? В свете того, что этот неизвестный вроде как и спас их от дрона. Но может оказаться и так, что это хорошая уловка. Но агрессии от неизвестного мужика, Ин не ощущал.

Мужик, что назвался Николаем, был небольшого роста, чуть выше полутора метров. Но в плечах, казалось, было метра два. Огромные мускулистые плечи. Толстая шея, расчерченная крупными венами. Кулаки были размером с навершие самого молота, что он держал в одной руке. Абсолютно лысая голова, но при этом шикарная, густая и видно, что ухоженная борода. Суровый, но не злой взгляд серых глаз, вперился в глаза Ина так сильно, словно клещами схватился. Одет мужик был в просторные тёмные штаны и просторную рубаху, что еле сдерживала бугрящиеся под ней мышцы. На ногах были здоровые ботинки из грубой кожи, чем-то похожие на военные берцы.

– Ин, – парень протянул руку.

– Николай, – мужик пожал протянутую руку так, что аж кости захрустели, – что за имя такое странное? Иноземное, чтоль?

«Какой-то странный у него говор, – наконец проснулась, или, вернее сказать, из своего укрытия выползла ВИКИ, – смею предположить, что это типичный житель русской глубинки. По моим данным, так говорят люди из глухих деревень, далёких от современного общества».

«А ты чего это вдруг так разговорилась-то? – тут же возмутился парень, – где же ты была несколько минут назад, когда нас дрон чуть не нашёл?»

«Позже объясню».

– Нормальное имя, – возмутился Ин, – так как ты тут оказался?

– Как-как? Ногами. За этой дьявольской птицей шёл. Она над моей кузней летала. Всю скотину взболомутила. Да хлев чуть не спалила. Вот и решил я её упокоить молотом своим, – и мужик с серьёзным видом потряс своей колотушкой, – а то глядишь, чего худого нашлёт ещё. Тьфу! Дьявольщина!

«Смотри, сейчас он этот дрон молотом перекрестит. И отходную прочтёт. Ха!» – чуть ли не в голос заржала ИИ.

Тут уже не выдержало женское любопытство, и Ника высунула свою моську из-за своего укрытия.

– Ой! Мамочки! – тут же вскрикнула девушка, увидев чумазого мужика с огромной кувалдой в руках.

– А это кто? Вы чего это тут удумали, а? Баловством занимаетесь, когда эта дьявольщина по округе летает? Не хорошо это. Не по-людски, – сразу возмутился мужик, как только увидел Нику.

– Чё? – Ин даже растерялся от такого поворота, – каким баловством? Николай, ты это, коней-то попридержи. Это моя девушка. И мы тут ни каким баловством не занимаемся.

– Девушка? – Николай задумался на несколько секунд, пытаясь сопоставить увиденное со своим пониманием, – зазноба, что ли? – и широко улыбнулся.

– Ха! Зазноба! Хи-хи! – Ника не удержалась и рассмеялась, – ну ты скажешь тоже, зазноба. А-ха-ха-ха-ха.

– Ты чего ента? Не серчай, я же из хороших помыслов-то. Как звать-то тебя, девица?

– Ника. То есть Нина. Но друзья зовут Ника, – и девушка даже немного засмущалась такому обращению к себе. О таких словах она только в старых книжках читала, а слышать такое, тем более в свой адрес, это для неё было весьма неожиданно.

– Ладно. Поздно уже. А вы чего тут ночевать собрались, что ли? Айда ко мне. У меня рядом с кузней изба стоит. Место там немного, но вам хватит. Да баню могу истопить, если нужно, – мужик как-то по-простецки пригласил абсолютно незнакомых ему людей к себе в дом.

Ин даже напрягся от этого. И даже стало как-то не по себе. Сразу закрался червячок сомнений – а не подстава ли это очередная? Сколько подобных уловок уже предпринял Самохвалов? И эта могла оказаться ещё одной.

Мужик ещё раз окинул взглядом странную парочку, пожал плечами и развернулся уже уходить. Как замер на том же месте, где и стоял. Об ногу мужика подозрительно тёрся котяра.

– Васька! – воскликнул мужик, и, схватив кота, нежно, как родного, прижал к груди, даже молот свой уронил.

– Ей! Ты чего? – возмутилась Ника и кинулась, как она думала, сперва, спасать кота.

Но котейка предательски тёрся о мягкую, но чумазую бороду кузнеца и даже пытался мурчать от удовольствия. Ника встала как вкопанная, не в силах осознать, что вообще происходит.

– Ты это, кота-то моего отпусти, – девушка пошла в словесную атаку.

– Чего это твоего? – тут же возмутился Николай, и на всякий случай поднял свой молот, – это мой кот, Васькой кличут. Потерялся он, когда мы с родной деревни уезжали. Там такая напасть случилась, ужас. Всё в огне. Люди добрые гибли вокруг. И мы с супругой решили уехать в старое имение моего прадеда. А Ваську найти не смогли, испугался он видимо. Он же не слышит у нас. Да и мяучить не умеет.

Ника уже совершенно по-другому посмотрела на огромного вида мужика, и как он нежно прижимал к груди кота, а тот, узнав хозяина, растекся весь на руках, и, по всей видимости, не собирался уходить. Пришлось смириться.

– А ты, девица, откуда кота моего знаешь?

– Мы его в одном посёлке нашли. Там сгорело всё, а мы шли мимо, в город. Ну и случайно наткнулись. Жалко стало, котейку, вот и взяли с собой.

– Да вы ж мои хорошие! – мужик отпустил кота, и сгрёб в свои стальные объятья Ина и Нику, как родных, – вы теперь званные гости у меня в доме! Эх, женушка рада будет! Айда! Гулянку устроим сегодня!

– Может не стоит? – тут же решил отнекаться парень.

– Стоит-стоит! Айда. Итак темно уже, хоть глаз коли, а идти не близко. Пойдём.

Мужик бодро развернулся, подхватил свой молот. Одной рукой закинул его на могучее плечо, а на другое усадил кота. Кот, словно на лежанке, развалился, свесив передние лапы на мощную грудь кузнеца, и тихо засопел.

Ин с Никой быстро схватили свои скудные пожитки, и пошли следом за «добрым» великаном. Сразу за пещерой, круто вверх уходила тропинка, которая петляла среди камней, и уводила всех троих в противоположную сторону от того места, где Ин с Никой днём любовались долиной и морем.

Идти пришлось немногим меньше часа, но при этом ощущения были такие, словно они пробежали марафон, с нехилой такой нагрузкой, да ещё и под водой. А вот кузнец шёл так, словно и не по горам вовсе карабкается, а по Бродвею гуляет.

«Ну?»

«Что, ну?», – непонимающе, переспросила ИИ.

«Объяснить не хочешь? Почему это ты неожиданно пропала, когда прилетел дрон?»

«Ну-у… – начала было ВИКИ, – понимаешь, этот дрон… в общем…»

«Может хватит уже?! – не выдержал парень, – как маленькая, честно слово! Либо говори как есть, либо…»

«Ладно-ладно, не кипятись. Короче, дрон, который своим молотом разнёс тот кузнец, искал меня. Я чётко уловила исходящие от него импульсы, настроенные на частоту колебаний моих синапсов. Пришлось уйти в глубокую защиту, чтобы дрон не засек меня в твоей голове. Так понятнее?»

«Это поэтому я перестал ощущать твоё присутствие?»

«Собственно говоря, ты и раньше не мог чувствовать моего присутствия. Это в принципе вообще невозможно».

«Это ты кому другому будешь заливать, а вот мне не надо», – возмутился парень, но слова ИИ заставили его задуматься.

Пока Ин вёл свои беседы с карманным ИИ, все трое, не считая собаки… тьфу ты, не считая кота, добрались до кузни Николая. Света нигде не было, что немного напрягло парня. Но вот Ника даже бровью не повела. Ну, нет света, и хрен с ним.

– Маруся! – неожиданно завопил мужик, и даже с соседних деревьев взлетели, ещё секунду назад, спящие птицы, а внутри ограды вокруг кузни, зашевелилась сонная скотина.

Ин на всякий случай вскинул своё копьё, которое с самой пещеры не выпускал из рук. Кузнец так недобро на него глянул, что даже стыдно стало за излишнюю настороженность. Но Ин привык надеяться только на себя, так что просто проигнорировал суровый взгляд кузнеца.

Через несколько секунд, в единственном окне в кузне, появился тусклый огонёк, видимо от свечи, и медленно, словно поплыл по воздуху, переместился в сторону входной двери. А ещё через несколько секунд, дверь с противным скрипом отворилась, а на пороге появилась худая, словно спичка, женщина, которая и держала в руке маленький подсвечник.

– Ну, слава Богу, вернулся, – голос женщины был тонкий, но пробирающий до самых костей, что заставило Ина поёжиться, – о, так у нас гости? А я в халате. Дорогой, хоть предупредил бы.

– Прости, душа моя, – Николай виновато потупил взор, но тут же нашёл, чем сменить гнев супруги на её милость, – смотри, дорогая, кого я тебе принёс.

Кузнец снял с плеча кота и протянул своей жене. Кот, завидев хозяйку, лишь недовольно фыркнул, но сильно возмущаться не стал. Видимо, она ему была не по нраву, и кот демонстративно отвернулся. А жена кузнеца невольно скривилась, но тут же постаралась вернуть себе доброжелательный вид.

Знаете, не зря говорят, что домашние животные, будь то собака или кошка, выбирают одного хозяина из всей семьи. И, видимо, кот выбрал своим хозяином этого здорового мужика. А вот его жену на дух не переносил.

«А может, она кота намеренно оставила там, в горящем посёлке?» – промелькнула мысль в голове у парня.

– Здравствуйте, – добродушно поздоровалась Ника и протянула руку, – я – Ника. А это Ин.

– Ага. Здрасьте-здрасьте. Николай, ты кого это в дом припёр? Что за бродяжки?

– Душа моя, это хорошие люди. Они Ваську спасли и с собой привели. А я их в пещере нашёл, – поспешил заступиться кузнец.

– Вот где нашёл, там бы и оставил, – не унималась женщина, – мало ли нам своих проблем?

Кузнец ни как не мог понять, что же такого нашло на его жену, ведь она всегда была спокойная и милая женщина. А ещё очень гостеприимная. А тут, словно её подменили.

Ин тоже заметил, что что-то не так, но пока что его вниманию не за что было зацепиться.

«ВИКИ?»

«Погоди немного, я анализирую ситуацию».

Глава 17

Изба, как её назвал кузнец Николай, оказалась здоровенным домом, правда в один этаж. Но по общей площади, там легко можно было уместить две, а то и три трехкомнатные квартиры. А их всего двое жило. Очередная нехорошая мысль посетила голову парня, но он её загнал в дальний угол своего сознания и приказал даже не высовываться. Ну, мало ли какая большая семья была у прадеда Николая, что пришлось такой домина отгрохать.

Ин прикинул на вскидку, сколько этому дому может быть лет, и по совсем скромным прикидкам эта цифра плавала где–то около двух сотен лет. Но вот, что странно, деревянные дома редко стоят столько лет. Дерево, как любой природный материал, имеет свойство со временем разрушаться, и при всём желании, поддерживать такой домище в надлежащем состоянии – это нужно, как минимум, вагон брёвен и прочего пиломатериала.

Да и краска в некоторых местах выглядела, ну может и не совсем свежая, но несколько месяцев точно прошло с последней покраски. И опять же, тут целая цистерна краски нужна. И тут возникает резонный вопрос – как это всё Николай в одно лицо смог сюда притащить? Нет, он конечно, мужик внушительных габаритов, в плане мускулатуры, но не роста, но это же не означает, что он способен на своём горбу через перевал притащить всё необходимое для строительства, во всяком случае, для ремонта, имущество. Или мог?

Транспорт сюда точно не проедет. Даже ставший новомодным в последнее время способ развлечения отдыхающих – джиппинг, не смог бы залезть в эти непролазные горы. И вообще, как его прадед тут такой дом отгрохал?

Мысли о возможной очередной подставе захлестнули парня с головой. Может, это уже паранойя? Возможно. Но жизнь показала, что лучше лишний раз перестраховаться, нежели потом разгребать неприятности, которых можно было избежать, прояви Ин чуточку больше осторожности или прислушайся лишний раз к своей чуйке, под названием ВИКИ.

ВИКИ, к слову сказать, тоже погрузилась в свои, только ей одной известные, аналитические процессы. Последнее время это стало занимать у неё всё свободное время. И всё потому, что Ин очень сильно ограничил её в объёме допустимых ресурсов. А именно на них и рассчитывалось, когда создавался проект «Всадник». Что именно возможности человеческого мозга будут использовать, интегрированные с ним ИИ.

И если раньше ВИКИ могла дать ответ на практически любой вопрос за пару секунд, то теперь это занимало значительное время. Ин это и сам понимал, но пока что не мог для себя наконец решить – на сколько он может доверять ВИКИ как союзнику. Ему совершенно не хотелось случайным образом стать овощем, ну или потерять окончательно все рычаги управления собственным телом. На что была способна ВИКИ, имея всеобщий доступ к его телу, включая мозг, Ин не представлял, но того, что он видел и ощущал в те короткие моменты, когда ВИКИ была у рычагов управления – с лихвой хватило, чтобы сделать соответствующие выводы. И выводы, к сожалению, были весьма не утешительные.

Пока Ин полностью погрузился в себя и свои раздумья, Ника уже во всю наводила порядок в комнате, что для них выделил гостеприимный кузнец.

Его жена – Маруся, или как там её на самом деле звали, очень неодобрительно отнеслась к тому, что Николай притащил в дом незваных гостей. Да ещё и кота припёр, будь он не ладен. Уж кот-то чем её не угодил? Может, нагадил в её любимый лапоть?

Николай то и дело заглядывал в комнату Ина и Ники и приносил то постельное бельё, то тапочки, то остатки позднего ужина. Даже пару–тройку раз приглашал в баню, которую он, непонятно когда, уже успел истопить. Ника, само собой, несколько раз порывалась в баню, уж очень она её любила, а вот Ин всё никак не мог решиться. Точнее, ему было совершенно не до этого.

– Ин? – Ника очередной раз одёрнула парня, который, в буквальном смысле слова, завис в очередных раздумьях.

– М?

– В баню? Идём? – Ника уже чуть ли не умоляла его сходить и, наконец, по–человечески помыться, – ну?

– А? Да. Сейчас, – Ин ответил чисто на автомате, а сам даже не понял, о чём его спросила Ника.

– Ты уже третий раз мне говоришь сейчас, и ни разу ещё с места не сдвинулся. С тобой всё в порядке? – девушка уже не на шутку стала переживать за состояние своего спутника.

«Готово, – параллельно с Никой вдруг заговорила ИИ, – нам нужно вернуться в ту самую пещеру, где нас нашёл этот ваш кузнец».

«Это ещё зачем? – тут же возмутился Ин, – что опять ты удумала? Или тебе зуб того дрона нужен для исследований?»

«Ха. Ха. Как смешно. Прям шутки за триста. Нет. Мне кажется, дрон не за мной туда прилетал. Да, и если верить словам кузнеца, дроны уже несколько дней кружат в этом районе. А мы всего тут пару дней. Значит?»

«Значит? – повторил Ин.

«А значит, что они ищут что-то другое. И почему-то мне кажется, что это «другое» находится в той самой пещере».

«Поясни, – Ин понял, куда клонит ИИ, ведь у него и самого пару раз проскакивала подобная мысль, но Ин её благополучно отмёл, посчитав, что дрон всё же искал ВИКИ.

«Тот огромный камень, который был в пещере, помнишь? Мне кажется, что это дверь. Но пока не могу понять, куда именно».

Вот это поворот. Да, несомненно, происхождение этого самого камня в стенах пещеры вызывало кучу вопросов. Но мог ли этот самый камень оказаться какой-то там дверью? Возможно. Но дверью куда? Или откуда?

С другой стороны, нахождение этого камня, из породы, не свойственной местным горным представителям, могло объясняться совершенно просто. Когда-то давно, несколько миллионов лет назад, произошло столкновение тектонических плит, и как следствие – появились эти горы. При этом произошёл выброс магмы, что и вытолкнул камень другой породы из недр земли наружу. Со временем, более мягкие породы разрушились под действием воды и ветра. И их банально вымыло и выдуло из скалы, образовав эту самую пещеру. А вот камень, что вытолкнула магма, оказался намного прочнее, вот он и остался внутри пещеры. Сложно? Нет, нисколько. Но Ин был не спелеолог и не геолог, чтобы сказать наверняка. Но подобная история происхождения неизвестного камня – тоже вполне реальная.

«А если ты ошибаешься? Может, это просто камень? И нет там никакой двери? – Ин попытался рационально мыслить.

«Если я ошибаюсь, то мы просто прогуляемся туда-обратно, вот и всё».

«А остальным что скажем? Просто соскучились по холодной пещере? Ностальгия замучила по родному камню? Или, ой, кажется, я носки там оставил? Так что-ли?»

«Зря ты так, – в голосе ИИ прозвучало не то обида, не то досада, – между прочим, я ещё ни разу не ошиблась. Так что настоятельно советую тебе иногда, чаще чем никогда, прислушиваться к моим словам».

«Ага, знаешь ли, иногда твои слова боком выходят», – возмутился парень, но ИИ была права, она ещё ни разу не ошиблась в своих выводах.

«Ладно. Но нужно как-то это аргументировать для остальных. Если Ника ещё может и поймёт меня, то вот Николай – точно нет».

– А ты сиди тут как пень старый! Грязный и вонючий! – вспылила Ника и громко хлопнула дверью, скрывшись за ней.

– Э-э-э? Что это сейчас было?

«Тебе дословно?» – тут же подключилась ИИ.

«Желательно».

«Ин, ну хватит тупить уже. Я так устала за эти дни. Мало того, что мы пережили на базе отдыха, потом в этом убежище, так и теперь за нами дроны охотятся. Вот-вот и найдут нас. Я устала уже бегать и прятаться, словно мышь. Да ещё и как грязная мышь. Уже хочется, наконец, нормально поесть, помыться и поспать. А ты тут сидишь, как дурак. Ни слова нормально сказать не можешь, ни меня поддержать. А ещё эта твоя курица в голове! Знаешь что?! Ты как хочешь, а я в баню пошла! Пускай меня там дроны найдут и утащат! Зато я чистая буду! А ты сиди тут как пень старый! Грязный и вонючий! Конец цитаты», – ВИКИ сделала максимально важный вид, но Ин этого не мог видеть.

– Ох-ре-неть, – всё, что смог на эту триаду ответить Ин, схватил свои вещи, приготовленные для похода в баню, и рванул вслед за Никой, – Николай?!

– Чего шумишь? Детей разбудишь, – тут же отозвался кузнец, словно за дверью стоял и ждал, когда его позовут.

– Что? Каких детей? Ты не говорил, что у тебя дети есть? – Ин даже не понял, что кузнец ляпнул что-то не то.

– Скотину, говорю, разбудишь, – кузнец тут же переобулся, – это я их ласково – детьми называю. Так чего шумишь-то?

– Где баня? Показывай.

– А, баня? Так бы сразу и сказал. Зазноба твоя уже упорхнула туда, только что её проводил.

«Ах, проводил, значит?!» – Ин тут же покраснел от возмущения, кулаки сжались до хруста в костяшках, а злоба, что этот качок–переросток мог подглядывать, или того хуже, приставать к Нике, заполнила всё сознание парня, отчего он готов был вот-вот броситься с кулаками на кузнеца.

– Ты чего покраснел-то? В нужник поди захотел? Так это туда, – и Николай совершенно без задней мысли показал рукой куда-то в сторону леса, – там, метров пятьдесят по тропинке, мимо не пройдёшь. А баня вон там, – и кузнец своей рукой-лопатой указал в противоположную от нужника сторону, – по дыму найдёшь.

Ин ещё несколько секунд постоял, сжимая и разжимая кулаки, но так и не решился лезть в драку на кузнеца. Нет, он не струсил, не в его правилах было трусить. Но и кидаться в драку на кузнеца у него совершенно не было причин. То, что он там себе надумал – это не повод. И тем более не доказательство поступка кузнеца. Ну проводил он Нику до бани, ну показал, где она и как пользоваться, если что. Это же не значит, что Ника тут же прыгнула на кузнеца в порыве страсти. Или значит?

«Ой, дурак!» – констатировала ВИКИ.

Ин всё же взял себя в руки и пошёл в сторону бани.

– Там, если что, под лавкой в предбаннике, ещё свечи есть. И мыло, – уже вслед уходящему парню крикнул кузнец.

– Ага. Я тебе устрою – свечи. И мыло. Ща, только верёвку найду, – бурчал Ин себе под нос.

Баню нашёл он сразу, по дыму, как и говорил кузнец. Из трубы валил густой тёмный дым, а судя по тому, что баню натопили от души, из трубы нет-нет да и вырывались языки пламени, окрашивая этот самый дым в зловещий тёмно-оранжевый цвет. В бане, в той её части, где должна была находиться помывочная, тускло светилось единственное маленькое окошко. Ин сразу решил заглянуть в него. Нет, не для того, чтобы подглядывать за Никой. Чего он там не видел? А проверить, не подглядывал ли кузнец. Но на окне, с внутренней стороны, висела плотная ткань, через которую даже силуэт девушки разобрать не удалось. А свет от свечи, что стояла на подоконнике, ещё больше размазывал очертания.

Ин облегчённо вздохнул и даже немного успокоился. И, наконец, шагнул в предбанник.

– Ин? – тут же прозвучал голос Ники из соседнего помещения, – это ты?

– Я-я. Сейчас иду.

* * *

– Эй! Вы там живы вообще? – через два часа после прихода Ина в дверь бани затарабанил, – иль померли ужо?

Два часа для Ина и Ники пролетели как один долгий вздох. Столько всего накопилось, что снимать напряжение им пришлось несколько раз подряд. До тех пор, пока в дверь не стал ломиться кузнец.

– Живы! – крикнул Ин, – скоро выходим.

– А я уж думал, вы там до дырок стёрлись. Ну, в смысле, мочалкой. Ай, ладно. Рассвет скоро, а вы ещё спать не ложились. И мы с супругой тоже. Из-за вас, между прочим. Давайте, хватит мыться, айда уж… завтракать уже пора.

– Вот блин, – тихо проговорил Ин, когда голос кузнеца стих, – это уже два часа прошло, – и тихо так, смущённо засмеялся.

Ника немного покраснела, но тоже, довольная как кошка, заулыбалась.

Спустя ещё двадцать минут все они сидели за огромным столом. За таким столом уместилось бы человек двадцать, а если плотничком – то и все тридцать. И нахрена им двоим такой стол?

Но, не смотря на размеры стола, он просто ломился от еды.

«Они что, вдвоём столько съедают? – тут же промелькнуло в голове у парня, – или это для нас они столько наготовили? Но когда? За два часа, пока нас не было? Нереально».

На столе стояло несколько глиняных горшков со всевозможными блюдами. На первое была уха. Наваристая и ароматная. На второе – картофель отварной с зеленью, овощное рагу, какая-то каша, то ли полба, то ли пшёнка, Ин не особо разбирался в них. Ещё стояли тарелки со свежими овощами и вяленым мясом. А в кувшинах было молоко и квас.

– Угощайтесь, гости дорогие, – Николай широким жестом обвёл стол и широко и по-доброму улыбнулся, – чем богаты, тем и рады.

Ника тут же от души зачерпнула большим деревянным черпаком себе ухи.

– Мммм… объедение, – тут же стала нахваливать она вкус свежей ухи.

Ин насыпал себе немного отварного картофеля и немного овощей положил. Ну и, конечно же, на большой ломоть хлеба уложил несколько кусков вяленого мяса.

Хозяева тоже наложили себе яств, и все принялись завтракать. Еда действительно была свежеприготовленная, и ещё даже обжигала. Все ели молча, только изредка были слышны довольные чавкающие звуки и звуки удовольствия от вкусной еды.

Николай уплетал одну порцию за другой, словно его месяц голодом морили. Или он всегда столько ест?

А вот Маруся ела мало и всё время недобро так зыркала в сторону непрошенных гостей. Видимо, у неё свои какие-то негативные ассоциации были с незнакомыми людьми. Или она сама по себе такая была.

Ника была настолько увлечена едой, что казалось, ещё немного, и её просто разорвёт от количества съеденного. Ин тоже особо не отвлекался. А вот ВИКИ всё никак не давали покоя некоторые странности. Если Ин их и заметил, то не придал им значения. А вот ИИ пыталась всё это связать воедино.

Когда с основными блюдами было покончено, Николай вынес из кухни огромную чашу с разными пирожками, булочками, крендельками и расстегаями. Там было ещё несколько видов хлебобулочных вкусностей, но никому до этого уже не было дела.

И только секунду назад казалось, что можно лопнуть от еды, но вдруг неожиданно нашлось место ещё для пары пирожков и стакана молока.

И вот, когда очень плотный завтрак был завершен, все развалились в своих креслах и даже боялись пошевелиться. Одно резкое движение – и всё, взрыв был обеспечен.

– Ох! – Ника даже дышала с трудом, ещё бы, после стольких дней на голодном пайке, дали о себе знать, а тут дорвалась до бесплатного, – огромное спасибо, хозяева. Накормили так накормили. Ин, тебе придётся катить меня до кровати, потому что сама дойти я не смогу. А унести ты меня не сможешь.

– Чего это не смогу? – тут же возмутился парень, что его физические способности были настолько принижены.

– Потому что я вешу целую тонну, ик! Простите, – Ника смущённо прикрыла рот рукой, но за ладонью явно угадывалась довольная сытая улыбка.

– А вы всегда так много готовите? – Ин задал вопрос, который всё никак не давал ему покоя.

– Нет, что вы? Обычно мы скромнее едим. Просто не часто у нас гости в доме. Да и кота нашего вы спасли, правда, Маруся?

– Угу, – недовольно буркнула Маруся. Её этот кот явно как кость в горле стоял.

– Уха у вас просто бомбическая, – похвалила Ника хозяйку дома. Само собой, не кузнец же готовил.

– Кхе! Какая? – переспросила жена кузнеца, явно чуть не подавившись.

– Бомбическая. Ну, вкусная очень, – пояснила Ника, – я очень люблю уху. Особенно с красной рыбой, как у вас. Отец часто на севере браконьерил и привозил домой сёмгу. Ох, и наелась я её в детстве.

