Клуб «Лабиринт»
Глава 21 «Дриада»
Парк Сокольники.
— Как же мне плохо… — парень из садово-парковой бригады перевернул лопату и приложил ее ко лбу холодной стороной.
Перед его лицом появился розовый фантик и бодрый голос предложил:
— На, держи ириску!
— Нет, спасибо, — он жестом отказался. — Мои пломбы для меня очень много значат, и я не готов с ними пока расстаться.
Прошлый вечер не задался. И дело было даже не в том, что в клубе «Лабиринт», куда он проник полузайцем, получерепахой, в кульминации шоу сработала пожарная сирена и всех гостей в срочном порядке эвакуировали. О нет…
Причиной его страданий была глупейшая промашка... Пытаясь снимать влог из-под полы, в потёмках, он трижды перепутал стаканы, скакнув с низкого градуса на высокий, с высокого на низкий… Еще и запил все это чистым абсентом!
Утро было… Недобрым. И стало еще хуже, когда он вспомнил, что ему сегодня нужно быть на роботе. Он собирался в такой спешке, что под его рабочим комбинезоном все еще была вчерашняя клубная одежда, которая будет безнадежно испечена к концу рабочей смены.
* * *
— Ландшафтный дизайнер. Дизайнер! — увещевала его мать, пакуя чемоданы. — Очень востребованная профессия. Ты же у нас такой креативный, тебе точно подходит! И не абы где, а в МОСКВЕ! Не смей упускать этот шанс!
Угу. Вот только то, что «ландшафтный дизайнер» — это синоним «садовника», а иной раз «дворника». Ему разуметься объяснять никто не стал… Как и то, что переезжающим в Канаду родителям было выгоднее сбагрить «талантливого», но «бестолкового» младшего сына в общежитие при колледже, чем искать того, кто приглядит за ним в старших классах.
Парень фыркнул и в очередной раз, перевернув лопату остывшей стороной ко лбу.
Иной раз ему казалось, что проще было угодить в армию. План посадки составляет один человек, командует другой, решает все кто-то третий. А ты? Верно, просто делай то, что тебе велят, и «наслаждайся» работой на свежем воздухе, и неважно: палящее солнце, моросящий дождь, удушающая влага или зубодробительный мороз, а насекомые? Брр. О них даже вспоминать не хотелось.
Довольно очевидно, что в отличие от некоторых идейных коллег учиться и работать по профессии ему совсем не нравилось? Впрочем, это сущая ерунда, ведь у него с самого начала был план. Блогинг!
Пристроиться, тянуть учебу, чтобы не отчислили, и всеми правдами и неправдами раскрутить себя как бренд.
Что у него, собственно, и вышло… Канал и паблики приносил ему небольшой доход. Как и подработка в виде озвучки разных аниме и сериалов. Иногда его даже узнавали подписчики на улице. Ну и пусть по меркам Москвы он был нищебродом. Зато креативным и амбициозным нищебродом!
Оставалось только нащупать тот самый — хитовый формат!
Он был на пороге прорыва!
Когда у него сгорел рабочий ноутбук и рабочий процесс встал намертво. Наныть нужную сумму у подписчиков вышло, лишь наполовину… Постоянно держа в уме, что безработным кредиты не дают, ему не оставалось иного выбора, как пойти, работать по профессии.
* * *
Порыв ветра принес с собой осенние листья.
Солнце ненадолго показалось из-за туч, когда мимо них, напевая в такт мелодии, пробежал загорелый атлет в солнцезащитных очках с длинными светлыми волосами и широкой улыбкой. С его уходом солнце вновь скрылось за облаками.
Следом за ним, мимо прошла миловидная девушка с жизнерадостным самоедом на красном поводке. Пушистый белый пес, заметив Блогера, тут же встал в позу, подобжав хвост, и на дрожащих лапах, начал лаять. Брешить не своим голосом. А затем резко рванулся прочь, вырвав из рук отвлекшийся на плейлист хозяйки красный поводок.
— ОРФЕЙ?! — С криками хозяйка побежала за ним следом. — Постой!
— …
— А господин «известный» Блогер, — к нему подошел старый дворник с крючковатым носом, пропахший сигаретным дымом. На лысой макушке была кепка шофёрка, зубы с двумя дырками, в кармане засаленной рубашки колода карт, а за мохнатым ухом самокрутка. — Что-то не нравишься ты сегодня собакам, как я погляжу.
Блогер хотел переложить ответственность на своего соседа по скамейке. Однако бомжа, что предлагал ему ириски, уже и след простыл.
— Видимо, из-за запаха, — он фыркнул. — Вокруг меня, с самого утра, один из местных бомжей тереться… Вам что-то нужно, дядь Коль?
Спросил он у дворника, с завистью покосившись на бывшего одногруппника, вокруг которого кружилось сразу три девушки. А вот к нему почему-то вечно магнитом тянуло бомжей, стариков и городских сумасшедших… Эх.
— Ты хоть понял, что делать? Взгляд у тебя такой, словно ты тута, но не тута.
— Все то же самое. Готовим очередной парк к приходу зимы. Гребем листья, убираем сухие ветки, отмечаем мертвые деревья для сруба… Что бы весной никого ни прибило упавшей веткой.
— О-о. А знаешь, какой штраф, если здесь деревце срубить, без разрешенья-ца?
— Тыщи три? — предположил Блогер.
— Не-е, — дворник, криво улыбнувшись, поднял скрюченный, как сухой сук палец. — Полмильона!
— Скока? — Блогеру показалось, что он ослышался.
— Пол-мильона!
К ним подошел Бригадир, низенький, полноватый и усатый мужичок в каске. Завидев которого, дворник, не меняясь ни в лице, ни в позе, жестом опытного фокусника заставил самокрутку погаснуть и незаметно исчезнуть в кармане засаленной рубашки.
А Бригадир между тем, не отрывая взгляд от планшета, строго отчеканил:
— Несанкционированный. Сруб. Деревьев. В лесопарковой. Зоне. Города Москвы. Накладывает. Штраф. Юридические лица: от 200 000 до 500 000 рублей. Должностные лица: от 20 000 до 50 000 рублей. Граждане: от 3000 до 5000 рублей.
Его меланхоличный вид моментально испарился, стоило его огромным ноздрям пару раз широко раздуться, учуяв запах перегара и сигаретный дым*. Он вздрогнул, сердито уставившись на подчинённого и на прохлаждающегося старика, который с величайшим талантом, опираясь на метлу, отыгрывал сценку: не тревожь меня я старый и сплю!
(* Почти все Московские парки за редким исключением являются свободными от курения зонами. Дворник, в свою очередь, был человеком старой закалки с долей хитринки. Живший в отношении всяких «глупых» (по его мнению) запретов по принципу: Нам нельзя? А мы в обход.)
— Вижу, вчера хорошо погуляли? — не скрывая презрения, Бригадир вручил, пляшет с разметками, похмельному подчинённому. — Держи. И смотри мне, ничего не перепутай! Пройдешь эти сектора и отметишь все больные и мертвые деревья. Те, что под сруб. Как на бумаге, так и на самом дереве. И еще… — он сердито посмотрел на старого дворника: — Это парк, и здесь не курят! Штраф от 500 до 3000 рублей!
Дворник, приподняв седые брови, похожие на двух мохнатых гусениц, огляделся с самым невинным видом и сделал вид, что заметил правонарушителей, ушел «наводить порядок».
— Похмелье тоже запрошено? — с сарказмом в голосе поинтересовался Блогер.
Однако бригадир не удостоил его ответом, подняв громкоговоритель, он рявкнул на других подчинённых, стремительно зашагав прочь.
