Кладовщик В.

Глава 1

глава первая:

ПОДОЗРЕНИЯ

За этим стариком я наблюдал давно. С виду, туповатый, убивающий своей простотой и деревенским говорком, он никоим образом не претендовал на роль человека грамотного, не говоря уже об интеллигентном. По вечерам он частенько сиживал на лавочке у ворот своего подворья и любил заговаривать, радостно скалясь последними зубами, с каждым встречным поперечным. Но посёлок-то наш – далеко не Москва, все друг друга знали, а уж проживающие неподалёку и проходившие иногда мимо дома старика, только резко ускорялись, да на ходу открещивались простыми словами:

- И ты будь здоров! Извини, спешу!..

Потому как больше половины передних зубов у деда не было, чем он вызывал крайнее нежелание с ним общаться. А уж занудностью своих разговоров, он сразу и навсегда убивал желание с ним поговорить. Например, раз десять, он вначале повторял одну и ту же фразу, просто меняя в ней местами слова:

- Зидирасте! – начинал он. И особенно это его искажённое приветствие звучало как издевательство. Его так порой за глаза и обзывали за это «деда Зиди». После чего продолжал шепелявить, брызгая слюной: - В ентот год картопелька уродилась маловата… Грю, маловата картопелька уродилась в этот год… И ежель не тямишь, что именно картопелька в ентот год уродилась маловата?..

И так далее. Причём попытки увести разговор в иную сторону или обговорить нечто важное, натыкалась лишь на ускоренное повторение одной и той же фразы. Соглашаться – только хуже. Отрицать – без толку. Своё мнение иметь о той же картопельке - глупость несусветная.

А я почему всё-таки этим соседом, живущим от меня через дорогу напротив заинтересовался-то. Сам по выслуге лет, да из чувства противоречия с командованием, вышел в отставку рано, в пятьдесят лет. Да со скуки, чем только не развлекался. Самым первым в посёлке установил на крышу солнечные батареи, которые даже в дождливую погоду всё равно давали зарядку на подстанцию. Имелось у меня в хозяйстве всё, чего только душа пожелает, и что лучшего было на вооружении наших доблестных и электронных войск. Относительно, конечно. Имею в виду, что танка у меня не было. Как и ракет большой дальности. А вот остального, особенно вещей хозяйственного плана…

Благо, что приватизировать нечто у своего государства считал незазорным, раз правители и прочие генералы это поощряют. Главное было не попасться на списании и при вывозе вполне ещё действующего, годного добра. Тем более что большинство оборудования куплено после списания на свои кровные. Потому совесть меня по ночам не мучила, спал спокойно.

Ну и развлекался тем, что во все стороны у меня стояли настроенные мощные бинокуляры, кинокамеры отслеживали каждый квадратный метр в пределах видимости, а при необходимости я с помощью направленных микрофонов мог подслушать разговор по прямой линии хоть в любом конце своей улицы. При установке использовал всё те же солнечные батареи, маскируя шпионские девайсы под трубчатые крепления. Не скажу, что паранойя меня преследовала, но любил я себя чувствовать человеком, у которого всё под контролем.

А уж за соседом проследить, как говориться, и выяснить чем он дышит – сам великий бог Оппен Геймер велел. Правда, после двух бесед с дедом Зиди, наверное, где-то полгода в ту сторону даже не смотрел. Настолько он мне показался неприятным, жалким и чуть ли не мерзким. Но что-то толкнуло таки, на тотальное слежение. Скорей всего наличие огромного сарая у соседа, стоящего чуть в глубине двора, среди фруктовых деревьев. Так и завис от вопроса:

«А чем это там дедуля занимается с самого утра и до обеда?» Ну и второй вопрос, попутный: «Как может у такого лопуха быть такая умнейшая собака?»

Потому что в доме, старом, маленьком и перекошенном от времени, можно было только спать, образно говоря. Человеку. А собака доберман жила своей самостоятельной жизнью вне дома, охраняя участок так, словно личную будку. И отсыпалась иногда под закрытым со всех сторон крыльцом. При этом она словно не замечала хозяина, а он вроде как даже не глядел в её сторону. Мало того! Он ей даже жрать не давал! И воду никуда не лил. И отходы жизнедеятельности не собирал и на задах землю не удобрял.

Доберман самостоятельно и ответственно ходил по участку, проверяя его по периметру. Гонял всех: от мальчишек с котами, до зашедших случайно крыс. Последних атаковал молниеносно, зарывая потом трупики под кустами давно одичавшей смородины в дальнем углу участка.

Чем не пример гениальной дрессуры? И как такого добиться?

Ладно с едой… Может там дырка из прихожей есть, куда ссыпается корм для животного. Там же где-то и вода капает. Но почему и никогда я не мог заметить процесс дефекации собаки? Как она умудряется так прятаться для этого? И где?! За сараем? За грядкой с картошкой? Личный туалет у неё под крыльцом? Со смывом?!..

Плюс таланты уникального охранника, доказанные во время одного случая. Позарились как-то на добро старика местные ушлёпки. Им слишком соблазнительным здоровенный сарай показался. Имелось в посёлке несколько мутных личностей, не то семейство, не то сожителей, сильно пьющих и сильно загребущих. Подворовывали всё что можно и что нельзя. Опять-таки, в сторону моего дома или мне подобных авторитетов они и покоситься опасались, а вот беззащитных стариков обворовать не гнушались. Ну и нежилые дома старались обнести.

Проехалось это быдло несколько раз по нашей улице на старом авто, присмотрелось. Походило ножками туда сюда. Приметило собачку и решило, что она им не помеха при намечающемся раскулачивании. На табличку воротную «Во дворе злая собака» злодеи только пофыркали со смехом. И пошли на дело. Как-то глухой ночью, кинули через забор несколько кусков телячьей вырезки. Причём сразу с двумя вариантами: с усыпляющим средством и быстро действующим ядом. Подождали, прислушиваясь, ну и полезли через часик, полностью уверенные в своей безнаказанности.

Да вот засада: доберману не спалось. И кушать не хотелось. Мясо он даже не понюхал. Зато воришек, начавших копаться с замками сарая, искусал до крови. Каждого, в нескольких местах. Грубо говоря, порвал им задницы на британский флаг. Крови! Шума! Воплей на весь свет! Скандал! Ну и следствие, как следствие неудавшегося грабежа. А там установили: найденное мясо с отравой – принадлежало воришкам. Итоги: Суд. Обвинение. Срок. Быстро как-то заменённый на условный. Ну и сильно затаившиеся после такого афронта злодеи.

