Клинков 5. Последний хаосит

Глава 1

— Пока всё идёт как надо, — пробормотал Глеб.

Он бросал внимательные взгляды вперёд и по сторонам.

Колонна тронулась из Чернореченска на рассвете. Так как город находился в отдалении от Зоны, то первые пару дней мы проделали путь в относительной безопасности. Сейчас же тяжёлые повозки с артефактами и припасами скрипели, даже несмотря на чары уменьшения веса. Зачарованные лошади шагали ровно, без суеты, а в воздухе витал запах нагретого металла и сухой травы.

— Не каркай, — бросил ему Аскольд. — Мы уже в Зоне.

Аскольд был прав. Условно говоря, мы уже преодолели границы Зоны, и поэтому расслабляться было нельзя. Впрочем, впереди ехали лёгкие конные разведчики из рода Нестеровых, а уже за ними двигался остальной караван. По флангам же расположились бойцы Велигорских и мои воины. В арьергарде двигались защитные маги, лекари и алхимики из рода Нестеровых.

Задачей было не только отбивать нападения монстров, но и охранять тяжёлые повозки с провиантом и необходимым снаряжением.

— Чувствуешь? Воздух как перед грозой, — сказал Аскольд.

— Не гроза, — ответил я. — Просто Зона.

Уже вечером этого дня наша колонна врезалась в первое серьёзное препятствие. Разведчики из Нестеровых донесли, что у опалённых камней посреди высокой травы наблюдалась активность монстров.

Это была стая баргестов — искажённых зверей, напоминающих собак или волков, покрытых толстыми шкурами из грибковых наростов.

— Может, стороной обойти? — предложил Гавриил.

— Нет, — раздалось два ответа одновременно.

Мы с Ярополком переглянулись. Он тут же кивнул мне.

— Пройти мимо не сможем, — сказал я. — Если не зачистим, на нас нападут ночью. Нужно выкурить их из логова.

Ярополк дополнил:

— Эти твари охотятся ночью, убивают всё живое в округе и несут в гнездо.

— Тогда мои пойдут в лоб, — предложил я. — А твои зайдут с флангов.

Баргесты не представляли угрозы для хорошо организованной группы, так что я собирался дать своим бойцам, не входившим в число ближников, возможность войти в боевой ритм.

Так и сделали. Я поднял волну густого тумана, прикрывая подход бойцов. Это было одно из освоенных мной площадных заклинаний, у которого я мог менять свойства по необходимости. В данном случае я использовал обычную дымку для прикрытия, но можно было, например, создать иллюзии движения или добавить ядовитые свойства, когда это было необходимо. Получалось не вспомогательное заклинание, а отравляющее площадное.

Туман не только прикрыл моих бойцов, но и скрыл запах, что позволило им подойти ближе. Аскольд и Сольвейг вели ударные группы, Велигорские действовали на флангах, образуя полукольцо. Бой был коротким, но жестоким.

Баргесты вырывались из укрытий и прыгали прямо в туман, стараясь разрывать плоть и добраться до костей и внутренних органов. Но против зачарованных доспехов и защитной магии шансов у них не было.

Отряд из двух родов очистил гнездо, а маги из рода Нестеровых быстро сняли шкуры и срезали остальную добычу с монстров. Среди трофеев оказалось два окаменевших образования с нестабильной маной, непонятно как оказавшихся здесь, на краю Зоны. Они были отправлены в контейнер для анализа.

Затем мы сожгли гнездо и двинулись дальше.

Зона каждый день напоминала, что вокруг не просто степь. Под безжалостным солнцем стояла странная тишина. Даже ночью, во время привалов, было нечем дышать, и не чувствовалось никакой прохлады.

На следующий день после столкновения с баргестами мы вновь двигались дальше, вглубь Зоны. Пыль на тропе поднималась в воздух под копытами лошадей. Солнце в зените полыхало без жалости, и даже заклинание охлаждения, наложенное на плащи, помогало лишь отчасти.

— В прошлый раз было легче, — угрюмо произнёс Глеб.

— Это ещё что, — весело усмехнулся Аскольд. — На севере в Зоне не только сопли, но и плоть замерзает. Даже дышать иной раз не получается.

— Да-да, север… Только мы не на севере. Я б сейчас многое отдал за несколько пригоршней снега.

— Брось, — отмахнулся Аскольд. — Скоро зелья раздадут — станет полегче.

— Ну-ну.

Я ехал рядом с Аскольдом, попутно подмечая глазами местность вокруг. В Зоне нельзя было расслабляться. Монстры могли вынырнуть будто из воздуха. Более того, всегда была вероятность натолкнуться на засаду.

Я вдохнул горячий воздух и нахмурился.

— Аскольд.

— Да? — тут же отозвался одноглазый.

— Я чувствую запах тления с северо-востока.

Я прикрыл глаза и напряг свои чувства — присутствие тварей вроде не обнаружил.

— Пахнет, говоришь? — протянул Аскольд. — Трава вроде обычная.

Разведгруппы тоже молчали, но я всё равно подал знак. Рома и ещё несколько магов подняли защитные купола.

Вовремя.

С неба, словно отделившись от солнца, вниз снарядами упали с полдюжины существ с прогнившими крыльями и кусками панциря, словно покрытого чем-то блестящим. Воздух разорвали встревоженные вскрики.

Я тут же отправил несколько Клинков хаоса в направлении тварей. Рома тоже не отставал и резал Воздушными серпами, усиленными хаосом. Впереди огненный маг ударил в воздух Огненным вихрем.

Падальщики ударились в защитные барьеры, следом в них прилетело с десяток заклинаний. В итоге гниющие заживо птицы остались лежать в высокой траве.

С них не стали собирать даже трофеи — настолько мерзкими и бесполезными были эти твари.

Несмотря на то, что Нестеровы, как мы и договаривались, предоставили дополнительный разведотряд, обязанности по следованию в авангарде переходили из рук в руки на разных участках пути.

Когда мы не находились на острие, дорога во многом напоминала прошлые приключения. Весна и Ира обсуждали свойства трав, Глеб с Аскольдом спорили, сверяя маршрут, Сергей с Ромой обсуждали последний бой, а Сольвейг смотрела на запад, вдаль от извилистой дороги. Туда, где дымились едва заметные призрачные холмы и откуда доносился низкий гул.

— Это ещё что такое? — спросил один из бойцов.

— Не знаю, — пробормотал я и прислушался к своим ощущениям. — Вроде чисто.

Но что-то подсказывало мне, что нам стоило максимально избегать столкновения с тем, что скрывалось за холмами.

Благо, после столкновения с падальщиками мы проделали часть пути спокойно. Остановились на привал вечером.

Разговоры в основном касались одного и того же: жары, воды, трофеев и запасов маны. Нестеровы собирали травы, скоблили камни в поисках налёта, иногда просили сопровождение, и тогда я отправлял одного-двух бойцов. Сегодня же копошиться в окрестностях вызвался Гавриил, и я решил составить ему компанию.

Сухощавый, с острым лицом и серебряным амулетом на шее, он казался чужим для Зоны. Но ключевое слово здесь «казался». Я в дороге узнал, что у него больше двух дюжин вылазок в Зону. Каким бы крутым алхимиком ты ни был, в Зоне выживают сильнейшие, и ничто, даже лучшие стражи рода, не спасут тебя от смерти.

— Говорят, ты Инквизитора убил, — неожиданно произнёс Гавриил.

Он откалывал кусочки белесого камня с земли.

— Да, было дело, — честно ответил я.

Некоторое время Гавриил просто стучал ритуальным кинжалом по камню, а затем стирал осколки в порошок. Он растёр порошок по ладони и сдул его перед собой. Светлый порошок на мгновение вспыхнул бирюзовым.

— Нашёл что-то? — спросил я.

— Пока не уверен… — протянул Гавриил.

Он достал из кармана компас, открыл крышку и долго, минут пять, всматривался в стекло. Я не стал подходить ближе, заглядывать через плечо и вообще как-либо мешать ему. Не моё это дело.

— Мой старик как-то сражался с инквизитором, — неожиданно произнёс Гавриил.

— Да ну?

Я представил Никиту Николаевича. Нет, рангом он был Мастер, вот только, насколько я знал, никакой мощной боевой магией он не владел. А схлестнуться с Инквизитором — это для многих боевых магов смерть, не то что уж алхимиков. Впрочем, сомневаться в словах молодого Нестерова у меня причин не было.

— За что дрались? Хоть сомневаюсь, что солнечники полезли бы на предковеров.

Гавриил закрыл крышку компаса, повесил его на пояс и повернулся ко мне лицом. Он улыбался.

— Отец говорит — за честь.

— А на самом деле? — усмехнулся я.

— Дед, да сохранят предки его память, рассказывал, что из-за женщины. Кому верить — каждый решает сам.

Гавриил повернулся в сторону и жадно вдохнул воздух ртом.

— Кислый, — задумчиво произнёс он.

Я принюхался. Вроде всё было нормально.

— Что это значит? — спросил я.

— Пока не знаю. Но думаю, что ничего хорошего.

Гавриил отряхнул руки.

— Пойдём. Спасибо, что составил компанию.

Ночь сменилась утром, изменился и пейзаж. Кусты потеряли привычную форму, трава покрылась блёклым налётом, а вдалеке из земли торчали кости — то ли звериные, то ли хуже.

Я почувствовал присутствие сильного монстра издалека. Впрочем, Ярополк тоже, как и ещё несколько Мастеров.

Земля под ногами вздрогнула. Несколько лошадей испуганно заржали. Воздух как будто наэлектризовался. На холме, на фоне восходящего солнца, показался здоровенный монстр. Он был на горизонте, но его силуэт можно было заметить даже без усиленных чувств.

— Здоровый ублюдок, — пробормотал Аскольд, прищурившись.

Магическое восприятие позволяло увидеть монстра в полной красе, и он впечатлял. Отдалённо похожий на лося, но больше в три-четыре раза. На лбу красовались панцирные пластины, а рога уходили в стороны. Даже отсюда я чувствовал, как в твари бешено пульсирует мана — бледный фиолетовый фон. Чёрный мех казался чужим здесь, в степи, но, кажется, монстру было наплевать.

— Чернорог, — произнёс я.

Этот монстр был одиночкой, а это означало, что он был особенно опасен.

В передовом отряде были Велигорские. Ярополк отдал короткий приказ, и авангард рассредоточился.

Ребята у них, похоже, привыкли к подобной работе.

— За мной! — скомандовал я, и моя группа всадников устремилась на помощь.

— Максим, — обратился ко мне Ярополк, — нужно обездвижить тварь.

Я смотрел, как чернорог поднялся над землёй и заревел. Казалось, волна звука долетела даже до нас.

— Не получится, — спокойно бросил я.

— Почему?

Я понимал, что всё на свете знать было невозможно даже такому опытному охотнику, как он.

— У чернорога устойчивость к магии.

— У нас здесь дохрена Мастеров, — ответил Ярополк. — Полной устойчивости не…

— Нет, ты не понял. Эту тварь невозможно пробить. Никакой магией. Ни шкуру, ни рога, ни кости, ни панцирь.

Тем временем чернорог потратил всё терпение, если оно у него вообще когда-то было, и рванул вперёд. Он нёсся вперёд, словно огромный таран, и чем-то напоминал огромного огра из Выкречи.

— Тогда придётся сражаться в ближнем бою, — выдохнул Ярополк.

— Не совсем, — сказал я и перевёл взгляд на Ермака.

— Что? — непонимающе спросил он.

Но парень он был соображающий. Так что сложил два плюс два.

— Не-е-ет, — тут же протянул он, смотря на приближающуюся к нам тушу.

— У каждого правила есть исключение. Ментальной магией не нужно пробивать защиту чернорога. Нужно лишь наладить зрительный контакт. Мы все будем отвлекать его, а ты, Ермак, должен будешь выждать момент. Нельзя подпускать монстра к каравану.

За информацию о слабом месте Чернорога в своё время отдал жизнь не один боец. Всё в Зоне имеет свою цену. Но это совсем другая история.

— Хорошо, — быстро ответил Ярополк.

Тем временем чернорог преодолел примерно треть разделяющей нас дистанции. Если учитывать, что он показался на горизонте, то скорость была ужасающей.

— Ну что, — оскалился Ярополк, — поохотимся?

Несмотря на приближающуюся тварь, воины Велигорских не паниковали. Они, похоже, были привычны к тому, чтобы оттягивать на себя агрессию крупных тварей.

Отряд всадников, состоящий из моих людей и Велигорских, максимально сосредоточился и двинулся вперёд. Мы не мешкали и старались максимально удалиться от повозок. Впереди, среди низкой травы, нам навстречу нёсся разъярённый гигантский лось.

Двести шагов. Сто пятьдесят. Сто. Чернорог зарычал. Ему в ответ раздались боевые выкрики людей, смешанные с бранью.

Весна сделала короткий жест, и перед чернорогом из земли вскинулись корни. Он ударился лапами, споткнулся и покатился по земле кувырком.

Я использовал Воронку хаоса, но не для того, чтобы затянуть в неё чернорога. Нет, это была модифицированная версия. Вместо случайной стихии я использовал конкретно стихию земли, и воронка засасывала эту самую землю вместе с травой и чернорогом. Вот только огромный лось отказывался сдаваться.

Он рванул вперёд, не обращая внимания ни на что, и снёс всадника Велигорских с коня, поломав ему все кости. Затем ударил по земле, и несколько бойцов свалились с лошадей, не удержав равновесия. Лишь для того, чтобы быть погребенными под задними лапами монстра. Чернорог заревел. Вокруг разнеслась гниющая вонь.

— Ермак! — обратился я к менталисту в своей голове, снимая барьер.

— Ермак!!!

Мне в ответ пришла звуковая волна:

— Да что?!

— Дуй за мной!

Часть бойцов развернула коней, стараясь разорвать дистанцию… Чернорог прыгнул вперёд и угодил во вторую Воронку хаоса. На этот раз он зарычал и ударил лапами по земле, лишь для того чтобы их затащило внутрь.

Мышцы огромного лося напряглись, словно канаты, и он одним прыжком вырвался из ловушки. Я запустил в него сразу пять Клинков хаоса, один за другим, и эта тварь безошибочно поняла, кто создавал неудобные ловушки. Монстр бросился ко мне. Я же скакал вперёд, не сбавляя скорости.

Огромная туша неслась на меня. Фиолетовые глаза, злобные и ненавидящие, так, как умеют только монстры, смотрели прямо на меня, не отводя взгляд. В этот момент я свис вбок.

За моей спиной скакал Ермак.

Знал ли я, что менталист справится? Нет. Но другой выбор был — сражаться с огромным лосем в рукопашную, а это означало десятки жертв.

Чернорог споткнулся и полетел вперёд, вспахивая землю.

Я дёрнул поводья, и мой конь дёрнулся в сторону.

На мне висел Щит хаоса и защитное заклинание Весны. Вот только, когда туша лося пронеслась в сантиметрах от меня, от звуковой волны лопнул не только изумрудный щит ведьмы, но и Щит хаоса вместе с моими перепонками. Я ни черта не слышал и, лишь развернув коня, увидел, что огромное чудище лежит у ног Ермака, который уже успел спешиться.

Я не слышал команд, но видел, как Ярополк отдал приказ.

Я знал: Ермак не сможет удержать тварь долго, поэтому махнул своим бойцам. Воины бросились в ближний бой. Они рубили, кромсали тело чернорога, резали сухожилия и пытались добраться до внутренних органов — так же, как баргесты несколько дней назад.

Мир вокруг закружился. Я спешился и почувствовал, как разрывающая боль отзывается в ушах. Челюсти сжались от тошнотворного давления внутри головы, но вокруг не было слышно ни звука. Я провёл пальцами по вискам. Тепло. Кровь.

Ко мне подскочила Весна. Она что-то говорила, её губы двигались, но слов я разобрать не мог. Я ткнул пальцем в ухо и покачал головой. Она поняла меня, тут же метнулась к поясу, вытащила склянку, использовала простенькое заклинание. Свет вспыхнул перед лицом, пахнуло горьким ментоловым паром.

Это было усовершенствованное зелье лечения, которое должно было подействовать практически мгновенно. Я тяжело вздохнул. Надо же, одной ударной волны хватило, чтобы разбить два щита. Вот только додумать я не успел.

Я замер, ведь я почувствовал то, о чём говорил Гавриил. Едва заметный кисловатый вкус в воздухе. Казалось бы, как его можно почувствовать? Наверное, это из-за того, что пока у меня не работал слух, остальные чувства обострились.

Земля завибрировала и содрогнулась. Весна чуть не упала, потеряв равновесие, но я успел схватить её за локоть.

Кто-то из Велигорских указывал в сторону горизонта — на запад, туда, куда ещё совсем недавно смотрела во время пути Сольвейг. Туда, откуда я чувствовал приближение опасности.

Я вдруг понял. Толчок, который мы почувствовали, был вовсе не от чернорога. Кислый запах, инстинкты, говорящие об опасности, бирюзовый налёт — всё сложилось воедино.

Ведь там, на горизонте, небо было того же неестественно бирюзового цвета, смешанного с чёрными тучами. Они нависали тяжело и низко, и весь пейзаж напоминал картину сумасшедшего художника.

Но тучи шевелились, гнулись, изгибались, а внутри мерцали разряды — не громовые, а изломанные и фиолетовые. Магические.

Раздался хлёсткий резкий звук. Первый звук, который я услышал, как только слух вернулся ко мне. Вторым же звуком был мой собственный голос:

— Магическая буря! В укрытие, немедленно!

Земля под ногами вновь затряслась, небо с грохотом вспыхнуло.

Мы были прямо посреди степи. Здесь нет укрытия.

Магическая буря, что была отмечена на карте там, где мы не стали прокладывать маршрут, надвигалась на нас. Быстро и неизбежно.

Глава 2

— Магическая буря! — снова рявкнул я, как только увидел очередной всполох фиолетовой молнии в небе. — К повозкам, немедленно!

Тучи над головой сгущалась прямо на глазах. С каждой секундой они опускались всё ниже и ниже. Раздались голоса других лидеров. Ярополк подгонял своих, Гавриил возился в телеге и отдавал приказы алхимикам.

— Зелья, сейчас же! — скомандовал я Весне.

Она поняла меня ещё до того, как я закончил говорить. Вскочила на скакуна и рванула к нашей телеге. Если сейчас же не раздать зелья, то пережить последствия магической бури у нас не получится. Изменённая мана да ещё и в её непосредственном источнике — это, без надлежащей защиты, верная смерть.

Совсем близко к нам в землю ударили магические разряды. Рваные, искажённые, будто сама реальность рвалась на куски. Плотная, вязкая мана бурлила в воздухе. Хуже всего, что от удара стихии загорелась трава, поднимая в воздух чёрный дым.

Даже с повреждённым слухом я ощущал, как вибрация от беснующейся стихии медленно приближается и заставляет всё вокруг дрожать.

Землю тряхнуло в третий раз. Я чуть не повалился ниц, но смог удержать баланс. Затем использовал Прыжок и оказался совсем рядом с моим скакуном. Вскочил в седло и пришпорил коня. Солдаты и наёмники бросились к каравану.

Крики и команды сливались с рёвом нарастающей стихии, но я не обращал на них внимания. Я подхватил одного из раненых воинов Велегорских, силой забросив его в седло за спину. В мгновение ока мы оказались у каравана, который постепенно превращался из колонны в круг.

Лошадей и телеги сгоняли, сталкивали вместе без разбору. Не было разницы между людьми и лошадьми. Повозки скрипели, лошади ржали. Некоторых воинов после столкновения с чернорогом буквально тащили, а кого-то просто подталкивали. Паники не было. Бойцы слушали команды командиров, но это не значило, что не было суматохи. Человеческие голоса и стихия смешались воедино.

— Маги, ко мне!

Мой голос, усиленный магией, разнёсся над степью раскатом грома.

— Ко мне! — повторил я.

В считанные минуты я собрал вокруг себя десяток магов. И, самое главное, среди них был Мастер из рода Нестеровых, молчаливый коренастый мужик с бледной кожей и короткой бородой.

— Аркадий, прикрой нас!

Короткой команды хватило, чтобы он понял, что от него требуется. Защитный маг земли знал, что без стержня из плотных стен никакое укрытие не выстоит под ударом Магической бури. Какие бы магические заклинания мы ни накладывали сверху, самым главным оставалась прочная сердцевина.

Аркадий уверенно кивнул и поднял ладони вверх. Я почувствовал, как мана из самой земли пртходит в движение, будто он черпал силу даже из самой бури.

— Десять… двенадцать… шестнадцать… — я считал головы своего отряда.

Аскольд раздавал Зелья устойчивости, которые разработала Весна. Сольвейг подгоняла пинками и подзатыльниками задерживающихся бойцов.

Воздух вокруг уже наэлектризовался. Волосы встали дыбом от макушки до пят.

Рядом со мной собрались все Мастера.

Но проблема была не в защите. Мы не успевали раздать зелья, так необходимые людям, чтобы не получить магические повреждения после удара бури. А ещё ведь скакуны…

— Весна! — крикнул я.

