Клуб "Бриллиантовый миллион"

Глава 1. «Амурные» дела офицера безопасности

I

Как приятно в конце недели отрешиться от проблем: закрыть законченные дела, отбросить неоконченные и забыть обо всём на два дня! В таком приподнятом настроении капитан Алекс Вестон, старший офицер безопасности космической станции «Тезаурос», спустился в уютный бар, где можно было немножко расслабиться, поболтать с приятелями, а то и найти себе подружку на вечер. С женщинами в космосе было проблематично, но Вестон нашел себе подругу – легкодоступную барменшу Розу, рослую длинноногую скандинавку с правильным лицом, длинными светлыми волнистыми волосами и выдающимися женскими достоинствами: большой упругой грудью и округлой плотной задницей. Она была кумиром всей мужской части станции, за нее шла форменная борьба. Вестон был импозантным мужчиной, а долгая работа в службе безопасности приучила его быть решительным, если нужно; в драке его здесь тоже никто не смог бы одолеть, да и кто будет портить себе карьеру стычками со службой безопасности? Вестон без труда добился привилегированного доступа к роскошному телу прекрасной Розы, а галантным к ней отношением приобрел ее расположение. К тому же он был совершенно не ревнив: все знали, что его день – это пятница, и в этот вечер он не уступит красотку никому, лучше не нарываться. А с кем она проводит остальные ночи – это его интересовало лишь в плане его работы, Роза была его информатором по станции.

Алекс вальяжно зашел в бар, поздоровался с присутствующими, чмокнул Розу в щечку, взял себе стаканчик напитка и устроился в уголке, вполуха слушая болтовню посетителей и намереваясь ждать, пока Роза закончит работу. Но в этот раз расслабиться не пришлось: Роза позвала его к телефону. Звонил начальник станции Фергюсон, он просил срочно зайти, и по его взволнованному тону Алекс понял: произошло нечто чрезвычайное. Похоже, уик-энд накрылся чёрной дырой... Вестон положил трубку и сказал Розе с кислой миной:

– Фергюсон вызывает… Боюсь, сегодня у нас не получится… Перенесем свидание на завтра.

Это было сказано достаточно громко, чтобы все поняли: сегодня Роза свободна, бери кто хочет, а завтра ее не трогать – занято.

Начальник станции Брайан Фергюсон был рослым и немного грузным мужчиной; работал без особого энтузиазма, но свое дело знал; с ним Вестон поддерживал дружеские отношения.

– Погиб лейтенант Янг, – сумрачно сообщил без предисловия Фергюсон, едва Вестон переступил порог его кабинета. Роберт Янг был младшим офицером безопасности, подчиненным Вестона.

– Как и когда это произошло? – глухо спросил Вестон.

– Разгерметизация скафандра, – поведал Фергюсон. – Два часа назад… Янг зачем-то попёрся в дальний ангар, а в его скафандре оказалась дыра... Ты, кстати, не знаешь, что он там искал, да еще в пятницу?

– Понятия не имею, – недоуменно пожал плечами Вестон. – Мы работаем с персоналом, ангарами заведует шкипер.

– Я уже отдал все необходимые распоряжения, – вздохнув, молвил Фергюсон. – Вскрытие проводится, техник пишет своё заключение по поводу скафандра… Завтра все протоколы будут готовы для отправки на Землю, тебе останется лишь поставить свою подпись.

– Э, нет, – нахмурившись, возразил Вестон; он вообще был добросовестно-педантичен, и ему не понравилось, что его оттесняют от самостоятельного расследования. – Подобные случаи как раз по моей части, и я сам должен изучить все обстоятельства. Это в наших общих интересах: гибель офицера – событие чрезвычайное, и если мой отчет будет признан слишком формальным, то сюда пришлют комиссию, с вытекающими для нашей карьеры последствиями. Я сам займусь этим делом и немедленно; отдай распоряжение всем сотрудникам, чтобы оказывали мне содействие.

Формально служба безопасности подчинялась начальнику станции, но фактически у нее было своё начальство в космофлоте, и свои отчеты Вестон посылал по инстанции, минуя Фергюсона.

Первым делом Алекс направился в медотсек, поговорить с врачом о причинах смерти своего офицера. Он взял себе на заметку, что о гибели Янга его оповестили лишь через два часа, хотя должны были сообщить немедленно. Это предвещало заметание каких-то следов (которые, впрочем, могли и не иметь отношения к делу).

Главный врач станции Карл Линдеман, пожилой флегматичный толстяк с большой лысиной, встретил Вестона неприветливо.

– Протокол вскрытия будет готов только завтра, – раздраженно бросил он, вытирая руки полотенцем. – Мне нужно всё обстоятельно написать, во избежание ненужных вопросов.

– Я не прошу письменного заключения, – возразил Вестон. – Вы можете в двух словах сообщить мне результаты и на трупе показать факты, положенные в основу заключения?

– А что тут показывать? – буркнул Линдеман и сдернул покров с лежащего на столе тела. – Всё очевидно и без вскрытия. Синюшные покровы, множественные разрывы капилляров, разбухание тела… Типичная картина декомпрессионной аноксии при разгерметизации. Вскрытие не дало ничего нового.

Вестон беспомощно глянул на лежащее тело. Он был не столь сведущ в медицине, чтобы подвергать сомнению слова врача…

– Но если декомпрессия произошла в результате утечки воздуха через дыру, он должен был успеть как-то отреагировать… – вяло возразил Вестон.

– Не факт, – пожал плечами Линдеман. – Видимо, он не заметил утечку и не сразу понял, что происходит. А потом после неудачного движения дыра раскрылась, произошло резкое падение давления и потеря сознания. В таких случаях у человека остается всего десять-пятнадцать секунд на осмысленные действия; нет даже воздуха в легких, чтобы позвать на помощь.

– Но этого времени хватит, чтобы нажать на кнопку вызова, – хмуро возразил Вестон.

– Только это он и успел сделать, – заметил Линдеман.

– А как же датчик давления? – спросил Алекс. – Янг должен был обнаружить утечку еще задолго до критической декомпрессии.

– Это уже вопрос к технику, а не ко мне, – развел руками врач.

Разговор был исчерпан. Вестон вздохнул и пошел к выходу. Уже в дверях он спросил через плечо:

– Какие-либо травмы на теле есть?

– Нет, больше никаких, – ответил Линдеман, снимая халат.

II

Гарри Пирс, дежурный офицер, только что сменился с вахты в главном посту управления и торопился в бар. Он был фаворитом красотки Розы, пока его с этого места не вытеснил Вестон, и с тех пор у них были весьма натянутые отношения.

– Я уже обо всём доложил Фергюсону, – торопливо упредил он Вестона, столкнувшись с ним у главного поста. – Протокол завтра.

– А теперь мне доложи, и можно без протокола, – твердо заявил Вестон, преграждая ему дорогу.

– Ну что я могу сказать? – поморщившись, неохотно молвил Пирс. – Янг попросил выпустить его в дальний ангар. С ним был шкипер Коэн, так что я за ним не следил… Был аварийный сигнал, а потом Коэн принес Янга, уже мертвого… Вот и всё.

– Мне нужны все записи камер наружного наблюдения и всех разговоров здесь, – потребовал Вестон.

Пирс повернулся к своему сменщику:

– Джек, дай капитану всё, что ему нужно.

Меланхолический толстяк Джек Боул, жуя какой-то фастфуд, залез в архив записей и стал рыться в файлах. Пирс обернулся и, нагло усмехаясь, осведомился:

– Я так понимаю, Алекс, ты здесь завис надолго?

– Видимо, так, – хмуро отозвался Вестон, и Пирс удалился, что-то весело насвистывая.

«Он понял, что Роза сегодня будет свободна, – мрачно подумал Вестон. – Да только к ней уже толпа выстраивается в очередь…».

Прослушка записи разговоров в посту управления ничего не дала. Примерно два с половиной часа назад шкипер Сэм Коэн вышел на связь с дежурным офицером Гарри Пирсом и сообщил, что младшему офицеру безопасности лейтенанту Янгу, будь он неладен, зачем-то приспичило срочно осмотреть дальний ангар. Пирс резонно заметил, что ангар находится за пределами станции, и на выход в открытый космос требуется разрешение начальника станции Фергюсона, подтвержденное электронной подписью. Коэн возразил, что ему как шкиперу особого разрешения на осмотр ангара не требуется, а офицер безопасности, чтоб его, и вовсе может совать свой нос куда захочет, и что ему пятница, что ему до того, что в конце недели нормальные люди хотели бы спокойно расслабиться…

Пирс все же связался с Фергюсоном, получил от него устное разрешение и только после этого открыл шлюз. Примерно через 15 минут прозвенел аварийный сигнал Янга, а потом Коэн вышел на связь и сообщил, что Янгу стало плохо, и что он, Коэн, пытается дотащить его до шлюза. Пирс срочно вызвал дежурного офицера спасения, тот выбрался наружу, и они вдвоем с Коэном втащили Янга внутрь станции; но тот был уже мертв.

Педантичный Вестон дважды прослушал запись разговора, и, вздохнув, скопировал файл себе на кристалл. Ничего криминального на посту управления, видимо, не произошло. Пирс был явно не в курсе того, что случилось в ангаре, действовал сугубо по служебной инструкции, так что никаких претензий к нему быть не могло.

Просмотр записи камер наблюдения также ничего не дал. Вот Янг и Коэн выходят из шлюза и направляются в ангар. Заходят туда, и что там произошло, не видно. Вот Коэн поспешно тащит Янга из ангара, к ним присоединяется офицер спасения, и они втаскивают Янга в шлюз. Ничего криминального… Вестон перенес запись на кристалл и, хмуро кивнув Джеку, направился в свою каюту. Надо было поразмыслить. Основные вопросы были, конечно, к шкиперу. Зачем это Янг попёрся в пятницу в дальний ангар? О чем они там говорили? И что же все-таки произошло в ангаре? Какой-то разговор там между ними был, но запись была невразумительной и очень нечеткой: металлические стены ангара экранировали сигнал, трудно было понять, о чем они говорят.

Вестон заварил себе кофе, сбросил записанные файлы в свой компьютер и включил режим проверки записи. Всё-таки прошло два часа, за это время можно было подделать запись, удалив кое-что ненужное. Еще Алексу хотелось восстановить запись разговора в ангаре. Вестон сел в кресло и задумался.Почему у Роберта оказался порванный скафандр? Зацепился за что-то в ангаре? Почему Коэн в разговоре с дежурным офицером Пирсом ни словом не обмолвился о порванном скафандре? Нужно поговорить с техником, изучить записи разговоров, они должны быть на кристалле скафандра. И лишь после изучения всех обстоятельств дела выходить на Коэна, чтобы тот не мог вешать лапшу на уши, если ему есть что скрывать.

Космическая станция «Тезаурос» находилась на одноименном астероиде из группы «амуров» (околоземные астероиды, орбиты которых лежат за пределами орбиты Земли; названы так по имени первого открытого астероида этой группы). Старое обозначение этого объекта – (6178) 1986 DA. Этот небольшой металлический астероид, в своем движении пересекающий орбиту Марса, был кладезем полезных ископаемых: десятки тысяч тонн золота, сотни тысяч тонн платины, миллиарды тонн железа и никеля. Отсюда и его название: Тезаурос – «Сокровищница» (впрочем, объект часто называли просто «амуром»). Видимо, астероид был ядром более крупного тела, разрушенного в каком-то космическом катаклизме. Малая масса астероида и небольшое расстояние от Земли делали рентабельной добычу металлов на астероиде с последующей транспортировкой на Землю. Здесь был сооружен комбинат по разработке недр, и ценные металлы десятками тонн вывозились на Землю на транспортах.

Работать здесь было трудно: сила тяжести на астероиде была ничтожно мала, по земным меркам, так что персонал станции жил, как на космическом корабле. Пить можно было, лишь высасывая через трубочку, умывались путем обтирания влажным полотенцем. Ходить приходилось, надев магнитные пояса и ботинки или держась за поручни, а за пределами станции шагать можно было только по металлическим дорожкам, цепляясь за них магнитными подошвами.

Что же такого мог обнаружить Роберт Янг в дальнем ангаре?.. Контрабанду?.. Вывезти на Землю золото или платину в заметных количествах было проблематично: контроль был налажен строго.

Вестон вдруг вспомнил, как еще три дня назад Янг сообщил ему таинственным тоном, что здесь, на станции, творятся какие-то тёмные дела. Занятый срочным отчётом для руководства, Алекс просто отмахнулся от молодого настырного коллеги. Здесь, вдали от Земли, всегда было что-то не так, постоянно приходилось нарушать или обходить какие-то инструкции, чтобы не провалить планы работ, и если за каждым таким отступлением от регламента видеть криминал, то и свихнуться можно. Вестон давно уже привык «не замечать» мелкие нарушения. Персонал станции он знал, состояние дел представлял, и всегда был готов, по мере надобности, написать и приглаженный хвалебный отзыв о работе комбината, и «вскрыть» какое-то нарушение, если бы этого вдруг потребовало начальство. Молодому и пока еще неопытному коллеге Вестон велел написать докладную и предоставить ему позже.

Алекс вздохнул… Надо было всё-таки поговорить с молодым ретивым сотрудником. Может, он действительно что-то накопал? В несчастный случай Вестон еще не верил, хотя подозревать пока что было некого и не в чем. Однако же смерть сотрудника станции, да еще непосредственного подчиненного Вестона – это уже не мелкое нарушение регламента, с этим надо основательно разобраться…

Тут и компьютер подоспел. Никаких подделок и подчисток в записях разговоров на посту управления обнаружено не было, даже удалось частично восстановить разговор между Янгом и Коэном в ангаре. Речь шла о каких-то ящиках и накладных… Неужели всё-таки контрабанда? Скоро прибывал транспорт с Земли за золотом и платиной; может, Коэн подготовил какие-то ящики без документов, сговорившись с экипажем транспортного судна?.. А как же таможня на Земле? Неужели это какая-то глобальная мафия?.. Лезть в это дерьмо совсем не хотелось… Да впрочем, с чего это я взял, что разговор между Коэном и Янгом имеет хоть какое-то отношение к смерти моего офицера, подумал Алекс.

III

Вестон вздохнул и допил кофе. Надо бы залезть в компьютер Янга, может быть, там что-то найдется… Алекс ввёл код-вездеход, который был у него как у старшего офицера безопасности, через сеть проник в компьютер Роберта и стал изучать его записи. Ничего интересного. Стандартные файлы протоколов и проверок, какая-то личная переписка, несколько папок извращенной порнографии, книги, фильмы… Осталось еще корзину посмотреть, записи реестра и папку Архива. Ага, вот кое-что любопытное… Согласно журналу событий, из компа было удалено несколько файлов час назад, когда Янг был уже мертв. Кто-то рылся у него в компьютере, кому-то это было нужно… А ведь залезть на кристалл офицера безопасности не так-то просто. Тут нужен очень толковый хакер… Но есть же еще и центральный Архив, откуда записи вообще не удаляются. Доступ к чужим записям Архива имели только начальник станции Фергюсон и Вестон как старший офицер безопасности. Алекс залез в Архив и нашел там то, что искал: файл, сброшенный туда Янгом несколько дней назад, черновик докладной, которую Вестон поручил написать Янгу.

Алекс скачал файл к себе, но открыть его было не так-то просто: файл был зашифрован. Ох уж эти молодые офицеры безопасности, всё бы им в шпионов играть… Вестон вздохнул и поставил файл на расшифровку. А ведь когда-то Янг давал ему ключ от своего шифра, вот теперь поди вспомни, куда он, Вестон, этот ключ сбросил…

Ладно, пусть компьютер пока сам поработает, подберет ключ, если получится, никуда этот файл не денется, а тем временем нужно срочно побеседовать с техником, пока еще со скафандра не убрали следы происшествия. Если еще не убрали…

Техник Ральф Лоуренс был на станции фигурой авторитетной и уважаемой. Вдали от базы снабжения вечно что-то ломается или не подходит, и только волшебник мог заставить технику нормально работать, чтобы без происшествий выполнять план. Ральф Лоуренс и был таким волшебником. Свое дело он знал, по натуре был парень скромный и неконфликтный, и с ним все стремились поддерживать хорошие отношения. Все, кроме буфетчицы Розы, которой он «не зашел», по своему росту и телосложению, а ей от него ничего не было нужно, как от техника.

Когда Вестон пришел к Ральфу в его мастерскую, заваленную всяким хламом, тот как раз писал протокол осмотра скафандра Янга. Сам скафандр валялся рядом. У Алекса были хорошие отношения с техником. Как-то Ральф повздорил с верзилой-грузчиком, призывая того производить разгрузку оборудования осторожнее. Полупьяный грузчик попёр буром на невзрачного техника. Мимо шел Вестон, наблюдавший за разгрузкой. Он скрутил грузчика и вразумительно втолковал ему, что только последний дебил может обижать техника, от которого в космосе зависит благополучие всех и каждого.

Ральф молча протянул Алексу планшет с черновиком протокола.

– Словами расскажи, – поморщившись, сказал Вестон. – Но со всеми подробностями.

– Вот здесь, на плече сзади, находится рваная дыра, – сообщил Ральф и показал на скафандре. – Кажется, он сильно зацепился за что-то в ангаре.

– Скорее резаная, чем рваная, – буркнул Алекс, внимательно осмотрев скафандр. – Это за что же нужно так зацепиться, чтобы порвать рукав?.. И что, через такую дыру быстро вытечет воздух?

– Довольно быстро, – согласился Лоуренс.

– Значит, изначально скафандр был цел? – дотошно продолжал допытываться Вестон. – С таким рваным рукавом Янг не смог бы дойти до ангара. И не заметить такую дыру еще в шлюзе он тоже не мог. Значит, скафандр был порван в ангаре?

– Видимо, так, – флегматично молвил техник.

– Ладно, дай мне рекордер, – сказал Вестон.

Рекордером назывался «чёрный ящик» скафандра, на котором записывались все показания датчиков и все переговоры космонавта.

– А вот с рекордером проблемы, – удрученно сообщил Лоуренс. – Разбит вдребезги. Видимо, его раздолбали, пока тащили Янга в шлюз.

– Это что же получается, – медленно проговорил Вестон. – Янг что-то там обнаружил в ангаре, после чего в его скафандре как-то появилась дыра, и он погиб от удушья, а рекордер не сохранился… А ведь рекордер – это не хрустальная рюмка. Он хорошо защищен от повреждений, и я даже не представляю, как его можно раздолбать случайно… Ведь так?

– Выходит, что так, – неохотно согласился Лоуренс, глядя в сторону. – Я поковыряюсь в рекордере, может, и удастся что-то из него извлечь… Зайди завтра.

Дежурный спасатель Майкл Форд недавно сменился, поужинал, умылся и направлялся в бар; по пути туда его и отловил Вестон. Они были приятелями, поэтому Алекс, взяв Майкла за пуговицу, просто оттащил в боковой коридор и велел рассказать, что там произошло с Янгом.

– Да, трагическая история, – сочувственно молвил Майкл. – И как раз в мою смену… Я дежурил на своем посту, и вдруг вызов. Вылетаю наружу – Коэн тащит Янга. Ну, мы оба донесли его до шлюза, но, по-моему, он уже был мертв. Быстрая разгерметизация.

– Что дальше? – нетерпеливо спросил Вестон.

– А что дальше? – пожал плечами Форд. – Мы стащили с него скафандр, я понес его тело в медотсек, хотя уже было ясно, что оно годится только для вскрытия… А Коэн потащил скафандр к технику.

– А скафандр вы осматривали? Там была рваная рана на левом плече? – настойчиво домогался Вестон.

– Я даже не помню, – пожал плечами Форд. – Как-то не обратил внимания. Я-то тащил его за правое плечо. Правый рукав был цел.

– Как же вы так неудачно его тащили, что разбили рекордер?

– Разве? – изумился Форд. – Нет, мы несли его аккуратно. Ты сам можешь посмотреть запись камеры наружного наблюдения.

– Но ты не заметил, был рекордер цел или нет? – настойчиво вопрошал Вестон.

– Нет, не обратил внимания, – смущенно ответил Форд. – Мы очень торопились, надеялись донести его живым… Так что если рекордер разбит, это произошло еще в ангаре. Ну или может Коэн так небрежно волочил скафандр к Ральфу… Хотя как вообще можно разбить рекордер, даже не знаю…

Ну что же, вот теперь самое время и шкипера брать за задницу, к нему слишком много вопросов… Обычно в пятницу Сэм Коэн ошивался в баре, издали любовался Розой и попивал напитки. Вот и сейчас он сидел на своем излюбленном месте с полупустым стаканом. Когда Алекс предложил ему выйти и поговорить, Коэн стал ворчать, что рабочий день уже окончен, что один тут уже пытался испортить ему уик-энд, и ничего хорошего из этого не вышло… Сэм готов был завтра ответить на любые вопросы, а сейчас он просто в полном отрубе… Однако его глазёнки воровато и настороженно бегали по сторонам, свое состояние он явно преувеличивал.

Но Вестон хотел провести допрос поскорее и сразу взял Коэна в оборот, громко заявив:

– Вот что, Сэм, погиб мой офицер, и есть все основания считать, что это не просто несчастный случай, а убийство, и единственным подозреваемым являешься именно ты! Так что расслабиться тебе сегодня не придется. Я поволоку тебя сейчас на место преступления, если надо будет – то и силой, и если ты не сможешь дать мне всех объяснений, то я посажу тебя в камеру под арест, пока не придешь в себя!

В баре наступила мёртвая тишина. Еще мало кто знал, что Янг погиб, и уж никто не предполагал убийство. Вестон слыл человеком спокойным, без особой нужды на рожон не лез, и если уж он закусил удила – значит, у него для этого есть веские основания, и лучше не становиться у него на пути. Коэн воровато повёл глазами и понял, что никто за него не заступится, да он и не пользовался особой симпатией. Пришлось ему встать и пойти за Вестоном.

IV

– У вас были какие-то непонятки с Янгом до сегодняшнего дня? – стал допрашивать Вестон Коэна еще в коридоре.

– Это что, допрос? – недовольно буркнул Коэн, засопев. – Тогда в присутствии адвоката.

Роль адвоката на станции играл юрист, когда в этом возникала необходимость. Этот юрист был уже прикормлен Коэном и, конечно же, пойдет у него на поводу.

– Нет, это пока разговор, – оскалился Вестон. – И в твоих же интересах дать мне возможность разобраться в происшедшем. И тогда, быть может, я спущу дело на тормозах и представлю это как несчастный случай. Под протокол мы поговорим позже. И если мой протокол будет неубедительным – тогда сюда нагрянет комиссия, а ей потребуется козёл отпущения, и единственный кандидат на эту незавидную роль – это ты. Я уж не говорю, что комиссия полезет во все твои дела, и там наверняка вскроется много такого, что лучше бы оставалось скрытым, лучше для всех нас. И твой юрист тогда тебе не поможет.

Коэн засопел громче. Он привык, что юрист его тут прикрывает; насчет комиссии он просто не подумал.

– Итак, я повторяю вопрос: у вас были какие-то непонятки с Янгом до сегодняшнего дня? – повысил тон Вестон.

– Да нет, не припоминаю, – заискивающе пробормотал Коэн; он явно сломался. – Бывали, конечно, небольшие недоразумения, но мы их улаживали, так или иначе…

– А что же такого произошло сегодня? – резко спросил Вестон.

– Он захотел посмотреть дальний ангар, – забубнил Коэн. – Что он там искал – не знаю, проверял наличие оборудования…

Шкипер отвел глаза, он явно о чём-то умалчивал.

– Вот и мы проверим, – зловеще сообщил Вестон. – И начнем с ближнего ангара. Возьми планшет с накладными грузов и списком оборудования.

– Да что мы там будем искать? Вы хотите произвести полную ревизию, что ли? – заныл шкипер.

– Я буду искать контрабанду, – так же зловеще произнес Вестон.

– Контрабанду? – удивился шкипер. – Тогда вам к старпому, это он ведает грузами.

– Меня интересуют не задокументированные грузы, а состояние ангаров, а это уже по твоей части, – возразил Вестон.

По непритворному удивлению шкипера он понял, что сделал холостой выстрел; поиск контрабанды отнюдь не напугал Коэна.

Ближний ангар был пристроен к станции; туда можно было добраться без скафандра. Битый час Алекс осматривал ангар, сверяя грузы с накладными, и не обнаружил ничего подозрительного. Здесь уже стояли контейнеры для отправки на Землю, транспорт должен был прибыть послезавтра, и всё было готово к погрузке. Пломбы были целыми, печати в порядке. Шкипер Коэн откровенно зевал, не выказывая признаков беспокойства. Может, здесь что-то и было не так, кто ж его знает, но обнаружить ничего не удалось… Ну что же, хоть в докладной можно будет отметить для галочки, что осмотр проводился.

– Ладно, пойдем в дальний ангар, – проворчал Вестон, и Коэн, подавленно вздохнув, поплелся за чрезмерно настырным офицером безопасности.

Дальний ангар находился невдалеке от станции. Пришлось надеть скафандры и запросить разрешение на выход у дежурного офицера. Зайдя в ангар, Вестон с порога заявил:

– Вот теперь расскажи мне, что тут произошло. И как можно подробнее!

– Да мне и сказать-то нечего, – заныл Коэн. – Лейтенант Янг приволок меня сюда, так же, как и Вы, стал тут чего-то искать, по оборудованию лазить… Где-то и порвал скафандр, даже не знаю где. Что ему нужно было, я так и не понял. Потом ему стало плохо… Я и потащил его обратно, по возможности зажимая дыру в рукаве. А потом и дежурный офицер Форд подоспел, можете спросить у него сами...

– О чем ты с ним говорил? – перебил его Вестон.

– Да ни о чем, – пожал плечами Коэн, воровато отводя глаза. – Он тут спрашивал меня о назначении оборудования, хотя зачем ему это, не знаю. Точно не помню уже, чем именно он интересовался.

Шкипер явно врал, но поймать его на лжи Вестон не мог.

– Где именно Янгу стало плохо? – спросил он.

– Да вот тут, – шкипер указал на площадку в центре ангара.

– А где именно он лазил в ангаре? – спросил Алекс.

– Да везде, – отмахнулся Коэн. – И здесь, и там…

Вестон усилил освещение до максимума и оглядел ангар. Да уж… Сказать, что здесь был бардак, это значит ничего не сказать. В громадном длинном помещении ангара громоздились кучи самой разнообразной техники, как исправного оборудования, так и просто металлолома, который давно уже нужно было списать; да, может, уже и списали. Вот только куда девать списанную технику, никто не знал. Везти ее обратно на Землю – слишком дорого. А выкинуть нельзя: будет громоздиться вокруг комбината, мешая работе. Или, еще хуже, улетит в небо и замусорит космос вокруг астероида, создавая опасность для полетов. И все эти горы металлохлама кое-как крепились к стенам и полу ангара…

Вестону еще не доводилось здесь бывать, не было служебной необходимости. Он понял: ему не разобраться, что здесь вообще находится и зачем… Для очистки совести Алекс попытался хотя бы дойти до конца ангара, но вернулся с полдороги; пробираться через баррикады было и трудно, и опасно. Стоило только оторваться от металлического пола магнитными подошвами, как скафандр несло неведомо куда, подошвы липли к чему попало, и даже ухватиться было не за что… Да уж, если Янг действительно хотел разобраться в содержимом ангара, то порвать здесь скафандр можно было легко. Ну что же, хоть такой результат… Да может, именно так всё и было?

Вестон вернулся назад и обратил внимание на гору ящиков у стены.

– А это что? – брюзгливо проворчал он. – Почему грузы здесь, а не в ближнем ангаре? Контрабанда?

– Так ведь это не грузы, это оборудование, – возразил Коэн. – В прошлый раз привезли, еще не распаковали даже. Вот и Янг в конце поинтересовался, что за грузы… Тут-то ему и стало плохо…

Вестон потребовал накладные, и с удивлением убедился, что это действительно горное оборудование для разработки недр, а вовсе не груз для погрузки на транспорт. Вестон сбросил накладные к себе и сфотографировал ящики, на всякий случай. Алекс был разочарован, зацепиться было не за что; может, это действительно несчастный случай, и он зря себя так накрутил?.. Зря устроил сцену в баре?..

Коэн смотрел на него с язвительной улыбкой. Оставался еще один вопрос:

– Почему рекордер на скафандре Янга был разбит?

Коэн пожал плечами:

– А я почем знаю? Это к технику вопрос. Может, Янг напоролся тут на что-то… Уж очень настырный был, всё лазил, выискивал тут неизвестно что… Несколько раз падал на что-то, ругался… Я за ним не лез и предупреждал его, что тут опасно лазить, – Коэн обнаглел и смотрел на Вестона откровенно издевательски. – Да может, у него в скафандре рекордер уже был сломан изначально, я же не проверял, это была его забота.

Вестон вздохнул, сделал несколько снимков ангара, для отчета.

– Так что, я свободен, или как? – нагло спросил Коэн.

– Пока свободен, вопросов нет, – вздохнул Вестон. – Иди, расслабляйся дальше… Но если прибудет комиссия, тебе всё равно придется отвечать, что развёл тут бардак, опасный для жизни. И если им понадобится козёл отпущения – назначат тебя.

– Не назначат, – с наглой улыбкой возразил Коэн.

Почему это он так уверен в этом?..

V

Вестон добрался до своей каюты, обтерся полотенцем и хотел завалиться спать. Он был разочарован. Каких-то улик против Коэна не было, но Алекс чувствовал: что-то тут не так. Надо на свежую голову разобраться… Дешифровка докладной Янга не получалась: компьютер не мог пробить шифр. Конечно, толковый криптограф да еще на хорошем компе смог бы расшифровать файл, но здесь такой возможности не было. Ладно, решил Вестон, оставим дешифровщик работать до утра; утром поищем, где затерялся ключ от шифра.

Тут позвонил Фергюсон и с тревогой спросил, как продвигается расследование.

– Да похвастаться нечем, – уныло сообщил Вестон. – Всё это очень подозрительно, но нет никаких фактов, указывающих на то, что это преступление. Похоже, это несчастный случай; Янг полез в дальний ангар и на что-то там напоролся. Я сам лазил там и могу подтвердить: распороть скафандр в том ангаре вполне возможно. Вот только зачем Янг туда полез?..

– Ну хорошо, – удовлетворенно согласился Фергюсон. – Завтра подпишем все протоколы, и ты напиши свою докладную, и всё это мы отправим на Землю, а то там уже торопят.

На следующий день Вестон проснулся в мрачном расположении духа: он чувствовал, что расследование не доведено до конца, не всё здесь ясно. Будучи от природы перфекционистом, Вестон ощущал дискомфорт. Тут позвонил техник Ральф Лоуренс и попросил зайти.

– Я тут повозился с рекордером и вот что выяснил, – сообщил он. – Прибор был разбит прямым точным ударом. Причем сначала был удар чем-то тупым, типа зубило, а потом еще чем-то острым, типа шило... Сам скафандр в этом месте не пострадал. Как же это можно было дважды удариться одним местом, причем именно рекордером?.. Такое впечатление, что рекордер сначала грохнули, чтобы сломать, а потом проткнули, чтобы уничтожить записи.

Вестон присвистнул.

– Я бы хотел изъять рекордер как вещдок, – потребовал он.

– Увы, – отказал техник, глядя в сторону. – Мне с утра звонил Фергюсон, требовал протокол. И когда я сообщил ему про рекордер, он велел, чтобы я передал его шкиперу вместе со скафандром. Коэн тут же пришел и всё забрал, а я сразу позвонил тебе…

Вот это номер! Вестон тут же позвонил Коэну, долго не мог до него дозвониться, а потом шкипер с наглой улыбкой сообщил, что скафандр он уже отдал в разделку на запчасти, а рекордер просто уничтожил ввиду его полной непригодности…

– Ну и что ты напишешь в протоколе? – удрученно спросил техника Вестон. Тот пожал плечами:

– Так и напишу без подробностей, что рекордер был неисправен. Мне Фергюсон так велел, причем очень настойчиво.

Вестон вздохнул.

– Но ты же волшебник, Ральф, настоящий чудотворец! Неужели ты ничего не смог прочесть в рекордере?

– У меня было мало времени, – ответил техник, глядя в сторону. – Мне просто не дали поработать как следует... Кажется, Фергюсон торопится замять дело… Но кое-что я могу тебе сказать, чего он не знает. Мне удалось определить, когда рекордер вышел из строя и перестал писать. Конечно, неточно, но это всё, что я смог, и это не для протокола…

Лоуренс показал Вестону бумажку с записью даты, и тут же порвал ее.

– Ну что же, спасибо, Ральф, спасибо… – проговорил Вестон. – Ты уже ничего не докажешь, так что держи всё это при себе, и я никому не скажу о нашем разговоре. Так тебе будет безопаснее.

Вестон вернулся к себе, попил кофе, устроился в кресле и стал подводить итоги, собравшись с мыслями и проведя хронометраж событий.

Итак, три дня назад… Нет, уже четыре… Младший офицер безопасности Роберт Янг обнаружил нечто такое, что его весьма встревожило, а поскольку Вестон от него отмахнулся, Янг начал расследовать дело самостоятельно. Это первый факт.

Далее, в пятницу, в конце дня, Роберт Янг зачем-то потащился в дальний ангар, да еще прихватил с собой шкипера. Спрашивается, зачем? Не на экскурсию же. Очевидно, Янгу что-то было нужно в этом ангаре. Это второй факт. Хотя какой там факт, просто момент.

По словам шкипера, Янг чуть ли не полчаса продирался через баррикады ангара, искал неизвестно что, порвал скафандр и в конце концов обратил внимание на ящики. Однако по данным записей главного поста управления, аварийный звонок прозвенел через 15 минут после выхода из шлюза; десять минут на дорогу… Выходит, Янг пробыл в ангаре всего-то пять минут, никуда не лазил, а вёл разговор о ящиках. Где же это он умудрился порвать скафандр? И на кой ему сдались эти ящики? Если бы он порвал скафандр где-то в глубине ангара, то там бы и свалился. Так ведь нет: он спокойно вылез к выходу и только там, у ящиков, ему стало плохо… Впрочем, доктор Линдеман мог быть и прав: Роберт порвал скафандр, а когда прыгнул к выходу, дыра раскрылась, воздух вышел, и Янг рухнул замертво… Но как же разговор о ящиках? Какое-то нагромождение нестыковок… Но не фактов…

Пойдем далее. Дыра образовалась на плече. Предположим, что Янг ее не заметил. Но должен был остаться шрам на руке! Однако доктор Линдеман говорил, что травм на теле нет… Кстати, почему это врач был таким нервным? Обычно он такой спокойный… Как будто кто-то вывел его из себя еще до прихода Вестона… Алекс в медотсеке бросил всего один взгляд на Янга, и как раз увидел его левое плечо; там не было ни царапины… Однако и это еще не факт. Тут нужна экспертиза скафандра. Но уже поздно. Фергюсон так торопится закрыть дело…

История с рекордером и вовсе темна как ночь. Перед выходом в космос рекордер требуется проверять на исправность, и Янг не мог этого не знать… Может, торопился и нервничал?.. Разбить его в ангаре Роберт вроде бы не успевал… А самое главное: по данным техника Лоуренса, рекордер перестал работать через четверть часа после того, как тело Роберта внесли в шлюз! Это самый жесткий факт, да что толку, его уже не подошьешь к делу… Конечно, Ральф мог и ошибиться, но складывалось ощущение, что рекордер разбили специально, чтобы стереть с него все данные… А если сюда еще добавить тот факт, что кто-то копался в компьютере Янга уже после его смерти и удалял какие-то файлы… Картина складывается весьма неприглядная. Похоже, Янга убрали за то, что он что-то обнаружил. И самое страшное, что это дело рук не одного шкипера: не с его куриными мозгами залезть в компьютер Янга… Тут целая шайка заметала следы… Фергюсон тоже с ними, или просто хочет замять дело до прихода транспорта?..

Вестон чувствовал, что у него в руках что-то мерзкое, но очень скользкое: никак не ухватишь. Вроде, картина ясная, но ни единого факта не подшить к делу. Последняя ниточка: это докладная Янга. Увы, дешифратор так и не смог раскрыть файл…

VI

Ладно, подумал Вестон. Есть еще одна зацепка: ящики ангара. Ведь именно о них Янг говорил с Коэном, именно там ему стало плохо... «А ведь Коэн не на шутку испугался, когда я в баре взял его за жабры, – подумал Вестон. – Но я увлекся поиском контрабанды, и Коэн сначала успокоился, а потом и вовсе обнаглел… Видимо, я взял неверный след…».

Вестон еще раз просмотрел накладные, скачанные с планшета шкипера. Какое-то горное оборудование для разработки недр, черт его знает… Хотя как-то странно. В накладных должно быть четко прописано, что за оборудование, фирма, марка, заводские номера… Ничего такого здесь не было, только общие фразы, рекомендации по транспортировке, инвентарные номера груза и какие-то непонятные обозначения... Но не Коэн же это писал, так с Земли привезли. Вот и штампы, и печати все на месте… И как это таможня пропустила?.. Хотя и не такое бывает…

Вестон стал внимательно рассматривать фотографии ящиков. И вдруг его как ошпарило: по маркировке ящиков выходило, что это не оборудование, а взрывчатка! Как же так?! Вестон еще раз сверил номера по накладным. Да, именно так: ящики взрывчатки проходили по накладным как оборудование для разработки недр! Но ведь здесь никогда не пользовались взрывчаткой, только бурение! Это что же, новые технологии для углубления карьеров? Но ведь тут поднимется такая пыль после взрыва и будет столько обломков болтаться, что работа встанет на неделю, если не на месяц! К тому же здесь столько взрывчатки, что можно весь комбинат разнести на куски! Вот это действительно интересный факт! Ведь не могли же сюда направить эти ящики по ошибке! Ай да Янг, ай да молодец! Каким-то образом сумел обнаружить этот странный факт, поэтому и потащился в ангар проверять! А он, Вестон, ничего не понял, даже в упор глядя на ящики! Вот почему Коэн так обнаглел! Уж он-то знал, что к чему!

Вестон хлопнул себя по лбу. От волнения он вдруг вспомнил, куда сбросил шифр Янга: на флэшку, которую всегда носил с собой! А ну-ка, ну-ка… Трясущимися от волнения руками Вестон вставил флэшку в компьютер и стал рыться в каталоге. Чёрт, какой же тут бардак развелся, поди разберись… Алекс выстроил файлы по датам и только так нашел файл шифра. Вестон раскрыл его. Да уж, тут ни один дешифратор не справится: это был весьма сложный шифр пятиуровневой кодировки уникального изготовления, никаких стандартов. Дешифратор мог взять от силы три уровня кодировки, да и то лишь на мощном компьютере и за длительное время. Надо думать, на своем компе Янг также зашифровал файлы, чтобы их не смогли прочитать. Даже если бы злоумышленники нашли на его компе ключи для шифровки, это им мало что дало бы, так как ключи для дешифровки были другими (асимметричное шифрование). Ай да Янг, ай да голова! Вестон ощутил запоздалое сожаление, что так мало времени уделял своему молодому талантливому коллеге…

Однако к делу. Вестон сбросил на флэшку докладную Янга и запустил дешифровку прямо на флэшке. Это, конечно, было не так быстро, как на кристалле компьютера, но Алекс не хотел оставлять на своем компе ни расшифрованный файл докладной, ни сам шифр: уж если взломали Янга, то взломают и его компьютер… Даже по ключам шифра компьютер раскрывал файл минут пять; Вестон уже стал опасаться, что шифр не работает… Но вот файл, наконец, раскрылся, и Вестон с нетерпением углубился в его изучение…

Это была докладная Янга для него, Вестона. Точнее, черновик таковой или даже скорее набросок, написанный явно наскоро и не отредактированный. В нем содержались ссылки на приложения-документы, но самих документов не было; отредактированный текст докладной (если он был написан) и файлы приложений остались на компьютере Янга и были кем-то стерты, уже после его смерти. Если они таким же образом были зашифрованы, то их, видимо, не прочли. Но даже такой куцый огрызок докладной оказался просто бомбой, в буквальном смысле слова.

Текст содержал всего одну страницу и состоял из трех абзацев, не считая стандартной шапки («Довожу до Вашего сведения…» и т.д.). В первом абзаце обращалось внимание на то, что в последнее время вокруг комбината и станции роют какие-то странные шурфы, явно не предназначенные для добычи руды (отсылка на приложение с документами и фотографиями). Для Вестона это было новостью: контроль за ходом работ на комбинате не входил в компетенцию службы безопасности. Во втором абзаце отмечалось, что на станцию доставлена большая партия взрывчатки, под видом оборудования для разработки недр (ссылка на накладную и пометка: «проверить в дальнем ангаре»). Это Вестон уже знал… И в третьем абзаце, исходя из первых двух, а также с учетом неких дополнительных сведений (ссылка на приложение) делался вывод, что кто-то на станции планирует взрыв комбината, причем в ближайшее время (пометка: «Что будет с персоналом? Всех за это время не успеют вывезти, да это и не планируется»). Оканчивалась докладная фразой, что кто-то из руководства станции покрывает все эти «тёмные дела».

Вестон тяжело вздохнул. У него мороз пошел по коже… Он был в шоке… Неужели это правда? Или просто фантазии ретивого выскочки? Жаль, что не сохранилось третьего приложения, где были приведены «некие дополнительные сведения»… И что теперь со всем этим делать?.. Как жаль, что Вестон не нашел время для беседы с Янгом, когда тот просил об этом!.. Теперь хоть локти кусай…

Но если все эти фантастические измышления Янга верны, то с его смертью всё ясно. Он пошел в дальний ангар, чтобы убедиться в наличии там взрывчатки под видом оборудования (и как же он ее вычислил? грузчики сообщили?), и своими вопросами слишком смутил Коэна, который пырнул его ножом (или же просто открыл ему вентиль баллонов, а дыру в рукаве скафандре пропорол потом). Шкипер знал, что его действия покроют… А потом кто-то сломал рекордер и затер файлы Янга на его компьютере…

Имея код-вездеход, Вестон без труда влез на сервер комбината и стал искать чертежи шурфов и рабочие журналы. Эти файлы были зашифрованы, но дешифратор справился с ними за четверть часа, и Вестон с ужасом убедился, что и первый абзац докладной Янга полностью соответствовал истине. Вестон скачал документацию по шурфам на флэшку и призадумался.

VII

Если это действительно заговор с целью уничтожения станции, то нити тянутся на Землю, и Фергюсон тут не поможет. Возможно, он и сам тут при делах, не говоря уж о главном инженере комбината. Рыть шурфы вокруг станции... Да тут любой заподозрит неладное, и шила в мешке не утаишь. А ведь на станции имеется всего один спасательный ботик, да еще катер для срочных перевозок. Если что, эвакуировать не смогут и половину персонала…

Нет, тут разматывать это дело бесполезно, еще самого уроют, как Янга. Нужно лететь на Землю в Управление безопасности, и там требовать создания авторитетной межведомственной комиссии, пусть разбираются. Как раз завтра сюда прилетает транспорт, будет проведена ротация персонала…

Тут позвонил Фергюсон и потребовал докладную.

– Все протоколы уже есть, только твоего рапорта не хватает, – недовольно сообщил он.

– Есть вопросы, которые нужно обсудить лично, – веско сказал Вестон. – Прошу принять меня немедленно.

Через пять минут он был в кабинете начальника станции. Тот протянул ему стопку протоколов всех свидетелей, с которыми Вестон уже беседовал. Алекс пробежал их глазами. Ничего нового. Дежурный офицер Пирс изложил, как Янг выходил со станции и как его внесли обратно, шкипер Коэн показал, что Янг сам куда-то полез в ангаре и порвал там рукав, техник Лоуренс констатировал рваную дыру в его скафандре и неисправный рекордер, доктор Линдеман засвидетельствовал смерть от декомпрессионной аноксии.

– Всё это верно, но никуда не годится, – веско бросил Вестон и отодвинул протоколы от себя. – Я не могу это подписать.

Фергюсон недовольно засопел.

– Почему? – резко спросил он и с неприязнью посмотрел на Вестона.

– Потому что это пустые отписки, – спокойно ответил Алекс, глядя Фергюсону прямо в глаза. – Лишь протокол Линдемана составлен толково, ну и Пирс все чётко изложил, приложив тексты всех разговоров во времени. Остальные протоколы не годятся.

Фергюсон набычился и уставился на Вестона.

– Нет, я не говорю, что это всё липа, но вызовет массу вопросов, – спокойно продолжал Вестон. – Ну вот первый протокол, от Коэна. Здесь совсем не указано, зачем Янг потащил его в дальний ангар и что он там искал. Что, разве ревизия ангаров входит в обязанности офицера безопасности? Во исполнение каких задач Янг нашел там свою смерть? И каково же состояние ангара, если там так легко распороть скафандр? А как же нормы безопасности? Кто отвечает за безопасное состояние ангаров? Далее, протокол техника и вовсе нелеп. «Рваная дыра в скафандре»… Где техническая экспертиза? Чем могла быть нанесена дыра? Каким предметом? Да здесь вообще не указано, на что напоролся Янг! Этот вопрос просто не изучен! Да это же отписка для дураков, а не докладная! Дальше и того хуже. «Неисправный рекордер». Где заключение технической экспертизы? В чем причина неисправности? Можно ли и дальше пользоваться такими рекордерами? Где рекомендации по недопущению таких случаев в будущем? Можно подумать, что речь идет о разбитой тарелке, а не о гибели офицера безопасности! Когда эти протоколы прочтут в Управлении безопасности, там сочтут, что либо мы все дураки, либо их принимаем за идиотов. В любом случае, комиссия будет неизбежна. А оно нам надо?

Фергюсон громко сопел и кривил рот, но возразить было нечего.

– Что ты предлагаешь? – резко спросил он. – Нас торопят, уже сегодня я должен отправить материалы расследования.

– Ну что же, раз торопят – отправим, – спокойно сказал Вестон. – Но предупредим, что это лишь предварительные результаты. Я их подписывать не буду, и не проси, а то меня сочтут некомпетентным офицером безопасности. Но приложу сюда и свою докладную.

– И что ты там напишешь? – угрожающе спросил Фергюсон, опять набычившись.

– Напишу то, что знаю, – спокойно ответил Вестон. – Что у Янга не было здесь ни врагов, ни конфликтов, что погубить его никто не хотел, что я осмотрел оба ангара и не обнаружил контрабанды… Где-то так. И позволь мне вместе с транспортом улететь на Землю. Якобы за новым офицером безопасности, а кроме того, я попробую провести протоколы через Управление без особых для нас проблем и доложу тебе оттуда о ситуации, чего можно ожидать и к чему готовиться.

– О, это хорошо, – обрадовался Фергюсон. – Завтра прибывает транспорт с Земли, мы его разгрузим, и уже послезавтра загрузим и отправим обратно. Местечко на нём я тебе, конечно, забронирую. Так что иди пиши свою докладную. Но тогда и тебе придется завтра поработать интенсивно: прибывает новая смена, а поскольку ты убываешь, то уже завтра к вечеру доложи мне, что за люди к нам прибыли и чего от них можно ожидать.

– Конечно, – согласился Вестон. – Я уже ознакомился с их анкетами, так что остаётся только лично побеседовать с каждым. Но есть еще один момент. Я сейчас не знаю, какие препятствия могут возникнуть при прохождении наших протоколов через Управление безопасности, поэтому хотел бы на всякий случай иметь некоторые дополнительные сведения про запас.

– Конечно. Что тебе нужно? – спросил Фергюсон.

– Ну вот например. В дальнем ангаре, где бродил Янг, стоят какие-то ящики со взрывчаткой. Зачем они там? По накладным, это оборудование. У любой комиссии возникнут вопросы.

Фергюсон недовольно засопел и сдавленно выдавил:

– Было принято решение о разработке горизонтальных штолен и закрытых штреков, вместо открытых карьеров...

