Клан Дьявола

Глава 1

Камор, город ликанов. Крепость лорда Зерера.

Полуорк с изумрудным жетоном на груди прильнул к стене и замер с двумя короткими мечами в крепких руках. Синеватые клинки отразили свет хрустальной люстры, спускающейся с высокого потолка.

Напротив закрытой двери водил руками ибун. Повинуясь его воле, в воздухе образовались несколько ледяных стрел. Они подрагивали, будто с нетерпением ожидая момента, чтобы полететь в цель.

Третий искатель изумрудного ранга с примесью кошачьей крови дождался кивков от напарников и взялся за ручку двери, готовясь ее распахнуть.

В это время в дальнем углу трясущийся от страха ликан, укрывшийся за перевернутым столом, дрожащими руками взводил тяжелый арбалет. Совсем недавно лорд Зерер был воплощением утонченного благородства и непоколебимой решимости, однако сейчас подвывал от ужаса и скулил побитой псиной. С трудом наведя арбалет на дверь, Зерер судорожно сглотнул, ощущая себя загнанной в угол крысой.

Кто же знал, что залетный маг окажется не слабым человечишкой, а Героем Асмодея?! Лорд Камора и сам уже не мог ответить, зачем послушался драконида и позволил тому захватить незваного искателя. Про три мешка с имперским золотом, отданные за кров и право проводить эксперименты, лорд, разумеется, не вспомнил.

В коридоре раздался грохот, от страшного удара с потолка посыпалась пыль, а дверь в петлях вздрогнула. Вздрогнули и искатели, чародей так и вовсе едва не потерял концентрацию, утратив контроль над созданными снарядами. В щели просочился черный дым и оранжевый свет бушующего пламени.

Выждав несколько секунд, кот резко распахнул дверь. Ледяные стрелы со свистом улетели в заполненный огнем и пеплом коридор. Однако все они испарились, столкнувшись с этим пожаром.

— Закрой! — успел крикнуть напарнику маг, прежде чем напуганный лорд спустил курок.

Тяжелый арбалет зазвенел тетивой, чародей вскинул руки, выплевывая слюни из распахнутого рта. Болт вошел в печень, и ибун не успел даже пошевелиться, рухнул на пол замертво.

Короткий кинжал сорвался с пояса кота и со стуком вошел в глазницу Зерера. Ликан откинул голову и тут же прильнул к столу, заливая его кровью. Полуорк злобно зарычал, сжимая рукояти клинков, и первым бросился к зарешеченному окну из чистого стекла. На их счастье, оно выходило за пределы стен, и огня снаружи не горело.

Хлопок двери отсек пылающий коридор от комнаты. Сорвав жетон мертвого ибуна, кот последовал за воином. Вдвоем они выбили крепления решетки, швырнули ее к двери. Звонко запело выбитое стекло под ударами рукоятей.

— Уходим! — первым ринулся в усеянный осколками проем полуорк.

Его напарник задержался лишь на мгновение. Высота третьего этажа не пугала сейчас ни одного, ни другого. Каменная кладка стен обжигала пальцы даже через плотные перчатки, однако искатели и не через такое проходили, так что уже через пять минут оба бежали по земле, спеша убраться прочь из проклятого города.

Камор стонал тревожным звоном колоколов. Выли, взметаясь к самому небу, столбы огня, пожирающие крепость лорда. Напуганные жители метались по улицам, в панике заливая ближайшие строения ведрами воды. Черные облака сажи растекаясь по небу, закрывая собой солнце и погружая город во тьму. День, едва вступивший в свои права, еще боролся, разбрасывая лучи света на охваченные паникой улицы, однако с каждой минутой тучи сажи отвоевывали все больше места, укрывая Камор тяжелым саваном.

Огонь в крепости угас только через несколько часов, однако подойти к раскаленным руинам было невозможно. Оплывшие каменные блоки уже никого не смогли бы защитить.

В возникшей кутерьме никто не заметил одинокую фигуру, проскользнувшую в городскую канализацию. А и заметил бы, в том покрытом черной сажей гуманоиде распознать дьявола не удалось бы даже Асмодею.

* * *

Камор, город ликанов. Крепость лорда Рутера.

Произошедшее с замком единоутробного брата прошло для последнего городского лорда незамеченным. Пребывая в глубокой алкогольной коме, Рутер не соизволил встать даже тогда, когда к нему вломились помощники и градоначальники. Ничего не добившись, советники оставили пьяного ликана дальше пускать пузыри.

На целый день на правителя не обращали внимания. Может быть, прояви советники хоть каплю заботы о собственном лорде, кто-то и смог бы его спасти.

Простой замковый слуга с блюдом, источающим одуряюще вкусный аромат, вошел в палату лорда, и за его спиной стража закрыла двери. Никто и не подумал наблюдать, что тот станет делать.

Отставив блюдо в сторону, ликан взял нож для мяса и, склонившись над телом храпящего повелителя, одним уверенным движением вскрыл ему горло. Рутер дернулся, распахнув глаза, но ничего не успел сделать – нож по самую рукоять вошел в грудь. Через несколько секунд лорд уже был мертв, а слуга, совершив свое черное дело, стал выводить кровью мертвеца надпись на стене.

Когда через полчаса стража все же заглянула в покои лорда, они замерли на пороге. Принесший обед слуга сидел под стеной с воткнутым ножом в собственной груди, обескровленное тело Рутера глядело в потолок остекленевшими глазами, а на стене уже засыхало грозное послание.

Так будет с каждым предателем, продавшимся Империи.

И вновь застонали колокола над Камором. Лишенный своих хозяев, город замер в ожидании нового владыки. А пока не было никого, кто мог бы претендовать на трон, самые ушлые успевали устроить погром, вынося ценности из лавок и хранилищ. Стража, должная защищать горожан, присоединялась к мародерам.

На следующее утро никто бы уже и не сказал, с чего вдруг спокойным жителям самого богатого ликанского города вздумалось убивать друг друга и грабить собственных соседей. Охватившее Камор безумие улеглось так же быстро, как и возникло.

Никто и не вспоминал уже о пойманном не так давно имперском маге. А одинокая фигура архидьявола, мелькнувшая на границе леса, осталась незамеченной.

* * *

Альтарская резиденция Гильдии Искателей. Комната главы.

— Лакен мертв, — глядя в переговорное зеркало, спокойно подытожил Серрен. — Его искатели добрались до орочьего порта и ждут указаний. Корн отплыл им навстречу, будем надеяться, Герой Талы не вернется. Что еще из новостей?

— На границе опять неспокойно, — вставил глава Шиноса, постукивая когтями по столешнице. — Мои люди говорят, что готовится новый Великий Поход. Пока что мы видели лишь мелкие отряды, но нападать они не спешат.

— Разве армия Империи не разбила их в прошлый раз? — удивился один из глав.

— Этих можно не бояться, — заявил другой.

— Это можно использовать, — хмыкнул третий.

Серрен покачал головой.

— Уважаемые братья, давайте не будем торопить события, — заявил он. — Великих Походов только за прошедшее столетие было сколько? Пять-шесть? Ни один дикий народ не может всерьез противостоять нашей армии. И, прямо скажем, сейчас нужно нацелить генералов именно на Пограничье – на имперской территории им все равно делать нечего, и они боятся играть с нами за одним столом.

— Еще бы не бояться, — хмыкнул глава Шиноса. — Только ты забываешь, Серрен, мы отбивали атаки дикарей исключительно потому, что у них не было вокруг кого сплотиться.

— Думаешь, Герой Асмодея сможет их объединить? — с сомнением уточнил глава Альтары. — Признаться, я допускаю такой вариант, однако... У нас есть дела поважнее, чем нападение дикарей. Сейчас, если мы избавимся от армии на своей территории – кланы вновь поднимут голову. Это с регулярными войсками они драться опасаются – но стоит солдатам покинуть свои гарнизоны, нам в спину начнут бить со всех сторон.

— Согласен, — кивнул глава Моншен, — древние рода уже давно сидят по своим норам и активно рекрутируют новых бойцов. Мои маги уже не успевают отучиться, как их призывают обратно.

— Кланы не могут всерьез считать, что им удастся нас скинуть! — возразил глава Шиноса.

— Это ты расскажи клану Максалис, — рыкнул глава Эрру. — Что-то никто из нас даже претензий не смог выставить клану мертвоедов. А теперь, увидев, что у Гильдии Искателей не хватило смелости выступить за убитого, остальные тоже подтянутся. Ставлю тонну магических кристаллов, у клана Стеллер уже готов подробный план, как избавиться ото всех драконидов без исключения.

Серрен позволил себе усмешку.

— В таком случае нам пора отправить своих эмиссаров к древним родам, не так ли? Пусть выяснят, какого будущего для Колыбели желают главы.

Вновь зеркало разразилось спорящими голосами лидеров Гильдии Искателей. Дракониды не стеснялись ни в выражениях, ни в проявлении эмоций. Но, выпустив пар, владыки успокоились достаточно, чтобы продолжить разговор в деловом ключе.

— Это будут смертники? — уточнил глава Шиноса.

— У меня есть предложение, уважаемые, — глава Альтары привлек внимание собрания. — Мы позволим кланам взять больше власти. Предложим им полное содействие в войне с мелкими родами. Выдадим свое оружие и искателей в поддержку.

Каждый пункт плана вызывал новый всплеск недовольства, однако дальше ворчания никто не пошел. И даже о возможной измене Серрена мысль не озвучили, хотя сам старый драконид первым бы высказался в пользу этой идеи.

— В обмен на что?

— В обмен на неприкосновенность, разумеется. Пусть древние рода убивают друг друга за право возглавить новую Империю, мы будем стоять в стороне, занимаясь своими делами.

— Если мы уступаем кланам власть над Колыбелью, что за дела у нас останутся? — задал разумный вопрос глава Эрру. — Или ты подозреваешь, что нам придется ждать, пока рода не ослабеют достаточно, чтобы упасть к нам в руки, как перезревший плод?

Серрен растянул губы в улыбке.

— Вы, похоже, совсем позабыли об одной очень важной вещи, уважаемые главы, — заговорил он, когда молчание подзатянулось. — Да, мы уже однажды стравили кланы между собой. Небольшой передел сфер влияния уже свершился, однако это ничего не будет значить, если мы не доведем начатое до конца.

— Император, — выдохнул глава Шиноса.

— Именно, братья, — кивнул Серрен. — Очевидно, Герой Талы не заинтересован в завершении своей работы. Стоило Корну узнать, как добраться до другого Избранного, он сел на корабль и отплыл, даже не подумав уведомить собственный клан. Но позиции императора все еще остаются сильны. Благодаря нашим действиям, в народе его до сих пор любят, а вскоре и слухи о его возвращении доберутся до армии. Нужно ли говорить, на чью сторону встанут генералы в этой схватке?

Главы молчали.

— Посему предлагаю нанести визит нашему владыке. И оказать ему последние почести. Кто пойдет со мной?

* * *

Рал, город ликанов. Дьявол Дим.

Зачаровать слугу оказалось легче легкого. Вообще, даже удивительно, с какой простотой я заставил его не только зарезать собственного хозяина, но и убиться самому – воли к сопротивлению тот не продемонстрировал ни капли. Покинуть город через канализацию было делом плевым. Если бы все мои противники были такими же идиотами, я бы уже правил этим миром.

Город Камор строили настолько давно, что, похоже, никому и мысль в голову не пришла проверить катакомбы. Хотя, возможно, никто просто не знал о необходимости искать дьявола. Все свидетели моего появления, скорее всего, сгорели в замке Зерера. Жаль, что этого ублюдка пришил кто-то до меня, и когда я нашел нужную комнату, ликан уже успел остыть.

Эта маленькая месть, однако, не принесла мне должного облегчения. Да, я по глупости попал в плен, меня пытали. И я уничтожил и своих мучителей, и выполнил обещание, данное Рьерту, но этого было мало.

Стоило отойти от Камора на несколько километров, меня нагнала маруна. Хаэль не спрашивала, что я делал в городе, и как все прошло – полагаю, и так понимала, почему со столицей происходило то, что происходило.

А я не спешил делиться переживаниями. Несмотря на сделку, маруна все равно не воспринималась мной как равная. Если с Касси и Адой я вполне мог говорить в открытую, новая девка в моем гареме доверия не вызывала. Даже скорее наоборот – ее присутствие начинало тяготить, будто Хаэль передает своим хозяевам и всему Кругу о каждом моем шаге. Была ли эта паранойя следствием перенесенных пыток, я не знал, но и подпускать ее ближе не собирался.

За те несколько дней, потраченные на путь от Камора до Рала, эти ощущения никуда не ушли, и даже, честно говоря, окрепли. Радовало лишь то, что мои дьяволы не подвели, и теперь можно было приступить к работе.

Ворота Рала распахнулись, стоило мне выйти из-под крон деревьев, и наружу выбралась Азиль в сопровождении своего отряда. Прибавились и присланные Адамом солдаты. Всего в городе Рьерта получалось два десятка бойцов, если считать меня.

— Мой повелитель, — склонилась в глубоком поклоне Азиль.

За ней и остальные дьяволы наклонили головы. Хотя и не так низко, как их командир. За нами со стен взирали стражники города – то ли набранные из новичков, то ли в очередной раз переметнувшиеся.

— А тебя любят, — заявила маруна, оглядывая толпу рогатых воинов, вышедшую меня встретить.

— Встаньте, — велел я, рассматривая отряд. — Вы все хорошо потрудились. Чуть позже каждому будет выдано соответствующее вознаграждение. Пока что можете заниматься своими делами. Азиль, — повернулся я к довольной дьяволице, — проводи меня к Рьерту. Ах да, совсем забыл...

Мой взгляд обратился к маруне. Хаэль ничем не выдавала своих чувств, хотя мне и показалось, что она немного опасается такого количества дьяволов вокруг.

— Рассан, это Хаэль, ты обеспечишь ей безопасное место и позаботишься, чтобы она ни в чем не нуждалась. Пока я не прикажу, глаз с нее не спускать.

— Как пожелаешь, архидьявол, — отозвался воин, подходя к маруне.

— Если будет сопротивляться – можешь делать с ней все что угодно, — предупредил я. — Но постарайся не портить товар. По крайней мере, серьезно.

— У меня не забалует, — хмыкнул дьявол и, схватив Хаэль за руку, потащил ее в сторону ворот.

* * *

— Ты думаешь, они сдержат слово? — спросила Азиль, когда мы продвигались по улицам к замку лорда.

— Полагаю, она нам пригодится. А потом – посмотрим, Хаэль все еще под сделкой, и я не планирую ее нарушать. Когда закончит учить меня своей магии – пусть убирается куда хочет, — ответил я, разглядывая город.

Командир дьяволов одобрительно оскалилась.

— Кстати, помнишь, ты обещал мне награду, если я справлюсь с твоим особым заданием? — напомнила она, продолжая шагать рядом.

Вокруг кипела все та же городская жизнь, что была здесь еще в первый мой визит. Для простых ликанов ничего не менялось – ни после памятного нападения стаи, ни при узурпаторе. И уж тем более сохранил прежние порядки вернувший себе контроль Рьерт. Ни к чему попусту тревожить собственных подданных, когда дело касается высшей власти, от них зависит стабильность, так пусть живут и трудятся, не испытывая лишних волнений.

На параллельной улице шел бойкий торг, кричали дети, какой-то заблудший музыкант играл и пел. С другой стороны от нас бродили загруженные материалами рабочие. С грохотом проезжали в одноколесных тачках бревна и камни. Из окна слева доносился мощный запах жареной свинины. В общем, Рал жил полной жизнью, и даже присутствие дьяволов его не особо смущало.

— Хочешь обсудить это сейчас? — спросил я, перешагивая небольшую лужу.

— Почему нет? Ты же сам обещал, я согласилась. Так что, пока мы топаем в замок...

— Говори, чего ты хочешь? — усмехнулся в ответ, проходя мимо торгового ряда с одуряюще ароматной выпечкой.

Старый ликан, стоящий за прилавком, казалось, дремал. Но стоило мне остановиться, тут же откинул платок, укрывавший большие жареные пирожки. При виде румяного, почти морковного цвета пирога, я сглотнул.

— Дед, сколько за пирог? — потянувшись к кошельку, спросил я.

— Три медяка за маленький зерновой, — указав в сторону трех плетеных корзин, заваленных грудами пирожков, объявил он. — Мясные по десять, с капустой по пять. Большие по пятьдесят.

— Ты хочешь? — обернувшись к спутнице, спросил я, уже готовый смести с полок вообще весь ассортимент.

— Я хочу Рьерта, — заявила Азиль, и я замер на месте, сжимая кошель.

Как-то вот вообще не думал, что она станет требовать что-то подобное. Хотя, с другой стороны, чем молодой ликан плох? Дурной немного, ну так с годами это пройдет, а у дьяволицы жизнь долгая, успеет вырастить его под себя... Вырастить под себя, хм?

— Давай решим с пирожками, — предложил я, вываливая перед стариком груду меди. — Беру все, что есть.

Обрадованный ликан остановил меня взмахом ладони и принялся пересчитывать монеты. Отдельно дед сортировал имперские и местные – они же имели разный вес, значит, и покупательская способность различалась. Пришлось ждать, пока старик одобрит сделку.

— Как вы все это понесете? — спросил он, оглядывая заполненный прилавок.

— Легко, — ответил я, поднимая две ближайшие корзины.

