Клетка Харпера

001. Чери.

– Оливия! Оливия! Да дайте же пройти! – прорываясь через толпу людей, кричал темноволосый парень. – Лив!

– Чери! Как жизнь? – поприветствовала его девушка в дружеском объятии.

– Круто! Слушай, я по поводу сегодняшнего боя.

– Хочешь узнать, у кого больше шансов выиграть?

– Да, ты же знаешь, я сейчас на мели, положение не очень, а деньги нужны.

– Как и всегда, Чери, – с улыбкой сказала Оливия.

– Как и всегда, – с грустью согласился собеседник.

– Ну, сегодня колонисты на Титане ставят на Большого Чейза.

– На этого коротышку? Он же чаще проигрывал бои.

– Говорят, что его тренировал один из генералов императора, который из-за подготовки мятежа попал в рабство.

– Кто попал в рабство? Император?

– Нет, генерал, – засмеявшись, ответила светловолосая Лив.

– А-а-а-а, – протянул парень. – Понял. А ты сама как считаешь, кто победит?

– Я ставлю на Кобба. Конечно, он не такой опытный боец, как Чейз, но в этом человеке, как по мне, есть мощная внутренняя энергия.

– Тогда поставлю на него.

– Ты смотри, аккуратнее с этим. Даже если я и проиграю, то моя работа не позволит мне упасть на дно, а вот те, кому ты должен, станут стучаться сильнее в двери твоей мамы.

– Да знаю я, знаю. Но ты же организатор этих боев, ты знаешь примерные силы рабов, которые рвут глотки друг другу в яме, вот я и думаю, что может мне опять повезет, как в прошлый раз.

– Сильно не стоит надеяться на победу Кобба, тут лучше сам решай. Ладно, мне пора за пульт, вот-вот начнется первый раунд.

Первый раунд начался с активных действий Большого Чейза. Со стороны выглядело, словно Кобб просто изматывает своего оппонента. По истечению пятнадцати минут взаимных обменов ударами Чейзу дали холодное оружие, так как он заработал больше очков в этом раунде. Из-за того, что Кобб стал вести себя еще аккуратнее, зрители начали бросаться в него едой и всяким хламом, показывая свое искреннее недовольство, связанное со столь скучным спаррингом.

В конце концов Оливия решила объявить о перерыве. Увидев, как Чери закрыл глаза, уткнувшись в ограждение трибуны, она решила подойти к нему.

– Хэй, Чери Мэйс, еще не все потеряно, – стукнув его в плечо, подбодрила девушка. – Я думаю, Кобб сможет одержать победу. Ему надо еще два касания сделать, чтобы получить свой нож.

– Это были мои последние деньги. Теперь даже не знаю, что делать.

– Мы с тобой что-нибудь придумаем, не вешай нос, у меня…

Не успела Оливия закончить мысль, как со стороны небольших клеток, где находились рабы, прогремел взрыв. Девушку и ее друга отбросило ударной волной за трибуны. Немного оклемавшись, Лив начала подниматься, но тут же быстро отскочила от летевшей в нее таблички с надписью «Хранение и использование огнестрельного оружия, а также взрывчатых боеприпасов, является незаконным на Титане и карается смертной казнью».

– Чери, Чери, очнись! Да очнись ты!

– Ай, ай, больно! Прекрати! Стой! Зачем так сильно бить ладонью по лицу?

– Я испугалась, прости. Давай поскорее выбираться отсюда.

– Что произошло?

– Сама не понимаю, – ответила Лив, подставляя ему свое плечо для опоры.

– У нас проблемы, – спокойно сказал собеседник; затем, переходя на крик, добавил: – Оливия! Проблемы! Очень здоровые проблемы!

– Ты куда поковылял? Да черт возьми, Мэйс! Стой! Я не могу тебя так быстро тащить! – орала девушка, наблюдая, как в их сторону направляются несколько человек, которые выбрались из своих клеток.

002. Аарон Стоун.

– С таким ранением мы далеко не уйдем, – указала взглядом на ногу спутника Оливия. – Я тебя сейчас оставлю около вышки.

– Не оставляй меня, пожалуйста, Лив. Я исправлюсь. Больше никаких ставок, алкоголя и девушек в твоей квартире. Я готов пойти на такие жертвы. Только не оставляй.

– Я тебя не брошу, Чери, успокойся. Мне будет проще самой сбегать до нейтрализаторов, чтобы тебя не волочь до второго этажа.

– Ладно, ладно, – сказал парень, опершись на конструкцию небольшого здания. – Только побыстрее. Мама говорила, что эти ребята любят насиловать людей, а я не готов еще к таким играм с заключенными.

– Не бойся, они не успеют даже штаны с тебя снять, как я уже буду здесь.

Добравшись до второго этажа, Оливия увидела, что небольшая коморка, где находился пульт управления сценой, была перевернута вверх дном из-за взрыва. Выругавшись на весь свет, девушка начала искать небольшие синие ампулы и пневматический пистолет для них. С каждой минутой поиск усложнялся с каждой минутой из-за груды мусора и разбитого стекла, которое посыпалось из окон.

После пары минут поисков девушка нашла только нейтрализаторы и защитную маску. Но, как только она начала выходить из помещения, ее встретил удар в лицо от одного из преследователей. Закинув Лив на плечо, громила спустился вниз и кинул ее на землю рядом с телом избитого Мэйса.

– Хэй, хэй, а вот и Оливия Бонне. Как жизнь, детка? Тебе как, доставляет удовольствие следить за нами с этой сраной вышки, когда мы рвем друг другу глотки в чертовой яме, которую ты спроектировала? А?

– Слишком много вопросов, мудак, – отхаркивая кровь, ответила Лив.

– Да ты не поднимайся, – стукнул он ногой девушку в живот. – Мы с друзьями хотим нормально так повеселиться. Правда, парни?

– Эй, Мэд, там обезьяна какие-то ампулы грызет, – обратился один из нападавших к «главарю».

– Ты про что?

Не успели заключенные понять, что происходит, как начали падать от синеватого газа, что вырвался из разбившейся ампулы, которую бросила в их сторону небольшая обезьянка.

– Что это?! – недоумевая, кричал здоровяк.

В ответ был слышан лишь смех светловолосой девушки сквозь зубы.

– Оливия, я думал у тебя все схвачено, – сказал темноволосый парень, почесывая щетину на лице.

– Я тоже так думала, Стоун. Лучше помоги Чери.

– О боги, это же Аарон, мать его, Стоун. Ты пришел спасти меня вместе со своей милой обезьяной? – словно флиртуя, спросил оклемавшийся Мэйс.

– Я думал это нейтрализатор, а не эликсир любви, – засмеявшись, подметил соратник Оливии, надевая защитную маску.

– Иногда у этого вещества бывают странные побочные эффекты, – ответила лежащая без движений Бонне.

Взяв мачете, Стоун подошел и добил нападавших. После недолгой расправы он по очереди отволок Мэйса и Лив к своему небольшому электрокару. Усевшись поудобнее в машине, он обратился к спутникам:

– Тут такая суматоха началась. Я вас сейчас отвезу к тете Роуз, а сам поеду дальше разбираться с этим бардаком.

– Смотрю, разведка расщедрилась тебе на машину, – подметила понемногу приходившая в себя девушка.

– Хах, ну так я самый лучший в спецотряде, – улыбнувшись, ответил Аарон и, повернувшись к своей обезьяне, спросил: – Правда, Мэнни?

– Я все еще не чувствую тела, не могу нормально пошевелиться, – пробубнил Чери.

– Скоро пройдет, – ответила Бонне.

003. Роуз.

– Приглядишь пока за ними, хорошо? – обратился Стоун к худощавой женщине небольшого роста.

– Боги, конечно, проходите, мои хорошие, – приглашающим жестом ответила она. – Чери, мальчик мой, как ты себя чувствуешь?

– Все хорошо, тетя Роуз. Просто осколок попал в голень. Рану обработали, пока ехали, но все еще больно наступать на ногу.

– Ох, после того взрыва совсем не нахожу себе места. Оливия, как ты? Держишься?

– Да, все нормально. Увидимся Аарон, – переключившись на уходившего знакомого, попрощалась девушка.

– До скорого. Я обязательно загляну.

– Вы пока присаживайтесь, я сейчас кофе налью. Хотя… может чего покрепче? – обратилась хозяйка к гостям.

– Пиво…

– …найдется? – продолжила за Мейса зеленоглазая девушка.

– У тети Роуз всегда найдется, и не только пиво, хах, – засмеявшись, ответила женщина, показывая на свой стол, где аккуратными дорожками был утрамбован белый порошок.

– Ну, тетя Роуз! Опять за старое. Мы таким не балуемся.

– Это пока, Мэйс… это пока.

Когда все удобно расселись по своим местам, Роуз принесла пиво и, составив компанию белому порошку, решила расспросить о своем муже у Лив.

– Ты не видела Павла?

– Видела. Но я вашего мужа не ставлю с другими в спарринг. Даже не знаю, кто поспособствовал тому, чтобы он оказался среди… узников.

– Рабов, – поправила Оливию женщина.

– Рабов. Мы с вашим племянником пытались узнать, как Павел попал в немилость к императору, но у нас нет доступа к этой информации.

– Просто наш «великий императорский хер», который по факту не титулованный монарх, а обычный вояка, прозвавший себя императором, не хочет, чтобы власть вырвалась из его цепких лап.

– Вы про Землю?

– Конечно! – подтвердила Роуз. – Я сама с этим не очень знакома, но Павел знает, что сейчас на Земле больше нет захватчиков.

– О-о-о-о, только не это. Опять эти теории про полую Землю и народы, что вышли из центра планеты и начали колонизацию поверхности, – резко подключился повеселевший Мэйс.

– Ты можешь сколько угодно смеяться, мальчик мой, но люди покинули прекрасный край не только из-за дефицита топлива, – закурив сигарету, женщина продолжала: – Моя бабушка рассказывала, как из вулканов, морей и океанов вылетали огромные невиданные механизмы, а существа, похожие на нас, по своему недоразумению начали конфликт. Никто не стал разбираться в причинах той войны. Люди просто в спешке начали покидать планету, пытаясь найти новый дом. Кто-то отправился на Марс, кто-то на Европу, а кто-то на Титан.

– И это мы? – спросила Лив.

– Все верно, моя хорошая. Мой муж считает, что на Землю можно вернуться обратно, организовать новое общество без рабского труда, убийств и насилия.

– Тетя Роуз, все это утопия и сказки для детей. Знаете, по моему опыту, люди всегда стремятся к взаимному уничтожению, – отпив пива, подметила девушка.

– Может и так, но всегда стоит попытаться.

– Что именно? Сделать мир лучше? – с сарказмом сказал Чери.

– Почему бы и нет. Раньше я ненавидела мою Оливию за то, что она устроила на этой планете, но со временем поняла, что не все так однозначно и, если бы не Лив, то мой Павел сейчас бы лежал на той арене со вспоротым брюхом.

– Я ставлю в спарринги только убийц и насильников, тетя Роуз.

– Поэтому я и говорю, что все события неоднозначны, но всегда можно попытаться сделать мир лучше. Я понимаю, что простых решений не бывает. На то мы и люди, чтобы учиться на ошибках своего прошлого. Земля – это наш дом, и я уверена, что мы все рано или поздно вернемся туда.

004. Бабар Сингх.

– Дедушка Бабар!

– Эй, это же моя Оливия, – отозвался бородатый худощавый старик, высунув голову из под прилавка.

– Тебе помочь? Опять свои растения разбираешь? – осматривая индийскую лавку, поинтересовалась Бонне.

– Да, вот по небольшим баночкам рассыпал порошки.

– О-о-о-о, думаю, тетя Роуз с удовольствием бы тебе с этим помогла.

– Ох, не надо, а то после ее последнего посещения тут и половины запасов не осталось, – засмеявшись, ответил Бабар. – А где твой веселый друг? Мейсон... Майсон…

– Мейс.

– Точно, Чери Мейс.

– Он остался с Роуз. Она сейчас за ним присматривает.

– А что произошло?

– Да так, ногу повредил.

– Из-за взрыва?

– Да, нас там немного потрепало, но он в порядке. Думаю, через пару дней уже будет бегать до этого рынка быстрее патрульных на станции.

– Пусть поправляется.

– Спасибо, передам ему обязательно.

– Ты что-то хотела купить, родная?

– Меня тут Роуз попросила принести ей особый «лечебный» рецепт. Говорит, что стресс надо снять.

– Так, давай посмотрим, – надев очки, Бабар взглянул на электронный список в небольшом гаджете. – Хм, знаешь, дозировки она, конечно, себе мощные выписала. С этим можно улететь и без космического шаттла.

– Хах, даже не удивлена. Просто насыпь ей всего понемногу, скажу, что больше не осталось.

– Сейчас, родная. Ты пока присаживайся. Будешь чай?

– С удовольствием, – ответила Лив, пододвинув стул к небольшой табуретке, где стояли кружки и металлический чайник. – Мммм, обожаю этот запах.

– Да, твой любимый сорт, там еще корки апельсина.

– Хорошо, что ты тогда свои теплицы не продал, – отпив из кружки, подметила Оливия.

– Я столько времени убил на то, чтобы подобрать оптимальные условия для разных сортов. Ох, просто голова кругом, когда вспоминаю… и…

– Ты чего?

– Просто… про сына вспомнил, – присев на другой стул, с грустью произнес Сингх. – Он мне с этим помогал все это время, пока не попал… в тот ужас.

– Дедушка, я, правда, не знала, что он там. Нормальной регистрации и сейчас нет, как и налаженной системы связи. Но я всеми силами старалась уберечь его от выхода на арену против других участников. Он за все время ни разу не оказался там и…

– Я знаю, родная, знаю. Он сам виноват в какой-то степени, что оказался в заключении. Не надо было торговать в тех районах, которые были под контролем императорского корпуса. Терроризм и наркотики – все же государственное занятие. Я ему говорил, но, как получилось, так получилось. Спасибо, что смогла доставить его тело после взрыва на шахте. Не представляю, насколько это было сложно.

– Это было и правда не просто, потому что полномочия у меня небольшие, но это того стоило. Рада, что хоть этим смогла помочь и… как-то облегчить ту боль.

– Ладно, сейчас быстро соберу заказ.

– Как думаете, у нас, у колонистов, есть возможность вернуться на Землю и создать лучшее общество, чем здесь?

– А зачем куда-то отправляться, если можно его построить и на Титане? – ответил вопросом на вопрос старик.

– Условия.

– Люди хорошо могут адаптироваться в самых разных условиях. Вот раньше было огнестрельное оружие, помнишь? Никто не знал, как контролировать его оборот на Титане. Но после пары крупных стычек и продырявленного купола над станцией, из-за вот таких инцидентов, люди сами решили, что его стоит запретить. Как видишь, они создали те самые условия, которые смогли продлить жизнь здесь, на станции. Не многие готовы сейчас все бросить и опять лететь в неизвестность, чтобы найти оазис счастья и процветания. Столько планет и систем вокруг, Земля – не предел мечтаний.