Вестон почесал затылок и задумчиво произнес:

– Что-то не припоминаю такого решения на совете директоров... Когда это было?

– Вот что, Вестон, – оскалился Фергюсон. – Займись-ка своими делами и не лезь в производственные вопросы. С тебя докладная!

– Да, конечно, – миролюбиво согласился Алекс. – Кстати уж о безопасности. Тут зачем-то насверлили вертикальные шурфы вокруг станции. Насколько это безопасно, и как это согласуется с принятым решением о штольнях? Вы бы хоть ограждения нормальные там поставили, что ли...

– Без тебя разберемся! Не суйся, куда не просят! – прорычал Фергюсон. Вестон пожал плечами и молча вышел.

VIII

Алекс был доволен результатом беседы. Он разыграл директора как по нотам и удачно напросился на Землю, не вызвав подозрений. Он даже осторожно прозондировал вопрос о взрывчатке и шурфах, но понял, что правдивой информации об этом ему тут никто не даст. Вернувшись к себе, Вестон быстро набросал докладную, которую обещал Фергюсону, и сбросил ему на согласование. Директор сразу утвердил ее и сообщил, что отправляет материалы расследования на Землю с оговоркой, что Алекс Вестон лично прибудет в Управление безопасности для отчета и устранения всех неясностей, если они возникнут.

Замечательно, подумал Алекс. Он залез в протоколы заседаний совета директоров и убедился, что вопрос о штольнях и штреках в последнее время не ставился. Вообще-то этот вопрос обсуждался когда-то давно, но от горизонтальных выработок сразу отказались. Вестон сбросил протоколы совета директоров себе на флэшку, для детального ознакомления, и приступил к исполнению своих прямых обязанностей. Каждый транспорт, прибывающий на станцию, осуществлял частичную ротацию персонала. Вот и завтра примерно четверть работников станции будет заменена на новых. Следовало изучить их дела и выявить возможные конфликты. Здесь было не самое лучшее место работы, так что иногда сюда присылали даже бывших уголовников, за неимением других добровольцев. С ними-то обычно и возникали конфликты.

К вечеру работа была закончена. Вестон, потянувшись, разогнул усталую спину и стал собираться в бар. Уже и Роза его заждалась, если только к ней не подлез кто-то другой. Возможно, это будет их последняя встреча, нельзя упускать момент. Кроме того, Вестон хотел порасспросить ее о последних событиях. Это следовало сделать осторожно: Роза крутила амуры с начальником станции и наверняка докладывала ему о своих разговорах с Вестоном. Сейчас это было некстати.

Когда Алекс вошел в бар, все замерли и уставились на него. Должно быть, ожидали расспросов и рассказов. Но Вестон лишь взял себе стаканчик с напитком и громко сказал Розе:

– Ты ведь помнишь про наш сегодняшний вечер?

– Да, конечно, – охотно откликнулась Роза. – Я уж подумала, что ты забыл обо мне.

– Я всегда пунктуален с женщинами, – громко заявил Вестон и свирепо оглядел бар, чтобы к его подруге сегодня никто и не думал клеиться. Потом отошел в свой дальний уголок и начал смаковать напиток, не обращая ни на кого внимания. Постепенно в баре опять загомонили, обсуждая смерть Янга и прибытие транспорта завтра. Общее мнение сводилось к тому, что счастливчики те, кто завтра уже сможет унести отсюда ноги. Вот и хорошо, подумал Вестон. Теперь все будут думать (и доложат Фергюсону), что старший офицер безопасности ничем не озабочен, и его ничего не волнует, кроме прелестей его подруги... Незаметно Вестон даже задремал...

Его разбудила Роза. Она была совершенно очаровательна в своем коротеньком красном платьице с большим вырезом на груди и кружевным белым передничком; в ее роскошных светлых волосах была вставлена красная роза, как обычно.

– Что, все уже ушли? – сонно спросил Вестон, оглядывая пустой бар; суббота ведь.

– Ну да, завтра разгрузка, а не выходной, – напомнила Роза. – Вся гулянка и переносится на завтра, тем более что сюда новенькие прибудут.

Вестон помог Розе прибраться в баре и повел ее к себе. У него как у начальника каюта была больше и комфортабельней, чем у барменши, кроме того, он точно знал, что в его каюте разговоры не записываются. Здесь они еще немного посидели, выпили и закусили мандаринами и шоколадом, которые заботливый Вестон приберег для своей красавицы. Потом «помылись» в душе и легли в постель. В слабой гравитации можно было принимать разнообразные позы...

Алексу очень нравилось гладкое упругое тело девушки, полное жаркого огня; он ласкал ее энергично. И Роза тоже воспламенилась страстью; должно быть, у нее вчера не было хорошего мужика.

– Сейчас кончу, – сообщила она с придыханием, и выполнила обещание с громким страстным криком. Вестон еще три раза довёл ее до кульминации и устало отвалился на спину.

– Что-то ты сегодня не в форме, – недовольно буркнула Роза. Обычно она получала по шесть оргазмов за вечер, и это был отнюдь не предел.

– Заботы всякие, ты же знаешь, какие, – стал оправдываться Вестон смущенно.

– Ладно, отдыхай, – смилостивилась Роза. – И я пока чуть-чуть полежу, – и она забросила на Алекса свою длинную плотную ногу, как бы демонстрируя своё доминирующее положение над ним. Ему нравилось ощущать на себе ее упругое бедро, так было удобней ласкать гладкую белую шелковистую кожу ноги. Убаюканная нежным массажем, Роза уснула на его руке, как обычно после секса, и слегка похрапывала во сне. Она резко проснулась от собственного храпа и тревожно сказала, как всегда:

– Ой, даже задремала... Я не храпела?

– Ты спала тихо, как ребенок, – ласково сказал Вестон и нежно поцеловал ее в щеку.

– Алекс, а у тебя нет чего-нибудь в холодильнике? – спросила Роза. – Ты же знаешь, у меня после любви с тобой такой жор...

– Знаю, поэтому и наполняю холодильник специально для тебя, милая, – с улыбкой ответил Вестон. – Еще со вчера заготовлено.

– Так какие там у тебя заботы такие? – спросила Роза, усиленно поглощая еду, выложенную перед ней Алексом. Его дела ее никогда не интересовали, разве что по поручению Фергюсона. Это хорошо, что она первая начала разговор.

– Да этот несчастный случай в ангаре, – досадливо ответил Вестон. – Так жаль Роберта, толковый был офицер. И чего это его понесло в ангар?.. Я сам там лазил. Шкипер Коэн развел в ангаре такой бардак, что сам чёрт ногу сломит. Если прибудет комиссия, ему крепко достанется, – и Алекс добавил деланно небрежно: – А что в баре говорят по этому поводу?

– Да разное говорят, – отмахнулась Роза. – Одни ворчат, что Янг сам виноват, лезет не в свое дело. Другие говорят, что у шкипера там действительно опасный беспорядок, а третьи разъясняют, что Коэн сознательно нагромоздил там горы хлама, чтобы кроме него в ангаре никто не мог бы разобраться...

– Да, похоже на то, – согласился Вестон. – А больше ничего не говорят?

– Да нет, ничего, – вяло ответила Роза. – Сегодня вообще что-то мало пили. Все немного подавлены... Ничего, завтра прибудут новые люди, пойдет карусель...

IX

Вестон вздохнул. Его надежды что-то узнать через болтовню в баре рухнули. Спрашивать подробнее он боялся: все его вопросы сегодня же станут известны Фергюсону.

– Кстати, Роза, у нас сегодня последний вечер, – заметил Алекс. – Послезавтра я убываю на Землю, надо замять в Управлении это происшествие с Янгом.

– Как жаль, – произнесла Роза без особого сожаления и слегка вздохнула. – А неплохо мы тут с тобой крутили амуры на «амуре»... Но ведь ты еще вернешься?

– Вряд ли, – сказал Вестон с сомнением. – Мне тут одну смену осталось мотать, так какой смысл возвращаться? Впрочем, это не от меня зависит... Тебе ведь тоже еще одну смену осталось отработать?

– Ну да, – вздохнула Роза. – Мы ведь собирались вдвоем отсюда улететь... Ты еще обещал устроить мне там какую-то синекуру...

– Ну вот так получилось, – вздохнул Вестон. Ему было жаль расставаться с пламенной красоткой. Хотя... Это здесь он у нее в почете, а на Земле она легко найдет себе кого получше, побогаче...

– А то уже ко мне тут шкипер пытается пристроиться, – молвила Роза расстроенно. – Говорит, всё для тебя сделаю, даже жизнь спасу, ты только отдайся...

– От кого это он собирается тебя спасать? – удивленно спросил Вестон.

– Да так... – нехотя буркнула Роза. – Говорит, если авария какая, то спасательный ботик всех не вместит, многие погибнут, но тебе-то я место зарезервирую, ты только отдайся...

Алекса как током ударило. Значит, пройдоха Янг был прав: тут действительно готовится какой-то кипиш, и человеческие жертвы планируются заранее...

– Да что тут может произойти, – деланно небрежно молвил Вестон. – Сколько лет уже работает комбинат... Коэн тебе просто мозги пудрит, на испуг берет, чтобы добраться до твоего тела...

– Ну, вот я ему так и заявила, – вздохнула Роза. – Но он сделал большие страшные глаза... Ты, говорит, ничего не знаешь, а я тебе сказать не могу... Поверь, говорит, это серьезно... Я отмахнулась, а потом призадумалась... Может быть, ты чего-то знаешь? – и Роза пытливо поглядела на Алекса.

– Что же ты мне раньше не сообщила? – нахмурился Вестон. – Когда у вас был этот разговор?

– Да недели две назад... Он еще предупредил, чтобы я держала язык за зубами, а то мало ли что может произойти... Вот я и думаю сейчас: с Янгом же что-то произошло, и как раз в ангаре Коэна...

Ай да Роза... Не такая уж она и дура...

– Ладно, я подумаю над этим, – молвил Вестон. – Пойдем-ка немного поваляемся; может, у меня сегодня еще что-то и получится.

Ничего, конечно, уже не получилось. Впрочем, Алекс и не надеялся на это, просто ему нужен был предлог, чтобы задержать Розу у себя и поразмыслить над ситуацией. Открыть ей свои карты он не мог: скорее всего, она тут же доложит обо всём Фергюсону, по своей глупости, и тогда им обоим конец. Но и оставлять девушку на растерзание Коэну (или даже на смерть, если она ему не отдастся) Вестон не хотел.

– Да ладно, ты только не расстраивайся, милый, – стала ласково утешать его Роза. – Ничего страшного, я сегодня уже словила хороший кайф. В следующий раз получится. Я найду тебя, когда вернусь на Землю. Ты ведь подскажешь мне, где тебя искать?

Она повернулась к нему на бок, и ее большая упругая грудь плюхнулась ему на лицо. Вестон ласково поколыхал рукой другую грудь. Как же ему будет не хватать этой красотки... Может, у них что-то и могло сложиться? Вестон никогда не принимал всерьез эту вертихвостку из категории «дам» (в смысле: «всем дам»). Но ведь Коэну она отказала... А какая у нее грудь, какие ноги...

И Вестон решился сыграть роль спасателя, прекрасно понимая, чем он рискует.

– Слушай сюда, милая, – сказал он ласково. – Что-то мне тоже всё это начинает не нравиться... А пройдоха Коэн и в самом деле может знать что-то, чего мало кто знает. И вот что я тебе предлагаю: давай-ка мы вместе махнём с тобой на Землю послезавтра.

Это был максимум того, что Вестон мог сообщить Розе. Все свои карты он раскрывать не стал: слишком велик был риск того, что она из его постели побежит прямо к Фергюсону и выложит ему весь разговор.

– Но ведь я не смогу зарабатывать на Земле столько, как здесь, – капризно возразила Роза. – Дай мне доработать еще одну смену. Ты ведь будешь ждать меня на Земле, милый?

– Дело, конечно, твоё, – степенно молвил Вестон. – Если только вам дадут доработать эту смену, что не факт... Да и кто тебя тут будет защищать, как я защищал? А на Земле я найду тебе хорошую работу и деньгами тоже помогу... Впрочем, если местные мужики в совокупности заменят тебе меня одного, тогда, конечно, оставайся.

– Дурак ты, Вестон, – молвила девушка дрожащим голосом и отвернулась; в зеркале было видно, что на ее большие прекрасные глаза навернулись слезы. – Ты думаешь, что я такая любвеобильная шлюха, и мне все мужики без разницы?.. А что ты знаешь о моей прошлой жизни? Что ты знаешь о том, кто довёл меня до всего до этого?.. Когда ты появился в моей жизни, я подумала: вот он, тот благородный рыцарь, который поможет мне вылезти из грязи и стать нормальной женщиной, а может быть, даже и женой?.. Я просто боялась поверить тебе, поэтому и пыталась гулять от тебя с другими, чтобы не принимать тебя слишком всерьез... Ты же сам обещал, что не бросишь меня, что оставишь в своей жизни...

Тоже мне, «дама с камелией», то-бишь с розой, подумал Вестон. Нашла себе благородного рыцаря... Как будто благородным рыцарям не наставляют рога... Еще как наставляют... Ладно бы еще, если бы она ему просто изменяла с другими. Так ведь нет, она Фергюсону на него стучала, и не раз. Но у Розы, как у всякой женщины, были свои представления о том, что обязан делать для своей прекрасной дамы благородный рыцарь, и что имеет право делать эта дама у него за спиной, особенно если дама действительно прекрасна. А Розе было чем похвастать: лицо, грудь, ноги, да и всё прочее... Что ж, красотку нужно спасать.

– Вот я и говорю: полетели со мной, и всё будет у нас хорошо, – спокойно сказал Вестон. – Сейчас не время упиваться жалостью к себе и смаковать свои упреки, надо действовать.

– Да как же я полечу с тобой, милый? – горько молвила Роза, успокаиваясь. – У меня тут контракт, замены мне не предусмотрено, кто же меня отпустит? И кто возьмет на транспорт? Это же не твой корабль с алыми парусами. Там все места давно уже заняты.

– Всё это можно уладить, – туманно пообещал Вестон. – Есть тут и другие женщины, которые легко сумеют заменить тебя в баре. Ты не бог весть какой узкий специалист, с твоими-то широкими бедрами. Проще всего тебе заболеть, больную здесь не оставят.

– Ну ты уж скажешь, – горько рассмеялась Роза. – У меня же на лбу написано, что я здорова, как кобыла, на мне же пахать и пахать.

– Это не важно, – возразил Вестон. – Главное, справку взять. Например, о беременности. Я завтра схожу к доктору Линдеману, он мне эту справку быстро сварганит, денег у меня на это хватит. Есть и другие варианты, я еще подумаю. В общем, будь наготове. Завтра вечером я к тебе зайду и окончательно договоримся. Готовь свои вещи, но только самое необходимое.

– На Земле обман раскроется, и что тогда? – вздохнула Роза.

– Ну, на Земле-то я тебя как-то отмажу, в нашем Управлении безопасности, – возразил Вестон. – У меня есть связи в департаменте Космофлота. Нам главное – отсюда выбраться. Или тебе хочется остаться с Коэном, с его домогательствами и туманными угрозами?

– Ладно, милый, уговорил, – Роза нежно поцеловала Вестона и стала одеваться. – Спокойной ночи! Вверяю себя тебе.

– Ты только не вздумай хоть кому-то слить, о чем мы с тобой тут говорили, особенно Фергюсону, – строго предупредил Вестон. – Если здесь и в самом деле что-то готовится, то лишние свидетели никому не нужны. Янга не спасли офицерские погоны, и меня не спасут, о тебе и говорить нечего: прихлопнут как муху. Держи рот на замке, длинный язык укорачивает жизнь.

X

На следующий день дел было невпроворот: транспорт прилетел с утра, и Вестон весь день размещал прибывшую смену где попало, пока улетающие не освободят своих кают. Нужно было с каждым побеседовать и составить впечатление, а потом написать рапорт... Закончил Вестон вечером. Фергюсон уже собирался уходить, когда Алекс пришел к нему доложить о новых людях. Начальник станции молча выслушал, не задавая вопросов, сунул рапорт в ящик стола и лишь сказал напоследок:

– Мне сейчас идти в банкетный зал, торжественная встреча новых сотрудников и проводы старых. Пойдем со мной. А завтра в ночь, когда загрузим транспорт и проводим его на Землю, заходи ко мне, обсудим твои впечатления... Ну и еще кое о чем поговорим...

Вестона как ошпарило.

– Так ведь и я улетаю завтра.

– Нет, не летишь. Ты мне нужен здесь, – возразил Фергюсон, пряча глаза. – На Земле приняли наши протоколы хорошо, так что вроде и нет необходимости тебе там что-то улаживать. Ты идешь со мной на банкет? Расслабься, Вестон, ты хорошо поработал!

– Я позже присоединюсь, – пробормотал Алекс. – Нужно хоть немного отдохнуть и помыться.

К себе в каюту Вестон пришел в весьма мрачном расположении духа. С чего это Фергюсон передумал отправлять его на Землю? Не иначе, как его кто-то отговорил... И этот многозначительный намек «еще кое о чем поговорить»... Ссылка на то, что на Земле приняли протоколы хорошо, просто нелепа. Такие вопросы, как утверждение протоколов незавершенного расследования инцидента, да еще со смертельным исходом, решаются в Управлении не в одном кабинете и не за несколько часов, тут Вестон заранее всё рассчитал точно.

Алекс плеснул себе воды в лицо, вытерся полотенцем и еще некоторое время ловил водяные шарики вокруг себя, это отвлекало. Да полно, что это я во всём подозреваю какой-то заговор? Прямых улик нет, факты неоднозначны... Интуиция?.. А может, это просто паранойя?.. Впрочем, это ведь всё можно проверить...

Вестон бросился к своему компьютеру и попробовал зайти на главный сервер станции, чтобы самому прочитать всю переписку Фергюсона с Землей. Но его допуск оказался заблокирован. Вот это номер! Кто же это может заблокировать код-вездеход старшему офицеру безопасности? Даже Фергюсон не имеет на это права, да ему это и не под силу... Может, это просто случайный сбой?.. Вестон попробовал зайти на сервер по общему коду для всего руководящего состава станции. Тот же результат. Может, просто провод поврежден или компьютер сломался?.. Да нет, Вестон легко подключился к общим сайтам главного сервера, которые не требовали особого кода доступа. Ну там, новости посмотреть или фильм скачать... И даже на периферийных серверах его код доступа еще работал; можно было, например, свободно выйти со станции, не запрашивая разрешения дежурного офицера... Значит, кто-то просто заблокировал лично ему все коды доступа на главный сервер. Вся переписка станции с Землей теперь для него недоступна, также как и собственная связь с Управлением безопасности.

Вестон унял дрожащие руки и сосредоточился. Такие фокусы были недопустимы, в рамках служебных инструкций. Значит, здесь против него работает какой-то умелый хакер, но по чьему приказу? Может, на станции действует какой-то тайный агент департамента, взявший Вестона под колпак и запретивший Фергюсону отлёт его, Алекса, на Землю? Или начальник станции получил указание сверху не отпускать Вестона и разобраться с ним в космосе? А может, Фергюсон сам заподозрил Вестона в чём-то и передумал отпускать его? Фергюсон был крутым мужиком и обычно рубил сплеча, раз и навсегда. И если он передумал, значит, у него появились для этого какие-то веские основания. Неужели Роза всё-таки проболталась? Вот дура... Или надавили на техника, и он всё выложил?

И что теперь делать? Похоже, его уже держат под прицелом, и не сегодня-завтра уберут под видом нового несчастного случая. Кажется, их даже не смутит такой явный криминал, как гибель на станции сразу двух офицеров безопасности. Должно быть, у них хорошая крыша в департаменте. А может быть, завтра Фергюсон попытается с ним договориться, после чего ему придется самому углубиться в эту муть и держать рот на замке; ему вернут коды доступа, и он сам станет обеспечивать им все эти грязные дела... Это не спасет его от гибели, если начнут убирать лишних свидетелей... А игра здесь идет по-крупному... Вести свою контригру Алекс не мог: у него нет ни людей, ни даже связи с Землей, а все коды доступа ему уже заблокировали...

Кажется, остается лишь один вариант спасения от всего этого: дать дёру на Землю на катере и самому обратиться в Управление безопасности... Если только и там ему не заткнут рот... Нужно поговорить с техником, может, он прояснит ситуацию... Рискованно еще раз подставляться, но без его, техника, помощи Вестон вряд ли сумеет управиться с катером.

Техник Лоуренс был в подавленном настроении и уже закрывал свою мастерскую.

– Что, собираешься на банкет? – спросил его Вестон.

– Да нет, пойду спать, – уныло буркнул техник. – Не люблю, когда много народу.

– К тебе не приставали по поводу твоего протокола?

– Да нет, не приставали, – нехотя ответил техник. – Я ведь сразу написал, как Фергюсон хотел... Потом еще кое-что изменил, как он сказал. Начальник лишь предупредил меня, чтобы я держал язык за зубами.

– Тебя не спрашивали о нашем с тобой разговоре? Ты никому не говорил об этом? – допытывался Вестон.

– Ну, спросили, я ответил, что ты приходил, и я сказал тебе то, что изложено в протоколе, – так же нехотя буркнул техник.

Вестон удовлетворенно кивнул; значит, утечка шла не отсюда. Значит, Роза?.. Если только на Фергюсона не надавили сверху...

– Ты понимаешь, что влип в дерьмо по горло? – строго сказал Вестон. – Ты подписал липовый протокол, на который теперь будут все ссылаться, и никто, кроме тебя, не сможет его опровергнуть! Ты теперь опасный ненужный свидетель!

Техник понуро кивнул. Он всё понимал...

– А кстати, ты не знаешь, зачем вокруг всего комбината нарыли шурфов? – спросил Вестон. – Тебя ведь привлекали для наладки оборудования.

– Не знаю, – отрешенно молвил техник. – Говорят, нашли какой-то золотоносный пласт под комбинатом... Но что-то не верится. Ведь сначала провели разведку недр, и уже потом соорудили комбинат на железном пласту. Да и золота я там что-то не видел, лишь только пустая порода...

– Как же много ты знаешь, – строго сказал Вестон и укоризненно покачал головой. – С такими знаниями долго не живут. Вот и мой помощник тоже интересовался этими шурфами... Он полагал, что кто-то хочет взорвать комбинат.

– Зачем?! – с ужасом спросил техник.

– Не знаю, – пожал плечами Алекс. – Обычно это делают, чтобы закопать следы распила бабла. Тут крутятся такие деньги...

– Ты защитишь меня? – доверчиво спросил техник и посмотрел на Алекса.

– Нет, – жестко отрезал Вестон. – Я сам в опасности, больше, чем ты. Мы оба в одной заднице.

– И что же нам делать? – с тихим ужасом спросил техник.

– Выход один: бежать! – веско бросил Алекс. – Ты сможешь активировать катер? Он в готовности к вылету.

– Но ведь нужны коды доступа, – тоскливо возразил Лоуренс.

– Все коды доступа есть у меня, – авторитетно заявил Вестон. – Правда, мне уже перекрыли выход к главному серверу, но катер можно активировать через шлюзовой терминал по аварийному коду.

– Ничего не получится, – вздохнув, покачал головой техник. – На активацию катера потребуется полчаса, если не час. Дежурный офицер увидит, как мы туда идем, поднимут тревогу, и нас снимут оттуда аварийной командой.

– Вот я и говорю, что катер нужно активировать через терминал шлюза, – сказал Вестон. – Будешь там спокойно колупаться, а если кто спросит – скажешь, что шлюз ремонтируешь. Кто там станет проверять, все на банкет торопятся, там будет дармовой фуршет и шведский стол за счет комбината. А когда катер уже будет готов к полету, мы стартуем за пять минут.

В глазах техника загорелся лучик надежды.

– Но я не смогу управлять катером... – предупредил он.

– Я попробую сам, – успокоил его Вестон. – Конечно, шансы у нас пятьдесят на пятьдесят. Но если мы их не используем, тогда все сто, что утилизуют нас.

– Скажи, Алекс, а ты ведь по дружбе решил меня спасти, да? – доверчиво спросил Лоуренс и преданно посмотрел Вестону в глаза.

– Ну конечно по дружбе, Ральф, – широко улыбнулся Алекс и обнял техника. – Тем более что без такого друга, как ты, я вряд ли справлюсь с активацией катера. Собирайся в дорогу!

XI

Техник заметался по мастерской, сваливая свои вещи в кучу. Потом вздохнул, махнул рукой и отобрал лишь самое ценное: свои документы и кое-какие личные вещи. Он был явно подавлен и выбит из колеи...

– Возьми инструменты и надень комбинезон, для отвода глаз, – велел Вестон. – Иди к аварийному шлюзу через трюм с грустным видом и ворчи, что не имеешь возможности посетить фуршет. Я же пойду туда через верхнюю палубу, нас не должны видеть вместе.

Вестон с важным лицом неторопливо проследовал по верхней палубе, высокомерно раскланиваясь со всеми встречными. Все спешили с праздничным видом в банкетный зал; транспорт был уже разгружен, новая смена размещена, отчего же не повеселиться? Тем более что завтра надо будет грузить транспорт и провожать старую смену. Направляясь якобы в главный пост управления, Вестон свернул и спустился по узкому аварийному трапу в трюм; здесь его уже ждал техник, что-то там делавший со шлюзом для отвода глаз.

Вестон вытащил свой ключ и начал колдовать. Первым делом он отключил управление шлюзом от главного процессора; потом подключился к катеру и замкнул его управление на себя.

– Ну всё, теперь ты, – сказал Алекс. – Я не буду тут мозолить глаза, схожу соберу вещи и через полчаса приду.

Долго собираться Вестон не стал. Он лишь переоделся в дорогу, сложил в кейс все важные документы, стер в компьютере реестр, журнал событий и рабочий стол, а кристалл памяти извлек и взял с собой. Пусть теперь ковыряются, не найдут ничего.

Обратно Вестон пошел по нижней палубе, заглянув в банкетный зал. Якобы отметиться, а на самом деле ему хотелось взглянуть на Розу в последний раз и, быть может, поговорить с ней... Если будет такая возможность... Помахав рукой Фергюсону издали, Вестон стал искать свою кралю. Что-то ее не было видно, хотя другие девушки сновали вовсю, обслуживая шведские столы. Ну что же, не судьба, философски подумал Вестон, вздохнул и хотел уже уйти.

– О, Алекс, как мило, что ты пришел! – услышал он за спиной до боли знакомый голос. Он резко обернулся. Роза была просто великолепна в коротеньком приталенном платьице с глубоким декольте и кружевным белым передничком. Платье переливалось сине-зеленым мерцанием; в пышно уложенных волосах ярко алела роза, как всегда. Девушка держала какое-то блюдо для банкета.

– Ах ты, моя милая! – воскликнул Алекс, крепко обнял девушку за талию и потащил в какую-то подсобку, не обращая внимания на ее крики и выроненное блюдо. Окружающие посмеивались, зная об их романе.

– Ну ты что, совсем с ума сошел? – капризно надула губки Роза. – Ты что творишь? – и она стала поправлять прическу.

– Это что ты творишь? – злобно прошипел Вестон. – Ты летишь со мной или нет?

Роза с недоумением посмотрела на Вестона.

– Так ведь тебя оставляют здесь, – неуверенно возразила она.

Ага, понятно.

– Кто тебе это сказал? – резко спросил Вестон.

Роза замялась. Вестон схватил ее за горло.

– Ну-ка быстро выкладывай, о чём вы говорили с Фергюсоном!

– Я ведь закричу! – предупредила Роза.

– Не успеешь: придушу! – рявкнул Вестон, сверкнув глазами.

– Ладно, Вестон, я всё скажу, только горло мне не дави! Больно же! У тебя бешеные глаза, я боюсь...

Роза и в самом деле была до смерти напугана и вся дрожала. Алекс ослабил хватку.

– Да, я говорила вчера с Брайаном, – виновато сказала она.

Ого, Фергюсон у нее уже по имени, ревниво подумал Вестон.

– Ты ведь хотел улететь и оставить меня Коэну, а я не хочу под него ложиться... Мне ведь нужен защитник, я и подумала, что мне поможет Брайан...

– Это еще один благородный рыцарь – член кружка прекрасной дамы? – саркастически ухмыльнулся Вестон. – Ладно... Так что же ты ему сказала?

– Да всё и сказала, о чем мы говорили, – виновато потупилась Роза. – Он обещал, что разберется с Коэном... Еще он сказал, что напрасно ты так перепугался из-за шкипера... Брайан заверил, что и меня от него защитит, и тебя не тронет... он хотел поговорить с тобой завтра и договориться по-хорошему... Так что не паникуй и не психуй, всё будет хорошо, я уладила все наши проблемы.

– Ну ты и дура! – вздохнул Вестон и покачал головой. – Ты даже не представляешь, какая тут готовится заваруха и куда тянутся нити! Твой Брайан никого спасти не сможет, он сам рискует оказаться лишним свидетелем, понимаешь? Если бы я вчера выложил тебе всё, что знаю, а ты передала бы это Брайану, то я был бы уже трупом! И договариваться мне с ним не о чем: я в это дерьмо не полезу и не стану пешкой в его грязной игре! Тем более такой пешкой, которой в конце игры пожертвуют. Да и поздно уже: Рубикон перейдён.

Роза с ужасом смотрела на него расширенными как блюдца глазами.

– Короче, – устало молвил Вестон. – Последний раз предлагаю тебе лететь со мной, прямо сейчас. Останешься здесь – не доживешь до конца смены. Ты слишком много знаешь, никто не отпустит тебя на Землю. Своим вчерашним разговором с Фергюсоном ты сама подписала себе смертный приговор.

– Ты хочешь угнать транспорт? – доверчиво спросила Роза.

– Да, – ответил Вестон с серьезным видом. – Он ведь сейчас не охраняется, все на банкете, ты же знаешь.

– Ну ты крутой мужик! – восхищенно молвила Роза. – А с виду такой интеллигентный.

– Это для маскировки, – молвил Вестон. – Ну так что, решай сразу. У тебя минута на размышление.

– Ну я не могу так быстро сосредоточиться, – закапризничала Роза. – А если я откажусь, ты меня отпустишь?

– Конечно, – ответил Вестон. – Если хочешь – можешь остаться, уговаривать не стану. Всего лишь пристукну немного, заткну рот передником, свяжу руки лифчиком и запру здесь, чтобы ты опять меня не заложила. Пока тебя найдут, меня здесь уже не будет.

Девушка представила, как она будет тут корчиться на грязном полу, с передником во рту и без лифчика... Прическа помнется...

– Ладно, я согласна, – сдалась Роза. – Только горло отпусти!

Вестон разжал руки.

– Мне нужно хотя бы пять минут на сборы, – капризно молвила девушка.

– Какие там пять минут на полчаса, – буркнул Вестон. – Нет у нас ни минуты!

– Но я хотя бы документы возьму и банковские карточки!

– Да врубись же ты в ситуацию! – вскипел Вестон. – По твоим банковским карточкам тебя в момент вычислят и пристрелят прямо у банкомата! А документы я тебе новые сделаю, на другое имя.

Роза побледнела. До нее, наконец, дошло, насколько всё это серьезно.

– Ладно, пошли, – доверчиво согласилась она.

XII

Вестон схватил девушку за руку и вывел из бытовки. Если бы Роза дернулась в банкетный зал, чтобы позвать на помощь, Алекс вырубил бы ее одним незаметным ударом (и уже примерился), а потом побежал бы якобы за врачом. Но Роза послушно шла за ним, даже не пытаясь сбежать. Кто-то позвал ее, и она обернулась.

– Пойдем ко мне! – громко сказал Вестон и потащил девушку за собой. – Сил нет, как мне тебя хочется!

– Это плохо, когда хочется, а сил нет! – крикнул кто-то сзади саркастически. Все вокруг засмеялись.

Это хорошо, подумал Вестон, удалось замести следы. Теперь их будут искать в его каюте, и не скоро... Роза смотрела на него, открыв рот и выпучив глаза, и ничего не понимала. Вестон повел ее в свою каюту, но по дороге резко свернул в боковой коридор и по трапу спустился в трюм. Лоуренс уже ждал их, нервно переминаясь с ноги на ногу.

– Она с нами, – коротко сказал Вестон в ответ на удивленный взгляд техника. – У тебя всё готово? Никто не мешал?

– Да уж четверть часа, как готово, – обиженно молвил техник. – Я уж думал, что ты меня кинул... Вот только шлюз не могу открыть.

– Ладно, Ральф, не обижайся, – примирительно сказал Вестон. – Ты же видишь, я хочу спасти всех друзей.

– Но ведь катер рассчитан на двоих, – возразил Лоуренс.

– Да уж разместимся как-нибудь, – уверенно заявил Вестон. – Катер рассчитан на двести кило живого веса, но потянет и двести пятьдесят. На таких катерах и вчетвером летали.

Вестон открыл шлюз своим ключом, и все трое стали надевать скафандры. Лоуренс возился долго, с непривычки. Вестон управился быстро и помог Розе. На всякий случай Алекс вытащил из кейса плазменный пистолет и прицепил на пояс. На станции было всего два пистолета, один у Вестона, другой у Фергюсона.

– Ну что, готовы? – Алекс выпустил воздух из шлюза и открыл наружную дверь. Перед ними открылся космос... Невдалеке высился силуэт катера, к нему вела металлическая дорожка.

– Скорее! У нас мало времени! – прикрикнул Вестон и уверенно зашагал по дорожке. Техник заковылял сзади, а Роза и вовсе влипла в дорожку, едва переставляя магнитные ботинки. Вестон вернулся и подхватил ее на руки. Нести было тяжело. Это только кажется, что в космосе тело ничего не весит. Да, не весит, если оно неподвижно. А если нести его неравномерно (а в магнитных ботинках невозможно идти равномерно), то сразу ощущаешь инертную массу тела, которая равна гравитационной. А тело Розы тянуло килограмм на девяносто (это по ее словам, а вообще-то на все сто).

Шедший впереди Лоуренс вдруг остановился и с тревогой оглянулся на Вестона. У катера стоял часовой (один из молодых офицеров станции)... Это было непредвиденное осложнение. Катер никто никогда не охранял, с чего это Фергюсон выставил охрану? Боялся, что кто-то из новой смены попытается сбежать? Или это специально для него, Вестона? Алекс опустил Розу на дорожку.

Часовой что-то говорил им, но Вестон еще в шлюзе отключил всем рацию (чтобы их не засекли на главном посту управления) и соединил скафандры проводом ближней связи. Алекс включил свою рацию и вышел на связь с часовым.

– Эй, сюда нельзя! Катер под охраной! Возвращайтесь обратно! – кричал им часовой.

– Мне везде можно! – высокомерно бросил Вестон. – Разве ты не узнаешь старшего офицера безопасности?

– Вот Вас-то и не велено пускать... – смутился офицер.

– Но ты же не будешь спорить с дядей, у которого пистолет? – по-отечески спросил Вестон и похлопал себя по поясу.

Часовой побледнел и отшатнулся. Вестон быстро подошел к нему, обломал антенну рации и резким движением сломал пульт рации на рукаве. Потом указал часовому рукой на станцию: дескать, чеши отсюда, пока цел.

Тем временем техник уже отсоединял от катера провода связи и шланги питания. Все втроем поднялись на подъемнике к люку, и Алекс открыл его своим ключом. Быстро сняв скафандры, Вестон и Лоуренс пробрались в навигационную рубку. Вестон сел в кресло капитана и включил пульт. Техник устроился в кресле второго пилота и занялся последними предполетными приготовлениями.

– Нам еще повезло с этим часовым, что он совсем молодой и не стал объявлять тревогу, – сказал Вестон. – Он не мог не заметить, что катер готовят к вылету, но думал, что это делается с главного поста управления с разрешения начальника. А когда он увидел нас троих, то просто не сообразил, что это экипаж; думал, ремонтная бригада. Его, видимо, только насчет меня и предупредили. Да и на главном посту проморгали, что катер от них отключили. Если бы они заметили это вовремя, то вырубили бы шлюзовой терминал и перехватили управление катером.

– Вам повезло, что сегодня банкет, – заметила Роза входя. – Все расслаблялись на фуршете, никто не следил ни за катером, ни за шлюзами. Где мне тут присесть?

– Ложись сюда, на койку для отдыха. И пристегнись. А мы уж в креслах обоснуемся. Будем меняться в полете местами.

– Не слишком ли ты был крут с часовым, Вестон? – озабоченно молвила Роза, устраиваясь на койке. – Разве можно грозить оружием часовому при исполнении? Ты превысил свои полномочия, у тебя будут большие неприятности.

– Это у них тут будут большие неприятности, – буркнул Вестон и процитировал: – «Никто не вправе мешать офицеру безопасности исполнять свои обязанности. В случае сопротивления, офицер безопасности может применить силу, а в исключительных случаях – оружие».

– А обещал угнать транспорт, – проворчала Роза, ворочаясь на узкой койке. – Там было бы просторней.

– На транспорте слишком много электроники, его так легко не угонишь, – буркнул Вестон. – Да и ключей для него у меня нет. Я уж не говорю, что угон космического судна – это криминал. А на наш катер я всё же имею право; использование катера без разрешения начальника станции – это лишь административное правонарушение, но отнюдь не криминал. Впрочем, не это главное. Как бы нам не пришлось понести наказание именно за то, что мы пытались пресечь преступление. Еще неизвестно, кто в департаменте крышует всё это.

– Смотрите! – с тревогой молвил техник и указал на экран внешнего обозрения. Часовой медленно подходил к станции, а ему навстречу уже бежала аварийная команда для захвата катера. На пульте зажужжал вызов с главного поста.

– А, очухались, – проворчал Вестон. – Поздновато... Катер готов ко взлету?

– Да, всё готово, – доложил техник. – На вызов ответить?

– Нет! – резко отрезал Вестон. – Они не должны знать, кто здесь со мной, пока я не свяжусь с Управлением безопасности, это надо сделать немедленно. Внимание! Даю старт. Маршрут заложим после взлета.

Катер полыхнул пламенем из дюз, окутался дымом и плавно оторвался от взлетной площадки.

Глава 2. Тёмная дорога в светлый Рай

I

Генерал Рональд Флетчер был крупным мужчиной с большой головой и сильными руками. Его густые жесткие волосы, коротко остриженные ёжиком, уже серебрились на висках; большие глаза смотрели на собеседника спокойно и строго. Он был честен и принципиален, в коррупции не уличен; с подчиненными держался строго и требовательно, но доброжелательно, и в обиду их не давал.

И вот сейчас он с явным неудовольствием листал на планшете докладную Вестона в своем кабинете, а сам Алекс сидел напротив и терпеливо ждал его реакции.

– Итак, Вестон, зачем Вы угнали катер со станции? – спросил наконец Флетчер. – Вы понимаете, что это правонарушение?

– Я не угнал, а использовал, чтобы доставить в Управление срочную и важную информацию, – с достоинством ответил Алекс. – Поскольку другие каналы связи мне заблокировали.

– А вот Фергюсон утверждает, что никто не блокировал Вам связь с Землей, – нахмурился Флетчер. – И в доказательство этого приводит реестр главного сервера.

– Да, хакеры у него хорошие, – подтвердил Вестон. – Для них подделать реестр не проблема... Я ведь тоже предоставил Вам реестр своего компьютера, где в журнале событий зафиксировано, как долго и безуспешно я пытался выйти на главный сервер станции. Можете провести экспертизу записей на моём кристалле. Я хотел лететь на Землю на транспорте, для доклада в Управлении, и меня включили в число пассажиров, а потом исключили. У меня просто не осталось выбора.

– Фергюсон утверждает, что Вы сами отказались лететь на транспорте, – возразил Флетчер. – В своей докладной он жалуется на вашу неадекватность. Во время банкета Вы закатили публичный скандал своей любовнице, захватили ее в заложницы и увезли на катере... Она может подтвердить, что полетела с вами добровольно?

– Она подтвердит всё, что ей скажут подтвердить, – горько усмехнулся Вестон. – Но вот спросите-ка Вы ее, не хочет ли она вернуться обратно на Тезаурос, и всё поймете сами. Она слишком много знает, и мне пришлось спасать ее... А труп лейтенанта Янга Фергюсон тоже повесил на меня?

– Нет, по всем протоколам, лейтенант Янг погиб в результате несчастного случая, – молвил Флетчер.

– Да неужели? – саркастически усмехнулся Вестон. – А где же экспертиза его скафандра и разбитого рекордера? Как же быть с его черновиком докладной, который я приложил к своему рапорту? Это я придумал, что ли?

– Насчет шурфов Фергюсон всё объяснил, – заметил Флетчер и недовольно засопел. – Это было необходимо для глубокой разведки недр, шурфы уже засыпаны. А взрывчатки в ангарах астероидов не было вообще. Посмотрите по накладным: это горное оборудование. На фотографиях ангаров, присланных Фергюсоном, нет никаких ящиков, смотрите сами.

– Так и я приложил фотографии дальнего ангара, с ящиками, – возразил Вестон. – Эти ящики я видел собственными глазами. И меня уверяли, что взрывчатка нужна для разработки штолен.

– Да какие штольни? – возмутился Флетчер. – Добыча руды там ведется в открытых карьерах, не нужны никакие штольни!

Вестон пожал плечами:

– Я буду только рад, если станция не взлетит на воздух... То-бишь в космос... Это будет означать, что мы с Янгом выполнили свой долг.

Флетчер снова засопел.

– Но Вы же понимаете, Вестон, что нам нужны факты, а не домыслы. И даже если мы пошлем туда комиссию, она же ничего не накопает и лишь подтвердит показания Фергюсона. Мы должны закрыть это дело. Давайте сделаем так. Ваш рапорт мы кладем под сукно, но и обвинение в угоне катера с Вас снимаем. Ваше дело – помалкивать. Вы согласны?

Вестон снова пожал плечами.

– Я же не Дон Кихот, чтобы сражаться с великанами, которые мне не по плечу. Если я не нашел поддержки в своём Управлении, что же мне еще делать? Мое дело было сообщить Вам все данные, которые мне удалось раздобыть, а что делать дальше – это уж Вам виднее.

– Ну что же, я рад, что мы поняли друг друга, – удовлетворенно молвил Флетчер. – Я могу надеяться, что Ваш материал не всплывет на каком-нибудь популярном сайте скандальных новостей?

– Разумеется, – кивнул Вестон. – Я умею хранить служебную тайну. Пока я жив, материал не всплывет. Пока я жив, – с нажимом произнес он еще раз и добавил: – Но со мной два человека: техник Ральф Лоуренс и барменша Роза Бьюти; они тоже в курсе дела.

– Ну, с техником мы поступим просто, – молвил Флетчер. – Ему придется задним числом написать экспертизу скафандра и рекордера по версии несчастного случая, и потом мы с повышением отправим его на работу в астероидный пояс, там он будет молчать. Вы ведь подпишете эти протоколы?

– Нет, не подпишу, – поколебавшись, твёрдо возразил Алекс. – Вы же знаете, сэр, что я никогда не ставил свою подпись под явной липой.

– Знаю, и уважаю Вас за это, – молвил Флетчер. – Ладно, и без Вас обойдемся... А что касается Вашей Розы...

– Позвольте я сам ей займусь, – перебил начальника Вестон. – Я сделаю ей новые документы, сменю ей фамилию, тогда она и думать забудет о том, что когда-то была на «амуре». Вот только надо будет вернуть ей заработанные там деньги, тогда она сама будет молчать.

– Да, это хорошее решение вопроса, – согласился Флетчер. – Я так понял, мы уладили все проблемы?

– Почти, – сказал Вестон. – Осталась маленькая деталь. Шкипер Коэн, оставаясь безнаказанным, сильно подрывает авторитет нашего офицерского корпуса. Он должен ответить за смерть лейтенанта Янга, иначе офицеров безопасности просто перестанут уважать.

– Да, это верно, – согласился Флетчер. – Шкипер развел там в своем ангаре невообразимый бардак, это хорошо видно даже по фотографиям Фергюсона, а уж тем более по Вашим; они там успели немного прибраться... И за нарушение безопасности ангаров Коэн, конечно, ответит... А что касается Вас... Послушайте, Вестон, а почему бы Вам не отдохнуть? Есть у нас тут приятный санаторий, «Голубая звезда», там можно развеяться немного. Правда, Вам этот санаторий не по чину, там генералы и министры отдыхают, но я устрою Вас туда на недельку отдыха. А позднее, когда эта история уляжется, мы решим, куда Вас направить.

Ну что же, грустно подумал Вестон, выходя из приемной генерала. Даже Флетчер не хочет браться за это дело. Видимо, нити заговора тянутся слишком высоко. Или же за этим стоят очень большие деньги...

II

Ведомственный санаторий департамента Космофлота «Голубая звезда» был расположен в уютном месте Средиземноморья, закрыт для посторонних и хорошо обслуживался. Жильцов санатория размещали в отдельных комфортабельных комнатах, сытно кормили и предоставляли полное медицинское обслуживание (стоимость которого входила в путевку). Вестону еще не доводилось отдыхать в заведениях столь высокого уровня комфорта. В первый же день ему провели полный медосмотр, признали вполне здоровым и назначили лишь профилактические процедуры безо всяких диет и ограничений. Алекс тут же помчался на пляж поплавать.

В санатории отдыхали генералы и чиновники высокого ранга, со своими женами и любовницами; отличие между ними читалось легко: если к любовницам их кавалеры еще пытались проявлять хоть какое-то внимание, то на жен (даже молодых) мужья смотрели как на пустое место. Были здесь и просто девицы легкого поведения; они вели себя приветливо и дружелюбно, но не настырно. Вестон уже начал присматриваться к свободным дамам, чтобы выбрать себе по вкусу, но его внимание привлекла одна пара: молодая красивая женщина и хорошо сложенный мужчина, заметно старше ее. Судя по поставленной осанке и другим малозаметным деталям, мужчина был офицером высокого ранга. К своей молодой даме он относился предупредительно и несколько ревниво. Женщина была хорошо сложена, обладала безукоризненно гладкой белой кожей, длинными светлыми волосами, правильным лицом и, главное, огромными голубыми глазами, взгляд которых сразу проникал глубоко в душу. Ее движения отличались плавной грациозностью и женственной мягкостью, а голос был чарующе нежным и обволакивающим. Она поразила Алекса с первого взгляда, как ангел, спустившийся с неба.

Она сразу заметила восторженное внимание Вестона, но не подала виду, что ей это нравится или не нравится. Она привыкла к немому обожанию издали и считала это само собой разумеющимся... Конечно, Алекс не стал бы нарушать их почти семейную идиллию и остался бы лишь посторонним воздыхателем, но на третий день мужчина куда-то исчез, и дама осталась одна. А поскольку на нее уже стали засматриваться другие, то Вестон не стал терять времени; во время обеда он подошел к девушке и сказал:

– Мое почтение, леди, не буду ли я слишком назойлив, если позволю себе предложить Вам свое общество для светского общения в процессе трапезы?

Женщина спокойно посмотрела на Алекса и просто сказала:

– Подсаживайтесь. Всё равно меня тут не оставят в покое, кто-то да начнет навязывать свое общение.

– Благодарю Вас, леди, – церемонно раскланялся Вестон. – Не будет ли с моей стороны слишком бестактным осведомиться, куда же делся Ваш мужественный кавалер?

– Вызвали по срочному делу, – вздохнула женщина. – Вообще-то мы хотели провести эту неделю вместе, но Вы же понимаете, как это бывает. Вы ведь из нашей конторы?

– Ну да, – подтвердил Вестон. – Зовите меня Алекс. Я – офицер безопасности, так что со мной Вы будете чувствовать себя спокойно.

– Меня зовут Эмма, – охотно представилась женщина; видимо, она была отнюдь не против знакомства и, надо думать, решила это еще раньше. – Моего друга зовут Ричард, он тоже офицер.

Про себя она умолчала.

