Клигановский щенок

Глава 1

Крепость Клиган 285 от Эры завоевания.

Это был обычный дождливый день в поместье страстного рода. Ужас и страх, царивший здесь внезапно покрывался детским криком, издающимся из главных ворот замка. На крик сбежались стража с прислугой.

—Что здесь происходит?!—Подбежал к люльке Сандор Клиган.

У дверей стояла корзина с запиской. Он быстро подошел к ней и начал читать записку.

« Грегор Клиган. Вы самый мерзкий и гадкий ублюдок, который обесчестил меня и превратил мою жизнь в ад. И то, что ты видишь сейчас, единственное что ты хорошее сделал находится перед тобой. Я не смогла этого сделать. Но теперь …».

Сандор запнулся, перечитывая последнюю строку. Дождь барабанил по каменным плитам двора, и капли срывались с полей его шляпы, падая на пергамент, размывая чернила.

«...Но теперь я оставляю тебе. Воспитай так, как не смогли воспитать тебя. Или убей. Мне всё равно. Я умываю руки. Больше никогда не увидимся. — Т.»

Он посмотрел в корзину. Младенец, завёрнутый в грубую шерстяную ткань, замолчал так же внезапно, как и начал кричать. Крошечные пальцы сжались в кулачки. Малыш смотрел на Сандро мутными голубыми глазами, в которых ещё не было ни страха, ни ненависти — только слепое, животное доверие.

— Милорд, — осторожно окликнул его старый кастелян, держась поодаль. — Что прикажете делать?

Сандор скомкал записку в кулаке. Вода стекала по его обезображенному лицу — половина щеки была покрыта багровыми рубцами от ожогов, полученных в детстве. Он знал, чей это ребёнок. Знал, что сделал с той женщиной его старший брат. Знал, что значит быть брошенным.

— Отнесите в мои покои, — глухо сказал он. — Найдите кормилицу. И ни слова Грегору.

Старая служанка, взяв корзинку начала внимательно осматривать ее.

—Девочка.

—Унесите ее в мои покои пока…

Не успел он договорить, как неожиданно из тени вышел его брат. Не смотря на свой огромный рост, он умел крастса тихо как охотничий пес.

Грегор Клиган, по прозвищу Гора, был огромен даже для своего рода — почти восемь футов, с руками толще, чем ноги большинства мужчин. Его доспехи всегда были покрыты слоем тёмной кожи и металла, а лицо скрывалось за массивным шлемом с забралом. Но иногда, как сейчас, он поднимал забрало, и тогда становилось видно его лицо — тяжёлое, тупое, с маленькими злыми глазами.

Он стоял в дверном проёме, загораживая собой свет. В одной руке он держал кусок жареного мяса, с которого капал жир. Дождь стекал по его доспехам, образуя лужицы на каменном полу.

— Что это? — прогудел он, и голос его был похож на камнепад в горах.

Сандор инстинктивно заслонил собой корзину. Старая служанка отшатнулась, прижимая ношу к груди, и младенец снова захныкал.

— Ничего, — отрезал Сандор. — Нашли у ворот. Подкидыш. Я велю отнести его в деревню.

Грегор шагнул ближе. Тяжёлые шаги отдавались эхом в узком коридоре. Он посмотрел на корзину, потом на служанку, потом на брата. Его маленькие глаза сузились.

— Подкидыш, — повторил он, растягивая слово. — У ворот. В такую погоду.

— Да, — Сандор не отвёл взгляда. — Бывает.

Грегор медленно перевёл взгляд на записку, которую Сандор всё ещё сжимал в кулаке. Капли воды стекали по его пальцам.

— Что это у тебя?

— Ничего. Список покупок для кухни.

Тишина повисла в коридоре. Грегор сделал ещё один шаг. Теперь он стоял так близко, что Сандор чувствовал запах перегара и немытого тела, исходящий от брата. Младенец заплакал громче.

— Дай сюда, — Грегор протянул руку размером с лопату.

Сандор не двинулся. Внутри него всё сжалось в тугой узел — тот самый, который появлялся каждый раз, когда он смотрел на брата. Узел из страха, ненависти и чего-то ещё, чему он не находил названия.

— Это мой замок, — тихо сказал Сандор. — Я здесь хозяин. И я сказал — это подкидыш. Я решу, что с ним делать.

Грегор замер. На его лице появилось выражение, которое Сандор знал слишком хорошо — смесь удивления и зарождающейся ярости. Никто. Никогда. Не перечил Горе.

— Ты? — Грегор усмехнулся, и это было страшнее любого крика. — Ты, Пёс, будешь мне указывать?

Он схватил Сандора за грудки и приподнял над полом, как котёнка. Шрамы на лице Сандора вспыхнули от прилившей крови. Но он не отвёл взгляда.

— Это. Моё. Поместье, — прохрипел он. — Отец оставил его мне. Ты здесь гость. И если ты тронешь ребёнка, я.…

— Что ты? — Грегор приблизил своё лицо к лицу брата. — Что ты сделаешь, Пёс? Залаешь?

Младенец в корзине зашёлся громким, отчаянным плачем. Старая служанка дрожала, не смея пошевелиться. Дождь за окнами усилился, и ветер бил в ставни, словно пытаясь ворваться внутрь.

Сандор молчал. Он знал ответ. Ничего он не сделает. Пока — ничего. Но он запомнит. Он всегда запоминал.

Грегор отшвырнул его в сторону, и Сандор ударился спиной о каменную стену. В глазах потемнело от боли, но он устоял на ногах.