«— Зараза, это он специально!»
Дождавшись, пока, звон в ушах немного стихнет, Блогер внимательнее изучил бумаги и поднял свои инструменты, направился в указанном направлении, бормоча себе под нос:
— Ну, что, дорогие подписчики и работяги… Тц. Быстрее начнем, быстрее закончим.
Внезапно Блогер ощутил, как кто-то смотрит ему в затылок. Раздавшийся смешок, заставил его вздрогнуть и обернуться, но позади не было никого и ничего, кроме, укрытых туманом деревьев, шуршащих листьев и треска ветвей.
«Наверное, птица или белка».
Зябко поежившись, он направился вглубь парка, не заметив, как среди деревьев мелькнул чей-то зеленый силуэт, и последовал за ним.
Исчезая за одним деревом и появляясь за другим.
* * *
Белоснежный пес бежал прочь от парка Сокольники, поджав хвост и подгоняемый животным страхом. Совершенно не слыша крики бегучей за ним хозяйки:
— Орфей! Остановись!
Но Орфей так и не остановился, выскочил на проезжую часть, пересек двойную сплошную, когда перед его мордой оказалась машина такси.
— ОРФЕЙ! — в ужасе закричала его хозяйка, споткнувшись и упав на колени.
Но Орфей даже не оглянулся.
Полные ужаса крики. Прохожих, пассажира и водителя такси… Свист шин. Гудок руля. Сработавшая подушка безопасности… И все это под удивленные взгляды стоящих на противоположной стороне дороге наряда ГИБДД в служебной машине, что как раз возвращались на пост с обеда:
…
..
.
Спустя целую минуту тишины молодой инспектор, все же спросил:
— Ты это сейчас видел? ВИДЕЛ?! Мне не померещилась?
— Видел, — не менее ошарашенно ответил его старший коллега, поправив фуражку, а затем посмотрел на коллегу со странным выражением на лице. — А ты… Это… Заснял?
Младший инспектор тут же бросился к видеорегистратору и спустя секунду с небывалым счастьем в голосе, прокричал:
— ЗАСНЯЛ!
* * *
Была уже середина дня, а туман и не думал уходить или становиться менее плотным. Менее тревожным.
Блогер зябко поежился.
«Аномалия какая-то… Может попробовать формат охоты за привидениями? Нет. Не люблю заброшки. Да и бегать часами с выпученными глазами и орать от якобы испуга повторя: «Вы это видели? Видели?!». Нужен определенный талант и…»
Войдя в следующий сектор, он замер, уставившись на представшую перед ним картину.
— Какая жуть.
В центре небольшой поляны стоял мертвый дуб. Кривой, перекошенный, треснувший напополам и обугленный (будто в него когда-то угодило молнией) с неестественным изгибом голых ветвей, покрытых паутиной, словно фатой невесты.
В воспоминаниях всплыл тот эпизод его жизни, когда он пытался снимать летсплеи хоррор игр… Блогер решительно тряхнул головой, прогоняя непрошеные мысли, и приступил к работе. Сделал снимок. Отметил дуб ручкой в планшете. Затем потряс баллончиком с краской, поднес его к коре и…
Ничего. Глухой пшик. Закончилась краска.
Тихо выругавшись. Блогер хлопнул себя по лбу, осознав, что забыл взять с собой запасные.
— …
При мысли, что нужно идти обратно к Бригадиру, прекрасно зная, что тот начнет костерить его последними словами на повышенной громкости за расточительность, безмозглость, срыв сроков и прочее, прочее…
— Моя больная голова это точно не оценит…
И тут он заметил — нечто странное и блестящее. В глубине расколотой коры, возле того, что раньше было дуплом. Нечто блестело и переливалось яркими бликами, как расплавленный металл или… драгоценный камень?!
Глаза Блогера мигом загорелись. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого рядом нет. Он попытался расковырять кору, но у него ничего не вышло. Тогда он достал из чехла небольшой топорик и, стараясь не слишком шуметь, замахнулся… Но стоило лезвию вонзиться в кору, как иссохший дуб закричал полным боли женским голосом:
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!
Из места, где лезвие топора глубоко вонзилось в кору дуба, хлынула густая и вязкая алая жидкость. Кровь! Пачкая ему перчатки, комбинезон и струей, проливаясь на землю. Окрашивая в алый пожухлую траву и осенние листья, наполняя воздух сладковатым запахом гнили с привкусом ржавчины на языке. Запахом смерти.
Потрясенный Блогер попятился назад, не веря своим глазам.
С сухим треском из места, где дуб от удара молнии, раскололся напополам, неестественно двигаясь и щелкая каждым суставом, появилась женская фигура в изорванном и грязном платье.
Неосознанно Блогер попятился назад.
Когда туловище жуткой женщины появилось почти целиком, ее голова с громким хрустом повернулась, и она с нескрываемой злобой уставилась на него сквозь спутанные зеленые волосы лишенными жизни голубыми глазами с белыми зрачками. Ее рот приоткрылся и из него вылезла огромная сколопендра.
— Бл*ть… — это стало последней каплей, побросав свои вещи, Блогер развернулся и дал деру, без остановки причитая: — Нафиг. Нафиг. Ну нафиг!
Он бежал, не разбирая дороги… Главное прочь из парка!
Однако парк и не думал заканчиваться…
Словно бесконечный осенний лес, укутанный туманом, ставший лабиринтом из одинаковых деревьев. И как бы быстро он ни бежал… Жуткая покойница в рваном платье преследовала его. То и дело оглядываясь назад, он видел, как с каждым разом она становится все ближе, ближе и ближе…
— Помогите. Спасите. Ну хоть кто-нибудь! Умоляю… А-а?!
Неожиданно Блогер споткнулся о торчащий из-под земли корень и полетел лицом вниз. Прямиком на лежащую среди мха неприметную корягу, из которой торчали длинный сухой сук.
Кто-то схватил его за ворот, не дав упасть. Блогер замер, застыв в сантиметре от коряги напротив его зрачка. Она была так близко, что он разглядел ползущего по ней муравья… Тот удивленно пошевелил усиками, уставившись на него.
— Уф. Поймал.
Его отдернули назад, заставив упасть среди пожухлой осенней листвы. Усевшись там на пятую точку и, пытаясь вспомнить, как дышать, он неотрывно смотрел на сухой сук на коряге, который едва не лишил его глаза. Издав нервный смешок и чувствуя пробивший его холодный пот, он медленно поднял глаза… К его облегчению это была не жуткая покойница, а высокий парень в золотой куртке, что обеспокоенно смотрел на него светло-карими глазами, сквозь очки в золотой оправе с толстыми линзами. Незнакомец осторожно спросил:
— Ты как?
«Уверовал в ангелов-хранителей и отложил целый завод кирпичей!»
Попытался пошутить Блогер, но не смог выдавить из себя ничего, кроме хныкающих звуков, а потому просто закусил губу и молча ему кивнул.
Тут он заметил, что парень в золотой куртке был не один… За его спиной маячил бомж!
Тот самый, что терся рядом с ним с самого утра и не затыкался, ни на минуту, предлагая ириски. Все бубнил и бубнил, а если не бубнил, то песни напевал. Янусова. Филигранно игнорируя все попытки, его спровадить. Бомж был: невысоким, смуглым, почти круглым, с кривыми ногами, носом картошкой, пышной кучерявой бородой и шевелюрой с проседью. И при всем этом с поразительно живыми и сияющими глазами, излучая бесконечный оптимизм, словно игнорируя тот факт, насколько сильно природа его обделила. Да и жизнь, судя по пестрым обноскам, тоже не была к нему добра.