Мгновенное мысленное усилие, и еда исчезла, будто ее и не было. Повторить этот фокус пришлось еще пару раз. Ошарашенный старик наблюдал, как испаряется его товар, но не проронил ни слова – то ли от удивления, то ли достаточно мудр.

— Благодарю, — с легким кивком сказал я, движением руки возвращая из домена пирог со свининой. — Азиль, пошли.

Старик сидеть на месте не стал – свернул лавочку и, подхватив складной стульчик, на котором отдыхал в ожидании покупателей, ушел в дом. Очевидно, такая выручка для него редкость, хотя город и населен достаточно плотно, однако чем еще заниматься на старости лет? За скотиной ухаживать он уже явно не сможет, как и в страже служить.

— Какая вкуснотища, — заявил я, пережевывая первый кусок.

— Ты так и не ответил, — напомнила дьяволица, шагая рядом со мной.

— Объясни подробнее, чего конкретно ты хочешь, — предложил я, уминая пирожок и извлекая новый. — Одно дело – если ты желаешь из него собачку на коротком поводке сделать. Это сразу нет, Рьерт – полезный союзник.

— Мне не нужен ручной ликан! — фыркнула Азиль. — Мне нужен лорд!.. Ты ведь все равно кого-то приставишь к нему, чтобы направлять в выгодную для домена сторону. Вот я и прошу назначить на это место именно меня.

— Почему? — решил уточнить я, отправляя последний кусок соленого теста в рот.

— Любая дьяволица хочет себе самого сильного и влиятельного партнера, — заявила она. — Но в нашем домене такой только ты да, пожалуй, Адам. Но ты и так уже занят жрицей, а у воеводы есть брюхатая человечка. Так что нам ничего не остается, кроме как смотреть на сторону...

Я задумался на минуту, продолжая шагать по улице.

— Рассчитываешь, вас благословит Асмодей, и ты сможешь дать Рьерту полукровку?

Азиль покачала головой.

— Это вряд ли. Однако я могу многого добиться сама, находясь рядом с Рьертом. И всем это будет только на пользу – у него постоянная связь с тобой, у тебя – полностью контролируемый лорд. Опять же, я уже говорила со жрицей, Ада подтвердила, что нам понадобится расширять влияние Асмодея, и, стоя рядом с троном ликанов, это будет гораздо проще сделать.

Она уже, значит, за меня решения принимает? Ну, подожди, Ада, побеседуем еще с тобой по поводу соблюдения иерархии в моем домене.

Мы подобрались к стенам замка. Ворота без необходимости открывать для нас не стали, но калитку в них отворили. Кивнув дружинникам, я первым прошел во внутренний двор.

— Хорошо, я согласен, Азиль. Но, запомни, если я узнаю, что ты хотя бы думаешь о чем-то плохом для меня, моего домена или дьяволов, я сниму тебя с должности через отсечение головы. Это понятно? — строго взглянув в глаза своей собеседницы, спросил я.

— Мой повелитель, — дьяволица буквально рухнула на колени, вцепившись в мою руку. — Я ни за что тебя не предам, мой архидьявол.

Кивнув, помог ей встать, и, придав ускорения ладонью по хвостатой заднице, пошел в сторону раскрытых ворот донжона. Лорд, одетый не в пример лучше прежнего, уже вышел через них и шел нам навстречу.

— С возвращением, Дим! — воскликнул Рьерт, подходя ближе.

Я перевел взгляд на Азиль, совершенно равнодушно рассматривающую молодого ликана, и протянул руку.

— И я рад видеть Верховного лорда ликанов, — с улыбкой ответил хозяину города я. — Надеюсь, ты готов идти в свою столицу? Остальным лордам пора узнать, что у них новый хозяин.

Глава 2

Переместившись в домен, я потратил несколько минут на сортировку хранящегося тут барахла. Конечно, можно было в любой момент просто махнуть на это дело рукой и создать, например, безразмерный сундук, куда стряхнуть все одним разом. Взять содержимое все равно некому – без моего ведома тут никого не бывает, однако мне требовалось немного личного времени, чтобы привести мысли в порядок. А как известно, нет лучше способа включить голову, чем занять руки.

Жуя припрятанный пирожок, я осмотрел получившийся склад и довольно хмыкнул. Среди обилия оружия и брони, взятых в подземелье стаи, нашлось место и нескольким горам монет разного калибра. Запасы золота неуклонно росли, и следовало его рассортировать по номиналу, чтобы не возникало путаницы; в таком случае если потребуется оплатить что-то у диких, я не всучу им имперские монеты. Серебро и медь еще предстояло обменять, избавившись от драконидских экземпляров – но это дело, само собой, отдаленное.

В целом я оказался достаточно состоятельным дьяволом по меркам обычного жителя Колыбели. Память Райса, давно притихшего где-то в темных уголках сознания, никак не отреагировала на приобретенное богатство, я просто знал, что сейчас могу позволить себе купить какую-нибудь лавку и развернуть дело. Например, собрать трактир на перекрестке дорог, набрать жратвы, и на первый месяц останусь при деньгах. Или, допустим, можно было бы вспомнить, как планировал зарабатывать на продаже игр, и открыть соответствующее производство.

Но, конечно, все повернулось так, что ни о каком собственном деле, кроме создания домена и власти над миром, думать не приходится. Герой Асмодея торгует пирожками и картами с обнаженными бабами – архидьявол со смеху лопнет, когда узнает.

А ведь было бы не так уж и плохо иметь какой-то бизнес, приносящий доход лично мне в карман, а не содержащий весь домен. Что у нас сейчас есть в активе? Крепость Ольх по факту принадлежит мне, но по сути все жители в ней – поголовно иждивенцы. Что мы можем продать Колыбели, чтобы всегда нашлось, чем хлеб намазать?

По-хорошему, тут нужна консультация кого-то достаточно осведомленного в реалиях Колыбели. Значит, так и запишем – по возвращении в крепость обстоятельно пообщаться с Кориалис, пусть она и не самая путевая искательница, однако какие-то знания у нее иметься просто обязаны. Но это потом – еще одно потом – а сейчас нужно поговорить кое с кем другим.

Вздохнув, я отряхнул ладони и сосредоточился. Нить Ады ощущалась так, будто дьяволица находилась в паре метров от меня, но, естественно, в моем пространстве все работает иначе, чем в реальном мире. Сюда я могу втянуть любого члена домена с той же легкостью, как если бы держал его за руку.

Ухватив прозрачную нить, я намотал ее на предплечье и когда почувствовал достаточную концентрацию силы, потянул на себя. Ада возникла передо мной и, не успев опомниться, оказалась схвачена за горло.

— Тебе не кажется, что ты что-то перепутала? — зашипел я, приподнимая жрицу над землей. — Это я глава домена и только я могу принимать решения, как им руководить!

Она попыталась удержать мою руку, вцепилась когтями, что-то сипя сдавленным голосом. Отпустив дьяволицу, я дал ей несколько секунд перевести дыхание.

— Ты бы все равно кого-то приставил к Рьерту, а у Азиль личный интерес, — откашлявшись, заявила она. — Я просто сделала так, чтобы тебе не пришлось об этом думать.

— Интерес, да? — хмыкнул, складывая руки на груди. — Мне вот тоже интересно, какого хрена она побежала за протекцией к тебе, а не ко мне? Ты решила подорвать мой авторитет, пока я тут на благо всех дьяволов пашу как проклятый? Забыла, кто сделал тебя жрицей?!

— Меня благословил Асмодей! — возмутилась Ада отшатываясь. — Ты не можешь снять меня с должности! Ты меня назначил, но лишить силы уже не сможешь!

— А я не стану тебя лишать силы, я просто оторву тебе башку и назначу другого жреца, если еще раз ты попытаешься за моей спиной плести интриги, — пригрозил ей, сжимая кулаки. — Я понятно изъясняюсь?

Золотые глаза Ады гневно вспыхнули, но дьяволица все же поджала губы и склонила голову.

— Прости, мой повелитель, этого больше не повторится.

— Мне кажется, ты не воспринимаешь меня всерьез, — отвернувшись, проговорил я. — А ведь уже трое Героев подохли именно из-за такого подхода. Когда ты собиралась рассказать, что на тебя не действуют законы домена?..

Судя по взгляду, каким меня обожгла жрица, никогда. Но что тут попишешь?..

— Не вижу в этом проблемы, — заявила Ада, передернув плечами, отчего ее грудь, и без того соблазнительно выглядывающая из декольте, всколыхнулась. — Ты наместник Асмодея, но я – его жрица. И мы оба ему служим, просто каждый по-своему. И я не понимаю, в чем проблема, Дим.

Оставалось лишь вздохнуть. Конечно, если говорить общими словами, дьяволица совершенно права. Но, стоит переключиться на мелочи, теория совместного труда быстро переходит в реальность лебедя, рака и щуки. У них тоже была одна задача, только толку не вышло.

Хмыкнув, я пересказал ей басню, насколько помнил сам. С учетом, что сам с ней ознакомился много лет назад и всего один раз, вышло не в рифму, зато суть удалось передать. Несколько секунд Ада переваривала новую для себя информацию.

— Ты хочешь сказать, что, действуя за твоей спиной, я мешаю тебе выполнять волю Асмодея?

— Ну, примерно так, — кивнул я, уже окончательно успокоившись.

Может быть, я просто параноик, и события в Каморе подстегнули опасения. Однако я не помню ни одного случая из земной истории, когда двоевластие приводило к чему-то хорошему. Но не станешь же пересказывать такое уроженцу другого мира?

— Я тебя поняла, — наконец, кивнула Ада, обхватывая себя за плечи. — Должна признаться, я даже и мысли не допускала, что ты можешь в этом разглядеть измену. Прости меня, Дим, я больше не повторю этой ошибки.

— Второй раз за сегодня ты называешь меня по имени, — заметил я, нахмурив брови. — А ведь только что сама заявила...

— Прости меня, мой архидьявол, я больше не повторю этой ошибки, — поправилась жрица.

— Так-то лучше. Впредь не забывай, кому ты принадлежишь, — кивнул я, осторожно приподняв лицо дьяволицы за подбородок. — А теперь расскажи мне, какие у вас там, в крепости, новости?

Ада подалась вперед, прильнула ко мне упругой грудью и, томно вздохнув, сообщила:

— Адам принуждает беров к подчинению. Наги приползали за головой Касси. Вроде бы ничего особенного не случилось. Главные новости – наш лорд нашел месторождение небесного железа.

— Азиль – трепло, — прокомментировал я, отходя от собеседницы. — Что ж, раз у нее такой длинный язык, стоит ее наказать.

— А это не она сказала, — тряхнув гривой рыжих волос, заявила Ада. — Рассан проболтался Адаму, а тот – рассказал мне. Но... Если ты хочешь, ты можешь запретить нам обсуждать дела...

— Нет, обойдемся без запрета. Что ты думаешь по поводу железа и орков?

— Нам нужны деньги и оружие, — пожала плечами жрица. — Сейчас ты подчинишь ликанов через Рьерта, а орки уже копают металл на их земле. Нам, так или иначе, придется вступаться за волков – они же союзники.

— Слово «союзник» подразумевает равноправие, — возразил я, покачав головой. — А в моей империи никто не будет равен дьяволам. Остальные могут быть равны между собой, но мой народ всегда будет выше по определению.

Ада улыбнулась, демонстрируя белые клыки.

— Именно этого Асмодей от тебя и хочет, — заявила она. — И этого жаждет весь твой домен. А с орками нужно попытаться договориться.

— Все хотят и жаждут, когда архидьявол принесете им мир на блюдечке... Вот только в управляющие годятся единицы, — хмыкнул я в ответ. — Куда девать остальных?

— Нас не так уж и много, чтобы не хватило работы на каждого. Пока что, конечно, столько рук не требуется, но если ты действительно нацелен создать свою империю...

— Что значит «если»?.. — усмехнулся я.

Ада улыбнулась шире и вновь прильнула ко мне. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы дотянуться до моего уха. Чуть прикусив мочку, жрица горячо выдохнула:

— Ты так заводишь меня, когда говоришь таким тоном...

Подхватив дьяволицу, я шагнул в сторону трона и, бросив Аду на сидение, задрал ей юбку. Опираясь на подлокотники, она оглянулась с довольной улыбкой. Перехватив ее хвост, накрутил его на предплечье и, не тратя сил на прелюдии, я воспользовался положением.

Когда через некоторое время стоящая коленями на теплом полу жрица взглянула на меня снизу вверх, облизывая губы, подал ей руку.

— Итак, — переводя дыхание, продолжил наш разговор я, — ты предлагаешь оставить запас слуг на тот период, когда наша власть распространится на большие просторы.

Поднявшись на ноги, Ада отряхнула юбку, будто та могла испачкаться в домене. Ее хвост вяло болтался, да и сама жрица выглядела расслабленной. То ли эффект места, где все произошло, то ли я действительно поднаторел в занятиях любовью с дьявольскими девушками.

— Это самое очевидное решение, — заявила она. — Кроме того, ты же будешь закрывать ими дыры в местной системе управления. И те, кто идут с тобой сразу – как и всегда, рискуют больше, но и получают возможности выгоднее. Если хочешь, я могу заняться предварительной сортировкой домена, чтобы при необходимости ты сразу брал подходящих.

Я кивнул, осознавая, что вообще-то мог бы и сам до такого додуматься. Да и в принципе пора переходить на делегирование полномочий. Предположим, один наместник будет рядом с Рьертом – пусть должность отойдет Азиль, не страшно на данном этапе, если что, девчонку всегда можно сместить. К берам отправится кто-то другой, но точно не Адам – такая корова, как говорится, нужна самому. Если воевода смог как-то объяснить медведям, почему они неправы, это, разумеется, требует поощрения, но и отпускать его в свободное плавание просто нельзя – слишком ценный кадр.

— Кстати, ты не думал о том, что раз можешь притягивать сюда дьяволов, то можно точно также проводить их отсюда к себе? — негромко спросила Ада, оглядывая ряды полок с разложенными мной вещами.

— У меня пока нет времени, чтобы этим заняться всерьез, — ответил я, пожимая плечами. — Но если ты знаешь, как это сделать быстро и дешево – внимательно тебя послушаю.

Жрица нахмурила лоб.

— Я обязательно подумаю над этим, мой архидьявол, — прижавшись ко мне, заявила она. — Кстати, я не сказала тебе, что хочу сделать из Кориалис новую жрицу Асмодея.

Я вскинул бровь.

— Это реально?

— Более чем, — кивнула Ада. — Она уже благословлена Асмодеем, так что упускать такую возможность будет по крайней мере глупо. В будущем, конечно, можно изменить жреческую структуру власти, распределяя по важности каждого ее члена, однако пока что нам все равно больше и брать-то некого.

— Ладно-ладно, я уже понял, что ты пытаешься сейчас получить одобрение на то, чем уже занимаешься, — хмыкнул я. — Даю добро, можешь дать ей сан. А если не получится – позови меня. Одну жрицу я уже создал, почему бы не сделать вторую. Кстати, она была беременна...

— И еще десяток дьяволиц тоже готовятся, — кивнула моя собеседница. — В последнее время мне уже начинает казаться, будто наш народ наверстывает упущенное за те столетия, когда у нас с детьми было очень туго.

Я не стал объяснять ей, что, вероятнее всего, она права. Мощь домена прокачивает дьяволов, восстанавливая положенные им по праву рождения силы и способности. Нельзя заставить импотента эрегировать, пока он не вылечит причину болезни. И та мана, которую мы всей толпой генерируем – это прививка, убирающая проблему полшестого.

— Так вот, я хочу, чтобы Кори оберегали, — вернулся я к теме разговора. — Это нерожденное дитя – наше будущее. Что-то с ним случится, и первой, с кого я спрошу за это, будешь ты, моя маленькая дьяволица.

— Я прекрасно понимаю, — кивнула Ада. — У Асмодея должны быть большие планы на этого ребенка, раз он позволил родиться еще одному полукровке. Хотя, если учесть, что ты здесь не рождался, тогда он, выходит, будет первым.

— В теории и философию будем играть позже и в другой обстановке, — отмахнулся я, не желая заострять на этом вопросе внимание. — Пока что – нужно, чтобы этот ребенок родился. А с его судьбой разберемся позже.

— Как скажешь, мой повелитель, — вновь склонила голову жрица. — Что-нибудь еще?

Я потер подбородок. Борода как-то не росла практически, так, легкая щетина. При этом в Колыбели у меня уже возникло желание найти себе кого-нибудь достаточно ловкого, кто поможет с зарослями на морде. Тоже сказывается неполноценность дьявольской крови?

— Я хочу, чтобы ты вошла в Круг, — сообщил я, глядя в золотые глаза.

— В Круг? — эхом отозвалась она.

— Да. И чем быстрее ты это сделаешь, тем будет лучше для нас всех.

— Хорошо.

— На этом все, можешь быть свободна, — кивнул я ей за спину, будто там имелась дверь, в которую действительно можно пройти.

— Я буду скучать, мой архидьявол, — с улыбкой сообщила Ада и в мгновение ока исчезла, оставив меня в одиночестве.

Впрочем, у меня и у самого еще куча дел на сегодня запланирована. Это до обретения домена я еще мог надеяться на беспечную спокойную жизнь. Однако ввязавшись в Игру, сам лишил себя права на отдых. Да и, честно говоря, стоит только подумать о своей прошлой жизни, как передергивает от омерзения – как можно было настолько все просрать?!

