Клан "Дятлов" на путях Хаоса

Предисловие

– Ну вот, – Парацельс указал на особняк, – это ваш дом. Слева от центрального входа, была таверна, справа, подсобные помещения, наверху спальни. В общем, сами разберетесь, держите, – он вложил в мою руку связку ключей, развернулся и исчез в портале.

Сзади нас, из кабака, вывалилась шумная пьяная компания, но я не обращал ни на что внимание. Наконец-то, у нас хоть что-то получилось.

– Ну что, Пахан, – Пофиг хлопнул меня по плечу, – пошли, посмотрим, что нам досталось. Заодно и отпразднуем, сегодня 30 Августа, мне шестнадцать исполнилось…

Его последние слова потонули в звоне разбившегося стекла: землю еще раз сильно тряхнуло, и одно из стекол таверны лопнуло. Не успела земля успокоиться после первого толчка, как за ним сразу прошли еще три сильных сотрясения, одно мощнее другого. После последнего, особняк со стоном осел, а затем с жалостным скрипом правая его стена обрушилась, поднимая клубы пыли.

– Мда, господа, – донесся сзади нетрезвый голос, – вы в полной жопе!

Глава 1

Мои ноги подкосились, и я плюхнулся на мостовую, там, где и стоял… Наш особняк! В самом центре, одного из крупнейших городов Волшебного мира! С таким трудом он нам достался, и как легко он сейчас рушился! Пыль стояла столбом, но, все равно, было видно, что одна из его стен полностью развалилась. Стекло в половине окон лопнуло и осыпалось на землю, наполняя воздух звоном серебряных колокольчиков. Черепичная крыша целыми пластами сползала вниз, разбиваясь от ударов о землю. Но не только это привлекло мое внимание, там, где разрушенная стена упала на землю, происходило странное шевеление. Почва вздыбилась, поднимаясь все выше и выше. Землю тряхнуло так, что все, кто не сидел, повалились на землю. Поднимающийся из земли холм, заняв почти весь небольшой приусадебный участок и достигнув в высоту уровня крыши нашего особняка, остановился в росте. Затем по холму прошла дрожь, отчего вниз посыпалась земля, вырванные с корнем деревья и многострадальные обломки нашего особняка, под которыми оказалось нечто невероятно огромное, черное и блестящее. Что это, я понять не мог, никаких ассоциаций у меня этот предмет не вызывал. Только когда он начал поворачиваться вокруг своей оси, и на нас уставилась пара пламенеющих глаз, у меня мгновенно родилось желание – свалить! Титанических размеров жук, голова которого торчала около нашего дома, открыл свои жвала и заревел. Как ни странно, в его реве не чувствовалось ярости, жажды крови или чего-то подобного. Наоборот, в нем скорее слышалась боль и непередаваемая тоска. Голова жука вновь затряслась, раздался омерзительный хруст, и она, отделившись от панциря, упала на землю. А из тела, так и оставшегося под землей, на поверхность хлынул поток ползунов. Тут были и обычные особи, и раздувшиеся, словно бочки на ножках, и экземпляры, вдвое превышающие размерами остальных. Их клешни, охваченные магическим пламенем, каждая размером с половину тела, то и дело вспарывали воздух, разбрызгивая целые водопады искр. Поток чудовищных насекомых разделился на несколько ручейков, выливаясь на улицы города. Группка местных НПС, на свое несчастье оказавшихся слишком близко, моментально была повалена на мостовую и обездвижена. Ползуны-рабочие, без лишней суеты, поволокли их к образовавшемуся провалу в земле. А, завалившая их группа ползунов, во главе с пламенным гигантом, заметила нас и на полных парах рванула в нашу сторону.

– Ох, еп жеж, – раздался сзади все тот же нетрезвый голос, – Факир! Санть… Сантья… Да тьфу, ты, Санёк! Срочно сюда! У нас проблемы!

Этот голос вывел нас из ступора, и правда, не только у них проблемы. И, видимо, не один я вышел из окаменения, так как прямо передо мной, как по волшебству появился противопехотный еж. Рядом с ним еще один, и еще, перегораживая улочку хлипкой баррикадой… Защита, конечно, так себе, но это лучше чем ничего. Гигант добежал до нее и, наконец, появилась возможность посмотреть, что это за зверь.

Ползун – берсерк. уровень 95. 9500/9500.

урон 400-650.

игнорирование брони 35%.

Умения: обжигающий удар, консервный нож, огненное дыхание.

Блин, не ползун, а дракон какой-то! Ладно, хоть, перед торчащими стальными пиками он притормозил. Чего нельзя было сказать про его более легких спутников. Практически не снижая скорости, они вскочили и начали оползать ежи по стене здания. Первый, особо умный экземпляр, пришел в соприкосновение с новой Добрынинской кувалдой, на длинной двухметровой ручке, и после недолгого полета, разрозненными частями упал под лапы своих товарищей. Шестидесятый, семидесятый уровень тварей приводил в недоумение. В городе, где средний уровень стражи, под двести, им рассчитывать не на что, их просто изрубят в капусту. Я, конечно, понимаю, что у них не было выбора, они идут туда, куда их пошлют, но Королева должна была понимать, что посылает свои войска на убой. Хотя, не все так радужно: этой самой стражи еще надо дождаться, а когда она нужна, ее, как обычно, нет.

– Пахан, не тормози! – Калян с Майором схватили стоящую у стены поилку для лошадей и выплеснули воду на стену. Я вызвал рядом ледяного габота, и стена тут же покрылась слоем льда. Карабкающийся по ней ползун, коротко матернувшись, сверзился вниз, угодив на заточенные колья. Получив удар поилкой по кумполу, ползун притворился спящим и больше нас не беспокоил. Затормозивший на время, берсерк, наконец, пришел к какому-то решению. Не обращая внимания на отскакивающие от него стрелы, схватил своей клешней сразу несколько стальных прутьев на еже. Клешни завибрировали: двух сантиметровые стальные стержни, раскалившись добела, переломились, будто соломинки и попадали на землю. Это бы ладно, прутьев еще много, пока все переломает, мы его всех подручных положим, так ведь нет… До берсерка вдруг дошло, что он может поднять этот кусок шпалы, утыканный прутьями, и уже через секунду сия конструкция полетела в нас, снося Каляна вместе с уже заряженной Немезидой. В образовавшейся бреши моментально вспыхнула Пофигская магическая стена, но берсерк, будто не замечая, прошел сквозь нее, всей своей тушей нависая над нами. На его, до этого, абсолютно черном теле начали разгораться огненные пентаграммы, полыхая внутренним огнем.

– А ну-ка, малыш, двинь в сторону, – меня схватила ручища, облаченная в зеленую, бархатную перчатку, и бесцеремонно отшвырнула в сторону. Сначала, я подумал, что это наконец-то прибывшие на помощь стражи, но это были не они.

Факир. Рыцарь смерти. Уровень 88.

Группа «Раздолбаи».

Здоровенный мужик, облаченный в простую рубаху, клетчатый килт, и два разных сапога. На руках, как я уже сказал, изумрудного цвета длинные перчатки, судя по цветочному узору явно женские. На голове кожаный шлем, с развесистыми лосиными рогами. На плечах черные шипастые наплечники, источающие фиолетовую дымку, за спиной два двуручных меча.

Сначала до меня не дошло, но через пару долгих секунд я понял, это не нпс, а самый настоящий игрок! После нескольких долгих месяцев игры, мы наконец-то нашли живых людей. Однако радоваться было рановато: обстановка начала накаляться. Всё сопротивление в округе было сломлено, и в нашу сторону направились еще две группы ползунов. Мужик, не обратив на них никакого внимания, встал напротив берсерка, топнул одной ногой, высоко поднял вторую, а затем топнул и ей, встав в позу сумоиста перед началом боя.

– Куя, куя гун! – взревел он, и застывший было на одном месте ползун, заверещав, бросился на врага. Ползун был быстр, но не достаточно, его пламенеющие клешни вспороли воздух, разбрасывая во все стороны снопы искр. Мужик же, крутанувшись вокруг своей оси, оказался позади берсеркера: оба меча взметнулись вверх и, когда поворот закончился, обрушились вниз. Разрубленный на три куска ползун рухнул к нашим ногам, разбрызгивая раскаленные докрасна внутренности, будто у него лава по жилам текла, а не кровь.

– Серый, давай ускорение: враг мелкий, сил много не надо.

Сзади зажужжало, будто здоровенное насекомое, бьющееся в окно. Я оглянулся: за нашими спинами стояло еще два игрока. В лапах одного из них была зажата балалайка.

Серый. Уровень 42.

Группа «Раздолбаи».

Богатырского сложения мужик нетрезво покачивался, но сардельки, заменяющие ему пальцы, метались по грифу словно сумасшедшие. Жужжание нарастало и до меня, наконец-то, дошло, что это композиция "Полет шмеля".

– Во! Самое оно, – одобрил, стоящий рядом с ним тип.

Сантьяго. Уровень 43.

Группа «Раздолбаи».

На руках у него вместо кистей были стальные шары. Он запястьем поправил, съехавший на лоб золотой лавровый венок, и махнул нам шаром.

– Не стойте столбом: через три минуты Факир отключится, надо завалить как можно больше тварей.

И он рванул к мечнику, прорубающему сквозь ползунов просеку, но в этот момент «Полет шмеля» закончился, и у нас выскочило сообщение:

Внимание! На вас наложен неизвестный баф: все основные характеристики +10%. ловкость +30. сроком на 1 час.

– Ни хрена себе, а на силу что-нибудь есть?

– Сейчас, сбацаю.

Мы не стали дожидаться начала музыки и рванули на помощь.

То не грозное небо хмурится,

Не сверкают в степи клинки,

Это батюшки Ильи Муромца

Вышли биться ученики.

Раздалось сзади, но нам уже было не до того. Факир размахивал своими мечами так, что глаз не успевал следить за их движениями. Куски ползунов фонтаном разлетались в стороны. Прикрывающий его справа Сантьяго встряхнул руками, и из стальных шаров на его руках выскочили пятисантиметровые шипы. Он с разбегу врезался в ближайшего ползуна и замолотил по нему своим необычным оружием: с первым же ударом над его головой начало наливаться грозовой чернотой маленькое облако. Чем больше он наносил ударов и чем больше их пропускал, тем темнее и больше становилось над ним облако.

За победу их ветры молятся,

Ждут их тернии и венцы,

Разгулялись добры молодцы,

Распотешились молодцы.

Песня все набирала обороты, когда мы врезались в гущу врагов. С последней нашей встречи в замке мы подняли уровней по десять-пятнадцать, и теперь бой получался на равных. Ползуны-усмирители (это те, что плюют парализующим газом), вереща что-то на своем ползунячьем, переминались с лапы на лапу, не решаясь пройти выросшую перед ними огненную стену, а обычные, оставшиеся на нашей стороне, не оказали достойного сопротивления. Мы давили их стеной щитов в сторону огненной стены. Раз в три секунды из-за щитов выныривала глефа или обрушивался Добрынинский молот. Только когда отступать стало некуда, они попытались контратаковать, но в этот миг прозвучали последние аккорды песни.

Эх, да, надобно жить красиво,

Эх, да, надо нам жить раздольно,

Богатырская наша сила,

Сила духа и сила воли.

И на нас навесился новый неизвестный баф: на плюс пятьдесят к силе. Мы уперлись в щиты и затолкали пищащих тварей в огненную стену. Она, естественно тут же погасла, ибо у Пофига кончилась манна. Стоящие за огненной стеной усмирители решили вступить в дело и выпустили в нас струи зеленого дыма. В этот момент огненная стена вновь взметнулась вверх (Ибо Пофиг выпил восстанавливающий эликсир), и попавший в огонь газ, естественно, немедленно воспламенился, обдавая нас потоком огня. Но нет худа без добра: огонь пошел и в сторону ползунов, так что они даже пикнуть не успели, как огонь добрался до их раздувшихся брюшек. Не скажу, что сильнее взрыва я не слышал, но, все равно, когда я очухался, то подпирал стену какого-то здания метрах в десяти от поля боя. Булыжная мостовая жутко давила мне на темечко и я решил поставить себя снова на ноги, когда огонь добрался еще до двух усмирителей: двойной взрыв ползунов, среди толпы своих собратьев, осыпал нас градом хитина и сизых потрохов. Рядом со мной приземлился балалаечник и, пробормотав, что то типа «Тайм аут», отрубился. Я кое-как встал на четвереньки и огляделся. Все, кроме рыцаря смерти, валялись на мостовой. Тот, как ни в чем не бывало, шел на очередного берсеркера, пробирающегося к нам сквозь бушующее на дороге пламя. Сантьяго, над головой которого уже грохотала настоящая буря, пристроился, справа от него, а мы, кое-как собрав воедино свои части тела, вновь стали выстраиваться слева. Мелькавший в огне силуэт выбрался на открытое пространство. Но он был не один: за ним шел второй, затем третий и четвертый, на пятом ползуны берсерки закончились. Отряхнувшись, словно выбравшиеся из воды псы, усмирители стряхнули с себя капли жидкого огня, и направились к нам. Но, вновь на их пути встал рыцарь смерти. Он впечатал одну ногу в мостовую, так, что земля затряслась, поднял вторую.

– Куя, куя…– он застыл в шатком равновесии, а потом просто рухнул лицом на мостовую.

– Факир был пьян, и фокус не удался, – пробурчал Сантьяго и вышел вперед. Куда ломанулись гниды пархатые? Сидеть! – громыхнул он, бросившимся было к нему берсеркерам.

Лапы у тварей подломились, и они рухнули на колени или как там у них называются сочленения лап?

– Вы на кого долбоклюи жвала свои разеваете!? На кого буркалы пучите!? Всю жизнь косоглазыми ползать будете, с клешнями задом наперед!

На последних его воплях из грозового облака над его головой ударило пять молний, а туча тут же растаяла. Глаза тварей моментально разъехались в разные стороны, а клешни с хрустом стало выворачивать им за спины.

– Господа, – обратился дебафер к нам, – у нас сорок секунд, не тормозим.

Голова еще не переварила увиденное, а ноги уже несли меня вперед. Пришло время использовать что-то новенькое, а, как известно, все новенькое – это хорошо забытое старенькое. Как-то, еще проживая в замке, я обращался в жука-скарабея: медлительная и, в общем-то, бестолковая тварь, но его клешни, больше похожие на гидравлические резаки для металла, это нечто. Щелчок пальцами, и рядом со мной появляется жучара шестидесятого уровня. Маны на его поддержание у меня хватит секунд на тридцать, но, как я понял, больше у нас и не будет. Еще один щелчок: я лечу пузом на булыжную мостовую, в полете начиная превращение в такого же жука. Сообщение о том, что я не могу превращаться в то же существо, что уже было мной призвано, совпало с соприкосновением моего бренного тела с булыжной мостовой.

– Этот у вас, что, припадочный? – услышал я чей-то вопрос.

– И-И-И-и-и-и…– не согласился с ними я, пытаясь в своей книге призыва найти что-нибудь подходящее, для этого случая.

– Ну, так, временами…– ответил кто-то голосом Каляна.

– Но жук его хорош, вон как лихо Берсерку лапки отчекрыживает, – в кои-то веки поддержал меня Пофиг.

«Точно! – вспомнил я,– и почему я никогда раньше не пробовал превратиться в ледяного габота? Ведь это мой самый надежный и эффективный помощник последние несколько месяцев!» Вспомнив, что ледяной габот после вызова не может передвигаться, я вновь разбежался и прыгнул прямо под лапы, никем не атакуемого, Берсерка. Сообщение о том, что я не могу пока превращаться в магических существ, совпало по времени с очередным соприкосновением моего бренного тела и булыжной мостовой.

– Ну, я бы сказал, по большей части… – голосом Каляна, исправился отвечающий.

– М-м-м-м-м-х-х-и-и-и… – не согласился с ним я, кое-как поднимаясь на четвереньки и вытаскивая меч. Хрен с ними, с превращениями, погода какая-то сегодня не летная… Так, по старинке, лапы таракану-переростку пообкарнаю.

Оказалось, что пока я с безоглядным мужеством сражался с булыжниками мостовой, четверо из пяти берсерков, лишились своих лап. А вся толпа, включая трехметрового огра, несется на берсерка, около которого лежу я. Как я умудрился убраться с их пути, не знаю. Уже через полсекунды от ползуна во все стороны только ошметки полетели. Я вскочил на ноги и, отвесив воздуху пару сокрушительных ударов, завопил:

– Ха! Мы сделали вас! Слабаки!

В этот момент огненная стена вновь погасла, насколько хватало глаз: вся улица, за ней, была заполонена ползунами. Огнеупорных берсерков там не наблюдалось, но остальных было такое количество, что глаза разбегались, и все они смотрели в нашу сторону. Над городом разнеслось слитное шипение сотен глоток, и они бросились к нам.

– Вот жеж … – давясь очередным эликом, просипел Пофиг, и огненная стена вновь взметнулась вверх. Но в этот раз она не смогла остановить разбушевавшуюся толпу. Ползуны оползали ее по стенам домов и, превращаясь в живые факелы, прорывались прямо сквозь нее.

– Отступаем, проорал я, взваливая на себя, все еще лежащего без сознания, барда. Добрыня засунул под подмышку рыцаря смерти и рванул вслед за нами. Но далеко мы убежать не успели. С другой стороны дома настоящей лавиной высыпала целая толпа членистоногих.

– В таверну! – завопил Майор, своим примером показывая нужное направление. Мы кое-как протиснулись в узкие двери, и Пофиг тут же запечатал вход огненной стеной.

– Перерыв, – простонал я, валясь на пол.

Дверь узкая, на окнах мощные решетки, можно отдышаться.

– Что, наш юродивый, в натуре опять жмуриком прикидывается? – проскрежетало у меня над ухом, – я тут хавчик ваш, что местный чепушила едой называет, заныкал. Но я, на вашем месте, хавать его поостерегся, с толчка потом неделю не слезете.

Я оглянулся. За столом, вся как-то скособочившись, сидела уродливая крыса. Кое-где на ее морде клочками торчала шерсть, в других местах она была покрыта чешуей. Один глаз был настолько выпучен, что казалось, он сейчас выпадет из глазницы. Левая лапа заканчивается культей, в правой кружка чуть ли не с крысу размером, все тело покрыто какими-то рисунками, на спине не слабых размеров горб.

– Чё уставился, болезный? Понравился, что ли?

– А-а-а-а, крыса говорящая! – завопил я, пытаясь отползти подальше.

Кружка с грохотом опустилась на стол, а то, что я сначала принял за горб, расправилось, превращаясь в кожистые крылья.

В единственной лапе создания, мелькнул кухонный нож.

– А вот за крысу ответишь, козлина, – прошипел монстр, наступая на меня. Полутораметровое создание с расправленными крыльями, выглядело внушительно, не смотря на то, что они были дырявыми в нескольких местах. Я, наконец, догадался посмотреть его свойства.

Торжан-фенченкрыл (Феня). Проклятый сумчатый дракон. Уровень 12. Питомец (группа Раздолбаи).

– Феня, успокойся, он не хотел тебя обидеть, видишь, товарищ не в себе. Припадочный он, – тихо, чтобы я не услышал, добавил Сантьяго, вставая между нами.

– Еще один? А то Факира нам одного было мало. Дракон плюхнулся на стул и вновь присосался к своей безразмерной кружке.

Тем временем у дверей началась толкучка. Огненная стена вновь улетучилась и через установленного в дверном проеме ежа в таверну начали пробираться первые ползуны. Стекла на окнах, под их напором треснули, но кованые решетки пока держались. Сантьяго плеснул барду в лицо водой и отвесил пару пощечин.

– Серый, хорош валяться, нас демоны замуровали, нужно прорываться отсюда. Эта процедура мало помогла, но через пару секунд все, включая Серого и Факира, были на ногах. А над городом продолжал греметь набат, мерзкий звук, наверное, и мертвого из могилы поднять бы мог.

Наконец игра отреагировала на беспрецедентное нападение.

Внимание! Внимание! Внимание! На Другмир совершено нападение! На город напал авангард армии ползунов. Замечены прорывы у северных ворот, на центральной аллее, возле ратуши, два около герцогского замка, на улице мастеров и в квартале красных фонарей. Также зафиксировано нападение на рынок и воинский лагерь.

Жители Другмира, приказ герцога: оставайтесь в своих домах, поднимайтесь на чердаки или прячьтесь в подвалах. Баррикадируйте двери и окна. Городская стража займется зачисткой улиц.

Всем пришлым, приказ! Вооружаться и идти на помощь стражам и военным! Пробивайтесь к герцогскому замку для получения новых приказов! С этого момента опыт за убийство ползунов увеличен в три раза. За каждого убитого врага, в случае предоставления доказательств, будет выплачено вознаграждение! Все на защиту родного города!

– Вот блин, правители, что у нас, что здесь, все только о себе думают. Чуть что, все на защиту дорогого герцога.

– И не говори, – согласился со мной Сантьяго, – я бы лучше квартал красных фонарей защищать пошел, это как-то перспективней…

Наш, безусловно, интересный разговор был прерван страшным грохотом. В дверь, давя своих и чужих, протиснулась голова гигантского ползуна. Осмотрев таверну, она прицелилась и плюнула в нас кислотой. Мы с Сантьяго откатились в разные стороны, но часть кислоты попала на дракона. Тот смахнул с себя жгучие капли и, пошатываясь, вновь выбрался из-за стола.

– Ну-ка, мелочь, прочь с дороги, сейчас я этого фраера до хрустящей корочки прожарю.

Он со свистом втянул в себя воздух, увеличившись при этом чуть ли не вдвое, и выпустил струю пламени в сторону ползуна – гиганта. Вернее струя не получилась, пламя расплескалось во все стороны, не причинив никакого вреда ползуну, но спалила усы дракона, которые невесомым пеплом осыпались на пол. А струя пламени, пролетев полметра, бесследно растаяла в воздухе.

– Вот дьявол, – ни сколько не смутившись от случившегося, пробормотал Феня, – выпивка слишком слабая, вот помнится после гномьей горилки, такое пламя было – закачаешься…

Раздался громкий треск и гигант, вместе с выломанным косяком, стал протискиваться внутрь. Пофиг вылакав очередной флакон маны, запалил огненную стену прямо под ним. Естественно деревянные полы и занавески на окнах моментально вспыхнули. Секунда и огонь добрался до потолочных перекрытий. Обстановка явно начала накаляться.

– Твою-то мать, Пофиг, правильно ведь говорят – спички детям не игрушка!

Буквально через несколько секунд половина таверны была охвачена пламенем.

– Тут должна быть задняя дверь, давайте к ней!

– Не суетись салага, – громко рыгнув, прогундосил Феня, там тоже наверняка эти гады ползучие, – давайте за мной: дракон всех в очередной раз спасет.

Видимо стоять на ногах он уже не мог, поэтому свалился на три лапы и чисто по крысиному побрел за стойку. На ходу сумка на его животе раскрылась, и на пол повалилась разнообразная столовая утварь. Кружки, ложки и даже сковорода.

– Феня! – возмутился Серый – ты опять за старое? Сколько тебе говорить не греби ты себе все, что плохо лежит, а то и без второй лапы останешься.

– А чё такого? Хозяин – гад, сбежал, а здесь все равно эти умники, – кивнул он на нас головой, – все подожгли, никаких следов не останется…

Он дохромал до люка в полу и, кое-как откинув крышку, пригласил, – добро пожаловать, – и первый нырнул в темноту.

– Пофиг, зажигай свой маяк и вперед.

Когда мы все спустились вниз, пожар наверху полыхал уже вовсю. Не успели мы закрыть за собой крышку, как послышался сильный треск и грохот. Земля вздрогнула, сквозь щели в досках, вниз стали пробиваться струйки белого дыма.

Майор безрезультатно попробовал приподнять крышку, – видимо крыша обрушилась, – сказал он и махнул рукой, – пошли, вроде там еще одна дверь.

– Здесь должен быть подземный лаз за пределы города, его местные бандиты вырыли, – сказал Серый, – мы в таверне должны были с одним типом встретиться, дней уж как десять, наверное. Но он так и не появился. Мы почти весь алкоголь у хазяина таверны вылакали, пока ждали. Вот он нам и поведал, что этим ходом контрабандисты пользуются, что бы в город проникать в обход городской стражи. А вообще вы как тут оказались? Мы уж думали, нас одних сюда занесло, не знали, что уже…

Его слова прервал вскрик впереди идущего Пофига. Мы углубились в тоннель буквально на пятьдесят метров, который, кстати, был вовсе не похож на выкопанный впопыхах уголовниками. Высокий и широкий проход, со сводчатым потолком. Стены и пол аккуратно выложены кирпичом. Конечно, кругом полно пыли и паутины, кое-где сквозь расшатавшуюся кладку осыпалась земля, но все равно во всем чувствовалась рука мастера. Недалеко от одной кучи обрушившихся камней Пофиг и затормозил, указывая вперед. Я разглядывал открывшуюся панораму, выглядывая из-за Добрыни, которому, не смотря на неслабые габариты, даже не приходилось здесь пригибаться. Около кучи камней лежал труп человека с размозженной головой.

– Судя по одеже, это наш корчмарь, – шепелявя из-за отсутствия передних зубов, пробурчал вылезший вперед Феня, – только у нашего голова целее была, когда он из таверны тикал.

Мы подошли ближе, и тело хозяина таверны начало подниматься.

– И-и-и-и! – раздался тонкий женский визг.

– Пофиг, кончай вопить, ты что никогда трупов ходячих не видел?

Но это был не зомби. Это камни, на которых лежал труп, начали ползти друг к другу, собираясь в кучу. В конце концов, тело свалилось на пол, а из камней начала образовываться человекоподобная фигура. Мощные колоннообразные ноги, пяток камней изображающих руки, непонятно как крепящиеся к булыжнику груди. Вот последний камень влез на свое место, утвердившись на самом верху. Он повернулся на сто восемьдесят градусов и на нас уставились жуткие, голубые глаза. Ну, глаза-то, скорее всего, были обычные – человеческие, но вырванные из головы трупа, висящие на каменном лице, и непонятно как к нему прикрепленные, они буквально нас парализовали.

Очнулись мы только после того, как получивший мощный удар Добрыня, сложился пополам и свалился на пол. Я еле успел отскочить, что бы ни быть придавленным огромной тушей.

Каменный голем. Страж. Уровень 70. 8000/8000.

– Майор, щиты! Прикрываем остальных! Калян Немезиду!

Над моим ухом пронесся огненный шар, влепившись голему в голову. Жуткие глаза лопнули, но видок у голема от этого не стал краше. Борясь с приступом тошноты, я выхватил из инвентаря здоровенный щит и рванул на помощь Майору, сотрясающемуся от мощных ударов каменюки. Мой щит был почти неподъемный (я его начал делать для Добрыни, из панциря здоровенной черепахи), но сейчас это было очень кстати. Уперев нижний, зубчатый край в пол, я был закрыт им почти до самой макушки.

Сзади раздалось треньканье балалайки, и что-то типа:

Броня крепка, и танки наши быстры,

И наши люди мужества полны…

– Пахан, – одновременно донесся сзади голос МарьИвановны, – у него семидесяти процентная защита от физического урона. Пятьдесят процентов от огненной, воздушной, водной и иммунитет к магии земли!

Нихрена себе, час от часу не легче. Майор уже еле на ногах стоит осыпаемый градом ударов, а на меня он внимания не обращает. Еще один удар и Майор свалится на пол. Свистнуло копье из Немизиды и голем от удара делает два шага назад. Отлично, теперь габот. Как обычно, почти мгновенно проявившись из тумана ледяной габот запустил замораживающую волну. На голема это повлияло откровенно слабо, но плюющий ему в спину червь, начал снимать с того первые хэпэшки. Неожиданно вперед вылетел Сантьяго, но примерзнув к обледеневшей земле, от неожиданности свалился под ноги голему. Мощный пинок и дебафер, пролетев над нашими головами, врезался в группу эльфов, до этого безуспешно пытавшихся атаковать голема стрелами. Что-то все идет не так, половина отряда полегла, так ничего не сделав. И тут над ухом раздалось знакомое «куя, куя гун!». Это припадочный рыцарь смерти опять начал свой идиотский сумоистский ритуал. Топнул одной ногой, впечатывая ее в пол, затем второй, присел на корточки… Выхватил двуручники и юлой завертелся вокруг голема, выбивая из того каждым ударом, снопы искр. Более медлительный голем никак не мог попасть по подвижной цели. В итоге потеряв около трети хп голем просто сел на пол, закрыл голову руками и превратился в обычный кусок скалы. Мечи, жалобно гудя, все так же выбивали из него искры, но количество теряемого им хп практически сошло на нет. Да и пляска мечей продолжалась не долго, как и тогда там, на верху, Факир вдруг резко остановился и рухнул на пол.

– Бензин, наверное, закончился, – вслух подумал я, прикидывая, что же делать дальше. Голем опять начал подниматься, а бить его уже и нечем.

…Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин

И первый маршал в бой нас поведет!

Услышал я последние слова песни и меня словно накрыло прохладной волной.

На вас наложен неизвестный баф. Защита от физических атак 30% на 10 минут. Урон +10% на 10 минут. Шанс критического удара +5%.

Точно! Обращение-то я сегодня еще не использовал, а с такой прибавкой к моей собственной защите…

– Зигзаг, отвлеките эту каменюку на пару минут, смотрите только клювы об него не обломайте. Стайка птиц налетела на ходячий камень, долбя ему затылок своими клювами. Я, пихнув в сторону начавшего подниматься Добрыни щит, опять прыгнул на пол. Слава богам в этот раз все получилось, и приземлился я уже на все триста сорок маленьких лапок. Жук-скарабей и сам обладает отличной защитой, да плюс 10% от нашего штандарта, да 10% от умения моего питомца, да плюс временный баф… До 95% защита поднимется, до местного максимума. Я, споро перебирая ножками, бросился к разбушевавшейся каменюке и без всяких политесов вцепился своими клешнями ему в ногу. Голем не остался безучастным и с грохотом опустил на мой панцирь свой каменный кулак.

По вам нанесен удар 150. Броней заблокировано 142. Вы получили урон 8.

По вам нанесен удар 160. Броней заблокировано 151. Вы получили урон 9.

Я залез в настройки и убрал лишнюю детализацию.

Вы получили урон 7.

Вы получили урон 9.

Удары посыпались один за другим, и я отключил сообщения совсем, оставив только сообщение о спустившемся до 20% здоровье. До голема видимо дошло, что так он будет долго ко мне колотиться. Он сложил кулаки вместе и ударил всем весом тела. Что-то хрустнуло и передо мной опять почему-то выскочило сообщение.

Вы получили критический удар 42.

Я разозлился и вцепился ему в ногу и второй клешней. Но тут, как говорится в пословице: "Нашла клешня на камень…". Как бы сильно я ее не сжимал, максимум, что у меня получилось, это оставить на ней пару царапин. Сверху обрушился еще один удар, и снова треск. Я взбеленился, отжавшись от пола одной клешней, второй отчекрыжил у голема пару кусочков гравия, почему-то болтающихся у него меж ног. Не вовремя вернувшийся на поле боя Сантьяго получил мощный удар в грудь и отправился в очередной полет, в этот раз, приземлившись на барда, который уже начал накладывать на нас новый баф. Я, тоже получив страшный удар второй ногой, отлетел в сторону, а голем забегал кругами, странно дергающейся походкой. Чего ж я ему такое отстриг-то важное, что его так переклинило? Я уж снова хотел броситься к нему, но вдруг вспомнил об одной штуке.

– Как же я блин о ней все время забываю? – Проскрежетал я. Слава богам и в этом обличие мне был доступен режим Мастера – ломастера. В пещере вдруг стало совсем темно, но зато все предметы покрылись небольшими разноцветными циферками, а у голема на теле отчетливо проступили области, по которым проходит критические удары. Конечно, это были места соединения камней (мог бы и сам догадаться), они были отмечены желтым и оранжевым, значит, там возможен пятикратный урон. И, что самое интересное, на груди небольшая впадина была помечена красным. Точняк! Майор, когда своих големов делает, все время что-то в грудную клетку вставляет.

– Калян! Добрыня! Бейте ему в грудь, – проорал я, но конечно из моей пасти донеслись не вопли, а настолько противный хруст и скрежет, что оставшихся в сознании союзников передернуло, как от удара тока, а их волосы поднялись дыбом.

– Пахан, заткнись, – процедил сквозь зубы Калян, – а то я тебя самого застрелю!

– Ай, не хотите как хотите, – проворчал я, вызвав очередную волну судорог, – я сам все сделаю. Я, быстро перебирая ножками, рванул в сторону скачущего по тоннелю голема. В этот раз я дотянулся до "коленного сустава" бедолаги и из-за всех сил сжал клешню. Заскрипело, захрустело и клешня медленно, но верно начала сжиматься. Голем тоже не стоял без дела, вколачивая неподатливое жучиное тельце в древнюю кладку пола. Но тут хрустнуло особенно сильно, и половина ноги голема откатилась в сторону. Мои глазки, вылезшие из-под брони, радостно затрепетали на тоненьких стебельках, за что и поплатились. Половина их тут же была размазана по хитину, каменным кулачищем. Я завопил от боли, зло глянул на него оставшимися восемнадцатью глазами, и нацелился на его вторую ногу. Но эта трусливая скотина, сильно кренясь на один бок, стала отползать от меня вглубь тоннеля.

– Куда намылился? – Не понял я.

Разогнавшись, я прыгнул вперед и вцепился в его здоровую ногу. Руки не смогли ее оторвать, и я впился в его ногу зубами. Зубы заскрежетали по камню, а мой рот наполнился песком и мелким гравием. Мой рот? Черт, время обращения внезапно закончилось. Я медленно поднял голову и уставился на лицевую сторону големской головы повернувшуюся ко мне.

– Э-э, здрасти?

Удар, прилетевший после этого мне в голову, даже сравнить было не с чем. Последнее, что я успел прохрипеть, выплюнув лишние зубы: "Бейте в грудь".

Глава 2

Вселенская тьма мерно плескалась вокруг меня, мягко убаюкивая мою израненную душу. Легкий ветерок шелестел рядом, напевая свою колыбельную. Нирвана, вот ты оказывается какая…

Но что-то мне все-таки мешало. Два знакомых человеческих голоса.

