Книга 15. Пожиратель Богов. Часть 3

Глава 47

- Ты вообще хоть знаешь, кто я?! Представляешь, что тебя ждёт за подобную дерзость?!

Надо мной нависла рогатая башка почти трёхметрового здоровяка с ярко-алой кожей и желтыми змеиными глазами.

- Очередная игра в шарады... - закатил я глаза. - Сколько уже раз за эти дни я слышал эти вопросы? И, представляешь, ответ был всегда одним и тем же! - активировав атрибут гигантизма и вдвое увеличившись в росте, я впечатал кулак демону в подбородок, от чего он буквально улетел прочь. - Мне глубоко плевать, кто ты!

Наряду с Землями Небесного Грома и Райской Лестницей, мировое скопление Преисподней было примечательно тем, что там обитали нетолько люди.

Вернее, вероятно, когда-то эти ребята тоже были людьми, как и орки, кентавры, феи и ангелы Райской Лестницы. Но воздействие мировой системы скопления Преисподней изменило их, превратив в отдельную расу.

И если обитатели Абсолютного Домена очень редко использовали свою силу для запугиваний, так как понимали, что любой конфликт может стоить им жизни, демоны будто физически не могли прожить и часа, не попытавшись ткнуть собеседнику в нос своими силой и статусом.

Вне всяких сомнений, пока что были на верхушке моего личного топа раздражающих представителей иных мировых скоплений. А повидать я успел уже всех.

- Если будешь избивать всех, кто косо на тебя посмотрит, - усмехнулся подошедший с парой стаканов дымящегося варева Кунгам -- принц клана Кун из Чудовищных Глубин, за десять лет, что я там провёл, ставший одним из моих лучших друзей, - можешь однажды наткнуться уже на того, кто отправит в полёт тебя.

- Буду с нетерпением ждать, - хмыкнул я, принимая из его рук стакан и делая глоток подслащенного и вскипяченного, а это была почти тысяча градусов по Цельсию, сока хищного дуба из мирового скопления Древа Вечности. - Спасибо. К тому же здесь ведь почти невозможно умереть и не чувствуется боль. Так что, думаю, он на меня не в большой обиде.

- Ага, - кивнул Кунгам в ответ на мою благодарность. - Что делаем дальше? Я не против и просто походить, но у тебя, кажется, есть какая-то задумка?

- Задумка есть, но походить придётся. Хочу найти одну лавочку, но у меня есть только описание и район, а не точный адрес, так что пока просто гуляем.

- Понял, вперёд.

Фестиваль десятитысячелетия Содружества был подготовлен реально масштабным. Под это мероприятие был выделен целый отдельный мир планетарного типа, на протяжение многих столетий подготавливаемый его Руйгу для использования в качестве "сцены".

Законы всего мира были изменены таким образом, чтобы создать максимально комфортные и безопасные условия для всех.

Травмы не приносили боли. Несмертельные повреждения зарастали сами собой за считанные минуты, по крайней мере у тех, кто не обладал силой, сравнимой с мощью местного Руйгу. Использование восприятия мировой ауры и любых способностей обнаружения и анализа блокировалось и так далее.

И всё это было сделано для того, чтобы гости фестиваля могли наслаждаться процессом, ни о чём не переживая и ни на что не отвлекаясь. А наслаждаться было чем.

Присланные заранее организаторы из каждого мирового скопления организовали в этом мире свои жилые зоны, по масштабу сравнимые с целыми странами, и "туристические центры" с торговыми рядами, лекториями, музеями, библиотеками, тренировочными залами, ресторанами, барами, клубами, отелями, аттракционами всех мастей и сувенирными лавками, каждый из которых был больше Моэллы -- столицы Тарсии.

Размах, который приобрёл этот фестиваль, превысил все мыслимые пределы. Он должен был длиться тысячу дней, то есть почти три года. Но даже за этот срок вряд ли было возможно уделить хотя бы минимальное внимание и половине всего, что подготовили представители мировых скоплений.

Всё-таки это для сильных мира сего этот фестиваль был политической ареной молчаливой войны авторитетов, интриг и заговоров. Для "простых людей" это было именно тем, что и представлялось в ответ на слово "фестиваль". Феерией развлечений всех мастей и возможностью потратить горы денег.

И "горы денег" можно было воспринимать почти буквально. Потому что "простыми людьми" на фестивале десятитысячелетия были как минимум персонажи на уровне Магистров, то есть безусловная элита своих миров, одни из даже не тысяч, а из миллионов.

Просто гуляя по улицам, можно было неосознанно десятки раз пройти мимо существ, способных одним взмахом руки уничтожить всё в радиусе сотен километров вокруг себя.

Причём для таких вот монстров тут тоже были подготовлены соответствующего уровня развлечения. Туристические районы почти каждого мирового скопления, яркие, красочные, пышущие жизнью, радостью и весельем, имели свою темную изнанку, полную не менее ярких и красочных воплей агонии и предсмертных стонов.

Впрочем, хотя по плану и в такие места мне нужно будет наведаться, сегодня моей целью было местечко на "лицевой стороне" района.

Единственным, что я о нём знал от Вана, познакомившегося с его владельцем в мировом скоплении Вечного Древа, было название: "Под корнями Иггдрасиля".

И это не было совпадением. Владелец лавки был попаданцем, точнее, перенесённой душой, как Алистер. Правда в отличие от нас двоих, он был родом из куда более ранней эпохи Земли, где-то около пятисотого года нашей эры.

К сожалению, хотя я мог использовать аспект понимания, блокировать который не могли никакие мировые законы, делать этого было нельзя. Слишком велик был шанс привлечь нежелательное внимание того, кого было бы проблематично отправить в полёт также, как недавнего демона.

При этом карта туристического района существовала, ее с помощью мысленного сообщения передавали всем гостям на входе. Но из-за того, что стартовал фестиваль всего неделю назад, все места на карту нанести еще не успели.

Так что приходилось просто шляться по улицам в поисках "Под корнями Иггдрасиля", надеясь на то, что друг Вана поступил грамотно и разместил свою лавку именно в торговом районе, а не где-то у чёрта на рогах.

Благо, все заведения были открыты круглосуточно, поскольку время суток в мире фестиваля зависело не от того, сколько сейчас было на часах, а от того, где ты находился.

На торговых улочках всегда царил яркий, но не слишком жаркий полдень, в тех районах, где базировались казино, бордели и клубы, царили мягкие сумерки, а в жилых кварталах, куда посетители возвращались, чтобы отдохнуть от круговерти фестиваля, была вечная ночь.

Совершенно безуспешно обшаривая улицу за улицей, мы провели несколько часов.

Кунгам, в отличие от меня, никуда не спешил. Хотя он и был принцем главного клана своего мирового скопления, до уровня, необходимого, чтобы участвовать в переговорах между скоплениями, еще не дорос, и приехал на фестиваль отчасти просто развлечься, а отчасти по моей просьбе.

Так что согласился сопровождать меня вообще без вопросов, достаточно было простого: "пошли". Однако, разумеется, я позвал его не для того, чтобы было, с кем поболтать, хотя собеседник из принца правда был отличный.

Истинной причиной было то, что мне нужно было прикрытие.

Безопасность на фестивале обеспечивалась не только мировыми законами, но и множеством иных способов, одним из которых была старая добрая слежка. Улицы через магический аналог видеокамер мониторились службой безопасности в режиме нон-стоп.

И человек, не просто гуляющий по улицам, а планомерно прочесывающий каждый переулок и тупик, вполне мог привлечь их внимание. А это мне было совсем не надо, по крайней мере сейчас, даже с учётом того, что я сейчас выглядел совсем не так, как обычно.

Хотя по всем известным сведениям Тим Тарс, был давным-давно мёртв, рисковать, расхаживая по улицам и светя во все стороны своим лицом, я не мог.

Магия и прочие способности маскировки в мире фестиваля также не работали. Но Алистер придумал, как обойти этот запрет, создав для меня самую настоящую маску из чужого лица, за счёт пары приёмов идеально севшую поверх моего собственного.

И даже с этим условием я не хотел, чтобы меня кто-то начал в чём-то подозревать. Кунгам организовал для меня пропуск на фестиваль от имени своего клана, а благодаря сходству своей ауры с аурами Укротителей монстров при проверке я вполне сошёл за жителя Чудовищных Глубин.

Тем не менее, до поры до времени стоило быть предельно осторожным. Сейчас была именно та ситуация, когда паранойя не означала, что за тобой не следят.

В таких обстоятельствах принц клана Кун, лицо которого было прекрасно известно всем, кому нужно, выступал в роли эдакого солнца, в сиянии которого я мог без проблем спрятаться.

Увидев по "камерам" обыскивающего район неизвестного безопасники вполне могли начать задаться вопросом: а кто я такой? Увидев того же неизвестного в компании может и не одного из сильнейших, но точно одного из самых влиятельных персонажей Великих Душ, они бы банально побоялись задавать вопросы даже самим себе, даже в мыслях.

Благо, "Под корнями Иггдрасиля" было единственным таким местом из всех, что фигурировали в наших планах. Адреса остальных были отлично известны еще задолго до начала фестиваля. Так что ходить с Кунгамом по разным туристическим районам разных мировых скоплений неделями и месяцами было не нужно.

И, благо, еще через два с небольшим часа, когда я уже подумывал оставить торговый район и поискать в других зонах, нужная лавка-таки была найдена. На витрине висела табличка: "Скоро открытие".

- Хозяева? - пройдя через мягкий полог в прохладу лавки, позвал я.

- Я здесь один, - откликнулся хрипловатый голос и вскоре к нам с Кунгамом вышел невысокий мужчина с окладистой рыжей бородой и длинными рыжими же волосами, заплетёнными в две косички. - И мы пока закрыты. Приходите через несколько дней.

Я осмотрелся по сторонам. Половина полок и правда была пуста. Впрочем, я был тут не ради покупок.

- Я от нашего общего друга, Вана.

- Правда? - мужчина недоверчиво поднял бровь, но всё-таки махнул мне следовать за собой. - Ну пойдём, раз так.

- Я пока посмотрю, что тут есть, за входом присмотрю... - окликнул меня Кунгам.

- Спасибо, - кивнул ему я.

Через минуту, пройдя во внутреннюю часть лавки, мы с владельцем, которого звали Свельд и который, на минуточку, был самым настоящим викингом, сели друг напротив друга за могучим деревянным столом.

- Чем докажешь, что ты от Вана? - спросил он.

После чего достал из пространственного хранилища пару тяжёлых деревянных кружек, окованных сталью и пузатую мутную бутыль, и, не спрашивая, налил себе и мне под завязку какого-то бухла, остро пахнущего травами и почему-то рыбой.

- Вот, - в ответ я достал из своего хранилища маленькую фигурку волка, вручную вырезанную из дерева с невероятными мастерством и детализацией.

Насколько я знал, эту фигурку Вану дал сам Свельд, сам же ее и вырезавший.

- Верю, - кивнул Свельд после того, как взял фигурку и немного покрутил ее в руках. Поставив деревянного волка обратно на стол, он взял кружку, поднял ее, занёс, будто для удара. - За знакомство!

- Будем! - хмыкнул я, с силой чокнувшись с ним и приложившись к кружке.

Несмотря на рыбный запах, напиток был неожиданно приятным и даже каким-то освежающим. Ну, если не брать в расчёт то, что в нём было больше семидесяти оборотов. Впрочем, нарушать ритуал я бы в любом случае не стал, выпив всю кружку до дна залпом.

- Добро, - явно подобрев, произнёс Свельд, тоже ставя пустую кружку на стол. - Я так понимаю, ты здесь ради семечка?

- Да.

- Знаешь, что с тобой сделают Друиды, если найдут его у тебя?

- Ван рассказывал, - кивнул я.

- Расскажешь, для чего вам с Ваном семечко Древа?

- Если всё пройдёт по нашему плану, ты узнаешь обо всём сам до конца фестиваля. А если пойдёт не по плану, то лучше тебе не знать. И для тебя, и для нас так будет безопаснее.

- Ван говорил, что ты тоже из Мидгарда?

- Да, хотя в моей эпохе его называют просто Землёй.

- Знаю, - кивнул Свельд. - Общался с другими путешественниками между мирами. Но мне не нравится это название. Слишком унизительно для мира, где мы все родились и выросли, называть его так просто.

- Возможно, - кивнул я.

- Кем ты был, прежде чем попал в Великие Души?

- Никем, по большому счёту.

- Значит, ты понимаешь, насколько пьянящей может быть сила, о которой не мог и мечтать, - он разлил нам по второй кружке. - Я не стану допытываться. Но надеюсь, что вы с Ваном отдаёте себе отчёт в том, что делаете.

- Это ради спасения наших близких.

- Вот как... - Свельд на пару секунд замолчал, после чего вдруг низко склонил голову. - Ван мне этого не говорил. Прими извинения за мои слова.

- Извинения принимаются, - улыбнулся я, после чего поднял кружку. Ван тоже нашёл себе отличного друга. - За разрешение недопониманий!

- Сколь!

Мы выпили, поставили кружки. После чего Свельд достал из хранилища маленький мешочек и положил передо мной. Развязав тесёмку, я высыпал на ладонь два маленьких, размером с горошинку и по форме похожих на капли, семечка.

- Как это работает, знаешь?

- Влить побольше энергии и отойти подальше, - кивнул я.

- Как можно дальше, - поправил меня Свельд. - Не знаю, какой силой ты обладаешь, но даже новорождённое Древо обладает силой бога.

- Я запомню.

- Надеюсь. Ван -- достойный воин, и раз он признает тебя, то и ты, похоже, заслуживаешь Валгаллы. Будет жаль, если вы погибнете настолько жалкой смертью, а не в бравой сече.

Я удивлённо поднял бровь.

- Ты до сих пор веришь в Валгаллу даже после всего, что увидел за последние... сколько? Две с лишним тысячи лет?

- Мир оказался далеко не таким, как описывалось в хрониках, - понимающе кивнул Свельд. - После смерти в бою я оказался не на пиру Одина, а в чужом непонятном мире, родившись заново в семье морехода, ничего не знавшего ни о Мидгарде, ни об Асгарде, ни о других семи мирах. Но за эти века я увидел Древо больше Иггдрасиля, чудовищ опаснее и кровожаднее Йормунганда и Фенрира, воинов сильнее Тора и Бальдра и чудеса, о которых не было известно даже Одину. Если возможно всё это, то почему бы после смерти не существовать Валгалле? Может быть она будет не такой, как я себе представляю, но какая разница? Мне важнее жить так, чтобы остаться ее достойным.

- Достойная позиция, - улыбнулся я, на этот раз уже самостоятельно наливая нам обоим рыбного самогона. - Сколь!

- Сколь!

- Ребята, - в дверь заглянула голова Кунгама. - Я понимаю, что попойка -- это святое, и негодую, что меня не позвали, но хочу предупредить. Максимум через пару минут у нас будут гости. И явно незваные.

Переглянувшись со Свельдом, мы поднялись из-за стола и поспешили обратно в лавку. И очень вовремя, потому что в нее с улицы как раз входило семеро довольно угрожающего вида персонажей.

Повисла неловкая пауза.

"Я выглянул на улицу и заметил, как один из них, тот, лысый, смотрит прямо на меня из-за угла, - донеслись до моего разума мысли Кунгама. - Когда он понял, что я его заметил, он позвал остальных и они двинулись сюда. Не знаю, по чью они душу, но хорошего, очевидно, можно не ждать".

Судя по всему, ровно такое же сообщение получил и Свельд, потому настороженное выражение на его лице сменилось нахмуренным и даже разозлённым.

- Кто вам нужен? - спросил я у семёрки вторженцев.

Единственный из всех довольно презентабельного вида мужчина с почему-то, неоново-зелёными волосами, судя по всему, главный в группе, смерил меня слегка презрительным взглядом.

- Не ты, - бросил он наконец, после чего ткнул подбородком в сторону Свельда. - Он. Так что, если не хотите проблем, выметайтесь отсюда. Лавочка закрыта. Не видели объявления на входе?

Улица, на которой Свельд разместил свою лавочку, была на самой окраине торгового района, и хотя тут тоже ходили туристы, их было совсем немного. С учётом энергии, которой кто-то из этих семерых окутал "Под корнями Иггдрасиля", происходящее в лавке привлечёт чьё-то внимание далеко не сразу.

- Кунгам, ты не против? - спросил я у друга, намеренно вслух.

- Всегда за, - хмыкнул принц, прекрасно меня поняв.

- Тогда мы предпочтём остаться.

Глава 48

Удар!

Я не вкладывал в него всю силу, но это всё равно была вполне ощутимая атака. А самый её цимес был в том, что она воздействовала исключительно внутренне, никак не проявляясь в окружающем мире.

Подобную технику я разработал не то, чтобы специально, но осознав, что такое возможно, постарался максимально развить своё в ней мастерство. И сейчас это сработало более чем отлично.

Со стороны это выглядело как почти обычный замах кулаком. Очень быстрый, бесспорно, но в нём не ощущалось никакой энергии и даже угрозы.

Но при этом в тело стоявшего впереди группы зелёноволосого за мгновение проникла энергия, базировавшаяся на атрибутах усиления и молнии и аспекте льва, вполне способная уничтожить без следа Магистра шестой стадии и смертельно травмировать седьмую стадию.

Однако он не распался на кровавый дождь и не рухнул замертво. “Всего лишь” схватился за живот и сделал пару тяжёлых шагов назад, в руки подчинённых.

Как и ожидалось, фестиваль был местом, где без труда можно было наткнуться на мастера огромной силы. Тем более когда решал вступиться за хозяина таинственной лавки, сбывающего из-под полы семечки Древа Мира.

- Ты… кто такой? - сплюнув кровь, имевшую зеленовато-коричневый оттенок, зелёноволосый взглянул на меня с очевидными подозрением и страхом.

Не требовалось большого ума, чтобы понять: раз я смог нанести такой удар без всякой подготовки и даже без внешних проявлений энергии, мой максимум находится многократно выше этого уровня. И противостоять мне эта компашка, очевидно, не могла.

Вот только это не означало, что мы со Свельдом и Кунгамом были в полном порядке и безопасности. За этими персонажами могли стоять куда более могущественные сущности, с которыми мне пока было рано встречаться.

И потому, что моя сила пока что не достигла даже уровня обычных Руйгу, и потому, что наше сражение привлекло бы слишком много внимания.

- Заинтересованное лицо, - развёл я руками, - и я заинтересован в том, чтобы вы развернулись, вернулись туда, откуда пришли, и не высовывали оттуда носа до конца фестиваля.

- Невозможно, - покачал он зелёной головой. - Мы здесь не просто так, и не уйдём с пустыми руками. А если прикончишь нас, то уже никогда не сможешь спасть спокойно.

- И кто же твой папочка? - шагнул вперёд Кунгам. - Скажи, может быть я его знаю. Я, если что, Кунгам из клана Кун. Слышал о таком?

- Принц! - сквозь зубы прошипел зеленоголовый. - Чудовищным Глубинам, и тем более царствующему клану не стоит лезть в разборки других скоплений. Думаете, сможете справиться с последствиями, которыми обернётся конфликт с нами для Кун?

- С кем “с нами”-то? Если угрожаешь, хотя бы скажи, чьим именем.

- Именем седьмого Корня!

- Седьмого? - Кунгам нахмурился. - Того, который самый отбитый?

- Самый свободолюбивый и эксцентричный, - “поправил” его зеленоголовый.

- М-да… - мой друг потёр затылок. - Имя Куна тут и правда не стоит использовать.

- Рад, что вы поняли. Заберите своего дружка и мы разойдёмся миром.

- Я сказал, что не собираюсь использовать имя клана, - ухмыльнулся Кунгам. - Я не говорил, что расхотел вас побить. Не как принц Кун, а как друг, помогающий другу, помогающему своему другу.

- Издеваетесь?! - рявкнул зеленоголовый.

“Что за седьмой Корень?” - послал я мысленное сообщение Кунгаму.

Я знал, что в мировом скоплении Вечного Древа сильнейшие мастера навроде Мудрецов Земель, именовались Листьями, Ветвями или Корнями, и в этой иерархии Корни, вот иронично, были на самой вершине, уступая лишь единоличному правителю всего скопления, титулованному как Ствол.

Однако конкретной информации по каждому Корню у меня не было. Что-то о Вечном Древе я узнал от Вана, но далеко не всё.

“Кто-то вроде крёстного отца всего преступного мира Вечного Древа. По позиции он седьмой – последний, но по силе второй, если не первый. И он действительно на голову отбитый. Любимый способ убивать – проращивать дерево через задний проход до горла. Мой отец, пожалуй, будет посильнее, но связываться с седьмым Корнем без веской причины даже он ни за что не станет”.

Следующее мысленное сообщение было отправлено Свельду.

“Чем ты насолил Седьмому Корню?”

“Семечки Древа Мира. Те, что я дал тебе. Их и ещё девять таких же я украл у седьмого Корня, который украл их из храма Вечного Древа, из-под носа Ствола”.

Час от часу не легче.