Прямо скажем, характер у меня не сахар. Однако, как показывает мое бытие в Колыбели, что-то я все же умел и мог. Но сдался, свесил лапки. Довел себя до ужасного состояния и сдох – глупо и смешно помер на сетевом турнире. Хуже, пожалуй, только утонуть в сельском очке.

Сжав кулак, я посмотрел на свою руку, надувшуюся мощными мышцами. Да, конечно, сила многое значит, тем более при столкновении с другими Героями. Но и мозги тоже нужны. Райс мог исправить свою жизнь, если бы действительно этого захотел, но он даже не пытался защищаться, когда его избивали дружки Кендалла. Верил в свою вину перед наследником клана Шерронов? Возможно, но разве это повод опускать руки?

Интересно, а как там поживает маленький бедный клан?

С этой мыслью я перешел в реальный мир. За окном выделенной мне комнаты – той же самой, где меня в свое время охраняли парни Эрьора – стояла глухая ночь. Темные тучи скользили по небу достаточно быстро, но если понаблюдать немного, становится ясно, что их не сдует никаким ветром.

А ведь совсем скоро наступит зима. Как и в самом глухом средневековье, жизнь диких племен не то чтобы умрет, но активность намного снизится. Империя таким анабиозом не страдает – там и дороги мощные, и за порядком следят. Да и в целом быт под рукой драконидов налажен достаточно, чтобы жители не впадали в спячку, а трудились на благо владыки.

Сидя на кровати, я глядел в окно, дожидаясь, пока наступит утро. От нечего делать вспоминал, что рассказывала Хаэль. Итак, магия марун, в сущности, проста, как и наши дьявольские сигилы, однако выглядит куда разнообразнее, и в то же время менее практично. В какой-нибудь РПГ игре ее обязательно отнесли бы к магии Жизни или стихии Дерева.

Проблема в том, что все эти друидские чародейства работают только вблизи с источниками – растениями. Грубо говоря, в городе особо не поколдуешь, так как там живого дерева практически нет. На огороде можно повысить урожайность – да и только, пожалуй. Но стоит пересечь городскую черту, выйти в лес – и перед тобой открыты все возможности.

Конечно, самих способностей, уже заготовленных для обучения, не так уж и много. Полезными для меня выглядит лишь Восстановление – когда ты вбираешь в себя жизненные силы из окружающего мира и можешь залечить раны, умертвив несколько старых стволов и всю флору в небольшом радиусе от себя. Древесный Щит для меня совершенно бесполезен – нарастающая чешуя коры защитит от дробящего удара, да и то не слишком сильно. Атакующей магии у марун, похоже, либо нет, либо Хаэль пока мне ее не показала. В любом случае, главное из ее урока я вынес.

Оставалось выбраться на природу с рассветом и попробовать все эти чудеса на практике. Это огонь легко представить и им управлять, однако для точной работы с лесным волшебством потребуется больше концентрации – как и в моем таланте, тут нужно четко представлять, как именно и какой процесс происходит. Хаэль хотела устроить мне лекцию по фотосинтезу, но школьные знания позволили мне заткнуть ее за пояс.

И да, работать с живой органикой сложнее, чем с базовым химическим процессом. Как-никак, а переменных в уравнении становится намного больше, и если допускать ошибки, можно не только не получить полагающегося результата, но и навредить самому себе. Именно по этой причине маги Империи учатся долго и упорно, а диких колдунов вырезают от греха подальше – ладно, если я по ошибке выжгу огород, другое дело – спалить к чертям весь лес. А все возможно, если подходить к делу без мозгов.

Наполненное маной ядро требовало действий, однако я все равно не спешил. Пересев в кресло, закрыл глаза и, положив руки на деревянные части, постарался ощутить «единение», как это назвала маруна. Вот у нее получалось разбудить дремавшую в старой кровати жизнь, а я ничего не чувствую – сказывается отсутствие опыта.

— Ладно, будем фармить «единение», — выдохнул я и, постукивая когтем по подлокотнику, налил себе вина из стоящего рядом кувшина.

* * *

Свинцовое море. Корабль «Ветряный».

Команда старалась единственного пассажира не трогать без крайней необходимости. Герой Талы внушал не уважение, а откровенный страх, однако капитан судна был не только умен, но и достаточно предан Гильдии, чтобы не отказываться от возложенной на него задачи.

Они вышли в рейс уже достаточно давно, и вскоре предстояло сделать остановку в порту, чтобы набрать пресной воды и пополнить припасы. Несмотря ни на какого пассажира, капитан не собирался морить голодом и жаждой собственную команду. Некромант, конечно, опасен и страшен, но если матросов не станет – самому ему придется к оркам добираться вплавь.

Гость же, казалось, наоборот, наслаждался поездкой. Раз в день он выходил на палубу и оглядывал раскинувшееся по оба борта бескрайнее серое море. Воды никогда не были здесь тихими и спокойными, каждый раз набрасывались на деревянные суда с такой яростью, будто их оскорблял сам факт существования корабля.

Вот и сейчас, пока капитан на мостике отдавал приказания команде, Герой Талы Корн заложил руки за спину и с легкой улыбкой наблюдал, как беснуются волны. Соленые капли летели в его худое лицо, оседали на губах, порывы ветра дергали полы плаща, будто пытаясь раздеть пассажира «Ветряного», однако некромант даже не вздрогнул ни разу.

Путешествие вот-вот подойдет к своей финальной точке. Орки там или дьяволы – какая разница, кого убивать, если все, так или иначе, попадут в руки Талы, единственной, кто разумно смотрит на жизнь?..

— Капитан! — обернувшись к мостику, едва ли не впервые с момента, как взошел на борт, заговорил некромант. — Мы же скоро остановимся в порту?

— Да, уважаемый.

Капитан ожидал чего угодно от тревожного пассажира, однако тому удалось его удивить.

— Я хочу сойти на берег в сопровождении пятерых матросов, — заявил Корн. — Мне понадобится пара часов. Это вас не слишком затруднит?

Капитан пожал плечами, ломая голову, что планирует Герой Талы.

— Никак нет, уважаемый. Пока загрузимся, у вас как раз будет время.

— Хорошо, тогда подготовьте трюм для погрузки.

— Что будем грузить, уважаемый?

Некромант вновь улыбнулся. И хотя выглядело это достаточно мирно, все до единого видевшие лицо Героя вздрогнули от ужаса.

— Трупы.

Глава 3

Рал, город ликанов. Дьявол Дим.

— То есть эти линзы на самом деле работают? — хмыкнул я, удерживая на пальце тонкую пленку. — Давайте попробуем.

Найти жертву для эксперимента была несложно: вернувший себе трон Рьерт поселил в подвал несколько особо выделившихся мятежников. Вместе с Азиль мы спустились в камеру.

— А тот, из стаи, с ним что? — ткнул я когтем в сторону сидящего в одиночном заточении ликана.

Бывший ассасин выглядел откровенно жалко. Худое тело покрывали следы пыток, местами шерсть срезали с мясом, кое-где драли клещами, но все раны прижгли. Убийца смотрел прямо, но, очевидно, если и видел что-либо, оно существовало не в этом мире. Обхватив себя за плечи, ликан раскачивался на месте, не выходя из кататонического ступора. Из приоткрытой пасти на грудь узника стекала нитка слюны.

— Он забрался ко мне в комнату, мой архидьявол, — хмыкнула Азиль. — Не могла же я упустить случая поиграть?

Я покосился на спутницу.

— Не помню, чтобы я разрешал доводить до такого состояния ценных заложников.

— Так он мне под очарованием все рассказал, — пожала плечами та. — А пытки были уже после. Не отпускать же его? А так он послужил мне хорошим развлечением.

— Впредь так не делай, пока не разрешу, — покачал головой я. — На нем могло быть наложено заклятье, позволяющее сохранить самую ценную информацию.

Азиль кивнула, хотя по лицу заметно – командир со мной не согласна. Впрочем, ее согласие меня мало тревожит.

— Он рассказал, где и как их тренируют? Может быть, сдал агентурную сеть? Или ты теперь знаешь, кто научил их делать линзы?

— Он не знает ничего, мой архидьявол, — покачала головой она. — Все, что он помнил: утро перед нападением. Всего остального будто и не существовало. Я проверила, поверь мне.

Я зло выдохнул сквозь зубы.

— То есть ты напоролась на защиту, которую не смогла вскрыть очарованием, и решила запытать шпиона до сумасшествия?! Азиль!..

Я саданул кулаком по стене, едва не вывернув кирпич из кладки. Костяшки обожгло болью, но ссадины тут же затянулись.

— Я не дура, — огрызнулась дьяволица. — Мы нашли место, которое он вспомнил первым. Там проходили повозки. Караван уже ищут, все торговцы, хоть раз побывавшие рядом с Ралом, нам известны. Это лишь вопрос времени, когда мы их поймаем.

Я глубоко вздохнул.

— Разберись с этим, — приказал, все еще чувствуя злость. — А этот кусок мяса...

Призвав огнешар, я бросил его в безумца. Пламя объяло израненное тело, ликан даже не пикнул, обратившись в пепел.

— А теперь тащи мне кого-нибудь для испытаний.

Через пятнадцать минут я был вынужден смириться с фактом – линзы действительно работают. Даже я, прокачанный тремя Героями, не смог сквозь них пробиться.

— На данный момент это самая серьезная угроза для нас, — объявил я.

Азиль, стоящая за спиной пленного, коротко кивнула. Хрустнула шея заключенного, и ликан свалился на пол.

— Шила в мешке не утаишь, — безразлично глядя на труп мятежника, я продолжил мысль. — Хотела кресло наместника? Вот твоя первая задача, Азиль: выйти на след стаи и уничтожить производство линз. Всех, кто знает, как их делать – тоже.

— А что с самой стаей?

— Мне нужно знать, кто за ними стоит. Так что главных – приведешь ко мне. Остальные должны быть истреблены, без исключений.

— Как пожелаешь, мой архидьявол, — склонила голову наместник.

Отряхнув руки, будто мог в чем-то испачкаться, я покинул камеру.

* * *

Камор, город ликанов. Дьявол Дим.

Мое возвращение в столицу волков прошло буднично. Пребывали и другие лорды, а наш просто привел с собой «охрану» из дьяволов. И хотя я заметно выделялся на фоне сородичей, никто не связал лично меня и Героя Асмодея.

После падения одной из крепостей Камор утратил былое величие. Жители бродили по улицам с опущенными головами, на нас вовсе старались не смотреть.

Хватало и тех, кто пришел под чужими стягами. Пришельцы вели себя дерзко, уже всерьез считая себя хозяевами. Проходя мимо рынка, мы стали свидетелями грабежа – группа вояк, покрытая шрамами, в одинаковых кожаных куртках перетряхивала имущество бессильной торговки. За спиной ликанки с ужасом в расширенных глазах наблюдали за происходящим трое тощих детей.

— А ну, стоять! — крикнул я, демонстративно снимая с пояса тяжелую булаву.

Облачение на мне ничем не отличалось от остальной компании. Толстая кофта, поверх нее кольчужная рубашка. На предплечьях красовались выкрашенные кожаные браслеты с шипами по внешней стороне. Не то чтобы они особенно радовали функциональностью, но смотрелись внушительно. А с моими архидьявольскими габаритами – вдвойне.

— Пошел прочь, — не оборачиваясь, рявкнул самый здоровенный из грабителей, — это наша территория, найдите себе другой район!

Я чуть в голос не засмеялся от такой наглости. Однако пришлось играть роль, а потому я обернулся к Рьерту.

— Мы здесь в гостях, — стараясь говорить, чтобы нас слышала вся округа, спросил его, — но вы – Верховный лорд, монарх ликанов. Что прикажете, ваше величество?

Щенок, сильно возмужавший за последнее время, кивнул в сторону чужих бойцов.

— Отрубите им руки.

Вот теперь мы привлекли внимание распоясавшихся солдат. Разом бросив все дела, они похватали из ножен длинные мечи – стало быть, их хозяин достаточно богат! – и ощетинились ими, сформировав подобие строя.

— Вы слышали приказ! — звонкий и какой-то соблазнительно взволнованный голос Азиль пронесся над толпой.

Дьяволы красными молниями пересекли отделявшее их от жертв расстояние. Забивающий уши грохот и скрежет металла мгновенно сменился адскими криками. Ноздри затрепетали, чувствуя пролитую кровь.

Семь бывалых вояк, завывая и скуля, ползали по грязной мостовой, не в силах подняться на ноги. Дьяволы Азиль с нескрываемым удовольствием ломали пальцы на уже оторванных руках.

— Ты, — поманив к себе дрожащую от ужаса торговку, обратился Рьерт. — Все, что было у них – теперь твое. А самих грабителей гоните к замку, я поговорю с их хозяином!

Нужно ли уточнять, что калек ринулись поднимать пинками буквально все горожане? Всего несколько секунд потребовалось ликанам, чтобы раздеть обезображенный отряд. Гора вещей свалилась к ногам торговки, а наша делегация в сопровождении каморцев и цирка уродов двинулась к уцелевшему замку лорда Рутера.

По ходу движения к нам прибавлялось все больше жителей города. Подстегнутые Азиль дьяволы периодически пропадали из поля зрения, а к коллекции калек прибавлялись новые изувеченные. Кто-то уже кричал здравицу «Монарху Рьерту», другие метали в воющих безруких грязью и камнями.

На мой скромный взгляд, все получилось даже лучше, чем я рассчитывал. После потери лордов горожане оказались предоставлены сами себе, в Каморе случилось несколько погромов, а потом – их жестко имели все, у кого хватало духу поднять руку на гражданское население. А Рьерт дал им самое ценное для униженных и оскорбленных – сладкое чувство мести.

Естественно, нас попытались остановить. Кто-то из лордов, очевидно, не слишком умный, повел свой отряд нам навстречу с мечами наголо. Довольно улыбающаяся Азиль отдала приказ, и окровавленные регалии лорда, втоптанного в мостовую вместе с тремя десятками солдат матерого ликана, принесли монарху.

Крепость открывать ворота не пожелала. В толпу полетели стрелы, не разбирая, кто и почему показался перед воротами. Пришлось вскинуть руку с булавой и создать Огненный Щит над собравшейся толпой. Снаряды вспыхивали, на лету обращаясь в праздничные искры.

Опьяненный своей защищенностью народ буквально повис на створках, откуда-то в руках мастеровых появился таран. Ворота пали через две минуты, и разозленная масса горожан хлынула во двор.

Через полчаса Рьерт, стоящий на крыльце крепости перед собравшейся толпой ликан, принял серебряную корону из рук двух уцелевших в восстании советников. Мне оставалось лишь усмехнуться – на ее изготовление пошла вся остававшаяся у меня мелочь, зато вопрос с разменом оказался закрыт.

Конечно, все это звучит очень просто и легко. На деле же казна домена пополнилась внушительным количеством оружия и брони, золота и драгоценностей. Это наивному обывателю могло показаться, что дьяволы хватали по городу кого-то случайного.

И два дня по улицам собирали тела погибших. Кого-то задавили в толпе, кто-то помер от народного гнева. Другим помогли откинуть копыта добрые соседи. Революция хоть и обошлась малой кровью, но эта кровь все же была.

Скажи мне кто, что я спокойно стану решать судьбу целого народа, сам бы не поверил. Однако вот она – корона ликанов, блестит на голове Рьерта. Азиль, сменившая доспехи на роскошное черно-золотое платье, вьется вокруг коронованного мальчишки, будто кошка возле сметаны, того и гляди, сожрет беднягу.

Улыбнувшись этому сравнению, я отвернулся к окну. Первый шаг сделан, какой-никакой союзник у нас теперь есть. С берами еще не до конца понятно, как поступить, однако с этим уже разберется Адам, до сих пор он остался единственным, на кого у меня нет причин повышать голос. Или я чего-то не знаю?

В любом случае, как бы ни хотелось, а нужно двигаться дальше. Хорошо было бы, разумеется, запереться в крепости, трахать служанок и опустошать винный погреб. Но, увы, либо я действую, загребая жар собственными руками, либо загребут меня.

— Лорд Дим, — с поклоном обратился ко мне один из уцелевших в резне лордов.

— Да? — глядя на собеседника вполоборота, вскинул бровь я.

А ведь хорош! Здоровый, как дьявол, с торчащими наружу клыками. На морде шрам перечеркивает шкуру некрасиво сросшимся бугром. Одет в нагрудник – мятый и царапанный так, будто на нем целого места не осталось. На наборном поясе широкий меч с загнутым лезвием, с другой стороны – кинжал, больше похожий на мачете.

— Я лорд Вольд, мои земли примыкают к границе с марунами, — представился он. — У меня есть определенная репутация среди наших народов.

— Я здесь дьявол новый, — усмехнулся, бросая взгляд на общающихся с коронованным монархом гостей. — Не подскажете, какая именно репутация, лорд Вольд?

Он спокойно кивнул, переступая на месте, будто мы оказались на палубе корабля.

— Мы – единственные ликаны, кто ходит по морям, лорд Дим.

Пираты... Морские волки в прямом смысле слова.

Улыбнувшись этому каламбуру, я взглянул на собеседника пристальнее. Если он ходит вдоль берега, тогда понятно, откуда в его ватаге столько железа. Остальные лорды таким обилием металла похвастаться не могли – максимум, таскали латы сами, а за спиной Вольда, подозрительно оглядывая собравшихся, стоит десяток бойцов в доспехах.

