Класс опасности - ведьма
ПРОЛОГ
Класс опасности — условная величина вредного воздействия, предназначенная для классификации потенциально опасных веществ.
***
Конец мая – это почти начало лета. Ему радуются школьники, содрогаются от предстоящих экзаменов студенты, а я… А я уже целый год отношусь к рабочему классу, для которого, что ни месяц, то подъём в шесть утра с последующим восьмичасовым рабочим днём.
Это если повезёт.
Мне, как ни странно, везло. Школу я закончила ни шатко, ни валко, на бюджетное место в престижных вузах не хватало проходных баллов, а вот в колледж по соседству на специальность секретаря взяли только так. Три года мучений, уйма никому ненужных предметов, обучающие спустя рукава преподаватели и откровенно халтурящие на парах студенты. Я с лёгкостью примкнула к последним, а после выпуска неожиданно быстро нашла работу с вполне себе приличной зарплатой для вчерашней выпускницы.
Уверена, моя внешность сыграла в этом не последнюю роль. Она вообще меня нередко выручала, частенько помогая со сдачей зачётов, экзаменов и не только. Огромные серые глаза, в зависимости от настроения и макияжа становящиеся то голубыми, то зелёными, а то и цвета грозового неба, русые волосы с манящей русалочьей рыжиной, нежная бледная кожа с появляющимися по весне веснушками – поцелуями солнца, и ладная фигурка. И за всё спасибо маме, чьей точной копией я выросла.
Правда, характером я скорее всего пошла в отца, о котором не знала ровным счётом ничего, а мать откровенничать не спешила. Сколько себя помню, мужей и любовников она меняла регулярно, умудряясь очаровывать мужчин пачками, чтобы потом снисходительно принимать их щедрые подарки и ухаживания. Певица с удивительным голосом и внешностью кинозвезды, она не меньше трёх часов в день посвящала себе и своему телу, с малых лет обучая премудростям ухода за собой и меня. Регулярные физические нагрузки, танцы, бег, плавание – для фигуры. Ванночки, пилинги, масочки – для кожи, ногтей и волос. Шопинги, музеи, театры – для души. Кружки, секции и бесчисленные курсы – для разностороннего развития личности. А мужчины – исключительно для денег и секса.
И если с первыми пунктами я с ней соглашалась, с радостью перенимая проверенную временем мудрость, то по поводу последнего имела собственное мнение. Мать предпочитала верить, что это всё вопрос времени и опыта, а я не спорила, но и не соглашалась. Насмотревшись на неё, успешную, подтянутую и безумно красивую, даже несмотря на приближающиеся сорок, тем не менее видела, что глубоко в душе она несчастна. Деньги – не панацея. Секс – не любовь.
И в свои двадцать один я, как ни странно, всё ещё в это верила.
ГЛАВА 1
Май – коварный месяц. Позавчера – плюс пять и мерзкий ледяной дождь. Вчера плюс десять, но пронизывающий до костей ветер. А сегодня плюс двадцать пять и блузка уже с утра прилипла к потной спине, даже несмотря на включенный кондиционер. Хорошо хоть посетителей в этот безобразно жаркий день было немного и у меня имелась возможность спокойно заниматься текущими делами, не бегая в кабинет начальницы каждые десять-пятнадцать минут, чтобы подносить страждущим напитки.
Да и начальница, что уж скрывать, мне попалась преотличнейшая! Строгая, но в меру, возрастная, но не старая, и при этом восхитительно умная и понятливая. Она не требовала невозможного, не проверяла каждые пять минут, чем занимаются подчинённые, а если вся работа была сделана и не ожидалось ничего срочного, легко отпускала пораньше. При устройстве на работу к мегере Анне Валентиновне, как называли её сотрудники, мне дали лишь несколько персональных прямолинейных советов, следуя которым, по словам всё той же начальницы, мы будем жить «дружно и счастливо». Первое – всегда приходить вовремя, соблюдая строгий дресс-код. Второе – не перечить при посторонних. А если действительно есть что сказать по делу – дождаться аудиенции и высказаться хоть даже матом. Третье – никаких шашней на работе. Ну вот просто совсем. Ни с коллегами, ни с клиентами. Узнает… А она узнает! Увольнение без отработки и премий тем же днём.
И мы сработались.
Раннее пробуждение для меня никогда не составляло проблемы, офисные костюмы я полюбила благодаря матери, с радостью подобравшей мне превосходный гардероб, держать язык за зубами я научилась с детства, а коллег по работе в принципе не считала за мужчин.
Нет, они были. И было их достаточно, чтобы перебирать вдумчиво и привередливо, но куда больше меня привлекала возможность работать с Анной Валентиновной. Вот уж женщина-кремень! Неизменно безупречная, в чём бы это ни выражалось. О таких обычно говорят – потомственная аристократка. Умные карие глаза без тени усталости, идеальные каштановые волосы без единой сединки. В теле ни грамма жира, на лице – ни одной лишней морщинки. Муж – военный, трое сыновей, четверо внуков. И она – несгибаемая волевая бизнес-леди, создавшая компанию, специализирующуюся на индивидуальных уникальных путешествиях, с нуля пятнадцать лет назад и пережившая не только регулярные кризисы, но и рэкет, проверки, комиссии и прочая, и прочая.
И я костьми лягу, лично перестреляю всех навязчивых ухажеров, выгоню взашей любого неугодного посетителя, лишь бы и дальше работать с этой удивительной женщиной.
- Алиса, кофе, пожалуйста, - ожил динамик под вечер. – К половине пятого подойдут клиенты, сразу проводи их ко мне.
Мой взгляд моментально прикипел к часам, висящим напротив входа в приёмную. Четыре пятнадцать. Неплохо, время есть.
И я отправилась к кофемашине. Этот грандиозный во всех смыслах агрегат с первого взгляда завоевал мою любовь. Несмотря на то, что с подобной техникой я никогда раньше дел не имела, предпочитая чай, хватило одного дня старательного изучения инструкции и интернет-форумов, чтобы уяснить, насколько он прост при кажущейся сложности. Управление с помощью дисплея, автоматический капучинатор, встроенная кофемолка – каждая из имеющихся функций упрощала приготовление восхитительного кофе в разы. Мне оставалось лишь следить за чистотой и свежестью ингредиентов, да уточнять пожелания посетителей.
В отличие от клиентов, чьи вкусы скакали от латте до марочино, Ягужинска Анна Валентиновна предпочитала классический чёрный, умудряясь выпивать до десяти кружек в день. Намекать, что это вредно для немолодого организма, было бесполезно: когда я об этом заикнулась, меня внимательно выслушали и посоветовали заниматься теми делами, за которые мне платят. Остальное – не моего ума дело. Ладно хоть не зло отчитала, и то хлеб.
Всего пару раз я видела начальство в гневе и это, скажу я вам, зрелище не для слабонервных. И даже учитывая то, что не я в те разы попадала под раздачу, даже у меня волосы на затылке вставали дыбом от проникновенного голоса и разъярённого взгляда Анны Валентиновны. Что уж тут говорить о провинившихся – они увольнялись тем же днём.
А в остальном работа только радовала.
Вот и сейчас, поставив на маленький поднос одинокую кружку с горячим кофе (Анна Валентиновна никогда ничем не закусывала), я чинно проследовала в соседний кабинет. Начальница, что-то увлечённо печатая в личном ноутбуке, кивком дала понять, что всё видит и я свободна. Уже на выходе меня догнало распоряжение распечатать пришедшие по внутренней почте документы в двух экземплярах, которые необходимо будет занести вместе с визитом клиентов.
Трам-пам-пам… А вот и половина пятого.
Обычно встречи с клиентами назначались на утро, редко после обеда, так что сейчас я с интересом ждала позднего визита, гадая, кем окажутся клиенты на этот раз. До того, как я устроилась в «Гермес-корпорейшн», я ничего не знала о компании, но уже к концу первой недели работы поражалась клиентуре и охвату сфер туризма.
Сплав на каяках по горным рекам Сибири с недельным туром по тайге? Не вопрос.
Персональный тур по индийским джунглям с посещением заброшенных храмов? Сделаем!
Групповое путешествие по Антарктиде с профессиональными проводником? Готовьте лыжи!
Ах, вы всего лишь хотите на Бали, в Пхукет, на Мальдивы, Борбадос? Изучить памятные места карибских пиратов? Поискать затерянные сокровища? Погрузиться в океан и полетать на воздушном шаре? И это сделаем, укажите лишь ваши предпочтения и обозначьте бюджет.
В лицах, мелькающих в кабинете начальницы, я узнавала богатых и знаменитых, о ком пишут в интернете и газетах. Привередливые, эксцентричные, познавшие все блага мира – они неизменно возвращались к нам снова и снова, выбирая на свой привередливый вкус что-нибудь новенькое и необычное.
- Добрый день.
Я вскинула голову и моментально улыбнулась той самой, профессионально-секретарской улыбкой. В приёмную вошли трое мужчин, один импозантнее другого, так что было где разгуляться глазу и воображению, но я тут же одёрнула себя построже. Пялиться на клиентов – дурной тон, милочка! Успеешь ещё налюбоваться. Хотя бы даже на их спины и задницы, когда они будут покидать кабинет начальства.
- Здравствуйте, - я доброжелательно кивнула и выдержала паузу, позволяя незнакомцам самим обозначить цель визита. А может даже и представиться, если пожелают.
