Клинд

Глава 1

Клинд, опираясь на клюку, ковылял вслед за деревенским стадом по дороге. Коровы пытались разбрестись в стороны и урвать траву на обочинах. Только там нечего было рвать. Этой дорогой Клинд гонял коров уже не первый день и всё, что можно, коровы уже сожрали. Новая трава просто не успевала вырасти.

В поисках ещё не уничтоженной растительности тупые животины начинали расползаться по подлеску в стороны. Если бы не Тайк, то Клинд замучался бы бегать за скотиной, собирая её по лесу. Мощный пёс лишь немного скалил зубы, внезапно появившись возле очередной оголодавшей коровы, и та сразу возвращалась к основному стаду.

Клинд был увечным, но благодаря своему псу, только он отваживался гонять деревенское стадо на дальние луга. Трава на них была сочной, и коровы быстро наедались. Даже учитывая затраты времени на дорогу, гонять туда стадо Клинду было выгодно. После его выпаса коровы давали намного больше молока. За это ему перепадала не только мелкая деньга, от довольных односельчан, но и сметана, с маслом и творогом.

Своей коровы у Клинда не было, пришлось продать, поэтому такая помощь была не лишней. Больная жена Клинда ела мало в последнее время, но от сметаны не отказывалась. И блинчики с удовольствием ела, которые он на масле готовил.

Клинд вздохнул. Мало ему было на службе ногу потерять, так ещё и жена заболела, вскоре после того, как он вернулся из армии. Все деньги, накопленные за два года службы, он истратил на попытки её вылечить. Но ничего не помогло.

Лекари разводили руками. Они даже цену не говорили. Не лечится эта болезнь. Айла медленно угасала. Несмотря на то что Клинд пытался её кормить, зачастую даже насильно, она продолжала худеть и слабеть. В последнее время Айла перестала вставать с кровати. Сил у неё не хватало даже на столь простые действия.

Отогнав грустные мысли, Клинд заковылял быстрее, догоняя не так уж быстро идущее стадо. Подбежал Тайк, держа в зубах придавленного бурундука и предлагая хозяину его забрать.

— Ешь сам. — Улыбнулся Клинд. — Ты же знаешь, что первая добыча твоя.

Демонстрация добычи была своего рода ритуалом. Тайк знал, его только похвалят за неё. И неважно, кто попадётся первым. Мелкий бурундук или жирный заяц. Один раз он принёс дикого поросёнка, но Клинд не стал ради хорошего мяса менять устоявшееся правило. Недоеденные остатки, он потом тащил сам и всё-таки скормил их псу позже.

Доверие в отношениях долго зарабатывается, но моментально исчезает, стоит один раз поступить неправильно. Доверие животных не было исключением. В этом Клинд был точно уверен и не собирался рисковать доверием своего пса.

Перед тем как жениться, Клинд записался в пограничную службу на три года, но после потери ноги его списали к концу второго. Денег, накопленных за время службы, хватило на скромную свадьбу и дом. Завели скотину. Начали задумываться о детях. Всё было хорошо, пока внезапно Айла не заболела.

Мощный пёс, которого Клинд сам воспитал из несмышлёного щенка, вернулся в деревню вместе с ним. Передать собаку в руки другому человеку было невозможно. Псов или списывали на гражданку вместе с хозяином, или усыпляли, если тот отказывался. Не у всех была возможность обеспечить для собаки нормальные условия. Особенно это касалось городских.

Отказников было очень мало. Официально никаких препон или порицаний никто не чинил. Но устроиться на нормальную работу, особенно в госслужбу, отказнику было невозможно. Кому нужен человек, который в любой момент может предать?

Неожиданно внимание Клинда привлекло жёлто-красное пятно в листве деревьев. Какая-то тряпица висела на сучке толстой ветки, и что подозрительно, совершенно не раскачивалась под ветерком. Он хоть и был лёгким, но не настолько. Листва на деревьях от него весьма громко шумела.

Всё необычное может быть опасным. Простая истина легко запоминалась на границе с пустошью на примере сослуживцев, проигнорировавших смертельную мелочь. То, что этой тряпки вчера здесь не было, Клинд помнил точно.

Он осмотрел дерево, прикинул расположение ветвей и дохромав до ствола, отложил клюку в сторону. Нога у него оканчивалась ниже колена. Дальше шёл самодельный протез. В своё время, словно предчувствуя немалые траты, Клинд не стал тратиться на мастера-протезиста, но не сильно страдал от этого. По дому он и так управлялся. Зато не стоило переживать, если протез сломается. Он сделает себе новый из подходящего куска дерева.

Ловко перебирая руками и ногами, Клинд поднялся до нижних ветвей, а там дело пошло ещё легче. Сильные руки позволяли ему подниматься выше, вообще не пользуясь ногами. При ближайшем рассмотрении странная тряпица оказалась толстым вязаным носком. И в этом носке что-то лежало. Опершись ногой на ветки, свободной рукой Клинд слегка стукнул по носку. В ответ раздался характерный звон золотых монет. Этот звук с другим не спутаешь.

Сдёрнув носок с сучка, Клинд зажал его зубами и начал быстро спускаться. Приятная тяжесть носка, между тем, принесла с собой беспокойство. Не бывает таких “подарков”. Но как-то по-другому объяснить появление здесь носка с деньгами он не мог. Подвесили носок с таким расчётом, что его заметит только Клинд. Вряд ли кто-то другой обратил бы на него внимание и тем более решил лезть наверх за непонятным предметом. Или всё же тайник?

Спустившись на землю, Клинд внимательно осмотрел следы вокруг дерева. Кроме него здесь давно никто не ходил. Но вчера носка точно не было!

— Тайк! — Позвал он собаку. Поведение пса не указывало на его беспокойство. Никого чужого тот не чувствовал. — Ищи!

Клинд протянул носок Тайку, но пёс с удивлённым видом уставился на хозяина, словно не понимая, что ему нужно искать. Выходило, что ничего похожего в округе чуткий нос собаки не встречал.

— Очень, очень странно. — Пробормотал Клинд и засунул носок в котомку с обедом. Заглянуть в него и пересчитать монеты он решил в другом месте.

***

Всю дорогу до дальних лугов, Клинд постоянно ловил себя на том, что непроизвольно осматривает ветви деревьев. Не промелькнёт ли на них второй носок. Тайк, чувствуя беспокойство хозяина, тоже настороженно следил за округой, но кроме двух толстых зайцев, его повышенное внимание ничего не дало.

Отойдя подальше от места необычной находки, Клинд аккуратно проверил содержимое носка. Котомка у него была прочная, без малейшей дырочки, поэтому он вытряхнул носок и на ощупь пересчитал монеты. Для верности, повторил операцию несколько раз, совмещая засовывание руки в котомку с поеданием кусочков хлеба. Клинд предпочитал лишний раз перестраховаться, хотя его инстинкты, наработанные в приграничье, не говорили, что за ним наблюдают и вообще проявляют к нему интерес.

В носке оказались двадцать четыре золотые монеты древней чеканки. Их легко удавалось определить по характерному звону чистейшего золота. Такие иногда находили в пустошах вольные охотники. Древние монеты по закону не могли служить деньгами, но оценивались они намного дороже, чем стоило золото, из которого монеты были отчеканены. На вопрос “почему?”, маги обычно делали страшное лицо и по-дружески советовали больше такого рода вопросы не задавать.

Несмотря на строгость закона и таинственность магов, такой подход устраивал всех. Включая вольных охотников, которые в большинстве случаев соблюдали закон чисто номинально. За такие деньги задавать лишние, и при этом опасные вопросы, желающих не находилось. Государство без обмана платило за монеты пустошей высокую цену, сразу вычитая десятину налога. Сущая мелочь по сравнению с итоговой суммой.

Другой, на месте Клинда, бросил бы стадо и, плюнув на всё, побежал в ближайший город обменивать золото на настоящие деньги. Но Клинд думал иначе. Ему не давало покоя то, как он нашёл монеты. Кто-то ведь их повесил на ветку. Кто-то настолько ловкий, что не оставил никаких следов после себя.

Ему вообще был непонятен смысл этого действия. На ум приходило только одно, носок повесили специально для него. Неведомый “кто-то” хорошо знал о наблюдательности Клинда и его способности, несмотря на увечье, самостоятельно достать носок.

Клинд помотал головой, отгоняя назойливые мысли и такого же назойливого овода, привязавшегося к нему. Получался замкнутый круг из вопросов, без намёка на ответ. Хоть бы записку положили. А может…

Он снова засунул руку в котомку, промял пальцами носок, но ничего не нащупал. Записку могли написать на кусочке тончайшего пергамента, такой даже его пальцы не нащупают через толстую вязаную ткань носка. Посчитав такую возможность достаточно вероятной, Клинд, ёрзая пальцами, вдел руку в носок.

И отключился от внешнего мира.

***

— Знаешь, кто я?

Вопрос прозвучал из быстро рассеивающейся дымки, возникшей вокруг Клинда в момент потери сознания. Буквально через пару мгновений он увидел склонившуюся над ним почти обнажённую женщину. Лёгкие одежды больше показывали, чем скрывали её тело, и этим вызвали вполне естественное возбуждение у молодого мужчины.

— Кто я? — Повторила вопрос женщина выпрямляясь. При этом полная грудь под прозрачной накидкой заманчиво колыхнулась.

— Не иначе как богиня. — Клинд ляпнул первое, что пришло в голову.

Его занимали не только прелести незнакомки, но и место, куда он так внезапно попал. Клинд сидел на мраморном полу, привалившись спиной к каменному ограждению небольшой беседки. Располагалась беседка среди леса, состоящего из неизвестных Клинду деревьев. Его рука по‑прежнему оставалась в котомке, однако носок с неё пропал. Клинд больше не чувствовал его.

Чуть шевельнув пальцами, он ощутил монеты на дне котомки. Хотя бы они остались на месте.

— Ты угадал, смертный! — Женщина-богиня внимательно осмотрела его, задержав взгляд на протезе. — Почему ты без ноги?

— На службе потерял. — Клинд не знал, что ему делать. Может, следовало встать перед богиней, или упасть ниц, как делали в некоторых восточных странах при общении с правителями. Последнего он делать точно не собирался, поэтому остался сидеть в той же позе. — Зачем я здесь? — Задал он вопрос, так как богиня молчала, продолжая внимательно изучать протез.

— Ты избранный! Тебя ждёт великий подвиг, который спасёт мир! — Богиня буквально выплюнула эти слова. — Но где твоя нога? Тварь! — Неожиданно выкрикнула она, но не Клинду, а куда-то в сторону.

— Я здесь, моя госпожа. Чего изволите?

Из воздуха появилась сухонькая сморщенная старушка и отвесила богине поклон. К счастью, старушка была одета более традиционно. У Клинда не было никакого желания наблюдать её обвисшие телеса.

— Почему он без ноги? — Богиня резким движением указала на протез. Её груди снова маняще заколыхались под накидкой. — Я тебе что приказала?

— Сделать вещь, которую сей мужчина непременно захочет подобрать и надеть на ногу. Я связала великолепный носок! У него таких отродясь не было! Вы же сами на него заклинания накладывали! Его же сюда перенесло! — Указала она на Клинда. С каждым предложением голос старушки повышался, и под конец она почти кричала на богиню.

В какой-то момент Клинд уловил, как бабка, украдкой ему подмигнула. Но произошло это так быстро, что верилось с трудом. Хотя вот же она орёт на свою госпожу и ничего не боится. И про монеты в носке ничего не сказала.

— Не ори на меня, смертная тварь! — Закричала в ответ богиня. — Будешь на меня ещё тысячу лет работать! Никакого тебе посмертия, Тварь!

— Слушаюсь, госпожа. — Изобразила обречённость старуха. — Я могу идти?

— Куда ты собралась? А с ним, что прикажешь делать?

— Госпожа, так вылечите его, а потом отправьте совершать подвиг в благодарность за возможность снова ходить. Вы же можете. — Неожиданно успокоившись, ответила старушка.

— Стоп! — Клинду надоело слушать препирательство этих странных женщин. — Сначала я хочу узнать, что за подвиг нужно совершить. Потом уже решу, согласен на него или предпочту дальше на одной ноге прыгать.

— Сил моих больше нет… — Богиня застонала, запрокинув голову и потрясая руками. Если бы не в гневе скрюченные пальцы, то зрелище выглядело бы крайне соблазнительно. — Ты будешь торговаться с богиней? — Внезапно посмотрела она в глаза Клинда.

— Хоть с богиней, хоть с дьяволицей. — Подтвердил он. — На кону стоит моя жизнь, и я хочу знать, что за поросёнка в мешке мне предлагают.

— Не поросёнка, а подвиг. — Поправила его богиня. — Что тебе нужно? Деньги? Слава? Я? — Она провела руками по своей упругой груди, и тазом изобразила движение, прозрачно намекающее на секс.

— Ты, конечно, красива и желанна, как богиня, но я женат. Деньги и слава меня мало интересуют, особенно посмертно. Вылечи мою жену, и я соглашусь на твой подвиг.

— Ты решил променять меня на какую-то смертную? — Неожиданно зашипела богиня. Её красивое лицо исказила гримаса брезгливости, смешанной со злостью.

— Я не меняю. Я предлагаю варианты, которые позволят всем получить то, что они хотят. — Твёрдо ответил Клинд. Сексуальная привлекательность богини стремительно падала в его глазах.

— Хорошо. — Внезапно согласилась богиня, не отрывая от него взгляд. — Тварь, свяжи ещё два носка. Один для нашего героя, а второй для его жены. Но! — Её глаза недобро сузились. — У тебя будет всего один день, чтобы попрощаться с женой. Если потом ты приблизишься к ней, она умрёт! Если ты не совершишь подвиг, она умрёт! Если ты…

— Хватит! — Прервал её Клинд. — Этих условий более чем достаточно. Давайте свои носки и объясняйте, что надо делать.

— Тварь, расскажешь ему про подвиг и подготовь всё остальное. — Богиня злорадно улыбнулась и растаяла в воздухе.

— Вставай, избранный. — Старушка подошла к Клинду и протянула ему сухонькую руку, но он встал без её помощи.

— Бабушка, ты можешь объяснить, что здесь творится? — Тихонько спросил он.

— Если б я знала, сынок. — Махнула она рукой. — Сколько здесь живу, а так и не поняла, Рай это или Ад. Да ты не бойся. — Заметив, как Клинд по привычке оглядывается, оценивая обстановку, успокоила его старушка. — Эти боги не обо всём ведают, что вокруг происходит. Они даже мысли читать не умеют.

— Я не о том переживаю, бабушка. Боюсь, не окажется ли это сном.

— Странный ты. — Старушка подошла и приложила сухую и горячую руку к его лбу. — Вроде здоровый, а ерунду говоришь. Или тебе каждый день такие сны снятся, после которых золото в сумке звенит. — Подмигнула она.

— Могу вернуть. — С готовностью предложил Клинд и запустил руку в котомку.

— Оставь. — Старушка беспечно махнула рукой. — Не нужно оно мне. Здесь это золото ничего не стоит. Ты лучше подумай, как выпутываться из истории с подвигом будешь. Боги — не боги, а своё слово они держат крепко. Иначе не рисковала бы я, стараясь здесь задержаться.

Клинд решил не уточнять, зачем ей здесь жить. Всё же это жизнь и, видимо, не в самых плохих условиях. Старушка меж тем вышла из беседки и не оборачиваясь, поманила его за собой. Клинд послушно двинулся следом, продолжая оглядываясь по сторонам.

— Сколько ты здесь уже живёшь, бабушка?

— Долго милок. Теперь ещё на тысячу лет рассчитывать можно. Или осуждаешь? — Она с интересом посмотрела на Клинда.

— Не мне осуждать тебя, бабушка. Я ведь сам только что согласился на кабалу.

— Да никакая это не кабала, сынок, если подходить к ней с умом. Здесь главное — внаглую вытребовать обещание на эмоциях, чтоб боги подумать не успели.

— Ты говоришь: “боги”. Их здесь много? — Решил уточнить Клинд.

— Не так чтобы очень. Здесь нет привычного нам пространства. Здесь всё иное. — Она вздохнула. — Не забивай себе голову ерундой. Тебе о другом думать надо.

— Пока не о чем думать. — Вздохнул Клинд. — Есть лишь угрозы и пожелание куда-то пойти и что-то сделать.

— В пустошь пойдёшь. — Уверенно заявила старушка. — Куда же ещё отправлять опытного солдата. В самое сердце пустоши. Тебе нужно найти одну вещь и выключить её. Тогда пустошь исчезнет, не сразу, конечно. Слишком много энергии она в себя впитала. Но через пару лет размеры пустоши начнут уменьшаться. Потихоньку. Пока она не исчезнет вовсе. Вот и всё твоё задание. Ну и не забыть эту вещь сразу богине отдать. Если она будет ждать исчезновения пустоши, то весь мозг мне выест. — Она многозначительно глянула на Клинда. — Понял? Вернуться ты должен из пустоши. Твоя героическая смерть в конце, никому не нужна.

Глава 2

За разговором они дошли по лесной тропке до небольшого домика. Ни огорода, ни живности во дворе не наблюдалось. Хотя домик был уютный и ухоженный.

— Хорошее задание, учитывая, что до сердца пустоши, никто не смог добраться. Там аномалии и плотоядная живность на каждом шагу и не всегда можно понять опасно, то, что ты видишь или нет. — Отказываться от своих слов Клинд не собирался. Ему поставили задание, но не ограничили во времени. Идти к цели можно годами, зато всё это время его Айла будет нормально жить.

— Я бы на твоём месте не рассчитывала на столь простой обман, как затягивание сроков выполнения уговора. — Словно прочитав его мысли, произнесла старушка. — Вывернуть договор можно в обе стороны. Никто не обещал твоей жене вечной жизни. Это я для примера говорю. Вспыльчивый характер богини ты сам имел удовольствие лицезреть.

— Ты читаешь мысли? — Спросил Клинд.

— Зачем? Люди — существа простые, и понять их логику несложно. Если долго живёшь. — Старушка указала на лавку перед домом. — Присядь и жди. Я быстро носки свяжу. Только ничего не трогай! — Она резко развернулась и посмотрела Клинду в глаза. — Ничего! Здесь сказки страшно заканчиваются. Не стань героем одной из них.

Взгляд старушки резко изменился. Глаза, бывшие секунду назад словно чёрные омуты, вновь стали выцветшими глазами пожилого человека. Предупреждение выглядело серьёзней некуда, поэтому Клинд сел на скамеечку и прилежно ждал появления хозяйки. Хотя любопытство его разбирало нешуточное.

Трогать он ничего не стал. Приграничье быстро отсеивает любителей хвататься за всё непонятное. Вместо этого Клинд усердно прислушивался. Из дома старушки доносились разные интересные звуки. Иногда она разговаривала с кем-то на неизвестном Клинду языке. Иногда это был голос богини. Часто он звучал спокойно, но пару раз в нём слышались знакомые истерические нотки.

Чтобы не сидеть просто так, Клинд начал планировать поход в пустошь. Тайка он с собой берёт однозначно, да и не разрешат Айле его дома держать, если рядом не будет хозяина пса. Стоит ли собирать команду? Тоже вопрос серьёзный. Одному в пустошах сложно. Несмотря на помощь Тайка, не со всеми опасностями можно справиться самому. Брать с собой в пустошь следует только проверенных людей. Тех, кто точно не предаст и не бросит. Были у него друзья, но все продолжали служить или так же, как и он стали калеками.

— Молодец, соколик. Ничего не трогал и не хватал. — Старушка вывела Клинда из задумчивости. — Вот тебе за это носочки. Этот, знакомой тебе расцветки, сам наденешь на ночь. После сна у тебя нога отрастёт. Эти два зелёненьких, на жену свою. К утру она тоже выздоровеет. Но помни, у тебя останется время до вечера. Как стемнеет, ты должен уйти. Лучше перестрахуйся и уйди чуть раньше.

— Понял. — Принимая опять звякнувшие и тяжёлые носки, ответил Клинд. — Ты мне, бабушка, расскажи, как выглядит вещь, которую я должен найти и как её выключить?

Взвесив в руке носки, он прикинул, что на этот раз сумма, положенная в них, намного больше. Засунув носки в котомку, Клинд поднялся на ноги.

— Найдёшь, увидишь и выключишь. — Уверенно заявила старушка. — Не ошибёшься. Кроме тебя, этого никто сделать не сможет. Ты ведь избранный.

— Интересно, много таких избранных было отправлено в пустошь? — Насчёт своей уникальности Клинд иллюзий не питал.

— Мной, ни одного! — Немного резко ответила старушка, сразу выйдя из образа доброй бабушки. Она направилась к выходу со двора и поманила Клинда за собой. — Потомков капитана много вокруг пустоши живёт. Любил он погулять, и бабы его любили. Но тебя это волновать не должно. Любой, кого ты встретишь в пустоши, может оказаться врагом и конкурентом. Помни об этом.

— Что такой любвеобильный моряк мог забыть в пустошах?

— Он капитан, но не совсем моряк. И не речник. И даже не озёрник. Опять ты не о том думаешь. — Важно кивнула старушка, вольно или невольно добавляя Клинду новую пищу для размышлений. — Я тебе деньги не просто так дала. Купи себе лучшую экипировку и припасы в дорогу. Не экономь. Мёртвому деньги не нужны.

— Как ходить в пустоши, меня учить не нужно. — Криво усмехнулся Клинд. — За свою службу я насмотрелся на трупы тех, кто решил сэкономить или купил некачественный товар. Где брать качественный, я знаю прекрасно.

— С покупкой снаряжения будь поаккуратней. Не надо, чтобы кто-то узнал о твоём чудесном выздоровлении и стремлении уйти в пустошь. Поэтому никаких знакомых застав. В пустошь ты отправишься через другой участок приграничья, где тебя прежнего никто не знает. — Старушка развернулась и снова уставилась Клинду в глаза двумя чёрными омутами. — Запомни, не только ты должен изменить пустошь, но и пустошь должна изменить тебя!

Не дожидаясь ответа, она пошла дальше. Впереди замаячила знакомая беседка. Больше советов от старушки не было, но Клинду и тех, что она дала, хватило. Он ломал голову над её последними словами. Они звучали пафосно, но были произнесены явно не для красного словца.

В беседке старушка повернулась к нему:

— Прежде чем что-то делать, думай. Прежде чем думать начать, успокойся. Быстрые решения не всегда правильные. — Клинд хотел возразить, но наткнувшись на взгляд, вновь изменившихся глаз, сдержался. — А сейчас догоняй своё стадо.

***

— И кто у них там богиня, а кто подручная рабыня? — Задал сам себе вопрос Клинд, внезапно оказавшись на дороге в том месте, где до этого исчез. — Богиня, кроме сисек, мне ничего не показала, а старушка, чудеса творила походя.

В ответ на его бормотание вдалеке раздался радостный лай Тайка. Пёс учуял появление хозяина. Клинд тоже не стал медлить, подобрал свою клюку и поспешил за стадом. Он бы с удовольствием его бросил и вернулся домой, но сказано было: надеть носки перед сном. Так что, где провести день, большой разницы не было, а дома он весь изведётся возле больной жены, ожидая наступления ночи.

***

День тянулся и тянулся. Не помог даже запечённый заяц, которого Клинд съел полностью с остатками хлеба. Монеты, высыпанные из носков, были несколько раз пересчитаны. Клинд немного отвлекался, когда продумывал первые шаги, которые стоит предпринять перед отправлением в пустошь. Он знал, что редко какой план работает дальше первого пункта, но хотя бы примерное направление и порядок своих действий он продумать должен был.

Всё же он не дотерпел до обычных сумерек и погнал недовольных бурёнок в деревню немного раньше обычного времени.

— Ты сегодня рано с пастбища. — Староста деревни говорил без упрёка. Его намётанный взгляд видел, что скотина сытая. Это легко определялось по “голодной” ямке у коров. — Случилось чего?

— Тайк нервничать начал. — Клинд отвечал уверенно. — Решил не рисковать.

— Зверь али люди?

— Зверь бы напал, пока назад шли. Скажи ночным сторожам, чтоб внимательней были. Мало ли.

— Обязательно. — Серьёзно кивнул староста. — Пойдём, я с тобой рассчитаюсь.

Староста всегда сам производил расчёт за всех жителей деревни. Клинд не думал, что он берёт с односельчан больше, чем отдаёт ему. Такое в деревне долго не утаишь. Выгоду староста получал, выдавая свои продукты взамен части наличных. В результате он имел свою прибыль, а Клинд был избавлен от хождения по дворам. К тому же на продуктах для него староста не экономил. Отвешивал с горкой и всегда свежее.

***

В доме пахло мочой и испражнениями. Айла с виноватым видом смотрела на него своими большущими глазами.

— Всё хорошо, родная. — Как обычно, мягким голосом произнёс Клинд. — Сейчас я всё уберу и переодену тебя. Потом мы будем есть.

Про возможное выздоровление он решил не говорить. В реальность встречи с богиней Клинд верил. Монеты в сумке были явственным тому доказательством. Не верил он обещаниям богини. Бывают такие люди, которым никак верить не получается. И пусть старушка сказала, что богиня своё слово держит, но исполнять обещания можно тоже по-разному.

— Почему ты улыбаешься? — Едва слышно спросила Айла, когда Клинд закончил её переодевать и усадил, оперев спиной на подушки. Постельное бельё он тоже сменил на чистое.

— Ты у меня красавица и, я надеюсь, совсем скоро поправишься. — Продолжая улыбаться, ответил он. — А сейчас мы будем кушать. Староста дал немного свежего творога и мягкого хлеба. Со сметаной и молоком тебе должно понравиться. Или, если хочешь, я могу сварить зайца. Получится наваристый бульон. — Клинд вопросительно посмотрел на жену.

— Оставь зайца себе. Ты же знаешь, что мясное я не перевариваю. — Во взгляде Айлы появилась тревога. — Скажи, что ты задумал?

— Ничего. Честное слово.

— Тогда, на что ты надеешься?

— На богов. — Честно и совсем без пафоса признался он. — Давай поедим и ляжем спать. Утро вечера мудренее.

— Никогда не понимала этой присказки твоей бабушки. — Слабо улыбнулась она.

— Это потому, что ты ещё не бабушка. Давай поедим. — Улыбнулся Клинд.

***

Перед сном он достал из котомки носки. Сначала, аккуратно, стараясь не разбудить уже уснувшую Айлу, надел носки ей, а после, отстегнув протез, надел на целую ногу свой. Убедившись, что на этот раз ничего необычного не произошло, он лёг рядом с женой и почти мгновенно провалился в сон.

***

Клинд проснулся оттого, что Айла гладила его по лицу. Её пальцы, худые и слабые в последние месяцы, иногда весьма ощутимо нажимали на кожу, словно проверяя, настоящий ли он. Клинд открыл глаза и увидел её улыбку. Не ту, болезненно-виноватую, к которой привык за последнее время, а настоящую, с блеском в глазах, что пропал с развитием болезни.

— Клинд... — Прошептала она, видя, что он проснулся. — Я хочу есть.

— Сейчас родная. — Клинд улыбнулся в ответ. — Я сейчас приготовлю завтрак.

Он моргнул, прогоняя остатки сна, откинул одеяло и сел на кровати. С удовлетворением отметил, его нога, та, что оканчивалась культёй, снова цела и невредима. Настоящая нога, с кожей, пальцами и даже небольшим шрамом на щиколотке, оставшимся с детства. Клинд с удовольствием пошевелил пальцами.

— Ты... — Айла села рядом и проследила за его взглядом. — Твоя нога!

Клинд спустил ноги с кровати и встал, почувствовав, как вес тела равномерно распределяется на обе ступни. Он сделал шаг. Потом другой. Нога прекрасно слушалась, словно не было этого года, когда он перемещался исключительно на протезе.

— Клинд! — Айла тоже попыталась встать, но он подскочил к ней и мягко усадил обратно.

— Сиди. Я сам. Тебе нельзя резко вставать. — Он говорил и не верил собственному голосу. — Ты сказала, хочешь есть?

— Да. — Она смотрела на него во все глаза. — Я очень хочу есть. И мне нужно встать. По-настоящему.

Клинд помог ей подняться. Айла пошатнулась, но устояла, удержавшись за его руку. Ноги держали. Она сделала шаг, потом второй, третий. Её слегка покачивало с непривычки, но Айла держалась за мужа и упорно двигалась по комнате. Вернувшись к кровати, она села на край, довольная и счастливая. В её взгляде, обращённом на Клинда, читалось столько всего, что он решил не спрашивать о её самочувствии.

— Иди разожги печь. Я хочу нормальной еды. Мясо хочу. Того зайца, что ты вчера предлагал. — Попросила Айла.

***

Завтрак получился поздним, но основательным. Клинд принёс из ледника заячью тушку и сварил из него суп, нисколько не экономя на продуктах. Достал сметану и творог. Сварил несколько яиц.

Айла сначала ела жадно, словно навёрстывала месяцы вынужденного голодания, но через несколько ложек притормозила себя и заставила жевать медленнее.

— Рассказывай. — Потребовала она, отодвинув пустую миску.

Клинд молчал, собираясь с мыслями. Потом встал, снял с гвоздя свою котомку и начал выкладывать на стол золотые монеты. Айла смотрела на них без особого удивления. Чудеса этим утром уже случились, золото было их логичным продолжением.

— Это же не всё? — Спросила она, перебирая монеты пальцем. — Не бывает таких подарков в жизни, чтобы и здоровье, и деньги, сразу, просто так с неба упали.