— Ты только посмотри, кого я тебе на выручку привел! — радостно поведал бомж, указывая на высокого парня. — Знакомься! Мой лучший друг. Это Аркаша! Ну, Аркадий Янусов. Его все знают. Он обязательно тебе поможет. Он всем помогает!
У парня в очках дернулся глаз. Хотя тот и продолжал мягко и успокаивающе ему улыбаться. На каком-то уровне Блогер сразу понял, что парня зовут не «Аркаша». Это имя ему совсем не подходило. Хотя, пожалуй, да… На знаменитого Аркадия Янусова он, правда, был чем-то похож. Более улыбчивая и дружелюбная версия.
Парень в очках как-то странно смотрел на бомжа, вернее, на то место, где у того должна быть тень. Затем достал телефон и опустил взгляд на… GPS навигатор? Где виртуальная алая нить резко уходила влево и вела прямиком в гущу леса, из которого он только что сбежал. Убрав телефон обратно в карман, он негромко у него спросил:
— Ты как, не ранен?
Блогер отрицательно покачал головой и нервно рассмеялся. Наткнувшись на живых людей, он был готов бросился на своих спасителей с объятиями, но вместо этого…
— Мужики, там такое!
Глава 22 «Дриада и Фавн»
* * *
Ян выслушал его рассказ, чуть нахмурившись. Происходил тот же сценарий, что и в прошлые разы, но с небольшими отличиями. Блогер тем временем немного успокоился и пригляделся к Яну. В его глазах мелькнуло узнавание:
— Постой, а я тебя знаю. Видел где-то. Ты, случаем, не блогер? Я внимательно изучаю формат, и кто сейчас в тренде…
— Я? — Ян опешил. — Нет. Мы вместе были вчера на открытии клуба «Лабиринт». Там…
При названии клуба Блогер перепугался еще больше.
— «Лабиринт?» О нет. Нет. Меня там вообще не должно было быть! Мы с ребятами работали в сквере! Каторга. Жарища! Тут визг шин. Грохот. Крики. Парочка пьяных мажоров на дорогущей тачке разбилась… Просто в хлам. У них сто лет, как права отобрали, но разве таких это останавливает? Гаишники и полиция все оцепили. Я подошел поближе посмотреть… Мне это приглашение ветром принесло. С именем «Эвридика»! Об этом клубе только глухой не слышал! Но никакой прессы или крутых рябят, не пригласили! И тут такой шанс тайком снять влог!
— «Эвридика»? — удивленно переспросил Ян. — Как ты умудрился пройти по женскому приглашению?!
— Понятно как. — Блогер развел руками. — Кружок «очумелые ручки», и пять за уроки труда! Я всю ночь на это потратил, но смог изменить имя «Эвридика» на «Эврипид». До последнего не верил, что прокатит. Весь вечер боялся, что поймают и камеру отберут…
— Как тебя вообще пустили?
— Повезло. Там на входе стала скандалить какая-то бабища в раскраске а-ля Клеопатра со своим фараоном, и охранники пропустили меня почти не глядя.
Ян вздрогнул, когда услышал, как Ариадна цокнула языком.
«— Заметка на полях. Кое-кто все же лишится у меня премии».
Ян мысленно посочувствовал той девушке-хостес и охранникам.
«— И все же… Дебет с кредитом у нас сошелся. А значит, среди наших гостей есть еще как минимум один импостер. Ян, не расслабляйся».
— И не собирался…
— ?
—Ла—ла—ла.
Среди деревьев послышалось эхо жуткого женского пения! Блогер взвизгнул и спрятаться за Яном. Бомж между тем с самым сочувственным видом похлопал того по плечу и всучив-таки злосчастную ириску, сказал Яну:
— Погодь, Аркаша! Я его сперва выведу. Одна нога здесь, другая там!
Ян отреагировал с задержкой, словно не сразу понял, что обращаются к нему, остановился у кромки «леса», и молча кивнул. Бомж, просияв, схватил Блогера за руку и повел куда-то на ходу его отчитывая.
* * *
— Ариадна, что скажешь?
«— Этот вопрос должен быть адресован тебе».
Ян задумался.
— Рациональный вариант… Становится… Несколько… Неправдоподобным?
«— Я восхищена твоим здравым смыслом. П-ш. П-ш. Тц. Геф, ты еще не придумал, что нам с этим делать? — выругавшись, обратилась Ариадна, к кому-то за кадром. А затем спросила у Яна: — У тебя есть маршрут?»
— Да. Постараюсь запомнить карту.
«— Или как современный человек, просто сделаешь ее скриншот?»
Ян оторвался от телефона. Неизменная улыбка исчезла с его лица, на секунду, сменившись раздражением:
— … Как вариант.
Яну казалось, что он отвлекся на телефон всего на минуту, может, меньше, но стоило ему поднять взгляд, как перед ним вновь стоял тот странный мужичок. Смуглый и бородатый коротышка с кривыми ногами, одетый в разноцветные обноски и с широкой улыбкой.
Когда тот первый раз внезапно выскочил на него из-за деревьев, Ян с перепугу огрел его подвернувшейся под руку веткой. Подумал, что это их новый «ViP-клиент». Но нет. «Нить Ариадны», натянувшейся леской, упрямо показывала ему другое направление… Даже несмотря на то, что тени у мужичка не было.
— Еще раз простите, что ударил.
— Аркаша! Ты и извиняешься? Ха-ха! — мужичок заливисто рассмеялся и развел руками. — Чай май на дворе, а снега я не вижу! — он огляделся по сторонам, и веселье в его глазах сменилось растерянностью. — Или сейчас август? А может июнь? Какое сейчас время года? — он принюхался. — Нет. Так, смертью пахнет только осень.
— …
Ян открыл рот, а затем закрыл его. Судя по всему, мужичок был глуховат и треп был не что иное, как его самооборона миру… Ян уже встречал таких людей, как и тех, кто назывался «хорошими друзьями» его отца. И с теми, и с другими спорить было совершенно бесполезно.
Правда, в одном этот мужичок все же был прав: «От отца и правда никогда не дождешься ни извинений, ни благодарности. А единственный раз, когда он это сделал в мае и правда пошел снег… Незадолго до его смерти».
Между тем мужичок потряс кучерявой головой и с гордостью поведал:
— Неважно! Того мальчонку я вывел! Ты о нем не беспокойся! А теперь…
Снова раздался напевающий женский голос, и мужичок подпрыгнул, навострив мохнатые уши и озираясь по сторонам. Его глаза засияли от сдерживаемых слез.
— Аркаша! Это она. ОНА! Моя невеста! Я так долго ее искал, ждал. А она все это время здесь была! МИЛАЯ! Я УЖЕ ИДУ-У-У!
Не дожидаясь ответа, мужичок умчался прочь, перескакивая с одной ноги на другую, словно хромая на обе. Оставив после себя запах гнилых листьев и хвои. Он скрылся в густом тумане среди деревьев, но не прошло и пары минут, как запыхавшийся мужичок вышел из «леса» с противоположной от Яна стороны, неся на поникших плечах зацепившийся за него серый туман.
— Не пускает!
Ян посмотрел на телефон нить… Все еще указывала маршрут.
— Попробуем вместе?
Мужичок активно закивал.
Под мелодичное женское пение они смогли дойти до поляны среди абсолютно одинаковых деревьев, когда связь внезапно пропала… Попытка двигаться по карте привела лишь к тому, что они снова вышли на ту же самую поляну, на которой вопреки всякой логике и сезону цвели белоснежные ромашки.
— Ариадна? — Осторожно позвал Ян.
Нет ответа.