“Чисто ради интереса. Нахрена? Ты ведь явно сам не собираешься их использовать, и, судя по тому, как меня наставлял, не особо горишь желанием отдавить их кому-то”.

Свельд посмотрел на меня с довольной улыбкой.

“Из семечек Древа Мира гонится лучший самогон на свете”.

Я ухмыльнулся в ответ.

“Угостишь им нас с Кунгамом, когда всё закончится”.

“Не вопрос”.

- Мы издеваемся, ты прав, - шагнул я вперёд, нависая над зеленоголовым. Его помощнички, явно тоже отлично осознавшие, какой разрыв в силе был между нами, почти синхронно, сделали шаг назад. - И что ты с этим сделаешь? Не думаю, что седьмой Корень придёт сюда лично по наши души.

- Ни мы, ни вы не достойны Его общества, - со странным, довольно рациональным фанатизмом, ответил зеленоголовый. - Но мы не одни на этом фестивале следуем за Ним.

- Не сомневаюсь, - поморщился я.

Если седьмой Корень был крестным отцом преступности в Вечном Древе, то здесь, в туристическом районе этого мирового скопления, каждый второй, если не каждый притон, бордель, клуб и игорный дом должен был быть битком набит его людьми.

- Вот именно! - довольно улыбнулся зеленоголовый. - Последнее предупреждение. Уходите отсюда сами, и мы сделаем вид, что ничего не было.

Это всё было большой проблемой, конечно. То, что выглядело как простой рэкет или выбивание долгов быстро превратилось в противостояние с одним из владык Великих Душ. Но с другой стороны, если разыграть всё правильно, это могло стать и возможностью.

- Ты сказал, что, если убью вас, то нам не будет покоя. Значит ли это, что ваша смерть станет чем-то вроде триггера?

- Да. Отправившая нас сюда Ветвь узнает, если кто-то из нас умрёт.

Ветви были на более низком, по сравнению с Корнями, уровне. Если Корень был в среднем равен по силе трём-четырём обычным Руйгу, то Ветвей для равного боя с одним Руйгу нужно было как минимум двое, а лучше трое.

Звучало совершенно точно не как что-то невозможное.

Взмахнув ещё раз кулаком, я за мельчайшую долю секунду превратил голову одного из помощников зеленоголового в кровавый фейерверк. А затем, чтобы ошмётки не забрызгали полки лавки Свельда, сжёг всё “мясо” молнией.

- Ты!.. - прошипел зеленоголовый, но через секунду выдохнул и ехидно усмехнулся. - Ты выбрал тяжёлый путь, ублюдок. Очень тяжёлый путь.

- Ты не представляешь, насколько ты прав, - ухмыльнулся я, отправляя в его тело разряд электричества, отключающий высшую нервную деятельность и превращая человека в бесполезную колоду.

Через секунду то же самое произошло и с пятью оставшимися вторженцами, которых я быстренько сложил в штабель у стеночки там, где ещё не были поставлены полки.

- Извини, Тим, - вздохнул Кунгам, - но в бою с Ветвью я тебе ничем не помогу, буду только мешаться.

- Смеешься, что ли? - я поднял бровь. - Какие обиды? Возьми, пожалуйста, Свельда и сныкайтесь где-нибудь в районе гостиниц.

- Отведу его в номера клана. Там никто из Вечного Древа не посмеет буянить. Правда, надолго это не сработает. Если кто-нибудь из моих старших узнает, что я прячу того, кого ищет седьмой Корень, его тут же выставят.

- Мне много времени не понадобится, - кивнул я, после чего повернулся к Свельду. - Ты ведь не против?

- Как я могу быть против спасения собственной жизни? - вздохнул он. - Гибель в достойном бою – это одно, но участь быть пойманным и насаженным на дерево – совсем другое.

М-да, похоже пристрастия седьмого Корня довольно широко известны. Попадаться ему было ни в коем случае нельзя.

- Прекрасно тебя понимаю.

- Не знаю, поможет тебе это или нет, но возьми, - Свельд кинул мне вытащенный из пространственного хранилища другой мешочек, больше и заметно увесистей, чем тот, в котором лежали семечки Древа Мира. - Это – практически универсальное средство против друидской магии. Как применять решай сам.

- Спасибо, - кивнул я, убирая мешочек, в котором оказалось где-то полкилограмма ярко-розового едко пахнущего порошка. - А теперь валите. Ветвь может появиться в любую секунду.

И я оказался полностью прав. Стоило Кунгаму и Свельду выйти из лавки, не прошло и полуминуты, когда внутрь ступила изящная женская нога.

Магия Друидов мирового скопления Вечного Древа была вся завязана на растениях. Они превращали свои тела в деревья, проращивали поля ядовитых цветов, создавали огромных хищных венериных мухоловок, опутывали противника лианами и так далее и тому подобное.

В том числе из-за этого в культуре Вечного Древа естественность и натуральность возводилась в абсолют. По большей части Друиды были вегетарианцами, носили одежду исключительно из растений, причём не срезанных, а буквально выращенных по форме костюмов и платьев, не использовали силу для сокрытия возрастных изменений и дефектов внешности, не пользовались косметикой и так далее.

Впрочем, на уровне Ветвей переполнявшая тело Друида энергия была достаточно сильна, чтобы полностью стирать все следы прожитых лет, а естественная красота не требовала никаких корректировок.

Тем не менее, вошедшей в лавку женщине на вид было под пятьдесят, что означало, что жизнь она прожила о-о-очень долгую. Впрочем, красоты своей она ни на йоту не лишилась, а копна буйных ярко-алых волос и не слишком откровенное, но прекрасно подчёркивающее все женские достоинства платье отлично дополняли образ.

- Ты убил моего человека? - спросила она глубоким контральто, идеально подходящим её внешности.

- Ага, - кивнул я. - Остальные лежат там, в углу.

- Думаешь, если пощадишь их, то я пощажу тебя?

Вместо ответа я щёлкнул пальцами и небольшая “бомба” из атрибута молнии взорвала череп ещё одному неудачному вторженцу.

- Похоже на то?

- Тогда что это должно значить? - поинтересовалась Ветвь, не вздрогнув и даже не взглянув на потерявшего голову подчинённого.

- Что у меня есть деловое предложение, достаточно важное, чтобы его не было смысла обсуждать с мелкими сошками, и достаточно выгодное, чтобы я был уверен в успехе переговоров.

- Интересно, - краешки её губ слегка приподнялись. - А на чём строится твоя уверенность в том, что переговоры в принципе состоятся? Ты ведь понимаешь, что, как бы мне ни было наплевать на их жизни, я не могу просто забыть о гибели уже двоих своих людей. Это вопрос статуса и уважения.

- Сразимся? - я протянул ей руку в приглашающем жесте. - Потом можно будет сказать, что эти двое умерли, попав под горячую руку. Или что умерли все семеро.

- Можно попробовать, - она улыбнулась уже по-настоящему. - Меня зовут Ольма.

- Тим.

- Рада знакомству, - кивнула она, кладя свою ладонь в мою.

По законам мира фестиваля в духовный мир вместе с кем-то здесь можно было выйти только по согласию обеих сторон, так что, чтобы появиться рядом, необходим был такой небольшой ритуал.

К сожалению, на кого-то уровня Байгу это правило не распространялось. Если бы Умса или Циарин выяснили, что я на фестивале, меня бы без труда вытянули в духовный мир, чтобы прикончить.

Спустя один удар сердца мы с Ольмой уже стояли на неизменно серо-зелёной траве духовного мира.

- Согласно нашей традиции, когда ты погибнешь, я использую твоё тело в качестве удобрения для своих растений, - произнесла она, убирая свою руку и плавно отходя на несколько шагов.

- Не “когда”, а “если”, - поправил я её. - И можешь не готовить горшки. Я не умру.

- Очень самоуверенно для того, кто стоит лицом к лицу с Ветвью и для того, чьего лица я не знаю.

- Хочешь сказать, что знаешь абсолютно всех в Великих Душах, кого ты не сможешь убить?

- Таких не так много, - развела она руками. - Несколько тысяч? Может быть десять тысяч. Запомнить всех несложно. А информационная сеть Великого Древа одна из лучших.

- Ну тогда милости прошу проверить, - улыбнулся я, широкой расставляя руки, открывая грудь для её первого удара.

Это не была мужская вежливость перед женщиной и не была глупость. Мне нужно было показать, что я, а следовательно и моё предложение, достойно её внимания. И лучшим способом для этого была прямая демонстрация силы.

- Не стану отказываться от приглашения.

Она взмахнула просторным рукавом, из которого вылетело облачко маленьких алых лепесточков, мгновенно собравшееся в образ клинка, направленного прямо в моё сердце.

Энергию, собранную в этом клинке, ни в коем случае нельзя было недооценивать. Несмотря на оказанный мной “широкий жест”, она не стала спускать этот шанс на тормозах и, по ощущениям, атаковала если не сильнейшей, то определённого одной из сильнейших своих атак.

И хотя я не собирался контратаковать или уклоняться, выставить защиту было необходимо. Иначе я действительно умер бы прямо на месте.

Атрибуты укрепления, усиления, защиты, живучести, льда, гравитации, захвата территории, битвы, трансформации. Аспекты чревоугодия, льва и повешенного. Броня из уса дракона, пока что неполная версия, так как полную я до сих пор не мог активировать.

Вскинув руки к груди и лицу в жёстком блоке, я встретил её атаку, моментально ощутив, как тысячи крошечных лезвий рубят, режут и рассекают кожу и плоть.

За годы, что я провёл в странствиях по Великим Душам, мои атрибуты плавно изменились под воздействием моих опыта, понимания и желаний. Это изменение не было глобальным, но каждый из запечатанных в энергетическую структуру атрибутов теперь был идеально подогнан под меня и мой стиль боя.

Так, атрибут усиления стал более податливым и гибким, теперь с его помощью можно было точечно повышать мощь отдельных частей тела, мышц и даже мышечных волокон. Атрибут льда теперь было почти невозможно, ну или по крайней мере крайне невыгодно использовать для дальних атак, он полностью переключился на создание разнообразных вариантов брони, увеличив её прочность в разы по сравнению с прошлым.

А превращение в полноценную форму “боевого” драголеона теперь было не нужно в подавляющем большинстве случаев. Я научился выжимать всё необходимое для повышения собственной эффективности, почти не меняя облик.

Ну, как “почти”. Похожий на снежного человека рогатый монстр с клыкастой пастью и кустистой бородой, в которую редуцировалась львиная грива – это определённо было значительное изменение. Но по сравнению с полной трансформацией, разумеется, незначительное.

Сейчас моя энергия, не считая аспектов, находилась на уровне Магистра пиковой десятой стадии. С аспектами моя мощь выходила далеко за рамки уровня Магистра, а отточенный до совершенства контроль над всеми навыками поднимал меня ещё выше.

До уровня Мудрецов я не дотягивал. Даже слабейший из одиннадцати – Мудрец русалок, Сальваронт, был в несколько раз сильнее обычного Руйгу, примерно на уровне Корней Вечного Древа.

Тем не менее, сейчас я достиг того уровня, когда моя сила была вполне сравнима с уровнями сильнейших существ Великих Душ. И когда я использовал почти всю её без экономии, пробить мой блок для кого-то, кто не был априори сильнее меня, было невозможно.

Лепесточки-лезвия нехило посекли мне предплечья, кое-где прорезав плоть до самых костей. А те, что преодолели блок и долетели до лица, разрубили переносицу и дважды едва не выкололи глаза.

Но на этом и всё. После того, как поток лепестков закончился, регенерация вступила в действие и с видимой глазу скоростью затянула все раны.

- Неплохо, - одобрительно кивнула Ольва. - Но что, если их будет чуть-чуть побольше?

Ещё несколько взмахов рукавами и вместо нескольких десятков лепесточков в воздухе закрутились миллионы. Она вряд ли смогла бы контролировать их на том же уровне, так что убойная мощь каждого отдельного “лезвия” упала в несколько раз. Но всё равно попасть под атаку миллионов бритв было тем ещё удовольствием.

Похоже, я всё-таки её недооценил и первый удар был не настоящим, а больше для прощупывания почвы.

Вот только…

- А кто сказал, что я позволю безнаказанно атаковать себя во второй раз?

Глава 49

Гигантизация. Не в полную силу, до пары сотен метров.

Даже с такими размерами лепестки Ольмы, как бы ни были остры и быстры, будут для меня не опаснее комариных укусов.

Ну… нет.

Её энергия действительно была не слишком выдающейся для уровня Ветви. В лучшем случае где-то треть уровня самого обычного Руйгу.

Тем не менее, как и я, она обладала превосходными, если не превосходящими навыками, с учётом которых объём энергии становился куда менее значимым фактором.

Алые лепестки, порхающие в воздухе вокруг неё подобно миллионам бабочек, начали сливаться воедино. И не просто собираться в определённую форму, как это было в начале, а буквально объединяться, словно она в реальном времени сковывала вместе тончайшие металлические пластинки.

С точки зрения энергии ничего не поменялось. Более того, по сути это была всё та же магия. Однако несколько десятков двадцатиметровых полумесяцев, зависших вокруг Ольмы, выглядели уже на порядок опаснее, чем первоначально использованный ей меч.

Настолько опаснее, что даже со всеми атрибутами, если я просто приму эти полумесяцы на тело, останусь без конечностей. Без вариантов.

Я не думал, что одолеть Ветвь будет просто. Но и предположить не мог, что в первом же сражении после моего “выхода в свет”, мне придётся использовать козырь, полученный в Осколке Империи Звездного Света.

Ну, один из козырей. Я бы не провёл в том Осколке столько времени, если бы всё ограничилось только этим.

Тем не менее, было показательно, что приём, который я хотел впервые продемонстрировать уже в самом конце, когда наш план по вызволению Мо и остальных вошёл бы в заключительную стадию, пришлось использовать сейчас. Фестиваль десятитысячелетия Содружества и правда был сборищем скрытых мастеров.

За секунду до того, как полумесяцы сорвались со своих плавных орбит вокруг Ольмы и рванули ко мне, я изменил стойку с боксёрской на более устойчивую и низкую, похожую стойку каратэ.

Дело было не в том, что я собирался сражаться в другом стиле. Просто техника, которую я собирался использовать, требовала максимально прочной и устойчивой позиции.

Полумесяцы рванулись ко мне, направленные одновременно на ноги, руки, шею и живот. Заблокировать их все обычными методами было невозможно, а защита из мировой ауры, которую я мог бы выставить на их пути, была бы рассечена как бумажка.

Тут, собственно, и пришёл черёд техники, разработанной на основе наблюдений за взаимодействием двух самых редких и могущественных, за исключением ветви души, аспектов. Порядка и хаоса.

Исток, убив себя и создав из своего естества восемьдесят один истоковый аспект, не преследовал идею баланса и равного распределения могущества между ними.

Однако сами по себе аспекты были невероятно могущественны и вряд ли хоть у кого-нибудь, включая меня, хоть когда-нибудь получилось бы использовать их на том же уровне, на каком бы способен Творец. В результате чего в целом можно было сказать, что при прочих равных владельцы разных аспектов с одинаковыми процентами завершённости плюс-минус равны по силе.

Тем не менее, не было никаких сомнений, например, в том, что аспекты из ветви души вроде разума Алистера или, собственно, души Маалы, обладают куда большей властью, чем любые другие.

А шестнадцать аспектов энергии можно было довольно чётко разделить на десять “младших”: воду, ветер, огонь, землю, флору, фауну, болезнь, лечение, свет и тьму; четыре “старших”: жизнь, смерть, пространство и время, и два “высших”: порядок и хаос.

Эта градация была условной, никаких реальных делений не существовало. Но как минимум показательно было то, что из четырнадцати известных мне на данный момент обладателей аспектов ветви энергии со всех Великих Душ одиннадцать владели “младшими”, трое – “старшими”, и никто – “высшими”.

Сам я, даже оказавшись, образно говоря, в эпицентре столкновения двух “высших” аспектов энергии, за почти двадцать лет так и не смог приблизиться даже к частичному овладению хотя бы одним из них. И скорее всего уже никогда не обрёл бы такую возможность.

Но созерцание войны порядка и хаоса дало мне немало вдохновений. Одним из них стала техника, которую я назвал Вихрем.

Это не была конкретная магия, атрибут или что-то подобное. Просто особенный метод использования уже имевшихся у меня способностей. Однако её эффективность была вполне сопоставима с обретением ещё одного, а то и двух атрибутов.

Широкий круговой взмах правой рукой снизу вверх, левой – более короткое движение сверху вниз, для сохранения равновесия и компенсации отдачи от Вихря.

В следующее мгновение полумесяцы, уже готовые впиться в моё тело, резко увело вертикально в серое небо, словно их подхватило невидимое, но непреодолимое течение. Описав широкую дугу над моей головой, они повтыкались в землю в полукилометре у меня за спиной.

Я глубоко выдохнул, ощутив слабую дрожь в мышцах предплечий. Использование Вихря лишь выглядело просто. По факту же эта техника требовала одновременного задействования всех четырёх аспектов и большей части атрибутов на фоне тончайшего микроконтроля.

По сравнению с двумя другими техниками Вихрь был не слишком требовательным по энергозатратам, но я всё равно не смог бы использовать его подряд больше семи, максимум десяти раз из-за крайнего перенапряжения тела, разума и энергетической основы.

Впрочем, эффект я произвёл более чем достойный.

- Это что такое было?! - впервые на лице Ольмы отразилось недоумение и растерянность.

И не удивительно. С её точки зрения это должно было выглядеть примерно так, будто её заклинание само отказалось атаковать меня.

Я усмехнулся. Сейчас, когда прошло уже больше восьмидесяти лет с моего пробуждения после метаморфозы, в течение которых я не прекращая думал о возвращении взятых в заложники родных и друзей, фразочки Шиито сами лезли на язык помимо моей воли.

- Шаолиньское кунг-фу.

- Чего?

- А есть разница? - развёл я руками, - хочешь продолжить?

- Да, чёрт побери! - воскликнула Ольма, гордость которой явно была неслабо задета.

Количество созданных ей полумесяцев выросло почти вдвое. К тому же алые лепестки начали застилать землю, и из каждого из них стали стремительно прорастать тончайшие, похожие на паутинки, жгутики, похожие на грибной мицелий.

Однако дожидаться, когда она атакует в третий раз, я уже не стал. Это всё-таки был бой, а не дружеский спарринг в стиле: “Сейчас, погоди, не бей, я кое-что попробую”.

И, раз уж я использовал Вихрь, нарушив небольшой, условный, на самого себя наложенный запрет, вполне можно было расчехлить и второй из трёх козырей.

Подняв опорную ногу, я шагнул вперёд, тяжело, совсем не по-боксёрски опуская стопу на землю, параллельно с максимальной силой выбрасывая вперёд правую руку и также резко тормозя её за мгновение до полного выпрямления.

Оглушительный хлопок ударил по ушам, глаза на мгновение ослепли от ярчайшей вспышки, сквозь всё тело прошлась ударная волна, заставившая дрожать кости и сжиматься внутренние органы.

Пространство в нескольких метрах перед моим кулаком буквально взорвалось, а в Ольму ударил поток искрящейся энергии, без должной защиты способный отправить на тот свет даже Руйгу.

Это была вторая из созданных мной техник – Шквал.

Она собирала весь потенциал моих возможностей в одной точке, сталкивала энергию с самой собой снова и снова, порождая взрыв, по сравнению с которым ядерное оружие было похоже на детский пистолетик с пистонами, а затем – направленный поток силы, вполне способный прошибить планету насквозь.

В отличие от Вихря, Шквал не требовал какого-то запредельного уровня контроля. Единственное, что требовалось – это не позволять энергиям в точке взрыва слишком разлетаться друг от друга, иначе мощь техники оказалась бы уменьшена на несколько порядков.

Тем не менее, самой энергии для Шквала требовалось огромное количество, по очевидным причинам. Сейчас моим пределом было три, максимум четыре Шквала подряд, после чего я оказался бы выжат досуха и не смог бы даже банальные атрибуты использовать.

Впрочем, опять же, эффект того стоил.

Ольма, осознав, что в неё летит, мгновенно переключилась с атаки на защиту. Полумесяцы сложились в несколько круглых щитов, выстроившихся перед ней в ряд, а жгутики, уже успевшие вырасти до нескольких десятков метров в высоту, на огромной скорости сплелись в нечто наподобие мягкой сети, которая, видимо, должна была исказить траекторию энергетического потока.

Скорость, с которой она анализировала ситуацию и принимала решения заслуживала лишь уважения. С учётом того, что скорость энергетического потока составляла где-то процентов тридцать от скорости света, а между нами, даже после того, как она отступила из-за моего увеличения, было лишь чуть больше пары километров, на всё про всё у неё были какие-то миллионные доли секунды.

Вот только большого смысла в этом не было. Выставленная пусть с умом и навыком, но наспех защита от кого-то, чей уровень энергии был примерно равен моему, не могла ничего сделать со Шквалом.

Сеть из жгутиков грибного мицелия была разорвана также легко, как если бы это была просто паутинка. А единственное, на что сгодились щиты, сложенные из острых, но совсем не прочных полумесяцев – это слегка ослабить мощь техники, но никак не сбить её траекторию.

