Клинок в Тени

Пролог. Восьмая Тень.

Этой ночью было неспокойно. Легкий ветерок, что весело блуждал по округе под светом Солнца, при бледном свете Луны обернулся беснующимся ураганом. Молодые деревца преклонили свои кроны перед его могуществом, тогда как вековое древо лишь слегка покачивало листвой.

Шум ветвей и листьев напоминал предупреждение мудрого старца непутёвому юноше, мол, не стоит растрачивать свою мощь на такие мелочи… но горячный юноша не слушал его, приближая свой конец.

Растерявший свою силу в этих лесах, ураган был обречен столкнуться с силой, которую ему было не преодолеть — с горами.

На его пути встали две крохотных по сравнению с древом-старцем фигуры, чья непоколебимость была сравнима с горным хребтом. В одеяниях, сотканных словно из воплощенного мрака ночи, они двигались с ураганом в одну сторону, и несмотря на все попытки стихии сбить их с пути, продолжали идти по едва заметной лесной тропке…

Вдруг, одна из фигур, та, что бежала без капюшона, застыла на месте… Звериные уши дернулись назад, а фиолетовые глаза сверкнули в свете Луны.

— Дельта? — вторая фигура остановилась совсем рядом. Из-под капюшона выбился единственный локон длинных светлых волос.

— Госпожа Альфа… Этот запах… — названная Дельтой поморщилась, но затем ее уши, напоминающие волчьи, навострились — Так пахнут одержимые…

Невысокая девочка, чье лицо было скрыто капюшоном, услышав это, подобралась.

— Веди! — с радостным визгом, девочка с волчьими ушками вскочила на все четыре конечности. Одним резким движением Дельта сорвалась на бег и почти мгновенно оставила свою подругу позади.

Альфа, первая из Теней, сняла с головы капюшон, и позволила урагану растрепать свои длинные светлые волосы. Ее заострённые уши дернулись, безошибочно указывая направление, куда сорвалась ее нечеловечески сильная подруга.

— Ау-уу! — завывание девочки по имени Дельта разнеслось по округе.

Светловолосая эльфийка последовала за ней, сорвавшись на стремительный бег. Там, где ступала Дельта, не оставалось почти ничего, словно она едва касалась земной тверди. Но там, где ступала первая из Теней, казалось, со страшной силой бил кузнечный молот — настолько большие выбоины оставались на лесной тропе.

«Эта дорога…» — Альфа настигла свою подругу — «Она ведь ведет в место, где Владыка нашел меня…»

Альфа не успела опомниться, как они оказались у заброшенной, изрядно заросшей деревни, притаившейся у горы. Многие дома уже пришли в негодность, но среди них были и такие жилища, что смогли дать отпор самой природе, и выдержать суровый напор времени…

— Там! — Дельта указала на добротно сделанную деревянную хижину, поросшую плющом. Двери были сорваны с петель, на ней виднелись старые следы крупных когтей, но окна, что удивительно, были целы….

Штормовой ветер дул им в лица, но даже разбушевавшаяся в эту ночь стихия не могла помешать их планам, и Альфа приготовилась — ее окутала черная блестящая слизь.

Блестящая субстанция мягко окутала девочку, превратившись в костюм-слизень — надежный инструмент нападения и обороны, способный превращаться в любое оружие, и обеспечивать при этом отличный уровень защиты.

Альфа сделала глубокий вдох, и переступила через порог. Ее шаги были очень мягкими, и деревянные половицы молчаливо стерпели вторжение незваной гостьи…

В нос ударил мерзкий смрад — запах нечистот, гниения и немытого тела застоялся в этом месте. Все ценное из дома давным-давно было вынесено, не было даже мебели.

Однако, дом все же не пустовал.

В бледном свете Луны, первая из Теней могла разглядеть бесформенное нечто, отдаленно напоминающее крохотного человека — оно было едва ли не меньше самой эльфийки. Тело было испещрено темными пустулами и наростами, настолько, что определить, где какая часть находится, было практически невозможно.

Под существом лежало нечто, отдаленно напоминающее накидку или покрывало, неопределенного цвета — явно принадлежащее этому существу.

Присмотревшись к существу, Альфа смогла разглядеть то, что когда-то было головой — и найти пару приоткрытых, блестящих глаз яркого янтарного цвета.

«Она еще жива» — первая из Теней вздрогнула, но затем решимость наполнила ее — «Никто больше не должен страдать. Мы вылечим тебя» — рука в защите осторожно, чтобы не сделать бедняжке еще больнее, коснулась места, где когда-то был лоб существа.

Однако, Альфа быстро одернула руку, ощутив от него жар, пышущий словно от камина. Существо дернулось, и от него во все стороны брызнули алые искры.

«Насколько же сильной ты была?» — первая из Теней прислушалась к своим ощущениям.

— Не бойся… — она в очередной раз коснулась существа. — Сейчас тебе станет легче — на руке у Альфы заплясала магия — заклинание, по виду напоминающее пламя, но темного, пурпурного цвета. Это пламя окутало пустулы и наросты, сглаживая, убирая и исцеляя, приводя к гармонии разбушевавшуюся в этом существе магию…

«Все, как учил меня Владыка… контролировать процесс, сдерживать магию в теле, помогая телу адаптироваться. А всем изменениям — дать войти в силу» — недостатком ее техники исцеления было то, что, в отличии от техники Владыки Теней, Альфа не могла исцелить одержимого мгновенно — ей на это требовалось время.

— Дельта — не отвлекаясь от процесса, проговорила первая из Теней — У меня будет для тебя задание — устраивай охоту на всех, кто будет ошиваться в округе.

«Ни один невиновный человек не сунется сюда ночью, а с мелкими сошками Культа она справится» — думала Альфа, отдавая этот приказ…

— Слушаюсь, госпожа Альфа! — Дельта выбежала из дома, подняв за собой облако пыли, что потянулось за ней вслед…

***************

Ветер стихал… Растерявший свою силу, он только и мог, что в бессилии биться о неприступную каменную твердь, чьи вершины скрылись где-то в небесах, за пеленой облаков…

Ночная буря принесла с собой беспросветную пелену черных туч. Свет Луны более не падал на землю — ее заслонило темное полотно, словно на небе опустился занавес, а безмятежный, размеренный концерт лунного света завершился…

— ДОБЫЧА!!! Арх-аа! — посреди проливного дождя, разносился радостный вой и довольное рычание…

Дельта, зверочеловек из Сада Теней, неслась к людям, коим не посчастливилось этой ночью оказаться вблизи заброшенной деревни… А то, что эти люди были вооружены, и пытались дать ей отпор, лишь делало охоту интереснее.

Встречный ветер принес их запах прямиком к ней — их было двое, от них разило керосином, специями и хмелем…

— Ч-что это было?! — заслышав ее вой, два человека встали спина к спине, сжимая клинки и светильники в руках, разгоняя окружающий их мрак.

Дельта не медлила в своих действиях — приблизившись почти вплотную, она с разбега бросилась на ближайшего из противников, выпустив острейшие когти, не оставляя ему шанса на спасение…

Твердые, способные разорвать даже лист стали, когти с лёгкостью прошли через одежду и со скрежетом вонзились в мягкую плоть, разрывая и разрезая ее, словно десяток длинных пил.

— АААААА! — оглушительный вскрик мгновенно прервался, когда когти с почти хирургической точностью разделили тело на несколько неровных частей.

Вокруг теперь уже трупа разлилась лужа крови. Этот запах пьянил Дельту, кричал ей — продолжай свою охоту. И зверолюдка послушалась…

Второй человек, однако, все же сумел не растеряться, и бросился наутёк, обгоняя собственный крик. Его лампа погасла, оставив их в полной темноте.

«Он сильный… Добыча!» — подумала девочка из Сада Теней, бросаясь в погоню, ориентируясь по запаху керосина, исходящему от его лампы.

Сломанные ветви хрустели где-то позади, ветер трепал листву, и во вспышках света Дельта видела удаляющийся силуэт.

Она ощутила в той стороне запах костра — казалось, что человек бежал именно к нему.

«Добыча… МНОГО ДОБЫЧИ!»

И вот, уже совсем рядом показался небольшой огонек. Запах огня, дыма и жареного мяса ударил по ее обонянию, а ветер донес до волчьих ушек переговоры.

— Где Финеас?!

— Его утащила какая-то тварь! Я сам видел — она разорвала его на куски!

— Мы потеряли уже троих…и все из-за больной одержимой соплячки!..

Заслышав последнюю фразу, Дельта поняла, что она уже совсем близко. Зверолюдка ощутила запах по меньшей мере пятерых противников…

«Госпожа Альфа приказала охотиться на всех…значит. и на них тоже»

— Как… Много-о добычи! — она перешла в атаку, со спины набросившись на низкорослого эльфа, державшего в руках что-то вроде разделочного ножа. Он умер почти мгновенно — бритвенной остроты когти разделили его одним ударом.

— Да кто ты вообще такая?! — в следующий же миг, Дельта была вынуждена принять на когти резкий взмах клинком. Сила столкновения была настолько велика, что от ударной волны пламя костра погасло, оставив за собой лишь кучку светящихся угольков.

Зверолюдка из Сада Теней в тот же миг разорвала дистанцию, выбрав в качестве цели еще одного противника — вооруженного длинным, украшенным мечом. В свете костра капли дождя на его походном плаще поблескивали, а сам он уже приготовился к бою…

…только чтобы тут же свалиться замертво со сквозной дырой в груди на том месте, где еще мгновение назад билось живое сердце.

Дельта «Тиран» из Сада Теней, быстро вошла во вкус… и ни одна из ее целей после нападения еще не выживала…

**************

— Вот так. Чувствуешь, как тебе становится легче? — Альфа продолжала следить за исцелением, наблюдая, как медленно уходят наросты и пустулы, открывая очень нежную и бледную кожу. Из янтарных глаз закапали слезы — Потерпи еще чуть-чуть. Скоро все закончится. — наросты неспеша отступали, открывая первой из Теней детское, изможденное личико.

«Она еще совсем кроха…» — когда, наконец, последние признаки болезни отступили, Альфа осмотрела бедняжку.

Одержимой оказалась совсем еще крохотная человеческая девочка, лет семи-восьми на вид. Ее ярко-красного цвета волосы спутались на голове, напоминая бесформенный клубок тонких ниток. Девочка была измождена, и, как казалось Альфе, очень устала — ее яркие, янтарные глаза слипались…

— Вот, видишь. Уже не болит — бывшая одержимая едва пошевелила головой из стороны в сторону, приходя в себя.

Первая из Теней посмотрела девочке в глаза, но того, что она увидела во взгляде цвета расплавленного золота, она никак не ожидала — вместо страха, паники или боли, Альфа узрела полыхающее пламя и решимость, словно у загнанного в угол зверя.

— П…пить — услышала Тень тихую, словно хрустальный звон, просьбу бывшей одержимой.

— Держи — Альфа достала из сумки небольшую фляжку, открыла ее и поднесла к губам бедняжки.

Дождавшись, пока девочка напьется, она спрятала фляжку.

— Что?.. Что со мной случилось?? — тонкий и звонкий голос малышки зазвучал более уверенно, и первая из Теней даже смогла увидеть, как ее маленький кулачок сжался.

— Я вылечила тебя. — Альфа улыбнулась ей так, как умела улыбаться только таким же детям, какой когда-то была она сама. — Сколько ты уже прячешься в этом доме?

— Ммм… — девочка задумалась — Кажется, я сидела тут целую вечность. Было больно… и страшно.

— А где твои родные? — первая из Теней, задавая этот вопрос, уже знала примерный ответ — в лучшем случае одержимую должны были изгнать из родного дома и города. В худшем же…

— Они… хотели отдать меня в церковь, для очищения. Но… я испугалась священника, и…

— Сбежала? — Альфа улыбнулась ей, пытаясь подбодрить. Но бывшая одержимая лишь отвела взгляд

«Умничка» — подумала эльфийка

— Ты сделала правильно, что сбежала от Церкви — они бы сделали тебе очень больно… — почти не соврала первая из Теней.

— Но… что теперь? — когда-то, почти два года назад, первая Тень задала себе тот же вопрос — перед ней тогда сидел Владыка Теней, ее спаситель. Тогда Альфа не могла дать себе внятного ответа… Но теперь…

— Церковь не оставит тебя в покое…за ней стоят силы, которые желают таким, как мы, зла.

— Как мы?.. — вопреки своим ожиданиям, первая из Теней увидела в глазах девочки понимание.

— Да. Таким, как мы с тобой. Тем, чьими предками были герои, победившие демона Диаблоса, и в чьих жилах течет их кровь… наш дар, и наше проклятие. — голос эльфийки стал твёрже — Когда-то, очень давно, на этих героев было наложено проклятие, которое стало известно в мире, как одержимость…

— О…одержимость — и без того бледная девочка приобрела сероватый цвет лица, и прижалась к стене.

— Именно. Когда-то, очень-очень давно, от этого проклятия было лекарство, но сейчас о нем забыли, а потомков героев преследуют… и истребляют. — бывшая одержимая вздрогнула. — Нас… хотят просто вычеркнуть из истории. — девочка выглядела сильно задумавшейся.

— Кто может желать нам зла?.. — она задала правильный вопрос, что понравилось Альфе.

— Культ Диаблоса. Организация, желающая возродить демона. — голос первой из Теней наполнился гневом, когда она поясняла малышке, с каким врагом они сражаются. — Мы спасаем потомков героев и боремся против Культа… — Альфа встала и выпрямилась — Имя нам — Сад Теней. Мы скрываемся в тенях и охотимся под покровом ночи.

— Я… — девочка замялась, но затем, прикрыв глаза и собравшись с силами, проговорила голосом, полным решимости — Я тоже хочу бороться против этого Культа. Вы спасли меня, когда мне было плохо… Позвольте мне помочь вам!

Альфа улыбнулась. Эта девочка напомнила первой из Теней ее саму, когда она впервые встретила Владыку… в глазах бывшей одержимой горел такой же яркий огонь. И пусть даже сейчас малышка была совсем юной… но она также будет полезна Семи Теням.

— Ты уверена в этом? — не то, чтобы Альфа хотела отговаривать девочку… но в ситуации, когда она сама оказалась на ее месте, ей не приходилось выбирать.

— Уверена. — глядя в расплавленное золото в глазах бывшей одержимой, эльфийка поняла — девочка была готова идти до конца.

— Тогда — идем со мной. Я представлю тебя Владыке Теней…

Глава 1. Si vis pacem...

Гроза, что ночью обрушилась на эти места, утихла, оставив после себя лишь лужи своих слез, что оросили земли… Ветер переродился, из могучего юноши обратившись в дряхлого старца, что мог лишь едва трепать листву тех деревьев, что еще несколько часов назад склоняли перед его мощью свои кроны…

Альфа смотрела на поместье семьи Кагено… Бывшее лишь броским и даже вычурным домом при свете Солнца, оно внушало совершенно иные мысли, стоило бледным лучам лунного света коснуться его стен.

«Цитадель Теней»

Именно так первая из Теней могла назвать поместье, которое, по общему с Владыкой Теней плану, должно было стать последним рубежом Сада Теней, если ситуация вдруг примет критическую форму…

Во мраке ночи скрылись украшения и броские цвета, присущие дому состоятельной семьи. Во тьме все приходило к одному, темному знаменателю, и разукрашенный дом превратился в темную обитель…

Недавно найденную девочку Альфа отправила домой с Дельтой — вряд ли кто-то мог приглядеть за ней лучше, чем шесть Теней, обученных лично Владыкой…

Эльфийку обеспокоили слова зверодевочки о встрече с группой бандитов, ранее не замеченной во владениях Кагено. Ситуация требовала отдельного расследования и не должна была пройти мимо внимания их владыки.

Первая из Теней без малейшего шума запрыгнула на балкон на втором этаже — именно там располагались покои, где проживал сам лидер Сада Теней…

И, вопреки ее ожиданиям, Тень бодрствовал и сидел в кресле, читая книгу.

— Владыка… У меня есть новости.

— Я слушаю тебя, Альфа… — Тень…а вернее, Сид Кагено, личность, которую он выставлял напоказ перед обычными людьми, не отрывал взгляда от книги. Его волосы цвета крыла ворона были растрепаны, а взгляд напоминал глаза эльфийского старца, что видели восход и закат сотен империй…

— Мне удалось найти еще одного из потомков. Я излечила ее и намерена принять в Сад Теней.

— Кажется, это уже восьмая… — услышала она бормотание Владыки, но затем его тон сменился. — Чудно. Как я понимаю, техника исцеления прошла испытания?

— Да, Владыка. У меня получилось обратить одержимость в течении пятнадцати минут использования заклинания… До вас мне еще далеко, но…

— Достаточно. — Владыка прервал ее — Сила не стоит ничего, если для ее получения не было приложено усилий. Не прекращай совершенствоваться.

— Да… Владыка. — слова Тени наполнили эльфийку теплом. — Я собираюсь обучить этой технике девочек… Думаю, это будет полезно при расширении Сада Теней.

— Займись этим… — Сид отложил книгу в сторону и бросил взгляд на Луну. — Тьма сгущается… — произнес он, от чего у Первой из Теней перехватило дыхание — Si vis pacem, para bellum…

— Что это значит?.. — эти слова на неизвестном эльфийке языке прогремели подобно грому.

— Изречение на одном утерянном ныне языке. Переводится примерно как «хочешь мира — готовься к войне».

— Para bellum… — повторила Альфа про себя. — Я поняла вас, Владыка

«Нужно ускорить расширение организации…» — первая из Теней интерпретировала слова Сида именно так.

— И еще… С этого дня, всех новых Теней вы должны тренировать сами… У нас осталось не так много времени… — Альфа лишь покорно кивнула в ответ на этот приказ — она и сама понимала, что хотел донести до нее Тень. — Отныне вы сами даете новым Теням имена и силу. И вашим… — Сид на мгновение замолчал, — экзаменом будет Восьмая Тень.

«Он дал нам силу… Силу и свою мудрость. Теперь мы должны доказать, что стали самостоятельными» — подумала эльфийка.

— Есть еще кое-что… Когда мы нашли ее, мы также обнаружили ранее незамеченную группу бандитов. У нас мало информации, но я подозреваю, что они могли быть посланы Инквизицией.

— Значит, Церковь Божественного Учения… — произнес Владыка, словно о чем-то задумываясь. — Я намерен заняться этим вопросом лично. Вы же разобрались с нападавшими?

— Дельта расправилась со всеми. — подтвердила Первая из Теней.

— Хорошо. — коротко и сухо ответил Тень. — Ты можешь идти.

И фигура в темной накидке скрылась в ночи, направившись в место, которое она могла назвать новым домом. Ветер не мог донести до ее ушей слов, что обронил Владыка Теней после ее ухода:

— Одержимые и Церковь. Церковь связана с Культом - прямо или косвенно. Почти наверняка... - бросил он куда-то в пустоту, кивая в такт своим мыслям - Надо проверить, кого там послала Инквизиция, и что могло там остаться...

**************

— Госпожа Альфа! — Первая из Теней настигла идущую Дельту довольно быстро — она и вверенная ей девочка явно не спешили, и проходили неподалеку от поместья, о чем-то переговариваясь.

Спасенная ими девочка немного привела себя в порядок — ее волосы уже не напоминали бесформенный клубок, лишь сильно растрепавшись от ветра.

Девочка, казалось, почти не обратила внимания на ее появление, лишь кинув едва заметный взгляд на нее, чтобы после закутаться в грубую, нескладную накидку обсидианового цвета с капюшоном — как смогла понять Альфа, она была сделана из слизи…

«Она успела освоить костюм-слизень?» — не без тени интереса подумала эльфийка из Сада Теней.

— Владыка принял тебя, Восьмая… — в ответ на ее недоуменный, слегка затравленный взгляд, Альфа улыбнулась. — В Саду Теней мы отрекаемся от наших старых имен, и принимаем новые.

Это действительно было так. Каждая из Теней, которых они с Владыкой спасли, в той или иной степени пережили крайне болезненные события, которые хотелось оставить в прошлом. И как показала практика, новое имя и новая жизнь в конечном итоге заново формировали каждую из Теней, став целительным бальзамом на раны прошлого…

— Вот как… — тихо проговорила девочка. — И…какое имя дал мне Владыка Теней?

«Она притихла…» — мысленно подметила Первая из Теней.

— Владыка поручил это нам, — ответила Альфа. — Он решил, что нам пора стать более самостоятельными…

— Босс решил, что мы выросли?! — эльфийка вынуждена была прикрыть уши — настолько громким был голос Дельты.

— Да. Владыка сказал, что мы должны сами тренировать новых Теней… Ибо у нас не так много времени.

— О-о-о! Это значит, что сестренка Дельта сможет научить ее охотиться! — зверодевочка прижалась к своей подопечной, от чего та съежилась.

«Недотрога….Наверное, ей просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть» — подумала Альфа, раздумывая над тем, что предстоит сделать, чтобы обучить будущую Восьмую Тень.

Внимательная и чуткая к проблемам своих подчиненных, Первая из Теней, вторая после Владыки Теней, Альфа понимала, что если Сад намерен вести противостояние на равных с Культом Диаблоса, организацию придется расширять — делить ее на отдельные управления и отделы, каждый из которых укомплектован собственным персоналом, выполняет свои функции и подчинен непосредственно Семи Теням.

Почти каждая из первых семи Теней в данный момент нуждалась в помощнике — и если раньше Тени могли помочь друг другу, то с расширением масштаба и радиуса действия Сада за пределы владений Кагено такая возможность выпадала все реже.

«По прибытии на базу нужно проверить ее навыки… Но…» — эльфийка окинула спасенную девочку придирчивым взглядом, в ответ получив тот же оценивающий взгляд. — «У меня странное предчувствие…»

— Как я вижу, ты освоила костюм-слизень… — девочка бросила на Альфу взгляд из-под капюшона, и лишь затем кивнула.

— Это…странная вещь…я могу менять свойства слизи при помощи магии, могу вытянуть ее, и сделать твердой, как сталь, могу придать ей почти любую форму…

— Ты училась пользоваться магией раньше? — как припоминала Альфа, ее подругам требовалось хотя бы несколько часов использования костюма, чтобы определить, как именно пользоваться им.

— Только если совсем немного…

«Кажется, она принижает свои заслуги…или там, откуда она сбежала, ее нынешний уровень — это лишь крохи… Она из Лаогуса?» — Альфа тщательно анализировала слова Восьмой. — «Думаю, Эта будет рада такому помощнику в своих исследованиях…»

***************

— Мы пришли. Добро пожаловать в твой новый дом. — они наконец-то добрались до нынешнего штаба Сада Теней…

Штаб, как называла его Альфа, представлял из себя уютный деревянный дом, построенный по заветам мудрости Владыки Теней, притаившийся на самой окраине владений Кагено, в скрытой от чужого взора, недосягаемой для слабого духом и телом, горной долине…

В некотором смысле, путь сюда также был элементом тренировки Теней — добраться сюда обычной дорогой было тем еще испытанием….

— Не устала? — по дороге, Восьмая экспериментировала со своим костюмом, и ее одежда стала едва ли не копией снаряжения Альфы. В ответ на вопрос эльфийки, девочка лишь покачала головой. — Дельта, иди к девочкам, и скажи, что у нас пополнение. — обратилась первая из Теней к зверодевочке. — А ты, Восьмая… — она окинула спасенную девочку взглядом, отчего та непроизвольно дернула рукой…словно потянулась к клинку, висящему на поясе.

«Хм…» — она задумалась. — «Ее как будто уже учили основам какого-то стиля боя… И это движение… хотела схватиться за меч?» — Альфа анализировала движения девочки. — «Любопытно»

— Создай оружие, которым тебе удобно пользоваться, — словно что-то для себя решив, Восьмая принялась преобразовывать слизь.

На создание оружия у Восьмой ушло достаточно много времени — для формирования из слизи тонкого, длинного клинка со сложной гардой девочка затратила почти минуту.

«Похоже на рапиру…»

— Теперь — разбери его и создай еще раз. Только быстрее, — тонкий клинок исчез почти мгновенно, и возник вновь через пару секунд. — Уже лучше. Нападай. Я хочу проверить, на что ты способна.

— Дважды меня просить не придется. — уверенно произнесла Восьмая, и уже спустя мгновение Первая из Теней была вынуждена сместиться в сторону, уклоняясь от неожиданно быстрого выпада.

«Отличный выпад» — Альфа слегка удивилась такой прыткости, и создала уже свой меч. И очень вовремя — в следующее мгновение она была вынуждена парировать настоящий град уколов, отступая на несколько шагов назад. — «Неплохо…а для такой крохи, что еще и магию едва умеет использовать — и вовсе великолепно… Только» — эльфийка приняла удар тонкого клинка на гарду, и закрутила рапиру Восьмой с такой скоростью, что среагировать девочка не успела — «Не задирай нос слишком высоко!»

Рапира вырвалась из руки девочки, пролетев над ними и оказавшись у Первой из Теней за спиной. Однако, в следующую секунду, Альфа вынуждена была развернуться и перехватить клинок, летевший ей в спину.

Слизь, что по твердости лишь немного уступала закаленной стали, с громким противным звоном разбилась на осколки, опав вокруг эльфийки.

— Отличный ход, — Первая из Теней улыбнулась девочке, и заставила свой меч исчезнуть. — Как ты до этого додумалась?

— Я просто увидела, как вы манипулируете костюмом-слизью прямо в воздухе, и подумала, что могу использовать слизь даже ее не касаясь.

«Умничка!» — Альфа была довольна новым приобретением Сада. И поэтому…

— Парабеллум. С этого момента твое имя — Парабеллум. Идем, познакомлю тебя с остальными Тенями.

«Девочка решительна и сообразительна… Думаю, Владыка оценит выбор имени» — эльфийка заметила, что Парабеллум бросила на нее недоуменный взгляд, но не стала придавать этому значения.

**************

Когда Луна являла свой лик на небосводе, в этом доме всегда становилось тихо… Под её бледным светом хищные цветы Сада Теней расцветали и выходили на свою охоту в окрестных владениях, чтобы затем вернуться домой…

Семь Теней собрались в довольно тесной гостиной дома , заняв почти все свободные места.

У каждой из них в эту ночь были свои задачи, и Альфа была намерена заслушать их доклад после того, как донесет до них новую волю Владыки Теней и представит им Парабеллум.

Первая из Теней заняла место в кресле во главе стола — и позволила девочке занять место на стуле по левую руку от себя.

— Все в сборе, — эльфийка окинула Теней взглядом. Дельта и Бета, Эпсилон и Дзета[9] заняли два дивана друг напротив друга, так, чтобы их разделял стол. Эта, спасенная едва ли месяц назад эльфийка, заняла место в кресле-качалке напротив нее, и откровенно клевала носом. Гамма, Третья из Теней, заняла место по правую руку от самой Альфы. — Владыка дал нам новое поручение.

— Что сказал Владыка? — Бета, давняя знакомая Альфы, вторая из Теней, заправила локон серебристых волос за ухо, и с интересом смотрела на красноволосую девочку, сидящую по левую руку от Первой из Теней.

— Он пожелал, чтобы с этого дня мы сами обучали наших рекрутов… — Альфа бросила взгляд на плетеное кресло-качалку, где полусидела-полулежала эльфийка, чьи длинные волосы своим цветом напоминали спелый виноград. — Эта, проснись!

— Ммм… — эльфийка пробурчала что-то неразборчивое, но глаза все-таки раскрыла.

— Значит, Владыка все же… — сказала Бета, как показалось первой из Теней, сама себе.

— Владыка покинет поместье Кагено через три года… — слово вновь взяла Альфа. — Но если мы хотим расширять нашу организацию, к тому времени мы должны будем покинуть это место, и противодействовать Культу по всему Мидгару, — она прикрыла глаза, и позволила легкой ухмылке расцвести на своем лице. — Кстати, о расширении. Позвольте представить — Парабеллум, наш новобранец, — девочка поднялась со стула, сосредоточив на себе взгляды всех членов Сада. — Она также, как и мы, хочет сражаться против Культа.

— Здравствуйте, — вопреки ожиданиям Первой из Теней, красноволосая девочка выглядела уверенной, уже не настолько съежившейся, словно она расправила плечи. Ее голос все еще был тихим, но единственное сказанное слово слышали все.

— Мы приветствуем тебя, Парабеллум, — на этот раз слово взяла Эпсилон — еще одна эльфийка, чьи волосы цвета морской волны были заплетены в два длинных хвостика. Вслед за ней, приветствовать девочку принялись и остальные Тени.

«Кажется, девочкам она понравилась…» — подумала Альфа, наблюдая за поднявшимся гомоном.

— Присаживайся, — сказала эльфийка, и Парабеллум заняла свое место за столом. — С этой ночи ты — одна из нас. Мы научим тебя всему, что нужно для борьбы с Культом…

Глава 2. Юное дарование

Ночь уступала новому дню. Остатки мрачной, аскетичной тишины догорали в пламени рассвета, оборачиваясь изобилием звуков безоблачного дня…

Все в этом мире подчинено круговороту рассветов и закатов. Мир жил и замирал в промежутке между ними, в их вечной игре протекал бесконечный поток времени, между ними вершилась история… и в эти секунды цикл начинался вновь.

Днем жизнь Сада Теней напоминала таковую у обычных жителей владений Кагено… Девочки все также занимались домашними делами, добывали и готовили пищу и учились всему, что могло им пригодиться в будущем.

Эпсилон, Пятая из Теней, этим утром поднялась очень рано, и еще смогла застать разгорающиеся огни нового дня. Сегодня была ее очередь готовить завтрак для большой семьи, в которую ее приняли несколько месяцев назад — ей было не в тягость встать пораньше.

Она слегка размялась, немного причесала свои длинные волосы цвета морской волны, и тихо словно мышь, выскользнула из дверей своей комнаты, чтобы прокрасться на кухню.

Но к крайнему удивлению эльфийки, она не была единственной, кто не спал этим утром. Уши девочки уловили тихое шаркание, и дойдя до места, откуда оно доносилось, Тень увидела красноволосую девочку, одетую в обсидианово-черную пижаму.

Парабеллум, новая участница их общества, явно проснулась ещё раньше, и с заметным умением хозяйничала на кухне, умудряясь при этом не издавать ни звука, аккуратно нарезая овощи.

Как помнила Эпсилон, девочка должна была спать в гостиной, на диване — свободных комнат в доме почти не осталось.

— Доброе утро, леди Эпсилон, — ее голос был тихим, и она явно не ожидала, что ещё кто-то поднимется столь рано.

Обращение «леди» слегка польстило девушке.

— Утро, Парабеллум, — эльфийка улыбнулась девочке. — Ты решила приготовить завтрак? — в ответ самая младшая из Теней кивнула. — Я тебе помогу.

Пока они нарезали овощи и добытое Дельтой мясо оленя, Эпсилон приглядывалась к их новой подопечной.

«Она очень тихая… Словно не хочет к себе внимания» — подумала Пятая из Теней, придирчиво оглядев аккуратно нарезанные на небольшие кубики овощи, и, не найдя, к чему придраться, забрала их.

— Ты ведь владеешь магией? — спросила эльфийка, ставя сковороду на плиту — еще один плод мудрости Владыки Теней. В ответ на вопрос девочка, потупив взгляд, кивнула. — Что именно ты умеешь?

— Усиливать себя. Могу бегать очень-очень быстро, или… — Парабеллум на мгновение задумалась. — Могу разбить небольшой камень сломанной веткой или поднять камень побольше.

«Обычный набор…для темного рыцаря» — Эпсилон была немного удивлена умениям девочки.

— Кажется, ты уже освоила костюм-слизень… — Эпсилон присмотрелась к пижаме девочки и только сейчас поняла, что она из себя представляет. — Подожди минутку, — она выложила овощи и кусочки мяса на сковороду.

— Вот яйца, — Парабеллум протянула ей десяток яиц, и эльфийка, используя слизень, ловко схватила их все, и применяя руки из слизи, разбила их в миску. — Ого… — совсем тихо произнесла девочка, увидев это.

— Костюм очень полезен… — Эпсилон слегка улыбнулась, размешивая яйца в миске и выливая получившуюся смесь в сковороду. — Ну, а теперь — пусть готовится. Мы же с тобой начнем первый урок — магия, — глаза девочки загорелись. — Для начала, я бы хотела понять, а что ты знаешь о магии? Что ты понимаешь под магией?

— Ммм… — девочка задумалась. — Когда я впервые ее почувствовала, я подумала, что она как вода в большой бочке с краником. Если я хочу ее применить, то я открываю краник и наливаю эту воду туда, куда захочу.

«Просто. Но имеет смысл» — подумала Эпсилон.

— Магия содержится в магических существах. Это энергия, которая концентрируется в нас, и которой мы способны управлять. Во всяком случае, в некоторых пределах. Например, когда ты бежишь, используя магию для усиления, это внутреннее использование — ты применяешь магию на себя. Самое простое и при этом — эффективное применение магии, если так подумать.

— А костюм-слизень, это внешнее применение… — девочка не спрашивала, но скорее, утверждала.

— Да. — эльфийка кивнула, поднимаясь из-за стула и подходя к шкворчащей сковороде. — Как ты думаешь, почему мы используем именно слизь, а не что-нибудь еще? Не спеши, подумай, — Парабеллум задумчиво перекатывала шарик слизи по руке, пока Эпсилон приглядывала за готовящимся на сковороде завтраком.

— Слизь может принимать любую форму… Ее свойства меняются в очень широких пределах при помощи магии…она универсальна и очень эффективна, если подумать.

— Еще что-нибудь?

— А если взять воду? Ее форму можно менять при помощи магии? — Эпсилон улыбнулась, подошла к умывальнику и набрала немного воды в стакан.

— Смотри, — эльфийка высвободила немного магии из тела, и подняла воду из стакана в воздух, заставив ее сначала вытянуться в тонкую струйку, а затем — вернуться в стакан. — Попробуешь?

Парабеллум приняла из ее рук емкость и поставила на стол перед собой. Как бы она не пыталась повторить фокус Эпсилон, но пределом их новой подопечной оказалась лишь совсем крохотная, не больше ногтя, капля, разделившаяся на две капли поменьше.

— Получается… Но управлять водой очень трудно. Слизью управлять проще, — легкий укол зависти в очередной раз пронзил эльфийку.

«Я почти месяц тренировала свой контроль, прежде, чем смогла управлять даже одной каплей воды…»

— Верно. В теории, так можно управлять самыми разными субстанциями — лишь бы хватило прилагаемой магии — но на деле, слизью управлять проще всего. Есть в современной науке понятие — магическая проводимость. Она и определяет, насколько легко контролировать движение и состояние чего-либо при помощи магии, — Эпсилон сняла еду с плиты.

— Значит, у этой слизи магическая проводимость больше, чем у воды…

— Ещё магическая проводимость, как я слышала, высока у крови в организме, но сама этот слух я не проверяла, — большой омлет отправился на огромное блюдо. — Есть ещё кое-что, что тебе необходимо знать, и что ты должна освоить в первую очередь. Следы.

— Следы?

— Да. Следы. Твоя магия, если ты плохо ее контролируешь, оставляет незаметные на первый взгляд следы. Каждый такой след уникален, или, как это называется в современной магии, имеет свою уникальную частоту. Вот, взгляни, — пятая из Теней достала две одинаковых на вид деревянных ложки. — Присмотрись к ним повнимательнее. Чувствуешь что-нибудь? — девочка принялась рассматривать их и на некоторое время затихла.

— Я не знаю… Вот от этой ложки, — Парабеллум взяла в руку одну из них. — Они, как будто…пахнут…по-разному. Не в смысле, что у них разный запах…но от этой ложки ощущение другое.

«Восприятие магии у нее хорошее…но кажется, что ее никто не обучал» — подумала Эпсилон.

— А от второй ложки ты что-нибудь чувствуешь?

— Нет.

— Та ложка, от которой «пахнет», принадлежит Гамме. Пока что она хуже контролирует магию, хоть и очень сильна, и именно поэтому оставляет больше следов. А это — ложка, которой ест Альфа.

— Леди Альфа лучше контролирует магию, и поэтому не оставляет следов? — однако ответила на вопрос девочки не Пятая из Теней.

— Верно, — рядом с девочкой, словно из ниоткуда, возникла Альфа. — Доброе утро, Эпсилон, Парабеллум, — Первая из Теней кивнула им.

— Доброе утро, леди Альфа.

— Утро, Альфа, — Пятая из Теней кивнула ей в ответ. — Я удивлена, что ты встала так рано.

— Я всего лишь испытывала новую технику Владыки. Ничего удивительного — лишь его гениальность. И совершенство, сокрытое в простоте.

— А что это за техника, леди Альфа? — не успела Эпсилон задать тот же вопрос, как их новая подопечная ее опередила.

— Маленькая хитрость, которая позволяет полноценно отдыхать за три-четыре часа сна… Но тебе ещё пока рано использовать такие техники. — Альфа улыбнулась девочке, а затем повернулась к Пятой из Теней. — Как я поняла, вы решили провести урок магии?

— Да. Я хотела узнать, что Парабеллум умеет и знает, и чему ее придется учить.

— И как я вижу, урок прошел…плодотворно?

— Ее умения на вполне уверенном уровне, — Эпсилон задумалась над нынешним уровнем девочки. — Думаю, сейчас она в состоянии справиться с простым бандитом в прямом бою.

— Рада это слышать, — сказала Альфа, но затем слегка нахмурилась. — Ты ведь еще не рассказывала ей про руны? — Эпсилон отрицательно покачала головой. — Думаю, оно и к лучшему — сейчас Парабеллум их вряд ли поймет, — Первая из Теней прикрыла глаза. — У нас на сегодня много дел, поэтому… Парабеллум, после общего завтрака, подойдёшь к Эте — она просила помочь ей.

— Хорошо, леди Альфа.

**************

— Леди Эта… Леди Альфа сказала мне, что вам нужна помощь.

— Ммм… — худая и хрупкая эльфийка с волосами цвета спелого винограда бросила заспанный взгляд на маленькую девочку, что подошла к ней после завтрака. — Помощь…ммм… да. Идем в мою мастерскую.

Мастерская Эты, Седьмой из Теней, была выполнена в виде отдельной пристройки к дому. Именно в мастерской вершилось таинство, смешивалась магия и великая мудрость Владыки Теней.

Если в одиночку освоить знания о том, как работает мир, было под силу эльфийке, то вот создать на их основе полезные для их дела вещи было для нее, как когда сказал Владыка Теней, «задачей со звездочкой». У нее было крайне поверхностное понимание принципа их работы, минимум ресурсов и видение того, что должно было получиться…

Но для Седьмой из Теней и этого было достаточно.

В самой мастерской царил бардак. Множество начатых, но брошенных на середине проектов самых разнообразных и диковинных вещей, но среди них было кое-что, что пока еще вызывало у Седьмой из Теней интерес.

Это экспериментальное устройство состояло из двух больших блоков и двух мелких побрякушек, больше напоминающих крупные серьги, к которым были аккуратно припаяны металлические клипсы.

— Смотри, — Эта взяла один из блоков, что был уложен в наплечную сумку, и принялась за тонкие манипуляции с магией, настраивая его. — Это — система приемник-передатчик. Она связана с устройством звукопередачи, — эльфийка взяла одну из сережек и осторожно зацепила ее за ухо.

«Над эргономикой еще нужно поработать…» — подумала она.

— Возьми второе устройство и зацепи за ухо. Вот так, — хоть Парабеллум пришлось повозиться с креплением, изначально рассчитанным для эльфийских ушей, но в итоге серьга заняла свое место. — Теперь — возьми вот эту сумку, выйди из мастерской и закрой дверь. Я скажу тебе, что делать дальше.

Блок приемника-передатчика представлял собой венец ее творения — ибо сочетал в себе магию и мудрость Владыки Теней — это было устройство дальней связи, основанное на действии сложного массива рун и магии.

Сначала — мельчайший выброс магии, действующий в строго определенной частоте и строго определенной длительности подается в блок передачи, и распространяется в пространстве. Его регистрирует блок приема и передает сигнал на серьгу, которая преобразует сигнал в звук — короткий или длинный, в зависимости от первоначального сигнала.

— Приступим, — палец эльфийки трижды нажал на площадку, что была встроена в сережку, и блок передачи отправил первый сигнал — три коротких.

В дверь постучались, и Парабеллум вошла.

— Леди Эта, только что был звук. Три коротких «пи-ип».

— Сигнал проходит через препятствия… Теперь усложним задачу. Когда услышишь короткий сигнал — просто нажми вот сюда, — она показала на площадку. — Если услышишь длинный — нажми и немного подержи.

— Поняла.

— И еще — каждый раз, после ответа, двигайся на несколько шагов дальше от мастерской. Если я отправлю тебе сигнал три коротких — три длинных — три коротких — возвращайся назад.

— Поняла, — красноволосая девочка вышла за дверь.

— Продолжим эксперимент… — выждав тридцать секунд, Эта послала следующий сигнал — два длинных, но получила в ответ один длинный, один короткий. — Она ошиблась?

Эта вновь отправила ей сигнал, на этот раз — четыре коротких, но в ответ пришло лишь три коротких и что-то неразборчивое в самом конце.

— Сигнал теряется с расстоянием… — подумала Эта вслух.

Эльфийка послала третий сигнал — три длинных, и получила в ответ лишь два длинных. После этого, она решила выйти на улицу и посмотреть, насколько Парабеллум удалилась от мастерской.

Взяв сумку с блоком с собой, Эта вышла из мастерской, и огляделась, выискивая ассистентку взглядом.

— Река, — совсем крохотный силуэт виднелся на месте, где на берегу реки начинался лес. — Примерно два километра при условии наличия препятствий. Посмотрим на прохождение сигнала в пределах прямой видимости, — очередной сигнал, состоящий из пяти коротких, был отправлен, и тут же эльфийка получила ответ.

— Снова сигнал не в полном объеме… Значит, дело не в препятствиях… Пора возвращать ее и сводить результаты…

**********

— Леди Эта… Сигнал ведь не проходил полностью? — спросила у нее красноволосая девочка, когда вернулась.

— Да.

— А как работает это устройство? Оно ведь должно улавливать сигнал, так?

— Ага, — не обращая внимания на Парабеллум, ответила эльфийка, изучая одну из деревянных дощечек, на которой были нанесены руны приемника сигнала.

— А если принимать сигнал на костюм-слизь? — Эта на мгновение застыла. — Ну… Леди Эпсилон говорила, что у слизи очень высокая магическая проводимость, и костюм больше, чем приемник… А по большой цели попасть легче, чем по маленькой, — эта мысль звучала настолько просто и абсурдно…что глаза эльфийки загорелись.

— Вынуждена признать, Альфа, твоя протеже умнее, чем кажется… — тихо пробормотала Седьмая из Теней. — Хм… Слизь, — сказала она уже более громко. — Использовать костюм как приемник… Он больше, сигнал не будет теряться в блоке приема, не больше пары процентов… Думаю, что это хорошая мысль.

Глава 3. Мрачная сказка

Долгий, шумный день сменился тихой ночью… С момента последнего полнолуния Луна все больше отворачивала свой ясный лик, словно прекрасная дева, что прячет бледное лицо за непроглядно-черным шарфом звездного неба.

И все же, даже сейчас, жизнь в доме Сада Теней не утихала. Семь Теней стремительно заканчивали начатые днем дела, чтобы решить, как пройдет эта ночь, и кто из них выйдет сегодня на охоту…

Бета, Вторая из Теней, была из тех, кто планировал провести эту ночь в состоянии сна. Учитывая события прошлой ночи, на разведку если и кто-то и отправится, то ее не отправят точно.

Серебровласая эльфийка заканчивала редактуру очередной главы одной из своих книг, что были написаны на основе историй, рассказанных Владыкой Теней — в будущем именно они должны будут стать основой ее прикрытия в большом мире. В своей небольшой комнате она была не одна — за одним столом с Бетой сидела и красноволосая девочка — восьмая участница их общества.

Парабеллум читала рукописный текст с листа бумаги… или, скорее, клевала носом и делала вид, что читала — глаза девочки слипались, взгляд ее едва ли был осмысленным.

«Чем Эта ее озадачила, что она так устала?» — подумала Бета, вычеркивая предложение с неудачным предложением.

— А тогда мне казалось, что сравнить злую ведьму с деревом без листвы было хорошей идеей… — самокритично пробормотала эльфийка, краем глаза подметив, что её подопечная положила голову на стол, уткнувшись лбом в несколько листков бумаги. — Уснула, — сделала вывод Вторая из Теней. — Может, дочитать уже завтра?

Бета зевнула, глядя на уже спящую девочку, и подмечая любопытные детали во внешности Парабеллум…

Казалось, что ее лицо было напряжено даже во время сна — словно отдых не приносил ей облегчения…

«Ей снятся кошмары?» — сама эльфийка раньше страдала ночными кошмарами, и подмечала знакомые признаки у красноволосой Восьмой Тени…

Бета хотела слегка растормошить девочку, чтобы после уложить ее спать на диване, но реакции на действия эльфийки не последовало.

— Парабеллум…проснись, — после второй попытки случилось то, чего эльфийка никак не могла ожидать — девочка с недюжинной скоростью подскочила со стула и вскрикнула.

— А… леди… Бета, — ее дыхание было прерывистым, сбитым, а детское лицо было перекошено гримаса ужаса. — П-простите!

— Тебе снятся кошмары, — это был не вопрос.

«Я боялась вида крови…но что может пугать Парабеллум? Темнота? Страшные истории?» — размышляла Вторая из Теней.

— Н-нет! — слишком резко высказалась девочка. — Со мной все нормально.

— Ложь, — тихо ответила ей эльфийка. Бета не спрашивала, а утверждала — проблема была ей очень близка, и в ее силах было помочь девочке… — Ты проснулась с криком, стоило мне слегка тебя потормошить, — взгляд девочки скрылся за копной алых волос, но эльфийка все равно видела, как потемнело ее лицо.

— Ложь, — наконец, созналась она. — Да. Мне снятся кошмары.

— В этом мы с тобой похожи… Это как-то связано с… — эльфийка недоговорила, ибо хотела, чтобы Парабеллум подтвердила или развеяла ее подозрения.

— Со мной… просто кое-что приключилось… пока меня не нашла леди Альфа… не хочу об этом говорить, — последнее она произнесла совсем тихо, так, что Бета едва ли ее услышала.

— Я не настаиваю, — также тихо ответила Вторая из Теней. — А теперь — идем. Я расскажу, как мне удалось справиться с кошмарами…

**************

— И тогда Владыка стал рассказывать мне разные истории и сказки на ночь… — Парабеллум улеглась на своем диване в гостиной, прикрылась пледом и стала слушать. — Я засыпала, пока он говорил… Ночь за ночью, мне отлично спалось. И теперь я могу спать одна, не просыпаясь в слезах.

Бета подумала, что есть в происходящем что-то…прекрасное. Как когда Владыка Теней рассказывал ей эти истории, так и сейчас она делится его мудростью с такой же напуганной крохой…

— Вот одна из них, — она принялась тихо, почти шепча, рассказывать историю, которую Тень называл «Красная шапочка».

Парабеллум смотрела на нее из-под пледа, ее янтарные глаза едва сверкали в тусклом свете крохотной лампы. Казалось, что девочка была где-то не здесь, словно о чем-то крепко задумалась.

— Не успела Красная Шапочка и охнуть, как Волк бросился на нее и проглотил! Но, по счастью, в это время проходили мимо домика дровосеки с топорами на плечах. Услышали они шум, вбежали в домик и убили Волка. А потом распороли ему брюхо, и оттуда вышла Красная Шапочка, а за ней и бабушка — обе целые и невредимые, — эта история была довольно короткой, и закончилась она быстро.

— Леди Бета… — тихо обратилась к ней красноволосая девочка, когда рассказ эльфийки подошёл к концу. — Вы рассказали мне эту историю… — девочка на мгновение затихла, словно что-то для себя решая. — Могу и я рассказать вам сказку?

— Конечно, — Бета мягко улыбнулась, внутренне подмечая, что уже давно пора спать…

Девочка на мгновение замолчала, обдумывая свой рассказ, а затем начала излагать:

— Далеко-далеко, в землях, скрытых за морями и туманами, существовала маленькая островная страна. В этой стране жила молодая девушка-аристократка. Её отец был богатым человеком, а её брат пошёл по стопам отца. Девушка была словно цветок, что цвел на радость своим родителям, — Парабеллум сделала глубокий вдох.

Бета достала свой блокнот для записей — она ни разу не слышала про такую историю. Мало ли, что ей приглянется, и что понадобится записать…

— Однажды величайший волшебник этой страны организовал великолепный бал-маскарад в своем доме — парящем под небесами замке из камня и стали. Девочка воспользовалась приглашением своего брата и отправилась туда. Каждый из сотни этажей был маленькой дивной страной…

«Почему я никогда не слышала этой истории раньше?» — подумала Бета. Теперь она записывала каждое слово девочки…

— Но дивный замок оказался ловушкой, — Бета вздрогнула — Волшебник запер гостей в нем. Он окружил себя тысячами злых чудовищ, и поставил людям условие — чтобы выйти из ловушки, им придется добраться до вершины замка и победить его.

— Девочка была среди этих людей… и поначалу она, как и многие, забилась в угол в слезах… но потом она нашла в себе решимость взять в руки меч… — эльфийка, затаив дыхание, слушала историю о том, как эта девочка превратилась в непревзойденную мечницу, как храбрецы и герои собирались в группы и боролись с монстрами, прогрызая себе путь этаж за этажом…

И как этой девочке на ее нелегком пути встретился мальчик из семьи простых людей, что хотел стать мечником. Как этот мальчик показался девочке дураком и чурбаном, но затем доказал, что ее мнение о нем было ошибочным.

Бета смогла понять, что мальчик и девочка в конце концов влюбились друг в друга без памяти… иначе просто и быть не могло — и пусть Парабеллум не сказала этого прямо, но по «законам жанра», как называл это Владыка, они непременно должны были стать парой.

Мальчик и девочка вместе прошли через многие и многие приключения, чтобы после стать теми, кто победил волшебника и освободил всех.

— Точнее… почти всех… — эльфийка наблюдала за своей подопечной на протяжении всего рассказа, и у нее сложилось странное впечатление…словно рассказывая эту сказку, девочка рассказывала отнюдь не историю для детишек на ночь…скорее, сильно преуменьшая описание событий, которым Парабеллум была свидетелем… — Последователь злого волшебника похитил ее и еще нескольких человек, когда врата замка распахнулись, выпуская своих пленников… Девочка ждала своего героя в золотой клетке, у самой верхушки огромного дерева…

— И герой пришел. Он преодолел чары последователя, сразил его и спас девочку из клетки… — Парабеллум замолчала.

— И…что было дальше? — шепотом спросила Бета.

— Они… вернулись домой. И жили долго и счастливо, — совсем тихим, дрогнувшим голосом ответила ей девочка.

«Тогда…почему она плачет?»

— Это… очень интересная история. Я еще ни разу ее не слышала… Спасибо, что поделилась ей со мной, — эльфийка улыбнулась девочке, а затем вспомнила кое-что. — Кажется, мы засиделись… — эльфийка погладила ее по мягким волосам. — Пора уже спать. Завтра, кажется, Альфа хотела отправить тебя с Дзетой. Так что набирайся сил, — она погладила девочку по голове, а затем поднялась, забрала с собой лампу и удалилась в свою комнату, прижимая к груди свой блокнот…

«Эта история достойна встать в один ряд с рассказами Владыки Теней! Если превратить ее в книгу, то получится отличный подростковый рыцарский роман — с прекрасной мечницей и безупречным героем в черном плаще!» — в голове эльфийка уже прикидывала план одного из будущих творений…

Уходя в свою комнату, Бета не услышала, как двери двух комнат тихо открылись, и две Тени — эльфийка и зверолюдка с кошачьими ушами, покинули дом, растворившись во мраке ночи…

***************

Альфа, Первая из Теней… оставила дом, что приютил ее и девочек, во власть ночного мрака, и вместе с Дзетой отправилась к освещенному лишь лунным светом поместью Кагено. Этой ночью покой мог им лишь сниться…

Они возникли на мансарде поместья — именно там, в тусклом сиянии, ветер трепал плащи черного плаща, и именно оттуда Владыка Теней хмуро взирал на тучи…

— Альфа, Дзета… — проговорил он, не отрывая взгляда от Луны. — Вы вовремя.

— В чем сегодня заключается наша задача, Владыка? — Дзета выглядела крайне расслабленной — в ее движениях виднелась некая ленца.

— В окрестностях возникла неизвестная мне группа воинов… — взгляд Тени под маской домино слегка нахмурился. — Я… озадачен их присутствием, — Альфа вопросительно вздернула бровь.

«Они…встревожили Владыку?

— Наша задача — найти их и всех перебить? — спросила зверодевочка с волосами цвета платины.

— Это простое, и в чем-то изящное решение… в иной ситуации мы могли бы поступить именно так, — Тень позволил себе лёгкую усмешку. — Но нет. Этой ночью не прольется ни капли крови. Наша задача — взять одного из членов отряда живым. Остальная группа не должна ничего заподозрить.

«Вот почему Владыка взял на это задание только нас…» — к Альфе пришло осознание. — «Мы должны действовать скрытно и тихо…и если бы нас было больше, мы бы только мешали друг другу»

— Владыка… — обратилась к Тени эльфийка. — Не может ли эта группа быть связана с Инквизицией?

— Не просто может… Эти люди связаны с Церковью непосредственно. И я… не до конца понимаю, что они могли забыть на нашей территории.

— Мы это выясним, — в голос зверодевочки проникла кровожадность, а ее хвост дернулся в сторону.

— Непременно… — твердым, властным тоном проговорил он. — Сегодня ночью тьма, что рядится светом, явит свое неприглядное лицо, и приоткроет завесу тайны!

Глава 4. Недетские игры

Именно в это время, когда тьма в мире сильнее всего, прежде, чем огни рассвета разгонят ее, совершаются дела, столь неприглядные, противные самой сути закона на этой земле… Мрак ночи затянул мир непроглядной черной вуалью…в которой скрылась и крохотная церквушка у самых границ владений Кагено.

Маленькая, аскетичная — если не знать, что она здесь есть, то легко упустить эту церковь из виду. Стекла совмещенного с сельской школой здания позволяли лунному свету проникнуть внутрь и осветить своим сиянием тех, кто притаился в церкви.

На первый взгляд постороннего наблюдателя они напоминали простых путников, коих церковь приняла под своей крышей — слегка потрепанная дорожная одежда, сумки и баулы намекали на то, что они проделали долгий путь…

Но то лишь на первый, неподготовленный взгляд.

Дзета, Шестая из Теней, обладала иной точкой зрения на этих «случайных путников». Взор последней выжившей из племени Золотых Пантер выхватывал припрятанное в спальниках высококачественное, неброское оружие, подмечал, кто из «путников» еще не спит, и каков был маршрут двух выставленных в караул крепких на вид мужчин.

«Их лидер?» — один из мужчин, что спали в церкви, выделялся среди прочих. Он был очень высок и худ, словно хворостина, на нем была причудливая белая маска, которая не давала более детально разглядеть его лицо. Он дремал в спальном мешке, где, как смогла разглядеть Шестая из Теней, был припрятан короткий, широкий клинок без гарды. — «Жаль, что ты еще дышишь… Но Владыка приказал никого не трогать…» — без малейшего шума, она принялась удаляться от церкви.

Довольно быстро, Дзета добралась до точки сбора группы в паре минут от церкви, где ее уже ждали.

— Что удалось выяснить? — раздался тихий, подобный мимолетному порыву ветра, голос.

— Семеро. Двое выставлены в караул, патрулируют округу, еще двое в здании бодрствуют. Остальные — спят с оружием.

— Они… ждут кого-то? — Дзета услышала вопрос Первой из Теней.

— Это лишь мера предосторожности, — последовал ответ Владыки. — Они наверняка учли опыт своих товарищей, и озаботились надлежащей охраной на случай нападения. Не стоит поднимать переполох. Наша задача — захватить обоих патрульных, и выяснить, что именно они здесь забыли.

— Тогда, я предлагаю план, — слово вновь взяла Альфа. — Мы подождем, пока патрульные будут по разные стороны церкви, а затем, по сигналу — берем их обоих. Не дадим им поднять тревогу.

— Дзета, — услышала она голос Тени — Ты сделаешь так, чтобы те, кто внутри, не проснулись до самого утра…

***************

— Фуа-а-а, — небритый молодой парень зазевался, а затем поправил висящие на поясе ножны и кремневый пистолет. — Здесь всегда настолько темно? — задал он вопрос сам себе, приподнимая керосиновую лампу и вглядываясь в темноту. — Для тварей, наверное, здесь целое раздолье… со звериным нюхом-то, да в кромешном мраке….

Джек… был охотником на нечисть на службе Церкви Божественного Учения. Чаще всего, его работа сводилась к охоте на мелких бандитов с большой дороги, сопровождению важных персон и охране всяких захолустий… Но не в этот раз. В этот раз он получил куда более серьезное, выгодное предложение от не менее серьезного человека.

Джек радовался, что его умения заметил кто-то столь могущественный, а задаток за, на первый взгляд, плёвое дело, очень приятно оттягивал карман… равно как и перспектива получить еще больше, когда их задача будет выполнена.

— Кто здесь? — он услышал тихий, на грани слышимости скрип, который разнесся по округе. Раньше, чем он даже успел что-то разглядеть во мраке, его рука ухватилась за рукоять пистолета, готового к бою.

Реакция — вот что было залогом его выживания. Всегда, в любой опасной ситуации, способность среагировать на угрозу хотя бы на мгновение раньше, выручала Джека, позволив ему сохранить свою жизнь и здоровье. Но в этот раз даже быстрая реакция не смогла ему помочь.

Все, что он успел, так это услышать шорох за спиной, ровно за удар сердца до того, как сознание покинуло его, вместе с короткой вспышкой боли…

*************

— Идеальная миссия… — Альфа услышала бормотание Владыки.

Они притаились в заброшенной деревне — той самой, где когда-то Тень нашёл ее, и где совсем недавно Первая из Теней исцелила их новую подопечную. Лучшего места и придумать было нельзя — безлюдное, заброшенное — вряд ли кто-то сможет услышать крики тех, кого они пленили…

— Альфа, Дзета. Отлично сработано, — она ощутила на своей голове теплую, изрядно огрубевшую от долгих тренировок ладонь. Альфа ощутила, как от неспешных, легких движений, ее затапливает тепло… — А теперь — давайте выясним, что эти парни здесь забыли.

Керосиновая лампа, принадлежавшая одному из караульных, вспыхнула ярче прежнего, получив свежую порцию воздуха и топлива. Теплый свет осветил двух пленников, прикованных к импровизированной дыбе из треснувшего стола.

Струя ледяной воды из небольшого ушата вылилась в лицо первому пленнику, приводя его в чувство.

— Кто вы такие? — этот голос не принадлежал человеку, как подумала Альфа. Он звучал словно металлический скрежет, отразившийся эхом от горных вершин и вернувшийся, чтобы вызвать у присутствующих нервную дрожь.

— Что вам здесь нужно? — задаваемые вопросы были короткими, лаконичными.

— ААА! — их пленный дрожал, словно лист в бурю. — Н-Не трогайте меня! Ч-что вам нужно?!

— Меня радует его сговорчивость… — услышала она тихое, довольное бормотание Шестой из Теней.

— Кто вы такие? Что вам здесь нужно? — вопросы повторились.

— Мы — охотники! Охотники! — визжал пленный.

«Почему он так кричит? Владыка…не старается сделать ему больно… Или все же…»

— Что вам здесь нужно?

— Наших… наших ребят в окрестностях положили какие-то твари-и-и! — провизжал мужчина в ответ. — Святого…святого рыцаря послали разобраться с ними! А-а-а-а! — он корчился и выл, словно его охватила агония.

— Что ваша прошлая группа забыла здесь?

— Не знаю…не знаю…

– А если я спрошу еще раз? — глаза мужчины стремились выпасть из глазниц, а сам он принялся задыхаться.

— А-а-а! Девка! Одержимая девка! Они искали одержимую… кхе… девку…

— Значит, на поиски одной одержимой… вы отправили целую группу? — вопрос, заданный Тенью, заставил Альфу задуматься.

«Они охотились за Парабеллум?» — сделала вывод Первая из Теней.

— А-кхгх-ааа! Не знаю! Не знаю! Джек и Святой Рыцарь!!! — вдруг вспомнил пленный — Они… они знают!

— В вашей группе был Святой Рыцарь? Кто он? И кто такой Джек?

— Джек — наш, наш босс…вон он лежит! — завывал пленный, указывая на своего собрата по несчастью. — Рыцаря приставили к нашей группе! Больше ничего не знаю! А-кха-а! — прохрипел он и потерял сознание.

— Я переборщил… — выдохнул Владыка. — Впрочем, он и так знал немногое… Альфа, — обратился он к девочке. — Подай мне большую бутылку с подоконника, — она подошла к окну и взяла увесистую даже на вид бутыль, в которой плескалась рубиновая жидкость. — Самое паршивое вино, скорее — брага… То, что нужно простому рубаке.

— Владыка… не могли бы вы объяснить, зачем вам эта… дрянь — поморщилась Дзета.

— Все очень просто — сейчас он вырубился, и вряд ли вспомнит о произошедшем на утро. Человек устроен так, что при удушении и недостатке кислорода он может потерять память о последней паре часов… а чтобы провал в памяти не был подозрительным, мы сдобрим ситуацию хорошей дозой алкоголя…

****************

— А теперь — ты… охотник по имени Джек, — голос Тени изменился, и обмякший пленник резко пришел в себя.

— Вот черт… — пробормотал он, оглядевшись и сделав какие-то выводы. Альфе он показался на удивление спокойным. — Человек, эльф и зверочеловек… вот какие твари тут водятся…

— Что вы здесь забыли? Кто вы такие?

— Я так понимаю, что без ответов я отсюда живым не выйду… — невозмутимо пробормотал человек. — Ладно… Я — Джек, охотник на нечисть. Наших ребят здесь положила какая-то тварь…но это вы явно знаете и без меня — усмехнулся охотник.

Альфу нервировала такая уверенность и спокойствие пленного. Словно у него был какой-то козырь, или план…

— И что ваши люди забыли здесь?..

— Охотились за демоном. Демоны же это нечисть? — Первая из Теней скрипнула зубами — казалось, что этот охотник издевается над ними.

– Правда? И что это был за демон? Почему мы о нем не в курсе?

— Одержимые демонами. Дети демона Диаблоса. И немного… вашей невнимательности.

«Он что, сам верит в эту чушь?» — Первая из Теней в очередной раз скрипнула зубами. У нее возникло острое желание сделать охотнику больно.

— За ребенком гонялась целая группа охотников?.. Не находишь это странным? — вокруг шеи Джека обвилась тонкая черная проволока.

— Я… кхе… ничего тебе не скажу.

— Очень жаль… А я, как раз, не собираюсь уходить без ответов…

***************

Время тянулось бесконечно долго… Первую из Теней уже успел утомить беспомощный мужской визг. С каждой секундой… минутой… часом некогда гордый охотник все сильнее расклеивался под напором Владыки…

Альфа думала, что это своего рода напутствие, наставление для них с Дзетой, чтобы Сад был безжалостен к членам Культа и его прихвостням, и чтобы они не стеснялись применять пытки к своим целям… И его Мудрость, его ценнейшую науку, они впитывали, как и подобает прилежным ученикам, наблюдая за его действиями.

— Ы-ы-ы… — скулил охотник, посиневший и рыдающий. — Что вам нужно? Я…я…расскажу…

— ВСЁ, — это слово Владыки, казалось, заставило пространство вокруг вздрогнуть.

— Наши люди… охотились на сбежавшую… одержимую…

— Откуда она сбежала?

— Н-не знаю… знаю, что она ранила Святого Рыцаря… пожалуйста… отпустите…

«Парабеллум полна секретов…» — подумала Альфа, сопоставляя факты.

— Почему за ней был послан целый отряд?

— Она была нужна… ему…

— КОМУ?

— Ему… Великому мечнику…

– НАЗОВИ ИМЯ!

— Я… не могу…

— ИМЯ! — магия Тени разлилась в пространстве, отчего даже Альфе стало дурно.

— Фенрир… владыка Фенрир… — прохрипел охотник, задыхаясь.

— Зачем ему эта одержимая? — этот вопрос последовал не от Тени. Шестая из Теней подошла к пленнику. — Владыка, позвольте мне вытянуть из него всё, что он знает. Кажется, сейчас он готов к откровенному разговору.

— Хорошо… Займись им, а после — исполосуй его, как если бы он дрался с Дельтой. Наши планы меняются… — Альфа все же смогла расслышать его бормотание. — Неприятно… но этого следовало ожидать, — он выдохнул. — Альфа, идём. Нам нужно замести следы.

— Вы знаете, кто такой Фенрир, Тень?

— Нет. Но в одном я уверен — этот Фенрир — высокопоставленный член Культа, которому подчинены значительные ресурсы… и похоже, что в Церкви у него есть весьма солидные друзья.

— Что нам делать с этой информацией?

— Держите ее в голове. Учитывая его связи и ресурсы, выяснить о нем хоть что-то будет просто невозможно… по крайней мере — пока что.

— Поняла.

— И ещё — после этой ночи вам всем следует на некоторое время затаиться…

*****************

Когда Солнце заняло свое место в зените, обитатели церквушки едва пришли в себя — что казалось немыслимым. По плану, они должны были подняться на рассвете, и в очередной раз выдвинуться на место, где находились остатки предыдущей группы…но в итоге рассвет проспали все.

Когда сладко проспавшие всю ночь и утро люди всё же смогли подняться, то застали на улице вопиющее зрелище — один из выставленных в караул член отряда распространял вокруг себя удушливый смрад перегара и немытого тела, и сладко спал, обняв себя руками.

— И этих людей выбрал повелитель?.. — пробормотал человек в белом плаще и маске, смотря на представшее перед ним зрелище. Затем он обернулся к отряду. — Куда запропастился Джек?

— Шеф?.. — позвал своего босса низкий, коренастый эльф — Шеф!

— Еще лучше… — бурчал человек в маске.

— Святой Рыцарь Даниэль… Взгляните на это. — дрожащим голосом, еще один из членов отряда указал на овраг, где виднелось нечто, напоминающее человеческий силуэт.

«Надрался с напарником и заснул… Богиня Беатрикс, повелителю стоит лучше выбирать исполнителей…» — думал Рыцарь.

Но стоило ему приблизится и разглядеть бывшего главу отряда охотников, как эти мысли улетучились сами собой. Джек представлял собой кровавое месиво — казалось, что на его теле не осталось ни одного живого места.

— Посмотрим… — он присел на корточки рядом с трупом. — Раны глубокие, по большей части рваные. Нанесены хаотично… Когти? — сделал вывод Даниэль. — Шея… те же следы когтей. Правой кисти нет, мышцы предплечий и бицепсы, похоже, изрядно погрызли… Хм… — задумался он. — Куда делся его пистолет?

— Кажется, вот он. — низкорослый эльф протянул ему оружие. — Он лежал у церкви…

— Джек погиб мгновенно. Среагировать не успел — иначе мы бы услышали… — продолжал делать выводы Святой Рыцарь. — Пояс разорван — скорее всего, тварь настигла его у здания… — он поднялся и осмотрел пистолет.

На деревянном ложе виднелся глубокий след когтя — даже на потемневшем от времени металле, из которого был изготовлен ствол, была видна блестящая на Солнце царапина.

— Тварь… была либо очень опытной, либо слишком разумной. Зверочеловек? — задал вопрос сам себе Даниэль. Он прикрыл глаза и обратился к оставшимся в живых членам отряда: — Приведите пьяницу в чувство…

«Богиня… смерть прошла совсем рядом. Теперь мне понятно, как он или она уничтожила предыдущую группу» — Рыцарь принялся искать на земле следы...

Глава 5. Старшая сестра

В этих местах во всю разгорался новый день… Словно керосиновая лампа, взошедшее Солнце разогнало ночной мрак, осветив своим теплым светом кажущееся необычным одноэтажное строение, называемое домом. Вечный цикл смены дня и ночи совершил свой очередной оборот, словно призывая все живое пробудиться от ночного сна и жить в лучах небесного светила…

Альфа, Первая из Теней, сейчас находилась во главе стола, за которым устроились ее названные сестры. Лица девочек были откровенно хмурыми, и лишь Дельта казалась невозмутимой.

— Дзета, — обратилась она к девочке из клана Золотых Пантер. — Что тебе удалось выяснить?

— Не так много, как хотелось бы, — девочка с кошачьими ушами лениво, с присущей кошкам грацией, потянулась. — Джек оказался лишь исполнителем — главарем известной в узких кругах шайки охотников на нечисть… По личному приказу некого великого мечника Фенрира, к его отряду присоединился некий Даниэль, из Святых Рыцарей Церкви. Они искали пропавшую группу инквизиторов, которая разыскивала в этих местах одержимого ребенка, — глаза Дзеты кровожадно сверкнули. — Группу они нашли разбитой — никто не выжил…

— Они искали убийцу?

— Не совсем. Приоритетом их миссии оставалась одержимая, — покачала головой Шестая из Теней. — Этот Фенрир, кем бы он ни был, собирался выложить огромную гору зени за доставку ее живой… Речь шла примерно о двухстах миллионах… из которых пятая часть была выдана авансом.

От взгляда Альфы не ускользнула дрожь, что пробрала сидящую слева от нее Парабеллум.

— Но… зачем тогда они послали за… этой одержимой целую группу охотников? — задала вопрос она.

— Все, что мне удалось выяснить — эта девочка сбежала из Церкви, смертельно ранив одного из Святых Рыцарей, которые пытались ее остановить, — Дзета застучала пальцами по столешнице, слегка вздернув бровь. На ее лице заиграла легкая, коварная ухмылка, стоило взгляду Золотой Пантеры столкнуться с золотыми глазами Восьмой Тени.

«Дзета думает о том же, о чем и я» — подумала Альфа.

В воздухе повисло молчание, нарушаемое лишь шелестом листков бумаги и шепотом. Девочки принялись за работу, вновь и вновь перекапывая скудные сведения, имевшиеся в распоряжении Сада Теней, в поисках зацепок или малейших упоминаний.

Однако, Первая из Теней не участвовала в общем обсуждении. Она уловила напуганный взгляд янтарных глаз своей протеже и вопросительно вздернула бровь.

— Парабеллум, — эльфийка слегка нахмурилась — Ты ничего не хотела бы мне рассказать? — в янтарных глазах мелькнуло понимание. Красноволосая девочка нервно выдохнула, а затем заговорила:

— Он это заслужил, — совсем тихо, одними губами произнесла девочка, подтвердив подозрения Первой из Теней. — Я не знала, что он какой-то там рыцарь… — вздрогнула она. — Я просто хотела сбежать оттуда….

— Ты знаешь кто такой Фенрир и почему он тебя ищет?

— Нет, — она покачала головой. — Но я не думаю, что он хороший человек…хорошие люди с Рыцарями Церкви не дружат…

«Она быстро это поняла» — оценила последнюю мысль Альфа, чтобы после переключиться на остальных Теней.

— Тень отдал нам приказ, — Первая из Теней привлекла к себе внимание. — Мы должны затаиться на некоторое время. Поэтому, в ближайшие две недели — никаких операций или выходов на охоту. Нам нужно свести к минимуму риск обнаружения нашей базы.

— Босс решил затаиться, чтобы дождаться добычу покрупнее… Босс умный, — протараторила Дельта.

Логика зверодевочки была настолько простой и естественной, что эльфийка невольно задумалась над смыслом ее слов.

****************

Лучи Солнца отражались в водах чистой, как слеза, горной реки. Могло показаться, что на ее поверхности красовались тысячи и тысячи сверкающих самоцветов. Ее веселый, стремительный бег подчинялся одной лишь природе ведомой закономерности. Вода с грацией, недоступной никакой танцовщице, огибала все препятствия на своем пути.

На обычно тихом и молчаливом берегу было непривычно шумно — звенела сталь, в воздух летели камни, коими берег был устлан, а два оппонента не прекращали своей борьбы.

— Слишком медленно, Сид! — довольно высокая для своих лет девочка-подросток ловко уклонилась от хлесткого удара, и приготовилась атаковать в ответ. Ее длинные волосы цвета крыла ворона были заплетены в хвост.

Клэр Кагено, дочь семьи Кагено, ухватилась за рукоять своего меча двумя руками, и расположила клинок параллельно земле. направив его в сторону оппонента. По телу молодой девушки пробежала мелкая дрожь, разряд, усиливший ее тело, растекся приятной негой и чувством необычайной легкости в каждой мышце.

Удар сердца — и в воздухе пронеслось черное пятно, из-под которого брызнули мелкие камни. Вслед за ним раздался жалобный звон, когда меч Клэр столкнулся с гардой меча ее противника.

Сид, ее непутевый младший брат, от силы отраженного удара попятился назад, потеряв равновесие. Но вопреки ожиданиям Клэр, он почти мгновенно смог принять защитную стойку, устояв на ногах… словно ее атака сделала оборону брата лишь прочнее.

Сид не собирался атаковать — это старшая сестра могла сказать наверняка. Вместо этого, он предпочёл гибкую защиту нападению, словно выжидая, пока она совершит какую-нибудь ошибку, чтобы после — контратаковать.

«Я могу прочитать каждое твое движение, братец!» — охотничий азарт пустил свои корни в ее душе, разжигая в ней желание наступать. — «Бей сильно, бей со всех сторон, бей и не останавливайся! Этот урок я усвоила, братишка»

— Ха-а! — ее взмах был прервался, когда Сид попытался ударить ее эфесом своего меча. Этого хода от брата старшая сестра не ожидала, и поэтому предпочла сместиться в бок и вперед примерно на полоборота.

Сид, казалось, только этого и ждал — почти мгновенно он повернулся в ту же сторону, откуда Клэр собиралась совершить свой очередной выпад, и стоило ей броситься в атаку, как меч брата плашмя ударился о ее клинок, с такой силой, что девушка едва не потеряла равновесие.

«Он становится все лучше… Я не могу проиграть своему младшему брату!» — считанного мгновения ей хватило для изучения картины их с Сидом тренировочного боя — брат готовился к ответному выпаду в тот момент, когда она замешкалась.

— Ха-а! — однако, за Клэр в этом бою было одно неоспоримое преимущество — она была выше, старше, и могла без последствий вкладывать в свои удары больше магии и чистой силы…но это был ее последний довод.

Применить его сейчас означало признать, что Сид был не слабее самой Клэр в его возрасте…

— Запыхалась, сестренка? — он… ухмыльнулся? Ухмыльнулся ей?! Это уже слишком!

Клэр завершила бой одним ударом — вложив в него максимум сил, она попала точно в гарду меча брата, под неудобным для Сида углом, отчего меч вылетел из его руки и упал на камни.

— Ладно, сестренка, я сдаюсь, — ухмылка на его лице померкла, и он просто выставил ладони перед собой.

— Ты становишься все лучше, Сид, — Клэр спрятала свой меч в ножны, когда ее брат неспеша поднял упавший меч.

— Клэр, куда мне до тебя, сестренка? — как и обычно, Сид прибеднялся, словно недооценивал себя…или их тренировки для него были лишь обязаловкой, которую требовалось отбыть и пережить…

— Я знаю, что в тебе есть потенциал! — пробормотала Клэр сама себе. — Нам лишь нужно его раскрыть, — брат в ответ лишь фыркнул и, неспеша, побрёл в сторону дома, пока девушка смотрела ему в спину.

Старшая сестра пыталась понять, что с ее братом не так. Вечно сидящий за толстыми книжками, скрытный, апатичный, ленивый и невнимательный ко всему окружающему, Сид, тем не менее, мог дать ей неплохой бой, и многому научить, даже если он сам не желал этого признавать… Всё это заставляло старшую сестру задуматься.

Клэр на каком-то совершенно инстинктивном уровне чувствовала, что младший брат что-то скрывает. Подспудное чувство всякий раз намекало ей, что Сид на деле лжет ей, не желает общаться, прячется от нее под потолком (и как он только туда забирался?!) или что-то задумал. И это же чувство могло сказать ей кое-что о силе брата:

— Я же точно знаю, что ты силён… сильнее меня… или даже мамы, — сказала она сама себе. — Но я никак не могу тебя догнать, Сид…– Клэр побежала вслед за братом.

«Даже сейчас…если бы Сид захотел, я бы не смогла его догнать. Он просто ждал меня… Почему же ты скрываешь свою силу, братишка?»

**************

С момента их с Сидом тренировки на берегу реки прошло больше двух недель… и за эти дни Клэр так и не приблизилась к разгадке тайн, что таились за ее братом. Попытки проследить или подсмотреть за ним не дали старшей сестре ни крупицы информации… кроме одной.

В тот день поместье Кагено посетил некто, представившийся Святым Рыцарем. Клэр не могла слышать, о чем он говорил с ее матерью и отцом, но девочка была в состоянии ощутить странный взгляд, коим ее одарил худой, долговязый мечник в белом…

В эту же ночь Клэр смогла разглядеть темную фигуру, ускользнувшую из окна комнаты Сида, и скрывшуюся в ночи. Осмотр комнаты брата подтвердил ее подозрения — в ту ночь входная дверь была заперта изнутри, а когда сестра пробралась на балкон комнаты, то нашла лишь пустую кровать.

— Сид… — процедила сестра сквозь зубы. На ее лице расцвела злобная ухмылка. — Ты всерьез думаешь, что спрячешься от меня в темноте?

«Братец решил бросить мне вызов!» — думала Клэр, карабкаясь по стенам поместья к окнам своей комнаты.

Добравшись, она быстро переоделась, заплела волосы в хвост и взяла с собой меч, чтобы уже через считанную минуту спуститься по стене и спрыгнуть на землю.

— И куда же ты подевался, братец? — она осмотрелась вокруг, пытаясь разглядеть во мраке темную фигуру.

Как это часто бывало, на дворе стояла очень яркая, светлая и тихая ночь — словно в противоположность облачному и ветреному дню. Бесформенные тени деревьев в свете убывающей Луны напоминали кляксы на бумаге.

Среди этих клякс, далеко от нее, виднелся тусклый желтый огонек, напоминавший свет лампы или костра.

«Вот ты где!» — подумала девочка.

Используя всю доступную ей магию, Клэр сорвалась с места, позволив легкому ветерку трепать ее волосы. Чувство пространства вокруг нее позволяло девочке безошибочно чувствовать, когда ей нужно уклониться, чтобы не столкнуться с деревьями.

Ветер донес до ее обоняния запах огня и жарящегося на нем мяса…

Клэр потребовалась по меньшей мере пара минут, чтобы добраться до источника света, но вопреки ее ожиданиям, лампа принадлежала не Сиду. Пытаясь казаться как можно менее заметной, она присела на корточки и притаилась за раскидистым ягодным кустом, чтобы получше рассмотреть происходящее.

Как удалось рассмотреть девочке, она вышла к небольшой поляне в лесу — иногда они с братом проходили мимо этого места, чтобы насладиться свежими ягодами после очередной тренировки.

На поляне был разведен большой костёр, вокруг которого сидели двое — зверочеловек и низкорослый эльф. Над костром был подвешен походный котелок, благоухавший травами и мясом, и на том же костре, чуть в стороне от пламени, неспеша подрумянивались кусочки мяса.

— Жрать охота… — прорычал зверочеловек. Его уши напоминали волчьи, а хвост ходил ходуном. — В животе урчит так, что у меня мех дыбом становится…

— Не ной, — выдохнул в ответ эльф. — Я тоже есть хочу…но возможно, что эту тварь, кем бы она ни была, привлекает запах жареного мяса. Вот и проверим это утверждение…

— Странно это… — фыркнул его напарник. — Никогда бы не подумал, что кто-то из наших настолько разборчив в добыче… Тем более — если он изгнан из стаи.

— Подожди… — эльф отвлекся от помешивания пищи в котелке — Кажется, я что-то слышал… — его напарник принюхался, и повернулся к месту, где притаилась Клэр. — Вон там!

«Заметили!» — поняла девочка, и резко вскочила на ноги, Требовалось быстро решить — бежать или драться.

Драться?

Или бежать?

— Стоять! — рявкнул кто-то совсем рядом с Клэр.

Выбор был сделан за неё — зверочеловек в два прыжка оказался рядом с ней. Девочка едва успела схватиться за рукоять клинка в ножнах, как в следующее мгновение ей пришлось увернуться от удара в спину, способного разрубить ее пополам.

Но всему приходит конец. Клэр все же смогла вытащить свой меч из ножен и, вложив в него часть своих сил, ударить наотмашь, не только отклонив, но и сломав несущийся ей в лицо тонкий клинок. Разгоревшийся яркий свет от лампы на мгновение ослепил девочку, заставил сощурить глаза.

— Человек? — вдруг спросил эльф, когда глаза девочки привыкли к яркому свету. Как смогла услышать Клэр, к ее противникам приближалось подкрепление — в свете от костра и лампы показались еще пара фигур. Исход этого сражения мог быть только один.

«Придётся бежать» — с досадой подумала девочка. Как бы ей не хотелось победить, или продолжить поиски брата, она оказалась в невыгодном положении.

Вложив в ноги все имевшиеся у нее силы, одним прыжком Клэр разорвала дистанцию, и ринулась наутёк, петляя меж деревьев, стремясь оставить ее противников далеко позади.

В неумолимом беге по круге прошла минута. Две. Три…

Клэр продолжала бежать изо всех сил, чтобы точно сбросить возможных преследователей с хвоста. В какой момент девушке показалось, что у нее открылось второе дыхание — словно в момент, когда ее резерв магии исчерпался, девочка вскрыла некий неприкасаемый запас, размером с полноразмерный океан…

************

Довольно скоро она оказалась в своей комнате. Усталость и сонливость накатили на нее с силой, едва не свалившей Клэр с ног. Ни о каких поисках сбежавшего брата уже и речи идти не могло.

— Ох, — едва она переоделась, как плюхнулась на кровать. Каждое движение встречало ожесточенное сопротивление, а кончики пальцев неприятно покалывало…

Осмотрев сначала руки, а затем и другие части своего тела, она задержала взгляд на правом бедре — там красовался свежий, крупный синяк.

— Наверное, я бежала так быстро, что даже не заметила, как ударилась… — пробормотала она, но присмотревшись повнимательнее, оказалось, что этот синяк был не единственным...

Глава 6. Режим радиомолчания

Неумолимый поток времени не прекращал своего бега ни на мгновение… Секунды складывались в минуты, минуты в часы, часы — в дни… Не существует на свете той силы, что может как-то повлиять на его движение.

По-разному можно оценить влияние времени на всю окружающую действительность… Можно представить себе события, способные произойти в одно мгновение в одном месте, предвидеть действия в течении считанных секунд, происходящие в самых разных местах…

Но лишь одно событие лишь в одном месте нельзя было предвидеть, обладай ты даже самым прозорливым и проницательным умом. Для этого требовалось сложить совершенно невероятное количество переменных, свести к одному множество самых неочевидных и на первый взгляд совершенно ничего не значащих фактов…

Этим событием был переучёт имеющихся средств, сбережений и ресурсов на базе Сада Теней…

— Запиши — с последней продажи добычи с учетом всех посторонних расходов вышло еще триста сорок три тысячи зени! — раздался звонкий голос девочки, чьи волосы цветом напоминали ночное небо — темно-синие, почти черные локоны были аккуратно и со старанием расчесаны, лишь подчёркивая заострённые ушки.

Гамма, Третья из Теней, хозяйничала в своей вотчине. Одетая в домашнюю одежду, эльфийка ходила из стороны в сторону, о чем-то думая.

Иногда девушка останавливалась и говорила своей помощнице — красноволосой девочке чуть ниже нее ростом, записать ту или иную сумму в тетради.

На столе перед Гаммой были разложены множество мешочков и сумочек, наполненных разным содержимым. В одном, самом большом из всех, сверкало играющее бликами на солнце серебро — его было настолько много, что оно едва ли помещалось в мешке…

— Парабеллум, запиши — итого в серебре и золоте у нас есть ровно двадцать семь миллионов зени-и-и! — не успела она договорить, как запнулась о ножку стола и повалилась на пол.

— Л-леди Гамма, с вами все в порядке? — ее помощница, Парабеллум, бросилась к ней.

— Йа-а ф пофятке, — Гамма приподнялась, из ее носа капнула кровь. Эльфийка приняла из рук своей помощницы носовой платок. — Спасибо. Но называй меня просто Гамма.

— Х-хорошо… Гамма.

— На чем мы остановились? — Третья из Теней поднялась.

— Кажется, после серебра вы хотели провести ревизию драгоценных камней, а также пересчитать полученные за головы бандитов средства, — напомнила ей красноволосая девочка, держа в руках записную книжку.

— С наградными все просто. Сложи двести двенадцать с половиной тысяч, четыреста две тысячи пятьсот и восемьсот двадцать две тысячи зени.

— Итого — один миллион четыреста тридцать семь тысяч зени… Наверное, это много? — робко спросила младшая из Теней.

— Зависит от того, с какой стороны посмотреть… Для рабочего на местной фабрике это примерно годовой заработок с учетом всех возможных бонусов и без учета штрафов, — Гамма задумалась. — Ой, я забыла. Ты, наверное, не очень понимаешь, что это вообще такое?

— Я точно не знаю, сколько еды можно купить на столько зени… Но я умею считать, — ответила Парабеллум. — Если это годовой заработок — то это, наверное, очень много.

— Для жителя владений Кагено — определенно. Но жители столицы… — Третья из Теней вздохнула — именно в Новую Александрию вели все дороги, именно туда стекались средства и люди со всего королевства… и именно туда устремлены далеко идущие планы Сада Теней. — Думаю, чтобы тебе было чуть понятнее, посчитай вот что. Ужин в столичном ресторане на небольшую компанию стоит порядка пятнадцати-двадцати тысяч зени. Сколько дней подряд можно всей компанией ужинать на эти деньги в том же ресторане, при условии, что выбираемые позиции и цены не изменятся.

— Ммм… Возьмем среднюю цену ужина в семнадцать с половиной тысяч зени, и тогда выйдет… — она на секунду притихла — Ужинать можно неполных восемьдесят три дня подряд. Это… действительно много.

— Еда в ресторане стоит гораздо дороже сделанной собственноручно… — покачала головой Третья из Теней. — Думаю, что всему Саду этих денег хватило бы на полноценные завтрак, обед, ужин и сладости на протяжении примерно… — в уме Гамма прикинула цену продуктов и топлива. — Полугода…

— Но тогда откуда у Сада столько средств? Мы вроде как ничего не производим, и потребляем ненамного больше обычной крестьянской семьи…

— Такова Мудрость Теней… — загадочно, уподобившись самому Тени, ответила эльфийка. — Сад вполне способен не только обеспечить свои базовые потребности, но и активно собирать ресурсы для будущих операций… В том числе и финансовых.

— Значит… — Парабеллум задумалась, разглядывая записи. — Специи… Сад продает некоторые экзотические товары. Но откуда они берутся?

— На это я отвечу тебе чуть позже, когда Альфа решит, что ты готова к реальному сражению… — загадочно ухмыльнулась Третья из Теней. — Скажу лишь, что Мудрость Теней гениальна в своей простоте, жестока в своей подлости и крайне эффективна, когда дело доходит до простых цифр…

— Поняла… — выпрямилась красноволосая девочка. — Но в итоге, с учетом результата предыдущей оценки, и без учёта цены драгоценных камней и каких-либо расходов выходит… — она нахмурилась, листая записную книгу. — Почти тридцать семь миллионов зени?

— С камнями будет заметно больше… Но я все ещё не уверена, хватит ли этой суммы, — всерьез задумалась Третья из Теней.

— Вы собрались открыть свою фабрику? — вдруг спросила младшая из Теней.

— Ты почти угадала, — одобрительно хмыкнула Гамма. — Но не совсем. Фабрика действительно потребуется нам — в будущем, для производства продукции, — эльфийка решила поделиться с новенькой мудростью. — Но для того, чтобы нам потребовалось крупное производство, нам предстоит ещё многое сделать. Будет ли иметь смысл вкладывать деньги в производство, если производимый товар не будет продаваться, а значит — и не приносить прибыль?

— Но…тогда вам нужен спрос на этот товар. И место, где вы сможете выручить за него деньги. Вам нужна собственная лавка или магазин в людном месте. Или представительство, если, скажем, вы будете делать сложное и большое оборудование

— В точку, — сообразительность и умение схватывать на лету очень радовало эльфийку. Казалось, что ещё совсем немного, и с Восьмой Тенью они смогут говорить на одном языке. — Однако, сразу же продавать большой объем продукции не выйдет — ибо на такое количество может просто не найтись покупателя.

— А чтобы привлечь покупателя, нужно имя… — пробормотала Восьмая Тень, вызвав недоумение Гаммы.

— Поясни, что ты имела ввиду?

— Возьмем, что у нас есть два сапожника, делающих сапоги. Один из них просто делает копию тех сапог, которые он делал до этого. Он не ставит на них никаких знаков, отличающих его работу от сотен других… В то время, как второй сапожник делает свои сапоги очень прочными, долговечными, удобными и красивыми. Он ставит на них свое имя, как своего рода знак качества — обувь, сделанная этим сапожником, прослужит вам долго. Благодаря этому знаку качества, его имя становится более известным, за его обувью приходят жители других мест, желая заполучить качественный товар…

«Что это? Это Мудрость Теней?» — слова Восьмой Тени оказались сродни удару по голове. Только что Парабеллум описала ей то, что Владыка описывал ей под общим именем «бренд».

— Правильно. Нашим товарам нужно своё клеймо мастера, свой знак качества… — хотя Третья из Теней и была довольна, но этот эпизод вызвал у Гаммы вполне логичный вопрос.

«Владыка…может ли быть, что Мудростью Теней одарены и другие?»

****************

— И что они не поделили на этот раз… — пробормотала Альфа, поднимаясь с постели, и прислушиваясь к шуму из-за дверей. — Тем более — в такое время!

Этой ночью Первая из Теней планировала как следует отдохнуть, прежде чем они начнут планировать свои следующие вылазки… Но поспать, видимо, ей было не суждено.

За тонкой дверью ее крохотной комнаты доносились голоса и возня. Альфа могла безошибочно предположить, что стало причиной этого шума — днём подобная ситуация была в порядке вещей… А всё — из-за непримиримой вражды Дельты и Дзеты.

Эти двое невзлюбили друг друга с самой первой встречи, когда к Саду присоединилась измотанная зверодевочка из клана Золотых Пантер… И их взаимная нелюбовь часто выливалась в склоки и драки, в ходе которых могло пострадать все окружающее — от дома до лесной опушки…

Их драки продолжались, пока кому-то из них не надоедало, или пока не приходила Альфа.

Однако, когда Первая из Теней собиралась выйти и разнять шебутную компанию, из-за двери послышался третий, посторонний голос.

— Замолчите.

Сказанное слово напомнило хлёсткую пощечину — не слишком громко, не слишком тихо. Но от того тона, каким оно было сказано, от той власти и силы, которые были в него вложены, вздрогнула даже Первая из Теней. И в доказательство этому, гомон за дверью резко утих…

…только чтобы на его место пришло злобное рычание.

«Дельта!» — Альфа намеренно шумела при ходьбе — этим она хотела намекнуть разбушевавшимся девочкам о своем приближении.

Стоило ей выйти в гостиную, эльфийка увидела всего три вещи.

Первое — за диваном, на котором спала Парабеллум, едва торчала пара кошачьих ушей. Похоже, что Дзета решила выйти из драки, затаившись в ожидании того, что будет дальше…

Второе — в гостиной царил явный беспорядок — почти вся мебель была перевернута, включая когда-то сделанный Тенями тяжелый деревянный стол и кресло…

«Бета была права — обрабатывать эту древесину трудно, но по крайней мере, эти двое не могут его сломать»

Третье — напротив друг друга застыли Дельта и Парабеллум…и Первая из Теней, окинув их хмурым взглядом, заметила, что обычно робкая и замкнутая Восьмая Тень расправила плечи, замерев в обманчиво расслабленной позе, напоминающей позу зверя перед броском…

«Она точно не зверочеловек?»

Дельта напоминала… Дельту. Очень злую, готовящуюся к нападению, неумолимую в своей физической мощи охотницу. Волчица припала к полу на все лапы, явно готовясь к атаке, и злобно рыча на Восьмую Тень… Не хватало малейшей искры, чтобы ситуация, напоминавшая разлитый на полу керосин, вспыхнула, приведя к пожару…

И Парабеллум допустила ошибку — всего лишь на мгновение, она отвела глаза, чтобы обменяться взглядами с Дзетой…

«Ошибка…» — подумала эльфийка, намереваясь вмешаться… Но, как оказалось, этого и не требовалось.

За считанный удар сердца, Первая из Теней сумела рассмотреть всего три движения.

Первое — Дельта с рыком кинулась на красноволосую девочку.

Второе — Парабеллум одним ловким, почти танцевальным движением, ушла с траектории ее атаки. На том самом месте, где менее мгновения назад стояла Восьмая Тень, осталась лишь ее ступня.

Третье — Дельта споткнулась и с грохотом повалилась на пол, растянувшись в одно большое пятно.

— Теперь — вот так, да? — робко спросила Парабеллум, подойдя к зверодевочке… и усевшись на нее сверху, чем вызвала у Альфы недоумение… которое затем сменилось пониманием.

«Право сильного? Но зачем?»

— Ага. Это чтобы злая собачка не кусалась, — хихикнула Дзета, но тут же осеклась, когда Альфа поймала ее взгляд.

— Не расскажете, что вы тут натворили? — ледяной голос Альфы заставил всю шумную компанию вздрогнуть.

— Собачка пыталась укусить нашу новенькую…а ей это не очень понравилось… — хихикнула Шестая из Теней, высовываясь из-за дивана, и лениво потягиваясь.

— Ррррр! — прорычала Дельта, все еще лежа на полу.

— Дельта! – Первая из Теней предпочла поскорее потушить возникший конфликт, прежде, чем разбираться с его последствиями.

Четвертая из Теней в ответ на команду Альфы сбросила с себя красноволосую девочку и спряталась за подлокотником дивана.

— Г-г-госпожа Альфа! Эта глупая кошка меня спровоцировала! — эльфийка бросила недоуменный взгляд на Дзету и Парабеллум. — Я хотела показать Парабеллум ее место в стае, а эта глупая кошка…

— Эй-эй-эй, собачка, нехорошо на спящих девочек бросаться. — Альфа покачала головой, и слегка задумалась…

«Они неисправимы» — подумала Первая из Теней — «…но то, как Парабеллум смогла их обеих заткнуть… впечатляет»

Однако, Альфе не нравились взгляды, которыми Восьмая Тень обменивалась с Дзетой… в фиалковых глазах последней плясали чертята…как будто все происходящее было ее планом, сыгранным, словно по нотам…

«Парабеллум… за тобой нужен глаз да глаз…» — эльфийка решила, что Восьмая Тень отнюдь не так проста… и если уж она решила претендовать на «место в стае», что ж — пусть сначала докажет свою силу ей лично…

*****************

— С тобой точно все в порядке, Клэр?

— Да, мама, просто я сегодня немного устала… Я пойду в свою комнату, хорошо?

Примерно в такой манере прошёл очередной ужин в семье Кагено… Клэр в своих словах откровенно лгала — с ней было все далеко не в порядке… Но признаться своим самым близким людям, признаться в этом Сиду… это было выше ее сил.

Сначала Клэр не хотела верить, что она больна. Ей хотелось верить, что следы на теле — это всего лишь безобидные синяки и ссадины, которые она получила той ночью… Но с каждым днем она лишь сильнее убеждалась в том, что конец приближается.

Синяки не желали исчезать — напротив, они лишь разрастались день ото дня, причиняя девочке боль. Особенно больно было, стоило Клэр попытаться укрепить себя при помощи магии, и от чувства собственного бессилия хотелось лезть на стену.

С каждым днем Клэр ощущала, как ей становится все хуже… совершенно пропал аппетит, запах пищи вызывал рвотные позывы, а плед, казалось, совершенно не согревал ее, как бы она не пыталась в него укутаться…

Случилось то, о чем раньше дочь семьи Кагено думала как о чем-то, что совершенно ее не касается — демоническая одержимость. Болезнь, поражающая детей демона Диаблоса… и которую Церковь стремиться искоренить. С раннего детства, от своих учителей, в детских сказках и даже от мамы, Клэр воспринимала одну простую истину — «дети демона» несут за собой множество бедствий, беда следует за ними по пятам…

А это значило, что она может принести вред своим родным… Маме, папе, Сиду — все они могли оказаться в опасности из-за неё… и чтобы не подвергать их риску, Клэр придётся уйти из дома. Это было единственным, что она могла сделать, чтобы защитить свою семью от самой себя… или того, чем девочка может стать.

От этой мысли Клэр сдавила свою подушку изо всех сил… из ее глаз брызнули слёзы.

Лишь тихое хныкание разносилось по комнате, не достигая чужих ушей.

*************

Слезы девочки высохли, когда Солнце уже спряталось за горизонт. На их место пришло лишь опустошение и обида…

— Почему это должна быть именно я? Чем я это заслужила?

Эти вопросы Клэр повторяла себе под нос раз за разом, и раз за разом она пыталась найти ответы… Но объяснения, внятного ответа она не находила…

Горькие мысли, казалось, скатались в комок, и встали у нее в горле, принеся за собой лишь болезненную пустоту.

— Я была очень плохой дочерью… и плохой старшей сестрой…

Ее последнюю мысль прервал посторонний шум, доносившийся откуда-то с улицы… Сначала он был один, но вслед за ним пришли десятки звуков, сливающихся в неуловимую последовательность…

«Фортепиано?» — отец откуда-то раздобыл его несколько лет назад, и разместил его в одной из свободных комнат поместья, в расчете, что девочка будет на нем играть… но с тех пор его звуки доносились редко…

Доносящаяся мелодия казалась целительной мазью, которую аккуратно, но с заботой наносили на синяки и ссадины — тихая, неспешная, она успокаивала и умиротворяла, при этом увлекая ее внимание все сильнее и сильнее...

Клэр поднялась с кровати и вышла на балкон, ловя каждую ноту, порождаемую инструментом и руками талантливого музыканта, кем бы он ни был… Мирные, неспешные ноты, казалось, обезболили ноющие синяки, омыли приятной прохладой раны, на мгновение заволокли зияющую пустоту…

Девочка не могла сказать, сколько звучала эта мелодия… Минуту, две, три… десять… Но этих минут, этих сладостных мгновений, хватило, чтобы отвлечь ее от дурных мыслей.

Клэр осторожно, чтобы не упасть, спустилась по внешней стене поместья к той самой комнате, где стояло ветхий, слегка потёртый музыкальный инструмент, с приставленным к нему табуретом, за которым сидел… Сид.

— Сид… — сестра была удивлена.

— Клэр? — казалось, он не был удивлён ее приходу.

— Это ты играл на… — девочка не договорила, но даже так, брат кивнул в ответ.

— Мне показалось, что в доме стало… тревожно. И я захотел немного развеяться. Скажи мне, сестренка, — сестра дернулась. — С тобой точно все в порядке? Я беспокоюсь о тебе…

Клэр пробрала дрожь. Ну конечно, кто еще мог заметить, что ей нездоровится, как не ее младший брат… который видит ее каждый день, который был ее единственным другом на протяжении всей жизни…

— Сид… — сестра не узнала свой голос — надломленный, слабый. — Послушай. Прошу, выслушай меня.

— Я весь внимание, сестрица, — с лица брата исчезло его апатичное выражение, сменившись сосредоточенностью и вниманием.

— Во-первых — никогда, слышишь, никогда не выходи из дому без своего меча! — она понимала, что Сид вскоре останется совсем один… и именно поэтому, как его учитель и старшая сестра, Клэр хотела оставить ему последние инструкции.

— Хорошо, Клэр… — его искренний, лишенный всякой лжи ответ, наполнил ее уверенностью — по крайней мере, это наставление он выполнит. — Но к чему такой неожиданный урок? — Сид поднялся и коснулся рукой ее макушки. — Сестренка, да у тебя жар! — он потрепал девочку по голове.