Ян обернулся, тропа, по которой они пришли, исчезла, со всех сторон их окружал бесконечный осенний лес, полный одинаковых деревьев, укрытый мягкой пеленой серого тумана. Женский голос стих, а затем зазвучал вновь, но со всех сторон. Между деревьев то и дело мелькали размытые женские силуэты, и от дисгармонии их голосов (вернее, одного-единственного голоса) начинала кружиться голова.
Яну вспомнилась присказка: «Леший по лесу водит… В трех соснах заблудит…»
Однако не стоит забывать про древнегреческий антураж. Эмпус. Колединский вепрь. Кто теперь? Дриада.
— Аркаша! Ты ее слышишь?! — обеспокоенно спросил мужичок.
Ян, закрыв глаза, весь обратившись во слух, кивнул:
— Да. Зрение паршивое, но слух хороший. Что именно я должен услышать?
— Некоторые фальшивят. Как под фонограмму поют, но одна — это — ОНА! Настоящая. Я в этом уверен! Я сам не могу понять, откуда она поет... Прошу, помоги!
Ян внимательно слушал, пока среди дисгармоничного многоголосия, не нашел то самое, правильное звучание. Открыв глаза, он кивнул на неприметную тропу между деревьями:
— Нам туда.
Сложно сказать, как долго они бродили по этому укрытому туману лабиринту деревьев, от одной поляны к другой, пока женский голос становился все громче, отчётливее и… смутно знакомым?
* * *
Очередной поворот вывел их к просторной поляне с высохшим дубом, необычной формы в самом ее центре. Из чьей коры торчал топор, испачканный в пересохшей алой крови.
Песня тут же стихла, сменившись сердитым женским вскриком. Зашуршали листья, треснули ветки, сверкнул сердитый взгляд и среди ветвей мертвого дуба, исчез неприметный (и жуткий) женский силуэт.
Мужичок тут же засуетился вокруг дерева ругаясь:
— Топором рубить ее дерево?! Да, как так можно!
Он подбежал к дубу, выдернул топор и, прихватив с земли листья подорожника, стал «обрабатывать» рану.
— Дорогая, теперь ты можешь выйти, никто тебя больше не обидит. Тут только мы с Аркашей! Ты ведь помнишь Аркашу? Вы вместе пели… — поглаживая кору, он пытался уговорить девушку вновь показаться, но в ответ ожившие ветки стали хлестать его по лицу и попытались выцарапать глаза, вынудив мужичка немедленно, отступить вне их зоны досягаемости.
Тогда мужичок стал ласковым и успокаивающим тоном разговаривать с дубом, ходя вокруг него кругами. На очередном круге его внешность изменилась. Среди поседевших кудрей показались закрученные рога, а вместо кривых ног были козлиные копыта с торчащим из пестрых штанов хвостом. Но стоило ему в очередной раз показаться из-за дуба, как его внешность тут же вернулась в норму.
Ян только и мог, что ошарашенно пробормотать:
— Дриада и Фавн.
«— Как романтично».
— Ты вернулась?
«— Да и, кажется, нашла способ, чтобы связь так резко не пропадала, но займёмся этим позже. Что там у тебя?»
Ян быстро вел ее в курс дела.
— Их двое, но приложение никак не среагировало на бом… Мужичка и Vip всего один.
«— Жаль. Убить двух зайцев одним выстрелом у нас не выйдет».
— Есть идеи почему?
«— Предположу, что они на разных стадиях. И твой «мужичок», скажем так, еще не созрел. Дриада. Сейчас самое важное — выманить ее из дерева. Хм… Этот Фавн… Как думаешь, она действительно его невеста?»
Ян внимательно посмотрел на мужичка, который просил дриаду выйти наружу, стараясь держаться подальше от агрессивных веток, что пытались хлестнуть его по глазам.
— Аркаша, она не выходит! Неужели я ее чем-то обидел? У-у.
Ян опустил взгляд, черная карточка в его руках никак не изменилась.
— …Не уверен.
«— Попытка не пытка или… У тебя есть другие варианты?»
Откашлявшись, Ян осторожно спросил у мужичка:
— Простите, но я забыл спросить, как вас зовут?
— Я-то?! Не так шути, Аркаша! Как ты можешь меня не знать. Я, не так сильно изменился… — мужичок огляделся себя с головы до ног. — Ох. А ведь, верно. Годы меня не пощадили. И раз даже лучший друг меня не узнает. То, чему удивляться, что и она не признает. Это же я! Я… Я? Кто я?
Мужичок запнулся, застыв с широко открытым ртом. На его лице промелькнуло растерянность, что сменилась отчаянием, когда он схватился за голову и закричал:
— Не помню! Все пропил. И ум. И голос. И слух. И память. Даже имя свое пропил. Все!
Видя, как по его щекам бегут слезы. Ян растерялся… Он никогда не был хорош в таких вопросах и тому, как вести себя с плачущими людьми. Самый разумная стратегия была найти кого-то из знакомых… Желательно женского пола.
Ему на выручку пришел голос Ариадны:
«— Эмоциональная поддержка я смотрю не твой конек? Тогда повторяй за мной…»
Ян послушно заговорил с мужичком ее словами:
— Все да не все. Любовь к вашей невесте. Ее ведь вы не забыли и не пропили?
— Ее я бы никогда не забыл и не пропил!
— Как и… «Ты уверена, что это хорошая идея?» Кхм… Как и она вас?
— Да. Я никогда в ней не сомневался.
— Тогда, должно быть, что-то, что поможет ей вас узнать… «Что? Да. Вроде музыка. Он все время напевает». Кхм. Песня! Та. Самая. Песня.
— Та самая песня… — повторил мужичок, невидящим взглядом, уставившись в пустоту. А затем полными слез глазами со сжатыми губами, посмотрел на Яна и кивнул. — Да, Аркаша, ты прав. Есть такая песня, но я…
— Тогда вам нужно ее спеть. И она сама все поймет. Есть мелодии и песни, которые невозможно забыть… Они подобно ключам к воспоминаниям и чувствам. Но вернуть этот «ключ» способны вернуть только вы.
— Я… Я попробую!
Взобравшись на пригорок перед дубом на своих кривых ногах, мужичок огладил бороду, нервно преступая с ноги на ногу. Сделал несколько глубоких вдохов и запел. Вначале плохо. Нескладно… Ян с удивлением узнал песню отца. Одну из самых известных. Исполненную в совсем другой манере. У Аркадия она была злой, задорной и колючей. В то время как у этого человека. Она была полна светлой любви и нежности. И чем дольше тянулась песня, тем сильнее становился голос мужчины, пока не превратился в превосходный оперный вокал. То был голос, которым может петь только душа, полная любви и страсти.
Дерево затрещало, и показавшаяся зеленая девушка с любопытством смотрела на певца. В ее взгляде было то самое узнавание на грани дежавю и забвения, когда ты уже все понял, но пока не смог обличить все это в слова и осознать.
И не только у нее… У Яна тоже был этот взгляд. Он знал этого мужичка.
А мужичок между тем, закончил песню на раскатистом фортиссимо. И тяжело переведя дыхание, он посмотрел зеленой девушке в глаза с белыми зрачками.
Раздался треск коры. Дуб полностью раскололся, и из него показалась девушка-дриада. Ее кожа напоминала древесную кору. В рваном платье чьи прорехи были зашиты мхом и дубовыми листами. Светлые волосы были с зеленым оттенком. Устроившись на ветке, она, склонив голову, с любопытством смотрела на певца, большими голубыми глазами с чуть светящимися белыми зрачками.
Спустя минуту тишины. Рот дриады открылся с глухим треском, из него раздался неуверенный вопрос:
— ?!