Гора посмотрел на корзину ещё раз. Что-то промелькнуло в его маленьких глазах — может, любопытство, может, смутное подозрение. Потом он развернулся и, топая, пошёл прочь, бросив через плечо:

— Делай что хочешь. Мне нет дела до бастардов.

Его шаги стихли в глубине коридора. Сандор медленно выпрямился, держась за стену. Из рассечённой губы текла кровь, смешиваясь с дождевой водой.

— Милорд... — прошептала служанка. — Вы...

— Молчи, — Сандор подошёл к корзине. Младенец всё ещё плакал, но теперь тише, словно выбившись из сил. Он протянул руку и неуклюже коснулся крошечной ладошки. Пальчики мгновенно сжались вокруг его грубого, покрытого мозолями пальца.

— Значит, девочка, — пробормотал он. — Ещё лучше.

Он забрал корзину у служанки.

— Её зовут... — он задумался на мгновение. — Санса. Нет. Слишком по-южному. Пусть будет... Сандра. Сандра Клиган.

Он сам не знал, откуда взялось это имя. Просто оно показалось ему подходящим — коротким, резким, как удар клинка.

— Идите. Найдите кормилицу. И если кто-то спросит — это дочь дальней родственницы. Сирота. Ясно?

— Да, милорд, — служанка поклонилась и поспешила прочь.

Сандор остался один в тёмном коридоре. Дождь стучал по крыше. Младенец — Арья — заснула, всё ещё сжимая его палец.

Он смотрел на неё и думал о том, что где-то там, в темноте, Грегор, возможно, уже забыл об этом. А может, и нет. Гора никогда ничего не забывал. Но пока — они были в безопасности.

Сандор осторожно вытащил палец из маленькой ладошки и, прихрамывая, понёс корзину в свои покои.

Впереди была долгая ночь. И долгие годы.

Пять лет спустя.

К пяти годам Сандра достигла огромного для своих лет роста. За эти пять лет быт поместья псовьего рода изменилась. Место, которое раннее называли обителью страха теперь украшалась детским смехом. Слуги даже начали говорить, что место светлее стало. Даже гора начали поговаривать стал мягче. Сегодня в поместье был особый день. Приезжал на охоту Лорд Западных Земель. Тайвин Ланистер прибыл в поместье в сопровождении своей львиной гвардии, во главе Джейме. Серсея с Тирионом сидели в отдельной карете. Тирион попивал вина. В то время как Серсея закатывала глаза.

Тайвин Ланнистер прибыл ровно в полдень. Дождь, ливший пять лет назад в день появления Сандры, сменился промозглой серой изморосью, которая висела над Западными землями почти всю осень. Но в самом поместье Клиганов было на удивление тепло — слуги растопили камины во всех главных залах, а кухня с раннего утра дымилась запахами жареного мяса и пряного вина.

Сандра стояла у окна в своей комнате, прижавшись носом к холодному стеклу. Пять лет превратили крошечного младенца в высокую, крепкую девочку с растрёпанными тёмными волосами и упрямым подбородком. Она была крупнее большинства детей своего возраста — кости широкие, плечи раздались, а руки уже сейчас обещали силу. Сандор, наблюдавший за ней эти годы, иногда хмурился, глядя на её ладони: слишком уж они напоминали ему другие руки. Руки, которые он ненавидел.

Но глаза у неё были не Горы. Серо-голубые, живые, вечно что-то замышляющие. И улыбка — быстрая, дерзкая, появлявшаяся в самые неподходящие моменты.

— Сандра, — окликнул её Сандор от двери. — Иди сюда.

Девочка обернулась и тут же подбежала, обхватив его ногу. Сандор, всё ещё хромавший после старой раны, потрепал её по голове.

— Сегодня приедет лорд Тайвин, — сказал он тихо. — Ты помнишь, что я тебе говорил?

— Помню, — серьёзно кивнула Сандра, и её лицо вдруг стало взрослым. — Я — дочь дальней родственницы. Сирота. Привезли с востока. Ничего не знаю о своём рождении.

— Хорошо. И.…

— И не подходить к Горе, — добавила она, скривившись. — Он страшный.

Сандор присел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. Его обезображенное лицо оказалось совсем близко, но Сандра не отшатнулась. Она никогда не отшатывалась. Для неё шрамы дяди были просто частью его лица, как нос или брови.

— Слушай меня, — сказал он. — Ланнистеры приедут на охоту. Будут вино, разговоры, может, ссоры. Ты будешь сидеть на кухне с Милдред и не высовываться. Поняла?

— А если я хочу посмотреть на львов? — глаза Сандры загорелись. — Говорят, у Джейме Ланнистера золотые волосы и меч из валирийской стали.

— Откуда ты это знаешь? — нахмурился Сандор.

— Слуги говорят, — пожала плечами девочка. — Они всегда говорят. А я слушаю.

Сандор вздохнул. Иногда ему казалось, что он воспитывает не ребёнка, а маленького шпиона. Она подслушивала, подглядывала, запоминала всё, что видела и слышала, и потом выдавала такие выводы, что у взрослых волосы вставали дыбом. Старая Милдред, служанка, которая помогала её растить, клялась, что девочка умеет становиться невидимой — так тихо она иногда исчезала из комнаты.

— Посмотришь издалека, — сдался Сандор. — Но, если Гора тебя заметит...

— Я не дам ему себя заметить, — уверенно сказала Сандра.

Сандор не стал спрашивать, как именно она собирается это сделать. Он боялся услышать ответ.