– Да, возможно вы правы, дедушка Бабар. Ладно, спасибо вам за гостеприимство, передавайте миссис Сингх привет.

– Спасибо, родная. Да направит тебя разум планет.

– Ибо космос – наш дом, – улыбнувшись, ответила Бонне.

005. Хороший правитель.

Выйдя из лавки, Оливия присела на небольшую скамейку посреди шумного рынка. Осматривая купол станции и высокие жилые здания, покрытые неоновыми вывесками, она задумалась о том, как проходил сегодня день. Вроде, все как обычно, но оставалась какая-то тревожность. Тяжелое и странное чувство, которое было вызвано скорее не самим взрывом, а тем, насколько все спокойно среагировали на этот взрыв. Оливия понимала, что жителей станции вряд ли можно еще чем-то удивить. Без сомнений, это затишье перед бурей.

– Оливия Бонне? – приглушенно раздался голос позади.

– Все верно, – оборачиваясь, ответила девушка.

– Я из личной охраны императора, – сказал закованный в броню человек.

– Вы же часть тайной полиции, насколько я помню?

– Так точно. Меня зовут Антон фон Хольтей. Я к вам по особо важному делу, – ответил молодой гвардеец, приподняв забрало. – Вас вызывает к себе Первый Император Титана.

– Это насчет сегодняшнего инцидента?

– Так точно, фрау Бонне.

– Поняла. Ну, пошли тогда, только давай я по дороге возьму перекусить что-нибудь, а то ничего не ела?

– Нам надо торопиться.

– Я не спорю, но подкрепиться тоже нужно. Ты когда ел сегодня?

– Я еще не ел.

– Вот! Поэтому предлагаю быстро перекусить. Ты на машине или…

– У меня летающий транспорт. Что-то типа мотоцикла, только без колес, с двумя большими винтами по бокам, – хвастаясь, говорил Антон.

– Ого! Так мы успеем на этом монстре, или ты еще не умеешь с ним управляться?

– Я знаю, как с ним управиться, – словно обидевшись, ответил парень.

– Тогда по булочке с мясом? – играя бровями, спросила Оливия.

– Ну, ладно, – через некоторое время согласился Антон. – Это блюдо на Земле раньше называли «бургером».

– Но мы не на Земле, поэтому пусть у этого будет свое название.

– И какое же?

– М-м-м-м… булсом? – немного подумав, предложила Бонне.

– Странное название, вы просто сократили «булочку с мясом».

– Но ты же понял.

– Я понял.

– Вот, другие тоже поймут. Все, погнали за едой, а потом уже к императору Николасу.

Захватив с собой пару небольших булсомов, Оливия решила разузнать у Антона о произошедшем инциденте.

– Моя знакомая считает, что император был инициатором этого взрыва. Ну, или он как-то связан с ним.

– Вам стоит быть поаккуратнее с такими высказываниями, фрау Бонне… как и вашей знакомой.

– А как ты считаешь?

– Думаю, что людям вообще сложно угодить, и всегда найдутся те, кому не нравится сложившийся порядок или устройство…

– А как же рабство? – перебила его Лив.

– Но, а как же бойцовские ямы, которые вы открыли?

– Но разве хороший правитель поддержит такое?

– Хороший правитель смотрит на мир намного шире, чем мы с вами. Если бы император Николас не видел в этих боях потенциала, то ваше мероприятие так бы и осталось лишь в ваших фантазиях. И вообще, считаю, что подрывали обычные недоумки, которые не знали, каким еще способом выразить свою позицию.

– А как бы ты выражал свою позицию, если бы мог?

– Я часть крепкой системы. Моя задача – защищать станцию, а не заниматься самовыражением, – раздраженно ответил молодой гвардеец.

– Твой отец в начале своей службы так же говорил.

– Вы были с ним хорошо знакомы? – изумился Антон.

– Не совсем. Я точно знаю, что он тайно поддержал восстание…

– За что и поплатился жизнью несколько лет назад.

006. Срочное дело.

– Откуда вы слышали о моем отце? Даже о его казни знает очень узкий круг людей, – поинтересовался Антон, ожидая вместе с Лив приема императора около железного «дворца».

– Когда он старался найти более приемлемый источник поставки оружия и наемников для переворота, то обратился к моему народу. А тут уже моя территория, и я знаю почти всех, кто сотрудничает с нами.

– Вы серьезно? Он обратился к чертовым бедуинам, что живут за территорией станции?

– Именно. Только не понимаю, почему у тебя это вызывает столь негативную реакцию?

– Да ваш народ только и делал, что воровал ученых и ресурсы, перебрасывая все в свой регион.

– Все выживают, как могут, – ответила девушка, обратив внимание на подъезжающий электрокар.

– По мне, так вы ушли от ответа, фрау Бонне, – с недовольством подметил молодой гвардеец.

– Из-за чего спор? Вашу перепалку слышно даже в машине, – сказал седовласый император, выходя из машины.

– Просто разбор географических нюансов, Железный кайзер, – в приветственном жесте кивнул Антон.

– Как вас только не называют, лорд-император, – качнувшись торсом вперед, язвительно заметила Оливия.

– Ох, оставь эту грубость при себе, – ответил император, поглаживая бороду. – Я тебя терплю только из-за того, что у тебя есть полезные связи со своим варварским племенем, из-за которого у меня сейчас больше проблем, чем раньше.

– Но, а как же бои? Позвольте заметить, что они прекрасны.

– В последнее время они довольно скучны и, наверное, такими темпами ты сама скоро окажешься в бойцовских ямах, если не закроешь свой поганый рот.

Поймав на себе грозный взгляд правителя, девушка решила промолчать, но Николас понял, что это молчание несло в себе больше угрозу, чем смирение.

– Аккуратнее с такими выпадами, юная Оливия, я могу в любой момент тебя сбросить в шахту, и никакое племя тебе не поможет. А теперь к делу, – опершись на машину, император раздраженно продолжил: – Твои бедуины украли две батареи, что питали карантинный блок. Эти батареи обеспечивали энергией компенсатор давления и гравитации, схожие с тем, что были на Земле. Мне без разницы, как ты их вернешь. Я лично уже устал отправлять гонцов и вооруженные отряды разведчиков, которых закапывают где-то на Титане. Так что, вперед! Чтобы через два дня они были на месте.

– Я думала, что вы меня вызывали из-за произошедшего взрыва, – сказала Лив, выдержав паузу.

– Это может подождать. Батареи – вот твоя основная задача. Договорись там на вашем «племенном» со своими недоумками. И, чтобы все тихо прошло, мне лишнее внимание ни к чему.

– Обязательно, так и сделаю, лорд-император. Могу идти?

– Иди. Только учти, что я ждать не люблю.

Отойдя на небольшое расстояние, девушка увидела, как император Николас о чем-то говорит с Антоном. Оливия подозревала, что за ней будет идти слежка, но дюны Титана очень непредсказуемые, так что, кто знает, чем может закончиться для гвардейца его служба лорду-императору?

Всю дорогу Бонне думала, как вернуть украденные батареи обратно на станцию. Если она не сможет с этим справиться, то, конечно, можно вернуться и обратно к своему народу, но это не тот путь, который она для себя избрала.

– Это тебе, тетя Роуз, – отдав пакет с «лекарствами», отрешенно пробубнила девушка. – Так, Чери, мне будет нужна твоя помощь. Нам надо будет съездить за станцию.

– Что случилось, Оливия? – спокойно спросила женщина.

– Да так, есть одно «срочное дело», – ответила Лив, собирая вещи.

007. Ману Юда.

– Кто забрал? – недоумевая, спросила Оливия, закурив вместе с тетей Роуз.

– Не знаю, родная. Пришли два здоровых громилы с татуировками гарпуна на шее, сказали, что пора отдавать долги, а потом забрали его, – ответила женщина. – Я ничего не могла поделать. Пыталась связаться с Аароном, но так и не смогла, и до тебя не доходят мои сообщения.

– Да ты же вусмерть накуренная, Роуз. И с чего ты пыталась с нами связаться?

– С этого, – указала пожилая собеседница на стол.

– Серьезно? С фарфоровой чашки? Ты в нее орала что ли?

– Ага, ха-ха-ха.

– Ясно. Короче, пойду, свяжусь с Ману. У тебя есть что-нибудь…

– Чем можно убивать?

– Именно.

– Там на кухне посмотри, под ковром.

Перерыв половину накиданных друг на друга ковров, Оливия нашла небольшой кукри.

– Сойдет. Я тебе напишу, как все закончится.

– А как же «срочное дело»? – спросила Роуз напоследок.

– Пофиг. Для меня сейчас важнее спасти Чери. Все, я пошла.

– Буду ждать вестей, моя хорошая.

Выйдя на улицу, Оливия связалась по рации со своим знакомым и договорилась о встрече у дедушки Бабара.

Сократив дорогу через узкие проулки, девушка успела добежать до лавки менее, чем за десять минут. Около входа ее ждал полный мужчина средних лет в белом костюме. Поприветствовав друг друга поцелуями в щеки, они решили зайти в помещение.

– Кого я вижу! – обрадовался Сингх гостям. – Я так понимаю, что пора пить чай?

– Можно моего любимого? – улыбнувшись, попросила девушка.

– С апельсиновыми корками? – спросил Ману одновременно с Сингхом.

– Да-а-а-а, без ума от этого запаха и терпкого вкуса.

– Согласен, прекрасный выбор, – поддержал полный мужчина, снимая пиджак.

Заправив рукава на своей черной рубашке и расстегнув верхнюю пуговицу, Ману перешел сразу к делу.

– И так… ох, хороший чай… получается, что Чери похитили местные головорезы из императорского корпуса, и тебе надо сделать все так, чтобы это выглядело, как случайная стычка группировок. Все верно?

– Обожаю тебя за это, Юда.

– Это за что же? – улыбаясь, спросил мужчина, которому явно понравилась похвала от девушки.

– Без лишних разговоров переходишь сразу к сути вопроса.

– Детка, мой бизнес процветает именно потому, что я не развожу сопли по столу, как тот же Минджун. Там только приветствий на один дневной цикл Титана.

– Да нормальный он… ну, ладно… немного странный, – засмеявшись, согласилась Оливия.

– Вот именно, что «странный». Как считаешь, куда могли увезти Чери?

– Думаю, что к его маме. Убивать Мэйса пока не станут, скорее всего, будут ждать, чтобы узнать, кто придет.

– Почему такая уверенность?

– Корпус подминает под себя разный бизнес и ищет лохов, которые будут платить за то, чтобы их не трогали.

– Они знают, что парень с тобой дружит?

– Не уверенна, но, даже если и знают, то я не могу здесь отсиживаться.

– Да-а-а-а, вот это та Оливия, которую я знаю, черт возьми! Просто кладет хер на всех и идет своим путем, – развалившись на стуле, довольно произнес Ману.

– И, что же, говорят планеты, Юда? – неожиданно спросил Бабар.

– Пора звать Минджуна. Разыграем небольшой спектакль.

– Уверен, что все получится, – забирая чашки, подбодрил Сингх.

– Оливия, детка, хотел напоследок задать вопрос, как человек, который поставляет девочек местным элитам, – застегивая рубашку, обратился Ману к девушке.

– Карие или голубые? – указывая на свои зеленые глаза, спросила Бонне.

– Да.

– Серые, – обломала Лив своего знакомого.

– Сука. Держи двадцатку, дед, ты был прав, серые в тренде, – ругнулся Юда, отдав Бабару две пластиковые монеты.

– Обращайся, – сквозь смех сказал Сингх. – Да направит вас разум планет.

– Ибо космос – наш дом, – ответили гости на прощание, обняв дедушку.

0…00..0.8_

11010001 10000001 11010000 10110001 11010000 10111110 11010000 10С1Б1О1Й001

– Оливия… Оливия.. очнись, пожалуйста, – обращался спокойный голос вдалеке. – Поднимается сильный ветер. Лучше оборвать связь на время.

– Не сейчас, мне надо спасти человека, – ответила девушка, паря в нескольких сантиметрах над поверхностью песчаного спутника. – Они такие же земляне, как и мы.

– Ты слишком привязываешься к этим зверям. Они привезли на эту планету лишь боль и страдания.

– Как и мы когда-то.

– И посмотри, чем все это обернулось.

Открыв глаза, девушка увидела перед собой палатки, из которых выходили ее соплеменники в защитных масках, укутанные в теплые одежды. Один из них решил подойти к Лив, которая завершала медитацию.

– Молодая пансу-мудан… нам стоит идти.

– Вы доставили модули? – не обращая внимания на просьбу, спросила Бонне.

– Да, молодая пансу-мудан. Синхронизирующие модули на месте, а батареи мы оставили недалеко от выхода из станции землян, как вы и просили.

– Вы хорошо потрудились, Адан.

– Ребенок во взрослом теле, которое вы контролируете, сопротивляется?

– Ее бессознательное бунтует. Это плохо. Со временем у нее может сформироваться собственное сознание, которое в процессе избавится от меня, как от ненужного паразита. Надо привести тело сюда…

– Чтобы отделить ее бессознательное от формирующегося сознания?

– Все верно, мой старый друг. Пойдем, я помогу с оборудованием.

11010000 10110111 11010000 10110000 11010000 10110011 11010001 10000000 1за1010001 100гру00011 110жает10000 101ся10110 11010000 10110000 110мо10000 101ду10101 1101ль0001 10000010 11010001 10000001 11010001 10001111 00100000 11010000 10111100 11010000 10111110 1со1010000 101зна10100 1101ния0001 10000011 11010000 10111011 11010001 10001100 00100000 11010001 10000001 11010000 10111110 11010000 10110111 11010000 10111101 11010000 10110000 11010000 10111101 11010000 10111000 11010001 10001111

– Эй, эй, эй… детка, ты чего? Аж пена изо рта пошла, – испугавшись, говорил Ману, поддерживая Оливию за голову, чтобы та не запрокинулась. – Знаю, что у тебя так бывает иногда, но сейчас… прям…

– Все нормально, Юда. Спасибо, что не бросил здесь.

– И остаться без такого прекрасного компаньона? Ну уж нет, – немного успокоившись, сказал мужчина.

– Перед приступом я помню, что нам ответили не голосом Минджуна. Кто это был? Не знаешь? – поднимаясь с тротуара, спросила девушка.

– Это его подруга. Она снимает порно в девятом районе. Иногда пользуется моими услугами.

– У тебя заказывает девочек для своего кино?

– Ага. Но хочу предупредить, что она немного импульсивная. Не принимай близко к сердцу то, что она будет говорить. Она, правда, надежная и не кидает тех, с кем работает.