Мужичок с любовью в глазах уверено ей кивнув:
— Да, Викуся, это я! Твой Юся! Ты ждала?
Девушка упала с дерева прямиком в его объятия. Ее голос был похож на эхо среди шелеста листьев:
— Ждала!
— Всегда?!
— Да.
— Виви, я все пропил, все пропил… Но не талант. Талант твой Юся так и не пропил! Как и мою любовь к тебе.
Ян, стоящий от них, поодаль ощутил, как у него в голове произошло короткое замыкание. Постойте… Юся? Дядя Юся?!
* * *
Много лет назад… По квадратному телевизору идет концерт.
Его папа, поет в прямом эфире новую песню. Ту самую, что вскоре будет петь вся страна. Камера переходит с артиста на бэк-вокал. Красивые девушки с чудесными голосами. Среди которых особенно выделяется красавица блондинка с голубыми глазами в зеленом платье с обручальным кольцом на пальце.
Мужчина, на чьих коленях сидит маленький мальчик, при ее виде влюблённо вздыхает.
Ян поднимает взгляд… Нет, не просто мужчина, это Юся.
Дядя Юся! Который с обожанием смотрит на поющую девушку. И кривиться, когда на экране вновь появляется Аркадий. Нарочито и переигрывая, но все равно умудрясь рассмешить мальчика у себя на коленях. Значительно моложе. Не красавец, но аккуратно побритый и причёсанный, одетый в модную и практичную одежду, со стойким запахом мужского одеколона, не такого резкого, как у отца. Приятного и располагающего к себе, как и сам Юся.
На очередном куплете душа Юси не выдержала. Он раздраженно всплеснул руками:
— Вот же упрямый троглодит! Опять мою песню, на свой манер перепел. Из вредности, не иначе!
Из кухни с неизменной мягкой улыбкой показалась мама Яна, вытерев руки о фартук, она, убрав за ухо прядь каштановых волос:
— В следующий раз, когда будете спорить: отстаивай его идею как свою, а свою как его, но неправильную. Уже бы мог и заметить, что он из упрямства сделает все наоборот.
Юся возвел глаза к потолку, страдальчески вздохнул, а затем хлопнул себя по лбу:
— А знаешь… Я именно так в следующий раз и сделаю, а потом буду очень долго возмущаться, когда он… Наконец-то будет петь, мои песни, правильно!
Женщина мягко посмеялась. Концерт на экране телевизора подошёл к концу. Юся, развернувшись вокруг своей оси, оказался у клавиш пианино, придерживая маленького мальчика у себя на коленях, чтобы тот не упал.
— Так, мой юный маэстро, на чем мы остановились? Ага! — ловкие пальцы композитора забегали по клавишам. — Эта мелодия называется «Собачий вальс»! Тирям пам-пам! Тирям пам-пам.
Ян засмеялся и захлопал в ладоши, чем вызвал широкую улыбку у мужчины:
— Попробуешь повторить?
Ян уверенно закивал и повторил за Юсей, маленькие руки заскользили над клавишами, извлекая из инструмента простенькую мелодию, но настоящую магию в глазах ребенка.
— Еще, еще!
— Ян, не утомляй Юсю, — сказала его мама, снимая фартук и поправляя кулон в виде амфоры у себя на шее.
— Да, ты что! Мне это только в радость. Вдобавок мне надо тренироваться! Весной свадьба. А там и до детишек дело дойдет. Отцом стану. Ян, ты тогда будешь за старшего брата! Хоть и не родные, но мы друг другу не чужие люди. Обещаешь?
— Обещаю! Дядя Юся, а ты научишь меня играть на скрипке?
— Ха-ха. Да, на чем угодно! У тебя слух даже лучше, чем у твоего папаши, — словно спохватившись, Юся, обернулся к маме Яна, — но ему об этом ни слова!
Та заговорщически им подмигнула и, не переставая улыбаться, жестом, застегнула рот на замок и выбросила ключик.
Глава 23 «Дриада и Фавн»
* * *
— Дядь Юся, это и правда ты? — Ян ощутил, как у него спирает горло от нахлынувших воспоминаний. В глазах защипало, когда он посмотрел на девушку-дриаду в наряде из листьев с белыми зрачками:
— Виви?
— Аркаша, ты чего… — начал было Юся, но его перебил женский голос, шуршащий, как осенние листья.
— Виви…
Согласилась дриада, кивнув, а затем склонив голову набок, внимательно изучая Яна, ее взгляд смягчился:
— Не… Аркаша.
— Как не Аркаша?! — Юся, аж подпрыгнул.
Слова давались девушке очень сложно. Пока она извлекала из горла болезненные звуки. Эхо произнесенного. Но с иным смыслом:
— «И». «А-а». «Не».
— Иа-ан? Ян? ЯН! — Юся выглядел совершенно потрясенным. У него в глазах заблестели слезы. — Ян, так это ты? Прости, не признал. Сколько же времени прошло? Ты так вырос, так на отца стал похож… Но добрее. Гораздо добрее.
Вдалеке… Наверное, прямиком из розария. Нарушая все мыслимые законы, загремело эхо свадебного марша. Ян опустила глаза, чувствуя, как что-то изменилось. Черная карточка в его руках — превратилась в два обручальных кольца, на которых сияло имя:
«Виктория Викторовна Дубова»
При виде колец Юся тут же оживился:
— Ох? Ох! Все правильно! Нужно закончить незавершенные дела. Виви, нам надо срочно пожениться здесь и сейчас!
— Что? Но дядя...
— Времени мало. Я все понял. И тебе задерживаться тут не стоит. «Он ведь?» — обеспокоенно он спросил у девушки, но та отрицательно покачала головой, и Юся вздохнул с облегчением: — Тогда нам тем более нельзя медлить!
Ян окончательно растерялся, а Юся уже забрал из его рук кольца и передал одно Виви, сцепив с ней руки.
— Ты. Ждал?
— Тебя, моя любовь, я готов был прождать целую вечность! Но я рад, что она наконец-то закончилась. Я всегда хотел шикарную свадьбу… Но к чему нам все эти церемонии! Янусов младший, будешь свидетелем! И еще... Скажи отцу, что… мне очень жаль. Я на него не в обиде. И он пусть на меня не сердиться. Мы же лучшие… Лучшими друзьями были. Когда Виви...
Губы Юси задрожали. Тогда обнимающая его девушка нагнулась и нежно поцеловав его в лоб. Юся благодарно на нее посмотрел и, переведя дух, попросил:
— Я от горя совсем умом тронулся. Но, что было, то было.
— …
Видя в его глазах сомнение, Юся широко ему улыбнулся:
— Просто задай вопросы, а клятвы мы дадим сами!
— Сами…
Видя, что они стоят, нежно сцепив руки и с надеждой смотря на него. Ян не смог отказать и, собравшись с духом, заговорил:
— Мы собрались сегодня здесь, чтобы скрепить узами священного брака два любящих сердца. Дядя… Юся, согласен ли ты взять в жены Виви?
— Да. И в жизни. И в смерти.
Юся дрожащими руками берет кольца и надел его на безымянный палец дриады.
— Виви, согласна ли ты взять в мужья, Юсю?
— Да… И в смерти… И в жизни…
Видя, как они обменялись кольцами, Ян торжественно провозгласил:
— Клятвы даны. С этого момента я объявляю вас мужем и женой!
Когда их губы встретились. Зеленый наряд Виви покрылся белыми цветами. Превращая ее в прекраснейшую из невест в фате из паучьего шелка. Юся тоже преобразился. Он словно сбросил годы и лохмотья, под которыми появился новый костюм, более подходящий торжественности момента. Превращая его в сияющего счастьем жениха.