Будь на то моя воля, Ольма уже была бы мертва. Однако поток энергии Шквала пронёсся в метре от её головы, лишь опалив волосы и кожу и, скорее всего, разорвав барабанную перепонку.

Это был одновременно минус и огромный плюс Шквала. Потом энергии, что он создавал, был настолько концентрированным, что даже обычный человек, стоя в паре десятков метров от его траектории почти ничего бы не почувствовал.

Правда, обычного человека всё равно убило бы ударной волной от взрыва или остаточными эффектами от перегретой Шквалом до состояния плазмы атмосферы. Но это уже была другая история.

- Сдаюсь! - подняла руки Ольма, после чего, уловив мой кивок, приложила руку к уху. - Больно, между прочим.

- Взаимно, - хмыкнул я, показывая уже почти полностью затянувшиеся порезы на предплечьях от её первой атаки.

Слегка улыбнувшись в ответ, она достала из пространственного хранилища какой-то фрукт, тёмно-фиолетовый, по форме похожий на грушу, а по размеру – на киви, и откусила треть. Спустя несколько секунд ожог на её лице начал стремительно исчезать, отросли сожжённые волосы и, вероятно, ухо тоже пришло в норму.

- Из какого ты скопления? Я никогда не видела таких техник, и твоя аура не похожа ни на одну мировую систему.

- Это важно для наших переговоров?

- Не знаю, - развела Ольма руками. - И не узнаю, важно или нет, пока ты не ответишь.

- Удобно. Но я не отвечу, так что ты не узнаешь. Значит ли это, что переговоры не состоятся?

- Нет, - немного подумав, она покачала головой. - В любом случае я тебя выслушаю. После ТАКОГО не могу не выслушать. Просто тебе придётся смириться с тем, что я буду относиться к каждому твоему слову с двойным подозрением.

- Да хоть с тройным. Не против вернуться в реальность? Переговоры лучше вести за столом.

Через минуту мы уже сидели ровно там же, где совсем недавно я выпивал со Свельдом. Более того, перед нами стояли те же кружки, наполненные тем же рыбным самогоном, бутыль которого хозяин лавки забыл из-за срочности ситуации.

К счастью, несмотря на разрушительность того боя, что мы устроили в духовном мире, благодаря законам мира фестиваля на реальность это не слишком повлияло. Главное помещение лавки Свельду придётся отремонтировать и закупить новые полки, но на этом и всё.

- Итак, я слушаю, - Ольма, нюхнув содержимое кружки, достала из хранилища другую, светло-жёлтую, размером с вишню, грушу, закинула в рот, после чего сделала большой глоток. - Что у тебя за деловое предложение?

***

- Как всё прошло? - Эллиса встретила меня в номере гостиницы в туристическом районе мирового скопления Преисподней. - Нашёл Свельда?

- Нашёл, - кивнул я. - А ещё нашёл выход на седьмого Корня из Древа Вечности.

- Того, который сажает жопой на бамбук?

- Я, что, один про него ничего не слышал?

- Видимо, - она пожала плечами. - Но что ты хочешь от Седьмого Корня?

- Разумеется, побольше хаоса, когда придёт время, - ухмыльнулся я. - А как твои дела?

- Так себе, - вздохнула Эллиса. - Я нашла, кажется, единственное место, где продаются кристаллы, но мне наотрез отказались их продавать.

- С какой стати?

- “Зарезервировано для ВИП-клиента”, - видимо, передразнив хозяина магазина, произнесла она слегка гнусавым голосом.

- Плохо, - вздохнул я. - Какие шансы, что кристаллы появятся где-то в ещё?

- Не слишком большие. Раз уж мы даже в самой Преисподней не смогли их отыскать где-то, кроме личных коллекций Дьяволов, вероятность того, что на фестивале появятся сразу два продавца…

Она не договорила, но смысл был понятен и так.

План, разработанный нами с учётом всей информации и всех возможностей, что удалось найти в иных мировых скоплениях, был достаточно гибким. Было очевидно, что многое могло пойти не так, поэтому разных вариантов развития событий и способов с ними справляться было придумано множество.

Кристаллы Несметной Ночи, о которых говорила Эллиса, были необходимы для обеспечения нам безопасного отхода после того, как Мо и остальные были бы спасены. Без них было бы слишком опасно покидать мир фестиваля после того, что мы собирались устроить.

У нас были варианты, чем заменить эти Кристаллы. Великие Души были полны самых разных сокровищ и редчайших артефактов.

Однако они имели один огромный плюс. Их было невозможно обнаружить в пространственном хранилище, если не знать, что они там есть.

На главную арену фестиваля, которая должна была открыться в последние сто дней, и которую мы собирались использовать в качестве стартовой площадки для воплощения своего плана, нельзя будет попасть без тщательного досмотра, в том числе и досмотра пространственных хранилищ.

Использование Кристаллов убрало бы огромную головную боль, связанную с необходимостью как-то проносить их на главную арену.

- А ты узнала, что это за ВИП?

- Обижаешь, - улыбнулась Эллиса. - Конечно узнала, хотя это имя мне незнакомо. Некто Фаврос из Фигармо, из Абсолютного Домена.

У меня произошло непроизвольное скорчивание недовольного хлебала.

- Мне знакомо это имя. Сталкивался с ним несколько раз. Тот ещё хмырь. Один из немногих в Домене, кому хочется не пожать руку, а откусить.

- Зачем ему могли понадобиться Кристаллы?

- Скорее всего затем же, зачем и нам. Для сокрытия своего бегства. Всё-таки вряд ли мы – единственные, кто решил использовать фестиваль как возможность.

- И что делать будем? Судя по твоему описанию, Кристаллы он так просто не отдаст.

Я кровожадно ухмыльнулся.

- Фаврос – виртуозный вор и шикарный ассасин, с соответствующим набором умений. В Домене он активно пользовался правилом об уравнивании сил, каждый раз, когда дело пахло жареным, убегая с помощью своих навыков. Но здесь его силу ничто не увеличит. Так что я с радостью убью двух зайцев и закрою давний гештальт, откусив ему руку. Где-то по пояс. А там и кристаллы заберём.

- Звучит отлично, но его надо сначала найти. Что вряд ли будет просто.

- Твоя правда, - кивнул я. - Сейчас он скорее всего ныкается где-нибудь в отеле одной из туристических зон, причём скорее всего в том отеле, который ему же и принадлежит, вместе со всеми работниками. Искать его вручную будет бессмысленно, только время потратим.

- Тогда?

Тогда… Я задумчиво потёр лоб. Фаврос был из того числа бесячих ублюдков, которых хотелось прибить на месте в тот же момент, когда они открывали рот, но которых невозможно было не уважать за их навыки и даже некий стиль.

Хотя он и правда был заметно слабее меня, исчезновение эффекта уравнивания силы скопления Абсолютного Домена не означало, что с ним будет просто, даже если мы найдём его нычку. Он был как суслик, у которого всегда был десяток запасных выходов из любой норы.

Будь у нас больше времени, Фавроса можно было бы постепенно выкурить, обрубая ему пути отступления и руша его планы.

Но помимо Кристаллов Несметной Ночи в оставшиеся восемьсот восемьдесят девять дней фестиваля нам надо было передать ещё кучу дел. Нельзя было полностью бросать все силы на поимку Фавроса, тем более с учётом того, что шансы на успех в любом случае не были стопроцентными.

В такой ситуации я бы скорее предпочёл отказаться от Кристаллов полностью и использовать что-нибудь другое, например Полог Незримого Потока – артефакт из скопления Империи Звёздного Света.

Однако шанс заполучить Кристаллы всё-таки был. Появился буквально пару часов назад.

В памяти всплыл один момент, когда в разговоре Фаврос обмолвился, что дороже любых сокровищ для него качественный алкоголь. Потом вспомнился слух, согласно которому однажды он забрался в кабинет Третьего Абсолюта – одного из сильнейших людей мирового скопления Домена, ради какой-то там особенной бутылки бренди.

А потом в мыслях снова раздался голос Свельда.

“Из семечек Древа Мира гонится лучший самогон на свете”.

Если хочешь поймать реально большую рыбу, ловить обязательно нужно на живца.

Глава 50

Просто так ходить по улицам, размахивая бутылкой с самогоном и вопя: “Фаврос, у меня есть твоё любимое бухло!” - разумеется, было не вариантом.

Нужно было заманить эту скользкую сволочь, причём так, чтобы он сам очертя голову бросился в ловушку. Благо, недавняя договорённость с Ольмой решила одну из главных проблем: теперь можно было не бояться придавать огласке наличие у нас семечек Древа Мира.

И даже больше, хотя это не совсем вписывалось в изначальные условия договора, после пары уступок я договорился о том, что “ТОТ САМЫЙ” самогон будет рекламироваться, фактически, от лица седьмого Корня.

Разумеется, неофициально, так как седьмой Корень сам украл эти семечки. Но помимо официальных было ещё и множество других путей распространения информации. Скорее даже их было даже куда больше, чем тех, которые признавались представителями скопления.

Так что через неделю уже вся теневая половина туристического района Древа Вечности были в курсе, что примерно через месяц, такого-то числа по такому-то адресу, в одном из самых элитарных подпольных клубов пройдёт небольшой аукцион для избранных, на котором будет выставлен примерно десяток редчайших бутылок с алкоголем, в том числе и ТОТ САМЫЙ самогон из семечек Древа Мира.

Недостающие бутылки предоставили я и мои ребята, накопившие за годы странствий по мировым скоплениям буквально тонны разного барахла, а также, неожиданно, лично Ольма. Причём её бутылка оказалась второй по ценности после ТОГО САМОГО самогона.

Теперь оставалось только ждать. Фору в месяц мы взяли потому, что новости об аукционе должны были ещё дойти до Фавроса, скрывавшегося где-то в туристическом районе Преисподней.

Ну и время на то, чтобы составить план, ему тоже нужно было дать. Потому что просто так, нахрапом, он бы никогда не пошёл на дело даже ради ТОГО САМОГО самогона.

Впрочем, этот месяц отдыхать не предполагалось. Мы все продолжали поднимать связи, установленные за годы странствий по мировым скоплениям, собирая всё необходимое и даже больше для успешного проведения приближавшейся с каждым днём операции.

Правда, я, как и все остальные, прекрасно понимал, что критически нам не доставало всего одной вещи.

Силы.

Параллельное использование двух мировых систем, как это было в момент нашего прибытия в Земли Небесного Грома, было, во-первых, очень удачным совпадением, во-вторых, результатом стараний гения Алистера, и в-третьих, скорее исключением, чем правилом.

Для гармоничного же объединения двух мировых систем в одном теле, которое к тому же можно было бы использовать вне этих самых систем, нужно было соблюсти множество условий, как минимум подобных моей или Алистера метаморфозам.

Так что не стоило рассчитывать, что кому-то из ребят удастся повторить тот же подвиг. Единственной, кому удалось хотя бы примерное подобие, стала Герта, также бывшая редчайшим гением. Да и то до полноценного слияния разных систем ей было ещё далеко.

Тем не менее, это был не единственный способ развития. И за эти годы все мы стали намного сильнее, чем были. Развили свои навыки, выучили новые приёмы, накопили энергии, переняли если не целиковые системы, то как минимум полезные техники других мировых скоплений.

Однако этого было недостаточно.

Умса, Семургдалион, Циарин – Байгу Содружества, обладавшие силой, недостижимой для нынешнего меня, не говоря уже об Эллисе и остальных. Гипнос и Кровавая Пасть были одними из сильнейших Мудрецов Земель. А с Понтификом Небесной Громовой Воли, овладевшим аспектом пламени, справиться, вероятно, мог лишь Катрион.

Разумеется, далеко не факт, что нам придётся иметь дело с ними всеми. Скорее даже такой вариант практически невозможен.

Вот только даже один из этой шестёрки мог бы раскатать всю нашу компанию в тонкий блин. А ведь в фестивале должно было участвовать и немалое количество других силачей из других мировых скоплений, которые вообще неизвестно, на чью сторону встанут.

Годы путешествий по Великим Душам позволили нам всем накопить резерв сил, упрочнить базу, подготовиться и по крайней мере комфортно себя чувствовать в этом месте, кишмя кишащем сильнейшими из сильнейших.

Но теперь нам был необходим резкий скачок вперёд, в сферу силы, достаточную для противостояния любому. И в мире фестиваля было место, где такой рывок был возможен. Правда, не бесплатно и не без рисков.

Территории разных мировых скоплений были рассредоточены по всем землям планеты. Однако было одно место, где не было ничего. Ну, или почти ничего.

Через уже чуть меньше, чем девятьсот дней, на этом месте появится главная арена фестиваля. Но пока что область примерно в триста километров диаметром была закрыта серой стеной, слишком напоминающей пустоту, чтобы это было простым совпадением.

Собственно, совпадением это и не было. Однако это была всё-таки не пустота. Таким образом проявлялась физическая граница между реальностью и духовным миром.

Алистер попытался мне объяснить, как возможно, что духовный мир неожиданно проявился в мире физическом. Но чётко понял я только одно: по сути внутри этого радиуса реальность и духовный мир поменялись местами.

Вернее, их поменяли местами специально организаторы фестиваля, при поддержке представителей едва ли не всех мировых скоплений.

Арена, которая откроется через девятьсот дней, будет “ареной” в переносном смысле. По сути это будет всё тот же фестиваль, просто самая его выжимка, лучшее из лучшего, для лучших из лучших. И в том числе там пройдут и переговоры между всеми восемнадцатью мировыми скоплениями касательно угрозы Маалы.

Для того, чтобы обеспечить безопасность как самого апогея фестиваля, так и переговоров, нужна будет огромная энергия. И честь сбора этой энергии, по крайней мере её части, организаторы “вежливо” предоставили горящим желанием посражаться гостям фестиваля.

Сражения должны были проходить на “арене”, на этот раз в буквальном смысле, которой и стал проявленный в реальности духовный мир. При этом он был не просто поменян местами с реальностью, но и хитрым образом наполнен некоторыми мировыми законами разных скоплений.

Например, тут действовало правило Абсолютного Домена “победитель забирает всё”, однако с поправками. Половину силы побеждённого действительно забирал победитель.

А вот другая половина, благодаря принципу разделения из Башен Близнецов, впитывалась в саму арену и в будущем должна была использоваться как раз для поддержания защитных систем.

При этом благодаря свойству скопления Преисподней души убитых после смерти не уничтожались, а перемещались в специальную зону за границей арены. А там с помощью комбинации систем Райской Лестницы и Прекрасной Невозможности для них создавались новые тела, неотличимые от оригиналов, но, разумеется, с опустошёнными энергетическими резервами и пустыми же карманами.

После чего можно было восстановиться, помедитировав несколько дней, вернуться на арену духовного мира и начать всё заново.

Можно было, конечно, сделать всё намного проще. Создать огромный собирающий энергию массив. Приставить сильнейших ребят типа Байгу и Мудрецов вливать в защиту, как это когда-то делали мы с Кримзоном перед свадьбой Руби. В концов нагнать из разных мировых скоплений, чтобы никому не было обидно, побольше никому не нужных людей и монстров и массово принести их в жертву. Это, конечно, было куда менее гуманно, но как будто кому-то не было на это наплевать.

Однако это всё не было бы весело. А фестиваль – это ведь всё-таки про веселье. Так что организаторы решили немного подзапариться, но создать для дорогих гостей со всех Великих Душ практически безопасную “игровую площадку”, где можно было не только свободно убивать и умирать, но и получать призы в виде содержимого чужих карманов и половины запасов энергии проигравших.

Упустить шанс воспользоваться творением, в том числе, Умсы, Понтифика и остальных, ради того, чтобы обрести столь необходимую для противостояния им силу, было бы попросту глупо.

Правда, за пользование духовной ареной надо было платить по-настоящему огромные деньги. На один пропуск, действовавший либо месяц, либо до смерти, нужно было заплатить сумму, на которую можно было купить минимум половину Моэллы – столицы Тарсии.

“К счастью”, пропуска нужны были только после первой смерти, до того действовал “пробный период”. Так что попытать удачу мог кто угодно. Однако, очевидно, слабаков быстро кончали и, если у тебя не было силы как минимум Магистра десятой стадии, на духовной арене было делать совершенно нечего.

Вопрос на засыпку: “Зачем назначать огромные цены на входные билеты на арену, если её суть в сборе энергии бойцов? Не лучше ли позволить входить всем желающим неограниченное количество раз, чтобы поскорее накопить нужный объём?”

Собственно, это был первый вопрос, который я задал Алистеру, когда прибыл на фестиваль. Алистер, притворившись одним из сотрудников организационной группы, до того пробыл в мире фестиваля почти полгода, разнюхивая что тут и как.

Ответа у него было три.

Первый: “Бабки, бабки, сука, БАБКИ!!!”

Установка подобной духовной арены, даже если она производилась силами всех мировых скоплений, должна была вытянуть колоссальные средства из бюджетов даже самых влиятельных и могущественных персонажей.

Это было далеко не то же самое, что постройка городов и подвоз в Содружество товаров для продажи. И так как получаемая энергия в итоге будет использована исключительно для защиты, все эти средства нужно было как-то отбивать.

Второй ответ: “Элитарность”.

Для какой-нибудь Ветви типа Ольмы обычные Магистры невысоких стадий были не сильнее тараканов. Встреться они ей на духовной арене, она смогла бы убивать их сотнями или даже тысячами, без каких-либо сложностей.

Но то-то и оно, что элита не слишком-то хотела развлекаться вместе с тараканами. Лучшие хотели быть в компании таких же лучших. А потому, так как совсем уж запрещать посещать духовную арену для “челяди” было слишком недальновидно и аполитично, было введено ограничение в один бесплатный вход, после которого участие становилось правом самых-самых.

И хотя оба эти ответа были вполне адекватны и закономерны, Алистер считал, что одного этого было бы недостаточно для введения таких жёстких ограничений.

Я, в целом, был с ним согласен.

Одно дело ввести дорогие проходные билеты на частное мероприятие для элиты или, например, разослать частные приглашения немногим избранным. Это действительно было подчёркивание важности и уникальности мероприятия.

И совсем другое было организовать условный светский раут для мультимиллионеров, при этом позволяя каждому желающему бомжу забежать на это шикарное действо на парочку минут, так, поглазеть.

Как бы выбирайте что-то одно. Либо это “для элиты”, либо “заходи кто хочешь”. Не было ведь даже ограничений на вход. Поучаствовать мог буквально кто угодно, теоретически даже самый обычный человек.

Так что у Алистера было и третье объяснение.

По какой-то причине системе духовной арены были важны уникальные “отпечатки” как можно большего числа участников, считываемые, скорее всего, в момент первой смерти. Повторные входы и смерти уже были бессмысленны, потому за них и начинали запрашивать астрономические суммы, как и собирались, чтобы “дорого-богато”.

Теория была хорошей, вот только возникал следующий закономерный вопрос: “А нахрена?” И вот на него не было ответов ни у меня, ни у Алистера, ни у кого бы то ни было из наших. Ну, по крайней мере подкреплённых какими-то доказательствами ответов.

Однако одно было ясно наверняка. Умирать на духовной арене не стоило, несмотря на перспективу воскрешения. Что бы там ни было, рисковать, делая себя частью неведомой машины по сбору уникальных образов убийств, было, мягко говоря, стрёмно.

К счастью, бесплатный пропуск работал бесконечно, пока ты не умирал, по нему можно было входить и выходить столько, сколько захочется, что, кстати, только доказывало третью теорию Алистера.

И так как в ближайший месяц до аукциона бухла никаких больше встреч и мероприятий не планировалось, мы всей толпой собрались на духовную арену.

- Хотя вы всё это уже прекрасно знаете, на всякий случай повторю, - начал я небольшую напутственную речь. - Для остальных духовная арена – возможность развлечься и пощекотать нервишки, в кои-то веки не заботясь о самосохранении. Для нас этой системы воскрешения не должно существовать. Забудьте. Думайте о том, что, если вас убьют, вы сдохните по-настоящему. Если запахнет жареным – бегите, если на вас несутся с безумной улыбкой камикадзе – отступайте, если видите врага, силу которого не способны оценить – не рискуйте. В общем, всё как обычно. Главное – вернуться с арены на своих двоих, до главного мероприятия ещё больше двух с половиной лет. Всем всё понятно?

Мне ответил немного нестройный гул почти сотни голосов.

К тем, кто отправлялся из убежища “Уробороса” под Озером в путешествие по другим мировым скоплениям, добавились скрытые активы Тарсии, в том числе уникальный аватар Кримзона, выращенный им на основании сведений, привезённых Арианией из Божественного Царства, а также проверенные и надёжные люди, с которыми мы познакомились в наших путешествиях вроде Кунгама.

При этом каждый из этой сотни был как минимум на уровне Высшего Майигу, а большинство куда сильнее. В частности, среди нас было семеро, способных уже сейчас держать удар даже в бою против Руйгу, не считая Кримзона.

Если нам всем удастся за оставшиеся до начала главного события фестиваля подрасти в силе хотя бы раза в три-четыре, шансы на вызволение Мо и остальных из плена из “очень небольших” станут как минимум “средними”.