Ведьма услышала мой голос и повернулась.

— Доставай этот чёртов ящик целиком!

Она схватилась за края деревянного ящика, где хранили зелья. Рома помог ей, и вместе они вытащили его из повозки.

— Отпускай! — крикнул я.

И тут же использовал заклинание. Ящик поднялся в воздух, как только пальцы моих магов отпустили его. Дерево затрещало, стекло лопнуло, но осколки не посыпались вниз. Я отбросил их, медленно собирая содержимое в один тёмно-зелёный шар. Времени на то, чтобы напоить каждого, не было. Но можно было поступить и по-другому. В воздухе раздался громкий хлопок… Но не стихии, а моей магии. И на землю полились тёмно-зелёные капли дождя из защитного зелья.

Это всё, что я успевал сделать.

— Аркадий, давай!

Он тут же привёл в действие своё заклинание. Словно по велению древнего духа, из земли один за другим, как стены, поднялись вверх толстые пласты. Земля, камни, кости и корни больше не подчинялись законам природы — они подчинялись закону магии. Земля бугрилась, вспучивалась и медленно, но верно поднималась дугой над всем караваном. Лошади испугались, некоторые встали на дыбы, но их тут же успокоила друидская магия Весны.

Я видел, как несколько наёмников, которые впервые видели Мастера земляной магии в деле, с ужасом и распахнутыми ртами смотрели на смыкающийся низкий земляной купол. Но Аркадий не спешил закрывать купол, давая возможность магам выставить дополнительные слои защиты поверх земли.

— Поднять щиты! Все, что есть!

Я больше не тратил воздух. Маги знали, что делать. Сразу за магией земли Аркадия в дело вступили все остальные стихии: огонь, вода, воздух, хаос. Щиты, Барьеры, Пологи — весь защитный арсенал клетчатым пледом накрыл земляной вал над нами. Аркадий ждал. Ждал, пока маги потратят ману и воздвигнут слои защиты один за другим.

Каждый усиливал купол на своём участке так, как мог. Где-то это была вязкая водная пелена с отблеском серебра, где-то тёмные хаотические щиты, а где-то и вовсе огненные нити, стягивающие магию вместе. Я видел, как бойцы едва слышно бормочут себе что-то под нос. Скорее всего, просят предков о помощи. Но все, кто мог нам помочь, находились внутри защитных барьеров.

Снаружи вспыхнуло фиолетовое пламя, и Аркадий резко схлопнул над нами земляную защиту. Всего мгновение назад вокруг гремела стихия, а сейчас она защищала нас, как курган или общий склеп.

Больше сотни живых душ оказались внутри, пока снаружи гремела стихия.

Все молчали. Внутри не произносилось ни слова, лишь горели небольшие магические светильники. Источники света, чтобы и лошадям, и людям было спокойнее. Мы молча ждали.

Через какое-то время стало душно. Пот стекал по лбу и спине так, что одежда под доспехом прилипала, и постоянно приходилось протирать глаза.

Я прикрыл глаза. В бушующей снаружи стихии было сложно разобрать хоть что-то. Но я вслушивался, старался почувствовать и понимал, что прямо сейчас наши магические щиты сминает и разрывает огромное количество изменённой маны, бушующей снаружи.

Маги, и так напряжённые донельзя, один за другим опускали руки и тяжело выдыхали. Некоторые опускались на землю, и всё оттого, что грохот стихии ломал поддерживаемую ими защиту. Один за другим лопались щиты. Воздушники, водники, огневики — это было не важно.

Я смотрел вверх. По земляному кургану пошли прожилки трещин.

— Твою мать… — прошептал Аскольд.

— Спокойно, — ответил я.

В какой-то момент над головой отчётливо раздался треск. Вот сейчас следовало ругаться. Это была основная плита купола — одна из тех, что поднял Аркадий. Сам маг земли стоял в центре, с поднятыми вверх руками, словно держа на себе всю тяжесть накрывающей нас земли.

Маги поддержки Нестеровых подпитывали его всеми силами, что могли, но этого не хватало. Он опустился на одно колено. Кровь текла из носа, а его губы неслышно шептали что-то.

Ермак медленно, но верно пробрался меж бойцов и оказался рядом с Аркадием. Он тяжело вздохнул и использовал ментальную магию, чтобы усилить земляного мага.

Сверху посыпались сухие комья земли и песок.

— Макс, если рухнет… — шепнул Глеб. — Нас всех раздавит.

— Не рухнет.

Я выпустил хаос наружу, укрепляя структуру купола изнутри. Вряд ли эта защита могла удержать бурю, но выиграть несколько секунд — вполне.

Вновь раздался треск. Вторая плита. По потолку медленно расползались новые трещины. Люди молились, молчали, ждали своей участи — стоя, сидя или даже лёжа. Кто-то не выдержал давление бури и потерял сознание, кого-то рвало. Лошади мелко дрожали.

Внутри стало практически нечем дышать. Было жарко, как в бане.

По куполу пришёлся один мощный удар. Словно молотом, проверяя его на прочность в последний раз. В следующий миг всё стихло.

Аркадий уже даже не мог сидеть. Его поддерживали два Подмастерья из Нестеровых.

Я смахнул с лица капли пота, облизал пересохшие губы и посмотрел на Ярополка. Он лишь пожал плечами.

Я чувствовал, что снаружи было скопление изменённой маны, но бури больше не было. Лишь глухой гул.

Не знаю, сколько времени прошло, но в какой-то момент я понял: ждать больше нельзя.

— Открываем купол, — скомандовал я.

Аркадий взмахнул руками и бессильно обмяк в руках соратников. Купол начал медленно расползаться.

Внутрь пахнуло свежим воздухом и запахом озона, маны и горелой травы. Я всё ещё поддерживал Хаотический щит на тот случай, если снаружи всё ещё было небезопасно. Но через несколько мгновений стало ясно: Буря ушла, оставив за собой фиолетовое небо с бирюзовыми вихрями и целое скопление магических аномалий.

Земля медленно отступила и осыпалась вокруг. Над потрескавшейся землёй клубились сгустки нестабильной энергии. Где-то в воздухе скапливались жидкие, горячие капли, как плавленое стекло. Некоторые участки травы остались невредимы, в то время как другие сгорели до черноты.

Воины и маги вздохнули с облегчением, но лишь на короткий момент.

— Гавриил! — позвал я. — Гавриил!

Старший сын рода Нестеровых нашёлся довольно быстро. С тускло светящимся компасом в руках.

— Да?

Я полагал, что волшебник использовал компас как раз для обнаружения магических аномалий.

— Пойдёшь со мной.

Я быстро сформировал отряд из своих людей и вместе с Гавриилом двинулся.

За мной пошли все ближники — Аскольд, Сольвейг, Рома, Весна и остальные.

А за нами и весь караван. Караван вновь вытягивался, превращаясь из круга в колонну.

Лошади слушались слабо. Иногда приходилось силой тащить их за собой.

— Налево, — сказал Гавриил, бросая быстрый взгляд на компас.

Я бросил небольшой камешек в противоположную сторону, и он буквально растворился в воздухе, словно в кислоте.

У Гавриила получалось обнаруживать часть ловушек и стихийных аномалий там, где подводило чутьё и инстинкты.

Что ж, когда-нибудь артефакты могли заменить человека. Но только не сегодня.

Шаг за шагом, рывок за рывком мы двигались через скопления изменённой маны, через настоящие поля, которые больше не подчинялись привычным законам.

Сзади раздался короткий вскрик. Один из Нестеровых получил ожог — задел плечом летающий в воздухе вихрь из мелкого пуха. Его быстро вытащили и перевязали.

Несколько наёмников потеряли сознание от ментального давления, которое непрерывно ощущалось с самого момента попадания в магическую бурю. Их просто закинули в телеги и продолжили путь.

Где-то приходилось идти, где-то бежать. Иногда мы возвращались, иногда петляли и теряли путь. В какой-то момент люди начали появляться иллюзии. Они особенно сильно сказывались на лошадях — местами они просто отказывались идти вперёд. Приходилось надевать шоры и использовать успокаивающие заклинания и ментальные чары.

Но никто не останавливался. Караван следовал за мной и Гавриилом.

Когда за последним вихрем маны показалась кривая, но целая гряда камней, я услышал вздох. Настоящий, живой. Экспедиция медленно выбралась из аномальной зоны. Это значило одно: мы пережили магическую бурю.

— Не останавливаться, — произнёс я.

Мы отошли так далеко, насколько позволили силы.

Но здесь, снаружи бури, уже наступила ночь, а двигаться в темноте долго было опасно. Мы остановились у каменистых холмов. Прохладный ветер развевал полы плаща и предательски забирался под мокрую, прилипшую одежду.

— Выставить периметр, — скомандовал я. — И не расслабляться.

Были организованы дозоры. Люди начали распрягать коней. Повозки медленно остановились и опустились на землю.

Ярополк, весь в пыли и грязи, подошёл ко мне и молча кивнул.

— Ночуем здесь, — сказал я.

— Уверен? — спросил Ярополк. — Можно ещё немного отъехать.

Он с опаской оглянулся назад, туда, где за спиной остались следы магической бури.

— Все на пределе. Так что остановимся здесь.

Я подошёл к своим. Аскольд сидел на земле, Глеб смотрел вникуда, Весна в отдалении помогала магам своими заклинаниями и зельями. Я слышал, как кто-то из них молился.

— Выжили… — неверяще выдохнул Рома.

— Рано тебе в могилу, — усмехнулся я. — Вера потом меня убьёт.

— Да уж, — устало улыбнулся он. — Она может.

Вокруг, несмотря на позднюю ночь, было шумно. Маги пили зелья, лекари проверяли раны. В темноте ночью загорались огни костров. Я посмотрел вверх. Над нашими головами раскинулось звёздное небо — без вихрей, молний и цветных туч. Обычное чёрное небо.

Мы расположились на ночёвку. Обязанности были распределены. Всем удалось кое-как отмыться. Кто-то, например Глеб, сразу задремал, даже толком не поев. Аскольд проверял снаряжение. Весна сидела у потрескивающего огня, завернувшись в одеяло.

— Жаль, с чернорога шкуру не сняли, — тяжело вздохнул Аскольд.

Я ел горячую похлёбку из миски. Воздух вокруг был тяжёлый и влажный. Впервые за весь наш путь, словно насмехаясь над нами, ночью настала прохладная пора. Земля вокруг словно сама испаряла остатки бури.

— Жаль рога, а не шкуру, — зевнув, пробормотал Глеб.

— Ты же спать лёг, — ехидно ответил ему Аскольд.

— А я уже выспался.

Я осмотрел раскинувшийся вокруг лагерь. Вокруг нашего костра стояли палатки Нестеровых и шатры Велигорских, а чуть в стороне ночевали наёмники. Особенно усталые и недовольные после прошедшей бури. Но они были полезны. Например, сегодня часть из них была выставлена в дозор.

Где-то вдалеке слышались мягкие шаги. Вокруг лагеря стояли ловушки и магия обнаружения.

Вот только, несмотря на всё это, я почувствовал стороннее присутствие и тут же повернулся и вгляделся в темноту.

— Максим? — обеспокоенно спросила Весна.

— Что-то не так, — прошептал я.

Я пригляделся. Лошади начали мотать головами. Одна из них била копытом землю. Воздух на самом краю моего восприятия чуть задрожал.

Я поднялся на ноги и зашагал к южной части лагеря.

— Подъём, — коротко бросил я своим. — Что-то не так.

— Здесь всегда что-то не так, — пробубнил Глеб, но вылез из спального мешка.

Я успел пройти десяток метров, может быть чуть больше, когда услышал человеческие вскрики, а следом за ними — топот и хруст. Дозорный закричал, но голос оборвался на полуслове.

— Тревога! — крикнул я и сразу подготовил несколько заклинаний.

Я рванул туда, где чувствовал чужое присутствие. Навстречу мне, скрежеща когтями по каменистому склону холма, бросился одинокий силуэт. Он не рычал, не ревел — просто прыгнул.

Я рубанул перед собой Клинком хаоса, и низкий зверь моментально разлетелся пополам. В воздух взметнулись клочья грязной бурой шерсти.

По земле из вспученных мешков по всему телу твари растеклась мутная жидкость.

— Гнилокрысы, — сквозь зубы процедил я.

Лагерь, уставший и вымотанный дневными испытаниями, пришёл в движение. Я использовал Прыжок и оказался совсем близко к передовому дозору. То, что я увидел, мне не понравилось.

Гнилокрысов было много, несколько десятков. Бурые туши, покрытые язвами, с вытянутыми мордами, ползли, прыгали и скользили в траве и по холму. Наёмники не справлялись. Уже трое лежали, истекая кровью. Ещё один гнилокрыс рвал мелкими острыми зубами орущего наёмника на куски.

Бить площадными заклинаниями я не мог, поэтому использовал Кулак хаоса, чтобы прибить сразу несколько оторвавшихся тварей, и Воздушный серп, чтобы снести тварь с бедного наёмника.

Ко мне уже подоспел Аскольд и Сольвейг. Они бросились на помощь наёмникам, ловко орудуя зачарованной сталью и хаосом. Рома поддерживал их точечными воздушными атаками. Подоспели Серёга с Ирой и другие бойцы.

Я же орудовал посохом, посылая вперёд смертельные заклинания, которые раз за разом убивали тварей. Без промаха. Без ошибки. Без жалости. Хвосты, усы и лапы взлетали в воздух под волнами Клинков и Стрел хаоса.

Я бы использовал и Воронку, но был шанс задеть своих. На соседнем участке волшебники Велигорских ударили по монстрам стихийными заклинаниями, и те начали взрываться отвратительным месивом.

Монстры лезли, как будто из-под земли. Было непонятно, как наёмники прошляпили это нападение, но за это им ещё предстояло ответить.

Сольвейг рубила двуручным мечом, и каждый удар находил цель. Аскольд крутился как юла, помогая рядовым бойцам там, где было необходимо, и расшвыривая мерзких тварей.

Наёмники, которых оттащили назад, всё ещё вопили, что только привлекало внимание монстров. Очередная крыса прыгнула и ударилась башкой об Изумрудный щит, который лопнул от воздействия.

Крысы понеслись к наёмникам сквозь клубы маны и вспышки заклинаний. Я взмахнул посохом и воздух разорвала Цепь хаоса. Она прошила сразу трёх тварей, порубив их в фарш, и улетела в темноту. Из пастей некоторых крыс вырывались брызги кислоты, но зачарованная броня бойцов ближнего боя справлялась.

За спиной засвистела тетива, и смертоносные стрелы обрушились на крыс. Одна из крыс попыталась напасть на Сольвейг с фланга, но её тут же пригвоздило к земле.

Медленно мы перемалывали тварей, оставляя за собой ковёр из мёртвых туш. Мы справились с монстрами и помогли Велигорским на соседнем участке.

Вскоре всё было кончено. Гнилокрысы оставили за собой порванные останки нескольких наёмников и с полдюжины раненых. Остальные уцелели.

Лекари Нестеровых тут же бросились перевязывать раненых.

Было непонятно, как гнилокрысы подобрались к лагерю так близко. Могли ли холмы быть их логовом? Вряд ли. Повлияла ли на них магическая буря? Вероятнее всего, она скрыла их присутствие. Маги не всесильны, когда рядом последствия бури — сложнее заметить ауры небольших монстров.

В воздухе пахло гнилью и кровью.

Ещё одно напоминание о том, что в Зоне никогда нельзя расслабляться.

До утра все были на взводе и практически не отдохнули. Да и первые лучи солнца не принесли никакого облегчения.

На рассвете я шёл между палаток. Из-под сапогов в разные стороны разлетались мелкие камешки. Повозки стояли ровно, но запряженные лошади и мулы выглядели уставшими, как и люди. В них чувствовалось внутреннее напряжение. Я заметил, что некоторые маги пытались успокоиться наложением чар.

По периметру лагеря проходила перекличка. Ярополк отчитывал наёмников и гонял тех, кто не получил ранений, с ночи до самого утра. Их оплошность чуть не стоила большого количества жизней. Впрочем, наёмники заплатили своими. Кстати, часть оплаты они за этот косяк точно потеряют. Скорее всего, проценты из доли.

Гавриил сидел на деревянном ящике и снова смотрел на компас, как будто от него зависела его жизнь. Впрочем, этот артефакт нам нехило помог во время магической бури.

Я подошёл к краю холма. На небольшом пятачке внизу наёмники закапывали мёртвые тела. Один из них хмуро посмотрел на меня. Я кивнул ему и посмотрел туда, откуда ночью пришли крысы. Земля оказалась обычной и ничем не примечательной.

Нам пришлось простоять в лагере у холмов ещё два дня, чтобы дать всем отдохнуть и восстановиться от ран. Усталость всегда имела свойство накапливаться — не только физическая, но и магическая, и ментальная.

На третий день после магической бури мы выдвинулись. Солнце снова беспощадно жарило. Особенно тяжело приходилось бойцам Велигорских, закованным в латы.

Если есть выражение «затишье перед бурей», то, пожалуй, у нашего отряда наблюдалось обратное. Затишье после бури. Мы двигались в сторону шахты и не встречали каких-либо препятствий. Иногда в воздухе мы замечали летающих монстров или обычных птиц, летящих в противоположную сторону от нашего пути следования, но кроме них — ничего.

Час за часом. День за днём.

Я скакал в авангарде вместе с Гавриилом и несколькими воинами из рода Нестеровых, когда вдалеке показались ржавые балки и неровный склон, обвалившийся внутрь.

— Это и есть та самая шахта? — спросил я, прищурившись.

— Странно, — пробормотал Гавриил, перебрасывая компас из правой ладони в левую. — Ничего не понимаю.

Он повторил своё движение, вглядываясь в стекло со стрелкой. Артефакт начал пульсировать тусклым светом.

— Что за чертовщина? — пробормотал Гавриил. Он несколько раз встряхнул компас.

Я же пришпорил коня и оказался рядом с ним. Рывком выхватил компас и со всей силы бросил его вперёд.

— Ты что творишь?! — выкрикнул Гавриил.

Компас ударился о землю и покатился по земле. Вот только в следующий миг артефакт вспыхнул и взорвался, разлетевшись на мелкие осколки.

— Всегда пожалуйста, — сказал я.

— Чёртова магическая буря, — выругался Гавриил.

Я ещё раз огляделся, всматриваясь в очертания на горизонте.

— Ну так что, это и есть ваша шахта?

— Должна быть… — как-то недостаточно уверенно ответил Гавриил.

Впрочем, заказ у нас был. Шахта перед глазами. Теперь лишь предстояло посмотреть, что скрывалось в туннелях внутри и ради чего род Нестеровых готов был идти сквозь смертоносных монстров и магические бури.

Глава 3

То, что издалека казалось небольшой постройкой на холмах, оказалось настоящей воронкой. И мы сейчас стояли на её краю, там, где когда-то был вход.

Я смотрел на ржавые балки, покрытые плесенью и давно потухшими рунами. Что ж, когда-то здесь соблюдали технику безопасности, но, судя по всему, это было очень давно.

— Что там с магическим фоном? — спросил я.

Несколько магов Нестеровых некоторое время возились над входом, используя артефакт, который выглядел как диск с периодически вспыхивающими символами.

— Судя по всему, местность всё ещё нестабильна, — ответил один из магов в круглых очках. — На верхних уровнях критических угроз нет, но заглянуть на нижние уровни мы не можем.

— То есть нас ждёт неизвестность, — усмехнулся Аскольд.

Наш отряд расположился лагерем вокруг шахты. Спускаться вниз всем составом не представлялось возможным. Нужно было оставить людей здесь, наверху, чтобы они не только ждали возвращения тех, кто отправится в глубины шахты, но и просто-напросто стерегли вход, лошадей и припасы.

Ярополк стоял плечом к плечу с Ермаком, который сканировал шахту на присутствие жизни известным только ему способом.

— Чувствую, что есть жизнь, — пробормотал он.

— Сомневаюсь, что человеческая, — ответил Ярополк.

— Предлагаю вот что, — сказал я. — Возьмём с собой половину людей, можно чуть больше. Но в шахтах всё равно будет не развернуться.

— Могут быть большие пещеры, — возразил Ярополк.

— Могут. Но что точно будет — это монстры и, возможно, какие-то растения или минералы. В общем, ресурсы. Если их придётся добывать, то лучше послать за людьми наверх.

Ярополк согласно кивнул.

— Протянем с помощью магии нить, будем оставлять вехи, чтобы не заблудиться. Возможно, придётся устраивать лагеря на важных местах.

— Тогда захватим группу алхимиков, — предложил Гавриил.

— Это не обсуждается, — поглаживая бороду, проговорил Ярополк.

— Значит, решили. И вот ещё что — обязательно запечатаем периметр.

— А это зачем? — спросил Гавриил.

Я посмотрел на молодого мага серьёзным взглядом. Скорее всего, он спускался в шахту впервые. Да я вообще в глубины, будь то разлом или что-то ещё, потому не знал.

— А это на тот случай, если внизу… — я указал пальцем на землю, — мы столкнёмся с тем, что не сможем победить.

Гавриил тут же помрачнел, но спорить не стал.