— Не бывает. — Согласился Клинд, тяжело вздыхая, и начал рассказывать. Про носок на дереве, про старушку со странным именем Тварь, про богиню с её сиськами и истериками, про заключённый с ней уговор.

Айла слушала молча, только бледнела с каждым его словом. Когда он закончил, она долго сидела неподвижно, глядя в окно.

— Значит, до вечера. — Наконец, сказала она. — А потом уйдёшь навсегда. И если вернёшься, я умру.

— Если я не сделаю то, что обещано, ты тоже умрёшь. — Поправил Клинд. — Если сделаю... не знаю. Может, богиня смилостивится. Может, я найду способ обойти договор. Та бабушка говорила, что боги не всеведущи и мысли читать не умеют. Шанс призрачный, но он есть.

— Бабка, которая служит богине тысячу лет? — Айла криво усмехнулась. — И ты ей веришь?

— Я верю монетам и своей ноге. — Клинд протянул руку и сжал её ладонь. — И тому, что ты сейчас сидишь напротив и ешь зайца. Это стоит любого риска.

Айла высвободила руку, встала и подошла к окну. Спина её была прямой, плечи расправлены. За месяцы болезни она привыкла смотреть на мир лёжа, но сейчас снова стала той женщиной, за которой Клинд ухаживал до армии.

— Ты должен кое-что сделать, прежде чем уйдёшь. — Сказала она не оборачиваясь.

— Что угодно.

— Я хочу, чтобы у нас был ребёнок. — Она повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. — Если ты не вернёшься, я хотя бы не одна останусь. И у меня будет для кого просыпаться по утрам.

Клинд открыл рот и снова закрыл. Возразить было нечего. Айла права. Абсолютно права. Он уйдёт вечером. А до вечера он имеет право быть мужем своей жены.

— Ты уверена? — Спросил он хрипло. — После болезни...

— Я здорова. — Отрезала Айла. — И я хочу. Тебя хочу. Последний раз. Может быть, навсегда последний.

Она подошла к нему и притянула его голову к себе. Поцеловала. Жёстко и требовательно, как раньше, когда он вернулся в отпуск после учебки. Тогда Айла набросилась на него прямо в сенях, не дав даже снять сапоги.

Клинд подхватил её на руки. Новая нога держала отлично. Он отнёс её в спальню и бережно опустил на кровать. Айла сдирала с него рубаху нетерпеливыми пальцами, а он помогал ей разобраться с завязками на платье.

— Я боялась, что умру, так и не почувствовав тебя больше. — Шепнула она, прижимаясь к нему всем телом. — Не думала, что у нас появится ещё один шанс.

— Всё возможно. — Ответил Клинд и начал покрывать поцелуями её шею, плечи и грудь. — Пока мы живы. — Оторвавшись на мгновение, закончил он.

Они любили друг друга медленно и жадно одновременно. Айла забыла, что значит быть желанной и чувствовать себя женщиной. Клинд забыл, что значит быть целым, без боли в культе. Время остановилось. Солнце замерло в зените и не двигалось, словно давая им лишние минуты.

Потом они лежали, переплетясь ногами, и молчали. Говорить было не о чем. Всё важное уже сказано.

***

Вечер наступил слишком быстро. Солнце клонилось к горизонту, но ещё не село, когда Клинд закинул на плечо котомку, проверил, на месте ли монеты, и вышел во двор. Айла стояла на крыльце, кутаясь в пуховый платок, хотя вечер был тёплым.

— Я вернусь. Слышишь? Я обязательно вернусь. — С непонятной для себя уверенностью произнёс Клинд. — Я найду выход.

— Я буду ждать. — Голос Айлы дрогнул, но она сдержала слёзы. — И ребёнка назову... назову, как захочешь. Только напиши мне как-нибудь имя. Если сможешь.

— Напишу. — Пообещал Клинд. — Я придумаю как.

Он разжал объятия, свистнул Тайку и зашагал по дороге прочь от дома. Не оборачивался. Знал, если обернётся, уйти будет сложнее. А уйти надо. Ради неё и будущего ребёнка. Ради того, чтобы пустошь, когда-нибудь исчезла.

Тайк бежал рядом, иногда поднимая голову и заглядывая хозяину в лицо. Пёс чувствовал, что происходит что-то важное, и не отвлекался даже на заячьи следы.

Солнце коснулось края горизонта, когда Клинд вошёл в лес. Он остановился на мгновение, всё-таки обернулся. Деревня отсюда уже не просматривалась, только верхушки домов за пригорком.

— Прощай, Айла. — Прошептал он. — Я люблю тебя.

Глава 3

Клинд шагал по тракту третий день. Первое время он не мог нарадоваться ощущению, что нога вновь цела. Даже поймал себя на том, что периодически смотрит вниз, проверяя, на месте ли она. Слишком уж непривычно чувствовать под ступнёй землю, а не деревяшку с ремнями.

Как всякий деревенский житель, он предпочитал ходить босиком в тёплое время года. Надевал обувь, лишь отправляясь в город или по особо торжественным случаям. Естественно, службы на границе это не касалось. Там форму одежды определял устав, а его писали кровью многие поколения пограничников.

Тайк привычно бежал рядом днём, или охранял сон Клинда ночью. Добыча еды тоже лежала на нём. В дорогу Клинд захватил немного хлеба и соли. Справедливо рассудив, что не отощает на мясной диете за время путешествия.

Путь до нужного города шёл через лес. Во второй половине лета живности в нём хватало. Те же зайцы уже отъелись после зимы. Хотя ими добыча Тайка не ограничивалась.

На второй день пути Клинд начал тренироваться. Сначала пробовал идти, чуть приволакивая ногу. Получалось коряво и неестественно. После исцеления из памяти исчезли все привычки, связанные с протезом. Клинд просто не помнил, как надо хромать, а хромать было нужно. В городе его не то чтобы знали, но к некоторым знакомым ему придётся обратиться. Если у него не будет хромоты, это вызовет нездоровый интерес, который ему сейчас совершенно не нужен.

Он тренировался, заставляя ногу двигаться так, словно под штаниной прячется протез. Не та кустарная деревяшка, что он делал сам, а нормальный протез, сделанный мастером. Такие позволяют ходить почти ровно, но совсем скрыть хромоту не могут.

***

К вечеру третьего дня у него получалось сносно хромать, почти не задумываясь при этом. Главное — не переигрывать. Замирать на правом шаге и переносить вес на левую, чуть дольше обычного.

Белокаменск появился на горизонте к полудню четвёртого дня. Стены, за которые город получил своё название, были сложены из светлого камня. Они поднимались высоко над лесом. Город стоял на перекрёстке трёх торговых трактов, и уже за пару километров до ворот, дорога становилась шире, а телеги и всадники на ней встречались чаще.

Пришло время обуться, иначе его задумка с хромотой теряла весь смысл.

***

У ворот стояла стража. Смотрели лениво, но вместе с тем цепко, подмечая мелкие детали. Так могут смотреть только профессионалы. Клинд достал из котомки грамоту, которую получил в армии. Стражник глянул бумагу, скользнул взглядом по Тайку, одобрительно кивнул и отступил в сторону.

— Смотри, чтоб пёс не лаял на дворян. — Предупредил он, возвращая документ. — Большинство с понятием, но есть и… уникальные. — Подобрал стражник менее опасное слово, но и так было понятно, что он имел в виду.

— Он у меня спокойный. — Клинд улыбнулся стражнику и подмигнул. — Даже убивает молча.

— Ха-ха. — Оценил шутку тот. — Но ты постарайся без крайностей. Жалко будет вас обоих на эшафот провожать. — Уже серьёзно добавил он.

Клинд кивнул и шагнул в ворота.

***

Город встретил его привычным шумом. Кричали зазывалы и просто торговцы, скрипели телеги, стучали молоты в кузнях. Такого шума не было в деревне, и за последние месяцы Клинд от него отвык. Тайк косился по сторонам, но вёл себя невозмутимо.

Первым делом Клинд нашёл ратушу. Здание из того же белого камня, с высокой башней и флагом над ней, стояло на центральной площади. Внутри пахло бумагой, чернилами и ещё чем-то казённым, от чего сразу хотелось выйти обратно. Клинд после ранения почему-то невзлюбил бюрократию, хотя лично ему она ничего плохого не сделала. Видимо, не в самый удачный момент ему подсовывали разные бумажки на подпись. Вот и закрепилась в мозгу взаимосвязь.

Казначей сидел в отдельной комнате, за дубовой стойкой. Вид имел важный, как и положено человеку, который каждый день считает чужие деньги. При появлении Клинда с собакой он поморщился, но промолчал. Увидев стопки монет, которые Клинд аккуратно выложил на стойку из холщового мешочка, казначей морщиться перестал.

— Из пустоши? — Коротко спросил он, повертев одну монету в пальцах.

— Из мешочка. — Обрезал его Клинд. По закону казначей не имел права интересоваться происхождением монет. Подпольный оборот, где точно спрашивать не будут, никому не нужен.

Казначей проигнорировал выпад Клинда и потряс звонким колокольчиком. В ещё одну дверь, не замеченную Клиндом ранее, зашли два мага в тёмных балахонах. Они долго рассматривали монеты, шептались, водили над ними руками. Клинд терпеливо ждал, иногда почёсывая Тайка за ухом. Пёс сидел смирно, но на магов поглядывал с подозрением.

— Монеты подлинные, из пустоши. — Наконец, вынес вердикт один из магов, тот, что постарше. — Государство берёт все сто сорок четыре монеты.

Открыв толстую книгу, казначей что-то в ней записал и пододвинул книгу магам. Приложив висящий на груди медальон к ящику стола, он выдвинул его и начал выкладывать перед Клиндом монеты. Сначала обычные золотые, потом серебро, и в конце совсем немного меди.

— Десятину налога я уже вычел. — Сказал он. — Можешь проверить.

Клинд пока шёл, успел не один раз подсчитать полагающуюся ему сумму, поэтому с проверкой затягивать не стал. Всё сошлось до последней медяшки. Десять золотых он подвинул обратно казначею.

— Уважаемый, разменяйте, пожалуйста, эти монеты серебром и медью.

Казначей снова нырнул руками в свой ящик. Маги тем временем, убедившись, что сделка прошла без нарушений, поставили свои подписи в раскрытой книге. Затем, забрав принесённое Клиндом золото, покинули комнату.

Клинд тоже не стал задерживаться. Ссыпав полученные деньги в мешочки, закинул их в котомку и, кивнув казначею, вышел. На душе стало чуть спокойнее. Сделка прошла честно и без осложнений.

***

Гостиницу он выбрал на окраине, ближе к южным воротам, где до этого бывал совсем редко. «Тихий двор» гласила вывеска, и название не врало. Дом стоял чуть в стороне от оживлённых улиц, окружённый невысоким забором. Во дворе стояло несколько телег, стойла для лошадей и колодец в центре двора.

Хозяином оказался мужик лет пятидесяти, с седой щетиной и рассеянным взглядом. Казалось, он одновременно смотрит во все стороны разом.

— С собакой? Ветеран? — Спросил он, глянув на Тайка.

— Да. Инвалид. Уволен в прошлом году. — Хозяина Клинд раньше не знал, но в Белокаменске ему предстояло задержаться, поэтому он решил поддерживать свою легенду.

— Вижу, по выправке. — Хозяин усмехнулся. — Проходи. Собаке твоей место тоже найдём.

— Пусть со мной в комнате спит. Я отдельную возьму. — Клинд решил не экономить, раз есть деньги.

Договорились быстро. Комната наверху, небольшая, но чистая, с окном во двор. Тайку в углу постелили старую овчину и принесли миску с мясными обрезками. Пёс посмотрел на хозяина, спрашивая разрешения, и, получив одобрительный кивок, принялся за еду.

Определившись с ночлегом, Клинд сел в зале с кружкой тёплого взвара. Хозяин, которого звали Заркан, оказался бывшим обозным, тянул лямку в тех же краях, где служил Клинд, но лет на двадцать раньше. Сошлись они быстро. Заркан подливал взвар и рассказывал про город, про цены, про то, какие караваны, куда уходят.

— А про пустошь, что слышно? — Как бы между делом спросил Клинд.

Заркан посерьёзнел и, понизив голос, ответил:

— Шевелится там что-то в последнее время. Охотники говорят, что твари к границе жаться начинают. Не прут пока, но близко к этому. Аномалии тоже двигаются. На севере они намного чаще встречаться стали, чем у нас. — Имея в виду ближний юго-западный край пустоши, пояснил он. — Так что если у тебя туда дорога лежит, то сейчас, самое время проскочить. Пока относительное затишье.

Клинд кивнул и допил взвар. Почему-то многие считают аномалии самым опасным явлением пустоши. По его мнению, это было не совсем так. Аномалию не всегда видно, но она не нападает из засады. Тайк легко определяет большинство из них, благодаря своему чутью или инстинкту. Остальные видел Клинд, благодаря опыту. Проще обогнуть аномалию, сделав крюк, чем сражаться с тварью, посчитавшей тебя добычей.

— Пойду прогуляюсь, пока не стемнело. — Поднимаясь, сказал Клинд.

***

Увидев знакомую фигуру, Клинд дохромал до купца, надеясь, что его представление не раскусят.

— День добрый, Еремей. — Поприветствовал он знакомого.

— Клинд? Эк тебя занесло. Не тяжело на одной-то ноге в такую даль переться было? — Глаза большого бородатого мужика скользнули по собаке. — Или ты на своём псе доехал? — Громко захохотал он.

— Протез хороший поставил. — Клинд пожал плечами, стараясь, чтобы жест вышел небрежным. — Деньги появились вот, и решил потратиться.

Еремей одобрительно покивал. Про протез он сам не раз намекал Клинду.

— Ты как здесь-то оказался? — Спросил он, оставляя шутливый тон. — Дома-то всё ладно? Жена как?

— Затем и ищу тебя, Еремей. — Клинд оглянулся, убеждаясь, что никто не подслушивает. — Разговор есть серьёзный.

— Говори. — Купец тоже зыркнул вокруг.

— Нужно товар моей Айле передать и деньги. — Начал Клинд. — Я знаю, что ты мужик честный и на мои крохи не позаришься. За работу, естественно, заплачу. — Он протянул кошель с частью золота и серебра.

— Знаю я твою Айлу. — Кивнул Еремей, принимая деньги. — Хорошая баба. Помню, как она тебя из армии ждала, глаз не смыкала. Как у неё со здоровьем? Помню, болела она у тебя сильно.

— Поправилась она. — Улыбнулся Клинд, вспомнив счастливую жену. — Передашь?

— Передам всё в лучшем виде. — Подтвердил купец. — Через две недели как раз буду в ваших краях.

Ни тот ни другой не сделали даже намёка на то, что деньги нужно пересчитать. Доверие — оно дело обоюдное. Еремей ставил свою репутацию купца, а Клинд репутацию честного человека, которая тоже не просто так зарабатывается.

Отдельно обговорили, что из товара нужно привезти Айле. Здесь Еремей уже не надеялся на свою память, а тщательно записал список в блокнот.

— У тебя точно хватит денег? — Окинув список взглядом, на всякий случай уточнил Еремей.

— Загляни в кошель. Там не медь. Далеко не медь. — Усмехнулся Клинд. — Я надеюсь на тебя, Еремей. Не подведи мою Айлу.

— Ты говоришь так, словно на смерть собрался идти. — Подозрительно глянул на него купец. — Ты уверен, что оно того стоит?

— Если бы смерть решала большинство проблем. — Вздохнул Клинд. — Дело опасное, но не безнадёжное. Так что не хорони меня раньше времени.

— Удачи, Клинд. — Еремей крепко пожал протянутую руку. — Возвращайся живым. Помни, что Айла ждёт тебя. — Напутствовал он.

***

Клинд пробыл в Белокаменске ещё два дня. Потихоньку покупал амуницию и припасы для похода. Здесь, в глубине империи, вещи были повыше качеством и, как ни странно, дешевле. В пустошах каждый лишний килограмм груза скажется на подвижности, а это упущенные мгновения и, очень вероятно, потерянная жизнь. Именно поэтому Клинд всегда отдавал предпочтение вещам более лёгким, при той же функциональности, хотя зачастую они стоили дороже.

То же нательное бельё изо льна и шёлка значительно отличалось по весу. Если разница одного комплекта достигала пятисот грамм, то с учётом сменки экономия получалась более ощутимой. То же самое относилось ко всем вещам. Больше всего веса получилось сэкономить на защите и оружии.

Новички любили брать броню из толстой кожи с нашитыми металлическими пластинами. По их убеждению, она была легче и дешевле цельнометаллической. Но всё познаётся в сравнении. А сравнивали почему-то исключительно эти два типа, напрочь игнорируя остальные. Как аргумент новички любили ссылаться на форму пограничников.

Они совершенно упускали из виду, что берётся броня не для разового выхода на поле боя, а для постоянного ношения. Те же пограничники редко носили броню несколько суток подряд. Отдохнуть под прикрытием товарищей у них возможность была. Чего не скажешь про одиночку или небольшую группу охотников.

На этот раз финансовые возможности позволяли Клинду купить великолепный комплект одежды из кожи ската. Очень прочный и при этом лёгкий материал всегда казался простым людям изделием больше магическим, чем натуральным. Но послужив на границе, Клинд знал, что это не так. Странная рыба из южных морей имела природную защиту от хищников. Её кожу невозможно было порезать простым ножом. Она отлично сопротивлялась ударам меча и стрел, а деревянные вставки из такого же экзотического дерева равномерно распределяли энергию удара. При этом одежда оставалась гибкой и очень удобной.

Из оружия Клинд взял лёгкий топорик с клевцом на обухе из очень хорошей стали, метательные ножи и разборный рекурсивный лук. Последний был настоящим произведением искусства. Наборные плечи из сухожилий и рога, при минимальном весе и размере обеспечивали весьма значительное усилие на тетиве.

Помня наставление старушки, Клинд покупал вещи по отдельности и уносил их в свой номер. Там он упаковывал купленное снаряжение в большой мешок. Переодеваться он будет перед самой пустошью.

Ещё одной важной покупкой Клинд считал рюкзак. Это должен быть не просто большой мешок с лямками для переноски, а удобная вещь, равномерно распределяющая вес по спине. Хороший рюкзак не будет доставлять неудобство и что-либо натирать. Он вообще должен перестать ощущаться, как инородный предмет, после длительного ношения. В результате долгих поисков Клинд нашёл прекрасный экземпляр, который почти не ощущался, будучи одетым. Заплатить за него пришлось прилично, но экономить Клинд не собирался.

На покупку меча Клинд смотрел скептически. Меч — это оружие против человека, тоже вооружённого мечом. До тварей пустоши лучше доходит хороший рубящий удар топором или клевцом, чем хитрый финт, выписанный мечом. Конечно, они его оценят, но позже и с гастрономической точки зрения, когда будут доедать фехтовальщика.

Несмотря на эти рассуждения, меч для себя он всё же купил. Обычную железяку, способную выдержать несколько ударов и не развалиться при этом. До пустоши ещё предстояло добраться, а учитывая желание Клинда зайти в неё с другой стороны, путешествие не будет коротким.

***

Торговец по имени Артемий, грузный мужик с красным лицом и тихим, почти шепчущим голосом, набирал людей для долгого перехода. Его путь лежал в обход пустоши, к северным городам и заставам, где можно выгодно сбыть товар и закупить редкие товары, которые только в тех краях и водятся.

Клинд нашёл его, ориентируясь на слухи. Он собирал сведения не только о маршруте караванов, но и о самих караванщиках. Быть ограбленным тем, кому платишь за безопасный переход, — удовольствие не из лучших.

Артемий окинул Клинда внимательным взглядом. Оценил простую одежду и меч, пристёгнутый к поясу. Его взгляд чуть дольше задержался на ноге. Подходя к караванщику Клинд прилежно изображал лёгкую хромоту.

— Раненый? — Едва слышно спросил торговец, выслушав желание Клинда путешествовать вместе караваном.

— Протез хороший, почти не мешает. — Также односложно ответил тот.

— С собакой как? Людей не тронет?

— Тронет, если я скажу. Нам бы место в телеге, и за харчи готов платить. — Сразу обрисовал свои потребности Клинд. — Если будет нападение, встанем на защиту. Я хоть и инвалид, но с оружием обращаться умею.

Артемий немного подумал и кивнул соглашаясь:

— Ладно. Я тебя беру. После стычки, если останемся живы, трофеи с убитых тобой и твоим псом принадлежат тебе. — В едва слышном голосе купца слышалась ирония. — Только не водится разбойников в тех местах, куда я иду.

Шутку Клинд оценил, тем более, что условие по трофеям было стандартным. За проезд он платил сам, а не нанимался в охрану на полное содержание.

Глава 4

Караван вышел на рассвете. Семь телег, груженных туго упакованными тюками, вытянулись цепочкой от южных ворот. Угрюмые извозчики поправляли упряжь и перекликаясь глухими голосами. Кроме Клинда, с караваном ехало ещё четверо человек охраны. Двое парней крестьянского вида, то и дело оглядывающихся по сторонам, с преувеличенной серьёзностью. Вторую пару составляли мужики постарше. Их лица излучали спокойную уверенность, которая приобретается только с годами, прожитыми в опасных условиях.

Один из них, жилистый мужик с сединой в бороде по имени Ковриг, был начальником всей немногочисленной охраны. Он окинул Клинда цепким взглядом, задержался на собаке и одобрительно кивнул. Второй охранник, которого звали Молчан, оказался под стать имени. Тихий, но огромный и плечистый. На его лице виднелись многочисленные старые шрамы. Такие не оставляет человек. Скорее это отметина пустоши. Молчан даже не взглянул на Клинда. По крайней мере, никакого внимания с его стороны во время знакомства Клинд не заметил.

В телеги были запряжены тяжеловозы. Мощные кони, способные целый день тянуть тяжёлый груз. У этой породы лошадей был лишь один недостаток. Скорости от них не добиться.

Клинд устроился на первой телеге, где места было больше, а пыли меньше. Тайк забрался следом, положил морду на лапы и прикрыл глаза, делая вид, что дремлет. На самом деле пёс следил за происходящим вокруг, и Клинд знал об этом.

***

В первый день дорога ничем примечательным не запомнилась. К ночи остановились в придорожном постоялом дворе. Хозяин встретил Артемия как старого знакомого и сразу завёл разговор о ценах и пошлинах. Извозчики распрягли лошадей и задали им корму. Молодые охранники суетились, пытаясь помочь, но больше мешали, за что получили от Коврига нагоняй.

Клинд снял отдельную комнату и заказал ужин в номер. Перекусил сам и накормил Тайка. Экономить перед походом в пустошь на элементарных удобствах было глупо. Тем более денег он оставил достаточно, чтобы не переживать из-за мелких расходов.

Убедившись, что дверь заперта, Клинд разделся и лёг в кровать. Неизвестно, когда ещё удастся поспать в нормальных условиях. Пёс устроился у порога, охраняя покой хозяина.

***

На второй день Артемий подошёл к нему сам. Клинд разминал ногу, делая вид, что поправляет протез.

— Ты ведь служил в пограничье? — Спросил купец своим шёпотом. Вопрос прозвучал не как любопытство, а как утверждение.

— Бывал там. — Не стал отпираться Клинд.

— Ты куда на самом деле путь держишь? — Прозвучал новый вопрос.

— К северным заставам. Сослуживцев проведать. — Коротко ответил Клинд. Этот допрос ему не нравился.

Артемий почувствовал его напряжение и смущённо потёр лицо ладонью.

— Я не просто так интересуюсь. — Как бы извинился он своим шёпотом. — Неспокойно сейчас в пустоши. Наши вольные охотники последнее время реже возвращаться стали. А те, что вернулись, рассказывают много странного.

— Что именно? — Клинд пристально посмотрел на купца. — Аномалии двигаются?

— Слышал уже? Двигаются, но не так, как раньше, когда они просто бродили по пустоши, ища жертву. Охотники говорят, появился в их движении какой-то смысл, но понять его пока никто не может.

— У тебя много знакомых охотников? — Уточнил Клинд.— Сам бывал в пустоши?

— Молодым ходил пару раз. Потом понял, что купец из меня лучше, чем охотник. — Артемий усмехнулся, но усмешка вышла кривой. — В какую заставу тебе надо попасть?

— В ближайшую северную, что встретится на пути.

Делать большую тайну из своей конечной цели сейчас было бессмысленно. Если слух о Клинде дойдёт до заинтересованных ушей по прибытии каравана в крупный город, то перехватить его уже не успеют. Артемий подумал немного и сказал:

— Я предупрежу тебя, но мой караван на заставы не заходит. Придётся тебе немного попутешествовать одному.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и направился к своей телеге.

***

На пятый день едва заметная в сухой траве дорога пошла через поля, среди которых попадались островки рощ из смешанного леса и непролазных кустов. Караван двигался размеренно. Тяжеловозы шли шагом, а телеги поскрипывали, переваливаясь через колдобины.

Клинд устав сидеть, часто шёл рядом с телегой. Ковриг время от времени обгонял обоз, осматривая тракт. Молчан сидя на последней телеге, внимательно наблюдал за тылом.

Парни, которых звали Горыня и Млад, поначалу пытались копировать поведение старших товарищей, но потом натура взяла своё. Они периодически приставали с разговорами то к одному, то к другому члену обоза. Не минула сия участь и Клинда. Пришлось ему рассказывать нехитрые байки о пограничной службе.

— А правда, что в пустоши твари такие, что от одного их вида люди седеют? — Спросил Горыня, коренастый парень с круглым лицом.

— Может, и такие бывают, но мне они не попадались. — Не стал возражать Клинд. — Обычно твари нестрашные. Просто они голодные и очень зубастые. Но хуже всего, что они умные.

— А ты сам, много их видел? — Млад был постарше, с живыми глазами и въедливым умом.

— Хватило. — Клинд не хотел вдаваться в подробности.

— Мы тоже хотим вольными охотниками стать. — Гордо заявил Горыня.

— Стань. В чём проблема?

— Ну… — Замялся парень.

— Не берут нас в пограничники. — Признался за него Млад.

— Проблемы с законом? — Клинд удивлённо посмотрел на парней.

На больных и немощных они не походили. Были ещё несколько статей для отсева, но парни точно под них не попадали. Руководство погранслужбы отрицательно относилось к кандидатам, имевшим в прошлом проблемы с законом. Удивительно, как их в охрану каравана-то взяли.

— Артемий ваш родственник? — Догадался Клинд.

— Дядька двоюродный. Если пять лет у него безупречно отработаем, то рекомендацию даст и поручительство. — Тяжело вздохнул Млад. — Но это ведь столько ждать!

— А ты не жди. — Посоветовал Клинд. — Тренируйся. Не заметишь, как время пролетит.

***

На следующий день караван заехал в большое село, в котором задержался с ночёвкой. Артемий менял припасы и расторговывался с местными. Утром свободное место на первой телеге оказалось занято новыми тюками. Пришлось ехать без прежней вольготности, а Тайку вообще места не нашлось.

Клинд шёл рядом с телегой, задумавшись о предстоящем походе. Ковриг подошёл неожиданно. Раньше он не сильно стремился к общению.

— В пустошь пойдёшь? — Спросил он, пристраиваясь рядом. — Я смотрю, ты уже ходишь не хромая.

— К долгой дороге готовлюсь. — Уклончиво ответил Клинд, мысленно костеря себя на все лады. Совсем расслабился и перестал следить за походкой.

— Я в пустоши не хожу. — Ковриг словно пропустил его ответ мимо ушей. — Артемий знает, потому и берёт меня, когда идёт на север. Не всегда удаётся найти охрану на обратный путь. У пограничников жалованье поболее будет, чем у таких, как я, а риска всё же меньше.

— Ты это только самим пограничникам не рассказывай. — Хмыкнул Клинд. Уж он то знал, насколько “меньше” риск на службе.

— Это хорошо, что ты в пустошь не идёшь. — Опять проигнорировав ответ, продолжил Ковриг. — Неспокойно в пустошах. Я не про аномалии говорю, и не про тварей. Странные люди в сердце пустоши что-то ищут. Рвутся туда, не считаясь с потерями. Всех встречных убивают, но с добычей на заставы не выходят.

— Что за люди? — Клинд насторожился. Такую версию истории о неспокойных пустошах он ещё не слышал.

— Дети капитана Кантапара. Слышал про таких? — Ковриг странно хихикнул. — Остерегайся всех, кого в пустоши встретишь.

— Спасибо, Ковриг. — Клинд кивнул охраннику и не заметил, как противоречит сам себе. Ведь ранее он отрицал, что пойдёт. — Учту.

Он надеялся, что вдруг разговорившийся охранник скажет ещё что-нибудь интересное, но тот молча шёл рядом, уставившись себе под ноги.

— Про детей капитана ещё что-нибудь можешь рассказать? — Задал Клинд вопрос.

— Что? Каких детей? — Ковриг в недоумении начал оглядываться. — Я заснул, что ли?

Бросив на Клинда озадаченный взгляд, он прибавил шагу. Обогнав телегу, Ковриг не останавливаясь ушёл вперёд, на разведку.

Клинд тоже задумался, о произошедшем. Разговор охранника выбивался из его привычного поведения. Особенно этот смешок…

— Спасибо, бабушка. — Прошептал он.

***

Ещё через три дня случилось первое происшествие.

Караван только миновал очередной луг и подходил к небольшой рощице, когда Тайк вздыбил шерсть на загривке и глухо зарычал. Ковриг, заметивший реакцию пса, поднял руку. Караван медленно остановился.