За этот год я уже набралась достаточно опыта в приветствиях и обычно именно такие благодушно настроенные дядечки предпочитали перехватывать инициативу с самого порога. И я не ошиблась
- Александр, Николай и Матвей Соболянские, клан Приморья, - всё так же широко улыбаясь, но при этом немного хищно скаля зубы, представился один из них. – Нам назначено на половину пятого. Анна Валентиновна у себя?
- Да, конечно.
Моя улыбка не увяла ни на мгновение, хотя в мыслях воцарилось некоторое замешательство. Клан? Мафия что ли? Нет-нет, ничего не хочу знать!
Захаживали к нам изредка такие… Ну, такие. С цепкими взглядами, тяжелыми лицами и быковато выглядевшей охраной. Вот там сразу было видно – бандиты. Тут же…
Выходя из-за своего стола и не забывая о бумагах, я постаралась окинуть мужчин не слишком заинтересованным взглядом. Все трое неуловимо похожи, что подтверждает слова говорившего – родственники. Старшему около сорока, двум другим скорее чуть за тридцать. Высокие, плечистые, темноволосые, синеглазые, в дорогих костюмах, с приятным парфюмом. Руки ухоженные, ногти чистые, лица выбритые, обувь начищена до блеска – ну вылитые английские денди! Что поразительно при нынешней моде на хипстероватых бородатых дровосеков.
Хм. Даже интересно, почему они клан?
Но что бы я там себе ни разглядывала и ни придумывала, ноги уже несли меня к двери начальства. Короткий стук…
- Анна Валентиновна, к вам посетители.
Женщина кивнула, закрывая крышку ноутбука и я поспешила к её столу, чтобы передать документы, краем глаза замечая, как проходят к столу мужчины и рассаживаются в кресла, расположенные полукругом напротив единственного стола начальницы. К сожалению, эти умники умудрились рассесться так, что мне пришлось буквально протискиваться на выход. Естественно, без конфуза не обошлось: один из мужчин самым наглым образом облапал меня за бедро, а не будь я такой юркой – забрался бы и повыше.
- Николай! – Резкий окрик начальницы напугал, словно это я позволила себе лишнее, а мужик лишь ухмыльнулся и проводил меня до выхода оценивающим взглядом.
Я его не видела, но очень хорошо чувствовала!
- Алиса, на сегодня можешь быть свободна, - неожиданно добавила Анна Валентиновна, когда я была уже в дверях, так что удивлённо обернулась.
Один из посетителей тут же недовольно заметил:
- А как же чай, кофе? Где ваше гостеприимство, милейшая Анна?
- Там же, где ваша сдержанность, уважаемый Матвей, - холодно отрезала начальница и отправила мне предостерегающий взгляд, запрещающий встревать в беседу. – Кажется, я ещё в прошлый ваш визит предупреждала о недопустимости разврата на моей территории. И что я вижу снова?
- Мы приносим свои глубочайшие извинения, - с едва уловимой, но всё же издёвкой произнёс Николай, даже не пытаясь делать вид, что раскаивается. – Сто тысяч вас устроит?
- Засунь их себе в зад, - спокойно, словно беседовала о погоде, посоветовала Анна Валентиновна, вгоняя меня своими словами в откроенный ступор. Снова перевела взгляд на меня, выразительно приподняла бровь и поинтересовалась: - Алиса? Ты ещё здесь?
- Простите!
Вышло немного испуганно, а дверь за мной так и вовсе захлопнулась с неприличным стуком, так что я сочла за радость вылететь из офиса уже через пять минут. Всего-то и надо было, что выключить компьютер, переодеть туфли, схватить сумку с жакетом, да спуститься на лифте с седьмого на первый этаж бизнес-центра. И вуаля – я уже на улице!
А на улице, кажется, все тридцать…
- Кошма-а-ар, - простонала я безо всякого стеснения, с лёгкостью перевоплощаясь из строгой офисной штучки, без устали круглосуточно перенимающей опыт мудрой наставницы, в обычную девчонку, страдающую от неуместной жары.
Да подо мной сейчас асфальт расплавится! Ужас!
Так, ничего не знаю, но сегодня я иду на пляж!
И я рванула. До дома – десять минут на метро, дома – ещё пятнадцать на быстрый душ, переодевание, обзвон знакомых и бутерброд с тунцом, а ещё через полчаса – привет горячий песочек и холодная водичка! Бр-р-р!
Несмотря на светлую кожу, загар ложился на моё тело нежным золотистым слоем. Главное в этом деле: грамотно подобранный крем с уф-фильтром и никакого фанатизма. Никогда не понимала тех, кто часами простаивал в соляриях и сутками пролёживал на пляжах, зарабатывая ожоги, пигментные пятна, цвет варёной креветки и рак кожи. В этом вопросе я была абсолютно согласна с матерью, предпочитающей сбалансированную умеренность во всём, что касалось внешности. Будь то элементарный загар, макияж, маникюр-педикюр или возрастные уколы красоты. Насчёт последних не уверена, но лично мне кажется, что мамуля чем-то таким уже пользуется. А вот силикон у моей родительницы не в чести, что меня безмерно радует и радовало всегда. Всё натуральное – вот девиз старшей Вардо, передавшей мне его по наследству.
- О, Алиска! Уже валяешься? – Рядом с моей головой грохнулась сумка Юльки, единственной из бывших однокурсниц, кто согласился составить мне компанию позагорать. – Молодец, уважуха. Ух, жарища… Если б не ты, я бы так и провалялась на кровати до ночи под какой-нибудь сериальчик. И не лень тебе тащить свой зад на всякие пляжи после полноценного трудового дня?
- Было бы что тащить, - усмехнулась я, намекая на то, что мой зад в отличие от её в прекрасной форме.
- Но-но! – Моментально подбоченилась пухлая брюнетка, принимая фундаментальную позу «руки в боки, нос к небу». – Между прочим, жопа-корма сейчас в моде! Видела Ким? То-то же!
И, не давая мне вставить ни словечка, Юлька с ходу вывалила на меня ещё тонну «бесценной» информации о модных трендах этого сезона, не забывая снимать с себя лишнее, чтобы остаться в крошечном купальнике «две лямочки и огрызок носового платочка». При её немалых габаритах это выглядело скорее вульгарно, чем сексуально, но я уже давно отучилась давать советы тем, кто их игнорировал. Смысл? И не оценят, и обидятся. У Юльки же было своё, уникальное видение мира. Макияж? С тройным слоем консилера! Чулки? Только в сетку! Помада? Исключительно красная! Туфли? Шпильки, шпильки и ещё раз шпильки! Бельё? Кружевное и баста! Декольте? До пупа! Юбки? Так, чтоб мужики из штанов выпрыгивали! А замуж, так только за миллиардера!
Увы, миллиардеры к Юльке не спешили, но та не отчаивалась и стойко отшивала менее перспективных кавалеров, пачками западающих на яркую девицу. И вроде не глупая, в отличие от меня закончила колледж с красным дипломом. И вроде рассудительная и сообразительная – с лёгкостью устроилась на работу и получает больше, чем я. Просто… Просто другая.
И, наверное, это здорово.
Пока я гоняла в голове ленивые мысли, Юлька уже успела окунуться в холодную майскую водичку, отшить парочку приставучих парней и теперь сидела рядышком, стуча зубами и делясь со мной свежими сплетнями своего офиса. Слушала её вполуха, зачем-то думая о том, какие всё-таки странные клиенты заглянули к нам сегодня под вечер. Александр, Николай и Матвей Соболянские. С первого взгляда – обычные мужики. Богатые, самовлюблённые, эгоистичные. Ничего странного. Деньги мало кого не портят, я вот тоже, можно сказать, их жертва.
С самого детства меня окружали качественные вещи, всегда были деньги на карманные расходы и я даже представить не могла, чтобы в чём-то себе отказать. Естественно, в пределах разумного. Никаких брюликов на унитазе, никаких вычурных и бесполезных излишеств, но двухкомнатную квартиру и ежемесячное содержание от матери я получила уже на школьный выпускной. Даже сейчас, когда я уже почти год жила на собственную зарплату, мать регулярно подкидывала мне деньжат, так что пару месяцев назад я смогла приобрести себе даже машину. Мать могла бы без проблем оплатить и обучение в ВУЗе, но тут уже я сама отказалась, не видя в этом смысла. Зачем, если я всё равно не вижу себя великим финансистом или отменным переводчиком? Меня вполне устраивала работа обычного секретаря и мать не стала настаивать. Да я элементарно была слишком ленива и эгоистична, чтобы тратить пять, а то и семь лет своей жизни на обучение тому, что в будущем никогда не пригодится. Да моя б воля, я бы вообще закончила одни только курсы по необходимой специальности, но увы, работодатели предпочитали наличие корочек, цена которых – минимум три года юности.
- А потом он такой говорит, - вклинилась в мои ленивые мысли Юлька и низким тембром продолжила: - Детка, а давай ко мне?
- А ты? – без особого интереса поддержала я видимость беседы.
- А я ему – шиш! – фыркнула привереда, показав пальцами совсем иную, куда более нецензурную фигуру. – Женат, с детьми, а всё туда же. Козёл похотливый!
- Козёл, - согласилась я без возражений, понимая, что их от меня не ждут. Ну не объяснять же Юльке, что она сама своим видом и поведением этих козлов провоцирует? Бесполезно.