Вот такая непреодолимая, уникальная охрана.

По поводу первого вопроса, касающегося сарая. Заглянуть я в это таинственное место не мог, никак. Зато удавалось в особо удачные часы кое-что подслушать своими микрофонами. И самое удивительное: записать негромкое пение старика! Он напевал невероятно красиво разные романсы. Негромко, мелодично, нормальным тенорком и ни капельки не шепелявя. Причём такие романсы, которые я никогда не слушал дотоле. Точно! Я проверял: нет таких в интернете. А ведь там по любой строчке можно разыскать хоть чёрта лысого.

И что на это говорят логические выкладки? Одно из двух: либо в сарае прячется некий молодой, но весьма талантливый сочинитель романсов, либо это сам сосед умело притворяется на людях дряхлым, старым, беззубым, немощным и косноязычным. Видел я таких спецов в своей биографии, встречал, работал с ними, боролся даже с некоторыми.

Ну и как такими загадками не заинтересоваться? Как не следить, попутно развлекая себя на заслуженной пенсии? Как ни увлечься разгадыванием подобной тайны?

Тем более что вскоре новые обстоятельства открылись.

Порванное собакой жульё, со временем таки сделало попытки отомстить за свои покрывшиеся шрамами седалища. Оно банально настучало на деда, возведя напраслину. Подключили массово подельников с сочувствующими родственниками, и те постарались докричаться во все инстанции. Облыжно обвинили старика, что у него хранятся наркотики и он типа посредник в торговле этой гадостью. И хорошо так настучали, громко, настойчиво, в нужные и ненужные уши. Пришлось властям как-то на это реагировать. Прислали каких-то умников с мордоворотами из полиции, наблюдателя от прокуратуры, кинолога с мелкой собачкой, подняли ни свет, ни заря участкового, да и приехали к моему соседу с разрешением на обыск.

А так как у меня всё оставалось под контролем, то я и вышел вовремя на улицу, нарисовался, так сказать, не сотрёшь. И тут же был привлечён группой прибывших в число понятых. Обрадовался, естественно:

«Мечта сбывается! Собственными глазами посмотрю, что у деда в сарае творится. И хорошо бы под крыльцо заглянуть, увидеть, как там доберман обустроился?»

Кстати, собачка, словно получив мысленную команду, убралась на зады участка, лишь изредка выглядывая оттуда. Не лаяла, агрессии не высказывала. И вела себя так без малейшего окрика или шевеления дланью своего кряхтящего и ругающегося вслух хозяина:

- Какого лешего людей старых пугаете?!.. Помру от инфаркта, буду вам до конца ваших дней в кошмарах сниться!.. Ишь, что удумали! Обыск им подавай… Гори все в аду, кто это на меня такую напасть наслал!.. Тьфу! Позорище, какое!.. Что соседи подумают?.. Решат, что у меня тут публичный дом работает?.. Или что я здесь газету «Искра» печатаю?..

Все прибывшие лица только кривились на это, смешков не последовало.

Но три внутренних, суровых таких замка на сарае, старикан открыл и прибывшую делегацию запустил внутрь. Свет включил. Отошёл в сторону. После чего замолчал наглухо, плотно сжав губы. Обиделся жутко.

А мы всё с определённым разочарованием, но и с не меньшим интересом стали осматриваться. Имелось чем полюбоваться, имелось… По всем стенам висели плотно пригнанные друг к дружке доски и фанерки с филигранной резьбой на них. Причём резьбой всех видов. Кого там только и чего не было на рисунках: звери, люди, горы, птицы, рыцари, деревья, драконы, эльфы, сексапильные красотки и даже Буратино с Мальвиной. Все поблескивало покрытым лаком разного оттенка и мерцало немалой толикой таинственности, таланта и благопристойности. Именно, что благопристойности, несмотря на манящие своей наготой женские силуэты.

И я был первый, кто с восторгом высказался об увиденном:

- Какая прелесть! Гениально! – выдержал паузу и добавил от всей души: - Такие творения не зазорно и в музее показать.

Вторым наш участковый высказался:

- Хм! Что же вы, Глеб Романович свои таланты скрываете?

Видно было, что соседу моему наши слова понравились. Но пока он пожал скромно плечами, да пошамкал беззубым ртом, собираясь ответить, вмешался представитель полиции:

- Не будем затягивать с обыском! – и кинологу: - Приступайте!

Кажется, опытный мент сразу, по всем косвенным пробил суть подозреваемого: тому до торговли наркотиками, как до Пекина по-пластунски. Но отрабатывать надо, ордер на обыск прокурором просто так не выдаётся.

Зато сам Глеб Романович словно вторую молодость вдохнул, оживился и залопотал, зашепелявил с угрозой:

- Я жаловаться буду, что честного человека оклеветали и криминальные элементы вступили в сговор с оборотнями в погонах! Видел по телевизору давеча, что и как надо делать! Куда надо – всё напишу! Кого надо – всех выведу на чистую воду. Здесь вам не у себя на антресолях гадить! Не позволю!

Ещё и руками начал размахивать, словно мельница крыльями. И вновь я не сдержался:

- Да полно вам, Глеб Романович, не расстраивайтесь так. Оно того не стоит. А судьба сама накажет злоумышленников! – и добавил, демонстрируя своё полное понимание ситуации: - И так накажет, что шрамы на седалищах покажутся цветочками.

Сосед остро на меня посмотрел, поражая невероятно осмысленным блеском глаз, но тут же отвернулся, хохотнул и закивал. Мол, да, так и будет.

Тогда как обыск, ведущийся скорей чисто формально, довольно быстро шёл к концу. Ведь главная роль отводилась той самой мелкой, беспородистой собачке. Она прилежно обнюхала все углы с укромными местами, после чего уселась на тёплом половичке и начала вычёсывать себя за ухом. За неё отчитался кинолог:

- По нашим делам ничего нет. Негатив.

- Тогда переходим в дом! – заявил старший в группе, не удержавшись от печального вздоха. – А уже потом пройдёмся по всему участку. Ведите нас, господин Чикорский.

Чикорский и повёл, не удержавшись от очередной язвительной шпильки:

- Вона как! Даже я господином стать сподобился. Хотя раньше-то душевней было, все друг другу были товарищами. Ага!.. Друг, брат, кум и сват – так рождался всюду блат. Жвачка, мир, дружба… Плюнуть не в кого было… А сейчас – все господа! Крапива да лебеда. Мать вашу, родину на пьедестал…

И сложно было понять, то ли он всё больше злился, то ли откровенно глумился над всем происходящим? Но в дом провёл, входя первым. Пока все остальные втягивались за ним следом, я быстренько достал сигаретку, спешно прикуривая и поясняя оглянувшемуся на меня прокурорскому:

- Две затяжки! И следом!