— Можно будет использовать Круг возврата, — предложил он.

— Можно. Но его нужно чертить, выводить руны. Малейшая ошибка приведёт к тому, что нас раскидает кусками по окрестностям. И даже если сделать всё правильно, всё равно есть вероятность, что внизу времени на круг нам попросту не хватит.

— Но ты это… Всё равно подготовься, — сказал Ярополк. — Лишним не будет.

Я кивнул.

Нам предстояло спуститься в шахты, и только Хаосу было известно, что ждало внутри. Интереснее было то, что Гавриил не упоминал, что у них подготовлено всё для Круга возврата. Это заклинание высшего уровня, для которого требовалось достаточное количество артефактов и магической энергии.

Круг возврата — это не совсем массовый телепорт, который могли использовать Магистры и Архимаги. Это, как и означает название, заклинание возврата к якорю, который устанавливается в одном месте, от маяка, который устанавливается в другом. В роли маяка обычно служит рунный круг, но тут зависело от мага, исполнителя заклинания.

В итоге начались приготовления. Здесь, наверху, был развёрнут лагерь. Маги Нестеровых тут же начали изучение окрестностей и входа в шахты, одновременно с этим они устанавливали якорь для своего заклинания.

— Интересно, — пробормотала Весна.

Она с любопытством смотрела на появляющиеся каменные столбики с вырезанными на них спиралями и рунами. Они медленно образовывали круг.

В это время остальные мои ближники под чутким руководством Ромы устанавливали сигнальную сеть вокруг. Допустить засаду на лагерь во второй раз я просто не мог. От безопасности поверхности напрямую зависел успех спуска вниз.

Велигорские разбирались со снаряжением. Тащить большую часть придётся на себе.

Когда приготовления подходили к концу, ко мне приблизился Ярополк.

— Давай возьмём на десяток людей больше.

Я задумался. Здесь нужно было соблюсти баланс между силой лагеря наверху и силой отряда внутри.

Вообще, предложение было нормальным. Я взглянул на мешки со снаряжением, которые включали в себя, кроме прочего, крюки-кошки, верёвки, походные рационы, артефакты и многое другое. Это ещё не включая собственных доспехов и оружия.

— Кого взять хочешь?

Ярополк проследил за моим взглядом и улыбнулся:

— Наёмников. В кого же ещё?

А, понятно. Значит, он решил добавить им обязанностей.

— Хорошая идея, — кивнул я.

Я не собирался гнобить наёмников. Они в любых походах были необходимы, и нагружали мы их не оттого, что не любили или ещё что-то. Наоборот, если можно было облегчить ношу родовым бойцам шести-семи звёзд или волшебникам Мастерам, то это освобождало им руки. Буквально и фигурально.

И значило, что бойцы и маги могли эффективнее истреблять всё, что бы там не встретилось внутри. А в то, что в этой шахте были монстры, я не сомневался. Тёмное, влажное место с множеством уровней и карманов… Хаос, да внутри могло быть настоящее гнездо.

Когда, кроме всего прочего, были установлены маяки для связи с поверхностью, с неба начали падать мелкие капли дождя. Солнце заслонили низкие тучи.

— Держи, — бросил мне оберег Ермак.

— Спасибо.

Обереги нужны не только для защиты, но и для связи. Особенно тем, кто не мог пользоваться магией. Был шанс, что говорить, а уж тем более отдавать команды голосом внутри в какие-то моменты не выйдет.

— Ну что? — спросил меня Ярополк.

Я оглядел готовых к спуску бойцов. На них больше не было лат. Наоборот, кожаные доспехи, искусно выделанные из шкур разнообразных монстров, облегчённые кольчуги, короткие клинки и топоры. Взгляды готового отряда как-то сами собой устремились ко мне.

— Долгих речей не будет, — спокойно сказал я. — Давайте спустимся вниз, сделаем дело и вернёмся домой живыми и с добычей.

Повисла тишина. Я усмехнулся.

— Да помогут нам предки!

Бойцы застучали кулаками по груди. Кто-то издал боевой клич. В целом, боевой дух был на высоте. Мне ничего не стоило сказать последнюю фразу — особенно если она помогала предковерам чувствовать себя увереннее.

Мы вошли.

Быстро прошли сквозь воронку и оказались внутри шахты. Сначала спуск напоминал обычную шахту с укреплёнными сводами и металлическими скобами. Кое-где виднелись остатки освещения — удивительно неплохо сохранившиеся артефакты, пусть уже и не работающие.

В качестве освещения мы использовали заклинания, но с собой были и факелы, и лампы с заряженными кристаллами и запасом масла. На всякий случай. Остаться в шахте в темноте никому не хотелось.

Под ногами чавкала грязь, иногда сапоги стучали по железу.

— Воняет, — надвинув на лицо повязку, пробубнил Глеб.

Внутри действительно пахло сыростью, плесенью и металлом. Повсюду, где он встречался, была ржавчина. С каждым пройденным шагом казалось, что воздух густеет, сжимается. Это могло быть от ржавчины, пыли или затхлости, а может от всего вместе.

Шли в основном молча, внимательно осматривая стены и своды. Кое-где балки были сломаны, и приходилось обращать особое внимание на возможность обрушения.

Мы спускались некоторое время, прежде чем достигли большого подъёмника на шестернях. Когда-то он был не просто механическим, ведь в нём ощущались остатки магии. Но сейчас механизм выглядел настолько ненадёжно, насколько возможно: трухлявое дерево и проржавевший металл. Спускаться здесь было смерти подобно.

— Пойдём в обход, — услышал я голос Ярополка, который вёл отряд на первом участке.

Один из магов Нестеровых оставил здесь, у подъёмника, контрольную отметку на камне. Место было подходящим.

Отряд двинулся дальше.

— Чувствуешь? — спросила у меня Весна. — В воздухе как будто появилась мана.

— Я ещё с подъёмника заметил, — ответил я. — Как раз магический фон, о котором говорили волшебники Нестеровых.

Маршрут был выстроен по карте, которая как раз была у Нестеровых, и, даже несмотря на то, что Гавриил потерял компас из-за магической бури, мы спускались довольно уверенно.

Кое-где потолок проседал, и приходилось пригибаться. Наши заклинания света выхватывали стены и окружающий нас камень на десяток шагов вокруг. Можно было использовать магические лампы, но зачем, когда у нас было достаточно маны? А вот если она закончится — уже другой разговор.

Через какое-то время круги света начали медленно сужаться, как будто освещение поглощалось самой породой.

Воины передо мной остановились. Это означало, что у главного отряда что-то случилось. Я протиснулся между бойцов и добрался до Ярополка с Гавриилом.

— Что там?

Оказалось, что мы вышли к развилке. Туннели уходили в две разные стороны.

Ярополк вглядывался в провалы туннелей.

— Из правого затхлостью тянет, — не оборачиваясь сказал он.

— Но по карте там спуск… — возразил Гавриил.

— Я может и не на поверхности, но нюх свой не потерял, — пробасил Ярополк.

Я не сомневался в его навыках, но раз уж Нестеровы были заказчиками, то и решать в большей степени было им. Лично я разницы в двух туннелях не чувствовал. Как и опасности исходящей из них.

— Оставим метку и вернёмся, если что, — предложил я.

Ярополк пожал плечами.

В итоге сделали как я предложил — оставили ещё одну метку, чтобы можно было вернуться, и продолжили спуск.

Мы спускались приблизительно час, может чуть меньше, когда впереди раздался громкий щелчок.

— Стоять! — буквально зарычал Ярополк.

Отряд остановился, и я замер вместе с ним, всматриваясь в слабо освещаемую темноту. Мы находились не так уж и далеко от головы отряда, поэтому я видел, как один из магов запустил в воздух осветительное заклинание. Стрела улетела вперёд, но за спинами я не видел, в чём дело.

В строю раздались шёпотки.

— Максим, вас зовут, — обратился ко мне один из бойцов Велигорских.

— Я сейчас, — коротко бросил я своим и снова протиснулся вперёд.

Когда я оказался в голове отряда, то увидел причину задержки. Прямо перед отрядом камень обваливался вниз и уходил вглубь, в темноту. Свет едва ли выхватывал одну десятую провала, а может, и того меньше.

— На ловушку не похоже, — пробормотал я. — Эхом проверяли?

— Да, — ответил Гавриил. — Это не ловушка, но и не обычный обвал. Там внизу как будто пустота, и магии совсем не чувствуется.

— Я же говорил, — выдохнул Ярополк. — Затхлостью пахнет.

Похоже, что главы отрядов Нестеровых и Велигорских столкнулись, но победителем в этот раз вышел Ярополк. Пусть и верить «затхлости» в шахтах было странно. Меня бы больше озадачила свежесть.

— Обозначить, оградить и двигаемся назад, — обозначил свою позицию я.

Гавриил переводил взгляд с карты на провал.

— Может быть, можно перекинуть мост?

— Ты видишь конец обвала? — спросил Ярополк. — Или дно?

Гавриил молча покачал головой.

— Вот и я нет.

— Слишком рискованно, — согласился с Ярополком я. — Вернёмся и пойдём по другому тоннелю. Лучше потерять время, чем бойцов.

Пришлось разворачиваться и возвращаться. Мы потеряли где-то час, но я нисколько об этом не жалел. Ещё добрые полчаса ушли на то, чтобы перегруппироваться и разобраться с изменённым маршрутом. Наконец-то мы вновь продолжили спуск.

Металлические элементы постепенно пропадали. Нас окружали каменные скаты и вырубленные прямо в породе проходы.

Первая остановка была через четыре часа с момента нахождения развилки, когда передовой отряд нашёл ровное плато сбоку от спуска. Пропускать такую нишу мы не могли, поэтому остановились.

Раздались облегчённые вздохи — всё-таки спускаться вниз, да ещё и с поклажей, было трудоемкой задачей. Маги установили обереги и измеритель вибрации на случай, если стихия решит сыграть с нами злую шутку. Алхимики быстро провели анализ воздуха.

В итоге по артефактам и мнению магов всё было в порядке. Я же лишь смотрел в темноту, окружающую нас на плато практически со всех сторон. Было странно, что мы за всё время спуска не встретили монстров. Не могла же эта шахта быть заброшенной.

— Макс, ты в порядке? — подошла ко мне Сольвейг.

— Пока не знаю. Чувствую, что мы должны быть не одни.

— Скоро выясним, — усмехнулся Аскольд.

— Вот что, ты всегда такой довольный, когда разговор заходит о сражениях и монстрах? — подал голос Глеб, покачав головой.

— Боишься? — подколол Глеба Аскольд.

— Не боюсь, а опасаюсь.

— Зря. У тебя у самого часть кожи как камень, так что ты должен быть как рыба в воде. Ну или…

— Всё, — поморщился Глеб. — Давай без этого.

Он не особо любил вспоминать о результатах окаменения, но они были.

— Всё так всё, — легко отпустил тему Аскольд. — Ты лучше не болтай, а огонь разводи. Что-то я проголодался. Свежий воздух, наверное…

Небольшой перерыв дал бойцам отдохнуть, поесть и восстановить силы. Настроение у всех стало заметно лучше, даже несмотря на окружающую нас тьму. Но долго рассиживаться не вышло, и мы продолжили спуск ниже.

С каждым шагом шахта становилась менее похожа на производство и всё больше на медленно догнивающий механизм. Деревянные лежни, появившиеся под ногами какое-то время назад, были прогнившими. Камень над головой всё чаще оседал, а вокруг постепенно всё больше ощущалась мана. Не наша, чужая, возможно, прорывающаяся из глубин. И самое интересное — вокруг не было ни одного уцелевшего источника драгоценных камней или минералов. Ни одной жилы, если они здесь, конечно, когда-то были.

— Свет гаснет, — проговорил один из магов Велигорских, когда его заклинание потухло, как будто его что-то глушит.

— Или его затягивает в глубь, — ответил ему соратник.

— Разговорчики! — тут же грозно прорычал Ярополк.

Разговор звучал за спиной — всё-таки я с отрядом был сейчас во главе. Мы шли через длинный коридор, когда раздался лёгкий металлический скрежет. Аскольд, шедший впереди вместе с Глебом и проверявший туннель на предмет угроз, замер и поднял вверх кулак.

— Стоять! — скомандовал я.

Глеб сделал осторожный шаг в сторону и осветил участок стены слева. Там в камне показалась железная пластина, покрытая зеленоватым грибком.

Я подошёл к Аскольду.

— Что у вас?

— Лежни здесь целы, — сказал он. — Смотри вперёд.

Я пригляделся к темноте и увидел очертания поворотной платформы или какого-то другого механизма, который, похоже, служил когда-то для выбора направления телег или вагонеток.

— Вижу.

Я подошёл ближе к Глебу.

— Здесь на механизме руны, — пробормотал он. — Потухшие.

Где-то впереди вновь раздался металлический скрежет.

— Целые лежни я вижу… — задумчиво пробормотал Глеб. — А ни одной повозки нет.

— Ну-ка, в сторону.

Я отпихнул Глеба вбок и пригляделся к рунам.

— Видишь? — спросил я его.

— Ага, две палочки и кружочек, — ехидно ответил Глеб.

— Балбес, эти руны означают «двигаться» и «назад». Позови-ка Гавриила.

Вместе с Гавриилом и Ярополком мы ещё раз осмотрели механизм и руны.

— Думаешь, ловушка? — спросил меня Ярополк.

— Либо предупреждение, что ходу нет.

— Предлагаю активировать, — тут же сказал Гавриил.

Мы с Ярополком переглянулись. Вообще, это не самая лучшая идея трогать что-то в заброшенной шахте. С другой стороны, наш отряд был способен справиться с потенциальной угрозой. Более того, если этот механизм просто меняет направление лежней, то задержка выйдет совсем уж глупой.

— Хрен с ним, давай, — махнул рукой Ярополк.

— Только осторожно, — предупредил Гавриила я. — Непонятно, как здесь всё может сработать.

Гавриил кивнул, коснулся плиты и влил немного маны. К моему удивлению, руны начали светиться едва заметным бирюзовым пламенем. В глубине тоннеля что-то затрещало, заскрежетал металл, что-то задвигалось в темноте, и мы приготовились к бою.

Одно мгновение, два, три…

Я услышал скрип и лёгкое постукивание, приближающееся к нам из темноты. В свете появилась причина беспокойства. На нас медленно ехала старая вагонетка. Её потряхивало, но она продолжала двигаться в нашу сторону. Медленно и неестественно.

— Назад! — бросил Ярополк.

Вагонетка остановилась шагах в десяти-пятнадцати от нас. Угрозы от самой вагонетки я не чувствовал, лишь какое-то появившееся словно из ниоткуда внимание — лёгкое, едва заметное. Я просканировал вагонетку, но ничего не обнаружил.

Мы подошли ближе. Внутри была лишь пыль, несколько сломанных трухлявых досок и кости. Или что-то очень похожее на них.

— Нечеловеческие, — пробормотал Ярополк.

Он был прав — они были изогнутые и тонкие.

Весна достала инструменты и приподняла одну из костей с помощью щипцов.

— Это скорее остатки панцири или внутреннего скелета у насекомых. Слишком уж тонкая кость.

— Ставьте метку и идём, — сказал я. — И с этого момента будьте особенно начеку.

Так и поступили. Мы поставили метку и пошли дальше по туннелю, туда, куда вели лежни, терявшиеся в тени. Отряд в режиме повышенной боевой готовности двинулся дальше.

Я шёл впереди и первым увидел полуобвал из мелких кусков камней, вывороченных балок и нескольких покорёженных вагонеток. Но туннель не был полностью завален. Я видел перед собой в свете заклинаний пролом, куда нужно было вскарабкаться по камням. Судя по размеру пролома, внутрь пришлось бы пролезать по одному.

Я дал команду к остановке и осторожно поднялся по камням и скользким кускам балки. Проём в завале был чуть выше моего роста. Я зацепился за торчащий кусок арматуры, подтянулся и аккуратно заглянул внутрь.

За проломом был огромный зал. Балки, удерживающие своды, уходили вверх и скрывались в темноте. Я не видел ни пола, ни потолка, но заметил, что в огромном зале было что-то не то. В отличие от туннеля и шахты, здесь был свет — бледный, в самом дальнем краю зала, туда, куда тянулись тонкие, едва заметные нити. Откуда они шли?

Я остановил взгляд на источнике нитей и замер. Хорошо, что я не использовал магию, чтобы просканировать зал — ведь под потолком висела гигантская тварь. Огромный паук с телом, как мешком мяса, переплетённого с костями, из которого торчали длинные тонкие лапы, защищённые пластинами. Одна из них была оборвана у основания. Не знаю, с кем сражался местный монстр, но он либо победил лбо просто уцелел.

Тёмный хитиновый панцирь едва можно было разглядеть в тени. Тело паука раскачивалось, как маятник, лапы обхватывали тушу. Самое главное — я не видел светящихся во тьме паучьих глаз. Это значило, что он либо находился в стазисе, либо просто-напросто спал.

Я ещё раз осмотрел зал и увидел, что вдалеке, на противоположной стороне зала, в каменной нише между балками светились магические кристаллы — чистые, почти прозрачные. И они освещали спуск: провал в камне, за которым я чётко видел очертания лестницы.

Я медленно отпрянул от пролома и практически не дышал. Медленно, осторожно спустился по камням и подошёл к отряду.

— Максим, — спросил Аскольд, когда я подошёл. — Ну, что там?

— Скальный паук, — ответил я.

— Бывало и хуже, — усмехнулся Ярополк, но, заметив мой холодный взгляд, посерьёзнел.

— Представь ратушу в Беловежске.

— Представил, — осторожно произнёс Ярополк.

— А теперь добавь острые длинные лапы — и получится тварь, что висит за проломом прямо под потолком.

— Твою-то мать! — тут же выругался Ярополк.

Он дураком не был. Скальные пауки обычно не достигали таких размеров. Отчасти из-за других монстров и хищников, отчасти из-за людей, охотящихся на них. Ну и недостаток питания влиял на их рост. А подпитывались они не только людьми и любой другой плотью, но и магией.

— Размер паука означает, что мы на верном пути, — произнёс Гавриил. — Согласно карте, дальше как раз должны быть залежи мана-кристаллов.

— Какой нахрен верный путь? — спросил Ярополк. — Ты хоть понимаешь, насколько сильна эта тварь?

— Понимаю, — невозмутимо ответил Гавриил. — Но нам нужно вниз. Любой ценой.

Я посмотрел на мага и воина, спорящих между собой. На Велигорского и Нестерова.

— Проход вниз там действительно есть, — сказал я.

Мысленно я прикинул приблизительную силу паука. Откормился ублюдок знатно. Вот только там внутри он был приговорён, магические камни у него не были бесконечными. Визитёров здесь, судя по всему, было немного, если вообще были. Рано или поздно он умрёт сам от голода.

Для того чтобы сразиться в паучьем логове с огромным пауком, нужно быть либо невероятно глупым, либо невероятно сильным. Проблема была не только в самом пауке, но и в том, что стены и балки могли попросту обвалиться и похоронить нас всех вместе взятых. С

правиться с этим пауком я мог бы, будучи Архимагом… Ну или, пожалуй, Магистром. И желательно в одиночку. Если схлестнуться с пауком сейчас, то больших жертв не избежать.

Ярополк сложил руки на груди.

— Добровольно соваться в паучье логово — это верная смерть, — произнёс он.

— Обходного пути нет, — коротко ответил Гавриил.

— Ну, вообще-то, технически… — кашлянул Глеб, — есть провал в развилке тоннеля…

Ярополк бросил на Глеба гневный взгляд, и Глеб поспешил спрятаться за спинами соратников. Но он был прав — мы могли либо сунуться в логово паука, либо спуститься в тьму обвала.

— Тогда у нас с вами простой выбор, — невозмутимо произнёс я. — Неизвестность или смерть.

Глава 4

— Какой-то хреновый выбор, — сказал Ярополк.

— Ну уж какой есть, — ответил я.

Гавриил обернулся и осмотрел бойцов: воинов шестого и седьмого звёзд, магов Мастеров и Подмастерьев. В огромном зале с растянутой паутиной и монстром высокого уровня, напитанным маной, даже у них шансов на победу было немного, а уж без потерь — и подавно.

— Если войдём в тот зал, то мы не победим, — снова произнёс Гавриил. — Это невозможный бой.

Я посмотрел на готового сражаться с огромным монстром Ярополка и на осторожного и расчётливого Гавриила.

— А кто сказал, что нам обязательно драться?

Оба аристократа смотрели на меня некоторое время. Они молчали, каждый задумался над новым вариантом.

— Да не-е-ет, — протянул Гавриил. — Там же всё в паутине.

— И даже если мы сможем каким-то образом избежать паутины, то эта ситуация уж слишком смахивает на засаду, — поддержал его Ярополк.

Я был доволен, что они наконец-то сошлись во мнении.

— Давайте представим вот что. Шахта заброшена сколько, ты говоришь?

Гавриил вздохнул и потер переносицу.

— Лет десять-двадцать, а может и больше.