- Так, ладно, - неожиданно засуетилась красотка, когда на телефон пришло очередное смс, от которого губы Юльки сложились в самодовольную улыбочку. – Поболтали-позагорали, на сегодня хватит. Если ещё куда соберёшься – маячь!
И сбежала, оставив после себя благословенную тишину и покой. Ура.
Нет, я ничего не имела против Юлькиной жизнерадостности и непосредственности, но они были хороши лишь в малых дозах. Прямо как солнце.
Прикинула по времени, что тоже залежалась, и пора бы уже собираться, но напоследок решила пощекотать нервы майской водичкой. Плавала я хорошо, с детства постигнув эту премудрость под руководством опытного тренера, оплаченного матерью, так что не видела особых проблем даже в длительных заплывах. Водоём, где я отдыхала, коварством подводных течений не отличался, за лето прогревался очень хорошо, но к осени становился слишком грязным, так что если и купаться, то лишь в самом начале сезона.
Например, сейчас!
Бр-р-р!
Поначалу вода и правда показалась ледяной, но стоило только перебороть себя и зайти поглубже, как тут же стало легче и теплее. С берега меня восторженно подбадривали те, кто не решался повторять мой подвиг, но я их уже не слушала – я плыла. Неторопливо, наслаждаясь каждым гребком и моментом. Позволяя воде омыть каждую клеточку моего тела, проникнуть в поры и забрать с собой усталость дня и напряжение. Жаль, что сегодня не пятница, а всего лишь четверг. Завтра снова на работу…
Вдохнув поглубже, нырнула и несколько метров проплыла под водой. Нырять я любила, с восторгом занимаясь дайвингом каждый раз, когда мать баловала меня поездкой в жаркие страны. Таиланд, Филиппины, Индонезия. Куба, Мексика, Доминикана. Мальта, Испания, Греция. И везде можно было увидеть что-то уникальное, присущее только этому участку: где-то коралловые рифы с рыбками всех цветов радуги, где-то страшных, но абсолютно безопасных акул, где-то тысячи звёзд и медуз, а где-то затонувшие корабли, покрытые водорослями античные статуи и непонятные, но такие манящие останки ушедших цивилизаций.
Благодаря тренированному дыханию, я могла провести под водой около двух минут, и с удовольствием этим пользовалась, ныряя в ещё пока относительно чистое озеро раз за разом. В отличие от южных морских глубин, наши реки и озёра были куда скуднее подводными видами, но даже в обычных водорослях и камнях была своя особая прелесть. Красота в простоте, порой говаривала мать, надевая на очередное свидание платье самого простейшего кроя, в котором выглядела настоящей богиней. Вот и я так считала, любуясь незатейливым подводным пейзажем, пока позволяло свободное время и прозрачность воды.
Я нырнула, наверное, уже раз в двадцатый, пообещав самой себе, что это последний, но в самой низкой точке погружения что-то пошло не так. Сначала прямо передо мной мелькнула призрачная фигура, сотканная, как будто из воды. Привиделось милое девичье лицо с огромными глазами. А затем… Тело скрутила внезапная судорога, перед глазами заплясали цветные мушки, горло сдавило. Из последних сил я попыталась всплыть, но получилось лишь неловко дёрнуться. Паника захватила все мои мысли, лёгкие уже начинало жечь от нехватки кислорода… И в какой-то момент я потеряла сознание.
Очнулась на берегу. Первые минуты никак не могла понять, где нахожусь и почему, но постепенно в памяти всплыли подробности прошедшего дня. Прошедшего, потому что очнулась я ночью.
Полная луна лениво дефилировала по небу, пошло подмигивая мне своим огромным глазом, а у меня не было сил даже на то, чтобы просто встать. Не меньше часа я пролежала на спине, тупо пялясь в небо и поражаясь людскому равнодушию.
Как вышло, что мне никто не помог? Люди просто взяли и разошлись по своим домам, оставив меня на берегу. Ни скорую не вызвали, ни полицию. Поразительное безразличие к чужой беде!
А если бы я умерла?
Прохладный ветерок пробирал до самых костей и я, кое-как сумев встать, поняла, что дико замёрзла. Руки, ноги, остальное тело. Да что там, мне казалось, что даже внутренности ледяные!
С трудом переставляя подрагивающие ноги, я кое-как добралась до места, где оставила сумку, и удивилась снова. Все вещи были на месте, даже телефон с кошельком и все без исключения ключи. А вот это уже куда подозрительнее – точную статистику краж я хоть и не знала, но никогда не обманывалась видимым благополучием района.
Как оделась и дошла до машины – не запомнила, словно периодически выпадала из реальности. Хоть не падала и то хлеб! До дома ехала, кажется, целую вечность, но и это я сделала, изо всех сил цепляясь за реальность. Сам себе не поможешь – никто не поможет!
Почему-то мысль обратиться за профессиональной помощью в больницу меня посетила уже дома, когда я закрывала за собой дверь. Но как посетила, так и ушла. Врачей, несмотря на всю мою лояльность к людям любых профессий, я недолюбливала. Благо не было повода к ним обращаться, я если и простывала, то самостоятельно обходилась минимальным набором лекарств.
И вот сейчас, чувствуя себя всё ещё отвратительно, но уже не предсмертно, я пообещала себе, что если и завтра буду чувствовать себя паршиво, то точно обращусь. Но только завтра.
Сейчас же я хотела есть! И не просто есть, а простите, жрать!
На всём пути домой мои мысли были лишь о том, чтобы добраться до квартиры, но стоило только это сделать, как желудок свело голодной судорогой, и я рванула к холодильнику. Его нутро никогда не отличалось забитым видом, я не любила готовить впрок, но сыр, колбаса и яйца в нём всегда водились.
Правда, начала я с рыбы. С напрочь замороженной камбалы, которую собиралась пожарить на днях. Я сидела на полу, бездумно хрустела косточками, находя их вкус божественным, а рыбную мякоть просто восхитительной. Увы, рыбка была всего одна, так что пришлось утолять голод остальными продуктами. Йогурт я допивала последним, блаженно щурясь на шальную луну, беспардонно заглядывающую в кухонное окно.
На полу кухни я и уснула.
ГЛАВА 2
Проснулась как обычно в шесть.
Первое время изумлённо разглядывала пол, переводя озадаченный взгляд с яичной скорлупы на мятую бутылочку из-под йогурта, валяющиеся в полуметре от меня, а затем память услужливо подсунула мне кадры прошедшей ночи.
Мамочки-и-и… Что со мной происходит?!
Почему-то первым делом я себя ощупала. Не знаю, что хотела обнаружить, но ничего лишнего не нашла. В то же время ничего не лишилась, уже одно это радовало.
Всё ещё в растерянности от того, что произошло, я добралась до ванной комнаты, где уставилась на своё отражение. Ну… не кошмар, но приятного мало. Кожа бледная, губы синие, волосы дыбом, глаза… Глаза зелёные.
Озадаченно сморгнула, не доверяя разуму, и моментально получила этому подтверждение – глаза были нормального серого цвета. Стандартного.
Ну вот, придётся всё-таки в больничку, приуныла я, сообразив, что у меня галлюцинации. Изучила язык, потрогала лоб, испугалась его неестественной прохладе и поплелась обратно на кухню в поисках градусника.
Через пять минут прибор безжалостно показал тридцать пять градусов и ни чёрточкой больше. Ртутный столбик банально отказывался подниматься выше минимальной отметки, до которой я сбросила. Сломан? Странно… Снова приложила пальцы ко лбу и прикусила губу. Если верить собственным ощущениям, то я холодна, как вчерашняя рыбина. Единственное, что ещё корочкой льда не покрылась, а так – один в один.
И я задумалась. Хорошенько так задумалась.
В сказки я не верила, фэнтезийными историями не увлекалась, зомби-сериалы обходила стороной, но с необъяснимыми вещами и явлениями порой сталкивалась, так что полностью отрицать существование паранормального не спешила. Да что там! Я же собственными глазами видела вчера в воде эту… эту гадину, которая меня утопила!
Ну и что получается? Я труп? Зомби? Утопленница? Кто я теперь?!
От непонимания и бессилия что-нибудь изменить, зло топнула ногой и едва не отбила себе пятку. Вот чёрт! Больно!
Это немного отрезвило, и я присела на стул. При этом мой немного рассеянный взгляд остановился на холодильнике, и я поняла, что снова голодна, как акула. Ого! Если так продолжится и дальше, то я себя банально не прокормлю! Разорюсь!
Но желудок урчал всё громче и пришлось идти ему навстречу. Увы, холодильник был пуст. Абсолютно. Ни крошки. Шокированная увиденным, закрыла дверцу и попыталась воскресить в памяти подробности ночного пиршества. Так, рыбу помню. Яйца и йогурт помню. Остальное… остальное как в тумане. А ведь только позавчера покупала колбасу, сыр, багет, овощи и вафли к чаю… Вафли!
К буфету я рванула так, словно от этого зависела моя жизнь. Но как рванула, так и застыла в разочаровании – буфет был пуст, как и холодильник.
Вот засада!
Кстати, который час? Мне же ещё на работу!
Телефон услужливо показал время: шесть тридцать, и я шумно выдохнула. Успею. Если не рассусоливать и распланировать время с умом, то налёт на магазин обойдётся мне в полчаса, не дольше. Завтрак ещё в полчаса… Да, так и сделаю. И чёрт с ней, с утренней зарядкой и пробежкой, один день роли не играет.