Впрочем, напрасных иллюзий я не строил. Несмотря на моё напутствие, скорее всего многим здесь всё-таки предстояло погибнуть на духовной арене хотя бы раз. Слишком уж хаотичная ситуация нас ожидала по ту сторону этой серой стены.

Входить было решено в разных регионах, чтобы не привлекать лишнего внимания и в случае чего избежать глобальных потерь. Я вошёл один. Хотел двигаться и действовать в собственном темпе.

Пройдя на контрольном пункте через что-то вроде арки металлоискателя, считывавшей мою уникальную ауру и запоминавшей её, чтобы потом можно было проверить, могу ли я входить по “пробному пропуску” или мне нужно платить, я, глубоко вздохнув, шагнул в серую стену.

О том, что я увижу по другую сторону, я знал заранее. Но всё равно увиденное было не просто странным, а по-настоящему удивительным.

В Осколках Истинного Мира дома, люди, растения и звери были огромными, в среднем в полтысячи раз больше, чем я привык. Но из-за того, что само по себе пространство было нормальным, а гигантизм так или иначе обуславливался наследием Истока и “Истинностью”, присмотревшись повнимательнее, можно было понять, что именно в происходящем не так.

На духовной арене ситуация была куда… хуже?

Духовный мир поменялся местами с реальным, при этом содержимое реального мира осталось на месте, как и соотношение масштабов двух миров. Говоря проще, кусок реального мира, занимавший площадь примерно в семьдесят тысяч квадратных километров, растянуло по всем координатам до размеров, соответствовавшим этим семидесяти тысячам в духовном мире.

Растянуло всё: траву, деревья, горы, облака, реки и холмы, даже воздух и поднимающееся от теплой земли марево. И растянуло даже не в пятьсот раз, как в Осколках, а в десятки тысяч раз, так что каждый колосок стал походить на Башни столицы Единства, а обычные березы и дубы стали выглядеть как колоссы мирового скопления Древа Вечности.

К тому же из-за того, что пространство в духовном мире было немного нестабильным и одной и той же реальной дистанции в разных его участках могли соответствовать разные расстояния, растяжение произошло немного криво.

Тут земля вспучилась причудливым, каким-то дёрганым и рваным холмом, там посреди реки вода сама по себе разделялась на два отдельных течения с разными скоростями, здесь явно самое обычное дерево превратилось в что-то наподобие баобаба.

В итоге выглядело это так, будто я неожиданно превратился в какую-нибудь бактерию, прилипшую к картине импрессиониста. От подобного пейзажа было настолько не по себе, что у меня аж закружилась голова.

Правда, долго прохлаждаться мне не дали. Уже через пару секунд после того, как я преодолел границу духовной арены, в меня откуда-то со стороны ударил мощный поток молний.

Судя по характерной удушливой ауре, окружающей каждую вспышку электричества, это была демоническая магия представителя мирового скопления Преисподней.

Почти сразу же с другой стороны обрушилась плавная и текучая атака, содержащая напополам с мировой аурой жизненную силу. Это определённо была техника Потока из Империи Звёздного Света.

Я ухмыльнулся. Всё верно. Я решил сражаться на духовной арене не только потому, что это был шанс накопить сил. И один я пошёл не только для того, чтобы не отвлекаться на других.

После почти двух десятков лет в Осколке порядка и хаоса единственным интересным боем, что у меня был, было сражение с Ольмой. Да и то оно не предполагало битву насмерть, так как мне нужно было скорее впечатлить Ветвь, а не уничтожить.

И вот, наконец, по сути, впервые с самого Абсолютного Домена я получил шанс подраться вволю. Против врагов, многим из которых было глубоко наплевать на свою смерть. На арене, где встречались представители всех восемнадцати мировых скоплений.

Рот наполнила слюна. Как же всё это было…

ВКУСНО!!!

Глава 51

- Чей ты? Из какого скопления? - тяжелый, в буквальном смысле, голос давил на меня весом тысяч гор, не позволяя даже думать о противостоянии. - Я чувствую в тебе отголоски разных систем, но узнать основу не могу.

Выглядел он как человек с черно-алой кожей и стоящими дыбом алыми же волосами. А ещё он был такого роста, что даже в растянутом сверх меры по всем координатам мире духовной арены смотрелся почти естественно.

Судя по его собственной ауре, он был из Божественного Царства, и если не относился к числу Высших Богов, правивших скоплением, то как минимум являлся Старшим Богом, и даже в их рядах должен был занимать верхние позиции.

За эти двадцать дней я успел подкопить немало мировой ауры. Правда, почти всю её я переводил в предначальную силу для повышения процентов завершенности истоковых аспектов, так что какого-то глобального роста не произошло.

Тем не менее, нынешний я скорее всего смог бы одолеть Ольму даже без использования Вихря и Шквала, что было отличным прогрессом. Духовная арена определённо была для меня самым настоящим шведским столом и в будущем я собирался использовать все шансы для того, чтобы продолжать тут охотиться.

Вот только столкновение с этим Старшим Богом могло поставить эту охоту под угрозу. Ну, либо пришлось бы платить целые состояния каждый месяц.

Не то, чтобы он был непобедим, как Байгу или сильнейшие Мудрецы. Но мои шансы на победу в бою с ним были настолько малы, что ради более спокойного будущего роста я бы предпочёл отступить.

Правда, не факт, что мне бы позволили. Впрочем, это в любом случае не значило, что я собирался прогибаться под давящем на плечи весом.

- Я сам по себе, - развёл я руками. - Родом я из мира без магии, а основу свою создал сам.

Нынешний уровень позволил мне при использовании одновременно атрибутов трансформации и гигантизации вырасти, без полного превращения в драголеона, почти до роста этого Старшего Бога, что я, собственно, и сделал, чтобы нивелировать давление его ауры.

И с учётом того, что окружение уже и так было огромным, мы неожиданно стали выглядеть даже естественно. Трава и деревья вокруг все-таки были высоковаты, но не настолько, чтобы это нельзя было списать на условное “буйство природы”.

- Смешной, - фыркнул Старший Бог, глядя на меня все ещё сверху-вниз, но уже почти вровень. - Думаешь, сможешь просто уйти, настолько неуважительно ответив на мои, Ум Гат Лила, вопросы? Даю тебе ещё один шанс, после чего мы будем говорить уже по-другому.

Я нахмурился. Про Ум Гат Лила я слышал. Это был один из подчинённых Ба Воль Са, Высшего Бога, боровшегося с Умсой за тайник с аспектом мары.

Теоретически на том, что я тоже был против Умсы, можно было сыграть, даже задружиться с Гат Лилом. Тем более что про то, что тайник с аспектом мары в итоге обокрал я, Старший Бог не мог знать никак.

Однако этот план портили две вещи. Во-первых, я не собирался раскрывать Гат Лиму свою истинную личность, а без этого объяснить, почему мы с ним должны дружить, было практически невозможно.

А во-вторых, я попросту не хотел с ним дружить. Седьмой Корень был известен в Древе Вечности своей жестокостью, но, насколько я понял, дела свои он проворачивал без особой огласки, потому я почти ничего о нем и не слышал.

Ум Гат Лил, с другой стороны, хотя и был куда слабее седьмого Корня, был широко известен любому, кто хоть немного разбирался в жизни Божественного Царства, как редкий садист, палач и в целом отбитый на голову ублюдок.

Мировая система Божественного Царства была устроена так, что тамошние боги были “богами” почти в буквальном смысле. Они создавали свои религии и получали немалую силу от своих последователей, распространявших веру в своих богов и их учение по миру.

И о том, какой характер был у Ум Гат Лила, можно было без труда догадаться, услышав, что созданная им религия называлась “Культ Бескрайнего Океана Боли и Крови”.

То, что он обратился ко мне с вопросом до того, как напасть и начать пытать, вероятно, было связано как раз с моей уникальностью.

В Великих Душах были те, кто создавал свои собственные системы, как на основе комбинаций разных мировых систем, так и полностью собственные. Я был не единственным и пока что уж точно не самым сильным.

Тем не менее, подобные уникумы почти всегда были либо выходцами из каких-то крупных сил, либо учениками скрытых экспертов. И даже на духовной арене, где по-настоящему не умирали, такие уникумы могли затаить обиду на своих противников, после чего жизнь победившего их бойца могла стать значительно сложнее.

С другой стороны, Ум Гат Лил совершенно точно не был достаточно осторожным и терпеливым, чтобы вечно сносить тот стиль общения, с которого я начал. Я уже чувствовал, как дрожит его аура, да и на лице было прекрасно заметно выражение недовольства, плавно перетекавшего в ярость.

Ну, что же. Раз возможности решить вопрос миром никакой не было, а бегство при наличии хотя бы минимальных шансов на победу было для меня неприемлемо, ждать, когда Старший Бог выйдет из себя, не было никакого смысла.

Шквал.

Тяжёлый шаг вперёд и не менее тяжёлый удар. Задрожали кости, завибрировало пространство, взорвалась пустота и в Гат Лила на скорости почти в треть скорости света ударил поток сверхконцентрированной энергии.

Увернуться он не успел, лишь подставить под атаку предплечье и покрыть его защитной мировой аурой.

Обычного Руйгу, властвовавшего над миром планетарного типа, если бы он не подготовился к атаке достаточно основательно, этот удар смел бы с места. Не факт, что убил бы, но полтела превратил бы в месиво чисто ударной волной от взрыва при попадании.

Ум Гат Лил отделался внушительной сквозной дырой в руке и вмятой грудиной, что было, конечно, тоже неплохо, но определённо недостаточно, чтобы убить его на месте. Тем более что дыра в руке, через которую он взглянул на меня, словно через дверной глазок, уже начала зарастать.

“Я понял, какой путь ты выбрал! - раздался у меня в голове его голос. - Путь боли и крови, прямо как я люблю!”

М-да. Если бы в каждом храме его культа не существовало ежегодного ритуала по принесению в жертву самыми жестокими способами ста человек возрастом, собственно, от года до ста, мы, возможно, даже смогли бы понять друг друга. По крайней мере взгляды на битвы у нас были схожими.

А так… нет уж, спасибо. Я тоже был тем ещё садистом и много кого сожрал, в том числе и заживо. Но пытать детей – это уже за гранью.

Два человека: один с красно-черной кожей и алыми волосами и другой, темно-серый, с рогами и всклокоченными волосами и бородой как у адского Нафани – столкнулись посреди немного странного, сероватого луга.

Шквал не нанёс Гат Лилу смертельного урона, но это было потому, что он успел защититься. Если бы мне удалось ударить его той же техникой в голову или сердце – Старший Бог скорее всего бы умер, несмотря ни на какую регенерацию. В отличие от Майигу, у богов не существовало ничего, похожего на пустое тело.

Однако шанс для такой атаки найти было практически невозможно.

Гат Лил не использовал никакой дальнобойной или очень сложной магии. Его техника заключалась в яростном бесконечном напоре, а кровь, покрывшая его тело, была лишь вспомогательным элементом: усилителем, броней, дополнительным регенеративным фактором.

Также, насколько я смог понять, он черпал энергию из боли. Как той, что причинял мне, так и той, что испытывал сам. Но ничего сверх этого он не использовал, так что, по сути, мы с ним были схожи и в стилях боя.

При этом, хотя мои боевые техники были отточены почти до совершенства в мировом скоплении Абсолютного Домена, а Гат Лил сражался, будто напрочь позабыв о защите, мне даже близко не удавалось подловить его и нанести критический удар.

Таких бойцов я за всю свою жизнь встречал от силы раз пять-шесть. Он не терял голову окончательно и сражался пусть безумно и яростно, но грамотно. И при этом ему было абсолютно наплевать на собственную смерть, и дело было не в свойствах духовной арены.

Можно было сколько угодно корчить из себя камикадзе, бросаясь на врага с четким пониманием того, что ты сейчас умрёшь. Но в последний момент перед тем, как в тебя прилетит тот самый смертельный удар, ты волей-неволей замирал, вздрагивал, пытался увернуться или защититься, даже зная, что это бесполезно.

Так работало сознание. Это были рефлексы и инстинкты, которые не мог подавить никакой, даже развитый на самый максимум, разум. И с определенным уровнем навыков это можно было использовать.

Более того, после какого-то момента я подсознательно и на полном автомате начал сражаться с учётом всех этих факторов: предсказывая следующие движения врага, создавая ему ловушки и обманки, направляя бой в нужное мне русло.

Однако у Гат Лила всех этих рефлексов будто бы не существовало вовсе.

Он прекрасно понимал свои слабости. Когда я целился в голову или грудь, он уворачивался или блокировал, а когда удары должны были прийтись на менее важные для жизни точки, спокойно принимал их прямо на тело, прекрасно зная, что его кровь все отрегенерирует.

Но те триггерные точки, которыми я привык пользоваться в боях с подавляющим большинством противников, у него отсутствали. И это дико бесило, а ещё серьёзно мешало, потому что у меня никак не получалось войти в ритм схватки.

Хорошей новостью было то, что Гат Лил, несмотря на великолепные навыки, не стремился как-то подстраиваться под противника.

Я уже десять раз прочитал его стиль и техники и начал сражаться так, чтобы максимально эффективно использовать все свои силы для противостояния его подавляющей мощи. А он как будто бы в принципе не считал нужным что-то менять, даже несмотря на то, что это увеличило бы для меня сложность боя минимум вдвое.

В каком-то смысле это даже заслуживало уважения. “Я сражаюсь так, как сражаюсь я, и никак иначе”. Но по факту, если отбросить всю романтическую и пафосную шелуху, это было попросту тупо.

Даже неразумные звери умели менять своё поведение в зависимости от того, с кем дрались. Для человека, для Бога, игнорирование подобных очевидных вещей было непозволительно.

Тем более что, хотя Гат Лил был ощутимо сильнее меня, абсолютной превосходящей мощью, которая могла бы оправдать подобную твердолобость, он не обладал.

Впрочем, даже с учётом того, насколько облегчал мне жизнь его стиль без стиля, с каждой секундой становилось понятно, что поражение все ближе.

Причём в отличие от многих других моих боев, где исход решала разница в выносливости, сейчас меня активно подавляли, и чем дальше тем яростнее.

Дело, очевидно, было в магии боли, дававшей Гат Лилу все больше и больше силы. При том, что его тело ещё и регенерировало куда быстрее моего, даже с учётом всех факторов разница между нами становилась все больше с каждым ударом.

И вот, наступил момент, когда разница между нами достигла критической отметки.

Я заметил его удар. Но ни увернуться, ни заблокировать его, ни даже подготовиться, чтобы минимизировать урон, я уже не успел.

Кулак Гат Лила, покрытый кровавыми шипами, врезался в мой живот, и отбросил прочь на многие тысячи километров. Внутренние органы смялись, мышцы пресса были наполовину порваны, изо рта потоком хлынула кровь, которую Гат Лил тут же втянул в свой рот, довольно облизнувшись.

Это был первый абсолютно чистый удар, нанесенный мне врагом за многие годы. И с учётом того, что теперь мой противник стал ещё сильнее, до моего не просто проигрыша, а разгромного поражения, осталось совсем недолго.

Вот уж точно фестиваль десятитысячелетия Содружества оказался местом обитания “крадущихся тигров и затаившихся драконов”.

Однако у меня на лице вместо напряжения была лишь улыбка. Это было то, чего я искал всегда и что буду искать до самой своей подлинной смерти.

ВЫЗОВ.

Препятствие, которое манило своей невозможностью и сулило восхитительную награду за своё преодоление.

Аспект повешенного вспыхнул ярчайшей за долгие годы вспышкой. Процент его завершенности сам по себе подскочил на полпроцента, будто бы поддерживая меня в моём стремлении.

По изначальному плану техники, разработанные в Осколке порядка и хаоса, я должен был впервые показать уже на главной арене. Но Вихрь и Шквал я использовал меньше чем через месяц после начала фестиваля.

Так почему бы не использовать и последнюю технику сейчас, чтобы преодолеть вставшее на моём пути препятствие?

Мировое скопление Империи Звездного Света, в котором я нашёл Осколок порядка и хаоса, я почти не исследовал из-за того, что бо́льшую часть времени проводил в Осколке за тренировками.

Однако несколько раз я все-таки выходил, просто чтобы развеяться и освежить мысли. И, разумеется, изучил мировую систему этого скопления.

К сожалению, мне она никак не подходила. Основанная на Потоке – местном варианте маны, замешанной с жизненной силой, невероятно текучей и подвижной энергии, она бы ни за что не состыковалась с моей энергетической основой, имевшей максимально стабильную и устойчивую форму.

Тем не менее, кое в чем мировая система Империи на меня повлияла. Названия трёх своих техник я взял именно из неё.

Первая – Вихрь. Вторая – Шквал.

И третья. Око Бури.

Широко разведя руки в стороны, наплевав на бросившегося на меня Гат Лила, я, скопив в ладонях возможный максимум предначальной силы, резко свел их вместе, хлопнув в ладоши, фактически, прямо у Старшего Бога перед носом.

Тишина и пустота.

Таков был первый эффект этой техники. Шквал сталкивал разные энергии, чтобы породить колоссальный по мощи взрыв. Око Бури делало то же самое, но для ровно противоположного эффекта.

Вся мировая аура в радиусе нескольких сотен километров оказалась полностью нейтрализована, включая ту, что находилась внутри атрибутов, техник, заклинаний, способностей и прочего, прочего, прочего…

Мои трансформация и гигантизация оказались отменены, как и все усиления, наложенные атрибутами и аспектами. Меньше чем за секунду я “сдулся” обратно до человеческих размеров, как воздушный шарик.

И Гат Лила постигла ровно та же участь. Кровавая броня исчезла с его тела, и одновременно само тело начало сжиматься, возвращаясь к своей истинной форме.

Через пару секунд мы оба уже начали падать к земле, ведь даже полёт с помощью мировой ауры стал невозможен.

Разумеется, простыми людьми мы не стали. “Основы”, на которых выстраивались наши силы, было невозможно уничтожить одним-единственным хлопком в ладоши.

Тем не менее, девяносто девять процентов силы, даруемой нам нашими энергиями, были утрачены.

Ненадолго. Око Бури должно было продержаться от силы секунд пятнадцать.

Но этого времени должно было оказаться достаточно, чтобы отметелить Гат Лила, больше не способного полагаться на свою регенерацию, до состояния овоща.

Ну, правда, только в том случае, если моя “основа” была сильнее его. А это, как почти сразу оказалось, было далеко от правды.

Перемещаться в пространстве можно было не только с помощью мировой ауры. Банальных звуковых ударов, порождаемых сильными атаками по воздуху, было вполне достаточно не только для того, чтобы менять траекторию движения, но и даже “летать”.

И когда я рванул к Гат Лилу на такой вот “ударной тяге”, он, замешкавшись лишь на мгновение, бросился мне навстречу.

По идее тела богов из Божественного Царства не должны были быть очень сильны физически. Однако Гат Лил, видимо, был исключением из правил.

Потому что, хотя разрыв между нами и стал существенно меньше, причём перевес теперь даже был в мою пользу, критической разницы не образовалось.

А когда действие Ока Бури закончилось бы, меня настиг бы откат, который не только сожрал бы семьдесят процентов моей энергии, но и значительный урон по телу бы нанёс. Так что, если убить Гат Лила мне бы не удалось, жить мне осталось бы секунд десять.

Разумеется, я воскресну, таково было правило духовной арены, ради которого сюда, собственно, все и стремились. Вот только из-за теорий Алистера меня совершенно не привлекала перспектива даже такой, мнимой гибели.

Кто его знал, для чего организаторы фестиваля так гнались за сбором уникальных смертей?

К счастью, даже потеря всей энергии не лишила Гат Лила его предельной самоуверенности, из-за которой он сражался без какой-либо оглядки на противника.

Продолжая падать на многокилометровые стебли сероватой травы, мы сталкивались и разлетались десятки раз за секунду, и каждый раз Старший Бог атаковал по одним и тем же паттернам.

Этого было недостаточно, чтобы полностью его переиграть. Но мой земной тренер по боксу совершенно точно пару раз крутанулся бы в гробу, если бы я не придумал, как это использовать.

Очередная атака Гат Лила, нацеленная мне в плечо, достигла цели. Его заостренные когти вонзились в плоть прямо под плечевым суставом и на мгновение на лице Старшего Бога даже появилась торжествующая улыбка.

Вот только вырвать обратно руку он уже не смог. Сначала я зажал его пальцы окружающими мышцами, а затем и вовсе обхватил его предплечье своей рукой.

Следующая моя атака насквозь пробила его грудь, разорвав сердце и отправив Старшего Бога на перерождение. А через пару секунд в моё тело вернулась энергия и я смог выправить свой полёт, тяжело дыша из-за отката Ока Бури.

Глянув на тело Гат Лила, висящее на моей руке, я довольно усмехнулся, после чего увеличился в десяток раз и закинул тушку Старшего Бога в рот. Хотя души в ней не было, а значительная часть энергии рассеялась, сама его плоть была для меня невероятно питательной добавкой.

