Киска на задании

Пролог. Семейные узы

– Заткнитесь, засранцы! – рассвирепела вконец Лола, и в парней полетело первое, что пришлось под руку. Этим что-то оказались детали женского туалета из тут же открытого ящика комода. Лола запоздало поняла, что всё как обычно. Сперва импульсивно действует на эмоциях и только потом думает.

Взрыв хохота сотряс маленькую комнату.

Прицельное предметометание Лолы имело некоторый успех.

С гладкой, как яйцо, головы Марта свисал ажурный женский чулок, а Каден снимал со своего уха непонятные кружевные тесемочки.

Любопытство сделало своё дело. Каден аккуратно, боясь порвать, стал разворачивать своими огромными лапищами ажурное недоразумение, которое в итоге оказалось женскими трусиками.

Хохот опять сотряс комнату.

– Каден, а ты счастливчик! – Ухохатывался Съер. – Кто ещё из нас может похвастаться тем, что Лолка одарила своим женским... – Съер на мгновение запнулся и осторожно закончил: – …прибамбасом?

Лола ухмыльнулась. Ага. Не рискнул сказать что-то позабористее. Боится, что и ему перепадет.

Каден расплылся в блаженной улыбке, разглядывая пикантную часть женского туалета в своих руках.

– Отдай.

Лола сделала шаг в сторону Кадена, намереваясь вернуть собственность обратно.

Каден поспешно и удивительно грациозно для своей огромной туши ретировался за спины гогочущих друзей.

– Моё-ё… – провыл он замогильным голосом. – Моя пре-е-елесть… – протяжно затянул он, превращая хохот друзей в завывание.

Плюнув на него, Лола стала спасать то, что ещё можно было спасти.

Март лишился своего трофея, горестно стеная по этому поводу.

В отместку Лола повернулась к парням спиной и соблазнительно, с кошачьей грацией, наклонилась за остальными метательными снарядами своей не совсем удачной атаки, имевшими подлость не долететь до цели.

Аппетитная попка, вся в кружевных тесемочках, сделала свое дело.

Смех стал захлебываться.

– Лолка, имей совесть! – Арон, негласный лидер команды, застонал первым. – Где мы сейчас кисок найдем? Шеф ведь нас на узкие ленточки нарежет и скажет, что так и было.

Парни его дружно поддержали.

– А вот нечего было надо мной, несчастненькой, изгаляться, – мстительно парировала Лола, принимая всё же вертикальное положение.

– Лолочка, усечка-пусечка ты наша. Так кто ж над тобой, родненькой, изгаляется? Мы все любим тебя трепетно и нежно. – Бухнулся на колени перед Лолой Съер, картинно заламывая руки. Херувимоподобный блондинчик как никто другой вписывался в свою роль непризнанного ухажёра.

– Ага. Трепетно и нежно! – саркастично не удержалась Лола и заехала красавчику по лбу расческой, которая очень не вовремя для Съера оказалась в руке разгневанной девушки.

– Ай! Больно! – показательно картинно захныкал красавчик, потирая ушибленный лоб. – Злая ты, Лола, – обижено заныл он.

Лола повернулась к зеркалу, чтобы проверить тщательно проделанную работу и если надо, добавить штрихи.

Она аккуратно поправила выбившиеся волоски из вычурной прически. Рыжие волосы были уложены в причудливые узоры с завитушками. Венцом же гламурного облика являлся тоненький ободок с двумя ушками, покрытые золотистым мехом. Если бы только ушки, на их кончиках задорно топорщились кисточки.

Девушка тоскливо вздохнула. Вот что за дурацкая мода на этой озабоченной планетке?!

Ещё раз придирчиво оглядела свою фигуру, одетую по самому последнему писку местной моды.

«В таком хорошо на вечеринках отрываться, – ещё раз тоскливо вздохнула она. – Но ходить в этом каждый день?! Хуже пытки не придумаешь!»

Вся её одежда состояла из комбидресса, который нахально поднимал её и так немаленькую грудь. Золотистые узоры из пайралиса уверенно держались на изящных изгибах юного тела. И лишь мизерные лоскуточки, темно-синего цвета, прикрывали самые стратегические места.

Изящные ажурные браслеты, из того же материала, змейками вились по рукам и плечам.

Босоножки держались на её стройных ножках с помощью того же самого пайралиса, цепко обвивающего узорами вплоть до колен. Толстая подошва с высоченным каблуком была сделана из прозрачного материала, создавая иллюзию, что девушка парит над землей.

И на этом эротоансамбль не заканчивался. Дополнением служили чулки, ажурные, невесомые, переливающиеся нежным перламутровым блеском. Чулки цепко держались на её бедрах под самой попой с помощью всё того же вездесущего пайралиса.

Эта чокнутая планетка была одержима пайралисом.

Пайралис хорош был тем, что прикоснувшись к коже, он намертво к ней прилипал. Отодрать можно было только вместе с кожей.

Вещь из пайралиса можно было снять с себя только в одном варианте: следовало направить на неё специальный брелок, испускающий волну точно заданного параметра. После чего пайралис расслаблялся и сам стекал бесформенной кучкой.

И в обратном порядке. Если нужно одеть, то жмешь на другую кнопку на брелке, и вещь сама расползается по телу, принимая нужную форму.

Удобно. С этим фактом Лола с легкостью соглашалась. Но! Носить такое каждый день? Увольте!

«И когда же это дурацкое задание закончится?» – в очередной раз тоскливо вздохнула Лола, накидывая на себя последнюю деталь своего повседневного туалета.

Прозрачная туника без рукавов, черного цвета, слабо мерцала, не столько скрывая, что под ней, а сколько подчеркивая все прелести хозяйки, которые и так были выставлены всё равно что на витрину.

Туника заканчивалась ровно там, где начинались чулки, то есть под самой попой. Провокационно или пошло? Лола честно не могла решить. Но одно понятно было точно. Её длинные ноги визуально становились ещё длиннее. А что это значило?...

– Так бы и съел… – мечтательно вздохнул Съер, своими словами как бы подтверждая смысл образа, и последним из парней вышел из комнаты.

– Подавишься… – Услышала Лола начало реплики из коридора загоготавших в ответ друзей и улыбнулась.

Как бы они себя не вели, чтобы не творили, но это была её семья. Они столько лет вместе. Столько всего вместе пережили, что теперь были для неё больше, чем семья.

Она четко знала, что любой из них, не задумываясь, отдаст за неё жизнь. И это знание приятно согревало сердце.

Глава 1. Как всё начиналось

… на тренировочной базе команды драга…

Двумя стандартными галактическими месяцами ранее (примерно четыре земных месяца) состоялось совещание, положившее начало новому заданию. Увы, но именно оно и привело Лолу в её нынешнее, как она считала, бедственное положение.

Шеф, высокий импозантный мужчина с благородной сединой в волнистой густой шевелюре, начал совещание со своей любимой присказки:

– У нас проблема…

Никто и ухом не повел. У шефа всё было проблемой, что и привело к стойкому иммунитету на набившее оскомину словосочетание у всех членов его команды. И как закономерность – каждый продолжил и дальше заниматься своим делом.

– По всем Объединенным Мирам Содружества уже шестой галагод подряд пропадают подающие надежду умы… – продолжил шеф, совершенно не обращая внимание на наглый пофигизм своих подчиненных.

– Шестой галагод? – первым удивленно подал голос Арон, давая тем самым понять, что внешний игнор не означал, что шефа не слушали.

Реакцию одного из трех негласных лидеров команды можно было понять. Было чему удивляться. Факт того, что чья-то преступная деятельность может так долго длиться на подведомственной ГОМу (Галактическая Охрана Мира) территории?... Ну… Это ни в какие ворота не лезло. И с удивлением своего негласного лидера была солидарна вся команда.

– Да. Шестой галагод, – подтвердил шеф поразительную новость.

И на этом аккорде команда таки побросала свои дела и принялась сползаться к шефу со всего необъятного ангара. Начало заинтриговало.

– ГОМ хватился не сразу, – тем временем вещал шеф. – Если бы пропадали ученые с именем, то среагировали бы практически незамедлительно. А здесь, подумаешь, практикант пропал. Там аспирант исчез или студент старших курсов. Так что сложили два плюс два только тогда, когда бесследно исчезло сто тридцать две головы.

Кто-то присвистнул.

– Вот это размах, – уважительно прокомментировал Арон, заинтересовано сверкая темными глазами. Он уже успел подобраться к шефу ближе всех, заинтригованный необычной загадкой.

– Это не всё. – Поморщился шеф. – С тех пор пропало ещё семьдесят шесть ученых.

– Да, ладно. Когда это ГОМ так лажался? – послышался ироничный бас Марта, главного качка команды. На протяжении многих лет он оставался бессменным чемпионом ГОМа в силовых видах спорта в тяжелом весе среди человекообразных, чем его команда очень гордилась. Ещё одним его отличительным признаком, правда, забавным, была его голова. Гладкая, словно яйцо, – не имела ни намека на растительность, кроме разве что четких ниточек бровей и слишком пушистых для здоровяка ресниц.

– Тем не менее ГОМ облажался, – ничуть не смутившись, подтвердил шеф. – И теперь наверху рвут и мечут. Обещают, что головы полетят. Вся надежда осталась только на нас. Начальство чуть ли мне в ноги не бухалось, – выдал шеф интригующую дезу на верхушку ГОМа.

– А может это и к лучшему? Пусть полетят? – задумчиво спросил Съер, не замечая, как в мыслительном процессе ворошит свои пшеничные кудри.

– Я думал об этом, – согласился с ним шеф. – Но решил, что известное зло лучше неизвестного. Тем более что самые вероятные кандидатуры на замену – это полный шандр.

– Шеф, ты же не любишь выражаться неприличными словами, – хихикнула Расель, кокетливо при этом накручивая на пальчик жгуче-черный локон. А вот она, в отличие от светленького Съера, была смуглой брюнеточкой. Но одно общее у них всё же было, оба любили третировать свои волосы, когда приходилось шевелить мозгами.

– Иногда по-другому не выразишь ситуацию, – мрачно буркнул шеф на её подколку.

– Хорошо. И какими данными мы можем располагать для начала? – снова за всех спросил Арон, продолжая и дальше выполнять роль лидера. Команда прощала ему самоуправство, так как сама добровольно на это согласилась.

– Со всем, что мы имеем, вас познакомит Текс, – ответствовал шеф и подозвал к себе невзрачного паренька, который пришел вместе с шефом в ангар и до сих пор застенчиво жался за его спиной.

– Текс и его команда ведет сбор данных по этому делу с самого начала. Даже больше. Именно Текс обнаружил организованную пропажу юных умов, – рекомендовал его шеф.

Все с любопытством уставились на паренька.

Неожиданно став центром внимания накаченных красавцев и гламурных, хрупких на вид, красоток, Текс смутился и покраснел.

Все молча и серьезно ждали.

– Просто. Просто… – начал было он и запнулся. Затем собрался с духом, глядя на серьезные лица, откашлялся и продолжил: – У меня пропали друзья. Сперва пропал Рон. Но никто не придал этому значения. Рон, бывало, исчезал на какое-то время, утверждая, что людская аура подавляет его мыслительную деятельность. И ему периодически нужно время, чтобы восстановиться. Забеспокоились, когда прошло два галамесяца. Но не сильно. Мало ли. А потом пропал Карм. А это уже ни в какие рамки не укладывалось. Карм был домашним мальчиком и жил с родителями…

Текс перевел дыхание и продолжил:

– Вот тогда я и стал расследовать исчезновения, и выяснил, что пропавших по всем мирам перевалило за сотню.

– Да, кто-то с размахом подошел к делу, – мрачно заметил Каден.

– Хорошо. А что нарыли за время расследования? – спросил Арон.

– Все ниточки ведут на Талеб, – начал Текс.

– Талеб? Это тот, что в Империи Кариса? – встрепенулся, сделав стойку, Съер. С виду нежный блондинчик, с поволокой в тёплых серебристых глазах, Съер имел, на удивление, весьма внушительные габариты. Правда, очень изящно скроенные. Главной чертой почти белого блондинчика, по общему мнению команды, являлась его любвеобильность. Друзья давно сбились со счета, сколько раз видели его в обнимку с новой пассией. И каждый раз это была любовь до гроба.

– Нет. Этот Талеб из Федерации Крайних Пределов.

– Жаль, – вздохнул Съер и сдулся, печально потупившись.

– Что, захотелось оказаться в родных краях? – хохотнул Марсель и подмигнул другу.

Марсель, как и Расель, был жгучим брюнетом с шикарной длинной косой. И его косе Расель безумно завидовала. Свои она могла сплести только в том случае, если специальными средствами распрямляла упрямые тугие кудряшки. Вот только это не то развлечение, которым захочешь заниматься каждый божий день.

– Было бы здорово, – вздохнул Съер. Он и не думал отрицать очевидное.

– Крайние Пределы. Конечно, где бы ещё можно было так разгуляться, – несколько сварливо заметила вечно серьезная Дана, не обращая внимание на слова Съера с Марселем. Она, как и Арон, надежно застолбила себе место в тройке лидеров команды.

– Продолжай, – строго оборвал всех Дикс, тем самым снова давая слово стеснительному Тексу.

Спокойный, с ярко-выраженным чувством собственного достоинства, он смотрел на мир серьезным, иногда слегка насмешливым взглядом темно-серых небольших глаз под нависшими бровями. Дикс брал своим ощущением спокойствия и надежности. За это его в команде любили и признавали за третьего лидера команды.

И это было причиной, почему все снова послушно уставились на Текса.

– Те из немногих пропавших, которых мы успели отследить, неизменно оказывались на Талебе и там окончательно исчезали. Ищейки уже перерыли Талеб вдоль и поперек. Но безрезультатно, – в свою очередь послушно продолжил паренек.

– Всё интригующе и интригующе… – хмыкнула Расель. Только её хмык больше был похож на воркование. Всё это время она незаметными шажками придвигалась поближе к Арону. Это она думала, что незаметно. Вот только ни для кого в команде не было секретом, по ком тайно вздыхает жгучая красотка. Арон также слепым не был, но делал вид тупого шкафа.

Марсель дурашливо подмигнул Арону, на что тот только хмуро поджал губы.

– Правильно. Ничего они там не найдут. Можно было и не начинать, – уверенно заметил по делу Дикс, скрестив руки на груди и снова переведя внимание команды на обсуждение проблемы.

– Почему ты так считаешь? – полюбопытствовал Март.

– Очень просто. Думать нужно как преступник с размахом. А такой знает, что отследить любого не сложно, пока все идентификаторы не стерты. На Талебе перевалочный пункт. Стирают всё подчистую и отправляют пленников дальше по этапу, – разложил всё по полочкам Дикс и обратился к Тексу: – На Талебе ваши, думаю, нашли фигуру, предположительно стоящую за всем происходящим? – Дикс вопросительно смотрел на Текса.

Паренек согласно кивнул.

– Нашли. Но к нему не подобраться. Проще, наверно, весь наш Высший Совет похитить, – уныло закончил он.

– Ого. Серьезный тип, – ухмыльнулся Марсель, оценив сравнение по достоинству.

– Очень, – не поддался на сарказм Текс. – Все знают, какие дела за ним числятся, но ничего сделать не могут. Ни единой зацепки.

– Чист, аки стеклышко, – опять съёрничал Марсель. По статусу ему прощалось несерьезное поведение, так как являлся негласным шутом команды. Весельчак и балагур. Его главным жизненным кредо было: ни мгновения в печали, ведь жизнь так коротка!

– Окружен охраной по самую макушку, – Текс продолжал оставаться серьезным. – Не подступишься. Кого только не подсылали. Вычисляли всех. Про следилки вообще полный тухляк. Даже самые навороченные, последних модификаций, ещё никому неизвестные, и то вычисляли.

– Даже атомарные? – неверяще спросил Съер.

– Берите больше, – хмыкнул Текс. – Даже сверковые. Последнее ноу-хау.

– Ага. Вот тебе и ноу-хау, – саркастично ухмыльнулся Марсель, решительно отказываясь становиться серьезным.

– Да. У нас таких на вооружении ещё не было, – уважительно заметила Дана, серьезно воспринимая информацию Текса.

– Ладно. И что дальше? – опять навел порядок Дикс в начинающемся балагане.

– Всё, – растеряно ответил Текс. – На этом всё и застопорилось. Ученые продолжают исчезать. Пытались допрашивать Берлекса и его окружение. Бесполезно. Защита не пробиваемая. Никакая аппаратура не берет. Надавить не получается. Стоит барьер. Снять его так и не получилось.

– Конечно, – иронично хмыкнул Дикс. – Больше двух сотен башковитых и не такое наворотят. Думаю, весь наш отдел новейших разработок можно спокойненько отправлять на досрочный незаслуженный отдых.

– Хорошо. С этой стороны не получилось. А какие предпочтения у этого типа? Как его там? – Арон сделал вид, что забыл. Но это был не так. Просто нужно было акцентировать внимание команды на предполагаемом объекте предстоящего задания. А потому в данный момент вопросительно и простодушно смотрел на источник информации.

– Берлекс, – услужливо подсказал Текс.

– Берлекс. Ага, – кивнул Арон. – Кисок любит? Или нетрадициал?

– Но почему же сразу нетрадициал? А может он примерный семьянин? – иронично заметила Дана.

– Он и семьянин, и кисок любит, – серьезно добавил каплю новой информации Текс, не ведясь на едкие комментарии.

– Ну и отлично. Кисок что ли не подсылали? – оживился Марсель.

– Подсылали. Бесполезно. Не велся. Знал что ли, что подсадные утки? Мы так и не поняли, – грустно признался Текс.

– Шандр, – выругался Март.

– Ага. Если бы можно было на хромом бандраке подъехать, ГОМ давно бы это сделал, – иронично заметил Марсель, вызывая своим замечанием смешки.

Бандрак являлся исключительно противным парнокопытным животным метровой высоты, который не поддавался ни какой дрессировке и от которого не известно было чего ожидать в следующий момент. А вот на пакости бандрак был горазд. Всё было бы хорошо и никто бы с бандраками не связывался, но было одно существенное но. Мясо этого пакостника было невероятно нежным и вкусным. И чем бы его не кормили, оно таким и оставалось. В разведении более неприхотливое животное и найти невозможно было.

Фермерам ничего не оставалось, как со слезами и с соплями выращивать пакостливую животинку.

– С основными фактами все познакомились, – взял опять слово шеф, всё это время скромно стоявший в сторонке. – Теперь наш мозг возьмется за проработку деталей и будем думать, что делать дальше, – подвел он итог первому обсуждению, намекая на то, что тройке лидеров команды уже есть работа. – Дикс, Дана, Арон, вы идете с Тексом. Остальные свободны, – отдал шеф последние распоряженияи отбыл.

Глава 2. Лиха беда начало

… на Талебе, два галамесяца спустя…

...Лола взяла сумочку. Вернее то недоразумение, что усиленно хотело быть сумочкой.

Девушка грациозно выплыла из комнаты, входя в образ, в котором предстояло торчать до конца дня, прошла по длинному узкому коридору до безликой и скромной двери, спрятавшейся среди множества ей подобных, и зашла в пустую комнатку.

Единственной мебелью в сереньком кубе без окон являлась серая тумба, нахально торчавшая точно по центру комнатки.

Лола активировала голопульт над тумбой свой ладошкой, быстро набрала изящными пальчиками код и смело вошла в серое марево, моментально сотворившееся сбоку от тумбы.

Стационарные мини-порталы, с небольшим радиусом действия, активно использовались на вооружении ГОМа. И один такой тут же установили в её спальню, стоило ей обосноваться на месте нового задания. И этим местом оказался добротный дом в столице Талеба. А хозяином дома был не кто-нибудь, а родной дядя реально существующей девушки, роль которой и предстояло сыграть Лоле.

Из серого марева девушка сделала шаг в комнату, убранство которой было не в пример роскошнее, чем секретное казенное жилье их команды.

По легенде, придуманной для задания, Лола являлась племянницей высокопоставленного хрица ар-Суэба. Племянница, которая, наконец-то, вспомнила про своих родственников, и прилетела на Талеб с другой планеты, чтобы их навестить.

ГОМ – организация серьезная. К своим делам подходит со всей тщательностью. От того и легенду для задания прорабатывает качественно. Огромный штат умников, не покладая рук, трудится над тем, чтобы каждая мелочь, каждая деталь находились на своём месте.

Вот и в данной легенде всё соответствовало истине. Всё, кроме самой Лолы.

Настоящая племянница, совершенно ничего не подозревая, в данный момент беззаботно жила на планете Мардебу. Солнечная система, которой принадлежала Мардебу, находилась на самом краю Метрополии. И всё же входила в состав центральных систем Содружества Объединенных Миров, образующих Метрополию.

В своё время, ещё во младенческом возрасте, донор нового образа была перевезена своими родителями, иммигрировавшими с Талеба.

Внешность Лоле подогнали так, что поставь рядом с оригиналом, не отличишь одну от другой. Повод для посещения придумали. Галактическую связь родни подкорректировали. И с этого момента ничего не подозревающие родственники с разных планет общались не друг с другом, а с агентами ГОМа, прячущимися за голограммами. И были при этом абсолютно уверенны, что общаются с родней…

… Так началось моё новое незабываемое приключение…

По легенде я, Малика сан-Терри кэн-Суэб (имя указывало на моё происхождение и статус), решила устроить себе подарок на совершеннолетие и познакомиться со своими дражайшими родственниками. И чем вызвала у онных полнейший незамутненный восторг.

Девушки, статуса Малики, стоят невероятно дорого на местном брачном рынке. Родственникам осталось только заручиться согласием онной, остаться на Талебе, а там можно и удачно выдать замуж. А раз так, то Малику, то бишь меня, обихаживали что есть мочи.

Родственнички певчими птичками сладко разливались. Расхваливали мне все преимущества местного жития-бытия на все лады. И всё в надежде, что я, то бишь Малика, таки рискну здесь остаться жить и дальше.

Я же продолжала крутить своим хорошеньким носиком, усердно делая вид, что в думках. В очень тягостных думках.

Для начала согласилась немного пожить у родного дядюшки на Талебе. Под предлогом, что сперва надо присмотреться, прежде чем дать окончательный ответ. А чтобы не скучать, попросила найти мне работу. Такую, чтобы и не пыльная, и не скучная.

Видели бы вы глаза моего новоявленного дядюшки, когда он услышал мою просьбу. У него, аж, дыхание спёрло.

– Де-евочка моя, на Талебе такой красавице и не на-адо работать! – местный говор был забавным: протяжный и музыкальный. А если учесть, что сам дядя Малики невелик ростом и в меру упитанный, то сочетание говора и внешней фактуры смотрелось весьма колоритно. Забавно, но он был таким же рыжим, как и сама Малика. А теперь, понятное дело, и я. Уже только это выдавало родственную связь.

– Дядя, мне и на Мардебу не надо работать, – оскорбилась я за своё предполагаемое место родины. – Но, дядюлечка, – засюсюкала я, потершись о его мясистую колючую щеку своей нежной юной щечкой и заструившись вокруг него изящной змейкой. – Мне та-ак скучно будет, – протяжно протянула я, подражая местной манере. – А так и в люди выйду, и себя покажу…

Дядюшка растекся мягкой лужицей.

Повезло. Мерайна, жена дяди, с ходу подхватила:

– Аре-ен, ну, если хоче-ет, дай ей попробовать. А может и отхватит себе кого покруче. – Загорелись её глаза, выдавая нешуточное понимание. Она с лёту по достоинству оценила степень новаторства в моём предложении.

Я же уважительно хмыкнула про себя. Однако котелок у моей фиктивной тётушки шустро варит. Очень симпатичная женщина с большими карими миндалевидными глазами и на полголовы выше своего мужа. Длинные черные волосы всегда собраны в красивую затейливую прическу, даже если она сидела дома безвылазно. К тому же, несмотря на четверых детей, сохранила прекрасную женскую фигуру, но тоже с легким налётом упитанности. Впрочем, ей это только шло на пользу, придавая ещё больше женственности.

– Устрой её к какому-нибудь перспективному холостяку секретаршей. Глядишь, и поженим, – азартно предложила она, перехватывая у меня инициативу.

– Дельная мысль, – задумчиво согласился дядя. Было видно, что необычная идея захватила и его, и с каждой минутой нравилась всё больше и больше. Всем своим видом он выдавал, как шарики, да ролики в его голове усиленно закрутились. Новая задачка стоила того, чтобы её хорошо обмозговать.

Я же довольно улыбнулась. Первый ход сделан. Теперь осталось подождать, пока плоды созреют.

Дядя не сплоховал. Мой потенциальный работодатель оказался приближенным самого Сарданна Третьего, верховного правителя Талеба.

Несколько дней вся женская половина моих «родственников» готовила меня к предстоящей миссии, то есть охмурению местного перспективного холостяка. Очень перспективного. От того и переполох среди женской половины родни Малики получился знатный. По их глазам было видно, что они меня, то бишь Малику, уже и заочно выдали замуж, и, самое главное, барыши подсчитали.

Со слов их экспертного мнения, я на своём Мардебу безнадежно отстала от жизни. И теперь в экспресс-порядке, с их благой помощью, просто обязана наверстать упущенное.

Меня посвятили в заморочки местной моды, которая оказалась специфической даже на вкус развращенной Метрополии. Окунули с головой в местные обычаи и неписаные правила. Ну, и конечно, табу. Куда денешься от исключений и запретов, гласных и негласных?

– Тебе ни в коем случае нельзя облажаться! – утверждали они наперебой, проводя свой ликбез. Иначе пиши пропало.

Если я оступлюсь, то не только для меня, то бишь Малики, но и для её юных родственниц, коим ещё предстояло пройти через горнило брачного рынка, не светит ничего стоящего. Все мало-мальски приличные женихи будут носом воротить.

Мда. Я даже впечатлилась, как получила представление, куда влезаю своими шаловливыми лапками.

Ладно я, залетная. Да и настоящей Малике плевать, ей и у себя дома хорошо. А вот местным девчулям может не поздоровиться. То-то все так возбудились. И их я теперь понимала.

С их позиции: если всё получится, то они в дамках. А если… об этом они даже думать категорически отказывались. Слишком страшны последствия провала.

Что тут скажешь. Чем больше с их помощью я вникала во внутреннею кухню Талеба, тем больше понимала, насколько здесь всё заточено под азарт. Азарт у талебцев просто в крови. Всё по принципу: или пан, или пропал.

Для семейных всё просто. Замужние дамы у них – сама скромность. Закрытые длинные платья. Никакой эротики. Даже брюки не приветствовались.

Зато незамужние! Вот где собака зарыта! Обычаи Талеба предписывали, что девушка обязана охмурять парня по полной программе. Всё ради того, чтобы на себе его женить. В ход шло всё. Исключительно всё. На войне, как на войне.

Первым атрибутом войны была, естественно, одежда. Вернее, её предполагаемое присутствие.

И к моему огромному ужасу мои новоиспеченные родственницы обрядили меня сами и на свой вкус. Так я стала обладательницей дюжины ансамблей, нахально именуемых одеждой. Хотя кроме тесёмок, кружев и маленьких кусочков ткани на самых пикантных местах я в них ничего от одежды не обнаружила.

Экзекуция началась с коллективного посещения халема, местного аналога салона красоты. Нет, клуба красоты. Слишком впечатляющее по масштабам и великолепию оказалось заведение. Настоящий дворец.

Впрочем, талебцы любили дворцы. От того вся столица Талеба ими была забита под завязку. Дом моего дяди также выглядел как мини-дворец.

По горящим глазам новоиспеченных родственниц я поняла, что получить такое халявное развлечение им и не снилось. Кукла, да ещё и живая, которую нужно разодеть и разукрасить. Мда. Маленькая девочка так и продолжает жить в каждой женщине, сколько бы лет ей не стукнуло.

В халеме надо мной поиздевались так, как мне не доставалось даже на самом сложном задании. Меня парили, драили, скребли, мяли. Что-то чистили, что-то удаляли, что-то добавляли. И так до бесконечности.

В результате, я чувствовала себя новорожденным младенцем. Ни одного лишнего волоска в недозволенных местах, даже микроскопических. Нанесен татуаж, чтобы не надо было каждый день тратить кучу времени, дабы подогнать себя под местный стандарт. Ногти на руках и ногах покрыты специфическим составом.

Я, конечно, не самая яростная адептка всевозможного женского арсенала средств наведения красоты, но всё же что-то да знаю, а кое-чем даже успешно пользуюсь. Женская сущность обязывает. Вот только ультрамодное покрытие, которое при желании могло менять вид, стоило немало. Слишком дорогое удовольствие, чтобы тратить свои кровные. А тут такой подарочек. Так что что-то новенькое в моём арсенале радовало моё женское сердечко и заставляло, скрепя зубы, смиряться со своим незавидным положением куклы.

В пульт, прилагаемый к ногтям, вернее к покрытию на моих ногтях, была загнана такая куча рисунков, что жизни не хватит, чтобы всех их воплотить в жизнь. И это при том, что можно было сменить картинку на ногтях за какое-то мгновение простым нажатием кнопки. Круть!

Самое приятное, что покрытие само постоянно переползало обратно на своё законное место по мере отрастания ногтя. А та часть, что выходила из-под покрытия с другой стороны, незаметно осыпалась пылью. Вечно шикарные ногти!

Этот вид моего преображения мне понравился больше всего. И я собиралась эксплуатировать его и дальше. Радовало, что хоть что-то стоящее получу с этого не слишком приятного задания.

Голова моя в нещадных руках парикмахеров обзавелась немыслимой прической. Прежде чем соорудить её, мои волосы обработали специальной жидкостью.

– Чтобы волосы сами укладывались в прическу, – снисходительно объяснили мне, как чужестранке.

Я не стала их разочаровывать и в ответ наивно похлопала ресничками. Пусть и дальше свой Талеб считают пупом Вселенной.

Но это новшество в своём арсенале также оценила. Теперь поутру мне не нужно расчесываться, надо только взять пульт, прилагаемый к прическе, и нажать на кнопочку. Состав, нанесенный на мои волосы, имел эффект запоминания формы. Вуаля. И моя навороченная прическа снова на месте. Волосок к волоску.

Вариантов причесок, прилагаемых к пульту, оказалось всего десять. Да и эффект переползания был недолговечен. Но на несколько галамесяцев хватит.

Мда, это тебе не ногти.

Следующим пунктом в нашей программе преображения на местный манер шло облачение моей тушки в местное подобие одежды. Я уже видела такое на улицах столицы Талеба. Надо сказать, что местные девушки из великосветской тусовки выглядели как прекрасные бабочки, яркие, изящные, невольно привлекающие к себе внимание. Прекрасные юные тела, выставленные напоказ в «хочу быть одежде», только добавляли эфемерного налета хрупкости и незащищённости.

Впрочем, видать, весь расчет на этом и строился.

Но видеть такое на себе?! Я, конечно, закаленный драга, но всему есть свой предел!

Зато мои парни пребывали в диком восторге. Они, вот жеж самцы, одним словом, абсолютно солидарны с местными традициями.

– И чего такое не приветствуется на других планетах? – горестно вздыхали они. – Жизнь бы стала сплошной сказкой!

– Р-р-р! – в бессильной ярости рычала я в ответ.

Глава 3. Как попасть по полной программе, ничего не делая

… на тренировочной базе команды драга двумя галамесяцами ранее…

– Все в сборе? – спросил шеф, войдя в общую гостиную.

– Да, – был дружный по-военному слаженный хор.

– Тогда начнем. Кто первый? – спросил он коллективный мозг нашей команды, мнущийся у стенда, то бишь Арона, Дикса и Дану.

– Мы провели тщательный анализ всех собранных данных. Даже провели дополнительный сбор, – начал без предисловий Арон.

Кто бы сомневался, кто первым начнет. Он же у нас заводила.

– Нарыли на Берлекса всё, что можно только нарыть. Тип очень осторожный. Общается только с проверенными личностями. Новеньким не только к нему не попасть, но и к его ближайшему окружению, чтобы исключить любые варианты воздействия.

В гостиной присвистнули.

– Да-а. Так просто, без основательных причин, защищать себя никто не станет, – высказал общее мнение Съер.

– Кроме того, – продолжил Арон, не обращая внимания на реакцию аудитории. – Он примерный семьянин и его семья защищена такими же методами. Никому из посторонних к ним и близко не подступиться.

– Жить как птица в клетке? – иронично скривила губы Расель, наша завзятая кокетка. – Врагу не пожелаешь.

– Ага, – охотно согласилась с подругой я. Как представила себя в таких условиях, так аж и передернуло. – Никаких мильёнов не надо с такой жизнью.

– Но есть у него одна слабость, – невозмутимо продолжал Арон. – Скажем так, отдушина. Раз в несколько галамесяцев он меняет любовницу. Как раз ему ищут новенькую.

– И это, называется, примерный семьянин? – возмущенно фыркнула Расель.

В гостиной парни обменялись понимающими взглядами и смешками.

– Природу не обманешь,– с назидательным тоном поднял палец вверх Марсель.

Смех стал громче. Марсель даже в серьезном виде вызывал смех. Была у него такая специфическая особенность. Так что был он в нашей команде на бессрочной должности официального шута.

– Но и здесь проблема, – невозмутимо продолжил Арон, упрямо не реагируя на легкомысленную реакцию команды. – Девушки тоже проверенные. Только местные и только из высшего сословия.

– Высшее? Разве они не блюдут свою честь? – искренне удивился здоровяк Каден. Он был единственный не человек в человеческой команде. Но был из человекообразных, так что отличия имелись лишь минимальные.

Сам родом из пуританского мира. Для него, что естественно, было само собой разумеющееся, что юные девушки до брака обязаны блюсти невинность.

Его замечание вновь вызвали смешки и скабрезные шуточки.

– По идее местного общества, должны, – согласился с ним Арон. – Но Берлекс столько платит своим кискам, что, по нашим данным, ещё ни одна не устояла. Тем более что на Талебе на многое закрывают глаза. Думаю, найти по-настоящему невинную девушку в высшем сословии можно разве что в пеленках.

– Но вы же, умники, нашли всё-таки выход? – не удержался и спросил за всех Март.

– А то, – ухмыльнулся как-то загадочно Дикс. Обычно так он серьезный. Так что несерьезный ответ настораживал.

– Да, мы придумали лазейку. Дело осталось только за мастерством исполнения. Если местные поверят, то всё пройдет гладко, – напустил вслед за напарником туману Арон.

– Это как понимать? Мы тут что, не дипломированные мастера исполнения? – оскорбился за всех Марсель, снова вызывая общий смех.

Арон поморщился.

– Ну, да. Ты, например, дипломированный паяц, – согласился он.

Смех стал громче.

– А если серьезно, – продолжил Арон. – Мы придумали, как ввести в высшее общество Талеба подсадную утку.

– Мы в вас не сомневались. – Расель смотрела на Арона влюбленными глазами.

Её не смущало то, что из-за своей патологический влюбленности она постоянно становилась мишенью для шуток.