И я засуетилась. Торопливо приняла душ, смывая с себя песок и нервозность, натянула первый попавшийся спортивный костюм, сунула ноги в кеды, карточку в карман и рванула в ближайший круглосуточный супермаркет. Что такое квартал трусцой для той, что готова в один присест умять корову? Да раз плюнуть! Опять же – спортивная пробежка.
В магазине хотелось скупить всё, на что падал мой голодный взгляд, но я ограничилась двумя тушками охлаждённой трески, которую едва не начала есть прямо у холодильника, багетом и пакетом молока. От остального, как ни странно, воротило, стоило только взять в руки и принюхаться.
Домой неслась на всех парах, но всё равно умудрилась съесть половину багета прямо на ходу. Немного полегчало, так что дома я сумела удержаться от того, чтобы не наброситься на рыбу. Она же сырая! Что я творю?!
Вот только и сварить толком не получилось, не вытерпела. От силы несколько минут и я уже была готова вылавливать рыбу из кастрюли прямо голыми руками. Ай, к чёрту! Слышала, что некоторые народы себя и этим не утруждают. И ничего, живут!
Рыбу я съела, практически глотая куски прямо с костями. Всю. Плавники, хвост, хребет. В какой-то момент испугалась, что подавлюсь или распорю себе внутренности, но стоило только запить этот весьма своеобразный завтрак молоком, а в завершение заполировать остатками багета, как жизнь снова раскрасилась яркими красками, а я почувствовала сытое удовлетворение.
Главное, не забыть после работы купить таблетки от глистов. Ну, на всякий случай.
Обычно я завтракала кашей, бутербродами или йогуртом, уже давно привыкнув к маленьким порциям, не портящим фигуру, так что сейчас с грустью смотрела на откровенно круглый живот, намекающий на моё непростое положение. Месяц шестой, не меньше.
Интересно, этот странный жор пройдёт или я и дальше продолжу пугать себя отнюдь не ресторанными изысками? Не хотелось бы…
Времени ещё хватало, мой рабочий день начинался с девяти, а до офиса рукой подать, так что я, прибравшись на кухне, перебралась на диван. Включила ноут и постаралась найти хоть что-то, что объясняло бы мой случай.
Но увы, ничего. Ничего достоверного, идентичного или хотя бы примерно похожего. Да, скорее всего я утопленница. Но это не точно. Возможно, умертвие. Но сомнительно. Скорее всего это как-то связано с полнолунием и девственностью. Но подтверждающих фактов нет.
Зато я готова килограммами есть сырую рыбу, бесконечно стоять под душем и с содроганием думать о будущем.
И кто я всё-таки?
Жабр и хвоста не появилось, на людей кидаться и жрать их мозги не тянет.
На работу, кстати, тоже. Но надо.
Надо бы, наверное, ещё матери позвонить… Но стоило только подумать о том, что я ей скажу, и всё желание пропало. К тому же у неё новый роман с каким-то крупным банкиром и на носу очередная свадьба, так что портить настроение единственной родственнице своей вроде как смертью не хотелось.
Да и умерла ли я? Сердце вроде бьётся, хотя и очень медленно, без воздуха тоже не могу, хотя получилось задержать дыхание почти на двадцать минут, что для меня грандиозный рекорд. Кожа холодная, но и это не критично.
А может у меня просто шок? А что? Впадают же люди в кому, когда все жизненные процессы замедляются до своих минимальных значений. Летаргический сон там, ещё что…
А по врачам-то как не хочется-я-я!
В общем, уже собираясь на работу, я малодушно пообещала себе, что обязательно загляну в больничку и сдам все необходимые анализы. Как-нибудь на днях. Может быть. Если хуже станет. Вот.
А пока - привет метро, я уже бегу!
Несмотря на ранее утро, день уже прямо говорил о том, что снова задушит нас своей жарой, и к вечеру сварит в собственном соку. Люди, одетые кто как, маялись, потели, воняли…
Кстати, про воняли. Мне показалось или я стала куда острее чувствовать запахи? Я и раньше отличалась брезгливостью к неприятным ароматам, а сейчас и вовсе едва сдерживала рвотные позывы, когда моего обоняния достигали те или иные запахи. Да не просто запахи, а самые настоящие миазмы!
Фу-у-у!
Хорошо, что мне ехать всего две остановки! Боюсь, если всё так и будет продолжаться, то придётся вставать ещё на полчаса раньше и идти до офиса пешком! А что? Мысль. И в толпе не толкаться и для фигуры полезно.
Лень правда…
Но что только ни сделаешь ради себя любимой!
В итоге на своё рабочее место я прошла, уже мысленно договорившись со своей ленью. Она бы и рада повозражать подольше, но аргумент в виде вечернего похода в бар для снятия стресса стал решающим.
До начала рабочего дня оставались считанные минуты, когда мимо продефилировало приветственно кивнувшее начальство, выглядящее как всегда аристократично-безупречно, и ещё через пару мгновений из динамика раздалось властное:
- Алиса, кофе, будь любезна.
Кофе – это хорошо. Кофе – это правильно. Неожиданно поймала себя на мысли, что тоже не прочь побаловать себя каким-нибудь видом этого напитка, и пока варилась порция Анны Валентиновны, внимательно изучила предложенный ассортимент. Капучино, американо, латте… Романо, гляссе, бичерин… О! Бичерин!
Название ужасно, но состав неплох: кофе, шоколад, взбитые сливки. Не отказалась бы и от айриш, но точно не в начале рабочего дня – в его состав входил алкоголь. А вот вечером, в баре…
Да, буду кутить по полной!
- Ваш кофе, Анна Валентиновна.
- Благодарю, Алиса, присядь.
В предложении начальства не было ничего странного, обычно именно по утрам Ягужинска загружала меня работой на предстоящий день, так что я поудобнее перехватила блокнот, который всегда брала с собой, когда заходила к ней в кабинет, и навострила ушки.
- Ну, рассказывай, - неожиданно предложила начальница, откидываясь в своём кресле и изучая меня привычно пытливым взглядом. – Когда и как это произошло?
- Что? – смешалась я, лихорадочно припоминая за собой возможные прегрешения. Припоминалось плохо. То есть никак.
- Это, - многозначительно повторила Анна Валентиновна и неожиданно резко подалась вперёд, отчего я испуганно отпрянула и уставилась на женщину. Она же, замерев в странной позе, словно перед броском, очень грубо потребовала: - Отвечай быстро и правду! Кровь пила? Плоть ела? Мужика трахала?
- Вы с ума сошли?! – Я едва дар речи не потеряла от её бесцеремонности. Нет, я конечно знала, что начальница остра на язык и за словом в карман никогда не лезет, но чтобы так… Без причин и сразу о личном? Кошмар!
- Ты обо мне не беспокойся, - ледяным тоном отрезала Ягужинска, - этим и без тебя есть кому заняться. Ты мне на вопросы отвечай, девочка! Я предупреждала, на рабочем месте хвостом не крутить?!
- Да не крутила я! – Я аж подскочила от несправедливости обвинений. – Да если хотите знать, я… Я до сих пор девственница!
- Нда? – Анна Валентиновна смерила меня скептичным взглядом и недовольно пожевала губами. – Не вижу причин для гордости, но это даже занимательно.
Не меньше минуты мы смотрели друг на друга. Я – с возмущением и опаской, начальница – задумчиво и оценивающе. Словно прикидывала, прямо сейчас меня уволить или подождать до конца рабочего дня. Но вот в её глазах что-то промелькнуло, выражение лица почти неуловимо смягчилось и уже другим, спокойным тоном мне предложили:
- Алиса, присядь. Нам необходимо кое-что обсудить. Скажи пожалуйста, не так давно с тобой не происходило ничего необычного?
И без того холодные пальцы, которые не согрелись до сих пор, окончательно заледенели и я непослушными губами подтвердила:
- Происходило. Но откуда…
- Что происходило? – жестко потребовала Ягужинска, не слушая моих вялых попыток задать вопрос.
- Кажется, я утонула. Вчера.
- Кажется? – Искусно выщипанная в ниточку бровь изогнулась идеальной дугой. – Подробности!
Требовательный рявк будто прорвал плотину моих страхов и подозрений, и я рассказал всё. Вспоминая даже, казалось, забытые подробности, не имеющие значения. С минуты, когда ушла из офиса, до минуты, когда пришла в него сегодня. Я не забыла рассказать даже о том, что попыталась найти объяснение в сети, но так ни к чему и не пришла. Даже о том, что впервые безумно захотелось выпить кофе, чего со мной раньше никогда не случалось!
- Кофе, говоришь? – впервые со момента моей исповеди усмехнулась начальница. – И какой?
- Вроде бичерин, - засомневалась я в собственном выборе.
Засомневаешься тут под таким давлением! Да как собственное имя не забыла – ума не приложу! До сих пор поджилки трясутся, и ерунда, что заледеневшие!
- Кофе, значит, - задумчиво повторила Ягужинска и усмехнулась снова. На этот раз как-то даже по-доброму. – Что ж, может и хорошо, что кофе, а не что-то другое.
Я смотрела на начальницу широко распахнутыми глазами. Даже дыхание затаила, чтобы ничего не пропустить. Я ведь чувствую! Чувствую, что она знает, что со мной! Но скажет ли?
- А теперь слушай меня внимательно, девочка…
Когда Анна Валентиновна, будто услышав мои мольбы, всё-таки заговорила, я окончательно перестала дышать и превратилась в одно большое ухо.