В ходе обеда Вестон стремился показать себя с лучшей стороны: шутил, развлекал, скромно ухаживал, но не пытался ставить Эмму в сложное положение лобовой атакой; эта небесная эльфа требовала особой деликатности.

После обеда Вестон предложил сходить к морю и окунуться; его предложение было принято. Эмма заплыла слишком далеко, а потом сообщила с улыбкой, что устала и даже не знает, сможет ли доплыть до берега.

– Нет проблем, – заметил Вестон и тоже улыбнулся. – Ложитесь мне на спину и держитесь за плечи, я вывезу Вас на берег.

Алекс прекрасно понимал, что его просто испытывают: крепок ли он физически и можно ли на него положиться в трудную минуту. Когда они расположились на шезлонгах в тени тента, Эмма слегка улыбнулась загадочно, и Вестон понял, что выдержал испытание.

– Я на месте Ричарда не оставил бы Вас здесь одну, с Вашей любовью к дальним заплывам, – шутливо сказал он. – У вас с ним серьезно, или как?

– С его стороны – серьезно, а я пока еще не решила, – молвила женщина и улыбнулась. – У нас с ним отношения скорее служебные, чем любовные.

Ого, подумал Вестон, а девочка тоже из службы безопасности, а не просто женщина офицера. Кто бы мог подумать... Она офицер или только агент? Она контактна, обаятельна; ее легко подсунуть кому угодно, для шпионажа или просто для наблюдения. Мне бы такого агента... Будем продолжать осторожный натиск...

Они беззаботно проболтали до ужина, а после ужина Вестон предложил продолжить приятный вечер у него в комнате. Эмма немного поколебалась, для соблюдения приличий, но потом легко согласилась. Вестон заказал выпивки и закусок, и они уединились.

Алекс понимал, что женщина не будет сопротивляться, и не ошибся. Время-то идет, дорог каждый день отдыха, когда еще будет возможность провести ночь с приятным незнакомцем, вдали от дел и от ревнивого кавалера, и чтобы всё прошло без лишних проблем.

Когда-то в юности у Вестона уже был роман с прекрасной феей. Девушка была само очарование и сама скромность. У нее были огромные голубые глаза, стройная фигура и при этом великолепная большая грудь. Алекс преданно ухаживал за ней, водил по дорогим ресторанам, делал подарки, растрачивая все свои деньги. Всё это девушка благосклонно принимала, но робкие попытки сближения мягко пресекала, давая в то же время понять, что в будущем, когда она убедится в серьезности намерений Алекса, она позволит ему многое, если не всё.

– Эти мужчины, – манерно говорила голубоглазая фея. – Я так плохо их знаю, я так боюсь им поверить, а вдруг они меня обманут. Наверное, ты привык брать женщин с разбега, ты такой красивый мачо и вообще... Но ты пойми, я не такая, чтобы отдаваться сразу.

И Вестон изо всех сил пытался доказать ей, какой он хороший, и что на него можно положиться... Однажды он привел ее в элитный клуб. К его удивлению, там отнеслись к ним довольно прохладно. Вестон спросил одного приятеля, в чём дело. Тот долго отнекивался, но потом всё же пояснил:

– Ты пойми, Алекс, это известная шлюха. Кое-кто из членов клуба с ней регулярно спит, но никто не приведет ее сюда как даму.

Вестон не поверил своим ушам. Эта фея – шлюха?? Да полно, ему просто завидуют... Но приятель показал ему сайт, где его фея демонстрировала себя в самых вызывающих позах, и не просто в голом виде, а в самых непотребных ласках с мужчинами... Алекс был в шоке. Он еще мог допустить, что женщина позволяет себе такие извращения, но выкладывать всё это в свободный доступ, на всеобщее обозрение...

– Не расстраивайся, – сказал приятель и похлопал его по плечу. – Она не грязная развратница, нет; она просто зарабатывает деньги как может. А ты у нее как отдушина от всей этой грязи... Зато теперь ты будешь знать, что такое платоническая любовь. Это когда любит Платон, а трахает Антон. С каждого своё.

Вестон был в полной прострации целую неделю. После этого он строил отношения с женщинами по принципу: люби женщин, но не давайся им в обман. Под личиной прекрасной феи часто кроется мерзкая ведьма, свято уверенная в том, что ей должны всё и все, а она не должна ничего и никому; это ей все должны быть бесконечно благодарны уже за то, что она есть и украшает собой мир. Как говорится, женщина должна быть счастливой, а больше она ничего никому не должна. И если Эмма не пытается тут строить из себя дорогую недотрогу, то это лишь в условиях цейтнота...

III

Как и ожидал Вестон, в постели Эмма оказалась страстной и нежной. Она не обладала таким огненным темпераментом, как Роза, она просто тихо постанывала от блаженства, полностью предаваясь чувственным ласкам Алекса, но ничего не давая взамен, работала только на приём. Дескать, я – рояль, ты – пианист, играй, сколько хочешь и как можешь, но ответных ласк не жди, скажи спасибо, что допустили к струнам моей души. Разве что иногда говорила Алексу ласковые слова и слегка гладила по волосам. Она не командовала, как любила делать Роза («сделай так, погладь здесь, а вот сюда не лезь»), не покрикивала: «работаем, работаем!», но и не предлагала: «ну спасибо, ублажил; а что мне для тебя сделать?».

Обессилев, Вестон отвалился на подушку. Он еще не вполне набрался сил после астероида с его ослабленным тяготением. Эмма доверчиво положила свою головку ему на плечо, вполне счастливая, но все же не полностью выжатая. Много же ей надо, подумал Алекс. Понятно, почему она так легко прыгнула к нему в постель; видимо, Ричард не вполне ее удовлетворял как мужчина. Он, конечно, был хорошо накачанным качком, но... иной раз из тяжелого громоздкого шкафа вываливается малюсенький ключик...

– Я надеюсь, это не последняя наша встреча, – молвил Вестон, отдуваясь. – Ты когда уезжаешь?

– Видимо, послезавтра, – вздохнула Эмма с явным сожалением. – Как вызовут... Но у нас еще будет вечер завтра... Если, конечно, ты этого хочешь, и у тебя еще найдутся силы...

И женщина нежно провела рукой по груди Вестона.

– Конечно, хочу, – охотно откликнулся Алекс. – И силы завтра еще найдутся, весь день буду искать...

Эмма хихикнула.

– И вообще, – воодушевился Вестон. – Плюнь ты на Ричарда, я хочу, чтобы ты стала моей женщиной. Ты очаровала мою душу.

– Ну это вряд ли, – опять вздохнула Эмма и опять с сожалением. – Мы с ним очень связаны, в основном по работе... Но мне нравится ход твоих мыслей...

– Тогда давай обменяемся каналами связи, – предложил Вестон. – Я еще пока не знаю, куда меня ушлют, но если останусь на Земле...

– Ладно, милый, завтра обсудим этот вопрос, – проворковала Эмма и ласково поцеловала Алекса. – А что, разве у такого мачо, как ты, нет женщины?

– Была одна, – нехотя признался Вестон. – Я ее хотел из дерьма вытащить, а она на меня настучала своему шефу, с которым тоже спала... Я ее всё-таки вытащил из задницы, жизнь спас, с риском для себя, а она опять заложила меня, написала заявление, что якобы я ее в заложницы взял... Хорошо еще, что этому делу не дали хода, ее заявление положили под сукно, как, впрочем, и мой рапорт...

– И где она сейчас? – спросила Эмма и внимательно посмотрела на Вестона.

– Пришлось упрятать ее подальше, чтобы не нашли... – неохотно молвил Вестон. – Она слишком много знает... И я теперь не могу с ней встречаться, чтобы не навлечь на нее неприятности со стороны тех, кто хотел бы ее разыскать... Пока не уляжется...

– Понятно, – молвила Эмма.

Всё же приятно иметь дело с коллегой. Многие скользкие вещи понимает без слов и не задает лишних вопросов.

– Думаю, ты немного потеряешь, если вообще забудешь ее, – заметила Эмма не без ревности. – Тебя не удивит, если и она тебя забудет?

– Нисколько не удивит, – буркнул Алекс. – Так что, в принципе, я свободен для новых отношений...

– А я – нет, – вздохнула Эмма.

– Да что тебя связывает с этим Ричардом? – недовольно молвил Вестон. – Брось его, иди ко мне! Я устрою так, что нас направят работать вместе. Обещаю заботиться о тебе всю жизнь!

– Ой ли? – насмешливо засомневалась Эмма и улыбнулась.

– Да, – подтвердил Вестон. – Моей первой любовью была как раз такая же голубоглазая фея... Она была не столь красива, как ты, и вообще у меня с ней не сложилось... Она оказалась не такой, как я думал... Но ее светлый облик так впечатался в мою душу, что забыть ее я так и не могу уже много лет. И если ты заполнишь этот вакуум, я сделаю для тебя всё.

– Ох уж эти мужчины! – тихо засмеялась Эмма. – Обещают гораздо больше, чем могут, а не делают и того, что могли бы... Вот и Ричард обещал мне Луну с неба достать, а не может принести даже свидетельство о разводе...

– Так он женат?? – изумился Вестон.

– Да, женат, и дважды счастливый отец, – горько улыбнулась Эмма. – И уже год как обещает развестись... Да всё не хочет детей травмировать разводом и портить себе карьеру... Говорит, пусть детишки хоть немного подрастут... А сам спит со своей женой...

– Бросай его без раздумий, – решительно сказал Вестон. – Он на тебе никогда не женится, а если и разведется... через много лет... то найдет себе молодую, свежую...

– Не могу его бросить, – вздохнула Эмма. – Я его напарница, это он привел меня в Управление безопасности и помог сделать карьеру.

– Но если ты делишь его с его женой, то и я готов делить тебя с ним, – цинично сказал Вестон. – Хотя, конечно, предпочел бы не делить тебя ни с кем.

– Ладно, обсудим это завтра, – вздохнула Эмма. – Тебе еще тоже надо разобраться со своими служебными проблемами. А сейчас я пойду к себе. Ричард каждый вечер хочет пожелать мне спокойной ночи... Чтобы убедиться, что я в своей постели... Вот и сегодня уже звонил наверняка...

– Скажешь, что плавала вечером, – посоветовал Вестон.

Когда он узнал, что Ричард женат, то решил отбить у него Эмму. Вообще-то Алекс не очень любил бегать за бабами, даже красивыми, и обычно довольствовался теми, кто был под рукой. Он уже давно «перегорел», на первом месте у него была работа. Но сейчас Алекс испытывал определенный вакуум в душе, после того как не удалось до конца размотать «амурное» дело. Да и Роза слишком далеко, и Вестон не строил иллюзий, что она будет ему верна.

IV

Утром Эмма не вышла к завтраку. Видимо, отдыхала, или блюла диету. Полдня до обеда ее тоже не было, Вестон плавал и загорал один. Он уже начал тревожиться и решил после обеда сам заглянуть к Эмме, когда она всё же вышла и села к нему за столик.

– Весьма сожалею, но сегодня вечером ничего не получится, – сказала женщина без предисловий и вздохнула. – Срочно вызывают на работу, улетаю первым же рейсом. Дай мне свой канал, я с тобой свяжусь. И мой канал запомни, чтобы ответил, не принял за пустой спам. Я позвоню тебе завтра вечером, в субботу, а до тех пор ты меня не ищи. Не надо афишировать наши отношения. В субботу и поговорим о нас с тобой. И я буду знать, куда меня пошлют, и у тебя что-нибудь прояснится, надеюсь... Если к этому времени ты вообще не решишь меня бросить.

– Не брошу, не переживай, – обнадёжил Вестон. – Я влюбляюсь надолго.

Они обменялись каналами связи, и Эмма поспешно удалилась, почти не притронувшись к обеду. Может, это Ричард ее накрутил, тщетно прождав Эмму вечером?

Вестон немного поплавал, позагорал. Без Эммы было скучно. Отдыхать уже не хотелось, и Вестон решил вернуться в Управление узнать, как дела и что ему светит. Алекс сходил в администрацию санатория и хотел заказать себе место в самолете. Ему сказали, что самолет будет только завтра после завтрака, и Вестону пришлось задержаться еще на одну ночь. Возвращаясь к себе, он спохватился: если самолет улетает только после завтрака, то на чём же полетит Эмма? Нехорошее чувство шевельнулось в душе Алекса. Уж не собирается ли его нимфа замутить в этот вечер с каким-то сатиром? Вырвалась девочка на свободу...

Еще с того времени, когда Ричард был здесь, Алекс знал, где устроилась Эмма, и направился прямо к ней выяснять отношения. Увы. Комната Эммы была пуста, горничная уже заканчивала там уборку. Разочарованный Алекс спустился к портье осведомиться, куда подевалась женщина. Портье невозмутимо сообщил, что не может давать информацию такого рода.

– А придется, – молвил Алекс и показал свой жетон.

Некоторые думают, что офицеры безопасности везде таскают с собой свое удостоверение с фотографией и тычут им в нос первому встречному. Это не так. Свое удостоверение офицеры показывают лишь на официальных мероприятиях для заполнения протокола. В быту же оперативные работники предъявляли жетон с эмблемой Управления безопасности и номером. Все службы и ведомства должны оказывать содействие предъявителю жетона без вопросов; можно было лишь проверить жетон на контроллере и запросить подтверждение из Управления (это дело нескольких секунд). Вестон входил в десятку тысяч ответственных сотрудников Управления и имел при себе серебряный жетон с четырехзначным номером.

Посмотрев на жетон, портье нехотя сообщил, что постоялица съехала, ее увезли в местный госпиталь.

– Съехала в госпиталь, с вещами? – изумился Вестон. – Да ведь она еще в обед была совершенно здорова!

– Это бывает с нашими посетителями, – невозмутимо сообщил портье и подозрительно посмотрел на Вестона.

Алекс был в шоке. Других сведений об Эмме от портье он больше не добился и направился сам в местный госпиталь. Но в регистратуре ему сообщили, что никакой информации о своих пациентах здесь не дают, о посещении же больных не может быть и речи. Вестон предъявил свой жетон, но медсестра регистратуры, едва взглянув на него, сказала, что этого недостаточно.

– Как это недостаточно? – опешил Вестон. – Да Вы посмотрите, что это!.. Позовите-ка мне администратора!

Медсестра снисходительно улыбнулась и пояснила:

– Для получения какой-либо информации о наших пациентах нужна более высокая форма допуска. Ну хотя бы золотой жетон с трехзначным номером.

Из госпиталя Вестон вышел как оплёванный. Золотой жетон имели элитные сотрудники Управления безопасности из первой тысячи. С таким уровнем секретности Вестон сталкивался очень редко. И где! В каком-то провинциальном госпитале... Наверное, я тут чего-то не понимаю, подумал Алекс, вспомнив подозрительный взгляд портье. Ладно, подумал Вестон, я тоже не лыком шит, как говорят русские. Он вернулся к себе в номер и через свой ноутбук влез на сервер госпиталя, применив секретные коды взлома сети. Эти коды были доступны только обладателям заветных золотых значков, но Вестон ухитрился их раздобыть и пользовался ими изредка. Просмотрев список поступивших больных, он не нашел там Эммы; после обеда в госпиталь поступило только два человека; один – какой-то местный житель преклонного возраста, а второй значился под трехзначным номером...

Вот тебе раз! Неужели Эмма – это агент из первой тысячи?.. Во всяком случае, пол и возраст совпадали... Предварительный диагноз – сердечный приступ. Что за ерунда? Она ведь была здорова, да и здесь проходила кардиограмму при поступлении... История болезни исчерпывалась одной роковой фразой: летальный исход... И какой-то непонятный код, обозначавший, надо думать, причину этого самого исхода... Алекс впал в ступор... Эмма что... умерла?? Вестон три раза просмотрел всю информацию о больных сегодняшнего дня; всё совпадало... Правда, какие-либо другие записи отсутствовали. А где же лечение, результаты анализов? Впрочем, Вестон не был силен в медицинской документации. Должно быть, данные просто еще не успели внести... Но сам исход болезни сомнения не вызывал: зря такое не напишут... В тяжелом состоянии духа Вестон пошел в бар и сильно напился, не обращая внимания на проституток...

К завтраку Алекс не вышел. Когда он садился в самолет, то увидел, как к грузовому люку подвезли медицинскую капсулу. Алекс подошел к ней, пока грузчики открывали люк, и глянул в смотровое оконце. Да, это была Эмма... Неподвижное лицо, мёртвый взгляд пустых глаз... Капсула работала, огоньки мигали. Смысл этих миганий был Вестону непонятен, он понимал только один синий огонёк, который обозначал мёртвое тело... Иногда покойников не отключали от системы жизнеобеспечения, чтобы довезти тело до похорон в максимальной сохранности...

Кто-то прикрикнул на Вестона, что он лезет куда не просят, но Алекс даже не услышал этого. Он в полном ступоре прошел на свое место в самолете и пребывал в абсолютной прострации всё время полета, не слыша даже стюардессу... Все его чувства замёрзли до состояния полного безразличия. Он не ощущал себя, он как бы видел себя и всё происходящее со стороны, словно это был некий призрачный мир, к которому он, Алекс, не имел отношения... Ну или как глубокий сон, из которого невозможно проснуться... Около дома он машинально перешел дорогу на красный свет, его обматерили, но он ощущал при этом такое равнодушие, словно это не его чуть не задавили, не его грубо обругали... С такой же отстраненностью он машинально зашел к себе в дом, набрал номер генерала Флетчера и со стороны услышал свой голос, спокойно сообщавший, что он, Вестон, прибыл в распоряжение генерала.

– Что-то Вы быстро, – удивился Флетчер. – Зря не использовали путёвку полностью... Ладно, отдыхайте, позвоните через недельку, я тут пытаюсь всё замять... Не высовывайтесь и не появляйтесь в Управлении.

V

Вестон оставил дома все средства связи, чтобы не дергали, и отправился на прогулку в парк. Осенние желтые листья шуршали под ногами. Близился вечер. В это время Эмма обещала позвонить... Алекс мотнул головой и направился в ближайший бар. Надо просто немного оторваться... Он даже позволил увлечь себя там какой-то грудастой шлюхе и очнулся уже утром у нее на квартире... Однако же он, наконец, почувствовал себя живым и понял, что пришел в себя...

Не слушая, что ему лепетала полуголая девица (в утреннем свете она выглядела далеко на столь привлекательно, как вечером в полутёмном баре), Алекс молча положил деньги на столик и вышел. Свежий осенний воздух приятно бодрил лицо, и Вестон прогулялся еще немного.

Придя домой, Вестон принял душ, перекусил чем попало из холодильника и, наконец, ощутил себя в тонусе. Алекс взял айфон. Там было несколько служебных звонков, пара неизвестных вызовов (явный спам) и... три вызова от Эммы (Алекс еще помнил ее канал связи). А также голосовое сообщение от нее... Вестон несколько минут стоял в полном оцепенении и, наконец, решился прослушать голосовое сообщение. Эмма обиженно сообщала, что звонила три раза, но так и не смогла дозвониться.

– ...В чём дело, Алекс? Мы же договорились... Или ты решил забыть меня? Наверняка коротаешь субботний вечер с подружкой... Ладно, я еще позвоню тебе завтра вечерком в это же время, и если опять не дозвонюсь, то заблокирую твой канал связи, так и знай...

Алекс сел мимо стула на пол и опять впал в ступор... Он тут же попытался перезвонить Эмме или хотя бы направить ей сообщение, но связи не было... Она всё же заблокировала его номер, или что?.. Целый день Вестон ходил сам не свой, натыкаясь на предметы. Он всё время носил айфон с собой и каждый раз дергался, как только слышал звонок. Он даже пару раз ответил на неизвестный вызов и машинально прослушал спам (предложение выгодного кредита)... К вечеру Алекс, не выдержав длительного нервного напряжения, сел и задремал... Ему снилось, что ему звонят и предлагают взять ипотеку на выгодных условиях. Алекс проснулся и понял, что ему и в самом деле звонят. Он взял айфон и передернулся: это был канал Эммы...

На экране возникла картиночка какого-то курорта, и перед ним предстала Эмма в купальнике (не без умысла, надо полагать).

– Ну наконец-то, Алекс, – капризным тоном заявила она вместо приветствия. – Ты где вчера пропадал?

– Привет. С тобой всё нормально? – чужим голосом спросил ее Вестон.

– Как видишь, – довольно сообщила Эмма с улыбкой и показала себя в полный рост (не упустила такой возможности). – Так где же ты вчера пропадал субботним вечером?

– Поминки по тебе справлял, – услышал Алекс со стороны свой собственный голос. – А где ты была позавчера вечером?

– Какие поминки? – недоуменно спросила Эмма. – Я же сказала: меня срочно вызвали на работу. Полетела первым же рейсом.

– Что, прямо в медицинской капсуле полетела? – осведомился Алекс. – Я же видел, как тебя грузили в самолет. Но самолет был только утром, а с кем ты провела вечер?

Разинув рот, Эмма некоторое время молча смотрела на Алекса в недоумении. Вестон терпеливо ждал ответа и страстно надеялся, что Эмма не прервет звонок...

– Алекс, Алекс, – с упреком произнесла наконец Эмма. – Ну вот зачем ты полез, куда не надо? А ведь начиналось так хорошо...

Она была искренне огорчена, на глазах выступили слезы...

– Ну вот что, Алекс, – сказала Эмма, утирая слезу. – Я не могу тебе всего объяснить и скажу только одно слово: Элизиум. Если это тебе о чём-то говорит, ты не должен задавать вопросов. Если ни о чём не говорит – тем более не должен. Тебе не следовало видеть то, что ты видел... Я же ясно сказала тебе: меня не ищи, позвоню сама.

– Я всего лишь хотел узнать, почему ты меня обманула насчет позавчерашнего вечера, – пожал плечами Вестон. – Кстати, слово «Элизиум» мне ничего не говорит. И если ты будешь прикрывать непонятными словами свои обманы, то вряд ли у нас с тобой что-то получится...

– Вот этого я и боялась, – понурилась Эмма. – Что наша работа воздвигнет между нами стену... Если у нас с тобой не будет полного доверия, то действительно ничего не получится... А ты сам-то кто такой, Алекс? Не слишком ли много ты задаешь вопросов?

– Я же сразу представился: офицер безопасности, – проворчал Вестон и, видя недоверие в глазах Эммы, показал ей свой жетон.

– Ах, вот оно что, – разочарованно вздохнула Эмма. – Ты всего лишь десятитысячник... Конечно, тебе не положено знать о проекте «Элизиум»... К нему допущены только офицеры первой тысячи... Но как ты попал в закрытый санаторий? Это место не для серебряных жетонов...

– Кое-кто составил мне протекцию, – уклончиво ответил Алекс. – А ты, стало быть, офицер из первой тысячи?

– Ну, не совсем, – смутилась Эмма. – Я всего лишь сержант... Но хожу на офицерские курсы... Это Ричард раздобыл для меня золотой жетон, чтобы мы могли работать вместе.

– А у него тоже золотой жетон? – ревниво спросил Вестон.

– О, у него вообще генеральский алмазный жетон первой сотни, хотя он всего лишь подполковник, – понизив голос, таинственным тоном сообщила Эмма. – В этом отношении с ним проще: он всё про мою работу знает... Вот такие мы секретные работники...

Вестон знал лично только одного человека с алмазным жетоном: генерала Флетчера...

– Послушай, Эмма, а я могу прилететь к тебе прямо сейчас, пока я свободен? – предложил Вестон. – Я надеюсь, мы могли бы как-то уладить все шероховатости наших отношений...

– Нет, – замотала головой Эмма в испуге. – Даже не думай... Я очень далеко... Гораздо дальше, чем ты думаешь... Вот через месяц мы могли бы встретиться... Вряд ли раньше... И по айфону нам пока придется притормозить общение... Я тут не могу часто выходить на связь... Хочешь – верь, не хочешь – не верь... Я сама позвоню тебе через недельку, как получится. Сам не звони, а лучше поразмысли, сможешь ли ты мне доверять безоговорочно... И я подумаю, может ли у нас что-то получиться, или же на этом наш курортный роман и закончится... Пока...

С этими словами Эмма отключилась. Вестон понял, что ему нужно успокоиться и собраться с мыслями. Он накинул плащ и снова отправился в парк погулять, собираясь купить себе пива.

VI

Выходя из дома, Вестон машинально обежал взглядом двор: профессиональный рефлекс... Неподалеку от подъезда стоял какой-то неизвестный автомобиль, водитель которого сразу же слишком усердно вперился в свой айфон, словно только и ждал минуты, когда Алекс выйдет из дома. Вестон прошел в магазин, купил банку пива и через стекло магазина снова увидел этот же знакомый автомобиль, припаркованный неподалеку. Алекс прошелся по улице, нашел небольшой бар и долго цедил там кружку разливного пива у окна, поглядывая на улицу. Он заметил одного странного неприметного субъекта в пальто, который усердно читал стенку-газету и явно кого-то ждал. Вестон продолжил прогулку по улице, применяя стандартные приемы выявления слежки: задерживался у витрин, изучая в стекле отражение прохожих, останавливался у переходов, контролируя обтекающий его поток людей, возвращался обратно, забегая в пропущенный по ходу киоск... Он довольно быстро и без особого труда вычислил несколько человек, которые следовали за ним буквально по пятам. Алекс присел на лавочку под деревом и, прихлебывая купленную банку пива, стал размышлять, что всё это значит. Он не шпион, не гангстер, никаких интересных знакомств не имеет, чтобы их выявлять... А если уж нужно выяснить его связи, то гораздо проще это сделать по телекоммуникациям или в соцсетях интернета. Да и по улицам его движение можно было бы отследить по камерам наружного наблюдения (если к ним есть доступ)... Алекс заключил, что его «пасёт» явно не родное Управление, а какая-то непонятная группа, причем небольшая, иначе бы его передавали по эстафете, чтобы он не обнаружил слежку. Да и зачем вообще за ним следить? Кому интересны его прогулки по улицам или визиты в магазины за пивом?

Вестон пришел к неприятному выводу, что за ним следят, чтобы в подходящем месте подстроить какую-то каверзу (или разговор). В общем, предстоит физический контакт... Сидя на лавочке, Вестон отметил двоих своих преследователей, которые не слишком-то и маскировались... Ну что же, на ловца и зверь бежит... У Алекса был в кармане «левый» пистолет и запасная обойма. Можно было и пострелять, без боязни, что тебя идентифицируют по стволу оружия. Вестон упруго встал и свернул в знакомые узкие переулки, на ходу рассчитывая удобное место встречи и пути отхода.

Так, вот здесь еще есть витрины магазинчиков и даже народ, здесь стрелять не станут. А вот здесь – тупичок, почти без окон и без свидетелей, самое место провести разборку... С боков – стены, сзади тупик, тут к нему с разных сторон не подберутся... Алекс зашел в тупичок, встал у мусорных ящиков, снял пистолет с предохранителя и сунул его в карман плаща. Томительно сочились секунды. Перед тем как свернуть в тупик, Алекс зафиксировал двоих топтунов и прикинул, сколько времени им понадобится, чтобы дойти до тупика. Уперев рук в боки, он ждал. Захотят поговорить – пожалуйста, будут стрелять – ну что ж, как получится... Топтуны немного задержались; видимо, совещались... Или это время остановилось?

Вот из-за угла осторожно вышел первый. Алекс смотрел на него и не двигался. Субъект замер, не ожидая встретиться глазами, и резко вытащил пистолет, передергивая затвор. Вот болван! Не мог раньше изготовиться к стрельбе? Ну что же, значит, разговора не получится... Вестон натренированным движением молниеносно сунул руку в карман плаща и пару раз выстрелил от бедра через карман. Киллер рухнул замертво, не успев даже выстрелить; по брызнувшей крови было видно, что на нем не было пластиковой кирасы. Скверно, подумал Вестон, теперь его не допросишь, кто его нанял... Тут выскочил и второй, уже с пистолетом наготове. Вестон отработанным движением упал на левый бок, перекувырнулся через плечо, на лету выхватывая из кармана пистолет, принял стойку на колене за мусорными баками и оттуда выстрелил еще пару раз. Второй киллер упал в корчах; он успел выстрелить дважды, и пули цокнули по асфальту в том месте, где раньше стоял Вестон; значит, стреляли по ногам, хотели взять живым. Несколько секунд Алекс колебался: не допросить ли второго? Но вряд ли он уже сможет хоть что-то сказать, а там за углом могут быть его сообщники...

Алекс запрыгнул на заранее присмотренную пожарную лесенку и стал быстро карабкаться наверх, намереваясь уйти через крышу... Тут из-за угла выглянул третий киллер, с пистолетом в руках. Пока он тщетно выискивал глазами Вестона, Алекс прицелился сверху и выстрелил ему в голову; прямое попадание...

Вестон испытывал смешанное чувство: с одной стороны, ему было приятно, что он еще не позабыл боевые навыки юности; с другой стороны, он недоумевал, почему для ликвидации кадрового офицера безопасности направили таких балбесов? Неужели не было возможности нанять хорошего киллера? Должно быть, дело было очень срочным, некогда было искать толковых исполнителей... Но теперь, наверное, всё же наймут... Вестон предался мрачным думам о том, как его могут пристрелить и откуда, и можно ли этого как-то избежать... Алекс спустился в метро, зашел в вагон, в последний момент перед отправлением поезда резко выскочил, перебежал через платформу и заскочил в вагон поезда, который отправлялся в обратном направлении... Никто за ним не побежал... Вестон немного успокоился. Кажется, он оторвался от слежки. Хотя, наверное, его поджидают у дома...

Надо исчезнуть... Когда он был еще зеленым лейтенантом, по неосторожности однажды влез в тёмное дело; на него тогда была объявлена охота, и он долго скрывался. Ему помогли старшие коллеги... С тех пор Алекс держал под рукой чемоданчик с вещами, документами и банковскими карточками на чужое имя. Надо было вернуться домой, подчистить ноутбук, взять чемоданчик и сегодня же вечером исчезнуть, пока не рассосётся. Или напроситься далеко в космос, где его не достанут... Главное – не терять времени, пока на него не пошлют новую группу киллеров, более толковых... Впрочем, если на него натравят кадровых сыщиков Управления, долго от них он скрываться не сможет... Кому же он перешел дорогу?...

Вестон стал припоминать все последние дела. Самым тёмным было «амурное» дело (на Тезауросе); но ведь он уже написал рапорт и вышел из игры; какой смысл его убивать? Ведь киллеры денег стоят...

VII

К дому он подошел уже затемно, выбросив свой дырявый плащ, который уже примелькался. Наиболее удобный пункт слежения за дверью дома – это беседка, увитая плющом, в глубине двора. Легко сделать оттуда пару выстрелов и тихо уйти в темноте. С крыши соседнего дома уже не увидишь, кто там входит в дверь. Так что если его еще пасут, то именно в беседке. Надо проверить беседку, посидеть там до полуночи и только потом заявиться домой. Заодно можно через окно понаблюдать, не ждет ли кто его в квартире.

Вестон незаметно вошел во двор со стороны, противоположной от своего дома, встал за деревом и осмотрел двор, в свете фонарей, нет ли там подозрительных личностей или неизвестных машин. Не обнаружив ничего такого, Алекс тихо и незаметно стал подбираться к беседке, переходя от дерева к дереву и сжимая в руке пистолет, уже дозаряженный. Вдруг из беседки раздался тихий шорох; Вестон тут же упал на траву, откатившись в сторону. Раздалось два щелчка (пистолет с глушителем), и пули свистнули совсем рядом; взбитая ими пыль попала Алексу на лицо. Вестон послал в беседку четыре пули веером, еще раз откатился и выстрелил еще три раза. Потом вскочил и бросился к беседке, прыгая беспорядочным зигзагом и приседая. Щелкнуло еще три раза, и две пули просвистели совсем близко, а третья оцарапала бок. Влетев в беседку, Вестон увидел, что на полу молча корчится от боли человек, сжимая пистолет; он целился прямо в лицо Вестону. Алекс резко отскочил в сторону, пропустив мимо себя очередную пулю, и выстрелил человеку в плечо. Тот слабо вскрикнул и попытался было навести на Вестона свое оружие, но раненная рука повиновалась плохо. Алекс наступил ему на руку, забрал пистолет и присел на скамейку. Внимательно осмотрелся вокруг, нет ли сообщников, дозарядил свой пистолет (в магазине которого оставалось всего два патрона) и облегченно вздохнул. Кажется, пронесло... У Вестона пистолет тоже был с глушителем, так что шум выстрелов вряд ли потревожил жильцов настолько, чтобы вызвать полицию. Да и кому какое дело, ночью?

Вот теперь можно и побеседовать. Вестон пробежал руками по лежащему человеку, на предмет наличия оружия, и осветил ему лицо экраном своего айфона. Это был Ричард...

– А ты крутой парень, – прохрипел тот, воротя лицо от света и морщась от боли. – Это была моя ошибка... Я-то думал, что ты всего лишь канцелярская крыса...

– Это ты подослал ко мне тех недоумков? – спросил Вестон. – Что, не нашел никого получше?

– Они подлежали ликвидации сразу после того, как прибили бы тебя... Жаль было губить профессионалов... – пояснил Ричард. – Я не рассчитывал, что придется доделывать их работу.

– Я тоже доделал твою работу и пришил троих из них, – заметил Вестон. – Сколько их еще осталось?

– Двое, – мрачно сообщил Ричард. – Но ты их так напугал, что их уже не найти... Тем более что аванс они уже получили...

– Ладно, – молвил Вестон. – Мы с тобой коллеги, оба офицеры безопасности. Не буду врать, у тебя мало шансов, что я отпущу тебя живым. Но они есть. Могу даже вызвать скорую. Всё зависит от твоей откровенности. Кто и зачем заказал меня тебе? Только не ври, что охотился за мной из ревности. Мне сейчас не до шуток.

– Чёрт с тобой, Вестон, я готов поговорить конструктивно, – согласился Ричард, морщась от боли. – Только сначала найди у меня в кармане ампулу анальгетика и сделай укол. Очень больно...

Вестон обшарил карманы Ричарда и вытащил документы (в том числе и алмазный жетон, Эмма не врала), банковские карточки и пять ампул: психостимулятор, снотворное, антибиотик, анальгетик и яд. Этот стандартный набор был Вестону хорошо знаком, он тоже имел такой же. Рассовав всё это по карманам как законную добычу, Алекс всадил ампулу с анальгетиком Ричарду в бедро. Тот вздохнул с облегчением и молвил:

– Слушай, Вестон, мне всё равно не жить, я истекаю кровью. Даже если ты доставишь меня в больницу, меня там залечат до смерти, я сильно прокололся с тобой... Но я отвечу на твои вопросы, если ты дашь мне слово офицера, что вернешь банковские карточки моей жене. Они на предъявителя, но нужен пароль для активации. Пароль я тебе сообщу.

– К чему такие сложности? – удивился Вестон. – Разве нельзя было сразу сделать именные карточки?

– Ну, иногда приходилось выполнять левые заказы, о которых начальство не должно было знать, – неохотно пояснил Ричард. – И мне не нужно, чтобы мои доходы отслеживались в Управлении...

– Понятно, – сказал Вестон. – Незаконное обогащение... Но я не из экономического отдела, меня твои махинации не волнуют. Даю слово офицера передать карточки твоей жене, если получу от тебя ответы на все вопросы... А что Эмме передать?

Ричард передернулся.

– Думаю, Вестон, это не в твоих интересах, чтобы она узнала о наших разборках... Ей я передаю тебя... Ты уж позаботься о ней, ладно? Она хорошая девочка... Мне она была как дочь или сестра...

– Хорошо, – кивнул Вестон. – Мы заключили сделку. Итак: кто меня заказал и почему?

– Генерал Картер, из Управления безопасности... Твой Флетчер не в курсе...

Вестон уже кое-что слышал о Картере. В его отделе творились какие-то тёмные дела, с Флетчером он был в сложных отношениях.

– Я его подчиненный, – продолжал Ричард. – Но у меня не было приказа насчет тебя. Это был платный заказ... А чтобы я отработал на совесть, Картер рассказал мне про вас с Эммой... Так что это всё-таки немного и ревность, я имел моральное право тебя убить...

– Но ведь не из своего же кармана Картер тебе заплатил? – резонно возразил Алекс.

– Ну, Вестон, ты же должен понимать: у нас в Управлении безопасности каждый отдел выполняет левые заказы своей группы корпораций... Заказывает музыку тот, кто платит. Я точно не знаю, где ты перешел дорогу Картеру, он мне это не говорил. Могу лишь догадываться, что тебя заказала корпорация «Теллура».

Вестон слышал кое-что об этой мрачной корпорации, но дела с ней не имел.

– Это «Теллура» хотела взорвать комбинат на Тезауросе, типа авария... А вы с Янгом ей помешали, подняли шум, взрыв пришлось отменить, – пояснил Ричард.

– Зачем же «Теллуре» взрывать комбинат? – с недоумением спросил Вестон. – Ведь она с него такие доходы имеет...

– Раньше имела... Недавно она продала все акции комбината... Там какие-то махинации, я не знаю... – молвил Ричард. – Ну а когда ты связался с Эммой и узнал то, что тебе знать не положено... Вот тогда кто-то где-то и принял решение убрать тебя. Кто и где – я не знаю. Мне это дело поручил Картер.

VIII

Похоже, Ричард не врал.

– Ну что, Вестон, я удовлетворил твое любопытство? – спросил он. – Могу я надеяться, что ты передашь карточки жене? Это надо сделать завтра же, пока за тобой не начали охоту другие.

– Да, конечно, я же обещал, – подтвердил Алекс. – Но есть еще один вопрос: о проекте «Элизиум».

Ричард вздохнул.

– И оно тебе надо?.. Ты должен срочно передать карточки моей жене и сматываться, пока цел...

– И всё-таки, – настойчиво сказал Вестон.

– Есть такой секретный проект, о переводе населения Земли в виртуальный мир, – нехотя пояснил Ричард. – Ресурсов планеты уже не хватает, будущее человечества – это виртуальное бытие... Для этого перевода по всей Земле втихую строятся сотни серверов и тысячи терминалов, под эгидой той же «Теллуры»... Мы с Эммой принадлежим к числу избранных сотрудников Управления для освоения Элизия... Так назвали этот компьютерный рай... Где все будут здоровы, бессмертны и счастливы... У нас, обитателей Элизия, есть там свой образ, метаморф; наше сознание может перемещаться туда-сюда, дозагружая новые ощущения при каждом перемещении... Вот туда меня и отозвали из «Голубой звезды», в том санатории есть терминал, а позже отозвали и Эмму. Картер вернул меня оттуда, ты уже знаешь зачем, а Эмма еще там работает.

– Но ведь я сегодня говорил с ней по айфону, – возразил Вестон.

– Ты говорил с ее метаморфом, это возможно, – пояснил Ричард. – А ее тело еще в санатории погрузили в анабиоз и увезли в биотеку; ты не должен был этого видеть.

– А когда она вернется? – нетерпеливо спросил Алекс. – И что она будет помнить?

– Когда будет нужно, ее разбудят... И дозагрузят ей в сознание всё, что прожил там ее метаморф... Время от времени нас отпускают в реальный мир на отдых…

Вестон некоторое время переваривал услышанное. Всё это было весьма необычно и совершенно невероятно... Впрочем, кое-что про метаморфы и возможность виртуального мира Алекс уже слышал, но это было на уровне проектов и перспективных разработок; кто бы мог подумать, что дело зашло так далеко, до стадии практического воплощения...

– Вестон, я умираю... – прошептал Ричард. – Ты мне обещал... Запиши адрес и номер канала жены, а также пароль для карточек...

– Диктуй, я запомню, – сказал Вестон.

Ричард продиктовал, Вестон повторил вслух, и Ричард кивнул: да, всё так...

– А что будет с твоим метаморфом, когда ты умрешь? – спросил Вестон.

– Ничего, – прошептал Ричард. – Пока мы пребываем здесь, наши метаморфы неактивны... Вряд ли мне уже сделают новое тело, просто активируют мой метаморф... Он так и останется в Элизии... И будет помнить только то, что знал на момент дезактивации... Так что о нашей встрече не узнает никто и никогда... С трупа нельзя снять информацию и дозагрузить в метаморф... Но я догадаюсь обо всём... У меня там есть друзья. И если я узнаю, что ты не передал карточки жене, тогда тебе не жить...

– Передам, обещаю, – вздохнул Алекс. – Мне не нужны лишние проблемы, у меня их и так слишком много...

Ричард пробормотал неразборчиво еще что-то, дернулся и затих. Вестон потрогал его сонную артерию; Ричард был уже мертв. Алекс вложил ему в руку его пистолет и вышел из беседки. Была уже глубокая ночь, вокруг не было ни души. Вестон кружным путем дошел до своей квартиры и осторожно вошел. Нет, дома его никто не ждал... Алекс принял душ, обработал рану (небольшая царапина), перекусил тем, что было в холодильнике (не было почти ничего) и принялся изучать документы, взятые у Ричарда. Ничего интересного Вестон не нашел. Все документы (и даже алмазный жетон) нужно будет выбросить, а карточки передать жене... Потом исчезнуть...

Утром Вестон прибрался в квартире, почистил ноутбук, снял с него кристалл и, захватив свой «дорожный» чемоданчик, ушел из квартиры, не зная, когда и вернется... Возле беседки уже орудовала полиция, производя опрос соседей. Кто-то что-то громко говорил, но на Вестона никто не обратил внимания. Интересно, кто же первым доберется до моей квартиры: полиция или киллеры, подумал Алекс. Он пошел в парк возле дома Ричарда и там под крайней скамейкой приклеил пакет с банковскими карточками, потом позвонил его жене и от имени ее мужа попросил выйти из дому для разговора. Он наблюдал за домом Ричарда издали. Вскоре оттуда вышла молодая миловидная женщина. Вестон еще раз позвонил ей и сказал, что ее муж просил ей кое-что передать, и где это находится. Женщина тут же пошла в парк. Вестон следовал за ней на большом расстоянии и следил, нет ли за ней хвоста. Но нет, никто за ней не следил; видимо, полиция еще не идентифицировала труп Ричарда и не установила наблюдение за его женой. Да и жена, судя по ее тону, еще не знала о смерти мужа. Убедившись, что она взяла карточки из-под скамейки, Вестон позвонил ей в третий раз, сообщил коды карточек и строго предупредил, чтобы она никогда и никому не сообщала об этих карточках, иначе их просто отберут у нее. Тут, наконец, женщина встревожилась и стала спрашивать, кто это звонит и как это всё понимать. Вестон отключился, разломал айфон и обломки выбросил в пруд возле парка. Потом отъехал на край города и там на свалке разбросал в разные стороны всё, что осталось от Ричарда, а также детали своего пистолета, из которого он вчера уложил четырех человек. Совесть его была спокойна: это была самооборона, но поди докажи это в суде! Да ему и не дадут дожить до суда... Вот теперь, избавившись от всех улик, можно было подумать и о себе.

Вестон сходил в кафе и, наконец, хорошо поел. Потом сел на лавочку в парке и стал собираться с мыслями. Полиция вряд ли его заподозрит, нет ни улик, ни мотивов. Но вот генерал Картер... Он-то Вестона сумеет из-под земли достать... И еще один момент. С чего это вдруг убитый им Ричард так откровенно выложил ему всё? Что это за дружеские откровения, с пулями в теле?.. Поразмыслив, Алекс решил, что Ричард специально загрузил его опасной информацией, чтобы сделать ненужным свидетелем, который слишком много знает и поэтому долго не проживет.

Алекс решил поискать поддержки у Флетчера (не упоминая, конечно, про вчерашние приключения).

IX

Против ожидания, Флетчер согласился встретиться с ним сразу же.

– Ну что же, Вестон, – радостно сообщил генерал. – «Амурное» дело о несчастном случае на станции «Тезаурос» закрыто.

– Значит, всё же подвели под несчастный случай? – понурился Вестон.

– А чего же Вы хотите? – развел руками Флетчер. – У Вас же нет ни единого факта, который можно было бы этому противопоставить. Но и Ваше дело по угону катера закрыто. Всё, что требуется от Вас, – забыть об этом навсегда... Впрочем, если там всё же произойдет какая-то авария – это дело может быть и пересмотрено, по вновь открывшимся обстоятельствам.

– А что же Коэн? – вяло поинтересовался Вестон. – Убийство офицера безопасности сошло ему с рук?

– Шкипера Сэма Коэна мы вызвали сюда специальным рейсом, но в полете ему стало плохо, спасти не удалось... – официальным тоном сообщил генерал. – По старой традиции, его выбросили в космос в скафандре.

– Прискорбно, – сказал Вестон. – Лучше бы он предстал перед судом, или хотя бы перед коллегией Управления... Он слишком много знал, к нему была масса вопросов. А теперь – концы в воду...

– На всё воля божья, – развел руками Флетчер и выразительно посмотрел наверх. – На всякий случай уведомляю, что Управление к его смерти непричастно. Кому была выгодна его смерть – так это именно тем, на кого он работал. Мы так и не успели его допросить... Техник Лоуренс уже убыл на новое место работы, с повышением, а что касается Вашей барменши Розы... Пусть еще с месяц посидит в своём укрытии, а там... Если всё будет тихо, она сможет и вернуться.

– А что будет со мной? – хмуро спросил Алекс. – Мне сказали... знакомые в санатории... что генерал Картер усиленно ищет меня... на предмет ликвидации... Вы поможете мне укрыться, сэр?

– Да, Картер больше всех настаивал на том, чтобы наказать Вас за угон катера... Ведь именно он курирует разработку космонедр от имени корпорации «Теллура»... – не сразу ответил Флетчер. – Но вот сегодня он сообщил мне, что готов забыть об этом... при одном условии... Вы должны некоторое время поработать на него. У него ночью погиб важный офицер; Картер хочет, чтобы Вы его заменили.

Вестон чуть со стула не упал. Вот, значит, как собирается к нему подобраться Картер...

– Вы хотите передать меня в его отдел? – с ужасом спросил он.

– Пока нет, – успокоил его Флетчер. – Вы будете временно откомандированы. А там как получится... Конечно, в его отделе и работа поинтереснее, и зарплата выше, и левые доходы покруче... Но что-то часто там пропадают сотрудники, неизвестно куда... Так что поосторожнее там, Вестон... Пока Вы мой офицер, я еще могу и прикрыть Вас, и помочь. Но если Вы решите там остаться...

Вестон задумался.

– А за Ваше покровительство я должен буду сообщать Вам, что творится у Картера в отделе? – уточнил он.

– Я всегда доверял Вам, Вестон, – осторожно молвил Флетчер, – и хотел бы, чтобы и в будущем Вы не утратили моего доверия... И если Картеру от Вас что-то нужно, то почему бы не пойти к нему и не спросить прямо? Ведь он сам Вас приглашает...

– Ну что же, тогда мое первое сообщение, – сказал Вестон. – Я слышал, что «Теллура» уже не занимается разработкой космонедр, у нее появились другие интересы... Значит, и у Картера теперь будут другие дела.

У Флетчера недоуменно вздернулись брови.

– Не слышал об этом... Ладно, проверим... Если Вы согласны принять предложение Картера, зайдите в отдел кадров. Он хочет бросить Вас на какой-то сугубо секретный проект, надо повысить Вам форму допуска до золотого жетона. Заполните анкеты, и через недельку, если всё будет в порядке, займётесь новой работой.

Всю неделю Вестон не появлялся дома, ночуя каждый раз на новом месте. И ломал себе голову над вопросом: зачем он нужен Картеру? Чтобы убрать? Но тогда какой смысл было наделять его золотым жетоном? Если его уберут как сотрудника первой тысячи, шума будет куда больше... Видимо, Картер решил, что купить Вестона будет проще и дешевле, чем убить, это объясняло всё. Вестон решил поработать на Картера; он надеялся найти Эмму.