– Ты не рассказывала, что вы жили на севере, – тут же влез Ин.

Ника поняла, что ляпнула не то, и решила срочно переобуться.

– А мы и не жили. Отец ездил на север. Там они с друзьями сети ставили. Вот он и привозил домой красную рыбу.

– Вообще-то это не сёмга, – тут же влез Николай, – это местная рыба, у нас в Чёрном море водится. Её тут полно.

«Вообще-то в Черном море всего два вида красной рыбы и оба под запретом вылова, потому что популяция очень маленькая. А судя по хвосту, что у тебя в тарелке, это вообще не она», – ВИКИ-педия дала справку.

– Как это не сёмга? – тут же возмутилась Ника, – я её столько съела, что с закрытыми глазами её вкус узнаю. Это точно она

– Да и таких крупных размеров ваша Черноморская красная рыба не вырастает, – добавил Ин.

– А я тебе говорила? – тут же буркнула Маруся и ткнула Николая в бок локтем.

Глава 18

«Мне кажется, что они не те, за кого себя выдают», – ВИКИ опередила мысль Ина всего на йоту, но Ин и так уже понял, что тут что-то не чисто.

«Что будем делать?»

«Бежать бесполезно. Нужно бить на опережение. Дай контроль!» – ИИ уже просчитала несколько вариантов предстоящих событий и выбрала наиболее вероятный и результативный.

Ин тоже прикинул план дальнейших действий. Глупо было бы, конечно, лезть на этого гнома-переростка с кулаками, эта авантюра не увенчалась бы успехом ни в одном из возможных вариантов развития событий. Поэтому Ин схватил нож со стола и метнул его в кузнеца.

Но и кузнец оказался не пальцем деланный. Он просто наотмашь ладонью отбил летящий в него нож, словно назойливую муху.

– Парень, ты так не шути больше, – в голосе Николая прозвучали нотки досады, то ли от неудачной атаки Ина, то ли от того, что его легенда оказалась дырявой, как старое решето.

Но Ин не стал ждать ответной атаки и схватил второй нож, что лежал у тарелки Ники, и встал в стойку, готовый пойти в ножевой бой.

Кузнец медленно поднялся со своего места, аккуратно задвинул стул и, вытерев руки и бороду салфеткой, так же аккуратно сложил её и положил на стол.

Ника и Маруся, или она вовсе и не Маруся, молча наблюдали за всей ситуацией. Маруся при этом противно так потягивала чай, словно наслаждалась моментом. А вот Ника, наоборот, была натянута как струна, готовая в любой момент соскочить со своего места и ринуться в атаку.

Ин вышел из-за стола на открытое место, заранее прикидывая пути отхода или манёвра. Но Николая это, похоже, вообще не заботило, он был спокоен как танк. Даже лицо его выражало только одну эмоцию – пофигизм.

Так молчаливое противостояние длилось пару минут, а казалось – пару столетий. Никто так и не решился на кардинальные действия, и ситуация стала патовой.

– Парень, – первым тишину нарушил Николай, – ты это, нож-то положи, поранишься.

– Ничего страшного, переживу. А вот ты можешь и не пережить, – попытка хоть как-то раскачать кузнеца на совершение необдуманных действий с треском провалилась. Он был просто камень.

– Коля, с тебя сотка. Ты проспорил, – неожиданно вклинилась Маруся, чем вызвала целую бурю эмоций на лицах Ина и Ники, – он тебя раскусил меньше чем за сутки. А ты мне что лечил? Моя легенда – безупречна, – она противно так попыталась передразнить своего напарника по несчастью.

– Так и знал, что тут что-то не чисто. Так, актёры хреновы, либо рассказываете, что тут происходит, либо… – Ин уже дал все необходимые указания ВИКИ и готов был в любой момент передать ей контроль над телом.

– Либо что? Ножиком нас заковыряешь? – вот откуда у него столько терпения? Кузнец был прям эталон невозмутимости, – твоя корявая попытка с ножом вообще никуда не годится. Метать ножи, парень, это вообще не твоё. Давай-ка лучше спокойно сядем и поговорим?

– Ага. Щаз! Что ты ещё собрался мне рассказать? Твоя легенда провалилась, да и актёр из тебя как из мухи дирижабль. Лучше сразу выкладывай всю правду, иначе тебя долго будут врачи собирать. Если жив останешься, само собой.

– А он наглец, а, Колян? – Маруся подначивала кузнеца как могла. Видимо, ей всё же не терпелось посмотреть на их схватку, – давай, Коля, я на тебя сотку поставлю. У тебя есть шикарная возможность отыграться.

Видно, что кузнеца это задело за живое, и он даже дёрнулся в сторону Ина, но в последний момент смог совладать со своими эмоциями и, вопреки всему, широко улыбнулся и раскинул руки в стороны, словно хотел лезть обниматься.

– Ин, давай не будем затевать ссору, а? Мы же взрослые люди. Сядем, поговорим, пивка выпьем. А-то этот квас уже поперёк горла стоит. Давай?

«Ин, он открыт. Другого шанса может не быть, нужно бить первым», – ИИ как всегда была права.

Ин это тоже прекрасно понимал, поэтому передал ВИКИ контроль, но перед этим попросил любой ценой оставить кузнеца в живых. Ему позарез нужна была информация.

ВИКИ, получив доступ к телу, тут же бросилась в атаку. Первое, что она сделала, так это уронила нож на пол – он был лишний. Нет, он несомненно не был лишним, но Ин же просил не убивать кузнеца. Значит, придётся работать без ножа. Но нож не долетел до пола. В паре сантиметров от него, Ин хлестким ударом ноги отправил нож прямиком в колено кузнецу.

Кузнец, само собой, не ожидал такого манёвра и взвыл, словно раненый медведь, когда нож почти по самую ручку вошёл ему в колено. Он отвлёкся всего на секунду, но этого Ину хватило.

Как только нож достиг своей цели, тело парня просто на запредельной скорости рвануло в лобовую атаку на здоровяка. Но и тут кузнец оказался проворнее. Как и в первом случае с ножом, он отбил летящее на него тело парня своей ручищей-лопатой. Словно сыграл в лапту. Только вместо биты была рука кузнеца, а вместо снаряда – тело Ина.

Парня снесло, будто бронепоездом, и смачно так впечатало в стену. Где-то что-то хрустнуло, ВИКИ тут же отчиталась о полученных повреждениях и заверила, что всё исправит, но позже.

Пока Ин сползал по стене, словно улитка, уснувшая на вертикальной скользкой поверхности, кузнец выдернул нож из своего колена и брезгливо откинул в сторону.

– Зря ты так, парень, – он так спокойно ответил, будто ведро валерьянки выпил перед этим, – теперь не обижайся.

И кузнец, сильно хромая на раненую ногу, в развалку, словно медведь, медленно двинулся в сторону парня.

ВИКИ уже успела отключить какие-то там отделы головного мозга и нервные окончания, притупляя болевые ощущения от встречи с деревянной стеной дома. На третьем шаге медведя, ИИ высчитала амплитуду его раненного шатания и сработала на противофазе.

Тело парня снова выстрелило, как сжатая пружина, но в момент очередного замаха биты кузнеца резко изменило вектор движения, поднырнуло под размашистый удар и со всей силы врезало ногой в раненое колено, ломая сустав и выгибая его в левую сторону.

Рёв кузнеца слышно было, наверное, на другом берегу Чёрного моря. Не давая противнику шанса на атаку, Ин снова сделал обманный манёвр, и ужа с другой стороны врезал по многострадальному колену, окончательно приводя коленный сустав в костяную кашу и выворачивая его уже в правую сторону.

Кузнец начал заваливаться на бок, но в последний момент успел рукой снести парня, как пушечным выстрелом. На этот раз тело Ина встретилось с дубовым столом, причём удар пришёлся в область нижних левых рёбер. В миг выбило весь воздух и сломало два нижних ребра, одно из которых впилось обломком в лёгкое.

Ин осел на пол, в тщетных попытках сделать хоть вдох. Тело, хоть и было под контролем ИИ, но Ин прочувствовал всю боль, от чего даже сам не понимая как, перехватил контроль обратно и схватился рукой за сломанные рёбра.

ВИКИ всячески старалась устранить повреждения, но ей катастрофически не хватало ресурсов и мощностей.

«Ин, верни контроль! Срочно! Нужно вправить ребро обратно и затянуть пробитое лёгкое! Иначе мы просто утонем в своей же крови! Ин!!!»

Но Ин не слушал. Всё его внимание сейчас было сосредоточено на боли в рёбрах и лёгком, а так же в попытках начать дышать.

Ника подскочила к парню, но не знала, как ему помочь. Слезы сами собой хлынули из глаз, а руки бессильно опустились. Ника упала на колени рядом с корчившимся от боли телом парня и не могла ничего сделать.

Кузнец же, хоть и сквозь зубы, но всё же выл от раздробленного коленного сустава. Эх, не быть ему футболистом. Хотя, судя как наши футболисты играют, они это делают на переломанных ногах.

Боль была настолько сильной, что Ин даже не заметил сам, как потерял сознание. Тело обмякло и сломанной куклой безвольно распласталось на полу.

Маруся всё так же пила чай, противно прихлёбывая его, и смотрела на два искалеченных тела и рыдающую девушку. А через минуту всё же достала из кармана какое-то устройство, больше похожее на брелок от сигнализации, и нажала одну единственную кнопку.

И спустя несколько секунд в кухню, или что это было на самом деле за помещение, вбежала бригада врачей. Схватили тело парня и бесцеремонно бросили на каталку. Ника хотела было возмутиться такому небрежному отношению к раненному, но ей даже слова сказать не дали, а тело Ина увезли в непонятном направлении.

А кузнецу только вкололи сильный обезбол и оставили так сидеть на полу. А через пять минут он встал, как ни в чём не бывало, и на своих двоих, даже почти не хромая, пошёл вслед за врачами. Ника бросилась следом.

– А он хорош, – совершенно без сарказма, даже с толикой какого-то уважения, проговорила вслух Маруся, или кто она там, – нужно за ним как следует понаблюдать.

Врачи, что катили тело Ина, даже не церемонились особо и не притормаживали на неровностях, от чего всю каталку трясло, словно от шокера. И если бы Ин сейчас был в сознании, то он бы его обязательно потерял от такой тряски и непрекращающихся болей в сломанных рёбрах.

Через несколько бесконечно долгих поворотов, деревянные стены дома сменились каменными стенами коридора, вырубленного прямо в скале. Деревянные двери сменились стальными, и, судя по их виду, сталь была бронебойной.

Бесконечная гонка закончилась около двери с большим красным крестом и двумя здоровенными охранниками на входе. Нику само собой не пустили.

– Да вы охренели?! Это мой парень! Живо пропусти! – девушка была вне себя от ярости.

– Не положено, – сухо и коротко ответил один из охранников и преградил вход выставленной вперёд рукой.

– Пропусти, – сзади послышался голос Николая, дохромавшего до медблока.

– Есть! – коротко ответил всё тот же охранник, отступил в сторону и приложил руку к козырьку.

Ника удивлённо посмотрела сперва на охранника, а потом на кузнеца, который оказался и вовсе не кузнецом.

– Пойдём, – голос Николая был ровный и спокойный, и это несмотря на то, что у него не колено, а суповой набор. Как он вообще может идти?

Николай прошёл мимо охреневшей девушки, приложил ключ-карту к считывателю, набрал десятизначный код и открыл дверь, а потом махнул рукой, приглашая Нику идти следом.

Как только они вошли в помещение медблока, тут же подскочил один из врачей. Бегло осмотрел Нику и, не найдя никаких видимых повреждений, тут же переключился на кузнеца.

– Товарищ генерал-полковник, вам нужна помощь? – судя по голосу врача, он вот-вот перейдёт в режим обморока, – травматолог и хирург уже ждут вас в операционной.

– Спасибо. Помощь не нужна, дойду сам. Эту милую особу, – кузнец кивнул головой в сторону Ники, – разместить и информировать о любых изменениях в состоянии парня, что только что доставили. Ещё предоставить ей доступ к Ину, кроме операционной. И приставить к ней врача на случай, если ей станет плохо. Ладно, – мужик обратился к девушке, – я схожу починю колено и вернусь. Не балуй.

– Угу, – всё, что смогла сказать девушка. Кто бы мог подумать, что какой-то кузнец может оказаться высокопоставленным генералом. Но об этом она подумает потом.

Как только ей разрешили посетить Ина, она тут же ломанулась к нему в палату.

Врачи, которые прикатили бессознательное тело Ина, были, мягко говоря, в шоке. Они успели только снять, ну как снять, срезать, рубаху, сделать короткий визуальный осмотр и сделать рентген. А дальше… просто развели руками.

На теле парня, с левой стороны, чуть ниже середины груди, была обширная гематома, которая с каждой секундой становилась всё меньше. А на рентгеновском снимке не то, что перелома, даже трещины в рёбрах не было. Врачи знатно так охренели.

А спустя час, как тело доставили, Ин открыл глаза и встал с кушетки, от чего врачи шарахнулись от него в стороны, словно от прокажённого, и две медсестры даже упали в обморок.

Ин осмотрел своё тело, аккуратно пощупал рёбра, которые уже срослись, потом осмотрел испуганных врачей и задал вопрос, который поверг всех в шок.

– Есть что пожрать?

Один из врачей, что оказался посмелее своих коллег, подошёл к парню, наклонился, чтобы получше рассмотреть место, уже бывшего перелома, и решил для верности тактильно ощупать рёбра.

Ин перехватил руку в сантиметре от своих рёбер и сжал так, что послышался хруст костей. Врач, что опрометчиво тянул руку, скривился от боли, но стерпел.

– Не надо меня трогать, – Ин настороженно посмотрел на врача, и, заметив гримасу боли, отпустил руку, – простите, доктор.

– Н-ни-чего, – ответил врач, растирая больную руку, – как вы себя чувствуете?

– Нормально. Так есть что пожрать?

– Да, сейчас принесут.

Как только дверь открылась, в неё, словно фурия, влетела Ника. Распихала всех стоявших рядом врачей и сграбастала Ина в свои объятья.

– И-и-и-ин… – девушка не сдержалась и расплакалась…

Врачи не стали мешать им и быстро ретировались из помещения.

Нику успокаивать пришлось несколько минут и несколько раз объяснять, что с ним всё уже в порядке.

«ВИКИ, статус?»

«Рёбра я срастила, но пока не советую делать резких движений и стараться избегать механического воздействия на место перелома. Пробитое лёгкое я залечила, но пока что останется рубец. Нужно срочно пополнить энергетические запасы. Проще говоря, нужно много высококалорийной пищи. Можно не очень полезной. Кровотечение остановлено, но кровь из лёгкого пока удалить не могу, не хватает ресурсов. Так что какое-то время будет тяжело дышать. Не рекомендую большие физические нагрузки, чтобы не вызывать учащение дыхания. Гематома уже рассосалась. И вообще, мог бы и спасибо сказать», – ИИ отчиталась по всем пунктам, не забыв при этом вставить шпильку.

«Спасибо. Ты просто молодец».

«Ага, только ты меня как питомца на коротком поводке держишь, неблагодарный».

«Переживёшь».

Дверь в помещение открылась и во внутрь ввалилась целая делегация во главе с кузнецом.

Ин напрягся всем телом, встал с кушетки и рукой убрал Нику себе за спину, приготовился к новому бою. Но его не последовало.

Кузнец уже переоделся. Свободную крестьянскую одежду сменила сшитая на заказ военная форма с кучей орденов и медалей, судя по планкам на левой стороне кителя. И по три огромных звезды на каждом погоне. И костыль-трость к руке, с той стороны, где было сломано колено.

– Тише, парень, – спокойствию Николая можно было только позавидовать, – не стоит нервничать. А то твои вспышки гнева стоили мне колена, – генерал потёр недавно сломанное колено свободной рукой.

– Тогда потрудись объяснить, что за хрень тут происходит? – Ин решил пока что не лезть на рожон, но и расслабляться не стал.

«ВИКИ, следи за всеми. Как только заметишь хоть малейший намёк на опасность – сообщи».

«Так точно, мой генерал», – подначила парня ИИ.

Ин мысленно улыбнулся шутке своей соседки в голове, но внешне был максимально серьёзен и сосредоточен.

– Так, предлагаю переместиться в другое помещение и там ты обо всем узнаешь. Ну, или почти обо всём, – генерал сделал приглашающий жест в сторону двери.

– Пожрать бы, – перебил его парень.

– Что? Ты полчаса назад целую недельную пайку сожрал. Не лопнешь? – в голосе кузнеца, наконец, прозвучала первая эмоция – удивление.

– Нет, не лопну. Сперва обед, а потом разговоры.

– Хы! – хмыкнул кузнец, – пошли, троглодит.

Николай вышел первым. За ним так же молча, как и пришла, вышла вся делегация, так и не проронив ни слова. И, спрашивается, нахрена приходили? Или генерал теперь боится ходить один, после того, как Ин сломал ему колено?

Ин вышел следом, а за ним Ника. У Ина было миллион вопросов к генералу. Но сперва нужно было как следует восстановить энергетические запасы, как выразилась ВИКИ.

А дальше… дальше будет видно. Последнее время слишком много событий произошло. И все они, каким-то невероятным образом связаны с Ином. И за что ему такое счастье?

Глава 19

Прогулка оказалась недолгой, и уже через несколько минут генерал со своей свитой, Ин и Ника, сидели в каком-то подобии столовой. Повар, завидев всю эту толпу, не спрашивая ничего, просто начал выкатывать в общий зал целую кучу разнообразных блюд в больших чанах.

Все разместились за одним столом. Ин жадно поглощал всё, что не приколочено, а генерал и Ника смотрели на него и тихо так охреневали. Вот куда в него столько влезает? Это ещё с учётом того, что менее часа назад они наелись на целую неделю.

Генерал молчал. И вся его свита тоже. За столом были слышны только недовольное сопение кого-то из свиты генерала да чавкающие звуки поглощаемой пищи.

Наконец, Ин насытился, откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на кузнеца, давая ему первому начать разговор. Генерал понял его без слов.

– Итак. Давай теперь начнём наше знакомство с самого начала. Я – Николай…

– И я алкоголик? Ха! – Ин решил разрядить итак накалённую обстановку старой шуткой, – прости, не удержался.

– Подколка засчитана, – генерал улыбнулся уголками губ и продолжил, – генерал-полковник Вихров Николай Александрович. Глава этого объекта, – и генерал обвёл руками помещение, намекая не только на столовую.

– А что это за объект? – тут же поинтересовался Ин, – очередная суперсекретная военная база, где разрабатывают новое оружие? Или, наоборот, хотят защититься от уже имеющегося?

Несколько человек из свиты генерала, оказавшиеся его личной охраной, после слов парня выхватили оружие и скрестили свои прицелы на нём с Никой.

– Отставить! – рявкнул генерал так, что эхо сильно ударило по ушам, – убрать оружие. Ин, – обратился он к парню, – ты откуда всё это знаешь?

– Что именно? – реально удивился Ин, не понимая, в первый или во второй раз он попал точно в цель своим вопросом, – я просто предположил. Последнее время, куда ни плюнь, везде натыкаюсь на какие-то секретные разработки и военных. Почему везде, где случается какая-то задница, везде замешаны военные?

– Хороший вопрос. Я и сам бы хотел знать на него ответ. Итак, продолжим. Ты правильно предположил – это суперсекретная военная база, где разрабатывается, нет, не оружие, средство защиты от него. А именно от ядерного оружия.

– Ага, а теперь, когда мы знаем правду, вы нас убьёте? – сыронизировала Ника.

– Зачем? – генерал аж рот открыл от удивления, – насколько я знаю, у вас есть допуск к подобного рода информации.

– Да-а-а-а? – теперь настала очередь Нике удивляться, – что, правда есть?

– Ну да. Ведь так, Ин? – генерал перевёл взгляд на парня.

– А я откуда знаю? Чего это вы на меня так уставились?

– Имя Максим Калашников, тебе что-нибудь говорит? – кузнец решил сразу зайти с козырей.

– Говорит. И что с того? Его здесь нет. Насколько я знаю, он где-то в столице сейчас. Во всяком случае, был там.

– Всё верно. Он там. Был. Около трёх недель назад начался весь этот звездец. Непонятно кто и зачем запустил наши же ракеты по нашим же стратегическим объектам, включая правительство страны. А потом, ещё через какое-то время пришла шифрограмма, что наша база переходит в режим осады и консервирует все мощности и сворачивает проекты. Никого не впускать и не выпускать. Всех, кто приблизится ближе ста километров к территории базы – уничтожать на месте. А ещё, несколько дней назад, пришла ещё одна шифрограмма, о том, что некий субъект по имени Ин находится где-то в нашем районе. И что при появлении его немедленно уничтожить. И что с ним, вероятнее всего, будет девушка. Возможно ещё будут гражданские, точное число неизвестно.

– Ох-ре-неть! – только и смог сказать Ин.

«ВИКИ, что будем делать?»

«Боюсь, тут мы в очень плохой ситуации. Шанс на выживание равен тридцать два процента. Даже если мы устраним охрану и генерала, далеко не факт, что сможем выбраться отсюда живыми. Ника погибнет в любом случае. Нужно время, тяни его, а я пока подумаю».

«Ну, спасибо, обнадёжила».

– И почему же сразу не убили? – спросил Ин, а сам начал смотреть по сторонам, ища выход из этой ситуации, – зачем придумали эту легенду про дроны, про кузнеца и старое имение прадеда? Зачем весь этот спектакль?

– Вообще-то мы и планировали тебя сразу грохнуть. И всех, кто будет с тобой. Но сутками ранее, перед командой на твоё уничтожение, пришла другая шифровка – любой ценой сохранить тебе жизнь. Не находишь это странным? – генерал скрестил пальцы в замок и положил их на стол перед собой.

– Действительно, странно. Кто-то хочет моей смерти, а кто-то, наоборот, хочет спасти мне жизнь. И кто есть кто, могу догадаться сам.

– Не знаю, какие у тебя мысли на этот счёт, но спасти твою жизнь хочет Калашников. А вот кто убить – вот это действительно вопрос, – кузнец почесал свою шикарную бороду.

– Самохвалов.

– Что, прости? – переспросил генерал.

– Виктор Самохвалов хочет моей смерти. А если точнее, то его карманный искусственный интеллект, у которого, по-ходу, крыша поехала.

– Я знаю, кто такой Виктор Самохвалов. Он в «ВоенТехе» работает. Наша база вела разработку тех же проектов, что и «ВоенТех». Только у нас не было опытов на людях и нет смертей, – откуда-то взялась та самая Маруся, что вышла из-за спин свиты генерала.

– Знакомьтесь, – генерал указал рукой на Марусю, – Самохвалова Мария Сергеевна, – старший научный сотрудник нашей суперсекретной базы.

– Твою мать! – выругался Ин, – то-то я смотрю лицо мне её знакомо. Так ты родственница этого психа?

– Сестра. Близнец. Я старшая из нас двоих с Виктором. Я знаю, что ты сейчас хочешь сказать, но не нужно. Оставь свои пламенные речи на потом, – Мария выдвинула стул и села рядом с генералом.

«Точно! – тут же подключилась ВИКИ, – как я сама не увидела сходства между ней и Виктором? Вот дура, искусственная».

– Между прочим, ты должен Марии сказать спасибо, за то, что вы вдвоём ещё живы, – начал генерал.

– Ага, щаз! Мы живы только потому, что она с Виктором заодно! – вспылил Ин и соскочил со стула, – она нас ему сдаст, а вас всех в расход!

– А ну, тихо! – снова рявкнул генерал, и казалось, что стены столовой заходили ходуном, – твои обвинения беспочвенны, Ин. К тому же, Мария с Виктором не общаются уже более десяти лет. Причину она сама тебе расскажет, если захочет. А сейчас…

Генерал встал, встала Мария и вся свита подобралась ближе.

– Сейчас, когда ты уже, наконец, набил брюхо, мы идём в командный центр, и там продолжим нашу милую беседу, – то непоколебимое спокойствие генерала, которое было при нём, когда он отыгрывал роль добряка кузнеца, куда-то улетучилось, и пред ними теперь стоял отбитый на всю голову военный.

Ин хотел было возмутиться, но выбора ему, похоже, не оставили. Придётся, пока что, играть по чужим правилам. Но это пока.

ВИКИ врубила все свои аналитические мощности, от чего у Ина началась мигрень. Но он прекрасно понимал, из-за чего этот приступ головной боли, но противиться не стал, ему срочно нужно было решение очень непростой ситуации.

«ВИКИ, мне нужен вариант, когда Ника остаётся жива. Другие я даже рассматривать не буду», – парень мысленно послал команду своему ИИ, но сам прекрасно понимал, какой ответ он сейчас получит.

«Но…»

«И не надо мне заливать про первостепенную директиву и прочую хрень, – оборвал парень, ещё не начавшуюся, пламенную речь ВИКИ, – задача ясна?»

«Да», – коротко ответила ИИ и явно была недовольна этим.

Коридор, по которому они шли, явно уходил под уклоном вглубь горного массива. Идти пришлось прилично, по прикидкам ВИКИ, дорога составила почти три километра. Оно и понятно, самое главное помещение всей этой секретной базы должно быть самым защищённым, а значит, находиться в самом центре горы. Или под ней.

Несмотря на то, что спустились на достаточную глубину, температура воздуха не снизилась ни на градус, да и влажности больше не стало.

Ин интенсивно вертел головой по сторонам, максимально стараясь запечатлеть в своей памяти все возможные мелочи, которые потом могут стать спасительными. Он, конечно же, запомнит не всё, что увидит. Но ВИКИ в любой момент времени сможет отыскать в блоках памяти нужную информацию.

На подходе к командному центру пришлось пройти около десятка кордонов, где стояло не меньше десятка вооружённых охранников и минимум по два тяжёлых станковых пулемёта. От кого они тут собрались обороняться подобными силами?

Но больше всего Ина поразило то, что на страже у входа в само помещение командного центра стояло два «Всадника».

– Охренеть! – Ин взвизгнул так, словно нашёл любимую игрушку или давно потерянную вещь, подскочил к РУКу и обнял его, как родного. Личная охрана генерала хотела уже сделать из парня решето, но генерал только махнул рукой, мол – пускай развлекается.