– Да нет, – произнес ПалМихалыч, – говорю тебе, он выкарабкается.

– Ага, щаз, откинет копыта, а точки возрождения только две. У северных ворот и у постоялого двора. А там везде этих ползунов тьма тьмущая, вот они обрадуются, приберут к себе нашего идиота, на прокорм Королеве.

– Нет, я сказал, он не …

Я дернулся и голоса пропали, но взамен их послышались новые.

– Все что ни делается, конечно, к лучшему, но… Сколько я не бился, ничего не получилось. Я просил, что бы нас куда-нибудь поближе к центру отправили работать, в Тамбов там или хотя бы в Хабаровск, но нет. Сослало нас начальство в самую Тмутаракань. Так я и стал директором Магнитовского РЦ по штату Нью-Йорк. Дыра страшная. Ни техники, ни компьютеров, полная разруха в общем. Но вот пару месяцев назад, до нас, наконец-то добралось новое оборудование. Несколько вирт капсул, через которые во всем мире уже давно все управляют рабочими процессами. Техники все нам настроили и мы с Александром, он наш главный инженер, туда полезли… И все. Очнулись уже в замке. В стенах трещины, свет мигает, сидим, ничего понять не можем – где мы? Пошли бродить по коридорам. В некоторых комнатах освещение было, только полы немного наклонные, а так нормально. Нашли лестницу, внизу она разрушена была, вот мы и поднялись наверх. А там такая красота. Лес кругом, небо лазурное, вдалеке горы голубеют, а замок, разрушенным краем прямо в лесном озере стоит. Вниз глядим, а там, на небольшом островке, шалаш и бабка какая-то кругами скачет. Мы ее окликнули, а она нас как увидела, заголосила дурным голосом, тут мы в первый раз и умерли. Очнулись, опять та же комната. Я вообще в недоумении. А Санек почесал репу и говорит, мол, это игра, я в такие по молодости играл. Вот только, как нас сюда занесло не понятно. Долго сидели, разбирались, что к чему. Кнопки выхода не нашли. Ни чата, ни связи с администрацией нет. Стали искать выход из замка. А он, одной стороной попав в озеро наклонился, ворота заклинило, открыть мы их так и не смогли. Пока бродили по замку набрели на столовую, там все кувырком, всю мебель к одной стене снесло, и какой-то агрегат на стене моргает. Мы к нему и так и эдак, ничего не получается. Ну, тут Санек и говорит: "Мда, без ста грамм тут не разберешься". А аппарат ему в ответ, – чего желаете? Оказалось, что это синтезатор пищи, ну и напитков тоже. Мы по стопке жахнули и, прихватив с собой салатики опять на крышу пошли. Только и тут облом. Пока мы внизу бродили, на крышу гарпия прилетела, и уже даже гнездо вить начала. Нас увидела, как заорет, как набросится на нас, а много ли нам надо? У нас первый уровень, у нее сто шестидесятый, нам одного удара хватило на двоих. Ожили, побродили по замку, ни окон, ни дверей не обнаружили, что бы из него выбраться, зато на чердаке нашлось несколько бухт канатов. Дождавшись пока гарпия от нас отвернется, пробежали к ближайшей башне и спрятались за ней. Смотрим вниз, а там какие-то дикобразы здоровенные ползают. Они нас тоже как-то заметили, и давай свои иглы в нас метать. Санек одну глазом поймал и опять помер. Я же попытался незаметно до другой стены добежать, но гарпия меня все равно заметила… В общем, мы так еще полдня бегали, по очереди гарпию отвлекали, что бы второй успел канат закрепить, даже ловкость по единичке подняли. В конце концов, закрепили канат, сползли вниз. А там какой-то ядовитый туман. Две секунды и нас снова нет. Ну, тут мы чет взгрустнули и вплотную занялись познанием окружающего мира…

– Бухать они стали, как черти, – поправил кто-то рассказчика глухим басом.

– Ну, я так и сказал. Познанием мира занимались мы дня два, пока в замке Факир не появился…

– Судя по тому, что вы оба совсем синими были и по количеству разбросанных кругом косточек от вишневого варенья, которым вы почему-то вискарь закусывали, бухали вы не меньше недели.

– Ну, может и неделю, зато мы таким способом выносливость на две единички подняли, и сопротивление ядам на три, что потом нам очень пригодилось. Где-то в эту неделю мы зарегистрировались в игре, правда, единственное, что мы смогли сделать, это вписать свои ники. Как видите, я в таком состоянии не больно блеснул оригинальностью. Санек же, как протрезвел, очень своему нику удивился. Ведь Сантьяго это Святой Яков и к Саше никакого отношения не имеет. Ну да ладно, как получилось, так получилось, а дальше дела пошли поинтереснее. Первым делом Факир предложил уговорить гарпию пустить нас на крышу, и сказал, что понадобится наша небольшая помощь. Небольшая, ха! Я как вспомню, так вздрогну. Часть крепости, что в озеро попала, разрушилась, мы набили полные сумки щебенкой и поперли, вперед и с песнями. По очереди выходили на крышу и когда гарпия на нас агрилась, швыряли в нее камни. Мы, как правило, не больше одного раза успевали бросить, пока она к нам летела. Потом естественно умирали. Дальше следующий выходил, и все повторялось по новой. Факир еще успевал ей мораль прочитать, на счет добрососедских отношений. И такая круговерть два с половиной дня. Ели на ходу, спали по очереди, по паре часов. Треть хп мы ей отбили, когда она не выдержала, обматерила нас последними словами, собрала свои манатки и улетела. Было безумно жалко не доставшегося опыта за ее убийство, но с другой стороны не знаю, смогли бы мы продержаться еще пять дней в таком темпе? Мы за эти двое суток по пять, шесть очков силы и ловкости подняли, да еще по паре в выносливость. Отсыпались потом сутки, но зато, крыша была наша. Не сильно это нам помогло, конечно. С одной стороны озеро, с другой дикобразы, каждые пять секунд пуляющие своими иголками, с двух других, болото с ядовитыми испарениями, но хотя бы можно было на свежем воздухе погулять. К тому же кикимора, что на острове жила, в шалаш свой залезла, и мы решили искупаться. Хорошо, что у нас выносливость за эти дни повысилась, рыбы нас не сразу съели, но пообкусывали знатно, еле-еле успели по канату от них наверх удрать. Но зато стало понятно, как нам начать качаться.

Раннее утро, быстрый взгляд на озеро.

– Все, бабка к себе в шалаш залезла, можно начинать. Сантьяго, Факир, веревки за борт, начали!

– Не называй меня так, – в два голоса проворчали две жертвы неуемной фантазии. Сам давай, ты же наживка.

Это точно, вздохнув, проверил крепость узлов и стал спускаться вниз. Рядом с двух сторон от меня, спускаются товарищи вооруженные двумя черенками от швабр, с привязанными на концах кирпичами. Зависли в полуметре от воды, ждут.

– Ладно, я пошел, – спускаюсь ниже, погружаюсь в воду по колено, начинаю шевелить пальцами ног. Ай! Выдергиваю ногу из воды, на большом пальце, вгрызаясь в него словно бульдог, висит рыбина.

Окунь. Уровень 9. 220/220.

– Моя! – вопит Факир, со всей дури лупя импровизированной дубиной по рыбине. Рыбина падает оглушенная, но Факир по инерции переворачивается вниз головой, выскальзывает из петли, и помирает загрызенный братанами оглушенной рыбины. Та, поплавав пару секунд вверх пузом, очухалась и скрылась в глубине.

Ждать возрождения Факира не стали, продолжили рыбалку. Опять нога в воду и очередной окунь, трепыхаясь и понемногу отгрызая мне хп, был вытащен из воды. Сантьяго учел негативный опыт Факира, одной рукой держась за канат, второй из-за всех сил врезал по рыбине. Но одной рукой по ней он не попал…

Вам нанесен критический удар 48. 54/240. На вас наложен дебаф: перелом – скорость передвижения -80%. На вас наложен дот: внутреннее кровотечение -5 хп в течение 60 секунд.

Про то, что очередная рыбина опять уплыла, говорить не буду, лично мне тогда было не до того. Десять секунд и я отправился на перерождение. Зато когда я поднялся на крышу, со жгучим желанием убить одного криворукого игрока, Сантьяго, спрятавшийся от меня на башне, зачитал интересное сообщение:

Поздравляем! Вы получаете достижение: бей своих, чтобы чужие боялись. Нанеся другому игроку увечье и наложив на него смертельный дебаф, вы научились вселять страх на окружающих существ, тем самым твердо встав на путь тайного дебафера.

Класс дебафер +1. С этого момента вы можете накладывать дебафы на существ (умение*5+5уровня).

Что это значит, мы кое-как сообразили, но как этим пользоваться у нас не было не малейшего понятия. Ну, да и ладно, время идет, а вредная бабка вечно сидеть в хижине не будет.

Не очень раннее утро, быстрый взгляд на озеро.

– Бабка все еще спит, начинаем.

Добавив в снаряжение еще пару веревочных петель, которые не дадут нам перевернуться во время удара, мы поползли вниз. В этот раз приманкой был Факир. Не прошло и пары минут, как очередная рыбина жевала его ногу. Мы замахали самодельными дубинами, но этот горе рыбак, каждый раз, в последний момент успевал отдернуть ногу, рефлекторно спасаясь от наших ударов. В итоге мы с Сантьяго ударили одновременно. Дубинки встретились в воздухе, раздался хруст и две их половинки, с громким всплеском, ушли на дно.

Очень не очень раннее утро. Быстрый взгляд на озеро.

– Бабки нет, поехали.

Сейчас мы были вооружены последними двумя черенками, с прикрученными к ним вилками, которые мы нашли на кухне. Получились примитивные остроги, с уроном три-пять. Но они были гораздо легче дубин, и бить ими можно было в два раза чаще. Сантьяго засунул ногу в озеро, мы с Факиром замерли по бокам.

– Ёж моё! – разнеслось над озером, и Санек вытащил из воды ногу, которую жевала щука десятого уровня.

Мы ожесточенно начали тыкать в нее вилками, впрочем, без особого успеха, острия в основном соскальзывали с плотной чешуи. А те редкие удары, которые все же проходили, наносили рыбине по одной единичке урона. Но мы все равно продолжали ожесточенно колоть ее и не заметили, что над головой Сантьяго стало набухать небольшое грозовое облачко. И вот, когда у него оставалось уже не больше двадцати процентов хп, бледный от боли Сантьяго не выдержал.

– Да чтоб у тебя плавники отсохли, крыса в рыбьем обличье! Чтоб у тебя чешуя облезла и зубы повыпадали!

Громыхнула мини молния, и щука, теряя по пути чешую и зубы, плюхнулась в воду, слабо трепыхая отсохшими плавниками. Секунд пять мы сидели, не веря своим глазам, затем щука начала оживать, плавающие в воде чешуйки начали прилипать опять к ее телу, а мы так и сидели, хлопая глазами. Первый очнулся Сантьяго. Схватил еще не до конца ожившую рыбину, зажал ее хвост в зубах, и быстро полез наверх. Мы полезли за ним, услышали вопль, а перевалившись через парапет, увидели только прыгающую по крыше щуку.

– Ага, – вклинился другой рассказчик, – зараза изогнулась и цапнула меня за пузо, а у меня и так хп не было, вот и помер.

– Ну, это ничего, я ее острогой к крыше прижал, а Факир затыкал ее вилкой до полусмерти. Тут и злой Сантьяго из комнаты возрождения прискакал, с табуреткой наперевес, одним ударом её добил. Опыта дофига нам отсыпали, сразу на два уровня хватило. Мы малань радостно попрыгали и опять к парапету.

Полдень, быстрый взгляд на озеро.

Молния бьёт меня прямо в темечко, и я ухожу на перерождение.

– Млин, – сказал я в пустоту комнаты перерождения, – бабка из шалаша вылезла.

– Спасибо, мы уже поняли, – донесся голос Факира.

– Ага, злобная старушенция, – подтвердил Сантьяго, – а рыбалку, до вечера, придется оставить.

– Зато, будет время подготовиться и сделать все профессионально. Пошли, у меня тут кое-какая идея появилась.

На чердаке нашлось все что нужно: пяток толстых досок, бруски, пара бухт канатов, здоровенные крюки. И работа закипела. На доски поперек положили бруски, и все это крепко перевязали веревками. По углам привязали канаты, получилось, что то вроде подвесной платформы, с которой на небоскребах окна моют. Стоило бабке снова скрыться в своем шалаше, как мы, кряхтя и сопя, перевалили платформу через край крыши и спустили почти к самой воде. И рыбалка началась: засовываешь руку в воду, на нее сразу стая окуней набрасывается, выкидываешь их на платформу и булыжниками долбишь. Красота! К ночи до десятого уровня поднялись. Увлеклись, правда, немного, очнулись опять в комнате перерождения. Эта ведьма молнией нас спалила вместе с нашей платформой. Мы-то хрен с ним, а вот платформу жалко было: досок больше не было. Ну да делать нечего, пошли по замку, с директорской ревизией, и стали все что ни найдем на склад стаскивать. Канаты, несколько бухт стального троса, ведра, небольшие бочонки, тяжеленный лом, кузнечный инструмент, в общем, собрали все что можно, наделали факелов и в подвал полезли. Дверь туда закрыта была, но часть пола, что в озеро попала, разрушилась, там и пролезли. И почти сразу померли. В воде полно голодной рыбы оказалось, ее от озера стенками замка отгородило, вот она там и бесновалась.

– Что делать будем? – поправляя превратившиеся в лохмотья штаны, поинтересовался Факир. Лаз в подвал маленький, до воды далеко, вытащить рыбу на пол не получится. Оглушить бы ее чем-нибудь. Нитроглицерин никто в домашних условиях делать не умеет случайно?

– Из пары сотен лимонов можно батарейку собрать, долбануть рыбу электричеством, только меди и цинка у нас нет…

– Водка! У нас водка есть! Наберем пару ведер и в воду плеснем!

– Водку? Вылить в воду? Да я тебя!

– Спокойно, Санек, спокойно, можно не водку. Помнишь, мы как-то с тобой под селедочку уксус брали, так нам гребаный аппарат уксусную эссенцию подсунул. Восьмидесятипроцентную. Мы тогда еще пару дней с обожженными глотками ходили.

– Точно, было дело, пошли, попробуем.

В итоге мы до вечера мучили агрегат, заполняя три самых больших бочонка уксусом. Затем все это вылили в подвальную воду. Как результат, горка дохлой рыбы, по четыре уровня на рыло и достижение – эксперт ядов, с увеличением поражения ядами на пять процентов. Правда, теперь мы сами получали урон, спускаясь в эту воду, так что пришлось возвращаться к агрегату, в этот раз уже за содой… В общем ближе к полуночи, когда пена наконец осела, добрались до середины подвала, там уже сухо было, выглянули из-за очередной стены и опять умерли. Как и почему не понятно, только в логах было написано, что нам нанесли по полмиллиона урона, магией разума. Мы так прикинули, покумекали, и решили, что нам и без подвала неплохо живется, и пошли дрыхнуть. На следующий день опять по очереди насиловали аппарат, добывая из его нутра уксус, и вечером благополучно слили его в озеро. Пара мелких рыбешек, да пяток зеленых лягух, вот и весь наш улов после этого. Вся более-менее крупная рыба просто отплыла подальше от замка и все. Зато на это безобразие приплыла взрослая лягушка, тридцатого уровня, как она нас потом своими лапками гвиздила, вспоминать страшно.

Напоследок схлопотав по маковке очередной молнией от злобной старухи, мы пошли на сеанс медитации и познания гармонии мира. Я еще с одной из стен балалайку эту снял, для полной гармонии.

– Нажрались, в общем, они опять, до поросячьего визга, – прогудел рыцарь смерти, – а потом добывать ресурсы пошли, с дикобразов этих стрелючих. Эти двое привязали к стульям веревки, и стали швырять их в дикобразов. Те естественно не в восторге от этого, но эти двое хоть и пьяные, но из-за парапета не показываются, вот стулья и получили по полной, за пяток бросков, мы штук тридцать этих игл из стульев собрали, а затем я решил приколоться…

– Ага, приколоться, очень смешно, блин, – проворчал Сантьяго, – я там, понимаешь, ценные ресурсы добываю, а этот шутник, все свободные очки в силу бросил и притащил из разрушенной части замка, булыжник под полцентнера весом. И мне такой, – на, – говорит, – лучше этим кинь. И в руки его пихает. А он тяжеленный, вот я вместе с ним вниз и нырнул… И то ли мы все иглы с дикобразов разрядили, то ли просто подфартило, я так с кирпичом в обнимку до низа и долетел. Приземлился удачно, прямо на голову твари, отчего мы тут же оба скопытились. Очнулся я уже в комнате перерождения, в логах вижу прибавку в пять уровней и достижение – Камикадзе первой степени. По нему выходит, что если у меня меньше двадцати процентов хп остается, то есть хороший шанс нанести противнику пятикратный урон. А в инвентаре, иглы, кишки и глаз дикобраза, а так же свиток. А в нем возможность изучить умение: боец ближнего боя. Я и выучил. Оказалось чем меньше во время боя у меня остается хп, тем больше режется проходящий в меня урон, до пятидесяти процентов в самом конце, но зато налагаются ограничения по используемому оружию. Мне даже меч нельзя в руки взять. Небольшие ножи, запястные клинки и кастеты, вот такая фигня… Долго привыкать пришлось. Хотя тогда у нас не то что мечей, а даже лишнего черенка от швабры не было.

– Ага, зато каменных блоков из разрушившихся стен замка полно было. Дней пять мы занимались швырянием их в дикобразов. К слову сказать, убить получалось не больше одного, двух в день, швырять же приходилось не глядя. Затем подходящие блоки закончились, пришлось привязывать к камню канат и затаскивать его вверх, на что и уходила большая часть времени. Этим мы и занимались, пока снизу нас не позвали.

– Да уж, это было неожиданно. Получилось это примерно так. Мы в очередной раз швырнули булыган вниз, когда снизу послышалось еле слышное покашливание, а затем тихий, но при этом жесткий голос произнес.

– Господа, вы не могли бы перестать швыряться камнями, всех иглострелов я убил и больше вам здесь ничто не угрожает. А у нас не так много времени, чтобы швырять камни в трупы.

Мы, естественно выглянули со стены, и правда, средь набросанных нами камней, лежали многочисленные трупы дикобразов, а среди них стояла высокая фигура, в плаще с капюшоном.

– Я, к сожалению, подняться к вам не могу, не могли бы вы спуститься, а то шея затекает, смотреть вверх.

Мы прикинули, что спорить с существом, походя убившим несколько десятков дикобразов – иглострелов, как он их назвал, будет не вежливо, и по канату сползли вниз.

– Приветствую вас пришлые, – говорящий слегка поклонился, сверкнув из под капюшона глазами. Я Слышащий, из дома Кленовых листьев. Пять дней тому назад, я почувствовал то, что не надеялся уже, когда-либо испытать. Из этого места, – он указал на замок, – пришла весть, что был найден один из стражей королевских реликвий. Я спешил, как мог, но у вас осталось всего три дня, на то, что бы их добыть.

– Чего?

– Реликвии?

– Какие реликвии?

– И почему у нас?

– Королевские реликвии, как и их страж, открываются только пришлым, и только пришлые могут его уничтожить.

– Это не тот ли страж, который наносит по пятьсот тысяч урона за раз? От которого мы умерли и даже заметить его не успели? Да мы, самое большее, что победить способны, это рыбину уровня двенадцатого, а тут страж какой-то неведомый, который не крысиное дерьмо охраняет, а королевские регалии. И как нам его валить?

– Не знаю как, это вы должны сами придумать, я только знаю, что он заточен на то, что бы убивать противников сразу, и не подготовлен для долгого боя.

Но что бы вам помочь я выдам небольшой аванс.

Внимание! Вам доступно задание – королевские регалии.

Описание: добудьте в найденном вами склепе нужный предмет и отнесите его Слышащему из дома Кленовых Листьев.

Награда: зависит от успешности выполнения задания.

Ограничение: задание должно быть выполнено в течение семидесяти двух часов.

Штрафы: нет.

Мы переглянулись, – ну если штрафа нет…

– Я, как и обещал, вам помогу.

Эльф протянул к лежащим трупам иглострелов руки, и из тех стал появляться белесый туман, который сначала собрался в одно небольшое облачко, а затем, разделившись на три потока, рванул к нам.

Поздравляем! Вы убили иглострела 69 уровень, получено опыта 56.000.

Поздравляем! Вы убили иглострела 71 уровень…

Получен уровень 15.

Получен уровень 16.

Получен уровень…

– Вот теперь вы стали немного сильнее, принимайтесь за выполнение, а я вернусь через 3 дня.

Он дошел до деревьев и сразу же пропал, как будто его и не было. Мы несколько минут постояли в недоумении от быстроты всего происшедшего. Потом, малань очухавшись, переглянулись.

– Ё мое, если аванс – восемь уровней в гору, то, что же будет, если мы добудем ему эти регалии?

– Не если, а когда. Такой шанс упускать никак нельзя. Но первым делом, давайте иглострелов оберем, может в них что-нибудь интересное будет.

Сильно интересного ничего не было, видимо, их самим убивать надо было, что бы выпало что-то существенное, но были деньги, иглы и почему-то несколько серебряных самородков. Затем добежали до не задетого ядовитым туманом участка леса, по-быстрому набрали валежника и рванули в подвал.

– Давайте осторожнее, нас за этим поворотом, кажись, в прошлый раз убили, кидайте здесь.

Мы сбросили валежник за угол и швырнули туда же факел. Через несколько минут костер уже весело потрескивал, ярко освещая подвал, и я рискнул выглянуть из-за стены. Единственное, что я успел разглядеть, до того как умер, это полуразрушенный склеп, метрах в пяти от нас, чернеющий вход и какую-то фигуру перегораживающую его. Затем воздух вздрогнул, и я отправился на перерождение.

– Могильник, а в дверях хрен какой-то стоит, – сказал появившийся рядом Сантьяго.

– Такое чувство, что это склеп и он, как будто из-под земли вылез, с крыши куски дерна свисают, – поделился возникший рядом Факир.

– А страж?

– Не знаю, я заметить не успел.

Пришлось, захватив обломки мебели, спускаться по новой. Обломки полетели в костер, и тот взметнулся почти до потолка. Быстрый взгляд из-за угла. Фигура в дверном проеме выглядит как-то неестественно.

– Там циклоп какой-то одноглазый в дверях, больше ничего рассмотреть не успел.

– Он в дверях распят, – внес свою корректировку Факир, – руки к стене цепями прикованы.

В следующий заход удалось рассмотреть, что и ноги у него не свободны, а прибиты к стене какими-то мечами, и что он действительно одноглазый. Больше деталей разглядеть не удалось.

На следующий заход попытались добежать до склепа с целью нанесения стражу тяжелых физических увечий. Эта затея провалилась с треском, мы не успевали пробежать и пары шагов. Пробовали бегать и поодиночке и все вместе, результат был одинаковый – воздушная волна и привет комната возрождения.

– Пошли на свежий воздух, думать будем.

Мы сидели на крыше, попивая чаек, когда Сантьяго воскликнул, – точно, вспомнил!

– Я как-то раз книгу читал, там одной группке олухов надо было божество местное замочить, которое было в виде дерева. Так они его ветками до самой макушки закидали и подожгли потом. У нас там не дерево конечно, но деться ему тоже некуда, он там к стенке намертво прибит.

В итоге два дня бегали из леса в подвал, таская вязанки хвороста. Не выглядывая из-за угла, швыряли ветки в сторону склепа. Большая их часть летела не туда, но за двое суток нам удалось завалить его дровами по пояс. Напоследок плеснули на дрова ведро масла и швырнули факел. Дрова дружно полыхнули, а в логах пришло первое сообщение.

Вы нанесли стражу гробницы 450 урона огнем. 99.550/100.000.

Когда по подвалу разнесся промораживающий до костей скрежет и огонь враз потух. Мы попробовали поджечь дрова снова, но страж сбивал пламя прежде, чем оно успевало нанести ему хоть какой-то урон. Огорченные мы плюнули на все и побрели спать. Следующее утро застало нас сидящими на крыше.

Все были смурными и не выспавшимися, все полночи провели в раздумьях о возникшем затруднении.

– Можно было бы попробовать той же уксусной эссенцией его залить, но до вечера нам нужного количества ни за что не набрать.

– В свежем миндале вроде цианид есть, но как нам этого стража им накормить не представляю.

– Может пол, над его головой получится сломать и … – яркая вспышка света и я очнулся в комнате перерождения. Гребаная старуха! Опять из своего шалаша выползла! Я весь в раздражении пошел наверх, но мужики уже бежали мне на встречу.

– Пошли, кажись, у меня идея есть, – пропыхтел Факир, – надо стража с нашей бабкой познакомить.

– Как познакомить?

– Опосредованно…

Работа закипела, и уже через полчаса почти все было готово.

– Давай, на раз, два, три!

Трос взметнулся ввысь и не попал куда требовалось.

– Попытка номер два.

Опять мимо.

Как обычно все получилось с третьего раза. Трос упал на плечо стража и, зацепившись за него, остался висеть на его плече.

– Есть! А теперь действие второе – с воплями и танцами!

– Эй! Карга старая я вызываю тебя на…

БАБАХ! Не успел я договорить, как молния ударила с небес, и немного не дойдя до моей головы, свернув в сторону, ударила в установленный рядом со мной лом. Заряд рванул по стальному тросу и из подвала донесся первый вопль.

Вы нанесли стражу гробницы 5700 урона электрической ловушкой.

Есть контакт!

– А вот и не попала! Совсем ослепла на старости лет!

БАБАХ!

Вы нанесли стражу гробницы 6200 урона электрической ловушкой.

Поздравляем! Вы получаете умение – эксперт ловушек. Урон наносимый вашими ловушками +10%.

БАБАХ!

Вы нанесли стражу гробницы 6400 урона…

Под конец мы танцевали вокруг нашего громоотвода втроем, показывая факи вредной старушке. Над нашими головами разразилась уже настоящая буря, молнии сверкали одна за другой. И вот после очередного удара появилось сообщение.

Вы нанесли стражу гробницы 6100 урона электрической ловушкой.

Поздравляем! Вы убили стража гробницы. Получено 900.000 опыта.

Вы получили новый уровень 21.

Вы получили новый уровень 22.

Вы получили новый уровень…

– Все бабуля, на сегодня достаточно!

Мы сделали ей ручкой и рванули в подвал. В свете догорающего костра мы невредимыми добрались до склепа. Страж дымящейся тушкой обвис в цепях. Стоило Факиру его коснуться, он осыпался серым пеплом, оставив на память о себе два двуручных меча, которыми он был прибит к стене. Сразу за его спиной находилась не очень глубокая ниша, в которой на каменном постаменте стоял гроб. Пустой. Вернее там лежала какая-то палка с нечитаемыми свойствами и все. Мы обыскали там все сверху донизу, но больше ничего там не было. Мы полезли наверх, что бы при свете дня хорошенько рассмотреть наши находки, и были очень удивлены, обнаружив в своей кухне гостя. Там сидел Слышащий, из дома дубовых веников, или как там его по правильному…

– Приветствую, вас, еще раз!– Ментальное поле нашего мира содрогнулось,– я понял, что страж мертв и поспешил сюда, что бы поскорее насладиться зрелищем утерянных регалий.

Мы не стали вслух удивляться его неожиданному появлению и протянули ему найденную в склепе палку.

Эльф принял ее с величайшей осторожностью, словно новорожденного младенца, и долго вглядывался в него, будто взглядом стараясь проникнуть в его глубины. На его лице сменяя друг друга, отобразилась вся гамма чувств, и он, наконец, обратился к нам.

– Вы знаете, что это такое?

Для нас все свойства этого предмета были закрыты, отображаясь в логах сплошными знаками вопроса, поэтому мы отрицательно помотали головами. Эльф горестно вздохнул. Поводил над ним руками, посыпал каким-то искрящимся порошком. Палка вдруг стала удлиняться, из серой становясь белоснежной и наливаясь внутренним светом. Потом на одном его конце вылезло несколько веток. В итоге палка стала похожей на небольшое деревце.

– Это скипетр великого правителя. Правителя-шамана гоблинов – Уль-Рахина. А точнее самой распространенной их группы – лесных гоблинов.

Скипетр сжался обратно до его первоначального состояния. Эльф сунул его мне в руки и, не говоря больше не слова, направился к двери.

Мы сначала обалдели, но Сантьяго все же опомнился до того, как гость скрылся за дверью:

– Погодите! Мы три дня вкалывали, что бы его добыть, вы обещали за него награду, а теперь просто уходите, ничего не сказав?

– Награда зависит от того, что вы добудите. Эти регалии чужого народа, я не могу их взять… Но ладно…

Он подошел ко мне и ткнул пальцем в грудь.

– На вашей карте я обозначил местонахождение города лесных гоблинов. Через пять дней у них начинается праздник начала лета, и на него соберутся практически все кланы этого народа. Если вы к тому времени доберетесь до их правителя, я думаю, вы будете впечатлены полученной от них наградой.

Внимание! Вам доступно задание – королевские регалии, часть вторая.

Описание: отнесите найденный вами в склепе скипетр правителю лесных гоблинов.

Награда: зависит от успешности выполнения задания.

Ограничение: задание должно быть выполнено в течение пяти дней.

Штрафы: нет.

Эльф поплотнее запахнулся в свой плащ и исчез за дверью. И только тут до меня дошло, что никакой карты у нас нет. Хотя… Что-то новое появилось у меня на периферии зрения. Я попытался сосредоточиться на этом, и вдруг перед моими глазами оказалась настоящая карта. Ну как карта? На ней были только очертания материка, и крохотная открытая точка с располагающимся посреди нее нашим замком. И совсем рядом, не далее чем в двадцати километрах от нас располагался красный крестик отмечающий расположение городища гоблинов. Остаток вечера мы занимались сборами. Правда Факир сказал, что плохо себя чувствует и завалился спать. Мы же с Сантьяго запасались продуктами, веревками, кое-как из тонких прутов согнули несколько железных "кошек", найденные бурдюки заполнили спиртным и водой. В общем, выгребли из замка все, что можно. Под конец мы хряпнули по рюмашке, я остался на крыше, тренькать на балалайке, а злопамятный Сантьяго пошел заниматься диверсионной работой. Вернулся он весь мокрый, с половиной хп, но чрезвычайно довольный собой, после чего мы пошли спать. Встали еще до рассвета, и оказалось, что Факир за ночь совсем сдал. На него навесилось неизвестное проклятье. Минус двадцать процентов ко всем основным характеристикам и постоянный дебаф дезориентация – потеря ориентации в пространстве раз в пять минут на одну минуту, плюс потеря зрения раз в десять минут на две минуты. Это сразу поломало все наши планы. Поэтому с бабкой мы тянуть не стали. Воспользовались тем, что пока еще совсем темно, швырнули несколько камней в её шалаш, добавив к этому несколько крепких выражений. В итоге не выспавшаяся бабуля разродилась праматерью всех молний. Долбануло, прямо скажем знатно, но нас, как и вчера не задело, весь заряд по металлическому тросу ушел под босые ноги самой старушки. Заряд был такой силы, что воспламенил волчью шкуру, на которой перед входом в шалаш топталась бабуля, а ее саму превратило в кучку пепла. На нас посыпались сообщения о повышении навыка ловушек, о поднятом уровне и различных достижениях в борьбе с более высокоуровневым противником, но мы уже, ни на что, не отвлекаясь, начали свой путь к городу гоблинов. Теперь у нас появилась цель поважнее наград. Мы не знали, сможет ли их главный шаман помочь Факиру снять проклятье, но других вариантов у нас не было. Не буду утомлять вас подробностями этого перехода, но он был не простой.

Проклятье прогрессировало и в конце пути нам пришлось соорудить носилки и нести его на себе. Да еще локации все были достаточно высокоуровневыми, и нам приходилось обходить противников, во много раз удлиняя свой путь. Но в итоге у нас получилось и под конец четвертого дня мы напоролись на сторожевой пост гоблинов. Как нас сразу не изрешетили стрелами, прямо не знаю, но когда мы крикнули, что несем их главному скипетр правителя-шамана – Уль-Рахина, нас чуть ли не на руках оставшийся путь пронесли. Оказалось, что эти регалии были утеряны более трехсот лет назад, и среди гоблинов бытовала легенда, что когда они будут найдены, их народ вернет себе былое могущество и даже более того, станет правящим в этом мире.

Город гоблинов нас просто ошеломил. Он был похож на огромный муравейник: на очень шумный муравейник. И архитектура очень странная и не привычная. Как мы поняли, за основу зданий были взяты стволы живых деревьев и на них были налеплены кособокие строения, типа домиков на дереве, что мы строили себе в детстве. Только этих домиков на одном дереве могли быть десятки, если не сотни. Они, громоздясь друг на друга, поднимались на десятки этажей, оставляя свободными только самые верхушки деревьев. От одного дерева к другому тянулись гроздья канатов и веревочных лестниц. Подвесные мосты целыми гирляндами были натянуты в разных направлениях. Похоже, по земле в городе и не ходили, потому что она почти на метр была завалена различными отходами жизнедеятельности, в которых копошились крысы. За ними, в свою очередь охотились юные гоблины, с улюлюканьем проносящиеся над помойкой, на привязанных наверху канатах. Они налету ловко швыряли небольшие дротики, а после удачных попаданий, зажав в зубах хвост убитой крысы, с обезьяньей проворностью поднимались по канатам наверх к лепившимся на стволах деревьев развалюхам. О запахах, разносившихся по округе, я вообще лучше умолчу.

Слава богу, нам не пришлось передвигаться не по помойке, в которую превратилась земля, ни по общедоступным мосткам, на которых творилось сущее столпотворение. Не малое количество местных жителей увеличилось почти в трое, из-за прибывающих к началу праздника гостей. Везде стоял страшный шум. Канатные мосты были переполнены вопящими, рычащими, ругающимися существами. Факир, к тому времени стал совсем плох, проклятье снизило все его показатели на семьдесят процентов, и нам бы не за что не удалось добраться по этим мостам до центра города, но к счастью туда вел еще один путь. Сопровождающие нас гоблины переговорили с местной охраной и те, открыв деревянные перекошенные ворота, пропустили нас в подземелье. Подземный ход был не ровный, плохо освещенный, со стен повсюду свисали древесные корни, но все равно это было гораздо лучше того беспредела, что творился снаружи. Проходы постоянно вились и разветвлялись, но провожатые быстро довели нас до нужного места. Это была огромная комната, в центре которой с пола до потолка спускались огромные в два-три обхвата толщиной древесные корни.