В любом другом месте столь показная готовность сражаться – действительно угроза. Но когда на твоих глазах толпа рвет в клочья опытных воинов, у любого руки сами к оружию потянутся. Да и понимают морские волки, что присутствующие дьяволы их порвут, стоить только вытащить меч из ножен.

— Рад знакомству, лорд Вольд, — чуть наклонив голову, проговорил я. — Чем могу быть полезен?

Он кивнул, указывая на угол в стороне. Медленно повернувшись, я проследовал за ним. Об альковах, закрытых плотными шторами, речи, разумеется, не шло, однако, стоит говорить чуть тише, и тебя разве что по губам прочтут.

— Перейду к делу, лорд Дим, — резко, будто бросаясь в омут с головой, заявил он. — Через мои руки часто ходят не самые законные товары. Однако вы – не один из нас, ликанские законы вам все равно что собачий скулеж – сколько ни лай, а укусить вас ни одна псина не посмеет.

Меня откровенно удивила его манера высказываться о сородичах. А еще навела на мысли. Якшайся Вольд исключительно среди своих, в его речи никто бы и не услышал столь унизительных для любого ликана слов. А он выходит из зоны, так сказать, комфорта, вертится в самых разных кругах, стало быть, и кругозор шире, и полезные знакомства имеются. Да что там, уверен, он и с Империей делишки проворачивает!

— Наши законы действительно выше любых чужих, — спокойно кивнул я. — Но давайте к сути, лорд Вольд.

— А суть проста, лорд Дим, — хмыкнул он, отчего торчащие клыки выглянули еще больше. — И вам, и нам нужно уютное место, где можно укрыться от тревог. Крепость Ольх отлично подойдет для перевалочной базы моих кораблей. Не удивляйтесь, мы не раз там останавливались до вашего захвата... Перестали, когда пропало трое матросов в проклятом подземелье.

— Я удивлен, что вы хотите сделать из моей вотчины перевалочную базу, — хмыкнул в ответ.

— Много мы места не займем – там рядом бухта имеется удобная, — продолжил рассказ пират, — сверху ее не достать, однако можно по тропинке спуститься. В общем, я предлагаю вам часть добычи в обмен на верфь, где мои ребята смогут отдохнуть и отремонтировать суда.

— И какую же часть? — вскинул бровь я.

— Десятую от капитанской, — еще чуть тише произнес моряк.

— Дайте угадаю, доля капитана – половина добычи или выручки, так? — хмыкнул я.

— Именно, — кивнул он с довольным оскалом на морде.

Я взял паузу на несколько секунд. Очевидно, что меня пытаются поиметь, либо проверяют на прочность. Банда морских разбойников под боком защищенной крепости – это, конечно, несколько десятков дополнительных мечей, а с другой стороны – это десятки шпионов там, где их как раз быть не должно.

— Что ж, лорд Вольд, — протянул я, — давайте рассказывайте, почему вам и вашим судам вдруг ни с того ни с сего понадобилось убежище. Вы – волки морские, просоленные ветром и штормами, и тут – бежите ко мне под бочок. В бухту к дьяволу, лишь бы не попасться кому-то еще более страшному, чем мы. Вы ведь не спроста заговорили со мной о вашем влиянии среди марун, так? Им что-то стало известно, вы подслушали и теперь бежите, поджав хвосты.

Вольд скривился – но не оскорбленно, скорее, раздосадовано, мол, не получилось. К чести сказать, отказываться от разговора он не стал, чем еще раз доказал свое отличие от обычных ликанов.

— Надвигается Великий Поход, лорд Дим. И орки готовятся к выступлению в степь. Проблема в том, что они не единственные, кто хочет повести все изначальные народы на бойню с Империей.

— Есть и другие претенденты?

— Торрены тоже хотят своего Верховного Вождя, — признался моряк. — А как вы сами понимаете, когда за дело берется армия, мелкому бедному кораблику уже ничего не остается на выжженных берегах.

Или, скорее всего, ты что-то у орков или быков спер. При этом это «что-то» настолько важно, что за твоей блохастой башкой будут гоняться по всей Колыбели. Интересно, что же это?

— С этого места поподробнее, лорд Вольд, — склонив голову к собеседнику, предложил я.

— Предлагаю сделку, лорд Дим, — почуяв мой интерес, схватился за ниточку ликан. — Вы нам – убежище, мы вам – информацию и часть добычи.

Я хмыкнул, выпрямляясь и оглядывая зал. Монарх шагал в компании дьяволицы и советников, направляясь в нашу сторону. Так что оставалась минута, чтобы заключить кривую сделку или же...

— Встретимся вне замка, лорд Вольд. И будьте готовы, — чуть склонив голову, я оставил моряка размышлять над моими словами. — Ваше величество! — повысив голос до нормального, я поклонился приближающемуся Рьерту.

— Дим! — радостно улыбаясь, воскликнул тот. — Нам пора в зал. Сегодня будет пир в нашу честь!

— Ваше величество уже говорит о себе во множественном числе? — с улыбкой ответил я. — Далеко пойдете, монарх, далеко пойдете.

Лорд Вольд сделался максимально незаметным, и так же тихонько прошмыгнул за мной. Его бойцы, встретив вожака, сразу же скрыли его за своими широкими спинами. Я проводил их удаляющуюся компанию взглядом.

Да, у морских волков видна и иная стать и больше готовности к жаркой драке не на жизнь, а насмерть. Вот что значит кругозор – они побывали за пределами своей крохотной Ликании, знают, почем фунт лиха. Не то что местные изнеженные лорды и их, с позволения сказать, воины!

— Я готов официально объявить о нашем союзе! — пояснил Рьерт, оказавшись в шаге от меня. — Мы, конечно, слово тоже держим, однако лучше будет рассказать обо всем без утайки.

Я бросил короткий взгляд на Азиль. Наместница улыбнулась мне, в золотых глазах пляшут бесенята, хвост подергивается в предвкушении. Вот интересно, Рьерт хоть на капельку знает эту садистку, которую самолично пригрел у себя на груди? Такую змею хрен зачаруешь дудочкой. Прямо вижу, как она обвивается вокруг него и сдавливает, сдавливает так, что у маленького ликана наружу кишки вылезают вперемешку с костяной трухой. Впрочем, мне-то какая разница, какие у них постельные утехи?

— Да, разумеется, — кивнул я, возвращаясь к разговору. — Тогда пойдемте, ваше величество?

Рьерт двигался первым, за его руку держалась Азиль, как бы демонстрируя одновременно как расположение монарха к дьяволам, так и застолбив место, отсекая иных кандидаток в фаворитки правителя. Следом за этой парочкой шагали советники, слетевшиеся в замок после коронации со всех земель и от каждого лорда. Последним топал я, погруженный в свои думы.

Итак, с ликанами мы закончили. Остается разобраться, что делать с пиратами и на какую сторону встать в борьбе за место Ленина в намечающейся войне. Не хотелось бы оказаться меж двух огней, но и отказываться от выгодного предложения Вольда – глупо. По крайней мере, пока он будет мне полезен, а там – ну, подумаешь, корабль затонул, с кем не случается? Это море, а оно всегда опасно, особенно если тебе прожгли дырку в палубах.

Уже увереннее улыбаясь, я прошел в зал, где набилось столько народу, что в громадном помещении стало душно. От позолоты и сотен свечей исходило столько света, что глаза резало. Однако никого эта кичливая роскошь не беспокоила – сегодня народ собственноручно усадил себе на шею самого зависимого правителя на свете. И для народа это – праздник.

Не будем его портить. У них впереди еще вся жизнь, чтобы осознать, какую ошибку совершили и какого лорда поддержали. Помахав сразу всем, я опустился за стол слева от монарха и потянулся к стоящей рядом уже благоухающей ягодным вином чаше.

— За его величество! За монарха Рьерта! — громогласно объявил я, поднимаясь на ноги и сжимая кубок в руке. — До дна!..

Единоначалие полезная штука – никто не качает права, не пытается подсидеть занявшего трон. Так что когда пришедшие на праздник лорды стали падать под стол, исходя пеной изо рта, я лишь бросил взгляд на довольно улыбающуюся Азиль и отсалютовал ей кубком. Принятое перед началом пира противоядие сохранило жизнь лишь тем, кто был заранее определен наместницей домена.

Монарх должен быть один. А потому все прочие претенденты должны умереть.

Глава 4

Операция прошла без моего участия, если не считать за таковое мое согласие. Азиль, взявшись за дело еще после захвата Рала, накопала достаточно информации о ликанских лордах, чтобы оценить полезность каждого как для нас, так и для самого Рьерта. Те, кому повезло, теперь взирали на лежащие по всему залу трупы, с ужасом роняя кубки.

Под высоким сводом повисла долгая тишина, слышно было лишь как судорожно пытается вдохнуть кто-то из сипящих под столом отравленных. Дьяволы, до того незаметно стоявшие у стены, пришли в движение, будто репетировали – синхронно, красиво и чертовски пугающе. В руках рогатых воинов блеснули ножи, а в следующую минуту зал заполнился звуками вспарываемой плоти и ударов металла о кости.

— По воле монарха ликаны больше не станут воевать друг с другом, — объявила Азиль, стоя за троном Рьерта, молчаливо взирающего на разрезаемые дьяволами тела. — Среди пришедших на пир нашлись те, кто счел, что более достойны править. К счастью, в зале оказались и те лорды, кто не поддался столь позорному искушению. Вы, — дьяволица обвела рукой выживших, — избраны служить своему монарху, и ваша верность не останется без награды!

Мне оставалось лишь закусить щеку изнутри, чтобы не заржать. Что Азиль отравит вино я, естественно, знал. А вот как они с Рьертом это станут объяснять, оказалось забавным сюрпризом. Но раз уж я одобрил Азиль в качестве наместницы, нужно поддерживать ее начинания. Конечно, она могла наломать дров – кто не без греха – но все же шанс дать я был обязан.

Меж тем фальсификация окончилась, и убитых оттащили в сторону, чтобы не мешали высоким гостям слушать своего господина и повелителя. Я заметил пару мелькнувших украшений – покойникам уже не понадобятся, а моим воинам тоже нужны деньги на карманные расходы.

Монарх наконец медленно поднялся с трона и обвел руками помещение.

— Лорды! — обратился он к своим «сторонникам». — Мы все с вами прошли через многое. Мы воевали с берами плечом к плечу. В прошлом даже случалось сражаться между родами. Однако с сегодняшнего дня всем распрям пришел конец! — решительно заявил он, опираясь кулаками на стол. — Те, кто оказался недостоин будущего, сейчас лежат мертвые, и вместе с ними я отвергаю любую вражду между ликанами! С этого дня вы, мои верные братья, будете олицетворять не только свою власть над жителями нашего края, но и мою.

Это заявление не смогло достучаться до разумов все еще ошарашенных лордов. Куда красочнее и выразительнее для них смотрелась гора изуродованных посмертными травмами тел, понемногу заливающих пол еще теплой кровью.

— Те, кто ушел в прошлое, — продолжил вещать монарх, — оставили нам достаточно, чтобы всем присутствующим хватило и земли, и подданных. Их территории – отныне ваши. Своим первым приказом как монарха я разделяю земли Ликании между всеми присутствующими!

Вот теперь уцелевшие ожили, приободрились, оглядываясь по сторонам. Плечи расправились, в глазах вспыхнул жадный огонек. Готов поспорить, каждый из них сейчас уже прикидывал, какой именно кусок земли ему свалился с неба. И главное – за что, за то, что были слишком ленивы, чтобы организовать собственный заговор, либо присоединиться к уже начатому соседом. Плюшки действительно впечатляющие: все же, хоть лес волков и небольшой, а освободилось почти две трети всех земель.

— Сегодня вечером вы принесете мне клятву верности, — после короткой паузы заговорил Рьерт торжественным голосом. — В свою очередь, я, как ваш монарх, обязуюсь защищать вас. Ваши проблемы станут моими, ваши интересы – моими интересами. Вместе, объединившись, мы сможем сделать Ликанию великой! Наши потомки навсегда запомнят этот день – день, когда мы сложили оружие и вместе заложили основы единого закона и процветания нашей великой родины!

Стоило ему вскинуть кубок, тронный зал утонул в волчьем вое. Задрав головы к потолку, вожаки ликан выражали одобрение в более знакомой и привычной для них манере. А я уж и забыл, что они – звери, ожидал скорее жидких аплодисментов. Что же, еще одно напоминание – всегда нужно помнить, где и с кем ты ведешь дела.

— Сейчас стража вытащит трупы предателей, и мы продолжим праздновать! — объявил Рьерт, безбоязненно отхлебывая из кубка.

Мне оставалось только улыбаться, глядя на то, какого ликана я создал. А ведь при первой встрече он был еще совсем неразумным щенком. Как, однако, быстро растут чужие дети.

* * *

По итогам карательной операции народу действительно объявили, что группа лордов попыталась осуществить вооруженный переворот прямо на пиру. Однако сперва врагов оттеснили от монарха оставшиеся верными ликаны, а потом к делу подключились и дьяволы. Сообщение о нашем союзе на фоне столь грандиозных событий прошло совсем незаметно. Однако те, кто поумнее, осознали – мир изменился.

Обошлось малой кровью. Единственный, кому не повезло – виночерпий. Но парень сам виноват, приложился к хозяйскому вину, решив, что от пары кубков лорды не обеднеют. Впрочем, его семье Рьерт выделил пенсию – официально отравленный пал под ударами бунтовщиков. Раны от оружия нанесли всем, кто «умер, подняв руку на монарха», а то, что они посмертные – кто их проверять станет? Криминалистов в лесу не водится. Изуродованные тела просто сожгли тем же вечером, побросав в одну кучу.

Воины павших владык оказались растеряны, лишившись руководства, и были взяты в оборот этой же ночью. Те, кто не хотел признавать нового хозяина, разоружались и, закованные в цепи, покидали город в направлении крепости Ольх. Мне лишние руки пригодятся – а если будут непослушными щеночками, отправятся в жертву Асмодею.

Другая судьба ждала воинов переметнувшихся – как и следовало ожидать, это была целая категория гвардейцев постарше. Они уже не раз сменяли правителя – иногда своими мечами – так что ничего необычного для них и не случилось. К тому же все условия службы сохранялись без изменений.

Разжиревшие за счет чужих территорий лорды монархической Ликании получили небольшое усиление собственных отрядов. Однако им еще предстояло провести не только проверку деревень и городков, но и навести там порядок, если кому бунтовать вздумается.

Я же, дослушав отчеты Азиль, отправился на встречу с пиратами. Поспать за ночь нам так и не удалось, пришлось кое-где бегать и следить, чтобы все приказы выполнялись в точности, так что накопившаяся усталость давала о себе знать, и настроение у меня было не лучшим.

— Длинный выдался день, лорд Дим, — сидящий напротив меня Вольд со стуком поставил опустевшую кружку на стол.

По морде видно – флибустьер тоже не сомкнул глаз, голос охрип, веки отяжелели и набрякли. Да и движения куда грубее, чем обычно. Лорд вымотался и держался на ногах скорее из упрямства, чем на собственных силах.

— Ликанию ждут большие перемены, — кивнул я, чтобы поддержать разговор.

Заведение, где расположились пираты, явно знавало лучшие времена. Из-за прошедших в Каморе погромов часть мебели до сих пор не успели заменить, запасы пойла также подходили к концу. Хотя бы кормили здесь сносно, впрочем, я не припомню, чтобы хоть раз стряпня ликанов оставила меня равнодушным.

— Многое изменится, — согласился Вольд, кивая своим подопечным, рассевшимся по всему залу.

Моряки отставили недопитые кружки и дружно покинули таверну. Едва за последним хлопнула, закрываясь, дверь, вожак морских волков повернулся ко мне с улыбкой.

— Что ж, лорд Дим, я готов вас выслушать.

Пожав плечами, я забросил ложку теплой каши в рот и прожевал. Затем, ощущая на себе нетерпеливый взгляд собеседника, поднял кружку с компотом, приятный ягодный вкус растекся по языку, заполнил рот. Какое же удовольствие вот так сидеть и наслаждаться едой, пускай и однообразной, зато очень вкусной и сытной.

Мы расположились у окна, и яркие солнечные лучи били в исцарапанную столешницу. Однако заткнутый слюдой проем уже покрывали мелкие узоры ранней изморози. Дыхание подступающей зимы ощущалось все сильнее, часть горожан уже переоделась в теплые вещи, хотя, на мой взгляд, им должна помогать шерсть.

Как бы там ни было, за ночь температура резко упала, перевалив за минус, и вскоре наступит пора забиваться в норы до весны. Конечно, это пока что всего лишь первые заморозки, однако с каждым днем зима подбирается ближе. Недаром Великий Поход затевают именно сейчас – все урожаи убраны, комбикорм для скотины заготовлен, а зимой заняться нечем – так почему бы и не повоевать?

Пока орки с торренами решат, кто сядет в кресло Верховного Вождя, как раз снег ляжет. И лучшим способом согреться станет размахивание оружием. Но, разумеется, ни тем ни другим не нравится просто с ним тренироваться, нужен теплокровный враг, чтобы каждый удар отнимал жизнь и в лицо брызгало терпкой и горячей кровью. Чтобы самок можно было валить не на торчащие во все стороны ветки и травинки, а на мягкий снег, окрашенный кровью ее только что убитого самца – мужа или отца. Р – романтика!