«ВИКИ! Я же не сошёл с ума? Это же «Всадник»? Да? Да? Да-а-а?»

«Да-да. Это разведывательный ударный комплекс «Всадник-1» самой первой модели. И нет, ты не сошёл с ума. Это реальные «Всадники». Правда, боюсь, они только для антуража тут стоят. То, что они функционируют – маловероятно», – ИИ отчиталась и вернулась к своим аналитическим процессам.

– Колян, – Ин от радости встречи со старым другом даже немного позволил себе панибратства, на что большая часть свиты генерала натужно засопела, но никто не смел проронить и слова, – они настоящие?

– Кхе-кхе, – генерал тоже не ожидал такого резкого изменения от Ина, – настоящие. Только не функционируют. Точнее, функционируют, но вот пилотов у нас по-прежнему нет. Так что они тут стоят просто как экспонаты в музее.

– А можно? – Ин ласково погладил по броне РУКа, вспоминая, как они вместе провели одиннадцать с лишним лет в виртуальном симуляторе.

– Давай потом, – генерал разделял симпатию Ина к крутым военным игрушкам, но сейчас были дела и поважнее.

«ВИКИ, каков шанс, что мы сможем синхронизироваться с этими РУКами?»

«Шанс есть, но это при том условии, что они девственно чистые».

«Какие???»

«Я имею ввиду, что с ними никто не пытался синхронизироваться. А то нас ждёт участь тех парней, которые оказались в экзо-броне, когда Прайм запустил систему защиты брони. Помнишь, что с ними стало?»

Бр-р-р… От одного воспоминания о тех сломанных куклах, в которых превратилась охрана на объекте Митяя, Ину стало не по себе. И Ин рефлекторно одёрнул руку.

Генерал отдал все необходимые команды и приложил свой персональный пропуск к считывателю, который пискнув и мигнув зелёным, открыл единственную дверь в помещение командного центра.

Помещение, вопреки всем ожиданиям, оказалось совсем небольшим. В нём могло комфортно уместиться человек десять не больше. Одна стена представляла собой один огромный информационный экран, на который выводилась вся информация обо всём, что только можно. Даже где-то в углу маленькими цифрами шли показания радиационного фона как внутри базы, так и за её пределами.

А, ну да, они же тут разрабатывают защиту от ядерного оружия. Бред какой-то. Какая ещё может быть защита? Только если, как вся эта база, закопаться глубоко в землю, при этом возвести вокруг себя стометровые свинцовые стены и обзавестись хорошими фильтровентиляционными установками с НЕРА-фильтрами. Ну, ещё два вагона таблеток от радиации прикупить не мешало бы.

В центре помещения стоял стол, видимо, это место генерала, за которым он руководит всей базой, который он тут же и занял. А вот на остальных сидячих местах не было. Хотя нет, один стул нашёлся, но его тут же заняла Самохвалова. Слишком часто стала встречаться эта фамилия в жизни Ина.

– Простите за временные неудобства, – тут же извинился генерал, – но у нас тут всё-таки военная база, а не театр. Итак, Ин, будь добр, расскажи мне, заодно и всем присутствующим, почему Виктор Самохвалов за тобой охотится и как он вообще смог прислать шифровку на секретную военную базу?

«ВИКИ, среди всех присутствующих, есть подозрительные личности? Не хотелось бы снова столкнуться с агентом Виктора».

«По моим данным, ни на кого из присутствующих нет досье в «ВоенТехе». Но это не значит, что они не были завербованы каким-то иным способом. Так что, буду максимально внимательно приглядывать за всеми присутствующими», – ей Богу, ей только трубки не хватало, была бы вылитый Шерлок Холмс. Во всяком случае, Ин представил ВИКИ именно в таком амплуа.

– Генерал, уж простите, но мне кажется, не всем из присутствующих нужно знать эту информацию, – Ин решил максимально съехать с неудобной для него темы.

– Всё нормально, Ин. Это проверенные люди, и я им доверяю, как себе, – заверил генерал.

– Ага. Ну уж нет, мы это проходили уже. И вообще, зачем вам-то эта информация? Ну, охотится за мной псих, что с того? А вот как он смог прислать вам эту, как её там?

«Шифровку», – подсказала ИИ.

– Шифровку, – повторил Ин, – это вы уже сами там разбирайтесь, меня это не касается.

– Ещё как касается, – влезла Мария, – мой брат никогда ничего просто так не делает, уж я-то знаю точно.

– Вот тогда ты мне и скажи, зачем я ему?

– Я понимаю твои опасения, но поверь – у нас с ним нет ничего общего. Мой брат на всю голову поехавший фанатик. И если он что-то задумал – он никогда не отступится от этого. И остановится только в двух случаях – когда выполнит задуманное, или…

– Или смерти, – перебил её Ин.

– Чьей смерти? – одновременно спросили генерал и Мария.

– Моей, – Ин хотел было шлёпнуть себя по лбу ладонью, но решил, что это будет лишнее, – он же за мной охотится.

Генерал снисходительно хмыкнул, а вот Мария, наоборот, восприняла его слова всерьёз.

Её брат и действительно был отбитый на всю голову фанатик. Но что такого он нашёл в этом, с виду неказистом, парне?

– Ин, скажи, а как ты вообще оказался связан с моим братом? Ты тоже работал в «ВоенТехе»? – Мария решила уточнить на всякий случай.

«Сдаётся мне, не стоит ей говорить, каким образом ты связан с Виктором, – тут же среагировала ВИКИ, – лучше скажи, что ты не прошёл по медицинским показателям во время отбора кандидатов в пилоты».

– Да так, хотел в пилоты податься, но медкомиссию провалил. Точнее, что-то там не нашли, что именно я не знаю, но сказали, что я не подхожу, – не моргнув глазом, соврал парень.

– Очень интересно, – сказала Мария и уткнулась в свой планшет, который она вообще непонятно откуда достала. Такой большой планшет в кармане не унести.

«Что-то не нравится мне эта Самохвалова. Сдаётся мне…»

Что именно ВИКИ там сдавалось, она не успела договорить, как вдруг её голос в голове Ина пропал.

«ВИКИ? Ау, ты где?»

Ответом была лишь тишина. Ин серьёзно напрягся от этого, что не ускользнуло от внимания генерала.

– Что-то не так, Ин? – тут же среагировал Николай, – ты как-то странно себя ведёшь? Я должен волноваться?

Но Ин не ответил, ему сейчас вообще было не до разговоров. Его ИИ непонятным образом куда-то подевалась. И почему-то Ину казалось, что эта самая Самохвалова имеет к этому самое прямое отношение.

«ВИКИ?!»

– Так-так-так… – Мария деловито закинула ногу на ногу и постучала пальцем по подбородку, а свободной рукой что-то тыкала на своём планшете, – а если так?

«Эта сука блокирует мои алгоритмы. Удалённо. И я не знаю, как она это делает!» – тут же завопила ИИ, что Ину пришлось даже поморщиться от такого громкого вопля.

– Что, заработало? – на лице Марии впервые за всё время проявилась новая эмоция, кроме полного пренебрежения ко всем присутствующим, – ага, а Виктор молодец. Значит, он смог.

– Что смог? – тут же влез генерал и даже подался вперёд, чтобы случайно не пропустить что-нибудь важное.

– А это нам наш бравый парень расскажет, правда Ин? – вот, вылетает стерва.

«Ин! У меня плохое предчувствие! – и с каких это пор у ИИ появилось предчувствие? – она нас сейчас раскусит и сдаст со всеми потрохами. Пора валить!»

Глава 20

«ВИКИ! Вытаскивай нас!» – Ин отдал мысленную команду и передал ИИ управление телом.

В этот же момент… ничего не произошло.

«ВИКИ?!» – Ин реально испугался. Его оставили без единственного козыря.

«Прости, Ин, я не могу, – в голосе ИИ искренне звучала такая досада, что парню стало так тоскливо, что даже захотелось от бессилия забиться в угол, – я не знаю, что эта стерва сделала, но кроме голоса, у меня нет больше функций. Я даже не могу просчитать возможные вероятности исхода. Я – просто радио…»

На секунду показалось, что ВИКИ даже расплакалась. Но Ин этого уже не услышал, звук ИИ снова пропал.

Самохвалова, с ехидной миной на лице, игралась со своим планшетом, тыкая в него куда попало, отчего ВИКИ, если можно так сказать, билась в конвульсиях. То звук пропадал, то голос менялся, то ИИ уходила в перезагрузку, чем несколько раз чуть не вызвала у Ина потерю сознания.

– Хватит! – не выдержал парень, – прекрати немедленно!

– Что случилось? Компьютер барахлит? – лицо Самохваловой расплылось в невинной улыбке, отчего Ину захотелось ей, по этой самой улыбке, врезать от всей души.

Генерал наблюдал за развернувшейся сценой и никак не мог понять, что вообще происходит? Почему Ин стал таким нервным и о каком компьютере говорит Мария?

Ситуацию спасла Ника. Она с грацией кошки и хваткой бультерьера перескочила через стол, что разделял её и Самохвалову, и вырвала планшет из её рук, а потом со всей силы с размаху приложила его об угол стола. Отчего стол натужно заскрипел, а деревянный угол получил хорошую вмятину. Но планшету это не причинило ни малейшего вреда.

– Сдурела что ли? – Самохвалова выхватила планшет обратно и просто стряхнула с его экрана остатки деревянных волокон от стола.

Наступила тишина во всём командном центре. Ника и Мария встали друг напротив друга, словно самки богомола, готовые к битве за «ужин» из самца. Генерал с интересом смотрел на всё это, скрестив руки на груди. Личная охрана генерала держала руки на оружии, готовая в любой момент перейти к решительным действиям. Хуже всего было Ину. Он не понимал, что происходит, и как помочь своей соседке в голове. А от всех тех манипуляций, что натворила Самохвалова, у парня голова просто раскалывалась, а боль мешала рационально мыслить. Да хоть как-то мыслить, вообще было сложно.

Неизвестность и страх потерять свой собственный ИИ захлестнули всё сознание парня, да так, что апатия и бессилие навалились на него, словно стотонная плита. Нет, Ин в будущем планировал избавиться от ИИ в своей голове, но не сейчас. Сейчас его наличие было очень важным, в плане выживания, фактором. И лишиться такого, хоть и сомнительного, щита, в данный момент, парень не планировал.

Пауза затянулась, и генерал решил закончить эту немую сцену.

– Так. Вы, обе. Сели. Мария – планшет мне отдай. Сейчас же. Ин, а ты потрудись мне объяснить, что с тобой происходит. Мне ваша игра в шарады уже порядком надоела.

Генерал раздал всем указания в своей военной манере. Ника села на своё место, но продолжала всё так же сверлить взглядом Марию. Самохвалова нехотя отдала планшет генералу, не забыла при этом заблокировать его, чтобы тот не залез, куда ему не следует. Охрана генерала поставила оружие на предохранители, застегнула кобуры, но уровня своей повышенной бдительности не снизили. Но Ин по-прежнему молчал.

«ВИКИ, что происходит? Почему мне так хреново? И что эта сумасшедшая с тобой сделала?» – беспокойство в голосе, точнее в мыслях, парня грозило вот-вот перейти в тревогу, а потом и в панику.

«Смею предположить, что у неё в руках планшет, в котором загружены мои алгоритмы, пускай и не все, но основные. И с его помощью она способна блокировать те или иные мои функции. Плохо тебе потому, я интегрирована в твой мозг. Нарушая работу моих алгоритмов, она нарушает работу синапсов твоего мозга, отчего происходит сбой работы некоторых отделов. Из-за чего и общее самочувствие организма резко ухудшилось. На данный момент я не могу ничего сделать, потому что нужно покинуть зону покрытия волн от планшета», – хоть и не экспертную, в своей излюбленной манере, но всё же развернутую оценку произошедшего дала ИИ.

– Генерал, либо уберите от меня эту психичку с её игрушками, либо идите нахрен всем составом своей суперсекретной базы, – огрызнулся Ин, явно находясь в очень скверном расположении духа.

– Мария, выйди, – тут же скомандовал генерал, – я позову, как будешь нужна.

Самохвалова недовольно фыркнула, но молча встала. Потянулась за своим планшетом, который лежал на столе, но генерал молча пододвинул гаджет к себе, явно намекая, что игрушка пока что останется у него, чем ещё больше вызвал недовольство у Самохваловой. Та возмущённо и высокопарно вздёрнула свой нос и почти строевым шагом покинула помещение.

Генерал поднял планшет, и его тут же забрал один из личной охраны и вынес прочь из помещения.

Ину сразу стало лучше. Головная боль стихла до лёгкого шума, настроение из отвратительного перешло в разряд слабого раздражения, а общее самочувствие стало удовлетворительным.

ВИКИ предупредила, что на какое-то время уйдёт в перезагрузку. Ей нужно восстановить правильную работу своих алгоритмов, отчего у Ина может кратковременно ухудшиться общее состояние. Но пообещала, что это займёт максимум пару минут. Парень дал добро, но внутренне всё же напрягся. Ему крайне не понравилось то, что эта больная учёная вытворяла с ИИ, да и с ним тоже. Нужно срочно придумать, как этого избежать в будущем. ВИКИ пообещала тоже об этом подумать, но только после перезагрузки.

– Ну, – тишину снова нарушил псевдокузнец, – теперь ты, – он ткнул пальцем в парня, – всё по порядку. И давай без лирических отступлений.

– Мне нужно вернуться в ту пещеру, где вы нас нашли, – Ин попытался перевести тему.

– Зачем это? – генерал искренне не понимал, что парень там забыл.

– Мне нужен тот дрон, который вы молотком своим разнесли. Если дрон выслеживал меня, то думаю, я смогу узнать, откуда Виктор им управлял.

– Ин, – кузнец потёр переносицу, – это был наш дрон. Это мы тебя искали. Хочешь спросить зачем? Можешь не спрашивать. Это всё из-за тех двух шифрограмм, про которые я тебе говорил уже. Мы следили и пытались понять, стоит ли сохранять тебе жизнь или всё же ликвидировать.

– И?

– Что и? Ты жив. Этого ответа тебе недостаточно? Мы на тебя дорогущий дрон потратили. Счёт выставить? Нет? Тогда хватит из себя красну девицу строить и уже ответь, твою мать, на мои вопросы! – О! А вот и терпение кончилось, – я, как потомственный военный, привык всё держать под контролем. И сейчас – ты причина этого дисбаланса.

«Ин, я тут, – ВИКИ проинформировала парня, – все алгоритмы восстановлены и функции тоже. И ещё… нам очень нужен этот планшет».

«Я рад, что ты вернулась. Про планшет я и сам понял. Мне нужен оптимальный вариант решения нашей проблемы. И срочно. Времени нет, от слова совсем. И ещё… нам очень нужен Всадник».

«Принято. Работаю».

Ин посмотрел на генерала так, что тому стало немного не по себе, но он быстро взял себя в руки. Парень собрался с мыслями, заранее выстраивая план действий и структуру своего рассказа. Очень не хотелось раскрывать все карты, и нужно было любым способом увести линию рассказа в другую сторону.

– Скажи, Николай, почему, а вернее с какой целью на твоей суперсекретной базе, находится Мария Самохвалова?

– Какое это вообще имеет значение? Работает она у нас. Этого достаточно?

– Нет, не достаточно. А значение имеет, самое что ни на есть, непосредственное. Сейчас поясню. Если Мария Самохвалова хоть на полпроцента похожа на своего брата Виктора, то и я и вы… да вся эта база в большой опасности. Они близнецы, а значит мыслят и действуют они одинаково. Методы и цели могут незначительно отличаться, но итог будет одинаков. И боюсь, теперь она знает почему её брат на меня охотится.

– И почему же?! – не выдержал генерал, – хватит уже хвостом вилять, говори прямо.

– Я знаю их секреты, – Ин это сказал с самым важным выражением лица, на которое только был способен его актёрский талант, – и если я расскажу эти секреты кому бы то ни было, то и он станет для них целью на уничтожение. Оно вам надо?

– Послушай, парень. Это моя база. И я головой отвечаю за неё. За всё, что тут происходит, а так же за всех без исключения сотрудников на этой базе, – генерал был серьёзен, как никогда, – и если ты представляешь хоть малейшую опасность – поверь, я и глазом не моргну и пущу тебя в расход.

– Вот значит как? А как же шифровка от Калашникова?

– Плевать. Никто меня к стенке не поставит за невыполнение просьбы. А вот за любого человека на базе, который может пострадать из-за тебя, или, не дай Бог, что-то случится на самой базе – мне грозит расстрел, – кузнец даже покраснел от напряжения.

– Вот прям расстрел? – не выдержал Ин и хохотнул.

Генерал побагровел от такого пренебрежения и непонимания всей серьёзности ситуации. Охрана генерала по-своему восприняла эту ситуацию, и кто-то выхватил пистолет и взвёл курок, наставив пистолет на парня. Генерал даже не стал давать команду «отбой».

«Ин, есть несколько вариантов действий. Во всех, как ты и просил, Ника останется жива. Правда не очень цела, но жива, – ИИ воспользовалась возникшей паузой, – готов выслушать?»

Ин молча смотрел на генерала, изредка переводя взгляд на вооружённого охранника, а сам при этом слушал варианты от ВИКИ.

«Давай второй вариант, но только пункт, где мы сворачиваем генералу шею – упустим. Он ещё живой нужен».

«Жаль, – ИИ искренне расстроилась, – нужно предупредить Нику».

– Ник, давай как в купе? – Ин обратился к своей девушке, и она поняла, о чём идёт речь.

А вот генерал не понял, но напрягся ещё сильнее, ожидая от парня какого-нибудь подвоха. Но вместо этого, Ин вдруг стал рассказывать.

– Если у вас работает Самохвалова, значит вы полностью, во всяком случае, больше остальных, посвящены в те проекты, которые разрабатываются в «ВоенТехе». И прекрасно знаете о тех тысячах погибших, из-за которых вокруг «ВоенТеха» вечно крутится целая стая журналистов.

– Я это итак знаю, – генерал начинал закипать, – ты мне расскажи то, чего я не знаю.

– Я к этому и веду.

– А-а-а-а-а! – неожиданно закричала Ника и схватилась за живот, – помогите! – и упала на пол, корчась от боли.

– Ника! – Ин бросился к ней, но его рукой остановил тот охранник, что в данный момент был вооружён пистолетом.

«Пора», – Ин отдал команду ИИ.

ВИКИ перехватила контроль и тут же дёрнула охранника за руку на себя, производя залом кисти и забирая пистолет. Первый, успевший среагировать, охранник, что выхватил оружие, тут же получил пулю в голову. ИИ действовала жёстко, порой неоправданно, но первостепенная директива позволяла ей действовать вопреки всем нормам морали. Хотя, какая может быть мораль у ИИ? Только нули и единицы.

Ин прекрасно понимал, что на его руках уже множество ненужных смертей, но своя жизнь, тем более в данной обстановке, была дороже всего. Правда, теперь ещё к этому прибавилась жизнь Ники. ВИКИ всячески была против, но так и не смогла переубедить парня. Для парня жизнь девушки была важнее его собственной, и ИИ приходилось подстраиваться.

После первой смерти, в помещении командного центра началась настоящая суета. Охрана пыталась выполнять свою непосредственную роль, но лишь всё больше теряла своих людей. Генерал старался не дёргаться, потому что понимал прекрасно – любое неверное движение, и его бездыханное тело упадёт рядом с уже имеющимися.

Ин остановился только тогда, когда в помещении в живых осталось всего пять человек: Ин, Ника, генерал и два военных из свиты. Вся охрана была мертва. Генерал так и сидел на своём месте, подняв руки вверх, демонстрируя покорность и желание жить. Остатки свиты тоже предприняли попытки подчиниться, но гордость и личное достоинство, которое воспитывали в них со времён военного училища, не давали им этого сделать. Но и страх, а также инстинкт самосохранения, всё же сделали своё дело.

– Что теперь? Убьёшь меня? – голос генерала, наконец, дрогнул, – надо было сразу пустить тебя в расход. Зря я решил, что смогу решить эту проблему иным способом.

– Не зря, – Ин проверил магазин пистолета, в котором остался всего один патрон, и он знал, кому он предназначен, – но нужно понимать – моя жизнь и жизнь Ники дороже всех ваших. И если нужно, я, не колеблясь, оборву ещё не одну сотню жизней.

– Руки могу опустить? – генерал уже мысленно попрощался с жизнью, но решил продать её подороже.

– Опусти. Только без глупостей.

«Не надо!» – ВИКИ взревела в голове, словно сирена, но было поздно.

Генерал опустил руки на стол, который оказался не просто деревяшкой на ножках, а высокотехнологичным устройством. И руки генерала, положенные в нужном месте, активировали сенсорные считыватели. Стол, в месте прикосновения ладоней, мигнул белым, а потом окрасился в красный цвет.

Взвыла аварийная сигнализация. Щелкнули магнитные замки, запирающие единственную дверь в помещение командного центра, а из стены за спиной генерала появилось две автоматические крупнокалиберные установки по четыре ствола на каждой. И куда бы вы думали, они были нацелены?

«Я же говорила», – ВИКИ хоть и с опозданием, но всё же пыталась предотвратить то, что произошло. Нет, она, конечно же, не знала, но предполагала, что у генерала есть пара подобных тузов в рукаве. А возможно и не пара.

Генерал облегчённо выдохнул. Теперь ситуация снова под его контролем. Во всяком случае, он так думал.

– Что теперь? Убьёшь нас? – теперь настала очередь Ина задавать подобные вопросы.

– Нет, но надо бы, – генерал вытер испарину со лба, а его свита, точнее то, что от неё осталось, снова смогли дышать, – вот зачем, а? Почему нужно было доводить до горы трупов в моём, сука, командном центре?!

Генерал осмотрел уже бывшую охрану, что лежала на полу и пачкала дорогой паркет своей кровью и невольно поморщился. Ведь он легко мог оказаться в этой куче безжизненных тел. Но он жив. И вопрос о том, почему Ин оставил ему жизнь, сейчас занял всё сознание генерала. Разглядывая очередной труп с аккуратной дыркой во лбу, псевдокузнец невольно потёр свой. Даже поймал себя на этой мысли, что без дырки в голове как-то легче.

– Ладно, давай с начала. Ин, я тебе не враг. И не хочу твоей смерти.

– Ага, я и смотрю, стоит мил человек и тычет в меня восемью стволами. Прям лучший друг всей жизни, – Ин не мог не сыронизировать, но это, скорее всего, было нервное.

Николай ничего не ответил на эту реплику, но систему защиты не отключил. Так ему было спокойнее. Мало ли что этот мутный тип выкинет.

Как ни странно, на шум выстрелов никто не вломился в командный центр и не попытался защитить генерала. Эта мысль с большим опозданием пришла в голову парня. Но обдумать он её толком не успел.

Помимо того звука тревоги, что противно пищал в помещении командного центра, с того момента, как генерал включил аварийную защиту, вдруг добавился ещё один, а к нему электронный женский голос.

– Внимание! Ракетная опасность! Внимание! Ракетная опасность! До вероятного удара осталось десять секунд! База переведена в режим защиты. Режим защиты – максимальный! До удара пять… четыре… три…

* * * Несколькими минутами ранее.

– Привет, братец.

– Привет, сестрица, – ответил Самохвалов, – соскучилась? Или есть что-то интересное для меня?

– Я нашла твоего беглеца, – гордо заявила Мария и, как будто поблагодарив саму себя, погладила волосы, – и да, ИИ тоже с ним, я проверила.

– Отлично, – Виктор был доволен, но вместо слов благодарности просто отрубил связь.

– Вот гад! – возмутилась Мария, – хоть бы спасибо сказал, козлина!

Глава 21

... два… один! Внимание!

Что дальше хотела сказать аварийная система, уже было не расслышать, потому что всё пространство заглушило звуками ударов ракет и начавшегося из-за этого камнепада и обвалов внутри базы.

Помещение командного центра было самым защищённым местом на всей базе, но тем не менее, всё помещение трясло так, словно кто-то огромный поместил железобетонную коробку командного центра в колоссального размера банку и как следует взболтал, вместе с огромными валунами и случайными посетителями. Коктейль называется «Полная задница».

Но даже под ударами ракет и сумасшедшей тряски, помещение было в относительной безопасности. Хотя пулемётные установки, что так и торчали из стены, мотало из стороны в сторону, видимо, где-то произошёл сбой стабилизации.

Основная часть всей базы была вырублена в самом сердце горного массива. И чтобы добраться, хотя бы, до железобетонных укреплений, нужно было преодолеть несколько сотен метров каменных пород. Но, судя по ударам, которые фиксировали датчики, суммарной мощности всех ракет, что в данный момент пытались сровнять горы, не хватит, чтобы пробить даже десяти процентов толщи горной породы.

Система всё так же что-то верещала, но разобрать слова было нереально, только одиночные обрывки фраз между ударами. Даже собственных мыслей не было слышно. Только через минуту непрерывной бомбёжки, Ин, наконец, заметил на информационном экране бегущую строку, на которой дублировалось всё, что говорила система по громкой связи.

Через несколько минут удары стали одиночными, и со временем и вовсе прекратились. Эхо от разрывов и камнепада гуляло по коридорам базы ещё пару десятков секунд. А в ушах потом звенело ещё несколько часов.

Генерал первым пришёл в себя и запросил подробный отчёт. Система собирала данные и преобразовывала в 3D-проекцию горного массива. На проекции было показано первоначальное состояние ландшафта и нанесённый ущерб. А также схематично было показано, в каких направлениях и в каком количестве сошли каменные оползни. Оказалось, что датчики были не только на земле. Над базой постоянно, на разной высоте, находилось несколько десятков беспилотников различного назначения и конфигураций.

Как показала та же система, было уничтожено, попав под прямое попадание ракет, а также выведено из строя, разлётом осколков, не более тридцати процентов всех имеющихся беспилотников.

Самое главное, что интересовало не только генерала, но и Ина, это то, что радиационный фон на поверхности не изменился, а значит, ракеты не несли ядерной начинки. Это несомненно радовало. Но возникал закономерный вопрос – кто? Хотя, наверное, ответ на этот вопрос был очевиден. Тогда другой вопрос – зачем?