Когда он заявился в приемной Картера и доложил о себе, его не заставили долго ждать: генерал принял его сразу. Картер был невысокого роста, худенький, с морщинистым лицом; полуседые волосы упрямо топорщились ежиком. Но во всех его движениях угадывалась упругая сила, а маленькие острые глазки подавляли своей жгучей энергетикой. Несмотря на невзрачное телосложение, Картер производил впечатление тигра. Некоторое время он смотрел на Вестона пронзительным изучающим взглядом, и вдруг резко спросил, без приветствия и предисловия:

– Что Вы можете рассказать мне о гибели моего сотрудника Ричарда Ньюмена?

Вестон спокойно пожал плечами:

– Не знаю такого... Точнее, не был знаком. Но некролог в холле Управления видел, его лицо я узнал. Он отдыхал одновременно со мной в санатории «Голубая звезда», с молодой очаровательной подругой. Он вёл себя очень ревниво, очень. Я еще тогда подумал: такому Отелло в жизни придется несладко...

Генерал так и вперился в него:

– И это всё, что Вы можете мне сказать?.. Говорили Вы с ним о чём-либо?

– Нет, ни разу, – спокойно ответил Вестон. – Он быстро уехал. А вот с его подругой мы потом немного поболтали. Она мне и сказала, что его зовут Ричард, и что они тоже из нашего Управления. Вот и всё. Впрочем, она тоже скоро уехала.

– И Вы ее не искали? – саркастически спросил генерал.

– Пытался найти, – осторожно молвил Вестон. – И столкнулся с тем, что мой серебряный жетон имеет свои пределы возможностей.

– Хорошо, садитесь, – удовлетворенно молвил генерал и резким движением указал на стул.

Вестон молча сел. Ему стоило больших трудов казаться таким спокойным; внутри всё напряглось упругой пружиной. Он понимал, что его жизнь сейчас на волоске, и этот волосок может оборваться от одного неосторожного слова. Видимо, генерал не сомневался в том, что именно Вестон убил Ричарда, ну не дурак же Картер. Но его интересовало, о чём успел проболтаться Ричард перед смертью, и не догадывается ли Вестон, что Ричард охотился за ним по его, Картера, приказу. Поэтому Вестон рассказал лишь о том, что Картер знал и сам, а инцидент с Ричардом попытался свести в плоскость личного соперничества за Эмму; кажется, это удалось.

– А Вы мне нравитесь, Вестон, – сказал вдруг Картер после угрожающей паузы и поощрительно улыбнулся. – Я работаю только с лучшими специалистами. Я думал, что лучшим оперативником нашего Управления был Ньюмен. Я ошибся. Вы оказались лучше.

И Картер хитро улыбнулся, давая понять, что не сомневается в том, что Вестон вынужден был убить Ричарда в честном поединке.

– Кроме того, Вы ухитрились всю неделю скрываться от меня, и весьма успешно, – продолжал Картер. – Мои сыщики сбились с ног, но так и не сумели Вас найти, а сейчас Вы пришли ко мне сами... – и Картер развел руками. – Вот такие сотрудники мне и нужны... Переходите в мой отдел. Золотой значок Вы уже получили. Звание майора получите сразу же. Насчет оплаты труда я уж не говорю. В моем отделе умные люди зарабатывают очень много... Если только не задают лишних вопросов и умеют держать язык за зубами.

– Но я тут в качестве командировочного, – осторожно молвил Вестон.

– Да, конечно, – согласился Картер. – У Вас будет месяц, чтобы присмотреться и попробовать себя в новом амплуа. Вот и думайте... А сейчас к делу, – и Картер велел секретарше принести кофе.

X

– Мой отдел работает на корпорацию «Теллура», – сообщил Картер. – Вы ведь знаете, что это за фирма?

– Ну конечно, – молвил Вестон. – Это разработка недр, в том числе и в космосе. Очень влиятельная и богатая корпорация... Хотя вообще-то я считал, что наше Управление работает на государство.

– Не будьте наивным, Вестон, Вам это не идет, – поморщился Картер. – Правительство – это лишь мальчики на побегушках у финансовых магнатов. Но иногда они бегают недостаточно быстро, и тогда олигархи обращаются непосредственно к нам, минуя всякую бюрократическую волокиту. Соответственно, в таких случаях и оплата работы без посредников.

Тут вошла секретарша и принесла кофе с круассанами. Когда она вышла, Картер спросил:

– Скажите, Вестон, а что Вы знаете о проекте «Элизиум»? – и он пристально посмотрел на Алекса. Видимо, Картера интересовало, что ему об этом сообщили Эмма и Ричард.

– Да в общем ничего, – осторожно ответил Вестон. – Слышал, что есть такой сверхсекретный проект, к нему допущены только агенты первой тысячи, мне даже Флетчер ничего не говорил... Что, ради этого проекта мне и дали золотой значок?

– Да, – подтвердил Картер. – Видите ли, Вестон, человеческая цивилизация стремительно развивается, и необходимых ресурсов для развития уже не хватает, даже в космосе. И это в то время, как огромная доля этих ресурсов без толку тратится на удовлетворение потребностей человека. Каждому индивиду нужна квартира, машина и еще много чего... И вот в недрах «Теллуры» разработан проект создания виртуального мира на базе множества серверов. В этом мире личность будет реализована как набор программ. Для одного человека понадобится лишь компьютер размером с футбольный мяч и мощностью 1 киловатт; не нужны автомобили, квартиры, курорты, женщины – всё моделируется входящими импульсами. Общение и окружение обеспечивается серверами.

– И как же будет выглядеть этот мир изнутри? – осторожно спросил Вестон.

– Вы не поверите, Алекс, но он будет просто неотличим от реального мира, – торжественно улыбнулся Картер. – Там будет всё, как настоящее. Конечно, этот мир можно сделать богаче и лучше, во многих отношениях. Но люди так консервативны... Они должны сами убедиться, что виртуальный мир (Элизиум) ничуть не хуже реального, и тогда они согласятся переселиться туда, не меняя своих привычек. Они быстро поймут, что Элизиум гораздо лучше Земли: ведь там нет ни голода, ни болезней, нет даже смерти!

– А если этот виртуальный мир сломается? – спросил Вестон.

– А разве в реальной жизни с людьми не происходит катастроф? – ответил Картер вопросом на вопрос. – Элизиум – это не супермозг, это совокупность независимых серверов со своим обеспечением каждый. И если даже половина Элизия разрушится, если произойдет программный сбой или даже физическое повреждение многих серверов, остальные смогут восстановить Элизиум самостоятельно. Это будет система, куда более устойчивая ко всяким катастрофам, чем человечество. Вы сами убедитесь в этом, когда изучите проект.

– И каким же образом Вы планируете осуществить этот исход?

– Строятся терминалы, на которых сознание человека будет перенесено в компьютерную модель; у каждой личности будет свой виртуальный метаморф. И пока личность функционирует в Элизии, ее тело пребывает в анабиозе. Если же человек захочет вернуться в реальный мир, надо будет просто дозагрузить в его мозг ощущения, которые он приобрел в вируальном мире в качестве метаморфа, и вывести тело из анабиоза. Метаморф при этом дезактивируется.

– А что, личность и ее метаморф будут неразрывно связаны, или они всё же физически независимы? – спросил Вестон. – И зачем вообще анабиоз?

Картер с удивлением посмотрел на него.

– Вестон да Вы – титан мысли... Схватываете просто на лету... Мне понадобился целый день осмысления, пока я додумался до этого вопроса...

У меня была неделя, подумал Вестон. Он лишь уточнял то, что уже успел осмыслить со слов Ричарда. Значит, тот не врал, говорил, как есть...

– Да, метаморф физически независим от биологического тела, – подтвердил Картер. – После того как с мозга человека считывается информация, метаморф уже не нуждается в биологической оболочке. Анабиоз нужен лишь для сохранности тела. Если тело погибнет, можно будет создать новое тело и загрузить в сознание метаморф... Впрочем, это будет следующим этапом, который еще в разработке. Пока что мы не можем переносить метаморф в новый мозг, на данном этапе мы лишь дозагружаем новую информацию метаморфа в его старый мозг. Человек и его метаморф могут существовать одновременно и независимо; человек может иметь и несколько метаморфов. Но при этом произойдет расщепление личности, у каждой особи начнется своя история, и объединить потом человека с его метаморфом будет проблематично: произойдет интерференция различных нажитых ощущений, результат которой непредсказуем, это будет психическое расстройство. На данном этапе человек и его метаморф функционируют попеременно, с дозагрузкой полученных ощущений при каждом переносе сознания через терминал.

– А что будет с телом человека, если его метаморф погибнет в Элизии? – спросил Вестон.

– Да ничего, – пожал плечами Картер. – Человека выведут из анабиоза и сделают ему новый метаморф. Однако при этом человек будет помнить только то, что он знал до анабиоза, приобретенный метаморфом опыт исчезнет вместе с ним. Однако это маловероятно. Вот, пожалуй, и всё, вкратце. Вам надо это осмыслить. Зайдите в архив, ознакомьтесь с информацией по проекту, теперь у Вас есть к ней доступ. Как Вы понимаете, Вам как раз и придется дорабатывать систему безопасности Элизия. Сделаем вам собственный метаморф, посмотрите всё изнутри сами, потом вернетесь.

– Всё это, конечно, очень интересно, – вежливо сказал Вестон. – Но ведь я не технический специалист, а оперативник. Чем же я могу быть полезен для проекта? И еще: если это – наше светлое будущее, наш прекрасный новый мир, то к чему такая секретность?

– Вот как оперативник Вы и нужны, – пояснил Картер. – Вы представьте себе: мы объявляем, что в таком-то месте в такое-то время открываются ворота в Рай... Туда же сразу ломанётся такая толпа, что ворота в щепки разнесут... Это я фигурально. Но Вы же понимаете, что столь глобальный проект нуждается в оперативном обеспечении... – Картер вздохнул и лукаво усмехнулся. – Ну и еще... Вишенка на торте... Я так понял, что наша юная сотрудница Эмма произвела на Вас некоторое впечатление...

Вестон вздрогнул.

– А между тем после смерти Ньюмена бедная девушка осталась без руководителя... – вздохнул Картер. – Не хотите ли взять ее себе в помощницы?.. Можете не отвечать, ответ я читаю в Ваших глазах... Идите в архив и вникайте. Жду Вас послезавтра, получите первое задание. Работать будете в паре с Эммой, как здесь, так и там.

– Боюсь, там не получится, – вздохнул Вестон. – Этот Ричард, он же такой ревнивец... Кстати, что будет с его метаморфом?

– Не заморачивайтесь, – отмахнулся Картер. – Ньюмен был нужен мне здесь. Его метаморф сам по себе не представляет особой ценности. Он дезактивирован и, видимо, будет удален. Это делается простым нажатием клавиши DELETE. Во всяком случае, ни Вы, ни Эмма с ним больше не встретитесь, ни в Элизии, ни тем более здесь. Он выбыл из игры. Ни Вам, ни нам не нужны лишние проблемы, не так ли?

Вот так, подумал Вестон, направляясь в архив. Человеку вроде бы обещают райскую жизнь в виде метаморфа, который, однако же, в любой момент может быть уничтожен простым нажатием кнопки. Без суда и следствия, просто если кому-то не захочется лишних проблем... Что-то тут не стыкуется...

XI

В кабинет Картера Вестон вошел не без тревоги. Что-то его ждет?..

– Ну что, собрались с мыслями? Прониклись общей идей? – приветливо спросил его генерал.

– Честно говоря, голова кругом идет... Столько всевозможной информации, а я же не специалист по биокибернетике, – признался Вестон.

– Ну еще бы, – ободрительно согласился Картер. – Вы просто пересидели в архиве... Наверное, не следовало вообще направлять Вас туда... Вы же человек действия, а не копатель научного поиска... Но мне не хотелось, чтобы у Вас сложилось ощущение, что с Вами играют втёмную. От вас ничего не скрывают, в любой момент Вы можете вернуться в архив и продолжить изучение вопроса. А сейчас для Вас первое задание.

Картер посерьезнел, Вестон напрягся.

– Вам предстоит посетить этот самый Элизиум. Спуститесь в подвал, с Вас возьмут все анализы, энцефалограмму, отсканируют мозг. Вам создадут свой метаморф... Потом ляжете в анабиоз, а Ваш метаморф посетит Элизиум. Завтра вернетесь и доложите.

– А в чем же состоит задание? – не понял Вестон.

– Задание очень простое, – пояснил Картер. – Вы должны сами конкретно всё ощутить. Во всех деталях и нюансах. У Вас будет иллюзия полноценного биологического существования в своем собственном живом теле. И если Вы ощутите какие-то различия, в себе или в окружающем Вас мире, – вот об этом и доложите. Мы сейчас тестируем Элизиум. Позднее мы сделаем его лучше нашего мира, а пока добиваемся полной неотличимости... Наши первые агенты находили там десятки и сотни неувязок и нестыковок. А сколько найдете Вы, с Вашим опытом? Это и есть первое задание.

– А что мне там конкретно делать? И как себя вести? – спросил Вестон неуверенно.

– Не волнуйтесь, Вас там встретят, – хитро улыбнулся Картер. – Делайте что хотите. Ваша задача – просто пожить в образе.

Вестон спустился в подвал, в какой-то неизвестный ему до сих пор кабинет. Здесь его долго обследовали, измеряли, брали кучу всевозможных анализов... В конце концов медсестра (симпатичная пышная мулатка) уложила его в какой-то белый саркофаг, нацепила к телу и голове множество электродов и закрыла крышку. Вестон почувствовал себя как в гробу. Саркофаг вдвинулся в какую-то нишу. Раздался легкий гул, что-то вращалось вокруг, сверкали вспышки света... Это монотонное гудение продолжалось довольно долго, Вестон даже задремал... Но вот саркофаг выполз из ниши, крышка открылась, и та же мулатка, сняв электроды, сообщила:

– Всё, можно вставать.

Вестон неуверенно поднялся и осмотрелся. Всё вокруг было как настоящее, не отличить...

– Так это и есть ваш Элизиум? – деловито спросил Вестон. – И куда мне идти, что делать?

– Идите пообедайте и примите душ, – хихикнула мулатка. – Приходите сюда через два часа, а мы пока создадим Ваш метаморф.

Через два часа Вестон опять пришел в подвал. Ему сделали укол и дали что-то выпить. Потом уложили в какой-то другой саркофаг, опять прицепили кучу электродов и закрыли крышку. Замелькали какие-то огоньки, раздалось гудение, и Вестон быстро уснул... Но вот саркофаг выдвинулся из ниши, крышка открылась, и та же самая мулатка, сняв электроды, сообщила:

– Всё, можно вставать.

Вестон поднялся и осмотрелся. Всё вокруг было как настоящее, не отличить...

– Это уже Элизиум, или еще нет? – неуверенно спросил Вестон. – Всё получилось?.. И куда мне идти?

– Идите к выходу, – хихикнула мулатка. – А что получилось, это Вы нам расскажете.

Алекс вышел из кабинета и замер в шоке. Он был не в подвале Управления, а в санатории «Голубая звезда». Вестон медленно направился к выходу... В вестибюле его уже ждала Эмма. Она была в том же купальнике, что и во время последнего разговора. Алекс бросился к ней, заключил ее в свои объятия и нежно расцеловал. Портье деликатно отвернулся...

– Сначала поплаваем, – капризно заявила Эмма и потащила Вестона на пляж... Уже лежа на песке после долгого купания, Алекс осторожно осведомился:

– Так это и есть ваш Элизиум?

– Да, а разве ты еще не понял? – удивилась Эмма.

– Нет, не понял, – честно признался Алекс. – Тут всё как живое. Ты-то видишь разницу?

– Ну, отдельные цветовые оттенки... Текучесть воды, – молвила Эмма. – Но это уже на женском уровне восприятия, мужчины таких тонкостей не замечают... Как я рада, что ты здесь, со мной! Значит, тебе всё же дали золотой жетон?

– А где Ричард? – спросил Вестон.

– Не знаю, – пожала плечами Эмма. – Его опять вызвали куда-то... А сегодня мне сообщили, что его направили в долгосрочную командировку какую-то и велели встречать тебя. Как же я была рада!.. Ладно, пошли ко мне. Ужин закажем в номер...

В этот раз Эмма была более страстной и даже начала проявлять активность; Алекс был на верху блаженства. Когда он, отдуваясь, откинулся на подушку, унимая бешеное сердцебиение (даже это было смоделировано!), Эмма нежно положила ему головку на плечо, как в прошлый раз, и томно спросила:

– Скажи, Алекс, ты хоть немного скучал по мне?

– Еще как скучал! – ответил Вестон, тяжело дыша. – Поверь, я и согласился работать на Картера потому, что надеялся найти тебя... Были, конечно, и другие соображения, но решающим моментом была всё же надежда на встречу с тобой.

– Ты знаешь, и я очень скучала, – доверчиво призналась Эмма. – Даже не думала, что буду так скучать... Поначалу я это восприняла как мимолетный курортный роман... Всего одна встреча, да и Ричард меня бы не отпустил... Но потом я поняла, что очень-очень хочу тебя видеть... Хотя бы видеть... Особенно, когда не смогла дозвониться в субботу... Ну скажи мне честно, Алекс: с кем ты провел тот вечер? – ревниво спросила Эмма, приподнявшись на локте и пристально глядя на Вестона.

– Напился вдрызг, – буркнул Алекс. – Я ведь пролез на сервер больницы и прочел, что ты умерла...

– Ну да, это такой эвфемизм, – вздохнула Эмма. – Так пишут в больнице, когда тело погружают в анабиоз, а сознание отправляют в Элизиум. Там ведь есть терминал... Так я не поняла, Алекс: ты ведь теперь в отделе Картера работаешь?

– Не совсем... Пока в качестве командировочного... Но Картер очень хочет взять меня к себе.

– Странно, – задумчиво произнесла Эмма. – А Ричард с его слов говорил про тебя, что ты еще тот сукин сын...

– Так у Картера все сотрудники – сукины дети, только такие ему и нужны... Важно лишь, чтобы это были сукины дети его, Картера.

– Ну да, ну да, – задумчиво молвила Эмма. – Он любит возиться с новыми сотрудниками... Вот и с нами возился, как Санта-Клаус с маленькими детьми... Ричард быстро сделал хорошую карьеру... А теперь Картер и вовсе забыл про него... И даже намекнул ясно, что хочет передать меня в твое распоряжение... хотя сам же сосватал меня ему... А теперь вот тебе сватает... Впрочем, я этому только рада, – и Эмма нежно поцеловала Вестона.

– А уж как я рад, – ответил Алекс, нежно взял Эмму за руку и вдруг спохватился: – А что ты, собственно, тут делаешь? Картер сказал, что мы будем работать вместе, но я даже не знаю, что это за работа...

– Ну, работа разная, – уклончиво ответила Эмма. – Вот сейчас я работаю на приеме делегаций.

– Приеме кого? – не понял Вестон.

– Ну, ты же понимаешь, милый, как много денег было сюда вбухано, в этот проект, – пояснила Эмма. – Космические деньги... И вот влиятельные люди хотят узнать, как эти деньги расходовались и что было сделано. Нам ведь нужны и дальнейшие инвестиции... Ну вот, их направляют сюда, в виде метаморфов, они тут ходят всюду, смотрят, щупают... Многие из них просто не верят, что всё это виртуальный мир, думают, им мозги пудрят... Приходится завозить их в море, чтобы они видели дальний край воды, есть тут одно такое место, и другие места, для демонстрации, что всё это не настоящее. Только тогда до них доходит... А первым делом, оказавшись здесь, они щупают меня... Не верят, что я – виртуальная женщина... Это так уморительно! Я сюда и поставлена, чтобы их впечатлить...

– Но я надеюсь, в твои обязанности не входит... – начал было Вестон, но Эмма его перебила:

– Ублажать их в постели?.. Нет, милый, и не думай. Для таких целей здесь работает специальный штат крутых профессионалок, на любой вкус... Картер на все места набирает лучших профи...

XII

– Ну что, как впечатления, Вестон? – спросил Картер, хитро прищурившись.

– Нет слов, – пробормотал Алекс. – Полная иллюзия реальности.

– Ну а всё-таки? Нашли какие-то недоработки?

– По первому разу – нет, – признался Алекс. – Ну разве что вода в душевой омывает ноги немного иллюзорно. Ну и в море ощущение не совсем реалистичное: сопротивление воды как-то слабо зависит от скорости, обтекание сугубо ламинарное, не хватает завихрений.

– Да, с этим еще не доработано до конца, – согласился Картер. – Моделирование трехмерных течений – это вещь сложная, требует слишком много компьютерного времени... Но мы работаем над этим... А как в интимном плане? – и Картер игриво подмигнул. – Я не прошу подробностей, у меня вопрос простой: Вы ощутили, что имеете дело с виртуальной женщиной?

– Нет, – честно признался Вестон, – не ощутил... Когда слишком много своих ощущений, слабо анализируешь реальность... Только один момент: у той Эммы, которую я встретил в санатории, была небольшая родинка на боку. А в Элизии я этой родинки не увидел...

– Да, это проблема, – помрачнел Картер. – Вы не представляете себе, какие истерики закатывают нам женщины! Мы создаем их метаморфы с точностью до сантиметра и килограмма, а они все как одна жалуются, что их утолстили, и требуют сбросить не менее пяти кило, да еще омолодить лет на пять... Но это же будет заметно! Я уж не говорю о морщинах, родинках и других дефектах кожи: женщины требуют изъять их из метаморфа, и слышать ничего не хотят!

– А что, метаморф можно улучшить по сравнению с исходным образом? – поинтересовался Вестон.

– Ну разумеется, – оживился Картер. – В том-то и дело! На это все женщины купятся! Или, к примеру, человек тяжело болен. Нет проблемы сделать его метаморф здоровым! Да за это любой отдаст нам все свои деньги и обратно в свое тело из Элизия возвращаться не захочет!.. Скажите, Вестон: Вы бы хотели жить в таком мире?

– Даже не знаю... – пожал плечами Алекс. – Особой разницы не вижу... Но это пока молод и здоров. В старости буду думать иначе.

А про себя Алекс подумал: оно, конечно, хорошо быть в Элизии молодым и здоровым, но лишь пока не нажмут кнопку DELETE...

– Я почему отправил Вас туда? – пояснил Картер. – Мне нужны убежденные сторонники идеи, а не равнодушные исполнители! И тогда мы общими усилиями создадим Новый Мир!

Глаза генерала сверкнули ярким огнем. Он действительно производил впечатление великого реформатора... Этакий Моисей, пролагающий человечеству путь к спасению...

– Вам придется пока поработать здесь, – продолжил Картер более прозаически, – и если управитесь с новым заданием, сможете снова увидеть свою подругу.

Вот, значит, как... Обещал, что мы с ней будем работать вместе, а на самом деле примитивно использует Эмму как приманку для меня, подумал Вестон. Картер манипулировал окружающими весьма бесцеремонно, и считал, что имеет на это полное право...

– Какое задание Вы хотите на меня возложить? – спросил Алекс.

– Вы, наверное, уже поняли, что Элизиум – это спасение для человечества и решение всех его проблем, – высокопарно молвил Картер. – В частности, и проблемы бессмертия, ради которого люди отдадут всё, что имеют. Но Вы же знаете, у всякого доброго дела, по разным причинам, всегда найдутся враги. Одни в принципе боятся всего нового, другие, напротив, хотят примазаться и поучаствовать в дележе дивидендов, ничего не вкладывая из своего кармана... В этот проект серьезные люди вложили серьезные деньги, и они не хотят, чтобы им кто-то мешал. А какой срач поднимется при публичном обсуждении этого проекта – это Вы, надеюсь, понимаете... Нужно еще немного времени, чтобы доработать проект до практического воплощения, и только тогда его можно будет довести до публики. В общем, нужно принять кое-какие меры для безопасности проекта, чтобы нам не мешали работать, а это как раз по Вашей части. Я хочу поручить Вам задание, которое должен был выполнить Ньюмен.

С этими словами Картер бросил на стол папку с бумагами.

– Это Мэгги Флорет, противница проекта. Она представляет опасность для нас... Здесь всё, что у нас есть на нее. Она прячется, и нужно найти ее. Займитесь этим, Вестон.

– Найти, и...?

– Нужно выяснить ее намерения, – пояснил Картер. – Раскрыть ее карты и нейтрализовать угрозу для проекта.

– Что значит – нейтрализовать? – уточнил Алекс.

– На Ваше усмотрение, – недовольно бросил Картер. – Вестон, не пытайтесь казаться тупым. Ньюмен не задавал лишних вопросов.

– Да, я тупой, – огорченно вздохнул Алекс. – И поэтому не хочу гадать, чего от меня хотят, а хочу услышать это ясно. Как говорят русские, услужливый дурак опаснее врага.

– Я считал Вас умнее, – недовольно проворчал Картер. – Вы ведь можете действовать дерзко, если хотите.

– Если меня к этому вынуждают, – мягко поправил Вестон.

– Ладно, Вестон, я упрощаю Ваше задание, – молвил Картер, помолчав. – Вы просто найдите ее, установите контакт. А мы потом разберемся с ней сами. А Вы получите новое задание, над которым будете работать вместе с Эммой, она к тому времени освободится... И не забывайте: Вы зарабатываете себе билет в компьютерный Рай! Надо приложить большие усилия, чтобы попасть в Элизиум!

– Вот как? – заметил Вестон. – А я было подумал, что Элизиум – это Рай для всех, а не для избранных... Или я чего-то недопонял?

– Не будьте наивным, Вестон, – буркнул Картер. – Элизиум – это всего лишь проект, который пока в разработке. Практическая реализация этого проекта – это задача завтрашнего дня. Даже когда всё будет готово и отработано, и сервера, и терминалы, понадобится много времени на переселение человечество в компьютерный Рай, и многие просто не успеют дожить до своей очереди... Вы же хотите оказаться в числе тех, кто гарантированно успеет?

Да уж, подумал Вестон. Ричарду наверняка тоже гарантировали и компьютерный Рай, и Эмму, а может, и еще что-то... А что он получил? DELETE, и никаких проблем... Вот и его, Вестона, тоже хотят использовать для каких-то грязных дел, а потом устранят...

– А как вообще будет организована очередь? – спросил Вестон. – И что станется с теми, кто не захочет переселяться?

– Захотят все, – уверенно возразил Картер. – Сначала переселят тех, кто вложил деньги в проект, это справедливо. Потом переселят творческий актив: писателей, режиссеров, артистов – всех тех, кто является душой нашего общества. Без них мир оскудеет, и за ними в Элизиум потянется основная масса населения. Сначала людям будут создавать метаморфы, чтобы они пожили недельку в Элизии и сами оценили его прелести. Только после этого с ними будет заключен официальный договор и приняты деньги за переселение. Их тела будут храниться в анабиозе, и они периодически смогут посещать реальный мир. Ну а тем, кто не захочет переселяться, – тем придется создать себе особые резервации, ибо города опустеют и не смогут содержать население. В конце концов, переселятся почти все.

Все это выглядело слишком хорошо, и Вестон решил разыскать эту активистку, Мэгги Флорет. Может, она более внятно растолкует ему, что скрывается за фасадом компьютерного Рая? Но сначала...

Алекс спустился в подвал, к технику, с которым поддерживал дружеские отношения.

– Слушай, Крафт, ты не мог бы просканировать меня на предмет вшитого жучка?

– Разве можно вживить человеку жучок незаметно? – удивился Крафт. – Ладно, ложись, посмотрим...

Вскоре он с удивлением подтвердил:

– Да, действительно, тебе тут вставили солитёр...

Солитёром называли скрытый передатчик, обычно его вживляли в двенадцатиперстную кишку. Очевидно, это сделали в анабиозе.

– Надо бы его удалить, – сказал Вестон.

– Ну, ты же понимаешь, – развел руками в смущении техник. – Для этого нужен приказ... Письменный...

– А разве мне его по приказу вставили? – возразил Вестон. – Я на это согласия не давал. Я заплачу еще до операции и буду держать язык за зубами, так что у тебя неприятностей не будет.

– Ладно, приходи в конце рабочего дня, – согласился техник. – Это дело десяти минут... А что с ним потом делать? Уничтожить?

– Зачем же? – возразил Вестон. – Помести его в коробочку, и пускай себе сигналит... Из тех мест, куда я его положу.

Глава 3. Тёмные демоны Рая

I

Элис Лайт была приятной шатенкой средних лет, уже немного полноватой, но всё еще очень милой. Скоро месяц, как она работала на новом месте учительницей. Сегодня был утомительный день, и Элис немного устала. Поэтому она не смотрела по сторонам как обычно, когда входила в свой двор. И напрасно. Не успела она подойти к своему подъезду, как вдруг кто-то сзади мощной рукой зажал ей шею, а другой рукой приставил к горлу холодный острый клинок.

– Тебе же говорили, сука, чтобы ты угомонилась, – прошипел у нее над ухом чей-то сдавленный жуткий шепот. – Но тебе всё никак неймется. Куда лезешь, дура?

И Элис почувствовала, как ее тащат куда-то в кусты... Зачем?!.. Чтобы надругаться или убить?.. Краем глаза женщина заметила, как из подъезда вышел сосед, крепкий мужчина важного вида. Он ловко «не заметил», что женщине нужна помощь и даже не попытался вызвать полицию, а пошел в другую сторону по своим делам. Элис почувствовала отчаяние. С нее уже рвали жакет...

– Эй парень, нельзя ли повежливее с женщиной? – услышала она вдруг негромкий, но уверенный властный голос. Державший ее бандит повернулся вместе со своей жертвой, и Элис увидела высокого импозантного мужчину с приятным лицом, в неброской куртке хорошего покроя из дорогого материала и наглаженных брюках; на ногах были старомодные дорогие кожаные туфли.

– Шел бы ты своей дорогой куда подальше, а то очень огорчу, – злобно прошипел бандит.

– Взаимно, – вежливо улыбнулся незнакомец и аккуратно положил на траву свой черный кейс. Назревала драка. Ударом кулака в дыхало бандит свалил женщину на траву и с ножом в руках бросился на незнакомца. Но тот легко уклонился и стал в стойку, давая понять, что он серьезный противник. Бандит снова бросился на него, выставив вперед нож. Но незнакомец ловко вывернул ему руку с ножом. Бандит вскрикнул, выронил нож, получил сильный удар в голову и упал наземь, после чего вскочил и, спотыкаясь, резво бросился наутек. Незнакомец подобрал нож, положил его в карман и пришел на помощь даме. Он бережно поднял ее на ноги, посоветовал дышать глубже.

– Позвольте мне проводить Вас до квартиры, – галантно молвил Вестон (ибо это был он). – Я не напрашиваюсь на чай, но я боюсь, что в подъезде может прятаться еще один подонок. Обычно они работают парами.

Алекс подобрал свой кейс, сумочку Элис и протянул даме руку. Вынужденная опираться на его крепкое плечо, женщина заковыляла в подъезд. Уже открывая свою дверь ключом, она вдруг в ужасе спохватилась:

– Боже, да Вы ранены!.. Нужно вызвать врача!

Порванный рукав куртки Вестона был в крови.

– Ерунда, царапина, – отмахнулся Алекс. – Но кстати, Вы не подскажете, где здесь ближайшая аптека? Я, видите ли, не местный, я тут проездом. У меня нет времени на врачей, достаточно залепить руку пластырем, чтобы не пачкать кровью всё вокруг...

– Тогда пройдемте ко мне, – пригласила Элис. – У меня дома есть и пластырь, и антисептики.

– Хорошо, я ненадолго, – согласился Вестон. – Всё же быстрее, чем искать аптеку.

Алекс снял с себя куртку и рубашку, обнажив свое крепкое накачанное тело; Элис обмыла рану спиртом, смазала антисептиком и залепила пластырем. Действительно, на руке была лишь легкая царапина; не было необходимости ни зашивать рану, ни обращаться к врачу. После этого Элис, несмотря на слабые возражения Вестона, прополоскала и повесила сушить его рубашку. Рукав своей куртки Вестон, невзирая на уговоры Элис, замочил, отжал и повесил сам.

– Я Вам так благодарна, – с чувством молвила женщина. – Вы спасли меня от бандита... Не хотите ли чего-нибудь выпить и слегка перекусить? К сожалению, мой холодильник почти пуст; я живу одна и питаюсь где попало и как придется... Но хоть что-то найду... Вон бар, налейте себе сами, хорошо?

– О, благодарю Вас, не стоит утруждать себя, – галантно молвил Алекс. – Я очень спешу. Но пока просохнет рубашка, я бы выпил чашечку чая, если можно, и не более того.

Усадив Алекса в удобное кресло у телевизора, Элис умчалась на кухню. И скоро на столике у кресла появилась нарезка копченостей, сыра, масла и хлеба.

– Знаю, что всё это вредно, – сокрушенно проговорила Элис. – Но для легкого перекуса на бегу...

От спиртного Вестон решительно отказался и дождался, пока хозяйка, налив ему чаю, не подсела на кресло рядом.

– Позвольте спросить, какой волной Вас занесло в наш забытый Богом уголок? – поинтересовалась Элис.

– По делам, – лаконично молвил Вестон. – Однако я не успел представиться. Меня зовут Арнольд. Арнольд Стоун.

– А меня зовут Элис Лайт, я местная учительница, работаю здесь недавно... Вы коммерсант или госслужащий? – спросила Элис, впившись в Алекса глазами.

– Я здесь неофициальным образом, – уклончиво ответил Вестон. – Друг попросил меня уладить кое-какие его проблемы... Однако Вы позволите и мне задать Вам вопрос?.. Мне кажется, это был совсем не грабитель. Он легко мог забрать Вашу сумочку и убежать... Но, мне кажется, он даже пытался Вам угрожать?.. С моей стороны это не праздное любопытство. Если Вам нужна охрана, я мог бы Вам помочь...

– А Вы всегда оказываете бескорыстную помощь прохожим? – спросила Элис, и ее глаза недобро сверкнули.

– Далеко не всегда и отнюдь не всем, – спокойно ответил Алекс и доброжелательно улыбнулся. – Только тем, кто мне нравится и вызывает мое доверие... Вообще-то я частный детектив и работаю не бескорыстно. Но уверяю Вас, мои услуги обойдутся Вам недорого. Ради очаровательной дамы я готов сделать скидку... Но сначала мне, конечно, нужно выяснить суть вопроса, – и Вестон отпил из чашки.

II

– Мне бы тоже хотелось кое-что выяснить, – недобро бросила Элис. – Вы ведь производите впечатление неглупого человека. Давайте подумаем вместе... На меня нападает какой-то странный бандит. Он не убивает и не калечит меня, он всего лишь угрожает... Но если его целью были угрозы, кто мешал ему схватить меня на пустыре возле школы и вывезти в машине за город? Ведь он хорошо меня знает! Так ведь нет, он нападает на меня возле моего дома, не стесняясь никого, и – надо же! – тут как тут появляется частный детектив, готовый меня защитить! Ну прямо как джинн из лампы, которую никто не тёр! Не слишком ли много случайностей сплелось в одну цепь? – и Элис пристально вгляделась в Алекса.

– Пожалуйста, продолжайте, – ободряюще молвил Вестон, спокойно прихлебывая чай. – Мне нравится ход Ваших мыслей.

– Хорошо, пойдем дальше, – зловеще произнесла Элис. – Я когда-то ходила на медицинские курсы, и мне сразу бросилось в глаза, что Ваша царапина была слишком незначительна. Из нее не могло вытечь столько крови! Видимо, Вы просто пожалели себя, а кровь на рубашке – из заготовленной ампулы! Да и дыра на рукаве куртки сделана на протертом месте. Куртку Вы тоже пожалели, да?.. И вообще, что-то я не заметила, как Вас пырнули ножом, я ведь видела Вашу драку... Это был заранее подготовленный спектакль, чтобы проникнуть в мою квартиру и втереться ко мне в доверие! Ну что же, сыграно неплохо!..

– Благодарю Вас, – церемонно склонил голову Вестон. – Я рад, что Вам понравилось... Да, это был спектакль с участием моего сотрудника, чтобы вызвать Ваше доверие... Кто же знал, что Вы – столь отважная женщина, и, даже будучи смертельно напуганной, легко раскусите все огрехи нашей небрежной инсценировки... – и Алекс сокрушенно развел руками. – Однако Вам действительно угрожает опасность, и Вы хорошо это знаете, иначе не спрятались бы в такую глушь... Да еще под чужим именем... Давайте поговорим об этом.

Элис вышла и быстро вернулась. Она бросила Вестону его золотой жетон и направила на него пистолет.

– И тогда я решилась пошарить в карманах Вашей куртки, и вот что нашла, – зловеще продолжала Элис. – Вы – агент Управления безопасности, и Вам поручено ликвидировать меня, не так ли?

– Ну что же, Мэгги Флорет, я рад, что наше знакомство всё же состоялось, нам есть о чём поговорить, – невозмутимо сказал Алекс. – Тогда уж позвольте мне воспользоваться Вашей любезностью, а то я немного голоден... – и Вестон стал намазывать масло на хлеб.

– Отвечайте, Арнольд, что Вам от меня нужно, и на кого Вы работаете?! На генерала Картера?! – взорвалась Элис.

– Не совсем, – мягко поправил Вестон. – Я лишь временно прикомандирован к его отделу. Картер поручил мне найти Вас и вразумить. Я не знаю, что Вы делаете против проекта «Элизиум», но мне велено передать Вам, чтобы Вы этого не делали. А если Вы окажетесь невразумляемой, мне поручено нейтрализовать Вас. Я не стану этого делать, но Вы же понимаете, что это сделают другие. А что касается лично меня, то я бы хотел узнать от Вас, чем Вам так не нравится этот проект и почему Вы против него столь настроены. Как видите, я предельно откровенен с Вами. И мог бы Вам помочь.

– Не лгите, Арнольд! – снова взорвалась Элис. – Вы хотите меня убить!! И если Вы не скажете мне правду, я сама тут же застрелю Вас из Вашего же пистолета! Такого поворота Вы не предвидели?

– Предвидел, – флегматично молвил Вестон, положив сверху на бутерброд ломтик копчёной колбасы. – Поэтому и не вложил в свой пистолет патроны... Ну что Вы на меня так смотрите? Пощелкайте сами в стенку или даже в меня, – и Вестон откусил от бутерброда. – Между прочим, вкусно... Я вижу, Вы понимаете толк в копченостях.

Элис ошалело посмотрела на него, пощелкала пистолетом в потолок, рухнула на своё кресло и разрыдалась. Ожидая, пока она придет в себя, Алекс сделал себе еще один бутерброд и с аппетитом умял его, запивая чаем. Он полагал, что своим спектаклем отработал эти бутерброды. Вестон заранее просчитывал все варианты развития ситуации, и его трудно было смутить.

Элис (а точнее, Мэгги) проплакалась, потом привела себя в порядок и даже приняла душ. Накинув на себя халатик, она подсела к столику и спросила Вестона, который терпеливо дожидался ее:

– Как Вы меня нашли?

– Это было нетрудно, – пожал плечами Алекс. – Конечно, искать Вас в базе данных было бы слишком утомительно. Поэтому я сразу вывел список тех, кто получил новые документы в последнее время и по возрасту подходит. И когда мне вывалился длиннющий список, я пробежал по нему глазами и сразу обратил внимание на имя «Элис Лайт»... Вам следовало выбрать менее изысканное имя... Ну, типа Оливия Браун или Эвелин Смит... Проблема, однако, не в том, что я Вас нашел, а в том, что Вас могут найти и другие. Видимо, Ваши документы делал агент не слишком высокого уровня... Еще хуже то, что генерал Картер и мне не доверяет и устроил за мной слежку. Я уже обрубил два канала отслеживания, но я полагаю, что еще один-два канала остались, и уже завтра-послезавтра Вас найдут по моим следам... Если у Вас есть серьезные основания опасаться за свою жизнь, Вам нужно исчезнуть, и немедленно. Я могу помочь Вам, но мне нужно знать, за что Вас преследуют. Заметьте, я не прошу Вас сообщить мне ни имена Ваших сообщников, ни даже Ваших планов. Я хочу знать лишь то, что уже знает Картер: чем Вы ему опасны?

– А почему Вы вообще хотите мне помочь? И почему я должна Вам верить? – спросила Мэгги недоверчиво и впилась в Алекса своими большими темными глазами.

– Во-первых, я не люблю, когда со мной играют втёмную, – молвил Вестон спокойно. – А Картер использует меня именно так... Во-вторых, я не люблю, когда убивают женщин, особенно таких милых, как Вы... Можете считать это старомодным предрассудком, – и Вестон с виноватым видом развел руками. – Вы можете не верить мне, но поверьте, что Картер уже ищет Вас, чтобы убить, так что я – Ваш последний шанс. Я уж не говорю, что Картер и меня пытался убить и еще наверняка попытается; у меня с ним свои счеты... Ну и в-третьих, меня занимает проект «Элизиум». Картер показал мне парадный фасад этого проекта, но я хотел бы узнать изнанку.

III

– Ну что же, мне придется Вам поверить, – вздохнула Мэгги. – Я сейчас заварю кофе и расскажу Вам всё... Сдается, Вы и в самом деле можете оказаться моим последним собеседником...

Мэгги принесла кофе и уселась в кресло.

– А что Вам вообще известно о проекте «Элизиум»? – спросила она.

– Я слышал, это план спасения человечества путем переселения в компьютерный Рай, виртуальную реальность, – осторожно молвил Вестон. – Я и сам побывал там в качестве метаморфа. Там вполне комфортно... Хотя и не факт, что безопасно... Может, это и в самом деле вариант спасения человечества? Тем более что это переселение будет сугубо добровольным и вполне обратимым.

– Нет, – замотала головой Мэгги. – Это делается не для спасения человечества, а для его уничтожения... Лично я не имею никакого отношения к этому проекту, но мой друг, сенатор Эдвард Найт, этим проектом занимался... Сначала он тоже был в полном восторге от проекта и продвигал его в сенате на закрытых слушаниях... Его тоже прельстила добровольность переселения и возможность в любой момент вернуться обратно... Для стариков и тяжело больных это просто спасение... Но когда он углубился в проект... Ему дали для этого алмазный жетон... Однажды он пришел домой сам не свой... Мы жили вместе, очень дружно, и собирались пожениться... У него не было секретов от меня... Вы в курсе технических деталей проекта, Арнольд?

– Ну, я читал кое-какую техническую документацию, – нехотя молвил Вестон. – И мало что понял... Я не силен в биокибернетике. И у меня всего лишь золотой жетон.

– Понятно, – кивнула Мэгги. – Вы не в курсе... Эдвард скачал на айфон секретные файлы с экрана компьютера... Это запрещено, я знаю... Но он сказал, что такие вещи нельзя держать в секрете... Там был финансовый расчет процесса перехода в Элизиум... Сколько будет построено терминалов перехода и саркофагов для хранения тел, сколько будет создано метаморфов, какое время займёт процесс переселения и сколько всё это будет стоить... Так вот, судя по числу терминалов и времени переселения, планируется переправить в Элизиум всё человечество, это около десяти миллиардов человек. Однако если считать по заложенному в расчеты числу метаморфов, средствам их серверного обеспечения и другим данным, то общую численность Элизия можно оценить в один миллиард личностей!

Вестон выпучил глаза.

– А как же остальные девять миллиардов?!

– Они либо вообще не попадут в Элизиум, покинув своё тело, либо будут уничтожены вскоре после переселения, успокоив своих родных своим здоровым видом и радостными сообщениями оттуда... – сумрачно молвила Мэгги. – Эдвард мне говорил, что уничтожить метаморф в Элизии не просто, а очень просто... Но и это еще не всё. Для хранения биологических тел планируется построить всего лишь миллион саркофагов... Это значит, что тела почти всех переселенцев будут просто уничтожены, и они уже никогда не смогут вернуться обратно...

Вестон сидел в полном отрубе несколько минут. Наконец он допил остывший кофе и вымолвил:

– Ну, концепция «золотого миллиарда» муссируется уже давно... Но теперь ее дополнили довеском «бриллиантового миллиона»... А остальным, стало быть, жить на Земле не положено... А я могу сам поговорить с сенатором Найтом?

– Так Вы не знаете? – вскинулась Мэгги, и ее глаза наполнились слезами. – Эдвард Найт погиб в автомобильной катастрофе на следующий день после этого разговора со мной... Он сказал, что не может смириться с этим, и что надо что-то делать... Он велел мне сразу же исчезнуть, если с ним что-то случится... Он предвидел, что его могут убить, и дал мне канал связи одного своего знакомого из Управления безопасности... Я сразу связалась с ним... И вот я здесь... Вы первый из Управления, кто вышел на меня после этого...

– Да, невесело, – молвил Вестон. – Я так понял, что Вы и не пытались хоть что-то предпринять, а только прятались после смерти Вашего друга. И Вас хотят убрать на всякий случай, как возможный канал утечки информации.

– Именно, – кивнула Мэгги. – Вы можете мне помочь?

– Да, конечно, – сказал Вестон. – Приятель Вашего друга не слишком-то старался, делая для Вас новые документы. Он не сказал Вам, что Вы выбрали себе неудачное броское имя... И вообще... У меня для Вас документы получше, – Вестон открыл свой кейс и протянул Мэгги объемистый пакет. – Я предвидел что-то в этом роде... в отношении Вас... Здесь документы на имя Эвелин Браун, они сделаны давно, несколько лет назад, для другой дамы, но сейчас пригодились... Вас не смогут найти по ним. Здесь также банковские карточки, сертификат о прохождении медицинских курсов... Как это я угадал... В общем, всё, что нужно для новой жизни. Само собой разумеется, что к своим старым документам, банковским карточкам и тем более айфонам Вы теперь не должны даже прикасаться. Вам надо исчезнуть, немедленно и как можно дальше. Уезжайте сегодня же. Завтра я доложу Картеру, что нашел Вас, всё равно он за мной шпионит. В любом случае, уже завтра здесь будут гости. Даю Вам час на сборы; я вывезу Вас в город на своей машине, дальше уж Вы сами, я только привлеку к Вам внимание.

– Спасибо, Арнольд, спасибо... – у Мэгги на глаза навернулись слезы. – Но я не могу так сразу... Мне нужно собраться, перебрать вещи... Я уж поеду сама, доеду до трассы, а дальше автостопом...

– Ну хорошо, как знаете, – согласился Вестон. – Возможно, за моей машиной уже следят. Но помните: сегодня же вечером! И не берите с собой старые вещи, файлы с компьютера и всё, что может Вас выдать как Мэгги Флорет, если в Ваших вещах и файлах будет копаться профессионал. Только самое необходимое! А лучше всего вообще всё уничтожить на кристалле и одежду оставить здесь.

– Я так благодарна Вам, – глаза Мэгги снова повлажнели. – Могу я что-то сделать для Вас?

– Можете, если последуете моим советам, – жестко молвил Вестон. – Помогая Вам, я рискую своей жизнью... Однако у нас есть еще полчаса... Может, Вы еще что-то вспомните о проекте?..

IV

– Видите ли, – степенно продолжал Вестон. – Всё это не вполне правдоподобно. Ну невозможно же уничтожить хотя бы миллиард человек незаметно! А остальные тогда всполошатся... И первая же парламентская комиссия поставит крест на этом проекте.

– Да, я Вас понимаю, – кивнула Мэгги. – Но я еще не всё Вам рассказала...

Она встала, взяла из серванта флэшку и протянула ее Вестону.

– Держите, Арнольд... Здесь те расчеты переселения в Элизиум, о которых я говорила... Эдвард скачал их с экрана и принес домой. Я как раз думала, кому их передать. Кроме Вас, больше некому... А брать их с собой я боюсь...

– Это правильно, – одобрительно молвил Вестон. – Это уже что-то, а не пустые слухи... Может, Эдвард еще что-то говорил?

– Говорил, – нехотя призналась Мэгги. – Я думаю, Вы ничего не слышали о проекте «Шеол»?

Вестон молча пожал плечами.