— Итак, лорд Вольд, — решив, что достаточно потрепал собеседнику нервы, медленно заговорил я. — За вами начнут охоту, кто бы ни вышел победителем из схватки за место Верховного Вождя.

Он подобрался, на плечах косматыми волнами вздыбилась шерсть. Веки еще больше нависли над желтыми глазами, казалось, секунда и знатный флибустьер взорвется негодованием и обвинениями.

— Не советую мне врать, — остановил его жестом я, не купившись на спектакль. — Обман – дело такое, у дьяволов он в крови, мы сразу чуем, если нам хотят солгать. И поверьте мне, уважаемый, вам не понравится, если я разозлюсь.

Вольд моментально расслабился, напускная ярость исчезла, выдавая свое неестественное происхождение. Не дурак он, совсем не дурак. Вот что значит кругозор. Его собратья лорды, ни разу дальше собственного надела не выходившие, куда как примитивнее. Впрочем, это закон: кто хоть раз обошел вокруг хаты, всегда мудрее тех, кто ее никогда не покидал.

— Итак, меня очень беспокоит, что же вы такое желаете спрятать в моей бухте? — запуская ложку в кашу, спросил я.

Ликан несколько секунд раздумывал, но, очевидно, нужда была сильнее желания сохранить тайну. Это само по себе указывает, насколько ценную вещь выкрали морские волки.

— Последний Великий Поход был давно, — проговорил он, царапая когтем и без того ободранную столешницу. — Однако мне подвернулся случай разжиться регалией Вождя. Каждый раз, когда мы шли воевать с Империей, этот символ власти находился при лидере. Тогда я решил, что это отличная идея: припрятать артефакт до поры до времени, а там, кто знает, и продать его.

Я хмыкнул.

— Вы ходите в море, лорд Вольд, наверняка могли бы не только надежно спрятать его, но и продать Империи.

Он дернулся, как от удара под дых, но тут же взял себя в руки.

— Имперцы хотели его купить, это правда, — сознался ликан. — Однако вместо соблюдения договора решили перебить нас и забрать товар силой. Я с трудом унес ноги, потерял почти треть воинов... И кто-то после этого пустил слушок, что символ власти – у меня.

Я кивнул, будто так и знал. Ребята драконидов явно разбираются, как вести бизнес. Не получив в свои руки ценную добычу, воспользовались местной системой оповещения «одна бабка сказала», у кого ей разжиться. Вот зачем нужны связи в стане противника. Вольда пока что спасает лишь то, что на данный момент и оркам и торренам важнее определиться, кто поведет остальные расы в бой. Но как только этот вопрос будет решен, пиратов вобьют в землю по ноздри и отберут нужный предмет, уже не спрашивая разрешения.

Откинувшись на спинку стула, я побарабанил пальцами по столу. Очевидно, мне придется вмешаться в Великий Поход. И, похоже, у меня только что появился аргумент в переговорах с орками.

— Вы отдадите его мне? — решив прояснить последний момент, спросил я.

— Думаете, после того, что я прошел ради...

— Ты откусил больше, чем можешь проглотить, Вольд, — отбросив манеры, заявил я. — Ликаны ни при каких обстоятельствах не дадут тебе надежной защиты. Другое дело дьяволы: нас уже пытались прижать и ваши лорды, и беры, и наги. Однако я всех заставил заплатить за наглость собственными жизнями. Так что мой ответ таков, лорд Вольд: бухта дьявола станет вам доступна только в обмен на артефакт Вождя. А за пользование моей территорией вы и ваши корабли станут платить мне фиксированную сумму. Скажем, золотую монету с корабля. Это цена в сутки, разумеется.

— Это бессмысленный разговор! — хлопнув ладонью по столу, заявил он, гневно раздувая ноздри и подвывая. — Если я отдам вам артефакт, мне не будет нужды прятаться...

— Уверены? — хмыкнул я. — А то ведь мало ли кому станет интересно, за какие такие заслуги в ваш карман падает некое количество имперского золота. Честно признаться, я вот чем больше об этом думаю, тем больше мне и самому интересно...

Нужно отдать ему должное, Вольд лишь хмыкнул в ответ на мои слова. Понятно, он всегда может сказать, что взял деньги в бою... Но не такие же суммы! У меня, разумеется, нет прямых доказательств, но косвенные...

— Для того, кто только что появился в наших лесах, вы слишком много знаете, — заметил пират, но по виду не похоже, будто он на самом деле расстроен.

Я лишь пожал плечами в ответ. Действительно, не рассказывать же ему, что с сегодняшней ночи его первый помощник фактически работает на меня. Всего и делов, что приставить нужную женщину, а потом, когда дорогой постоялец уснет, заглянуть в гости и очаровать расслабившегося ликана. Стереть воспоминания о неожиданном пробуждении и доверительной беседе после этого легче легкого.

Лоточница – та самая, с которой и началось народное восстание в Каморе, с радостью согласилась приютить щедрого моряка на одну ночь. Тем более что дьявол, присланный по приказу Азиль, тоже не отличался скупостью. Так что Арима за несколько часов из едва сводящей концы с концами ликанки превратилась в состоятельную и завидную невесту.

— Чувствую себя крысой, зажатой в углу, — оскалился Вольд. — Но отчаянье обреченного может быть опаснее, чем кажется на первый взгляд.

Спокойно сложив руки на столе, я медленно сжал кулаки, внимательно разглядывая красную кожу на костяшках.

— Наверняка вы, лорд Вольд, знали, насколько рискованно садиться играть за стол с дьяволом, — медленно проговорил я. — Так чего теперь удивляться, что ваша душа в его когтях? Я дам вам сутки на размышления. Если ответ мне не понравится, боюсь, крыса не найдет того угла, где могла бы зажаться.

Поднявшись, я бросил пару золотых на стол и вышел на холодный воздух. В лицо, будто тараном, ударил обжигающе ледяной ветер, но уже через пару мгновений кожа нагрелась, и от меня пошел легкий парок, как от работающего двигателя. Дьяволы – горячие парни.

Едва дверь за моей спиной хлопнула, отряд дьяволов, уже разоруживший бойцов пирата, отошел от груды оружия, лежащего на земле. Поверженные моряки, утирая разбитые носы, злобно косились на своих противников, однако пока никаких ответных мер не предпринимали.

— Идем, ребята, у нас еще куча дел на сегодня, — позвал я своих, сбегая с поскрипывающего крыльца.

Оставленные без внимания ликаны бросились к оружию. Едва они похватали свои мечи, явно намереваясь отыграться за позорное поражение, из таверны, решительно толкнув дверь, вышел Вольд.

— Лорд Дим! — крикнул он нам вслед, жестом осаживая излишне горячих подчиненных.

Обернувшись, я хмыкнул, разглядывая недовольные морды униженных и оскорбленных. Похоже, мои дьяволы чуть перестарались – у одного подбит глаз, другой волочит ногу, третий щупает языком выбитый зуб. А ведь едва до смертоубийства не дошло, хотя и было все тихо настолько, что мы с Вольдом, сидя под самым окном, даже не услышали ничего.

— Я вас слушаю, лорд Вольд, — кивнул я, скрещивая руки на груди.

— Я согласен, лорд Дим, — ликан бодро сошел с крыльца, под его сапогами захрустела подмерзшая грязь. — Оформим бумаги?

Молодец, не стал орать на всю улицу, что заключает сделку с дьяволом. Глаза пирата бегло осмотрели окрестности, на мгновение мне даже показалось, он заметил спрятавшегося наблюдателя, приглядывающего за нами с крыши соседнего здания.

Моряки, цедя проклятия сквозь зубы, со стуком вгоняли поднятые мечи в ножны. Ну да, раз мы договорились, шанс на реванш у них улетучился. Хотя кто знает, вполне вероятно, им еще доведется позвенеть клинками против моих бойцов.

— Тогда, парни, ждите нас здесь, — обернувшись к дьяволам, приказал я и добавил: — Пиратов не калечить.

И только произнеся вслух, понял, что вместо того, чтобы передать приказ телепатически, высказался во всеуслышание. И как! Это же практически иврит! Во всяком случае, в памяти сразу всплыла когда-то услышанная проповедь, очень уж произношение схоже.

Это открытие меня повеселило. В голове все звучит одинаково, по-русски, но я ведь никогда не прислушивался, на каком языке на самом деле говорю, а здесь само собой выходит. Мне не пришлось переучиваться произношению, у меня нет акцента, я просто думаю на одном языке, а говорю на другом, будто у меня вместе с телом Райса вшитый переводчик в комплекте. И точно так же с нашим, дьявольским языком: захотел сказать так, чтобы только свои меня поняли, получил результат. Даже странно, что в моем присутствии никто до сих пор на нем не разговаривал. Или они считали, раз я полукровка, то просто не знаю дьявольского?!

Если так подумать, и в Империи, и у диких все говорят на одном языке. Однако даже у ворот Альтары я слышал разные наречия. Выходит, у каждой расы есть свой культурный пласт, недоступный другим. Что это значит для меня?

Думая об этом, я не переставал улыбаться, заходя обратно в трактир. Вольд уже удобно уселся за тот же стол и, сложив руки на него, с нервным ожиданием в глазах смотрел на меня. Возможно, моя улыбка даже задела его гордость.

— Я бы хотел, чтобы вы перестали над нами потешаться, — заявил он, возвращая меня к реальности.

Вскинув брови, я все же решил уточнить.

— Потешаться, лорд Вольд?

Он махнул рукой в сторону двери.

— Не нужно этого. Все и так видят, что наш «монарх» оглядывается на вашу дьяволицу, проверяя, все ли верно он говорит. Я понимаю, что, возможно, было лишним приставлять своих воинов охранять место нашей встречи, однако зачем было их бить? Разоружать? — он недовольно скривился. — Что это, как не глумление над заведомо более слабым?

Я пожал плечами, опускаясь по другую сторону стола.

— По-моему, это просто недоразумение. Ваши воины решили воспротивиться моим. А ведь меня тоже охранять должны, сами понимаете, мы с вами оба лорды, и у нас обоих есть те, кто зависит напрямую от нашего благополучия. Это простое недоразумение.

Вольд горько усмехнулся, скаля клыки.

— А навязывание своего влияния на мой народ и на меня самого – тоже недоразумение?

Я ответил на его усмешку.

— А вы столь неожиданно воспылали любовью к своей родине? — спросил, протягивая руку к неубранному кувшину с компотом. — Тогда я расскажу вам вкратце, как пройдет этот разговор, лорд Вольд. Видите ли, вы не отравились на пиру лишь по той причине, что это я внес вас в список верных лордов. Да, конечно, если бы вы не подошли ко мне перед его началом, сейчас бы ваши кости, уже обугленные, отправились на перемалывание, а оттуда – на корм свиньям. Дьяволы – сильнейшая из рас на этом участке суши, и мы будем брать и делать то, что мы хотим. Говоришь, это навязывание своего влияния? Ты так считаешь? Я считаю прибыль!

Он замолк надолго, глядя на меня так, будто я вот-вот вспыхну от стыда или меня унесет в Ад за столь откровенное признание. Но со мной, естественно, ничего не случилось.

— Тогда мне не остается ничего иного... — проговорил Вольд, обреченно выдохнув.

Кувшин лопнул, столкнувшись с его головой. Лорд рухнул мордой на стол, не успев дотянуться до меча, лежащего поперек лавки, на которой сидел ликан. Оглушенный пират медленно пошевелился, пытаясь дотянуться до оружия.

Обойдя стол, я схватил его за загривок и взглянул в осоловевшие глаза.

— Так эти линзы не только у стаи есть, — негромко резюмировал я. — Прости, но сегодня они тебе не помогут.

И, выпустив когти, я воткнул пальцы ему в глазницы. Ликан захрипел, завыл, но его руки бессильно дернулись, оцарапав мой нагрудник. Выждав несколько секунд, пока убитый не замрет, я отбросил труп на пол и вытер пальцы о его одежду.

— Убить их всех, — послал сигнал наружу я и сел обратно на лавку.

Значит, Вольд работал со стаей. Еще один повод накрутить хвост Азиль, чтобы поторапливалась. Пора прижать этих щеночков к ногтю. А артефакт – первый помощник у нас под колпаком, с ним об этом и поговорим.

Глава 5

Зестолгой, столица каменных орков. Покои вождя.

— Теперь ты понимаешь, почему не стоит решать все вопросы силой? — хмыкнул Ор’рамм, разглядывая собственного сына.

Оба орка устроились на мягких шелковых подушках, разложенных около круглого столика, высеченного из мрамора. Дорогие тонкие занавески, отделяющие обеденную зону от остальных покоев, слегка покачивались под ветром, залетающим в раскрытые ставни, украшенные медными накладками.

— Отец, я сделаю все, как ты скажешь, — покорно, но с достоинством склонил голову будущий Верховный Вождь.

Ор’рамм довольно хмыкнул. Его толстые пальцы обхватили крохотную хрустальную стопку с мутной жидкостью внутри. Погрев немного напиток, вождь племени запрокинул содержимое в себя и замедленно выдохнул.

— Когда ты пойдешь на битву с Империей, под твоей рукой будут не только наши воины, Ор’римм, — заявил он. — Желания и амбиции – вот топливо, на котором пылает костер победы. Если ты будешь лезть ко всем со своими указаниями и порядками, эта война принесет тебе лишь смерть. Слушай всех, кто тебя окружает, изучай их, научись понимать, что ими движет, и плати им исполнением этих желаний. Нет ничего плохого в Вожде, который знает, почему за ним идут в бой и кто как к кому относится. А вот стать Вождем, не сумевшим привести свой народ к победе из-за неосведомленности о соратниках – позорно.

— Не зная правильного рецепта, хороший меч не выкуешь, — кивнул сын, глядя на отца.

Ор’рамм довольно оскалился. Несмотря на свое положение, он никогда бы не доверил воспитание наследника кому-то другому. И годы доказали, что это правильный выбор: пока что будущему Верховному Вождю не хватает опыта, однако всю свою жизнь сын наблюдал за отцом и учился, все больше проникаясь властью, которую должен был вскоре получить. Ор'рамм мог гордиться своим потомком – лучшего и пожелать нельзя.

— Итак, дьяволы, — налив себе еще, проговорил вождь каменных орков. — Расскажи мне, что ты о них думаешь?

— Хочу дьяволицу себе в гарем! — рассмеялся Ор’римм.

Отец поддержал отпрыска. Однако оба быстро успокоились.

— Но спешить нельзя, — продолжил делиться мыслями сын. — Сейчас они еще не так сильны, однако уже подчинили себе и ликанов, и беров. Значит, у них есть чем заманить и остальных.

— Маруны тоже согласились вступить с рогатыми в союз, — кивнул Ор’рамм. — И мы должны.

— Но мы копаем железо...

— И будем копать дальше, — махнул рукой вождь. — Только теперь уже открыто. Да, придется отдать часть ликанам и дьяволам, но смотри на это так – союзники получат мощное оружие для борьбы с нашим врагом. Это хорошо?

— Хорошо, — согласился собеседник.

— Но ковать его будем мы, так как больше просто некому, верно?

— Все так, отец, — подтвердил Ор’римм.

— И кто бы платил нашим ковалям за работу со звездным металлом, если бы мы не поделились им с союзниками? — прищурив левый глаз, задал новый наводящий вопрос Ор’рамм.

— Выходит, ты хочешь увеличить силу нашей армии, а заодно еще и сэкономить на оплате дорогостоящей работы, — кивнул наследник. — Но будут ли дьяволы соблюдать договор?

— Ха! — вождь задрал голову к потолку. — Да чтоб ты знал, ни один дьявол не посмеет нарушить собственное слово! Всего-то и нужно заключить с их главным сделку, и все они будут есть с наших рук!

— Как же мы это сделаем? — нисколько не сомневаясь в словах отца, спросил Ор’римм.

Вождь наклонился к сыну ближе.

— Слушай, что ты должен сделать...

* * *

Где-то в Астрале. Дьяволица Ада.

Жрица Асмодея висела в пустоте, поджав ноги. Ощущения были непривычными, достаточно представить, что под тобой ничего нет, и начнешь погружаться в пустоту. Впрочем, длилось это не слишком долго.

Ада не раскрывала глаз, однако и без того видела появление цветущей лозы рядом с собой. Зеленый стебель изогнулся, свешивая яркий бутон, а в следующую секунду из листьев сформировалось лицо Нэс, жрицы марун.

Чуть левее в сполохе дыма и искр вышел из пустоты огромный каменный орк. Его тяжелое лицо выдавало уже порядочный возраст, впрочем, остальное тело еще сохранило силу и мощь.

Ада медленно подняла веки, хотя здесь этого и не требовалось, чтобы разглядеть собеседников.

— Полагаю, остальные не придут, — с легкой улыбкой произнесла дьяволица.

— Круг изменился с того времени, когда к нам в последний раз приходил Ротар, — мелодичный голос маруны звучал в пустоте астрала, создавая иллюзию приятного звона колокольчиков.

Жрица Асмодея хмыкнула, но говорить ничего не стала. Старый орк скрестил руки на груди, его глаза внимательно осматривали новую участницу Круга.

— Дьяволы быстро набирают силу в последнее время, — заговорил он, проходя взглядом по фигуре Ады. — Ваш Герой добился успеха.