— Н-нет у меня жара! И вообще — уже пора спать! — пробормотала Клэр в ответ, и бросилась к окну…

Она уже не могла услышать фразы, которую произнес Сид, стоило ей подняться в свою комнату:

— Эпсилон… Можешь выходить.

Глава 7. Угасшая звезда

«Всё закончилось… все закончилось» — в больничной палате царил полумрак. Бледная, очень худая девушка, чьи каштановые волосы достигали поясницы, смотрела в потолок, и часто моргала — ее глаза впервые за два года увидели настоящий свет.

Тонкие, словно хворостины, руки коснулись темно-синего устройства на голове девушки, напоминавшего шлем. Всех усилий девушки едва хватило, чтобы стащить его с головы, и осторожно положить устройство на прикроватную тумбочку.

— Всё кончено… — прошептала девушка про себя. — Он… скоро будет здесь, — после этих слов уголки ее высохших губ дрогнули, превратившись в слабую улыбку. — Нужно лишь подождать… минутку.

И она стала ждать. Словно она очутилась в сказке, где была принцессой, что ждала своего верного рыцаря на вершине высокой башни…

Рыцарь не заставил себя долго ждать — уже через считанные минуты, смотря в окно, девушка увидела несущуюся на бешеной скорости фигуру на велосипеде… и затаила дыхание. Парень в темной куртке почти летел сквозь снегопад, не сбавляя хода ни на мгновение. Почти мгновенно, он скрылся от ее глаз в дверях больницы.

Через считанные десятки секунд, девушка заметила еще одну фигуру — более рослую, одетую в черный официальный костюм. Она также проскользила в двери больницы, заронив в ее сердце семя тревоги…

«Может, мне просто померещилось?»

Цифры на электронных часах замерли на отметке 21:19, словно боясь шелохнуться под взглядом медовых глаз…

Казалось, что где-то за дверью она уже могла слышать шаги… но девушка знала, что это все лишь игра ее воображения — сейчас она не могла услышать настолько тихий звук…

Казалось, что в уши попала вода - она не могла расслышать скрип кровати, не слышала звуков с улицы...и все же, действительно громкий шум прорывался через пелену, что легла на одно из ее чувств.

Секунда… две… три… Тишина давила на уши, на разум, казалась неестественной… пока не пришло чувство. Подспудное чувство, что за дверью кто-то есть… и в доказательство этому шторка, отделяющая ее койку от двери, нехотя сдвинулась.

И ее рыцарь появился. Черноволосый, совсем худой парень объявился в сопровождении медсестры…

— Кири-то… — одними лишь губами произнесла девушка. Все слова, которые принцесса хотела сказать своему рыцарю, в этот момент застряли в пересохшем горле…

— Асуна… — пока что она не могла слышать, но этого было и не нужно — девушка понимала, что хотел сказать ее рыцарь. Сколько сотен и тысяч слов они хотели сказать друг другу прямо сейчас, сколько чувств они хотели выразить в эти мгновения…

На это им не хватило бы всех существующих на свете слов. На это им потребовалась бы целая вечность.

Принцесса и ее рыцарь заключили друг друга в крепкие объятия. Именно с этого момента в сказках наступало «жили долго и счастливо», ведь так? И, кажется, ее большая сказка подошла к своему логическому завершению…

Спустя несколько… десятков секунд Кирито отстранился и проговорил что-то медсестре. Та лишь бросала удивленный взгляд на девушку, и столь же удивленно хлопала глазами… но затем просто кивнула.

Девушка намеревалась откинуться на подушку, чтобы наконец, дать врачам о позаботиться о себе — катетеры и трубки были жутко неудобными, и Асуна всерьез думала, когда же их вытащат? Но едва она успела устроиться на койке, как в следующую секунду все пришло в движение.

Все случилось очень быстро — в дверном проеме, оставшегося открытым не иначе как по недосмотру медсестры, виднелся свет от ламп в коридоре. Этот свет превратился в ореол, стоило в проеме возникнуть фигуре в темном костюме.

Растрепанная, с искаженным гримасой лицом и почти серой кожей, фигура сжимала в руках длинный, тяжелый охотничий нож. Сердце девушки пропустило удар, стоило ей опознать вошедшего. Рука невольно потянулась к пояснице, пытаясь нащупать рукоять рапиры.

— Кирито! — Асуна вложила все свои крохотные силы в ослабшие голосовые связки, чтобы предупредить парня об опасности… — Сзади… — прохрипела она, чувствуя как в горле начинает саднить.

Но эти силы уже не могли повлиять на исход ситуации, развивающейся столь стремительно, что за ее ходом девушка уже не поспевала. Кирито начал было разворачиваться через правое плечо, и это стало для него почти фатальным…

Время в глазах Асуны замедлилось…

Размашистый удар ножа, взятого обратным хватом, пришелся Кирито в правую сторону груди. Парень попытался защититься руками, и лишь благодаря этому нож не вошёл ему в грудь по самую рукоять, ограничившись лишь острием, пробившим куртку, и задевшим кожу.

Этот маленький успех, тем не менее, не означал почти ничего — и уже второй удар более рослого и крепкого мужчины оттолкнул худощавого парня, да так, что тот отлетел и ударился спиной о ее койку.

«Нет!» — совсем слабое тело не слушалось девушку. По коже пробежал мороз… — «Только не снова!»

Суго не останавливался. Его взгляд был совершенно пустым, а лицо даже в свете ламп казалось темно-серым, словно перед девушкой стоял не человек. Не человек… а гуманоидное чудовище, с огромным стальными когтями, терзающими плоть и душу…

Краем глаза Асуна смогла увидеть застывшую в ступоре медсестру. Она смотрела на всё, застыв, словно каменная статуя, дрожа, и не понимая, что происходит…

В следующее мгновение девушка сама не знала, что с ней случилось. Все ее чувства, до того ослабленные и исступленные, обострились. В до того слабых мышцах появилась сила, по каждой ее клеточке пробежал ток, и тело пришло в движение.

Она ощутила, как катетер буквально выскользнул из своего места на сгибе локтя… как ослабшее от долгого бездействия тело ноет от кошмарного перенапряжения и как кожа на пятках коснулась теплого пола… все эти ощущения были реальными, нестерильными, и лишь усиливали бегущий по коже холодок.

Однако, Кирито не дал ей встать между ним и Суго. Прокашляв что-то, он бросился на нападавшего, пытаясь поймать его руку, или хотя бы задержать, выиграть немного времени.

— Не стойте столбом, зовите помощь! — рявкнул он стоящей в стороне медсестре, выводя ее из оцепенения.

— Д-д-да! — ступор медработницы миновал почти мгновенно — она выскочила за дверь.

— Хрра! — нож воткнулся парню в предплечье, пройдя через ткань и набивку куртки. На пол упали капли крови, а сам парень попятился.

Асуна могла слышать тяжелое, хриплое и поверхностное дыхание юноши. Слышала, с каким трудом давался ему каждый новых вздох…и видела, как ноги парня подкосились.

— Ты поступил очень плохо, Кирито-кун… — пробормотал Суго безжизненным голосом, с недюжинной ловкостью выдернув нож из предплечья парня. — Некоторые раны… не заживают. И сейчас я наглядно покажу тебе это.

Кирито ничего не ответил, лишь крепче стиснул зубы, когда мужчина сменил хват на ноже… Асуна могла лишь бессильно наблюдать за этим. Время в глазах вновь замедлилось…

Она могла видеть каждый блик света на широком лезвии, каждую деталь на наборной рукояти… и как клинок устремился к своей цели.

Тело действовало быстрее разума. Девушка бросилась наперерез, ощущая смрадное дыхание, чувствуя, как сердце бешено колотится…и как вдруг пришёл холод, отозвавшийся мучительной болью. На белой ткани больничной одежды расцвело темно-красное пятно, а из живота девушки торчала окровавленная рукоять.

Холод, жар, боль, слабость, страх — все это смешалось в кипящую смесь чувств, что все вместе составили настоящий парализующий яд. Ход мыслей Асуны в одно мгновение остановился, словно кто-то нажал на аварийный выключатель…

И без того слабые ноги отныне были не в состоянии поддерживать девушку. Подобно спиленному дереву, она рухнула на пол, когда Суго очередным движением выдернул нож.

Дальнейшее смазалось в ее глазах и воспоминаниях. Кирито с неразборчивым рыком едва ли не прыгнул на мужчину, сбив того с ног, и принялся беспорядочно колотить его кулаками, пальцами и ногами… девушка запомнила, что парня била крупная дрожь.

И все же, зверь в человеческом обличии был отнюдь не беспомощен. Нож то и дело вонзался в живот и грудь Кирито, пока тот не свалился с вооруженного противника, и не растянулся на полу совсем рядом с Асуной.

«Это…конец?» — мороз охватывал ее все сильнее. Слёзы крупными градинами хлынули из медовых глаз.

Убийца бросил на них последний взгляд, в котором уже не было ничего, что роднило его с человеком, и скрылся в дверном проёме…

Правая рука девушки нащупала руку парня. Расцарапанную, слегка теплую от свежей крови, и при этом — очень холодную… Кирито ответил ей тем же.

Черный и медовый взгляды столкнулись в последний раз прежде, чем перед ее взором встали две золотых сферы…

Два источника света, что не давал тени, не разгонял подступающую мглу, но был… теплым. От его напора мороз отступал, хотелось еще хотя бы на чуть-чуть приблизиться к нему, согреться от него… слиться с ним воедино…

— Не иди на свет! — сквозь пелену, где-то на краю сознания вторил резкий, громкий женский голос. — Не смей засыпать! Врача сюда!..

— Обильное кровотечение! Носилки сюда, быстро! — вторил ей грубый мужской бас… — Жгуты!

— Куда делась эта мразь?! — было последним, что услышала Юки Асуна в своей жизни…

*************

Где-то в другом мире с криком и в ледяном поту, проснулась красноволосая девочка. Совсем ещё детское лицо, так и пышущее невинностью и очарованием, напоминало разбитое стекло — гримаса ужаса исказила черты девочки до неузнаваемости…

– Только не снова… – всхлипнула она, будучи не в силах больше уснуть этой ночью….

Она заплела свои волосы в высокий хвост, и без малейшего шума выскользнула из нового дома…

**************

«Время лечит, да?»

Она слышала эти слова… когда?

Сколько времени прошло с момента, когда эти слова впервые достигли ее ушей?

В кромешном ночном мраке, освещенном лишь серпом убывающей Луны, порхала крохотная девичья фигурка, облаченная в черное одеяние, поверх которого было накинуто такое же черное пальто. Золотые линии по швам ее одежд были едва-едва заметны в темноте…

Ее тонкие, но очень сильные руки сжимали рукоять изящного клинка, настолько длинного, что для ее роста он казался избыточным… Гарда оружия напоминала треугольник, чье основание продолжалось с обоих сторон рукояти, и чья вершина была обращена в сторону острия.

При бледном, тусклом свете, девочка танцевала свой, непонятный никому танец, позволяя своему оружию вести ее за собой.

В который раз антрацитово-черный клинок мгновенно пронзил ствол векового дерева, и вышел с обратной стороны. Затем девочка заставила оружие исчезнуть, обратив клинок в крупную пластину на груди, напротив сердца.

Взгляд золотых глаз девочки обратился к небу. В светящемся янтаре можно было разглядеть невысказанный вопрос… на который небесная гладь раз за разом отзывалась лишь мертвой тишиной…

— Почему… — из ее глаз брызнули слезы. — Почему… все должно было случиться именно так? — но ответа на свой вопрос девочка так и не получила. — Почему мы должны были умереть?

«Время не лечит…» — она всхлипнула, прислонившись к стволу дерева и обняв колени. — «Иначе… почему мне так плохо?»

Юки Асуне хотелось плакать. Страшная память, полная скорби, боли и ужаса, не отпускала ее уже четыре года, с самого момента осознания самой себя, стискивала сердце ледяной хваткой, выматывала и лишала девушку покоя.

Дивный новый мир, распахнувший свои двери перед раздавленной девушкой, оказался для нее лишь очередным испытанием на прочность…

Сначала она долго не могла осознать и собрать себя как личность, едва ли помня себя во младенчестве — от них остались лишь пара ярких кадров и картин, запечатленных в ее воспоминаниях…

Новая семья также не стала для нее подарком — набожные, суеверные труженики полей… девушка не знала, может ли она ненавидеть их за то, что они сделали с ней, когда проклятие демона коснулось ее тела и души.

«Они…они просто не знали правды» — подумала Асуна, которой, как она думала, удалось стать на крохотный шаг ближе к истине, скрытой за этим недугом. — «Им врали в лицо…но что это меняет для меня?»

Липкое, словно смола, чувство собственного бессилия перед стальными когтями чудовища в человеческом обличии, рождало в ней гнев и злобу. На саму себя, немощную и слабую в реальном мире, на тех, кто был вокруг, кто мог хоть что-то предпринять, чтобы не допустить такого исхода, но не сделал этого…

Девушка бросила взгляд на свои крохотные ладони… Когда-то нежная кожа уже успела чуть-чуть огрубеть от ее ночных практик и тренировок. И все это — лишь бы более никогда не пасть жертвой чудовища со стальными когтями…

«Я убью тебя, Суго…» — от одного лишь воспоминания об этом монстре в девушке заклекотала злость. — «Ты не человек… не после того, что ты сделал. Со мной, с Кирито… и многими другими… Ты не заслуживаешь жизни»

Но гнев девушки ушел столь же быстро, как и возник. На его место пришла лишь зияющая пустота, в которой гулял пронзительно холодный ветер…

— Что мне делать?.. — Асуна обратила очередной взгляд к небу, и вновь ответом на ее вопрос стало поистине гробовое молчание ночи… — Если Беатрикс и есть на этом свете… вряд ли она меня слышит…

Девушка обняла колени и уткнулась в них лбом.

— Они… просто не знали правды, — пробормотала она себе под нос. — Но какую истину пытаются скрыть от них? Зачем и кому это нужно?

Разум Асуны уже в который раз лихорадочно искал ответы на одни и те же вопросы, повторяя их список раз за разом… и все это — лишь бы отогнать дурные мысли. Заставить разум работать в другом направлении, чтобы не вспоминать о крови, запятнавшей ее руки в порыве страха… и чтобы найти этому действию оправдание.

К горлу девушки подступила тошнота, когда картина недалёкого прошлого зависла перед ее глазами. С момента, когда страх едва не расколол разум Асуны, стал стимулом к действию и заставил ее вероломно оборвать жизнь Святого Рыцаря Церкви, миновал уже целый месяц… но чувство жара на руках не спешило оставлять ее даже спустя столь долгий срок.

Казалось, что в ее действиях тогда не было смысла… Находящаяся в бреду от жара и болей, напуганная даже появлением собственной тени, она плыла по течению, будучи не в силах бороться с медленно подступающей агонией… Но в какой-то момент она словно проснулась.

Однажды она уже видела, что бывает с одержимыми, попавшими в руки Церкви… Бесформенные груды плоти, переполненные магией, нередко — в порезах и шрамах, их сжигали на кострах, приговаривая:

— Дети демона должны быть уничтожены! Не позволим демону возродиться! Клянусь в этом именем Богини!

Чем она заслужила столь ужасную погибель? И должна ли она покорно ждать, пока Святые Рыцари и под ней распалят костёр, что оборвет ее новую жизнь…

Решение было принято быстро, импульсивно. Не было страха или дрожи — лишь все сильнее разгорающийся жар по всему телу… Девушка выхватила у ничего не подозревающего Рыцаря нож из-за пазухи и вонзила его точно в подмышку, в слабое место его лат.

«И теперь они… ищут меня. Мне некуда идти…» — девушка проглотила слюну, борясь с рвотным позывом.

— Что я наделала?.. — произнесённый одними лишь губами вопрос ушел в пустоту.

Даже знание, полученное от Сада Теней, о темных делах Церкви и некой организации, называемой Культом Диаблоса, не умоляло ее бушующих чувств…

Звезды на небе в эту ночь сияли особенно ярко… Могло показаться, что одни звёзды становились ярче, словно выходя из закулис, чтобы сыграть одним лишь им известную роль в великом театре небесных огней… А другим, уже сыгравшим свою роль, предстояло угаснуть, напоследок воссияв так ярко, как никогда…

Асуна видела на этом небе и свою звезду… Свою крохотную кляксу, словно след от ручки в тетради. Ее звезда вспыхнула, на мгновение перебив своим ярчайшим сиянием свет иных светил… лишь чтобы после исчезнуть в непроглядном мраке бесконечного космоса….

— Юи… — Луна была настолько яркой, что на ней можно было разглядеть отдельные элементы рельефа. — Я… — всхлипнула Асуна и уткнулась в колени лицом. Все те слова, которые она хотела бы сказать своей дочери, застряли в горле. — Я…

Всеобъемлющий страх, отчаяние, тоска и гнев в ту ночь поглотили хрупкую девушку, лишили ночного покоя, сжав ее в когтях, удушая и выжимая из нее все силы — моральные ли, или физические…

Девушка не сотрясалась в рыданиях, завывая на всю округу… нет. Она тихо, почти беззвучно всхлипывывала, обняв колени и спрятав лицо, словно боясь, что кто-то может ее увидеть, обнаружить ее слабость, и нанести ещё один удар, что окончательно сокрушит мечницу, когда-то носившую гордое прозвище «Молния»…

Слезы Асуны градом падали на землю, орошая, отдавая крохи жизненных сил дремучему лесу… Слезы омывали ноющие раны, стремились затопить пустоты…но этого было мало.

— Para bellum… — прошептала она, когда поток слёз остановился. — Я… не готова.

«Я не была готова к бою… но теперь, у меня есть магия. Я не бессильна…но мне нужно больше силы. Иначе, когда они снова придут за мной… я не справлюсь. Они не отпустят меня так просто» — Асуна стиснула зубы, и сжала одну руку в кулак. — «Юи осталась там, в моем мире…» — мысль о дочери словно стала глотком свежего воздуха. Его не хватало, чтобы надышаться, но было достаточно, чтобы хотя бы на мгновения ощутить себя вновь живой.

— Они… не увидят моих слёз. Никто их больше не увидит, — костюм-слизень Асуны под действием ее магии дополнился совершенно новым элементом. Элементом, о котором она думала, наблюдая за девочками из Сада Теней.

На ее лице возникла серебристого цвета маска-домино. Глаза скрывались за тончайшим слоем слизи, через которую можно было смотреть лишь в одну сторону. Отныне янтарь ее глаз скрылся за стального цвета экранами, словно за защитными очками…

Ее размышления прервались резким звуком ломающихся веток. Быстрее, чем девушка успела хоть что-то сообразить, в ее руке возник тонкий клинок. Асуна резко, словно сжатая пружина, подскочила и направила рапиру в сторону шума…

— Надо… уходить, — до слуха девушки донесся тяжелый выдох. В силуэте, что был почти на голову выше самой Асуны, освещенном лишь полосой бледного света, с трудом угадывались человеческие черты…

Руки напоминали сваренные сардельки, словно на них не было никаких мышц. Остальное тело существа было скрыто простыней, в которое оно завернулось, но даже под белой тканью проглядывали неестественные бугры и неровности…

— Я… должна… — Асуна смогла расслышать тонкий девичий голос. Также, девушка слышала поверхностное, шумное дыхание…

— Эй… Постой! — потребовала мечница.

— Нельзя… нельзя стоять… — в ответ она услышала лишь какую-то бессмыслицу. — Они... они найдут меня…

«Она бредит. У нее явно жар… И эти наросты…» — Парабеллум свела воедино все, что успела рассмотреть в этом человеке — «Она — Одержимая!»

— Кто — они? — вместо ответа совсем рядом с Асуной послышался очередной шорох и мягкий, почти кошачий топот лап.

— Вон она! — оглушительно громкий голос, напоминающий волчий вой, раздался у нее под самым ухом…

Парабеллум действовала быстро, намереваясь применить на практике одну из техник собственного сочинения. Костюм-слизень частично превратился в два десятка длинных и очень тонких пик, направленных так, чтобы держать противника за ее спиной на безопасном расстоянии. И очень вовремя.

Асуна ощутила, как импульс изрядно подал ее вперед, когда послышался чей-то короткий, жалобный вскрик боли, который очень быстро затих…

Не успела она даже опомниться, как посторонние звуки послышались со всех сторон. По меньшей мере, десяток посторонних окружили место, где в считанной паре шагов стояли Парабеллум и одержимая девушка.

— Юная леди, — в очередной раз незримый противник оказался за спиной, у самых шипов. — Вас не учили, что по ночам гулять опасно?

Его тягучая, насмешливая интонация не понравилась Асуне. Настолько, что для нее стало понятно все.

Она окружена врагами, что превосходят ее в численности, в качестве и в тактике. За ней — одержимая в бреду. Как бы она ни старалась, но в одиночку победа ей не светит…и в неизбежности сражения Асуна даже не сомневалась.

«Значит, нужно позвать на помощь» — костюм-слизень, повинуясь ее воле, стал передатчиком сигнала определенной частоты. Секунда на определение всех необходимых данных, и…

«SOS! Парабеллум. Норд-ост, 23 градуса. Оказалась в окружении, SOS!» — комбинация длинных и коротких сигналов, разработанная Этой и оптимизированная для быстрой передачи большого объема сведений, отправилась к единственному, как она считала, приемнику.

— Не учили… — рапира возникла в ее руке.

Вдруг она ощутила, как в ответ на ее сигнал пришел отклик, означающий, что передача все же была принята. Вот только отклик пришел не со стороны расположения базы Сада Теней…

Глава 8. Ночь темна

Мрак ночи в который раз накрыл землю… Ветер покорился перед нерушимой мощью гор, словно замерев, перед тем, как нанести подлый неожиданно мощный удар всему, что встанет на его пути…

Они собрались здесь, на крыше поместья Кагено. Три фигуры в чёрных с золотом одеждах окружили ещё одну, в плаще, словно сотканном из чистейшей тени. Даже в ночи его одеяние казалось темным…

— Вы пришли… — раздался совсем ещё мальчишеский голос. От него сквозило интересом, несгибаемой мудростью, и каждое слово, казалось, таило в себе двойное дно…

— Вы звали нас, Мастер Тень… — ответила ему девочка, чьи волосы своим цветом напоминали колосящуюся пшеницу.

— Мрак вокруг нас сгущается… — изрёк Тень. — Все больше чуждых теней окружают наше пристанище… и лишь непроглядная тьма впереди…

Девичьи фигуры переглянулись между собой. В их глазах застыл один и тот же немой вопрос.

«Что это значит?»

Речи Тени, его Мудрость, таилась в малопонятных и бессмысленных на первый взгляд речах. Но стоило лишь ее понять, осознать и превратить в жизнь, как эти истины оказывались до пугающего просты.

— Альфа… — обратился он к светловолосой девочке. — Кажется, ты упоминала о ваших планах на будущее… на расширение Сада.

— Да, — лаконично ответила Первая из Теней.

— Именно для этого я и собрал вас троих здесь. Вы — та основа, тот фундамент, на котором будет держаться промышленная и экономическая мощь Сада, — алые глаза сверкнули в непроглядной мгле. — Культ силён, и даже мне не видны уголки мира, куда дотянулись его руки…

— И именно поэтому наш ответ Культу должен быть разносторонним и подавляющим?.. — восхищенно прошептала Гамма.

— Верно… Мощь Культа сокрыта не только в тенях. Власть Культа над миром простирается уже очень долго… Но почему мы не знаем о тех, кто пытался восстать против их власти?.. — от этих слов девочки затихли, но лишь на пару секунд.

— Мне кажется… что если против Культа поднимались силы в тени, Культ мог разбираться с ними как своими силами, так и силами официальной власти. Били их со всех сторон, изо всех сил и наверняка, — ответила Альфа. — Чтобы после вымарать их имена из истории…

— Таково… искусство войны… — пробормотала Эта, получив в ответ одобрительный кивок их учителя.

Ветер в этот момент разбушевался с новой силой… Он трепал полы плаща Тени, свистел и завывал, сталкиваясь с преградами, в которых свою мощь он растрачивал, в стремлении поколебать этот мир…

И все же, Альфа была довольна — все вместе они смогли разгадать смысл, заложенный в слова Тени.

— Этим миром правят разумные. Люди, эльфы, зверолюди — все они по-своему властвуют над этим миром… — сказал Тень после нескольких секунд молчания. — Отнюдь не Беатрикс дала миру мощь пара и стали…

Альфа, Первая из Теней, все пыталась разгадать замысел Тени… Что он хочет донести не просто до одной из Теней, а до целой группы?

«Я, Гамма и Эта. План по расширению организации. Его экономическая часть — причём, та, которой будет заниматься Гамма…» — подумала она.

— Значит, нам нужны… кадры? — осторожно спросила Гамма. — Нам нужны верные, подготовленные и компетентные работники, — она продолжала развивать эту мысль, пока Тень в ответ лишь молчал, разглядывая серп Луны.

— Гамма, ты же помнишь, что я рассказывал тебе о массовом производстве? — девочка лишь кивнула в ответ. Тень же на несколько секунд замолчал, словно ожидая от них чего-то.

«Кадры, производство и расширение организации… Мы планировали пополнять наши ряды исцеленными одержимыми…» — Альфе не составило труда сложить в голове все эти факты.

— Вы… хотите, чтобы в этом производстве были задействованы бывшие Одержимые? — вздернула бровь Первая из Теней.

— Именно, — холодно ответил учитель.

Слова Тени звучали на первый взгляд жутко… но эльфийка могла сама себе признаться, что этот вариант выглядит приемлемо…

— Каждая из вас была гонима. Вас вырвали из привычного общества, лишили всего и после выбросили, в ожидании, что канете в небытие… или сгорите в кострах Инквизиции, — из всех слушательниц Тени только Эта нахмурилась. — Во многом, ваши судьбы схожи, как и будут схожи судьбы тех, кого мы излечим.

Нечто подобное было на уме Первой из Теней… Но до того, как учитель поднял эту тему, все эти мысли напоминали паззл, который лишь в этот миг сложился в единое полотно…от которого эльфийка ужаснулась.

— Все они — такие же дети, как вы. Такие же, лишенные всего, кроме своей жизни и своей магии. Им потребуется новая опора, новый горизонт, новый объект веры… и лучше этому объекту быть подкрепленным чем-то более солидным и вещественным, чем сладкие речи.

«Нам нужна… идеология?» — Альфа задумалась над тем. — «Мы едины в одной цели… но нас, так или иначе, сплотили наши домашние хлопоты, дела и игры…» — для девочки эти слова казались откровением — словно ей задали вопрос, на который она не могла не дать чёткого ответа. — «Однако… Если бы Владыка бросил меня одну после спасения, смогла бы я выжить?»

Однако, довести эту мысль до ума ей не дали. Направленный, едва ли ощутимый луч магии, находящийся на строго определенной частоте, нашёл ближайший приемник — их костюмы-слизни, и через него было передано сообщение:

«SOS! Парабеллум. Норд-ост, 23 градуса. Оказалась в окружении, SO.»

«Я же запретила девочкам высовываться без сопровождения меня или Владыки…» — было первой мыслью Альфы, стоило ей принять просьбу о помощи. Но она тут же спохватилась — кто из ее подопечных попал в беду!

— Кажется, наша новенькая в беде… – Тень выдохнул.

— Она указала свой курс относительно дома… — сонно пробормотала Эта. — Сигнал был передан почти без потерь, — сказала эльф-ученый сама себе. — Но с передачей сигнала все еще есть проблемы.

— Не стоит терять времени. За мной!

***************

— Кхра-а-а… — тонкий черный клинок вонзился зверочеловеку в кадык — масса человека-волка играла против него. Капли крови разлетелись вокруг, на мгновение блеснув в лунном свете…

Прохладный ночной воздух почти обжигал её легкие, а стук сердца отдавался в ушах громким наббатом…

Асуна каждой клеткой своего тела ощущала, как все вокруг нее напряжено до предела. Одно неверное движение, один стук сердца мог решить ее судьбу… или оборвать нить судьбы чужой.

Холод и жар, ледяная ярость и пылающая злоба — все это смешалось в коктейль, подаривший девушке крылья. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что даже в былые деньки в Айнкраде она не могла двигаться настолько быстро…

В тот же миг она была вынуждена увернуться от арбалетного болта, вылетевшего из кустов. Девушка не сомневалась — арбалетчиков было куда больше, и они были со всех сторон — казалось, что стрелял каждый куст и каждое деревце…

Но это было лишь частью беды.

Против неё вышли отнюдь не только стрелки. Люди и эльфы, с копьями, щитами и мечами, упорно стремились подловить ее и отрезать от Одержимой… и Асуна отвечала им со всей своей яростью, с невероятной скоростью и точностью поражая уязвимые места их снаряжения, и уходя от множественных атак…

Она любой ценой пыталась не дать отряду атаковать слаженно — атаки одного противника Асуна могла держать сколько душе угодно. Девушка постоянно маневрировала и крутилась, стремясь оказаться у отряда во флангах, чтобы ее мог атаковать только один боец ближнего боя.

Очередной болт из арбалета, от которого она уже не успевала увернуться, встретился с преградой — наклонной пластиной из резко уплотнившейся слизи, и отрикошетил куда-то ввысь. Мгновения, на которое девушка отвлеклась, хватило, чтобы самый сильный и опасный даже в одиночку рыцарь в белом плаще перешел в контратаку.

Укол его гладиуса пришёлся Асуне точно в лицо. Лишь в последний момент Восьмая Тень начала уклоняться, но это не спасло ее от удара. Ее лоб озарила вспышка боли, на лишь один миг девушку поразил нестерпимый жар…

— Твоя техника хороша… — казалось, что этот бандит в маске, кем бы он ни был, играл с девушкой, словно кошка с загнанной мышкой.

Асуна стиснула зубы, одной рукой протерев глаза от залившей их теплой крови… Вокруг нее собрались не менее десяти противников, во главе с этим белым рыцарем… и ледяной коготь отчаяния коснулся ее сердца.

По правую руку от рыцаря встал низкий, коренастый эльф в кольчужной куртке. Древко его нагинаты было сломано девушкой парой минут ранее, от чего та стала больше напоминать мясницкий тесак… Одновременно с ним рыцарь приготовился к своей очередной атаке, отведя гладиус чуть назад.

Время в глазах девушки вновь застыло. Все, как в прошлый раз — снова стальные когти стремились отнять у Асуны последнее, над чем она сохраняла свою власть — ее жизнь.

«Я не могу отразить две атаки своей рапирой. Не от рыцаря уж точно… Две…» — решение было принято быстро, и часть слизи из ее пальто плавно перетекла в ее левую руку, превратившись в довольно короткий черный нож со сложной, развитой гардой, и щитком, прикрывающим грубую рукоять.

Асуна выставила крестовину ножа навстречу гладиусу, а удар куда как менее шустрого эльфа предпочла встретить клинком рапиры…

И в этот момент все окружающее вновь пришло в движение…

Гладиус рыцаря, не иначе как случайно, столкнулся с щитком импровизированной даги. Удар отдался в руке Асуны мощным импульсом, но атака, которая должна была стать для нее фатальной, все же прошла мимо.

Размашистый же удар тесака, что последовал вслед за атакой рыцаря, столкнулся с гардой рапиры, и соскользнул с нее в сторону, слегка подав эльфа вперед.

«Сейчас!» — она мигом разорвала дистанцию, пропустив очередной арбалетный болт, который пролетел между ней и рыцарем.

Она не позволит окончательно себя окружить!

Асуна поудобнее перехватила свои клинки, чувствуя, как вспотевшие ладони слегка скользят по гладкой, твердой и очень прочной слизи…

«Так вот что чувствовал Кирито…» — мелькнула у нее мысль, когда она ощущала тяжесть в левой руке. Восьмая Тень ни разу не пользовалась дагой, или ей подобным оружием в САО, но сейчас оно казалось единственным выходом из сложившейся ситуации.

Девушка направила свои клинки в сторону рыцаря. Мягко, плавно заняла положение, которое активировало навык «Двойного выпада», ощущая, что она готова к очередной стремительной атаке.

«Разобраться с рыцарем. Он — моя самая большая проблема. Нужно бить наверняка — двумя ударами» — магия подобно электрическому разряду пронеслась по телу, усиливая и разгоняя каждую мышцу, придавая слабым атакам невиданную мощь. — «Двойной выпад!» — в этот момент, казалось, сам мир, словно очень упругая ткань, натянулся под действием стремительной, отработанной сотни раз до этого, атаки.

Ее вес почти полностью перенесся на клинок. Сейчас не девушка управляла рапирой — но рапира, казалось, тащила ее за собой, готовая в любой момент отвернуть от цели, повинуясь ее усилиям…

Рыцарь, казалось, в этот момент начал что-то понимать, и мягким, почти танцевальным движением попытался уйти в сторону от выпада Асуны… Именно поэтому первый удар девушки задел лишь ведущую руку мужчины, соскользнув с клинка гладиуса.

Послышалось мерзкое чавкание, и рукав плаща рыцаря щедро окрасился кармином. От столь неожиданной атаки, он выронил свой гладиус, когда Асуна, повинуясь отработанному движению, отвела клинок назад, и нанесла второй удар, куда более точный, пришедшийся врагу чуть ниже пояса, прямо в пах.

От силы удара рыцаря подало назад. Противное чавканье, скрежет и хруст продлились не больше мгновения — но даже этого хватило, чтобы сбить с мужчины всякую уверенность. Лишенный своего меча, он стал для Асуны лишь очередной мишенью…

По крайней мере, так она считала.

Сразу после удачной атаки в ее сторону обрушился град ударов сразу с трёх сторон. Девушка парировала два из них, стремясь разорвать дистанцию и не дать запереть себя в узком кольце. Раненный рыцарь в белом скрылся за спинами своих союзников, поднявших окованные металлом щиты.

Арбалетные болты продолжали свистеть совсем рядом с ней, щелчки доносилось со всех сторон от девушки… и, в горячке боя, Асуна совершенно упустила момент, когда ее оттеснили от одержимой, разделив их живой стеной.

Она чертыхнулась себе под нос, понимая свою безысходность. У нее был лишь один выход — бежать, оставив одержимую девушку в руках врага.

Но если у Асуны был хоть один шанс спасти ее… Восьмая Тень не хотела его упускать.

Как поняла Парабеллум спустя считанные мгновения, этот шанс ей не потребуется. Послышался свист, и один из щитоносцев свалился замертво. Из его спины выглядывало нечто, напоминающее огромный осколок черного стекла, который тут же исчез.

Словно упавший с неба метеорит, посреди поля боя возникла она. Ее длинные светлые волосы колыхались на ветру, а лицо было прикрыто черной маской, закрывавшей рот и нос. Антрацитово-черный клеймор в ее руках казался не более, чем пушинкой, палкой, которую она могла крутить между пальцами…

Ее магическая мощь не вызывала у Асуны сомнений — могущество развивалось вокруг нее, словно она была в центре водной глади, разбитой брошенным камнем…

Вслед за ней, на поляне возникли и другие фигуры — две эльфийки в черном, чьи лица скрывали такие же маски, возникли между одержимой девушкой и нападавшими…

«Тени…» — Асуна узнала их. — «Значит, мою просьбу о помощи все же приняли…» — она рукавом своего пальто утерла кровь с лица. В этот момент у нее открылось второе дыхание…

В кустах тем временем слышалась возня. Арбалеты, казалось, в этот момент почти утихли, словно одним взмахом косы смерти что-то унесло их жизни… Из тех же кустов во врагов полетели длинные, оперенные стрелы, а ворвавшийся в самое сердце вихрь оставил от слаженного боевого порядка лишь беспорядочно отступающий сброд, который методично истреблялся лучником…

В таком виде эти люди уже не представляли сколь бы то ни было серьезной опасности.

Все было кончено.

Парабеллум ощутила, как бешено стучащее сердце успокаивается, и как замедлилось ее дыхание. Адреналин и магия схлынули, оставив после себя истому и боль. Жутко хотелось спать… Клинки исчезли, вновь превратившись в броневые элементы на спине и плечах.

«Это и есть Тень?» — его она видела лишь однажды, мельком, когда он появлялся в их доме, чтобы увести с собой одну из Теней — Эту, кажется. Лишь сейчас Асуна могла рассмотреть его воочию.

Черное пальто со стоячим воротником и капюшоном развевалось на ветру. Черты лица под капюшоном были скрыты непроглядной тьмой. Его фигура была выше самой девушки почти на две головы…

— Парабеллум, — Альфа неспеша подошла к ней. — Ты как?

— В… порядке, — девушка в очередной раз утерла кровь с лица. — Просто… устала. Очень, — ноги Асуны подкосились. Ее веки в этот момент словно налились свинцом, и вопреки ее воле, сомкнулись. Еще прежде, чем она сползла на землю, девушка заснула беспробудным сном.

*************

— Это и есть Парабеллум? — спросил Тень, подходя к бессознательной девочке. — Она хорошо держалась… но этого явно было недостаточно, — он приложил руку к ее голове и позволил магии сделать свое дело, исцеляя, успокаивая и обезбаливая.

— Владыка Тень… могу я задать вам вопрос? Он немного… странный, но важный.

— Конечно, Гамма.

— А в мире есть еще люди… которые обладают Мудростью Теней? — робко спросила эльфийка.

— Почему ты решила спросить именно это? — в голосе их учителя возникла легкая тревожность.

— Парабеллум… мне кажется, что она тоже обладает частицей вашей Мудрости. Она рассказала мне кое-что, что очень напоминает ваши слова.

— Ясно… Отвечая на твой вопрос — я не уверен, есть ли у кого-то еще Мудрость… — Тень выглядел всерьез задумавшимся. — Кажется, здесь есть еще одержимый? — он поднялся и сменил тему.

— Да. Альфа уже ей занимается.

— Пленные?

— Бета и Дзета смогли схватить троих. Среди них — рыцарь Даниэль и некий исследователь Культа. Оба сильно ранены…

— Значит, Культ… — Тень чертыхнулся. — Сомневаюсь, что Даниэля удастся разговорить… — пробормотал Владыка Теней. — Хорошо. Мы здесь почти закончили. Пленников забираем с собой, одержимую лучше вылечить в безопасном месте…

**************

Клэр Кагено, старшая дочь семьи Кагено… думала, что она тонет. Казалось, что она не может дышать, словно она нахлебалась воды, и камнем идёт на дно. Не было более мерзкого, ужасающего чувства, чем испытывать это вновь и вновь, не в силах прекратить муки или отстраниться.

Каждое движение давалось ей с огромным трудом. Попытка использовать магию приводила лишь к стремительному росту болезни, к ухудшению ее состояния. Она выбилась из сил, стремясь уйти как можно дальше от дома, чтобы ее точно не нашли…

Все, что было дальше, смазалось в ее памяти — целая вечность прошла прежде, чем она нашла плачущую красноволосую девочку на поляне… и такой же вечностью казался ее бой с преследователями.

Одно отложилось в ее памяти — техника неизвестной защитницы, что пыталась прикрыть ее, не дать Клэр в обиду. Стремительная, юркая, совершенно не похожая ни на что… и неумолимая в своем напоре.

После Клэр впала в оцепенение, из которого вышла лишь тогда, когда вдруг разбушевавшаяся в ее теле магия принялась успокаиваться, а боль стала отступать… словно она смогла всплыть со дна и сделать глубокий вдох.

— Диаблос… — прошептала черная фигура, когда боль ушла, а замутненный взгляд вновь стал четким. — Клэр…

Клэр не могла верила своим глазам… Под порванной одеждой больше не было тех ужасных следов и синяков, что были там до этой секунды… И все же, девушка чувствовала, что все стало гораздо лучше. Боли больше не было, ей на смену пришла лишь лёгкая, приятная истома и тепло…

Она подняла неверящий взгляд на фигуру в черном. На фоне тусклого света лампы, казалось, что перед ней стоял мрачный призрак.

Клэр не могла рассмотреть лица за непроглядной тьмой — лишь два светящихся рубина глаз, что не выражали ничего, проглядывали через темноту…

— К-кто вы? — спросила она, чувствуя, как в горле пересохло. — И… что вы со мной сделали?

— Имя мне Тень. Я скрываюсь в тенях, и охочусь под покровом ночи, в поисках истины, — пространно ответил ей незнакомец каким-то рычащим, искаженным голосом. Он показался дочери семьи Кагено знакомым… но где она могла слышать его раньше? — Я лишь излечил тебя от проклятия… Отныне ты свободна.

— Проклятие?.. — девушка не могла понять, как это возможно. Она знала, что одержимость не поддается какому-либо лечению…

— Я предлагаю тебе выбор, — звонкий голос напомнил девушке пощечину — настолько резко Тень заткнул Клэр. — Ты останешься в свете дня, вернёшься домой и забудешь эту ночь как свой кошмарный сон, — неспеша произнес он. — Но если ты не убоишься зла и пройдешь долиной смертной тени… Ты можешь пойти со мной.

Клэр ненадолго выпала из реальности. Каждое слово подобно эху несколько раз отразилось в ее сознании… Что-то царапало ее чувства, провоцировало в ней смутные подозрения…

Пока она не поняла, что именно. Эта обманчивая сила, затаенная в безмятежности, этот голос…

— Сид? — решила она проверить свою догадку. Фигура в черном выпрямилась, и нависла над Клэр подобно туче.

— Маскировка подкачала… — голос Тени вдруг изменился. Фигура в черном покачала головой. Затем он приложил руку к лицу, и тьма под капюшоном развеялась, приоткрыв девочке лицо брата.

— Привет, сестрица.

— Сид! Ты сейчас же объяснишь… — она хотела было возмутиться, но неожиданно ощутила на своей голове руку. Сид стал неспеша поглаживать ее по волосам, словно кошку…и от этого все слова, которые она хотела высказать этому… этому, вылетели из головы.

— Моя дорогая сестрица… Ты же понимаешь, что я не могу отпустить тебя просто так? — от зловещей интонации Клэр вздрогнула, от чего Тень… Сид рассмеялся.

— Так… чем ты занимаешься?.. — осторожно спросила Клэр. — Все эти твои ночные прогулки…

— А, так ты заметила… Ну, можно сказать, что я тренируюсь… и борюсь со злом под покровом ночи, — девочка хотела знать больше.

— Но…почему ты скрываешь свою силу? Я же чувствую, что ты гораздо сильнее меня… или мамы.

Сид лишь хитро улыбнулся в ответ.

— У меня есть свои причины… и может быть, я даже тебе расскажу… Но не сейчас. Сейчас — у тебя все ещё выбор, сестрица.

— Я хочу помочь! — выпалила Клэр в ответ. У нее даже не стоял вопрос, стоит ли помогать брату — она хотела выяснить, с каким таким злом он сражается по ночам.

— Хорошо… — Сид улыбнулся, но затем выпрямился, и вновь изменил свой голос. — Чтобы действовать с нами, тебе потребуется новое имя. Имя, под которым тебя будут знать Тени, — звонко отчеканил он. — Отныне и навеки, ты — Зеро! Сейчас ты вернёшься домой и ляжешь спать. Завтра в полночь жду тебя на крыше… — за спиной Сида в этот момент возникли семь таких же черных, миниатюрных фигурок. — Имя нам — Сад Теней.

Его слова подхватил хор девичьих голосов:

— Мы прячемся в тенях, охотимся под покровом ночи!

**************

— Альфа, — Тень обратился к ней, когда все дела, наконец, были улажены.

— Да, Владыка?

— Как Парабеллум придет в себя, скажи, что я желаю ее видеть…

Глава 9. Каприз героя

Очередной день клонился к своему завершению, сгорая в свете заката… Его огни с трудом пробивались через густой, словно сливки, туман, опустившийся на эту землю.

В непроглядном тумане штаб Сада Теней казался другим — холодным, покинутым, ещё более незаметным, словно затерявшимся во времени посреди далеких, нависающих гор…

В гостиной дома, на небольшом диване, свернулась калачиком и спала красноволосая девочка. Ее сон был спокойным, размеренным, и никто не пытался помешать ее отдыху.

Рядом сидели две эльфийки — словно светловолосый ангел и темноволосый дьявол, они присматривали за ней.

— Она хорошо справилась… — скорее сама себе прошептала темноволосая эльфийка, но заметила, как ее подруга хмурится. — Альфа, не стоит серчать на Парабеллум.

— Я не злюсь на нее, Гамма… — тихо вздохнула светловолосая девочка. — Просто… она ослушалась меня, и из-за этого едва не погибла… — темноволосая эльфийка о чем-то задумалась.

— Знаешь… а мне кажется, что она так и задумывала…

— Задумывала?

— Да, — кивнула Гамма. — Парабеллум не показалась мне глупой… или неосторожной. Вряд ли она сунулась бы в драку с Культом, зная, что она не может победить. Она знала, как позвать на помощь, и она это сделала…

«Гамма высоко ее оценивает…» — подумала Альфа. — «Если бы не Парабеллум, Культ получил бы еще одну одержимую для своих опытов… а мы не получили бы ценные сведения… И при этом, Парабеллум ослушалась моего приказа — не высовываться. И что с ней делать?»

— К тому же… — темноволосая эльфийка немного смутилась. — Мне все больше кажется, что она владеет той же Мудростью, что и Владыка. Я почти уверена в этом.

«Может, именно поэтому Тень хочет ее видеть?» — спросила сама себя Первая из Теней, но в этот момент заметила, как Парабеллум закопошилась и открыла глаза. — «Хорошо. Я отведу ее к Владыке, и расскажу ему, что мы выяснили у следователя Культа…»

*******************

Тень уже ждал их на крыше поместья… Казалось, что все его величие, вся мощь Теней словно растворилась в окружающем тумане — одетый в самую обычную домашнюю одежду, он лежал, положив руку под голову, и что-то читал.

— Альфа? — как только эльфийка и Восьмая Тень ступили на черепицу крыши, он позвал ее, не отрывая от книги взгляда. — Ты привела ее…

— Привела. Также, мы допросили следователя Культа, попавшего к нам… — эльфийка немного смутилась. — Святой Рыцарь, к сожалению, умер, подавившись собственным языком. Это… наша оплошность.

— Не страшно. Альфа, сейчас ты свободна — но к полуночи чтобы все Тени были в штабе, а твой отчёт по этому делу был готов. Парабеллум оставь здесь — ее я приведу сам, — Первая из Теней поклонилась и одним прыжком скрылась в тумане.

Наконец, Тень обратил внимание на оставшуюся на крыше Восьмую Тень, и принялся оценивать ее взглядом…

«И опять необычный цвет волос и глаз…» — заметил он. — «Кажется, моя теория в очередной раз подтверждается».

— Подойди, — вопреки его ожиданиям, Парабеллум не показывала страха или волнения — в ее походке сквозила стать, уверенность, словно она и сама ожидала этого разговора.

Тень поднялся, столкнувшись с ней взглядом, вступив в поединок. Кажется, она приняла его вызов, и отвечала ему. Без лишних слов, за считанные секунды, Владыка Теней оценил новую подопечную.

«Кажется, Гамма была права.»

— Do you understand me? — как он и ожидал, Парабеллум вздёрнула бровь и ответила Тени:

— Yes.

******************

День, наконец, уступил свои позиции ночи… Густой туман опустился совсем уж низко — настолько, что лишь бледный серп Луны на небе был заметен, словно в облачке пара заблудился светлячок.

Две фигуры, мальчик и девочка, сидели на крыше поместья, неспособные разглядеть землю под ногами, тихо говорили о чем-то. Их темные силуэты освещались лишь бледным, рассеянным светом звезд…

— Итак, что мы имеем? — произнес Тень на чистейшем японском после достаточно долгого разговора. — Мы оба раньше жили в Японии, оба погибли в ночь с 22 на 23 января, оба видели две светящихся сферы… и оба оказались в этом мире.

— Не слишком много… — вздохнула Асуна в ответ — Но даже это — лучше, чем ничего… Но тогда, почему ты старше?

— Хороший вопрос… на который у меня пока нет ответов. Как и на вопрос — можно ли вернуться в наш мир. Но теперь я почти уверен, что мы можем столкнуться и с другими иномирянами… — Сид потёр переносицу. — Теперь, когда мы это выяснили… — он повернул голову к девушке. — Что ты будешь делать дальше?

Этим вопросом Тень ввёл Асуну в ступор. Она, казалось, зависла на несколько секунд, позволив крайне озабоченному и задумчивому выражению застыть на лице.

— Думаю… я хочу вернуться в наш мир, пусть даже совсем ненадолго. У меня там остался кое-кто, с кем я хочу попрощаться… и кого хочу взять с собой. Если это возможно, конечно, — Асуна перешла на язык этого мира, но вдруг снова задумалась. — Хотя… — ее голос стал совсем тихим. — Если в живых остались мы, то, может, и он тоже…

— И ты хочешь найти этого «его»? — девушка кивнула. — У меня есть предложение — ты мне, я тебе.

— И что же ты хочешь? — Сид был почти уверен, что она уже знала, что он хочет предложить.

— Ты останешься со мной и Садом, поможешь нам в борьбе с Культом и в наших исследованиях. С меня — информация, ресурсы, поддержка и помощь в твоих поисках, — Парабеллум на секунду затихла, но после осторожно, словно боясь его задеть, спросила:

— Скажи мне честно… Почему? Зачем тебе… это? — Тень бросил на нее недоуменный взгляд. Впервые за весь их разговор он не понял, что Асуна хотела сказать.

— Ты о борьбе с Культом?

— Об образе «Владыки Теней»… Ты не похож на того, кто повелевает ночью и тенями…по крайней мере, не в том смысле.

— Тебе это так интересно?

— Считай, что я хочу сделать из этого мангу, и, когда вернусь в наш мир, продать ее подороже… — отшутилась Асуна, но вслед за этим она посерьезнела. — Просто я пытаюсь кое-что для себя понять.

— Мне процент с продаж, и мы в расчёте… — он слегка шевельнул уголками губ в ответ на ее шутку — С чего все началось… Думаю, когда я открыл для себя телевизор и книги с комиксами… Я тогда был еще совсем маленьким. Смотря на супергероев, то, как они живут, борются со злом… я мечтал стать таким же. Купаться во внимании, ловить восхищенные взгляды… и жить на полную катушку. — Сид замолчал. — Я крутил в голове сценарии и ситуации, вместе с друзьями мы играли в героев… Как говорила мне мама, у меня было очень богатое воображение.

— Но время шло… Мои старые друзья стали взрослеть, и супергерои им надоели. Мы стали забывать наши детские мечты… и даже я тогда не стал исключением. Я уже был почти готов плюнуть на все, и заняться чем-нибудь другим — найти себе другого кумира, новое увлечение или типа того. Но…

— Но?.

— Тогда я впервые стал героем своих собственных фантазий… — вопреки его желанию, голос Тени дрогнул. — В тот момент, я понял, что сильно заигрался, — парень замолчал, пытаясь подобрать слова.

— Ты… убил кого-то? — предположила собеседница. В ответ Тень лишь кивнул.

— Мне тогда тоже крепко досталось — несколько рваных и резанных ножевых ран. Это был убийца, которого разыскивала полиция… Я нашёл его на месте преступления вместе с последней жертвой — он замолчал на пару секунд, и лишь поймав взгляд Парабеллум, намекающий ему продолжать, пробормотал: — Тогда… я испытал это чувство… как будто это было вчера помню — я, весь в крови, своей и чужой, приобнял перепуганную плачущую девчонку…

Асуна в ответ молчала, о чем-то думая, но продолжала слушать его рассказ.

— В тот день я был в ужасе. Я понял, какова она — изнанка жизни супергероя. Только в кино у героев нет проблем с законом. Я тогда очень близко познакомился с полицией…

— Они просто отпустили тебя? — Парабеллум вздёрнула бровь.

— Я тогда предпочёл наврать, что жертва сама отбилась от маньяка — я лишь попал ему под нож, пока звал полицию. Мне даже поверили… поначалу. А потом я проснулся в мокрой постели, боясь, что маньяк восстанет из мертвых и придет за мной… и именно тогда я понял.

— Понял что?

— Я понял две вещи. Первое — Сила. Мне нужна сила. Много. Как можно больше. Чтобы больше я не боялся, что он придет за мной. А вторая… я понял, что путь супергероя — это не моё. Но я не мог забыть это чувство… Мне хотелось ощутить его вновь.

— Это…как наркотик? — спросила Асуна.

— Хм… Теперь, когда ты так говоришь, я понимаю, что да. Наверное, это и называется ломкой.

— Именно тогда ты решил встать на путь… тени? — догадалась Асуна

— Думаю, да. Я всерьез задумался об этом — быть силой, что не видна при свете Солнца, но борется со злом в темноте… — глубокомысленно изрек Тень — Я не хотел, чтобы кто-то знал обо мне — внимание полиции и психушка в перспективе мне была совершенно ни к чему. — Асуна проглотила колкость, что, может, ему бы помогли там. — И тогда… ко мне подошел дальний родственник. Я уже не помню, кем он приходился нашей семье… но помню, что он служил в Силах Самообороны, в подразделении специального назначения… — на лице Сида выползла легкая улыбка. — Он узнал от мамы о моих проблемах, и решил мне помочь. Научить меня паре приемов из их программы подготовки, чтобы я мог не бояться хулиганов… и мне стало гораздо легче.

— Складывается впечатление, что на этом твоя история могла бы подойти к концу…

— Дальше я продолжал наращивать свою силу. Родственник дал мне хороший старт, но этого было слишком мало.

— Всё стало… странным. Мне очень плохо спалось по ночам — не хотелось спать в темноте. И чтобы прогнать бессонницу, стал шататься по ночному городу. Убегать от полиции, биться с хулиганами и придумывать самому себе, что тот бугай, который угрожал ножом офисному клерку, относится к якудза… — он прикрыл глаза. — Мне это нравилось. Я разгонял банды байкеров, что позволяли себе слишком много. Тогда я думал, что почти всесилен — я справлялся со всеми, кто вставал на моем пути. Тогда я даже придумал себе первоначальный образ героя в тенях… и Господи, я чувствую себя клоуном — он усмехнулся — Модный Убийца Бандитов…и о чем я только думал?

— А у тебя были друзья? — вдруг спросила Асуна.

— Поначалу — нет, — Тень покачал головой. — Но затем, уже в старшей школе, нашёлся кое-кто…наверное, я могу назвать ее своим другом…или скорее, сообщницей.

— Сообщницей?

— Она была актрисой, и училась со мной в одном классе. Однажды Модный Убийца Бандитов спас ее из неприятной передряги… а она, уж не знаю, как, раскрыла мою маскировку и обо всём догадалась, — Тень в очередной раз улыбнулся. — Знаешь…благодаря общению с ней, я снова почувствовал себя, как в детстве… Я как будто снова оказался на игровой площадке, в руках у меня пластиковый пистолет, а против меня — герой в красном плаще и со шпагой.

— И что она сделала?

— Аканэ дала мне то, чего мне не хватало — она мыслила в одну со мной сторону. Не думаю, что совру, если скажу это… но Сад Теней — тайную организацию, которая борется со всемирным злом, мы придумали вместе. — Сид потёр переносицу, и вздохнул — Кажется, теперь я по ней скучаю…

— Ты как-то… не слишком живо это воспринимаешь. — Асуна разорвала повисшее молчание.

— У меня было много времени, чтобы об этом подумать, и разобраться в себе. Многое осталось позади — но опыт тех лет я храню до сих пор — он… — Сид пытался подобрать слово.

— Он важен для тебя, — Сид кивнул в ответ.

— Кажется, ты меня понимаешь…

— И теперь мне кажется, что попав в другой мир с магией, ты решил сделать свою историю теневого кардинала…

— Верно, но не до конца. Задумавшись, я понял, что за многими героями, кроме всего прочего, стояли организации. За Черным Плащом стояла Шушу, что поддерживала его финансово… а кто стоял за Модным Убийцей Бандитов? Никто. Я представил себе, как появляюсь в компании супергеройского отряда, словно актеры в театре, что вышли на поклон к публике… и самое главное. Альфа.

— Альфа?

— Альфа, — повторил он — Я нашел гниющую кучу плоти, от которой веяло магией, и решил провести эксперимент, чтобы понять, что это такое, и каковы его свойства… и в один день эта куча плоти превращается в эльфийку. Я был… обескуражен. Поначалу, я думал наплести ей какой-нибудь чуши, про древние тайны, здешний магический СПЕКТР, и прочее из списка дешевых клише, чтобы отпугнуть ее. Не смотри на меня так, — Асуна не заметила, как нахмурилась — Думаешь, я бы потащил кого-то вроде нее, чтобы охотиться за бандитским добром под Луной?

— А мне кажется, что причина в другом, — Сид вздернул бровь. — Тогда ты просто не чувствовал себя готовым к ответственности за тех, кто пойдет за тобой.

— Много ли ты можешь об этом знать? — буркнул он после недолгого молчания.

— Я вела людей за собой. Каждый из них понимал, что может погибнуть, а я — понимала, что моя ошибка может привести их к гибели. Об ответственности я знаю достаточно, чтобы об этом говорить, — Тени стало любопытно… но свое любопытство он собирался удовлетворить позже, когда они все же заключат соглашение.

— Мне будет о чем подумать… Но, соотнеся в голове кое-какие факты, я вдруг понял, что в этой чуши может оказаться зерно истины. Я посмотрел эльфийке в глаза, и подумал — чем она могла провиниться перед миром, чтобы гнать ее с порога, клеймить одержимой демонами и преследовать ее… и понял, что за этим скрыто что-то большее… темное… глубокое.

— Тайна, достойная главного героя. Культ, — продолжила Асуна.

— Культом этот огромный заговор стал позже, когда я понял, что мой высокопарный бред оказался истиной. А тогда я думал, что эльфийке просто некуда идти — ее прошлое было тем ещё дерьмом… — Сид вздохнул. — Не мог я поступить иначе — мне стало ее просто жаль…

— Минору… нет, Тень, — Парабеллум поднялась. — Не мне тебе об этом говорить, что ты сделал для нее, для Сада — это благо. Ты дал им новую жизнь, возможно, даже лучшую, чем до этого. Ты хороший человек, Тень. И вполне состоявшийся герой в ранней стадии развития.

— Ты мне льстишь, — от взгляда Асуны не скрылось движение губ собеседника.

— Нисколько.

— Спасибо тебе, Асуна. Правда, спасибо.

— Поблагодаришь меня чуть позже. А сейчас, я хочу услышать продолжение.

— Я озвучил ей свои первоначальные догадки — о древних тайнах, погребенных во мраке истории, и их связи с одержимыми. Я выслушал от нее почти минутную речь, о справедливости, о других пострадавших… и о том, что она не хочет сидеть сложа руки. Так и появилась Альфа. А вместе с ней — и Сад Теней… — Сид сделал паузу.

— Кажется, теперь я поняла… — то ли с грустью, то ли с облегчением произнесла Парабеллум. — Насчёт нашего договора — я согласна, — то, что Асуна будет преследовать еще и свои цели, осталось невысказанным, но проговаривать этого и не требовалось — этот пункт повис в прохладном вечернем воздухе…

***************

Клэр Кагено… или Зеро, с нетерпением ждала полуночи. Когда стрелки напольных часов пересекут отметку двенадцать часов, она должна была получить ответы на все возникшие у неё прошлой ночью вопросы.

При свете дня братец вел себя, словно прошлой ночью ничего не случилось — и упорно, почти издевательски делал вид, будто все произошедшее — от одержимости и до исцеления, ей просто приснилось.

— Но так же не может быть! — думала она, в очередной раз разглядывая чистые от алых наростов руки, и вновь ощущая, как мощь магии приятным теплом растекается по телу.

С каждым часом ее нетерпение становилось всё сильнее. От томительного ожидания хотелось лезть на стену, любимый меч был уже трижды перепроверен, отполирован и доведен до остроты… И даже сборник детских сказок не смог надолго отвлечь ее от волнения и ожидания.

Ужин она, впервые за пару недель, полностью провела с родными. Мама была рада, что Клэр стало лучше, папа и братец лишь кивнули, а сама Клэр все еще не могла поверить своему счастью — еще пару дней назад она мысленно прощалась с каждым из тех, кто сидел с ней за одним столом и как ни в чем не бывало поглощал ужин.

Наконец, после десяти вечера, когда за окном наступила кромешная тьма, она вышла из дома, надеясь скоротать время до полуночи. Чтобы не помешать никому из живущих в поместье, она вышла за стены…

…чтобы тут же вернуться назад. Стоящий туман делал какую бы то ни было прогулку за стенами крайне опасной и безрезультатной.

Наконец, когда стрелка вплотную подползла к полуночи, а дочь семьи Кагено извелась в ожидании, она сорвалась на бег, стремясь добраться до крыши как можно скорее. Она с недюжинной ловкостью взбиралась по внешней стене, напоминая скорее лемура из вельгальтских колоний.

С крыши землю было не видно — ее застелил густой туман. А вот два темных силуэта на крыше, один выше другого, Клэр разглядеть смогла, и стала сближаться с ними.

Стоило ей подойти чуть ближе, как в этих силуэтах она опознала Сида и ту девочку, которая спасла ее — ее глаза закрывала непроглядная белая маска.

— Ты пришла, Зеро… — глубоким голосом произнес Тень… или Сид. — Ты все же не убоялась зла, и решилась шагнуть в тени… Иди за нами — настало время для твоего первого шага…

Глава 10. Точка отсчёта

Туман не спешил рассеиваться той ночью, но опускался все ниже, ещё плотнее укутывая землю в свое непроглядное одеяло. Словно туман и мгла были вестниками недоброй тишины, завывания ветра утихли, обратившись в мертвое молчание штиля…

Сквозь туман, в кромешной тьме, крались три фигуры… В окружающем их мраке, две из них казались самим воплощением темноты — настолько темны были их наряды… А последняя — самая высокая из них, во тьме казалась инородной, подобно тончайшему лучу рассвета, она прорывалась сквозь туман…

Их путь казался вечным. В тумане не были видны ориентиры, мгла закрыла звёзды и Луну, и даже горные вершины исчезли за непробиваемой пеленой…

Тем не менее, они не прекращали своего движения. Трое путников двигались не путями света, но сама ночная мгла вела их к цели…

Наконец, во тьме возник силуэт дома. Чем-то он неуловимо напоминал морской маяк — в его окнах горел тусклый свет, что манил к себе обещанием защиты, покоя, крова…

Клэр Кагено, дочь семьи Кагено… не могла проронить ни слова. Все, что она хотела сказать, все, о чем хотела спросить, вылетело из ее головы, пока она следовала за братом и странной девочкой в белой маске… Она не могла видеть в темноте, но магия брата, что напоминала путеводную звезду, указывала девушке единственно верный путь.

Наконец, когда они вошли в горы, где, как считала Клэр, никто не живёт, Тень остановился. В тумане виднелся нечеткий силуэт, в котором тускло мерцали огни…

— Так вот куда ты ходишь по ночам… — прошептала старшая сестра, смотря на молчаливого брата.

Сид поглубже натянул капюшон плаща, и открыл дверь, пропустив их вперёд…

Идя за красноволосой девочкой, Клэр оглядывала свою спасительницу, пытаясь оценить ее силу… но могла разглядеть лишь меланхолично-задумчивое, отсутствующее выражение лица, и маску, что надёжно закрывала глаза.

Они быстро вышли в тесную гостиную, где за столом их уже ждали.

«Только девочки?» — Клэр окинула сидящих за столом недоуменным взглядом. У нее было много вопросов, но она понимала, что ещё успеет их задать.

Тень возник между ними и столом, словно из ниоткуда. Он легко развернулся на пятках, и заговорил:

— Мои Тени… — от слегка рычащего, высокого тона его голоса, по спине Клэр пробежали мурашки. — Прошлой ночью мы вырвали из пучины мрака потомка Героя…

«Потомок Героя.» — очередной вопрос возник у девочки. — «Трио Героев из сказок?»

— Примите ее, как приняли каждую из вас. Имя ей — Зеро, — внимательные взгляды девочек за столом скрестились на ней. — Она желает присоединиться к нашим поискам кровавых алмазов истины, погребенных во мраке времен…

— Добро пожаловать в Сад Теней… Зеро, — красноволосая Тень, имени которой она пока не знала, поприветствовала ее первой.

— Отныне это — твои клинки, твой щит и плащ, — Тень бросил Клэр в руки ком тёмно-синий, ещё горячей, субстанции. Вопреки ожиданиям, она приняла форму очень мягкого и гладкого шара, размером с ее голову. Ее ладони проваливались вовнутрь, стоило ей приложить малейшее усилие. — Используй магию, Зеро.

Не зная, чего ожидать, Клэр попробовала влить в субстанцию толику своих сил, и была неподдельно удивлена, когда не встретила какого-либо сопротивления магии. По сравнению со сталью, из которой ковались клинки для ее семьи, эта… слизь, казалось, была продолжением ее рук и ее магии.

— Придай ему любую желаемую форму. Смелее, — девочка в белой маске улыбнулась ей.

Клэр посмотрела на слизь в руках, и неожиданно поняла, что цвет костюмов у окружающих ее девочек и этой субстанции был одинаковым…

— Парабеллум, — Сид обратился к красновласой Тени. — Могу я оставить Зеро на тебя?

— Конечно.

— Займись ей, — кивнул он. — Альфа, на пару слов…

***************

— Владыка, мы узнали кое-что о действиях Культа в наших окрестностях… — видя, что Тень внимательно слушает ее, первая из Теней продолжила: — Нам стало известно, что во владениях Кагено концентрируются значительные силы, состоящие из исследователей и их сопровождения, наёмников из Вельгальты и Орианы.

— Что они здесь ищут?

— Этого пленный не знал. Всё, что он знал — это то, что их работодатель ведёт некие исследования, связанные с Лесом Бездны.

— Лес Бездны… Перевалочная база? — пробормотал Тень.

— Учитывая положение владений Кагено — это весьма вероятно… Но вот что именно они ищут — этого мы пока сказать не можем: у нас недостаточно информации… — Альфа была вынуждена признать — выяснили они не так много, как того бы хотелось.

— Это всё равно больше, чем мы имели раньше. Я поручаю вам выяснить всё, что есть у нас про Лес Бездны. Помнится, что-то было в одной из старых легенд… Но вот только что?

— Я займусь этим, — отозвалась эльфийка, потирая переносицу, и слегка хмурясь.

— Это еще не всё… — остановил ее Владыка. — Выходка Парабеллум… — первая из Теней вздрогнула.

— Я…как раз хотела поговорить с ней об этом… — она хотела было оправдать Восьмую Тень, но ее перебили:

— Конечно, ее выходка доставила нам некоторых хлопот… — Тень смотрел куда-то вдаль. — Также, как и принесла нам определенную выгоду. Но она вскрыла одну значительную проблему… И проблема эта — общая, — Владыка оглядел окружавшие их стены.

«Что Владыка хочет сказать?» — задумалась Альфа. — «Выходка Парабеллум, проблема, дом… Нет, не так. Культ и наш дом… Если мы продолжим расти, этого дома станет мало. Или же...»

— Отнюдь, не вина Парабеллум, что Культ пробрался настолько близко к нашему убежищу, — продолжил он ход мыслей эльфийки. — Это было лишь вопросом времени, когда наши активные действия приведут к тому, что убежище Сада окажется посреди беспроглядной мглы…

— Значит, нам… нужно новое убежище?

— Именно. Не прямо сейчас, но уже скоро… Цветам Сада нужна благодатная почва, чтобы дать им раскрыться и явить себя миру.

«Цветы Сада…» — Альфа немного засмущалась — такое сравнение со стороны Владыки казалось… интригующим.

— Но и это еще не всё… Зеро будет жить в поместье Кагено, и приходить со мной, — эльфийка кивнула. — И личная просьба… Приглядывай за Парабеллум… Она сама не понимает, какой дар вручили Тени.

— Дар Теней? — спросила Альфа.

— В Тенях скрыто множество мудростей о том, на чём зиждется мироздание… И порой Тени выражают эту Мудрость через тех, кто может воспринимать ее, и тех, кто может спроецировать их Мудрость в мир.

— Парабеллум… она тоже наделена Мудростью Теней? — Тень в ответ на вопрос кивнул.

— В меньшей степени, нежели я… Именно поэтому — присматривай за этим цветком, взрасти его, и прислушивайся к ней. Мне… любопытно, чего сможет достичь другой обладатель Мудрости.

— Хорошо, Владыка.

— Я надеюсь, этот разговор останется между нами? — Альфа поняла намёк от Тени — не стоит пока девочкам знать об этом…

Вслед за этим, Владыка открыл окно, впуская ночной прохладный воздух в дом.

— Великолепно… — услышала она шёпот. — То, что нужно, — произнёс он уже сильно громче. — Давно я не занимался с девочками чем-то прикладным… — он развернулся к Альфе. — Собери девочек и Зеро. Кажется, настало время для следующего урока…

****************

Парабеллум, Восьмая Тень… была в смешанных чувствах. Не было никакого желания что-либо делать, непрерывный поток мыслей, размышлений и связей отошёл куда-то на третий план. Девушка ощущала тяжкий груз, навалившийся на ее сознание, который требовалось понять, принять, и после решить — что делать дальше?

Но сейчас на это у нее не было времени.

Они собрались во дворе ее нового дома — Семь Теней, Асуна, лично Тень и Зеро, одетая в простейшую накидку из слизи поверх одежды — на большее умений и опыта новенькой пока не хватало. В тумане уже на расстоянии пары шагов виднелись лишь едва ли различимые силуэты, застывшие в ожидании непонятно чего.

— Нападайте, — все, кроме Асуны и Зеро, казалось, ждали этих слов, тихих, словно дуновение ветра. И в тот же миг, всё пришло в движение — вокруг на сумасшедших скоростях заплясали тени.

И Асуна не намеревалась отставать от них. В руках возникла рапира и её новое оружие — дага. Короткий, по сравнению с рапирой, клинок компенсировал свою длину сложной гардой и щитком, что дополнительно защищал ладонь.

— Зеро, держись рядом! — скомандовала она.

Сражение с силами Культа показало Восьмой Тени — в этом мире правила сражения изменились. Сила, которую здешние мечники вкладывали в свои удары, была вполне сопоставима с несущимся на скорости грузовике… И представить себе, что она, хотя бы в теории, может принять на клинок удар такой силы, Асуна пока что не могла.

— Вперёд!

В тумане она ориентировалась лишь при помощи своего ощущения магии. На клочке земли у дома непрерывно двигались хрупкие силуэты, огибая друг друга, пытаясь настигнуть постоянно ускользающего от них Тень. Их траектории смешались в беспорядочный узор, в котором не было какой-то тактики или слаженности…

Тень извивался в этом узоре, изящно огибая множественные линии атаки, в считанные мгновения оказываясь на другой границе импровизированного поля боя…

— Зеро, — тихо произнесла Парабеллум. — Зайди справа, и оттолкни Тень в противоположную сторону.

Смотря на происходящее, Асуна никак не могла понять, что именно пытались сделать Семь Теней… Выводы, которые могла сделать девушка, казались ей… странными. Каждая из девочек была сама по себе — они атаковали по одиночке, беспорядочно и неслаженно, не помогали друг другу в защите и нападении. Но, по крайней мере, они не мешались друг другу под ногами.

«Посмотрим, чего можно ожидать от Зеро…» — она принялась огибать Семь Теней по широкой дуге, наблюдая за попытками Зеро догнать свою цель.

Ей нужно было знать, куда Тень сбежит, избегая атак со стороны ее товарищей.

«Чуть правее» — когда Зеро, повторяя за Семью Тенями, попыталась броситься в атаку, Тень в своей обычной манере увернулся… оказавшись совсем рядом с Парабеллум.

Ее стремительный выпад не достиг цели — клинок рапиры прошёл рядом, заставив Тень вскинуть свой меч в ожидании очередной атаки. Своими действиями девушка не остановила его, но создала краткую заминку.

И намеревалась этим воспользоваться, направив Тень именно туда, где его встретит Зеро.

Очередной стремительный выпад не достиг цели — но на это девушка и не рассчитывала. Тень стремительно ушёл от неё далеко влево, и впервые в этом бою раздался звон от столкновения клинков. Клинки сталкивались с такой скоростью и частотой, что звон не прекращался ни на миг.

— Теперь — моя очередь, — на расстоянии вытянутой руки Асуна увидела, как Альфа вплотную подобралась к Тени, стремясь пересилить и оттеснить его.

«Наша очередь» — девушка понимала, что контакт Альфы и Тени не продлится долго. И была права — в тот же миг Тень перешел в ответную атаку, пересилив первую Тень и оттолкнув ее…

Асуна оставила эльфийку за спиной и перехватила инициативу, вступив в бой с Тенью, приняв его атаку на дагу, не остановив удар, но перенаправив часть его силы в сторону.

— Зеро! — неожиданная, на первый взгляд, атака новенькой оказалась провалом.

Удар был поставлен хорошо, и вкладываемых в него сил сестра Сида не пожалела. Но вот чего Асуна не учла, так это возникшей на пути клинка «вилки», в которой меч надежно застрял.

«Я тоже так умею!» — Парабеллум разорвала дистанцию между ними, чтобы их клинки тут же столкнулись вновь. Но теперь Асуна намеревалась задержать Тень, чтобы дать союзникам атаковать его, оказать им поддержку в контроле цели.

Слизь превратилась в десяток пик и шипов, образующих своеобразный коридор, не позволявший Тени двинуться влево или вправо. Впрочем, сама девушка также была открыта для атаки, не способная сейчас как-либо уклоняться. Сейчас ей было доступно лишь парирование…

— Зеро! — кодовое имя сестры Сида было подобно приказу «фас!» — красноглазая девочка пристроилась в конце коридора, и ловким, словно отработанное танцевальное «па», выпадом ударила брата в спину…

…чтобы Тень в ту же секунду одним прыжком выскочил из коридора, и приземлился где-то поблизости.

«Да он издевается!»

— Р-рах! Босс слишком быстрый! — услышала она завывание Дельты совсем рядом.

То тут, то там периодически раздавался короткий звон стали, быстро смолкавший, пока наконец, Тень не огласил:

— Стоп! — и всё окружающее замерло. Девочки остановились там, где их настиг конец боя. — У вас встречается всего одна ошибка, которой избежали Зеро и Парабеллум… Восьмая, что именно вы сделали? — это был не вопрос. Тень хотел ее руками и ее примером разъяснить важность командной работы…

«Как тебе будет угодно. Это слишком важно».

— Я решила, что если мне сложно догнать Владыку в одиночку, то в компании кого-то, кто сильнее и быстрее, я могу оказать ей поддержку и хотя бы коснуться Владыки… Здесь все старше и сильнее меня в нападении, и я решила дать им возможность для атаки. В сражении с Культом, наемники также действовали исходя из отведенной им в команде роли… — она пояснила на вполне понятном примере.

— Именно. Еще что-нибудь?

— Два — это больше, чем один. Слаженная группа всегда будет сильнее, чем самый могущественный из ее участников. Слаженная группа может бить противников, которые кратно сильнее каждого в ее составе…

— Толпою гасят даже дракона, Тени… Я рассчитываю, что вы будете не только сильны сами по себе… Но сможете грамотно взаимодействовать между собой, чтобы столкнуться с козырями, припасенными Культом, и не только выжить, но и победить. В этом и заключался мой сегодняшний урок всем вам, — озвучил Тень. — А теперь — разбейтесь на пары, и закрепим усвоение материала… — затем он добавил, еле слышно: — Давненько я так не разминался….

Глава 11. Плащ Теней

В этом месте, казалось, мир пришёл в равновесие… Пели птицы, Солнце заняло подобающее ему место в зените, отражаясь от кристально чистой водной глади, а окружающая зелень сочилась свежестью и яркостью… И посреди этого великолепия, в тени лесов, притаилась одинокая бревенчатая хижина…

Парабеллум, Восьмая из Теней… не могла поверить своим глазам, когда сумела воспринять окружающий ее вид. Место её маленького счастья, её личный глаз бури прямо посреди летающей крепости Айнкрад, сейчас вновь предстало перед ней в самых ярких и чётких цветах…

— Ты задремала… — услышала она голос за спиной. Тонкие, но крепкие руки нежно обхватили её, к спине прижалась худая фигура.

Тепло, нежность, беззаботность, безопасность — все эти чувства смешались. Они напоминали пуховое одеяло, отгородившее этот дом от суровой действительности….

Девушка слегка повернула голову, желая увидеть близкое, почти родное лицо своего парня… но вместо по-детски милой, почти девичьей физиономии, лицо Кирито было… другим. Мертвецки бледное, почти серое, оно казалось безжизненным… и даже улыбка, обычно теплая, сейчас казалась вымученной сквозь невыносимую боль. Одно ухо было обычным, человеческим, а другое было заострено, словно у эльфа…

— Ч-что с тобой?! — девушка положила свои руки парню на плечи, но резко отдернула их — на черной майке показались кровавые следы ее рук…

Кирито в ответ лишь молчал, продолжая выдавливать из себя улыбку. Он задрожал, словно силы оставили его, и в любой момент юноша был готов упасть и лишиться сознания…

Мир вокруг преобразился в одно мгновение. На место летнего полудня пришла зимняя полночь, цветущая зелень испарилась, словно ее не было, и единственным источником света стал светящийся в лунном свете снег.

— А…суна… — дрожащим, ослабшим голосом, произнес парень. Его ноги подкосились, и он рухнул в ее объятья, с его губ закапала кровь…

— Не оставляй меня… снова, — прошептала девушка, подхватывая Кирито. — Не уходи.

— Не хочу… — просипел он. — Но остаться не могу… не могу.

— Мы… мы ведь еще встретимся, да? Скажи мне! — протараторила Асуна, но ответом ей стало лишь молчание. Она посмотрела в глаза парня, чей цвет изменился на золотой, и узрела последнюю сверкнувшую в них искру жизни, прежде, чем свет в них угас…

***************

И снова она была здесь. Снова она была на той небольшой полянке, окруженной вековыми деревьями, на полянке, где никто не должен был найти ее, и где лишь лунный свет был свидетелем ее скупых слёз, молчаливым слушателем ее размышлений…

«Мы ведь… ещё встретимся…» — мысли шли друг за другом и совместно, шли параллельно и последовательно, соединяясь и цепляясь за подходящие по смыслу связи, цепочки и воспоминания…

За маской Тени, увы, не скрывался парень, который отдал всё, лишь бы спасти ее… Затаённая где-то в уголке наивная надежда разбилась вдребезги… не то, чтобы девушке не было знакомо это чувство. Тем не менее, всё не было настолько плохо — она не одна такая, очутившаяся в ином мире.

Имеющихся у нее сведений и догадок было удручающе мало, составить из них четкие закономерности было сложно… Так говорил разум. Но сердце буквально кричало о другом исходе.

Дата и время смерти у них с Кагено совпадали. Оба они переродились в этом мире, лишь с разницей в несколько лет… и теперь Асуна тешила себя новой надеждой, что ещё не всё потеряно и что она ещё поборется за своё счастье.

Сад Теней казался девушке неплохим началом пути. Он напоминал дорогу, опасную, очень узкую и скользкую, едва ли проложенную, но непременно ведущую вперед и вверх, к звездам, и по этой дороге Асуна не будет идти в одиночку — девочки Сада точно также встали на этот путь, и намерены идти по нему, не останавливаясь до конца — счастливого или нет.

Мечница намеревалась поддержать их — ее навыки и умения, если суметь их адаптировать под новые реалии, станут хорошим подспорьем для силовой части организации…

— И опять ты ходишь сюда… — послышался за ее спиной девичий голос, от которого Парабеллум вскочила и приготовилась выхватить оружие.

В лунном свете можно было разглядеть платиновые волосы и крупные кошачьи уши, принадлежавшие девочке чуть выше ее ростом. Ее наряд сильно напоминал таковой у Парабеллум, только вместо пальто с длинными полами на кошке была короткая распахнутая куртка.

— Дзета… Ты следила за мной? — девушка попыталась скрыть злость, взметнувшуюся в ней.

— И вовсе нет, — покачала она головой. — Просто я знаю это место, и что оно для всех нас значит.

«Для всех нас?» — сделала заметку сама для себя Асуна.

— Я уже давно подметила, что ты уходишь из дома по ночам, несмотря на запрет Альфы…не то, чтобы я тебя осуждала, — Дзета ухмыльнулась какой-то хищной, звериной ухмылкой. — Но твоё умение прятаться, маскировать следы и чувствовать угрозу может закончиться для тебя в лучшем случае нагоняем от Альфы, а в худшем — как пару дней назад…

Слова Дзеты задели Асуну. Но как бы не хотелось ответить Шестой Тени, что ее слова — пустышка, в резких выражениях было зерно истины — и их разговор был самым наглядным тому доказательством.

— Как я могу стать лучше? — Парабеллум была вынуждена наступить на горло своей гордости. — Как мне спрятаться на ровном месте?

— Я могу научить тебя, — аметистовые глаза хищно сверкнули в лунном свете — Тем более, что глупая собачка тебя слушается… Но ты должна научить этому Зеро.

— Хорошо. Я научу ее, если смогу научиться сама.

— Всё просто — присядь и закрой глаза, — Асуна присела на толстый корень и прикрыла веки, прислушиваясь к иным своим чувствам, стремясь уловить малейший шорох, или ощутить колебания в окружающей магии.

Она слышала шум ветра, шорох листьев и травы, но больше ничего ей обнаружить не удавалось. Мечница помнила, где стояла Дзета перед началом их урока, но оттуда больше не было не звука.

— Я уже не там, — раздался у нее над ухом звонкий голос, который тут же затих.

«Я не слышала её шагов…» — сделала вывод Асуна. — «И я не чувствую её магии…»

— У тебя очень мягкая походка, и ты хорошо скрываешь свою магию, поэтому я тебя не слышу.

— А теперь открой глаза и попробуй меня найти, — донеслось до нее, и девушка резко распахнула веки, стараясь найти в лунном свете очертания Дзеты.

Но даже когда Асуна осмотрелась, то не смогла найти Шестую Тень. Ее не было на деревьях, на земле. Поэтому Парабеллум избрала иную тактику — стала внимательно вслушиваться, стремясь расслышать посреди фонового шума чужое дыхание.

Наконец, она смогла услышать инородный шорох совсем рядом с собой, и резко повернулась туда. Она едва не столкнулась с Дзетой, стоящей в одном шаге от неё…

— Чуть лучше… — промурлыкала зверодевочка, хотя Асуна и услышала в ее голосе легкую насмешку. — Как именно ты поняла, что я рядом?

— Я одновременно слушала, смотрела и пыталась почувствовать запах и магию… Но смогла лишь услышать шорох травы.

— Примерно две секунды я стояла совсем рядом с тобой… — покачала она головой. — Но суть ты уловила верно — зверолюди ориентируется на все доступные им чувства, когда выслеживают добычу, — Дзета взмахнула своим хвостом, а затем ее куртка из слизи исчезла, оставив зверодевочку в одном лишь боди. — Теперь мы с тобой поиграем в прятки. Твоя задача — спрятаться как можно лучше, — не успела Парабеллум опомниться, как зверодевочка отвернулась. — Раз…

От внимания Асуны не скрылись повернувшиеся в ее сторону уши Шестой Тени…

«Она прекрасно меня слышит…» — сделала она вывод — «А значит…» — девушка подобрала с земли несколько небольших камней, и слегка усилив себя магией, стала бросаться ими в окружающие деревья так, чтобы создать как можно больше шума.

— Два, три…

«Ветер дует… в ту сторону. Значит, нужно, чтобы Дзета была между мной и ветром»

— Четыре, пять, шесть…

Взяв с собой ещё пару камней, она в один прыжок оказалась под деревом, в которое она не бросалась камнями, и запрыгнула на одну из толстых ветвей, скрытых в его кроне.

— Семь, восемь, — Асуна затаила дыхание и принялась ждать. — Девять, десять. Я иду искать.

Сквозь ветки она видела ленивую, грациозную фигуру Шестой Тени, которая прогуливалась под деревьями, в которые мечница бросалась камнями. Порой казалось, что Дзета уже прекрасно знает, где Парабеллум спряталась…

«Не смотри сюда!» — мечница сжала в руках очередной камень и метнула его в одно из деревьев вдали от себя. Камень ударился о ветви в кроне и с громким стуком упал на корни, привлекая к себе внимание.

— Весьма хитро, — услышала Асуна бормотание, а затем Дзета в три прыжка оказалась на одной с ней ветви. — Запах ты почти замаскировала, оказавшись с подветренной стороны, от моего зрения замаскировалась ветками, а слух попыталась обмануть, создав обманный шум. Но кое-что ты всё же упустила.

— И что же?

— Ты не скрыла следы своей магии. Магии ни ветер, ни шум нипочём, и чтобы ее скрыть, тебе требуется нечто большее, нежели пара камней, — Дзета слегка нахмурилась и свесила ноги с ветки. — Научить тебя этому я не смогу — у каждого сокрытие получается по своему, и во многом зависит от твоего личного чувства и контроля магии… — темная слизь на зверодевочке превратилась в распахнутую куртку с золотыми полосами.

«Слизь в обычном состоянии темная… но изменяя ее при помощи магии, мы придаём ей золотые и фиолетовые цвета, чтобы придать нашим костюмам дополнительные детали…» — Асуна нахмурилась, разглядывая Шестую Тень.

— О чём ты задумалась?

— О слизи и её цвете… Я пока не пробовала придавать ей другой цвет, кроме черного и золотого, — Дзета сложила руки на груди.

— Хм… Кажется, Альфа и Мастер Тень пробовали придавать ей иные цвета.

— Они меняли слизь при помощи магии?

— Угу. — кивнула зверодевочка. — Они пробовали разные варианты, в том числе и добавляли краситель… Но самой крепкой оказалась просто чёрная слизь, а самой красивой — золотая, — ее уши дернулись назад. — А что, у тебя возникла идея?

— Можно сказать и так, — мечница скомкала полы пальто в ком слизи и взяла его в руки. — Если бы я придала поверхностному слою слизи цвет и текстуру травы, дерева или камня, смогла бы я спрятаться?

— Нередко у зверей шкура имеет цвет, из-за которого их трудно заметить… — хвост Шестой Тени дернулся. — Думаю, можно и попробовать…

Глава 12. Сумеречные цветы

Медленно, но верно, времена года приходили на смену друг другу — лето сгорало в том жаре, что приходил с окончанием месяца Жатвы, словно Солнце стремилось напоследок отдать земле как можно больше своего тепла прежде, чем придёт осень… Казалось, что все живое спряталось от его обжигающе теплых рук, притаившись где-то в тенях, в ожидании спада жары…

В тени крон деревьев притаились две прозрачных фигуры… Если пристально посмотреть на них, то все же можно было увидеть очертания двух хрупких силуэтов, но невооружённым взглядом отличить их от окружающего фона было решительно невозможно…

— Видишь их? — послышался девичий голос.

— Вижу, — отозвался голос ещё одной девочки. — Не меньше полутора десятков, хорошо вооружены… — голос на мгновение замолчал. — О, Беатрикс… Там… — она указала на раскидистый клён, с ветвей которого свисали верёвки.

— Мертвецы, — мрачно, почти безразлично заключила первая девочка. — Такой сброд редко оставляет жертв в живых — в основном, забавы ради.

— Сволочи… — процедил силуэт в ответ.

— Они посягнули на нашу территорию… Не думаю, что Владыка решит оставить их в живых, — на мгновение маскировка моргнула, и можно было разглядеть кровожадную ухмылку на детском лице…

— Странно… — силуэт приподнялся, вглядываясь туда, где у самых гор располагались люди. — Они пьют что-то из бутылок, гоняют лошадей, и выглядят такими…расслабленными.

— Наверняка, они взяли хорошую добычу… — маскировка частично развеялась, приоткрыв платиновые волосы и кошачьи уши… — А хитро ты придумала, с маскировкой…

— Это ещё не все мои идеи. Кое-что я ещё не проверила… — второй силуэт развеял маскировку окончательно, превратившись в девочку, чьи кроваво-красные волосы были заплетены в высокий хвост. — О, Беатрикс… Кажется, у них есть пленники…

— …уже нет, — мрачно прокомментировала Дзета, Шестая из Теней, присмотревшись в даль. — Не думаю, что они сейчас куда-то денутся… Пусть как следует напьются… и после заката мы придём за ними… — она вновь прикрылась маскировкой. — Ждём здесь — вдруг они захотят уйти…

*************

Смотря на догорающий закат, Асуна никак не могла собраться с мыслями… Сидя на дереве и поддерживая слизь в оптимальном для маскировки положении, она позволила глазам разглядывать происходящее снизу, в считанной сотне метров…

«Они не люди…а настоящие твари» — в ее поле зрения попадали повешенные на деревьях люди, с которых стянули все, включая нательное белье… Молодые парни, умудренные опытом крепкие мужчины и пара молодых девушек — каждый из них слегка склонил голову, с нечитаемым, пустым выражением лица смотря на мечницу, свешиваясь с дерева…

Лагерь налётчиков, изрядно обжитый и обставленный, словно лагерь стоял здесь по меньшей мере пару месяцев, затих. Почти весь день они пьянствовали и развлекались, один за другим вскрывая деревянные ящики, кои в изобилии были разбросаны то тут, то там. Но всякому развлечению приходит конец, и на закате был выставлен караул в десяток крупных и крепких парней.

Встречный ветер доносил до них запахи запеченной с травами дичи и рыбы, варящегося в котле супа, вина, пива и свежей крови… Эта смесь запахов была настолько сильной, что Дзета слезла с дерева и сменила позицию, оказавшись на фланге.

«Тени скоро будут здесь» — когда Солнце окончательно погасло, Парабеллум приняла сообщение, адресованное ей по дальней связи. — «Видишь тех двоих, у повозки?»

«Вижу» — с ее стороны стояла разбитая повозка, с которой были сняты колёса. Рядом с ней стояли два силуэта, один из которых пускал облачка дыма изо рта.

«Займись ими. Только тихо. Я возьму тех, кто с противоположной стороны лагеря»

«Поняла» — Восьмая Тень спрыгнула с ветки и без малейшего шума приземлилась на землю. Ее шаги не издавали ни звука, словно ее ступни не касались травы и опавших ветвей.

Бесшумную походку ей обеспечивало ещё одно небольшое усовершенствование костюма-слизи — амортизирующая и звукопоглощающая прослойка на ступнях — один из плодов ночной тренировки с Дзетой…

Быстро, но без спешки она прошелестела к повозке, что отгородила одну из сторон лагеря от окружающего бурелома. Мягко и плавно, чтобы ее маскировка продолжала сливаться с окружающим миром, девушка проскользнула мимо глаз рослого, широкоплечего мужчины, под чьим левым глазом красовался свежий фингал…

Вслед за этим, девушка затаилась, находясь в считанных метрах от него…

— Ещё и Фиц плату задерживает… остроухий недоёбок, — услышала она тихое ворчание.

— Уж с чем-чем, а с девками у шефа проблем точно не бывает… — ответил ему высокий голос.

В ее руке тихо возник длинный нож-танто. Взяв его обратным хватом, Асуна напряглась — словно зверь перед броском, девушка оценивала оптимальную позицию, с которой ей будет проще нанести удар и не дать бандиту поднять шум.

«Второй мешает» — если бы второй налётчик заметил пропажу напарника прежде, чем Парабеллум добралась бы до него, то поднялась бы тревога… а этого мечнице не хотелось категорически.

Поэтому, она взобралась на крышу повозки, оперевшись на ее каркас, не задевая уже изрядно потрепанную временем ткань…

«Попробуем…» — слизь с броневого элемента на правом плече перетекла на ладонь и на указательный палец. С огромной скоростью черная субстанция превратилась в три прутка толщиной со стержень от шариковой ручки и устремилась бандиту точно в затылок, мгновенно и без шума прервав его существование…

Тело осело, и налётчик повис на шипах, словно был лишь марионеткой на ниточках… Из его лёгких с тихим звуком вышел воздух, а руки повисли плетями.

Асуна в этот момент нервно вздрогнула:

«Люди такие… хрупкие» — вдруг дошла до нее мрачная мысль. Как легко оборвать чью-то жизнь одним лёгким движением, намерением, стремлением…и сколь странным было чувство, что приходило после. Словно что-то в самой девушке леденело и немело.

Его напарник разделил участь спустя буквально пару секунд — девушка пыталась даже найти какие-то отличия… но как бы это цинично не звучало, их гибель была одинаковой.

«Они не люди… они монстры в людском обличии» — Парабеллум попыталась успокоить саму себя…

«Они мертвы» — она переключилась на устройство дальней связи.

«Здесь один магический мечник, так что будь осторожна. Оттащи тела в сторону бурелома и спрячься в ветках»

«Магический мечник? Поняла» — брезгуя касаться трупов, Парабеллум подхватила трупы за руки и ноги и на длинных, вытянутых жгутах, держа тела подальше от себя, отправилась в сторону своей точки наблюдения…

Останки заняли своё место среди сломанных ураганом ветвей, как можно дальше от Асуны.

«Здесь Бета. Лагерь как на ладони» — мечница приняла очередную дальнюю передачу, на этот раз — от Второй Тени

«Хорошо, Бета. Видишь парня с мечом у костра?»

«Того, у которого меч в зеленых ножнах?»

«Да. Это магический мечник. С ним поосторожнее, как бы он чего не почувствовал»

«Его напоследок. Вижу еще четверых, отходят в сторону дороги»

«Здесь Альфа» — появился четвертый источник сигнала — «Обстановка?»

«В лагере не меньше тридцати пьяных и спящих, еще десять в карауле. Четверых мы убрали, четверо отходят в сторону дороги, один магический мечник у костра, еще один в кустах со стороны леса»

«Я и Эпсилон возьмем на себя дорогу. Гамма и Дельта ждут поблизости. Постарайтесь разобраться с мечником без лишнего шума»

«Дзета, приняла»

«Бета, приняла»

«Парабеллум, приняла» — ответила Асуна.

«Бета, прикроешь меня?»

«Без проблем, Дзета»

«Парабеллум, не высовывайся. Жди моего сигнала»

«Парабеллум, приняла»

— Наверное, в обмене радиосообщениями в моем мире были какие-то стандарты… — подумала Асуна вслух, принимая очередную передачу.

Через несколько секунд фигура у костра неожиданно сползла на землю. Не было ни брызг крови, ни шума или пыли — в одно мгновение он жил, а уже в следующем кадре — нет… Парабеллум едва разглядела пошедшее рябью пламя — но и только.

«Мечник мёртв» — очередная передача.

— Всё идёт как по маслу… — в тихом голосе девушки смешалось слишком многое — чувство, что в этой ситуации было что-то неправильное, чувство, что ее не должно здесь быть, чувство омерзения и презрения, подозрения и лёгкое удовлетворение от столь… чистой расправы…

«Не хочу даже думать об этом…» — мечница вздрогнула — мысли о том, что убийство может быть чистым, изящным или красивым, претили ей. И принимать происходящее как нечто нормальное…

Асуна просто не была к этому готова.

«Плееркиллеры же как-то с этим жили…» — мрачно подумала девушка. — «Сомневаюсь, что кто-то из них был к этому готов… да и возможно ли вообще быть к этому готовой?»

«У дороги чисто» — пришла очередная передача. — «Разберитесь со спящими — вряд ли они сейчас представляют большую угрозу…»

**************

Всего лишь один налётчик — тот, что сидел в кустах, пока ещё был жив. Сидя перед костром на коленях, он лихорадочно пытался сообразить, что происходит, пока за его спиной стояла крохотная демоница — иначе называть красноволосое чудовище с двумя клинками — коротким и длинным, налётчик отказывался.

— К-кто вы такие?

Кажется, их лидером была тень. Тень размером с ребенка, словно из ночных кошмаров, явилась по их простые, жадные до золота и крови души…и забрала всех во сне. Всех. Кроме него.

— Дзета. Займись им, — раздался искаженный, словно из ведра голос тени.

— Да, Владыка, — послышался детский голос, и рядом, там, где буквально только что никого не было, появилась ещё одна тень, совсем тонкая и крохотная. Вслед за ее появлением налётчик получил пощёчину, от чего едва не упал лицом в огонь.

— Что вы здесь искали?

— М-мы работали! Да, работали! — вид мертвых людей, с которыми ещё час назад налётчик веселился и пьянствовал, действовал эффективнее любого ножа… — Нам было поручено перехватить транспорт!

— И это всё?

— Грузом должен был заняться Фиц… — напуганный налётчик покосился на эльфа, лежащего совсем рядом. — Он… он продавал перехваченные грузы! И брал заказы! Это всё Фиц!

— Специи Мишель?.. — послышался ещё один тонкий девичий голос, и налётчик увидел еще одну Тень, которая не скрывала своих заостренных ушей и темно-синих волос. Тень склонилась над одним из ящиков с гербовым знаком. — Вам было поручено перехватить их груз?

— Фиц говорил, что эти ящики, с гербом, нельзя трогать… В транспорте были хорошая выпивка и шмотки… нам и их хватило.

— Любопытно… — эльфийка вскрыла ящик и взяла в руку горсть того, что в них было. — Какие-то… зерна. Еще и упакованные в бумагу, — тень взяла в руки ещё один свёрток. — И ещё зёрна — другой формы.

— Зёрна? — их лидер напомнил о своём присутствии. Его походка была бесшумной, тихой настолько, что даже трава и песок под его ногами не выдавали его присутствия… — Покажи, — он взял небольшой белый свёрток из ящика и развернул его, а затем принюхался — Парабеллум, подойди, — из-за его спины медленно прошло чудовище.

— Кофе? — словно не веря своим глазам, спросила она. — А это… — она взяла ещё из одного свёртка и разломила его. — Пахнет…шоколадом?

— Кофе. И какао-бобы, — подтвердил лидер. — Гамма, эти «Специи Мишель», кто они? И откуда у них могли появиться эти зёрна?

— Небольшая торговая артель, занимающаяся торговлей специями из колоний Вельгальты — думаю, что и эти зёрна привезены оттуда. Но я никогда не видела, чтобы в столице продавали нечто подобное… и что можно из этого сделать, — в ответ раздался тихий смех, от которого по спине налётчика побежали мурашки.

— Они даже не знают, до какой прелести они дорвались, Гамма, — слово взяла красноволосая тень. — Нам нужно забрать эти ящики — кажется, я знаю, что нам нужно с этим делать.

— В таком случае… — налётчик вздрогнул от холодного тона, когда в поле зрения появилась ещё одна тень. — Не думаю, что нам нужны свидетели.

Последним, что запомнил нерадивый налётчик в своей жизни, это сверкнувший черный клинок и взметнувшиеся волосы цвета колосящейся пшеницы…

Глава 13. Новый дом, оплот Теней...

Ночь была ясной, безоблачной, словно слёзы прошедшего днём ливня омыли ее, смыв с небосклона темные кляксы грозовых туч… Звенящая тишина поглотила горную долину, прерываемая лишь шелестом редких капель, что всё ещё опадали с листьев…

В шелесте слёз неба, в ярком свете серпа Луны, держали совет Тени. Они собрались вокруг стола, и лишь три одиноких свечи на фигурном подсвечнике освещали их тёмное собрание…

— Владыка, вам удалось выяснить что-нибудь про Лес Бездны? — светловолосая эльфийка во главе стола бросила взгляд на карту владений Кагено и их окрестностей. Карта занимала почти весь стол, и была повсеместно размечена точками и отметками.

— Больше, чем ничего… — ответила темная фигура, что стояла, опираясь спиной о стену. — Слухи, истории, рассказы о несметных сокровищах, что ждут своих обладателей за смертельным туманом. Учитывая, что Культ так активно пытается исследовать данное явление, это навело меня на определенную мысль… — Тень задумался, когда слово взяла платиноволосая девочка с кошачьими ушами.

— Я побывала в порту, и кое-что слышала… — она пододвинула карту ближе к себе. — Среди моряков вот эту часть побережья, — палец обвёл территорию, которая входила в «Лес Бездны» и имела выход к морю, — во время плаваний обходят десятой дорогой — над морем там всегда стелется очень густой туман, и корабли, которые попадают в него, оттуда не возвращаются…

— А что видели те, кто проплывал мимо, они ничего не замечали? — Тень подошёл к карте и принялся ее разглядывать. — Не было ли там чего-то, что напоминало бы шпили башен, или остатки береговых укреплений?