— Там тварь. — Клинд хорошо изучил реакцию Тайка на разные опасности.

Он положил руку на меч, висевший на поясе, но ни сам вперёд рваться не стал, ни собаку не отправил. Пока нападения на караван нет, он вмешиваться не обязан.

Молчан, постоянно оглядываясь по сторонам, пришёл от конца каравана, на ходу обнажая свой меч. Тот был по качеству намного лучше висевшего на поясе у Клинда.

— Тайк, проследи. — Скомандовал Клинд.

Пёс отбежал в сторону и нырнул в рощу. К твари близко он не сунется, но и сбежать ей не даст, загоняя на охотника. Молчан, подтверждая догадку Клинда, не последовал за собакой, а нырнул в кусты напротив остановившегося каравана.

Целую минуту ничего не происходило. Потом пару раз зарычал Тайк. Взвизгнула неведомая тварь. Из рощи показался Молчан, небрежно несущий за длинный хвост небольшое существо. Тайк вернулся тем же путём к Клинду и замер возле него.

— Гончая пустоши. — Ковриг подошёл к Молчану, разглядывая добычу. — Молодая. Одна. Заблудилась, видать.

Клинд тоже подошёл и присел рядом с брошенной на землю животиной. Тварь была мелкой, размером с крупную кошку. Только пасть у неё была от уха до уха и заполнена острыми, как иглы, зубами.

— Они в одиночку не ходят. — Заметил он. — Гончие — стайные твари. — Клинд оглянулся на Тайка. Пёс оставался невозмутимым. — Но, возможно, ты прав. Эта действительно заблудилась. — Согласился он с Ковригом.

— Уходим. Быстро и без шума. — Распорядился главный охранник.

Караван тронулся, лошади пошли быстрее. Клинд не садился в телегу, шёл рядом с Тайком, держа руку на рукояти меча. Его глаза рыскали по сторонам, выискивая движение. Одинокая гончая. Такое изредка, но встречалось. Эти мелкие зверьки предпочитают жить и охотиться стаями по несколько десятков штук. Про более крупные стаи никто не рассказывал. Может, не встречали, а может, не выживали те, кто встретил.

Тупые поодиночке, сбиваясь в небольшую стаю, гончие резко умнели и становились опасными даже для небольшой группы охотников. Пограничники с ними справлялись легко. Они не ходили малочисленными группами и могли себе позволить носить более тяжёлый, а значит, более прочный доспех. Какими бы ни были острыми зубы у тварей, но стальную пластину не каждая прокусит.

***

До ночи шли без остановок. Артемий, обычно бережно относившийся к лошадям, велел гнать до полной темноты. Хотя слово “гнать” не совсем применимо к тяжеловозам. Возражать не стали даже возчики, заботившиеся о лошадях. Убраться с места, где, возможно, гуляет стая гончих, хотели все.

Остановились у небольшого ручья и встали лагерем. Небольшой костерок развели в глубокой ямке, чтобы свет не привлекал лишнего внимания. Гончие, так же как и многие другие твари пустоши, не боялись огня, в отличие от нормальных животных.

Клинд сидел недалеко от костра, гладил Тайка, который время от времени поднимал голову и принюхивался к темноте.

— Думаешь, они ещё здесь? — Тихо спросил Млад, подсаживаясь рядом. Голос парня выдавал скрываемое волнение.

— Не знаю. — Клинд не стал врать. — Гончие умные. Если почуют лёгкую добычу, могут пойти за нами.

— Лёгкую — это нас? — Горыня, сидящий напротив, перестал жевать хлеб и замер с куском у рта.

Молчан и Ковриг сидели ещё дальше по разные стороны костра. Они прислушивались к поведению лошадей и периодически поглядывали на Тайка. Другой возможности обнаружить в темноте приближающихся тварей просто не было.

— Нет. Это лошадей. Или тех, кто отобьётся от каравана. — Клинд посмотрел на парней. — Держитесь вместе, не отходите далеко от телег. Даже по малой нужде ходите вдвоём. Поняли?

Оба закивали. В их глазах Клинд увидел то, что много раз замечал у новобранцев, впервые попавших на границу. Страх, смешанный с решимостью не показывать этот страх другим. Страх — это нормально. Страх помогает выжить, если умеешь правильно его использовать.

***

Ночь прошла без происшествий. Клинд, как не нанимавшийся в охрану, прекрасно выспался, положившись на Тайка. Старшие охранники тоже выглядели отдохнувшими. Чего нельзя было сказать про молодых.

Артемий, успокоенный тем, что ночь прошла спокойно, никого не торопил и дал людям нормально позавтракать и проснуться, лишь после караван двинулся дальше. Тяжеловозы шли размеренно, но без остановок на отдых, которые Артемий делал раньше через каждые четыре часа. Купец нервничал, то и дело поглядывая на Клинда и его пса, словно именно они могли предупредить о новой опасности.

Местность начала постепенно меняться. Редкие лесные рощи остались позади, их сменили поля, поросшие жёсткой, выгоревшей на солнце травой. Холмы почти исчезли. Артемий тоже успокоился. Подкрасться незаметно к каравану теперь было сложно. Только на ночных стоянках, но и тогда оставалась надежда, что нападение не произойдёт внезапно.

На третий день после встречи с гончей караван вышел к развилке. Одна дорога уходила на северо-запад, огибая пустошь полукольцом. Вторая, более узкая и не такая накатанная, сворачивала прямо к заставам, которые прикрывали границу с этой стороны.

Артемий остановил караван и подошёл к Клинду:

— Дальше нам туда. — Он кивнул на широкий тракт. — А тебе в другую сторону. По этой дороге за два дня дойдёшь до первой северной заставы. Возьми в дорогу воды. До самой заставы её не будет. У них глубокий колодец. Только им и спасаются. Зато тварей в округе меньше.

— Понял. — Кивнул Клинд. — У меня есть вода. На два дня мне точно хватит. Спасибо за дорогу.

— Тебе спасибо. — Купец протянул руку. — С тобой и твоим псом как-то спокойнее было. Ты, это... если живым останешься, заходи. У меня в Белокаменске теперь всегда для тебя место найдётся.

— Договорились. — Клинд пожал протянутую руку. — Удачно вам доехать.

***

Клинд шёл, не оглядываясь. Дорогой пользовались редко. Чему он не удивлялся. Дальние заставы в пустынных местах снабжались редко. Обычно с новым пополнением приходил большой караван с запасом продуктов и вещевого довольствия. С ним же уходили отслужившие свой срок ветераны. В экстренных случаях использовали магическую связь, или голубей, если связь не работала из-за аномалий.

Как правило, на таких заставах редко случалось что-то серьёзное. Аномалии не пересекали чёткую границу пустоши, а твари не могли долго жить без воды и еды. Это были хоть и изменённые, но все же животные.

Тайк бежал впереди, разгоняя мелкую живность. Через час пути Клинд свернул с дороги в небольшую низинку, чуть гуще заросшую травой. Место казалось подходящим, а Тайк не чувствовал опасности. Клинд сбросил мешок с плеч и начал раздеваться.

Проверил, чтобы не осталось ничего ценного в карманах, и сложил старую одежду горкой. Из мешка достал новую. Сначала надел непривычное, но приятное на ощупь шёлковое исподнее, затем облачился в походный костюм из кожи ската. У него были сомнения из-за толстой подкладки у штанов и на куртке. Хотя шёл он на север, но сейчас наступило жаркое время года для этих мест.

Клинд одевался медленно, привыкая к новой одежде. Он потянулся, присел, сделал несколько резких выпадов. Одежда сидела идеально. Нигде не тёрло и не жало. Но это пока. Он прекрасно знал, что мозоль можно натереть совершенно незаметным поначалу не аккуратным швом или неправильно скроенной одеждой. Пока Клинд ничего подобного не чувствовал. Даже лёгкие и крепкие ботинки, смятые при путешествии, нормально распрямились и прекрасно сидели на ноге.

В рюкзак переложил припасы и сменное бельё. Меч с ножнами Клинд бросил поверх старой одежды. Дальше он не пригодится. Пустым мешком накрыл вещи, которые не планировал брать с собой, чтобы не так сильно бросались в глаза.

Настала очередь оружия. Топорик с клевцом он повесил на поясную петлю с хитрой застёжкой. Благодаря ей, топором можно быстро воспользоваться, если резко дёрнуть его в сторону. Метательные ножи Клинд разместил в специальных кармашках куртки и штанов.

Лук достал из чехла и соединил разделяющиеся части. Затем натянул тетиву и несколько раз на пробу натянул её. Убедившись, что лук исправен, засунул его в колчан, удобно вшитый в конструкцию рюкзака. Тяжёлые стрелы с шилообразным наконечником сложил туда же. Такие стрелы хорошо пробивали крепкую шкуру тварей и лёгкую броню людей.

Тайк наблюдал за сборами, сидя на пригорке и навострив уши. Когда его хозяин закинул рюкзак за плечи и затянул поясные ремни, пёс встал и отряхнулся. Клинд в последний раз окинул место, где переодевался. Ничего вроде не забыл. Он достал маленькую бутылочку и, держа её на вытянутых руках, открыл пробку. Жутко вонючей жидкостью были политы все оставленные вещи. Вонь продержится недолго, зато уничтожит всё запаховые следы.

Глава 5

Клинд выбрался на дорогу и ускорил движение. Вес груза стал меньше, и нести его в рюкзаке было удобнее. Про хромоту тоже можно забыть. Здесь его точно никто не должен знать. Проблема с документами, конечно, была. С одной стороны, в его документах указано, что он служил на границе, и это даёт ему право на посещение пустоши вольным охотником. С другой стороны, стояла запись о комиссовании по инвалидности. Клинд надеялся, что сказка про мага, отрастившего ему ногу за большие деньги, должна, хоть со скрипом, но прокатить.

Тайк бежал рядом, высунув язык. Периодически он забегал вперёд, обнюхивал дорогу и возвращался, довольно помахивая хвостом. Вокруг стояла тишина. Дорога шла почти по прямой, лишь иногда делая непонятные загибы. Такие встречаются везде и у всех вызывают вопросы. Смысл изгибов был понятен только тем, кто эту дорогу прокладывал или протаптывал. С обеих сторон от неё до самого горизонта тянулась выжженная солнцем трава, жёсткая и колючая.

Клинд ощущал, как новая одежда дышит вместе с ним. Костюм из кожи ската оказался удивительно удобным. Он нигде не натирал, а подкладка, из-за которой Клинд переживал вначале, наоборот, хорошо отводила пот от тела. Клинду даже не пришлось развязывать завязки на куртке для вентиляции.

На ночёвку он устроился прямо на дороге. Выбрал немного возвышенный участок, с которого открывался хороший обзор. Огня разводить не стал. Поел всухомятку. Тайка тоже пришлось кормить. В здешней пустыне он никого съедобного поймать не смог.

Ночь прошла спокойно. Пёс ни разу не подал голоса, и Клинд выспался, насколько это было возможно на голой земле под открытым небом. На удивление ночь выдалась тёплой. Обычно в обширных пустынных областях разница между дневными и ночными температурами очень большая. Здесь такой закономерности не наблюдалось. Утром он с Тайком наскоро перекусил, проверил снаряжение и двинулся дальше.

Вода оказалась главной заботой для Клинда. Он не стал брать её у караванщика, рассчитывая, что своих запасов ему и Тайку хватит на двухдневный переход. Только не учёл усиливающуюся жару. Клинд шёл быстрее, чем средний путник, однако жара вынуждала пить чаще. Тайку тоже приходилось чаще наливать. Клинд прикинул, если не сбавлять шаг, то к вечеру он должен прийти на заставу.

На всякий случай он решил пить поменьше, оставляя воду псу. В приграничье выживание зависело больше от его чутья, чем от самочувствия самого Клинда.

К вечеру жара спала, но дышать легче не стало. Воздух оставался сухим. Клинд заметил, что степь постепенно меняется. Сухая трава стала ниже, кое-где проглядывала голая земля, потрескавшаяся от зноя. Пыль под ногами сменилась мелкой каменистой крошкой. Дорога оставалась прямой, но теперь она шла по возвышенности, и с неё открывался прекрасный вид. Особенно он стал прекрасен, когда на горизонте показалась застава.

По мере приближения к ней, натренированный взгляд отмечал всё больше и больше странностей. К приближающемуся путнику должны были выслать встречающих. В то, что его не заметили, Клинд не верил. Слишком его одежда выделяется на фоне пожухлой травы. Возможно, отсутствие дыма, вечером, перед самым ужином, ещё можно как-то объяснить, но отсутствие дозорных на стенах вызывало тревогу. Так не бывает, когда на заставе нормально поставлена служба. В противном случае такая застава долго не просуществует.

***

Клинд остановился. Ворота оказались не заперты. Это противоречило всем уставам. Конечно, они не были распахнуты настежь, лишь одна воротина чуть приоткрыта. Щель достаточная, чтобы через неё прошёл человек, но не было никого, кто бы следил за воротами.

Тайк тихо зарычал, но не так, как при приближении тварей. В этом рычании слышалось что-то другое. Не предупреждение об опасности, а скорее недоумение, смешанное с тревогой.

Клинд не торопился. Он достал из-за пояса топорик, сжал рукоять поудобнее и замер прислушиваясь. Тишина вокруг заставы казалась неестественной. Обычно в таких местах слышны голоса, лязг металла, громкие команды, ржание лошадей. Здесь же ничего. Клинд опустил взгляд на Тайка. Пёс стоял рядом, шерсть на загривке вздыбилась, но вперёд он не рвался.

Держа топор наготове, Клинд двинулся к воротам. Шёл, не спеша, готовый либо ударить, либо отпрыгнуть в сторону. Степь вокруг оставалась пустой. Никакого движения не наблюдалось. Тайк шёл рядом, не отрывая взгляда от распахнутых ворот.

Внутри застава выглядела пусто. Словно люди внезапно ушли, побросав свои вещи. На земле лежали самые неожиданные предметы, начиная от рассыпанных продуктов, и заканчивая совсем невероятными вещами, вроде брошенного на землю оружия. Кое-где виднелась одежда, раскиданная второпях. Сапоги, лежащие у крыльца, рубаха, перекинутая через перила. Большой бидон, который кто-то уронил. Содержимое из него давно вытекло и засохло. Клинд скользнул по нему взглядом, даже не пытаясь понять, что в нём было.

Посреди двора стояла телега, оглобли упёрлись в землю, одна из них оказалась сломана. У колодца прямо на земле валялось ведро с цепью. Обычно за такое наказывали весьма строго. Колодезное ведро, оно ведь и внешней стороной в ту же воду опускается, что потом пить предстоит.

Осмотревшись, Клинд определил расположение зданий. Слева от ворот тянулась казарма, длинное одноэтажное строение с несколькими окнами. Дальше находилась открытая кухня. Печи для готовки располагались под навесом, чтобы повара сами не испеклись возле горячих печей. По центру находился дом коменданта. В нём же должна находиться оружейная и медчасть. Здание было двухэтажное и основательное.

Склад примыкал к противоположной стене. Его дверь была распахнута, а в полутьме угадывались мешки и бочки. Впрочем, Клинд не видел вообще ни одной закрытой двери. Словно они кому-то мешали.

Следов борьбы или оказания сопротивления не наблюдалось. Ни крови, ни разрушений. Признаков нападения или грабежа тоже не было. Люди побросали вещи и ушли.

Или не ушли. Клинд заметил через окно в казарме человеческий силуэт. Покрепче перехватив топор, жестом подозвал Тайка и двинулся на разведку. Дверь, как и везде, была открыта настежь, изнутри тянуло холодом. Не той прохладой, что бывает в затенённых помещениях, а именно холодом, словно внутри находился погреб, хотя на улице даже к вечеру было тепло. Клинд заглянул внутрь и сперва ничего не понял. В полутьме помещения он различил несколько фигур, сидящих на скамейках возле стены. Они не двигались и не издавали звуков. Он прищурился, привыкая к темноте, и только потом шагнул внутрь, держа топор на уровне груди.

Свет из двери падал на лицо одного из сидящих, позволяя хорошо его рассмотреть. Это был солдат в форме пограничника. Он, как и его товарищи, сидел ровно, с закрытыми глазами, положив руки на колени. Кожа на лице выглядела серой, как у давно умершего, но тело не разложились. Клинд не чувствовал соответствующего запаха. Ничего подобного он раньше видел. Протянув руку, Клинд прикоснулся к лицу покойника. Плоть оказалась холодной и твёрдой, словно камень.

На мгновение показалось, что солдат шевельнулся. Клинд отдёрнул руку и отступил к выходу, не опуская топора. Тайк так и стоял беззвучно на пороге. Он не лаял на этих людей, не рычал. Только смотрел и мелко дрожал.

Выйдя во двор, Клинд перевёл дыхание. Ничего подобного он не встречал за всю службу. Ни в приграничье, ни в рассказах бывалых охотников. Чтобы мёртвый человек сидел с закрытыми глазами, холодный как лёд, и при этом не гнил, не чернел, не издавал запаха. Такого не бывает, а в том, что солдаты мертвы, Клинд не сомневался.

Идя вдоль казармы, он видел в распахнутые окна других солдат. Когда знаешь, на что обращать внимание, найти их уже не так трудно. Некоторые сидели на кроватях, другие лежали, вытянувшись по струнке. А один даже стоял, чего никак не может быть, если в деле не замешана магия. Клинд бы понял, напади на обитателей заставы повальный мор. Но мёртвые не сидят и тем более не стоят! Это просто истина, доказанная временем.

Заглянув на кухню, убедился, что там такая же картина. Двое поваров сидели на корточках возле печи с видом увлечённо разглядывающих пламя людей. Но не было ни пламени, ни увлечённых глаз. Повара замерли с закрытыми глазами, один из них держал в руке половник.

Тайк не выдержал напряжения и жалобно заскулил.

— Тихо, тихо. — Потрепал его по голове, а потом успокаивающе погладил Клинд. — Мы только осмотримся и уйдём. Потерпи маленько.

Словно опровергая его слова, из руки повара выпала поварёшка и зазвенела по камням. Тайк тут же замолк и снова весь превратился в напряжённую струну. Клинд тоже замер, при этом вращая головой чуть не вкруговую, как сова. Но больше никакого движения не заметил.

— Это просто совпадение. — Шёпотом попробовал уговорить сам себя Клинд.

Долгую минуту они с Тайком простояли, подражая местным покойникам. Немного расслабившись, Клинд подошёл к столу и провёл по нему пальцем. Слой пыли был толстым. Даже учитывая, что столы фактически стояли на улице, он не мог накопиться за пару дней. Значит, всё случилось не сегодня и не вчера. Может, неделю назад, а может, и больше.

В дом коменданта Клинд заходил осторожно. В коридорах хватало тёмных закутков. Комендант сидел за столом в своём кабинете, положив руки на столешницу. Перед ним лежал лист бумаги, открытая чернильница засохла, пера рядом не оказалось. Комендант словно собирался что-то написать, но не успел. Клинд перевернул лист. Чистый. Он заглянул в ящики стола, нашёл стандартный набор документов: списки личного состава, накладные на провизию, карту окрестностей.

Последнюю Клинд забрал себе, сразу просмотрев метки на ней. Несмотря на засушливый край, источников воды в округе хватало. Правда, до ближайшего всё же пара дней пути. Но, чем дальше от заставы, тем чаще они встречаются. А по самому краю карты, в глубине пустоши, вообще текла река. Остальные бумаги его не заинтересовали.

Закончив осмотр, Клинд задумался. На заставе должен быть амулет связи. Обычно он хранился у коменданта в кабинете, но Клинд его не нашёл. Можно предположить, что комендант прячет его в тайник, но, скорее всего, он носит его с собой.

Прикасаться к мёртвому телу не хотелось, но ситуация заставляла действовать по уставу. Об опасности требуется доложить, во что бы то ни стало. Клинд знал, как выглядит амулет связи, и для начала попробовал найти его, прощупывая карманы. Удача улыбнулась ему сразу. В правом нагрудном кармане коменданта лежал предмет, по форме очень напоминающий амулет.

Осторожно расстегнув пуговицу, Клинд достал амулет и отошёл от коменданта. Только тут он понял, что ему не хватает воздуха, так как, начав обыскивать мертвеца, непроизвольно задержал дыхание. Клинд вдохнул, чувствуя, как воздух наполняет лёгкие, осторожно вышел из кабинета в коридор и автоматически притворил за собой дверь.

Ладонью нащупал косяк и опёрся о него спиной. Сердце колотилось где-то в горле, а в висках пульсировала кровь. Клинд не боялся мёртвых. Он боялся того, что они не лежали, как положено, а сидели и стояли, словно ждали чего-то. Или кого-то.

Тайк замер рядом. В его напряжённой позе не было и намёка на обычную уверенность. Мелкая дрожь, казалось, не покидала его с того момента, как они зашли на территорию заставы. При этом пёс не решался лаять, словно понимая, не стоит будить громкими звуками этих непонятных покойников.

Переведя дыхание, Клинд внимательно осмотрел амулет. Вещица была небольшой, с ладонь размером, и напоминала сплюснутую каплю из тёмного металла, в которую был вправлен мутный белый камень. По краям амулет опоясывала тонкая вязь символов. Клинд был знаком с такими амулетами. Сам не пользовался, но видел, как его используют другие. Такой амулет позволял связаться с ближайшим крупным гарнизоном или даже столицей, если магический канал не глушили аномалии.

Он нажал большим пальцем на белый камень и поднёс амулет ко рту. Старательно выговаривая каждое слово, Клинд произнёс:

— Нахожусь на северной заставе номер семь. — Он вовремя вспомнил указанный в накладных номер заставы. — Все люди мертвы, признаков борьбы не обнаружено. Предположительно умерли с неделю назад, но признаков разложения у тел нет, и… — Клинд запнулся, но, пересилив себя, продолжил. В конце концов, не всё ли ему равно, если его посчитают сумасшедшим. — Тела покойников сохраняют лежачее и стоячее положение. Доклад окончил.

Чёрный металл коротко полыхнул белым светом, подтверждая, что сообщение доставлено до адресата.

— Ну хоть что-то работает. — Удовлетворённо произнёс Клинд и принялся ждать ответ. Обычно на это уходило несколько минут. В редких случаях ожидание могло затянуться на несколько часов. Отчего это зависело, он не знал и не интересовался.

Клинд опустил руку с амулетом и уже спрятал его в карман, когда Тайк зарычал. Рык был глубокий и словно бы наливался яростью и страхом одновременно. Такого Клинд ни разу не слышал. Тайк смотрел на дверь кабинета за его спиной.

Клинда словно пинком отбросило от косяка. Он отпрыгнул в сторону, пятясь к выходу и поудобнее перехватывая топорик. Пёс, не отрывая взгляда от двери кабинета, отступал вместе с хозяином.

Одновременно Клинд почувствовал, как воздух вокруг начинает меняться. С каждой секундой он становился гуще, словно превращаясь в кисель. В помещении резко похолодало. Стены, пол и потолок начали покрываться расползающимися узорами инея. Они тянулись ветвящимися нитями, покрывая дерево и камень белым налётом, который не таял, а лишь нарастал. Причём происходило это стремительно.

Из кабинета послышался резкий удар и грохот. Воображение сразу нарисовало Клинду картину, как оживший комендант откидывает массивный стол в сторону. Словно подтверждая его мысли, на дверь обрушился удар. Повезло, что она открывалась внутрь, а мёртвый комендант этого уже не знал. И дважды повезло, что дверь оказалась крепкой. Она выдержала целую серию быстрых ударов, последовавших после первой попытки её выломать.

Клинд больше не пятился. Он развернулся и бросился к выходу. Тайк летел впереди. Они выскочили во двор и побежали к воротам не оглядываясь. Позади послышался треск выломанной двери, а может, полностью косяка. Клинд бежал, слыша за спиной этот звук, но не оборачивался.

Он бросил короткий взгляд на окна казармы. Внутри, всё так же неподвижно сидели и стояли мёртвые солдаты. Ни один из них не шевельнулся. Ни один не отреагировал на звук. Только внезапно оживший комендант проявлял сверхъестественную прыть.

Ворота приближались с каждой секундой. Клинд вылетел за них и бежал ещё несколько секунд, прислушиваясь к возможной погоне. Лишь бросив взгляд на спокойно бегущего рядом Тайка, он замедлил шаг и оглянулся.

В проёме ворот стоял комендант.

Он изменился. Лицо, ещё недавно спокойное и серое, теперь перекосилось. Рот был открыт в беззвучном крике, но из горла не вырывалось ни звука. Глаза смотрели прямо на Клинда. Они стали мутными, почти белыми. Комендант сделал шаг от ворот, но сразу отступил назад. Что-то не давало ему пересечь невидимую границу.

Движения ожившего покойника были резкими, словно у куклы, которую неумело дёргали за нитки. Комендант замер, наблюдая, как замедляется Клинд, но попыток броситься в погоню не предпринимал.

Остановившись, Клинд прицепил топор к поясу. Потом достал из-за спины лук и наложил на него стрелу. Прицелившись в коменданта, он понял, что для точной стрельбы находится слишком далеко. Медленно переступая и следя за каждым движением мертвеца, Клинд начал приближаться к заставе.

Когда осталось метров двадцать, комендант попробовал броситься вперёд, но уже через пару шагов резво отскочил назад. Испытывать судьбу Клинд не стал. Он натянул тетиву. Лук тихо скрипнул, принимая нагрузку. Стрела нацелилась в голову коменданта. Клинд понимал, что стрелять мертвецу по туловищу или конечностям стрелами с шилообразными наконечниками — занятие бесполезное. Даже связки такой стрелой не перережешь. Поймав момент неподвижности, он задержал дыхание и отпустил тетиву.

Стрела вошла в лицо коменданта с глухим мокрым звуком. Он слегка покачнулся, а потом вернулась в прежнее положение. Стрела торчала точно из носа. Судя по оставшейся снаружи части, она должна была пробить череп на вылет и частично торчать из затылка. При этом комендант как будто и не был смертельно ранен. Лишь из носа начала медленно сочиться густая чёрная кровь.

— Что ж ты за тварь такая. — Пробормотал Клинд, прицеливаясь снова.

Глава 6

Комендант предельно широко открыл рот. Челюсти двигались с хрустом, но звука по-прежнему не было. На этот раз Клинд целился в глаз. Стрела вошла точно в цель, пробила череп и вышла где-то в районе затылка. Вместо глаза появилась сочащаяся чёрной жижей впадина. Мертвец опять покачнулся, но снова устоял на ногах. Даже предпринял попытку броситься в сторону Клинда, но отошёл назад, удерживаемый невидимым барьером.

Тем не менее движения коменданта стали чуть заторможенными, показывая, что Клинд находится на верном пути. Третья стрела вошла в висок. Четвёртая в другой глаз. Пятая воткнулась в лоб, но не смогла пробить толстую кость.

Мертвец продолжал стоять. Голова его превратилась в сплошное месиво из плоти, чёрной крови и древков стрел. Он больше не делал попыток добраться до Клинда. Но, несмотря на отсутствие глаз, стоял лицом к нему, чётко определяя направление.

Клинд достал шестую стрелу, но стрелять не стал. Он смотрел на то, что осталось от головы коменданта, и пытался понять, есть ли в этом хоть какой-то смысл. Живой человек умер бы после первого выстрела. Мёртвый, который почему-то двигался, продолжал двигаться и после пяти. Может попробовать разбить ему голову топором?

Убить коменданта было необходимо. Сейчас он был единственным мертвецом, начавшим двигаться. Остальные через ворота пока не лезли, и была надежда, что и дальше не будут лезть. Воды у Клинда осталось на одну ночёвку, время которой стремительно наступало. Летние ночи далеко на севере короткие, но они всё же есть. Желательно убраться подальше от столь гостеприимного места до наступления темноты.

Шестая стрела вернулась в колчан. Следом лук занял своё место на рюкзаке Клинда. Мертвец словно что-то почувствовал, начал раскачиваться из стороны в сторону. Рука, потянувшаяся за топориком, остановилась на полпути. Амулет в кармане Клинда начал ощутимо вибрировать.

Он достал его и нажал на белый камень.

— Слушай внимательно. — Голос из амулета был резким, мужским, с командными нотками. — Уходи оттуда немедленно. Если останешься на ночь, тебя сожрут. Поверь, в пустоши спать безопасней, чем на заставе, подвергшейся ледяному проклятию. Ночью мертвецы начинают проявлять активность. Некоторые становятся особенно резвыми, и спрятаться от них невозможно. Достанут и сожрут. — Голос изобразил грустный смешок. — Постарайся убраться оттуда. И главное! Не закрывай за собой никаких дверей. Повторяю. Не закрывай никаких дверей, которые были открыты! Особенно если в помещении остались мертвецы. Конец связи.

— Замечательно. — Вздохнул Клинд, убирая палец с камня. Выждал минуту и снова на него нажал. — А подробней нельзя рассказать, что это за проклятие и кто его насылает на целые заставы? Про двери ты маленько поздно сказал. Сейчас за мной бегает комендант этой заставы. Надеюсь, что одолею его. Нужны подробности про мертвецов. Без припасов и воды я один хрен не выживу. И поторопись с ответом. Конец связи.

Закончив сеанс, Клинд спрятал амулет. Ничего нового он не услышал, но хотя бы предупредил начальство. Клинд взвесил в руке топорик, который сейчас ему казался слишком маленьким. Снова посмотрел на коменданта. “ Нет. Топорик подождёт.” — решил он.