— Все благодаря Асмодею и его воле, — довольно кивнула Ада. — Эта Игра уже перекроила Колыбель. Собственно, пока что мы готовы рассматривать ваши предложения о сотрудничестве. Возможно, остальные члены Круга со временем к нам присоединятся. Может, нет. В любом случае наш архидьявол будет придерживаться плана.

— Он практически вынудил нас заключить договор, — обернувшись к орку, заявила Нэс.

— И будем впредь придерживаться такого курса, — совершенно спокойно заверила дьяволица. — Тот, кто не встанет на сторону Дима, будет уничтожен, как потенциальный противник.

— Ну надо же! Думал, эта встреча для мирных переговоров, — оскалился Ор’рамм. — А по факту нас хотят согнуть и заставить признать чужое главенство!

Ада распахнула глаза шире, выказывая удивление.

— Неужели вы действительно верите, что народ, не получивший своего Героя, способен добиться успеха в Колыбели?! — она рассмеялась, прикрывая рот ладонью. — Нет, уважаемые, если вы не согласны, мы прямо сейчас выдвинем своих воинов к Зестолгою. И уж поверьте жрице Асмодея, торрены с радостью придут к вашим шахтам вместе с берами, ликанами и дьяволами. Если маруны считают, что им удастся удержать нейтралитет, вскорости им станет безразлично абсолютно все в Колыбели – мертвые не переживают ни о чем.

Ор’рамм задрал голову и рассмеялся. Его громоподобный голос, казалось, заставлял вздрагивать сам Астрал. Ада, внимательно отслеживающая и свои ощущения, и окружающее пространство, разглядела хитрые символы, неуловимые для зрения и в то же время четко чувствующиеся.

Духи, определила она. Вождь орков явился во всеоружии. Астрал наполнен энергией, ее можно использовать, и если шаман того пожелает, духи, населяющие Астрал, встанут на защиту Ор’рамма и атакуют врагов без промедления.

— А мне нравится твоя решимость! — прекратив смех, орк вытер выступившие слезы. — Что ж, тогда я с радостью встречусь с вашим Героем. Вот мое слово, жрица Асмодея: пусть ваш Дим выйдет в поединке против моего сына. Если будет угодно духам, и Ор’римм проиграет, каменные орки признают вашу мощь.

— Это будет легкая победа, — гордо вскинув подбородок, заявила Ада.

Глаза орка довольно сверкнули.

— Да будет так! Бой один на один, без магии, без артефактов. Победитель станет Верховным Вождем и поведет остальных воевать с Империей!

Ада улыбнулась.

— Да будет так.

* * *

Окрестности Камора. Дьявол Дим.

Хаэль тяжело вздохнула, наблюдая за тем, как я вновь и вновь теряю концентрацию. Всем своим видом маруна выражала, насколько же ей неприятно иметь такого ученика. Однако, надо отдать ей должное, это никак не сказывалось на самом обучении.

— Дыши глубже, — подойдя ко мне сзади, она положила ладони мне на плечи. — Расслабься, ты слишком напряжен.

Кивнув, я действительно попробовал следовать совету, однако никак не получалось удержать контроль. Огненная магия подчинилась мне легко, я практически не прилагал усилий, чтобы обуздать ее. Однако волшебство марун требовало совсем иного.

— Ты – часть этого мира, — перейдя на шепот, чуть нараспев произнесла Хаэль. — Почувствуй это родство, ощути себя частью большего. Весь мир – это безбрежный океан, а ты в нем – капля. Ты можешь быть один, но вокруг тебя полно таких же, как и ты, живых существ. Они растут под тобой, вокруг тебя...

Голос учителя отступал на задний план, я вновь нащупал связующую нить между своей ладонью, лежащей на траве, и самими стеблями. Однако, стоило лишь попробовать на них воздействовать, мана просто выплеснулась в почву, не приведя ни к какому результату.

— Не спеши, Дим, — повторила маруна. — Сперва тебе нужно научиться улавливать это единение и только потом пытаться им управлять. Ты никогда не остановишь жизнь, она кипит вокруг, пробивается ростком из почвы, плавает в воздухе. Чувствуй ее, вдыхай, ощущай в себе.

Я молчал, чуть сжимая пальцами острые стебли зеленой травы. Сложно представить такое, если ты никогда не тренировал никаких вуду практик тибетских монахов. Для человека современного весь мир состоит из атомов, и разделять ее на растения и, допустим, камни – глупо.

Мы не состоим из жизни, смерти или прочей херни. Мы – это надстройка разума над инстинктами, тонкая пленка усложненной формы биологического вида. Однако мы состоим из тех же атомов, что и атмосфера вокруг нас. А если копнуть дальше – то окажется, что атомы висят в абсолютной пустоте, на громадных расстояниях друг от друга. Так что вот, из чего мы состоим – из ничего. Мы – призраки, управляющие кусками мяса, надетого на кости из звездной пыли.

Не важно, какое у меня тело, и в какой части вселенной я оказался, заключив сделку с Асмодеем. Я – это квинтэссенция знаний и умений человечества, и эти знания твердят, что никакого единения с миром Колыбели у меня быть не может. Даже дьявольская оболочка – плод магии, основанной на своих законах и правилах.

Я подхожу к волшебству с точки зрения образованного человека, который достаточно цивилизован, чтобы не слышать в вое ветра грозные вопли мелкого божества. Я знаю, что звезды – не гвозди, прибитые к потолку, а далекие небесные тела, которые уже, вероятно, давным-давно погасли. Я знаю, что не может мыслить растение, каким бы сложным оно ни казалось аборигенам – для этого нужно иметь разум. А какой разум у одуванчика?

Конечно, любой землянин способен вообразить такое, чего никакому жителю Колыбели и не снилось. Однако если отпустить на волю воображение, нихрена не случится. Магия работает не так, абстрактные картинки в ней не действуют, нужно осознавать, что ты делаешь.

Именно поэтому мне так тяжело с магией марун – задействованы слишком сложные процессы. И для меня они сложны именно потому, что я о них знаю. Любой дебил способен представить растущий из-под земли стебель, но стоит пристально рассмотреть процесс, выясняется, что в этом росте задействовано столько сил и механизмов, что даже описать их все сложно.

Куда проще взаимодействовать со стихией – тут же, по сути, чистая химия. Заставить воду выделиться из крови несложно, это простой распад на элементы. То же самое с выпариванием железа из человеческого тела – достаточно осознать, каким именно процессом ты хочешь превратить сердце врага в кусочек стали, остальное решается само собой.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Хаэль, отступая от меня на шаг.

Открыв глаза, я с недоумением посмотрел на творение своих рук. Зеленые кустики, до того свободно колыхающиеся под моей рукой, теперь лежали высохшие. Смяв ломкие стебли пальцами, взглянул на погибшие растения.

— Попробовал кое-что другое, — хмыкнул в ответ я, прислушиваясь к ядру.

Что ж, кажется, я нащупал путь к овладению стихийной магией. Вода, которую я разогнал внутри зелени, вышла вся, оставив сухие растения без единой капли влаги. Слишком высокая скорость процесса фактически мумифицировала флору на небольшом участке – на земле остался четкий след моей ладони.

— Зачем? — с непониманием глядя на меня, спросила Хаэль.

Пожав плечами в ответ, я поднялся на ноги и отряхнул ладони. Говорить о том, что магия марун для меня недоступна, пока что еще слишком рано. Однако, как и бывает в настоящей науке, стараясь решить одну проблему, я нащупал дорогу к решению других, совсем неожиданных. Так, впервые в драке ударив каменным топором по такому же каменному топору врага, человек научился добывать огонь.

— На сегодня достаточно, — кивнул я учительнице. — Пора заниматься делами более важными.

И, не дожидаясь ее реакции, пошел в сторону города. Дел действительно накопилось порядочно. Раз с ликанами все вопросы улажены, самое время отправляться дальше.

Шагая по влажной от растаявшего инея траве, потянулся к Аде. Однако жрица оказалась недоступна, хотя я мог с точностью сказать, что дьяволица сидит в своей комнате в крепости Ольх. Видимо, занята Кругом, что само по себе – отличные новости, каким бы ни оказался исход наших переговоров.

Кстати, об этом.

— Адам, ты занят?

* * *

Территория беров. Дьявол Адам.

Переговоры принесли результаты, хоть и не те, каких ожидал воевода. Беры, вместо того чтобы обсудить предложение союза, быстро разделились на два враждующих лагеря – одни стремились под крыло более сильных соседей, пылая отчаянной ненавистью к Империи и драконидам, другие откровенно боялись менять привычный уклад, всеми силами сдерживая политических противников.

— Адам, ты занят? — прозвучал в голове дьявола голос Дима.

Воевода хрустнул шеей, разминая позвонки. Беры выделили ему шатер из теплых шкур, предоставили все необходимое на марше, и сейчас дьявол взирал на расстеленную перед ним карту городка.

— Планирую взятие города, — отозвался Адам через пару секунд.

— У вас там гражданская война?

— Можно и так сказать, — кивнул дьявол, будто Дим мог его видеть. — Это последний оплот сопротивления. Возьмем его, и остальные несогласные будут вынуждены сложить оружие.

— Никакого складывания оружия, — приказным тоном рыкнул архидьявол. — Все, кто поднял руку на членов союза, должны заплатить своими жизнями. Скольких беров ты уже потерял?

Адам прикинул в уме, но все равно цифра выходила слишком расплывчатой. Как-никак погибших медведей никто не считал. Дьяволы уцелели, это, казалось бы, главное.

— Не могу сказать, — признался он в итоге. — Насколько это важно? Я могу спросить тех, кто согласился нам служить...

Архидьявол долго молчал, и Адам не терял времени. Выйдя из шатра наружу, воевода вздрогнул от утренней прохлады, оглядывая лагерь пришедших с ним беров. Воины, стекающиеся со всей территории беров, приходили ежедневно, вряд ли хоть кто-то мог бы сказать, сколько их на самом деле поднялось в эти дни.

Конечно, за каждым стоял кто-то главный, однако проблема крылась в общей неорганизованности. Целые отряды то приходили, то уходили, стоило Адаму скинуть ближайшего бунтовщика. Естественно, старшие обещали поддержку, как наступит время, однако на деле воевода практически каждый раз собирал новую армию. Территория беров обширна, и контингент успел смениться уже как минимум дважды.

Его заметили. Ближайший боец кивнул воеводе – с уважением, но без подобострастия. К нему-то Адам и направился. По сути, какой-либо четкой структуры у беров не имелось, каждый отряд подчинялся представителям своей деревни или поселка. Это в свою очередь создавало некоторые трудности в управлении.

— Каждый потерянный на баррикадах революции – это минус один в нашей армии, сражающейся с Империей во благо всех дьяволов, — наконец заговорил Дим. — Именно поэтому нужно максимально жестоко карать за измену. Предать нас должны бояться настолько, что сама мысль об этом вызовет недержание. Я понятно объясняю?

— Предлагаешь убить меньшее число сейчас, чтобы не терять воинов потом, — озвучил Адам.

— Именно, — подтвердил архидьявол. — Сейчас за тобой идут те, кого ведет вера в лучшее будущее. Но они не понимают, что скинув Империю, они окажутся во власти точно такого же чудовища. Однако если мы не хотим, чтобы нас самих отправили в небытие, нужно с самого начала показывать, как мы обращаемся с врагами. Лей кровь, если потребуется – столько, сколько ты решишь достаточным. Тебя должны бояться до ужаса, твоим именем должны пугать непослушных детей. Ты – чудовище на службе еще большего чудовища.

— Ты не боишься, что мы чересчур...

— Дьяволы – зло, Адам, — оборвал его мысль Дим. — И единственная причина, по которой мы дадим жить остальным народам вместо тотальной зачистки – законы. Все мы подчиняемся законам, и те, кто примут их, окажутся под защитой самых жестоких и сильных монстров в Колыбели.

Адам вновь кивнул в ответ. Стоящий рядом бер принял это на свой счет, с ожиданием на морде уставился на воеводу.

— Передай старшим, мне нужно знать, сколько беров погибло за время этой войны, — распорядился дьявол и, хлопнув солдата по плечу, направился к себе в шатер.

Оказавшись внутри, воевода вновь встал у карты. В принципе, можно было просто закидать спрятавшихся за крепкими стенами зажигательными стрелами, однако сами беры бы дьявола не поняли. В городе остались женщины, дети, старики – все те, кто просто неспособен ни за себя постоять, ни с воинами драться. Да и потом, зима на носу, а город – он город и есть, там провизия, ценности, опять же.

Поэтому предстоял банальный штурм. Крепкие стены дают надежду только тогда, когда их некому разбить. У Адама осадных машин с собой не имелось, зато леса вокруг хватало – тараны и щиты уже были готовы, оставалось лишь распределить силы и атаковать.

— Кого ты поставишь контролировать беров? — обратился к Диму воевода.

— У тебя есть подходящие кандидаты? — спросил архидьявол.

— Я знаю точно, кто не хочет быть здесь наместником, — хмыкнул Адам в ответ.

— Ты вернешься в крепость, не переживай, — порадовал его тот. — Твои таланты нам вскоре понадобятся в другом месте. Так что там по кандидатам в наместники?

Адам задумался, перебирая в голове участников своего ударного отряда. Лишаться кого-либо ему не хотелось, тем более если потребуется воевать в другом месте, каждый будет на счету, а управлять – тут и другой характер нужен, и тяга к власти.

— Нужно поговорить с Адой, — наконец, признал он. — Я своих здесь не оставлю, мне нужны все до одного.

На минуту затянулось молчание.

— Хорошо, бери последний город, воевода. И казни всех, кто выступил против нас. Прилюдно и максимально жестоко. Рекомендую сажать на кол, но не убивать – криков будет много, крови тоже хватит, впечатляющее зрелище.

— Слушаюсь, мой архидьявол.

Глава 6

Камор, столица Ликании. Дьявол Дим.

Сегодня ночью выпал первый снег. Выжженное пятно на месте отсутствующей крепости прикрыло белым полотном. Крыши строений обзавелись шапками, и теперь домики походили на пряничные. Крупные хлопья медленно оседали на улицах, скрывая последнюю осеннюю грязь. Тишина, пришедшая со снегопадом, оглушала и вместе с тем дарила успокоение. Глядя на замершую ликанскую столицу, мысли о срочных делах и намечающейся войне испарялись вместе с теплом.

Стоя у окна, я рассматривал Камор, обдумывая наши следующие шаги.

За очень короткое время мы хапнули две небольшие страны, и теперь предстояло их реорганизовать, иначе ни о какой слаженности речи быть не может. С этой точки зрения наступление зимы – настоящее благо. Жизнь у диких замирает, можно в спокойном темпе проработать и общие законы, и дальнейшее развитие.

Кому могут угрожать беры и ликаны в своем текущем положении? Только самим себе. Нет регулярной армии, значит, сражаются не хорошо умеющие держать меч, а те, кто вообще смог его в руку взять. Мясо, а не воины.

Создание армии – первый шаг. И он поднимает сразу множество вопросов, например, транспортировка при отсутствии дорог как таковых и содержание бойцов. С голым задом много не навоюешь, а без оружия – так тем более. Нужны кузнецы и оружейники, чтобы одеть воина. Нужны строители для казарм и создания хоть каких-то дорог. Нужен транспорт. А еще нужны качественная еда и достойное жалованье. Никто не пойдет умирать за сюзерена, если твоя семья пухнет с голоду.

Мысленно прикинув фронт работ, я только что за голову не хватался. Фактически нам нужно основать государство из кучи разрозненных деревень, обеспечивающих себя самостоятельно. И как тут управиться быстро?

Ответ, к сожалению, один – да никак! Это же не игра, где ресурсы можно добыть из воздуха. Ликаны, уж на что мастера работать с деревом, восстанавливали крепость Ольх несколько недель. А тут проект, сравнимый по масштабу едва ли не с заселением Америки.

Нужна стандартизация всего и вся – от размеров одежды и обуви до нормы потребления пищи одним жителем моей будущей империи. Даже если один солдат потребляет в сутки по килограмму мяса и каши, то только на взвод требуется 60-80 килограммов пропитания – а это всего один день. Фактически раз в 24 часа взвод съедает половину взрослой свиньи и столько же – растительной пищи. При этом солдат ничего не производит, как, например, тот крестьянин, который эти посевы и мясо вырастил.

Вот бы пригодились сейчас знания из моего ПТУ! Но, к сожалению, тяжело вспомнить то, чего никогда не знал. В Интернете много разной информации, но кто в своем уме изучает, например, состав комбикорма для мясных пород свиней? Пара энтузиастов в курсе, конечно, но так я в их число никогда и не входил. Впору пробить себе лицо ладонью. Продвинутый пользователь интернета, твою мать. Что ж ты без сети-то знаешь?!

Я же не говорю про интегралы, о существовании которых что-то слышал, но даже не догадываюсь, что это такое. Простые, казалось бы, вещи – чем кормить поросят, чтобы не сдохнуть от голода. Эх, мне бы хотя бы парочку заклепочников сейчас, чтобы поумничали и пальцем показали, как что делать, чтобы оно работало!

Тяжело вздохнув, я закрыл окно и уселся на кровать.

Итак, подобьем бабки. Как известно, кто победит в войне, всегда решает экономика – нет, вот таких фраз ты в сети нахватался, а реальные знания где?!