Однако отправиться дальше на поиски новых противников я не успел.

- Что тут происходит? - раздался в моих ушах могучий голос.

Да твою мать.

Глава 52

Обернувшись на голос, сейчас я был настолько истощен, что даже восприятием мировой ауры пользоваться хотелось по минимуму, я уже приготовился к очередному противостоянию теперь уже с очевидным исходом.

Но вместо этого лишь глубоко выдохнул. Опасности не было.

- Здравствуй, Адда, - махнул я рукой, проглатывая Гат Лила.

- Рей? - хрупкая девушка максимум лет семнадцати на вид в легком летнем платье до колен и с короткой полумальчишеской стрижкой удивлённо подняла бровь. - Не ожидала встретить тебя на духовной арене. Помнится, ты говорил, что не доверяешь местной системе воскрешений.

- Не доверяю, - кивнул я. - Но это не значит, что я не воспользуюсь шансом поучаствовать в таком действе. Главное – просто не умирать.

- Если бы это был кто-то другой, а не я, ты скорее всего уже был бы мёртв, - хмыкнула Адда.

- Но это ведь ты, - развёл я руками.

- Железная логика.

- Стараюсь.

- Спустимся, отдохнешь?

- Было бы отлично.

Спустя пару минут мы уже сидели, кажется, на крошечной песчинке, разросшейся в этом мире до размеров крупного астероида. Адда откинулась на руки и болтала ногами в воздухе, будто это был пикник.

Впрочем, для неё в каком-то смысле так и было. Потому что хрупкая девушка рядом со мной была шестым Абсолютом мирового скопления Абсолютного Домена.

Система Домена подстраивала силу сражавшихся Доминаторов так, чтобы исход сражений решали навыки и опыт, а не объем энергии или огромная физическая сила.

Чисто теоретически даже почти обычный человек, только-только вставший на путь Доминатора, там мог убить Магистра десятой стадии в открытом и честном бою.

И такое даже иногда происходило, пусть и очень редко. Хотя обычно, конечно, более высокий уровень означал и лучшее владение энергией, и превосходящие навыки, и больший опыт.

Однако из этого правила существовали исключения. Люди, накопившие столько энергии и ставшие настолько сильными, что даже сама мировая система уже не могла ни опустить их силу, ни дать их противнику равную мощь.

Такие люди и назывались Абсолютами. Всего в Домене их было восемь, от слабейшего, сравнимого по мощи где-то с несколькими десятками Руйгу, до сильнейшего, равного, а то и превосходящего Байгу.

Адда занимала шестую, далеко не самую высокую позицию. Но это, разумеется, не значило, что она была слабой.

Познакомились мы, когда она одним ударом уничтожила несколько сотен гнавшихся за мной ублюдков, решивших, что, навалившись толпой, измотав меня множеством последовательных битв и одолев восходящую звезду Абсолютного Домена, они смогут заработать себе репутацию.

К сожалению, даже Абсолютный Домен, который был признан всеми Великими Душами как самое честное и открытое мировое скопление, был не лишён своей грязи.

К счастью, Адда, в отличие, например, от четвертого Абсолюта, с которым я тоже успел познакомиться, была именно такой: честной, открытой, простой в общении и порой до неловкого прямолинейной. Этим она напоминала мне давным-давно погибшую Рахиру, хотя, конечно, внешности двух девушек были диаметрально противоположными.

Не скажу, что мы стали друзьями, как с Кунгамом. Но наши отношения были достаточно близкими, чтобы, узнав, что она прибыла на фестиваль, я не пожалел времени и смотался её повидать, предупредив о духовной арене и на всякий случай поинтересовавшись, не знает ли она о парочке предметов, что мы искали.

Интересовался напрасно, впрочем, как и ожидал. Адда была одной из тех сильных мира сего, кого не интересовало ничего, что происходило не с ней. Она, наверное, и о самом фестивале бы не узнала, если бы я сам ей о нем не рассказал ещё когда был в Домене.

По той же причине я не стал даже заикаться о присоединении Адды к нашему плану. Она бы все равно не согласилась.

Подраться или вот так посидеть на песчинке – это пожалуйста. Но разрабатывать какие-то схемы, добывать какие-то артефакты, следовать четкому расписанию – это было не для неё.

Тем более что она искренне считала, что просить кого-либо о помощи – значит не уважать самого себя. А с теми, кто себя не уважает, Адда не общалась.

Так что использовать её хоть как-то кроме временного телохранителя, пока я сидел и восстанавливался после боя и использования Ока Бури, можно было не надеяться.

Впрочем, это не значило, что мы не могли поговорить.

- Как тебе фестиваль? Что уже успела увидеть?

- Ну… - она задумчиво потерла шею. - Я почти сразу после твоего визита отправилась сюда, и до сих пор не вылезала.

Я как-то устало усмехнулся.

- То есть моё предостережение сработало ровно в обратную сторону? Ты вообще знала, что тут есть такое место, как эта духовная арена, до того, как я сказал тебе сюда не ходить?

- Не-а.

- Понятно.

И вот в этом была она вся. Адде на деле было уже больше двух тысяч лет, и в какие-то моменты её огромный опыт и груз прожитых лет были очень заметны. Но в остальное время она вела она себя даже не на семнадцать, а в лучшем случае на тринадцать, если не меньше.

- А ты чем был занят?

- Поднимал старые связи, собирал полезные материалы, готовился к одному делу, - я не собирался просить её помочь, но и скрывать что-то намеренно не собирался. Адда бы все равно ничего никому не рассказала. - Сюда пришёл недели три назад.

- Ты стал сильнее, чем был в нашу последнюю встречу, - одобрительно кивнула она. Как я и думал, ей было даже не особо интересно узнать подробности. - Вопрос. Ты прибыл сюда официально? Под своим именем?

- Нет, - покачал я головой. - Пропуск мне организовал друг. А что такое?

- Через пару дней после тебя ко мне пришёл Барба, - она поморщилась. - “Просто поздороваться”, - как он выразился. Не знаю, что у него на уме на самом деле, но он тоже намерен остаться на фестивале. Если он узнает, что ты здесь, проблем у тебя прибавится изрядно.

Я нахмурился. Только что думал о нем, сравнивая с Аддой – и на тебе.

Барба был четвертым Абсолютом, единственным из восьми, для кого понятие о чести и честности было пустым звуком.

Использование разных подлых методов вроде ядов или ловушек в Домене считалось низким и недостойным, но Барбе было плевать. И благодаря своей беспринципности, а также изворотливости и хитрости, он сумел забраться аж до позиции Абсолюта.

Из-за того, что многие свои бои он выигрывал нечестными путями, его навыки были далеки от уровня моего или Адды. Но Барбе удалось убить бывшего третьего Абсолюта, женщину-Доминатора по имени Ирла, сделав вид, что влюблен в неё по уши и втеревшись в доверие, в результате чего его сила за раз подскочила до нынешней позиции.

С Аддой Барба хотел провернуть тот же трюк и она даже почти повелась. Когда Адда спасла меня от преследования толпы, они с Барбой уже были помолвлены.

Но после того, как я узнал обо всей этой ситуации и, не сумев просто пройти мимо, открыл Адде глаза, их с Барбой свадьба была естественным образом сорвана, а сами Абсолюты сразились не на жизнь а на смерть.

К сожалению, превосходящая энергия Барбы позволила ему нивелировать разницу в навыках и, хотя Адда одержала верх, неудачливый жених сумел сбежать. И, разумеется, свой гнев он направил в том числе и на меня, как на разрушителя его идеального плана.

К счастью, в каком-то смысле это сработало даже в мою пользу. Самого Барбу сдерживала Адда, явно ощущавшая себя моей должницей, а за счёт кучи убийц, наемников и просто головорезов, которых Барба неустанно отправлял по мою душу, мне удалось и навыки отточить, и ещё бо́льшую известность в Домене обрести.

Но здесь был не Абсолютный Домен и нивелирование сил не работало. К тому же у меня больше не было неограниченного свободного времени, чтобы встречать каждого пришедшего по мою душу ублюдка с распростертыми объятьями.

А даже если Адда продолжит удерживать Барбу подальше от меня, если он узнает, что я на фестивале, то сто процентов объявит за мою голову огромную награду.

Причём толпы желающих поживиться и срубить лёгких денег на гневе четвертого Абсолюта будут даже не худшей из моих проблем. Заказ на убийство от одного из Абсолютов обязательно привлечет внимание других сильнейших, и шанс, что меня, Тима Тарса, раскроют, вырастет в разы.

- Спасибо что сказала, - вздохнул я.

Похоже, теперь придётся действовать ещё осторожнее. Достало уже, если честно.

- Да не за что, - пожала Адда плечами. - Если что, он остановился в том же отеле, что и я. Видимо, решил так меня позлить. Так что если захочешь прийти в гости – подумай дважды.

- Понял.

Предлагать ей помощь в убийстве Барбы было не только бессмысленно, таким образом я бы её скорее оскорбил. Адда была истинным Абсолютом и не признавала нечестных боев, даже если в меньшинстве должен был оказаться едва не убивший её сукин сын.

- Кстати, Ги тоже здесь.

От удивления я едва не поперхнулся.

- А этот король лежебок что тут забыл?!

- Меня не спрашивай, - Адда пожала плечами. - Вроде как его притащил Варгат, но зачем – вопрос на миллион.

- Аж половина Абсолютов в Содружестве, - хмыкнул я, когда удивление прошло. - Не нравится мне это.

- Думаешь, Варгат что-то предпримет на совете скоплений? - недовольно нахмурилась Адда.

- Нет, - покачал я головой. - Я знаю, что он бы так не поступил. Но то, что он каким-то чудом притащил на фестиваль Ги, скорее всего значит, что Варгат считает, что остальные могут что-то предпринять. И если хотя бы половина того, что ты мне рассказывала про Варгата правда, то так и будет.

- Все, что я тебе рассказываю – правда, - фыркнула Адда.

- Даже то, что однажды ты избила одного Доминатора так сильно, что он превратился в кролика? - ухмыльнулся я.

- Эм… я была пьяна тогда. Ладно, почти все. Про Варгата – точно все.

Я с силой провёл рукой по лицу.

- Легче от этого не становится, скорее наоборот…

Варгат был вторым Абсолютом и, по сути, лидером Абсолютного Домена.

Он был хорошим другом Адды, так что в его нравственных и моральных качествах можно было не сомневаться. Ну, почти.

Но, в отличие от неё, Варгат был более чем заинтересован в развитии своего мирового скопления, а также обладал гениальным умом и выдающимися навыками, более чем достаточными, чтобы это развитие организовать.

Ги же был первым Абсолютом и, по той информации, что до меня доходила, настоящим чудовищем, способным претендовать на титул сильнейшего существа всех Великих Душ наряду с Катрионом и Самехом из Спирали Арканы.

Если бы Ги изъявил желание стать во главе Домена, ему бы никто, включая Варгата, не сказал бы ни слова. Но загвоздка была в том, что Ги был ультимативно ленив.

Адду не интересовали дела в мире и политическая ситуация. Ги не интересовало ровным счетом ничего.

Сколько ему было лет никто не знал, но совершенно точно уже несколько десятков тысяч. Возможно он был старше даже Золотой Челюсти – старейшего Байгу Содружества. И, похоже, настолько долгая жизнь ему попросту наскучила, так что бо́льшую часть времени он банально спал.

Так что то, что Варгат каким-то образом умудрился дотащить Ги до другого мирового скопления, было более чем показательным. Второй Абсолют, тоже бывший, мягко говоря, далеко не слабаком, посчитал, что без невероятной мощи Ги переговоры скоплений могут пойти крайне невыгодно для Домена.

Я прекрасно понимал, что спасение заложников будет далеко не единственной нашей головной болью на фестивале десятитысячелетия. Но что-то с каждым пережитым днем проблем только прибавлялось.

Впрочем, это только означало, что мы с каждым днем становились более осведомленными и подготовленными. А значит и наши шансы на выполнение основной задачи росли.

- Ну ты как? Восстановился? - спросила Адда после пары часов просто тихого сидения на песчинке.

- Ага, - кивнул я. - Почти.

- Продолжишь сражаться на арене?

Я покачал головой.

- Нет, наверное, пока хватит. Тем более что у меня есть дела. Да и тебе советую выбраться отсюда и развлечься как-нибудь по-другому.

- Воспользуюсь советом, - кивнула Адда. - Но не прямо сейчас.

- Как угодно, - хмыкнул я. - Ладно, пойду. Был рад ещё раз увидеться.

- Да, я тоже.

Через час я уже вернулся в свой номер гостиницы. Эллисы не было и никаких следов того, что она появлялась тут в последнее время не наблюдалось. Так что скорее всего сейчас она продолжала сражаться на арене. Что же, карты в руки.

До аукциона бухла с ТЕМ САМЫМ самогоном оставалось ещё чуть больше недели, а большинство дел, которые требовали моего участия, уже были либо сделаны, либо требовали определенного терпения. Так что в принципе можно было бы тоже остаться на духовной арене на подольше.

Но полученная от Адды информация заставила меня задаться простым, на самом деле, вопросом.

Изначально планировалось, что на переговоры скоплений прибудут всего лишь компетентные представители. Не обладавшие реальной мощью, но достаточно квалифицированные, чтобы говорить от лица Абсолютов, Мудрецов, Дьяволов и прочих сильнейших.

Адда или Барба были сами по себе и шли туда, куда им самим хотелось, не имея к переговорам никакого отношения. Так что их появление было не в счёт.

Однако вот я узнаю, что на фестиваль прибыл не только Варгат – фактический лидер Абсолютного Домена, но и Ги – непобедимая громада, способная создать проблемы даже для Байгу на их территории.

И вот вопрос: если прибыли они, то кто ещё?

К сожалению, подобные сведения были не для широкой публики. Нельзя было просто прийти в условное информбюро и узнать, кто из гегемонов Великих Душ находился в мире фестиваля.

К счастью, у меня был способ получить нужную информацию. Правда, это был способ, которым я максимально не хотел пользоваться, предпочитая добывать сведения о нужных нам материалах и артефактах другими, более сложными путями.

Но, похоже, если я не хотел долгими днями, неделями и месяцами копаться в слухах и домыслах, иного выбора сейчас уже не осталось.

***

- Привет, Стелла! - крикнул я погромче, входя в скудно освещенное помещение, обставленное почти точь-в-точь как цыганский шатер каноничной земной гадалки.

Спустя несколько секунд из-за тяжелого полога, закрывавшего проход куда-то в глубины, высунулась копна чернильно-черных, закрученных мелким бесом волос, в центре которых виднелось миловидное личико примерно двадцатилетней девушки с густо-зелеными глазами и небольшой горбинкой на носу.

- Тим, - улыбнулась Стелла своей обычной, не понять, то ли восторженной, то ли кровожадной улыбкой. - Какими судьбами?

- Хочу кое-что узнать.

- По старой памяти или как клиент?

- Как клиент.

- Жаль, - ещё одна улыбка. - Ну тогда проходи. У меня запись через полчаса, но, думаю, управимся.

- Уж надеюсь, - пробурчал я.

Стелла была Кудесницей – магом, родом из мирового скопления Прекрасной Невозможности. Познакомились мы, однако, не там, а в Башне Близнецов. Если точнее, то познакомились двое наших копий на семьсот-каких-то этажах.

При разделении надвое в Башне клоны не могли никак контактировать между собой до тех пор, пока оба не возвращались на общий этаж. Тогда они автоматически сливались воедино, объединяя и все воспоминания.

Я, чтобы отточить навыки, разделился на двести пятьдесят шесть копий. И, когда все они слились обратно в единого Меня, в воспоминаниях, очевидно, остался небольшой сумбур.

И мне до сих пор было не до конца понятно, чем думал один из моих клонов, когда завел с клоном Стеллы страстный роман. Потому что, когда я снова стал целиковым и неделимым собой и впервые подумал про Стеллу, как полноценный Тим Тарс, первым словом, что возникло у меня в голове, было: “трехнутая”.

К сожалению, сделать с этим уже ничего было нельзя. И, когда сама Стелла вернулась на первый этаж Башни, наши “отношения” продолжились.

Правда, уже в совсем ином ключе. Теперь я всячески её избегал, а она назойливо меня преследовала, заявляя, что это – судьба, и напрочь игнорируя все мои попытки объяснить, что между нами ничего быть не может.

В конце концов я не выдержал, завязал с ней бой, вырубил, связал, а когда она очнулась, заявил, что, если она не отстанет, я её просто-напросто сожру.

Поначалу даже это не сработало. Но после парочки отрезвляющих пощёчин и демонстрации моих клыков вкупе с кровожадной аурой, сгустившейся за десять лет в Абсолютном Домене до уровня, способного буквально убивать слабых духом и энергией существ, Стелла-таки пришла в себя и согласилась прекратить за мной гоняться.

И я бы ни за что не подумал, что мне придётся встречаться с ней снова. Но силой Кудесников Прекрасной Невозможности были чудеса – магия, почти каждый раз ломающая сами правила реальности. И одним из чудес Стеллы была способность добывать практически любую информацию.

Даже у чуда были свои ограничения. Стелла не видела будущее и не могла ответить на гипотетически вопросы типа: “Что будет, если?..”

Также, чем более личной и важной для цели была информация, и чем сильнее была цель, тем больше сил требовало чудо. Таким образом ответить на вопрос: “В чем главная слабость Катриона?” - Стелла бы тоже не смогла чисто из-за недостаточного объема энергии.

Однако мне нужны были далеко не настолько интимные подробности. Я хотел знать лишь, кто из верхушек мировых скоплений прибыл лично на фестиваль. Подобную информацию Стелла смогла увидеть без особых проблем.

И вот, заплатив стандартную таксу за её услуги, не считая испытанного дискомфорта от общения с этой поехавшей, я обзавёлся нужными сведениями. Тревожными сведениями.

Очень тревожными.

Глава 53

Земли Небесного Грома: пятеро из одиннадцати Мудрецов, включая Понтифика и Гипноса.

Божественное Царство: трое из семи Высших Богов.

Спираль Арканы: шестеро из четырнадцати Аркан.

Чудовищные Глубины: четверо из восьми Мастеров-Укротителей.

Империя Звездного Света: пятеро из тринадцати Астр.

Древо Вечности: пятеро из семи Корней.

Преисподняя: четверо из десяти Дьяволов.

Абсолютный Домен: четверо из восьми Абсолютов.

Коалиция Яростных Миров: девять из двадцати двух Реликторов.

Прекрасная Невозможность: двое из пяти Мифов.

Райская Лестница: трое из семи Архангелов.

Башня Близнецов: шестеро из одиннадцати Взошедших.

Каждое мировое скопление Великих Душ послало в Содружество тридцать-сорок процентов своих сильнейших представителей.

Теперь даже то, что Содружество внутри собственных границ было бесспорно сильнейшим мировым скоплением из всех из-за специфики мировой системы, ни на что уже не могло повлиять.

Подобного “звездного состава” было более чем достаточно, чтобы банально задавить семерых Байгу подавляющей мощью.

Три с половиной тысячи Руйгу могли бы качнуть чаши весов в обратную сторону. Но организовать три с половиной тысячи совершенно разномастных, никогда не сражавшихся бок о бок персонажей в единый фронт, способный дать реальный отпор врагу, было до одури сложно.

Тем более что полную мощь как Руйгу, так и Байгу могли показывать лишь в рамках своих собственных миров. В духовном мире, в удалении от подпитывающих их Законов, владыки миров Содружества становились слабее вдвое, втрое, а то и больше.

Только если бы не произошло чудо, пятидесяти шести гегемонам иных мировых скоплений не составило бы никакого труда разобраться с этой разношерстной толпой, разбив её на кусочки и не позволив собраться в угрожающую толпу.

И что-то, а именно довольно банальная логика, подсказывало мне: просто так подобные силы в чужие владения не стягивают. Тем более так равномерно.

Каждое скопление отличилось, и каждое послало плюс-минус одинаковые силы. Этому могло быть только одно объяснение: тактика сдерживания. Они сговорились, что пошлют в Содружество своих силачей, но пошлют все вместе, чтобы во время фестиваля не возникло дисбаланса между их собственными силами.

Возможно, конечно, это получилось вынужденно. Какое-то одно скопление решило получить преимущество на переговорах и тайно послало на фестиваль элиту. Но про это узнали другие, испугались, что могут потерять инициативу и тоже подсуетились, а за ними последовали третьи, четвертые…

Однако даже если этот маловероятный вариант был правдой, это не отменяло того факта, что с такой мощью, сконцентрированной на переговорах содружеств, там все может пойти по одному месту очень быстро.

И тогда крах настигнет именно Содружество, как минимум потому, что сражаться все эти чудовища будут именно в его границах.

В голову пришла неожиданная идея. Была ли связана с подобным наплывом гегемонов Великих Душ арена, с которой я только что ушёл?

Потому что Байгу не могли не знать о том, что на их территорию забрались десятки невероятно могущественных существ.

Почему они промолчали, было понятно. Даже объединившись, что было крайне маловероятно даже под угрозой смерти, Катрион и остальные не сумели бы что-либо противопоставить стольким сильнейшим.