– Будем ждать здесь, – один из провожатых ткнул пальцем в несколько валяющихся у стены тюфяков. Сейчас верховный шаман проводит ритуал благодарения духов предков, но скоро взойдет луна и праздник начнется. Вот тогда, перед самым началом празднования, вы и передадите ему посох.

Пока мы ждали, решили, что передавать посох должен Факир. Официально в одной группе мы не состояли и скорее всего выполнение задания засчитают тому, кто вернет реликвию гоблинам. И если шаман на самом деле так силен, как нам его описывали сопровождающие нас гоблины, он наверняка сможет снять с него проклятье.

Но вот время, наконец, настало и нас повели наверх. В одном из корней был прорублен лаз, переходящий потом в винтовую лестницу, по ней мы кое-как и заволокли Факира наверх.

Зрелище, открывшееся нам, просто поражало: была уже поздняя ночь, но полная луна светила так ярко, что все было видно в мельчайших деталях. Лестница, по которой мы поднимались, оказалась вырублена в дереве, возносившемся над землей на добрых двести метров. Вокруг него, ровным кругом росли полтора десятка деревьев поменьше, но не менее впечатляющих. От них к центральному дереву тянулись тысячи переплетающихся канатов, образующих гигантскую сеть. Размером сооружение получилось не меньше чем древнеримский Колизей, только под ногами у готовящихся к соревнованиям гоблинов, был не песок, а натянутые над пропастью канаты. И кое-где расстояние между ними было достаточное, чтобы провалиться туда на расправу гиенам, что в великом множестве бродили по земле двадцатью метрами ниже. На краях сети и на окружающих нас деревьях было не протолкнуться от стоящих, сидящих и висящих там гоблинов. Сотни горящих факелов в их руках превращали ночь в день, а уж шум… Шум стоял такой, что уши в трубочку сворачивались.

– Сейчас спустится шаман, вы передадите ему посох, – проорал мне на ухо один из сопровождающих, – а затем начнутся соревнования: метание копий, соревнования пращников, скачки на дронтах и гиенах, бои на выживание, за возможность выбрать себе понравившуюся женщину…

Зарокотали барабаны и говорящий осекся. Неимоверный шум вокруг нас моментально стих, и стало так тихо, что казалось, будто мы оглохли. На ветвях центрального дерева загорелись многочисленные огни и с вершин дерева к нам пролевитировал какой-то куст. Ну, по крайней мере, мне сначала так показалось. Оказалось, что это был гоблин, настолько увешанный различными рогами животных, древесными ветками, обрывками сплетенных в косички веревок, черепами, амулетами и прочей мишурой, что из-под них видны были только его глаза. Он заговорил, и наступившей тишине его сильный голос разнесся далеко за пределы этого странного "Колизея".

– Свободный народ! Сегодня в ночь великого праздника Долгундура, стражами наших южных границ, была принесена великая весть. Из забвения был возвращен скипетр величайшего правителя гоблинов – шамана Уль-Рахина. Вы все знаете пророчество – в день возвращения реликвии домой, начнется новая эпоха – эпоха гоблинов!

Я думал, что до этого здесь было громко, как бы ни так. Звуковая волна, воспроизведенная десятком тысяч глоток, чуть не снесла нас назад. Я уж подумал, что моя голова сейчас просто лопнет, когда шаман поднял руку. Шум вновь утих так же быстро, как и начался.

– Подойдите же, будущие друзья нашего народа, и верните нам нашу надежду. В ответ вы можете взять все, что будете способны унести, вечную нашу дружбу, помощь и поддержку.

Я вложил в руку Факира посох. Слава богам, очередной приступ слепоты с него как раз спал, и он смог проковылять отделяющие нас от шамана два шага. Уронив шест в протянутые руки шамана, он свалился к его ногам. Мы с Саньком было рванули к нему, но нас остановил страшный вопль шамана. Посох в его руках засветился, разгораясь все сильнее и сильнее. Руки, сжимающие древко в нескольких местах были насквозь пробиты острыми шипами. Окровавленные отростки все удлинялись, превращаясь то ли в корни, то ли в изогнутые ветви, оплетая руки продолжающего кричать шамана. Скипетр же, сначала превратившийся в то же светящееся деревце, что мы видели в руках эльфа, постепенно начало наливаться пульсирующим красным светом. Вдруг шаман перестал орать, как будто разом лишившись жизненных сил, а затем посох вспыхнул…

Сколько времени мы провалялись без сознания, я не знаю. Очнулись мы от тихого полушепота, полушипения.

– Интерессно, интерессно, оригинальная идея… Хм, найти и проклясть регалии одного народа, для уничтожения другого… Не пожалели ни детенышей, ни беременных самок… Мда, интересно и необычно… Ну, вы долго еще будете валяться в притворном обмороке?

Видимо это обращались к нам, поэтому я открыл один глаз и тут же вновь закрыл.

– Ну и?

Я вновь приоткрыл один глаз, хотя мне это не очень-то и хотелось. Первого мимолетного взгляда мне хватило, что бы понять, что я хочу быть где угодно, но только не здесь. Четырехметровая фигура шестирукого лича это последнее что я бы хотел увидеть в этот момент.

– Мне прямо сейчас забрать вас с собой в мое царство, или же вы все-таки соизволите подняться?

Мы с Сантьяго кряхтя поднялись на ноги, Факир же так и продолжал валяться, уставившись невидящим взглядом в звездное небо. Мы, в свою очередь, уставились на нависшую над нами фигуру. Высоченная высохшая мумия, с лицом высушенного на жарком солнце индейца, с которым резко контрастировал его белоснежный балахон. Практически голый череп его украшал плюмаж из перьев спускающихся практически до самого пола. Еще в наличие были три пары рук, в данный момент сложенные на груди и животе. На плече примостилась тихонько попискивающая летучая мышь.

– Мммм…Так, так, так, что у нас здесь? Люди: уровень двадцать шесть, двадцать семь и этот, – монстр кивнул головой на лежащего, – семьдесят седьмого. Но, как я понял пятьдесят уровней он взял только что, за устроенное здесь действо. Больше за один день не взять, дух – прародитель за этим внимательно следит. Одежда… Хм эти лохмотья и одеждой-то назвать нельзя… Оружие? О, а это интересно! Мечи знакомые, помнится, ими владел один из моих слуг, которого я… Та-а-ак, – оборвало само себя это не понятное существо. Под его взглядом тело Факира поднялось в воздух. Существо облетело его по кругу.

– Хм, проклятье. И зашло слишком далеко, его уже не вылечить, но как же мне отблагодарить его за то, что он тут устроил, – пробормотало оно, почесывая свой подбородок. Ладно, – оно, наконец, на что – то решилось, – уровень его, конечно, еще очень мал, но может и сработать, да и проклятье это рыцарям смерти не страшно…

Оно щелкнуло пальцами, со всех шести ладоней начал источаться серый туман, обволакивая тело Факира словно коконом, губы существа зашевелились, и окружающее пространство будто ожило. Со всех сторон заскрежетало, зашептало и забубнило, будто воздух наполнился тысячами невидимых призраков. Шепот, стоны и завыванье, казалось, доносились даже из-под земли. А потом вопить начал Факир, а мы как стояли парализованные с самого начала, так и продолжали стоять. Тела нас не слушались, язык будто отнялся, и даже дышать удавалось с большим трудом. Слава богам, продолжалось это не долго. Голоса смолкли, паралич с нас спал, туман вокруг Факира исчез. Скользнув вниз, он преобразовался во что-то, напоминающее полупрозрачный трон, на который и взгромоздилось это не понятное существо.

– Ну, а теперь рассказывай, – обратилось оно к уже поднявшемуся на ноги Факиру, – как нуб двадцать седьмого уровня смог убить двенадцать тысяч существ разом, не смотря на то, что некоторые из них были на сто пятьдесят уровней его выше?

– М-э-э, извините, не могли бы вы представиться, а то как-то неудобно обращаться к столь э-м-м-м высокому существу – эй, ты.

– Да ладно, вы, не знаете кто я? Вы пришлые совсем оборзели. Вообще-то начальство надо знать в лицо. Миктлантекутли мое имя, я бог смерти, повелитель нежити, самый главный начальник некромантов, в общем, местная шишка на ровном месте. А теперь, когда с представлениями покончено, рассказывайте, где вы взяли скипетр правителей эльфов, как умудрились его проклясть, и как догадались с помощью его уничтожения, изничтожить целый народ?

Сначала до нас не дошел смысл его вопроса, потом мы осмотрелись… Везде, где падал свет от уже затухающих факелов, лежали трупы гоблинов, вповалку, друг на друге, кое-где под деревьями, целыми грудами. По ним, противно пища, ползали полчища крыс, радующихся неожиданно свалившемуся на них пиршеству. Я оглянулся, сопровождающая нас охрана, лежала здесь же, уставившись невидящими глазами в звездное небо. Впрочем, так же, как и лишившийся рук шаман. Мы подошли к нему. Вместо рук у него остались только обгорелые культи, и сам он как будто превратился в пересушенную мумию. Посоха нигде видно не было, будто он превратился в белый порошок, которым сейчас была усыпана вся его одежда.

– Ну, так что? Так и будете молчать? – Голос бога вывел нас из оцепенения, и мы поведали ему то немногое, что знали.

– Да ладно, – удивился он, – вы, вот так просто, поверили появившемуся из ниоткуда чужестранцу? Не перепроверили его слова, или хотя бы не опознали попавший в ваши руки раритет, собрались и отнесли его гоблинам? Ну, вы и раздолбаи, у меня просто слов нет. А этот эльф, который вас навестил, не так прост. Что бы просто взять посох в руки, он должен был быть королевских кровей. И при этом он намеренно проклял одну из реликвий своего народа… хм… интересно…

– Некогда нам было думать, из-за проклятых мечей Факир загибаться начал, а единственный, кто нам мог бы помочь, это был шаман гоблинов, вот мы и пошли сюда.

– А при чем здесь мечи? Даже проклятые вещи не могут никак повредить, пока вы ими не пользуетесь. А он воспользоваться ими никак не мог, они предназначены исключительно для рыцарей смерти. И тогда логично предположить, что…

– Что этот гребаный эльф, – вклинился Сантьяго в монолог бога, – и проклятье на Факира навесил, для того что бы…

– Для того что бы, вы сделали то, что ему было нужно. А именно как можно быстрее рванули за помощью в единственное известное вам место, отмеченное им же у вас на карте. И время-то как удачно выбрано, праздник лета, девять из десяти лесных гоблинов были здесь и вот их не стало. Но это уже в прошлом. А что у нас в настоящем? Трое идиотов, сотворивших беспрецедентную гекатомбу в мою честь. Честно, я не приверженец таких действ. Все рано или поздно приходят ко мне, и без особой нужды я не люблю торопить их приход, но сделанного не воротишь. Некоторые из убитых, конечно, были при жизни помечены печатью Великого духа равновесия и, погостив некоторое время в моем царстве, вернутся обратно сюда, для того, чтобы возродить свою расу, но для большинства эта смерть окончательная, и я как бы должен отблагодарить принесших эту жертву в мою честь. Но давайте по порядку, – продолжил он, взмахом руки останавливая Факира, пытавшегося, что то сказать, – начнем с общего. Великий Дух в этом мире свел вас вместе, так что быть по сему. Для боевого клана вас маловато, но для пати самое то. С этого момента вы группа, заработанный опыт одного, будет делиться на всех, как и получаемое материальное вознаграждение. Называться вы будете… Э,э… О, – Раздолбаи, это как раз про вас.

Он щелкнул своими костлявыми пальцами и перед глазами у нас замелькали логи об образовании пати.

– Теперь дальше. Индивидуальные награды за, в общем-то никому не нужное, ну разве что тому эльфу, жертвоприношение. Факир, как фактический исполнитель заслужил основную награду, и он ее уже получил. Избавление от проклятья и умения рыцаря смерти, по-моему, это не плохая награда. Для развития способностей рыцаря смерти, тебе нужно будет добраться до столицы людских поселений. Там в теневой гильдии остались последние учителя, которые тебе могут помочь…

– Обоерукий воин, моя мечта, – все же вклинился Факир в монолог бога, – когда я собирался в ваш мир, я мечтал быть воином, сражающимся двумя клинками.

– Хм, места по которым вам придется путешествовать слишком опасны для вас, но умение для двух рук, что у меня есть, предназначены для разбойников и воров, и нужны только для кинжалов, а рыцарь смерти сражающийся кинжалами… Это как то странно, даже для вас. Но если хочешь, – в одной из его рук появился свиток и медленно поплыл к рыцарю смерти.

– Но на этом все, хватит с тебя, что же касается остальных, то официально вы лишь сопровождали Факира в этом путешествии, так что и награда будет скромнее. Все, что было на принесенных в жертву, теперь моё. Но вот это, пожалуй, тебе пригодится. Он протянул руку и от трупа одного из сопровождавших нас гоблинов-берсеркеров, в сторону Сантьяго полетело два стальных шара. Как раз подходит под твоё умение рукопашного боя. А ты, – он посмотрел на меня, – еще не определился со своим путем, так что… Балалайка, висевшая у меня на спине, вдруг разогрелась, чувствительно обжигая мою спину. Но не успел я ее стащить, как она уже начала остывать.

– Не расставайся с ней, она вам еще пригодится. Ну и напоследок еще пару плюшек.

Он протянул руку и достал из воздуха амулет.

– Это амулет призыва одного из моих помощников. Один раз, в сложной ситуации, вы сможете призвать его себе в помощь, не профукайте этот вызов на какую-нибудь мелкую потасовку. И второе, – на шее шамана висит ключ, у вас один час на то, чтобы обыскать его покои, что найдете, то ваше, но через час вас здесь быть не должно. Не к чему вам присутствовать при том, что произойдет здесь дальше. Все, свободны, время пошло!

Мы пару секунд постояли столбами, переваривая все только что случившееся, а затем, расшвыривая в стороны крутящихся под ногами крыс, бегом рванули к лестнице, змеёй обвивающей невероятно огромный ствол дерева. Блин, шаману-то хорошо, он туда-сюда, видимо левитировал, а нам пришлось карабкаться вверх по узким, крутым ступеням. На один только подъем у нас ушло минут пятнадцать.

– Обратно мы будем спускаться в два раза дольше, так что у нас только минут десять, пятнадцать. Но, не смотря на спешку, перед входом в жилище шамана, нам пришлось остановиться. Карты, появившиеся у нас после общения с эльфом, вдруг замигали синим светом.

Город лесных гоблинов, древо шамана. Желаете произвести привязку? В этом случая, после гибели, вы сможете выбрать это место для воскрешения.

Думать было особенно некогда, и мы согласились. А затем рванули мародерствовать. Ну как рванули, в первой же комнате мы остановились, уставившись на трех крыс, с громким писком наскакивающих на какой-то шарообразный предмет. Вернее две наскакивали, раздирая в клочья, торчащие из предмета непонятные растения, а третья слабо трепыхая лапками, моталась в воздухе, выписывая причудливые зигзаги. Озадаченные непонятным действом мы подобрались поближе. Две крысы, изогнули спины и зашипели на нас словно кошки, но напасть не решились. При нашем приближении они бросили свою товарку на произвол судьбы и со скоростью молнии прыснули в разные стороны. Третья крыса убежать не смогла, ее шея была крепко зажата в маленьких челюстях, злобно шипящего дракона. Конечно, на дракона он походил мало, разве что изодранными в клочья крыльями, торчащими из яйца, те самые которые мы приняли за какие-то растения. Но надпись над ее головой явственно определяла его как дракона.

Торжан-фенченкрыл. Проклятый сумчатый дракон. Уровень 1.

Несмотря на покрывавшие его раны, он не сдавался, из-за всех сил вгрызаясь в шею врага, на пять уровней превосходящего его самого. Правда подрагивающая красным полоса его жизни явственно намекала, что без нашей помощи он долго не протянет. Мы распинали все еще крутящихся под ногами крыс, и извлекли покалеченного дракона из прогрызенного крысами яйца. Оказалось, что крысы не только порвали крылья, но и отгрызли дракону переднюю лапу, и теперь оставляя повсюду фосфоресцирующие зеленые разводы, из нее капля за каплей вытекала кровь, все больше ослабляя его. Эликсиров восстанавливающих жизненные силы у нас не было, и мы попробовали скормить ему кусочки мяса, добытые нами во время путешествия к городу гоблинов. Но из этого у нас ничего не получилось, голова зверя безвольно свесилась набок, и проглотить жесткое мясо у него не получалось.

– Погодите-ка, – остановил нас Факир, доставая из рюкзака фляжку, еще в замке наполненную молоком. Забулькала живительная влага, и полоска хп перестала уменьшаться, застыв на одном месте, а затем очень медленно начала подниматься. Практически сразу нам пришло сообщение, что проклятый дракон выбрал нашу группу в качестве защитников и становится нашим питомцем, причем нас самих даже не спросили, хотим мы этого или нет. Оставшиеся несколько минут мы метались по комнатам, в поисках чего-нибудь ценного. Вернее метались минуту, а остальное время отпаивали молоком Факира, который нашел в одной из комнат огромный, окованный позеленевшей медью сундук. Так его от этого сундука так шандарахнуло молнией, что у него волосы на голове еще месяц торчком стояли. В общем, за оставшееся время мы нашли там только, поношенный килт и вон те зеленые перчатки.

Бархатные перчатки элегантной наездницы.

Защита +1.

Ловкость +1.

Привлекательность +2.

Откуда они взялись в логове гоблинского шамана не понятно, но на нашего танка они влезли и ладно.

На обратном пути, мы не стали останавливаться на подвесном стадионе, а спустились сразу до подземелья, через которое нас провели в город. К тому времени данный нам час истек, и нас охватила такая жуть, что мы не останавливались, пока не выбрались за пределы города и не отбежали от него на несколько километров.

Только там нас оставило чувство буквально осязаемого ужаса, нависшего над городом, и мы смогли передохнуть и собраться с мыслями. Дракончик спал, почти восстановив свое здоровье. Крылья к тому времени боле менее зажили, но вот лапа так и не отросла. Мы развели огонь и стали разбираться с тем, что нам досталось. Шары, полученные Сантьяго оказались стальными кастетами гоблина – берсеркера, но рассчитаны они были минимум на тридцать пятый уровень, пришлось отложить их до лучших времен. Что делает божественное благословение, наложенное на балалайку, мы тоже не поняли. А вот доставшийся Факиру боевой навык был очень интересен. Использование его надо было настроить на какую-нибудь фразу или определенное движение, после чего на одну минуту скорость его ударов увеличивалась в три, а сила в пять раз. Мы прикинули, что вполне может случиться, что на нас наложат заклинание немоты или просто завяжут рот, поэтому его активацию решили завязать на движение. На какое-нибудь обычное движение завязывать его было нельзя, не хватало, что бы еще оно срабатывало от хлопка ладошами или от поворота головы. Поэтому Факир выбрал движение сумоистов перед началом боя. Одна нога, согнутая в колене идет вверх, затем впечатывается в землю, затем то же происходит со второй. Боец оказывается в позе наездника и тут навык включается…

– В первый раз мы еле успели отскочить от него, так он быстро выхватил двуручники и начал ими махать, что твой вентилятор. Оказалось, что у этого умения есть несколько неприятных эффектов. Во-первых, пока оно не закончит работать, остановиться он не мог, а во-вторых… Во-вторых, когда он остановился, он тут же, как подрубленный падал без признаков жизни. Мы, конечно, всполошились, но сделать ничего не смогли. Полчаса он лежал бревном, а затем сам очнулся. Посоображав на троих, куда нам теперь податься, мы решили двигаться к центру карты. Путь пролегал через наш замок. Там мы затарились продуктами для долгого путешествия и отправились в путь. Слишком сильных мобов мы обходили стороной, с близкими по уровню сражались. Одиночных мобов семидесятого – девяностого уровня Факир забивал легко. Уровня сорокового – пятидесятого мы с Сантьяго агрили стайками на себя и приводили к нему на убой. Но после каждого использования навыка, он отрубался, и нам приходилось тащить его на себе. В итоге, на второй день мы сделали для него носилки, потому что одному тащить его тушу на себе было не очень-то весело. Так мы и двигались в течение месяца, половину которого Факир провел на носилках. Зато опыт делился на всех, и мы прилично подросли в уровнях, включая Феню, который взяв десятый уровень вдруг заговорил.

– А почему, Факир, ты, все время в обморок-то падаешь? – Вклинился в разговор Пофиг.

– Не знаю. – Отвечающий глубоко задумался. - Возможно это воля богов. Может разработчики игры налажали, или это какой-нибудь баг. А может потому что, как сказано в описании навыка, он предназначается исключительно для кинжалов, а с мечами происходит большая перегрузка организма и он не выдерживает. Лично я склоняюсь к первому варианту.

– Э,э па-няятна. Ладно, проехали, а что дальше было?

– Дальше? Топали мы долго, один раз нарвались на племя каких-то дикарей, которые немедленно на нас напали. От них нам вон эта шапка с лосиными рогами досталась. Плюс три к интеллекту, плюс три к силе, плюс два процента к шансу умереть от удара молнии. Еще через месяц мы добрались до огромного разлома в земле. Насколько хватало глаз, он тянулся в обоих направлениях. Мы сутки путешествовали вдоль него, пока не набрели на растущее прямо рядом с его краем огромное дерево. Там мы встали лагерем и принялись его рубить, чтобы сделать из него мост через пропасть. Вернее рубил Факир. После применения навыка, щепки от дерева летели целым фонтаном, но, все равно, на то, чтобы его срубить у него ушел целый день. Зато я наконец-то понял, что за благословение наложили на мою балалайку. От нечего делать, я тренькал на ней какую-то песню, после окончания которой, на нас наложился баф на плюс пять к силе, и появился новый лог.

Ваши песни услаждают слух и веселят душу. Вы истинный бард.

Умение наложения бафов 1.

В итоге мы за день перебрали все песни, что помнили. Большинство на нас никак не повлияли, но были и те, что накладывали на нас по нескольку бафов за раз. Уже смеркалось, когда дерево со страшным скрипом покачнулось и начало падать. Затем хрустнуло еще раз – это верхушка дерева ударилась о противоположный край пропасти. А треск раздался, потому что верхушка не выдержала удара и отвалилась, а все дерево, как в замедленной съемке начало свой долгий полет в местную преисподнюю. Мы все еще смотрели ему в след, когда нас окликнули с того берега. Оказалось, что привлеченные устроенным нами бедламом, с ближайшего поста переправы к нам пришли местные охранники. Получилось так, что мы не дошли буквально полкилометра до устроенной властями Лохты переправы. Мы перелетели пропасть на какой-то каменюке, и уже через полчаса были в городе. Мы так обрадовались, что, наконец, попали хоть в виртуальную, но цивилизацию, что вели себя тише воды, ниже травы. И засев в местной таверне, мы даже пива не заказали, как пионеры пили компот, но тут Факиру почудилось, что он отравился старым пирожком…

– И ничего не почудилось, у меня даже логи сохранились о полученном дебафе. В общем, я рванул в местный туалет – типа сортир, ну такой, в котором из удобств только одна дырка в полу. Стал к ней пристраиваться, как вдруг у меня в руках оказались мечи и неожиданно сработал навык Стальной вихрь.

– Да уж, это было для всех неожиданно. Я чуть компотом не подавился. Мы сидим никого не трогаем, вдруг дверь в сортир разлетается щепками, и оттуда с двумя двуручниками наперевес Факир вылетает. Хорошо, что спущенные штаны ему далеко отойти не дали, но все равно один из столбов, поддерживающих потолок, был перерублен, и часть крыши обрушилась внутрь таверны. Вокруг ор, шум, вопли, крики. Не прошло и минуты, как нас стража схомутала и, вместе с впавшим в бессознательность чудо-воином, поволокли к местному правителю на суд. Его на месте не оказалось, а встретила нас там его жена. Той было плевать на разрушенную таверну, и она очень активно жаждала плотских развлечений. Мы уже практически отдались ей, но в это время приперся ее муженек со своей дочуркой. Боже, вы б ее видели! Ужас просто. И самое хреновое, что папаша её до смерти жаждал поскорее отдать дочурку замуж. Тут уж мы не выдержали, даже Факир очнулся на десять минут раньше обычного. Повыхватывали оружие, вступили в бой. Но хоть и уровень стражи был не высок, но уж больно их много набежало. Да еще Факир без использования навыка машет мечом как криворукий дровосек. Один раз из пяти только по противнику попадает. Оттеснили нас к какой-то комнате, где нам и удалось забаррикадироваться. И тут сзади кто-то нас спрашивает.

– Вы кто такие, чего в комнате телепортации забыли?

Мы оглянулись. Обычная комната, только в середине ее будто зависла черная дыра, а рядом с ней, сложив руки на груди, зло поглядывая на нас, стоял сухенький старичок. Мы с большой аккуратностью его спеленали и добавили его тельце к итак не хилой баррикаде. Он, не переставая орал на нас, так что нам пришлось запихать ему в рот старый носок, предварительно узнав, что портал ведет в какое-то Восточное Шахство. Удобная это штука я вам скажу – телепорт. Миг и мы стоим под теплым солнышком, на причале около полноводной реки. Рядом мужик какой-то мигом образовался, содрал с нас пошлину, выдал пропуска и отпустил на все четыре стороны. Ну, мы и пошли. Интересно же. Мы месяц по лесам шарились, а тут город рядом, и базар огроменный. Чего только там не было.

– Людей там не было, а вернее игроков, как не искали, никого не нашли.

– Да, первым делом мы игроков кинулись искать, думали, что сможем через них с администрацией игры связаться, но не судьба. Зато нас какой-то настырный торгаш к себе в палатку затащил. У него там броня на любой вкус продавалась, только с нашими деньгами там делать нечего было. А тут он еще наплечники вон эти вытащил, говорит, я, мол, их специально для вас хранил. Уникальная вещь, специально на рыцаря смерти, отдам всего за восемь тысяч. Мы только рукой махнули, у нас всего к тому времени чуть больше тысячи накопилось. Хотели уже уходить, но тут до Сантьяго дошло, что не игроков, ни тем более других рыцарей смерти мы за целый день на базаре не видели, и предложил купить наплечники за пятьсот золотых. Торговался лавочник как в последний раз, бился за каждый медяк аки лев. В итоге сошлись на четырехстах тридцати монетах. Этот хрен сам не понял, как так получилось, но в результате Санек целых пятнадцать очков к торговле получил. А Факир масштабирующиеся наплечники. Мда… А дальше все пошло опять не так. Еще после часа блужданий мы набрели на невольничий рынок. Не буду рассказывать, что мы там увидели, но в итоге положили всех торговцев, которые не успели убежать и десяток местных охранников. А затем, с помощью присоединившихся к нам рабов, еще один десяток из городской стражи, подоспевшей торгашам на помощь. Но пока мы с ними возились, к ним подмога прибыла, видимо это военные были, с полсотни. Убили половину рабов и нас троих. Возродились у причалов, а там еще с полсотни солдат, и половина из них с луками. Да еще некромант с десятком зомби. Пока мы сквозь них пытались пробиться, нас из луков стрелами нашпиговали, словно ежиков. На второй заход Факир свою карусель врубил, хотел до некроманта добраться, но не получилось, свалился раньше. Ходу на камень возрождения местным нет, но и нам с него было не выбраться. Мы уж собирались в очередной раз погибать, но тут посланник от шаха приперся. Сказал, что шах восхищается боевыми умениями рыцаря смерти и приглашает присоединиться к нему, вместе с друзьями в его… кхм… гареме. Ну, мы подумали, что умереть мы всегда успеем, сходим, послушаем, что нам этот шах предложит. Во-о-от.

– Да ладно, были мы у него в гареме, не тормози, рассказывай, что дальше было-то.

– А, ну если были, то вы поймете, что увиденное нас несколько потрясло. После всего, что произошло в Лохте, а затем в этом гребаном шахстве, у нас снесло крышу. Мы на рынке несколько зажигательных бомб приобрели, все они вместе с Сантьяговским проклятьем о полной импотенции, в шаха и полетели. Бомбы, к сожалению секьюрити перехватили, мир их праху, а проклятье, кажись, долетело до пункта назначения. Нас охрана тут же в капусту порубала. Очнулись на камне, а вокруг никого, военные уже убыли. Мы к пирсам, а там небольшая шхуна как раз пришвартовалась. Мы матросов за борт побросали, оставили только одного, того что штурвал крутил и отчалили в закат. За нами погоню отрядили, да только куда им, «Жемчужина» летела как стрела. Правда, не долго. Уже наступила ночь, как на корабль вдруг обрушился огненый ливень. Нас не задело, но корабль тут же охватило пламя, а с берега к нам ринулась толпа каких-то мелких гуманоидов. Капитан повернул судно к противоположному берегу, но было уже слишком поздно.

– А водилу вашего, случайно, не Джек Воробей звали?

– Капитан! Капитан Джек Воробей! Да так его звали, только жаль сгинул бедняга в том бою. Мы-то за борт попрыгали, добрались до берега, а он не стал, не покинул корабль до самого его конца.

На время воцарилась тишина.

Затем Майор спросил, – а здесь-то вы как оказались?

– После того как мы оторвались от погони, стали прикидывать, что нам делать. Самостоятельно выйти из этой гребаной игры мы уже и не надеялись. Поэтому решили искать других игроков, а заодно найти учителей для Факира, а для этого решили идти в столицу. Выбрали направление в самый центр материка и через три дня вуаля, мы уже здесь. Аккуратно порасспрашивали людей и вышли на этот трактир. Хозяин пообещал свести нас с местной воровской братией, вот мы сидели там и ждали.

– Ага, три дня, – прогудел Факир, – Серый с Сантьяго уже все синие стали от прокачки сопротивляемости ядам, а Большого Джо так и не дождались.

– Так вы Большого Джо ждали? Вряд ли вы его дождетесь, если конечно он не возрождающийся персонаж. Но я так и не понял, а в Другмире то, вы, что делаете, если вам в столицу нужно было?

– В смысле, а это что, не столица?

– Вообще-то нет, как мы поняли, столица людей располагается на острове, на самом юге континента.

В этот раз тишина затянулась надолго, а я, загрустив, что бы ни терять время, открыл таблицу своих достижений, дабы посмотреть, чего я добился в последнее время.

PAHAN, Уровень 67. Опыт: х1.123.000 / 4 362 000

Раса: Человек. Бонус расы: +1 очко за каждые 10 вложенных.

Класс: Призыватель – 36 (64%) +2 не изученные способности.

Класс: Повелитель – 10 (33%).

Сила – 39+6+1.

Ловкость – 271+6+1.

Интеллект – 61+6+40.

Выносливость – 71+6.

Мудрость – 23+6.

Свободных очков характеристик – 72.

HP: 2920/2920 (Выносливость*40).

Мана: 6240/4640+1600 (Интеллект *40).

Профессия

Землекоп – 13

Умения

Мастер – ломастер – 8 (поломка вещей с прочностью до 23).

Големостроитель – 1 (не можете строить големов выше десятого уровня)

Оружейник – 6 (урон созданного вами оружия +30%)

Виртуоз ловушек – 1. Нанесенный урон ловушками: х/10 000 000 (урон от ловушек +360%).

Бронник – 4 (броня созданных вами изделий +20).

Зачарователь – 20 (созданные вами изделия получают +5 к характеристике).

Укротитель – 1.

Навыки

Торговля – 7.

Кузнечное дело – 1.

Земледелие – 1.

Бонусы:

+14,6% к опыту постоянно.

+20% урона всем по существам.

+25% урона холодным оружием.

+10% урона стрелковым оружием.

+5% урона остальным видом оружием.

-10% стоимость призыва.

-10% требований к уровню призыва.

+5% к урону магией воды.

+10% к скорости обучения.

+12% к защите от ментальных воздействий.

+8 к отношению со всеми НПС – женщинами.

+6 к отношению со всеми НПС – мужчинами.

+6 ко всем характеристикам (бонус клана).

Глава 3

Затянувшуюся тишину, наконец, прервал Пофиг.

– Все что ни делается, все к лучшему, зато мы тут нашли друг друга, а до столицы мы еще доберемся. А сейчас, Калян, попробуй Пахана растолкать, а то у меня уже мана заканчивается.

– Пахана растолкать – это я с удовольствием.

Я вспомнил, как они будили меня, когда я отрубился в Гороховке, и резво вскочил на ноги. У меня и так после удара голема половины зубов не хватает, как бы еще и остальных не лишиться:

– Все, все, я встал, понимаю, что вам без меня никуда, так что надо делать?

Калян разочарованно покачал головой, ткнув пальцем в сторону полыхающей вдалеке стены пламени.

– Мы там еще одну кучу камней нашли, из которой голем собирается. Пофиг ее сейчас огненной стеной раскалил докрасна. Так что топай туда, и когда голем в целого соберется, достанешь из штанов свою гордость и резко его охладишь, после чего он, по идее, должен рассыпаться мелким щебнем.

– Это чего? Мне его того, как тогда у фрогов было? – тихо спросил я Каляна, – по пионерски, что ли загасить?

– Чего? – Сначала не понял он, – ты чего несешь? Не очухался, что ли еще? Поверь мне, я тебя без штанов видел, и гордиться там абсолютно не чем. Я, вообще-то, твоего ледяного габота имел ввиду.

Вот засранец, ведь точно заранее шутку подготовил.

– Ну, ничего, ничего, зато мы с тобой начальники, – глядя вниз, обиженно пробормотал я себе под нос, в ответ на замечание Каляна, и потопал к голему.

Дальше все прошло как маслу. Стоило мне подойти к багровеющей в полутьме куче камней метров на пять, из нее шипя и исходя волнами жара, стал собираться каменный голем: стоило ему полностью сложиться в человекообразную фигуру и сделать первый шаг в мою сторону, как я вызвал ледяного гобота у него за спиной. По полу прокатилась волна обжигающего холода. Высоко она не поднялась, но голем до пояса моментально почернел, а затем взорвался, заливая осколками все пространство тоннеля. Я успел отвернуть лицо, но вот мои голые ноги моментально залила кровь из множества мелких ран. Торс голема свалился на заледеневший пол и постепенно охлаждаясь, пополз в мою сторону. Слава богу, пары плевков ледяного габота хватило, что бы заморозить его окончательно, после чего он вновь рассыпался на отдельные булыжники.