Значит, нужно думать о том, как подготовить материальную базу. Орки там, торрены – кто бы ни взял право стать Верховным Вождем, это не имеет значения. Против регулярной армии драконидов они одинаково полягут без надежды на победу.

Может быть, тогда и рукой махнуть на этот Великий Поход? Ну, что конкретно мне даст победа над солдатами Империи, если за ними встанут в строй Гильдия Искателей и сами владыки?

Нет, пока что впрягаться в войну нам не с руки. Нужно закрепить уже развитый успех, значит, с визитом к марунам придется повременить. Сперва необходимо твердо стоять на ногах, а уже потом рваться в бой. Да и, честно говоря, нам та война, как собаке пятая лапа – воевать нужно с Героями, а потом уже захватывать остальную Колыбель.

Успокоившись таким образом, я сосредоточился на контакте.

— Да, мой архидьявол? — быстро, будто совсем не спала, отозвалась Азиль. — Что-то случилось?

— Случилось, наместник, еще как случилось, — заверил я серьезным тоном.

Как известно, лучшая защита – это нападение. Так что не стоит давать подчиненным повода думать, что ты тупой, как пробка. Куда эффективнее заставить их рвать жопу в попытке доказать обратное.

— Я слушаю, — моментально подобралась на том конце дьяволица.

— Сколько корма съедает одна свинья за период от рождения до забоя? Какой выход мяса с одной туши? — спросил я требовательным тоном.

Азиль помолчала с минуту.

— Я не знаю, мой повелитель, — растерянно ответила она. — А это важно?

Я усмехнулся, довольный сработавшей провокацией. Вот теперь можно наехать на нее, выставляя глупой курицей перед жестоким и требовательным начальником.

— А как ты собираешься править ликанами, если не знаешь банальных вещей – хватит ли тебе провизии, чтобы пережить зиму? — спросил я, нажимая голосом. — Или что, ты не знала, что в этом году, как и сотни лет ранее, снова выпадет снег?

— Виновата, мой повелитель, я об этом даже не думала, — согласилась Азиль.

— Тогда вот тебе задача номер один, наместник, — последнее слово я выделил интонацией, чтобы дьяволица почувствовала, как шатается под ней теплое место правителя. — Ты предоставишь мне список всех имеющихся деревень, содержащих свиней, узнаешь точное количество корма, который они потребляют.

— У вас есть какой-то план, мой архидьявол? — поинтересовалась она. — Может быть, проще сразу сказать, мы же мысленно разговариваем, никто не подслушает.

Я выждал секунду, чтобы показалось, будто я закипаю от злости.

— Ты что же, думаешь, села на трон, и тут-то работа и закончилась, Азиль?! Я не понял, ты вообще не дорожишь своим местом?! Так я сейчас же назначу на твое место кого-то другого.

— Но ты... обещал! — оторопело воскликнула дьяволица.

— Сделать тебя наместником, — язвительно напомнил ей, — но не говорил, что в случае несоответствия я тебя не лишу трона. Так что запомни раз и навсегда – ты обязана знать все, что только можно о вверенной тебе территории и проживающем на ней народе. Я не требую знать каждого ликана в лицо, но ты обязана знать, чем и как они живут, сколько и чего производят, сколько и чего потребляют. Я ясно выражаюсь?

— Да, мой архидьявол, — покорно отозвалась Азиль.

— Тогда за работу, — хмыкнул в ответ. — Я даю тебе неделю срока. Учти, что я буду тебя перепроверять, так что готовься давать мне лично отчет о Ликании. За любой упущенный пункт я буду спрашивать с тебя по всей строгости.

Разорвав связь с наместницей, я перевел дыхание. Получилось, надо же. Кажется, начинаю входить в роль тирана и самодура, который заставляет пахать всех вокруг, а сам почивает на лаврах.

Улегшись спиной на кровать, я закрыл глаза, размышляя, что еще не успел сделать в Ликании. К марунам я сейчас не поеду, а вот в крепость Ольх вернуться, пожалуй, стоит. Не только потому, что мой поход затянулся, но и решать с берами будет проще из собственной резиденции, а не сидя на чужой земле.

С другой стороны, Азиль – идеальный исполнитель. Конечно, у нее есть и свои цели, и в будущем она обязательно попытается освободиться от моей власти – это у дьяволов в крови. Однако на ее рогатой шкурке я пока что могу потренироваться сам, проработать дыры в своих идеях. И все последующие наместники будут сталкиваться уже с подробной дорожной картой ведения дел, а не напарываться каждый раз на импровизацию.

Стандартизация – ключ ко всему. Тот, кто устанавливает стандарты, правит теми, кто им следует. И только что я заложил фундамент в закон о наместниках. Осталось его оформить в слова и закрепить на уровне домена.

* * *

Свинцовое море. Корабль «Ветряный».

Судно рассекало черные волны. Воды пенились у бортов, забрасывая соленые брызги на палубу. Поднявшийся ветер бил в паруса, трепал теплые куртки матросов, заставлял прятаться от непогоды внутри корабля.

Капитан хмурил брови, укутываясь в теплый меховой плащ. Рейс выдался отвратительным – угораздило влететь прямо по ходу северного течения. Теперь серые тучи, роняющие снежные острые крупинки, затянули собой небо, а волны, отвечающие на порывы ледяного ветра, норовили перевернуть «Ветряного» набок или хотя бы оборвать оснастку.

И проклятый маг лишь хмыкнул в ответ на вопрос, сможет ли что-то пассажир сделать с непогодой. Некромант, купивший на рынке несколько десятков рабов, перерезал им глотки в порту и рассовал по бочкам с солью. Этот груз разместили в трюме, и там же, оставив выделенную каюту бесхозной, спрятался сам чародей.

К сожалению, раз стихия решила начать зиму в этом году раньше, на обратный рейс можно не надеяться – «Ветряный» застрянет в Зестолгое до весны, и то в лучшем случае. О том, на что могут решиться каменные ублюдки, капитан старался не думать. Чужая земля, чужие обычаи – это несущественно, когда ты проводишь в гостях день-другой, но коль скоро придется задержаться на месяцы, может произойти очень много плохого.

На фоне подобного развития событий даже плывущий в трюме «Ветряного» Герой Талы – далеко не самая крупная из возможных проблем.

* * *

Деревня ирбисов. Император.

— Говорят, на море видели северные тучи, — обронила Лилия, подавая на стол.

Император хмуро кивнул, глядя в оранжевый от горящих поленьев камин. В лачугу Дефа он так и не вернулся. Сперва сил не хватало, а потом потянулись связные.

Не пробыл бы он у власти столь долго, если бы не подготовился на случай предательства. Есть еще верные, специально подобранные агенты, кто не поверил в смерть императора. Часть шпионов, разумеется, переметнулась, но врагу они о своем решении уже не расскажут – чтобы говорить, нужно как минимум дышать, а трупам такое не свойственно.

По-прежнему ослабший, он постепенно приходил в себя. Те ужасы, о которых рассказал Арар, староста деревни ирбисов, были не последними дурными вестями. Гильдия Искателей затеяла переворот, но удержать начавшуюся лавину не смогла – и отступила в сторону, позволяя кланам преспокойно резать друг друга и всех, кто попадется под руку.

Немало сил пришлось приложить императору и немало золота выложить из припрятанных тайников, чтобы вывести армию на границу с дикими. Теперь под предлогом подготовки к очередному Великому Походу клепалась новая сила – верная одному-единственному дракониду. Когда настанет их час, генералы расступятся, пропуская диких в Империю. И только после этого, когда последний враг пересечет границу, войска пойдут на север, вырезая всех – и диких, и искателей, и кланы.

Процесс это долгий, и требует значительных вливаний. Несколько не особо осознающих свой долг войсковых начальников уже либо исчезли, либо были казнены собственными подчиненными.

После нападения во время отплытия флота, главы Гильдии действительно серьезно проредили членов тайной службы. Но до самых глубоко законспирированных не добрались, ибо не подозревали об их существовании. Да что там, император даже самому себе думать о них запрещал, чтобы не возникло соблазна использовать раньше времени. Как знал...

— ...зима наступит раньше, — договорила внучка Дефа, поглядывая в сторону молчащего владыки. — Как думаете, сможем мы пережить ее после всего, что случилось?

— Многие погибли, — глухо отозвался драконид, неотрывно глядя на огонь. — А скоро начнут умирать еще больше. К сожалению, это неизбежно, девочка. Но посевы собраны, заготовки сделаны – зима пройдет спокойно.

— Простите, что отвлекаю, — склонив голову, извинилась девушка. — Я не приучена к дворцовым порядкам.

Император повернул к ней худое лицо. Змеиные глаза холодно блеснули в оранжевом свете камина, но губы повелителя растянулись в улыбке.

— Дворцовые порядки? Что ж, Лилия, даже хорошо, что ты им не обучена. Как видишь, то, что сейчас творится с Империей – следствие именно дворцовых порядков. Здесь, среди вашего народа, меня встречают теплее, чем во всех дворцах, — он замолчал, вновь отвернувшись. — Может быть, весной все закончится, и тогда к следующей зиме я смогу исправить...

Желваки императора напряглись, он решительно поднялся на ноги. Несмотря на все еще преследующую слабость, правитель удержался от того, чтобы опереться рукой на подлокотники мягкого кресла. Восстановление отнимало слишком много сил для того, кто собственными руками убил Героя.

А раз нет божественной мощи в мышцах, нужно использовать то, что у него всегда было и навсегда с ним останется. Не стать Богом, убивая чужих Избранных? Что ж, это не значит, что не найдется иного способа. Однако в первую очередь нужно свой мир спасать, а потом уже решать, что делать с ним.

Со своим провалом драконид к этому моменту смирился. Когда тебе переваливает за несколько столетий, перестаешь упиваться поражениями, коря себя за неудачи, а выстраиваешь новый план, учитывающий ошибки предыдущего. И именно этим следует заниматься теперь.

Не получилось с Героями, можно добиться своей цели простым щитом и мечом ратников. Профессиональная армия ему в этом поможет. А божественность... Что ж, дракониды живут вечно, если их никто не убьет, так что, возможно, оставшись последним драконидом в Колыбели, он перешагнет необходимую для обретения божественной мощи черту?

Это предательство показало, что все это время император не о том думал. С момента, когда дракониды впервые пришли в Колыбель, никто, кроме него, не переживал об Империи. Да и сам владыка на нее не обращал внимания, считая свой собственный народ самым важным в мире. И теперь, отвергнутый родной расой, он оказался под защитой тех, кого так долго презирал.

Однако раз дракониды объявили империи войну, он сделает все, чтобы никого из драгоценных родственничков не осталось в живых. Хватит, пожили – и до встречи на том свете.

— Поужинаете? — спросила Лилия, указывая рукой на покрытый простой скатертью стол, заставленный небольшими плошками. — Мне, к сожалению, многим вас не порадовать, да и готовлю я, честно говоря, плохо...

Император улыбнулся, демонстративно потянув носом.

— А судя по запаху, это будет лучшее, чем меня кормили за последние триста лет. Присаживайся, девочка, составь мне компанию за трапезой.

Ирбис зарделась, но от предложения отказываться не стала. Драконид же, неспешно закидывая в рот добротную мясную похлебку, отметил, что девочка нормально ест от силы один раз в день, и то, не сиди здесь император, вряд ли бы что-то ухватила даже на бегу. Травница была в деревне нарасхват, постоянно сыпались какие-то проблемы, требующие ее присутствия или участия. Разумеется, ей несли продукты в качестве оплаты труда, но какой в них смысл, если Лилия постоянно отсутствует дома?

Вот что стало его наследием – живущая впроголодь девочка, сжигающая себя ради жителей деревни. Кто бы во дворце таким самоотверженным был? И ведь так по всей Империи было, а сейчас еще сильнее проступает – честные и трудолюбивые вкалывают, чтобы удержать разваливающийся мир на своих плечах.

А ведь когда все только начиналось...

Сложив подбородок на сомкнутые в замок пальцы, император вспомнил время, когда его собратья трудились рука об руку, пытаясь организовать представителей пришедших вместе с ними народов.

Куда подевались те храбрые и самоотверженные, кто с готовностью жертвовал собственной вечностью, чтобы вытащить из разграбленной деревни ребенка, который не проживет и столетия? Где остались те мужественные герои, выходившие на бой в полном одиночестве против сотен диких варваров, чтобы мирные жители успели отступить под защиту крепких городских стен?

Император стиснул зубы.

Раса драконидов получила право властвовать не потому, что живет вечно, а потому, что доказали – они достойны. А что стало с этими достойными сейчас? Почему тот же Серрен, в далеком прошлом лично возглавивший поход против Верховного Вождя ликанов, делает все, чтобы стравить собственных братьев и сестер?

Все изменилось. Во время Вторжения злодеями были дикари, а теперь, победив их, дракониды обернулись против собственной Империи. Неужели безумие прародителей оказалось заразно через кровь?..

Драконы разрушили свой родной мир, и лишь горстка сохранивших рассудок успела вывести оттуда далеких потомков в Колыбель. Они заплатили ценой собственной жизни за то, чтобы у их полукровок появился шанс на спасение и достойную жизнь.

— А что же мы? — неслышно выдохнул император, глядя в стену за спиной травницы.

Может быть, не теряй он связи с реальностью, успел бы заметить, как блеснуло острие арбалетного болта. Может быть, не потеряй он силы, сумел бы среагировать. Но посланцы Гильдии Искателей не зря едят свой хлеб.

Окно лопнуло, взрываясь на сотни осколков. Лилия успела вскочить, инстинктивно отпрыгивая в сторону. А вот император, облегченно выдохнув, завалился набок. Убийцы не стали задерживаться – в стороне от дома раздался цокот лап, и арханахи умчались прочь вместе со своими всадниками.

Глава 7

Камор, столица Ликании. Дьявол Дим.

Первый снег растаял через пару часов после восхода. Размокшая грязь лениво стекала в канализацию, хлюпала под ногами горожан, пачкала стены домов при каждом шаге. Мне вспомнился Дейвен – там в такой ситуации становилось еще грязнее обычного.

Ночная тишина сменилась звуками просыпающегося Камора. Заскрипели, открываясь, ставни на окнах, захрустел под ногами горожан свежий снежок. Из печных труб повалил дым – город оживал после сна, и постепенно от картины умиротворения не осталось и следа.

Холод понемногу отступил, но не ушел совсем. Изо рта вырывался пар, но я бы не сказал, что температура сильно упала – вероятно, из-за расовых особенностей. Ликаны рядились в теплые одежды, а дьяволы оставались в тех же нарядах, что и прежде.

Задерживаться в столице Ликании я не планировал. Азиль, увлеченная выданным заданием, меня не трогала. Рьерт тоже был занят делом: обсуждал внутренние проблемы волков. Предоставленный самому себе, я покинул замок и направился в сторону ворот.

Уходил я налегке – все необходимые припасы уже лежали в домене, и при нужде можно было перекусить или утолить жажду. Таскать оружие также не требовалось, ведь мог призвать его в любой момент. Потому шагалось мне легко, хоть и не особо приятно – влажная земля чавкала под сапогами, местами похрустывая еще не растаявшей грязью.

Минут через пять ко мне присоединилась Хаэль. Маруна просто возникла рядом, будто тоже обладала навыком телепортации. Впрочем, это было бы неудивительно: уж слишком легко она общалась со своим народом, так что, вероятно, на самом деле могла мотаться по лесу из одной точки в другую. В любом случае, наши уроки еще не закончились, несмотря на мои успехи с управлением водой – хотя правильнее сказать, веществами в жидком состоянии – обучение не завершено, и сделка не закрыта.

— Каков план? — поинтересовалась она, шагая рядом со мной.

Я пер как лось, выбрав направление прямиком на крепость Ольх. За мной оставался четкий след – примятая трава, сломанные кусты. А вот маруна двигалась так легко, не задевая ни листочка, будто и вовсе не была существом из плоти и крови.

Лес вокруг медленно терял насыщенный зеленый цвет, все больше становилось желто-оранжевых оттенков, и лепестки, прикрывающие кожу маруны, также сменили окрас. Возможно, из ее народа получились бы неплохие разведчики, уж точно заметить Хаэль посреди леса сложнее, чем ярко-красного дьявола. Однако там, куда добралась цивилизация, от народа местных дриад толку немного – чем меньше вокруг живых растений, тем слабее способности марун.

— Возвращаемся домой, — выдохнул я, продолжая путь. — Есть вопросы, которые нужно решить. Заодно устроим тебя, как подобает.

— Хочешь, чтобы я учила магии не только тебя? — сразу же уточнила она.

— Пока что нет, — ответил я, отгибая ветку от лица. — В Империи обучение магии хоть и поставлено на поток, однако даже там опытные преподаватели не могут сделать чародея из каждого желающего. Это дорого и, главное, долго.

— Но сам ты намерен научиться за несколько дней, — хмыкнула Хаэль.

— Я не такой, как все остальные жители Колыбели, — напомнил ей. — Герои имеют определенные преимущества перед обыкновенными смертными. И если у меня еще есть шанс научиться колдовать быстро, то у рядового уроженца Колыбели – нет. Но твоя идея мне нравится.

Она замолчала ненадолго.

— Полагаешь, можно найти более предрасположенных учеников и сосредоточиться на них? — спросила маруна через пару секунд.

— Да, — не оборачиваясь, отозвался я. — В идеале, конечно, хотелось бы завести свою академию по подготовке чародеев, но такие дела не решаются на бегу.