А когда остался один, сделал вид что споткнулся и упал. Вряд ли я получил бы окрик от Станиславского «Верю!», но своей цели добился: заглянул во входное отверстие под крыльцом. Моментально там всё сфотографировал тренированным взглядом, и быстренько вскочил на ноги. Причём не по причине того, что кто-то заметит и высмеять может. Больше опасался добермана, который мог наказать за покушение на его жилище.

И уже только в доме, стараясь не отвлекаться на спартанскую обстановку в нём, попытался исследовать выхваченную картинку. Будка, если верить канону, просторная, места хватило бы и для нескольких сторожевых псов. И там в беспорядке валялось несколько ватников, пара старых одеял и …всё! Ах, да! Ещё со стенки свисал кусок кабеля с розеткой высокого напряжения, 380W. В такую можно подключать любое электрооборудование, вплоть до сварки.

А где миска с едой? Где тазик с водой? Или хотя бы кран? Где тот самый таинственный горшок со сливом? Но что ещё больше удивило, так это запах. Точнее полное отсутствие запаха псины. Уж это простейшее несоответствие мне сразу ударило по обонянию. И что получается в итоге? Очередной кроссворд для пытливого пенсионера? Ну, ну… Задачка становится всё более интересней.

Дальше я старался подметить и запомнить любую деталь. Хотя в доме таковых толком и не нашлось. Как и наркотиков. Только и удивила всю нашу компанию особая кровать в маленькой спаленке. И не просто полуторка по ширине, а этакая капсула футуристического вида с закрывающейся крышкой. И несколько баллонов с кислородом, стоящие рядом. Трубочки разные, проводки, несколько дисплеев.

Хозяина дома никто вроде не спрашивал, но все на него так уставились выпуклыми глазами, что он непроизвольно, пусть и со злобой начал оправдываться:

- А шё-ё вам не так? Порой задыхаюсь от старости, вот и жму кнопку. Закроюсь и дышу кислородом. Иначе давно издох бы!

Да никто и не возражал против такого. Как говорится: спасение утопающих – дело рук современной медицины.

Разве что ещё наисовременнейший холодильник удивил. Широкий, две двери нараспашку, блестящий и красивый. Туда точно пол мамонта легко укладывалось. Мне заглянуть не удалось, а полицаи доставать ничего не стали. Собачка лишь нюхнула, пустила слюну и завиляла радостно хвостом. Но это – из-за вкусняшек внутри камер, а не по причине наркоты.

Зато во время осмотра участка, я заметил очередные детали, пошедшие в копилку наблюдений. Собачка, под управлением кинолога, добросовестно обошла все места, чихнула возле захоронений с крысами, пролаяла два раза на наглую сороку, мелькнувшую над нами, но! Ни разу она, нигде не обратила внимания на добермана, маячившего вдалеке от нашей компании. Словно иной собаки здесь не существовало вообще. Как и её определённых меток по всей территории. Или их фактически не было? А разве такое бывает в среде этих друзей человека? Нет, не бывает. Что и есть весьма странным.

Выходя с участка, пока все прибывшие представители государства рассаживались по машинам, я вновь задержался, участливопрощаясь с соседом:

- Ну вот, Глеб Романович, всё и вернулось на круги своя. Справедливость восторжествовала. Можете спать спокойно. Всего хорошего! – и протянул руку для пожатия: - Крепкого здоровья вам!

Тот слегка замешкался, глядя на меня прищурившись и с явной подозрительностью. Но руку таки подал, прошепелявив при этом:

- И вам всех благ! – потом-таки не удержался и добавил: - Пока ещё не восторжествовала… Но я хочу о другом спросить: мои картины по дереву вам в самом деле понравились?

- О-о! Не то слово! – заверил я с максимальной искренностью. – Если вы согласитесь, я даже выкупил бы для себя несколько ваших творений.

После такого предложения господин Чикорский вновь прикрылся образом простоватого и глупого старикана. Но мысли излагал глубокие:

- До чёй-то там покупать… И какое оно творчество… Так, баловство одно… И нашто мне деньги-то? Всё равно скоро помру, в могилу не заберу, а на переезд мне и так хватит.

- Собрались от нас переезжать? – засомневался я.

- Угу… Помирать поеду, на Алтай. Но там всяких полезностей много, так что может, ещё и лишний годик протяну. Друг у меня там старый, обещается во всём помочь…

- А-а-а? – протянул я вопросительно, мотая головой в сторону дома.

- Так внучатому племяннику всё оставлю. Не скоро ещё, через полгодика… Хотя и это время пролетит незаметно… А с картинами по фанере… так я вам и так несколько подарю. На выбор. Загляните ко мне денька через три.

На том мы и распрощались. Но события продолжали развиваться всё страньше и страньше. Особенно на фоне случившегося вскоре пожара.

Глава 2

Глава вторая:

НЕСВОЕВРЕМЕННЫЙ ЭНДШПИЛЬ

Картины я в дар получил. Выбрал самые большие и самые впечатляющие. За что и удостоился скупой похвалы от старика:

- Мм… Разбираетесь, Нестор Поликарпович. И вкус у вас имеется.

Я поблагодарил весьма высокопарно. Повесил красоту на видных местах у себя в доме, и продолжил слежку с удвоенным рвением. И не зря старался. Особенно во время начавшегося пожара многое рассмотрел.

Загорелся дом тех самых воришек, с порванными задницами. Причём в такое время горело, что ночь ещё не наступила, и день шёл к завершению, в сумерках. По словам очевидцев, живших там по соседству, злодеи устроили шумную гулянку, с воплями, матами, мордобоем и битьём посуды. В принципе, как обычно они и делали.

Потом возник момент какого-то странного затишья. И взрыв, сопровождающийся пламенем во все стороны. Вопли заживо сгорающих людей, привлекли к себе жителей практически всего посёлка. Только вот никто из пострадавших не успел выбраться из огня. А когда сбежались соседи на помощь, спасать было некого и бесполезно: всё пылало, трескалось, гудело и рушилось. Примчавшиеся пожарные только и полили водой да пеной обрушившиеся чуть раньше своды и стены. Никто из семи представителей местного криминала не выжил.

Но мне показалось весьма показательным поведение соседа, господина Чикорского и его собаки. Глеб Романович вышел на свою лавочку снаружи за час до пожара, и начал как обычно цепляться к каждому встречному поперечному:

- Зидирасти! Куда гонишь-то?.. Ась?.. Что нового у тебя?.. Не спеши!