Стоило кольцам оказаться на их пальцах, как заиграла музыка из клуба. Но не жуткая, а более меланхоличная. Вначале тихая, она становилась все громче, пока в нее вкрадывался свадебный марш. Прекрасный, торжественный и печальный.
Позади Юси и Виви листва сложилась в арку, на которой расцвели белые цветы. А за ней — сияющий берег и журчание морских волн. Взявшись за руки, Фавн и Дриада… Юся и Виви направились к ней.
Стоя под зеленой аркой, свитой из лозы и белых цветов. Они обернулись к Яну. А их счастливые улыбающиеся лица были точно такими, какими он их запомнил. Счастливые, они помахали ему на прощание и вновь поцеловались, когда на них с деревьев обрушился целый водопад осенних листьев. Поглотив собой все и арку, и новобрачных. Когда все стихло, воцарилась тишина.
Ян подошел к тому месту, где была арка ближе… Ничего. Лишь пара белых цветов, что упала с платья Виви, украшали собой золотистый ковер из листьев у него под ногами.
Искажённый мир стал выцветать и исчезать, кроме единственной тропы.
«…»
Ян вышел из тумана, прямиком к тому же самому дубу, но посреди оживлённого парка. Под которым лежала внушительная ветка и бессознательное тело молодого человека в рабочем комбинезоне. Пострадавший постепенно приходил в себя, негромко постанывал и, пытаясь сесть, пока на его лбу расцветала заметная шишка.
Ян поспешил ему на помощь. Однако стоило ему коснуться его плеча, как его снова посетило видение, правда, не такое яркое, как раньше:
* * *
Снова лес. Хотя нет все же парк, но другой. Деревья, деревья, деревья. Звук пилы, ее визг сменятся треском, очень неправильным треском и криками. Заспанный молодой человек, только и успевает, что обернуться, когда дерево стремительно летит ему навстречу… После которой не осталось ничего кроме темноты и боли.
* * *
«— Ну и как он погибнет?»
Ян задумался.
— Несчастный случай. Похоже на него упадет дерево? Нет. Не думаю, что он погибнет, но инвалидность до конца жизни заработает точно…
— ЭЙ!
Из-за деревьев показались старый дворник в шоферской кепке и красный от гнева бригадир, который тут же начал кричать:
— Что здесь происходит?! А вы еще кто?! Разве не видно, что это огороженная территория!
Однако Бригадир запнулся, когда старый дворник, хлопнув его по плечу, указал сидящего на земле подопечного с расфокусированным взглядом. Рядом с пугающе толстой веткой дуба и издавая нечленораздельные звуки.
— Лес… Бесконечный лес. Ириски… Покойница. Дуб… Кровоточащий...
Сообразив, что от пострадавшего внятно ответа они не получат, Бригадир с дворником синхронно посмотрели на Яна. Тот выдохнул, и все также, опираясь о дуб, выдал наиболее правдоподобную версию произошедшего:
— Я прогуливался неподалеку, когда услышал крик. Он лежал на земле без сознания. Хорошо, что оклемался, но возможно сотрясение.
— Вы, что врач?!
Однако Ян проигнорировал этот вопрос, обратившись к пострадавшему:
— Сколько пальцев я показываю?
— Восемь... Семь? Нет, точно восемь!
Ян, все еще опираясь о ствол дерева одной рукой, и показывающий четыре пальца другой, очень красноречиво посмотрел в глаза раскрасневшемуся Бригадиру.
Тот застонал, схватившись за голову:
— Ну, точно сотрясение! Просил же осторожнее! Вот вечно пришлют мне молодежь, у них ни опыта и руки из одного места! Еще и придут на работу с похмелья… Спасибо, что не пьяные! — ругаясь, он достал из кармана комбинезона старый кнопочный телефон и набрал номер. — Скорую! Сотрясение мозга. Нет. Производственная травма. Работал в парке, и на него упала ветка. В сознании, но в глазах двоиться! Тошнит? Да, меня сейчас стошнит от нервов! У нас план, сроки! А этот... Хорошо. Диктую адрес.
Бригадир удалился, а между тем оклемавшийся Блогер стал оглядываться по сторонам, словно ища кого-то:
— А где тот бомж, что меня из леса вывел?
— Бомж? — переспросил его старый дворник, приподняв похожие на мохнатые гусеницы брови. — Из леса?
— Да. Низкий такой, смуглый, почти круглый с кривыми ногами, борода и шевелюра кучерявая с проседью. Одет в цветастое тряпье. О невесте своей все рассказывал, то о музыке и театре. Не затыкался ни на секунду, а если не говорит, то напевал. Когда я заблудился… Он меня, кажись, спас. Надо спасибо хоть сказать.
Дворник с минуту помолчал, не отрывая от него взгляд, а затем жестом опытного фокусника извлек из воздуха сигарету, вполголоса уточнив:
— Ириски предлагал?
— Да! Вы его знаете?
Дворник, перекинув сигарету из одной дырки в зубах, в другую, кинул.
— А то ж. Ты мне сейчас Юсю описал. Его весь район знает, ну из старожилов. По нему хоть и не скажешь, но он раньше известным артистом был. С театром, а потом и с телевиденьем у него не сложилось. Талант большой, а внешность… Тц. Нетоварная. Так, он стал музыку и песни знаменитостям писать. Его песни вся страна наизусть знает. А кто их написал, единицы. Почти все хиты Янусова его пера дело. А потом... С ним большое горе приключилось. У него в этом парке невесту убили. Давно-о-о дело было еще в 90-х. Времена неспокойные. Для него это страшным ударом стало. Он вначале запил с горя, а потом и вовсе умом тронулся. Его родственники в психушки уложили. Но он все время оттуда сбегал и сюда приходил. Ее искал. А потом... Ждать стал. Все говорил, что та опаздывает на встречу. Красавицы, что с них возьмешь? Никто с ним уже не спорил. Он хоть и псих, что с деревьями разговаривает, но не буйный. Веселый. Иногда представления устраивал. Местные музыканты его любили. Одни пьяные поют, уши вянут, а этот... Добрейшая душа и такой талант считай, что зря пропали. Жаль бедолагу. Ну, хоть отмучился.
— Отмучился? Что значит отмучился?!
— Да-а. Его года три назад, как схоронили. Нашли утром тут в канаве, думали пьяный, валяется. Ан, нет... Инсульт и обморожение. До больницы живым он хоть и доехал, но там его второй инсульт догнал, а за ним и третий, финальный. Ты ведь говорил, что в Москве недавно, товарищ Блогер?
Кивок.
— Ума, не приложу, как он мог тебе померещиться. Да еще и из «леса» вывести. Разве что это не «лес» был, а тот свет... — дворник выдержал драматичную паузу. Выдохнул дым. — Шучу. О, а вот и машинка твоя подъехала... Пойду встречать.
Уходя, старый дворник не заметил, как Блогер с широко открытыми глазами остался неподвижно сидеть на том же месте, мелено перевел взгляд на ветку, «проклятый» дуб, а затем на кулак с подаренной ириской. Сглотнул. Осторожно разжал пальцы. Вместо ириски там был сухой лист, из которого тут же вылез жук-усач, которого парень, брезгливо, тряся рукой от себя, отбросил. Еще с секунду переведя дух и тупо уставившись в пространство круглыми глазами, он, достав из-за пазухи золотой крестик, перекрестился и поцеловал его, прошептал:
— Ну на фиг. Пить — бросаю. Работу — меняю. Отличный план!