Мне от него досталась запись в книге призыва.

Каменный голем. Уровень 70 – 100. Магическое существо.

Умение: блок. ( Голем не может наносить урон, но и урон, наносимый по нему, уменьшается на 95%).

Двойной удар: голем наносит удар двумя руками (Кулдаун 8 – 10 сек.) Урон 300% от обычного, игнорирование брони 40%.

Та-а-ак, уровень повелитель у меня сейчас десять. С учетом бонусов снижающих требования к призыву, я смогу призвать существ уровня шестьдесят второго. Мда, маловато. Ну, да ладно, на вырост будет.

Сердце же каменного голема и интересное колечко на плюс два к умению големостроения, отправились к Майору в рюкзак. Я хоть и имел это умение, но оно до сих пор оставалось абсолютно не прокаченным. Майору же оно пригодится, как только у нас появится возможность, сделает нам нового помощника. А, кстати о помощниках!

– Люди, у кого-нибудь мясо есть? Два куска?

Серый вытащил из воздуха мясо и передал мне. Так, что тут у нас? Ага, вот, гоблин-рудокоп, максимальный уровень пятьдесят пять, слабовато, конечно, но ничего другого у меня пока нет. Два куска мяса, пять золотых, малань маны и все готово. Храбрый, трудолюбивый, обожающий своего хозяина работник тут как тут.

– А, опять злой хозяина, – пробурчал появившийся гоблин, – что, шайтана, опять нужно серое вещество из голов бедных тварей добывать?

– В этот раз нет, – закашлялся я, – сейчас задание будет как раз по твоей специальности. Вон видишь, вдалеке лежит куча камней, пойди – разбей их в труху и кирку смотри – береги, это последняя осталась.

– Погоди, – остановил меня Сантьяго, – голем его самого в труху разотрет, надо ему помочь.

Стальные шары исчезли с его рук, а появилась металлическая кошка, привязанная к мотку бечевки. Не доходя метров десять до очередного будущего голема, он раскрутил кошку, и швырнул ее в сторону каменной кучи. С пятого раза у него получилось зацепить один из них, и он подтащил его к нам.

– Вот теперь долби, – подтолкнул он его к гоблину, а сам стал выуживать следующий, которым занялся уже Добрыня, со своим двухметровым молотом.

Перетаскав и размолотив треть камней из будущего голема, мы направились к уменьшившейся кучке. Та, как ни в чем не бывало начала собираться в голема, но почти сразу же свалилась, видимо, стоять на одной ноге ему было неудобно.

– Странно, я думал, он просто меньше станет, и с ним легче справиться получится, – заметил Сантьяго, – но так тоже ничего.

– Ага,– согласился с ним я, глядя как покалеченный каменный голем пытается подползти к нам, цепляясь единственной каменной культей за неровности пола. Очень на финальную сценку из последнего Терминатора похоже. Помнишь, после того, как Шварц с будущей бабушкой Джона Коннора, его маму зачали, а потом в него инопланетные захватчики с Кри, из орбитального дезинтегратора шандарахнули, но до конца так и не дезинтегрировали. Он точно также там, в атаку на этих синезадых полз.

– Мда, а бабулька там ничего так была, да и Арни для своих ста пяти лет хорошо выглядит, бодрячком.

– Это да. Помнится, когда его министром спорта Российской Империи сделали, он первую же зарплату на омолаживающие процедуры потратил, об этом во всех новостях говорили. А то он там, на родине, за свои американские фантики даже витаминок себе купить не мог, не то, что омолодиться.

Вы убили каменного голема. Уровень 75. Получено опыта 60.000.

Тем временем пока мы болтали, мягкосердечный Добрыня добил своим молотом голема – инвалида, и мы отправились к следующему, на котором частично восстановивший ману Пофиг уже запалил новую огненную стену.

– Черт, да сколько уже их здесь? Там весь город с землей сравняют, раньше, чем мы на поверхность выберемся. Слышь, рудокоп, блин, хорош отлынивать, пойдем, работать пора.

– Хозяина совсем хреновый, бегающие камни бить заставляет, совсем шайтан!

Охренеть, разболтались все совсем, тут не только так называемые друзья издеваются, а еще и призванные работники. Что-то с этим делать надо. Но это все потом, сейчас очередной голем ждет. В этот раз маны у Пофига хватило, что бы лишь слегка разогреть булыганы. Поэтому призыв габота не произвел нужного действия. Голем только вздрогнул от прошедшей по нему ледяной волны. Песок и несколько не больно крупных камешков упали с него на пол. Он с хрустом отодрал примерзшие ноги и шагнул к габоту. Две его ручищи поднялись и опустились на голову атаковавшего его ледяного червя. Раздался жуткий хруст и новый взрыв, в этот раз от ледяного габота. От большинства осколков своей тушей закрыл нас сам голем, но и на нашу долю хватило. Острейшие ледяные осколки забарабанили по стальному нагруднику и нанесли десятки новых порезов на руках и ногах.

Вот черт. И когда у нас уже будут нормальные доспехи? Хотя вон эльфы вообще в крестьянских обносках щеголяют. У них почему-то на Добрынинские доспехи ограничения по расе, хотя на самого трехметрового Добрыню они прекрасно влезли.

– Давай, – сказал я гоблину, – я основную работу сделал, теперь твоя очередь.

Я подтолкнул его в сторону голема, а сам отважно отступил за широкую Добрынинскую спину. А что? Я вроде как маг, хотя благодаря одному гадскому НПС в ловкость у меня очков характеристик вложено больше чем во все остальные вместе взятые. А наше место позади, среди вредных пироманов, лучников и веселых балалаечников. Так как ни стрелы, ни огонь не наносили голему хоть сколько-нибудь видимого урона, то те просто стояли, о чем-то болтая, один Серый наяривал, что-то типа:

Броня крепка и танки наши быстры

И наши люди мужеством полны…

Обновляя у нас бафы на защиту от физических атак и добавляя ловкости. А не плохо они тут устроились, хотя Олдриг у нас рога вроде, правда, как и все недоделанный. Единственное, что он своими ножиками сможет с големом сделать, это какое-нибудь матерное слово на нем процарапать. Не длинное. Буквы на три максимум. Если успеет, конечно.

Я вновь оглянулся на поле боя. Уже третье копье, ударяясь о грудь голема, разлеталось щепками, а погнутые наконечники с глухим стуком падали на пол.

– Черт, Калян, бронебойные заряжай! Не видишь что ли, эти для него как об стену горох!

– Последнее осталось, я ночей не спал, холил его и лелеял!

– Я, если выживем, тебе ночью в памперс муравьев запущу, вот тогда ты точно спать не будешь, заряжай, говорю!

Калян злобно зыркнул на меня, вытащил не длинное, иссиня-черное копье и зарядил его в Немезиду: тренькнула тетива, и наседающего на Добрыню голема, отнесло на пару шагов назад. Хищное жало копья глубоко вошло в грудь каменюки, туда, где его создатели заложили сердце, или какой-то иной предмет, оживляющий эту груду камней. Камень пошел небольшими трещинами, хп просело на пару процентов, вот и весь результат от применения нашего самого мощного антиголемного средства.

– Черт, – прорычал Калян, а первого такой выстрел, сразу пополам развалил!

Мда, этот на пятнадцать уровней повыше, да и физически выглядит помассивнее. Вон он одним ударом переломил копье у основания, оставив торчать в своей туше только наконечник, и вновь на нас попер. А древко-то было как стальное, у меня его и погнуть-то не получалось, не то что сломать.

– Пахан, что делать будем!?

А, что сразу Пахан? Чуть, какая жопа, так Пахан виноват:

– Зигзаг, собирай своих, отвлеките его на пару минут!

Кулдаун на вызов откатился, и я призвал жука – скоробея, натравив и его на неубиваемого противника. Заставить атаковать уязвимые места я его не смогу, но хоть пусть под ногами пока путается, помогает отвлекать на себя внимание.

– Калян, стреляй обычными, старайся попасть в сочленение камней. Майор, у тебя вроде камни душ оставались, давай доставай, не время жаться.

– Да, у меня лабуда всякая осталась бесполезная!

– Давай, – прохрипел я от натуги, пытаясь одновременно не попасть под удар кувалды разбушевавшегося Добрыни, под кулак голема, в две моих головы размером, убрать ноги с пути щелкающего клешнями жука, убрать задницу подальше от летящих стрел и копий, и одновременно пытаясь попасть глефой в уязвимые сочленения на теле голема.

– МарьИвановна, Альдия, сети давайте, надо его затормозить.

Пару дней назад, находясь в вынужденном заточении в одной пещере, мы сплели несколько металлических сетей, глядишь, сейчас они нам пригодятся.

Сети взметнулись в воздух: одна повисла на плече у голема, вторая попала точно на голову. На мою. Я зло глянул на смутившуюся Альдию сквозь мелко ячеистую сеть, одновременно пытаясь высвободить из нее свое оружие. То, что сейчас висело в виде супергеройского плаща на плече голема, меня окутало с ног до головы. Один неверный шаг и я, зацепившись за сеть ногой, начинаю падать вперед. Но упасть я не успел. В противоход моему движению, мне в грудь врезается кулак голема, и я еще больше запутавшись в сети, отправляюсь в короткий полет. Короткий не потому, что удар был слабый, а потому что до стены было лететь недалеко. Быстрый калейдоскоп картинок промелькнул передо мной: пол, стена, потолок, вновь стена и вот я сползаю по ней на пол. В этот раз я не потерял сознание, все ограничилось сбитым дыханием и мириадами разноцветных кругов перед глазами. Круги постепенно начали пропадать, а вот дыхание не возобновлялось. И даже появилась полоса, показывающая, что я задохнусь через полторы минуты. Кое-как опустив голову вниз, я взглянул на нагрудник. От удара он так сильно вмялся внутрь, что не давал мне дышать. Я, поняв, что скоро задохнусь и окажусь один на респе, среди толп разозленных тварей, запаниковал. Кое-как выдрав из сети одну руку, я попытался содрать с себя кирасу, но из этого естественно ничего не получилось. Попаниковав еще пару секунд, я обозвал себя последними словами и полез в инвентарь. Все время забываю, что это не реальность. Легкое движение мысли и… ничего не произошло.

Вы не можете положить эту вещь в инвентарь. Инвентарь перегружен. Освободите место.

– Твою ж, мать!

На белом пляже автоматический собиратель лута забил обе мои сумки всякой хренью до упора, и я их до сих пор не разобрал.

– Черт!

Оставалось тридцать секунд, до моей преждевременной кончины, когда я начал выбрасывать из сумки всякие потроха и внутренние органы животных. Они сползали по запутавшей меня сети и падали на колени, но я не обращал на это внимания. Десять секунд, девять, восемь, семь… уф! Смятая кираса убралась в инвентарь, и сладостный воздух хлынул ко мне в легкие. Нет, конечно, он жутко вонял от наваленных на меня потрохов, но в тот миг я этого не замечал. Я жадно дышал и заодно осматривал поле боя. Жизнь Добрыни просела почти до красной зоны. Майор, Калян и Сантьяго пытались оттеснить голема подальше от огра, но это у них не очень-то получалось. Пофиг, каким то образом, оказавшийся за спиной голема, поливал его потоком пламени, но тоже без всякого видимого успеха. За все время боя тот не потерял и трети хп. Мда, кажись в этот раз нам хана. Я подергал головой пытаясь получше рассмотреть то, что там происходит, но что-то перекрывало мой обзор.

– Хрена себе, а ты откуда взялся?

У меня на коленях сидел белоснежный, с огромными голубыми лучистыми глазами, зайчишка. Он, смешно подергивая носом, обнюхал моё лицо, а затем, зарывшись с головой в разбросанные повсюду потроха, начал ими аппетитно чавкать. Я, почему-то резко покрывшись холодным потом, посмотрел его инфу.

Белый кролик – зомби. Уровень 3. Призван игроком Майор.

– Да он что блин издевается? Кролика третьего уровня нам в помощники поднял!

От моего вопля кроль вздрогнул и, подняв от потрохов окровавленную голову, зло на меня зашипел.

Я сглотнул неожиданно подкативший к горлу ком, махнул головой в сторону сражающихся.

– Кхм, ты бы это, пошел бы что ли, помог там нашим, а то видишь, они без тебя не справляются.

Тварь еще раз на меня шикнула, но все же не торопясь поскакала к голему. А там дела наши были плохи. Мана у Пофига, видимо, закончилась и он тихонько по стеночке пробирался обратно к нам. А голем тем временем крутанулся вокруг своей оси и осаждающая его троица, словно кегли разлетелись в разные стороны. Как раз к этому моменту боевой кролик доскакал-таки до голема и забарабанил по его ноге своими лапками. Нога голема поднялась, а затем резко опустилась. Я зажмурился, а когда через миг я их вновь открыл глаза, голем, поскользнувшийся на кишках бедной зомбозверюшки, уже падал на пол. Раздался страшный грохот. Так и торчащий из груди голема наконечник бронебойного копья, вошел в нее до самого конца. Раздался треск и голем рассыпался на составляющие его булыжники.

– Уфф, – я глубоко выдохнул, осматривая поле боя, больше похожее на утро первого января. Среди павших в неравном бою с зеленым змием мужиков, бледными тенями скользили женские фигуры с бокалами огуречного рассола. У наших, конечно, были баночки с красными эликами, но, все равно, было, похоже.

– Кхэм, кхэм, если вас не затруднит, будьте так любезны, если вам не трудно, пожалуйста, освободите меня от этой сети.

Ха, да я сама любезность. Да, да, не тот я человек, что будет грубить людям, которые могут просто оставить меня куковать спеленатым в сеть, с ног до головы заваленным чьими-то кишками.

– Пахан, – ко мне подошла Альдия, – ты что, опять весь бой в сторонке провалялся?

Сеть не дала мне протянуть руки к ее тонкой шейке, и сломать ее к чертовой матери, так что пришлось, натужно улыбаясь, тихо просипеть, что-то типа того, что вот в сетке нечаянно запутался, и не смог примкнуть к рядам защитников отечества.

– А это чегой? Что за гадость? – Она ткнула пальчиком в наваленные у меня на коленях и выпирающие из сетки внутренности.

– Ну почему же гадость, – это элитные потрошки. Вот, например, это селезенка Бармоглота, это струя карликового бобра, а вот это шедевр коллекции – толстая кишка тонкого дикого мохноуха. Если ты их МарьИвановне отнесешь, она из них таких пирожков налепит, пальчики оближешь!

Олдриг неодобрительно покачав головой, отодвинул в сторону, враз позеленевшую супругу, начал выковыривать меня из сетки. Пока мы этим занимались, к полю боя подтянулась уцелевшая часть команды: Серый, МарьИвановна, да Пофиг. Фингал, под глазом мага светил ничуть ни меньше, чем магический огонек, порхавший у него над головой.

– Майор, – обратился я к начавшему подавать признаки жизни соклану, – как хочешь, но нам нужен танк. Камней душ, я так понимаю, у тебя нормальных нет, хотя кроль твой был великолепен, такого монстра сумел завалить. Но не об этом сейчас. Из подходящих материалов для твоего голема, у нас есть останки големов которых мы замочили. Выдирай им сердца, вставляй какие-нибудь из наших запасов и читай свой ахалай – махалай. Факир все еще в отрубе лежит, нам помощник срочно нужен. Мой гоблин, – я показал на поднятую с пола кирку, – возвратился в свою Вальхаллу или чистилище, или куда там местные мобы попадают после смерти. Короче, я по новой его призвать смогу только через час, а за это время там от города камня на камне не оставят, а нам, между прочим, в нем жить еще.

Мы дружно притащили к пошатывающемуся Майору останки трех разрушенных големов и выложили на полу из них человекообразную фигуру. Майор вложил ему в грудную клетку огромное сердце. Животина, при жизни, была минимум размером со слона. Призвал призрачный посох и начал читать заклинание. Ничего не произошло. Он попробовал еще раз – результат тот же.

– Пофиг, попробуй ты. Помнишь, как ты сердце у нашего первого сопляного голема разогрел огненными стрелами? Он после этого у нас зафурычил.

– Тогда сердце обозначалось как цель, а это нет. Хотя для струи пламени цель не нужна, можно попробовать.

Пламя из его рук ударило в камни, раскаляя их. В тоннеле аппетитно запахло шашлычком.

– Осторожнее, осторожнее, не спали его, равномернее прожаривай.

– Уменьши напор, спалишь все к чертям!

– Ага, с левого бока уже хорошо подрумянилось, справа заходи.

Устало глядя на открывающуюся картину, вдруг поймал себя на мысли, что я тоже больше переживаю за готовность продукта, чем за процесс поднятия голема. Поэтому я нисколько не удивился, когда МарьИвановна на время остановила Пофига, поворочала сердце на раскаленных камнях, щедро посыпала солью и ароматными специями, а затем вновь включила нашу импровизированную печь. Рядом с сердцем на камни шмякнулось два куска мяса, сразу начав аппетитно шкворчать. Я плюхнулся на пол там, где и стоял. Как-то плавно подъем голема перерос в пикник с шашлыками. Хотя чего странного? Когда мы последний раз ели? И не упомнить, вроде пару тысяч лет назад. Все. Пока не поем с места этого не сдвинусь.

Пока мясо допекалось, МарьИвановна расстелила на полу покрывало, на котором тут же оказались тарелки с зеленью, овощами и нарезанным крупными ломтями хлебом. Мясо нарезали тонкими ломтиками, посыпали мелко покрошенным укропчиком… Эх, красота. Дальнейший процесс пережевывания видимо включил в моей голове новые нейронные связи, потому что меня осенило.

– Кости!

– Ну, так выплюнь, ты чего как маленький?

– Да нет, у нас костей полно!

– Ты что, бульончику решил сварить?

– Точно, можно супчику горохового заварганить, на копченых косточках.

– Или холодец?

– Если Пахан варить будет, в лучшем случае какой-нибудь клей получится.

– Ну почему же, если часика четыре поварить, да с чесночком, да с черным перчиком, по мисочкам разлить, да на холод… Ммм, вкуснотища!

– Да нет же! Вам бы лишь пожрать! Мы вообще-то голема поднимали. Остатки старых големов не подошли, но можно же обратного голема сделать. Собрать его из костей, а внутрь вложить одно из каменных сердец которые мы здесь добыли.

Все сразу полезли в свои сумки, еще с Белого пляжа до отказа забитые различными шкурами животных, их костями, мясом и внутренними органами. В итоге гора костей получилась такой большой, что ее пришлось разделить пополам. Одна часть вновь была раскидана по сумкам, из второй стали конструировать голема. Грудная клетка, взятая от слонопатама, мощные лапы гигантского пустынного варана, череп мыши-землеройки. Правда, не хотел бы я увидеть ее когда-нибудь вживую. Череп был размером с три моих, украшен двумя серповидными рогами и такими передними зубами, что любой бобр бы удавился от зависти. Сверху на все это насыпали еще кучу костей, вдруг пригодится, а напоследок Майор в грудную клетку вложил каменное сердце. Пофиг включил свой огнемет, раскаляя его докрасна, а затем мы начали читать заклинание призыва. Вернее, Майор – заклинание поднятия, а я – призыва. Зачем я это делаю, я не знаю, но такой был ритуал в первый раз, поэтому решили не менять то, что исправно работает. Кости ощутимо вздрогнули. Начинающие тлеть ребра пришли в движение, схлопываясь вокруг раскаленного сердца, будто створки Мухоловки на неосторожном насекомом. Череп с противным хрустом встал на место, из глазниц потек слабый розовый туман. Лапы задергались, судорожно скребя по полу страшными когтями. Щедро набросанные нами мелкие кости, поползли по телу голема, образуя сплошной непроницаемый панцирь. Тварь поднялась на лапы и уставилась на нас своими жуткими глазами.

Поздравляем! Вы создали костяного голема (ящерослономышь). Уровень 64. 11.000/11.000.

Используя при его изготовлении одновременно големостроение, некромантию и стихийную магию, вы наделили свое создание повышенной прочностью, дополнительными умениями, и усиленной атакой.

Костяная броня: поглощение 30% урона от физических атак, поглощение 10% урона от магических атак.

Пассивное умение: урон огнем: + 10% урона от огня к физической атаке.

Пассивное умение: аура смерти. 120 урона в секунду, на расстоянии 0,5 метра от тела голема.

Умение: дробящий укус. Игнорирование брони 60% на 1 минуту. Кулдаун 5 минут.

Поздравляем! Ваше умение големостроитель +5, всего 6.

Судя по виду Пофига и Майора, им тоже благодати перепало неслабо. Да и голем вышел на загляденье, аж коленки дрожат. Правда урон огнем и аура нам сейчас мало помогут, но вот дробящий укус, это то, что надо.

– Ну что, поехали? И так тут уже больше часа здесь возимся.

К тому времени все боле менее очухались и мы потопали за шествующим впереди костяным големом. Эх, как мы шли, как шли! Стоило каменному голему начать собираться в функционирующий объект, наш сразу срывался с места. Вскочив на свои колоннообразные задние лапы, его страшные челюсти впивались в булыжник, заменяющий голему голову. Включалось умение – дробящий укус, и камень раскалывался как гнилой орех. Конечно, големы не сдавались без боя, выбивая своими кулачищами костяное крошево из тела обидчика, но стоило ему остаться без головы, он тут же терял ориентацию в пространстве, и добить его не составляло труда. А через пять минут все повторялось по новой. Известную трудность для нас представила только пара големов восстановившихся одновременно. Но одному отгрыз голову наш костяной, в то время как на второго я натравил жука – скоробея: первый, оставшись без головы, бестолково мотался по тоннелю, размахивая во все стороны руками; второй же, не успел ещё добить жука, как был сзади атакован костяным големом. Тот поднялся на задние лапы, его пасть сомкнулась на затылке жертвы, (хотя где у него затылок, а где лицо понять было совершенно невозможно, обычный булыжник, с какой стороны на него не посмотри) в то время как, передние лапы, снабженные грозными когтями, выбивали из его тела целые снопы искр. Его противник же не мог поднять вверх две руки для своего коронного удара. А от его хука, что справа, что слева, с боков костяного голема сыпались только мелкие кости, составляющие его броню. Мы тоже не остались в стороне, добив мечущегося безголового стража. К тому времени как они оба рухнули на землю двумя рассыпающимися горками камней, умение «дробящий укус» уже восстановилось и мы, не мешкая потопали дальше. Наша слономышь, радостно оскалившись, скрылась за поворотом. Через секунду послышался ее довольный скрежещущий рык, а затем раздался звук смачного удара и его смятый череп выкатился из-за поворота прямо к нам под ноги.

Мы всей толпой застыли как вкопанные, боясь пошевелиться. Кто бы там ни был за поворотом, но встреча с ним не принесет нам ничего хорошего. Мы нерешительно топтались на месте, не зная, что предпринять дальше.

– Знаете, – сказал резко затормозивший Пофиг, глядя на затухающие огни в единственной оставшейся глазнице поломанного черепа, – я тут подумал, ведь этими тоннелями постоянно Большой Джо мотался, со своими подручными.

– И?

– И он как-то проходил всех этих стражей, не мог же он все это время под невидимостью находиться.

– Не тяни, говори, что надумал.

– Помнишь, когда мы разбирали доставшиеся нам от его шайки вещи, там кольцо защиты было?

– Не, я в тот момент как раз в местной тюряге сидел.

– Кольцо защиты было, но никакой защиты оно не давало, мы тогда его все померили.

– Ты хочешь сказать, что оно защищает от этих големов?

– Точно, – встрял Серый, – нам трактирщик говорил, что эти тоннели только люди Большого Джо пройти могут, есть, мол, у него какая-то защита от охранников.

– Вот, – Олдриг поковырявшись в своей сумке, вытащил на свет невзрачное медное колечко. Кто пойдет его проверять?

Желающих не нашлось и нам пришлось разыграть эту честь на пальцах.

В первый раз мы соревновался с МарьИвановной. Выкинув ножницы против камня, я продул и прошел в следующий тур.

Во втором туре я выкинул ножницы против бумаги Сантьяго. Он сказал, что ему жаль, но его бумага обернула мои ножницы и я продул.

Последними оставшимися оказались мы с Пофигом. Он выкинул бумагу, а я ножницы.

– Поздравляю, – Пофиг крепко пожал мою правую руку, а в левую запихал кольцо защиты, – разрезав мою бумагу ножницами, ты победил! Иди, разведай все там, страна смотрит на тебя, смотри не подведи! – И тихонечко подтолкнул меня к повороту.

Я в некотором недоумении от того, что я каким-то образом стал разведчиком, подошел к повороту и растерянно обернулся. Вся наша группа, включая дятлов, стояла, мило улыбаясь и помахивая мне на прощанье руками и крыльями.

– Вот черт, – после нескольких ударов по голове соображал я туго, но я понял, что как-то меня точно надули, вот только как, никак не пойму. Ладно, запишем это им на счет, потом расквитаюсь за все скопом, а пока вперед! Я нацепил кольцо на палец и осторожно выглянул из-за угла. Не далее чем в трех метрах от меня, возвышаясь над грудой костей, оставшихся от нашего Слономыша, стоял очередной голем. Только он был гораздо выше и массивнее тех, что встречались нам ранее.

Гранитный голем. Страж. Уровень 250. 1.000.000/1.000.000.

Приехали. Эту каменюку нам не пройти. На меня он не реагирует, то ли не видит, то ли кольцо все же меня защищает, но что-то я сомневаюсь, что оно защитит всю нашу группу. Придется возвращаться обратно, ждать пока таверна догорит и остынет, после чего пробираться через завалы наружу. Или…

Я решительно выпрямился и направился к голему. Он поворачивал голову в такт моим шагам, но больше ничего не происходило. Я обогнул его тушу и вышел в тускло освещенный круглый зал. Все так же выложенный камнем, с потолком, теряющимся в темноте. В центре зала находилось небольшое возвышение, на котором был установлен какой-то ящик. Скорее всего, сундук, осмотрю его попозже. Я огляделся. Помимо того прохода из которого я выбрался, здесь было еще четыре выхода, и около каждого стояло по голему, плюс металлическая ржавая решетка в полу из-за которой доносится тихое журчание воды. Хм, даже если мой план сработает, куда нам идти? Я открыл карту. Соседний со мной выход шел в северном направлении. Есть большой шанс, что он ведет в сторону нашего загородного постоялого двора. Нам туда сейчас не нужно, тем более что тот проход завалило после взрывов в городе в Ночь Большой Смуты. Блин, а название-то какое придумали. Подумаешь весь город обкурился до потери сознания, а назвали это будто на них дракон какой напал. Но ладно, не будем о грустном. Куда же нам все же пойти? Я пересек зал, мельком глянув на сундук. Массивный, окованный широкими стальными пластинами, пудовый навесной замок, изящная резьба… хмм. Большой Джо не раз проходил здесь, и его не тронул. Видать это ж-ж-ж неспроста. Думаю, стоит мне хоть пальцем до него дотронуться и големы из меня кровавую кашу сделают. Схватив за шкиряк рванувшего к сундуку ПалМихалыча, я не обращая внимания на хриплые вопли, потащил его к противоположной стене. Здесь совсем рядом находилось два выхода, и я заглянул в первый. В пяти метрах от поворота стоял очередной каменный голем, восемьдесят пятого уровня. Во втором было пусто. Ну что ж, не будем думать, почему здесь никого нет, с этим будем разбираться, если сюда доберемся. Теперь предстояло проверить самую опасную часть плана. Я подошел к застывшему в проходе голему и, став в низкий старт, стащил с себя защитное кольцо. Голем вздрогнул и вдруг резко отвесил мне пенделя, но конечно не достал, ведь я был готов к этому, на секунду раньше рванув ко второму выходу. Голем, сотрясая землю, рванул за мной. Каким бы массивным он ни был, но двигался он очень шустро. Не успел я от него оторваться, как от следующего прохода ко мне бросился второй голем. Кое-как увернувшись от пронесшейся надо мной гранитной лапищи, я побежал к следующему стражу. Количество преследователей уже увеличилось до трех, когда я пробегал мимо насупившегося ПалМихалыча. Эта скотина вытянула ногу и я, матерясь, покатился по полу. Три темные фигуры нависли надо мной, один занес ногу… А затем опустил и, немного постояв, словно в раздумьях, направился к месту своей постоянной дислокации. Я утер выступивший на лбу пот, поправил на пальце кольцо защиты и побрел за своим големом. Гадский внутренний бухгалтер уже куда-то слинял, и воспитательный втык пришлось отложить на неопределенное время. Ну что ж, подведем предварительные итоги. Собрать всех големов получается. Отвести их от нашего тоннеля получается, так же как и от того, в который нам нужно попасть. Вновь одетое кольцо прекращает атаку големов. В общем, если всякие вредители не будут мешать, то я смогу потаскать за собой големов пару кругов, пока наши не проскочат в нужный тоннель, а затем, надев кольцо защиты, присоединиться к ним. Я уже огибал стража, когда страшный удар швырнул меня на стену, и я полуоглушенный свалился на пол. В голове помутилось, перед глазами все заплясало. Первой мыслью было, что голем, наплевав на защиту от кольца, вломил мне, но оказалось, что он сам рухнул на пол и не может подняться. А прыгает перед глазами потому, что весь пол ходит ходуном. Изо всех щелей посыпался песок и мелкая пыль, сразу стало гораздо темнее, но я все равно увидел, как в дальнем краю зала быстро вспучивается земля, подхватывая валяющихся на полу двух големов и размазывая их об потолок. Но бугор расти не перестал. Свод задрожал, часть потолка вынесло наружу, часть рухнула внутрь зала, поднимая клубы пыли. Стало абсолютно ничего не видно, да мне было и не до того, я пытался сделать хоть один глоток воздуха. Пришлось оторвать рукав и дышать через тряпку, одновременно вглядываясь в сумрак зала. Глаза мне в этот раз не помогли, но вот уши уловили что-то знакомое. Сначала раздался полный тоски рев, а за ним жуткий треск. Рев оборвался, но вместо него послышался топот сотен хитиновых ног, а миникарта моментально заполнилась десятками красных точек. Прорыв! Как тогда около нашего дома! Будто подтверждая мои мысли, перед глазами вновь замелькали логи.

Внимание! Внимание! Внимание! На Другмир совершено повторное нападение! Замечены новые прорывы у западных ворот, в кузнечном квартале, возле святилища всех богов, еще одно около герцогского замка. Также зафиксированы новые нападения на рынок и воинский лагерь.

Жители Другмира, приказ герцога, оставайтесь в своих домах, поднимайтесь на чердаки или прячьтесь в подвалах. Баррикадируйте двери и окна. Городская стража займется зачисткой улиц.

Всем пришлым, повторный приказ! Вооружаться и идти на помощь стражам и военным! Пробивайтесь к герцогскому замку для получения новых приказов! С этого момента опыт за убийство ползунов увеличен в пять раз. За каждого убитого врага, в случае предоставления доказательств, будет выплачено вознаграждение! Все кто может, на помощь! Да помогут нам боги!

Интересно, около какого прорыва оказались мы? Судя по появившемуся в тоннеле ветру, потолок был разрушен и, по образовавшимся завалам, вполне можно выбраться наружу.

– Или спуститься в подвал, – зло пробормотал я, пятясь назад и прячась за груду обвалившейся земли, когда увидел сквозь начавший очищаться воздух, толпы спускающихся к нам ползунов.

Спокойно стоявший до этого времени рядом со мной голем, как и его собрат у соседнего тоннеля, рванул навстречу ползунам. Двое големов были уничтожены, третий, наполовину заваленный обрушившейся кровлей, слабо подергивался, пытаясь освободиться из-под завала. Но и оставшихся двух хватило за глаза. Одним ударом многопудовой руки или ноги, они расплющивали покрытые вязью огненных рун тела, словно человек, вооруженный тапком, расплющивает таракана. Их полыхающие внутренности расплескивались во все стороны, еще некоторое время полыхая и наполняя пещеру призрачными оранжевыми отблесками. Интересно, откуда на телах этих насекомых письмена и пентаграммы? Да и таких внутренностей не наблюдалось при штурме нашего замка. Я вспомнил свой короткий сегодняшний сон и вылезающих из огромной пентаграммы ползунов, несущих какие-то непонятные предметы. Не оттуда ли ноги растут? Со временем, думаю, мы это узнаем.

Я запустил габота в самую гущу ползунов, чтобы не упустить кучу халявного опыта, и начал отползать назад, когда в пещере появилась она… Ей предшествовала волна непередаваемого ужаса, моментально парализующая тело и мысли. Никогда не думал, что со мной может такое быть, но я буквально затрясся всем телом, с трудом заставив повернуть свою голову в сторону пролома. Там на фоне ночного неба освещенного полной луной, чернел до боли знакомый силуэт. Я застыл, на время даже забыв как дышать.

– Ну?! – вдруг громко рявкнуло у меня над ухом.

У меня нет собой зеркала, но могу сказать уверенно, мои недавно отросшие волосы, в этот миг стали абсолютно седыми.

Я поднял голову. Надо мной, уперев руки в боки, стоял Абрам Моисеевич и как-то неодобрительно на меня смотрел.

– Чего, ну? – кое-как выдавил я из себя.

– Я говорю, послание от Майора: " Ну? Сколько тебя можно ждать? Ты там живой вообще?

– Ждите, – тихо прошипел я.

Абрам Моисееча никто кроме наших сокланов услышать не мог, но меня-то каждый услышать может.

– Ну, я таки и жду, а шо ви мне прикажете еще делать?

– Да не ты! – Неистовая дрожь продолжала все еще меня колотить, и нависшее надо мной приведение никак не помогало улучшить мое состояние.

– Что не я, простите?

– Не ты жди!

– Так ответа не будет?

– Так я ответил – ждите!

– Таки я и жду! Вы уже определитесь, чего вам надо от старого приведения!

Я, было, зарычал, но она была уже здесь.

Принцесса ползунов. Уровень 300. 3.000.000/3.000.000.

Черная как смоль, нагло сворованная разработчиками игры, королева Чужих, шествовала сквозь орды ползунов, яростно хлеща во все стороны своим костистым хвостом.