В его руках снова оказался лук и стрела. Целился Клинд в плечевой сустав. Прорезать связки стрела не сможет, но подвижность сустава, повреждённого стрелой, должна стать меньше. На каждое плечо он выделил по две стрелы. Запас последних был не бесконечен. Придётся, кроме продуктов, искать на заставе ещё и стрелы.

Задумка удалась наполовину. Только в одном плече подвижность заметно упала. Был бы живой человек, он бы пошевелиться не смог от боли, а эта тварь продолжала весьма активно махать руками.

Для пробы Клинд подходил ближе, провоцируя коменданта на нападение, и сразу отскакивал. Для выстрела приходилось отходить подальше. Тогда мертвец замирал неподвижно, что позволяло нормально прицелиться.

Попасть под руку мертвеца, который с лёгкостью выломал дверь, не очень-то и хотелось. Но как его замедлить, причём сделать это нужно быстро, Клинд никак не мог придумать. Тайк совершенно не проявлял желания, отвлечь на себя внимание бывшего коменданта. Пёс сидел на безопасном расстоянии и с интересом наблюдал за действиями хозяина.

В запасе осталось одиннадцать стрел из тех двадцати, что Клинд брал с собой. Следующие стрелы полетели в колено мертвеца. Клинд решил, что лишённый подвижности хотя бы в одной ноге тот станет менее опасен.

Словно поняв его замысел, комендант начал переступать с ноги на ногу. А может, сказалось то обстоятельство, что на улице начало ощутимо темнеть. Из-за движений Клинд промазал два раза, но на следующей выпущенной стреле, очередное перетаптывание мертвеца закончилось падением.

Стрелу, извлечённую для следующего выстрела, и лук, Клинд отбросил в сторону и, срывая с пояса топорик, бросился к пытающемуся встать коменданту. Мертвец очень удачно встал на колени, и лезвие топора, со всего размаха врубилось в основание черепа.

Клинд внутренне готовился к долгому сражению. К счастью, оно не понадобилось. Полностью обмякнув, уже мёртвое тело потеряло все признаки активности. Хватило одного удара в нужное место. Вытерев лезвие топора от липкой чёрной субстанции об одежду мертвеца, Клинд прицепил его на пояс. Вернулся к брошенному луку и подобрал стрелу. Использовать повторно стрелы, попавшие в коменданта, он не хотел, поэтому не собирался их вытаскивать. Тем более половина из них сломалась.

Затем Клинд расстегнул ремни и снял рюкзак. Тащить его на заставу смысла не было. Для припасов он другую тару найдёт. Без лишнего груза за спиной двигаться и убегать будет легче. Снова завибрировал амулет. Достав его из кармана, Клинд нажал на белый камень.

— Надеюсь, ты ещё живой. Если да, то слушай и запоминай. Включая твою, это уже третья застава, которую мы потеряли. Маги работают, но точная причина неизвестна. Все обитатели заставы умирают, если можно так сказать, одновременно. Ни одного спасшегося найти не удалось. — Голос замолк. — Это не отрава. Вода и продукты безопасны. Можешь брать, в разумных пределах. Я разрешаю. Если ты, конечно, жив. — Раздался нервный смешок. — В обмен прошу предоставить подробный доклад об обстановке на заставе. Да! Чуть не забыл. Насколько я понял, дверь ты уже пробовал закрывать и понимаешь, чем это грозит. Поэтому не вздумай закрыть главные ворота, тогда поднимется вся крепость, и ничто не сможет удержать мёртвых внутри. У тебя ведь тоже темнеет. Поспеши. В полной темноте мертвецы оживают. Твоё спасение за воротами, пока они открыты, их сдерживает невидимая граница вокруг заставы. Как бы противоречиво это ни звучало. Жду от тебя доклад.

Клинд отпустил камень на амулете и задумался. По крайней мере, проблема с водой и едой решена. Можно не бояться её пить или нарваться на отравленные продукты. Хотя брать воду из колодца он не станет. Вдруг на дне мертвяк лежит?

Изначально он так и планировал поступить: закупиться продуктами на заставе. Меньше мороки, пусть дороже, но в любом случае качественней. За снабжением застав следили строго. Кто ж знал, что здесь такие страсти. Пора идти. Доклад он позже сделает. Если выживет.

— Тайк, рядом. — Тихонько скомандовал псу. Тот нехотя пристроился сбоку.

Войдя в ворота, Клинд осмотрелся, прикидывая, куда двинуться первым делом. Продукты важнее оружия, поэтому сначала надо решить проблему с водой. На летней кухне повара своего положения не изменили. Клинд прекрасно запомнил их позы, когда упала поварёшка у одного из них. Картина застывших трупов врезалась в память.

Бочки, накрытые крышками, долго искать не пришлось. Вода в них не испортилась. Похоже, повара регулярно их мыли или на изготовление бочек пошла древесина кедра. Материал дорогой, но здоровье солдат дороже.

Убедившись, что с водой проблем нет, Клинд направился в дом коменданта. В помещении полумрак стал гуще. До полной темноты оставалось не так много времени. В коридоре Клинд увидел, что дверь в кабинет коменданта устояла. Не выдержал косяк. Мертвец выломал его с корнем. Видимо, дверь оказалась специально укреплена, а с косяком таких улучшений проводить не стали.

Вывороченная конструкция перегородила узкий коридор по диагонали и заклинила в таком положении. Пришлось вставать на четвереньки и проползать под ней. Идея перескочить преграду поверху, Клинду не понравилась. Слишком большой наклон у препятствия.

Оружейная комната находилась в конце коридора. По счастью, дверь в оружейную также была открыта и внутри никого не оказалось. Во всяком случае с порога Клинд никого не видел.

Можно было нагрузиться оружием под завязку, но смысла в этом не было. Клинд был не из тех людей, которые, увидев возможность, пытаются откусить больше, чем могут проглотить. Ему были нужны только стрелы. Много стрел он тоже брать не стал. Добрал таких же шиловидных до полного комплекта и взял десяток охотничьих с широким и режущим наконечником. Вдруг опять мертвяки попадутся. Подрезать будет удобнее. Хотел под конец поменять свой топорик на более увесистый, но передумал. Лишняя тяжесть ни к чему.

Тайк всюду следовал за хозяином, но пока прежней настороженности не проявлял. Только активней крутил головой, словно перестал надеяться на свой слух.

Следующим местом для посещения был продовольственно-вещевой склад. Часть продуктов хранилась на первом этаже, а другая в подвале. Туда сносили скоропортящиеся продукты, которые Клинду нужны не были. Также на первом этаже хранились повседневные вещи вроде форменной одежды, постельного белья и прочего скраба. Из последнего Клинду нужны были бурдюки. Один или два, смотря какого объёма они будут.

Тайк заходить внутрь склада отказался. Клинд приготовил топорик и пошёл один. Внутри стоял терпкий запах. Не чего-то одного, а ядрёная смесь из множества разных запахов. Стало понятно, почему пёс не пожелал сюда заходить.

Первым делом Клинд высматривал бурдюки. Бурдюк легче железной фляги, только вода из него парит, просачиваясь сквозь кожу, и на жаре быстро приобретает противный вкус. Воду из бурдюков Клинд рассчитывал израсходовать в первые дни, а дальше пользоваться своими металлическими флягами. Они тяжелее, но воду хранят сколько угодно долго.

Пока искал бурдюки, наткнулся на готовые продуктовые наборы для выхода. Растеребил один. Внутри оказался не только сухой паёк, но и тушёнка, закатанная в тонкую жестяную банку.

У них на заставе такой экзотики не было. Там совершенно другая местность и погодные условия. Обходились вяленым мясом и рыбой. Иногда Тайк приносил добычу, которую готовили на костре.

В принципе перечень продуктов, входящих в состав набора, подходил не только Клинду, но и Тайку. Охотиться собаке здесь не на кого. Скидав готовые наборы в мешок, Клинд отнёс их к колодцу и приказал Тайку охранять, чтоб тот совсем не расслаблялся.

Вернувшись на склад, Клинд продолжил поиски. Вместо бурдюков он наткнулся на фляги. Судя по лёгкому запаху из горлышка, они были из кожи, вываренной в водоотталкивающем составе. Снаружи их заботливо обшили мешковиной. Фляги были большими. На взгляд Клинда, литров на пять, но почти ничего не весили. Захватив сразу три штуки, он пошёл на выход. До темноты осталось совсем немного, поэтому приходилось спешить.

Клинд заканчивал набирать вторую флягу, когда тревожно залаял Тайк. Не раздумывая, Клинд заткнул пробкой почти полную флягу и побежал к нему. Лямки от фляг он заранее перекинул через плечо и набирал воду, не снимая их. Сейчас эта предосторожность себя оправдала.

Тайк лаял в сторону дома коменданта. Там кто-то возился. Как подозревал Клинд, очнувшийся мертвяк не мог перебраться через перегородившую коридор дверь. Не останавливаясь, он подхватил мешок с едой левой рукой и побежал к воротам.

За ними никто не гнался, но это не успокаивало Клинда. Они с Тайком выбежали за ворота. На бегу Клинд подхватил рюкзак и, сбавив шаг, тем не менее продолжил уходить от заставы, как можно дальше.

Завибрировал забытый в суматохе амулет. Клинд с удовольствием остановился. Погони не было, груз оттягивал руки, поэтому небольшая передышка ему не помешает. Зажав камень, он услышал:

— Ты там живой? Или тебя сожрали? Не хотелось бы. Я ведь даже имени твоего не знаю. В общем, жду ответа.

Отпустив и снова нажав камень, Клинд заговорил.

— Вроде живой. Времени на разговоры не было. Коменданта я упокоил. Попадание стрелы в мозг мертвеца не останавливает. Сначала прострелил ему плечевые суставы, потом одно колено. Когда мертвяк упал на четвереньки, ударил топориком в основание черепа. Это его добило. Что ещё докладывать про заставу не знаю, но задерживаться здесь не собираюсь. Припасы я нашёл и после ночёвки ухожу в пустошь. У меня свои дела. — Он задумался, стоит задавать вопрос или нет, но решил, что ничего не потеряет в любом случае, а информация нужна. — Ты слышал что-нибудь про детей капитана Кантапара? Говорят, они ищут какую-то вещь в пустоши и ответственны за пропажу многих охотников. Мне пригодится любая информация.

Пока диктовал сообщение, Клинд развернулся в сторону заставы. Сумерки сгущались. Серые стены заставы светлым пятном выделялись на фоне почти чёрного неба. На восточной стороне небосклона стали видны самые яркие звёзды. Ночь наступала. Спрятав амулет, Клинд подхватил вещи и пошёл дальше. Хотелось уйти от заставы на максимально возможное расстояние, пока хоть что-то видно под ногами. Шёл в сторону пустоши. Заставы не ставили сразу возле границы. Всегда оставался большой запас. Потому как граница не была постоянной. Пустошь “дышала”. Периодичности никакой в этом дыхании выяснить не удалось, но примерное расстояние, на которое смещается граница, было известно.

Вновь завибрировал амулет. Клинд опустил вещи на землю, и сам сел рядом.

— Молодец, что выжил. — Голос говорившего был задумчивым. — У меня будет к тебе ещё одна просьба. Ты не мог бы задержаться возле заставы на пару дней. Помощь выехала после первого твоего сообщения. Будет у тебя дня через три. Но могут и за два управиться. Я бы хотел тебе задать несколько вопросов про упомянутую тобой секту. Слухи до нас дошли, что есть такая. Один источник назвал её “дети”, второй: “дети капитана”, и только ты назвал имя этого капитана. Мне интересно, откуда у тебя эта информация? Это настолько важно, что я готов тебе компенсировать задержку. Что скажешь? — На этом передача закончилась.

— Ага. Разбежался. — Ответил Клинд выключенному амулету. Подумал немного и нажал на камень. — Не вижу смысла здесь кого-то ждать. Нужны ответы — задавай вопросы. Обойдёмся без денег. Хватит взаимного обмена информацией. Меня интересует, что происходит в пустоши на этом участке? Твари, аномалии, и что вам известно о “детях”.

Он отпустил камень и подтянул к себе рюкзак. Следовало перекусить и покормить Тайка. Действовать приходилось на ощупь. Костёр разжигать Клинд не планировал. Лучше не отсвечивать возле заставы. Хотя, как показал опыт с комендантом, мертвякам зрение не сильно-то и нужно, но лучше поберечься.

Клинд налил Тайку воды в миску из новой фляги, потом сделал несколько глотков сам, предварительно понюхав. Пока запах не изменился. Утром надо её перелить в жестяные фляги, вряд ли вода долго останется нормальной на жаре в кожаных флягах.

“Надо уточнить, что это за фляги. Больно они лёгкие.” — Пришла мысль.

Ожидая ответа, Клинд продолжил доставать продукты. Темнота стала почти кромешной. Только звёзды немного светили с неба, но он прекрасно помнил, что и где лежит у него в рюкзаке.

— На твоём участке границы сейчас относительно спокойно. — Новое сообщение поступило довольно быстро. — Аномалий много, зато твари ушли в другие районы пустоши. Сейчас сухой сезон. С живностью в ваших местах плохо. Им просто нечего жрать. Будь внимательным, и тебе ничего не грозит. О “детях” нам известно ровно то, что я сказал. Но охотники действительно пропадают. Откуда у тебя сведения о них? Про ледяное проклятие, что слышал?

Амулет оказался неплохим светильником. Учитывая кромешную тьму, его свечение неплохо помогало разглядеть, что именно достал Клинд.

— Даже и не знаю, как тебе ответить. Мне сообщила о них древняя старушка. Её слова я тебе тоже дословно пересказал. Потому и интересовался, может, у вас информации больше. — Надиктовывал Клинд ответ. — Про мертвяков даже слухов не было, но у нас караван долго в пути был. Вот и все, чем могу помочь. Сам видишь, что смысла мне здесь торчать нет никакого.

Он отпустил кнопку, но во вспышке света увидел флягу. Снова нажал на камень.

— Я хотел спросить, что это за фляги? Лёгкие и жёсткие. Не пойму, что за кожа. Вода в ней будет портиться, как в обычной?

Пока ждал ответа, наложил Тайку в миску сухарей и немного вяленого мяса. Здесь, на севере, его не начиняли кучей специй, поэтому пёс от него не отказывался.

— Понял тебя. — Пришёл ответ. — Но ты амулет не выкидывай. Может, в пустоши найдёшь больше информации и поделишься. Глупо упускать такой шанс. За вознаграждение, естественно. Фляги сделаны из кожи какой-то редкой рыбы. Изнутри пропитана алхимическим составом, поэтому вода в ней не портится. Пользуйся и не забудь поделиться информацией. Ты парень нежадный, я смотрю. Зато я щедрый, если вижу, что человек этого заслуживает. Жду.

Глава 7

Ночь прошла спокойно. Мертвяки занимались своими мертвяцкими делами тихо и наружу из заставы не лезли. Так что Клинду удалось спокойно поспать. Проснулся он, когда солнце уже встало достаточно высоко, хотя до обеда время ещё оставалось.

Наскоро перекусив и убедившись, что вода во флягах действительно не собирается портиться, он совершил повторную вылазку к бочкам. Мертвяки ночью если перемещались, то к утру вернулись на свои исходные места. Тайк осмелел окончательно и теперь спокойно бегал по заставе, вынюхивая одному ему ведомые запахи.

Первое время будет тяжело нести полные фляги, учитывая прибавивший в весе рюкзак, но пока облегчать ношу Клинд не хотел. К сожалению, Тайк не был приучен к переноске груза. С другой стороны, псу лучше сохранять подвижность. Так, он сможет отвлечь врага на себя, не сильно рискуя при этом.

Сверившись по карте, Клинд пошёл не к ближайшему источнику, а к расположенному немного западнее и дальше. Воды должно хватить на переход с запасом. Граница пустоши была отмечена на карте двумя пунктирными линиями, отстоящими друг от друга в половине дневного перехода. Таким образом, обозначался диапазон её "дыхания". До первой пунктирной линии Клинд рассчитывал дойти засветло.

Дорогу он выбирал пролегающую по нехоженым местам. Такие возле заставы встречались редко, но это тоже было на руку. Несколько раз, натыкаясь на обширный каменистый участок, он обрабатывал след смесью, отбивающей нюх у собак. Тайк понимая, чем занимается хозяин, в такие моменты благоразумно отбегал в сторону.

Обычно, настолько чрезвычайные меры Клинд не использовал. Но вся эта история с походом в пустошь начинала дурно попахивать, поэтому никакая предосторожность лишней не будет.

До границы в тот день он так и не дошёл. Пришлось снова останавливаться в открытом поле. Укрытия засветло тоже найти не удалось. Одна надежда, что на том конце переговорника сидит действительно хорошо информированный человек и твари ушли из этих мест.

"А ведь мы даже не познакомились." — усмехнулся Клинд. Это было странно, так как по уставу во время доклада через амулет, говорящий должен представиться и назвать свою должность. Возможно, в случившемся виноват сам Клинд. Он не представился, отправляя первое сообщение, и чтобы не спугнуть источник информации, на него предпочли не давить.

Перекусив и, покормив, Тайка, Клинд улёгся на землю и заснул чутким сном. Посреди ночи он неожиданно проснулся, будто от толчка. Тело немного затекло от лежания на твёрдом, но причина была не в этом. Что-то изменилось вокруг. Воздух как будто стал плотнее. Он давил на барабанные перепонки, делая собственное дыхание гулким и чужим. Клинд приподнялся на локте и прислушался. Редкие звуки степи доносились словно через вату. Ощущение было очень неприятным. Даже пёс, обычно легко переносящий пересечение границы, не просто поднял голову, а вскочил и замер, навострив уши.

— Тайк. — Позвал Клинд.

Пёс подошёл и ткнулся мордой ему в грудь. Клинд погладил его по голове и почесал за ухом.

— Пустошь сама к нам пришла. — Тихонько сказал он. Голос прозвучал глухо, почти без отзвука, словно пространство вокруг гасило любые колебания. — Будь внимателен, чтобы следом не пришла аномалия.

Тайк скосил глаза, услышав опасное слово, и тяжело вздохнул. Он шумно втянул носом воздух, перебирая запахи. Чихать не стал, но мотнул головой, словно отгонял что-то неприятное.

— Карауль. Я ещё посплю. — Аккуратно оттолкнув голову пса, Клинд расслабился и скоро уснул.

Утром он окончательно убедился, что ночью граница пустоши сдвинулась. Сейчас Клинд находился на её территории. К ватным звукам добавилась такая же видимость, как через мутное стекло. Вблизи было всё отлично видно, но чем дальше был предмет, тем расплывчатей он становился. Детали терялись. Линия горизонта дрожала и двоилась. Сразу хотелось прочистить глаза от несуществующей слезы, мешающей нормально смотреть.

К счастью, такие эффекты наблюдались только на границе. Пустошь словно обозначала свою территорию, таким замысловатым способом. На заставе, где он служил, пустошь, вопреки своему названию, имела лесной ландшафт, и смотреть вдаль получалось редко. Поэтому зрительные эффекты были для Клинда чем-то новым. Собравшись, он двинулся дальше, в основном смотря под ноги, и совсем редко кидая взгляд в мутную даль.

На первую аномалию они наткнулись совершенно неожиданно. Спасло их желание Клинда идти к другому источнику. Поэтому аномалию, выглядящую как ровная и прямая тропа, он с Тайком просто перешагнул. Она наискось пересекала их путь и скрывалась за холмом.

Клинд почувствовал желание шагнуть на тропу. Она предлагала короткий путь, срезая крюк, который он запланировал. Нога сама чуть качнулась в её сторону, но он одёрнул себя усилием воли. Клинд вздохнул. Такой тип аномалий считался относительно безопасным. Если не терять бдительность.

Пройдя немного по тропе, человек перестаёт чувствовать усталость и начинает незаметно для себя идти быстрее, постепенно разгоняясь. Самое интересное, что обычно такая тропа ведёт как раз в ту сторону, куда тебе нужно. Вот только до конца ещё ни один человек не дошёл. Если ты перестал чувствовать усталость, это не значит, что она пропала. И в конечной точке маршрута тропа тоже не заканчивается. Она идёт дальше и ведёт попавшего на неё человека к одной цели. К смерти.

Как большинство прочих, блуждающих аномалий, эта тоже стремилась держаться возле потенциальной жертвы. Клинд был уверен, что его маршрут до другого источника она быстро определит и постарается незаметно сунуться под ноги. Единственным способом не попасться на уловку аномалии был ломаный путь. Выстраивая его корявыми зигзагами, можно было обмануть её. После пары неудачных попыток поймать путника, она обычно отстаёт и уходит искать более покладистую жертву.

Некоторые отчаянные головы пытались использовать эту аномалию для ускорения путешествия. Вроде куча плюсов на поверхности. Идти не тяжело и довольно быстро. Опять же, аномалии не любят близкого соседства. Значит, можно идти по тропе, не опасаясь, что вляпаешься в другую аномалию.

Только мало кому удавалось вовремя соскочить с тропы. Аномалии нечасто воздействуют физически на свою жертву, но почти всегда оказываю влияние на её разум. Человек, попав под воздействие аномалии, перестаёт контролировать себя. Говорят, что аномалии питаются агонией жертвы и стараются продлить её как можно дольше.

За размышлениями Клинд чуть не проворонил другую аномалию. Повезло, что она тоже относилась к разряду неопасных. Он заметил подвох боковым зрением. Его собственная тень, покачивающаяся на камнях, дёрнулась не в такт движению. Запоздала на долю секунды, а потом резко удлинилась, потянувшись к его ноге. Клинд не стал тратить время на раздумья. Резко выхватив топор, он с размаху всадил клевец в каменистый грунт и быстро отпрыгнул в сторону. Тайк, не различал этот тип аномалий, но поведение хозяина изучил хорошо. Прыжок у пса получился выше, чем у Клинда, и отпрыгнул он дальше.

Тень, пригвождённая топориком, начала дёргаться в разные стороны. Она извивалась, пытаясь вырваться из ловушки. От места, где клевец пробил почву, по камням пошла мелкая дрожь. Раздался низкий, вибрирующий звук, который Клинд ощутил костями, а не услышал ушами. Тайк заскулил и попятился, поджимая хвост. Борьба длилась не больше десяти секунд. В конце концов, аномалия вырвалась и бросилась наутёк. Тёмное пятно стремительно перетекло в жидкую тень от засохшего куста и растворилось в ней.

Клинд подождал некоторое время, внимательно вглядываясь в свою, нормальную, тень. Только потом он выдернул топор из земли и повесил его на место. Аномалия, видать, не в первый раз натыкалась на опытного человека, поэтому второй попытки замаскироваться под тень Клинда не делала.

Дальше аномалии попадались регулярно. Они были хорошо знакомы Клинду и больших проблем не вызывали. В борьбе с аномалиями достаточно понять один простой принцип. Её не надо уничтожать. Достаточно прогнать аномалию наименее травматичным для неё способом. Подход немного эгоистичный, так как она пойдёт искать следующую жертву, но этот способ более действенный, чем война.

Солнце стояло в зените, когда показалась нормальная зелёная растительность, что означало близкое расположение воды. Местность в этом месте образовывала впадину, по краям которой росла трава. Ближе к центру рос кустарник, через который была проложена извилистая тропинка.

Только никакой башни на месте колодца, если верить карте, быть не должно. Подойдя ближе, Клинд убедился, что колодец оседлала очередная аномалия. Двери на входе в башню отсутствовали, это позволяло прекрасно рассмотреть, что происходит внутри. На удобных скамейках расположились на отдых пограничники. Они оживлённо разговаривали и доставали еду из сумок. Насквозь мирная картина. Вот только одеты они были в форму, которую не носили уже несколько столетий. Кованые кирасы, чешуйчатые наплечники и кольчужные юбки. Клинд такую одежду только в музее при гарнизоне видел.

Один пограничник достал из седельной сумки свёрток и начал его разворачивать. Внутри оказалась краюха хлеба с уже нарезанным копчёным мясом. Только вот ведь какая незадача. Мясо на такой жаре должно благоухать за версту, а стоящий в пяти метрах Клинд, вообще ничего не чувствовал. К тому же возле башни не было коновязи с лошадьми, и следов от копыт не наблюдалось.

Эта аномалия считалась умерено опасной. Она сама не нападала, но нового человека, не знакомого с местностью, могла легко заманить внутрь себя. Никто из людей, поддавшихся соблазну, не вышел назад. Можно было зайти и поговорить с пограничниками. Даже поесть, если угостят. А на следующий день картина будет крутиться сначала, но никого нового в ней не появится.

В эту аномалию первыми попали пограничники, и теперь они служат приманкой для следующих жертв. Есть похожие аномалии с другими людьми. Горше всего, если в ней застрянет красивая девушка. Получается натуральная ловушка с приманкой.

От таких аномалий одна польза. Если она долго где-то стоит, то съедает всех тварей в округе. Это один из немногих видов аномалий, которую твари не воспринимают как смертельно опасную.

— Тайк, не подходи. Аномалия. — Клинд указал псу на башню. — Жаль, запас воды пополнить не получится.

Если первую часть фразы Тайк понял, то вторую вряд ли. Скинув рюкзак, Клинд решил перекусить и начал доставать продукты. Тайк вёл себя спокойно, что указывало на отсутствие тварей поблизости. Клинд наложил еду псу, потом достал для себя.

Тайк громко лакал воду из миски. Сам Клинд разломил полоску вяленого мяса, ещё из своих запасов, и отправил в рот. Жестковатое, но оно прекрасно утоляло голод. Несмотря на отсутствие доступа к колодцу, воду Клинд решил не экономить.

Неожиданно его окликнули со стороны башни.

— Добрый путник, ты чего отдельно сидишь? Иди к нам. Ты нам историю расскажешь, а мы тебя угостим.

Тайк ел, шевеля ушами, но на голос не отреагировал совершенно. Верный признак того, что этот голос возникает прямо в голове. Обернувшись, Клинд увидел пограничника. Он стоял внутри башни и призывно махал рукой. Улыбка у него была открытая, но какая-то неестественная. Как у куклы, которую неправильно дёргают за верёвочки.

— Иди сам сюда, я тоже могу угостить и с интересом послушаю твою историю. — Ответил ему Клинд, чем всполошил Тайка. Пёс оторвался от еды и начал удивлённо оглядываться, ища, с кем говорит его хозяин.

— Ну чего ты, служивый. Мы ж свои. — Снова “заговорил” пограничник. — Сам посуди, сколько ты уже на ногах? Спина небось гудит, ноги свинцом налились. А у нас тут привал. Выпей квасу холодного, он в колодце стынет. Поешь по-человечески в доброй компании.

Клинд молча жевал мясо, не спуская глаз с фигуры в башне. Кваса действительно хотелось. И спине было бы приятно опереться не на голую землю, а на деревянную скамью в тени.

— Чего молчишь? — Голос пограничника изменил интонацию, стал мягче и задушевнее. — Имя твоё мне неведомо, но вижу, что жизнь тебя потрепала. Мы здесь многих повидали. Заходи.

На мгновение Клинд представил, как встаёт и идёт к башне. Как садится на скамью, чувствует её прохладное дерево, берёт из рук пограничника тяжёлую глиняную кружку с запотевшими боками. Картинка в голове возникла слишком яркая. Это Клинда и остановило. Он мотнул головой и с силой провёл ладонью по лицу, стирая наваждение. Пальцы пахли солью и вяленым мясом.

— Не пойду. Бывайте, ребята. — Отказался Клинд, поднимаясь на ноги и начиная быстро собирать рюкзак.

Понимая, что уловка не удалась, погранец из аномалии потерял к Клинду всякий интерес. Он отошёл от дверного проёма и присоединился к товарищам.

Поведение аномалии было нетипичным. Клинд не слышал раньше, чтобы пленники аномалий заводили с кем-нибудь разговор, а всё, что выходило за привычные рамки, могло стать опасным.

Упаковав вещи, Клинд закинул рюкзак за спину и отправился к следующему источнику. После случая с башней он стал ещё внимательнее. Пустошь и правда изменилась. Клинд не обращал внимания на растительность и ландшафт, он чувствовал внутренним чутьём это изменение. Общее мнение на то и общее, что складывается из множества отдельных и зачастую не связанных между собой кусочков. Когда их становится слишком много, это начинает чувствовать даже неопытный человек.

Через час местность в очередной раз начала меняться. Степь пошла волнами, появились овраги и каменистые гряды. Стало сложнее идти. Большинство аномалий предпочитали именно такую местность. В ней легче замаскироваться под очередной выверт природы.

В очередном овраге Клинда привлекли следы стоянки. Убедившись, что это не очередная аномалия, он спустился к кострищу. Опытным глазом Клинд определил, что несколько дней назад здесь останавливался один человек. Его сапоги крупного размера, оставляли подозрительно неглубокие следы. При этом на отпечатке не было заметно характерных признаков, указывающих, что человек носит обувь не своего размера. Сомнения отпали, когда Клинд обнаружил место, где человек спокойно шёл. Ширина шага была больше чем у него, значит, и человек был выше Клинда.

Ещё раз внимательно все осмотрев, Клинд понял, что лёгкий вес объясняется худобой, если не истощением, ходившего здесь человека. Чуть не дочиста обсосанные кости какого-то грызуна, указывали на его небольшую разборчивость в еде. Это было странно, так как до заставы было рукой подать.

Вероятность, что это сбежавший из заставы пограничник, была исчезающе мала. Не мог здоровый мужик так похудеть за время, прошедшее с момента проклятия. Тем более ни один пограничник не станет искать спасения в пустоши. Более вероятно выглядела версия, с заблудившимся вольным охотником.