Сумел нескольких прохожих приостановить дольше, фраз на десять. Но потом от него всё равно сбегали под разными предлогами. Но в любом случае десятки людей могли подтвердить, что в это время старикан никуда не отходил.

Зато собачку мои видеокамеры засекли в тот момент, когда доберман пересекал улицу нашу в конце. Да и потом, когда собачка возвращалась. К тому моменту пламя сгорающего дома уже начало спадать.

Учитывая, что доберман ну очень не простой, какие следовало сделать выводы? Пусть это и казалось нереальным, но почему-то сразу я предположил вмешательство именно этого охранника соседнего участка. По здравому размышлению такого быть не могло никогда, но… ничего иного в голову не приходило.

Ещё и выводы следствия после пожара, которые удалось почитать, добавили фактов в копилку моих подозрений. Получалось, что воришки пить начали всего за час до происшествия. То есть оказались сравнительно«на ногах». Да вот только экспертиза чётко доказала, что кости ног у всех были переломаны у лодыжки. Как по единому шаблону, словно убийца пытался ступни открутить. Потому и не могли пострадавшие сразу выскочить из дома. И никто иной не выскакивал оттуда. А кто тогда разлил канистру бензина по всем комнатам? Кто открыл баллон с газом, что и спровоцировало взрыв? Кто подпёр наружную дверь лёгкими клиньями из алюминия? Кто, в конце концов, дал искру? И почему именно после начала пожара злодеи подняли крик? Почему не с самого начала грозящих неприятностей?

Неужели произошло массовое самоубийство? Никак нет.

Потому и завели дело о предумышленном убийстве с многочисленными жертвами и начали искать подозреваемых. Меня, к примеру, даже не опрашивали. А зря… Имелись у меня многочисленные подозрения. Но сам я не лез, да и спросили бы… скорей всего промолчал бы.

Зато деда опять тормошили, выпытывая с пристрастием: где был и что делал. Всё-таки повод у старика наличествовал, да и угрожал он весьма прозрачно в присутствии казённых людей. Хотя к подобным угрозам изначально следовало отнестись со скепсисом: что с дряхлого старпёра взять-то? Но у полиции свои резоны: приказано пробить все варианты, вот они и рыщут. Тем более что сами заинтересованы о-го-го как. Громкое дело получилось, непростое, Москва рядом, оттуда ругань начальства и без телефона слышна. Да, кричали сильно. И ногами топали. Кое-кого изрядно наказали. И участковому нашему прилетело в виде строгого выговора и чуть ли звание не снизили. Мол, виноват, не ведёт профилактику правонарушений среди населения.

- А как её вести?! – возмущался участковый, во время нашей с ним беседы. – Если эту сволочь сколько раз не подводил под статью, а их всё время адвокаты вытягивают на свободу. Гори они синим пламенем!.. – и проговорился со злостью: - Давно бы так сгорели, ещё лет пять назад…

Естественно, что опросы и расследование ничего не дали. Преступление так и не раскрыли. Так и появился крупный «висяк», о котором в народе чаще говорили так:

- Зря ищут виновного. Эти злыдни сами беду себе устроили. А что ноги сломаны? Так их взрывной волной ударило, когда стояли. А что бензин разлитым оказался? Так они его воровали и в доме прятали. Вот и опрокинули случайно. Или взрыв, опять-таки, канистру опрокинул. А клинья под дверью? Так сами и заперлись, чтобы никто посторонний не вошёл, когда перепьются вусмерть и попадают под стол.

Приходилось и мне во время таких рассуждений кивать, держа свои знания и мнения при себе. Ну и старался совершенствовать свои методы подсматривания и подслушивания таинственного соседа. А он, кстати, что-то заподозрил. Или заметил мои скрытые камеры. Потому что перестал со мной здороваться, ещё и обозвал нехорошими словами. Мол, безбожник я и тварь блудливая. И с чего вдруг? Когда сам он ни иконы в доме не имел, ни в церковь не ходил, ни яйца на пасху не красил.

По поводу блуда… Тут сложно. Хотя имелся грех, не отрицаю. Как говорится, были демоны. Или: седина в бороду – бес в ребро. Появилось у меня новое увлечение в виде моложавой и симпатичной почтальонши. А что, нельзя? Она женщина в самом соку, тридцать один годик всего, вдова. Да и я молод ещё, только пятьдесят четвёртый год пошёл. Разведённый давно и вполне официально. Вот и взыграла кровушка буйная. Раз пригласил даму на чашечку чая, второй – на рюмочку кальвадоса, ну и на третий у нас всё сложилось, как полагается. Стала работница почты ко мне чуть ли не каждый день заскакивать, то на обед, то на ужин с завтраком.

Вот на это старикан и обозлился. Или приревновал, скрывая свой похотливый характер? Но уверен, что это он использовал только как повод, чтобы от меня дистанцироваться. Тем более что ругался он со мной и обзывался строго наедине, чтобы ни в коем случае не услышали соседи. Знать бы ещё, зачем он так поступил? Но моего рвения при наблюдении этот факт не охладил.

И пошли новые записи. На них Глеб Романович с ещё больше назойливостью перехватывал соседей и втолковывал им самое главное:

- Уезжаю я, на Алтай. А очень скоро мой внучатый племянник приезжает, вот его фото. Смотри, какой красавчик! – и всем показывал не просто карточку, а чуть ли не полуметровый портрет смазливого, молодого Жигало. – Всё на него переписал, он и будет здесь жить.

И участковому показал. И мне, скрипя последними зубами. Но больше всех к моей почтальонше приставал

- Катенька, милая! Нет, ты только глянь какой красавчик! И твоего возраста, практически. И, какое совпадение! Имя и отчество у него точно такое же, как у меня: Глеб Романович. А?! Каково?! Я ему тебя на видео отослал, ты ему жутко понравилась. Прям в восторге от тебя! А? Смотри, смотри! Не упусти своё счастье. Молодой, умный, перспективный!.. Не то, что некоторые старые сморчки-мухоморы!

Так вот он, почему на меня взъелся-то! Сам царствовать возжелал?! Мм… не то. Сам своего родственника пристроить задумал?! А я его ещё нахваливал? Картинки его по всему дому развесил? Вот же старый пройдоха! Как только таких сводников земля носит?