— Остатки береговых укреплений?.. Подождите-ка… — слово взяла красноволосая девочка, что сидела по правую руку от Альфы. — Выход к морю, защищённость скалами и горами…

— Идеальное место, чтобы основать поселение — а вслед за ним и город… — подытожил ее умозаключения парень. — Выход к морю обеспечит пищей, близость гор укроет от непогоды и вторжений, а в будущем море даст длинные руки, которыми можно брать и отдавать…

— Значит, там было некое старое поселение… или даже целый город, — слово вновь взяла Дзета. — Один из моряков рассказывал о шпиле, который можно было разглядеть только на рассвете, и то — не всегда…

— Древний город-порт из камня… Это не просто город, — Парабеллум встала и нависла над картой. — Культ тоже это понимает…

— Александрия, — вдруг привлекла к себе внимание Шестая из Теней. — Древняя столица королевства Мидгар.

— Именно, Дзета. Если это был действительно крупный город с выходом к морю, то почему он, даже будучи покинутым, не нанесен на карты? И если у нас есть Новая Александрия, то куда делась старая? — одобрительно кивнул Тень.

— Интерес Культа к древней столице становится понятен… — Парабеллум вновь осмотрела карту. — Разгадать бы ещё загадку этого тумана… Затерянный город во мгле, куда нет хода никому, кроме Теней…

— …нет места лучше для основания Царства Теней, — подхватил ее фразу Владыка Теней. — Не стоит затягивать с исследованиями — всем приготовиться к выходу.

*************

Белая, густая, словно жирные сливки, мгла ужасала. Ветви деревьев и кустарников, погруженных в нее, в бледном свете казались лапами и когтями чудовищ, что в любой момент были готовы растерзать всякого, кто попытается вторгнуться в лес вопреки предостережениям…

Лес Бездны был… туманным. Именно такое впечатление сложилось у Клэр Кагено, когда она вместе с другими Тенями и братом оказалась настолько далеко от дома…

Где-то на заднем плане у нее крутилась мысль, что им следовало бы вернуться домой раньше, чем наступит утро… Ей не нравилось то, что они сейчас собирались сделать — и план брата звучал как выдумка, предназначенная для привлечения к себе внимания…

«Хотя все остальные, похоже, действительно в нее верят…» — подумала Зеро, смотря за настроением всех остальных Теней. Они были сосредоточены, старательно оглядывая окружающий лес и что-то друг другу бормоча.

— Здесь… что-то не так. Наш домашний маяк с трудом улавливается… — проговорила Парабеллум, замерев. — Вы что-нибудь чувствуете?

— Магия, — мрачно ответила Эпсилон. — Что-то пытается обмануть нас, используя магию.

— Ещё пару шагов назад ветер был встречным, но сейчас он попутный. Это место пахнет иначе… и мне кажется, или Луна только что была в другой стороне? — платиновый мех на ушах Дзеты трепал ветер.

— Дельта все еще чувствует запах дома. — Четвертая Тень присела у дерева и подняла голову, принюхиваясь. — Дельта точно знает, где дом.

— Магия этого места пытается сбить нас с толку… — проговорил Сид, создав на руке нечто, напоминающее компас. — Стрелки укажут нам путь домой и дорогу к морю, и проведут нас через туман. Дельта, чувствуешь запах моря?

— Дельта чувствует море — вон там! — указала она куда-то в туман.

— Вот и всё, что нам нужно. Защитите дыхание — этот туман местами ядовит.

«Откуда братец столько знает?» — не переставала задаваться вопросами Зеро.

— Зеро, идём со мной, — обратилась к ней Парабеллум.

— Хорошо, — смотря на хвост красных волос, дочь семьи Кагено не могла не думать о своем положении по отношению к красноволосой девочке на голову ниже её… Казалось, что Парабеллум знала и умела куда больше, чем Клэр, и понимала происходящее куда лучше, словно знала, куда смотреть…

«Словно старшая здесь именно она» — думала Зеро.

Слизь приобрела форму легкой ткани, сложенной в несколько слоев. Поверхности слоев были очень липкими, и хорошо могли защищать нос и рот от пыли.

— Дельта чувствует яд впереди! — громкий и звонкий голос зверодевочки в ночной тишине резанул слух. В следующий миг, они уже шли вслед за ней… — Вот здесь яда нет.

Земля в Лесу Бездны была мягкой, и порой Клэр думала, что она буквально «дышит» — если в нее упереть клинок, то он войдёт в почву под собственным весом… и это казалось странным.

— Стоять. Не вмешивайтесь в битву, что бы ни случилось, — вдруг Тень остановился, и в его руке возник длинный клинок. И вслед за этим из глубины леса, в небо взмыло оно.

Клэр было сложно описать это существо. Словно обсыпанное белыми и серебристыми блестками, существо напоминало ящерицу-переростка, но обладало парой мощных когтистыми лап спереди и двумя парами огромных крыльев, словно сотканных из ярко-голубой крашенной ткани. От его туловища тянулся хвост, на самом кончике которого было нечто, напоминавшее наконечник пики; задних лап у этого существа не было.

При его появлении взор Клэр загородило облако пыли, которое быстро улеглось, и вновь открыло ей существо, вставшее напротив Сида…

Все, кроме Сида, затаились в деревьях, повиновавшись приказу. Мощь монстра было сложно оценить какими-то категориями, оно словно излучало собой опасность, буквально придавливая этим излучением к земле…

Оно было настолько крупным, что стоящая рядом одетая в черное фигура брата едва ли была больше головы монстра…

— Дракон?! Как в сказках? — услышала Зеро голос Беты совсем рядом.

«Дракон?!» — первым порывом девушки было подняться и идти туда, к Сиду. Но стоило ей сделать малейшее движение, как рука Парабеллум схватила ее за воротник.

— Он же сказал — не вмешиваться, — эти слова напоминали пощёчину.

— Но… но…! — Клэр пыталась вырваться, но хватка Парабеллум была поистине бульдожьей.

— Я сомневаюсь, что он бы пошёл туда в одиночку, не имея какого-то плана. К тому же, кем бы ни была эта тварь, она явно не нашего уровня…

Дракон тем временем попытался обдать Сида своим туманным дыханием…но оно только и могло, что бессильно окружать его темный силуэт, словно превратившийся в огромное черное яйцо, словно Тень спрятался за скорлупой.

— Моя очередь, — услышала она довольный голос, наполненный предвкушением, и в тот же миг скорлупа исчезла. Тень встал в стойку, готовый к удару, и даже стоя вдали, Зеро ощутила, как он принялся пропускать через свой меч ужасающий поток силы.

Удар сердца.

Два.

Ураган магии, который рассеялся в пространстве вокруг него, говорил о том, сколь мощной будет его следующая атака… Но лица окруживших ее Теней говорили Клэр, что она явно что-то упускает.

— Процент… потерь… в окружающую среду. — слышала она тихий, восхищенный голос ученой Сада…

А затем всё застыло. Клэр видела только, как брат выдохнул, и как мышцы предплечий слегка напряглись. Вслед за этим, удар сердца не происходило ничего. Ничего. Кроме шелеста деревьев.

Всё вновь пришло в движение. Деревья по сторонам обрушивались, срубленные под небольшим углом. Один из стволов, что устремлялся своей верхушкой в небо, с треском сломался в месте среза и стал падать прямо на существо…

…которое также выглядело неважно. Оно более не висело в воздухе, но подобно камню пало на землю, и полусидя-полулежа разложилось на земле. У него более не было одного крыла, оно, словно большое покрывало, накрыло собой десяток ближайших кустарников…

— Рррах! — взревел дракон, выворачиваясь и снося своей тушей кусты. Вокруг него брызнули комья грязи, словно существо попыталось зарыться в землю.

— А теперь — узри, — голос Тени эхом разнёсся по лесу, когда его клинок поднялся в небо. — Вот что бывает, когда вектор силы не имеет определенного направления.

Клэр могла лишь наблюдать и ощущать, как волна энергии очертила контуры огромного круга, которого хватило бы, чтобы накрыть все поместье семейства Кагено, и как энергия стала собираться на самом конце меча.

— I…

Неразрушенные предыдущей атакой Сида, деревья и кустарники трепетали и гнулись от тех крох магии, что утекали из слизи, но даже этих крох хватало, чтобы у Зеро перехватило дыхание.

— AM…

Нестерпимо яркий, почти ослепляющий ярко-фиолетовый свет резал глаза. Но отвести взгляд было невозможно — Клэр застыла в ступоре, не в силах даже пошевелиться.

— ATOMIC PROTOTYPE!

И в тот же всё окружающее исчезло в нестерпимом сиянии… Всё, что возможно было ощутить — это порыв ветра такой силы, что едва ли было возможно устоять на ногах…

***************

Спустя почти минуту, пылевая завеса улеглась, и стало возможным разглядеть мир вокруг него… До этого черная слизь с лёгким глянцем стала серо-бурой, из-за прилипшей на неё пыли…

«Надо будет поработать над адгезией внешнего слоя защиты» — думал Тень, осмотрев самого себя и покачав головой. После этого, он окинул взором последствия своей самой разрушительной, самой мощной и неумолимой атаки.

Местность на почти сотню метров вокруг превратилась огромный кратер глубиной в полтора десятка метров… Всё, что было под его ногами — это земля и песок, что местами запекся и почернел. Его Тени не пострадали — они оказались где-то у границ кратера, явно ошеломленные, но в полном порядке.

— Ты… да. Теперь я чувствую… Ты… из её потомков? Ты пришёл… выполнить свою часть договора? — дракон, оказавшийся в эпицентре взрыва, оказался почти вбит в землю, из-за чего под слоем земли оказалось его туловище, и лишь голова, с верхней части которой слезла серебристо-белая чешуя, выглядывала.

Его низкий, рычащий голос, казалось, отражался эхом несколько десятков раз прежде, чем достигал слуха Владыки Теней… И Тень намеревался ответить соответствующе.

— Её потомков? — после того, как Клэр узнала его по голосу, Кагено решил озаботиться надлежащим средством для сокрытия и модификации. Теперь, благодаря нескольким преградам из слизи, образующих скошенную пирамиду, направленную основанием от Тени, его голос звучал глубоко, искажаясь и распространяясь в пространстве.

«Кажется, я чувствую сюжетный троп…» — Сид ухмыльнулся под капюшоном.

— Время стёрло следы нашего договора с Ней… Смертные звали Её… Фрейя…

— Время стёрло его следы и саму его память, — Тень собирался подыграть дракону, надеясь вытащить из него как можно больше сведений — Но я намерен воскресить дух и букву его. Чего желала достичь Фрейя, заключая с тобой договор, и что из этой сделки хотел извлечь ты?

— Она… — дракон громко выдохнул. В воздухе ощущалась ледяная свежесть, аромат свежей земли и пряный запах темноты — Она искала процветания для этих земель, и защиты для всех тех, кто пошёл за ней после Великого Бедствия…

— Ты исполнил свою часть сделки…но эти земли вымерли. Затерялись в уголках истории… Что произошло?

— Фрейя… обещала, что она и её потомки никогда не прекратят наращивать своё могущество, чтобы однажды они смогли повергнуть меня в небытие… Но её клятва оказалась забыта… Я дал её угодьям защиту и процветание, сделал земли плодородными, укрыл их своим дыханием… Но обещание было нарушено…

«Александрию разрушил именно он… И кажется, он стремится к смерти? И снова я чувствую троп…» — у Тени возник план, как использовать эти слова.

— Я не мои предки… Я не забываю данных клятв, и я торжественно клянусь, что не остановлюсь на своём пути к могуществу, преодолевая ступень за ступенью лестницы в небо! — его слова отдались громогласным эхом. – Но мне нужна твоя сила — и я готов поклясться, что если ты дашь мне и моим спутникам эти земли, благословишь их своим дыханием и укроешь нас от угроз, то я отправлю тебя в небытие!

— Ты напомнил мне Фрейю, смертный… — дракон издал звук, напомнивший Сиду фырканье или шипение… но все же, он подумал, что это была усмешка — Вы оба преследовали свои идеалы вопреки терзающему страху, неустанно искали могущество… и этим были непохожи на иных смертных. УГОВОР! — единственное слово прогремело подобно раскату грома — Каково имя, под которым тебя знает мир, смертный?

— Имя мне Тень. Я скрываюсь в тенях, и охочусь под покровом ночи, находясь в поисках алмазов истины…

— Смертные зовут меня Туманным Драконом… Ты сумел лишь ранить меня, но этого недостаточно, чтобы наконец освободить меня от этого бремени… Не разочаруй меня, как Фрейя, Тень, охотник за истиной…

*************

— И… что теперь? — спросила Альфа, когда дракон взмыл в небо.

— Теперь Александрия — это наш новый дом. Его почвы крайне плодородны, а ядовитый туман более не опасен для нас и тех, кого приведём мы. Именно здесь взойдёт Царство Теней! — ответил ей Тень, и пелена тумана перед ними спала, открыв им зрелище некогда прекрасного города из белого камня… Ныне он был частично разрушен — а стены его поросли лозой и мхом.

Город был окружен высокой стеной, с несколькими башнями и расположенными по всей ее протяженности зубьями. В центре белокаменной столицы возвышался замок, чья самая высокая башня своим шпилем устремлялась в небо. Вокруг стены виднелись остовы зданий, также когда-то сложенных из белого камня — но время не пощадило их, сокрушив и похоронив под своим неумолимым течением.

Но Тени всё равно залюбовались им. Настолько, что никто не видел горящего взгляда Парабеллум, когда она смотрела на парящую фигуру дракона, что дышал густым белым туманом, что вновь укутывал землю в покрывало непроглядной мглы…

Глава 14. Обустройство нового дома

— Город, затерянный во времени…

Именно эти слова пришли в голову Асуне, когда она прошла через рухнувшие от старости ворота. Город был совсем крохотным по меркам того же Токио — но в этом мире настолько больших поселений мечница ещё не видела. На то, чтобы просто пройти с одного конца Александрии на другой, ей бы потребовалось по меньшей мере пара часов прогулочным шагом…

Большинство зданий были одно- и двухэтажными, возведенными из белого камня, с крышами из красной черепицы. Несмотря на то, что за пределами города природа взяла своё, в его стенах город почти не пострадал. В отсутствии обитателей, фасады домов обросли лозой и мхом, но в остальном, даже многие стёкла в домах уцелели…

Сейчас Парабеллум стояла почти у самого центра города, там, где когда-то стояло нечто вроде сцены или подиума под крышей. Эта площадь казалась особенно заброшенной, каменная кладка выглядела разбитой, и от стоящей тишины становилось неуютно….

Девушка не знала, сколько сотен лет назад Александрия была покинута своими прежними обитателями, но ей казалось, что на деле город был покинут не так уж и давно — не было значительных разрушений, которых ожидаешь от руин, за исключением того, что было возведено за стенами.

«Если бы жители вернулись сюда, то для них, наверное, ничего не поменялось бы…» — подумала Восьмая Тень.

Солнце неспеша стремилось к своему закату, пока Тени обследовали древнюю столицу, за стенами царила почти мёртвая тишина, и в полном одиночестве Асуна погрузилась в свои мысли…

«Дракон…» — она вернулась к событиям прошлой ночи. — «Чёртов дракон из чёртовых сказок… не порождение больной фантазии Каябы… а реальность»

Асуна невольно пыталась найти происходящему какое-то объяснение — может, в родном мире она всё ещё жива, просто ее поместили в какую-нибудь игру с Полным Погружением, а все окружающие — лишь продвинутые НПС?

«Это объяснило бы многое…» — покачала она головой, и вспомнила о детали, которая зацепила её взгляд. — «Дракон… летал. Крылья,» — она невольно вздрогнула, вспомнив, что и у неё когда-то были крылья. — «Суго нарисовал мне крылья, на которых было невозможно летать… больной ублюдок… Но если бы я смогла как-нибудь взмыть вверх,» — от одной лишь мысли, как она взлетает, подхватывает Суго, поднимается на несколько сотен метров и после сбрасывает его без какой-либо страховки, у неё дрогнула лёгкая ухмылка. — «Слизь… она ведь может принять почти какие угодно свойства и форму… В моем мире ведь были экстремальные виды спорта, вроде прыжков с парашютом… да и белки-летяги же тоже существовали… Может, спросить у Минору?»

Она неспеша отправилась дальше, к побережью, чтобы осмотреться и там — где-то в той стороне виднелись давно разбитые остовы кораблей…

***************

— Не могу поверить, что все эти книги сохранились за столько лет… — Бета, Вторая из Теней, поставила на ветхий стол очередную стопку из листков изрядно пожелтевшей бумаги и нескольких книг в черных переплётах.

— Наверное, это магия Туманного Дракона… Взгляни-ка, Бета, — её сопровождающая, эльфийка с двумя хвостиками длинных волос цвета морской волны, обратила внимание на буквы причудливой формы. — Это ведь древний язык, верно?

— Не совсем… — пробормотала эльфийка с каре серебристых волос. — Определенно, это что-то, что имеет с древним языком одни и те же корни, но…у меня такое ощущение, что эта тетрадь старше всего, что есть в этой библиотеке, — Бета старательно вчитывалась в текст. — Я могу кое-что из этого перевести… — она откашлялась.

— Аурелий подарил мне тетрадь из тех, что ещё остались со времен конца, — Бета запнулась. — Здесь фраза, которая что-то вроде игры слов — звучит примерно как «Этот клочок бумаги будет помойкой для моих мыслей».

— Идёт уже шестнадцатый день, как я бежала… кажется, что погоня потеряла мой след… Надеюсь, так будет и дальше.

— Прошёл семнадцатый день, когда мы всё же заняли побережье… Я была рада узнать, что среди этой разношёрстной толпы выживших нашлись те, у кого хватает навыков и умений, чтобы выжить в дикой природе. Эти люди, эльфы и зверолюди, всех их объединяет одно — их мир, их дома разрушены Диаблосом, и всё, что осталось у них — это они сами…

— Восемнадцатый день… Разбили крепкий лагерь у моря. Мы устроили небольшой праздник — охотники и рыбаки добыли такое количество еды, которой нам хватит очень надолго… но кое-что не даёт мне покоя…не хочу говорить об этом с Аурелием… но я боюсь…наверное, уже завтра я даже сама себе в этом не сознаюсь, — Эпсилон ждала продолжения. — Культ… — Бета несколько раз перечитала это слово.

— Культ? Ты не ошиблась?

— В любом из значений этого слова в древнем языке получается именно «культ» или «общество тех, кто поклоняется»… Жаль, что я оставила словарь дома — тут есть кое-что, что я не могу понять. — она поправила свои очки и продолжила: — Культ… совсем недавно я поняла всю его натуру… Диаблос был лишь провалом Культа… именно они создали его… а мы вынуждены были… — Бета вновь запнулась. — Здесь словосочетание, которое я могу перевести как нечто среднее между «убирать отходы» и «подчищать следы».

— В дневнике нет имени автора? — спросила Эпсилон, внимательно слушая.

— На первой странице есть имя, которое можно прочитать как «Фрай» или «Фрейя».

— Фрай? Как одного из Трёх Героев… — нахмурилась Пятая из Теней.

— Владыка непременно захочет об этом узнать… Тетрадь очень большая, и к тому же, в ней не хватает страниц… — Бета перелистнула страницу. — С тех пор, как я встретила Аурелия, я всё ещё не могу понять… Почему? Оливер… хоть ты и наивная слабохарактерная дура, НО ПОЧЕМУ ТЫ ВСЁ ЕЩЁ ЛИЖЕШЬ ЭТИМ МАНЬЯКАМ ИХ… — Вторая из Теней промолчала, не став читать весь тот поток брани, что когда-то давно излился на страницы дневника. — Лили… драная кошка, следующая за Оливер как за мамочкой. Я… не могу в это поверить!

— Оливер и Лили… И снова как будто имена Трёх Героев… Хотя история гласит, что все они были мужчинами — Оливером и Лилиамом…

— Это не совпадение… Выходит, что это ещё одна ложь Культа… — ужаснулась эльфийка. — Это… это… — Бета пыталась подобрать слова, которые могли бы описать чувства, которые одолевали её в тот момент.

— Это кровавые алмазы истины, — спокойно проговорила Эпсилон. — Именно об этом говорил Тень: Фрейя и Трио Героев — это то, что погребено во мраке истории. И наш долг — воскресить эти тайны, вытащить их на свет.

— Ты… права. — выдохнула сереброволосая эльфийка. — Если мы соберём все, что пока что удалось выяснить, то выходит, что это — ничто иное, как дневник героя людей Фрейи. Культ существовал уже в те времена, и похоже, что герои эльфов и зверолюдей Оливер и Лили почему-то сотрудничали с Культом даже после победы над Диаблосом…

— …который был создан Культом… Но мне кажется, что мы упускаем ещё что-то…

— В дневнике ещё очень много чего не переведено, — Бета отложила тетрадь в сторону. — И я думаю, что Тень смог бы понять куда больше, чем мы…

— Мне не даёт покоя ещё одно имя. Фрейя упоминает некого Аурелия… Мне кажется, что я где-то слышала это имя… но не могу вспомнить, где именно. Помню только, что он был человеком высокого происхождения… — эльфийка ломала голову над этим. Когда она все же вспомнила. — Аурелий… Аурелий Мидгар Первый…

— Основатель королевства Мидгар?

*****************

Медленно, но верно, ночь вступала в свои права. Белокаменный город, в который недавно промелькнула искра жизни, всё ещё жил — одно из зданий, трёхэтажный особняк, активно прибирали, вытаскивая остатки того, что всё же не пережило напора времени, и очищая стены дома от лозы…

Альфа, Первая из Теней, разглядывала зёрна, которые они забрали у налётчиков, и пыталась разгадать их секрет. Чем плоды странного растения, подобного которому эльфийка никогда не видела, столь выделяются среди прочих? Что Тень мог углядеть в них, и что о них знала Парабеллум?

«Думаю, скоро мы это выясним…» — она завязала один из мешочков, из которых чуть ранее набрала горсть этих зёрен, и присела на уцелевший стул, больше напоминавший чей-то трон. — «Александрия огромна… думаю, нам хватит этого с головой. Здесь поместится всё, что может нам понадобится — и даже когда Сад будет расти, вряд ли сможем заполнить его полностью»

— Да и что может нам понадобиться?.. — заговорила Альфа сама с собой.

— Фабрика, склад, — её мысли перебила Гамма, чьего прихода Первая из Теней не заметила. — Порт, транспортная часть, жилые зоны, пища и администрация — и это только то, что потребуется для поддержания хозяйства и будущей компании…

— С этой стороны я почти не думала… — вынуждена была признать Альфа.

— Для Сада потребуется пространство и силы. Много пространства и сил… — Гамма присела напротив неё. — И…мне кажется, что Александрии в будущем нам может не хватить. Александрия разрастётся, но даже этого будет мало.

— Культ огромен… — согласилась эльфийка со светлыми волосами. — И если всё будет завязано на Александрию…

— Это не принесёт нам ничего хорошего, — покачала головой ее собеседница, а после бросила взгляд на горсть лежащих на столе зерён. — Это…кофе, да?

— Как ты и говорила — зёрна из Вельгальты… Я никак не могу разгадать их секрет… — она не договорила, когда окно, до этого закрытое, со скрипом распахнулось и медленно открылось. В оконном проёме возникла чёрная фигура, за которой развевался плащ.

— Есть кто дома? — с изрядной долей озорства, произнес Тень.

— Тень… — девочки поднялись.

— Вижу, уже обустраиваетесь? — он снял капюшон, и слегка расправил плечи. — Сегодня, думаю, отличная ночь для этого… — проговорил он. — Гамма, те зёрна, которые мы забрали неделю назад…

— Мы перетащили их сюда.

— Замечательно! — Тень казался слегка взбудораженным — словно ему не терпелось сделать то, что он запланировал. — Сейчас нам будет нужен огонь, и много этих зёрен — нам нужно определить время для оптимальной обжарки…

— А где Зеро? — поинтересовалась Альфа, взяв в руки несколько мешочков.

— Я отправил ее с Дзетой — она как раз хотела выбраться из города и посмотреть, нет ли кого поблизости… — Тень потянулся и слегка размялся. — Альфа, а куда ты отправила остальных девочек?

— Парабеллум отправилась с Этой, испытывать что-то, Бета и Эпсилон заняты в библиотеке, в замке. Дельту я отправила вынести мусор, но она что-то задерж… — не успела Альфа договорить, как дверь в комнату едва ли не сорвал с петель темный ураган.

— Бо-о-ос! — вихрь обхватил Тень, едва не свалив того с ног.

— Привет, Дельта, — он погладил девочку между ушей. — Не могла бы ты меня отпустить?

— А что это, босс? — Четвертая из Теней принюхалась к зёрнам в его руках. — Пахнет ничем…

— Это? — Тень взял одно из зёрен двумя пальцами и поднёс его к своим глазам. — На первый взгляд, это лишь крохотный плод с дерева, которое в Вельгальте называется рубиновым деревом. Очищенный и высушенный, не пахнущий почти ничем, травянистый на вкус, — он сжал зерно в кулаке. — Но тайны этого плода сокрыты внутри. В колониях Вельгальты их едят после чистки и сушки — согласно их преданиям, плоды дают съевшему их силы, обеспечивают бодрость и радость.

— Но зачем тогда их обжаривать?

— Это — ещё одна тайна кофейного зерна. Когда вы жарите куриное яйцо, его запах меняется, становится более многогранным. Когда запекаете тесто, оно источает свой аромат. И в случае кофе, происходит тоже самое.

— А жареные зёрна вкусные? — спросила Дельта, присев на все четыре конечности и замотав хвостом.

— Не думаю, что они тебе понравятся… Потому что обжарка — это ещё не всё. Из обжаренных зёрен получается напиток, концентрирующий в себе бодрость и обладающий крайне интересным вкусом…

— Сбор зёрен, чистка, сушка, обжарка и приготовление… Довольно сложный процесс, — нахмурилась Гамма, прикидывая что-то в уме.

— Альфа, раздели один мешочек на несколько мелких порций — не больше пары горстей. Нам предстоит эксперимент, чтобы понять, сколько времени понадобится для получения разных обжарок, и какая из них подойдёт большинству.

Эльфийка отделяла порции зёрен, пока Гамма и Тень разводили огонь на улице, и пыталась понять, что именно настолько могло взбудоражить их. Альфа не сомневалась, что Тень знает, что делает, но отчаянно пыталась разгадать их секрет.

«Неужели они и правда стоят внимания Тени…»

Но вот, она взяла с собой зёрна и спустилась. Тень уже хлопотал над сковородой, и вот уже первая порция зёрен отправилась на неё. Он принялся быстро-быстро перемешивать их, так, что, казалось, ни одно зерно не задерживалось на одном месте дольше, чем на одно мгновение.

Альфа слышала, как Тень про себя отсчитывал секунды, из-за чего время словно замедлилось…

— Начнём с легкой обжарки, — пробормотал он. — И постепенно будем увеличивать время, от лёгкой к самой тёмной.

Спустя некоторое время, появился запах. Альфа не могла наверняка сказать, нравился он ей или нет, но казался чем-то новым, необычным… Также, стал слышен лёгкий треск.

— Думаю, для самой лёгкой обжарки этого хватит, — едва прошло пара минут, как зёрна приобрели цвет, напоминающий нечто среднее между коркой хорошо пропечённого пшеничного хлеба и тщательно просушенного дерева, с которого сняли кору. Он снял зёрна с огня и выложил в отдельную тарелку, — Пусть слегка остынут, и займемся напитком.

Запах снятых с огня зёрен стал ещё сильнее, он щекотал ноздри, и эльфийка не могла наверняка сказать, на что он похож — казалось, что это совершенно неестественная смесь ароматов цветов, дыма, специй и чего-то ещё… Но всё же, запах был приятным.

Наконец, спустя ещё пару минут, Тень снова принялся возиться с огнем, на этот раз — с котелком, в котором была вода, и в которую он засыпал горсть кофе…

— Альфа, Гамма. Займитесь следующей порцией зёрен — на этот раз, попробуем подержать их подольше, чтобы цвет был примерно как у ржаного хлеба. Постоянно помешивай их, и слушай, когда появится треск.

*****************

Наконец, спустя какое-то время у них было несколько порций зёрен, различающихся по цвету — от более светлых до почти чёрно-коричневых. Из котелка напиток был разлит по бутылкам, в ожидании, когда они закончат свои эксперименты.

Пару порций они были вынуждены выкинуть — их ради выяснения предельного времени обжарки банально передержали, из-за чего они стали источать неприятный запах дыма. Но эти потери, по уверению Тени, стоили того — Гамма записывала, сколько времени нужно, чтобы зёрна приобрели тот или иной цвет.

— Это — кофе из самой первой порции, — он разлил напиток по чашкам. Он был жидким, почти как вода, и на просвет казался прозрачно-коричневым. От него не разило дымом, и эльфийка осторожно сделала глоток…

— Кисленько… — пробормотала Дельта.

— Никогда не пробовала ничего подобного… Значит, это и есть… «лёгкая» обжарка? — Гамма смотрела на Тень, который, казалось, зажмурился и вообще не обращал внимания ни на что. Словно в этот момент он достиг просветления.

— Как давно это было… — было единственным, что он произнес.

*****************

Ночь была тихой… настолько, что Зеро ощущала себя неуютно. Было в этой тишине что-то неправильное, неуютное. Словно что-то нарушило уже начавший устанавливаться порядок, намеревалось откатить те перемены, что все же вошли в силу. Теперь девушка спала во второй половине дня и выходила вместо с братом ночью, чтобы утром заняться домашними хлопотами и учёбой…

Ночь приобрела для неё совсем иное значение. Ночью далеко не весь мир засыпал, ночь не была временем отдыха — напротив, ночь теперь несла с собой ужас, который надлежало встречать с клинком в руках… и теперь это уже начало становиться нормой.

Сейчас она сидела на дереве, сквозь крону смотря на проезжающий мимо экипаж из нескольких повозок и охраны. Дзета, одна из Теней брата, старательно выслеживала именно его, ожидая, пока они не окажутся чуть ближе

«Ты не потеряла транспорт из виду?» — Клэр приняла сообщение по дальней связи — ещё одной полезной игрушке брата.

«Все ещё вижу. Четыре повозки и охрана»

«Мы следуем за ними до перекрестка в часе пути отсюда, и подаём сигнал домой. Дальше — продолжаем следовать за ними. Попутно мы ждём, пока здесь не появятся Тень и Альфа.»

«Что они перевозят» — поинтересовалась Зеро.

«Прислушайся к магии. Что ты чувствуешь?»

«Я…точно не знаю… Но это что-то ненормальное. Как будто они совершенно не сдерживают свою магию…» — Клэр пыталась понять, что это, когда, наконец, к ней пришло осознание — «Они везут Одержимых, да?»

«Как минимум троих… И охраняют их хорошо — среди охраны сплошь и рядом магические мечники… Присмотрись — видишь, кто идёт впереди всех?» — впереди шёл рослый и широкоплечий мужчина, в бело-красных одеяниях и маской на лице.

«Он похож на Святого Рыцаря Церкви…»

«Потому что это он и есть. Скорее всего, это не просто наёмные охотники на нечисть. Это важный транспорт Культа — и сторожат его не кто попало…»

Глава 15. Кто сеет искры...

Сумерки… время, когда засыпает одна сторона мира — когда хорошие девочки закутываются в одеяло и отдыхают, чтобы с восходом Солнца встать и заняться тем, чем занимаются хорошие девочки, когда не спят — и так до следующей ночи. Последние искры заката были не в силах отогнать наступающую тьму, но, казалось, отчаянно дрались за каждое мгновение собственного сияния…

Клэр Кагено… не могла назвать себя хорошей, послушной дочерью. Мама настрого запрещала ей выходить из дома по ночам, и отец в этом запрете ее полностью поддерживал… Уже за этот проступок, она, вероятно, получила бы хорошую взбучку…

…если бы не осознание, что у мира есть ещё одна сторона — тёмная, неприглядная — та, что скрыта от глаз хороших девочек и мальчиков. Та, что являла собой ужас, то, что не могло принять пламенное сердце ещё совсем юной дочери семьи Кагено — словно тихий звук в почтенном доме тишины.

Клэр поняла, что отныне она такая же часть этой тёмной стороны мира — при свете Солнца она была примерной дочерью, гордостью семьи и хорошей старшей сестрой для своего брата… Но, ночью, толстые темные браслеты на ее руках превращались в чёрную броню и белую маску, что скрывала её глаза, и из поместья Кагено на охоту выходила Зеро, цветок Сада Теней…

…по крайней мере, именно так говорил её брат — такой же притворщик, имеющий личность с обоих сторон мира… Слова Сида… Тени звучали завораживающе. В коротком прозвище, которое легко запомнить и легко произнести, казалось, таился некий смысл, который девушка хотела бы разгадать…

Но, увы, на догадки и размышления на такие отвлеченные темы, у неё не было времени — взор алых глаз за маской не отрывался от транспорта, который медленно, но неумолимо, преследовали Тени…

Тёмные личности, что при свете дня носили благочестивые маски защитников веры и угнетённых, вели пораженных ужасным проклятьем людей навстречу их печальной судьбе…и ещё совсем недавно Зеро могла бы оказаться среди тех, кому уготован костёр Инквизиции…

“А точно ли мы справимся с таким сопровождением?» — поинтересовалась Клэр, задействуя устройство дальней связи.

“Даже если и справимся, наверняка это привлечет к нам внимание. Вряд ли Владыка будет доволен, если в окрестностях Александрии станет больше шавок Культа…» — ответила ей Дзета — Шестая из Теней, которая сейчас была с противоположной стороны дороги.

«А если мы… выкрадем Одержимых из повозки? У нас есть маскировка, и если бы мы смогли их отвлечь…»

«…то и Одержимых вытащим без лишнего шума. Звучит как идея, но вдвоём мы не справимся — по крайней мере, пока они не надумают сделать привал»

«…А если мы задержим их на дороге?» — не унималась Зеро. Скрытность не была её коньком. — «Обрушить по пути их следования пару деревьев, и пока они будут их убирать, мы этим и воспользуемся…»

«Мне нравится этот план. Только надо пойти вперёд, туда, где дорога сворачивает. На повороте деревья и обрушим. Я беру на себя проникновение, а ты — придумай, как можно завладеть их вниманием…»

***************

— Когда там уже привал? Жрать охота… — бормотал кто-то из сопровождающих, пока транспорт безо всякой спешки продвигался вперёд…

Дорога в этих краях всегда отличалась своей утомительностью. Проходя вблизи владений Кагено, она полнилась всякой нечистью и сбродом. Одинокому транспорту без хорошего сопровождения было бы трудно уцелеть на этом пути…

— Стоять! — раздался звонкий, спокойный голос главы конвоя — Святого Рыцаря. — На повороте завал. Всем быть начеку — возможно засада. Двое мечников — уничтожьте преграду, двое стрелков прикрывают их

— А я-то думал, дорога обойдется без сюрпризов… — фыркнул кто-то.

Все ожидали нападения. Ожидали, что в них полетят стрелы, выползет какая-нибудь тварь из леса, или что из густого куста высунутся бандитские рожи, что, вопреки здравому смыслу, решили наброситься на хорошо охраняемый транспорт с ценным грузом…

В кустах послышался шелест, и готовые к бою арбалеты с мушкетами направились в ту сторону. Шелест становился всё громче, когда, наконец, оттуда выпрыгнуло нечто, что напоминало угольно-чёрного зайца. Его движения казались неестественными, словно он переминался с лапы на лапу…

— Стрёмная здесь живность… — выплюнул один из арбалетчиков — И деревья целым штабелем валятся, и зайцы как подстреленные скачут… Не нравится мне это…

— Не расслабляйся, Мун, — одёрнул его напарник.

Тем временем, Святой Рыцарь слез со своего коня, и прошёл вперед, туда, где два мага из их группы откидывали деревья с дороги, словно те были лишь сухими веточками. Несмотря на их труд, казалось, что завал таял издевательски медленно…

— Проклятье… Так мы до ночи не успеем… — он присмотрелся к одному из срубу одного из деревьев. — Срез очень чистый — их явно не пилой срезали, и уж точно не сломало ветром… Магический мечник, — сделал он заключение. — Точно засада, — он отошёл от завала и дал знак конвою. — Удвойте бдительность — это засада!

И снова кусты по обе стороны дороги зашумели, отвлекая на себя внимание. В ту сторону засвистели арбалетные болты, мушкеты пока молчали в ожидании появления врага… Но кусты продолжали шелестеть.

Один удар магического мечника снес кусты почти под самый корень, но всё, что там нашлось, напоминало такого же угольно-чёрного щенка, который тут же исчез, превратившись в чёрную бесформенную лужу.

— Чертовщина какая-то! — прорычал рослый, широкоплечий мечник в серой накидке. — Похоже, что это простые слизни! — крикнул он.

— Слизни? — Святой Рыцарь подошёл к кусту и посмотрел на чёрное месиво. — Надо скорее разобрать завал… — он слегка распрямился, и рысью бросился к своей лошади. К седлу был прикреплен достигавший порядка двух метров в длину меч без гарды. — Отойдите! — мечники сделали несколько шагов назад, и рыцарь в белом, достав клинок из ножен, глубоко вдохнул и сделал один замах.

Раздался звук, будто рядом ударила молния. Послышался оглушительный треск, а вслед за ним и взрыв, и в воздух брызнула щепки и опилки. Сумеречную дорогу заволокла пыль…

Когда, наконец, пыль осела на дорогу, завала уже не было. По обе стороны дороги простирался ковёр из веток, опилок и щепок, а по центру дороги возникла небольшая борозда.

— Путь свободен. — он упер меч без гарды в землю. — До полуночи нам нужно добраться до собора — поэтому держать ухо востро. Привала до самого собора не будет.

В общей суматохе, никто не заметил, как в транспорте, оставшемся без прикрытия, открылся замок, и в дверь проскользнуло прозрачное нечто. Как никто и не обратил внимания, что вместо упакованных в мешки тел, остались лишь мешки, наполненные листвой и ветками. Всё это они поймут чуть позже…

****************

«Александрия — проверка связи — здесь Дзета»

«Слышу тебя, Дзета. Здесь Тень»

«Мы с Зеро обнаружили транспорт Церкви. Они перевозили трёх Одержимых. Мы смогли выкрасть их, не подняв тревоги. Нам доставить их в Александрию, или подождать кого-то из вас?»

«Я отправлю к вам Альфу и Парабеллум. Встретьтесь с ними, и все вместе двигайтесь к границам Леса Бездны. Встретимся там»

«Здесь Парабеллум» — почти сразу, появился третий источник сигнала. — «Дзета, уходите от дороги глубже в лес — похоже, пропажи хватились»

«Уже уходим» — Зеро взяла две закутанных в слизь фигуры и усилила себя, чтобы нести их на плечах было проще. Шестая из Теней подхватила третью фигуру — ту, что была крупнее, и все вместе они почти бросились наутёк, стремясь как можно быстрее достичь безопасной зоны.

Клэр не хотелось проверять, заметили ли их, или заметили только пропажу, и сопоставили ее с местами возможных задержек или остановок. Больше всего ей хотелось сейчас оказаться дома, в кровати… ну, или, хотя бы, в Александрии.

Но похоже, что их маскировка была хороша, и их не заметили. Спустя пару минут стремительного галопа, Клэр все же остановилась, чтобы перевести дух и обернуться.

— Кажется, они нас и не заметили… — произнесла Дзета, сидя на ветке большого, раскидистого дуба.

«Здесь Парабеллум. Дзета, Зеро — вы смогли оторваться?» — устройство дальней связи зафиксировало сигнал.

«Здесь Дзета и Зеро. Нас не преследовали, хвоста нет»

«Переведите свои устройства в режим маяка, мы с Альфой скоро будем»

«Курс 30, от границ Александрии…» — сигнал прервался. — «Четыре с половиной километра»

«Здесь Альфа. Мы идём» – возник очередной источник сигнала.

***************

Темнота повергла последние искры заката, дав жизнь ночи… И в этой темноте, ориентируясь на каждое из своих чувств, двигались две фигуры. Их движения были абсурдно тихими, казалось, что сама Земля повинуется им, замолкая всякий раз, когда два силуэта в мрачных тонах ступали на неё.

Альфа, Первая из Теней… была обеспокоена, взбудоражена. Ни с того, ни с сего, сначала у них появляется Зеро, а крохи времени спустя — они уже забирают сразу троих Одержимых…

Кто они? Как они себя поведут, когда они их исцелят? Она задавала себе этот вопрос всякий раз, когда они с Тенью подбирали очередную пораженную болезнью Одержимую… Но каждый раз до этого, девочки вливались в Сад, адаптировались, и становились ближе друг к другу, словно они были большой семьей…

Будет ли также и в этот раз?

Но додумать эту мысль ей не дали — они достигли небольшой поляны, где на приметном, раскидистом дереве сидела, свесив ноги, платиноволосая зверодевочка. Она разглядывала свои руки, и о чём-то говорила с девочкой, которая разглядывала большие тканые мешки.

— А вот и вы… — выдохнула Дзета, спрыгнув с дерева. Её приземление было абсолютно бесшумным, и очень мягким. — Исцелим их прямо тут, или перенесём их в Александрию?

— В Александрию. — ответила Альфа. — Там теплее. И безопаснее, чем вести их через Лес Бездны. Парабеллум, — она обратилась к Восьмой Тени.

— Поняла, — красноволосая девочка взвалила на плечи один из мешков, в которых, как чувствовала Альфа, была одна из Одержимых.

— И всё же, Дзета, я не понимаю… — произнесла Зеро, взяв второй мешок. — Мне кажется, будто у них у всех одна… одна мана на троих. Но я не пойму, почему? Как это работает?

— Одна мана на троих? — поинтересовалась Альфа. Кажется, пока их не было, Зеро и Дзета вели довольно интересный разговор. — Весьма… точное замечание.

— У меня есть гипотеза, как такое может быть, — взяла слово Парабеллум. — Возможно, что эта мана не принадлежит им, а скорее, принадлежит болезни. Если она настолько меняет и деформирует тело, то это не может отразиться на магии… Но это очень интересное наблюдение… Значит, мана у них одинаковой частоты.

— У тебя есть какие-то мысли, Парабеллум? — Альфа не могла не считаться с Мудростью Теней, и поэтому внимательно слушала девочку.

— Скорее, просто догадка… Если у Одержимых мана одной частоты, то мы могли бы попытаться обнаружить их, немного переделав устройство связи… Но у меня крайне смутное представление о том, как именно устройство дальнего обнаружения может выглядеть и работать…

— Думаю, Эта могла бы дать оценку этой теории… — подумала Альфа. — Идём — не хочу, чтобы Дельта выпила весь кофе…

****************

«Сразу трое…» — мелькнула у него в голове мысль. — «Кажется, девочки сорвали джекпот»

Сид Кагено, он же Тень… сидел на лавочке возле дома, и с исследовательским интересом осматривал то, что когда-то было разумным существом. Однозначно можно было сказать, что когда-то все трое были женщинами — у одной чётко проглядывали остатки меха темного, нефритового цвета и уши с кисточками, у двух других чётко угадывались заострённые уши и колтуны волос на месте, где, предположительно, была голова…

«Опять женщины?» — вздёрнул он бровь. — «Складывается впечатление, что Одержимыми бывают только девушки… Но это вряд ли так — у меня ведь тоже что-то подобное было…»

Эти Одержимые были в гораздо лучшем состоянии, чем Альфа при их первой с Тенью встрече — по крайней мере, в них всё еще угадывался гуманоидный силуэт, и виднелись участки с белой кожей…

— Начнём с самого сложного — он присел вблизи самого рослого и крупного силуэта — через колтун тёмно-зелёных, почти чёрных волос, смотрели две блестящих, глянцево-чёрных бездны… Буквально каждый участок тела, кроме округлых бедёр и ступней, был покрыт наростами и язвами…

«Я помогу тебе…» — и с этой мыслью, Тень начал процесс — ровно такой же, какой когда-то он провёл над своими Тенями…

Мана Тени и мана Одержимой смешались. Его метод заключался именно в этом — он не исцелял, но направлял внутренние магические силы, приводил их в равновесие, заставляя уже успокоившуюся ману направиться на восстановление разрушенного, его укрепление и совершенствование…

У него на этот процесс уходили секунды. Но даже сам Тень не мог себе ответить, знал ли он все процессы, что в этот момент происходили в теле женщины. Одно он мог сказать наверняка — их там, наверное, были тысячи, если не десятки тысяч…

Наконец, долгие, напряженные секунды прошли, и мана Тени и мана этой, как он теперь мог видеть, эльфийки, пришли в равновесие. Взгляду Сида открылась рослая, почти два метра ростом, роскошная женщина. Её лицо чем-то неуловимо напоминало лицо Альфы, когда девочка была расслаблена, и не натягивала на себя маску сосредоточенности…

Эльфийка лежала на спине, устремив взгляд в небо. Её поверхностное дыхание сменилось ровным и спокойным вдохом.

— Тётушка Латифа?.. — услышал он сдавленный, тихий голос Беты.

«Они знакомы?» — он украдкой бросил взгляд на стоящих рядом Теней, и увидел, как схожее выражение узнавания возникло и на лице его первой Тени…

Девочки сработали быстро — эльфийскую женщину закутали во что-то вроде большого пледа травянистого цвета. В её взгляде уже виднелась осознанность, она осматривала свои руки и себя.

— Тише. Вопросы позже — пусть Тень закончит, — прошептала Парабеллум, присев рядом с ней. Женщина плавно кивнула, и стала наблюдать за процессом.

«Эльфы вроде бы живут дольше людей… так сколько же ей лет?» — подумал Тень, продолжая процесс. — «Девочкам нет ещё даже четырнадцати, так что это удивительно… и значит, что, скорее всего, Одержимость может проявляться не только в детском и подростковом возрасте…»

Следующей Одержимой, с остатками нефритового меха, Тень положил руку на место, где когда-то был лоб. Он ощутил, как от неё пышет жаром, словно от камина, и видел подёргивающиеся скрюченные пальцы, покрытые чем-то вроде синюшных волдырей… На месте того, что было предплечьями, виднелись наросты и язвы…

«В расположении наростов как будто есть некая система… они чаще появляются на местах, где расположены мышцы» — приметил парень, соединяя свою ману и ману девочки.

В теле девочки было меньше маны, чем у всех, кого он лечил до этого — там, где у Альфы был поистине бездонный океан, здесь он нашёл едва ли небольшой пруд… Однако, по мере соединения, он смог почувствовать, как его мана наткнулась на преграду — словно он накачивал воздух при помощи велосипедного насоса, и в один момент кто-то заткнул его выход пальцем…

«Вся её мана… стала маной проклятья?» — Тень продолжал делать наблюдение за наблюдением, пытаясь вычислить закономерности. Их просто не могло не быть — и он чётко это понимал.

— Альфа, — позвал он свою Первую Тень. — Займись ей. Мне нужно подвердить или опровергнуть теорию…

Он знал, что светловолосая эльфийка уже знала и умела лечить Одержимых, пусть даже ее метод немного отличался от того, что делал Тень. Именно поэтому он не боялся доверить ей столь ответственное дело, пока он проверит свою теорию…

Сид подошёл ко второй эльфийке. С первого же взгляда можно было сказать, что она выглядела лучше, чем предыдущие — в ней чётко угадывались миниатюрные черты, присущие девушке лет шестнадцати-восемнадцати на вид. Снежно-белые волосы частично выпали, а глаз не было видно из-за кошмарных наростов на местах щёк.

«В ней гораздо больше её маны… Маны проклятья в ней мало, возможно даже, она ещё в сознании?» — сделал он вывод. — «И что из этого можно извлечь?..» — он попытался вспомнить свои эксперименты над Альфой, прежде, чем Тень сумел излечить эльфийку. — «У неё изначально был большой запас маны, и когда я её нашел, в ней было много маны проклятия, и её собственной…»

— Значит, это исключение из правил… тем не менее… — он бормотал себе под нос, пока приводил к порядку ману в теле этой эльфийки. — Убивает не само проклятие… Убивают симптомы, и убивает потеря маны, превращающейся в ману проклятия.

— Мхм… — наконец, проклятие, а вместе с ней и наросты, ушли. Эльфийка открыла пронзительные глаза цвета болотной мути и заморгала.

«Теперь дело осталось за малым… Надо придумать речь, чтобы впечатлить новых Теней…»

*****************

— К-кто вы? — когда, наконец, Альфа довела процесс исцеления до ума, превратив изуродованное тело в зверодевочку с ушами, похожими на рысьи, Асуна заняла свое место у особняка, оперевшись спиной о его стену… Она смотрела на новых Теней, пытаясь что-то для себя понять…

Также, она ждала, что Тень будет делать дальше.

— Имя мне Тень. Я скрываюсь в тенях, охочусь под покровом ночи в поисках алмазов истины…

— Значит… — впервые за всё время, Парабеллум услышала голос самой старшей эльфийки — красивый, звонкий, но явно ослабший. — Вы… Тень, смогли исцелить Одержимость, — это не был вопрос.

Закутанная в плед женщина выглядела уставшей, измотанной…но даже в таком состоянии, Асуна не могла не чувствовать исходящей от неё власти и влияния. Она напоминала собой ядовитый цветок, на который кто-то наступил, но не сумел сломать…

— Верно… — Асуна вздрогнула — голос Тени напомнил ей её собственный голос, когда нужно было немедленно отдать команду. — Есть в этом мире силы, которым противен лик истины, кто пытается стереть подлинную сущность Одержимости ради своих целей, и не позволить её излечить…

— Церковь…

«Одно слово…но сколько смысла. Она пугает…»

— Церковь — лишь марионетка в руках ещё большего зла, тех сил, что таятся в мраке и тенях мира… Этим силам неугодна правда… Руками Церкви они клеймят и уничтожают Одержимых — тех, кого можно излечить… и вы не стали исключением. Эти силы не оставят и вас в покое — и стоит вам вернуться, как они захотят добраться до вас»

«Если бы это не было правдой…я бы подумала, что он заманивает их в свою секту» — скривилась Асуна от собственных мыслей.

— Не убоитесь зла, идя дорогой смертной тени, по нашему следу… Вы ищете укрытия — мы дадим вам пищу и кров. Вы ищете справедливости — мы возложим в ваши руки меч возмездия, чтобы не позволить наступающей тьме овладеть вами. Имя нам — Сад Теней…

— Скрываясь в тенях, мы охотимся под покровом ночи, в поисках алмазов истины… — подхватил хор голосов Теней…

«Кажется, мы все же произвели на них впечатление…. Младшенькие только что не в рот Тени смотрят… а старшая…» — Асуна пыталась разгадать её выражение лица и глаз… но лицо старшей эльфийки не выражало ничего, а глаза были прикрыты… — «Тень мог бы стать отличным актёром…»

Этой ночью Александрия уснула… День и вечер выдались насыщенными…

Глава 16. ...пожнёт пламя

Испепеляющий жар месяца Жатвы в этот день казался особенно горячим… Во второй половине дня мир, казалось, замер, в ожидании, когда, наконец, Солнце скроется за горизонтом, чтобы взойти где-нибудь на другом, недосягаемом материке…

Город из белого камня, как могло показаться, уподобился миру — на его улицах было тихо, и даже два хрупких, крохотных на фоне города силуэта не могли нарушить спокойствия и безмятежности древней столицы…

Две девичьих фигуры — одна чуть ниже другой, стояли у небольшой цветочной клумбы… На ней росли не только светло-голубые цветы, но, на небольшом удалении, и иные растения.

— Цветки надлежит собирать именно в это время года, в месяц Жатвы… — тихим, отстраненным голосом, произнесла девочка с темно-зелеными кошачьими ушками, волосами того же цвета и коротким хвостиком. Ее одеждой было легкое светло-зелёное платье без каких либо излишеств и украшений…

— Именно в месяц Жатвы, Тета? — спросила вторая девочка, чьи кроваво-красные волосы были заплетены в высокий хвост, достигавший лопаток. Она была одета в такое же лёгкое платье.

— Да, — девочка, которую прозвали Тетой, кивнула. — Вовремя собранные и засушенные цветки долго хранятся, а настойки и отвары на их основе помогают от кашля и головной боли…

Юки Асуна, «Парабеллум» из Сада Теней, сорвала один из цветков и принюхалась. В нос ударил сильный, резкий запах, похожий на запах аптеки…

«Странное у него название — кошачий цветок…» — подумала она. Вряд ли из этого получился бы вкусный чай… — «Однако, Тета, похоже, разбирается в травах…»

Сейчас она и новобранец Сада — Тета, зверодевочка из клана Нефритовых Рысей, возвращались с берега моря. Все остальные девочки стремились спастись от изнуряющей жары в море…и Асуна не могла сказать, что не завидовала им. Все же, собирать цветы во время жары было не так приятно, как плескаться в теплом море и нежиться на солнце, изничтожая кофе с молоком, предварительно охлажденный в подвале особняка…

По всеобщей договоренности, сегодняшний день был объявлен днём, когда бытовые вопросы должны быть отложены в сторону — все, что стоило сегодня делать, это отдыхать и заниматься делами, не требующими от них значительного напряжения…

— Мята… — крупные листочки мяты, росшие здесь ещё до появления Теней в Александрии, неспеша колыхались.

— Это плохая мята, — одёрнула ее Тета. — Она почти не пахнет… Лекарство от укачивания из неё получается дрянное…

— А хорошая?

— Хорошая мята не обитает в этих краях… быть может, в Александрии она и приживётся… но в горах — точно нет. — уши дернулись, а затем Тета повернулась, обратив свой взгляд на случайно затесавшийся среди мяты цветок нежного розового цвета. — Раньше я его не видела… — Нефритовая Рысь с интересом разглядывала его. — Это ведьмин самоцвет. Его цветки и стебли считают ядовитыми, — от этих слов Тета зажмурилась. — Но в малых дозах настойка из неё хорошо снимает жар.

— Пригодится, — нахмурилась Асуна. — Ты закончила?

— Думаю, хватит, — девочка посмотрела на сумку, в которой лежали собранные цветки. — Завтра я переберу их и засушу. Сейчас занесём их, и вернемся на берег…

«Звучит как отличная идея…» — подумала Асуна, мыслями уже плескаясь в теплом море…

*****************

Эпсилон, Пятая из Теней, смотрела на мир вокруг, и пыталась что-то для себя понять.

Её… её сестры, вели себя совершенно беззаботно. Дельта и Дзета поднимали в море волны, пытаясь заплескать друг друга, или незаметно подобраться к оппонентке под водой, Бета пыталась что-то рисовать в тетради, Альфа и Гамма лежали и нежились под лучами Солнца. Эта спряталась в тени под скалой, и беспробудно спала…

Всё в этом пейзаже казалось мирным, спокойным и правильным. Словно за их плечами не было Одержимости, исцеления, Сада Теней, Александрии и её тайн, словно сейчас они все были лишь крестьянскими девочками из владений бывшей семьи Эпсилон, что убежали от присмотра взрослых…

«Всё так, как и должно быть…» — её взгляд зацепился за две фигуры, что выбивались из общей картины, словно в уже заученную сонату добавились новые ноты, изменив и исказив её, заложив в неё некий новый смысл…

Латифа и Йота, её новые сестры… Эпсилон могла бы подумать, что они словно мать и дочь — девушка с каре снежно-белых волос безмятежно спала на коленях у взрослой темноволосой эльфийки, что пряталась в тени импровизированного навеса из досок и выцветшего знамени…

«Латифа быстрее всех пришла в себя…» — старшая эльфийка неумолимо напоминала Эпсилон Владыку Теней. Латифа жмурилась и дремала, но была готова в любой момент обернуться жутким ураганом неумолимой силы.

Пятая из Теней подумала, что под присмотром темноволосой эльфийки ей спокойнее…

Её размышления прервало пробуждение Йоты. Она лениво запрокинула голову, и столь медленно принялась подниматься. Лицо девушки не выражало эмоций, скорее, было отрешенно-сонным.

— М-м-мя, — выдохнула она, не открывая глаз. — Ма-агия, — Йота шевельнула ухом в сторону, где вовсю плескались Дзета с Дельтой.

В два шага. она добралась до Эпсилон и неуклюже плюхнулась на неё.

— Эй!

— Ты хорошо контролируешь ма-агию… — пробормотала Йота, словно и не лежала сейчас у девочки на животе. — И вы умеете лечить Одержимость… — седовласая голова перекатилась к коленям Пятой из Теней. — Как у вас это получается?..

— Это Мудрость Теней… — ответила Эпсилон. — Его Мудрость, то, на чём стоит мир, связь причин и следствий… — именно так Тень называл все те хитрости и премудрости, которым он их учил.

— Значит, если я хочу научиться…

— Тебе нужен Тень. Или Альфа, — Пятая из Теней коснулась макушки Йоты, и подумала, что у неё довольно жёсткие волосы…

— М-м-ням, — промычала эльфийка в ответ.

«Уснула?»

**************

Медленно, но верно жара спадала, надвигался вечер… В море уже никто не плескался, но на берегу девочки разделились, соорудив ещё пару навесов из выцветших знамён…

Дельта, Дзета и Тета были единственными, кто среди всех прочих спал. Такие непохожие друг на друга, словно шум и тишина, тем не менее, они спали рядом друг с другом, свернувшись в чёрный с золотом и нефритом клубок…

«Они ещё совсем маленькие… Пусть играются — они это заслужили, ” — она взяла из особняка плед, и укрыла им звериную троицу.

Она слегка расправила гриву темно-зелёных волос, и неспеша побрела к ещё одному навесу — тому, где сидели ещё две девочки…

Когда-то она знала этих девочек лично, учила и наставляла, делилась с ними своей мудростью… Знала она также, что Альфа и Бета не были их настоящими именами, знала, что этих девочек поразила болезнь… которая вслед за этим поразила и её.

— Латифа, — Альфа вежливо-нейтрально склонила голову, откладывая в сторону лист бумаги, на котором было что-то написано.

— Альфа, Бета. Я присоединюсь? — Латифа была вынуждена признать — Альфа и Бета отныне не были теми девочками, что когда-то восхищенно слушали истории из её бурной молодости…

Сейчас девочки выглядели так, словно им никто был не нужен. И Латифа не могла не понимать причин этого:

«Одержимых гонят с порога, сдают Церкви и кроют последними словами… Вряд ли теперь они хотят вернуться домой… даже если бы им было, куда возвращаться. Этот Тень, кем бы он ни был, дал им кров и пищу… и втянул их в кровавую теневую борьбу, ” — к Тени у неё всё ещё было множество вопросов, на которые Латифа хотела бы получить ответы.

— День двадцать пятый. Охотники говорят, что в небе видели дракона… Не знаю, что из этого выйдет, но мне тревожно. Аурелий говорит, что всё будет хорошо… — прочитала она вслух запись на листе бумаги.

— Хотите помочь, тетушка Латифа? — Бета поправила свои очки и протянула ей один из сильно пожелтевших листков. Старшая эльфийка взяла его и принялась бегать взглядом по нему.

«Похоже на древнеалександрийский язык… но этот кажется старше. Будто со всего света по символу собирали, ” — она припомнила, что язык и письменность со времен её первого века претерпели множество изменений — какие-то символы и слова из них исчезли, какие-то были заменены более произносимыми… и в этом языке наглядно прослеживалось строго обратное.

Этот язык был перегружен, сложен и изобиловал несостыковками. Символ, напоминавший вензельную печать, мог соседствовать с решёткой символа, перемежаться с символом, изображающим растение и вслед за этим встречаться с простым знаком из двух штрихов, пересекаемых линией ровно посередине.

Не было сомнений — этот язык был ещё древнее, нежели известный ей вариант древнеалександрийского языка, но однозначно имел с ним общие корни…

— Как там… мама с папой? — услышала она сдавленный, больше похожий на всхлип, голос Беты.

«Придется ей об этом сказать…»

— Их больше нет, — Латифа закрыла глаза, вспоминая родителей Беты, дом которых после побега их Одержимой дочери сожгли. — Церковь назвала это очищением…

Такова была страшная правда — и даже Латифа на своем веку не могла не ужасать та циничность и бескомпромиссность, с которой действовала Инквизиция в отношении Одержимых и их близких.

— Назвала очищением… — повторила за ней Альфа. Внешне она была спокойна, как море в ясную погоду… но Латифа чётко понимала, что это море вот-вот разразится штормом. — А на деле это хладнокровное убийство.

— Мирелия и Адриан тоже не избежали этой участи… — проговорить эти слова показались Латифе тяжелым испытанием. Сказать своей воспитаннице, когда-то светлой, смелой и умной девочке, что её родителей сожгли вместе с их домом, было выше сил Латифы.

Осознание ужасной ошибки, огромного заблуждения, что когда-то настроила и саму эльфийку против Альфы и Беты, поразила старую женщину. Но также, это осознание сподвигло её к размышлениям, вынудило взглянуть на мир по-другому.

«Если Одержимость можно излечить настолько легко… тогда почему Церковь продолжает свою охоту? Зачем Церковь тратит столько ресурсов на охоту за нами, чтобы после просто спалить на костре?» — Одержимость поразила и её — и она же узрела исцеление, которое так и хотелось назвать крохотным чудом. — «От меня что-то ускользает… но что именно?»

— Мне жаль, — только и смогла выдавить из себя Латифа, видя, как кулаки Альфы сжались.

— А тётушка Беатрикс? — тихо спросила Альфа.

— Она не возвращалась в деревню… — покачала Латифа головой, припоминая тётю Альфы, которую когда-то старшая эльфийка учила магии. — Наверное, она так и продолжает скитаться по свету…

Внешне Альфа оставалась сдержанной, уверенной и стоической… но старшая эльфийка понимала, что это лишь маска — маска, которую девочка носила даже до Одержимости. Она никогда бы не показала своих истинных чувств в такой ситуации…

— Мне… — тихо произнесла светловолосая эльфийка. — Мне стоит быть… сильной, — это были не её слова, но словно кто-то говорил её устами, словно Альфа заучила эту фразу и повторяла её, не понимая истинного смысла.

«Они должны были это услышать, ” — на языке ощущался привкус горечи — горькая правда была лучше сладкой лжи, как бы не хотелось обмануть девочек, заверив, что с их домом всё в порядке…

— Вы хотите отомстить? — тихо спросила Латифа.

— Отомстить?.. — переспросила Альфа. — Отомстить… нет. Это не вопрос мести. Не только, — она поднялась, смотря на Латифу сверху вниз. — Это вопрос справедливости. Вопрос выживания. Вопрос нашего будущего. Нам некуда бежать, — на последних словах голос девочки дрогнул. — У нас осталась Александрия и мы сами.

«Даже если бы они вернулись в деревню… там они не нашли бы убежища, ” — Латифа была вынуждена признать, что положение девочек было сложным, едва ли предусматривающей иной положительный исход. — «И всё же, чего именно пытается добиться Тень?»

Латифа была намерена прояснить этот вопрос, как только глава этой пока крохотной организации появится…

И он не заставил себя долго ждать.

**************

Чистое безоблачное небо в сумерках предвещало светлую и тихую ночь… Лёгкий ветер со стороны моря трепал полы его черного плаща, когда он стоял на скале и рассматривал город из белого камня, что за последние дни слегка изменился…

Посреди заросшего лозой города виднелась белая точка. Трёхэтажный особняк, некогда явно принадлежавший богатому человеку, был убран и облагорожен, в его окнах был виден свет…

Сид Кагено, он же Тень, находился в раздумьях. Этот новый мир не переставал подкидывать ему сюрпризы и головоломки, не прекращал открывать ему свои секреты, порой тёмные и даже ужасающие… Но Тень не был человеком, которого они могли отпугнуть — напротив, с каждой строчкой древнего дневника, маленьким секретом магического искусства или кусочком паззла тайн прошлого, он чувствовал, как эта большая игра увлекает его всё сильнее.

Александрия — древняя столица королевства Мидгар, Город, затерянный в тумане, вселял Тени некое теплое, трепетное чувство… Мысль, что отныне этот город принадлежит только им, планы на эту огромную игровую площадку, они будоражили и пробуждали все новые и новые мысли…

«И девочкам здесь будет спокойнее…» — мелькнула у него мысль.

Планы Тени уходили далеко вперёд, и Царство Теней было деталью, одной из декораций, что дополнят его сцену…

— Тень? — за его спиной послышался голос. Голос зрелой женщины, чьи шаги не издавали шума, и чья магия казалась почти совершенной.

— Латифа, — буквально вчера эта рослая женщина, почти на три головы выше его, представляла из себя лишь кучу бесформенной плоти. Сегодня же она разительно преобразилась…

«Опытная, и уже многое видела…» — мелькнула у Сида мысль.

— Я присматривала за девочками… и у меня возникли к вам вопросы, — в этой фразе не было враждебности, как мог определить Тень… но некая угроза, сталь сквозила в голосе эльфийки.

— Вопросы, — выдохнул он. — Предлагаю сыграть в игру — один вопрос задаёте вы, один вопрос задаю я. Уговор?

— Уговор. Первый вопрос задам я. Зачем вам нужен Сад Теней?

— Для противодействия Культу Диаблоса и их креатуре — Церкви Божественного Учения, — говорить правду было легко и приятно. — Теперь мой вопрос. Что вы знаете об Одержимости? Не упустите ни одной мелочи — нам нужно это знать.

— Версия Церкви — это симптомы пробуждения сущности демона Диаблоса в теле. Моя же теория — это болезнь, или некое проклятие. Оно связано с магией внутри тела… и моя теория нашла подтверждение, — она покачала головой. — В подавляющем большинстве ему подвержены женщины — эльфы и зверолюди. Людей, подверженных Одержимости, крайне мало…

— Вы сказали, в подавляющем большинстве…

— Я видела мертворожденных мальчиков со следами, напоминающими Одержимость… Так что, думаю, эта болезнь может поражать и мужчин.

«Это… всё меняет»

— Возможно, я ошибаюсь… Но у меня сложилось впечатление, что все, кого касалась Одержимость, были весьма способны и даже талантливы, — таким образом, Тень хотел подтвердить или опровергнуть очередную из своих гипотез.

— Не ошибаетесь, — Латифа встала совсем рядом. — На своём веку я видела не так уж много Одержимых — всё же, эта болезнь, хоть и встречается, но поражает не всех, и не заразна, что бы там не твердила Церковь. Однако… многие из детей, которых поразила болезнь, были… способными. Словно болезнь стремилась забрать самых лучших…

«Не путает ли она причину и следствие?..» — задумался Тень. Его гипотеза получила косвенное подтверждение — «Или, быть может, заблуждаюсь я?»

— Пожалуй, что это все мои мысли и догадки. Теперь мой вопрос — что ты сделал с девочками, почему они присоединились?

«Кажется, с Альфой и Бетой она была знакома раньше, ещё до Одержимости… Она похожа на воспитательницу в детском саду» — сделал заметку Тень.

— Начну с Альфы… — вздохнул Тень, вспоминая дни, перевернувшие его мир. — Я нашёл у местных головорезов больную девочку, они намеревались продать её Церкви… Мне удалось её вылечить, и тогда я стал думать — и куда ей идти? Приютить её у себя — означало наткнуться на гору вопросов со стороны семьи и привлечь к ней внимание… Вот только девочка была очень… настойчива. Она хотела понять, за что мир поступил с ней так, как поступил. И… я смог дать ей ответ.

— Культ Диаблоса… Что это такое?

— Мне известно о нём не так много. Культ — некая организация, что не числится на бумагах, и действует из тени. Мне не до конца ясны её масштабы, история, их мотивы, ресурсы и возможности. Но ясно, что Культу, возможно, тысяча, если не больше, лет, и что крупнейшая религия мира тесно с ними связана.

— Они велики… — кивнула Латифа. — Но мы слегка отошли от темы.

— Действительно… — он кивнул, прикрыв глаза. — Тогда мне показалось, что девочка лишена всего. Её былая жизнь перечёркнута, а старые пути для неё закрыты… И тогда я дал ей новое имя. Я дал ей имя, и поддержал её устремление, направил её, научил тому, что помогло ей, и продолжает помогать.

«Мне незачем лгать, ” — Тень не собирался говорить неправды, и уж тем более — не собирался портить отношения с Латифой. Напротив, именно искренность и честность должны были заложить основу союза с древней и явно могущественной эльфийкой, бесценным источником информации.

И Латифа, похоже, это понимала.

— С остальными девочками ситуация была ровно та же — их прошлое было перечёркнуто, идти им более некуда, а даже если они бы ушли, их не ждало бы ничего хорошего… Я не желал допускать подобного… Как гласит одна поговорка — мы в ответе за тех, кого приручили.

— Хорошая поговорка… Теперь ваш вопрос.

— Почему люди настолько верят Церкви, и почему Одержимых преследуют столь яростно?.. Просто ли из-за слов священников?

— Не бывает дыма без огня… Если в деревне обнаруживался Одержимый, после этого следовало ждать беды — обычно, чуму, собачью лихоманку или иную болезнь…

— Начинала распространяться болезнь?..

«Сколько с Одержимыми не контактировал — ничем не заразился…» — скептически подумал Тень. — ‘Что-то здесь не так…»

— Дома, в которых жили Одержимые и их семьи, нередко сжигали, чтобы не допустить распространения болезней и бед. К тем же, кто укрывал Одержимых, приходила Инквизиция… — Латифа замолкла, что-то обдумывая. — Однако… есть во всём этом что-то, что не даёт мне покоя.

— К Церкви и Культу у нас прорва вопросов без ответа…

— Действительно… Но всё же, мне не ясно — зачем Церкви выкупать Одержимых за бешеные деньги, если они после этого просто сожгут их перед толпой?

— Ответ лежит в самом вопросе — Одержимые и бешеные деньги. Церковь готова потратиться — значит, Одержимые для них ценны. Одержимые редки — и от того они ещё дороже. Сожжение перед людьми — это лишь побочный процесс… или утилизация отработанного материала.

«По крайней мере, так это выглядит…»

— В этом… есть смысл — признала эльфийка — И теперь, когда исцелять Одержимых стало возможным, принять этот исход будет верхом бессердечия.

— Именно так и родился Сад Теней, — Тень и сам в это верил. — Ни я, ни Тени не примут такого исхода. Я предлагаю вам пойти дорогой тени — пойти там, куда не дотягивается свет, там, где вас не заметят…

— Я принимаю ваше приглашение, Тень… — Латифа не колебалась.

Уважительное обращение от старшей, опытной эльфийки, подняло в сердце Сида толику гордыни — признание и внимание со стороны Латифы казалось тем, к чему он стремился…

***************

Месяц Жатвы ушёл, вслед за ним пришло время, когда мир увядал и серел, а за ним — и снежная пора… Звёздное небо зимней ночью казалось невероятным — словно земля превратилась в огромное белое зеркало, в котором снежными блёстками отражались звёзды…

Зимой этот мир затихал и впадал в сон — а ночь стирала последние крохи жизни во владениях Кагено… И тем инороднее, необычнее были тёмные с белыми полосами фигуры, что смотрели на поместье Кагено со скалы…

— Наша цель на третьем этаже — окна комнаты выходят на нашу сторону… — прогундосила одна из фигур. — Это поместье семьи Кагено. Если напортачим — придётся иметь дело с главой семьи… и вряд ли мы от неё уйдём.

— Сейчас ночь, и все спят… Не думаю, что мы столкнёмся с кем-нибудь по пути. Берём девчонку, и уходим тем же путём. — легкомысленно произнесла вторая фигура.

— Осторожность лишней не будет…

Спустя считанные минуты, фигуры были у стен поместья… Столь же легко и без малейшего шума, они проникли в дом, и поднялись на третий этаж. Столь же мягко и легко они вошли в комнату, где на кровати, под двумя одеялами, спала наследница семьи Кагено… Её лицо было красным, дыхание — поверхностным, а сон беспокойным… Клэр Кагено была уязвима, оказалась в ситуации, когда не могла сопротивляться проникшим в дом злоумышленникам…

Утром её не нашли.

Глава 17. Тени на снегу

«Как это случилось?..»

Сид Кагено… стоял в комнате сестры, и пытался найти хоть какие-то зацепки, которые могли бы пролить свет на пропажу Клэр. В комнате царил относительный порядок — за исключением отпечатка ноги на полу, разлитой чернильницы и распахнутого окна, было чисто.

«След ноги… Ведёт к окну. Отпечаток довольно чёткий и большой, вероятно — мужской. Если к окну — значит, вероятно, он уже забрал Клэр, но из-за своей ноши, совершил оплошность…» — маяк Клэр упорно молчал — словно он прекратил существовать, или у девушки отобрали слизь. — «Вряд ли она выключила его сама — пусть даже Клэр и заболела, но ещё буквально вечером я чувствовал её маяк…»

Сейчас следовало сыграть роль хорошего младшего брата перед родителями…

— Мам, пап! Мы же найдём Клэр? Найдём?! — ещё в прошлой жизни, Тень мог похвастаться актёрским талантом, который подмечала даже Аканэ… И этот талант Сид не стеснялся применять и в новой жизни.

— Да, Сид. Непременно найдём, — его отец, лысый и слегка полный мужчина, казалось, не особо верил в эти слова.

— Я пойду в свою комнату, и проверю свой меч. Вдруг похититель вернётся? — Тень избрал максимально невинный вариант скрыться от любопытных глаз, и при этом — проявить свою заботливую и детскую стороны перед заинтересованными лицами…

«Если бы я этой ночью остался дома…» — в ночь похищения Тень, как и каждую ночь до этого, выбирался в Александрию… И тем каверзнее, неприятнее был сам факт похищения сестры.

Войдя в свою комнату, Тень запер дверь и вышел на балкон, вглядываясь вдаль… Безоблачное небо и яркое Солнце, чьи лучи словно высекали из снежной пелены искры, контрастировали с трескучим, сильным морозом.

Сид выдохнул изо рта облачко пара. Ему нужно было собраться с мыслями, и начать действовать.

«Есть кто в Александрии?»

«Здесь Парабеллум. Все отправились на охоту с новичками…»

«Зеро похитили из дома. Не берусь говорить, чьих рук это дело, но я не чувствую её маяка»

«Проклятье» — даже безликая комбинация сигналов, за осень упрощенная для ускоренного набора, передавала негодование девушки. — «Я тоже не чувствую её маяка…»

«Собери Теней и выдвигайтесь в сторону поместья. И ещё — пока они собираются, найди у Альфы карту с отметками подозрительных и укромных убежищ, и принеси мне. »

“Если похититель ушёл без погони, то он явно не будет особо торопиться — и по-любому остановится в каком-нибудь укромном месте…и вот там мы и поищем его следы»

*****************

— Что нам известно? — когда он и Парабеллум разглядывали карту, на балконе объявился хрупкий силуэт. В зимнем Солнце, отражавшемся от снежного покрова, длинные волосы цвета пшеницы казались изящным водопадом золотого огня…

Зимняя броня Теней отличалась от той, что девочки использовали летом — толщина слизи увеличилась, её внутренняя структура стала более плотной и непроницаемой, её цвет сменился на белый с серым, и к ней добавились новые элементы — горло и шея были закрыты воротником, из-под которых можно было разглядеть также и одежду, которая скрывалась под слизью.

«Альфа как всегда — сразу и к делу…» — Тень не отрывал взгляда от карты, вспоминая, куда выходили окна из комнаты Клэр, и куда в теории мог уйти преступник.

— Похититель входил в дом один. Он не заходил в дом через парадный вход, а сразу вскочил на балкон комнаты Клэр. Из домашних ночью никто не просыпался, и ничего не видел…

— Проще говоря, — выдохнула Парабеллум — Действовал опытный и скрытный маг — обычный человек не вскочил бы на второй этаж. Следов на снегу нет?

— Есть, — слово взяла Альфа — След едва различимый, как будто снега едва касались… При том, что снега сейчас почти по колено, это действительно странно.

«Настолько мягкий шаг?.. Любопытно. Это явно не кто попало — услуги такого наёмника недешёвы, и тратить их на похищение пусть и талантливой и многообещающей дочери барона из захолустья — не слишком ли расточительно?»

— Есть ли вероятность, что здесь замешан Культ? — задала вопрос сама себе Асуна и согнулась над картой. — В направлении от окон Клэр, если я правильно понимаю, есть четыре неприметных убежища — два из них — самые дальние, на самой границей владений. Их мы не разведывали… Ещё одно — скорее, неприметное укрытие в сети пещер под горным хребтом, недалеко от шахтёрского поселения… И последнее, — она указала на самое ближную ко владениям Кагено точку. — Вроде как ранее оно было зачищено, но… Оно находится недалеко от железнодорожной станции, и к тому же, там давно никто не бывал…

— Это место пустовало уже почти два года… — покачала головой Альфа. — В таком случае, мы разделимся. Пройдём по следу, а заодно — разведаем ближайшие точки. Каким бы быстрым ни был похититель, он не мог уйти далеко, не наделав шума и не имея перевалочного пункта…

«Девочки растут…» — в очередной раз видя, как Альфа уже избрала план действий, Тень почувствовал некоторую гордость.

Они взрослели. Взрослел и он. Они все вместе готовились и учились играть в большие и опасные игры, что с каждым днём становились лишь опаснее…

И похищение Клэр было лишь одним из подтверждений этому…

— Тогда… Пусть Дзета, Дельта и Тета пойдут по следу — думаю, у нашей звериной троицы это получится лучше. — Парабеллум перехватила инициативу. — Эта, Латифа и Йота пусть попробуют найти её магические следы.

— Тогда я, Бета, Эпсилон и Гамма прочешем предполагаемые убежища… — кивнула Альфа. — Ты тоже с нами, Парабеллум.

— У меня есть другая идея на этот счёт, — девушка сложила руки на груди. — Я хочу опробовать проект, начатый ещё летом, на практике…

— Хочешь рассмотреть всё с высоты?.. — нахмурилась эльфийка — В прошлый раз для тебя это закончилось… не очень хорошо.

— Пара синяков и ссадин не остановят мой прогресс, — фыркнула Асуна. — Я нашла, в чём была моя ошибка, и в корне изменила конструкцию крыльев…

«Парящая над землёй тень…» — Сид представил Парабеллум с ангельскими крыльями — «Тёмный Ангел, вестница погибели… Настоящая Валькирия Теней» — его определённо веселила эта идея.

— Только ради всего святого, Парабеллум, будь осторожна — вздохнула Альфа.

****************

Послеобеденное Солнце было поистине ослепительным… Казалось, что оно светит ярче, чем летом, способное испепелить всё живое… Но это совершенно не вязалось с холодом, которому оказалось под силу сковать льдами даже берег вечно тёплого моря.

Стоял штиль, на всю округу не было ни души, и от того тишина, окутавшая владения Кагено, казалась поистине мёртвой, звенящей…

Асуна… «Парабеллум» из Сада Теней, стояла на горном плато, и готовилась к испытаниям. Готовилась она скорее морально — предыдущие попытки уподобиться дракону и взмыть в небо закончились для неё неприятностями… И всё же, мечнице казалось, что хотя бы на этот раз всё пойдёт так, как того будет желать только она.

Нагрудная пластина из слизи преобразилась. Из точки чуть выше поясницы возникли сначала контуры, а после и четкие очертания крыльев, напоминающих крылья огромной птицы — в размахе они достигали почти четырех метров, и на их фоне девочка казалась совсем крохотной…

На каждом из крыльев, почти посередине, возникли два длинных цилиндра, выходящих за границы плоскостей крыльев. Вслед за этим стал слышен шум.

«Теперь — всё точно должно быть так, как и должно. Если при работе одного винта меня толкало в одну сторону, то если поставить ещё один винт и заставить его работать в обратную сторону, то меня не должно вести в сторону» — в цилиндрах скрывались несколько комков слизи, принявших форму многолопастных винтов. Под действием передвижения слизи, эти детали, обладающие поистине абсурдной прочностью, и затрачивающие прорву маны, отбрасывали массу воздуха назад…

При достижении определённой скорости вращения, эти винты начинали отбрасывать за собой настолько большую массу воздуха в единицу времени, что Асуна ощутила, как её начало поднимать в воздух. Эти винты издавали громкий шум, настолько громкий, что наплечную пластину из слизи пришлось превратить в своеобразные наушники, а маску-домино на глазах пришлось продлить так, чтобы она закрывала всё лицо.

— И… — она смело сделала шаг вперёд и остановилась на самом краю.

Время полёта пришло — в этом девушка не сомневалась. Не после стольких проб и ошибок…

— Вперёд, — Асуна шагнула в пустоту — под ней мигом оказалась пустота. В падении мечница перевернулась, чтобы падать плашмя, и направила себя чуть вниз. Она падала всё быстрее, но наконец, она почувствовала, как падение начало замедляться, а затем и вовсе остановилось, сменившись чувством, словно Асуна повисла на своеобразном ранце или канате.

Она летела. Не теряла высоты, летела буквально в считанных десятках метров над землей. Винты выбрасывали назад десятки, если не сотни и тысячи литров воздуха, и толкали её вперёд и чуточку вверх.

Сначала полёт казался медленным — если так можно скорость, сравнимую с пиковой точкой её фирменного «Прямого выпада». Но каждая пройденная по воздуху сотня метров постепенно мелькала всё быстрее… и тогда Асуна решила набрать высоту.

Чувство резкого рывка, словно в один миг её лицо решило сползти с неё, будто на атракционе, слегка дезориентировало Асуну. Мир под ней стал маленьким — таким маленьким, что деревья стали казаться муравьями…

Одновременно с этим, её полет стал медленнее. Она медленно, но верно теряла скорость, продолжая набирать высоту…

«Пора снижаться» — решил девушка, и принялась спускаться. Скорость снова начала расти, а мечницу стал пронзать холод…

Снова спустившись до высоты, когда деревья стали видны достаточно чётко, Асуна принялась разглядывать ориентиры, вспоминая, в какой стороне и какая пометка на карте находилась…

Она также видела, как где-то на дороге поднимался целый фонтан снега, и чувствовала присутствие трёх маяков Сада Теней…

***************

— Дельта!

Остановить этот беспощадный механизм, что без оглядки на Богиню или стаю перемалывал изрядно слежавшийся снег едва ли не в пыль, казалось невозможной задачей… Тем не менее, её взгляд мог уловить, как слова Дзеты подействовали на резвую волчицу, осадив её, но не остановив…

«Когда уже у меня начнёт получаться также…» — мысль о том, что когда-нибудь и сама Тета сможет также, если не лучше, толкала вперёд… Более наглядной демонстрации ей не требовалось.

Вдруг над ними показалась тень, что на мгновение заслонила собой Солнце. Её силуэт напоминал поистине огромную птицу, что была готова броситься на свою беззащитную добычу…

…если бы эта птица с грацией мешка не плюхнулась в снег, то наверняка была бы более устрашающей…

— Над приземлением… ещё надо поработать. — белая фигура, отплёвываясь и отряхиваясь от снега, всё же встала.

— Парабеллум?

— А, Тета, — фыркнула красноволосая девочка, убирая с головы маску и что-то, что укрывало уши. — Я тут немного экспериментировала и… — она попыталась подобрать слово. — Увлеклась, — вслед за этим, она бросила взгляд на снежный вихрь, за которым неслась Дзета.

Как могла разглядеть Тета, Парабеллум лишь вздохнула, выпустив изо рта облачко пара, а затем в ней что-то изменилось. Мигом от неё повеяло чем-то неосязаемым, неуловимым, словно на месте Восьмой Тени возникла Альфа, прибавив в росте.

— Дельта!

Всего лишь одного слова ей хватило, чтобы Дельта остановилась, а Тете — чтобы ощутить, как её пробрал поистине собачий холод…

****************

На первый взгляд могло показаться, что это место было безлюдным — заброшенная шахта в приграничье земель Кагено, из которой достижения современной науки и техники уже несколько лет как выжали все возможные соки… Было видно, что большинство входов были заброшены или взорваны…

Вот только глаз Беты, Второй из Теней, эта внешняя безлюдность обмануть не смогла — один из входов — пожалуй, самый укромный и неприметный, был ухожен, снег поблизости был с явным старанием прибран, а на остатках снежного покрова был рассыпан песок…

«Здесь Бета. Здесь явно кто-то живёт — место обжито» — она хмурилась, чувствуя, как кончики острых ушей коченеют и леденеют на морозе.

Она превратила часть бронепластин в лук, готовая в любой момент достойно встретить обитателей этого места…

«Здесь Альфа. У нас ничего. Идём к тебе, Бета» — наконец, осмотрев вход и оценив обстановку, Вторая из Теней пришла к однозначному выводу — в шахте явно кто-то был, и где-то поблизости должен был быть замаскирован пост дозора, или иной объект для контроля входа…

Бета присела на снег, на полную используя «оптическую маскировку» Парабеллум, и стала выжидать, словно хищник в засаде… Прошло не менее пары минут, но ничего не происходило — как будто эльфийка ошиблась в своих выводах, и здесь не было никого.

«Здесь Йота. Следов маяка Зеро во владениях Кагено не найдено» — пришло сообщение, вероятно, из Александрии.

Вдруг, возникло ещё одно сообщение, и Бета, сверившись с собственными ощущениями, подняла голову вверх.

«Здесь Парабеллум. На границе владений, заброшенная медная шахта, юго-восточная сторона — вижу двух магических мечников без знаков отличия известных рыцарских орденов Мидгара»

Где-то вдали, в небе, неслась белая тень, напоминавшая скорее огромную птицу — с такого расстояния и птица, и человек были почти неотличимы…

— Ого, — восхищенно выдохнула Бета.

«Здесь Альфа. Вижу тебя, Парабеллум. Юго-восток горы, идём туда»

«Здесь Бета. Дзета, что у вас?»

«Следы ведут на юго-восток горы, курсом…» — сообщение прервалось — «Курсом 125-130. Мы идём туда»

*****************

«Приступим…» — белая слизь превратилась в прозрачную, и скрыла платиновый мех и волосы, словно девочка с кошачьими ушами была сделана из хрупкого и прозрачного хрусталя.

Мельчайшие магические следы исчезли, и незримая Тень проскользнула за спины незадачливых стражей этого места.

«Двое на входе» — приметила она. Именно в этом и заключалась её задача — проникнуть, разведать, проверить, есть ли следы Клэр, и выяснить, что эти люди здесь забыли.

Вопреки ожиданиям, в пещере было довольно тепло — можно даже было сказать, что температура здесь была почти идеальной для жизни. Её серые и бурые стены изобиловали зёлеными вкраплениями, а посреди проходов располагалась своя небольшая железная дорога…

Большая часть шахты не была освещена, в тёмной её части было тихо и безлюдно… Вот только чуть впереди виднелся яркий свет и слышались множественные голоса.

«А вот и вы» — она осторожно проникла через арку в освещённую часть…

Её глазам открылся протяженный коридор, освещённый лишь парой свечей. Его стены были выложены из камня, а потолок подпирали толстые деревянные балки. По сторонам коридора виднелись ещё проходы в помещения, которые освещались гораздо лучше коридора…

— Она ещё не очнулась? — услышала она голос из конца коридора, где виднелись два рослых, широкоплечих силуэта, освещённых свечей в руках одного из них.

— Нет.

Дзета прошелестела по коридору, стараясь избегать света свечей, и, наконец, оказалась у прутьев клетки, в которой была…

«Зеро!» — руки девушки были прикованы к стене кандалами, и под ней растеклась чёрная лужа, в которой Шестая из Теней безошибочно узнала слизь.

— Она уже… — посмотрев на лужу слизи под ней, скривилась одна из фигур, на которую Дзета снова обратила внимание.

Эти двое были дорого одеты — теплые зеленые мантии, сродни тем, что носили мечники из Рыцарского Ордена Мидгара, скрывали за собой крепко сделанное, явно выполненное на заказ, оружие — мечи.

«Зеро я нашла… Нужно вытащить её отсюда…» — сначала у неё была мысль просто вытащить девушку из клетки, но, продолжив слушать, Дзета отбросила эту мысль.

— Семья Кагено до сих пор интересует Культ?.. — голос одного из мужчин дрогнул, когда он перевёл взгляд на девушку в клетке.

— К чему этот вопрос, виконт?

— Разумные опасения… — покачал головой первый мужчина. — Если мы провалимся, то нам придётся иметь дело даже не с Рыцарским Орденом, а с «Мидгарской волчицей»… и я даже не знаю, кого нам следует бояться больше.

— «Волчица» уже лет десять как отошла от дел, так что не думаю, что она будет представлять для вас опасность. Не беспокойтесь, виконт — все необходимые меры приняты, и вероятность раскрытия ничтожна. Уже в течении пары дней Клэр Кагено будет передана в надёжные руки учёных Культа…

«Так и знала!» — их задача менялась — нужно было не только освободить Клэр, но и стереть с лица земли этот рассадник деятельности Культа…

Глава 18. Нечестивый союз

Слабый свет свечи уже в который раз осветил это мрачное, сырое и неприветливое место, жизнь в котором утихла с истощением запаса природных ресурсов… словно тёмно-зелёная руда и была жизненной силой этого места, её кровью, благодаря которой здесь некогда была жизнь.

Всё, что осталось от тех времён — это руины и следы, что буквально застыли во времени… Но во времени не застыла природа, что затапливала эти шахты, отчего здесь вечно царил запах сырости.

Взгляд его глаз цвета стали не отражал ничего. Совершенно ничего, кроме жалости, скорби и осознания тяжести и безвыходности своего положения…

«Миллия…» — он посмотрел на спящую в клетке девушку, которую его люди недавно похитили буквально из собственной постели. — «Моя девочка… Ты бы точно не одобрила то, что я делаю… но всё это ради тебя. У меня просто нет другого выбора»

Виктор Олба… Рыцарь, которому за заслуги был пожалован титул виконта и своя территория во временное управление, и чья жизнь ранее шла в гору… Сейчас же он был в смятении — признанный защитник королевства, человек, которого называли человеком чести, сейчас стал слугой нескольких господ, в одно мгновение оказался по другую сторону закона, который он некогда защищал.

«Клэр Кагено…» — он окинул похищенную девушку хмурым взглядом. — «Слуги семейства говорили, что летом у неё были признаки одержимости, но… Никаких следов,» — заключил виконт. — «Либо слуга приврал ради лишних зени, либо просто принял какую-нибудь болезнь за Одержимость,» — поверить в иной исход было сложно — если бы от Одержимости было возможно излечиться, то виконт не оказался в этой ситуации…

И всё же, отчего-то дочь семьи Кагено заинтересовала Культ. Завтра её надлежало отправить вместе с транспортом и отчётом о проделанной работе, после чего она исчезнет без следа.

Перед глазами Виктора стоял образ безутешных родителей девушки — их лица, такие же скорбные и печальные, как некогда и у самого виконта и его супруги, их бессильная ярость и метания в поисках спасительной соломинки… и не мог не ощутить стоящий в горле ком.

«У меня… просто нет выбора,» — если бы дочь виконта не была в руках Культа, если бы её не поразила Одержимость… Быть может, виконт пришёл бы сюда не для того, чтобы руководить этой тайной базой, а для того, чтобы в составе группы Рыцарского Ордена стереть это место с лица земли, а тех, кто стоял за Культом, отправить на гильотину…

Но иного выхода у него не было. Он сам согласился работать с Культом ради спасения одержимой дочери, и теперь на гильотину вполне мог отправиться и сам виконт… И чтобы этого не случилось, придётся терпеть…

Виктор не мог видеть, как участок стены под свечой пошёл рябью, словно воздух там был раскалён жарким летним днём… Не мог он видеть и иных помещений базы, где точно также воздух шёл рябью, и не мог почувствовать, как вокруг сгущаются тени…

*****************

— Альфа, идеи? — недалеко от входа в шахту, белые фигуры держали свой совет… Двенадцать Теней готовились к своему выходу на сцену, планировали спасение и ликвидацию. Было в этом что-то, что пробуждало в нём глубокую, похороненную под гнётом времени ностальгию по его первому детству.

«Детская площадка — база ронинов, а лесная зона отдыха — база разбойников…» — не то, чтобы Тень не мог сам спланировать атаку на это убежище Культа… Но ему хотелось в очередной раз взглянуть, как девочки готовятся к бою — словно кто-то вынес из дому моток скотча и игрушки, и сейчас шумная компания детей делали оружие из палок, чтобы после вдоволь побеситься…

…с той лишь разницей, что теперь всё было по-настоящему. Теперь липучие наконечники стрел стали острыми как бритва, палки стали мечами, а шишки и синяки сменились кровью и страшными ранами…

— Мы войдём в самое сердце базы, используя маскировку, и воспользуемся эффектом неожиданности. Учитывая их количество, первого удара хватит, чтобы зачистить половину убежища и обезопасить Зеро, — Альфа мгновенно прикинула план. — Среди них много магических мечников, поэтому мы разделимся на группы.

— Вы, Тень, возьмёте с собой Парабеллум и займетесь спасением Зеро — она находится в самом центре базы. Мы атакуем по вашему сигналу — как только вы освободите её и обеспечите её безопасность.

«Отличный план»

— Я, Тета и Гамма займемся их руководством — оно там поблизости… Имеет смысл взять кого-нибудь из них живым, для получения информации, — Первая из Теней задумалась.

«Неопытная Тета в компании с более надёжными Альфой и Гаммой… Они смогут поправить её, если наша «новенькая» накосячит» — Тень не был уверен, в чём именно заключалась причина такого подбора группы, но возражений не имел.

— Латифа, Эпсилон и Дзета, вы займетесь зачисткой внутренних помещений. Продвигайтесь к выходам, ликвидируя всех, кого видите. Бета, Дельта, Эта и Йота — вы атакуете позже всех. По сигналу вы в открытую начинаете зачистку, начиная со входа, и продвигаясь всё глубже, пока не дойдёте до клетки. Там под полом идёт ещё один этаж — проломите пол и прочешите его, — Альфа слегка изменилась в лице. — Не жалеть никого — устроим им тот самый Гниющий сад, которым их церковные псы пугают людей…

***************

“Здесь Бета, ждём сигнала»

“Здесь Латифа, ждём сигнала»

«Здесь Альфа, ждём сигнала»

Три коротких передачи от групп прозвучали в своеобразном эфире, обозначив готовность Теней к бою — группы заняли положенные им позиции, и всё, что отделяло их от боя — это слово Сида, которое должно было вот-вот прозвучат.

Асуна чувствовала хорошо знакомое напряжение и сосредоточенность — так всегда было перед подготовленным рейдом на босса этажа. Не было страха, не было растерянности — была лишь картина грядущего сражения, и план действий на случай, если что-то пойдёт не так…

Вот только если раньше её слово звучало первым и последним в подготовке плана, то теперь частью плана была она — план Альфы казался довольно простым, и от того — надёжным.

Пробраться на базу под оптической маскировкой, забрать Клэр, вытащить Клэр, дать сигнал и устроить в шахте кровавую бойню. Первые четыре пункта плана ложились на их с Сидом плечи, и уже наставала их пора действовать.

— Идём, — тихий, искаженный голос Тени ознаменовал включение оптической маскировки и быстрое продвижение вглубь заброшенной медной шахты.

Пахло сыростью, жиром, спиртом и чем-то ещё, что сильно напоминало запах аптеки. Несмотря на трескучий мороз на улице, было тепло, из-за стоящей сырости — ещё и душно… и всё же, они прошли.

В коридорах было темно и безлюдно — только в помещениях по коридору горел свет свечей, и виднелись чьи-то тени, слышались голоса. И тогда они все же добрались до заветной цели.

«Клетка в конце коридора…» — Асуна вздрогнула — если бы девушка не смогла уйти от Инквизиции летом, то, вероятно, на месте Клэр могла сидеть она… или уже не сидеть, а быть там, где её никто и никогда бы не нашёл.

— Заперто, — тихо прошипел Сид.

От взгляда мечницы не ушла черная лужа слизи, растёкшаяся под Клэр — словно девушка в одно мгновение утратила над ней контроль. Асуна слышала её поверхностное, хриплое дыхание…

— Сможем тихо вскрыть? — одними губами спросила Парабеллум, надеясь, что культисты их не услышат.

Тень покачал головой и подошёл к замку клетки. Щуп слизи, жидкой, словно расплавленный воск, заполнил замок изнутри, после чего наполнился маной и затвердел.

При попытке провернуть замок послышлся жалобный скрип — несмазанный, старый механизм скрипел так громко, что звук разнесся по коридору. Голоса из кабинетов замолчали

— Переходим к плану Б, — вздохнул Тень, после чего в эфире дальней связи раздалось:

“Здесь Тень. Поднять занавес!»

"План пошёл к чёрту…» — мысленно фыркнула Парабеллум, превращая слизь в рапиру и кинжал-дагу, и готовясь к бою…

***************

Тончайшие иглы из слизи пронзили голову и горло одного культиста,.

Изогнутый меч, больше напоминавший двуручную саблю, разделил ещё одного человека ровно пополам, размазав красные капли веером по стенам.

Твёрдые, длинные когти из слизи, прошли через тёплую одежду и плоть насквозь, почти не встретив сопротивления.

Чёрная стрела с огромной скоростью и силой прошла через череп статного эльфа, окрасив снег алым, словно кто-то просто разбил чашку с соком…

Режущие, колющие поверхности, сделанные из затвердевшей под действием маны слизи, расправлялись с целями по-разному — неумолимо, мгновенно, не оставляя никому из людей шанса на выживание.

Все эти смерти случились в одно мгновение — каждая из убийц ждали заветной команды, и когда сигнал атаки прозвучал, они были готовы убивать. Кровь окрасила полы, вместе с ней утекали жизни членов Культа — рубак и убийц ли, или тех, кто не обладал физическими кондициями, но вёл записи, перемешивал и заливал что-то в химическую посуду.

Она заправила снежно-белый локон за острое ухо, чувствуя необычайное воодушевление, когда очередная пруток из слизи оборвал жизнь очередного человека — он обмяк, сидя на стуле, и упал лицом в стол, опрокинув стеклянную бутыль на пол…

У неё не было времени здесь задерживаться, и она выскользнула из комнаты в коридор, в поисках следующей мишени, на которой она ещё могла опробовать один из десятка способов использовать слизь…

Йота, одна из Теней, чувствовала невообразимый кураж. Её потряхивало от переполнявших её чувств, от нетерпения и стремления. Картина вокруг менялась столь стремительно, что у эльфийки невольно закружилась голова. Обстановка, кураж и ощущение собственной непобедимости пьянило, всякое осознание отступило куда-то на второй план, уступив место одной мысли:

«Магия!»

Бывшая студентка академии Лаогуса, Йота тянулась к знаниям, к познанию мира и магии. Одержимость остановила её прогресс, но взамен эльфийка открыла для себя нечто большее, нежели примитивное усиление своего тела — слизь.

Слизь — тёмная, на первый взгляд невзрачная субстанция, но должным образом обработанная, она превращалась в вещество, которое, как думала сама Йота, опираясь на свои академические знания, если не нарушало законов магической науки, то приближалось к грани, когда эта самая наука была готова выкинуть белый флаг.

И это будоражило страждущую знания эльфийку… Со слизью хотелось продолжать экспериментировать, найти ей всё больше применений…

В одно мгновение, слизь обратилась тонкими нитями, и опутала выбежавшего на них зверочеловека. Усилие, немного влитой маны — и совершенно по-волчьи взвыв, рослая фигура оказалась разрезана на куски, с глухим стуком осыпавшись на пол, словно разбитое стекло…

****************

«Что-то, что сдерживает магию?..» — с некоторым неверием, Сид смотрел на оковы, что удерживали его сестру. — «Надо забрать их с собой… и как я об этом не подумал?»

Не догадаться, что в руках закона наверняка есть средства сдерживания и противодействия для здешних магов, было верхом глупости с его стороны. Теням точно нужно найти способ не обращать внимание на противомагические меры.

Меч из слизи, столкнувшись с оковами, едва оставил на них зазубрину, после чего бессильно растекся, когда Тень утратил над ним контроль. Владыка Теней зарычал, чувствуя нарастающее раздражение:

«Когда не справляется магия — поможет старая добрая грубая сила!» — усилив себя до предела перегрузки, он потянул один из прутьев клетки на себя. Металл не самого высокого качества вытянулся, жалобно застонал, и, наконец, сломался.

— ЗВЯК! — Тень усилил не металл, но самого себя, чтобы с максимальной силой ударить по вмурованной в стену металлической конструкции.