— Во-о-от, — протянул я. — Допустим, паук оказался в огромном зале, заваленном, между прочим. Залез туда ещё раньше. Чем он питался? Людей-то там не было.

Оба аристократа переглянулись.

— Правильно. Магическими камнями. Или, как Гавриил их называет, мана-кристаллами. И их внутри осталось совсем ничего. Сколько он их съел? И через какое количество маны у монстра происходит адаптация?

— Подожди, — поднял ладони перед собой Гавриил. — Ты хочешь сказать, что…

— Да. Я думаю, что паук висит под потолком не просто так. Единственный его шанс выбраться отсюда — это мутировать. И у него было достаточно маны на то, чтобы как минимум начать этот процесс. Вы же видели следы в повозке — старые части хитина и прочую мерзость.

Гавриил зашагал взад-вперёд.

— Это значит, что вероятнее всего паук когда-то был небольшого размера, по крайней мере судя по сброшенным частям, — затараторил он. — Пусть даже достоверно установить возраст скального паука и не выйдет. Максим, мы не можем гарантировать, что появление в зале магов не привлечёт внимание монстра.

Я представлял, что может случиться, если паук выйдет из спячки.

— А нам и не нужно проходить совсем бесшумно. Главное — преодолеть хотя бы полпути. Конечно, чем больше, тем лучше, но…

Я развёл руки в стороны.

— План безумный, — резюмировал Ярополк.

— А у нас есть лучше? — спросил я.

— Если Максим прав, — вновь заговорил Гавриил, — и паук действительно эволюционирует, да ещё и людей или зверей здесь не было долгое время, то есть шанс, что внизу, на земле, паутины будет немного.

Ярополк согласно кивнул головой.

— Главное, — подхватил я, — не использовать заклинаний и постараться не шуметь в самой пещере. Эхо может разнести как нашу магию, так и голоса. В крайнем случае можно использовать сигнальные обереги. Они, конечно, используют ману, но совсем чуточку. Каплю в море, которую вполне можно спутать со свечением кристаллов.

План, конечно, был дерзким, но возвращаться назад и пытаться спуститься в пролом в развилке мне совсем не хотелось. Я предпочитал конкретного, осязаемого врага неизвестности. Да и мне почему-то казалось, что мы справимся.

Самым сложным будет именно забраться в зал через небольшой пролом. Нужно будет действовать аккуратно, по одному, и как только мы все окажемся внутри, выбраться назад уже не выйдет.

— Я бы хотел убить паука, — честно признался Ярополк. — Несмотря ни на какие потери. Не знаю, во что монстр эволюционирует здесь, в пещере, но ничем хорошим его адаптация не закончится.

Он сделал небольшую паузу. Я это мнение разделял, и, будь ситуация другой, вполне можно было придумать план, чтобы поохотиться на тварь. Но не сейчас. Ни в этой группе. Я уж точно не во время другого задания.

— Но полагаю, что можно будет вернуться в Чернореченск и разместить заказ отдельно, — закончил говорить Ярополк.

Гавриил всё ещё не принял решение, только ходил туда-сюда, заложив руки за спину.

— Ты же очень хотел попасть вниз, — обратился я к нему. — Любой ценой. Вот она, твоя цена.

— Ладно, — остановился Гавриил. — Мне всё ещё не нравится этот план, но другого у нас нет. Давайте сделаем это.

Почти час ушёл на инструктаж и подготовку. Часть вещей пришлось оставить перед входом в пещеру. Конечно, было жалко оставлять часть поклажи, но рисковать оступиться или не удержать равновесие и в итоге потерять жизнь из-за каких-то вещей было просто глупо.

Никаких магических маяков или маркеров оставлять не стали — просто написали на стене предупреждение тем, кто пойдёт за нами. Если, конечно, кто-то когда-то решит спускаться в глубины этой шахты. Хотя Ярополк вон собирался.

— Ну что, всё-таки не зря мы оставили наверху Круг возврата? — спросил меня Гавриил.

— Не зря, не зря, — улыбнулся я. — Осталось лишь с помощью него вернуться.

Приготовления были сделаны, и перед тем как войти в пролом, я дал последние указания:

— Никакой речи. Никакой магии. Если понадобится связаться — используйте жесты и обереги. Двигаться будем по одному, след в след.

Лица вокруг были каменными и напряжёнными. Даже Аскольд, обычно весёлый и азартный, нахмурился. Я дождался готовности бойцов и магов и первым полез в пролом. Я аккуратно залез наверх и пролез внутрь. Камни под ногами на той стороне были сыпучими и мелкими.

На миг замер. Паук всё ещё висел наверху, мерно и медленно раскачиваясь. Мне казалось, что я даже слышал лёгкое поскрипывание паутины. Лапы медленно вздрагивали. Даже по его внешнему виду был заметен процесс адаптации.

Я аккуратно шагал по обломкам, кускам колонны и камням. Было легко оступиться, но я сохранял баланс до тех пор, пока не почувствовал под ногами неровный пол.

Я впервые увидел его, сверху, из пролома его скрывала тень. Нам повезло, что паук явно был мужского пола — иначе был шанс обнаружить здесь яйца и маленьких паучков. Хотя тогда мы столкнулись бы с ними ещё в тоннеле или даже на спуске в шахту.

Всё пространство внизу пещеры было завалено обломками, камнями, пылью и гнилыми деревянными балками. Впрочем, это не значило, что путь был непроходимый. Слева, вдоль стены, я видел просвет. Туда и нужно было добраться в первую очередь.

Я послал короткий и едва заметный сигнал с помощью оберега. Мои глаза уже привыкли к темноте, и я увидел, как в пролом залезал Ярополк, а следом за ним полезли остальные. Один за другим бойцы спускались вниз, до тех пор пока здесь не оказались все. Пути назад не было.

Мы двинулись цепочкой. Я осторожно шагал, останавливался, осматривал обломки и пол, а затем снова шёл. Я передвигался ловко, но медленно, без рывков. За мной шли Аскольд и Ярополк, а затем все остальные. Мы двигались в тенях, без ламп или заклинаний света. Глаза уже привыкли к относительной темноте.

Мы почти добрались до просвета в стене, когда я услышал, как какая-то деревяшка глухо ударилась об пол. Следом за ней раздался металлический скрежет.

Один удар сердца. Два. Три. Четыре. Хаос! Хотелось выругаться от души. Не знаю, что за дебил накосячил, но это было не важно. Я почувствовал, как паук шевельнулся. Сложно было не почувствовать — макушку обдал поток ветра. Я взглянул наверх. Лапы паука сжимались и разжимались, притом обломанная дёргалась в судорогах. Панцирь блестел.

Колонна людей буквально замерла. Не слышно было ни шороха, ни звука — лишь бешено колотились сердца. Не знаю, сколько времени прошло, но лапы потихоньку перестали дрожать, и я смог услышать привычный звук натянутой паутины.

— Пронесло, — тихо выдохнул я и двинулся дальше.

Когда я добрался до просвета между стеной и рухнувшей балкой, то увидел то, чего мы опасались. Паутину. Не серебристую, а чёрную. И всё бы ничего, но паутина, преграждавшая нам путь, была разрезана. Я пригляделся — судя по всему, разрезана она была лезвием меча. Надрез был явно сделан человеком.

Я рискнул и использовал тусклый, бледный Светлячок, и не прогадал. За разрезанной паутиной были чёрные липкие следы на камне. Они уходили вдаль. Но я уже мог предположить, куда они шли. К лестнице.

Я пролез сквозь паутину, стараясь не задеть её края. Ярополку здесь будет сложнее, чем мне — всё-таки он крупнее. Оказавшись на той стороне, я прошёл чуть вперёд, следуя по чёрным липким следам, оставленным, судя по всему, относительно недавно. По крайней мере, они не успели до конца подсохнуть.

Я ждал, пока бойцы и маги преодолеют паутину. Один. Два. Три. Время шло. Все оказались на этой стороне. И в этот момент я услышал, как тишину разорвал удивительно громкий хлюпающий звук — как будто огромная капля упала вниз. Послышалось шипение. Из-за груды обломков в стороне начал валить пар.

Хуже всего, что не было и другого звука — скрипа паутины. Я резко поднял голову вверх и увидел две дюжины больших, злобных красных глаз.

Я тут же схватился за оберег и подал сигнал «Тревога!». И добавил голосом:

— К лестнице! Бегом!

За один короткий миг, пока сигнал дошёл до остальных, случилось очень многое.

Паук задёргался под потолком, и прямо из чёрного тела наружу прорезались тонкие, перепончатые крылья. Чёрная жижа из крови и слизи залила всё вокруг, попадая и на нас. Но на это было уже наплевать.

Мои соратники рванули вперёд. Маги использовали Ускорение на всех соратниках и на себе. Воины укрепляли мышцы и тело. Я же использовал усиленный Морок, чтобы выиграть хоть одно мгновение. В воздух полетели мои копии — как будто они использовали Прыжок и зависли.

Паук дёрнул огромные острые лапы, и все копии в один момент рассеялись. Бойцы и маги уже неслись к лестнице сломя голову. Я рванул за ними. Несколько Мастеров повесили над нами стихийные щиты. Вовремя — в них прилетела новая порция кислоты. Щиты прожгло, но основная кислотная волна всё-таки сползла в разные стороны.

Рывок. Ещё один. Я видел, как бойцы заскакивают в пролом на всех парах. И в этот момент раздалось громкое, истошное шипение, переходящее в крик. Звуковой волной во все стороны раскидало камни и мусор. Пока тварь вопила, мы бежали, используя магию и собственные силы.

Я подхватил распластавшуюся на земле наёмницу и поставил над ней Щит хаоса, влив в него добрую половину своей маны. Огромная лапа ударила прямо в него. Щит треснул. Сверху раздался звук хлопающих крыльев. Слизь и грязь разлетелись во все стороны с новой силой. Я использовал Прыжок и оказался последним, кто буквально влетел в лестничный проём.

— Аркадий, закрывай! — прокричал я, кубарем катаясь по полу, но не выпуская наемницу из крепких объятий.

Маг земли не сплоховал.

Он ударил взрывной волной по стенам прохода, затем потянул балки на себя, стараясь полностью обрушить его. На той стороне огромный паук сорвался с потолка и приземлился на пол пещеры. В воздух поднялось облако чёрной пыли. Но до того как оно достигло нас, камень рухнул, и с этой стороны нас захлестнула лишь обычная серая пыль и каменная крошка.

Я закашлялся и отпустил из рук худенькую наёмницу. Посреди пыли, камня и тяжело дышащих тел уже разразился гневной тирадой Ярополк:

— Паук, мать его, с крыльями! Максим, он, сука, летающий! Летающий паук с чёртовой кислотой!

Он ругался энергично и яростно.

— Я видел, — ответил я, сплёвывая на камень.

— Сколько времени ему понадобится, чтобы прожечь камни?

— Это уже неважно. Придётся заваливать шахту, иначе никак. — сказал я. — Но сейчас есть кое-что поважнее. Ты же тоже заметил?

Ярополк, даже не смотря на злость, кивнул мне в ответ.

— Следы?

— Да. Здесь был кто-то до нас.

Снаружи, из-за заваленного входа, послышались громкие и сильные удары. Аркадий воздвиг ещё несколько земляных пластин, накладывая их друг на друга, как во время магической бури.

— Нам пора, — коротко сказал я. — Собирайтесь.

Когда бойцы и маги пришли в себя, а за завалами перестал бесноваться паук, временно или насовсем, мы начали спускаться глубже, предварительно оставив за спиной отметку.

Переход с верхних уровней на нижние был спокойным. Лестница вела в тоннель, по которому мы спустились ниже. Здесь не было никаких табличек или отметок. На стенах и на потолке была заметна тускло-зелёная плесень. Вот только, в отличие от того, что мы видели раньше, она едва заметно мерцала, а кое-где можно было даже заметить шапочки грибов.

— Не вдыхайте глубоко, — предупредил остальных Гавриил. — Это гриб-паразит. Он питается заклинаниями и маной. Если прикоснётесь без защиты, то есть шанс подхватить болезнь или что похуже.

Маги воздуха использовали заклинание, чтобы облегчить путь здесь, среди грибных и плесневых обитателей пещер.

— Сделаем остановку? — спросил Гавриил, когда мы преодолели свод, на котором висела особенно крупная поросль грибов.

— Можем, но дальше, — ответил я.

Так и сделали — не стали останавливаться слишком уж близко к паразитам. В итоге алхимики Нестеровых в повязках, перчатках и под защитными заклинаниями приступили к работе. Я смотрел издалека. Они умело срезали грибы и собирали плесень, помещая всё это в контейнеры.

— Ну и мерзость, — пробубнил Глеб.

— Это тоже часть природы, — невозмутимо ответила Весна. — Даже грибы-паразиты могут быть полезны.

— Ага, на суп их пустим, — весело хохотнул Аскольд.

Было похоже, что столкновение с огромным скальным пауком нисколько не повлияло на настроение одноглазого. Меня же вполне устраивало, что Нестеровы собирали добычу. В конце концов, когда экспедиция вернётся, каждый получит свою долю.

Заодно мы использовали эту возможность, чтобы связаться с группой на поверхности и обменяться последними новостями. Связь была так себе, всё-таки мы углубились достаточно далеко. Но отрывками удалось донести всё то, что произошло с нами во время погружения.

Плюс, решили двигаться с особым вниманием к окружению. Следы в пещере не могли появиться сами собой.

Нижние уровни не особенно отличались от верхних. По крайней мере, так казалось некоторое время, до тех пор, пока мы не двинулись дальше и не нашли один источник драгоценных камней.

Во главе отряда шли Ярополк с Велигорскими. Они первые заметили серебристое сияние у стены и тут же позвали меня и Гавриила.

Перед нами была небольшая жила с тёмно-синими камнями с вкраплениями серебра, разбросанными в обычной горной породе. Ярополк прикоснулся к камню пальцами, в перчатках, разумеется, и произнёс:

— Странно, они влажные.

— Да, — тут же подсказал Гавриил. — Это слёзник. Думаю, ты уже заметил, что здесь, в этой шахте, многое завязано на мане. Вот эти камешки впитывают её остатки.

— Да у меня, кажется, был такой в одном из оберегов.

— Да, их частенько используют в качестве защиты от магического перенапряжения и выгорания каналов. А ещё добавляют в зелья для прорыва на ранг Мастера и выше.

— Полезная штука.

Я же с интересом поглядывал на камешки. Дело в том, что для хаоситов этот драгоценный камень тоже был достаточно ценен — это был природный стабилизатор хаотической маны. Вот только Гавриил не договаривал или сам не знал всего.

Слёзник действительно иногда можно было встретить в зонах разлома или вблизи скопления искажённой маны, но чаще всего он встречался в местах, где проводили сильные ритуалы.

Некоторое время ушло на добычу камней. Здесь уже пришлось поработать не только Нестеровым, но и нам с Велигорскими, потому как потребовалась физическая сила. Здесь же, рядом с жилой, мы оставили очередную веху и разбили лагерь.

Самое время было поспать и отдохнуть. Работа над добычей камней продолжалась по сменам всё время привала. Здесь, в абсолютной темноте, разбавляемой лишь светом заклинаний, было непонятно, ночь сейчас или день. Да и, откровенно говоря, не важно.

Собрать все камни не вышло, но улов получился крупным. Привал получился довольно спокойным. Вот только краем восприятия я слышал или даже скорее чувствовал чьё-то присутствие здесь, в темноте. Оно, правда, довольно легко перебивалось ударами кирок и работой инструментов.

Привал закончился, и мы двинулись дальше. По пути мы увидели несколько выработанных жил. Что там было — непонятно. Может, тоже драгоценные камни, а может, что-то ещё.

С каждым шагом на нижнем уровне магический свет медленно, но верно затухал. В пещерах и коридорах стало больше места, потолки — выше.

— Магия здесь хуже работает, — сказала Весна. Она тоже ощущала происходящие изменения.

— Да, — ответил я ей.

— Гавриил, — обратился я к алхимику, который шёл немного впереди. — Пора переходить на лампы. А то тратим ману попусту.

Алхимик из рода Нестеровых был согласен. Вскоре в руках бойцов загорелись лампы.

В конце концов мы вышли в огромный зал. Или его даже можно было назвать холлом, притом намного больше того, где спал паук. На потолке мерцали вспышками серого цвета грибы. Вниз шли широкие, словно вырезанные из камня гигантами, ступени. Здесь в своё время явно поработал целый отряд высокоранговых магов земли.

Я шёл первым, потому остановился у ступеней и обрыва и поднял руку вверх. Отряд за моей спиной тоже остановился.

— Что-то не так? — тихонько спросил меня Гавриил.

Я смотрел на своды, теряющиеся в блёкком свете и темноте, на каменные колонны, поднимающиеся вверх. И не они привлекали моё внимание. Нет. Внизу я чувствовал присутствие жизни.

Лестница уходила вниз, где-то сменяясь на наклонный вал из породы. Я использовал вспышку — простенькое заклинание, способное подсветить местность там, куда оно направлено. Заклинание получилось слабым, всё-таки порода здесь подавляла магию, но оно почти достигло пола. И самое главное — внизу среагировали на свет.

Угасающее пламя выхватило сразу несколько низких, сгорбленных силуэтов, которые бросились туда, куда приземлилось заклинание. Но оно потухло, и существа скрылись из виду.

Затем снизу раздались звуки, похожие на человеческую речь. Отдалённо. Сначала был смех — молодой, женский. Потом послышался кашель — старческий и болезненный.

Внизу явно были монстры. Они словно устраивали перекличку.

— Что за чертовщина? — пробормотал один из магов Нестеровых.

— Могут быть мутировавшие рудокопы, — предположил Ярополк.

— Больно маленькие, — возразил я. — У меня есть мысль, но нужно спуститься ниже.

— Готовимся к бою? — то ли спросил, то ли утвердительно произнёс Гавриил.

— Готовьтесь-то готовьтесь, но не спешите. Нужно понять, с чем мы столкнулись.

Мы начали спускаться по лестнице и камням вниз. Лампы выхватывали части огромной пещеры, но никаких монстров видно не было. Чем ниже мы приближались, тем больше становилось звуков. Издалека звучали удары киркой. Поближе раздавались обрывки человеческих фраз:

— Не дыши, не дыши…

— У меня семья, отпусти…

— Дурень! Из-за тебя лампа погасла!

— Кирку верни, пожалуйста…

Чем ниже мы спускались, тем чаще слышали обрывки фраз.

— Жуть… — пробормотал Гавриил.

Но эти фразы повторялись бесконтекстно, обрывисто, разными голосами.

Я использовал ещё одну Вспышку и смог рассмотреть существ подробнее. Низкие, сгорбленные, ростом в аршин, может, полтора — то есть не выше ребёнка. Они смотрели на вспышку большими блёклыми глазами и качали из стороны в сторону лысыми огромными головами. Как болванчики, вырезанные из камня.

— Кобольды, — предупредил остальных я. — Не поднимайте оружие, они обычно не агрессивны.

Инстинкты подсказывали, что мы наткнулись на большую стаю. Несмотря на то, что Вспышка выхватила лишь дюжину фигур, я чувствовал, что вокруг кобольдов могло быть больше сотни.

Мы спустились вниз с лестницы, и наши лампы выхватили сразу дюжину фигур.

Встретить кобольдов в шахтах было логично — всё-таки они в какой-то степени являются порождением глубин. Полуразумные создания, которые появляются в глубинах. Там, где слишком долго задерживается человек. Духи шахт, мелкие и хитрые, но в основном не опасные. Они не были порождениями Разломов, а, скорее, порождениями маны и людской фантазии.

— Спокойно, — я примирительно поднял руки перед собой.

Кобольды вполне могли привести людей к сокровищам. Но не всегда. В любом случае, они, судя по звукам, занимались своим обычным делом — добывали руду. И если здесь, на глубине, была хотя бы дюжина таких же жил, как и наверху, то можно было очень разбогатеть.

— Гавриил, куда нам дальше?

Ответа не послышалось.

— Гавриил? — спросил я и повернулся к магу.

Он стоял за моим плечом и крепко, до белых костяшек, сжимал в руках посох.

— Нет, Максим… — слабо улыбнулся он. — Мы на месте.

Глава 5

— Гавриил? — требовательно спросил я.

Мы стояли перед большой стаей Кобольдов.

Тьма шахты отступала только в пределах освещения наших ламп, создавая островки света тут и там. Кобольды не приближались, но и не бежали. Они сидели, стояли, при этом звук обработки камня пока не останавливался. Хотя всё внимание и было приковано к нам.

Я знал, что кобольды не порождение разлома, а порождение магии и особенной злобы в них нет.

Весна подняла руку вверх, и один из кобольдов будто в ответ сделал то же самое — плавно, как отражение в зеркале. Она тут же опустила ладонь.

— Они нас копируют, — тихо произнесла она.

— Да, только те, что ближе к нам, — негромко ответил Аскольд.

Я молчал и слушал. По ощущениям, в зале было больше сотни кобольдов. Я чувствовал их потоки маны. Лицо Гавриила было напряжённым, но взгляд сосредоточенным и цепким.

— Мы на месте, — повторил он.