– Любовь – это серьезно. Даже если предмет любви при этом сидит в непробиваемом танке, – утверждала она, когда ей мягко пытались намекнуть, что от Арона она не дождется ответных чувств.

– Талебцы, как и жители других миров, имеют свойство мигрировать. Мы просмотрели списки эмигрантов. И подобрали кандидатуру. Осталось только с мастерством разыграть…

И… посмотрел на меня таким долгим взглядом.

Ой-ёй…

Все, как по команде, синхронно повернули головы в мою сторону.

– Я? А что сразу я?! – испуганно взвилась я, оглушенная неожиданным для себя поворотом.

– Лолка, прекращай. Кто лучше тебя вживется в местную шкурку и станет своей? – как-то радостно ухмыльнулся Дикс.

Не поняла, что он против меня имеет?! Когда это я ему любимую мозоль оттоптала?

От злости и обиды глаза сами собой сузились.

Шандр! Я же только-только прибыла с успешно выполненного задания и рассчитывала по полной использовать заслуженный отпуск.

– Дана лучше меня справится, ведь она в теме, – попыталась я проплыть мимо на юркой рыбке.

– Лучше тебя никто не мимикрирует. Местные очень подозрительные. Особенно окружение Берлекса. Дана может нечаянно себя чем-нибудь выдать. А ты нет, – наставительно заметил Арон.

Я тоненько взвыла. Подо мной оказалась не рыбка, а целый хромой бандрак.

Глава 4. Напряжение перед стартом

… времена мои тяжкие…

Теперь вы понимаете, почему я такая злая и обиженная. Меня не только лишили долгожданного отдыха, но и заслали на богом забытую планетку. Но глухая провинциальность совершенно не мешает замшелому мирку верить в то, что его доморощенные правила самые правильные.

И теперь я благодаря им обязана, выпрыгивая из своей «хочу быть одеждой», участвовать в местных крысиных бегах с препятствиями. Таковы правила жизни в высшем сословии отсталой от жизни планеты.

Наравне с другими участницами забега мне предстоит рвать жилы ради единственной цели: оторвать себе жениха посолиднее. Местным девицам проще, они живут в этом маразме с рождения. А я? Мне на кой такие удовольствия?!

И ведь никуда не денусь. Всё ради цели. Всё ради того, чтобы на меня обратил своё любвеобильное внимание объект разработки тщательно разработанной операции ГОМа. Ради этого я должна во всем соответствовать местным девушкам.

Эх, где мой розовый океан под ласковым фиолетовым солнцем планеты Слинейры? Эх, плакала моя скидка, которая каким-то чудом перепала мне из туристического агентства, услугами которого я пользовалась не раз.

Но шефу плевать, что скидка сгорит. А команда только рада, что именно я отдуваюсь за всех.

Вот я и отдуваюсь.

– Надо быть в рейтинге, – бескомпромиссно заявляют мне местные родственницы, посвящая меня в таинства местных реалий.

Мало мне того, что местные девицы устраивают брачные бега. Так у них, для полного счастья, ещё и рейтинг имеется. Ладно, рейтинг. Тотализатор самый настоящий устроили на то, кто из девушек урвет кусок пожирнее.

У талебцев, как оказалось, рейтинг, то бишь тотализатор, есть практически на всё. Любой чих, на который можно сделать ставку, тут же использовался. Азартными донельзя оказались эти талебцы.

Был рейтинг также и у местных холостяков. Как без этого.

... в доме дяди…

– Девочка моя, Малика, ты будешь работать не у кого-нибудь, а у самого Ванера гар-Дасена. Ванер – седьмой по рейтингу, – с придыханием вещала мне моя «тетушка».

На какое-то мгновение она благоговейно замерла, прикрыв глаза от восторга

– Ах, это так престижно! – мечтательно выдохнула она, оживая. – Где мои молодые годы?

Я скептично хмыкнула.

«Ну, ну. В гробу я видала такой престиж у белых тапочках».

– Зато у тебя, дорогая, – вернулась она на грешную землю, – полный ноль! – безжалостно припечатала меня Мерайна.

Многочисленная родня дружно зацокала языками и закивала.

– Зарабатывать тебе рейтинг придется нуля, – горестно вздохнула она и её глаза выдавали, что предстоящая перспектива её совсем не радовала. – Но ты у нас девушка умненькая, – неожиданно встрепенулась Мерайна, удивляя меня довольной улыбкой и резкой сменой эмоций. – Надо же такое придумать. Ещё ни одна цаца не догадалась до такого изощренного хода. Ты будешь первая, Малика. – И тетушка засияла, аки начищенный медяк.

– Руку даю на отсечение. Станешь ты у нас законодательницей мод. – Тетушкина золовка заговорщицки наклонилась вперед и ободряюще похлопала меня по руке.

Я поморщилась. Только этого мне не хватало. Мне бы провернуть побыстрее, что от меня требуется, и рвануть в заслуженную нирвану отложенного до лучших времен отпуска.

– Девочка моя, мы тебе поможем всем, чем сможем. Выложим всё, что знаем о местных цацах. О каждой, кто может перейти тебе дорогу. Да, девочки? – обратилась жена дяди за поддержкой к сидящим вместе с нами в женской гостиной дядиного дома кумушкам.

Нестройный, но дружный хор выразил своё безоговорочное и энергичное согласие.

– Деточка, ты замахнулась на очень жирный кусок, – прошамкала моя бабушка, то есть бабушка Малики, которая жила в доме своего старшего сына. Отец Малики приходился ей младшим сыном. – Теперь ты мишень номер один для всех своих соперниц.

– Бабушка дело говорит, – согласилась Мерайна. – Тебе предстоит не только охмурять, но и нападать, и защищаться.

– О-ох, – процокала она. – Какое злое дело сделал Дацен (отец Малики), что увез тебя с Талеба. Ты же сейчас как беззащитный птенчик перед местными гарпиями.

Я сперва скромно потупила глазки, но потом не выдержала. Натура таки взяла своё. И резко вскинув голову, иронично посмотрела на свою озабоченную тетушку и кровожадно улыбнулась.

– Прорвемся, – уверенно заявила я. – На Мардебу тоже не лыком шиты! – не удержалась от хвастовства, защищая репутацию неизвестной мне планеты. Может, она и была на данный момент мне неизвестна, но я почему-то почувствовала за неё обиду. Думаю, настоящая Малика именно так и отреагировала бы.

А моя собственная, требующая хоть чьей-нибудь крови, злая и обиженная натура при этом счастливо запела. Ох, прольются теперь реки крови. Ведь никто мне не запретит отрываться на местных глупых цацах. Куда им до драга? Делу мои кровожадные развлечения не помешают, зато моей нежной хрупкой нервной системе будет, где скинуть опасное для здоровья напряжение.

Глава 5. Убийственное оружие

Вот и наступил день икс.

Во всех нормальных частях нашей галактики это означало всего на всего в первый раз прийти на работу. Подумаешь.

А здесь...

Я во всеоружии спустилась в общую гостиную. Многочисленная родня в просторной комнате, как по команде, повернулась ко мне… Небольшая заминка и по гостиной пронесся восхищенный вздох.

– Малика, Ванер твой! – торжественно заявила тётушка, восторженно стискивая пухлые ручки на своей необъятной груди.

– Кузина, гарантирую, ты произведешь фурор, – насмешливо поддержал маму Ардан, старший сын моего дяди, медленно обходя меня по кругу. Он был ненамного выше меня, когда я на высоченных каблуках. И как же был хорош своими жгучими черными глазами, оттененными мягкими кольцами жгуче-черной шевелюры. Внешностью пошел в свою маму.

Я не стала тушеваться. Смысл? Все свои. И все в этой гостиной в той или более степени приложили свою руку к созданию моего «боевого» образа. И теперь с удовлетворением рассматривали результат своего «титанического» труда. Оценивали мои реальные шансы на успех.

Я не стала их разочаровывать. Соблазнительно улыбнулась, как учили меня местные родственницы. Плавно покачивая бедрами при ходьбе, совсем как манекенщицы на подиуме, прошла вглубь комнаты. Чуть замерла. Медленно развернулась, давая возможность рассмотреть себя со всех сторон.

Восхищенный вздох ещё раз пронесся по гостиной.

– Верхние строчки рейтинга тебе обеспечены ещё на этой неделе, – уверенно заявила одна из моих многочисленных кузин. – Цацы будут кусать локти.

Да. Посмотреть было на что. Прозрачная перламутровая ткань коротенькой туники окутывала легкой дымкой и не особо скрывала соблазнительные изгибы моего тела. Ажурные узоры золотистого пайралиса комбидресса дополнительно красиво подчеркивали их. Делали акцент.

– Деточка, – прошамкала моя бабушка. – Кхе, кхе. Все нормальные цацы ловят рыбку кто на грудь, кто на талию, кто на ножки, кто-то может на глазки. Ты же отличилась. Будешь ловить рыбку на свою попку.

– Бабушка, как ты права, – засмеялся Ардан. – Малика, такого грозного оружия я ещё не видел. Не будь я твоим братом, стал бы твоей первой жертвой.

– Не моей, – насмешливо парировала я.

Он вопросительно задрал бровь.

– Моей попки.

И гостиная взорвалась хохотом, уничтожая напряжение.

Я же улыбаясь гордо стояла в центре гостиной.

Глава 6. Специфика местного устройства на работу

В сопровождении Ардана и его отца я заходила в огромный офис-центр в самом сердце столицы Талеба. Поднявшись почти под облака, мы приближались по просторному холлу к огромному конференц-залу со стеклянной стеной во всю ширь зала.

А там... Мама дорогая! Наверно, собрались все мужские сливки талебского высшего общества.

Я даже запнулась.

Ардан ловко меня подхватил под локоток и ехидно прошептал мне на ушко:

– А что ты хотела, дорогая кузина? Ты первая, кто догадался устроиться на работу к своей потенциальной жертве.

– Так уж и жертва, – нервно хихикнула в ответ.

Ардан только сильнее сжал мой локоток и продолжил:

– Вот все и собрались посмотреть, кто тут такая умная?... Или наглая? Смотри, от сегодняшних смотрин зависит твой рейтинг и твоё будущее,– продолжал просвещать меня Ардан и в конце добил: – Малика, ты нашла способ отличиться. Не успела появиться, как на тебя уже ставки делают.

У меня вырвался очередной нервный смешок. Вовремя произнесенные Арданом слова: «...твоё будущее», – привели меня в чувство.

Я так сильно погрузилась в местную пучину, что из моей головы напрочь вылетело: кто я на самом деле, где и почему. Спасибо ехидному местному кузену. Я снова почувствовала себя собой. Играть, так играть. Это мы умеем. Это всегда пожалуйста.

У меня автоматически расправились плечи, вздернулся носик, а мой впечатляющий бюст уверенно перехватил управление сексапильным телом. И я гордо вошла в широко распахнутые стеклянные двери. Нет, вплыла в огромное помещение битком набитое жадными до халявного развлечения глазами.

Меня встретила гробовая тишина.

По традиции, на официальных мероприятиях девушку обязан представлять старший родственник. Чем мой дядюшка и занялся, представляя мою особу, скромно так потупившую глазки и при этом умудряющуюся томно обмахиваться длиннющими ресницами.

Ресницы мне нарастили в местном халеме невероятной длины. В природе, даю руку на отсечение, такого кошмара не существует. Но не на Талебе.

Я сама себе поражалась. Как ещё умудрялась глаза открывать под такой тяжестью? Мои парни долго угорали и изгалялись надо мной, бедненькой, увидав такую красотищ-щу.

Думаете, меня сразу представили моему работодателю? Как бы ни так.

Сперва дядюшка долго перечислял мою родословную, набивая мне цену. А потом методично пошел по местной иерархии сверху вниз.

Надо отдать должное, талебцам самим их традиции периодически стоят колом в одном месте. Иначе как объяснить, почему они заранее встали в ряд строго по старшинству. И дядюшке только и приходилось, что плавно переходить от одного к другому, представляя нас друг другу.

С процедурой знакомства тоже было не всё так просто.

Мужчины не смели касаться женщин. В знак приветствия или знакомства, они лишь наклоняли голову. Замужние женщины тоже обходились наклоном головы.

Зато девушки!

Это был шедевр или беспредел. Кому как. Лично я после первых нескольких репетиций девичьего приветствия стала считать его особо извращенной формой издевательства.

Пока я отрабатывала на тренировках девичий талебский поклон, мои парни от смеха уже на ногах стоять не могли. Ведь я обязана была в приветствии дать сперва рассмотреть свою моську и прическу, затем грудь и, плавно спускаясь вниз по талии, перейти по бедрам к попке и по ногам съехать вниз к стопам. И чем длиннее ноги, тем длиннее эта часть приветствия.

Вы не поверите, но талебцы специально замеряют каждый дюйм длины ног и строго по ним выстраивают продолжительность приветствия. И не дай бог, ты приврешь в своём именном выступлении… Носить тебе клеймо врушки всю свою жизнь.

А ножки мои, длинненькие, да точёненькие, – одно загляденье. Вот и приветствие обязывало соответствовать.

Думаете, я сама себя тренировала?

Ха! Как бы ни так!

ГОМ выделил для этого дела специалиста, которая и муштровала меня до дрожи в коленках.

И теперь я, как заведенная, исполняла танец-поклон перед каждым представленным мне талебцем.

Первый десяток прошел на ура, второй – на ур-р-ря… Третий – с натяжечкой, четвертый – я стала чувствовать свои коленки, пятый – я уже казалась себе весом со стогона. На шестом – я мысленно взвыла: «Рони, спасай! Сейчас упаду!».

И мой максандр (биомеханический помощник, разработка ГОМа) ловко подхватил мою измученную тушку, мгновенно оплетя её своими невидимыми силовыми нитями.

«Фу-у-ух…» – мысленно выдохнула, искренне радуясь тому, что есть кому передать бразды правления.

Теперь я понимала ехидство своего новоиспеченного братца Ардана. Эта сволочь знала, что мне светит, но не предупредила. Ах, так. Ну, держись злыдень!

В один из поворотов головы я поймала смеющиеся глаза Ардана и взглядом показала, что ему следует опасаться за такую подставу…

...И как вы думаете, каким по счету оказался мой работодатель? Да, ни за что не догадаетесь. Он стоял сто шестьдесят третьим!

Я вовремя сдалась на милость моему Рони и стала послушной куклой в его умелых объятиях. Надо сказать, управлял он моим телом мастерски. Делал поклоны даже лучше меня самой. Параллельно с этим незаметно очищал моё тело от ненужных последствий чрезмерной физической нагрузки в виде пота и неприятного запаха. Я так и оставалась благоухающим свежим цветком.

С каждым следующим поклоном было видно, как в глазах местных растет сперва удивление, затем восхищение и следом – уважение и восторг.

И когда мой дядюшка еле дополз до Ванера и заплетающимся языком представил нас, а я, вся такая с виду бодренькая и свеженькая, станцевала для своего будущего… Впрочем, почему будущего? Уже наверняка настоящего шефа, которому подарила особый танец-поклон. Это оказался заключительный аккорд, после которого по огромной зале пронесся порыв восторженных вздохов.

Ванер, высокий красавец брюнет, смотрел на меня с настороженным интересом, но восторг и уважение также мелькали на заднем фоне. Понятное дело, не ожидал такой выдержки от девушки. Не удивлюсь, если весь этот балаган был затеян только с одной целью, чтобы потом с чистой совестью отказать мне в работе.

Ха! Размечтался!

В противовес своему боевому настроению на вид я была сама скромность, томно обмахивающаяся опахалами ресниц. Одним словом, цаца, во всей её красе.

На моё счастье, строгая часть официального мероприятия на этом закруглилась. К нам уже принялись подкрадываться, с грацией леопарда на охоте, друзья Ванера, коим не повезло попасть в ряды официально представленных.

Но мой дядюшка, видя такой произвол, встал, что называется, на дыбы. Возмущенно объявил шалунишкам, что с него хватит. Он своё дело сделал и со спокойной совестью удаляется, а молодежь пусть разбирается сама. И, к моему ужасу, шустро слинял.

Моим спасителем неожиданно оказался сам шеф. Прищуренные глаза решительно выдавали, что знакомить меня с моими потенциальными женихами на данный момент в его планы решительно не входило. С его подачи, моё спасение прибыло в лице его личного помощника Карнеса. Этакий карамельный блондин с очень светлыми серыми глазами и несколько кучерявый. Почти на голову ниже своего босса.

Меня шустро отконвоировали в уютную небольшую гостиную, где Карнес усадил меня на мягкую софу и угостил чашечкой горячего крепкого кэрфи. Ароматный терпкий напиток с планет Лирра. Стоил столько, что по карману лишь неприлично богатым.

Уже это говорило, что меня безоговорочно приняли.

– Как ты? – помощник не церемонился и сразу перешел на ты.

Я усмехнулась, понимая, что он имел в виду своим вопросом.

– Живая.

– Бэнгс, – ругнулся он по местному. – Я поставил против тебя, – честно признался он.

Я расплылась в довольной улыбке. Знай наших!

– И кому я так не угодила? – всё же поинтересовалась причиной экстремальных смотрин, хотя и так всё понятно.

Карнес помрачнел.

– Ничего личного. Не принимай на свой счет.

– Ага. Но мне же надо знать, с какой стороны ожидать следующую пакость, – я решительно отказывалась довольствоваться его туманным ответом.

– С этой стороны пакости больше не будет, – горячо заверил он меня.

Я же, продолжая держать взятую линию в поведении, прищурилась и с подозрением уставилась на него долгим пронизывающим взглядом.

Карнес нервно заелозил, пряча свои суетливые глазки.

– Я всё понимаю… – задумчиво протянула я. – Но вот одного не пойму. Почему мой брат меня не предупредил?

– Они с Ванером друзья, – Карнес облегченно выдохнул, радуясь моей подсказке, на кого можно скинуть всю ответственность за беспредел. – Хочешь ещё кэрфи? – Резко вскочил и засуетился он.

– Ах, вот как… – мстительно протянула я, игнорируя его предложение.

Карнес быстро на меня оглянулся и поёжился.

– Знаешь, что-то мне подсказывает, что не стоит стоять у тебя на пути.

Я плотоядно облизнулась.

– Умненький мальчик, – снисходительно согласилась с ним я.

Дальше мы молча распивали кэрфи – каждый в своих думках.

Я – в тех, а что дальше?

А Карнес, видимо, печалился об уплывших денежках.

Не удержалась от ухмылки, глядя на его кислую физиономию. Правильно! Вот нечего нас, нежных девушек, недооценивать!

На руке Карнеса завибрировал сайнер, местный аналог связи. Он активировал и выслушал.

– Да, Ванер, – послушно ответил он. – Будет сделано.

«Хм. Никаких условностей, – отметила я их стиль общения. Карнес назвал начальника просто по имени. – Надо будет выяснить, что это значит, и что мне с этим делать».

– Малика, на сегодня ты свободна. Работу начнешь завтра. Не опаздывай, – доложил мне Карнес итог своих переговоров с шефом.

Я с облегчением кивнула. Это был наилучший вариант продолжения сегодняшнего безумного дня. Даже несмотря на помощь максандра, я чувствовала себя вымотанной и выжатой досуха. Так что оказаться как можно скорее дома – было бы самой большой удачей.

Немножко побыть в покое и отдохнуть. Что ещё нужно для счастья?

Глава 7. Первый итог моего устройства на работу

Но! Покой мне только снился!

Это я поняла, как только переступила порог дядиного дома. Толпа, которая провожала меня на так называемое собеседование, кажется, за это время клонировалась и увеличилась как минимум втрое.

– Мама, Малика вернулась! – восторженно заорало пронзительным голосом большеглазое чудо. Младшая дочь дяди Малики Ома, восьми лет от роду. Смешные куцые косички, торчащие в разные стороны, являлись прекрасным обрамлением шкодливой мордашки. Этакий завершающий штришок шаловливого образа.

С радостными возгласами из всех щелей дома народ рванул в мою сторону.

– Деточка, какая ты умница! – Также восторженно, как и дочка, заломила руки жена дяди Малики при виде моего искреннего изумления.

Звонкий голос из общей залы что-то отсчитывал:

– Пятьдесят четыре...сорок восемь...сорок один...

Многочисленные родственницы подхватили меня под руки и практически сами, почти без моего участия, внесли меня в зал.

– Ура! Победительнице! – заорал кто-то.

И его возглас подхватили все.

Мне только и оставалось, что глупо и изумленно хлопать глазами. Благо, было чем хлопать. «Спасибо» моим новоявленным родственниц. Мощные опахала над моими глазами – всё исключительно их усиленным стараниям.

В данный же момент эти самые родственницы, не теряя времени, подвели и усадили меня на диван рядом с бабушкой Малики.

– Цветочек ты наш, как же ты выдержала столько поклонов станцевать? – Тётушка озабочено трогала меня руками, видимо проверяя на предмет повреждений.

Я мягко попридержала её энтузиазм.

– Да, нормально всё, – попыталась успокоить её.

– Ничего себе нормально, – фыркнула самая юная из целого цветника тетушек Малики, собравшихся до кучи ради такого случая. – Если бы сама недавно не танцевала, может быть ещё поверила бы. Как ты умудрилась столько продержаться? – Вперила она в меня свой прокурорский взгляд.

Я же растеряно смотрела ей в глаза, медленно начиная осознавать, что да, я сделала что-то не так… Но что? До меня никак не доходило. Вот и продолжала тупо пялиться в ответ.

– Молодость, – прошамкала бабушка, разряжая нелепую ситуацию. – И гордость, – важно добавила она.

– Да, да. Малика, девочка ответственная. Гордость рода для неё не пустой звук, – энергично подхватила начинание бабушки Мерайна, жена дяди Малики.

«Прокурорша» насупилась. Видимо, приняла всё на свой счет.

А я улыбнулась. С такими защитниками никакие прокуроры не страшны. И благодарно пришла тете на помощь:

– Как только мы поселились на Мардебу, отец записал меня на гимнастику, – пояснила я.

– Какой молодец, – восхитилась одна из многочисленных тетушек.

– Да, да. Знал, что Малике может пригодиться, – вторила другая.

– Надо же, какой ушлый! – восхитилась третья. – Так вот в кого Малика пошла своей хитростью, – сделала она вывод.

– Мой Дацен всегда головастым был, – гордо прошамкала бабушка Малики и потянулась меня обнять. Что, естественно, я ей позволила сделать под умильные ахи и охи всей родни.

Насчет гимнастики я сказала правду. Отец Малики на самом деле засунул её в секцию гимнастики. И на сегодняшний день Малика являлась абсолютной чемпионкой планеты Мардебу по художественной гимнастике.

Раньше я удивлялась такому решению богатого отца. Зачем задавать дочери такие нагрузки, если ты и так неимоверно богат? А теперь начинала понимать. Дацен повел себя как талантливый стратег. Он знал, что рано или поздно Малике придется пройти через все препоны талебских традиций. И заранее готовил её к предстоящим испытаниям. Гордость для талебцев не пустой звук.

Только вот незадача, вместо Малики все испытания прохожу я. Я и раньше знала, что попала с этим заданием… Но чтобы на столько? Стала осознавать это только сейчас, видя неожиданную для меня реакцию родственников Малики на мой танцевальный марафон.

– ...Двадцать восемь! – завопил всё тот же звонкий юный голос. – Рейтинг Малики двадцать восемь! И это всего лишь за несколько часов! – это была двенадцатилетняя дочь моего дядюшки Мирта, которая всё это время не расставалась с ксоном. Небольшой планшет позволял подключаться к планетарной информативной сети и имел более расширенные функции, чем наручный сайнер.

В зале радостно зашумели.

– За один день подняться на семьдесят два пункта? И это не в общем, а в элитном списке?! – тётушка зацокала языком. – Малика... – Она нахмурилась, по новой обводя меня сканирующим озабоченным взглядом. – Точно всё в порядке? Твой дядя явился домой совсем больной. Сейчас лежит, лечится. Пришлось его лекарствами отпаивать.

– Со мной всё нормально, – заверила я её. – А с дядей, надеюсь, не всё так страшно? А то он под конец из последних сил держался.

– Оклемается, – отмахнулась тетя. – Он-то только языком работал, а тебе ещё и всем телом пришлось.

– Малика, мы за каждым твоим танцем следили, – восторженно вклинился пятнадцатилетний сын дяди Огон.

– Как это следили? – встрепенулась я.

– По вайзеру (аналог телевизора, но с эффектом голограммы). Тебя транслировали на весь Талеб. На тебя ставки делали, пока ты танцевала.

Я с изумлением слушала Огона. Вот это сходила на задание. Весь Талеб в курсе. Интересно, как это ещё шеф не нарисовался? И как сглазила.

«Тебя шеф», – лаконично сообщил мне Рони по мыслесвязи.

Я поморщилась.

«Передай, что сейчас не могу», – отодвинула я момент расплаты, отвечая также по мыслевязи и при этом не забывая солнечно улыбаться многочисленной родне.

А сама тем временем пыталась сообразить, что же произошло? Что пошло не так?

– Там что, журналисты были? – этот вопрос я задавала уже вслух восторженному подростку.

– Ага, – с неснижаемым восторженным накалом охотно поддакнул Огон. – Со всех каналов. Малика, ты теперь знаменитость!

Мои мозги шипели от натуги. Что-то не сходилось.

– Малика, спасибо тебе. – Тетушка положила свою руку на мою и сжала её. – Ты смогла не только не опозорить свой род, а наоборот возвысила его. Честно. Никто не верил, что ты сможешь даже пятьдесят раз станцевать.

Мои глаза стали обижено округляться.

– Так вы знали, что мне предстоит?!

– Что ты, дорогая! Если бы знали, ни за что тебя туда не отправили. Кому хочется на позор нарываться? Потом такое пятно на репутации рода, а мне ещё дочек замуж выдавать, – горячо опровергла мои нарождающиеся подозрения тётушка.

Я облегченно выдохнула. Если бы меня сами родные настоящей Малики подставляли, вот это была бы, точно, задница бандрака. Тогда наверняка можно было бы сказать, что задание провалено.

А тетушка тем временем продолжала:

– Ты представляешь, какой мы получили удар! Меня чуть инфаркт не схватил, когда Огон прибежал с криками, что тебя по вайзеру показывают.

– Так и было! – восторженно подхватила Мирта. – Огон включил вайзер, а там ты танцуешь поклон, а диктор зачитывает ставки на то, сколько ты танцев продержишься.

Окружающие дружным хором подтвердили слова тетушки и её дочки.

– Мы смотрели со страхом, в гробовом молчании. Все ждали, когда ты свалишься. Ведь насмешки потом всем бы достались, – добавила младшая дочка бабушки Малики.

– А ты всё танцуешь и танцуешь! – восторженно продолжил за неё Огон.

Я передернула плечами, вспомнив, чего мне это стоило. Если бы не Рони, позора было бы, точно, не избежать.

«Всегда, пожалуйста», – был вежливый ответ Рони на мои мысли.

«Спасибо, Рони», – охотно согласилась с ним я в том, что его услуга была просто неоценима. Хоть мы и были с ним по жизни связаны, и наши жизни зачастую зависели от усилий друг друга, но вежливость и благодарность никто не отменял.

– ...а твой завершающий танец! – голос тётушки вернул меня в действительность.

– Это была бомба! – Огон радостно закончил за мать.

– И мы поняли, что мы не просто спасены, мы выиграли! И всё благодаря тебе, Малика! Теперь, когда моим девочкам придет пора замуж выходить, про них все будут говорить, это сестры Малики. Той самой Малики. – Тётушка вся лучилась благодарностью.

А до меня начинало медленно доходить. Это для меня было всего лишь очередным заданием. А кому-то поломанной или наоборот жизнью.

– Тётушка, позориться у меня в планы тоже не входило, – попыталась успокоить её я.

– Малика, ты героиня, – раздался голос того, кого я сейчас меньше всего ожидала услышать.

Ардан! Этот великовозрастный оболтус стоял в проеме двери и, как ни в чём не бывало, радостно скалился.

И я не выдержала.

– Предатель!

И в Ардана полетела диванная подушка. От первой он резво уклонился, только вот вторую, брошенную сразу вслед за первой, он не ожидал. И вторая подушка попала ровно туда, куда я и метила.

– А-а-а! – взвыл он, прижимая руку к ушибленному носу. Подушка хоть и была диванной и небольшой, но была набита чем-то существенным. – Малика, за что?!

– Тетя, ваш сын всё знал, – сдала я Ардана с потрохами. – Он мог нас предупредить, но не сделал этого. – Я возмущенно смотрела на нахала, у которого совесть даже не думала просыпаться, и который продолжал нахально и в ответ возмущенно пялиться на меня.

– А что было делать? Уговор, есть уговор. – Беспечно пожал он плечами.

– Ардан, что ты имеешь в виду? – стала подключаться тяжелая артиллерия, в лице моей тетушки.

– Он имеет в виду Ванера. Друг для него дороже семьи, – с ехидцей ответила я за Ардана.

– Ардан!

– Зато я ставил на Малику! – радостно воскликнул непробиваемый нахал. – Малика, знаешь, сколько я выиграл! – И схватив меня в охапку, принялся кружить по залу.

Тётушки вопили, детишки радостно визжали. Весело было всем, кроме меня.

И я съездила ему остреньким носком своих босоножек по болевой точке на голени.

Ардан взвыл, тут же выпустив меня из объятий.

– Ну, и злая же ты, Малика, – обижено дулся он, потирая ушибленное место.

– Нет, она это еще не злая. Ты ещё узнаешь, что значит злая. Мало мы тебя в детстве пороли. – И моя тетушка схватила Ардана за ухо, которое тот так неудачно для себя подставил для расправы. Не повезло ему наклониться потереть ушибленную мной голень в тот момент, когда она уже была рядом.

Намертво вцепившись в услужливо подвернувшееся ухо своего сына, тетушка споро потащила засранца на выход из гостиной, так и не дав тому разогнуться.

Вопли Ардана слышны были ещё какое-то время, пока тетушка тащила его на второй этаж по лестнице.

«К дяде, – догадалась я. И кровожадно улыбнулась. Ведь дядя пострадал от подставы даже больше моего. – Ох. Не завидую я Ардану», – и всё же я ему слегка посочувствовала.

– Малика, а знаешь, сколько на тебя ставили? – отвлек меня вездесущий Огон и, не дожидаясь моего вопроса, ответил: – Один к ста!

– Ого! – это отреагировали мои родственницы.

– Интересно, а сколько поставил Ардан? – задумчиво подумала вслух моя младшая тетушка.

И родня активно бросилась обсуждать Ардана и его выигрыш, на какое-то время благополучно забыв про меня. Чем я и воспользовалась, под шумок сделав ноги в сторону своей спальни

Глава 8. И первый разнос

О! Нет!

Покой мне продолжает только сниться!

Не успела я ещё на лестницу ступить, лелея надежду, наконец-таки, попасть на безопасную территорию, как зловредный Рони препротивнейшим голосом секретута стал докладывать, кто и сколько раз мне позвонил, пока я общалась с многочисленной родней Малики. Что они хотели вначале и чем грозились мне в конце. Из всевозможных обещаний самые безобидные были, упокоить меня на местном кладбище.

Вот как и живем. Сперва одни родственники, теперь настала очередь других. И ни от кого не сбежишь. Увы.

«Рони, я сперва переоденусь, – решительно отбрыкалась я от навязываемой максандром программы. – Всё остальное потом».

И только, когда облачилась в скромный спортивный костюм и для придания себе хоть какой-то храбрости застегнула молнию куртки до самого подбородка, набрала шефа.

«Глупая девчонка! – были первые слова взбешенного командира по мыслесвязи. – Ты там в бирюльки играешь или задание выполняешь?! Ты хоть представляешь, голова бандрачья, что ты там наворотила?! Ты ГОМ в полном составе заставила пахать в авральном режиме! За какие-то считанные мгновения ты таких куч наложила! Что взбешенное, как стадо арлаков, начальство обещает нас всех в эти кучи с головой макнуть и оттуда выпустить разве что прямиком на кладбище!»

Слушая ор разгневанного начальства, я мысленно попросила Рони сбавить звук до приемлемого, то есть до писка комара. И только тогда, когда шеф перейдет к конструктивному диалогу, вернуться к нормальному звуку.

И спокойненько завалилась на кровать.

«Шефу то хорошо, не он танцевал», – обижено подумала я и с наслаждением вытянула гудящие ноги.

«Вот оно где – счастье», – блаженно расслаблялась я под комариный писк, давая всем своим напряженным мышцам растечься по мягкой поверхности.

Я почти уплыла в царство Морфея, когда голос шефа прорезался на полную катушку. От неожиданности я подпрыгнула сразу в боевую стойку. Вот что значит рефлекс.

«Рони, мать твою, предупредить нельзя было?!» – мысленно заорала я на свой максандр по внутреннему спецканалу, предназначенному только для нас двоих. Повезло ещё, что шеф не подозревает, что я с этим засранцем общаться научилась.

«Ты не приказывала», – был лаконичный и спокойный ответ моего персонального засранца.

– Мог бы сам догадаться, – пробурчала я вслух, приходя в себя и возвращаясь обратно на кровать. Слушать разнос можно было и лежа. Всё равно шеф не видит.

А шеф тем временем, не подозревая о моем пакостном пренебрежении служебными полномочиями, продолжал:

« ...пришлось ввести в курс дела отца Малики...» – выхватила я кусок странной информации из монолога командира.

«В смысле?» – Мои глаза полезли из орбит. Вот это нонсенс! Куда я влезла?!

«Ты меня слушаешь, зараза малолетняя, или ворон считаешь?!» – опять принялся заводиться шеф.

Та-ак, если он начал обзывать меня малолеткой, значит, дело пахнет отходами жизнедеятельности всеми любимого бандрака.

«Нет, я вся во внимании», – голосом покладистой девочки любезно сообщила я.

«Р-р-р!» – было на другом конце.

«Ну, да. Моего шефа не обдуришь», – кисло подумала я, готовясь выслушать отповедь ещё раз и в этот раз уже по-настоящему, а не в виде писка комара.

«Ладно, – на мое удивление более миролюбивым тоном продолжил шеф, – кучи ты уже наложила, ничего с этим не поделаешь. Зато внимание Берлекса, однозначно, привлекла. Хоть это плюс».

Ура! Шеф сдулся. Можно было спокойно слушать дальше. И с готовностью примерной девочки стала одним большим ухом.

«Тебе повезло. Кучи разгребать будем мы, а ты следуй строго плану. Теперь можешь отдыхать», – и шеф отключился.

Я лежала навзничь на кровати в полнейшем недоумении.

«Рони, ты хоть что-нибудь понял?»

«Да», – лаконично ответил мой помощник.

«Объяснишь?»

«Нет».

«Почему?!» – взвилась я от такой наглости своего максандра.

«Картина не полная. Нужна дополнительная информация», – Рони был спокоен, слоно невозмутимый ургод с ледяной планеты Млимы.

«Тогда ладно», – соизволила я согласиться с его доводом.

Рони прав. Дополнительная информация нам, точно, не помешает. Вот только кого выбрать на роль источника? Я оказалась в решительном затруднении.