Если верить следам, то до привала с поеданием крысы, он шёл параллельно границе пустоши. Перекусив, он направился к её центру. Если бы Клинд не спустился в овраг, то через несколько шагов наткнулся бы на его следы.

Пройдя несколько километров, Клинд задумался. Следы шли практически по прямой, словно человек точно знал, куда направляется. Он не петлял, не обходил места, которые могли оказаться заняты аномалиями. Так ходят либо опытные проводники, знающие каждый камень на своём пути, либо смертники, которым плевать на опасность.

— Кто же ты такой? — Задал Клинд вопрос, на который некому было отвечать.

Тайк привычно замер рядом, осматривая и обнюхивая округу. Эффекты границы давно пропали и больше не мешали смотреть вдаль. Только не на что было смотреть.

Так и не придя ни к какому выводу, Клинд двинулся дальше. Пока их пути с неведомым попутчиком совпадают. Но ничего не мешает ему, после очередного перекуса крысятиной, опять сменить направление.

Глава 8

Теперь Клинд поглядывал не только по сторонам, но и под ноги, отслеживая чужие следы. Они то появлялись на мягкой земле, то исчезали на каменистых участках. Но общее направление не менялось.

Идя по следу, Клинд спустился в очередной пологий овраг. На более мягкой земле следы сапог отпечатались отчётливо. Также отчётливо было видно, что пошёл попутчик вдоль оврага, свернув с прямого пути. Причём обратных следов не было. Клинд решил проверить, куда он завернул. Тем более Тайк вёл себя спокойно.

Овраг сделал поворот и вывел его к небольшой котловине. На её дне росло несколько низкорослых деревьев с корявыми стволами. В центре полянки, образовавшейся между ними, темнело пятно воды. Ещё один источник

Достав карту, Клинд убедился, что помнит правильно. В этих местах источника нет. Варианта два. Или источник пробился наверх совсем недавно, или это новая разновидность аномалий. Новая, потому что никаких характерных признаков, присущих аномалиям Клинд не видел. Тайк тоже вёл себя спокойно. Его даже не смущал труп, лежащий под одним из деревьев. Пёс подошёл к воде и начал лакать воду.

— Значит, не аномалия. — Тихонько произнёс Клинд вслух, тем не менее не теряя бдительности. Воду он пить не стал. Решил подождать и посмотреть на поведение Тайка.

Обойдя родник, Клинд подошёл к покойнику и присел на корточки. Следов насильственной смерти на теле видно не было. Ни ран, ни следов борьбы. Человек просто лёг под дерево и умер. Он лежал на спине, вытянув ноги и сложив руки на груди. Слишком аккуратно для предсмертной агонии.

Умер он не сегодня и даже не вчера. Тело начало разлагаться, но жара и сухой воздух, несмотря на близость воды, замедлили процесс. Одежда на покойнике была добротная, из хорошей кожи. Рядом валялся пустой рюкзак. Оружия у незнакомца тоже не оказалось.

Глядя на его худое лицо и сухие, словно у скелета руки, Клинд понял причину столь лёгкого веса попутчика. Возможно, он и умер от банального истощения. Понял, что идти дальше не сможет. Лёг и умер.

Тайк подошёл и обнюхал тело, потом чихнул и отошёл в сторону. Никакого интереса мертвец у него не вызвал.

Клинд очень не любил этим заниматься, но заставил себя действовать. Сначала он обыскал карманы. В правом нагрудном нашлась кремень и кресало в водонепроницаемом мешочке. В левом лежал маленький перочинный нож с костяной ручкой. На поясе болтался пустой кошель со следами золотого шитья. Ни денег, ни документов. Именного жетона тоже не было.

Затем Клинд перевернул рюкзак и вытряхнул его над травой. Выпали крошки, мелкий песок и маленькая, сплюснутая с одного боку жестяная коробочка. Внутри что-то глухо стукнуло о стенки при тряске. Крышка на жестянке поддалась с трудом, пришлось поддеть её ножом. Внутри лежал сложенный в несколько раз лист бумаги, исписанный мелким неровным почерком, и огрызок карандаша. Клинд аккуратно развернул листок. Покойник, судя по всему, был левшой. Буквы имели характерный наклон, но в целом почерк оказался разборчивый.

“Тому, кто найдёт меня. Не ищи виноватых среди живых. Меня убила пустошь. Не когтями или аномалией, а хитрее. Я расскажу тебе, как, чтобы ты не повторил моей ошибки.

Я Доброга, вольный охотник, и давно хожу в пустошь. В последний раз я вышел в обычный рейд, но с первого дня всё пошло не так, как всегда. Аномалии и твари расступались передо мной. Я радовался, как дурак, а пустошь вела меня. Стоило захотеть повернуть назад, как возникал источник или след богатой добычи. Непонятное чувство постоянно тянуло меня вперёд. Я не заметил, как оказался там, где не бывал никто до меня. Я видел циклопические развалины и обломки неведомых механизмов, вздымающихся над ними. Я мог найти в развалинах много золота пустоши, но мне это стало неинтересно. Я развернулся и ушёл.

Простая мысль: “иди дальше”, засела в голове, а ноги сами несли меня по пустоши. Еда и вода заканчивались, но передо мной возникали новые источники и попадались неосторожные животные. Пустошь не давала мне умереть от голода или жажды. Она изматывала меня.

А потом мне всё стало безразлично. Я шёл, потеряв счёт времени. Пустошь растягивала мою агонию, питаясь пустотой, образовавшейся внутри меня.

Я добрался сюда. Здесь есть вода, я мог бы напиться и жить дальше. Но не хочу. Пустошь выпила меня до дна. Я пишу, пока могу, а потом закрою глаза и не проснусь. Мне всё равно.

Ты, читающий это письмо, если хочешь жить, то беги! Не иди дальше! Пустошь изменилась, она стала охотником. Она выбирает жертву и ведёт её до конца. Если аномалии расступаются, твари прячутся, а тебя тянет вперёд, то знай, ты уже в ловушке. Поворачивай назад, пока можешь.

Я уже не могу. Прощай.”

Клинд перечитал записку дважды. Потом аккуратно сложил её и вернул в жестянку. Жестянку отправил обратно в рюкзак Доброги. Он не знал и не слышал про такого охотника, но это ничего не значило. Пустошь большая и охотников в ней много.

То, что написал Доброга, было похоже на... Чушь! Именно так. Слишком много противоречий содержала в себе записка. Опытный охотник и поддался влиянию пустоши, хотя сам это осознавал? Не становятся такие люди опытными. Они гибнут чуть не в самом начале своего пути.

Потерял тягу к жизни, но настрочил целый опус для того, кто его найдёт. Видел Клинд людей, уставших от жизни. Ни у одного из них не возникло желание что-то строчить. Не так-то это просто, взять и написать письмо. Даже нормальному человеку придётся делать определённое усилие, чтобы перебороть это нежелание. Здесь же результат прямо противоположный.

Во всей записке больше всего Клинда заинтересовали слова о развалинах и механизмах, упавших на них. Это какой же должен быть механизм, чтобы выделяться на фоне циклопических развалин?! Может это очередной бред сумасшедшего, но Клинд вспомнил и слова старушки. "Найдёшь, увидишь и выключишь. Не ошибёшься. Кроме тебя, этого никто сделать не сможет." Тогда он принял это за обычное напутствие. Теперь её слова заиграли другим смыслом.

Может, этот Доброга нашёл и увидел то, что предстоит найти ему? Только в силах Клинда не просто увидеть, но и выключить? Одни вопросы.

Клинд осмотрелся. Котловина с водой, чахлые деревья, мёртвое тело под ними. Тихо и спокойно, даже уютно по местным меркам. Хорошее место для смерти. Слишком хорошее.

— Тайк. — Позвал он. — Мы уходим.

Пёс подбежал и уставился на хозяина, ожидая команды. Клинд в последний раз оглядел тело Доброги. Может, стоило похоронить его, выкопать могилу, присыпать землёй. Но на это нет времени. Да и смысла особого тоже. В пустоши мертвецы не лежат долго даже в земле. Рано или поздно твари вернутся, и тело исчезнет.

Он двинулся в обратном направлении. Выбраться из котловины по-другому не получится. Пополнять запасы воды из источника, рядом с которым лежит покойник, Клинд посчитал неразумным.

Дойдя до места, где он свернул, двигаясь по следу, Клинд выбрался на противоположный край оврага. Вот ещё один вопрос. Ведь Доброга почти вышел из пустоши. Зачем он снова пошёл к её центру?

Стоя на вершине каменистого гребня, Клинд осмотрелся. Изрезанный ландшафт тянулся дальше. Надеяться, что ему продолжит везти с аномалиями, больше не следовало. Доброга мирно покоился под кустом и больше никого не распугает по пути. Было даже удивительно, как на его след за прошедшее время не заползла ни одна аномалия. А ведь их в округе хватало.

Ещё раз сверившись с картой и определив направление на ближайший источник, обозначенный в ней, Клинд бодро зашагал по вершине гряды. Переть напролом, как раньше, он посчитал ненужным риском. Ветерок обдувал лицо, да и обзор сверху открывался шире. Однако его мысли то и дело возвращались к записке Доброги.

“Беги! Не иди дальше!” — повторил он про себя строки покойного охотника и невольно хмыкнул. Легко советовать, когда уже умираешь под деревом. Сам-то он почему не побежал? Мог бы дойти до заставы за день-два.

Клинд машинально поправил лямку рюкзака и вдруг поймал себя на том, что уже несколько минут идёт, совершенно не глядя по сторонам. Тайк бежал впереди, но Клинд не отслеживал его поведение, а весь ушёл в размышления. В пустоши такая рассеянность могла стоить жизни.

Он тряхнул головой, отгоняя наваждение, и осмотрелся. Вокруг всё та же пересечённая местность, каменистые проплешины и овраги. Тайк бежал спокойно, высунув язык, и это успокаивало. Но неприятный осадок от своей рассеянности остался.

Ближе к вечеру местность вновь изменилась. Гряда, по которой шёл Клинд, постепенно сошла на нет. Частые овраги сменились пологим склоном, уходящим далеко вниз. Засушливые места тоже закончились. Чем ниже по склону, тем выше становилась зелёная трава и чаще встречались кустарники и деревца.

Глядя сверху, Клинд ничего подозрительного не видел, но это ровным счётом ничего не значило. Чем дальше, тем более высокой и густой становилась трава. В ней легко могли спрятаться твари. С другой стороны, большинство аномалий избегали таких мест. В траве они становились слишком заметны.

Безопаснее всего было продолжить путь поверху, обходя низину по краю. Только источник находился в ней, а вода, плескавшаяся во флягах, с каждым часом казалась теплее и безвкуснее. К тому же возле источника стояло отметка, показывающая наличие безопасного убежища. Относительно безопасного, естественно. От тварей убежища точно спасали.

Мысль о свежей воде из источника, отмеченного на карте, возникала непрошено и настойчиво. Клинд одёрнул себя. Ему не понравилась эта мысль, хотя она и выглядела на первый взгляд довольно естественно. К сожалению, логика тоже подсказывала, что надо идти к источнику, а не бродить кругами.

— Тайк, проверь. — Приказал он.

Пёс пригнул голову и потрусил вниз по склону, исчезая в траве. Скоро его не стало видно, но по колыханию стеблей Клинд отслеживал перемещение пса. Тайк двигался зигзагами. Иногда останавливался, и тогда трава над ним переставала шевелиться. Потом движение возобновлялось. Прошло несколько минут, прежде чем пёс вынырнул обратно. Шерсть на загривке была гладкой, уши стояли торчком, но не напряжённо.

— Чисто? — Спросил Клинд скорее для себя, чем у собаки.

Тайк вильнул хвостом и оглянулся, словно приглашая следовать за ним. Клинд начал спускаться. Трава постепенно становилась выше, пока не достигла уровня груди. В таких условиях нужно или прокашивать тропу перед собой, или надеяться на нюх Тайка. Клинд предпочитал последний вариант.

Он шёл медленно, внимательно глядя под ноги и по сторонам. Неожиданно впереди послышалось негромкое, еле различимое за шумом сминаемой травы, журчание. Вода? Клинд замер и прислушался. Источник, отмеченный на карте, находился дальше, и до него ещё предстояло идти и идти. Звук же раздавался совсем рядом. Журчание воды было монотонное и успокаивающее.

— Тайк, вода! Ищи! — Скомандовал он.

Пёс вынырнул из травы перед Клиндом, облизывая мокрую морду, и посмотрел на него с интересом и непониманием. Тайк вёл себя абсолютно спокойно, словно находился в деревне, где не было никаких опасностей для него.

— Идём! Будь внимателен. Аномалии! — Напомнил ему Клинд и двинулся на звук воды, раздвигая траву руками.

Среди высоких стеблей высилась кучка крупных валунов, сложенная в пирамидку. Из её центра по камням вытекала тоненькая струйка воды, которая падала в углубление у подножия пирамидки. Именно её журчание услышал Клинд.

Он присел на корточки, рассматривая находку. Вода как вода. Вот только камни? Откуда они здесь? Кто-то специально натаскал их с гряды? Но там нет таких больших валунов. Очень странно.

Клинд зачерпнул воду ладонью, поднёс к лицу, понюхал. Без запаха. Тайк тем временем высунул морду из травы с другой стороны и принялся спокойно лакать. Вид у него был довольный. Никаких признаков беспокойства. Клинд тоже попробовал воду. Обычная. Без посторонних привкусов.

— Ладно. — Пробормотал он и, достав одну из кожаных фляг, начал наполнять её, предварительно вылив остатки тёплой воды в сторону. Углубление оказалось достаточно большим, чтобы полностью погрузить в него флягу. Но чтобы набрать следующую, пришлось ждать, пока оно наполнится вновь.

Холодная вода приятно холодила пальцы. Набрав все фляги, Клинд от души напился сам. Затем сполоснул лицо и намочил волосы.

И вот тут, в посвежевшую голову закралась мысль. Источник, которого нет на карте. Второй за день. Клинд выпрямился и огляделся вокруг, выискивая опасность. Ничего подозрительного. И это очень странно.

В такой густой траве должны жить многочисленные мелкие твари, или хотя бы одна крупная. Но здесь было пусто и подозрительно безопасно. А то, что вызывает подозрение в пустоши уже опасно по определению.

Как бы то ни было, но до источника, отмеченного на карте, нужно всё равно добраться. Клинд закрепил фляги и без промедления пошёл дальше.

— Уходим. — Коротко скомандовал Тайку.

Он двигался через траву форсированным маршем, иногда осматриваясь по сторонам. Клинда терзало нехорошее предчувствие. Он не мог понять, что за ерунда происходит вокруг. Доброга остался далеко позади, но у Клинда возникло стойкое ощущение, что теперь пустошь взялась за него. Ему случалось и раньше находить новые источники воды. Ландшафт меняется. Карты со временем стареют. Но два новых источника подряд? Это выходило за грань разумного.

Клинд шёл, но теперь всё его внимание уходило на отслеживание собственных мыслей. Он старался замечать каждое своё желание и тут же пытался проанализировать его. Это было изматывающе. Когда он добрался до источника, то чувствовал себя выжатым как тряпка после стирки, хотя физически прошёл не так уж много.

Источник оказался не таким, как ожидал Клинд. Никакой живописной заводи или бьющего из-под земли ключа. Посреди высокой травы, на небольшом, словно вытоптанном пятачке, лежала толстая каменная плита, в центре которой темнело квадратное отверстие. Плита была заросшая мхом, с выкрошенными краями. Кто и когда притащил сюда эту махину, оставалось только гадать. Вода стояла низко. Достать её можно было с помощью ведра на верёвке, лежащего рядом вверх дном. Но сейчас в ней не было нужды.

Клинду не нравилось, что колодец ничем не прикрыт сверху. Внутрь могла нападать разная живность и благополучно сдохнуть. Он склонился над отверстием и принюхался. Вроде нормальный запах. Посмотрел на Тайка. Пёс сидел поодаль, зевал и жмурился на клонившееся к закату солнце. Вид у него был настолько безмятежный, что Клинд на мгновение ему позавидовал.

Убежище находилось недалеко от колодца. Это была неглубокая землянка, сложенная из толстых брёвен. Перед входом кто-то выложил из плоских камней невысокую стенку, призванную скрывать свет костра и удерживать тепло. Проём был узким, протискиваться пришлось боком, зато внутри оказалось на удивление сухо и просторно. Земляной пол был твёрдым и ровным. В углу лежала охапка давно высохшей травы. Не чувствовалось ни запаха зверя, ни следов недавнего присутствия человека.

— Годится. — Решил Клинд, сбрасывая рюкзак и с наслаждением расправляя плечи.

Он вышел наружу, нарубил сухих ветвей низкорослого кустарника, росшего здесь в изобилии. Тайк улёгся у входа, положив морду на лапы. Клинд развёл снаружи небольшой, почти бездымный костерок, вскипятил воду в котелке, бросив туда щепотку сушёных трав. От горячего отвара по телу разлилось долгожданное тепло, прогоняя накопившуюся за день усталость.

Добавив в котелок воды, он сварил кашу с кусочками мяса. Поел сам и накормил Тайка.

Покончив с едой, он затащил припасы внутрь, заложил проём изнутри камнями, оставив лишь узкую щель для воздуха, и растянулся на импровизированной лежанке из травы.

Сон, однако, не шёл к нему. Клинд лежал, глядя на тёмные брёвна над головой, и прокручивал в голове события дня. Он вспомнил мёртвого охотника, его высохшее лицо и аккуратно сложенные на груди руки. Вспомнил наваждение у башни-аномалии, где так хотелось выпить холодного кваса. Где-то там, за гранью привычных ощущений, пряталась чужая воля, ткущая невидимую сеть. Клинд повернулся набок, прислушался к ровному дыханию Тайка и заставил себя закрыть глаза. Утро вечера мудренее. Сейчас нужно просто выспаться и восстановить силы.

Глава 9

Спал Клинд крепко, без сновидений. Землянка хранила внутри прохладу. Сквозь оставленную щель тянуло слабым сквознячком, приносившим запах сухой травы и камня. Тайк, свернувшийся у входа, пару раз всхрапнул во сне, но не проснулся.

Когда Клинд открыл глаза, он не сразу понял, что его разбудило. Лёгкий, почти неощутимый толчок где-то на границе восприятия. Не звук, а скорее перемена в самом качестве тишины. Он полежал немного прислушиваясь. Тайк дышал ровно. Снаружи не доносилось ни шороха. Солнце, судя по лучу, проникающему в щель, уже поднялось над горизонтом.

Клинд разобрал камни, закрывающие вход, и выбрался наружу. Утренний воздух холодил лицо. Над землёй ещё стояла тонкая дымка тумана. Явление для этих мест редкое, но объяснимое близостью воды.

Он сделал несколько шагов к колодцу, на ходу потягиваясь и разминая затёкшие плечи, и вдруг замер, словно налетев на невидимую стену. На плите колодца спиной к Клинду сидела девушка, и он готов был поклясться, что мгновение назад её здесь не было.

Девушка свесила ноги в тёмный провал колодезного отверстия и беспечно болтала ими, словно не сидела над бездонной дырой. Одета она была в светлое платье, слишком лёгкое и чистое для пустоши. Длинные волосы, неопределимого в утреннем свете оттенка, спускались на её плечи и спину.

Клинд с силой провёл ладонью по лицу. Наваждение не исчезло. Девушка, словно почувствовав его взгляд, обернулась. Лицо у неё было спокойное, даже слишком для человека, встретившего вооружённого незнакомца в пустоши. Ни тени страха, только лёгкая улыбка тронула уголки губ. Она рассматривала Клинда с безмятежным интересом. С таким разглядывают забавного жука, залезшего на подоконник.

— Доброе утро. — Сказала девушка. Голос прозвучал негромко, но как-то очень ясно.

Впрочем, Клинд уже понял, что перед ним очередная говорящая аномалия. Только не мог понять какая. Он скосил взгляд на Тайка. Пёс вышел следом за ним и теперь спокойно обнюхивал стенку и землю перед входом в землянку. На девушку он не реагировал совершенно.

— Доброе. — Ответил Клинд, и сам удивился тому, как спокойно прозвучал его голос. Рука легла на пояс, где висел топорик. Девушка проследила за этим движением, и её улыбка стала чуть шире, но не насмешливой, а скорее понимающей.

— Ты долго спал. — Заметила она и опять отвернулась к колодцу. — Я ждала, пока ты проснёшься. С твоим псом мы уже познакомились. Хороший пёс. Молчаливый.

Тайк на слове “пёс” на мгновение поднял голову, глянул в сторону девушки, но тут же вернулся к своему занятию. Клинд удивился. Выходит, Тайк слышит девушку, но никак на неё не реагирует.

— Кто ты, и что ты здесь делаешь? — Спросил Клинд. Он прошёл чуть дальше, чтобы видеть лицо девушки и одновременно следить за псом. Изменение его поведения может вовремя подсказать, как действовать дальше.

— Не всё ли равно? — Она чуть склонила голову к плечу. — Ты можешь придумать мне любое имя, и я на него отзовусь. Хочешь, зови меня Утренней. Или Росой. В сказках так часто бывает.

— Я не в сказке. — Отрезал Клинд. Он не понимал, что происходит, и это тревожило сильнее всего.

— Конечно, не в сказке. — Легко согласилась она. — В сказках всё заканчивается хорошо. А здесь бывает по-разному.

Она снова опустила взгляд в колодец и замолчала. Клинд воспользовался паузой, чтобы осмотреться повнимательнее. Трава вокруг колодца была примята, но только его собственными вчерашними следами. Каменная плита, на которой сидела девушка, тоже не изменилась со вчерашнего вечера. Убежище цело. Тайк спокоен. Солнце поднимается, разгоняя остатки утренней дымки. Ничего угрожающего и аномального, кроме непонятно откуда взявшейся девицы.

— Ты меня видишь? — Спросила девушка, не поднимая головы. Вопрос прозвучал странно, потому что ответ на него был очевиден.

— Вижу. Я же с тобой общаюсь.

— Никто другой не видит. Только ты. Знаешь почему? — Она подняла на него глаза, в которых поблёскивали искорки веселья.

Но у Клинда, наоборот, по спине пробежал холодок.

— Не знаю. — Ответил он честно. — Может, ты объяснишь?

— Может, и объясню. — Она легко поднялась на ноги, продолжая стоять у чернеющего отверстия. Клинд напрягся, ожидая, что она сделает в следующую секунду. Но она осталась на месте, лишь слегка покачивалась, словно не решила, в какую сторону шагнуть. — А может, ты сам догадаешься? Ты ведь умный. — Лукаво спросила она и улыбнулась, но на этот раз в её улыбке мелькнуло что-то очень древнее, совсем не сочетающееся с её юным лицом. — Я знаю, что ты ищешь, и знаю, куда идёшь.

— Ты только задаёшь вопросы, а я устал от загадок. — Клинд решил порвать этот порочный круг. — Если можешь помочь, то помоги. Если не можешь, то оставь меня в покое.

Клинд развернулся и пошёл назад в землянку. Нужно было уходить. Хотя делать это надо было сразу, а не слушать ничего не значащие словесные кружева, от очередной аномалии.

Девушка покачала головой. Её волосы плавно качнулись, как водоросли в воде.

— Ты ищешь механизм. Он лежит на развалинах города, которого нет ни на одной карте. И ты его выключишь. Не потому, что так надо. А потому что у тебя нет другого выхода. — Произнесла она в спину Клинда, но он не стал останавливаться, так как ничего нового не услышал. Аномалия лишь озвучила его собственные мысли. — Пустошь ведёт тебя. Ты уже заметил, что аномалии расступаются, а твари прячутся перед тобой. Но не обольщайся. Это не удача. Пустошь заманивает тебя в ловушку, и чем дальше ты зайдёшь, тем труднее будет повернуть назад.

Клинд прекрасно её слышал, даже зайдя в землянку. Он подхватил рюкзак и вышел на улицу.

— Ты не сообщила мне ничего нового. Счастливо оставаться.

Он надел рюкзак. Завтракать рядом с непонятной аномалией у него не было никакого желания. К тому же колодец в его глазах стал выглядеть ещё менее ценной находкой. Вдруг труп именной этой девушки лежит где-то на его дне.

“Надо сообщить, об аномалиях на двух известных источниках, и о появлении двух других.” — Вспомнил Клинд про амулет связи.

— Твой единственный выход — это идти до конца и попытаться сломать ловушку изнутри. — Интонация девушки поменялась. Она явно занервничала.

— Прекрасно! И как это сделать? — Задал Клинд логичный вопрос. — Общие слова меня не интересуют. “Ни о чём” я могу и с собакой поговорить. От него хоть подлянки ждать не приходится.

Девушка на мгновение замерла. Впервые за весь разговор на её лице промелькнуло что-то похожее на неуверенность. Клинд решил подождать ещё немного, но если она начнёт нести прежнюю ерунду, он уйдёт.

— У тебя хорошая собака. — Через силу улыбнулась девушка. — Береги его.

Она сделала шаг, но не упала в колодец. Её будто засосало туда. Одновременно по плите пошли трещины и знакомая Клинду изморозь. Тайк взвыл и стремительно бросился прочь, постоянно оглядываясь и проверяя, бежит ли за ним хозяин. Клинд бежал. Он выжимал всю скорость, на которую был способен. Волна страха, ударившая от колодца, накрыла не только Тайка, но и его.

***

Бежал Клинд долго, потом его немного отпустило, и он начал соображать.

— Тайк!

Пёс почти сразу вынырнул из травы перед ним, и с интересом уставился на хозяина. Не было заметно, что Тайк чего-то боится. Да и был ли этот испуг? Похоже, девица шибанула по мозгам только его, а Тайк бежал больше за компанию, да напугавшись громкого шума от лопающейся плиты.

Плюнув на предосторожности, Клинд умял небольшой пятачок травы и скинул рюкзак. Не похоже, чтобы здесь обитали твари. Колодец с такой необычной аномалией, скорее всего, распугал всех.

Костёр соорудить было не из чего, поэтому есть пришлось холодное и запивать обычной водой. Обдумав утреннее происшествие, Клинд решил, что ещё легко отделался. Хотя явная разумность аномалий, причём демонстративно выставленная напоказ, немного напрягала. Это было странно и вызывало тревогу. Умный враг всегда опаснее.

Внезапно Клинд краем глаза заметил что-то непривычное в Тайке. Пёс лакал воду из своей миски и выглядел совершенно спокойным.

— Иди сюда. — Позвал его Клинд.

Он, наконец, понял, что привлекло его внимание. Кожаный ошейник начал отливать металлом. Такой же тёмный, как старая кожа металл, почти не блестел и поэтому не выделялся. Клинд его заметил из-за регулярно расположенных щелей между сегментами, из которых ошейник был набран.

Тайк без проблем разрешил снять новый ошейник. Застёжка оказалась несложной. Она обеспечивала крепкое и надёжное соединение крайних сегментов. Металл оказался тяжёлым и совершенно не звенел. Клинд попробовал постучать по нему, но звука практически не услышал. С таким же успехом можно стучать костяшками пальцев по каменному монолиту. На каждом сегменте была выгравирована едва заметная буква неизвестного алфавита.

Ошейник подарила девица из колодца. Больше некому. Старого ошейника не было. Выкинула или себе забрала. В землянке его Клинд обязательно бы увидел. Убедившись, что ошейник никакой опасности не представляет, он застегнул его на место.

— Иди допивай, да пойдём. — Хлопнул Клинд по загривку пса.

Достав амулет связи, он продиктовал длинное сообщение. Описал, какие колодцы теперь лучше обходить стороной, и где примерно расположены вновь появившиеся источники. Дожидаться ответа не стал. Собрал вещи обратно в рюкзак и двинулся дальше.

***

Клинд шагал по степи. Местность вокруг менялась. Высокая трава, ещё недавно доходившая до груди, начала редеть, стебли стали жёстче и ниже, а под ногами всё чаще проступала каменистая крошка. Идти стало легче, но вместе с открывшимся пространством пришло и чувство уязвимости. В степи, просматриваемой на сотни метров вперёд, укрыться от чужого взгляда было практически негде.

Тайк, как обычно, бежал впереди, то и дело, пропадая из виду за невысокими скальными выходами, которые тут и там начали попадаться на пути. Эти скалы, серые и потрескавшиеся, иногда складывались в причудливые гряды, напоминавшие остовы гигантских зверей. Солнце припекало немилосердно. Клинд размеренно переставлял ноги, сканируя взглядом горизонт, и в который раз похвалил себя за покупку костюма из кожи ската.

Внезапно Тайк, только что скрывшийся за очередным каменным выступом в десятке шагов впереди, вернулся. Добежав до хозяина, пёс молча уставился на него, всем своим видом требуя внимания. Такое поведение пса было Клинду знакомо. К тому же из-за очередной гряды послышались задорные мужские выкрики.

Он не стал терять ни секунды. Сбросил с плеч рюкзак и поставил его у ближайшего валуна, но так, чтобы он не сразу бросался в глаза и не путался под ногами. Выхватил лук, одновременно накладывая бронебойную стрелу.

Тайк, поняв манёвр хозяина, юркнул в жёсткую траву и замер, ничем себя не выдавая. Лишь уши пса слегка подрагивали, ловя малейшие звуки.

Кроме выкриков, стали слышны другие звуки. Неровные удары ног о каменистую почву, и тяжёлое дыхание уставшего бегуна. Из-за скального выхода выбежала девушка. Она была высокой и жилистой. Одета в добротную походную одежду, местами порванную и испачканную. Светлые волосы выбились из-под повязки и прилипли к мокрому лбу. Её лицо было искажено не столько страхом, сколько крайней степенью усталости и злой решимости. Она бежала из последних сил, чуть прихрамывая на левую ногу, и её взгляд лихорадочно обшаривал открывшееся пространство в поисках спасения.