— На месте? — спросил его Ярополк. — Это же очередной зал с грибами и пылью.

— Нет, — отрезал Гавриил, дёрнув уголки губ вверх. — Где-то здесь должен быть вход. И мы его найдём.

Я взглянул на него.

— Вход куда?

Он пожал плечами и коротко произнёс:

— В сокровищницу.

Я сразу понял, зачем мы так долго спускались сюда и зачем была создана эта экспедиция. Если Гавриил и Нестеровы заранее знали, что здесь обитают кобольды, то их целью с самого начала была именно сокровищница. Кобольды не просто добывают руду — они собирают всё мало-мальски ценное в округе. И раз уж они всё это собирают, то должны это где-то хранить, не так ли? Потому у ходоков и наёмников есть легенда о сокровищнице кобольдов, вход в которую открыть может лишь их старейшина.

Гавриил по моему взгляду понял, что я догадался.

— Нужно найти старейшину, — сказал он, переведя взгляд на Ермака. — Его необходимо взять живым.

Теперь и участие Велигорских стало мне понятно. Ведь именно в их составе есть проверенный и надёжный менталист. Если уж Гавриил верил, что здесь действительно была сокровищница и старейшина должен был о ней знать, то взял он Ермака как раз с целью выведать всё.

— Ты знал? — спросил я у Ярополка.

Он лишь покачал головой:

— Знал, что Ермак здесь не просто так. Теперь знаю зачем.

Я посмотрел на кобольдов перед нами.

— Ермак, сможешь залезть в голову старейшине, когда он появится?

— Если он разумное существо, то да, — ответил Ермак. — Но мне понадобится время.

Я кивнул. Мы находились в этой шахте по заказу, и заказ нужно выполнять. Даже если обычно кобольдов можно было просто обойти стороной.

— Тогда готовьтесь, — приказал я отряду. — Магия здесь работает слабее, но это не значит, что мы отступим.

— По твоей команде, — коротко ответил Ярополк.

Отряд медленно занял боевое построение: сначала воины с щитами, затем маги. Я глубоко вдохнул. Кобольды продолжали молча работать и ждать.

Команду атаки я отдал не вслух, просто подал сигнал через оберег. Отряд и так знал, что это значит. В воздухе вздрогнули щиты — полупрозрачные и плотные, стихийные и хаотические. Кобольды среагировали удивительно быстро — почти сразу, почти мгновенно, словно по сигналу. Звук удара металла по камню остановился. Словно все кобольды вместе просто бросили кирки. Притом не на землю, а в нас.

Кирки полетели в щиты, которые остановили импровизированное метательное оружие. Инструменты завязли в щитах, а следом тени в пещере задвигались. Десятки, сотни кобольдов двинулись на нас отовсюду в этом огромном зале — из теней, из дыр в стенах, из-под завалов. Они были везде.

Я сразу же выпустил Клинки хаоса один за другим. Изогнутые снаряды из маны врезались в передний ряд врагов. Кобольды прыгали, бежали, накатывали на нас, как муравьи. Их тела мелькали в темноте — они были не выше полутора аршин, но быстрые, цепкие, с неестественно гибкими суставами. В них летели заклинания: Воздушные вихри, Огненные шары, Каменные глыбы и не только. Но кобольды не сдавались, и рой мелких существ ударился в первые ряды наших воинов.

Я использовал Дар хаоса, и бойцы задвигались быстрее, а их оружие засветилось разными стихийными элементами. Магия усилила их способности, и теперь кобольды падали на землю один за другим.

— Держать фланги! — крикнул я.

Ярополк с Велигорскими отбивал удар справа. Один из его бойцов был застигнут врасплох и лежал на камнях, пока кобольды прогрызали ему щит и броню, словно собаки. Я использовал на нём Водный щит, а затем ударил Хлыстом хаоса. Короткий резкий звук, вскрик, и две твари отлетели в стену, оставив за собой чёрную кровь на камнях.

В этот момент в наши щиты прилетела Звуковая волна — сильное направленное заклинание, которое заставило пару наших щитов потухнуть.

— Живым! — неожиданно выкрикнул Гавриил. — Старейшину брать живым!

Я увидел его — кобольда, отличающегося от остальных. Он был чуть позади, более крупный, с медным обручем на голове и тканевой одеждой, инкрустированной драгоценными камнями. Он не дрался, а читал заклинания.

Ермак был недалеко. Я запустил в отряд кобольдов Кулак хаоса, сбивая сразу полдюжины с ног.

— Нужно подойти ближе! — крикнул Ермак, запуская в кобольдов волну ментальной магии.

Похоже, что его магия, ослабленная недрами пещеры, не доставала до старейшины. Я молча кивнул и использовал Воронку хаоса, но не на отряде, где находился старейшина, а в стороне. Тем не менее, заклинание начало засасывать и бить случайными стихийными заклинаниями кобольдов перед нами. Я всё чётко рассчитал, и мелкие создания, даже несмотря на сопротивление, медленно стягивались к центру моего заклинания, освобождая путь к старейшине.

Старейшина вскинул руки вверх, произнося очередное заклинание. Прозвучал взрыв, и меня на мгновение ослепило. Когда я пришёл в норму, то увидел, что перед нами витал изумрудный дым. Похоже, что заклинание кобольда пришлось прямо в защиту Весны, и она устояла. Я не просто чувствовал, но практически видел, как старейшина, неверяще смотрел на результаты своей магии. Его-то заклинание не было слабее здесь, в глубине шахты. Но сегодня он столкнулся не с тем отрядом.

У нас был короткий момент, один шанс быстро схватить старейшину, пока кобольды боролись с Воронкой и с дымом. Небольшой отряд Велигорских рванул в открывшийся коридор. Ермак был вместе с ними. Я увидел, как Ермак, оказавшись ближе, буквально вбил старейшину в землю Ментальной волной, и его фигура замерла.

Пока отряд Велигорских вытаскивал цель, бой не стихал. Слева, на фланге, Сольвейг кружила с двуручным мечом, поднимая в воздух пыль и осколки породы. Аскольд рубил кобольдов, прикрывая не только магов, но и своих соратников. Его сабля была скользкой от чёрной крови, а щит треснул в нескольких местах. Сверху раздались взрывы зачарованных выстрелов.

— Они лезут по стенам! — крикнула Ира.

Я поднял голову. С потолка, словно по канатам или сетям, лезли десятки существ. По ним вели непрерывный огонь арбалетчики и Ира. Я быстро приготовил заклинание и выпустил ману на волю. Взрывы хаоса, крошечные, один за другим, цепной волной замерцали в темноте под потолком. Они сбивали кобольдов. Тела падали вниз. Некоторые всё ещё шевелились, другие уже нет.

Отряд Велигорских вернулся назад. Ярополк тащил за собой казавшееся бездыханным тело старейшины. Но он был жив. Как только отряды Велигорских объединились с остальным отрядом, случилось непредвиденное. Кобольды начали отступать. Не все — некоторые всё ещё сражались, но многие просто побежали, словно с них самих спала ментальная волна.

Бой не продлился долго. Пол был усеян мелкими телами, а камни залиты чёрной кровью. У нас заняло какое-то время зачистить зал до конца, но все участки были проверены, а на стенах и потолке поставлены сигнальные ловушки. Всё для того, чтобы дать Ермаку возможность допросить кобольда. Старейшина был помещён в круг тишины — заклинание, которое обрывало его связь с остальными монстрами.

Вблизи он казался тем же существом: небольшим, хоть и крупнее сородичей, с серой кожей и руками, больше похожими на лапы. Он не говорил и не дёргался, лишь ровно дышал и гордо смотрел прямо перед собой. Ермак стоял на краю круга и мрачно хмурился. Капля концентрированной маны в его правой руке пульсировала и была похожа на хирургический инструмент.

— Он сопротивляется, — пробормотал Ермак.

Была вероятность, что это не старейшина обладал устойчивостью к ментальной магии, а просто здесь, на глубине, как и остальная магия, ментальная работала слабее.

— Ну, — выдохнул Ермак. — Да помогут мне предки.

Он подошёл ближе и встал напротив старейшины. Их глаза встретились. Ермак, не задумываясь, погрузил иглу прямо в висок кобольда. Тело Ермака тут же напряглось, вены на шее вздулись. Несколько минут никто не произносил ни слова — только кобольд слегка раскачивался из стороны в сторону. Я чувствовал магию, исходящую от Ермака и от старейшины. Сейчас шёл настоящий бой.

Лицо Ермака скривилось. Он сжал кулак свободной руки. Похоже, что старейшина сопротивлялся достойно. Ермак подошёл ещё ближе. В его левой руке сверкнула ещё одна искра магии, и он заработал двумя ментальными инструментами.

Я молчал, как и все остальные. Лишь капли влаги или крови изредка капали на камни, нарушая тишину. По лбу Ермака валил пот, его лицо посерело. Не знаю, сколько времени прошло, но в какой-то момент ментальный маг вытер губы ладонью, и я заметил, что на ней кровь.

— Ты в порядке? — спросил Ярополк.

— Бывало и хуже, — выдохнул Ермак.

Словно в такт его словам, старейшина рухнул на холодные камни.

— Что узнал? — тут же спросил Гавриил.

— Место, — криво усмехнулся Ермак. — И звуковой код.

Гавриил хлопнул Ермака по плечу, на что менталист лишь болезненно скривился. Гавриил подошёл к кобольду и присел, внимательно рассматривая его.

— Что будешь с ним делать? — спросил я, подойдя ближе.

— Мы его не убьём, — произнёс Гавриил. — На случай, если Ермак всё-таки увидел ложную информацию.

— Второй раз лезть туда я не собираюсь, — вздохнул позади менталист.

Я обернулся. Он уже пил Зелье восстановления, но его пальцы всё ещё подрагивали.

— Но место ты узнал. — поднялся на ноги Гавриил. — И это значит лишь одно… Мы идём в сокровищницу.

У Ермака, в отличие от Гавриила, не было сомнений, что он сделал свою работу качественно. Да и я в ментальном маге тоже не сомневался.

Вход в сокровищницу был совсем рядом — замаскирован под очередной завал в тупиковой шахте, которую большинство бы просто прошло мимо. В том числе и я. Даже несмотря на слабые, глухие, едва различимые магические колебания, которые удалось заметить лишь потому, что мы знали, куда смотреть.

— Здесь, — сказал Гавриил и провёл ладонью по камню. — Чувствуешь вибрацию?

— Вроде того, — коротко ответил я.

— У нас всего один шанс, — предупредил нас Ермак. — Сокровищница открывается с помощью Напева. Ритма, который кобольды поют камням, чтобы те их приняли. Если он будет неправильным, то сработает защита.

Гавриил пожал плечами.

— Значит, нам нельзя ошибаться.

Я кивнул.

— Действуй, — уверенно сказал Гавриил.

Ермак встал напротив стены и закрыл глаза. Он некоторое время молчал, просто стоял напротив, затем его тело начало мелко подрагивать. Из груди вырвался низкий рык, слабо похожий на человеческий голос или пение. На стене начали медленно загораться древние руны. Звук, издаваемый Ермаком, был первобытным. Он словно разносился по пространству вокруг, как будто заставлял камень и стены шахт резонировать и отзываться.

Не знаю, сколько он пел. Хотя я бы ни за что не назвал это пением. Но в один момент руны вспыхнули, а пространство вокруг заискрилось. Вибрация, которую чувствовал Гавриил, начала усиливаться, и каменная стена расступилась. По-другому это назвать было нельзя.

Камень превратился в небольшой аккуратный проход, а за ним был виден путь вниз.

Ермак закончил петь. Он был бледный, как смерть, и всё ещё мелко вздрагивал. Сегодня нашего ментального мага можно больше не беспокоить.

Я пошёл внутрь. Спуск был достаточно широким, чтобы прошёл человек, причём не маленького роста. Стены были из чёрного камня с гладкими прожилками бирюзового цвета. Магические лампы выхватывали удивительные картины из цвета в породе.

— Это настоящая жила, — прошептал Аскольд.

И действительно, здесь мана текла прямо в стенах, как река.

Несмотря на свет от бирюзовых прожилок, мы всё равно пользовались магическими светильниками. Вскоре перед нами показалась арка — природная или сделанная человеком, она была усыпана драгоценными камнями. Мелкими, светящимися и блестящими.

Не знаю, что чувствовали остальные, но с каждым шагом, приближающим к арке, я понимал, что там, за ней, скрывается то, зачем мы пришли. Чувствовал напряжение в самом воздухе.

— Сокровищница, — тихо, с придыханием, сказал Гавриил.

Он сделал шаг вперёд, но я схватил его за локоть.

— Подожди.

Я проверил пространство перед нами на предмет ловушек — ничего не обнаружил. Затем запустил Морок, но моя иллюзия спокойно прошла сквозь арку и осталась невредимой.

В итоге отряд медленно вошёл в сокровищницу.

Это не было похоже на пещеру или туннель. Это был настоящий зал. Гладкие стены, похожие на какое-нибудь святилище. Потолок терялся в полумраке. Вдоль стен были свалены горы металла, драгоценных камней, пластин, руды и слитков. Артефакты в контейнерах, свитки в герметичных трубках, клинки и посохи в стойках для оружия, в ножнах или просто на полу, обмотанные тканью. На стенах висели проржавевшие и уцелевшие щиты, украшенные гербами и знаками, которых я не знал.

Вокруг раздались выдохи и шёпот.

— Как думаешь, сколько здесь в общем? — спросил меня Аскольд.

— Не знаю, — я ответил честно.

Вокруг были несметные богатства: артефакты и многое другое. Гавриил сделал шаг вперёд, но я снова остановил его.

— Ну что ещё? — раздражённо спросил он.

Я указал на пыль на полу и осветил её лампой.

— Твою мать, — сквозь зубы процедил Гавриил.

В пыли были заметны свежие следы. Вот только внутри постороннего присутствия не чувствовалось. Я медленно прошёл след в след за расхитителем, который умудрился проникнуть сюда чуть раньше нас. Я шёл до тех пор, пока не уткнулся в стойку с оружием. На ней пустовали две ячейки.

Я прислушался к ощущениям и даже принюхался. В воздухе витал лёгкий, едва уловимый запах магии. Я постарался запомнить его на тот случай, если столкнусь с расхитителем ещё раз.

— Нас опередили, — сообщил я Гавриилу.

Он тут же подскочил ко мне и испытующе посмотрел на стойку с оружием.

— Это всё, что они забрали? — быстро спросил он.

— Насколько я понимаю, два клинка и хаос его знает что ещё.

Ермак достал из вещевого мешка рунный круг.

— Неважно, — коротко бросил он.

Он, следуя за артефактом, прошёл мимо золота и клинков, артефактов и трофеев, книг и свитков, даже не задерживаясь. Я видел, как жадно горят глаза у всех присутствующих. Оно и было понятно: мы действительно в сокровищнице. Вот только Гавриил шёл к центру, туда, где стояла небольшая плита, а где-то на её стыке я заметил один-единственный предмет. Точнее, растение.

Цветок.

На вид обычный, даже невзрачный: светлые лепестки и тёмно-зелёный стебель. Пожалуй, на него можно было не обратить внимание среди всего великолепия вокруг. Но я замер.

Гавриил присел. Он не прикоснулся к лепесткам или стеблю, только смотрел.

— Ты знал, что он будет здесь? — спросил его я.

— Догадывался, — хмыкнул он.

Бойцы вокруг непонимающе переглядывались. Да и мои ближники тоже не понимали, что такого в этом невзрачном цветке. Но интересовал нас не цветок, а его корень, уходящий в плиты.

Чудо-корень.

И назывался он так не зря. Это был главный ингредиент, необходимый для создания зелья перехода на ранг Архимага.

— Никите Николаевичу вроде рановато, — усмехнулся я.

— А вот это…

Гавриил поднялся на ноги и обернулся ко мне, искренне улыбаясь. Кажется, впервые за весь путь я видел на его лице настоящую, чистую, почти детскую радость.

— Уже не твоё дело, Макс.

Его слова звучали беззлобно. Да и не было в них цели меня как-то задеть. Он говорил факты. Мы все согласились, что Нестеровы заберут одну вещь из шахты. За ней они и шли. Я был бы удивлён, если бы толковый род алхимиков собрал целую экспедицию для того, чтобы найти какой-нибудь бесполезный мох.

— Что это? — шёпотом спросил меня Аскольд.

Я взглянул на своих. Серёга с Ирой молча приглядывались к артефактам у стен. Рома молча ждал. Аскольд выжидающе смотрел на меня.

— Потом расскажу.

Лишь Весна, кажется, знала о настоящей ценности корня — всё-таки алхимиком она была толковым. По крайней мере, выглядела она удивлённо и смотрела на цветок широко открытыми глазами.

— Ну что, замерли? — бодро спросил я. — Пора собирать трофеи.

В зале раздались первые несмелые голоса.

Большой зал, в котором мы сражались с кобольдами, стал своеобразным логистическим центром. Бойцы таскали трофеи из хранилища. Алхимики работали с чудо-корнем, стараясь максимально аккуратно извлечь его.

Я помогал Роме и Ивану: мы вместе исследовали контейнеры, вынесенные в холл, на предмет того, что в них содержалось. Была вероятность, что внутри могло быть что-то опасное — например, проклятие или разбитые склянки с отравой.

Надо сказать, что Нестеровы полностью оправдали своё присутствие здесь. Я в этом, впрочем, и не сомневался. Они одновременно работали над извлечением чудо-корня и строительством Круга возврата.

Ярополк руководил обороной и иногда координировал своих бойцов, которые тоже все были при деле.

— Всё не вытащим, — спокойно произнёс я.

Ярополк понимающе кивнул. Он тоже знал пределы Круга возврата. Нас и так было много.

— В приоритете — слитки и драгоценные камни, — ответил он. — Ещё, возможно, артефакты, если есть толковые.

Я согласно кивнул. Ярополк был прав. Оружие и инструменты, которые были здесь, были хорошего качества, но их вполне можно было сковать и изготовить и в Чернореченске или Беловежске. А вот драгоценные металлы, в том числе и наполненные маной, вынести нужно было любой ценой.

— А остальное? — спросил Аскольд.

— Если останется место — заберём свитки и книги, — ответил я. — Если нет — придётся оставить.

— Жаль.

Жаль то жаль, только все вокруг понимали, что даже несмотря на жадность или алчность, мы просто не могли взять с собой всё.

Многие из Нестеровых успели нарисовать круг и руны на земле, а теперь медленно создавали активаторы для заклинания — небольшие столбики, сделанные из заготовок и маны.

Энергии на Круг возврата уходило очень много.

— Пойду-ка я гляну на…

Я остановился, так и не закончив фразу.

— Что? — спросил меня Аскольд.

— Что-то шумит.

Аскольд с Ярополком непонимающе посмотрели на меня.

— Всем тихо! — громко крикнул я. — Замрите, кому говорю!

Несмотря на занятость, и бойцы, и маги замерли. Сначала я не почувствовал ничего. Показалось что-ли? А потом до меня донеслась едва заметная вибрация камня. Как будто что-то тяжёлое ползло, боролось с породой где-то очень далеко. Медленно, без спешки, но с целью.

— Рома, что у нас с сигнальными ловушками?

— Вроде всё нормально… — непонимающе пробормотал он. — Я не фиксирую…

Камень вздрогнул. Резкий толчок ощутился везде: в полу, в стенах. Отчётливо и однозначно.

— Это не магия, — сказал я, нахмурившись. — Рома, дуй к Гавриилу. Нужно, чтобы он ускорился. Весна, собери магов, тех что сможешь. Н нужно подготовить магическую защиту.

Я взглянул на Ярополка. Он был серьёзен и собран.

— Сколько у нас времени? — спросил он, оглядывая бойцов, возивших тележки с рудой и камнями.

Я взглянул наверх, на своды зала.

И словно вторя словам Ярополка, зал содрогнулся от нового толчка.

— Недостаточно.

Глава 6

Сверху посыпался камень. Вокруг зазвучала ругань. Мы выстроили боевые линии из магов — из тех, кого могли отозвать и отвлечь от создания Круга возврата. Им в основном были заняты Нестеровы.

В зал забежал Гавриил с контейнером, в котором лежал чудо-корень. Его радость исчезла почти мгновенно, вместе с очередным толчком.

— Быстрее, быстрее, быстрее! — закричал он и сам бросился на помощь своим магам.

Кругу возврата нужно было несколько стабилизаторов. В данном случае Нестеровы устанавливали шесть. К ним были подведены каналы маны. Пять из шести стабилизаторов светились бледно-золотым.

Огромный зал задрожал. Я чувствовал, как что-то огромное скребётся с другой стороны, пробиваясь через камень. Я чувствовал уже знакомую ауру монстра, и у меня не было сомнений: что-то буквально прожигало и пробивала себе путь нам навстречу. И я знал что это.

— Что это за хрень? — нервно спросил один из бойцов Велигорских.

Ярополк, отдающий приказы, бросил на меня короткий взгляд.

— Паук, — хмыкнул я. — Скальный.

— Не может быть, — выдохнул Гавриил, на мгновение отвлёкшись от светящихся стабилизаторов.