– А в виде одинокой башки, приколоченной к стене, ты нравилась мне куда больше, – прошептал я глухо, и эта мысль, как не странно, помогла мне частично сбросить сковавший тело паралич.

Поздравляем! Сопротивляемость ментальным атакам +1%. Всего 13/100.

Поздравляем! Вы трижды находились под воздействием атаки феромонов. Вы получаете защиту от феромонов +1%. Всего 1/100.

– Абрам Моисеевич, передайте Майору: "Ты и эльфы, бегом сюда! Не, не так. Бегом, только ползком!" Все пошел.

Связной исчез как раз тогда, когда монстр добрался до големов, непоколебимыми волноломами, стоявших среди бурлящего моря ползунов. Их руки мерно опускались вниз, перемалывая любого, кто попадал под эти удары. Любого, но не Принцессу. Та словно плетью ударила одного из големов хвостом с такой силой, что многотонная махина отлетела назад, по пути задавив пяток ползунов расплескав по всему полу их раскаленные внутренности. Одновременно с ударом принцесса плюнула кислотой в голову второму, и та стала заметно дымиться.

– Охренеть!

Чертов Пофиг, мои волосы поседели, наверное, даже в ушах.

– Ты чего разорался! – зашипел я на него, хочешь к ним на ужин?

– Какого хрена ты тогда нас сюда позвал?

– Я позвал? Ах, да, позвал. Видишь вон ту черную?

К этому времени опрокинутый голем уже поднялся на ноги, и они вдвоем, не обращая внимания на окружавшую их мелочь, успешно обихаживали принцессу своими кулачищами. Та не отступала, хлестала их хвостом, била когтями, и даже разок попробовала пробить грудь голема, выскочившей из пасти второй челюстью. Видимо результат ей не понравился, она обиженно заверещала и отскочила, разрывая дистанцию.

– Ну, вижу и что?

– Как это что? Мы тут все вместе посовещались, и вот!

– Чего вот?

– Да как чего? У тебя же сегодня день рождения! Сначала мы тебе стриптизершу заказать хотели, но ты же несовершеннолетний еще, вот мы все скинулись и вызвали тебе это. Сейчас ты пойдешь и завалишь ее. Миллионы очков опыта, новые достижения и уровни, все это будет твоим! Правда, здоровско? Вперед, герой, почет и немеркнущая слава ждут тебя!

– Да иди ты! – Пофиг обиженно засопел, – тем более уже перевалило за полночь, так что с подарком вы опоздали.

– Ну вот, а мы так старались…

– Валим отсюда, – подползший Майор был тоже чем-то недоволен. - Ты, нас, зачем сюда позвал?

– Я тут все быстренько просчитал. Значит так, план такой. Когда эти две каменюки выбьют из Принцессы почти все хп, мы ударим по ней из всех орудий и получим не только пару тонн опыта, но и голову принцессы. И хоть за ее голову нам вряд ли пожалуют баронский титул, да еще и с городом в управление, но все равно награда должна быть просто царской.

– Да, а вот это ты просчитал?

Я оглянулся. Полоса хп големов сократилась только на четверть. Но голова одного, в того что плюнула в начале боя принцесса, почти развалилась. От нее отваливались большие куски, и она все еще продолжала дымиться. Рука второго была оторвана по локоть, и это было не самая большая их проблема. Наверху, в образовавшейся бреши мелькнуло два гибких силуэта и на поле боя появились новые игроки.

Наместница королевы ползунов. Уровень 250. 2.500.000/2.500.000.

Мда, и хотя Принцесса потеряла уже половину хп, сейчас у големов не осталось и тени шанса на победу. Вот если бы их было пятеро, я думаю, они справились бы и с этими… Я быстро глянул на третьего погребенного голема. Сейчас и торса его было не видать. Он весь был завален трупами неосторожно подползших к нему ползунов. Похоже, пора предпринимать стратегическое отступление. Остальные пришли к тому же выводу, и начали потихоньку сдавать назад, но как обычно слинять мы не успели. Наместницы, первым делом, плюнули кислотой в уже пострадавшего голема, и тот окончательно потеряв голову, стал неуправляемо мотаться по пещере, беспорядочно размахивая руками. Второго, окружив с трех сторон, завалили на пол и уже не дали подняться. Среди мелькавших сообщений, что я поучаствовал в убийстве очередного ползуна, появилось новое.

Поздравляем! Вы убили гранитного голема. Уровень 250. Получено опыта 636.000.

А так же улучшение достижений "Давид и голиаф", а также "Кто, ты, тварь?", добавляя очередные десятые доли процента к постоянно получаемому опыту. Видимо этот голем попал под ледяную волну моего габота…

Мы застыли, не смея пошевелиться, если нас обнаружат… Нам не продержаться и секунды. Но как только последний голем затих, все застыли на своих местах, только одна принцесса, прихрамывая на раненую ногу, направилась к решетке, за которой, видимо, находился проход в городскую канализацию. Она протянула лапу и зацепила решетку когтями. Вспышка, последовавшая за этим, казалось, сожгла мне глаза до самого мозга.

Внимание! На вас наложен дебаф: слепота. Потеря зрения на 3 минуты.

Затем было долгое мельтешение цветных кругов перед глазами, потом просто белые искры, пока, наконец, зрение не восстановилось, и все это время зал оглашало нестерпимое шипение раненой твари. Мы пришли в себя почти одновременно. Я успел увидеть, как она валяется на полу, суча ногами и заливая из оставшейся культи кислотой пол и не успевших отскочить ползунов. Те там же и оставались: попавшая на них кислота убивала, практически моментально разъедая их панцири. Наконец Принцесса немного пришла в себя и поднялась.

Принцесса ползунов. Уровень 300. 147.000/3.000.000.

Ничего себе! Знатно ее приложило. Принцесса видимо тоже так решила. Она врубила свою ауру страха на полную катушку, так, что даже стоявших рядом с ней ползунов затрясло мелкой дрожью, что уж говорить о нас. Затем она зашипела на всех и, схватив ближайшего ползуна единственной лапой, швырнула его на решетку. В этот раз я успел закрыть глаза. Ну, почти успел. Вспышка была хоть и мощная, но все же не такая как первая. За первым ползуном, моментально превратившимся в горстку золы, полетел второй, за ним третий, пещера осветилась вспышками как от сварочного аппарата. На десятом ползуне все закончилось. Обожженная тушка отковыляла на трех оставшихся ногах в сторону и к решетке вновь подошла Принцесса. Когти единственной оставшейся лапы зацепились за решетку и, выдрав ее с корнем, отшвырнули прочь. Принцесса еще миг постояла на месте, и напоследок одарив меня еще одним процентом сопротивляемости менталу и феромонам, с головой занырнула в образовавшийся провал. За ней последовали Наместницы и все оставшиеся в живых ползуны. Десять секунд и мы остались в подземелье одни.

Глава 4

Как говорится, все что ни делается, все к лучшему, тем более мы остались не совсем одни. Зал был полон убитых и раненых ползунов, обломков големов, боли, дыма и смрада.

– Надо позвать всех, у нас пять минут на мародерку, а затем на выход, надо как-то пробиваться к герцогскому дворцу. И это, големов не трогайте, один из них попал под раздачу моего габота, и его убийство мне записалось, хочу такого в свою книгу призыва.

– Так, – стоило всем собраться в зале, как я стал раздавать указания. Мужики, разбиваемся на две группы, обходим зал по кругу, добиваем раненых и собираем лут, пригодится отчитываться перед начальством. Если после сегодняшней ночи будет перед кем отчитываться, – добавил я тихо. Альдия прикрывай нас. МарьИвановна на вас сундук, соберите все, что сможете вокруг него найти.

В горячке боя Принцесса стегнула по нему хвостом, и он взорвался золотыми брызгами, усыпав весь пол тяжелыми кругляшами. Сам я, призвав жука – скарабея в защитники, направился к остаткам големов. Пару раз недобитые ползуны пытались подползти ко мне, но жук быстренько отчекрыживал им лапки своими страшными клешнями.

Поздравляем! В вашей книге призыва появилась новая запись. Гранитный голем. Магическое существо. Уровень 150-250.

Умение: блок. (Голем не может наносить урон, но и урон по нему уменьшается на 95%).

Двойной удар: голем наносит удар двумя руками (кулдаун 10 сек.) Урон 500% от обычного, игнорирование брони 60%.

Умение защитник: забирает 20% урона направленного на его хозяина.

Умение каменный шип: каменный шип выскакивает из земли, нанося урон противнику на расстоянии до двадцати метров. Урон равен 200% от его обычной атаки (кулдаун 10 мин).

Неплохо, а что там у нас по луту?

Сердце гранитного голема. Используется в големостроении. Используется как основной ингредиент для великого эликсира каменной кожи. Необходимо для создания свитка вызова гранитного голема.

Свиток заклинания каменной кожи.

3200 золота.

Со второго выпало то же самое плюс латные перчатки, на милишника уровня 150+.

Мой жук, выжрав всю ману, растаял и я, вытащив свою глефу, присоединился к МарьИвановне, собирая разбросанное по полу золото, вещи и лутая павших ползунов. Из ползунов в основном выпадало золото, в небольшом количестве, хитиновые панцири и слизь. Слизь я брать не стал, но панцири, выкинув из сумки половину барахла, забрал все. Вещи из сундука были поинтереснее.

– Пофиг, иди-ка сюда, похоже, я все же нашел тебе подарок.

Нахлобучив найденное на голову мага прямо поверх черепа единорога, я, склонив голову набок, залюбовался получившийся картинкой.

Темно-синий колпак почти метровой высоты, расшитый золотыми звездами и маленьким серебряным колокольчиком, болтающимся на самом кончике. Этот шикарный головной убор немного портил торчащий из-под него рог единорога, но ничего, зато какие плюсы!

Колпак сумасшедшего мага. Класс редкий. 250/600.

Мудрость + 10.

Интеллект + 20.

Мана + 1500.

Сила стихийных заклинаний +5%.

Привлекательность с нпс -3.

Я глянул на мага, который с торчащим рогом единорога и колпаком, стал точь-в-точь похожим на исхудавшего Буратино, и мысленно содрогнулся.

– Великолепно, ты просто красавчик, вот, держи тебе в утешение… Э-э, то есть я хотел сказать в дополнение, свиток каменной кожи, изучай, пора расширять твой ассортимент заклинаний.

Я, наконец, смог отвести взгляд от хмурого лица мага и зарылся в сундук с головой.

Малый посох Нагаша. Класс редкий. 640/1000.

Мудрость + 30

Интеллект +20

Контроль +2

Требования к подъему нежити -30%

Встроено заклинание: радужная сфера. (Магия смерти). Зарядов 0/50

Требования: класс некромант, уровень 60.

Наконец то, что нужно, а то половина инвентаря завалено высокоуровневыми вещичками, а мы сами в труселях до сих пор рассекаем. Что там у нас еще?

Амулет маны. Класс обычный. 200/200.

Мана +1000.

Требования: уровень 30.

Так – это мне, с маной у меня жуткий напряг. Амулет лег на мою волосатую грудь как родной, моментально и существенно повысив у меня запасы маны. Так, дальше.

Струны сладкоголосого Русэса. Класс уникальный.

Установленные на любой струнный инструмент, они добавят +20% к усилению наносимых бафов.

И последнее.

Тога эльфийского лучника. Класс редкий. 500/500.

Защита +70.

Защита от ядов +20.

Сила +5.

Ловкость +15.

Умение владения луком +5.

Требования: раса эльфы, уровень 50.

Да, да, да. Пока не доберемся до Восточных лесов, я и не надеялся найти, что-то подходящее для наших эльфов, а оказывается кое-что можно найти и здесь. А вообще непонятная хрень творится, ни на одну расу ограничений, кроме эльфов нет, почему их так выделили – не понятно.

– Пахан, ты, чего там так долго возишься, мы уже закончили.

– Да вот, с МарьИвановной вещички разглядывали. Держи, – я протянул подошедшему Майору посох, – развлекайся.

Майор неверяще протянул к посоху руки и вцепился в него, как сиротка на новый год в пакетик с мандаринами.

– Господи, – после минутного молчания, выдал он, – я уже перестал верить, что это когда-нибудь случиться в этой проклятой игре. Ты не представляешь, как после Битвы Богов мне не хватало этого ощущения, когда в твоих руках лежит надежное оружие.

– Ну, ты, главное, не раскисай давай, пока все трупы не развеяли, поднимай кого-нибудь помощнее.

Реакция Альдии на накидку, была не менее эмоциональной, та чуть не зарыдала, быстро сменив рваные тряпки на тогу. Мда, что-то с боевым духом у нашего отряда совсем кисло, да и денек выдался не из легких… и когда, и как он закончится не известно. Срочно нужна впечатляющая, красивая и безоговорочная победа. Вопрос только, где б такую взять? Пока я тупо пялился себе в пупок, остальные занимались делом. С единственной оставшейся в подвале кучки трупов, тела снимали с помощью металлической кошки, привязанной к канату. Так как кулачищи, размахивающего во все стороны придавленного голема, любым попаданием способны были превратить нас в мешок с перемолотыми костями.

– Нихрена себе, вот это да!

Радом с Майором, попеременно припадая на все переломанные ноги, топтался ползун – берсерк девяностого уровня, но некромант на этом не успокоился. Он вновь начал свой танец с бубнами и из кучи трупов к нам похромал еще один ползун. Их поломанные тела, противно скрепя, начали принимать первоначальную форму. Письмена и пентаграммы, покрывающие их броню, расползлись, приобретая бледно-зеленое свечение.

– Вот это посох! Не поверите, я еще одного зомби смог бы контролировать, да мана закончилась, а запасы эликов почти вышли.

– Ладно, думаю как выберемся на улицу, трупов будет завались, только чур уговор, если меня убьют, зомби из меня не делать!

Внезапное озарение, разгладило черты Майора, но он практически моментально стер его со своей наглой хари. Черт, язык мой – враг мой, зачем я об этом вообще заикнулся? Ладно, теперь придется не помирать. Правда у меня такие друзья, которые сами мне по кумполу кувалдой врежут, что бы посмотреть какой из меня зомбак получится.

– Всё, давайте на выход. Факир, ты, первый – мы за тобой.

Город встретил нас призрачным светом полной луны, отблесками редких пожаров, воплями, плачем, и шелестом тысяч членистых ног. Яма, из которой мы вылезли, находилась в парке, окружавшем герцогский замок, и рядом с нами никого не было. Но буквально в тридцати-сорока метрах от нас, большая группа насекомых атаковала отряд стражников, пробивающийся с выходящей на замок улицы, в парк. В первый момент мне показалось, что это хреновая идея. Стража была в два раза выше по уровням, чем наседающие на них ползуны и, казалось бы, организованная группа бойцов, на узкой улочке имела преимущество чем, если бы она находилась на открытом пространстве. Но с этим врагом все было не так. Дома не защищали людей от нападения с боков, а служили плацдармом для десанта, который шустро поднявшись по стене, прыгал на людей сверху, оказываясь за спинами бьющихся в строю людей. Ползуны нападали большими группами, совершенно не жалея себя, вырывали бойцов из рядов сражающихся и пространство оглашалось полными ужаса воплями людей, уволакиваемых в темноту ночи. На соседней улице происходило то же самое. Но это было ни что по сравнению с тем, что происходило у самого замка. Светящиеся таинственными письменами толпы ползунов бесконечными волнами накатывались на стены замка. Штурмовали защитные сооружения, вползали в разбитые окна и выломанные двери. Весь замок был покрыт ими словно елка новогодними игрушками, мерцая рубиновыми искорками, как только что потухший костер. Там их были сотни, а скорее даже тысячи, и все не ниже нас по уровню, а многие и выше, у замка нам точно делать не чего.

– Сначала поможем страже, затем вместе попробуем к замку пробиться.

Но нашему плану не суждено было сбыться. Не успели мы пройти и пары шагов, из глубины улицы, словно селевый поток, после проливных дождей, в парк выплеснулась новая армия ползунов. Оборонявшийся отряд стражи захлестнуло с головой, а когда поток спал, на том месте остались одни трупы. И тут они заметили нас.

– Отходим обратно! – Завопил я, – вниз! Попробуем забаррикадировать один из проходов. Серый, Сантьяго, вы чего застыли? Бегом вниз!

Но они меня, похоже, не слышали. Встав рядом с Факиром, они смотрели на разгорающийся огонек в его руках. Он разгорался все сильнее, источая зеленоватый туман, а затем потух. Я убрал руку от глаз, которой защищался от предполагаемой вспышки, и увидел его.

Темный Эвер. Архилич. Наместник Миктлантекутли. Внеуровневый. Босс города мертвых.

Выглядел он, конечно, совсем неподходяще к столь громким званиям. Ростом ниже среднего, что, правда, скрывало то, что он парил примерно в метре над землёй. Он был одет в потрепанную черную одежку с парой кинжалов в ножнах, да посохом в руках, на правом плече примостилась какая-то отвратная тварь, напоминающая горгулью. Но как бы он не выглядел, дело он свое знал. Я не заметил никакого движения, но вокруг нас образовалась невидимая сфера, в которую тут же врезались несшиеся к нам ползуны. Было странно смотреть на то, как их расплющивает о воздух, силой напирающих сзади товарищей. Лапы ломались с глухим треском, панцири лопались, изливаясь лавовыми потоками внутренностей, но сдвинуть преграду не смогли ни на миллиметр. Лич же, не обращал на них никакого внимания, он смотрел на нас и на его, кажется, безэмоциональном лице вспыхивали искры незамутненной ненависти, но через полсекунды он вновь был спокоен, а затем все повторялось вновь.

– Это Босс, – обреченно проговорил Пофиг, – нам хана.

Точно! Вот что резануло мне глаза – значок босса.

Хрен моржов, из-за которого мы не можем выбраться из этой игры, имел доступ к управлению всеми боссами, а их мы положили не мало, чем окончательно вывели этого маньяка из себя. Ну, так сейчас он с нами и рассчитается за все. Я устало закрыл глаза в ожидании неизбежного. И скоро все началось. Невероятный грохот обрушился на мои уши, и я открыл глаза. Лич, продолжая парить над землей, поднял свой посох и от него во все стороны потек туман. Попавшие в него ползуны моментально скукоживались, высыхая почти вдвое, против своего обычного размера, и рассыпались прахом от любого дуновения ветра. Затем грохот повторился, и в землю ударили ледяные глыбы, размером от кулака, до размера взрослого человека. Они падали сотнями, ломая ползунам конечности и вминая их в землю. При ударе об землю лед взрывался, выкашивая уцелевших насекомых. За ледяным дождем сразу же последовал огненный. Поле боя моментально заволокло взметнувшимся вверх паром, а еще через пол секунды туда же ударила волна холода. Пар, моментально замерзнув, колкими снежинками осел наземь, покрывая ковер из переломанных тел ползунов, блестящим погребальным саваном.

– Три уровня, за двадцать секунд боя, охренеть! – Пробормотал Сантьяго, глядя на призванного ими лича.

Действительно не плохо, если учесть, что за ползунов сейчас дают пятерной опыт, удивляюсь, что они не десяток уровней подняли, хотя похоже этот лич только начал.

Все его тело трясло как в лихорадке, но колдовать это ему не мешало. Он повернулся к герцогскому замку и тот, в один миг, с самого фундамента до самого высокого шпиля покрылся ледяной коркой. Послышался возмущенный вопль, исторгнутый из тысяч глоток и, оскорбленные в лучших чувствах ползуны, горохом посыпались вниз, образуя у подножия замка приличную куча малу. Затем лич совершил что-то непонятное: ничего не было видно, но по ползунам словно вдарили невидимым гигантским тапком. Сразу сотня ползунов спрессовалась в плоскую хитиновую лепешку. Еще удар и еще, и снова удар. У подножия замка образовалась настоящая дорожка из прессованного хитина. Туда б еще немного гудрона добавить, и будет дорога на загляденье. Блин, о чем я думаю? Херня какая-то в голову лезет. Это все нервы. Вокруг твориться какой-то сюр. Уровни падают на Раздолбаев, как из рога изобилия и даже нам перепадает чуток. Но, все равно, толпы жуков переростков мечутся по парку в призрачном свете огромной луны, отбрасывая резкие тени на залитую серебром землю. Замок с темными окнами, больше похожий на кусок скалы, торчащий посередине леса. И слабосветящийся внеуровневый лич, который валит врагов пачками, но при этом успевающий бросать быстрые, злые взгляды на нас. Но вот что-то изменилось: взревели трубы и из-за замка появились ощетинившиеся длинными пиками, ряды военных. В первом ряду шли щитоносцы, закрывающие остальных, огромными щитами, от самых щиколоток и до закрытого забралом лица. Через узкие зазоры между щитами быстро били пики с иглообразными навершиями. Они, пробивая ползунов насквозь, так же легко выходили из их тел, что бы через секунду нанести еще один смертельный удар. А из центра строя, сплошным потоком лились стрелы, выкашивая в рядах врагов целые просеки. Ответные же атаки пропадали втуне. Кислотные и огненные плевки разбивались о воздушный щит, бессильно стекая на землю, оставляя на земле выжженные проплешины.

Я выдохнул, уф… спасены. Повиснем у них на хвосте, против такой силы ползунам не выстоять.

Ползунам нет, а вот личу… Небеса разверзлись, открывая окно в преисподнюю, и на шеренги военных хлынул огненный поток. Большая часть хлынувшей на людей лавы, обезвредил воздушный щит, но часть, все же пробилась внутрь. В ночи разносились вопли заживо сгоравших людей.

– Ты что творишь? – Завопил Факир, хватая лича за пояс, пытаясь развернуть его к нам, – это свои!

Лич не оборачиваясь, хлестнул его тыльной стороной ладони по лицу. Я обескуражено смотрел на подкатившуюся ко мне голову рыцаря смерти и на его свалившееся укороченное тело. К личу с воплем подскочил Добрыня, обрушив на его голову свой молот. Тот, вспыхнув еще в воздухе, взорвался алыми брызгами, даже не долетев до цели.

Костлявая ручка лича схватила огра за горло, хрустнули кости, и тот мешком свалился на землю. Вторая же рука продолжала выводить пассы. На воинов рухнул ледяной дождь, а от земли стал подниматься угольно черный пар, разъедая броню и плоть людей. Все это произошло буквально в течение секунды. Мои сокланы и оставшиеся в живых Раздолбаи еще бежали с обнаженным оружием к взбунтовавшемуся личу, когда я с головой нырнул в суму.

– Это плохая идея, очень, очень плохая идея! Но, похоже, лич постепенно переходит под управление Малыша и ничего другого не остается…

Выхватив искомое, я сдавил до крови в ладони амулет в виде пентаграммы. Окружающие нас тысячи ползунов, с ног до головы покрытые огненными рунами и пентаграммами, не призрачно намекали, что за всем этим беспределом маячит большая, рогатая тень демонов. А у меня тут как раз вроде как амулет связи с их главным. Лича нам не остановить, а так как он только что положил несколько сотен этих самых ползунов… Мысли несутся галопом, как взбесившийся носорог. Быстро, неукротимо, мощно и даже где-то грациозно, но всё как-то не туда:

– Твою ж, мать! Как же тебя активировать?!

И тут моя кровь из рассеченной ладони капнула на него, и он активировался сам.

Сказать, что я ждал именно такого способа связи, значит нагло соврать. Вокруг меня как будто все замерло, а от амулета начали звучать гудки, как в старых моделях айфона 65Х, которые еще не были вживлены в мозг, а носились в руках.

Пип, пип, пип, пип…

– Алло, на связи нижний круг преисподни, приемная Владыки. К сожалению, господина Астарота сейчас нет на месте, если желаете, на ваш вызов ответит его заместитель – господин Вельзевул, – на том конце провода умолкли, а я не мог произнести ни слова. Голосом, которым только что ко мне обратились, надо минимум просить продать душу и тело. Чарующий, завораживающий, лишающий силы воли. От него у меня весь организм встал дыбом. Что душа, если бы меня этим голосом попросили продать весь род людской, я бы только спросил: «куда их складывать?».

– Ну, так что, вам подходит наше предложение?

– Мда… – Прохрипел я, не понимая о чем меня спрашивают, но согласный на все.

– Отлично, ожидайте.

Время вновь вошло в свое русло, и я увидел, как МарьИвановна безжизненно оседает на землю. Майор распадается серым пеплом, который тут же развеивает налетевший порыв ветра. Альдию и Олдрига пробивает воздушным копьем, и они в объятиях друг друга валятся на покрытую инеем траву. Лицо лича, освещенное багровым заревом, обращается ко мне. Видно его плохо, воздух над разгорающейся между нами пентаграммой дрожит, как над асфальтом в жаркий июльский день.

– Тринадцатый! Чтоб твою душу на веки в храме паладинов заперли…

Гороподобный, увитый жуткими канатами мускулов субъект, подозрительно уставился на меня.

Вельзевул. Соправитель преисподней. Вне уровней.

– Ты не тринадцатый… – прозорливо догадался он, когда ему в затылок, прямо промеж рогов, ударило лезвие титанической ледяной секиры, секунду назад сформировавшейся в воздухе. Удар был такой силы, что пламенеющего гиганта бросило на колени, прямо мне под ноги. Когда его глаза вновь поднялись от земли, я увидел в них маленькую уютную пыточную камеру, где-то в самых глубинах ада и себя, навечно захороненного в ней.

Протянув дрожащую руку, я проблеял, – это он, не я, я б ни за что…

Голос мой умер, но этого было достаточно. Многотонная туша развернулась на месте, будто была невесома. В двух правых руках полыхнули клинки огненных мечей, левые подняли в воздух гигантский ростовой щит, закрывающий все тело колоса. Лич хоть и левитировал в метре от земли, но даже так он дышал демону в пупок. Но, как я понял, у таких сущностей размер это не главное. Лич хлопнул перед собой в ладоши, и демона снесло, вращая и крутя над землей во все стороны. Вельзевул снес с десяток деревьев и верх тормашками прикорнул у одиннадцатого. Меня краем этой волны тоже задело. Хорошо хоть на моем пути деревьев не встретилось, а то я сразу бы откинул копыта, да и все остальные части тела тоже. Мне вполне хватило появившейся асфальтовой болезни, стершей и соскоблившей с моей тушки две трети хп. Я все еще пересчитывал оставшиеся при мне части моего организма, когда меня кто-то подхватил подмышки и куда-то потащил. Я не видел кто, но судя по жалобному звону колокольчика, один из них был Пофиг. Меня швырнули в какую-то нишу в стене и кое-как обтерли с лица, кровь, заливающую глаза.

– В норме, – я пододвинул в сторону Каляна и выглянул наружу, интересно же.

А смотреть там было на что: новые волны ползунов наскакивали на сферу защиты лича, отвлекая его внимание от демона, и точно так же гибли, так до него и, не добравшись. Зато это дало демону время прийти в себя. Подобрав один из выроненных в падении мечей, тот не сближаясь, взмахнул им, и небеса пронзил след от падающего метеорита. Прозрачная оранжево-рубиновая глыба врезалась в землю, сотрясая все вокруг и оглушая нас невероятным грохотом. Хорошо, что в это время я лежал, падать было не далеко. Нас подбросило вверх метра на полтора, а затем шмякнуло об землю. А затем снова подбросило и вновь шмякнуло, перемешивая наши тела, словно в блендере, и все это в полнейшей тишине. После удара метеорита на нас навесился дебаф глухоты на полчаса. Когда нас перестало швырять из стороны в сторону, у меня даже сил подняться не было, полоса жизни моргала где-то около критической отметки, а устал я за эти сутки, как не уставал никогда, даже в армии в первые дни службы. Моих губ коснулось что-то холодное, и в глотку полилась освежающая жидкость. Черный силуэт темного эльфа, склонившийся надо мной, показывал куда-то своими мосластыми руками, да и я чувствовал, что по моему бренному телу бьют, падающие сверху камни от разрушающегося замка. Калян рывком поднял нас на ноги и потащил к дыре в земле, откуда мы только недавно выползли. Земля ходила ходуном, и добраться до входа в подземелья нам удалось не сразу. Но когда добрались, у меня не хватило сил что бы убежать в безопасное место. Творящееся вокруг завораживало, как зрелище змеи, целиком проглатывающей ежа. Противно до тошноты, но оторваться не возможно. Как партизаны мы выглянули из дыры, что бы полюбоваться открывающимся зрелищем. Картина за эти пару минут разительно изменилась: повинуясь взмахам демонского меча, небеса один за другим пробивали вспышки падающих метеоритов. Они били в одну точку, где вместо земли уже плескалось небольшое лавовое озеро. Десятка три ближних домов были разрушены до основания, с замка сыпался целый водопад разноцветных стекол из разбитых витражей, но само здание еще держалось. Но долго ли? Вельзевулу надоело швыряться метеоритами, и он огромными прыжками помчался вперед, расплескивая лаву во все стороны своими огромными копытами. Посреди рукотворной преисподни, стоя на одном колене и упершись в землю одной рукой, в небольшом шаре силового поля, находился лич. Никаких повреждений на нем видно не было, но по его заторможенному состоянию было видно, что бомбардировка метеоритами, для него не прошла бесследно. Когда лапа демона беспрепятственно прошла сквозь силовое поле, он даже не попытался защититься. Разъяренный демон развернулся, и как из катапульты швырнул хрупкое тельце лича в сторону замка. Хрупкое-то оно хрупкое, но почему-то от удара сломалось не оно, а двухметровой толщины гранитный столб, в который он врезался. Демон не останавливаясь ни на секунду, рванул к нему, схватив его тело своей когтистой ручищей, которая была размером, с половину тела лича, и сразу завопил. Звука я так и не услышал, но мне и картинки хватило за глаза. Демон разжал держащую лича руку, которая вся покрылась черно зелеными нарывами. Лич не долетев до земли, завис в воздухе, в его руках сверкнуло два кинжала. Он спланировал к земле, и вбил их в ступню демона. Рева раненого демона я не услышал, спасибо дебафу, но даже до нас дошла вибрация, шедшая из его глотки. Видимо эта выходка окончательно взбесила рогатого. Здоровой ногой, он запулил лича обратно в озеро магмы, затем весь как-то сжался. Огненные прожилки, избороздившие его тушу начали расширяться и расширялись до тех пор, пока он весь не стал оранжево-желтым, словно расплавленный металл. Пораженные неизвестным ядом конечности отвалились черными головешками, а на их месте тут же выросли новые. Он в три огромных скачка забрался на верхушку замка, отломил там один из шпилей и прыгнул вниз, на только что выбравшегося из лавы лича. От удара куском крыши, тот опять с головой ушел в расплавленный камень, но разбушевавшийся демон, выдернул его оттуда, и вновь швырнул лича в многострадальный замок. Тот своим бренным телом сломал очередную стену, и дымящимся, безжизненным кулем свалился около нас. Мы застыли, не имея возможности пошевелиться, словно мыши загипнотизированные змеей. Потом наши глаза поднялись. Ну что сказать? Этот демон вблизи был еще больше, чем мне казалось, а друзья у меня умнее, чем я думал, оба они уже скатились вниз в относительную безопасность подвала. Я же, подхваченный невидимой рукой вознесся к самым глазам обитателя ада. Тот что-то проревел, и меня обдало нестерпимым жаром. Видя отсутствие осознанной реакции с моей стороны, он щелкнул пальцами, и водопад звуков вновь хлынул мне в уши.

– Отвечай букашка! Откуда у тебя амулет тринадцатого и почему меня здесь этот хрен поджидал? Ты что, с его помощью меня пленить хотел?

Я стряхнул с лица, превратившиеся в пепел брови, и кое-как откашлявшись, четко, кратко, лапидарно, как нас учили в армии, доложил все, что знал.

– Хрен его знает, господин Вельзевул! Если Тринадцатый – это тот демон, которого Астарот послал нас убить пару раз, то мы с ним подружились, и он подарил этот амулет мне. А на счет лича, так тут все просто, я увидел, что он ваших ползунов валит пачками, вот и вызвал вас, что бы вы с ним разобрались.

– Ты думаешь, я поверю этой хер…

Договорить он не успел. Два призрачных десятиметровых копья, проламывая роговые пластины, вылезли из груди демона, и тот захрипел, валясь на колени. Я, оставшись без поддержки, грохнулся на землю с пятиметровой высоты, отбив все, что еще не было отбито до этого но, слава богу, вроде ничего не сломал. Демон, раздирая грудь, на которой все сильнее расширялись черные пятна, еще сильнее захрипел, и начал крениться в мою сторону. Четыре руки, вдруг вцепились в мои плечи и поволокли подальше от заваливающегося колоса. Еще секунда и мы вновь сползаем в свою нору.

– Господи, да закончится это когда-нибудь? – пробормотал я себе под нос и ничего не услышал, дебаф глухоты вновь вернулся на свое место. Но даже ничего не слыша, было понятно, что ничто заканчиваться не собирается. Над упавшим на четвереньки демоном зависла изломанная фигура лича, держащая в руках два призрачных копья. Демон явно поторопился, списав его со счетов. Того хоть и мотало из стороны в сторону, как будто моряка в девятибалльный шторм, но за копья свои он держался крепко, превращая пламенеющее нутро демона, в безжизненный камень. Казалось, победа осталась за личем, но одного из архидемонов не так легко завалить. За его спиной вдруг развернулись огромные, усыпанные шипами крылья, и в следующий миг сошлись за спиной, словно огромные ножницы, рассекая призрачные копья и откидывая лича назад. Темные пятна на груди демона тут же перестали расти и демон смог подняться на ноги, рвануть к противнику, и начать вколачивать того в землю, прямо вместе с вновь включившимся защитным полем. И тут на сцене появилось третье действующее лицо. Вернее их было много, но сразу было понятно, что главный там один, а остальные не больше чем просто массовка. Герцог, светящийся холодным белым светом, словно неоновая лампа, и с таким же мечом в руках, вышел из-за замка и остановился. Справа от него встал Вандэнбрук, а сзади столпилось еще с десяток воинов. Судя по их лицам, они ожидали увидеть что угодно, только не двух сражающихся внекотегорийных монстров. Однако же герцог не впал в ступор. Он что-то резко бросил Управляющему и твердой походкой направился к сражающимся монстрам. Те тоже не сидели без дела. Лич от ударов демона уже вошел в землю настолько, что его стало не видно, но и голову демона скрывала непроницаемая пелена абсолютной черноты. Она постоянно двигалась, меняя форму, и из нее во все стороны летели капли все прожигающей жидкости. Тем временем воины, сопровождающие герцога, построились в круг, и подняли мечи, соединяя их в воздухе. Герцог перешел на бег, подпрыгнул метра на два в воздух и рубанул занятых друг другом монстров, своим мечем. До того как нас снесло внутрь провала и погребло обвалившимся сводом пещеры, я успел увидеть как освещенный ярчайшей вспышкой, начал рушиться герцогский замок.