– Поняла. Тогда пойдем скорее. Твои люди будут ждать нас около дома Чери?

– Да, все верно.

Подходя к дому Мейса, Ману заметил, что на улице слишком людно, поэтому предложил действовать аккуратно, чтобы не пострадали обычные колонисты.

– У нас холодное оружие. Чего нам бояться? – подметила Лив.

– У подруги Минджуна многозарядный арбалет, а это оружие, как ты знаешь, запрещено на станции.

– Вот сука!

009. Шин Ю.

– Вы охренели так долго тащиться? Ты совсем берега попутал, Ману? А это кто? Это из-за тебя батареи стащили с карантинной зоны, сучка? Теперь вот, смотри, я в скафандре хожу, как гребаный космонавт! – начала приветствие девочка-подросток. – Боюсь подцепить какую-нибудь заразу.

– Тебе сколько лет? – спросила Оливия, немного опешив от такого потока слов.

– Мне семнадцать, но твой зад надеру и без уважения к возрасту.

– Воу, воу… полегче. Я поняла, ты крутая, но батареи не я вынесла, а кто-то из моего клана и вообще… ты как узнала об этом?

– У меня свои источники, да и насрать. Ты знал о батареях, Юда? – резко обратилась к мужчине маленькая бунтарка.

– Только сейчас узнал, – замявшись, ответил Ману. – Давайте с этим потом разберемся. Шин Ю, я позвал тебя помочь спасти хорошего друга моей дорогой Лив.

– Я помогу, Юда, но от тебя мне нужны девушки поспортивнее, а не как в прошлый раз были. Развалины… просто, сука, развалины, которые стонут больше от боли в спине, чем от удовольствия.

– Хорошо, Шин Ю, договорились.

– А с тебя, Оливия, точная информация.

– Какая именно?

– На кого делать ставки, когда проходят договорные матчи.

– Твою ж душу! Давай потом торговаться? Там Мэйс уже сдох, наверное, – не выдержав, ругнулся Юда.

– Я согласна на твои условия, но только арбалет не используй, пожалуйста, или стрелы потом вынь из трупов.

– Слышь, сучка, я сама разберусь… но ладно… я тебя поняла, – ответила Шин Ю, кинув арбалет одному из подчиненных.

Люди Ману быстро нашли наблюдателей императорского корпуса и вырезали всех до последнего. Подчиненные Шин Ю начали потасовку, сражаясь понарошку с бандой Юды около дома Чери.

Ворвавшись в дом, Оливия сразу же набросилась на человека, который охранял дверь. Убив еще двоих нападавших, девушка увидела, как около избитого до полусмерти Мэйса стоит до боли знакомый человек в шлеме с огромным мечом.

– Антон?

– Доброго вам дня, фрау Бонне. А я ведь говорил императору, что вы связаны с «Мертвой головой Титана». Хм, а он мне не верил, – не поднимая забрала, говорил Хольтей.

– Не поняла… с кем? – задала вопрос девушка, хотя в этот же момент вспомнила, про кого говорил Антон.

– Скажи ей, Мэйс… але, твою мать, очнись, урод! – ударив парня, крикнул гвардеец.

– Прости, Оливия… я просто хотел сделать эту станцию лучше, чтобы мы могли сами выбирать наше будущее, а не сраный император, который не знает, куда вести людей, что живут здесь.

– И ты решил, что террористы ­– это выход? – на расстоянии, заглядывая за плечо Хольтея, спросила Лив.

– Они такие же люди, как и мы с тобой…

– Ой, да заткнись! – вырубив парня, гаркнул Антон. – Итак, я смотрю, что вы убили моих подчиненных, распугали людей на улице, устроив этот сраный спектакль с бандами. Что теперь, Оливия?

– Думаю, ты и так прекрасно знаешь.

– Даже если ты меня убьешь, то сухой из воды не выйдешь. Ты подняла руку не просто на гвардейца, а на Императора… сука! Да сгорит твой разум в огне диких звезд!

Из небольшого свертка, который Антон носил всегда за пазухой, вылетели короткие стрелы с мигающими наконечниками. Их запуск был столь неожиданным, что Оливия успела уклониться только от двух из пяти.

– Ого, да у нас тут довольно верткая мышка, – удивившись, сказал рыцарь, – но этого недостаточно!

– Пошел нахрен, ублюдок!

Преодолевая боль, девушка увернулась от нескольких последовательных взмахов меча. Выждав следующий удар, Оливия с помощью переката быстро оказалась за спиной Антона, ударив его со всей силы в незащищенную часть колена. После совершенного приема, Бонне рухнула на пол, понимая, что не может сражаться дальше.

– Я знаю, что это ты сдал своего отца, – захлебываясь кровью, говорила Лив.

– И убил его тоже я, – ответил, упав на одно колено, гвардеец. – Как и мать Мэйса. Одни, сука, предатели кругом, всем что-то надо. Чего вам спокойно не живется, уроды?

Ответом на его вопрос стали две стрелы, выпущенные из арбалета Шин Ю, которая наблюдала за тем, как Оливия испустила последний вздох.

0…00..0.8,5_ ​

Кто-то читает твои мысли. Все равно об этом узнают, но не говори о многом.

– Оливия… Оливия.. очнись, пожалуйста, – обращался спокойный голос вдалеке. – Поднимается сильный ветер. Лучше оборвать связь на время.

– Не сейчас, мне надо спасти человека, – ответила девушка, паря в нескольких сантиметрах над поверхностью песчаного спутника. – Они такие же земляне, как и мы.

– Ты слишком привязываешься к этим зверям. Они привезли на эту планету лишь боль и страдания.

– Как и мы когда-то.

– И посмотри, чем все это обернулось.

Открыв глаза, девушка увидела перед собой палатки, из которых выходили ее соплеменники в защитных масках, укутанные в теплые одежды. Один из них решил подойти к Лив, которая завершала медитацию.

– Молодая пансу-мудан… нам стоит идти.

– Вы доставили модули? – не обращая внимания на просьбу, спросила Бонне.

– Да, молодая пансу-мудан. Синхронизирующие модули на месте, а батареи мы оставили недалеко от выхода из станции землян, как вы и просили.

– Вы хорошо потрудились, Адан.

– Ребенок во взрослом теле, которое вы контролируете, сопротивляется?

– Ее бессознательное бунтует. Это плохо. Со временем у нее может сформироваться собственное сознание, которое в процессе избавится от меня, как от ненужного паразита. Надо привести тело сюда…

– Чтобы отделить ее бессознательное от формирующегося сознания?

– Все верно, мой старый друг. Пойдем, я помогу с оборудованием.

– Ваши мысли читают?

– Да, Адан. Словно есть разум, который пишет сейчас историю моей жизни и пролистывает ее так же быстро, как протягивает нити судьбы. И я знаю, что не в состоянии это изменить, но все же хочу верить, что мы сами выбираем свой путь здесь.

– Тогда я попробую зашифровать то, что вы сейчас скажете. Надолго это не поможет, но попробовать стоит.

– Хорошо, Адан. Буду говорить быстро. Тело, которое я контролирую на станции, умрет. Мне необходимо другое.

– Но новое тело – еще подросток, что снизит ваши шансы полного контроля над ним. Нестабильный гормональный фон может привести к сбою вашей связи с ним.

– Не думаю, что это проблема. Пару раз попускаю слюни, если произойдет сбой. Думаю, это будет веселее, чем падать в припадке, пуская пену изо рта.

– Тогда я сейчас его подготовлю.

010. Космические гонки.

Похороны Оливии на станции были короткими. Ману и Шин решили сжечь тела Антона и Бонне в местном крематории, чтобы скрыть все улики произошедшей накануне стычки. Чери же, после всего произошедшего, начал выпивать еще больше, не прекращая при этом твердить о своей уверенности в том, что Оливия не умерла.

– Спасибо, что пришли сегодня сюда, – поблагодарил своих гостей дедушка Бабар.

– Тебе спасибо. Я, честно говоря, после всего этого не могу даже прийти в себя, – сказал Ману, усевшись на стуле, почесывая щетину.

– Я не знала хорошо Оливию, но, когда увидела, как она умирает, то… было жутко. На моих руках много умерло людей, но тут… что-то другое, – уставившись в одну точку, говорила Шин Ю. – Там было словно две жизни.

– А где Мэйс? – сменив тему, поинтересовался Юда.

– Он спит в моей подсобке, – ответил Сингх, разливая по кружкам чай.

– Так, а причина какая? – продолжал Ману.

– В смысле? – не понял дедушка.

– Зачем ты нас собрал?

– Сейчас поймете.

Открыв дверь лавки, он пригласил девочку, стоявшую на улице.

– И кто же это? – спросила Шин. – Тебе чего надо? Денег нет, вали отсюда.

– Успокойся, Шин Ю, – потребовал Ману. – Моя интуиция подсказывает мне, что это не обычная бродяжка.

– Может глаза тебе подскажут? – улыбнувшись, задала вопрос девочка, поправляя свои каштановые волосы.

– Я не дума… твою ж… нет, этого не может быть! – недоумевая, кричал Юда. – Я даже не понимаю, что сейчас испытываю… радость… смятение… ох, твою ж душу!

– Вы че тут, рехнулись толпой что ли? Что происходит? – не понимая, говорила Ю. – Хватит молчать! Юда, у тебя так ноздри активно расширяются, словно ты решил снюхать всю лавку этого деда.

Ошибка считывания………………….......................

– Сука! Ну почему на самом интересном?

– Джессика Торн, опять я слышу ругань, – улыбнувшись, обратился лысый мужчина большого роста с пышными усами. – Пойдем, покажу тебе наш новый дом.

– Это то, о чем я думаю? – спросила светловолосая девушка. – Сейчас, только постель заправлю.

– Ты опять играла в свои игрушки?

– Это не просто игрушка. Мне там понравились герои, которые были на Титане, и у них была очень крепкая дружба. А еще… еще бедуины!

– Кто?

– Бедуины… ну кочевники, но себя они… она… ну короче, они жили на Титане и не могли попасть на станцию из-за того, что им не подходила земная гравитация и давление… они использовали выращенных искусственным образом людей и управляли ими, чтобы узнать планы злого императора.

– И это все в игре про космические гонки? – удивленно спросил мужчина, взяв небольшого размера носитель, который до этого был помещен в отверстие шлема виртуальной реальности.

– Я нашла ее в каюте капитана на нашем корабле.

– Эй, Джесс, ну сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не ходила к капитану Рейсу. Он и так сейчас не в духе. Если узнает, что ты у него воруешь раритетные игры, то мы с тобой полетим на Титан без костюмов.

– Так мы прилетели на Титан, дядя Оуэн? – с радостью в глазах спросила девушка.

– Блин… проговорился, хах. Ладно, раз ты уже узнала, то пойдем, покажу эту красоту из моей каюты.

011. Старший помощник.

– Вот бы папа с мамой увидели эту красоту, – прижавшись к панорамному стеклу, грустно сказала Джесс.

– Родители тебя очень любили, родная. Возможно, они стали звездами в этой необъятной галактике и присматривают сейчас за нами… за тобой, – произнес Оуэн, погладив племянницу по голове.

– Но ты же сейчас присматриваешь за мной? – спросила девочка, взглянув на дядю своими большими зелеными глазами.

– Не без их помощи, малышка, не без их помощи, – улыбнувшись, ответил мужчина.

– Кто последний до столовой…

– …тот будет в течение недели придумывать развлечения?

– Хм, сойдет, – немного поразмыслив, согласилась племянница.

– Смотри, там другой корабль! – отвлекая внимание, выкрикнул Оуэн.

– Где? Эй! Так не честно!

Пробегая с криками мимо людей, девушка увидела, как ее дядя впереди резко остановился, дав пробежать вперед Джессике, а потом – резко погнался за ней, изображая страшного монстра.

– Старший помощник! – кто-то неожиданно окрикнул усатого Торна.

– Подожди здесь, родная, я сейчас, – обратился Оэун сначала к племяннице, а потом, повернувшись к тому, кто его звал, спросил: – Капитан Рейс, чем могу помочь?

– Торн, мне нужно, чтобы ты проследил за подготовкой модулей для спуска на поверхность. И передай Тарновскому, что экзоскелеты починили.

– Роботы-дроны?

– Да, они готовы. Правда, после последней стычки на Европе у них немного полетели аккумуляторы, но пару рабочих найдутся.

– Хорошо, тогда я сейчас же займусь этим. Подтвердите приказ, сэр?

– Даю добро на проведение операции, – ответил капитан, приложив палец к гаджету, который достал из кармана Оуэн. – С этими новыми правилами, конечно… даже жопу нельзя вытереть без росписи.

– Ну, вы сами понимаете, что разведка не хочет повторения того, что было на Европе, когда к нам пробрались диверсанты со станции «Грейсона».

– Они тогда вообще с ума посходили. Не понимаю, вроде построили станцию ученые, почему они просто не создали условия для нормального сосуществования друг с другом? Эти колонисты со станции «Грейсона» даже не пытались принять нашу помощь. Сначала они убили спасателей, которых мы отправили к ним на модуле, а затем, когда наш корабль пристыковался к поверхности, решили взорвать его. Даже не угнать, а просто взорвать корабль! Мир словно дальше продолжает сходить с ума, как будто нашего бегства с Земли мало было.

– Хорошо, что оставшаяся часть нашей команды вообще успела выбраться со станции «Грейсона» и забрать некоторых ученых.

– Прими еще раз соболезнования по поводу твоего брата и его жены Кейт. Они были хорошими людьми и прекрасными военными, – похлопав по плечу Оуэна, с сочувствием произнес Рейс.

– Спасибо, капитан.

– Ладно, буду ждать отчета. Удачи, старший помощник!

– И вам, сэр.

Вернувшись обратно к племяннице, мужчина увидел, как она с грустью в глазах смотрит на него.

– Тебе надо работать? – спросила Торн.

– Да, но я скоро вернусь. Надо кое с чем разобраться.

– А можно с тобой?

– Там куча техники, родная, и с тобой меня не пропустят, протоколы…

– Да, да, правила и все такое, я помню, – ответила Джесс.

– Давай ты пока сыграешь в ту игру, а когда я вернусь, расскажешь, что дальше было.

– Космические гонки?

– Именно, космические гонки, – взлохматив волосы на голове Джесс, ответил здоровяк Оуэн. – Только поешь сначала.

– Хорошо, дядя, – обняв старшего помощника, сказала девушка. – Только не задерживайся.

– Постараюсь поскорее со всем разобраться.

012. Бельчонок.

Джессика решила пропустить обед, чтобы узнать, что было дальше в той игре про станцию на Титане. Но через пару минут после запуска носителя в шлеме она поняла, что это был просто симулятор полетов в космосе. Ничего не намекало на историю или на героев, которых она видела до этого.