- Думаю, ты уже поняла, что с тобой произошло нечто мистическое.
Я торопливо кивнула.
– Но ты не умерла.
Шумно выдохнула.
– Хотя и человеком не осталась.
Замерла снова, сжимая кулаки и не замечая, как ногти вонзаются в мякоть ладоней.
– Ты… Скажем так, стала нечистью.
Мои глаза стали квадратными и умоляющими. Скорее! Ну скорее же! Скажите. Кем я стала и чем мне это грозит?!
– Кем-то вроде утопленницы, но это не точно.
Я не удержала разочарованного стона. Ну вот что она говорит, а? Это я и без неё выяснила! Ну как так, а?!
- Отставить издавать неподобающие звуки! – неожиданно рассердилась Ягужинска и я чуть воздухом на вдохе не подавилась. – Я и так стараюсь, подготавливаю! А она тут, видите ли, стонет!
- Да не надо меня подготавливать! – Это уже я не выдержала и всё-таки подскочила с места. – Знаете – скажите, нечего вокруг да около ходить! Я скорее от неизвестности изведусь, чем от правды!
- Многие знания – большие печали, - философски протянула начальница, вновь откидываясь на спинку кресла и рассматривая меня из-под ресниц. – Но раз уж настаиваешь, то скажу, как есть. Быть тебе натурально утопленницей, гадкой нежитью, коли не сдержишь жажду плоти до следующего полнолуния и хоть одну каплю живой крови в рот возьмёшь. А вот коли сдержишься и не возьмёшь…
Говор Ягужински странно изменился, словно со мной говорила не современная бизнес-леди, а какая-нибудь знахарка из глухой деревни. Во взгляде промелькнули колдовские всполохи, пугая до непроизвольной дрожи, а выражение лица стало хищно-непривлекательным. Жутким.
- То что? – не вытерпела я затянувшейся паузы.
- То останешься такой, как сейчас. На долгие… Долгие годы, - многозначительно улыбнулась начальница и не удержала ироничного смешка, глядя на моё вытянувшееся лицо после следующих слов: - Станешь ведьмой. Как я.
- Вы… Вы…
- Ведьма, - чинно кивнула Ягужинска, спокойная, как удав. – А ты, скажем так… личинка ведьмы. Не кривись.
Я постаралась придать лицу более приличное выражение, хотя очень хотелось ругнуться.
- Обстоятельства твоей м-м-м, скажем так, «почтисмерти», очень подозрительны. Тебя действительно почти утопили, после чего заразили и зачем-то отпустили. И это меня настораживает. Ты ничего не забыла мне рассказать? Алиса?
- Не знаю, - я действительно не представляла, что добавить ещё.
- Кто твои родители? – неожиданно заинтересовалась Анна Валентиновна. – Может, все дело в них?
- А они-то тут причём? – растерялась я.
- А при том, что именно на границе жизни и смерти порой пробуждаются скрытые в разбавленной крови таланты, - непонятно пояснила ведьма и, поднявшись из-за стола, приблизилась ко мне. Бесцеремонно обхватила мой подбородок двумя пальцами, повертела голову вправо-влево, заглянула в самую глубину глаз и чему-то тонко усмехнулась. – Ну, конечно… И как я сразу тебя не узнала. Чувствовала же что-то знакомое, подозревала… Кто, говоришь, твоя мать?
- Милана Вардо. – Почему-то голос дрожал, хотя я не ощущала себя испуганной.
- А отец? – жестче потребовала ответа ведьма.
- Я его никогда не видела.
- И не спрашивала о нём у матери? – цинично удивилась Ягужинска.
- Спрашивала. Ответа не получила.
- Неудивительно, - скривив губы, женщина наконец отпустила мой подбородок, и я только тогда поняла, что снова не дышала. Да она меня околдовала, заставляя отвечать! – О таком и я бы молчала.
Инстинкты самосохранения требовали молчать, а по уму – вообще бежать отсюда без оглядки, но когда я их слушала?
- О каком?
- Многие знания – большие печали, - снова повторила эта ж-ж… ведьма! Всем своим видом давая понять, что я от неё ответа не услышу. И как ни в чём не бывало, равнодушно поинтересовалась: – Итак, на чём мы закончили?
- Вы хотели научить меня жить с учётом произошедшего, - нагло заявила я, усаживаясь обратно в кресло для посетителей и поднимая с пола упавший блокнот. – И я вас внимательно слушаю, Анна Валентиновна.
- Не дура, что приятно, - сухо произнесла начальница, тоже возвращаясь к креслу и уже остывшему кофе. Уделила кружке толику внимания и брезгливо отодвинула от себя остывший напиток. – Приготовь нам кофе, время ещё есть, так и быть – побеседуем.
К кофемашине я летела на всех парах. Ей двойной эспрессо, себе бичерин, какая-то минутка и я вновь на своём месте, пожираю начальство преданным взглядом.
- Перебор, - неприязненно скривилась Анна Валентиновна, отточенным жестом поправляя идеально убранные волосы. – Расслабься, не укушу. И впредь попрошу вести себя естественно, как раньше. И без тебя жополизов хватает, а вот ответственных работников – не очень.
- Простите, - я опустила глаза в собственную кружку, изо всех сил стараясь сдержать рвущуюся наружу улыбку. Умеет же осадить всего парой слов! Вот это женщина!
- Итак, ты утонула, - задумчиво повторила начальница, отпив кофе, словно настраивалась на непростой разговор. – Но не совсем. Это плюс. Произошло это аккурат в полнолуние, это ещё один плюс. К кофе тянет, что тоже неплохо… - женщина задумчиво покрутила в ладонях кружку, словно, как и я, грелась. – А теперь о плохом. Та дрянь, которая на тебя напала, оставила в твоём теле заразу. Вирус магического происхождения, подавляющий волю, разум и вытаскивающий на поверхность самые низменные инстинкты: жажду крови и разрушений. Лекарства от него нет, а чем всё закончится – покажет лишь время. Инкубационный период – лунный месяц. Если справишься, приобретёшь иммунитет и определённые способности. Какие именно, пока сказать не могу, всё очень индивидуально. Сейчас же дам несколько советов и лучше бы тебе к ним внимательно прислушаться. Первое – никакого секса до следующего полнолуния. Второе – питаться регулярно. Неважно чем, главное, чтобы не живыми. Я сейчас имею в виду людей и животных. Рыбу, птицу – неважно. Всё, что дышит, под запретом. Мёртвых из магазина можно, живых – нет. Если тянет к кофе – пей хоть каждые полчаса, оно тебе не навредит даже в больших количествах. Алкоголь лучше не пей, ослабит волю.
Я сдержанно кивнула, давая понять, что прониклась важностью совета.
- Третье – как только почувствуешь, что не контролируешь ситуацию, бегом ко мне. Чем смогу – помогу.
- А если это будет ночь? – нахмурилась я.
- Тогда позвонишь вот по этому номеру, - Анна Валентиновна продиктовала мне цифры по памяти. – Абонента я предупрежу, он знает, что делать в подобных ситуациях.
- Он?
- Он, - начальница нетерпеливо отмахнулась, всем своим видом давая понять, что это неважно. – Для тебя самое опасное время – этот месяц. Если не сорвёшься, считай, что вытянула счастливый билет. А теперь о деле…
- Подождите! – Я даже губу закусила от волнения. – Это всё? Вы разве не должны, ну… Научить меня всему этому? Не знаю… Хотя бы морально поддержать?
- Алиса, я похожа на фею-крёстную? – холодно поинтересовалась нача… ведьма!
- Нет, - вздохнула я.
- Тогда за работу, девочка, - строго приказала Ягужинска, двигая в мою сторону пустую кружку. – Я плачу тебе не за разговоры.
Следующие десять минут я тщательно записывала распоряжения начальства, после чего меня царственным жестом отправили прочь. Уже в дверях меня догнал ещё один совет, произнесённый немного отстранённо, словно Анна Валентиновна не была уверена в правильности собственных слов:
- Будет свободная минутка, сходи в библиотеку, полистай кое-какую литературу. Адрес и список я тебе скину на почту. Остальное зависит только от тебя.
- Спасибо.
ГЛАВА 3
Пятница прошла как в тумане. Помню, что-то печатала. Помню, варила кофе, каждый раз тыкая в новую кнопочку, чтобы выяснить, что мне больше нравится. Точно помню, отвечала на звонки.
Подробности в моем сознании не отпечатались.
На обед сходила в кафе, расположенное на первом этаже нашего бизнес-центра, и удивила официанта, заказав тройную порцию рыбного стейка. При взгляде на сумму счёта слегка пришла в себя, но опять ненадолго. Лишь поставила галочку на память: изучить меню ближайших кафешек, чтобы не оставить там всю зарплату в ближайшие недели. Если я и дальше буду есть только рыбу, хлеб и молоко, придётся хорошенько пересмотреть свой режим и бюджет, потому что кафешная еда с их задранными ценами будет мне уже откровенно не по карману.
Последние рабочие часы тянулись, как резиновые. Три часа, три тридцать, четыре…
В четыре пятнадцать ожил коммуникатор и голосом начальства изрёк:
- Алиса, кофе, пожалуйста.
Уже привычные манипуляции заняли всего несколько секунд. Минута ожидания и минута на исполнение поручения. Анна Валентиновна даже в такую жару, усилившуюся к концу дня, выглядела свежо и безупречно. Благодарно кивнула, когда я поставила кофе на её стол, пристально взглянула мне в глаза и немного нахмурилась.