– Пахан спал глубоко и спокойно, но он знал, что ровно через двадцать минут он проснется бодрым и отдохнувшим, – пронеслась откуда-то смутно знакомая мысль, и измученный разум рухнул в блаженное беспамятство.

Господи, какая гнусная ложь!

Нет, я очнулся ровно через двадцать минут, даже дебаф на глухоту не успел спасть и только отдельные тени настоящих звуков, кое-как пробивались в мою черепную коробку. Тело болело даже в тех местах, о которых я раньше и не подозревал. Непонятная тяжесть давила на грудь и дышать было почти невозможно. Напрягая все оставшиеся силы, я кое-как перевернулся на бок, сбрасывая с себя груду камней и пыли. Сплюнул на землю забившую рот землю. Немного передохнул и непослушным языком выковырял из-за щеки застрявший там кусок гравия.

– Твою-то мать, да что бы я еще хоть раз в жизни влез в разборку с этими тяжеловесами. Нет уж, сначала баня, потом неделя сна, а затем примусь за восстановление нашего особняка. Чтоб я еще хоть один шаг за пределы города сделал, да ни за что! Тем более вон, какие дела начали твориться. Это в замке раньше было хорошо, даже если умрешь, тут же возродишься в комнате возрождения, в полной безопасности. А сейчас? Утащат тебя гребаные ползуны в свои норы и будешь каждые пять минут возрождаться среди рассерженного муравейника, или еще того хуже, отложат в тебя личинку паразита и будешь год в своей груди чужого вынашивать. Да и личи всякие с демонами. Надо подальше от них держаться, не доросли мы с ними силушкой богатырской меряться. И вообще, веду себя в последнее время как клоун: пора уже за ум браться – на мне клан, взрослеть пора.

– Пахан, хорош бубнить, спать мешаешь!

–Давай, подъем, город все еще кишит различными паразитами, некогда спать.

Кое-как, совместными усилиями мы выкопали Каляна из-под завала. Его количество жизни, как впрочем, и у Пофига пульсировало где-то у самой кромки красного спектра. Я глянул на свое состояние. Тринадцать единиц жизни, нихрена себе, стоит кому-то на меня чихнуть и мне конец. Как так получилось интересно? глянул в логи. Прошерстил последние записи.

На вас наложен баф – последний шанс.

А затем.

Вам нанесено 1.678.098 урона взрывом астрала.

Сработала защита – последний шанс. Хп 1/2920.

Кто это на нас такой баф интересно наложил? Психованный лич? Демон? А может и Герцог, хрен его знает, но кто бы это ни был, сделал он это очень вовремя.

От мыслей меня отвлек тычек в плечо.

–....., ....., – спросил меня Пофиг, – ........?

– Ничего не слышу, дебаф на глухоту все еще шалит. Ты давай приводи Каляна в порядок, потом свяжитесь с нашими, а я пока наверх поднимусь, осмотрюсь.

За прошедшие двадцать минут обстановка значительно изменилась. Во-первых, небо на востоке, наконец, начало светлеть. Значит, эта ночь подходит к концу. Во-вторых, лавовое озеро, сотворенное демоном, почти остыло, и его поверхность сейчас напоминала причудливый лунный пейзаж. В-третьих, нигде не было видно ни одного живого ползуна. Трупов не убавилось, а вот живых как не бывало. В-четвертых, замок не разрушился полностью. Рухнуло только два верхних этажа, а все остальное было боле менее целым, если конечно не считать полного отсутствие витражей. И в пятых, около его подножия было установлено несколько походных палаток, около которых суетились военные.

Я, завороженный произошедшей переменной, поплелся к разбитому лагерю, попеременно хромая на обе ноги и ковыряя в ухе ногтем, пытаясь выковырять оттуда остатки дебафа.

– Немедленно! Сейчас же! Нужно организовать погоню!

– Ваша светлость, вы же знаете, нам туда хода нет!

Хм, похоже, здесь пахнет квестом! Я, заинтересованный услышанным, выглянул из-за палатки, не обращая внимания на пялящихся на меня солдат.

На небольшом походном лежаке, полусидела мумия. Ну, или мне так сначала показалось. Фигура была с ног до головы перетянута бинтами и то, кто находился под ними, было бы узнать не возможно, если бы не торчащий из-под повязок благородный орлиный нос. Ну, еще слова Главного управляющего, обращающегося к мумии: "Ваша светлость", можно было считать косвенной подсказкой. Герцог, собственной персоной. Видимо и его взрывом не слабо шандарахнуло.

Немедл....., ......

Черт бы побрал эту глухоту, так можно и без квеста остаться. А квест от самого градоначальника нам нужен как воздух, репутация у нас с ним не очень, а нам здесь еще жить.

– Кому можно это поручить?

– Ой, я смогу, я! – я запрыгал, вовсю размахивая руками.

Они оба повернулись в мою сторону и одновременно вздрогнули, синхронно чертя перед собой какие-то религиозные символы.

– Может кто-нибудь другой? Хоть кто-нибудь? – отчаянно прохрипел герцог.

– Я, я! – подпрыгивал я на месте, еще сильнее размахивая руками, пытаясь привлечь их внимание.

– Кто еще?

– Выберете меня, я смогу, я, я! – На плечах у меня повис как-то незаметно оказавшийся у меня за спиной ПалМихалыч, но я не обращал на него внимания.

– Ох, ну что ж, пусть… – Вандэнбрук махнул нам рукой, и сдерживающие нас солдаты опустили алебарды, пропуская к начальству.

– Так, слушайте сюда, и не перебивайте, дело крайней важности ..........

Вандэнбрук резко взмахивал руками, то показывая на герцога, то куда-то нам за спину, говоря все быстрее и быстрее, к сожалению, из-за дебафа я ничего не услышал, но, когда он закончил беззвучно шевелить губами, и выжидающе уставился на нас, я был уже готов.

– Не беспокойтесь! Мы все сделаем! Все будет в лучшем виде! Вам не найти более достойных помощников чем мы! Мы лучше, чем Чип и Дейл, которые всегда спешат…

Тут я спохватился и резко закруглил речь.

– Доверьтесь нам, мы не подведем!

Все еще висевший на моих плечах ПалМихалыч, перестал зажимать мой рот, закатил глаза и с глухим стоном упал в обморок.

Вандэнбрук тоже закатил глаза, только в раздражении, но видимо приперло их основательно, да и выбирать им было особо не из кого. В общем, он взял перстень, который снял с указательного пальца герцог, и передал мне.

– Выключайте уже свой дебилизм, судьба всего мира на ваших плечах. Всё, забирайте своего озабоченного мага и идите, время не ждет.

Я оглянулся на смотрящего на меня немым укором Пофига, к которому подошел Калян, говоривший до этого о чем-то с герцогом.

Я хлопнул легковесного мага по плечу и мы, оставив моего главного бухгалтера валяться на выжженной травке, побрели подальше от лишних ушей. Стоило нам отойти на приличное расстояние я, наконец-то, смог расспросить Каляна о предстоящем деле.

– Слушай, я там не все до конца уяснил, что конкретно от нас требовалось их светлостям?

Я успел сделать десяток шагов в ожидании ответа, когда понял, что Каляна рядом со мной нет. Обернувшись, я увидел, что Калян стоит на месте, буравя меня недобрым взглядом.

– Ну чего ты, у меня просто после последнего взрыва глухота временная была, вот я и не все расслышал.

– А что ты услышал?

– Ну, типа здрасте, а потом сразу – вперед мои юные герои, не подведите, мы верим в вас. А в логах я только название увидел – Изгнание, наверное, опять крыс надо из герцогских подвалов выгнать, а то ему жить негде, верхние этажи-то порушили.

– ..............., ................,........

Я вновь поковырял в ухе. Нет, в этот раз я все расслышал. Просто такой сложности матерных конструкций я не слышал от Каляна никогда. Да вообще ни от кого не слышал. Да что там ни от кого, даже наш сержант в учебке не мог так заковыристо завернуть, казалось бы, знакомую словесную конструкцию.

– Читай пока задание, а я с нашими свяжусь, надо их сюда вызвать и Раздолбаев этих тоже, сейчас нам понадобится любая помощь.

Получен уникальный квест: Изгнание.

Описание: в Логово Хаоса проникли чужаки. Вы обязаны остановить их до того как они доберутся до телепорта к первозданному Хаосу.

Награда: не известно.

Штраф: если задание не будет выполнено, то волшебный мир погибнет (скорее всего).

– Это что за хрень? Я ничего не понял.

Калян отправил сообщение с Абрам Моисеевичем и повернулся ко мне.

– Наши на подходе, пошли. Я догнал Каляна около надоевшего до чертиков провала, из которого мы только вылезли. Хрен я еще раз туда когда-нибудь полезу.

– Ну чего застыл, спускайся.

– Куда? И зачем, и вообще, что там у нас за задание-то?

Но Калян не ответил, скрывшись в яме. Я, кряхтя, полез за ним.

Когда я все же туда сполз, Калян уже стоял у проема, ведущего в канализацию.

– Калян, ты че сдурел? Отойди нахрен от туда. Не дай бог чужие обратно из люка полезут, блин, как вспомню их, ноги сами подгибаются.

Калян как-то странно сжал кулаки и пошел на меня, но сзади меня раздались голоса, по насыпи запрыгали камни, зарождающийся солнечный свет на миг померк и вот наши сокланы рядом с нами. Я быстро оглядел их, вроде все здесь, вместе с раздолбаями.

– Вы не поверите, что с нами было, – начал Добрыня, но Калян его прервал.

– Погодь, по дороге расскажешь, если успеешь, конечно, а нам сейчас надо немедленно в катакомбы спускаться.

– Зачем это, – испугано спросил я, – чего мы там забыли?

– Спускаться надо потому, что наш, кхм… недальновидный глава, взял квест на погоню за скрывшимися там Ползунами и их многочисленным начальством.

Я обернулся, выискивая взглядом идиота, втравившего нас в эту авантюру, но никого не увидел.

– Да ладно тебе, – вновь обернулся я к Каляну, - ты хочешь сказать, что герцог послал кучку оборванцев спасать мир? Да они там что, охренели совсем что ли? Это задание для группы трехсот уровневых игроков, а ты на нас посмотри, у вас из брони одни кирасы только, а у меня и той нет. Вы чем там думали? Почему меня не остановили?

– Да тебя остановишь разве? На все предостережения управляющего только машешь радостно своей башкой, как китайский болванчик, я думал, у тебя очередной приступ гениальности случился, и план какой-то созрел!

– Чего-то мы ничего не поняли, – вмешалась МарьИвановна, – какой поход? Мы второй день уже на ногах: в голове каша сплошная.

– Там, – Калян кивнул головой на решетку, – располагаются древние катакомбы, под которыми шахты, под которыми пещеры, а в самом низу находится портал к первозданному Хаосу. Когда-то давно, все разумные расы совершили ритуал, и портал стал не доступен ни для кого из них. Но демоны придумали хитрую штуку, получили контроль над королевой ползунов, сколотили из них армию и отправили сюда. И если эти твари достигнут портала, то они смогут разрушить этот мир, вернув его первозданному Хаосу. Вот такая краткая история. И теперь дело за нами, так как местные не могут зайти даже на первые уровни этих катакомб. Городские склады с боевой алхимией, не без нашей помощи, взлетели на воздух еще дней десять назад. Броня же и оружие для городской стражи, рассчитаны минимум на сто пятидесятый уровень, так что помочь нам с экипировкой они не смогут, придется справляться с тем, что есть. Нас одиннадцать человек, семь питомцев, Майор может поднять трех зомби и, если успеем, сделаем нового голема. Но это даже не так важно. На всем пути к порталу на пути ползунов встанут стражи подземелий, на которых и возлагается основная надежда. Нам лишь надо им помочь в пределах наших скромных сил.

Все горестно застонали, бросая на меня не ласковые взгляды, но все же, усталой толпой, двинулись к входу в подземелье.

– Стойте, подождите, – донеслось сверху и, осыпая с насыпи целые водопады земли, вниз скатилась темная фигура. Освещение было прямо скажем не очень, но запылавший над головой Пофига магический огонек разогнал тьму.

– Кихот, ты что ли?

За прошедшие две недели, проведенные в учебном военном лагере, Донкихот сильно возмужал, и казалось, еще подрос, минимум на пол головы. Да и уровни подросли.

– Сто с лишним уровней? За две недели? Да ты там что, радиоактивными мутантами питался?

– Да нет, просто у нас очень хорошие наставники, да и гоняют нас и в хвост, и в гриву.

Услышав о наставниках, почти все мои сокланы сделали стойку, ведь это то, чего нам больше всего не хватает. Но ни смотря, ни на что, добраться ни до одного нам так и не удалось и мне они стали казаться каким-то мифическими существами, о которых все слышали, но никто не видел. Но нет, вот перед нами стоит результат их работы, достигший минимального – сто пятидесятого уровня необходимого для поступления в стражу в Другмире или в регулярные войска, которые занимаются защитой границ. Я уже открыл рот, что бы выпытать у него их месторасположение, но он еще не закончил:

– Я увидел, как вы разговариваете с герцогом и, узнав от ребят, куда вас послали, рванул за вами.

– О, ты хочешь с нами? Такой бравый боец нам бы не помешал, я помню как ты на себя всякое зверье агрил, это то, что сейчас нам бы очень пригодилось.

Кихот как-то поник, но продолжил:

– Вы же слышали слова Вандэнбрука о том, что никто из коренных жителей этого мира не сможет спуститься туда, но вот тут мы с ребятами скинулись тем, что у нас было. Вот! Он начал доставать из своего рюкзака разные разноцветные пузырьки: тут есть и лечебные, и на манну, есть на силу, ловкость и даже для подводного дыхания. Оружия и доспехов на ваш уровень у нас нет, но вот несколько пучков отличных стрел и копий для стреломёта, взрыв бомбы и много еще всякого разного. Берите. Не известно, что там вам может пригодиться.

Мы, не глядя, распихали полученное богатство по сумкам.

– Калян, давай, ты первый. Спускайся вниз и осмотрись, потом нам напишешь как там и что, а мы пока по-быстрому подготовимся к походу. Майор, ты лезь наверх, найди три боле мене целых трупа и подними их, возьмем с собой. А мы пока вон того голема откопаем, уж больно мне понравилось как такие же двое принцессу ползунов почти завалили.

Сейчас его почти полностью завалило обрушившимися обломками. Из-под земли торчала лишь одна подрагивающая гранитная ручища. Я взялся за лопату, и земля полетела во все стороны. Через пять минут прибыл Абрам Моисеич с докладом от Каляна.

– Здесь обычный коллектор. Выложенные из камня стены, кругом грязь, вонь и разлитая по полу слизь. То там, то здесь на стенах и потолке зеленые пятна, будто светящимися соплями кто-то все испачкал. Далеко уходить не стал, жду у входа. Кстати, выбраться, обратно не получается. Я попробовал, мне написали, что выбраться можно будет только со щитом или на щите, поэтому я так понял или мы задание выполним или нас ногами вперед вынесут. И еще у вас двадцать четыре минуты осталось, что бы спуститься вниз, а то нам провал задания засчитают.

– Вот зараза! – Я еще больше подналег на лопату, освобождая голову голема от земли. Стоило тому оторвать взгляд от пола и глянуть на меня, я показал ему данный герцогом перстень и перед глазами сразу побежали строчки.

Гранитный голем. Магическое существо. Уровень 250. Страж подземелья. Желаете взять его в свиту? Да. Нет.

Желаю, конечно!

Гранитный голем. Магическое существо. Уровень 250. Присоединился к вашей свите. 250/3.000.

Отлично! С таким стражем нам обычные ползуны не страшны, теперь попрем вперед как танки, осталось только его откопать. И уложиться при этом в двадцать три минуты. А повозиться видимо придется, землю я почти всю откидал, но спина голема была придавлена здоровенной каменой балкой. Пришлось припахать к работе Майора, вернувшегося в сопровождении трех спотыкающихся о свои лапы ползунов. Те выглядели, прямо скажем, не очень. Поломанные лапы, растрескавшиеся панцири, у одного из треснувшей башки вниз капают взбитые в однородную массу мозги. В общем, копия меня утром после пол-литра Калянского самогона. Зато сам Майор хоть и выглядит помятым, но со своей профессией рудокопа, и неуничтожимой киркой, здесь как нельзя кстати. Еще ему в помощь я вызвал гоблина-рудокопа, всучив ему в руки подобранную после его недавней смерти кирку.

– Что опять? Сын шайтана! Ты даже в посмертии не можешь оставить меня в покое! И ладно бы вызывал меня руду добывать или камни дробить на худой конец! Но ведь нет, меня каждый раз убивают зверски, что б тебе – сыну ишака, всю жизнь наискосок писать, изверг проклятый!

– Да ладно тебе, подумаешь, пару раз в лепешку расплющили, чего так ругаться-то? Тем более, сейчас как раз и надо камень долбить.

Две кирки замелькали в воздухе, глубоко вонзаясь в камень и выбивая из него целые снопы искр. Через десять минут раздался громкий треск, и каменная балка развалилась пополам. Повинуясь моему приказу, голем крутанулся вокруг своей оси, уперся руками в балку и толкнул. Раздался еще боле громкий треск и нашему взору предстала половинка гранитного голема. Появившаяся у меня иконка свиты замигала, а надпись изменилась.

Половина гранитного голема. Магическое существо. Уровень 250. Присоединился к вашей свите. 145/3.000.

– Черт! И почему я не удивлен?

Конечно, даже сейчас без ног, стоя на упирающихся в землю руках, он был с меня ростом, а в плечах так и в три раза шире, но с той машиной смерти, что дала здесь бой ползунам, у него не было ничего общего.

– Ладно, надеюсь, это будет у нас последним разочарованием на сегодня. Осталось пять минут, надо спускаться. Майор, заводи своих зомбаков, потопали.

– Добрыня ты следующий, если ты там поместишься, значит и все пройдут.

Добрыня шагнул к провалу, но его нога как будто наткнулась на невидимую стену.

– Слушай, мне тут пишут, что локация закрыта и без получения особого квеста мне туда не пройти.

– О чем ты говоришь? Квест есть, вот он у меня перед глазами висит – "Изгнание" называется, и время до того как мы должны спуститься вниз так и капает.

– Может у тебя чего висит и капает, но у меня такого нет, и меня туда не пускают.

– Конечно, – вмешался Донкихот, – я даже издалека слышал, как герцог только вам троим это задание давал, и еще очень удивился, когда ты сказал, что вы и так отлично справитесь, и ничья помощь вам не понадобится. Ты тогда еще себя с какими-то легендарными героями себя сравнивал: Сэр Чип и Господин Дейл кажется…

После минутного молчания.

– Майор, попробуй ты. Что значит никак? Да вы что, издеваетесь? Зомбоков хотя бы попробуй туда послать, прикажи им Каляна охранять. Хм, зомби прошли. А ну-ка, Зигзаг, собирай своих и все в подвал. И эти пролетели. Гоблин, как там тебя по батюшке, давай вниз, не тормози. Так, а этот не пролезает, плохо.

Я отозвал, уже было начавшего радоваться, рудокопа и, подняв с земли упавшую кирку, обратился к магу.

– Пофиг, лезь давай, раз дурной язык свой за зубами сдержать не смогли, будем теперь втроем все расхлебывать.

Тот, начал что-то возмущенно шипеть, но легкий пинок в нужное место, прервал его гневную тираду, отправив в неизведанные глубины.

– Так половинка голема, пожалуй, я тебя Половинчиком звать буду, твоя очередь спускаться.

Половинчик уперся колоннообразными руками в землю и буквально зашвырнул свое тело в провал.

– Все минута осталась, я пошел, – я махнул рукой нашей растерянной команде и спрыгнул вниз.

Не успел я даже осмотреться, как рядом возник Абрам Моисеич с воплем: "В сторону!"

– Чего? – не понял я.

Ответ пришел сам. Сверху мне на голову, загудев как колокол, свалилась стальная кираса, а вслед за ней посыпались и множество других вещей, ранее распиханных по мешкам наших сокланов. В конце, на погребшую меня кучу вещей свалилось два свитка. Вновь возникший заменитель чата пояснил:

– Это от Кихота. Он сказал, что на днях они на великанов охотились и вот внутри одного из них, он эти свитки и нашел. Они конечно не боевые, но может, вам на что сгодятся.

Последним на кучу завалившего меня барахла спрыгнул подросший на один уровень Феня, выдавив из меня очередной полупридушенный писк.

– Ну чего встали салаги? Руки в ноги и покондыбали помолеху.

Но сразу мы никуда не покандыбали. Под кучей вещей навалившийся на меня я не мог и пошевелиться, а Пофиг с Каляном, о чем-то ожесточенно споря, совсем не торопились ко мне на помощь. Я так и не понял, чего они не поделили. Пофиг орал, что очень давно об этом мечтал, а Колян уже два раза совсем недавно это делал. Тот в свою очередь настаивал на том, что в то время был под управлением суккубов и ничего не помнит. Пофиг же настаивал на том, что это неважно, и что…

– Хорош уже спорить, – просипел я, - сделайте это вместе и снимите, наконец, с меня это барахло.

– Вообще, насколько я понял, они спорят о том, кто первый тебя порешит, – поведал мне Феня, так что сначала разгрести вещи им по любому придется…

Глава 5

– Все что ни делается, все к лучшему, – опасливо выглядывая из под кучи барахла, поспешил я уведомить недобро щурящихся на меня сокланов. Гляньте, пещера там сужается, – я указал вперед, туда, где мечущийся над головой огонек Пофига, выхватывал из кромешной тьмы очертания низкой арки. - Там коридор совсем низкий, Добрыне ни за что не пройти. Женщин наших тоже сюда брать нельзя, они больше суток на ногах, еле держатся уже. А одних их тоже оставлять нельзя, а Майор с Олдригом за ними присмотрят. Так что сами справимся, тем более нам и надо то всего, что идти вслед за кучкой калечных насекомых, пробивающихся сквозь ряды могучих стражей, да добивать подранков.

– Не все так просто. В эти якобы закрытые для всех разумных рас пещеры ведет аж семь входов и, по крайней мере, через шесть из них сюда пробрались захватчики и где-то там, далеко внизу, они соединятся в огромную все сметающую армию.

– Зашибись, – пропыхтел я, – а плохие новости будут?

– Будут, – сделав вид, что не понял моего сарказма, продолжил он. В сдвоенном отряде, что напал на воинский лагерь, кроме мелочи, Принцесс и их Наместниц, был замечена гуманоидного вида тварь. Четырехрукая, пятиметровой высоты тушка, которая в пять минут разбила воинские порядки и в темпе вальса, протащила свой отряд до центра города, прямо к герцогскому замку, где продержалась еще с десяток минут против элитной стражи во главе с самим Вандэнбруком. А этот вроде имеет двести пятидесятый уровень и саблю таких размеров, что ей можно и Кинг-Конга на антрекоты нашинковать. Но не в этот раз. Эта хрень выдержала все их удары, пока его сподручные не взломали вход в подземелье, прикрыл их отход и живой и почти здоровый нырнул за ними вслед.

– Калян, да, ты, охренел что ли? Какого черта здесь происходит? Почему нас нубов – недоучек на такое дело послали?

– Потому что, ты, их, речистый наш, уговорил, – хором ответили Пофиг с Каляном, наконец-то выволакивая меня из-под кучи барахла.

Подняв с пола Майоровскую кирасу, нацепил ее взамен расплющенной големом, сразу прибавив пятьдесят единиц к защите. Странный, какой-то у меня персонаж получился. Стальные доспехи одеваются незначительными штрафами. Мое оружие – глефа, завязана на ловкость. Основное умение класса связано с интеллектом и, наверное, мудростью… Мда… Накосячил я знатно. С другой стороны, когда ты ничего не знаешь про свой класс, в игре тяжело не накосячить. Ну, да и хрен с ним, лирику в сторону, пора за дело браться. Монстры сами себя не убьют. Скорее всего. Пора в путь.

– Так, люди, ну и все остальные тоже, двигаемся максимально тихо. У нас архиважное задание и лишнее внимание нам ни к чему.

На меня в шестнадцать глаз недобро посмотрели темный эльф, полуорк, похожий на облезлую крысу дракон и стайка наших пернатых питомцев. Но, слава богу, никто ничего не сказал. Птицы расселись у нас на плечах, Калян, в своих белых тапочках с ушками, мягко выступил вперед, возглавляя нашу процессию. За ним так же бесшумно двинул наш темный эльф. Дракон, туго обернув свое тело крыльями, упал на четвереньки и посеменил вперед, тихо как настоящая крыса. Я, ступая голыми пятками по неровному полу, тоже был бесшумен, как какой-нибудь ассасин в засаде. Отлично, так мы сможем прошмыгнуть мимо любого.

Боом, хрвииии, баам, хрвиии, бабах! Грохот ударов гранитных кулаков и скрежет покалеченного торса о камень пола, похожий на скрежет металла по стеклу, сотряс стены подземелья и наши измученные организмы. Боом, хрвииииии, баам, хрвиииии, бабах! Волокущий на руках свое тело голем, догнал нашу замершую процессию и тоже остановился.

Я передернул плечами, выгоняя из тела охватившую его дрожь:

– Так, новые вводные, к черту тишину, как можно скорее догоняем всех сюда вошедших ползунов и мочим их, долго я этот скрип не вынесу. Все, поехали.

И, вновь, уехать далеко не получилось. Уведенная на периферии зрения карта, замигала ярким ультрамарином.

– Ух ты, камень привязки!

Я положил руку на залитый какой-то слизью и заросший слабо светящимся мхом каменный блок.

Подземелье Другмира. Уровень первый. Совершить привязку? Да. Нет.

– Да, конечно, теперь если что, хоть не от городских ворот сюда бежать.

Пофиг с Каляном тоже приложились к плите.

– Привязались? – Я незаметно вытер руку о Калянский доспех, – погнали тогда.

И вновь погнать не удалось. Стоило мне нырнуть в грубую каменную арку, которой заканчивался короткий коридор, у меня в башке взревели фанфары и мужественный голос произнес:

Внимание первопроходцы! Вы первыми вступили в это подземелье. Вы получаете достижение: "Всегда первый" 3 степени. Шанс найти редкие вещи в этой локации увеличен на 25%. Шанс найти легендарные предметы увеличен на 10%. Шанс...шааанссс…шшаа-аан-ссс…

Раздался жуткий скрип и голос оборвался.

– Зашибись, кажись, один из местных ИИ накрылся.

Мы подождали еще с минуту, но больше ничего не произошло.

– Пойдем уже, и до этого нас вещами не больно баловали, и сейчас как-нибудь обойдемся.

И мы, наконец, нырнули в благоухающий, светлый и ласковый мир местной канализации, потому что открывшийся нам коридор ей и был. Замшелый, извилистый проход, по полу которого тек достаточно глубокий бурный ручей. И он был не узенький, а занимал всю ширину коридора. Хитромудрые птицы тут же расселись у нас на плечах, а проклятый дракон, не смотря на свою крысиную внешность, сим местом тоже вовсе не восхитился. С отвращением подергав своим острым носом, спрятал зажатый в лапе кинжал, и взгромоздился на спину Половинчику, обвив тому шею своим длинным облезлым хвостом.

Ну, что ж, вперед, навстречу приключениям!

Выдвинув вперед нашего недотанка, и поставив наш остроухий осветительный прибор в центр строя, мы вступили в мутные воды местного Стикса. Пол был не ровным и жутко скользким, выложенные камнем стены закончились, а дальше проход шел в естественной пещере, чьи своды лишь кое-где были грубо выровнены. Каменные стены были усыпаны приличных размеров моллюсками, которые приоткрыв свои створки, свешивали вниз тоненькие стебельки с крохотным огоньком на конце. Время от времени около этих огоньков в воде начинали мелькать небольшие тени и тогда моллюск выстреливал в воду удивительно длинным языком. Пару раз мы увидели, как удачливые охотники вытягивали наружу мелких пучеглазых рыбешек, створки смыкались, надежно пряча добычу внутри. Я подошел к одному поближе и прищурился, пытаясь прочесть его инфу.

Подземный удильщик. Ур 12. 240/240. Страж подземелий. Желаете взять его в свиту? Да. Нет.

Чего? И это страж? Если здесь все стражи такие, у нас явно будут проблемы с выполнением этого задания. А на счет свиты, пополнять ее конечно надо, но как я понял, вакансии в ней не бесконечные, так что как-нибудь обойдемся без улиток. Так что нет.

По створкам удильщика вдруг побежали красные всполохи, они распахнулись, а быстро вылетевший язык шлепнул меня по лбу, намертво к нему приклеиваясь.

Внимание! Вам нанесен урон 30. На вас наложен дот – отравление. На вас наложен дебаф – частичная парализация.

В следующий миг язык напрягся, резко сокращаясь. В итоге я со всей дури влепился головой в острые створки гребаной улитки. Моллюск, явно не довольный тем, что моя голова не влезла внутрь створок, открыл их пошире и еще пару раз дернул меня к себе. Тупая скотина никак ни хотела понимать, что с ее размером, ей надо наизнанку вывернуться, чтоб моя дурная голова в нее залезла. Но сдаваться она явно не собиралась, долбя и долбя меня головой о створки раковины. После пятого удара ноги мои поскользнулись, и я рухнул в воду. Раздался треск, и гребаный моллюск, оторвавшись от стены, рухнул со мной, где начал охаживать меня своими светящимися стрекалами. Электрические разряды прошивали воду, еще больше сводя мои мускулы, в итоге я начал тонуть. Но тут до моих сокланов, наконец-то, дошло, что что-то пошло не так, и они выдернули меня из воды.

– Ух ты, какой единорог!

– Ага, как настоящий, только страшнее, и трясется так прикольно.

Конечно, трясусь: вся голова облеплена электрическими отростками, а мой мозг каждые пол секунды пробивает охренительный электрический разряд.

– Пофиг, держи Пахана, я сейчас его освобожу.

В лапе Каляна появился топор, порхая в опасной близости от моего носа. Удар по Удильщику и мой скальп, вместе с моллюском, чуть не отделился от черепа. В шее хрустнуло, ноги подкосились, и я снова оказался в воде, содрогаясь от ударов электричества. Через пару секунд я вновь был вытащен на воздух, перед моим мутнеющим взором предстал Пофиг, в руке которого уже наливался мощью фаербол.

– Ща, потерпи, я его быстренько поджарю.

Ага, вместе с моей головой.

– Неее, неее.

Сведенные судорогой мышцы лица не дали мне нормально донести до него мысль, но основной посыл Пофиг видимо понял. Фаербол в его руках погас, но в моей голове разгорался свой раскаленный шар. Яд, впрыснутый тварью, казалось, прожег череп до самого мозга, опаляя нервные окончания.

– Ладно, ладно тварина, беру! – Кое-как смог побулькать я.

На грани потери сознания, я влез в управление свитой и принял в нее долбонутого моллюска.

Подземный удильщик. Ур 12. 240/240. Страж подземелий. Присоединился к вашей свите. 157/3.000.

Стрекала моментально убрались внутрь створок, язык отлепился от многострадального лба и моллюск шлепнулся мне в руки, а я вновь свалился в воду.

Вам необходимо дать вашему новому союзнику кодовое имя.

– Су-у-ука, тварь липучая! – Пробулькал я.

Отлично, имя зарегистрировано.

Не успел я подумать, что в гробу я видел такие приключения, меня вновь вытащили из прохладных и уютных вод канализации. Лоб все еще горел огнем, и я, со смаком прилепив тварь к гранитному боку Половинчика, нарычал на всех, и скомандовал продолжение похода.

– Гляньте, а Удильщиков этих здесь раньше гораздо больше было.

И действительно, на стенах было полно пустующих гнезд, в которых сидели моллюски. Сейчас там ничего не было, только кое-где торчали осколки раковин, как будто их проехавшим грузовиком со стен ободрало.

– Вот и отлично, – потеря трети жизни в противостоянии с мелкоуровневой улиткой, не добавило мне хорошего настроения, – все равно они только и годятся, что на моллюсковый суп.

Гребаный деликатес, прилепленный к каменному боку голема, что-то недовольно забулькал, бешено замахав в воздухе вновь запылавшими стрекалами, и как ни странно его поддержал Калян.

– Не скажи, глянь-ка вон.

В двух шагах от нас из воды торчал слабо шевелящийся бугор. Мы все резко повыхватывали оружие, но оно нам не понадобилось. В воде лежал полупереваренный труп ползуна, весь покрытый мирно мигрирующими Удильщиками. Многочисленные электрические разряды пронзали дохлую тушку, броня покрывалась все расширяющимися трещинами. Затем в дело вступали языки, сначала выламывающие куски хитина, а затем и лакомые сизые потроха. Мы, от греха подальше, обошли пирующих моллюсков стороной, даже не пытаясь собрать лут с их добычи.

– Ну что же, неплохое начало, если десятиуровневые стражи умудрились кого-то завалить, то нам и делать ничего не надо будет.

Я ничего не ответил, только включил режим Мастера-ломастера, в желании найти что-нибудь интересненькое, но меня заворожил открывшийся вид. Склизкий, сырой тоннель озарился неземным разноцветьем. Холодные фиолетово – голубые стены, сплошь покрытые, будто живыми сердцами. Красно – оранжевые моллюски мерно помаргивали на фоне холодных стен, а канализационные воды будто наполнились светящимся планктоном, превратившись в прозрачный поток лавы. Там, будто разноцветное конфетти, мелькали стайки рыбешек. А среди них в стремительном движении скользит настоящее чудо – огненный змей с гривой разноцветных перьев и горящей потусторонним бледно зеленым светом чешуёй. В своем совершенстве она была завораживающе прекрасна.

– Ёп, ты, что за уродина, – услышал я вскрик Каляна, – глист-переросток, что ли?