Наконец, цепь от оков поддалась, и с лязгом рассыпалась по звеньям.

— Парабеллум — забирай её и уходи, — девушка не стала спорить и, перекинув Клэр через плечо, унеслась, оставив после себя лишь легкий поток ветра.

«Теперь пора бы и мне развернуться…» — он собрал всю слизь с пола, превратив её в дополнительные броневые элементы.

Стоило ему выйти из клетки, как по комплексу разнесся оглушительный грохот, с потолка и стен осыпалась пыль.

«Девочки становятся всё сильнее…» — покачал он головой, чувствуя очередной прилив гордости, когда из одного из помещений его с ног до головы обрызгал алый фонтан.

Очередной учёный Культа был превращен в кровавое месиво высокой, рослой и статной фигурой, одетой в нечто вроде чёрного с золотом кимоно и глубокий капюшон. В её руках был очень длинный, слегка изогнутый клинок без гарды, которым, как показалось Тени, можно было за один хороший удар срезать пару деревьев.

«Латифа…» — старшая эльфийка Сада Теней отряхнула чёрный клинок, смахнув с него кровь. В каждом движении сквозил опыт, давно позабытый, но сейчас возрождённый. — «Наверное, она будет покруче мамы…» — Тень ещё не встречал в этом мире магических мечников подобной силы. — «Если сейчас она заржавела, то каким монстром она была в свой золотой век… жуть»

Не очень хотелось этого признавать, но Сиду было, чему поучиться у старшей эльфийки. Чтобы достичь её уровня, превзойти его и не останавливаться на этой лестнице в небо…

Вслед за ней, из помещений и из-под земли, словно по сигналу, хлынули и другие Тени. Альфа вышла, догоняя ещё одного культиста — дорого одетого, ухоженного и очень, очень злого…

— Этого живым, — ледяным, почти безразличным голосом произнесла Альфа.

«Кажется, мне даже не нужно вмешиваться…» — Тень ухмыльнулся, превратив слизь в меч. Он не собирался встревать в бой, но в случае каких-то осложнений Тень намеревался разобраться с противником лично.

***************

«Что за чертовщина?» — думал виконт, пытаясь сориентироваться в происходящем.

Буквально минуту назад он был в своей каморке, выслушивал одного из учёных, когда в одно мгновение всё обернулось кровавой бойней — чёрные фигуры, словно мрачные призраки этого места, набросились на его людей, буквально изничтожив их, даже не дав им понять, что их убило…

Они не могли ничего противопоставить — и Виктор, скрипя зубами, принял единственное верное решение — бежать отсюда через запасной проход под их ногами… Однако, даже там его подстерегали чёрные призраки.

Их не брал даже меч из мифрил-стального сплава — которому при вливании маны под силу было резать даже усиленную маной сталь. Оружие призраков, казалось, было на совсем другом уровне...

…и один из призраков — напоминавший скорее маленькую девочку, неустанно преследовал виконта. Виктора планомерно зажимали в угол, противостоять призракам было невозможно, можно было только бежать.

Но даже шанса на побег его пытались лишить.

Он оказался зажат посреди целого роя призраков — в коридоре, посреди кромешного мрака, он видел, как теней становилось всё больше — вот уже от выхода его отделяли четыре фигуры, а от глубин базы — уже пять.

«Проклятье…» — отчаяние нахлынуло на него — Виктор Олба мог остаться здесь навсегда, вместе с трупами своих людей, чьи имена в Культе уже никто и не вспомнит — «Миллия… прости меня, доченька…» — и всё же, у него был последний аргумент — дар Культа.

Он потянулся к нагрудному карману, где был стеклянный флакон с красными таблетками. Дармовая сила на мгновения, которой должно хватить для победы над любым соперником, пусть даже и ценой жизни.

— Хоо-о? — услышал он заинтересованный голос. — Тебе это не нужно, — черная нить выдернула из дрожащих пальцев Виктора флакон, не дав ему даже опомниться.

Виконт позволил себе моргнуть. Он быстро осознал, что его последний шанс выйти отсюда испарился меньше, чем за мгновение…

— Альфа.

— Да, Тень, — чёрная фигура в одно мгновение сблизилась с Виктором и налетела на него. Будучи на своём пределе, он все же смог отразить удар, но тут же увидел, как ему в лоб с силой ударило что-то твёрдое, и в следующее мгновение лишился чувств…

****************

«Чисто сработано…» — Клэр спала на полу у камина в доме Теней в Александрии, и все собрались в большой комнате, некогда бывшей чем-то вроде гостиной. Над камином висел котелок, в котором варился хорошо обжаренный кофе, а посреди комнаты сидел их пленник.

Асуна рассматривала его, пытаясь составить мнение о нём, а на этом основании и портрет руководителя мелкого звена. Он был дорого одет, вооружен не самым дешевым оружием, заплетал длинные волосы в хвост, и даже несмотря на синяки и здоровенный фингал под левым глазом, можно было сказать, что он следит за собой.

«Человек немалого достатка…» — покачала она головой Если даже те, кто командует над отребьем не страдали от проблем с деньгами, то… — «Сколько ресурсов у Культа, если они могут позволить себе такие траты… Или привлекать людей с достатком в свои дела»

На столе, вокруг которого собрались Тени, лежали письма и бумаги — их было немного, но каждое из них надлежало изучить…

— И что мы будем с ним делать? — спросила Дельта. Она расплылась на столе в ожидании своей кружки с кофе.

— Съедим, — фыркнула Дзета, потягиваясь на стуле.

— А мясо людей вкусное?..

— Дельта, Дзета, — спокойный голос Альфы заставил их замолкнуть. — Мы разговорим его. Если же он откажется с нами сотрудничать…

— …то мы скормим его Дельте, — прыснула Асуна, стремясь хотя бы немного разрядить обстановку.

— Мх-мх, — поёжилась спящая на полу у камина Клэр.

— Напомните мне, почему она до сих пор спит? — спросила Тета, перебирая на столе сушеные травы.

— Она сильно заболела перед тем, как её похитили, — Сид выглядел хмурым, задумчивым, и выстукивал пальцами на столе что-то лишь ему одно понятное. — Сырость не добавит ей здоровья, у неё сейчас сильный жар…

— Можно снять жар при помощи ведьмина самоцвета, — Асуна посмотрела на Нефритовую Рысь за столом. Кошачьи уши Теты дернулись в её сторону, но сама девочка, казалось, внимания на неё не обратила.

— Можно, но оставлять её в Александрии чревато. Снять жар отваром — и домой, туда, где будет тепло, и где ей смогут оказать необходимый уход, — сушеные цветки отправились в одну большую кучку.

— Главное, чтобы у мамы не возникло вопросов… — пробормотал себе под нос Тень. — Тета, Парабеллум, займитесь Клэр. Я уделю внимание нашему пленнику…

***************

— Поговорим?

Сознание возвращалось к виконту волнами… Во рту стоял привкус железа, а прикушенный язык неприятно саднил. Виктор не мог нащупать своей магии, словно сейчас он очутился в далеком детстве…

Зрение вернулось к нему внезапно — и снова перед ним была чёрная безликая фигура из тех, что вышли из стен.

«Я ещё жив?..» — спросил сам себя виконт.

— Кто вы… такие?

— Вопросы здесь задаю я! — от одного искажённого, звучащего словно из ведра голоса, хотелось съежиться и скрыться… Но Виктор был не в силах этого сделать.

— Чего…вы хотите? — отчаяние ледяными когтями стиснуло его сердце.

— Культ Диаблоса, — название организации прозвучало как смертный приговор — Как ты с ними связан?

«Культа здесь нет… и я уже точно не жилец…» — где-то в глубине отчаяния мелькнула надежда — быть может, эти чёрные призраки с их силой смогут сделать то, на что когда-то у него не хватило сил.

— У них… моя дочь. Одержимая, — он принял для себя решение. Он погибнет — в этом сомнений не было. Его похоронят в безымянной могиле. Но прежде, чем эта роковая минута настанет, он позаботится о том, чтобы Культ прекратил свое существование — Они пообещали вылечить её…

— Ты ведь понимаешь, что они солгали тебе? — голос призрака зазвучал по-новому. — Они не могут лечить Одержимых — они лишь преследуют свои гнусные цели.

— А какой у меня был выбор?! — бессильно рявкнул Олба. — Если бы я не отдал её им, то за ней пришла бы Инквизиция…

— Назови мне свое имя… жертва зла.

— Виктор… Виктор Олба.

— Виконт? — скорее сам себя спросил призрак. — Почему ты нацелился на Клэр Кагено?

— Слуги их семьи рассказали, что летом у неё наблюдались признаки Одержимости… Я рассчитывал передать её маркизу Зенону, чтобы хотя бы увидеться с Миллией, — после этих слов призрак затих, словно что-то про себя обдумывая. Через мрак капюшона нельзя было разглядеть даже черт его лица.

— Значит, ты не по своей воле примкнул к Культу… Так чего ты хочешь, виконт Олба? — этот вопрос выбил виконта из колеи. Но, немного помолчав, он решил ответить:

— Я хочу, чтобы моя девочка была жива и здорова… и чтобы каждый из Рыцарей Круга отправился на гильотину, — прокашлял Виктор. — Это всё, чего я хочу — ни больше, ни меньше.

Виконта и Культ связывала долгая история… и Виктор не мог решить, следует ли призраку знать о том, что было во времена коронации нынешнего короля, и что предпринимала служба мидгарской тайной полиции, чтобы решить вопрос Культа…

— В моих силах исцелить твою дочь от Одержимости, виконт… — Олба поднял взгляд на призрака, будучи не в силах поверить в услышанное. — Но потребую от тебя содействия.

— Ты… правда на это способен?

— В доказательство серьёзности моих намерений, я могу спасти Миллию. Всё, что мне нужно — это знать, где она?

В этот момент Виктор ощутил сомнение… Было чувство, что, если он согласится на это предложение, то это будет сродни сделке с демоном, и что после этого ему будет уготована участь вечно гнить вместе с Гниющим Садом…

Но…

— Я не знаю точно, где находится ячейка маркиза Зенона, но намерен это выяснить. Если мне это позволят.

— Очень хорошо. Но до того, — призрак сел на стул напротив, и за его спиной возникла светловолосая чёрная фигура, чьи волосы в свете свечи напоминали пшеницу — Я хочу знать всё, что тебе известно о Культе.

Виконт, несмотря на своё низкое положение в организации, знал даже больше, нежели потенциальный кандидат в Рыцари Круга — былые связи и позиция «мелкого начальника» позволяли ему собирать информацию и работать со множеством людей Культа.

И сейчас, когда у него появился проблеск надежды, настало время этой информации всплыть на поверхность…

Глава 19. На большую воду

Холодные и снежные дни месяца Вьюг укрывали владения Кагено снежной непроглядной мглой… За окнами не было видно ничего, словно с неба пролился молочный океан, затопив всё, что находилось за дверями поместья…

Клэр Кагено, дочь семьи Кагено… поплотнее закуталась в тёплый плед. Сонливость валила её с ног, и, пригревшись у камина, она падала в объятия сна, чтобы спустя пару минут проснуться вновь, и так по заколдованному кругу…

«Когда же… это кончится…» — Клэр чувствовала, как превращается в пышущую жаром печь. От жара ее клонило в сон, и после пары минут девушка засыпала...

Во сне она видела, как кто-то несёт её через вьюгу, как он стучит в двери поместья. Видела, как мама открыла дверь, как гость осторожно уложил её в гостиной. Видела и даже слышала их диалог на повышенных тонах:

— Виктор, вы же понимаете, что это — моя дочь?.. И что они снова подняли голову…

— Карин, вы не хуже меня знаете, чем занимается Культ, и почему я прошу вас не говорить о том, кто похитил вашу дочь…

— У вас точно не будет проблем с…?

— Я уже почти не подчиняюсь органам тайной полиции, если вы об этом. Его Величество лично закрыл дело Культа после смерти сэра Вильгельма… То, что я нашёл вашу дочь, лишь следствие наведения порядка на вверенных мне территориях… Именно поэтому, чтобы не навлекать на нас ещё большую беду, я хочу, чтобы вы приняли отличную от истины версию событий.

Мама, всегда сильная, прямолинейная и непоколебимая, слушала незнакомца…

— Вашу дочь спасли вы сами, расправившись с обитателями заброшенной медной шахты… Если вдруг эта история вскроется и кто-то пойдёт по этому следу, то я рассчитываю, что вы поможете мне, Карин.

— Я помогу вам, Виктор… Но вы же понимаете, что девять лет назад тайная полиция не доделала начатое дело, — голос мамы звучал холодно, даже холоднее, чем в моменты, когда она собиралась устроить отцу взбучку.

— Я ненавижу это решение не меньше вашего, Карен… Но идти против приказа Его Величества и нового шефа означает нарваться на проблемы. Тем более, что всех участников тех событий уволили, — незнакомец накинул на себя зелёный теплый плащ. — Будьте осторожны, Карин. Над Мидгаром сгущаются тени…

— Всего хорошего, Виктор, — тихо ответила она.

После чего, сон закончился, и Клэр снова проснулась. За окном стояла ночь, и, как казалось девушке, ей не было настолько жарко… Рядом сидел Сид, и читал какие-то записи, сделанные в самодельной тетради.

— Рыцари Круга… Первые, Вторые и Третьи дети, — тихо бормотал он себе под нос, а после перевёл взгляд на Клэр. — Отдыхай, сестрёнка. Скоро тебе понадобится очень много сил. Над Мидгаром сгущаются тени… отлично сказано, виконт, — брат захлопнул записи, а после погладил сестру по макушке. С его ладони словно вода полился пурпурный свет, который согнал с девушки остатки жара, и отправила её в глубокий, спокойный сон …

*****************

— Клэр в порядке, мама и папа уехали куда-то в город… Поместье полностью в моем распоряжении! — весело произнес Сид, расправляя плечи. — Ещё и целительская техника стала получаться гораздо лучше.

“Здесь Тень. Входите в поместье через моё окно" — Альфа, Бета, Гамма, Эпсилон и Латифа ждали его сигнала для входа. Каждой из девочек в эту ночь было что-то нужно здесь, и каждая из них была нужна ему для обсуждения дальнеших шагов.

Он отправился в комнату, где стояло фортепиано — именно там он должен был встретиться с девочками, раздать им указания, и после — принять решение. Тени в белых костюмах уже ждали его.

Эпсилон сидела на табурете, приставленном к музыкальному инструменту, и примерялась пальцами к инструменту.

«У неё аж руки чешутся что-нибудь сыграть…» — это зрелище возродило в парне цепочку коротких воспоминаний — кружок игры на музыкальных инструментах, куда его против его желания отдали родители, совершенствование своих навыков, что последовали за ним и в этот мир. и пугливая эльфийка с волосами цвета морской пены, которой нужно было как-то себя проявить, чтобы не быть чемоданом без ручки среди девочек, которые были быстрее, сильнее неё…

— Бета, я достал днём словари, которые ты просила. Они в моей комнате, на столе. Эпсилон, сыграй что-нибудь, как я учил. Гамма, иди с Бетой — на листке выписаны нужные тебе позиции и их примерная стоимость.

Пока Сид был занят раздачей указаний, Эпсилон принялась играть. Её исполнение было не очень аккуратным, едва ли умелым — почти таким же, как у самого Тени в самом начале… Но он мог сказать, что Пятая из Теней старалась, вкладывая в исполнение «Лунной Сонаты» душу.

— Владыка, могу я поинтересоваться… Почему вы сохранили Олбе жизнь? — тихо спросила Альфа. Её обычно нечитаемое выражение лица сменилось некой озабоченностью…

— Потому что ничего от этого не потеряю, — ухмыльнулся Сид. — Я исходил из двух вариантов того, как он поведёт себя, если сохранить ему жизнь и заключить с ним сделку. Первый — это если бы предпочёл обмануть меня. Он пошёл бы к Культу и сказал бы… что он мог бы сказать? Он не знает ни о Саде, ни об Александрии, ни о чём — для него мы лишь неизвестные головорезы… А за растрату ресурсов и попытку свалить это на каких-то призраков Культ с него бы ещё спросил. Но, всё же, для нас всех предпочтителен второй вариант.

— Если он всё же пойдёт с нами на сотрудничество, — задумалась Первая из Теней.

— По-твоему, что мы могли бы извлечь из этого союза, и что мы уже смогли добыть, если принять, что всё, что он сказал — правда?

— Извлечь… Наверное, он мог бы ускорить наше развитие, помочь финансово, или же указать нам на нужных людей, которые могут знать что-то важное…

— Продолжай…

— Благодаря ему, теперь нам известна примерная организационная структура, их партнёры на территории Мидгара, и некоторые имена тех, кто стоит во главе Культа…

— Это уже сильно больше, чем у нас было неделю назад. Мы также заполучили в свои руки оружие Культа — то, что он назвал Бусинами… И в качестве вишенки на этом торте — виконт вскрыл интересные подробности, о которых я расскажу чуть позже. Но и это ещё не всё, — Эпсилон закончила играть, и повернулась к ним, слушая, о чём Альфа и Тень говорят. — Я не ошибся в своей мысли — виконт лишь подневольная марионетка Культа — жертва зла. Жертв зла, у которых нет желания служить Культу, много — в этом нет сомнений. Если предложить им возможность вырваться из западни — они могут оказаться полезны.

— Это… довольно коварный замысел, — глубоко, отстранённо произнесла Латифа, сидя на полу в позе лотоса.

— Коварный… возможно. Я же вижу в этом пересечение того, что сделать нужно, и того, что правильно. Того, что укладывается в понятие морали…

— И прикрыть своего человека в Культе вы задумали…

— …с помощью Карин Кагено — известного тёмного рыцаря, после неких событий ушедшей на покой. Перед Культом Олба сможет обвинить своего куратора в том, что он привёл за собой хвост. Таким образом, виконт сохраняет своё положение в Культе и жизнь, пусть даже уходит на некоторое время в тень.

Этот план, пожалуй, был кульминацией его образа Владыки Теней — серого кардинала, играющего людьми как шахматными фигурами. Именно сложная, тесно переплетённая между собой сеть связей, знакомств и событий должны были сплести его теневую паутину…

Не было сомнений — его план удался на все сто… и одобрительная, хитрая ухмылка Латифы была лучшим доказательством этого.

— Виконт может начать вести свою игру, если всё же получит то, что вы ему пообещали, — покачала головой старшая эльфийка.

— Эту вероятность глупо отрицать… Но пусть будет так. Виктор Олба может быть не с нами, но в войне Теней он поднимет меч на Культ. То, что я рассчитывал у него выяснить, и даже больше, мы уже узнали.

В этот момент, девочки вернулись во всем, что было им нужно, и наставала пора держать совет — большая часть Теней, из тех, кому предстоит принимать решения и вести вперёд Сад Теней, должны были знать врага в лицо.

— Можно начинать, — он отошёл к окну, и отвернулся от своих Теней, глядя на показавшийся из-за облаков диск Луны. — Во главе Культа стоят Рыцари Круга — двенадцать самых крупных, влиятельных и избранных его участников. Известны прозвища — некто «Скупец», одинадцатый Рыцарь, Фенрир — пятый Рыцарь, «Гонт» — бывший двенадцатый Рыцарь, и кандидат на его место — маркиз Зенон Гриффи.

— И снова всплыло имя Фенрира… Всё, как мы и предполагали — высокопоставленный член Культа с огромным влиянием и ресурсами.

— Это чудовище ещё живо… проклятье, — внешне Латифа была невозмутима… но её дрогнувший, рычащий голос намекал Тени — старшая эльфийка знала о нём больше.

— Вы знаете, кто это?.. — спросила Бета, держа наготове блокнот.

— Тётушка рассказывала вам о годах своей молодости… а в этих годах у тётушки было много историй. Фенрир, «Демон Мидгара» — эта не та история, которую я бы рассказала вам на ночь.

«Прозвище уже о многом говорит» — подумал Тень, не поворачивая головы.

— Фенрир — убийца, который сеял смерть в округах Мидгара несколько сотен лет назад. Он был силён, до абсурда неуловим, — стража и армия были не в состоянии даже найти его убежище, не говоря уж о том, чтобы сдержать или остановить его бесчинства… В то время даже пошла страшилка о демоне, который забирает всех, кто выходит из домов по ночам.

«Могущественный убийца-психопат, который в итоге занял руководящую должность в не менее могущественной организации…» — на основе слов Тень пытался понять, чего ждать от Рыцарей Круга, составить некий усреднённый портрет — «Сильный сам по себе, лишённый, ну, или почти лишённый человечности… пока что всё складывается»

— Этот Фенрир, видимо, очень хотел заполучить нашу Парабеллум… Не знаешь, с чем это может быть связано?

— Парабеллум не стала бы для него серьёзным противником — и вряд ли была бы интересна лично ему. Именно поэтому я бы изменила формулировку — если она так была нужна Культу, то Фенрир мог и потратиться…

«Здесь тупик… но всё равно, в истории с Асуной что-то не так. Что именно… не ясно»

— Если мы когда-нибудь встретимся с Фенриром… он — мой. Не хочу оставлять дело недоделанным, — Тень не видел лица Латифы, но даже без этого он мог сказать, что она оскалилась в предвкушении…

«Кажется, у них давние счёты…»

— Вслед за Рыцарями Круга идут рядовые члены Культа — не путать их с наёмниками, бандитами и прочим купленным отребьем — ими Культ пожертвует и не моргнёт глазом. Я говорю о тех, кто проверен, отмечен и завербован — тот, кто знает о существовании Культа. Начну с самых пешек — с так называемых Третьих Детей. Виконт утверждал, что это — цепные псы Культа, неспособные на самостоятельные решения, а порой — и даже на осознанную речь. Их много, по уверению виконта, они сопоставимы по силе с учениками Академии Темных Рыцарей, и они составляют «молот» Культа — силы, требуемые для грубых и силовых действий.

— Третьи Дети… они ведь… живые? Мне кое-что неясно… — спросила Альфа.

— Если верить виконту — да, они похожи на живых. Но как Культ делает из людей «Детей» — неясно. На будущее не помешало бы это выяснить… Есть и те, кто сохранил рассудок и речь — так называемые Вторые Дети — инструменты для тонких и специфических задач, руководители мелких ячеек и сект Культа. Нередко у них есть свои кодовые имена, они куда умнее и опаснее.

— И последние — Первые Дети. Те, кого признали Рыцари Круга — те, кто могут стоять с ними рядом, их помощники, главы целых отделов… Как заявил виконт, они куда опаснее Вторых Детей, фанатично преданы Культу и на охоту за Садом отправили бы одного-двух из них.

— Серьёзная сила, — вслух подумала Альфа.

— Именно поэтому, когда настанет время, будьте осторожны. Культ в состоянии подкинуть опасные сюрпризы…

*****************

В Александрии тем временем царила суета… Целая пустая комната была завалена бумагой, свечами, чернилами и углём. Парабеллум, Йота, Тета и Эта были заняты, пытаясь совершить прорыв, привнести в этот мир нечто совершенно невиданное, и при этом — создать то, что необходимо для существования Сада Теней.

Они больше не могли полагаться на случай при поиске Одержимых — им была нужна отлаженная, едва ли не поставленная на поток система обнаружения, спасения и защиты.

— Оговорим последовательность действий. Йота — ты распространяешь сигнал и принимаешь ответ. Я соединюсь с Йотой, и буду засекать время, за которое сигнал дошёл до цели и точный курс. Тета — на тебе расчёт расстояния исходя из времени, и нанесение этих точек на карту. Парабеллум — твоя задача будет заключаться в том, чтобы разведать все ближайшие обнаруженные источники сигнала, — Эта, Седьмая из Теней… была восхищена.

Казалось, что сейчас она оказалась на шаг ближе к познанию Мудрости Теней — к знаниям, в чьей простоте скрыта гениальность, к тому, чтобы приручить неочевидное, к принципу, который всегда преследует разум — добиваться большего меньшим.

Флакон с таблетками, переполненными маной проклятья, в качестве исходного образца. Приемник-передатчик сигнала на огромные расстояния в лице Йоты и её костюма-слизня. Карта Мидгара в большом масштабе. Морской компас с точным указанием курса. Морской же секундомер. И всё это — в одной всеобщей связке. Как это можно было применить?

Чтобы связать их воедино, нужно лишь точная скорость распространения магического сигнала, и… Парабеллум, которой в голову пришла эта идея.

«Она обладает Мудростью Теней…» — Эта не сомневалась в своих подозрениях — именно поэтому Тень обратил внимание на тихую и напуганную красноволосую девочку, которая в считанные месяцы поравнялась с ними…

— Начинаем, — все приборы были запущены, приёмники дальней связи стали принимать сигнал от Йоты… Эта ощутила, как уже спустя двадцать секунд сразу с нескольких сторон посыпались сигналы.

— 23 градуса, 25 секунд.

— 14 градусов, 36 секунд.

— 180 градусов, 64 секунды

Подобных сигналов становилось всё больше, и даже Парабеллум была вынуждена помочь Тете, которая не успевала все записывать.

Прошло уже несколько минут, когда записей стало много, и Йота неожиданно свалилась.

— Ох… что это было?

— Вы записали курс и время? — спросила Эта. — Мы поймали два чрезмерно мощных сигнала…

— Я всё записала… но мне это не нравится. Первый источник сигнала, если я не ошиблась касательно расстояния — это столица, — на месте Новой Александрии на карте возник большой круг. — А второй… это священная земля Линдвюрм. Территория Церкви…

— Отметь эти места — их стоит изучить подробнее, чтобы это ни было. Что с остальными сигналами?

— Мы смогли определить их примерное местоположение на текущий момент. Но все они слишком далеко, — ответила Парабеллум, расставляя отметки на большой карте — Если моя теория верна, то все эти метки на территории Мидгара — это ещё живые Одержимые… Нам не помешает уведомить Тень о нашем открытии и проверить их.

Но Эта уже не сомневалась — это и была Мудрость Теней. Мудрость Теней безошибочна, она стоит в основе всего сущего, и если применять её правильно, то она укажет точный путь сквозь тени и мрак…

Это открытие означало только одно — ещё больше людей будут задействованы в изучении, совершенствовании и познании Мудрости Теней…

*******************

В очередную ночь, Тени собрались на большой совет… Снег стал сходить, давая волю новой жизни, пробуждая землю от её долгого белого сна… и на фоне этого у одной конкретной Тени поднималась тревога.

Клэр Кагено понимала, что скоро её история с Тенями подойдёт к концу. Всякий ребёнок дворянина и всякий наделённый магическим даром по достижении 15 лет должен отправиться учиться в столицу. И когда это произойдёт, она ничем не сможет помочь Сиду и Саду Теней.

Она честно предупредила его об этом — но братец лишь ухмыльнулся, и сказал, что всё не настолько плохо, как дочь семьи Кагено думает.

Тени устроили общий сбор в Александрии, где в последнее время стало ещё на пару жителей больше. Было всё ещё тихо, и даже обычно шумные Дельта с Дзетой смирно сидели и пили кофе из больших кружек.

— С молоком вкусненько, — тихо бормотала Дельта, пока Йота чесала её за ушами. Вид у беловолосой эльфийки при этом был такой, словно на улице наступили все праздники одновременно — она сияла радостью, почесывая волчицу…

— Зеро, — Сид без малейшего шума занял своё место во главе стола. — Расскажи девочкам то же, что ты говорила мне. Не волнуйся — я лишь хочу показать, что ты ошибаешься, думая, что не можешь ничем нам помочь.

— Через несколько месяцев мне придётся покинуть вас — я вынуждена отправляться в столицу… и я не смогу помочь вам, — после слов Клэр все замолчали, и только Парабеллум, взяв свою чашку с кофе, нарушила тишину:

— Ты ведь собираешься на учёбу в столицу, так, Зеро? Ты заблуждаешься, если считаешь, что ничем не можешь помочь. Новая Александрия — это буквально пасть Культа, настоящий их рассадник. Именно там сосредоточены деньги, ресурсы — и если Культом не руководят идиоты, они понимают это даже лучше нас.

— Пожалуй, что я согласна с Парабеллум, — спокойно ответила Гамма. — Тень, Саду ведь будут нужны деньги… А где их много, как не в столице? Я сама намерена отправиться в столицу и заняться вопросом капитала… И мне бы не помешала помощь.

Не сказать, что Зеро об этом не думала — если Сад будет расти, он будет расти во все стороны… но у неё не было представления, что именно будет сделано, чтобы достичь целей её брата.

— Это лишь верхушка айсберга, Зеро, — покачала Восьмая Тень головой. — Твоё имя известно Культу, и в столице ты окажешься в настоящем гадюшнике… А это значит только одно, — Парабеллум приподнялась, протянула к ней руку и направила указательный палец на неё. Затем, она подняла большой палец: — Si vis pacem — para bellum.

— Прекрасная мысль, Парабеллум… И абсолютно верная. Зеро, — Сид обратился к ней, — Культ не оставит тебя в покое, и самым лучшим для тебя вариантом будет стать для них неудобной целью — заметной, видной — той, кого будут искать. Ты талантлива, сестрица — с нами ты стала куда сильнее. Тебе не нужно таить свою силу — напротив, твоя задача — вырываться вперёд. Именно этого ожидают от Клэр Кагено — и никто не знает о Зеро.

— Фальшивая личина есть у всякого — и у мужчины, и у женщины, — одухотворённо произнесла Бета. — Мы все собираемся выбираться за пределы Александрии, наша цель — весь Мидгар, и ты всё ещё сможешь нам помочь.

— Кстати, раз уж речь зашла об этом, — Тень потянулся на своём стуле. — Я хочу ещё раз обговорить, кто чем займётся после отъезда Зеро. Я буду немного занят, и уже не смогу приходить к вам каждую ночь…

— Наш приоритет — это спасение Одержимых и расширение организации. После идёт сбор данных и сведений, обучение и подготовка к будущей борьбе с Культом. Культ находится в неведении касательно нас, и в этом наша сила, — отчеканила Альфа.

«Альфа — общее руководство и организация, Бета — архивы, информация, анализ и всё, что с ней связано. Гамма — хозяйство и капитал. Дельта — силовой инструмент, «молот» Теней. Эпсилон — пока что помогает остальным, Дзета — разведка и сбор информации. Эта — наука, разработки. Всё строится вокруг них…» — припомнил Тень роли каждой из Семи Теней.

— Альфа… Готовы ли мы к выходу в большие воды Мидгара? — Сид уже не сомневался в ответе своей Первой Тени.

— Готовы.

Сад Теней начинал свой путь из заброшенного домика, мальчика, которому просто было скучно, и напуганной эльфийки… В Саду росли прекрасные цветы, чьё цветение происходит по ночам. И теперь для Сада на небосклоне взошла благодатная Луна — Сад растёт, цветёт и благоухает.

И Тень знал — это лишь начало большой игры, в которой этим цветам уготована великая роль.

Глава 20. Игра света

Ветренный и дождливый месяц Штормов в этом году был особенно сырым и серым… Словно в тон этого дня, круглой даты лишений и грусти, небеса рыдали стремительным потоком, а ветер завывал, разнося капли слёз на всю округу.

Ухоженный сад, что окружал склеп королевской семьи, в это время года уже сбросил свою листву, обратившись безжизненными бесформенными фигурами. Каменные дорожки, ведущие к склепу, были заботливо подметены садовниками, чтобы после по ним могли пройти высочайшие лица, и ничто не отвлекало бы их от мыслей…

Именно сегодня эти высочайшие персоны следовали по каменным дорожкам, намереваясь почтить память предков, и тех, чьи лица ещё сохранились в памяти живых представителей правящей семьи Мидгар…

Алексия Мидгар, вторая принцесса королевства Мидгар… всякий раз, когда они вместе навещали родственников в склепе, не могла понять, о чём думает отец. Если её старшую сестру, Айрис, прочесть было проще простого, то понять, что ещё скрывалось за скорбным и хмурым выражением отца, было невозможно.

Она заправила снежно-белый локон за ухо, смотря на усыпальницу матери… Мамы не стало уже одиннадцать лет как — тогда второй принцессе едва стукнуло два года… но что могла запомнить двухлетняя девочка о ней?

— Знаешь, — произнесла Айрис — высокая, статная девушка с длинной и пышной гривой кроваво-красных волос. — Иногда я думаю… Какой бы была Виктория?.. — в ответ на недосказанный вопрос, Алексия перевела взгляд на ещё одну из усыпальниц, где была захоронена ещё одна носительница фамилии…

Виктория Мидгар. Её младшая сестра, которой не стало ровно через два года после кончины матери…

«О чём думает отец?..» — лицо Клауса Мидгара — мужчины среднего роста в зеленой тёплой мантии, приобрело выражение чего-то, что Алексия могла бы охарактеризовать как скорбь, печаль… и что-то, что напоминало бессильную злость.

Усыпальница матери не вызывала у отца такой бури чувств — лишь скорбь и смирение…

«Помни о мёртвых — но живи для живых…» — она вспомнила напутствие отца Айрис, когда они были здесь в прошлый раз… и эти слова совершенно не складывались с теми мыслями, что явно душили Клауса, пробиваясь через обычно спокойную и собранную маску, которая была неподвластна искусству второй принцессы.

Алексия изобразила скорбь, хоть и не чувствовала в этом месте совершенно ничего — так было нужно, чтобы её считали хорошей дочерью… Хотелось поскорее покинуть это место и вернуться к своим делам… но ей напомнили, что в другой части склепа был кое-кто, кого второй принцессе хотелось навестить.

«Хотя вряд ли он нас слышит…»

— Идём, — кивнул отец. — Проведаем старого Вилли…

Алексия знала о нём из рассказов отца и слуг — его не стало в одно время с Викторией… Сама девушка называла его человеком-тенью — именно таким, хитрым, расчётливым, осторожным и скрытным был человек, которого не любила Айрис, и об уходе которого искренне грустил отец…

Именно «человек-тень» был тем, на кого хотела равняться вторая принцесса.

— Прощайте, дядюшка Вильгельм… мы ещё встретимся в Садах Богини, — услышала Алексия слова старшей сестры.

«Он тебя не слышит…» — Алексия скрипнула зубами. — «Мёртвые не разговаривают, мёртвые ничего не слышат»

****************

Наконец, Алексия оказалась предоставлена сама себе, без чужого присмотра или чьего-либо внимания, которое она сама для себя считала лишним… Из её окна открывался вид на тренировочную площадку дворца, где старшая сестра неустанно размахивала мечом, тренируясь как не в себя…

И, смотря на отточенные до идеала движения, похожие на заморские танцы с мечами, Алексия не могла не ощутить укол жгучей, обидной зависти…

«Что со мной не так?» — подумала Алексия, глядя на меч, подаренный отцом.

Сколько вторая принцесса помнила себя, Айрис всегда была впереди, всегда была лучше, ярче и заметнее. Природный талант, который уже сейчас сделал первой принцессе славу сильнейшего тёмного рыцаря Мидгара? Внимание отца, придворных — всё доставалось Айрис, огибая вторую принцессу стороной…

А попытки хотя бы приблизиться к тому уровню, что демонстрировала Айрис, получить толику внимания и услышать добрые слова похвалы обернулись лишь словами утешения, за которыми, как считала сама Алексия, скрывалась глумливая насмешка со стороны сестры…

«Вряд ли Айрис на такое способна…» — пыталась утешить себя вторая принцесса, закрыв окно и плюхнувшись на кровать. — «Она всегда говорит в лоб, и идёт напролом…» — возможно это и могло снять с сестры часть вины… но не снимало её с приближённых отца.

Если и было у второй принцессы что-то, в чём она превосходила сестру и всех, кто смел над ней насмехаться, так это искусство человека-тени — умение смотреть сквозь маски, читать между строк, чувствовать ложь и подвох. В этом она могла дать сестре огромную фору, но за это её не похвалят, не погладят по голове и не скажут, что она молодец…

А скорее, станут куда более осторожны в словах, движениях и поступках в её присутствии…

«Мне плевать на их мнение…» — попыталась Алексия подбодрить себя, тем не менее, не пытаясь себя обмануть — ей хочется быть такой же, как и старшая сестра — той, кто нравится всем, той, на кого обратят внимание, и кому достанется внимание отца…

Ей не было дела до шипения тех ядовитых змей, входящих в окружение королевской семьи — среди них были те ещё гадины, злодеи и мерзкие типы, что скрывали за своими улыбками и дорогими костюмами поистине отвратительное нутро. Но смотря на мир вокруг, смотря на сестру, отца и прочих и прочих людей, Алексия невольно задавала себе вопрос — правда ли всё должно быть… так?

Время медленно клонилось к вечеру, и вторая принцесса взяла ножны в руки. В воздухе стоял пряный запах темноты, и приближалась блаженная минута уединения — только она и её меч посреди вечерней мглы…

*************

— Ш-шух! — лезвие меча рассекло воздух.

В этих ударах не было ни техники, ни силы — ничего из той навесной мишуры, которое называлось «Королевским Бушином» и практиковалось тёмными рыцарями Мидгара. Всё, что делала Алексия — это просто размахивала мечом, пытаясь нащупать самые простые, самый эффективные приёмы, отработать их и исключить из них лишние движения…

Выпад, укол, словно меч тянул вторую принцессу за собой — и на исходную позицию. Усилить себя магией, выпад, укол — на этот раз, унесший Алексию почти на десяток метров вперёд, едва не выбив её из равновесия.

И так раз за разом, в поисках формулы идеального удара — самой эффективной, самой быстрой и всё поражающей атаки.

Если у неё не получается идти путём сестры, быть может, стоит идти своей дорогой? Алексия не знала ответа на столь странный вопрос — её усилия не приносили плодов, и били по самолюбию принцессы одной мыслью.

«Просто сдайся. Ты не тёмный рыцарь, Алексия. Ты — красивая, милая кукла принцессы»

Но сдаться, бросить меч и забыть об этом означало признать, что она побеждена. Означало признать, что Алексия навсегда останется где-то в тени, без своего места под Солнцем, всеми забытая и никому не нужная…

Вторая принцесса заскрипела зубами и покрепче сжала меч, намереваясь выполнить ещё один приём. Она не была готова сдаться, не была готова принять ту реальность, в которой она жила сейчас, не была готова принять самое простое решение…

И поэтому она избрала тернистый, сложный и болезненный путь проб и ошибок. Путь, которым она будет продолжать следовать, несмотря ни на что — иначе это будет означать, что мир, в котором она жила, должен быть таким, и что все её барахтанья и усилия абсолютно бессмысленны.

*****************

— Алексия?

«Только тебя не хватало…» — раздражённо подумала Алексия, видя фигуру сестры, что подобралась к ней сзади.

— Что такое, Айрис? — она не позволила раздражению проникнуть в голос.

— Отец хочет с тобой поговорить…

Они быстро пришли в его кабинет — туда, где всегда пахло деревом и чернилами, и где Алексия бывала не слишком часто… Вторая принцесса с подозрением отнеслась к намерению отца поговорить с ней.

«Ему что-то от меня нужно…» — свои познания в мышлении людей она попыталась спроецировать на действия Клауса… и ей не нравилось то, что из этих познаний выходило.

— Алексия… я хочу поговорить с тобой о твоём будущем…

***************

— Зенон Гриффи… Маркиз, инструктор «Королевского Бушина» в Академии… И конечно же, «Тебе следует быть готовой сблизиться с ним». Вы что, издеваетесь надо мной?! — по окончании разговора, вторая принцесса вернулась в свою комнату, где никто не услышит её истерики…

Алексия не верила в ту «прекрасную и чистую любовь», воспетую поэтами и менестрелями. Она не думала о таких вещах, размышляла о них лишь в разрезе «у этого человека есть жена, на которую он тратит целое состояние»… Но то, что за неё в очередной раз было что-то решено, было очередным ударом ей под дых…

«Я ненавижу тебя, отец… «Тебе следует быть готовой сблизиться с ним к своему совершеннолетию» — девушка вспомнила слова отца, обнимая подушку. — «Как будто я круглая дура, и не понимаю, что за «тебе следует» стоит «за тебя уже всё решили, Алексия»

Вторая принцесса чувствовала гнев… нет. Скорее, обиду, разочарование и горечь — все вместе они становились комом в горле, на душе будто кошки скреблись…

«Через два года мне придётся идти в Академию… и он будет там… Там… я непременно что-нибудь придумаю… Я ещё заставлю тебя пожалеть об этом…» — на мгновение в алых глазах вспыхнула искра. — «Да… Я стану для вас самой худшей невестой, глубоко неуважаемый маркиз»

Глава 21. Бледная тень

Город, построенный из бетона и камня, был укрыт мышино-серым смогом. Словно вместо сторожевых башен, над Эталом возвышались кирпичные трубы цехов и мануфактур, которые выбрасывали в воздух облака дыма, словно работники в едином порыве принялись жечь костры…

Этал был… серым и унылым. Пыль и смог укрывали его, оседая на зданиях, лавках, жителях и животных. На первый взгляд казалось, что здесь страшно жить. Но это лишь поверхностный взгляд.

Внутри его цехов, мануфактур и фабрик люди, зверолюди и эльфы, словно в единой с машинами и инструментом молитве, вершили полный цикл, в коий была заложена одна грандиозная цель — обуздать мощь пара, направить его на нужды Мидгара и всего мира.

Именно здесь, в Этале, в единственном во всём мире месте, рождались паровозы и паровые двигатели, именно отсюда выходили машины и механизмы, именно здесь рождались вены, по которым текла кровь современной экономики…

…и вены экономики в своих руках держала семья, чьей фамилией было названо сосредоточие промышленной мощности.

«Паровозная мануфактура семьи Блэк»

Маркус Блэк, тучный мужчина в преклонных годах, пригладил плешь посреди редких каштановых волос, сидя на веранде загородного поместья семьи. Взгляд серых глаз был устремлен на силуэт Этала, города, в который он вложил всю свою жизнь.

Его детище, его город-фабрика, наперекор всему, расцвёл. Из мастерской небольшого городка на отшибе Мидгара, где он обучился основам обработки металла, за почти семьдесят лет выросла промышленная столица не только королевства, но всего мира. Именно здесь родилась первая паровая машина мира…

«Этал, жемчужина мидгарской короны…»

Смотря на своё детище, Маркус лишь тоскливо вздыхал. Богиня послала ему двух сыновей — Арктура и Криса, но никто из них не мог принять в свои руки дела семьи. Кому он должен был передать Этал, когда старого графа не станет?

Арктур? Ответственный, мужественный, исполнительный, умный не по годам и прагматичный — на первый взгляд — идеальный наследник дела семьи… Но когда он отправился в столичную академию, всякие надежды на него рухнули — в мальчике раскрылся талант магического мечника.

На тёмного рыцаря из Этала обратил внимание лично покровитель семьи, благодаря которому Паровозный Граф стал графом, и отказать ему было бы просто неудобно — тем более, что перспективы для Арктура открывались поистине окрыляющие… и тогда Маркус обратил внимание на своего младшего сына — Криса…

…который стал для Паровозного Графа настоящим разочарованием. Словно в противоположность Арктура, Крис был… плаксой, больше похожим на девочку, нежели на мальчика. В нём не было ничего, что хотя бы роднило его с братом — словно старший брат забрал у Криса все достоинства, оставив лишь недостатки.

«Крис лишь развалит компанию…» — качал головой Маркус. Крис должен был стать надеждой семьи, но пока что лишь стал его самым большим разочарованием. — «Неужели я не заслужил достойных наследников, Беатрикс?» — старого графа нельзя было назвать богобоязненным человеком, и всё же, казалось, что некая высшая сила не хотела, чтобы мануфактура осталась в семье основателя…

Что могло пойти не так?

Как при том же подходе к воспитанию наследника из Арктура вырос достойнейший юноша с большим будущим, а из Криса — комнатное растение?

*******************

В комнате царил небольшой беспорядок — настолько небольшой, что он казался естественным… Деревянная дверь была заперта, чтобы никто не мог пройти и помешать ему, оторвать от дел…

Он сидел за столом, в зеркале у стены отражался его силуэт — низкий, тонкий, болезненно-бледный, словно кожа мальчика не видела солнечного света. Его иссиня-чёрные волосы достигали уровня плеч, не были расчёсаны, и от того казались неряшливыми.

Под чёрными же глазами залегли глубокие тени, он выглядел… замученно. Всякий, кто посмотрел бы на мальчика со стороны, подумал бы, что у него не все в порядке в семье… но правда была иной.

Крис — так звали мальчика, который сидел, склонившись над потрепанной, изрядно пожелтевшей книгой. Он клевал носом, моргал, но продолжал читать, заставляя мозг работать с новой силой.

«Теперь понятно, почему рунической магией никто не пользуется…» — он встал и подошёл к окну, а после шумно выдохнул, чтобы стекло запотело.

— Руна «Свет», — он взял книгу, и старательно вывел на стекле знак — ломаную из двух звеньев, одно звено длиннее другого. Он попытался влить в знак немного маны, чувствуя, как мана с огромной неохотой продвигается через тонкий слой воды на стекле…

Мана достигла точки излома, перешла через неё, и достигла конца руны… но вода почти мгновенно исчезла со стекла, испарившись…

«Может, ему нужен другой материал?» — Крис был озабочен. Но эта озабоченность все же была приятной — она занимала его разум, интересовала, хотела толкнуть его вперёд, отдаваясь не болью, но неким манящим теплом.

Он повторил то же самое с листом бумаги, нанеся на него руну с помощью чернил, и снова влил ману… но снова не произошло ничего — разве что, как ощутил Крис, бумага ощутимо нагрелась.

«Мана превратилась в тепло?» — нахмурился парень, после чего достал тетрадь и стал записывать и зарисовывать…

Измотанный юноша и сам не заметил, как в конце концов сон свалил его, бросив в пучину самого ужасного кошмара…

*****************

— И сейчас я наглядно покажу тебе это…

— Т-ты! З-за это! Поплати… — не сумел договорить парень, когда ощутил, как кровь утекает из него, остывая, холодя кожу и унося за собой жизнь.

— Врача сюда! — вслед за ним вторил женский голос.

Вслед за этим пришло чувство, которое он мог назвать самым страшным, самым неумолимым, что он когда-либо ощущал. Чувство, когда все силы истекли, пока он всё ещё был в сознании. Он мог ощущать поистине могильную пустоту, ему было холодно… когда в одно мгновение всё оборвалось.

Ему на смену пришло нечто куда более страшное. Не было вообще ничего — словно в одно время он перестал видеть, слышать, ощущать запахи, вкус и прикосновения. Пропало ощущение времени, остановился даже ход мыслей — осталась лишь лента воспоминаний, которая раз за разом проносилась перед ним…

Снова и вновь он проживал мгновения. Рождение, жизнь, страх, любовь, ужас и смерть… И снова — словно замкнутый круг, по которому он шёл раз за разом, буквально по крупицам собирая всё, чем он был прежде, чем начался этот адский бег.

«Киригая Кадзуто» — имя, которое он носил при жизни.

«Кирито» — прозвище, которое пришло ему на смену, вместе с самыми яркими в жизни чувствами и воспоминаниями.

Снова и вновь начинался проклятый калейдоскоп, но в одно мгновение, которого не смог уловить разум, у него появилось одно чёткое чувство — совершенно новое, такое, которое сначала было трудно осознать, но которое заменило ему всё. Если бы его попросили описать это новое чувство, самое близкое, с чем его можно было бы сравнить — обоняние или зрение.

У этого чувства были свои цвета, свои размеры, свои величины, своё звучание и запах — буквально мириады чувств, которые ударили по единственному доступному ему восприятию…

Дальнейшее смешалось в его восприятии — будто его подхватил бурный поток, он летел через бесконечность, через всё новые и новые фигуры, через всё новые величины, навстречу перенасыщенному облаку, через который пробивался яркий свет…

…после чего все пять чувств вернулись к нему. Но то самое чувство, которое он познал в безвремении, осталось с ним, стало естественным — настолько естественным, что это чувство было впору называть шестым — дублирующим все прочие…

.

Киригая Кадзуто… или Крис Блэк?

«Кто я такой?» — спрашивал сам себя маленький мальчик, первые четыре года жизни которого перемежались между сном и полуявью. Перейдя некую грань, когда он осознал собственное «Я», мальчик столкнулся с тем, от чего отныне хотел сбежать.

С призраками прошлого. С призраками и демонами, с грузом совершённых ошибок, с осознанием того, что было нереально — юноша, ушедший в свои шестнадцать лет, погруженный в пучину отчаяния, всё же вернулся в мир живых…

Вернулся… чтобы плакать в подушку, пока его никто не видит.

Больше у него не было желаний и стремлений. Сейчас он не хотел ничего — не хотел бороться, не хотел искать ответов, не хотелось даже шевелиться. Хотелось просто завернуться в тёплое одеяло тьмы, и больше никогда не высунуть оттуда носа.

«Ты сделал всё, что мог. Тебе больше не нужно бороться. Спи, ” — словно голос ныне мёртвой возлюбленной Кадзуто звучал в голове, поддерживая его единственное стремление.

Назад, в тёплую и тихую тьму, где нет ничего. Где никто не достанет, где не придётся бороться, где не придёт очередной Суго, и не заставит его вновь увидеть собственную кровь, не отправит обратно в мёртвую пустоту…

И новое окружение, вопреки его желаниям, очень старалось достать маленького Криса из тёплого одеяла… Но мальчик противился этому — пусть даже это приносило ему проблемы, всех последствий которых он не хотел понимать. Всего, чего хотел Кирито, выражалось в его гневной тираде:

— Отъебитесь от меня, все вы! Ты, братец, ты — отец, и вообще — все вы!

В итоге, вечно простывший, тихий и безжизненный юноша, коротал свои дни в тишине и покое… До одного события. События, настолько смешного и малого, что в прошлой жизни Кадзуто забыл бы о нём уже через пару часов.

Он порезался о бумагу.

Порезался несильно — едва прорезав кожу на одной фаланге пальца. Вот только от вида собственной крови Криса вырвало, стало трудно дышать, а перед глазами встали окровавленные руки в больничной палате.

В тот момент парень не знал, что на него нашло. Но в порыве ужаса, Крис обратился к тому самому шестому чувству, увидел, как через кровь из него что-то утекает, подобно тонкой нити, которую он мог осязать своим шестым чувством…

Капелька крови, выступившая на пальце, повинуясь этому чувству, застыла, а вслед за этим и вытянулась, словно у него брали анализ крови при помощи пипетки — вопреки силе притяжения.

От увиденного зрелища страх сменился оцепенением, а после — и любопытством. Кровь, повинуясь этому шестому чувству, могла принимать форму, которую сам Крис хотел, могла в одно мгновение стать твердой, или расплыться по пальцу алым пятном…

А затем кровь вернулась в рану…

Осторожно, медленно, но верно, он заставил капельку крови вытечь из раны, на этот раз, она была больше.

Кирито чувствовал, как с этой каплей соединено целое дерево, своими корнями пронизывающая тело — ноги, руки, корпус и голову — везде были тонкие и не очень корни этого дерева…

«Вены, сосуды, артерии…» — припомнил он школьные знания анатомии, вздрагивая от вида крови.

Кровь на пальце, повинуясь шестому чувству, превратилась в очень тонкий кусочек прозрачно-красной плёнки, которая при вливании сил стала очень твердой. Настолько, что когда Крис провёл углом этой пластины по стеклу, на нем осталась глубокая царапина…

После чего, он вернул кровь назад.

«Это… и есть магия?» — задал Крис сам себе вопрос.

Новое знание было увлекательным. Казалось, что всего на мгновение, но он захотел вылезти из своего мрачного кокона, хотел познать что-то…

И в те моменты, когда Кадзуто постигал что-то новое, теплый кокон тьмы давал трещину, через которую светил тусклый, одинокий светлячок интереса…

*****************

Парень проснулся резко, едва не упав со стула. Уже давно его сон не был спокойным, как и пробуждение стало резким, словно он выныривал из-под воды.

«Вряд ли я проспал больше пары часов…»

Крис посмотрел на зарисованную им в блокноте руну «Свет», и пытался понять, почему ничего не работает?..

— Как вообще в теории должны работать руны? Почему именно такие фигуры? — он честно пытался понять принцип их работы, хотел выяснить, познать и понять закономерности их работы, для чего и взял эту книгу из семейной библиотеки…

Но, казалось, среди этих каракуль, написанных на староалександрийском языке, через которые приходилось продираться с помощью словарей, не было какой-либо закономерности.

Всего эта книга, несмотря на свою толщину, содержала всего лишь пять рун — Свет, Пламя, Звук, Мороз и Усилие…

Свет был самой простой из них, Пламя и Мороз самыми сложными в начертании. Те руны, что попроще, были незамкнутыми ломаными с несколькими звеньями. Пламя и Мороз же представляли из себя сложные фигуры.

«Бумага нагрелась вследствие вливания маны в руну» — Крис посмотрел на собственную запись. — «Нагрелась?»

Он взял блокнот и нанес свежие чернила поверх руны «Свет», после чего влил ману в этот рисунок. Свежие чернила при вливании высохли, и, как и ожидал Крис, бумага была теплой.

«Эффект определенно есть…» — он снова и снова наносил чернила, и снова вливал ману — меньше маны, больше, и даже сделал рисунок теплым молоком…

«Я что-то упускаю…» — он видел у руны два конца, что сходились в одной точке — там, где ломаная изламывалась, и в его голову пришла идея.

Он влил ману одновременно с двух сторон — и сначала ничего не происходило… Но присмотревшись, Крис не мог поверить своим глазам — в точке излома появился очень тусклое, холодное свечение, едва заметное при свете дня…

«Как это может работать?» — он коснулся одной из линий пальцем, и тут же одернул руку — место было настолько горячим, что держать там палец дольше секунды было просто невозможно. Крис тут же прекратил вливание маны.

Вторая линия — та, что покороче, была не такой горячей.

— Руна греется при работе… Маны идёт много, а свет настолько тусклый, что с ним даже не почитаешь… теперь мне стало чуть понятнее, почему рунами никто не пользуется.

Но перед Кирито все еще стоял вопрос — что за процесс происходил в точке излома? Как мана переходила в свет, и как она переходила в тепло? В чем была суть самого процесса?

— Света мало, тепла много… В длинной линии тепла больше. Может, там и маны теряется больше?

Он попробовал нарисовать ещё одну руну — но острый угол был заменён на прямой, а длина звеньев стала одинаковой. Крис принялся вливать одинаковое количество маны, в ожидании какого-либо эффекта…

Сначала ничего не было, кроме ощутимого нагрева бумаги, но когда в руну потекло огромное количество маны, в точке излома возникло свечение — на этот раз — теплого жёлтого цвета, словно светила лампа накаливания….

«Исходная руна давала холодный свет…» — в одно мгновение, бумага начала скукоживаться и желтеть, когда Крис прекратил процесс. Тетрадь была горячей, словно включенный утюг…

— Что вообще происходит в этот момент? — Крис взял перо и наскоро зарисовал руну. С двух ее концов он нарисовал стрелки, направленные к точке излома — Два одинаковых потока маны вливаются в материал, из которого сделан контур руны — несколько слоев чернил. Проходя через отрезки пути, мана как будто частично преобразуется в тепло… а после сталкивается в одной точке, переходя в тепло, и частично — в свет… Выходит, переход маны в другое состояние — это следствие ее взаимодействия с самой собой и материалом руны.

Это явление так и хотелось назвать «Резонансом» или «Детонацией» маны…

Ни в одном прикладном труде о магии, или научном журнале о таком не писали… Казалось, что юный волшебник достиг результата, и сделал шаг на пути познания… но этот шаг был лишь одним из тысячи.

Кирито чувствовал, как в нем пробуждается любопытство. Чувствовал, как хочется провести ещё один эксперимент прежде, чем он вернётся в свой тихий омут, испытывал нужду в познании нового…

Хитиновый кокон теплой тьмы, что окружал юношу, в этот момент дал ещё одну трещину…

Глава 22. Знание - сила

Месяц Штормов сменился месяцем Снегов, и белое покрывало скрыло за собой как крыши Этала, так и, хоть и частично, прижало и разогнало столбы дыма из труб…

В город стекалось все больше и больше людей, отправлявшихся на заработки из деревень и сел… Всякому, кто искал, находилось рабочее место и свободная койка в общежитии.

Крис Блэк не знал, как относиться к этому времени года. Уже начиная со второй половины осени, он легко простывал, и вплоть до самых весенних оттепелей вынужден был ходить с заложенным носом…

Хотя летом удушливый смог с мануфактуры и испепеляющая жара приводили к тому, что половину лета Кирито проводил, чихая. По крайней мере, зимой воздух был куда чище…

«Лишняя причина сидеть дома и не высовываться» – думал он, бросив взгляд в окно, а затем заглянул в изрядно исписанную тетрадь.

За осень он не смог продвинуться в понимании явления работы рун - Крис чувствовал, что упёрся в некий потолок, в некое препятствие, через которые ему было невозможно перебраться, продолжая делать то, что он делал - раз за разом вливая ману, и так, и сяк поворачивая руны, пытаясь достичь какого-то эффекта.

Мальчишка поправил локон черных волос, который так и норовил залезть в глаза. Не то, чтобы ему было комфортно с длинной шевелюрой, но…

«Сколько их не стриги, отрастут - и глазом моргнуть не успею…» – вздыхал парень, в очередной раз срезая достигшую уровня талии шевелюру.

Словно кто-то очень хотел таким образом над ним поиздеваться, но волосы на голове у парня отрастали быстро - за полтора месяца шевелюра вырастала почти до пояса. Поэтому, чтобы не париться с этим лишний раз, он просто позволял им отрастать и стриг раз в месяц…

«Хотя так я ещё больше смахиваю на девушку…»

Крис тряхнул головой, выбрасывая из нее посторонние мысли. Снова смотря на руну “Свет” с нарисованными стрелками, он не понимал, с какой стороны ему подступиться к явлению, которое Кадзуто назвал резонансом.

«Зайдем с конечного результата - с резонанса - некого процесса преобразования маны в свет. Два потока маны сталкиваются в одной точке, где происходит ее преобразование в тепло…» – брови мальчика медленно поползли вверх, когда к нему пришло осознание. – «А нужен ли вообще этот рисунок? Может ли резонанс получится без него?»

Он взял угольную сажу, перемешанную с маслом, и осторожно, чтобы ничего не испачкать, нанес ее на исписанный лист.

Насыщенная черным цветом субстанция окрасила бумагу, а масло впиталось в нее. Всего одна линия - линия о двух концах, и точка, которая делила ее пополам. Там Крис нанес больше краски, чтобы возникла капля.

«Попробуем…» – мана принялась слабыми потоками течь по назначенной ей дороге, но при малом объеме не происходило ничего. Крис попытался влить больше маны, но в этот момент ощутил, как от точки в центре исходит холод - словно кто-то открыл окно на улицу.

Ощущения Криса при этом изменились - ориентируясь на свое шестое чувство, так и хотелось сравнить возникший эффект со струей воды, что под огромным давлением вырывалась из шланга и разлеталась во все стороны. Вода, как мог описать это Крис, имела свою, совершенно неповторимую черту - он не мог описать это словами, но словно в воду был добавлен краситель, который на протяжении всего эксперимента менял цвет с синего на желто-красный.

Крис продолжал вливать ману, увеличивая ее объем - вот он уже достиг той ступени, когда скоро настанет предел его сил, а шестое чувство говорило, что воды стало больше, а ее цвет изменился на ярко-оранжевый, когда бумага в одно мгновение занялась синим пламенем.

– Вот же! – он быстро сбил пламя рукой, не дав ему распространиться на весь лист…

«Резонанса можно достичь и без рун?!» – Крис недоуменно смотрел на творение рук своих

– Кажется, это эффекты рун Мороз и Пламя… или бумага разогрелась настолько, что вспыхнула. До чего прожорливая штука…

Но все же, этот опыт показал Кадзуто - резонанса можно достичь, даже не имея рисунка - просто заставь два потока маны столкнуться…

«При малом объеме ничего не происходило… Может ли быть, что резонанс - это некий паразитный, побочный эффект, в малых объемах настолько незначительный, что им можно пренебречь?»

Крис попытался спроектировать новое ощущение на все, что он знал до этого. Тот самый напор воды, бьющий ключом - не ощущение окружающей маны, но что-то близкое, что-то, что скорее напоминало угасающую свечу, которая вновь загоралась, и вновь почти угасала…

«Могло ли это быть резонансом?.. Это ведь процесс перехода маны - если суметь почувствовать ману, удастся почувствовать и резонанс, значит… Мне нужно больше практики?»

В тетради тем днём добавилось несколько новых записей, но продолжить свои эксперименты ему не дали - отец позвал его, чтобы сообщить кое-что важное…

********************

Маркус Блэк… сидел в гостиной дома, приветствуя гостью в доме, и испытывая смешанные чувства касательно своей затеи.

Младшего сына нужно было расшевелить, привести в форму и не дать ему окончательно закрыться ото всех… и старый граф решил пойти уже проверенной тропой, наняв для него учителя фехтования.

Учителя, который уже имел дело с его семьёй, вырастив в Арктуре талант, сдержав порывы старшего сына к шалостям и направив их в нужное русло.

Перед ним сидела его гостья - с момента своего предыдущего визита она ни капли не изменилась - выглядевшая по человеческим меркам лет на двадцать эльфийка могла похвастаться внешностью, достойной императрицы Вельгальты - хорошо сложенная, стройная и подтянутая - такой никакие украшения и платья не нужны, чтобы блистать среди огней.

Платиново-серые волосы были распущены, а яркие голубые глаза отражали собой лишь безразличие. Ее одежда не изменилась с момента их последней встречи - все та же темная накидка с капюшоном и откровенный, открытый летний белый наряд из топа, шорт и чулков…

«И как она носит такое зимой?..»

Вероятно, ей было просто плевать на приличия, плевать на всякий стыд - «Богиня войны» была холодна, спокойна и невозмутима в любой ситуации. С ее силой следовало считаться, и вряд ли бы нашелся кто-то, кто высказал ей свое неодобрение в лицо…

– Это он? – раздался тихий женский голос, когда она посмотрела графу за спину.

Маркус не слышал шагов, и когда обернулся, то едва не уткнулся лицом в грудь младшему сыну.

– Звали, отец? – хмурый и раздраженный, со слегка диким взглядом, Крис всеми силами пытался показать, что ему не хочется здесь быть.

«Почему он всегда такой колючий?»

– Звал. Знакомься - леди Беатрикс. Следующие полтора года она будет обучать тебя фехтованию. Она пользуется моим полным доверием, и я рассчитываю, что ты не оплошаешь…

«Учитывая, сколько “Богиня войны” берет за частные уроки… не думаю, что она позволит тебе оплошать, сын. Она выбьет из тебя всю эту твою дурь и лень»

– Меня… фехтованию? – голос сына звучал надломлено, сипло. Лицо мальчика, и без того бледное, было белее самых качественных белил. Крис, конечно, быстро взял себя в руки и собрался, но бледность с его лица не сошла.

Мальчик по-новому взглянул на свою учительницу - оценивающе, словно пытаясь разглядеть в ней что-то…

«Даже если ты этого боишься, Крис… это нужно тебе. Ты должен получить урок мужества и смирения»

******************

«Не хочу… я больше не мечник. Навыки меча не помогли мне в больнице - когда они были нужны больше всего» – единственная мысль о том, что пойдя этой дорогой, он повторит свою же судьбу, и умрёт в луже крови, вызывала у Криса животный ужас. – «Оставьте меня уже в покое… или я за себя не ручаюсь»

Он посмотрел на эльфийку, которую отец Криса назвал его учительницей… и почувствовал почти то же самое, что было во время эксперимента с рунами.

От Беатрикс исходил резонанс - резонанс такой мощности, что, если принять линейный закон увеличения насыщенности резонанса от количества вложенной маны, для достижения такого эффекта требовалось взять максимум Криса, и умножить его раз в пятьдесят - шестое чувство Криса делало этот резонанс видимой аурой голубого и красного цветов…

«У живых существ тоже есть резонанс?..» – только и смог подумать Кирито, когда столкнулся взглядом с ней. – “Но у неё этого резонанса как будто… два?”

Взгляд эльфийки казался безразличным, но парень чувствовал, как его промораживает до костей. Его оценивали, его буквально просвечивали насквозь, словно вместо кожи и костей было стекло, а все мысли были выведены на лбу…

Невольно он дернулся и, повинуясь рефлексу, потянулся было к мечу, что должен был висеть за спиной…

…если бы он там был, конечно. Пальцы нащупали лишь пустоту, от чего парня охватило лёгкое чувство паники. Он был совершенно не готов к такой встрече, ему нужно было уходить…

– Мне… нездоровится, – прохрипел Крис. – Я… п-пойду, пожалуй.

– Стой, – в апатичном, безэмоциональном голосе Беатрикс была сила, которой противиться было сложно...

*****************

«Жарко»

Единственная мысль, что посещала ее голову в этот момент.

«Ничего интересного»

Ее мысли были короткими, словно порублеными на куски… и от того - стремительными, не подлежащим иному трактованию.

Старик, чьего имени она даже не запоминала, похоже, был готов разменять все сокровища мира на то, чтобы она стала учить его младшего сына…

Старшего сына Беатрикс помнила - целеустремленный, талантливый… но всё же, неинтересный - он не был тем, чье имя застряло бы в памяти эльфийки, и мысль о котором была бы длиннее пары слов…

Эльфийка находилась в поисках и скитаниях. В поисках чего-то, мысли о чём нужно было посвятить больше, чем пару сухих слов. Уже почти целое столетие она хотела найти что-то сложное, что-то, что, как считала эльфийка, пробудит в ее разуме движение…

И в момент, когда в гостиную вошёл он, в голове возник целый поток слов.

Она уже не раз встречала таких людей - тех, кто укладывался в мыслях двумя словами:

«Сломанный клинок»

Разбитые, пожираемые собственным страхом, захлебывающиеся в слезах и горе… в тех чувствах, которых сама эльфийка лишилась уже давно…

«Сила. Нераскрытый потенциал»

Она не могла ответить, в чём заключалась затаенная где-то внутри сила человека… но могла сказать, что он силён. Словно в его тени горело черное пламя, почти угасшее, затаившееся в ожидании возможности возгореться вновь.

В его движениях не было чёткой техники, но сквозил скромный опыт. Человек не был уверен в своем мече из темного огня, к которому тянулся, но которого отныне у него не было.

Он также чувствовал ее силу - несмотря на то, что сила Беатрикс была сокрыта. Он чувствовал ее ману, казалось, видя также и ману ныне излеченного проклятия…

«Всегда один»

Отстранённый, не желающий здесь быть, желающий уснуть и не проснуться…

«Сломанный клинок, которому нужен ремонт и надлежащий уход»

Крис Блэк… это имя всплыло в разуме эльфийки. Всего на мгновение, она ощутила, как рубленные мысли обретают форму:

«Я починю этот меч» – думала она, не воспринимая его как человека, но скорее, как игрушку-головоломку, которую хотелось разгадать…

*****************

«Меч»

Для кого-то простое название оружия не означало ничего. Но не для него. Для него тренировочный меч, который он держал в руках, казался противным, предательским, вызывающим некую брезгливость...

Безотказный до того инструмент дал осечку в момент, когда Кирито полагался на него больше всего - в ситуации, когда на кону стояло нечто большее, чем его жизнь… и теперь, смотря на эту форму, смотря на клинок и гарду, чувствуя вес и баланс, Кирито хотел… просто выбросить его. Словно рукоять была вымазана маслом, а ладони противились попыткам парня взяться за рукоять…

Но сейчас, меч был для него был единственным шансом устоять.

Беатрикс бросилась на него, держа в руках свой настоящий, боевой клинок - нодати, размеров которого хватило бы, чтобы разрубить не то, что лошадь - им можно было срубить многовековой дуб, который Крис не смог бы даже обнять…

Кадзуто не сомневался - мастерства Беатрикс хватит, чтобы остановиться… и все же, зрелище несущегося на огромной скорости лезвия пробуждал в нем давно позабытые навыки, толкало во все стороны разом, в попытках уклониться…

Он мог уследить за атаками эльфийки, но никак не мог за ними поспеть - разум успевал среагировать на угрозу, но слабость тела становилась настоящим бутылочным горлышком…

…вследствии чего, Крис ощутил, как у его ключицы, по направлению к шее, завис самый кончик двухметрового изогнутого меча.

– Твой бой продолжается, – прозвучал голос Беатрикс.

«Заткнись…» – Кирито всерьез думал сказать это вслух, но вовремя смог себя одернуть. Вместо этого, он просто выронил меч из рук, чувствуя некое облегчение, когда дерево со стуком ударилось о дерево… – «Она не может знать о прошлом»

– Ты не хочешь жить?

«Слушай, не могла бы ты отстать от меня?..»

– …в этом нет смысла, – смиренно ответил он.

– Ты не заслуживаешь второго шанса? – казалось, что Беатрикс видела Кирито насквозь - едва ли не читая его мысли…

«Второй шанс?..» – в этот момент, Крис задумался…

Он и раньше думал об этом - о причинах и следствиях, приведших к его появлению в этом мире, к его… перерождению. Что это за мир? Быть может, это его персональный ад, где он обречен на страдания…

Или, хотя Кирито в это совершенно не верил, он оказался здесь по велению некой высшей воли, которая хотела от него чего-то…

Как бы там ни было, ни первого, ни второго Кадзуто не хотел - он не хотел здесь быть, и перерождению, наверное, предпочёл бы уйти в небытие вместе с Асуной…

«Хотя, если безвременье и есть небытие…» – опыт, когда у него не было ничего, кроме шестого чувства, вьёлся в подкорку разума намертво – «Не знаю, что хуже…»

Заслуживал ли он второго шанса?.. Только сейчас он дошел до формулировки вопроса… на который Кирито был готов дать однозначный ответ.

– Не заслуживаю, – он потерпел поражение, погиб и обрёк Асуну на вечность в безвременье… за свою короткую жизнь он успел стать виновником многих смертей, за которые сам себя он простить не мог.

«Безвременье…» – в голове вновь всплыла модель ощущений, которую передавало чувство магии…

В этот момент его зрачки расширились - к нему пришло осознание вероятности:

«Если из безвременья вышел я… не могла ли Асуна тоже оказаться в этом мире?»

Тёплый кокон тьмы дал ещё одну маленькую трещину… которая почти тут же заросла.

«Это лишь глупая надежда... мне просто хочется в это верить...»

– Не заслуживаю, – повторил Крис более твёрдым голосом, подбирая меч, и все ещё чувствуя, как рукоять норовит выскользнуть из ладоней – Я больше не мечник…

«Я - маг»

Больше он не был мечником. Меч в его руках - лишь инструмент - проводник маны, лишь ступень на пути познания, шаг к тому, чтобы отточить магические способности.

Он влил ману в меч, чувствуя, насколько легко и непринужденно волшебство течёт по древесине, укрепляя её. В сравнении с чернилами и прочими составами, которыми Крис рисовал руны, дерево казалось куда более податливым, восприимчивым к потоку маны.

«Магическая проводимость…вот насколько она влияет. А как она могла бы повлиять на резонанс?»

– Мастер Беатрикс, – Кирито уверенно посмотрел на эльфийку. – Как мне стать лучше в плане магии и ее контроля?

– Способов много, но все они сводятся к одному - чтобы научиться эффективно использовать ману - нужно использовать ману, использовать ману и использовать ману…

«Ну, чего-то подобного стоило ожидать…»

– Влей в меч столько маны, сколько сможешь сдержать…

Кирито послушал ее совета, и принялся вливать все больше и больше маны. С каждой секундой, казалось, своим шестым чувством он мог пощупать буквально каждую клеточку доски, из которой был сделан меч. Он чувствовал, как предмет в его руках становится все тверже, словно пустая бутылка, в которую вливали воду…

«Ещё!» – теперь эта бутылка была полна до краев и закупорена, но давление продолжало поступать, когда предплечья и ладони Криса обожгло и свело судорогой. Все произошло настолько неожиданно, что мальчик выронил меч из рук.

– Ч-что это было?

– Магическая перегрузка… Ты загнал себя на грань - грань, доступную телу и оружию. Я не останавливала тебя, чтобы ты мог нащупать свой нынешний предел, и не заходить за него…

Кирито стиснул зубы, разминая тонкое предплечие… Кажется, эти тренировки будут болезненными…

Но если он хотел сделать следующий шаг на дороге познания, боль и синяки придется терпеть, придется стиснуть зубы и идти дальше…

Эта дорога ведь не приведёт его к повторению печальной судьбы Киригаи Кадзуто, ведь так?..

*****************

По окончании этой экзекуции, он и мастер Беатрикс присели на лавку. Сначала она молчала, но после тихим голосом спросила:

– Ты не встречал в Этале эльфа, похожего на меня?

– Нет, – честно ответил Кирито. Внешность эльфийки была настолько яркой и приметной, что пропустить ее в толпе было решительно невозможно. – Вы кого-то ищете, мастер?

– Она моя… племянница. Дочь моей умершей сестры…

– Оу…простите.

– Не надо извиняться. Просто, если ты встретишь ее… я хочу знать об этом. Она может быть в опасности…

Глава 23. Магия и меч

Месяц Снегов оправдывал своё название… Метели не стихали ни днём, ни ночью, засыпая город снегом всё сильнее и сильнее… Словно Этал был зерном, которому предстояло укрыться снежным одеялом, чтобы дать в месяц Цветов ростки жизни…

Крис Блэк сидел у окна своей комнаты и думал, что не видел настолько долгих, продолжительных метелей…

«На улице, наверное, снега по самые ноздри…» — думал он, получше укутываясь лицом в шарф, который мальчик не снимал даже дома… Не хватало ещё простыть в столь ответственный, долгожданный момент…

Несмотря на метели и зиму, логистика королевства, течение крови экономики по её венам, не останавливалось ни на шаг, что и позволило Крису отправить письмо туда, где он мог бы получить действительно любопытные подробности…

Лаогус. Академический городок, основанный вокруг тамошней академии — одно из мест, где развивалась мидгарская наука, и где познавался окружающий мир. И естественно, что первооткрывателям нужно было где-то публиковать свои исследования…

Именно образцы такой публикаций и выписал себе Крис. Он оказался в полнейшем тупике — у него не было мыслей, что ещё можно выжать из его новых открытий… Но Кирито чувствовал, что стоит на пороге чего-то большего, нужно только протянуть руку в нужную сторону — и он совершит огромный скачок по дороге познания, разом перемахнув десяток шагов…

«Теория магических частот»

«Происхождение маны, или к вопросу о контроле»

«Магическая перегрузка. Причины и следствия»

«К вопросу о магической проводимости»

Кадзуто с придыханием смотрел на довольно тонкие, словно тетрадь, труды. Он чувствовал, что ему ещё нужно подготовиться к чтению — ибо если уж он застрянет в изучении, то не выйдет к ужину, или и вовсе заснёт за книгой…

И в рамках этой подготовки ему нужно было кое-что, что напоминало парню о родном мире. Эликсир бодрости, своего рода займ у самого себя времени бодрствования, к которому Крис в последнее время пристрастился похлеще всякого иного напитка.

Кофе. «Столичная диковинка», как выразился дворецкий, доставивший несколько бумажных упаковок хорошо размолотых зёрен с крайне характерным ароматом. Пока что — продающихся всего в одном месте столицы, но Кирито не сомневался, что эти зёрна завоюют мир уже очень скоро — паровозы и пароходы разнесут их по всему миру в считанные пару лет…

«Так и кофеманом стать недалеко…» — покачал он головой, прикладываясь к очередной чашке, в которой были также сахар и сливки…

— С чего бы начать? — Крис огляделся, и подошёл к двери, чтобы убедиться в отсутствии посторонних глаз.

В коридоре было пусто, и этого парню было достаточно — он поплотнее закрыл дверь и провернул замок, чтобы закрыться.

— Вот так-то лучше…

«Начнем с магической проводимости…»

В самой тетради, кроме всего прочего, была нарисована ещё и таблица со сравнительной таблицей материалов — довольно скудной по объему…

«Метеоритное железо — в зависимости от чистоты, 8-10 процентов. Угольная сажа — менее одного процента или значения не удалось зарегистрировать»

«Магическая проводимость — величина, что описывает потери маны в материале при наполнении его магической энергией. Установлено, что потерянная мана может переходить в тепло или рассеиваться в окружении в виде света.

Неясна сущность процесса и причины потерь, однако установлено, что материалы, имеющие явно магическое происхождение (мифрил, сплавы на его основе, древесина из особо богатых маной мест и иные) имеют явно более высокую магическую проводимость» — прочёл Крис выдержку из труда.

— Интересно, а как эти процентные величины выводили? — едва парень успел задаться вопросом, как его глаза наткнулись на описание эксперимента:

«В образцы материала одинаковых размеров и формы опытным магом вливается мана одинакового объема, величиной сто условных единиц маны, после чего измеряется остаток количества маны. Процесс повторяется до десяти раз, после чего вычисляется среднее значение»

— Попытка свести все к математике и условным единицам… Эти учёные, кем бы они ни были, явно знают свое дело, — воздал Кирито должное исследователям. — С математикой все стало бы проще…

«Теория магических частот»

Этот труд был написан более литературным языком, а его обложка была более украшенной.

«Магическая частота. Одна из основных загадок современной магической науки — неясны ни ее природа, ни закономерности формирования, ни ее принципы.

Все, что известно — для всякого магического существа эта частота уникальна — она взаимосвязана со всяким магическим процессом существа, будь то человек, эльф или даже слизь…

Частоты одинаковых существ похожи, как и похожи магические частоты близких родственников — но именно что похожи — не одинаковы.

Они похожи, словно числа тысяча и тысяча двадцать — что позволяет говорить о неком наследственном переходе частоты маны…

Неясно ее влияние на использование маны и имеет ли она эффект — исследования (см. страницы 17-19) не позволяют сделать однозначных выводов»

«Магическая частота…» — Кирито задумался. — «Резонанс - это тоже неизученное явление — по этой части в Лаогусе вообще ничего. Быть может, попробовать как-нибудь поиграть с магической частотой?»

Крис не был уверен в результате, но понимал, что познание — это путь проб и ошибок, в котором придется перебирать даже самые невероятные, самые нелогичные варианты, пытаясь найти в итогах эксперимента заветное зерно истины…

«Может ли маг влиять на собственную частоту?.. И если столкнуть между собой два потока маны с разной частотой?»

Он продолжил изучение, но уже довольно скоро третьи сутки без сна дали о себе знать. Сам того не заметив, Кирито провалился в глубокий, почти мёртвый сон. Впервые за долгое время его сон был спокойным, словно высшая воля вознамерилась дать ему передышку, поощрить успехи юноши в его начинаниях…

****************

— Мастер Беатрикс.

— …

— …может ли маг испустить ману с частотой, которая отличается от его собственной частоты?..

— Может.

«Это было… проще, чем я ожидал»

К кому следует обращаться по вопросам магии? К эльфийке, за плечами которой не одно десятилетие изучения собственного волшебства и познания. Даже если бы она не знала бы ответа на его вопрос, то хотя бы могла дать наводку с высоты своего опыта, или хотя бы опровергнуть его размышления — при любом раскладе была польза.

— Можете меня этому научить?..

— Если сможешь драться со мной на равных. Для того, чтобы подменять частоту собственной маны, нужен хороший ее контроль, которого тебе не достает.

И молчание.

«Коротко и лаконично. Значит, мне просто надо надрать ей зад…» — казалось, что эта сделка была идеальной — магический контроль был жизненно необходим для дальнейших шагов по дороге познания…

К тому же… быть может, благодаря Беатрикс, Крис слегка окрепнет, и, быть может, станет меньше болеть?..

У него была мысль, с чего начать свое обучение, не притрагиваясь к опостылевшим мечам, но ему нужно провести эксперимент, для чего с кухни были позаимствованы крепкий алкоголь и острый нож… Руки Криса в тот момент тряслись, и сам юноша не мог ответить, от возбуждения ли, от страха или чего-то ещё…

«Наверное, если бы меня увидели таким в родном мире, меня бы отправили к психиатру…» — но за Крисом — тихим, скрытным мальчиком, почти не было надзора, когда парень не хотел лишнего внимания…

Нож был прогрет над свечой и тщательно продезинфицирован крепким алкоголем… Если уж Кирито собирался нанести себе ранение, то ущерб должен быть минимальным…

«Почему… я не могу этого сделать?» — даже держа в руках нож, парень не мог никак собраться с духом… словно пытаясь сделать последнее движение, он упирался в невидимую стену. — «Я… боюсь?»

Он помнил о собственном страхе — он до паники боялся вида своей крови…

«Но сейчас все по-другому. Я не нанесу себе смертельных ран» — пытался убедить он самого себя. — «Мне нужно ранить самого себя…»

Дрожащей рукой Крис все же надрезал подушечку большого пальца, и позволил капельке крови распространиться на небольшом участке пальца, размером едва ли с головку от спички.

«Не смотреть, не смотреть…» — Кирито закрыл глаза — он боялся даже вида своей крови, и все, на что он пытался полагаться — на своё шестое чувство. Вновь парень ощутил, как от этой капли по буквально каждой части тела тянуться сотни и тысячи корешков, по которым циркулировала сама его жизнь. — «Ты больше не потеряешь ни капли крови, Кирито… Здесь нет Суго, а даже если он появится, Беатрикс превратит его в фарш, не успеешь ты даже сказать слово «уёбок»…» — попытался он успокоить сам себя. Крис не мог унять той дрожи, того мороза, что бежал по коже.

Полагаясь на шестое чувство, Кадзуто стал нагнетать в каплю крови ману, стал управлять ей, вытягивать, пытаясь создать из капли тонкий и длинный шип… И на удивление, это оказалось просто.

Крис не чувствовал совершенно никакого нагрева, не чувствовал преграды движению потоку маны, что наводило его на мысль…

«Насколько велика магическая проводимость крови?»

Он продолжал напитывать каплю крови маной, пытаясь нащупать предел ее магической перегрузки. Но все, чего смог достичь Кирито — это прекращения наполнения крови маной — дальше определенного порога мана утекала, словно сквозь пальцы.

Он коснулся тонкого, но длинного шипа, ощущая, насколько твёрдым тот стал. Медленно открыв глаза и сдержав рвотный позыв, Кадзуто провел остриём сначала по торцу доски, из которой был сделан стол, а после и по стеклу…

И там, и там шип оставил глубокую царапину, и там, и там шип прошёлся, почти не встретив сопротивления материала…

«Может, стоит выдавить чуть больше крови?» — он тряхнул головой, выкидывая оттуда дурную мысль. — «Нет. не сейчас» — он смотрел на кровавый шип горящим взглядом. — «Допустим, что объём маны, влезающий в каплю крови — это тысяча, для удобства счёта» — он принялся сводить свои опыты к математике и числам. — «Эту условную тысячу я смог заполнить за… примерно двадцать секунд. Значит, мой предел наполнения — около пятидесяти единиц в секунду… Теперь, попробуем заполнить эту тысячу не за двадцать секунд, а за пятьдесят, сто или и вовсе тысячу…»

Набравшись терпением, Крис приступил к проведению опытов...

*****************

Спустя пару дней, Беатрикс смотрела на сломанный клинок перед ней. Словно бледная тень былой силы, Крис Блэк демонстрировал ей то, чему смог научиться в столь сжатые сроки…

Его контроль над магией в спокойной обстановке, по меркам эльфийки был… абсурдным. Буквально каждую частицу маны Крис был способен уловить и взять под контроль… и все же, его прогресс как магического мечника был никаким.

Богиня Войны не сомневалась — сломанный клинок избрал для себя другой путь. Отказался от пути меча, и избрал иную дорогу, секрет которой Беатрикс так хотела узнать…

«Что это за тропа?..»

Магия, контроль над ней, и никакого меча — словно Крис творил свой путь, никем не изведанный, но несомненно, ведущий куда-то в небо…

Все это интриговало разум эльфийки, на считанные мгновения словно пробуждая ее от того исступления, разрывая тишину, что стояла там уже почти целый век…

«Но почему ты не идёшь путем меча?» — у мечницы было следствие, но не было причины — почему Крис предпочёл бросить то, в чем некогда он явно был искушен. — «Он был бы сильным противником»

«Брезгливость, отвращение» — вот что отражалось в отражении потускневшего от времени и яда мифрила этого сломанного меча.

— Ещё раз, — тихо произнесла она, не отводя от Криса взгляд.

«Предательство. Меч предал его тогда, когда ошибка была недопустима» — Беатрикс не могла читать мысли, но этого и не требовалось.

В движениях Криса сквозили слова, которых он не высказывал вслух. Но в нетвёрдой хватке, уверенной и крепкой стойке, можно было прочесть куда больше, чем высказать словами.

— Ещё раз, — раз за разом она позволяла ему нападать, давала ему время нащупать свои пределы, усилить себя. — Почему ты не атакуешь?

Он пытался ударить её тренировочным мечом, но в его атаках не было намерения поразить свою цель. Уклонения и скорость с каждой секундой становились все более ловкими, опытными, реакция Криса радовала Беатрикс — но в момент атаки руки парня слабели, словно во время взмаха он упирался в стену.

— Достаточно, — она направила свой мифрил-древесный клинок в землю. — В твоих ударах нет души… почему?

— Я не мечник, — выдохнул парень. — Больше не мечник.

— Тогда для чего тебе магия? Для чего ты хочешь достичь мастерства, если не для пути меча?

— Меч обманчиво надёжен… в самый неожиданный момент его не окажется рядом, или он сломается.

— Магию можно заблокировать…

— …именно поэтому я пытаюсь ее познать.

— Ложь, — безэмоционально отрезала Беатрикс. — Ты пытаешься познать магию, чтобы сбежать от мира, который проклял тебя.

«Этот меч сиял лишь в паре с другим…» — эльфийка нависла над ним, отчего Крис поёжился.

— Ты бежишь от одиночества, считая, что тебе никто не нужен…

— …как будто в этом есть что-то плохое, — тихо буркнул юноша, заправляя локон черных волос за ухо.

— Я ничего не сказала. Думая так, ты должен быть честен сам с собой, ты должен сказать самому себе правду. Сколь суровой она бы ни была…

Слова Беатрикс всё же поразили Криса в самое сердце — его ноги подогнулись, а лицо напряглось.

— Встань. Кем бы ты ни был, сделай шаг на новом пути, и иди по нему. Нужно лишь начать…

*****************

Кадзуто чувствовал, что не может отвести взгляда от голубых, безразличных глаз Беатрикс… Словно кто-то держал парня за голову, или словно эльфийка отравила его парализующим ядом, но тихая, безэмоциональная речь, в сознании отдавалась куда громче любого крика.

«Я… бегу от одиночества?» — Кирито был вынужден сделать шаг назад. Учитель поставила перед ним вопрос, на который нужно было дать ответ… иначе, если он уклонится от вопроса, он так и застрянет в своём нынешнем состоянии. — «Да. Я бегу от одиночества…»

— …потому что каждый, с кем я сближаюсь, умирает на моих глазах…

«Я не хочу, чтобы из-за меня умирали близкие мне люди…»

Чёрные кошки полнолуния, Сати, Асуна — все эти смерти были частью одной цепи — злого рока, чьей-то бесчеловечной воли…или же его ошибочных действий. Именно он был причиной их гибели…

…и чтобы больше этого не повторилось, он избрал единственное решение.

— …и больше я не хочу на это смотреть, — Кадзуто не узнал свой голос — больше похожий на тихий плач…

— …тебе придётся жить дальше, — безэмоциональный голос Беатрикс резал его сердце куда больнее ножа. — Чтобы все те смерти не повторились, тебе нужна сила. Могущество.

— Поэтому я и хочу познать мир и магию… Я хочу получить ультимативное оружие, чтобы больше этого не допустить. Оружие, которое сильнее меча…

— Что может быть сильнее меча? — вдруг спросила эльфийка. В этот момент Кирито увидел её совершенно иной — словно девочку-подростка не на шутку озаботила какая-то сложная штуковина…

— Ты не сможешь разрезать или разрубить мир клинком… А миру под силу сломать, затупить или растворить меч, каким бы совершенным он ни был. Магия — это сила мира… — теперь настала пора Беатрикс делать поражённое лицо. Казалось, что в этот момент эльфийка «зависла»…

«Достижение получено: Вы сломали сенсея…» — возникла непрошенная мысль.

В тренировочном зале повисло неловкое молчание…

****************

Смотря за тем, как Беатрикс тренирует его младшего сына, Маркус Блэк вспоминал то издевательство, которым были тренировки Арктура… и не мог понять, почему Богиня Войны столь мягка в отношении Криса. Старый граф ожидал, что эльфийка устроит сыну Гниющий Сад наяву, но то, что он видел, напоминало скорее разговор.

«Чем Крис сумел настолько удивить Богиню Войны?» — он видел озадаченное выражение, которого следовало ожидать скорее от принцессы, которая задумалась над выбором очередного платья для приёма, нежели от одной из самых сильных магических мечниц Мидгара…

По другую сторону от неё стоял Крис. Хрупкий, худой, больше похожий на труп девочки, которую вытащили из гроба, на фоне Беатрикс он напоминал скорее её младшую дочь.

«В какой момент я упустил воспитание сына?..»

Тем же вечером он распорядился подготовить кофе и сладости и пригласил учительницу фехтования к себе, намереваясь разузнать у Беатрикс касательно успехов Криса…

«Я знаю ключ к твоей честности…» — неспроста Маркус распорядился подготовить десерт — была у Беатрикс одна слабость, о которой старый граф сам узнал лишь случайно — эльфийка не могла отказать себе в сладком и вкусной еде.

— Я бы хотел узнать ваше мнение касательно Криса. Как он?

— У Криса нет таланта мечника, — произнесла эльфийка то, что Маркус и так подозревал. — Он не сможет состояться как тёмный рыцарь, — эльфийка аккуратно отломила ложечкой кусочек слоеного пирога с ягодами.

«И чего я ожидал…?» — вздохнул Маркус.

— Меч — не его дорога, — она отпила немного кофе из чашки.

— Я видел вашу тренировку… и мне не совсем понятно, чему именно вы пытались его научить.

— Крису нужна иная основа для развития. Ему нужно нечто большее, нежели мифриловый клинок.

— Не уверен, что правильно вас понимаю…

Лицо Беатрикс слегка просветлело, когда она допила сладкий кофе с молоком.

— Крис — не мечник… Но я могу сказать, что ему под силу превзойти меня. Для этого ему не нужен меч. Ему нужны знания и магия, — эльфийке удалось озадачить старого графа. — Я буду учить его и дальше, но намерена сделать упор на магическое развитие Криса.

«Крис будет… учёным?» — подумал Маркус. — «Если Беатрикс о нём так отзывается… то после Академии Культ получит ещё одного моего сына»

Глава 24. Истина, заключенная в Резонансе

Текли минуты, часы, дни, унося вместе с собой и снежные горы, и слёзы печали и горя… Месяцы Снегов, Вьюг и Морозов прошли, дав разгореться месяцу Цветов в его полную силу, прогреть уставшую и промёрзшую землю, и отогреть изрядно замёрзших за зиму обитателей мира…

Он с легкой печалью в чёрных глазах смотрел в окно, лицом к лицу встречаясь с наваждением, чувствуя тоску и печаль… В такие моменты Кирито хотел вернуться в прошлое — туда, где все началось. Пройти снова тот путь, которым он некогда пошёл, стереть из реальности допущенные им ошибки… и остаться там, с Асуной и родными.

Но отныне эта дорога для него была закрыта. Никто не вернётся в прошлое, как бы Кадзуто этого не хотел…

Вместе с таянием снегов, таяла благодатная тишина, что окружала его тёплый кокон… Каждый пройденный месяц сближал его с моментом, когда ему придётся ехать в столицу. Уже весной следующего года ему стукнет пятнадцать лет.

И всего через два года он встретит своё шестнадцатилетие во второй раз…

Крис Блэк… тряхнул гривой чёрных волос, сбрасывая наваждение. В последнее время подобные мысли стали часто застревать в его голове, отвлекая от действительно важных вещей.

Кадзуто перевёл взгляд на очередной трактат, лежащий перед ним, на нож, свечу и спирт, необходимые для экспериментов с кровью и контролем маны в ней. Казалось, что кровь — это настоящий чит-код в плане изучения контроля магии. Всё, что требовалось парню — это наполнять капли крови, быстро изменять напор маны, и раз за разом наращивать объемы.

Тонкий шип из капли крови превратился в алую полоску толщиной в волос, длиной почти в метр и изрядно разрезанную ладонь… Эти эксперименты оставляли после себя ставшую уже привычной боль и шрамы, и одновременно с этим служили его пути познания…

Кадзуто находил эту плату приемлемой за то, чего он уже достиг. Как он смог посчитать сам, благодаря крови он мог контролировать не просто условную единицу маны — но её сотые и тысячные доли. Буквально разделив частицу на сотню маленьких частичек, Крис мог ощутить её своим шестым чувством, мог взять под контроль и направить…

Мана, если не перенасыщать ей кровь, не утекала никуда, ее не требовалось восстанавливать, кровь невозможно было довести до состояния магической перегрузки — во всех отношениях кровь была хороша…

Но если кровь настолько совершенна — почему никто не пользуется ей? Почему тот же Арктур упорно тренировался с мечом, вместо того, чтобы гонять ману в каплях крови?

«Может, о свойствах крови никто не знает?.. Да бред же — я сам смог взять кровь под контроль…» — Крис попытался припомнить, где именно он мог слышать описание силы крови, но никак не мог вспомнить, где именно…

Тем не менее, сейчас настала пора подтвердить или опровергнуть его теорию — ему нужны были два потока маны с разной магической частотой.

Беатрикс всё же дала ему желаемое знание, объяснив, что эта техника подвластна лишь самым сильным из магических мечников. Она позволяла в определенных пределах сымитировать ману другого мага, подменяя оставляемые следы маны… но Криса не интересовала формулировка «другого мага». Его интересовали цифры.

«Твоя мана становится иной. Ты отрекаешься от нее, протаскиваешь через каждую частицу своей сущности, и выбрасываешь ее на поверхность… Инородная мана сама выйдет — как масло, всплывёт на поверхности воды» — за пафосной речью стояло нечто куда более примитивное.

Мана для подмены ее частоты действительно должна была пройти путь от пяток до ладоней, разрядом пробежав по мышцам, и после выйти из тела под напором. Словно проходя через длинный путь по телу, мана меняла свою частоту…

«Приступим»

Два потока маны.

Первый — тот, что принадлежал Крису, численно обозначенный как тысяча и исходил из правой руки, шестым чувством воспринимаемый как оранжевая аура, от которой исходил низкочастотный гул. Второй — тот, что исходил из левой руки, прошедший через всё тело разрядом, и шестым чувством воспринимаемый как жёлтая аура с высоким тоном звучания.

Им было суждено встретиться в одной точке — между указательными пальцами, на каждом из которых было по капле крови… Именно в крови должен был состояться эксперимент.

Крис чувствовал дрожь, предвкушение, его обуревало предчувствие чего-то, что больше него, что выходит за рамки его понимания…

Пальцы Криса соединились, и два потока маны устремились навстречу друг другу… и даже лёгкая дрожь от вида собственной крови не могла отвлечь юного экспериментатора от объекта его внимания.

«Тепло» — едва два потока маны соприкоснулись, как Крис ощутил жар — от точки в считанных сантиметрах над пальцами словно загорелась свеча, а после и вспыхло пламя ярко-желтого цвета…

«Это был эффект руны Пламя — только маны потребляет куда меньше» — он прервал потоки маны, и заметил, что кровь на пальцах высохла.

— Это значит… Резонанс маны — это результат взаимодействия маны разных частот. Как я и предполагал — Резонанс — это побочный, паразитный эффект. Результат смешения двух потоков разночастотной маны…

Шаг на пути познания сделан. Крис смотрел на засохшую на пальцах кровь, повторял эксперимент с пламенем снова и вновь — и снова мана превращалась в пламя и тепло.

Эксперимент удавалось повторить раз за разом, и Кирито не мог отвести взгляда от огня…

Пламя было доказательством. Доказательством того, что все это время Крис шёл правильным путём, подтверждением, что путь познания не только существует, но и может стать силой, что разорвёт проклятый круг смертей тех, кто ему дорог…

Пламя вслед за собой порождало решимость. Нельзя было останавливаться на достигнутом, нужно было продолжать эксперименты.

«Я смог создать огонь… смогу ли я повторить эффекты остальных рун?»

Он в очередной раз посмотрел на схематичное изображение руны Свет, задумавшись.

«Я вливал два потока маны одинаковой частоты в руну, чтобы она заработала… Резонанс — это результат взаимодействия разночастотной маны. Получается, что рисунок сконструирован именно так, чтобы при вливании маны в точке встречи частота одного потока стала меньше. Именно в длинной линии мана теряет свою частоту — вот в чем отгадка! Фигура нужна не просто так, она нужна для изменения частот… Говоря языком математики, руна — это знак действия, частоты первого и второго потока — это числа, а Резонанс — это ответ»

Загадка рун поддалась его разуму почти с наскока — как только Крис смог воспроизвести Резонанс, все новые и новые грани ранее известной ему магии открывались ему.

«У Беатрикс тоже есть свой Резонанс… да даже у меня он есть. Что это значит?» — пока что Кирито принимал, что единственный способ достичь Резонанса — столкнуть разночастотную ману. Значит ли это, что в теле мага частота маны столь же непостоянна?

Кадзуто обратился к своему шестому чувству, пытаясь найти определить источник Резонанса в парне… Словно у каждой частицы маны был свой цвет, свое звучание и свой запах, он искал хоть что-то, что выбивалось бы из общей картины, что казалось бы инородным…и всё-таки смог — словно на ярко-оранжевом холсте из кожуры апельсина, находились пятна жёлтого и красного цвета. На общем фоне они не выделялись, но шестое чувство говорило, что разница частот между жёлтыми и красными точками была существенна…

«Говоря языком математики — исходная частота маны — сотня. Жёлтый — это сто один. Красный — девяносто девять. В малом объеме маны этих точек очень мало, и Резонанс даже если и есть, то на уровне погрешности… Но чем больше объем маны — тем сильнее Резонанс — результата смешения 99, 100 и 101…»

Крис взялся за перо и принялся записывать свои наблюдения — его догадки, эксперименты и исследования не должны оставаться только в его голове — иначе дурная память выбросит знания, запылит и запорошит.

«Интересно, а чувствует ли Беатрикс Резонанс?..» — возникла у парня мысль…

Крис тряхнул головой, прекрасно понимая, что у него ещё будет время для подобных мыслей…

***************

— Мастер?

— …

— Вы не ощущаете ничего странного? — Крис сделал то, чему Беатрикс его учила — скрыл ману, закрыл ее в себе, больше не оставляя следов. Но также, благодаря контролю, Крис выравнял частоты маны в теле, привёл их к той самой оранжевой сотне.

— …что ты сделал?

— А так? — мана раскрылась, но сохранила неизменной частоту.

— Нет, ты сделал что-то ещё…

«Беатрикс чувствует Резонанс…?»

— Вы знаете, что именно я сделал?

— Ты скрыл ману. Но теперь, если я закрою глаза, я не смогу найти тебя…

«Для нее Резонанс — это что-то вроде чувства присутствия… если я смог спрятаться даже от неё, то я определенно нашел что-то крутое»

— Мастер, сейчас я кое-что сделаю… можете описать, что именно вы чувствуете?.. — произнес Крис, после чего соединил пальцы и направил два потока маны навстречу, чтобы достичь эффекта руны Свет.

«Свет получить проще, чем пламя»

— Вот оно, — произнесла эльфийка. Обычно безэмоциональная, Беатрикс выглядела как восторженный ребенок. — Это чувство могущества…

— Могущества?..

— Я не понимаю, как ты сделал это… но это — знак силы. Не обладая большим объемом маны, достичь этого невозможно

«Как я и предполагал — объем паразитного Резонанса зависит от объема маны… У человека много маны, а значит, он развивал свои запасы и контроль…»

Он прислушался к шестому чувству, пытаясь изучить ее Резонанс… и наткнулся на нечто, что несказанно удивило Криса:

«У нее как будто…два Резонанса?» — мана Беатрикс в шестом чувстве казалась витражной мозаикой из сотни частей, где кусочки маны с частотой «99» были повсюду, их была едва ли не треть от общего объема. Было в этих ярко-красных кусочках что-то инородное, что-то чуждое мане эльфийки…

— Мастер… а что у вас с маной? — эльфийка бросила на него испепеляющий взгляд — первый за всё их знакомство.