- Отвратительно выглядишь.
Натянуто улыбнулась, не зная, что сказать. Благодарить – глупо, обижаться на правду – нелепо.
- Поручения все выполнены?
- Да.
- Тогда можешь быть свободна, - смягчилась ведьма, подтверждая мои догадки о том, что и ей не чуждо сострадание. – Рекомендую принять продолжительный душ, лучше холодный. В твоем положении это необходимо.
На смущение и уж тем более возражение сил не было. И если ещё с утра я собиралась атаковать библиотеку сразу после работы, то сейчас хотела лишь одного – умереть. Хотя нет, сначала поесть, а потом умереть.
- Спасибо.
Перед уходом я не удержалась и тоже выпила кружечку кофе, побаловав себя капучино. М-м-м, обалденно вкусное молоко! А вот теперь можно и на штурм того ада, который творится снаружи!
По спине стекали дружные струйки пота, неприятно кружилась голова, настойчивые молоточки колотили в виски, но я упрямо шла пешком, не допуская даже мысли о том, чтобы спуститься в метро. Нет уж, там я точно на кого-нибудь наброшусь! Не от голода, так от сводящих с ума запахов, от которых даже на улице мутит, словно у меня дичайший токсикоз. Тьфу меня, чтоб не сглазить!
И как мне хватило упрямства, но я не только купила пять кило охлаждённого филе лосося, но и простейшую капельную кофеварку с уже молотым кофе. На это ушли последние силы, так что на лосося я набросилась прямо в лифте, откусывая внушительные куски непосредственно из пакета. С ним же и отправилась в ванную. Не выпуская еду из рук, сумела раздеться и включить прохладный душ. Села, подставляя голову и плечи прохладным струям, а сама ела и ела.
И это было за-ме-ча-тель-но!
Сколько прошло времени – не представляю. Просто в какой-то момент я поняла, что боль отступила, голод отошёл на задний план, а в голове кристально ясно. Перегревшееся за жаркий день тело остыло и стало так хорошо, словно я отдохнула в самом шикарном спа-салоне.
О-ля-ля! Да с этим, оказывается, можно бороться! Жаль только, что впереди не прохладная осень, а душное лето. Мне бы только день простоять, да ночь продержаться… точнее месяц. Вот засада!
Но, буду надеяться, дальше будет проще.
Литр чёрного кофе, щедро разбавленного молоком, окончательно примирил меня с реальностью, и я задумалась о том, как проведу вечер. Часы показывали семь, а если верить интернету, интересующая меня библиотека работала до восьми. Зато завтра аж с девяти утра! Что ж, значит, сегодня не судьба. Но чем тогда заняться?
Продолжительный душ прояснил мысли и прогнал усталость, тело охватила жажда действия, вот только я откровенно опасалась давать себе волю. А вдруг рецидив? А вдруг и правда на кровушку потянет? Это сейчас, сидя на диване в обнимку с кружкой кофе, я готова хоть горы свернуть, а что произойдёт через полчаса? А через час? А когда снова проголодаюсь или перегреюсь?
Но сколько я себя ни уговаривала побыть хотя бы сегодня паинькой, что-то гораздо сильнее благоразумия толкало меня на улицу. Нельзя сидеть! Нельзя бояться! Необходимо куда-то идти, что-то делать! Развлекаться, веселиться, кайфовать от жизни, пока есть возможность!
И я сдалась. Всё равно ведь хотела в бар, а тут словно одно к одному. Разве что алкоголь пить не буду, а в остальном ни в чём себе не откажу!
Несмотря на почти полную вседозволенность с самого детства, я умудрилась вырасти достаточно благоразумной. Наркотиками не интересовалась, курить не пробовала, кавалеров выбирала вдумчиво и расставалась с ними сразу же, как понимала, что ничего у нас не получится. Где-то после третьего свидания, не дольше. И то, если кавалеры до него доживали.
С дискотеками, барами и алкоголем дело обстояло примерно так же: знала, умела, посещала, но без фанатизма. Тем не менее я никогда не считала себя тихоней или пай-девочкой, хотя на фоне той же Юльки проигрывала по всем фронтам. Ну вот просто лень мне было топтать танцпол до утра и вливать в себя литры сомнительного пойла. А обжиматься по тёмным углам с пьяными кавалерами, не интересующимися даже именем, я откровенно брезговала. Мало кто из бывших однокурсниц придерживался того же мнения. С кем гуляли вместе, те отрывались на всю катушку, а остальные предпочитали иные виды отдыха. Кто с книгой на диване, кто со своим парнем, а кто и в более злачных местах.
И поэтому в эту пятницу я не стала никому звонить. Меня или проигнорируют, сославшись на срочные дела, или будут весь вечер коситься, удивляясь, что я не пью. А оно мне надо? Оправдываться ещё, лгать… Нет уж, обойдутся.
Приняв окончательное решение, я распахнула дверцы шкафа и скептично уставилась в его недра. Решительно отодвинула офисную одежду в сторону и принялась вдумчиво изучать оставшееся. И не сказать, что мне нечего было надеть, но как обычно всё было немного не тем.
А, собственно, чего я парюсь? Мне кого-то поражать своим видом что ли? Пф!
В итоге выбор был завершён в кратчайшие сроки: серые обтягивающие джинсы, белая майка, а поверх рубашка из тонкого голубого денима на выпуск. Волосы я оставила распущенными, лишь немного подвила концы. Немного косметики, лишь бы оживить лицо, и пара капель любимых духов с ароматом тропического моря. Ну чем не девчонка?
Довольно покрутилась перед зеркалом, не отказывая себе в самолюбовании, и удовлетворённо кивнула, завершив образ лодочками на низком каблуке. Сунула в правый задний карман пару банкнот и карточку прав, в левый – ключи, и отправилась баловать себя клубным кофе.
Сегодня я решила осчастливить своим вниманием легендарный «Гараж». Почему бы и нет? Я была там лишь раз, года три назад, но впечатление о нём осталось положительным. Большая площадь, развлечения на любой вкус и кошелёк, достойная кухня, шикарный бар. Chillout-зона, бильярд, караоке, конкурсы. Несколько танцполов с различным уровнем «звезданутости» посетителей и самая популярная музыка сезона.
В прошлое моё посещение мне не было ещё и восемнадцати, так что пришлось проникать в «Гараж» обманом, а всё потому, что в клуб пускали только тех, кому уже исполнилось двадцать один. Но что такое «нельзя» для тех, кому очень хочется? Вот и мы смогли. О, это было настоящее приключение! Сначала мы пытались подкупить охрану, но даже вся наша наличность не смогла сломить стойкость мужчин, что вызвало всеобщую досаду, но вместе с тем и уважение. Затем мы изучили периметр клуба, присматриваясь ко всем доступным окнам и дверям, на что потратили не меньше часа, и в конце концов нам повезло: одна из дверей, ведущая через подсобные помещения на кухню, оказалась не заперта, и мы один за другим просочились в недра запретного.
Ух и оттянулись мы тогда! Да, было время… Помнится, Юлька в ту ночь едва не охомутала какого-то смазливого диджея, поразившего её в подсобке своим мужским достоинством, но как только речь зашла о заработке, быстро остыла и распрощалась с бедолагой. А как мы в ту ночь танцевали! А сколько выпили! М-м-м! Вот уж точно говорят: запретный плод сладок.
Я потом ещё долго никуда не ходила, а на выпивку даже смотреть не могла.
Но сегодня всё будет иначе!
К клубу я подъехала ближе к десяти, что для многих опытных тусовщиков было ещё «детским временем», так что внутрь попала без проблем. Единственная заминка произошла у входа, где мне никак не хотели поверить, что права принадлежат мне, и я их не подделывала. Да больно надо! Если уж совсем в подробности вдаваться, то я их даже не покупала, честно отучившись в автошколе и самостоятельно сдав письменный экзамен и вождение. Уж в чём в чём, а в своей безопасности я предпочитала быть уверенной.
Но и эта проблема разрешилась, когда позади меня начали возмущаться задержке, и охраннику пришлось признать, что я имею полное право войти. Пф! Тоже мне, блюститель нравственности! Ну вот что в этом клубе может произойти такого, с чем ещё не сталкивались нынешние подростки?
Ну, подумаешь правила! Да кем они вообще придуманы? Европейцами? Ха! Так мы, батенька, не в Европе, у нас всё иначе. У нас к двадцати годам как раз со всем незаконным и завязывают!
С моего прошлого посещения «Гараж» практически не изменился: всё такой же яркий, весёлый и беззаботный. Богатенькие мальчики и девочки, темпераментные диджеи, ловкие бармены и широкоформатная охрана. Наверх, где располагались столики, я подниматься не стала, - за удовольствие посидеть на мягких диванчиках пришлось бы платить дополнительно, а свой бюджет я на это сегодня не рассчитывала. К тому же перед выходом из дома я съела ещё немного рыбы (ну, как немного… килограммчик), так что надеялась избежать приступа голода хотя бы ближайшие часа три. А там и домой можно будет отправиться – развлекаться всю ночь я не собиралась.
И поэтому направилась прямиком к барной стойке.
Высокие стульчики были преимущественно свободны, так что я выбрала центральный. Почему бы и нет? Чужого внимания я не стеснялась, умея как преподнести себя, так и отшить, а с этого места удобней всего делать заказ и наблюдать за окружающими.