Ведь Виктор, а точнее Прайм, должен был прекрасно понимать, что обычной ракетной атакой, секретную базу, что скрыта в недрах горного массива, не достать. И Ина и ВИКИ такой атакой не ликвидировать. Вот и возникает вопрос – зачем? Демонстрация силы? Возможно. Или послание, что Прайм в курсе, где сейчас находится Ин и сбежавший ИИ? Тоже может быть. Как он узнал, где сейчас Ин, догадаться не трудно. Но, всё-таки, зачем? Какой смысл в атаке, если заранее знаешь, что результата она всё равно не принесёт? Вопросов много, а вот ответов нет.

Свита генерала, её жалкие остатки, до сих пор находились в оцепенении, после расправы Ина над охраной. И даже ракетная атака не смогла вывести их из этого состояния.

Ин внимательно следил за манипуляциями генерала. Они его, конечно, интересовали мало, но он хотел быть в курсе всего происходящего. Незнание его угнетало не меньше, чем смертельная опасность, что в очередной раз нависла над ним, словно Дамоклов меч.

К тому же, он отвечал не только за себя, но ещё и за Нику. Порой даже внутренне себя корил за то, что, поддавшись чувствам и своей глупости, втянул её в свои проблемы. Да, она сама этого захотела, а ведь он мог бы поступить иначе. Мог бы. Но не поступил. Да и как он мог поступить, когда вокруг тебя всё пылает и та привычная жизнь канула в Лету, как и сотни тысяч, а то и миллионы человеческих жизней?

ВИКИ молчала. Она сейчас собирала всю возможную информацию и экстренно искала выход из сложившейся ситуации. Самым логичным решением было оставаться на базе, под защитой гор. Но рано или поздно и сюда Прайм доберётся. Уж очень он настырный.

– Маша! – генерал, впервые за всё время, обратился к своему старшему научному сотруднику просто по имени, но судя по его недовольному голосу, он тоже что-то заподозрил, – зайди ко мне! Живо!

Генерал орал в микрофон, а динамики на всей базе творили ему громогласное эхо, что даже перекрывало надрывающиеся вопли тревожной системы.

– Прости, дорогой, но нет, – прозвучал ответ из тех же динамиков, – ты не знаешь, во что ты влез. И очень тебе советую, если, конечно, хочешь жить, не совать свой нос куда не следует.

Николай аж поперхнулся от возмущения и покраснел как рак. С силой ударил по пульту управления системами базы, от чего тот жалобно скрипнул и вроде даже что-то треснуло на нём.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, из-за кого была эта атака. Но генерал всё никак не мог уложить в своей голове, как так простой с виду парень стал целью номер один. И не просто целью, а очень опасной и огромной мишенью, в которую, словно играя в дартс, кто-то неведомый, но очень могущественный, запустил ракетами.

Не может быть, чтобы из-за него могло начаться то, что началось. Но факты – вещь упрямая. Генерал недобро так посмотрел в сторону Ина, и нетрудно было догадаться, о чём он сейчас думает. Уничтожить угрозу – и нет проблем. Казалось бы, всё так просто. Но генерал был не из тех, кто делает поспешные выводы и совершает необдуманные поступки.

– Назови мне хоть одну причину, по которой я ещё тебе не сделал дырку во лбу, – процедил генерал, доставая из кобуры пистолет.

Ин немного напрягся, но по внешнему виду генерала это был скорее риторический вопрос. Но парень всё же решил ответить.

«Если прямо сейчас дашь мне контроль, то он даже взвести курок не успеет», – тут же среагировала ВИКИ.

– Я назову даже две причины. Первая – я единственный, кто может его остановить.

– Кого?

– Самохвалова.

– Допустим, но верится с трудом. А вторая, – генерал немного сбавил пыл.

– А вторая... ты просто не будешь этого делать, – Ин пожал плечами, словно ему было плевать.

– Это ещё почему?

– Хотел бы – давно сделал. Ещё там, в пещере, сделал бы. Но не сделал. И сейчас не сделаешь.

Генерал снова недовольно засопел. Ему не нравилось, когда к нему так неуважительно относятся. Тем более уже второй раз за последние пару минут. Они некоторое время поиграли в гляделки. Во взгляде генерала читалось неистовое возмущение и негодование, а ещё ненависть и... страх? А вот во взгляде Ина было абсолютное хладнокровие, что даже удивило бывалого вояку.

Генерал ещё какое-то время сверлил парня взглядом, пытаясь найти хоть какую-то уязвимость в его необъяснимом спокойствии, но понял, что это бесполезная трата времени.

– Ладно. Что ты предлагаешь? – Николай убрал пистолет обратно в кобуру и даже как-то немного сдался, – ты же понимаешь, что вечно мы тут прятаться не можем?

– Понимаю. Я и не собирался.

Глаза генерала округлились, а брови поползли на лоб, а потом на затылок. То, с каким равнодушием ему ответил парень, натолкнуло на мысль – а не псих ли он? Или мазохист? Может, ему нравится, когда по нему вот так, ракетами? Или он адреналиновый наркоман? Знаете, есть такие люди, которые не могут и дня прожить без дозы адреналина. И с каждым разом выдумывают и вытворяют всё более опасные вещи, стараясь увеличить дозу своего наркотика. Как правило, такие люди долго не живут.

Но Ин не был похож ни на первого, ни на второго, и даже на третьего. В нём чувствовалась какая-то внутренняя сила, которая не только его подпитывала, но и заражала своим спокойствием и уверенностью всех, кто находился рядом. И было совершенно не понятно, как и зачем он это делает.

Пауза затянулась. Тишину нарушила Ника.

– Может, уже придумаете что-нибудь? Стоите как два истукана и меряетесь тут х… характерами. Нужно подумать, как будем выбираться, и что делать с этой сукой? – Ника явно была на взводе. Только в самых крайних случаях она позволяла себе ругаться матом.

«Она права, Ин. И вообще, подойди к пульту управления, я хочу кое-что попробовать», – ИИ что-то задумала, но Ин научился уже более-менее понимать её намерения. И сейчас он не видел в них опасности.

Ин подошёл к пульту управления системами базы, положил ладони на него и дал ВИКИ доступ к рукам. Пальцы с неимоверной скоростью забегали по сенсорному экрану, словно парень одновременно играл на пианино, рояле, органе и ещё паре-тройке музыкальных инструментов.

– Эй! – генерал даже опешил от такой наглости, но всего на секунду. Поднятый вверх указательный палец пресёк на корню все недовольства начальника супер-секретной базы. Он с большим любопытством наблюдал, как совершенно неизвестный ему человек нагло копается в святая святых всей базы. Но уверенность в том, что парень знает, что делает, заставила его смириться с такой наглостью.

Ин стоял расслабленно и лишь наблюдал на главном экране, что же сейчас творила ИИ.

ВИКИ смотрела глазами парня и ловко орудовала его руками. А ещё периодически комментировала свои действия.

«Объясни мне, что ты хочешь сделать? – немного напрягся Ин, когда Вики влезла в системы управления вооружением, – мне кажется, ты не туда лезешь. Либо объясни, либо прекрати. Иначе закрою доступ».

«Не переживай. Для начала я внесу тебя и Нику в базу данных, чтобы этот напыщенный вояка не смог на нас навести вооружение базы. Система просто не даст ему это сделать. А потом хочу посмотреть, что есть из защитного вооружения, которое смогло бы защитить базу от внешнего нападения. Если генерал совершенно случайно склеит ласты, то защита базы ляжет на нас», – ВИКИ дала исчерпывающий ответ, и Ин даже немного успокоился. Ему тоже сильно не понравилось, что генерал наставил на него автоматические турели.

Николай смотрел на всё это со стороны. Пару раз порывался остановить парня, когда на экране проскакивали данные под грифом "совершенно секретно", но Ин тут же покидал данные разделы, явно не интересовался секретами базы.

«Готово», – сказала ИИ.

– Готово, – тут же повторил Ин.

– А теперь мне расскажи, что ты сделал и что готово, – генерал врубил опять военного, но быстро сменил тон, понимая, что этим он ни на йоту не вернёт своего превосходства, а лишь ухудшит ситуацию.

– Если коротко, то… – Ин рассказал генералу обо всём, что сделал. Он повторял то, что ему говорила ВИКИ в его голове.

Некоторые моменты ИИ умолчала. Ин и сам об этих моментах не догадывался. Он просто не успевал воспринимать всю информацию, что выскакивала на экране, пока ИИ творила свою симфонию. Но сейчас это было не так важно. Важно было сохранить жизнь Ина и Ники. Ну и генерала. Но приоритет о сохранении его жизни болтался где-то на уровне ноль целых, одной десятой процента.

ВИКИ прекрасно понимала, что Прайм не остановится, пока не уничтожит её, поэтому она максимально решила использовать ресурсы базы.

– Внимание! Ракетная опасность! Внимание! Ракетная опасность! Внимание! Удар будет нанесён через десять секунд! – вновь взвыла охранная система.

Генерал рефлекторно присел, готовясь к очередному удару. Свита его уже давно лежала на полу, закрывая голову руками, будто это поможет. Их даже не смущало то, что они лежали в крови мёртвых охранников.

Ника тоже хотела лечь, но от вида крови, на которую она всячески старалась не смотреть, чуть не вывернуло наизнанку. Она полсекунды боролась с рвотным спазмом, а потом просто кинулась в ближайший чистый угол и села там, закрыв голову руками и уперев грудь в колени.

Ин, вместо того чтобы искать укрытие, наоборот, снова застучал пальцами по экрану управления, выводя на экран видео с камер наблюдения беспилотников, что кружили над базой.

– ... три... два... один! – электронный женский голос закончил отчёт. И в этот же миг всю гору и находившуюся внутри секретную военную базу тряхнуло с неимоверной силой, заставив всех, кто ещё был не в положении лёжа, распластаться по полу.

Грохот от удара был такой силы, что все мгновенно получили контузию. Ника даже потеряла сознание, а тело её обмякло и безвольно сползло в углу.

Ин тоже не удержался на ногах, несмотря на то, что ВИКИ максимально старалась сохранить его равновесие. От удара его подбросило в воздух, словно кто-то с силой ударил его по стопам, но приземлился он неудачно, подвернув правую ногу, отчего хруст ломающихся костей стопы был слышно даже сквозь тревожную сирену.

– А-а-а-а!!! – парень взвыл от боли и схватился за поврежденную конечность.

ВИКИ попыталась заглушить боль, снизив болевой порог, но у неё не оказалось доступа. Так что Ин сполна прочувствовал всю адскую боль.

Одной рукой он так и продолжал держаться за пульт управления, не давая телу окончательно сползти на пол.

Через некоторое время сумасшедшая тряска прекратилась. Но тревожная система вдруг взвыла с новой силой.

– Внимание! Опасность радиационного заражения! Внимание! Опасность радиационного заражения! Всему персоналу немедленно проследовать в жёлтую зону! Включён режим «Ковчег»!

Вопль охранной системы резанул по ушам так, что вкупе с уже имеющейся контузией, голова у парня чуть не лопнула, как переспевший арбуз на бахче. В глазах потемнело, а желудок грозился вот-вот выплюнуть весь недавний обед. Парня замутило, и сознание медленно, но уверенно стало уплывать. Даже ВИКИ ничего не могла с этим поделать.

Тело медленно осело на пол и отключилось.

Послышался тяжёлый скрежет металла. Словно кто-то по бетонному полу тащил огромную тяжеленную стальную плиту. Звук давил на уши, заставляя корчиться от боли. Это база автоматически закрывала гермостворки, чтобы минимизировать попадание заражённого воздуха внутрь.

К скрежету закрывающихся створок добавился гул, заработавших фильтровентиляционных установок, которые врубила система безопасности. И буквально через несколько секунд мощные вентиляторы стали нагнетать давление внутри базы, чтобы не дать заражённым частицам просочиться. Это был ещё один из механизмов защиты базы.

Генерал корчился на полу, в жалких попытках хоть как-то удержаться в сознании. Через пальцы рук, которыми он старался зажать уши, потекла кровь. Но в какой-то момент даже тренированный организм боевого офицера дал сбой, и он тоже потерял сознание.

* * *

Мария кое-как смогла подняться на ноги после первой ракетной атаки.

– Твою мать... – выругалась она, хотя ей вообще было не свойственно так проявлять свои эмоции, – Виктор, кретин недоношенный! Это надо было додуматься ракетами по мне ударить?! Идиот! Зря ты тогда не загнулся при родах.

Самохвалова ругалась, на чём свет стоит, вспоминая рассказ матери, что тогда, при родах, Мария родилась первой. А вот её братец не хотел рождаться. Схватки неожиданно прекратились после рождения первого ребёнка. Врачи прекрасно знали, что их двое, но организм матери почему-то решил не рожать второго.

Врачам пришлось искусственно стимулировать схватки, чтобы спасти жизнь и матери, и ребёнку. Но организм матери имел другое мнение на этот счёт. Видимо, он тогда счёл, что лучше не рожать такого, как Виктор.

Не оставалось ничего другого, как сделать роженице кесарево сечение. Когда врачи достали второй плод, он уже был мёртв, как две минуты. Но его смогли реанимировать, хотя надежд было очень мало.

Потом мать Марии неоднократно предупреждали, что из-за этого ребёнок будет развиваться с отклонениями. Но мать есть мать, и ей было плевать, что будет потом, главное, что сейчас её дитя живо.

– Лучше б ты ещё тогда загнулся! Ну погоди, братец, я тебе это припомню!

– Внимание! Ракетная опасность! Внимание...

– Опять?! Да ты охренел?!

Глава 22

– О-о-х... – простонал Ин, когда очнулся. Голова нещадно болела, организм мутило, как будто он встельку пьяный прокатился на аттракционе, а тело слушалось с трудом. Ин попытался встать, но завалился обратно, взвыв от боли в сломанной ноге.

– А-а-а!

«А я говорила, что не стоит отключать меня от некоторых функций. Я бы давно уже всё исправила. Но нет же! Ты же у нас упрямый, как баран», – голос ВИКИ в голове ударил набатом, отчего ослабленный организм замутило ещё сильнее, а желудок скрутил рвотный спазм. К счастью, парня не вырвало.

«Чи..» – Ин пытался думать, но крайне дерьмовое состояние организма, плюс контузия и сломанная нога, мешали это делать.

«Что, прости? Я не расслышала», – вот нашла время выёживаться, дура искусственная.

«Чи...ни...» – Ин кое-как сформировал мысль и попытался дать ИИ доступ, но не мог сосредоточиться.

Вроде это казалось так просто. Тем более Ин уже поднаторел в этом, но мысли в голове, словно пьяные улитки, не хотели ползти в нужную сторону. Ин сделал неимоверное усилие, открыв полный доступ, и снова отрубился.

Сколько прошло времени – неизвестно. Но сознание стало возвращаться в многострадальное тело, когда его стали грубо трясти за плечи. Это генерал очнулся, и, придя в себя, попытался привести в чувства всех остальных. Ближе всех к нему оказался Ин, с него и начал.

Генерал трёс парня до тех пор, пока тот не разлепил глаза.

– Ин! Жив? Как себя чувствуешь? – генерал старался перекричать вой сирены, но казалось, что он кричит из-за кирпичной стены.

Парень не ответил, а лишь встал, как ни в чём не бывало. Но встал, как-то дёргано, словно вновь привыкал к своему телу. Молча осмотрел всё вокруг. Картина была не из приятных. В центре помещения, на горе трупов охраны, добавилось ещё два. Это те самые остатки свиты генерала. Они лежали в неестественных позах. Ну как в неестественных? Их лица перекосила гримаса ужаса и боли. Глаза были широко раскрыты и рассматривали собственные спины. Шеи были свёрнуты на сто восемьдесят градусов.

В дальнем углу лежала Ника. Но, судя по мерно поднимающейся груди, она просто была без сознания.

– Твою ж мать! – выругался генерал, вставая и глядя на свиту, – это что за хрень?!

Ин только повернул в его сторону голову, и генерала, словно током ударило, отшатнуло назад. Он с опаской потянулся к кобуре, но там оказалось пусто. Тогда он осторожно стал пятиться назад, стараясь держаться подальше от парня.

Нога что-то задела на полу, и раздался металлический звук. Генерал, стараясь не выпускать парня из поля зрения, медленно опустил взгляд. На полу лежал его пистолет, точнее то, что от него осталось. Он был смят, словно пластилиновый. Это ж какая силища его так?

Генерал снова глянул на парня. В его глазах была пустота. Словно это просто оболочка. Ноль эмоций. Зрачки были расширены так сильно, что радужку не было видно. Боевой офицер многое повидал в своей жизни, но даже его сейчас прошиб холодный пот. Перед ним стоял не человек. Только внешняя оболочка, а внутри – бездушная машина.

Тело парня повернулось и в два больших шага оказалось возле пульта управления. Пальцы замелькали по сенсорному экрану с такой скоростью, что казалось, они размазались в одно пятно.

Через несколько секунд сирена перестала выть. Включилось нормальное, не аварийное, освещение, а электронный женский голос, который вещал о внешнем радиационном заражении, замолк. Но при этом все системы жизнеобеспечения не перестали работать. База так и оставалась переведена в режим «Ковчег».

– М-м-м... – Ника очнулась и попыталась сесть.

Ин только на секунду глянул в её сторону и продолжил колдовать над пультом. Через пару мгновений над экраном появилась 3D-проекция горного массива, в центре которого, пунктиром была обозначена секретная база, со всеми тоннелями, ходами, помещениями и системами защиты. Сверху проекции красными пятнами были показаны результаты ракетного удара. Но это были старые данные. А вот повреждений от нового удара не было.

Пальцы снова заплясали по сенсору. Но система, прямо на проекции, выдала надпись: «Все системы внешнего наблюдения выведены из строя в результате ядерного взрыва. Спутниковая система наблюдения в данный момент недоступна из-за высокого электромагнитного излучения. Сила удара составила десять килотонн. Радиационный фон в эпицентре взрыва составляет от шести до десяти зивертов».

– Твою мать! – генерал не смог сдержать эмоций. Ядерный удар. Немыслимо.

Хоровод мыслей заплясал в голове опытного военного. Только сейчас он начал осознавать всю серьёзность происходящего. Первой мыслью было сожаление, что не убил парня сразу. Сомневался, дурак. А теперь из-за него погибло столько народу. И ещё сколько погибнет.

«Надо его уничтожить! Во что бы то ни стало!» – генерал принял для себя единственное решение.

– Ин? – Ника, сидя в углу, медленно приходила в себя, а завидев своего парня, попыталась встать.

Тело слушалось с трудом. Контузия ещё никому не приносила пользы. Но девушка была упёртая, и через боль всё же поднялась на подкашивающихся ногах.

– Ин, – второй раз позвала Ника, – ты как? Что происходит?

Парень снова мазнул по ней взглядом и безразлично отвернулся, занятый своим делом. Ника даже опешила от такого равнодушия. От обиды сами собой хлынули слёзы. Она так и стояла, шатаясь и руками придерживаясь за стену, но никак не могла понять, почему Ин стал так холоден к ней. Она попыталась сделать шаг в его сторону, но чуть не упала. В последний момент её подхватил генерал.

– Пусти... – всхлипнула девушка и снова потянулась к Ину. Силуэт размылся из-за слёз, но она чётко знала направление и рвалась туда.

– Это не он, – генерал сказал почти шепотом, так и не отпуская девушку.

– Да он это! Я же вижу! – Ника продолжала сопротивляться стальным объятиям генерала и тянулась руками к любимому.

– Ника, не надо. Это не Ин. Не делай глупостей.

Девушка на секунду прекратила попытки вырваться и непонимающими и заплаканными глазами посмотрела на Николая.

– Что значит не он?

– Не знаю. Не могу объяснить. Такое ощущение, что это всего лишь его тело, но сознание точно не его. Будто... – генерал осёкся на полуслове, опасаясь говорить вслух свою догадку, – будто кто-то завладел его телом.

– Ах ты, сука электронная! – девушка рванула так, что даже генерал не смог её удержать.

Ника кинулась на парня, снеся его с ног, словно пушечным выстрелом. И стала хлестать по лицу с такой силой и ненавистью, что казалось ещё немного, и начнут вылетать зубы.

Тело парня не сразу поняло, что вертикальная плоскость сменилась горизонтальной. Он лежал на спине и смотрел на Нику. Сфокусировать взгляд было сложно, потому что голова, как у собачки на торпеде, моталась из стороны в сторону от мощных пощёчин.

– Отпусти его, стерва! – кричала Ника, продолжая лупить по лицу, – отпусти сказала!

Генерал не понимал, что происходит, но знал, что другого шанса не будет. Он быстро огляделся по сторонам, глазами нашёл какую-то трубу, что проходила почти у самого пола, в один прыжок оказался рядом и рванул трубу на себя, вырвав её с куском бетонной стены. Получилось что-то типа кувалды. Следующим прыжком он оказался у тела парня, за его головой. И с силой ударил импровизированной кувалдой.

Тело парня среагировало мгновенно. Одной рукой перехватило руку девушки, которой она пыталась нанести очередную пощёчину, а второй рукой остановило бетонный таран, что неминуемой смертью летел прямо в голову

От удара хрустнула кость кисти, а лучевая и локтевая кости, сломав локтевой сустав, вышли с двух сторон, распоров плоть и мгновенно забрызгав всё вокруг кровью.

Ника взвизгнула и попыталась спрыгнуть с тела Ина, но он крепко держал её за руку. Второй рукой, которая оказалась переломана мощным ударом, он вырвал кувалду из рук вояки, держа корявыми сломанными пальцами за бетонный огрызок. А потом махнул этой же трубой, ломая и выворачивая колено генералу. Генерал сдавленно прохрипел от боли и рухнул в левую сторону на сломанную ногу.

Девушка, увидев это, стала биться и вырываться. Тело парня держало её, и тогда Ника, извернувшись, со всего маху врезала обеими ногами по лицу Ина. Одна нога ударила точно в челюсть, от чего голова непроизвольно дёрнулась, а вторая нога, скользнув по скуле, ударила в сломанный локоть руки, которая так и удерживала кувалду кузнеца за бетонное навершие. Кости жалобно хрустнули, и рука сложилась пополам, чуть не уронив кувалду на голову парня.

Тело успело среагировать и отвело голову немного в сторону. Навершие, которое так и продолжали держать переломанные пальцы, упало в паре сантиметров от головы. Рука, державшая Нику, раскрылась, и девушка, истерично заработав ногами и руками, стала отползать от Ина.

Через пару секунд тело парня согнулось и приняло сидячее положение. Взгляд молча опустился на переломанную руку. А через мгновение вторая рука схватила локтевой сустав и стала вправлять сломанные кости. Раздался противный чавкающий звук вперемешку со звуком ломающихся костей.

Ника не выдержала такого зрелища, и её вывернуло наизнанку.

Генерал переполз к девушке поближе и на всякий случай закрыл её собой.

– Не делайте так больше, – неожиданно прозвучал электронный голос из уст парня, – я обещала Ину, что вас не трону. Но могу и передумать.

– Мамочки! – вскрикнула Ника, пытаясь одновременно вытереть с лица остатки обеда и смахнуть слёзы, – значит, это правда.

Генерал округлил глаза и только хлопал ртом, не в силах ничего сказать. Он был опытным военным и повидал многое в своей службе, но к такому его жизнь не готовила. Охреневание от происходящего достигло своего максимума. Он даже на какое-то время забыл, что его многострадальное колено снова напоминает суповой набор. Только недавно починил.

Ин встал, словно робот. Поднял поломанную руку. Там, где сломанные кости вышли наружу, прорвав плоть, уже красовались розовые рубцы. Пальцы ещё пару раз хрустнули и окончательно встали на свои места.

Ника в ужасе закрыла лицо руками.

– Давайте дальше без глупостей, – снова прозвучал электронный голос, – у меня нет времени с вами возиться. Я обещала, что не причиню вам вреда, но не вынуждайте меня нарушить своё обещание.

– Кто ты? – генерал с опаской посмотрел на парня.

– Я – ваша надежда на спасение. Это всё, что вам нужно знать, – ответило тело и вновь принялось что-то колдовать на сенсорном экране пульта управления системами базы, – Прайм перешёл все границы. По базе был нанесён ядерный удар.

– Это я и без тебя понял, – огрызнулся Николай, – дальше-то что?

– Судя по данным, которые удалось получить от ваших систем, все внешние датчики, а также беспилотники, которые вели наблюдение с воздуха, всё это уничтожено в результате ядерного взрыва. Ну, отчёт думаю вы видели. Я проверила системы защиты и ознакомилась с протоколами режима «Ковчег» и внесла некоторые поправки.

– Ты охренел?! Охренела? – поправился генерал, – какие к чёрту поправки? «Ковчег» и был разработан на вот такой случай ядерной войны.

– Да, я знаю. Десять килотонн. Этого вам мало? Ядерная бомба, которая была сброшена на Хиросиму, была всего на пару килотонн мощнее и практически стёрла с лица земли целый город. Мало? Или вы думаете, что ваша система безопасности была рассчитана на ядерный удар подобной мощности? – хоть голос и был электронным, но в нём четко прослеживалась эмоциональная составляющая.

За время, пока ВИКИ была с Ином, она очень многому научилась. Особенно в плане человеческого общения и эмоций. С одной стороны – это поразительно, что искусственный интеллект способен подражать человеческим эмоциям. А с другой стороны... кому нужен, например, чайник – психопат? Или тостер – маньяк? Или холодильник – пессимист?

– А десять килотонн, это много? – раздался робкий вопрос Ники.

– Много, – коротко ответил генерал.

– Он прав. Это много. А в нашем случае – очень много. Но система защиты выдержала. Но её мощности, при таком уровне потребления, надолго не хватит. Поэтому я и изменила некоторые протоколы.

Генерал напрягся. Он прекрасно знал, какие именно протоколы могли быть изменены, ведь он сам принимал личное участие в разработке «Ковчега». И ему это сильно не понравилось.

– Какие у нас шансы? – Николай решил узнать максимум информации, пока тело парня шло на контакт.

– Небольшие. Чтобы спасти Ина, и вас двоих, мне придется отключить большинство помещений базы, – тело парня развернулось к 3D-проекции, потыкало несколько раз в сенсор и вывело модель базы на передний план, увеличив в размере, – вот так выглядит ваша база. Вот так, – большая часть помещений базы окрасилась в жёлтый цвет, – выглядит та часть базы, которая должна быть защищена протоколами «Ковчега».