Но что уезжает господин Чикорский в дербеня далёкие – это хорошо. А уж от молодого Жигало мы в любом случае отобьёмся. Наверное…

Хотя я никак не мог поверить, что таинственного соседа вскоре рядом не будет. И успею ли я разгадать кроссворд с его собачкой? Заберёт ли он её с собой? Или оставит внуку? Что-то вопросов становилось всё больше и больше, и моя логика начинала сбоить. Некая интуиция мне шептала, что не так оно всё просто, как смотрится невооружённым глазом. Следовало кардинально напрячься и таки разгадать хотя бы парочку секретов.

И такой шанс у меня как бы имелся. Среди массы заначенного у меня оборудования, несколько устройств вызывали особую гордость. Одно из них – МРППТП, малый роющий подземный перфоратор тоннельной проходки. Хотя правильнее его было бы назвать проходческим комбайном. Это миниатюрное чудо на бесшумных электромоторах вообще-то являлось секретной разработкой ВПК, и после списания подлежало обязательной переплавке. Но с моими возможностями удалось прикупить агрегат в виде разобранного лома. Как и запасные части к нему и комплектующие. А потом я у себя, в довольно глубоком подвале на два уровня (потому и дом этот купил), потихонечку постарался восстановить агрегат во всей красе.

Спрашивается: зачем оно мне? Ответ точный и сам дать не могу. Но несколько вариантов имелось. От «Обожаю уникальную технику!» и «Жалко добру пропадать!», до «А шоб було!» Причём техника на грани фантастики, делает тоннель практически в любом грунте кроме гранита. И то, если поставить коронки с алмазными вставками, и гранит с бетоном прорежет не спеша.

Тоннель получается на загляденье! Овальный, высотой два метра, в ширину метр. Хоть на велосипеде по нему гоняй! Настроил программу, дал задание, подключил через кабель к электричеству – и горя не знаешь. Только и успевай на прицепе отвалы вывозить, да по соседним оврагам разбрасывать. Да прутья арматуры с цементом вкладывать в бункер. Ага, и жидкое стекло подливать… И песок, если его по ходу движения нет, а нужен. Но это так, активному человеку только в радость поработать.

Ещё раньше, не спеша, прорыл тоннели в оба дальних угла своего участка. Зачем? Просто позабавиться хотелось. Технику проверить. Кольцевую линию вокруг дома, хе-хе, построить! А чо, проложил…

А тут решил подкоп делать в сторону соседа. Да поглубже, чтобы ни канализацию не зацепить с прочими коммуникациями, ни законсервированных колодцев не коснуться. Они у нас в каждом дворе имелись, хотя все давно пользовались водопроводом. Что настораживало изначально меня: доберман соседский всегда заметно волновался во время работы перфоратора в его сторону. Занимал пост возле калитки со своей стороны забора и тщательно прислушивался. Наверняка пёс улавливал вибрацию почвы, хотя МРППТП работал очень, ну очень тихо.

Ладно, станем рыть по чайной ложе в минуту. Да и опять надо грунт по соседним оврагам раскидывать, а отвлекаться часто густо не хочется. Есть у меня мнение, что операция «сосед» входит в завершающую стадию. В ближайшую неделю всё и прояснится. Потому что уже давно у меня в голове сидела навязчивая идея: внучок-то давно приехал! Просто прячется изумительно. И это именно он поёт молодым голосом в сарае незнакомые романсы. И это он вырезает талантливые поделки на фанере. И это он уже давно присмотрелся к моей очаровательной знакомой и положил на неё глаз. Ведь недаром старец Чикорский так старается со своим сводничеством.

И рыл мой комбайн довольно глубоко, а под соседской территорией ещё и по дуге стал обходить возникшую сложность. Конкретно: МРППТП имел навороченный приборчик, не то резонатор, не то ультразвуковая приблуда, с помощью которой прощупывал грунт перед собой на три – пять метров. Вот и показал прибор наличие узенького, полутораметрового в высоту тоннеля. Он вёл из дома в сарай и выделялся непомерным содержанием железа. Когда я это сообразил, оставались лишь мысленно восклицать:

«Этить-колотить! Так я здесь не один такой нафаршированный?! Господин Чикорский всё больше и больше меня поражает! И не удивлюсь, если он в этом тоннеле не только наркотики прячет. И обыск его не испугал… Хотя, сколько там того обыска было?..»

Но теперь становились понятными неожиданные появления старика из дома, когда он до того вошёл в сарай. Раньше я это всё списывал на сбои в работе моих видеокамер.

Тем не менее, сдавать дедушку Глеба властям, или нагло вламываться в его сарай, я не собирался. Всё чего-то выжидал и во всём сомневался.

Может я так ничего бы и не выяснил, оставаясь в неведении до конца дней своих. Но вмешались силы непреодолимого характера. Разбушевалась стихия. Случилась сильнейшая гроза. Ливанул настолько обильный дождь с градом, что в низинках некоторых улиц нашего посёлка, дома затопило до второго этажа. Ливнёвки не справились с таким обилием небесной напасти. Молнии били в землю, словно началось светопреставление. Несколько сараев загорелось, один дом остался без мезонина. Правда, зарождающиеся пожары тут же гасил ливень. Но всё равно беда у людей. Чудом, никто не погиб.

Нам с соседом в этом плане повезло. Громоотводы сработали, как полагается. Как бы. Ничего у нас не размыло, не разрушило, не подтопило. Даже мои подвалы с тоннелями остались сухими. И сарай у соседа не пострадал. А вот его домику досталось. Просматриваемые впоследствии записи, несмотря на стену дождя, показали некий светящийся объект, величиной с волейбольный мяч, пробивший дыру в стене домика. Небольшое отверстие, только кулак пролезет. И пожара не случилось. Но!

Попала шаровая молния как раз возле спаленки, где и находилась чудо-кровать моего соседа. А он в тот момент, там не просто спал, как я догадался впоследствии. А занимался крайне непотребными делами. Или потребными? Это как посмотреть… И то не сразу смог-то, посмотреть…

Вначале я лично всё проверил в своём хозяйстве и в своих подземельях. Руками перещупал самые проблемные места, «прозвонил» проводку, истоптал все свои тоннели, в том числе и тот, который почти дошёл до сарая соседского. Там только и оставалось, что пробиться наверх, метра три грунта, и… что там ещё, под полом художественной мастерской?

Порядок полный! Полёт нормальный.

Затем вообще прогулялся вокруг всего участка и ещё почти сутки помогал дальним и ближним соседям. Пока вода не спала и к нам со всем сторон не подтянулись спасатели, ремонтники и родственники потерпевших во время стихийного бедствия.

И лишь затем вспомнил о господине Чикорском. Что-то его ни видно, ни слышно не было всё это тревожное время. Первым делом встал на лавочку со стороны улицы, и заглянул во двор соседа простым глазом. На предупредительно зарычавшего добермана, старался внимания не обращать: я ведь на территорию чужую не вторгаюсь.