- Что будем пить? – подмигнул мне ближайший бармен, мужчина лет тридцати с модной стрижкой (косая русая чёлка на бок и выбритый висок), и ловко подкинул в руке шейкер с неведомым содержимым.
- Если угадаете, что я хочу, с меня щедрые чаевые, - подыграла я ему, пребывая в благодушном настроении лёгкого флирта. Почему бы и нет? Большего он всё равно себе не позволит – на работе, а мне и не надо. К тому же он довольно симпатичен, а под обтягивающей серой футболкой рельефная фигура. Всё, как я люблю. – А чтобы без обмана – я напишу свой заказ вот на этой банкноте.
Я достала из заднего кармана пятисотенную купюру, мысленно прикинув, что даже в таком статусном заведении кофе не должно стоить дороже двухсот-трёхсот рублей в зависимости от вида.
Судя по тому, как быстро мне нашли карандаш и какого внимательно взгляда удостоили меня, предложение бармена заинтересовало. Я же написала сначала «латте», а затем на всякий случай в скобках «кофе». Мало ли, вдруг у них прямо перед моим приходом молоко закончилось? А с молоком мне, как ни странно, нравится больше всего.
- Итак? – Я сложила банкноту пополам и подвинула её в сторону бармена, рассматривающего меня с придирчивым прищуром. – Что я хочу? Ваши варианты?
- Теряюсь в догадках, - с досадой качнул головой мужчина, но слишком расстроенным при этом не выглядел. – Было бы в нашем меню только три пункта, я бы уверено заявил, что виски.
Я иронично приподняла бровь.
- Но с вас станется хотеть одну лишь содовую, - продолжил рассуждать бармен.
Я улыбнулась, заинтересовавшись его логикой.
- Так что остановимся на… яблочном соке?
Не удержавшись, я расхохоталась в голос. Нет, что-то в этом было. Определённо было! Но увы, он не угадал, что тут же отразилось на его лице расстройством, когда он развернул банкноту и прочитал заказ. Поморщился, цокнул и, взглянув на меня с усмешкой, развел руками.
- Но вообще я обычно угадываю. А это значит что?
- Что? – Я с лукавой улыбкой склонила голову набок.
- Что у нас всё впереди! – Залихватски подмигнул мне бармен и, прежде чем отправиться за моим кофе, представился. – Меня, кстати, Артёмом звать.
- Алиса, - представилась я в ответ и, когда мужчина отошёл, развернулась лицом к танцполу, чтобы скоротать ожидание наблюдением.
Несмотря на духоту, до сих пор царившую снаружи, в клубе было прохладно и я мысленно порадовалась этому нюансу. Да и запахи не нервировали, всё в пределах нормы. Я ещё прекрасно помнила, как весь день страдала от внезапно нагрянувшей жары, так что сейчас отдыхала не только душой, но и телом. Может даже потанцую, если окончательно захватит драйв, уже подрагивающий на кончиках пальцев в такт басам.
Танцевать я любила и умела, спасибо матери. Изредка даже пела, преимущественно в душе. До материнского бархатного сопрано мне было как до луны пешком, но я никогда не комплексовала по этому поводу. Смысл? Да и певицей я никогда не мечтала стать. Это же столько труда. Лишний раз мороженое не съесть, под дождём не погулять. Не поорать в своё удовольствие. Да ну в пень!
Конкуренция опять же. Богема только издали кажется чем-то прекрасным и удивительным, но стоит только повнимательнее присмотреться и окунуться в их среду, как сразу становится понятно, что это та ещё клоака. Плавали, знаем. Тьфу-тьфу лишь пару раз и под присмотром матери.
Так что ну их, эти светские тусовки с их змеино-петушиными боями и расцветкой в стиле ЛГБТ. Мне и в офисной шкурке неплохо. А в обнимку с латте… м-м-м!
- Хотел бы я быть на месте вашего напитка, - неуклюже и абсолютно неуместно подкатил ко мне парнишка в узких брючках и клетчатой рубашечке. – Могу я вас чем-нибудь угостить, прелестная барышня?
Смерила доморощенного Казанову скептичным взглядом, оценила узость плеч, полнейшее отсутствие мускулов, ранние залысины на висках и пренебрежительно фыркнула. Навскидку я бы дала ему лет восемнадцать, но учитывая фейс-контроль на входе ему скорее всего, как и мне, двадцать один. Но не факт, слишком уж взгляд наглый, словно он тут на особых правах. С таким я даже флиртовать не хочу, абсолютно не в моём вкусе. А гонору-то! А важности!
- Мальчик, я не в настроении посылать тебя матом, так что будь любезен уйти по собственному желанию, - ласково посоветовала я начинающему пикаперу. Не дожидаясь ответа, отвернулась от него обратно к бармену, и продолжила беседовать уже с Артёмом. – Слушай, как насчёт меню?
- Айн момент, - весело блеснул глазами мужчина, явно развлекаясь за наш счёт. – Может, тебе предложить что-то особенное?
Я отрицательно качнула головой, давая понять, что предпочитаю выбрать сама.
- А ты дерзкая штучка, - недовольно донеслось справа и, скосив взгляд на звук, я обнаружила там до сих пор не ушедшего прилипалу. Он занял соседний стул и расположился ко мне вполоборота, явно намереваясь продолжить осаду. – Эй, мне «Файв оклок».
Судя по тому, как кивнул бармен, подавая мне меню и берясь за шейкер, парень заказал какой-то коктейль, но в целом меня это мало интересовало. Да меня вообще этот дрыщ не интересовал, если уж на то пошло. А будет лезть, узнает о себе много интересного.
- А тебе, детка? – не унимался пикапер, когда получил свой напиток, а я всё ещё внимательно изучала меню. – Хотя нет, молчи! Дай угадаю! М-м-м… «Пина колада»?
Как же я иногда жалею, что людей убивать нельзя! Особенно сейчас!
- Артём, а где в меню услуга «Тощим малолетним неудачникам не беспокоить»? Что-то никак не найду…
Пока бармен старательно изображал невозмутимость, давясь смехом, парниша прошипел «сука!» и, схватив бокал, отправился снимать девочку посговорчивее. Я же, отложив меню в сторону, преспокойно сообщила:
- Так и не нашла. Неужели и правда нет?
- А я смотрю, ты и сама неплохо справляешься, - дружески подмигнул мне Артём. Клиентов, желающих озадачить барменов заказами, пока было не много, так что у мужчины имелась возможность уделить мне внимание, чем он беззастенчиво пользовался. – Впервые у нас? Не припомню, чтобы видел тебя раньше.
- Можно и так сказать, - кивнула, не собираясь вдаваться в никому ненужные подробности. – А что?
- О, неужели у меня есть шанс? – воодушевлённо усмехнулся бармен, явно пытаясь смутить меня своим энтузиазмом и игрой намёками.
Но вот беда, на провокацию я не повелась, а вместо заинтересованного взгляда лениво приподняла бровь.
- А ты и правда – штучка, - с лёгкой досадой протянул Артём, но не расстроился, а лишь шире улыбнулся. – Я имел в виду шанс первым рассказать тебе о клубе. Ты в курсе, что у нас по пятницам афтепати и до полуночи каждый третий шот и коктейль в подарок?
О? Вот засада! Я в принципе не из тех, кто любит напиваться на халяву, но замануха неплоха. Жаль, что весь предстоящий месяц алкоголь под запретом.
- Огорчу, дружок, но сегодня я тебе выручку не сделаю.
- Не пьёшь?
- Типа того.
- По религиозным соображениям или по здоровью?
И непонятно, шутит или абсолютно серьёзен, но снова я не стала говорить правду, повторив свои предыдущие слова:
- Типа того.
И небрежно поморщилась, всем своим видом давая понять, что это не тема для лёгкой беседы. Артём оказался из понятливых и больше алкогольного вопроса не касался, переключившись на импровизированную рекламу диджеев и вспомогательных помещений клуба.
Слушая бармена вполуха, сама прислушивалась к музыке и изредка поглядывала на танцпол, выбирая момент для его захвата. Почему бы и нет? Зря пришла что ли? А только кофе можно было выпить и в кафе.
В общем, когда заиграло нечто зажигательное, по-настоящему взволновавшее кровь, я легко спрыгнула со стульчика, посоветовав Артёмке не скучать и готовить к моему возвращению вторую порцию латте, а сама направилась прямиком на танцпол. Ох, и гори оно всё синим пламенем!
Утренний звонок Яги прозвучал абсолютно не вовремя. Ну вот не было у него желания заниматься заражённой девчонкой.
Но ведьма не упустила случая напомнить о долге и в который раз надавить на сознательность. Стерва! Чтобы он ещё хоть раз просил её помощи! Да лучше сдохнуть, чем стать должником этой женщины!
Впрочем, нет, это он погорячился.
Вот только и следить за девчонкой не было никакого желания. Даже учитывая странные намёки Яги, что она не так проста, как может показаться.
А что тут может быть сложного? Нечисть - она нечисть в любом виде. А эта так и вовсе без пяти минут нежить.
Сиречь труп.
И кто её убьёт? Правильно! Он!
Потому что: бла-бла-бла и долг, упырь их задери!
Вот делать ему больше нечего!
Он, между прочим, вообще на пенсии! По здоровью! И всё благодаря им… нечисти!
Чтоб они все сдохли!