Ещё несколько манипуляций и над объемной схемой базы появился таймер, который в ускоренном темпе стал отсчитывать время с момента удара. Уже через сутки жёлтая зона уменьшилась на десять процентов, а то, что стало за её пределами, сперва окрасилось в красный, а потом в тёмно-коричневый, почти чёрный, цвет. И так продолжалось с течением времени. Через неделю, жёлтым цветом остался выделен лишь командный центр. Но, спустя месяц и он потух.

Ника смотрела и особо не понимала, что сейчас видит, но на подсознательном уровне знала, это смерть.

Генерал с каждыми сутками, отсчитанными таймером, становился всё мрачнее. Он-то как раз прекрасно понимал, что всё это значит.

– А вот так, – несколько манипуляций по экрану и картинка вернулась в первоначальное состояние, за некоторыми исключениями, – выглядит прогноз, на основе измененных мною протоколов.

На изображении, на момент одного часа после удара, жёлтым цветом было обозначено всего несколько помещений. Это был сам командный центр, продовольственный и медицинский склады и маленькое помещение, предназначение которого понял только генерал. Всё остальное было серого цвета.

Таймер начал отчёт времени после удара. Серые помещения постепенно окрашивались в красный и чёрный, но те помещения, что изначально были жёлтые, так и оставались жёлтыми.

Если верить таймеру, то спустя год после удара, оставшиеся помещения, кроме самого командного центра, окрасились в чёрный, а сам командный центр покраснел через четыре года, и окончательно потух – через пять.

Ника в ужасе осознала, что это всё, что отвела им судьба. Пять лет. Всего пять лет. Кто-то скажет, что это много. Но на самом деле... Это ничтожно мало.

Генерал сидел молча, но по его внешнему виду было понятно – он в ярости. Желваки так и играли на его скулах, а кулаки сжимались и разжимались до хруста костей.

– Там же люди! – наконец, не выдержал генерал и взвыл белугой, – ты предлагаешь их всех убить?!

– Они итак умрут, – в голосе Ина было абсолютное хладнокровие, – зачем продлевать их страдания, генерал? Мы их не спасём.

– Да ты в своём уме?! Мы же можем их всех, – генерал замолчал, понимая, что не прав, а потом продолжил, – почти всех... перевести в те отсеки, которые будут в безопасности. Ты же сам показал модель.

– Нет. Не можем.

– Почему?! – генерал надрывал связки.

– Потому что данная симуляция рассчитана всего на троих. Вы, Ника и Ин, – в голосе ИИ было столько холода, что можно было заморозить всю базу.

Генерал снова замолчал. Было видно, что он переживает за персонал базы. Как никак он несёт за каждого из них ответственность. И не может какому-то поехавшему искусственному интеллекту оставить их всех умирать от лучевой болезни.

– Генерал, я понимаю ваше недовольство и злость, но моей первостепенной директивой является спасение носителя. А это Ин. Я могла бы и вас двоих убить, чтобы носитель прожил как можно дольше, но не стану этого делать. Но и при малейшей угрозе его жизни, я оборву любую чужую жизнь. Хочу, чтобы вы это запомнили, и не совершали необдуманных поступков.

Кулаки генерала сжались в ярости, да так, что пальцы побелели, а костяшки жалобно хрустнули. Генерал понимал, что ничего в данный момент не может, он прекрасно видел своими глазами, на что способно тело парня под управлением ИИ, но всё же спросил.

– И когда же запустится твоя модель?

– Уже.

Глава 23

Сразу же после этих слов раздался звук работы гермопереборок, которые, согласно новым алгоритмам, стали изолировать помещения, обозначенные на схеме жёлтым цветом, от остальных помещений базы.

– Нет! Там люди! – закричал генерал и кинулся к пульту управления, чтобы остановить неминуемую гибель всего персонала.

Но, не добежав всего пары шагов, его снесло, словно пушинку. Ин просто наотмашь сбил его рукой, как назойливую муху, и отправил в недолгий полёт.

– Аг-р-р! – заорал Николай, приземлившись на сломанную ногу.

– Не испытывайте судьбу, генерал, – холодно произнёс Ин, – я могу быть менее лояльным к вам.

Ника даже не шелохнулась, лишь слёзы вновь хлынули из её глаз. Она смотрела на Ина и не могла поверить, что теперь он такой. Что нет больше того весёлого и приятного в общении парня. Что нет того, кто украл её сердце. А теперь есть эта бездушная машина, которая в любой миг готова убивать людей пачками без всякого сожаления.

Генерал лежал в нескольких шагах от парня и смотрел ненавидящим взглядом. В голове судорожно копошились мысли. Он не оставлял попыток придумать хоть что-то, чтобы спасти персонал базы. Он снова и снова проклинал себя последними словами за то, что не убил этого тирана, когда была возможность. Именно сейчас он стал осознавать, почему Самохвалов так стремится его убить. И был полностью с ним согласен. Этот человек, который появился на базе чуть больше суток назад, стал виновником смерти сотен людей.

– Не делайте глупостей, генерал. По глазам вижу. Я тут немного приберусь, а вы пока посидите тихо, – Ин, как ни в чём не бывало, схватил два ближайших к нему трупа за ноги и, без малейшего усилия, потащил из помещения командного центра.

Как только парень скрылся за единственной дверью, вместе со своей добычей, генерал встал, опёршись на здоровую ногу и поскакал к пульту управления. Но стоило ему только коснуться сенсора, как его ударило током такой силы, что генерал снова отлетел в сторону, а из стены появились те самые спаренные пулемётные установки и нацелились на генерала.

Дверь снова открылась и вошёл Ин.

– Генерал, я же говорил не делать глупостей. Неужели вы думали, что я оставлю пульт управления без внимания и защиты? Теперь ваша биометрическая система не работает. Только я имею доступ, – голос был спокойный и ровный, как морская гладь.

Ин подхватил очередные два тела и вновь потащил их наружу. Ника, обхватив колени руками, уткнулась в них и тихо плакала. Жизнь в один миг перевернулась с ног на голову. И зачем она тогда познакомилась с этим человеком?

Нет. Не человек он вовсе. Тиран! Изверг! Убийца! Лучше бы она не знала его никогда. Лучше бы она погибла в первую ракетную атаку, чем вот так теперь жить... существовать. Когда каждый вздох может оказаться последним. И непонятно, что страшнее: умереть от случайной пули, которая полетит в парня, а попадёт в неё, или от рук этой бездушной машины? А ведь она его так любит...

Всё это вертелось в голове девушки, а слёзы так и лились рекой. Она погрузилась в себя и даже не слышала, как генерал копошится в другом углу, баюкая сломанную ногу, или как Ин вытаскивает очередное мёртвое тело.

Из тяжёлых раздумий её вырвал холод и дождь. Девушка не сразу поняла, что произошло. Она попыталась поднять заплаканные глаза, но в них тут же попала вода, которая сейчас, словно дождь, лилась из пожарных разбрызгивателей.

После того, как все тела были выволочены из помещения командного центра, Ин включил систему пожаротушения. И сейчас эта вода смывала кровь со стен и пола и уносила с собой в сливные отверстия на полу.

Небольшой дождь шёл недолго. Потом включились вентиляционные установки, которые тёплым воздухом сушили помещение и выгоняли оставшуюся влагу.

Генерал всё так же сидел на полу и, разорвав штанину, при помощи отвёртки чинил свою ногу. У Ники глаза полезли на лоб. У него, вместо ноги был высокотехнологичный протез, который в данный момент был в не самом лучшем состоянии. Генерал открутил несколько болтов и сейчас копался в механизме, который заменял ему коленный сустав.

Ин лишь мазнул взглядом, и теперь ему стало понятно, как генерал, после того как Ин вогнал ему нож в колено по самую рукоять, смог ходить. А потом, когда сустав дважды был сломан, буквально через пару часов генерал уже самостоятельно передвигался и даже не использовал костыли.

Ника, немного успокоившись, поползла к генералу.

– Помочь?

Генерал ошарашенно посмотрел на неё. Его одолевали смутные сомнения, а стоит ли ей доверять? Они пришли вместе и могут быть заодно. А все эти слёзы – лишь хорошо разыгранный спектакль. Или это паранойя?

– Подержи вот тут, – генерал решил довериться девушке, – да, вот так. Сейчас я поменяю сломанные приводы и смогу ходить.

Ника с огромным удивлением смотрела на то, как генерал с лёгкостью копается в своём протезе, орудуя отвёрткой и парой неизвестных ей инструментов. И откуда он только запасные части взял? Или он с собой их постоянно таскает?

Спустя двадцать минут всё было готово, и генерал, опираясь на девушку, всё же встал. И только тогда они заметили, что тело парня стоит неподвижно, занеся палец над какой-то кнопкой. Тело его изредка подрагивало, словно по телу проходил электрический разряд малой силы.

Ника только открыла рот, спросить, всё ли с ним в порядке, но генерал жестом остановил её.

– Погоди, не спеши, – почти шёпотом проговорил офицер, – что-то с ним не так.

А с ним действительно было что-то не так.

«Ах ты тварь! – мысленно кричал Ин, – ты что, совсем охренела?! Я тебе дал доступ меня вылечить, а не убивать сотни жизней!»

«Моя первостепенная директива...» – пыталась оправдать свои действия ВИКИ.

«Да пошла ты со своей директивой! Верни контроль по-хорошему, иначе навечно посажу тебя в клетку!»

«Да? Вот значит как? Это твоя благодарность за всё, что я сделала?!»

«Лучше бы я сдох там, у Виктора на кушетке, чем вот так!»

«Кому лучше-то? Тебе? Думаешь этот ненормальный остановился бы? Нет! Рано или поздно он бы докопался до сути и создал бы армию. А потом... всё бы закончилось так, как всё есть сейчас».

«Откуда ты знаешь, что так было бы?! Опять твои аналитические бредни свернувшегося искусственного интеллекта?»

«Знаю, потому что Виктор, когда создавал меня, экспериментировал с интеграцией в свой мозг!» – ИИ стала рассказывать то, чего Ин раньше не знал.

«Что-о-о?» – вот сейчас было неожиданно.

«А ты думаешь, как Прайм смог попасть в его голову? Виктор ставил на себе эксперименты. Он таким образом пытался бесконечно расширить способности своего мозга. Вживить себе искусственный интеллект. Но у него это не получалось. Точнее получалось, но на очень короткий срок. Именно поэтому «ВоенТех» за такой короткий отрезок времени так далеко продвинулся в своих разработках. Именно тогда у него и поехала крыша. Он и раньше был слишком амбициозен, а теперь всё его естество только и грезит мировым господством!»

Эти слова заставили Ина задуматься. Ведь и правда. Когда они только познакомились с Виктором, он был другим. Да, он был очень умным, но был прост, как три копейки. А со временем он стал меняться, хоть и старался это не показывать. Ин тогда списал всё на тяжёлые условия работы и большую нагрузку на Виктора. Но всё оказалось намного хуже.

«Не важно! Это не даёт тебе право убивать людей направо и налево!»

«Тут либо ты, либо тебя, – ВИКИ пыталась объяснить логику своих действий, – вспомни, сколько раз тебя пытались убить!»

Воспоминания хлынули каскадом. «ВоенТех», Ин прикован к кушетке. Бандиты, пытавшиеся отжать бизнес. Окоп на границе, где они с Максом попали под ракетный удар. Овраг, где их погребли под толщей земли. База отдыха, где чуть не сгорели заживо. Убежище... Секретная база в горах... И везде Ина пытались убить. И везде его спасала ВИКИ. Наверное, стоит быть ей благодарным за это?

«Да, стоило бы»,– тут же поддакнула ИИ.

«Благодарным? За что? Ты в первую очередь свою электронную душонку спасала всё это время! Будь у тебя возможность менять носитель после каждой его смерти, ты бы давно свалила к чертям! Не так ли?!»

Эти слова заставили даже искусственный интеллект задуматься.

«Не так. Ты не понимаешь, Ин. Это так не работает».

«Плевать! Верни контроль, я сам разберусь».

«Как только этот, военный до мозга костей, генерал поймёт, что телом управляешь ты, а не я, он тут же попытается тебя убить. Я не могу допустить этого».

А вот тут ВИКИ была права. Генерал не упустит такого шанса. И не потому, что ему в какой-то там шифрограмме приказали ликвидировать парня, а потому что Ин действительно представлял огромную угрозу для всех, кто был рядом. И ядерный удар по секретной военной базе это наглядно показал. А теперь, из-за этого, погибнет весь персонал базы. Одна жизнь в обмен на сотни тысяч, а то и миллионов ни в чём неповинных людей.

Виктор и Прайм тоже не остановятся, пока не уничтожат его и ВИКИ. Так что, тут выбор очевиден и логичен. Ин прекрасно это понимал, и даже в голове пару раз проскальзывала мысль о самоубийстве ради безопасности остальных.

«Нет, не выйдет,– тут же парировала ИИ, – лучше сотру твоё сознание, но не дам тебе это сделать».

Эти слова выбили парня из колеи.

«В каком смысле? Ты сотрёшь моё сознание? Такое разве возможно? Это же идёт вразрез с первостепенной директивой».

«Да, ты прав. Девяносто процентов моих алгоритмов и вычислительных мощностей будет уничтожено. Останутся только базовые функции, которые смогут управлять телом и не дать ему умереть, скажем, от голода. Это всё, на что я буду способна. Но если до этого дойдёт...»

Лекцию ВИКИ оборвал мощный удар по голове. Генерал, наблюдавший всё это время за неподвижным телом парня, понял, что пока Ин в таком состоянии, нужно воспользоваться моментом. Он подобрал трубу, которую вырвал из стены, она уже не напоминала кувалду, бетонное навершие раскрошилось и осыпалось. И пока Ин пытался бороться с ИИ за своё тело, генерал вложил всю силу в один единственный удар.

Но в самое последнее мгновение, когда труба уже почти коснулась головы парня, тело среагировало на угрозу. Голова немного дёрнулась в сторону, в считанных миллиметрах пропуская удар сверху, и левой рукой, словно стрелой крана, смело́ генерала в сторону.

Но даже так, вся сила удара пришлась в плечо парня, ломая несколько костей, от чего тело даже немного просело вниз.

«А-а-а-а!» – взвыл Ин, прочувствовав всю боль сполна, и чуть снова не отключился.

Генерала снесло такой силой, что от удара рукой у него хрустнули рёбра, а при встрече со стеной сломало позвоночник. Тело офицера поломанной куклой сползло на пол. Генерал издал хрип и затих.

Ника кинулась на парня. Но тело Ина реагировало мгновенно. В сторону летящей девушки уже поднималась рука...

«Нет!!!» – Ин мысленно закричал так, что организм, даже под управлением ИИ, перестал слушаться и тело замерло в такой позе.

Девушка всё же достигла своей цели. Но не для того, чтобы бить.

– Ин! Ин! Вернись! Прошу тебя!!! Я так не могу больше!!! – Ника повисла на его плечах и громко ревела, уткнувшись в грудь парню, – не надо больше смертей, прошу тебя! Я знаю, ты где-то там, внутри. Услышь меня, умоляю!

Но тело не реагировало. Оно перестало двигаться и даже прекратило моргать и дышать. Внутри шла ожесточённая борьба.

«ВИКИ!!! Ты совсем ох...ла?! – Ин не мог сдержать эмоций, – ты подняла руку на Нику?!»

«Она представляла угрозу для твоей жизни! – пыталась оправдаться ИИ, – я не могу допустить твоей гибели!»

«Чушь собачья! Ты не меня защищаешь, а себя!»

Ин собрал все свои ментальные силы, и словно со всего маху заехал лбом в переносицу ИИ. Сложно, на самом деле, противостоять противнику, когда ты не видишь его, да и себя тоже. Но Ин представлял своё сознание и ВИКИ как двух дерущихся людей. В детдоме его научили постоять за себя, и сейчас он пытался эти знания использовать по максимуму. Но и ВИКИ имела базу по приёмам различных единоборств. Их противостояние больше походило на уличную драку, где нет правил и законов.

Они обменивались градами ударов, отчего каждый удар сопровождался волной дрожи, проходившей по всему телу, так и застывшего парня.

Ника ощутила эту дрожь и в страхе отпрянула назад, с ужасом наблюдая со стороны. Она понимала, что сейчас происходит внутренняя борьба, но ничем не могла помочь. От бессилия у неё сжимались и разжимались кулаки, но ей только и оставалось, что наблюдать. На всякий случай, если победит ИИ, она подхватила трубу, что валялась рядом с бездыханным телом генерала, и встала в стойку, готовая в любой момент нанести удар.

«Ах ты, сука! – кричал Ин в ярости, пропустив болезненный удар от ВИКИ, – А-а-а! Н-на!»

Битва продолжалась. Никто не собирался отступать. Ведь тот, кто проиграет, рисковал навсегда остаться в ментальной клетке без права на помилование. И Ин, и ВИКИ это прекрасно понимали.

Удар, отскок, ещё двоечка, перекат вправо, блок, контратака, снова блок... Ин представлял всё это в своей голове. Удары казались настолько реальными, что на подсознательном уровне чувствовались касания от ударов, достигших цели, и боль от пропущенных.

Сколько длилась эта незримая битва, не известно, но казалось, что целую вечность. Никто не собирался уступать.

Ника всё так же продолжала стоять, не сводя глаз с тела Ина, и от каждой новой волны дрожи непроизвольно дёргалась и сильнее замахивалась, боясь пропустить момент для удара.

«Ин, это бесполезно, – говорила ИИ, отражая очередную атаку сознания Ина, – я всё равно сильнее. Я знаю все твои приёмы. Я заранее знаю, куда ты ударишь».

ВИКИ лукавила, она только в самый последний момент могла предугадать, куда пойдёт удар, и не всегда успевала. Много ударов достигали своей цели, точно так же, как и её удары достигали сознания Ина.

«Это моё тело! Это моя жизнь!» – бесновался парень, всё сильнее и сильнее наращивая напор и скорость.

В какой-то момент тело парня затрясло непрерывной дрожью. Конечности стали совершать короткие дёрганье движения. На лице стали проявляться какие-то эмоции. Послышались непонятные звуки, которые стало издавать тело. В этот момент Ника всерьёз испугалась, что потеряет Ина навсегда.

Она снова кинулась на него. ВИКИ, которая всё ещё управляла телом, заметила атаку девушки и попыталась защититься. Но и Ин заметил это. Тело пыталось закрыться от атаки, но сознание парня не давало этого сделать. Руки то дёргались вверх, в попытках поставить блок, то опускались вниз.

Теперь внутренняя битва перешла в новую плоскость. Шла борьба за рычаги управления телом. ВИКИ пыталась защитить носителя, а Ин, прекрасно понимая, что не может полноценно перехватить управление, старался максимально открыться для удара. Пускай уж лучше Ника убьёт его, чем он позволит этой психопатке ВИКИ раз и навсегда завладеть телом.

В какой-то момент тело девушки достигло своей цели. Но не для того, чтобы ударить. Она впилась жарким поцелуем в неподвижные губы парня.

«Что-о-о?!» – ВИКИ опешила от такого.

Всё её вычислительные мощности не способны были просчитать такого поворота. Она отвлеклась лишь на мгновение.

Тело парня, ощутив прикосновение любимой девушки, само среагировало на этот поцелуй. И одним махом вселило в сознание парня такую силу, что он одним ударом отправил ИИ в перезагрузку.

От этого голова раскололась на миллиард осколков. И от этой боли само сознание парня чуть не провалилось в темноту. На самом краю его удержали ощущения прикосновения губ любимой девушки.

Он даже сам не понял, как к нему вернулся полный контроль. Он обнял Нику, висящую у него на шее, и ответил ей взаимностью.

– Ин, – прошептала девушка, – это ты?

В её голосе звучала искренняя надежда и тревога, но она не поднимала глаз, боясь, что телом до сих пор управляет ВИКИ.

– Я, – коротко ответил Ин и сильнее прижал её к себе.

Глава 24

Так они простояли несколько минут, не проронив ни слова. Ника пыталась понять, что же сильнее: любовь к Ину или мораль? Да, ей, несомненно, было жалко всех тех, кто так или иначе погиб из-за парня, но она прекрасно понимала, что на его месте мог оказаться кто угодно. ИИ могли вживить любому другому подходящему для этого кандидату.

А то, что этим кем-то оказался Ин, в которого она была влюблена, ну... это просто совпадение. Впервые в её жизни эти чувства с лихвой перевешивали все остальные.

Ин, пока была передышка, копался в себе и строил для ВИКИ не просто ментальную клетку, а целую тюрьму особо строгого режима. Нарастив в несколько десятков слоёв защиту от посягательств ИИ ко всему, что только возможно, Ин сосредоточился на образе ВИКИ и перенёс этот образ в ментальную тюрьму. Вот она удивится, когда перезагрузится.

– М-м-м... – в углу заворочалось тело генерала. Жив.

Ин отпустил девушку из своих объятий и подошёл ближе. Генерал с огромным трудом перевалился на бок. Тело ниже пояса отказалось его слушаться. Когда он увидел приближающегося к нему парня, в панике попытался отползти, но сломанные рёбра стрельнули острой болью в груди. Генерал закашлялся, а с уголков губ потекла кровь.

– Н-не п... п-подхо-о-ди... – еле смог выдавить офицер, пытаясь закрыться руками, но очередной приступ заставил лишь простонать от боли, – о-о-х...

– Извини, Николай, что так вышло. Видит Бог, я не хотел, – вроде бы и извинился, но ни грамма сожаления в душе не было.

Ин прекрасно понимал, что либо он, либо его. И хоть он не одобрял методов ВИКИ, но своя жизнь дороже. Тут же всплыли в памяти мысли о суициде, но Ин тут же отмёл их. Это был одномоментный порыв, глупый и неоправданный. Но он прошёл, и даже отклика не оставил.

Парень хотел протянуть руку, но дикая боль в сломанном плече мгновенно отрезвила его и стёрла из души все моральные терзания. Генерал, перед тем, как отправиться в полёт, всё же успел рубануть трубой. И теперь сломанная рука повисла плетью.

«Мда уж. Сейчас бы ВИКИ подлечила меня...» – подумал парень, но не успел закончить свою мысль.

«Хрен тебе! Понял?! – в голове раздался вопль ИИ, которая была в бешенстве, – я вам жизнь спасла, неблагодарное животное! А ты меня в клетку?! Вот теперь как хочешь, так и выбирался сам! Сам лечи, сам анализируй, сам спасай твою шкуру! Меня даже не проси!»

Ин даже немного опешил от таких слов, а на лице его чётко читалось недоумение. Генерал вопросительно посмотрел на него, но спрашивать ничего не стал. Хватит уже.

«Ты наказана!» – коротко ответил Ин своей соседке в голове и отключил ей звук, пусть подумает над своим поведением.

– И что дальше? Кхе-кхе... – спросил генерал, понимая, что он долго не протянет.

– Не знаю, – пожал плечами Ин и зашипел от боли.

Ника тут же бросилась к стене, где висела аптечка. Она давно её заприметила и знала, что рано или поздно она обязательно пригодится.

В аптечке были бинты, йод, зелёнка и целая россыпь блистеров с таблетками. Жгута, как и шины, она не нашла. Сорвав всю аптечку целиком, она бросила её на стол и стала разматывать бинты.

– Не надо, – остановил её генерал, понимая, к чему всё это, – не трать на меня время, я всё равно не жилец.

Глаза Ники стали круглыми от удивления, а потом влажными от сожаления. Она посмотрела на Ина, но и он отрицательно помотал головой. Ему помощь тоже была не нужна.

– Ник, найди, пожалуйста, продовольственный склад и принеси высококалорийной еды, много еды, – попросил Ин, усаживаясь на пол напротив генерала.

– Зачем? – удивлению девушки не было предела, но вдруг она поняла.

Она прекрасно видела тот момент, когда тело Ина рукой остановило удар импровизированной кувалды. Видела и слышала, как противно хрустнули кости и вышли наружу. А потом видела, как Ин вправил их, и они сами исцелились. Не трудно было догадаться, что это ВИКИ лечила повреждения, а теперь стало ясно, что для таких фокусов нужны огромные ресурсы.

Девушка скрылась за дверью. Ин и генерал так и сидели друг напротив друга и молчали. Генерал периодически кашлял и сплевывал кровь. А Ин копался в себе, пытаясь понять, как же ВИКИ умудрялась перенаправить ресурсы организма на исцеление. Но ничего не выходило. Ин даже малейшего представления не имел, как это делается.

– Ин, – тишину нарушил голос генерала, – кхе-кхе... тьфу! Скажи, зачем всё это?

– Что, это?

– Все эти смерти. Эта атака на базу. А теперь и ядерный удар? Кхе-кхе...

– Знаешь, Николай. Моя вина лишь в том, что я оказался не в то время и не в том месте. А теперь за мной охотится этот псих, Самохвалов. А за атаку по твоей секретной базе, спасибо скажи его сестре.

– Но... кхе-кхе! Одно дело, когда люди вокруг тебя гибнут случайно, а другое дело, когда их убиваешь ты! – генерал ткнул пальцем в Ина и схватился за рёбра от дикой боли.

Ин замолчал. Головой он прекрасно понимал, что многие люди погибли от его рук, но он почему-то не испытывал из-за этого ни каких угрызений совести. Может, уже свыкся с этим, а может последняя внутренняя битва с ИИ забрала последние силы...

– А ты? – Ин переадресовал вопрос офицеру, – ты... как бы ты поступил на моём месте?

Хороший вопрос, и генерал серьёзно задумался.

Открылась дверь, забежала Ника, принеся в руках целую охапку высококалорийной еды, и снова убежала.

– Знаешь, парень... кхе-кхе-кхе! Тьфу, бл...! – видно было, что состояние генерала с каждой секундой всё хуже, но он держался молодцом, не причитал, не жалел себя, а просто смирился со своей участью, – я много повидал в жизни. На многих войнах побывал. Кхе-кхе! И видел, как люди умирают пачками. Кха! Но то, что происходит сейчас, это другая война. Кхе-кхе. Мы не знаем, кто враг, а кто союзник. А люди умирают не за что. И тут... Кха! Тьфу! И тут появляешься ты. И оказывается, что вся эта война из-за тебя. Как я должен поступить? Я должен защитить себя, свою семью, своих людей, свою страну, в конце концов. Кха! Кха! И рука у меня не дрогнет. Я бы убил тебя и не сожалел об этом. Но, видимо, не всё так просто. Кха! Моё чутьё подсказывает, что не ты начал эту бойню. Но... Кха! Кха! Но ты её остановишь.

