Киберпанк 1187

Пролог

- Вы признаетесь в отрицании Господа, связи с дьяволом и творением колдовства сатанинского?

Сидящий на тяжелом деревянном стуле пленник мрачно разглядывал церковный трибунал. Председательствовал средних лет рыхлый монах с одутловатым лицом. Красные пятна на лбу и щеках свидетельствовали о чрезмерном пристрастии к вину. Роль обвинителя ему явно нравилась.

Двое других, сидящих по сторонам, старательно выполняли функцию мебели, ибо сидели молча и всем своим видом изображали скуку и желание поскорее покинуть допросную.

Роль секретаря исполнял молодой, болезненно тощий монашек в настолько засаленной рясе, что о первоначальном ее цвете можно было лишь догадываться. Впрочем, облачения остальных братьев также были далеки от совершенства.

В углу откровенно скучал тощий, как стервятник, невысокий седой мужчина с грустными глазами. Черный кожаный фартук не оставлял сомнений в ремесле, коим человек зарабатывал свой хлеб. Палач с любовью поглядывал на внушительных размеров мешок, который зловеще топорщился в паре мест. Пленник изо всех сил старался не смотреть в ту сторону.

Допрос шел уже третий час. Все это время председатель задавал один и тот же вопрос – в разных формах. За последние полчаса монах уже начал повторяться – видимо, фантазия, а, может быть, набор слов святого брата показали дно.

Пленник в очередной раз оглядел небольшую камеру и попытался пошевелить руками. Безуспешно. Обе руки посредством недлинных цепочек были прикованы к стулу, в довершение левая рука была закована в хитрое приспособление, полностью лишавшее возможности шевелить пальцами.

- Вы меня слышите? – Председатель нетерпеливо заерзал на своем стуле, - вы признаетесь в отрицании…

- Не признаюсь. – Пленник с вызовом посмотрел в глаза инквизитору. Тот отвел взгляд.

- Обвиняемый упорствует в отрицании, - монах кивнул головой секретарю, - записали?

Писарь заскреб пером по пергаменту, от усердия высунув кончик языка.

- Поскольку обвиняемый упорствует, - председатель наслаждался своей ролью, - переходим к следующей части допроса. Продемонстрируйте обвиняемому средства… - монах запнулся, вспоминая слово, - принуждения.

Палач, явно обрадованный хоть каким-то делом, с энтузиазмом принялся развязывать шнурок на мешке.

- Обвиняемый! – Председатель в предвкушении потер руки, - сейчас вам… Что там еще? – Монах с недовольным видом обернулся.

Проскользнувший в низкую тяжелую дверь монашек склонился над обвинителем и что-то нервно зашептал в ухо.

- Какой легат? – Председатель нахмурился. Остальные двое с интересом прислушивались.

- Да пребудет с вами милость Господня! – пригнувшись, в дверном проеме показался невысокий человек в иссиня-черной рясе. Лицо скрывал глубоко надвинутый на глаза капюшон. Сопровождали новое лицо два дюжих бойца, обвешанных оружием. Принесший весть монашек скорбно развел руками и ретировался.

- Эээээ… - Председатель явно не был готов к такому повороту событий.

- Я, брат ордена святого Бенедикта Уильям, милостью божией и повелением святого Папы направлен в святую землю с целью поиска и искоренения ересей, - на стол лег внушительного вида документ. Секретарь, вытянув шею, ел глазами печать с изображением скрещенных ключей.

- Если к моим полномочиям вопросов нет, - Уильям забрал пергамент, - то позволите ознакомиться с протоколом следствия?

Писарь сорвался с места и, с собачьей преданностью глядя в глаза инквизитору, вручил исписанные листы. Не глядя отмахнув благословение, Уильям пробежал глазами первые строчки.

- Брат Якуб, брат Томас, брат Генри? – бывший председатель и оба монаха по очереди склонили головы для благословения. – Ну, что тут у нас? – инквизитор отбросил с головы капюшон.

Пленник, ошарашенно уставившись на инквизитора, чисто машинально попытался потереть глаза, совершенно забыв, что прикован к креслу. Лязгнули цепи. Уильям бросил короткий взгляд на пленника и усмехнулся. Внимательные глаза на секунду задержались на левой руке, закованной в металл.

- Тааак. – Инквизитор, пару раз поморщившись, пробежал глазами протокол и недовольно поглядел на секретаря. – Много ошибок и почерк отвратительный, но в целом понятно. Вы, мэтр, - Уильям покосился на палача, - покамест можете упаковать свой инструментарий обратно.

Седой покорно закивал и принялся завязывать мешок. Инквизитор молча показал на дверь. Бывший председатель попытался что-то сказать, но наткнулся на взгляд инквизитора и передумал.

- Своеобразная у вас манера вести следствие, брат Якуб, - преподобный задумчиво глядел на притихшего монаха. – Обвиняемого ознакомили с материалами следствия?

- Ознакомили, - глаза монаха нервно забегали, - просто не успели занести...

- Нет! – с возмущением выкрикнул пленник, пытаясь встать. – Врет он, ваше преподобие!