— Ты…чувствуешь? — тихо спросила Беатрикс.

— Вы скрыли свою ману, но я все ещё ощущаю от вас нечто странное… Так что это? Какая-то ваша техника? Или особенность магии эльфов?..

— …последствия, — платиноволосая девушка смотрела на парня с нечитаемым выражением лица. — Всего лишь… последствия. Но если ты в состоянии это почувствовать…

— …

— …мне больше нечему тебя учить. Ты превзошёл меня, Крис Блэк.

«Я, конечно, открыл что-то классное… но не слишком ли Беатрикс взбудоражена?.. Может, это из-за…последствий?»

******************

В тот же месяц Цветов, Беатрикс покинула поместье семьи Блэк, озвучив старому графу, что научила Криса всему, что знала… Смотря за тем, как учительница фехтования уходила навстречу закатному Солнцу, в сторону железнодорожного вокзала, Маркус Блэк… не знал, что ему думать.

Определенно, эльфийская мечница смогла расшатать Криса — тот, казалось, расправил плечи, стал лучше есть, и перестал походить на живой труп… но все же, Паровозный граф рассчитывал на нечто большее.

Крис с момента отъезда учительницы стал ещё более скрытным, почти не высовывал носа из своей комнаты. Даже частные учителя, которые должны были подготовить его младшего сына к Академии, разводили руками — мальчик уже был готов, знал все, что нужно знать…

«Быть может, ему не стоит идти на факультет Темных Рыцарей…»

Пока что графа не все устраивало в действиях младшего сына… но в то же время, пока что Маркус был намерен дать сыну немного свободы — возможно, что итог этой свободы сумеет приятно удивить старого графа…

— Раз уж Крис идёт на поправку… не пора ли представить его миру? Быть может, он будет интересен Культу?..

*****************

Месяц Цветов в Этале встречали с огромным размахом — казалось, что эти дни были одними из немногих, когда серый, мрачный город-фабрика окрашивался в яркие цвета, расцветал и возрождался…

Весь Месяц Цветов в городе шла ярмарка, на которой можно было встретить вообще всё — от семян и инструментов до карт, книг и диковинок со всего света — всякому покупателю найдётся вещь по вкусу…

Крис любил это время — время, когда становилось теплее, когда заложенный всю зиму нос пробивало, а кашель не донимал его… и особенно Крис любил ярмарку — а точнее, вкусности, которые делали приезжие лоточники…

В этот раз, Кадзуто обращал внимание не только на пищу и напитки, но и на то, что привезли с собой иные торговцы…

По всей ярмарке разносился запах корицы, чая, перца и иных специй, на музыкальных инструментах играли приглашенные артисты, выплясывая и выкидывая все новые и новые трюки…

Людские скопления становились волнами, прибывали снова и вновь, не уменьшаясь ни на йоту…

«Наверное, они собираются домой» — из того, что знал Кадзуто о многих из тех, кто пришел на ярмарку — они не были жителями Этала. По окончании жатвы люди и эльфы уезжали из родных сел и деревень в Этал на заработки, и после, в месяц Цветов, возвращались домой…

Именно из-за этих людей город почти весь месяц стоял на ушах, именно из-за них сюда стекались торговцы со всего Мидгара…

«И среди них мало магов…» — по оценке Кадзуто, на каждого пятидесятого встречного был едва ли один, от которого исходил хотя бы слабый, едва уловимый Резонанс…

Он зашел в один из переулков, чтобы поправить свою одежду — штаны, жилет и кофту с высоким горлом в серых тонах, а также сумку через плечо, в которой притаилась бутылка травяного чая и мешочек с наличными деньгами.

— Интересно, а маги из Лаогуса приехали в этом году?.. — пробормотал парень вслух, размышляя над своим дальнейшим маршрутом. — Они вроде обычно размещают свою палатку в восточной части, за рекой… и до туда ещё идти и идти…

Было бы любопытно взглянуть на фокусы и игрушки уличных магов Лаогуса с совершенно новой точки зрения, а заодно — поинтересоваться насчёт свежих научных публикаций академии…

Он неспеша брёл по улочкам города, слушая, как покупатель и купец договариваются о ценах, или же переходят в ожесточенный спор о том, сколько на деле стоит «чудодейственный зелёный камень из Нового света», на поверку бывший отполированным куском малахита. Казалось, что в такие моменты ему не хватало чего-то, словно по правую руку от него должен быть кто-то, чье присутствие парень отчаянно хотел ощутить…

Но её рядом не было. Отсутствие этой детали словно нарушало некую картину — идеальную, совершенную в своем завершенном виде, но сейчас она казалась искаженной, незавершённой…

Кирито тоскливо вздохнул и присел на одну из немногих пустых лавок. Отчаянно хотелось вернуться в прошлое, избыть эту тоску и печаль из сердца…

«Но, видно, нам с Асуной счастье было не положено…» — где-то в глубине души ещё теплилась надежда — придушенная разумом, названная ложной и глупой, но теплилась, что ещё не всё для него кончено… Но сердце продолжало медленно, но верно каменеть и высыхать, а кокон тёплой тьмы - зарастать всё новыми слоями. — «Может, мне и правда стоит… забыться? Уйти в магию с головой, стать тихим кабинетным учёным, погружаясь всё глубже…» — Кадзуто видел в этой идее единственный выход, который не вызывал у него отторжения.

Крис вздохнул в очередной раз и побрёл по городским улочкам дальше. До заката ему предстояло ещё перейти два моста через реки, полакомиться и вернуться домой, за город…

«Городская котельная, здесь же церковь… и мост» — из кирпичных труб котельной даже во время ярмарки поднимался столб дыма. Котельная работала свои последние недели, и уже к концу месяца Цветов должна будет остановиться…

Вдруг шестое чувство Криса взвыло!

«Что это?» — ощущение инородного, но мощного Резонанса пронзило его подобно спирту, попавшему на рану. Шестое чувство рисовало в разуме ярко-красную, словно туман, дымку, излучающей жар.

Он повернулся в ту сторону, откуда исходил неожиданный источник Резонанса. Прежде, чем он успел сосредоточиться на его источнике, в голове мелькнула непрошенная мысль:

«Не Резонанс ли это мастера Беатрикс?» — красная дымка, казалось, принадлежала той самой инородной трети маны эльфийки.

Но всё, что было перед ним, это переулок из числа тех, куда редко суётся простой человек. В заваленном мусором и хламом закутке, где не пролез бы человек даже средней упитанности, вряд ли можно было найти что-то интересное…

Но Крис всё равно стал туда протискиваться. В этот момент он благодарил свою худобу и плохой аппетит — парень смог пролезть без осложнений, и даже не вступить в маслянистую, разлитую лужу чего-то с резким запахом…

По мере его продвижения, химический, резкий запах становился всё сильнее, пока, наконец…

«Охренеть…»

Перед ним лежало… что-то. Это что-то напоминало собой человека — можно было разглядеть разбитую, окровавленную голову, и отростки на местах, где когда-то были тонкие руки и ноги… Но на этом сходство с человеком заканчивалось.

У этого существа не было глаз и ушей — на их местах было нечто, что напоминало запёкшуюся кровь или огромный ком красной жвачки. Пальцы были вывернуты в разные стороны, словно были сломаны. Всё туловище было покрыто неравномерным слоем чего-то вроде корки, но даже так можно было сказать, что этот кто-то был очень худ — можно было разглядеть рёбра, обтянутые коркой…

…от этого существа и исходил резкий, химический запах. Наконец, Крис узнал это вещество.

«Керосин…»

— Одержимый..?

«Нет, это точно мана как у Беатрикс… Но у неё её была едва ли треть — а тут почти вся мана — та самая, красная…»

Кадзуто воровато огляделся, надеясь не попасться никому на глаза. Перед ним лежала очередная загадка здешней магии, и парень намеревался разгадать её… и крайне желательно, чтобы его не тревожили…

«Надо забрать его домой… В комнате я у себя его не поселю, но вот если положить его в ящик в сарае…»

Глава 25. Стража Теней

Месяц Цветов… клонился к своему завершению. Солнце его было ярким, но угодив в плен заката, оно сгорало в собственном жаре, вместо света порождая сумерки…

Тени было место в свете — как и свету место в тени — так думала Альфа, Первая из Теней, наблюдая за закатом, сидя на веранде штаба Сада Теней в Александрии. Белокаменная столица их Царства Теней жила в сумерках, именно в свете заката распускались цветы, просыпалась жизнь…

С момента, как было создано устройство дальнего обнаружения, прошёл целый год. От месяца Цветов до месяца Цветов, Сад Теней не прекращал своего существования, напротив, начав свой шаг по Мидгару. Робкий, нетвёрдый — но шаг по тропе, что вела их к цели…

Былое величие города возрождалось вместе с новыми жителями, которых с каждым месяцем становилось всё больше и больше — на данный момент население города составляло порядка двух сотен эльфов, зверолюдей и людей разных возрастов…

Не все из них были готовы к борьбе — было среди них много сломленных, раздавленных и убитых горем, много напуганных и устрашённых — даже им нашлось место в Царстве Теней… Но те из бывших Одержимых, кто всё же не убоялся зла, чьи слёзы высохли, и кому уже просто нечего терять, составили фундамент для будущего — из них была собрана Стража Теней….

— Альфа? — сзади к ней подошла краснолосая Восьмая Тень.

— Да, Парабеллум?

Одна из загадок, которую Первой из Теней не было суждено постичь — Восьмая Тень, обладательница той же мудрости, что и их лидер… Она держала в руках две чашки кофе — напитка, что их стараниями уже начал своё непрерывное шествие по миру.

— Из центра связи пришло кое-что интересное, — красноволосая девочка села по правую руку от эльфийки, и поставила чашки на столик. — Гамма передает привет из столицы, и говорит, что у компании возникают непредвиденные сложности. Похоже, что мэр Новой Александрии мешается ей под ногами.

«Мешается ей под ногами…»

Эти слова звучали действительно громко, как для образования, в которое входило всего-то несколько лавок, продающих кофе, и возящей специи из Вельгальты — всё благодаря выкупленным у старой владелицы «Специям Мишель» и доведённой до ума логистике.

— В плане?

— Гамма планирует расширять дело, и хочет провести что-то вроде эксперимента… Не так важно, в чём именно он заключается, но городская администрация с подачи мэра, похоже, мешает компании из-за некоторых огрехов в недавнем эдикте Его Величества «О труде».

— Может ли он быть связан с Культом?

— Неизвестно. Но я бы не стала полностью отметать эту возможность…

— Привлеки к делу Дзету и нашего ручного виконта. Я бы не хотела рубить с плеча, но если он окажется связан с Культом…

— …то Сад решит эту проблему самым простым способом, — закончила Парабеллум. — Никто не подумает, что у крохотной компании хватит средств заказать убийство мэра столицы — и других претендентов хватит…

Красноволосая Восьмая Тень вызывала у Альфы множество вопросов с самой первой их встречи… В их окружении она казалась самой старшей, хотя из всех «первых» Теней Парабеллум была самой младшей. Хладнокровная, молчаливая, осторожная и хитрая при всех… и тихая, грустная плакса, когда думает, что её никто не видит.

— Устала? — поинтересовалась эльфийка.

— Немного… Скорее, потеряла счёт времени, — вздохнула Восьмая Тень, и приложилась к своей чашке — Просто чувствую, что не успеваю — у нас возникает слишком много вопросов и проблем, все из которых надо решать…

— …пока что нам это удавалось, — Альфа приложилась к своей чашке — К тому же, нас становится только больше.

— …одной только Стражи уже почти сотня… Но пока Стража Теней приняла хотя бы приемлемый вид, нам потребовалось полгода времени, Латифа и Лямбда. А поисковые команды? Исследовательская лаборатория? Да даже поддержание Александрии — от всего этого у меня голова идёт кругом…

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, — Альфа прервала её — эльфийка прекрасно понимала Парабеллум. — Но всё же, процесс идёт. С трудом, путём проб и ошибок — но идёт. Всё по заветам Тени — дармовая сила ничего не стоит. Все мы учимся на этих ошибках…

— …и только то, что мы не стали переходить к открытой драке с Культом, нас и спасает. Мы всё ещё не готовы к полноценному столкновению — не говоря уж о той войне, которой грезит Лямбда.

— Тень говорит также. И я рада, что все мы сходимся в одном мнении…

«Может, мне стоит забрать Парабеллум к себе?» — глядя на прикрытые глаза девочки, Альфа невольно вспомнила, сколько сил и усилий прикладывала Восьмая Тень к буквально каждому процессу в Саду. Казалось, что ни одна из Семи Теней не обходилась без её помощи.

Парабеллум не жалела ни себя, ни других. Для новых Теней она была этакой «старшей сестрой», что на первых порах могла выслушать, присмотреть, разнять конфликт. Для старших она была источником идей, тем самым родником Мудрости Теней, а для всего Сада была хладнокровной леди Парабеллум в белой маске…

«Мне бы не помешала личная помощница в Александрии…»

— …как настроения в Александрии? — поинтересовалась Альфа, глядя вдаль, где из новобранцев Стражи Теней выбивали всю пыль.

*********************

— …как настроения в Александрии?

— У меня нет единого мнения по этому поводу. Сад и Стража в своей основе очень… неоднородны, — ответила Асуна. — Однако, в общих чертах, всё хорошо. Условия жизни в Александрии всех устраивают.

«Тем, кто начал жизнь в полях, личная комната и трёхразовое полноценное питание — это рай. Для тех, кто жил в достатке — это по меньшей мере, норма. А уж после Одержимости…»

— А каково именно твоё мнение?..

Девушка не хотела врать Альфе, но и вываливать ей свои догадки и не до конца обоснованные подозрения тоже не хотела…

— Сад Теней неоднороден — хоть все и отрицают, что цепляются за прошлое… но тех, кто до Одержимости жил в достатке, видно сразу. Вокруг них кучкуются менее образованные, зрелые и умные… Особенно это видно в мастерских и на «фабрике»… Но есть кое-что, что беспокоит лично меня.

— Беспокоит?..

— Это скорее мои подозрения и мания преследования… Но мне кажется, что фигуру Тени могут воспринимать не как лидера, а нечто большее… Если бы сегодня мы написали какое-нибудь «Учение Бога Теней», то уже завтра ему пришли поклониться больше, чем ноль членов Сада…

— Есть ли что-то, чего нам следует опасаться? — спокойный, собранный голос Первой Тени, не выражающий ничего, отрезвил Асуну.

— Честно, не знаю… Пока это не мешает целям Сада — пусть будет. Но я хочу, чтобы ты знала, Альфа — за Садом нужно присматривать, чтобы не наткнуться на… неожиданности. — эльфийка кивнула, после чего в воздухе повисло молчание.

Смотря на догорающий закат, Асуна, «Парабеллум» из Сада Теней… ушла в свои мысли. С момента, как уехала Зеро, прошёл год, с момента присоединения бывшей Молнии к Саду Теней — уже почти два. За это время было сделано многое — но даже это многое в дальней перспективе было малым.

Впрочем, мечница не забывала и о своих личных целях — о том немногом, из-за чего она ещё не превратилась в фанатичную машину, думающую только о целях Сада Теней и будущем. Деталь её плана называлась «Пленниками летающей крепости», была подписана автором «Нацуме Кафкой», украшена яркой цветной обложкой, написана руками Беты и прошла суровый, придирчивый взгляд многих Теней…

Если в этом мире всё же оказался кое-кто, о ком думала Асуна, образы и события, пусть и слегка перевранные ради восприятия жителями этого мира, наведут его на нужные мысли и цели…

«По крайней мере, сейчас это большее, на что я способна. Теперь главное, чтобы книга выстрелила… Быть может, для нас с Кирито ещё не всё кончено…» — она хотела в это верить, хотела верить с отчаянием… потому если нет, то у неё останется только один путь — в череду сумрачных дней, разрываясь между слезами, тоской и делами…

По крайней мере, иного исхода для себя девушка не видела…

Многое предстояло сделать. Ещё больше предстояло сделать в будущем. Ещё больше предстояло собрать буквально по крупицам, словно витражное стекло… И всё же, Сад рос, и их рост укладывался в представление Асуны. Сад Теней не прекращал своего роста, и не думал сбавлять оборотов в своей борьбе за будущее для них всех…

— Я пойду, прогуляюсь в центр связи. Вдруг что-то ещё пришло, — Асуна залпом допила уже остывший кофе, и направилась на кухню…

***************

— Ничего не слышно?

Центр связи «Александрия»… Примерно так Асуна и представляла себе здание с таким названием — стеклянная колба антенны, сделанная на стеклодувной мануфактуре, заполненная слизью, возвышалась над самым высоким зданием города — над городской ратушей, словно маяк. В самой ратуше расположился центр связи и исследовательская лаборатория Сада — за технологиями в Александрии приглядывала Эта и её команда…

— Сообщений много, но почти все из них — это обмен между собой поисковых команд «Молот» и «Аметист», — пробормотала смуглая эльфийская девушка, что была почти на три головы выше Асуны, сидела за столом, буквально заваленному листками бумаги.

Связистки принимали сообщения и переносили их на бумагу, с указанием даты и времени приёма — именно поэтому связисток было порядка двадцати — они работали в три смены, чтобы все имели свободное время и могли как следует отдохнуть…

— Омикрон, у нас сообщение для леди Альфы! — вдруг позвала её помощница, записывая на листке текст.

— Связной от виконта? — Асуна окинула взглядом текст, выведенный свежими чернилами.

«Ведомству Альфы. Семейство Блэк (Паровозная мануфактура семьи Блэк)связано с Культом — Арктур Блэк (старший сын) является высокопоставленным членом секты Фенрира»

— Я сама отнесу донесение, — вздохнула Асуна — очередная загадка, очередная капля в этом бурном море интриг, связей и фальшивых лиц...

****************

На следующий день, после завтрака в общем корпусе, где собирался весь Сад Теней, Альфа позвала ее через помощника…

Первая Тень, обманчиво расслабленная и спокойная, казалось, не могла для себя что-то решить.

— Парабеллум, — кивнула эльфийка — У меня будет для тебя задание. Как ты относишься к поездке в промышленную столицу королевства?

— Звучит любопытно. Что там?

— Ночью пришла уточненная информация от нашего ручного виконта и Дзеты… Есть основания полагать, что влиятельная семья промышленников, владеющая целым городом, ведёт некие переговоры с Культом. Виктор выяснил, что в загородное поместье семьи должен прибыть некто «первый помощник», Арктур Блэк. Твоя цель — прибыть в город, пробраться в поместье, и собрать всю возможную информацию, не будучи при этом замеченной.

— Почему именно я? — нахмурилась Асуна.

Обычно на подобные дела отправлялись те, кого так и хотелось назвать «тенями среди Теней» — те, кого прибрала к себе Дзета… и от того задание казалось ещё более необычным.

— Этот «первый помощник», если верить Зеро, известен в столице как весьма умелый магический мечник. Он будет не по зубам Страже, и если все же задание осложнится, то, по крайней мере, ты сможешь уйти оттуда невредимой… Также, я отправляю тебя потому что по результатам сканирования, где-то в районе Этала обнаружилась Одержимая. Я хочу, чтобы ты дождалась прибытия «Аметиста», и отправилась в Этал с ними. Заберите Одержимую, выясните все, что можно о делах семьи и Культа, и возвращайтесь в Александрию.

«Аметист, значит… Возможно, дело пойдет быстрее, чем я думаю…»

Аметист… Мечница помнила, какими трудами им далось создание этой группы.

Первая поисковая команда, заточенная под поиск и спасение Одержимых. С момента своего создания, Аметист успел исколесить вероятно, весь Мидгар. Группа была незаменима во всех отношениях — старожилы Сада во главе с Латифой, они доводили до ума методику поиска и спасения, и нередко вступали в бой…

Именно поэтому Парабеллум чувствовала облегчение — с опытными союзниками и Латифой за спиной план проникновения в Этал становился более чётким, более продуманным и детальным.

— Значит, — Асуна взяла листок, где красивым, изящным почерком были записаны подробности ее задачи — Семья «Паровозного Графа» Маркуса Блэка. Стоит ли мне ожидать сюрпризов от Этала?

— Граф весьма состоятелен, а город важен для королевства, так что и охрана у него должна соответствовать. Поэтому будьте там поосторожнее. «Аметист» должны скоро прибыть в Александрию — сразу же и отправляйтесь…

*****************

«И когда уже Тень перестанет меня удивлять…?»

Поисковая команда «Аметист»… Её вотчина, её дети бури, те, кому суждено стоять на самом острие будущего кинжала Теней…

Отверженные, обречённые на ужасную погибель — если бы не Тень, то уже несколько сотен судеб, включая её, прервались самым ужасным образом. Он дал им всем надежду, и за юным, но не по годам умным человеком потянулись те, кто уже был мёртв для мира.

Этим детям была поручена ответственная миссия — спасение таких же Одержимых, какими некогда были они сами. Сначала поисками занимались все Тени, которые имелись в Саду — именно они доводили до ума, совершенствовали и отлаживали технику поиска Одержимых. В итоге их наработки и стали тремя поисковыми командами — «Аметист», «Молот» и «Скрипка»

Все в них было отлажено — основу составляли эльфы, достаточно сильные в использовании магии, и зверолюди, как сильные, быстрые и приспособленные к поискам почти везде. Участницы поисковых команд прекрасно дополняли друг друга, что в итоге вело к тому, что Сад Теней не останавливался в своём развитии и росте…

«Будущее в руках детей… и у этих детей будущее будет большим» — думала Латифа, смотря на своих подопечных.

Самая старшая из Сада Теней, эльфийка не могла не признать успехов Семи Теней, не могла не оценить их усилий, и не могла не признать — у них получалось. Не безупречно — но получалось…

Целью Латифы, как старшей, были присмотреть за тем, чтобы огрехи и шероховатости идей Альфы не стали фатальными. Как и должен был поступать учитель…

— Латифа! — услышала она сдержанно-радостный возглас за спиной.

— Я тоже рада тебя видеть, Парабеллум.

Парабеллум. Не по годам разумная, Восьмая Тень была полностью готова к выходу.

— Мне приказано соединиться с вами, и отправляться в Этал. Там обнаружили ещё одну Одержимую…

— Этал? Только этого нам не хватало, — вздохнула старшая эльфийка. — Хорошо. Сейчас передадим спасённых, и выдвигаемся немедленно…

Глава 26. Гости из Царства Теней

Вечер в Этале вопреки всему, был шумным. Люди не прекращали начатых днём празднеств, свет Солнца заменили свечи, светильники, лампы, излучающие теплый свет…

Какие-то торговцы уже прикрыли свои лавки, какие-то напротив, собирали вокруг своих палаток толпы посетителей, желающих угоститься, прикупить диковинку или развлечь себя и своих близких…

Город жил ночью. Именно поэтому, на одинокую фигуру не то мальчика, не то девочки, с большим мешком за спиной, мало кто обращал внимание.

В свете ламп виднелось бледное, осунувшееся лицо, виднелись и длинные волосы, и болезненно худая фигура. Он не спешил, в толпе выглядя как очередной подросток, после жатвы прибывший в Этал на заработки.

«Чем быстрее я вернусь домой — тем лучше»

Крис Блэк, младший сын семейства… подумал, что самой лучшей идеей, пришедшей ему за последнее время, было прикрыть Одержимого, дождаться вечера и приобрести большой мешок. Вечером на улице было меньше народа, народ весел и невнимателен — если и транспортировать Одержимого, то именно в это время.

«А если спросят, где я был, скажу, что задержался на ярмарке…»

Крис размышлял о своем импульсивном, резком поступке, намереваясь ответить самому себе, чего именно он хочет добиться от Одержимого. Что он хочет сделать?

«Очень странный Резонанс, довольно сильный, переменчивый… и точно такой же Резонанс был у Беатрикс. Неужели Резонанс может спровоцировать ту самую Одержимость?»

Он мало знал об этом явлении — разве что, видел однажды, как на городской площади Этала одного такого сожгли представители Церкви.

«Не допустим возрождения демона! Такова воля Богини, и да будет так!»

«Если это все же какая-то болезнь, то по возвращении домой подготовить все, чтобы не заразиться. А заодно — как следует отмыться…»

Крис не придавал бы этому значения, если бы не Беатрикс и ее второй Резонанс.

«Пока — пусть будет Резонанс 98…» — сделал Крис у себя в голове заметку, называть это явление именно так.

Природу этого Резонанса хотелось понять, изучить его…

…И, чего греха таить, столкнуться с малоизученным явлением, которое было названо столь громким названием, звучало как очередной шаг по дороге познания.

«Не стоит ли мне попозже прогуляться в Церковь?»

Он продолжал идти, погруженный в свои мысли, мимо городских улочек…

*********************

«Лабораторный журнал Криса Блэка… это даже звучит классно» — думал Кадзуто, помечая тетрадь, в которую он с самого начала своих исследований записывал всё, что относилось к экспериментам. Его почерк был неаккуратным, едва ли разборчивым для постороннего. — «Это даже хорошо — не прочитают посторонние»

Сам юный исследователь переоделся, нацепив повязку на рот и нос, спрятав волосы под шапочку. В воздухе пахло спиртом и травами, рабочее место было освещено керосиновой лампой, а дверь в заброшенном сарае была открыта настежь.

«Хорошо, что это помещение пока не стали сносить…»

— Начнем с осмотра и оценки, — прогудел Крис в повязку — Существо похоже на человека или эльфа — точнее определить не удается. Рост в районе 150-160 сантиметров. Тело очень худое, и довольно легкое. На теле видно множество ран и язв — особенно сильно видны на мышцах и сгибах локтей. От существа исходит жар, превышающий температуру человеческого тела, а также от него исходит лёгкий запах керосина — он взял нож и осторожно срезал с одной из ран кусок коричневой корки.

«Почему меня это уже не коробит?» — мелькнула непрошенная мысль. — «Может, я слишком часто баловался со своей кровью?..»

— Образец, — Крис обратился к своему шестому чувству — В нем все еще есть мана, соответствующая Резонансу 98… посмотрим, исчезнет ли она со временем, — Кадзуто выдохнул, продолжая оценку при помощи шестого чувства. — Странно… Здесь как будто ещё следы маны. Это мана не принадлежит Резонансу 98. Но ее количество очень мало — едва ли десятая доля от всего количества…

«А если взять кусочек, в котором есть как Резонанс 98, так и эта самая мана?» — подумал парень, уже принявшийся очень осторожно срезать плоть, на этот раз с чего-то, что некогда было предплечьем. — «Это наверное больно… но это существо сейчас вообще что-нибудь способно почувствовать?»

Крис упаковал образцы в маленькие баночки, и стал пристально смотреть на то место, где явно была голова. На месте того, что должно было быть губами, было невнятное что-то, среди чего виднелись темные нитки…

— Нитки?.. — Крис хотел было протереть глаза, но вовремя себя одернул, — Это не шутка? — руки в перчатках коснулись губ существа, и слегка раздвинули их. — Точно нитки. А с глазами… та же ситуация. Ему…зашили глаза и рот? — парень вздрогнул, чувствуя подступающий к горлу ком. — Так. Мне нужно…выйти подышать.

Выйдя из сарая, Крис снял повязку и перчатки… Ночь уже вступила в свои права, а в воздухе стоял пряный запах темноты — прохладный, свежий, чистый от летнего дыма из труб.

— Зашиты глаза и рот… Это явно не работа болезни — это сделали люди, — пришел парень к выводу. — К тому же, запах керосина улетучился… Вряд ли Одержимость может заставить тебя потеть керосином… — Крис поперхнулся — сложно было уложить в голове подобную идею — Керосин нынче довольно ценен — вряд ли его стали просто выливать из окна… Значит, Одержимого им облили целенаправленно.

«Собирались сжечь» — понял Крис — «Но ему или ей повезло — убежал в последний момент…»

Нужно было прокрасться на кухню и выпить чашку кофе. А затем — продолжать его научные изыскания…

И чем больше Крис углублялся в своих мыслях, и своем познании, тем меньше ему нравился тот дремучий мрачный лес, который показывался из-за найденных деревьев…

****************

«Здесь Латифа. Одержимая находится на территории поместья, в сарае»

«Здесь Парабеллум. Оставайтесь на крыше дома прислуги, и не попадайтесь никому на глаза. Ждите моего сигнала»

«Не стоит ли нам заняться вопросом Одержимой прямо сейчас?»

«Я опасаюсь, что это поднимет лишний шум и спугнет цель. Сначала я займусь Блэками, а вы пока получше осмотрите территорию. Только аккуратно — не вспугните никого»

Неразличимый обычным человеком и даже магом обмен сигналами разрывал магическое пространство ночь. В темноте силуэты призраков мрака были неразличимы — все они прятались на территории поместья семьи Блэк…

***Поместье Паровозного Графа Мидгара было суровым, готичным, напоминало собой скорее военное укрепление — обнесенное невысокими стенами, главный дом возвышался над ними. За стенами было место и иным строениям — одноэтажным, по большей части, словно старый граф таким образом демонстрировал своё превосходство над всеми иными…

Один из призраков, обратившись в прозрачный, словно сделанный из самого чистого стекла, подобно мимолётному порыву ветра, прошелестел в сторону большого трёхэтажного дома, и ловко вскарабкался по стене на балкон самого верхнего этажа.

В свете свечей, дорого обставленный, представительный кабинет, казалось, был объят небольшим пожаром. В креслах напротив друг друга сидели два человека — тучный мужчина и поджарый, хорошо сложенный парень лет двадцати пяти на вид.

— Давно не виделись, отец. Рад видеть, что дома все по старому.

— А уж я как рад, мой мальчик, — толстяк усмехнулся в свои усы.

— Пап, я уже не мальчик, — беззлобно отсмеялся парень.

— Для меня ты всегда будешь моим мальчиком, сынок. Слуги приготовили твою комнату, так что сразу по окончании разговора отправляйся ко сну.

— Непременно, отец. Чувствую, что небольшой отдых мне не повредит — ответил парень, названный Арктуром. — Ты писал, что у тебя нашлось что-то интересное для Культа…

— Зайду издалека, Арктур… Зимой здесь была Беатрикс.

— Мастер Беатрикс была здесь?

— Я пригласил её, чтобы она подтянула Криса…

— А что изменилось после моего отъезда?.. Не пойми неправильно, отец, но слова «Крис» и «меч» в моей голове не складываются совершенно…

— В моей тоже, Арктур. Беатрикс сказала мне, что Крис будет дрянным темным рыцарем, но, похоже, разглядела в нём талант к магии…

— Как-то это…неожиданно. Крис — плакса, который даже из комнаты выходит разве что по праздникам. Чтобы братец чего-то стоил…

— Я удивлен не меньше твоего… И вот, что касается Криса… Культу нужны учёные? И если да, то в каких направлениях?

— Ммм… У Фенрира вопрос ученых закрыт, но вот если шепнуть словечко Скупцу… Думаю, я могу поинтересоваться у своих друзей, кого в будущем может заинтересовать учёный. Но все же, отец, ты точно уверен, что Беатрикс не ошиблась?

— Сомневаться в словах «Богини Войны»… Честно, не знаю.

— Так что ты намерен предпринять, отец?

— Видишь ли… В столичной Академии есть не только факультет Темных Рыцарей. Но также и Научный Факультет.

— А, научники. Припоминаю. Они учатся не три года, как мечники, а пять, да и спрашивают там больше… Уверен, что Крис вытянет?

— В этом я не сомневаюсь — с учебой у него проблем нет.

— Хорошо. Тогда, я шепну словечко нашим знакомым, и поинтересуюсь, в чем именно Крису нужно будет углубляться.

— Рад, что мы друг друга поняли, — кивнул тучный мужчина.

*****************

«Арктур Блэк связан с Фенриром и неким Скупцом. Скупец явно заведует некими научными изысканиями Культа, а у Фенрира «вопрос с учёными закрыт». Еще и некая «Богиня Войны» Беатрикс… Граф Блэк явно связан с Культом — как минимум через старшего сына. А его младший… потенциальный учёный. Этого достаточно. Надо бы ещё порыться в бумагах Блэка…но пусть они уйдут»

Парабеллум, Восьмой из Сада Теней, пришлось подождать не менее часа, прежде, чем отец и сын наговорились, и отошли ко сну. Свечи погасли, и Асуне пришлось в кромешной темноте возиться с замком в столе…

«Не помешает озадачить Эту — может, она придумает что-то вроде карманного фонарика…» — чертыхалась сама себе под нос девушка, вскрывая замок при помощи слизи. Наконец, ящик стола поддался.

«Письма, учётные книги… деловая переписка. Здесь ничего интересного» — мечница продолжила поиски, когда добралась до нижнего ящика стола, запертого на куда более сложный замок. — «Несколько писем… Похоже, что письма личные, без следов официальной печати… Пергамент?» — письма были написаны не только на бумаге, но и на обработанной коже.

«Владыка доволен вашими успехами, партнёр…» — начиналось одно из них.

«То, что надо» — Асуна забрала все письма из нижнего ящика, и закрыла их, стараясь создать как можно меньше шума…

«Здесь Парабеллум. Я закончила, иду на крышу дома прислуги» — отчиталась она по дальней связи.

«Здесь Латифа. Не иди сюда. Сейчас там пересменка караула…»

«Приняла. Что у сарая с Одержимой?»

«У сарая никого, но насчёт самого помещения уверенности нет. Будь осторожна»

— Чудесно, — шикнула Асуна, становясь прозрачной и аккуратно спускаясь по стене вниз. Девушка не спешила, в темноте пытаясь получше оценить окружающую обстановку, и не плюхнуться случайно на кого-нибудь из охраны…

«Это было бы смешно…» — мысленно фыркнула она, мягко опускаясь на землю. — «Значит, сарай…»

По каменной дорожке, не издавая ни малейшего шума, Парабеллум направилась в сторону явно ветхого, побитого годами и мхом, строения, которое на окружающем фоне выглядело инородно, почти вырвиглазно, даже в бледном свете Луны.

Наконец, она подошла к едва прикрытой двери…

…чтобы услышать из сарая приглушенный голос:

— …значит, это всё же эльф… Причём, скорее всего, девушка…

«Там же нет источников маны, кроме Одержимой…» — мечница испытала неподдельное удивление, но всё же заглянула в щель между дверью и стеной.

Сарай был освещен тусклым, слабым светом, и в нём Асуна могла разглядеть, как ей показалось, девочку-подростка лет тринадцати-четырнадцати. В её руках был нож и стеклянная банка, примерно на треть чем-то заполненная.

— У тебя сильный жар… Если я дам тебе травяную настойку от жара, он спадёт?

«Она… экспериментирует с Одержимой?!» — картина была крайне неожиданной, но, когда девочка влила жидкость из флакона Одержимой, Асуна приняла этот вариант как единственный возможный.

— Надо будет прогуляться в лавку фармацевта… Не думаю, что жаропонижающее будет здесь лишним, — тихо выдохнула девушка, но после, словно ощутила на своей спине взгляд мечницы, развернулась на пятках.

«Я же скрыла ману…» — чертыхнулась Асуна — «Прости, но я собираюсь забрать её туда, где ей помогут» — мечница собиралась осторожно придушить девушку, и уже намеревалась накинуть ей на шею удавку из слизи…

…но девушка очень ловко, словно предвидев её движение, уклонилась и принялась разворачиваться, словно из ниоткуда выхватив короткий меч.

«Проклятье!» — внутри Асуны пробежал холодок.

«Латифа! В сарае был сильный магический мечник, и похоже, я его вспугнула»

«Здесь Латифа. Идём на помощь!»

— Кто здесь?! — громким голосом произнесла неизвестная, распахивая дверь сарая. Её руки с клинком явно дрожали, но при всём прочем, от неё совершенно не исходила мана…

«Может, у меня получится ранить её и забрать Одержимую?» — слизь с браслетов превратилась в рапиру и дагу, и все ещё оставаясь в прозрачной слизи, Асуна исполнила свой коронный выпад…

…который оказался мгновенно перехвачен.

— Невидимка? — спросила оппонентка Восьмой Тени голосом, больше подходящим мужчине. — Очень интересно, — в свете лампы было видно, что ладонь мечницы была окровавлена, как и её клинок — очень тонкий, словно сделанный из полоски бумаги…

…вот только эта бумага смогла выдержать удар слизью без единого повреждения.

Словно Парабеллум и не была под невидимостью, ее оппонентка направила свой меч на Восьмую Тень, закрывая собой то, что происходило в сарае…

Асуна сделала два резких рывка — вправо и в сторону оппонентки, намереваясь поймать её на скорости и реакции, но, вопреки ожиданиям девушки, она едва не наткнулась горлом на кончик тонкого клинка.

— Ха-а! — теперь противница перешла в наступление, и нанесла настолько мощный удар, что вовремя выставленная клинку навстречу дага норовила сломать Асуне руку, из-за чего она выпустила кусок слизи из рук.

— Стража! — воскликнула девушка-экспериментатор, и Асуна осознала — ей здесь ловить больше нечего.

«Надо же было так провалиться…» — зубы Восьмой Тени скрипели от злости, когда чёрная слизь всё ещё оставшейся у неё рапиры стала прозрачной и превратилась в браслеты. — «Мы ещё вернемся, кем бы ты ни была…»

В тот же миг, Парабеллум была вынуждена уклониться от удара, который едва-едва её не задел — между переносицей и острием были едва пару сантиметров… Источники маны повсюду стали собираться и окружать её…

«Чёрт бы вас всех побрал!» — похоже, что её могла видеть только девушка из сарая — остальная охрана металась из стороны в сторону… — «В таком случае, надо оторваться только от неё…»

Вопреки ожиданиям мечницы, таинственная девушка если и преследовала её, то только недоуменным взглядом, когда она нашла притаившуюся за живой изгородью Латифу и несколько Теней из «Аметиста».

— Она может различать нас даже под невидимостью… — предупредила она Теней.

— Из дома идёт сильный маг, так что лучше нам сейчас отступить, — покачала головой старшая Тень. — Скоро их здесь будет как муравьев, а мне не хочется устраивать здесь резню.

Асуну грызла обида. Хоть она и понимала, что эльфийка права, но подобный щелчок по носу задевал её гордость…

«Мы ещё вернемся сюда…» — попыталась успокоить себя девушка, смотря туда, куда прибежал тот самый мечник, которого она видела в кабинете графа. Именно там стояла неожиданная соперница Асуны — «И тогда мы с тобой разберёмся…»

Возможно, Парабеллум показалось, но прежде чем уйти, она поймала взгляд этой странной девушки…

****************

Кабинет графа посреди ночи вновь оживился. В нём сидели те же люди, что и пару часов назад, но это собрание не входило ни в чьи планы…

Отец и сын — такие разные и непохожие друг на друга, вновь держали разговор, держась за чашки с бодрящим напитком…

— Крис говорит, что ему не спалось, и он вышел на прогулку по двору, где на него кто-то напал. Но знаешь, что особенно любопытно, отец?

— Мне уже стало интересно…

— Крис прячет в старом сарае Одержимого. Он, наверное, думает, что об этом никто не знает, но я всё же почувствовал… И прежде, чем ты предложишь отдать его Церкви, у меня есть интересное предложение.

— Дай угадаю — оставить дело на самотёк? — подхватил старый граф.

— Видишь ли, отец… Насколько мне известно, Скупец занимается наукой Культа, и Одержимыми в том числе. Я бы предложил позволить Крису его эксперименты, может, даже поощрить их…

— …чтобы по окончании Академии, у Криса было что-то, с чем можно придти к Культу.

— Даже если Крис ничего не найдет, то Одержимый — это тоже неплохое подношение, — ухмыльнулся Арктур. — Я бы предложил, чтобы охрана меньше приглядывала за Крисом и его делами, а тех, кто всё же будет знать, проинструктировать, чтобы держали язык за зубами… В общем, не мне тебя учить подобным фокусам, отец…

— Ты на отлично усвоил мои уроки, сын, — старый граф искренне улыбнулся в свои усы. — Думаю, не стоит говорить Крису о том, что мы знаем — не стоит заставлять его нервничать.

— Ты ещё не предлагал братцу пойти в научники вместо мечников?..

— Пока не удосужился… Предлагаешь сделать это сейчас?

— В ближайшее время уж точно. Чтобы это не стало для него неожиданностью. К тому же, библиотека Академии ломится от знаний, которые могут быть ему полезны…

— Значит, завтра мы его и обрадуем этим предложением… И всё же, интересно… Кто смог проникнуть на территорию поместья, и почему именно Крис? — озадаченный граф размешал кофе серебряной ложечкой

— Не знаю, отец… Есть у меня одна мысль, но я не уверен, что между ситуациями есть связь.

— Рассказывай, чего уж. Вдруг твой старик сможет разглядеть что-то, чего не можешь разглядеть ты…

— В последнее время у Культа дела идут странным образом. У наших торговых партнёров сорвалась выгодная сделка, теряется оборудование, а на транспорты Культа совершают налёты… Теперь — ещё и кто-то в наш дом полез...

— Не звенья ли это одной цепи? — спросил старый граф, глядя на пустой ящик в столе. — Следов взлома на ящиках нет, а моя личная переписка украдена. Такое впечатление, что сработал профессионал. Не наш ли это вор?

— Мне кажется, что ты ушёл от темы…

— Нет, сын. Это ты не видишь леса за деревьями. Делам Культа начали мешать — по мелкому, подло и исподтишка. По крайней мере, у меня именно такое впечатление... Помяни мое слово, сын, но есть у старика мысль, что кто-то затеял сыграть с Культом в четыре руки, или же подёргать их за усы. Таких надо душить в зародыше, пока они не взяли инициативу в свои руки и не стали сильнее…

— Пожалуй, что ты прав, отец… Мне определенно будет, на что обратить внимание владыки. Но тебе, отец, не помешало бы усилить охрану — если уж они порылись у тебя в столе, и только на Крисе прокололись, то завтра ночью они могут прийти в жилые комнаты, и только одна Богиня знает, чем это закончится…

**************

В ту ночь не спалось не только старшим в семье Блэк… Крис закрылся у себя в комнате, ощущая переполняющий его бурный поток чувств.

Много чего было замешано в этом адском коктейле — страх от столь неожиданного нападения, страх раскрытия, очередная загадка, которая напрашивалась на поиск отгадки… и последствия уже схлынувшего выброса адреналина. Кадзуто чувствовал, как его потряхивает, и думал. Думал много, пытаясь уложить все в голове, перестать метаться от одной мысли к другой.

«Кто на меня напал? Зачем? Видела ли она Одержимую? Заметит ли прислуга в спешке закрытый ящик?»

Кирито чувствовал — ему было страшно. Страшно, что невидимый убийца подкрался к нему вплотную прежде, чем Крис сумел ощутить даже не ману — но чужеродный Резонанс за дверью, шестым чувством наложить его на восприятие и понять, где именно скрывалась невидимка…

«Мне нужно совершенствоваться…»

Он также смотрел на лежащий на столе черный ком — именно это лежало на месте, куда вылетел короткий клинок убийцы…

«Завтра…завтра я все изучу заново. Одержимую надо перепрятать, и съездить в город к фармацевту… Все завтра… завтра»

Этой ночью Крис уснул, не выдержав перенапряжения…

Глава 27. Крик в тишине

Месяц Цветов закончился, обернувшись месяцем Жизни… Теплая пора вступала на земли приятным теплом, зеленеющий свежей листвой, зарождением новой жизни. Высохли лужи, предвещая скорое тепло лета…

В этот погожий день, что уже клонился к вечеру, в сарае возился юный естествоиспытатель. Рот и нос он заблаговременно закрыл повязкой, длинные волосы спрятал под шапочкой, а корпус прикрыл фартуком…

Периодически он проводил манипуляции над подопытным — с момента обнаружения, эльфийка стала выглядеть немного лучше — на некоторых местах, откуда Крис срезал образцы, нарастала уже вполне здоровая кожа. Колтуны волос юноша срезал, а также смыл все нечистоты, которыми тело было покрыто.

— Запись номер 29… Применил болеутоляющую настойку из аптеки… Не для записи — кажется, это был лауданум — за ним в аптеку выстроилась целая очередь… Кажется, что она как будто… находится в сознании. Из глаз капают слезы, дыхание стало более чётким и глубоким, Одержимая стала часто моргать… Зрачки реагируют на свет.

«Быть в сознании… и в таком состоянии» — Кадзуто вздрогнул, чувствуя пробежавшие по спине мурашки, предствляя себя на месте бедолаги…

— Если ты можешь меня понять — моргни четыре раза, — произнес Кадзуто, столкнувшись с ней взглядом.

«Раз. Два. Три. Четыре. Остановилась» — Одержимая попыталась что-то прогундосить, но понять ее было невозможно — не то всхлип, не то стон, не то вой сорвался с губ, с которых были срезаны нитки. — «Она в сознании»

— Тебе стало легче? Моргни два раза, если да, и закрой глаза, если нет, — Одержимая моргнула два раза. — Тебе было больно? — и снова два движения веками. — Сколько будет два плюс два? — на этот вопрос она никак не отреагировала, взгляд насыщенных, ярких глаз затух и затуманился.

«Она была в сознании…» — Кирито вздрогнул — осознание чего-то, что было сложно представить или принять как реальность, приходило к нему медленно — «Экстраполируя результаты на всех… Получается, что Церковь сжигает живых людей?..»

Кадзуто допускал возможность своей ошибки. Безусловно, там этим вопросом должны были заниматься люди куда более опытные и умные… но пока что ему совершенно не нравилось его открытие.

«Надо бы ещё раз ее осмотреть… Неужели я что-то упускаю?» — он снова принялся осматривать Одержимую, особое внимание уделяя сгибам локтей и мышцам. Казалось, что именно там были сосредоточены алые наросты и пустулы круглой формы.

— Не может ли это быть следами игл от шприца? — он смотрел на сгибы локтей, предплечья и икры, где изобиловали кроме наростов ещё и язвы с незажившими ранами. — Может, кто-то брал у неё образцы, как и я? Выглядит работа всяко получше моей…

Взгляд Одержимой вновь стал осмысленным, и Крис едва не утонул в океане ярких, словно сделанных из драгоценных камней, сапфировых глаз…

«А глаза точно бывают… такими?» — казалось, что этот цвет был неестественным, словно в глаз кто-то залил прозрачной смолы голубого цвета, дал ей застыть и отполировал до блеска.

— Давай так — я спрошу, что ты чувствуешь, и ты моргаешь один раз, если да, и закрываешь глаза, если нет. Всё болит? — движение век. — Жар? — моргание. — Тяжело думать? — и снова моргание. — Значит, надо дать ещё дозу жаропонижающего… Голова кружится? — Одержимая закрыла глаза, и вновь что-то попыталась просипеть, но безуспешно.

— Ты можешь пошевелиться? — эльфийка моргнула, и едва-едва дернула рукой, больше напоминавшей культю — пальцы были словно связаны между собой толстым слоем корки.

— Тебе тяжело двигаться? — моргание.

— Давай так, я сейчас дам тебе снотворную настойку. Ты уснешь, и тебе не будет больно… А мне нужно подумать, — произнес Крис, удостоившись лишь жалобного, умоляющего взгляда Одержимой.

«У меня просто нет слов…» — думал Кадзуто, когда снотворная настойка с резким запахом заливалась в рот Одержимой. — «Дети демона… Ага, конечно. Так я и поверил в эти бредни»

Каждая манипуляция, мысль и чувство, обращённые к Одержимой эльфийке, пробуждали в Криса все более серьезные подозрения, что он лезет не в свое дело… Не его дело, чем там занята Церковь, не его дело, какова истинная природа Одержимости, и не его дело, что будет с этой эльфийкой…

«Это всё ради познания…» — юноша покачал головой, прикладываясь к бутылке с водой — «Хотя кого я обманываю… Если бы на месте этой бедняги был я, или кто-то из моих знакомых, я бы все равно занимался этим делом… Потому что так быть не должно»

Кирито хотел обмануть себя, сказать, что все это ради знаний, а не из-за сострадания… Но эта ложь была пустой, такой, что ее можно было продать кому-то постороннему, но себе — нет. Сердце Криса не могло принять такого исхода…

«Быть может, она и есть моё предназначение, причина моего появления в этом мире?

Он чувствовал, что сейчас стоял на распутье. Либо сейчас он отступит, сделает шаг назад и избавится от Одержимой, избавив себя от возможных проблем… либо не отступит, и встретится с последствиями. Возможно, не сейчас, но это действие при любом исходе будет иметь далеко идущие последствия…

«Еще и ночное нападение… Засунуть сейчас голову в песок будет слишком опасно — черт знает, чего они хотели, и кто на самом деле был их целью»

Кадзуто обернулся и посмотрел в сторону сарая. Нужно было принимать решение…

*****************

Перед сном Маркус все же решил вызвать своего младшего сына на разговор… Тот казался не слишком довольным, словно его отвлекли от чего-то несомненно более важного…

«Наверняка с Одержимым в сарае возился»

— Знаешь, для чего я позвал тебя, сын? — в ответ Крис лишь отрицательно помотал головой. — Мечник из тебя выйдет не очень хороший, и недавно я узнал об альтернативе. Как ты относишься к идее поступить на Научный Факультет столичной Академии в пятнадцать лет? — лицо юноши меняло свое выражение от угрюмого до полного интереса. — Библиотека в Академии всяко побольше нашей семейной, и там нет тренировок с мечом — лишь магия и наука…

«Я купил тебя с потрохами, Крис»

— Я не против, отец, — тихо ответил младший сын, хотя старый граф мог видеть, как Крис просиял. — Но я хочу знать, какие там вступительные испытания…

— Вступительные на Научный Факультет начинаются в месяце Вьюг, кажется… Нам в это время надлежит прибыть в столицу. По поводу вступительных — я позже выясню, и передам тебе список. Уверен, ты хотел бы попасть в Лаогус, но увы — закон есть закон.

— И то хорошо, — пробормотал юноша.

********************

Вернувшись в свою комнату, Крис плюхнулся на кровать, чувствуя всю ее мягкость… За этот день он изрядно вымотался, но все же, перед сном, юноша хотел поломать голову над ещё одной загадкой.

Он смотрел на блюдце, где растеклась иссиня-черная, густая и вязкая субстанция, напоминавшая не то лизуна для чистки клавиатуры, не то жидкое желе.

«Не думай об этом как о желе. Ещё вчера это было кинжалом…» — как именно это желе могло менять форму и становиться твёрдым, у парня пока что была только одна мысль — это не желе, а, скорее, кровь нападавшего… — «Хотя почему кровь такая черная…»

Он прикоснулся к жиже пальцем. Влажная, прохладная, очень упругая и мягкая — ткни пальцем посильнее, и проткнешь, а после она восстановит свою форму. Запахом она напоминала смесь дешёвого пластика и свежей выпечки…

«Бредовое сравнение… Но всё же, слизь пахнет китайскими игрушками и булочками — этого я отрицать не могу»

Крис даже вспомнил недавнюю коротенькую статью в одном из научных журналов Лаогуса об уменьшении популяции слизней… и захихикал.

— Ладно, посмеялись и хватит, — он взялся за комок всей ладонью и влил немного маны… ощутив, как она не встречает никакого сопротивления.

«Почти как кровь… Даже не знаю, что лучше» — он попробовал залить слизь маной под самую макушку, но сколько ни пытался, всё это приводило лишь к тому, что субстанция становилась твёрже камня, пузырилась и хаотично меняла форму. — «Придадим ей форму и…» — комок стал длинной полосой толщиной в мизинец и длиной почти пятьдесят сантиметров, после чего потемнел ещё сильнее.

— Я был прав — это явно штуковина с монструозной магической проводимостью, легко меняющая свои характеристики… и даже цвет, в зависимости от маны и желания. Кем бы ни был тот нападавший — он был неплохим магом и не самым худшим мечником… И что интересно — в Лаогусе об этом явно ничего не слышали — иначе это был бы целый прорыв в науке… да даже военные заинтересовались бы подобной диковинкой.

«Чего-то подобного я и ожидал. Кровь — мощная штука, и чтобы противодействовать ей, нужно что-то её уровня» — он попробовал превратить слизь в неприметный браслет на левую руку, но тёмного цвета побрякушка была слишком заметна на фоне бледной кожи — «Придётся прятать его под одеждой» — Крис опустил левую руку, и представил в голове ситуацию, когда ему нужно было быстро достать нож — слизь мгновенно стекла по пальцам, оформившись в длинное и острое лезвие без гарды.

— Попрактиковаться — и будет то, что надо. И даже ранить себя не надо.

Оставалось лишь понять, из чего эта слизь сделана, как воспроизвести её в домашних условиях, и что ещё можно с ней сделать… Но это уже совсем другие вопросы. Вопросы, которые никуда не денутся от юного учёного, на которые он найдёт ответы.

А сейчас он заслужил отдых, заслужил пару часов спокойного, долгого и глубокого сна. По крайней мере, до очередного кошмара…

В ту ночь ему не снились кошмары. Скорее, это был очень яркий сон, где он смотрел на представление в театре теней, видя за полотном и фонарём размытые фигуры людей и эльфов, что в унисон твердили ему одному:

— Ты сам виноват, ты перепутал роли в этом проклятом Театре Теней!

******************

«Время послушать богослова…»

Собор Цервки Божетсвенного Учения в Этале на фоне серо-коричневого города казался аляповатым, излишне ярким, словно всё здание взяли за крышу, выдернули с земель столицы и поставили сюда, рядом с котельной и мостом. Белое здание, с цветными витражными окнами возвышалось над котельной и зданием конструкторского отдела, превышая их на многие метры…

«Не откажет же священник в том, чтобы причастить ребёнка к слову Богини, и разъяснить ему непонятные вещи…»

Крис надел рубашку и чёрные брюки на подтяжках, и насколько мог, спрятал длинные волосы под тёмно-синий берет.

— Прошу прощения, — он осторожным, тихим шагом вошёл в собор. От его голоса повсюду разносилось эхо.

— Ничего страшного. Что привело тебя сюда, сын мой?

Священником был мужчина среднего роста, одетый в белую мантию с синим крестом на ней. Священнослужитель был гладко выбрит, а лицо его выражало отсутствие, словно он познал вселенское смирение.

— Я читал Книгу Учения, и у меня возникли… вопросы.

— Размышлять над словом Богини — это благо, — кивнул священник — Не стесняйся — спрашивай.

— Я выписал строки, которые вызвали у меня вопросы, — Крис достал листок с записанными вопросами — надуманными по большей части. — Богиня создала не только Гниющий Сад, но и Сад, в котором всех праведников ждёт вечное блаженство… Но мне не совсем ясна природа Гниющего Сада…

— Гниющий Сад описан в книге Грешника, — совершенно по-отечески улыбнулся святой отец — Я не удивлён, что тебе не довелось столкнуться с ужасами, описанными в ней — книга Грешника редка, и описанное в ней противно всему живому.

— Но почему Богиня не может одарить благодатью всех — и праведников, и грешников?..

— Как бы мы все того не хотели, но Богиня не всесильна. Сила Богини заключается в тех, кто идёт её дорогой — в тех, на кого обращён её Свет. Сын мой, ты читал книгу Учения… Не напомнишь святому отцу, что говорит Богиня о взаимовыручке?

— Я не могу пересказать в точности, но я помню, что там имелась ввиду помощь друг другу в трудную минуту для тех, кто следует её заветам…

— Именно. Там, куда не дотягивается свет Богини, дотянутся руки её детей. Дети её Света протянут друг другу руки, встанут и их руками будет создано процветание и благодать. И так наш мир станет Садом Богини… — голос священника отчеканивал эти слова на манер речитатива, без запинки, играясь голосом, словно переливая воду из стакана в стакан.

— Теперь мне стало чуть яснее… Но у меня всё ещё остался один вопрос. Когда-то я видел, как вы сожгли некое «дитя демона»… Оно не описано в книге Учения…

— Одержимые… Это величайшее бедствие, последний грех. Он не был бы так страшен, если бы свет Богини мог избыть его, но Беатрикс бессильна против бедствия. Демон Диаблос, что некогда поставил наш мир на грань… Напомни мне, какой сейчас год?

— Тысяча сто второй год после Бедствия… Значит, то самое Бедствие…

— …точка отсчёта времён. После созданного Диаблосом Бедствия, и победы над ним, мы и ведём летоисчисление. Но демон не был побеждён окончательно — он порабощает тела и души, стремясь вернуться, и распространяя вокруг себя чуму. Дитя демона — те, кто подлежит уничтожению, чтобы Бедствие не повторилось. Мы ничем не можем помочь порабощённым душам, кроме как очистить их и сопроводить к воротам Сада Богини. Мы можем излечить больных чумой, которую распространяют дети демона, как и велит нам Богиня.

— Возможно, это странный вопрос. Но почему Диаблос устроил бедствие? У этого была причина?

— Книга Учения не говорит всего, — покачал священник головой — Знаете, юноша… Сейчас я не отвечу вам на этот вопрос — история Диаблоса и Трёх Героев слишком обширна, чтобы пересказать её здесь и сейчас. Но я могу посоветовать вам ознакомиться с иными писаниями — например, в городской библиотеке лежит Слово Оливера. Оно не скажет вам всего — но даст вам понимание. Прочтите его — и придите ко мне ещё раз, юноша.

«Забавно — купи игру, а потом ещё и книгу с лором…. Хотя это было познавательно… Вот только чума похожа на ложь чистой воды — я уже больше месяца контактирую с Одержимой, и ничего необычного не почувствовал. Да даже и так — окажись хоть один Одержимый в глуши, то Диаблос давно бы вернулся. Одержимые чувствуют боль, могут шевелиться и даже мыслить. Что-то святой отец темнит. Ещё и «ничем не можем помочь порабощённым душам…»

Подозрения Криса обретали всё больше подтверждений. Что и требовалось доказать — Кирито снова лез во что-то мрачное, во что-то, что больше него самого…

«Я просто ничего не хочу…» — выйдя из собора, он неспеша побрёл по городским улочкам.

Кокон тьмы и одиночества, ставший бронёй души и разума Кирито, напоминал решето — в этот момент он осыпался, словно кто-то отчаянно колотил по нему молотком. Стук молотка совпадал с неспешным стуком сердца, но не поспевал за ходом мыслей, за течением бурной реки, что протекала в сознании парня.

«Хочу ли я быть один?»

«Нужно ли это мне?»

«Я не хочу умирать… только не снова»

«Я слишком слаб»

Он разрывался, пытаясь понять, найти ответы, понять, куда ему нужно идти, что для него «хочется», и что «надо»…

«Заслуживают ли Одержимые сгореть на кострах…»

«Можно ли их излечить?»

«В чём интерес Церкви лгать?»

Не было сомнений — мрак, что сгущался вокруг, был куда более непроглядным, ядовитым и опасным, нежели тот, которым Крис отгородил себя от мира…

«Кто, если не ты…» — раздался в мыслях голос ныне мёртвой возлюбленной.

Кирито вздохнул, чувствуя, как у него начинают гореть глаза…

«Как бы поступила Асуна в этой ситуации…» — не в силах дать самому себе ответ, Кирито обратился к единственному для него лучу света — к образу погибшей по его вине мечницы. — «Она бы точно не испугалась ни смерти, ни зла. И почти наверняка влезла бы в эту историю с рапирой наперевес» — парень сжал кулаки. — «Да. Она бы не убоялась зла… Почему я должен бояться? За мной нет никого, кем бы я дорожил, мне осталась только моя жизнь и моё нынешнее положение — но и оно скоро закончится. Младший сын графа — это не только привилегия, но и обязанность»

Сердце Криса не принимало бесчеловечного исхода, не желало принимать жестокость происходящего за норму. Не тогда, когда едва встав на путь познания, он смог достичь столь многого. И сколько ему ещё предстоит постичь — это вопрос времени.

«На пути к чему-то новому ты будешь один» — услышал он голос Асуны. Но одиночество было тем, с чем Кадзуто был готов смириться… подумал было он, почувствовав тоску, и вспомнив лица тех, кто нарушал его одиночество, шёл с ним плечом к плечу, и с кем были прожиты тёплые мгновения…

«Я не хочу быть один…» — то тепло до сих пор было с ним, напоминало о себе, словно чувство пустоты, которую отчаянно хотелось заполнить. То была правда, которую Кирито хотел скрыть даже от самого себя, но которую ему приходится с такой болью признавать.

— Значит, это всё же моё дело, — тонкий кулак сжался почти до хруста. — И хорошо. По крайней мере, я не оглохну в тишине…

Кокон тьмы растрескался и рассыпался вокруг. Тёплая тьма вокруг него разрывалась, становилась тоньше и начинала пропускать через себя слабые лучи света….

***************

В месяц Снегов, Маркус снова позвал своих сыновей. Требовалось сообщить им одну важную новость…

С момента, как старый граф молчаливо позволил Крису заниматься его экспериментами, с того самого месяца Цветов, Крис стал выглядеть ещё лучше — все ещё худой, хрупкий и бледный призрак с длинными волосами, тем не менее, юноша стал больше походить на парня, нежели на девичий труп.

— Крис, знаю, что ты занят несомненно важными делами, но я не приму отказа. Мэр столицы даёт бал-маскарад в месяце Вьюг. Всё семейство, кроме матери, будет там присутствовать. И когда я говорю всё, это включает и тебя, Крис, и тебя, Арктур…

Старший сын выглядел нагло, вальяжно, но очень и очень уверенно, словно только этого он ждал, к этому готовился и уже давно построил на это мероприятие свои планы… чего не скажешь о Крисе.

С самого своего рождения, младший сын не показывался в высшем свете — болезнь, слабость, или притворство постоянно срывали планы старого графа о появлении Криса в высшем свете… Но не теперь.

«Всё должно пройти без сучка и задоринки»

— Я не дурак, отец, и понимаю, что это значит…

— Я рад этому. Тебе предстоит подготовиться к своему дебюту, Крис. С завтрашнего дня тобой займутся учителя, освежат твоё знание этикета и танцы, подберут тебе соответствующий наряд. Не подведи меня, сын…

Глава 28. Затмение

Быть творцом своей судьбы, жить ту жизнь, о которой некогда мечтал сначала маленький мальчик с пластиковым мечом, а после и юноша с ломом, что по ночам выходил на охоту, чтобы избыть свой глубокий, укоренившийся страх…

Минору… нет, Сид Кагено, не знал, чего ему ещё желать. Одна случайная встреча, один наугад выбранный путь привёл его туда, где он был сейчас. Днём — неумелый, тихий, апатичный сын семьи Кагено, ночью — Тень, глава окутанной тайнами организации, подхваченной волной перемен…

Против них — большее зло, с ними — отверженные, проклятые судьбы, которые лишь стараниями Теней ещё не прервались. Всё это звучало как сюжет хорошей игры — с той лишь разницей, что это не игра — это нечто куда более увлекательное, интересное, многогранное…

«Тысяча триста двадцать второй день… Вести дневник стало для меня терапией, возможностью оглянуться и понять, что я упускаю…»

Когда Сида никто не трогал, он закрывался в комнате, брал в охапку словари древнеалександрийского языка, и ломал голову над взятым у Беты дневником, старательно переводя его страница за страницей, всё ещё поражаясь тому, насколько он оказался прав…

— В выражениях Фрейя, герой людей, и основательница королевства, не стеснялась, — Тень покачал головой, возвращаясь на страницу назад. Буквально вся страница была исписана самыми отборными, извилистыми ругательствами, часть из которых получалось разобрать лишь частично. — Как и не стеснялась графомании…

«Мы уже довольно давно выбрались за пределы Александрии и ушли на юг… но я не могу привыкнуть к тому, что мы видели здесь. Три года назад на этом самом месте стояло воплощение цивилизации — Ориана. Город до самого горизонта, в котором проживали миллионы… Сегодня на его месте остались только фундаменты, поросшие быльём… Будь проклят Культ, БУДЬ ПРОКЛЯТА ОЛИВЕР И БУДЬ ПРОКЛЯТА ДРАНАЯ КОШАТИНА ЛИЛИ!

Я успокоилась. Аурелий навёл меня на мысль, что не только мы были отброшены в эру камня и магии, но и Культ, если не был уничтожен до основания, то рассеян и лишён ресурсов и технологий… Может, это мой шанс — покончить с ними, не допустить второго Бедствия…»

«Такое впечатление, что мир до Бедствия был существенно более продвинутым. Ориана, похоже, существовала ещё и в те времена» — Сид знал чётко — за этот труд, за всю ту информацию, что содержалась в дневнике, передрались бы.

Сид отодвинулся и протёр глаза. Уже почти целый год он пытал этот тягомотный, тяжёлый язык, и за это время, наверное, мог читать на древнеалександрийком без словарей, шпаргалок или посторонней помощи, и делать это, не теряя даже игры слов.

— Однако… И здесь страница вырвана — ещё остались обрывки бумаги, — таких вырванных страниц было уже больше двадцати — именно столько закладок было в тетради — Что в них было и где они сейчас?..

«Искать их всё равно, что искать иголку в стоге сена…» — он покачал головой, потягиваясь на стуле. Не помешало бы проветрить — и голову, и комнату, в которой он занимался уже несколько часов.

На улице заметно мело — месяц Снегов венчал собой окончание осени и начало зимы, сменяя осень в извечном цикле смены времён года, но это не помешало Тени выйти, вдыхая зимний воздух полной грудью, чувствуя, как на щеках покалывают попадающие снежинки…

«Здесь Гамма. Тень, могу я попросить совета?» — система дальней связи — настоящая революция по меркам этой реальности, работала исправно.

«Здесь Тень. Конечно, Гамма» — вопреки ожиданиям Тени, Третья из Теней — Гамма, возникла перед ним, словно из ниоткуда.

«Как же она выросла…» — неуклюжая, неловкая Гамма за проведённое в столице время, расцвела — она была самой старшей среди Семи Теней, и в ней уже нельзя было узнать ту самую Тень, у которой ни в какую не получалось обуздать весь свой магический потенциал, но которая была идеальным выбором, когда нужно было вдарить посильнее.

— Лорд Тень, у компании возникла проблема… и я не могу решить, как поступить.

— Расскажи мне больше. Мы вместе выработаем решение, — он пригласил Третью из Теней за собой, закрывая дверь на балкон.

— Начну издалека — с момента выкупа «Специй Мишель» наши дела пошли хорошо. Потребовалось кое-где вмешаться, кое с кем договориться, но в итоге мы смогли наладить крупные поставки специй из Вельгальты, и сделать их значительно дешевле…

— Но кому-то это не понравилось… — продолжил Тень, уже предполагая, с какими именно проблемами столкнулась компания Гаммы.

— Альянс Корпораций. На первый взгляд — загребущие руки Гартера, а на второй — детище Культа. Они мешают нам через столичную администрацию, пользуясь недоработкой в законе.

— Эдикт «О труде», верно?

— Да. Учитывая деловой климат в столице, я намеревалась создать что-то по образу и подобию чайных из страны Эльфов, но с акцентом на кофе и разные способы его приготовления. Они должны были стать круглосуточными, с графиком работы сотрудников сутки через сутки…

— …но с учётом, что эдикт устанавливает фиксированную продолжительность рабочего дня в 9 часов, твоё начинание вступает в противоречие.

— Именно. Я уже подала прошение о пересмотре этой статьи законодательства, но даже если это будет сделано, боюсь, что Альянс Корпораций может перехватить инициативу и лишить компанию прибыли.

— Через кого именно действует Альянс?

— Мэр Новой Александрии — Уинстон Корнет.

«Не он ли даёт в Новой Александрии бал, о котором мама прожужжала мне уже все уши…» — в голове уже оформлялся план, напоминавший Тени о театральной постановке, в которую его затащила Аканэ.

— Значит, обратим её в реальность, — он улыбнулся. — Гамма, как ты думаешь, могут ли у чиновника, которому Культ руками своих марионеток платит второе жалование, быть недоброжелатели…

— Безусловно.

— …и могущества у них всяко больше крохотной, развивающейся компании. Кто подумает, что у такого предприятия есть средства заказать убийство мэра прямо в его имении, да ещё и у всех на виду?

— …и пока будет идти следствие…

— …до компании никому не будет дело — его замена, пока не примет дела, будет более сговорчивой в этих вопросах. — отрезал Сид. — Видишь ли, Корнет в месяц Вьюг даёт бал-маскарад в своём имении. Сиду Кагено придётся там присутствовать, и лучшего момента для столь громкой акции не представится. Думаю, Эпсилон и Парабеллум справятся с этой задачей. Проникнуть, преобразиться, чтобы замаскироваться среди гостей — и решить проблему самым простым путём. Обратись к Альфе и опиши мой план — нужно будет кое-что подготовить…

Тень хотел было продолжить отыгрыш своей роли, но дверную ручку с силой задёргали.

— Ладно, Гамма, мне пора, — Третья из Теней молча поклонилась и исчезла, растворившись в белой мгле. — Да, мама?

За дверью была причина, по которой он не мог отдать себя полностью делам Владыки Теней — матриарх семейства Кагено, которую даже сам Тень побаивался…

****************

— Нужно определиться с костюмом для бала… — Карин привела сына в родительскую спальню, намереваясь присмотреть для него что-нибудь представительное, солидное.

— Я уже знаю, чего хочу, — не позволил матери вставить ни слова, Сид ловко переоделся, застегнул пуговицы пиджака и взял маску между двух пальцев…

— Это должна была быть моя ма… — хотел было проговорить отец семейства, но Карин быстро заткнула его — сын впервые проявил неестественную для него твёрдость, и ветерану Рыцарского Ордена было любопытно…

— Ну как? — движения её сына были плавными, ловкими, изящными — словно Сид был актёром в театре, вышедшим на поклон к публике. Затем, он снял маску с глаз и взял её промеж пальцев.

— Жаль, что Клэр не видит… — Сид был великолепен — не признать этого Карин не могла. — Идеально, Сид! На балу ты будешь сверкать как настоящий бриллиант… — в ответ её сын изящно, слегка не по этикету, поклонился.

****************

— Ты знаешь моё имя… — перед зеркалом Тень тренировался — нужно было приготовиться к выходу в свет. Сид Кагено должен был быть эпатажным человеком-загадкой, кульминацией всех актёрских талантов юноши

*****************

— Ты у меня попляшешь, маркиз… — вторая принцесса примерила серебряную маску волчицы, и обернулась перед зеркалом — неприметное, закрытое платье синего цвета с юбкой в пол, нравилось девушке своей неприметностью — оно было идеальным вариантом, чтобы пропасть из чужого поля зрения среди куда как более ярких персон.

На вечер мероприятия у неё была заготовлена большая программа, которую надлежало готовить заранее… Вряд ли кто-то будет ожидать от непритязательного цветка ядовитых шипов.

****************

— Бал, значит, — юноша с длинной гривой чёрных волос примерил чёрную маску кота, и поправил свой черный костюм с чёрной же рубашкой. Выглядел он довольно скромно, непритягательно, слегка неаккуратно… но Крис Блэк не хотел к себе излишнего внимания… — Посмотрим, что это такое…

****************

— Принцесса не устоит, — думал рослый, жилистый и хорошо сложенный мужчина, примеряя изумрудно-зелёную маску дракона. — Мне давно пора занять надлежащее место в Круге…

****************

— История повторяется раз за разом… не так ли, сэр Вильгельм? — произнес мужчина, в чьи глазах плавала расплавленная сталь. Виктор Олба примерял белую маску ворона, понимая, что ему предстояла ровно та же задача, что и годы назад — и от этого понимания, на душе становилось легче — он знал, что ему делать, что говорить, и как себя вести…

****************

— Это…костюм Смерти? — белый с серым камзол, утягивающие черные брюки, зелёного цвета мантия, бутафорский даже на вид одноручный меч по типу меча викингов и маска черепа — все эти атрибуты соответствовали образу госпожи Смерти в веровании мира…

…и то, что этот костюм достался Парабеллум, вызывал некоторые вопросы.

— Возможно, Владыка хочет привлечь как можно больше внимания… — пробормотала Эпсилон — Хотя мне кажется, что на тебе он смотрится… не очень ярко.

— Сейчас мы это исправим… — управляя слизью, Восьмая Тень прибавила себе десяток-полтора сантиметров роста, стала слегка шире в плечах — Слизи нужно больше — на корпус и бедра не хватает…

Взяв ещё тёмной субстанции, Восьмая Тень принялась преображаться. Яркая леди в не менее ярком костюме, выделяющаяся даже на фоне одетых в самую дорогую и стильную одежду — вот какова была её цель…

Госпожа Смерть должна была притягивать глаз, быть загадкой, которую хотелось разгадать, в те мгновения, когда Асуна должна была выйти на сцену.

— Ну как?.. — мечница чувствовала, как из-за сместившегося центра тяжести и увеличившегося роста ей не очень комфортно. Пытаясь как-то исправить эту ситуацию, Парабеллум стала играть со слизью, которая выступала в роли корсета и одновременно — облегала бёдра, перенося часть нагрузки на неё.

Взгляд Пятой из Теней был… нечитаем. Асуна совершенно не могла понять, что стояло за тем исступлением, которое выказала эльфийка… Однако, её исступление развеяло появление виновницы всего происходящего — Альфа вошла в комнату неспешно, лениво, и прислонилась к стенке у входа.

— Я вам не помешала? — Парабеллум повернулась к эльфийке и склонила голову на бок.

— Нет, — промурлыкала Парабеллум, намереваясь придать образу Смерти чего-то звериного, жуткого. Но на Альфу это не подействовало.

— Парабеллум, может, тебе стоит переплести волосы? — в ответ на недоуменный взгляд мечницы из-под маски, Первая из Теней пояснила — Высокий хвост не очень подходит костюму…

— Предложения?

— Заплети в пучок или в узел — думаю, будет лучше, — Восьмая Тень послушалась совета эльфийки и сняв маску и мантию, принялась неспеша заплетать волосы в узел на затылке. — Не смотри на меня так, это задумка Тени…

— А разве я злилась? Я просто не вижу смысла во всём этом маскараде — проще было просто подлить ему яд, или подкрасться к нему и перерезать горло… зачем весь этот фарс?

— Я не сомневаюсь, что ты можешь быть права… Но, лично мне кажется, в этом есть что-то… символичное.

— Символичное?

— Да. Мне кажется, что Тень хочет запутать следы. Смерть пришла по душу алчного, нечистого на руку мэра — звучит как сюжет театральной пьесы, — ответила Эпсилон, тряхнув головой — Никто не подумает о Саде Теней…

— Главное — чтобы убийство вышло как можно более громким… и чтобы следствие окончательно запуталось, пытаясь найти виновных…

— …или нашло их там, где нужно, — улыбнулась Альфа — Парабеллум, не стоит слишком сильно измываться над костюмом — он нам ещё пригодится…

***************

Наконец-то.

Настало время его дебюта, время сыграть свою роль, час, когда начинается шоу, когда поднимается занавес. Благодарная публика занимала назначенные ей билетами места, актёры и декорации были расставлены на своих позициях, дымогенератор уже начал работать, окутывая сцену дымом, отражённым в заготовленных зеркалах…

Основное освещение ещё не погасло, и только этот миг — огромные ворота столичных имений мэра, отделяли шоу от начала…

Маяки Парабеллум и Эпсилон уже были на своих местах — внутри. Они пришли без приглашений, играючи миновав охрану, и ждали заветного сигнала, чтобы влиться в толпу гостей…

Гости уже собрались у входных ворот — среди них хватало незнакомых лиц, фигур и силуэтов. С вершины здания с противоположной стороны улицы они казались игрушечными солдатиками, которых надлежало расставить по своим местам…

Виднелись там и родители Сида — которым он слегка приврал, желая получше осмотреть сцену с высоты.

— Смерть на бал не приглашают, — он сжал кулак — Но Смерть на бал придёт сама!

Он не ощутил на себе внимательного взгляда чёрных глаз из-под маски чёрного же кота - настолько нескладным, неприметным был её носитель...

Глава 29. Танец в свете огней

«Даже думать не хочу, сколько стоило подобное торжество, и откуда у мэра столько денег… Тут один главный дом стоит примерно как всё наше имение»

Гости были почти в сборе — уже сильно под вечер, почти ночью, они вместе с хозяином имения дожидались последних из списка… И, как и ожидал Крис, на их фоне он смотрелся невзрачно — среди прибывших людей и эльфов нескладный, постриженный слугами для такого случая, юноша в чёрной маске кота выглядел неброско.

Вокруг хватало народу — в общей сумме порядка сотни человек и эльфов в пёстрых и ярких нарядах, чьи лица частично или полностью были скрыты самыми разнообразными масками.

Гостей собрали в огромном зале, на который открывался вид с лож сверху. Танцевальная часть была посередине, в одном из углов стояло фортепиано, ждал своего часа оркестр, в другом располагался роскошный фуршет, а в третьем, где были расставлены столы, посетителей ждали разнообразные игры, вроде шахмат или карт. Имение было отделано дорого — мраморный пол, ковры, белоснежная лепнина и огромные люстры, что свисали с потолка — все это выглядело вычурно, элитарно и дорого — словно особняк суперзлодея в кино…

Обилия цветов в платьях прекрасных и не очень дам, их кавалеры, крупных в ширь, в рост и в размер кошелька, что они не стеснялись подчёркивать через украшения своих спутниц и через строгий, официальный костюм… и довершали картину многочисленные маски.

Попутно с осмотром гостей, Крис обращался к своему шестому чувству, оценивая прибывших на бал с точки зрения магии… Среди аристократии магов хватало — от каждого прибывшего ощущался достаточно сильный Резонанс. Ману никто из участников и не думал скрывать, напротив, развернув её, выставляя её напоказ…

Арктур, его старший брат, не стеснялся выставлять свою ману перед всеми — ему было чем похвастаться.

«Где-то двадцать процентов от объема Беатрикс…»

Человек в маске дракона, чьего имени Кирито не знал, мог посоревноваться с Арктуром — они были примерно наровне в плане чистого объема маны… хотя от Арктура не чувствовался Резонанс 98, в отличии от человека в маске дракона.

«Опять Резонанс 98…» — в последнее время Крис имел очень долгий контакт с источниками этой странной маны — пока Одержимая спала, опоённая лекарствами, Кирито разбирался с образцами, пытаясь найти какую-то зацепку, точку, с которой можно было бы подступиться к решению проблемы Одержимости…

«Думаю, мне не стоит слишком скрываться — а то ещё подумают, что я специально скрываю свой огромный потенциал и внимание обратят» — стоило приоткрыть толику своих сил — на фоне многих из присутствующих кажущихся блеклыми, но тем самым отвести от себя любопытные взгляды…

Он хотел было развернуть свою ману, когда шестое чувство, словно корабль на скалу, наткнулось на нечто… Резонанс огромной силы и чистоты, совершенно неприкрытый, и при этом — не было источника маны, который мог спровоцировать Резонанс такой мощности…

«Ч-что это за монстр?..» — думал Крис, осторожно оглядываясь в поисках его источника. — «Он будет посильнее даже Беатрикс… и явно хорошо владеет маной» — наконец, юный учёный наткнулся на виновника.

Черные волосы, идеально подогнанный костюм, маска домино, скрывающая направление взгляда… и невыносимо большой Резонанс. Крис всё же смог прощупать выставленный на показ объём маны — блеклый на фоне остальных гостей…

«Он прячет большую её часть… но Резонанс скрывать он не умеет» — напрашивался сам собой вывод. — «Кажется, именно его я видел на крыше у имения… Странный тип» — Кирито взял его на заметку, чувствуя нарастающее подозрение…

Окружающая обстановка не способствовала его покою — он мог видеть улыбки, натянутые и не очень, короткие обмены взглядами и приветствиями, разгадать смысла которых Кирито было не под силу. И в мире без отгадок, куда его буквально притащили, сталкиваться лицом с самой интересной загадкой надлежало с особой осторожностью…

Где-то в тени торжества притаилась одинокая фигура в серебряной маске волка — девичья, подтянутая и хорошо сложенная, с заплетёнными в строгую причёску волосами цвета снега, припрятанными под синим беретом, в тон прикрытому платью…

«А это точно по этикету? Не мне критиковать выбор, но мои учителя бы повесили бы её на обрывках этого самого платья…»

Девушке, если Крис правильно запомнил скучнейшие уроки этикета, полагались светлые и пастельные тона, а само платье должно было идти с открытой шеей… Здесь же — тёмно-синий цвет, при определённом освещении кажущийся чёрным, и само платье закрыто под самое горло.

«Хотя оно и красиво» — на мгновение он поймал взгляд этой мрачной волчицы — цепкий, холодный, оценивающий, даже более ядовитый, чем у большинства собравшихся здесь гостей… но, словно что-то для себя решив, отвела взгляд. — «Она пугает» — констатировал юный учёный.

— А, Виктор, — Маркус Блэк, разодетый в строгий костюм и маску, напоминавшую морду чёрного бульдога, — Рад видеть в добром здравии, старый друг.

— Взаимно, граф Блэк, — подтянутый, с рыцарской выправкой мужчина в маске ворона пожал Паровозному Графу руку.

«А не слишком ли это фамильярно…?» — Крис хотел было вздохнуть, понимая, что ничего не понимает — та мишура, которую вешали ему на уши учителя этикета и прочего, с чем Кирито не хотел бы иметь дела, безостановочно летело в пропасть…

Кадзуто хотел было поступить так, как его учили, когда в поле его зрения возник очередной знакомый Резонанс — на одной из лож, почти не выделяясь среди иных предметов интерьера, стояла скрытая полумраком женская фигура, старательно скрывающая свою ману, но не Резонанс.

Этот Резонанс Крис хорошо помнил — в месяце Цветов именно обладательница этого Резонанса напала на него в имении семьи Блэк, и оставила после себя только лужицу тёмной субстанции…

Вечер больше не обещал быть безопасным, и Кирито прикоснулся к чёрному браслету, готовому в любое мгновение обратиться в нож. В намечающейся драке лучше иметь нож, чем его не иметь…

****************

— Прежде, чем начнётся бал, я хочу произнести речь! — громоподобный, отразившийся от стен голос их цели заставил бокалы на фуршете зазвенеть…

«Настоящий мастер оратор…» — даже Парабеллум вздрогнула — стоя в верхней ложе, она видела его — высокого, худого человека в светло-бежевом, расшитом золотой нитью кафтане, с вычурно сделанной маской льва на лице. — «Или это некий дешёвый трюк»

— Не я собрал вас здесь, но сама Новая Александрия — жемчужина Старого Света, что уже без лишнего дня семь веков ведёт свою историю. Начав, как могущественнейшая из морских твердынь королевства… — Уинстон Корнет заливался соловьем, распевая дифирамбы новой столице и рассказывая её историю…

«Вот только о старой Александрии все забыли… но это и к лучшему»

Настал момент Смерти появиться на сцене, и показаться среди гостей. Лишь на мгновение, как того хотел присутствующий здесь Минору…

****************

«Значит, это младший сын Блэка?»

Виктор смотрел на нескладного мальчишку, которого мало кто из присутствующих видел вживую. Ему было неуютно среди такого количества людей, он был худ и слаб на вид… Было понятно, почему Крис не показывался на публике — слабое здоровье не позволяло старому графу вывести сына на свет.

— Не судите книгу по обложке, виконт, — доброжелательно улыбнулся Арктур Блэк — парень в маске лиса, — Не всем нам суждена роль воинов, кому-то Богиней назначен ум вместо силы…

«Гладко стелет…. Неужели граф задумал пристроить младшего Скупцу?»

— Твоя правда, Арктур…

«Пожалуй, что Альфе не помешала бы эта информация — может, у неё выйдет отвадить парня от дерьма Культа…» — Виктор стал осматриваться — скоро бал должен был открыться первым танцем…

**************

— Не хочешь здесь быть?

Алексия Мидгар неожиданно вздрогнула, заметив подошедшего к ней парня в белой маске. Она помнила, что он прибыл вместе с семейством Кагено, как и заметила его первый демарш — отойти чуть от остальных, чтобы осмотреться.

— Ни в коем случае…

«Он прочитал меня…но похоже не понял, почему я это делаю»

— Миледи позволит пригласить её на танец?

«Хм… Если я не уделю танец этой свинье Зенону…» — она сдержала ухмылку — «То это будет даже лучше, чем если я испорчу ему вечер своими выходками»

— Миледи позволит… если кавалер представиться леди.

— Сид Кагено, — он, явно подражая актёру в театре, поклонился и поцеловал костяшки её левой руки в перчатке.

«Как я и предполагала — сын барона Кагено… Идеальное прикрытие» — от Сида не чувствовалось значительной магической силы, скорее, он просто был ярким сам по себе… Алексия вряд ли могла найти для себя лучшего помощника в её планах.

А то, что репутация Сида будет подмочена… вряд ли такая мелочь стоит меньше, чем выражение лица Зенона, когда вся её программа на этот бал будет выполнена…

Хотя, на общем фоне он всё же был довольно яркой личностью, и вряд ли подобному очаровашке повредит крохотное нарушение этикета…

— Алексия Мидгар, — проверяя реакцию кавалера на её имя, вторая принцесса неподдельно удивилась, заметив отсутствие изменений на лице Сида.

«Это уже интереснее…» — возможно, что её партнёр сгодится ей не только на этот танец. Нужно было лишь втянуть его в маленькую игру, затеянную принцессой, и убедить, что Сиду она нравится даже больше, чем ей.

Она приняла руку парня и направилась вместе с ним к центру зала.

«Торжественно клянусь, что не замышляю ничего хорошего» — облегчённо подумала девушка, собираясь с духом, и глядя на то, как мимо, словно фея из сказки, прошелестела белая фигура… вот только лик её был скрыт маской черепа, а в руках был бумажный меч… — «А ведь среди прибывающих гостей Смерти не было…»

*****************

«Она спустилась» — с момента, как Крис заметил странную гостью, он не спускал с неё взгляда, и смог заметить, как сначала она стала невидимой, а после появилась внизу, в танцевальной зале.

Неясно, что она забыла здесь… но Крис очень не хотел терять её из виду. Странным был её костюм — именно так в этом мире изображали Смерть, и учитывая их прошлую встречу, было очевидно, что эта женщина неспроста примерила именно это обличие.

«У меня паранойя, но сегодня точно кто-то умрёт…» — в этот момент Крису пришла одна мысль… — «Крис, это самая плохая идея, которая приходила тебе в голову за этот год!»

Терять Смерть из виду было решительно нельзя — нельзя было позволить ей скрыться под невидимостью. Нужно было вытащить её на свет, а учитывая, что вот-вот должен был начаться первый танец, решение проблемы напрашивалось само собой.

«Если она не согласится, у меня получится привлечь внимание к злостной нарушительнице этикета… а если согласится, то я смогу изучить её поближе» — парень сделал глубокий вдох и устремился в направлении леди Смерть.

— Леди…

«…худшая идея в твоей жизни!»

****************

В момент, когда она услышала голос, Парабеллум вздрогнула и напряглась. Не на это она рассчитывала, когда намеревалась сделать одну-единственную вылазку в зал, чтобы создать впечатление о своём присутствии среди гостей…

И в качестве вишенки на этом поистине «изумительном» торте — этот голос был ей знаком…

«Так это была не девушка.?» — девушка…нет, скорее, женственный парень отныне не хвастал длинной шевелюрой, обходясь аккуратной и довольно короткой причёской.

— Крис Блэк, — представился он — Не окажет ли миледи честь разделить со мной танец?

«Здесь Парабеллум. Эпсилон, я немного задержусь. Приводи план в исполнение по моему сигналу»

— Разве способны живые пригласить Смерть на танец… — хотела было она отвязаться от парня, когда тот ответил:

— Я видел ваш лик… и он прекрасен, миледи Смерть, — юноша в маске чёрного кота не сдержал оскала, возникшего на лице…

«Он видел меня в Этале…» — мечница сдержала скрежет зубов. Этот парень мешался ей всё сильнее… — «Очень хорошо. Человек, вышедший на танец с убийцей мэра — лучшего способа помотать ему нервы у меня нет…»

Вне всякого этикета она подала парню руку, намереваясь воспользоваться им как прикрытием… и заодно — получше оценить занозу, сорвавшую их планы в Этале.

«Он худ, да и маны в нём мало… хотя внешность здесь явно обманчива…» — Асуна всё ещё помнила, как потеряла кинжал-дагу из-за этого маленького чудовища, и поэтому вынуждена была быть начеку.

Танец начался, заиграл вальс — и хоть Асуна в прошлой жизни и имела представление об этом, но всё же позволила Блэку быть ведущим в их паре…

— Как вам Этал, миледи? — юноша начал с колкости…

Этот танец обещал быть долгим…

***************

«Похоже, что у Парабеллум проблемы…» — Сид видел ранее незамеченного парня, который сейчас вовсю охаживал его Восьмую Тень, одновременно уступая ведущую роль в танце своей спутнице.

Сид Кагено, выступая на этом балу… не знал, чему ещё ему желать. Побывать на таком мероприятии, в подобном же амплуа, входило в его личный список фантазий — побыть агентом на секретном задании, посреди дорогих костюмов, выступить на нём, показать и проявить себя со всем отведённым ему природой артистизмом — вот что будоражило ранее бурную фантазию парня, и что стало возможно благодаря этому миру…

«Хотя, конечно, в этом деле мне бы не помешала прекрасная сообщница…»

Лицо Алексии (весьма неожиданно, что сейчас Тень танцевал со второй принцессой Мидгара) лучилось неприкрытым злорадством — её лицо можно было сравнить с лицом Дзеты, когда та сумела устроить какую-нибудь пакость…

«Уж не маркиз Зенон ли это?» — он отследил направление взгляда принцессы, и наткнулся на человека в маске дракона.

— Общество маркиза вас не устраивает? — тихо спросил Тень, оценивая ситуацию.

— Ваше общество кажется мне гораздо более приятным, — прошептала принцесса, хотя лицо её оставалось каменным.

«Хм… Зенон занимает некий пост в Культе…и похоже, что Алексии он не нравится» — Тень улыбнулся уголком рта. — «Вторая принцесса не просто так опасается его — но и на его персону в этот вечер у меня есть план»

Тень отложил мысль о том, как поступить с информацией об отношении второй принцессы к прихвостню Культа — не стоит делать поспешных выводов и действий.

— На следующий танец нам придётся поменяться партнёрами… — Тень указал уголком маски на маркиза, кружившего в танце некую эльфийку в украшенной золотом маске совы.

Человек в маске дракона, казалось, не спускал с них взгляда, и надо было что-то предпринимать… и здесь на глаза Тени попалась Парабеллум и её партнёр.

— Есть идеи? — похоже, Алексия приняла правила их спонтанно начатой игры.

— Есть одна… — прошептал Сид, уголком маски указывая на партнёра Парабеллум. — Как только танец закончится, поменяемся с ними…

«Мне нравится эта игра…»

***************

«Всё идёт даже лучше, чем я планировала…»

Сид принял правила её игры, и, похоже, решил нырнуть в её с Зеноном стачку с головой. Похоже, не одной принцессе не нравился прекрасный, как монета в десять тысяч зени, инструктор фехтования…

Выражение лица маркиза под маской стоило всех усилий…

«Но это только начало, глубоконеуважаемый маркиз…» — вопреки её желанию, на лице проступила злобная ухмылка, которая не прошла мимо Сида — тот перехватил роль ведущего в танце, и развернул их пару так, чтобы Зенон оказался у принцессы за спиной.

Их дуэт пропустил мимо себя двухметровый "мясной шкаф" в маске буйвола, и его спутницу - эльфийка, которая на фоне "бизона" смотрелась словно большая ростовая кукла...

— Не стоит показывать ему, насколько вы довольны, миледи… — Алексия спохватилась — только что Сид осторожно выручил её из щекотливой ситуации.

Сделав ещё круг, кавалер сделал разворот, чтобы принцесса могла держать маркиза в поле зрения. Они мягко избежали столкновения с ещё одной, на этот раз, исключительно эльфийской парой...

— Вы правы, — своему… сообщнику, принцесса ухмыльнулась более открыто и искренне — в знак благодарности…

***************

— …темнее всего под фонарём, Блэк, — Крис почти в открытую издевался над Асуной, а она даже не могла вызвать его на дуэль, или дать ему достойного отпора. но это не значит, что у неё не было козырей в рукаве, — В самых неожиданных уголках Этала можно отыскать много чего интересного… я ведь права?

— Н-не совсем.

«Значит, Одержимая всё ещё у него…» — план формировался быстро — пока никто после событий бала не опомнился, Теням было нужно нагрянуть в поместье. Криса, который обладал поистине паранормальным чутьём на невидимок, там быть не должно.

На высочайшем уровне исполненный вальс плавно подходил к своему концу, а значит, подходила к концу нить жизни нечестивого виновника торжества… Жаль, конечно, прерывать этот вечер актами насилия — но так было нужно.

«Эпсилон, ты ещё на месте?»

«Здесь Эпсилон. Да, на месте»

«Здесь Тень. Парабеллум, вы хотите начинать?»

«Да. Нечего больше откладывать»

«Подождите конца танца. Я хочу убрать ещё и Зенона. Просто чуть-чуть подождите» — вальс закончился, и Тень вместе с партнёршей встал…аккурат под люстру, куда уже спешил мужчина в маске дракона. — «Начинайте»

— Ах, сколь прекрасен орианский вальс… — распелся было человек в маске льва, но Парабеллум одним стремительным движением оказалась рядом, и произнесла фразу, в соответствии с планом:

— Ты забыл пригласить меня на бал… и за это я заберу тебя в Гниющий Сад!..

******************

«Блядство, блядство, блядство!» — среагировать не успел никто — ни Крис, ни Арктур — все едва успели повернуть головы в нужную сторону, когда одновременно с фразой Смерти все услышали лязг стали, свист и…

…и во всём зале погас свет. Послышался звук разбивающегося хрусталя, крики ужаса и боли, в воздухе повис запах крови…

«Где она?!» — Крис чувствовал Резонанс Смерти где-то совсем рядом — но не было ни её силуэта, ни даже тени в блеклом лунном свете… Она уходила в сторону ещё одного мощного источника Резонанса где-то в верхней ложе — «У неё был сообщник…»

Крис всё же превратил слизь в длинный нож с гардой, и приготовился к тому, чтобы выкинуть ещё один фокус — разночастотные потоки маны столкнулись в одной точке, порождая сначала яркую вспышку, а после — и ярчайший свет, осветивший танцевальную залу не хуже светодиодного прожектора…

«Если что — нашёл дома артефакт-светляк… не говорить же им про резонанс Света» — спохватился Крис, на ходу выдумывая объяснение и переводя взгляд на то, что происходило в зале…

Подвешенные ранее на потолке люстры в одно мгновение обрушились вниз — но, по чистой случайности ли, или по чьему-то замыслу, они задели только человека в маске дракона — он всё ещё был на ногах, но маска была смята, а из обширной раны на голове обильно сочилась кровь.

— Крис! — брат подбежал к нему — Что это за штука?

— Артефакт, — соврал юноша.

— Подсвети вон туда! — не стал задавать дополнительных вопросов Арктур, указывая в сторону, где в последний раз видели Смерть.

Голова с маской льва лежала почти в десятке метров от тела, на месте шеи виднелся идеальный, хирургический разрез… от одного вида которого Криса замутило. Тело обмякло, из него вытекала тёмная кровь, ещё сильнее ужасая парня…

— Всем сохранять спокойствие! — послышался громкий и хлёсткий голос Маркуса. — Хоуп, окажите маркизу помощь! Вызовите стражу! — в чём нельзя было отказать старому графу — так это в самообладании. — Арктур, Крис — зовите стражу…

«Пиздец, пиздец!» — Кирито чувствовал подступающую панику, и никак не мог взять себя в руки. В голову лезла лишь нецензурная брань, которую так и хотелось вывалить перед всеми…

— Не дрейфь, Крис! — вид Арктура, не терявшего головы, слегка отрезвил Кадзуто — им всё ещё было нужно позвать стражу. Они неслись по коридорам, но не находили никого…

«За дверью кто-то есть!» — вдруг почувствовал Кирито.

— Арктур! Здесь!

— Хрясь! — явно усилив себя магией, старший брат рванул дверь на себя… и сорвал её с петель.

— Проклятье, Кри… — хотел было выругаться Арктур, но увиденное в комнате лишило его дара речи.

Два десятка человек охраны без признаков сознания лежали на полу, на кушетке, на креслах. В комнате висел невыносимый запах алкоголя и табачного дыма…

За окном Крис чувствовал ещё один Резонанс — словно кто-то висел на подоконнике, ожидая, пока кто-то откроет окно. Источника маны также не было…

— Там кто-то есть? — Крис решил распахнуть окно, и, похоже, напугал носителя Резонанса — та, пользуясь невидимостью, испустила что-то вроде писка, резко спустилась по стене и помчалась навстречу ночи.

— Они тут что, пили?.. — не веря в то, что он видит, пробормотал Арктур — Хотя, о чём это я? «Пьяная» охрана прошляпила среди гостей убийцу, ага, так я и поверил… Кто-то убил мэра — и убил его показательно…

— Но… кто мог желать ему смерти?

— Вопрос даже не в том, кто. А в том, сколько этот «кто» заплатил за столь громкую акцию… — обычно спокойный, хладнокровный Арктур выглядел напряжённым. — Ты ведь танцевал с убийцей — она тебе что-нибудь говорила?

— Она представилась мне как Леди Смерть, но я не думаю, что её так звали… В основном она… как ты это называл? А, точно — вела себя как кокетка и девочка-загадка.

— Прекрасно, просто чудесно! — с долей сарказма фыркнул Арктур — Дальше этим делом пусть занимается Рыцарский Орден, или Королевская служба сыска. А тебе, братец, не помешало бы подучиться мечу.

— Я хреновый мечник, Арктур… Очень хреновый…

***************

Всё прошло не совсем так, как Тень того хотел.

Тень думал, что Парабеллум ещё немного повременит с убийством, дав гостям время на ещё пару танцев, уже прикидывал планы на фуршет и карточные колоды в одном из уголков зала…

По-другому он себе представлял и появление Смерти перед мэром — она должна была возникнуть как призрак, что до этого мелькал среди гостей, но пропал из поля зрения, и вырос перед мэром, когда гости будут веселы…

Не дотянула Парабеллум и по уровню артистизма — роль Смерти ей не шла, вопреки первоначальному мнению Тени. Маркиз Зенон не погиб вопреки ожиданиям Сида, а вспышка света не позволила ему довершить начатое гигантской люстрой…

Однако, столь раннее свёртывание вечера возымело пару неожиданных эффектов… Из-за ранения маркиза и вспышки, вызванной одним из гостей, в зале поднялось больше паники, нежели Тень ожидал, а исчезновение источника света лишь усилило гнетущую атмосферу…

Алексия была в полном порядке — уклоняясь от люстры, он оттолкнул от угрозы и принцессу, из-за чего та схватилась за его плечо, явно шокированная произошедшим.

— Ч-что это было?! — Алексию явно потряхивало.

— Люстра… — глаза Тени привыкали к темноте, и он мог разглядеть пыль и штукатурку, осыпавшую их с ног до головы.

«Костюм все же жаль…»

И все же, Владыка Теней был доволен итогами бала. Основная задача была выполнена, он сполна насладился этой маленькой игрой между ним и Алексией… и стал всерьёз думать о роли второй принцессы в его игре.

Уже скоро, с наступлением весны, ему предстояла Академия. Алексия, как выяснил Сид, была его ровесницей, и это означало, что им ещё суждено встретиться… А принцесса, с которой его связывало столь короткое, но яркое знакомство, может сослужить ему хорошую службу.

«Здесь Парабеллум. Мы идём в Этал» — получил он передачу по дальней связи…

Глава 30. Тени, сошедшие с книжных страниц

Спустя день после рокового завершения бала, как и предполагал юный ученый, с ним захотели поговорить следователи Королевской службы сыска… К этому времени Крис уже смог подумать, что именно он может сказать, чтобы ненароком не ляпнуть лишнего.

Он уже жалел, что решился вызвать Смерть на танец — из-за этого к нему оказалось приковано внимание следствия — причём уже не как к свидетелю или потерпевшему. Это не предотвратило убийства — и попытка Криса сделать как лучше не закончилась ничем хорошим.