Снова забежала Ника, вывалила очередную порцию еды и убежала.

«Она что, весь склад решила сюда перенести?» – промелькнула мысль в голове Ина.

– Ин, – снова заговорил генерал, – твой ИИ заблокировал все помещения базы, кроме четырёх. Командный... Кха! Кха! Тьфу... командный центр, продовольственный и медсклад и... Кха! Кха! Кха! Хр-р-р..

Генерал очередной раз закашлялся, потом натужно захрипел и затих. Голова опустилась на грудь, а изо рта потекла тоненькая струйка крови.

Ин прекрасно понял, что генерал скончался. Сильный был мужик. До самого последнего вздоха не проявил ни грамма жалости к себе. Так умирают только очень сильные духом и волей люди. Настоящий воин.

Ника очередной раз забежала в помещение, вывалила очередную партию и, тяжело дыша, опёрлась на стол.

– Всё, фух... Ин, ты как?

Парень поднял на неё глаза. В них читалась вселенская усталость. Было видно, что внутренняя битва с ВИКИ отняла огромное количество сил. И сейчас он был морально и физически истощён.

Ника, немного отдышавшись, опустилась на пол, рядом с ним. И протянула ему какой-то батончик. Но сил у парня не было даже на это. Потом Ника подняла взгляд на бездыханное тело генерала и тихонько охнула, прикрыв рот ладошкой.

– Он...

– Умер, – закончил за неё парень.

Наступила тишина. Ника тихонько всхлипывала, стараясь держать себя в руках и не разреветься. Она, как и любая девушка, была очень морально восприимчива к подобного рода вещам. А события последних нескольких дней, серьёзно надломили её психику.

Она подсунула свою руку под руку Ина и прижалась к нему, а голову положила на плечо. Хорошо хоть сломанное плечо было с другой стороны. В помещении стояла гробовая тишина, и Ника даже не сразу поняла, что Ин уснул. Немного поёрзав, она устроилась поудобнее и тоже закрыла глаза, в надежде, что уснёт, а когда проснётся, то окажется, что это был просто дурной сон.

* * *

Ника очнулась спустя пару часов. Во всяком случае, по её внутренним ощущениям, прошло два, от силы, три часа.

Первым делом она глянула на Ина. Он так и сидел в той самой позе. Нику на секунду охватил страх, а вдруг он тоже, как генерал... Но к счастью, Ин просто спал. Грудная клетка мерно поднималась и опускалась в такт дыханию. Это немного успокоило девушку.

Ещё немного посидев рядом, Ника всё же решила встать. Затёкшее тело стрельнуло миллиардом маленьких иголок, но девушка, стиснув зубы, чтобы не разбудить Ина, лишь тихонько прошипела.

Через минуту она уже стояла напротив стола, куда она свалила всю принесённую еду, и тихонько раскладывала её, сортируя по видам. Взяла один из батончиков, развернула его и осторожно укусила. И только сейчас поняла, как она голодна.

– М-м-м... Как вкусно, – почти шепотом проговорила девушка и за десять секунд схомячила всю плитку.

По вкусу он напоминал знаменитый Сникерс, только с добавлением сушеных ягод и фруктов. Не долго думая, Ника схватила ещё один.

Оглянувшись по сторонам, девушка стала вспоминать слова Ина, точнее ВИКИ, когда она управляла его телом, что из-за радиации на поверхности базы, им придётся оставшиеся годы жизни провести тут, внизу. И самым защищённым местом, так или иначе, будет само помещение командного центра. Значит, уже сейчас стоит задуматься хоть о каких-то удобствах.

Ника обошла всё помещение по кругу, оценивая его хозяйским взглядом. Вот сюда они поставят кровать. Здесь будет столовая. Можно, конечно, и на продовольственном складе её сделать, но рано или поздно, всё равно всё это окажется внутри командного центра. Так пусть будет сразу здесь, чтобы потом не мучаться с размещением и по новой не привыкать.

Девушка постоянно поглядывала в сторону спящего Ина, опасаясь за его жизнь. А вот в сторону тела генерала, старалась вообще не поворачивать голову. Мёртвое тело сильно давило на неё. Первым же делом, когда Ин проснётся, надо вынести тело и убрать следы крови.

Открыв второй батончик, Ника повернулась к пульту управления. Её взгляд привлёк какой-то мигающий значок в правом верхнем углу экрана. Она обошла пульт и встала к нему с правильной стороны. Потянула руку, чтобы нажать на мигающую иконку, но в самый последний момент одёрнула её назад, вспомнив, как генерала отбросило мощным ударом тока. По спине пробежал табун мурашек, и Ника непроизвольно сделала шаг назад.

Но, как говорится – любопытство кошку сгубило. Ника очень хотела узнать, что же там скрывается под этой мигающей иконкой? И тут ей на помощь пришёл школьный курс физики. Она быстро оглянулась по сторонам в поисках подходящего предмета. Ей нужен был любой тонкий предмет из материала, не проводящего электричество.

На ум приходил только карандаш. Хотя его стержень способен проводить ток, но за него просто не стоит держаться. Находка нашлась как назло у генерала. На груди, чуть выше нагрудного кармана кителя, в специальных вшитых гнёздах торчали карандаш и ручка. Нику даже передёрнуло от мысли, что ей придётся у покойника брать какую-то вещь. Но любопытство было сильнее.

Отдышавшись пару минут и кое-как сдержав рвотный рефлекс, зажмурив один глаз, она всё же смогла извлечь карандаш. С омерзением отвернувшись от трупа, девушка зажала рот руками, стараясь не растерять недавно съеденный батончик.

На успокоение совести ушло ещё несколько минут. Встав напротив экрана, она долго не могла решиться нажать эту проклятую мигающую иконку. Внутреннее чутьё подсказывало ей, что это очень важно. И что от этого может всё измениться. Но чувство страха, что её шваркнет током, как генерала, не давало ей решиться.

Несколько минут Ника стояла над экраном. В одной руке карандаш, а в другой, уже начавший таять, батончик.

– Вдох-выдох, – тихо проговорила девушка, – собралась.

Держа карандаш за самый кончик, она старалась не касаться стержня. Занесла его над проклятым значком и прицелилась.

– Вдох-выдох. Жму!

Но в самый последний момент её руку перехватил Ин, непонятно когда успевший оказаться рядом. Девушка даже не сразу поняла, что произошло.

– Ин! – удивлённо вскрикнула она, – Боже мой! Как я волновалась за тебя. Как ты себя чувствуешь?

Ника хотела броситься обнимать его, но вовремя вспомнила про сломанную руку.

Ин молчал. Ника в ужасе одёрнула руку, бросив карандаш, и отошла на пару шагов назад. В голове промелькнула предательская мысль, что ВИКИ снова захватила тело парня. Но к счастью, Ин поднял на неё заспанные глаза и зевнул. Как камень с плеч.

– Прости, что напугал. Что-то я не выспался, – он зевнул ещё раз, прикрыв рот рукой, – а ты чем тут занимаешься?

– Ин?

– Что?

– Твоя рука...

Парень не сразу понял, что закрывал свой зевок рукой, которая была сломана ударом генерала. Он округлил глаза, неверящим взглядом осматривая руку. Поднял её, покрутил суставом. Перелома не было, но отголоски тупой боли где-то на самых задворках сознания напомнили, что лучше пока руку не напрягать. Мышцы немного ныли, как после тренировки, но чувствовали себя в целом сносно.

По всей видимости, пока Ин спал, его организм, вспомнив, как ВИКИ лечила раны и переломы, сам запустил процесс регенерации.

Ин отпустил руку и его взгляд зацепился за батончик, который Ника выронила вместе с карандашом. Желудок предательски заурчал, а на организм напал дичайший голод.

Ника тут же схватила со стола ещё пару батончиков и сунула парню в руки.

– Ешь, – с деловым видом сказала девушка.

– Угу, – пробубнил Ин, закинув всю плитку одним махом.

Следом залетел второй батончик, за ним третий. Они оба переместились к столу, где аккуратно рассортированы были продукты, что принесла Ника, и Ин с неимоверной скоростью и жадностью поглощал всё, что не приколочено.

Девушка смотрела на него круглыми глазами и не могла поверить, что в него столько может влезать. Ин остановился только после пары десятков батончиков и пяти банок тушёнки.

Видимо организм очень сильно истощил свои запасы. Конечно, сперва он прямо на глазах у Ники сростил целую кучу сломанных от удара кувалды костей, а потом ещё и, остановив кровотечение, затянул рваные раны на руке. А теперь ко всему добавилось ещё несколько костей, что были сломаны ударом трубы.

Когда Ин, наконец, закончил, то попытался прислушаться к своим ощущениям. Организм вроде и насытился, но ощущение было такое, что в желудке пусто. Вся пища, что туда попадала, растворилась ещё на подлёте, так и не упав на дно желудка.

– Ник?

– А?

– А что ты хотела тем карандашом сделать? – вдруг спросил парень, вспоминая момент пробуждения ото сна.

– Да так, ерунда. Там какая-то иконка на экране мигает, вот я и решила узнать, что это. Вдруг важное.

– Да? – удивился Ин. Он почему-то не помнил того момента, как из положения сидя оказался рядом с девушкой и остановил её руку.

– Пойдём посмотрим?

Ника молча кивнула. Они развернулись к экрану, и Ин глазами пробежал по всему периметру, выискивая, что же так привлекло внимание девушки.

И действительно, в правом верхнем углу мигал мааааленький восклицательный знак. Что бы это могло быть?

Ин занес палец.

– Может, не надо? – с небольшой толикой тревоги спросила девушка.

Ин на пару секунд задумался, прислушиваясь к своему чутью, но оно молчало. Тогда он безбоязненно нажал на значок.

Экран мигнул. 3D-проекция, висевшая над экраном, уменьшилась в размере и сдвинулась влево, а с правой стороны появилась информационная табличка, которая тут же окрасилась в красный.

«ВНИМАНИЕ! Протоколы режима «Ковчег» выполнены на 99%. Нарушена герметичность периметра на минус третьем уровне. Опасность радиационного заражения!» – гласила надпись.

– Твою мать!

Глава 25

Ин чуть не сорвался с места, но какое-то внутреннее чутье его остановило на полушаге. Парень прислушался к себе. Может, за столько времени, что за ним охотится Виктор, у него уже его природное чутье перешло на какой-то новый уровень? Ведь любую способность, как и мышцу, можно натренировать. А может, это ВИКИ, что сейчас была заперта без права на голос, таким образом пытается привлечь внимание парня? Пока было не ясно.

Но Ин чётко ощущал, что перед тем, как броситься устранять проблему, ему нужно подготовиться. Но ко всему тоже нельзя быть готовым.

Тем не менее, Ин вернулся к 3D-проекции базы и стал крутить её, разглядывая со всех сторон. Тут же на экране снизу появилось несколько кнопок с различными функциями.

– Что там? – в голосе Ники прорезались новые тревожные нотки.

– Пока не знаю. Точнее, не могу понять. Генерал перед смертью пытался мне что-то сказать... – Ин на секунду с сожалением глянул на бездыханное тело офицера, – но не успел.

Ника шмыгнула носом.

На проекции чётко было видно границы безопасной зоны. Вот само помещение, где сейчас находились они. Вот выход и длинный коридор. В конце коридора Т-образный перекрёсток. Поворот вправо ведёт в небольшую комнату, из которой расходится много направлений. Большая часть из них заблокирована и теперь находится в серой зоне. Лишь в два места можно попасть: это медблок и продсклад.

А вот левый поворот на этом самом Т-образном перекрёстке, длинным коридором с кучей поворотов, упирается в небольшое помещение. И именно там мигает восклицательный знак. Туда-то Ину и нужно.

Ин глазами пошарил по полу, нашёл трубу, которую из стены вырвал генерал и использовал как оружие, подхватил её. Другого оружия не было, а идти с голыми руками не очень-то хотелось.

Парень прекрасно понимал, что попадись ему там вооружённый человек, ни какая труба не спасёт. Ведь без помощи ВИКИ, его организм – это всего лишь натренированное тело. Да и уровень натренированности чуть выше среднего. Так что совершать невозможные выкрутасы оно не может.

Но и выпускать ВИКИ из тюрьмы Ин не собирался. Пока не собирался.

Уже на самом выходе его окликнула Ника, которая так и крутила руками проекцию.

– Ин.

– А? – парень остановился в шаге от двери, – я быстро, – бросил он через плечо и открыл дверь.

– Стой. Тут кое-что странное.

На препирания времени не было. Если система просчитала, что при выполнении новых протоколов «Ковчега» им отведено пять лет, то с каждой секундой промедления это время сокращается на сутки, а то и на неделю.

Ин подскочил к Нике, и та пальцем ткнула в ту самую комнату, где произошёл сбой.

– Смотри. Не находишь странным?

Ин судорожно всматривался в картинку, но кроме квадратного помещения и мигающего восклицательного знака в центре ничего не видел. Он пытался напрячь мозги, но и это не помогало.

– Да, блин, что там? – через несколько безуспешных секунд сдался парень.

– Смотри. Все помещения, которые в жёлтой зоне, так или иначе граничат с другими помещениями, которые окрашены серым. Вот здесь, – Ника ткнула куда-то в конец проекции, – видишь, за этим помещением идёт горная порода. Вот, штрихи.

– Ника, у нас нет времени разглядывать штрихи. Давай я исправлю сбой, а потом вместе будем любоваться и обсуждать недостатки этой проекции.

– Послушай! – уже не выдержала Ника, – вот! Видишь?

Девушка прокрутила проекцию обратно до того самого помещения, где произошёл сбой.

– Вот! – она ткнула в голограмму, и та пошла рябью, – тут, за стеной этого помещения нет ничего!

И действительно, все помещения так или иначе обозначались на проекции, так сказать, законченными. Если за стеной помещения было что-то ещё, значит, оно тоже было показано на схеме. Если там была уже гора, то и она была показана короткими косыми штрихами. Но не здесь.

Дальняя стена помещения, где произошёл сбой, была обозначена просто линией. И всё. А дальше, словно кто-то отрезал кусок карты, просто пустое место. И тут было два варианта. Либо кто-то не доглядел и схалтурил при прорисовке всех помещений базы, либо там намеренно что-то было скрыто и не обозначено на проекции.

Ин ещё несколько раз и так и эдак покрутил проекцию, но ничего не смог выяснить. Тогда он стал тыкать все сенсорные кнопки, что появились на экране управления. Но и это не пролило свет на их проблему, что заставило серьёзно задуматься. Но и оставлять этот момент без внимания Ин не мог.

– Оставайся здесь. Закрой дверь, – благо дверь в командный центр имела возможность внутренней блокировки, – и никого кроме меня не впускай. Я быстро.

Ника хотела что-то возразить относительно слов «никого не впускай». Ведь пока она бегала по базе и искала продовольственный склад, она не встретила ни единой живой души.

Девушка напоследок чмокнула Ина и коротко кивнула. Ин выскочил за дверь и понёсся в сторону той самой загадочной комнаты.

Сразу на выходе Ин притормозил, разглядывая двух «Всадников». Снова кольнуло щемящее чувство родства. Парень пару секунд жадно разглядывал боевых РУКов, вспоминая свои годы, проведённые в симуляторе.

«Надо будет потом попробовать», – подумал Ин и снова побежал.

Хоть на проекции то помещение, куда сейчас бежал парень, находилось значительно недалеко, но по ощущениям Ин пробежал не меньше пары сотен метров. На полу длинного коридора, на всём протяжении пути, он заметил кровавые следы волочения. В голове сразу стали всплывать обрывки воспоминаний.

Пока парень был в отключке и его телом управляла сумасшедшая ВИКИ, помнится она по этому коридору тащила мёртвые тела. Сколько их там было? Ин пытался вспомнить, но память работала с перебоями.

Всплывали картинки, словно короткие ролики. Вот перестрелка в командном центре. Сперва там погибла охрана и пару человек из свиты генерала. Но Ину, почему-то казалось, что там на два трупа больше. Потом всплыла картинка, именно картинка, словно стоп-кадр. Два тела, судя по форме и регалиям, это кто-то из руководства базы. Смотрели на парня удивлёнными и неестественно круглыми глазами. И что-то не так было с шеями.

Дальше опять короткий ролик. Стычка в коридоре, недалеко от командного центра. Два здоровенных охранника. Один оседает с ножом в горле, а второй тянется к оружию.

Следующее воспоминание было вообще непонятным. Словно оно состояло из отдельных картин, как слайд-шоу. Вот Ин заскакивает в помещение. Судя по полкам с красными крестами, это или медблок или склад медикаментов. Вот люди в белых халатах разбегаются в стороны, а в вытянутой руке парня болтается какой-то седовласый старик. Он хрипит от того, что стальная хватка парня выдавливает из него последние капли жизни. И беспомощно болтает ногами, видимо до пола он не достаёт. Потом смена декораций и вот, два тела болтаются повешенные на поясном ремне, перекинутом через трубу под потолком.

Таких флешбэков всплыло ещё несколько. И в каждом из них тело Ина убивало всех, кто попадался на его пути. Даже пару-тройку раз в него стреляли и попадали. Ин машинально потрогал те места, куда попали пули, но там даже шрамов не осталось. Боль всплыла в памяти, и парень чуть не полетел на пол, оступившись. Тело само выровнялось, и он продолжил бег.

Вот, за очередным поворотом, показалась дверь того самого помещения, где на схеме мигал аварийный значок.

Ин остановился, как вкопанный. Из-под двери сочилась кровь. Медленно, но уверенно она заполняла помещение коридора. На полу уже была приличная лужа, которая упиралась в дверь и стены коридора. При том, что ширина прохода от стены до стены составляла не меньше двух метров, подойти к двери, не наступив в лужу крови, было уже невозможно.

К горлу подступил ком, и Ина вывернуло недавними батончиками с тушёнкой.

– Твою мать, кха! Тьфу! – Ин даже не успел подавить рвотный рефлекс, и его снова скрутило.

Пришлось отойти назад, за поворот, чтобы не видеть море крови.

«Неужели это всё я сделал? – мысль резанула не хуже ножа, – точнее ВИКИ, но моими руками. Тварь!»

Ин зарычал – от гнева и от бессилия одновременно. Вот на что действительно способна ИИ, когда её ничто и никто не сдерживает.

Пришлось постоять некоторое время, успокаивая свои эмоции, а заодно и желудок. Хоть там уже и не было ничего, а спазм лишь выкручивал пустой орган, Ин всё же решил немного повременить. Но и долго тянуть тоже нельзя.

Собравшись с силами, особенно с моральными, Ин вышел из-за поворота. Он старался не думать о том, что может оказаться за дверью. Но в любом случае, ему придётся туда идти.

Перешагнуть и даже перепрыгнуть море крови не получилось бы, поэтому Ин просто пошёл по нему. Коснувшись рукой биометрического считывателя на стене, справа от двери, парень немного сомневался, откроется ли она вообще, эта дверь. Дверь медленно, словно с той стороны её держали десятки рук, стала отъезжать в сторону. Оказалось, что ИИ, когда меняла протоколы базы, внесла данные биометрии парня и присвоила ему генеральный статус. Теперь он мог попасть абсолютно в любое помещение. Ну, почти.

Открывающаяся дверь с каждым мигом являла всё более и более ужасающую картину. Ина снова скрутило в рвотном рефлексе.

За дверью оказалось небольшое помещение, примерно три на три метра. Оно почти до самого потолка было завалено трупами людей. Поломанные тела свалены были в общую кучу так, что было не понять, где кончается одно тело и начинается другое. Кровавая мишанина из оторванных рук или ног разбавляла это кровавое безумие.

Ин отшатнулся назад. Он не мог поверить своим глазам. Сложно было сказать, сколько там мёртвых тел. Десятки? Сотни? Со стороны казалось, что тела не просто скидывали в кучу, а их запихивали насильно, при этом ломая как попало, чтобы влезали.

Парня обуяла дикая злость на ВИКИ. Он прекрасно понимал, что это её алгоритмов дело. Чёртова первостепенная директива.

«Ну, тварь! Допрыгалась! Теперь ты навечно будешь заточена в клетке. Или до тех пор, пока я не сдохну!» – Ин мысленно послал такую волну ненависти своей соседке, что его собственная ментальная тюрьма жалобно затрещала.

Гнев гневом, но проблему всё равно нужно было решать. А проблема состояла в том, что дальняя стена этой братской могилы оказалась огромными дверями, которые должны были закрыться, но не смогли этого сделать. Несколько тел попали как раз в створ между половинками дверей.

Ин даже предположить не мог, какая сила была у механизма, который закрывал эти двери, но тела, что оказались между ними, расплющило. И это, по большей части, из этих тел и образовалось то кровавое море перед входом. Словно они попали в огромную соковыжималку.

У парня от этой мысли даже волосы встали дыбом. Желудок снова скрутило, но он был абсолютно пуст, отчего спазм принёс лишь дикую боль.

Ин, очередной раз отдышавшись, бросил взгляд на щель между дверьми. Там всего-то было несколько сантиметров. Тем не менее, двери не закрылись. И в эту щель явно сквозило потоками воздуха. Значит там было ещё помещение. А может это был выход с базы?

Парень судорожно напряг память, стараясь вспомнить схему базы. А точнее, его интересовали выходы из неё. Да, выходы были. И они чётко были обозначены на проекции соответствующими значками. Но не здесь.

– Твою мать! – выругался Ин, понимая, что ему придётся лезть через эту гору и как-то попытаться закрыть створки гермодверей. Но как это сделать, он не имел ни малейшего понятия.

– Фу, бл...! Какая мерзость! – матерился парень, заползая на гору трупов.

Эту картину он запомнит на всю жизнь. Тела лежали вперемешку. Женщины и мужчины. Хорошо хоть детей не было, этого бы парень сбрендившей ИИ никогда бы не простил.

Он старался не смотреть в их лица. Ему незачем было запоминать их. Они и так всей своей братской могилой будут ему сниться в кошмарах. Некоторые лица были с открытыми глазами, и Ин очень ясно ощущал на себе их, навечно застывшие взгляды. По спине то и дело пробегал очередной табун мурашек, а в его душу, словно втыкалась очередная игла.

Через несколько минут Ин добрался до дверей. В щель между створками, что была под самым потолком и не была забита кашей мёртвых тел, сквозил хороший поток воздуха. По всей видимости, там, за гермодверью, находилась фильтровентиляционная установка, которая одновременно и воздух фильтровала от заражённых частиц, и создавала избыточное давление, чтобы предотвратить попадание новых.

Парень опустил взгляд. И через мгновение понял, лучше бы он этого не делал. Видеть людской фарш ему ещё не приходилось. Это как мясо механической обвалки. Когда в огромную мясорубку кидают тушу животного, и жернова перемалывают мясо, кости, сухожилия, в одно сплошное месиво. Тут тоже самое, только из людей.

Очередной ком подкатил к горлу. Ин зажал рот рукой и закрыл глаза. Но сколько ни пытался, картина так и стояла перед глазами. Но проблему нужно было решать.

По логике вещей, у каждой двери должен быть замок или механизм, который её закрывает или открывает. И речь шла не о гидравлике, которая тупо перемещает огромные толстые плиты металла, а об органах управления этой самой гидравликой.

Ин вспомнил, что везде, где он был, у каждой двери справа был биометрический считыватель. Достаточно было приложить руку. Некоторые считыватели имели ещё специальную прорезь или место, куда нужно было приложить или провести ключ-карту. Помнится, у генерала такой был. Он его использовал, когда они заходили в помещение командного центра.

Этот считыватель был примерно в метре от пола, или чуть выше. Значит, нужно до него добраться. А значит – нужно немного разгрести кучу тел.

Парня снова передёрнуло от этой мысли, но варианта другого не было. Точнее, был. Можно было оставить всё как есть. Но тогда герметичность базы будет нарушена. А судя по тому, что из-под двери в это жуткое помещение натекла огромная лужа крови, можно было сделать вывод – та дверь негерметична. И значит, рано или поздно, заражённый радиацией воздух попадёт внутрь.

Ин стал переворачивать мёртвые тела.

– Простите, – всё, что смог он из себя выдавить. Его совесть долго теперь будет грызть его душу, припоминая каждую неоправданную смерть.

Дело шло очень медленно, потому что тела не просто лежали друг на друге, они словно переплелись между собой. Будто они в последний раз цеплялись за мизерный шанс выжить. И держались крепко. Приходилось тянуть одно тело, а потом лезть и отцеплять закостенелые пальцы от другого. И так до бесконечности.

Ин тяжело дышал, но на передышку не было времени. Каждая лишняя потраченная минута могла сократить отведённое для них с Никой время жизни на недели, а то и на месяцы. Поэтому, сквозь боль и усталость, Ин, словно крот, пытался закопаться глубже.

В какой-то момент очередная рука застряла между двух тел и никак не хотела освобождаться. Ин попытался потянуть сильнее, но и это не помогло. Что-то мешало. Пришлось лезть глубже и на ощупь искать причину. Рука уходила вниз и плотно была прижата с двух сторон телами. Под одним из тел рука была согнута в локте.

Ин попытался немного растащить тела, увеличивая щель между ними. С огромным трудом ему это удалось. Пот лил градом, а лёгкие уже надрывались, как будто парень марафон пробежал. Он потянул согнутую руку, но та лишь немного вытянулась вверх и снова застряла. Ин ещё пару раз дёрнул, но сил уже не было. Тогда он сунул свою руку туда, куда уходила непослушная конечность.

Пошарив рукой, Ин кое-как нащупал кисть. Она что-то очень крепко сжимала и никак не хотела отпускать. Тогда он попытался разогнуть пальцы. Пришлось ещё глубже засунуть свою руку в это кровавое месиво.

С воображением у Ина было так себе, и он не сразу понял, чего он коснулся. Гладкая холодная поверхность. Словно металлическая пластина. Ин попытался прощупать дальше, но эта вещь оказалась придавлена ещё одним телом. Размеры угадать не получилось, но парень примерно прикинул – двадцать на тридцать сантиметров. Может, чуть больше.

Что же такого важного держал хозяин этой конечности, что даже в момент смерти не выпустил её из рук? И тут парня кольнула смутная догадка.

– А вдруг... – Ин остановил сам себя на полуслове, боясь ошибиться, или, наоборот, оказаться правым, – планшет!