– Это весьма секретный проект, – тихо прошептала Мэгги. – Эдварду его показали, но даже не дали возможности ознакомиться наедине и тем более как-то скачать... Проект «Элизиум» – это лишь одна сторона медали... А другая сторона – проект «Шеол»... Так называется обитель мёртвых в иудаизме... Суть этого проекта в том, что уже в ближайшее время на Земле искусственно будет создана аварийная обстановка. Это, во-первых, разные стихийные бедствия (землетрясения, цунами, извержения вулканов)... Всё это будет сделано искусственно. Во-вторых, разные техногенные катастрофы, якобы спровоцированные стихией и разрушающие всю экономику планеты... В-третьих, всевозможные пандемии и прочие болезни, со смертельным исходом... Люди будут в панике искать спасения... Эта паника будет лишь раздуваться средствами массовой информации, это в-четвертых. Вот тогда и будет объявлено о проекте «Элизиум». Средства массовой информации разрекламируют этот Элизиум как Землю обетованную, и люди ринутся туда толпами, не разбираясь в последствиях... Не будет никаких парламентских комиссий, на волне паники переселение пройдет на ура... Кроме правительственных терминалов, будет создана масса частных, это будет просто ловушка для тех, кто хочет переселиться побыстрее, хотя бы и за деньги... Потом-то, конечно, выяснится, что переселились далеко не все. Но истинный масштаб уничтоженных миллиардов людей будет мало кому известен. Те, кто спасется, не будет расположен копать под тех, кто спас им жизнь... Ну представьте себе сами, Арнольд: судно терпит крушение; капитан спасает только избранных; и что, они будут пенять ему за то, что он не смог спасти остальных? Нет, они будут благодарны ему за то, что он спас именно их за счет других...

Мэгги перевела дух. Вестон слушал ее с доброжелательным вниманием, и она окончательно прониклась к нему доверием.

– Нет, конечно, будут признаны какие-то ошибки, недоработки проекта и даже злоупотребления при переселении, но всё свалят на отобранных козлов отпущения и объяснят аварийной ситуацией, спешкой и паникой при переселении в Элизиум... – продолжала Мэгги. – Люди легко смиряются с несчастьями других, если их самих эти несчастья миновали... Где-то как-то так...

– Да, Мэгги, если всё это так, то Вы слишком много знаете для того, чтобы жить... Слишком много... А Вы не знаете, Вашему другу удалось хоть с кем-то связаться, соединить свои усилия? – спросил Вестон.

– Нет, не знаю, – покачала головой Мэгги. – Но он сказал, что есть такой человек... Избранный... Он собирается организовать движение Сопротивления этому проекту... Какой-то Ханивхар...

– Вот как? Избранный... – скептически хмыкнул Алекс. – И кто же его избрал? Когда и куда?

– Не смейтесь, Арнольд, – насупилась Мэгги. – Это Избранный, понимаете?.. У него Миссия Высших Сил... Эдвард как раз хотел связаться с ним, но не успел...

– Ну хорошо, – вздохнул Вестон. – Но у Вас-то нет прикрытия Высших Сил. Поэтому Вам надо исчезнуть немедленно, еще до вечера, если хотите жить... Я не могу Вас сопровождать, за мной будут следить, я выдам Вас своим присутствием, поэтому я ухожу. У Вас есть часа два на сборы, и не более. Добираться автостопом в темноте будет сложно.

Покинув Мэгги, Вестон решил прогуляться, поразмыслить.

Ну что же, подумал Алекс, теперь ясно, почему меня хотели убрать. Сама по себе авария на «Тезауросе» – это еще не повод для убийства, он ведь и сам отошел от дел, и рапорт уже написал. То, что он узнал о проекте «Элизиум», это само по себе не опасно. Да, проект секретный, но ведь это план спасения человечества... А вот в своей совокупности... Сфабрикованные бедствия, чтобы загнать людей как скот в созданный для них загон... Волею случая Вестон оказался в недозволенной близости к проекту «Шеол», вот почему приказали его устранить... Забавно, однако. Картер воображает себя Моисеем, которому поручено вывести человечество на Землю обетованную... Но после этого он окажется лишним свидетелем, руки которого будут по локоть в крови... Свидетели ликвидации человечества (а уж тем более исполнители) будут не нужны в Раю, и Картера просто уберут за ненадобностью, чтобы не порочил Светлое Будущее своим участием в тёмном фундаменте этого Рая... Мавр сделал своё дело, мавр должен уйти. Но этот самовлюбленный дурак так и не поймет, что он обречен, и будет до конца служить своим хозяевам, которые по окончании всех грязных работ первым делом ликвидируют таких замаранных грязью и кровью слуг, как он...

Тем временем Мэгги Флорет перебирала свои вещи. Когда она переезжала сюда, то, как ни спешила, успела собрать всё, что хотела. И вот теперь, по словам Арнольда, ей нужно уничтожить или просто оставить всё то, что связано с ее прежней жизнью... Умом Мэгги понимала, что Арнольд прав и что он хочет как лучше. Но когда она стала перебирать свои старые фотографии, сувениры и прочие столь милые сердцу пустячки, защемило сердце и на глаза нахлынули слезы... На эту ностальгию ушло больше часа. А когда она, разрывая сердце, стала уничтожать все файлы на компьютере, перечитывая старые записи и просматривая старые картинки... В общем, Мэгги возилась больше трех часов, и уже стемнело.

Уезжать автостопом в темноте ей не хотелось. Мало ли что может случиться на трассе... Мэгги прикинула, что безопаснее будет выбираться отсюда утром. К тому же... Она не сказала Арнольду, что здесь в больнице лежит ее старенькая мама, и просто исчезнуть, даже не попрощавшись, будет нехорошо, мама будет волноваться. И Мэгги отложила отъезд на завтра...

На следующее утро Мэгги, всплакнув, попрощалась со своим домом и поехала в больницу к восьми часам утра. Но там как раз был завтрак, и ее не пустили внутрь. Вздохнув, Мэгги стала ждать... Через полчаса ее опять отказались пускать в палату, под предлогом обхода больных. Но Мэгги все же проскользнула в больницу, надев халат. Уже в палате она поняла, что совершила глупость, поскольку мать сильно разволновалась, когда узнала, что ее дочь вынуждена бежать неизвестно куда и непонятно зачем. Объяснить ей всё Мэгги не могла, и попросту поспешно попрощалась, прервав разговор и оставив мать в состоянии сильных переживаний. Вся в слезах, Мэгги выскочила на улицу и увидела, что от ее машины метнулся куда-то в тень какой-то силуэт... Но дверца машины была исправна и закрыта, автомобиль выглядел неповрежденным; Мэгги надеялась выехать на загородную трассу и, бросив машину, добираться дальше на попутном транспорте, часто меняя его. Даже если к ее машине и прикрепили маячок, проку от него будет мало.

Мэгги села в машину, закрыла дверцу, осмотрелась. Всё было тихо и спокойно. Мэгги повернула ключ, и тут же громыхнул взрыв, объявший пламенем всю машину... Вестон в это время докладывал Картеру, что обнаружил Мэгги Флорет, вступил с ней в контакт и намерен сегодня вечером заняться ею вплотную. Картер выслушал его довольно рассеянно...

V

– ...К сожалению, я так и не успел разобраться с Мэгги Флорет, ее кто-то взорвал в машине, – закончил свой доклад Вестон. – А уже вечером и ее мать внезапно умерла в больнице, хотя ее здоровье не внушало врачам опасений. Возможно, она переволновалась, узнав о смерти дочери... Или по другой причине...

– Ну хорошо, Вестон, Вы славно поработали, – удовлетворенно молвил Картер. – Вы всё-таки нашли эту Флорет... Она успела вам что-то поведать?

– Нет, – вздохнул Алекс. – Я только установил с ней хороший контакт, но так и не успел разговорить ее.

– С ней разобрались другие, – сказал Картер. – Вы ведь сами не очень-то хотели заняться этим... А для Вас у меня другое задание...

Картер отпил кофе из чашки. Вестон сделал то же.

– Видите ли, Алекс, – внушительно продолжил Картер. – Вы же понимаете, что проект «Элизиум» – это квинтэссенция современной биокибернетики... Мы курируем проект, но его идеи принадлежат не нам и даже не корпорации «Теллура», которая лишь финансирует проект. Идеи же исходят из Кремниевой долины, из Национальной Лаборатории Биокибернетики имени Винера. У них недостаточно ресурсов для построения Элизия в планетарном масштабе, поэтому техническую реализацию этой идеи перехватила «Теллура». Однако некоторые принципиальные разработки еще ведет эта лаборатория, с ней у нас были рабочие отношения... Но вот в последнее время они повели самостоятельную политику и не хотят делиться с нами своими новейшими разработками, которые крайне необходимы для завершения проекта «Элизиум»... Вам предлагается устроиться в эту Лабораторию и раздобыть кое-какие сведения. Не нужно никого убивать; это акция межведомственного технического шпионажа.

– Но я не смыслю в биокибернетике, – смущенно молвил Алекс, допивая кофе. – Если даже мне удастся туда проникнуть, что ценного я смогу там найти? Фигурально говоря, я не отличу золота от свинца...

– Я дам подсказку, – ободряюще молвил Картер. – Вам нужно будет проникнуть на главный сервер этой Лаборатории и скачать метакоды. Не заморачивайтесь, что это значит. Просто найдите в архиве папку с таким названием и скачайте ее, а уж мы тут отдадим эти данные нашим специалистам. Эта папка может иметь и другое название: суперкоды, управляющие функции или что-то в этом роде, тут уж разберётесь сами на месте, но я не думаю, что эти данные будут специально скрыты, ведь по ним ведется активная работа. Возможно, будет несколько таких папок, разные версии, скачайте их все... Ну и сверхзадача: узнать, что они против нас замышляют и почему перестали давать информацию? У них что, появился свой альтернативный проект или новый канал финансирования?.. Как видите, для выполнения этого задания нужен именно агент высшей квалификации, такой, как Вы, а не узкий специалист. На выполнение операции Вам дается месяц. Если не справитесь, сможете вернуться к своему Флетчеру, а мы поручим дело другим людям. Если же достигнете успеха – получите постоянный пропуск в Элизиум, чин майора и алмазный жетон. Хорошо, если сможете закрепиться там в Лаборатории; будете нашим агентом.

– Понятно, – молвил Вестон. – Ну что же, я возьмусь, хотя и не гарантирую успеха... Какие средства будут мне предоставлены? Есть ли там другие агенты, на помощь которых я мог бы рассчитывать?

– Нет, – ответил Картер после небольшой паузы, и Вестон понял, что есть. – Через неделю жду Вас здесь с планом операции... Тогда и поговорим о средствах... Во всяком случае, денег на подкуп у Вас будет достаточно. А в качестве поощрительного бонуса я даю Вам в помощь агента Эмму. Она в курсе дела и охотно взялась Вам помочь; она уже ждет Вас в холле.

Очаровательная красотка сразу бросилась на шею Вестону и расцеловала его, не стесняясь окружающих. Она была в коротеньком небесно-голубом платьице и походила на златовласого ангела.

– Я так рада, что нам предстоит долгая работа вместе, – нежно прощебетала она.

– С таким ангелом, как ты, я и сам в Раю, – счастливо молвил Алекс. – Никакого Элизия не нужно...

Его сердце трепетало в груди от счастья. Алекс и не подозревал, что еще способен так страстно влюбляться...

Закупив еды, парочка отправилась на квартиру Эммы; в свою берлогу Алекс не решился приглашать свою прекрасную даму, там еще нужно было навести порядок. Однако Эмма и не напрашивалась в гости; напротив, она уже приготовила свою квартиру ко встрече и празднично украсила ее. На стенах и шторах висела блестящая мишура, как на Рождество, в проемах светились яркие гирлянды... В холодильнике уже было заготовлено несколько салатов, стол уже был убран красивой блестящей скатертью... Эмма готовилась к их встрече долго и тщательно. Э, да она всю жизнь может превратить в праздник, подумал Вестон. Повезло же мне, когда я уже и надеяться перестал... Это девушка моей мечты... Или даже женщина моих грёз.

Эмма накрыла на стол холодные закуски и включила приятную обволакивающую музыку, Алекс пожарил мясо, и оба уселись за стол. Вестон поднял тост за прелестного ангела... После ужина Эмма сходила в душ и вышла оттуда в полупрозрачном красном пеньюаре, вся пахнущая каким-то дорогим ароматным парфюмом... У Алекса просто поплыла крыша... Он уже давно не чувствовал себя таким счастливым, если только вообще испытывал хоть раз такое счастье... Эмма притушила свет...

Ночь прошла в долгих нежных страстных ласках, с перерывом на ночной перекус... Эмма стонала от невыразимого блаженства... Уже к утру Алекс, набравшись смелости, молвил:

– А знаешь, милая, я хотел тебе сказать... точнее, предложить...

– Знаю, милый, – нежно проворковала Эмма. – Но мне нужно подумать... Ты сначала определись, будешь ли работать с Картером, а тогда и посмотрим насчет нас с тобой...

И она страстно поцеловала Алекса в губы, затыкая ему рот...

На следующий день они спали до полудня, потом еще немного помиловались, и лишь к вечеру поговорили о делах. Эмма поведала о своих делегациях, сообщила, что всё прошло хорошо, заказчики остались довольны проделанной работой и тем, что им показали.

– Теперь сервера и терминалы перемещения в Элизиум начнут строить в больших количествах, – радостно сообщила она. – Проект переходит в стадию практического воплощения. Осталось получить одобрение сената.

– Тебя там не лапали заказчики? – ревниво спросил Вестон.

– Так, немного, – игриво улыбнулась Эмма. – Даже замуж звали. Но потом быстро забывали, оказавшись в объятиях проституток... Картер с толком их подобрал, своё дело они знают... Презентация Элизия прошла на высшем уровне... А ты-то чем занимался?

Вестон рассказал, как нашел Мэгги Флорет и как ее убили почти у него на глазах... Конечно, он не стал посвящать Эмму в то, что ему успела поведать Мэгги. Он придерживался профессионального правила: не сообщать агентам ничего сверх того, что им было нужно для выполнения задания. С друзьями еще можно было поделиться кое-чем и обсудить кое-что, но с женщинами – ни в коем случае, они слишком болтливы. Некоторые офицеры погорели на том, что их любовницы выболтали кому не следует (из мести или по глупости) то, что им доверили их любовники. Вестон прекрасно понимал, что красотку Эмму к нему подложил Картер, чтобы она приглядывала за ним, и что она (при всей своей любви к нему, реальной или играной) непременно передаст Картеру всё, что он, Алекс, ей доверит, и даже не будет считать это предательством. Работа есть работа, Эмме надо делать карьеру, а за любовь ей денег не платят. И вообще: люби женщин, но не давайся им в обман; делай им только добро, но не позволяй им делать зло тебе за это.

VI

Через неделю Вестон докладывал Картеру о результатах работы:

– Мы с Эммой тщательно изучили материалы по Винеровской Лаборатории Биокибернетики, которые только удалось найти. Нам известна общая структура лаборатории, ее начальники и все такое. Эмме даже удалось устроиться туда уборщицей. Работа, конечно, непрестижная, о зарплате и говорить нечего, хотя с анкетами ее там мурыжили несколько дней. Однако она в конце рабочего дня удачно показалась в сексапильном коротком платье одному топ-менеджеру лаборатории, кандидатуру которого мы с ней отобрали заранее, с учетом его возраста, эротических симпатий и семейного статуса. Он сразу загорелся и взял ее второй секретаршей, выбив для нее ставку. Теперь у нее и зарплата выше, и есть выход к важным документам; остается только задом вертеть, но не отдаваться.

– Ну, вы молодцы! – одобрительно крякнул Картер, сверкнув глазами. – Не зря я свел Вас с Эммой! Но Вы ведь определили ее туда по подложным документам, не раскрывая ее как нашего агента?

– Разумеется, – молвил Вестон. – Раз у них возникли какие-то непонятки с вами, то с агентами нашего Управления там, конечно, связываться не стали бы. Но мы придумали Эмме новую биографию, подготовили все документы... Я сам этим занимался, и у меня всё получилось, они там так и не смогли ее раскусить, хотя и мурыжили ее анкеты. Возможно, ее фото и прогоняли по базе данных офицеров нашего Управления, но ведь она-то еще не офицер.

– Молодец, Вестон! – снова сверкнул глазами Картер. – Именно такие люди, как Вы, мне и нужны! Ньюмен был исполнительный малый, но немного туповат... Так, значит, поиском метакодов будет заниматься Эмма?

– Вот этого не хотелось бы, – поморщился Вестон. – Ей будет и трудно, и опасно заниматься этим. Секреты там хранят надежно, на столах документы не бросают и экраны мониторов кому попало не показывают. У них есть своя собственная служба безопасности, ее возглавляет Стив Макферсон, раньше он работал майором в нашем Управлении. Я с ним лично не знаком, но знаю его как толкового и дельного офицера. Мне нужно самому устроиться туда на работу. Эмма похлопочет за меня перед своим патроном.

Картер покачал головой.

– Вас раскусят, Вестон, и очень скоро, никакие документы Вам не помогут.

– Да, Макферсон меня быстро идентифицирует, как засланного шпиона нашего Управления, – согласился Вестон. – Но есть другой вариант: вообще не маскироваться. Вы меня тут уволите якобы со скандалом, а Эмма отрекомендует меня там как несправедливо обиженного. Макферсон сам был вынужден уйти из Управления из-за того, что слишком глубоко влез в тёмное дело, которое хотели замять, вот его и турнули. Он отнесётся ко мне сочувственно.

– Отлично, Вестон, отлично! – воскликнул Картер в восторге. – И как это Флетчер держал Вас всего лишь капитаном? Должно быть, боялся, что Вы его подсидите... Но я этого не боюсь! Принимайтесь за дело, Алекс, и если всё получится, я потом возьму Вас к себе заместителем по оперативной работе. Вот только уволить Вас сейчас я не могу: Вы не в моём отделе. Обратитесь к Флетчеру, я с ним поговорю, и мы как-нибудь уволим Вас якобы со скандалом, но так, чтобы потом можно было взять Вас обратно, когда Ваша работа в Лаборатории Биокибернетики будет завершена.

Разговора с Флетчером Вестон ждал в его приемной довольно долго. Сначала он подумал было, что старина Рональд обижен на него за то, что он не явился к генералу с докладом раньше. Но ведь Флетчер должен понимать, что здесь, в стенах Управления, люди Картера бдительно следили за Вестоном, и только теперь появился повод спокойно зайти к Флетчеру. Но потом Вестон сообразил, что генерал просто отложил беседу с ним на конец рабочего дня, чтобы поговорить спокойно и не торопясь...

Когда Вестон вошел в кабинет Флетчера, тот приветливо ему улыбнулся и указал на кресло:

– Садитесь, Алекс, я уже закончил все дела, и мы теперь можем поговорить обстоятельно... Картер просил меня уволить Вас, якобы это нужно для работы. Растолкуйте мне сами, почему это я должен отказываться от услуг своего лучшего офицера...

Секретарша принесла кофе, лимон, круассаны с конфетами, и Алекс понял, что генерал действительно настроен на долгую беседу. И Вестон рассказал ему всё... Некоторое время Флетчер молчал, явно удрученный всем услышанным... Наконец он произнес:

– Да, я слышал о проекте «Элизиум»... Речь шла о переселении всего человечества в виртуальный мир, но в сугубо добровольном порядке; кто не захочет, сможет остаться в своем биологическом виде, нагрузка на земную экономику всё равно сильно ослабнет... Именно так это будет обсуждаться в сенате... А вот то, что людей в Элизиум будут загонять принудительно, устраивая катастрофы и эпидемии, об этом я слышу впервые... Но должен признать, что в эту схему хорошо укладываются многие странные факты, которые стали мне известны в последнее время, в силу моего служебного положения... Взять хотя бы Ваше «амурное» дело на Тезауросе... О проекте «Шеол» я вообще не слыхал... Скажите, Вестон, а эта Мэгги Флорет... она производила впечатление нормального человека? Не могу же я принимать всерьез ее домыслы без доказательств...

– Доказательства есть, – сказал Вестон и протянул генералу флэшку. – Вот все расчеты по переселению в Элизиум, о которых я говорил. И обратите внимание, сэр: это не просто файл, созданный в текстовом редакторе. Это скриншот скана, со всеми штампами, подписями и печатями, содержащий ссылки на разные документы, инвентарные номера которых приведены в списке источников. Это идентичная копия, все ссылки можно найти в архиве, на «алмазном» уровне допуска.

Генерал с ужасом смотрел на флэшку, боясь прикоснуться к ней.

– Скажите, Вестон, а это Ваша флэшка? – спросил Флетчер с наивным видом. – Я должен буду вернуть ее Вам?

Генерала, конечно, интересовала не флэшка; он хотел окольно выяснить, не осталось ли у Вестона копии этих материалов.

– Нет, ее мне дала Мэгги Флорет, – ответил Вестон с туповато-важным видом. – Думаю, это флэшка ее друга, сенатора Эдварда Найта; она стандартного образца, такие выдают госслужащим. Впрочем, это легко установить по ее номеру. Можете оставить ее себе, сэр.

Вестон промолчал, что скопировал себе всю флэшку, и не один раз, но подтёр ее реестр, так что установить факт скачивания будет невозможно.

Некоторое время Флетчер сидел молча, глядя пустыми глазами перед собой. Потом вздохнул, прошелся по комнате, подошел к окну и снова сел в кресло... Наконец он произнес:

– Если всё это правда, то в правительстве должны знать об этом плане. Провернуть его мимо правительственных чиновников просто невозможно... Проект «Шеол» наверняка имеет надежную крышу... Видимо, всё правительство входит в «Бриллиантовый миллион», они не станут оказывать противодействие; в лучшем случае сделают вид, что ничего не знали о проекте «Шеол»... Вряд ли я смогу хоть что-то сделать. Если даже сенатор Найт не добился успеха...

Флетчер забарабанил пальцами по столу.

– Ладно, Вестон, примем план генерала Картера. Вы проникнете в Винеровскую лабораторию и посмотрите, чем они там занимаются и кто за ними стоит; надо знать расстановку сил. А я провентилирую вопрос в высших сферах, поищу союзников. Тогда и будем думать, что делать и как противодействовать этому чудовищному плану наших аллигархов... Надо будет копнуть все источники из вашей флэшки... Вы не скачали ее себе?

– Я не получал от Вас такого указания, – невозмутимо ответил Вестон, бесстрастно глядя в глаза генералу.

– А Ваша подруга... Эмма Эйнджел... в курсе проекта «Шеол»?

– Думаю, нет, у нее не имеется допуска такого уровня... А мы с ней это не обсуждали.

VII

Стив Макферсон был коренастым крепышом с большой головой и уже седеющими короткими волосами. Он внимательно смотрел на сидящего перед ним Вестона, которого заочно знал и раньше, а вот теперь принимал на работу.

– Скажите, Алекс, за что Вас уволили из Управления? По нашим сведениям, Вы устроили дебош начальнику станции Фергюсону из-за своей любовницы, а потом еще и похитили ее, угнав катер... Нам бы не хотелось брать на работу неуравновешенного человека...

– Чушь, сплетни, – вяло отозвался Вестон. – Даже в приказе о моем увольнении сказано: «за несоблюдение субординации». Но и это неправда. Правда в том, что Фергюсон стал проворачивать на «Тезауросе» тёмные махинации; мой помощник обнаружил их, и его убили. А когда я стал разматывать это дело, Фергюсон перекрыл мне связь с Управлением, и я вынужден был использовать катер, чтобы вернуться на Землю. Ну а барменша... Ее я прихватил, чтобы спасти от его мести: она слишком много знала.

– Вот как? – сочувственно переспросил Макферсон. – Значит, убийство Роберта Янга связано с Вашим делом?

Ого, да он в курсе, подумал Вестон.

– Это и есть одно дело, – ответил Вестон. – Кстати, со мной еще и техник Лоуренс удрал оттуда, его заставили подписать липовую экспертизу об испорченном рекордере на скафандре Янга. А уже здесь его услали подальше. В общем, дело замяли.

Ранее Вестон обещал Флетчеру помалкивать обо всём этом, но на последней встрече они договорились, что Алекс может слить часть информации Макферсону, если это будет необходимо.

– Ну хорошо, Вестон, – молвил Стив. – Я даю Вам добро. Хотя местное начальство и было против... Я хотел взять Вас в службу безопасности, но не получил разрешения на это. Пока поработаете простым охранником, а позднее я всё же возьму Вас к себе. Такие опытные специалисты нам нужны. Согласны?

– Я сейчас на мели, выбирать не приходится, – пожал плечами Вестон.

Макферсон вызвал начальника охраны лаборатории Тафа и поручил ему показать Вестону систему охраны объекта. Барни Таф был атлетически сложенным гигантом со свирепой рожей. Он сразу отнесся к Алексу с неприязнью; видимо, побаивался, что Вестон займет его место. Алекс изучил устройство здания, систему охраны, расположение камер видеонаблюдения, образцы пропусков. В конце дня Вестон получил форму, свой пропуск охранника и оружие; на следующий день он уже приступил к работе. Работа была простая, и Вестон стал примериваться, как подобраться к архиву данных, куда у охранников доступа не было. Компьютерная сеть лаборатории контролировалась службой безопасности; это был второй уровень защиты. В общем-то защита сети от взлома показалась Вестону не очень надежной, но он подозревал, что есть еще и третий уровень защиты, о котором он пока не знает.

На третий день работы случилось происшествие. Вестон, как младший охранник, дежурил в ночную смену со своим напарником, старшим охранником. Вся лаборатория просматривалась камерами видеонаблюдения, тем не менее в начале и в конце смены нужно было сделать личный обход здания. Для наведения контактов со своим коллегой Вестон всю ночь играл с ним в покер и немного проигрывал, поддаваясь; когда смена стала подходить к концу и пришло время сделать второй обход, напарник, разгоряченный своими победами, сказал:

– Забей! Давай доиграем!

– Нет, – возразил Алекс. – Ты уже давно здесь работаешь, а я всего лишь третий день, мне нужно создавать себе репутацию, я не могу манкировать своими обязанностями.

Проходя мимо архива, Вестон с удивлением заметил, что дверь туда открыта, и главный терминал включен; заходи и скачивай, что хочешь. Однако Алекс не стал спешить; он заподозрил подставу для себя, как нового охранника. Он тут же вызвал дежурку и сообщил о нарушении. Его напарник удивился и возразил, что на видеокамерах ничего не видно, ни открытой двери архива, ни самого Вестона.

– Ну значит, с камерой неполадки, – сказал Вестон. – Вызывай дежурного офицера безопасности, а я пока здесь посторожу.

Он не стал заходить внутрь, а терпеливо подождал, пока придет офицер, и лишь потом вернулся в дежурку. На следующий день Макферсон с удовлетворением поблагодарил Вестона за службу и сообщил ему о его повышении в старшие охранники; Алекс получил доступ к дверным ключам и камерам наблюдения. Вот теперь можно было готовить проникновение в архив.

Вечером Вестон сообщил Эмме о своих успехах. Они жили вместе, снимая уютную квартиру. По вечерам обменивались своими новостями, а ночью занимались любовью; время летело незаметно и сладко, как медовый месяц. Сама Эмма так и не получила доступ к документации, так что рассчитывать им приходилось лишь на удачу Вестона. Эмма порадовалась за Алекса, но с тревогой сообщила, что Картер их торопит, отведенный им месяц истекает (связь с Картером была через нее, за Эммой меньше следили).

– Скажи этому болвану, чтобы не подгонял нас, – нахмурился Алекс. – Мы хорошо устроились, но не должны торопиться, нас пока наверняка проверяют.

Через несколько дней произошло еще одно занятное событие. Завтракал Вестон дома (легко и на бегу), ужинал основательно, вместе с Эммой, а обедал в лабораторном кафе, как и многие другие сотрудники Винеровской лаборатории. Обедал Вестон легко, лишь бы чего-нибудь перехватить. Обеденные застолья не поощрялись, официанток не было, сотрудники подходили к линии раздачи и сами набирали в свои подносы еду, а потом расплачивались в конце. И вот однажды вместе с Алексом к раздаче подошла высокая красивая брюнетка. Вестон галантно пропустил ее перед собой, хотя подошел немного раньше; лучший способ спокойно рассмотреть красотку – это пропустить ее вперед. А посмотреть было на что. Эта девушка представляла собой смешение всех основных рас, и от каждой расы она взяла самое лучшее. От афроамериканок красотка унаследовала длиннющие стройные крепкие ноги, массивные бедра, плотные широкие ягодицы и большую крепкую грудь идеальной формы, а также выпуклые четко очерченные полные губы, от монголоидной расы – красивые миндалевидные глаза и густые длинные прямые черные волосы; в то же время у девушки был европейский овал лица и прямой тонкий нос, а также длинные густые ресницы и огненные чёрные глаза, не оторваться... Эту метиску-мулатку немного портил лишь слишком смуглый цвет кожи; ну что же, красоты не бывает слишком много... Алекс и раньше видел эту афро-евро-азиатку в кафе пару раз и, конечно, обратил на нее внимание (все обращали), но вот теперь он оказался рядом с ней. Пока Вестон разглядывал ее сбоку и со спины, набирая себе в поднос что попало, они дошли до кассы, и тут выяснилось, что девушка забыла банковскую карточку. Она стала просить у кассирши отпустить ей в долг, а кассирша стала ворчать, что уже пробила чек и что их проверяют, а чтобы сбросить чек, нужно идти за ключом к старшей.

– Не проблема, – вмешался Вестон. – Возьмите мою карточку.

Девушка благодарно сверкнула ему огнем своих глаз и, отойдя от кассы, взглядом предложила присесть к ней за столик. Понятно, Вестон не стал отказываться.

VIII

– Меня зовут Линда Брайт, – представилась красотка. – Я очень благодарна Вам, что вывели меня из затруднительного положения. Завтра же я верну Вам деньги, оплатив Ваш обед.

– Пустяки, – великодушно ответил Вестон. – Я был рад оказать Вам эту небольшую любезность, и буду еще более рад отобедать с Вами завтра; денег можете не возвращать.

– Нет-нет, – жестко возразила девушка. – Мы не на свидании и не в ресторане, мы просто коллеги, и деньги я Вам верну.

– Это пустяки, – пожал плечами Вестон. – Но если Вам это так важно, то я не хочу ставить Вас в неловкое положение; будет, как скажете. Кстати, позвольте представиться: Алекс Вестон, старший охранник, работаю тут без году неделю.

Завязался непринужденный разговор. По ходу Линда сообщила, что тоже работает здесь недавно; ее устроили в архив. Она выразила вежливое недоумение: не слишком ли Вестон интеллигентен для простого охранника?..

– Ну да, – поморщился Вестон. – Еще недавно я был офицером безопасности. Но вынужден был уйти... Спросите у Макферсона, как это бывает...

После обеда они немного прогулялись по лабораторному парку и договорились встретиться завтра в это же время в кафе.

– Я вижу, ты делаешь успехи у женской половины здешних мест, – ревниво заметила Эмма, когда Алекс велел ей передать Картеру, что вышел на сотрудницу архива. – Между прочим, я тоже пользуюсь успехом у местных мужчин; я многим понравилась тут.

– Не удивительно, милая, ты здесь самая красивая, – улыбнулся Алекс, нежно целуя Эмму. – Я предпочитаю белых женщин... А от этой Линды так несет пряными духами... Должно быть, африканские корни придают ей повышенную потливость... Но согласись, милая, это очень удачное знакомство.

– Ну еще бы! – буркнула Эмма. – Какое невероятное стечение обстоятельств! Оказаться рядом с такой красоткой именно тогда, когда у нее не оказалось карточки под рукой! Признайся, ты просто караулил ее у линии раздачи!

– Да нет же! – возразил Алекс. – Для удачи это действительно невероятное стечение обстоятельств, а вот для подставы – вполне вероятное. Полагаю, это Макферсон поручил ей познакомиться со мной; и, если я проявлю интерес к архиву, она меня сдаст.

– Ты думаешь, тебя в чем-то подозревают? – встревожилась Эмма.

– Да нет, просто проверяют, – вздохнул Вестон. – И это вполне разумно... Позднее мы, конечно, используем это знакомство, но пока я за Линдой типа приволокнусь, а ты уж не ревнуй и не мешай, но сейчас в архив я полезу не через нее, а сам.

К проникновению в архив Вестон готовился. Однажды ночью, когда его напарник ходил в туалет, Алекс влез в систему контроля над камерами наблюдения и «заморозил» изображение на камерах, расположенных возле архива и электрощита. При обходе Вестон отключил электричество в архиве, чтобы вырубить все системы наблюдения, зашел в комнату архива и прикрепил к пожарной сигнализации на потолке возле терминала мини-видеокамеру, чтобы фиксировать все коды входа, вводимые с клавиатуры. Эту операцию Вестон провернул быстро и четко. Во время очередного ночного дежурства Алекс таким же образом изъял видеокамеру; теперь он знал основные коды доступа к архиву; оставалось надеяться, что кратковременное отключение электричества в архиве не было замечено или не вызвало подозрений. Чтобы обезопасить себя, Вестон для видимости повредил проводку в электрическом щите, открыть который не составляло для него проблемы. На следующий день Алекс обнаружил, что щитом занялись электрики. Это был плохой признак; значит, отключение электричества в архиве всё же было зафиксировано...

Вестон сообщил Эмме (для Картера), что узнал коды для входа в архив, но нужно еще время, чтобы лучше изучить сигнализацию. Однако на следующий день Эмма передала ему категорический приказ Картера: залезть в архив и скачать всё, что можно.

– Объясни этому долбогрёбу, что так можно завалить дело, – раздраженно возразил Вестон. – Там имеется еще какая-то система сигнализации, по линии службы безопасности, о которой не знают даже охранники. Я уж не говорю о внутренней безопасности сети. К тому же за нами еще наверняка следят, проверяют. Мы хорошо здесь устроились, и контакт с Линдой Брайт довольно многообещающий. Нам нужно еще немного вжиться, и потом мы будем бесперебойно качать отсюда информацию. Вот когда Макферсон возьмет меня к себе в службу безопасности, мы и начнем активно работать.

– Нет, милый, – с сожалением возразила Эмма. – Всё это я уже и пыталась объяснить Картеру, но он уперся. Дескать, прошел месяц, который я вам отвел, давайте результаты. Если их не будет, то он передаст дело другим, а нас... – Эмма всхлипнула. – Я думаю, он нас просто ликвидирует... Он не переносит, когда не выполняют его приказы в указанное им время...

– О господи! – воскликнул Вестон. – Ну что за кретин! Разве он не понимает, что новым людям потребуется больше времени, чем нам с тобой? И как такой идиот стал таким большим начальником?

Эмма вздохнула.

– Ричард говорил, что Картер и сделал себе карьеру тем, что беспрекословно выполнял все поручения руководства, и этого же требует от своих подчиненных... Кажется, он озабочен не столько тем, чтобы мы выполнили свое задание, сколько тем, чтобы на нашем примере дать урок остальным подчиненным и внушить им страх перед невыполнением его приказов... Так что на первом же своем ночном дежурстве ты должен проникнуть в архив, это его приказ, который он уже не отменит... Только это может нас спасти...

– Ладно, Эмма, – вздохнул Вестон. – Если бы я работал здесь один, то послал бы его в известное место... Но я не хочу подставлять тебя под гнев этого долболома. Завтра ночью я дежурю. Передай Картеру, что я попытаюсь, а сама исчезни из квартиры и оставь здесь свой айфон. Я сам найду тебя по резервной линии связи, если всё получится, а если меня возьмут с поличным – то заподозрят и тебя, ведь это ты составила мне здесь протекцию в трудоустройстве. Тогда спасайся как можешь, сама решай, искать ли тебе убежище у Картера или наоборот, скрыться от него куда подальше.

IX

В ночь дежурства всё складывалось удачно. Напарник Вестона, младший охранник, отпросился с дежурства в связи с заболеванием жены. Вестон поворчал для порядка, но отпустил его и пообещал прикрыть. Как хорошо всё складывается! Даже слишком хорошо... Подозрительно хорошо... Вестон вздохнул и начал действовать. Он опять ««заморозил» изображение на камере возле архива и пошел туда сам, оставив пост. В случае проверки это грозило увольнением.

Алекс прошел к архиву и на электрическом щите отключил верхний свет в архиве, чтобы отключить сигнализацию, которая могла быть там подключена. Полностью обесточить архив он не мог, ведь нужно было включать компьютер. Оставалось зыбко надеяться, что к розеткам сигнализация не подключена. Пройдясь возле архива и не увидев ничего подозрительного, Алекс сунул ключ-карту в дверной блок архива и вошел внутрь. Но едва он прошел несколько шагов, как ярко вспыхнул верхний свет.

В кресле возле компьютера сидел Стив Макферсон, направив на Вестона пистолет, а по бокам от Алекса стояло четыре охранника, с Барни Тафом во главе и с автоматами наперевес. «Сlusterfuck», – подумал Вестон.

– Бросьте оружие, – холодно распорядился Макферсон.

Вестон молча повиновался и аккуратно положил на пол свой табельный пистолет охранника; Таф тут же откинул его ногой. Еще пара пистолетов, снятых с предохранителя, была у Вестона под курткой, их Алекс отдавать не собирался. Если начнут обыскивать, начну стрельбу, подумал он. Можно упасть на пол, откатиться и выстрелить сразу в двух охранников; пока остальные очухаются, можно будет уделать их тоже. Правда, Макферсон тоже успеет выстрелить, но сдаваться живым Вестон не собирался. Он повел глазами, прикидывая, куда лучше откатиться и за что укрыться. Этот взгляд не укрылся от Макферсона, и тот понял его значение.

– Послушайте, Алекс, – молвил Стив. – Я всегда уважал Вас как хорошего профессионала. И сейчас я обращаюсь к Вам как офицер к офицеру. Ваша карта бита, и у Вас есть два пути отсюда. Первый путь – это хороший. Вы рассказываете нам, что Вам тут нужно, кто Вас послал и зачем, и тогда мы отпускаем Вас живым; даю слово офицера. Второй путь плохой. Мы выкачиваем из Вас информацию всеми способами, не Вас учить, как это делается, и Вы скажете нам всё... После этого Вас не то что в больнице, даже в морге не примут. Ну и Вашу подругу тоже придется расспросить... Если она окажется умнее Вас, то уйдет отсюда живой. Выбирайте.

– Ну что же, – молвил Вестон. – Я благодарен Вам, Стив, за возможность выбора. Естественно, я выбираю хороший путь. Нам есть о чём поговорить, как бывшим офицерам безопасности. Но есть два условия...

– Не тебе ставить здесь условия, скотина, – грубо рявкнул Таф и больно ударил Вестона дулом автомата в спину, но Стив остановил его движением руки.

– Первое условие, – невозмутимо продолжал Алекс. – Мы не можем говорить здесь, обстановка слишком нервная. Мы пройдем в буфет и поговорим там за кружкой пива, тет на тет. Разговор будет серьезный. Речь пойдет о вещах, о которых Вашим гориллам знать не положено, пусть подождут за дверью. И второе условие. Если разговор закончится продуктивно, а я уверен в этом, то Эмму Вы трогать не будете; она не должна знать о нашей встрече. Это если по-хорошему. А если по-плохому, то и меня вы живым не возьмете, и я кое-кого заберу с собой на тот свет. А Эмма всё равно знает слишком мало, вам от нее проку не будет.

Макферсон понял, что Вестон предлагает ему интересную игру. Ну что же, можно послушать, это интересно...

– Хорошо, – согласился Стив. – Пройдем в буфет. Только без фокусов, ладно?

– Слово офицера, – пообещал Вестон.

Макферсон выключил свет в архиве, запер дверь, и процессия двинулась в путь. Таф стал тыкать дулом автомата Вестону в спину, якобы подгоняя его, а в действительности со злобы.

– Стив, будь любезен, скажи этому Кинг-Конгу, чтобы не толкал меня, а то события пойдут по-плохому варианту, – спокойно сказал Вестон.

– Не трогайте его, – прикрикнул Макферсон на охранников. – Он не под арестом, мы идем на деловую встречу.

Они пришли в буфет. Макферсон пропустил Вестона первым и закрыл за собой дверь, оставив охранников снаружи и велев им стрелять на поражение, если Вестон выйдет без него. Потом сказал Алексу устраиваться, где удобно, а сам прошел к барной стойке, взял пару банок пива, разогрел в микроволновке хотдоги и принес все это за столик.

– А признайся, Алекс, у тебя где-то спрятано оружие, – молвил он, открывая свое пиво. – Угрожал перестрелкой, а сам что-то очень уж легко отдал пистолет.

– Предпочитаю свое оружие, – флегматично ответил Вестон и распахнул полы куртки, под которыми было два пистолета.

– Ого! – уважительно отозвался Макферсон. – Ладно, дружище, выкладывай, зачем пришел.

– Конечно, – сказал Вестон, открывая свое пиво. – Но ты всё же похвастайся, Стив, как ты меня расколол. Точнее, где я прокололся.

– Да, это забавно, – охотно откликнулся Макферсон. – Веришь ли, здесь даже поговорить о работе не с кем...

Он отхлебнул пива, закусил хот-догом и продолжил:

– Тебя здесь изначально не хотели брать, но я их уговорил. Я им пообещал сделать тебе основательную проверку... Сначала я открыл тебе дверь в архив, во время твоего дежурства... Но ты понял, что это подстава, да?

– Еще бы, – буркнул Вестон. – Я долго работал в Управлении...

– Потом я попросил знойную красотку Линду познакомиться с тобой и сказать тебе, что она работает в архиве... Но ты и на это не клюнул...

– Я отложил это на потом, – пояснил Вестон.

– И вот, когда я уже убедил всех в твоей лояльности и сам почти поверил в это, – продолжил Макферсон, жуя хот-дог, – в архиве вдруг кратковременно пропал свет. Это немного сбило меня с толку: ведь без электричества нельзя включить терминал. Мы подумали, что это случайный сбой. Но когда свет отключился снова... Мы починили щит, но закрались сомнения. Я посмотрел, кто дежурил оба раза, и узрел твою фамилию... Это была твоя работа, Алекс?

– Моя, – признался Вестон, доедая хот-дог. – Это я «заморозил» камеры над щитом и архивом, чтобы зайти в архив и установить там, а потом снять свою видеокамеру для считывания кодов.

– Напрасная работа, – заметил Макферсон. – Код еще не дает доступ в архив, нужно запросить у меня разрешение. Есть и еще один уровень контроля, на программном уровне, неведомый даже охранникам... Ты бы не смог сегодня проникнуть в архив, даже зная коды. Хотя внешние системы безопасности ты отключил, они питаются от проводки освещения, а не от розеток, это ты угадал... Итак, я тебя заподозрил. А потом стал более тщательно проверять твою Эмму, и обнаружил ее среди агентов Картера... Стало всё ясно, и я подстроил тебе еще одну ловушку, в которую ты и попался... Я оставил тебя одного на дежурстве... А ведь если бы ты не дернулся сегодня в архив, то я бы успокоился насчет тебя и взялся за Эмму...

– Да я и не хотел лезть сегодня в архив, – вздохнул Вестон. – Я же чувствовал, что еще не время. Но идиот Картер меня поторопил...

– Значит, ты признаешь, что работал на него? – торжествующе воскликнул Макферсон.

– И да, и нет, – вздохнул Вестон. – Тут всё сложнее, Стив... Принеси-ка еще по паре пива и разогрей хот-доги, теперь пришла моя очередь говорить...

Макферсон достал пиво и сунул хот-доги в микроволновку.

X

– Вообще-то я не работаю на Картера, и никогда не хотел на него работать, – доверительно сообщил Алекс. – Я числюсь в отделе Флетчера... Числился, до недавнего времени...

– Я знаю, – кивнул Макферсон. – Поэтому-то и решился взять тебя на работу. И что же тебя сподвигло поработать на Картера?

– На «Тезауросе» я влип в дерьмо, я уже говорил... Корпорация «Теллура» заимела на меня зуб. А поскольку Картер работает на «Теллуру», он попытался меня убрать. А когда это не вышло, решил просто использовать меня, как расходный материал. Меня отмазали от угона катера с астероида, и за это я нанялся месяц поработать на Картера... На самом деле я здесь не за большие деньги, а потому что в полной заднице. Работать на Картера изо всех сил я не хочу и не буду, поэтому он захочет меня убрать. А Флетчер не очень-то станет мне помогать... Где-то так... – и Вестон отпил большой глоток пива. – Поэтому я сегодня такой храбрый; моя жизнь и так немного стоит.

– Ладно, ты меня не жалоби, – нахмурился Макферсон. – Мне непонятно, как это Картер послал тебя сюда, после того как хотел убрать.

– Ты что-то слышал о Ричарде Ньюмене? – спросил Вестон.

– Да, – кивнул Макферсон. – Это головорез Картера, который выполняет самую грязную работу. Он и к нам пытался устроиться, по подложным документам, но мы его быстро раскусили... Недавно он погиб в какой-то крутой разборке.

– Это я его уделал, – скромно поведал Вестон. – Он нанял банду убийц, чтобы устранить меня по приказу Картера. Мне пришлось обороняться...

– Да ну?! – выпучил глаза Макферсон. – Не гони...

– Ну ты сам посмотри, где его убили... Возле моего дома, – сказал Вестон. – Это же не может быть случайным совпадением...

– Проверим, – сказал Стив и впервые посмотрел на Вестона с явной симпатией. – За Ньюмена тебе особый бонус, – и он пошел за пивом.

– Вот перед своей смертью он и поведал мне, что действовал по приказу Картера... – продолжал Вестон. – Но Картер-то не знает, что Ричард проговорился; вот он и решил, что дешевле использовать меня в работе на себя, чем убить. И Эмму приставил ко мне, для контроля. Раньше она работала с Ньюменом. Она вообще не знает, что это я его убил. Она-то преданно работает на Картера.

– Как же всё сложно у тебя, – сочувственно молвил Стив. – Ты совсем запутался... А здесь-то зачем? Диверсию устроить?

– Картер велел раздобыть в вашем архиве какие-то метакоды... Или суперкоды... Я не знаю, что это, но думаю, он и сам толком не знает. Где их искать – я тоже не знаю, должен был выяснить здесь сам, на месте. Вот, собственно, и всё.

– Понятно, я так и думал, – кивнул Макферсон. – Хорошо, что ты сам это сказал... Да, именно это ему и нужно от нас. Да только ты бы их не нашел, они хорошо замаскированы. Для работы с ними нужна особая форма допуска.

– Ты знаешь, Стив, у меня нет никакого желания работать на Картера, – доверительно сказал Алекс, прижав руку к груди. – Есть еще некоторые вещи, которые меня сильно смущают... Так что я даже готов поработать против Картера. Если вы ставите перед собой иные цели, чем он, и можете предоставить мне крышу, то я готов толкнуть Картеру сфабрикованные вами липовые метакоды. Только вы должны сварганить их быстро, завтра я уже должен передать их Картеру, иначе он поручит это задание кому-то другому, а мне тогда придется просто исчезнуть...

– Ну ты прямо телепат, Алекс, – восхищенно молвил Стив. – С языка снимаешь... Значит, можно считать, что я тебя перевербовал?

– Не совсем, – мягко возразил Вестон. – Я бы хотел знать, в чём суть ваших разногласий с ним. Не хочу снова влипнуть в дерьмо.

– Да, конечно, – согласился Макферсон. – С такими, как ты, нужно играть в открытую. Я это сразу понял, поэтому мы здесь... Однако дело действительно сложное, без пива не разобраться...

Он принес еще пива и новую порцию горячих хот-догов, а также орешков.

– Скажи-ка, Алекс, не слыхал ли ты о проекте «Элизиум»?

– Конечно, слыхал, и даже был там, – кивнул Вестон. – Картер мне для этого даже сделал золотой жетон... Это проект переселения всего человечества в виртуальный мир в добровольном порядке, чтобы разгрузить земную экономику. По словам Флетчера, именно так это будет обсуждаться в сенате. Вот только есть все основания считать, что переселять будут не всё человечество и не совсем в добровольном порядке. Вот это меня и напрягает...