— Может, — тут же сказал Ярополк.

Я посмотрел на суетящихся бойцов, вытаскивающих всё возможное из сокровищницы. Я видел коробки, ящики, контейнеры, тележки — всё было набито драгоценностями. Добыча, ценная и необходимая. Но за нашей спиной оставалась добрая половина, а может, и больше из сокровищницы кобольдов.

Мне на глаза как раз попались Глеб и Аскольд. Они дружно, как никогда, тащили ящик с золотыми слитками. Они оба были увешаны артефактами: странное ожерелье с багровыми камнями, позолоченные шлемы, кинжалы и перстни. Они тащили тяжёлый ящик вдвоём, при этом из их карманов сыпались серебряные монеты, звонко ударяясь о каменный пол.

Сейчас они оба были больше похожи на скандинавских налётчиков, чем на Родовых бойцов. Но оно и было понятно, все старались притащить побольше в Круг возврата. План собрать самое ценное, медленно и спокойно выбирая из артефактов и богатств, был забыт, как только раздались первые толчки. У нас не было столько времени на оценку древностей.

Я невольно улыбнулся, глядя, как Глеб и Аскольд работают в команде, хотя обычно были как кошка с собакой.

— Что? — спросил меня Глеб. — В хозяйстве всё пригодится.

Он тяжело дышал, а по его лицу текли капли пота.

— Не болтай, — буркнул Аскольд. — Тащи.

И они потащили сундук дальше.

— Нужно уходить, — сказал Ярополку я. — Как только Круг возврата будет готов, собираемся. Плевать на трофеи — мы забрали достаточно.

Гавриил меня тоже услышал и кивнул. Он-то выполнил свою главную миссию. Впрочем, Нестеровы сейчас были очень заняты. Даже алхимики, которые помогали Гавриилу извлекать чудо-корень, присоединились к магам и старались помочь быстрее активировать Круг возврата.

По потолку в зале пошли тонкие трещины, через которые я видел слабый ядовито-зелёный свет.

Грохот лап паука практически не глушился породой и неотвратимо приближался. Я представлял, во что эволюционировала эта тварь. Но то, что кислота паука сможет прожечь местами магическую породу было это невероятно. Впрочем, монстры, как и люди, были готовы на всё ради выживания, и к Зоне они были адаптированы намного лучше.

— Всё, возвращайтесь! — голосом, усиленным маной, отдал я приказ.

Более того, я повторил его с помощью оберега. Времени на то, чтобы унести больше, не было. Впрочем, в Круге возврата и так лежали целые кучи добычи.

Я на всякий случай рванул в сокровищницу и подогнал задерживающихся бойцов. Я взглянул на оставшееся сокровище за спиной. Сколько мы вынесли? Четверть? Половину? Пожалуй, не больше.

Впрочем, я никогда не страдал особой жадностью. Добычи было достаточно, чтобы с головой покрыть все наши затраты. Теперь оставалось лишь выбраться из этой проклятой шахты, не став закуской пауку.

Я выскочил в главный зал. Почти все бойцы собрались у Круга возврата. Гавриил заканчивал последние приготовления. Тем временем сверху раздавался оглушающий стук — это мало с чем можно было сравнить. Тысяча кирок, пожалуй, не смогла бы стучать так громко.

Камень на потолке вздулся, а из трещин вниз стекала кипящая зеленоватая жидкость.

Все стабилизаторы ярко вспыхнули.

— В круг! — крикнул Гавриил.

Наш отряд занял позицию внутри. Но это было не всё. Круг возврата должен был взять энергию из стабилизаторов и использовать её для нашего перемещения. И сейчас Гавриил вместе с несколькими волшебниками как раз и занимались перекачкой энергии.

Первый стабилизатор потух, и я почувствовал, как Круг напитался магической силой. В этот момент огромный кусок потолка откололся, и каменные глыбы полетели вниз. Аркадий, маг земли, силой толкнул глыбу, и она отлетела в сторону, расколовшись на сотни мелких кусочков.

Второй стабилизатор погас. Круг едва заметно засветился.

— Не успеваем, — сквозь зубы процедил Ярополк.

Он мог лишь молча смотреть на то, как крошится камень над нами.

— Ставьте щиты! Не берегите ману — мертвецам она ни к чему! — приказал я свободным от заклинания магам.

И самым первым влил добрых три четверти оставшегося запаса маны в Щит хаоса над нами, на который тут же закапала кислота. Под ним вспыхнули стихийные щиты свободных волшебников. Их было не так много, но с защитой над нами бойцы в кругу почувствовали себя чуть увереннее.

Это было самое главное. Сейчас всё зависело от Гавриила и того, как быстро он мог привести Круг возврата в действие.

Третий стабилизатор потух, и я буквально ощутил, как воздух нагрелся и немного поплыл.

В этот момент я услышал шипение, смешанное с криком — мерзкое, высокое, надрывающееся. Как будто мутировавший паук чувствовал, что добыча ускользает из его лап.

Трещины на потолке расширились. Камень повалился вниз, и вновь Аркадий использовал ману, чтобы расчистить камни. Всё-таки это была его родная стихия.

Из трещины наружу полетела паутина. Она липла к щитам и защитным заклинаниям.

Четвёртый стабилизатор погас, и Круг возврата стал ещё чуточку сильнее.

В этот момент из камня показалась часть туши паука — тёмная, покрытая пластинами, между которыми сочилась слизь. Было невозможно не заметить его пульсирующие злобные глаза.

Одна из лап паука пробила камень насквозь и по инерции ударила в выставленный мной Хаотический щит. По полотну заклинания побежали трещины. Пальцы мгновенно онемели — я ощутил отдачу от удара всем телом.

Паук дёрнулся, и сверху посыпались огромные куски камня. Они ударились в нашу защиту, разбив мой Хаотический щит. Остались лишь стихийные.

Пятый стабилизатор погас. Пол под ногами треснул, а Круг возврата засветился золотым цветом.

— Хаос неделимый, — прошептал Глеб.

Паук выглянул из разлома на потолке — иначе назвать то было нельзя. Он уткнул свои острые, огромные лапы в камень вокруг и повис прямо над нами.

Огромная тварь просто смотрела на нас.

— Мы не успеваем, — раздался злой голос Ярополка.

Бойцы подняли щиты. Я подготовил последнее заклинание из остатков маны.

Капли кислоты падали на стихийные щиты. Воздух вокруг гудел. Сверху сыпалась каменная крошка и паутина.

Паук напрягся. Его огромные лапы задрожали, и над нами открылась пасть с рядами бритвенно-острых зубов.

Из пасти пошёл ядовитый пар, медленно заполняющий пространство вокруг.

— Сейчас прыгнет, — прошептал Рома.

Я поднял руки вверх, готовя защитное заклинание. Я смотрел твари прямо в глаза.

Паук оттолкнулся лапами от камня и запустил многотонное тело в полёт.

Стихийные щиты рассыпались мелкими осколками и разлетелись, попадая в наших бойцов и прижигая броню. Послышались вскрики боли.

Я сделал пасс руками.

Мир вспыхнул.

Я оказался в невесомости.

А в следующий момент яркий свет сменился восходящим из-за горизонта солнцем. Я вдохнул свежий воздух Зоны и опустил руки.

Я огляделся и увидел оставшихся на поверхности бойцов, встречающих нас.

В ушах звенело, а на языке был привкус железа.

Как же приятно было чувствовать обычную сухую почву с редкой травой под ногами.

— Все на месте? — хрипло спросил я.

— Кажется, да, — ответил Ярополк, помогая подняться одному из своих бойцов. — Есть раненые.

Я огляделся вокруг. Сольвейг, Рома, Иван, Аскольд, Глеб — вроде все на месте.

— Где Весна? — коротко спросил я.

— Здесь, — раздался сдавленный выдох.

Она лежала на траве. Ведьму посекло осколками стихийных щитов. Но над ней уже работал один из лекарей Нестеровых.

Вообще, оставшиеся снаружи бойцы приступили к работе очень быстро, в первую очередь помогая раненым.

Нам потребовалось некоторое время на то, чтобы привести всё в относительный порядок: перевязать и подлечить раненых, восстановить ману магам настолько, насколько это было возможно, разгрести добычу и погрузить её в телеги и обозы. С этим пришлось особенно повозиться.

Я вместе с волшебниками Нестеровых и Велигорских устроил быструю проверку артефактов и предметов. Слитки, свитки, оружие, камни — всё это необходимо было проверить. Даже несмотря на то, что времени у нас не было.

Я проверял предметы на отклик и признаки магического искажения.

— Вот эту пластину — выбрось, — я передал кусок доспеха из мана-кристалла Роме.

Он отбросил повреждённый кусок артефакта в небольшую кучку.

— Камень, возможно, с паразитом.

Я присмотрелся к рубину, внутри которого отчётливо видел небольшие щупальца, похожие на отростки.

К полудню всё было на телегах. Многие из бойцов сидели или лежали у костров. Кто-то ел, кто-то молчал. Разговоры были негромкими и несмелыми. Сегодняшняя победа не ощущалась триумфом, а скорее отложенной проблемой.

На самом деле, даже несмотря на то, что отряду пришлось поспешно покидать шахту, мы вынесли довольно много. Оценка была первичной, но кое-какие выводы сделать было уже можно.

Самое главное — это слитки из жил в шахте, притом не только драгоценные металлы, но и кристаллы сконцентрированной маны. А ещё драгоценные камни — всё это легко продать как большой партией товара, так и понемногу, притом не только в Чернореченске, но и в Беловежске.

Затем артефакты. Среди них было не меньше десятка высокоуровневых, которые точно стоило забрать. Свитки с заклинаниями и рецептами, карты и прочая важная информация — знания всегда в цене, а информацию зачастую можно продать дороже артефактов. Это лишь часть добычи, а ведь ещё были части монстров и алхимические ингредиенты, собранные по пути. В общем, телеги были загружены и скрипели, даже несмотря на то, что они были зачарованными.

Ну и понятно, что Нестеровы были довольны окончанием экспедиции — ведь свою цель они достигли, получили чудо-корень. Вряд ли он был нужен лично им. Вполне вероятно, что они собирались либо перепродать его, что было маловероятно, они же алхимики, либо… Приготовить зелье и продать его заинтересованной стороне, получив при этом не только деньги, но и влияние.

Зелье для перехода на ранг Архимага могло совершенно точно принести и то, и другое. Кто знает, возможно, я чуть позже обращусь к ним — всё-таки изготовление подобного зелья займёт много времени.

Всё это было бы замечательно, если бы не одно «но».

— Мы уже не вернёмся туда, да? — спросила Весна, прервав мои размышления. Она подсела ко мне и слабо улыбнулась.

— Как твои раны? — тут же спросил я.

— Ерунда, — отмахнулась она. — Пара царапин. У Нестеровых отличные лекари.

Это была правда. Несмотря на то что Нестеровы были относительно небольшим родом в Чернореченске, они обладали достаточным влиянием, даже несмотря на отсутствие Магистра в роду.

— Вернёмся или нет… — почесал я щёку и взглянул на медленно восходящее солнце. — Если не мы, то другие. Эта шахта стала настоящим подземельем с высокоуровневым монстром и открытой сокровищницей кобольдов, где все ещё остались ценные трофеи. Более того, до самых нижних уровней мы так и не добрались.

— Хочешь сказать, что кто угодно сможет претендовать на подземелье? — спросила она.

— Не совсем. Оно будет зарегистрировано. Так или иначе, удержать информацию о шахте в секрете не выйдет — сколько здесь родов и сколько здесь наёмников? А там уже кто возьмётся за задание и доберётся первым, а затем убьёт монстра и получит награду.

Всё так и было. Мы своим появлением ускорили адаптацию паука и, возможно, создали новое подземелье. Вот только без этой экспедиции ближайшие к Зоне деревни могли столкнуться с теперь уже летающей тварью. И они были бы совершенно не готовы.

Можно было, конечно, попытаться скрыть информацию о шахте, но единственным, выказавшим интерес в повторном походе сюда, был Ярополк. И то он скорее мыслил как охотник. Не факт, что род Велигорских решит отправиться ещё на одну вылазку сюда.

Я уж тем более не был заинтересован — тех материалов, что мы смогли вынести, хватит не только для того, чтобы укрепить мой молодой Род, но и подготовить качественно новые артефакты и вооружение. Хаос да, нашей доли, если всё просто продать, хватит для безбедного существования роду на пару лет.

— И это будем не мы? — с интересом спросила Весна.

— Может быть, мы, а может, и не мы, — улыбнулся я. — Просто будь готова, что случиться может всякое. Для начала нам следует привезти груз в Чернореченск. Сейчас это первоочередная задача.

Ведьма кивнула и протянула мне флягу. Я сделал глоток горького настоя с ягодной ноткой, который отозвался прохладной успокаивающей волной по всему телу.

Мы провели небольшое совещание ближе к вечеру, сразу после того как Гавриил со своими людьми осмотрел раненых. Решили долго не задерживаться у шахты, чтобы не привлечь чужое внимание — будь то монстры или люди.

— Предлагаю завалить туннель, — сказал Ярополк.

— Идея дельная, — легко согласился я.

Гавриил тоже был не против, поэтому Аркадию вместе с ещё парой магов пришлось поработать внеурочно. Но туннели на входе мы завалили — на всякий случай, чтобы паук не выбрался наружу раньше времени.

На следующее утро, с рассветом, мы готовились двигаться обратно. Некоторые бойцы не могли ехать верхом, потому их погрузили на телеги. В целом это не сказажется на скорости отряда, с гружёными телегами всё равно двигаться будем медленнее.

— Нехорошее у меня предчувствие, — пробормотал Аскольд, затягивая ремни на седле.

— Не ворчи, — мягко проговорила Сольвейг.

Я же молча проверял в списке, кто из наших уцелел, а кто нет. Потери среди моих бойцов были нулевыми, и это меня настораживало больше всего. Слишком уж чисто, слишком чётко и слажено мы отработали. Как в шахте, так и в сокровищнице. В Зоне редко так бывает. Она этого не любит.

— Все готовы? — спросил я, запрыгивая в седло.

— Телеги нагружены, бойцы готовы, маги в середине и в арьергарде, передовая группа разведчиков проинструктирована, — отчитался Рома. — Ермак пока не в лучшей форме, но держится. Ману восполнили.

— Значит, готовы, — кивнул я.

Путь обратно мы выбрали другой, чтобы обойти старый след магической бури. Идти снова через возникшие аномалии желания не было абсолютно никакого. Пусть крюк и займёт больше времени, но так было спокойнее.

Я подскакал к Гавриилу.

— Как корень? — сходу спросил я.

Был один нюанс: чудо-корень реагировал на окружающую его энергетику, так что довести его можно было только в специальном контейнере, стабилизирующем корень. И он у Нестеровых был.

— В порядке. Надеюсь, мана вокруг не будет уж слишком бушевать, — усмехнулся Гавриил.

Мы отправились по маршруту без лишнего шума. Лошади ступали уверенно. Маги внутри колонны проверяли окружающую Зону на предмет опасности. Отряд разведчиков поднимал в воздух пыль где-то впереди. Некоторое время мы шли по собственным следам, а затем взяли на северо-восток.

В первый раз на обратном пути Зона напомнила о себе во время второго перехода. Вблизи русла пересохшей реки, где по карте должна была быть просто ложбина, выросли настоящие белесые травы, похожие на бамбук. Они колыхались в унисон, хотя ветра не было.

— Не трогать, — тут же сказал я. — Это не трава.

— Паразиты, — прищурившись, произнёс Гавриил.

Мы с ним как раз были близко к авангарду.

— Обычно растут там, где есть большое количество мертвечины.

Я внимательно пригляделся к ложбине. Было похоже, что растения выросли здесь совсем недавно.

— Думаю, и здесь успела пройтись магическая буря, — сказал я.

— Возможно, — согласился Гавриил. — Придётся обойти. Скажи своим, чтобы выставили щиты — на всякий случай. Ещё не хватало, чтобы из-за ветра нам бойцов пожгло.

Отряд прошёл вдоль ложбины. В молчании, где был слышен только стук колёс и скрежет брони, и шорохи, как будто трава пыталась протянуть пальцы, но так и не дотянулась до живой плоти.

Мы преодолели ещё несколько вёрст и вышли к полосе холмов, похожих на древние курганы, поросшие мхом. Здесь передовой отряд подал сигнал, и мы перестроились в боевой порядок.

Я взял с собой дюжину бойцов и поспешил вперёд к авангарду. Вовремя. Через два десятка шагов я услышал рёв.

Из-за курганов на нас выскочил небольшой прайд существ, больше похожих на гиен, только броня у них была из слипшейся каменной чешуи. У монстров было по два хвоста, которые, как плети, вихляли в воздухе.

Одна тварь прыгнула неожиданно, когда до наших всадников оставалось ещё добрых пятьдесят-шестьдесят шагов. Её сбил мой Клинок хаоса, а следом в неё прилетел Воздушный серп Ромы. Но вторая тварь уже накрывала собой бойца из Велигорских и рвала его острыми клыками. В неё прилетел Столб воды, который отбросил гиену назад. Тварь протащило по земле, и она вскочила на лапы, как ни в чём не бывало.

Я использовал Кулак хаоса, который прилетел монстру прямо в морду. Даже с расстояния я услышал треск — то ли каменной брони, то ли костей.

Огненный вихрь от мага на фланге сжёг одного из монстров, заставив остальных низко захохотать, как умеют только животные. Впрочем, Рома не отставал и использовал Воздушный молот, чтобы добить ту тварь, в которую я отправил Кулак хаоса.

А дальше в бой вступили воины. Я видел, как один из бойцов Велигорских мощным ударом зачарованного оружия снёс полбашки гиеноподобному монстру. Последнего бойцы загоняли все вместе, стараясь не подставляться под хлёсткие удары раздвоенного хвоста. Последний монстр сражался дико и яростно, ему было нечего терять.

В этом бою были и раненые, и убитые. У раненых бойцов были царапины, порезы, прокушенные конечности. Погиб один из бойцов Велигорских — он расслабился и поплатился за это жизнью.

Мы остановились на привал чуть позднее. Вечером над головами пролетела стая хищных птиц. Они, похоже, чувствовали запах свежеубитой плоти монстров.

Мы развели огонь и дали лошадям отдохнуть. Всё-таки они очередной день тащили потяжелевшие телеги. Маги оставили по округе ловушки и сигнальные заклинания. Ермак, отойдя от допроса старейшины, смог наложить на нас Отвод глаз.

Заклинание, которое не маскировало нас полностью, а заставляло существ пропускать нас мимо незамеченными. Оно, правда, обладало разной степенью эффективности в зависимости от целей: чем разумнее, тем менее эффективно.

Сумерки опустились быстро. У костров зазвучали речь и смех. Все были чем-то заняты.

Меня немного напрягало другое: Зона как будто стала спокойнее. А такое случалось крайне редко. Мог ли это быть эффект от прошедшей магической бури? Вполне. Вот только монстры в Зоне в это время частенько активизируются.

Позднее, ближе к полуночи, когда почти весь лагерь спал, меня разбудили голоса. Я открыл глаза и осмотрелся. Где-то в центре лагеря звучал громкий шёпот.

Это оказались Гавриил с Ярополком и ещё одним бойцом Велигорских. Я приблизился к Ярополку, рядом с которым как раз стоял боец. Он держал что-то в руках.

— Что там? — с ходу спросил я.

Ярополк передал мне клочья ткани.

— Зачарованные. Нашли под скалой недалеко. Там были свежие следы подков и рядом — остатки костра.

Я взял находку в руки, потёр и прогнал свою магию через неё.

— Поглощает магию, — задумчиво проговорил я.

— Да, — сказал Ратибор. — Кто-то наследил совсем недалеко от нас.

— Могли быть ходоки или даже какой-нибудь Род на вылазке.

Ярополк пожал плечами.

— Возможно. Я предлагаю усилить патрули.

— Сделаем, — кивнул я.

В Зоне к каждой мелочи всегда нужно было относиться всерьёз.

Мы прошли ещё один переход, не столкнувшись ни с монстрами, ни с людьми. Дозоры и передовой отряд были усилены, но других следов преследования или чужого присутствия я больше не видел.

Но что-то не давало мне покоя, скребло по черепушке изнутри. Вокруг нас было действительно тихо — всего одно нападение монстров и несколько аномальных мест. Мало. Очень мало. Как будто Зона говорила, что впереди нас ожидает что-то более серьёзное.

Солнце уже успело подняться над бескрайними холмистыми степями. До выхода из Зоны оставался один переход.

— Максим! — позвал меня Ярополк.

Я пришпорил коня и поравнялся с ним.

— Что там?

— Смотри, — ткнул пальцем в горизонт.

Я увидел магические колебания и низкие, как будто заряженные магией, светлые облака.

— Это не может быть та же буря, — уверенно сказал я.

К нам подъехал Гавриил. Он крепко сжимал поводья до побелевших пальцев.

— По карте тут пусто. Мы уже обошли очаг. Остаточные поля были на западе, и они уже рассеялись.