Выругавшись и отбросив шлем, Джесс решила все же посмотреть, чем там занимается ее дядя. Выйдя из своей комнаты, она наткнулась на доктора Патрисию Ринальди.

– Эй, эй, ты куда так торопишься, бельчонок? – с теплотой в голосе спросила молодая женщина в очках.

– Да так, решила еще раз посмотреть на Титан, мисс Ринальди, – соврала Джесс.

– Ах, вот оно что, а может ты решила пойти к своему дяде? – поинтересовалась улыбающаяся Патрисия, прищурив глаза.

– Нет, просто решила посмотреть на спутник Сатурна.

– Как твои приступы? Их стало поменьше? – сменила тему женщина.

– После того сеанса со стульями, думаю, что их стало намного меньше, мисс Ринальди.

– Ты молодец, что смогла выразить то, что у тебя было на сердце. Давай немного пройдемся? – предложила Патрисия и после одобрительного кивка девушки продолжила: – Помнишь, когда я расставила три стула, то твой дядя решил, что я приглашу еще людей. Но я ему объяснила, что один стул – для выражения ненависти, другой – для выражения любви…

– А третий – для моих мамы и папы, которых нет, – закончила фразу Торн.

– Именно так. Для того, чтобы тебе легче было их представить.

– Я… я так их ненавидела за то, что они спустились на Европу. Сначала вообще не понимала, почему они меня оставили, неужто нет других людей, которые могут помочь тем исследователям на поверхности спутника?

– Твои родители делали свою работу, бельчонок, никто не мог знать, что колонисты так поступят с ними.

– Я понимаю… но лучше бы оставили этих тупых ученых подыхать на Европе и вернулись сюда… домой… мне так их не хватает, – сквозь слезы говорила Торн.

– Родная… ты ж мой бельчонок, не сдерживайся, – обняв девочку, говорила Патрисия. – Все эмоции нужны… не держи их в себе… дыши родная… дыши, как я показывала.

– Ненавижу их всех… все…всех, – стараясь усмирить свое сбившееся дыхание, произнесла зеленоглазая Джесс.

Патрисия решила проводить Джесс обратно в комнату, чтобы остальной персонал не смущал девушку. После того, как Торн немного успокоилась, доктор Ринальди предложила ей попить вместе чай.

– Даже не представляю, как дядя справляется, – сказала Джессика, уставившись на кружку.

– Ты говорила с ним об этом?

– Нет, он особо не затрагивает эту тему, я понимаю, что ему тяжело, но и поговорить с ним об этом хочу. Узнать, что он переживает внутри, как справляется.

– Попробуй его об этом спросить, но не дави слишком на него, а то получится обратный эффект. Возможно, когда он будет готов, то сам расскажет тебе обо всем, что у него на сердце. Главное, чтобы был запрос на разговор.

– Я попробую, мисс Ринальди. Спасибо вам, мне правда становится спокойнее, когда понимаю, что есть человек, с которым я могу этим поделиться.

Допив чай, Патрисия добавила:

– Не забудь обсудить этот вопрос с дядей.

– Он как раз скоро придет. Еще раз спасибо вам.

013. Я, правда, хотела, чтобы ты умер.

Не дождавшись пока придет дядя, Джесс решила пойти и подождать его около каюты старшего помощника.

Увидев вдалеке здоровяка Оуэна, девушка направилась к нему.

– Дядя, можно с тобой поговорить?

– Детка, давай позже, мне надо кое с чем разобраться, – ответил усатый мужчина, заходя в каюту.

– Что-то случилось?

– У нас пропала связь с некоторыми дронами. Надо найти способ передать им сообщение. Ты не видела маленький такой передатчик, тут на столе лежал?

– Не видела. Может в сейфе?

– Да, может быть. А о чем ты хотела поговорить? – спросил мужчина, вбивая комбинацию для замка.

– О родителях. Мы с тобой после их смерти нормально не поговорили. Я хотела… хотела узнать, что ты чувствуешь? Как у тебя получается с этим… не знаю…

– Жить с этим? – закончил вопрос Джессики ее дядя.

– Наверное… да…

– Ну… знаешь, я… мне сложно как-то определить то, что я ощущаю, – начал объяснять Торн, прекратив вбивать код на сейфе. – Честно говоря, я очень скучаю по брату, по твоей маме, по их шуткам надо мной по поводу моих усов. Их так резко не стало, что я, наверное, еще не до конца понимаю, что произошло.

– Ты задумывался о том, чтобы умереть?

– Один раз… всего один, когда увидел, как по их модулю ударили ракетой с поверхности Европы.

– А что остановило, дядя Оуэн?

– Ты, родная. Я помню, как ты подошла через время ко мне и сказала, что мы есть друг у друга. Я думал, что…

– Я отвернусь от тебя?

– Да. Я очень боялся, что ты будешь ненавидеть меня из-за того, что их туда отправили.

– В какой-то момент я, правда, хотела, чтобы ты умер… но со временем поняла, что от этого никому не будет легче. Ты просто следовал приказу капитана. Я тебя очень люблю, дядя. Спасибо, что поделился со мной своими переживаниями.

– А я безумно люблю тебя, Джесс, – обняв племянницу, сказал Оуэн.

– Дядя, ты чего? – спросила Торн, почувствовав, как слезы мужчины капают на ее плечо.

– Просто глаза слезятся, – отшутился старший помощник, протерев глаза пальцами.

– Тебе помочь с поиском той штуки?

– Буду безмерно благодарен, родная.

После того, как небольшой передатчик был найден, Оуэн вместе с Джессикой отправился к Тарновскому, который перебирал провода в системе связи.

– Здесь не место посторонним, старший помощник, – раздраженно отметил офицер с повязкой на глазу.

– Я ее взял, чтобы показать, чем мы занимаемся, Адам. Хочу, чтобы она продолжила наше дело на этом корабле.

– А она этого хочет? – спросил Тарновский, продолжая копаться в проводах. – Выведи ее отсюда, пока я не пожаловался главе разведки, что ты, пользуясь своим положением, водишь сюда всяких малявок.

– Я тебя понял, Адам, но будь осторожнее со словами.

– Как скажете, старший помощник, – наигранно выполнил воинское приветствие офицер.

– Джесс, подождешь пока за дверью. Сейчас разберусь здесь и выйду. Ты, кстати, успела пройти ту игру?

– Она не совсем…

– Все заработало, старший помощник, – прервал Тарновский.

– Ладно, иди, потом расскажешь.

– Хорошо, дядя.

Уходя из помещения, Джессика увидела, как Оуэн начал отчитывать офицера, разбавляя экспрессивные взмахи руками нецензурными выражениями. Тарновский же, в свою очередь, угрожал, что расскажет капитану о неуставных взаимоотношениях. Но всю перепалку услышать до конца не удалось, так как солдат, стоявший около двери, попросил девушку покинуть систему связи.

014. Ведьма.

С самой их смерти я не заходила в каюту моих родителей. Возможно, для меня это сакральное место, где они продолжают жить своей жизнью, и, если я войду, то разрушится эта магия… обман моего сознания, которое говорит мне, что они еще живы и просто продолжают существовать здесь дальше. Но я должна это сделать, должна посмотреть своим сомнениям и страхам в лицо.

Все на своих местах. Дядя попросил капитана, чтобы здесь ничего не трогали и не переставляли. На спинке кресла так и осталась висеть счастливая куртка матери. Жаль, она не надела этот белый пуховик, когда спускалась на поверхность Европы. Хм, а вот черная наклейка на рукаве со словом «Голиаф» немного покосилась.

Просидев в куртке, наверное, минут двадцать, я нашла папину книжку о шаманизме. Оказалось, что в корейской мифологии есть наименование шаманов. Как я поняла из того, что быстро пролистала, к пансу относили слепых колдунов, а мудан – это, скорее, ведьмы, которые слышат зов демонов. Мудан – изгнанники, отвергнутые обществом, одинокие люди, связанные с потусторонним миром. Я помню, как Оливию из той игры так называли. Точно, Адан говорил про пансу-мудан. Наверное, языки разных народов и их культуры настолько сплелись, что сложно понять, где проходит грань между тем или иным обществом.

Может я тоже эдакая ведьма, которая слышит зов, хах. Кстати, в книге написано, что в далекие времена к ведьмам относили женщин с зелеными глазами. Ну, значит, я все верно сказала. Сука, как же это глупо. Чем я вообще занимаюсь? Словно это не мои мысли. Что я вообще здесь делаю?

– Джесс, – обратился ко мне дядя, который вошел в каюту родителей. – Ты как?

– Вот, читаю книгу. Хотела еще забрать куртку мамы, чтобы было хоть небольшое напоминание о ней. От папы не знаю, что взять с собой при высадке. Хм, а вот этот стильный скафандр… это его?

– Да. Но Дэнни так и не надел его. Говорил, что слишком красивый. Хотя по мне, так он очень функциональный.

– Папа?

– Хах, ну и твой папа тоже, – рассмеявшись, ответил дядя.

– Вы что-нибудь нашли на Титане? – поинтересовалась я, взяв скафандр подмышку.

– Удивительно, но там есть что-то похожее на огромную станцию под куполом.

– Что?

– Да, я даже сначала не поверил.

– Я видела ее. В той игре была станция, колонисты не использовали там оружие, так как его продырявили в какой-то стычке.

– Сочиняешь?

– Нет! Я, правда, ее видела! Где-то недалеко должны быть кочевники, или следы от их лагеря.

– Звучит очень странно… и ты как-то… по-другому… не знаю… что-то изменилось. Ты уверена в этом?

– Да, я не стала бы тебе врать. Зачем мне это?

– Хорошо, допустим, все так, как ты говоришь. Есть ли у тебя возможность вернуться в ту игру и посмотреть, что там может быть еще?

– Я пыталась, но кроме симулятора гонок ничего не увидела.

– Л-а-а-а-дно, – протянул он с недоверием. – Попробую договориться с капитаном, чтобы он отправил роботов-дронов прочесать еще раз тот район. Может быть, там есть лагерь около станции, или следы дырок на куполе найдутся.

­­­– Спасибо, дядя Оуэн. Я пока постараюсь еще раз подключиться к игре.

– Надеюсь, там найдется полезная информация, потому что я пока в замешательстве от всего этого.

– Я тебе сразу напишу, если будет о чем рассказать. Люблю тебя, – обняв его, прошептала я.

– И я тебя, бельчонок… родная.

После этих слов он быстро ушел, словно что-то произошло. Дядя никогда меня так не называл. Только доктор Ринальди. Может он услышал это от нее и решил скопировать. А может она взяла под контроль его сознание? Похоже, я слишком загоняюсь сейчас, надо сосредоточиться на деле.

015. Золотой песок.

– О-о-о-ох, вот я дебил, – запрокинув голову, сказал Торн.

– Что случилось? – поинтересовалась Патрисия, закуривая сигарету.

– Я назвал ее бельчонком.

– И?

– Ну она и так там что-то подозревает, а теперь решит, что ты… не знаю… управляешь моим сознанием или убила меня и надела лицо ее дяди.

– Ах-хах! Это было бы весело конечно, – рассмеявшись, произнесла Ринальди, усаживаясь поближе к Оуэну. – Может, ты ей скажешь, что мы встречаемся?

– Думаешь это хорошая идея?

– Оуэн, просто доверься ей. Ты порой слишком пытаешься оберегать ее от того, что и так уже происходит. Она не маленький ребенок, сможет понять и принять это событие.

– Джесс так быстро растет, что я не успеваю адаптироваться к ее изменениям.

– Просто поговори с ней, а я тебя поддержу. Ты будешь не один.

– Может, тебе провести какой-нибудь тренинг? – обняв Патрисию, спросил старший помощник.

– Нет, как специалист, я не могу этого делать. На этом все терапии и тренинги с тобой и Джесс окончены. Надо просто пойти и сказать ей об этом.

– Вместе?

– Как я и сказала.

– Ладно. Тогда расскажем ей у меня в каюте после того, как я разберусь с той странной станцией на Титане. И, наверное, это лучше сделать до высадки на поверхность, – окинув взглядом комнату доктора Ринальди, Оуэн решил сменить тему. – У тебя здесь ничего лишнего. Все так минималистично обставлено. А это что за картины?

– Это копии работ Густава Климта. Обожаю его творчество. Они такие теплые и в то же время магические.

– Мне нравится, как желтый цвет занимает большую часть этих картин, словно их посыпали золотым песком. Этот художник еще жив, он на корабле?

– Хах, нет, Климт умер очень-очень давно.

– Жаль. Работы и вправду безумно красивые.

– Рада, что тебе понравились, – с теплотой в голосе ответила женщина.

Через какое-то время в каюту доктора психологии Патрисии Ринальди постучали.

– Старший помощник! Старший помощник!

– Сейчас, – отозвался Оуэн.

– Удачи в деле, – взмахнув сигаретой, доброжелательно пожелала женщина.

Поцеловав Патрисию перед уходом, Оуэн вышел в коридор, где его ждал один из наводчиков роботов-дронов.

– Что такое, Тэд? – поинтересовался Торн.

– Вы были правы. Посмотрите на эти снимки.

– Это же следы от пуль на куполе.

– Именно. Правда мы не знаем, есть ли там кто-то живой. Выслать разведывательную группу?

– У меня есть идея получше. Ты пока отнеси снимки капитану, пусть с ними детальнее ознакомится. Я скоро подойду. Кстати, там было что-то похожее на лагерь или привал? Около станции или неподалеку от нее?

– Пока еще ничего не нашли, сэр.

– Ладно. Спасибо, Тэд.

– Это моя работа, старший помощник.

Войдя обратно в каюту доктора психологии, Оуэн спросил:

– Патрисия, можешь оказать небольшую услугу? Мне нужна будет твоя помощь.

– Никакой терапии или…

– Нет, нет, – перебил ее Торн. – Джесс говорила мне, что видела в своей игре это место и людей, живущих на Титане. Рассказывала о том, как бедуины выращивали тела, с помощью которых могут попасть на станцию.

– Это интересно. Ты хочешь узнать, насколько это правда?

– Теперь я уверен, что это правда, но проблема в том, что Джессика не может вновь подключится к этой игре… может, дело в ее эмоциональном фоне или приступы в этом виноваты, а, может, это просто видения?

– Сколько всего ты намешал. Ну, пойдем к ней, попробуем что-нибудь узнать, – затушив сигарету, ответила Патрисия.

016. Комната.

Когда Оуэн и Патрисия зашли в комнату Джессики, они увидели, как на кровати в шлеме виртуальной реальности лежит задыхающаяся Торн.

– У нее приступ, быстрее зови медиков! – крикнула женщина.

– Сейчас! Только шлем сними с нее, – попросил Оуэн.

– Не надо никого звать, – резко успокоившись, сказала Торн.

– Ох, родная, я думал, что тебе опять плохо, – обратился к племяннице здоровяк.