Очень неряшливый вид двора не понравился. Кругом мусор нетронутый, нанесённый ветром и дождём. А следов поверху и нет. Никогда ещё Глеб Романович подобного не допускал, всегда поддерживал идеальный порядок. А что сие значит? Не иначе как беда случилась со стариком. Умереть никто рано не планирует, но всё равно умирают раньше времени.

Да и мало что иное могло случиться? Помню, как мой приятель, старший меня лет на пятнадцать, как-то свалился у себя под забором с инсультом. Одиноко жил, потому и провалялся под забором у себя на участке всю ночь. Благо, что лето, и не замёрз человек насмерть. А утром соседка случайно к тому углу подошла и услышала мычание. Врачи успели, поставили на ноги приятеля, живёт до сих пор. Вроде бы…

Так и здесь могло бы случиться. Правда собака никакого волнения не показывает, несёт свою службу и в ус не дует. Хотя с неё станется, с её странностями, и сожрать своего хозяина. Если оголодает…

После такого поверхностного осмотра, я вернулся домой и стал копаться в видеозаписях. Рассмотрел шаровую молнию, послал квадрокоптер с камерой, чтобы он залетел с той стороны, а то под углом на записях пока рассмотреть не удавалось. Ага! Есть дыра! Обугленная, с ровными краями, страшненькая на вид. И что теперь предполагать? Что делать?

Задачка! Вызывать скорую? С представителями власти? Или всё-таки дождаться конца дня? Или сбагрить эти все проблемы участковому? А если он все мои многомесячные труды пустит насмарку своей некомпетентностью? Особенно если учитывать, что именно сегодня должно было состояться широко разрекламированное прибытие внучатого племянника.

Поэтому и я решился подождать. И пусть меня снедали угрызения совести, я сам себя успокаивал такими размышлениями:

«Зачем паниковать, если Глеб Романович мог попросту уехать перед самой грозой? Пусть очень редко, но такое ведь бывало пару раз. А тут и повод у него имеется: лично решил поехать в Москву и там встречать внучка. А тот задержался в пути. То, да сё… Вот только к ночи и доберётся домой. Мало того! Старик мог рвануть на свой Алтай намного раньше запланированного! Да и вообще, имею ли я право так грубо вламываться в пределы чужой собственности? Кто меня об этом просил? Или предупреждал назойливо? Или относился ко мне добрососедски?»

Естественно, что возмущённая совесть молчать не собиралась:

«Так тебе нужны медовые отношения?! Чтобы сосед перед тобой травой стелился? И в рот тебе заглядывал? Иначе он издохнет, а ты и не плюнешь в его сторону? И, самое главное: ты ведь прекрасно соображаешь, что сосед мог никуда и не уехать! Поэтому специально не просматриваешь парочку последних часов перед грозой! Сволочь ты! И не лечишься!»

Обидно, чего уж там…

Глава 3

Глава третья:

НЕУДАВШАЯСЯ ПОДМЕНА

Не хотелось выслушивать такие укоры от самого честного, доброго и справедливого, который как-то умудрялся жить со мной в одной черепушке. И я уже почти сдался, направляясь к стационарному телефону. Так будет выглядеть гораздо официальнее, чем по мобильнику общаться. Начну обзванивать всех, начиная с участкового. И как будет, так тому и суждено.

И уже в который раз судьбы меня остановила от такого действия.

От калитки послышался звонок. Явилась Катюша, та самая симпатичная почтальон, с которой мы и не общались практически последние двое суток. Только и перекинулись парочкой словечек на ходу: «Ты как?» «В порядке! А ты?» «Бегаю, как электровеник!».

Сейчас же моя пассия, сразу стала сыпать претензиями ещё через переговорное устройство:

- Освободился: Тогда почему не звонишь? И не зовёшь? Решил от меня сбежать?

- Заходи, моя прелесть, заходи! – не скрывал я своего довольства в голосе. – Разве от тебя сбежишь куда-нибудь? Не ты ли всегда утверждаешь, что «Почта России вас везде найдёт!»?

Катенька вошла. Поцелуи, объятия. То, сё. Обязательства перед женщиной – они такие приятные бывают… Отвлекли от всех проблем, забот и переживаний. Только поздней ночью я вздохнул свободно. К огромному удивлению спать не хотелось ни капельки. И я решил действовать, всё выясняя о соседе. К чёрту неповоротливые и продажные власти, сам разберусь!

И погода благоприятствовала: пошёл дождь, среднего формата. При таком обильном капании воды с неба, доберман практически не вылезал из-под крыльца. То есть, вряд ли он мне помешает, когда я таки выберусь в сарае.

Память у меня хорошая, расчёт верный, приборы изумительные, так что по планам намечалось сделать лаз в самом дальнем уголке сарая, где скопилась некая рухлядь, выкинуть которую хозяйственному человеку жалко. И расчёт оказался точным на сто процентов. Ещё только ночная хмарь стала скрашиваться туманным рассветом, а я уже протискивался между проломленных досок пола в соседский сарай.

Честно говоря, опасения попасться и укоры совести меня угнетали преизрядно. Поймай меня Глеб Романович в данный момент (да и чуть позже!) скандал поднимется на всю вселенную. Как я потом смогу в глаза смотреть иным жителям посёлка? Насколько меня возненавидит Катенька почтальон? Как отреагируют правоохранительные органы?

Хотя имелась уверенность, что Чикорский поднимать скандал и писать жалобы не станет. Потому что я его банально смогу шантажировать новыми знаниями:

«А тоннель тебе зачем? Весь напичканный железом… Наркотики там хранишь?!» - в нагрузку ещё и все прочие несуразности, собранные за долгие месяцы наблюдений.

Слабый аргумент, если уж идти на принцип. Но что-то мне подсказывало: дедушка шум поднимать не станет, договоримся с ним полюбовно. Лишь бы сразу драться старый обормот не полез и сходу не применил огнестрельное оружие. Всё-таки частная собственность, мой дом – моя крепость. Вспылить любой хозяин просто обязан.

Выбрался. Прислушался. Под дверью сарая, снаружи – угрожающее рычание добермана. Услышал всё-таки мои шевеления! Чуткий сторож… Ну и …косточку ему мозговую в пасть!

А вот запах мне не понравился. Что-то похожее на подгнивающее мясо. Причём мясо обильно перед этим политое несколькими видами лекарств. Точнее: валерьяна, боярышник, спирт, формалин и ещё нечто непознаваемое. Запоздало пожалел, что не взял изолирующую маску. Ну и ладно, вроде вонь не опасной концентрации, так, неприятная лишь.