«Дана явно в курсе, но она такая язва. Мне только порции яда от нее сейчас, для полного счастья, не хватает, – задумчиво отмахнулась я от этой кандидатуры. – Март? Душка. Никогда не ругает, даже когда налажаю по полной. Но вряд ли обладает полнотой информации», – я тяжко вздохнула, забраковав и эту кандидатуру. Предпочла бы ограничиться им. Но где нам такое счастье?

«Арон», – предложил максандр.

Я скривилась.

Ну да, Арон, естественно, знает всё, что только есть по этому делу. Но ведь тоже сперва мозги сушить будет.

«Писк комара», – деловито предложил Рони.

И я хихикнула.

«Не стоит. Арона можно и заткнуть, он ведь не шеф», – наполовину согласилась я с предложением Рони и стала ждать.

«Что? Объявилась, не прошло и месяца?» – вместо приветствия начал Арон, стоило только вызвать его по мыслесвязи.

«И тебе не хворать», – сдержанно ответила я.

«Не могу тебе ответить тем же», – зловредным тоном послал меня «Треть мозга» нашей команды. Так мы называли каждого из нашей мозговитой тройки умников.

«Слушай, если бы я знала, в чем я провинилась, я бы покаялась», – уверенно заявила ему.

«Хочешь сказать, что ты не в курсе?» – недоверчиво отреагировал он.

«Представь, – огрызнулась в ответ. – Может хоть ты мне, скудоумной, толком объяснишь, что случилось? А то от шефа только маты, а местная родня в эйфорическом нокауте».

Арон хмыкнул, но промолчал.

Пауза затянулась. Я молча ждала, когда он, наконец-таки, созреет.

И он созрел.

«Ну, да. Умом ты обиженная», – язвительно объявил он мне.

Я разозлилась. Обидно стало. Так вот для чего брал паузу. Пару ласковых придумать. Мало ему, что я сама в своей глупости призналась.

«А без оскорблений? Шеф за всех вас, даже за ГОМ, качественно постарался», – ощетинилась я, но решила, что не время выпускать коготки. Смысл? Арон мне нужен как источник информации, а не как обиженный бандрак.

«Уговорила, – снисходительно сдался он. – Лол, неужели самой тяжело было сложить два плюс два?»

«А вот ты станцуй с моё. А я посмотрю, как ты после этого мозгами ворочать будешь, – не удержалась я от выпада. – И, вообще... Я делала всё по плану. Пришла, станцевала, устроилась на работу. Кто ж знал, что танцевать придется до усёру?»

Арон хохотнул.

«Вот в этом и проблема. Нормальная девушка, средней накаченности, сколько выдержит?» – снисходительно спросил он тоном учителя.

«Подумаешь, – продолжала крыситься я. – Малика – чемпионка целой планеты. А сейчас готовится к Малым Галактическим Соревнованиям. Она и похлеще моего станцует», – упрямо находила я себе оправдания.

«Это мы знаем, что она может и смогла бы, – согласился с моими доводами Арон. – Но талебцы-то не в курсе. А ты их, простота звезданутая, просветила. И теперь новости о чемпионке летят с межзвездной скоростью сквозь космическое пространство. Как ты думаешь, когда долетят до Мардебу?» – тон под конец монолога у Арона стал, ну, просто ядрёно-ядовитым.

А до меня таки стало доходить, чем это я так всех в ГОМе разозлила.

– О-ёй, – тоненько пискнула, прикрыв глаза руками и отчаянно борясь с приступом безнадеги.

Нет, чтобы тихо и мирно решить поставленные руководством задачи. Так теперь что, буду выполнять их под прицелом телекамер? Да ещё не одной, а сразу нескольких планет? Мда… Вот это попала…

«Это что получается? – растеряно спросила я. – Операция сворачивается?»

«Пока решено оставить всё как есть. Но в авральном режиме сейчас работают все. Ведь пока родители Малики были в блаженном неведении, всё шло по плану. А теперь представь себе удивление её папаши, когда он по местным новостям узнал, что местная знаменитость, абсолютная победительница Мардебу, решила самостоятельно поискать жениха на соседней планете».

«Шандр!» – эмоционально охарактеризовала я сложившееся положение.

«Ага, – согласился со мной Арон. – Остались только маты».

И пока я отчаянно терла свой лоб, продолжил уже серьезно:

«Это ещё хорошо, что настоящую Малику перед началом операции, на всякий случай, мы отправили готовиться к соревнованиям на Церсед к прославленному тренеру. А то, если бы Малика сейчас находилась дома на Мардебу, наш обман всплыл бы сразу. А так есть шанс всё разрулить», – Арон наконец успокоился, перестал плеваться ядом и говорил по существу.

«Так кто ж знал, что мне надо было сдаться после тридцать третьего раза?» – уныло пожаловалась я.

«Ладно. Не дрейфь. Козыряй тем, что ты чемпионка соседней планеты и терять лицо тебе негоже», – снисходительно утешил меня Арон.

«Уже начала», – встрепенулась я и кратко поведала о бурной встрече родни.

Арон иронично хмыкнул.

«Хоть кому-то фарт».

«Ага, – охотно согласилась я, радуясь новому более приятному повороту в разговоре. – Тут на мне даже деньги выиграть успели…»

«Шандр! Ставки?!» – ахнул Арон.

«Ага», – подтвердила я, и градус веселья резко пошел вверх. Я поняла, чем можно пронять Арона.

Наш умник славился одной своей яркой слабостью – был жутко азартен.

И я ехидно улыбнулась. Приятно его хоть немного помучить. Хоть так. Хоть чуть-чуть.

«Какие были коэффициенты?» – деловито поинтересовался Арон, прочно увязая в любимой трясине.

«Один к ста», – сладким голосом потеребила я кровоточащую рану нашего игромана.

«Ы-ы-ы, – тоскливо взвыл бедолага. – Э-эх. Где ж я был?!Чтоб тебя, Лола! Могла предупредить?! Такой куш сорвали бы!» – и отключился.

«Всё. Отдых, – зевнула я. – Рони, я спать. Меня больше ни для кого нет, пока не высплюсь».

И зарылась в многочисленные подушки на бескрайней кровати.

Глава 9. Круги на воде

Проснулась от тихого шебуршания в спальне.

«Рони, у нас что, мыши завелись?» – поинтересовалась у своего максандра, продолжая прикидываться спящей.

«Почти», – голос Рони был спокоен.

То, что я проснулась сама, а не Рони меня разбудил, уже говорило о том, что опасности нет. Но меня разбирало любопытство, что же это могло быть? Я попыталась угадать, не открывая глаз. Хотя, кто знает, какие экзотические грызуны живут на этой чокнутой планетке?

Шебуршание приблизилось, заставляя дрожать кровать. Что-то коснулось меня с легкостью крыльев бабочки.

И я не выдержала. Приоткрыла один глаз и… хихикнула.

Местные грызуны, точнее, спиногрызы, количеством пять штук, рядком сидели возле меня и молча глазели. А в наивных глазенках плескалось море любопытства.

Увидев, что я проснулась, девчушки разулыбались.

– Ома, что вы тут делаете? – слегка осипшим от сна голосом спросила я восьмилетнее чудо. Здесь и гадать не надо было, кто тут предводитель.

– Меня подружки попросили тебя показать, – искренне ответило мне чудо и, видя мою реакцию, просяще добавило. – Очень, очень просили.

Я опять закрыла глаза. Ну, вот. А я так надеялась, что проснусь, а кошмар закончится.

Рони хмыкнул.

«Он только начинается», – и голос у него при этом был елейным, елейным.

«И у кого это он научился так своим голосом управлять?» – раздраженно мелькнула мысль.

«У тебя», – легко считав мою мысль, Рони вернулся к своему обычному бесстрастному тону.

«Плохой из меня учитель, – мрачно и, главное, честно заметила в ответ. – Учу чему не надо».

Ома подергала меня за рукав, заставляя возвращаться к суровой действительности.

– Чего надо? – буркнула, не открывая глаз.

– Мирта говорит, что ты у нас мировая знаменитость. Вот! – гордо заявила Ома, видимо, в расчете на подружек.

Я хмыкнула.

– Нет, это ты загнула. Талеб – это ещё не весь мир.

– Но Мирта говорит, что ты знаменита там… на Мудубу, – упрямо гнула своё Ома.

Я не удержалась и хихикнула. Очень уж у малышки забавно получалось коверкать. Поправлять не стала.

– Это тоже не весь мир, – не менее упрямо заявила я.

– Мирта говорит, что ты будешь соревноваться там, где будет много, много планет и станешь точно известной, известной, – Ома решительно не хотела сдаваться.

– Что-то Мирта много болтает, – мрачно заявила на это, не желая спорить с мелюзгой и дальше. – А что это вам внизу не сидится? – спросила я в слабой надежде, что они исчезнут в данном направлении.

– А там много людей.

– Ома, а когда тебя это пугало? – Глаза пришлось открыть, так как одна моя бровь решила скептично задраться.

– Мирта сказала посмотреть, что ты делаешь, – раскололась Ома, благоразумно решив не дожидаться допроса с пристрастием.

– Зачем? – нахмурилась я от нехороших предчувствий.

– Тебя внизу эти ждут… – Ома запнулась.

– Журналисты, – подсказала одна из подружек.

– Ага. И у них много жужалок. Они везде летают. Огон говорит, что жужалки всё, что видят, показывают на вайзере, – с горящими от возбуждения глазками выдавала мне Ома последние новости.

Я же только жалобно простонала в ответ и снова закрыла глаза, для надежности прикрыв их ещё и рукой. А вот это было очень и очень плохо. Мне же шеф башку открутит, если что.

«Рони, зови шефа», – решилась я, обращаясь к своему максандру по мыслесвязи.

Хорошо ещё, что шеф не заставил себя долго ждать. Я не успела себя слишком сильно накрутить. Да и брать на себя ответственность за дальнейшие свои действия мне никак не улыбалось. Особенно, в свете надвигающегося цейтнота.

«Шеф, здесь папарацци», – начала я с места в карьер.

«Знаю», – был короткий и интригующий ответ спокойным голосом. Чересчур спокойным. Но я не питала иллюзий. Это значило что угодно, но только не то, что шеф в благодушном настроении.

«О, как… – растеряно протянула я, не ожидая такого поворота. Как правильно реагировать на голос шефа, так и не поняла. – И что? Мне прятаться в своей комнате или выйти к ним?»

«В комнате», – отрезал шеф.

«А если я кушать хочу?» – обижено насупилась в ответ.

«Потерпишь, – злой шеф был гением краткости. – Жди команды», – был резкий приказ перед отключением.

Я поджала губы. Приехали. Вот я, драга, и под домашним арестом, как нашкодившее дитё. И как назло, мой живот, услышав заветное для него слово «кушать», встрепенулся и ворчливо забурчал, требуя своё.

– Ома, девочка моя, – сладким голоском запела я. – А ты не знаешь, есть ли на кухне что-нибудь вкусненькое?

Я с надеждой посмотрела на малолетнюю шкодницу.

Ома важно кивнула.

– Омочка, а ты можешь мне что-нибудь покушать принести? А то мне выходить нельзя, – продолжала я подлизываться.

– А почему нельзя? – С чистым детским любопытством она удивленно смотрела на меня.

Я вздохнула.

– Вот скажи, если жужалки меня по вайзеру покажут в таком виде, это будет хорошо?

Девчушки оценивающе оглядели меня и хором ответили:

– Нет.

– Вот видите. Вы же тоже женщины. И всё понимаете, – улыбнулась я такой слаженности.

Женщина – она в любом возрасте женщина.

Малышки согласно покивали, гордые своей принадлежностью, и их как ветром сдуло.

Я же села на постели и потянулась, разминая мышцы. Сна, увы, ни в одном глазу не осталось. Чего нельзя сказать об усталости. Девчушки разбудили меня слишком рано.

«Рони, что в доме творится?» – потребовала отчет от своего помощника.

«Внизу, в холле и во дворе журналисты всех значимых местных вещательных каналов и пара с Мардебу».

«Оперативно», – уважительно оценила я размах.

«На первом этаже гостей уже больше сотни».

«Ого... – Округлились у меня глаза. – А по какому случаю сбор?»

«Тридцать два больших дома Талеба явились просить твоей руки».

«Дурдом! – сказать, что я поражена, значит, ничего не сказать. – Нет. Это точно какой-то дурдом!» – взвыла я дурниной. Паника внутри меня ярко вспыхнула и радостно принялась набирать обороты.

Мне всего-навсего надо было соблазнить Берлекса, а не выдавать Малику замуж. Вот это я попала! Теперь я понимала, почему шеф злой, как гракх с планеты Зенкар.

«Рони, что мне делать?» – стенала я, пряча лицо в ладонях.

«Сидеть в комнате, как приказал шеф», – спокойно ответил максандр.

«Ты так спокоен, как будто так всё и должно быть», – возмутилась его спокойному тону.

«Что случилось, то случилось», – философски заметило это чудо инженерной мысли.

«Это уж точно», – в этот раз мрачно согласилась с доморощенным философом и откинулась на подушки. Если уж приходится страдать, то лучше с комфортом.

«Дядя заперся в кабинете с главами прибывших домов, – продолжал Рони докладывать обстановку. – Там идут жаркие споры. Дом, которому принадлежит Ванер гар-Дасен, настаивает на своей первоочередности».

«Зашибись», – уныло прокомментировала я, пытаясь прикинуть, чем выльются мне предсвадебные туземные пляски с бубнами. Задание заданием, а прикидываться Маликой по полной программе, увы, придется и дальше. Это и к гадалке не ходи.

Но здесь вернулись мои спасительницы с тарелками, полными снеди, и отвлекли меня от мрачных дум.

Что может быть лучше вкусной еды? Особенно, если повар талантливый? Вот мы и устроили пикник прямо на кровати. Самое то, чтобы купировать панику.

– Зана как узнала, что ты кушать хочешь, много всего наложила, даже ругать нас не стала, – доложила мне счастливая Ома.

– Зана, умнишка, – согласилась с малышкой с уже набитым ртом. Я была очень благодарна поварихе. Сидеть под арестом голодной – приятного мало.

– Да, – охотно согласилась Ома и, дожевав, сообщила. – Мама велела тебе передать, чтобы ты сидела в комнате и никуда не выходила.

Я хмыкнула. Больно надо. Хорошо, что без меня весь этот бедлам разгребают. Я совсем не против.

И уже счастливая и сытая весь вечер показывала Оме с её подружками, что такое настоящие девчачьи посиделки. Визга и счастья плескалось через край, периодически привлекая к нам любопытных.

Нет. Такую старшую сестру Ома никогда не забудет, это как пить дать.

Глава 10. А гайки всё закручиваются

Утром Рони меня бесцеремонно разбудил.

«Вставай, лежебока, работу проспишь», – пинал он меня по мыслесвязи.

Я с трудом продрала глаза. Как же никуда не хотелось идти. Опять строить из себя полуголую фифу? Убиться и не жить!

Угрюмо сопя, соскребла себя с кровати и умилилась.

Вчера мы как бесились, так и завалились. Девчушки, как котятки, расползлись по всей огромной кровати. Равномерно расположившись на мягкой поверхности в самых необычных позах, уютно сопели в две дырочки.

Я усмехнулась, окидывая их напоследок теплым взглядом, прежде чем скрыться в ванной.

«Наслаждайтесь, пока маленькие, ведь потом с вас три шкуры сдерут».

И искренне пожалела малышек. Я-то пролётная птица. Дело сделала и упорхнула. А им в этом дурдоме жить.

Комнату покидала после ванной порядком посвежевшая, окончательно проснувшаяся, зато с безумно ворчливым любителем покушать. То бишь с собственным желудком, искренне радующимся тому, куда я направляюсь.

«Рони, в доме всё спокойно?» – осторожно поинтересовалась я перед выходом из своей комнаты.

«Да», – он как всегда был лаконичен.

«Хоть это хорошо», – с облегчением порадовалась, что ни с кем не придется встречаться по пути, и бодро рванула на кухню. Живот продолжал без остановки ворчать и жаловаться, требуя его срочно обслужить. Видимо, боялся, болезный, что до кухни так и не доберусь. Мало ли? Жизнь у драги непредсказуемая. В любой момент может занести совсем в другую сторону. В ту, где едой даже близко не пахнет. От того и волновался так сильно.

– Девочка моя, как ты? – уютно заквохтала Зана при виде меня.

Повариха, единственная, в такую рань была на ногах и уже во всю гремела кастрюлями.

– Кушать хочу. Живот от голода сводит, – честно призналась в ответ, зная, что Зана меня в моей беде не оставит.

– Так иди за стол. Сейчас накормлю наш цветочек. Негоже ходить голодной и так тонкая, как тростиночка… – засуетилась добродушная женщина. – Эти егозы донесли до тебя вчера еду? – спохватилась она.

Я улыбнулась, усаживаясь за кухонный стол, под белоснежной узорчатой скатертью. Он стоял несколько в стороне от основного кухонного массива прямо возле панорамного окна. Всё было тонко продумано. Можно было кушать и одновременно любоваться роскошными цветами, что росли на ухоженной дизайнерской клумбе прямо под окном.

– Донесли. Спасибо, Зана. Вчера ты спасла меня от голодной смерти, - благодарно ответила поварихе.

– Скажешь тоже, – засмущалась эта милая женщина и её добродушное лицо порозовело.

Удивительно. Вроде нельзя назвать красивой эту немолодую туземку. Но как же украшает её доброта. Черты лица мгновенно преобразились, засияли мягким внутренним светом, и я невольно залюбовалась ею.

– О-ох. Милая, и задала же ты жару. Такого количества народу в этом доме я с рождения Огона не видала, – трещала тем временем Зана, споро выставляя на стол и блинчики, и рамики, и, местную достопримечательность, зонбики.

Мои глаза заблестели, а живот жизнерадостно заурчал. Вот и его черед пришел радоваться жизни.

– Зана, думаешь, я хошела? – отвечала я поварихе с набитым ртом, даже не думая разыгрывать из себя культурность. – Я плошшо хошела ушлоишься на лабошу, шобы не скушно было. Я же не знала, што ваши дэвушки не лабошаюш. И шшо для вас эшо экзошика. На Маш-шдебу всё по-длугому, – со вздохом закончила я, и одновременно дожевывая.

– Вот увидишь, – убежденным тоном начала Зана, прекрасно расшифровав мой шепелявый и вытирая фартуком руки. – Уже сегодня наши цацы побегут устраиваться на работу.

Я не удержалась и хихикнула. Чем воспользовались несколько маленьких кусочков рамика, чтобы избежать моих безжалостных зубок.

– Ой… – Я виновато пульнула взглядом в сторону Заны, но ей было не до меня. Она снова была занята своими сковородками, скворчащими на печи.

И я салфеткой быстро ликвидировала улики моего свинячества со стола.

Дальше завтрак неспешно продолжался в молчании. Зана не мешала мне ублажать мой сердитый живот. А я не мешала Зане готовить. Что-что, а семейство у моего дядюшки было весьма приличное... И это не считая гостей.

– Заночка, ты моя спасительница. – Благодарно обняла я добрую женщину на прощание, отдав должное вкусному и сытному завтраку, и чмокнула кудесницу в сдобную щеку.

Зана зарделась.

– Ну, что ты, деточка. Чуть что, беги сразу на кухню, – напутствовала она.

Я же в благодарность чмокнула её ещё раз и, довольная жизнью, отправилась наводить цацин марафет.

И как же я вовремя успела. Только-только нанесла последние штрихи своего боевого образа, как Ома продрала свои заспанные глазки.

– Малика! – был её восторженный вопль.

– Тише… – улыбнулась малышке. – Подружек разбудишь...

Ха! Именно это ей и нужно было. И диверсантка заорала что есть мочи, зовя свою верную гвардию.

Я и глазом моргнуть не успела, как вокруг меня заскакало всё её шкодное войско. И хоть бы капелька сна хоть в одном глазу. Энергии плескалось через край столько, как будто и не спали вовсе каких-то несколько мгновений назад.

Я судорожно вздохнула, высоко поднимая свою сумочку. Лихорадочные соображения, что делать, плодов пока не приносили.

«Эх. И что я не додумалась сбежать вовремя?» – мелькнула запоздалая мысль.

Оставалось только одно. С боем пробиваться к двери. Что я и принялась усиленно претворять в жизнь, умоляя, приказывая, ругаясь, отчаянно требуя не трогать меня и не пачкать своими чумазыми ручонками. Увы, но мелкие шкодницы дружно профилонили гигиенические процедуры после бурного вечера вседозволенности.

Я уже было отчаялась, когда нежданная помощь пришла в лице тёти Малики.

– Это ещё что такое? – раздался сердитый окрик от двери.

Все испуганно застыли в тех позах, в которых застал грозный ор. А я, воспользовавшись замешательством маленьких монстриков, рванула за спасительную спину.

Шикнув на проказниц ещё разок, тетя повела меня на первый этаж, по пути рассказывая события вчерашнего вечера.

-...как же вчера моему Арену не сладко пришлось, – жаловалась тётя. – Он весь больной, осипший. А тут один за другим из дома Марведов, Дутов, Баргасов. И пошло, и поехало. А когда от тридцатого по счету дома представители явились, то тут и дом твоего Ванера спохватился. Как же они спорили. На весь дом слышно было. Бедный Арен. Хорошо ещё, твой отец помог...

Я споткнулась.

– Тётушка, ты что имеешь в виду? – округлились мои глаза.

– Так в самый разгар отец твой позвонил и такой разнос устроил, что все по струнке смирно стояли и молчали, пока он кричал. Он ругался, что отправил тебя с родней познакомиться, а не замуж выдавать. Что без его разрешения никаких свадеб. А кандидатуру он лично будет рассматривать. А пока он не прибудет, все дела его поверенный решать будет.

– Ка… какой поверенный? – с заиканием спросила я, уже заранее догадываясь, кто за этим скрывается.

– Так он вчера, сразу после разноса твоего отца и прибыл. Ох. Камень, а не человек... – восхищенно поцокала языком тётя.

А вот я не знала, как реагировать. Ещё вопрос, чем мне выльется такое непосредственное вмешательство моего шефа?

– Мимо такого на хромом бандраке не проедешь, – уважительно заметила тётушка, не замечая моего смятения. – Сразу всех построил. Очередность распределил. И при этом никого не обидел. Арен был в восторге. Как он не уговаривал, не захотел поверенный твоего отца хозяина менять. Говорит, что твоему отцу по гроб жизни обязан.

– Ага, – подавлено хмыкнула я. – Очень обязан.

– Что не уйдет? – поняла меня тётя по-своему.

– Дело швах, – подтвердила я легенду шефа, стараясь не засмеяться. Но это смех был скорее нервный, чем от нелепости происходящего.

– Так вот, – продолжала тетя, всё также не замечая моего состояния, – первое место всё-таки осталось за Ванером. А там видно будет...

«Надеюсь, и последнее», – мрачно подумала я, снова уплывая в свои мысли. Мне абсолютно было наплевать, как тут местные в предсвадебных ритуалах развлекаются. Мне и своих проблем хватало.

– ...твой отец на днях приедет, как с делами разберется... – Привлек моё внимание очередной кусок из тётушкиного монолога.

– Как приедет?! – у меня аж челюсть отвисла.

Ну, это ни в какие ворота не лезло! Вот тебе и ГОМ с его профессионализмом. И куда они только смотрят?!

– Да. Да. Сказал, что сам всё проконтролирует, – подтвердила тётушка свои слова.

Вот теперь мне окончательно стало ясно, с чего шеф вчера злобным иргом с планеты Скай рвал и метал.

– Меня убьют… – простонала я, закатывая глаза.

– Не дадим, – решительно заявила тётя. – Сама тебя удочерю, чтобы твоему отцу неповадно было. Вон, как ты с моими детьми поладила. Они постоянно: Малика то, Малика это…

Я нервно хихикнула. Хоть кому-то в этом дурдоме хорошо и интересно. И представив лицо шефа при новости о моём удочерении, окончательно развеселилась.

– Всё, дорогая. Езжай. И чтобы никаких приключений сегодня, – строго напутствовала меня тётя, сажая меня на заднее сидение шикарного семейного лимузина. – Сразу домой после работы. Удачи тебе милая. – Тётушка чмокнула меня в щёку и ещё какое-то время стояла на крыльце дома, пока мы выезжали за ворота.

Я хмыкнула. На работу, как на праздник. Скажи кому – не поверят.

Глава 11. Круги на воде продолжаются

Ох, и наивная же я. Успокоилась, когда журналюг у дома не обнаружила. Решила, что они уже свою кость получили. Ха. И ещё раз – ха! Они свой табор возле офис-центра разбили.

Мне только и оставалось, что мрачно разглядывать из окна лимузина это безобразие и прикидывать варианты просачивания сквозь засаду. Работу никто не отменял. И опаздывание возбранялось.

Соблазнительно, конечно, было воспользоваться возможностями драги. Но. Увы. Нельзя. Придется проявлять чудеса изобретательности.

– Чуин, а черный вход есть в этом здании? – поинтересовалась я у терпеливо ожидающего шофера.

– Да, – дал он утвердительный ответ. – И не один.

– Может, попробуем? – с надеждой спросила я.

Он хмыкнул.

– Сомневаюсь, что их там не будет. Я бы на их месте везде засаду устроил.

Я в ответ только грустно вздохнула. Приходилось выбирать: таки попытать счастье с черного входа или нагло прорываться с главного?

И мой тяжелый выбор прервал стук в окно. Я повернула голову, чтобы тут же счастливо улыбнуться. Ангел-спаситель воплоти.

Карнес, собственной персоной, ехидно ухмылялся мне. Церемонно открыл дверь, не дожидаясь моего согласия, и действо местного этикета началось.

Он изящно играл свою партию, и я включилась в игру. Из машины выплывала уже цацей. Грудь вперед, походка от бедра, подбородок гордо задран, зато глазки скромно потуплены. Вот такая особенность местного колорита. Совмещение несовместимого.

Карнес подобострастно вел меня мимо местных шакалов пера, тигром поглядывая на самых смелых. И в тот момент, когда я решила всё, сейчас рискнут и набросятся, из стеклянных дверей офис-центра вышли командир и Арон.

Я от неожиданности чуть из образа не выпала. И как это понимать?

Командир остановился наверху ступеней, а Арон бодро спустился к нам, проявляя замашки телохранителя. На фоне его монументальной фигуры журналисты вмиг скукожились до пигмеев. Растерянные писаки, не ожидав такого отпора, дали нам беспрепятственно пройти.

В самый последний момент, перед стеклянными дверями, я не выдержала и оглянулась. Меня так позабавило растерянное и обиженное выражение на лицах прожженных папарацци, что я невольно ехидно улыбнулась.

Кто ж знал, что из этой моей улыбки выйдет очередная сенсация. Но это ещё было впереди…

Поднимались мы на моё с трудом отвоеванное рабочее место все вместе. Я по мыслесвязи связалась с командиром. Не при Карнесе же вслух вести разговоры.

«Шеф, и что это всё значит?» – осторожно поинтересовалась я, здраво при этом опасаясь, что шеф сейчас на меня всех собак спустит.

«Для местных я поверенный твоего отца и курирую твои дела. Отец Малики озабочен, чтобы мы не подпортили репутацию его дочери. Пришлось идти ему на уступки», – мрачно информировал шеф.

Я облегченно выдохнула. По голосу шефа стало ясно: буря уже прошла и бояться больше нечего. От того спросила уже смелее:

«А Арон с какого боку?»

«Твой телохранитель», – мрачному тону шеф не изменял.

Я фыркнула.

«Хороша секретарша. Со своим личным телохранителем».

«Отец настоял», – коротко и мрачно поведал шеф.

Мне стало смешно. Начало операции – лучше не придумаешь.

«И как будем выкручиваться?» – голосом невинной овечки закинула я удочку. Типа: не я во всем виновата.

«Пока следуем плану. Берлекса ты, точно, привлекла. Только вопрос, возьмется ли он окучивать столь нашумевшую особу. Но у нас есть одна задумка, если всё получится, он побежит тебя добиваться, – тон шефа стал более конструктивным и менее мрачным. – Тебе остается только скромно работать секретаршей, даже Ванера теперь не требуется соблазнять. Тем более что отец Малики категорически запретил бросать тень на невинность его дочери».

Я разочарованно вздохнула. А я тут такие шикарные симуляции, разработанные специалистами ГОМа, подобрала для своего предполагаемого любовника. Закачаешься. Сама бы с удовольствием посмотрела. Только вот не задача, я не мужчина.

Арон хмыкнул, глядя на мою разочарованную моську. Он, слушая наш разговор по общему каналу, сразу меня понял, ведь это он мне помогал подбирать. А как он это делал, догадаться было несложно.

На работе же новый шеф уже встречал меня собственной персоной.

Я ухмыльнулась про себя. Интересно видать ему было, что за зверя он приобрел. Так какие проблемы? Покажем ему себя во всей красе.

Приветствие было проведено по всем нормам местного этикета.

На что Ванер улыбнулся и просто сказал, без всяких церемоний:

– Малика, здесь все свои. Давай, теперь по простому.

И в ответ я ему благодарно улыбнулась. Лично я только за.

– Карнес объяснит тебе все твои обязанности, – продолжил Ванер. – Они несложные. Я уверен, ты справишься. А теперь, с твоего позволения, мы уединимся с твоим поверенным. – И Ванер с моим командиром скрылись в его кабинете.

Я же развернулась к Арону и вскинула одну бровь.

– А с вами, телохранитель, что делать? Вприкуску к чаю? – насмешливо поинтересовалась я, намекая тем самым, что и ему нечего здесь делать. Его место за дверью.

Но Арон только нахально осклабился и промурлыкал:

– Ну, зачем же. Можно и чай с прикуской.

Я фыркнула.

– Думаю, твое рабочее место будет вон за той дверью, – твердо отбрила я, мотнув головой в сторону входной двери. Мне, для полного счастья, только этого охламона, мешающегося под ногами, не хватало.

– Это как шеф скажет, – невозмутимо продолжал скалиться Арон, вольготно устроившись в большом кресле.

Я беспомощно оглянулась на Карнеса. Тот пожал плечами.

– А в самом деле, почему бы нам не выпить чаю? – миролюбиво предложил он. – Думаю, это хорошее начало дня. – И понесся в боковую дверь, где, как я уже поняла, находилась кухня.

И отправилась следом, чтобы начинать постигать премудрости своей новой работы.

В четыре руки мы быстро соорудили два подноса. Один, поскромнее, нам, с чаем и сладостями. И шефам – с экзотическим, неприлично дорогим напитком с планеты Сороза, вайсом.

Карнес быстро оформил поднос, как полагалось, одновременно комментируя все свои действия, и вручил его мне.

Я же плавной походкой заправской соблазнительницы понесла его шефам.

Увидев меня, шефы разом замолкли. И пока я не вышла вон, упрямо продолжали молчать. И это притом, что я неторопливо и со всеми полагающимися приличной секретарше ужимками предлагала им угощения. Тянула время, как могла. Очень хотелось услышать хоть кусочек разговора, но они упрямо молчали.

И это было странно.

Выйдя, я сурово уставилась на парней в приемной и требовательным голосом приказала:

– Колитесь. Что происходит, чего я не знаю?

На что Арон опять нагло осклабился. По его глазам поняла, этот гад, точно, знает.

Карнес нервно заелозил, пряча глазки. Поняла, что тоже в курсе и тоже не будет колоться.

Помрачнела. Надоело. Используют меня втемную. Раз так…

«Рони, пора выпускать бустиков», – приказала я своему максандру по нашему личному каналу мыслесвязи.

«Уже», – услышала я флегматичный голос своего помощника.

«Ах, ты… Бяка любопытная, тяжело было меня держать в курсе дела?» – не удержалась от возмущенного шипения по мыслесвязи.

«Ты не просила», – вот и весь ответ.

«Непрошибаемый, – обиженно запыхтела я, но быстро сдалась: – Ладно, что ты нарыл?»

«На тебя контракт пишут, вернее, на Малику».

«А это зачем? – удивилась я. – Не рано ли?»

«Сам Сарданн Третий заинтересовался твоей особой. И чтобы обезопасить своё право первоочередности, Дасены требуют заключить контракт. Ведь по местным законам и Верховный не имеет права нарушать официально составленный и заверенный контракт».

«О, как, – я выпала в осадок. – Круто завертелось», – задумчиво заметила я, прикидывая, чем лично мне это грозит. Нет уж. Свадебные танцы с бубнами пусть уж сама Малика танцует. Для меня это – чересчур!

И я мрачнела всё больше и больше, прикидывая последствия вчерашнего просчета.

Против Верховного Правителя Берлекс, однозначно, не попрет. Значит, операция скорее всего сорвана. Осталось только выяснить, как далеко заходят амбиции отца Малики. Если нацелится на Сарданна, то операции, точно, конец. И пусть Малика сама его добивается. А если довольствуется Ванером, то ещё всё может быть.

– Малика. – Карнес тронул меня за руку, привлекая к себе внимание. – Ты чего застыла? – Смотрел он на меня любопытными глазами.

Я спохватилась. Я так увлеклась обсуждением проблем со своим максандром, что выпала из реальности буквально, а не фигурально. И привлекла к себе ненужное внимание обоих партизан.

Арон смотрел с профессиональным любопытством. Ясно, не мог расшифровать, что я делаю. О моих мыслительных способностях он и так был низкого мнения. Этого он никогда не скрывал.

Ему я ехидно улыбнулась.

– Что? – сладеньким голоском начала я. – Давайте, угадаю с одного раза… – продолжила я, одновременно изящно устраиваясь на кресле перед своей чашкой чая.

Парни настороженно уставились на меня, обескураженные моей реакцией.

– Контракт заключают, – закончила я, сделав перед этим глоток чая.

И спокойно продолжила пить дальше.

Парни же продолжали молча буравить меня растерянным взглядом.

– Что? – не удержалась от капельки яда в своём сладком голоске. – Мой рейтинг продолжает набирать обороты? – тон у меня уже был совсем ехидненьким. – Давайте подумаем...

Я задумчиво и картинно постучала изящным наманикюренным пальчиком по нижней губе.

– Какие могут быть варианты? Кто может могущественному Ванеру гар-Дасену перейти дорогу? Кто же тут такой могущественный?

Карнес резко побледнел. Арон смотрел с уважением.

И обратилась уже к Арону:

– И что там мой папаша надумал? – спросила я в лоб, намекая и на планы ГОМа, и на всамделишного папашу Малики.

– Он едет сюда, – раскололся Арон, имея в виду настоящего отца Малики.

– Жесть, – прокомментировала я, не выдавая того, что это и так прекрасно знаю. Спасибо тёте.

– Ага, – согласился он со мной.

А я продолжила спокойно пить чай дальше.

Становилось ясно. Ситуация и в самом деле зависела не от меня. Поведение шефа теперь мне стало понятным. Можно было расслабиться. Может и к лучшему, если задание свернут? Мне Талеб во где уже сидит, а задание ещё и не начиналось по-настоящему.