Но также было очевидно, что просто проглотить подобное и сказать: “Да, пожалуйста, приходите все, чувствуйте себя как дома!” - Катрион и остальные бы ни за что не смогли.

И раз силой действовать было нельзя, оставалось только пойти на хитрость. Духовная арена с её довольно странными правилами вполне тянула на такую хитрость.

Не стыковалось с этой теорией то, что в создании арены принимали участие все скопления. Кто-то своими системами, кто-то – просто ресурсами. Вряд ли Мудрецы, Высшие Боги, Дьяволы, Астры и остальные стали бы добровольно строить ловушку для самих себя, а потом ещё и отправлять в неё своих людей.

С другой стороны, о ловушке они могли и не знать. Организовывало и контролировало создание арены все-таки Содружество. И мало ли что Байгу спрятали в глубине обеспечивавших арену законов.

Но, так или иначе, моя мотивация не умирать на ней стала ещё больше. А ещё, в дополнение к головной боли от осознания масштабов возможного песца, готового свалиться нам всем на головы, мой разум наполнили новые задумки.

Хаос, если и случится, то в заключительной части фестиваля, когда начнутся, собственно, переговоры скоплений. Ровно тогда же, когда мы сами запланировали свою диверсию. Если подгадать все правильно, то этим самым хаосом можно было бы замечательно воспользоваться.

Главное, чтобы Понтифик и его подельники, похитившие Мо и остальных, в этот момент не решили избавиться от заложников от греха подальше. А такой вариант был вполне возможен и мне нужно было продумать и его тоже.

Успокоив, как мог, Стеллу (она была сумасшедшей, но не дурой, и тоже прекрасно поняла, к чему может привести появление на фестивале стольких силачей), я отправился в тур по частным информационным агентствам.

Их услуги были примерно теми же, что у Стеллы, хотя предоставляемые обычными сыщиками, шпионами и разведчиками сведения, конечно, не могли конкурировать с чудесами Кудесницы.

Из-за того, что фестиваль был идеальным местом для всевозможных интриг, не только на высшем, но и вообще на всех возможных уровнях, подобных контор расплодилось более чем достаточно. И так как на этот раз мне не нужна была особо секретная информация, можно было не особо выбирать, к кому за ней обращаться.

Мне нужны были сведения обо всех явившихся на фестиваль гегемонах. Пятьдесят шесть досье. Для начала было вполне достаточно плюс-минус общеизвестной информации: характер, стиль магии, отношения с другими силачами своих скоплений, политические взгляды, слабости вроде детей, любовниц, домашних питомцев.

Для верности я посетил по три агентства в туристической зоне каждого скопления, получив по итогу довольно подробное, пусть и поверхностное представление о тех, с кем мне, вероятно, вскоре предстоит иметь дело.

Как и ожидалось, помимо Абсолютов из Домена не считая Барбы, у большинства гегемонов рыльце было в пушку, и это даже без какого-то глубокого копания в грязном белье.

И дело было не в том, что все сильные мира сего были ублюдками. Просто большая сила сопровождалась не только большой ответственностью, но и большими последствиями, которые часто нельзя было ни предсказать, ни предотвратить. Уж кому, как не мне, это было знать.

У Адды, Варгота и Ги скелетов в шкафу было по минимуму не потому, что они были такими идеальными, а потому что Абсолютный Домен сам по себе был мировым скоплением с очень честными правилами и, как следствие, людьми.

Остальные же скопления, где мировые законы не влияли на моральные качества также, как в Домене, порождали одни и те же пороки: предательство, корысть, зависть, ненависть – приводившие к разрастанию снежного кома разнообразных инцидентов вокруг стоявших на вершине персонажей.

Вернувшись в номер гостиницы, я потратил все дни до самого аукциона на то, чтобы продумать в уме те или иные схемы взаимодействия с сильнейшими из сильнейших.

Лично, как Адду или Барбу, я знал ещё всего одного из списка. Мастера-Укротителя из клана льва Чудовищных Глубин. После того, как я разорил их зверинец и сожрал целую стаю чистокровных монстров-львов, наши отношения стали, мягко говоря, недружелюбными.

Еще с несколькими гегемонами мы были знакомы опосредованно. Я знал их приближенных, детей или, наоборот, врагов, а они наверняка обо мне знали, и немало.

В этот список входили Гипнос, Понтифик Небесной Громовой Воли, один из Мифов из Прекрасной Невозможности, второй и третий Корни из Древа Вечности, Взошедший на Облако из Башни Близнецов, Мастер-Укротитель из клана Цербера. Вероятно о том, кто такой Тим Тарс, знал Вам Вур Виг – ближайший друг Ба Воль Са, когда-то пытавшегося меня убить. Варгат из Домена тоже наверняка слышал обо мне от той же Адды.

И ещё, вероятно, от трети до половины из оставшихся что-то слышали либо о Тиме Тарсе, либо о Рее Кассии.

Иронично было то, что ни к кому из я не мог обратиться за помощью по тем или иным причинам. Кому-то в прошлом я так или иначе перешел дорогу, кто-то был в хороших отношениях с моими врагами, у кого-то была слишком ненадежная репутация, кто-то, наоборот, был слишком подозрителен, чтобы согласиться помочь просто потому что я попросил.

К тем, с кем я раньше не имел контактов в принципе, я даже не думал обращаться. Досье были полезны, но им нельзя было доверять на сто процентов, мало ли кто чьим тайным другом окажется.

Однако возможности в любом случае не ограничивались одними только просьбами о помощи. Я в принципе хотел бы этого максимально избежать, раз уж у нас на руках имелся пусть сложный, но не невыполнимый план, по которому мы бы смогли сделать все сами.

Можно ведь было сыграть ещё на стольких человеческих эмоциях: соперничестве, жадности, гордыне, гневе, ревности…

Мне не нравились эти методы. Это было очень сильно не моё. Но я не собирался уподобляться Гат Лилу и не использовать все имеющиеся возможности для победы просто потому, что мне так “не хотелось”.

Так что, когда, накануне аукциона вернулась Эллиса, у меня уже были подготовлены несколько стратегий, которые потом обязательно нужно будет обсудить с ней, Алистером и остальными.

Но это все-таки потом. Пока что стоило сосредоточиться на грядущем мероприятии и подготовить все к поимке Фавроса. А для этого, как минимум, мы должны были выглядеть достойно для посещения элитного аукциона.

В последний раз я одевался не так, как мне было удобно, то есть в адскую броню, давным-давно использовавшуюся исключительно в гражданской форме, чуть ли не на свадьбе Руби, то есть уже шестьсот с гаком лет назад.

Ну, ещё было пару раз в Чудовищных Глубинах, когда я посещал какие-то светские мероприятия. Но там я просто немного менял облик адской брони, так как она была довольно похожа по стилю на форму военных Укротителей.

На этот раз, к сожалению, тот же трюк уже не прокатил бы. По обеспеченной Ольмой легенде я был кем-то вроде дворянина из Древа Вечности, и одеться должен был соответствующе.

Сшитый из тончайших лиан костюм с брутальным вырезом на груди, длинными фальшивыми рукавами, похожая на килт юбка, благо все-таки поверх тонких брюк, максимально странной формы туфли с декоративной, изгибающейся полумесяцем частью на пятке и шапочка в стиле Робина Гуда.

Хорошо хоть цвет этого безобразия был приемлемого темно-зеленого цвета, иначе я точно ощущал бы себя попугаем или павлином.

С другой стороны, Фаврос, разумеется, видевший меня исключительно в адской броне, выглядевшей в гражданской форме как комплект из черных брюк, черных берцев, черной водолазки, черного плаща и черных перчаток, никогда бы не подумал, что я могу нарядиться таким пугалом.

Вопрос с лицом же отлично решала созданная Алистером маска. Благодаря ей же, кстати, я мог спрятать оставшийся даже после метаморфозы ожог от пламени Семургдалиона и свободно гулять по улицам туристического района Содружества.

Правда, если мы с аватаром или воплощением Байгу встретимся лично, он без труда почует свою энергию и тут никакая маска из человеческой кожи уже не поможет. Но так, разумеется, все равно было лучше, чем ходить, светя направо и налево клеймом, о котором знала добрая половина Руйгу.

Мужская мода Древа Вечности была, конечно, тем ещё кошмаром. Хотя могло быть и хуже. Например, в Райской Лестнице абсолютно в порядке вещей даже среди солидных мужчин и стариков было ношение коротких, до середины бедра, шорт, чего я бы точно не выдержал.

С другой стороны, прекрасная половина населения Древа Вечности облачалась в поистине прекрасные, по крайней мере с моей точки зрения, одеяния.

Вид Эллисы в также темно-зеленом платье с настолько широким и глубоким вырезом на спине, что, пока она сидела, глядя сзади можно было бы подумать, что на ней в принципе ничего нет, щекотал мои нервы не хуже самой кровавой бойни.

К сожалению, после моего возвращения после метаморфозы и получения известий о похищении Мо, между нами двумя возникла невидимая стена. Не в плоскости доверия или взаимопонимания, а именно в плане близости.

Что мне, что ей было максимально неловко целоваться, обниматься и тем более заниматься сексом, когда судьба горячо любимого нами обоими ангела оставалась под жирнющим знаком вопроса.

По той же самой причине и с Арианией у нас до сих пор ничего так и не сдвинулось с мёртвой точки, хотя наше взаимное притяжение не ослабло ни на йоту. Сейчас она даже жила в отдельном номере.

Так что, может быть это и звучало довольно паскудно, но спасти Мо мне хотелось день ото дня все сильнее.

- Готова? - спросил я, когда Эллиса закончила крутиться перед зеркалом.

По идее сейчас её уровня восприятия мировой ауры должно было быть более чем достаточно, чтобы “разглядеть” себя с ног до головы с точностью до каждой отдельной клеточки без всяких зеркал.

Но, похоже, кое-какие привычки были неискоренимы вне зависимости ни от чего. Я, например, продолжал по утрам умываться и по возможности делать хотя бы минимальную зарядку, хотя ни на бодрость, ни на внешний вид, ни на физическое состояние это никак не влияло.

- Да, - кивнула Эллиса. - Можем отправляться.

Мы вышли из гостиницы, сели в уже ожидавший нас экипаж. Добраться до места проведения аукциона “на своих двоих” было бы в сто раз быстрее, но это были необходимые условности.

Тем более что, когда мы приехали, до начала аукциона все равно ещё осталось около получаса. Это время мы провели в небольшом банкетном зале, неспешно прогуливаясь с бокалами элитного вина и общаясь с другими гостями, часть которых была нашими же ребятами под прикрытием.

Здесь же под стеклянными колпаками, защищенными мощными заклинаниями, были расставлены лоты аукциона. Пузатые, запыленные, зеленые от плесени и умопомрачительно дорогие бутылки.

После какого-то момента, где-то через пару десятков лет после черно-алого аукциона, я распробовал суть алкоголя. Особенно когда пить его предстояло в хорошей компании и с учётом того, что со своей физиологией я в принципе не пьянел.

Но до сих пор не мог понять, как можно было потратить годовой бюджет Тейи на бутылку бухла. Тем более на бутылку, которую скорее всего никогда не откроют. Коллекционирование определённо было в числе недоступных мне удовольствий.

Впрочем, я был почти уверен, что Фаврос, если заполучит сегодня бутылку ТОГО САМОГО самогона, стоящую, разумеется, в самом центре зала, обязательно выхлещет её при первой же возможности.

Не опрокинет в себя сразу после похищения, разумеется, сделает все цивильно, с чувством, толком и расстановкой. Но драгоценное бухло на семечках Древа Мира точно не будет долго стоять у него на полке.

Потому, если не получится поймать его на аукционе, у нас будет в лучшем случае пара дней, чтобы выследить его по оставленной на бутылке метке. Это ещё при условии, что он эту метку не обнаружит и не сотрет, что было очень даже вероятно.

Так что лучшим вариантом было все-таки схватить Фавроса на тепленьком. Для того, собственно, среди гостей и было столько моих людей.

К сожалению, всех посетителей заменять на своих людей было бы слишком палевно. И потому Фавроса нужно было вычислить из примерно шести десятков ценителей дорогого бухла, явившихся на аукцион, собственно, ради самого аукциона.

В худшем случае я был готов даже изловить их всех, чтобы проверить каждого. Правда, прекрасно понимал, что скорее всего этот способ будет бессмыслен, так как к тому моменту умелый вор давным-давно смоется.

И вот, наконец, аукцион начался.

Поначалу все шло нормально. Первые несколько бутылок ушли с молотка в штатном режиме. Я сделал пару ставок, так, чисто для маскировки, но при этом ощутил некоторый непередаваемый шарм этого мероприятия, поняв, почему это может стать для кого-то прямо-таки смыслом жизни.

Но сразу после того, как аукционист объявил о продаже шестой бутылки из двух десятков, начался полнейший бардак.

Двери зала вышибло могучей энергией, помещение заволокло дымом, пропитанным мировой аурой, блокирующим восприятие, а следом внутрь залетела дюжина, судя по ауре, Восходителей из Башни Близнецов.

- ГДЕ РЕЙ КАССИЙ?! - рявкнул возглавляющий отряд маг.

Я тяжело вздохнул. Фаврос нас переиграл.

Глава 54

“Следите за бутылкой так внимательно, как только сможете! - мой голос раздался в головах замаскированных под гостей подчинённых. - При первом же признаке появления Фавроса затягивайте его в духовный мир и атакуйте всем, что есть, уже нет смысла скрываться!”

Сам же я, не став дожидаться, когда “дорогие гости” повторят свой вопрос, рванул на них, на ходу активируя переход в духовный мир и затягивая их за собой.

Шестеро из них приняли перенос без всякого сопротивления, другая шестёрка, наоборот, активировала свою энергию, чтобы не позволить себя переместить. Такой расклад меня вполне устраивал.

“Ты – Рей Кассий?!” - громыхнул у меня в голове вопрос последовавшего за мной в духовный мир лидера группы.

Отвечать я не стал. Смысла особого не было. Все равно, что бы я ни сказал, после переноса в духовный мир их бы это не убедило.

К тому же, хотя я не знал никого из этих Восходителей, причина, по которой они заявились на наш аукцион, мне была более чем известна. И я прекрасно понимал, что мирно решить вопрос было невозможно.

Так что вместо ответа я просто-напросто атаковал их Шквалом, не став даже пытаться контролировать свои силы. Единственное – я сделал так, чтобы луч техники оказался направлен немного снизу-вверх, чтобы в реальном мире он пошел над крышами домов и ничего не порушил.

По системе Башни Близнецов местные маги назывались Восходителями, а их сила оценивалась этажом, до которого они смогли добраться. “Восходитель триста двадцатых этажей”, “Восходитель четырехсотых этажей” – вроде того.

Те, кто сумел забраться до верхнего, тысяча первого этажа, назывались Взошедшими, и были элитой элит скопления. А те, кто дошел до тысячного, но по тем или иным причинам ещё не покорил последний этаж, именовались Шагнувшими, и имели статус, примерно сравнимый с Магистрами десятой стадии в Землях Небесного Грома.

На данный момент мощь Шквала была такой, что ни один Восходитель не смог бы с ней не то, что справиться, а даже банально на неё отреагировать. Для этого нужно было как минимум быть Шагнувшим, и желательно не самым слабым.

Но так как информация о силе Рея Кассия времен Башни Близнецов была уже сильно устаревшей, среди шестерых последовавших за мной в духовный мир Шагнувший был только один – лидер отряда.

Так что пятерка его подчинённых была превращена в пыль в мгновение ока, даже не осознав, что их убило. А вот лидер успел выставить перед собой щит, не заблокировавший удар полностью, но спасший его жизненно важные органы и позволивший отделаться лишь оторванной рукой.

Тем не менее, продолжать сражаться он явно уже был не способен. Да и не было похоже, что после настолько яркой демонстрации разницы в наших силах горел особым желанием этим заняться.

Сомкнув пальцы на его шее, я хорошенько тряхнул сорвавшего наш план по поимке Фавроса идиота.

- Ваарон до сих пор не может отпустить ту ситуацию? - рыкнул я ему в лицо.

- Ты смертельно оскорбил господина! - выкашлял в ответ Шагнувший. - Правда думаешь, что он отступится?

Закинув его во временно увеличившийся рот, я проглотил почти тут же растворившееся у меня в желудке тело и тяжело вздохнул.

Моей главной целью за время путешествия по мировым скоплениям было накопление силы и поиск Осколков Истинного Мира.

Однако строить из себя таинственного скитальца, приходящего с рассветом и уходящего с закатом, никем не узнанного, никому не открывшегося и так далее, и тому подобное, я не собирался.

В Абсолютном Домене я сражался со всеми подряд, не собираясь скрывать своё имя, в конце концов заинтересовав Адду и познакомившись, тем или иным образом, со множеством очень сильных Доминаторов.

В Чудовищных Глубинах я подружился с Кунгамом и в целом активно содействовал клану Куна, при этом сделав из клана Льва своего смертельного врага и косвенно оскорбив ещё парочку.

В Прекрасной Невозможности, продолжая убегать от преследовавших меня Кудесников, я, поначалу сам того не осознав, оказался втянут в революцию и немало поспособствовал разжиганию огня сопротивления тоталитарному режиму, построенному на промывке мозгов граждан.

И в Башне Близнецов, хотя бо́льшую часть времени я и провёл в виде двух с половиной сотен клонов самого себя, изучая Осколок и тренируясь, я тоже успел наследить. Правда, в данном случае абсолютно случайно.

Ваароном звали одного из Взошедших, титулованного Взошедшим на Мелодию. Он не прибыл на фестиваль, так что хотя бы тут я мог расслабиться.

Правда, теперь, когда Фаврос растрепал людям из Башни, что Рей Кассий на фестивале, Ваарон вполне мог завалиться сюда тоже чисто ради того, чтобы закрыть свой гештальт. Но поделать с этим уже ничего было нельзя.

И особенно бесило то, что ситуация, спровоцировавшая одного из гегемонов Башни, была до абсурда глупой.

На девятый год пребывания в Башне я в первый раз вернулся обратно на первый этаж, чтобы систематизировать знания от клонов и понять, над чем ещё стоило поработать в оставшийся год.

Тот клон, который все эти годы был занят накапливанием энергии в Осколке Истинного Мира, принёс мне огромный рост силы. К тому же объединение всех клонов, разделивших мою изначальную энергию на двести пятьдесят шесть частей тоже привело к резкому и очень непривычному скачку мощи.

Справиться с этим было несложно. Достаточно было пары недель адаптации и я бы полностью привык к новой силе. Для того, чтобы хотя бы нормально её использовать, ничего не взрывая, потребовалось бы от силы несколько часов. Но, к сожалению, инцидент произошёл буквально через пятнадцать минут после того, как я снова стал единой сущностью.

Я стоял посреди какой-то лесной дороги, так как после объединения координаты появления рассчитывались по непонятным формулам. Глубоко уйдя в себя, перебирал и систематизировал разом нахлынувшие на меня две с лишним тысячи лет воспоминаний.

И потому вообще не заметил непонятно откуда взявшийся кортеж из нескольких экипажей и сопровождавших их всадников.

Судя по всему, они окликнули меня несколько раз, говоря, чтобы я ушёл с дороги. Но, не получив ответа и, видимо, потеряв терпение, один из сопровождающих решил убрать меня с пути по-плохому.

В другой ситуации в ответ на такую пустяковую агрессию я максимум сломал бы идиоту пару костей. Однако возросшая многократно сила сыграла со мной злую шутку.

Вместо того, чтобы просто отправить агрессора в полёт по низкой дуге, мой удар стер с лица земли половину кортежа, вместе с экипажем, в котором ехала невеста того самого Ваарона.

Если бы кто-то убил Мо или Эллису, я бы взбесился, наверное, куда похлеще, так что с какой-то стороны его можно было понять. Вот только стоило учитывать, что девушку, которую я убил, Ваарон никогда в жизни не видел.

Она была чем-то вроде платы ему от короля небольшой страны на первом этаже Башни за “крышевание”. И из таких вот “оплат” у Ваарона уже был собран гарем в несколько десятков тысяч прелестниц.

Узнав об этом, я, чувствуя свою очевидную вину, не стал добивать свидетелей, а решил отправиться вместе с ними и принести свои извинения. В конце концов, я и правда был виноват.

Но я никак не ожидал, что потеря фиктивной невесты так Ваарона взбесит, что он не станет слушать никаких извинений и объявит на меня охоту.

Уйти тогда мне удалось чудом, перескочив на второй этаж Башни и воспользовавшись “рандомизатором координат”. После чего на оставшийся год я заныкался в самые дальние уголки семисотых этажей и с облегчением покинул Башню, когда первая волна облав и розысков поутихла.

С тех пор прошло уже больше пятидесяти лет. Девушка, бывшая простой смертной, к этому моменту уже превратилась бы в бабушку, а Ваарон наотрез отказывался отпустить свою обиду.

Неприятно.