Я скинул режим Мастера – ломастера. Белое пульсирующее нечто, покрытое сеткой синюшных вен, торчащее на полметра из воды, открыло пасть в беззвучном оскале. Грязно розовые, покрытые слизью перья, свисающие вокруг непонятного существа, вдруг резко встопорщились, образуя вокруг головы что-то вроде телескопической антенны. От головы к кончикам перьев побежали все ускоряющиеся всполохи.

– Ложись, – завопил Пофиг и первым занырнул в мутные воды.

Я к этому времени уже достаточно накупался, да еще не совсем отошел от предыдущего мордобоя, поэтому погрузиться в воду не успел и увидел, как огоньки на миг застыли на самых кончиках перьев, а затем с них в сторону головы сорвались десятки тонких лучей. Пасть твари раскрылась еще шире, и из нее полоснул настоящий лазерный луч. Пройдясь веером над нами, он выбил из головы Половинчика целый сноп искр, заодно опаляя шерсть на макушке вовремя спрятавшегося Фени. Три обезглавленные туши зомбо – жуков, с плеском рухнули в воду. Зашибись: миг и мы остались без трети отряда.

– Ку-ку-ре-куууу!

Глаза мои еще не отошли от ярчайшей вспышки, а уши уже недоверчиво вслушивались в неразборчивое кукареканье вынырнувшего Каляна.

– Ку-ка-ре-куууу!

Во второй раз у него получилось лучше, правда я так и не понял, когда он успел стукнуться головой, но как ни странно, вопль привлек к нему взгляд твари.

– Я держу его, – заголосил Калян, выхватывая топор и щит, – валите его!

Я так и не понял, как он может держать кого-то, находясь в трех метрах от объекта, но тот действительно следил за Каляном, не отрывая взгляда. Я выхватил глефу и рванул вперед:

– Не убивайте его, я его в свиту возьму, он мне нравится!

Мне никто не ответил: Пофиг был занят, наливая магической мощью фаербол, Калян же, моментально обвитый склизким телом змеи, только и мог, что тихо материться, врезаясь то в стены, то ныряя под воду, то ударяясь чугунной головой об низкий потолок. Щит его улетел в неизвестном направлении, топор же хоть и мелькал в воздухе с завидной регулярностью, но, видимо, нашему паладину не хватало ловкости, лезвие постоянно соскальзывало с упругого бронированного тела. Единственный результат его атаки – пара перьев кружащихся в воздухе, видимо срезанных с воротника пернатого гада.

– Так, и что, ты, такое? – Я наконец-то подобрался достаточно близко, чтобы идентифицировать монстра.

Личинка чужого. Уровень 70. 7721/8000.

– Черт, а где тут иконка о принятии в свиту?

Этот и последующие вопросы мне уже пришлось задавать под водой. Личинка чужого с силой распрямилась и швырнула в меня Каляном, в итоге, он благополучно проехал на мне несколько метров по полу. В следующую секунду он схватил меня за грудки, буквально вышвыривая из воды:

– Разуй глаза! Это не страж! Я его держу! Валите его срочно! Ку-ка-ре-ку!

От нереальности происходящего у меня малань поплыла крыша, но в одном он прав, в названии твари нет обозначения, что он страж, надо его валить, как и сказал Калян – срочно! Глефа прыгнула ко мне в руку, и я устремился вперед.

– Ку-ка-ре-ку! Я держу его! – еще раз заорал он, но в следующий миг в игру вступил наш маг.

Огромный, гудящий огненый мяч, разбрызгивая искры, врезался в воду, куда только что нырнула тварь. Грохот. Визг перегретого пара. Струя раскаленной взвеси рванула к потолку, ошпаривая нам кожу и моментально заволакивая обзор. Температура резко подскочила градусов на сто. С потолка посыпались вареные моллюски. Ошпаренная Су-у-ука тварь липучая, что-то возмущенно пропищав, спряталась за спину голема. Волна кипящей воды добралась до наших чресл, заставив вспомнить всю родню одного криворукого пиромана, до седьмого колена:

– Я его потерял! Ку-ка-ре-ку? – Как-то неуверенно прозвучало в сплошном туманном мареве,– ку-ка-ре-ку?

Затем раздался визг: удар тупым по стальному и громкий плеск воды.

– Так, с этой херней пора заканчивать. Где там моя книга призыва?

Миг, и посреди бурлящих вод появляется ледяной габот. Волна обжигающего холода ударила в стороны, и все моментально стихло, лишь медленно оседали вниз блестящие снежинки, только что бывшие непроглядным туманом. Да падали вниз заледеневшие моллюски. Воздух быстро очищался, ноги, вмерзшие в лед по колено, вот-вот готовы были с хрустом отломиться, отделившись от глупого тела.

– А где Калян? – Заключенный в ледяной водоворот маг, с любопытством осматривал замерзшее великолепие. Вода застыла мгновенно, вместе с волнами, всплесками, и миллиардом бриллиантовых брызг. Среди всей этой красоты, вверх торчала знакомая, зеленоватая лапа, сжатая в кулак, а рядом с ней изо льда торчала замерзшая дуга змеиного тела.

– Зигзаг, – хотел я позвать своего питомца, но голос сорвался, пришлось откашляться и позвать еще раз.

– Зигзаг!

Я осторожно оглянулся, все шесть наших питомцев опасливо выглядывали из-за спины вмерзшего в лед голема. Их настороженный взгляд спрашивал, мол, все закончилось? Тоже мне помощнички. Поверх их голов возвышалась заиндевевшая голова Фени, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Э-э, Зигзаг, давай, бери своих: трое долбят змею, трое выковыривают Каляна.

Но моему плану не суждено было сбыться полностью. Торчащая из-подо льда рука задрожала, лед на ней треснул и вверх поднялся средний палец. Затем рука подернулась маревом и растаяла. Вот черт, Калян ушел на перерождение. Но перед смертью он куда-то в потолок пальцем показывал, может, что на потолке интересное разглядел? Ну да, не до этого сейчас. Поток воды-то никуда не делся, уже почти весь заиндевевший участок оказался под водой, только вокруг габота продолжают расти ледяные торосы. Тот почти обездвижен этой ледяной тюрьмой, но продолжает методично обрабатывать противника замораживающими плевками. Дятлы принялись барабанить своими клювами по замерзшей тушке, даже Феня спустился вниз, колупая неподатливое тело кинжалом.

Наша победа совпала со временем, когда голем, на половину оттаяв, смог выбраться сам и начал выколупывать нас, а так же с возвращением Каляна.

Вы убили – личинка чужого. Уровень 70. Получено опыта 26.765.

Калян был явно не доволен своей кончиной, но, увидев в каком положении, мы оказались, немного оттаял. В отличие от нас: мы не оттаяли. Нам пришлось выбираться изо льда при помощи подручных инструментов. Пофиг огненной струей грел вокруг себя воду, потихоньку освобождаясь от ледяных оков. Мне же пришлось задействовать свою верную лопату, ковыряя замерзшую воду.

– Ну что Коленька, колись, что это за вопли кастрированного петуха ты тут давеча изображал?

– Глас Зари.

– Кандырбийский Кандырбай!

– Чего?

– Чего?

– Глас Зари. Умение паладиновское так называется – Глас Зари.

Калян подвигал зрачками, будто что-то читая:

– Вот: Глас Зари, петух птица гордая и сильная, и магически не простая. Издревле людям было известно, что пение петуха отгоняет нечистую силу и различных неупокоенных. С остальными же он отважно вступает в бой, не смотря на силу противника. Во-о-от. А дальше тут пояснение идет, мол, введите кодовое слово и дальше при его использовании будет включаться умелка – Глас Зари. Нечисть распугивает на столько-то секунд. Насколько именно, вычисляется при помощи охренительной формулы, в которую включено, среди прочего: «Уровень игрока и противника, уровень развития умения, наличие сопротивления и иммунитетов у мобов, встала ли Луна в созвездии Козерога, как давно в этой местности шел дождь из лягушек и есть ли у эльфийской королевы любовник – карлик». То же самое с остальными врагами, только наоборот. Вопль агрит их на меня с той же вероятностью и шансами на удачу, как и с нежитью. Для агра нежити, кстати, тоже умелка есть – Зов Крови. Ну, в общем, вы поняли.

– Вопрос первый: откуда такое чудо?

– Герцог облагодетельствовал. Он, оказывается, глава паладинского ордена. Пока ты там делал вид, что внимаешь Вандэнбруку, он меня подозвал, и одним щелчком все заблокированное разблокировал. Вот так просто, да еще ворох начальных умений и заклинаний отсыпал. Мы несколько месяцев горбатились, золото собирая на простейшие заклинания, а тут вот так просто: раз и все.

– Ну, так и здорово! Чего там у тебя еще есть?

– Много всякого, разбираться надо, я только полчаса назад получил все это, вместе с пинком под жопу. С тех пор и лечу, свищу и машу руками, секунды спокойной нет.

– Ладно, тогда вопрос второй: что за хрень с кукареканьем?

– Так петух же… Гордый и сильный птиц, вот я и выбрал кукареканье.

– Ну, ты блин Калян и ступил, можно было бы любой клич выбрать. "Барра" там или "За родину, за Сталина!", например, вот ты лопух!

Рука, выколупывающего меня изо льда Каляна дрогнула, топор ударил сильнее, чем обычно.

– Ёшкин кот! Калян, ты мне большой палец отломил!

– Извиняй, нечаянно получилось. Ну что, есть еще вопросы? Думаю, штук эдак на девять я еще смогу ответить.

– Не, не, вопросов больше нет, но ты это, если в умениях будет что-то интересное, ты, того, не стесняйся: используй мощный рык зайца, или зверский вопль мыши.

– Шутник, блин хренов. Надеюсь, семи пальцев на двух ногах тебе хватит, что бы от нас не отстать, а то мы, такими темпами, никогда ползунов не догоним.

Мы вновь тронулись в путь.

– Пофиг, а у тебя, что там с заклинаниями? Вроде, пара новых появилось? Почему мы до сих пор в каменной коже не щеголяем? И что там за второе заклинание?

– Да, оно не боевое совсем, для мирного применения: "Зерно в муку" называется. Но я, на всякий случай, изучил. Вызывает каменные жернова, которыми можно муку молоть некоторое время. Пока мана не закончится. А каменная кожа, пожалуйста. Пофиг сделал несколько танцевальных па, под одному ему слышимую музыку, и я умер. Не сразу конечно. Сначала очень быстро у меня окаменели ноги, затем торс, затем голова, не удержавшись на одной ноге, я свалился, ударившись головой о стену. Шея треснула, и голова откатилась в сторонку.

Внимание вы умерли. Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Я выбрал подвал и, поднявшись с плиты возрождения, рванул отрезать чьи-то слишком длинные уши. Хорошо, что отряд не ушел далеко, и я догнал их довольно быстро.

Опытный маг прозорливо спрятался от меня за тушу голема и оттуда уже кричал.

– Я не правильную интонацию использовал, вот так надо.

В этот раз окаменение пошло с головы, но я успел расслышать, что-то типа: "Я б этим мог целый день заниматься!".

А может мне это показалось, потому что я опять умер.

Внимание вы умерли. Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Поднявшись с плиты возрождения, кипя от негодования, я вытащил глефу и со всей дури врезал по свисающему со стены удильщику. Следующие пять минут я провел, колотясь головой о стену и сотрясаясь от ударов электричества.

Внимание вы умерли. Вы теряете 6% накопленного опыта.

Где желаете возродиться?

Поднявшись с плиты возрождения, я убрал глефу и, стараясь держаться подальше от потолка и стен, рванул догонять свой отряд.

Там тоже время зря не теряли, веселясь вовсю. То и дело издалека слышалось бодрое кукареканье, и были видны всполохи магического огня. Маленькие членистоногие уродцы, выглядевшие как кусок студня на многосуставчатых лапках, надвигались на наши ряды, используя и пол и потолок, хотя основная их масса накатывалась валом под водой. Голем, бесформенной грудой лежащий в воде, исполнял роль двойного шлагбаума. Его вытянутые в стороны руки мерно поднимались и резко опускались, размазывая по дну десятки мини монстров за раз. Вода рядом с ним превратилась в бурлящую тошнотворную похлебку, но сдержать всех у него не получалось, тем более что до тех, что на потолке и стенах он не дотягивался.

– Пофиг! – я рванул вперед. Стену огненную врубай! Задавят!

– В воду не ставится! Пробовал уже!

– Сцука. На потолок тогда ставь!

Пофиг тряхнул головой и перевел взгляд наверх. На потолке тут же полыхнула огненая стена. Сначала языки ее жадно рванули вниз, почти достав до воды, но затем физические законы взяли свое и огонь прильнул к потолку, разливаясь по нему плазменными лужами. Ну, что ж, и так сойдет. Вон равномерно обугленные тушки так и посыпались вниз. А огненные стены одна за другой продолжали вспыхивать на потолке, словно лампы дневного света уходя все дальше, и вдруг стали гаснуть. Пофиг повалился на пол кулем, неуверенно мотая головой и складывая пальцами непонятные фигуры на высоко поднятых руках.

– Ку-ка-ре-ку! Странно дергающийся Калян, вместо того, чтобы бить тварей, танцевал танец с бубнами, используя вместо бубна Су-у-уку тварь липучую.

– Дурдом на выезде, – пробормотал я, осторожно приближаясь к полю боя.

Несколько членистоногих запрыгнули Каляну на спину. Вуди, сидящий у того на голове, тут же вступил с ними в бой, защищая хозяина.

– Тттта-ам стт-рело-ок и кку-укло-овод, – запинаясь на каждом слове, пробормотал Калян, – кку-укло-овод По-фи-га вы-ру-бил, по-омо-гиии.

Какой там помоги, нас сейчас волна членисто-холодцовых захлестнет, неужели при самом входе в подземелье придется тратить один из козырей?

На лицо мне свалился кусок студня, и даже не поздоровавшись, полез своими лапами в нос и уши, пытаясь добраться до опилок в моей голове. На ощупь он таким и оказался, будто обломки костей, залитые желатином. Кое-как оторвав его от себя, шарахнул им о стену, но по моей ноге ползли уже трое новых. Видимо без козырей не обойтись…

Добытые в Самарканде, дай бог памяти, примерно полтора миллиона лет назад, свитки с заклинаниями массовой магии. Изучить их было нельзя, но вот шандарахнуть по площади это, пожалуйста. Я, стараясь не обращать внимания на вцепившиеся в мою коленную чашечку мелкие зубы, начал стремительно тасовать свитки:

– Огненый дождь, не то… Запрет на использование в закрытых помещениях. Сапог невидимого великана… Блин, что это? Ладно, читать некогда, тем более я могу представить его действие. Что-то навроде невидимого пресса, превращающего противников в ровный блин, – перебирал я,– ай, тварь! Ну-ка отползла от сокровенного! Не для тебя уродина, мама красавчика растила!.. Короче, сапог не подойдет, тут враги повсюду, а не только на полу…

– Пригнись, салага! – что-то мохнатое и пахучее ударило меня в спину. Я растянулся в воде. Сверху громыхнуло, в затылок впились каменные осколки, а в стене, на высоте груди, образовалось несколько выбоин. Если бы не Феня, то эти выбоины были бы во мне, и я снова топал бы сейчас сюда с респа. Однако ж, получилось даже не плохо, градом осколков вокруг меня расчистило приличную площадку. Но кто это так в меня запулил? Ага, длинноухий наш! Тело его безвольной массой осело на пол, руки же, будто прикованы невидимыми цепями к потолку, вздернуты вверх, а пальцы строят в мою сторону нехорошие фигуры.

– Ку-ка-ре-ку! – Мимо, высоко подбрасывая ноги, вновь прошествовал Калян. Дятлы всей стаей окружили его, защищая от слизней.

– Там! – Феня резко развернул меня, указывая вглубь тоннеля.

Там почти в полной темноте, двигалось нечто непонятное, похожее на кучу сгнившего тряпья.

– Ясненько, Половинчик ко мне!

Пока безногий гигант полз ко мне, я выхватил книгу призыва:

– Опять ты шайтан! Я только тепленькое место в аду нашел, а тут снова ты!

– Заткнись, хватай свою кирку и добудь мне из того холма что-нибудь полезное!

– Я рудокоп, а не воин! Сколько можно повторять?

– Поведешься с нами, научишься добывать всякую гадость. Половинчик!

– Да я не…

Не успел призванный рудокоп договорить, как перевернувшийся на спину голем, сжал его своими ручищами и зашвырнул вглубь тоннеля. В помощь ему я призвал на максимальном удалении ледяного габота. Гоблин с воем приземлился на ледяную площадку, и проскользив по ней, плюхнулся в воду прямо рядом с непонятным существом. Отлично, на некоторое время непонятный кукловод будет занят. Теперь мелкие твари…

– Черт!

Пальцы Пофига наконец скрутились в нужную фигуру, и из появившейся над ним серой мглы, в меня полетело с пяток каменных дисков. Пришлось устроить очередной заплыв в приветливых водах канализации. Когда я вынырнул, все кардинально поменялось. Видимо гоблин добрался-таки до кукловода, и ему стало не до нас. Пофиг сидел, прижавшись спиной к стене и до того, как будто не замечавшие его слизни, наконец, рассмотрели вкусную добычу. Пришлось отправить ему на помощь всех дятлов. Я же вытащил из воды весело пускающего пузыри Каляна. С помощью пары бодрящих и освежающих пощечин глаза его стали смотреть примерно в одну сторону, и мы рванули на помощь рудокопу. Половинчик тащился сзади, прикрывая нам спину.

Внимание! Управление призванным вами существом – гоблином рудокопом, было перехвачено. Чтобы вернуть над ним контроль обезвредьте его нового хозяина. Приятной вам игры!

– Спасибо суки, поиграем, куда ж деваться.

Первым делом отослать чертового рудокопа, обратно, в места его нынешнего обитания. Вторым делом, убедиться, что ничего не получается. Третьим, удостовериться, что контроль над ним перехвачен полностью, и я не могу не только им управлять, но и не могу прервать его пребывание в нашем мире. В четвертых, грязно выругаться, уворачиваясь от ударов моей же кирки.

Хорошо хоть у габотов и големов иммунитет к ментальной магии и их опасаться не приходится. Не успел я так подумать, как получил страшный удар щитом, и вновь нырнул в воды, уже ставшими мне родными. Калян дерганой походкой двинулся ко мне, поднимая свой топор. Кое-как сопротивляться ментальному внушению у него получалось, чего нельзя сказать о гоблине: тот наседал на меня с явным удовольствием, пытаясь добыть из меня пару литров крови, но благодаря замораживающим плевкам моего габота, получалось у гоблина это плоховато, но совсем скоро мана у меня кончится, и все станет совсем грустно.

– Половинчик, Каляна держи, только не убей его! Если получится… – добавил я уже про себя, отбивая удар кирки глефой. Все же хорошо, что гоблин рудокоп, а не воин, не смотря на всю свою ловкость, машу глефой, будто пьяный рыбак веслом. То ли умений, каких-то не хватает, то ли навыков, хрен его знает, я не большой знаток рпг игр, а в этой игре вообще ничего не понятно. Вокруг сплошной хаос, а мы в нем будто обкурившиеся клоуны. Бегаем, прыгаем и скачем, пытаясь отбить летящие в нас удары, и нихрена не понимаем в том, что твориться вокруг.

Хрясь, последняя моя кирка разваливается на две половинки. Чпок, остриё глефы вошло в подбородок бедного гоблина, выйдя где-то из макушки. Жалко мужичка, ругался он конечно сильно, но служил верой и правдой. А еще жальче кирку, без нее вызвать гоблина больше не получится. Скривившись от омерзения, я сорвал с плеча склизкого слизня, пытавшегося добраться до моей шеи, и размазал его о стену. Вытекшие из него внутренности огнем опалили мою руку, махом опустив мои хп на десяток процентов, да еще наложив долгоиграющий разъедающий дот.

Быстрый взгляд вокруг: все заняты своими делами – Калян лежит прижатый к стенке телом голема, словно первокурсница, пойманная в темном проулке выпускником физкультурного факультета. Феня, теперь став совсем похожим на канализационную крысу, ворочается в воде, раздавая тварям удары своим ножичком. Наибольшую же пользу приносит Пофиг, уткнувшийся рогом единорога в пол, и пускающий пузыри в воду, зато на его обсиженной спине примостились все наши дятлы, отдыхающие от трудов ратных. Да еще его магический огонек продолжает гореть, освещая все вокруг неверным, мигающим светом. Так, все при деле, кольцо защиты от ментальных атак на месте, пора и мне внести свою лепту в нашу будущую победу. Глоток зелья маны. Удар по прыгнувшей на меня живой слизи. Пузырек с зельем жизни зажать в зубах. Окунуть зашипевшее от кислоты лезвие в воду. Подобрать выпавший из Калянских рук щит. А теперь вперед!

Быстро брести по колено в воде не получается, пришлось бежать подкидывая колени чуть ли не до груди.

– Я крокодил, крокожу и буду крокодить, – пыхтел я, все ускоряясь.

– Я крокодил, крокожу и буду крокодить…

Пришли мне на ум слова незабвенной классики, и бежать стало гораздо легче. Становится все темнее и непонятная ожившая куча все ближе. Мигрирует неспешно по полу, поднимая небольшую волну. Атаковать ей вроде нечем, так что щит за спину, глефу перехватываю двумя руками. Могучий замах. Страшный удар. Лезвие глефы с хрустом врезается в низкий потолок, выбивая из него сноп искр. Оружие выворачивается из рук и улетает в темноту. Я ошарашено смотрю на надвигающуюся на меня кучу, но доползти она не успевает, страшный удар в грудь выбивает из меня весь воздух и опрокидывает на пол. Темные воды смыкаются надо мной, но даже сквозь них я слышу ужасный вопль, сотрясший тоннель…

Отдыхать хорошо, особенно когда тебя никто не пытается убить. Вот только как бы ни было хорошо лежать в этих ласковых уютных водах, но секунд через десять у меня закончится воздух, и я отправлюсь в начало тоннеля, да и к тому же последняя запись в логах настраивала на оптимистичный лад.

Поздравляем! Вы убили перерожденного мозгожуя. Уровень 100. Получено опыта 317.000.

Внимание! Вы обнаружили баг в игре! Вам вручается памятная медаль – тимуровцы волшебного мира 2 степени. За помощь создателям игры вы получаете 2 свободных очка к любой из основных характеристик. Данный баг будет устранен в ближайшее время. Приятной игры!

Я вынырнул из воды и увидел приближающийся ко мне свет.

Глава 6

– Видишь, все что ни делается – все к лучшему…

– А эликсир все равно жалко, их не так и много осталось.

– Да, ты, охренел совсем, стоуровневого монстра за одну секунду завалил, о чем тут жалеть?

– Ну да…

– Так ты просто…

– Да.

– Плюнул и все…

– Да не плевал я. Мне в грудь что-то сильно ударило, а у меня в зубах пузырек с эликсиром жизни был зажат. Видимо он треснул и вылетел прямо на это.

Мы еще раз посмотрели на внушительную кучу чего-то, с вершины которой и почти до самого пола была проплавлена, облитая красной жидкостью, дыра. Мы долго не могли понять, что здесь произошло, пока не нашли в дыре несколько осколков флакона от эликсира.

– В любом случае гадский ИИ уже исправил этот баг, и повторить этот подвиг не удастся.

Я наклонился и дотронулся до кучи.

Вы развеяли перерожденного мозгожуя. Уровень 100. Запись о нем записана в вашу книгу призыва.

Вы нашли: средний эликсир смерти. (Уничтожает любое существо, до сотого уровня включительно). Исключение – не живые существа.

Перчатки мертвеца: не опознано. Класс редкий.

Выглядели они как пережившие не одну стройку рабочие перчатки, с парой оторванных пальцев и кучей мелких дыр. Но класс редкий, так что берем.

Кольцо мертвеца: не опознано. Класс редкий.

Не плохо.

Золото: 650 шт.

На этом плюшки закончились.

Поэтому я сразу залез в книгу, что бы глянуть инфу о развеянном существе.

Перерожденный мозгожуй. Уровень призыва 100-150.

Существо, бывшее когда-то мирным поедателем мха и лишайников и использующий ментальную магию лишь для защиты, был изменен злой волей, превратившись в повелителя безумной стаи.

Умения ???

Навыки ???

Параметры ???

Что за лажа? Никогда раньше такого не было. Обо всех существах в книге всегда была самая полная информация. Здесь же одни вопросы. Тень какой-то мысли мелькнула у меня в голове, и я поспешил открыть книгу на другой странице.

Проклятый удильщик. Уровень призыва 10-25.

Существо, бывшее когда-то мирным ловцом рыбы, было изменено злой волей, превратившись в члена безумной стаи.

Умения ???

Навыки ???

Параметры ???

Ага, что-то становится понятным.

– Надо найти мою глефу и двигать дальше. Найти сухое место, сделать привал, все обмозговать.

Все бы хорошо, да вот только моей глефы нигде не было.

– Ее, наверное, течением унесло, – предположил Калян. Течение хоть и не сильное, но все же есть.

– Сдурел что ли? Как оружие могло унести?

– Так оно же у тебя из пера сделано, а мне Майор рассказывал, что в доисторические времена из перьев даже поплавки делали.

– Зашибись, тут где-то недобитый стрелок бегает, а я опять без оружия. Продвигаемся вперед, не торопясь, осматриваем все тщательно, может там еще что-то интересное течением смыло.

Следующие полчаса выдались боле менее спокойными. Мы прошли примерно километр, поймав по пути мирно дрейфующую глефу. Мозгожуев больше не попадалось, а одинокие слизни опасности не представляли, к тому же на них агрились немногочисленные простые удильщики, хватая и засасывая их в свои раковины. Через полчаса мы вышли к просторной пещере. Половину ее пространства занимало озеро, в которое и нес свои воды мутный канализационный поток. Судя по небольшому водовороту в его середине и тому, что видимого продолжения ручья нет, вода уходила куда-то под землю. Наверняка, так как вокруг нас игра, если нырнуть в этот водоворот, там найдется много чудесного.

– Ага, – встрял внутренний голос, например чудесная стальная решетка, к которой тебя будет прижимать течением, пока ты не захлебнешься.

– Тьфу, вечно ты норовишь все испортить, пессимист хренов.

– Если бы я был пессимист, я бы сказал, что поток уходит в цифровое ничто, и, попав туда, ты исчезнешь навсегда. Или на дне озера сидит монстр, пропускающий через свою глотку местные воды, ловя мелкую рыбешку и тупых путешественников, которым не сидится спокойно на берегу. И именно сейчас он продвигает по дну все свои сто восемь щупалец, в надежде выковырять тебя из консервной банки по недоразумению названой кирасой, и полакомиться твоим миниатюрным мозгом.

Видение несметных сокровищ, ждущих меня на дне потока, слегка померкло, и я поспешил отойти от края озера. Вправду сказать щупалец в этой пещере хватало. Четырех – пятиметровые белесые черви безжизненными гроздями свисали с потолка. Хотя над водой они были вполне живые. Ворочая безглазыми головами, выдвигая зубастые челюсти, будто что-то вынюхивая, но видимо чувствуя энергию кольца, не проявляли в отношении нас никакой агрессии. Те же черви, что висели над землей, казались просто пустыми оболочками. От греха подальше мы обходили их стороной, ведь совсем недавно они явно были вполне живыми, судя по нескольким разорванным на куски ползунам. Я попинал тушку одного из них: берсерк, мощная броня, полыхающий внутри огонь, ничего ему не помогло. Клешни, лапы, голова все вырвано из тела без всякой жалости.

– Пахан, хорош бездельничать, давай помогай с дровами, надо пожрать приготовить.

Калян бродил вдоль озера, собирая принесенные водой деревяшки. Пофиг разгреб кучу щебня покрывающего пол, создавая небольшое углубление для костра. Сзади него, полностью перекрывая один из выходов из пещеры, полыхала огненая стена. Ползущие из хода многочисленные мутировавшие слизни, сгорали дотла, наполняя воздух ужасными миазмами. Я принюхался к запаху паленой слизи. Мда, поесть не помешало бы. Я развеял ползуна и побрел собирать дрова, а так же растущий вдоль воды папоротник. Калян обещал показать, какой-то охотничий рецепт приготовления мяса.

– Берем мясо, хорошенько натираем его солью и специями. Можно сверху обмазать оливковым маслом или обложить тонкими кусочками сала. Затем плотно заматываем в листья и завязываем все это крысиными хвостиками. Теперь складываем сюда.

Мы примостили свои корявые свертки рядом с аккуратным Калянским в углубление из камней. Сверху засыпали яму гравием, а поверх сложили костер. Огненный поток на пару секунд и огонь ярко полыхает, весело разбрызгивая искры.

– Так, а теперь я бы хотел разобраться с тем, что произошло с самого начала нашего похода. И начну, пожалуй, с отрубания кривых рук одного оборзевшего мага.

– Э, меня нельзя убивать, а то огненная стена потухнет, и слизни вам спокойно поесть не дадут. И вообще, с чего такие наезды?

– Охренеть, а кто меня два раза закаменил и убил?

– Тебе не повезло просто, – влез Калян, – тебе…

Но я, его не дослушав, перебил.

– Ага, мне не повезло, достались сокланы, по вине которых я опыта потерял больше, чем от всех монстров вместе взятых!

– Да нет, ты не должен был помереть, просто…

– Конечно, не должен, просто кому-то мой ум и красота покоя не дают, вот он и норовит, чуть что…

– Да помолчи ты уже. Заклинание «Каменной кожи» слишком мощное нам досталось: на пять секунд тело полностью окаменевает. Затем окаменение спадает, и ты на полчаса получаешь десятипроцентное сопротивление физическому и пятипроцентное – магическому урону. Просто когда его на тебя накладывают, надо твердо на ногах стоять, а лучше сесть. А ты закаменел и свалился, отломив о стену свою умную и красивую голову.

– Ага, а второй раз?

– Второй раз тебя стрелок убил, который каменными дисками стреляет. Мы одного такого завалили, а второй уполз в неизвестном направлении.

– Уполз?

– Ну да, это что-то типа большой волосатой гусеницы, она сначала раздувается и дрожит, а затем резко выстреливает диском из задней части тела.

– Это получается меня убила…

– Да.

– Зашибись. А Пофиг? Он в меня два раза такими дисками швырял.

– Я? Каким образом? У меня такой магии… Хотя стой. Охренеть! У меня магия новая появилась: "Копролит" называется. И сразу улучшенная версия – выпускает пять дисков вместо одного. Однопроцентный шанс оглушить противника, еще такой же на отбрасывание назад и разрушение доспеха. Это что получается, меня этот ментальный хрен, с помощью телекинеза новому заклинанию обучил, пока я в отрубе лежал? Вот это повезло!

– Все как всегда. Всем плюшки, а мне только опыт минусуют. Из лута хоть что-то хорошее есть?

– Как обычно, слизь в промышленных масштабах. Разрабы на ней повернутые какие-то. Мы ее, наверное, больше всего остального вместе взятого собрали. Из слизней еще несколько первоклассных черных жемчужин выпало.

– Жемчуг? Ну-ка, дай, один.

Крупная, чуть не с грецкий орех жемчужина перешла из рук в руки.

– Зигзаг, подь сюда.

Я протянул на вытянутой руке драгоценность, глаза Зигзага округлились больше обычного и он рванул ко мне.

– Не подавись только, вишь камешек, какой большой.

Какой там подавись? Жемчужина исчезла в клюве дятла, будто ее и не было. Дрожь пошла по его телу, перья встали дыбом, а затем все прошло, только вокруг глаз дятла появилась черная обводка, как будто ресницы тушью покрасили. Да еще сразу три уровня поднялось. Вуди живо заинтересовался происходящим и с ним повторили эту процедуру. И ему три уровня в плюс. Остальные, как обычно, камнями не заинтересовались. У них своя диета: кто слизней из скорлупы выковыривает, кто редкие минералы ищет на сводах пещеры.

Прошло минут двадцать, и к запаху горелой слизи примешался аромат запеченного мяса. Феня доглодал поджаренную на углях клешню ползуна и, завернувшись в свои крылья, завалился спать. Мы же, раскидав покрасневшие камни, вытащили запеченное мясо. Пахло оно просто изумительно и мы, отряхнув с него засохшие листья папоротника, приступили к трапезе.

– Калян, а откуда такие познания в кулинарии? Ты, в том мире повар, что ли?

– Не, просто я, когда маленьким был, с отцом несколько раз в походы на лесные озера ездили, вот там и научился.

– Как в леса? Все леса же частная собственность Российского Императора.

– Ну не всегда так было, представляете, я еще помню времена, когда по проселочным дорогам можно было бесплатно ездить.

– Да ладно, не может быть такого! Ты еще скажи, что тогда налога на чистый воздух не было.

– Не, ну это, вы, уж хватили. И как вам такое в голову-то могло прийти?

Я хотел сказать, что-то еще, но мое внимание отвлекли начавшие происходить в пещере изменения. Свет стал гаснуть, пока вскоре почти не пропал совсем.

На полу начал высвечиваться странный орнамент - Образ. Откуда-то я точно знал его название. Пол был абсолютно черным и казался гладким, как стекло. И Образ в причудливом переплетении линий сверкал, словно холодное пламя, собственно, это и было пламя. Оно дрожало, мерцало, и это волшебное свечение делало все в зале каким-то нереальным. Поразительный орнамент был создан силами света. Прямых линий в нем было крайне мало, только ближе к самой середине. Светящийся Образ напоминал мне чрезвычайно замысловатый рисунок фантастического лабиринта – словно в популярной игре, когда требуется с помощью карандаша или еще чего-нибудь в этом роде «выбраться» наружу с другой стороны, например, или куда-то войти. Мне казалось, я уже вижу надпись: «Старт» – где-то у себя за спиной. Протяженность лабиринта, на мой взгляд, была метров сто в поперечнике, и ста пятидесяти – в длину.

Я подошел чуть ближе и увидел цепь, спрятанных в глубине, огней: Образ начинался почти в том месте, где стояла сейчас моя правая нога. Только свет лабиринта рассеивал непроницаемую тьму вокруг. Я знал, что за стеной зала ледяные глубины вод. Я чувствовал, что бы вспомнить: кто я такой и что тут делаю, мне необходимо пройти этот лабиринт. Поддернул черный, расшитый серебром камзол. Поправил на груди серебряную же розу.