– Хорошо, Алекс! – с воодушевлением молвил Макферсон. – Мы с тобой мыслим в одной фазе!.. А теперь послушай, что я тебе расскажу об этом проекте. Корни растут именно отсюда, из нашей Национальной Лаборатории Биокибернетики. Нам принадлежат все идеи и разработки... Я здесь не так давно, я лишь вспомогательный персонал, но в курсе дела... Сначала вся эта виртуальная реальность мыслилась весьма ограниченно. Ну, помощь смертельно больным, экзотический отпуск для богатых туристов... Этакая виртуальная обитель... Само по себе это не так уж сложно, а вот перенесение информации из мозга человека в компьютер и обратно без потери качества – это было проблематично, над этим и работали... Понятно, что скоро появились богатые и влиятельные спонсоры, государство нас не вытянуло бы, а ведь за этим маячили большие деньги... Сам прикинь: кто же не захочет стать героем натуралистического кино, без ущерба для здоровья? Тут такой простор фантазии... Сделали некоторую утечку в прессу, с рекламной целью... Вот тут-то всё и накрыла корпорация «Теллура»... Не одна, конечно, за ней стоит мощное финансовое лобби... У них там кризис возник, в связи с перенапрягом экономики и недостатком ресурсов... Ну, этим давно уже занимался Римский клуб, бильдербергеры всякие... вот теперь появились эпигоны...

Макферсон сделал большой глоток пива и продолжил:

– «Теллура» выкупила все акции нашей лаборатории, выложила громадные деньги за лицензию, да еще и сверху продавила свое руководство... В общем, полностью подмяла лабораторию под себя. Сначала здесь и не особо сопротивлялись: руководство завалили деньгами; думали, работа пойдет семимильными шагами, новые планы, проекты... Но «Теллура» взяла жесткий курс на переселение всего мира в виртуал и занялась массовым строительством серверов и терминалов для переселения... Здесь-то думали, что виртуальный мир будет лишь дорогим и ценным дополнением реального, но никак не его заменой... А когда раскусили планы «Теллуры», было уже поздно: новые проекты были свернуты, идеи выброшены в мусор, и нам навязали жесткий курс практической реализации переселения... Ну, проект «Элизиум»... Руководство института пыталось с этим бороться, но безуспешно: «Теллура» уже подмяла всё под себя... Кто уволился, кто подчинился...

Вестон слушал с таким интересом, что даже забыл про пиво... Макферсон снова отпил и продолжил:

– Конечно, планы «Теллуры» были засекречены... Но ведь шила в мешке не утаишь... И когда эти планы стали достоянием других корпораций, возникла серьезная оппозиция «Теллуре». Ведь мир – это огромный рынок сбыта товаров, его не хотят терять. Реализация проекта «Элизиум» приведет к индустриальному коллапсу... У нас появились новые спонсоры, дополнительные деньги, крышевание на государственном уровне, и руководство лаборатории стало вести новую игру, пытаясь вернуть себе хотя бы частично независимость от «Теллуры»... Вот тут и появился Картер... «Теллура» наняла его для продавливания своих планов. В это же время и я пришел сюда... В руководстве лаборатории сейчас раздрай; многие уже легли под «Теллуру», но кое-кто еще пытается сопротивляться... Я принадлежу ко вторым. Как я понял, у тебя с «Теллурой» личные счеты? Тогда мы найдем общий язык.

– Конечно, найдем! – согласился Вестон. – Тем более, что дело не в конфликте ведомственных интересов; «Теллура» замыслила уничтожить почти всё человечество! Не переселить в виртуальный мир, а именно уничтожить!

– Ну-у-у... – недоверчиво отшатнулся Макферсон. – Это ведь не метафора? Можно подробнее?

– Конечно, – вздохнул Вестон. – Только отпусти сначала своих церберов, чтобы не подслушивали за дверью. Речь пойдет о вещах страшно серьезных и серьезно страшных.

XI

Макферсон вышел за дверь буфета и сказал громко, чтобы было слышно Вестону:

– Все свободны! И забудьте о том, что видели и слышали! Здесь ничего не было, поняли?! Алекс Вестон – толковый сотрудник, я беру его к себе в службу безопасности; он будет работать у меня заместителем по оперативной работе.

Удивленные охранники стали молча расходиться, пожимая плечами, и только Барни Таф угрюмо заметил:

– Я всё равно должен доложить руководству обо всём, что здесь произошло...

– Я сам доложу, – заявил Макферсон. – Но если хочешь меня продублировать – валяй... Тебе скажут, чтобы не лез не в свое дело. И кстати, Вестон будет твоим непосредственным начальником, ты это поимей в виду...

Когда Стив вернулся с новой порцией пива, Алекс рассказал ему о проекте «Шеол». Макферсон несколько минут сидел в полном отрубе, потом хрипло потребовал доказательств. Вестон рассказал ему о своей встрече с Мэгги Флорет и чем она закончилась, привел подробности своего «амурного» дела на Тезауросе и, наконец, со слов Флетчера отметил, что его личная история на астероиде – это лишь звено в большой цепи...

– Ладно, Алекс, пива на сегодня хватит, – молвил Макферсон, протрезвевший от страшной информации. – Надо бы нам теперь попить кофе... Я сейчас заварю...

Когда он вернулся, то грустно заметил:

– Да, сенатор Найт был нашим союзником... Он хорошо нам помогал против «Теллуры»... Его потеря для нас невосполнима... Как раз накануне своей гибели он сказал кому-то из руководства, что располагает страшной информацией и хотел бы ею поделиться... Мы так и подозревали, что катастрофа, в которой он погиб, была подстроена... Так ты говоришь, что передал его флэшку Флетчеру. А копию сделать не догадался?

– Конечно, – кивнул Вестон. – Завтра принесу тебе.

Макферсон нисколько не обрадовался и лишь вздохнул. Он до последнего момента еще надеялся, что всё это – бред сумасшедшего.

– Ладно, Стив, – вежливо поторопил его Алекс. – Нам нужно еще сварганить ложные метакоды для Картера, уже завтра я должен передать их ему через Эмму.

– Да не вопрос, – отмахнулся Макферсон. – Всё уже готово и положено, куда следует. Осталось лишь скачать... Дело пяти минут.

– Ну, если так, то, может, хоть ты мне объяснишь, что это и зачем?

– Да, конечно, – грустно понурился Стив. – Ты знаешь лишь одну страшную сторону проекта «Элизиум». А вот теперь узнай и вторую... То, что нас отшатнуло от проекта... Это на словах Элизиум – демократический Рай. А на самом деле это скорее Ад... Да, там всё хорошо, вроде бы, ты сам это видел. Но. Золотой миллиард и даже Бриллиантовый миллион – это еще не все. Реальная власть там будет принадлежать особой касте – тысяче архонтов. Они вправе карать и миловать кого угодно и за что угодно. Конечно, будут и законы, и суды, но их роль – сугубо консультативна. А вот власть архонтов – абсолютна; они будут вправе даже уничтожить любого метаморфа, без суда и следствия. Сами же будут неприкасаемы. Их власть не распространяется лишь на первую сотню метаморфов, это и будут главные владыки Элизия, Центумвиры. Возможно, у них еще будет Высший Совет из десяти Децемвиров, это обсуждается... Но реальные полицейские функции будут осуществлять архонты.

– Но это же просто диктатура! – с ужасом выдохнул Вестон.

– То-то и оно, – хмуро молвил Макферсон. – Когда здесь узнали, к чему клонит «Теллура», то ужаснулись. Но было уже поздно... Вот сейчас пытаются отыграть назад, но вряд ли это получится... На свои огромные деньги «Теллура» уже скупила половину сената, докупит и вторую, если будет нужно... Им-то уже забронировано место в Бриллиантовом миллионе... А представляешь, Алекс, какая свара начнется за место в первой тысяче... Ужас... Хотя в этом есть и некая возможность политического маневра... Сплотить всех недовольных и расколоть Бриллиантовый миллион...

– Однако, – возразил Вестон, приходя в себя. – Я могу понять, как можно уничтожить метаморф снаружи... Нажать на кнопку или чего там... Но как один метаморф может уничтожить другой внутри Элизия?..

– Ну да, снаружи-то можно уничтожить кого угодно, – уныло согласился Макферсон. – Но невозможно контролировать мысли метаморфа снаружи... А если еще этих метаморфов миллионы... Вот зачем «Теллуре» понадобились архонты. Когда начинались работы по виртуальному миру, то во главу угла ставилась, естественно, безопасность метаморфов, в первых проектах Элизия они были неуничтожаемы и неприкосновенны, ведь главная цель создания виртуального мира – это здоровье и бессмертие. Но когда «Теллура» наложила на эти разработки свою лапу, она потребовала от нас наделить отдельных метаморфов особыми способностями, особой властью, вплоть до возможности убивать другого метаморфа на месте. Это противоречило конструкции метаморфов; потребовалось существенно доработать проект. Работа еще не закончена, наши программисты ее тормозят (увы, не все). Вот эти-то суперфункции, дающие отдельным метаморфам власть над другими, и вводятся суперкодами... Теперь ты понимаешь, почему Картер не захотел тебе рассказывать об этом...

– Да, – промямлил Вестон. – Это будет не компьютерный Рай, а виртуальный концлагерь... Архонты в роли надсмотрщиков-капо, центумвиры – в роли фашистов... И никакой возможности выбраться из этого ада, биологические тела будут уничтожены...

– Это еще не всё, – сказал Макферсон. – Здесь разрабатываются еще и метакоды. Вообще-то всё это сугубо секретные вещи, я не имею права тебе рассказывать... Но мы с тобой выпили уже столько пива... Я тебя авансом посвящаю, как своего заместителя...

– А что, суперкод и метакод – это не одно и то же? – спросил Вестон.

– Нет, это разные вещи... – возразил Макферсон. – Твой болван Картер даже не знает разницы... Суперкод придает его носителю особую власть над другими, это ты понял, да?.. Но при этом каждый метаморф существует в своем компьютере, а связь между ними обеспечивается серверами. А метакод позволяет его обладателю перемещаться по сети из одного компьютера в другой. Метаморф, наделенный метакодом, неуничтожим изнутри и снаружи!

– Но ведь отсюда один шаг до создания неподконтрольной человеку компьютерной реальности! – воскликнул Вестон.

– Да, проводились и такие работы, – сказал Макферсон. – Но эти перспективные проекты были заморожены, нашему Бриллиантовому миллиону они не интересны. Финансовым магнатам нужна только власть, реальная власть, вот почему они заинтересовались нашими разработками... Я даже подозреваю, что вся эта болтовня насчет истощения ресурсов и индустриального кризиса – лишь прикрытие их стремления к абсолютной власти над человечеством, или над тем, что останется от него, в какой бы то ни было форме... Сами-то они сохранят свои тела, для них Земля будет комфортным курортом... Впрочем, и у нас в лаборатории есть такие деятели, которые хотели бы установить свою полную власть над Элизием с помощью супер- и метакодов... Дескать, у нас нет средств для создания виртуального мира, так пусть этим займется «Теллура», а мы потом перехватим у нее власть над Элизием с помощью суперкодов...

XII

– Ладно, спохватился Вестон. – Уже скоро конец моей смены. Надо бы скачать фальшивку для Картера.

– Да, пойдем, – согласился Макферсон.

– А что, расплачиваться не будем? – спросил Вестон, указывая на батарею пустых банок пива.

– Спишем на счет фирмы, – подмигнул Стив. – Это накладные расходы на вербовку столь ценного агента, как ты... А кстати, ты не знаешь ли, – посерьезнел он. – У нас тут есть еще агенты Картера, кроме вас двоих?

– Нет, не знаю, Картер мне не говорил... Но я думаю, что есть. Так, на уровне планктона, который может видеть и слышать, что здесь творится, но не посвящен в дела. У Картера достаточно денег, чтобы купить мелкую обслугу.

– Я так и думал, – кивнул Макферсон и продолжил: – У нас тут есть еще и отдел компьютерной безопасности. Формально он тоже подчинен мне, но имеет прямой выход на руководство, тем более что я не очень-то сведущ в кибернетике. Тут и меня контролируют немного. Так что давай договоримся: в стенах лаборатории, и даже в моем кабинете, говорим сугубо официально и о делах. А такие откровенные разговоры, которые мы тут себе позволили за пивом, будем вести в лабораторном парке. Там тоже есть аппаратура для прослушки, но я знаю, где она находится, это под моим контролем... Так же, как и в буфете... Надо будет стереть запись нашей пивной болтовни...

Вестон некоторое время молча вышагивал за Макферсоном по коридору, задумавшись, потом заметил:

– Это хорошо, что ты приказал охранникам забыть о нашем разговоре. Но кто-то из них всё же проболтается, и это рано или поздно дойдет до Картера. Нужна легальная версия нашей встречи в архиве... Думаю, так. Я отпустил охранника к больной жене и пошел делать обход здания. Ты вызвал дежурку, для контроля, никого там не обнаружил и сам пошел с обходом, пройдя сразу в архив. Я же увидел, что в архиве кто-то есть, и тоже заглянул туда... Вот так мы там и столкнулись... Потом разобрались между собой, пошли пить пиво, закорешались, а когда ты удалился, пьяным, я и вернулся в архив скачать суперкоды.

– Отлично, – сказал Макферсон, немного подумав. – Это как раз то, что нужно на любой случай. – Он внимательно посмотрел на Вестона. – Как приятно работать с толковыми профессионалами... А можно спросить, что у тебя с Эммой? Она в курсе твоих дел?

– С Эммой у нас любовь, – грустно улыбнулся Вестон. – У нас красивый страстный роман, я ее обожаю. Но она – агент Картера, и я не могу доверять ей. Эмму ты не трогай. Я сам буду передавать ей информацию для него, а о наших делах она знать не должна. Люби женщин, но не доверяй им того, что может тебе навредить.

– Понятно, – кивнул Макферсон. – Я скажу ребятам из охраны, чтобы не задевали ее, а то они уже подбирают к ней ключики... Уж очень она им понравилась... Но раз у вас с ней так серьезно, то пусть они к ней не лезут и не дают ей возможности влезть в наши дела. О том, что она – агент Картера, здесь не знает никто, кроме меня.

Они подошли к архиву.

– Ты постой пока здесь, а я войду в сеть, – сказал Макферсон. Он не хотел, чтобы Вестон видел, как организован доступ к данным. Стив уже протрезвел, и в нем пробудились профессиональные рефлексы. Макферсон включил компьютер и вставил в рабочий блок под столом ключ. Вот оно что, подумал Вестон. Его видеокамера с потолка не позволяла увидеть, что делают сотрудники под столом.

– Это не обязательно, – сказал Стив не оборачиваясь. – В сеть можно войти и без ключа, но это будет доступ только к открытым файлам, развлекательным и организационным. Чтобы открыть рабочие файлы, нужен персональный ключ, и у каждого ключа свой уровень доступа. Без ключа ты даже не увидишь полностью каталог. У охранников такого ключа нет, они даже не подозревают, зачем он нужен. Когда будешь работать у меня, тебе тоже дадут свой ключ... Ну вот, входи и работай. Ищи метакоды. Всё, что найдешь – твоё.

– Так может, ты мне сам всё и скачаешь? – спросил Вестон.

– Нет уж, поработай сам, – отказался Макферсон. – Иначе твой рассказ Эмме будет тусклым и сухим, а он должен быть живым и ярким, чтобы она не заподозрила, что тебе эти файлы подсунули. А я рядом постою, подскажу, если заплутаешь.

Вестон зашел в архив и сел в кресло, по пути подобрав с пола свой пистолет охранника. Перед ним на экране было приглашение к работе. Но едва Вестон нажал на клавишу, загорелась надпись в рамке: «Введите код доступа». Алекс вытащил из кармана бумажку и стал один за другим вводить коды, считанные видеокамерой, пока на экране не высветился корневой каталог.

– Хорошо, Алекс, хорошо, – одобрительно отозвался Стив. – Вот теперь ищи файлы данных.

Вестон возился минут десять, пока в разделе «Перспективные материалы» не обнаружил папку «Суперфункции». Пошарив еще немного и не найдя ничего похожего, Алекс ткнул пальцем в эту папку и спросил:

– Вот это?

– Да, здесь суперкоды, – подтвердил Макферсон. – Есть еще папка с метакодами, ты ее не заметил... Ничего, не всё сразу. Хватит пока и этого, скачивай.

– А где же настоящие суперкоды? – поинтересовался Вестон, вставляя флэшку.

– Они на секретных компьютерах, не подключенных к сети, – ответил Макферсон. – Там обмен информации только через особые флэшки со специальным разъемом, такие флэшки не принесешь с собой, они хранятся в сейфе... Когда-то все эти данные были в сети, но однажды мы обнаружили несанкционированное скачивание... Мы так и не смогли выяснить, кто это сделал, но все важные файлы удалили из сети и поместили в отдельные компьютеры. А здесь разместили фальшивые файлы, для таких шпионов, как ты.

– И каковы же функции фальшивых файлов? – спросил Вестон.

– Они неполноценные, – объяснил Макферсон. – С их помощью можно осуществить некоторый контроль за обычным метаморфом, не имеющим защитного кода, но функции контроля со временем слабеют. Программисты Картера далеко не сразу обнаружат, что это фальшивка, да и тогда подумают, что это просто неудачная ранняя разработка, так что к тебе претензий не будет; ты ведь своровал что смог, а не купил полноценный продукт. Кроме того, эти файлы, в своей совокупности, создают в оперативной памяти виртуальную матку, генерирующую компьютерные вирусы, которые делают то, что нужно нам. Эти вирусы не содержатся в файлах в явном виде, они существуют лишь в оперативной памяти в процессе работы, поэтому имеющиеся антивирусные программы их просто не увидят. Я не знаю деталей, этим занимались наши лучшие программисты.

– Солидно, – уважительно молвил Вестон, вынимая флэшку. – Ну, я пошел, что ли?

– До завтра, – сказал Макферсон, пожимая его руку.

– До послезавтра, – уточнил Вестон. – Завтра у меня отгул за ночное дежурство, а мне еще Эмму искать, я ее отослал, на случай провала.

Когда Вестон зашел в дежурку, то обнаружил там Барни Тафа с напарником. Напарник наставил на Вестона автомат, а Барни вызвал Макферсона по связи.

– Тут Вестон нарисовался, – сумрачно доложил Таф. – Что с ним делать, отпустить?

– Нет, ему еще четверть часа до конца смены, – ответил Стив. – Пусть передаст дежурство как положено и уходит. А вот вам там делать уже нечего, свободны. И еще раз говорю: помалкивайте о том, что видели. Это был сугубо внутренний рабочий момент.

Барни с неприязнью посмотрел на Вестона и сказал с кривой усмешкой:

– Пока еще я твой начальник, прошу предъявить для досмотра табельное оружие.

Вот ведь сукин сын, подумал Алекс и протянул Тафу пистолет. Тот внимательно осмотрел его, пересчитал патроны, но придраться было не к чему. Барни хмыкнул, вернул пистолет и вышел. Однако теперь он знает, что я возвращался в архив, подумал Вестон.

XIII

Вернувшись домой уже к утру, Вестон завалился в кровать и спал до полудня. Потом встал, умылся и пошел на кухню завтракать. Резервная связь с Эммой была назначена на вечер, так что время еще было. Алекс подошел к окну с дежурным осмотром двора, и вдруг с изумлением увидел недалеко от дома на лавочке Эмму. Она скромно сидела, потупившись и спрятав руки в карманы плащика, и грустно смотрела в землю перед собой. Вестон набросил на себя куртку и выбежал на двор.

– Что случилось, милая? – с тревогой спросил он еще издали.

– Алекс! – облегченно воскликнула Эмма и бросилась к нему на шею. – Ты жив! У тебя всё в порядке? А я себе места не нахожу!

Девушка разрыдалась.

– Но почему ты здесь?! Мы же с тобой договорились: вечером я оставляю тебе сигнал, если будет безопасно...

– Да я не смогла ждать! Я еще утром прибежала сюда караулить тебя с работы! – воскликнула Эмма в слезах.

– А вот это напрасно... Если бы меня взяли, то нагрянули бы на квартиру с обыском, а тут ты сидишь... Тебя взяли бы сразу же... И давно ты здесь?

– Я же говорю: с самого утра... С восьми часов... В квартиру идти побоялась. Чего я тут не передумала!.. Я уже и не ждала тебя, думала, что ты погорел...

– Да нет же, всё хорошо! Я просто вымотался и приехал на такси, чуть раньше, мы разминулись минут на десять... И всё это время ты тут терзалась за меня?.. Боже мой, милая, ну нельзя же так!

Вестон присел на лавочку и нежно обнял девушку за талию; Эмма доверчиво положила голову ему на плечо и тихо всхлипывала, успокаиваясь...

– Что, ничего не вышло, да? – дрожащим голосом спросила она.

– Ну почему же? С чего ты решила? – удивился Вестон. – Всё получилось... Но пришлось понервничать... Представляешь, у моего напарника жена заболела, просил отпустить. А когда я пошел якобы с обходом здания, а на самом деле в архив, Макферсон, чтоб его... позвонил в дежурку, а там-то никого! Он сам помчался с обходом здания, и возле архива мы с ним и пересеклись... Он меня пожурил, что я не вызвал замену напарнику и оставил пост, потом мы пошли с ним в буфет пить пиво, и, ты знаешь, так закорешались... Я думаю, он возьмет меня к себе, в службу безопасности... Потом он пошел домой, а я всё же вернулся в архив и скачал то, что можно было там найти быстро... Уже не было времени долго возиться... Так что всё хорошо, я буду продолжать работу и стану там ценным шпионом... На, держи, передай Картеру...

И Вестон передал Эмме флэшку. Та завизжала от восторга и принялась страстно целовать Алексу всё лицо.

– Ладно, ладно, угомонись, – отстранился Вестон. – Иди доложи обо всём Картеру, приведи себя в порядок, я кое-чего закуплю, тоже приму ванну, и мы отметим нашу победу... Ты ведь оформила на сегодня отгул?.. И я сегодня свободен. А завтра снова на работу, как обычно.

Глядя вслед девушке, удалявшейся плавной летящей походкой, Алекс думал: за кого же так переживала Эмма, за него или за себя? Ведь за провал Вестона Картер и с нее снял бы стружку... Ладно, решил Вестон философски, будем считать, что красотка переживала так сильно за них обоих, за любовь... ну и за свою карьеру тоже...

Вечер прошел страстно и бурно; никогда еще Эмма не была так ненасытна и столь бесстыдна в своих желаниях, и в то же время так активна в ответных ласках... Видимо, сказались утренние нервы... Когда Вестон, отдуваясь, отвалился на спину, он только и мог что вымолвить:

– Милая, я на верху блаженства... Никогда и ни с кем я еще не был так счастлив... Я хочу быть с тобой всегда, и никого другого мне не нужно... Я всё сделаю, чтобы ты была счастлива...

– Я тоже люблю тебя, милый, – ласково молвила Эмма и, как всегда, положила свою златокудрую головку ему на плечо. – Я уже говорила с Картером, он не имеет ничего против нашего союза... Он сказал, что чин майора у тебя уже в кармане, что он пересмотрел свое отношение к тебе и считает тебя очень ценным работником, а не просто расходным материалом на один раз... Просто ты очень уж удачно внедрился в эту Винеровскую лабораторию, и он хочет, чтобы ты там отработал хотя бы месяц... А потом он восстановит тебя в Управлении, и тогда... у нас с тобой всё будет... Он и мне уже обещал офицерские погоны... – и Эмма нежно поцеловала Алекса. – Мне с тобой лучше и надежнее, чем с Ричардом... Он куда-то совсем запропал, но я по нему и не скучаю... Он меня скорее тиранил, чем любил, всё время подавлял и заставлял делать то, что сам считал нужным, а ты, наоборот, даешь мне расти, выполняешь все желания и хочешь, чтобы мне было хорошо...

Когда на следующий день Вестон пришел в лабораторию, его сразу вызвали к начальнику службы безопасности. Макферсон был немного смущен.

– Всё хорошо, Вестон, начальство довольно нашей работой, я их убедил, что тебе можно доверять... Вот только взять тебя к себе я пока не могу. Нет, никто не против, никаких препятствий, просто потянулась рутина по проверке анкеты, личных данных... Ко всем офицерам из Управления безопасности тут такое недоверие... Я думал сразу проскочить всё это, но не получилось... Слишком уж быстро ты тут делаешь карьеру... – Макферсон вздохнул. – Хотя, по правде говоря, главная проблема в том, что здесь сейчас просто не до тебя. Все тут пытаются лихорадочно определиться: ложиться ли под Картера или идти своим путем, отдавать ли ему суперкоды или оставить их для себя, подчиниться «Теллуре» или ее конкурентам... Постоянные совещания, споры, мышиная возня; все думают лишь о своем благополучии, о том, как войти в Бриллиантовый Миллион, с помощью Картера или же вопреки его воле... В этих бурях в стакане воды твоя информация о проекте «Шеол» скорее подтолкнет наше руководство к Картеру, чем оттолкнет от него... Кстати, ты принес расчеты по переселению человечества в Элизиум?

Вестон молча положил флэшку на стол.

– Хорошо, изучим, – вяло молвил Макферсон. – А тебя я пока переведу во внутреннюю охрану, в крыло секретных разработок, где и создаются настоящие супер- и метакоды. Там и престижнее, и Барни Таф тебя не достанет... Ты вчера мне всё рассказал? Может, тебе есть еще о чем поведать?

– Да в общем-то нет, – пожал плечами Вестон.

– А в частности? – настойчиво стал допытывался Макферсон.

– Мэгги Флорет сказала мне, что где-то есть какое-то движение Сопротивления проекту «Элизиум», его возглавляет какой-то там Избранный Высшими Силами, по имени Ханивкар, что ли... Я мало что понял, но, по ее словам, сенатор Найт собирался связаться с ним.

У Макферсона сверкнули глаза.

– Да, есть такое движение, оно называется «Рипалс» (Отпор) и похоже, что это серьезные люди... Они сами вышли на наш институт и предложили нам содействие против корпорации «Теллура». Наше руководство сейчас рассматривает этот вопрос... Проблема в том, что они не дают своего адреса, боятся агрессии «Теллуры». Они находятся где-то в Сибири.

– В Сибири? – удивился Вестон. – Это русская организация?

– Нет, международная. Государственная принадлежность уже не имеет такого значения, как раньше. Национальные государства – это лишь региональные комбинаты бытовых услуг, куда обращаются разные олигархи, когда им что-то нужно. Корпорации выбирают себе комбинаты скорее по степени удобства, чем по национальной принадлежности. «Рипалс» расположился в Сибири потому, что там природные ресурсы еще не попали под контроль «Теллуры»; ну и в просторах тайги легче затеряться. Возглавляет эту организацию некий Нивхар Хаэлим – Избранник Богов... Проникнуть туда можно лишь через виртуальный мир. Нужно создать метаморф, передать его по сети в «Рипалс», и там метаморф введут в биологическую оболочку. Именно этот аспект (внедрение метаморфа в новое тело) и заинтересовал нашу лабораторию; у нас этого еще не умеют... Наши руководители просто боятся идти на контакт таким путем, они все трусоваты... Мне как раз поручили найти добровольца, которого было бы не жалко и потерять, если что... Ты не возьмешься за эту работу? В случае успеха ты резко повысишь здесь свой статус...

– Пожалуй, – согласился Вестон, немного подумав. – Сейчас моя жизнь немного стоит, мне нужна поддержка против «Теллуры». И уж во всяком случае, я бы хотел до конца разобраться с проектом «Элизиум» и найти своё место в борьбе с ним.

– Вот и хорошо, – обрадовался Стив. – Я провентилирую твою кандидатуру в руководстве. Лучше тебя им не найти никого. Ты не хочешь взять с собой туда Эмму?

– Нет, это слишком опасно, – возразил Вестон. – Но я вынужден буду рассказать ей об этом поручении, а она передаст Картеру. Он этим тоже наверняка заинтересуется, и мы, таким образом, сможем вытянуть из него, что он знает об этой организации. И сливать ему авторитетную дезу, если понадобится.

– Замечательно! – пришел в полный восторг Макферсон. – Тебя к нам сам Бог послал! А пока сходи в крыло секретных разработок, тебе там по любому придется работать, ознакомься с людьми.

Глава 4. Живые роботы против виртуальных людей

I

Когда Эмма узнала, что Вестона хотят послать в «Рипалс» в виде метаморфа, то не на шутку встревожилась.

– Не соглашайся, – заявила она. – Это ловушка! Еще неизвестно, кто этот Ханивхар, и что они там с тобой сделают! А может, это винеровцам просто понадобился твой метаморф, с целью каких-то манипуляций...

– Да ничего они не сделают, метаморф нельзя контролировать, – сказал Вестон с наивным видом. – В крайнем случае, Ханивхар его уничтожит. Так ведь моё тело останется. Ты же не думаешь, что здесь хуже умеют делать анабиоз, чем у Картера?

– Ой, не верю я твоему Макферсону, – продолжала отговаривать Эмма. – Я тут поговорила с девочками... Это же просто изверг! Всё время придирается ко всем, всех в чём-то подозревает, не разрешает отходить от включенного компьютера... У нас ведь как делают: выведут на экран какой-то секретный документ, типа важная работа, а потом спокойно чаи гоняют и чешут языком по айфону... Так ведь он, зараза, и айфоны запретил, чтобы не болтали... Всех тут гоняет...

– Ну, видишь ли, вы его воспринимаете на уровне офисного планктона, а я – как профессионал, – солидно возразил Вестон. – Однако мы сейчас работаем на Картера, надо ему доложить о моем задании, спросить указаний. Ему наверняка интересно будет узнать, что это еще за организация Сопротивления.

– Да, – согласилась Эмма. – Я этим сейчас и займусь.

Вскоре она вернулась и сообщила:

– Картер очень заинтересовался твоим заданием и настоятельно просит тебя отправиться к Ханивхару и узнать, что это за фрукт. Он тоже слышал об организации «Рипалс», но его люди не смогли к ней подобраться. Картер возлагает на тебя большие надежды...

Еще никогда Эмма не была столь нежна и ласкова с Алексом, только всхлипывала иногда. Ее терзали дурные предчувствия...

На следующий день Вестона вызвали к Макферсону с утра.

– Ну, Алекс, готовься, вечером мы тебя отправляем, – сообщил Стив с воодушевлением. – Вчера было совещание руководства о дальнейшей политике, встал вопрос, что делать с этим «Рипалсом» и как разузнать про него. Я и говорю: есть кандидат... Не все тебе доверяют, некоторые считают, что всё Управление безопасности уже закуплено «Теллурой»...

– Не всё, – мягко возразил Вестон. – Просто вы, видимо, только с Картером и сталкивались...

– Однако других кандидатов на эту экспедицию всё равно не нашлось, – продолжал Макферсон. – Так что у тебя есть хороший шанс проявить себя. Ты ведь уже был метаморфом, тебе не впервой.

– Какие мне ставятся задачи и каковы мои полномочия? – сухо спросил Вестон.

– Задача простая и сложная: разведка. Надо понять, что из себя представляет этот «Рипалс», стоит ли иметь с ним дело, чего они хотят от нас и что могут дать нам. Полномочий тебе никаких не предоставили, но я сам даю тебе все полномочия говорить от имени Винеровской лаборатории, я уверен, на тебя можно положиться.

– Я отправлюсь один? – спросил Вестон.

– Нет, одного тебя не пустили – не доверяют, – помрачнел Стив. – Об Эмме, понятно, не может быть и речи, она здесь никто и звать ее никак. О том, что она – агент Картера, знаю только я, иначе бы вас обоих турнули отсюда сразу... Но тебе я верю, а Эмму удобно использовать как канал дезинформации... И я позаботился о том, чтобы твой попутчик не был тебе в тягость...

Макферсон подмигнул Вестону и нажал на кнопку вызова. Вошла высокая длинноногая брюнетка, статная телом и прекрасная лицом; густые длинные черные волосы стекали с головы на спину; она уселась напротив Вестона, вызывающе положив ногу на ногу, и дерзко уставилась на него своими огненными чёрными глазами... Это была Линда Брайт...

– Ну, вас представлять не нужно, – молвил Стив с улыбкой. – Вы ведь частенько обедаете вместе... Линда – мой тайный агент здесь. Сначала она никак не хотела отправляться в это рискованное путешествие, но когда узнала, кто будет ее попутчиком, – сразу согласилась... Линда, если ваша миссия будет успешной, Вестон станет моим заместителем и твоим начальником, привыкай к нему и не дерзи, заранее соблюдай субординацию... Алекс, Линда женщина горячая и вольностей не позволяет никому, характер у нее не самый лучший, но если относиться к ней снисходительно и прощать ей эмоциональные вспышки, то с ней очень даже можно работать. Она женщина инициативная, исполнительная, а главное – на нее можно положиться в трудную минуту, вот почему я и отправляю ее с тобой. Но ты уж береги ее, Алекс. Без нее лучше не возвращайся... Линда, Алекс будет старшим, все его указания выполнять безоговорочно, как приказы, даже если ты с ними не согласна. Он – очень опытный профессионал и лучше тебя будет знать, что надо делать... Ну вот, собственно, и все напутствия. Алекс, тебе на месте будет лучше видно, что и как, не хочу связывать тебя инструкциями. Сейчас идите в подвал, вам будут делать метаморфы.

Далее прошла уже знакомая Вестону процедура: обследования, измерения, разные анализы... Затем медсестра (стройная и строгая очкастая блондинка) уложила Алекса в саркофаг, нацепила к телу и к голове электроды и закрыла крышку. Раздался знакомый гул, засверкали огоньки... Вестон расслабился и уснул... После процедур Алекса и Линду вызвал к себе пожилой профессор, лысый и в очках. Он объяснил им, что их метаморфы будут посланы в «Рипалс», а там их вселят уже сегодня в биологическую оболочку.

– Неужели биологическое тело для вселения метаморфа будет создано так быстро? – удивился Вестон.

– Нет, конечно, – снисходительно пояснил профессор. – Чтобы создать идентичное тело, нужно много времени. Но у них уже есть заготовки тел... пустые болванки, грубо говоря. Вам подберут тела, похожие на вас. Так что не пугайтесь сразу, вот о чём я хотел вас предупредить. Когда вернетесь сюда, получите свои тела обратно, в целости и сохранности. Будете там – постарайтесь выяснить, как они научились вселять сознание в пустую болванку мозга. Мы еще не умеем так делать, нам нужен готовый базис личности, на который мы накладываем новые ощущения, полученные в стадии метаморфа.

Алекс и Линда пошли обедать. Девушка пыталась держаться молодцом, но заметно волновалась. Алекс взял ее дрожащую руку:

– Не волнуйся, я буду рядом. Я уже бывал в Элизии, ничего страшного там нет. Ханивхар заинтересован в сотрудничестве с нами, ничего плохого он нам не сделает. И на нас не возложено никакой ответственности, нам лишь посмотреть. Будь спокойна и запоминай всё, что видишь, только и всего. Разговоры буду вести я.

Линда благодарно улыбнулась Вестону, обдав его жаром своих огненных очей...

После обеда Макферсон отпустил их обоих домой на отдых. Отправление планировалось на вечер, когда в «Рипалсе» будет утро.

II

Линда заметно нервничала, и Алекс взял ее дрожащую руку. Пришел Макферсон пожелать счастливого пути; он сообщил, что в «Рипалсе» уже загрузили в готовое тело базисы их личностей, так что осталось лишь немного дозагрузить последние ощущения, и все будет хорошо. Пожилой профессор еще раз предупредил их, что их тела там будут отличаться от тех, которые они привыкли видеть в зеркале. Макферсон ушел. Профессор увел Линду в другую комнату, а Вестона уже знакомая медсестра (очкастая стройная блондинка) уложила в саркофаг...

Вестон медленно приходил в себя. Голова немного кружилась, слегка подташнивало, в глазах было немного мутно... Медсестра, пышная шатенка в короткой юбочке, отцепляла электроды. Она мило улыбнулась и спросила:

– Как мы себя чувствуем?

– Ну, чтобы хорошо, так нет, – промямлил Вестон непослушным языком.

– Это естественно, – кивнула медсестра. – Это же не Ваше тело, а чужое, да и загрузка проведена с нуля... Встать можете?

Алекс медленно поднялся. Медсестра придержала его за плечо. Голова закружилась сильнее, потом прошло; тошнота отступила...

– Добро пожаловать в новое тело! – весело приветствовала его медсестра. – Оно не совсем похоже на Ваше родное, ну уж какое смогли подобрать на складе... Давайте посмотрим на него.

Вестон с помощью медсестры проковылял к зеркалу. Оттуда на Алекса смотрел элегантный шатен с интеллигентным лицом, в белой рубашке и хорошем костюме с галстуком. Вестон только сейчас ощутил, что он уже одет...

– Мы немного приодели Ваше новое тело, чтобы Вы не были в шоке от чужой фигуры, – пояснила медсестра. – Но ведь похоже, правда?

– Да, сходство есть, – промямлил Вестон.

Медсестра поднесла Алексу закрытый стаканчик с трубочкой. Алекс глотнул. Сразу стало легче, появилось ощущение тела, только голова немного кружилась и в глазах было нечетко, размыто, как при близорукости.

– Ну что, пойдем? – негромко сказал какой-то молодой человек в черном костюме; он стоял у стены, и Вестон только сейчас увидел его.

– Куда? – тупо спросил Алекс.

– Как это – куда? – удивился молодой человек. – Вас ждет Нивхар Хаэлим – Избранник Богов. Вы ведь прибыли для разговора с ним? Вот только немного подождем Вашу спутницу...

Они вышли в коридор и сели на банкетку. Вестон понемногу привыкал к своему новому телу, или это напиток помог? Из двери напротив вышла высокая длинноногая шатенка в темном платье. Она напоминала Линду Брайт, но у той была и попа больше, и грудь пышнее... Девица явно была не в своей тарелке и протирала глаза.

– Я думаю, вас не нужно представлять друг другу? – спросил ее молодой человек.

– Алекс, это ты, что ли? – пробормотала девица. – Ты тоже себя чувствуешь так же хреново?

Они пошли по высокому коридору с матовыми белыми стенами; здание больше походило на больницу, чем на что-то другое. Людей не было видно. Алекс шел ровно и озирался; Линда придерживалась за стенку. Они прошли через холл с окном на двор; в стенах холла были встроены аквариумы с рыбками. Молодой человек вывел их на крыльцо и указал на скамейку невдалеке, на которой кто-то сидел:

– Вам к нему...

Алекс взял Линду за руку и медленно направился к скамейке, озираясь... Они находились около высокого белого здания; все окна были закрыты и зашторены. Здание находилось в густом лесу, но было отгорожено от него высоким проволочным забором. Между зданием и забором было довольно большое пространство, покрытое асфальтом. Могли бы и газоны насадить, а то устроили тут пекло, подумал Вестон.

Они подошли ближе к человеку на лавочке; на нем был белый халат и белая шапочка на голове.

– Здравствуйте, присаживайтесь, – приветствовал он и сделал жест рукой. – Представьтесь, кто Вы и кого представляете. Зачем Вы здесь и чего хотите.

– Мы – офицеры безопасности из Национальной Лаборатории Биокибернетики имени Винера, – сказал Вестон и сел. – А вот кто Вы и кого представляете – это мы и хотели бы выяснить. А потом уже поговорим о том, кто чего хочет.

– Зовите меня Ханивхар, – ответил человек. – Я представляю организацию «Рипалс».

Вестон попытался разглядеть его, сквозь пелену тумана перед глазами. Это был довольно рослый мужчина средних лет, с русыми волосами и русой бородой. У него были европейские черты лица и большие глаза, которые смотрели приветливо и чуть насмешливо.

– Что такое Лаборатория Биокибернетики имени Винера – это известно всем, – продолжал Ханивхар. – Но я сомневаюсь, что вы найдете много данных по нашей организации. Поэтому я начну сначала...

Ханивхар посмотрел вдаль и продолжил:

– Вы слышали про корпорацию «Теллура». Сначала она хотела облагодетельствовать человечество, завалив его всякими полезными ископаемыми, черпая их даже из космоса... Но потом стало ясно, что на всех людей не хватит ресурсов не только всей Земли, но даже ближнего космоса. И тогда «Теллура» резко изменила направление своей работы. Она вступила в контакт с Бильдербергским клубом, завязала связи с крупнейшими банками, и всё это международное сообщество стало воплощать в жизнь идею виртуального мира... Всё население предполагается переселить в компьютерную реальность, сделать их счастливыми там, а Землю освободить от людей. Вы, наверное, слышали о проекте «Элизиум»?

– Слышали, – кивнул Вестон. – Да только там будет совсем не Рай, а жесткая диктатура. А вернуться обратно уже не получится...

– Вот именно, – кивнул Ханивхар. – Это нравится отнюдь не всем. На Земле рухнет товарное производство, огромное количество корпораций потеряет свои доходы. Поэтому множество предприятий решило создать оппозицию «Теллуре». Сделать это официально не получится – в руках мировой мафии находятся все правительства и все средства массовой информации. Более того – для выполнения своих коварных планов они даже наняли Управление безопасности! Не всё Управление, но имя генерала Картера вам, наверное, знакомо. Поэтому мы действуем почти подпольно. Мы создали широкую сеть отдельных ячеек во всех регионах планеты; сеть децентрализована, и если даже ищейкам Картера удастся выследить и ликвидировать некоторые наши ячейки, остальные смогут продолжить свою работу и создать новые филиалы. Но не пытайтесь узнать, где расположены наши ячейки и какие именно предприятия нас поддерживают. С вас достаточно знать, что мы можем делать то, чего еще не можете вы – воссоздавать живого человека из его метаморфа. Правда, эти работы еще не закончены, вы это по себе чувствуете... Но у вас чужие тела, а если воссоздавать человека по его ДНК, тело будет ему своим.

Ханивхар вздохнул и подвел итог.

– Наша задача – это воспрепятствовать «Теллуре» переселить человечество в виртуальный мир, а если это всё же произойдет – мы сможем вернуть людей обратно в реальный мир. И в этом мы хотим вашей помощи и сотрудничества с вами. Подумайте и дайте ответ. Если есть вопросы – спрашивайте.

III

– Решать вопрос о нашем сотрудничестве мы не уполномочены, – солидно произнес Вестон. – Наше дело – установить контакт. А вопросы, конечно, будут... Скажите нам, почему Вас называют Нивхар Хаэлим – Избранник Богов? Вы же должны понимать, что на серьезных людей это производит негативное впечатление...

– Да, конечно, – кивнул Ханивхар. – У меня есть имя, но назвать его я не могу. Оно всё равно вряд ли вам что-то скажет, но у меня есть родственники, и я не хочу подставлять их под удар головорезов Картера. Поверьте, это не пустые страхи. Может, Вы слышали про сенатора Найта?.. Он хотел всего лишь вступить в контакт с нами, и уже за это его убили... А потом нашли его жену и тоже убили... Моё имя – это символ. Когда миллионы людей, одуревших от прелестей Элизия, захотят вернуться в реальный мир, им понадобится какой-то супергерой, который выведет их на Землю обетованную. Люди по своей природе инфантильны, им нужны крутые супергерои, которые берутся неизвестно откуда и бесплатно выполняют за них работу по их спасению и благоустройству, чтобы им самим ничего не нужно было делать. Увы! Их приучили к этому наши кинофильмы... Мы решили не ломать стереотипы и дать им Избранника Богов... Если даже меня убьют – имя «Нивхар Хаэлим» будет передано кому-то другому, это объявят реинкарнацией...

– Забавно, – улыбнулся Вестон. – Скажите, а где мы сейчас? Где-то в Сибири? И почему ваше здание за колючей проволокой, как тюрьма?

– Да, мы где-то в Сибири, точнее сказать не могу, – улыбнулся Ханивхар и развел руками. – А проволока – для защиты от диких зверей. Мы же в тайге, тут водятся медведи и даже тигры... Время от времени мы их видим из окон...

– Скажите, а в каких отношениях вы находитесь с русскими? – спросил Вестон. – Ведь это их земли...

– С русскими мы сотрудничаем по научной части, – пояснил Ханивхар. – По договоренности с ними мы построили здесь свою базу, под видом научной лаборатории... да, собственно, так оно и есть... И теперь совместно с русскими учеными создаем российский филиал нашего движения Сопротивления, под названием «Щит».

– «Shit»? – недоуменно переспросил Вестон.

– Нет, «Shield», – смутился Ханивхар. – Согласен, неудачное название, надо изменить...

– Ханивхар, Вы сами вышли на контакт с нами, – продолжил Вестон. – Поэтому позвольте Вас спросить, чего хотите Вы и чего ждете от сотрудничества с нами?

– «Теллура» является инструментом всепланетного сообщества финансовой олигархии, – ответил Ханивхар. – И те, кто не согласен с их деятельностью, тоже должны объединиться. Мы имеем своих людей в «Теллуре» и представляем себе их планы. Мы научились возвращать метаморфы из Элизия, даже если уничтожены их тела. Нам нужны ваши технологии управления Элизием. Программы для серверов, метакоды, суперкоды. Вы же всё это разрабатывали... Мы хотим взорвать Элизиум изнутри!

– Понятно, – кивнул Вестон. – Обо всём этом мы доложим своему руководству, и там уже примут решение. Думаю, какое-то сотрудничество будет налажено, а там уж как пойдет... Но не могли бы Вы всё же хоть немного раскрыть, какие корпорации стоят за вами и какими финансами вы располагаете?

– Я понимаю: вам для принятия решения нужна конкретика, – кивнул Ханивхар. – Но о корпорациях сказать не могу, это значило бы подставить их под удар «Теллуры». Мы же знаем, что ваше руководство уже давно сотрудничает с «Теллурой»; какие же у нас гарантии, что переданная вам информация не перейдет к ним? Нет уж, давайте будем налаживать сотрудничество постепенно, а там посмотрим, как пойдет. О наших же финансовых возможностях вы можете судить по нашим терминалам, которые мы строим, чтобы вернуть человечество из Элизия, когда его туда загонит «Теллура». Вот это здание, – Ханивхар взмахнул рукой, – лишь одна база, мы сейчас строим их десятками. Процедура обратного переселения еще не доведена нами до совершенства, но мы работаем над этим. И в этом нам тоже нужна ваша помощь.

– Кстати, о вашей базе, – заметил Вестон. – Какая-то она совсем неживая. Вроде в лесу, но живая природа отгорожена проволокой... А ведь как сотрудникам вашей базы, так и переселенцам из Элизия нужен будет непосредственный контакт с живой природой. Ну там, хотя бы экскурсии в лес или что.

– Нет-нет, в лес нельзя, там же дикие звери, – замотал головой Ханивхар. – Я понимаю Ваш вопрос. Просто нам пока было не до этого, но мы работаем над этим... Хотите посмотреть на великую неназванную сибирскую реку?

– Конечно! – в один голос ответили Алекс и Линда.

Ханивхар встал и повел их дальше, по другую сторону здания. С той стороны не было леса; с крутого обрыва за забором открывался вид на величественную реку, плавно и полноводно текущую сквозь необозримые просторы бескрайней тайги, которая на горизонте таяла в голубовато-туманной дали...

– Здорово! – восхищенно воскликнула Линда.

– Мы планируем сделать тут фуникулер, – сообщил Ханивхар. – А внизу, у реки, – площадку для отдыха, с мостиками. Купаться там будет холодновато, а вот рыбу ловить – пожалуйста... Говорят, это успокаивает...

– Да, неплохо бы спуститься к реке, – согласился Алекс. – Даже просто смотреть на течение воды – это очень успокаивает...

– Конечно, – кивнул Ханивхар. – Еще у нас есть для успокоения рыбки в аквариуме, очень красивые, вы видели их в холле... И еще живой уголок, недавно сделали...