И тем более неприятно было то, что Фаврос сумел не только просечь, что аукцион – это ловушка, не только понять, что организатором являюсь я, так ещё и откопать откуда-то эту историю и использовать прибывших на фестиваль последователей Ваарона, чтобы создать хаос, а значит и возможность для себя.

Если благодаря Восходителям он сумеет выкрасть бутыль ТОГО САМОГО самогона, это будет стопроцентный провал, и мне даже нечем будет оправдаться.

И, похоже, масштабы подготовки Фавроса не ограничились даже Восходителями. Ему явно очень хотелось хлебнуть ТОГО САМОГО самогона.

Снова переключившись на реальный мир, я застал довольно неожиданную картину. Аукционный зал был практически пуст. В нем осталась всего парочка гостей, забившихся в угол и, видимо, не собиравшихся даже бежать, а также аватар Кримзона, стоящий рядом со стойками с бутылками, окружив их своими барьерами.

“Где остальные?” - отправил я Руйгу сообщение.

“Среди гостей оказалось несколько диверсантов, видимо от Фавроса. Они воспользовались всеобщим замешательством и энергетическим штормом, поднятым Восходителями и использовали технику беспорядочного скачка, чтобы избавиться разом от почти всех присутствующих. К счастью, на мне это не работает, так что я остался защищать бутылки”.

Я потёр переносицу.

Техника беспорядочного скачка была создана в Коалиции Яростных Миров, Артефакторы которой были спецами по разного рода массивам и рунам.

С помощью особых приспособлений, которые вполне реально было незаметно разместить по периметру зала до начала аукциона, можно было, перемешав портальную магию и переключение между духовным и реальным мирами, и запитав эту комбинацию от мощного выплеска энергии, насильно отправить всех оказавшихся в радиусе воздействия людей в случайную точку духовного мира.

Это не была атакующая техника, перемещение не несло ровным счетом никакой угрозы. По сути беспорядочный скачок просто запутывал магию переключения между двумя мирами, перемешивая точки выхода и входа.

Но в некоторых ситуациях, как уже было очевидно, эта техника была невероятно полезна.

Мне “повезло”. Я успел выскочить в духовный мир до активации скачка. Кримзон был аватаром, положение которого в пространстве чётко контролировалось его оригиналом, так что на него техника в принципе не действовала. Парочка гостей в углу, вероятно, просто не попали в зону активации скачка.

Но вот остальных разбросало в лучшем случае по всему миру фестиваля, если не дальше. На то, чтобы вернуться, с учётом того, что слишком быстрое перемещение в мире фестиваля было запрещено во избежание сопутствующих разрушений, им потребуется не меньше пятнадцати-двадцати минут, а скорее даже ближе к часу.

Фаврос и правда подстроил все с филигранной точностью.

Настучал на меня Восходителям, понимая, что те незамедлительно ворвутся на аукцион, ради своего господина Ваарона не гнушаясь раскрывать свои ауры даже в реальном мире. А потом воспользовался вспышкой их и наших энергий, чтобы запустить скачок, при этом оставшись вне подозрений.

Сам он сейчас, вероятно, прятался в духовном мире где-нибудь неподалёку, наблюдая за происходящим в реальности. Радовало одно. Как бы ни был идеален его план, он оказался сломан об колено из-за присутствия Кримзона.

Если бы не Руйгу, когда я вернулся из духовного мира, скорее всего все стойки с бутылками уже были бы пусты. Но теперь Фавросу оставалось только печально наблюдать за бутылью ТОГО САМОГО самогона, такой близкой, но такой далёкой. Ведь сил, чтобы сломать барьер Руйгу, у Фавроса не было и не могло быть.

Вот только, к сожалению, поймать его уже тоже вряд ли было возможно. Мы утратили эффект неожиданности или, вернее, его у нас никогда и не было. даже если бы я сумел как-то отыскать Фавроса в духовном мире, с его навыками, уверен, он бы сумел от меня слинять. А использовать тактику облавы было невозможно, так как я был один.

А это значило, что остался последний вариант. Немного ущемлявший моё самолюбие, но тоже вполне рабочий.

Свободно пройдя сквозь барьер Кримзона, я снял стеклянный колпак с бутыли ТОГО САМОГО самогона, после чего вышел обратно и поднял драгоценное бухло над головой.

- Фаврос! - мой голос, пропитанный мировой аурой, не выходил за пределы аукционного зала, но должен был отлично проникать в духовный мир. - Обмен! Бутыль на Кристалл Несметной Ночи! Без торга! Одноразовое предложение! Да или Нет?!

Изначально о том, что нам нужен Кристалл, Фаврос не должен был узнать ни за что. Но после того, что он провернул, вероятность того, что он и так был в курсе нашего интереса к Кристаллу, я бы оценил как “очень высокую”.

К тому же бутыль для него очевидно была куда ценнее Кристалла, которому существовали альтернативы, пусть и менее эффективные.

А ещё из-за того, что он сообщил моё имя Восходителям, о присутствии Рея Кассия на фестивале уже скоро должны были узнать и остальные заинтересованные вроде Барбы, людей из клана Льва Чудовищных Глубин и Кудесников Прекрасной Невозможности.

То есть наш план аккуратно, не привлекая внимания собрать все необходимые материалы для диверсии уже пошел по одному месту. Даже если ребята смогут продолжить аккуратную подготовку, мои спокойные дни на фестивале закончились, не успев начаться.

На фоне этого предложение Фавросу обмена уже не казалось мелочью. Тем более что это сработало.

Спустя пару секунд после того, как я озвучил своё предложение, в воздухе в паре метров от меня из пустоты возник чернильно-черный кристалл, поглощающий весь падающий на него свет и из-за этого казавшийся “не прогрузившейся текстурой”.

Как я и думал, такую ценность Фаврос ни за что не стал бы прятать в какой-нибудь тайник.

Шагнув к кристаллу, я положил на него руку. В тот же момент ощутил хватку невидимой силы на бутыли.

- На счёт три, - скомандовал я. - Раз… два… три!

Мои пальцы на бутыли разжались и она тут же пропала, а кристалл лёг в ладонь. Все-таки определенные понимания о чести были даже у Фавроса. Ещё через пару секунд метка, оставленная на бутылке, связанная с моей энергетической основой, уже была стерта.

- После всего это было довольно скучно, - вздохнул Кримзон.

- Что поделать, - пожал я плечами. - Ну, как минимум он бы ни за что не пошел на сделку, если бы имел хотя бы мизерный шанс забрать бутыль своими силами. Так что все оказалось не зря.

- Очень даже зря, - сварливо буркнул Руйгу. - Из-за одного Кристалла мы похерили всю конспирацию!

Я хмыкнул.

- Мою – да. Но не вашу.

Кримзон поднял бровь.

- Это что значит?

- Хочешь стать приманкой? - спросил вышедший из пустоты Алистер.

- Ага, - кивнул я. - Давно ты тут?

Он устало вздохнул.

- С самого начала. Или ты правда думал, что на меня сработает такой простой трюк, как беспорядочный сдвиг? Надеялся, что получится подловить Фавроса в какой-то момент.

- Получилось?

- Нет, очевидно. Как ты и говорил, в скрытности и побегах он мастер.

- А он уже сбежал?

- Да.

Мои губы изогнулись в злорадной ухмылке.

- Тогда можешь не переживать. Мы его вскоре увидим снова.

Алистер недоуменно поднял бровь, но через секунду отзеркалил мою ухмылку.

- Ты что-то сделал с бутылкой?

- За раскрытие моего прибытия на фестиваль не может не последовать кары.

- Пожалуйста, скажи, что это не просто подмешанное к самогону слабительное, - спросил Руйгу, снимая барьеры с оставшихся бутылок. После ухода Фавроса они уже были в безопасности.

- Не совсем, но что-то типа, - развёл я руками. - Все-таки мне пришлось импровизировать, так что ничего реально убойного за те несколько секунд в бутылку запихнуть не получилось. Но даже если три дня поноса и мгновенная смерть ему не грозят, через недельку-другую он приползет к нам, умоляя о помощи, можешь не сомневаться.

К злорадно ухмыляющимся присоединился и Кримзон. Однако лыбился он недолго.

- Так что насчет приманки?

- А так непонятно?

- Понятно, что ты опять собрался сунуть голову в петлю. Или, думаешь, охота кучи народу за Реем Кассием не привлечет внимания Байгу?

- Привлечет, конечно, - кивнул я. - Но я собираюсь укрыться там, где Байгу не смогут меня достать.

***

Уже вечером, рассусоливаться я не видел смысла, над миром фестиваля разнёсся мой усиленный мировой аурой голос.

- Всех, у кого есть какие-то претензии к Рею Кассию, я буду ждать на духовной арене! Поймайте меня, если сможете!

Глава 55

- Как ты себя чувствуешь вообще? - спросил сидящий на берег Алистер.

- Дерьмово, - буркнул я, распластавшийся на поверхности воды огромного океана, в оригинале бывшего просто лужей. - Впервые за всю свою жизнь я могу с полной искренностью заявить, что я устал от боев. По крайней мере в том формате, в котором они происходят сейчас.

- Держись! - хмыкнул Ал, - осталось немного.

- Да знаю. Какие новости?

- В целом никаких. Все продвигается плюс-минус по плану. Правда, с каждым днем новостей о конфликтах и стычках между представителями разных скоплений становится все больше и это сильно напрягает. Фестиваль, по идее задумывавшийся как возможность хоть немного подружить и сблизить все Великие Души, постепенно превращается в самое настоящее поле боя всех со всеми. И, похоже, это уже не остановить.

- Нам же это на руку?

- Возможно, но я не могу не думать о том, что итогом этого фестиваля станет глобальная война, которая унесет даже не миллионы, а миллиарды жизней. И тем более это дерьмово потому, что об угрозе Маалы никто даже не заикается.

- Так всегда было, - пожал я плечами. - Пока не подожмет так, что объединение станет единственным вариантом банально ради выживания, люди не перестанут преследовать личные интересы. Маала будет захватывать скопление за скоплением, а остальные будут в лучшем случае просто смотреть. В худшем же вонзят нож в спину умирающих и попытаются поиметь с этого свой кусок. Такова жизнь, что уж поделаешь.

- Звучит так, будто ты с этим смирился, - недовольно фыркнул Алистер.

- Я предпочитаю не думать о том, на что прямо сейчас не могу повлиять.

- А когда сможешь, задумаешься? Твоих сил, Тим, если ты овладеешь четырьмя аспектами и достигнешь пика своей системы, хватит на то, чтобы стать лидером, способным объединить остальных и направить их на войну с Маалой.

Я аж поднял голову, чтобы взглянуть Алистеру в лицо. Тот был совершенно серьезен.

- Просишь меня стать… кем? Мессией или тираном? Раньше я от тебя подобного не слышал. Я уже говорил, что помогу тебе, что сражусь с ней вместе с тобой. И ты вроде как принял такой ответ. Что изменилось?

- Ты помнишь, что я тебе говорил о видении, которое мне послала Маала касательно Озера?

- Что это её последняя попытка тебя захватить и либо ты обретешь силу для борьбы против неё, либо поддашься её влиянию.

- Да. И, как ты понимаешь, единственным местом, где может скрываться эта сила, остается бункер под городом.

- Мы это уже обсуждали. Откроем его, когда спасем Мо и остальных.

- А что, если там пусто? Не в смысла совсем ничего нет, а в смысле если там не будет ни силы, ни соблазна Маалы? Что, если это – просто её ловушка, чтобы я потратил кучу сил и времени на Озеро и бункер, упустив из виду что-то более важное и ценное?

- С чего такие мысли?

- Я разговаривал с Лой.

Я присвистнул.

Лой. Девочка, спасенная мной когда-то давным-давно при побеге из Тхалсы и раскрывшая в себе способность предвидения, очень помогшую нам в войне против Палема.

В Единстве, когда я попал в Форт тысячи висельников, я смог узнать от Зеурлора, откуда росли ноги у дара Лой. Оказалось, что в её теле каким-то образом засел кусочек Закона погибшего Руйгу, чьи силы были связаны с видением будущего.

Впоследствии Лой очень помогала в захвате Аллеи Кошмаров, развитии Тарсии и даже подготовке ловушки на свадьбе Руби. И я думал продолжить полагаться на неё и впредь.

Но когда масштаб моих сил и деяний стал ещё шире, сила Лой начала чудить.

Её предсказания и так были довольно туманными, всегда больше похожими на рекомендации о том, что сделать, чтобы достичь лучшего исхода. При этом даже без понимания о том, что это за исход.

Однако с какого-то момента Лой начала походить на карикатурную гадалку или на составителя гороскопов, в задачу которых входило сформулировать максимально завуалированное и общее послание, в котором каждый нашёл бы что-то своё.

Причём это проявлялось вообще во всем поведении девушки. Она стала очень скрытной и замкнутой, часто просто-напросто отказывалась с кем-либо разговаривать, а когда говорила, в большинстве случае оставляла своих собеседников в полном недоумении.

При этом высказанные ей предсказания продолжали сбываться, но стали настолько туманными, что в девяноста процентах случаев можно было понять их смысл уже после того, как событие, на которое она указывала, случалось.

К сожалению, в отличие от Даров Майигу или Магических Формул Магистров, сила Лой не принадлежала ей полностью и девушка не могла её контролировать в достаточной мере.

Так что, решив отправиться в Земли Небесного Грома, я даже не явился к ней за дежурным “советом”. Решил, что разбираться в своей судьбе заранее и потом лихорадочно выискивать знаки небес было не только бессмысленно, но и иногда даже вредно.

Потому, кстати, я и предостережения Сивальда в конце концов выбрал проигнорировать, отдав Катриону обещанный рог радужного мотылька без всяких подвохов. Может быть делать этого не стоило. Но я не собирался идти на поводу у неведомой Судьбы вне зависимости ни от чего.

Разумеется, Лой я не выгнал и относиться к ней хуже не стал из-за того, что её способность потеряла свою полезность. Она по прежнему жила в Моэлле своей странной замкнутой жизнью, пользуясь привилегиями приближенного ко мне человека.

Благодаря осколку Закона она почти не старела, даже через шестьсот с лишним лет выглядя всего на двадцать пять. Так что по идее такое существование могло продолжать ещё несколько тысяч лет, что её, похоже, полностью устраивало. А я как-то забыл о ней, занятый своими делами.

Алистер, однако, посетивший Тейю ради поиска собственного пути и подружившийся с Кримзоном, узнал от него о Лой, и очень девушкой заинтересовался.

Как и все остальные, после встреч с ней он выходил с выражением недоумения на лице. Но, в отличие от остальных, продолжал периодически посещать её для разговоров. Очевидно, один из таких разговоров и натолкнул его на те мысли, что он мне сейчас высказал.

- Даже спрашивать не хочу, что она тебе сказала. Но вот вопрос: ты вроде бы говорил, что Маала тебе никогда не врала?

- Да, она заявляла, что ей незачем врать. Но, во-первых мы не то, чтобы много общались. А во-вторых, можно ведь соврать о том, что ты никогда не врешь.

Я хмыкнул.

- Думаешь, она видит в тебе настолько большую угрозу, что раскрыла тебе существование Озера только ради отвлечения внимания?

Алистер пожал плечами.

- Не хочу прямо хвастаться, но Хейха до сих пор остается единственным малым миром Земель, полностью очищенным от её влияния. Все остальные малые миры, где так или иначе взошли семена Всеединства, были либо захвачены Маалой, либо продолжают бесконечные позиционные войны без особых шансов на уверенную победу.

- У тебя получилось не хвастаться особо явно, - хмыкнул я. - Тем не менее, малые миры в масштабах Земель – это не более, чем инкубаторы для Магистров. И то, что ты победил её там, на мой взгляд не должно было как-то сильно её задеть. Даже то, что ты – перерожденная душа, в масштабах Земель и тем более Великих Душ, не делает особой погоды. Скольких таких как ты мы встретили за годы подготовки к фестивалю? Лично я – как минимум десяток.

- Но если в Озере нет ничего особенного, то и дать мне наводку на него не должно быть для Маалы чем-то существенным, нет? Это ведь идеальная стратегия: скормить противнику дезу насчет якобы невероятно важного объекта, на самом деле являющегося мусором, и, пока он гоняется за собственной тенью, порешать собственные дела, на него не отвлекаясь.

- Стратегия-то хорошая. Но что-то я не замечаю, что ты как-то особо зациклен на бункере. Ну, не замечал до последнего времени. Даже если в какой-то момент Озеро и было нашей целью и стимулом для роста, в самом росте ведь не было ничего плохого.

- Допустим. Но что-то меня в этом все-таки смущает.

- И ты решил перестраховаться на случай, если бункер будет пустой, предложив мне стать светочем борьбы с серостью?

- Типа того.

Я вздохнул, поднялся, встал на водную поверхность, испарил с себя воду, всмотрелся в лицо Алистера.

- Ты ведь знаешь меня лучше многих. Я не генерал, не правитель и тем более не герой. Я – просто боец. Очень хороший боец с неплохой соображалкой, допустим. Но без тебя, Кримзона, Эллисы, Мо и остальных не было бы ни Тарсии, ни почти ставшей утопией Тейи, ни “Уробороса”, ни всего этого плана по спасению наших ребят. Ты серьёзно считаешь, что я могу объединить скопления? Абсолютной силой – ещё может быть. Но даже когда я достигну пика, до абсолютной силы мне будет далеко.

Алистер прищурил веки, пристально в меня всмотревшись.

- Ты достиг предела?

Я кивнул.

- Да, пару месяцев назад.

- И что дальше?

- Мне нужна новая эволюция. Я чувствую это. Но пока что я не могу придумать, как её добиться. Последняя метаморфоза уже была настолько глобальной перестройкой, что все моё естество оказалось расщеплено на чистейшую энергию. Куда дальше – сложно представить.

- Какой твой нынешний уровень?

- Сложно сказать, - пожал я плечами. - Но Байгу не убью – это точно. Так что глобально наш план моя сила никак не изменит. Как у тебя самого-то прогресс?

- Так себе, - он тяжело вздохнул, откинувшись на спину и уставившись в небо. - После пятой Аксиомы все застопорилось.

Алистер, как и я, создал свою собственную систему силы. Но если я плюс-минус равномерно объединил принципы Содружества и Земель Небесного Грома, то он просто перестроил систему Земель под себя, использовав систему Содружества в качестве своеобразного “рычага” для “переворота Земли” в стиле Архимеда.

В системе Алистера после сферы Магистра, вместо перехода в сферу Мудреца появилась новая сфера, которую он назвал сферой Гуру.

Суть её была в повторении качественного перехода от мага к Магистру, предполагалшего объединение магических кругов в стабильную единую Формулу. Переход от Магистра к Гуру состоял в объединении десяти магических оснований в Формуле ради создания Аксиомы – чего-то наподобие Закона Руйгу и Байгу – силы, способной влиять на сами принципы мироздания.

При этом сила каждого основания значительно падала, но их можно было создать куда больше десяти, за счёт чего Алистер ещё больше расширил свой арсенал и теперь не осталось почти ни одного вида магии, в котором он бы не был спецом.

По идее, по крайней мере это были его слова, десять Аксиом, как и десять оснований обычного Магистра, должны были породить качественный переход на уровень Мудреца.

Но сила Мудреца Алистера, с учётом того, что он уже сейчас, с пятью Аксиомами, был сильнее обычных Руйгу, должна была выйти далеко за пределы нормы Земель Небесного Грома.

- У всех нас застой, - в тон ему вздохнул я. - Эллиса в прошлый раз приходила – тоже жаловалась.

- Затишье перед бурей. Все мы уже два с половиной года ежедневно находимся в крайнем напряжении и это начинает сказываться даже на наших способностях.

- Думаешь, операция по спасению поможет нам перешагнуть через те стенки, в которые мы уперлись?

- Ну не напрямую, естественно. Но уверен, что так или иначе мы все изменимся к концу фестиваля. А затем, когда все будет сделано и напряжение отпустит, появятся силы для новых прорывов.

- Звучит неплохо.

- Ну а то.

- Как там твой тотализатор? - спросил я как бы невзначай.

Алистер закашлялся, поперхнувшись слюной, резко подскочил, вновь уселся, оперев руки на колени.

- Ты знаешь?!

- Знаю.

- Кто проболтался? Все ведь участвуют!

- А ничего, что участвуют не только наши?

- Эм… - он замолчал на пару секунд, видимо пытаясь придумать, что сказать, но в конце концов просто развёл руками. - Ну, тут мой косяк, ладно, не спорю. Но ты бы знал, какие деньги мы собрали всего за три месяца!

- Очень надеюсь, что они пойдут на благое дело, а не исчезнут в бездонных подвалах твоей походной лаборатории.

- Разумеется. Мне бы не хватило духу организовывать ставки на то, как быстро тебя убьют, а после присваивать себе деньги. Я жить хочу.

- Если хочешь жить, то говори, кто из наших в принципе поставил на то, что меня убьют?

- Да не так много, на самом деле…

- Ты в их числе?

- После того, как за тобой на духовную арену отправился лично Реликтор Пяти Кулаков? Извини, но да.

- Мы с ним пересеклись недавно.

- Серьёзно? - на лице Алистера отразились искренние изумление и интерес. - И что?