Поняв, что мне и сейчас ничего непосредственно не грозит, я включил оба свои фонаря и стал осматриваться. По сути ничего нового с момента моего последнего посещения сарая, когда я выбирал подаренные картины. Разве что на пустых местах стен уже висели новые произведения талантливого резчика.

А вот большой стол, на котором ранее распиливалась и зачищалась фанера, сразу привлёк к себе внимание. Именно на нём и воняло нечто, напоминающее громадный спальный мешок белесого цвета. Вот только материальчик вызывал недоумение: словно толстая, пупырчатая кожа не то жабы, не то осьминога. Или громадный желудок гигантского животного. Причём не закрывающийся на молнию, а попросту разрезанный острым ножом, валявшимся рядом. Что ранее этот мешок чем-то был наполнен – несомненно. Ибо остатков полузасохшей жидкости на столе и на полу вокруг – хватало.

Минут на пять я мысленно завис. Хотя руки и ковыряли неведомую плоть каким-то подхваченным в стороне обрезком доски. Догадка мелькнула сразу, но сознание упорно не соглашалось и выискивало иные варианты. Но чем дольше мои мозги соображали, тем больше передо мной довлела одна и та же мысль: передо мной банальная …плацента! Или нечто, очень с ней сходное.

А как такое может быть? И откуда здесь взялся такой громадный «послед»? Кто это здесь рожал?

Глупые вопросы, на которые пока бессмысленно искать ответы.

Вот и я не стал заморачиваться, занявшись более актуальными действиями. Следовало срочно отыскать люк, ведущий в тот самый, стальной тоннель. По расчётам, он в противоположном углу моего появления здесь, в самом ближайшем к домишке старика. И на поиск его не пришлось тратить время. К нему вели отчётливые следы той самой жидкости, разлитой после вскрытия (если оно было!) плаценты. Так и представилось мне, как некое, новорожденное существо, величиной с человека, встало и двинулось в нужный угол. А потом это существо и оставило многочисленные отпечатки слизи на краях и на самой крышке. Спешило, не иначе? Или это они спешили?

Повозиться с открытием люка пришлось минут пять. Но сравнительно быстро нащупал два рычажка на стене, потянул за них одновременно и крышка, подпружиненная снизу, приоткрылась. Только и оставалось её затем поднять, да исследовать открывшееся пространство. Этакий уютный короб-подвальчик с гранями в два метра. Из плоского, перекалённого кирпича типа плинфа. Древняя постройка. И удобная лесенка, ведущая вниз. Тоже вся в останках шелушащейся слизи.

Несколько коробок по углам и с десяток больших банок с солениями, скорей служили для отвлечения внимания в данном погребке. А вот суметь вскрыть дверь в тоннель – та ещё задачка для случайного посетителя этого места. Но мне опять изрядно помогли следы, оставленные в невероятном количестве. Видимо здесь весьма и весьма торопились, раз не озаботились маскировкой. Или не успели вернуться, чтобы замести и отмыть все эти пятна с потёками.

Кусок стенки, на хорошо смазанных шарнирах выехал на меня и сместился в сторону. Открывшийся тёмный зев скрывал в себе две тоненькие полоски протянутых вдаль стальных трубок. Рельсы для вагонетки? И где она? И для чего может служить?

Высота оказалась намного ниже расчётной, не полтора, а всего лишь метр двадцать пять, примерно. И на полусогнутых не пройдёшь, только на карачках. Хорошо моя экипировка с наколенниками и с налокотниками. Вот я и пополз, досадуя об ускользающем времени и напоминая себе, что Катя ранняя пташка, может уже скоро проснуться.

Вагонетка оказалась в конце пути. Точнее, некая платформа, с двумя сиденьями, как в картинге. Аккумулятор и джойстик управления позволял кататься на этой платформе между домом и сараем. И если переднее сиденье оставалось сравнительно чистым, то второе – всё в той же подсохшей слизи. Показательно!

Выбираться в самом домике пришлось аналогично. Разве что погреб оказался раза в три больше. И лесенка из него выводила в кухню. Далее следы привели меня в спальню соседа, прямо к чудо кровати. И там я надолго замер, внимательно рассматривая сложившуюся композицию.

Самое печальное, что молния таки пробила стену. Хотя с этой стороны прожжённая дыра выглядела всего лишь величиной со среднюю сливу. Но ворвавшись внутрь, шаровое скопление электричества сразу не развеялось, а сотворило немалую пакость: сбило со стены довольно большую и массивную гравюру, сделанную на толстой фанере. Именно эта фанера, отразившись от тумбочки, упала углом непосредственно на кучу новых, не находившихся здесь ранее приборов. Все они как бы составляли единый комплекс, обрамляющий чудо-кровать.

И однозначно, что упавшая гравюра нечто повредила в приборах. Или банально сбила настройки. Потому что часть экранов не светилась, и на большом пульте, похожем на гигантский микшер, заполошно мигало с десяток красных пятнышек. Как вывод, прекрасно разбирающийся в электронике, я сразу заподозрил некие технологии, не совсем присущие нашему миру. Ну не было ещё у нас такого! Не могло быть! А если и могло, то не в такой вот неказистой избушке такого противного старикашки.

А чудо-кровать с прозрачным колпаком? Ну этого добра хватало, и уже давно. Ещё лет тридцать назад Майкл Джексон в подобной спал, подпитываясь чистым кислородом и утверждая, что проживёт сто лет. Бедолага. Наивный… Не прожил.

Вот и здесь что-то пошло не так по вине невероятной грозы и прорвавшейся сюда шаровой молнии. Некий процесс, неведомый мне и непонятный, прервался однозначно. Потому что внутри капсулы, обнявшись словно возлюбленные, лежали голые, разновозрастные мужчины. Одного из них прекрасно знали все жители нашего посёлка: дедушка Чикорский, собственной персоной. А второй – легко узнавался по той фотографии, которую его дед показывал каждому встречному поперечному. Никто иной, как внучатый племянник, и тоже Глеб, мать его, Романович. И именно этот племянник собрал на себе массу струпьев той самой, подсохшей слизи.

Лежали. Не шевелились. Оба тела. Сухое, морщинистое и старое, вплотную в молодому, красивому и мускулистому.

И что мне следовало предпринять? Шок я кое-как преодолел. Но вначале меня потянуло не туда. Собрался бежать, звонить, вызывать помощь, требовать врачей и санитаров. Этакий нервный «работун» напал. Лишь бы не простаивать и не терять время.