Он указал рукой назад, и Алекс с Линдой увидели возле здания на земляной площадке средь серого асфальта высокий деревянистый кустарник с красными ягодами; под кустами стояла архаическая деревянная скамейка.

– Это крэнбери – журавлиная ягода, – сообщил Ханивхар. – Здесь можно посидеть в тенечке и даже полакомиться ягодами, они съедобные. Не хотите ли попробовать?.. Это местная флора, русские называют крэнбери забавным словом clu-qwa.

– Забавно, – молвил Вестон. – Очень забавно... Охотно присяду в тени cluqwa...

Он подошел к кустарнику, сорвал гроздь ягод и положил в рот.

– О да! – с восторгом молвил он. – Это действительно cluqwa. – Алекс посмотрел на Линду и пояснил: – Я два года работал на одной станции с русскими. Им часто присылали банки с этой ягодой.

Он протянул гроздь Линде. Та положила в рот две ягоды и тут же с отвращением выплюнула:

– Фу, какая кислятина!

– Русские едят их с сахаром, – пояснил Алекс с улыбкой. – А еще из крэнбери получается замечательный морс... Очень богатый витаминами...

– Именно! – согласился Ханивхар. – Мы планируем засадить здесь целый сад крэнбери, для собственных нужд нашей базы.

– Ну что же, мне тут многое прояснилось, – молвил Ханивхару Вестон со странной улыбкой. – Пожалуй, нам пора возвращаться. Обо всём увиденном и услышанном мы доложим руководству.

IV

Макферсон ждал их у себя, несмотря на поздний час.

– Итак, что же вы можете мне рассказать? – спросил Алекса и Линду Макферсон, когда они пришли в его кабинет и сели в кресла. – Начнем с молодых... Линда, говори. А ты, Алекс, дополнишь.

Линда подробно рассказала обо всём увиденном и услышанном.

– Ну и каковы же твои выводы? – спросил ее Макферсон.

Он принадлежал к тем руководителям, которые требуют от своих агентов не только фактов, но и впечатлений и даже выводов. Макферсон понимал, что иногда важные сведения просачиваются на уровне интуиции, и не считал себя умнее всех.

– Я считаю, что «Рипалс» – это серьезная организация, и с ней нужно установить прочные связи, – с преувеличенной важностью молвила Линда; не так уж часто спрашивали ее мнение. – Ее опора в противостоянии с «Теллурой» будет иметь большое значение... Вот только... – она замялась. – Мне кажется, Ханивхар уже смирился с тем, что переселение человечества в Элизиум состоится, и не очень-то настроен этому противостоять. Его больше занимает вопрос об обратном переселении людей из Элизия в реальный мир, когда люди уже разочаруются в компьютерном Рае... Я думаю, это неправильно. Если переселение состоится, «Теллура» войдет в такую силу, что обратно ситуацию будет уже не повернуть... Надо что-то делать уже сейчас, пока еще эти планы только готовятся к реализации, потом будет поздно.

– Пожалуй... – задумчиво согласился Макферсон. – А ты что скажешь, Алекс?

– Моё мнение вас разочарует, – кисло поморщился Вестон. – Мне кажется, что «Рипалс» – это мистификация. Потом поговорим, зачем это понадобилось... Я убежден, что место, где мы были, – это просто виртуальный мирок, а Ханивхар – виртуальный образ. Мы существовали там в виде метаморфов, никакого переселения в новое биологическое тело не было.

– Да ну? – изумился Макферсон. – Обоснуй!

– Мне с самого начала показалось странным, что мы можем попасть туда только через стадию метаморфов, – начал Вестон. – Не так уж сложно было организовать прямую встречу на нейтральной территории, и соображения безопасности, которые они приводили, не показались убедительными.

– Да, – кивнул Макферсон. – Мне тоже это показалось странным и подозрительным.

– Чтобы выдать виртуальный мир за реальный, – продолжил Вестон, – нужно убрать всё, что позволит обнаружить эту подмену. Главная проблема – трехмерное моделирование движения мелких предметов или потоков воды, я это помню еще по своему визиту в Элизиум. Такие вещи можно изобразить наглядно и реалистически, но лишь в виде заранее заготовленной картинки; моделировать же их в режиме реального времени, за доли секунды, – это компьютеры еще не тянут. И всё это было устранено из мира Ханивхара. Вначале мне дали попить из закрытого стаканчика. Меня это удивило... Если бы я взболтнул стаканчик без крышки – то по движению жидкости сразу же заподозрил бы компьютерную реальность... Само здание базы представляет собой сугубо геометрическую конструкцию, безо всяких мелких предметов и даже с голыми стенами. Там были рыбки в аквариумах, но встроенных в стены, так что опустить руку в воду было нельзя. Там был лес, но только издали, за проволокой. Якобы, для безопасности персонала. Да, мы с Линдой видели медведя у забора, когда шли обратно. Но истинная задача забора – не пускать посетителей в лес, где по шевелению листвы деревьев и травы под ногами можно было заподозрить подвох. Вокруг здания не было травы, а лишь голый асфальт... Была там и река, но за забором и под обрывом, поплескаться в воде возможности не было. И даже волосы были продуманы. У моей головы там была гладкая напомаженная прическа, у Линды волосы связаны пучком на затылке, у медсестры и у самого Ханивхара на голове были шапочки... Я не увидел там предметов, с которыми можно совершить какие-то манипуляции, а всё, что движется – это либо заранее заготовленные картинки, да и то издали, либо мимические стереотипы лица, рассчитанные опять же заранее как стандартные программы. Наконец, нечеткое зрение, муть в голове и неловкость во всём теле. Якобы, это недоработка процесса переселения метаморфа в реальное тело. А я думаю, это сделано умышленно, чтобы помешать распознать мистификацию.

Вестон перевел дух и попил воды из графина. Взболтнул стакан, посмотрел на круговорот воды.

– Вот чего мне там не хватало, – молвил он.

– Все это, конечно, интересно, – важно произнес Макферсон. – Но это всего лишь подозрения... Это еще не факты.

– Теперь факты, – продолжил Вестон, поставив стакан. – Когда мы выходили из здания, то проходили через холл с аквариумами. Там было окно, выходящее на двор. Незашторенное, ибо движение штор под рукой трудно моделировать в режиме реального времени. А когда я со двора глянул в окно холла, то вообще не обнаружил на первом этаже незашторенных окон. Картинка здания изнутри не совпала с картинкой снаружи. Это первый факт. Вот тогда у меня появились серьезные подозрения в реальности окружающего мира, все интуитивные ощущения сразу сложились в пазл...

Макферсон посмотрел на Линду.

– Я не обратила внимания снаружи, – смущенно молвила она. – Но помню, что окно холла выходило на фасад здания, с видом на лес, а не на реку, и это окно было незашторено... Вы всё же слишком утрируете, Алекс. И забыли, как угощали меня ягодами кустарника крэнбери, который там называется cluqwa.

– Они решили оживить картинку, и добавили кустарник в нише здания, чтобы его не колыхало ветром, – продолжил Вестон. – И вот тут они облажались... Да, ягоды крэнбери русские называют словом cluqwa, но это низкий стелющийся кустарник, растущий на болоте. У нас в Америке есть и высокорослые крэнбери (highbush cranberry), его ягоды по вкусу похожи на болотную крэнбери, но с косточкой. У русских тоже растут высокие кустарники крэнбери; их там называют словом calina, но там эти ягоды не похожи на болотные крэнбери по вкусу и вообще несьедобны. То, что мы видели, – это высокорослые крэнбери, но без косточек, ягоды cluqwa на кустах calina. Видимо, программисты, которые видели ягоды крэнбери только на прилавках супермаркетов, немного перепутали. А может быть, кто-то из них, вынужденный работать на «Рипалс», но не питающий к нему особых симпатий, умышленно заложил в проект это недоразумение, чтобы выявить обман в глазах посетителей.

V

Линда смотрела на Вестона во все свои огромные глаза, открыв рот...

– Твой анализ впечатляет, – задумчиво молвил Макферсон, почесав бровь. – Ну и какой же ты видишь смысл во всей этой мистификации?

– Я обратил внимание еще на один момент, – сказал Вестон. – Они занимаются переселением метаморфов в живые тела, и у них пока не всё получается. Они хотят сотрудничать с нами в этом, но что-то я не уловил их живого интереса. Общие фразы, но ни одного конкретного вопроса. Зато они конкретно сказали, что им нужны программы для серверов, метакоды, суперкоды. Уж не является ли эта фирма альтернативным проектом Элизия? И для них «Теллура» не враг, а всего лишь конкурент?.. Хотя есть и другая возможность: проект «Ханивхар» является просто дополнением проекта «Шеол». Ведь кто-то же будет сопротивляться, как пытался делать сенатор Найт. Вот для них-то «Теллура» и создала вымышленное движение Сопротивления, в качестве ловушки. Не случайна вся эта мистика с Избранником Богов; это броско намалёванный образ движения Сопротивления. Я думаю, что «Рипалс» и «Шеол» – это просто две руки одного кукловода. Ханивхар категорически отказался говорить, какие корпорации за ним стоят. Дескать, для конспирации. Но всех влиятельных противников «Теллуры» можно за полчаса вычислить из интернета. Думаю, нужно связаться с ними и осторожно узнать, что они слышали про организацию «Рипалс» и не вкладывали ли они в нее деньги. Когда выяснится, кто финансирует «Рипалс», всё сразу прояснится. Боюсь, как бы мы опять не вышли на «Теллуру».

Линда еще более широко распахнула глаза на Вестона.

– Учись, детка, – сказал ей Макферсон. – Вы оба смотрели на одно и то же, но насколько глубже видел Вестон... Вот что такое настоящий профессионал... Алекс, я сегодня же доведу всё это до сведения руководства. Не уверен, что они позволят назначить тебя моим заместителем, но можешь уже сейчас считать себя офицером безопасности для особых поручений. Руководство охраной – это для тебя слишком мелко и скучно; тебе нужно и дальше разрабатывать «Рипалс», ты сам знаешь, как. Лучше тебя этого не сделает никто. Линда, ты бы не хотела и дальше работать с Вестоном?

– Конечно, – ответила девушка, сверкнув глазами. – Я многому у него научусь...

– Вот и отлично, – молвил Макферсон. – Думаю, и ты, Алекс, не откажешься от столь ценного агента.

Вестон молча кивнул. Макферсон отпустил Линду и обратился к Алексу:

– У тебя точно нет возражений против работы с Линдой? А то, может, я зря тебе ее навязал?

– Нет, возражений нет, – пожал плечами Вестон. – Но я должен знать своих людей. Расскажи мне о ней.

– Ну что тут сказать, – пожал плечами Макферсон. – Она долго плавала по разным офисам к качестве планктона, пока не прибилась сюда, в нашу лабораторию... Здесь ее сделали секретаршей. Но один из местных боссов попытался залезть к ней под юбку, и схлопотал по морде. Был скандал, ее чуть не уволили. Я за нее заступился и определил ее в архив, а потом и завербовал как агента. Вот и все... А что, у тебя какие-то подозрения в отношении ее?

– Нет, определенных подозрений нет, – сказал Вестон. – Но она – слишком сильная личность для офисного планктона и хорошо держит себя в руках. У нее развиты определенные мышцы, и я не удивлюсь, если выяснится, что она прекрасно владеет рукопашным боем. Я хотел бы выяснить, не заслал ли ее сюда кто-нибудь...

– О, да ты, я вижу, всех в чём-то подозреваешь! – рассмеялся Макферсон. – И вообще, принадлежишь к тем сотрудникам, которые лучше начальства знают, что нужно делать... Ладно, завтра я выбью для тебя высшую форму допуска, ознакомишься с ее личным делом в отделе кадров. Ты теперь сможешь здесь получать на руки любой документ; но имей в виду, список просмотренных тобой (и другими) документов каждый день ложится ко мне на стол.

– Конечно, Стив, очень разумно.

– И еще, о Линде, – заметил Макферсон. – Это женщина яркая, страстная, но, похоже, однолюбка. Во фривольностях не замечена. Если бы я не был женат... Но она, похоже, положила глаз на тебя. И ты теперь оказался между двух красоток: блондинки и брюнетки... Линда не из тех, кто уступит мужчину сопернице. Так что веселую жизнь я тебе гарантирую... Кстати о блондинке. Что ты передашь Картеру через свою подругу, по поводу «Рипалса»?

– Ничего, – сказал Вестон. – Я сам поговорю с ним завтра же, и расскажу ему всё, что видел и слышал, но без анализа, который тут тебе выложил. Он думает, что разбирается во всём лучше всех и требует от своих людей только факты, вот только факты и получит. Я выясню, что он знает о Ханивхаре. Думаю, он тоже захочет узнать о нём побольше, и тогда можно будет использовать ресурсы нашего Управления, чтобы выявить источники финансирования «Рипалса».

Макферсон пришел в полный восторг.

– Браво, Вестон! Ты не смотри на меня как на начальника, мы с тобой тут скорее коллеги и друзья. Просто я занимаюсь текущей рутиной, а тебе достались творческие задачи. Даю тебе полный карт-бланш, делай что хочешь и как знаешь, только ставь в известность меня о своих делах. На всякий случай даю тебе мой личный канал связи, он не прослушивается; звони в любое время дня и ночи. Чем смогу – помогу. А завтра до обеда не появляйся здесь – отдыхай...

– Спасибо, Стив! – с чувством молвил Алекс. – Ты – самый идеальный начальник, о котором можно только мечтать!

К удивлению Вестона, Линда ждала его в коридоре.

– Сходим поужинаем? – доверительно предложила она. – Я тут знаю хорошее кафе... Мне нужно поговорить с Вами...

– Хорошо, только недолго, – согласился Алекс. – После всех этих трансформаций я чувствую себя не в своей тарелке... Думаю, и ты тоже...

Вестону было приятно, что девушка сама проявила инициативу. Однако он еще не был готов к продолжению знакомства. Ее работа в архиве его уже не интересовала: скоро он сам получит доступ ко всем материалам и без ее помощи. А чтобы определиться в своих личных отношений с ней, Вестону требовалось разузнать про нее как можно больше, на это был нужен хотя бы день. Заводить же интрижку Вестон не хотел: ведь его ждала за ужином Эмма, с ней у Алекса было всё всерьез. Да и усталость давала о себе знать. Вестон физически ощущал эмоциональный напор темпераментной мулатки-метиски, и был не готов ему противостоять, поэтому решил пока занять пассивную оборону.

VI

– Прежде всего, позвольте выразить Вам своё восхищение, как профессионалу, – почтительно произнесла Линда, пронзительно сверкнув своими черными очами, когда они сели за столик в кафе и заказали легкий ужин.

Вестон молча склонил голову, ожидая, какая просьба последует вслед за комплиментом.

– И вообще, – столь же уважительно продолжала Линда. – Мы тут все смотрим на Макферсона снизу вверх, с почтением и даже со страхом... А Вы так непринужденно с ним общались... хотя знаете его без году неделю... Или Вы с ним и раньше были знакомы?

– Нет, знакомы не были, – вяло отозвался Вестон. – Но работали в одном Управлении и заочно знали друг о друге. И вылетели оттуда по одной причине: залезли, куда не следует. Поэтому и подружились сразу...

Судя по обилию лести, Линда готовилась вести фронтальную атаку. Еще бы, ведь Вестон будет заместителем Макферсона...

– В Вашем разговоре с ним прозвучали такие моменты, которые даже мне были совершенно непонятны, хотя я работаю здесь дольше Вас, – продолжала Линда, обстреливая Алекса вспышками своих огненный глаз.

Подошла официантка, налила вина и подала закуски. Когда она отошла, Линда подняла бокал:

– За нашу дальнейшую совместную работу... Ведь Вы теперь – мой начальник, – и Линда очаровательно улыбнулась, обдав Вестона жаром своих глаз.

– Ну, это еще не факт, – промямлил Вестон, поднимая бокал. – Нас с тобой послали к Ханивхару не потому, что мы бог весть какие асы шпионажа, а потому что новички здесь, мало что значим, наши метаморфы не жалко было потерять... Еще неизвестно, как оценят нашу информацию в руководстве... Я пока что ни то, ни сё... Уже не охранник, но еще не офицер безопасности...

– Не скромничайте, Алекс, – чарующе улыбнулась Линда. – Я тут кое-что слышала... «Рипалсом» очень даже интересовались, и Ваш успех будет оценен по заслугам...

Она села немного боком и положила ногу на ногу, чтобы Алексу было видно ее гладкое упругое бедро из-под коротенькой юбочки, и расстегнула кофточку, чтобы сделать обозримым свой роскошный бюст. Ого, подумал Вестон, в ход пошла тяжелая артиллерия...

– Жарковато тут, – невинно произнесла Линда, отпила немного вина и продолжила: – Поскольку мы теперь будем работать вместе, не посвятите ли Вы меня в кое-какие детали нашей работы... Вот Вы там в «Рипалсе» по свойски болтали с Ханивхаром о суперкодах, метакодах каких-то... А я даже не в теме, что это такое и с чем его едят...

И Линда с улыбкой зачерпнула салат из тарелки. Нет, она не профессионалка, топорно работает, подумал Вестон.

– Да я и сам толком не знаю, что это такое, – с наивным видом произнес он, разрезая мясо ножом. – Какие-то секретные коды для управления Элизием; слышал, что за ними охотится генерал Картер, работающий на «Теллуру». Теперь вот и Ханивхар заинтересовался кодами... Возможно, ты была права: он не намерен препятствовать переселению человечества в Элизиум; видимо, хочет создать свой собственный компьютерный Рай и сдирать бабло как за вселение туда, так и за выселение оттуда...

Линда почтительно хихикнула.

– Вот это мне тоже непонятно, – виновато сказала она. – Ведь, как нам говорили, пока метаморф находится в Элизии, тело человека благополучно сохраняется в анабиозе... Почему же Ханивхар делает такой ажиотаж вокруг возвращения людей обратно из виртуального Рая? Ну, я понимаю: больные там или что... Но основная-то масса людей разве не может вернуться в свое тело в любой момент, по своему желанию? Вот и Вы там обмолвились, что вернуться обратно уже не получится? Я постеснялась спросить об этом у Макферсона...

– В том-то и дело, что проект «Элизиум» не предусматривает обратного возвращения людей в реальный мир... За исключением немногих избранных... – грустно улыбнулся Вестон.

У Линды расширились глаза на пол-лица. Она подалась вперед, не думая о том, как будет выглядеть со стороны.

– Как это не предусматривает?! – в ужасе прошептала она. – Да Вы шутите, Вестон?..

– Увы, нет, – молвил Алекс с грустной улыбкой. – Терминалами для переселения обеспечат всех, а вот анабиозными саркофагами – только избранный Бриллиантовый миллион...

Глаза Линды, и без того расширенные до невозможности, стали еще больше.

– Не может быть... – дрожащим от ужаса голосом произнесла она. – У Вас есть доказательства?

– Давайте закроем эту тему, – поморщился Вестон. – Сенатор Найт и его жена были в курсе дела, и за это их убрали. Это очень опасная информация, смертельно опасная...

– Нет уж, расскажите мне всё, – взволнованно встрепенулась Линда. – И дайте мне доказательства, что это не пустой трёп, чтобы опорочить весь проект «Элизиум». Мне это очень важно, поверьте!

Странно, подумал Вестон. Тема «Шеола» интересует ее куда больше суперкодов и метакодов... Что же, Линда работает не на «Теллуру»?.. А на кого тогда?..

– Отложим эту тему, – твёрдо сказал Вестон. – По крайней мере до тех пор, пока моё положение здесь не установится.

Линда отпила еще немного вина и поела салата; она была явно взволнована... Потом она отрезала кусочек мяса и молвила игриво:

– Ладно, отложим эту тему... Но мы не закрываем ее, ведь так?.. Тогда позвольте вопрос по другой теме. У Вас с Эммой всерьез, или как? Вы ведь не женаты?

Вестон вздрогнул от неожиданности. Линда была из тех, кто идёт напролом...

– Да, серьезно, – кивнул Алекс. – Я надеюсь на это... Однако пока я в подвешенном состоянии. Даже здесь у меня еще нет полной ясности. Из Управления меня вышибли, генерал Картер устроил на меня охоту... Пока я просто не могу взять на себя ответственность за свою женщину. Когда всё это утрясется... если утрясется... тогда мы с Эммой и будем что-то решать...

– Имейте в виду, Эмма настроена не столь серьезно... – ревниво заметила Линда. – Она болтает тут с подружками-секретаршами, интересуется всякими начальниками, охотно принимает мелкие знаки внимания... И если у Вас будут большие неприятности... не дай Бог, конечно... то вряд ли она окажет Вам поддержку... Скорее, крутанет хвостом и найдет другого...

Вестон пожал плечами.

– Если что, я сам не хочу тянуть ее на дно за собой.

Некоторое время они ели молча.

– А с Розой Вы еще продолжаете встречаться? – неожиданно спросила Линда.

Вестон снова вздрогнул от неожиданности. Бесцеремонность Линды была на грани приличий. Метиска...

– А про Розу ты откуда знаешь? – недовольно бросил Алекс.

Линда рассмеялась.

– Когда новый мужчина появляется в коллективе... интересный, импозантный... женщины тут же наводят о нем справки... В мужской среде слухи о новых красотках разлетаются со скоростью звука, а в женской среде слухи об интересных мужчинах – со скоростью света.

– Если хочешь, я расскажу тебе о ней, – вяло согласился Вестон.

– Конечно, хочу! – энергично кивнула Линда. – Очень хочу!

Официантка принесла кофе, и Вестон коротко рассказал Линде о своих с Розой приключениях на «Тезауросе».

– И с тех пор я с ней больше не встречался, – закончил он. – Не хочу наводить на нее убийц Картера, за мной могут следить.

Линда выслушала всё это очень внимательно и сочувственно, буквально впившись в него своими бездонными глазищами...

– Хорошо, Вестон, внесем ясность в наши отношения, – молвила она. – Вы мне нравитесь, и знаете это. И я Вам нравлюсь, я это вижу. Но делить своего мужчину с кем бы то ни было я не намерена. Так что останемся друзьями и коллегами. Но знайте, что я пока одна, и любовников у меня сейчас нет, я очень придирчива в выборе своего мужчины... И самое главное, Вестон. Что бы с Вами не случилось, какие бы неприятности Вас не накрыли, Вы всегда и во всём можете рассчитывать на мою поддержку. Помогу чем смогу, и если Вы не обратитесь ко мне в трудную минуту – вот тогда я серьезно обижусь на Вас... А пока что можете заплатить за мой ужин... Не нужно меня провожать!

Линда решительно встала и энергичной упругой походкой вышла из кафе. У нее совсем не американский менталитет, подумал Вестон. Метиска... В Штатах главными приоритетами являются внешний успех и внутренний комфорт, а общение – лишь один из элементов личного комфорта. Янки очень милы в общении, но в своих проблемах ты должен разбираться сам. Однако встреча была полезной. Надо бы побыстрее разобраться, кто она и откуда.

VII

Эмма встретила его упреками.

– Ну где ты пропадал, Алекс? Ужин давно остыл. Я не могу до тебя дозвониться. Уже Картер три раза звонил, нарушая свои же правила конспирации, спрашивал о тебе, а мне и сказать нечего...

– Да всё нормально, – сумрачно отозвался Вестон. – У меня сегодня было две трансформации, устал как собака... Ужинать не буду. Скажи Картеру, завтра я сам к нему зайду и расскажу обо всём лично, договорись о нашей встрече. Всё, до завтра.

– Нет, ты всё-таки скажи сначала, у тебя там было что-то с этой мулаткой, или как? – капризно молвила Эмма, и на глазах у нее выступили слезы.

– Да о чём ты говоришь? – болезненно поморщился Вестон. – Ах, да, ты же не знаешь... Мы там были в чужих телах, это было очень неприятно, до тошноты... Хорошо хоть недолго...

И Вестон отправился на отдых. Впервые он позволил себе столь неуважительное отношение к Эмме; он был недоволен ее флиртом на работе, о котором ему поведала Линда.

На следующий день Вестона уже с утра вызвал Картер, вопреки всем нормам конспирации, и Вестон понял, насколько для Картера важны его сведения... Алекс спокойно и обстоятельно рассказал ему про свое путешествие, в духе Линды. Картер всё больше хмурился, и по окончании рассказа желчно заметил:

– Вы меня очень разочаровали, Вестон. Рассказ в стиле простого агента... А где же анализ, выводы? Неужели это всё?

Вестон вздохнул и выложил Картеру свои сомнения по поводу реальности «Рипалса». У генерала сверкнули глаза.

– Вот теперь я Вас узнаю, Алекс! Да, это очень хороший анализ. Думаю, Вы правы. Это еще не означает иллюзорность «Рипалса»; возможно, Вам лишь показали виртуальную визитную карточку, а настоящий «Рипалс» всё же реален... Но виртуальность Вашего визита туда несомненна... Скажите, Алекс, Вы ведь были в Элизии... Он более натурален, чем база Ханивхара?

– Да, конечно; им до Вас далеко. В Элизии и море, и трава... Но ведь Вы и не пытались выдавать Элизиум за реальный мир, а они пытаются, и поэтому весьма осторожны... А Вам не удалось хоть что-то выяснить про это Сопротивление?

– Нет, – помрачнел Картер. – Но все недруги «Теллуры» хорошо известны; не так уж трудно будет выяснить, кто финансирует этого Ханивхара; над этим уже работают мои люди из Управления... Жаль, не могу и Вас подключить к их работе... Ничего, оставайтесь пока в Винеровской лаборатории, Вы хорошо туда внедрились, мне нужен там свой человек... Кстати, Эмма не передавала Вам, что можете уже считать себя майором? Как только Вас вернут в Управление...

– А как насчет кодов, которые я Вам передавал? Там есть что-то ценное? – осторожно спросил Вестон.

– Мало чего, – вздохнул Картер. – Похоже, это какие-то ранние черновые разработки... Нам нужно не это... Впрочем, скоро они сами принесут нам все свои коды.

– Да ну?! – удивился Вестон. – С чего бы?

– Нам удалось их нагнуть, – самодовольно улыбнулся Картер. – «Теллура» купила еще парочку академиков из Совета директоров Винеровской лаборатории, и скоро они опять лягут под нас... Так что будете продолжать там свою работу, но уже открыто, под эгидой Управления безопасности. Если хотите, сделаем Вас начальником службы безопасности лаборатории.

– Нет-нет, только не это, – нервно возразил Алекс. – Макферсон хорошо ко мне относится, я не хочу подкладывать ему свинью. Да и вообще, он толковый офицер и на своем месте.

– Эх, Вестон, – укоризненно покачал головой Картер. – Ваши моральные принципы мешают Вам жить... А впрочем, как хотите. Пускай всю рутину выполняет Макферсон, я знаю его как хорошего служаку, а Вы будете его заместителем для особых поручений. Но отчитываться будете передо мной лично, минуя его!

– Конечно, – согласился Вестон, подумав про себя, что Картер проводит политику «разделяй и властвуй».

– Что касается в личном плане, – продолжал Картер, – тут уж сами разбирайтесь с Эммой и Линдой, не буду Вам указывать.

Ого! А Эмма докладывает Картеру про него всё...

Когда Вестон после обеда появился в лаборатории, то сразу ощутил изменение отношения к себе. Те, кто раньше его в упор не замечали, вежливо улыбались, а те, кто раньше просто улыбался, теперь раскланивались и приветливо здоровались. Ну и дела!

Макферсон встретил Вестона очень приветливо, и даже встал ему навстречу.

– Поздравляю, Алекс, поздравляю! Мы тут месяц не решались отправиться на переговоры с Ханивхавром, а вы с Линдой побывали там, и с каким результатом! Наши айтишники проанализировали ваши наблюдения, все эти моменты об отсутствии движения мелких и жидких тел, и однозначно подтвердили твой вывод: да, это был виртуальный мир! Крэнбери было дополнительным аргументом, этакой клюквинкой на торте! Этот результат был просто бомбой! Теперь они все чешут головы и думают, что делать! Завтра будет Совет директоров... А вы с Линдой сразу стали легендой! Ее уже перевели ко мне, в службу безопасности, а тебе сразу пропустили все анкеты в ускоренном порядке, так что с сегодняшнего дня ты – офицер безопасности, пока что младший, но скоро тебя повысят. Приказ уже подписан, а вот тебе и персональный ключ доступа с табличкой входных кодов. Это еще не высшая форма допуска, к новейшим разработкам ты еще не допущен, но всех секретов даже я здесь не знаю. Завтра тебе сделают персональный кабинет, а пока можешь работать с любого терминала. У тебя полный доступ ко всем персональным делам и внешним контактам лаборатории, так что можешь анализировать все наши дела и с «Теллурой», и с «Рипалсом», и с Управлением безопасности. Не сомневаюсь, ты накопаешь там много интересного, сразу же докладывай... Ну а что там с Картером? Ты был у него?

– Да, и принёс в кармане еще одну бомбу... Картер сообщил, что подкупил еще двух влиятельных членов Совета директоров и готов подмять вашу лабораторию под себя... Завтра это и прояснится.

Макферсон так и сел...

– Ну, Алекс, ты просто бомбодел... И что теперь будет?

– Он уже предлагал мне твое место... Я, конечно, отказался. Мы договорились на том, что я буду здесь офицером безопасности для особых поручений, как ты и хотел, но в его подчинении... Так что если тебя всё же снимут, это не мои заслуги: я сделал для тебя всё, что мог...

– Ну спасибо, Алекс, спасибо, – дрогнувшим голосом молвил Макферсон. – Я у тебя в долгу...

– Не за что, Стив, – отмахнулся Вестон. – Подсиживать тебя было бы с моей стороны не только подло, но и глупо: другого столь идеального начальника мне не найти. Мне сейчас не до карьеры: я только и делаю, что пытаюсь найти себе твердую опору и крышу от грязных дел «Теллуры», а меня всё глубже засасывает в ее болото...

– И что же ты теперь намерен делать? – помолчав, тихо спросил Макферсон.

– Работать дальше, – пожал плечами Вестон. – Как говорится, делай, что должен, и пусть будет, что будет.

– А как отреагировал Картер на твои сведения по «Рипалсу»? – запоздало спросил Макферсон, приходя в себя.

– Как я понял, он вообще не в курсе, кто стоит за «Рипалсом», и это его тревожит... Он согласился со мной, что это была экскурсия в виртуальный мир, но полагает, что за этим может стоять и нечто реальное. Он вцепился в Ханивхара бульдожьей хваткой, подключил к делу Управление, и я уверен, очень скоро докопается до истины. Думаю, он расскажет мне об этом, а я сразу же сообщу тебе... Так что будем ждать завтрашнего Совета директоров, а я пока займусь своими новыми делами.

VIII

Найдя свободный терминал, Вестон углубился в интернет. Он уже устал заниматься «Рипалсом», его сейчас интересовала Линда. В базе данных Винеровской лаборатории сведений о ней было мало, да и те, подозревал Алекс, были липовыми. Используя свои старые коды (которые ему великодушно оставил Флетчер) Вестон поискал Линду в базе данных Управления безопасности, но тщетно. На кого же она могла работать?.. Два часа Вестон шарил по интернету, но так ничего и не нашел. Прямой поиск по имени (Линда Брайт) не дал результатов. Какие-то сведения были, но слишком уж краткие и прилизанные; Вестон носом чуял, что это фальшивка...

Алекс задумался... У Линды нестандартная внешность. Может, поискать среди моделей? Не по конкурсам красоты, Линда не влезет в классические параметры, а по «моделям плюс»? Полчаса поисков ничего не дали... Вестон стал злиться... Спокойно... А может, она не американка, а латиноамериканка? У нее сильный взрывной характер и повышенное чувство справедливости. Может, поискать по разным хроникам скандалов?.. Вестон стал шарить среди журналисток стран Латинской Америки... Еще час поисков прошел впустую... Алекс вздохнул... А может, Макферсон прав, и он просто параноик?

Ладно, пора бы заняться и своими прямыми обязанностями. В конце концов, ему здесь деньги платят не за интерес к Линде. Алекс вставил свой ключ в компьютер и стал просматривать на скорости записи камер наблюдения в архиве, на предмет выявления шпионов. Конечно, если бы кто-то из работников архива стал копаться в секретных документах, это сразу заметили бы уже охранники. Но ведь толковые шпионы так грубо не работают. А вот если просто якобы случайно заглянуть в сдаваемый или выдаваемый документ, якобы случайно перепутать папки и заглянуть куда не просят, или просто переставить отчеты с места на место, якобы вытирая пыль... Конечно, раз или два не в счет. Но если это делается регулярно, да еще с концентрацией на отчетах определенной темы... Столь тонкую работу обнаружить трудно, а польза от нее есть: медленно, но верно накапливаются нужные сведения... Охранники Тафа слишком тупы, чтобы усмотреть такие вещи, а толковых работников безопасности здесь не было, как понял Вестон. Кроме Макферсона, но у него и своих дел хватает... За два часа просмотра Вестон обнаружил трёх работниц архива, вызывающих подозрение своим поведением. Была среди них и Линда Брайт...

Алекс зашел в буфет, где они подружились с Макферсоном, взял чашечку кофе с круассаном... Было пусто – конец рабочего дня. После кофе голова заработала лучше, и Вестон вспомнил, что где-то в недрах архива Управления безопасности была база данных по всем журналистам, телеведущим и прочим сотрудникам средств массовой информации, уволенным со скандалом; из них вербовались агенты. Алекс вернулся к компьютеру, нашел эту базу по своим старым служебным кодам и долго шарил там. Его внимание привлекла статья молодой журналистки из Венесуэлы о грабеже «Теллурой» венесуэльской нефти; эту журналистку потом тихо уволили. Ее имя было Адела Де Фуэго, но когда Вестон сумел раскопать ее фото, то невольно воскликнул: на него смотрело лицо Линды Брайт... Ладно, на сегодня хватит. Вестон разогнул затекшую спину, вытянул руки и выключил компьютер.

Против ожидания, Эмма встретила его дома очень приветливо, несмотря на поздний приход с работы.

– Проходи, милый, я уж тебя заждалась... Я ужин разогреваю? Устал, наверное? – мило проворковала она и нежно поцеловала его.

– А что, праздник какой? – обалдело спросил Вестон, увидев нарядно украшенный стол.

– Ну а как же, – продолжала ворковать Эмма. – Мой статус на работе так возрос...

– Твой?.. С чего бы это?..

– Твоими успехами, – щебетала Эмма. – У нас ведь на работе жуткая социальная стратификация. И в зависимости не от личных заслуг, а от статуса мужа. У нас ведь все по знакомству устроены, вот и задирают хвост друг перед другом, кто как может... Хоть я и секретарша директора, но мой мужчина был всего лишь простым охранником, и ко мне относились как к уборщице. Дамы в статусе меня игнорировали, общаться приходилось с низами... А теперь ты – герой, правая рука самого начальника службы безопасности... И те дамы, которые меня раньше в упор не замечали, теперь приветливо улыбаются и сами предлагают свою дружбу.

– Это хорошо, – молвил Вестон. – И со мной то же самое. Сразу завязывай знакомства с теми, кто может быть полезен тебе в плане карьеры или как источник ценных сведений.

– И охранники, которые всё время цеплялись ко мне, теперь обходят стороной, – продолжала Эмма.

– Кто это к тебе цеплялся? – нахмурился Вестон. – Почему мне не сказала? Я бы с ними быстро разобрался...

– Вот поэтому и не сказала... Зачем нам лишние неприятности? Да ты и не интересовался, вообще-то...

– Мне Макферсон пообещал, что тебя здесь никто не тронет. Но, видно, не очень-то они его тут слушают. Ничего, я быстро заставлю их себя уважать... Теперь по камерам наблюдения буду всё время за тобой следить. Кто станет приставать – пожалеет!

Эмма почтительно хихикнула.

– Может, не стоит портить отношения с коллегами? Ты ведь не хочешь, чтобы тебя возненавидели?

– Они мне не коллеги, а подчиненные, – рявкнул Вестон. – Меня они всё равно любить не будут. Я ведь и пришел сюда по блату, и начал с низов. Для них я выскочка, который к тому же сразу вызвал подозрения... Так что пускай ненавидят, переживу, а вот бояться себя я их заставлю! Завтра же начну копать их личные дела и запись камер, и на всех наковыряю компромат! Если надо, я могу быть и плохим! Охранники – собачья должность, туда и набирают всяких собак, с ними надо строго, хорошее отношение они принимают за слабость.

Эмма посмотрела на Алекса с боязливым восхищением...

В постели она была особенно нежной и активной, а потом сама завела разговор об их будущем, хотя раньше избегала этого. Может, возревновала к Линде?.. Но Алекс еще не знал, чем окончится его противостояние с Картером, и отделался общими фразами.

Следующий день Алекс начал с того, что стал изучать дела тех работниц архива, которые вчера вызвали у него подозрение. Одна из них оказалась просто бестолковой дурой, занятой своими личными делами, а вот другую, Патрисию Четтер, пришлось взять в активную разработку, ее анкетные данные вызвали подозрения. Вестон решил спровоцировать ее на активные действия, чтобы взять с поличным. Например, подбросить ей секретный документ в туалете, где, как она думала, за ней никто не наблюдает. После этого Алекс стал искать в интернете данные на Аделу Де Фуэго. Выяснилось, что она переехала в Штаты, здесь ей удалось устроиться на работу в компанию «Робогард», которая была крупнейшим производителем роботов-андроидов, и далее следы ее терялись... Ясно, подумал Алекс. Пользуясь полученным допуском, он углубился в историю деловых контактов Винеровской лаборатории с «Робогардом». Оказывается, намечалось сотрудничество между ними. «Робогард» собирался производить роботов-андроидов, в которых хозяева могли бы вселяться на большом расстоянии. Однако сотрудничество так и не состоялось, «Теллура» подмяла Винеровскую лабораторию под себя и оборвала контакт с «Робогардом»; видимо, эти разработки шли вразрез с проектом «Элизиум». В общем-то всё было ясно; Линду можно брать за горло. Однако оставалось подозрение, что она всё же была связана с какой-то спецслужбой.

IX

Тут перед Вестоном возникла Линда. Алекс вздрогнул. На ловца и зверь бежит...

– Вы нарочно меня избегаете, Вестон? – с обидой проговорила она. – Обиделись, да? Мы ведь обычно обедаем вместе, а я уже Вас второй день не вижу...

– Да нет же, Линда отнюдь... – пробормотал Алекс и глянул на часы. – Да, уже время обеда... Извини, я просто перестал замечать время... Новые обязанности... А вчера я вообще появился на работе после обеда – были дела в другом месте... А ты уже пообедала?

– Нет еще, Вы же не появлялись в кафе... Так мы пойдем, или...

– Да, конечно... – Вестон потянулся, выключил компьютер и встал из-за стола. Как раз есть время подумать о предстоящем разговоре... – Хотя, честно говоря, я думал, что ты сама на меня обиделась, после ужина.

– Да, обиделась... Точнее, огорчилась... из-за Вашей Эммы. Но ведь мы остаемся друзьями, правда? И по-прежнему обедать будем вместе?..

– Ну конечно! Теперь мы вообще будем видеться чаще. Ведь ты у меня в подчинении... Но давай без лишнего пиетета, ладно?

– Конечно! – согласилась Линда и принялась щебетать:

– После нашего путешествия мой статус сразу возрос! Все так стремятся подружиться со мной! Даже те, кто раньше фыркал мне в спину и называл толстухой! Ведь я уже агент службы безопасности, в архиве больше не работаю, изучаю пока новые инструкции. Мне обещали отдельный кабинет... Тебе еще не дали?

Обед прошел за милой болтовней. Алекс всё время размышлял, как лучше начать разговор, и решил идти напролом, по-честному. Он предложил Линде прогуляться и провел ее в лабораторный парк, в ту его часть, которая не прослушивалась. Они сели на лавочку.

– Я так чувствую, Алекс, ты собираешься сказать мне какую-то гадость, – расстроенно молвила Линда. – Весь обед хмурился, и вот сейчас напряжен... Говори уж, переживу...

Вестон понял, что нет смысла затягивать разговор.

– Адела Де Фуэго, на кого ты работаешь? – спросил он в лоб.

Линда тяжко вздохнула и скорчилась на лавке.

– Всё-таки раскопал, ищейка... Не зря говорили девочки, что ты еще тот сукин сын, похлеще Макферсона... Ему уже донёс?

– Нет, Линда, сначала хотел с тобой поговорить... Мы же друзья.

– Ну так слушай, дружок... Я родом из Венесуэлы. Работала там журналисткой в одной газетенке... Тиснула там статейку о том, как «Теллура» грабит мою Родину... Дать ссылку?

– Спасибо, не надо, я читал, – вежливо ответил Алекс.

– Ну вот, мою статейку пропустили, уж не знаю как... А потом меня турнули из газеты... Пришлось уносить ноги... Уехала в Штаты. После разных мытарств устроилась в компанию «Робогард», была там простой уборщицей... Однажды победила в конкурсе красоты, который проводила компания. Ты ведь знаешь об этом?

Вестон кивнул с важным видом, хотя этого он не знал...

– Тогда меня заметили в руководстве и предложили внедриться в Национальную Лабораторию Биокибернетики имени Винера... У них намечалась совместная работа по созданию телеуправляемых роботов, но потом Винеровская лаборатория почему-то прервала совместные разработки, и они сделали из меня шпионку, поручили выяснить, какова будет новая политика лаборатории...

– А также понемногу качать информацию из архива, – дополнил Вестон.

– Да, и это тоже, – закусив губу, ответила Линда.

Что-то она слишком спокойна, подумал Алекс. Не испугалась провала...

– Ну а кто тебя крышует? – спросил Вестон. – «Робогард» – авторитетная фирма, но это не то место, где могут сделать новые документы и фальшивую биографию.

Линда вздохнула.

– Мне не разрешили об этом говорить, но тебе уж скажу, по дружбе... Когда меня сюда устраивали, то сделали агентом АКБ – Агентства Кибернетической Безопасности. Так что я здесь как бы на государственной службе, и местные охранники мне не страшны...

– Напрасно ты так считаешь, – вздохнул Вестон. – Тебе могут запросто устроить несчастный случай, как сенатору Найту.

– Так ты сдашь меня Макферсону? – спросила Линда, обожигая Вестона огнем своих глаз.

– Сейчас – нет, – сказал Вестон и вздохнул. – Но еще вчера я бы это сделал. Всё-таки мы с ним друзья. Я бы попробовал объединить наши усилия против «Теллуры»... Но вот как раз сегодня состоится Совет директоров лаборатории, где «Теллура» попытается подмять Винеровскую лабораторию под себя, и похоже, что так и будет. Как поведет себя Стив после этого, я не знаю, и не хочу подставлять тебя под удар.

– Это очень интересно, – взволнованно откликнулась Линда и тронула Вестона за руку. – Могу ли я срочно сообщить эти сведения в «Робогард»?

– Можешь, – сказал Вестон. – И скажи им, что контакт с ними прервали именно по настоянию «Теллуры». Потом, правда, между лабораторией и «Теллурой» возник междусобойчик. Лаборатория отказалась передавать управляющие коды «Теллуре», планируя с их помощью захватить Элизиум в обход «Теллуры», но та продавила свою политику, скупив академиков из Совета директоров.

У Линды расширились глаза.

– Как много ценной информации! – взволнованно воскликнула она и вдруг лукаво улыбнулась. – А я могу сообщить «Робогарду», что завербовала им заместителя начальника службы безопасности?

– Пока нет, – сказал Вестон. – Скажешь, что раздобыла сведения по дружбе. А там посмотрим. Очень скоро всё прояснится. Но в ответ я хотел бы услышать о собственных планах «Робогарда», и особенно про его отношения с «Теллурой».

– «Робогард» занимается роботами и андроидами, – пояснила Линда. – И сначала у них был хороший контакт и с «Теллурой», и с Винеровской лабораторией. Но когда «Теллура» взяла курс на создание виртуального мира, отношения разладились. Политика деиндустриализации, которую стала проводить в жизнь «Теллура», противоречит интересам «Робогарда». Многие корпорации тоже не хотят ликвидации экономического потенциала. И сейчас создается мощная оппозиция планам «Теллуры».

– И что, хоть кто-то из них знает, что такое «Рипалс»? Ведь именно оп позиционирует себя как главного оппонента «Теллуры»?

– Ты знаешь, в «Робогарде» никто не знает, что такое «Рипалс» и кто его финансирует, – с удивлением ответила Линда. – Поэтому там так заинтересовались итогом нашей поездки к Ханивхару. И сейчас активно обсуждают это.

– Ну что же, – молвил Вестон. – Если там намерены бодаться с «Теллурой» всерьез, то я могу подбросить им компромат на нее. Ты спрашивала меня про Бриллиантовый миллион... Я тебе сейчас кое-что поведаю об этом... Но помни: это смертельно опасная инфа...

И Вестон рассказал Линде о проекте «Шеол». Девушка слушала, в ужасе распахнув глаза и раскрыв рот... Долго молчала и спросила подавленно:

– И что, у тебя есть факты?

– Да, смета по проекту «Элизиум», от сенатора Найта. Завтра я передам ее тебе.

– Я должна немедленно сообщить всё это своему куратору из «Робогарда»! – встрепенулась Линда. – Ты ведь отпустишь меня с работы?

– Нет, – возразил Вестон. – Вечером сообщишь. А сейчас прошу тебя выполнить одно моё поручение... Ты ведь знаешь Патрисию Четтер? Она работает у вас в архиве.

– Да, конечно. Такая болтушка! Со всеми норовит подружиться.

– Вот и прекрасно. Своди ее сейчас попить кофе и пожалуйся, что тебя так завалили секретными документами, что приходится изучать их даже в туалете... Для убедительности, помахай перед ней каким-нибудь отчетом... А завтра оставишь одну секретную папку в туалете так, чтобы она это видела. Я дам тебе эту папку вечером.

– Да разве можно бегать по зданию с секретными материалами? – удивилась Линда.

– Если в папке, то можно, – сказал Вестон. – У тебя же пока нет ни своего кабинета, ни сейфа.

– Ты хочешь меня подставить? – обиделась Линда.

– Не тебя подставить, а ее выявить, – пояснил Вестон. – Мне кажется, она шпионка. В любом случае я напишу докладную, что это была операция по линии безопасности, у тебя не будет проблем.

После обеда Алекс подготовил фальшивый секретный документ для Патрисии Четтер и отдал Линде, а потом стал изучать внешние контакты лаборатории, выискивая новых союзников против Картера. В конце дня его пригласил Макферсон и хмуро сообщил:

– Твои сведения были верными... Совет директоров принял решение принять патронаж «Теллуры»... Двое академиков изменили свою позицию... Сейчас идет спор о передаче суперкодов Картеру... Думаю, скоро мы совсем ляжем под «Теллуру» и будем заниматься только обеспечением проекта «Элизиум»...

– И что тогда? – мрачно спросил Вестон. – Что ты намерен предпринять?

– Мне придется остаться, – вздохнул Макферсон. – Терпеть ненавижу и «Теллуру», и Картера... Но у меня жена, дети... Не могу оказаться без работы... А ты?

– Не знаю, – вздохнул Вестон. – Если и останусь здесь, буду работать против проектов «Элизиум» и «Шеол»... Но, боюсь, Картер не предоставит мне такой возможности, поручит грязную работу, а это не по мне... Но пока я здесь и получаю зарплату, прошу твоей санкции на проведение одной маленькой операции...

Вестон рассказал, что готовит ловушку для Патрисии Четтер, и пояснил, почему.

– Валяй, – вяло согласился Макферсон. – У меня тоже возникли подозрения против нее, при просмотре камер наблюдения в архиве... А Линду ты не проверял?

– Начал, но пока ничего не накопал, – соврал Вестон. – Меня Патрисия отвлекла.