Я пожал плечами.

- Я сбежал, естественно.

- Ну, собственно, да, - хмыкнул он, - на что я рассчитывал. Но с другой стороны то, что ты смог от него сбежать – это уже шок.

- Так что поставь от моего имени на то, что я продержусь до конца.

- Я теперь и сам думаю изменить ставку, - Алистер потёр затылок. - Осталась-то всего пара месяцев.

- Я тебе изменю, - без особой злобы погрозил я ему кулаком. - Проигрывай честно.

- Ладно-ладно, - поднял он руки, также шутливо сдаваясь. - С кем-то из Руйгу Семургдалиона сталкивался?

Так как духовная арена была, по сути, духовным миром, Руйгу могли приходить сюда в истинных формах, а не в аватарах, так что охоту за мной тоже вполне могли вести.

И хотя клеймо Семургдалиона было неплохо скрыто под фальшивым лицом, а также множеством слоев мировой ауры, его последователи вполне могли почуять силу своего господина.

Клеймо это, кстати, давало мне немалую надежду на то, что последующая эволюция, которая, как я понимал, необходима мне для достижения пика, действительно возможна.

Раз оно сохранилось, пусть и потеряв семьдесят процентов своей силы, даже после полной перестройки, то теоретически должна была существовать ещё одна ступень эволюции, способная от этого клейма полностью избавиться.

- Нет, - покачал я головой в ответ на вопрос Алистера. - Ну, если только, конечно, кто-то из Руйгу не переметнулся на его сторону тайно.

Он одобрительно кивнул.

- Новостей о том, что Тим Тарс жив пока не поступало, так что, видимо, действительно тебя пока никто не узнал. Это хорошо. Раскрытие Рея Кассия в каком-то смысле стало скрытым благословением, но если станет известно о твоем настоящей личности, то весь план точно можно будет спускать в унитаз. Ладно, пойду я. Пузырь ещё недолго продержится. Держи, - он кинул мне кристаллик пространственного хранилища. - Тебе что-нибудь особенное нужно будет в следующий раз?

Я постоял молча пару минут, обдумывая его вопрос.

- Да нет, вроде. Тем более что все уже скоро должно кончиться.

- Ну хорошо. Давай, держись тут. Тотализатор или не тотализатор, но никому из нас, конечно же, не хочется, чтобы тебя убили.

- Спасибо, - хмыкнул я. - Всем нашим привет.

- Передам.

Алистер развернулся, шагнул прочь и растворился в воздухе. А вместе с ним исчез и пузырь магии невидимости, которым он нас накрыл.

Это, конечно, не означало, что меня сразу же заметят. Но момент расслабления закончился. Я потянулся, осмотрел уже почти затянувшиеся дыры в адской броне, потёр щеку.

Сражаться на протяжение двух с половиной лет, и не со случайными встречными, а с желавшими моей смерти врагами и их наемниками, сила которых вполне могла превосходить мою многократно, было не просто сложно, но и очень выматывающе.

Тем более что в зоне воскрешения двадцать четыре на семь дежурили их агенты, а значит умирать, даже с учётом специфики духовной арены, мне было ни в коем случае нельзя.

Возможно, Алистер был прав относительно того, что все это накопившееся напряжение влияло на мой прогресс. Впрочем, вне зависимости от причин, стена, в которую я уперся, никуда не денется.

Мои аспекты застряли на девяноста процентах завершенности, отказываясь развиваться дальше, что бы я ни делал. Энергия также больше не накапливалась, так что шестнадцать атрибутов стали моим максимумом.

По сравнению со временем начала фестиваля я стал многократно сильнее – это было бесспорно. Духовная арена и убийство многочисленных преследователей стали в этом огромным подспорьем.

Но до силы даже не Катриона, а Умсы или Семургдалиона я пока не дотягивал. И, похоже, шансов достичь подобной мощи до начала заключительной части фестиваля мне бы уже не представилось.

Впрочем, плохого ничего в этом не было. Как минимум я уже стало достаточно сильным, чтобы самому искать собравшихся в облаву на меня гончих псов, а не бегать от них по всему огромному миру духовной арены.

Кстати об этом. Не прошло и пары минут после ухода Алистера, а на горизонте уже показалась мощная аура. Очень знакомая аура.

Слишком знакомая.

- Руби?

Глава 56

Сорвавшись с места на максимальной скорости, наплевав на возможных наблюдателей и преследователей, я устремился вслед за аурой.

Вскоре в радиус моего восприятия уже попала изящная фигурка девушки-Майигу. Вот только вместо пяти хвостов и лисьих ушей на её коже тут и там виднелись рыбьи чешуйки, а сама кожа имела характерный синеватый оттенок.

Тем не менее, сходство аур было очевидно, да и отличительные черты внешности были тоже довольно легко узнаваемы.

- Литана? - спросил я у уже повернувшейся ко мне с настороженным выражением девушки.

Двое детей Руби, похищенных вместе с матерью, были девочками-близняшками, их назвали Литана и Тилана. При этом Литана пошла в отца, став русалкой, пусть и не высшей, а Тилана – в мать, унаследовав лисьи гены.

- Да… - протянула девушка, явно не понимавшая, как реагировать на мой вопрос и надо ли нам сражаться. - Кто вы?

На всякий случай я просканировал местность насколько мог далеко. Никаких засад или ловушек, мы действительно были одни посреди огромных пространство духовной арены.

Тем не менее, раскрывать свою личность внучке прямо сейчас все-таки не стоило.

Сила Литаны, разумеется, не представляла для меня нынешнего никакой угрозы. Но она находилась на уровне, недалеком от Высшего Майигу, что было довольно странно с учётом того, что по идее она должна была быть заложницей.

Я не думал, что девочки или тем более Руби могли переметнуться на сторону врага. Но в этом определённо было что-то настораживающее.

- Меня зовут Рей Кассий.

- Это вас преследуют?! - в испуге воскликнула она, отлетая на несколько сотен метров и принимая боевую стойку.

- Да, но сам я нападаю только на тех, кто уже нападал на меня. Так что тебе нечего бояться.

- Звучит не слишком обнадеживающе, - поморщилась Литана, но энергию свою отозвала и из боевой стойки вышла. - С другой стороны, если хотя бы часть слухов о вас правда, вы бы давно убили бы меня, если бы захотели.

- Твоя правда, - кивнул я.

- Но откуда вы меня знаете?

- Я знаю не тебя. Твоя аура показалась мне знакомой. Твою маму ведь зовут Руби?

Я ожидал довольной улыбки, возможно нового витка подозрений или даже гнева. Но реакция девушки была максимально не такой, какую я бы хотел увидеть.

- Не знаю, как её звали, и мне неинтересно, - поморщилась Литана с отчетливым презрением в голосе. - Она меня бросила. Теперь у меня другая, лучшая семья. А откуда вы-ы… ох!

Она охнула и схватилась за грудь, параллельно начав опускаться к земле из-за потери контроля над своей мировой аурой.

Хлынувшая из моего тела убийственная аура, не чистая энергия, а скорее скопище эмоций и намерений, направленных на моих смертельных врагов, на неопытных и относительно слабых духом существ вроде Литаны действовала максимально угнетающе.

Дети Майигу рождались без человеческого разума, по сути обычными монстрами, пусть и с огромным потенциалом. И в зависимости от видов, к которым принадлежали родители, а также множества других факторов, обожествление и обретение сознания могло задержаться на годы, десятилетия и даже века.

Мо, Руби и остальных похитили вскоре после рождения близняшек, когда о становлении Майигу ещё не могло идти и речи. Так что похитителям не должно было составить никакого труда, отлучив детей от матери, воспитать их самим, налив им в уши какого угодно дерьма.

По идее это было даже выгодно. Ведь по сути, таким образом можно было убрать шанс на то, что заложник сбежит, ведь он будет полностью лоялен похитителям, даже не подозревая, что является жертвой.

Однако подобные методы, особенно когда это касалось моих близких…

Умса и остальные ублюдки не просто сдохнут. Даже участь Луария, главного ублюдка мира Драконьих Островов, убившего Кассия и поставившего на самую грань гибели Мо, покажется этой падали благословением.

К сожалению, сейчас я не мог просто сказать Литане: “Нет, это все ложь, твоя мама – заложница, как и ты, а я – твой дедушка, пришедший тебя спасти”. Шанс на то, что она мне сходу поверит и все примет, был нулевой. Все-таки похитили их уже больше сотни лет назад, и она максимально привыкла к той жизни, что у неё была.

Вернувшись к себе “домой”, она обязательно расскажет обо всем своим “родителям”. Может быть потому что сочтет, что правильно будет меня сдать, а может быть потому, что захочет узнать правду.

Похитить её обратно, передав Алистеру или Эллисе, тоже было нельзя. Исчезновение девушки точно разворошит осиное гнездо и наш план, и так ставший куда сложнее из-за раскрытия моего инкогнито Фавросом, может окончательно сломаться всего за два месяца до начала.

Оставалось только стиснуть зубы, принять то, что Умса, Понтифик и остальные были не просто ублюдками, но ещё и хитрыми и беспринципными ублюдками, и перетерпеть.

- Извини, - выдохнул я, скрыв убийственную ауру и постаравшись насколько только возможно искренне улыбнуться внучке. - Я просто подумал о том, как это должно быть сложно – жить в отрыве от своих корней.

- Мне… - Литана, глубоко продышавшись, выравняла свой полёт, но приближаться после произошедшего, разумеется, не стала. - Мне и так хорошо. Если увидите мою маму, передайте, что я не хочу её видеть.

Я скрипнул зубами.

- Посмотрим. Скажи, твоя сестра живет с тобой?

- Ага. И очень хорошо, что вы встретили меня, а не её. Тилана бы обязательно попыталась вызнать все, что можно, о нашей матери. До сих пор считает, что обязана её найти. Наивная. Ой! - она дёрнулась и взглянула на меня из-под прищуренных век. - А почему я вам это все так просто рассказываю? Какая-то ментальная магия?

- Я просто внушаю доверие, - пожал я плечами.

На деле скорее всего дело было в том, что наши ауры были отчасти схожи и Литану располагал ко мне этот резонанс. К счастью, мои навыки контроля энергии были на достаточно высоком уровне, чтобы никто, не достигший хотя бы той же силы, не смог проанализировать мою ауру напрямую с помощью восприятия. Иначе девушка наверняка бы поняла, что мы родственники.

- Ну да, конечно, - фыркнула она. Но подозрительный прищур исчез. - Это все, что вы хотели узнать?

- Ещё одно. Не скажешь, кто тебя приютил? Кто твои приемные родители?

- Зачем это вам?

- Хочу… поблагодарить их. Выразить своё восхищение, так скажем.

- Ну, думаю, даже с учётом того, что говорят о вас, вы все равно не сможете навредить им. Так что, наверное, можно и сказать. Наши с Тиланой родители – Ни Иам Ро и Ни Ург Вал.

Прорезавшиеся на руках когти впились в мякоть ладони. Нельзя было подавать виду, что эта информация что-то для меня меняла.

- Хорошо. Передавай им мои благодарности, когда увидишь.

- Ну ладно. Передам. И… все? Я могу идти?

- Можешь.

- Спасибо.

Силуэт Литаны вскоре исчез в мареве духовной арены. А я остался висеть в воздухе, прокручивая в голове тысячу и одну мысль.

Ни Иам Ро – одна из Высших Богов. Ни Ург Вал – Старший Бог, её муж.

Была ли хоть в одном отчёте информация о том, что сговорившие и похитившие Мо и остальных трое Байгу и трое Мудрецов заключили союз ещё и с Божественным Царством?

Нет, не было. За все годы подготовки мы не нашли ни единого следа, который указывал бы на подобное сотрудничество.

Тем более на то, что Умса и Понтифик передадут Богам заложников, которые по идее должны были являться гарантом ненападения между Содружеством и Землями. И тем более что именно девочки – правнучки Умсы, являлись самыми ценными и важными заложницами.

Более того, все известные источники утверждали, что Мо, Руби, Шиито и остальных держат на территории мира фестиваля, принадлежащей Землям Небесного Грома, распределив между владениями трёх мудрецов-заговорщиков. Всех, включая Литану и Тилану.

Кто именно и у кого в плену находился, нам узнать так и не удалось. Но по сути это было не так важно, так как план в любом случае должен был включать в себя налеты на все три владения.

Однако теперь все настолько запуталось, что я уже даже не мог понять, был ли смысл в этих самых налетах. Что, если на деле это все было ширмой, мастерски расставленной ловушкой, а на самом деле всех заложников распределили между неизвестным количеством мировых скоплений?

Хотя, подумав об этом подольше, я понял, что все-таки подобных масштабов ожидать не стоило.

Литана и Тилана были оторваны от матери до обретения полноценного разума, а потому их можно было перевоспитать в любой, на выбор похитителей, атмосфере и не волноваться, что они сбегут.

Однако Мо, Руби, Шиито и Ризелла были уже состоявшимися личностями. Если бы их отправили куда-то подальше, то у Умсы, Понтифика и остальных только прибавилось бы головных болей из-за постоянно висящей в воздухе вероятности их побега.

Вот только вопрос по прежнему оставался. На кой хрен шестерке заговорщиков отдавать, по сути, главное подтверждение их сотрудничества другому скоплению? А потом ещё и старательно делать вид, что Литана и Тилана до сих пор у Мудрецов…

В голову стукнуло озарение. А если они не отдавали девочек Ни Иам Ро? Если мои внучки попали к Высшей Богине против воли Умсы и остальных?

Тогда по идее все сходилось. Очевидно куда более мягкое и доброжелательное отношение приемных родителей к близняшкам. Активно распространяющаяся деза о том, что девочки до сих пор у Мудрецов.

Даже то, что Тилана, в отличие от сестры, до сих пор питала надежды найти их мать, в таком случае становилось более понятно. Ведь если бы Ни Иам Ро была заодно с Умсой и остальными, она бы наверняка постаралась воспитать девочек в атмосфере ненависти к бросившей их матери, а тут на лицо явно была свобода мысли и принятия решений.

Правда, тогда возникал новый вопрос. Каким образом, считай, новорожденные близняшки смогли ускользнуть из-под носа у трёх Мудрецов и трёх Байгу?

На ум сразу приходила магия пространства Мо. Но даже с десятой стадией Магистра она не должна была быть в силах переправить Литану и Тилану так далеко, чтобы Понтифик и остальные не смогли найти их и захватить по новой.

Возможно, им кто-то помог? Какая-то третья сила, отбившая близняшек у заговорщиков и отправившая туда, где ни Байгу, ни Мудрецы не могли козырять своей властью – в дом Ни Иам Ро, второй по силе во всем Божественном Царстве.

Но кто? В памяти сама собой всплыла таинственная фигура, стоявшая за Аргиронтом, Амалой и ещё несколькими преступными синдикатами во владениях других Байгу и даже в парочке других мировых скоплений.

Его личность до сих пор оставалась для меня полнейшей загадкой, хотя за все эти годы я проводил множество расследований самыми разными путями. Точно известны были только две вещи: он очень могущественен, как минимум на уровне Байгу, а то и повыше, а ещё он не из Содружества.

Этот неизвестный кукловод вряд ли был на моей стороне, да и методы у него были такие, что при встрече я бы с удовольствием дал ему в нос. Но, возможно, в данном конкретном случае его интересы просто совпали с моими? Или, скорее, разошлись с интересами заговорщиков?

Или это был кто-то, о ком я вообще пока ничего не знал? Ещё более таинственный персонаж, обладающий, тем не менее, силой на уровне тех же Байгу?

- Ох… - я с силой провёл рукой ото лба до подбородка, стягивая лицо вниз. - Тяжко…

Так, ладно.

В любом случае Умса и остальные умрут мучительной смертью. Если Ни Иам Ро помогала им, то её ждет та же участь. Если же она не была с ними заодно, а наоборот, приютила девочек по доброте душевной – я буду ей искренне благодарен уже по-настоящему.

А пока что нужно было перепроверить всю информацию относительно того, где держат заложников, желательно по паре раз и, возможно, ещё раз сходив к Стелле. Не факт, что подобная информация, пусть косвенно, но все-таки влияющая на исход переговоров скоплений, будет по силам её чуду. Но проверить лишним не будет.

А ещё, хотя я думал продолжить играть с охотящимися на меня ради мести или награды ребятами до самого начала финального этапа фестиваля, после встречи с Литаной планы свои поменял.

Во-первых, потому что это неожиданное знакомство с собственной внучкой порядком выбило меня из колеи и весь боевой настрой, накапливавшийся все последние два с половиной года, куда-то делся.

Во-вторых, потому что эта встреча и недавние слова Алистера напомнили мне о том, что у меня есть не нулевые шансы наткнуться на кого-то из подчинённых Семургдалиона. Вероятность была маленькой, но, раз уж я на Литану просто так наткнулся, то все же стоило поостеречься.

Тем более что, и это было “в-третьих”, я и правда уже не смог бы почерпнуть из новых столкновений ничего полезного. Прямое повышение силы было невозможно, да и боевой опыт за пару месяцев как-то заметно не увеличится.

Так что, оставив в условленном месте послание для своих, вместо того, чтобы продолжить двигаться по горизонтали в поисках новых врагов, я устремился вертикально вниз, остановившись лишь тогда, когда моё собственное восприятие уже час как перестало дотягиваться до поверхности земли.

Оставшееся время я собирался провести тут, в попытках, скорее всего бесплотных, но все-таки, спровоцировать новую эволюцию или хотя бы понять, по какому пути мне к ней следовать.

К тому же мне нужно было немного потренироваться в призыве драконьего доспеха, созданного Дарвой – второго режима моей серой брони.

На данный момент энергии и физической силы тела мне хватало лишь на создание пары латных перчаток. Полноценный доспех по прежнему был для меня слишком тяжел, во всех смыслах и я даже не думал пока о подобном уровне.

Но вот над скоростью создания перчаток можно было поработать, поскольку пока что из-за огромных энергозатрат и нагрузки на организм это занимало почти секунду. На моём нынешнем уровне практически вечность.

На встречу с Эллисой, которая должна была состояться через месяц, я не пошел. Все равно вскоре духовная арена должна была схлопнуться и я бы в любом случае был вынужден вернуться в реальный мир фестиваля.

Собственно, на девятисотый день проведения фестиваля десятитысячелетия Содружества это и произошло. Невидимая сила мировых правил подхватила меня и вытолкнула прочь с духовной арены, прямо в толпу таких же устраненных.

Благо, я успел загодя поменять маску, так что в моменте меня никто не узнал, а через секунду я уже был далеко. Впрочем, не думаю, что, даже если бы я остался, мной бы заинтересовалось много народу.

Зрелище, представшее взглядам устраненных, а также обычных зевак, явившихся к центральной зоне фестиваля, было куда интереснее.

Из верхушки закрывавшего арену серого купола проклюнулось фантомное древо, явно имевшее непосредственное отношение к системе скопления Древа Вечности.

Древо быстро росло, за пару минут пронзив облака и уйдя в ближний космос, и раскинув свою крону над всей бывшей духовной ареной. Серость барьера при этом с каждой секундой становилась все более блеклой и прозрачной.

И когда пропала совсем, обнажив уже не увеличенный в тысячи раз, а вполне нормальный пейзаж, сотканное из накопленной ареной энергии древо вспыхнуло ярким зеленым сиянием, а с его веток начали опадать сияющие от огромной концентрации мировой ауры листочки.

Продержавшись в воздухе несколько секунд, эти листочки вдруг начали стремительно обрушиваться на землю под древом. Там, где они падали, сама земля тоже начинала светиться от энергии, а когда свечение постепенно затухало, на месте падения листочка словно из пустоты возникал вертикальный столб материи: камня, дерева, металла, стекла, а чаще смеси этого всего.

Поначалу понять, что это такое, было очень сложно. Но чем больше падало листочков и чем больше возникало столбов, тем очевиднее становилось: таким экстравагантным образом прямо на глазах у зрителей строится главная арена фестиваля.

Это был самый главный район, в центре которого должна была выситься ратуша, в которой по плану и произойдут переговоры, а по периметру должны были разместиться элитнейшие из элитнейших заведений всех восемнадцати мировых скоплений.

Насколько я понял объяснения Алистера, все это представление с древом и падающими листьями было не просто для красоты. Благодаря нему, путем смешения систем нескольких скоплений, организаторам фестиваля удалось добиться того, что все материалы, из которых выстраивалась главная арена, по прочности стали сравнимы с материалами Истинного Мира.

С учётом того, что сами технологии строительства были куда более продвинутыми, чем в Изельграунде или Гариевинда, с армированием стен, укреплением фундамента и специальным покрытием стен, а все дома, тротуары и даже фонарные столбы были дополнительно покрыты вязью сильнейших рун, главная арена должна была стать практически неразрушима.

Это не считая закрывавшего её энергетического купола, сконденсировавшегося из самого колоссального древа после того, как с него упали все листья.

Можно было подумать, что внутри этого купола была временно создана самая безопасная зона во всех Великих Душах.

Но по моему мнению, это была самая прочный в мире капкан.

И я собирался добровольно засунуть в него голову.