Ян, что все еще стоял, прислонившись к дубу. Медленно поднял глаза от экрана смартфона, где на паузу были поставлены новости первого канала. С отстающими от сюжета субтитрами «А теперь к печальным новостям…»
Выслушав всю историю, он почти сразу пошел проверять факты. Забив в поисковик полное имя человека, который был лучшим другом его отца, и которого Ян, будучи ребенком, запомнил, как лучшего взрослого на всем белом свете.
Илларион Юсипов.
Статья в википедии. Фанатский сайт. Сборник песен и стихов. Новостные статьи, сроком годности три года. Известный композитор, музыкант, поэт-песенник. Парк. Инсульт. Концерт памяти. Репортаж первого канала. В журналистке Ян признал собственную соседку. Лицо Юси на фотографиях молодое, совсем как из его воспоминаний, и на фоне все время играют песни в исполнении его отца.
Затем он ввел в поисковик еще одно имя: Виктория Викторовна Дубова. Для друзей просто — Виви. Легкоатлетка. Бэк-вокал. Труппа Янусова. Невеста Иллариона Юсипова. Криминальные хроники. В парке найдено мертвое тело. Установить мотив и личность убийцы так и не удалось. Предположительно жертва маньяка. Упоминание «В следствии вели». И в не вышедшем в эфир, из-за жалоб родственников, эпизоде «Битвы экстрасенсов».
Ян стукнулся затылком об сухую кору расколотого напополам дуба.
«Такое невозможно поделать».
В его детских воспоминаниях Виви и Юся были не просто друзьями его родителей, они были его дядей и тетей, семьей, которые однажды просто исчезли из их жизни. Никто никогда не говорил ему, почему и что с ними произошло.
Они просто… Уехали. А когда детские слезы и истерики прошли. Его родители о них больше не вспоминали. Шли годы, и безжалостное время полностью стерло их голоса и лица из его воспоминаний.
И только сейчас Ян осознал, как сильно ему их не хватало.
«Все также брезгуешь мечтами Аркадий? Ни себе ни людям».
«А-р-ка-ди-й. Уб-лю-док!»
«Извинись за меня перед отцом, мы ведь лучшими друзьями…были».
«Нет. Это не может быть просто совпадением!» — собравшись с духом, он вышел из режима удержания и строго обратился к Ариадне: — Я так понимаю, мне все это не померещилось? И в предыдущие разы тоже?!
«— Сочувствую».
— Надо поговорить… — Ян бросил взгляд на безучастного Блогера и, оторвавшись от дуба, направился к выходу из парка. — Наедине.
«— Постой. Сперва дай «товарищу Блогеру» визитку из левого кармана. Как оклематься, пусть скинет мне весь тот материал, что тайком успел наснимать. Тогда у клуба к нему не будет никаких претензий за незаконное проникновение и несанкционированную съёмку. В противном случае…Хе-хе».
* * *
Спеша покинуть парк, Ян, не заметил трех полицейских, что чуть поодаль склонились над фигурой человека, который до этого долго и упорно ползал в кустах на корточках, словно что-то ища.
Казалось, обычный закладочник, но…
Человек гордо демонстрировал полицейским дорогой фотоаппарат и сделанные снимки:
— Смотрите, смотрите… Уховертка! А это… Плагиотециум тупейший!
— Как-как?! — воодушевленно переспросил Егор Русов, улыбаясь до ушей.
— Плагиотециум тупейший, — терпеливо повторил человек с фотоаппаратом. Латинское название: Plagiothecium obtusissimum! Это очень редкий вид листостебельных мхов, занесённый в Красную книгу. Только полюбуйтесь, какая у него текстура!
Предполагаемый закладочник оказался энтомологом и ботаником-любителем. Помешанным на той части флоры и фауны, которую невозможно рассмотреть без фотоаппарата с очень хорошими линзами.
— О. О! А это, что? — воодушевленно расспрашивал его Егор.
— Carabus granulatus! Зернистая жужелица! А вот это… Araneidae. Паук-кругопряд!
— О-о, зацени-ка! — Егор одолжил фотоаппарат у биолога и продемонстрировал снимок Роману. Тот с неохотой оторвал взгляд от книги. При виде паука в мельчайших деталях его заметно передернуло, что очень развеселило Егора.
Тем временем Константин Ермак неотрывно наблюдал за покидающим парк Яном, когда его внимание привлекало нечто в противоположенной стороне. Он тихо зарычал. Дзинь. Неизвестный быстро отступил, скрывшись в густом тумане. А у припаркованной поблизости машины без видимой на то причины треснуло боковое зеркало.
«— Опять он?» — тихо спросил Роман, подойдя ближе.
Константин молча кивнул, а затем за шкирку оттащил Егора от биолога-любителя, вернув тому его фотоаппарат.
— Спасибо, за урок биологии для моих коллег. И простите за это недоразумение, но сами понимаете служба. Хорошего вам дня.
На что тот просто пожал плечами.
— Да ничего! Это уже не первый раз и, очевидно, не в последний...
А затем внимание биолога-любителя привлекло что-то на дереве, и он, напрочь забыв о полицейских и вооружившись фотоаппаратом, решительно направился к нему. Не заметив, как удаляющиеся силуэты трех полицейских растворились в тумане.
* * *
У другого входа в парк. Мигая аварийными фарами, недалеко от машины скорой помощи, стояло такси и машина ГИБДД.
Инспектор ГИБДД еще раз измерил линейкой приоткрытое окно такси, что изнутри выглядело как кровавое место преступления.
Результат был прежним, но не менее впечатляющим.
— Да как он умудрился-то? В такую-то щелочку…
— Вы же своими глазами все видели… — устало сказал таксист, в косухе и бандане, счищая с себя остатки ярко-алой субстанции. Затем он протянул упаковку салфеток заплаканной девушке, которая тут же в них высморкалась.
— Видел. Своими глазами. И на видеорегистраторе. Как собака — породы самоед, с красным поводком в зубах на полной скорости выбежала на проезжую часть. И не сбавляя скорости, запрыгнула в чуть-чуть приоткрытое окно такси, которое как раз притормозило перед светофором. Напугав при этом как водителя, так и его пассажира, которому сей мохнатый правонарушитель запрыгнул на колени, прямиком на находившийся там торт*, подарок «любимой» теще на день рождения. Вызвав тем самым опасную дорожно-транспортную ситуацию. Сам виновник сего инцидента…
(* Торт «Вишневая бомба». Последний хит Московских кондитерских. Представляющий из себя 60% жидкого крема на 30% бисквита и 10% ягод. По поводу которого пассажир очень долго распинался водителю такси как об очередном разводе на деньги для чересчур доверчивых лохов… Обывателей. Разве не проще (и дешевле) просто слопать целый ящик варенья?! Вы все правильно поняли, торт ему заказала «любимая» теща).
Из окна такси показалась виноватая собачья морда, измазанная в ярко-алом вишнёвом креме, который тот тут же слизнул.
— Цел и невредим, но наотрез отказывается покинуть место происшествия.
Хозяйка пса и, забрызганный с головы до ног вишневым кремом, таксист отрицательно покачали головами:
— Ни в какую…
— Мы уже все перепробовали.
— Ну он у вас вроде немного успокоился. Зубами за кресла больше не цепляется.
Хозяйка пса лишь развела руками:
— Ума не приложу, что его так напугало.
— Вам собачку кормить бы получше шерсти в ней больше, чем настоящего размера. Прошмыгнул, даже следов не оставил… — сказал инспектор ГИБДД, потрепав пса за шкирку, на что тот, довольно урча, высунул язык. — В прошлой жизни ты парниша точно был вором-домушником, не иначе?
— И что теперь? — устало спросил таксист.