Демид злился скорее по привычке, чем всерьёз, но всё равно записал адрес, имя, изучил присланное фото и уже который час следил за девчонкой, которую потащило в клуб.
Не удивлён. Первые сутки – самые сложные. Настроение скачет, жажда закрепляется, дискомфорт приносит абсолютно всё и если слаб, если поддашься, то всё – пиши пропало.
Эта, кажется, уже поддалась.
Жаль, красивая девка.
Была.
За столиками мест не было, но даже несмотря на уход от дел в прошлом году, своих навыков Демид не растерял. Да и как растерять то, что составляет саму суть Охотника? Течёт по венам, тлеет в груди и живёт в глубине глаз. Вот и на этот раз хватило лишь пристального взгляда, чтобы компания, занявшая нужный ему столик, сорвалась с места и не возвращалась. Удобная способность…
А девчонка хороша, не отнять. Танцует – как дышит. И уже видно, что заманивает. Пока неосознанно, инстинктивно… Но не минует и полночь, как жажда заявит о себе в полную силу и тогда её уже ничто не остановит. Странно только, в чём интерес Яги? Знакомая? Всё может быть…
Что ж, утром принесёт соболезнования.
Музыка и кофе. Кофе и музыка. Они заменили собой мою кровь и мысли. Сердце стучало в один ритм с басами, заинтересованные лица мужчин сливались в бесконечную череду, а я веселилась, танцевала и отшивала одного за другим. Не то, всё не то! Слабые, некрасивые, вонючие… Они вызывали во мне отвращение одним своим присутствием!
В какой-то момент мне всё это надоело, и я поняла, что больше не в силах находиться в клубе. Стало душно, давило само окружение, в голове начинало неприятно шуметь, словно я пила не кофе, а водку, а перед глазами всё чаще мелькали не лица, а беззащитные шеи мужчин. То место, где под кожей пролегала самая крупная артерия. Сонная.
И я закрыла глаза. Так вот какое оно – желание крови. Не скажу, что противно, скорее необычно. А отправлюсь-ка я домой, пока ещё не поздно.
Приняв решение, тут же его воплотила, не став ни прощаться с милашкой Артёмом, ни дожидаться, когда закончится очередная заводная композиция. Интересно, который час?
- Двенадцать ровно, - ответил один из охранников на выходе, когда я задала этот вопрос вслух.
Неплохо, метро ещё работает, и я даже успею добраться до дома. Вот только хочу ли я спускаться в метро? На улице ощутимо посвежело, но даже прохлада ночи не принесла с собой облегчения, и я приняла решение отправиться до дома пешком.
Действительно, почему бы и нет? Что мне какие-то десять километров бодрой рысью? Район мне знаком, заблудиться не грозит. Заодно выполню сразу двухдневную норму по пробежке. Обувь, правда, не самая подходящая, но и это не беда.
Ведь можно её снять!
Странно путались мысли, несвойственные мне решения казались идеальными, так что я не стала медлить и приступила к исполнению задуманного. Подвязала рубашку на животе, чтобы не болталась, сняла лодочки, взяв в каждую руку по туфле, и потрусила домой. Домой! К горячему кофе и свежей рыбке! Мнямс!
Бег помогал расслабиться и не думать ни о чём. Помогал проветрить голову от запахов, наваждения и просто насладиться движением. Будь поблизости река, я бы не думала ни секунды – отправилась бы купаться! Но увы, мой путь лежал в совсем другую сторону и было элементарно лень менять свои планы. Зато дома меня ждёт прохладный душ, а это ничуть не хуже. Жаль, не подумала о купании сразу… Хотя нет, не жаль. Москва-река – не самый лучший способ покончить жизнь самоубийством. Говорят, в ней столько всякой дряни… Так что нет, домой и точка!
Полночь для Москвы в пятницу – не время для сна. Я бежала не по самым центральным улицам, но всё равно мимо то и дело проносились автомобили и мотоциклы. Город жил, сиял огнями фонарей, рекламными щитами, подсвеченными витринами и окнами квартир. Город дышал, пульсировал и подглядывал. Иногда замирал, догадываясь, что я всё знаю, но куда чаще следил за мной не таясь. С подозрительным прищуром, с недоверием и коварной усмешкой. Он знал, чем всё закончится, он выжидал…
Хм, а что это за машинка следует за мной всю дорогу и даже не пытается таиться? Чтобы проверить свои подозрения, я даже несколько раз пробежала сквозь дворы, но автомобиль продолжал следовать за мной. Это не пугало, это… Это раздражало. Неужели меня преследует тот тощий неудачник, которого я отшила в самом начале? Или кавказец, посланный мной через полчаса? А может, блондин, заработавший по физиономии, когда бесцеремонно ущипнул меня за зад? Хм…
До дома оставались считанные метры, когда в мою голову пришёл гениальный план и я остановилась. Полной грудью вдохнула умеренно свежий воздух столицы, полюбовалась бессовестной луной, почти сразу решившей спрятаться за облако, развернулась на сто восемьдесят градусов и решительно направилась к автомобилю, остановившемуся в двадцати метрах от меня.
Ку-ку… Кто не спрятался, я не виновата!
Стоило мне приблизиться к преследователю, как он заглушил мотор и выключил фары. Занимательно.
Ну и кто тут у нас?
Я встала прямо перед ним и, если бы не туфли, до сих пор зажатые в руках, приняла бы позу «руки на груди», а так пришлось упирать их в бёдра. Ну прямо злая жена! Автомобиль был тёмно-серого цвета, крупным, из линейки кроссоверов, но это я отметила как-то походя. Куда больше меня интересовал его водитель.
Даже несмотря на скудное освещение, я прекрасно его видела. Чуть за тридцать, светловолосый, сероглазый, небритый… Я только задумалась о том, что непонятно, какого мужчина роста и телосложения, как он вдруг решил выйти и приблизиться. Хм… А недурно. Злость постепенно сменялась заинтересованностью, и я уже не просто рассматривала незнакомца, а откровенно изучала. Выше меня примерно на полголовы, облегающая футболка цвета хаки не скрывала ни одну мышцу, но при этом мужчина скорее не мясистый, а жилистый. Ниже пояса – тёмно-синие джинсы, а крупная пряжка ремня стилизована под морду какого-то мифического животного. Может даже дракона.
Изучив низ, вернулась наверх и озадаченно отметила, что незнакомец, не блондин, а скорее седой. Причём не полностью, а эдакий «перец с солью», причём соли довольно много. А вот глаза и правда серые, причём левый щурится недовольнее правого, а всё из-за шрама, рассекающего бровь пополам.
Кого же ты мне напоминаешь… Точно!
- Геральт из Ривии? – с недоверчивым хохотком нарушила я тишину ночи, и незнакомец неприязненно скривился, словно я была не первой, кто заметил их сходство, что его совсем не радовало. Я же грубовато продолжила: – Да ладно! Ну и что тебе надо, Геральт?
- Пока – ничего, - низким хрипловатым голосом, словно был простужен, заявил наглец. – Можешь продолжать движение по маршруту.
- Серьёзно?
Никогда не любила тех, кто указывал мне, что делать. Особенно наглых незнакомцев, лезущих не в своё дело.
Я шагнула вперёд и моего обоняния наконец настиг его запах. О, а кто это тут у нас? Неужели наконец настоящий мужчина? Я сделала ещё шаг и принюхалась уже в открытую. Чистая кожа, отголоски сандала и моря. Едва уловимый аромат стали, серебра и адреналина. Улётное сочетание!
- Геральт, а ты красавчик, - заявила я ему в лицо и закинула руки на плечи, нисколько не смущаясь, что в них до сих пор зажаты туфли. Встала на цыпочки, чтобы заглянуть мужчине в глаза, не задирая при этом голову, и, с наслаждением втягивая его запах, ставший сильнее, добавила: - Я тут подумала… Не хочешь кофейку?
Кажется, я его удивила, но мужчина быстро взял себя в руки и поразительно спокойно выдал:
- Я на работе.
- Да брось, - я улыбнулась своей самой соблазнительной улыбкой и прикоснулась к нему грудью, окончательно врываясь в чужое личное пространство. Будут мне тут всякие отказывать! – Я никому не скажу. Только ты, я и кофе. Соглашайся.
- Я… - В его глазах мелькнуло что-то странное, на мгновение мне даже показалось, что они изменили цвет на жёлтый, но уже в следующую секунду снова были обычными серыми. – Я не пью кофе, детка. Так что тут без меня.
- Ну и дурак.
Я произнесла это легко, словно не очень-то и хотелось. Так же легко убрала руки, развернулась и отправилась домой. Но чего мне это стоило! В груди поднималась не просто злость, а самая настоящая злоба. Чёрная, всепоглощающая. Да если бы он только знал, что я… Что он…
Скотина!
Через несколько шагов я обернулась и увидела, что мужчина всё ещё стоит и внимательно следит за тем, как я ухожу. И я не выдержала. Оскалилась и язвительно проинформировала глупца:
- Кстати, ты мог бы стать моим первым. Но ты отказался, так что… Гуляй, Геральт. Чао, бамбино! А я найду мужика посговорчивее.
Уходила я, больше не оглядываясь, хотя каждой клеточкой тела чувствовала его тяжелый взгляд. Молодец, Алиса! Докатилась! Впервые почти открыто предложила себя мужику и получила отказ.
Да пошёл он!
Спасибо за чтение
Вернуться к книге