Идея давно висела в воздухе. По сути, дракониды уже сделали все то, что предстояло повторить мне самому. Единые дороги по территории Империи, общая система взаимосвязи кланов, осуществляющих контроль за ресурсами – как природными, так и человеческими. Обучение магии – это вершина пирамиды, и на нее пока что замахиваться рано, если мне еще нечем кормить собственных подданных.

— Даже способные ученики среди марун тратят не один год на каждую ступень. А эта сила у нас в крови, я вообще удивлена, что ты способен достичь единения с природой в принципе. Обычно от дьявола такого не ожидаешь.

Можно подумать, она много наших учила, чтобы было с чем сравнивать. Однако я действительно больше подхожу на роль универсала, пусть и достаточно слабого. Мое земное происхождение позволяет видеть чуть дальше, чем удается местным, и только за счет этого у меня не возникает особых проблем в обучении. Но где взять таких же продвинутых, как я?

Была у меня, конечно, мысль перекачать собственные знания всему домену. Но, во-первых, не представляю, как это сделать так, чтобы информация действительно усвоилась, во-вторых, прав был тот, кто сказал, что техника не должна опережать менталитет. Все жители Колыбели, в том числе – пришлые, еще просто не достигли того же уровня развития, что и земляне. Дай им сейчас атомную бомбу, они мгновенно нажмут на красную кнопку, спеша спалить весь мир, не осознавая, что потом жить придется в условиях ядерной зимы и бесконечных мутаций, не приспособленных к выживанию.

Есть и еще одна причина, по которой не стоит лезть со своим багажом знаний. Они обрывочные и весьма неполные. Да, я могу рассказать, что такое телевизор или интернет, но как они работают? Да что там, на каких принципах построен автомат Калашникова? Почему он стреляет, и зачем снаряд в нем не просто кусочек свинца с пружинкой, а патрон, собранный из нескольких частей?

Так что нужно развиваться постепенно. Нельзя вручить неандертальцу гранату и ждать, что он распорядится ей правильно. Куда вероятнее, что попытается разбить ею голову противника, зажав в кулаке. А потому о собственной магической академии пока что остается лишь мечтать.

Лес постепенно густел, чем дальше мы отходили от Камора. Неизбежные следы цивилизации отступали, будто сдаваясь под натиском первозданной природы. Исчезли последние тропинки, проложенные тружениками пилы и топора, растворились в листве охотничьи дорожки. Даже воздух, казалось, стал чище и свежее, хотя мы уже довольно далеко отошли от столичной суеты. Местами, прикрытые тяжелыми кронами деревьев, доживали свои последние часы уже осевшие сугробы. Пройдет еще час-другой, и даже они отступят под яростными лучами светила.

День еще только начинался, солнце, пока что скрытое за пеленой серых облаков, периодически било яркими клинками в землю. Блики на тающем снегу бросались в глаза, но воздух оставался прохладным и бодрящим. Запах чуть влажного леса впивался в ноздри, заполнял легкие, позволяя им расшириться на полную. Сила будто бы втекала в меня из окружающего мира, и я не мог это игнорировать.

Похоже, даже те короткие уроки, которые дала мне Хаэль, возымели свое действие. Ядро вторило сердечному ритму, бухая мощно и уверенно, магическая мощь стонала в каждой клеточке тела, требуя выхода или хотя бы применения.

Бросив взгляд на маруну, я хмыкнул и остановился посреди густого леса.

— Что такое? — спросила она, осматриваясь вокруг.

— Хочу кое-что проверить, — ответил ей, опускаясь на колени перед небольшим холмиком, покрытым густой порослью серо-зеленого мха.

Положив руку на землю, я сосредоточился на ощущениях. Если раньше, входя в состояние единения доступное мне чувствовалось в паре миллиметров от кожи, теперь я видел хаотично переплетенную между собой сеть корней, раскинувшуюся под нашими ногами. Чувствовал струящиеся в них ледяные соки, этот ток обжигал, будто я окунул руку в бурную горную реку.

— Что ты чувствуешь? — шепотом спросила Хаэль, опускаясь рядом.

Говорила она негромко, едва уловимо для слуха, но я практически чувствовал ее, как самого себя. На мгновение, пока маруна проговаривала слова, мне почудилось, что мы с ней – части одного организма, как две соприкасающиеся стенками клетки.

— Лес, — отозвался я так же тихо. — Тебя.

Хаэль молчала, давая мне время свыкнуться с ощущениями. А я чувствовал, как меня медленно затягивает вслед за бегущими по корням соками. Сознание капля за каплей утекало, растворяясь в чем-то огромном и устрашающе безразличном. Будто кит, всасывающий планктон, это нечто тащило меня за собой, но я был настолько мелким и незначительным на его фоне, что о каком-либо взаимодействии речи быть не могло. Я не говорю с муравьями, попавшими под подошву моего сапога. И это нечто, засасывающее меня в себя, также не помышляло о том, чтобы поделиться со мной своими мыслями. Оно вообще не казалось мне разумным, как бездушная стихия.

Умиротворение и спокойствие сменилось давящим чувством боли и страха. Меня словно зажевало в шестеренке громадного механизма. С эфемерным хрустом раскалывались на острые обломки кости, треск сползающей с тела кожи бил по слуху. Но при этом я знал, что то, что я чувствую – не происходит с физическим телом. Это моя душа дробится и сыплется прахом, обращаясь в ничто, в часть огромной и чудовищно опасной сущности.

И я был здесь лишним. Это ощущение возникло резко, будто сущность все же обратила на меня внимание. Хотя тут скорее подошло бы сравнение с легким интересом, вызванным внезапной поломкой необъятной машины.

Мощный толчок выбил меня из единения, и я очнулся лежащим на холодной земле. Надо мной нависло встревоженное лицо маруны. Хаэль чуть сузила глаза и, широко замахнувшись, влепила мне пощечину.

— Идиот! — рявкнула она, зло выдыхая.

Спорить я не стал, вместо этого медленно сел и вытер влажное лицо. На пальцах остались густые потеки крови – похоже, подскочило давление, и сосуды полопались. Кровь текла отовсюду, словно пот. Однако воздействие прошло, не оставив после себя ни следа в моем организме.

— Что это было? — спросил я, сплевывая красную слюну.

— Я же тебя предупреждала! Нельзя спешить! — завелась учитель, вскакивая на ноги и нервно шагая из стороны в сторону. — Нельзя сразу окунаться в единение, идиот! Только подготовленные могут самостоятельно вернуться из него, сохранив при этом собственный рассудок!

Да, нечего сказать, здесь я дал маху. Однако ведь вышел как-то. Хотя, скорее всего, меня вышвырнули, как только обнаружили вторжение на чужую территорию. Хорошо хоть не вдарили, если бы эта сущность, чем бы она ни была, приложила чуть больше усилий, от меня бы и мокрого места не осталось.

— Что ж, прости, если напугал, — медленно проговорил я, поднимаясь на ноги.

— Напугал?! — вновь воскликнула она. — Ты, дурак рогатый!..

Будь мы в каком-нибудь аниме, она бы сейчас расплакалась и бросилась мне на шею. Хотя, конечно, там бы это стало проявлением любви, а у нас никаких таких отношений не имелось. Не считать же секс, как вторжение в личное пространство. Хаэль не переживала за меня, она злилась.

— Ладно, хватит истерик, — махнул рукой маруне. — Лучше объясни, что это за хрень была?

— Это единение, Дим, — все еще недовольная, ответила учитель. — Если ты слишком глубоко заберешься, станешь частью силы, наполняющей наш мир. Твоя личность сотрется, останется только пускающая слюни пустая оболочка. А как, по-твоему, можно научить магии марун тело, которое не способно осознавать?! Ты хоть подумал, на что меня обречешь, если я не выполню условие своей сделки?!

Ну, тут спорно. Мироздание само следит за тем, чтобы сделки выполнялись. Значит, если личности архидьявола Дима не существует, то и сделки быть не может. Полоумные неспособны мыслить, так что... Технически наш договор просто должен потерять силу, хотя, конечно, что я на самом деле знаю о механике сделок?.. Одни только ощущения.

— Это ты меня вытащила? — уточнил я, решив прояснить последний момент.

— Нет, — коротко огрызнулась Хаэль. — Единение отсекает все и всех. Даже если бы я решила сожрать тебя заживо, ты бы ничего не почувствовал, и даже не понял бы, что умираешь.

— А вот с этого места поподробнее, пожалуйста, — напрягшись, попросил я.

Как-то с другими видами магии такого эффекта не происходило, я всегда оставался в полном сознании. А в некоторые моменты время будто замедлялось, позволяя мне выстроить нужную комбинацию для создания оружия или фаерболла. Да даже испаряя воду, я оставался самим собой, хоть и приходилось сосредотачиваться сильнее, чем с огненным колдовством.

— Так и знала, что ты не поймешь, — фыркнула Хаэль. — Единение и наша магия – это не то волшебство, к которому ты привык. Фактически мы не сами колдуем, а просим у природы того, чего желаем добиться. И если ты настроился достаточно точно, она отзовется. Поэтому единение – ключ к работе с нашей силой. Но ты...

Она набрала воздуха в грудь, чтобы перейти на новую порцию яростных высказываний, но я оборвал ее нетерпеливым жестом.

— Не забывай, с кем ты разговариваешь, — напомнил ей. — И тщательно подбирай слова, иначе я могу решить, что ты намеренно саботируешь обучение, не рассказывая мне всех подробностей.

Маруну будто под дых ударили. Она со свистом выдохнула, пораженная моими словами, застыла, разглядывая меня, будто ожидая, что скажу, мол, пошутил. Однако в следующую секунду Хаэль скрутило от боли. Я услышал хруст – то ли наращенной вокруг тела зелени, то ли костей. Девушка рухнула на колени подвывая.

— А я, похоже, не так уж неправ, да? — усмехнулся, обходя стонущую маруну. — Почему еще тогда с тобой такое происходит? Сдается мне, мироздание наказывает тебя за невыполнение сделки. Но ты не переживай, когда эффект пройдет, у меня тоже найдется что у тебя поспрашивать.

Через минуту Хаэль рухнула лицом в траву. Тяжелое дыхание с хрипом вырывалось из ее груди. Листва, прикрывавшая тело девушки, медленно опадала, на глазах превращаясь в прах. На секунду я даже решил, что маруна при смерти, но она уперлась руками в землю и медленно стала подниматься.

— Кто-то только что убил нашу жрицу! — зло выдохнула она, оглядываясь на меня.

— Вот как? — хмыкнул я, не веря ее словам. — И почему же в таком случае это ударило по тебе?

— Потому что мы из одного рода, идиот! — огрызнулась она. — Мы всегда чувствуем, когда погибает наша родня!

Что ж, это бы вписалось в общую картину с единением. И, возможно, именно поэтому маруны могут общаться на расстоянии – через собственное родство, как я по дьявольской крови разговариваю с другими членами домена. Это нужно будет уточнить, но чуть позже.

— Кто ее убил? — присев рядом, спросил я, складывая руки на коленях. — И, главное, зачем?

— Я не знаю! — воскликнула та. — Но это случилось! Я почувствовала, как ее ветвь отмерла, — видя мое недоверие, Хаэль пояснила: — Маруны так не умирают.

Я все еще молчал, раздумывая над ее словами. Если поверить, что жрица марун убита, выходит, игра за кресло Верховного Вождя уже в самом разгаре, и некто только что покусился на моих союзников. Оставлять подобное без внимания я не могу, просто не имею права.

— Идем, — спокойно протянув ей руку, я помог Хаэль встать на ноги.

— Куда?

Сил у нее все еще не было, так что пришлось поддерживать учителя за талию. Прикосновения к листве, скрывающей кожу маруны, вызвало странное чувство сожаления.

— Туда, где убили вашу жрицу, конечно, — ответил я, медленно поднимая заваливающуюся набок девицу на руки. — Только, боюсь, мы все равно опоздаем. Пока доберемся, пока...

Она решительно мотнула головой. На землю упали несколько тонких веточек, выпавших из волос. На миг мне подумалось, что Хаэль умирает, но это чувство быстро ушло, да и сама маруна на глазах собиралась с силами. Пройдет несколько минут, и все с ней будет в порядке. Подновит гардероб, на том дело и кончится, сейчас ее просто выбили из колеи.

— Нет, мы пойдем тропой, — выделив последнее слово, выдохнула она. — Мне нужно дерево, Дим.

Просить дважды меня не пришлось. Я легко поднес невесомое тело к ближайшему стволу. Ладошка маруны легла на кору, и, словно той на самом деле не существовало, погрузилась прямо в дерево.

— Просто верь мне, — выдохнула Хаэль, и в следующий миг меня буквально всосало внутрь ствола.

Ощущение присутствия чего-то гигантского снова нахлынуло, но на этот раз меня будто окружала защитная пленка, не позволяющая разрушить мой разум. Я успел подумать, что оказался прав, и Хаэль действительно способна перемещаться по лесу, а через секунду – или мне так только показалось – нас уже выкинуло на широкую поляну.

Деревья образовали строгий круг, полностью скрывая от глаз окружающий небольшое поле лес. Зеленые стебли травы поднимались мне до пояса, склонившиеся под весом колосьев. Крупные и сочные, они медленно раскачивались под несуществующим ветром, создавая ощущение живого моря.

И на этом сплошном зеленом поле сразу же бросалась в глаза черная прогалина. Опустив маруну на землю, я вытянул руку, на всякий случай призывая булаву. Подходить к выжженному пятну следовало с осторожностью – я всеми фибрами чуял исходящую от него опасность.

— Осторожно! — вскрикнула Хаэль, и я выставил ладонь, рефлекторно создавая Огненный Щит перед собой.

Вспышка ударила по глазам, правое плечо взорвалось болью, и меня опрокинуло от сильного толчка. Осознав себя лежащим посреди высоких стеблей, я увидел торчащую в руке стрелу. Наплечник, созданный моей магией, оказался прошит, будто он из бумаги.

— Твою мать, — зашипел я, стараясь вытащить вражеский снаряд.

Не нужно быть гением, чтобы понять – наконечник из метеоритного железа, как и те кандалы, в которые меня заковали в крепости Зерера. Паскуды!.. Ничего, сейчас я с ними разберусь...

Стараясь не привлекать внимания, я медленно сел и раздвинул пальцами стебли высокой травы. В стороне от выжженного пятна мелькнула едва заметная тень, но этого хватило, чтобы прицелиться.

Опустив руку на землю, я сосредоточился. Единение – не единение, сейчас убийца поплатится за свои ошибки. Силы, выплеснутой мной из ядра, хватило бы, чтобы спалить весь лес. Однако сейчас требовалось не убивать наглеца, а поймать его.

Земля подо мной ощутимо вздрогнула, деревья у края поляны пошатнулись, недовольно скрипя ветвями и потрясая густыми кронами. От места, где я заприметил лучника, раздался короткий вскрик, и на моих губах сама собой появилась улыбка.

Попался, тварь такая.

Уже не опасаясь противника, я поднялся во весь рост и зашагал в сторону пленника. Часть вспучившейся, как живот при метеоризме, поляны бросалась в глаза, как нечто совершенно чужеродное, будто одинокое дерево посреди ровной, как стол, степи. Перемешанные с землей колосья и травы торчали из рыхлой почвы во все стороны. Лишь по оставшейся снаружи руке в кожаной перчатке можно было обнаружить захваченного стрелка.

Лук и колчан с двумя десятками стрел валялись чуть дальше. Я был прав – стрелок использовал только сталь из метеоритного железа. И, скорее всего, именно поэтому жрица ничего не смогла ему противопоставить – если оно отталкивает магию, тут никакое волшебство, ни один щит не помогут.

Взяв побежденного за руку, я вытянул его из кучи земли и, не давая врагу откашляться и продышаться, нанес пару добрых ударов по голове. Полукровка с явно кошачьим наследием рухнул, как подкошенный. Я же наклонился над ним и потянул за цепочку на шее.

— Как я и думал, — хмыкнул я, срывая с шеи кошака жетон из зеленого камня.

За моей спиной раздались всхлипывания, и я обернулся в сторону выжженного пятна. Хаэль, стоя на коленях перед бледным телом жрицы, изо всех сил сдерживала слезы, но они все равно катились по щекам.

Я же нырнул в домен и вернулся, удерживая в руках моток веревки. Через минуту повязанный, как батон колбасы, кошак был заброшен на плечо, а потом – подвешен на толстой ветке ближайшего дерева.

Убедившись, что искатель не вырвется, я обошел поляну по кругу, высматривая следы возможных напарников, однако, похоже, действовал ублюдок в одиночку. Либо остальные уже погиби.

А еще, сдается мне, он не просто так явился сюда. Может быть, заметал следы? Ведь, насколько мне помнится, в подвале Зерера меня пытал драконид. А самого лорда я нашел уже мертвым. Так, может быть, этот Васька кое-что мне прояснит.

Не собираясь больше ждать, я достал флягу с водой и принялся лить на лицо полукровки. Через мгновение он задергался, фыркая и пытаясь уклониться, но струя воды текла в нос, заливала глаза. А в конце, когда я стряхнул на морду искателя последнюю каплю, то добавил еще и жесткую оплеуху.

— А теперь поговорим, — решительно произнес я, хватая пленника рукой за подбородок. — Итак, расскажи мне, что ты знаешь.