Настроение у меня поднялось и я с радостью стала щебетать разные глупости, как и должна была делать местная девушка на моём месте.

Карнес вежливо участвовал в ритуале разговора.

Арон периодически закатывал глаза.

Я же ехидненько ухмылялась про себя. Сам нарывался, нахально оставаясь здесь. Вот и получай! И на ходу придумывала ещё более изощренные глупости. Такие, чтобы уши мужчины окончательно сворачивались в трубочку.

Глава 12. Вот нечего оставлять девушек одних

Мы всё ещё вальяжно продолжали смаковать чай, когда шефы вылетели из кабинета, пролетели сквозь приемную, на ходу подзывая к себе помощников мужского пола, в лице Карнеса и Арона, и скрылись за входной дверью.

Я изумленно проводила глазами стремительные маневры.

«Рони, и что это было?»

«Они заключили контракт на полгаламесяца», – флегматично и как всегда коротко доложил Рони.

«И?» – взвинтилась я от такой краткости. Лично мне это ни о чем не говорило.

«Ванер считает, что сделал невозможное, выторговал время для охмурения тебя, вернее Малики. А шеф радуется, что смог урвать время для проведения операции. Тебе надо уложиться в двадцать дней», – подвел итог мой помощник.

Я поперхнулась чаем. Вот тебе и глупая надежда, что операция благополучно свернется.

– Ничего себе, – прохрипела я, с трудом прокашлявшись. – Надеюсь, у шефа есть гениальный ход? – уныло выдвинула предположение. Лично я не была уверена, что знаю, как подобраться к неуловимому бандюку за столь короткий срок.

Настроение моментально скатилось в ноль. Ожидание тоскливо потянулось, заполняемое периодическими вялыми пререканиями с собственным максандром.

Решила убрать последствия чаепития. Проходя мимо шкафа, с зеркалом в полный рост на дверце, невольнозадержала взгляд на своем отражение. Рыжая, почти голая красотка с выдающимся бюстом.

«Ещё двадцать дней счастливого времяпровождения в образе цаци с планеты Талеб? Да я свихнусь! – уверенно и мрачно ответила своему отражению. А следом с запозданием осознала преимущества контракта. – Всего двадцать дней! Не тридцать, не сорок. Всего…» – и на этой бодрой ноте уже радостно продолжила путь на кухню. Так уж и быть, двадцать как-нибудь вытерплю.

Но мысли, несмотря на мои утешительные выводы, продолжали крутиться вокруг да около. Слишком непривычным для меня оказалось моё положение. Мне редко приходилось одевать на себя личину другого существа. А на такой долгий срок, точно, ещё не приходилось.

«Интересно, – я понимала, что тело Малики в глазах мужчин выглядело весьма завлекательным, но понять не могла одного, – как Малика зарабатывает свои чемпионские с такими буферами?» – лично я, немного попрактиковав, не могла сказать, что они удобны в эксплуатации. Я свой родной размер всё же ценила больше.

Появлению Карнеса я искренне порадовалась. Будет теперь с кем отвлечься от бесплодных размышлений.

– Ванер дал тебе задание. Давай, покажу, что надо делать, – начал он с места в карьер.

– Давай, – охотно подорвалась я. Хоть что-то полезное сделаю для разнообразия.

И отправилась за Карнесом в кабинет Ванера. В кабинете он открыл неприметную дверь, умело замаскированную в замысловатом дизайне офиса.

Я еле сдержалась от чиха, сунув нос в маленькую и очень пыльную комнатушку.

– Это наш архив, – поведал Карнес. – В нём давно пора навести порядок. А то сваливаем всё в кучу, к которой скоро нельзя будет подойти. Тебе надо будет разложить всё по порядку. По годам и по месяцам. Справишься?

– Думаю, да, – неохотно согласилась с заданием, продолжая морщить нос. Но пыль всё-таки взяла своё и я громко чихнула.

– Давай, я дам тебе плитер для собирания пыли, – предложил Карнес, спокойно наблюдая за моей непосредственной реакцией.

– Было бы не плохо, – согласилась с его рациональным предложением.

И мы вместе вернулись обратно в приемную. Карнес отправился доставать плитер, а я унесла поднос с посудой со стола шефа на кухню.

Но проходя по приемной, неожиданно поняла, что чего-то не хватает для всей полноты картины.

– А где мой дорогой телохранитель?

– Дверь охраняет, – невозмутимо ответил Карнес.

Я хихикнула.

– Я же ему говорила, где будет его служба, а он не поверил, – весело прокомментировала я.

Карнес улыбнулся.

– Ну, да. Ему приказано к тебе никого не пускать.

И я, продолжая ехидно улыбаться, отправилась обратно в пыльный архив. Настроение чуть-чуть поднялось и всё уже не казалось таким уж ужасным.

Я знала Арона, как облупленного. Как и каждого из своей команды. И прекрасно понимала, как он злится, стоя на своём посту. Явно он не на это рассчитывал, когда напрашивался на роль телохранителя.

Я злорадно ухмыльнулась.

«Ничё, ничё. Ему полезно», – приятно было, что хоть кому-то сейчас не слаще, чем мне.

Тем временем Карнес нашел искомое и с помпой всучил мне орудие производства. После чего, с чувством исполненного долга, торопливо испарился.

Я же мрачно обвела фронт работы испуганными глазами и поинтересовалась у Рони: «Рони, ты можешь объяснить мне логику мужчин? Как можно соблазнять женщину, заставляя её убираться в своей захламленной кладовке? Тем более что я тут могу нарыть на него и компромата?» – мстительно закончила я.

Но стоило Рони издать первый звук, строго скомандовала, давая понять, что, в принципе, мой вопрос исключительно риторический:

«Рони, за дело».

А дальше всё было делом техники. Рони развернул на мне легкий скафандр, предназначенный для исследовательской деятельности на планетах земного типа, и работа закипела.

Пыль тщательно собрана плитером, все бумаги и сканы рассортированы строго по хронологии. И специально для себя я всё аккуратно просканировала. Ни один листочек, ни один файл не избежали моего внимания. Рони быстро анализировал сканируемое, находя закономерности и последовательности. Ловко сортировал информацию. В результате, вырисовывался неоднозначный рисунок профессиональной деятельности моего нового работодателя. Было о чем задуматься.

«Рони, тебе ничего подозрительным не показалось?» – задумчиво спросила я своего напарника, уж он-то, точно, ухватил и понял больше моего.

«Да, есть такое, – согласился со мной Рони. – Ванер, без сомнений, имеет отношение к деятельности Берлекса. Но не прямое, а косвенное. То есть, больше хозяйственное. Когда надо достать что-то по государственным каналам».

«Они сделали огромную глупость, послав меня в свой архив», – ехидненько ухмыльнулась я, радуясь тому, что моя жертва так быстро принялась окупаться. Глядишь, и сокращу свой срок отбывания.

Я огляделась напоследок. Все папки расставлены на полках строго в хронологическом порядке. В комнате пахло свежестью и хвоей. От запаха и вида пыли не осталось ни следа. Красота.

Рони свернул боевое облачение. Я хихикнула, представив, как местные аборигены застукивают меня с поличным в их кладовке. Инфаркт им был бы, точно, обеспечен.

Кабинет за время моего пребывания в кладовке как был безлюдным, так им и оставался. Приемная также. Все качественно испарились. Если у них и проходит рабочий день, то явно не в офисе.

Я прошла на кухню, там также никого не было. Ради интереса, прошла к входной двери.

Что поделать? Не могу себя не порадовать.

Арон стоял, как штык, на страже. Сцепил впереди себя руки и смотрел вперед себя профессионально-хмурым взглядом.

– Хорошо смотришься, – хихикнула я в небольшую щель.

– Изыди, язва, – шикнул он, не меняя положения.

И я со смехом отправилась в предложенном направлении.

Но разговор продолжила уже по мыслесвязи и уже на серьезные темы:

«Где все? – поинтересовалась я, скрываясь в недрах приемной.

«Испарились в неизвестном направлении», – пробурчал Арон.

«Я тут в их архивах порылась. Там оказалось много чего интересного», – сообщила Арону, устраиваясь в удобном кресле.

«Да?» – голос Арона чуточку потеплел и запах заинтересованностью.

«Ага. Ванер имеет отношение к деятельности Берлекса. По записям можно проследить, когда и как проходила та или иная операция. Правда, все улики косвенные».

«Шандр! Их бы просканировать», – взволнованно заметил Арон.

«Уже», – кокетливо заявила я.

«Как?!... – он аж запнулся. – Ну, ты шустрая. Ведь прошло каких-то несколько хранов (земных несколько десятков минут)», – голос Арона зазвучал одновременно и недоверчиво, и уважительно. Всё не мог решить, верить или не верить мне. Ведь в команде я, как и Марсель, в основном считалась особой ветреной и не особо ненадежной. Да и мозгами несколько ущербная. Типа, что с блондинки взять?

«У меня отличный максандр», – кокетливо ответила я на растерянность нашего командного умника.

«Меняемся?»

«Щас! – возмутилась я. – Он у меня нежный, сразу тебя испугается. Я его слабую психику таким нагрузкам подвергать не собираюсь», – заявила полушутя, полусерьезно.

Я чувствовала, как Рони испуганно затаился, а Арон хмыкнул.

«Всё у тебя не как у драги, а как у стопроцентной женщины. Что ты вообще в ГОМе забыла?»

«Если ты не заметил, я и есть стопроцентная женщина», – театрально оскорбилась на хамское, с точки зрения блондинки, заявление.

«Заметил, потому и говорю. Не понимаю, как тебя вообще к нам пустили?» – голос Арона порядком повеселел.

Это была любимая тема моей команды. Что забыла Лола в их рядах? С какого боку припёку она затесалась в драги?

«Арончик, разве ты не заметил, – запела я приторно-сладким голоском, – что многие свои задания я решаю больше как женщина, а не как драга?»

«Ага. Или иногда перебарщиваешь», – едко заметил он, намекая на создавшуюся ситуацию.

«Ну, нет. Здесь моей вины нет», – решительно открестилась брать на себя лишнее.

«Вот как?» – ехидный тон Арона снова повеселел.

«Сам подумай. Случившаяся ситуация произошла только от нехватки информации. Мне кто-нибудь сказал, что надо было красиво сдаться?» – я обижено надула свои пухлые губки.

«Стопроцентная блондинка», – восхищенно прокомментировал Арон, как будто и в самом деле видел мою моську.

«Слушай, ты, стопроцентный бандрак, вот выйду и начищу твой пятак», – пригрозила я.

Я прям чувствовала, как Арон согнулся на посту, стараясь подавить хохот.

Он несколько раз хрюкнул по внутренней связи, прежде чем продолжить:

«Неужели трудно было сообразить своими блондинистыми мозгами, что выносливость стандартной девушки имеет свои границы? Нет, Лоле надо выпендриваться до конца. Даже максандр к этому привлекла. А ничего, что у нормальной девушки нет в наличие максандра?» – едким тоном Арона можно было дыры в металле прожигать, как кислотой.

В этот раз я уже всерьез обиженно надулась и молчала. Что тут сказать? Арон прав на все сто. Вот только при виде такого количества народа я самым честным образом растерялась. Ведь моей задачей было понравиться Ванеру. Все мысли и решения крутились только вокруг этой задачи. О возможных побочных последствиях я как-то не подумала.

Но! Свою задачу я всё же выполнила! Ванеру я понравилась, это точно. Я улыбнулась, вспоминая вчерашнюю заварушку в доме дяди. Какие странные эти талебцы. Их не поймешь. Я, по крайней мере, пока совсем не поняла. И я тяжко вздохнула.

«Что тут не понятного? – тут же включился мой максандр, как всегда пасясь в моих мыслях. – Талебцы считают, что только сильная физически и духом женщина может родить сильного и здорового сына. Сыновья талебцев рождаются крупными, раза в два больше девочек. Поэтому девушки вынуждены доказывать, что они сильны и выносливы. Отсюда и особое приветствие. Кстати, твоя уборка в архиве тоже была тестом на выносливость».

Я хихикнула.

«Надо будет красиво сыграть невинность и скромность, когда они увидят свою кладовку, – решила я. И хорошее настроение снова вернулось на своё законное место. – Подумаешь, не сообразила. С кем не бывает? Разберемся. Да и ещё в наилучшем виде».

И я, весело напевая на ходу, отправилась на кухню. При этом не забыла оставить внутреннюю связь с Ароном включенной. Пусть слушает, что мне весело. И желчью давится.

Глава 13. Хищники на охоте

Я пила ароматный местный напиток на кухне и листала модный местный журнал, когда в приемной послышался странный шум.

«Арон, кто там?» – поинтересовалась я, не вставая.

«Твой новый шеф, его рука и несколько друзей», – коротко информировал мой телохранитель.

«Ого», – оценила я. Я была уверена, что Ванер в ближайшее время будет наоборот отгонять от меня своих друзей. Ан, нет. Любопытненько.

Пока я думала, что делать, в дверь просунулась голова Карнеса. Был он забавно всклокочен. Увидев меня, как-то подозрительно просиял.

– Я думал, ты до сих пор в архиве.

– Я всё сделала и теперь пью чай. Будешь? – Отсалютовала ему чашкой.

– Правда? – Его физиономия удивленно вытянулась.

Тут его сзади кто-то толкнул. Он качнулся, но позиции не сдал. Затем дверь захлопнулась, скрывая Карнеса и кого-то там ещё. Я же заинтересовано навострила ушки. За дверью явно шла возня, дверь периодически дергалась, но не открывалась.

«Рони, что там происходит?» – не удержалась и поинтересовалась у своего максандра. Даже не сомневалась в том, что он-то уже в курсе.

«Три друга Ванера пытаются прорваться к тебе на кухню», – сухо и коротко сообщил факты Рони.

Я хихикнула. Страсти-мордасти. И спокойно продолжила пить чай дальше. Пусть сами там разбираются.

Глава 14. Ещё посмотрим, кто охотник

Женское любопытство победило. Просто пить чай под мышиную возню за дверью оказалось пресным занятием. Всё же хотелось видеть воочию, что там происходит.

Попросила Рони развернуть голоэкран по мыслесвязи. И вкус чая вновь вернулся обратно при виде баталии, развернувшейся в приемной. Бустики моего максандра профессионально справлялись с видеосъемкой. А я получала самое настоящее удовольствие. Всё точно по правилу: хлеба и зрелищ.

Карнес поначалу легко сдерживал трех субчиков, одетых по последней талебской моде. Но когда прибавился четвертый. Центр сил явно сместился.

«Арончик, а что это ты несанкционированных личностей пропускаешь?» – не скрывая подозрительного тона в голосе, спросила я, активировав мыслесвязь с моим аля-телохранителем.

Я не я, если этот хмырь какую-то каверзу не затеял.

«Приказа не пропускать не было», – коротко ответил мой симулянт-телохранитель.

«Да? – мой голос окрасился яркой скептичной ноткой. – А я слышала, что наш шеф приказал никого не пропускать», – голосом я особенно выделила слова "наш шеф", чтобы не было сомнений, кого я имею ввиду.

«Да? – голос Арона в ответ тоже звучал по-наглому скептично. – Зато этот шеф сказал пропускать всех, пока он здесь».

Вот жеж.

Тем временем на экране Карнес постепенно сдавал позиции под натиском превосходящих сил противника, в лице четырех местных шалопаев.

«Рони, а Ванер что?» – решила поинтересоваться у максандра.

Странно было видеть, что мой талебский шеф даже не чешется по поводу того, что его потенциальную невесту хотят умыкнуть.

«Ванер занят в своём кабинете».

– Ах, так. – Я задумчиво постучала пальчиком по губам.

– Ясно. Не хочет Ванер спокойной жизни. Давай устроим ему веселую, – ехидно пропела я вслух и мысленно поинтересовалась у Рони:

«У тебя есть досье на этих милых мальчиков?»

«Да», – был обычный короткий ответ.

«Устроим им шоу "Лола в действии"», – я начинала входить в раж, радуясь возможности повеселиться.

Быстро пробежалась по развернутым Рони досье и довольно потерла руки. Пора было прийти Карнесу на помощь. Он в этом вертепе ни пойми чего – единственный душка.

Шустро соорудила поднос на шесть персон и открыла дверь.

Шум открывающейся двери тут же привлек внимание шебурщащейся кучки в приемной. Кучка распалась на Карнеса, вид которого стал ещё потрёпанней, и четыре новых персонажа, вид которых, изначально предполагающий изысканность, был недалек от Карнеского.

– Ох! – театрально выдохнула я, томно трепеща огромными ресницами. – Высокочтимым тарьерос не пристало так встречать арью, - постаралась, чтобы мой нежный голос сочился легкой осуждающей ноткой.

Парни зарделись, как пионы, и срочно бросились приводить себя в порядок.

А я, плавно покачивая бедрами, проплыла к журнальному столику.

– Карнес, думаю, стоит быть чуточку гостеприимнее, – с легким осуждением в музыкальном голосе пожурила я своего, как оказалось, самого рьяного телохранителя. А те, кто на самом деле должны были меня охранять, даже в ус не дули.

Карнес также зарделся и виновато потупил глаза.

– Не хотят ли высокочтимые тарьерос отведать угощения? – сладко пропела я.

«Лолка, ты что творишь?» – раздался злой голос Арона по внутренней связи.

«Пропускать не надо было», – съязвила я без всякой патоки в мысленном голосе по той же мыслесвязи.

– О-о! Прекрасная Малика! С ваших рук даже яд! – Подскочил ко мне один из хлыщей и ловко согнулся в поклоне, который делают особо уважаемым талебцам.

– Ах! – Я картинно прижала руки к груди, продолжая свою игру в Малику. – Как же вы галантны, хриц Маньес. Мне говорили, что вы сама обходительность. Вы это доказали, – томно похвалила я, не забывая плавно помахивать тяжеленными веерами, которые у меня образовались вместо ресниц благодаря стараниям местных кудесниц.

– О-о! Вы меня знаете! – Расцвел крайне-счастливым выражением на лице молодой человек. Весьма смазливый. Правда, невысокий. Блондин с серебристой челкой и серебристыми звёздочками в зеленых глазах вместо зрачков. Но это был эффект линз.

– Скажете тоже, хриц Маньес, – кокетливо захихикала я, подавая при этом ему чашечку местного чая. – Вы входите в первую двадцатку рейтинга, как мне могли о вас не рассказать? – Я укоризненно посмотрела на него.

Глуповато-счастливое выражение лица парниши разбавилось восторженным.

– О! Прекрасная Малика! Для вас я просто Занес. – И он осторожно взял предложенную ему чашку чая.

Мда. Кажется, ещё одна "О" и меня стошнит.

Тем не менее я продолжила помахивать своими веерами и задушевным голосом ворковать:

– Занес, это так мило с вашей стороны. Я новенькая. И у меня пока мало друзей. – В этом месте я не забыла скромно потупить глазки.

Это был, ну-у, очень толстый намек на тонкие обстоятельства. И трое остальных, до этого благополучно хлопающих ушами и чем-то там ещё, пока их бойкий соперник столбил место, бросились наверстывать упущенное.

Так я с ходу обзавелась, если верить их горячим уверениям, своими первыми надежными друзьями. И чтобы доказать это, они пригласили меня сегодня в самое лучшее увеселительное заведение столицы.

Карнес имел вид рыбы, выброшенной на берег. То есть безмолвно открывал и закрывал рот, блестя выпученными глазами.

А я, глупо хихикая и томно взмахивая ресницами, поила Ванеровским чаем своих первых местных ухажеров.

Правильно. Нечего клювом щелкать в условиях жесткой конкуренции.

– Малика, а вы сенсация! – выложил мне Морс после длительной процедуры расшаркивания.

– Скажете тоже, – опять кокетливо хихикнула я.

– Нет, правда! – поддержал Морса его друг Бикс. – О вас уже второй день все новости кричат. Сегодня вечером обещали посвятить вам целую передачу.

У меня изумленно взлетели брови. И на этот раз искренне.

– Да. Да, – радостно подтвердил Занес. – Все с нетерпением жаждут узнать, кто же вы.

– Говорят, что сам Сарданн Третий положил на вас глаз, – продолжил, подхватывая эстафету, выдавать местные новости Танекс, четвертый ухажер.

– Да, ну. Скажете тоже. Это выдумки. Журналистам делать нечего, вот они и выдумывают, – поспешила решительно откреститься от местного хозяина жизни. Только этого мне не хватало!

Ухажеры тут же засияли, ведь их шансы в таком случае резко увеличивались.

– Да, они это могут, – охотно согласился со мной Бикс и остальные хором его поддержали.

Следом тут же пустились в воспоминания, что и как придумывали писаки про них самих и их знакомых, чтобы привлечь внимание публики.

Веселых моментов оказалось море. И мы дружно смеялись над их рассказами. Даже Карнес оттаял и присоединился к нашему стихийному междусобойчику.

Глава 15. Хм. Вечер явно не планирует быть томным

– Я смотрю вам весело, – раздался над головой злой и холодный голос.

Все разом затихли. Я обернулась.

Ванер стоял в дверях кабинета и раздраженно рассматривал нашу задушевную компанию.

– Малика на работе. Вон отсюда, бездельники, – резким голосом приказал он.

– Но, Ванер... – начал было Танекс.

– Вечером встретимся, – оборвал его Ванер и проследил, как они гуськом ретировались из приемной, не забывая при этом подмигивать мне на прощание, напоминая о нашем договоре на сегодняшний вечер.

Я мило улыбалась и шустро собирала посуду, чтобы юркнуть в спасительную тень кухни.

– Карнес и Малика, ко мне, – пресек Ванер мои поползновения на корню.

Я вздохнула и покорно кивнула.

Мы стояли перед огромным столом Ванера в его кабинете, как двое нашкодивших щенят.

– Карнес, разве я не ясносказал, чтобы Малика была от них подальше?

– Да, шеф, – провинившимся голосом ответил Карнес.

– Ах, шеф. У вас такие замечательные друзья! – пришла я на помощь Карнесу, поддавая восторгу в голосе. – Как можно было их скрывать? – И так обиженно захлопала ресницами.

Ванер скривился, как будтопроглотил кислое.

– Что вы, Малика. Это я не их от вас скрывал. Это я вас пытался защитить от этих монстров, – галантно ответил он.

– Правда? – Я сперва счастливо распахнула глаза, а потом как будто обиделась за них. – И вовсе они не монстры, а очень милые тарьерос. Они обещали защищать меня ценой своей жизни. – И снова томно усиленно замахала своими веерами.

Нет. Всё-таки какое грозное оружие женщины – её ресницы. Сколько всего оказывается можно ими выразить. Вот не налепили бы мне эту тяжесть так, чтобы я постоянно о ней помнила, то и не пользовалась бы ими так усердно в создании образа недалекой красотки.

Рони в моей голове хмыкнул: «Поверь. Ты ими пользуешься всегда. Просто не замечаешь».

«Не мешай», – мысленно цыкнула на личного критика.

– Дорогая Малика. Имея такого защитника, как я, других тебе, поверь, будет не нужно. – Ванер, как тигр, вскочил из-за стола и подошел ко мне походкой хищника на охоте.

Он навис надо мной. А я, с глуповато-томным видом, скромно потупилась, следуя инструкциям местного этикета.

– Малика, приглашаю тебя отметить начало твоей работы в моей компании в Марцендвилле, – с придыханием произнес он прямо в моё ухо, чуть не заставив меня поморщиться. Еле, еле сдержалась.

«Ухажер недоделанный! Кто же его учил так девушек кадрить?! А-а, забыла. Девушкам здесь самим приходилось этим грязным делом заниматься!»

Но вслух с придыханием кротко произнесла:

– Да. – И томно замахала опахалами над глазами. – Буду ждать. – При этом постаралась улыбнуться как можно скромнее. Надеюсь, моя улыбка именно такой и получилась. А то, если судить по моему настрою, то у неё было больше шансов повторить оскал курдаха, с водных просторов грозной планеты Тракам.

Карнес же слушал нас с обалделым видом, ведь он был свидетелем, как новоявленные друзья пригласили меня в тоже самое заведение и тоже сегодня вечером. Бедолага, у него сегодня день состоял сплошь из одних стрессов и срыва шаблонов.

Но, я сочла, что Ванеру знать об этом не стоит. Надо было сперва посоветоваться с командиром, какой вариант событий предпочтителен.

Карнес откашлялся.

А я напряглась. Выдаст – не выдаст?

– Ванер, – привлек он внимание шефа под моим напряженным взглядом. – Малика выполнила твоё поручение.

И я расслабилась. Поняла – не выдаст.

– Правда? – Ванер, который опять успел отойти к своему столу, с интересом оглянулся на меня.

– Да, хриц гар-Дасен. – Я снова скромно потупила глазки, сцепив руки перед собой, как примерная девочка.

Ванер поморщился.

– Малика, прошу тебя, зови меня по имени и на ты.

– Хорошо, Ванер, – продолжая скромно улыбаться, легко согласилась я.

Ванер размашистым шагом подошел к архиву и распахнул дверь.

– Хм, – раздалось растерянное из архива.

Мы с Карнесом с интересом переглянулись, оставаясь стоять на своём месте.

– Молодец. Удивила. – Ванер вышел из комнатки и по-доброму мне улыбнулся.

– Карнес, попробуешь ещё раз запустить. Запру там, пока не приведешь в порядок, – пригрозил Ванер своему помощнику.

Карнес поморщился, а я недобро сощурилась.

– Я не поняла. А кто меня послал убирать архив? Ты, Ванер? Или, Карнес?

Карнес испуганно зыркнул на меня, потом на шефа. Но Ванер не обратил особого внимания, он уже был занят другим, пытаясь что-то найти в ящиках своего объемного стола, и потому спокойно ответил:

– Карнес предложил, я согласился.

Я ещё раз недобро посмотрела на Карнеса, взглядом обещая ему разбор полетов.

Карнес в ответ втянул голову в плечи.

В этот момент шефа отвлекли вызовом. Чем Карнес и воспользовался.

– Мы можем идти, шеф?

Шеф махнул нам рукой, оживленно с кем-то здороваясь.

– И как это понимать? – Я стояла на кухне, руки в бока, загнав Карнеса в угол.

Вовремя успела перехватить этого засранца, не дав ему сбежать от возмездия.

У того суматошно забегали глазки.

– Малика, ничего личного. Надо же было проверить, на что ты годишься?

– Что-то у тебя на всё один ответ – ничего личного! – с возмущением парировала я. – Я сюда что, уборщицей нанималась? – Приперла я его к стенке своим внушительным бюстом.

Карнес испуганно скосил на него глаза.

– Ты мне в глаза смотри, а не ниже, – не преминула я воспользоваться моментом, чтобы навести на него ещё больше жути своим грозным голосом.

Карнес, как испуганный кролик, послушно вскинул глаза повыше.

Я уперлась пальчиком ему в грудь.

– Карнес, душка, жизнь тебе сахаром не покажется, если ты ещё раз используешь меня втёмную. Со мной лучше дружить, – угрожающе пропела я самым сладким тоном.

Тот аж поёжился.

– Да, Малика. Я был не прав, – чересчур охотно покаялся он. – Прости. – Он умилительно-просительно смотрел на меня щенячьим взглядом.

Мда. С искусством лицедейства этот сын шустрой шмуйки с планеты Юрцы знаком не понаслышке.

– Уговорил, – снисходительно хмыкнула я, делая вид, что повелась. – На первый раз прощаю. Но, ты мне будешь должен, – подпустила я стали в голосе, выпуская его на волю.

Я отошла к столу, а Карнес, отойдя к двери, выдал:

– Страшный ты человек, Малика. Не хотел бы я быть твоей дичью.

Я со смешком оглянулась.

– Наговор! – наигранно возмутилась в ответ и, затрепетав ресницами, томно добавила: – Я белая и пушистая.

– Ага, – ехидно хмыкнул как-то слишком быстро пришедший в себя Карнес. – Рыжая и бесстыжая. – И пулей выскочил за дверь.

А я засмеялась. Запугала парня.

Глава 16. Как хорошо иногда включать блондинку

Оставшись в гордом одиночестве благодаря успешной кампании запугивания местных аборигенов, я связалась со своим командирам.

«Да, Лола, слушаю», – вышел он, наконец, на связь после долгих и настырных попыток вызова.

«Командир, есть пища для размышлений», – начала я с места в карьер.

Шеф знал, что на моём языке это означало: что есть проблема, которую я не могу или не хочу решать самостоятельно. А также хорошо знал, что мою просьбу лучше не игнорировать, а то может быть хуже, если ситуацию отдать мне на откуп.

«Говори», – коротко приказал он.

«На вечер есть два варианта развития событий. Не знаю, какой предпочтительней?» – пожаловалась шефу.

«Вот как?» – голос шефа стал заинтересованней.

«Первый вариант. Четыре друга Ванера. Занес Маньес, Морс ар-Балек, Бикс Аркуньед, Танекс гар-Бонко пригласили меня в клуб Марцендвилл, чтобы отметить наше знакомство...»

«Я же приказал Арону никого к тебе не пускать, – прервал меня мгновенно разозлившийся шеф. – Я ему голову откручу».

«Шеф не торопись. Может, ревность это то, что нам надо?» – обозначила я свою идею.

«Может быть, – хмуро согласился он после некоторого раздумья. – Всё равно откручу за неисполнение приказа», – пообещал он.

Я хмыкнула. Да, на здоровье, я ещё и корзинку могу подержать, чтобы голове было куда падать.

«Или, – продолжила я, снова привлекая внимание шефа к теме разговора. – Второй вариант. Ванер меня тоже туда же пригласил и тоже на сегодняшний вечер».

«Хм, – шеф задумался. – Я тебе сообщу», – и отключился.

Я же улыбнулась, прекрасно зная последовательность его действий. Пошел спецов подключать.

Ох, симпатичной попкой своей чувствую – лед тронулся. Будет моя попка уже сегодня собирать урожай посеянных вчера семян.

И я, довольная собой, принялась пить чай который раз за сегодняшний неполный рабочий день. Вот она – изнанка работы секретарши.

«А что тут ещё делать? Хороша работа, – ёрничала я, заваривая себе очередную порцию. – Ванер умчался. Карнес, напуганный мной, сбежал. А-а… Арон остался», – со злорадством вспомнила я своего добровольного телохранителя.

«Арончик, как ты там?» – сладким голоском пропела я, активируя мыслесвязь.

«Твоими молитвами», – огрызнулся злой Арон.

По-моему, он не так представлял себе эту работу, когда на неё напрашивался.

Я вся расцвела ехидным цветом.

Ох. Не знает он, то ли ещё будет.

«Арончик, – также сладко продолжила я. – Шеф обещал тебе голову открутить…»

«Р-р-р, – раздалось рычание по мыслесвязи. – Ябеда!» – возмутился он.

«Пришлось», – вздохнула я.

«Как это?» – не понял Арон.

«Так меня на вечер пригласили в один и тот же клуб и друзья Ванера, и сам Ванер. Не знаю, кого выбрать. Пришлось шефа подключать. Вот он и разозлился», – самозабвенно играла я роль простушки.

«Лолка, ты там в свою роль окончательно вжилась? Смотрю, тебе понравилось? Задумала остаться?» – снова зарычал на том конце мыслесвязи Арон.

«Всё может быть», – томно протянула я на местный манер, нахально игнорируя рычание в его голосе.

Арон от неожиданности булькнул.

«Ты что, больная?» – снова зарычал он, откашлявшись.

«Фи. Какой ты грубый, – сделала вид, что обиделась. – Вот хотела тебя чаем угостить, а теперь не буду», – мстительно закончила наш разговор и отрубилась.

А сама, довольная, стала пить чай дальше. Пусть стоит там и бесится. Ему полезно.

«Рони, – позвала я единственного оставшегося со мной собеседника. – Доложи текущее положение дел».

«Сообщение об Сарданне Третьем подняло твой рейтинг ещё на восемь пунктов», – начал Рони.

«Ого, – я впечатлилась. – Так и не замечу, как все сто наберу», – даже интерес стал к местному рейтингу просыпаться.

«Нет. Сто не наберешь», – сухо отрезал Рони, как всегда контролируя мой мысленный процесс.

«Злой ты. Даже помечтать не даешь», – обиделась я.

«Дядя продолжает принимать гостей, – продолжил сообщать Рони, напрочь игнорируя мои фырканья. – Ставки растут…»

А вот этим я заинтересовалась.

«Рони, может, сделаем ставочку?»

«Запросто. Что выбираешь?»

«Сперва варианты огласи», – возмутилась я его мнимой непонятливости. Прекрасно же знал, кто мой единственный источник информации, а всё равно выделывался.

«Первый – самый ходовой. Выйдешь ли ты за Верховного или нет…»

«Не я, а Малика. Не путай, – поправила его и ответила: – Не знаю. Может, её прельстит мысль стать властительницей Талеба?»

«Всё может быть, – согласился со мной Рони. – Не знаю как она, но её отец весьма амбициозен. Ему эта идея, без всяких сомнений, придется по вкусу».

«Ладно, давай дальше», – попросила я.

«Следующим пунктом по рейтингу идет, выйдешь ли ты замуж за Ванера гар-Дасена…»

«Рони! – взывала я. – Не я, а Малика. Хватит нас путать!»

Вот жеж! Нравится засранцу меня доставать!

«Ещё раз ошибешься, я за себя не ручаюсь», – пришлось пригрозить.

«Хорошо, – покладисто согласился мой максандр. – Так выйдет или нет?»

«Не знаю», – раздраженно буркнула я. Настроение стремительно снижалось. Откуда я знаю, какие винтики в голове у настоящей Малики и есть ли они вообще?

«Даже ставку не сделаешь», – печально сделала я вывод после некоторого размышления.

«Отчего же, можно начать с нижней строчки рейтинга. Точно не ошибешься», – Рони серьезным голосом предложил мне такую чушь.

«Рони, чем я тебе сегодня насолила, что ты так меня изводишь?» – пожаловалась в ответ.

«Делом надо заниматься, а не чаи гонять, – огрызнулся мой максандр моментально потяжелевшим голосом. – Мне начинает казаться, что твои мозги начинают потихоньку плавиться от местных реалий».

Жесткая отповедь.

«Прости, – повинилась я. – Наверно, ты прав. Но как можно в таком виде о чем-то серьезно думать?» – пожаловалась ему ткнув пальцем в зеркало напротив.

«А ты не смотри туда, сразу станет легче», – всё тем же тяжелым голосом посоветовал максандр.

«Нет. Сегодня ты, точно, злой», – обреченно вздохнула на категоричный отлуп, понимая, что от своего максандра я также понимания не дождусь.

Расстроено сделала глоток холодного чая, который был бессовестно забыт во время перепалки.

«Хорошо. Вот с чего бы ты начал?» – перекинула я Рони обязанность начинать думать.

«Как выйти на Берлекса», – не задумываясь, ответил он.

«Ха. Умник нашелся. ГОМ сколько уже над этим голову ломает?» – ехидно парировала в ответ.

«У них нет твоей возможности», – отрезал Рони.

«Я не господь Бог!» – возмущенно вздыбилась на его возражение.