Спустя несколько мгновений следом за ней из-за того же выступа показались трое. Они не бежали, а шли быстрым, пружинистым шагом. Таким ходят уверенные в своей добыче загонщики. Двое двигались чуть позади, а третий, вырвавшийся вперёд, накладывал стрелу на лук. Одежда на преследователях была серой, легко маскирующейся под окружающий пейзаж.

Девушка заметила Клинда и рванула в его сторону, крича на ходу:

— Стреляй, или нас убьют!

Клинд и сам уже всё понял. Лучник преследователей, заметив неожиданную подмогу у беглянки, решил не затягивать. Он остановился, вскинул лук и выстрелил. Девушка, словно спиной почувствовав неладное, резко скакнула в сторону, чем спасла себя.

Времени на раздумья не оставалось. Кто здесь плохой, а кто хороший определилось само собой. Клинд плавно, натянул тетиву и выстрелил в лучника. Он целился в грудь, но противник тоже не стоял на месте. Хотя это ему не сильно помогло.

Лучник взвыл, выронив своё оружие. Его правая рука повисла плетью. Двое других замешкались, оценивая новый источник угрозы, и чуть притормозили, доставая мечи и перебрасывая из-за спины небольшие щиты.

Девушка в это время, поравнявшись с валуном, буквально рухнула у ног Клинда, судорожно хватая ртом воздух. Она тут же запустила руку в подсумок на поясе и вытащила небольшой флакон из тёмного стекла. Зубами выдернула пробку и в три глотка выпила содержимое. Эффект оказался почти мгновенным. Её дыхание выровнялось, оставаясь при этом глубоким. Во взгляде исчезла растерянность и усталость.

— Их осталось двое. — Твёрдо проговорила девушка, выглянув из-за валуна. — Разделимся?

Клинд кивнул, накладывая новую стрелу. Действовать нужно быстро. Второго лучника у преследователей не было, а значит, преимущество пока на его стороне.

— Тайк, взять! — Громко скомандовал он.

Трава слева от нападающих взорвалась движением. Мощный пёс вылетел из засады чёрной молнией и бросился на ближайшего мечника. Он вцепился зубами в правое предплечье противника, не давая тому замахнуться мечом. Человек вскрикнул от неожиданности и боли, пытаясь оттолкнуть от себя пса свободной рукой. При этом он отпустил щит, подставившись под выстрел.

Клинд, не теряя ни секунды, выстрелил, целя в верхнюю часть корпуса. Стрела, с глухим стуком пробила лёгкий нагрудник. Противник пошатнулся и начал заваливаться, терзаемый псом.

Девушка тоже времени зря не теряла. В её руке появился длинный и узкий кинжал. С проворством, выдававшим немалый опыт, она бросилась к раненому лучнику. Тот попытался увернуться, но ему не хватило проворства. Девушка легко обогнула неуклюжие замахи и вогнала свой кинжал в шею лучнику. Захрипев, он рухнул на камни.

Третий преследователь, понимая, что остался один, взревел и бросился на девушку, занося меч для размашистого удара. Но Клинд оказался быстрее. Стрела попала ему в глаз, хотя Клинд целился в туловище. Снайпером он себя не считал и трезво оценивал шансы попасть в подвижную цель. Ему просто повезло.

Мечника, терзаемого Тайком, добивать не пришлось. Умный пёс уловил момент и прокусил ему горло, чуть не вырвав при этом гортань.

— Цела? — Коротко спросил Клинд у девушки.

Та, видя, что битва выиграна, расслабленно опустилась на землю возле убитого преследователя.

— Почти. — Выдохнула она, вытирая окровавленный кинжал об одежду убитого. — Ты сам как?

— Я нормально. Тайк, иди сюда. — Позвал Клинд.

Пёс подошёл и ткнулся мокрым носом в руку хозяина. Кровь на его морде была чужой. Клинд осмотрел Тайка и потрепал его по загривку. Пёс в скоротечном бою ранений не получил

— Вовремя вы появились. Меня Лин зовут. — Представилась девушка, поднимаясь на ноги и засовывая кинжал в ножны. — Я охотница.

— Клинд. Тоже охотник. — В тон ей ответил он. — Кто это? И почему они гнались за тобой?

Лин, не отвечая, присела над убитым и быстро принялась его обыскивать.

— Сектанты. Местная шваль. Поклоняются какой-то херне, обитающей в глубине пустоши. — Она расстегнула ворот куртки убитого и вытащила небольшой, круглый амулет на кожаном шнурке. Амулет был вырезан из кости и изображал спираль. — А погоню устроили, потому что я слишком близко подошла к их логову. Они свои тайны ревностно охраняют. — Лин взвесила амулет в руке и мрачно усмехнулась. — К сожалению, это ещё не конец. По таким амулетам они отслеживают друг друга и чувствуют, когда кто-то из них подыхает. Скоро здесь будет целая толпа фанатиков, желающая нас убить самым извращённым способом. Нужно уходить.

Глава 10

Клинд кивнул. Он и сам понимал, что задерживаться не стоит. Подобрав лук и выдернув с покойников целые стрелы, он быстро вернулся к рюкзаку и закинул его за спину.

— Мне туда. — Он махнул рукой, указывая направление дальше в пустошь, не вдаваясь в подробности.

— Нам по пути. — Быстро сказала Лин поднимаясь. — Я тоже в ту сторону иду.

Клинд покачал головой. Случайные попутчики были ему не нужны. Бой показал, что от Лин будет польза, и вдвоём идти безопаснее. Только с полным доверием он решил повременить.

— Нам? — Переспросил Клинд, так и не приняв окончательного решения.

— Тебе и мне. — Спокойно ответила девушка, встретив его взгляд. — Ты спас мне жизнь, я помогла тебе в бою. У нас могут быть разные цели, но вместе у нас больше шансов выжить и не попасться в лапы этим фанатикам.

— Хорошо. — Согласился Клинд, обдумав её слова. Логика в них была. — Но наше сотрудничество временное. — Сразу предупредил он.

— Идёт. — Легко согласилась Лин. — Меня это более чем устраивает.

Пришлось подождать, пока Лин обыщет убитых и соберёт немногочисленные трофеи. Скрыть следы схватки было практически невозможно. Поэтому хоронить убитых никто не собирался.

Клинд задавал темп, идя размеренным шагом. Лин выглядела уставшей, но держалась рядом и не жаловалась. Тайк бежал чуть впереди, бдительно осматривая окрестности. Солнце начало клониться к закату, когда они добрались до удобной для ночлега лощины. Неглубокая впадина была огорожена со всех сторон скалистыми гребнями. Идеальное место, чтобы развести небольшой костёр, не привлекая лишнего внимания.

***

Пламя негромко потрескивало, отбрасывая пляшущие отблески на лица уставших людей. У входа в лагерь разлёгся Тайк. Он лежал с закрытыми глазами, но его уши жили своей жизнью, реагируя на малейшие шорохи. Ужин, приготовленный из походного пайка, был съеден. Клинд, прихлёбывая горячий травяной отвар, смотрел на огонь.

Лин сидела напротив, скрестив ноги. Её лицо, освещённое пламенем, казалось молодым и беззащитным, но Клинд понимал, что это обманчивое впечатление.

— Слушай, Клинд. — Нарушила она тишину. — Ты ведь не первый день в пустоши? Видел что-нибудь странное в последнее время? Ну, кроме меня и этих культистов?

— Видел. — Нехотя ответил он. — Мы же в пустоши. Здесь на каждом шагу странности.

— Я не про это спрашиваю. — Нахмурилась девушка. — Странное даже по меркам пустоши. Например, вот эти скалы. — Она кивнула на кольцо скал, окружавших их стоянку. — Я раньше такого не встречала.

— Я сам в первый раз в этих местах. — Клинд нахмурился. — А откуда ты идёшь? — Спросил он. Если пункт назначения мало кто называл, то место, откуда охотник зашёл в пустошь, скрывали редко.

— Четырнадцатый восточный форпост. — Не задумываясь, ответила Лин.

Клинд чуть не поперхнулся отваром. Восточный форпост? До него пешком идти и идти, не меньше нескольких месяцев. А то и больше. Это просто не укладывалось в голове.

— С восточного форпоста? — Переспросил он. — Я вышел два дня назад с седьмой северной заставы.

Выражение лица Лин резко изменилось. Вместо усталой задумчивости на нём проступило упрямство и недоверие.

— Какая ещё застава? — Резко возразила она. — Я вышла из форпоста три недели назад. Ну, может, чуть больше. Не неси ерунды. Не могла я за три недели забраться так далеко! Это ты здесь в первые, вот и заблудился в пространстве и времени.

Форпосты принадлежали другому государству, расположенному по ту сторону пустоши. Войны между ними не было, но соперничество оставалось. Как на государственном уровне, так и на уровне простых жителей. Тем более охотников.

— Я не несу ерунду. — Твёрдо сказал Клинд, отставляя кружку. — Я ориентируюсь по карте и знаю, где нахожусь. До восточного края пустоши отсюда месяцы пути. Это факт.

— Значит, у тебя плохая карта! — Отрезала Лин. В её глазах загорелся почти фанатичный огонёк. — Я здесь, и точка. Прошло три недели, и я здесь. — Упрямо начала твердить она. — Не знаю, что ты там себе думаешь, но это так.

Клинд хотел продолжить расспросы, чтобы выяснить причину такого несоответствия, но заметил в поведении Лин другие перемены. Её лицо осунулось. Плечи поникли. Энергия, кипевшая в ней секунду назад, схлынула, словно вода в песок. Она растерянно моргнула несколько раз. Взгляд девушки затуманился и расфокусировался.

— Что с тобой? — Встревожился Клинд. Ему не нравились такие перемены.

— Всё… в порядке. — С трудом выговорила Лин глухим безжизненным голосом. — Действие эликсира заканчивается. Я… мне нужно поспать.

Не дожидаясь ответа, она откинулась на мешок с трофеями и закрыла глаза. Через несколько секунд её дыхание стало глубоким и ровным. Лин мгновенно уснула несмотря на неудобство.

Клинд долго сидел неподвижно, глядя на спящую девушку. Тайк подошёл и издали понюхал воздух возле неё. Потом вернулся на своё место у входа. Вопросов у Клинда в очередной раз прибавилось. Кто Лин такая на самом деле? Клинд слышал про такие зелья, но они были чудовищно дорогими, хотя могли в нужный момент спасти жизнь. Неопытному охотнику. Потому что, с тем же успехом могли потом её отнять.

И как можно пересечь половину пустоши за три недели? Ответов не было. Утро вечера мудренее. Клинд подбросил веток в костёр и приготовился к долгой ночной вахте.

***

Проснулся он от прикосновения к щеке чего-то холодного. Тайк напоминал о себе, ткнувшись носом. Клинд сел и осмотрелся. Ночь прошла без происшествий, и он неплохо выспался. С хрустом разминая затёкшую шею, он потрепал пса по загривку. Пламя костра погасло, угли подёрнулись серым пеплом, но жар от них ощущался. Клинд пошевелил их веткой и подбросил мелких веток. Огонёк нехотя лизнул топливо и занялся.

Лин спала на другой стороне костра. Дышала ровно, лицо было спокойное. Клинд коротко глянул на неё и приступил к приготовлению завтрака. За ночь ничего нового о попутчице он не надумал. Вопросы так остались вопросами. Будить человека ради удовлетворения любопытства он посчитал излишним.

Клинд повесил котелок над огнём, плеснул туда воды из фляги, бросил горсть зерна и несколько полосок вяленого мяса. Пока каша варилась, проверил снаряжение. Тайк сидел рядом и с интересом наблюдал за котелком, изредка облизываясь.

Лин зашевелилась, когда запах еды поплыл над стоянкой. Она открыла глаза не сразу. Сначала моргнула, потом уставилась на Клинда, словно силясь вспомнить, где находится. Потом села и потёрла лицо ладонями. Движения были вялые и немного замедленные.

— Доброе утро. — Сказал Клинд, помешивая кашу.

— Доброе. — Голос у неё был сиплый. Она откашлялась. — Долго я спала?

— Нет. Солнце только встало.

Лин остановила взгляд на Тайке, потом посмотрела на котелок.

— Пахнет съедобно.

— Обычная каша. Скоро будет готова.

Она кивнула, с трудом поднялась на ноги и, подхватив свою флягу, отошла в сторону. Вернулась Лина, как раз, когда каша поспела. Умытая и расчёсанная, девушка выглядела значительно лучше. Клинд разложил еду в три миски. Себе побольше, ей поменьше. Тайку выложил остальное. Сполоснув котелок, налил в него воды и вернул на огонь.

Ели молча. Каша была густая и сытная. Мясо немного разварилось и отдало крупе соль и вкус. Клинд ел медленно, тщательно пережёвывая. Лин, наоборот, быстро расправилась со своей порцией, и было видно, что не наелась. Порывшись в своей сумке, она достала сырокопчёную колбасу и нарезала её толстыми ломтиками. Свой хлеб тоже достала. Причём именно хлеб, а не галеты, как у Клинда.

— Угощайся. Трофейное. — Предложила она.

— Спасибо. Но я лучше своё. — Отказался Клинд.

Есть взятую с покойника еду он не хотел. По крайней мере, пока у него есть выбор. Возвращаться к разговору о форпостах и заставах никто из них не спешил. Вчерашний разговор оставил у Клинда неприятный осадок. Путаница с расстояниями, зелье, вызывающее внезапный сон и многие другие факты, не вязалось с образом опытной охотницы. Но он решил не давить на неё. В пустоши каждый имеет право на свои секреты. Главное, чтобы эти секреты не стоили ему жизни.

Покончив с завтраком, он вымыл и упаковал посуду. Лин к тому времени собрала свои пожитки и стояла, перекинув через плечо лямку своего лёгкого заплечного мешка и мешка с трофеями. Ещё одна загадка. Как можно забраться в такую даль, не имея припасов?

***

День обещал быть жарким. Солнце, вместе с температурой воздуха, поднималось быстро. Ветра почти не было. Клинд шёл первым. Лин держалась в нескольких шагах позади. Пёс бежал впереди, иногда исчезая за каменистыми выступами. Приходилось идти, петляя между скалами. Прямой дороги или тропы не попадалось. Клинд сверялся с картой на ходу, ориентируясь по солнцу и внутреннему чувству направления.

Хождение между выступами скал было опасным из-за аномалий. Любили они такие места. Но аномалий не было, и Клинд не знал, радоваться этому или нет.

Через час Лин нарушила молчание.

— Клинд. Там что-то движется.

Он обернулся и проследил взглядом за её рукой. Далеко на горизонте поднималась тонкая струйка пыли. Без подсказки Клинд вряд ли её заметил бы между торчащих скал. Она двигалась медленно, почти незаметно. Ветра не было, так что у пыли должна быть другая причина. Стада диких животных в этих местах Клинд пока не встречал.

— Сектанты? — Спросил он.

— Не знаю. Вряд ли. — Лин покачала головой. — Они сектанты, а не идиоты, чтобы по пустоши на лошадях ездить. Это что-то другое.

— У тебя глаз острее. Следи за пылью. Если пойдёт по нашему следу, начнём укрытие искать.

— Думаешь, это Стая? — Недоверчиво спросила Лин. — Это же страшилка для новичков.

— Теперь я верю, что ты с восточного форпоста. — Многозначительно сказал Клинд и продолжил путь.

Он немного изменил маршрут, взяв правее, туда, где гряды стояли чаще. Тайк бежал ровно, уши держал торчком, но признаков беспокойства не выказывал. Это успокаивало.

Время подходило к полудню. Солнце поднялось высоко и пекло нещадно. Пыль так и растаяла на горизонте, что немного успокаивало. Клинд остановился, чтобы сделать глоток воды. Лин тоже достала свою флягу.

— Ты давно охотишься? — Спросила она, вытирая рот.

— Давно.

— Я это сразу поняла, когда ты за меня вступился. Не запаниковал.

Он с интересом посмотрел на девушку, пытаясь понять, для чего ей понадобилась настолько грубая лесть.

— Паника убивает быстрее тварей. — Озвучил Клинд прописную истину.

— Это точно. — Хмыкнула Лин, убирая флягу.

Постепенно гряды по бокам сошлись ближе, образуя подобие широкого коридора с неровными стенами из серого камня. Кое-где пробивалась сухая колючка, но в основном вокруг был голый камень.

Тайк начал проявлять признаки беспокойства. Он замедлил бег, прижал уши и стал чаще оглядываться на хозяина. Потом остановился и шумно втянул воздух. Клинд замер возле собаки. Впереди проход ничем не отличался от уже пройденного пути. Признаков аномалии он тоже не видел.

— Лин, ты ничего не видишь? — Задавая вопрос, Клинд скидывал с себя рюкзак.

Вместо ответа девушка последовала его примеру. Откинув мешки, она выхватила кинжалы. Тайк зарычал, и почти сразу щебень между валунами взорвался.

Тварь из-под земли выпрыгнула прямо на Клинда. Он успел заметить длинное сегментированное тело, мелькнувшие в воздухе лапы и распахнутые прозрачные крылья. Вибрирующий гул ударил по ушам. Тварь летела, целясь острыми жвалами ему в грудь.

Уйдя с линии атаки, Клинд наотмашь приложил насекомое-переростка топориком, не сильно целясь в конкретное место. Серьёзных ранений удар не причинил. Обиженно гудя, тварь отшатнулась назад и поднялась выше.

Вместо того чтобы следить за мутантом, Клинд крутанулся на месте. Ещё две особи вылезали из земли позади них, но делали это тихо, скрывая шум от камней за гулом крыльев первой твари. Эти были значительно крупнее и опаснее. Клинд развернул в руке топорик, чтобы бить клевцом. Прочный хитин по-другому было не пробить.

Лин только мельком глянула на новых жуков и опять сосредоточила внимание на первом. Нож мелькнул в воздухе и вошёл в брюхо твари между сегментами хитина. Монотонное гудение крыльев сбилось на мгновение, но больше никак попадание ножа на мутанте не отразилось.

Клинд тем временем сделал вид, что нападает на дальнего мутанта. Но на полпути резко затормозил и наступил на жвала ближней особи. Затем начал обрушивать удар за ударом на её вытянутую голову, превращая фасеточные глаза и разные усики в зелёную кашу. Под конец он вогнал клевец в основание “шеи”. В этом месте у мутантов располагался нервный центр, заменяющий им мозг.

К сожалению, нервный центр у этих тварей был не один. Хвост насекомого изогнулся, как у скорпиона, и ударил Клинда двумя мощными шипами. В последний момент он качнулся, вдавливая топор, тем самым подставив под удар плечо вместо головы.

Против шипов шкура ската не устояла. Они, неглубоко, но всё же проникли под кожу и в мышцы плеча. Правая рука сразу начала неметь, хотя двигать ей Клинд мог по-прежнему. Онемение распространялось во все стороны от места укола. Это было не смертельно, но сильно мешало в бою. Яд эти твари использовали не для убийства жертвы. Наоборот, они защищали её от смерти из-за болевого шока. Свою добычу твари предпочитали есть живьём.

Шипы на хвосте выделяли мощное обезболивающее, а жвала в пасти — мощное кровоостанавливающее и парализующее вещества. Тварь была источником ценных ингредиентов, но весьма опасным противником.

Тайк набросился на второе насекомое, не давая ему напасть на Клинда. Пёс зажал мощными челюстями хвост, не давая им размахнуться. Тварь пару раз крепко приложила Тайка об землю, но он не разжал зубы, выигрывая драгоценное время для хозяина.

Клинд быстро добил свою тварь. Лин продолжала кидать ножи в летающее насекомое и пока никак не пострадала, хотя успехов у неё тоже видно не было. Тварь, в очередной раз ударив Тайка о землю, наконец смогла его сбросить и кинулась мимо Клинда на девушку.

Клинд рубанул с размаху по хвосту твари, метя в место, прокушенное Тайком. Полностью перерубить его не получилось, но хвост выгнулся в другую сторону от спазма уцелевших мышц и больше опасности не представлял. Только тварь лишилась не всего своего оружия. Развернувшись практически на месте, она ухватила Клинда за бедро жвалами. Сила сжатия у них была чудовищной. Клинд подумал, что ногу ему снова отрубили. Вдобавок острые зубчики, покрывающие жвала, кое-где проникли сквозь кожу штанов, дотянувшись до тела и впрыснув яд.

С трудом сохраняя рассудок от боли, Клинд начал, остервенело, долбить топором по голове насекомого. В какой-то момент жвала разжались, но Клинд это понял не сразу.

— Остановись. Ты убил его. — Раздался рядом голос Лин.

Клинд посмотрел на девушку затуманенными глазами.

— Цела? — Только и смог спросить он.

— Ты победил сильных самцов. Мне досталась самка. Она отвлекала моё внимание, пока ты не прикончил её ухажёров. — Лин грустно улыбнулась. — Она улетела, но скоро вернётся за тобой. Обычно они откладывают личинки в ещё живую жертву. Это очень мучительная смерть. Я видела. Но я тебе помогу. Ты не будешь мучиться.

Лин легко отбила попытку Клинда оттолкнуть её и поднесла нож к его горлу.

— Прощай и прости. — Она неожиданно развеселилась. — Вы, мужики, такие доверчивые. Вами так легко манипулировать.

— Так кто ты такая? — Прохрипел Клинд. — Почему…

Договорить он не смог. Волна паралича в теле встретилась с волной онемения, неся неожиданное облегчение, вызванное потерей чувствительности и возможности двигаться.

— Уже не важно. — Почти ласково ответила девушка. — Для тебя.

Глава 11

Клинд упал на спину, тем немного отсрочив свою смерть, и лежал, раскинув руки. Тело полностью перестало его слушаться. Он даже его не чувствовал. Яд твари добрался до мозга, отключив моторные функции, оставив напоследок только зрение, слух и ясное, как никогда, сознание.

Тайк заскулил. Он лежал в нескольких шагах от Клинда, тяжело дышал и, видимо, понимал, что его хозяину грозит опасность. Пёс попытался подняться, но лапы разъехались, и он снова завалился набок. Тайк заскулил от бессилия.

— Хороший пёс. — Повторила Лин слова утренней аномалии из колодца. Та же интонация. Та же лёгкая грусть в голосе. — Жаль, я не смогу взять его с собой.

Она присела рядом на корточки, поигрывая ножом. Лезвие блеснуло на солнце, заставив Клинда сощуриться.

— Не дёргайся. — Усмехнулась Лин своей шутке. — Я быстро. Перережу горло, и всё закончится. Ты даже не почувствуешь. — Снова пошутила она.

Но выполнить своё обещание не успела.

Клинд заметил стремительную тень за мгновение до удара. Тварь спикировала с неба практически бесшумно. Недобитая самка решила вернуться и выбрала удобный момент, когда жертвы не смотрят по сторонам.

Лин успела что-то почувствовать и начала разворачиваться, вскидывая руку с ножом для защиты. Но тварь оказалась быстрее. Шипы на конце брюшка, которые у самки выполняли одновременно роль яйцеклада, ударили её в спину.

Девушка кубарем перелетела через Клинда и истошно взвыла, больше от обиды, чем от боли. Она подскочила на ноги и начала, остервенело бить ножом в ответ. Тварь не уворачивалась. Снова загудели крылья. Зависнув перед Лин, самка продолжала с дикой скоростью ударять её яйцекладом, откладывая в жертву яйца. Шипы били без разбора и очень часто. Тварь старалась оставить как можно больше потомства перед смертью.

Клинд отстранённо следил за происходящим. Лёгкую эмоцию вызвал тот факт, что на девушку не действует парализующий яд. Она ожесточённо махала ножом, нанося такие же беспорядочные удары, что и тварь.

Но, стоило Лин опасно полоснуть ножом по яйцекладу, как тактика твари резко изменилась. Она рванулась вперёд и впилась жвалами в правое плечо девушки. Хрустнула ключица. Нож выпал из её руки. Следующий укус пришёлся на вторую руку, переломив плечо. Лин упала и перестала шевелиться, словно парализующий яд внезапно начал действовать.

Клинд видел не всё. Многое не попало в его поле зрения. Он больше догадывался о происходящем. Когда Лин упала, Клинд приготовился, что и в него эта тварь напихает своих яиц, но неожиданно над ним пролетело чёрное тело Тайка.

Раздался хруст и рычание. Гул крыльев сменился непонятным треском. Возня длилась меньше минуты. Потом наступила тишина.

Тайк, покачиваясь, подошёл и упал мордой прямо на грудь хозяина. Только вздувающиеся от тяжёлого дыхания бока показывали, что пёс жив. Но больше всего Клинда удивил новый ошейник. Он светился, часто пульсируя в такт сердцебиению Тайка.

Вокруг стало неестественно тихо. Солнце припекало. Лин лежала на боку, в неестественной позе. Руки и ноги у неё были переплетены странным образом. Раны на теле не кровоточили, но быстро вздувались. Личинки начали свою работу, пожирая живую плоть и прокладывая в ней ходы. Девушка не шевелилась. Только глаза уставились в одну точку. Она, как и Клинд, была в сознании.

Трупы насекомых на жаре распространяли вокруг себя кислую вонь. Клинд лежал, пялясь в небо, и слушал дыхание Тайка. Мыслей в голове не было. Возможно, так действовала смесь ядов, но он нисколько не переживал за своё будущее. Его даже не беспокоили личинки, вызревающие в теле Лин. Доев её, они переползут к нему и продолжат пиршество.

Солнце переместилось. Тени от скал удлинились и наползли на место схватки, неся хоть какую-то прохладу. Незаметно для себя Клинд уснул.

***

Очнулся он оттого, что пальцы на правой руке обрели чувствительность и их начало покалывать. Клинд открыл глаза. Над головой было всё то же небо. Только солнце клонилось к закату. Он пошевелил пальцами. Правая рука слушалась. Левая тоже начала подавать признаки жизни.

Тайк, почувствовав движение, поднял голову и вопросительно посмотрел на хозяина. В его взгляде Клинд прочитал удовлетворение тем, что хозяин наконец-то очнулся.

— Привет. — Прошептал он.

Голос был сиплым от обезвоживания. Всё же Клинд пролежал на жаре почти весь день. Пёс в ответ вильнул хвостом. Потом с большим трудом сел рядом. Собаке сильно досталось, и Клинд не понимал, как Тайк нашёл в себе силы победить последнюю тварь. Не иначе, сказалось действие ошейника. Клинд обратил внимание, что тот продолжает пульсировать, но его свечение стало еле видимым.

Он тоже попробовал сесть. Получилось не с первого раза. Тело было ватным, особенно ноги. Правое бедро ныло. Туда пришёлся последний укус твари. Он осмотрел место укуса. Штаны выдержали, но при ощупывании ноги, чувствовалась опухоль. Пока действие ядов не закончилось полностью, она не болела.

Короткий взгляд в сторону Лин, заставил Клинда шевелиться быстрее. Девушка была жива. Об этом говорил её осмысленный взгляд. К счастью для Лин, она ещё оставалась равнодушной из-за действия яда. Сказалась большее количество укусов, которые она получила, и меньшая масса тела.

Личинки, ведомые инстинктом, пожирали её избирательно. От рук и ног практически ничего не осталось. Судя по шевелению одежды, они переключились на мышцы торса, а затем последуют внутренние органы. Когда Лин умрёт, они поползут, и довольно шустро, в разные стороны, искать новую пищу. К этому времени лучше убраться подальше. Личинки, даже маленькие, — очень опасные твари.

Подняться на ноги у Клинда не получилось. Встав на четвереньки, он и в таком положении чувствовал головокружение и предательскую дрожь в конечностях. Но надо было уходить и делать это быстро. Внезапно он вспомнил про зелья Лин. Ей они больше не понадобятся, а ему, возможно, спасут жизнь.

Кое-как он добрался до девушки, рискуя завалиться набок при очередном приступе головокружения. Действовать приходилось одной рукой. Поэтому с первого раза расстегнуть ремень, на котором висел подсумок, не получилось.

Сесть на задницу Клинд боялся. Неизвестно, как поведёт себя нога, которая начинала болеть сильнее с каждой секундой. Личинки, почувствовав рядом живое тепло, тоже не давали расслабиться. Они тыкались в одежду девушки, пытаясь дорваться до нового куска живого мяса.

Наконец, ремень расстегнулся. Клинд сдёрнул с него подсумок и сунул себе в зубы. Следовало срочно отползти подальше, чтобы личинки немного утихомирились.

На лицо девушки он старался не смотреть. Личинки добрались до него. Кожа щёк и шеи уже покрылась шевелящимися буграми. Зрелище очень неприятное. Пятясь назад, он бросил на неё последний взгляд. Лин плакала. Заметив, что он смотрит в её сторону, она часто-часто заморгала.

Рот был занят, поэтому Клинд согласно кивнул. Понять желание Лин было несложно. Пусть она и тварь, но он-то человек. Только прежде, чем убить её, следовало самому начать шевелиться.

Клинд надеялся доползти до своего рюкзака и там покопаться в подсумке, но не смог. Обезболивающее действие яда закончилось, и каждое движение начало сопровождаться адской болью. Он завалился набок и принялся потрошить подсумок. В нём оказалось три бутылька. Один округлой формы с надписью “слабительное”, а два других угловатые, с короткой надписью “яд”. Разной формы бутыльки делали специально. Не всегда есть возможность прочитать надписи на нём, а характерная форма не даёт ошибиться.