Маркус Блэк, его отец, конечно же, не собирался давать сына в обиду — опрос должен был проходить в его присутствии. В назначенный час, они прибыли в столичный отдел службы — мрачное, строгое кирпичное здание с решётками на окнах и одной единственной вывеской у дверей.

«Отдел службы сыска города Новая Александрия»

Внутри здание было менее мрачным и строгим, нежели снаружи — их без лишних слов сопроводили в комнату в конце коридора, где, как думал Крис, их уже должны были ожидать следователи…

…и он никак не мог ожидать, что представительного вида блондин в белой рубашке и брюках на подтяжках, окажется знаком с Маркусом.

— Гёте, — старый граф кивнул следователю и протянул для рукопожатия руку.

— Маркус, — блондин пожал протянутую руку, и придвинул свой стул ближе к столу, а затем обратил внимание на юного учёного. — Кажется, ранее мы не были представлены.

— Крис — это граф Гёте Морно, глава Королевской службы сыска. Он занимается делом бала. Гёте, это мой младший сын — Крис.

— Приятно познакомиться с тобой, Крис.

«Ещё один граф…» — Морно выглядел расслабленым, спокойным — словно всё происходящее было для него лишь одной сплошной формальностью… и всё же, не пожать следователю руку было бы невежливо.

— Я не намерен обвинять тебя в чём-либо, я лишь хочу найти настоящих виновников убийства. Поэтому, я бы хотел услышать твою версию событий, Крис. Расскажи мне, что ты запомнил из событий бала.

— Мы прибыли на бал вместе с остальными гостями, согласно приглашению, в десять часов вечера. Я, отец и Арктур. Мы слушали речь, которую озвучил покойный мэр, об истории Новой Александрии, и я заметил кого-то в верхней ложе…

— Значит, кто-то был в верхней ложе имения?

— Мне показалось это интересным — в ложе не было никого, кроме этого кого-то, и я думал, что верхняя ложа закрыта для посещения. А потом он или она куда-то пропал — или скрылся…

— Ты запомнил, как он выглядел?

— Мне было плохо видно, но он был одет то ли в белое, то ли в серое. Среднего роста.

— Хорошо… Что было дальше?

— Дальше, когда начался бал, и нужно было открывать его, я стал искать себе партнёршу среди гостей…

— И нашёл Смерть?

— Да. Я не видел её среди прибывших ранее гостей и подумал, что она просто опоздала на бал… И я пригласил её на танец.

— Она что-нибудь говорила? Как-нибудь представилась?

— Она назвалась Леди Смерть, но я думаю, что это было… кокетство. Да, кажется, это так называется. Во время танца мы обменялись колкостями, но ничего особенного она не сказала.

— Опиши Леди Смерть поподробнее. Какие-то особые приметы, детали?

— Маска в виде черепа. Она закрывала её лицо полностью — я даже глаз не видел. Волосы, кажется, были красными. Потом, помню, что её наряд был облегающим — что-то вроде чёрных трико, белая блузка, и зелёная мантия. И чёрные перчатки. У мантии, кажется, была окантовка золотом или вроде того. Она была выше меня примерно на голову, и слегка шире в плечах.

— Что-нибудь ещё?

— Пожалуй, что больше ничего. Всё, что было дальше — окончание первого танца. Мы разошлись, я хотел было пропустить следующий танец и направиться к фуршету, но на меня едва не упала люстра… Дальнейшее помню смутно, ибо перенервничал — помню, как люстры все вместе упали нам на головы, и мы с Арктуром пошли искать стражу.

— Это всё? — граф всё это время записывал его показания.

— Пожалуй, что да… хотя есть ещё кое-что. Мне кажется, что когда люстры начали падать, я слышал что-то сверху — какой-то голос в верхней ложе. Но в темноте я ничего не увидел. Вот теперь всё.

— Значит, у Смерти был сообщник… или сообщники, — следователь вращал перьевую ручку в пальцах. — Хорошо. Маркус, Крис — более я вас не задерживаю. Вопросов к Крису у следствия нет.

**************

— Жаль, конечно, что этот бал задержал нас в столице, — вздохнул старый граф. — Крис, запомни этого человека — в случае, если между дворянскими семьями возникает некое противоречие или конфликт, именно граф Морно разрешает его. Думаю, вы ещё не раз с ним встретитесь…

— Вы с ним… знакомы?

— И очень хорошо, — кивнул Паровозный Граф. — Но не будем об этом. Возможно, даже и хорошо, что мы задержимся в столице. Крис, через пару дней как раз начнутся вступительные испытания в Академию, так что у тебя будет время погулять по городу.

— Мы не станем возвращаться домой?..

— Думаю, и мне, и Арктуру ещё придётся предстать перед следствием. К тому же, тебе и так пришлось бы ехать сюда. Воспринимай это как время побродить по зимней столице — Новая Александрия в это время прекрасна, — расплылся в довольной улыбке Маркус. — И у тебя будет время повторить всё, что потребуется для сдачи испытаний.

«Грамота, математика уровня средней школы, логические задачки уровня средней же школы, использование маны, и азы естественных наук…» — Крис подавил фырканье — уж с чем, а с экзаменами у него проблем не возникнет.

А значит, ему предстояло вдоволь нагуляться по столице за эти пару дней.

И свою прогулку он намеревался начать прямо сейчас.

Здание службы сыска располагалось на широкой набережной, в паре минут пути от порта Александрия. С выложенной брусчаткой набережной, заботливо прибранной от снега и льда, открывался вид на незамерзающее море. Можно было видеть, как огромный силуэт парохода устремлялся прочь из порта, и как в водах гавани встал на якорь большой парусный корабль…

«Получается, здесь всё ещё в ходу парусные корабли?» — думал Крис, оглядывая идя по набережной дальше и сворачивая вглубь города.

Сама набережная была оживлённым, густонаселённым местом — улицы, отходящие от неё, были широкими, настолько, что им могло бы позавидовать даже многополосное шоссе. Дома по большей части были построены многоэтажными, были выполнены в одном белом, скруглённом стиле — словно над фасадами работал один и тот же человек.

«Красиво… И вид из окон на закате, наверное, открывается умопомрачительный» — оценил вид юноша, оглядываясь вокруг, запоминая ориентиры.

К вечеру ему надлежало появиться в снятом номере недалеко от центра столицы, обед он мог провести где душе было угодно, и ему нужно было определиться с маршрутом. Набережная была красива — но на одни лишь корабли смотреть тоже не хотелось.

Крис свернул на одну из улочек, которая шла в направлении возвышающегося над городом королевского замка. Путь предстоял неблизкий — настолько огромной была столица королевства, а времени у Криса было не столь много, чтобы успеть побывать везде.

«Когда начнётся учёба, я ещё успею разведать каждый уголок города» — кивнул сам себе Крис, и побрел, оглядываясь по сторонам в поисках объекта интереса…

**************

Портовый квартал, Базарный переулок и его большая версия — Торговая улица, вслед за ними — Рыцарский квартал, и многие-многие другие — от увиденного за считанный час прогулки уже немного кружилась голова, когда, наконец, Крис дошёл до железной дороги, которая словно разрезала город на две неравные части. Мимо него неспешно, лениво, пыхтел груженный железнодорожный состав, направляясь в сторону поворота, ведущим куда-то в сторону гавани…

Окрашенный черной и красной глянцевой эмалью, паровоз казался новым — словно сошедшим с музейных рисунков и фотографий, словно он едва вышел из цехов, готовый к продаже своему новому владельцу… Хотя Крис и видел это стальное чудо в Этале, и не раз, но все же не мог сдержать восхищённого взгляда…

«Может, они и до электропоездов дойдут когда-нибудь?» — думал Кирито, как никогда остро ощущая тоску по тем технологиям, которые были с ним ранее. — «Прогресс никогда не остановится — может, если и не электричество, то что-нибудь точно придумают… может, даже мне выпадет роль воспроизвести что-то?» — чего греха таить — Кирито скучал по компьютерам, и в этом мог сознаться открыто.

Он перешел через железную дорогу, и продолжил свой путь. Сейчас он направлялся к центру столицы, рассчитывая перекусить и прогуляться к корпусам Академии, осмотреться в ее окрестностях и, чего греха таить, найти что-нибудь интересное…или хотя бы вкусное.

Академия была расположена в считанных минутах пути от королевского замка, располагалась вдоль большой Академической улицы. Корпуса Академии были явно старыми, но отнюдь не ветхими строениями — было видно, что за ними ухаживали, окрашивали и регулярно ремонтировали.

…и от этого места исходил невероятной мощности Резонанс.

«Опять?!» — Резонанс, который чувствовал Крис, был ничем иным, как Резонансом 98 — неким неестественным магическим явлением, являющимся следствием маны, которая была признаком Одержимости.

Источника этой маны не было, словно кто-то старательно скрыл её, но Резонанс, исходящий от такой мощи, был неописуем… Он не брался даже оценивать возможный объем маны — у него просто не было сравнимым по силе источников этого Резонанса, чтобы можно было представить его хотя бы в одну тысячную долю процента от разлившейся в воздухе алой ауры, видимой разве что при помощи шестого чувства…

«Даже в столице от этого никуда не деться…» — Кирито покачал головой. Перед ним возникла очередная загадка, над которой ему в будущем предстоит поломать голову.

Пока что же, Крис отвернул голову от корпусов и перешёл дорогу, осматривая здешние магазинчики и лавки…

«Канцелярская лавка, книги и… кофейня?» — слово, написанное красными буквами на белом фоне, гласило:

«Кофейня Мицугоши»

«Сделать перерыв на кофе?» — если здесь окажется хороший кофе… то Крис уже знал, где получать столь желанный кофеин, не отказываясь от него в период обучения.

Зазвенел колокольчик на дверях, и глазам Криса открылось зрелище, которое так и хотелось назвать осенним — теплый свет ламп, свет из окон, падающий на миниатюрные столики, покрытое лаком дерево, вывешенная на стене табличка меню — все это вызывало у Кирито чувство дежавю.

Казалось, что кофейню специально выполнили именно в таком стиле, словно оно было рассчитано не на дневных, а на ночных посетителей — чтобы зайти с ночной прохлады в тёплую, залитую светом кофейню, выпить чашку кофе и либо закончить вечер, либо продолжить его, направившись навстречу иным превратностям столицы.

Вопреки ожиданию Криса, нигде не было видно чего-то вроде витрины с выпечкой — хотя она, по мнению парня, здесь напрашивалась.

В Кофейне было безлюдно — только одинокая бариста за стойкой что-то переписывала, но перестала, едва завидев парня в дверях.

У столиков стояла заставленная книжная полка, как думал Крис, для чтения за напитком…

— Здравствуйте, — наконец, он обратил внимание на баристу — хорошенькую молодую девушку, лет восемнадцати на вид, с темно-каштановыми волосами, в темно-синей рубашке и фартуке.

— Приветствую вас в Кофейне Мицугоши, — она легко улыбнулась парню. — Выбрали что-нибудь?

«Взбитый кофе — 250 зени

Кофе со специями — 340 зени

Чай с экзотическими фруктами — 320 зени»

Меню было довольно длинным — в нем хватало любопытно звучащих позиций, на каждую из которых внутренний кофеман Кирито уже успел положить глаз.

— Мне, пожалуйста, кофе со специями.

— Конечно. Сахар будете отдельно?

— Да, — кивнул Крис.

«Сервис на уровне…» — кофе здесь был определенно дорог в пересчёте на одну чашку — но бумажная упаковка столичного кофе была в десяток раз дороже — «А не Мицугоши ли поставляет его?»

— Займите место за столиком. Как только кофе будет готов, вам его принесут. Ещё что-нибудь?

— Пока что всё, — Кирито продолжил оглядываться. — Много клиентов? — он прислонился к стойке.

— В основном, студенты Академии, — ответила явно скучающая бариста. — А вы не студент?

— Пока ещё нет, — ответил Крис. — Только в следующем году им стану.

— Будем рады видеть вас среди наших клиентов, — бариста выглядела непринужденно, естественно — хотя, что казалось Крису странным, она явно была магом — и магом не из слабых. — Не желаете взять книгу для чтения за напитком? — она указала на книжную полку.

— Почему бы и нет… — юноша подошёл к ней, чтобы выбрать что-нибудь для чтения в ожидании.

«Нацуме Кафка, Нацуме Кафка… никогда о ней не слышал. Звучит, как будто смешали имена Нацуме Сосэки и Франца Кафки» — не то, чтобы Кирито насторожило это совпадение, но среди книг была одна, которая особенно привлекла его внимание.

Яркая, раскрашенная обложка, изображавшая явно парня и девушку, держащихся за руки, и стоящих на облаке, цепляла взгляд — и навевала на Кирито воспоминания — девушка была одета в красное с белым пальто, а парень — в чёрный плащ. Книга была толстой — никак не меньше трехсот страниц, а обложка мягкой. Книга явно уже проходила не через первые руки…

«Пленники летающей крепости» — гласило название.

Кирито в очередной раз бросил взгляд на обложку. Для верности даже проморгался, но наваждение на месте обложки не желало покидать его. Собравшись с духом, он все же открыл первую страницу, где были лишь несколько строчек выравненнего посередине страницы текста:

«Нацуме Кафка

Пленники летающей крепости.

Посвящение: младшей сестрёнке, которая плакала по ночам, и которая рассказала мне эту историю, чёрному рыцарю и моим дорогим подругам»

Крис чувствовал, как невольно его брови взлетают вверх. Мысли о том, что он мог там прочитать, были невероятны — настолько, что Кирито был вынужден их отбросить

— Ваш кофе со специями, — ещё дымящаяся чашка напитка пахла корицей, душистым перцем и гвоздикой. Рядом бариста поставила глиняную сахарницу, и вернулась на своё место за стойкой.

«Глава 1. Мрачный маскарад» — гласило название первой главы, написанное машинописным текстом.

Кирито осторожно сделал глоток действительно хорошего кофе, и сделал заметку, что в это место он ещё вернётся…

********************

— Ещё кофе со специями, пожалуйста, — не отрываясь от чтения, произнес Кадзуто. Ему было совершено не до мирских дел, но от волнения в горле пересохло.

— Юи!

— Мама! — мать и дочь заключили друг друга в объятия, чтобы больше никогда их не разорвать. Отныне, дух и волю мечницы не сдерживала злые чары волшебника, и она чувствовала, как готовы расправиться ее крылья, чтобы затем унести её далеко-далеко, в край, где их будет ожидать лишь вечная любовь и счастье…

Конец.

Кирито перелистнул последнюю страницу и закрыл книгу. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

«Это не книга… Это история САО от лица Асуны!» — мысль об этом казалась невероятной — но имена мечника Кирито и рапиристки Асуны оказались на страницах «большой сказки» Нацуме Кафки. Пусть даже с некоторыми правками, явно для улучшения восприятия жителями этого мира — но он-то знал, что на самом деле скрывалось за «волшебным маскарадом». — «Либо Асуна решила заработать на жизнь писательством и взяла себе псевдоним, либо же нашла кого-то, кто написал эту историю за неё…»

Хотелось в этот же миг сорваться и сломя голову, отправиться искать Её. Она была жива — ранее тлевшая надежда разгорелась, обратилась в настоящий пожар в груди, что, казалось, мог сжечь его дотла…

«Стоять!» — Кирито все же сумел одёрнуть сам себя — «Сейчас ты вряд ли что-то сможешь сделать — ты немного занят. Асуна, скорее всего, где-то устроилась в жизни… в любом случае, мне нужна Нацуме Кафка — либо это и есть Асуна, либо же Кафка хотя бы знает, где её искать…»

На языке чувствовался привкус перца и корицы. От прочитанного его все ещё немного потряхивало, возникло чувство, словно где-то внутри вскрылась застаревшая рана, заныла, стала разрастаться…

Глава 31. Точка излома

— Этот город мрачнее, чем я себе представляла…

Возможно, Первая из Теней привыкла к чистому морскому воздуху Александрии, привыкла к тому, что почти четыре сотни его жителей не создавали такого шума, привыкла к девственно чистому белому камню города, но грохот кузнечных цехов, дым из труб и пыль, стоящая в воздухе, совершенно не нравились Альфе.

«Александрия никогда не станет такой… Александрия будет лучше этого»

Альфа, Первая из Теней, шевельнула подмёрзшими кончиками острых ушей, и выдохнула облачко пара. Зимняя, белая версия костюма-слизи — утеплённая, с одетой под него одеждой, не слишком хорошо защищала от настолько трескучего мороза.

«Нужно будет озадачить Эту и Лямбду…» — рядом с ней было ещё три девушки в подобном же виде — Парабеллум, Эпсилон и Латифа. Сейчас им предстояло отыграться за провал поисковой команды Аметист, и найти в поместье Одержимую, которая слишком долго ждала помощи…

Парабеллум, похоже, не терпелось отыграться за своё поражение, которое постигло её в первый раз. Как она сама заявляла, сейчас проблем не возникнет — виновник её поражения, похоже, занят чем-то гораздо более важным…

Светило ослепительно яркое Солнце, столь редкое для месяца Вьюг, стоял столь же редкий для этого времени штиль. Идеальная погода, чтобы поскорее покончить с делами и уйти греться у камина.

— Что с охраной? — эльфийка перевела взгляд на цель их налёта — на загородное имение семьи Блэк.

— Похоже, что с момента нашего прошлого визита они здорово укрепились… но к счастью, Одержимая всё ещё там, где и раньше, — ответила Парабеллум, чьи кроваво-красные волосы здорово выделялись на белом фоне. — И к тому же, как я и предполагала, в поместье нет никого, кто был бы для нас опасен.

— В прошлый раз мы тоже никого в сарае не ощущали… — скептически ответила Латифа.

— Я выяснила, кто именно сорвал наши планы в прошлый раз. И о нём я уже позаботилась — сегодня он нам не помешает, — в голосе Восьмой Тени сквозила сталь. — Не вижу смысла откладывать. Альфа?

— Склонна согласиться. Все готовы?

*****************

Они вели себя нагло, просто идя по расчищенным дорожкам, обходя на удивление немногочисленную охрану, и вскоре добрались до заветного ветхого строения. Источник заветной маны лежал где-то внутри, в положении лёжа — настолько обострились чувства Парабеллум в этом месте…

«Теперь провала быть не должно» — она остановилась за пару шагов от двери — даже если Блэк сейчас должен был быть в столице, лишняя осторожность ей не помешает — мало ли, её визави отвертелся от следствия и вернулся в родные пенаты раньше положенного…

Но в сарае не было никого.

«Прекрасно» — она протиснулась в проём, оказавшись в полумраке строения.

Сарай изнутри был примерно таким, каким был снаружи — импровизированный из поленьев и доски стол, заставленный бутылочками явно из аптеки, крупный деревянный ящик в крайнем углу, пара ножей, банки, ветошь и одежда, подходящая не то мяснику, не то чумному доктору — фартук, монашеская ряса, повязка, которые висели и не то сохли, не то просто ждали своего часа. В воздухе немного пахло спиртом и аптекой…

«В ящике…» — Асуна поняла это мгновенно — именно из угла исходила уже привычная ей мана Одержимых…

Она приоткрыла скрипнувшую крышку, от которой исходил некий машинный, маслянистый запах, и увидела тело, заботливо закутанное в одеяло — уже изрядно покрывшееся грязью и бурыми следами, но самым удивительным было то, что оно хотя бы было…

Она осторожно приподняла один из его краев и увидела обезображенное, со следами рубцов шрамов, тело. Найденная Одержимая выглядела куда лучше, нежели все те, кого Тени находили раньше — виднелись участки здоровой кожи, глаза, рот и нос можно было разглядеть, даже очертания лица можно было опознать…

«Она минимум полгода провела, будучи больной…» — уже умудрённая опытом, Асуна недоумевала — но намеревалась разобраться с этим позже. — «Нужно забирать её отсюда, и желательно — в Александрию…»

Она закрыла ящик и, усилив себя, подняла Одержимую вместе с ящиком. Запас слизи тонкой плёнкой окутал её груз, превратившись в маскировочное полотно и скрыв груз.

«Пора уходить» — она осторожно приоткрыла дверь, чем, кажется, привлекла внимание охранника, который как раз шёл в сторону домика для слуг. В два бесшумных прыжка мечница оказалась за углом ветхого здания. направляясь туда, где её уже ждали.

Она быстро пересекла опасную зону, выбравшись за пределы имения, туда, где её уже ждали Тени…

— Чисто сработано, — удовлетворённо кивнула Латифа. — Охранник посчитал, что дверь открылась из-за недавно смазанных петель…

Асуне не было дела до того, сколько дней назад в этом месте где и что смазывали — хотелось оставить этот город и произошедшие в нём события где-то позади…

— Что будем делать с ней? — поинтересовалась мечница, тем не менее, понимая, что хочет получить от Одержимой некоторые ответы.

— Заберём ее в Александрию, — покачала головой Первая из Теней. — Далековато, конечно, но я не хочу тащить ее через половину королевства в одном одеяле.

«Придется тащить ее в ящике» — вздохнула Асуна, чувствуя, что сегодня не обойдется без полёта.

— Парабеллум, доставь ее в Александрию. Мы с Латифой задержимся в округе…

— Хорошо, — мечница превратила излишки слизи из костюма в лыжную маску и доведённые до ума крылья стали неспеша поднимать ее в небо…

******************

Несколько часов полёта проморозили Асуну до костей — в тот момент она уже пожалела, что предпочла полёт. Но, наконец, туманная столица Царства Теней показалась перед ней, ознаменовав собой конец полёта, и ее страданий.

Казалось, что Александрия, город под защитой дыхания Туманного Дракона, был другим миром — буквально несколько шагов отделяли трескучий мороз от поистине райского и благодатного тепла. Даже в пасмурную погоду в Царстве Теней было тепло, лишь изредка, под вечер, благодатное тепло обращалось приятной прохладой…

С высоты полёта дракона, Александрия была прекрасна — Асуна, даже с небес, едва могла разглядеть его окраины. Сложенная из белого камня, местами всё ещё обросшая лозой, белокаменная древняя столица даже в окружении снега казалась светлым пятнышком…

«Таким темпом, Тени заполонят весь город» — там, где не было лозы, Сад Теней обустраивал всё, что необходимо для существования города, для его функционирования и обеспечения всех операций организации… и даже для Теней, которые пошли той же тропой, что и Асуна, пойдя дорогой неба, нашлась протяженная пустая улица, на которой можно было приземлиться. Она тянулась от маяка центра связи, с которого можно было быстро взлететь…

Именно туда мечница направила свой полёт — уже все в городе были в курсе, что кто-то из «парящих» Теней возвращался домой…

Когда она все же приземлилась, то могла видеть, как Лямбда — рослая, широкоплечая эльфийка со смуглой кожей и повязкой на одном глазу, без оглядки на Богиню и пощаду гоняет новобранцев Стражи Теней, вбивая в них дисциплину и необходимые навыки и умения — новенькие наворачивали круги по городу…

Некогда кадровый военный из Вельгальты, Лямбда не очень нравилась Асуне — у них было слишком разное видение того, чем Стража Теней в частности и Сад Теней в целом должны быть… Тем не менее, под крышей Александрии собрались эльфы, зверолюди и люди разных взглядов и умений, и каждому мнению здесь было свое место.

Ящик с Одержимой мечница поставила рядом — за время полета ее руки, казалось, готовы были отвалиться…

«Так не годится. Нужно немного отдохнуть и согреться…» — Асуна намеревалась передать спасённую Одержимую в заботливые руки Теней, чтобы те излечили её, привели в чувство. Сама мечница считала, что заслужила пару минут отдыха и чашку кофе…

Свои вопросы она собиралась задать позже, после перерыва.

— Парабеллум, — Асуна не ощутила присутствия, когда рядом возникла она.

Эльфийка, больше похожая на женственного парня, с каре светлых волос и чёлкой, закрывающей один глаз. Белый костюм, типичный для Стражи Теней, сидел идеально, и подчёркивал спортивную, подтянутую фигуру…

— Кай, — мечница кивнула ей. — Мне нужно, чтобы её, — Парабеллум указала на ящик, — доставили в лазарет как можно скорее. Пусть подготовят её к исцелению, и передай им, что я подойду чуть позже.

Эльфийка, как и обычно, была молчаливой, и словно не замечая веса, взяла ящик в охапку, унося в сторону одного из домов…

***************

Перерыв затянулся. И даже тот факт, что Асуна умудрилась уснуть и проспать добрые несколько часов, не изменил ничего — едва она спохватилась и поняла, что, похоже, уснула, мечница помчалась в лазарет.

Сёстры лазарета всё ещё хлопотали над Одержимой, здесь же появилась Альфа, Латифа и Эта…

«Сколько я проспала?!»

— Теперь всё готово, — ещё одна из Именованных Теней, Мю, сняла перчатки. — Можете приступать, леди Альфа.

— Непременно, — Асуна удостоилась от неё лишь короткого нейтрального взгляда.

И снова Парабеллум видела этот процесс. Каждый раз, когда за дело брались Альфа или Эпсилон, процесс протекал очень быстро, очень бурно, и всегда завораживал.

Остатки рубцов, шрамов и наростов, которые, похоже, не смог удалить Блэк, зарастали, кожа, больше похожая на разбитое витражное стекло, срасталась воедино, когда Одержимая буквально горела в пурпурном огне Альфы…

Мечница пыталась перенять опыт Первой из Теней — но для исцеления Одержимой ей всё равно требовалось не менее часа кропотливой, сложной магической практики — и к сожалению, пока что это было её пределом.

Не прошло и минуты, как процесс подошёл к концу — не было больше страшного, гуманоидного существа, едва способного шевелиться — теперь перед Тенями была миловидная даже среди иных Теней эльфийка лет двадцати на вид. Она была почти лысой — некогда насыщенного света голубые волосы были срезаны сестрами лазарета…

«Она ещё придёт в себя…»

На удивление, эльфийка прямо сейчас была в сознании — взгляд её был осмысленным, чётким, фокусирующимся на Парабеллум и Альфе.

Сначала она шевельнула рукой, пальцами, подняла ногу, словно не веря собственному телу. Она осматривала себя, округу — в голубых глазах стояли слёзы.

— Я… я… в порядке? — проговорила она. — А… Кто вы?

— Мы спасли тебя, — ответила Альфа, оценивающе глядя на неё. — От болезни, которая тебя поразила.

— Но вы же… вы же не… А где он? — спросила эльфийка, оглядываясь.

— Кто он? — Парабеллум нахмурилась. — Ты про Криса?

— Да. Он назвался именно так, — ответила эльфийка. — Вы знаете его?

— Что он с тобой делал? — Парабеллум начала подозревать неладное.

— Когда мне было больно — он успокаивал боль. Когда было холодно — согревал. Он, — она показала чистое предплечье. — Он говорил, что пытается мне помочь, что ищет лекарство.

— Ну, можно сказать, что мы лекарство нашли, — Асуна улыбнулась ей, хотя мысли её были не слишком веселы. — Помнишь что-нибудь, что было до Криса?

— Смутно. Помню Инквизицию, Рыцарей Церкви, собор… и священников в белых халатах. Они кололи меня иголками… — эльфийка вздрогнула, напряглась. — Можно… я не буду об этом вспоминать?

******************

Альфа, слыша откровения ещё будущей Тени… пыталась сложить в своей голове некую картинку, построить некий путь, которым прошла голубоволосая эльфийка прежде, чем она оказалась в Александрии…

Обычно эти пути были схожи, отличаясь лишь в мелочах — во времени, месте, лишь иногда превращаясь в целую историю, в которой было место даже совместным действиям Семи Теней… Но в случае с будущей Номер 451, Первая из Теней чувствовала, что происходило отклонение от шаблона.

Некто Крис Блэк, причина первого провала Парабеллум, искал способ излечить Одержимость. Он принадлежал к семье, которая вела дела с Культом, но, если верить спасённой ими эльфийке, знал о лжи Церкви, и не был связан с Культом — по крайней мере, прямо…

— Церковь держит нас за дураков, ага, так я и поверил… — повторила эльфийка слова, услышанные ей в Этале.

Альфа всячески пыталась взглянуть на эту ситуацию — как и учил Тень, она хотела увидеть лес за деревьями — увидеть нечто большее за чем-то меньшим… И наконец, картинка начинала вырисовываться.

Это звучало абсурдно, но то, чем занимался этот Крис, если верить изысканиям и результатам осмотра от Эты, могло в итоге привести к тому, что Блэк освоил бы технику исцеления — возможно, не сразу, но своей цели он бы достиг.

И что из этого могло выйти?

Первая из Теней пыталась понять, что ей делать с этим знанием. Казалось, что она стоит на пороге чего-то большего, чего-то до абсурда простого, чего-то, что лежит перед самым её носом, но что станет очередным вестником перемен…

Альфа чувствовала, что крутится вокруг отгадки, но не могла понять, чего именно ей недостаёт для отгадки. Быть может, ей нужен была мудрость?

Она вопросительно посмотрела на Латифу — старшая эльфийка, которая учила Альфу грамоте и письму, похожа, смогла прочесть вопрос в глазах Первой из Теней…

— Видишь ли ты здесь ответ, Альфа? — спросила наставница.

— Я пытаюсь понять, что именно смущает меня в этой истории… и хочу спросить у вас совета.

— Не стесняйся обращаться к моей мудрости.

— Этот Крис Блэк… Он явно пытался исследовать Одержимость, пытался ее излечить…

— …и шёл дорогой Тени, — кивнула Латифа. — Но всё это — лишь кирпичи, которые лишь при взгляде издалека складываются в стену.

— Появляется Тень, появляется Блэк… Я не уверена, совпадение ли это, но теперь… Теперь…

— … теперь тебе кажется, что если бы не было Тени, Саду Теней суждено было появится именно в это время. Видишь ли… В Этале, Блэк прятал свою Одержимую в ветхом сарае, явно надеясь, что о ней никто не узнает. Иначе бы она была в отдельной комнате поместья, где было бы тепло и светло. Сложи из этих кирпичиков стену, Альфа.

— Я не знаю мотивов Блэка… но учитывая, что он пытался вылечить её, возможно, что он и Тень движимы одним и тем же.

— Не будем гадать о его мотивах. Тень, Блэк — все они так или иначе действуют против интересов Культа, все они — дети элит… Понимаешь, к чему я клоню?

— Не до конца… Вы явно хотите сказать, что, если против Культа начинают поднимать голову даже такие силы, то Культ… слабеет?

— Если сесть у пруда и подождать, там заведется рыба — так говорили в мое время. В мою молодость то, что происходило в столице, оставалось в столице, сейчас же о любом чихе в столице станет известно уже на следующее утро, если не раньше. Путь груза в столицу мог длиться месяцы, теперь — едва ли пару суток. Во время моей молодости даже сотня магов — это целая армия, сейчас же три сотни — это Сад Теней, а миллион — это население всех территорий Мидгара, а не одного только Этала, а читать и писать умел один из десятка, а не каждый житель королевства... Понимаешь?

— Культ существует уже много лет, и ему… трудно приспособиться к новым реалиям?

— Мир меняется постоянно — есть те, кто приспосабливается к нему, а есть те, кого развеяло ветром времени… Именно это я пытаюсь до тебя донести — Культ не поспевает за новым миром, Культ не успевает приспособиться к новым вызовам, Культ с течением времени слабеет — и следствие его слабости — появление Сада Теней, появление таких эксцессов, как Крис Блэк…

— Кажется, что теперь всё стало на свои места. Культ теряет свою власть, становится медленным и неповоротливым, и мы можем этим воспользоваться…

— Верно, Альфа. Я рада, что ты начинаешь понимать тот огромный процесс, который представляет из себя история… Но теперь, вопрос к тебе, Альфа — теперь, зная об этом процессе, что ты думаешь о Блэке?

— Теперь я думаю, что с ним надо быть настороже — помнить о том, что Блэк полон сюрпризов, и не забывать, что если бы не Тень, то Сад Теней мог бы возникнуть не во владениях Кагено, а где-то в Этале…

Вопрос Блэка Альфа думала отдать на откуп Тени — пусть именно он решает, что с ним делать… Но теперь, держа эту историю в голове, эльфийка не могла не думать о том, что, возможно, у Сада может найтись поддержка там, где откуда ее не ждали…

Глава 32. Занавес поднимается

Едва Месяц Цветов наступил, как со всех окраин королевства в столицу потянулись ручейки будущих студентов Академии Темных Рыцарей Мидгара… Кто-то прибыл раньше, кто-то прямо сейчас прибывал на поездах к Александрийскому вокзалу, намереваясь заселиться в свои квартиры, которые народная молва окрестила студенческими — трёхэтажные дома, которые, казалось, приняли в своих стенах не одно поколение студентов Академии…

Эти квартиры были по-своему хорошим вариантом — пусть и были расположены в часе пути от Академии, пусть и были крохотной квартирой типа «студия», но были сравнительно недорогими, и студентам Академии в них предоставлялась скидка на аренду при предъявлении студенческого билета…

Именно в такой «студенческий» дом лёгкой походкой шёл Сид Кагено — черноволосый, худощавый, подтянутый молодой человек. С ним был старинный, крепко сбитый на вид чемодан с личными вещами…

«Милое местечко…» — думал юноша, осматриваясь вокруг.

Общежитие на территории Академии было — но в него могли попасть лишь отличившиеся в учёбе и достижениях — именно там с первого же года обучения поселилась отличница Клэр…

Наконец, он добрался до дома номер три — именно в этом доме он заблаговременно снял себе квартиру с видом на Солнце, именно на втором этаже — с которого в случае неожиданностей можно без лишних проблем спрыгнуть и на который можно было быстро подняться по наружному балкончику…

Студенческие квартиры находились вблизи одной из железнодорожных станций города — именно на поезде можно было быстро добраться домой и на место учебы…

«И много для счастья не надо» — квартирка маленькой, почти аскетичной — стол, стул, кровать, ящик и шкаф — вот и вся фурнитура, которой было заставлено жилище юного студента…

Сид разложил свой не слишком роскошный скарб, и улегся на пусть и старую, но крепкую кровать, ударяясь в размышления о том, что будет дальше…

«Завтра первый день учебы… Я встречусь с Зеро… и начну собственную арку Академии…»

Тень точно не знал, что чувствует по этому поводу — за ним прямо сейчас стоял Сад Теней, его Семь Теней, его первые друзья, и те, кого он спас своими руками…

Слова Парабеллум, сказанные годы назад, запали ему в душу, стали последней деталью мозаики, которая была очередной попыткой разобраться в себе, в своих чувствах и ответить себе на вопрос:

«Точно ли мне все это надо.?»

Сад Теней — стремительно растущая организация супергероев… в его голове. И, фактически, община отверженных и угнетенных, тех, кому пришлось бы умереть страшной смертью, если бы не его появление в этом мире… и одновременно с этим — целая армия тех, кого можно назвать самыми настоящими террористами, фанатиками своих идей…

Пусть даже он отдал Сад в руки своих Семи Теней — своих первых настоящих друзей в этом мире. Сид не до конца ориентировался во всём том запутанном клубке, в который превращалась история, которую он придумал на ходу, и которая не иначе как аномальным везением оказалась правдой…

Фактическим лидером Сада сейчас была Альфа — именно в руки Альфы Тень намеревался возложить Корону Теней. Именно Альфа — невозможная в своей самоотверженности, в своем сострадании и искренняя в своих слезах и намерениях, была краеугольным камнем Сада Теней… именно она заслуживала эту корону сполна.

«Значит, я устранюсь от управления Садом — я просто не справлюсь с этим» — он смотрел на свои руки, понимая, что просто так он бросить все не может — «Однако, Академия — это столица. Это целая кладезь сцен для моей роли» — пока Альфа управляла и командовала, Тень мог играть свою роль — мог поступать почти как ему вздумается. — «И чем бы ты не занялся в Академии — ты непременно найдешь что-то интересное…»

Сид чувствовал — он не был лидером организации, он был скорее суперагентом на приоритетном задании, в котором ему выдан полный карт-бланш и расплывчатая задача.

«И эту роль я буду играть до конца…»

С этими мыслями Тень потянулся — не пора ли ему было прогуляться на разведку? Да и посмотреть, как смогла Гамма устроиться в столице, Сиду было любопытно…

***************

«Честно говоря, я ожидал… меньшего»

За полтора часа неспешной прогулки Тень уже не раз успел заметить логотип Мицугоши — компании, во главе которой стояла Гамма. Он видел этот логотип на закусочных, на паре круглосуточных кофеен, на лавках, торгующих специями, чаем и кофе…

Казалось, что у Гаммы в каждом уголке города была свой небольшой личный островок, вокруг которого порой стояли целые толпы.

«Я, конечно, знал, что специи — это дорого по меркам этого мира, но такого ажиотажа я не ожидал»

Гамма смогла обрушить рынок специй буквально в одно движение — просто прибрав к рукам торговую артель с их поставщиками, приведя в божеский вид доставку из-за моря и упаковку. Из-за хлынувших на рынок дешёвых специй, чая и кофе Мицугоши стала фактически монополистом — никто не мог предложить перец и корицу дешевле…

«Вот откуда у Гаммы деньги на расширение…» — в мыслях Тень аплодировал эльфийке — он не знал всей цепочки поставок, и как у неё получилось то, что получилось, но успехи эльфийки говорили сами за себя — хозяйственная, грамотная Третья из Теней достигла головокружительного успеха…

Пусть даже он рассказывал своим Теням кое-что из своих знаний из родного мира — но то была лишь капля в море, крохи, в которых даже он знал далеко не все — но брошенные семена всё же попали на крайне благодатную почву…

«И Гамма не остановится…» — Сид понимал это довольно чётко — учитывая конкуренцию, учитывая операции Сада Теней, Гамма просто не могла остановиться, пока не взберется на вершину. — «Интересно, а что они придумали в кофейнях?» — Тень неспешным, прогулочным шагом побрёл в сторону Академии — именно там он видел одно из заведений…

******************

— Мне взбитый кофе, пожалуйста, — в кофейне было тихо — только две девушки — красноволосая эльфийка на месте баристы, и человеческая девушка в сером берете и пальто, чьи светлые волосы были заплетены в тугую косу.

На первый взгляд, они не привлекали внимания — первая была работницей сферы обслуживания, вторая казалась столичной деловой дамой, каких в светлое время суток хватало на улицах Новой Александрии…

…вот только система дальней связи нового типа давала довольно подробную информацию о том, кто перед ним на самом деле.

У каждой из Теней теперь была татуировка из слизи — благодаря ее свойствам, она выступала во множестве ролей — и как опознавательный маяк «для своих», и как маяк дальней связи, и даже как неприкосновенный запас слизи на крайний случай. Саму татуировку можно было скрыть, отчего она становилась идеальным знаком причастия к Саду Теней…

У Тени такая татуировка была — но кое-чем отличалась от остальных — она не обозначалась личным маяком, не была знаком принадлежности к Страже, и относилась к Теням в подчинении Альфы. Как и всякая Тень, он вполне мог «погасить» свой маяк при необходимости — но так ни разу этого и не сделал.

«Что-то ни разу я не видел, чтобы в Александрии была хоть одна непривлекательная девушка…» — это звучало почти абсурдно, но все обитательницы Сада Теней в той или иной степени выделялись своей внешностью — то ли его гипотеза о том, что Одержимость подразумевает хорошую генетику, подтверждалась, то ли уклад жизни в Александрии был таков, что там было трудно появиться Тени с лишним весом…

Но факт оставался фактом — присутствующие здесь Тени были весьма симпатичны. Девушки повернули головы в его сторону, и слегка прищурились в ответ на оценивающий взгляд Сида.

«Они не должны воспринимать Сида Кагено как Тень» — хочешь одурачить врага — одурачь союзника. Конечно, те, кому положено было это знать, знали, кому на самом деле принадлежал опознавательный маяк кого-то из приближенных Альфы… Простые же Тени должны были воспринимать его как маленького, невзрачного агента Альфы, даже не являющегося прямым членом Сада Теней…

Кофе был подан довольно быстро — и на поверку «взбитый кофе» был кофе с молоком и внушительной шапкой молочной пены…

Подчиненная Дзеты с нескрываемым интересом смотрела на Тень — явно понимая, что «агент Альфы» не так прост, как кажется…

«Отдаю тебе должное, Гамма — это отлично»

Скорее всего, до стадии выхода на большой рынок почти все новинки Мицугоши испытывались в Саду Теней, в общей столовой Новой Александрии, так что не было ничего удивительного в том, что выпускаемый на рынок продукт уже был испытан и проверен, а его рецептура выверена с точностью до грамма…

Можно было не сомневаться, что в двух кофейнях в разных концах города взбитый кофе будет почти одинаковым…

Расплатившись за кофе, Тень покинул кофейню — стоило более пристально осмотреть Академию, которая в ближайшие три года будет его огромной игровой площадкой…

Кофейня была на расстоянии вытянутой руки — просто перейди улицу, и уже через минуту Тень был у ворот Академии, где его уже поджидала высокая фигура старшей сестры…

— Сид! — она помахала брату рукой, и Тень неспешным шагом подошёл к ней, чтобы Клэр едва не придушила его в объятьях.

— Привет, сестрёнка, — за то время, которое Сид не общался с сестрой, она стала ощутимо сильнее — и в плане магии, и в плане грубой силы.

Клэр была на полголовы выше брата, и Сид не признать, что парадная форма Академии выглядела хорошо — и ещё лучше смотрелась на его старшей сестре.

Темно-синего цвета приталенный пиджак с белым воротником и бронзовыми пуговицами, и, учитывая, что комплект был парадным, белая с золотистой окантовкой, расклешенная юбка чуть ниже колена и высокие сапоги — все это весьма шло девушке.

— Пойдем. Устроим тебе экскурсию по Академии…

Они без спешки побрели по внутреннему двору Академии — на поверку, тот оказался больше, чем думал Сид, и продолжался благоустроенной территорией сада за корпусами.

— Общежитие, в котором живу я, и, надеюсь, скоро переберешься ты, совмещено с прачечной, — Клэр показала на пятиэтажное здание — одно из самых крупных на территории. — Там же, со стороны Корпуса Целителей, находится кафетерий.

Сестра указала в сторону главных корпусов Академии — у каждого факультета был свой корпус.

— С корпусом Целителей совмещен Научный корпус — если я правильно помню, у них некоторые занятия совмещены с научниками и даже с нами, — Сид кивнул, глядя на выполненное в форме кольца здание Научного корпуса, — И наконец, наш корпус — корпус Темных Рыцарей, — это здание было самым большим в Академии — пятиэтажный корпус внушал некоторый трепет. Он казался самым старым среди прочих корпусов, больше похожим на перестроенное укрепление.

— Странно, что наш корпус — самый большой…

— В нём сидит руководство академии и большая часть преподавателей, здесь проходят кружки и дополнительные занятия и находятся некоторые помещения других факультетов… кажется, одна из экспериментальных лабораторий научников, а также именно там находится лазарет. Нечему удивляться, — пояснила Клэр.

«Похоже, что здесь есть всё, что нужно» — подумал Сид, когда ощутил неподалеку источник смутно знакомой маны.

Рядом со входом в общежитие в одиночку крутилась смутно знакомая девичья фигура в форме студентки Академии. Ее волосы были заплетены в два хвостика, и свисали почти до талии.

«Хм… Мисс Принцесса с бала…»

— Клэр, а ты не знаешь, Зенон Гриффи ещё преподает?..

— Да. Он инструктор самой элитной группы, — Сид сдержал свое разочарование — похоже, этот парень оказался тем ещё крепким орешком — таким, которого не свалила даже упавшая на голову тяжелая люстра.

Мало того, что культист остался жив, так ещё и сохранил своё место…

«Надо будет подумать, как аккуратно с ним разобраться…» — по-хорошему, стоило бы держаться от него подальше… но Тень все же думал, как именно можно использовать фигуру инструктора, и что можно в теории выжать из этого парня.

— Ты ведь в той самой группе, Клэр? — спросил Сид.

— Да.

— Ты же в курсе, на кого он на самом деле работает? — Клэр спокойно кивнула. — В общем, будь внимательнее с этим парнем.

Теперь можно было и узнать у Клэр интересные подробности касательно подводных камней жизни в Академии, и как они могут помочь Тени в отыгрыше его роли…

*****************

Актовый зал корпуса Тёмных Рыцарей — место, способное вместить в себя персонал и студентов всей Академии… не внушало. Сплошные ряды лавок, сцена перед ними — всё это казалось ей… закономерным. Если тебе нужно собрать много людей в одном месте дольше, чем на пару часов — это то, что тебе нужно.

Здесь собрались все ученики первого курса обучения — и «мечники», коих было подавляющее большинство, и «научники», и даже целители — те, кого в общей толпе из почти восьми сотен учеников набралось едва ли два десятка.

Среди них были как уже знакомые ей сыновья и дочери мидгарской знати, так и те, чьи семьи не были наделены статусом, но кто своим талантом, даром и желанием заслужили право быть здесь в этот день…

«Форма Академии уравнивает всех» — если бы Алексия не была знакома с некоторыми из здесь присутствующих, отличить среди общей толпы простолюдин потребовало бы от неё больше времени — опрятная, ещё не поношенная форма уравняла всех.

Руководство Академии толкало продолжительную речь из числа тех, которые забудутся через десять минут после их окончания — никто здесь не слушал эту высокопарную демагогию всерьёз…

«И этот павлин будет здесь»

В прошлый раз её план обернулся совершенно непредсказуемым образом — глубокоНЕуважаемый маркиз благополучно получил люстрой по лбу, и несколько месяцев о нём не было ни слуху, ни духу… но теперь, словно Беатрикс решила над ней поиздеваться, ей придётся мириться с присутствием маркиза ближе, чем расстояние от Старого Света до Нового.

Алексия Мидгар сидела на первом, вводном занятии по общим вопросам, не особо вслушиваясь в объяснения преподавателя — вторая принцесса королевства была целиком погружена в свои мысли.

Ей нужно было придумать что-то новое. Ей нужно было что-то, что либо испортит Зенону жизнь, либо, что было бы наиболее благоприятным вариантом, привело бы к разрыву их помолвки.

Отец её не слушал, Айрис не могла разглядеть за маской благородного, чуткого инструктора «Королевского Бушина» некую грязь, но Алексия не была дурой. Зенон хотел казаться золотой монетой — всем нравится, быть ближе к каждому, кто искал его поддержки…

Вот только эта монета лишь на поверхности была покрыта золотом, а под тонким слоем блестящей фольги скрывался гнилой медяк. Проблема была лишь в том, что никто не мог разглядеть подделку.

Девушка понимала — ей не обойтись без сообщника. Невзрачного, не слишком хитрого, того, чьими репутацией и достоинством в случае чего можно было бы пожертвовать…

И такая кандидатура на примете у неё была. Ее спутник с бала, с которым Алексия разделила танец, также оказался в списке поступающих — аккурат ее одногодка, сын барона Кагено, в меру хитрый и артистичный, и, что немаловажно — хотя бы немного понимающий правила их с Зеноном игры.

«Осталось лишь подумать, как вовлечь его…»

Алексия не хотела оказываться у этого парня в долгу сверх того, что уже было — принцесса не забыла, кто оттолкнул её от падающей люстры, но хотела, чтобы тот сам оказался должен ей. Нужно было решить, как именно поступить…

— Также, студенты могут выбрать себе несколько факультативов и кружков по собственному выбору, — мысли Алексии прервал голос заместителя директора Академии. — Музыкальные инструменты, древний язык и письменность, основы финансового и управленческого дела, рисование и танцы — на первом курсе обучения факультативы необязательны, но начиная со второго обязательно посещение не менее двух дополнительных дисциплин. Полный список факультативов и кружков вы можете получить у секретаря студенческого совета.

Вторая принцесса все же отыскала своего сообщника в толпе — с момента месяца Вьюг он ни капли не изменился, выглядя все таким же самоуверенным, расслабленным и натянув на лицо маску «я само внимание». Прочесть Сида было легко — его маска не была непроницаемой…

«Идеально…» — тот, кого не прочтёт Зенон, но тот, кого могла бы разгадать вторая принцесса — тот, кого сама Богиня ей велела использовать…

Глава 33. Мечник с Научного Факультета

«И что я имею в итоге… Резонанс 98 и сопутствующая ему мана как будто ассимилировала ману больной — ни капли маны не осталось» — сидя в своей студенческой квартире, Крис не прекращал экспериментов со взятыми им с собой образцами тканей, крови, наростов и маны Одержимой эльфийки…

Для Кадзуто в целом не стало такой уж неожиданностью исчезновение Одержимой из сарая — скорее, этот эксцесс провоцировал у него злость…

«Мои опыты отброшены назад… и я почему-то не сомневаюсь, что это дело рук Смерти или её сообщников» — больше подозреваемых у парня не было — охрана имения состояла из проверенных людей — вряд ли кто-то из них украл Одержимую для себя. Ее бы наверняка сожгли прилюдно, а у стражи после этого появилась хорошая сумма наличности…

Однако, у Кирито всё ещё оставались образцы, которые он сохранил для того, чтобы оценить болезнь со всех сторон, с которых мог понаблюдать за ней в течении времени и в отсутствии подпитки маной, найти хоть какие-то закономерности, следствия, и, чего греха таить — причины Одержимости…

«Хотя, в Академию я бы её никак не смог взять… да и в Академии присматривать за Одержимой не вышло бы. Флакон крови взять с собой проще»

Крис покачал головой, понимая, что уже сегодня ему предстоит первый учебный день в Академии — предстояло собраться в Научном корпусе, получить расписание и заняться прочей учебной суетой, которая не слишком держалась у парня в голове.

За прошедшую с момента бала зиму он оказался в тупике везде, где только хотел добиться успеха — ни найти адрес, на который можно было бы отправить Кафке письмо, ни в исследованиях продвинуться у Кирито не вышло. Он не смог приблизиться к пониманию мотивов Леди Смерть — и все эти неудачи в сумме вогнали его в некоторое уныние.

Быть может, смена обстановки с домашней на академическую и продвинутое изучение наук сможет сдвинуть его дела с мертвой точки?..

Возможно, что в том, что его оторвали от дома, были и свои плюсы…

«И волосы как назло, отросли…» — Крис махнул рукой — одним единственным плюсом этой длинной шевелюры было то, что с ними всегда было тепло, и они, не иначе как некой сверхъестественной силой, почти не нуждались в расчёске.

Крис посмотрел в зеркало — форма Академии на нём смотрелась вполне неплохо — не безупречно, но к идеалу парень и не стремился. Не имея претензий к своему внешнему виду, выдохнул, чувствуя, что ему не помешала бы чашка кофе… или три…

Студенческие квартиры располагались недалеко от одной железнодорожных станций — именно туда нужно было идти парню, чтобы проехать от одной остановки к другой, выйти на ней и уже оттуда добираться до территории. Может, он ещё успеет зайти в Мицугоши до начала занятий?..

Он вышел из своей довольно аскетичной комнаты, видя, как из других квартир на этаже словно сонные мухи, выползают его соседи — по большей части, эльфийского происхождения.

— Доброе утро, Амелия, — поздоровался Крис с соседкой, которая жила напротив.

Эльфийка в форме Академии с каре волос нежного, салатового цвета, была очаровательной — примерно на полголовы ниже и так не слишком высокого парня, она, тем не менее, была шире парня в плечах.

— Доброе… — промычала эльфийка, которая жила аккурат напротив него. — Какой-то ты слишком бодрый, Крис.

— Разве? Не замечал. Я б ещё полдня проспал…

— Или до самых выходных, — из дверного косяка высунулась вторая эльфийка — она была уже заметно выше своей подруги, и носила такое же каре, только соломенного цвета волос. Вид у неё был сонный, растрёпанный, словно она едва проснулась, о чем говорила также нежно-голубая пижама — И да, утро, соседушка…

— Утро, Жанна.

Жанна и Амелия были эльфийками с факультета Тёмных Рыцарей, выходцами из неаристократических кругов, как припоминал Крис — с ними он успел познакомиться, пока заселялся в квартиру…

— Зайдешь на чашечку кофе, сосед? — в этот момент Кирито показалось, что он ослышался.

— А мы точно не опоздаем?.. — хотя до поезда ещё хватало времени, но все же, не хватало ещё опоздать в первый же учебный день.

— Пустяки. До поезда ещё почти полтора часа, — хотя до выхода ещё было время, но Амелия уже переоделась в форму. — И вообще, куда ты собрался в такую рань?

— Просто вчера лёг рано, — пожал плечами парень. — И от кофе не откажусь.

«Черт подери, Амелия, ты моя спасительница…»

— Тогда заходи, — улыбнулась соседка, запуская гостя в их комнату.

Шестое чувство Криса слегка шевельнулось — две подруги, жившие вместе, излучали вокруг себя Резонанс — и Резонанс весьма неслабый.

«Не уровень Беатрикс, но к Арктуру они приближаются… В Академии вряд ли взяли бы простолюдина без таланта, но это как-то…странно» — обе эльфийки явно скрывали часть своей маны — но Резонанс говорил о них куда больше, чем объем маны…

Комната девушек была больше, чем та, в которую заселился Крис — здесь было два комплекта мебели, балкончик был больше, как и окно было больше по площади. Здесь было чисто, светло и даже строго — окно было открыто, внося в воздух необходимую свежесть…

— Как раз кофе заварился, — Крису ловко пододвинули чашку с ароматным напитком.

«Мицугоши» — он безошибочно определил производителя. — «Недорогой, но именно этот мне нравится больше всего»

— Так ты, Крис, из научников? — Амелия сама приложилась к чашке. — А почему в мечники не захотел?

— Я плохой мечник, и когда стоял выбор между «получать мечом по лицу» и «возиться с книжками», я предпочел выбрать второе…

— Странно… Не понимаю я этого — зачем возиться с книжками, в которых ничего не понятно, если можно учиться магии и искусству меча?

— В книжках много чего интересного есть, знаешь ли, — Крис задержал взгляд на собеседнице, ощутив нечто странное.

— Крис говорит правду, Амелия, — Жанна, превратив беспорядок на голове в какую-никакую прическу, заняла место напротив парня. — Я тоже хотела попасть на Научный Факультет, но не смогла пройти вступительные.

«Ну, математика уровня средней школы — для этого мира это, может, действительно сложно…» — подумал он, глядя на ключицу светловолосой эльфийки — именно там, казалось, было место, особо насыщенное маной.

Спустя пару секунд, это странное насыщение исчезло — или, что Крису показалось более вероятным, растворилось в общем магическом фоне.

«Странная флуктуация…» — юный учёный не придал этому большого значения — возможно, Жанна просто прогнала поток маны по телу, чтобы взбодриться…

— Да и к тому же, наука — это интересно. Тебе кажется, что ты уже знаешь о ней всё из книжек, но пробуешь науку на практике — и снова ничего не знаешь. Это сложно, но все же, пока что я не жалею, что не стал идти в мечники…

Он допил кофе из чашки, в ответ на что Амелия налила Крису ещё полчашки.

День начинался действительно хорошо…

******************

Общий класс Научного Факультета выделялся среди прочей обстановки — белый, светлый, просторный — казалось, что он пришёл в огромный кабинет врача, нежели в учебный класс. Тем не менее, Крису все нравилось — это было похоже на лабораторию как в кино…

Первокурсников Научного Факультета было мало — во всем классе насчитывался едва ли десяток человек, без учёта одного старшекурсника, который, как показалось Крису, был кем-то вроде старосты факультета, и заместителя директора, который по совместительству был деканом научного факультета…

Старый декан, несмотря на седину и берущие своё годы, выглядел поджарым, крепким стариком. Его лицо было умиротворённым, расслабленным — он явно не чувствовал какой-либо опасности…

…в отличии от Криса.

«Что у этого старика с Резонансом?» — декан был магом — магом определенно очень сильным, скрывающим добрую половину своего объема маны. Окидывая его магические свойства шестым чувством, Крис мог описать то, что оказалось в теле старика, как целую палитру разнообразных цветов.

И, что уже начинало раздражать Криса, в этом аляповатом градиенте было место для Резонанса 98…

«Опять мана Одержимости… Что за бред?» — юный исследователь сделал сам себе заметку, — «Резонанс 98 — это какой-то магический паразит, или типа того? Он буквально везде — в Академии его целый рассадник, Одержимых поражает Резонанс 98, он был у Беатрикс — теперь ещё и декан…»

Крис понимал, что Резонанс 98 — часть некой общей картины… но его бесило, что сейчас он не мог окинуть картину целиком — картина была мозаикой, в которой становилось всё больше деталей…

— Здравствуйте, ученики, — спокойно проговорил старик — Я — Лютеран Барнет, декан Научного Факультета. Следующие пять лет вашего обучения вы проведёте в поисках знаний и познании наук, а я, как ваш декан, обязан оказывать вам всевозможную поддержку. В случае возникновения вопросов и конфликтов, не стесняйтесь обращаться ко мне.

«Странно это — у него частота маны колеблется. Если у большинства она находится в небольших пределах, то у декана она как будто прыгает…» — если принять исходное значение частоты Лютерана за сотню, то в теле старика частоты колебались от восьмидесяти до ста двадцати…

— Староста Научного Факультета и представитель факультета в студенческом сове… — хотел было договорить декан, но вместо этого зашелся в приступе сильного, почти надрывного кашля.

«Кажется, декан болен…»

— Прошу прошения, декан, но позвольте мне представиться самому, — старшекурсник поднялся со своего места, и получил лишь кивок от Лютерана.

Староста был блондином среднего роста, полного телосложения. Его пиджак был расстегнут, обнажая надетый поверх рубашки шерстяной жилет…

— Позвольте представиться — Салливан Хоуп, четвертый курс. Как уже и было сказано, я — староста Научного Факультета, и представитель факультета в студсовете. Я решаю вопросы, возникающие между учениками, и, при необходимости, переадресую ситуации в деканат Академии. Именно ко мне вы должны обращаться, если намерены взять дополнительные занятия или записаться на факультативы. На Научном Факультете вы начнёте углублённо познавать самые передовые научные методы и получать знания, стоящие на острие науки сегодняшнего дня. Именно выпускники нашего факультета создали первый в мире паровоз, довели до ума конструкцию массового мушкета…

«Кажется, отец рассказывал что-то подобное…» — Крис плохо помнил историю Этала, его родного города. Он знал, что Маркус Блэк, некогда занятый в ремесленной мастерской, объединил свои усилия с учёными, и их усилиями родилась идея и прототип паровой машины…

— …и я не сомневаюсь, что вам, как и прошлым выпускникам факультета, суждено занять места на первых позициях научного мира, — Салливан замолчал, взяв пару секунд для того, чтобы отдышаться — его речь была произнесена без остановки, — На Научном факультете не имеют значения титулы, звания — всё это остается за пределами учебных классов и лабораторий. Я надеюсь, это всем ясно? — произнес блондин, сделав акцент на последней фразе. — Будем считать, что ясно всем. Какие-то вопросы, пожелания? — староста слегка наклонил голову в сторону.

— Вопросов нет.

— Нет вопросов.

— Это хорошо. Вопросы на протяжении обучения у вас наверняка возникнут, так что не стесняйтесь обращаться ко мне — в этом и заключается моя работа как старосты…

Новый староста не производил на Криса впечатления тихого книжника — слишком хорошо он умел говорить, жестикулировать и объяснять. Парень представил себя на месте старосты и понял, что вряд ли смог достичь того же уровня вовлечения учеников, заставить слушать себя…

«Представитель факультета в студсовете, староста… Не хочу судить преждевременно, но он, наверное, и не научник в душе — он просто умеет находить с людьми общий язык и договариваться» — подумал Кирито, приглядываясь к старосте.

— Ваше расписание на пять дней недели. Сегодня после обеда у вас два ознакомительных практических занятия по теории металла — для более наглядного представления о том, чем занимается наш факультет…

*******************

Класс лаборатории металла был просторным, хорошо проветривался и сочетал в себе как доску и парты, так и экспериментальные стенды, где было место как спиртовым горелкам, так и внушительной машине, где при помощи грузов зажатую полоску металла неспеша разорвали…

Опыт выдался интересным даже самому Кирито — несмотря на то, что он крайне смутно представлял себе процесс металлообработки, происходящее было увлекательным, напоминало то чувство, которое он испытывал всякий раз, когда пытался прорваться в исследовании Резонанса…

Однако, по окончании занятия, когда ученики уже принялись расходиться по своим квартирам, появился Салливан, явно кого-то разыскивая.

— Блэк, — староста обратился к Крису. — Можно тебя на пару слов?

«И что ему может быть от меня нужно?..» — Кирито был вынужден насторожиться.

— Что-то не так?

— Лучше не здесь. Прогуляемся? — они прошли по коридорам, пока не оказались у большой двери, подписанной «Общая комната факультета». — Заходи.

Общая комната на поверку была комнатой отдыха — мягкие диваны, столики, чайный сервиз и сахарница, стоящие здесь, говорили об назначении помещения лучше, чем что-либо ещё.

Сейчас в комнате не было никого, и Салливан занял большое, больше похожее на трон, кресло. Крис занял место напротив, их отделял небольшой стол.

— Оставим формальности, Блэк — нам ещё с тобой предстоит общаться, — Крис кивнул, понимая, что со старостой ему ещё придётся общаться. — Арктур ввёл тебя в курс дела?

— О чём ты? — Кирито удивился подобному выпаду в его сторону. — И о каком деле идёт речь? — лицо блондина слегка вытянулось, его брови стали медленно подниматься вверх.

— Ты… точно не знаешь? Арктур ничего тебе не говорил, не предупреждал?

— Салливан, я не понимаю, о чем ты говоришь. Это какой-то шифр, или проверка на дурака?

— Проклятье, — чертыхнулся староста. — Ладно. Он должен был рассказать тебе кое-что, но, похоже, просто забыл.

— О чём идёт речь?

— Не-не-не, Блэк. Пусть Арктур сам тебе рассказывает.

— Так вы с Арктуром… знакомы?

— Можно и так сказать, — блондин развёл руками, и поднялся, чтобы взять вазочку с печеньем из сервиза. — Угощайся, чего уж, и слушай меня.

Крис послушался и неспеша принялся за угощение.

— Если коротко, Блэк, нам с тобой ещё работать и работать. И чтобы ты по незнанию не влез в неприятности, я хочу тебя кое о чем предупредить. И помочь добрым советом, конечно же…

— Этого следовало ждать, — Крис внутренне скривился — кажется, сейчас он ступал на довольно тонкий лёд чего-то, что не лежит на поверхности, чьих-то подковерных и закулисных игр.

— Если коротко, то не нарываться на неприятности на факультете довольно просто — в большой Архив без санкции не суйся, не разделывай котят в лаборатории Академии, даже в научных целях, и самое главное - не попадайся. А, и не суйся к Шерри Барнет. Это пострашнее, чем попасться декану после полуночи в учебном классе...

— Шерри Барнет?

— Девчонка со второго курса. Вы с ней вряд ли пересечётесь, но всё равно, лучше к ней не суйся… потому что если ты ее обидишь, то декан сживёт тебя со свету, и не посмотрит, что ты Блэк…

— Звучит довольно просто — не делать глупостей, не соваться в большой Архив и не соваться к Шерри Барнет со второго курса, — Кирито кивнул.

— Библиотека открыта с самого утра и почти до полуночи, так что там найдешь все, что тебе нужно. Факультативы пока не выбирал?

— Нет. Я думал немного позже этим заняться…

— Мой тебе совет как научника — попробуй выбить себе научную работу. Что это такое, я тебе сейчас разъясню, — в комнате отдыха был также и бронзовый кран с водой, и Салливан ловко набрал две чашки, одну из которых поставил напротив Кирито. — Факультативы и кружки, по моему опыту, почти все бесполезные. Разве что древний язык более менее полезный, но с ним у нас в Академии плоховато — на эту тему лучше из Лаогуса самоучитель выписать. У научников есть возможность не ходить на них, при условии, если на весь период обучения ты возьмёшь себе научную работу.

— Это что-то вроде исследования на тему?..

— Вроде того. Вместо факультативов и отдельных, не шибко важных занятий, ты под присмотром научного руководителя на протяжении курса проводишь эксперименты и исследования на какую-нибудь тему, выводишь закономерности и так далее, сводишь это всё в отчёт. В конце курса представляешь его комиссии, и так до пятого курса. На пятом курсе уже пишешь серьезную работу, которая идёт в научное издание Академии.

— И много кто так делает?..

— Среди наших — где-то четверть. Много у кого работа не уходит дальше декана — именно он одобряет тему и объем исследований. Не у всех работа доживает до пятого курса — но если ты не провалился хотя бы в первый год, никаких штрафных санкций не последует — просто вернёшься на обычный режим.

— Если у меня есть пара идей для работы, мне нужно обращаться к декану?

— Сначала лучше дай знать мне. Если это что-то интересное, то через меня с деканом договориться будет куда проще… И ещё кое-что, — Салливан посмотрел Кирито в глаза. — Конечно, на факультете мы своими титулами и фамилиями не кидаемся, и простых людей не принижаем… Но ты сам должен понимать, кого в случае какой-нибудь истории сделают крайним — бесфамильного деревенщину, или сына хорошего, богатого и преданного служителя короны…

«Привет, классовое неравенство…»

— Но, конечно, рамки приличия надлежит соблюдать… иначе нас сожрёт декан. Всё ясно?

— Вполне, — Крис запил печенье водой, — Мне вот интересно… а откуда ты знаешь Арктура?

— Скажем так… Пока он ещё учился, я успел с ним подружиться. Так что, учитывая, что ты младший братишка, не помочь тебе было бы неудобно по отношению к нему, — пожал Салливан плечами. — В общем, в курс дела я тебя ввёл. Добро пожаловать на Научный Факультет, Крис, — староста протянул ему руку, и Кирито ничего не оставалось, как пожать её.

Ему не вполне нравилось то, что Салливан рассказал об укладе жизни на факультете… но это не слишком волновало Кирито. Сейчас юный учёный думал о том, что именно он возьмёт в качестве научной работы, и что в теории могло бы подойти для демонстрации явлений перед тем же деканом…

Глава 34. Охота на тени

«Здесь поисковая команда Молот! На месте транспорта к востоку от Этала наткнулись на засаду Рыцарей Церкви, уходим от погони!» — передача в 21.22.

«Здесь поисковая команда Молот! Хвост сбросить не выходит, разделяемся в районе железнодорожного вокзала. Нас преследуют силы Церкви численностью в несколько десятков, запрашиваем помощь!» — передача в 21.48.

«Держитесь, Молот. Аметист выдвигается в ваш район дислокации» — ответная передача от первой поисковой команды через центр связи отправилась к несчастным…

«Тени… сберегите их…» — думала Омикрон, эльфийка, возглавляющая центр связи «Александрия», переписывая полученные в тот вечер. Она желала своим сёстрам — тем, у кого было больше смелости, тем, кто сейчас дрался у Этала, вернутся в Александрию в полном составе.

«Здесь Парабеллум. Молот, нахожусь в вашем районе, иду к вам на помощь…»

«Что там вообще происходит?»

Связистки из центра связи были едины в одной своей мысли — все понимали, что эта ночь будет долгой…

****************

Тусклый свет Луны, фонарики звёзд — вот и весь свет, что падал на землю в эту ночь Месяца Цветов… И словно светлячки в ночном безмолвии, вдоль железной дороги неслись преследователи с лампами — оседлав лошадей, или усилив себя магией, они неумолимо преследовали свою цель, словно хищники, чувствующие раненую добычу.

Парабеллум, Восьмая из Сада Теней, неслась по небу, чувствуя впереди опознавательные маяки Теней поисковой команды Молот… Тени скрылись при помощи камуфляжа, и всё же, даже несмотря на невидимость и ночь, преследователи не отступали…

Её крылья с момента первых успешных испытаний претерпели значительные изменения — теперь её полёт был куда более тихим, пусть даже пришлось пожертвовать максимальной скоростью…

«Меня они, кажется, не заметили…»

Асуна оказалась точно над преследователями, и превратила одну из броневых пластин из слизи в тонкий клинок, а затем укрепила экзоскелет из слизи при помощи дополнительной маны. Затем она перевернулась на спину и резко, почти под прямым углом, устремилась к земле.

Она могла отчётливо видеть, как преследователи рассредоточились вдоль насыпи, стремясь покрыть как можно большую площадь, и видела тех, кто начал отставать — вооруженных мушкетами и пистолетами всадников.

«Возьму тех, кто остается позади…» — она нацелилась на одного из преследователей. Замах клинка, резкий выход в горизонтальный полёт — и один безжалостный, нечеловечески сильный удар…

Раздался не то писк, не то всхлип, громкое чавкание и скрежет склользнувшего по внутренней стороне ребёр клинка. Всё произошло быстро — настолько быстро, что даже осознать момент, когда твёрдая слизь вошла в плоть, и прошла сквозь неё, было тяжело...

Сила удара была такова, что разрубленного почти пополам всадника сбросило с раненной лошади, и бежевого цвета скакун успел ещё и пройтись по убийце в белом плаще и маске…

Асуна, продолжая лететь горизантально, хотела было напасть на ещё одного всадника — хрупкую, почти девичью фигурку, что явно намеревалась нагнать одну из Теней, что отстала от остальных, и сбавляла ход…

— Ха-а! — вместо того, чтобы снести и этого всадника, клинок из слизи столкнулся с развитой гардой шпаги, и от силы столкновения Асуну отбросило, прервав её полёт и выбив из равновесия.

«Что это было?» — мелькнула у Асуны мысль, когда она приземлилась на ноги с такой силой, что, если бы не экзоскелет из слизи, то в её теле не осталось бы ни одной целой кости…

— За ней! — послышался звонкий, певчий девичий голос, и мечница ощутила, как земля под ногами дрожит. В темноте было видно, что светлячки развернулись в её сторону…

«Они идут за мной!» — с одной стороны, это было хорошо — если хотя бы часть преследователей отвлекутся от поисковой команды, то Теням станет проще. Сама Асуна считала, что сможет уйти от погони, просто уведя её как можно дальше, а после взлетев…

А с другой стороны — сражаться в одиночку против десятков мечница опасалась, какой сильной она бы не была…

— Она скрылась!

— Богиня укажет нам на лицо нечестивых! — вновь послышался этот тонкий девичий голос. — Она там! Воздайте ей за грехи!

«Рыцари Церкви…» — скривилась Парабеллум, вновь и вновь усиливая себя. Усиления хватало, чтобы легко обогнать даже несущуюся галопом лошадь, но где-то позади уже слышались выстрелы…

«Здесь Парабеллум. Молот, погоня переключилась на меня — уходите в сторону Этала!»

*****************

«…уходите в сторону Этала» — передача в 21.52.

— Леди Альфа? — возникшая в центре связи Первая из Теней была явно обеспокоена происходящим.

— Такое у нас впервые… Кем бы ни были организаторы засады — они обратили Молот в бегство, и принялись за преследование, — эльфийка выдохнула. — Омикрон, продолжайте обеспечивать связь — сейчас она будет как никогда нужна. И ещё — мне нужна карта с отмеченными местоположениями маны Одержимых. Желательно, несколько карт за несколько дней, — тёмная эльфийка предоставила Альфе необходимые пометки.

«Железнодорожная станция недалеко от Этала… Это здесь» — глава центра связи краем глаза смотрела на карту, пытаясь представить, где в теории мог оказаться Молот. — «Там же недалеко находится одна из «особых» пометок…»

Стрелки часов застыли на отметке 21.54…

******************

«Они издеваются?»

Асуна продолжала уходить от погони, но та не спешила отставать от мечницы, даже несмотря на все усилия по сокрытию себя. Не помогал ни камуфляж слизи, ни резкая остановка, ни даже подъём в воздух — ей вслед летел град свистящих пуль, что то и дело сталкивались с наклонными броневыми пластинами.

Но, наконец, Парабеллум оказалась на лесной опушке — там, где ей будет куда легче запутать погоню, или, что было даже лучше…

«Уничтожить их всех.»

Они могли видеть мечницу даже сквозь слизь — неясно, как именно работал этот приём, но оставить это без внимания означало подвергнуть опасности не только себя, но и тех из Теней, кто полагался на этот приём…

— Прими же кару! — и опять, словно птичья трель, послышался этот обманчиво тонкий голос, и тут же Асуна была вынуждена принять на кинжал-дагу чужой клинок, изменив направление удара в безопасную сторону.

«Хорошо, будь по-твоему…» — Парабеллум скрипнула зубами, — «Лучшая защита — нападение!» — отныне мечница избрала новую тактику — зачем убегать, если погоню можно просто уничтожить поодиночке.

Она уже не та Парабеллум, которая ранее не могла справиться с исследовательской группой Культа. Теперь она была куда опаснее…

В свете лампы Асуна могла разглядеть нападавшую — хрупкую, одетую в белый плащ эльфийскую девушку…

…которую мечница приняла бы скорее за одну из Теней. Мощь магии, сила — и всё это в хрупком, утончённом обличии. Словно у Культа отныне были свои Тени…

…кем бы ни была эта девушка, среди остальных оппонентов она казалась самой опасной. Пока не подошли остальные рыцари Церкви и не взяли её в плотное кольцо, проблему нужно было решить.

— Богиня ведёт нас, — выражение лица эльфийки было таким одухотворённым, таким блаженным, что напоминало скорее лицо матери, что смотрело на спящее дитя… и совершенно не подходило длинной тяжелой шпаге в её руках.

— Твоя Богиня — это одна большая ложь, — огрызнулась мечница, пытаясь выиграть время на оценку поля боя. — Впрочем… Ты сама скоро это поймёшь…когда окажешься в небытие.

Эльфийка не выдержала такого богохульства, но лишь рассмеялась. А после бросилась на Асуну в поистине быстром выпаде, явно усилив себя магией…

«Слишком медленно» — определённо — для айнкрадской Молнии скорость, с которой двигалась противница, была нормой, но не для Восьмой Тени — это была едва ли половина нынешних возможностей Асуны.

Эльфийка пронеслась мимо мечницы, и Парабеллум нанесла ей ответный удар — один из броневых элементов превратился в очень тонкий и длинный шип, который, выйдя из указательного пальца, быстро устремился в сторону оппонентки…

…но та смогла уклониться. Атака не достигла цели, и Парабеллум бросила попытку атаки шипами. Сейчас исход боя решали клинки.

Словно подтверждая её мысли, эльфийка бросилась в очередной сокрушительный выпад, но, пропуская её чуть левее себя, Асуна смогла подгадать момент и, разворачиваясь корпусом, врезать ей по затылку навершием кинжала, выбив ту из равновесия.

Однако, продолжить бой Парабеллум не дали — рядом послышались хлопки, а совсем близко — свист пуль.

«Они погасили фонари?!» — скрипнув зубами, Асуна обратилась в бегство…

*****************

— Не идёт ли она к… — пробормотала Альфа. — Источник маны Одержимых здесь сильный, и к тому же — не двигается… Как будто их кто-то здесь держит. Омикрон, — Первая из Теней обратилась к главе центра связи — Сообщи Парабеллум, что она ни в коем случае не должна идти на северо-восток — там находится что-то, что мы пока не разведали.

«Парабеллум, не двигайтесь на северо-восток — держитесь подальше от северо-востока!»

«Поможет ли ей это сообщение…» — Омикрон было страшно осознавать, что те, кто все же осмелился поднять меч против зла, сейчас как никогда зависят от её действий, и того, насколько хорошо эльфийка организует работу центра связи в назначенную ей жребием смену…

И всё же, каждый житель Александрии мог и вносил свой вклад в общее дело — в борьбу за их общую безопасность, и за то, чтобы все увидели завтра — именно это вбивали в голову каждого, кто оказывался в Александрии, и кто присоединялся к движению Сада Теней…

*****************

«Я не видела этого места с неба…»

Погоня постепенно утомляла Парабеллум. Чем дальше она уходила от Молота, чем дальше она удалялась от железнодорожной насыпи в сторону леса, чем сильнее ночной воздух обжигал лёгкие, тем сильнее она ощущала, что её задумка провалилась.

Эльфийка отныне не отрывалась от группы — она вела их, словно была лидером, командиром, продолжая загонять свою цель, но теперь не оставалась без прикрытия…

«Уже скоро будет нужно уходить» — она превратила слизь в крылья, намереваясь приготовиться ко взлёту — Молот были уже достаточно далеко, чтобы Парабеллум могла без опаски за них сбросить погоню с хвоста, и вернуться в Александрию…

Ей нужно было время, чтобы приготовиться ко взлёту, дать источникам тяги набрать обороты, и до момента готовности мечница не прекращала бежать, чувствуя, как медленно, но верно её резервы истощаются.

Проносясь мимо кустарников и пней, Парабеллум вышла на поляну, где стояла лесопилка — пилорама, накрытый навесом склад бревён и досок, несколько домиков и водяное колесо, связанное с совсем крохотной речушкой…

…в этой лесопилке было всё хорошо. Ничто не могло вызвать в случайном человеке подозрений, ничто в этом месте не могло озадачить прохожего. Ничего, кроме одной крохотной детали.

Асуна ощущала присутствие маны Одержимости здесь…

«Проклятье!»

«Здесь Парабеллум! Лесопилка в окрестностях Этала, сильный источник маны Одержимости! Аметист, где вас Диаблос носит?!»

Только что ситуация серьёзно осложнилась. Либо сейчас Асуна отступит, и тогда Аметистам придётся биться с культистами, либо Аметист опаздает, и тогда Одержимый достанется Церкви…

«Да пошли вы все к чёрту!» — в этот момент, мечница ощутила готовность ко взлёту. Усиливая себя до доступного предела, Парабеллум прыгнула, чувствуя, как ветер сорвал бант с заплетённых в хвост волос, и чувствуя, как крылья подхватили её, взяли, словно котёнка за шкирки…

…и тут же перестали держать её в воздухе.

Мечница только и смогла ощутить усилие, с которым её буквально дёрнули к земле, погасив едва начавшую нарастать скорость, и смогла разглядеть в темноте длинную цепь, протянувшуюся от крыши одного из домиков к крылу из слизи.

Всё, что успела сделать Парабеллум — это сгруппироваться и усилить себя прежде, чем столкнуться с землёй…

***************

«Парабеллум, ответьте центру связи!» — Омикрон чувствовала, как её тревога лишь нарастает. Минуты тянулись мучительно долго, но ответа всё не поступало и не поступало.

«Парабеллум, ответьте центру связи!» — очередная короткая передача, на которую не пришёл ответ. Глава центра связи предполагала худший исход…

«Поисковая команда Аметист, потеряли связь с Парабеллум. Последнее известное местонахождение — некая лесопилка в окрестностях Этала. Будьте осторожны — ожидается серьёзное присутствие противника!»

— Только не это… — Первая из Теней не покидала центра связи. — Омикрон, я отправлю за Парабеллум Дельту — сообщи команде Аметист, что к ним направляется подкрепление.

«Поисковая команда Аметист, в вашу сторону направляется Дельта — продолжайте поиски Парабеллум» — всё, что могла сделать тёмная эльфийка — это выполнять возложенную на неё роль — продолжать поддерживать связь между Тенями…

«Здесь Аметист. Приняли, центр связи»

Она не была смелой, не была сильной или обладала заметными умениями — но у неё было её призвание, то, что нужно сделать, чтобы никто не погиб… На Омикрон полагались, и женщина не собиралась подводить Альфу и остальных Теней…

******************

— Отличная работа, Виктория, — Парабеллум ощутила вокруг себя несколько сильных источников маны. Они расположились со всех сторон, окружив мечницу плотным кольцом.

Асуна чувствовала, как подрагивают колени. Распрямиться, подняться сначала на четвереньки, а затем и в полный рост, требовало от девушки титанических усилий. Левая рука болела и ныла тянущим чувством…

И всё же, она смогла осмотреть окруживших её врагов.

Рыцари Церкви в белом и безликие чёрные фигуры в полных пластинчатых доспехах, вооруженные разностайным оружием и мушкетами, были готовы, казалось, к любой её реакции.

— Удивительно… Нам мешаются какие-то детишки? — неподдельно удивился самый сильный из окруживших Асуну — высокий, широкоплечий стройный человек в темных круглых очках. В темноте мечница могла разглядеть его серое пальто и намотанную на руку стальную цепь. — Займитесь ей. Но только не убейте.

«Мешаются?» — в этот момент в глаза ударил ослепительно яркий свет — со всех сторон зажглись фонари, — «Получается… я попала в ловушку?!» — только сейчас до Асуны начало доходить, что это не она уводила погоню от Теней — это её отгоняли от команды Молот, и загоняли прямиком сюда.

Вероятно, на это и был расчёт Рыцарей Церкви — либо догнать и разбить и без того потрёпанный «Молот», либо поразить их подкрепление.

«Нужно было уходить раньше…» — отчаяние и холодная решимость коснулись души мечницы. Но та не собиралась сдаваться.

Когда эльфийка, названная Викторией, стала приближаться к ней, Асуна создала в правой руке длинный, тонкий клинок. Левая рука всё ещё болела, и Парабеллум предпочла не создавать второй клинок…

— Не дайте ей уйти! — раздался громкий голос, и мечница в тот же миг была вынуждена уклониться от летевшего ей прямо в лоб круглого шарика на цепи. Скорость его была такова, что мечница ощутила холодок, обдавший брови и переносицу.

Стали слышны выстрелы, но пули всё же не могли навредить мечнице и костюму-слизню — мечница ощущала, как свинцовые шарики ощутимо пинают её, словно кто-то бил её кулаком, но свойства костюма были таковы, что энергия пуль бессильно рассеивалась и погашалась.

«Я сейчас вас всех тут поубиваю…» — Асуна чувствовала, как злоба переходит в ледяную ярость. Разум словно покрылся ледяной коркой, всё сосредоточилось только на одном вопросе.

«Бей или беги»

Виктория и Парабеллум скрестили клинки — Асуна, несмотря на слабость и раны, всё ещё могла дать десяток очков форы эльфийке, когда дело касалось скорости, и стала откровенно теснить предполагаемого командира Рыцарей Церкви…

— Какая ловкая… — услышала Асуна, уклоняясь от цепи, что подобно змее пыталась закружить её, обвить и сковать.

— Да отправляйся же ты в Гниющий Сад! — в ответ на отповедь эльфийки, Парабеллум парировала её выпад и контратаковала — укол, что по скорости превышал бросок змеи, пришёлся Виктории точно в подбородок, нижнюю губу и нёбо…

«Линейный выпад!»

Не давая эльфийке опомниться, Асуна намеревалась добить её стремительным выпадом… но на пути рапиры встал один из воинов в чёрном.

Очень твердый, прочный клинок из слизи прошёл через металл, словно консервный нож через крышку консервной банки. Парабеллум чувствовала, как металл и плоть отчаянно сопротивляются напору, но, наконец, чёрный клинок прошёл рыцаря насквозь.

Противник рухнул, словно кукла-марионетка, у которой в одно мгновение подрезали все нити. Однако, его жертва выиграла эльфийке драгоценные секунды, позволившие ей отступить за белую металлическую стену.

— Я вас сама туда отправлю, — Асуна не узнавала свой голос — злобный, поистине ледяной, — Всех до единого!

— Сдавайся, тебе некуда бежать! — и снова человек в чёрных очках атаковал её — Асуна даже не успела защититься, сообразив лишь усилить костюм до предела, приняв на него значительную часть силы удара.

Удар усиленной при помощи магии цепью со страшной силой снёс её прямиком в стену здания, выломав деревянные дверцы окна и буквально забросив в дом, подняв облако пыли и отдавшись в ушах противным звоном…

*****************

— Она всё ещё не ответила? — лицо Первой из Теней выражало неприкрытое беспокойство. И Омикрон не могла ответить ей ничего, кроме:

— Молчание, — тишина, повисшая в центре связи, была звенящей, жуткой — и даже скрип пера о бумагу казался инородным.

— Леди Альфа, Омикрон. Аметист сообщают, что нарвались на драку. До лесопилки они всё ещё не добрались, и пока что не могут оторваться от нападавших, — сообщила одна из связисток.

Омикрон казалось, что контроль над ситуацией потерян — она решительно не понимала, что происходит, кроме того, что всё плохо. Но несмотря на это, она не теряла головы — за них думает присутствующая здесь Альфа.

— Нарвались или их сковали боем? — лицо Альфы стало бесстрастным, — Пусть как можно скорее разбираются, и идут к Парабеллум.

— Успеет ли леди Дельта добраться до Этала…? — выразила сомнение подчинённая Омикрон эльфийка, потирая переносицу и отводя выбившийся из причёски локон тёмно-синих волос за ухо.

— Успеет, — Альфа слегка улыбнулась. — Возможно, она даже обгонит Аметист…

«Семь Теней невероятны…» — прикидывая расстояние от Александрии до Этала, Омикрон только и оставалось, что покачать головой, поражаясь абсурдной даже по меркам Теней скорости…

***************

Сознание вернулось к ней словно нахлынувшая волна, размывая тот тонкий слой песка, что начал укутывать Парабеллум спустя секунду после тяжёлого приземления. Хотелось спать, хотелось не шевелиться, хотел провести в таком положении хотя бы ещё секунду…

…и оттого ещё неприятнее было подниматься на ноги одним рывком.

Болело, казалось, всё — ныли бока, ещё сильнее ныла левая рука, которая отныне и вовсе отказывалась слушаться, ныли бёдра и икры, ныли рёбра, наливались жаром свежие синяки, что были где-то под костюмом и нательным бельём, во рту чувствовался неприятный металлический вкус…

«Я крепко влипла…» — она посмотрела под ноги, и увидела место своего приземления — изрядно поломанный мечницей, повисший разве что на собственных стальных петлях, люк в полу. — «Снаружи меня явно ждут… но если подвал — это тупик, то мне всё равно конец…»

Асуна осознавала — она недооценила врага, посчитала, что именно она здесь хищник… Но если она была хищником, то Рыцари Церкви оказались охотниками.

«В подвале… есть следы Одержимых?» — где-то вдалеке, внизу, чувствовалась знакомая мечнице мана. Асуна отчаянно искала выход из сложившейся ситуации, смотрела в выбитое ей окно, где уже зашевелились рыцари и убийцы. что вот-вот войдут сюда.

«К чёрту».

Она сосредоточилась на костюме-слизи, отправляя сообщение:

«SOS! Здесь Парабеллум, SOS, лесопилка в окрестностях Этала, SOS, нарвалась на засаду! SOS! Лесопилка — это засада, SOS!»

Сейчас Асуна не рассчитывала на подмогу — Аметист до сих пор не появились, и Парабеллум могла разве что рассчитывать на собственные силы. Она открыла люк и увидела, что за ним скрывалась лестница, уходящая глубоко вниз.

«Быть может, я смогу по крайней мере спрятаться здесь, используя камуфляжную слизь…» — сделав глубокий вдох, мечница рванула вперёд, слыша, как за её спиной распахнулась входная дверь….

Глава 35. Меч и маска

— Проклятье…

Единственное слово — тихое, произнесенное рычащим голосом, словно произнесла его не высокая светловолосая эльфийка, но прорычал матёрый волк, нарушило повисшую в центре связи тишину.

— Кто кроме Аметиста ещё находится в их районе? — Первая из Теней быстро взяла себя в руки.

— В Этале находится торговое представительство Мицугоши, с ними трое или четверо из Стражи, — отчеканила связистка, подчинённая Омикрон.

— Отправьте их к Парабеллум. Не будем оставлять эту выходку Культа без ответа. И выясните положение дел у Аметист.

Все нервничали — от присутствия Первой из Теней, от тревоги за судьбу их подруг, от того, насколько нетипичной была сложившаяся ситуация — ещё никогда налёты Теней не становились настолько напряжёнными…

*****************

Едва не спотыкаясь, Асуна неслась вниз по лестнице, мысленно проклиная архитектора за то, что спуск вниз был настолько длинным и неудобным. Вопреки внешней бедности лесопилки, начиная от спуска, внутри всё было качественно отделано белой штукатуркой.

Мечница наконец-то достигла низа — тот представлял из себя развилку, из которой выходили четыре дороги. Позади лестницы виднелся коридор, ныне — заваленный ящиками и мешками до состояния непроходимости…

«Здесь тупик»

— Она пошла вниз! — послышалось сверху, что заставило мечницу размышлять быстрее.

«Иду прямо…» — впереди чувствовался источник маны Одержимых — сильный, незамутнённый, и мечница, будучи не в силах помочь им, хотела хотя бы спрятаться там.

Слизь скрыла её прозрачным камуфляжем, и Парабеллум направилась по освещённому коридору. будучи готовой в любой момент атаковать. Мечница прислушивалась к почти каждому шороху, чему способствовала амортизирующая её шаг слизь…

Где-то вдалеке слышался чей-то тихий, находящийся на грани слышимости, шёпот — разобрать слов Парабеллум не могла, но пошла медленнее, осторожнее, пытаясь понять, не ждут ли её дальше…

Мечница продвигалась вперёд, постепенно шёпот становился более разборчивым:

— Даже охрана куда-то ушла… не нравится мне это, — шептал кто-то.

— Тише… пожалуйста. Они же нас услышат…

Дальше коридор изобиловал нишами и колонами, а часть проходов в помещения теперь были замурованы и заложены каменными блоками, освещение здесь было менее ярким, но всё ещё было тепло.

В шепоте слышался испуг, а где-то позади по камню загрохотала тяжёлая, быстрая поступь…

«Успокоиться… сконцентрироваться… выровнять ману…»

— Проверить блок содержания и склад! — раздался голос человека в чёрных очках, эхом разнёсшийся по подвалу. — Тамплиеры — займитесь исследовательским корпусом. И заклинаю вас именем Беатрикс — не испортите ничего!

«Блок содержания? Исследовательский корпус?» — сердце девушки ухнуло в пятки, когда совсем близко послышались шаги. Мечница юркнула в нишу, где некогда явно был проход, и затаила дыхание.

Мимо неё прошёл человек в чёрных доспехах — скорее всего, не относящийся к церкви и её рыцарям. Закованный с ног до головы в крашенный металл, он неспеша оглядывал буквально каждый уголок, каждую нишу и каждый метр коридора. Его дыхание казалось неестественно ровным, движения — обманчиво расслабленными, словно тот искал не убийцу, а потерянную в суматохе пуговицу…

За ним прошёл ещё один мечник, более дёрганый и резкий. Парабеллум казалось, что он всё же заметил её, когда тот задержал в нише взгляд, но всё же рыцарь в чёрном прошёл мимо.

«Чёрные рыцари не могут меня обнаружить…» — мечница облёгченно выдохнула. — «Кажется, только эльфийка, святоши и мистер Чёрные Очки могли замечать меня в камуфляже»

Виктория — эльфийка, которая, вероятно, командовала группой Святых Рыцарей, сейчас явно не в том состоянии, чтобы сражаться. Оставался лишь человек с цепью — и если бы получилось прокрасться мимо, то в теории у неё было бы время, чтобы сбежать отсюда.

«Чёрные рыцари — скорее всего, это подчинённые человека с цепью. Белые — подчинённые Виктории, или, как их назвали — тамплиеры. Скорее всего, я сейчас иду либо в сторону склада, либо в сторону блока содержания. Если бы в этом месте был второй выход…»

Тамлиеров здесь не было — и пока их здесь не было, Асуна была в относительной безопасности…

Чёрные Рыцари напрявлялись в сторону, откуда до этого доносились шепотки. Голос оттуда замолчал, словно задавленный, и там всё ещё оставались источники маны Одержимых…

Асуна стала красться вслед за чёрными рыцарями…

*****************

«Здесь Аметист, смогли отбиться, идём на лесопилку»

«Здесь группа «Этал», пролетаем над лесопилкой, видим значительное сосредоточение сил предполагаемоего противника, они хорошо вооружены, и, похоже, ждут кого-то»

«Группа «Этал», объединитесь с поисковой командой Аметист, и атакуйте»

Латифа, «Крёстная мать» Сада Теней… была зла. Очень зла. И всю величину злости, гнева древней эльфийки, познали на себе мелкие сошки Культа. Безмозглые, больше похожие на мясных марионеток и не отличающиеся хоть каким-то умением, они всё же обладали крайне неприятными особенностями.

Они не чувствовали боли, шли напролом, и даже были в состоянии пользоваться магией, усиливая себя и кидаясь в самоубийственные атаки, словно пчёлы. Не то, чтобы они могли доставить Латифе хлопот, но они оттягивали на себя время и внимание….

«Терпеть не могу Третьих Детей…»

Именно так называли этих мясных марионеток культисты — не то одурманенные чем-то люди, не то надрессированные на убийство безликие обезьяны, которых побрили и одели в темные одежды…

«Только бы успеть…»

Она стиснула зубы. То, чего Латифа боялась, то, против чего они активно предпринимали усилия, все же случилось — Культ и Церковь заметили действия Сада Теней, заметили, какой масштаб приняла их тихая борьба, и наконец-то начали предпринимать решительные меры. И этот инцидент, с попавшей с засаду Парабеллум, будет лишь началом — в этом эльфийка не сомневалась.

Однако, исход инцидента ещё не был решён — именно им предстояло решить, кто выиграет первую серьезную стычку, и на чьей стороне окажется инициатива.

Эльфийка одним движением своего длинного, слегка изогнутого клинка из слизи, столь распространенной во времена её молодости формы, рассекла очередного последнего из выживших культистов вместе с его оружием, обезобразив железнодорожную насыпь веером алых капель…

— 451, — Латифа обратилась к свежему пополнению поисковой команды — голубоволосой эльфийке, что лихорадочно оглядывалась вокруг, — Не спи.

«Мы всё ещё не добрались…»

*****************

— Они ушли?.. — прохныкала маленькая девочка. Она была одета была в нечто вроде пижамы бурого цвета, которая выделялась на фоне белых стен их темницы.

— Ушли, Нанна, ушли, — шёпотом ответил ей лысый, щуплый юноша, стоящий у двери и пытающийся разглядеть происходящее за ней через зарешёченное окошко. — Не плачь… пожалуйста.

«И не возвращайтесь…» — думал юноша, отходя от двери и проводя по ёжику темно-синих волос на голове девочки и слегка трепля её за острые ушки. — «Не плачь… я тоже хочу…»

— Винсент… ты ничего не слышишь? — в ещё одном углу сидела ещё одна девочка, которая была буквально копией Нанны — просто чуть выше ростом и шире в плечах.

— О чём ты?

— Мне кажется… кто-то ходит за дверью. Посмотри, пожалуйста…

«Нелли и Нанне страшнее, чем тебе…» — вздохнул юноша, на цыпочках подкрадываясь к двери и заглядывая в окошко.

Но в коридоре никого не было. Только открывался вид на тяжелую дубовую дверь с таким же решётчатым окошком, которую мальчик видел открытой всего один раз…

— Наверное, это наши соседи, — ответил мальчик, не отходя от решётки. Он не понимал, что именно там происходило, но казалось, что по ту сторону двери их всё же кто-то поджидал.

«Нелли и Нанне страшнее, чем тебе…» — мальчик хотел испугаться, забиться в уголок и захныкать. Но пока что он держал себя в руках, думая, что есть те, кому сейчас куда страшнее…

— Там кто-то есть? — шёпотом произнес он в решётку, — Пожалуйста, выпустите нас…

— Тише, — вдруг отозвался чей-то шёпот из-за двери, — Они держат вас здесь?

— Да, — мальчик едва не отшатнулся от двери, но всё же остался на месте.

— Если пообещаете вести себя тихо, то я постараюсь вам помочь, идёт? — кажется, с Винсентом из-за двери говорила девушка. — Из этого места есть только один выход?

— Не знаю. Но я помню, что если идти по коридору, то там будет лестница наверх. Не знаю, может, это и есть выход.

— Проклятье. Ладно. Что за другой дверью, не знаешь?

— Нет.

— Да чтоб вас… Прячьтесь, — чертыхнулась девушка за дверью, и в коридоре послышалась чья-то тяжёлая поступь.

— Кажется, я что-то слышал, — произнес безликий, грубый мужской голос за дверями.

— Не думаю, что она пошла бы сюда — здесь прятаться негде, — ответил ему кто-то ещё, — Я бы, наверное, спрятался на складе, или в исследовательском корпусе…

— Ой, да хоть бы ты спрятался в выгребной яме — здесь найдут, где бы ты не прятался. В одиночку отсюда не вылезти — лорд Петос не оставит девчонке и шанса, а святоши просто раздавят её и не заметят, — в решётчатом окне показалась голова в тёмном шлеме. — Эй, крысы! — гаркнул он. — Не спать!

«Шёл бы ты…» — Винсент хотел было ответить, как всякому грубияну отвечал его отец, но вовремя поймал себя за язык. Вместо этого ему хотелось выкинуть что-нибудь, о чём он по крайней мере, не будет жалеть.

— Чего тебе, железная морда? Не видишь — девочки спят! — в этот момент, у мальчика задрожали поджилки, он был удивлён собственной смелости.

— Чего ты там ляпнул, мелочь?! — Винсент сжался, но тут лицо в стальном шлеме исчезло…

Спустя минуту, замок скрипнул, и дверь приоткрылась. В их жилище скинули два тела, словно те были просто мешками…

— Хорошо сработано, — он не видел девушку, но слышал её голос совсем рядом со своим ухом — Сложите этих двоих в углу, чтобы их нельзя было разглядеть не открывая двери, и не издавайте ни звука. Я вытащу вас отсюда.

«Да где она?!» — мальчик лихорадочно оглядывался вокруг, но сколько ни пытался, не мог заметить их спасительницу.

— Постойте, — прохныкала Нелли, сидящая в углу, — Мы можем вам помочь. Мы с Нанной умеем пользоваться магией, но нам мешают эти браслеты, — Винсент все же сумел услышать, как совсем рядом с ним скрипнул пол.

— Если вы будете во всём меня слушаться, я сниму их. Но ничего без моей команды не делать, идёт? Иначе мы не спасёмся, — услышал он шёпот невидимки.

— Хорошо, — ответили эльфийки.

«Мне страшно…» — отец учил Винсента не бояться ничего, но, как теперь думал мальчик, его отец просто не смотрел тому самому страху в глаза — от него тряслись поджилки, дрожали ноги, от него бросало в жар, а руки с трудом слушались…

********************

«У них тут целый рассадник… да ещё и рядом с Эталом. Теперь мне кое-что стало понятно» — об этой странной точке Латифа, ведущая за собой поисковую команду, знала уже давно. Сигнал от маны Одержимых здесь был довольно силён, и не менял своего местоположения, но всё же, разобраться с этим местом за всё время у них так и не вышло.

Теперь эльфийка жалела об этом.

На территории лесопилки стояла целая толпа латников в чёрном и белом. Улицу сторожили значительные силы, на которых надлежало налететь незаметно, истрепать их, и только после, внеся хаос в их ряды, наброситься на них…

…и едва Латифа составила в голове план, кого из противников в какой последовательности устранять, как он тут же пошёл к Диаблосу в клоаку — ибо со стороны свежих пней послышался громкий волчий вой, что разнёсся по округе.

— Ауу! — Четвёртая из Теней, Дельта, не задумывалась ни о чём — уж кто-кто, а она ни в каком плане не нуждалась. Словно вспыхнувший керосин, культисты и Святые рыцари принялись суетиться, пытаясь поразить чёрную тень, загрохотали мушкеты…

«Пора бы и нам вмешаться…» — Дельта внесла в общую обстановку хаос — неуязвимая как крепость, быстрая как ветер, каждую секунду кто-то из противников умирал, разрушались порядки…

…и в этом хаосе Латифа видела возможность. Управляй хаосом, расширяй его, направляй его и сталкивай его с порядком — вот в чём заключалась её задумка.

— Атакуйте отступающих, но не преследуйте их. Стрелки — атакуйте группы издалека, рассейте их. Остальные — переходим в режим маскировки и уничтожаем рассеянных культистов.

— Что остаётся для нас приоритетом? — спросила Номер 451.

— Спасение Парабеллум, если она ещё жива. Все готовы? — группа лишь кивнула, — Вперёд.

Невидимые Тени понеслись вперёд, туда, где слышались крики и волчий вой, в то время как дальнобойная группа, применяя луки из слизи, не оставляли группам культистов и шанса на спасение…

***************

— Лорд Петос, над нами идёт бой! — отчеканил один из чёрных рыцарей.