– В данный момент с вами говорит не Джесс. Меня зовут Оливия Бонне. Советую не снимать шлем, чтобы эта девочка не потеряла рассудок.

– Ну все, хватит, – не поверив, рассмеялся старший помощник.

– Стой, Оуэн! – отдернула его Ринальди. – Я думаю…

– Вы правильно думаете, доктор, – подтвердила догадку незнакомка, занявшая сознание девушки. – Мне будет нужна ваша помощь старший помощник.

– Какая еще помощь? – немного поразмыслив, задал вопрос мужчина.

– Я хочу спасти друзей, вы хотите вернуть свою племянницу. Давайте заключим договор?

– Какой еще нахрен договор? Верни обратно Джесс, тупая ты сука! – вне себя от ярости кричал Оуэн.

– Торн, успокойся, пожалуйста, давай выслушаем, что она хочет сказать, – предложила Ринальди.

– Пусть она сначала вернет мою Джесс!

– Я верну ее, но мне нужны гарантии, что вы поможете моим друзьям, которые сейчас находятся в большой опасности на Титане.

– Короче, я зову медиков, пусть они отсоединят ее от моей девочки. Патрисия, проследи за ней, пожалуйста, я сейчас вернусь.

– Оуэн, может все же дослушаем? – не отступала с просьбой доктор Ринальди.

– Нет. Я не собираюсь слушать этот бред.

Выйдя в коридор, Торн подозвал к себе солдата и приказал, чтобы он срочно привел в каюту медиков и инженеров. Когда старший помощник вернулся обратно в каюту племянницы, он увидел, что Патрисия лежит на полу без сознания, а Джесс куда-то пропала.

– Какого черта! Патрисия, очнись… очнись!

– О-о-о-х, моя голова. Что произошло? Я даже понять не успела, как резко в глазах потемнело, – немного оклемавшись, пробубнила женщина, пытаясь найти свои очки, упавшие недалеко от кровати.

– Ты не успела увидеть, куда она побежала? – спросил мужчина, помогая Патрисии подняться.

– Все произошло очень быстро. Прости, Оуэн, я даже не совсем понимаю, что вообще тут творится.

– Как и я, родная. Присядь пока на кровать. Я пойду, поищу ее. Не думаю, что она убежала куда-то дальше этого корабля.

– Я с тобой.

– Нет, я…

– Я пойду с тобой и точка. Это мой выбор, – оборвала его доктор.

Следующие полчаса большинство солдат пытались найти сбежавшую в неизвестном направлении девушку, но поиски ни к чему не привели.

– Старший помощник! Что случилось? Из-за чего тут все на ушах стоят? – задал вопрос капитан.

– Моя племянница… к ней в голову залез кто-то. Я понимаю, что звучит бредово…

– Более чем, Оуэн.

– Но так все и произошло. Она надела шлем и… голос не ее… то есть ее, но она говорила по-другому, – пытался объяснить старший помощник.

– Получается, она переиграла в игру или что? Может быть, она разыгрывает всех нас? А может, девочке не хватало внимания, вот она и решила привлечь его таким способом?

– Все не так, капитан, – вклинилась в разговор Ринальди.

– Доктор, вот вы то куда лезете? – закатив глаза, спросил Рейс. – Так, короче, мне абсолютно по барабану из-за чего твоя племянница тут с ума сходит, Оуэн. У нас скоро десант должен высаживаться, вот пойди и займись делом.

– Есть, сэр, – немного выждав, ответил старший помощник.

017. Супер-ученая.

– Оуэн…

– Я не отступлю, – оборвал Патрисию здоровяк Торн.

– Тогда пойдем к Тарновскому, пусть он просканирует корабль?

– Он не станет этим заниматься. И я не могу отдать ему такой приказ без веской причины. Он офицер, а не простой солдат.

– Я знаю Адама и знаю, что за образом крутого вояки скрывается любящий муж и понимающий человек. Он как бурчащий дед, который говорит, что все вокруг сволочи и гореть им в аду, но, если к нему обратиться с конкретным делом, то он выполнит его на все сто процентов. Просто доверься мне.

– Эх… ну, пойдем, попробуем с ним договориться.

Найдя одноглазого офицера в системе связи, Патрисия подошла сразу же к нему, игнорируя солдата на входе, который просил ее остановиться.

– Норман, все в порядке, – успокоил охранника Оуэн.

– Да что ж такое, вашу мать! Это какой-то проходной двор уже, а не система связи! – взорвался криками Тарновский. – Доктор, покиньте, пожалуйста, помещение.

– Адам, остынь. Мне нужна помощь, – обратился к нему Торн. – Мне надо найти племянницу.

– Старший помощник, я все понимаю, но посторонним сюда нельзя, – резко успокоился одноглазый мужчина.

– Адам, послушайте, я помню, как вы просили меня помочь вашей жене, у которой была депрессия на фоне потери верхней конечности после нападения на Европе. И я не отказала ни одному из членов команды, – начала объяснять Патрисия. – В данный момент нам… мне нужна ваша помощь, я не смогу сама с этим справиться, так я всего лишь обычный доктор психологии, у которого нет ни допуска, ни полномочий.

– Доктор, я понимаю, что вы пытаетесь манипулировать и давить на жалость, но…

– Адам, просто просканируй корабль, черт возьми. Скажи капитану, что ты проводишь тест связи внутри корабля, – перебил его Торн.

– Вы боитесь, что внутренняя разведка возьмет вас за яйца, старший помощник? – с ухмылкой спросил Адам. – Поэтому сами не проводите проверку?

– Да.

– Честно, я удивлен, что вы прямо на это ответили, – пробормотал Тарновский. – Ладно, дайте подумать пару секунд… хорошо, я сделаю внутренний тест, но с одним условием: вы должны проследить за тем, чтобы моя жена долетела на поверхность Титана целой и невредимой.

– Я сделаю все для нее.

– Пусть моя Мэг летит в модуле доктора Ринальди, – добавил Адам. – Мне так будет спокойнее. Я пока не могу полететь с женой, так как, сами знаете, что мне надо будет давать корректировки штурману на синхронизацию с орбитой, а затем…

– Я все понимаю, Адам.

– Вы-то со мной здесь останетесь, старший помощник, а вот доктор психологии вместе с биологами и геологами полетят первыми… после военного десанта, конечно.

– Ты не доверяешь нашим ученым? – улыбнувшись, спросил Оуэн.

– Да пошли они в жопу… особенно после Европы… особенно биологи… ну, кроме моей Мэг, она супер-ученая, а остальные – те еще ушлепки контуженные.

– Хах, хорошо, Адам. Я прослежу за всем, – ответил Торн, дружественно потрепав Тарновского за плечо. – А теперь, давай перейдем к делу.

Поиски по датчику на шлеме виртуальной реальности ни к чему не привели.

– Прости, старпом, но я ничего не вижу, – с грустью сказал Адам.

– Черт, ну и куда она делась?

– Это что сейчас было? – поинтересовалась Ринальди, почувствовав, как корабль немного затрясло.

– Старший помощник, сэр! – обратился забежавший в систему связи солдат.

– Что такое?

– От нас отстыковался десантный модуль, сэр.

– В смысле «отстыковался»? Я не давал приказ на десантирование.

– Но это произошло, старший помощник.

– И кто в нем?

– Э-э-э-э… ваша племянница… сэр.

018. Аллен Холден.

Через пару минут после инцидента с десантным модулем в систему связи ворвался глава разведки вместе со своими подчиненными.

– Да сколько можно сюда толпой ходить! Пошли нахрен! – гаркнул Адам в сторону незваных гостей из разведуправления.

– Вы арестованы, старший помощник Торн, – проигнорировав Тарновского, сказал высокий мужчина с гладко выбритым лицом. – Вы будете находиться под домашним арестом до полного выяснения обстоятельств.

– Вы согласовали это с капитаном, мистер Холден? – задала вопрос Патрисия.

– Я, как и мое подразделение, не подчиняются капитану, доктор Ринальди.

– Да, вы же судьи и палачи в одном флаконе, – съязвил Адам.

– Наша задача находить предателей, игнорируя чувства как к жертвам, так и к преступникам, какими бы хорошими последние не были в глазах других людей, – безэмоционально ответил глава разведки.

– Я понимаю, что вы говорите об объективном подходе, мистер Аллен, но…

– Все нормально, родная, – оборвал Патрисию Оэун.

– Тогда пройдемте со мной, мистер Торн… в вашу каюту? – предложил Холден.

– Да, пройдемте.

Зайдя в комнату старшего помощника, глава разведки предложил усатому мужчине присесть.

– В чем вы меня обвиняете?

– Мы пока еще разбираемся, мистер Торн. Расскажите подробнее о том, что произошло с вашей племянницей.

– Даже если расскажу, то вы вряд ли поверите в это.

– Я попробую, – ответил Аллен, присаживаясь напротив усатого мужчины.

Оуэн рассказал в деталях о том, что знал сам, параллельно следя, как Холден спокойно слушает историю.

– Это не выдумки вашей племянницы, мистер Торн.

– Что? – спросил удивленно старший помощник.

– Я говорю, что это…

– Да, я вас услышал, но откуда вы знаете…

– Ох, мистер Торн, вы думаете, я простой бюрократический червь, который допоздна за бумажками сидит? Оливия Бонне так же, как и мы с вами – с Земли. Только она прибыла сюда еще до того, как началось вторжение государства Теи изнутри нашей планеты.

– И кто она, эта Оливия?

– Хм, давайте заключим некий договор?

– Думаю, что я откажусь. На сегодня мне хватит сделок, – усмехнувшись, ответил здоровяк.

– Послушайте…

– Нет, это вы послушайте, мистер Холден. Я вообще не понимаю, что происходит! Моя племянница, которая потеряла своих родителей, сейчас находится под контролем этой… террористки и, что произойдет дальше, известно только одним планетам в этой солнечной системе. А вы…

– Именно, что планетам, мистер Торн, – перебил его Аллен. – Мы считаем, что именно разум Титана сейчас находится в активной фазе, и с ним как-то связанна Бонне. Либо она подчинила его, либо Титан контролирует Оливию.

– Вы говорите еще более размыто, чем Джесс.

– Есть вещи, которые находятся за гранью понимания человека, мистер Оуэн. Можете назвать это магией или чудесами Христовыми, но я вам скажу, что человек – умное существо, которое рано или поздно откроет все секреты солнечной системы. Я лично не верю в чудеса. Их нет, как и Бога. Есть только научные факты.

– И что же вы хотите предложить? – поразмыслив, спросил Торн.

019. Десантный модуль.

– Адам, мы можем уже высаживать модули? – спросил Оуэн, зайдя в систему связи.

– О, старший помощник. Вас все же отпустили, – сдержанно обрадовался одноглазый офицер.

– Не совсем. Послушай, я буду высаживаться вместе с десантом. О Мэг я позаботился. Они с Патрисией полетят в одном модуле.

– Это как? Почему вы высаживаетесь? А кто будет отвечать за корабль, пока вас не будет?

– Капитан.

– Не увиливайте, старпом, вы поняли, что я имею в виду.

– Теперь ты будешь временно исполняющим, Адам. Я обговорил это с капитаном. Проследи, чтобы все прошло в штатном режиме.

– Я? Вы серьезно? Моя работа – это связь и координация, но никак не…

– Адам, я тебе доверяю и знаю, что ты с этим справишься. Ты исполнительный, наблюдательный и можешь держать личный состав в тонусе.

– Ох, сколько приятных слов, словно на свидание меня собрались позвать, – съязвил Тарновский. – Я, если бы хотел на вашу должность, то точно не просидел половину жизни в этом помещении.

– Вот я об этом и говорю.

– О чем?

– Ты не подлиза, как некоторые из офицеров на этом корабле. Ты прямо говоришь о том, что беспокоит и с чем не согласен.

– Все настолько серьезно? – поразмыслив, спросил Адам.

– Да, меня и мою племянницу обвиняют в преднамеренной порче имущества, халатности и… там много чего еще. Поэтому искупить вину я смогу, только полетев на поверхность и узнав, что там происходило и происходит сейчас.

– Почему не произвести вашу высадку, когда корабль уже сядет на поверхность Титана?

– Холден не хочет промедления, как и я. Мне необходимо поскорее вернуть Джесс.

– А доктор Ринальди? Как она на это отреагировала?

– Спокойно. Сказала, что хочет лететь со мной, но я попросил ее проследить за Мэг.

Перед загрузкой в десантный модуль к Торну подошли Патрисия и Тарновский, которые пришли проводить старшего помощника.

– Адам, ты все же решил выйти из своей крепости? – радостно спросил Оуэн.

– Да так, хотел посмотреть на робособак поближе. Вы здесь не причем.

– Ага, рассказывай, – рассмеявшись, сказала женщина в очках. – Он всю дорогу говорил о том, как переживает за тебя, Оуэн.

– Даже не сомневаюсь, – улыбнувшись, ответил усатый здоровяк. – Родная, пожалуйста, проследи за тем, чтобы…

– Я тебя поняла, ты уже говорил об этом. Лучше сосредоточься на высадке, – поцеловав мужчину, с теплотой произнесла Патрисия.

– Старпом... а похер, – ругнулся Адам, по-дружески обняв Торна. – Ты главное там не сдохни, возвращайся поскорее на корабль, как найдешь племянницу.

– Ты хороший человек, Адам, спасибо за твою службу. Надеюсь, я успею к тому моменту, когда вы уже посадите корабль, чтобы помочь вам с размещением оборудования.

– Старший помощник, пора, – обратился к нему Аллен, надевая шлем.

Попрощавшись со всеми, Оуэн забрался в модуль с остальными разведчиками.

– После высадки мы сразу же направимся к месту падения модуля, на котором летела ваша племянница! – крикнул Холден, наблюдая, как они все дальше и дальше отдаляются от корабля. – Мы немного отклоняемся от курса, поэтому поедем верхом на этих роботах!

– Вы это сами придумали?! – спросил Оуэн, пытаясь перекричать трясущийся модуль.

– На Европе это очень помогло! Просто прыгайте им на спину. Мы приварили там ручки, чтобы и ноги было куда уместить, и руками было за что зацепиться! – объяснял глава разведки, указав пальцем на больших собакоподобных роботов. – На Титане притяжение не такое, как на других спутниках, поэтому для крепкого сцепления с поверхностью эти железки подойдут лучше всего!

– А как же экзоскелеты?!

– Слишком медленно! Да и потом, мы все равно хотели кое-что доработать! Но это потом, сейчас используем то, что есть!

01..9..020. Оливия Бонне.