«И не надо, – Рони был не пробиваем. – Тебе нужна лишь возможность появиться там, где он бывает, в компании мужчин, у которых он посчитает достойным тебя отбить. Большего тебе делать ничего и не надо».

«Ну, да. Всего-навсего, – хмуро пробурчала я, но одновременно практично оценивая предложение своего помощника. – Так и предполагалось. Кто ж знал, что такая катавасия на бандрачьей скорости завертится? Поклон туда, поклон сюда. Достали!» – зарычала я.

Настроение испортилось напрочь.

Остатки холодного чая безжалостно вылила в раковину.

«Ладно, что ты предлагаешь? – окончательно капитулировала перед Рони. – Ну, блондинка я. Что с меня возьмешь?» – на корню пресекла его возможные попытки меня обругать.

«Продумать линию поведения, которая привлечет к тебе внимание цели», – кратко охарактеризовал Рони задачу.

«Уже привлекла», – пожала я плечами.

«Пока не считается», – злюка не дал мне почивать на лаврах

«Хорошо. Я слушаю», – с видом прилежной ученицы покладисто согласилась с ним.

«Я тут подслушал один интересный разговор», – Рони начал издалека.

«Та-ак», – я подобралась. Начало было многообещающим.

«Местная знать в последнее время помешалась на подпольных гонках».

«Ну-у. Это не новость, – протянула, разочарованная в своих ожиданиях. – Вся галактика на них помешана».

«Это особые гонки», – не сдавался он.

«В смысле?» – Я опять сделала стойку. Что-что, а в способности своего максандра находить информацию я ни капельки не сомневалась.

Сама его в своё время учила, что информация – это всё. И чем больше и полнее информация, тем быстрее и успешнее дело.

«Гонки женские…»

«Да, ладно? – я предвкушающе улыбнулась. – Рони, ты прав. Это то, что надо».

Глава 17. Новые приключения или… новые неприятности?

Рони выложил всё. Где, что, когда. Поработал он на совесть.

Я злорадно покусывала губы. Лучшего нельзя было и придумать.

Местные цацы, в стремлении поднять свой рейтинг, чего только не выдумывали. И одним из самых последних ноу-хау являлись гонки на астроботах.

Была такая гремучая смесь дикой инженерной мысли.

"Вольные художники", как называли себя любители инженеры-самоучки, собирали из всякого хлама со свалки самодвижущиеся конструкции невиданных форм и размеров. Если повезет и найдется нужная деталь, то астробот обзаводился зачатками интеллекта.

А о внешнем виде и говорить не приходилось. Чем монструозней и необычней, тем лучше.

Главной задачей этих монстров было выступление на подпольных боях или гонках. И несмотря на незаконность, бизнес расцветал махровым цветом во всех уголках нашей необъятной галактики.

И было с чего. Детали дармовые, а если повезет, то бабла срубишь немерено.

Вот юные умы зачастую и начинали свой жизненный путь с карьеры "вольного художника".

Зато теперь местные дурочки мне дали возможность попортить им кровь и заодно выполнить своё задание.

«Твой астробот практически собран», – услышала я голос Рони сквозь свои мысленные кружева.

«Как?» – удивилась я.

«Я перепрограммировал несколько местных роботов и направил их на сборку астробота. К вечеру сборка будет закончена».

В ответ я лишь в изумлении ловила ртом воздух.

«Ты… Ты когда этому научился?»

«Ты сама подсказала, когда на Ламертине местных уборщиков отправила шпионить», – напомнил мне Рони предпоследнюю нашу операцию.

Мы никак не могли подобраться к местным подпольным работорговцам, так как во всем ГОМе не было ни одного даже самого завалящего арматурянина. А именно они составляли костяк местного населения на Ламертине.

Невысокие колобки буровато-рыжеватого цвета с непропорционально тонкими ручками и ножками, кичились своими пёстрыми наростами на голове.

Чем больше и ярче нарост, тем выше статус арматурянина.

От природы колобки являлись удивительнейшими пройдохами.

Более половины дел нашей галактики, связанные с замысловатыми аферами, имели в своих организаторах хотя бы одного арматурянина.

Кстати, именно эта деталь зачастую давала прекрасную раскрываемость. Так как арматурян было не так много, а досье многие имели весьма пухлое.

Но. Одно дело, когда дело расследуется в других мирах.

Другое, когда…. Короче, дело, о котором напомнил Рони, как назло, проходило на их родной планете. Кругом сплошь одни арматуряне.

Возможности подобраться – абсолютный ноль.

Вот я и отправила следить за ними роботов. Такой пакости от своих уборщиков местные не ожидали. Дело было раскрыто за несколько дней.

Мирзон, главный куратор нашей команды, специально свалил на меня глухой тухляк. Так у нас назывались заведомо провальные дела. Знал, злодей, что человеческой девушке нечего ловить на планете колобков. В глаза бросалась сразу. Не потому что красивая, а потому что верзила среди невысоких пухликов.

И что мне оставалось делать?

Догадаться не сложно.

Я сыграла роль глупой и шумной туристки, которая отстала от своего круизного лайнера, опоздав на борт после экскурсии по Ламертину. А так как очередной залетный борт пришлось ждать как минимум декаду, то шумная и противная туристка доставала местных почем зря, вымещая на них всю свою злобу за испорченный отпуск. Короче, повеселилась я изрядно.

Ох. Зато как же хорошо смотрелась физиономия Мирзона, когда он слушал мой доклад.

Цвет его физиономии при этом был так идентичен арматурянскому, что невольно закрадывалась крамольная мысль, а не имеет ли он в своих предках одного из этих пройдох? Уж очень он своим поведением зачастую смахивал на повадки арматурян.

«Тебе необходимо проверить бот, прежде чем отправляться на гонки», – вернул меня из прошлого Рони.

«Командиру будем говорить?» – задала я резонный вопрос.

«Нет», – кратко и ёмко.

«Вот как. Почему?» – удивилась я.

Такого категорического нет я от своего максандра не ожидала.

«Собранная информация однозначно подводит к выводу, что на гонки не пустят», – лаконично проинформировал Рони.

Я задумалась в поисках причин, почему.

«Отец Малики?» – озарило меня.

«Да», – Рони как всегда был лаконичен.

«Значит, не скажем», – легко согласилась я.

Я не собиралась лишать себя удовольствия из-за прихотей местного аборигена. К тому же очень уж мне хотелось побыстрее отчалить с этой дюже гостеприимной планетки.

«Лола», – неожиданно оторвал меня от занимательного разговора Арон.

«Чего тебе?» – я была недовольна его несвоевременным вмешательством.

«Тебя домой отпустили. Собирайся».

– Ура!

Я радостно подскочила. Это был всего лишь первый рабочий день, но моя новая работа уже успела мне надоесть до такой степени, что я готова была на любую пакость.

Домой ехать пришлось под конвоем Арона.

Журналюги так и не убрали своё поселение со ступенек офис-центра.

– Слушай. Что им ещё надо? – удивилась я такому странному постоянству.

– Ха. Ты не видела всех новостей за сегодняшний день, – хмыкнул Арон, ведя меня сквозь неприятельскую толпу, возбужденную сверх меры.

– Из пальца высасывать можно и сидя в уютном кабинете, – мрачно заметила я, ныряя в спасительное нутро семейного лимузина.

– Вот как. А провокационно улыбаться, кто тебя просил? – Арон продолжал ехидничать, усаживаясь следом.

– В смысле?! – взвилась я, не боясь в этот раз проявлять свои эмоции. Захлопнувшаяся дверь лимузина надежно защищала от чужих глаз и ушей.

– В прямом, – рявкнул Арон совсем не ехидно. – Лолка, как у тебя получается всего одним маленьким жестом поломать всю операцию? – Арон начал заводиться.

– В чем ты меня обвиняешь на этот раз?! – в моём голосе снова прорезались обидчивые истерические нотки.

– Только мы всё устаканили, по новой распланировали, как ты тут же всё пустила бандраку под хвост, – вот теперь Арон стал откровенно злым.

– Так объясни нормально, в чем ты меня обвиняешь?! – я тоже стала заводиться.

«Ну, что за дела? Сижу, как мышь в норке, никого не трогаю. Ну, почти никого, – поправилась я мысленно. – И опять я в чем-то виновата?!»

– Приедешь домой, увидишь, – отрезал Арон и больше со мной не разговаривал.

«Рони, что случилось? – взвыла я по мыслесвязи. – Ты почему весь день молчал, партизан?!»

«Не имело смысла», – был краткий и наглый ответ моего персонального партизана.

«Как это?!» – сказать, что была в шоке, значит, не сказать ничего.

«Обсуждение местных сплетен не решало наших насущных проблем. Я не счел нужным отвлекаться и отвлекать тебя», – спокойный голос Рони был всё равно, что ушат холодной воды.

«Ну, вот. А я что, право голоса уже не имею?» – откровенно обиделась на своего персонального узурпатора.

«Имеешь», – снисходительно согласился тот, кого я лично выпестовывала на свою голову.

«И?» – настаивала я.

«Мерайна, твоя тётушка, ждет не дождется, когда выложит тебе во всех мельчайших подробностях всё, что сегодня произошло. Получать одну и туже информацию дважды – неразумная трата времени. Я оставил роль информатора твоей тёте», – голос Рони продолжал оставаться отрезвляющим, нет замораживающе холодным. Была в его словах логика, но логика машины.

«Я тебя не таким растила», – буркнула вконец обиженная.

И как нахохлившийся воробей забилась в самый дальний конец салона, подальше от своих обидчиков. Хотя, осознавала, что это иллюзия. Мой персональный обидчик был всегда на мне.

Глава 18. Да, что ж такое?!

В дом мне очень хотелось прошмыгнуть маленькой незаметной мышкой. Но памятуя вчерашний день, понимала, что это за гранью возможного. Дома толпа народу весь день нетерпеливо ожидала продолжение шоу со мной в главной роли.

«А вдруг? – малодушно тешила себя надеждой. – Может, получится?» – и направилась к черному входу.

Чьи-то железные пальцы крепко ухватили меня повыше локтя и резко развернули.

– Арон! – зашипела я, удивленная его самоуправством.

– Куда? – зашипел он в ответ. – Тебя там ждут.

И потащил меня к мраморным ступеням главного входа.

– Малика! – с пронзительным ором летел на меня снаряд, под названием Ома.

Я уже была уверена, что буду им неминуема повержена, когда буквально в паре миллиметров от меня Ому перехватили сильные руки Арона.

Девчушка возмущенно пискнула, взлетев в воздух. Я облегченно выдохнула.

– Девочка моя! – послышался радостный голос моей тети.

«Всё. Началось», – уныло прокомментировала я про себя. И с преувеличенно искренней улыбкой развернулась к спешащей ко мне Мерайне.

Впрочем, тетушка Малики и в самом деле была достойна искренней улыбки. Удивительно светлым и добрым существом она оказалась.

– Столько всего произошло. Ах. Столько всего произошло, – причитала тетушка, таща меня в общую залу на заклание всему клану.

Всё повторялось один в один. Разве что толпа стала ещё больше. Или мне с перепугу померещилось?

Метроном, под именем Рона, отсчитывал цифры.

Кажется, у меня дежа вю.

Меня, как и вчера, подсунули бабушке, усадив рядом. Да. Точно дежа вю.

– Малика, какая ты умница! – тетушка сияла восхищением.

– Да! Да! Да!... – хором вторило окружение.

– Какая ты великолепная актриса!

– Ты наш гений, Малика!

Родня в восхищении заламывала надо мной руки. А глаза мои уже устали быть круглыми и кажется, стали трансформироваться в квадратные.

– Кто-нибудь... Объясните внятно, – взмолилась я, чудом вклинившись в редкую, очень редкую паузу слаженного хора.

– Малика. – Тетушка подняла руки, требуя прекращения шума. – Малика, Верховный Правитель Сарданн Третий прислал приглашение, – торжественно объявила Мерайна.

Все, как загипнотизированные кролики, дружно кивнули.

– Нас пригласили на прием, который состоится через три дня. – Сказать, что моя тетушка сияла, значит, ничего не сказать. Она сверкала чистым незамутненным счастьем.

«Как мало для счастья надо», – мысленно скривилась на это, глядя на неиссякаемый поток эмоций.

Зал опять затопило шумом. От меня только и требовалось, что побыть статистом на этом празднике жизни.

«Рони, гонки отменяются?» – решила уточнить у максандра, размышляя над навалившейся информацией.

Раз родня Малики не требует от меня реакции, то лучше я с пользой для дела со своим помощником пообщаюсь.

«Нет. Всё в силе», – ответ максандра был категоричен.

«Вот как. А Верховный как в это впишется?» – полюбопытствовала я.

«Одно другому не помеха», – Рони был всё также категоричен.

«А вот ГОМ с тобой не согласится», – ехидно заметила я. Что-то мне подсказывало, что операция вполне могла свернуться в свете разворачиваемых событий.

«А мы ГОМу ничего не скажем», – Рони упрямо стоял на своём.

И я поняла ещё и то, что мой максандр возмущен тем, что его самостоятельная работа может пропасть втуне.

«Ага. Они, типа, сами ничего не узнают», – засочилась я сарказмом.

«Слишком поздно узнают», – мой максандр умел быть твердолобым.

И я поняла, что спорить с ним бесполезно. К тому же я сама не прочь была порезвиться.

«Что ты задумал?» – сдалась окончательно.

«Позже. Наедине», – решительно отшил меня мой личный узурпатор.

И я, вздохнув, вернулась в действительность. А в действительности мои тетушки наперебой планировали приготовления к приему в правительственном дворце. Судя по всему, мне предстояло пережить сборы намного более грандиозные, чем те, которые я пережила, готовясь к работе скромной секретарши.

Мне медленно, но верно, становилось дурно.

«Рони, спаси меня! – взвыла я что есть мочи. – Ещё один такой ад я не переживу! Если я сейчас отсюда не выберусь, я за себя не ручаюсь!» – мои руки прям-таки зачесались в непреодолимом желании, хоть чуть-чуть придушить моих личных инквизиторов.

«Кушать попроси, ты же голодная», – посоветовал практичный Рони.

«Точно!» – я облегченно резко вдохнула воздух, как утопающий, чудом добравшийся до поверхности воды.

– Тетушка, – пропела я, театрально закатывая глаза и обмякая на софе. – Я сейчас упаду в голодный обморок.

– Малика, прости меня девочка, – всполошилась Мерайна. – Пойдем. Покормим нашу девочку.

И тетка бесцеремонно выдернула меня из цепких лапок многочисленных родственниц Малики. Меня мгновенно депортировали к дверям моей спальни, с наказом переодеться и спуститься в малую столовую.

– Тетушка, а можно на кухне? Там людей поменьше. – Я просительно захлопала щенячьими глазками.

Тетушка нахмурилась.

– Нет, Малика. Негоже в твоем положении на кухне отираться. Это не прилично, – категорично припечатала тётя.

Я грустно вздохнула и открыла дверь в спальню. Персональный ад продолжался.

«Рони, вызволяй меня отсюда», – взмолилась я, скрывшись за дверями спальни.

«Я над этим работаю».

«Работает он, а страдаю я», – ворчала я, с облегчением скидывая с себя пыточную униформу цацы.

«У меня на этот пайралис скоро будет аллергия», – жаловалась я, с ненавистью глядя на бесформенную кучку под ногами. Удивительно, но это всё, что осталось от моего неприличного, но такого вычурного наряда.

«Пайралис противоаллергеннен», – голосом учителя возразил Рони.

«Всё ты знаешь. Я имела в виду фигурально, а не буквально!» – возмущалась я, переодеваясь в домашнюю удобную одежду. С радостью окуталась добротной тканью. Застегнула замок под самое горло. Как же надоело выставлять своё тело на всеобщее обозрение.

Но мой персональный узурпатор и не думал мне на это что-то отвечать.

Глава 19. Всё выходит из-под контроля

В малой столовой меня уже ждали.

Профессиональный взгляд драги сразу отметил все детали.

Столовая битком была забита, но сидели все строго по местным правилам. Все правила иерархии рода были строго соблюдены.

Тяжко вздохнув про себя, я мило всем улыбнулась и прошла к своему месту. Пока ела, остальные за компанию пили чай с угощениями и тихо шушукались. Все чинно и терпеливо ждали, когда я доберусь до десерта.

– Малика, ты наша умничка. – Тетушка сидела напротив и умильно мне улыбалась.

Сделав небольшой глоток из своей чашки, она продолжила:

– Вот только мы понять не можем? Ты нацелилась на самого Сарданна, а нам ничего не сказала? – Она с мягкой укоризной смотрела на меня.

Я сразу почувствовала себя маленькой девочкой, стянувшей ароматное сдобное печенье с горячего противня под носом у своей родительницы.

– Я?! – Я изумленно оглядывала присутствующих.

Они, затаившись как забавные бандлочки с планеты Шанбершон, терпеливо ждали.

– Вы что? Поверили этим писакам? – с самым искренним видом обиделась я.

Все разом загалдели.

– А ведь как правдоподобно врут! – возмущенно подвела итог экспресс-обсуждению тетушка.

– А мы уже готовы были на тебя обидеться за твою скрытность, – виновато смотрела она на меня.

– Вы хоть расскажите, что там про меня наговорили, – попросила я, надкусывая бело-розовое канапе.

– А мы не расскажем, мы покажем! – торжественно провозгласил Огон, который вместе с Роной и Омой, всё это время крутился рядом. – Подборка новостей о сенсации дня, Малике сан-Терри кэн-Суэб, за сегодняшний день. Подборка тщательно собрана мной, Огоном ар-Суэбом, со всех новостных каналов и из сети. – голосом комментатора радостно вещал подросток.

– Мы тоже помогали! – хором возмущенно вклинились девочки, нарушив торжественность момента.

– Цыц, пелтушки! – возмутился Огон под смешки присутствующих.

– Сам ты пелтушок! – дружным хором взревели оскорбленные сестренки.

Огон стал пунцовым под общий хохот родни.

– Продолжай, сынок, – ласково поддержала сына тётушка, повелительным жестом призывая всех к порядку и сцапав двух непосед в железные объятия.

– Итоги сегодняшнего дня... – взял себя в руки подросток и нажал на пульт.

Открылась панель на дальней стене и чуть выдвинулся вайзер, внушительных габаритов. И я в один присест получила всё то, что остальные жители Талеба получали небольшими порциями в течение дня.

Все молчали и ждали моей реакции.

Я же, переваривая увиденное, искренне восхищалась выдержке своего командира. На его месте я бы давно себя прибила. Арон был прав. Мне хватило маленького жеста. Вернее небольшой мимической подвижки лицевых мышц. И дело сделано. Туше.

Кто ж знал, что моя мордочка, ой, забываю, мордочка Малики, такая выразительная и болтливая? Лично я не знала, что ей и слов не надо, чтобы так нахально меня сдать.

Моё красноречивое изображение крупным планом болталось на всех таблоидах планеты. Здесь я была сама застенчивость. А здесь – язва. Там я красовалась с милой улыбкой скромной девушки, а буквально на следующем на мне сиял торжествующий оскал тигрицы.

Самой коронной оказалась моя последняя улыбка сегодня утром. Сколько же в ней плескалось торжества! Можно было захлебнуться!

Только вот заголовок под улыбкой был вовсе не тот, что должен был быть в действительности. Главными оказались три слова: пришел, увидел, победил. Вернее, как переделали местные бандраки пера: пришла, увидела, захватила.

На радостях, за подкинутый плодотворный материал, писаки приписали мне всё, до чего только смогли додуматься.

В результате: я доросла до охоты на самого властителя планеты.

Что могу сказать? Круто! Я бы сама и не догадалась.

– Хороша. Что скажешь, хороша, – прошамкала бабушка, разряжая обстановку. – Дацену есть, чем гордиться.

Бабуся вся светилась от удовольствия.

– Враки это всё, – мрачно буркнула я. – Больно нужен мне ваш Верховный. Я его и в глаза не видела.

– Это что значит, не нужен?! – возмутилась одна из многочисленных тётушек, сидевшая слева от бабуси.

– Малика, у тебя шанс, о котором мечтают все достойные девушки планеты, – мягко заметила Мерайна, крепко прижимая к себе своих дочек. – Им нельзя бросаться.

Малышки круглыми восхищенными глазищами поедали меня.

Я поморщилась.

– Тетушка, я и не бросаюсь. Я не знаю, что с этим делать. Ты прекрасно знаешь, что я всего лишь хотела немного разнообразить свою жизнь здесь у вас на Талебе. Знала бы, что из это выйдет… Ни за что не попросилась бы работать.

Я обижено засопела носом.

– Зато теперь все цацы кинулись устраиваться на работу. Только за сегодня было подано сто шестьдесят три заявки, – выпалил радостный Огон.

Все дружно засмеялись.

– Малика, знала бы ты, какой ажиотаж ты вызвала. Все главы родов хватаются за голову. Девки, как с ума посходили, требуют устроить их на работу. – Смеялась тетушка.

– Тебя назвали законодательницей моды. – Рона светилась от счастья.

– И тебя сегодня вечером будут показывать по вайзеру, – добавила Ома, сияя с другого бока своей мамы.

– Меня и так второй день всё время показывают, – кисло заметила я.

– Будут рассказывать всё, что о тебе известно, – объяснила тетушка.

– Ты у нас будешь национальной героиней, – важно предрек Огон.

– Всю жизнь мечтала, – буркнула я, мрачнея всё больше и больше. Чую, назревающий нагоняй от командира предстоит галактических масштабов.

Всё. Эта трагикомедия порядком стала меня утомлять. Надо было что-то делать.

– Тетушка, а что мне делать? – я вопросительно посмотрела на Мерайну, резко меняя тему. – Ванер пригласил меня сегодня в ночной клуб.

Я понимала, что на фоне последних новостей фигура Ванера сильно поблекла и сдулась в размерах. Но всё же рискнула воспользоваться им, как средством отвлечения.

– Прекрасно, дорогая... – радостно улыбнулась тётушка. – То, что ты приглашена на прием к Сарданну Третьему, это ещё не повод отказывать в таком невинном приглашении такому достойному юноше.

– Но, Малике нужно подготовиться. – Всплеснула руками другая тетушка.

– Точно! – подхватила третья. – А у Малики всё есть для вечернего выхода в свет?

И столовая взорвалась. Меня разве что на руках не вынесли оттуда и отконвоировали в спальню, инспектировать мои закрома.

Итог оказался печальным. Все единодушно решили, что одеть мне нечего. А так как я теперь законодательница мод, то и выглядеть обязана соответствующе.

Не успела я и глазом моргнуть, как уже сидела в окружении родственниц в самом дорогом салоне столицы. И мои родственницы наперебой рассказывали хозяйке салона, что мне нужно.

Незавидная роль статиста продолжалась.

Глава 20. Контрмеры или нахальство – наше всё!

Слушая своих чрезвычайно энергичных тётушек, мне всё больше и больше плохело.

Сидеть и слушать, в кого тут меня собираются превратить, сил уже не было. Я вскочила и, делая вид, что разглядываю выставленные образцы, пошла гулять по демонстрационной зале.

«Ронечка, дружочек, спасай! – взмолилась я. – Они выставят меня всегалактическим посмешищем!»

«Отчего же. Ты будешь соответствовать всем модным тенденциям Талеба», – холодно возразил мой максандр.

«Вот именно! – с ужасом просипела я. – Ты видел ихнюю моду? Карнавал отдыхает! Жуть!»

«Помоги!» – не переставала нудеть я по мыслесвязи, выводя своего персонального засранца из себя.

«Ладно, – Рони сдался на милость победителю. – Но ты отвлекаешь меня второстепенными деталями от насущных проблем», – тоном моего командира пожурил он меня.

Я хмыкнула.

«Нет уж! Это первостепенно! Я и так уже терплю талебский ужас на своём теле, но то, что сейчас со мной собираются сделать, ещё хуже! Выручай», – под конец я добавила в голос льстивые нотки, чтобы умаслить упрямца.

Рони развернул передо мной мыслеэкран.

«Есть несколько вариантов».

Я тут же отбраковала первый и второй вариант. От талебского они мало чем отличались.

«Этот они, точно, не поймут, – отмела я третий. – Четвертый, думаю, тоже… Рони, что-то у тебя туго с фантазией», – пожурила его.

«У меня просто нет времени», – огрызнулся максандр.

«А что, если нам применить айтон?» – спросила я, ухватившись за внезапную идею.

«Айтон?» – голос Рони стал задумчивым.

Буквально накануне нашей команде выдали новое изобретение умельцев ГОМа на тестирование. По идее, оно позволяло моментально мимикрировать. Но на деле оказалось ненадежным. То ли энергии не хватало, то ли свои глюки. Но в самый неожиданный момент маскировка начинала беситься и выдавала всё, что было впихнуто в её память. А фантазия у создателей айтона оказалась буйной. Без корчи от смеха на кривляния айтона смотреть было невозможно.

Ох, и повеселились же мы тогда.

Шеф, правда, обозвал нас дурнями. Сказал: «Радуйтесь, что айтон стал выделываться ещё на испытаниях, а не подождал до настоящего дела. Вот тогда бы я посмотрел, как бы вы смеялись, спасая свою жопу».

Выражался шеф изредка, но если делал, то делал умело и со вкусом. Вот только стандартные ругательства редко использовал. Любил с фантазией. Особенно любил давать каждому из нас красочные емкие характеристики, да так, что они ещё долго оставались в ходу.

«И как ты собралась его применять?» – сочащийся сарказмом голос максандра вернул меня из прошлого.

«Да, не сам айтон, – поморщилась я, недовольная его несообразительностью. – А его принцип действия».

«Понял, – подхватил Рони. – В этом что-то есть», – задумчиво добавил он.

«Можно загрузить варианты одежды в тилекс», – начала я.

«Лучше использовать майрекс, – перебил меня Рони. – Он легче, а память его больше».

«Ага. Если не иметь в виду, что его тяжело достать и управлять им будешь ты», – с сарказмом добавила я.

«Достать легко, – возразил Рони. – А управлять лучше и в самом деле мне. У тебя может не оказаться времени на реакцию. И с каких пор ты мне не доверяешь?» – подпустил он под конец немного оскорбленных ноток в свой голос.

«Ха, с тех пор, как ты за моей спиной делишки стал проворачивать», – с вызовом ответила своему слишком уж самостоятельному помощнику.

Одновременно я не переставала удивляться, с какой скоростью прогрессирует мой максандр. Не только становился самостоятельным, но и научился модулировать голос. От живого в скорости совсем не отличишь. И что, скажите на милость, уже в ближайшем будущем я буду делать? Реально, начинает пугать. Прав мой шеф, я всё же сильна задним умом. Вот о чём я думала, когда скармливала максандру редчайшую ценность нашей галактики?Нашла кого пожалеть… Вот правы мои – махровая блондинка.

«Я всегда с тобой, – невозмутимо напомнил нахал, наплевав на мои панические мысли. – Кроме того, я не сделаю ничего, что нанесло бы тебе вред... – нет. Всё же они его задели. – Да, ты и сама прекрасно это понимаешь», – намекнул он на то, что он жив, пока он при мне. А это значит одно: сохранность моей шкурки в приоритете.

«Понимаю, – не стала больше спорить. – Поэтому и терплю твоё самоуправство, – буркнула напоследок, не желая оставлять последнее слово за ним. – Но! – снова вернулась к теме разговора. – Только данные я загружать буду сама. Тащи майрекс. И где ты его собрался брать?» – я была само любопытство.

Мне на ум ничего путного не приходило. У нас в ГОМе все майрексы, легкий маскировочный комбинезон, находились на строгом учете, так как были безумно дорогими.

«Да, я здесь на один склад через одного робота доступ получил. Там как раз лежит партия майрексов. Ничего страшного, если мы для дела позаимствуем. Ведь всё в интересах ГОМа», – невозмутимо ответил Рони.

И, на моё хмыканье, добавил:

«На время…»

Я хихикнула.

«Рони, ты с каждым разом становишься всё опаснее».

«Только не для тебя», – поставил он твердую точку в выяснении наших отношений.

Решив свой на данный момент самый насущный вопрос, я с безразличием стоика отдалась в безжалостные пухлые ручки тётушек Малики и не мешала им радоваться жизни. Где они ещё получат такую редкую возможность? Нарядить большую живую куклу.

И вот в восемь вечера по местному времени я спускаюсь по широкой плавно закругляющейся лестнице дядиного дома в холл, где в ожидании зрелищ застыла родственная толпа с "прынцем" во главе...

Ой, ошиблась! С "прынцами".

Пока я позволяла над собой издеваться, пропуская себя через мясорубку местных салонов красоты и моды, совершенно упустила из виду, что меня на вечер приглашало целых пять местных тарьерос. Да и шеф как-то подозрительно не напоминал о себе. Не выдал ценных указаний.

И теперь они стояли рядком и сверлили друг друга уничтожающими взглядами.

Ванер был просто безумно злой. Аж, пылал.

Моя родня стояла в шоке.

А я, вся такая-растакая, павой спускалась к ним.

Как ни в чём не бывало, невинно хлопая огромными ресницами, я в приветственном танце подошла к своим ухажерам.

– О-о. Вы тоже решили за мной зайти, – певучим сладким голоском святой невинности проворковала я. – Как мило с вашей стороны.

Все кругом остолбенело замерли.

– Ванер, твои друзья, в знак знакомства и дружбы, предложили нам встретиться и повеселиться в клубе. Это же прекрасно! – восхищенно воскликнула я, касаясь его руки легким интимным жестом и продолжая томно махать своими веерами. Если играть цацу – так играть!

Ходящие ходуном желваки выдавали всё, что об этом думает Ванер. Только вот друзья опомнились быстрее.

– О-о! Прекрасная Малика! – Занес был в своём репертуаре, заставив меня мысленно поморщиться. – Вы богиня!

Блондинчик резво подскочил ко мне и в знак своего глубокого восхищения низко поклонился, вызвав восторженный вздох моей родни.

Друзья спохватились и бросились его нагонять. Надо понимать, что это нормально, решила я, с ехидцей наблюдая повторяющуюся в течение всего одного дня ситуацию. Занес в своей компании являлся самым шустрым и быстрым. Остальные догоняли.

– Мальчики, мою племянницу не обижать. Доставить домой в целости и сохранности, – строгий голос тёти привлек к себе внимание.

И здесь Занес оказался первым, отодвинув в сторону даже Ванера.

Расшаркавшись перед тётей Малики, Занес выдал перл местной велеречивости, чем заслужил безграничное восхищение в глазах всей родни. Я видела, как на глазах, у парня рейтинг резко пошел вверх.

Ванер и остальные, спохватившись, подтянулись и тоже запели звонкой птичкой мисолькой с райской туристической планеты Ильяны.

Я уже и не знала, что придумать, чтобы не засмеяться вслух. Единственное, что меня спасало, это то, что про меня временно забыли, всецело отдавшись разыгрыванию местных ритуалов.

Но вот ритуал благополучно завершен. Напутствия с одной стороны, заверения с другой стороны даны в огромных количествах. И меня, подхватив под белы рученьки, увезли в местное увеселительное заведение.

Надо сказать, что к моменту окончания ритуала Ванер пришел в себя и опять перехватил инициативу. Так что в Марцендвилл я летела на его аромобе, в который он меня посадил, предварительно убийственно зыркнув в сторону настырного Занеса и компании.

Если Ванер надеялся, что на этом все его злоключения закончились, то как же он, бедолага, жестоко ошибался.

Первым, кого мы увидели, высадившись возле клуба, был всё тот же вездесущий Занес.

Занес, не реагируя на оторопевшего Ванера, подскочил ко мне.

– О, прекрасная Малика. Рады вас приветствовать в сердце безбашенного веселья и умопомрачительного счастья нашей столицы!

Ловко ухватив меня за кончики пальцев, Занес потянул меня к входной арке, сверкающей неоновыми огнями и голограммными проекциями. При этом продолжал нахваливать прелести местного бытия.

– Занес, – Ванер рыча обошел Занеса с другой стороны. – А не много ли ты себе позволяешь? – И попытался оттереть от меня конкурента.

– Ванер, прекрасная Малика обещала веселиться с нами до упаду в знак нашей дружбы, – не растерялся Занес, ловко заслоняя меня от своего друга.

У Ванера нервно задергался левый глаз.

– Дружище. – Увидев это, Занес заметно занервничал. – Не сердись. Мы же друзья, так давай веселиться. – И подхватив Ванера под локоть другой рукой, поволок уже нас обоих вглубь злачного места талебской столицы.

Остальные друзья, молчаливой охраной, тенью следовали за нами.

Занес, без умолку болтая, завел нас в просторный лифт. И тот унес нас глубоко под землю.

– А сейчас момент волшебства! – пафосным голосом привлекла я к себе внимание, пока лифт нес нас в обещаемое царство веселья.

Отцепив от себя Занеса и встав в центр платформы, я в изящном танцевальном движении темпераментных танцовщиц туристической планеты Тарнедим крутанулась вокруг себя и звонко хлопнула в ладоши высоко над своей головой. При этом не забывала выгодно подать себя, красиво выгибая спину.

В момент хлопка Рони сменил на майрексе образ наряда. Тот, что был на мне до этого, точно копировал наряд, что выбрали тётушки. Короткий, как принято на Талебе, и весь в блестючую рюшечку, он сменился на наряд, выбранный мной.

И под изумленными вздохами ошеломленных ухажеров мой наряд превратился в нечто эфемерно-прозрачное и длинное. Почти до пола, вернее, до щиколоток, где серебристые дымчатые ленты собирались вместе перламутровыми узорами.

Серебристое и прозрачное нечто облекало мой стан, оставляя открытой спину вплоть до провокационного места наверху попки. Перламутровые нитчатые узоры вились по телу, мерцающе просвечиваясь сквозь эфемерную дымчатую ткань, которая в стратегически важных местах девушки скромно формировала непрозрачные струи и ленты. Своей эфемерностью ткань невольно притягивала взгляд к телу и одновременно оставляла место для воображения.

Ткань, родом с экзотической планеты Герцалы, была с секретом. Казалось, что я обнажена. Но стоило только попытаться пристально всмотреться, как картинка размывалась и увидеть за тканью что-то было невозможно.

Вся моя фигурка переливалась серебром с вкраплениями перламутра, который усиливал эффект ярко-рыжего цвета волос, собранного в высокую стильную прическу.

Момент преображения был рассчитан мной верно. Через мгновение мы стояли на огромной верхней площадке большой и помпезной лестницы, куда нас привез лифт. Под нами расстилалось громадное пространство местного клуба, битком набитое веселящимся народом.

Глава 21. Ушлые аборигены

– Тарьеросы и арьи, спешу представить вам загадку, заполонившую наши умы, несравненную Малику сан-Терри кэн-Суэб в окружении самых завидных женихов планеты, – громовый голос, казалось с небес, затопил всё пространство, привлекая внимание к нашей компании.

Я гордо стояла в центре площадки и немного впереди всей компании. Так само собой получилось, что мои ошеломленные моим преображением ухажеры стояли несколько позади, как верные телохранители.

Огромный голографический экран за сценой показывал нас во всех подробностях крупным планом.