Парабеллум слышала его голос где-то впереди, но всё ещё выжидала возможности пройти мимо и вывести тех, кого она всё же решила попытаться спасти отсюда. И, похоже, что возможность ей вот-вот представиться.

“Здесь Парабеллум, скрылась в подвале одного из домов лесопилки, попала в окружение, SOS!» — очередной сигнал бедствия ушёл, а мечница в это время прислушивалась к тому, что творилось вокруг.

— Где группа из блока содержания? — ответил ему голос человека в чёрных очках, — Проклятье. Готовьте отход — мы покидаем это место… Всем собраться у входа!

По полу загрохотала многочисленная тяжёлая поступь, постепенно удаляющаяся от их местоположения, но это было ещё не всё. Она всё ещё чувствовала по меньшей мере один источник маны, который суетился где-то впереди…

«За второй дверью ещё источники маны Одержимых…» — мечница стиснула зубы. Нельзя было оставлять их Культу — но и взять их с собой было вряд ли возможно — если они столкнуться с врагом, то они будут обузой…

Её взгляд переметнулся на спасённых ей детей — двух эльфийек-близняшек и паренька лет четырнадцати на вид…

«Быть может, они мне пригодятся…»

— Вы же умеете усиливать себя при помощи магии? — эльфийки кивнули, а мальчик отрицательно помотал головой. — Хорошо. Тогда сейчас мы заберём отсюда кое-что. Не бойтесь — я смогу вас защитить, — наконец, Асуна изменила поверхностный слой слизи, наконец-то став видимой.

— Хорошо, — пусть вся их троица и нервничала, но установка «во всём слушаться Парабеллум», похоже, достигла их ушей. Поэтому, мечница ловко взломала замок двери напротив бывшего узилища детей, и распахнула её.

— Так вот где они были… — просипел мальчик, его лицо резко посерело.

Асуна могла понять, почему он был настолько напуган — три скрючившихся в форме эмбриона, обезображенных рубцами и наростами тела, даже видавшую подобное Восьмую Тень заставило вздрогнуть.

— Мы поможем им, но их нужно отсюда забрать. Сможете? — девочки переглянулись, и подхватили два из трёх тел.

— Винс, не поможешь нам? — мальчик тряхнул головой, и, прилагая некоторые усилия, подхватил последнюю лежащую здесь Одержимую, словно та была тяжёлым ящиком.

«Странно… У него есть мана, но он как будто… не умеет ей пользоваться?» — возникла в голове Асуны непрошенная мысль. Мечница быстро отмахнулась от неё, понимая, что ещё есть дела поважнее.

Парабеллум превратила слизь в длинный, тонкий клинок с развитой гардой. Левая рука всё ещё плохо слушалась, и мечнице оставалось лишь надеяться, что никого серьёзнее рядового рыцаря им не повстречается…

— Идём.

*****************

— Ауу!

— Ар-хга! — раздался чей-то предсмертный крик.

В воздухе повис запах крови, железа и дыма. Буквально каждый миг кто-то умирал, или оказывался на грани, отделяющей жизнь от смерти. И вместе с этим, территория лесопилки стремительно пустела — Культ, несмотря на все усилия Латифы, всё же смог организованно отступить, пусть и понеся потери.

«Лучше бы они все погибли…» — подумала она, смотря на то, как последнего, отрезанного от своих союзников Рыцаря Церкви разрывают на части когти Дельты, несмотря на все его попытки защититься.

Эльфийка уже представляла, какие последствия возымеет этот инцидент. От него до прямого объявления войны останется всего-ничего. Противостояние с Культом переходит в новую стадию… и всё же, первый бой оказался за ними.

«Здесь Парабеллум, скрылась в подвале одного из домов лесопилки, попала в окружение, SOS!»

«Там же и Одержимый…»

— 451, за мной! — Латифа направилась туда, где ощущался личный маяк Восьмой Тени — в изрядно побитую боем, сложенную из бревён хижину, где словно огромным тараном был выбито окно вместе с куском стены.

«Не смей там погибнуть, Парабеллум…» — голубоволосая эльфийка неслась позади, её присутствия старшая почти не ощущала…

Латифа не останавливаясь, запрыгнула в дом, и нашла выбитую крышку люка, лежащую рядом со спуском вниз. Снизу вверх поднимался сизый дым, чувствовался запах гари.

— Х-хра! — там же послышался шум скоротечной драки — вскрик, звон стали, скрежет, чавканье и глухой стук, словно на пол грохнулся шкаф.

Латифа пронеслась по ступеням и всё же увидела Парабеллум. Восьмая Тень стояла на коленях, одной рукой опираясь на свой клинок. Дыхание рапиристки было тяжёлым, дрожащим, на её левой щеке наливался кровью свежий, протяженный порез от уголка губ до самого уха.

Перед ней скрючился рослый, широкоплечий чёрный рыцарь, под которым быстро разрасталась лужа крови… Можно было расслышать, как культист тихо скулил, прежде, чем затихнуть окончательно.

— Парабеллум? — эльфийка хотела было подхватить раненую Тень, но та лишь отмахнулась и указала на нишу за лестницей.

— Уведи… их. Я справлюсь, — тихо, пытаясь сберечь силы, ответила ей рапиристка. — Культ… они подожгли это место, — Парабеллум поднялась на нетвёрдых ногах, явно вымотанная и уставшая. — Дети, идите за Латифой! — только и крикнула мечница, опираясь о стену.

— А с вами всё будет хорошо? — из ниши высунулась совсем ещё юная эльфийка, несущая на руках завернутое в простыню тело.

— 451, помоги Парабеллум, — безмолвная помощница подхватила Восьмую Тень, и бросила взгляд на детей, о которых так беспокоилась рапиристка. — С ней всё будет хорошо. Идём с нами.

Им всем нужно было уходить в Александрию, и чем быстрее они туда доберутся — тем скорее можно будет подвести итоги этой ночи…

********************

Уже третий день миновал с той злосчастной ночи. Уже третий день её последствия откликались по всему Саду Теней, уже третий день уроки первого серьезного столкновения с Культом не давали Альфе покоя…

Результаты, итоги, выводы — их было сделано слишком много, чтобы перечислять их разом, но в сумме им оказалось под силу выбить эльфийку из колеи.

Ей требовалось сделать шаг назад, решить возникшие вопросы один за другим, и начать она собиралась с Парабеллум.

Восьмая Тень сильно пострадала в ходе этого инцидента, и сейчас все ещё отдыхала в лазарете Александрии. То, о чём Альфа думала ранее как о чём-то мимолётном, теперь становилось необходимостью — Парабеллум, вторую обладательницу Мудрости Теней, не стоило отправлять заниматься работой Стражи Теней. Ее ум, её знания и мудрость нужно было направить в другое русло…

Альфа собиралась сообщить девочке об этом лично, для чего пришла в лазарет утром, после общего подъёма…

Красноволосая Тень была единственной обитательницей лазарета — из десяти выставленных в ряд коек занята была только одна, стоящая под окном.

Парабеллум лежала и читала книгу, избавившись от костюма-слизи и переодевшись в обычную домашнюю одежду. Серые шорты до колен и майка открывали вид на налитые синяки и кровоподтёки, а порез на лице все ещё заживал…

Альфе было больно видеть это, как больно было видеть страдания любой из Теней. Никто из них не заслуживал таких ран…

— Доброе утро, Парабеллум, — Восьмая Тень вздохнула и положила книгу на подоконник. — Как ты?

— Чувствую, что иду на поправку, — отмахнулась она, — Как там Винсент и девочки?

— Они все ещё у Эты… Они не говорили, что с ними такое?

— Нет.

— Они такие же, как и мы, — сначала Парабеллум не поняла, о чем говорила Альфа, и поэтому переспросила.

— Они… были Одержимыми?

— Да. И даже Винсент, — кивнула Первая из Теней, — Подробнее узнаешь, когда окончательно поправишься. Я пришла к тебе по другому делу, — эльфийка заправила локон волос за ухо, — Я собираюсь сделать тебя моей личной помощницей. Это значит, что отныне тебе не придется участвовать в подобных авантюрах, и вместо этого ты будешь помогать мне в принятии решений…

— Я не против, — Альфа облегченно выдохнула — зная, насколько деятельной и бойкой была Восьмая Тень, она ожидала с её стороны протеста… и эльфийка была рада ошибиться в своих ожиданиях.

*******************

Священная земля Линдвюрм в это время года была поистине прекрасна, невинна и чиста, ежели посмотреть издали. Белый камень, золото и синева, в обрамлении цветов, воплощение святости и «света Богини» — вот что должно было приходить в голову всякому постороннему, пришедшему в эту обитель чистоты…

Но собравшимся на веранде главного собора не было дела ни до красот города, ни до той благодати, что овеяла его почти видимым светом. Словно контрастируя друг с другом, высокий, худощавый мужчина в полном расцвете сил, оживлённо спорил с тучным, седым стариком, напоминавшим не то пивную бочку, не то традиционный орианский пирог-шар…

— Я имею право требовать объяснений, тем более — от выскочки, который не то, что не смог решить проблему — но отбросил мои исследования на годы, если не на десятилетия! — старик едва не кричал, надувался, краснел словно обваренный паром. — На что вы, Петос, вообще рассчитывали?!

— Культ не понимает всей угрозы от этих налётчиков, и вы, Нельсон, тоже не понимаете! Они перехватывают даже ваших подопытных, портят всё, до чего дотягиваются их руки, и если не задушить их здесь и сейчас…

— И слышать не хочу об этом… Комплекс «Метея» потерян… Вы хоть понимаете, Петос, что натворили?

— Что именно вас нервирует — то, что Метей — это ваша зона ответственности, или что я, стремясь подавить угрозу Культу в зародыше, намеревался использовать охрану комплекса как резерв?

— В Метее оставалось оборудование, которое работало ещё со времен Бедствия… но Богиня с ним, с оборудованием. Проект, который должен был обеспечить Культу запас стабильных, подготовленных для Слёз клеток — вот что вы уничтожили, Петос! Мы не могли достичь подобного результата уже сотни лет! — старик наседал на Петоса, едва ли не накатываясь на него, — Я почти смог превзойти то, чем была Оливер, но вы, Петос, в своём желании выслужиться уничтожили всё!

— Вы не видите леса за деревьями, Нельсон!

— Пошёл прочь, с глаз моих, пока я не вынес ваш позор на рассмотрение Магистра! То, что вы натворили — это прямой саботаж моей работы, и Рыцарей Круга! И забудьте о том, что вообще смели даже помыслить о месте в Круге!

— Вы готовы поставить всё дело Культа под угрозу из-за того, что лишились всего одной ничтожной лаборатории где-то в захолустье? — Петос едва сдержал ухмылку, — Или же мы можем помочь друг другу, решить вопрос к нашей общей выгоде?

— И о чём я должен с вами говорить? — фыркнул старик в ответ.

— Если я притащу за волосы одну из тех пиявок, что виновны в уничтожении Метеи, и заставлю её выложить всё перед Кругом, вы от этого только выиграете. Ваши исследования останутся неприкосновенны, Культ уладит это недоразумение…

— …а вы, Петос, продвинетесь прямиком на недавно освободившееся место в Круге, — старик ухмыльнулся в усы, прекрасно понимая, чего на самом деле хочет добиться собеседник, — И что же вы смогли выяснить ценой Метеи?

— Угроза Культу подтвердилась. На их стороне находится значительное количество магических мечников, каждый из которых не уступает Вторым Детям. Неясно, чего именно они добиваются, но они охотятся за нашими подопытными. И если бы они продавали их вашим людям, но нет — подопытные бесследно исчезают. Они не уступают Инквизиции в плане возможностей и оснащения, обучены и обладают целой колодой козырей.

— Вы очень дорого заплатили за эту информацию, Петос. Метея того не стоила.

— И что такого было в Метее? Почему вы настолько озабочены потерей комплекса?

— Потому что в Метее было решение самой большой проблемы Культа, — вздохнул старик, — Мы смогли довести Одержимость у группы подопытных до состояния, когда она не угрожает жизни, приведя клетки Диаблоса в них к состоянию, идеально подходящему для производства Слёз… Проще говоря, мы не ограничивались бы двенадцатью дозами в год…

— Нетрудно догадаться, что для нас это было бы благо. Но все ли так плохо? Учёных не было в комплексе, была ночь — и среди них все целы…

— Вы уничтожили все записи и статистику по состоянию подопытных за месяцы, и уничтожили уже почти готовые образцы, подобных которым может уже и не быть. Даже учёные, которые вели исследования, без этих записей не воспроизведут необходимый результат. Возможно, я погорячился, когда намеревался выставить вас отсюда, но то, что вы выяснили, и то, чего это знание стоило, ни в коей мере несоразмерно…

****************

В это время, здесь же — в главном соборе Церкви Божественного Учения, над эльфийской девой хлопотали одетые в серое целители. Лицо их Святой, той, кого обласкал Свет Богини, было обезображено ужасным ранением… Но для Света Богини, что истекал из рук верных церковных целителей, эта рана была поправима.

В отличии от её походного наряда, теперь она была одета в белое с золотой окантовкой платье, достигавшие щиколоток эльфийки, и длинные белые рукава.

Святая Пророчица Виктория, Белая Роза из Сада Богини, чья красота и благодетель была воспета детьми Богини, однако, сейчас мыслила вовсе не о святости и смирении…

«Еретичка…» — хоть лицо пророчицы и выражало смирение и благодать, но то была лишь маска — внутри неё кипел праведный гнев.

Виктория позволила целителям осторожно убрать в сторону локон волос цвета коры сосен, доверила им восстановить эльфийскую красоту и чистоту, и излечить ужасное зрелище, отдававшееся на языке вкусом железа…

«Нет, они не еретики… Они — пособники Диаблоса»

Фигуры в чёрных одеждах, что намеревались помешать усилиям Церкви в защите мира от возрождения Диаблоса — те, кто являлся ей во снах — словно нечёткая, бледная тень, в которой притаилась зловещая ухмылка. Виктория пострадала от их рук, стремясь свершить суд Богини, покарать их за противление свету, и, словно в этот момент Богиня отвернулась от них, не узнали об этих налётчиках ничего.

«Богиня… могу ли я просить у вас откровения?» — она чувствовала, как медленно зарастает рассечённая губа. — «Могу ли я вновь услышать вас во снах?»

Свет Богини был под угрозой — чья-то мрачная тень намеревалась закрыть его, погасить и не дать вновь возгореться — именно так Виктория могла истрактовать пришедший к ней после той роковой ночи сон…

И именно в руки своих детей Богиня возложила миссию по спасению её света от последнего греха. Именно Виктория — её пророк, должна была раздуть из искры пламя. Как некогда герой Оливер поднял свой меч на Диаблоса, так и Виктория должна защитить свет Богини от исчезновения.

— Госпожа Виктория, вы прекрасны, как и прежде, — произнес целитель, поклонившись.

— Благодарю вас, — эльфийка коснулась губ, провела языком по небу и испытала облегчение — от дискомфорта, что преследовал её всю дорогу, не осталось и следа.

«Сэр Петос прав — могущество зла возрастает… но почему Богиня так поздно посылает мне свои откровения?»

Она вышла на верхний этаж собора, откуда можно было рассмотреть весь Линдвюрм. Разум эльфийки был отравлен горечью поражения, и сама Святая понимала это — ей нужно было очиститься, стать такой же, как и священная земля — безмятежной, невинной…

«Богиня, услышь наше слово, услышь и прими надежды твоих детей, не обдели нас своим вниманием. Не позволь нам сойти с пути, не дай нам устрашиться темноты и нечестивости. Омой нас Светом своего светила, в этот час и в этом месте…» — Виктория прочла заученную наизусть мантру из Книги Учения, но все ещё не чувствовала покоя в душе, — «Возможно… это знак Богини?»

Возможно, что Богиня сама хотела, чтобы отступники и еретики понесли заслуженную кару, и привести приговор в исполнение руками Святой и её верных тамплиеров?..

Глава 36. Блеф, блеф, блеф...

Новая Александрия не спала ни днём, ни ночью. По улицам даже после полуночи сновали безликие фигуры, стучали копыта лошадей, двигались поезда — каждого обитателя улиц можно было рассмотреть в тёплом свете уличных фонарей.

Не спал и Сид Кагено. Не спал, мучимый бессонницей, бодрствовал, сидя на чемодане, на балкончике своей студенческой квартиры, полной грудью вдыхая пряный запах темноты, предаваясь размышлениям, которые в последнее время настигали его, как бы он не пытался отвертеться от них, как бы не пытался не отвечать на возникающие вопросы…

Не так давно прошёл его пятнадцатый день рождения — ещё пара лет — и он во второй раз встретит семнадцатилетние… и если там он оставался школьником не от мира сего, то здесь свой семнадцатый день рождения он встретит главой Сада Теней — организации, ведущей необъявленную войну за души угнетённых и замученных с затаённым где-то в закулисье злом…

Тень, как он сам себя называл, всё глубже погружался в игру, мимо которой он с лёгкостью мог бы пройти и не заметить. Он мог всего лишь на один вечер остаться дома, почитать что-нибудь, подремать и не встретить Альфу. Тень мог бы не лгать ей, а его ложь могла бы не оказаться правдой…

Но чем больше деталей появлялось в его выдумке, тем меньше Минору нравилось то, на что он заносит свой меч. Нечто, что он не в силах даже понять до конца, не в состоянии окинуть всего масштаба той тысячелетней истории мира и всех целей Культа, что некогда устроил в этом мире настоящий апокалипсис…

Всё это угнетало парня. Отдавалось беспокойством, горечью и комом в горле, отдавалось чувством собственного бессилия, которое вызывало где-то внутри неукротимую злость на самого себя…

Нужно было найти способ уравнять масштабы. Забивать кол не молотком, а кувалдой, обрести способ влиять на события меньшими усилиями, обрести власть над судьбой себя и других, которая и не снилась Минору Кагено, но которую заслуживал Тень.

«Мне нужно усовершенствовать атомную технику…» — он вспомнил свои первые потуги в создание собственных магических техник — его последний довод, который с момента применения на Туманном Драконе лежал мёртвым грузом…

Становилось понятно — Тень, заигравшись сначала в паиньку, потом в исследователя и, наконец, студента Академии, потерял самое главное — он растерял силу, заржавел и едва не остался позади.

«Не помешало бы прогуляться к девочкам в Александрию…» — едва он об этом подумал, как совсем рядом, едва ли в паре шагов от него появился один из маяков Теней…

— Вы теряете хватку, учитель… — промурлыкал ему в ухо ехидный, звонкий голос, от которого Сид едва не подскочил. Однако, парень всё же смог не потерять самообладания, и медленно повернул голову в сторону источника звука.

Там, расслабленная и довольная собой, оперевшись о стену, стояла зверодевушка из клана Золотых Пантер, чьи платиновые волосы, яркие фиолетовые глаза и тёмный наряд из боди и распахнутой куртки, Тень узнал бы везде, как узнал бы каждую из девочек, которых он некогда спас.

— Привет, Дзета, — он тряхнул головой, словно только что проснулся. — Ты права… Я теряю хватку, — Тень отвернулся от Дзеты, вновь уйдя в свои мысли.

«Я настолько ушёл в свои мысли, что пропустил момент её появления…»

— Странно видеть тебя… таким, — зверодевушка мгновенно оказалась рядом. — Ты словно сам не свой.

«Может, сказать ей…»

— У меня есть чувство, что что-то не так. Словно я теряю драгоценное время, не принимая какого-то важного решения, и я пытаюсь понять, что или кто хочет от меня ускользнуть, — вздохнул Тень. — И пока что даже Тени мне не отвечают, — Дзета задержала на нём взгляд, словно на рубашке Минору было что-то написано, и зверодевушка хотела это прочесть.

— Я принесла кое-что касательно внутренней обстановки в Академии, — наконец, она отвела взгляд, явно решив оставить Сида с его мыслями.

— Тогда присядь рядом, — не поднимаясь с чемодана, при помощи слизи он подтянул стул поближе к себе. — Есть что-нибудь интересное?

— Благодаря Зеро, у нас достаточно сведений о жизни в Академии. У всех есть свой представитель в студенческом совете — у Научного Факультета — Салливан Хоуп. Касательно корпуса Целителей и факультета Тёмных Рыцарей — у них представителя временно нет.

— Запомню… Что-нибудь о деятельности Культа в Академии?

— Инструктор первой группы, Зенон Гриффи, связан с Культом самым непосредственным образом, намереваясь занять двенадцатое место в их Круге. Среди студентов агентов Культа мы пока не нашли…

— Зенон мне ещё пригодится, пока что только наблюдайте за ним. Разведайте, что принадлежит Культу в столице, и чем и они занимаются…

— Мы займёмся этим… И ещё, если вам будет нужна помощь — вместе с вами на факультете находятся ещё две моих Тени…

— Амелия и Жанна, я знаю, — Сид кивнул, — Они что-нибудь выяснили?..

— Всё, что они пока что успели сделать — это втереться в доверие к Крису Блэку — Альфа намерена выяснить про него как можно больше…

— Крис Блэк?

— Научный факультет, первый курс. Если верить Парабеллум и Эте — он искал способ излечить Одержимость. Происходит из семьи, связанной с Культом…

— Любопытно, — Тень поднял бровь.

«Кажется, я очень многое пропустил… Чёрт, я и правда заигрался в паиньку»

— Дзета, — он повернул голову и посмотрел на зверодевушку. — Не откажешь мне в спарринге?

******************

Заметность. Демонстрация силы. Активность.

Этими тремя словами можно было описать жизнь Клэр Кагено в столице. Именно так девушка восприняла наставление брата — «вырваться вперёд», быть заметной, видной, той, кого будут искать…

Учёба, по крайней мере, её практическая часть, давалась девушке не просто легко — Клэр даже не напрягаясь обскакала всех однокурсников, и умудрилась выйти в ничью с инструктором…

«И они не видели моей истинной силы…» — чувство собственного превосходства пьянило, расслабляло, словно превращаясь в стержень, благодаря которому плечи сами собой расправлялись, а лицо приобретало нейтрально-доброжелательное выражение. Таким темпом, имя Клэр Кагено оказалось в Академии на слуху…

У неё появились немногочисленные друзья, многочисленные знакомые, и всеобщее внимание — то, чего на первый взгляд, девушка хотела — но к чему оказалась не готова. Внимание было обоюдоострым клинком — и Клэр пришлось выучить этот по-своему болезненный урок, вылившийся в потерю свободного времени…

От отличницы, перебравшейся в общежитие на территории Академии ещё после первого семестра, активной и заметной, ждали инициативы, вследствии чего Клэр, начиная со второго года обучения, занимала место секретаря главы студсовета Академии…

И в этот момент, Клэр, неспеша идя по коридору корпуса Академии, тряхнула головой. Зеро уже и забыла, зачем шла туда, куда шла, уйдя в свои мысли настолько глубоко, что чуть не столкнулась с одним из своих знакомых по студсовету…

— Кагено, — кивнул девушке блондин в расстёгнутом пиджаке. Он был заметно ниже её ростом, и нёс в руках папку, перевязанную тонким шнурком.

— Хоуп, — Зеро кивнула ему в ответ, — Кого-то потерял?

— Не только. В первую очередь я искал тебя, — девушка, на манер Парабеллум, вздёрнула бровь. — Отойдём в сторонку.

Хоуп быстро привёл её в пустой класс, из тех, что были выделены для нужд студсовета, и где не было парт.

— Так что ты хотел?

— Если коротко — деканы хотят провести выборы на место главы студсовета как можно скорее. Знала об этом?

— Нет. Я думала, что они не станут торопиться с выборами, — Клэр пожала плечами, внутренне морщась — обычно подобная спешка сулила суету и идиотские поручения представителям факультетов в студсовете.

— Кого по-твоему выдвинут? — Салливан опёрся о стену, и сложил руки на груди.

— Кого бы там ни выдвинули, победит Роза Ориана — в этом у меня нет сомнений, — в ответ блондин лишь усмехнулся.

— Ориана — лишь милая кукла принцессы, уж прости мне такие слова…

— А ещё Роза — отличница и дуэлянт от Богини, помимо того, что принцесса другой страны. Не знаю, как ты, но я против её кандидатуры не возражаю… Тем более, что в прошлом году именно ты пригласил её на игру в нашем круге, — девушка усмехнулась ему в ответ.

— Кстати об этом… Сегодня как обычно, в Мицугоши?

— Да. Но я хочу позвать в наш кружок кое-кого ещё. Вечером всё узнаешь…

******************

Мех и резина. Стекло и янтарь. Волосы и латунь — гласили записи в тетради темноволосого юноши, что сидел за одиноким столиком где-то в углу кофейни Мицугоши…

Едва прошли первые дни учёбы, как настала пора первых выходных. И Крис Блэк смутно представлял, чем ему в эти выходные заниматься, кроме как отсыпаться — домашнее задание Кирито сделал ещё сидя на занятиях, спрятавшись ото всех на последней парте…

Был вечер. Темнело, и последние часы перед сном Кадзуто проводил, сидя за тетрадью и чашкой чудесно пахнущего кофе со специями. В голове постепенно оформлялась его научная работа, тема, демонстрация и простейшие опыты, которые позволят ему не ходить на часть занятий и, заодно, немного приблизить век электричества в этом мире…

Всё упирается в статическое электричество — а вернее, в то, что он продемонстрировать при имеющихся ресурсах и современном техническом прогрессе. Продемонстрировать простейший школьный эксперимент — и можно смело пользоваться ресурсами Академии, освежая в голове школьный курс физики и принося в этот мир нечто новое…

«Лень — двигатель прогресса…» — усмехнулся Крис своим мыслям.

Он выпил ещё глоток кофе, чувствуя лёгкую, необычную солоноватость, а также аромат корицы и перца — именно этот вкус кофе в последнее время покорил парня, оставаясь на языке пряным привкусом… Этот привкус напомнил Кирито о первом посещении кофейни Мицугоши, и парень невольно перевёл взгляд туда, где на полке стояли книги…

«И по Кафке ничего — словно её не существует…»

От этих мыслей его отвлекло появление в дверях кофейни двух человек — черноволосой, высокой и статной девушки, и блондина — оба гостя были одеты в форму студентов Академии.

«Салливан?» — в блондине Крис признал старосту Научного Факультета, а вот девушку он не узнал.

— Привет, Валери, — девушка в одно мгновение оказалась у стойки. — Сегодня как обычно.

— Привет, Клэр. Давно вы не собирались, — красноволосая эльфийка на месте баристы приложила руку к подбородку.

— Новый учебный год. К тому же, — девушка перешла на шёпот, из-за чего Крис не слышал, о чём они говорили, но эльфийка была явно удивлена.

— Вот как… Тогда всё будет в лучшем виде! — воскликнула бариста.

— Рада это слышать.

Криса словно никто не замечал, и он продолжал невозмутимо пить кофе, бегая глазами по строчкам в тетради, представляя, как демонстрирует эффекты статического электричества тому же Хоупу, а после и декану…

— О чём задумался, Блэк? — его мысли прервал голос старосты.

— Ни о чём, что могло бы тебя беспокоить, Салливан, — Кирито тряхнул головой. — Заметки для научной работы делаю, — ответил парень, выпив ещё кофе.

— Не хочешь сыграть с нами?

— Прости… что?

— Перед выходными мы собираемся в кружок и перекидываемся в карты… Считай это приглашением, Блэк, — Кирито задумался.

— На что играете?

— Ничего, что могло бы порочить честь или достоинство. Пару тысяч зени найдётся для игры?

— Найдётся. Можешь считать, что я согласен.

Кадзуто в прошлой жизни никогда не был азартным человеком, едва ли умел играть в карты… Но сейчас верх взяло любопытство, и, чего греха таить, простая скука. Скука… и нахлынувшее в этот момент нежелание оставаться наедине с собственными мыслями.

******************

«Не то, чтобы мне так была нужна помощь этой простолюдинки… Но она хитрее, чем хочет показаться»

Алексия Мидгар, вторая принцесса королевства Мидгар, поправила форму студентки Академии, смотрясь в зеркало. Выглядела она строго, безупречно — так, как и задумывалось тем, кто придал форме студентов Академии её современный вид. Приталенный тёмно-синий пиджак, белая блузка и расклешенная белая юбка — на беловолосой принцессе всё смотрелось в пору.

С момента начала обучения минуло пару дней, и пока что всё выглядело почти идеально — неспешные первые дни в Академии тянулись плавно, тихо, даже лениво — по большей части, проходя в заведении знакомств.

Идеальную картину нарушало только ежедневное лицезрение физиономии ненавистного маркиза… Алексия не могла выкинуть Зенона из головы — и порой ей казалось, что её жених постоянно мелькает то тут, то там.

— Алексия! — раздался звонкий, словно звук разбивающегося хрусталя, голос её соседки по общежитию, — Ты идёшь?

— Да, уже выхожу.

Принцесса вышла из своей комнаты, едва не столкнувшись с той, кто звал Алексию.

— Так что это за кружок, в который ты так настойчиво меня втягиваешь, Нина? — спросила вторая принцесса, натягивая на лицо лёгкую, дежурную улыбку.

— И вовсе я никуда тебя не втягиваю! — ответила её собеседница — ещё одна студентка Академии, с третьего курса. Тёмно-рыжие, почти красные волосы и смуглая кожа напоминали Алексии о жителях Нового Света. — Я просто знаю кое-кого, кто знает кое-кого — и только!

«Она всегда такая громкая?..»

— Ты же умеешь играть в карты? — Алексия вздёрнула бровь., — В общем, мы с друзьями собираемся в Мицугоши перед выходными, и…

— О-о. Звучит любопытно…

«Она явно простолюдинка… Но какой бы дурой она не прикидывалась, её бы не поселили в общежитии Академии, не обладай она талантом или хитростью. С Ниной нужно держать ухо востро — не хватало мне ещё поклонницы Зенона в подругах»

— Я не очень хороша в картах, но меня туда позвала подруга, и я не хотела ей отказывать…

Кофейня Мицугоши находилась на другой стороне улицы, и оказались они там едва ли через пару минут. Там, едва открыв двери, Алексия увидела расставленные в дальнем углу столы, отделённые от остальной кофейни перегородкой и ширмой…

— Мисс Валери, — Нина едва ли не рванула к красноволосой эльфийке. — Клэр уже здесь?

— Да. Все уже понемногу собираются, — едва эльфийка договорила, как из-за ширмы показалась темноволосая девушка.

— Клэр! — Нина почти сгребла её в охапку, но девушка, названная Клэр, не сопротивлялась.

— Мы только недавно виделись, Нина, — тепло произнесла она, переведя взгляд на Алексию. — Не представишь нас?

— Алексия — это Клэр Кагено, моя однокурсница и секретарь студсовета Академии. Клэр — это…

— Алексия Мидгар, — вместо неё ответила принцесса. Её фамилии было достаточно, чтобы не поднимать лишнего шума своим титулом, — Первый курс.

— Приятно познакомиться с вами. Заходите — ждали только вас.

«Кагено… Старшая сестра Сида?» — от Алексии не ускользнула фамилия секретаря.

Едва они ступили за ширму, как принцесса увидела занятый стол с разложенными на нём картами… и за столом уже виднелись несколько знакомых лиц.

Среди тех, чьи имена Алексия уже знала, за столом сидела и заправляла локон салатовых волос за острое ухо её однокурсница Жанна, и, что удивило Алексию, она также увидела среди игроков Сида.

Её спутник с бала снял пиджак и повесил его на стул, оставшись в рубашке и брюках на подтяжках, и просто сидел, неспеша потребляя что-то ароматное из чашки.

— А вот и мы! — воскликнула Нина, но затем, стоило ей оглядеться, как она продолжила. — Вижу, у нас ещё новенькие…

— Привет, Нина, — блондин, чьего имени Алексия не знала, кивнул третьекурснице, — Ваше Величество, — затем он перевёл взгляд на принцессу.

— Просто Алексия…

«Кажется, он уже знает, кто я такая…»

— Итак, — блондин стукнул ложкой по чашке, тем самым создав тишину. — Приветствую всех собравшихся на нашем небольшом сборище. Привет старой гвардии — и привет новичкам. В традициях студсовета Академии есть практика, когда ученики и представители студсовета собираются для совместного времяпрепровождения…

«…И для того, чтобы играть в азартные игры…»

— По традиции, сначала представляются старые игроки. Салливан Хоуп, Научный Факультет, четвёртый курс. Староста Научного Факультета и представитель в студсовете.

— Клэр Кагено, Тёмные Рыцари, третий курс. Секретарь главы студсовета.

— Нина Валентайн, третий курс. Член студсовета.

— Мы и есть «старая гвардия» кружка, — продолжил Салливан. — Теперь же, пусть назовутся новички…

«Сколько театральности… как будто на приёме,» — Алексия сдержала дрожь, пробежавшую по спине от воспоминания о её крайнем мероприятии.

— Сид Кагено, Тёмный Рыцарь, первый курс. Приглашен Клэр, — добавил темноволосый парень, обменявшись с принцессой мимолётным взглядом, и улыбнувшись ей уголком рта.

Алексия подавила желание улыбнуться ему в ответ — настолько явным и заразительным было удовольствие Сида от нахождения в этом круге.

— Крис Блэк, научник, первый курс. Приглашён Салливаном, — отозвалась… отозвался парень, сидевший напротив старосты научников, с шевелюрой, которая сделала бы честь той же Жанне. Да и в целом, если бы Крис не назвался, то принцесса бы подумала, что здесь находится на одну девушку больше…

«Мрачноватый тип…» — именно так Алексия про себя охарактеризовала этого парня, — «Он кажется слабым, но не слишком ли он немощный для мага?»

— Айзек Найтингейл, первый курс, приглашён Ниной, — манерно представился сидящий рядом с Крисом ещё один из игроков. Он выглядел статно, если не сказать уверенно, а тёмно-зелёный, почти чёрный цвет волос придавал ему странную изюминку…

«Наверняка на него заглядываются половина девочек с курса…» — вот только Айзек Алексии не нравился, — «Личинка Зенона…» — наверное, если бы противный принцессе маркиз был её однокурсником, то эти двое быстро нашли бы общий язык.

— Жанна, бесфамильная, Тёмные Рыцари, первый курс. Приглашена Клэр, — взяла слово светловолосая эльфийка. Её речь была тихой, но её слышали все…

«Я не могу её прочитать…» — либо Жанна действительно была просто тихоней, которой было не очень уютно в этом круге, либо она не была простой тихоней… Принцесса не могла сказать наверняка. — «Вроде бы проблем с учёбой у неё в первые дни не возникало… но они возникли только у парочки клинических тупиц, так что это не показатель»

— Кристина Хоуп, Тёмные Рыцари, первый курс. Приглашена Салливаном, — ответила последняя из собравшихся здесь — рыжеволосая девушка, которая чувствовала себя здесь расслабленно, спокойно — в отличии от того же Криса.

«Хоупы вездесущи…» — мысленно фыркнула принцесса, припоминая, что в окружении ее отца также были носители фамилии Хоуп — поистине большой дворянской семьи.

— А Розы в этот раз не будет? — поинтересовалась Нина.

— Роза готовится занимать высокое место в студсовете, ей не стоит пачкать репутацию азартными играми… — с явным смешком в голосе произнес староста научников.

— Как будто секретарю стоит… — услышали они тихий голос Кристины.

— Мисс секретарь свою репутацию и свою совесть уже давным-давно проиграла за столом, — отшутилась Клэр. — Начнем первую партию, — девушка взяла в руки несколько колод карт и принялась ловко, словно профессиональный шулер, перекладывать их. — На что сыграем, леди и джентльмены?

— Предлагаю первую на желание, — усмехнулась Нина.

— Кто за? Сразу предупреждаю — желание не должно прямо или косвенно вредить чести, достоинству и здоровью, быть выполнимым, и таким, чтобы исполнитель не был против его исполнять, если это противоречит правилам или его чести, — возражений не последовало, из-за чего Кагено шумно вздохнула. — Хорошо. Учитывая, что игра пойдет на желание, разделитесь на пары…

«Пары…» — Алексия оглядела всех собравшихся, думая, с кем сыграть, когда столкнулась взглядом с Сидом, и в голове девушки начал быстро строиться план, — «Отлично… Ты-то мне и нужен»

Правильно сформулировать своё желание, и проигравшийся в карты Кагено поможет ей решить вопрос Зенона. В своей победе Алексия не сомневалась — Сида можно было читать, пусть и с трудом, в отличии от того же Салливана или Амелии…

— Блэк, сыграем? — обратился к женственному парню староста научников.

— Почему бы и нет, — услышала девушка ответ Криса.

— Сид? — Алексия намекающе вздёрнула бровь.

— Сыграем? — парень хитро улыбнулся ей, явно начиная понимать, что принцесса от него чего-то хочет.

*******************

«Собрались как-то принцесса, два научника, пяток мечников и одно магическое чудовище поиграть в карты…» — Крис сдержал истеричный смешок, хоть это было и не просто.

Собравшиеся вокруг него не были слабыми — от каждого из них чувствовался Резонанс большой силы. Но по сравнению с тем, что скрывал Сид Кагено, они казались глиняными горшочками рядом с железнодорожной цистерной…

«Сестра, конечно, послабее… но она от брата ушла не так уж далеко»

Кирито было неуютно в такой компании — было чувство, будто он оказался в зоопарке, в окружении клеток со львами и гориллами.

«Чувствую себя слишком маленьким…»

В такой компании, где из знакомых лиц были только Салливан да Жанна, Кирито думал, что на него сейчас смотрят все. И от этих взглядов, которых могло и не быть, Кадзуто становилось неловко.

— В роли фишек пойдут монеты достоинством в десяток зени, — сказала Клэр, и Крис выложил на стол стопку в пять медных монет, и ещё столько же положил под левую руку, в ответ на что Салливан выложил такую-же оранжево-красную стопку.

— Учитывая, что играем на желание, деньги пойдут лишь как фишки — они не являются ставкой.

Он и Салливан сдвинули свои фишки к центру стола, что их разделял, и Клэр ловко, словно профессиональный крупье из кино, раздала им по пять карт.

«Странные они, Кагено… мечники, аристократы — и у каждого в рукаве не то, что козырь — а целая колода…»

Крис тряхнул головой, глядя на карты в правой руке. Черного, с золотым рисунком на них, игральные карты выглядели дорого, стильно — на каждой из них было изображение, соответствующее силе карты.

Здешние масти карт отличались от тех, с которыми Кадзуто был знаком в прошлом мире — мечи, копья, мушкеты и луки заменяли их, но смысл здешней «игры дипломатов» в целом не отличался от покера — побеждал тот, у кого на руках была старшая комбинация.

«Мой ход. Две девятки — лук и меч, дама копий, восьмерка мечей и шестерка мушкетов…» — он тихо вздохнул, понимая, что с картами ему не повезло.

— Чек, — произнес Кирито, пытаясь понять, о чем думает Салливан. Но староста научников был непроницаем — его лицо словно высекли в камне, словно сделали из него маску и натянули её на глыбу, от чего парень даже невольно поежился.

— Чек, — безэмоционально ответил староста, и сбросил две карты картинкой вниз.

«Хорошо. Он поменяет две карты, у него карты явно лучше, раз уж всего две… Думаю, у меня есть шанс» — Кадзуто взял шестерку, восьмерку и даму и положил их картинкой вниз.

В ответ Клэр сбросила им две и три карты, и им ничего не оставалось, как взять их.

«Девятка копий, дама мечей и дама мушкетов… Тройка и пара — фулл хаус» — Кирито слегка расслабился — замена карт выдалась удачной.

— Поднимаю, — на верх его стопки отправились две фишки.

— Отвечаю, — поверх стопки Салливана легли три фишки.

— Вскрываемся? — Кирито выложил свои карты на стол, и Салливан, ухмыльнувшись, отзеркалил его жест.

«Семь, восемь, девять, десять — все мушкеты, и козырь мушкетов… Флеш рояль»

— Я выиграл, — Салливан сгреб свои фишки к себе, — И мое желание таково — ты же уже выбрал свою тему научной работы? Расскажи о ней.

— Тут будет проще показать, — вздохнул Крис, — Дай мне пару минут — мне нужно кое-что подготовить, — Кирито встал из-за стола и вышел из-за ширмы — заказать кофе, а заодно попросить кое-что для наглядного эксперимента…

*****************

«Он хитёр… но все же читаем. Ему явно повезло с картами — слишком наглый у него взгляд» — Алексия держала на лице одну и ту же ухмылку — ей с картами крупно не повезло, и она намеревалась поменять карты, чтобы сорвать более выгодную комбинацию.

— Чек, — пробормотала Алексия, глядя на шестёрку и восьмерку мечей, даму мушкетов, десятку и короля луков в своих руках…

«Даму нужно поменять…»

— Чек, — неожиданно для принцессы ответил Сид, сбрасывая сразу три карты.

«Я ошиблась?» — подумала Алексия, внимательно наблюдая за парнем. Думая об этом, она положила на стол ещё и короля луков, позволяя Клэр поменять их на две новых карты, — «Семёрка и девятка мечей… Не лучшая комбинация» — однако, похоже, что Кагено все ещё везло с картами — тот все ещё выглядел нагло, вызывающе, — «Он блефует — он сбросил сразу три карты, при том, что у него была хорошая комбинация… Значит, сейчас мой стрит может и выиграть.»

— Повышаю, — прохихикал Сид, выкладывая на стопку в пять монет ещё пять.

— Отвечаю, — стопки поравнялись.

— Вскрываемся, — принцесса выложила свои карты первой.

«Если твой блеф раскрыли…» — и Алексия испытала чувство удовлетворения, когда увидела у оппонента две пары — шестерки копий и луков, десятки мечей и копий и короля мушкетов. — «…нужно перестать блефовать!»

— Я выиграла… И мое желание будет таково, — она хотела было нагнуться к нему и прошептать свое желание на ухо, как ее отвлекли.

Вместе с появлением Криса в воздухе возник приятный запах кофе и специй. Блэк занял место за столом, держа в руках блюдце с чашкой, что-то вроде пушистого платка, и стержень, сделанный из латуни.

— Суть моей работы заключается в исследовании вот этого эффекта, — он быстро потёр стержень платком, и поднёс его к волосам, не касаясь их — и, словно поднялся поток ветра, часть волос потянулась за стержнем, — И чтобы ты понимал, что это не дешёвый трюк, — Блэк поднёс стержень к голове Жанне, послышался тихий треск.

— Ва-ай! Что это? Как будто меня щекочут, — эффект повторился, и пара светлых волосков взметнулись к стержню.

— Но это ещё не всё. Есть доброволец, для испытания ещё одного эффекта? — Алексия подняла руку — шутки ради, ей стало любопытно, что этот фокусник может ещё выкинуть. — Хорошо. Это будет самую малость больно, может, даже неприятно, но только на мгновение, — Крис коснулся тыльной стороны её ладони стержнем.

— Ай! — от неожиданности Алексия едва не подпрыгнула. Рука дёрнулась от столь неожиданного чувства, которое было сложно с чем-то сравнить.

— Что-то я не понял эффекта… Можешь на мне опробовать? — поинтересовался староста Научного Факультета, и Крис принялся тереть стержень о мех с новой силой.

— В этом и заключается странность — если кого-нибудь так коснуться, то эффект пропадает, и его приходится заново создавать. И это работает не только с мехом и латунью — я тут успел вывести пару комбинаций, которые дают похожий эффект, — наконец, Крис коснулся Салливана, и тот одёрнул руку.

— Необычное чувство… Как будто магическая перегрузка, — задумчиво произнёс Салливан, — Этот эффект кусается, притягивает к себе волосы… Ещё что-нибудь интересное?

— Я тут взял кофе, и к нему подали дополнительную порцию смесь соли и перца…

— Кофе с солью и перцем… Это же не стейк, чтобы его есть со специями, — усмехнулась Нина.

— Не говорите так, Нина, — в разговор вклинился Сид, — У такого кофе вкус, конечно, специфический, но в нём определённо что-то есть…

— Кхм-кхм, — Крис прокашлялся, привлекая к себе внимание, — Так вот. Этот эффект также притягивает к себе перец и пыль, — парень провёл стержнем над блюдцем, и часть крохотных пылинок специи притянулись к нему, оставив после себя белые кристаллы соли. — Однако, эти соль и перец лежали на бумаге, прежде, чем их пересыпали на блюдце… Если бы они не лежали, то не притянулись бы — я это проверял.

— Очень… интересно. Честно сказать, у меня бывало такое, что если потереться шерстью о металл, потом слышен треск, но я даже и не думал, что мне не кажется, — Салливан из собранного, настроенного на игру шулера, мигом превратился в научника. — Как начнётся неделя, покажешь эксперименты декану — он точно не откажет…

— Салливан, здесь ты не староста, — усмехнулась Клэр, — Отставьте свои научные шашни хотя бы на сегодня…

— А мне это кажется… интересным, — произнёс Сид.

— И ты, Сид? Ты ранишь меня в самое сердце, — явно дурачась, Клэр схватилась за сердце.

— Нет, правда. Я конечно не научник, но даже мне начинает казаться, что здесь есть некая взаимосвязь…

— Чего ж ты, Кагено, в научники не пошёл, — хохотнула Нина, на что Сид лишь улыбнулся.

— У меня лучше получается древний язык, а не математика, — ответил он, поглядывая на смуглую третьекурсницу. — Но я подумаю над твоим предложением.

«Ладно. Я лучше промолчу — мне здесь сказать явно нечего»

— Сид, — она привлекла к себе внимание, — Раз уж здесь такое сборище, своё желание я озвучу по его окончании…

— Идёт, — улыбнулся темноволосый мечник, — А сейчас, как насчёт ещё пары игр? Только на этот раз предлагаю игру на деньги…

Глава 37. Голоса полнятся ложью

Вечер плавно перетекал в ночь… В кофейне Мицугоши, несмотря на столь позднее время, было шумно — компания студентов, отгородившись ширмой, оживлённо резалась в карты целой толпой, что-то рассказывали, шутили и смеялись.

Ню, именованная Тень Сада Теней, личное доверенное лицо леди Гаммы, невольно поправила свою рабочую одежду — тёмно-синие рубашку и юбку. Сегодня должна была быть последняя из «испытательных» смен в круглосуточных кофейнях — по окончании довольно долгого испытательного периода надлежало отчитаться Гамме об особенностях ночной работы.

Несмотря на ночь, она и её помощница не оставались без работы — главным образом из-за Зеро и собранной ей компании — в такие ночи они приносили кофейне внушительную часть выручки…

«Когда они уже угомонятся…» — Ню тряхнула головой, дав гриве каштановых волос некоторую свободу, и взяла в руку одну из баночек, где лежал уже смолотый, готовый к приготовлению кофе.

Ню, как доверенное лицо Гаммы, знала, что половина от собравшихся за ширмой были Тенями, или связаны с Садом общими делами. Равно как и знала, что там, за ширмой, сидел лидер, первый среди всех Теней…

Вежливый, манерный, с вечно хитрым прищуром, он не производил впечатления того, за кем шла Гамма — скорее, он казался слегка наглым аристократом, оказавшемуся в обществе таких же, как и он сам — и от того, раскрепостившегося сверх всякой меры…

«Хотя, так ли я от него отличаюсь…»

Ню также, как и Тень, в обществе носила маску — среди жителей столицы могли найтись те, кто знал её раньше, ещё в прошлой жизни, до Одержимости, и чтобы этого не допустить, девушка изменила свой имидж, распустив волосы, спрятав за ними уши, и избавившись от чёлки.

Нейтрально-доброжелательное выражение лица, предельная вежливость и опрятность — три принципа работы с клиентами, довершали картину её новой личности, которая выставлялась напоказ, и через которую уже нельзя было рассмотреть дочь семьи Маркес…

Шёл час, второй — стрелки часов уже забежали далеко за полночь, когда, наконец, собранная Зеро компания принялась расходиться… Первым ушёл блондин-научник, ставший частым гостем кофейни, вслед за ним потекли и другие — Тень и беловолосая девушка шли парой, Зеро уводила своих подруг, и только одинокий темноволосый парень, один из завсегдатаев столика у книжных полок, задержал на ней взгляд.

— Ещё что-нибудь? — нейтрально, вежливо улыбнулась Ню.

— А. Нет, ничего. Я передумал…

*****************

— Так каково твоё желание, Алексия?

Сид Кагено, первокурсник Академии… примерно понимал, чего в теории Алексия могла хотеть от него. У него были два варианта — либо принцесса хотела забраться повыше в иерархии Академии, либо она хотела насыпать соли, перца и прочих приправ на хвост пришибленному люстрой инструктору.

«Первое возможно, но не слишком ли это низко для человека её уровня? Стоит ей только захотеть — и имени принцессы хватит, чтобы при поддержке той же Клэр она оказалась вовлечена в дела студсовета…»

Тень предполагал, что верным всё же окажется второй вариант…

— Лучше не здесь, — только и ответила Алексия.

— Прогуляемся по ночному городу? — спросил парень, ухмыльнувшись.

— Это приглашение?

— Всего лишь деловая прогулка. Мы ведь серьёзные люди, — несмотря на свои слова, Тень был весел, и лишь шутил. И Алексия, судя по дрогнувшим уголкам губ, эту шутку оценила.

— Я не против.

От Академии они удалялись всё дальше и дальше, проходя по широким городским улицам. По ним нет-нет да и сновали одинокие фигуры, спешащие куда-то, словно сейчас был день…

— Прежде, чем мы придём куда-нибудь, — парень поправил пиджак и перевёл взгляд на принцессу, — твоё желание связано с Зеноном, я угадал? — он буквально слышал скрежет зубов девушки, едва она это услышала.

— С чего ты это взял?

— Твоё поведение на балу и то, что ты не стала озвучивать своё желание в кофейне, — отчеканил Сид. — Общество Зенона тебе неприятно, и будь твоё желание простой шуткой, ты бы не стала так секретничать, — парень воровато огляделся, не столько для того, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей, а чтобы изобразить какую-никакую приватность их разговора.

— Справедливо, — принцесса пожала плечами и придвинулась к нему чуть ближе. — Но ты всё ещё не знаешь, в чём именно будет заключаться моё желание…

— Удиви, — Тень постарался улыбнуться так, как улыбался ещё в прошлой жизни — обезоруживающе, с нескрываемой хитрецой.

— Станешь моим парнем, — если бы Тень сейчас что-нибудь пил, то, наверное, лишился своего напитка, поперхнувшись.

— Прости… что?

— Мальчики и девочки имеют свойство дружить, гулять вместе и вообще, вести себя как парочка, — принцесса пожала плечами, и от столь беззаботного жеста Сид едва сдержал приступ смеха.

«Хотя… Быть может, в этом есть какой-то смысл»

— Хочешь прикинуться, что завела себе интрижку под самым его носом? — Сид постарался взять себя в руки.

— Рада, что ты всё понимаешь, — теперь была пора второй принцессы ухмыляться Тени в ответ.

— Почему именно я? В Академии уж точно должно хватать болванов, которые за возможность подержаться с тобой за руку расшибутся в лепёшку…

— Твоё предложение звучит любопытно, но мне не нужен ведомый слюнявый идиот, который испортит всё, не сумев поддакнуть тогда, когда действительно нужно.

«Справедливо» — нахмурился парень.

— Я согласен, но при одном условии… И не смотри на меня так — мне кажется, что для проигранного в карты желания этого и так много, — Алексия в ожидании уставилась на него. — Расскажи, почему ты настолько не любишь Зенона? Он что, убил, зажарил и съел твоего любимого щенка?

— Фу, — принцесса фыркнула, — Я бы поверила, если бы Зенон съел его сырым…

— И всё же? Если я буду знать о ваших распрях больше, быть может, я смогу помочь тебе найти более… — Сид взял паузу, подбирая слово, — …изящное решение.

— Это… не так просто объяснить, — в этот момент ухмылка на лице беловолосой девушки померкла, взгляд стал холоднее, наполнился некой затаённой грустью. — Твоя сестра, она ведь… сильнее тебя? Лучше, заметнее, и родители любят её больше?

— Допустим.

— Ты никогда не хотел выйти из её тени? Не хотел затмить её и превзойти?

— Зачем? — парень пожал плечами, — Мне и в тени Клэр неплохо живётся…

— Дуралей, — пробормотала принцесса себе под нос, — А теперь, представь — из-за того, что ты находишься в тени Клэр, тебя хотят вырвать из этой… комфортной зоны. Перековеркать твою жизнь, перевернуть её в худшую сторону, отобрать у тебя того самого любимого щенка.

— Кажется, я начинаю понимать…

— Представь, что теперь ты не можешь этого изменить. Не можешь выйти из тени сестры, и всё, что тебе остаётся — это смиренно принять, что твоего любимого щенка с тобой больше не будет. Ты бы смирился?

— Я не могу этого избежать, и поэтому буду просто готовиться к неизбежному, — здесь Сид соврал — ибо всё же не думал об этом именно так… Но эта ложь была ему нужна.

— А я не буду. Я не смирюсь, и хотя бы попытаюсь сделать хоть что-то, чтобы это изменить. И это неизбежное для меня — Зенон. Человек, которого считают идеальным, не имеющим недостатков. Меня собираются выдать замуж за него, — голос Алексии надломился вопреки её желанию. — Теперь понимаешь, почему я хочу отделаться от него?

«Чёрт… А мне-то казалось, что она просто персонаж манги из магазина «Всё по сто йен…»

— Частично я тебя понял… Но он настолько плох? — глаза принцессы в этот момент сверкнули. — Я в том смысле… Заслуживает ли он такого отношения?

— Ты просто не сталкивался с ним. Для всех на виду он кажется идеалом — статный, сильный, перспективный и богатый… Но я не верю, что в нём нет гнили, или что в его шкафу нет пары скелетов. Он как фальшивый золотой зени — лишь поверхность покрыта золотом…

— Никто не идеален, — Сид кивнул, прикидывая, насколько Алексия близка к истине. — Я почти не видел его вживую, но доверюсь твоему мнению, Алексия, — парень в очередной раз кивнул. — Так каков план?

— Первым делом, тебе надо будет пройти экзамен для перевода в первую группу по фехтованию — Зенон преподает именно там. Оттуда мы и начнём действовать.

Луна в эту ночь была яркой, её бледный свет перемешивался со светом уличных фонарей… Время уже однозначно было позднее, и нормальным студентам пора было нежиться в тёплых кроватках…

— Идём. Провожу тебя до общежития. Мы ведь теперь парочка? — парень ухмыльнулся, принимая правила игры и протягивая Алексии руку…

«Конечно, я не слишком хотел оказываться в первой группе… но ты, Алексия, мне ещё пригодишься…»

*******************

Вернувшись наконец в комнату общежития, Алексия Мидгар рухнула на обитый красной тканью стул и вытянула ноги. Ночной мрак толкал девушку ко сну, как и накопившаяся за день общая усталость, смешанная с чувством, что она сделала гору дел и заслужила отдых…

«Наверное, отец в конце дня чувствует себя также…»

Принцесса бросила рассеянный взгляд в потолок, шустро прокручивая в голове события дня и разговор с Сидом, оставшийся среди общей картины дня напоследок, словно десерт после плотного обеда…

«Возможно, я не совсем так себе это представляла… но своего я достигла. Кагено отнюдь не дурак — он понял, для чего мне это нужно. Осталось лишь грамотно всё провернуть…»

У неё было довольно поверхностное, если не сказать неполное, представление о том, как будет выглядеть путь к заветной цели — но то, что она могла себе представить — ценой урона её имиджу отбить у маркиза всякое желание жениться на Алексии.

Общественное мнение весьма подвижно — сегодня она может быть примерной девочкой, а завтра — бунтаркой и злостной нарушительницей правил — но никакая репутация не стоит больше, чем свобода и независимость…

«Я не смирюсь, ” — припомнила принцесса свои же слова — «Этот дуралей просто не понимает… Хотя, я думала, что мы с Кагено похожи — у нас обоих старшие сестры куда сильнее нас, заметнее нас…»

Алексия покачала головой, и принялась готовиться ко сну, думая также о том, что собрание кружка в кофейне оказалось на удивление весёлым времяпровождением…

*******************

Проводив Алексию взглядом, Тень всё же запрыгнул в общежитие Академии, и наведался в комнату Клэр. Сестра ещё не спала, но уже переоделась в пижаму и расплела волосы…

— Экзамен для первой группы…? — в ответ на просьбу брата, Клэр нахмурилась. — Ты вроде как не хотел сильно выделяться в Академии? — она полулежала, полусидела на отдельном диванчике, стоявшем в комнате.

— Обстоятельства слегка поменялись, — Сид в ответ пожал плечами, откидываясь на стуле и расправляя плечи. — Я не собираюсь блистать, но первая группа мне нужна. По крайней мере, в краткосрочной перспективе.

— Это как-то связано с тем, что вчера, после игры, ты ушёл вместе с Алексией?..

— Да, — Тень кивнул. — У меня есть кое-какие мысли касательно её, и мне нужно подтвердить или опровергнуть их. Поэтому и нужна первая группа.

— Я, конечно, тебе помогу, Сид, но я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, братец…

— Не беспокойся. Если я прав — то мы сорвём флеш-рояль в партии с Культом, выдернем из их рук потенциальную марионетку и получим своего человека среди королевской четы. Если же нет — то я не потеряю ничего, кроме времени…

*******************

Экзамен на первую фехтовальную группу оказался на удивление простым — хватило демонстрации стоек, и короткого тренировочного поединка с Клэр в присутствии инструктора, чтобы его приняли…

Или слово Клэр возымело решающий вес, или инструктор разглядел в нём что-то, что было одному ему понятно, но одобрительного кивка хватило, чтобы в начале недели Сид предстал перед студентами первой фехтовальной группы в роли новичка.

Тренировочный зал для всех групп был общим — группы просто занимались в разное время, и из-за этого был обширным, разделённым на две части — на уличную, куда вела большая дверь, и где располагалась крытая площадка, и внутреннюю, обставленную манекенами и инвентарём для занятий.

— Сид Кагено, — он поклонился немногочисленному сборищу в полтора десятка лиц, включая беловолосую макушку Алексии.

Тень занял своё место вблизи принцессы, и застыл в ожидании дополнительных распоряжений, попутно оценивая инструктора более внимательно.

Алексия весьма точно описала этого человека — статный, высокий голубоглазый блондин производил хорошее первое впечатление за счёт своего внешнего вида, и общий тренировочный комплект из кожаного жилета с высоким горлом, налокотников, плотных перчаток и брюк с наколенниками ни капли не портил картину. Он выглядел мужественно, почти сурово — и при этом, ухоженно и чисто.

Если присмотреться, то среди светлых волос можно было разглядеть едва заметный пробел — на этом месте был шрам, почти полностью заживший.

«Не знай я, что вы редкостный мерзавец, принял бы вас за истинного джентльмена…» — Тень сдержал смех над собственной шуткой. — «Посмотрим, что ты представляешь из себя как учитель»

— Ты немного отстал от остальных, Сид, поэтому я повторю краткий урок истории и сути стиля Королевский Бушин, — Тень прислушался. — Королевский Бушин корнями уходит ещё к первым королевствам, основанным после Бедствия, и к роли магов в тогдашнем видении войны, в виде пеших и конных «сокрушителей строя»

«Любопытно»

— В этом и заключается суть стиля — разрубать, разрезать, сокрушать подавляющей физической силой, достигнутой посредством магии. Вам ещё предстоит на практике убедиться в достоинствах этого стиля и изучить его, — голос маркиза звучал громко, чётко. — Теперь, разбейтесь на пары и разомнитесь — вам предстоит освоение первоначальных движений стиля. Магию не применять — для начала она не нужна.

Мимолётный взгляд, которым Сид обменялся с принцессой, и они вместе отошли чуть в сторону — благо, обилие свободного места в зале позволяло рассредоточиться.

Не обменявшись ни словом, они принялись разминаться — и глядя на студентов и то, что они называли разминкой, парень покачал головой — ещё в прошлой жизни, в том числе и стараниями дяди, он усвоил — без разминки никуда. И когда он имеет в виду разминку, то он не имеет ввиду ту короткую пародию на неё, которую выполняли все студенты без исключения, а процесс, способный длиться не одну и не две минуты.

«Видимо, магия им всё действительно компенсирует» — Сид промолчал, и принялся разминаться — без спешки, но и не ленясь.

Алексия всё это время наблюдала за ним, и уже после первой минуты, принялась повторять за парнем.

****************

«Удивительно… но это работает»

Методика, по которой разминались все в зале, была короткой — именно ей на первом занятии их обучил Зенон, и включала в себя вращение плечами и локтями, а также «перекатывания» с одной ноги на другую, и принцесса была удивлена, завидев, что Сид не делает того, что делают остальные.

«Он явно знает, что делает…» — Алексии стало любопытно, и она принялась повторять за своим сообщником, разминая плечи, разрезая воздух перед собой, словно ножницами.

Они разминалась дольше остальных, но к моменту, когда все уже принялись отрабатывать удары, девушка чувствовала, как по телу растекалось приятное тепло, а буквально каждая косточка и мышца словно стали легче, подвижнее…

«Да, так определённо лучше» — она сдержала желание злобно зыркнуть в сторону Зенона, который вовсю крутился между учениками, которые в это время отрабатывали базовые движения.

— Начнём? — Сид демонстративно отступил на пару шагов.

— Приступим. Я атакую — ты защищаешься. Потом поменяемся, — в ответ на это, парень кивнул, поправил защитные элементы и встал в защитную стойку, приготовившись отражать нападение. — Х-ха! — принцесса занесла деревянный меч и нанесла размашистый удар по диагонали, который, как и ожидалось, встретился с мечом Сида.

Второй удар, с другой стороны, она нанесла заметно быстрее — этот простейший приём она отработала ещё до Академии, и поэтому она смогла выполнить его ловко, плавно, но при этом быстро.

— Впечатляет, — пробормотал Сид, на что Алексия фыркнула. — Меняемся, — теперь в роли нападавшего был парень.

«Он не мог не заниматься дома…» — подумала девушка, глядя на стойку парня — прочную и несокрушимую даже на вид, словно приняв такое положение, Кагено стал заметно шире в плечах и прибавил десяток сантиметров роста.

— Начали! — Алексии хватило всего одного удара, не усиленного магией, чтобы понять — Сид, как и сама принцесса, отрабатывал простейшие движения, доводил их до автоматизма — и если бы она не знала, что парень ударит именно так, то вряд ли смогла бы даже разглядеть удар.

«Быстрый» — второй удар она уже смогла разглядеть — стремительный, отточенный, словно Кагено повторял его раз за разом, и все ради этого момента — «Но и я не кто попало», — навстречу третьему удару, пришедшемуся с другой стороны, она подставила гарду, и удар отдался в перчатку и ладонь под ней.

— Неплохо… Но есть кое-что, о чём ты забываешь, — Сид отступил на шаг, и кивнул на направившегося к ним Зенона. — Потом объясню.

— Какие-то вопросы? Проблемы? — поинтересовался маркиз. Его лицо было бесстрастным, спокойным, и один его вид уже начинал раздражать Алексию.

— Работаем, — вместо неё ответил Сид. — Все хорошо. Верно я говорю, Алексия? — он пересёкся с ней взглядом и подмигнул.

— У нас все просто замечательно.

— Продолжайте отрабатывать приём друг на друге. В течении пары занятий они вам пригодятся…

*******************

— И что ты намерена делать дальше? — поинтересовался Сид, заливая чашку кофе прохладным соком чего-то, что по запаху и кислинке напоминало апельсин.

Сейчас у них было большое окно между занятиями — и за почти четыре часа им надлежало привести себя в порядок, подготовиться и куда-то себя деть на оставшееся время…

Поэтому, сейчас парень привел Алексию в свою студенческую квартиру, намереваясь просто посидеть и обсудить с девушкой следующий шаг.

— Не думаю, что Зенон воспринял тебя, как кого-то серьезного, — Алексия принюхалась к напитку. — Что это?

— Кофе по рецепту одной моей знакомой. Прохладным он вкуснее, — пожал Сид плечами, припоминая эксперименты с горой кофе и те извращения, которыми занималась Гамма в поисках идеального рецепта.

— Интересный вкус, — оценила она. — Но у меня к тебе есть вопрос… Ты ведь уже тренировался с мечом раньше?

— Не то, что бы… Скорее, Клэр и мама просто вытирали мной пол, — Тень позволил себе лукавую улыбку.

— В этом мы с тобой похожи, — хмыкнула принцесса. — То, что ты показал на тренировке — это явно не Королевский Бушин. У учеников стойки были другими, ты двигался быстрее…

— Как и ты, — парировал Тень. — В этом мы с тобой похожи. Ты ведь не училась какому-то конкретному стилю, я прав?

«Я попал в точку…» — понял Сид, едва взглянув на лицо девушки.

— Мы с тобой похожи — мы оба плохи как мечники… Но есть то, что у нас никто отнять не может, — он продолжил: — У нас свой собственный путь, в который мы верим, и которого придерживаемся, — Тень позволил себе посмаковать вкус сделанного кофе, не сводя с принцессы глаз. — Пусть пока мы не можем тягаться с теми, кто практикует Бушин, но этот стиль прекрасен…

— Ты… — беловолосая девушка лишилась дара речи. — Ты…

«Неужели это настолько сильно её задело…»

— У меня что-то на лице?

— Н-нет, — она опустила взгляд в чашку. — Просто я впервые слышу… такое.

— Ты можешь в это не верить, но… Мне нравится твой стиль, — злоба промелькнула на лице Алексии. — Мне нравится этот стиль, Алексия. Потому что…

— …потому…

— …все забывают о причинах и следствиях, о том, что лежит в самом корне сражения. Если я могу ударить с силой несущегося грузового поезда, то мне даже не нужен меч — хватит и простого стального прута… По сути своей, любое сражение сводится к измерению голой силы, того, насколько ты можешь усилиться, и насколько хорошо ты можешь контролировать себя на таких скоростях. Ты не сможешь сдержать поезд, стоя в глухой обороне — ты будешь выставлять ему навстречу свои силы — и только так, — озвучил парень свои мысли, - Смысла в сложном стиле в таком случае просто нет.

Алексия не находила слов, чтобы что-то ответить. Она держала чашку двумя руками, погруженная в свои мысли.

— …почему никто не говорил мне этого раньше? — услышал Тень ее бормотание.

«Кажется, я случайно задел ее за живое…»

В квартире повисло тяжёлое молчание. Сид приоткрыл дверь, ведущую на балкончик, чтобы дать свежему воздуху проникнуть вовнутрь.

«Алексия ушла в себя…» — констатировал он факт, — «Пусть пока отвиснет»

Что Тень выяснил о Зеноне с первого занятия?

На первый взгляд — спокоен, собран, явно является поклонником того самого Королевского Бушина, каковой и преподаёт талантливым и богатым сыновьям и дочерям.

«Так можно и забыть, что он связан с Культом…»

Следовало подойти к вопросу с другой стороны.

Что в теории мог делать член Культа, явно не обделенный властью и силой, на месте инструктора в столичной Академии? И насколько он важная фигура, если ему решили отдать в жёны целую вторую принцессу?

«Следовало подумать об этом чуточку раньше… Алексия предназначена… кому? Маркизу Зенону, или Зенону, человеку Культа Диаблоса? Насколько сильно связаны мидгарская корона и Культ?»

Глава 38. Темнее чёрного

В самом большом из классов Научного Корпуса, который был способен вместить в себя не меньше сотни человек, было пустынно. Протяжённые лавки и парты, выставленные в несколько рядов, пустовали, и лишь у самой первой, освещенной солнечным светом из широких окон и стоящей возле преподавательского стола, парты, царила суета,

На парте были разложены прутки, бруски, клочки разных материалов — ткань, металл, резина, бумага и не только — все они были частью наглядной демонстрации черноволосого женственного юноши перед деканом — пожилым седым мужчиной в шерстяном жилете.

— Таким образом, этот эффект, возникающий при трении друг о друга разных материалов, не относится к взаимодействию конкретных материалов, но распространяется на целые их группы, — декан в ответ хмыкнул, и Крис продолжил. — Также, с разными материалами заряд — назовём это явление так, накапливается по разному — медь и мех дают заряд быстрее, нежели мех и железо.

— Очень… интересное явление. Очень, — приговаривал Лютеран. — Видишь ли, Крис, в нашем корпусе есть отдельные экземпляры минералов, и один из них интересен тем, что к нему так и липнет металлическая пыль. Теперь я размышляю, не являются ли эти явления родственными?

— Вполне возможно, но для этого нужно экспериментировать, — Крис посмотрел на образцы. — Этого хватит для научной работы на тему?

— Вполне, — одобрительно кивнул старик. — Я курирую научные работы студентов Академии, так что буду не против, если ты будешь отчитываться о результатах своей работы, — декан подмигнул. — Если твоя работа потребует чего-то, что нет на складе, или будет стоить денег, то этот вопрос буду решать я.

— Хорошо.

— И придумай для своей работы название — его нужно будет указать в бумагах для работы…

— Уже придумал, — улыбнулся Крис, — Явление «электричества», основные принципы и теории.

— Странное название… Почему именно оно?

— В «Слове Оливера» упоминался спутник героя, который бросался искрами из пальцев. Его звали Лектро, кажется… Поэтому, я решил назвать явление в его честь, — декан в ответ усмехнулся в свои пышные усы.

— Очень хорошо, — ответил Лютеран, и после столкнулся с ним взглядом. — С вашими идеями, далеко пойдёте, молодой человек. Не сейте свои идеи на бедную почву.

— Я и не собирался, — Крис пожал плечами, не до конца понимая, чего от него хотят.

— Кх-кха-кха! — неожиданно, декан закашлялся. — Идите, молодой человек. На сегодня вы освобождены от занятий. Потратьте это время на оформление первых страниц работы…

— Вам помощь не нужна? — Крис немного забеспокоился, услышав глухой кашель.

— Нет, бу-кх, спасибо.

********************

«Блеск. Написать всю работу за пару дней, и в течении года изображать бурную деятельность. А в конце года представить комиссии… хм. Явление можно спровоцировать, но можно ли его накопить?»

Кирито ломал голову над тем, как лучше поступить. С одной стороны — хотелось поменьше забивать себе голову, получить больше свободного времени и просто наслаждаться тихими деньками в Академии. А с другой…

«С другой стороны, если я в один момент покажу всё, что помню из школьного курса, то чем я буду заниматься после?»

Возможно, в Кирито говорил голос лени, возможно — его личное эго, но сейчас у него были загадки, которые ему хотелось разгадывать больше, чем учиться, и о которых знает только он…

Кирито миновал консьержа и добрался до своей квартирки — в это время почти все жители студенческих домов уже были на занятиях, и лишь хмурый взгляд престарелого сторожа провожал его по пути домой…

Наконец, толкнув дверь в свою нору, Крис оказался дома. Не раздеваясь, он плюхнулся на кровать.

«А я-то думал, что хотя бы Академия не превратится в очередную головоломку…» — в этот момент Крису хотелось отключить голову. Хотелось ни о чём не думать, хотелось, чтобы в одно мгновение пролетело несколько часов, на которые парень из мира выпадет…

Но непрошенные мысли так и лезли в голову.

«Одна чертовщина вслед за другой… Сначала Резонанс 98 и Одержимость, потом Леди Смерть на балу, Кафка-возможно-Асуна и её сказки, переписанные под здешние реалии, которые она умудряется ещё и продавать… И снова Резонанс 98, на этот раз — в Академии…»

Эта загадка не давала покоя Кирито уже довольно долго… Но до сих пор у него не было значительных продвижений в изучении данного явления.

«Решил взять и кошку, и ложку в одну и ту же руку… и в итоге, кошка от меня убежала, а ложка завалилась под стол»

Он поднялся и достал из шкафа свою тетрадь, куда были записаны всего наблюдения и мысли по поводу явления Резонанса 98, и, оттуда же, достал деревянный ящичек, в котором, упакованные в стеклянные баночки и флаконы, были образцы тканей и кровь Одержимого…

«Никак не отпустит…» — Крис вздрогнул, увидев бурое нечто, что некогда было кровью. От него всё ещё исходил Резонанс и мана, пусть и не такие яркие, как раньше.

— Что в теории мне известно? — он достал карандаш. — Где-то в Академии скрыт мощнейший источник Резонанса 98 — как следствие наличия некого вида маны, который довольно агрессивен и способен вызывать не то мутации, не то некое заболевание… Учитывая, что я не чувствую ману Одержимости, можно предположить, что либо источник находится на большом расстоянии, либо…

«Либо источник — это живое существо, способное скрыть ману, но не Резонанс» — Кирито сделал пометку в тетради.

— Глядя на образцы, взятые у Одержимой... — Крис внимательно присмотрелся к стеклянному флакону, где лежал кусочек отвалившейся плоти с головы. — Даже спустя столько времени, он не изменился внешне, не разложился или что-то вроде того. Резонанс и мана явно поубавились, но у меня есть стойкое впечатление, что он как будто… законсервировался?

«Может ли быть такое, что мана Одержимости выступила в роли этакого антибактериального средства?» — Кадзуто совершенно ничего не понимал ни в биологии, ни в тех процессах, которые могли происходить на уровне, который без микроскопа не разглядеть, — «Но для чего мане вести себя… так? Разве она не превращает Одержимых в месиво?..»

— Может… это как с простудой? Когда организм поднимает температуру тела, чтобы убить болезнь?

«Мана заместила собой ману Одержимой, и после как будто… уснула? Если учесть, что Резонанс сильно поубавился, то это звучит как теория… И можно ли эту ману снова разбудить?»

Крис взял в руку флакон и поднёс его к окну, разглядывая образец на просвет. Он и сам не особо понимал, что именно пытается найти, но ему нужна была хоть какая-то зацепка.

«Может, завтра принести один из образцов в Академию? Если там находится мощный источник Резонанса 98, может, он сможет разбудить эту ману… или хотя бы как-то на него отреагировать.»

Крис скептически относился к собственной затее — слишком много неизвестных переменных было в этой ситуации. И всё же, это единственное, что сейчас могло придти парню в голову…

*****************

— Я подготовил первые страницы работы, и уже сообразил несколько теорий, но здесь возникла небольшая проблема, — Кадзуто поправил отросшие за этот месяц волосы. — Есть ли в Научном Корпусе незанятые классы?

— Их достаточно, — декан в ответ поправил свои очки. — Я так понимаю, вам класс нужен для экспериментов?

— Да.

— На втором этаже корпуса находится старая лаборатория — она просторная, ей и можете воспользоваться, — Лютеран положил руки на стол. — Ей сейчас пользуется одна студентка, поэтому прошу не мешать друг другу, если будете пересекаться.

— Я и не…

— Я не сомневаюсь, что вы, мистер Блэк, сознательный и неглупый молодой человек, — в голосе старого декана дохнуло холодком, но затем тот улыбнулся в пышные усы. — У вас всё?

— Да, пожалуй…

«Чего это декан так взбрыкнул?» — выходя из кабинета, Кирито лишь пожал плечами. Теперь у него была его собственная, ну, или почти собственная лаборатория, где парень мог заниматься тем, чем ему заблагорассудится в высвободившееся время. — «Ладно. Раз уж я здесь…» — Крис достал из сумки флакон с засохшей кровью и воровато огляделся.

Но в коридоре никого не было.

«Чудесно» — Кадзуто прислушался ко своему шестому чувству, пытаясь понять, откуда инородная песнь Резонанса 98 доносится громче всего…

Академия полнилась звуками и цветами, неразличимыми обычным слухом и взглядом. Но на их фоне низкочастотный гул, характерный для искомой парнем маны, звучал особенно громко, чётко. Но, как вынужден был подметить Кирито, этот гул доносился буквально отовсюду…

«Словно взяли Одержимого, перекрутили его на фарш, и измазали им каждую стену… что за идиотское сравнение?» — парень скривился в ответ на собственную мысль, прислушиваясь к окружающей мане.

«Внизу?» — Резонанс, доносившийся с первого этажа, был сильнее, громче, чётче, и Кирито принялся осторожно спускаться по лестнице, по-новому глядя на коридоры Академии, пытаясь не упустить ни одной детали…

Но, даже пройдя по лестнице и обойдя весь первый этаж в поисках источника, Кирито не мог понять, где именно скрыт искомый объект…

«Думай, Крис, думай… Вряд ли этот источник будет маленькой песчинкой — значит, он не может быть дурацким подсвечником или столом. Точно также он не будет на видном месте…» — Кадзуто прислонился к стене и задумался, — «Резонанс на втором этаже не так силён, значит, источник внизу… Под землёй?»

— Это бы многое объяснило, — пробормотал парень, и достал флакон из сумки, — Здесь пока никаких изменений…

«Может ли быть, что под Академией идут какие-нибудь старые катакомбы…» — в раздумьях, он принялся накручивать один из локонов чёрных волос на палец. — «Это бы объяснило, почему про источник Резонанса никто не догадался…»

Крис вышел на улицу, решив пройтись ещё и там. Парень едва успел обойти Научный Корпус, как приметил уходящую вниз лестницу…

«Котельная?» — юноша воровато огляделся, и, убедившись, что его никто не видит, прошмыгнул вниз, оказавшись у незапертой двери…

******************

«До чего же тут жарко…» — думал Крис, не издавая шума и прокрадываясь мимо рослого, широкоплечего кочегара, без особого энтузиазма закидывающего уголь в топку.

Было темно — только пламя в топке котла давало какое-никакое освещение, и душно — вероятно, из-за труб, по которым текла горячая вода. Но, как и предполагал Кирито, Резонанс 98 в подвале был крайне силён — куда сильнее, нежели в Академии…

«С кровью что-то не так…» — держа в руках флакон, Кадзуто чувствовал, как мана Одержимости становится сильнее, как возрастает её Резонанс… Но отступать он не собирался.

Он прошёл дальше — туда, куда вело скопление закреплённых на стенах труб, и откуда так и веяло магией…

«Флакон греется…» — казалось, что флакон с засохшей кровью превратился в грелку для рук — от него веяло теплом…

Наконец, пройдя до стены, заставленной ящиками и мусором, Крис остановился…

«Источник где-то там, за стеной…»

Стоило парню присмотреться, как среди строительного мусора он увидел кирпичи со следами засохшего раствора — равно как и заметил отсутствие куска стены, который был замаскирован ящиками.

«Это явно проход — отсюда веет сквозняк…» — Кирито попытался просунуть руку между ящиков в человеческий рост и стеной и подтвердил свои подозрения… — «Надо как-то протиснуться…»

Следующие пару минут Крис потратил на то, чтобы не создавая лишнего шума, сдвинуть ящик на расстояние, в которое хрупкий и худой юноша мог хотя бы в теории протиснуться.

«Хорошо быть маленьким…» — наконец, когда расстояние между ящиком и проходом достигло нескольких десятков сантиметров, Кирито пролез туда. — «До чего же темно…» — он щёлкнул пальцами, и призвал небольшой огонёк резонанса Свет, осветив окружавшее его пространство.

Впереди был длинный, протяжённый коридор, чьи стены и пол были выложены резной серой плиткой с концентрическими узорами. Буквально всё в этом коридоре было испещрено магическими следами — следами маны Одержимости…

«Я почти у цели» — подумал Кирито, неспеша, осторожно и очень мягко ступая на пол, не зная, чего ожидать от этого места. Флакон с кровью едва ли не обжигал ладонь — настолько он разогрелся…

«Кровь реагирует на ману Одержимости…» — это был единственный вывод, который Кирито пока что мог сделать. Тем временем, объём маны, окружавший парня. нарастал, как и нарастало ощущение окружающего Резонанса.

Наконец, в конце коридора оказалась арка, ведущая в просторный зал. Он был засыпан мусором, обломкам и вековым слоем пыли, от чего на полу от каждого шага парня оставались следы…

«Что это за чудовище…» — от пришедшего к нему ощущения маны Крис невольно попятился — объём маны, разлившейся просто в воздухе, казался абсурдно большим — как и разливающийся от неё Резонанс.

Было тепло, почти жарко — и это несмотря на гуляющий сквозняк.

Крис дал больше маны резонансу «Свет», осветив зал почти на половину, и прикрывшись рукой от ослепительного сияния. Сам Источник был где-то впереди, но разглядеть, что именно это было, было невозможно — словно кто-то, или что-то отражалось в грязном зеркале — невозможно было ни разглядеть примерных очертаний, ни оценить его размеры.

Кирито приближался к нему, шаг за шагом, пытаясь отстраниться от шестого чувства, на которое сейчас обрушился град — оглушительно-громкий гул, ослепительно-яркие цвета, обволакивающая его магическое чутье сила — для парня подобное было в новинку…

«Слишком… большой объём маны…» — его отрезвляла боль в ладони, сжимавшей флакон — стекло раскалилось, словно в него залили порцию кипятка…

Шаг.

«Я распоследний идиот…»

Ещё шаг к источнику — вот уже его очертания, искаженные, словно он был погружен глубоко в воду, можно было рассмотреть — алая рука, по самый локоть закованная в нечто, напоминавшее кроваво-красную латную перчатку, намертво сросшиеся с костью и плотью, была со всех сторон окружена кольями, от которых тянулись цепи, опутывающие руку.

«Но…»

Шаг.

«Это всё ещё моё дело» — до источника — пузыря в человеческий рост, оставался последний шаг, когда Кирито выронил из обожжённой руки флакон и тот полетел на пол…

Следующее, что произошло — это ослепительно-яркая вспышка, звук разбившегося стекла, и резкая, острая боль, пронзившая голову, ладони, предплечья — казалось, не было конечности, которая в этот момент не отозвалась бы болью…

Глава 39. Тень демона

— А-ай! — от силы прогремевшего перед ним взрыва, Криса отбросило на пару метров, едва не сбив с ног.

«Как… больно» — боль была повсюду — но особенно сильной, выраженной, непреклонной, была резь в глазах. Кирито пытался закрыть глаза, унять эту проклятую резь, но получалось плохо…

Но даже раны и боль не были самой большой проблемой парня…

«Что… происходит?» — пытаясь прислушаться к своему шестому чувству, оценить своё магическое состояние, Кадзуто понимал, что что-то не так — его мана, его обычный Резонанс, смешивался со злопамятным Резонансом 98 и его маной…

Треклятый источник маны не прекращал разить во все стороны проклятым резонансом, и нередко Крис чувствовал, как сталкиваясь с маной Одержимости в его теле, Резонанс провоцировал противное жжение…

«Выровнять частоту маны, выровнять Резонанс…» — это было единственным, что пришло парню в голову — бороться с инородным явлением, пытаться привести его к одному, общему знаменателю со своей сущностью…

Мана Одержимости — а это была именно она, сопротивлялась попыткам Криса взять её под контроль, вытолкнуть или изменить что-то — словно парню противостоял такой же человек, контролирующий собственную ману, и точно также пытающийся поглотить парня целиком…

«Охренеть…» — в этот момент у парня онемели ладони, мышцы предплечий свела судорога, от боли у него перехватило дыхание, а ноги перестали держать парня…

В этот момент Кадзуто принялся моргать — из глаз брызнули слёзы, перед самым его лицом принялись мелькать разные цвета, меняясь от нормальных до совершенно вырвиглазных — в один момент мир разложился на сплошные красные оттенки, затем — на зелёные, синие, фиолетовые, а то и вовсе становился чёрно-белым…

Было среди них и состояние, когда окружающее стало и вовсе не нормальным — оно определённо имело цвета, но как описать эти цвета, Кирито не знал — ни один из этих паранормальных цветов не был похож ни на один из известных парню — но каждый цвет отличался от другого, словно красный от зеленого, или как чёрный от синего…

От одного лишь взгляда, попытки понять и воспринять эти цвета, боль с глаз распространилась внутрь головы, картина перед глазами смазалась и расплылась, словно написанную красками картину залили водой…

«Да… как это работает?» — то, как ощущал себя юноша, он мог бы описать как чувство, будто у него плавится мозг — поток мыслей замедлялся, угасал, даже шевелить извилинами не просто тяжело — словно шевелить в этот момент было нечем…

Словно в один момент Кадзуто забыл, как это — думать… Замолчал даже его внутренний голос, внутренний диалог, когда, наконец, это закончилось…

«Добейте меня…»

Облегчение пришло не сразу — первым проснулось шестое чувство, чувство, что в парне что-то было сильно не так… Мана Одержимости перемешалась с собственной маной Криса, словно вода и масло, уравнялась, и перешла в состояние покоя…

Руки и ноги парня онемели, но, как теперь мог почувствовать парень, теперь туда заново затекала кровь, согревая и покалывая изнутри.

«Просто…добейте…»

Он открыл глаза, закрыл их, снова и вновь. Разглядеть что-то вдали было сложно — словно всё окружающее было смазанным, нечётким фотоснимком… Приподняв руку, Кадзуто всё же смог разглядеть, как на ладони у него скомковалась вековая буро-серая пыль, в изобилии присутствовавшая на полу.

Он осторожно, прислушиваясь к шестому чувству, разжёг на ладони огонёк резонанса Свет, но чётче окружающий его зал не стал. Однако, пузырь с нечётким нечто, взял и исчез, как и исчез исходящий от него Резонанс 98…

…вместо этого ходячим источником Резонанса 98 теперь был сам Крис.

«Что за бред… а, ну да. Этот вопрос я уже себе задавал… или нет. Всё, к чёрту — надо уходить отсюда, а то ещё придёт кто-нибудь, кого я видеть не хочу…»

Парень неспеша, осторожно поднялся на ноги, и нетвёрдой походкой поковылял к выходу, всё ещё с трудом различая очертания стен и коридора…

******************

«Кажется, меня только что прожевали, проглотили и вышвырнули из желудка самым естественным образом…»

С горем пополам, Крис всё же выбрался из котельной, и первым же делом добрёл до туалета, где всё же смог оценить полученный им во время этой авантюры ущерб…

В небольшом зеркале, парень мог разглядеть изрядно запылённую тёмно-синюю мантию — часть формы Научного Факультета, в которой также виднелись прорехи, мог разглядеть капли крови на светлой рубашке, порезы и ожоги на ладонях…

«Если меня кто-то увидит…» — подумал было Крис, когда смог разглядеть собственное лицо. — «Я что… кого-то съел заживо?»

Губы треснули, открыв несколько мелких ран, испачкав рот и подбородок уже слегка подсохшей кровью, на щеках виднелись мелкие порезы, но всё это было лишь небольшой неприятностью по сравнению с тем, что происходило с глазами.

«Как это работает?..» — пусть и в разных формах, но этот вопрос Крис задавал себе постоянно. Теперь, когда левый глаз приобрёл насыщенный фиолетовый цвет, а правый — столь же насыщенный, яркий цвет янтаря, этот вопрос стоял особенно остро…

Белки глаз были покрасневшими, и от того лишь ещё сильнее напрягали парня.

Он пытался посмотреть на дверь, но та была размытой, нечёткой… и подобное помутнение зрения, в купе с изменившимся цветом глаз, складывалось в голове Криса в одну мысль:

«Это… навсегда? Да нет… вряд ли. Это временно… надеюсь»

Парень принялся приводить себя в порядок, смывая пыль, кровь и грязь, стремясь оставить как можно меньше следов.

На левой руке, со внутренней стороны ладони парня оставалась нечёткая, округлая клякса, которая ни в какую не хотела отмываться — словно подёленный на несколько неровных частей круг, или что-то подобное…

«Может, это ожог так лёг на шрамы…» — думал Кирито, пытаясь оттереть ладонь при помощи мыла.

Хотелось отмыться, и закончить этот странный, абсолютно непонятный, но столь болезненный и утомительный день… Но на сегодня у Кирито всё ещё были занятия.

«Допустим, порванную мантию, расцарапанное лицо и руки я объясню неудачным падением с лестницы, ожоги — случайно задетой свечой… С глазами будет сложнее…»

До обеда, после которого у него было обязательное для посещения занятие, ещё было по меньшей мере, пару часов времени. Поэтому, Кадзуто поправил мантию и побрёл в сторону лазарета…

***************

— Сегодня явно не твой день, — усмехнулась студентка в зеленой с белой окантовкой мантии. — Мало того, что упал, так ещё и свечой обжёгся. Что ж ты сразу после падения не пришёл?

Приёмная лазарета была сравнительно тесным местом, щедро освещённым светом из больших окон, обставленным скромно — стол, стул, ящик и кушетка — вот и вся мебель, что стояла здесь…

— Думал, что всё не так плохо, пока не пошёл мыть руки, — скривился Крис.

— Ну, ничего, Блэк. Сейчас я тебя подлечу, — студентка ростом с самого Криса, с длинной гривой угольно-чёрных волос, принялась водить руками по ранам, и от прикосновений парень чувствовал жжение. — С лицом всё в порядке… Только с глазами что-то не так, — она взмахнула руками. — Ты в последнее время нормально спал?

— Не жалуюсь. А что, что-то не так?

— Да просто выглядит так, будто ты уже неделю не спишь, и балуешься кофе по ночам, — пожала студентка плечами, проводя какие-то манипуляции с ладонями Кирито. — Невезучий ты, Блэк, как есть невезучий…

— Да-да, сегодня просто не мой день, — отмахнулся парень.

— Ну, как-то так… Этот шрам, — она показала на круглую отметину, — я залечить не смогу — мне умения не хватит… Ещё что-нибудь болит?

— Да… нет. Всё вроде, — парень поплотнее закутался в мантию, чтобы целительница не разглядела кровавых пятен на рубашке.

— Ну, — пожала девушка плечами. — Ты свободен — если что, обращайся.

«Странно, что вместо целителя в лазарете была только студентка…» — подумал Крис, уходя. До обеда следовало обернуться домой и переодеться.

*****************

— Как я уже говорил ранее…

От журчащего голоса преподавателя основ магии Кирито клонило в сон. Возможно, не чувствуй он себя таким уставшим, парень более внимательно слушал бы речь преподавателя, но лёгкий обед и общая усталость не перебивались даже перехваченной до занятия чашкой кофе.

«Не спать… не спать…» — пытаясь не уснуть, Крис принялся оценивать собственное магическое состояние — и был крайне удивлён, когда доступный ему объем маны возрос на порядки…

«Маны, принадлежащей Резонансу 98, почти не осталось — её совсем крохи… Кажется, я всё же смог её ассимилировать?» — переваривая опыт произошедшего события, парень не до конца понимал, что именно происходило.

Но самое главное оставалось неизменным — давление Резонанса 98, разносившегося по Академии, полностью исчезло.

«Значит, некая рука и была источником маны Одержимости…» — было единственным напрашивающимся объяснением. — «Но мой запас маны был ограничен — как в теории я мог нарастить доступный объем, причём — настолько?»

Резонанс 98, столь большой интенсивности и силы, мог воздействовать на спящий источник маны Одержимости как активатор — стоило Крису поднести флакон с засохшей кровью к источнику, как тот раскалился, а после и вовсе взорвался чуть ли не в руках.

«Меня ранило осколками со следами крови…» — предположил Кирито, разглядывая свежий шрам на левой ладони… Слишком уж правильно, геометрически выверено он выглядел после исцеления — примерно так парень изобразил бы сложную руну. — «Может, в меня попали следы этой маны, а после их действие усилилось источником Резонанса?»

Крис принялся зарисовывать шрам с руки — что-то не давало парню покоя, напрягало его — несколько кругов, вписанный один в другой, разделявшие эти круги на полуокружности и сектора отрезки — они выглядели слишком правильно, слишком ровно для случайных шрамов…

«Если вливать ману с краёв, со всех двенадцати отрезков, то получится… да ничего не получится — резонанса маны не возникнет. Если это действительно руна, то она явно не заточена под среднего пользователя магии… С двух концов не имеет смысла — эту руну можно было бы упростить…»

Кадзуто опёрся головой о руку, наблюдая за размытым вдали силуэтом преподавателя, порхающего вокруг доски, и что-то бубнящего…

«Кажется, мне всё же потребуются очки» — на время было это ухудшение, или нет, но зрение становилось проблемой, которую нужно было решать, и которая отзывалась о себе прямо сейчас…

И всё же, парень надеялся, что это помутнение было временным, было лишь следствием излишнего стресса, пережитого пару часов назад, и что через пару дней всё придёт в норму…

*****************

«Что за рука была под Академией?»

«Куда она исчезла?»

Эти многие другие вопросы Крис записывал в тетрадь, в которой были все его исследования касательно Резонанса 98. Уже изрядно исписанный блокнот подходил к своему концу, и, перелистывая очередную страницу, парень качал головой.

За окном уже была почти ночь, и Крис, почесав переносицу, в очередной раз примерил пару новеньких очков в угловатой прямоугольной оправе, и присмотрелся к собственному отражению в небольшом зеркале…

«И изменившийся цвет глаз не так заметен…» — удовлетворённо кивнул Кадзуто, и спрятал очки в покрытый лаком тёмный футляр.

Парень уже был готов ко сну — и, погасив свечу, он улёгся на кровать, закутался в одеяло и прикрыл глаза, чувствуя, как тонкий матрас едва ли не засасывает Кирито в себя…

Хватило, по собственному ощущению парня, пары минут, прежде чем окружающая темнота превратилась в совершенно новое, ранее незнакомое ему помещение…

Хорошо освещённая холодным белым светом комната с большой кроватью посередине и стулом поблизости создавала впечатление стерильной, идеально очищенной больничной палаты — не хватало только окна.

Он был кем-то, кто лежал на кровати, закутавшись в тяжелое белое одеяло. Даже по собственным ощущениям, Кадзуто мог сказать, что этот кто-то не был им — слишком уж тонкими, словно хворостины, и короткими были руки. Также парень чувствовал, как щеку щекочет роскошная грива волос — тёмно-фиолетового оттенка, как он мог видеть.

Кирито слышал свой-не-свой шёпот — неразборчивый, на неизвестном ему языке, принадлежащий, кажется, девочке или совсем молодой девушке. Ни слова перевести юноша не мог, но чувствовал подступающий к горлу ком, ощущал обжигающе-горячие слёзы, текущие по его-не-его щекам, ощущал, как подушка под ним становится влажной…

Затем, он-не-он поднялся на кровати, достал из-под подушки расчёску, и принялся неспеша, с усердием, достойным лучшего применения, приводить волосы в порядок — а они, как успел разглядеть Крис, достигали едва ли не уровня поясницы…

Миг, свет погас, и картина окружения сменилась — такой же освещённый холодным светом коридор, только его голые стены и потолок были измазаны красными пятнами и подтёками. Под его-не-его ногами шуршало и хлюпало покрытие пола, словно ковёр напитал в себя слишком воды, и теперь под ним булькала целая мутная лужа…

Пронзительно выл громкоговоритель, говорящий что-то на всё том же неизвестном языке, но ему-не-ему не было до этого дела — от лица неизвестного Крис нёсся по коридору, тихо всхлипывая, шепча что-то себе под нос, ощущая злобу и обиду…

А затем всё и вовсе превратилось в одну повторяющуюся сцену, словно из какой-то игры — перед ним поднималась прочная на вид металлическая перегородка, перекрывающая коридор, он-не-он кусал себя за палец, и прорезал в двери огромную бесформенную дыру — и так повторялось несколько раз…

Крис слышал собственное шумное дыхание, чувствовал, как на лице застывает сосредоточенно-хмурое выражение, как сжимаются челюсти, когда очередная дверь оказывается прочнее других…

Очередной миг, и вновь окружение сменяется — теперь, как мог подумать Кирито, он оказался посреди чего-то, что напоминало бы кабинет врача из его прошлой жизни — стол и офисный стул, шкаф с бумажными упаковками на неизвестном ему языке и папками, и большой ноутбук на столе…

Сам Крис сидел за столом, явно прибавив в росте и весе, а напротив сидел… или сидела — из-за смазанного лица и худощавого телосложения парень не смог однозначно определить пол сидевшего напротив эльфа школьного возраста. Из окна бил яркий солнечный свет, и, Крис-не-Крис о чём-то говорил с эльфом.

Спустя десяток секунд разговора, он услышал звонкий женский смешок, и та, поднявшись из-за стола, достала из упаковки что-то, напоминавшее крупную капсулу, и дала пришедшему ученику. Тот помахал ей рукой, и вихрем вылетел из кабинета, на что он-не-он лишь покачал головой.

Появилось чувство некого покоя, словно так и должно быть. Он-не-он приоткрыл стеклянную дверь шкафа, и в стекле парень увидел отражение — сначала, своё собственное, но затем — отражение взрослой женщины…

Длинная грива тёмно-фиолетовых, словно раскрашенных фломастерами, волос, достигала уровня поясницы, в них были вплетены пара золотистых украшений. Фиалковые глаза скрывались за стёклами очков в прямоугольной оправе, а лицо смазывалось — сначала Крис видел самого себя, потом — красивое, пышущее жизнью и украшенное по-детски милой улыбкой, лицо взрослой женщины в белом халате…

Её глаза меняли цвет — то становясь золотыми, то вновь становясь фиолетовыми, пока, наконец, правый не стал золотым, а левый так и не перестал напоминать лепестки фиалки, залитые прозрачной смолой…

Отчего-то Крису казалось, что это не Крис-не-Крис улыбается отражению — но отражение хитро улыбнулось парню… И в этот момент, всё закончилось.

Криса вышвырнуло из кабинета — скрипнула дверь, и парень вскочил на собственной кровати…

Над городом уже начал разгораться рассвет — золотистый свет принялся светить Кадзуто прямо в глаза, от чего тот сощурился… Сердце бешено колотилось, но постепенно приходило в нормальный ритм…

Примерно минуту Крис смотрел в окно, пока сердце не присмирело, и пока глаза не адаптировались к свету. Спать уже не хотелось, и парень подошёл к зеркалу, разглядывая самого себя, пытаясь найти что-то, что отличалось бы от нормы…

Но, словно со вчерашнего вечера ничего не изменилось, из отражения на парня смотрел всё тот же худой юноша с бардаком чёрных волос на голове и откровенно девчачьей наружностью…

— Бред какой-то… Это был сон? — Крис потёр переносицу, пытаясь понять, что вообще произошло….

Глава 40. Затаённое отчаяние

— Вы так и не сказали, что с моей дочерью, маркиз…

— Не беспокойтесь, виконт. Она жива, и наши друзья продолжают ей заниматься…

«Ты прекрасно понимаешь, что лжёшь…» — не то, чтобы Виктору Олбе было привыкать к подобным играм, где ложь мешается с правдой в самых неожиданных пропорциях… Но когда эти игры касались его больной дочери, бывший сотрудник тайной полиции чувствовал особое омерзение к месту, которое занимал в этой жизни…

Сейчас Виктор находился на городской квартире Зенона — строгом, аккуратно обставленном жилище, где изобиловало тёмное дерево и тёмные тона в обивке мебели. Не было в нём вычурности имения богатого аристократа — лишь строгость, холод и противоестественный уют, что висел в воздухе, словно еле уловимый запах жжёного можжевельника…

— Уже прошло два года… Неужели Миллии не стало лучше? Хотя бы позвольте мне увидеться с ней…

— К сожалению, это невозможно, Виктор, — определённо, Зенон пытался притвориться, что ему жаль… Но старого пса не обмануть этой дешёвой уловкой. В этот момент Олба хотел медленно, безо всякой спешки, удавить маркиза. — Так что закроем тему — как только состояние вашей дочери изменится, вы узнаете об этом первым. Перейдём к делу.

— И что на этот раз?

— Культу мешаются под ногами некие личности. Известно о них чуть больше, чем ничего — они убивают каждого, кто их видел. Твоя задача — выяснить о них как можно больше.

«О Тенях уже начинают беспокоиться…»

— Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю, что. Маркиз, мне нужно знать, откуда начать.

— Известно, что они охотятся на Одержимых… Так что твоя дочь тоже в зоне риска, виконт, — Зенон фыркнул. — Начни именно с этого следа — предположительно, маршруты и время, по которым осуществляется перевозка, кто-то сливает нашим противникам, едва стоит им поменяться.

«А ещё этот идиот нацелен на двенадцатое место в Круге…» — Олба сдержал смешок, всё ещё размышляя о качествах маркиза как руководителя.

— Я займусь этим вопросом. Могу ли я рассчитывать на дополнительные ресурсы?

— Людей и средства я выделю, при необходимости, — кивнул Зенон. — Не подводи нас с Миллией, Виктор…

«Уёбок…» — хотелось выкрикнуть маркизу в лицо, но играть свою роль мужчина намеревался до конца.