И шагнул вперед с левой ноги. Очертания моей стопы были повторены цепочкой голубовато-белых искр. Потом я шагнул правой ногой и сразу ощутил электрический ток. Потом снова шагнул. Раздался треск, я почувствовал, как волосы мои встают дыбом, но не остановился.

Тропа начала довольно резко изгибаться, как бы возвращаясь к исходной точке. Я сделал шагов десять, и мне показалось, что нечто невидимое противится моему дальнейшему продвижению вперед. Передо мной вдруг вырос барьер, сделанный как буд-то из тьмы, из загадочного вещества. Барьер этот не давал мне сделать ни шагу.

Я боролся, как мог. Я догадался, что это Первая Вуаль. Если ее преодолеть, то, как бы докажешь, что сам ты тоже стал частью Образа. Уже только поднять и опустить ногу, было невыносимо трудно. Из волос сыпались искры.

Я сосредоточил все свое внимание на изгибе светящейся волшебной линии. Я двигался вдоль нее, тяжело дыша. Но не только сам лабиринт выматывал, там впереди меня ждала смертельная опасность. Темная фигура с мечом в отведенной в сторону руке.

Я сделал еще шаг. Вдруг сопротивление ослабело. Преграда исчезла так же внезапно, как появилась. Я преодолел ее, я чего-то добился.

Еще шаг. Темная тень все ближе.

Шаг назад…

Мертвецы. Они окружали меня со всех сторон. Чудовищный запах разлагающейся, сгоревшей плоти висел в воздухе; я услышал истошный визг собаки, забитой ногами до смерти. Клубы черного дыма застилали небо, свистел ледяной ветер, несущий мелкий противный дождь. Горло мое горело, руки дрожали, голова была как в огне. Я, спотыкаясь, брел по пустынным улицам, перед глазами плыл туман: меня пожирала лихорадка. Сточные канавы были завалены мусором, дохлыми кошками, содержимым ночных горшков. Раздался звон колокольчика: мимо с грохотом проехал воз, доверху нагруженный трупами, и обдал меня грязью и ледяной водой. Потом какая-то девица схватила меня за руку, и я разглядел череп – точнее, кольцо с черепом у нее на пальце. Она отвела меня к себе, но обнаружилось, что у меня, во-первых, нет денег, а во-вторых, я в бреду. По размалеванному лицу женщины пробежала гримаса ужаса, на губах задрожала блуждающая улыбка, она выбежала из комнаты, а я упал на ее постель и потерял сознание.

И вновь изгибы лабиринта свели нас вместе, и вновь ожили наши мечи.

И вновь замызганная комната. Пришел сутенер девицы. Сквозь пот и слезы, заливавшие мне глаза, я вдруг ясно разглядел его лицо, услышал его пронзительный крик, увидел раззявленный рот, полный гнилых зубов… Его правая рука в том месте, где я вцепился в нее, была сломана.

Он отшвырнул меня левой рукой и, подвывая, упал на колени. Я сел на пол, и на какое-то мгновение голова моя прояснилась.

– Я… я… останусь здесь, пока мне не станет лучше. Убирайся. Вернешься – убью.

– У тебя чума! – крикнул он. – За твоим трупом и так придут завтра! – Он сплюнул, поднялся на ноги и, спотыкаясь, вышел из комнаты.

Но я, по-прежнему, не мог вспомнить, кто я и что здесь делаю.

Зато это помнил мой братец. Последний изгиб лабиринта, здесь и сейчас решится все. Живым отсюда уйдет только один. Я зло ухмыльнулся и поднял меч.

Неожиданно начавшийся ливень, скрыл от меня черты врага. Струи воды текли по моему лицу, заливая глаза. Откуда-то издалека слышался знакомый голос.

– Слышь, припадочный, очнись! Ты сейчас мордой в костер упадешь! Мне в лицо ударила невидимая рука, а затем меня вновь окатили водой.

– Боже моя голова!

В глазах плясали цветные круги, и через минуту я понял, что это светятся угли затухающего костра. Я попытался подняться, но меня так резко повело в сторону, что я упал, проехав щекой по острым камням.

– Полежи пока, я других посмотрю.

Недалеко послышались хлопки по щекам, увещевания и угрозы. Затем чьи-то маленькие ручки схватили меня за грудки, и привел в сидячее положение. Рядом раздался болезненный хрип, и ко мне приткнулась подрагивающая тушка Пофига. Затем с другого бока прижалось еще одно туловище. А вот и Калян.

– Охренеть как вас накрыло! Такое чувство, что вы в первый раз траву берсерка пробуете.

Видимо Феня, что-то прочитал в наших глазах, потому что удивленно присвистнул.

– Правда, что ли, в первый раз? А я-то уж подумал, что вы наркоты конченые. Только совсем безбашенные берсерки из степных гоблинов решаются перед боем себе в еду добавить этой травы. А вы сначала ее парами надышались и затем еще мясо в ней приготовленное сожрали. Как вас всех только на тот свет не отправило? Хотя бой, надо признать вышел у вас знатный, всем по уровню упало.

Я ничего из сказанного не понял, остальные, похоже, тоже.

– Какой бой? Ты че несешь?

– Какой бой!? Да вот такой!

Дракон швырнул на угли охапку веток, и ввысь взметнулось яркое пламя. Вся пещера выглядела как поле боя, после ковровой бомбардировки. Всюду подпалины, кратеры от мощных ударов магии, и кучи, горы растерзанных тел.

– Что это, как это, откуда это?

– Так оттуда.

Дракон показал на потолок, еще недавно увешанный дохлыми червями.

– Как только вы мясом накидались, из червей этих, как из коконов твари змееобразные поперли, похожие на ту, что ты в воде заморозил. Да только их тут несколько сотен было. Ну, тут ты такой вскочил и со словами: "Братэлла, сука такая", начал их рубить в капусту. Затем и длинный вскочил, да как завопит: "От Мерлина вам не скрыться твари!" шандарахнул таким файерболом, что пол озера мигом вскипело, я думал, мы тут сваримся, как рыба в пароварке. А затем молнией шандарах, ледяной глыбой бабах! Основную массу змей он тут положил. Хотя должен сказать, что и Калян не отставал. Встал так гордо, окутался белым светом, будто белыми доспехами, засветился весь, да как завопит тонким голосом: "Смерть нечестивцам!" Хватает змею и голыми руками пополам рвет. От очередного Пофигского файербола увернулся и хрясь призрачным мечом – три твари минус. За пять минут всех положили, а потом вас чуть карачун не взял. Что, в общем, и не странно при такой дозе озверина.

– Че, правда, что ли так и было?

– Хм… Как бы вам сказать… Нет, конечно. Вы что и правда, купились? Это же трава берсерков. Вы просто брызгали слюной, пучили глаза и рвали змей зубами. Хотя ваш маг все же иногда магичил, мы с дятлами вашими еле успели за голема спрятаться. Да вы на себя посмотрите.

Ну, себя-то я рассмотреть полностью не мог, но то, что я видел, было сплошь залито кровью, заляпано чешуей и какими-то сгустками, сильно похожими на обрывки кишок. Во рту металлический привкус свежей крови. Пофиг выглядел получше, чего нельзя было сказать о Каляне, у которого от налипшей крови даже волосенки на голове превратились в слипшиеся иголки. Я дополз до воды, занырнул на мелководье, отмокая. Кажется, там меня все же стошнило, на радость обитающим здесь рыбкам. Оттирая себя песком, я заодно прошерстил логи за последние полчаса.

Вы вдохнули пары травы берсерка. Сила +1%. Ловкость +1%. Выносливость +1%. Интеллект -1%. Мудрость -1%. Привыкание 0,1%. Действие 3 минуты.

Вы вдохнули пары травы берсерка. Сила +2%. Ловкость +2%. Выносливость +2%. Интеллект -3%. Мудрость -3%. Привыкание 0,3%. Действие 3 минуты.

Вы вдохнули пары травы берсерка. Сила +3%. Ловкость +3%. Выносливость +3%. Интеллект -5%. Мудрость -5%. Привыкание 0,5%. Действие 3 минуты.

Вы съели мясо, приправленное травой берсерка. Сила +420%. Ловкость +420%. Выносливость +420%. Интеллект -97%. Мудрость -97%. Привыкание 68. Действие 10 минут.

Внимание! Стопроцентное привыкание к траве берсерка ведет к негативным эффектам. Среди них: потеря в пространстве, головные боли, уменьшение количества ХР, силы, ловкости, мудрости навсегда. Возможно непроизвольное жидкий стул, слюнотечение, косоглазие, глазная экзема и мозговые колики, а также…

Что там дальше, я смотреть не стал, мне вполне хватило того, что я уже прочитал.

Дальше было и сообщение о поднятом уровне.

Поздравляем! Вы получили новый уровень 68. Свободных очков характеристик 79.

Вы полностью вылечены.

После чего было еще два десятка сообщений об убийстве.

– У меня привыкание на 97% остановилось, – прочитал Пофиг, – повезло, а то я бы тут уже все видимо своими слюнями закапал.

– У меня 45% всего, и тут в конце написано, что привыкание постепенно падает.

Я заглянул в конец списка и действительно.

Не достигшее 100% привыкание, постепенно спадает. Скорость очищения организма зависит от процента привыкания, коэффициента сопротивления отравляющим веществам, расе, количеству выносливости, наложенным бафам и дебафам, и еще от семидесяти одного важнейшего пункта, каждый из кото…

Я вздрогнул, кажись от этой нудятины я начал засыпать. Или моё тельце уже не выдерживает этот бесконечный марафон? И вообще, откуда здесь столько недружелюбных тварей? Калян, кажись, утверждал, что с защитным кольцом мы пройдем подземелье как по маслу. Ответ нашелся у того же Каляна.

– Это твари Принцессы и ее заместителей. Заражают местных стражей и из них вот эти чудища вылезают, вы, что Чужих не смотрели? Змеи из этих вот червей. Слизни выглядели как улитки с ножками из разломанных на куски ракушек, а что там дальше нас ждет вообще не известно.

– Получается, чем больше мы отстаем от отряда ползунов, тем через большее количество тварей нам надо будет пробиваться?

– Получается так. Нам срочно надо их догонять, и уничтожать еще не вылупившиеся личинки, да еще и сам отряд ползунов надо потихоньку обкарнывать.

– Так. Собираем здесь весь лут и траву эту гребаную, и вперед, выдвигаемся через пять минут. И это, Феня, ты, если увидишь, что мы что-то не так делаем, останавливай нас.

– Если я вас каждый раз останавливать буду, мы с этого места никогда не сдвинемся. Вы же ведете себя как обкурившиеся тролли в посудной лавке. Но мне нравится. Не веселился так с тех пор, как Сантьяго у одного каменного идола золотой лавровый венок спер. Он его только на чело своё водрузил, в зеркальце смотрится, а тут аборигены. Целая толпень набежала. Сантьяго не растерялся, в грудь себя пару раз ударил, потом руку вздернул, да как гаркнет: "Авэ мне!" Но аборигены не впечатлились, орут, плюются, угрожают принудительным усекновением всего торчащего. А сами мужикам по колено, только шаман их – великан, по пояс, башка огромная, умная и говорливая. Что ни слово, то дебаф, что не предложение, то усиление мелюзги. Ох и отгвиздили они нас тогда, ох и отпинали, любо дорого вспомнить. В итоге загнали нас на деревья. А у нас ноги уже от дебафов не ходят, руки не шевелятся, жопы от пинков посинели, сидим пригорюнившись. А Шаман только шапку свою поправляет рогатую, да новые дебафы навешивает. Тут Серый с Сантьяго пошушукались и предложили переговоры провести. В обмен на венок, затребовали шапку шаманскую, а не то пригрозили броситься с деревьев вниз и возродиться где-нибудь в неизвестных далях. Шаман сильно огорчился, но делать нечего, стал с Сантьяго торговаться. В итоге: в обмен на венок, тот выторговал шапку шаманскую, сотню цветных ракушек (оказалось, что других денег у них в ходу не было), и одну золотую вещицу, принадлежащую племени на наш выбор. В итоге как дебафы спали, мы слезли, взяли шаманскую шапку, сотню ракушек и одну золотую вещицу на наш выбор. Как вы поняли, это был тот же самый золотой лавровый венок, после чего сделали ноги. Шаман без шапки не магичит. Карапузы нас метров двести попреследовали да отстали. Куда им с их короткими ножками. Стыдно конечно было очень, обидели мы малышей. Факир даже предложил вернуться, и все отдать. Но мы потерли сизые ягодицы и подумали, что возвращаться целых двести метров, как-то не охота, и пошли дебилы дальше. А через полчаса проснулся местный божок, которого мы обворовали. И грянул ливень. Мощный и не прекращающийся. Главное в пяти метрах от нас сушь и благодать, а на нас льет как из ведра. Попытались разделиться, но тучка тоже поделилась и каждому досталась своя. Так и топали три дня. Ни поесть нормально, ни поспать. Под конец думал, хвост от сырости отвалится, но все-таки ушли. Видимо зона влияния местного авторитета закончилась, вот и ушли. А вы чего салаги уши развесили? Собрали все? Тогда потопали.

Я, механически переставляя ноги, ковырялся в луте. Шкуры, шкурки, шкуренции различных змей. Некоторые почему-то прямо с головой. Производители ремней будут ими довольны. Может и себе тоже такой заказать? Целых шкур, правда, не много, но несколько черно – красных, выглядели просто великолепно. Пряжку же можно сделать прямо из головы.

– Точно, – опять подкатил внутренний голос, – что бы при каждом шаге, ее ядовитые зубы тебе в пузо втыкались. Просто великолепная идея! Я за!

– Вечно ты критикуешь, а как говорят: «Критикуя – предлагай».

– Да легко! Предлагаю! Не делай себе ремень, из которого при каждом шаге тебе в пузо будут ядовитые зубы втыкаться.

Я задумался и не заметил, как все затихло. Тьма, окружавшая нас, сгустилась. Огонек, мечущийся над головой мага, казалось, больше не разгонял её. Впереди и сзади только тьма и равномерный глухой стук падающих капель. На меня накатило ощущение непередаваемого ужаса. Ноги с трудом делали очередной шаг. Затем еще. Шум воды пропал. Тьму оглашает только наше хриплое дыхание. Резко похолодало, из-за рта вырвалось облачко пара, закрывая и так не большой обзор. Никого и ничего вокруг, мы одни во всей вселенной. Мы одни. Я и неотвратимая, ужасающая смерть. Движения стали совсем дергаными, словно у сломанных игрушек. Песок на полу заглушил звук шагов, и мы оказались в полнейшей тишине, и тут я краем сознания услышал это. Мелодия, с самого раннего детства навивающая на меня ледяной ужас.

Па-ба, па-ба, па-ба.

Перед глазами тут же встали кадры древнего ужастика.

Па-ба, па-ба, па-ба.

Огромная белая акула разрезает своим телом ледяные воды океана.

Па-бам, па-бам, па-бам.

Музыка становится громче и теперь ощущается не только напряженными нервами, но и обострившимся слухом.

Пабам, пабам, пабам.

Нет. Мне не кажется. Я точно её слышу.

Пабам, пабам, пабам.

Мелодия все ускоряется. Сердце колотится словно бешенное, порываясь вырваться из груди.

Пабам, пабам, пабам, пабам, пабам, пабам…

Ритм ускоряется. Сжавшие глефу руки белеют от напряжения.

Пабам, пабам, пабам, пабам, пабам, пабам…

– Пофиг, – раздается сзади шепот Каляна, – заткнись нахрен и так жутковато.

Мелодия прерывается.

– Да ладно тебе, все замолчали, вот я и решил музыкой развеять обстановку.

Я резко развернулся, сведенные судорогой руки протянулись к хлипкой шейке идиота, но он, будто что-то заметив, уставился за мою спину. Капля холодного пота скатилась по моему носу, со звоном разбилась о камень.

– Они за моей спиной да?

Пофиг обреченно кивает головой.

– КАК ВАШЕ НИЧЕГО? – Проорало у меня за спиной.

Прыгнув с места метра на три вперед и развернувшись в воздухе, замахал перед собой глефой.

– Вам послание от Майора!

– ССССУКА! – я метнул в призрака глефу и полез в сумку за святой водой, – гребаный недоорк, только не исчезай я тебя…

– От Майора послание, – в этот раз тише и как-то не уверенно зачастил Абрам Моисеич, прячась от меня за тушу Каляна.

– Ну, давай, – Калян в очередной раз сделал шаг в сторону, вновь вставая между мной и гадским призраком.

– В городе полная разруха, треть домов уничтожено, та же история с жителями. Кругом неразбериха и хаос. Раздолбаи взяли задание на зачистку города. Кое-где еще попадаются отбившиеся от стаи ползуны…

– Калян, – не выдержал я, поудобнее перехватывая ведерную бутыль со святой водой, – ну будь ты человеком! Дай я ему башку святой водичкой окроплю. Очень надо!

– Да подожди, ты, давай, дослушаем сначала. Продолжай, давай.

– Э, на чем я остановился? Ах да. Раздолбаи ушли и договорились встретиться около нашего дома. По пути нам встретился местный, по кличке Лис, так этот парень учит, как делать доспехи из брони ползунов, так что скоро приоденемся. И кстати, а дом-то наш выстоял! Одна стена, конечно, обрушилась, но левое крыло все цело. Столовая, подсобка и пяток комнат над ними. Майор уверен, что нам удастся его отремонтировать. Просит поскорее доделывать тут ваши дела и возвращаться с победой домой.

Новость действительно отличная. Стоп, а где этот гад? Договорил и сразу слинял говнюк.

– Абрам Моисеич, вернитесь на секундочку, мне Майору весточку передать надо.

Извините! Данный вид связи временно не доступен!

– Сука!

Неизрасходованная нервная энергия требовала выхода. Я схватил с пола глефу и, споткнувшись обо что-то мягкое, растянулся на полу.

– Пофиг, твою мать, сделай свет поярче! Нихрена не видать!

Пофиг чего-то помагичил и свет вспыхнул с утроенной яркостью. Оказалось, что раньше свет не освещал стены, потому что мы просто вышли в очередную пещеру. Пар из-за рта шел, потому что мы спустились очень глубоко, и здесь было чертовски холодно. А страшно было, потому что посреди пещеры была свалена трехметровая куча трупов, так и источающих миазмы ужаса. Уродливые морды, огромные когтистые лапы, усыпанные шипами хвосты, все это смешалось в одну грязно-серую массу. Я положил руку на один из трупов, но он не развеялся, как я ожидал, а продолжал спокойно лежать и потихоньку разлагаться.

– Они заражены, – я повернулся к сокланам, – надо их уничтожить, пока из них не вылупилось что-нибудь ужасное.

Направившийся ко мне Пофиг, вдруг резко остановился, выпучив глаза на нечто над моей головой.

– Ну, это уже не смешно, хочешь сказать, что там кто-то есть?

Но Пофиг ничего не ответил, начав пятиться назад, нянча в руке зародившийся фаербол.

Ну, засранец, если ты и сейчас меня обманул… Проснешься как-нибудь, а у тебя в памперс полкило жгучего перца засыпано.

– Воздушный щит!

Орать, конечно, было не обязательно, достаточно мысленной команды, но это уж так, для подстраховки. Встроенное в глефу заклинание окутало мое тело полупрозрачным коконом, который давал девяностопятипроцентную защиту от любого урона. Держался он всего пять секунд, а ждать перезарядки приходилось целый час. Если я зря его использовал…

Додумать я не успел, получив сильный удар в спину, покатился по полу.

Вам нанесен урон 6300. Заблокировано воздушным щитом 5985. Урон 315.

Внимание! Умение наместницы: "Преобразование", было заблокировано воздушным щитом.

Перекат по полу – быстрый взгляд назад.

На самом верху кучи, словно уродливый птенец в сложенном из трупов гнезде, возвышалась Наместница. Видимо, при зачистке этого зала ей досталось по первое число. Левой половины морды, вместе с глазом, практически нет. Страшные шрамы истекают дымящейся, едкой жидкостью. Левая верхняя лапа так же отсутствует. Весь бок и нога исполосованы страшными ранами. Видимо, во время боя ее повалили на один бок и напрочь разодрали другой. Длиннющий хвост, словно плеть мечется из стороны в сторону. Полоса хп у нее ушла далеко в оранжевую зону. С ее убийственными ударами это нам не поможет, но все же, все же…

– Пофиг, каменную кожу на Каляна и Феню.

Калян у нас самый толстый, а с защитой от кожи и нашего кланового флага, может и переживет один удар. А Фене, уже мчащемуся на врага со своим ножичком на перевес, лишние пять секунд на раздумья, пока длится окаменение, не помешают.

– Стену огня прямо перед ней! Нет, клетку строй вокруг нее! Половинчик, ату ее!

Огненная стена взметнулась прямо на горе трупов, бросая оранжевые блики на лоснящуюся морду монстра. Вторая стена, третья, четвертая, а в завершение в ту же сторону полетел фаербол. Резко пригнувшись, Наместница пропустила огненный мяч над собой, а затем, шагнув прямо сквозь огонь, по расползающейся куче трупов стала спускаться вниз.

– Стена! Еще стена!

Огненные стены вставали прямо перед тварью, но она шла сквозь них, словно не замечая. С искалеченных челюстей тек целый ручеек кислотной слюны, длинный хвост разрезал воздух и высекал искры из камней.

Да, где там Калян? А Калян застыл, не в силах пошевелиться. Точно! Ментальная аура, заставляющая кровь леденеть в жилах. У Нас Пофигом иммунитет к ней, благодаря вещичкам, да и то потоки феромонов вгоняли сознание в ступор. Я призвал ледяного габота под ноги спускающейся твари, и бросился к Каляну. Стянул с него одно из колец на интеллект и нацепил защитное от ментальной магии. Калян сразу ожил и, отставив меня в сторону, бросился на врага. А я, скованный ужасом, остался стоять на месте.

Тем временем паладин не терял времени даром. Во-первых, над его головой вдруг вспыхнула вспышка света. Для нас он показался мягким, зверь же взвыл дурным голосом, скребя единственной лапой последний же оставшийся глаз. Калян, тем временем, перепрыгнул метнувшийся к нему хвост и вдарил топором по сухожилию на поврежденной ноге. Сразу же вновь разорвал дистанцию и окутал себя защитными аурами. Затем по пещере разнесся вопль пернатого будильника, и Калян начал разворачивать привлеченную тварь раненым боком к нам.

– Пофиг, – я кое-как разжал челюсти, – диски, каменные, по ноге.

Не успел я договорить, как пальцы на руках мага заплелись в косички, и в покалеченную ногу твари ударило пять каменных дисков. Нога подломилась, и Наместница с грохотом повалилась на пол.

Не успел я договорить, как маг завопил дурным голосом: "Мне б пожрать не помешало!"

Да, ёшкин кот, что с моими сокланами не так?

Но сомневался я зря. Оказалось это кодовая фраза, вызывающая не боевое заклинание: "Зерно в муку". Примерно в метре от пола воздух замерцал и преобразовался в два весело крутящихся каменных жёрнова, примерно с прикроватную тумбочку размером. Они на миг зависли в воздухе, а затем свалились на больную ногу твари. Не успела та проклясть дурного мага на своем наместничьем, как пальцы на руках Пофига заплелись в косички, и в покалеченную ногу ударило еще четыре каменных диска. Нога вновь подломилась, и Наместница вновь оказалась на полу. Тут как раз подоспел наш неспешный Половинчик. Как-то утвердившись на покалеченном торсе, он с силой опустил оба кулака на тело врага. Та тут же плюнула в ответ и одна из рук голема начала крошиться. Но его это не остановило и руки продолжали подниматься и опускаться вниз с ритмичностью метронома, уверено вгоняя уровень жизни монстра в красный диапазон. Все же это не наши комариные укусы, билось два равноуровневых бойца. От дятлов толку в бою не было, пара клевков по неподатливой броне и они чуть не остались без клювов: кислота разъедала все. Магия немного помогала, Пофиг уставил огненными стенами весь пол, накрыв им и зверя и малочувствительного к огню голема. Зелья маны исчезали в его глотке, как пиво в желудке неделю странствовавшего в пустыне алкаша. Из бушующего пламени несколько раз вылетал кончик вражьего хвоста, на котором висел призванный мной жук – скоробей. Кроме этого, были видны лишь две темные тени, ведущие свою борьбу в бушующем пламени. Туда же влетали каменные диски, каждый раз роняя пытающегося подняться противника. После очередного падения Наместница уже не поднялась.

Поздравляем! Вы убили Наместницу королевы ползунов. Уровень 250. Получено опыта 1.322.555.

Получена награда +3 свободных очка характеристик.

Получена награда +2 свободных очка характеристик для всех членов клана.

Огонь потух, обессиленный Пофиг плюхнулся на пол, я охотно к нему присоединился. Мы смотрели на багровеющую в темноте груду голема, возлежащую на дымящейся туше Наместницы. Пока пол не остынет, туда будет не подойти. Ну и ладно у нас есть чем пока заняться. Сотня зараженных трупов вот-вот может разродиться новыми кошмарными тварями тьмы. Этого мы точно не переживем.

– Давайте, встаем, надо с этой кучей разобраться. Только, чур, без магии: во-первых, ты, наверное, половину эликов на ману выглотал, а во-вторых, я не вынесу, если запах паленого усилится еще хоть на чуть-чуть.

Дальше пошла кровавая мясницкая работа. Калян, как самый сильный стаскивал с кучи трупы и тащил их к нам. Мы разделывали их на несколько частей, время от времени орошая землю содержимым взбунтовавшегося желудка. Сколько часов мы провели за этим занятием, я не знаю. Если мне еще раз выпадет такая работенка, то я лучше, все-таки, помру. Был, во всем этом ужасе, и приятный момент: опыт, с не родившихся тварей, шел как с нормальных и здоровых. Несколько раз из бездвижных тел вырывались почти созревшие преобразованные твари, но в первые мгновения они были довольно неуклюжи, и нам втроем удавалось с ними справляться. В итоге мы все подняли еще по два уровня, а я почти взял третий. К тому времени, как мы закончили, пол уже остыл и голем подполз к нам, помогая добивать тварей. Но вот, дело сделано и осталось самое приятное: подобрать лут.

Поздравляем! Вы развеяли труп наместницы. Данные о ней занесены в вашу книгу призыва.

Получено: золото 7800.

Головная пластина наместницы. Класс редкий.

Полутораметровой длины хрень, видимо при жизни защищавшая черепок твари. Штука была похожа на панцири жуков скоробеев, что мы использовали для щитов, только поуже и поглубже.

Латные перчатки из панциря королевы прародительницы. Класс уникальный. Не опознано.

Обалденой красоты иссиня-черные латные перчатки, жаль ни на кого из нас они не влезли.

Ошейник фаворита. Класс уникальный. Не опознано.

Тот же черный материал, простой гладкий, блестящий ошейник, его никто почему-то даже пробовать примерять не стал.

Кинжал из панциря королевы прародительницы. Класс уникальный. Не опознано.

Невероятная вещь, явно из мастерской того же мастера, что и другие вещи. В наши руки он не лег, но вот Феня спокойно повертел его, признал, что вещица ничего так, и что он, так и быть, заберет ее себе.

Феромоны наместницы. Алхимический ингредиент. Класс уникальный.

Желтая, дурно пахнущая соплеобразная хрень, медленно стекающая с моих рук. Запихнул их в баночку из-под зелий, поплотнее закрыл и зашвырнул в сумку. Разбираться с этим будем позже.

На этом все, но выдвинуться дальше сразу не удалось. Измученный недосыпанием организм мага не выдержал и он отключился. Пришлось привязать его к спине Половинчика, хотя тот и сам выглядел не очень. Весь покрытый сажей, да еще и с одной крошащейся рукой. Той, в которую попала кислота Наместницы. Она уже стала в два раза тоньше другой, и с нее все еще продолжал осыпаться песок и мелкие камешки. Мда, что-то мне начинает казаться, что легкой прогулки у нас не получится.

– Что-то надо менять, – в тон моим мыслям высказался Калян, – если мы продолжим плестись в хвосте, то вместо того что бы командовать здешними стражами, только и будем, что в одиночестве сражаться с ордами преобразованных монстров.

– Знаю, но что можно с этим поделать не представляю. К сожалению, я тактик, а не стратег. У меня неплохо получается выбираться из задницы, в которую я сам же и влез, но что-то планировать наперед у меня плохо получается.

– Надо учиться, ты ж все же лидер клана.

– Ага, я лидер только потому, что остальные все умнее и смогли отбрыкаться от этого поста.

– Нет, во-первых: лидер тот, за кем хотят идти другие люди.

Я приосанился.

– Так значит, за мной хочется идти?

– Конечно, тебя каждый раз так гвиздят, что любо дорого посмотреть. Ни за что не пропущу эти волшебные моменты.

– Понятно, блин. А во-вторых?

– Что, во-вторых?

– Ты сказал, во-первых, должно быть и во-вторых.

– А, во-вторых: лидер не тот, кто все делает правильно, а тот, кто не боится взять на себя ответственность за других.

– Ага, и пинками их повести к светлому будущему.

– Часто бывает и так. Обычно человек – создание, рожденное на пару, с ленью и лень бывает старшим близнецом. Так что и к светлому будущему стремиться лишь под веселыми пенделями руководителя. И это если ему еще повезет с ним встретиться.

– Ладно, я тебя понял. Давай разложим проблему по полочкам. Мы плетемся за Принцессой и её подручными по узкому коридору, освещенному одним из трех имеющихся в нашем распоряжении факелов, потому что наш штатный светоч сейчас в отрубе и едет на издыхающем големе. Извини Половинчик, не скрипи так сердито. Но уж больно тебе сильно досталось от Наместницы, впрочем, мы и сами еле ногами шевелим. Но ладно, что-то я отвлекся. Если мы, каким-то чудом, догоним убегающих в этом коридоре, нас просто и без затей отправят всех на перерождение. А может не просто и очень не весело нашпигуют личинками и оставят тут вылупляться. Меня, кстати, когда Наместница хотела хвостом проткнуть, заодно и как инкубатор использовать хотела, да только повезло мне, воздушный щит спас.

Вариант второй: подземелье разобьется на несколько отнорков, и мы можем выбрать не тот, который выберет Принцесса, в надежде обогнать ее, а затем устроить с помощью местной стражи ей засаду. Но тут слишком много но. Соединятся ли эти тоннели потом и выведут ли к одному и тому же месту? Не будет ли наш путь длиннее, и не окажемся ли мы снова в хвосте процессии? Судя по всему, твари знают куда идут, в отличие от нас.

Вариант третий: мы догоняем их в одной из местных пещер, где они, как по заказу, бьются со стражей. Мы по-тихому, проскальзываем вперед, а оторвавшись на приличное расстояние, начинаем вербовать стражей в свою свиту. Вот только как далеко мы сможем убежать от этих тварей?

– Я бы выбрал вариант четвертый, – сказал Калян, – сесть на фуникулер и обогнать ползунов по воздуху.

Он остановился и поднял факел вверх. За рассуждениями я и не заметил, как мы выбрались из узкого коридора в просторную многоуровневую штольню. И на самом верху почти полностью скрытые темнотой, на толстенном канате висели вагончики фуникулера. Воздушная линия брала свое начало от небольшой платформы, к которой вела крутая, железная лестница. Дальнейший путь по земле утопал в непроглядной тьме и, судя по раздающимся впереди нарастающим воплям, ползуны добрались до очередного отряда стражи. Одни монстры мочат других в полной темноте. Жуть какая.

– Как глава клана, я принимаю решение, попробовать оживить фуникулер, и в случае успеха поехать на нём, как белые люди. И ответственным за выполнение этого мероприятия я назначаю, хм, дайте-ка я подумаю. О! Калян, вот идеальный кандидат! Поздравляю, твои уроки не прошли даром, вперед, в светлое будущее!

– Да, твою-то мать!

Хоть и ржавые, но еще крепкие стальные ступени даже не заскрипели под его весом, и он довольно быстро скрылся за ближайшим выступом скалы. Я же остался внизу, с тревогой прислушиваясь к усиливающимся воплям, доносившимся из темноты. Это были вопли боли и предсмертные хрипы. Плохо дело, ползуны и их правители помирали практически беззвучно, значит, умирают не они.

– Кхэм, кхэм, послание от Каляна, – произнесли сзади тихо. Выглянувший из-за ближайшей колонны Абрам Моисеич не увидел в моих руках святой воды и немного осмелел, выбравшись на открытое пространство.

– А, Иуда. Явился? Что там у тебя?

– Калян передает: «Надо чтобы вы все поднялись наверх».

Я с сомнением посмотрел на крутые ступени и на покалеченного Половинчика. Но делать нечего, не оставлять же соратника здесь. Подлез к нему под рассыпающуюся руку, обхватил за широченную спину. Хряк, позвонки мои затрещали, а я почувствовал себя Гераклом, взвалившим на свои плечи небесный свод. Шаг, еще шаг, поручень сминается под ручищей голема, ступени предательски скрипят и раскачиваются. Шаг, еще шаг. Ноги дрожат от напряжения. Шаг затем еще один, пот заливает глаза. Быстрый взгляд вверх и по сторонам, и хриплые проклятья.

– Вуди, тварь ты пернатая, я щаз пополам сломаюсь, а вы всей толпой на Половинчике расселись, а ну кыш, а то на перья для стрел всех вас пущу. Шесть жирных дятлов спорхнули со своего насеста, и даже утащили с собой Су-у-уку тварь липучую, которая как-то выжила во всех передрягах и вновь путешествовала на спине голема.

Стало немного легче. Шаг и еще один, надо было и Пофига от него отвязать, худой-то он худой, но ведь длинный как жираф, вон волочащиеся ноги за все ступени так и цепляются. Шаг, второй, третий. ПалМихалыч, поплевав на ладони, подставил свое плечо под вторую руку. Шаг, шаг, шаг, а хорошо иметь в своем распоряжении сильного внутреннего бухгалтера. Ступенька, еще одна, и еще. Внутренний голос, обретя призрачную форму, вцепился в ноги Пофига, облегчая нам подъем. Шаг и снова шаг. А вот и последняя ступень. Я как подкошенный валюсь на площадку. В ушах бьют барабаны, но и через них я слышу Калянский вопрос.

– Пахан, ты нахрена голема наверх припер? Я только вас с Пофигом звал. Давай спускай его обратно… Ээй, ты чего, чего? Ножичек-то убери!