«А я очень даже себе ничего», – удовлетворенно хмыкнула я, оценив своё изображение.

Рони едко хмыкнул в ответ.

Занес, как обычно, отмер первым и, ловко схватив меня за пальцы, повел по ступенькам вниз.

– Волшебница, что это в лифте было? – с шепотком склонился он над моим ухом.

Я, наивно хлопая ресницами, вскинула голову. Но хорошо, что вовремя спохватилась и ничего не ответила.

Гигантский голоэкран повторял все детали нашего спуска по лестнице в мельчайших подробностях и любой шепоток становился достоянием общественности.

Занес понял свою ошибку слишком поздно и дальше вел молча.

Но наживка была проглочена.

– Тарьеросы и арьи! – взвыл голос диктора. – Мы что-то пропустили?!

Публика яростно взвыла в ответ.

– Наша экзотичная гостья, колитесь! Мы всё равно узнаем! – голос бесновался.

Накал страстей рос.

– А пока наши секьюрити проверяют записи камер, – вещал голос. – Прошу вас, достопочтенные тарьерос, чему вы стали свидетелями в лифте?

Мне кажется или количество флоков (летающие камеры) вокруг нас стало в разы больше?

Флоки пристали к моим спутникам в ожидании ответа.

Первым сдался, здесь и гадать не надо было, Занес.

– Мы стали свидетелями волшебства, – разнесся в огромном пространстве его восторженный голос.

– Да! Да! Да!... – горячо поддержали его друзья не менее восторженно.

Только Ванер угрюмо молчал.

– Да! – ликующий голос вторил друзьям. – Это было волшебство! Сейчас все вы станете свидетелями прекрасного и фееричного действа!

– Три. Два. Один, – начал он обратный отчет.

И громадный голоэкран в центре вспыхнул, раскрывая мои секреты.

«Ё-мо-ё!» – мысленно взвыла я.

Рони даже хихикнул на мое отчаянное восклицание.

«Рони, как у меня получается вляпаться?» – обиженно пожаловалась я.

Рони уже вовсю хохотал, нахально не скрывая своего смеха по мыслесвязи.

«Что тут смешного?» – разозлилась я.

«Это будет последней каплей», – честно предупредил меня максандр, моментально прекращая смеяться.

«Знаю, – буркнула я. – Меня шеф разберет на запчасти».

Тем временем на экране в танцевальном па я сменяла свою одежду, вызвав бурю восторга у зрителей. Согласна, со стороны и в самом деле казалось волшебно. И главное, приличия не нарушены, но где-то на грани. Как и любят на Талебе.

– Прекрасная Малика принесла свежую струю на нашу горячо любимую планету! – ликовал голос.

– Прекрасная волшебница, – обратился ко мне настырный голос. – Какие ещё чудеса вы припасли для нас?

В огромном клубе воцарилась напряженная тишина.

Я скромно потупила глаза, томно затрепетав ресничками. Играть, так играть.

Все ждали.

– Всё может быть, – с придыханием выдала я, так и не придумав достойного ответа: чтобы и их порадовать, и самой не нарваться.

И зал взорвался.

– Всё может быть! – ликовал голос. – Как загадочно! Мы будем пристально следить за вами, наша прекрасная волшебница!

Ванер, с каким-то неуловимо ловким движением, умудрился оказаться на месте Занеса, удивив меня. Я ему застенчиво улыбнулась, стеснительно опустив длиннющие ресницы.

Всеобщий томительный вздох завсегдатаев клуба показал, что моя игра была по достоинству оценена.

Ванер медленно повел меня дальше по длинной лестнице, давая мне возможность оценить то, что раскинулось перед нами.

Клуб представлял собой огромный амфитеатр, где по периметру вились уютные ложи со столиками и диванами, плавно спускаясь террасами к центру. А по периметру огромной центральной арены возносились ввысь на длинных стеблях четыре огромных вьющихся цветка. Их я узнала сразу. Невиданная редкость. Цветы из живого серебристого пластика с планеты Замесы.

Спустившись с лестницы, Ванес уверенно повел меня к тому, на котором сияли золотые цветы.

Круглый стебель взмывал почти под самый потолок, расписанный под ночное небо. Обвивал при этом прозрачную колонну лифта. По спирали от стебля на длинных цветоножках отходили сами цветы. Прозрачные вроде лепестки отсвечивали золотом. Крупные цветы являлись самими ложами. В центре цветоложа стоял стол, а вокруг него по периметру цветоложа обтекал сплошной круглый диван с одним только выходом в сторону входа в ложу. Крупные лепестки, обрамлявшие место досуга, могли подниматься и смыкаться в купол, создавая интим и изолированность, а могли опускаться, присоединяя гостей экзотичного ложа к всеобщему веселью.

Ванер не просто так уверенно вел меня к золотистому цветку. Это был цвет его рода. Род правителей Талеба.

Три других цветка были синего, лилового и оранжевого цветов, каждый из которых принадлежал ведущим родам Талеба.

Пропустив меня в двери лифта, Ванер обернулся к остальным и кивком головы отправил их восвояси. Мы взлетели вверх, а Занес и компания обижено остались стоять внизу. Они не имели права пройти без приглашения представителя правящей династии.

Двери лифта распахнулись и Ванер, галантно подав мне руку, вывел на маленькую площадку.

Дух захватывало. Мы были почти на самой вершине цветка. Огромный амфитеатр был, как на ладони. Люди, размером с муравья, копошились где-то далеко внизу.

Хм. Кажется, я понимаю, почему правящая местная аристократия так высоко забралась. Тешат чувство собственного тщеславия.

– Нравится? – Ванер улыбнулся.

– Невероятно! – выдохнула я, кокетливо помахивая веерами ресниц.

– Идем. – Потянул он меня по узкой дорожке цветоножки без всякого ограждения.

– Ого… – выдохнула я совсем по-женски.

Он обернулся и улыбнулся.

– Не бойся, я же рядом.

Я улыбнулась в ответ как можно более доверчиво. В этот раз мне совсем не сложно было помнить, что в данный момент я не тренированный драга, а обычная среднестатистическая девушка. И вести себя нужно соответственно.

Округлив, как от испуга, глаза, сделала первый робкий шажок. При этом прекрасно понимала, что должна чувствовать простая девчонка на такой высоте, когда и схватиться-то не за что. Сомневаюсь, что она смогла бы сделать хоть один шаг.

Интересно, как они сюда своих девушек водят? Или все девушки Талеба такие храбрые?

Хотя нет… Я поняла замысел. Это был такой хитрый способ добиться своего. Чтобы девушка почувствовала себя слабой, а сильная мужская рука тут же придет на помощь. Совершенно беспроигрышный ход! Моё почтение местных хитрецам-правителям.

Вот и я не стала разочаровывать Ванера.

Крепко зажмурилась и, вцепившись в руку своего местного шефа, позволила себя вести. Играть, так играть. Если я простая цаца, значит, и вести должна себя соответственно.

Со снисходительным смешком, Ванер медленно повел меня к столу.

– Открывай глаза. Теперь не страшно, – посоветовал он.

Я боязливо приоткрыла один глаз, огляделась. Мы стояли на цветоложе перед изящно сервированным столом. И я со вздохом облегчения открыла оба глаза.

Ванер веселился.

Я же робко улыбнулась ему, стараясь не выпасть из своей роли. Хотя так и тянуло показать ему язык, и показать акробатический трюк.

Но вместо этого:

– Здесь так красиво… Прям дух захватывает… – голосом храброго зайчишки выдохнула я.

В ответ Ванер широко улыбался. Его настроение, наконец-то, восстановилось после неожиданных ощутимых ударов по самолюбию со стороны вездесущих нахальных друзей.

Галантно предложил мне сесть и небрежно махнул официантам.

Неслышными тенями двигался обслуживающий персонал, который состоял исключительно из живых людей, а не роботов. Ещё одна прихоть местной аристократии.

Прозрачный купол, собранный из лепестков цветка, отрезал нас от остального зала, но давал любоваться раскинувшейся панорамой.

Ванер говорил красивые вещи, я в ответ реагировала так, как должна была реагировать порядочная цаца.

А внутри я вскоре взвыла.

«Рони, ещё чуть-чуть, и меня блевать потянет», – ныла я.

«Терпи. Скоро всё закончится, – загадочно успокаивал меня мой максандр. – Лучше думай о том, как бы себя вела Малика. И станет проще.

Не успела я проявить своё природное любопытство на загадочное пророчество Рони, как наша идиллия была нарушена звуком вызова. За прозрачным куполом стояли несколько новых для меня местных аборигенов, одетых по последнему крику талебской моды.

«Первым стоит племянник Властителя, третий в списке на престолонаследие, – поведал мне Рони. – Сангар гар-Морено».

«Как интересно», – промурлыкала я про себя, радуясь неожиданному повороту, освободившему меня от тоскливой патоки незадачливого ухажера.

Ванер поморщился, но проигнорировать не посмел. Купол бесшумно развернулся, пропуская нежданных гостей.

– Ванер, дружище, с твоей стороны некрасиво прятать блистательный бриллиант, – напевным голосом журил Ванера Сангар, приближаясь к нам стремительным шагом.

Я встала и станцевала танец-приветствие первой категории, который танцевался только для верхушки власти.

– Какое милое создание, – пропел мне Сангар музыкальным голосом, склоняясь в поцелуе к моей руке.

Он первый из талебских мужчин поприветствовал меня так, как принято было приветствовать высокопоставленную даму на центральных планетах Содружества.

– О-о… – Я жеманно расширила глаза, томно замахав ресницами.

Из-за спины принца выскочил вездесущий Занес.

Я восхитилась. Нашел-таки способ прорваться.

«Бедный Ванер, – ехидно посочувствовала я своему незадачливому работодателю. – С такими друзьями и врагов не надо».

Принц ловко усадил меня обратно, нахально приземлившись рядом на мягкие подушки. Ванер, в самом начале, и то скромно сел напротив, чтобы меня не смущать. Зато сейчас по его лицу было видно, как он себя ругал за просчет.

– Ванер, разве так поступают лучшие друзья? – продолжал укоризненно выговаривать нахальный завоеватель. – Если бы не наш общий друг, я так и остался бы в неведении.

В ответ на эти слова Ванер метнул злобный взгляд, сулящий всевозможные кары, на источник своих бед.

А источник его бед, в ус не дуя, припарковался за наш стол вслед за принцем, подавая тем самым пример остальным нарушителям спокойствия.

– О, прекрасная Малика, позвольте вам представить высокочтимых тарьерос, – перехватил инициативу неунывающий Занес, при этом нагло игнорируя Ванеса, и принялся перечислять всех присутствующих, начиная с принца.

Я же лишь не переставая кокетливо хлопала ресницами.

«Рони, как думаешь? Мои модные ресницы ещё долго продержатся?» – ёрничала я про себя, жалея, что не вижу себя со стороны.

Рони даже просить не пришлось. Передо мной развернулся внутренний экран, со мной в главной роли. Я чуть не прыснула со смеху, увидев, как я пусть и мило на местный манер, но смешно выгляжу.

«Убери, хулиган, а то моей выдержки не хватит», – взмолилась я.

«Сама просила», – подколол Рони.

«Я думала, а не просила, – поправила я. – И, вообще, не мешай, бяка».

– Прекрасный цветок, а вы в курсе, что о вас сейчас всю подноготную на главном канале выкладывают? – Усмехнулся Сангар. Видный мужчина, нос которого делал его похожим на большую хищную птицу, склонился ко мне.

– О-о! – я удивленно округлила ротик в ответ, невольно любуясь им. Некрасив, но притягивает внимание. Полон какой-то эфемерной мужской притягательностью. Женщины таких любят. Каюсь, будь я в отпуске, вполне могла благосклонно посмотреть на такого ухажера.

– Да! Да! Да! – сиял Занес. – А я уже посмотрел! – хвастливо выложил он.

– Как?! – Удивились его друзья.

– Да, мне один должен был на канале, вот долг и вернул. – Занес продемонстрировал свои великолепные зубы в очередной раз.

– Малика, вам цены нет! Где ещё найдешь такую потрясающую девушку?! Талеб будет гордиться, что ты наша соотечественница! – с пафосом выдал он, ещё больше подогревая всеобщий интерес.

– Тарьеросы и арьи, – прервал его голос диктора. – Непревзойденная гостья нашего клуба, прелестнейшая Малика, продолжает радовать нас новыми чудесами.

И на огромном голоэкране вспыхнула моя фигурка, вернее, самой Малики в завлекающем изящном трико, грациозно выдающая запредельные па.

Зал взревел.

– Мы вам показываем самые захватывающие моменты из фильма о нашей Малике, идущий в данный момент по главному каналу, – гремел голос.

А я, вернее Малика, продолжала притягивать к себе восторженное внимание на экране.

Я мысленно застонала.

«Рони, это что? Мне придется за Маликой все пируэты повторять?!»

Я понимаю, что мои возможности драги далеко превышают возможности обычного человека. Но всему есть предел. Я ни за что на свете не выгнусь так, как это только что сделала сама Малика на экране.

Зрители буйствовали.

«Ни какой костюм драги мне в этом не поможет, – вздохнула я, прикидывая, что из увиденного я смогла бы повторить. – Малика и в самом деле достойна звания чемпиона», – с уважением поняла я, что недооценивала девушку, которую копировала.

– Малика! Малика! Малика! – скандировал зал.

– Встань, – посоветовал принц. – Они хотят видеть свою героиню.

Я встала и прожекторы выхватили мою фигурку, отразив меня на огромном экране.

Сангар встал и, подхватив меня под руку, повел на выход, где нас уже ждала арота (небольшая летающая платформа, в виде таблетки). Арота плавно понесла нас над залом, вызывая шквал эмоций.

На сцене нас уже ждали. Шоу продолжалось.

Глава 22. Надо же, как мы умеем

Арота ещё не успела опуститься на сцену, как ко мне подскочил тщедушный человечек с длинными усами, залихватски закрученными вверх.

Человечек протянул мне руку, галантно предлагая мне свою помощь в покидании ароты.

– Тарьеросы и арьи! Вот она, наша красавица, наша несравненная чемпионка и гордость всей планеты!

Так вот кому принадлежал впечатляющий бархатный баритон. Кто бы мог подумать, что хозяин и его голос, как два противоположных полюса.

Сангар надменно усмехнулся и, оттеснив ведущего, помог мне спуститься на сцену.

Но ведущий, на то и ведущий, чтобы суметь красиво выкрутиться.

– Тарьеросы и арьи! – с новой силой своего мощного голоса взревел человечек. – Пришла, заворожила, покорила! Учитесь арьи, пока есть возможность, как надо покорять недосягаемые вершины!

Я прям всей кожей почувствовала, как и так недобрые взгляды прекрасной половины местной публики моментально превратились в очень острые лезвия и стрелами понеслись ко мне. Вот были бы они настоящими, стояла бы я здесь сейчас в очень мелкую сеточку.

«Можешь не сомневаться, – поддакнул моему воображению максандр, пока Сангар вел меня на середину сцены. – Бои без правил только начинаются».

«Напугал, – весело откликнулась на мрачные предсказания своего помощника. – Лучше развлечения не придумаешь, как соревноваться в женских пакостях. Заодно потренируюсь. А то с наших мальчишек много не поимеешь. Нет в них женского коварства», – преувеличено печально пожаловалась я в конце своего монолога.

«Ну. Ну. Только не переусердствуй», – хмыкнул мой персональный подкольщик.

«Дело не должно страдать, – покладисто согласилась с ним. – Но разве это помешает поразвлечься?»

Рони снова хмыкнул, но ничего не сказал, так как в этот момент ведущий обратился ко мне с вопросом. Вот только смысл вопроса я благополучно прозевала, пока отвлекалась на своего максандра.

«Он спрашивает, готова ли ты танцевать?» – поспешил подсказать Рони.

«Ох!» – был мой испуганный мысленный возглас, но я постаралась скромно улыбнуться ведущему сморчку.

– Ну, если вы этого хотите…

– Хотим! – взорвался зал.

«Рони!» – панически взвыла я по мыслесвязи, продолжая стоически безмятежно улыбаться публике.

«Не бойся. Просто доверься мне. Я всё сделаю», – успокоил меня максандр.

«Утешил», – раздраженно пожаловалась я про себя, продолжая внешне уверенно демонстрировать свои белоснежные зубки.

– А что прекрасная фея нам станцует? – спросил меня прилипчивый ведущий, испытывающий моё терпение на прочность.

Я неуверенно пожала плечами.

– Выберете музыку на свой вкус, а я станцую под неё, – задумчиво предложила вариант.

Зал вновь взорвался. Каждый выкрикивал что-то своё.

– Предлагаю несравненной Малике станцевать под нашу народную песню, – неожиданно подал голос Сангар.

– Точно! – возликовал ведущий. – Что может быть лучше неофициального гимна нашего народа?!

Зрители дружно согласились.

Я опять скромно улыбнулась, потупив глазки.

Сангар снова церемонно поцеловал мне руку на глазах у всех, вызывая восхищенные вздохи одних и зубовный скрежет других.

Ведущий с Сангаром удалились, оставив меня одну. Огромный амфитеатр затаил дыхание, окутавшись темнотой. Ярким пятном осталась только сцена. Я стояла в центре этого пятна.

«Ох, Рони, не подведи», – испуганно попросила я.

«Обижаешь, – возмутился тот. – Когда я тебя подводил?»

«Да, я это больше для себя, чем для тебя», – попыталась задобрить его.

«Ты не волнуйся и главное, не мешай мне. И всё будет прекрасно», – уверенный тон Рони внушал доверие.

Тихо заиграла музыка, постепенно набирая силу. Я постаралась как можно быстрее войти в транс, чтобы расслабиться и стать послушным пластилином в биомеханических руках своего помощника. Повезло, влетела в транс, словно с трамплина стартанула. За это виват моему шефу, который методично изводил меня бесчисленными тренировками. Видите ли, ему моя непоседливость не нравилась. И сейчас я по достоинству оценила его дальновидность.

Первым делом максандр вскинул мои руки вверх и горделиво выгнул мою спину. Ровно в этот момент наряд на мне опять сменился, поднимая шквал восхищения.

Во что я была одета теперь, в клубе знали все, кроме меня самой. Огромный экран, отражавший каждое моё действие, находился за моей спиной.

И Рони закружил меня в сумасшедшем вихре танца...

Музыка затихала также медленно, как и начиналась, вскрывая невероятную тишину громадного помещения. Все замерли и я тоже.

«Раз, два, три…» – начал отсчет по мыслесвязи Рони, одновременно возвращая предыдущий наряд назад.

И зал взорвался.

Голос ведущего, идущего ко мне, потонул в шквалах и овациях.

– …невероятно! Это было просто невероятно! Мы все стали воочию свидетелями сказочного волшебства! Тарьеросы и арьи! Вы хоть понимаете, как нам повезло?! Мы, простые смертные, видели то, на что имеют право только боги и небожители!

Ведущий сам, на волне экстаза, отплясывал бешеный танец вокруг меня.

«Это надолго», – с тоской поняла я.

Выручил меня Сангар, поспешивший вслед за ведущим.

– Вы прекрасны! – Его глаза светились неподдельным восхищением.

Я застенчиво улыбнулась.

Сангар остановился передо мной и по всем правилам местного этикета поклонился мне так, как кланяются только самым достойным женщинам.

Зал опять взревел.

– Вы позволите пригласить вас в свою ложу? – Сангар был сама учтивость, ни намека на фамильярность. Хотя до моего танца фамильярности было, хоть ведрами черпай.

Я согласно кивнула и приняла его руку. Под восхищенные и сладко-липкие, аки патока, льющиеся неиссякаемым потоком дифирамбы ведущего, Сангар помог мне взойти на ароту.

– Вы мой спаситель! – тихо поблагодарила я его с придыханием низким грудным голосом, помахав для верности ресницами, пока арота уносила нас ввысь из ада с его усатым хозяином.

– Всегда к вашим услугам, прелестнейшая из прелестнейших.

Сангар в который раз за сегодняшний вечер склонился к моей руке. Только в этот раз с многообещающим подтекстом.

Глава 23. Шухер только начинается

«Рони, второго раунда приторных ухаживаний я не переживу. Слишком много для одного вечера», – простонала я по мыслесвязи своему максандру, терпеливо ожидая, когда Сангар вернет мне из плена мою злосчастную конечность, отдувающуюся за чересчур кокетливую хозяйку.

«Их не будет. Сангар ещё не знает, что за ним приехали. Его ждет правитель на срочное совещание», – поспешил порадовать меня Рони.

«Подумаешь. Не он, так Ванер. Утешил», – съязвила я, совершенно не собираясь радоваться.

«Так, Ванера тоже ждут», – а вот этим меня Рони, точно, удивил.

«Рони, поправь меня, если я ошибаюсь. Разве это нормально в такое время совещание созывать?»

«Ненормально, – согласился со мной максандр. – Но это уже не наше с тобой дело».

«И тебе не интересно?!» – моё удивление переросло в изумление.

Вот это да! Чтобы мой максандр спокойно мимо загадки прошел? Да, он просто удавится! Именно из-за этой его черты мы вечно попадали в переплет. И именно из-за его неуемного любопытства злопыхатели, коих в ГОМе всегда хватало, меня называли: «Лолка – сунь нос».

«Лола, не всё сразу. Ты не забыла, что на сегодняшнюю ночь у нас с тобой ещё дело запланировано?» – назидательным тоном отшил меня максандр.

«Я поняла, – меня так просто не проведешь. – Это твоих рук дело! Колись, что ещё такого ты намутил?!»

«Лола, ты меня оскорбляешь, – сделал вид, что возмущается, Рони. – Если что-то происходит, то виноват только я?»

«Может и не делает вид? – засомневалась я. – Да, нет. Если бы это было не его рук дело, первым бы побежал выяснять, что случилось», – сделала я окончательный вывод.

«Это ты неисправима», – поняв, что я не повелась, кисло буркнул Рони на мои мысли, в которых он как всегда пасся.

Я, конечно, могла бы защитить свои мысли от своего максандра. Только зачем? Чем больше открытости, тем больше доверия. Да и нет у меня таких мыслей, за которые стоило бы краснеть.

Но это не мешало мне время от времени пинать своего помощника за его излишнюю любознательность и ковыряние в моих мозгах. На что он реагировал ровно столько, сколько бы отреагировало любое уважающее себя животное, если бы его попеняли за чрезмерную прожорливость. То есть – никак.

А вот в развитие событий ближайшего будущего Рони оказался прав.

Не успела наша арота приземлиться почти на самом верху золотистого цветка, как к нам подбежали высокие и мускулистые особи местной мужской фауны.

Телохранители, проявила я свою догадливость.

«Телохранители самого Сарданна Третьего», – подтвердил мою догадку Рони.

«Всё загадочнее и загадочнее», – протянула я по мыслесвязи.

А сама в это время скромно отошла на край площадки, дабы не мешать высоким и мускулистым шушукаться.

«Если Сарданн не воспользовался связью, а прислал личных телохранителей, – озабоченно продолжила строить я свои догадки. – Тебе не кажется, что это серьезно? Может шефа предупредить?»

«Не надо», – категоричный ответ максандра был подозрительно поспешным.

«Так, – окончательно разозлил меня его ответ. – Или ты мне всё рассказываешь, или я докладываю всё шефу».

Я уже не сомневалась, кто идейный организатор переполоха.

«Роботы мои перестарались, – раскололся, наконец-то, гений самостоятельности. – Кто ж знал, что заброшенный склад в самой дальней части промышленной зоны окажется глубоко законсервированным складом правящей семьи».

«И что они там нашли?» – полюбопытствовала я.

«Всё, что нужно для работы. Например, майрекс, которым ты сейчас пользуешься».

«А ты не думаешь, что они смогут соотнести моё сегодняшнее волшебное преображение и пропажу майрекса с секретного склада?» – я уже не знала, мне за голову хвататься, что дала максандру столько свободы, или пора делать ноги и прятаться в самой глубокой норе? После такого открутить голову мне захотят все: и местная власть, и злющий командир.

«Погоди, – поторопился максандр. – Ты ещё не знаешь, что там нашли роботы».

«Ну?» – проявила я интерес.

«Глубоко засекреченную разработку ГОМа», – подогрел он мой интерес.

«Ну?» – повторила свой вопрос, показывая прохвосту, что ему удалось подогреть мой интерес.

Вот только тут мне сильно не повезло.

– Милая Малика, увы, обстоятельства непреодолимой силы вмешались в наше свидание… – племянник правителя таки смог прервать свой оживлённый диалог с телохранителями своего дяди.

«Надо же, мы, оказывается, уже на свидании. Вот шустрый», – съязвила я про себя.

А вслух разочарованно протянула:

– О-о…

– Да, да, – склонился он к моей многострадальной ручке и вновь её, бедненькую, облобызал. – Я полностью с вами согласен. Скажите, как мне загладить свою вину?

– Думаю, такой мужчина, как вы, дорогой Сангар, не нуждается в подсказках, – с придыханием прошептала ему почти на ухо, подтянувшись на цыпочках и одной рукой опираясь ему на грудь.

– Как же вы мудры, милая Малика, – вспыхнули его глаза охотничьим блеском и он снова, в замедленном режиме, поднес мою лапку к своим губам, при этом продолжая проникновенно смотреть мне в глаза.

Я не сплоховала, усиливая романтическую сцену томно-затуманенным взглядом с флёром влюбленности. Так. Слегка. Чтобы не спугнуть только-только клюнувшую рыбку.

Ровно столько, чтобы у него возникло непреодолимое желание продолжать воздействовать на меня с целью, сделать этот самый флёр более плотным и осязаемым.

– Я буду ждать… – томно прошептала ему в губы.

– Я прикажу, чтобы вас проводили домой, – пришлось ему первым поставить жирную точку в разыгранной сценке.

– О, нет. Сангар. Я обижу своих новых друзей, если так внезапно покину их. Можешь не беспокоиться, они клятвенно пообещали моей тёте, что доставят меня домой в целости и сохранности, – пришлось включить убойное женское обаяние, чтобы подсластить пилюлю. Моим глазкам и ресницам снова пришлось поработать на сцене театрального мастерства.

– Как, скажешь, несравненная, – скрипя зубами, но всё же согласился Сангар. А что ему оставалось делать? Пусть он и принц местный. Но я ему ни невеста, ни подруга, ни любовница. Приказать он не может.

– Занес, отвечаешь головой, – резко скомандовал он и я обернулась.

Вездесущий Занес, оказывается, уже ошивался рядом. Вот же ушлый товарищ. Юркой рыбкой везде протиснется.

– Можешь не сомневаться, Сангар. Благополучие Малики для меня закон, – радостно тот засиял глазками.

Попрощавшись, Сангар с охраной удалились.

Занес, сияя, словно начищенная золотая монета, пригласил меня в ложу, которую нам так любезно оставил Сангар.

– Занес, мне нужно припудрить носик, – обозначила ему свою проблему, не отвечая на его приглашение.

– Как скажешь, Малика. Я провожу.

– Вот ещё, – картинно поморщилась я. – Просто подскажи направление, куда девушки одни ходят.

– Ну, нет. Я обещал, что с тебя сегодня волос не упадет, – также картинно возразил этот, я бы сказала кто.

Понятно стало одно, что улизнуть так просто не получится. Ладно. Придумаем что-нибудь в месте, куда мужчинам хода нет.

Глава 24. Мы не только танцевать умеем

В дамской комнате ждал меня один занимательный разговор. Стоило мне оккупировать одну из приватных кабинок, как в общее помещение впорхнула стайка девушек.

– Ну, как вам эта рыжая выскочка? – был задан вопрос звонким девичьим голоском.

Сложить два плюс два – проблемы не составляло.

Я хмыкнула. Как это я вовремя зашла. Теперь точно буду знать, что думают обо мне местные цаци, а не просто догадываться. Хоть какое-то развлечение в этом бедламе, который по недоразумению именуется специальной операцией ГОМа.

– Не напоминай, – зло откликнулся грудастый голос. – На кусочки покромсала бы…

Судя по шуму в соседней кабинке, обладательница грудастого голоса стала моей соседкой.

– Ну, да. Кому-то всё, кому-то дырка от бублика, – хмыкнул ещё один голос с характерной ноткой ленцы. – Пришла, увидела, завоевала, – презрительно передразнила ведущего.

– Вот бы ей бунду устроить. Только где эту стервь подловить? Говорят, Ванес с неё глаз не спускает. Да и принц туда же, если верить своим глазам, – грустно выдохнул четвертый голос этой веселой тусовки.

«Рони, что значит бунду?» – в моём вопросе смешался азарт с интересом. Я уже стала подумывать о том, а не подставиться?

«Бунда – это местный вариант буллинга. Пойманного сажают в закрытое пространство или клетку, куда насыпают наловленную местную жалящую живность, вроде насекомых и мелких животных. Среди них есть весьма неприятные виды. После их укусов жертву может разнести».

– Придумаем что-нибудь, – тем временем ответила моя соседка по кабинке, разрождаясь серией непрезентабельных звуков.

А у меня ручки так и зачесались, сделать что-нибудь этакое недоделанным буллингшам. Но не время. Мне только и оставалось, что иронично задрать бровку и мысленно высказать свое фи.

– Хватит о грустном, – появился новый голос на сцене. – Девоньки, тут такая новость. Закачаешься! Только-только в группе выложили.

– Говори, давай. Не тяни, – звонкий голосок снова вышел на сцену.

– Объявили гонку на трассе Муриас. Приз – бомба. Старт через три часа.

– Я в деле, – тут же отозвалась моя соседка по кабинкам. Судя по звукам, дела она свои почти доделала. – Приз-то какой?

– Лям в кредитах.

В ответ послышались совсем не девичьи изумленные свисты.

– Тогда я тоже в деле! – радостно ожила та, у которой была ленца в голосе. Теперь от ленцы ничего не осталось. Зато сколько предвкушения.

– Остынь. Тебе ничего не светит, – открыла свою кабинку моя соседка и, судя по звукам, принялась мыть руки.

– Ой, ли, – язвительно хмыкнула её подружка-соперница.

– Девки, – охнула та, которая объявила сногсшибательную новость. – Гонка общая. Парни также участвуют…

В ответ ей была гробовая тишина, если не брать в расчет звука льющейся воды.

– Впрочем, чему удивляться, – неуверенно первым нарушил тишину звонкий голосок. – С таким-то кушем.

– Ну, да. Ну, да, – язвительно заметила та, которая и объявила новость. – Девки, можно расслабиться. Шеймис никому не даст шанса.

Ядрёные ругательства, что посыпались в ответ, не культурно повторять в приличном обществе.

Стайка девушек выпорхнула, а я поинтересовалась у Рони: «Что скажешь?»

«В общем доступе такой информации нет. Это исключительно в закрытом чате. Я как раз его ломаю. Зафиксил, пока рядом сидела».

«Торопись», – хмыкнула я. Нет. Лично мне не хотелось делать грязные делишки. Я здесь только для того, чтобы обмозговать с Рони предстоящее дело без помех.

«Кстати, – вспомнила я. – Ты так и не сказал, что такого секретного нашли роботы на том складе?»

«Помнишь стационарный портал на Тарнедиме? Пришлось его срочно маскировать. Умники ГОМа что-то там придумали на скорую руку».

«Мне ли не помнить», – буркнула я. И бурчать было с чего.

Это я, собственной персоной, была виновата в том, что чуть ли не в центре города на одной из самых популярных туристических планет открылся портал, который закрыть так и не смогли. И пусть ругаются, сколько хотят, но если бы не этот злосчастный портал, я бы так и не выбралась с той богом забытой планетки.

Так что вины за собой никакой не чувствую. Это тот случай, когда своя шкурка дороже.

Я даже поежилась, вспомнив, с чего началось то неприятное приключение. Из райского местечка в легком туристическом наряде попасть прямиком в эпицентр снежного бурана на склоне высокой горы… Бр-р… Врагу не пожелаешь.

«Так вот я о чем. Белайнер, что изготовили по заказу ГОМа для сокрытия портала, и лежал на законсервированном складе. И не только. Там полный набор для открытия и фиксации портала и его маскировки.

Я чуть вслух не присвистнула от изумления.

«Полагаю, в ГОМе завелась очень жирная крыса», – здесь и к гадалке не надо было ходить, чтобы понимать, что без своего в верхушке ГОМа в таком количестве такие редкие вещи не добыть. – Я не я, если по итогу операции в верхушке ГОМа не произойдут перемены», – хмыкнула я, вспоминая, как шеф перед самым началом операции выразился про своё начальство, что уж лучше известное зло, чем неизвестное. Кажется, желание шефа не сбудется.

«Это уже не наша проблема, – отмахнулся Рони и продолжил докладывать: – Робот по ошибке захватил белайнер вместо ормайзера. Конфигурация похожа. Принцип действия также. Так что в твоем новом астроботе теперь стоит белайнер».

«Очумелые ручки, – округлились мои глаза. – Только скажи на милость, что делать прибору, который маскирует портал, в гоночном мотике?»

«В основе работы лежит принцип преобразования вихревых потоков, нужно было только поменять полюса и можно использовать в движке вместо ормайзера».

«Дела-а…» – ошарашено протянула я.

И что делать? с одной стороны требуется срочно шефу доложить. С другой, на носу гонка с жирным кушем. И он, скажу я, не может не понравиться.

«Ты уверен, что астробот выиграет гонку?» – решила уточнить перед окончательным приемом решения.

«Абсолютно, – с апломбом заявил Рони. – Я усовершенствовал принцип Михреса. Твой астробот в легкую возьмет шестую скорость».

«Ого, – оценила я. – А амортизацию ускорения предусмотрел?»

«Конечно! – Рони чуть не оскорбился. – Ты мне живая и здоровая нужна».

«Ладно. Тогда сгоняем, а затем на доклад к шефу, – окончательно приняла я решение. – В любом случае, несколько часов роли не играют».

Я выскочила из кабинки. Стоило поторопиться. И кажется, я знаю, кто меня отвезет на гонку и запишет в участники.

– Ой, какие цацы и без охраны… – радостно встретил меня возглас.

Нет. Ну, надо же. Стоило мне выйти из кабинки, как в этот момент в уборную впорхнула новая порция цац.

«Вот объясните, пожалуйста. Почему они ходят делать грязные делишки, сбившись в стадо?»

Рони вопрос принял на свой счет: «Местные девушки держатся группками, чтобы суметь дать отпор. Или наоборот, кого-то наказать».

«А-а… – поняла я. – Это типа того, что мне мечтают устроить?»

«Да», – коротко ответил максандр.

А ситуация между тем понеслась вскачь.

Дверь в уборную захлопнулась, а напротив меня полукругом расходились пять по-талебски расфуфыренных девиц. Блеск в глазах и оскал на их физиономиях в боевой раскраске цацы не оставлял никаких сомнений в их намерениях.

– И вам не хворать, – ответила я с задором, а сама растеклась такой счастливой улыбкой, что блеск в глазах противниц несколько попритух.

Центральная парочка недоуменно переглянулась.