— Ваш пассажир у скорой. Ему с испуга сердечко прихватило. Врач сказал, полежит под капельницей, ему лучше станет. Сам пострадавший претензий не имеет. Он на день рождения любимой тещи и так ехать не хотел. А теперь есть весомый повод… — из окна скорой помощи показалась мужская рука под капельницей и показав им большой палец, скрылась обратно. — Как и для больничного… А не считая этого. Нарушений нет. Машинка не пострадала, за исключением крема, но большую его часть уже подчистил ваш мохнатый виновник сего инцидента. А в остальном вы решили урегулировать этот конфликт полюбовно. Что до нас…
— Уже шесть тысячи триста пятьдесят пять просмотров, — гордо сообщил его коллега. — За пятнадцать минут!
— Кхм. Можем разъезжаться.
Таксист потрепал пса за порозовевший загривок. Тем временем его хозяйка, взяв еще одну салфетку, помогла убрать с его лица незамеченный кусочек торта.
— Эх. Быть вашему акробату, интернет-звездой. А насчёт машины вы не переживайте. Я как раз на мойку собирался, а те чехлы, что он погрыз… Они старые. Все не находил время поменять их на новые. Видать, судьба!
— Нет! Давайте я вам хотя бы мойку оплачу? Иначе я спать спокойно не смогу.
— Хорошо, не буду спорить! — согласился водитель такси, поправив косуху. И видя, как красивая и… (да, кольца не было!) незамужняя девушка ему улыбается. Решил не упускать свой шанс. — Но только если позволите угостить вас чашечкой кофе? У вас есть любимое кафе поблизости? Того и гляди ваш Орфеюшка в родных местах совсем успокоиться. Я вас туда довезу… Бесплатно!
На что девушка с сияющими глазами согласно кивнула. (Водитель такси в ее глазах был весьма симпатичным, любил пушистых собак и ездил на хорошей машине. Так почему бы не дать судьбе шанс?)
— Гав?
Глава 24 «Обручальные кольца»
«Дриада»
Нимфы, которые связаны с деревьями, особенно дубами. Они покровительницы лесов и деревьев, и по легенде рождаются вместе с деревьями. Дриады — немногие из нимф, которые смертны (на самом деле дриады не умирают, а просто засыпают). Считалось, что дриады неотделимы от дерева, с которым связаны и умирают, когда умрет дерево. Дриады имели красивую внешность. Они были изящными и высокими женщинами, обладали светлыми волосами и голубыми глазами. Деревья, в которых обитают дриады особые, за их повреждение или уничтожение дриады могли сурово покарать человека, например, лишить разума.
«Фавн»
Обычно описывается как человекоподобное существо с козьими ногами и рогами, а также с хвостом. В образе фавна древние италийцы почитали доброго демона гор, лугов, полей, пещер, стад, ниспосылающего плодородие полям, животным и людям. Виртуозные музыканты.
«ОБРУЧАЛЬНЫЕ КОЛЬЦА»
Сообщение от Оракула, что пришло во время пребывания в бесконечном лесу и угодившее в папку спам из-за подозрительного перевернутого номера отправителя.
Многие века свадьба считается главным днем в жизни девушки. И подготовку к этому важному дню знаменует проведение особых обрядов.
В ее семье было много традиций. Например, когда рождается ребенок садить дерево в его честь. Так, ее дедушка, занимаясь озеленением Москвы, тайком посадил деревья для всех их родственников. Детей, внуков, племянников и даже питомцев. А бабушка, часто любила приводить их в парки и показывать, для кого, какое дерево было посажено. Ей достался дуб, что рос вместе с ней.
Кто она? Легкоатлетка, красавица, певица.
Увы, не особенно талантливая, но очень трудолюбивая и… красивая. Даже слишком. А красота — это дар и проклятие любой женщины.
Мужчины не давали ей прохода. Впрочем…
Никто из них не смотрел ей в глаза. За исключение одного.
Никто из них не хотел видеть ее души. За исключение одного.
Кривоногий, толстый, низкий, но безмерно добрый и талантливый.
Этот человек был ее противоположностью. И все же… Он единственный, кто, признаваясь ей в любви, смотрел на нее глазами, полными любви, а не похоти.
Когда их голоса сливались в одно… Рождалась музыка, рождались слова.
Песни, способные покорять сердца людей и прожить в веках.
Именно поэтому она выбрала его. Совершенно не заботясь о косых взглядах. И мнения людей, для которых красивая картинка — это смысл существования.
Оставалось зарядить кольца правильной энергией, чтобы брак был по-настоящему счастливым. Она взяла металлическую коробку, наполнила ее цветами и травами, самыми счастливыми фотографиями. И поместила его в неприметное дупло ее дуба. Заранее убедившись, что никто, кроме нее, не сможет его отыскать. И прикрыв все соломой и слоем покрашенной коры, надежно спрятала до весны. До дня их свадьбы.
До дня, который так и не наступил…
Тогда был званый вечер. Знатные люди. Громкая премия, где чествовали их песни и певца, что их исполнял. ЕЕ жених так перенервничал, что слишком много выпил, и жена их общего друга решила отвезти его домой пораньше. Друга же окружили люди, желавшие прикоснуться к его таланту и славе. Что до нее, ей не давал прохода… Павлин. Высокий, красивый, высокомерный и пустой. Тем вечером он решил заполучить ее любой ценой. А обручальное кольцо на пальце лишь больше распаляло его азарт… Тешило уязвлённое самолюбие, распаленное алкоголем, что не он был звездой того вечера.
А старый друг в окружении подхалимов и почитателей не смог прийти ей на выручку… В окружении малознакомых людей он не видел ее беды.
И тогда… Она сделала то, что должна... Отдавила каблуком ногу павлина и ударила по тому самому, что он так отчаянно желал ей продемонстрировать.
А пока тот стонал от боли… Она сбросила каблуки и убежала в ночь. Подальше от этого места. Подальше от этого назойливого мужчины и других подобных ему.
За ее спиной раздался гневный крик мужчины и последовавший за ним звук удара, и крики. Но она не обернулась. Она бежала.
В единственное место, где чувствовала себя в безопасности.
И лишь достигнув желаемого, она пожалела об этом…
В парке был кто-то еще. Кто-то страшный. Человек с чёрными глазами. Он увидел ее. Почуял страх. И направился к ней.
И она побежала вновь. Сердце билось как бешеное.
Нога запнулась о другую ногу.
Висок ударился о корни дуба…
Когда хищник подошел ближе. Добыча не подавала признаков жизни.
И он с минуты постояв, утратил к ней всякий интерес и пошел своей дорогой.
Легка будто ветер, быстра словно лань. Прекрасная дева, что молила о спасении.
Та, чей разум заблудился в лабиринте листьев, погрузилась в глубокий сон.
И как бы долго ни звал ее возлюбленный, не суждено ей было пробудиться.
Слыша его голос и далекие песни, она счастливо улыбалась во сне.
Весной свадьба. А пока ей нужно еще немного отдохнуть…
Что до спрятанных колец? Их так некто и не нашел. Спустя семь лет над Москвой проходил небывалая гроза, и молния (притянутая материалом, из которого была сделана коробочка) угодила прямиком в этот самый дуб, расколов его напополам. Испепелив памятные вещи, расплавив коробочку и свадебные кольца. Навсегда сделав их частью этого дуба. Его незаживающей раной.
* * *
«Мой ангел-хранитель, обезумев от горя.
Рыдая, покинул меня.
Пустое плечо.
Нет больше укров, но нет и советов.
В безумном мире лжи и обмана.
Он оставил меня блуждать одного.
Он оставил меня одного…
Отрывок из баллады «Хранители» за авторством Аркадия Янусов.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