Я внимательно пригляделся к медленно приближающемуся к нам шторму. Воздух был не влажным, а сухим, как перетёртая глина. К нам вместе с облаками приближалась бледно-серая, слегка светящаяся дымка.

Я чувствовал какое-то несоответствие, неточность. Здесь не должно быть магической бури. И точка.

— Мы не можем пройти здесь, — сказал Ярополк. — Если только не хотим…

Он не договорил, потому что туман ожил и зашевелился. И сквозь него пробились яркие лучи магии света. Так напоминающие само солнце.

Глава 7

— Засада! — быстро произнёс я. — Нас ждали.

Всё было понятно без слов. Я поднял руку и использовал усиленный магией голос, чтобы отдать команду:

— Боевой порядок. Арьергард остаётся с телегами. Остальным — приготовиться к бою.

Отряд едва успел перестроиться в боевой порядок, когда заклинание света буквально вырвалось из земли, как корни, пронизанные энергией. Один из бойцов Велигорских вскрикнул — его броня заискрилась, щит рассыпался, и его отбросило назад. С той стороны, из тумана, раздался гул горнов. Мы не входили в туман, он пришёл к нам сам. Боевым армейским строем.

Я видел всадников в белом с золотыми наплечниками и лицами, закрытыми блестящими шлемами, пехоту в рассыпном строю, а между ними магов света, создающих пульсирующую сферу заклинаний.

Я использовал Дар хаоса, усиливая союзников и наполняя их энергией хаоса. Перед строем отряда в воздух взвились стихийные щиты, по которым тут же ударили световые заклинания — Копья, Клинки, Стрелы разбились о нашу магию.

Я знал, что у наших волшебников не осталось столько маны — мы шли издалека. Более того, столкнулись по пути с монстрами. Поэтому я повесил в небе перед нами Сферу хаоса. Нестабильная энергия тут же притянула к себе несколько ярких вспышек, поглотив их.

Я не ждал, что на краю Зоны мы столкнёмся с солнечниками. Без разговоров, без требований и без условий. Но это означало лишь одно — жалости сегодня они не получат.

— Ермак! — крикнул я, усиливая голос магией. — Готовь ментальное поле!

Солнечники неслись на нас настоящим строем — конница и пехота, словно армия, а не боевой отряд. Потому нам надо было использовать все козыри. Ермак кивнул и принялся колдовать.

На нас сыпались заклинания. Маг из Нестеровых вздрогнул, когда его щит сгорел, как бумажный. Артефакты трещали, воздух гудел от насыщения маной, звенели тетивы.

Я использовал Воронку хаоса, отправив её прямо в центр вражеского строя. Но это лишь замедлило солнечников, не нанеся ожидаемого урона. Похоже, что среди них тоже были Мастера, и они использовали контрмагию, быстро погасив моё заклинание.

Первый удар пришёлся по левому флангу — по Велигорским. Они держались. Доспехи зазвенели, а сталь столкнулась со сталью. По правому флангу ударила Световая воронка, пробиваясь сквозь нашу защиту и мою сферу.

Я призвал корни из земли с помощью своего посоха, от чего полдюжины лошадей врагов повалились на землю, погребая под собой всадников. Но в следующий же миг солнечники, перепрыгивая и разрезая корни, достигли правого фланга. Аскольд и Сольвейг схлестнулись с врагами в ближнем бою.

Я использовал Пелену хаоса на всадниках. Один из солнечников вздрогнул и был сражён заклинанием. Второй слетел с лошади. Заклинание раз за разом окружало врагов облаком хаотической энергии, снижая видимость и сбивая с толку. Это позволило бойцам из моего рода срубить нескольких солнечников, а Аскольд рубил направо и налево и использовал хаотическую энергию, кромсая людей и лошадей.

Но я уже переключился на центр. Здесь столкнулась пехота. Наши магические щиты трещали. Я же высматривал магов врага и заметил одного в золотой маске за спинами бойцов. Я запустил в него Клинок хаоса. Он ударился в вспыхнувший белым щит. Клинок не пробил его, но сбил магу фокус. Вот только следующим моим заклинанием стала Цепь хаоса, которая сковала мага на месте, пробив его щит и прижигая броню.

— Ира! — крикнул я.

Но лучница видела и без меня. В мага света прилетело три стрелы одна за другой. Грохот взрыва от наконечников был слышен даже здесь. Там, где ещё мгновение назад стоял маг, теперь была лишь чёрная воронка на земле.

Бой размазался. Слева Велигорские держали фланг, отбиваясь от превосходящих сил противника. Справа мои бойцы и ближники во главе с Аскольдом и Сольвейг бились с конницей врага при поддержке Нестеровых. А в центре сухую траву окропила в красный пехота.

Из тумана вынырнул маг с берёзовым посохом с навершием в виде солнца. Он бил не в людей, а в землю, вызывая смертельные вспышки. Свет ударил по флангу, где бились бойцы Велигорских. Двое упали, даже не успев закричать, их щиты лопнули, как мыльные пузыри.

Маг Велигорских ударил в него Вихрем пламени, которое поглотил щит солнечника. Но следом солнечника пригвоздил арбалетный болт и накрыло сразу несколько простых, но мощных заклинаний.

Противников было больше, но мои заклинания раз за разом выцеливали магов и стрелков. Пока действовал Дар хаоса, я знал, что наши воины выстоят.

Вот только в центре, среди бойцов врага, я видел два сотканных из света меча, разящих без устали. Магический мечник кромсал моих бойцов и союзников, словно одержимый.

Я использовал Клинок хаоса — он просто-напросто погас в зачарованных доспехах мечника. Следом полетел Кулак. Мечник рубанул клинками перед собой, и моё заклинание рассеялось. Я не мог использовать эти заклинания в полную силу, так как был сконцентрирован на Сфере хаоса. Она без ошибок впитывала заклинания магов противника. Без неё у нас не было и шанса.

В магического мечника солнечников полетели Воздушные серпы — это были Рома и Иван. Но результат был тем же. Более того, в меня прилетела Вспышка света, и я укрылся от неё Щитом хаоса. Нас тоже выцеливали.

Ещё двое воинов-союзников рухнули на землю, сражённые светящимися мечами.

— Падаль! — сквозь зубы выругался я.

Этот мечник был на голову сильнее Инквизитора. Он в одиночку менял ход боя.

Я на мгновение отвлёкся, выпустил Вихрь воды с примесью хаоса, ударив в силуэт за спинами врагов. Фигура в светлой накидке отлетела, и даже отсюда я услышал визг. На землю опустилось уже изломанное женское тело.

Но мне было некогда. Я вновь запустил в магического мечника череду заклинаний. Мой резерв медленно, но верно истощался. А этому ублюдку было хоть бы хны. Наоборот, за его спиной словно засветилось солнце — яркое, полуденное, в самом зените. Пехотинцы в центре вздрогнули. Я чувствовал — ещё миг, и их сомнут.

Холодок пробежал по моей спине. Воздух вокруг запульсировал. Все звуки — ругань, звон стали, скрежет доспехов моментально заглохли. А следом мерцание, лёгкое, почти незаметное для глаза, пробежало прямо над головами наших бойцов и накрыло противников.

Сначала показалось, что ничего не произошло. Один удар сердца. Два. Три. И тут я увидел, как один из солнечников схватился за шлем, словно пытаясь вдавить пальцы прямо себе в череп. Ещё несколько рухнули на колени и были убиты клинками. Солнечники опускали оружие, кричали. Кто-то вовсе поворачивался спиной и бежал.

В воздухе больше не было силы. Лишь напряжение, паника, страх, которому невозможно сопротивляться. Даже магический мечник словно потерял часть своей ауры. Кто-то забился в судорогах и рухнул на землю.

Я бросил быстрый взгляд на Ермака. Черноволосый маг был бледным, как полотно. Из носа текли струйки крови. Казалось, что не только зрачки, но и его глаза целиком почернели.

Я мысленно поблагодарил Хаос, что Ермак на нашей стороне. Он слабо улыбался — ведь его заклинание перевернуло ход боя.

Там, где наши бойцы раньше оборонялись, теперь они наносили разящие, точные удары по дезориентированным и морально подавленным противникам. Даже магический мечник наглухо застрял в обороне, отбиваясь от бесконечных ударов.

Я принялся запускать в него одно заклинание за другим. Моему примеру последовали и Рома с Иваном, а чуть позже присоединилась и Весна. Воздушные клинки, Хаотические стрелы, Корни и Колья — всё летело в магического мечника солнечников. Его защита выдерживала, но трещала. Нашей задачей было ослабить его, замедлить.

В один миг, отбиваясь от Цепи, которую в него запустил я, он пропустил удар. Клинок, объятый хаосом, прошил насквозь его доспех и отрубил левую руку. Я не слышал крика, но был уверен — он был громким. Но следующий выверенный удар палаша заставил магического мечника замолчать навсегда.

Над поверженным врагом стоял Серёга — именно он подгадал момент и убил Мастера клинка.

Мы продолжили выцеливать магов, убивая их одного за другим. Туман начал рассеиваться, таять, оставляя за собой лишь след. После того как магический мечник был повержен, бойцы потеряли все остатки надежды. Строй пехотинцев задрожал, и они обратились в бегство.

— Центр, стоп! — раздался мой голос, усиленный магией. — Не рваться вперёд! Принять на себя фланги!

Я повторил сигнал с помощью оберега. И, несмотря на то что в горячке боя часть бойцов пропустила приказ, остальные ударили по флангам. Я видел Ярополка, покрытого кровью и грязью с головы до ног. Он ревел, словно дикий зверь, отбиваясь сразу от нескольких солнечников. Именно он принял на себя первый удар. Я использовал Клинок хаоса, а затем и Волну хаоса, выбивая противников на его фланге. Подоспевшая на помощь пехоты закрепила успех.

Вскоре и фланги сдались, и я услышал звук горна противников. Он мог трубить лишь одно — отступление.

Наши бойцы не гнались за солнечниками — у самих было слишком много убитых и раненых. Да и не было нужды. Я поднял руки вверх и резким движением отправил в белые доспехи и золотистые плащи Сферу хаоса, напитанную магической энергией.

Она обрушилась в гущу отступающих врагов, словно так любимое ими солнце. На миг повисла тишина, а затем прозвучал взрыв. В воздух поднялись пыль, земля, камни, куски доспехов и оружия. Во все стороны разлетелась волна. Пространство в месте удара вспыхнуло чёрным пламенем.

Солнечники посыпались на землю, не удержав равновесия. Люди, лошади — заклинанию было без разницы. Те, кто стоял ближе всего к эпицентру, просто исчезли. Остальных разорвало и поломало, как кукол.

Пламя взвилось вихрем и отступило. На месте взрыва осталась лишь воронка, заполненная чёрным дымом и искрами. Части солнечников удалось уйти. Небольшой, очень небольшой. Единицам.

Я смотрел на поле боя. Тела людей и лошадей лежали друг на друге. Цвета доспехов смешались. Земля была вспахана от шагов и заклинаний. Жёлтая сухая трава окрасилась в багровый.

— Они без знамён, — сказал Рома, поравнявшись со мной.

— В нашем княжестве есть только один Род солнечников, — ответил ему я. — Им никакие знамёна не нужны.

Я обошёл поле медленно, без слов, осматривая тела. На одном из трупов противников был позолоченный браслет в виде солнца на цепочке. Рядом лежал треснувший пополам щит с нарисованным солнцем, вписанным в круг.

Я нашёл среди убитых магического мечника. Тело было обуглено, а лицо неразличимо. Похоже, его задело волной от сферы. Я наклонился — магия всё ещё чувствовалась в теле.

— Сильный был ублюдок…

Я развернулся и зашагал к своим. Ермак сидел на лошади и не двигался. Просто замер, уставившись в землю, в которую впиталась кровь.

— Ермак! — окликнул его я.

Он не ответил.

— Ты с нами, Ермак?

Он моргнул, и в чёрных глазах что-то блеснуло. Он вытер кровь с лица рукавом.

— Слишком глубоко залез.

Я видел ментальную магию, знал о кое-каких заклинаниях, но пользоваться ей не мог. Ментальная магия — это особый дар и особое проклятие. К тому же я и не мог до конца понять, куда забрался Ермак, но примерно представлял, чем это грозило. Я в своё время видел не одного ментального мага, сошедшего с ума.

— Но ведь вернулся, — усмехнулся я.

— Пока да.

Мы собрали тела. Лекари Нестеровых в очередной раз за поход были по уши в работе. Раненых было много — две дюжины, не меньше. И это навскидку. Среди них было много и моих бойцов. Я заметил Аскольда, сидевшего на камне с подвешенной рукой, Игната, которому перевязывали голову, и Серёгу, которому досталось меньше всех. Так, пара царапин.

— Когда вернёмся, я обязательно проставлюсь, — сказал ему я, похлопав по плечу.

— Да брось ты, Макс.

Серёга хотел казаться невозмутимым, но его лицо предательски осветила улыбка.

— Не-е-ет, — протянул я. — Убить магического мечника — это достижение. Так что я проставляюсь.

— Все слышали? — весело воскликнул Глеб, сидящий рядом. — Командир проставляется!

Вокруг раздались довольные выкрики и удары по доспехам и щитам. Вот ведь хитрый жук. Я смотрел на Глеба и отчего-то не был удивлён тому, что он был даже не ранен, хотя сражался наравне с остальными. Этого парня после частичного окаменения теперь, похоже, вообще ничего не берёт. Даже совесть.

Но не везде настроение было приподнятым.

— У нас шестеро мёртвых, — сказал Рома. Он откинул капюшон — его лицо было в ссадинах.

Могло быть и хуже. Но Сфера поглотила большое количество вражеских заклинаний.

— А что там у Велигорских?

— Хуже, — покачал Рома головой.

Я нахмурился.

— А Гавриил?

— Жив. Там, — махнул Рома рукой. — С Весной у контейнера.

Я пошёл в указанную сторону. Бойцы уже проверяли телеги. Одна из них была перевёрнута, несколько лошадей убито, трофеи разбросаны тут и там. Но почти всё оказалось целым — артефакты, камни, сундуки с добычей из шахты не сильно пострадали.

Когда я подошёл, Гавриил с Весной проверяли контейнер с чудо-корнем. Тем самым, за которым мы и шли в шахту. Он всё ещё заметно сиял, не ярко, но стабильно.

— Он не пострадал, — с облегчением выдохнул Гавриил.

— Жаль, что не все могут сказать то же самое, — ответила Весна и посмотрела на меня.

Глаза у неё были грустные, но голос звучал твёрдо.

— Троицкие просто так не отделаются, — уверил её я.

— Ты уверен, что это они? — спросил меня Гавриил на всякий случай, хотя в его голосе не было неуверенности.

Я вздохнул и посмотрел на закопчённую землю.

— Больше некому.

Гавриил согласно кивнул.

— Пойду помогу остальным.

Какое-то время ушло на то, чтобы оказать раненым первую помощь, погрузить убитых в телеги и собрать с напавших солнечников добычу. В данном случае её вряд ли можно было назвать трофеями — скорее доказательствами, которые я собирался использовать при подходящем случае. Спускать с рук подобную атаку я не собирался.

Дальше мы ехали молча. Уставшие, грязные, оставившие за плечами беззвучный грохот заклинаний и звон стали.

До Чернореченска добрались за один переход, когда солнце уже ушло за горизонт.

Колёса телег скрипели от пыли, смешанной с кровью и золой. Лошади были измотаны, но держались. Люди тоже. Колонна выглядела побитой: трещины в броне, перебинтованные руки, порванные мантии, лица в царапинах и следах от ожогов.

Не было фанфар или встречающих, нас просто пропустили стражники. Они знали, как выглядел отряд после похода в Зону.

Первым делом телеги доехали до Дома Найма — он был по пути. Раненых отправили дальше, в особняки. Аркадий во главе небольшой группы повёз своих в особняк, чтобы продолжить лечение. Я же отправил Рому и Ивана вместе с группой бойцов. У Велигорских вперёд укатил Ермак. Он и сам выглядел неважно.

Я с Гавриилом и Ярополком быстро пробежался по списку и разделил добычу. Долго не копошились, и вскоре слуги из Дома Найма принялись быстро сгружать и перекладывать поклажу. Пришлось взять пару лишних телег, чтобы распределить всё по долям.

— Спасибо, — сказал Гавриил, прижимая к груди контейнер с чудо-корнем, завёрнутый в полотно.

Мы с Ярополком кивнули ему.

— Не люблю долгих прощаний, — сказал Гавриил, махнул рукой и пришпорил коня.

Ему предстояло доставить корень домой вместе с его долей добычи, которая поместилась всего на пару телег. Всё согласно договору. Он изначально не претендовал на большее.

— Ты ведь понимаешь, что это война? — спокойно спросил Ярополк.

— Да, — коротко ответил я.

Ярополк, несмотря на самые большие потери, держался бодро. Он протянул мне руку, и я крепко пожал её.

— Ты можешь на нас рассчитывать, — бросил он мне, развернул коня и поскакал за уже успевшим тронуться караваном Велигорских.

Сегодня ночью им предстояло проводить павших к предкам.

Я прекрасно понимал, что означало сегодняшнее столкновение. Более того, знал, что отвечать на подобную атаку возможно придётся вовсе не на поле боя. Меня интересовало другое: какого чёрта Троицкие настолько осмелели?

Глава 8

Мы въехали на территорию нашего особняка. Я был во главе колонны. Позади гремели телеги, скрипели доспехи и хрипели лошади. От нас всё ещё пахло боем: засохшей кровью, потом, магией и пылью.

Первой из дома во двор выскочила Софья, старшая служанка. Одного быстрого взгляда ей хватило, чтобы всё понять. Она кивнула и вихрем унеслась в дом за лекарями, горячей едой и тёплой водой. Караван молча разгружался и сбрасывал доспехи. И негромко выдыхал. Вокруг суетились слуги, помогая с поклажей и трофеями.

— Эту телегу не трогать, — бросил я молодому слуге, который быстро кивнул и отскочил от накрытой брезентом телеги.

В ней лежали тела солнечников — немного, мы забрали меньше десятка для того, чтобы предоставить в качестве доказательства. Для этого пришлось выбрать тех, кого можно было опознать.

Ко мне, едва умывшись водой из ведра, подошёл Аскольд.

— Макс, эти ублюдки должны ответить, — тут же выпалил он.

У одноглазого множество эмоций всегда были написаны на лице — будь то радость, злость или предвкушение битвы. И сейчас в удивительно спокойном лице Аскольда я читал холодную ярость.

— Троицкие живут на западном берегу, — продолжил говорить Аскольд. — Так почему бы не нанести им визит? Я уверен, что найду пару ласковых слов.

Я молчал, давая ему выговориться.

— Шесть ребят. Совсем молодых. Понимаешь? Все трёхзвёздочные воины. У них был потенциал вырасти. Хаос, да они вырвались из лап паука в шахте, и что? Для того чтобы сдохнуть от света солнечников?

Аскольд злобно сплюнул на землю.

Он и Сольвейг были ближе всего к павшим бойцам. В конце концов, они оба командовали свеженабранными воинами — не только на тренировках, но и в небольших вылазках.

— Я могу собрать ребят, — кивнул Аскольд на бойцов за спиной. — Думаю, человек двадцать…

— Погоди, — поднял ладони перед собой я.

— Они должны ответить, — сквозь зубы процедил Аскольд.

— И они ответят. Даю тебе слово. Но мы больше не отряд наёмников и не ходоки из Зоны, понимаешь?

Аскольд поморщился и кивнул. Было заметно, что он немного успокоился.

— Нам не нужно больше бегать везде самим и доказывать свою правду огнём и мечом. Ты ведь не считаешь, что Троицкие — дураки?

— Нет, — покачал головой Аскольд. — Ублюдки, но не дураки.

— Поэтому мы не будем лезть к ним в особняк, — спокойно произнёс я. — Не можем лезть одни.

Аскольд кивнул.

— Что тогда будем делать, командир?

— С сегодняшнего дня особняк и все наши территории на военном положении. Удвой патрули. Собери людей. Погибшими займутся слуги — их семьям и близким будет гарантировано всё из подписанного контракта: выплаты, обучение детям, содержание семьям. Всё согласно договору, заключённому с родом.

— Это их не вернёт, — вздохнул Аскольд.

Несмотря на десятки, если не сотни боёв, ему всё же было тяжело терять товарищей — тем более тех, кого он лично отбирал и тренировал.

— Не вернёт, — согласился я. — Но до Троицких добраться будет сложно. Но не невозможно. И в первую очередь нам нужно в Ратушу.

— На ночь глядя? — задумчиво спросил Аскольд.

— Кого нужно — разбудим. Даже если придётся вытащить их из мягкой постели, — холодно произнёс я. — Знать нельзя просто так оскорбить. На знать нельзя просто так напасть. Знать нельзя просто так убить. Княжество — это не трактирный двор. Здесь это недопустимо.

Я сделал короткую паузу и всмотрелся в тень особняка.

— Иван! — крикнул я. — Хорош Софью тискать! Потом пообжимаетесь. Снаряди полдюжины бойцов и найди лошадей.