Сидя в своей квартире, сложно представить, что наша солнечная система настолько огромна. Одно дело, когда ты видишь планеты и их спутники на картинках в атласе, а другое – когда ты, пролетая на корабле, находишься в непосредственной близости около огромных космических тел, которые висят в черной пустоте. Это восхищает и пугает одновременно. Ты словно первопроходец, который не знает, что ждет его впереди. В какой-то момент начинаешь слышать песнь космоса и то, как она тебя затягивает своими мрачными мотивами. Музыка планет хочет, чтобы ты остался здесь навсегда, слился с пространством и временем в этой системе.

Ну, а что до меня, то я никогда не была ученым или исследователем, который понимает окружающий нас мир. Моя работа заключалась лишь в том, чтобы организовывать шоу. Мне нравилось искать места на Земле, где знаменитости будут выживать. Да, конечно, не всегда все идет по написанному сценарию, поэтому я обожала моменты, когда люди импровизируют, чтобы придумать, как спастись от животных или других хищных тварей. Но не все разделяли мой энтузиазм, где человек, преодолевая страх и риски, изучает и ищет потолок своих физических и психологических возможностей. Через время я увеличила накал страстей на шоу, и люди начали погибать. Но эти события не вызывали грусть или тоску по ушедшим, наоборот, мне это нравилось, когда ты один на один с природой. Когда ты одновременно хищник и жертва.

К сожалению, из-за такого подхода моя карьера быстро полетела вниз. Никто не хотел участвовать в таких опасных авантюрах. Все сотрудничества прекратились. И вскоре обо мне забыли.

Через некоторое время я отдалилась от всех своих родных и друзей. Их заменили алкоголь и галлюциногены. Я потребляла все, начиная от грибов и заканчивая запрещенными препаратами. Картины, которые я рисовала в свободное от работы время, стали приобретать депрессивный настрой. Лица на холстах смотрели на меня своими бездонно темными глазами и звали за собой за грань жизни, где начинается тьма, которая обещает свободу от тела и повседневных проблем.

А потом… потом я помню, как пришел оператор. Да, точно, мой оператор, Чери Мэйс, который пропадал где-то на передачах несколько месяцев. Он объявил о том, что на Земле начался энергетический кризис, и все правительства ищут новое топливо. Его идея была в том, чтобы сделать шоу на Титане, куда полетят ученые с разных стран заниматься исследованием спутника Сатурна и добычей на нем гелия-3. В тот вечер я окончательно решила, что мне нечего терять, и согласилась на его предложение.

И вот, мы уже направляемся к Титану, оставив надежду на возвращение. За все время полета меня ни на секунду не покидало чувство, что наша экспедиция останется здесь, сольется с первородной пустотой.

После того, как весь наш экипаж обустроился на спутнике, ученые принялись за его изучение, а мы с Мэйсом снимали шоу, где я рассказывала о выживании. В один из дней я увидела, как криптобиологи нашли паразитов в море, около которого поселилась наша экспедиция. Это была интересная находка для научных сотрудников, и они решили не останавливаться на этом, проведя в дальнейшем несколько опасных экспериментов.

Путем внедрения простейших паразитов в тела человеческих эмбрионов, которые мы везли с самой Земли, криптобиологи выяснили, что происходит некое слияние между носителем и внедренным организмом. После этого танатопсихологи сказали, что с помощью своего оборудования наблюдают, как в части бессознательного у эмбриона образовалась неизвестная ментальная связь с паразитом. Внедренный организм подавлял сознание и, тем самым, мог контролировать носителя.

Но эйфория от этих открытий длилась недолго. В какой-то момент связь с Землей оборвалась. Последним сообщением оттуда было: «За вами не вернутся, вы сами по себе». Сначала мы расценили это как шутку, но позже поняли, что это не так. Никто не мог связаться с семьями или коллегами. Мы остались на этом спутнике одни.

Предвестниками нашего безумия стали тихие гармоничные нотки. Они то появлялись, то исчезали. Затем последовали непрекращающиеся мелодии, которые ощущаешь каждой клеткой своего мозга. Мы слышали, как планеты движутся и разговаривают друг с другом. Мы постепенно сходили с ума.

Я помню, как в один из таких моментов безумия за мной и Чери гнался здоровый солдат с ножом. Ну, как гнался, это были скорее затяжные полеты друг за другом, так как притяжение на Титане кардинально отличается от того, что есть на Земле. Я тогда случайно промахнулась с посадкой и упала в море. Потом помню, как очнулась в мед капсуле. Из криков медиков я поняла только то, что подцепила паразита и смогла не по своей воле связать мое сознание с бессознательным эмбриона. Даже, скорее, подавить развивающееся сознание ребенка. Самое простое объяснение – вишня, где косточка является бессознательным, а оболочка – сознанием.

Пока лежала, я уловила разговор о солдате, который гнался за мной. Оказалось, что его мозг съели, а тело бросили недалеко от места нашей высадки. Мэйс рассказал мне о новом тренде среди нашей экспедиции, где съеденный мозг человека прекращает музыку космоса. Я не понимала, о чем он говорит, так как перестала слышать мелодию после инцидента с падением в море.

Волна тотального безумия начала все сильнее охватывать людей. Но к тому времени я смогла совместно с одним из танатопсихологов, который так же подселил к себе паразита, разработать систему контроля моего и чужого тела.

В конечном счете мы смогли стабилизировать сумасшествие экспедиции. Многие погибли, но те, что остались, уравновесили жуткую мелодию космоса.

021. Все мы сегодня немного «странные».

– Вы слышали о гармонии сфер, мистер Торн? – поинтересовался глава разведки, забирая автомат из десантной капсулы.

– Вроде слышал, что это понятие было введено Пифагором.

– И да, и нет. Но суть в том, что наша солнечная система – это огромный музыкальный инструмент со своими октавами, нотами и полутонами.

– К чему вы мне об этом рассказываете? – не понимая сути разговора, спросил Оуэн.

– Когда государство Тея начала атаку изнутри Земли, то своими действиями нарушило эту гармонию сфер. После случившегося планеты послали сигнал в глубины космоса. И ответ на запрос пришел в виде запрограммированного кода, который начал активацию обнуления всей этой солнечной системы.

– Как действие сонара?

– Так точно. Только вот отклик из Вселенной остановился на уровне Юпитера и его спутников.

– Станция «Грейсона»… – задумчиво сказал Оуэн.

– Именно. Поэтому ранее мы спокойно долетели на Марс, забрав оттуда некоторых ученых, а на Европе уже начался хаос.

– А кто послал сигнал?

– Мы, но точнее, это наша планета. Люди здесь не причем. Сама Земля.

– Звучит странно. Это как обычный булыжник будет посылать разумные сигналы.

– Вы недооцениваете Вселенную, мистер Торн. Мы столько еще не знаем. Ответ из глубин остановился, все более-менее стабилизировалось, давайте радоваться тому, что имеем.

– А кто мог его остановить?

– Кого?

– Сигнал из космоса.

– Я считаю, что это сделала Оливия Бонне.

– Но как?

– Я сам не знаю, поэтому и хочу найти ее, – ответил Холден и добавил, увидев помрачневшее лицо старшего помощника: – Как и вашу племянницу.

– Тогда давайте поспешим, – предложил Торн, забираясь на робопса.

– Капитан сказал, что вы десантников здесь оставляете, на месте нашей высадки?

– Да, они пока подготовят плацдарм для корабля, да и для нас, когда вернемся обратно.

– Это хорошая идея, мистер Торн. Выдвигаемся! – скомандовал Аллен своему разведывательному отряду из пяти человек.

План по спасению племянницы старшего помощника был прост: добраться до модуля Джессики, осмотреть его и по найденным следам девушки продвигаться дальше, заглянув, по возможности, на станцию. Но, расписывая такой план, никто не рассчитывал, что в пути кто-то может встретиться. Максимум могли быть осадки.

Но Холден не был бы собой, если бы не вывел на орбиту Титана небольшой спутник, на борту которого были снаряды, захваченные со станции «Грейсона».

В какой-то момент путешествия отряд начал замедляться из-за ливневых осадков. За дождем последовали выпадающие из атмосферы непонятные существа размером с большой шкаф.

– Отряд «Хелл», рассредоточиться! – крикнул Аллен, аккуратно спрыгивая с робопса и используя его как укрытие.

– Они на нас не нападают, – заметил Оуэн, осматривая издалека непонятных существ.

– Это пока, – ответил Аллен и, повернувшись к своему подчиненному, подозвал его: – Фрэнки, подойди.

– Что такое, директор? – спросил человек в шлеме.

– Кинь в ту сторону что-нибудь.

Фрэнки решил кинуть небольшой предмет, похожий на камень, который валялся около него, и после того, как камень приземлился, существа закопались под ледяную поверхность.

– Песчаные дюны, под которыми еще и лед, – задумчиво сказал Холден. – И они решили забраться именно туда.

– Может, сбежали? – спросил Фрэнк.

– Не думаю.

– Я один чувствую вибрацию? – резко спросил Оуэн.

– Хватайте скорее автомат, мистер Торн. Он находится в пасти робота.

– И чем он стреляет?

– Вы играли в футбол? – неожиданно поинтересовался Холден.

– Да, и что? Какое это сейчас имеет отношение?

– Эти автоматы не стреляют ракетами или патронами.

– А чем тогда?

– Дланью господней.

– Я серьезно!

– Я тоже, – улыбнувшись, ответил Аллен. – Над нами спутник «Длань Господа». Нажимая спусковой крючок, вы выпускаете луч. Он не опасен и не наносит урона… опасен будет снаряд, который вы активируете с нашего спутника на орбите.

– Вы же не верите в Бога, – подметил старший помощник.

– Не верю, но название мне нравится. Назовем это моей насмешкой. И так, «Длань» не может обрабатывать сразу все сигналы, поэтому, когда вы будете стрелять, кричите: «Стреляю!». Так остальные будут знать, что надо немного подождать со своим ходом. Будем пасовать друг другу выстрелы.

– Почему это автомат? Нельзя чего поменьше было придумать?

– Я люблю классическое оружие, – ответил директор. – Но я также люблю и современные технологии. Так почему не стремиться к будущему, уважая прошлое?

– Это немного странно от вас слышать.

– Что поделать, все мы сегодня немного «странные».

022. Пиу-пиу!

– Сэр! Они слишком быстрые! – отозвался солдат из отряда «Хелл». – Я думал, они появятся из-подо льда, а не будут формироваться в воздухе! Стреляю!

– Кто же знал, что так произойдет, – отозвался директор, отпрыгивая от пасти непонятного существа. – Стреляю! Отпрыгивайте подальше, чтобы снаряды вас не зацепили!

Со стороны бой выглядел как танец на невидимых тросах, в котором люди кружатся в воздухе, постоянно отпрыгивая, зависая и приземляясь.

– Пиу-пиу! – отозвался Фрэнки, нажав на спусковой крючок.

– Солдат! – крикнул Холден.

– Директор, но мне без звука сложно стрелять. И я не чувствую отдачи от привычного выстрела, – начал оправдываться рядовой.

– Я исправлю это в следующий раз, – резко согласился Аллен. – Только предупреди сначала, что стреляешь, а потом уже говори: «Пиу-пиу».

Снаряды попадали по существам, но особого эффекта это не давало. Чудовища просто распадались на капли, а потом снова собирались в непонятную абстрактную картину с ледяными зубами.

– Холден! Пора менять тактику! – обратился к нему старший помощник.

– Я думаю над этим, мистер Торн.

После очередного выстрела Аллен решил применить новую стратегию, в которой не был уверен до конца. Достав свой карманный компьютер, он быстро пробежался по данным со спутника. Через некоторое время Холден, уворачиваясь и отпрыгивая от монстров, оборвал молчание:

– Над нами большое дождевое облако. Надо его развеять.

– И как нам это поможет? – спросил Оуэн.

– По моим данным именно дождь в этой области содержит концентрацию частиц, которые, скорее всего, не дают этим монстрам умереть. Это лишь предположение. Продолжайте вести огонь, а я разберусь с погодой, – объяснил Аллен.

Директор разведки оказался прав. Остановив на какое-то время дождь с помощью разрывающихся гео-гранат со спутника, Холден увидел, что монстры больше не могли собирать свое туловище обратно, когда по ним прилетали уже обычные снаряды.

– Вовремя вы сообразили, – сказал Торн, пытаясь отдышаться после долгой физической нагрузки.

– Я не был уверен, что получится. Был еще один план.

– И какой же?

– Бежать, – улыбнувшись, ответил Аллен.

После боя отряд быстро продолжил двигаться к намеченному месту, где предположительно упал модуль Джесс.

– Есть что? – спросил Холден, осматривая небольшого размера аппарат, который закопался носом в ледяную поверхность.

– Да, но довольно сложно воссоздать какую-то картину. Следы очень… не четкие, – ответил Фрэнки.

– Твою мать! – в сердцах выкрикнул Торн.

– Старший помощник, не беспокойтесь. Мы всех найдем, – спокойно заверил директор.

– А вдруг она уже мертва! Сколько нам тащиться?

– Этого я не могу вам сказать. Надеюсь, что мы успеем до того, как с вашей племянницей что-то случится. Фрэнки, сделай пару снимков, я отправлю их на спутник. Возможно, получится через него поискать.

– Будет сделано, сэр.

– Почему не воспользоваться сканированием с нашего корабля? Холден, чтоб вас! Короче, я связываюсь с капитаном, меня это уже достало! – продолжал буйствовать Оуэн.

– Только попробуйте, – пригрозил директор. – Это моя миссия, и мне решать, когда, кто и с кем свяжется. Вы еще находитесь под арестом, и не вам здесь раздавать команды. Если вы задействуете капитана Рейса, то можете забыть о помиловании для вас и вашей племянницы.

– Ну и сволочь же ты, Холден.

– Вы к этому привыкните, мистер Торн.

023. Каллисто.

– А Джесс знает, что Патрисию забрали с Европы? – спросил вдруг Аллен, ожидая данные со спутника. – Что доктор была не в себе какое-то время?

– Нет. Ей это необязательно знать.

– А вы говорили об этом с док…

– Нет, – перебил его Оуэн. – Я не хочу это обсуждать с вами, Холден.

– Я вот не уверен в нашем докторе. Поэтому слежу за ней постоянно. Если что, и вам советую за ней приглядывать, – улыбнувшись, предостерег директор.

Тем временем на корабле «Голиаф».

Зайдя в каюту капитана, Тарновский увидел, как Патрисия наставила пистолет на Рейса.

– Воу, воу, доктор, вы что творите? – в недоумении спросил временный заместитель старпома.

– Не вмешивайся, Адам, – попросила женщина в очках, а затем, повернувшись к Рейсу, продолжила: – Последний раз прошу вас дать разрешение на стыковку с крейсером «Пандора».

– Сука, не надо было тебя забирать с Европы. Оставил бы гнить на том спутнике, и дело с концом, – со злобой произнес капитан.

– Какого черта, доктор?! Я приказываю бросить оружие! – выхватив свой пистолет, крикнул Тарновский.

– Прости Адам, но я не могу этого сделать.