X

Направляясь домой, Вестон с удивлением обнаружил, что все отворачиваются от него. А дома его ждал скандал. Эмма закатила истерику по поводу того, что его, Вестона, считают противником Картера, а поскольку лаборатория ложится под «Теллуру», все ждут увольнения вчерашнего героя Вестона, ну и к ней теперь такое же отношение, как к какой-то прокаженной...

– Никто тебя не уволит, – вяло успокоил ее Алекс. – Ты нужна Картеру здесь. Макферсон не станет и меня увольнять...

– А тебя Картер завтра утром вызывает в Управление... Говорит, у него для тебя нашлась другая работа.

И Эмма, сославшись на головную боль, ушла к себе, нервно захлопнув дверь... Впервые они здесь спали раздельно...

Генерал Картер был бодр и энергичен, глаза его горели.

– Ну вот, я же говорил, что винеровцы лягут под нас... Надо их дожать еще немного, и они сами принесут нам все свои коды... Вам больше нечего там делать, Вестон. Макферсон и один справится, а Эмма будет моим тайным агентом. Ей уже строят глазки директора лаборатории, вот с ними она и будет работать... Я им не доверяю, их нужно всё время контролировать. А Вы нужны мне для решения более важных задач. Я верну Вас в Управление, в чине майора, на место Ричарда Ньюмена. У «Теллуры» много врагов, и становится еще больше. С ними надо разобраться.

– И с кем же мне придется разбираться? – кисло спросил Алекс. – С «Рипалсом»?

– Нет, – нахмурился Картер. – Эта тема закрыта... Оказывается, «Теллура» вела параллельные нам разработки Элизия с другой фирмой... Но там преуспели меньше нас, поэтому из них сделали ложное движение Сопротивления, приманку для наших недругов... И многие из них клюнули на нее... Даже такие, как сенатор Найт...

– И с такими наивными дураками мне и придется разбираться? А также с их женами? – спокойно спросил Вестон.

– Да, – жестко ответил Картер. – И теперь Вы уже не сможете увильнуть в сторону в последний момент, как это было с Мэгги Флорет... И не надо морщиться, Вестон! Да, работа грязная, но это работа! Должен же ее кто-то делать! И не забывайте: на кону стоит счастье всего человечества!

– Так уж и всего? – усомнился Алекс. – А я слышал, ёмкость Элизия рассчитана всего-то на миллиард личностей... А остальных куда?

Картер вытаращил глаза и даже рот раскрыл; это был удар под дых...

– Ну, вместимость Рая не бесконечна... – невнятно пробормотал он. – Но ее можно увеличить... Это же чисто технический момент... И вообще, – взорвался он. – Современные люди – это же просто пассивная биомасса, они только кнопки могут нажимать, да-нет. Они же могут только удовлетворять свои животные потребности! Человечество только выиграет от своего сокращения, избавившись от лишних паразитов! Вы же умный человек, Вестон, Вы же и сами должны понимать всё это!

– Да, я – умный человек, согласен, – с важным видом кивнул Вестон. – Именно поэтому я не склонен верить на слово всему, что мне говорят. Да, конечно, я не абстрактный гуманист и не считаю, что ценность каждой человеческой жизни бесконечна... Есть на Земле и масса паразитов, и куча мерзавцев...

– Ну вот видите! – довольно молвил Картер. – Я же знал, что мы прекрасно поймем друг друга...

– Вот только мне непонятен один чисто технический момент, – продолжал Вестон. – А кто будет решать, кого куда определять: в уничтожаемые паразиты или в компьютерный Рай? Какой механизм предусмотрен для отбора в Рай? Как известно, дьявол в деталях.

– Ну знаете ли, Вестон! – снова взорвался Картер. – Мы с Вами строим Светлое Будущее, а как оно будет выглядеть и кто достоин его – это не наше с Вами дело, это другие будут решать! Вы мне скажите: Вы-то хотите попасть в этот избранный миллиард или нет?

– Вот как, – усмехнулся Вестон. – Значит, как умный человек, я должен понять, что решать за меня будут другие, а моя роль – быть дураком и не думать о себе, потому что обо мне будут думать те, кому положено думать... Понятно. Ну а если мне не понравится этот компьютерный Рай, что тогда? У меня будет хоть какое-то право выбора, или как?

– Ну конечно, Вестон! – воскликнул Картер. – Вы же знаете, что в любой момент можете вернуться в реальный мир! Ваше тело будет храниться в анабиозе, в специальном саркофаге!

– Да неужели? – засомневался Вестон. – Но ведь саркофагов будет построено всего-то на миллион человек...

Картер снова вытаращил глаза и даже рот раскрыл; это был уже второй нокаут...

– Ну, потом достроят еще, – невнятно пробормотал он. – Вы же знаете, как хорошо в Элизии... Люди сами не захотят возвращаться оттуда...

– Да, конечно, – с важным видом согласился Алекс. – Это очень удобно, когда за тебя решают, где тебе хорошо... Даже думать не надо... А если и найдутся такие негодяи, которым окажется не совсем хорошо, то рядом появится архонт, наделенный суперкодом, и тут же ликвидирует этих подонков, без суда и следствия... Очень скоро останутся только те, которым будет хорошо. Рай, да и только.

Картер подозрительно посмотрел на Вестона.

– Откуда Вы знаете про функцию суперкодов?

– Так Вы же сами посылали меня в Винеровскую лабораторию за этими кодами. Пришлось выяснять на месте, что это и где искать.

Картер вздохнул.

– Видите ли, Вестон, люди делятся на баранов и пастухов. Это в природе вещей, и мы с Вами тут ничего изменить не можем... Мы с Вами просто овчарки, которые помогают пастухам вести стадо в нужном направлении.

– Согласен, – кивнул Вестон. – Не все люди равны от природы. Но вопрос упирается в механизм, который позволяет отделить пастухов от баранов. Мало баранов, которые не считали бы себя достойными быть пастухами. И когда часть баранов выбивается в пастухи, они делают всё, чтобы закрепить свой статус во веки веков. Но потомки пастухов вырождаются в баранов, и стадо, ведомое баранами, гибнет... Это аксиомы мировой истории. При демократии бараны сами выбирают себе пастухов. Это плохо, но ничего лучше пока не придумали, как говаривал Черчилль. Сейчас же пастухов нанимают золоторунные бараны, и это еще хуже. В Элизии элита будет несменяема, и это быстро приведет к ее вырождению, а вместе с тем и к гибели всего человечества. Вот что меня пугает, Картер.

Картер покачал головой.

– Поймите же, Вестон, элитарность и означает невозможность деградации, элита не может опуститься до уровня недостойной мрази, поэтому нужно всегда и любыми способами бороться против власти толпы. Лучшие всегда лучше худших, по определению.

– Вот тут-то мы с Вами и расходимся, – возразил Вестон. – Как только начнется бодание за место в первой тысяче баранов, в элиту пробьются не самые умные, а самые бодливые и тупоголовые. А потом, развращенная абсолютной властью, эта элита очень даже быстро опустится до уровня недостойной мрази. Всякая болтовня об элитарности элиты – это просто оправдание беспринципной борьбы за власть. Если лучшие сами себя назначают и будут отстаивать свой статус любыми способами, они быстро станут худшими.

Картер смотрел на Вестона и тяжело дышал; его глаза горели тупой ненавистью.

– И что же Вы намерены предпринять? – сдавленно спросил он.

Вестон пожал плечами.

– Я был командирован в Ваш отдел на месяц. Время вышло, и я могу считать себя свободным. Тем более что формально я даже не числюсь в Управлении и не связан какими-то обязательствами. Буду искать себе другую работу.

Картер посмотрел на него и спросил глазами: «Понимаешь ли ты, что вот сейчас подписал себе смертный приговор?». И Вестон ответил, также глазами: «Да, понимаю. Но я никогда не подпишусь быть таким же мерзавцем, как ты». Они были профессионалами и понимали друг друга без слов...

XI

Сразу от Картера Вестон направился к генералу Флетчеру. Он понимал, что вряд ли сможет еще хоть раз попасть в Управление... Флетчер принял его сразу, тем более что Алекс договорился об этой встрече заранее.

– Ну, Вестон, могу Вас поздравить: Ваша флэшка содержит правдивую информацию, – с порога «обрадовал» его Флетчер. – Я сам держал в руках этот отчет о смете проекта, разбирал документы, на которые сделаны ссылки... Да, это так, в Элизиум запланировано перевести лишь один миллиард человек, из них лишь один миллион предусмотрено снабдить своими саркофагами... Но когда я сунулся с этими данными в правительство, то наткнулся на ватную стену. Все говорили, что это важно, что с этим надо разобраться, но никто и не думал хоть что-то сделать... А начальник Управления и вовсе велел мне оставить этот вопрос и заняться своими делами. Дескать, он сам разберется. И вот вчера я узнал, что генерал Картер будет назначен заместителем начальника Управления безопасности. Никто не хочет терять своё место в клубе «Бриллиантовый миллион». В общем, даже я ничего не смогу сделать... А что у Вас нового? Какие вести из Винеровской лаборатории?

Вестон кратко рассказал о своих новостях (кроме Линды и ее связи с «Робогардом»). Флетчер задумался и забарабанил пальцами по столу. Потом велел секретарше принести кофе и круассаны.

– Значит, айтишники легли под аллигархов, – задумчиво молвил он. – Впрочем, этого и следовало ожидать... А знаете, Вестон, никто ведь сначала и не хотел уничтожать человечество; ну не изверги же правят «Теллурой». Но айтишники из Винеровской лаборатории запудрили им мозги феерическими перспективами. Эти ученые... «битые горшки», как их называл создатель ядерной бомбы генерал Гровс... они ведь ради того, чтобы получить финансирование своих идей, готовы навешать на уши любую лапшу... Ну вот, например, сколько бабла было вбухано в управляемый термояд! Дескать, это светлое будущее всего человечества... И что, видим ли мы вокруг себя хоть одну термоядерную электростанцию? Нет! Ведь для того, чтобы получить термоядерной энергии хоть на один цент, требуется вложить тысячи долларов! Это как изготовлять золото из свинца в ядерном реакторе: физически возможно, но фантастически дорого. Вот и эпопея с этим виртуальным миром... Винеровская лаборатория наобещала «Теллуре» радужный проект светлого будущего. Дескать, для полного обеспечения всех потребностей человека нужен лишь один компьютер мощностью в киловатт... И один сервер на сотню человек для создания инфраструктуры и общения между людьми. «Теллура» и повелась; как же не поверить авторитетным ученым? Были вбуханы деньги, развернуто строительство терминалов, проект «Элизиум» получил одобрение на высшем уровне... И только потом выяснилось, что для полноценного моделирования реальности в Элизии на одного человека требуется десяток серверов обеспечения, иначе люди просто не пойдут в Элизиум, и стоимость проекта стала запредельной... Надо же было «Теллуре» отбить свои деньги, не отказываться же от проекта. И чтобы уложиться в смету, решили просто сократить количество людей в десять раз... Для поддержания Элизия в рабочем состоянии достаточно одного миллиарда людей, а остальные – просто ненужный мусор, зачем заморачиваться. Ничего мизантропного, просто утряска сметы, оптимизация расходов, дело житейское... Если на тонущем корабле не хватает шлюпок, должен же кто-то утонуть... Вот так и появился проект «Шеол»...

Это было чудовищно в своей прозаичности и прозаично в своей чудовищности... Вестон передернулся...

– А вот что делать с Вами, ума не приложу, – вздохнул Флетчер. – Ну зачем Вы завели тут дискуссию с Картером? Не могли просто тихо уйти?.. Я бы мог взять Вас обратно на службу и даже дать чин майора, не побоялся бы окрика Картера... Но ведь это значило бы подписать Вам смертный приговор, понимаете, Вестон? Дело даже не в том, что Вы много знаете. Вы не захотели плясать под дудку Картера, и он Вам этого не простит. Вот такая это сволочь... Всё, что я могу для Вас сделать, – снабдить новыми документами и устроить Вам новую биографию. Вам надо на время просто исчезнуть, Алекс. На долгое время... А там посмотрим, как оно всё повернется...

– Да, новые документы – это было бы неплохо, – согласился Вестон. – А то, что мне придется исчезнуть, – это я понял и раньше, поэтому легко согласился на фиктивное увольнение перед отправкой в Винеровскую лабораторию.

Флетчер потянулся было к телефону, но спохватился:

– Постойте... Как только Картер обнаружит Ваше исчезновение, он сразу же затребует список людей, кому делали новые документы здесь... И быстро Вас вычислит.

– Ну да, – согласился Вестон. – И пошлет своих дебилов искать моего липового двойника с новыми документами, а я буду жить вполне спокойно совсем по другому паспорту, у меня есть в запасе.

Флетчер с восхищением посмотрел на Вестона.

– Так Вы хотите просто дать ему ложный след?.. Голова... Как жаль, что Вы от меня уходите... Ладно, со временем я что-нибудь придумаю... Я вытащу Вас из этой задницы и верну в Управление. А пока что возьмите это.

Флетчер вынул из ящика и положил на стол старый мобильный кнопочный телефон со съемной батарейкой, с зарядником.

– Здесь введен только один контакт: это мой закрытый канал связи. Будет совсем плохо – звоните, я вышлю оперативную бригаду или окажу любую помощь, что будет в моих силах.

В кафе лаборатории Вестон пришел уже к концу обеденного перерыва. Линда ждала его у входа и явно нервничала.

– Ну наконец-то, Алекс! Где ты пропадал? Я уж извелась вся, не знала, что и думать... Или что-то случилось, или ты просто решил исчезнуть... – и девушка нежно чмокнула его в щеку.

– И оба раза угадала... – буркнул Вестон. – Давай после обеда поговорим...

Перекусив в молчании, Алекс с Линдой ушли в парк и сели на облюбованную Вестоном скамейку, которая не прослушивалась.

– У меня для тебя куча новостей, – сообщила Линда. – Твоя информация о проектах «Элизиум» и «Шеол» произвела такой фурор в «Робогарде»... Сказать, что они были в шоке, – это значит ничего не сказать... Но они не поверили, – жалобно продолжила Линда. – Требуют доказательств... Ты же обещал...

– Будут им доказательства... Вечером передам... Я не мог взять это с собой, так как с утра был у Картера.

– А еще они очень заинтересовались твоей персоной, – лукаво улыбнулась Линда. – Я уж им тебя разрекламировала... Они готовы нанять тебя... информатором... А если что... ну там, в случае твоего провала... могут предоставить тебе работу в службе безопасности «Робогарда»... Сейчас они наводят о тебе справки, но я думаю... я уверена, всё будет хорошо.

– Спасибо, Линда, спасибо, подруга, – кисло улыбнулся Вестон. – Предложение интересное, да только уже не актуальное... Но ты можешь передать им еще немного важной информации. Во-первых, Винеровская лаборатория полностью ложится под «Теллуру». Это уже решено. И передаст им все свои коды по управлению Элизием, это решается. Во-вторых, насчет «Рипалса». Это не виртуальный проект; за ним стоят и живые люди, и большие деньги. Но это всего лишь другая сторона медали проекта «Элизиум», ловушка для всех противников «Теллуры», ею же и созданная. Пусть «Робогард» не ведется на эту липу.

У Линды расширились глаза.

– Это точно? Откуда сведения?

– Мне это сегодня сам Картер сказал. Даже он только недавно об этом узнал.

– Ну, Вестон, ты просто кладезь информации... В «Робогарде» тобой будут очень довольны...

– Сами-то они что намерены предпринять? Собираются хоть как-то бороться с проектом «Элизиум» или нет?

– Да, очень даже собираются, – энергично кивнула Линда. – Ведь этот проект хоронит весь их бизнес.

– Тогда пусть соберутся поскорее. И не рассчитывают на то, что их поддержат сверху. Правительство в курсе проекта «Шеол», так что на официальные органы они опереться не смогут. Более того, Управление безопасности тоже переходит под патронаж «Теллуры», Картер будет назначен заместителем начальника Управления. А как твоё Агентство Кибернетической Безопасности? Оно чью сторону займет, ты не знаешь?

– Это надо выяснить, – неуверенно сказала Линда. – Я ведь там всего лишь рядовой агент... Но в «Робогарде» настроены очень даже решительно... И если «Теллура» попробует достичь своих целей с помощью искусственных катастроф, то и «Робогард» готов бросить на чашу весов своих роботов. Руководство «Робогарда» и другие противники проекта «Элизиум» создадут что-то вроде Комитета Спасения, который будет бороться и с авариями, и с эпидемиями с помощью дистанционно управляемых андроидов. Для этого у них имеются и финансы, и технологические ресурсы, и, главное, воля. Они надеются склонить на свою сторону и правительство, и народ. Мне уже поручили создать группу информационной поддержки в средствах массовой информации, так что скоро я буду активисткой этого Комитета Спасения... Но мне нужны доказательства того, что «Теллура» готовит уничтожение почти всего человечества...

– Доказательства будут вечером, – кивнул Вестон. – А забавная складывается ситуация... Нас пугали тем, что роботы будут вести беспощадную войну с людьми на уничтожение, а оставшихся в живых загонят в резервации... Но чтобы люди с помощью роботов воевали против олигархов, которые хотят уничтожить человечество, а оставшихся в живых загнать в виртуальный концлагерь... Это что-то новое... Терминаторы против Матрицы...

XII

– Однако поговорим о нас с тобой, – молвил Алекс. – Сегодня я разругался с Картером. Я долго пытался сохранить с ним хорошие отношения, работая против него. Но он вынуждает меня работать киллером, устранять противников «Теллуры». Я, конечно, отказался, и он объявит на меня охоту. Думаю, уже сейчас кого-то нанимает... Особой поддержки в Управлении безопасности я не нашел, так что должен просто исчезнуть, хоть на время.

Линда всхлипнула и привалилась на плечо к Вестону.

– Алекс, милый, а как же я... без тебя?.. Я готова предоставить тебе свою квартиру, можешь укрыться у меня... Или у моей подруги.

– Я вижу, ты еще не врубилась, – криво усмехнулся Вестон. – Когда меня начнут искать, то с тебя и начнут. Будь готова, что за тобой установят слежку, поставят в доме прослушку... Вечером я дам тебе телефон для связи, и больше никаких контактов. Забудь обо мне. Говори всем, что я исчез. Будь осторожна. Тебе и самой лучше бы исчезнуть или уйти в свой «Робогард». Объясни им, что оставаться здесь тебе опасно. Они должны охранять тебя.

Линда вздохнула.

– А ты не преувеличиваешь?.. Неужели всё так уж плохо?.. Я буду скучать по тебе... Ты звони мне, хотя бы иногда...

– Да, жаль, что у нас нет времени на установление связи... Но я что-нибудь придумаю. Позже, когда немного утрясется... Однако мы пока еще на работе. Ты выполнила мое задание насчет Патрисии?

– Как ты можешь думать об этом сейчас? – изумилась Линда. – Когда на тебя объявляется охота?

– Работа есть работа... – вздохнул Вестон. – Я привык доводить дела до конца.

– Да, я сделала всё, как ты сказал, – молвила Линда. – Уболтала ее, потом оставила папку в туалете, чтобы она видела, что я вышла без нее, и подсмотрела, как она тут же шмыгнула туда... Потом я забрала папку... Что с ней делать?

– Я сейчас заберу ее у тебя и доложу обо всём Макферсону... А пока давай договоримся о вечерней встрече. Жди меня в том же кафе, где мы ужинали, в двадцать часов. Я приду на четверть часа позже, проверю, нет ли слежки за тобой. Там есть второй выход. Если будет стрельба – беги куда глаза глядят, я их задержу... Это я так, на всякий случай...

Макферсон принял Вестона сразу; он был хмур.

– Что, Вестон, у тебя опять какие-то мрачные вести? Ты прямо чёрный ангел...

– Увы... – буркнул Вестон. – Во-первых, Картер подмял под себя Управление безопасности. Скоро он станет заместителем начальника Управления. Думаю, вас тут сильно перетряхнут... Впрочем, тебя он трогать не намерен. Во всяком случае, он хочет, чтобы я так думал. Но он парень крутой и запросто может поменять своё решение в любой момент.

– Ну что же, это хорошо, – довольно кивнул Макферсон. – Я от него не в восторге, но работа есть работа... А как насчет «Рипалса», удалось Картеру выяснить хоть что-то?

– Да. «Рипалс» – это был резервный проект «Теллуры», а теперь приманка для всех, кто ею недоволен. Нет смысла иметь с ней дело.

– Ясно. А что намерен Картер сделать с тобой? Ты остаёшься здесь работать? Все ждут, что он выгонит тебя отсюда.

– Нет, не выгонит. Убьет. Он предложил мне стать киллером на побегушках. Я отказался, и теперь он ищет киллера для меня.

Макферсон присвистнул.

– Ну ты и влип, дружище... Даже не знаю, чем тебе помочь... Думаю, тебе надо исчезнуть. Скажи, что я могу для тебя сделать?

– Да ничего... Может, и обращусь когда-нибудь за помощью... Но мы же оба понимаем, что меня будут искать через тебя... Зашел попрощаться, сдать ключ допуска и табельное оружие... Порядок есть порядок... И еще. Вот рапорт на Патрисию Четтер. Это мое первое и последнее дело в качестве офицера безопасности. Вот липовый секретный отчет, который Линда подбросила ей в туалете. Вот запись камеры наблюдения; смотри, как усердно Патрисия фоткает отчет... Ее можно брать за задницу. Я думаю, это агент Картера. Гони ее в шею, потом Картер не разрешит ее уволить.

– Алекс, Алекс... – Макферсон аж прослезился. – Как же мне жаль прощаться с тобой... Мне будет тебя не хватать... У меня еще не было таких сотрудников... Думаю, и не будет... А Линде объявлю благодарность...

– Линду тоже надо уволить... За халатность... Забыла секретный отчет в туалете...

Макферсон вытаращил глаза.

– Не ожидал от тебя такого... Вы же с ней друзья... Или нет?

– Поэтому и хочу, чтобы ты ее уволил. Ей припомнят дружбу со мной. А Картер возьмет ее в обработку, чтобы найти меня. Ей тоже надо бы исчезнуть отсюда.

– Да, ты прав, пожалуй... Ладно, я подумаю, чем ей помочь... А можно спросить, как теперь у тебя будет с Эммой?

– Пойду разбираться, – вздохнул Вестон. – Ее Картер оставляет здесь, флиртовать с топ-менеджерами и шпионить за ними... Ладно, прощай! Мне было очень приятно работать с тобой. Даст Бог, еще встретимся...

Домой Вестон пришел раньше обычного. К его удивлению, Эмма была уже дома. Она была хорошо одета и нервно сжимала в руках сумочку.

– Что это ты так рано? – встревоженно спросила она.

– Есть причины, – сумрачно буркнул Вестон. – А ты почему дома? И куда собралась?

– Да вот, хотела к ужину что-то купить. Отпросилась с работы... Вчера у нас был не самый лучший вечер... Вот я и подумала, что надо бы как-то загладить...

– Ах ты, моя умница, – ласково сказал Алекс; у него на глазах выступили слёзы. – Жаль, у нас нет времени на ужин. Надо кое о чём потолковать...

Вестон прошел и сел на диван.

– Ну иди же ко мне, милая...

Эмма положила сумочку на столик и подсела к Вестону. Он взял ее за руку и стал нежно целовать кончики пальцев.

– Ты тут хотела поговорить о нашем с тобой будущем... Я готов. Ты еще любишь меня?

– Ну конечно, милый, – ответила Эмма и натянуто улыбнулась. – А ты уже уладил свои проблемы с Картером?

– Вот об этом мы и поговорим... Я очень, очень тебя люблю, и никого другого мне не нужно... Но видишь ли, милая, мне надо бы исчезнуть на некоторое время... Ты готова ждать меня?

Эмма замялась.

– Так что у тебя с Картером? – спросила она. – Когда ты видел его в последний раз?

Вестон вздохнул.

– Знаешь что, милая... Завари-ка мне кофе... Что-то я устал... У меня был сегодня нервный день...

XIII

Эмма принесла кофе и выложила на стол круассаны.

– Вот всё, что я успела купить по дороге, – виновато сказала она и села на краешек стула у столика напротив Вестона. – Так что же случилось? И куда ты собрался исчезнуть?

– Я разругался с Картером. Вдрызг, – мрачно сообщил Вестон. – Он хочет, чтобы я ушел из лаборатории и стал заниматься грязными делами, как это делал Ричард. Это само по себе противно. А когда хоть одно такое дело выплывет наружу (а шила в мешке не утаишь), он меня просто ликвидирует, чтобы я его не подставил. Такие дела...

Вестон, обжигаясь, стал пить кофе. У него дрожали руки. Он понял, что здорово вымотался.

– И куда ты хочешь исчезнуть? – осторожно спросила Эмма. – У тебя есть надежные друзья? Что ты вообще намерен предпринять?

– Да что я могу предпринять? – горько скривился Вестон. – Мне теперь только залечь на дно и затаиться... Флетчер уже сделал мне новые документы.

– Я думаю, ты сгущаешь краски, – осторожно молвила Эмма, аккуратно кусая круассан и запивая мелкими глотками кофе. – Тебе нужно спокойно объясниться с Картером. Извинись перед ним... Попроси себе другую работу... Я уверена, он пойдет тебе навстречу. Ну хочешь, я сама с ним поговорю насчет тебя?.. И вообще, милый, ты ведь оперативный работник, и очень толковый... Картер тебя очень ценит... Больше, чем ценил Ньюмена... А тот не заморачивался всякими моральными предрассудками. Выполнял свою работу, и всё было хорошо... Картер его ценил и продвигал... Ну вот и ты работай себе и всё... А остальное приложится... Мы потом переселимся в Элизий, и все наши грехи останутся здесь... А там будет чистая и безмятежная жизнь... И конечно, мы будем вместе. Я буду только твоя, но и ты уж будь только моим... Никаких там линд и роз... И всё будет хорошо... Ты ведь хочешь в Элизий, да? Так заслужи право быть в числе Бриллиантового миллиона, чтобы иметь возможность время от времени отдыхать на Земле... Неужели тебе не нужен свой персональный саркофаг? Ну что ты, милый, успокойся, всё решаемо, всё будет хорошо, ты только слушайся меня, и я всё улажу...

Голос Эммы был чарующе-нежным и обволакивающим; она ворковала так убедительно, что Вестон даже прослезился... Если бы она еще присела к нему рядом или на колени, нежно поцеловала, он бы совсем растаял... Но Эмма оставалась сидеть на стуле через стол.

Вестон допил кофе и положил чашку.

– Нет, милая, извини... – виновато сказал он. – Боюсь, что я не смогу забыть о тех девяти миллиардах людей, которых придется убить, чтобы получить право на чистую и безмятежную жизнь. Мне хватило и Мэгги Флорет, которую я не сумел уберечь... Конечно, я бы хотел быть счастлив с тобой в компьютерном Раю, ты ведь такая красивая, такая нежная, такая милая... Но что, если какой-нибудь похотливый архонт тоже захочет тебя? Он просто ликвидирует меня и принудит тебя к сожительству, и я уже не смогу тебя защитить...

Эмма сморщила личико, на ее глазах выступили слезы... Она взяла сумочку, вытащила из нее платочек и вытерла глаза.

– Значит, ты отказываешься мириться с Картером? – спросила она дрожащим голосом.

– Я с ним и не ссорился, я просто ушел от него, – сказал Вестон, пожав плечами. – Я уважаю его как профессионала, но для меня неприемлем ни его путь построения компьютерного Рая, ни та роль, которую он мне при этом отводит. Я уверен, что до обещанного им Светлого Будущего мне просто не дожить. Он сам же и уберет меня, когда будет нужно. Смотри, как бы он и тебя не убрал. Он выбросил в мусор метаморф Ньюмена, то же сделает и с нами.

– Мне очень жаль, милый, что ты отказываешься, – медленно проговорила Эмма, и ее глаза снова наполнились слезами. – Мне правда очень жаль... Ты даже не представляешь, как... Меня сегодня вызвал Картер... Я умолила его дать мне возможность уговорить тебя, это был твой последний шанс, но ты им не воспользовался...

Она неторопливо вытащила из сумочки пистолет и направила на Вестона.

– Извини, милый, но в таком случае я вынуждена тебя убить... – нежно сказала она извиняющимся голосом. – Ничего личного, я лишь выполняю приказ... Пойми, дорогой, это просто работа такая...

Алекс посмотрел на Эмму с нежностью и невыразимой грустью; его глаза тоже наполнились слезами...

– Ну что же, стреляй, мой ангел, – проговорил он дрогнувшим голосом. – Мне проще умереть, чем вынести твое предательство... Ты же знаешь, что я люблю тебя больше жизни...

Пистолет задрожал в руке Эммы... Она закусила губу и глянула на Алекса с отчаянием.

– Что, не получается? – заботливо спросил Вестон. – Да, убить человека – это не так-то просто... Особенно в первый раз... Особенно когда смотришь ему в лицо...

Эмма глянула на Алекса влажными глазами с таким видом, как смотрит на мать нашкодивший малыш. Она не знала, что ей делать.

– Ладно, милая, – деловито молвил Вестон. – Я пойду на кухню, заварю еще кофе, и мы обсудим ситуацию. Я уверен, что мы найдем какой-то выход.

Он встал, неторопливо направился на кухню... и в спину ему раздался сухой щелчок... Вестон остановился, медленно повернулся и флегматично спросил ласковым голосом:

– Я так понял, милая, что кофе ты больше не хочешь?

Эмма передернулась в лице, закусила губу и, в упор направив на Алекса пистолет, снова нажала на спусковой крючок. Опять щелчок. Вестон спокойно вернулся в кресло, положил ногу на ногу и стал ждать, что она предпримет. Эмма озабоченно щелкнула в потолок и, наконец, догадалась заглянуть в пустой магазин пистолета... Она швырнула пистолет на ковер и с ненавистью посмотрела на Вестона.

– Так ты залез ко мне в сумочку и разрядил мой пистолет, пока я готовила тебе кофе?.. Ты специально отправил меня на кухню? И это всё для того, чтобы выставить меня дурой и дерьмом? – возмущенно воскликнула она; в ее тоне смешались праведный гнев благородного негодования и яростный вопль пытавшейся обмануть, но обманутой женщины. – О Боже, какая же ты сволочь, Вестон!

– Ну извини, милая, – виновато молвил Алекс, потупив глаза. – Если бы я этого не сделал, мне бы сейчас пришлось отстреливаться, и я мог бы поцарапать пулей твою нежную белую кожу... Мой-то пистолет заряжен, – и Вестон похлопал себя по карману. У тебя – приказ, у меня – профессиональные навыки... Ничего личного...

– Вот только не строй из себя благородного героя! – взорвалась Эмма, ощутив себя в безопасности. – Я же знаю, что ты пристрелил Ричарда, коварно, из-за угла, только из ревности, чтобы овладеть мной! А в открытую выяснить с ним отношения побоялся, да? Ты подлец и мерзавец, Вестон!

– Это тебе Картер рассказал? – криво усмехнулся Вестон. – Ну теперь понятна твоя агрессивность... Должен же он был настроить тебя против меня... А теперь послушай, как было на самом деле. Это Ричард нанял свору подонков, чтобы прикончить меня, но я их разогнал. После этого Ричард сам попытался убить меня, коварно и подло, из кустов беседки, я был вынужден отстреливаться, даже не зная, кто там... Так что всё было совсем наоборот... Ты мне, конечно, не веришь, думаешь, что я выгораживаю себя. Ну так посмотри полицейские сводки, это же несложно, и ты увидишь, что Ричард был убит в беседке у моего дома. Это там я его караулил, чтобы коварно убить, да?.. Вот только не обольщайся, что Ричард убивал меня из ревности. Он действовал по поручению Картера, он сам об этом сказал мне перед смертью. А что я успел с ним поговорить в беседке, это тебе может подтвердить его жена, которой я передал банковские карточки Ричарда на предъявителя, по его же просьбе. Найди ее и спроси, это же несложно.

Эмма смотрела на Вестона большими глазами и моргала... Алекс грустно вздохнул. Он понимал, что с Эммой всё кончено. Он еще мог бы простить ее, но она никогда не простит его за то, что он тут смешал ее с ее же собственным дерьмом, да притом бесплатно, а она-то рассчитывала получить награду за свою подлость... Никакая красотка никогда не простит мужчину, по милости которого она стала выглядеть мерзкой, тем более – в его собственных глазах.

– Тебя же всё равно убьют, дурачок, – всхлипнула Эмма. – Не я, так другие... А я, по твоей милости, потеряла шанс на повышение...

Она что же, собирается канючить, чтобы он разрешил себя убить? Или даже сам выполнил бы за нее эту грязную работу?! Пора кончать этот спектакль, подумал Вестон и поднял пистолет Эммы.

– Пошла вон, – тихо, но решительно молвил Алекс. – Иначе я вставлю сюда патроны, пристрелю тебя и вложу пистолет в твою же руку. Типа самоубийство. Мне уже терять нечего. Ты стала моей последней потерей.

Эмма посмотрела в его глаза и поняла, что он не шутит.

– Но ты хоть пистолет мне верни. Это же табельное оружие, – жалобно попросила она.

– Это мой трофей, – сухо возразил Вестон. – Он мне пригодится для грязной работы. Картер потом замнёт это дело и отмажет тебя... А вдруг у тебя в плаще завалялся случайный патрон... Не хочу вводить тебя в соблазн... Да и тебе легче будет оправдаться перед Картером, почему не убила меня. Ты бы хоть задумалась своими куриными мозгами, почему он разрешил тебе убивать меня своим табельным оружием... Спойлер: чтобы держать тебя на крючке...

Похнюпившись, Эмма вышла в коридор, медленно надела плащ и уже в дверях повернулась к Вестону:

– Но ты всё же не думай... Я не такая... Я действительно тебя любила... И сейчас еще люблю... В глубине души... И всегда буду помнить о тебе...

– Да-да, милая, я тоже тебя люблю, – грустно молвил Алекс. – Но всё же не настолько, чтобы сложить из своего трупа ступеньку для твоего повышения по службе... Извини, вот такой я эгоист... И еще хочу тебя попросить... Пожалуйста, не показывайся больше мне на глаза, а то я буду думать, что ты всё же пытаешься выполнить приказ Картера... И тогда мне будет очень жаль, невыразимо жаль, когда твой обезображенный труп найдут в мусорном контейнере...

Эмма вздрогнула, запахнула плащ и вышла, не глянув на Алекса напоследок... Ну что же тут поделаешь, вздохнул Вестон. Обычно самоотверженной любовью женщины любят только неуправляемых мерзавцев. Другими сами пытаются манипулировать...

XIV

Линда нервно поглядывала на часы и допивала вторую чашку кофе. Прошло уже двадцать минут, а Вестона всё не было. Вдруг он вошел, подошел к барной стойке и, не глядя на Линду, взял чашку кофе. Быстро выпил и вышел не оглядываясь. Линда встала и пошла за ним. Алекс сидел в машине с работающим мотором. Линда робко подошла. Вестон распахнул дверцу. Едва Линда села, как Алекс рванул с места на большой скорости.

– Это предосторожность, – сказал он, не глядя на Линду. – Мне показалось, что за тобой следят. Может, лишь показалось. Нервы на пределе... Куда тебя отвезти?

Линда назвала адрес «Робогарда».

– Я высажу тебя неподалеку и провожу пешком. Дальше уже пусть они тебя охраняют.

Вестон немного покружил, но слежки не обнаружил. Алекс выбрал удобное место с хорошим обзором и остановил машину, не выключая мотора.

– Что-то случилось? – с тревогой спросила Линда.

– Да ничего особенного, – с горечью ответил Вестон. – Ты ведь думала, что я преувеличиваю, да? Ну так вот: охота на меня уже началась. Скоро будут охотиться и за тобой.

– Да что случилось-то? Господи, да на тебе же лица нет!

– Эмма, – выдохнул Вестон. – Она пыталась застрелить меня, и не смогла этого сделать лишь потому, что я вынул из ее пистолета патроны...

Вестон уронил голову на руль и неожиданно разрыдался.

У Линды на глазах выступили слезы сочувствия...

– Нет, ты не думай, – вяло пробормотал Вестон. – Она не со зла, у нее был приказ убить меня... Она не хотела...

– Господи! – воскликнула Линда. – Да если бы я получила такой приказ, то стала бы твоим телохранителем!

– Ладно, ближе к делу, – Вестон высморкался и огляделся; вокруг ничего не вызывало подозрений. – У тебя еще не пропало желания поиграть с огнём?

– Так я еще и не начинала игру, – молвила Линда и страшно улыбнулась. – Ты принес материалы? Мои друзья из «Робогарда» ждут не дождутся... Это очень важно. Имея факты на руках, они смогут действовать гораздо более активно.

Вестон вытащил из кармана флэшку и сунул ее Линде.

– Здесь скан сметы по проекту «Элизиум». Цифры, ссылки на другие документы... Копию делал сенатор Эдвард Найт, мне эту копию передала его вдова Мэгги Флорет, которую вскоре после этого взорвали в машине. Я хотел спасти ее, но она слишком долго медлила. Мой бывший начальник из Управления безопасности генерал Флетчер своими глазами просмотрел всё это и подтвердил аутентичность документа. А вот здесь запись моего сегодняшнего разговора с генералом Картером, который скоро будет заместителем начальника Управления безопасности. Мне удалось так построить разговор, что он сам подтвердил всё написанное в отчете.

Линда обалдело посмотрела на Вестона.

– Алекс, да ты же просто гений! Если это интервью в нужный момент вбросить в интернет... Это будет бомба! Это именно то, что нужно моим друзьям из «Робогарда»! Теперь агитировать политиков и бизнесменов против планов «Теллуры» будет гораздо проще... Но как тебе удалось разговорить Картера?

– Сама услышишь... Этот самовлюбленный болван даже не понял, почему я спорю с ним. Если бы он догадался обыскать меня на выходе, я бы не вышел оттуда живым... Не думаю, что всё это остановит проект «Элизиум», но всё же хоть немного уравняет ваши шансы в борьбе с ним. Ты только не высовывайся сама, помни о судьбе сенатора Найта и его жены! К сожалению, документов по проекту «Шеол» у меня нет. И я не знаю, кто мог бы достать эти документы...

Линда смотрела на Вестона глазами, полными восхищения и обожания...

– И куда ты теперь? – удрученно спросила она.

Вестон пожал плечами.

– Буду прятаться... Если вы сделаете достоянием гласности моё интервью с Картером, он сделает всё, чтобы найти меня... Впрочем, долго после этого он не протянет. Сама же «Теллура» объявит его самодеятельным авантюристом и ликвидирует, чтобы он не сдал своих хозяев... Это будет моя месть ему за Роберта Янга, за сенатора Найта и его жену. Это те, о гибели которых я знаю точно. Вот после его смерти мне, может быть, и можно будет немного расслабиться.

– Что значит – расслабиться? Чем ты займешься?

– Не знаю, – пожал плечами Вестон. – Там посмотрим, какая сложится ситуация. Во всяком случае, у меня никого нет, я не несу ответственности за чью-то жизнь, я теперь свободен, как собака.

– И не мечтай, – улыбнулась сквозь слезы Линда. – Теперь ты мой! И не вздумай гулять от меня с кем бы то ни было; убью обоих без приказа!

Она обняла Вестона и крепко поцеловала.

– Ты обещал мне телефон для связи...

Вестон достал из кармана и протянул Линде старый кнопочный телефон с блоком зарядки.

– Здесь нет никаких контактных номеров. Но если ты когда-то получишь сообщение, неважно какое, за подписью «Элла», то выйди куда-нибудь, где тебя никто не услышит, и перезвони мне. Говори по возможности кратко и отвлеченно, как будто тебя прослушивают. И уж конечно не называй меня по имени... Звонить можно только раз, после каждого разговора я буду менять свой телефон. Ладно, поехали. Если я не исчезну к ночи, то до утра не доживу.

Эпилог

По тихой улице небольшого провинциального городка величаво вышагивала (лучше сказать, плыла) рослая скандинавка с длинными развитыми ногами, правильным лицом и выдающимися женскими достоинствами; длинные светлые волосы расплескались по плечам. Она всего лишь несла из супермаркета к автомобилю большую сумку с продуктами, но с таким видом, как шведская королева шагает на свою коронацию. Ее голова была горделиво приподнята, мощная грудь смело распахнута навстречу жизни, плотное гладкое тело упруго перетекало с одной ноги на другую. Величавая красота!

– Бог мой, какие дивные розы произрастают в нашем скромном городишке... – услышала она знакомый голос.

Скандинавка резко обернулась. У обочины дороги под деревом, опираясь на ствол, стоял высокий плотный старик затрапезного вида. Одежда была поношенной, длинные седые волосы свисали на плечи, пышные усы и большие очки скрывали половину лица... Его трудно было узнать, но голос... Женщина нервно оглянулась по сторонам и остановилась, переложив сумку из одной руки в другую.

– Вестон?.. – тихо спросила она. – Что за маскарад? Ты что здесь делаешь?

– Да вот шел мимо, гляжу – знакомое лицо... И не только лицо...

– Ну вот и шел бы мимо, – нервно, но тихо сказала женщина, озираясь. – За тобой тут уже приходили двое, из вашего Управления безопасности...

– Уже? – удивился Вестон. – Быстро же они тебя нашли...

– Что ты там опять натворил? – спросила женщина вполголоса. – Снова угнал звездолет?

– Хуже, – сообщил Вестон. – Ткнул свое начальство мордой в дерьмо. Такое не прощается.

– Что тебе надо? Денег?.. Привести тебя к себе я не могу.

– Да ничего мне не надо! Просто хотел узнать, как ты... У тебя всё в порядке?

– Да, всё в порядке... Живу в доме местного бизнесмена... Всё, что нужно, у меня есть. Он меня любит, исполняет все мои прихоти. Вот собираемся пожениться, детей завести... Не мешай мне жить...

Всё это женщина проговорила в землю, якобы копаясь в сумке.

– Живи... Рад, что у тебя всё хорошо... Значит, не зря вытащил тебя оттуда... И забудь о моем визите. Забудь! И о том, что там у нас было на астероиде, тоже забудь. Твой телефон наверняка на прослушке, не чеши языком зря...

Женщина подняла голову, обернулась... Но Вестона уже и след простыл...

Конечно, хорошо, что у Розы всё в порядке, подумал Вестон. Ну что он мог ей дать?.. Однако сердечко ныло... Алекс хорошо помнил ее страстные вздохи, пышные гладкие телеса, белую кожу... А какая у нее великолепная грудь... Как она забрасывала на него свою ногу... Конечно, с ней было нелегко... Секс превратился в тяжкий труд по добыче многократного оргазма из жарких недр страстного женского тела, причем работать приходилось не только инструментом, но и голыми руками... Алекс много бы отдал сейчас за одну ночь с Розой. Всего одну ночь... Но увы... Роза уже зажила своей новой жизнью, и не следует снова ставить ее под удар... Ее нужно просто вырезать из сердца напрочь, как он уже вырезал Эмму... Но как же больно резать по живому, когда еще и старый разрез не зажил...

Через неделю в небольшой тихой речке нашли обезображенный мужской труп. Его лицо уже было изъедено до неузнаваемости, но в кармане нашли полусохранившиеся документы; их с трудом удалось прочесть. Это был некий Алекс Вестон, работавший ранее офицером Управления безопасности. Судя по всему, он сам застрелился из пистолета, который принадлежал другому агенту Управления, Эмме Эйнджел. Пытались сделать анализ ДНК, но медицинские данные по Вестону где-то затерялись. Ему хотели было устроить официальные похороны, но замначальника Управления Картер воспротивился. Дескать, нет твердых доказательств, что труп принадлежит именно офицеру Вестону... Поэтому покойника похоронили в маленьком городке, расположенном возле этой речки. После похорон мужчины зашли в кафе и помянули покойника, обсуждая, кто он и как тут оказался... И никто не обратил внимания на высокого плотного старика с длинными седыми волосами и пышными усами, который скромно сидел в углу, потягивая коньячок...

Алекс допил коньяк, расплатился и вышел из кафе. Городок маленький, каждый новый человек на виду, нужно уносить ноги... Санитар морга (в другом городе) получил хорошие деньги и к тому же запуган до полусмерти. Он никому не проболтается о пропавшем трупе какого-то бомжа. Можно смело считать себя покойником. Теперь надо поговорить с Линдой, а то она с ума сходит... Вестон поежился, в предчувствии жуткой длительной истерики... Отъехав от города, Алекс отправил Линде сообщение: «Книгу прочла. Элла».

Линда отзвонилась быстро, через пять минут.

– Алекс, это ты? – взволнованно прокричала она в трубку, забыв о конспирации. – Ты жив?!

– А что, разве можно звонить с того света? – удивился Вестон. – Не знал...

– Боже мой, скотина ты этакая, не мог предупредить, еще до своей смерти?! Убила бы, если бы рядом была... Или расцеловала... Даже не знаю... – Линда всхлипнула в телефон. – Со мной тут такая истерика была, меня всей лабораторией приводили в себя, скорую вызывали, укол делали...

– Ну извини, – вздохнул Вестон. – Так надо было. Чтобы Картер поверил, что у тебя нет связи со мной, и оставил тебя в покое... Уж не знаю, поверил ли он в мою смерть, но, надеюсь, понял, что искать меня бесполезно... А ты, я вижу, уже пережила и успокоилась?

– Меня Макферсон успокоил... Он шепнул мне по секрету, что от такого пройдохи, как ты, можно ожидать и не таких фокусов. Он обнаружил твое проникновение в архив лаборатории и пропажу данных по твоим ДНК. Он сразу смекнул, что к чему, и уверен, что ты жив. Но он никому не скажет об этом.

– Ну а как там вообще? Тебя не преследуют, не зажимают?

– Да нет... Поначалу дергали люди из Управления безопасности, даже Макферсон официально провел допрос под протокол, чтó мне известно о твоем исчезновении... Но после известия о твоей смерти все угомонились. Я всё же перехожу в «Робогард», PR-менеджером, а фактически руководителем группы информационной поддержки, ты понимаешь, о чем речь... Мы подняли волну в СМИ по вопросу о виртуальных мирах... Завтра состоится обсуждение разных точек зрения по ТВ, ток-шоу на всю страну. Сам Картер будет агитировать за свой Элизиум, его пригласили... Вот там мы выложим и смету проекта, и твое интервью, в прямом эфире... Не пропусти передачу!

– Ты только не вздумай ехать на телестудию! – забеспокоился Алекс. – Пошли помощников! Пусть поедут три-четыре человека, разными маршрутами, с копиями всех материалов!

– Ну уж нет! – отрезала Линда. – Выкладывать твои материалы буду именно я, в прямом эфире! Это уже решено! Я сама посмотрю, как он будет вертеться, словно уж на сковородке! Но насчет двух-трех дублеров – это ценный совет, спасибо! Так мы и сделаем!

– Вернешься домой – сразу отзвонись, – вздохнул Вестон; он понимал, что отговаривать Линду бесполезно. – Ты последнее, что у меня еще есть в этой жизни... Ладно, до завтра...

– Постой... Ты, наверное, хочешь спросить, как там Эмма? – тихо спросила Линда дрогнувшим голосом.

– Ну, хотелось бы узнать, – деревянно молвил Вестон.

– Твоя Эммочка цветет и пахнет... Вертит хвостом перед топ-менеджерами... Ее хотят сделать начальником отдела кадров, войдет в Совет директоров... Это Картер ее проталкивает... Но когда в холле повесили твой портрет в траурной рамочке, она подходила, стояла, аккуратно поплакала... Привет от тебя ей не передать?

– Можешь поцеловать ее от меня... Только молча... О нашем с тобой разговоре – никому ни слова, даже Макферсону. Удачи!

Вестон тронул машину с места. В голове вертелась латинская фраза: «Сделал, что мог. Кто может – пусть сделает больше»...

Впрочем, если Картер вылетит из Управления безопасности (а после завтрашнего эфира этого вполне можно ожидать), то будет возможность и вернуться, и продолжить борьбу с «Теллурой»...