Уже уходя на постылые городские улочки, виконт размышлял. Размышлял о собственной бесполезности, думал о больной дочери, которой, возможно, уже и не было в живых, вспоминал о том клубке лжи, в который в итоге превратилась жизнь Виктора…

На лице виконта не дрогнул ни единый мускул, хоть это и стоило немалых усилий. Олба, что в одиночку этот клубок ему не распутать. Не он один после смерти шефа тайной полиции остался не у дел — у него хватало коллег и даже товарищей, которые знали не меньше…

«Желает ли кто-то из них реванша с Культом…»

Виконт расположился на лавочке, в окружении шумной аллеи… Было тихо, безлюдно, словно по немому согласию люди решили оставить Олбу наедине с его собственными мыслями…

«Захочет ли кто-то терять то, что уже приобрел…»

Виктор помнил, что вместе с ним были щедро награждены и другие сотрудники — словно король намеревался откупиться от людей, знавших слишком много, или занять их совершенно другими, далёкими от тайн делами…

«Я бы тоже не вспомнил о Культе, если бы меня это не коснулось…» — виконт покачал головой. Было в этом что-то неправильное, несправедливое, то, во что мужчина был не посвящен. Но были посвящены другие.

«Не стоит ли мне наведаться к старым знакомым…»

Виктор прикинул в уме список тех, кого в теории можно было бы подбить на столь рискованную авантюру, как игра против Культа.

*******************

— Виктор! — зычный, басистый голос рослого эльфа окликнул виконта, пока тот разглядывал ресторанное меню.

«На ловца и зверь бежит…» — виконт сдержал ухмылку, завидев окликнувшего его мужчину.

Рослый эльф, ростом чуть выше самого виконта, с тёмной бородкой и шикарной чёрной шевелюрой, отличался от того кутилы и хулигана, каковым некогда был Витторио Дюпре — выходец из Орианы, чьим бессменным атрибутом были тёмные круглые очки и чёрный же плащ-пальто, что был всегда нараспашку…

Неизменный плащ, неизменные очки — но если раньше это был элегантный, обольстительный модник, который за вечер был способен затянуть в постель почти любую девушку, то сейчас…

Сейчас перед Виктором была лишь его бледная тень…

— Витторио, — кивнул мужчина. — Какими судьбами тут?

— Я присяду? — спросил эльф, на что Виктор кивнул, и Дюпре занял стул напротив.

— Чисто из интереса… Куда ты пропал? Когда наша небольшая история закончилась, ты уехал, ничего не сказав…

— Вернулся в Ориану, — пожал плечами эльф, и теперь Олба мог бы сказать, что тот словно постарел лет на двадцать — некогда свежее лицо словно кто-то подсушил и натянул на череп. — Вернулся… и первым делом ушёл кутить.

— Сам-знаешь-кто на награду расщедрился? — намекающе поинтересовался виконт.

— Ещё бы он не расщедрился, — фыркнул эльф, но на лице его отразилась тень печали. — Но знаешь… есть чувство, что весь этот кутёж мне уже поперёк горла стоит. Думал, может, если сменю обстановку, повидаю старых знакомых, всё станет лучше…

— Но лучше не стало, — констатировал виконт.

— Всё-то ты знаешь, Виктор… А сам-то чем лучше? Сам хмурый, тихий и задумчивый, будто снова в деле…

— Можно и так сказать… — тихо ответил мужчина скорее сам себе.

— Да ладно… — ошеломлённо произнёс Витторио. — Неужели…

— Нет. Точнее, не совсем, — Виктор потёр переносицу. — Тебе так хочется вернуться?

— А что, если хочется? Что ты на это ответишь?

— Не здесь. Давай так — я хочу отыскать кое-кого из наших. Вспомнить старые времена, отдохнуть… и обсудить это дело.

— Ловко придумано… И так уж случилось, что кое-кого я в Новой Александрии видел, — на лице эльфа отныне образовалась лёгкая ухмылка. — На афишах театра красуется выступление Марвина, видел?

— Не интересовался, увы. И что, наше Первое Трепло заделался артистом?

— Ты будешь смеяться, но Марвин заделался «торговцем чудом» — много и ни о чём рассказывает детям местных толстосумов про успех, рост над собой и продаёт книги…

«Первое Трепло Его Величества…» — Виктор сдержал смешок, вспоминая своего однокурсника по Академии. Вот уж кому это прозвище подходило, так это Марвину Хоупу — изгнанному из семьи, и подобранному чуть ли не с улицы…

— Марвин пристроился туда, где может заработать на жизнь — только и всего… Предлагаешь к нему заглянуть?

— Не только к нему — думаю, в столице не он один проживает. Я прав?

— Зришь в корень, Олба, — эльф принялся сам листать меню и барную карту. — Предлагаю обсудить этот вопрос за обедом — на пустой желудок карта не идёт…

***********************

— Будущее будет вашим! — в ответ на пламенную речь раздались бурные аплодисменты. — Оно будет вашим! И лишь три шага отделяют вас от власти над будущим — не стой! Делай дело! Будь всегда смелым! И каждый из вас вырвется вперёд!

«Не знай я, кто такой Марвин, подумал бы, что он сам в свои слова верит…»

— И каждый из них обретёт то, что ищет… — фыркнул сидящий рядом Витторио.

— А теперь — я призываю каждого из вас воспользоваться полученным знанием…

«Вокруг — сплошная мелочь…» — сидя в середине, Олба мог разглядеть собравшихся в небольшом зале несколько десятков человек. Обстановка зала казалась аляповатой — здание склада неподалеку от набережной, в которой поставили мебель и сделали скромный ремонт — и все это создавало причудливый контраст с громкими словами про успех и будущее…

В итоге, представление всё же закончилось, и Виктор за компанию с эльфом отправился в закулисье — туда, куда скрылся их общий знакомый…

Марвин — рыжий, гладко выбритый человек среднего роста, в белом с золотой расшивкой камзоле, что слегка маскировал полное телосложение, нашёлся быстро — не прошло и минуты блуждания по коридору, как, наконец, Виктор заметил его у одной из дверей.

— Марвин! — окликнул мужчину Витторио.

— Кого я вижу? Олба, Дюпре, — Марвин изобразил полупоклон. — Кажется, я видел вас на выступлении…

— Мы слушали, — Витторио кивнул с лёгкой ухмылкой. — Неплохо ты устроился, Хоуп…

— Я делаю то, что умею лучше всего, — пожал плечами рыжий. — Так вы по какому поводу? Хотите автограф? Книгу с моей личной отметкой?

— Это всё конечно хорошо, Хоуп, но нет, мы пока не за этим, — Витторио поднял руки перед собой. — Мы хотим собрать наших стариков, повспоминать старые времена… узнать, кто ещё с нами остался…

— Давно мы не виделись, — вздохнул Марвин. — Хотя странно это — уже десять с лишним лет не виделись, и только сейчас пересекаться… Кому-то из вас чего-то надо, — не спрашивал, а утверждал он.

— Можно и так сказать, — Виктор пожал плечами. — Проницательный, как и всегда, Марвин.

— Это какая-то авантюра в стиле старого Вилли, я прав? — взгляды Витторио и Марвина скрестились на виконте.

— Возможно… Только ставки выше, — расплывчато ответил Олба, пожимая плечами.

«Кажется, он только этого и ждал…»

— Считай, что я заинтересован. Пришли мне письмо, как будете собираться.

— Сначала я хочу выяснить, кто в теории будет на нашей стороне, прежде чем что-то решать…

— Понимаю. Ты почти не изменился, Олба — всё также куда лезешь и что-то вынюхиваешь, — Марвин сложил руки на груди. — Добро. На встрече расскажешь… Кого-то ещё позовёшь?

— Думаю над этим… Слишком уж немного нас осталось, и ещё меньше сейчас где-то в Мидгаре…

— Ну, как минимум, твоя слегка буйная Карин точно здравствует… Ещё припомню нашего старого бульдога…

— Под «бульдогом» ты имеешь ввиду…

— Нашего сыщика по части флота, — хихикнул Марвин, — Старый Бенджамин высоко запрыгнул, как я слышал.

— Учитывая круги, в которых он вращался, это неудивительно, — Виктор припомнил Бенджамина Боу, старого бульдога, который в старые времена работал с особой частью общества — с теми, кто был связан с мидгарским флотом.

— Не нашего полёта он нынче птица, — фыркнул эльф. — Хотя… Можешь отправить ему письмо — ежели придёт — то это будет уже полдела.

— И то верно.

— Я тоже могу отправить пару писем… А ты, Виктор, пригласи Карин — думаю, тебя она хотя бы станет слушать.

«Как же ты прав…»

******************

«Карин.

Есть вещи, о которых я ранее промолчал, ибо так сложились обстоятельства. Буду краток — не хочу доверять эти слова бумаге. Поэтому, я хочу пригласить тебя на встречу в моём особняке — там соберутся те, кто в старые времена пил с нами одно и то же орианское вино.

Прошу дать ответ как можно скорее,

Виктор Олба»

В этот день месяца Цветов, Карин Кагено расплела свои чёрные волосы до плеч, и вместе с мужем наслаждалась тихим, солнечным полднем… Её лицо не выражало всех мыслей женщины, на нём не отражалась тень воспоминаний давно минувших дней…

Уже тогда родилась Клэр, уже два с лишним года тянулась её семейная жизнь, когда в считанные месяцы всё изменилось — именно тогда на трон взошёл Клаус Мидгар, и именно тогда Карин стала частью истории, начала и конца которой не видел никто, кроме мертвецов…

Именно тогда ей, едва закончившей с отличием Академию Тёмных Рыцарей и поступившей на службу в Рыцарский Орден Мидгара, сделали предложение, от которого было сложно отказаться.

Так Карин и познакомилась с Виктором Олбой — следователем тайной полиции, и другими её сотрудниками…

«Орианское вино… Узнаю почерк Виктора — он всегда называл расследование в честь спиртного»

Это письмо могло значить только одно — следствие продолжается из-под полы. Если бы король возобновил его, то её могли бы просто вызвать из отставки, или отправить официальную бумагу.

Карин смотрела на исписанную зелёными чернилами бумагу, решая для себя что-то… Не появиться на встрече ветеранов будет просто невежливо с её стороны, как и не навестить старого друга. Но предчувствие намекало женщине, что Олба намерен снова втянуть её в историю.

«В историю, где начало и конец увидят только мертвецы…»

Глава семьи Кагено была уверена в своих силах — её сил было достаточно, чтобы не опасаться ничего, что мог в прошлом выкинуть Культ. Поэтому, она взяла бумагу и принялась писать ответ. Хотя бы чтобы узнать, что сподвигло Олбу на столь опрометчивый, дерзкий шаг…

Глава 41. Пир Теней

— Ваша задача на вечер — выжить!

Голос темнокожей, пепельноволосой рослой эльфийки напомнил Винсенту отцовскую пощечину — резкий, грубый, словно металлический скрежет. От него невозможно было укрыться или закрыть уши…

Их было два десятка, или около того — все как один разодеты в чёрные костюмы, сделанные из странно пахнущей жижи, и, из-за чего юноша чувствовал себя особенно неуютно, он был единственным парнем среди всего строя…

— Лес вокруг Александрии полностью в вашем распоряжении. Не попадётесь Дельте до ужина — считайте, что прошли тест. Те же, кто попадётся… Помилуй вас Тени! — Лямбда превратила слизь в головной убор, напоминавший перевёрнутую шляпу с полями и козырьком. — У вас пять минут, чтобы скрыться. Время пошло!

«Она сказала Дельта?» — из иерархии Сада Теней Винсент знал, что те, у кого были имена, заслужили их своей силой или умениями… И то, что за ними по лесу будет гоняться именованная Тень, не предвещало ничего хорошего.

Примерно так проходил один из уже ставших обыденностью дней новобранцев Стражи Теней — тех, от кого требовалась сила и храбрость, тех, кто защищал Царство Теней и от кого требовалась полная отдача…

— Давай за нами! — услышал он голос двух девушек, каждая из которых была выше парня на голову — зверодевушки с тёмно-зелеными волосами и кошачьими ушами, и эльфийки в капюшоне. — Вместе нам будет сподручнее.

Троица в чёрном сорвалась на бег. Там, где юноша бежал по земле, девушки скакали по деревьям, и, учитывая, что ещё пару недель назад он и не подозревал о собственных магических способностях, не отставать от них было по-настоящему изнурительной задачей…

Тени в одно мгновение испарились с изначальной точки — кто-то уже стал невидимым, кто-то расправил крылья и, словно Тени были клочками разорванной бумаги, разлетелись без оглядки.

— Где можно спрятаться? — поинтересовался Винсент.

— От Дельты? Нигде, — спокойно, словно уже смирившись со своей участью, ответила зверодевушка, тем не менее, не сбавляя темпа. — Нам всем сегодня крупно не повезло…

— Эта Дельта… Она настолько страшная?

— Смеешься? Дельта — одна из Семи Теней. А их, насколько я знаю, учил лично Владыка Теней.

«За ним идут леди Парабеллум и леди Альфа…» — зная, что столь невероятные личности идут за этим человеком, признавая его лидерство, юноша мог представить, что некая Дельта не оставит от них живого места, если они столкнутся…

— Не говори ерунды, — неожиданно ответила молчавшая эльфийка. — Дельта сильная, но она не всемогуща.

— Есть идеи? — скептически подметила зеленоволосая девушка.

— Она до абсурда быстрая, сильная и чутьё у неё похлеще любого зверя… Но в тонких манипуляциях маной леди Дельта слабовата. И, — под капюшоном сверкнула хищная ухмылка, — Дельта не умеет летать.

Неизвестная Винсенту зверодевушка в ответ громко фыркнула.

— Удачи тебе научиться летать…

— А что ты можешь предложить?

«Мне конец» — едва освоивший основы управления слизью, Винсент понимал, что тонкие манипуляции не входили в нынешний список умений юноши.

— Раз уж мы втроём, то прятаться будем вместе. У нас всё ещё есть связь и слизь, и к тому же, у нас есть ещё немного времени, — стала рассуждать зверодевушка. — Предлагаю спрятаться в кронах деревьев, уходя от Александрии по ветру.

— Внезапно, это звучит как хороший план, — Винсент только и мог, что согласиться со старшими и последовать за ними…

Но, едва-едва они приблизились к окраинам леса — туда, где туман был особенно густым, как по всей округе разнесся громкий, пронзающий вой, от которого словно веяло зимним холодом…

По спине Винсента пробежали мурашки.

— Охота началась, — тихо произнесла эльфийка. — Так — быстро на деревья, и ни звука!

«Будет лучше, если я буду делать так, как они говорят…»

Он принялся карабкаться на самое высокое из деревьев, используя слизь как когти и веревку. Где-то поблизости, в десятке-другом метров, соседние деревья, словно совы, занимали другие Тени…

Наконец, Винсент был почти у самой верхушки — ветки там были особенно тонкими, и так и норовили сломаться под весом даже худого, едва вернувшегося к жизни парня…

«Покрепче вцепиться…» — здесь на вершине юноша и затаился — чуть дыша, прислушиваясь к тому, как шумит ветер, и как не слишком расторопная зверодевушка, чьего имени и даже номера Винсент не знал, явно замешкалась. — «Думаю, я неплохо спрятался…»

Он по максимуму сосредоточился на своей магии — чувстве настолько новом, настолько необъятном, что не поддаваться даруемой волшебством силе было величайшим искушением, сродни искушению искупаться в реке в жаркий день…

«Если магия — это как купаться, то сейчас мне надо нырнуть и задержать дыхание…»

Сидя здесь, на верхушке дерева, парень мог видеть затянутый бледным, зелёным туманом, густой лес. Туманную гущу, что со всех сторон окружала Царство Теней до самого горизонта… Даже под лучами послеобеденного, особенно жаркого времени дня, туман был непроглядно-густым.

— Ау-у-у! — громкий, задорный вой разносился где-то совсем далеко, настолько, что до юноши донеслось лишь приглушённое эхо воя.

Но после, на долгие, казалось, часы, мир словно остановился. Сидя в напряжении, опасаясь любого шороха, Винсент лишь мог видеть, как Солнце медленно, незаметно клонится на бок, словно засыпая…

Напряжение и тишина утомляли. Отдалённый вой изредка звучал, но он казался таким далёким, что, казалось, о нём совершенно не следовало беспокоиться.

Невольно, напряжение стало уходить, сменившись скукой. Винсент задумался о том, как до этого дошло…

Болезнь изменила его, отняла у Винсента всё, лишила покоя — отныне он не мог чувствовать себя всё тем же мальчишкой, у которого из-за забот была лишь помощь матери в саду и отцу в кузнице, да тот соседский мальчишка, что украл у него красивый речной камень и не сознаётся в содеянном…

Теперь, будучи выше всех забот — в прямом и переносном смысле, на вершине высоченной сосны, в ожидании лучей закатного Солнца, все былые заботы и обиды казались столь мелочными, столь незначительными, что становилось… тоскливо, грустно.

«Мама, наверное, очень скучает по мне…» — он знал, что существовала Одержимость — в тех сказках, которые рассказывала мама, они помогали всему плохому, что только могло быть — именно они воровали сладости, они ходили за окнами по ночам… но никогда Винсент не мог подумать, что сам окажется посреди сказки.

Правда, если бы мама рассказала ему такую сказку на ночь, мальчик этой ночью бы не уснул. В таких сказках не было счастливого финала, такие сказки рассказывают мертвецы из Гниющего Сада плохим детям, уводя за собой в Багровую реку…

«Богини нет. Она — одна огромная неправда, чтобы заставлять тебя бояться… Ты ещё поймёшь это» — слова Теней звучали сродни тому самому искушению… И Винсент поддался ему. Причин тому было три.

Первая — то, что вместо жёсткой доски он спал на кровати, ел вкусную еду, мог пройтись дальше, чем от угла до угла, и его не кололи иголками. Вторую и третью же причины звали Нанна и Нелли…

Девочки боялись. Боялся и он. Но, как учил Винсента отец, если среди тех, кто боится, окажется хотя бы один, кто не показывает своего страха, то всё будет хорошо…

Девочкам было страшнее, чем ему. И Винсент не мог отделаться от мысли, что теперь эльфийки-близняшки теперь стоят за его спиной.

Именно поэтому, там, где девочки стали учиться шитью и ремеслам, мальчик пошёл в Стражу Теней — чтобы они не боялись, и чтобы сам Винсент не боялся…

— Ау-у! — неожиданно, совсем недалеко, послышался одновременно свист и вой — с ещё одного дерева, чья макушка возвышалась над туманом, в небо рванула тёмная фигура, устремившись на перехват чему-то, напоминавшему крупную птицу…

Воя и рыча, нападавшая сгребла птицу в охапку, и вместе с ней полетела вниз…

«Они не разобьются?..»

Однако, когда птица и охотник всё же достигли земли, внизу раздался громкий шелест…

— Дельта — главная! Главная!

«Это она… Не шевелись… не шевелись, Винс»

— О, — громкий, задорно-весёлый голос волчицы заставлял начавшие отрастать на голове волосы шевелится. — На дереве сова!

— Чтоб тебя!

Внизу послышалась возня — кто-то валялся по земле, бежал и даже бился о дерево…

«Нет-нет-нет!» — в тот момент, кто-то ударил по дереву, на котором Винсент сидел, с такой силой, что застрявшие в дереве когти из слизи едва не выскочили из него.

— О! Ещё сова! — и в тот же момент, снизу показалось очаровательное лицо волчицы — и было непонятно, она была довольна, или была голодна.

В дальнейшее Винсенту было поверить трудно:

— Слезай! Я тебя нашла! — она обняла дерево, стоявшее рядом, и… вырвала его из земли вместе с корнями. — Слезай! — волчица хорошенько замахнулась и вдарила по его импровизированному укрытию с такой силой, что дерево под ним качнулось и стало быстро крениться в сторону…

«Мама!» — послышался треск, и вот уже юноша летит вниз. — «Магия, спаси меня!»

Земля оказалась на удивление близко — словно он падал не с высоченной сосны, а с одной из нижних веток притаившейся в лесу яблони. Слизь смягчила удар, и Винсент, едва поняв, что под ним отныне есть твёрдая почва, бросился наутёк.

— Ау! — вой слышался совсем близко, и, едва юноша успел пробежать полтора десятка шагов, как на него плюхнулась тяжёлая фигура…

— Поймала! — темноволосая волчица не просто повалила его на землю, но и, словно насмехаясь над парнем, устроилась на его спине, словно Винсент в одно мгновение превратился в её личную скамью…

******************

— Ой!

«На будущее — никогда не прятаться на деревьях…» — чертыхнулся Винсент, касаясь шишки на голове.

Наступило время ужина. Тени — по крайней мере, те, что в это время не спали, собирались в огромном общем зале — уставленном столами и скамейками, освещённом подвешенными на потолке лампами. На столах уже было накрыто — тарелки с пищей, кувшины и стаканы ждали голодных, изрядно вымотавшихся за день, или уходящих в ночь обитателей Александрии…

«Ужин — лучшая часть дня» — шла среди Теней молва, и Винсент не мог не согласиться с этим утверждением. Именно во время ужина здесь собиралось больше жителей, рассказывались самые интересные вещи, и почти всегда в это время можно было увидеть кого-то из Семи Теней…

И конечно же, ужин был ещё и самой долгой частью дня.

Юноша, уже сбросивший с себя костюм-слизь и преобразившийся в обычного мальчишку в майке, тонких штанах и сандалиях, занял место в одном из углов — там, где обычно сидел он, и где обычно парень дожидался своих подруг…

Однако, первыми рядом с ними засели не Нанна с Нелли, а две эльфийки — обе всё ещё в чёрных с золотыми элементах костюмах, обе с крайне суровым видом, и обе на вид были куда старше и выше самого парня…

Винсент смутно помнил их — именно эти две Тени пришли на выручку им и Парабеллум… Помнил, и не мог не чувствовать исходящей от них уверенности, спокойствия…

…как и не мог не чувствовать собственного разыгравшегося аппетита.

Запах рыбы, овощей, и трав сводил с ума изрядно проголодавшегося юношу, а небольшие тёмно-коричневые квадратики особенно его радовали — сегодня в роли десерта был шоколад…

— Винс, — он не заметил, как с двух сторон его окружили — по правую и левую руку от него, словно сговорившись, сели две темноволосых эльфийки-близняшки, чуть выше его ростом. В отличии от Латифы, они не могли похвастаться ни длинными причёсками, ни костюмами из слизи.

Это было неудивительно, ведь Нелли и Нанна не состояли в Страже Теней, и, в отличии от парня, их ожидало несколько иное обучение…

— Привет, девочки, — парень слегка улыбнулся — их компании он был только рад, и на фоне суровых, слегка хмурых старших Теней они казались другими — светлыми, беззаботными, словно их друг от друга отделяла непреодолимая пропасть. — Как прошёл день?

— Мы просто…

— …учились шить…

— …и помогали на кухне! — девочки подхватывали фразу друг за другом.

«Как у них это получается…»

— А нас сегодня прожевали и выплюнули, — фыркнул юноша в ответ. — Тебя когда-нибудь скидывали с дерева тридцать метров высотой?

— Это что ж у вас за тренировка была… — вмешалась в разговор голубоволосая тень.

— С Дельтой.

— Сурово… Но вы не первые, — 451 приложилась к стеклянному стакану с тёмным содержимым. — У всех новичков, в первые дни, тоже была Дельта.

— И хоть кто-то от неё смог спрятаться?

— Только я, — похвасталась голубоволосая девушка. — И это только потому, что я раньше всех освоила полёт.

— Полёт в этот раз кому-то не помог, — пробормотал парень, вспоминая, как волчица в абсурдном прыжке сшибла кого-то прямо в воздухе.

— Как нам потом объяснили, спрятаться от Дельты с нашими навыками просто невозможно.

— Но тогда и тренировка…

— Нужна была, чтобы донести кое-что до новичков, — послышался спокойный, слегка весёлый голос до того молчавшей старшей Тени. — Едва научившись пользоваться слизью, кое-кто может задрать нос, и допустить опасную ошибку. Теперь же, все начнут понимать, что всегда найдётся сила посильнее.

«Могли бы и на словах объяснить, а не на тумаках от этой бешеной…» — скривился парень.

— Кстати, — привлекла к себе внимание голубовласка, — Я никогда не видела в Александрии парней, кроме Тени… Ты, знаешь ли, местная знаменитость, — хихикнула 451.

Винсент оглянулся, увидев, как постепенно в столовую подтягиваются и другие Тени. И нет-нет, но на него кто-то поглядывал…

— Это странно… Почему в Александрии живут только женщины?

— Долгая история, — пожала плечами голубоволосая эльфийка, — Я и сама всего не понимаю, но, думаю, у этого есть свои причины…

Юноша приступил к еде, без спешки смакуя рыбу с овощами, чувствуя, что ещё один день стал подходить к концу…

— Так, — 451 поставила стакан на стол, — Латифа, а куда мы после ужина?

— Новая Александрия, — Винсент прислушался, — Что-то произошло, и там пропала «засветка». Появился чёткий сигнал, который надо расследовать.

— Чем дальше в лес, — 451 была явно удивлена, — Сколько мы обходили Новую Александрию стороной?

— Про «засветку» мы знали ещё почти два года назад, — ответила старшая Тень, — Однако, раньше мы опасались туда соваться из-за неясной природы и того, что нас было мало.

— Как скажешь, — младшая пожала плечами, — Посмотрим на ночную столицу.

*******************

После сытного ужина, у юноши было ещё одно маленькое дело…

Ему было необязательно было идти сюда — к улице, с которой взлетали и на которую возвращались парящие в небе, словно птицы, Тени. Ему было необязательно подходить к одному из окон, обычно закрытому и завешенному шторкой…

Но именно в это время, между ужином и сном, это окно, словно по волшебству, открывалось. В свете Луны бледная шторка едва ли не светилась, покачиваемая лёгким вечерним вечерком, подчёркивая тайну этого места…

Винсент шёл к окошку, словно мотылёк, влекомый пламенем свечи, слыша, как кто-то неспеша, словно что-то пытаясь расслышать, перебирает ноты фортепиано. Почти каждый вечер с этого перебора начиналась мелодия…

И, как и ожидал юноша, звуки музыкального инструмента стали более осмысленными, быстрыми, складываясь в неспешную, последовательную симфонию, от которой по коже Винсента бежали мурашки.

Не было ясно, какие чувства музыкант заложил в неё — глубокую, затаённую ли печаль, ком в горле от окружающего мрака или что-то ещё — но у Винсента не возникало ничего, кроме чувства горечи, подспудного страха…

Он потерял счёт времени, пока симфония звучала — словно музыкант мог играть свою симфонию вечно, и в эту вечность был способен затянуть случайного слушателя… Но, наконец, фортепиано стихло, а чья-то тонкая, затянутая в чёрную слизь рука, закрыла створки окна…

«Пора идти спать…»

Погружённый в свои мысли, юноша шёл, почти не разбирая дороги. Он шёл, двигаясь на огромную стеклянную трубу — именно в прилегающем к ней здании была его личная комната. Парень намеревался срезать путь через центр связи.

Он шёл осторожно, тихо, как учила его Лямбда — так, чтобы шаги не издавали лишнего шума, словно его здесь и не было… Но, у одной из дверей, Винсента вдруг остановила одна из Теней…

— Что ты тут забыл? — было видно, что загорелая, на две головы выше самого парня, Тень суетилась.

— Спать шёл, — он пожал плечами.

— Спать? А получить кусочек шоколада не хочешь? — на лице эльфийки мелькнула добрая ухмылка. — У меня есть для тебя задание.

— Хочу. Что нужно сделать?

— Найди Альфу или Парабеллум и передай им это, — она протянула ему исписанный листок, сложенный несколько раз. — Скажешь, что тебя прислала Омикрон, и что дело касается Олбы.

— Найти леди Альфу или леди Парабеллум, сказать, что по поводу дела Олбы, и что меня послала Омикрон. Запомнил.

— Отлично. Только быстро, — Винсент кивнул, и шустрым шагом рванул в сторону выхода, — Шоколадку отдам завтра вечером! — донеслось ему вслед…

*****************

«Она была где-то здесь…» — Винсент быстро добежал до соседнего с центром связи здания, где, как он знал, располагались комнаты старших Теней — тех, у кого были имена.

Наконец, он нашёл её — дверь на втором этаже особняка, в конце неосвещённого коридора — именно за ней были комнаты искомой им Тени…

Парень постучался в дверь.

— Леди Парабеллум, могу я войти?

— Можешь, — донеслось из-за двери.

Винсент потянул дверь на себя и, приоткрыв её, протиснулся в комнату. На фоне мрачного коридора, комната красноволосой Тени была заставлена свечами, но при этом в ней хватало свежего воздуха, пахло кофе и шоколадом…

Кабинет Парабеллум, как видел Винсент, был разделён на две части — одна из частей находилась за ширмой, сделанной из нанизанный на веревку деревянных кругляшей, а вторая — та, в которой сейчас располагалась старшая Тень, представляла из себя большой стол, мягкий стул и шкаф.

— Как твои первые дни? — бросив взгляд на красноволосую девушку, Винсент был удивлён — он не мог представить, что их спасительница могла быть настолько… домашней.

Парабеллум оказалась ниже его ростом, хрупкой девочкой, одетой в красную пижаму и распустившей гриву алых волос… и ни в какое сравнение не шла с той статной, похожей на настоящего чёрного рыцаря, леди, которая спасла их всех…

— Я привыкаю к образу жизни Стражи, — ответил Винсент. — И ещё, я не совсем понимаю — почему у некоторых есть имена, а у большинства — номера?

— Потому что нас становится слишком много, — пожала девушка плечами, — Думаю, чуть позже ты и сам поймешь… Ты, как я понимаю, по делу пришёл?

— Да, — юноша положил на стол листок, — Меня к вам отправила Омикрон. Сказала, что дело касается некого Олбы…

— Вот как… — Парабеллум быстро развернула листок и пробежалась глазами по содержимому, — Странно, что Омикрон сама не доставила это… Спасибо, — красноволосая девушка кивнула ему. — Ты можешь идти спать.

— А вы?.. Вы не спите?

— Такова доля старших Теней. Там, где вы идёте отдыхать, мы всё ещё работаем, — улыбнулась она.

— Спокойной вам ночи, — только и смог пожелать ей Винсент, о чём-то задумываясь.

Уже на улице Винсент увидел, как чёрные крылья одну за другой уносят Теней в ночь — стоящий при этом свист и вой уже не резал уши, как в первый день…

*********************

“Вперёд»

Одного сообщения хватило, чтобы всё пришло в движение — Тени, до того застывшие в ожидании, подобно каменным изваяниям, скрытые камуфляжем, сорвались с нагретых мест, и устремились вперёд, с разных сторон проникая в проходящую под городом сеть катакомб…

Поисковая команда Аместист разделилась на пять групп — каждая по четыре Тени. Каждая из групп входила через свои входы, и каждую из групп вела за собой одна из Теней…

Сегодня эта роль впервые досталась 451. Её крещение как лидера и главы, как ответственной за жизни и задачу, началось с этих пахнущих сыростью и землёй, затерянных во времени подземных сооружений.

Именно там — под городом, их ожидала будущая Тень, что ждала помощи слишком долго, и которая в эту ночь всё же её дождётся…

«Зачем строить настолько длинные проходы под городом, и даже никак их не использовать…» — задавалась вопросом голубоволосая эльфийка, почти скользя по каменной кладке пола, продвигаясь вглубь…

Катакомбы могли бы стать неплохим укрытием для Теней — забытые всеми, протяжённые, через них в теории можно было попасть в разные части города, если найти, куда они выходят…

Если бы не хлюпающая под их ногами вода, достигавшая уровня щиколоток, 451 сочла бы их и вовсе идеальным простором для будущих действий в столице…

«Идеальное место, чтобы что-нибудь спрятать…»

Поисковая команда Аметист, ведомая Латифой, не сбавляли темпа — прощупывая окружение, ожидая подвоха или даже нежданной засады, они шли вперёд, с разных сторон города, друг другу навстречу.

В идеальном месте для того, чтобы что-то спрятать… было спрятано что-то ценное. Для эльфийки из Стражи Теней это звучало настолько просто, что становилось смешно. Но понимание, что где-то здесь могут скрываться их враги, не позволяло Тени от души над этим посмеяться…

“Здесь Латифа. Вторая группа, что у вас?»

“Здесь 451. У нас всё чисто. Продолжаем движение»

“Продвигайтесь осторожно — в этом месте определённо были люди…»

«Ещё одной стычки у Этала нам не хватало…» — подумала Тень.

Катакомбы были однообразными — тёмными, затопленными, сырыми и холодными. Хотелось покончить с ними поскорее, вернуться в Александрию и, наконец, лечь спать…

— Стойте! — 451 резко остановила свою группу, едва хлюпающая под ногами вода перестала расплёскиваться вокруг.

Они были на месте — среди всех прочих коридоров этот был сухим, поднимающимся над другими по меньшей мере на метр, в нём не пахло сыростью, и в одной из его частей располагалась огромная решетка, образуя собой две закрытых комнаты…

Именно оттуда чувствовалась мана Одержимости…

“Здесь 451. Всем группам — мы нашли её»

“Здесь Латифа. Вторая группа — ждите нас. Осмотритесь вокруг и убедитесь, что это не ловушка»

— Осмотримся, девочки, — было темно, как и в иных коридорах, и двигались Тени по большей части полагаясь на привыкшие к темноте глаза и осязание.

Этот коридор был тщательно прибран, и напротив решётки стояли тяжёлые даже на вид, с металлической оковкой, двери, отделявшие от коридора еще по меньшей мере два помещения.

— Попробуем открыть. Всем приготовиться, — идущие за ней Тени приготовились к вероятному столкновению, встав по разные стороны от дверного косяка.

«Заперто» — голубоволосая Тень пришла к неутешительному выводу, хорошенько подёргав металлическую ручку.

— Ладно, — решила 451. — Не будем рисковать здесь, подождём остальных.

— Свечи ещё недавно горели, — сделала вывод одна из ведомых Теней. — И ещё недавно кто-то пил кофе.

«Нюх у зверолюдей что надо…»

— Значит, здесь кто-то был, — Тень обернулась и принялась вглядываться в темноту, откуда донеслось что-то вроде фырканья. — Это она?..

В темноте угадывались черты, присущие скорее трупу, нежели человеку или эльфу — очень худое, словно обклеенный бумагой каркас, тело, на котором просматривались рёбра, казалось, пыталось пошевелиться…

Эльфийка не могла понять — дышит ли оно, моргает ли оно — ни губ, ни груди у этого было не рассмотреть…

— О… Т-тени… — даже видевшую подобное Тень это зрелище сумело повергнуть в ужас

Она взяла с одного из подсвечников свечу, и зажгла её, пытаясь лучше рассмотреть существо — эльфийка просто не была готова принять, что некогда это было человеком или эльфом…

Голова этого существа напоминала собой швабру — мышино-серые волосы, некогда достигавшие уровня плеч, спутались и слиплись, глаза и рот были зашиты, а на руках и ногах, казалось, и вовсе не было мяса — словно четыре тонких ветки обмотали грязно-серой бумагой и примотали к этой ужасной кукле…

451 не сразу поняла, что грязно-серая бумага на самом деле некогда была кожей…

«Можно ли спасти Одержимого после… такого?» — 451 невольно сделала шаг назад, понимая, что бедняжку нужно было как можно скорее доставить в Александрию…

Глава 42. Будущее, отражённое в прошлом

«Все уже собрались…»

Двухэтажный, ладно сбитый дом, гнездышко, принадлежащее семье Олба, в лучах закатного Солнца казался темнее, чем был на самом деле. Осторожно, с заботой прибранный, покрашенный и огороженный невысоким забором дом владельца этих земель в тот вечер стал местом притяжения разных личностей — непритягательных, неприметных и тех, о ком было бы нечего сказать, даже если очень постараться…

Виктор Олба стоял на балконе второго этажа, глядя на то, как закат плавит водную гладь, заливая озеро расплавленным золотом. Виконт собирался с мыслями, подбирал слова, всё ещё размышляя о том, правильный ли выбор он сделал…

Мысли его были обращены не только к старым товарищам, что ждали его в доме, но и к чёрным призракам, их мотивам, целям и причинам. К тому, какими силами они обладали, что Тени могли сделать, и что было им не под силу…

С момента его предательства прошло уже порядка двух лет. Виктор не понёс ощутимых потерь, как и не приобрёл ничего сверх страха раскрытия и вечной тревоги…

«Хотя, в этом есть и моя вина…»

Он так и не выяснил, где сейчас Миллия — и жива ли она вообще. Возможно, Зенон и вовсе всё это время водил его за нос, его девочка уже давно покоилась в безымянной могиле, а ему скармливали отборную ложь. А всё из-за нерешительности, чрезмерной осторожности Олбы…

«Возможно, он не врёт…»

Тени своими действиями уже начали мешать Культу — и привлекли внимание, вызвали шевеления. И уже этот факт говорил Виктору, что Тени — нечто большее. Он не знал ни их реальной численности, ни реального их могущества, но чётко понимал, что неуловимая сила, способная доставить Культу хлопот, вполне способна потягаться и с Рыцарским Орденом Мидгара…

— Дорогой, — услышал он за спиной голос. — Все уже собрались.

— Хорошо, Эвелин.

Эвелин — по эльфийским меркам ещё юное, вечно сонное и нежное чудо, темноволосая женщина со смуглым цветом кожи и достойной фигурой, встала совсем рядом с ним.

— Что будет впереди? — тихо спросила она.

— Впереди нас ждёт только тьма. И никак иначе, — произносить эти слова было горько, почти противно. Но лишь честность, искренность не оставит между ними недомолвок. — А теперь — пора начинать.

******************

Шесть.

Всего шесть бывших членов тайной полиции, включая его самого, сейчас собрались в гостиной. И это настораживало Олбу, помнившего, что только тех, с кем он работал и кого знал лично, было порядком двух десятков людей, эльфов и зверолюдей…

Карин, Марвин, Витторио были здесь. Был здесь и старый ворчун Бен Боу — уже седой, с хмурым, словно небо в шторм, взглядом, в сделанном под старика костюме, он всё ещё держался молодцом… и жена Виктора тоже была здесь — пусть даже её роль в давних событиях ограничивалась случайной встречей, всего лишь изменившей всю жизнь виконта.

— Я рад видеть всех, кто сегодня с нами, — начал Олба. — Но я удивлен — где остальные?

— Никого не осталось, — покачал головой Витторио, — Кто-то уехал в Вельгальту, но половины с нами уже и не будет…

— Печально, — слышать это было больно.

Группа сэра Вильгельма прошла долгий путь от самых истоков борьбы с Культом, ещё при прошлом короле, вплоть до смерти шефа в полном составе…

«Кто-то подчищал следы и устранял тех, кто был опасен…» — напрашивался вывод у Виктора.

— Прежде всего, я бы хотел сказать тост, — Олба поднял бокал с вином, и остальные собравшиеся сделали тоже самое. — За тех, кого с нами нет.

«Пусть атмосфера станет немного менее напряжённой,» — виконту нужна была лишняя минута, чтобы собраться с мыслями.

— За тех, кого с нами нет.

*****************

— Карин — баронесса, Бенджамин — адмирал, Виктор и тот виконт… Марвин, а где на свете справедливость? — усмехнулся Витторио, держа в руках пару карт.

Они собрались вокруг большого стола, успев сыграть несколько партий в игру дипломатов. Лица у всех были каменными, расслабленными, выражающими поддельные чувства.

— Я не адмирал, — прокряхтел старик. — Я — ответственный по делам Торгового Флота. У Мидгара в принципе нет такого понятия, как военный флот…

— И понятия справедливости тоже, — вполне серьёзно высказался Марвин.

— Ты в обиде? — поинтересовалась Эвелин.

— На вас? Конечно же нет. Все мы пили одно и то же орианское вино. Просто наградили нас по-разному…

— Не пускай нам пыль в глаза, Витторио. Я лишь унаследовала титул семьи, когда вышла замуж, — фыркнула в ответ глава семьи Кагено. — А куда приткнулся ты, Марвин?

— Я говорю людям то, что они хотят услышать, даю им читать то, что они хотят прочесть, и беру за это деньги, — буркнул он.

— И что, всерьёз находится кто-то, кто готов платить за твою умелую работу языком?

— Работаешь цирюльником, Дюпре? — огрызнулся Марвин.

— А почему именно цирюльником? — поинтересовалась жена виконта.

— Потому что у него язык острый, и работает Витторио им не хуже бритвы…

— Кстати о словах, — Карин взяла в руки бокал и отложила свои карты. — Виктор, в письме ты писал, что хочешь что-то мне сказать.

— Хотел, и не только тебе, Карин. Но прежде, чем скажу, хочу предупредить. То, что я задумал, тянет на авантюру, и является ей в полном смысле. Желающие могут уйти прямо сейчас — ибо есть определённый риск…

В ответ на его слова поднялся седой Бенджамин.

— Я пожалуй покину это сборище, — голос Боу сквозил ядом и злобой. — Я не сомневаюсь в том, что ты задумал. То, что ты собираешься сделать, влечет за собой куда большие последствия, нежели ты предполагаешь, Виктор, и я по-хорошему предлагаю воздержаться от подобных действий, — карий взгляд Боу воткнулся в лицо виконта не хуже ножа. — Не кусай руку, что тебя кормит, виконт, иначе ты будешь не лучше бешеного пса…

— Я ценю твою честность, Бенджамин, и не держу на тебя зла за это. Эвелин, не могла бы ты его проводить? — супруга кивнула, и вместе со стариком покинула гостиную.

Вслед удаляющемуся старику смотрели все собравшиеся. Повисло неловкое молчание…

— Он сказал правду?..

— О чём он? — спросила Карин.

Виконт сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. То, что сказал Бен Боу, многое говорило мужчине о связях старика и тех, кто был его собственной «кормящей рукой»…

«Терять уже нечего…»

— Ещё желающие есть? Бенджамин прав — история не из приятных, и может иметь серьёзные последствия, — однако, вместо поднятых рук увидел лишь заинтересованные взгляды. — Хорошо. Если коротко — я хочу продолжить расследование, начатое сэром Вильгельмом.

В гостиной повисла гробовая тишина. Можно было услышать, как плещется вино в бокале Карин, и как где-то в соседнем коридоре открылась входная дверь…

— Правильно ли я услышала, — наконец, взяла слово глава семьи Кагено, приложившись к вину. — Скорее всего, это твоя личная затея — иначе бы всех причастных пригласили официально. Я права?

— До последнего слова, — Олба кивнул.

— Что-то не припомню я, чтобы нам было запрещено собирать информацию и ждать, — Марвин слегка переменился в лице — от слегка хмурого, сосредоточенного, в его взгляде появилась лёгкая хитреца. — Хотя, мне всё же интересно — у тебя, Олба, есть всё — титул, земля и Эвелин. Чего тебе не сидится-то…

— Есть причины, — вздохнул виконт. — Очень веские причины, которые не позволяют мне и Эвелин остаться в стороне, — виконт взял паузу, собираясь с мыслями. — Так уж вышло, что в руках у Культа оказалась моя больная дочь. И чтобы она жила, мне пришлось работать с ними.

— Странно, — Карин в ответ нахмурилась, — А ты в службу сыска, или к командованию Рыцарского ордена обращаться не пробовал? Если всё так, как ты говоришь, то расследование могли бы продолжить официально…

— Я бы так и поступил, если бы не некоторые обстоятельства. Те, кто замешан в этой истории, занимают высокое положение. Я опасаюсь, что о моём обращении узнали бы, и тогда Миллии бы пришёл конец. К тому же, — виконт задумался, стоит ли об этом говорить. — Моя дочь — Одержимая. Даже если бы её спасли, после её бы сожгли.

— О, Богиня, — ахнула Карин.

— Люди Культа сказали, что могут её вылечить, но взамен они хотели получить меня на свою службу, — с неким облегчением сказал Олба, чувствуя, что его хотя бы слушают. — Но они своего слова не держат.

— Это рискованно, Виктор, — слово взял Витторио. — При старике Вилли за нами были ресурсы всего королевства и полное расположение Его Величества. А что у нас есть теперь?

— А вот об этом я, можно сказать, уже позаботился. Но если я вам об этом расскажу, это будет означать ваше согласие.

— Я за, — Витторио приложился к вину. — И с самого момента, как мы встретились, я был за.

«Я не сомневался в тебе, Дюпре…»

— Карин, Марвин?

Глава семьи Кагено допила вино из бокала и осторожно поставила его на стол.

— Я помню, кто спас Клэр, Виктор. И я не забываю добра, — коротко ответила женщина, поправив косу чёрных волос.

— Марвин?

— У меня только один вопрос — оплата будет? Не пойми меня неправильно, но…

— Не беспокойся. Этот вопрос можно обсудить.

— Тогда я ваш с книгами, шевелюрой и жилеткой! — Марвин сохранял серьёзное выражение лица, в то время как Олбе пришлось сдерживать смешок.

— Когда я спас твою дочь, Карин, я встретился с представителем сил, которые заинтересованы в борьбе с Культом, — начал свой рассказ виконт. — Можно сказать, что они помогли мне в ситуации с Клэр.

Ложь обжигала язык — ещё тяжелее было врать старому товарищу. Но зная, кто такая Карин Кагено, вспоминая о её могуществе как тёмного рыцаря, Виктор был готов пойти на этот шаг ради сохранения собственной жизни и пока ещё хрупкого союза.

— Это точно не союзники Культа?.. — приподнялся Витторио.

Эльф, казалось, к чему-то прислушивался, напоминая скорее кота, заслышавшего бродящую в углу мышь.

— Культ начинает беспокоиться о нанесённом ими ущербе, так что нет. Могу сказать, что они могущественны, и их сила прирастает с каждым днём.

— Две силы — одна стремится удержать господство, вторая стремится взять его, — задумался Марвин. — А по-твоему, Виктор, кто они? С ними у нас хватит сил дать бой в стиле старика Вилли?

Виконт в этот момент задумался. О том, что делают Тени, он знал не так много — настолько нелюдимыми, загадочными были чёрные призраки, ведомые Тенью и Альфой…

— Тише, — Витторио напрягся, вслушиваясь в окружающие звуки. — Ты приглашал кого-то еще, Виктор?

— Нет.

Все собравшиеся напряглись.

— Кто здесь? — громко спросил Виктор, — Выходи.

В углу гостиной, находившемся за спиной Карин, скрипнул деревянный пол. Все глаза в этот момент сосредоточились на этом месте, но там ничего не было. Прошла секунда, две, и, наконец, воздух в этом месте пошёл рябью.

— Что это?.. — виконт услышал тихий выдох главы семьи Кагено.

Наконец, в углу возникли они.

Два призрака в чёрном и золоте, чьи глаза закрывали белые маски-домино, и которых друг от друга отличал лишь рост и цвет волос, появились словно из воздуха…

— Леди Альфа, — Олба узнал Тень, вышедшую вперёд. Вторую Тень, что стояла чуть позади, с высоким хвостом алых волос, он не знал, но предполагал, что она является подчинённой эльфийки, что в этой паре была явно старшей.

— Виконт Олба, — Альфа кивнула ему.

— Что привело вас сюда? — Виктор нахмурился, пытаясь понять, что именно здесь забыла первая после Тени командующая чёрными призраками.

— Меня позвали, и я пришла, — хладнокровная, невозмутимая эльфийка не показывала этого, но мужчина понимал, что она явно веселилась. — Я хотела присоединиться к вашему собранию — в конце концов, это также в ваших интересах…

— Кто вы такая? — Карин — самый могущественный тёмный рыцарь среди собравшихся, была явно на взводе — женщина чувствовала исходящее от Альфы могущество, которое Виктор однажды видел вживую, но которое эльфийка умело скрывала.

— Позвольте представиться — Альфа. Я представляю те самые силы, о которых говорил Виктор.

«Тени узнали о моих планах…» — волосы на спине виконта встали дыбом.

— Если присутствующие не возражают… — только и смог выдавить из себя Виктор.

*******************

Шёл первый час этого сборища, и невольно Асуна заскучала. Её задачей было делать хмурое, суровое лицо, создавая Альфе более значительный, статусный образ как персоне с личным адъютантом…

И, похоже, что это работало — среди всех прочих гостей Первая из Теней смотрелась властно, словно подавляя своих собеседников могуществом — как неосязаемым, так и вполне ощутимой мощью своих магических сил.

— Леди Альфа, насколько вы знакомы с контекстом того, о чём сегодня пойдёт речь? — один из трёх эльфов в этой комнате нахмурился.

— Я не так хорошо знакома с вашей историей…

«Эти словесные кружева уже начинают утомлять»

— Хорошо. Нам всё равно не помешает освежить в памяти некоторые моменты, — слово взял рыжеволосый мужчина. — Если говорить начистоту и об истоках дела, началось все ещё при правлении Аластора Второго, в самый напряжённый и сложный для королевства период кризиса.

— Значит, все началось с правления прошлого короля, — констатировала факт Первая из Теней, сидящая в кресле. — Продолжайте.

— Не буду вдаваться в подробности, что тогда происходило — но, говоря языком Марвина, королевство было в глубокой экономической заднице, — фыркнул эльф.

— Я бы так не выразился. Я бы сказал, что даже за простой кусок хлеба можно было отдать столько зени, что тебе, Витторио, столько лет не прожить даже за тысячу жизней, — Марвин сохранял серьезное выражение лица.

«Гиперинфляция?» — подметила Асуна.

— В это время среди народа и аристократии начались бурления. Нашлись и те, кто смог на этом как следует заработать, — продолжил он, прикладываясь к вину. — И среди них возникали довольно… непрозрачные личности, и столь же непрозрачный капитал, который делили аристократия и тёмные личности…

Асуна слушала рыжеволосого мужчину, пытаясь понять, к чему тот клонит, и как эту историю можно было увязать с Культом… И мечнице не хватало всего одной части, чтобы собрать общую картину.

— У «темных личностей» были деньги и бизнес, который они делили с мидгарской аристократией, — Альфа сложила то, о чем думала Восьмая Тень, чуть быстрее.

— Верно. И теперь, леди Альфа, позвольте задать вам вопрос. Представьте, что вам удалось найти золотую жилу во время, когда денег ни у кого нет. Вы бы стали вредить вашему единственному источнику дохода и кошельку?

«Культ стал связывать местную элиту с собой общими делами и партнёрством…»

— Как… коварно, — эльфийка по достоинству оценила этот маневр, и слегка нахмурилась.

— Это ещё не всё, леди, — Марвин кивнул, когда слово взял темноволосый эльф.

— Тех, кто повязал себя с «тёмными личностями» через общие доходы, было в достатке. Учитывая, что в королевстве в это время и так было неспокойно, да ещё и общее безденежье… В общем, всё было… сложно. И в этот самый сложный момент, Аластор и его старший сын умирают с разницей в пару дней. Король от старости, а сын свалился с балкона и свернул себе шею.

— Это было убийство? — поинтересовалась Первая из Теней.

— В случае с королём — точно нет, а с сыном не все ясно, — эльф фыркнул. — По крайней мере, именно это нам говорил старик Вилли.

«Вот уж действительно — сначала умирает король, а вслед за ним и принц, который должен был унаследовать трон…» — Асуна хотела было фыркнуть, но сдержалась.

— А каково ваше мнение? Что вы лично думаете об этом? — на Альфе скрестились взгляды всех присутствующих.

— Я знаю, о чем вы думаете, леди Альфа, но Его Величество Клаус на такое бы точно не пошёл, — наконец, слово взял виконт. — Второй принц и слово «власть» — это вещи, которые совершенно между собой не сочетались. И уж тем более, ему было незачем так поступать с братом…

— Я доверюсь вашему мнению, — Альфа кивнула, а Асуна в очередной раз задумалась.

«Эти люди явно знают больше и зрят чуть глубже — но я не хочу отмахиваться от версии, что они могут заблуждаться или лгать намеренно. Кому выгодна смерть первого принца?»

— Тогда-то, после коронации Клауса, и началась наша работа, — слово перехватил Марвин. — Сэр Вильгельм собрал нас, рассказал о возможной госизмене, которую надлежит расследовать, и мы принялись отрабатывать версии и зацепки.

— Полагаю, результаты были… шокирующими? — Альфа словно уже знала, что они скажут.

— Шок — это не то слово, которое здесь уместно… Витторио, не напомнишь, как ты тогда выразился на общем собрании?

— Они повсюду. Куда ни плюнь, что ни купи, где не пройди — они везде.

— Странно. Раньше эта фраза мне казалась более… меткой, — Марвин перевел взгляд на эльфийку. — А дальше, леди Альфа, была сплошная политика. Не буду вдаваться в такие тонкости, но с этим делом мы разобрались — нашлись доказательства, многих виновных судили…

— …и мы после стольких побед были на коне, — Витторио ухмыльнулся. — Расследование шло почти год, а суды и того дольше, но то уже была забота старика. Даже в королевстве дела становилось лучше…

— …пока не случилась резня, — Виктор вздрогнул, явно вспоминая что-то, о чем он вспоминать не хотел, когда на нем скрестились взгляды всех, кто сейчас был за столом. — Вильгельм не говорил, кто занимался делом семьи Хоуп, а мне было не по себе об этом говорить, — ответил он на невысказанный вопрос. — Я объясню для леди Альфы. В Мидгаре оставались ещё те, кто не связался с Культом — по большей части, это крупные семьи, одни из самых влиятельных, богатых и древних, ведущих свой род чуть ли не от Аурелия Первого и его приближенных. Назовём их «старой» аристократией, — Олба вздохнул, явно чувствуя волнение. — Они объединили силы вокруг главной ветви семьи Хоуп и принялись бороться с влиянием Культа, в том числе и поддерживая нового короля в его действиях и решениях.

— Это… весьма неожиданное открытие, — эльфийка была неподдельно удивлена.

«Они боролись за удержание своей власти, нечему удивляться» — размышляла Асуна, глядя на Альфу.

— Неожиданное, — хрюкнул Витторио, но затем его лицо вновь стало серьезным. — Такое же неожиданное, как их скорая кончина.

— Буквально за одну ночь полтора десятка семей были уничтожены под корень в своих имениях, — Виктор тряхнул головой. — Не ушел никто — порядка сотни трупов за время от заката и до рассвета. И с этого момента все покатилось к Диаблосу прямиком в клоаку. Все пошло так скоротечно, что никто даже опомниться не успел — едва мы убрались из горного имения Хоупов, как сэр Вильгельм был повешен в собственном доме. Едва похоронили старика, как Его Величество завершил расследование и тайную полицию распустили.

— Ты ушел позже всех нас, Виктор, — глава семьи Кагено подняла руку. — И к тому же, знаешь больше. Было что-то ещё?

Можно было разглядеть, как Олба напрягся, пытаясь что-то вспомнить, или что-то для себя решить.

— После смерти старика Вилли, умер ещё кое-кто, — выдохнул виконт. — Умерла третья дочь Клауса, совсем ещё кроха, и был объявлен траур. Не берусь говорить, чьих рук это дело, но…

— Это не похоже на совпадение, — отрезала Альфа, — Скорее, на попытку устрашения.

— Клаус — не тот человек, который оставил бы эту обиду безнаказанной, — Виктор покачал головой. — Зная его, он скорее устроил бы в Мидгаре хаос, но убийц дочери он бы достал даже из Гниющего Сада, лишь бы отправить их туда ещё раз.

— Кажется, вы неплохо знаете нынешнего короля, Виктор, — подметила Альфа.

— Положение обязывает, — расплывчато ответил он.

«Что-то не складывается…»

— Леди Альфа, если позволите, — обратилась к присутствующим Асуна.

— Да, Парабеллум?

— Не могу не задать этот вопрос — пытался ли Аластор помешать Культу?

— Отличный вопрос, — Марвин нахмурился, — Виктор, ты был на «той стороне» — что думают люди Культа об этом?

— Нет, — виконт побледнел. — Аластор не пытался помешать действиям Культа. Об этом же мне говорил Вильгельм незадолго до смерти.

— Парабеллум, к чему ты клонишь?

— Его Величество Аластор вовсе не пытался помешать Культу, ибо намеревался пойти с ними на сотрудничество. У Культа есть ресурсы и деньги, деньги и ресурсы нужны королевству в кризисе, — Асуна озвучила свою теорию, намереваясь проверить её.

— …а Культу было нужно влияние, — закончила за неё Альфа.

— И что мы имеем в итоге? Расследование закрыто, Клаус все ещё на троне, но Культ в Мидгаре все ещё существует, пусть его влияние и не столь значительно, как могло бы быть, — Карин хмыкнула, — Ваши идеи, господа?

— Выходит, определенные договоренности между короной и Культом существуют, — сделала вывод Восьмая Тень, — Но эти договоренности больше похожи на двухстороннее соглашение, нежели на акт безоговорочной капитуляции…

Тяжелое молчание повисло в гостиной, когда посреди эфира дальней связи пронеслось сообщение, адресованное Альфе.

«Альфа, здесь Тень. Ты ведь сейчас отправилась к нашему ручному виконту? В столице нашлось кое-что, что стоит его внимания…»

*****************

— Без целителя из Александрии я бы не рискнула ее исцелять…

Дверь клетки была вскрыта, свет свечи разогнал тьму, а проходы уже сторожили Тени, в ожидании решения…

«О, Тени…» — освещенный силуэт существа казался ещё более неестественным, словно воплощая собой настоящее проклятие…

Теперь, когда клетка была открыта, они осторожно разрезали и вытащили нитки, которыми были зашиты глаза и рот Одержимого — чтобы не было настолько… страшно на него смотреть.

Серое существо определенно было в сознании, моргало глазами, и смотрело на 451 с недоумением… и затаённой надеждой.

«Мы поможем тебе…просто потерпи чуть-чуть»

Смотреть на Одержимого было невыносимо. Невыносимо было и от осознания того, что некогда и сама голубоволосая эльфийка была в таком же состоянии, от неправильности и неестественности, от понимания безграничности жестокости тех, кто стоит за происходящим.

«Сожжение было бы милосердием для неё…» — от таких мыслей в горле эльфийки вставал ком.

— А переживёт ли она путь до Александрии?.. — невольно задалась вопросом 451.

Латифа бросила на неё задумчивый взгляд, от которого Тень невольно поёжилась.

— Ты права, 451. Поэтому, сейчас мы…

Старшая Тень договорить не успела — в одном из проходов послышался нарастающий плеск воды.

— Проклятье… 451, бери её и уходим наверх, — скомандовала старшая эльфийка.

— Есть! — запас слизи на бедрах и груди превратился в тонкое, широкое покрывало, в которое эльфийка завернула Одержимую и рванула вслед за ведущими Тенями. Часть группы шла позади, замыкая таким образом 451 посередине.

«Мы даже осмотреться не успели…» — лучшим решением было не вступать в бой с теми, кто был истинными хозяевами этого места.

Плеск воды и пара голосов где-то далеко позади отдалялись всё сильнее — кажется, погоня или потеряла их, или это вот-вот случится…

— Собираемся у входа, — спокойный голос старшей Тени отрезвил её, вывел из раздумий.

Наконец, все оказались снаружи, в неприметном закутке на отшибе города, где камень обвалился и приоткрыл неприметный проход. Её окружили Тени, чего-то явно ждущие.

— Используйте маскировку, и слейтесь со стенами. Я знаю, что делать, — спокойный голос Латифы успокаивал, если не сказать, убаюкивал. 451 расслабилась и осторожно положила свою ношу на полу.

Чёрные фигуры растворились во мраке, словно их здесь и не было. Слышалось тихое, размеренное дыхание, кто-то чесал нос, шевелились чьи-то уши, но никто не выдавал своей позиции…

Старшая Тень с кем-то связывалась по дальней связи, глядя куда-то вдаль, освещаемая всего лишь бледным лунным светом, на фоне которого недвижимая эльфийка казалась скульптурой древнего эльфийского героя.

— Вот как… Чудно, — услышала 451, когда женщина повернулась к ним. — Перебираемся в главный офис компании, там нас будут ждать со всем необходимым. Все за мной, — Тени мгновенно сбросили маскировку и бросились в стремительный, неудержимый рывок, ведомые магией и способные в таком броске обогнать не только паровоз, но и, казалось, штормовой ветер…

*******************

“Латифа, двигайтесь в главный офис, я буду ждать вас там»

Этой ночью его вновь настигла бессонница… Словно насмехаясь над ним, блуждающие за окнами тени не давали ему покоя, окружая самозванного Владыку Теней, порождая чувство неясной тревоги, беспокойства, от которых не получалось отделаться…

«Не стоило баловаться кофе на ночь глядя…» — Сид Кагено, ученик Академии Тёмных Рыцарей, сидел на чемодане, на балкончике своей студенческой квартирки, и продолжал читать перевод с древнеалександрийского языка, освещая строки светом свечи.

Толстый, исписанный аккуратным почерком том, по своему внутреннему содержанию был не просто взрывоопасным чтивом — он переворачивал всё представление Тени о жизни основателей королевства, и о том, что привело мир к тому состоянию, в котором он находился сейчас.

«Такое лучше читать на свежую голову…» — почти весь вечер он уделил этим записям, и Сид подумал, что ему не помешал бы перерыв.

“Здесь Латифа. Новая Александрия, ответьте» — от чтения его отвлекла передача, адресованная ему по дальней связи.

«Здесь Тень. Латифа, я правильно понимаю, что сейчас вы в границах Новой Александрии?»

“Здесь Латифа, подтверждаю. Нам нужен целитель, У нас на руках Одержимая, которой нужна серьёзная помощь»

“Здесь Новая Александрия. Латифа, двигайтесь в штаб-квартиру» — очередной сигнал вторгся в эфир.

Тень собирался немного размяться и развеяться, пройдя по крышам ночного города в сторону Торговой Улицы, где одно из зданий под свои нужды арендовала компания Гаммы… и где также располагались Тени.

Несмотря на некоторую удалённость Торговой Улицы от студенческих домов, Сид быстро добрался до искомого трёхэтажного здания по типу «коробки», с закрытыми створками окон и запертой дверью.

Внутри чувствовались три метки Теней, подчинённых Гамме, расположенные на третьем этаже. По козырькам и крышам к нему приближались ещё несколько меток.

«Ну, посмотрим на их реакцию, когда к ним заглянет большой начальник» — Сида изрядно веселила эта мысль, пока при помощи тонкого жгута из слизи он открывал створку окна.

Наконец, окно поддалось, и Тень тихо, не издавая шума, вошёл в комнату…

Было темно — на всю комнату была всего одна свеча, освещавшая рабочий стол и склонившуюся над ним светловолосую девушку, которая шустро работала пером и чернилами. Рядом явно дремала ещё одна из Теней, уютно устроившись в кресле-качалке, а третья девушка сидела где-то в другом конце комнаты, и, судя по запаху кофе и выпечки, была занята перекусом.

— К-кто вы?! — неожиданно, та самая Тень, что дремала в кресле, подскочила и упёрлась взглядом в Сида.

— 322, успокойся, — Тень за столом даже не повела ухом, не уделила его появлению внимания. — К нам должны были нагрянуть девочки из «Аметист».

— Простите, — девушка опомнилась и вышла на свет, чтобы Тень мог разглядеть ещё совсем молодую девушку — вопреки его ожиданиям, человека…

«Одержимых людей оказалось больше, чем я думал…»

— Ничего страшного, — по-доброму ответил Сид. — Я жду «Аметист», как и вы…

Не прошло и пары минут, как в комнату через то же окно вошли двое…нет, трое — Латифа, её подчинённая и ещё кто-то, кого-то младшая эльфийка завернула в слизь и несла на руках.

— Вот с ней нужна помощь, — сразу к делу перешла старшая из Теней, когда её подчинённая развернула слизь, давая парню разглядеть… разглядеть это.

«Это ещё что…» — внешне Сид этого не выдал, присев рядом с телом существа.

Ещё никогда Одержимые не выглядели так — словно это уже не был человек или эльф, а сделанная из картона и клея уродливая детская поделка…

— Сколько она провела в таком состоянии? — спросил Тень, не отводя взгляда.

— Не знаю. Может, год, а может и больше.

— Ей не давали умереть, — вопреки его желанию, голос Сида дрогнул.

Сид видел Одержимых не раз и не два, видел, что происходило с их телами, знал, что происходит с их сознанием и что остаётся с ними даже после исцеления… И всё же, глядя на, казалось бы, очередную больную девчонку, испытывал… нет, не ужас. Скорее, недоумение…

«Для Культа цель явно оправдывает средства… Но какая цель может быть оправданием для этого?»

Сид нащупал свою магию, чувствуя, как её частицы циркулируют по телу, и сосредоточился. Ему нужен был максимально доступный ему контроль над доступным объемом, чтобы приступить к сложному, не до конца понятному самому парню процессу общего исцеления при помощи магии…

Если как лечиться Одержимость Тень понимал, то как лечить при помощи магии иные повреждения парень понятия не имел — все выглядело и чувствовалось примерно как:

«Я начинаю вливать ману, мана сначала сопротивляется, потом она уравнивается, и после все начинает зарастать. Мана расходуется, пока все не будет в порядке» — в конце концов, не зря в Академии был Факультет Целителей — в этом явно были некие загвоздки, принципы и хитрости, которые явно позволяли сделать исцеление эффективнее, — «Надо будет узнать, что именно делают целители — лишним уж точно не будет…»

И, наконец, процесс начался — пурпурное сияние, по форме больше похожее на пламя, охватило пораженное тело.

Поток маны встретился с яростным сопротивлением маны Одержимости, отчего свет становился ярче, ослепительнее — и, наконец, серая, напоминающая размокшую бумагу по форме и виду кожа стала светлеть. Лицо, потерявшее очертания, отныне заново обретало форму, словно разбитую чашку заботливо, очень аккуратно, склеивали прозрачным клеем.

«Плохо… Эти следы я могу и не излечить…» — совсем-совсем тонкие, почти незаметные полосы, словно на треснувшем стекле, уродовали лицо.

Тень не сбавлял напора — вот уже и маны Одержимости след простыл, когда та ассимилировалась с прочим запасом маны больной, но общее тяжёлое состояние ещё предстояло излечить.

— Лорд Тень силён, — услышал он восхищенный шепот, тем не менее, не отвлекаясь.

Медленно, но верно девочка-подросток, по виду, обретала все более здоровые черты — очень худой, измождённый, недокормленный силуэт становился более чётким.

За это время на лбу у Сида выступила испарина, по спине медленно стекал пот… Из-за клубка волос, большего похожего на висящие сосульки, показались острые ушки.

«Очередная эльфийка» — мысленно вздохнул Тень. — «Нечему здесь удивляться»

Одержимая моргала, ее взгляд был расфокусированным, глаза слипались и норовили закрыться…

— Как тебя зовут? — пытаясь не дать ей заснуть, спросил Тень.

— Миллия…

— Миллия Олба? — Тень слышал это имя.

В ответ Одержимая лишь слабо, почти незаметно кивнула.

— Латифа, — он обратился к стоящей рядом Тени. — Доставьте ее в Александрию, обеспечьте весь необходимый уход и отдых.

— Хорошо, — старшая Тень кивнула, и принялась готовиться к отбытию.

«Центр связи Александрия, здесь Тень. Альфа на месте?»

«Здесь Александрия, Альфы в Александрии нет. Она на встрече с виконтом, Лорд Тень»

«Чудесно» - Сид слегка улыбнулся.

Глава 43. Восход Чёрного Солнца

Белокаменный город на берегу моря отличался от той затерянной в веках твердыни, в которую Тень некогда пришёл. Заросли и мох были отчищены, то немногое, что не выдержало напора времени, было отремонтировано заботливыми руками Теней, возвращая Александрии её былое величие…

«Девочки многое сделали…» — думал Сид, неспеша шагая в сторону городских ворот.

Где-то в небе он слышал свист и вой, присущий парящим Теням, как и видел летящие в лунном свете силуэты…

«Не так я представлял себе Валькирий Теней…»

Он дошёл до поляны, окружённой вековыми деревьями. Сюда вела тропа, тянущаяся дальше, в сторону Александрии, и юноша собирался пройти по ней дальше, когда в бледном свете смог разглядеть очертания, вздымающиеся даже над верхушкой леса…

«Туманный Дракон…»

— Ты снова здесь, смертный охотник за истиной?.. — голос древнего существа пробирал до костей.

— Снова, — Тень фыркнул в ответ.

— Ты в смятении? Ищешь моей мудрости, как и твои Тени?..

«Девочки спрашивали его мудрости?»

— Почему бы и нет… Мне не помешает взгляд с высоты драконьего полёта, — Тень опёрся спиной о ствол дерева, и сложил руки на груди. — Я чувствую, что… отстаю. Отстаю в силе, не поспеваю за временем…

— Гонишься за виверной, но завидев стаю мантикор, пожелал догнать их всех?

«В его словах есть смысл…» — то, что сказал древний дракон, лежало на поверхности — и Тень сам это понимал.

Пытаясь одновременно быть Тенью и присматривать за тем, что делают его воспитанницы, изображать из себя слабого, неловкого ученика Академии, углубляться в историю и вместе с этим становиться сильнее… он не успевал и половины того, что хотел сделать.

— Можно сказать и так… Но если я не разберусь с мантикорами или не догоню виверну, для меня всё может пойти крахом.

— Время терпит, — ответил дракон, выдохнув облако тумана. — Эльфы давно поняли это.

— Цена промедления будет лишь расти… И я не хочу платить её, когда она станет неоплатной.

— Цель — оправдание любой цены. Так говорила Фрейя и её спутник… и лишь время нас рассудило. Солнце над всем миром не затмить всего лишь одним крылом, хотя Фрейя считала иначе, — дракон поднял голову. — Её наследие забыто, и под Солнцем уже нет тех, кто помнит об её цели.

— Мир не объять одним крылом… — Сид кивнул, хотя всё ещё не мог уловить мысль, которую пытался донести Туманный Дракон.

— Фрейя отвечала, что не может затмить мир всего одним крылом… Но со временем не осталось ни одного уголка, что не был в тени её крыльев…

«Культ шёл тем же путём — их история начиналась задолго до Бедствия, они терпели поражения, но спустя годы возвращались вновь, и медленно, но верно шли вперёд… Значит, Культом руководит кто-то, кто также это понимает…» — Тень тряхнул головой, чувствуя, что отвлёкся.

— Я не могу оставить могущество на потом.

— Твои Тени хорошо справляются без тебя. Они не возвращаются с охоты без добычи.

«Пока что девочки справятся и без меня… но это не будет продолжаться вечно»

— Время не стоит на месте, — возразил Тень. — Рано или поздно их время пройдёт.

— Но пока это время не кончилось, оно у тебя есть. Используй его, а после выжидай следующую возможность… И когда твои крылья станут достаточно крепкими, ты сумеешь сделать всё и сразу… и поймёшь, что это тебе не нужно.

«Действительно… Значит, пока у меня есть время, мне стоит уделить его в первую очередь себе. Но что значит, будет не нужна возможность делать всё и сразу?»

— Думаю, я понял чуть больше, — в этот момент над ними на сумасшедшей скорости пронеслись две Тени, и даже дракон бросил взгялд им вслед.

— Ты возмутил в бескрылых желание летать… Забавно, — Тень не знал, способны ли драконы смеяться, но в голосе существа слышалась именно лёгкая усмешка. — Когда-то бескрылые и двуногие заставляли огонь и воздух нести их в небо, оспаривая господство драконов в небе…

«Это было до Бедствия…» — напрашивался у Сида единственный вывод.

******************

Ещё некоторое время Тень слушал дракона, пока, наконец, не опомнился. Всё же, не за драконьей мудростью он прибыл в Александрию…

Дабы соответствовать окружению, он был одет в костюм-слизень, поверх которого было накинуто сделанный из слизи же плащ. Его лицо было скрыто капюшоном и чёрной маской, через которую нельзя было рассмотреть ни очертаний лица, ни даже глаз…

Наконец, он вошёл в город. Улицы его окраин были безлюдны и молчаливы — всё же, древнюю столицу не могли заполонить пять сотен Теней, тем более, что их жилища были сосредоточены у центра и другой окраины города, у моря…

Белокаменный город в тусклом свете растущей Луны вел Тень за собой, туда, где в центре города стоял трёхэтажный дом, и где его уже ждали…

Он запрыгнул на балкон второго этажа, не желая обозначать своего присутствия в Александрии, проходя через дверь…

Залитая тёплым светом, просторная комната, разделённая на две половины ширмой, была почти пустой — в той части, куда вошёл Тень, стоял лишь одинокий стул, уже занятый…

— Тень, — сидевший на стуле виконт поднялся. — Альфа сказала дождаться вас…

— Как видите, виконт, я уже здесь, — Сид развёл руками, а затем повернул голову в сторону ширмы. — Миллия там. Она ждёт вас…

— С ней… всё в порядке? — осторожно спросил Олба.

— Ей всё ещё нездоровится, и без присмотра целителей я бы её не оставлял, — Сид покачал головой.

— Могу ли я забрать её домой?..

— Об этом мы поговорим позже…

*****************

Виктор Олба… осторожно сдвинул ширму. Тень смотрел ему в спину, виконт чувствовал его взгляд, но не отступать не собирался. Мужчина сделал шаг, два, пройдя за тонкую ткань, словно та была всего лишь стелящимся над полом туманом…

Кровать и деревянный ящик со стоящим на нём кувшином — вот и всё, что было за ширмой. На кровати, подвернув под себя ноги, сидела она — девочка в серой простыне, держащая в руках цепочку…

Виконт едва узнал свою дочь. Виктор помнил её совершенно другой — подвижной, непоседливой и стремительной как ураган второкурсницей факультета Тёмных Рыцарей…

Казалось, что кто-то взял портрет девочки, нарисованный в её тринадцатый день рождения, остриг его и воплотил в жизнь — Миллия уменьшилась, отощала и ослабла, а на осунувшемся лице едва ли выражались какие-то чувства…

— Миллия… — выдохнул Олба, подступая к кровати шаг за шагом…

— Папа, — очень слабо, словно через силу, выдохнула дочь, положив цепочку рядом. — Папа… это… ты?

От того, с каким трудом давалась дочери даже пара слов, сердце Виктора разрывалось.

— Как ты? — тихо спросил он, присев на кровать рядом с девочкой.

— Ус-тала… От-чень. Хочу… спать. Но не могу.

Виктор осторожно коснулся её головы, проводя рукой по ёжику волос… Ещё никогда его дочь не выглядела… так. Мужчина хотел что-то сделать, чтобы облегчить её нынешнее состояние, но просто не знал, что.

Хотелось знать, что именно происходило с Миллией. И всё же, Олба понимал, что сейчас расспрашивать её означало бы причинить ей ещё больше вреда.

«Она и так слишком много вынесла… Хватит с неё.»

— Как тебе здесь? С тобой хорошо обращаются?

— Да, — Миллия едва кивнула, покачнувшись от навалившейся слабости. — Хочу… к маме.

— Подожди ещё чуточку. Скоро мы будем дома. С мамой…

****************

Глядя за тем, как отец общается с дочерью, Тень… испытывал чувство, которого не испытывал уже давно, и которое напоминало ему о том, что было, и чего уже не будет.

Где-то внутри было тепло. Было чувство, что всё встало на свои места — словно захламлённую комнату прибрали, проветрили, пропылесосили и дали ему окинуть взглядом результат труда… лишь чувство удовлетворённости сделанным было куда сильнее.

«Если бы я не хотел узнать больше о Культе… скорее всего, мы с девочками прикончили бы этого бедолагу, и этого бы не случилось» — от этой мысли Сид покачал головой. — «Хоть он и участвовал в похищении Клэр, но… могу ли я ненавидеть его за это?»

За дверью в эту комнату послышались шаги — маяк говорил, что сюда шла Альфа. Не прошло и пары секунд, как эльфийка тихо проскользнула в дверь, представ перед Тенью во всей красе.

«Когда девочки успели так вырасти…»

Казалось, что когда он в последний раз видел своего первого настоящего друга в этом мире, она не была… такой. То, как она держала себя, как двигалась, и как выглядела — Альфа могла дать десяток очков форы Аканэ — статная, величественная, затянутая в костюм-слизь, облегающий фигуру…

Даже Тень, выросший в окружении своих Теней, не мог не признать — даже на их фоне Альфа была великолепна.

«Королева Теней…» — напрашивалось у Тени сравнение.

Первая из Теней, одного с ним роста, без слов подошла к нему.

— Иди за мной. Не будем мешать воссоединению семьи, — Тень повернулся и, выйдя в окно, по подоконнику поднялся прямиком на крышу. Эльфийка последовала его примеру, и вот уже они сидели рядом друг с другом.

— Привет, — робко произнесла Альфа.

«Слышать от неё… такое» — её робкое приветствие резко контрастировало с тем, как девушка держала себя, и как выглядела.

— Привет, Альфа, — ответил Сид, и, чтобы разогнать возникшее между ними молчание, спросил: — Как тебе в голову пришла идея привести виконта в Александрию?

— Этому я научилась у тебя, — эльфийка улыбнулась. — Я лишь подумала, раз уж Виктор будет лоялен нам, стоит продемонстрировать наше доверие к нему. К тому же, его дочери всё ещё нездоровится, и тащить её в дом их семьи нам показалось плохой идеей… И к тому же, — эльфийка потупила взор. — А что мы бы потеряли, если бы что-то пошло не так? Александрия под надёжной защитой, Олба толком ничего не видел.

— Умница, Альфа, — в этот момент Тень погладил её по голове, но одёрнул руку.

«Чёрт. Альфа уже не маленькая, чтобы её так поощрять» — вопреки его мыслям, Первая из Теней зарделась. Тем не менее, этот его жест не был ей противен…

— Как в Александрии дела? — поинтересовался Тень, желая сменить тему.

— Всё неплохо, но есть кое-что, что беспокоит всех нас, — Альфа потупила взгляд. — Мидгар огромен, есть ещё те, кого мы можем спасти, но с каждым нашим успехом их становится всё меньше. Рано или поздно останутся те, до кого мы добраться не в состоянии…

— Как и Культ не будет стоять на месте, — кивнул Сид. — Однако, то, что вы делаете сейчас, вызывает у Культа лишь обеспокоенность.

— Вечно так продолжаться не может. Либо Культ начнёт действовать всерьёз, либо мы, — отрезала эльфийка, и парню только и оставалось, что кивнуть.

— У меня есть мысль по этому поводу, но для этого мне нужно кое-что. У Александрии есть тихое место, которое можно разнести в щепки, и при этом не зацепить город?

— Найдётся, — Альфа нахмурилась. — Но прежде… Что это? Какая-то техника? План? Артефакт?

— Это всего лишь проблема, для которой нужно найти решение, — Тень попытался придать своему голосу таинственности.

«Идеально. Отдам последние указания Олбе — и займусь… решением»

****************

Тень продолжал болтать с Альфой, перемежая дела и разговоры ни о чём. Они давно не виделись, и парень хотел уделить ей немного времени прежде, чем снова уйдёт. Их время всё же было ограничено, и Тень был вынужден спуститься на балкончик, как раз там, где уже стоял виконт…

Без шума, амортизировав импульс при помощи слизи, Сид встал рядом.

— Вы сказали, что мы поговорим об этом позже, — казалось, что мужчина не обратил на его появление внимания, погружённый в свои мысли.

— Задумайтесь, виконт, — Тень принялся озвучивать свои мысли. — Зенон знает о том, что Миллия — ваша дочь, и что она Одержима… И вот, ваша дочь — излеченная от болезни, здоровая, возвращается… даже не в общество. Домой, — Сид повернулся к мужчине. — Вам ли не знать, сколь болтливы и неосторожны могут быть слуги, особенно если их хорошо попросить?

«Будем считать, что Олба заслужил это за похищение Клэр…»

— Я понимаю, что вы имеете ввиду. Зенон не оставит это без внимания.

— Зенон также поймёт, что вы играете против него — рано или поздно, учитывая, что Миллия пропала с его глаз. И что вы будете делать тогда, виконт?

— Что вы предлагаете?

«Кажется, этот старик мой с потрохами…»

— Саду Теней нужна сила. Сила не только в тенях, но и при свете Солнца. Учитывая ваше положение, и положение ваших союзников, вы станете для нас Чёрным Солнцем.

— Вы предлагаете…

— Создать свой рыцарский орден. Орден Чёрного Солнца, — под маской, Тень ухмылялся. — Сила Культа не только в его магических клинках, но и в его влиянии на королевство. Вам ли этого не знать?

— Что в этом случае будет с Миллией?..

— Она может стать одной из Теней, — Виктору эта идея явно была не по душе.

— Исключено. Миллия слаба и больна, ей нужен уход…

— Я не собирался позволять больному войти в Стражу Теней. В Александрии она получит соответствующий уход и заботу. Она поправится, — успокоил его Тень. — И когда она поправится, тогда и настанет её время.

По лицу виконта было видно, что тот явно колеблется, не в состоянии дать ответ.

— Я не стану торопить с ответом, — Тень подошёл к краю и приготовился к прыжку. — Своё решение сообщите Альфе, — напоследок сказал он и сиганул вниз.

«С этим — покончено»

*******************

Той же ночью, Александрию накрыло пурпурное зарево. Поднявшаяся вслед за ним волна распахивала окна, побеспокоила тихое до того море…

Глава 44. Пробуждение

— Разве я это писал?..

Скромная аудитория, захламлённая и заставленная партами и стульями, была одним из немногих мест в корпусе Тёмных Рыцарей, куда не добирались звуки тренировок старших курсов у мечников. Металлический скрежет, хлопки и грохот, от которого порой вздрагивали не то, что студенты-тихони, но и окна, были причиной того, что сейчас в этой аудитории сидел одинокий юноша в очках, и хмуро поглядывал в разложенные на столе тетради…

— Когда я успел это записать? — рука юноши невольно потянулась к вновь отросшей до уровня плеч угольно-чёрной шевелюры, когда Крис Блэк одёрнул себя. — Да что это…

Всё, что происходило, казалось, ускользало от его внимания. Кадзуто подмечал за собой странности, движения, привычки, которыми парень до того не обладал, и в которых раньше просто не было необходимости или смысла, но которые отдавались в сознании чувством странного облегчения…

— Я точно схожу с ума, — выдохнул парень, вновь одёргивая себя. — Может, я недостаточно сплю?..

«Мне надо отвлечься,» — думал Крис, снимая очки и потирая переносицу, вновь подмечая за собой странность.

Кадзуто ожидал, что будет куда дольше привыкать к ношению очков. Но не прошло и пары дней с покупки, как пара очков в прямоугольной оправе совершенно перестали ощущаться как нечто инородное, как будто юноша прожил с ними как минимум одну свою жизнь…

«Точно нужно отвлечься…» — он тряхнул головой. — «Научной работой не помешает заняться — я и так бездельничал несколько дней…»

Юноша раздумывал над тем, что ему ещё сделать, когда, наконец, вспомнил о небольшой детали, которая совершенно вылетела из головы:

«У меня всё ещё есть своя лаборатория… ну, почти своя,» — раз уж у него появилось своё, закрепленное за ним место, то было бы глупо ей не воспользоваться. — «Если там кто-то ещё работает, то, может, стоит зайти и познакомиться?»

Крис кивнул своим мыслям, сложил свои тетрадки в сумку и вышел из заставленного кабинета. Прежде, чем идти знакомиться с предполагаемым…ой соседкой по рабочему месту, нужно было кое-что подготовить.

***************

«Ну, по крайней мере, я постараюсь быть вежливым. Надеюсь, она адекватная…»

Немного печенья в пакете — изумительно пахнущая новинка, появившаяся в Мицугоши буквально вчера, поправить мантию, тихо постучаться, выждать секунду, осторожно приоткрыть дверь и войти…

Окна были открыты, давая дневному свету и свежему воздуху беспрепятственный проход в просторный класс, вдоль стен которого были расставлены столы, создавая одно растянутое по всему классу рабочее пространство…

В самом дальнем от входа уголке класса оживлённо хлопотала она — чуть выше его ростом и чуть шире в плечах, одетая в мантию Научного Факультета, студентка, поглощённая своим занятием настолько, что даже не обратила внимания на появление парня…

Рассматривая её, Крис также подметил цвет волос — розовый, напоминающий жвачку…

«Мне стоит перестать уделять цветам столько внимания…» — он тряхнул головой, и тут же, кажется, студентка услышала.

— Вам что-то нужно? — спросила она, поворачиваясь к Крису.

По лицу Крис однозначно не мог сказать, сколько ей лет — девушка выглядела явно старше своего возраста, несмотря на чистое, без признаков недосыпа, лицо, и пару крупных светло-карих глаз.

— Декан сказал, что я могу воспользоваться этой лабораторией, и сказал, что я здесь не один. Я просто хотел познакомиться, и договориться, чтобы мы не мешали друг другу, — ответил Крис. — Я Крис Блэк, с первого курса.

— Шерри. Шерри Барнет, второй курс, — представилась студентка.

«Не суйся к Шерри Барнет…» — парень вспомнил напутствие Салливана, — «Ну, если что — декан сам мне это разрешил…»

— Я займу ближайший угол у окна, к двери, хорошо?

— Хорошо, — кивнула девушка, — Моя научная работа связана со вспышками и маной, поэтому не стоит пугаться.

«Вспышки и мана… любопытно» — Крис бросил взгляд на стол, где с одной стороны были разложены несколько развёрнутых на разных страницах книг, а также разложенную по одному из столов конструкцию, напоминавшей не то сеть, не то гирлянду, нарисованную на большом листе бумаги и обмазанную чем-то вроде туши или лака, для придания объема.

На ней Крис отчётливо видел с десяток рун Свет, нарисованных чуть по-разному, под разными углами, с разной длиной звеньев, жирнее и тусклее…

— Э-это моя научная работа! — кажется, Шерри заметила направление взгляда.

— Прости. Может быть, это не моё дело, но для чего тебе сразу десять рун Свет, разного размера и параметров? — не то, чтобы Крис хотел совать в это свой нос, но любопытство взяло верх — впервые в Академии он увидел что-то, с чем уже имел дело.

— Ты знаком с рунами? — спросила девушка.

— Очень поверхностно и вскользь, — расплывчато ответил Блэк, на что Шерри немного замялась, но затем перевела взгляд на свои заметки.

— Суть моей работы — это анализ принципов работы артефактов древности. Таких, что были созданы ещё до Бедствия, и после него, — пояснила студентка. — У меня хорошо получается работать с рунами и магией, и я пытаюсь решить одну серьёзную проблему…

— Артефакты может использовать не каждый? — Крис выстрелил наугад, но, помня о собственном опыте применения рунной магии, он не думал, что так уж далёк от истины.

— Именно. Артефакты, которые можно датировать уже после Бедствия, и на протяжении некоторого времени, этой проблемы лишены. Те, что можно определить как созданные после этого периода и до Бедствия сложно заставить работать, или их работа… нелогична, — видя, как горят у студентки глаза, Крис мог лишь кивнуть своим мыслям.

«Мы с ней похожи…»

— Могу я взглянуть? — студентка кивнула и чуть отошла, позволяя более внимательно осмотреть это монструозное нечто…

«В жизни не видел таких рун…» — прежде, чем мана достигала контуров руны Свет, она должна пройти от тридцати до сорока сантиметров чего-то, что напоминало не то вензельную подпись, не то арабскую вязь. — «И если назначение рун Свет понятно, то для чего им такой извилистый путь?»

— А что это вообще было?..

— Этот рунический массив был на приборе, который был чем-то вроде светильника. Я могу запитать каждую из рун Свет и заставить их работать, но когда я просила трёх ребят испытать этот массив, сработало только у одного. И я думаю, что что-то не так с массивом…

«У неё получилось достичь Резонанса на таких рунах?» — Крис недоуменно наклонил голову.

— У меня есть одна мысль, — Крис коснулся линии, ведущей к первой руне, запитал её маной и принялся контролировать изменения магических частот, происходящие во время «работы» руны.

«Одна единственная линия, затем она пошла разделяться на две линии, и в этих линиях мана проходит, теряя частоту… Маны на таком промежутке потеряется много — но так или иначе, в точку соприкосновения всё равно придёт два потока разночастной маны» — как только потоки столкнулись, в этой точке вспыхнула яркая точка холодного белого света.

— У тебя получилось! — Шерри радовалась как ребёнок.

«Гипотеза. Эти «вензельные» руны — это что-то вроде стабилизаторов — и даже если два человека с разной частотой маны будут пользоваться им, то Резонанс всё равно случится»

— И кажется, я начинаю понимать в чём дело…

— Хи-хи! — и снова кто-то совсем рядом, едва ли не на ухо, хихикнул.

Крис обернулся — но там снова никого не было.

«Это уже начинает действовать на нервы…» — вздохнул Кадзуто.

— У меня начинает появляться мысль, но прежде, чем делать выводы, я проверю всё ещё раз десять, — Крис запитал вторую линию, с чуть другими стабилизаторами — и на выходе вместо белого света был насыщенный синий.

«Третья — красный»

«Четвертая — тёплый белый»

— А вот это неожиданно… Но общую суть я уловил.

«Выходит, Резонанс Света при незначительном отклонении исходных частот может ещё и другой цвет приобретать…»

— Я не до конца уверена, что именно ты сделал, но…

— Но? — Крис прищурился.

— На разных участках массива, от рун было разное ощущение… Наверное, так.

«А что, если…»

— И я начинаю понимать. Шерри, я могу провести небольшой эксперимент, чтобы проверить уже мою теорию. Поможешь?

— Такое ощущение, что это не моя научная работа, а твоя, Крис, — девушка тихо усмехнулась. — И что это за эксперимент?

— Опиши, что ты чувствуешь? — Крис свёл вместе два пальца и создал два потока разночастотной маны. На кончиках пальцев возникла точка, излучающая холодный белый свет…

— Как это… возможно? — Шерри тряхнула головой. — Это очень странное чувство — оно не похоже на ману, хотя явно с ней связано. И оно очень яркое, чёткое — как будто мана проходит через пальцы, но перед этим прошла через руну.

«Шерри способна чувствовать Резонанс. И не просто чувствовать, как Беатрикс — она близка к тому, чтобы понять его природу» — этот вывод напрашивался сам собой. Крис погасил свет, прекратив подачу маны.

— Как у тебя это получилось?

— На самом деле, всё очень просто. Для этого нужно всего лишь понять природу рун, отлично контролировать ману и уметь менять её частоту в теле, — Крис пожал плечами.

«Хотя… не слишком ли это сложно для кого-то вроде неё?»

— Звучит… сложно. В научном издании нашей академии или Лаогуса я не находила такого метода использования магии, — Шерри поправила мантию и глубоко задумалась.

— У меня не очень хорошо получается, — юноша пожал плечами. — К тому же, сомневаюсь, что я один смог достичь подобного результата.

Крис не мог не признать, что здесь он слегка лукавил — всё же, то. чего он достиг, явно выходило за рамки… Но юноша ловил себя на мысли, что этим действием он показал чуть больше, чем хотел бы.

«Однако, это действительно любопытно — значит, есть те, кто способен глубже воспринимать Резонанс, если не понимать его…»

Глядя на задумавшуюся студентку второго курса, Крис невольно почесал затылок. Простая попытка познакомиться в итоге привела к подобному исходу — и парень находил это крайне забавным.

«Что-то я увлёкся… Надо и в свою работу что-нибудь вписать» — Крис отошёл к своему столу, достал тетрадь с записями по его научной работе, и задумался.

— А в чём заключается сущность твоей работы? — Крис повернул голову и столкнулся взглядом с Шерри. И не то, чтобы парню было, что скрывать, но когда на него смотрят такими горящими от интереса глазами, Кирито едва ли мог отказать…

***************

«Скорее всего, эти стабилизирующие витки были сделаны такими из прихоти создателя… иначе в них нет смысла» — после окончания занятий в Академии, Крис был взбудоражен. Юноша ощущал прилив вдохновения, словно в спину его подгонял сильный ветер. — «Надо будет одолжить у Шерри справочник — в библиотеке таких точно не было…»

Крис уже было собирался войти в свою студенческую квартиру, когда заметил, что из почтового ящика у входа выглядывал корешок конверта. Не особо задумываясь о содержании, парень вытащил его и всё-таки вошёл в квартирку, скинув на стол сумку и плюхнувшись на кровать, свесив ноги.

— И кому же я понадобился? — юноша осмотрел конверт, и всё-таки заметил бледную подпись:

«Типография Новой Александрии, редакция»

«Да ладно… Они всё-таки про меня вспомнили?» — Крис понял, что это было за письмо, и он нетерпеливо распечатал конверт.

«Крису Блэку от редактора типографии.

Спасибо за тёплые слова о нашей работе, мистер Блэк. Весь наш коллектив ценит это, и намерен поддерживать такой же достойный результат…»

«Бла-бла-бла. Кажется, я переборщил с лестью…» — он сразу перевёл взгляд в середину письма:

«К сожалению, мы не можем связаться с автором Нацуме Кафкой — насколько нам известно, вместе со своими книгами она отправилась в поездку по континенту, с целью продвижения своих работ за пределами королевства»

«Попытаться стоило…» — Крис не стал читать письмо дальше, положив его рядом с собой.

Ранее, Кадзуто пытался связаться с Кафкой, но не имея адреса, сделать этого не мог. Однако, учитывая, что отпечатывались книги в столичной типографии, возможно, у них могли быть контакты женщины…

«Либо ждать её возвращения в Мидгаре, либо ехать неведомо куда, и искать Кафку уже там…» — так или иначе, Крис собирался получить свои ответы. Чувство воодушевления сменилось задумчивостью, словно письму удалось выбить из его головы прочие мысли.

— Хи-хи, — где-то поблизости послышался звонкий смешок.

Крис поднялся на кровати и завертел головой, пытаясь найти его источник. Но как юноша не осматривался, в комнате из живых был лишь он сам…

«Может, это та штуковина под Академией так действует?» — странности и проблемы парня начались именно после его необдуманной, импульсивной вылазки. Один из выводов напрашивался сам собой. — «И что это выходит — слуховые галлюцинации, смена привычек, ухудшение зрения…» — Крис посмотрел в зеркало, снова приглядываясь к изменившемуся цвету. — «Или изменение глаз с малопонятным эффектом, и прирост общего объема маны? Странный набор»

То, что юноша пережил, было не сравнить со всеми проявлениями Резонанса 98, с которыми Кирито уже успел столкнуться, и делать однозначные выводы было пока рано… но жить эти проявления мешали прямо сейчас.

«Может, это и есть Одержимость?» — он задумался. — «С одной стороны, слова богослова следует делить на десять, и даже оставшееся просеивать через фильтр. С другой, если принять, что Диаблос существовал, и даже сейчас не прекращает попыток возродиться, то… да всё равно, это бред. Если для его возрождения нужна Одержимость, то он спокойно мог возродиться и раньше — Одержимых явно не один и не два за всю историю было»

— Хотя, кажется, у мастера Беатрикс что-то подобное было — по крайней мере, это явно Резонанс 98, — Кирито лёг и положил руки под голову. — Может быть, это некое промежуточное состояние — между «здоровым» и «тяжело больным» — и если остановить развитие Одержимости или излечиться от неё в такой момент, то его последствия будут продолжать действовать…

«Беатрикс конечно казалась мне странной, но если вспомнить про пример декана… Это может иметь смысл»

Крис не знал, сколько времени он провел, смотря в потолок, выводя из своих догадок теории, опровергая и отбрасывая те, что не проходили проверок фактами. Хотелось отключить голову, остановить этот нескончаемый калейдоскоп додумок и призраков, мелькающих перед глазами…

«Сколько это ещё будет продолжаться…» — с одной стороны, Крис понимал — не прилагая усилий, цели не достичь. Но с другой…

С другой стороны, Кирито видел в происходящем огромную несправедливость. Словно кто-то настойчиво издевался над ним, управлял им при помощи призрачной надежды, словно парень был осликом, а надежда — морковкой, до которой было не дотянуться…

«Что я делаю не так?»

Веки наливались свинцом. Казалось, что в этот момент буря в голове утихала, солнечный свет пробивал через облака себе путь. Всё, что Крис был способен ощущать, немело и исчезало, уступая место пустоте…

— Ты всё делаешь правильно, — где-то на грани сознания, послышался голос.

И чувство благодатного покоя поглотило парня…

*********************

Вечер прошёл, за ним прошла и ночь. Крис Блэк не просыпался. Но с первыми лучами Солнца, пробудилось нечто совершенно иное…

Определённо, лицом и телом это был всё тот же юноша, что, придя вчерашним вечером домой, лежал, сверля потолок взглядом… Но его разум и сознание продолжали безнадёжно спать, погружённые в тягучую, словно смола, пелену темноты…

— Ну что за неряха, — сознание, пробудившееся вместо него, привело тело в движение. Юноша распрямился и как следует потянулся, разминаясь. — Такой умница, но при этом — неряха, — сущность, что завладела телом Криса, поправила чёрное гнездо на голове, и принялась неспеша расчёсывать его.

«Кажется, в этот раз у меня будет больше времени» — она жадно втянула носом воздух, и прикрыла глаза, явно наслаждаясь витающей в воздухе смесью запахов дерева, бумаги и готовящейся пищи. доносящихся откуда-то с улицы.

Наконец, закончив приводить волосы в порядок, она щёлкнула пальцами, позволяя волне маны омыть каждую клеточку в теле, пробуждая, подстёгивая и запуская процессы, бодрящие не хуже пары чашек кофе.

Залегшие под глазами тени понемногу бледнели, словно сливаясь с белой кожей лица. Осунувшееся, словно принадлежащее мертвецу, лицо оживало, к нему приливала кровь, и даже улыбка, до того больше похожая на гримасу боли, теперь казалась живой…

«Как можно доводить себя до такого?»

Подойдя к зеркалу, она могла рассмотреть себя как следует, и удостовериться, что теперь оттуда смотрит совершенно иной человек — и все же, это явно был Крис Блэк.

Она была удовлетворена результатом своей короткой, но по-своему утомительной работы. Сущность вышла на балкон, где неспеша разгорался рассвет, и где по улицам города неспеша пыхтел паровоз…

Где-то под окнами слышалась возня, громкое, жалобное мяуканье и шипение…

Теперь ее мысли были обращены к тому, чтобы снова — впервые за столетия, ощутить вкус пищи, и услышать речь кого-то, кто не был наивной, ведомой и неспособной увидеть что-то дальше носа, кошкой.

«Прости меня, Лили… и спасибо, что скрасила моё одиночество» — словно повинуясь ее мыслям, где-то под ее окнами бегали кошки — белая, черная, трёхцветная, и явно о чём-то спорили на лишь им одним понятном языке.

Не было ненависти, гнева или злобы. Было лишь чувство гармонии, сострадания и умиротворения, были намерения и желания, не уходящие дальше горизонта.

Хотелось вновь ощутить вкус мяса, услышать мелодию, вдохнуть аромат цветов, и… просто провести на этом свете хотя бы ещё один день. Ничего больше…

Пусть не как Аврора — но как Крис Блэк, гениальный студент Академии, по ее меркам архаичной, если не сказать, сказочной…

******************

— Кто ты и что ты сделал с нашим Крисом?!

Соседки Криса — Жанна и Амелия, не стеснялись угощать парня кофе по утрам, в обмен на помощь с домашним заданием. И ощущать давно утраченный вкус напитка, напоминающего Авроре о давно утерянных годах молодости, было… необычно.

— А что со мной не так? Я просто выспался, — на лице возникла улыбка — по-своему добрая, с лёгкой хитрецой, воплощающая собой наглость и невинность одновременно…

— Выспался? — зеленоволосая эльфийка издала громкий смешок, перетекший в приступ хохота, — Ну ты скажешь, конечно! Ты как минимум привел волосы в порядок, умылся, выспался за всю жизнь и походил к целителю неделю-другую. И все это — за одну ночь… Как у тебя это получается?

— Секрет фирмы, — Аврора ответила ей обезоруживающей, хитрой ухмылкой.

— Да ну тебя!

— Кстати, Крис, — вторая эльфийка обратилась к нему, — Сегодня как обычно, в Мицугоши?

— Конечно, — ответила Аврора, вспоминая, что вечер перед выходными Крис проводил в шумной компании, играя в карты и общаясь.

«Это будет интересно…» — подумала она.