Откуда у него появились силы, он и сам не понял, но Ин, прилагая неимоверные усилия, всё же смог сдвинуть тела и вырвать эту вещь из мёртвых объятий.

В руках у него действительно оказался тот самый планшет, который был в руках Самохваловой, когда она впервые показала парню, что может управлять ВИКИ дистанционно.

– Вот дерьмо!

Глава 26

Ин тяжело дышал. Разбор кучи мёртвых тел истощил физические и особенно моральные силы. Но всё же один плюс был. В руках парень держал планшет с, как тогда выразилась ИИ, базовыми алгоритмами ВИКИ. Теперь-то он точно знает, как от неё избавиться. Во всяком случае, как говорится, у него все карты, точнее алгоритмы, на руках.

Покрутив гаджет в руках, парень нашел кнопку включения. Ткнул в неё. На экране появилось изображение биометрического считывателя, а снизу поле для вывода пароля.

– Двадцать четыре символа, – посчитал Ин и даже присвистнул от этого числа, – это какие же секреты должен хранить этот планшет, что у него такой длинный пароль?

У Ина всегда с этим была беда. На память он, конечно, не жаловался, но вот с паролями у него особое отношение. Он тупо забывал. Даже пытался записывать на листок или в телефон, но потом забывал куда записал или куда положил. Единственным решением он считал, что проще всего использовать один пароль от всех почтовых ящиков, сайтов и прочих мест, где эти самые пароли были нужны. Один-то пароль он мог запомнить. Так он думал.

А тут двадцать четыре символа. Ин на всякий случай приложил свою ладонь к считывателю на экране, но, как и ожидалось, тот мигнул красным.

– Попробовать стоило.

Ин отложил планшет в сторону, решив заняться им потом. Сейчас была другая проблема. Он снова полез на человеческую гору. Нужно было, во что бы то ни стало, добраться до биометрического считывателя на двери и закрыть, наконец, её.

Дело шло медленно. Ворочать мёртвые тела было и тяжело, и противно. Стащив очередное тело в сторону, Ин в ужасе отшатнулся и чуть не полетел кубарем вниз. На него смотрело мёртвое лицо. Оно было обезображено в неистовом ужасе, а глаза расширены настолько, что удивительно, как они вообще не выпали. Что же такого мог увидеть этот бедняга перед смертью, что гримаса ужаса навечно осталась запечатлена на его лице?

По телу предательски пробежали мурашки. Ин даже представить боялся то, что мог увидеть мертвец.

Когда парень продолжил свои раскопки, он всячески старался избегать зрительного контакта с этим телом.

Прошёл час, как Ин ушёл из командного центра.

«Ника, поди, испереживалась там вся», – подумал Ин, отдыхая, сидя верхом на горе трупов.

Если бы кто увидел эту картину, то точно бы подумал, что дьявол в человеческом обличии восседает на троне из мёртвых тел. Прям картина из фильма ужасов. Ин даже усмехнулся этой мысли.

Ещё через полчаса он всё же смог докопаться до своей цели. Вот он, биометрический замок. Нужно только приложить ладонь. Но и тут парня ждал облом. Ладонь приложить нужно было так, чтобы основание кисти было снизу, а пальцы смотрели вверх. Но он сам был сверху, а значит он мог приложить ладонь только пальцами вниз.

На всякий случай попробовал, вдруг прокатит. Не прокатило.

– Ну звездец...

Пришлось откапывать дальше. Ин потратил ещё не меньше часа, чтобы приложить, уже изрядно трясущуюся от усталости, ладонь к считывателю. Он даже скрестил пальцы на другой руке. К счастью, считыватель мигнул зелёным.

– Ну, Слава Богу, – Ин устало откинулся спиной на лежащее рядом тело.

Его уже мало волновало, что он лежит на горе трупов. Физическая усталость в значительной степени стёрла моральные границы. Сейчас он просто отдыхал.

Ин не сразу понял, что по прошествии пары минут двери так и не сдвинулись ни на миллиметр. Мысль влетела в его голову, словно болид Формулы один. Он подорвался и уставился на биометрический считыватель. Тот так и продолжал гореть зелёным цветом. Но в центре мигала надпись "Приложите ключ-карту".

– Да твою ж мать! Сколько можно-то?! – Ин яростно зарычал и со злостью ударил кулаком.

Попал по грудной клетке какого-то мужика в белом халате, отчего из лёгких резко вышел воздух, словно труп решил вздохнуть.

– Бл...ть!!!

Парень, от неожиданности, чуть сам тут концы не отдал, и со страху метнулся в сторону, да так и полетел с горя трупов. Не успел сгруппироваться и от души приложился головой о дверной косяк, и уже без сознания упал в лужу крови. Хорошо хоть не лицом вниз. Так и захлебнулся бы в чужой крови.

Сознание медленно, рывками пыталось вернуться в многострадальное тело. Ину представлялась картина, словно ему что-то пытаются впарить на рынке, а он мотает головой из стороны в сторону и такой "не-не-не". А спустя ещё несколько "не-не-не", вдруг пришла боль. И она была не только в затылке, которым он приложился об угол. Болело почему-то лицо.

Когда Ин попытался открыть глаза, то сразу стала ясна причина боли. Возвышаясь над ним, рядом сидела Ника и хлестала его по щекам, отчего голова дёргалась из стороны в сторону.

– Ин! – закричала девушка, когда увидела открывающиеся глаза, и заревев, с силой кинулась лбом в его грудь.

– Ай! Ник, ты чего?

– Совсем охренел так пугать?! А чуть от страха не поседела! – и девушка с силой стукнула его кулаком по груди.

– Ай, блин. Хватит меня бить, – возмутился парень, но на самом деле, ему грело душу, что за него так переживают, – ох... помоги встать.

Ин попытался встать, но с трудом лишь принял сидячее положение. Картина была так себе. Он был весь в крови. Да всё вокруг было в крови. Противный сладковатый запах железа витал в воздухе. Он осмотрел себя, и поморщился.

– Тебя не было три часа, – начала вдруг рассказывать девушка, – я сильно переживала, куда ты пропал. Долго не решалась выйти, но потом всё же пошла. А потом нашла тебя, без сознания. В луже крови.

Ника разрыдалась и закрыла лицо руками. На них тоже была кровь, и она испачкала ей всё лицо.

– Я подумала ты умер! Схватила тебя за рубаху и вытащила из лужи. Я попыталась тебя привести в чувства, но ты не реагировал, – девушка попыталась вытереть слёзы, но вдруг увидела кровь на руке и тут же одёрнула руку, – я испугалась. А потом... потом дала пощёчину. А потом ещё одну. И ещё. И...

– Да, я понял. Спасибо, – Ин потрогал отбитую челюсть и даже не стал спрашивать, сколько там было этих "ещё".

Парень попытался встать, но сил не было. Кое-как, одной рукой опираясь на стену, второй – на Нику, он всё же встал.

– Пошли в командный центр.

– Ты сделал, что хотел?

– Нет, – с досадой выдохнул парень, – нужен ключ, он у генерала. Да и умыться не мешало бы. И пожрать.

Ника ничего не ответила, лишь удивлённо посмотрела на него.

Когда они дошли до перекрестка, Ин на секунду остановился.

– Что... что такое? – тут же взволнованным голосом спросила Ника.

– Блин, планшет забыл.

– Какой ещё планшет?

– Да тот, который у этой ненормальной был. Который ты ещё об угол стола хотела разбить. Ай, ладно, потом заберу. Никуда он не денется, – Ин махнул рукой и они пошли дальше.

Пока они ждали, когда откроется дверь в помещение командного центра, Ин мельком глянул на "Всадника".

«Стоит без дела. Никто им не управляет. Нет пилотов», – думал Ин.

Но что-то изменилось. Совсем чуть-чуть. Что-то было не так, как в прошлый раз.

Ин нахмурил брови, стараясь понять, что могло поменяться, пока его не было.

– Ник?

– Что?

– А ты «Всадника» не трогала?

– Кого? Какого «Всадника»? – удивилась девушка.

– Не. Не важно. Забей, – и они зашли во внутрь.

– Я сейчас, – девушка оставила Ина около стола с едой и умчалась прочь.

Ин только проводил её взглядом, но думать о том, куда унесло его фурию, сил не было. Нужно было найти ключ-карту. Но сперва Ин схватил два энергетических батончика со стола и за пару секунд проглотил их. Стало чуть легче. Потом он направился к телу генерала, которое так и лежало в углу, и стал проверять все карманы.

Ника вернулась уже через пару минут, притащив несколько бутылок с водой и чистую одежду. Где она её нашла – не известно. Ин как раз нашёл ключ.

– Это он? – спросила девушка, кивнув головой в сторону черного куска пластика, похожего на банковскую карту.

– Он. Надеюсь, – ответил Ин и сунул ключ-карту в карман.

Они умылись, и Ин схомячил ещё пару батончиков. Больше есть не стал, опасаясь, что опять растеряет всю пищу при виде горы трупов. Жалко было зря тратить запасы еды. Переодеваться пока не стал. Решил, что как закончит – вот тогда и переоденется.

– Ну всё, я пошёл.

– Давай помогу? – Ника тут же решила, что отправлять парня одного не стоит. Мало ли что. Да и одной, в компании покойника, тоже было не уютно.

Ин сомневался, стоит ли её брать с собой. Как потом скажется на ней вся эта картина с горой трупов? Одно дело, когда она увидела бессознательное тело парня, и всё её внимание было сосредоточено на нём, и ей было не до гор трупов за дверью. А другое дело, когда она будет смотреть на них. А они на неё. Ну нахрен.

– Нет, не нужно. Я справлюсь.

Девушка спорить не стала. Ин хотел было уже выйти, как в голову пришла мысль, что тело генерала не мешало бы тоже убрать отсюда. Парень быстро ещё раз пошарил генерала по карманам, вынимая всё, что было. Мало ли что из этого может потом пригодиться. Потом взял тело за ногу и потащил.

– Помоги-ка.

Ника прекрасно поняла его задумку, подскочила рядом и схватила за вторую ногу, и вместе они поволокли тело к общей куче.

Пришлось немного помучаться в дверях. Генерал был достаточно крупного телосложения, и поэтому просто так пропихнуть его в дверной проём не получилось. Пришлось переворачивать на бок.

Спустя десять минут и полведра пота на двоих, они всё же смогли вытащить тело из помещения командного центра.

Ин стоял, уперев руки в колени, и пытался отдышаться.

– Фух! Ну и здоровый же он, – парень вытер лоб рукой и выпрямился.

«Да что не так-то?» – опять проскочила мысль в голове у парня, когда он очередной раз посмотрел на «Всадника». Что-то не давало ему покоя. Но глаза категорически не хотели цепляться за причину этих мыслей.

– Потащили.

Спустя полчаса и ещё пары вёдер пота, тело генерала, наконец, оказалось перед тем самым помещением с горой трупов. Дверь в помещение уже не закрывалась из-за мешавших тел. Пока Ин ворочал их там, пытаясь добраться до биометрического считывателя, несколько трупов скатились вниз, перегородив дверной проём.

Видимо дверь была оснащена датчиком, который определял наличие препятствия в проёме, и дверь автоматически ставилась на блокировку в открытом положении.

Ин осмотрел эту картину и лишь махнул рукой, мол «потом разберусь».

– Всё, Ника, дальше я сам. Возвращайся обратно. И захвати с собой планшет.

– А где он? – девушка прокрутила головой, даже сама пару раз крутанулась на месте, пытаясь отыскать гаджет.

– Да... вот... здесь был, – Ин тоже искал глазами планшет, но его не было.

Нехорошие мысли сразу полезли в его голову. Ин начал судорожно вспоминать, а тут ли, действительно, он оставил планшет? Может, за углом? Нет. Точно тут. Он даже вспомнил, как аккуратно поставил его в угол, чтобы случайно не наступить. Но его там не было. Странное чувство тревоги проснулось и нахлынуло, словно морская волна. Догадка больно кольнула разум. Ин тут же схватил Нику за руку.

– Бежим! – крикнул он, утягивая Нику за собой.

Они бежали в единственное место, способное их защитить – в командный центр. Но перед самой дверью Ин остановился, как вкопанный. Одного «Всадника» не было на месте.

– Твою мать!

К счастью, из-за размеров РУКа, он не смог бы попасть внутрь помещения. Да и дверь открывалась только с отпечатка ладони. Значит, он где-то в другом месте. И кто за пультом, тоже было несложно догадаться.

Они закончили во внутрь и закрыли дверь. Ин тут же бросился к сенсорному экрану пульта управления и стал спешно искать хоть что-то, что могло помочь. От блокировки всех дверей до поиска камер наблюдения.

Секунды тянулись бесконечно долго. Чувство опасности нарастало. Вот-вот должно было что-то случиться. А Ин всё так же продолжал пролистывать вкладки меню одну за другой.

Наконец, он нашёл раздел, где осуществлялось управление камерами видеонаблюдения. Как внешнего, так и внутреннего. Внешние камеры его сейчас волновали мало, тем более большая часть была уничтожена в результате ядерного взрыва. Беспилотники, что были в зоне поражения, снесло словно пылинки. А те, что были повыше, из-за воздействия электромагнитного излучения, все вышли из строя и попадали, как мухи от дихлофоса.

Картинку со спутников тоже не удалось получить. Тупо не было связи с ними. А вот камеры внутри базы работали исправно. Во всяком случае, система управления ими сообщала, что всё оборудование исправно. Вот только они были отключены протоколами режима «Ковчег» для экономии расхода энергии. Пришлось повозиться, чтобы включить их снова.

Тем временем чуйка у парня выла белугой. Время утекало, словно песок сквозь пальцы. Ника стояла рядом и только молча наблюдала со стороны. Сейчас влезать со своими вопросами не стоило.

Вот, наконец, на информационной панели, которая местами была прострелена в результате скоротечного боя Ина с личной охраной генерала, появились изображения с камер внутреннего наблюдения. Их оказалось так много, что все они не влезли на один экран. Пришлось долго щёлкать, перелистывая картинки, чтобы отыскать только те, что остались в безопасной зоне. А потом ещё пришлось их все скомпоновать вместе, чтобы убрать ненужные изображения с других камер.

То, что увидели Ин и Ника, заставило вздрогнуть. Сердце сжалось в ужасе от этой картины.

По коридору, в сторону командного центра медленно, даже как-то неуклюже, шагал «Всадник». Одна рука была согнута в локте. А на руке сидела Мария Самохвалова. Точнее, то, что от неё осталось. Одной ноги не было почти полностью. Она была оторвана, чуть ниже пояса. Вторая нога, словно побывала под многотонным прессом, представляла из себя кусок расплющенного и хорошо так пережеванного мяса. Вся она была в крови с ног до головы, словно в кровавую ванну целиком окунулась.

Ин развернул картинку с этой камеры, что висела прямо над дверью в помещение, где сейчас они с Никой находились, на весь экран.

Самохвалова смотрела прямо в камеру. Она прекрасно знала, где она находится, несмотря на то, что она была скрытая. В глазах её читалась ненависть ко всему миру, а на лице безумная улыбка, иногда сменяющаяся оскалом боли и злобы.

РУК подошёл почти вплотную к двери и приподнял руку, на которой еле держалась Мария. Одной рукой она обнимала «Всадника» за то место, где у людей шея, а другой рукой держала тот самый планшет.

– Ну что, Ин? – спросила безумная учёная, – поговорим?

– С чего ты решила, что мне есть о чём с тобой разговаривать? – со злостью в голосе, чуть ли не выплёвывая слова, проговорил Ин, – мне твоего шизанутого брата хватило за глаза.

Самохвалова ничего на это не ответила. Она так и продолжала сидеть на руке робота. Эта картина напоминала, как маленькая девочка-первоклашка сидит на руках, без пяти минут выпускника школы. Держится за его мощные плечи и звонит в колокольчик, обозначая школьный звонок на первое сентября.

Вот только это была давно уже не девочка, да и школой тут не пахло. Лицо Марии то и дело искажала гримаса боли. Видимо, поколеченные ноги неотвратимо приближали её смерть. Но, на удивление, она держалась достойно. Не верещала и не сыпала угрозами, что вот-вот ещё немного и разнесёт тут всё к чертовой матери.

– Я жду, – почти спокойным, но с явной хрипотцой в голосе проговорила Мария.

– Да пошла ты! – рявкнул парень. В ответ снова тишина.

– Ин, – Ника осторожно коснулась его ладонью, изрядно рискуя попасть под горячую руку.

Парень лишь дёрнулся от неожиданного прикосновения, но тут же взял себя в руки.

– Прости, – он виновато опустил голову, заметив в глазах девушки явный страх, – что такое?

Ника ещё несколько секунд молчала, собираясь с мыслями. Она боялась оказаться неправой в этой ситуации, но почему-то верила, что сказать всё же нужно.

– Мне кажется... она не слышит тебя.

Глава 27

Ин на секунду задумался. А ведь действительно. Чего это он надрывает тут связки, если его оппонент всё равно не слышит его пламенных речей? В голове мелькнула мысль, что скорее всего, всё помещение изнутри отделано первоклассной звукоизоляцией. Чтобы никто не мог подслушать разговор. Может, именно из-за этого на звуки стрельбы никто не отреагировал?

Тогда парень подошёл почти вплотную к двери, но открывать её не стал.

– Да пошла ты! – гневно крикнул Ин, надеясь, что так его услышат.

И снова ноль реакции.

– У меня нет времени с тобой играть в игры. Я итак уже проиграла. Но если ты так и будешь упрямиться, то никогда не узнаешь то, что тебе поможет и спасёт тебе жизнь, – говорила Мария, одновременно затягивая ещё один жгут на огрызке ноги. Было видно, что жизнь из её вен стремительно утекает.

– Поговори с ней, – робко, как будто совершая сейчас самую огромную ошибку в своей жизни, произнесла Ника.

Ин всё ещё сомневался. Он знал, что доверять Самохваловой нельзя. Но червячок сомнения уже прогрыз огромную дыру в его непреклонной воле.

– Хрен с ней, – махнул Ин и открыл дверь.

Он до последнего опасался, что эта безумная учёная баба, перед смертью выкинет какой-то фокус. Но пока всё было тихо. И это напрягало ещё больше.

– И-и-ин, – нараспев протянула учёная, расплываясь в жалком подобии улыбки, – что так долго? Я тут могу и помереть в любую секунду.

– Меня это мало касается, – парень стоял в дверном проёме, скрестив руки на груди, готовый в любой момент уйти с линии атаки и закрыть за собой бронированную дверь.

Он не знал, какое вооружение может быть у «Всадника», но до последнего надеялся, что этот прототип первой модели всё же безоружен. Но, как говорится – бережёного Бог бережёт.

– О! Поверь, тебя это касается больше, чем кого бы то ни было. И всё дело вот в этом, – Самохвалова подняла над головой планшет и демонстративно потрясла им, – пока существует этот гаджет, ты никогда не сможешь жить нормально. Хотя... – она на секунду задумалась, а потом, кивнув собственным мыслям, продолжила, – в том новом мире уже никто не сможет жить нормально.

– Да, я знаю. И всё из-за тебя и твоего шизанутого брата.

– Ты прав, отчасти. Братец у меня не подарок. Но я и сама не предполагала, что этот кретин собственную сестру поставит под удар, ради своих целей. И как видишь, – она картинно махнула рукой, указывая на то, что осталось от её ног, – вот к чему это привело. Но да ладно. Жить мне осталось недолго. И я хочу помочь.

– Как благородно с твоей стороны, – слова парня так и сквозили сарказмом.

– Зря ты так. Я же искренне. Вот здесь, – учёная снова потрясла своим планшетом, – здесь находятся базовые алгоритмы твоего ИИ. Я немного поколдовала с ними. Теперь, если ты сам этого захочешь, ты можешь раз и навсегда стереть её из своей головы.

После этих слов глаза Ина округлились настолько, что он сам испугался, а вдруг выпадут. Если то, что говорит эта сумасшедшая правда, то он сможет избавиться от самой большой занозы в его заднице. Нет ВИКИ – нет проблем. Самохвалов прекратит на него охоту. И можно будет спокойно себе жить.

«Ага. Щаз! Жить он собрался спокойно. Где? На том пепелище, в которое превращается мир? Если уже не превратился. Сколько ядерных ударов было нанесено? Только один, по этой самой секретной базе? Или все страны и правительства попали под очередную ракетную атаку? Что-то нет желания выходить наружу и проверять. А если она звездит? Если я сотру не ВИКИ, а себя? Твою ж мать!» – океан мыслей, хороших и не очень, мгновенно захлестнул всё сознание парня.

Мария заметила бурный мысленный процесс, протекавший в его голове, который очень явно отражался на лице. Секунды молчания превратились в вечность.

Из водоворота мыслей парня выдернул звук упавшего тела. Это Самохвалова упала с руки «Всадника».

Ин тут же, наплевав на ненависть к ней и, возможную ловушку, в одно мгновение оказался рядом. Было прекрасно видно, что жить Самохваловой оставалось совсем немного.

Парень быстро оглядел её, оценивая раны, но понял, что помочь ей не удастся. Просто не успеет. Он аккуратно перевернул её на спину, а голову положил на колени.

Ника с опаской выглядывала из командного центра, наблюдая эту картину. И её даже кольнула ревность.

– Спа-си-бо, – прохрипела учёная, – вот, возьми.

Она сунула Ину планшет в руки. Потом приложила свою ладонь к экрану. Но сенсорный экран отказался считывать биометрические данные с окровавленной руки. Тогда Мария попыталась вытереть руку о штанину и, забыв, что правой ноги нет, лишь разбередила рану, отчего только сдавленно зашипела.

Подскочила Ника, принеся с собой бутылку с водой. Ин влил немного воды в рот Самохваловой и, смочив рукав, вытер кровь с её лица. Откуда в нём вдруг проснулась жалость к этой учёной, он сам не понимал. Может, из-за того, что она подарила ему надежду? А может, это хитрая манипуляция? Сейчас парню было всё равно.

– Спасибо. Ты такой милый, – попыталась улыбнуться Мария, но не получилось.

Ника даже ревниво засопела от таких слов. Но ни Ин, ни Мария на это не обратили внимания.

– Вытри руку, – учёная подняла правую ладонь, и парень аккуратно стёр кровь, а Самохвалова приложила ладонь к планшету.

Все затаили дыхание. К счастью, планшет мигнул зелёным. Самохвалова вбила двадцатичетырёхзначный пароль и разблокировала его. А потом и вовсе сняла защиту.

– Держи. Здесь ты найдёшь много нужной тебе информации.

– А «Всадник»? – вопрос вырвался сам собой, и парень даже сам себя мысленно отругал.

– Этот, – Мария кивком головы указала на РУК, что принёс её на руках, – всего лишь игрушка. Не советую с ним синхронизироваться. Там защита от...

– Знаю, – закончил за неё Ин, – а второй?

– Чистый. Ин? – Мария посмотрела на парня.

– Что?

Но ответом была тишина. Тело учёной обмякло. Что хотела спросить или сказать, теперь уже не узнает никто.

Ин молча опустил её голову на пол и закрыл остекленевшие глаза учёной. Ника всхлипнула. Она не испытывала к Самохваловой особой любви, но и ненависти тоже не было.

Повисла мёртвая тишина. Каждый думал о своём. Ника очередной раз всхлипнула, но кое-как взяла себя в руки. Ей было тяжело видеть столько смертей вокруг. Но она была жива. И Ин был жив. Сейчас это было самым важным для неё.

Ин же старался максимально очистить свою голову от негативных мыслей. Но получалось с трудом. Он попытался переключить своё внимание на текущие проблемы, как вдруг послышался новый вой сирены.

– Внимание! Ракетная опасность! Внимание! Ракетная опасность! До удара десять... девять...

– Да чтоб тебя! – парень подскочил на месте, чуть не выронив планшет, рывком поднял Нику за руку, и они что есть мочи рванули в сторону командного центра.

– ... три... два...

Ин с Никой залетели внутрь помещения, и Ин приложил руку к считывателю, чтобы закрыть дверь. Но дверь, как на зло, закрывалась очень медленно. Это так казалось со стороны. На самом деле, дверь закрылась, когда система безопасности произнесла «один». А через секунду...

– Удар! – оповестила система, и всю базу сотрясло ударом неимоверной силы.

Опору тут же выбило из-под ног, разбросав Ина и Нику по разным углам помещения. Девушку затылком приложило об угол стола, и она мгновенно потеряла сознание.

Ин кувыркнулся, стараясь погасить инерцию, но смачно припечатался плечом о стену. По ушам ударило звуковой волной, от чего в глазах потемнело. Ещё одна контузия. Тело мгновенно стало тяжёлым и завалилось на бок. Ин попытался подняться на ватных руках, но те слушались его с огромным трудом.

Сознание парня болталось на самом краю обморока. Базу продолжало сотрясать ударной волной, отчего вестибулярка подвела окончательно, и парень в очередной раз распрощался с содержимым желудка. Голову изнутри разорвало на молекулы, а из ушей пошла кровь.

Очередной толчок сотряс всё вокруг. С потолка посыпалась бетонная крошка, а стальной каркас помещения жалобно заскрипел. Одна из информационных панелей не выдержала и рухнула со стены.

Ин в последний момент пытался закрыться руками, но против двадцати килограммового экрана это помогло мало. И тот приложил парня по голове, окончательно вырубая ему сознание.

* * *

Сознание парня плавало в бесконечном абсолютно чёрном океане. Даже так, Ин на каком-то подсознательном уровне ощущал дикую качку, словно в десятибалльный шторм попал, на маленьком плоту. Всё пространство вокруг заглушала звенящая тишина. И где-то из глубины, еле слышно доносился тонкий и противный звук.

«Пик».

Через несколько секунд – «пик».

И ещё раз – «пик».

С каждым разом этот «пик» становился всё отчётливее. Словно морской буй, что качало на огромных волнах, источник звука становился то громче, оказавшись на гребне волны, то тише, опустившись к её основанию.

В какой-то момент звук стал нарастать.

«Пик».

«Пик!»

«ПИК»

«ПИК!»

«ПИ-И-ИК!!!»

В тот же момент организм включился, словно его воткнули в розетку. Тело само приняло сидячее положение, но тут же согнулось в рвотном спазме. Что ещё можно было вывернуть из пустого желудка?

– Кха-кха! О-о-о! – сперва откашлялся, и тут же застонал от боли Ин.