Подстрелив заместителя, который упал без сознания, Патрисия переключилась обратно на вскочившего Рейса.

– Не делайте резких движений, капитан.

– Ты его убила, сука!

– Я знаю куда стрелять. Он живой. Но, если вы будете медлить с приказом, то Адам…

– Твою мать! Почему, почему я должен отдать приказ на стыковку?! Кто это вообще, кто ты, что происходит?! Просто стоишь и палишь во все стороны!

Услышав выстрел, в каюту вбежала тройка солдат, которые взяли на прицел доктора.

– Бросьте немедленно оружие, иначе мы откроем ого…

Не успели они договорить, как за огромными панорамными стеклами увидели большой космический корабль, на котором были непонятные надписи.

– Черт… ладно… это крейсер с Каллисто. У нас было две базы: на Европе и на Каллисто. На Европе станция размещалась на поверхности, а на Каллисто – в океане.

– Поэтому мы не обнаружили эту базу при сканировании? – спросил капитан.

– Да, – ответила Патрисия, опуская оружие. – Помогите Адаму, пожалуйста.

– Опустите оружие, – приказал Рейс солдатам. – Отнесите Тарновского в медсанчасть.

– Спасибо, – поблагодарила доктор.

– Ой, да иди в жопу, тупая сука. Какого хрена происходит, рассказывай.

– Когда все начали бежать с Земли после нападения Теи, мы смогли взять в плен одного из теянских солдат и приволокли его на Каллисто. В ходе допроса мы узнали, что сигнал посылала не планета Земля, а само государство.

– Тея?

– Именно. Первой волной они просканировали мозговые волны людей, а когда сигнал дошел до Плутона, он перекодировался и пошел в обратную сторону, уже как пси-оружие, нацеленное на уничтожение землян. Но волну остановили здесь, на Титане.

– Но зачем им это пси-оружие?

– Я не знаю, насколько правдива информация, но они решили, что мы, земляне, являемся какой-то цивилизацией, которая за ними гонялась в прошлом.

– А это так?

– Лишь самую малость. В нас есть остатки генетического кода, который остался с очень давних времен от той цивилизации. Граждане Теи не покинули Землю. Они закопались обратно, ожидая, когда сигнал дойдет до их подземной станции, с которой они посылали его.

– Но почему они выбрались?

– Потому что люди так начали загаживать планету, что те потрясения и кризисы, с которыми столкнулись мы, коснулись и Теи. Только, скорее всего, им досталось еще больше.

– Идиоты! Столько людей погибло из-за этой подземной атаки и пси-волн. Ну, а вам, что нужно здесь?

– Оливия.

– Кто?

– Оливия Бонне. Думаю, вам пора дать добро на стыковку. На вашем ведре не будет того оборудования, которое есть на «Пандоре».

– Я боюсь открывать этот ящик, доктор.

– Придется открыть, капитан. Нам нужно полностью остановить сигнал.

– Но вы же сказали, что он остановлен.

– Его удерживает Оливия и ее кочевое племя. Эта перекодированная волна никуда не делась.

024. Ядро нашего сознания.

– Я, правда, думала, что это игра, – сказала уставшая Джесс. – Все было так натурально.

– Но игровой процесс подкачал, согласись? – спокойно спросила Оливия.

– Ну… немного, хотелось бы больше экшена, что ли.

– К сожалению, в жизни его не хватало, а может и хорошо, что его не было много.

– Мне еще долго идти? Я безумно устала, – сказала Торн, замедляя шаг.

– Ты скоро будешь на месте, просто доверься мне.

– Павел, кстати, был не прав на счет того, что жители Теи улетели с Земли, – переключилась на другую тему Джесс. – Патрисия мне об этом рассказала.

– Я знаю, что они никуда не делись. Мы придумали эту историю вместе с Аароном.

– Что Павел попал в рабство из-за идеи, связанной с возвращением на Землю?

– Да. На самом деле, муж Роуз умер от остановки сердца. Это так сильно по ней ударило… у тебя много вопросов. Не бойся, можешь их смело задавать.

– Хорошо… не знаю даже… для чего ты создала бойцовские ямы? – поинтересовалась Джессика.

– Я хотела быть поближе к «императору». А что я умела делать лучше всего?

– Шоу?

– Все верно. Когда я пришла на станцию «Исида», меня встретил Аарон. Он не понимал, откуда здесь были люди до них. Я просто сказала, что мое племя прилетело на Титан раньше новых колонистов. Объяснила, что мы стали кочевниками, которые постоянно перемещаются. Но о том, что я держу под контролем чужое тело, он не знал.

– А из-за чего перемещались?

– Из-за дождей и того, что из них выпадало, иногда.

– А на станцию не выпадали осадки?

– Нет. Она находится в зоне обычных ветряных бурь. Дожди там, как ни странно, вообще не выпали за все время.

– А те батареи, которые вы украли с карантинной зоны? Для чего они вам?

– Я не думала, что придется их красть. До подрыва бойцовской арены я хотела поехать к своему племени, чтобы отрегулировать контроль сознания управляемого мной тела. Но взрыв смешал все карты, и, если бы я покинула станцию, то начались бы подозрения.

– Поэтому пришлось отвлекать пропажей батарей?

– Да. Мы и до этого воровали людей и оборудование со станции, но никогда не трогали батареи для компенсатора давления и гравитации. Тем более, из карантинной зоны.

– А зачем твое племя воровало людей?

– Испытания, новое потомство и... представь, что у тебя есть диск, на который ты установила игру. Потом для этой игры выходят дополнения и, как ты понимаешь, нужно что-то удалять с диска, чтобы расширить пространство. Но ты не можешь удалить все, должно остаться место и для операционной системы. Поэтому…

– Вы использовали людей, как «дополнительное пространство»? – перебила Джесс.

– Все верно. Ядро нашего сознания было не тронуто, но остальное – заполнилось кодом сигнала. Он постоянно себя переписывал и дополнял, а нам нужны были новые «диски». Мозг человека может вмещать в себя огромное количество информации.

– Но как? Как вы смогли все это понять?

– Планеты рассказали нам.

– А если вы умрете?

– То сигнал высвободится. Не сразу, конечно, но с течением некоторого времени.

– А что с теми людьми, которых вы использовали, как дополнительное пространство? Они умерли?

– Нет. Мы поместили их в криокапсулы, которые соорудили из оборудования, привезенного колонистами «Исиды», – ответила Оливия и завершающим тоном добавила: – Вот мы и на месте, Джесс.

025. Как скажете, доктор.

– Твою мать, я не думал, что придется лезть в какой-то бункер, – задумчиво сказал Холден, осматривая массивную дверь.

– И наше оружие не подойдет, директор. Может вызвать ящики с обычными пушками? – спросил Фрэнки.

– Я пытаюсь связаться с «Голиафом», но мне до сих пор не ответили, – задумчиво сказал Аллен.

– Может что-то случилось? – спросил старший помощник Торн.

– Очень надеюсь, что не…

– Оставайтесь на месте, мы сейчас будем, – неожиданно оборвала Патрисия, вклинившись в канал связи отряда «Хелл».

– Не понял, доктор Ринальди. Повторите. С вами говорит Аллен Холден.

Ответом на запрос директора разведки стал небольшой челнок, который приземлился недалеко от отряда Аллена. Как только аппарат сел на поверхность, оттуда выбежала небольшая группа солдат в белом обмундировании, поверх которого был массивный экзоскелет.

– Мы идем с вами, – сказала Патрисия, подойдя к Оуэну.

– Ты как здесь… что происходит? – недоумевая, спросил Торн.

– Вы же понимаете, что находитесь на прицеле? Одна пометка из лазера, и мой спутник не оставит от вас живого места, – пригрозил Холден, направив автомат на женщину.

– Мы его взломали, директор, можете выкинуть свои игрушки, – довольным тоном ответила Ринальди.

– Директор… оружие и правда не работает, – подметил Фрэнки.

– Патрисия, я не понимаю… что произошло, я думал…

– Оуэн, все не так просто. Прости, что раньше не сказала. Это я помогла Джесс бежать с корабля и…

– Что? Погоди, стоп… почему? Почему ты это сделала? Ты… черт… Патрисия! Ну зачем? Что плохого я тебе сделал? Ты вот так решила отплатить за твое спасение с Европы?

– Я ценю все, что вы сделали для меня, но…

– Что?!

– Я хочу помочь спасти всех нас. И хочу разобраться в том бардаке, который происходит в этом мире, – объясняла Ринальди.

– Так, ну хватит тут разводить ваши ванильные сопли, – встрял Холден. – Вы, как и я, хотите узнать о сигнале и собрать полную картину. Я так понимаю, доктор, у вас есть часть информации, которой, надеюсь, вы поделитесь.

– Пока не могу, директор, так как не уверена в ее точности. Нам нужна Оливия Бонне.

– Ясно. Ну, тогда после вас, – показывая приглашающим жестом в сторону двери, сказал Аллен. – Арсеналом не поделитесь?

– Нет. Я вам не доверяю, поэтому идите со своими собаками вперед, а мы вас прикроем.

– Как скажете, доктор… как скажете, – не став спорить, согласился директор.

Зайдя в бункер и спустившись по лестнице, отряды Патрисии и Аллена попали в огромное помещение, где находились тысячи и тысячи криокапсул, в которых лежали спящие люди.

– Они к чему-то подключены, – заметил Оуэн, подсвечивая фонариком заднюю стенку капсулы.

– Вы наконец-то добрались, – послышался в темноте голос Оливии.

– Свет! – крикнула Ринальди одному из своих подчиненных.

Огромный луч света с небольшого аппарата дал разглядеть длинное тело девушки в лохмотьях, которая держала обеими руками плечи Джесс.

– Верни мне ее! – крикнул Торн. – Твою мать, чего тебе надо?

– Чтобы вы выслушали, – ответила спокойно Бонне.

– Оуэн, давай в этот раз мы все успокоимся и…

– Ой, вот не надо сейчас включать дипломата и психолога, – оборвал женщину усатый здоровяк.

– Мистер Торн, я соглашусь с доктором Ринальди и предлагаю все же послушать Оливию, – вступился Холден.

– И вы туда же? Мне абсолютно…

– Оуэн! Я тебя очень прошу, успокойся! Если мы не поймем, что нам делать, то вообще не выберемся отсюда живыми, – вспылила Патрисия.

После недолго молчания высокая девушка продолжила, включив свет во всем помещении:

– Каждый из вас прав и не прав… по-своему. Давайте начнем с самого начала, чтобы восстановить картину и попробовать найти выход. Вы не против?

026. Давай вернемся к теме.

– В очень давние времена существовало государство Тея. Я не знаю, чем они промышляли, но насолили они знатно пилотам из другого региона галактики. За ними гнались через множество систем. Тея потеряла много народу, пытаясь спастись. В конечном итоге, войдя в нашу солнечную систему, беглецы врезались в планету Земля и ушли вглубь, к ядру. Небольшие куски от их корабля остались висеть на орбите нашей планеты и в дальнейшем образовали Луну.

– Так, а дальше что? – спросил Холден, усаживаясь на своего робопса.

– Пилоты, которые гнались за жителями Теи, также потерпели крушение на Земле. Стараясь выжить, они начали смешиваться с коренным населением нашей планеты. В каждом из нас есть ДНК тех пилотов, которые гнались за обидчиками.

– Можно промотать эту часть? – попросил Оуэн.

– Помолчите, пожалуйста, – обратилась к старшему помощнику Оливия. – После всех кризисов, которые произошли, Тея вышла из глубин, нарастив силы к тому времени. Моя экспедиция полетела к Сатурну еще до глобального потепления, падения экономики и так далее. Прибыв на Титан, мое племя жило спокойно. Но потом, все почувствовали изменения, которые начали сводить нас с ума.

– Вы остановили сигнал или все же сдерживаете его? – неожиданно спросила Патрисия.

– После нас полетели экспедиции на Марс, затем Европу и на Титан. Последними бежавшими с Земли были…

– Мы?

– Да, Оуэн. «Голиаф» – это последние колонисты, которые покинули Землю. Так вот, мое племя остановило волну, которая добралась до Европы, и мы откатили ее на Титан, заперев в своих сознаниях.

– Получается, экспедиции, построившей колонию «Исида», просто повезло. Они полетели после людей, осваивающих Европу, – сказал Аллен.

– Именно, мистер Холден.

– А Каллисто? – поинтересовалась Ринальди. – Почему их не задело?

– Волна, которая сканировала мозговую деятельность людей с Земли, была направлена на диагностику тех, кто был на поверхности и в космосе на кораблях. Тея не предполагала, что ученые на Каллисто погрузят свою станцию в океан, под толщу льда.

– Так, хорошо…

– Все верно, музыка сфер помогла нам немного понять и расшифровать эту смертельную волну, которая должна была свести людей с ума, – подтвердила догадки Аллена Оливия. – Вы все здесь правы и не правы одновременно… по-своему.

– Я так понимаю, вам много лет, раз вы успели столько прожить? Но как? – спросил Торн.

– Мы замораживали свои тела в криокапсулах, а потом, когда понимали, что нужно новое пространство для добавляющегося кода, выходили из криосна. Пребывая на поверхности, мое племя забирало силой людей с «Исиды». Один из таких убил моего друга… Чери… и тело, которым управлял Мейс, начало жить своей жизнью. Правда сознание было на уровне подросткового…

– Эй, эй, давай вернемся к теме, – прервал Аллен.

– Все остальное вы знаете.

– Так, а что стало с людьми на «Исиде»? Ты всех сюда собрала, как коллекцию, что ли? – обратился к Бонне старший помощник.

– Нет. Они просто умерли.

– А причина? – спросила Патрисия.

– Взрывы из глубины шахт, потом…

– Она врет! – крикнула неожиданно Джесс. – Они все здесь.

– И что делать с ней? – указывая автоматом на Оливию, спросил Холден.

– Да прикончим и все, – спокойно ответил Оуэн.

– Хах. Вы думаете все так просто? – улыбнувшись, спросила Оливия. – Я привела вас всех сюда не для того, чтобы возложить к жертвенному алтарю. Мне нужна ваша помощь. Сигнал живет своей жизнью и развивается, слушает нас, старается менять и переписывать сознание… я не знаю, что делать. Я устала закладывать постоянно новых и новых людей в эти капсулы. Вы не станете новыми жертвами моих ошибок.

027. Коматоз.

– Есть одна идея, но, возможно, она вам не понравится, – предостерегла Ринальди.

– Не нравятся мне такие фразы, доктор, – сказал Холден.

– Дядя, ты как? – спросила Джесс, обняв здоровяка Торна.

– Я же говорила, что не причиню ей вреда и верну ее вам, – произнесла Оливия, повернувшись к одной из криокапсул.

– Я тебя не знаю и не доверяю. Даже сейчас, когда ты втираешь нам о спасении мира, – с угрозой в голосе сказал старший помощник.