Усмехнувшись, Клинд распечатал “слабительное” и выпил его одним глотком. Он заметил, какой формы был пузырёк, из которого пила Лин. Скорее всего, она и подписала их, основываясь на противопоставлении оказываемого эффекта.

От желудка во все стороны разошлось тепло, смывая усталость и убирая боль. Клинд осторожно поднялся, прислушиваясь к организму. Нога больше не беспокоила. Помня о повреждении и понимая, что потом любая нагрузка ему аукнется, он осторожно дошёл до своего рюкзака.

Хотелось пить. Тайк тоже не отказался бы от воды, но сейчас было важнее уйти отсюда подальше. Засунув подсумок Лин в рюкзак, Клинд неожиданно легко поднял его и закинул за спину. Ничего удивительного в этом не было. Зелье даёт силу, а потом всегда требует компенсацию.

Рюкзак Лин лежал недалеко. У Клинда не было желания копаться в чужих вещах, но он помнил про колбасу и хлеб, которым угощала его Лин. Восстановление, после приёма зелья, могло затянуться, поэтому разбрасываться едой было глупо.

Подойдя к рюкзаку девушки, Клинд поднял его. По весу он оказался тяжелее рюкзака Клинда. Объяснение этому могло быть только одно. Чертыхнувшись, он не стал его бросать, но и внутри копаться времени не было. Закинув рюкзак поверх своего и придерживая его за лямку, Клинд поспешил проскочить мимо Лин дальше по проходу.

Здесь появилась новая проблема. Тайк не мог быстро бежать. Он идти-то мог с трудом, а стоило Клинду прибавить шаг, как пёс отставал. Остановившись, Клинд развязал горловину на рюкзаке Лин и быстро нашарил на дне шесть тяжёлых свёртков.

Не нужно было быть провидцем, чтобы угадать их содержимое. Единственное, что сделал Клинд, это не стал кидать свёртки с золотом посередине дороги, а отбросил их к камням.

Рюкзак сразу показался невесомым, хотя продуктов в нём осталось много. Закинув его за спину, Клинд сунул одну лямку в зубы. Потом поднял на руки Тайка. Тяжёлый пёс из-за действия зелья казался лёгким. Только Клинд понимал, что расплата за эту лёгкость будет мучительной. Но это будет потом, а до этого “потом” надо ещё дожить.

Быстро пробежав мимо Лин, он остановился на расстоянии, с которого уверенно мог попасть по небольшой цели. Опустив Тайка на землю, Клинд указал ему направление:

— Иди. Я скоро тебя догоню и опять понесу на руках. — Умный пёс похромал дальше.

Вытащив лук и бронебойную стрелу, Клинд тщательно прицелился и выстрелил. Голова Лин дёрнулась, пробитая насквозь. Клинд не стал приглядываться или выпускать вторую стрелу для гарантии. Подтверждением его меткости послужил громкий стрёкот личинок, мгновенно прорвавших кожу умершей жертвы.

В это время Клинд уже бежал прочь, пытаясь на ходу вставить лук в чехол. Буквально за два шага до Тайка ему это удалось. Подхватив пса, он увеличил скорость.

Воевать с личинками было сложнее и зачастую опаснее, чем со взрослыми особями. Они с рождения были приспособлены для прокладывания ходов в живом теле. Когда они подрастали, то могли активно и очень быстро двигаться и вне жертвы. Так, они искали себе новый живой корм, в который с лёгкостью проникали, через открытые участки тела.

***

Бежал Клинд, пока хватало дыхания. Место схватки давно осталось позади, но нужно было найти место для ночлега. Ночь надвигалась, хоть и медленно, но неуклонно.

Вопреки расчётам, зелье действовало недолго. Прошёл всего час, а у Клинда силы начали подходить к концу, и нога стала потихоньку побаливать. Особенно она давала о себе знать, когда он запинался о камни. Тайк загораживал обзор, и Клинд не всегда наступал, куда хотел.

Пёс тоже постепенно становился тяжелее. Хорошо, что он не пытался вырваться и стойко переносил тряску неуклюжего хозяина. Ошейник на его шее едва мерцал, продолжая подстраиваться под удары собачьего сердца.

Каменистые гребни перестали выстраиваться в коридоры. Сейчас они торчали из земли в хаотичном порядке, и не было никакого намёка на скорое изменение ландшафта.

Солнце уже наполовину скрылось за скалистыми грядами, когда Клинд позволил себе остановиться. Чертовски хотелось пить и терпеть эту жажду он больше не мог. Опустив Тайка на землю, Клинд выпрямился, переводя дух. Сердце колотилось где-то возле пересохшего горла. Он скинул рюкзак Лин, кое-как снял свой.

Сначала Клинд сделал маленький глоток тёплой воды, потом достал миску и налил Тайку. Лишь тогда он позволил себе напиться вдоволь. Пёс стоял, покачиваясь, возле миски и жадно лакал воду. Клинд осмотрел Тайка. Серьёзных ран на нём не нашлось, но двигался пёс с трудом, припадая на переднюю лапу.

— Потерпи. — Пробормотал Клинд, гладя собаку по голове. — Сейчас передохнём и пойдём дальше. Надо найти хоть какое-то убежище. — Тайк оторвался от миски и лизнул ему руку. — Умный ты у меня. — Усмехнулся Клинд.

Рука сама легла на ошейник и почувствовала холод металла. Не обычное ощущение, а именно холод. Ошейник был значительно холоднее окружающего воздуха и, тем более, тёплого тела собаки. Но сейчас проблема ошейника Клинда интересовала меньше всего. Он не нёс угрозы, и это главное.

Клинд достал карту, хотя уже понимал, что толку от неё немного. Местность, по которой они шли, на карте точно не была отмечена.

— Может, это не Лин забросило на север, а меня на восток? — Пробормотал он и подтащил к себе рюкзак девушки.

Кроме еды и, почему-то, нижнего белья, в нём ничего интересного больше не нашлось. Тогда обыску подверглась поясная сумка, с аналогичным результатом. Никаких потайных кармашков тоже обнаружить не удалось. Оставалось идти наугад, а ночью посмотреть на звёзды. Может по их рисунку удастся что-то понять.

Воспользовавшись остановкой, Клинд выкинул лишнее, а продукты утрамбовал в свой рюкзак. Одна фляга почти опустела, и её оказалось проще допить и выкинуть. Тем более, он хотел так поступить с самого начала, но рука не поднималась.

Хотелось есть, но еда точно подождёт. Он поднялся на ноги, преодолевая накатившую слабость. После короткого отдыха тело слушалось хуже, ноги налились свинцовой тяжестью. Рюкзак, совсем недавно казавшийся невесомым, теперь давил на плечи.

— Пошли, Тайк. Дальше каждый своими лапами или я свои скоро откину. — Пошутил Клинд. — Ты у меня умный. Ищи место для ночлега.

Для наглядности он повёл рукой перед собой, описав полукруг. Тайк посмотрел на хозяина странным взглядом, потом понюхал воздух и, прихрамывая пошёл налево, забирая немного назад.

***

Пещеру, в которую привёл его Тайк, Клинд никогда бы не обнаружил самостоятельно. Низкий вход в неё, больше похожий на большую нору, прятался за небольшой скалой. Пёс нырнул в пещеру первым, и через секунду выглянул, словно интересуясь, почему хозяин не идёт за ним.

Скинув рюкзак и толкая его перед собой, Клинд заполз в пещеру. Внутри она выглядела намного больше, чем скала, в которой размещалась. На улице давно наступили сумерки, но здесь было даже светлее. При этом, никакого источника света Клинд не видел. Насторожившись, он наблюдал за Тайком. Пёс обнюхивал углы пещеры, но никакого беспокойства не проявлял.

Это конечно был показатель, но не самый надёжный. Тайк не на все аномалии реагировал. Клинд развернулся и попробовал вылезти из пещеры, но не смог протиснуться через отверстие. Оно сжалось. Лаз, через который он меньше минуты назад прополз на четвереньках, уменьшился. Чем глубже пролазил Клинд, тем теснее он становился.

— Что за хрень? — Спросил он сам у себя и ответа, естественно, не услышал.

Пока Клинд сидел вдали от лаза, тот казался большим, но стоило в него сунуться, и лаз начинал сужаться. Клинд начал доставать из рюкзака вещи и пытался обдумать новую проблему. Можно было предположить, что это аномалия вроде той, которая оседлала источник с пограничниками внутри. Но ведь Тайк только что высовывал морду наружу, приглашая хозяина следовать за ним. Пёс и сейчас не проявлял никаких признаков тревоги. Он спокойно улёгся недалеко от Клинда и ронял на пол слюну, ожидая свою порцию еды.

Глава 12

Достав еду для пса, Клинд не забыл и про себя. Напряжение спадало, а вместе с ним наваливалась усталость и усиливалась боль в раненой ноге. Тайк, наоборот, выглядел лучше, чем после боя. Размышляя про зелья, Клинд удивлялся тому, что не заработал откат, как у Лин. Но разгадка могла быть простая. Если девушка до этого не один раз принимала зелье во время погони, то и откат у неё должен быть сильнее.

Клинд раньше зелий не принимал. Не по карману они обычному пограничнику. Да и необычному тоже. Высшее начальство может себе позволить такие покупки, но они ему ни к чему. Не ходят генералы и полковники в пустошь.

Порывшись в рюкзаке, Клинд достал один флакон с “ядом”. Открыв крышку, понюхал. Пахло мерзко. Наметив глазами, чем закусить вонючую жидкость, он опрокинул бутылёк себе в рот. На удивление вкус маслянистой жидкости не соответствовал запаху. Лёгкий холодок обдал язык и скользнул в горло. Нарастающий комок холода опустился по пищеводу и взорвался в желудке.

Закусить Клинд не успел. Руки бессильно упали, налившись свинцовой тяжестью. Бутылёк откатился в сторону. Последнее, что увидел Клинд, был Тайк, слизывающий капли зелья с каменистого пола.

***

Проснулся он странно, словно вынырнул из темноты. Никаких снов Клинд не видел. Он так и сидел, привалившись спиной к стене пещеры. Еда, которую недоел, исчезла. Пса тоже видно не было.

— Тайк! — Заволновался Клинд.

В ответ была тишина. Открыв флягу, он напился и сполоснул лицо. После сна его мучила жажда, а лицо стянуло, словно он намылился и забыл мыло смыть, после чего оно высохло.

Чуть позже Клинд заметил, что у него ничего не болит. Потыкал пальцем в раненую ногу. Потом ощупал её. Боли действительно не было. Он встал и топнул ногой. Никаких последствий ранения не осталось. Похоже, зелье сработало.

В это время в пещеру вбежал Тайк. Он радостно гавкнул, чего позволял себе довольно редко. Клинд потрепал его по голове, и только сейчас обратил внимание на внешний вид Тайка. Пёс был абсолютно здоров и, как ни странно, доволен жизнью.

Клинд голода пока не чувствовал, но вряд ли это состояние продлится долго. В качестве профилактики он по новой достал из рюкзака продукты и начал есть. Остаток хлеба за ночь успел превратиться в большой сухарь, вызвав подозрение, что провалялся Клинд без сознания не одну ночь. Тайк от предложенной колбасы отказался, хотя раньше уплетал её с удовольствием.

— Зажрался ты, паря. Только мне интересно, где? — Вслух произнёс Клинд. Звук его голоса странно резонировал в пустом пространстве пещеры.

Два события произошли одновременно. Клинд вспомнил, что является пленником этой пещеры, и его взгляд упал на ошейник Тайка.

— Ко мне! — Коротко приказал он и отложил в сторону завтрак.

Пёс послушно подошёл. Клинд потрогал ошейник. Металл теперь ощущался, как обычный и свечение своё тоже утратил. Нащупав застёжку, он снял ошейник.

— Иди проверь, что на улице делается. — Клинд махнул рукой в сторону выхода из пещеры.

Тайк понял его правильно и сунулся в нору, но почти сразу обиженно заскулил. Выход из пещеры сжался, не давая собаке пролезть.

— Иди сюда. — Вздохнул Клинд.

Он начал по новой изучать ошейник. Особенно его интересовало устройство застёжки. Тайк с тоской посматривал то на Клинда, то в сторону лаза, ведущего наружу, и совсем по-человечески вздыхал.

— Потерпи. Верну я тебе твой ошейник.

Клинд расстегнул боковой карман на рюкзаке. Достал моток тонкой верёвки. Это для верёвки она была тонкая, а для целей Клинда, наоборот. Он размотал верёвку полностью. Один конец привязал к ошейнику. Второй пришлось расплести и более тонкую нить привязать к язычку на защёлке. Для пробы Клинд попробовал несколько раз расцепить её, потянув за верёвку. Получалось, но только под определённым углом.

Пришлось перевязать толстый конец в другое место, чтобы ошейник можно было провернуть на шее Тайка.

— Иди сюда. — Позвал он пса. — Будем пробовать выбраться отсюда. — Защёлкнув ошейник, Клинд приказал: — Лежать!

Когда он первый раз потянул за верёвки, Тайк встал и удивлённо уставился на хозяина.

— Лежи и не обращай внимания. — Клинд продублировал команду жестом.

С трудом, но ошейник удалось открыть. Он повторил операцию три раза, пока не убедился, что всё работает как надо, и пёс привык дёрганию за ошейник. Отправив Тайка на улицу, Клинд сел на максимальном расстоянии от входа. При его приближении отверстие начинало сжиматься и было плохо видно Тайка и ошейник. Собаке ведь не объяснишь, что надо лечь правее на метр.

Первая попытка оказалась удачной. Втянув ошейник в пещеру, Клинд застегнул его на своей шее. Лаз в пещеру сразу стал шире. Тайк с той стороны с интересом следил за действиями хозяина.

Клинд поспешно начал запихивать вещи и еду в рюкзак. Если получится покинуть пещеру, то рисковать снова, и лезть обратно за ним не хотелось.

Толкая рюкзак впереди себя, упёрся в сужающееся горлышко норы. Пещера словно поняла, что её хотят оставить совсем без добычи. Логика подсказывала, что и позади себя рюкзак Клинд не протащит. Оставалось лечь на него сверху и короткими рывками перемещаться, но и в этом случае проход периодически сжимался, обхватывая спину Клинда и заставляя его замирать.

Это был самый изматывающий отрезок, что ему случилось преодолеть в своей жизни. На выходе, после очередного сжатия, проход не начал расширяться. Ни через десять секунд, ни через минуту. Наоборот, Клинд чувствовал, что давление стенок медленно нарастает.

Повезло, что рюкзак он толкал горловиной вперёд. Упираясь одной рукой в землю, Клинд сопротивлялся сжатию прохода. Второй рукой он начал выкидывать вещи из рюкзака на улицу. В пустоши без самого необходимого долго не протянуть.

Пещера, как будто почувствовала, что её пытаются надуть, и усилила натиск. Клинд понял, что уйти, ничем не пожертвовав, не получится.

— Оставляю тебе свой рюкзак! — Заорал он, пропихивая его под ноги. — Подавись, ненасытная тварь!

Кое-как, ногами Клинд протолкнул рюкзак и ужом начал вывинчиваться из цепких объятий камня. Обеспокоенный Тайк сообразил, что происходит что-то нехорошее и, схватив хозяина за плечо, начал тянуть его. Кожу ската пёс не прокусил, но синяки на теле точно останутся.

Под конец лаз сжался так сильно, что чуть не оставил Клинда без обуви.

Что интересно, вход в пещеру, стоило его покинуть, снова обрёл прежний размер. Клинд переводил дух, одновременно осматривая вещи, которые удалось спасти. Главное, он успел лук со стрелами выкинуть и часть провизии с фляжками. Сменная одежда, небольшой запас денег и другие менее нужные вещи лежали на дне рюкзака. Опустив глаза на пояс, Клинд чертыхнулся. Топорик отцепился, пока он сражался за свои вещи.

Заглянул в лаз. Ни рюкзака, ни топорика видно не было. Пещера оказалась первозданно пуста. На всякий случай Клинд проверил метательные ножи. Те оказались на месте. Взял флягу и напился из неё. Налил Тайку в миску. Она лежала сверху, поэтому её он откинул одной из первых. Про верёвку Клинд вообще забыл, когда собирался второпях.

Спохватившись, снял с себя ошейник и надел его на лакающего воду Тайка.

— Как же мы все это понесём? — Вслух спросил он.

Пёс оторвался от воды и посмотрел на хозяина. Тот ничего добавлять не стал, поэтому он продолжил лакать. Клинд поднялся на ноги и начал снимать с себя куртку. Нательная рубаха послужит неплохим мешком на первое время.

Прежде чем сложить в неё вещи, пришлось потрудиться. Рукава он вывернул внутрь и вывел наружу через горловину рубахи. Подол рубахи стянул, накручивая один его конец вокруг собранной в плотный пучок ткани. Затем проткнул получившийся жгут наконечником бронебойной стрелы, чтобы скользкий шёлк не развязался.

Занимаясь своими делами, Клинд постоянно поглядывал на пещеру. Мало ли чего ей в голову взбредёт. Но та вела себя спокойно, как и полагается камню.

Через воротник он сложил все вещи в получившийся мешок. Всё влезло, и ещё место осталось. Мешок небольшой, но и вещей теперь намного меньше. Фляжки с водой перекочевали на пояс.

Отдельного колчана для стрел у Клинда не было. Его функцию, а также чехла для лука, успешно выполнял один из боковых карманов рюкзака. Лук нести в руках, а стрелы Клинд разместил между вещей наконечниками вверх. Так их удобней будет.

Горловину рубашки он стянул тесёмкой, насколько та позволяла. Концы рукавов связал двойным узлом, получив удобную для хвата петлю. Не ахти что, но нести всяко сподручней будет.

Мешок аккуратно закинул за спину. Оглянулся на предательскую пещеру, но даже проклинать её не стал. Всяк по-своему выживает. Радоваться надо, что Тайку такой необычный ошейник подарили, иначе остались бы они тут навечно.

Новый сюрприз его ждал, когда Клинд вышел из-за камней, прикрывавших вход в пещеру. Местность разительно изменилась. Каменные пики словно выше стали, но поразило его не это, а обилие сочной, зелёной травы и мелких кустарников. Когда они с Тайком заползали в пещеру, ничего подобного даже близко не было.

Стало понятно, почему Тайк был сытым. Наверняка что-то ловил себе в местной траве. Солнце стояло высоко, но для Клинда это был не показатель. Определить, сколько времени он проспал, по солнцу было нельзя. Спохватившись, Клинд зажал лук под мышкой и нашарил в кармане амулет связи. Нажал на камень, ожидая пропущенного сообщения, но его не было. Камень даже не засветился.

Одно из двух. Клинд попал в место без магии, но оставленная за спиной пещера опровергала этот вариант. Значит, кончился магический заряд в амулете. Явление само по себе редкое. Но он не знал, когда маги заряжали амулет в последний раз. Могло случиться так, что было это давно. Теперь амулет связи превратился в лишний груз, но Клинд решил его не выбрасывать. На крайний случай будет чем кидаться.

Он развеселился от пришедшей в голову мысли.

— Пошли Тайк. Чудеса чудесами, но наше обязательство перед богиней никто не отменял.

***

Скалистые выступы скоро сошли на нет. Впрочем, Клинд даже не заметил, когда они полностью исчезли. Чем дальше он уходил от пещеры, тем чаще стали появляться высокие кусты, которые неизбежно перешли в густой лес, за которым скал не было видно.

Выйдя на очередную полянку, почти случайно, Клинд посмотрел на небо. Там, между облаков, кто-то неведомый чертил белую линию. Она медленно тянулась от одного края к другому, постепенно расширяясь и изгибаясь. Словно ветер сдувал её в сторону. Прежде Клинд ни разу не видел и не слышал ни о чём подобном. Пустошь продолжала его удивлять.

На ночёвку он остановился у небольшого ручейка. За весь день не удалось обнаружить ни одной аномалии. Твари тоже не встречались. Мало этого. Тайк спокойно охотился на мелкое зверьё. Такого обилия дичи, твари точно не пропустили бы. Это уже не походило на заманивание пустоши, про которое писал Доброга. У Клинда сложилось стойкое впечатление, что территорию пустоши он вовсе покинул. Вопрос: когда?

Костёр весело трещал. Тайк умудрился поймать зайца. Мелкого, но для разнообразия пойдёт. Крупы остались в рюкзаке. Впрочем, как и ложки. Придётся ждать, пока бульон остынет и пить его через край. Сытый и довольный пёс на еду Клинда не претендовал.

Взгляд, брошенный на ближайшее дерево, заставил Клинда замереть. На тонкой ветке висела пара вязаных перчаток знакомой расцветки. На сей раз они точно были без золота внутри, иначе слабый ветерок не раскачивал бы их так сильно.

Сдвинув котелок немного в сторону от сильного пламени, Клинд подошёл к дереву и снял перчатки. Золота в них не было, но что-то другое лежало. Осторожно, двумя пальцами, Клинд достал из перчатки непонятный прямоугольник золотистого цвета, с серебряными разводами. Прямоугольник не из металла. Какой-то неизвестный материал. В меру гибкий и лёгкий. На прямоугольнике, кроме разводов, больше ничего не было.

Осторожно засунув его в карман, Клинд натянул перчатки и ожидаемо провалился в белую муть.

— Всё такой же глазастый. — Одобрительные интонации проскользнули в голосе Твари.

— Что на этот раз понадобилось богине? — Клинд решил не ходить кругами, а сразу выяснить, что происходит.

Он пришёл в себя на скамейке возле избушки. Вокруг как будто ничего не изменилось. Тварь стояла перед ним и с заботой наблюдала, как он приходит в себя.

— Богине ничего не нужно. — Ответила старушка. — Это я решила посмотреть на тебя и несколько советов дать.

— Ты же многое знаешь. — Неожиданно Клинд решил прояснить самый важный для себя вопрос. — Как там моя Айла?

— Как? Нормально. Не родилась она ещё. И родители её не родились. И родители её родителей. Колена до сорокового ещё нет никого. — Тварь улыбнулась, но улыбка получилась жёсткая.

— Но, как же это… — Клинд был поражён таким поворотом судьбы. — Но ведь богиня обещала.

— Но ведь и ты ещё дело не закончил. — Философски заметила старушка. — Не спеши с выводами, пока до конца пути своего не дойдёшь. Квасу хочешь, или тебе молока принести холодненького? — Неожиданно сменила она тему.

— Лучше молока. — Клинд удивился переходу, но отказывать бабушке в такой мелочи не стал. Она его точно травить не будет.

Старушка скрылась в домике и почти сразу вернулась, неся в руках глиняную кружку.

— Пей. Холодное. Тебе понравится. — Загадочно сказала она.

Клинд взял кружку и сделал глоток. Молоко оказалось совсем не похожим на то, что давали деревенские коровы. Прохлада от него приятно растеклась по телу. Клинд подспудно ждал, что молоко окажется с каким-то магическим эффектом, но ничего подобного не ощутил. Он бросил на Тварь заинтересованный взгляд, и та словно прочитала его мысли.

— Видишь? Иногда молоко — это просто молоко, а время — это просто время. С ним лучше не связываться, сынок. Оно само с тобой свяжется, если надо будет. Ты главное своё обещание выполни

Если первую часть высказывания Клинд ещё понял, то вторая воспринималась как беспорядочный набор фраз, мало связанных между собой. Пытаясь их осмыслить, он допил молоко до конца.

— Спасибо. — Клинд хотел протянуть старушке пустую кружку, но невольно глянул на её дно. На чёрной глазури белели четыре цифры. — А что это…

— Неважно. Запомни их. Крепко запомни. И никогда, и никому не называй это число! — Перебила его Тварь, пристально смотря внезапно почерневшими глазами.

Потом она моргнула, чуть сместилась, и наваждение пропало. Забрав кружку у Клинда, она занесла её в дом. Клинд в это время старался выполнить совет старушки и запечатлеть в памяти странное число. Прямой ассоциации у него не нашлось, но первые две цифры совпадали с количеством коров в деревенском стаде, а вторая с номером заставы, на которой он служил.

— Перчаточки мои не потеряй. Они тебе хорошую службу сослужат. — Так же, как и в прошлый раз, старушка в доме не задержалась.

Клинд посмотрел на свои руки. Перчатки исчезли, когда он провалился сюда.

— Вернёшься, они на тебе будут. — Словно прочла его мысли Тварь. — Прибери их до поры до времени.

— Спасибо, бабушка. — Растерянно ответил Клинд. Намёки и недомолвки начали его утомлять. — Только я ничего не понял. Что делать-то дальше?

— Ты не забегай вперёд. — Махнула рукой старушка. В её голосе вдруг проскользнула усталость. — Моё дело маленькое: вещи вязать, да советы давать. А куда тебя занесёт, и когда — это уже не ко мне вопрос.

Она наклонила голову и принялась поправлять невидимые складки на своём переднике. Клинд заметил, как дрожали её пальцы.

— Спасибо, бабушка, за помощь! — Ещё раз искренне поблагодарил её Клинд. Как ни крути, но она действительно ему помогала.

— Вот и умница. — Тварь снова посмотрела на него. Её лицо обрело прежнее выражение добродушной строгости. — А теперь ступай. Заяц у тебя, поди, подгорает.

Клинд хотел спросить ещё о многом: о пещере, о Лин, о девушке у колодца и её подарке, о том, как далеко он забрёл и где теперь находится. Но мир вокруг начал расплываться, теряя чёткость.

— Бабушка, погоди!

— Некогда, соколик. — Голос Твари доносился словно издалека. — Перчатки не теряй. Цифры помни. Всё остальное само как-нибудь...

Глава 13

Он не расслышал последних слов. Белая муть сгустилась, а когда рассеялась, Клинд обнаружил себя сидящим на корточках возле догорающего костра. Перчатки при этом оказались надеты на руки. Несмотря на сдвинутый в сторону котелок, мясо в нём почти сварилось. Рядом с костром, положив морду на лапы, лежал Тайк и внимательно следил за хозяином. Его совершенно не заботило то, что хозяин куда-то исчезал.

Сейчас появилась возможность изучить перчатки, никуда не исчезая. Впрочем, ничего необычного он не заметил. Цветная толстая нить и идеально ровная вязка выдавали немалый опыт старушки. Аккуратно сняв перчатки, Клинд бережно свернул их и положил во внутренний карман, который плотно застёгивался на три пуговицы. Туда же отправил странный прямоугольник.

За время путешествия Клинд успел соскучиться по свежему мясу, поэтому съел всего зайца и выпил бульон до дна. Пройдясь по лесу вокруг стоянки, он насобирал сухого валежника, часть подкинул в костёр и лёг спать. Глядя на поведение Тайка, он сделал вывод, что ничего опасного в этом лесу не водится.

***

Утром Клинд продолжил путь. Крупного зверья по-прежнему не попадалось. Даже следов не было. Зато мелкой живности было хоть отбавляй. Он не в пустоши. Этот факт Клинд понимал, но вместе с этим пониманием пришло осознание, что цель его путешествия находится теперь в неизвестном направлении.

Можно вернуться по следам назад и оказаться снова в пустоши. Наверное. В этот вариант Клинд не верил. Бабушка ясно сказала, что он переместился в прошлое. Здесь, наверное, и пустоши-то ещё нет никакой. Куда дальше идти непонятно. А впрочем, почему непонятно. Он же шёл, придерживаясь направления на центр пустоши. Пусть его переместило во времени, но то, что ему нужно, возможно, до сих пор находится в том же месте.

Ближе к обеду он уловил новый звук. Ничего подобного Клинд раньше не слышал. Где-то впереди, слева донеслось тихое монотонное гудение. Источник гудения приближался, так как звук становился громче. Потом к гудению добавился шелест. Так, ветер шелестит ветками, но этот звук был монотонный, без порывов. Звук усилился и оказался почти напротив Клинда, за деревьями.

Он давно скинул с плеча свой мешок и стоял, приготовившись со стрелой, наложенной на тетиву. Правда, стрелой это нечто вряд ли получится убить, судя по звуку. Слишком он был объёмный. Не как от мелкой зверюшки. Клинд вообще сомневался, что такой звук может издавать живое существо.

Перевалив через самый пик, шум от неизвестного явления начал удаляться и стихать в обратном порядке. Клинду оставалось решить, что делать дальше. После небольшого размышления он двинулся в прежнем направлении и даже стрелу убрал на место. Убедило его в правильности такого решения поведения Тайка. Пёс проявлял интерес к источнику звука, но не выражал никакой тревоги. Примерно так же реагируют люди на шум текущей горной речки.

К тому же как обходить это явление, если оно от одного края до другого перемещается? Где искать его конец? Может, стоит вначале посмотреть на него и понять степень опасности?

Идти пришлось минут сорок. За это время звуки повторялись. Они различались тональностью и скоростью перемещения. Один раз источники шума двигались с разных сторон навстречу друг другу, а потом также удалились в противоположные стороны. Что вызвало новую кучу предположений об источнике этих звуков.

Лес стал реже, а деревья сменились густым кустарником, за которым угадывался просвет. Звуки стали громче и ближе. Придерживая Тайка за ошейник, Клинд пробрался к краю зарослей и принялся наблюдать, оставаясь скрытым густой листвой.

За кустами начинался участок, где не только вырубили кусты, но и скосили траву. Траву скосили давно, но никто её не собирал. Уровень земли плавно поднимался, а по верху насыпи грунт имел чёрное покрытие, с нарисованной сверху разметкой. Белая краска резко контрастировала с чернотой покрытия.