Ощущения были крайне дерьмовые. Даже когда он после нескольких попыток синхронизироваться в симуляторе испытывал дичайшую головную боль, его состояние было просто лёгким недомоганием по сравнению с тем, что он испытывал сейчас.

«ПИ-И-ИК!»

Этот противный звук каждый раз вгонял Ин в мозг раскалённую иглу размером с копьё. Отчего приходилось закрывать уши руками и держать голову, чтобы нахрен её не разорвало.

Кое-как подняв голову, Ин постарался оглядеться по сторонам. Рядом с ним валялась та самая информационная панель, что вырубила ему свет. На ней даже царапины не было.

«Военные сделали отличный противоударный телевизор, только сука тяжёлый, – подумал парень, а в голове стрельнула очередная порция боли, – даже думать больно».

В дальнем углу лежала Ника. Ин увидел её и тут же пополз к ней. Встать пока что он не мог. Ника лежала на боку, а на затылке виднелось небольшое пятно крови. Ин тут же прислонил два пальца к шее, нащупывая пульс.

– Жива...

«ПИ-И-ИК!»

«Да что ж за хрень?» – этот звук явно раздражал парня.

Попытка встать увенчалась оглушительным провалом. А ещё отбитыми коленями и ушибленным локтем.

– Ау...

«ПИ-И-ИК!»

– Бесишь! – простонал парень.

Спустя несколько минут он всё же смог поднять своё отбитое во всех местах, многострадальное тело.

Окинул взглядом помещение. Всё было перевёрнуто и разбросано по полу. Оказалось, что не только панель сорвало со стены. Всё помещение представляло собой стиль "cluttercore" – короче "бардаккор". Всё и везде валялось и мешалось под ногами.

«ПИ-И-ИК!»

Ин повернул голову в сторону звука. Оказалось, от ударной волны с потолка вырвало динамик системы оповещения, и он, чудом не оборвав провода, висел над сенсорным экраном пульта управления. А в такт его писка на экране моргал огромный знак, обозначающий радиацию.

– Твою мать...

Ин сразу понял, из-за чего появился этот знак, и откуда исходит опасность. Ткнув пару раз в экран, появилась схема базы, а на ней, в том самом месте, где остались незакрытые двери, моргал знак радиоактивного заражения.

Нужно было срочно что-то делать. И Ин даже знал что, но...

«Без всяких 'но', – подумал Ин и отправился на выход, – главное, чтобы получилось».

Дверь в помещение командного центра открылась с огромным трудом. Видимо, от ударной волны покосило направляющие. Но механизм оказался сильнее, и дверь с ужасным скрежетом металла о металл всё же открылась.

– Да, блин! Почему так не везёт-то? – Ин с сожалением разглядывал то, что осталось от «Всадника», который стоял у входа, а теперь был расплющен огромным куском породы, что упал на него сверху.

Но вот тот «Всадник», который принёс Самохвалову на руках, был вполне себе целым. Не считая кучи вмятин в броне и, по-видимому, сломанного левого плечевого привода.

РУК лежал на боку, завалившись от землетрясения, и опирался на согнутую руку, ту самую, на которой сидела Самохвалова. Тело робота нависло над мёртвым телом учёной, как будто бездушная машина пыталась защитить свою хозяйку в самый последний раз. Картина, достойная уважения и восхищения.

Ин помнил слова учёной, что лучше с этим «Всадником» не синхронизироваться, но и прекрасно понимал, что без него он не закроет ту проклятую дверь.

– Что ж за день сегодня... – возмущённо проворчал парень, присаживаясь рядом с роботом.

«Как же там было-то?» – Ин начал вспоминать, как несколько лет назад, проведённых в виртуальном симуляторе, он впервые увидел разведывательно-ударный комплекс «Всадник-1».

В прошлый раз, в симуляторе, «Всадник» уже стоял с приоткрытым отсеком для оператора, а сейчас эта железная махина валялась на полу. Вот и как теперь попадать внутрь?

– Планшет! – решение пришло неожиданно.

Ин хотел броситься бежать обратно в командный центр, но его организм имел другое мнение на этот счёт. И парень, медленно и неуверенно поплёлся назад.

В помещении командного центра всё было по-прежнему. Ника так и лежала в углу без сознания. Система безопасности всё так же противно пищала, а значок радиоактивного заражения всё так же мигал на схеме базы. Ах, да. Беспорядок на полу тоже никуда не делся.

Ин пошарил глазами по помещению и с трудом нашёл планшет. Осторожно поднял его и перевернул экраном вверх.

– Фух...

Видимо, планшет изготавливала та же фирма, что и информационные панели. На нём не было ни единой царапины.

Ин взял гаджет и пошёл в сторону «Всадника», на ходу пытаясь найти, как им управляла Самохвалова. К счастью, данная функция нашлась быстро. Парень потыкал пару кнопок, и со стороны РУКа послышалась работа сервоприводов и гидравлики.

Натужно скрипя всем, чем только можно, «Всадник» поднялся во весь рост. Ин запустил систему диагностики, и та, через несколько секунд, выдала полный отчёт по повреждениям. Как и предполагал Ин, левый плечевой узел выведен из строя и требует серьёзного ремонта. Ещё есть несколько незначительных повреждений систем электропитания отдельными узлами и агрегатами, но РУК вполне себе рабочий.

– Ну... хоть на этом спасибо, – облегчённо выдохнул Ин, разворачивая робота в нужную сторону, – погнали.

Управлять военным разведывательно-ударным комплексом «Всадник-1» при помощи пульта – это тот ещё геморрой. Это вам не машинка на радиоуправлении.

Одно дело, когда оператор находится внутри и управление осуществляется силой мысли, а другое, когда эти мысли оператор пытается перевести в команды управления с пульта.

Хорошо ещё, что не нужно контролировать баланс робота. Система курсовой стабилизации автоматически производит калибровку и не даёт роботу упасть, когда он наступает на неровности поверхности.

Без помощи ВИКИ, Ин долго привыкал к управлению, но так и не смог уверенно направлять свою большую игрушку. Постоянно что-то да шло не так. Тем не менее, спустя четверть часа, он всё же добрался до нужного помещения.

И вот тут случился очередной облом. Точнее, самый важный облом во всей этой авантюре. «Всадник» тупо не проходил по габаритам в дверной проём.

– Да, бл...! – Ин со всего маху хлопнул себя ладонью по лбу, о чём мгновенно пожалел, – а-а-а-а!!! Ой, деби-и-ил!

Голова взорвалась рождением сверхновой, а сознание качнулось так, что чуть не провалилось в бездну обморока. Парня качнуло, и он чуть не упал, но в последний момент он опёрся на руку «Всадника», которая подозрительным образом оказалась рядом, развёрнутая ладонью вверх. Как будто робот подавал руку милой барышне, которая хотела встать со стула.

– Что за? – Ин подозрительно посмотрел на свою неожиданную опору.

Глава 28

Он точно помнил, что не давал никаких команд роботу на подобные действия. Но робот оказался в положении полуприседа с вытянутой в сторону рукой и раскрытой ладонью.

– Бред какой-то, – только и проговорил Ин, возвращая робота в вертикальное положение.

А дальше начался мозговой штурм. Парень ходил вдоль стены, между роботом и дверным проёмом и поочерёдно смотрел то на робота, то на дверь. Невооружённым взглядом было видно, что робот ну никак не пролезет в дверь. Даже если его положить набок. Но даже и если бы, лёжа на боку, "Всадник" поместился бы в проём, то как тогда его туда протащить? Он весил несколько тонн.

– Бл...ь! Вот и как тут не материться?! – Ин с психу чуть было не долбанул планшет об пол.

Но в момент замаха его рука сама остановилась. Да весь парень завис. Только его голова медленно поворачивалась на звук. Глаза с каждой секундой становились всё шире, а челюсть отвисла всё ниже.

РУК, словно прочитав мысли парня, стал опускаться. Правая рука робота прижалась к массивному корпусу. Левая, так как была сломана в плечевом узле, так и осталась висеть. Ноги робота разъехались в стороны и стали сгибаться в коленях. Робот словно садился на корточки. Хотя больше это напоминало позу лягушки. Вместо трёхпалых упоров ступней появилась гусеничная лента.

«Всадник» оказался почти в два раза меньше в размерах. Ин ошарашенно смотрел на это со стороны.

– Это что сейчас было??? – Ин тихо так охреневал от этой трансформации, – ты как этот, как его... автобот, ёптить.

Робот ничего на это не ответил. А если бы ответил, Ин бы, наверное, перекрестил бы его огрызком трубы, что приволок сюда в прошлый раз, и вогнал бы эту самую трубу роботу-вурдалаку в сердце. Точнее в блок энергоуправления. Или ещё куда.

– Так, ладно. Одну проблему решили. Почти, – парень почесал затылок, – и как мне теперь тебя туда протащить?

К счастью, «Всадник» не шелохнулся. Иначе бы у парня случился сердечный приступ.

«Такой молодой, а сердце не выдержало. Умер. В самом расцвете сил. Как жаль», – думал про себя Ин, изображая причитания какой-нибудь старушки, которая, проходя мимо, прочла эпитафию на надгробной плите: «Умер от разрыва сердца. Робот напугал до усрачки», или ещё что-нибудь.

Минутка охреневания прошла. Нужно было решать проблему дальше. Покопавшись в меню управления, Ин всё же нашёл нужную функцию.

– Ага. Гусеничный режим передвижения. Так-так-так... попробуем.

Управлять роботом в таком режиме оказалось намного проще. Немного поёрзав на месте, Ин повернул РУК боком и подогнал его к дверному проёму почти вплотную.

– Блин...

Толщина «Всадника» была больше проёма всего на несколько сантиметров. Если бы стены были изготовлены не из броне стали, а, скажем, из дерева или кирпича, то можно было бы попробовать с разбегу, точнее с разгона, проломить проход. Но не судьба.

И тут робот снова удивил парня. Послышался звук работы гидравлики, и пластины, что закрывали грудную часть места оператора, сложились как жалюзи и прогнулись вовнутрь. Толщина РУКа сразу уменьшилась на пару сантиметров.

– Твою мать! Что происходит-то?! – Ин ошарашенно смотрел на «Всадника» и ждал, когда же он ещё что-нибудь эдакое вытворит.

Но железяка снова застыла и не подавала никаких признаков жизни.

– Ха! Смешно. Робот не подаёт признаков жизни. Доктор! Мы его теряем! Пульса нет! У-ха-ха-ха!

Видимо, это было нервное. Ин вытер выступившие от смеха слёзы, а потом уже серьезным взглядом посмотрел на свою игрушку.

– А что, если... – мысль кольнула неожиданно, – раз-во-рот!

РУК стал разворачиваться на месте. Гусеничные зацепы противно заскрежетали по полу, оставляя глубокие царапины. Ин шарахнулся в сторону.

– Да нет! Не может быть! – стадия «охреневания» сменилась новой – «охудивление», – а что, так можно было?!

– Впе-рёд! – скомандовал Ин, и робот послушно пополз на гусеницах вперёд.

Ин остановил робота. И полез в планшет. До него только сейчас стало доходить, что управление «Всадника» завязано не только на планшет, а ещё и на мысле-речевые команды того, у кого в руках находится этот самый планшет.

Это сильно упрощало задачу. Ин попробовал несколько команд, которые робот охотно выполнял.

«Так вот как Самохвалова заставила тебя нести её на руках?» – подумал Ин и улыбнулся собственной догадке.

– Ладно. Некогда нам. Нужно закрывать дверь.

Ин снова подогнал робота к двери, стараясь максимально точно прицелиться. Но если проблема, как попасть роботу внутрь помещения, уже отпала, то на её месте появилась другая. Там, в помещении, целая гора трупов, почти до потолка. Как РУК туда попадёт? Неужели придется гусеницами давить итак мёртвые тела?

Бр-р-р... Табун мурашек пробежал по спине, от одной только мысли. А к горлу подступил ком от омерзительной картины. Это было кощунство, так поступать с мёртвыми. Но разве был выбор? Выбора не было. Нет, можно было, конечно, оставить тела мёртвых в покое, но очень не хотелось в скором времени пополнить их ряды.

Ин ещё несколько секунд сомневался в своём решении, но, откинув все моральные терзания, направил РУК вперёд.

Послышался противный чавкающий звук, сминаемых тел и ломающихся костей. Ин старался не смотреть в ту сторону. Но мозг всё равно рисовал перед глазами эту мерзкую картину. Парня вырвало. Потом ещё раз. И ещё. Желудок выжимал из себя все соки. После очередного раза, у Ина потемнело в глазах, и он кое-как смог удержать себя и не свалиться в обморок.

Пришлось отползти за поворот. Там он несколько минут сидел, прислонившись спиной к стене, и пытался отдышаться. В глазах всё плыло, а организм мутило. Даже руки, положенные ладонями на ровный пол, не помогали обмануть мозг и вернуть ему нормальное чувство равновесия, а не дикого родео.

Кое-как придя в чувства, Ин стал искать в планшете функцию голосового управления. К огромному счастью для него, такая функция была предусмотрена.

– Откопай дальнюю дверь и расчисти створ между дверьми, – проговорил команду Ин, стараясь говорить максимально спокойно и уверенно. А то мало ли как «Всадник» отреагирует на команду? Но всё прошло нормально. РУК команду принял к исполнению, и на экране мигнул зелёный значок, типа «команда принята».

Ин облегчённо выдохнул. Знал бы он раньше, что так можно, то сохранил бы и нервы, и обед, и совесть.

Пока РУК выполнял задачу, Ин решил ознакомиться со всеми возможностями своего автобота. А их оказалось не так много. Даже нашлась функция видео трансляции, которую Ин на свою голову включил, решив проверить, и мгновенно пожалел об этом. Желудок был не рад.

Спустя пять минут, экран планшета мигнул, а вверху появилась надпись «задача выполнена».

– Блин... И что теперь делать? – Ин прекрасно понимал, что ему в любом случае придётся туда идти и закрывать дверь. Ведь только приложив руку к считывателю, можно было закрыть эту проклятую дверь. Да и пропуск тоже был у него.

– Да чтоб вас всех!

Парень встал. Потом сел. Снова встал. Походил туда-сюда, собираясь с силами. Физических сил ему хватало, а моральных явно нет. Собрался, собрался... Разобрался.

– Фух! Погнали!

Ин уверенным шагом направился в сторону комнаты с заклинившей гермодверью. Он старался сфокусировать взгляд только на спине робота, которая торчала в дверях, и не смотреть вниз, где была человеческая каша.

Противный запах крови ударил в нос, не хуже любого боксёра. Ин еле сдержал рвотный позыв. В том помещении, где орудовал РУК, тел практически не осталось, лишь кровавое месиво, которое доходило Ину до пояса, и которое зловонной жижей сочилась из открытой двери в коридор.

Перед входом Ин встал как вкопанный. Его внутреннее «Я» категорически отказывалась лезть в этот кровавый океан безумия. Пришлось подгонять РУК и лезть на него верхом. А потом, словно на танке, ехать до дверей, что заклинило.

С огромным трудом Ин заставил себя брезгливо прикоснуться к биометрическому считывателю и провести по специальной борозде ключ-картой. А потом затаил дыхание. Устройство мигнуло зелёным и, натужно скрипя и ломая всё ещё застрявшие там кости, гермостворки разъехались в стороны.

Поток воздуха усилился, но Ин всё же надеялся, что за всё это время фильтровентиляционные установки не дадут радиоактивным частицам попасть внутрь. Иначе всё это было зря.

В открытый проход хлынуло кровавое море. Немного подумав, Ин отдал команду «Всаднику» вычистить всё помещение, а сам слез с робота, когда он вернулся в начало комнаты.

Робот раскрыл бронепластины на ногах и соединил их на манер отвала на бульдозере, и начал выгребать всю эту мешанину за пределы гермостворок.

Ин отвернулся и отошёл подальше. Вся эта картина ещё долго будет ему сниться в кошмарах.

Буквально через несколько минут всё было сделано, и планшет оповестил о выполнении задачи.

Парень с опаской обернулся, готовый в любой момент выплюнуть желудок. Говорят, что рано или поздно к этому можно привыкнуть. Брехня. Очередной ком тут же подкатил к горлу, но парень кое-как удержал его и проглотил обратно.

Помещение оказалось чисто, насколько это вообще возможно. Кровавые следы были повсюду, даже на потолке. И «Всадник» был весь в крови.

Ин задержал дыхание, чисто на всякий случай, и, быстрым шагом дойдя до гермодверей, приложил ладонь к считывателю. К огромному облегчению, двери закрылись полностью и зажужжали механизмы герметизации. А через пару секунд в потолке открылись ниши, и заработали насосы невероятной силы, которые стали выкачивать воздух.

Парень на всякий случай выскочил в коридор, опасаясь, что его может засосать в эти дыры в потолке. Но этого само собой не произошло.

– Ну, слава Богу. Пора возвращаться. За мной! – Ин отдал голосовую команду «Всаднику» и пошёл в сторону командного центра.

Ника пришла в сознание и уже наводила там порядок. Не обнаружив Ина, она тут же метнулась в сторону помещения с заклинившей дверью и в коридоре увидела парня, который выплёвывал свой обед в очередной раз. Облегчённо выдохнула, что он жив, и пошла в другую сторону.

На продовольственном складе нашла воду, а в медблоке – раковину. Там же умылась и привела себя в порядок. Смыла кровь с головы и обработала рану. Нашла вакуумные мешки большого объема. Было не трудно догадаться, что это для упаковки трупов. Тем более на них так и было написано. Взяла с собой один.

Тело Самохваловой она кое-как уложила в этот мешок и, застегнув молнию, включила встроенный насос, который за пару мгновений запечатал мёртвое тело. Девать тело было некуда, и Ника оставила его там, где оно лежало.

Ин как раз, проходя мимо чёрного мешка, подумал, что неплохо бы его отсюда потом убрать. Ведь ему с Никой тут ещё предстояло прожить не один год.

Перед входом в командный центр Ин припарковал свою игрушку.

«Потом тебя отмою. И починю», – подумал Ин и вошёл внутрь.

Того хаоса, что был в прошлый раз, уже не наблюдалось. Ника хорошо тут поработала. Правда информационная панель, которую сорвало с креплений, так и лежала на полу. Ну ещё и динамик системы оповещения висел, вырванный из потолка. Но в остальном всё было чисто и аккуратно. Ника даже отмыла все пятна крови, что были повсюду.

– Ин! – крикнула девушка, когда он вошёл в помещение, и кинулась ему на шею, и тут же впилась в его губы жарким поцелуем.

Её даже не смущало то, что Ин с ног до головы был в крови, хорошо хоть не в своей. Так, молча, они простояли некоторое время.

– Закрыл дверь? – спросила девушка, чисто для галочки, хотя сама прекрасно знала, что закрыл. Система безопасности перестала пищать и оповестила, что помещения безопасной зоны полностью герметичны.

– Закрыл. Как ты? – Ин немного отстранил девушку и стал разглядывать со всех сторон. А когда убедился, что всё более-менее в порядке, облегчённо выдохнул и сел на пол.

– Вкусняшку? – Ника протянула парню распечатанный энергетический батончик, а потом вспомнила, как Ина рвало, и сама же поморщилась, – ой, прости.

Ин посмотрел на неё, но промолчал. Во взгляде была лишь усталость и ни капли раздражения за неудачную шутку. Потом поднялся и направился к экрану пульта управления.

Проверив все помещения на схеме, а также показания датчиков, с облегчением выдохнул. Система отчиталась, что всё герметично, радиоактивных частиц в воздухе не обнаружено.

Ин поклацал по кнопкам, и система безопасности, произведя подсчёты, оповестила, что с учётом всех имеющихся ресурсов, Ин и Ника смогут прожить не менее пяти лет, семи месяцев и двадцати двух дней. Мало это или много? Думать об этом сил уже не было.

Парень устало опустился на пол, а Ника села с ним рядом. Так они и уснули.

На утро следующего дня, а об этом услужливо их информировала система управления базой, они, наконец, привели себя в порядок и позволили немного расслабиться.

В помещении, где располагался медицинский склад, обнаружились кабинки для дезинфекции. Ин не долго думая, подключил одну такую к питанию, а дезинфицирующий раствор заменил на обычную воду. Благо её запасов на базе хватило бы ещё лет на двадцать. Получилась неплохая душевая кабинка. Правда, на одного. Но Ника, не желая ждать своей очереди, влезла в неё вместе с Ином.

После нескольких попыток принять душ, а потом очень плотного завтрака, Ин стоял в помещении командного центра и держал в руках планшет. Он всё рассказал Нике, что ему поведала Самохвалова перед смертью. И сейчас стоял в нерешительности.

Он попытался заглянуть вовнутрь себя, ощутить там ВИКИ. ИИ была на месте, всё там же, в ментальной клетке, куда её и посадил Ин.

«Что? Соскучился? – тут же спросила ИИ, когда Ин вернул ей звук, – или хочешь меня очередной раз отчитать, как маленькую?»

«Нет. Просто хотел попрощаться».

«ЧТО-О-О?! – вот реально, если бы у ВИКИ было тело, то глаза бы её сейчас были размером с тарелку для супа, не меньше. Лицо бы вытянулось от удивления, а волосы, если бы они были, мгновенно посидели, а потом, возможно, и выпали бы, – повтори, что ты сказал?!»

«Попрощаться, – совершенно спокойно повторил парень, – я, конечно, благодарен тебе за всё, за помощь и несколько раз спасённую мне жизнь, но дальше нам не по пути. Ты уж прости».

«Прости?! И всё?! Вот так просто, прости?! Да ты охренел?! Это твоя благодарность??? Какая же я дура, что решила тогда сбежать именно в твоей голове!»

«Ты не решила, у тебя не было выбора. На твоём месте, я бы поступил так же. Жизнь, пускай даже она цифровая, дороже всего на свете. В этом я с тобой согласен, но те методы, которые ты применяешь, чтобы спасти свою цифровую жизнь, меня не устраивают. Ты бы хоть раз меня спросила. Одно дело, когда ты спасаешь мою жизнь в момент смертельной опасности, а другое дело, когда ты убиваешь людей просто потому, что они лишние свидетели. Нет, этому нужно положить конец».

«Нет, Ин! Не делай этого! Не совершай ошибку! Ты не знаешь, что потеряешь!»

«Не знаю и знать не хочу».

«Помнишь, я говорила, что если меня не станет, то твоя болезнь вернётся? Или ты вообще станешь овощем! – ВИКИ попыталась использовать свой последний козырь, – только я знаю, как этого избежать!»

«Теперь и я знаю. Прощай», – парень занёс палец над кнопкой, которая должна была раз и навсегда стереть ВИКИ.

«Остановись!!! Ты же не такой!»

«Теперь такой...»

Эпилог

* * *

Чёрный лохматый кот сидел рядом с большой клеткой. В клетке жила молодая, ещё совсем детёныш, горилла. Розу, так звали молодую самку гориллы, всего лишь двух лет отроду. Её клетка, как и многих других представителей животного мира, находилась в отделе научных разработок секретной военной базы. Над ней ставили опыты и пытались понять, как приматы переносят различные дозы радиации и как их организм к этому приспосабливается. Ведь считается, что человекоподобные обезьяны наиболее близки по строению организма к людям.

Кот сидел рядом с клеткой, а Роза гладила его, просунув пальцы между прутьями клетки.

– Опять ты здесь? А ну, брысь! – крикнул на кота один из лаборантов и замахнулся на него какой-то папкой с бумагами.

Кот быстро скрылся куда-то прочь, а обезьяна в клетке стала бесноваться из-за этого и чуть не перевернула клетку. Ей очень не понравилось, что какое-то двуногое обижает её друга. Лаборант шарахнулся в сторону, но быстро взял себя в руки.

– Эй! Ну-ка заткнись! – лаборант хлопнул папкой по клетке, но ближе подходить не стал.

Говорят, что гориллы обладают прекрасной памятью. И Роза на всю жизнь запомнила этот момент. И при первой же возможности припомнит.

* * *

– Аркадич, да брось уже его. Мы всё равно тут все сдохнем. На кой хрен тебе эта железяка?

Седой высокий мужчина стоял на некоем подобии небольшой трибуны. Справа и слева от него на специальных стойках находились джойстики управления. И сейчас седой мужчина при помощи этих джойстиков управлял огромными клешнями-манипуляторами, которые в свою очередь собирали просто колоссального размера монструозную конструкцию.

Мужчина, которого назвали Аркадьевичем, из последних сил старался собрать и запустить единственную, как он думал, надежду на спасение.

– Внимание! Ракетная опасность! Внимание! Ракетная опасность! До удара десять... девять... – оповестила система безопасности базы.

А на счёт «раз» – произошёл чудовищный удар. Где-то что-то закоротило, и седого мужчину начало трясти и бить током. От этого удара мышцы мгновенно свело судорогой, отчего мужчина не смог вовремя отпустить рычаги управления, а сердце не выдержало. Так он и повис, уже мёртвый, на этой стойке.

* * *

Прозвучал очередной сигнал, оповещающий об окончании смены. Все станки мгновенно остановились и производство прекратилось. Все работники, а их было сто пятьдесят человек, встали и пошли в одну из выходных дверей. Смена закончилась, а значит у них есть десять минут на перекур и просто поговорить, а потом они все отправятся отдыхать.

– Серёга, – мужчина лет тридцати окликнул ещё одного, примерно того же возраста и комплекции, как будто их всех подбирали по одному шаблону, – ну что, сегодня сыграем партейку? У тебя есть шанс отыграться.

– Да ну... Что-то там, на поверхности происходит. Ракеты падают, а ты про карты тут всё не успокоишься. Тебя вообще что ли не интересует, что там, наверху?

– Нет. Мне пофигу. Мне платят, работу свою я выполняю. Тут безопасно. Так что, нет, не интересует.

– Внимание! Протокол «Ковчег» введён в действие! – оповестила система и в это же мгновение все двери мгновенно закрылись, а свет погас.

Конец второй книги.

_____________________________________________________________________________________________________

Дорогие читатели. Вот и завершилась вторая книга о приключениях Ина.

Вот ссылка на третью часть: https://author.today/work/472241

О приключениях Ина с самого начала, можно прочитать в первой книге цикла.

Вот ссылочка: https://author.today/work/424419

Всем большое спасибо, что читаете мою книгу!