И я примерно перевела бы их возможный диалог так: или она того, куку, или мы чего-то не знаем.

– Не знаете, девочки. Не знаете, – вслух, певуче распевая на местный манер, ответила я.

Я со своей ослепительной улыбкой шла напролом. Надо отдать им должное, они всё же решились. Ну, да. Их понять можно. Пять против одного. По местным меркам расклад беспроигрышный.

А дальше началось то, что я бы назвала: «Наконец-то, отвела душу».

Я честно мстила за всё то, что мне пришлось пережить и что ещё предстоит пережить на этой повёрнутой планетке.

Надо сказать, не я первая напала. Дураков нет. Рони даже бустиков выпустил, чтобы имелась запись на всякий случай. С глупышек станется потом во всем меня обвинить. Но одно я им могу пообещать, калечить и уродовать не собираюсь. Причинить неприятный уровень боли можно вполне изящно и чисто.

А дальше начался танец. Рони усилил меня легкой броней драги, которая легла поверх майрекса. Голограмма одежды, которую проецировал майрекс, от этого не пострадала. Плюс проекции был ещё в том, что невозможно испортить. Я как была, так и оставалась в воздушном прекрасном платье-комбинезоне из дымки.

Рони слегка ускорил меня. Благодаря его помощи, я порхала изящным мотыльком, играя на своих соперницах как на рояле. Одну ткнула в нужную точку живота, она тут же прогнулась, как клавиша в инструменте. Следом другая.

Глупышки, с моим ускорением они воспринимались неуклюжими чермилами с планеты Зарены.

Так что, вволю натешившись, я остановилась. Вся пятерка с непередаваемыми звуками корчилась на полу.

– Передайте другим цацам, что я не только танцевать умею, – презрительно кинула повергнутым, при этом демонстративно отряхивая ручки.

– Обязательно передадим, – услышала я позади себя полный изумления голосок.

«Рони!», – был мой возмущенный вопль по мыслесвязи, когда я обернулась.

В открытых дверях, как назло, стояла новая порция цац, а над их макушками маячили круглые ошеломленные глаза Занеса.

Глава 25. Главное, правильно замотивировать

«Так лучше, – невозмутимо ответил Рони, незаметно сворачивая легкую бронь драги. – Теперь есть свидетели».

Девушки молча и весьма уважительно расступились. Да. Чего у Талеба не отнять – это уважения к силе. Я её продемонстрировала.

– Несравненная! – с придыханием встретил меня Занес. – Что это было?!

– Легкая разминка, – шаловливо улыбнулась я. – А теперь, Занес, ты мне поможешь по-настоящему.

У бедолаги, аж, дыхание сперло. А в глазах так и плескалось, а меня-то за что?!

– Да, не бить, – закатила я глаза. – Пойдем. Я знаю, ты в теме.

– Куда пойдем? – он всё никак не мог прийти в себя, но увязался за мной хвостиком, так как я решительно повернула к выходу. И не к главному выходу из клуба, а к черному. Рони уже успел провести разведку.

Я легко ориентировалась в лабиринтах служебных ходов. Пересекла кухню. Предпочла выбрать выход с кухни.

Занес так и бежал хвостиком, не понимая, куда я несусь.

Задний двор встретил нас теплым, слегка прелым воздухом.

– Занес, вызывай свой аромоб. Мы летим на гонки, – приказала ничего не понимающему парню

– Какие гонки? – придушено переспросил он.

– Ой, – я снова закатила глаза. – Вот не надо строить из себя невинность. Я знаю, что ты тоже получил сообщение. Сегодня разыгрывают мощный куш. Я в деле.

– Малика! – от ещё больше придушенности его голос окончательно осип.

– Занес, так ты друг мне или не друг? – задала я провокационный вопрос сладким голоском.

– Д… друг… – с запинкой и большой опаской ответил бедолага.

– А раз друг, так выполни мою просьбу. Поехали на гонки. Здесь всё равно делать нечего. Ну, разве что немножко ваших цац правилам хорошего тона поучить.

– Не надо! – испуганно вскинулся на это Занес. – Гонки, так гонки.

Аромоб был оперативно вызван со стоянки. Занес хотел ещё и друзей позвать, но я запретила. Надо сказать, но после увиденного он был просто покладистый душка.

И вскоре мы летели к штабу наспех организованных подпольных гонок.

Занес впал в глубокий шок, когда понял, что участвовать я собираюсь на полном серьезе. Он пытался отговорить. Расписывал, какие монстры будут участвовать. Да такие, что сам Занес рисковать своей шкуркой не собирается. Хотя сам, по его уверениям, неплохой гонщик. Да и астробот приличный в наличие.

– Ты же только прилетела на Талеб. Где ты возьмешь годный астробот? – горячо продолжал уговаривать меня.

– Занес, лапушка. Да всё уже готово, – ласково парировала я. Но железные нотки в своём голосе при этом не скрывала. – Мой астробот пригнали. Неужели не хочешь увидеть моего монстрика? – дала я разгореться его любопытству. А оно у него недюжинное.

Но парень оказался не так уж прост.

– Да, откуда у тебя астробот? Небось, купила первое попавшееся на нашей барахолке, – проявил он степень своей сообразительности.

А я уважительно хмыкнула. Чуть-чуть только не угадал.

– Обижаешь, Занес, – тем не менее продолжила я играть свою роль, деланно оскорбившись на его предположение. – Думаешь, гонками только на твоей планете развлекаются?

– У вас тоже?! – выпучил он глаза, на что я только закатила свои. Кажется, я поспешила присваивать ему неплохой коэффициент сообразительности.

– Здрасте! Приехали! Думаешь, мы такие отсталые? – оскорбилась я за планету Малики. Да и не только. – К твоему сведению, гонками во всем Содружестве увлекаются. Ничего. Вот увидишь сам моего монстра. Поймешь.

– Несравненная, вы полны сюрпризов, – задумчиво протянул он. – Я уже начинаю вас побаиваться.

– Ты, Занес, ты, – поправила я его. – Мы же друзья или не друзья? Поверь, друзей я уважаю.

– Как скажешь, Малика, – согласился он. – Друзья и только? – спросил он, скосив на меня хитрющий глаз.

– Да, Занес, – улыбнулась я ему хищной улыбкой жуткого гбастра с планеты Зульма. – Только друзья, – ответила я с нажимом на слово друзья.

И Занес облегченно выдохнул, словно шарик спустил, и даже расслабился.

Я не удержалась, чтобы не хихикнуть на его забавную реакцию.

– Другая цаца на моём месте даже оскорбилась бы, – весело попеняла незавидному ухажёру.

– То другая, – беспечно отмахнулся он. – Ты же, Малика, совсем другая... Не как наши, – добавил он, чуть помолчав. – К тому же плаваешь высоко. Я уже это понял, – намекнул на то, что мне по статусу не подходит.

– Тогда с тебя регистрация, – тут же я подошла к своей цели, ради которой прессинговала бедолагу всю дорогу. – Сделай так, чтобы никто не понял, кто новый игрок.

– Малика, а ничего, что я взял ответственность за твою сохранность? – задумчиво спросил он. – И не только перед твоей тетей, но и наследником.

– Занес, только не говори, что такой трус, – надавила я на больное.

– Я не трус, но я боюсь, – не повелся он.

– Занес, лапа моя, ты хоть понимаешь, что и без тебя я найду, как в гонку попасть?

– Этого я и боюсь, – хмыкнул он. – Ладно. Ловкость свою ты уже не раз показала. Я на твоей стороне. И чтоб ты знала, ставить буду на тебя, – улыбнулся он под конец так шкодливо-лучезарно. – Ох! Как я люблю темных лошадок!

Я засмеялась.

– За меня тоже поставь. Давай тебе скину кредиты.

– Потом отдашь, – отмахнулся он. – Если продуешь.

– Размечтался… – и наш серьезный разговор плавно перетек в шутливую дружескую словесную дуэль.

Вылетели мы за окраину столицы и ещё какое-то время неслись над ухоженными квадратами полей. Всё ближе и ближе становилась к нам местная аномалия, медленно вырастая над нами искореженной громадой.

Когда-то, ещё до вступления в Содружество Талеб вел войну со своим соседом не на жизнь, а на смерть. Результатом космической войны стали незаживающие раны на теле планеты. Одна такая и находилась возле столицы, как напоминание о том, к чему могут привести необдуманные решения.

Соседи применили необычное оружие, которое на участке попадания меняло все характеристики. Физика нарушалась напрочь. Гравитация то отсутствовала, то хаотично меняла свои параметры. Направленный взрыв, образовав чрезвычайно глубокую рану в теле планеты, взметнул ввысь тонны земли и камня. Проплавил до состояния стекла и металла. И теперь громада искореженной конструкцией доставала, аж, до верхних слоев стратосферы.

Идеальное место для гонок на астроботах, на которых как раз и гоняют в основном на границе атмосферы и космоса. Находись Талеб поближе к центральным планетам Содружества, смог бы спокойно организовать прибыльный бизнес на гоночном туризме. Слишком уникальные у него условия.

Так что я ещё получу возможность похвастаться такой редкостью, как гонка в аномалии.

Мы тем временем зарулили на стоянку возле приземистого неврзрачного здания в два этажа. Высотки возле аномалии не выживали.

Я выходила из аромоба уже в легком скафандре драга. Но узнать его не было возможности. Дизайн скафандра Рони кардинально модифицировал под модный в Содружестве прикид гонщика. Теперь все видели цацу в навороченном костюме, который не сколько скрывал, сколько подчеркивал все её прелести. Сочные цвета, золотой, красный, рыжий, – полыхали в яростных переплетениях яркого пламени. Шлем с закрытым забралом из непрозрачного золотого стекла сохранял тайну моей личности.

Было такое правило гонки. Новый гонщик мог участвовать инкогнито, если за него поручился кто-то из своих. Занес для этого мне как раз и пригодился.

– Малика! Когда ты успела?! – пораженно выдохнул он, увидев мой новый наряд. Его удивление можно понять. Я всю дорогу внутри салона сидела в своем платье, что произвело в клубе фурор.

– Легко, – хмыкнула я игриво. – Занес, придумай мне позывной. И больше не называй меня по имени. Ни тебе, ни мне не выгодно, чтобы другие знали, кто я.

– Точно, – спохватился Занес и слегка задумался. – Будешь Эсния, – вдохновением озарилось его лицо, придав ему несколько лукавый вид.

– Эсния? – недоуменно переспросила я.

– Очень красивая бабочка нашей родины, – снисходительно пояснил он. – Встречается так редко, что каждый экземпляр на вес золота. Увы, но в неволе не размножается. Свободолюбивая. Как ты, – забавно наморщив нос, смешливо глянул на меня и продолжил уже мечтательно: – Ты сегодня так красиво танцевала и как раз в цветах эснии, что у меня невольно возникла ассоциация.

– Уговорил, – хмыкнула я на это – Пойдем, а то гонки без нас начнутся.

Рони ещё в полете успел мне доложить, что роботы уже пригнали мой астробот и дожидались нас на специализированной стоянке астроботов на самой границе аномалии.

Мы договорились с Занесом, что до финала гонок не стоит светить наше знакомство. Все и так знали, за кем сегодня весь день бегал Занес. Так что в конторе он справится без меня.

Глава 26. Гонки начинаются

На легком каре меня быстро доставили к нужной стоянке. Была здесь такая услуга экспресс такси на примитивных средствах передвижения без всякого намека на электронику. Чуткая электроника аромобов не выдерживала давление аномалии. На астроботах же ставилась защита, выдерживающая условия космоса. Поэтому и стоянки для астроботов и аромобов находились в разных местах. А между стоянками курсировали желающие заработать на провозе. Роботы, по понятной причине, в районе аномалии также являлись редкостью.

Для своих же роботов, Рони объяснил, что подобрал соответствующую защиту на том же злополучном складе. Короче, полностью он не раскололся. Но я уже понимала, что обнес он основательно. Неудивительно, что наверху переполошились.

«Кто его знает? – задумалась я. – Возможно, мой максандр разворошил муравейник? И объект слежки с переполоху наделает глупостей?... Эх. Хотелось бы…»

Лично я за любой кипишь, лишь бы побыстрее разделаться с неприятным заданием.

На огромном поле, поросшем полузатоптанной травой, в отличие от предыдущей стоянки жизнь била ключом. Возле каждого астробота тусовались кучки. А этих монстров тут хватало. Пусть гонки и были объявлены всего ничего и в закрытой группе, но приз сработал отличной приманкой. Народ слетелся, словно мухи на сладкое.

Мой астробот также не избежал внимания. Оно и понятно, незнакомый местным монстр блестел новенькой черной краской и охранялся двумя внушительными роботами, гуманоидного типа. Такими же черными, что лишь подчеркивало монументальность композиции.

«Хм… А у тебя губа не дура, Рони», – оценила я его хапужеские наклонности.

Роботы – не дешевые. Но не редкость. Из полупромышленной серии. Способные работать и в космосе.

«Я на время одолжил, – отмахнулся он. – Верну».

«А их не хватятся? – мой скепсис был понятен. Дорогие игрушки, чтобы их не хватились.

«Они валялись в глубоком ремонте. Когда починят, не известно. Детали из Метрополии ждать долго…»

«Дай догадаться. Ты детали на том складе нашел?»

«Да. Золотая жила…»

Мне осталось только закатить глаза и хлопнуть ладошкой по своей моське, если бы была такая возможность. Увы, из-за брони могла выполнить лишь первый пункт этого плана, то есть закатить глаза.

Кажется, я создала монстра.

Моя фигурка, пока я двигалась по полю к своему астроботу, также привлекала внимание. Рони оказался гениальным дизайнером. Я смотрелась языком пламени, что самостоятельно передвигается по поверхности.

Рони озадачился, чтобы показать мне, как я выгляжу со сторону. Я оценила.

– Кто эта прекрасная валькирия? – пытался ко мне прицепиться один из писак. Его выдавали мини-флоки, что роем летали вокруг.

Я отмахнулась, продолжая свой путь.

Роботы спокойно пропустили меня к астроботу. Рони завел его дистанционно. Я с ходу впорхнула на сиденье. Хоть по заверениям моего помощника, всё было готово и протестировано, но стоило прогнать самой хотя бы в режиме покоя.

Охранное поле, которое генерировали роботы, не позволяли зевакам подойти ближе, чем на несколько метров.

Я же на контакт не шла. Хотя желающих со мной пообщаться становилось всё больше.

Рони предупредил, что Занес зарегистрировал меня и даже успел сделать ставки за нас обоих. Осталось дождаться помощника распорядителя, который нанесет на корпус астробота мой номер в гонке.

Уже первые астроботы снялись с поля, устремляясь к месту старта. Я терпеливо ждала. В результате, место на старте заняла одной из последних.

Дождалась своей очереди. Каждый уходил в полет через определенный интервал времени.

Вот и мой черед. Адреналин зашкаливает. Сердце радостно ухает. Обожаю скорость! Особенно виражи на грани фола. В них я дока. Спасибо моему максандру. Если и не поможет, то подкорректирует. Именно поэтому могу позволить себе не спасовать там, где бы спасовал обычный гонщик.

Это ещё хорошо, что шеф не знает о моем увлечении. Очень рассчитываю, что и не узнает. Иначе загрузит тренировками в свободное от работы время по самые не хочу. Типа, чтобы на дурости времени не оставалось.

Но он не прав. В жизни обязательно должно быть какое-то хобби, чтобы было, куда пар спускать. Кто ж виноват, что мне приглянулись гонки?

Впереди ждала невероятно сложная трасса. Рони успел помониторить закрытый чат, с которого началась гонка. Оказывается, трасса мало того, что сложная, так её ещё и усложнили дополнительно. Мол, типа, чтобы лям нахаляву ни кому не достался.

«Я отправил бустики рассосредоточиться по всему маршруту, – доложил он. – Крайне сложных участков несколько. Но всё же проходимы. Пара новых добавлена, чтобы отсеять максимальное большинство. Их не пройти без предварительного сбора информации и страховки на месте. На это и расчет организаторов, чтобы безболезненно отсеять лишних. Но я всё подготовил».

«Молодец, Рони», – похвалила его, срываясь в полет. Наступило моё время.

Начальную часть маршрута, как самую легкую, я преодолела без всякой защиты. А зачем? Скорость потому и хороша, что можно почувствовать вкус ветра, сопротивление атмосферы. Ради этого даже броню попросила Рони временно снять.

Астробот грациозным котом взлетал по ломанной спирали. Он так низко стелился над поверхностью, что создавалась иллюзия, будто отталкивается лапами, чтобы прыгнуть ещё выше. Но нет, он плавно несся в воздухе, ловко следуя сложному рельефу уходящей вверх изломанной махины.

«Отличная работа», – довольно отметила я работу маневровых двигателей. Да и навигация на высоте.

Вначале я никуда не торопилась. Так что можно было просто побаловаться, да проверить возможности только что состряпанной машины. И очередной раз понимаю, что моему Рони цены нет.

Приз, если не будет неожиданностей, однозначно, у меня в кармане.

Я могла даже не рулить. Рони бы справился. Но нет. Это тот случай, когда ты всё должен сам. Иначе, какое это хобби?

Мы продолжали всё также взбираться ввысь. Атмосфера становилась всё более разреженной, да ещё и гравитация принялась пошаливать. Рони, не спрашивая у меня разрешения, вернул броню на место. Да ещё и на астроботе поднял. Всё. Игрушки закончились, впереди серьезная работа.

У кого-то не хватало тяги. Особенно, когда гравитация навалилась двойной тяжестью. И наша цепочка постепенно перестраивалась. Кто поднимался выше, кто-то ухал вниз. Подловить пытались, не без этого. Но все уже давно ученые и битые. Так что попасться может только новичок или шляпа. А в этой гонке таких, как я понимаю, не имелось. Или почти не имелось.

Я уже шла не третьей с конца, а десятой. Но нам ещё ползти и ползти до верхней точки первого этапа. Так что шанс обойти добрую половину гонщиков имеется немалый. Рони постарался, снабдив астробот отменной тягой.

– Ишь, хитрый, – хихикнула я, когда очередной неудачник принялся соскальзывать вниз и при этом попробовал зацепить меня.

Место было узким. Двое еле расходились. Так что я предпочла сдать назад, добровольно отдавая своё место в цепочке следующему за мной по пятам сиреневому астроботу.

Тот оказался не таким шустрым. Так что теперь два неудачника, кружась в танце, неслись вниз.

Я хмыкнула и нагло втиснулась в цепочку перед носом красно-белого.

В ответ мне возмущенно поморгали прожекторами.

Ну, да. Ну, да. Щас вот, пропущу всех вперед, как стеснительная девочка. Размечтался.

И я рывком преодолела опасный участок. Дальше поверхность, над которой мы неслись, давала возможность для маневра в случае провокации.

Добралась я до самой высокой точки первой четверти пути пятьдесят девятой от хвоста. Мда. Местные астроботы, я смотрю, в основном, гонимый хлам. Там, где я обычно гоняю, на таких разве что неудачники пыжатся что-то сообразить. Становилось ясно, что приз между собой будет разыгрывать максимум первая десятка астроботов, которые как стартовали, так уверенно и держались своих мест.

Я ухмыльнулась. То-то они удивятся, когда я вклинюсь в их стройные ряды. Я не я, если игра не будет максимально грязной. Грызться будут по-черному. Всё! Всё так, как я люблю. И я снова зловеще ухмыльнулась.

Какое счастье, что рядом нет вездесущих флоков, способных запечатлеть мою самую злобную улыбку. Представляю, как бы разыгралась фантазия писак. Я не я, если бы из меня не сделали серийную маньячку только по факту самой улыбки. Они могут. Раз плюнуть.

Первый маячок, с проблесками зеленого света, пройден. Самая легкая часть трассы позади. Впереди вторая четверть трассы, которая будет петлять как сумасшедший заяц по полю.

Радует, что организаторы гонок ответственно подошли к своей работе. Мало того, что у каждого участника гонок в навигаторе был забит маршрут, так ещё и на местности трасса подсвечивалась неоновыми красными стрелками. В темноте их было видно особенно хорошо. А в спектре ночного зрения так вообще сияли сверхновой звездой. Короче, не ошибешься.

Рони включил режим дополненной реальности. Теперь я видела маршрут и всё кругом как днем под ярким светилом.

Сейчас, когда я нырнула на внутреннюю часть исполинского колосса, пытавшегося дотянуться до звезд, открывшийся передо мной пейзаж восхищал своей злобной футуристичностью. Процесс, что создал колосса, поражал своей грандиозностью. То, что в тот момент было расплавленной лавой, застыло во времени многочисленными копьями, устремленными к одной точке в вышине. Местами, где остывание шло, видать, не так быстро и потому неравномерно, копья под своей тяжестью свернулись в кольца.

И теперь мы юркими шмарсиками с планеты Юльбентрима, ныряли из кольца в кольцо, при этом стараясь не нанизать себя на многочисленные острые зубья каменного частокола.

И мало нам злобного пейзажа, конкуренция среди участников вышла на новый уровень. Ловко подсечь, чтобы сосед невольно вильнул и вляпался… Да, за здрасте. Там, сям всё время вспыхивали вспышки, с каждым разом сокращая ряды участников.

Я знала, что аварийная капсула тут же капсулирует неудачника. Не помрет. Правда, идеальной целостности тушки никто не гарантирует. Обслуживающий персонал гонки подберет капсулы.

Повышенная мера безопасности была необходимостью, иначе власти выкорчевывали бы нелегальные гонки по всему Содружеству огнем и мечом. А так смотрели сквозь пальцы, иногда порыкивая для острастки.

Передо мной вдруг три астробота резко дернулись, дружно задрав носы, и радостно завихляли задницами, словно танцовщицы в кордебалете.

«Гравитация скачет», – предупредил меня Рони, самостоятельно при этом включая компенсаторы гравитации.

Только благодаря его помощи я не сошла с трассы, как завихлявшие, и вовремя нырнула в очередное кольцо.

Следовавшие сразу за мной оказались не столь ловкими. В результате спонтанного столкновения, которого никто специально не подстраивал, двое выбыло с гарантией.

«Скоро на выбор будет два параллельных участка, – сообщил Рони. – Нужно выбрать, каким пойдем».

«Самым сложным, Рони. Самым сложным», – азартно хмыкнула я.

И скоро на развилке, которая подсвечивалась специальным указателем, я свернула налево.

Сложный маршрут я ещё специально выбирала по той причине, что основная масса предпочтет легкий вариант. Лучше я буду крутиться на виражах, чем постоянно ждать подлянки от соперника.

Свернувших, как и я, оказались единицы. Что и требовалось доказать. Даже первая десятка разделилась и только двое из них рискнули пройти с усложнением.

Мы влетели в зев, ощерившийся оплавленным оскалом.

Чудом не зацепила зубья, что торчали в беспорядке.

Судя по некоторым обломанным, не все оказались такими ловкими.

Кромешная тьма оплавленного туннеля не разбавлялась даже редким светом звезд. Астроботы впереди меня сияли своими прожекторами. Лично мне включать не требовалось и я неслась вперед невидимкой.

Рони вовремя подсвечивал в дополненной реальности оптимальные варианты, мне только оставалось вписываться в них. И рука не подводила. Я легко входила в крутые повороты в самый последний момент. Следовала изгибам сложного рельефа. Азарт пел во мне свою пронзительную симфонию.

Тенью проскользнула мимо сине-белого астробота. Сомневаюсь, что он меня засек. Он как раз пытался справиться с управлением, чтобы не поцеловаться с уступом, неожиданно возникшем сразу за поворотом.

Я же проскользнула мимо черной кошкой.

Вовремя успела подпрыгнуть, когда неожиданно навалилась сила тяжести. Но рыже-черному астроботу не повезло. Он вспорол себе брюхо.

Я же пронеслась над ним прыжком всё той же хищной кошки. Сомневаюсь, что и этот меня заметил.

Раз за разом я методично обошла ещё четверых, но тех двоих из первой десятки так и не догнала. Шустрые ребята, уважительно оценила их ловкость.

На общую трассу под звездное небо мы выскочили без проблем.

«Теперь мы девятые», – сообщил Рони.

– Круто! – радостно пискнула я. – Всего полпути пройдено.

То ли ещё будет.

Третий этап гонки мы скользили вниз по широкой дуге. По почти комфортной дуге.

Всё бы хорошо, но тут на меня взъелись те, кого я обошла. То и дело приходилось уворачиваться не просто от финтов. Некоторые и стреляли. Настоящее оружие в гонке было недопустимо. Если поймают, светит срок. Но всевозможный самопал, стреляющий булыжником, без проблем. Поди ещё докажи, что этот булыжник не лежал здесь изначально. И вообще, пострадавший мог сам устроить себе камнепад.

«Негодяи… – возмущенно цедила я, возмущенная подлостью до глубины своих печенок. – Рони, нужно наказать», – решительно заявила, когда белоснежный астробот попытался камнем сбить меня третий раз подряд.

«Без проблем, постарайся выровнять корпус параллельно с ним и как можно ближе», – не стал со мной спорить Рони.

Легко. Я лишь притормозила, сделав вид, что вовремя не рассмотрела преграду. Белоснежный соперник не ожидал, что я так шустро окажусь рядом. А дальше часть подкрылка моего астробота просто лягнула того в бок.

Белоснежного откинуло не так, чтоб сильно. Но этого хватило, чтобы зацепиться за зубец, который внезапно выскочил из темноты.

Минус ещё один.

«Ты даже это успел подготовить», – со смешком попеняла Рони.

«Какая гонка без борьбы», – на полном серьезе заявил мне мой помощник.

«Это да», – согласилась с ним, уходя в крутой вираж совсем не притормаживая. В результате чего пронеслась черной тенью ещё мимо двоих участников гонки.

Я так и не включила прожектора. Только смотрю, я одна такая. Все остальные, включая первую десятку, освещали себе дорогу на максималках.

«Ничего, – хмыкнула про себя. – С моей легкой руки привью им новую моду», – в Метрополии, центральной части Содружества, считалось, что если ты крут, то тебе не нужны такие примитивные методы освещения.

«Дальше снова развилка, – предупредил Рони. – Что выбираем? Продолжать спускаться по дуге или сократить маршрут втрое, нырнув в червоточину?»

Червоточинами в гонках называли особо сложные участки трассы. Но их преимуществом было то, что они обычно оказывались в несколько раз короче того участка маршрута, который позволяли срезать.

«Червоточина», – я даже не раздумывала.

Лаз, в который вела зеленая стрелка, был настолько узким, что астробот разве что не чиркал выщербленные поверхности своими бортами.

Сразу после входа путь резко ухнул вниз. Если бы не Рони, со смаком впечаталась бы и глазом моргнуть не успела. А так вовремя нырнула, а вот вынырнула и тут же охнула от неожиданности. Мы оказались в невероятно красивой и грандиозной по размаху пещере. Непонятные разноцветные огоньки по всему её объему давали вполне приличное освещение. Видимость оказалась сносной и без дополненной реальности.

«Шикарное место!» – с восторгом оценила я.

«Открыли совсем недавно», – дал историческую сводку Рони.

Пещера хоть и была огромной, но зеленые стрелки вели нас по левой стороне пещеры, где от каменных завалов было почти не протолкнуться. Пришлось максимально приложить усилия, чтобы на скорости выписывать пируэты. Каюсь, один раз всё же черканула корпусом. И я не я, если Рони не подстраховал. Он старался это делать незаметно, чтобы я не бунтовала.

Два астробота, летевших передо мной, максимально замедлились. Что и понятно. Поди ещё поищи такого штурмана, как мой Рони. Мои соперники, друг за дружкой осторожно проходили особо узкий участок. Я же не стала ждать своей очереди и нахально проскользнула мимо чуть выше них, буквально втиснувшись в подвернувшуюся щель между двумя валунами.

Проскочила и дальше понеслась на выход из червоточины. Я не я, если выскочив из неё не стану первой на трассе.

Мои благостные мысли прервал тревожный голос моего помощника.

Глава 27. Ненавижу эти порталы

Мои благостные мысли прервал тревожный голос моего помощника: «Белайнер ловит странные колебания правее и ниже».

«Берайнер? – не сразу включилась я. А когда вспомнила, что такое белайнер, встрепенулась. – Как он может ловить, ты же его перенастроил?»

«Может, поэтому и ловит, – возразил максандр. – Ведь его основная функция, маскировать портал. А тут он как будто словил волну и усилил».

«Даже так? – заинтриговалась я. – Ладно. У нас всё равно фора. Давай, посмотрим, что там поймал белайнер».

А вот то, что произошло дальше, я никак не ожидала. И Рони, видать, тоже. Иначе подстраховался бы.

Я сходу влетела в какое-то марево, чтобы через мгновение выскочить над ярко освещенной местностью.

«Портал!» – я почти взвизгнула по мыслесвязи.

После своих приключений, которые начались с портала в Тарнедиме, я на дух не переносила эти проклятые червоточины.

С той стороны меня встретил ясный день, обширная бетонная площадка, обнесенная бетонным высоким забором. К тому же забор обнесен колючей проволокой по верху. Серьезненько так. Наводит на определенные мысли. Тревожненькие такие.

А за забором шумят серебристо-аквамариновой листвой исполинские деревья. Где-то вдалеке слышалось жужжание вкупе с тарахтением.

«Сюда едут», – определил по звуку Рони.

«Сваливаем», – решительно заявила я, разворачивая нос астробота к порталу. Он почти нечем не выделялся. Как будто марево курится над бетоном.

Но в дополненной реальности было видно, как медленно посреди марева крутится воронка.

– Надеюсь, он двусторонний, – пробормотала я, ныряя обратно.

Увы. Кажется, я не угадала. Вроде и нырнула обратно, но меня как будто встречным ветром сносило. Астробот напрягался подо мной что есть силы, но преодолеть сопротивление был не в состоянии.

– Рони, сделай что-нибудь! – взвыла в отчаянии.

Вновь оказаться на незнакомой планете, да ещё и в компании «гостеприимных» хозяев столь серьезного места? Нет уж! Увольте!

«Попробуй повернуть вправо», – растеряно предложил он мне.

Удивительно, но совет помог. Но не так, как хотелось бы. Меня снесло в сторону и закрутило, что лист на ветру. Астробот прекратил слушаться руля напрочь. Оставалось радоваться, что крутит его в нечто, где нет поверхностей, о которые можно качественно приложиться.

Увы. Но это единственный плюс.

«Рони!» – взвыла я с отчаяния.

В следующий момент вспышка и меня выплевывает в толщу воды. Хорошо, что астробот герметично защищен. К тому же он как поплавок принялся всплывать, а мне только и оставалось, что с любопытством рассматривать местную живность, проплывающую мимо.

«Рони, как ты думаешь, мы где?» - не хотелось бы попасть и огня да в полымя.

«Пока не разобрался», – честно признался мой помощник.

Нас тем временем выплюнуло из воды и мы закачались на ленивой волне.

Во все стороны только водная гладь под сиреневым небом и серебряным солнцем.

«Ясно, - мелькнула упаднеческая мысль, делая настроение хуже некуда. – Таки занесло на левую планету. Да, что за карма такая у меня?!»

Водная гладь не оказалась однотонной. Один объект выбивался из пейзажа и он находился прямо у меня под носом. Сразу за моей спиной.

Я по достоинству оценило раритетное деревянное судно. Хотя… Скорее я вновь оказалась в мире, с пониженной технологической состоятельностью.

Злость была такой, что хотелось хоть что-то или кого-то порвать на мелкие-мелкие кусочки. Опять проходить через это?! Сколько можно?!

Мои злобные размышления прервал красивый мужской голос с явной примесью смешинок. Но почему он кажется таким знакомым?

– Привет…

Поднимаю голову и сказать, что у меня отвалилась челюсть, значит, ничего не сказать.

– Я же обещал тебе свидание, – улыбался мне такой лучезарной улыбкой самый загадочный мужчина в моей жизни.

Два раза он спасал меня в самый критический момент. Это третий раз… Так он спас?... Или пригласил на свидание?... Хм… Как вовремя…

Честно, я окончательно растерялась, и просто тупо пялилась.

– Поднимайся, – хмыкнул он мне и приглашающе махнул рукой.

Тут же ко мне из воздуха развернулась самая настоящая деревянная лестница. А под астроботом на волнах закачалась деревянная площадка.

Мда. То, что он меня узнал в сплошной броне, меня после всего остального уже неслишком удивляло.

Я попросила Рони снять с меня скафандр и одеть в среднестатистический туристический наряд. Что тот охотно и выполнил.

– Ну, привет, Арлис, – поздоровалась с красавцем, поднимаясь на борт.

Он галантно подал мне руку, помогая преодолевать последние ступеньки.

– Прекрасно выглядишь, Лола. Но твоя настоящая внешность мне нравится больше, – внимательно рассматривал он на меня с теплой улыбкой.

Невольно улыбнулась в ответ.

– Я на задании, – даже виновато пожала плечами.

– Понимаю, – кивнул он. – Пойдем, предлагаю поужинать. Тебя же так и не покормили.

– Ты откуда знаешь? – вскинулась на него, уже не зная, что думать.

– Лола… – укоризненно посмотрел он на меня, – ты же знаешь, что я легко считываю последние несколько часов жизни.

– Ах, ну, да… – сконфуженно промямлила.

Помню, что-то такое он говорил, но я приняла больше за шутку.

Богато сервированный стол стоял прямо на палубе. Серебряное солнце, пройдя свой дневной путь, висело почти над самой водой. Я с восторгом выдохнула. Вот о таком отпуске я мечтала. А вместо этого меня засунули на Талеб.

Арлис галантно усадил меня на стул. После уселся напротив.

– Я рад тебя видеть, Лола.

– Честно… – слегка улыбнулась я и продолжила: – Я тебя тоже. Но…

Он вскинул вопросительно одну бровь над внимательным взглядом, не бросая при этом разливать по бокалам розовое и шипучее. На вид напиток был мне незнаком.

– Свеньон с моей родины, – он как мысли прочитал. – Попробуй. Уверен, тебе понравится.

Протянул мне бокал. Я взяла, растеряно скользя взглядом по розовым пузырькам в толще напитка.

– Как я здесь оказалась? – не удержалась и всё же в лоб задала вопрос, что так меня мучал.

– Всё просто, – он сделал глоток из своего бокала. – Твой максандр активировал маячок.

– Маячок? – нахмурилась я.

– Да, – кивнул он, всё также рассматривая меня теплым взглядом. Даже мурашки по коже пробежали. – У нас с ним уговор, если ты снова застреваешь в межмирье, он активирует сигнал. И вот ты здесь.

– Вот как… – я растерялась. Даже не знала, ругать своего дюже самостоятельного помощника или хвалить? Но почему он меня в известность не поставил?

«В тот момент ты была зла на Арлиса», – виновато обозначился Рони, как всегда прочитав мои мысли.

«Проехали», – мысленно дала Рони отмашку.

– Арлис, – я вздохнула. – Я, конечно, рада видеть тебя. И наверно… – я нахмурилась. – Наверно ты всё же снова вытащил меня из передряги. Но мне нужно просто срочно вернуться обратно на Талеб.