То, что перед ним дорога, Клинд понял сразу. Подобные тракты попадались и у них. К сожалению, не столь идеально ровные и ухоженные. Сейчас его интересовало, что за повозки проносились по этой дороге. И что за шипящее и гудящее животное их тянуло. Отметин и следов на чёрном покрытии Клинд не видел. Вероятно, оно было очень крепким.

Долго ждать не пришлось. Послышался знакомый звук, и после недолгого ожидания из-за поворота показалась странного вида повозка. Двигалась она без чьей-либо помощи. Наверняка маги прошлого знали способ заставить её двигаться. В передней часть повозки располагалась будка с большими окнами. Ниже окон располагались светящиеся фонари. Последнее обстоятельство удивило Клинда больше остального.

Всё имеет смысл. Но смысла светить на дорогу днём он не видел. Какими бы яркими ни были фонари, но на фоне дневного света их вклад в освещённость дороги был мизерным.

За будкой находился большой прямоугольный короб. Опиралась повозка на большие колёса. Причём под коробом их было больше, что указывало на большой вес груза. Стекло на передней будке бликовало и рассмотреть, кто находится внутри и управляет этой повозкой, не удавалось.

Лишь когда она ненадолго поравнялась с Клиндом, он успел разглядеть через боковое окно мужчину, сосредоточенно смотрящего на дорогу перед собой.

Мужчина выглядел обычно. Ни на какого мага он не походил. Хотя откуда Клинду знать о том, как выглядят местные маги. Возможно это простой человек, с которым можно поговорить и узнать, куда он попал. Идею выскочить перед бешено мчащейся повозкой и пытаться её остановить, Клинд посчитал глупой, хотя Тайк по-прежнему вёл себя спокойно и в повозках угрозы не видел.

Идя по лесу, шум он слышал разный и теперь понимал почему. Следом за первой повозкой, пронеслась вторая, поменьше, тоже без лошадей. И шумела она по-другому. Потом проехала ещё одна, но уже в обратную сторону. За полчаса Клинд насчитал их больше десятка. Все повозки были разные. Маленькие и большие. Быстрые и медленные. Хотя медленные они были относительно других повозок. Ни одна лошадь не смогла бы эту медленную догнать. Передвигались они строго по своей стороне дороги, не мешая друг другу и безопасно разъезжаясь на большой скорости.

Солнце перевалило полдень и начало клониться к закату, жара потихоньку спадала. Клинд принял решение. Сидеть в кустах и ждать неизвестно чего, было глупо. Пересечь дорогу можно прямо сейчас. Повозки неслись быстро, но он был уверен, что успеет перебежать. С другой стороны, ничто не мешало идти вдоль тракта. Полоса скошенной травы широкая, метров двадцать. Если держаться у самого леса, повозки не страшны: они мчались по чёрной полосе, не съезжая с неё.

В конце концов, для Клинда пересечение дороги было неглавной целью. Ему нужно найти людей и определить, в каком направлении двигаться дальше.

Клинд поднялся, закинул мешок за спину и вышел из кустов. Тайк послушно зашагал рядом. Пока на дороге было пусто, Клинд поднялся по пологой насыпи и осмотрел дорогу. Вблизи она выглядела совсем непривычно. Чёрное покрытие было твёрдым. Белая разметка лежала ровно, будто нанесённая по мерке, и казалась частью сложного магического узора. Насмотревшись, Клинд спустился к самой кромке кустов и двинулся вдоль них по скошенной траве. Самодельный мешок оттягивал плечо, лук привычно лежал в левой руке. Тайк бежал чуть впереди, то и дело оглядываясь на хозяина.

Шли они, наверное, около часа. Повозки проносились мимо, ни одна не притормозила. Их возницы не обращали на одинокого путника с собакой никакого внимания. Клинд уже начал подумывать о привале, когда за спиной послышался новый звук. Одна из повозок начала замедляться и, проехав мимо него, замерла, противно заскрипев.

Она сильно отличалась от остальных машин. Белая окраска пересекалась синей полосой и надписями на непонятном языке. Хотя контуры букв были Клинду знакомы. Но главное отличие заключалось в ярких мигающих огнях, расположенных на верху повозки. Больше ни у одной повозки он таких не видел.

Клинд остановился и с интересом стал ждать, что произойдёт дальше. Тайк замер рядом, как и хозяин, наблюдая за повозкой. Сквозь стёкла Клинд разглядел одного человека внутри. Тот что-то делал, склонившись к приборной доске, потом открыл дверь и вышел наружу.

***

Старший лейтенант Сизов возвращался из Заречья. Подшефная деревня преподнесла сегодня обычный набор происшествий. Вспоминать о них не хотелось совершенно. Сплошная бытовуха и козни соседей. Всё это время, пока он разбирался с пьяницами и украденными бидонами, его не отпускала мысль об отпуске. Рутина надоела. Тем более такая мрачная и грязная рутина, какая бывает у участкового. Но есть план по раскрываемости, который вроде как отменён, доверие граждан и прочая лапша, которую начальство вешало на уши каждую планёрку.

Езда по новой трассе успокаивала. Сизов предвкушал, как доберётся до опорного пункта и скинет надоевшую портупею. Потом останется только составить короткий отчёт и, наконец, свалить домой.

Кондиционер в машине барахлил и периодически дул тёплым воздухом, даже не сваливаясь в ошибку. Окно было приоткрыто. В салон залетал горячий ветер вперемежку с запахом разогретого асфальта. Сизов крутил баранку одной рукой. Задумавшись, второй рассеянно пошарил по пассажирскому сиденью в поисках пачки сигарет, но вовремя вспоминал, что бросил. Уже полгода как. Почти.

Мысли текли вяло, под стать жаре. Думал Сизов о том, что пора менять резину, что двигатель подозрительно постукивает, что тесть опять намекал на помощь с огородом в выходные. За время службы он повидал много странного, но по большей части это были странности одного порядка: пьяные, сумасшедшие, обкуренные, ограбленные или обиженные. Люди, одним словом. Обычные люди со своими обычными, предсказуемыми проблемами. Он давно научился с первого взгляда определять, кто перед ним: врун, истеричка, бывший зэк, деревенский дурачок или просто уставший мужик, доведённый до ручки.

Поэтому, заметив фигуру, бредущую вдоль кустов у дороги, его мозг машинально выдал привычную заготовку: грибник, турист, бич. Но уже через секунду заготовка рассыпалась, потому что ни под одно знакомое определение фигура не подходила.

Мужчина. Среднего роста, но коренастый. Одет в странную кожаную одежду, которая сидела на нём как влитая. Сам мужчина был небритым, с лохматой причёской, и двигался пружинистой походкой, без тени усталости. Через плечо он перекинул узел из белой ткани. В свободной руке нёс лук, который никак не походил на современный. Явно какая-то самоделка с неустановленным усилием натяжения. Возможно, подпадает под запрет.

Рядом с мужчиной бежала собака. Крупная, мощная, с широкой грудью и большой головой. Породы Сизов не знал, но сразу оценил: такой пёс легко свалит взрослого мужика и порвёт ему горло за пару секунд. Собака держалась рядом с хозяином без всякого поводка. На шее у неё поблёскивал широкий металлический ошейник. Дорогой и явно не из зоомагазина.

Всё это было настолько неправильно и не укладывалось в привычную картину мира, что Сизов включил проблесковые маячки, чтобы проезжающие машины видели его остановку, и начал плавно тормозить, съезжая с асфальта на обочину.

Заглушив двигатель, он машинально проверил кобуру и вышел из машины, стараясь не делать резких движений. За годы службы Сизов уяснил: если перед тобой уравновешенный человек с оружием, не провоцируй его. Говори спокойно, не лезь на рожон и дай ему время оценить тебя.

— Мужчина! — Окликнул он, не отходя далеко от машины. — Полиция. Собаку придержите, пожалуйста.

Человек, остановившийся, когда машина начала тормозить, не двинулся с места. Он продолжал внимательно наблюдать за Сизовым. Собака, словно копируя поведение хозяина, тоже не двигалась, замерев возле его ноги. Лейтенант осторожно спустился по насыпи и остановившись в пяти метрах, представился:

— Старший лейтенант Сизов. Участковый. Документы, пожалуйста, предъявите. Паспорт, разрешение на оружие? — Перечисляя названия, Сизов по взгляду мужчины понял, что ничего подобного у того нет.

Он вообще выглядел слишком спокойно и уверенно. Человек чуть наклонил голову, будто обдумывая услышанное. Потом ответил абсолютно ровным голосом, в котором проскакивал непонятный акцент.

— У меня нет с собой документов. Я Клинд. Охотник. Пришёл издалека. — Он помолчал и удивил ещё больше: — Эти земли мне незнакомы.

После этих слов Сизов окончательно понял, что перед ним не бродяга. Хотя запашок немытого тела чувствовался даже на расстоянии. Те в подобных случаях начинают шарить по карманам и бормотать “забыл, понимаешь, начальник”, либо прут напролом, либо пытаются косить под дурачка. Этот не делал ничего. Просто стоял и смотрел, ожидая, что будет дальше. Повинуясь чутью, Сизов решил не обострять ситуацию и продолжил спокойно задавать вопросы.

— Представьтесь полным именем.

— Клинд. — Повторил мужик, удивившись вопросу, и на всякий случай, добавил. — Пса зовут Тайк.

Сизов перевёл взгляд на его руки. Лук мужчина держал аккуратно. Никаких попыток поставить его на землю и опереться, как на палку. Пальцы расслаблены. Человек не врал. Точнее, врать он, может, и умел, но вёл себя не как врун. Те суетятся, глаза бегают, они пытаются угадать, что ты хочешь услышать. Этот стоял как скала и отвечал коротко и по делу. И абсолютно не то, чего от него хотел услышать Сизов.

— Лук боевой. С таким ходить нельзя. Разрешения ведь у вас нет на его ношение?

— Я не знал, что здесь это запрещено. — Было видно, что мужчина знаком с такими запретами. — Если твой закон не позволяет, я могу убрать его с глаз.

Не дожидаясь ответа, Клинд опустил мешок на землю. В глаза Сизова бросились наконечники стрел, торчащие из горловины. Мужчина тем временем упёр лук одним плечом в носок ботинка, а на второе надавил всем телом, сжимая лук и освобождая тетиву. Потом быстрыми движениями разобрал лук на составные части, чем удивил Сизова. Тот даже не предполагал, что лук разборный.

— Всё равно нельзя без разрешения. Тем более у вас боевые стрелы. Это нарушение закона. — Лейтенант изобразил сочувствие.

— Лук для защиты. — В голосе Клинда не слышалось вызова, просто констатация факта. — От зверей.

Сизов вздохнул. Жара, усталость, дурацкий день, а теперь ещё и это. Он перевёл взгляд на собаку. Та сидела, не шелохнувшись, и следила за ним. Очень умными глазами. Очень спокойная собака.

— Собака у вас необычная. Что за порода?

— Добер. Служебный пёс. — Клинд впервые позволил себе что-то похожее на улыбку. — Меня по ранению списали, пришлось с собой забрать. На него тоже разрешение надо?

— Намордник нужен. — Автоматически произнёс Сизов, одновременно прикидывая, не ранило ли этого Рэмбо в голову. — Вы помните свою фамилию и отчество? Год и место рождения?

— Не помню.

Клинд ответил с небольшой задержкой, и Сизов понял, что он врёт. Достав телефон, лейтенант убедился, что связи здесь нет.

— Я обязан установить вашу личность и изъять боевое оружие. Намордник для собаки есть? — Повторил он вопрос.

— Старший лейтенант Сизов, Тайк не позволит надеть на себя намордник. Он не будет нападать, пока не почувствует угрозу для меня или я не отдам приказ. — Клинд говорил спокойно. — Если здесь нельзя находиться, тогда я уйду обратно в лес. У тебя не будет неприятностей.

— Я не могу вас отпустить, пока не установлю личность и не изыму оружие. — Сизов уже понял, что домой он попадёт нескоро.

— Старший лейтенант Сизов, может тебе денег дать? — Осторожно спросил мужчина.

— Дача взятки должностному лицу, находящемуся при исполнении… — Автоматически начал говорить лейтенант, но оборвал себя на полуслове. — У тебя есть деньги? Покажи?

Клинд засунул руку за пазуху, долго копался, но потом протянул открытую ладонь к Сизову. На ней лежали одна золотая и две серебряные монеты. Сизов уставился на них. Последний пазл абсурдной картины встал на место. Сизов окончательно понял, что перед ним человек, который действительно пришёл откуда-то, где всё устроено иначе. И теперь с этим надо было что-то делать.

Глава 14

Он смотрел на раскрытую ладонь. Старые монеты, с необычной чеканкой. Сизов не был специалистом-нумизматом, некий диссонанс от вида монет ощущал. Слишком чёткий оттиск и отсутствие нормального гурта указывали, что такие монеты чеканили вручную. Он перевёл взгляд на лицо Клинда. Тот стоял спокойно, не убирая руки, и в его позе не было ни вызова, ни заискивания. Просто человек предлагал то, что имел, и ждал реакции.

— Убери. — Голос прозвучал глухо.

Клинд сжал ладонь и сунул её за пазуху. Звякнули монеты, ссыпаемые в потайной карман. Он не стал спорить или настаивать.

— Ты хоть понимаешь, что дача взятки должностному лицу — это преступление? — Спросил Сизов, стараясь, чтобы вопрос не звучал как угроза.

— Теперь понимаю. — Спокойно ответил Клинд.

Сизов вздохнул. Ему необходимо принять решение. Закон требовал доставить подозрительного гражданина в участок, установить его личность и изъять оружие. Но закон писался для обычных нарушителей, а не для людей с золотыми монетами, которые не знают, что ими нельзя давать взятки. Не дурку же вызывать.

— Ты говорил, что пришёл издалека. — Сказал он наконец. — Насколько издалека?

— Дальше, чем ты можешь себе представить. — Серьёзно сказал Клинд. — Я понимаю, что выгляжу в твоих глазах неправильно. Но для меня так выглядит всё, что я вижу вокруг. За исключением леса. Он не сильно изменился

Сизов прислушивался к его речи. Едва уловимый акцент и правильное построение фраз, не давали никаких зацепок. Версию шпиона он отмёл сразу. Ввиду отсутствия парашюта за спиной Клинда.

— Я должен знать, кто ты такой и откуда взялся. — Сизов поймал себя на том, что автоматически перешёл на “ты”. — Говори, как есть. Самое худшее, что я могу сделать, это не поверить тебе. Но я хотя бы попробую.

Клинд помолчал, глядя Сизову в глаза. Потом едва заметно кивнул соглашаясь.

— Я пришёл из места, которое ещё не существует. Там, откуда я родом, в лесах пустоши водятся твари, убивающие человека за несколько секунд самым причудливым образом, а земля меняется, порождая ловушки, которые сводят с ума. Я не знаю, как оказался здесь, и не представляю, как вернуться назад. — Он сделал короткую паузу. — Я не враг тебе, старший лейтенант Сизов. Я просто человек, который ищет дорогу.

Сизов слушал не перебивая. Ему приходилось арестовывать и допрашивать человека, впоследствии оказавшегося сумасшедшим. Пока ждал прибытия санитаров, узнал много нового об инопланетянах и их опытах над людьми. Сумасшедший трясся, когда с жаром начинал доказывать, понятную только ему реальность. Он брызгал слюной и путался в деталях. Этот стоял как скала и излагал факты с той же интонацией, с какой другие описывают вчерашнюю поездку на дачу. Ни суеты, ни страха быть непонятым.

— Допустим. — Медленно произнёс Сизов. — Но сейчас ты не в пустоши. Лук и стрелы тебе здесь не пригодятся. Тварей, о которых ты говоришь, у нас нет. Дикие животные есть, но они далеко в тайге и стараются держаться от людей подальше. Я обязан изъять у тебя оружие. Не потому, что не верю тебе, а потому что таков порядок.

— Если здесь нет угрозы, от которой нужно защищаться, то лук мне действительно не нужен. — Подумав, решил Клинд, — Забирай.

Он говорил искренне, и Сизов невольно проникся к этому странному человеку чем-то вроде уважения. Тот не цеплялся за оружие, не спорил. Оценил обстановку и принял чужие правила. Редкое качество.

— Хорошо. — Сизов кивнул. — Тогда поедем в участок. Там оформим изъятие, составим протокол, установим личность. — Он запнулся и добавил: — Или попытаемся установить.

Сизов глянул на пса. Тот сидел у ноги хозяина, не проявляя ни малейших признаков агрессии. Тем не менее инструкции никто не отменял.

— Собаку нельзя в салон. — Начал он. — Она слишком большая и без намордника. Случись что, и я даже среагировать не успею.

— Мне нужно, чтобы Тайк был со мной. Он не опасен, если ему или мне не угрожать. — Клинд посмотрел на машину Сизова. — Он может бежать рядом, если ты будешь ехать не так быстро.

— Боюсь, он всё же устанет. Или я устану долго тащиться со скоростью черепахи. Нам далеко ехать. — Отмёл предложение Сизов. — В машине есть отсек для задержанных. Если твой пёс согласится прокатиться в нём, то поедем вместе.

— Согласится. Он умный пёс.

Проблем с собакой действительно не возникло. Тайк запрыгнул внутрь и улёгся на пол между двух сидушек. Сизов рассчитывал сюда же положить мешок Клинда, но места на полу не осталось, а на узенькой скамеечке тот не поместится. Закрыв дверь “собачатника”, он для верности проверил замок.

— Пойдём. — Позвал он Клинда и открыл заднюю дверь. — Клади вещи на сиденье. Другое оружие с собой есть?

— Был топорик, но я его потерял в пустоши. Попал в аномалию. Там же и рюкзак потерял.

— Ясно. — Мысленно вздохнул Сизов, надеясь, что к “сталкеру” эта аномалия отношения не имеет. — Ножи? — Он указал на перевязь с метательными ножами. Клинд согласно кивнул. — Снимай. Клади сверху. — Сизов ткнул пальцем в мешок. — Нельзя.

Потом он посадил Клинда на переднее сидение и застегнул замок ремня безопасности.

— Зачем привязь? — Клинд не сопротивлялся, но вопрос задал.

— При резкой остановке, ты без этого ремня вылетишь через лобовое стекло, как пробка из бутылки. — Коротко пояснил полицейский и захлопнул дверь.

***

Машина набрала скорость. За окном потянулись придорожные столбы, редкие рощицы, скошенные поля. В салоне пахло нагретым пластиком и пылью. Сизов вёл одной рукой, второй рассеянно потирал шею.

Клинд спокойно осматривался. Скорость повозки его впечатлила. Изнутри она воспринималась совершенно по-другому, но гладкое покрытие дороги скрадывало ощущения.

— Как ты с луком против тварей ходил? — Поинтересовался Сизов, не отрывая взгляда от дороги. — Если они такие опасные, как ты говоришь, стрелами от них не отобьёшься.

— Можно и стрелами, если близко не подпускать. — Возразил Клинд. — Для ближнего боя у меня топорик был, с клевцом на обухе. Хороший топорик. Был. — Он вздохнул.

Сизов хмыкнул.

— А против волков твой лук сгодился бы?

— Волк — это не тварь. Волк боится человека и не нападает, если сыт. Твари не боятся ничего. Они нападают, даже когда умирают.

Сизов помолчал, переваривая услышанное.

— Часто ты с тварями встречался?

— Чаще, чем хотелось бы. — Клинд увидел большое стадо коров, пасущееся на лугу. Такого количества не было даже в крупных деревнях у него на родине. — А чьи это коровы?

— Понятия не имею. — Удивился Сизов вопросу. — Наверное, Ивана Берилого. Он в округе крупнейший фермер. У тебя тоже корова есть?

— Была. — Коротко ответил Клинд, не вдаваясь в подробности.

— В нашем лесу ты тварей видел? Не могли они вместе с тобой к нам пройти? — Посетила Сизова неожиданная мысль.

— Вряд ли кто-то прошёл. — Клинд вспомнил, как провёл в пещере неизвестно сколько времени, и лишь потом оказался в прошлом. Вряд ли какая тварь сможет повторить его путь. — Я в лесу сегодня ночевал. У вас здесь спокойно.

— У нас по-разному бывает. Но тварей точно нет. Среди животных.

Клинд кивнул, принимая информацию. Он сам иногда встречал среди людей таких, что твари честнее и лучше казались на их фоне.

Он смотрел на дорогу и встречные машины, на мелькающий за окном пейзаж. Ничего этого он раньше не видел, но вопросы задавать не спешил. Если понадобится, он в этом разберётся. Пока достаточно того, что повозка едет быстро, а человек, который ей управляет, не желает ему зла.

Сизов сбросил скорость и свернул к небольшому домику. На большой и ровной, как дорога площадке, стояли разнообразные повозки. Людей было мало.

— Перекусим. — Останавливаясь с краю площадки, сказал Сизов. — Я голодный, а тебе после леса тем более надо нормально поесть. Тайку твоему тоже что-нибудь куплю.

— У меня нет местных денег, которыми можно расплатиться. — Напомнил Клинд. — Только те монеты, что ты видел.

— Я заплачу. Беднее не стану. — Грустно улыбнулся Сизов, вспомнив о своём финансовом положении. — Ты пока посиди. Я быстро вернусь и твоего Тайка погулять отпустим. Главное ничего не трогай.

Клинд с лёгкой улыбкой кивнул. Предупреждение лейтенанта прозвучало, очень похоже на предупреждение помощницы богини. Сизов направился в кафе, на ходу доставая бумажник. Он заказал два кофе, четыре пирожка с мясом и один с ливером, для собаки. Потом вспомнил размеры Тайка и добавил к заказу ещё три пирожка. Брать что-то другое он не решился. Если пёс откажется есть стряпню из кафе, то можно потом самому съесть эти пирожки.

Сизов грустно усмехнулся. Раньше собаки доедали за человеком, а сейчас приходится поступать наоборот. Вернувшись, он поставил стаканчики с кофе на капот поближе к лобовому, где уклон был поменьше, и положил рядом два пакета с пирожками. Потом освободил Клинда от ремня.

— Тайк не убежит? — Спросил Сизов, отпирая “собачатник”.

— Нет. Будет рядом, пока я не разрешу уйти далеко. — Пёс легко спрыгнул на землю и с вопросом посмотрел на хозяина, ожидая команды. — Иди погуляй, а потом я тебя покормлю.

Тайк осмотрелся и засеменил к ближайшим зарослям, изучая запахи, витающие в воздухе.

Бумажный стаканчик удивил Клинда. Он не предполагал, что в бумагу можно наливать горячий напиток, и она это спокойно перенесёт не развалившись. Вкус был необычный и сладкий. Даже излишне сладкий, но отказываться и обижать тем самым Сизова он не стал.

— В этом пакете пирожки с мясом. — Полицейский достал себе один из прозрачного пакета. — Во втором я Тайку с ливером купил.

Необычный материал, прозрачный и какой-то мягкий на ощупь, тоже удивил. Но сегодня Клинд много новых вещей видел, поэтому заострять внимание на нём не стал.

— Стаканчик потом выкинь в мусорку, — добавил Сизов. — Он одноразовый.

— Одноразовый? — Переспросил Клинд.

— Ну да. Попользовался и выбросил.

Клинд осмотрел стаканчик ещё раз, но комментировать не стал. Пирожок тоже был не таким, как он привык. Тесто твёрже, словно повар спешил и не дал ему подняться как надо. Масла, наоборот, оказалось слишком много.

Они, не спеша, ели и пили кофе. Вскорости вернулся Тайк, сел перед хозяином и, роняя слюну, посмотрел на него. Достав пирожок из второго пакета, Клинд протянул его псу. В пару движений челюстями Тайк его проглотил практически не разжёвывая. Только на третьем, он начал жевать более вдумчиво.

— Давно ты с ним? — Сизов кивнул на Тайка.

— Со щенячьего возраста. По-другому эту породу воспитать не получится. Эти собаки признают только одного хозяина.

— Слушается он тебя беспрекословно. — Похвалил Сизов. — Я так надрессированных собак только у спецназа видел.

— Он обучен, а не надрессирован. — Возразил Клинд, протягивая Тайку последний пирожок. — Дрессируют животных скоморохи для своих выступлений, а Тайк — боевой пёс. Нас вместе списали после моего ранения.

— Что за ранение? Ты не похож на инвалида.

— Я потерял ногу. — Клинд сказал об этом так же спокойно, как о погоде. — Ниже колена.

Сизов невольно опустил взгляд. Нормальные ноги, обутые в походные ботинки. Обе выглядели совершенно обычно. Он не помнил, чтобы Клинд прихрамывал, когда шёл.

— Но сейчас-то...

— Сейчас она на месте. Это долгая история. В другой раз расскажу. — Клинд допил кофе и поставил стаканчик на капот. — Сизов, мне надо воду Тайку налить. Я покопаюсь в своём мешке?

Сизов понял, что подробностей про ранение и чудесное исцеление не будет, и решил не давить.

— Налей, конечно. — Согласился он. — Меня, кстати, Дмитрий Сергеевич зовут. Сизов это моя фамилия. У нас не принято обращаться по фамилии, если знаешь имя и отчество.

— Отчество? — Клинд ослабил тесёмку и вытащил миску. — Это имя по отцу? То есть имя твоего отца? У нас есть государство, где также принято обращаться. А фамилии у нас редкость. Они есть только у знати. Простым людям фамилию иметь нельзя. — Налив воды из фляги, он пододвинул миску Тайку.

— Можешь записывать себя в дворяне. Мне придётся составлять на тебя протокол и оформлять другие документы. В них нужно указать, кроме прочего, твою фамилию, имя и отчество.

Сизов доел последний пирожок, запил кофе и закинул пустые стаканчики в пакет из-под пирожков. Взял бумажную салфетку и вытер жирные пальцы.

— Усаживайтесь. Я мусор выкину, и дальше поедем. — Забирая пакеты с капота, предупредил Сизов.

Вернувшись, он убедился, что Клинд прекрасно запомнил порядок действий. Тайк сидел в “собачатнике”, а Клинд на своём месте и даже пристёгнутый.

Когда выехали обратно на трассу, Сизов вернулся к тому, что не давало ему покоя.

— Клинд, что ты намерен делать дальше?

— Если честно, то пока не знаю. — Он ответил не сразу. Клинд смотрел на дорогу и пытался выразить словами ту мысль, что смутно ворочалась в голове. — Я должен вернуться. Но я не знаю как. Я должен выключить вещь, из-за которой образовалась пустошь. Должен отдать эту вещь богине, вылечившей мою жену и заодно отрастившей мою потерянную ногу.

Сизов решил принять ситуацию, как есть, и уже в ней разбираться, опираясь на логику. Если это бред сумасшедшего, то противоречия вылезут обязательно.

— А если ты этого не сделаешь? — Спросил он. — Мир погибнет?

— Про мир не знаю, но моя Айла точно умрёт. — Грустно произнёс Клинд. — Пока я был в пустоши, я хотя бы знал, куда мне нужно идти, чтобы найти эту вещь, а сейчас я в далёком прошлом, где нет, ни пустоши, ни этой вещи.

— Откуда у тебя уверенность, что ты в прошлом?

— Об этом мне сообщила старушка. Она помощница, или рабыня богини. Точно сказать не могу. В последний раз мы с ней виделись, сразу после того, как я попал в это время.

— Клинд, начни рассказывать с самого начала. — Попросил Сизов. — Время от времени я буду задавать вопросы и уточнять детали. Ты не удивляйся, если они будут звучать невпопад или повторяться.

— Я знаю, как работают дознаватели, старший лейтенант Сизов. — Улыбнулся Клинд, намеренно обращаясь к Сизову официально. — Нас учили дознавательскому делу, когда я служил.

***

— Выходит, ты здесь застрял. — Подытожил Сизов и закончил в привычном для себя ключе. — Без денег, без документов, без знания местных законов.

— Если тебя это напрягает, я могу прямо сейчас уйти в лес и больше людям не показываться. Мне всего лишь нужно найти дорогу домой и вещь богини, если повезёт.

— Клинд. Ты плохо представляешь наш мир. То, что ты шёл пол дня по лесу и никого не встретил, чистая случайность. У нас очень мало мест, где не ступала нога человека.

— Хорошо. Если не лес, тогда, что ты предлагаешь?

Сизов помолчал, обдумывая ситуацию. По-хорошему надо бы везти Клинда в отдел, оформлять как положено и задерживать до выяснения. Но возникала проблема с собакой. В одну камеру человека и собаку не посадишь. Решить проблему раздельного содержания можно, но с такими сложностями, что лучше найти другой вариант. Значит, участок отпадает.

Гостиница? С собакой не пустят. Снимать квартиру на сутки? Да какой съем, когда с деньгами и так туго. У Клинда было золото и серебро, но кому его можно продать так, чтобы не подставиться, Сизов не знал. Оставался один вариант. Не самый удобный, но единственный, который снимал все вопросы разом.

— В участок мы сегодня не поедем. Вернее, заедем, но только чтобы я отметился у дежурного и отчитался за день. А ночевать поедем ко мне. Не хоромы, но твоему Тайку места на полу хватит, а тебе найдётся место на диване. Завтра с утра сходим в отдел и оформим на тебя запрос. Толку от этого, конечно, никакого, но месяца на три ты будешь обеспечен вполне официальной справкой.

Клинд серьёзно кивнул.

— Спасибо. Я понимаю, что ты рискуешь, и постараюсь тебя не подвести.

— Главное, не делай ничего, не спросив у меня. — Строго предупредил Сизов. — И следи за Тайком.