Иван, спрятавшийся с Софьей в тени, тут же отпрянул от неё. Я не мог видеть их лиц, но думаю, что они оба покраснели. Софья тут же унеслась в дом, бросая приказы слугам по ходу.

Аскольд задумался ненадолго, а затем резко развернулся к Ивану.

— Ваня, ты слышал командира! Тащи сюда лучшую карету и свежих лошадей! Поедем узнавать, как решает дела знать.

Для чего становиться аристократом? Сниженные налоги, право на владение землёй, богатство, собственные дружина или слуги? Собственная армия может быть у рубежника, наёмника, ходока или даже лесного разбойника. Но они не знать. Купцы зачастую имеют злата больше, чем мелкие, а то и средние аристократы. Делает ли это их знатью? Нет. Промышленник может арендовать землю — но она не станет его.

Становясь знатью, ты получаешь статус не только в глазах князя, но и в целой, хорошо выстроенную за сотни лет систему. Княжества будут меняться, правители — воевать, проигрывать, побеждать и умирать. А система останется прежней. Как колесо, которое крутится без устали.

Я выцепил Рому, едва успевшего обменяться несколькими словами с Верой и детьми.

Я остановился перед ними и обратился к Вере.

— Я заберу его ненадолго. Обещаю вернуть в целости и сохранности.

Вера понимающе улыбнулась, кивнула и подхватила дочку на руки.

— Тим, Лёша, пойдёмте в дом. У папы ещё осталась работа.

Дети, нехотя, попрощались с отцом и пошли в дом.

— Рома, собери полдюжины магов. Воинами займётся Аскольд с Иваном. Нам нужно достаточное сопровождение. Сейчас мы даже здесь, в Чернореченске, не в полной безопасности. Не знаю, что солнечники и их прихвостни могут ещё выкинуть.

— Сделаю, — уверенно кивнул Рома.

Вооружённый конвой отправился из особняка в сгущающихся сумерках. Все едва успели кое-как обмыться, не то что переодеться. Но времени на дипломатичность не было. Дожидаться утра было нельзя. Я сомневался, что Троицкие остались в городе, но хаос его знает. Всякое могло случиться.

Весна осталась в особняке, заниматься ранеными.

Военный конвой проехал по улицам города, собирая на себе заинтересованные взгляды. Над нами развивались знамёна рода Клинковых. Мы остановились у Ратуши. Внутрь я вошёл с небольшим сопровождением.

Внутри, в приёмной, меня встретил старший писарь — седой, в простой одежде. Он тут же поднялся на ноги. Ему хватило пары взглядов на герб на моей одежде и лицо, чтобы понять, кто был перед ним.

— Господин Клинков, — поприветствовал меня он. — Чем могу быть полезен?

— Я здесь для того, чтобы выставить претензию.

— Понимаю, но боюсь, что наместник в данный момент не в городе, а малый совет будет готов собраться только утром.

— Повторю ещё раз, — спокойно отчеканил я. — Я здесь для того, чтобы выставить претензию роду Троицких за оскорбление, беспричинное нападение, убийство вассалов и нанесённый ущерб.

Услышав мои слова, старший писарь вышел из-за стола.

— Кажется, Аристарх Иванович ещё у себя, — проговорил он.

Я видел выступивший на его лбу пот.

— Сейчас же сбегаю к нему.

Писарь поклонился и, несмотря на возраст, довольно резво нырнул в широкие двери.

Было понятно, что обрабатывать подобные претензии было не в его полномочиях. Столкновение знати в Чернореченске мог решить либо наместник, либо любой другой княжеский ставленник.

Полагаю, что в данном случае Троицким повезло — и мало того, что я возвращался из экспедиции, так ещё и наместника в городе не было. Впрочем, это смотря с какой стороны взглянуть.

Ведь в вылазке со мной были Велигорские, а в малом совете состоял Аристарх Железных, который явно покровительствовал мне. Не все были готовы сделать ставку на быстрорастущего волшебника. Я знал одно: чем выше риск, тем выше награда. И в себе я ни капельки не сомневался.

— Максим! — раздался голос Аристарха, и он появился из широких дверей. — Чем я могу помочь? Степан толком ничего не объяснил.

Я начал говорить, и вежливая улыбка сходила с лица Аристарха Железных с каждым отчеканенным мной словом. Я не лил воду — просто давал факты один за другим. Когда я закончил, в приёмной повисла тишина. Её нарушил суровый, хрипловатый голос Аристарха.

— Степан, проводите господина Клинкова в малый приёмный зал. Малый совет соберётся незамедлительно.

Степан кивнул и проводил меня с моими сопровождающими в небольшой зал, предназначенный для совещаний.

За сколько собрался малый совет? Меньше чем за час, а может, и быстрее. Лично я знал только Аристарха Железных, но о нескольких людях, собравшихся здесь, я был наслышан. К тому же, судя по присутствующим, собрались не все. Маловато было людей для малого совета.

Судя по разговорам и приветствиям был здесь Калинов Степан Дорофеевич — богатый купец. Пожалуй, один из богатейших в Чернореченске и владелец Торговой палаты. Константинов — Магистр и руководитель Дома Найма. Сам Аристарх и ещё несколько значимых для Чернореченска людей. В том числе и первый ратник, глава дружины наместника.

Я мысленно усмехнулся. Троицкие немного опоздали. Что было бы год назад, да даже меньше? Если бы они напали в одной из вылазок тогда — отделались бы выплатой. Или получили бы по носу. Одно дело напасть на наёмника, другое — на аристократа.

— В чём заключается обвинение? — поинтересовался первый ратник.

Я повторил свои слова точь-в-точь. В небольшом зале сохранялось молчание, и было слышно лишь скрежет пера по пергаменту — старший писарь Степан работал не покладая рук.

— Полагаю, — заговорил Калинов, полноватый мужчина с тонкими, аккуратными усами, — что у вас есть доказательства?

— Конечно, — кивнул я. — В телеге — десяток трупов, две дюжины артефактов, клинков, посохов и прочих вещей усопших. Остаточную магию можно отследить. А также доказательство — это моё слово. И слово Велигорских и Нестеровых.

Здесь отозвался Константинов:

— Могу подтвердить, что действительно заверял задание от Никиты Николаевича Нестерова роду Клинковых и Велигорских. Свидетельство о выполненном заказе, а также копии договора есть в архиве Дома Найма.

Дальше последовали логичные вопросы — некоторые уточняющие, некоторые для того, чтобы лучше понимать контекст. Я спокойно отвечал:

— Шестеро убитых и двадцать один раненый, ранения разной степени, от лёгких до более серьёзных. Это с моей стороны. Для уточнения пострадавших у Велигорских и Нестеровых вам придётся обратиться к ним.

— Нет, провокации не было. Даю слово.

— Наши отношения были холодно-нейтральными. Я, как и любой вассал Южноуральского княжества, с пониманием отношусь к вероисповеданию остальных вассалов.

Здесь я ни капли не лукавил. Я с пониманием отношусь к солнечникам в Южноуральске — с пониманием, что с ними надо бороться, как с хворью или чумой.

Заседание шло быстро. Периодически люди входили в зал, приносили свитки Аристарху Железных, который председательствовал. Он кивал, бросал на них взгляд, иногда качал головой.

На некоторое время мы даже вышли во двор к телегам, потому как Калинов хотел лично взглянуть на доказательства. Мы подняли брезент, и Калинов прикрыл рот платком.

— Да, нет сомнений, — произнёс он. — Эти доспехи изготавливались на заказ в кузне в Беловежске. Я лично выступал в роли посредника.

Аристарх указал на обожженное тело без руки.

— Этого я знаю. Рольф. Полагаю, что клинки рядом — его.

— Да, — коротко ответил я.

— Верный пёс Троицких и неплохой мечник… Был.

Надо сказать, что бюрократия оказывается умела быть эффективной. Естественно, только в том случае, если с претензией обращался аристократ. Более того — аристократ с чистой и честной репутацией, заработанной потом и кровью, и недавно получивший свой статус лично от князя.

По пути обратно в зал Аристарх подошёл ближе и прошептал, обращаясь ко мне неформально:

— Максим, я всё понимаю, но почему «оскорбление»?

Мой ответ был мгновенным.

— Троицкие оскорбляют меня своим существованием.

Аристарх не ответил, лишь хмыкнул и переключил внимание на доклад слуги, который подскочил к нему. И то, что я невольно подслушал в их разговоре, оправдало мои ожидания.

Мы заново расселись, и Аристарх Железных произнёс:

— Максим, боюсь, что посланные нами представители для вызова рода Троицких к ответу вернулись ни с чем. Род Троицких уехал два дня назад. Цитирую: «В рамках развития малоизученных земель». Проще говоря, переехали. Если не ошибаюсь, они собирались юго-западнее.

— Их просто так отпустили? — спросил я.

Аристарх развёл руками.

— Причин задерживать их на тот момент не было. Да и основание у знатного рода для переезда — это, в общем-то, формальность. Как вы понимаете, вы и любой другой род волен выбрать своим местом жительства не только Чернореченск, но и любой город в нашем княжестве.

— Уведомление было подано заранее, — добавил Калинов. — Оружие, согласно бумагам, не вывозилось. Да и сами бумаги были в порядке. Так что причин задерживать Троицких два дня назад действительно не было. Ну решил род перебраться в другой город — что здесь такого?

— Род Троицких должен ответить на претензию, — холодно отметил я.

— Я пошлю погоню, — поднялся со своего места ратник. — Немедленно. Из дружинников и магов. Возможно, удастся настигнуть их в пути или отследить.

И то, и другое было маловероятно, но здесь глава дружины тоже соблюдал все формальности. Шанс всё-таки был.

Аристарх согласился, и ратник вышел из зала.

— Думаю, что малый совет не против распорядиться о временной заморозке всего имущества и владений рода Троицких.

Все присутствующие согласились.

— Предлагаю малому совету лично участвовать в проверке особняка Троицких, — продолжил говорить Аристарх. — А остальные владения проверит городская стража.

Возражающих опять не было. Хороший знак. Хоть всё это и было лишь частью политической игры.

— Так и знал, что Троицким нельзя доверять, — сокрушённо покачал головой Калинов. — Они, между прочим, три заказа за месяц сорвали.

Он в добавок цокнул языком. Понятно, что купца в первую очередь интересовали собственные потери и выгода.

Аристарх кивнул и продолжил:

— Максим, полагаю, вы присоединитесь к осмотру особняка?

— Да, — кивнул я.

Я хотел лично проверить гнездо солнечников в Южноуральске.

Мы закончили заседание. Я подписал бумаги — они были тут же заверены малым советом. На улицу я вышел в сопровождении Аристарха, с собственными бойцами и несколькими чиновниками из ратуши. На улице, кроме моего конвоя, уже ждал отряд стражи.

— Полагаю, что дальше будет княжеский суд? — спросил я Аристарха.

— Верно, — спокойно кивнул он. — Я думаю, что вопрос решится в течение дней, максимум — недели. Но без наместника или представителя князя решение о споре знати вынести не получится. Сам понимаешь.

— Понимаю, — спокойно ответил я.

К моему вооружённому конвою теперь добавились ещё и бойцы, маги и чиновники. Мы покатились на западный берег реки. Завтра утром точно пойдут слухи.

Если бы я явился в особняк Троицких здесь, в Чернореченске, один, то мог бы получить обвинение в провокации или ещё какую-нибудь чушь — даже уже от сбежавших солнечников. Сейчас же я явился сюда официально: с представителями власти, лично с Аристархом Железных, а также чиновниками из ратуши и людьми из стражи. Если бы я последовал за импульсивностью Аскольда, то результаты были бы лишь осложнения — незначительные, но неприятные.

Итог бы вряд ли не изменился. Троицкие знали, что делали, и сбежали заранее, поджав хвост. Оставалось лишь выяснить, что или кого они оставили позади.

Мы въехали на территорию контролируемую Троицкими без особых проблем — в конце концов, у нас были все документы с печатями. Остановились перед воротами особняка.

Здесь нас встретил всего один человек. И тот старик — тощий, сгорбленный, в мантии слуги. Он был без брони или оружия, только с платком, которым вытирал пот, текущий по лбу.

— Господа, — поприветствовал он нас, — боюсь, что вы опоздали. Здесь…

Он на мгновение замялся, его старческий голос дал слабину.

— …уже никто не живёт.

Я первым слез с коня.

— Кто ты?

— Григорий, — представился старик

Он даже поклонился настолько, насколько позволяли его старые кости.

— Я держал винный погреб, но боюсь, что самые ценные бутылки с собой забрали господа.

Я внимательно смотрел на него. Он не врал.

— Открывай ворота.

Он махнул рукой. Кованые створки, покрытые пылью, с грохотом разошлись. С первого взгляда я понял — Троицкие действительно сбежали.

Особняк был пуст. Не было ни криков, ни шагов, ни звона металла — только тишина, которую нарушали наши сапоги, глухо стучавшие по камням и плитам. Стража тут же начала осмотр территории. Я же с сопровождением прошёл по парадной лестнице.

На стенах не было портретов и пейзажей — остались лишь рамки, под которыми были видны следы пыли. Шкафы со стеклянными витринами пустовали. Там, где должны были быть магические лампы, остались лишь кованые основания.

— Всё ценное забрали, — хмыкнул я.

Впрочем, в библиотеке почти все книги были оставлены. Здесь были как хроники, ритуальные тома, так и брошюры и свитки для волшебников.

Осмотр особняка не занял много времени. Надо сказать, что кое-где какие-то ценности, конечно, остались. Ту же мебель можно было продать довольно дорого. Троицкие не стали забирать кое-какие накопители и зелья, и ту же лабораторию они разобрать не успели. Но за спиной они оставили в основном тяжёлые и неперевозимые предметы. Смотритель-старик стоял у стены, его руки дрожали.

Я вышел во двор и огляделся по сторонам. Стража выводила сюда слуг и прочих жителей особняка. Судя по их ответам на вопросы и внешнему виду, я мог сказать одно — остались здесь одни бедолаги, в которых Троицкие не видели ценности. Магов не было — по виду, конюхи, повара и домашние слуги. Да ещё один хранитель винного погреба… Остальные, похоже, не лучше.

Тем временем чиновники из ратуши составляли бумаги со списками оставленного. На улицу выносили ящики и бочки.

— Нечего здесь делать, — спокойно произнёс я.

— К сожалению, да, — легко согласился со мной Аристарх.

— Я вернусь в поместье. Доверю оставшуюся работу специалистам.

Аристарх кивнул.

— Слуги, подчинённые Троицким здесь и в прочих владениях, будут арестованы. Имущество, как мы обсуждали, заморожено до решения княжеского суда. Поэтому не буду вас задерживать.

Я попрощался с Аристархом и вместе с сопровождением вернулся в повозку, и мы двинулись домой, в особняк. День, с одной стороны, закончился чертовски плохо — Троицкие улизнули.

С другой стороны, княжеский суд, похоже, должен был состояться скоро. Очень скоро. Небольшой ложкой мёда служила вира. Троицкие владели обширными территориями как в Чернореченске, так и вокруг города. Это означало, что на эти территории мог претендовать я, и род Клинковых мог расшириться раньше, чем планировал.

Но это не означало, что Троицкие не понесут наказания. Не важно, кто и где будет их укрывать. Станислав Троицкий — ходячий труп, даже если он пока об этом не знает.

На следующий день в городе действительно пошли первые слухи о противостоянии аристократических родов. Притом надо сказать, что единого мнения не было, даже несмотря на то что Троицкие были солнечниками.

Более того, к своему удивлению, я получил несколько писем от относительно небольших родов о том, что они тоже пострадали от действий Троицких и хотели прислать своих законников для того, чтобы «поспособствовать скорейшему регулированию вопроса». Что на человеческом языке означало, что нахлебники хотели пристроиться и получить с сбежавшего рода хоть какую-нибудь прибыль. Я только рассмеялся и кинул бесполезные листы бумаги в топку.

Решение о правых и виноватых принять мог только князь либо его представители. Была ли мне гарантирована вира? Нет. Я никак не мог предсказать решение княжеского суда, даже учитывая мой союзный статус лично с князем. В конце концов, кроме меня, заинтересованными сторонами были ещё и Нестеров с Велигорскими, а как выяснилось — и мелкие паразиты.

Аристарх Железных обещал поспособствовать скорейшему регулированию вопроса. Это, впрочем, было и в его интересах. У меня складывается впечатление, что я уже был должен навестить его родовые земли, а то выходило совсем некрасиво. Может, Агния рассказала отцу о талантливом маге, а может, мои последние успехи так убедили Мастера.

Следующий день прошёл в делах.

Был обустроен дополнительный периметр обороны в особняке. Ко мне постоянно заглядывали чиновники и прочие уполномоченные лица для уточнения подписи тех или иных документов и прочей мелочи.

Я, в общем-то, на какое-то время был заперт в собственном особняке — естественно, по причине безопасности. Не то чтобы я боялся выходить наружу, просто не было необходимости рисковать лишний раз. Если Троицкие решили напасть на род лоб в лоб, это означало одно: они не остановятся ни перед чем.

Другим вопросом было — действовали ли они одни или под покровительством Церкви Солнца. Но об этом мне получилось узнать уже совсем скоро.

К вечеру этого дня ко мне в гости пожаловала целая делегация из ратуши — Аристарх, Калинов и первый ратник с сопровождением дружинников. А ещё представители от Велигорских и Нестеровых.

— Прошу прощения, господин Клинков, но пока мы обнаружили лишь следы Троицких, уходящие в соседнее княжество, — с искренним сожалением произнёс ратник. — Все следы указывают на то, что они укрылись или укроются в Кашкаринском княжестве. Присутствие Церкви там достаточно сильно.

— Или остановятся в Березовске, — добавил Аристарх.

На что ратник пожал плечами.

Было понятно, что хоть погоня и продолжалась, но успехом она явно не увенчается. Впрочем, сегодня ко мне в гости пожаловали власти и важные люди Чернореченска не просто так. Они принесли с собой артефакт — шкатулку для дистанционной связи.

Насколько я понял, представители Церкви Солнца согласились на аудиенцию. Естественно, не лично. С одной стороны, их последователи столкнулись с вассалом князя Южноуральского. С другой стороны, они сами были вассалами Южноуральского князя. В этой ситуации они могли бы и просто сохранить нейтралитет или отстраниться. Но они вышли на связь.

Я смотрел на артефакт на столе и не мог до конца сообразить, как он работал.

Шкатулка представляла собой небольшой резной ящик, обмотанный нитями света. Печать была чужой — не из Южноуральского княжества. Было заметно, что артефакт сделан умельцем.

Я мог вычленить составные части, узнавал базовые принципы, но с подобным сталкивался впервые.

— Шкатулка работает наподобие кристалла для связи, — объяснил Аристарх. — Это одна из свежих разработок Громовых, владельцев Кладовочки.

— Да, я узнаю части, но не могу сложить воедино.

Я почесал подбородок.

Похоже, что за время моего отсутствия технологии успели рвануть вперёд, особенно в области магической связи. Потому что принцип действия магических кристаллов, куда записывается голос, я понимал, а вот шкатулку — не до конца. Я бы с удовольствием хотел разобрать её на досуге.

— Боюсь, что это штучный экземпляр, — вежливо улыбнулся мне Аристарх, явно прочитав мои намерения.

— Я так понимаю, не для продажи? — с интересом спросил я.

— Нет, — покачал головой Аристарх. — Не для продажи. Но сегодня шкатулка нам пригодится. Имейте в виду, что есть небольшая задержка.

— Полагаю, что как пострадавшая сторона, я могу провести переговоры с Церковью, верно? — спросил я и посмотрел на присутствующих представителей Велигорских и Нестеровых.

Оба не возражали. Как и Аристарх.

— Как удачно, — ответил он. — Верховный жрец Церкви Солнца по Восточному региону попросил именно вас.

— Лично меня? — переспросил я.

Я был немного удивлён. Всё-таки я полагал, что вести переговоры с Церковью Солнца по хорошему положено представителю княжества — то есть в данном случае Аристарху или другому члену малого совета. Но уж никак не мне. Но мою просьбу мало того что одобрили, так ещё и меня заранее просили лично.

— Да, — просто ответил Аристарх.

Почему он знать не мог. Как и я.

Артефакт засветился едва заметно берёзовым светом, и я уселся за стол.

— Влейте немного маны, — подсказал мне Аристарх.

Я влил немного маны. Мерцание усилилось, и из глубины артефакта донёсся щелчок, будто кто-то открыл невидимую дверь.

Я наклонился ближе и произнёс:

— Максим Клинков. Кажется, вы хотели меня слышать?

Одно мгновение всё было тихо. Лишь слабое потрескивание маны, и вдруг — в ответ раздался хрипловатый, но холодный, выверенно вежливый голос:

— Господин Клинков… Это честь — наконец услышать вас. Пусть и не лично. Впрочем, вы должно быть не сильно изменились…

Он говорил неспешно, будто смакуя каждое слово.

— Разве мы знакомы?

Пауза.

— Ах, да. Где же мои манеры? Я уполномочен представлять Церковь Солнца в Кашкаринском княжестве. Зовут меня… Илларион Соснов. Надеюсь, вас устраивает этот формат разговора?