– Лола, я верну тебя, куда ты скажешь и почти в тот момент, когда ты оттуда исчезла. И поверь, наш ужин не помешает мне сделать то, что я тебе только что обещал.

Я же в ответ смотрела ошарашенным взглядом.

Арлис уже показывал себя загадочной и даже несколько сверхъестественной личностью. Но чтобы управлять временем?!

– Мы находимся в мире, где время бежит несколько иначе, чем в твоём, – мягко объяснил он.

Я слушала его и не могла понять, он мысли мои читает или у меня на лице всё написано? Невольно вспомнилось, что лицо Малики слишком уж откровенное. От чего у меня не раз случались форс мажоры.

– Час в этом мире равен трем минутам в твоём, – продолжал он.

– Талеб – не мой мир, – растеряно возразила я.

– Я имел в виду Мирозданье… Вселенная, – поправился он, глядя в мои непонимающие глаза.

А они от объяснений только ошарашенно расширились.

– Не спрашивай как, – предвосхитил он мой вопрос. – Это просто факт. Я не житель твоей Вселенной. А сейчас ты находишься у меня в гостях.

Он замолчал.

Я молчала, ошарашенно разглядывая его.

Есть теория множественных Вселенных. Но столкнуться с этим на практике? Мой мозг категорически отказывался ему верить.

«Поверь ему, – посоветовал Рони. – Я проверял параметры. Они сильно отличаются от параметров нашей Вселенной».

«И ты молчал?!» – зарычала на нерадивого помощника.

«Ты не спрашивала» – вякнул тот и было такое ощущение, что он забился в самый дальний угол.

– Это неожиданно, – слабо ответила Арлису, так как он ждал моей реакции.

Он улыбнулся.

– Понимаю. В такое нелегко поверить, поэтому не говорил. Сейчас говорю только потому, чтобы ты ни куда не спешила. У нас есть время, чтобы я успел выполнить обещанное, – его улыбка стала просто шаловливой, обозначая милые ямочки на щеках.

Надо отдать ему должное. Арлис невероятно красив на меркам моей… Вселенной. Идеальная внешность. Именно таких берут на подиум для показов самой высокой моды. Я после того, как встретилась с ним в первый раз, долго ещё по нему томно вздыхала. Обижалась на судьбу-злодейку, что она развела нас также быстро, как и свела. А оно вот как, оказывается.

Другой мир… То есть другая Вселенная… Нет. В голове всё никак не хотелось укладываться та пропасть, что зияла между нами.

– Ладно, – встряхнулась я и нарочито весело продолжила: – Раз такое дело, не будем упускать возможность. Боюсь, в свой настоящий отпуск я ещё не скоро отправлюсь.

Я подняла свой бокал.

– За море, райское место и ласковое солнце, – пропела я.

Бокалы от прикосновения красиво зазвенели.

Напиток оказался божественным. Таким нежным, нежным вином с привкусом персика. От блаженства я даже глаза закрыла.

Время пролетело незаметно. Арлис – прекрасный собеседник. Еда – просто восхитительна. Я млела. Хотелось смаковать каждый кусочек. Желудок, однозначно, пел дифирамбы неизвестному повару.

Я вновь смотрела теми же влюбленными глазами, как тогда в первый раз. Магнетизм Арлиса нельзя было скидывать со счетов. Это был мужчина с большой буквы во всех смыслах.

«Как жаль… Как жаль, что мы из разных миров…» – оформилась грустная мысль в голове.

Солнце почти зашло, окрашивая темно-синие воды в фиолетовые оттенки.

– Потанцуем? – предложил Арлис, и над палубой поплыли переливы нежной музыки.

Я охотно вложила свою ладошку в его протянутую ладонь.

Бережные объятия сильного мужчины. Плавные покачивания под звуки романтичной мелодии. От наслаждения закрыла глаза. Хотелось просто чувствовать.

Вкус легкого морского ветерка на коже. Теплые сильные руки. Горячее дыхание у моей макушки. Жаркие мурашки, свивающие жгуты в моем теле. Я млела. Я смаковала каждый момент. Проживала так, чтобы прочно отпечаталось в памяти.

Арлис прав. Это было самое настоящее свидание. Когда получаешь ни с чем несравнимое наслаждение от каждого мгновения, от каждого действия. Наслаждение такое естественное, такое логичное.

Настоящее свидание – это когда не подстраиваешься под своего предполагаемого партнера. Сейчас я это понимала так ясно. Так щемяще…

Понимала, как редко, на самом деле, случались в моей жизни настоящие свидания. Всё остальное было всего лишь дешевым суррогатом.

С закрытыми глазами я плыла по океану наслаждения и совершенно не желала из него выныривать.

Но всё когда-то заканчивается. Нежная музыка плавно сошла на нет. Солнце окончательно село.

– Спасибо за свидание, – честно выдохнула я, распахивая благодарные глаза.

– Это тебе спасибо за прекрасное время, – поднес к губам он мою ручку.

И она млела. В этот раз моя ручка млела, а не считала себя несчастной, как буквально несколько часов назад.

– Я не прощаюсь, а говорю до свидания, – улыбнулся он мне на прощание, когда я уже снова сидела на своём астроботе.

– Буду ждать, Арлис, – честно ответила ему. И если мы больше не встретимся, этот прекрасный мужчина будет жить в моей памяти.

– Лола, представь, где ты хочешь оказаться, – посоветовал он, прежде чем я окончательно сорвалась в вихрь из голубого света, что возник перед носом моего астробота.

– До встречи, Арлис, – нежно улыбнулась ему на прощание и нырнула в портал.

Он оказался прав, меня вынесло именно в той точке пещеры, которую я представила.

Мои соперники уже давно укатили. Арлис сказал, что здесь прошло от силы десять минут. А десять минут для гонок – это слишком много.

Но вместо тотальной тишины пещера меня встретила какофонией звуков.

Я не спалилась только потому, что не включала освещение. Мой черный астробот органично сливался с окружающей обстановкой.

Только поэтому меня не заметили, хотя я появилась совсем недалеко от портала. Зато вокруг портала шла нездоровая суета.

Несколько астроботов стояли кружком. А парни в доспехах гонщика швыряли в портал какие-то объемные ящики.

На подходе было ещё несколько астроботов.

– Быстрее, быстрее… – командовал кто-то.

«Рони, ты фиксируешь?» – ради проформы спросила я.

«Да», – коротко ответил максандр.

«Вызывай шефа», – приказала ему.

«Придется немного подождать. Связь здесь экранируется. Но я отправил бустики выстроиться в цепочку. Скоро связь налажу».

«Отлично», – кивнула я.

Тем временем новая партия астроботов привезла новую партию товара. Ящики, что отправляли в портал, были по размеру совершенно одинаковые. И не совсем стандартные.

«Больше похоже, что заточены под людей, – внезапно поняла я. И мои ладошки от волнения даже вспотели. – Неужели я нашла, куда пропадают наши умы?»

«Да?» – хоть я и ждала, но шеф по мыслесвязи рявкнул так неожиданно.

«Шеф, ты только не ругайся», – виновато выдохнула я.

«Лола», – рыкнул он раздраженно.

«Я портал нашла. Скидываю видеофиксацию и геолокацию».

Подождала, пока Рони отправит, а шеф переварит.

«Лола, – снова появился он на связи. – Следи, но не влезай. Даже не смей», – рявкнул он для проформы.

«Не полезу», – честно пообещала шефу.

Я и не собиралась, что там шеф про меня не думал. Мне приключений хватило сполна. Пусть теперь другие отдуваются. Надеюсь, это то, о чем я думаю. А раз так, то лучше я помечтаю о намечающемся отпуске.

Но… Думалось только о чудесном вечере на яхте Арлиса.

Глава 28. Итоги операции… Мда. Не так я их представляла

– Подведем итог, – начал шеф на летучке. – Операция завершена для всех, кроме Лолы.

– Почему?! – взвилась я, совершенно не того ожидая.

– Это ты самой себе спасибо скажи, – саркастично ухмыльнулся шеф. – Обсудим потом с тобой отдельно. А сейчас подведем итоги, – вернулся он к первому пункту своей повестки.

– Благодаря, не знаю, то ли везению, то ли шкодной попе нашего агента, но задание выполнено досрочно.

Все со смешком на меня оглянулись.

– Я не специально, – буркнула первое, что пришло на ум.

– Это мы как раз понимаем, – саркастично подтвердил шеф. – Радует, что никто при этом не пострадал.

Мне осталось только носик наморщить. Шеф никак не мог простить мне дело на планете Мерфана. Тогда мои действия заставили совершать преступников необдуманные поступки на фоне паники. В результате, к праотцам чуть не отправились пару ни в чем не повинных туристов. Еле-еле бедолаг откачали. Повезло ещё, что на орбите планеты как раз завис навороченный лайнер для толстосумов, в лазарете которого стояли медицинские капсулы последнего поколения.

– Преступники найдены, пропажу понятно, где искать. Дальше – это не наша забота. А также, спасибо Лоле, ГОМ ждет кардинальная смена руководства, – шеф снова глянул на меня так, что было совершенно не понятно, чего ему больше хочется: то ли похвалить, то ли наказать.

Впрочем, мне ни того, ни другого не надо. Лишь бы отпустили. Но это, кажется, мне не светит.

– Все свободны, кроме Лолы. – Пять дней отдыха в качестве премии, – обрадовал он мою команду.

Я хмуро сложила руки на груди и исподлобья сверлила шефа обиженным взглядом. Мои испарились со скоростью света, как только объявили размер премии.

– И не смотри на меня злобной гряшкой, – хмыкнул шеф. – Твоё задание меняется. Теперь тебе предстоит поработать телохранителем настоящей Малики.

– С какого такого перепугу? – искренне удивилась я.

– А с того, что ГОМу совершенно не нужна огласка. Тебе придется ввести девушку в курс дела, чтобы она тебя легко заменила. Местные не должны узнать, что здесь замешен ГОМ. Это категоричный приказ сверху.

– Но почему? – взвыла я. Такая щепетильность была совершенно непонятной. ГОМ обычно так себя не утруждал.

– Всё очень просто. Но я объясняю тебе только для того, чтобы прониклась важностью миссии, – вздохнул шеф так, что стало понятно, он взывает ко всему, к чему только можно взывать, лишь бы ему даровали капельку терпения. – Лола, ты открыла очень важный портал. Этот портал ведет совершенно в другую Вселенную. Понимаешь важность момента?

Я неуверенно кивнула, при этом невольно вспоминая про Арлиса.

– Не понимаешь, – констатировал шеф. – Насколько я знаю, это первый случай, когда в параллельную Вселенную нашли стабильный стационарный портал. Наверно, этому способствовала местная аномалия.

– А-а… – протянула я и до меня начало доходить, что именно пытался получить от меня шеф.

– Вам нужна лояльность местной власти, – проявила я сообразительность.

– В точку, – согласился шеф. – Так получилось, что в краже ученых виноват родственник правителя. Ему и так придется выбирать, наказать или не наказать родственника. А тут ещё и ты в роли подсадной утки.

– Понимаю, – кивнула я. – Всё дело в племяннике Сарданна Третьего.

– Верно, – согласился шеф. – Если тебе удастся поженить настоящую Малику и племянника, то ГОМ сделает всё, чтобы тот стал следующим правителем.

– О, как… – растеряно протянула я. – А толку? – я всё никак не могла взять в толк, в чем соль странного задания.

– Толк в том, что Малика и её отец будут у нас на крючке, – вздохнул шеф, недовольный моей тугодумностью. – А отец у неё очень амбициозный. К тому же он слишком долго прожил в Метрополии. Так что Талеб не будет принимать близко к сердцу.

– Ясно. Задание поняла. Разрешите приступать?

– Разрешаю, – облегченно выдохнул шеф. – Только не подведи меня, Лола. Талеб стал слишком важной планетой. И нам просто необходима лояльная власть.

Я кивнула. Я его поняла. Талеб находился на краю Содружества и в любой момент мог вильнуть хвостиком и сказать, что становится частью Протектората Верса.

А если брать в расчет находку, Содружество не могло позволить себе такое расточительство. Мало ли, что несет для нашей Вселенной другая Вселенная? Ясно, как дважды два, если на Талебе не будет надежной власти, то Содружество всё сделает военным путем. И будет в своём праве. Своя шкура всё же дороже.

Перед глазами тут же встала страшная громада аномалии.

«Нет, – решительно поняла я. – Я сделаю всё, лишь бы на Талеб вновь не пришла война».

Невольно вспомнилась милая мордашка Омы. Ради таких вот деток я сделаю всё, лишь бы всё решилось миром.

– Пойдем, Малика уже ждет нас, – позвал меня шеф, направляясь к двери.

– Оперативненько, – удивилась я.

– Ты же не хочешь затягивать задание больше, чем это нужно? – язвительно поинтересовался шеф, выходя.

– Не хочу, – согласилась с ним и хвостиком двинулась за внушительной фигурой.

Малика, как оказалось, ждала за соседней дверью.

– Знакомьтесь, – первым начал шеф. – Малика, – обратился он к настоящей Малике. – Это наш агент, Лола. Она введет тебя в курс дела и заодно будет твоей телохранительницей и помощницей.

Девушка смотрела на меня с широко раскрытыми глазами. Только сейчас я вспомнила, что выгляжу как она. Разве что мой вид полностью соответствовал разудалой талебской моде. Почти. На собрание команды я предпочла одеть местный аля-спортивный костюм цацы. Не смотря на свою крикливость, он был куда скромнее выходного наряда.

Тогда как сама Малика была одета в такой модный в Метрополии скромный унисекс.

– Здравствуй, – улыбнулась девушке благожелательно.

Я понимала, что должна стать не просто телохранителем, но и подругой. Задание только с виду казалось легким. На самом деле, всё куда сложнее, когда касается личных чувств.

Шеф – мужчина. И не понимает, насколько женщины по-другому воспринимают взаимоотношения мужчины и женщины. Мне предстояло сделать так, чтобы Малика и Сангар не только встретились, но и влюбились друг в друга… или не Сангар? Ладно, посмотрим. Главное, её избранником должен стать кто-то из тех, кто способен взять власть в свои руки.

Вот как странно бывают устроены выверты судьбы. Сейчас передо мной сидит растерянная скромная девушка, которую резко выдернули из своей среды и собираются сделать хозяйкой целой планеты.

А я всего лишь фея крестная, которая устроит свадьбу Золушки и принца. Смешно… или нет? Ещё не решила.

– Пойдем, – кивнула ей на выход. – Нам есть о чем поговорить.

Малика послушалась, а шеф проводил нас взглядом, полным не то облегчения, не то желанием волшебства.

Я хмыкнула. Ну, да. Он верил, что я приношу удачу. Потому и терпел в своей команде такое взбалмошное существо. Я нисколько не обольщалась в том, какую на самом деле оценку имею в глазах шефа.

Приношу удачу. Значит, приношу удачу. Меня всё устраивает… Почти всё. Лишь бы отпуск почаще давали.

Я отвела Малику в свою комнату, которую мне выделили в местном здании ГОМа. Часть здания была отдана под личные номера агентов. И один официально закреплен за мной.

– Заходи, – пригласила робеющую девушку. – Хочешь чая? – предложила ей, чтобы дать девушке возможность хоть чуть-чуть расслабиться.

– Можно, – кивнула она, оглядываясь.

Ну, да. Номер небольшой. Но я обставила его по своему вкусу. Гостиная, спальня и ванная. Вполне можно жить.

Указала Малике на кресло, а сама подошла к комбайну. Сама для себя я готовить не любила. Потому универсальной вещью в хозяйстве обзавелась в первую очередь. Чай комбайн местного производства делал вполне сносно. Печенье в запасе имелось.

Расставив всё на столике между креслами, порадовалась, что на мне спортивный костюм, а не цацын боевой «доспех».

Думаю, будь я в нём, с Маликой начинать разговор было бы ещё сложнее.

– Малика, что тебе сказали? Почему ты здесь? – решила начать сначала.

Прежде чем начать работать с девушкой, нужно понять, как она думает. Её мотивацию.

– Если коротко, что мне на Талебе нужно с кем-то познакомиться, – неуверенно начала она.

– А тебе оно надо? – спросила в лоб. Пусть уж лучше она сразу выложит свои истинные эмоции.

– Смеёшься? – возмущенно хмыкнула та, широко распахнув глаза. – Я живу своей жизнью. Тренируюсь. На носу очень важное соревнование. И вдруг меня выдергивает отец и приказывает срочно лететь на Талеб. Я глазом моргнуть не успела, как оказалась в этом дремучем мире.

Вот и вылезли её истинные эмоции.

Я даже хихикнула. Кому, как не мне, понимать всю глубину её ощущений. Это она ещё не знает всей глубины попадания. Я даже слегка ей посочувствовала.

– Ты абсолютно права, – не стала юлить. – Только ты оказалась замешана в очень серьезных вещах. Не по своей воле. Это да, – предвосхитила её возражение. – Но, согласись. В нашей жизни много вещей, которые происходят помимо нашей воли.

Малика насупилась.

– Но думаю, есть возможность попасть на твоё важное соревнование, – хмыкнула я. – Главное, чтобы ты захотела.

– Хочу, – с готовностью заявила она. – Что для этого надо сделать? Горы сверну!

– Очень просто. Даже горы сворачивать не надо, – улыбнулась я её напору. – Для этого всего лишь нужно заинтересовать одного очень важного человека на Талебе. Он тебе поможет попасть на соревнование. И твой отец ничего не посмеет сделать.

– Я согласна! – надо было видеть, насколько ярко вспыхнул в её глазах энтузиазм.

«Именно такие выигрывают соревнования», – поняла я. И поняла, как с ней надо работать. С Маликой самое главное – это мотивация.

– Малика, представь, что ты готовишься к очередному соревнованию. Тебе нужно успешно отработать свой номер. А для этого нужно тщательно подготовиться. Справишься? – перевела я мотивацию на соревновательный лад.

– А то! – засверкали её глазки.

– Отлично, – просияла я в ответ. – Предупреждаю сразу, легко не будет. Я понимаю, что ты родом с Талеба. Но ты не знаешь всей специфики родной планеты. Так заранее предупреждаю о трудностях.

– Справлюсь, – отмахнулась Малика. – Я и не через такое в спорте проходила.

– Тогда начнем, – согласилась я. – Сейчас мой помощник покажет тебе кадры того, что делала я, представляясь тобой. Смотри внимательно. Тебе придется подражать, чтобы никто не заметил замены. Помни, тебе придется иметь дело со своими близкими родственниками.

– Справлюсь, – горели спортивным азартом глаза девушки.

– Ну, тогда поехали, – усмехнулась я.

И Рони запустил на голоэкране нарезку того, что произошло со мной за последние несколько дней.

Даже мне было интересно посмотреть со стороны, как всё происходило.

Малика смотрела с широко открытыми глазами. Смеялась в самых забавных моментах. С уважением поглядывала на меня во время моих «подвигов».

– Теперь ты примерно представляешь, как было дело, – подвела я итог импровизированного фильма.

– Это я с Сангаром должна подружиться? – проявила она свою сообразительность.

– Молодец, – уважительно посмотрела на неё. – Правильно поняла. Против Сангара твой отец не посмеет пойти. А Сангар, поверь, умный и благородный мужчина. Его можно уговорить помочь, если склонить на свою сторону.

– Я поняла. И я готова, – она ушла в свои размышления с головой.

Я не мешала. Понимала со всей серьезностью, чтобы между Сангаром и Маликой вспыхнула любовь, сперва они должны увидеть друг в друге личность. О Сангаре я уже успела сложить мнение и прекрасно понимала, что у Малики есть все шансы завоевать его внимание и удержать.

«Особенно с таким учителем, как я», – позволила я себе немного самодовольства. На что ехидна, Рони, хмыкнул так, чтобы я заметила.

Но я была уверена в своих силах. Тем более, что первый этап я самолично успешно провела. Сангар увлекся Маликой. Осталось только сделать так, чтобы она продолжила интересовать его и дальше.

Глава 29. Проба пера

Малика оказалась способной ученицей. Она легко скопировала пластику моих движений. Сказывались её спортивные наработки. С мимикой было чуть сложнее. Пришлось дать ей начальные уроки актерского мастерства. Но молодец, впитывала как губка.

Оставалось только навести завершающие штрихи, прежде чем представлять её семейству её же дяди. Для этого предстояло вести Малику в местный салон красоты. В этот раз я предпочла заведение поскромнее, чем то, в котором меня апргрейдили родственницы Малики.

Попросила Рони выбрать из списка максимально оборудованный по последнему слову техники из самой Метрополии. Нашелся такой, только в пригороде столицы. Меня это устраивало куда как более. Есть шанс, что Малику не узнают.

Мне же самой предстояло вернуть свою собственную внешность на место. Для этого пришлось лечь в медицинскую капсулу, где показатели моего организма будут откачены до «заводских настроек», то есть оптимальных показателей, что были внесены в протоколы ГОМа как мои стандартные. Всего лишь один хрон (стандартная мера времени в Содружестве, равна примерно трем часам) и снова стану сама собой.

Даже апргрейд, что мне сделали на Талебе, обнулился. Печалька. Придется в салоне подновить. Мне понравилось, что прическа и дизайн ногтей решались пару кликами. А вот своё лицо я предпочитала без лишних граммов косметики, на самых минималках

– Ты совсем другая, – восхищенно заметила Малика, когда я вернулась после восстановительных процедур. – Очень красивая.

– Спасибо, – улыбнулась девушке. – Но и ты не меньше красива, – подмигнула ей. – А сейчас мы наведем на тебя красоту по-талебски.

На что Малика просто преувеличенно вздохнула. Она уже и сама прекрасно знала, что это значит. Пока я прохлаждалась в капсуле, она внимательно изучала все записи, что предоставил ей Рони. Малика должна была вжиться в тот образ, что я успела создать.

Так что на записях она уже видела, как апгрейдили меня.

Салон красоты меня устроил. Без лишних вопросов взяли Малику в оборот, ну и я восстановила то, что хотела.

Из салона вышли уже полностью обновленными. Малика во всеоружии по канонам местных цац. И я, скромная тень цаци. Волосы собраны в элегантную, но строгую прическу.

Никакой косметики на лице, в том числе и жутких опахал над глазами. В этом месте я лишь посочувствовала своей подопечной. Малика всё еще пыталась совладать с «грозным оружием» цаци.

– Теперь понимаю, каково тебе было, – буркнула она, устав с ними бороться.

– Привыкнешь, – хмыкнула на это я.

С одеждой мы решили не заморачиваться. Рони с барского плеча подарил Малике ещё один майрекс.

Девушка прям засияла от счастья, когда поняла, что её тело будет прикрыто сплошным комбинезоном, идеально имитирующем кожу.

– Не буду чувствовать себя голой, – с облегчением на лице выдохнула она, рассматривая себя в зеркале.

Майрекс сотворил на её теле не просто иллюзию наряда цаци с вездесущим пайралисом. Одежда выглядела и даже ощущалась совсем как настоящая.

Очередная запредельная нанотехнология, которая стоила так, что простым смертным не по карману.

Рони упорно не кололся, но я обоснованно подозревала, что склад он обнес всё же существенно. Мало того, где-то организовал свою нычку, куда припрятал неправедно нажитое.

Всё никак понять не могла, где я так ошиблась в воспитательном процессе, что рядом со мной вырос настоящий, можно сказать, фанатичный хапуга. Пока же я смотрела сквозь пальцы на его делишки, лишь бы не увлекался сверх меры. Хотя… Кажись, эта мера давно преодолена.

Наверно, я просто боюсь посмотреть правде в глаза. Или просто меня устраивает, что очень удобно всё складывается, когда возникающие текущие вопросы легко решаются за счет странной привычки моего максандра.

Ладно, пока не пойман, и ладно. Легкомысленно смахнула навязчивые мысли. Впереди нас ждет первый тест на прочность, то есть родственники Малики.

Для родственников я сегодня была весь день на работе. А с работы отпросилась, нахально заявив, что мне срочно требуется навести лоск в местном царстве женской красоты, то есть халеме. Ведь завтра состоится празднество во дворце, на которое я тоже получила приглашение от самого Сарданна Третьего. Отпустили с напутствием, выглядеть божественно. Специально проверят.

На что я преувеличенно возмущенно фыркнула и сбежала по своим делам. То есть, по делам ГОМа. А там мне навязали подопечную.

Домой к дяде мы подъехали на такси. Сегодня утром я отказалась пользоваться личной машиной семьи. Объявила, что мне пора самостоятельно вживаться в местное общество. Особо препятствовать не стали.

Семейство, усиленное многочисленными гостями, с удивление смотрело на пополнение. Утром проводили одну племянницу. Вечером она вернулась не одна. Ну, хоть девушка с ней, а не парень. Уже легче.

Малика меня порадовала. Совсем не тушевалась.

С ходу чмокнула тетушку в щеку, которая смотрела укоризненно.

– Мерайна, я так устала, – томно вздохнула моя подопечная. – Полдня наводила на себя красоту. Ведь завтра будет не до этого.

– Молодец какая, – появилось в глазах тети облегчение. – А то я уже волновалась, когда ты успеешь…

– Тетушка, – в ответ укоризненно протянула Малика. – Ну, я же не совсем маленькая глупенькая девочка…

– Я не глупенькая! – возмущенно вклинилась на это Ома, вызывая смешки у довольных зрителей. – Я бы тоже догадалась навести красоту! – малышка искренне была обижена инсинуацией в сторону своего возраста.

Вот теперь все присутствующие не удержались от теплого смеха. А тетя ласково приобняла свою возмущенную кровиночку.

– Ты у меня самая ответственная, – уверила её. – А кто это с тобой, Малика? – теперь, когда главный вопрос снят с повестки дня, можно было обратить внимание и на то, кто с Маликой.

– Папа мне телохранительницу приставил, – с преувеличенным вздохом пожаловалась Малика. – Ему не понравилось, что за мной по пятам ходит пусть и телохранитель, но мужчина.

– Ему не понравилось то, что произошло в клубе, – прозорливо поправила племянницу тетя. Она намекала на то, что в женскую уборную мужчинам хода нет.

Лично ни я, ни Рони ничего не выкладывали. Постарались те цаци, что застали концовку моего боевого танца в уборной. Надо ли говорить, какой очередной фурор вызвали мои снисходительные слова, сказанные на безоговорочно выигранном поле боя?

Он был закономерным.

Моё коронное: я не только танцевать умею, – разошлось на мемы.

Теперь я основательно закрепилась номером один в рейтингах цац.

Впрочем, теперь это достижения самой Малики. Я ко всему происходящему, хвала всем богам, больше не имею никакого отношения. А роль скромного телохранителя как-нибудь осилю.

– Может быть, – отмахнулась Малика. – Тетя, мы кушать хотим. Целый день ни крошки во рту. Кстати, моего телохранителя и помощницу за одно зовут Лола. Очень хорошая девушка. Мы уже подружились, – так Малика дала понять, чтобы ко мне относились хорошо. Я была принята в ближний круг.

– Зови меня Мерайна, деточка, – по-доброму улыбнулась мне Мерайна.

– Очень приятно, – в ответ улыбнулась я, радуясь, что вместе с моей внешностью ко мне вернулся и мой голос. Всё же я не слишком люблю надевать чужую личину. В моём отряде такой вариант операции больше нравился Дане. Потому я и возмущалась, что на операцию главной наживкой поставили именно меня.

Но вспомнив итог операции, примерно понимала, чем мотивировался мой командир. И он оказался прав, моя странно-вывернутая удачливость и тут сыграла решающую роль.

Что-что, а Дане никогда не пришло бы в голову отправиться на гонки в самый разгар операции. Да она, сто процентов, никогда ими и не интересовалась. Слишком правильная.

Нас отконвоировали в столовую, одновременно просвещая, что за день успело случиться.

– Малика, – обращалась тетя к своей племяннице, – ты теперь звезда номер один.

На что Малика лишь фыркнула, со здоровым аппетитом наяривая всё, что ей положили.

Бабушка благожелательно смотрела на свою внучку. Видно было, что ей нравится, что внучка не морит себя голодом, чтобы выглядеть красиво.

– Твой танец в клубе разошелся по сети, – с апломбом заявил Огон. – Особенно тот, где ты всех раскидала. Мне все одноклассники завидуют.

– И мне тоже, – подхватила брата Рона. – Подружки просятся в гости.

– Роночка, скажи им, что мне пока некогда. А потом устроим девичник, – пообещала Малика своей двоюродной сестре.

А меня радовало то, как Малика органично вжилась в образ. Совсем не чувствовалось фальши. Такое ощущение, что это она, а не я жила со всеми этими людьми.

– Обещаешь? – неверяще распахнула глаза Рона.

– Обещаю, – кивнула Малика.

– И я тоже хочу! – возмутилась Ома.

– Ома, как тебе не стыдно, – укоризненно посмотрела Малика на младшую кузину. – Забыла, что у нас уже был девичник?

Я даже слегка улыбнулась. Рони, понятное дело, ей и этот кусок записи показал. Хотя для дела он и не был важен.

– Я ещё хочу, – насупилась девочка.

– Ладно, если будешь себя хорошо вести…

– Буду! – вспыхнули радостью глазенки малышки.

– И маму свою слушаться, – спохватилась Малика под одобрительный кивок Мирайны.

– Ладно… – это согласие Ома уже дала не сразу и неохотно, но вынуждено. Приз был слишком заманчивый.

После ужина мы поднялись в спальню.

На попытку Мирайны выделить мне другую гостевую, Малика преувеличено вздохнула:

– Папа приказал, чтобы всё время рядом была.

– Ох, уж этот перестраховщик, – проворчала тетя, но беззлобно. – Даже моего Арена перещеголял.

– Лола, деточка, если что-то надо, говори, не стесняйся.

– Обязательно, Мирайна, – улыбнулась доброй женщине. – Спасибо.

Всё же был один плюс в моём проживании в личине Малики. Лично у меня никогда не было такой дружной любящей семьи. И я в первый раз в жизни ощутила, что значит семья.

Да, моя команда мне давно семью заменила. Но сейчас я особо отчетливо ощущала разницу.

Глава 30. Вездесущее шило

Проблема пришла, откуда не ждали. Хотя, впрочем, логично.

«Там Занес ломится, – сообщил мне Рони. – Хочет с Маликой поговорить».

«Только его не хватало», – буркнула в ответ по мыслесвязи.

Понять его можно было. С гонками случилась таинственная неразбериха. Результаты гонки аннулировали. Все ставки вернули. Я же с радаров пропала напрочь. Зная уровень любопытства именно этого индивида, даю голову на отсечение, что он даже спать не ложился. Особенно, если учесть, что пропала та, за которую он перед наследником головой отвечает.

Да. Ночью меня привезли домой. Домочадцы не удивились. Все и так настроились на то, что я уехала туда, где, что называется, молодежь гуляет до утра.

Так что родные Малики ни сном, ни духом не подозревали, где она на самом деле отжигала. И не только они. Но не Занес. А вот это шило в заднице, пусть и ненароком, но мог выдать тайну. Придется нейтрализовать.

– Малика, – обратилась к своей подопечной. – Там Занес пришел, рвется к тебе. С ним стоит поговорить, но так, чтобы лишних ушей не было. Давай так, я спущусь и от твоего имени скажу, чтобы приходил завтра к тебе на работу во время обеда. Вместе сходите, пообедаете. Вот тогда с ним и поговоришь. Я объясню, что делать.

Малика согласно кивнула, прежде чем нырнуть в ванную. Кто такой Занес, она уже знала. Но не знала про гонки. Теперь придется посвятить.

Я же отправилась к эпицентру разгорающегося скандала. Это шило в заднице не нашел ничего лучшего, как прорываться с боем. Ну, это он зря.

– Занес? – официальным тоном спросила я разгоряченного парня, который пятился к двери от разъяренной Мерайны.

– Да, – подтвердил он, демонстративно поправляя свою рубашку.

Кажется, кто-то успел его за ворот потаскать. Иначе с чего рубашка такая скособоченная?

– Меня зовут Лола. Я секретарь Малики. Малика просила передать вам, что ждет вас завтра на работе. С вас обед в ближайшей от работы ресторации, – строгим голосом передала я послание.

Занес зыркнул победным взглядом на родственников Малики. Мол, видали?

– Передайте мой горячий привет Несравненной, – с апломбом заявил он мне. – Завтра обязательно буду.

И ушел пусть пощипанным, но гордым и непобежденным.

– Вот теперь отбиваемся от ухажёров, – вслед довольно прошамкала бабушка, которая всё это время сидела на диванчике в холле и была благодарным зрителем балагана. – Это правильно. Малика, умница, всё делает правильно, хоть и выросла не на Талебе. Учитесь у неё, пока она с нами, – ткнула она крючковатым пальцем в Ому с Роной.

Девчонки, растрепанные и раскрасневшиеся, просто сияли от счастья. Здесь и гадать не надо, лично принимали непосредственное участие в потасовке. Ну, да. Такой праздник жизни и без них.

– Лола, – догнал меня в спину вопрос Огона, – а почему Малика не купит сайнер. Тогда проблем со связью не было бы. Может ей подарить? У меня есть запасной.

– Спасибо, – обернулась я к подростку. – А теперь представь, что будет, когда Малика обзаведется сайнером? – немного помолчала, чтобы у того стали срабатывать ролики в мозгу. – А если номер сайнера узнают другие цаци… или журналисты? – подкинула я ещё один вопрос для размышления.

– Лола права, – поддержала меня тетя. – Малика мудро поступает. Быть номером один – это не только привилегия…

Я поднялась в спальню, а внизу вновь разгорелись жаркие дебаты. Теперь на тему того, нужен ли Малике сайнер или не нужен.

В спальне пришлось посвятить свою подопечную в то, что я думала, пройдет юзом. Не прошло. Спасибо вездесущему Занесу.

Мой рассказ о гонках она слушала, широко раскрыв глаза и затаив дыхание. Рассказала всё честно, кроме момента нахождения портала. Просто объяснила, что нечаянно нашла то, ради чего затевалась секретная операция ГОМа на Талебе. Малика тактично не спрашивала, понимала, что такие серьезные организации свои тайны хранить умеют.

– Лола, ты крутая! – восторженно выдохнула она, когда я закончила свой рассказ.

– Только шефу моему не говори. Его нервы не выдержат, – пошутила я.

– Я понимаю, – продолжила Малика, – когда ты танцевала, как я, или разобралась с глупышками в уборной. Такое и мне под силу. Но гонки?

– Гонки – моё хобби, Малика, – улыбнулась ей. Не бери в голову. У каждого должно быть хобби. Просто не у всех, как у тебя, хобби стало делом жизни.

– Да, – у девушки даже глаза затуманились. – Я люблю своё, как ты говоришь, хобби. И ты права. Я сделаю всё, чтобы попасть на соревнование. Совсем, как ты добилась своего участия в гонках! – теперь в её глазах горел незамутненный азарт. Кажется, она нашла свой идеал для подражания.

Мда. Не такого эффекта я ожидала. Ну, да ладно. Кто сказал, что я плохой пример? Главное, чтобы шеф не узнал.