Но затем мозги всё-таки сработали, напомнили, что я здесь незаконно нахожусь. Потом не оправдаюсь. Никакие отговорки не спасут. Да и вообще, планы-то у меня были совершенно другие.

Так что для начала решил проверить: трупы передо мной или… Оказалось, что «или». Хотя и пришлось повозиться с открытием прозрачного колпака над кроватью. Оба тела вполне нормально дышали, обеспеченные до того поступающим кислородом. Углекислый газ тоже выводился наружу хитрой автоматикой. И свои объятия тела разжали, словно отпав друг от друга. Понимая, что перчатки и так придётся сжечь, я уложил «родственников» на спины и задёргался от подступающей паники:

«А дальше что?! Возиться с этими? И что они здесь творили? А в сарае?.. Или мчаться домой? Ведь наверняка Катенька уже проснулась. Вроде девка толерантная ко мне, верная, но зачем ей потом спать беспокойно? Следует немедленно её спровадить из дома. И эти вроде спят крепко… Эх, будь что будет! Бегу!»

Вроде быстро получилось. В тоннеле Глеба Романовича, использовал его платформу. Лихо! И удобно. А вот у себя дома, выбираясь наверх из подвала и отключая пикающую сигнализацию, наткнулся сразу же на беспокойно мечущую подругу. Она расширенными глазами уставилась на меня, рассматривая меня от ботинок до кепи с перчатками, и начав сразу с упрёков:

- Зачем меня пугаешь? Проснулась – тебя нет. Наружная дверь заперта. Я к ней, а там сигнализация. Что-то начало пищать и вещать противным голосом «Не двигаться!» А мне ведь на работу…

- Так не надо было заходить в иные комнаты…Я предупреждал! – но пассия меня словно не слышала:

- А мне страшно! И что ты делал в подвале? Не знала, что он у тебя есть, думала дверь в кладовку запертую. Большой? А глянуть можно?

- Да я сам там редко бываю, - уверенно сочинял я. – Сыро там, мерзко, и крыс полно. Как раз сейчас туда спускался, битым стеклом норы заделывал и яд разбрасывал. Иначе ничего не могу толком из солений там сложить… И бочку капусты мечтаю заквасить… И огурцы…

Говоря это, увлекал женщину на кухню, сразу начав готовку раннего завтрака. И приговаривал при этом:

- Перед работой надо хоть чайку попить с бутербродами и закусить кашкой тыквенной с рисом. Она у меня готова, только разогреть.

- Опаздываю! – ворчала она, держа часть своей одежды в руках. Но быстро одевшись, таки себя подала к столу, снизойдя до похвалы:

- У тебя всегда всё так вкусно! Мм!.. Даже на работу идти расхотелось.

«Ещё чего! - мысленно возмутился я. – Мне сейчас не до тебя милая! И просто здорово, что сегодня не выходной. А то бы ты у меня до обеда зависла…» - но лицо скорбное состроил:

- А что поделаешь, вся наша жизнь – работа, как её не назови и чем не занимайся. Вон, даже я что-то подыскиваю себе для подработки, хотя вроде уже на пенсии. Скромной… увы, не хватает…

Конечно, это я утрировал. Мог спокойно себя содержать, благодаря накоплениям ещё с полвека. И подругу – тоже. Подумывал даже, если у нас всё в дальнейшем хорошо сложится, и чувства не остынут. Ведь хороша девчонка! Вся в соку! Глянешь – и тело торчком. Так и хочется в загул уйти…

М-да! Стоило вспомнить два голых обнявшихся мужских тела, как сразу желание загулять с обворожительной нимфой куда-то исчезло. А вот нервный тремор усилился. Скорей бы уже доедала, что ли! А Катя, словно назло, не спеша ковыряется, донимая меня попутно расспросами разными. Пришлось делать вид озабоченного ремонтом человека, начав ремонтировать полочку в прихожей. Разговор иссяк и женщина с завтраком управилась гораздо быстрей. Уже возле калитки, целуясь на прощанье, моя пассия попыталась обрадовать:

- Сегодня пораньше освобожусь. Сготовишь какое-нибудь роскошное блюдо?

- Не знаю, как получится, Катенька! – я чуть слезу не пустил, как бы расстраиваясь: - Часа через два знать буду, после звонка одного товарища. Ему помощь нужна, и если определимся, то уеду к нему и вернусь только завтра. Скорей всего…

Женщина на эти мои слова лишь разочаровано вздохнула:

- Ладно, Горанов, поверю тебе и… буду ждать звонка.

Ещё раз подставила щёчку для поцелуя, и убежала. Ну и я побежал, как только дома оказался. Очень уж спешил как можно быстрей договориться со странным соседом. И пошантажировать его, чтобы он не раздул скандал после моего незаконного вторжения. Чем быстрей всё утрясу, тем быстрей… А что быстрей? Толком и сам понять не мог.

Почему-то мне мечталось, когда я подходил к спаленке господина Чикорского, чтобы он и дальше спал себе преспокойно, а я успел замести все следы своего присутствия.

Увы, не успел. «Родственнички» стали просыпаться.

А старик так вообще уже сидел на чудо-кровати, ссутулившись и угрюмо, из-под бровей, обозревал свои пенаты. Меня он долго не замечал, или попросту игнорировал. И я молчал с досадой, замерев на месте. Только минуты через две, блуждающий взор хозяина дома, остановился на мне с таким равнодушием, словно на кучке дров.

- Добрый день, Глеб Романович! – не выдержал я немой сцены. – Как вы себя чувствуете? – пьяный он, что ли? Или с похмелья? Потому что вдруг заговорил страшно заплетающимся языком:

- Зидирасте, зидирасте…

Ох уж это его мерзкое, перекрученное и ехидное умение здороваться. Сразу словно в душу плюнул. Или поиздеваться решил, перед тем как начать орать и слюной брызгаться? Пришлось мне добавить твёрдости в голос, напирая на странные обстоятельства нашей встречи:

- Спрашиваю вас, как самочувствие? Вот заглянул помочь и весьма, до глубины души поражён таким «натюрмордом»… Чем это вы таким тут интимным занимались со своим любимым внучатым племянником?

И вот тут меня семидесятивосьмилетний старикан окончательно поразил. Если не сказать, что выбил из колеи логики и здравого смысла. Голову он поднял, вылупил на меня глаза, щёлкнул звонко полноценными зубами, и залопотал без всякой присущей ему шепелявости:

- Зидирасте, зидирасте… А где мама с папой?.. Зидирасте, зидирасте… Кушать хочу…