– Так, давайте вернемся к нашей проблеме? – предложила Патрисия и, дождавшись молчаливого согласия от остальных, продолжила: – Версия не очень точная, но в отчетах с «Пандоры» говорится о том, что Теей были просканированы только гамма, альфа, тета и бета волны людей, находившихся в то время на поверхности планет, спутников. А вот с дельта-ритмами не все так однозначно.

– А те, кто летел на кораблях? – неожиданно спросил Фрэнки. – Что с их мозгом?

– Так же просканированы, – сухо ответила Ринальди.

– И как нам это поможет? – не понимая, к чему ведет доктор, поинтересовался Аллен. – Вы говорите о фазах сна, бодрствования, но я не улавливаю связи с дельта-волнами.

– Да, я поняла тебя. Грань жизни и смерти? – спросила Оливия.

– Именно. Нам необходимо попробовать ввести себя в это состояние. При этом, не умерев в процессе.

– Мы сейчас говорим о коматозе? – немного удивленно задал вопрос Торн.

– Ты все правильно понял. Это лишь обрывки данных, но я не вижу пока другого выхода.

– Всегда есть выход, доктор, – встрял Аллен.

– Ну, тогда предложи свой вариант, собаковод, – огрызнулась Патрисия.

– А доктор-то с зубами, – усмехнулся Холден.

– Поэтому советую быть аккуратнее с вашими выпадами, директор.

Джесс смотрела на Патрисию и не понимала, в какой момент доктор психологии успела так измениться. Перед девушкой стояла уже не та женщина, которая раньше всех ласково подбадривала на «Голиафе».

– Бельчонок, – резко прервала психолог мысли Джессики. – Ты поможешь мне?

– Я… я бы хотела, но не знаю как, – шепотом ответила девушка в белой куртке.

– Что тебе от нее надо, Патрисия? – грозно спросил ее дядя.

– Погрузиться в ее приступы. Я думаю, что они всегда проходили на грани жизни и смерти, что-то приближенное к коме, но такими не являющимися. Возможно, взяв за основу фундамент ее приступов, я смогу всех нас ввести в искусственное коматозное состояние.

– Ты… что хочешь сделать? Ох, у меня просто столько злости не наберется, чтобы…

– Скажи, Оуэн, – спокойно предложила доктор.

– Знаешь, я тебя люблю и ненавижу одновременно. Да, ты крутой специалист, да еще и с хорошим статусом, раз за тобой отряд солдат бегает, но… я… я боюсь, что ты причинишь вред моей Джесс.

– Дядя… все нормально, – обняв старшего помощника, произнесла племянница. – Нам надо с этим разобраться. Я хочу попробовать помочь.

– Дорогие друзья, раз у нас есть план, может, приступим? – вмешался Аллен.

– Слышь ты, хрен космический, это не над твоими детьми проводят эксперименты! – взорвался криками Оуэн.

– Поэтому у меня и нет семьи.

– Не удивительно. Ты задолбал бы своим безразличием всю родню, – немного остыв, сказал Торн.

– Ее нет не потому, что я не хотел семью, а из-за смерти жены… у которой была опухоль головного мозга. Поэтому, предлагаю оставить сопли на потом. Вернемся к делу, – жестко ответил Холден.

Повисшее молчание оборвала доктор Ринальди, которая обратилась к одному из своих подчиненных:

– Пусть сбросят нам устройство.

– Клетку Харпера?

– Да. Только аккуратно. А, и еще… предупреди их, что нам понадобятся препараты для искусственной комы.

– А тем, кто на кораблях?

– Также, пусть готовятся к этой процедуре, кроме команды «Пандоры». Ваш мозг в безопасности.

– Из-за океана?

– Именно так.

028. Клетка Харпера.

– Что это? – спросила Джесс, осматривая небольшой конусообразный прибор.

– Я его использовала обычно для погружения в глубокое бессознательное, где теряешь связь времени и ощущение пространства. Через этот аппарат мы допрашивали солдата Теи.

– Все еще не уверен, что это хороша идея, – произнес Торн, наблюдая, как аппарат начал раскрывать треугольные лепестки.

– Понимаю твои опасения, Оуэн, правда. Но надо спешить, пока у нас все еще есть время. Возьми это, бельчонок, – ласково обратилась к Джессике доктор.

– И что мне делать с этой… таблеткой? – спросила Торн, взяв небольшое устройство из рук Патрисии.

– Помести его на лоб… Оливия, ты тоже пойдешь с нами?

– Да, я должна посмотреть, как это будет работать.

Погружение через 3… 2… 1…

– Мы на улице перед домом, – начала Ринальди. – Гости, которые стоят в парадной, являются нашими бессознательными мыслями и опытом. Не трогайте их. Пусть проходят в дом, они знают, когда придет их очередь.

– Мы умерли? – спросила озирающаяся Торн.

– Почти. Мы находимся на грани.

– В коме?

– Да, – кратко ответила Патрисия на вопрос девушки.

– Но я думала, что мы будем погружаться в мои приступы.

– У нас не хватит времени, чтобы все изучить, бельчонок. Клетка Харпера считывает архитектуру твоих волн, в том числе коматозного состояния. Никто из нас не был в коме, поэтому этот аппарат будет синхронизировать наши волны с твоими. Будет много погрешностей, но… я не могу ничего лучше придумать на данный момент. Здесь есть место. Мой любимый отель.

Все втроем они мгновенно оказались в комнате отеля, за окнами которого полыхало огромное Солнце.

– Советую вам не выходить из этого помещения.

– Почему? – поинтересовалась Джесс.

– В некоторых комнатах находятся части нашего сознания. Они являются лишь дополнениями нашего фундаментального «Я». Нельзя дать им вытеснить основное ядро психики. Поэтому, лучше не выходить за пределы комнаты, чтобы вы не услышали за…

После этих слов с другой стороны входной двери послышался жуткий скрежет когтей и голос, что звал Джесс и Оливию.

– Это мама! – радостно сказала Торн, подбегая к двери.

– Стой! – схватив за пояс девушку, крикнула Ринальди.

– Там мама, я ее слышу!

– И Чери… мой Чери Мэйс, – уставившись на дверь, пробормотала Бонне.

– Так, всем оставаться на местах, никому не приближаться к этой двери, – предупредила доктор, усаживая Джессику на кровать. – Оливия. Оливия. Посмотри на меня, – привлекла к себе внимание Патрисия, щелкнув пальцами перед лицом девушки в лохмотьях. – Попробуй высвободить часть кода.

– Ты уверена, что это сработает?

– Нет, но нам стоит попробовать.

– А если заденет ваших друзей?

– Все хорошо. Тут стоит ограничитель, который вырубает прибор, когда есть угроза для психики.

– Ладно… вы что-то ощущаете? – спросила Оливия.

– Пока нет, – одновременно с Торн ответила доктор.

В какой-то момент дверь слетела с петель, и в комнату начали вламываться темные существа с длинными ногами, вывернутыми в обратную сторону.

– Доктор Ринальди! Доктор Ринальди! – в панике кричала Торн.

– Оливия, останавливай передачу! – обратилась к ней Патрисия.

– Это сложно! Я никогда такое не делала!

– Так, я раскидываю вас по комнатам, леди!

Все затихло. Несколько секунд тишины, где никого не было слышно.

– Да направит тебя разум планет!

– Что… что вы сказали? – недоумевая, спросила Бонне, неожиданно оказавшаяся в комнате доктора.

– Отвечай! Быстрее!

– Ибо космос – наш дом.

029. Почти мой второй отец.

– Что там произошло? – задал вопрос старший помощник, помогая подняться трясущейся племяннице.

– Я… я… видела маму и папу, – ответила Джессика.

– Почему ты сказала эту фразу?! – крикнула Оливия, обращаясь к Патрисии.

– Часть эмоций вернулась, – спокойно сказала доктор.

– Да, но…

– Это сработало, – улыбнулась Ринальди. – Только в следующий раз каждый будет сразу находиться в своей комнате, чтобы равномерно распределить нагрузку на устройство.

– Мы были в каком-то сознании? – успокоившись, спросила Бонне.

– Это не совсем сознание. Когда мы в коме, то не способны контролировать свои эмоции или чувства. Это устройство…

– Клетка Харпера?

– Да, оно создает симуляцию защищенного места, где обволакивает ядро нашего сознания защитным экраном. Но это работает в пограничном состоянии. Когда я вела допрос, то всегда держала подсудимого на грани жизни и смерти, не боясь, что его психика передаст привет из другого мира. Жаль тогда не решила просканировать пограничную архитектуру волн солдата Теи. Да вообще всех тех, кто попадал на допрос.

– Но почему я видела моих родителей? – поинтересовалась Джесс.

– Аппарат был перегружен. В идеале каждый должен спокойно находиться в своей комнате, как я и говорила. Нас, находящихся в этом бункере, спас предохранитель в устройстве, подобравший фразу, которая тебя успокаивала, Оливия. Эту фразу говорил кто-то из близких тебе людей?

– Мой самый лучший друг, почти мой второй отец. Но как ты о ней узнала?

– Сначала я услышала музыку, которая растворяла меня в своей гармонии, а потом появилась эта фраза, словно дорожный знак на бескрайней трассе.

– Предохранитель на клетке ­– это что-то типа программы…

– Это живая программа, которая при чувстве опасности пытается найти выход для человека. Я поставила его на максимально сберегательный режим.

– А его можно вообще отключить? – поинтересовался Аллен.

– Да, что я и сделаю, когда все подключатся.

– Серьезно? – недоумевая, спросил Оуэн.

– Нет конечно, хах, – рассмеялась Патрисия. – Я не настолько хочу свести счеты с жизнью. Предохранитель будет в режиме минимального уровня ощущения угрозы. В какой-то момент придется выбираться самим.

– И как мы выберемся? – не понимая, задала вопрос Оливия.

– Мой отряд поможет. У них есть устройство, которое покажет им, когда сигнал прекратится, и они начнут постепенно останавливать клетку Харпера.

– Почему она так называется, доктор Ринальди? – обратилась к ней Джесс.

– Часть программы для этого устройства написал Уильям Харпер, бельчонок.

– А другую часть?

– Написала я. Поэтому я знаю свою половину работы. А вот с трудами Харпера приходится возиться. Но…

– А где он?

– Умер, очень давно. Возможно, если бы он был жив, то помог бы разобраться с этим.

– А что будет с людьми на Марсе? – задумчиво спросил Холден.

– Они умрут, я не могу ничего с этим поделать и передать устройство тоже не могу. Один аппарат перед вами, а другой – на «Пандоре».

– Что ж, тогда надеюсь, что мучения их будут недолгими.

Подготовка к процедуре не заняла много времени. Все нашли комфортное место для того, чтобы лечь поудобнее. Некоторые боялись, что больше не вернутся из пограничного мира, и отказывались от такой процедуры. По этому случаю солдаты с крейсера «Пандора» собрали всех несогласных на «Голиафе» и выкинули их в открытый космос, обезопасив себя от непредсказуемых проблем. Они это сделали, когда большая часть экипажа капитана Рейса ушла в кому.

На прощание пилоты «Пандоры» аккуратно посадили «Голиаф» на гравийно-песчаную поверхность спутника Сатурна. После такого дружественного жеста они покинули Титан раньше, чем все остальные начали пробуждаться; забрали с собой Патрисию, клетку Харпера и тело мертвой Оливии Бонне.

030. Хорошего вам вечера, капитан.

– Где все? Я ничего не понимаю. Где Ринальди, ее солдаты, челнок? Где Оливия? – спрашивал Оуэн, отклеивая со своего лба круглое устройство.

– Думаю, что они уже давно улетели и Бонне с собой прихватили, – отряхиваясь, пробубнил Холден.

– Значит, дело было не в планетах? – обратился к директору Оуэн.

– Ну, как я понял, есть музыка сфер. Но, возможно, я придал излишнее значение этому понятию. А в процессе наделил сознанием планеты и спутники, – ответил глава разведки, пытаясь параллельно связаться с кораблем. – «Голиаф», говорит Аллен Холден. Прием.

– Джесс, ты как? – переключился на племянницу старший помощник.

– Все хорошо, только голова болит. А доктор Ринальди вернется? Мне она понравилась.

– Да, мне тоже, – обняв девушку, улыбнулся Торн. – Возможно, вернется, а может, и нет. Нам надо сейчас подумать о том, как организовать здесь базу. Пойдем, родная, пора выбираться.

Встреча не прошла без горьких слез. Кто-то просто проклинал экипаж «Пандоры», а кто-то хотел мести здесь и сейчас. Но, как люди ни старались найти виновных, в конечном итоге все же решили обустроить пока место на Титане. А потом, когда-нибудь, вернуться на Каллисто и отомстить всем обидчикам.

– Ох, сука, я бы с удовольствием прострелил ей колено, – опираясь на жену, сказал Тарновский.

– Кому? – спросил подошедший к нему Оуэн.

– Да подруге твоей, старпом. Вот тебе значок обратно, держи эту срань. Должность мне вообще не понравилась. Надеюсь, что тебе тоже что-нибудь потом отстрелят. Все, давай. Я пошел обратно в свой блок.

– Спасибо, Адам. Поправляйся.

– Ой, да иди лесом, – бросил в ответ Тарновский.

– И что теперь? – спросила Джесс, кинув ящик с защитными масками перед дядей.

– Не знаю. Сначала надо понять, как тут обустроиться.

– А Тея?

– Думаю, что они продолжают сидеть там же. Лучше пока их не трогать и оставить на Земле… в Земле… ну, короче, ты поняла, родная.

– Как думаешь, доктор Ринальди полетит потом разбираться с Теей?

– Она может, но не уверен, что они этим займутся сейчас. Посмотрим.

Крейсер «Пандора».

– Капитан?

– Да, доктор, вы что-то хотели?

– Со мной связался кто-то за пределами нашей солнечной системы, пока я была в коме.

– Что-то серьезное?

– Да нет, просто предложили вступить в ряды их армии.

– И что ты ответила?

– Сказала, что подумаем.

– Хочешь обговорить это с Оуэном Торном по связи?

– Да, безумно хочу предложить ему и его команде присоединиться к нам, но… пока еще не время. Но скоро оно придет. А пока мы разберемся с тем, что забрали с собой, – ответила Ринальди, осматривая контейнер с мертвым телом Оливии Бонне. – Пора нам тоже научиться управлять телами. Кстати, Варго!

– Что, доктор? – спросил подбежавший врач в очках.

– Родной, подготовь мед блоки и капсулы.

– Туда поместить часть захваченного экипажа с «Голиафа»?

– Да, будь добр. Думаю, что мои дела не терпят отлагательств, – с улыбкой произнесла Патрисия и, повернувшись к командиру корабля, продолжила: – Хорошего вам вечера, капитан.