- А ну, заткнись! – лицо брата Якуба пошло пятнами, - Брат Уильям, я…

- Успокойтесь, святой брат, - в отличие от мягкой интонации, глаза инквизитора смотрели очень недобро, - ну что же вы, в самом деле…

Монах, прилагая титанические усилия, попытался взять себя в руки.

- На каком основании подозреваемый заключен под стражу? – инквизитор передал протокол обратно секретарю, - раз уж вы, брат, председательствуете здесь, то наверняка были ознакомлены с указом Папы о ведении подобных разбирательств.

- Вот, - Брат Якуб нехотя передал инквизитору несколько листов.

- Что это? – Уильям с брезгливым выражением лица рассматривал неровные строчки. – А, понятно. Очередной добрый католик спешит сообщить святой церкви о ереси, злодеяниях, et cetera.

- Основания достаточно для ареста и содержания под стражей! – Брат Якуб ощутил почву под ногами, - Следствие…

- Не торопитесь, брат, - инквизитор уселся на оставленный палачом табурет и углубился в чтение. Охранники, не снимая капюшонов, пристроились по бокам, - давайте пойдем по порядку. Именующий себя… - Уильям осекся и уставился на пленника. Тот старательно изучал каменную плиту под ногами. – М-да. Отрицание Господа, договор с дьяволом, колдовство… - преподобный задумчиво поглядел на обвиняемого. – Сударь, будьте любезны, прочтите «Отче наш».

- Pater noster, qui es in caelis, sanctificetur nomen tuum. Adveniat regnum… - пленник исправно забормотал молитву.

- Первые два пункта обвинения снимаются, - кивнул секретарю Уильям, - за недоказанностью.

- А колдовство? – Возмущенно зашипел брат Якуб, - Настолько исключительное преступление, что все обычные процедуры установления истины недействительны!

Пленник уставился на монаха и попытался что-то сказать, но поймал предупреждающий жест инквизитора и прикусил язык.

- А вам что нужно? Свидетельство самого дьявола? - поинтересовался Уильям.

- Но его невозможно заставить свидетельствовать! – Якуб радостно шагнул в расставленную ловушку, - посему необходимо пытать до получения… А? – разошедшийся монах только сейчас заметил пристальный взгляд инквизитора.

- Вы продолжайте, продолжайте, - благожелательно покивал головой преподобный, - очень хочется дослушать такие интересные умозаключения. Вы, осмелюсь спросить, сами до них дошли?

- Истинно так! – Брат Якуб только сейчас заметил, что ситуация развивается самым нежелательным образом, - Господь в мудрости своей…

- Лжете, брат. – Инквизитор с осуждением покачал головой, - Может подскажете, кто вас надоумил?

Монах демонстративно уставился в стену.

- Ну, как хотите, - развел руками преподобный. – Тогда, может быть, поведаете мне, по какому праву вы задержали и допрашивали рыцаря ордена Храма Соломонова? Вы не в курсе, что братья ордена подсудны исключительно Капитулу?

- Никакой он не рыцарь! – Огрызнулся брат Якуб, извлекая на свет божий очередной документ, - Вот рескрипт гроссмейстера ордена!

- Хм, - инквизитор с интересом принял из рук секретаря пергамент, - Настоящим извещается, что брат ордена… За многочисленные преступления… Дезертирство… - Уильям полюбовался личной печатью Магистра, - выглядит настоящим.

- Он и есть настоящий! – брат Якуб предпринял очередную попытку реванша.

- Уверены? - Усмехнулся преподобный, - посмотрите-ка на подпись. Пятое мая, Иерусалим. Когда вы получили послание?

- Два дня назад, - развел руками Якуб.

- Опять врет! – Подал голос пленник, - Меня схватили четыре дня назад, документ уже был у них!

- Очень интересно, - инквизитор сверлил взглядом монаха, - Документ подписан пятым числом, через два дня он уже у вас. Даже если опустить тот факт, что магистр ордена на тот момент находился совершенно в другом месте, сюда за два дня от Иерусалима просто не добраться! Этого вы не могли не знать, наука арифметика входит в программу обучения ордена.

- За день, - уточнил пленник, - меня арестовали рано утром. Они уже ждали.

- Заткнись! – Гадюкой зашипел монах, - Брат Уильям, не слушайте этого еретика и…

- Обвинение в ереси с подсудимого уже снято, - оборвал монаха инквизитор, - Что же до обвинения в магии… - преподобный задумчиво глядел на пленника, - Errare humanum est, zasranets?

Услышав последнее слово, обвиняемый дернулся, как от удара. Монахи озадаченно переглянулись, а секретарь на всякий случай перекрестился. Инквизитор ухмыльнулся, явно довольный произведенным эффектом.

- Давайте подытожим. – Уильям задумчиво потер рукой короткую седеющую бородку, - Человек обвиняется на основании доноса и явно поддельного документа. Кто доставил документы? Задержаны, допрошены?

Брат Якуб под взглядом инквизитора как-то съежился и немного уменьшился в размерах. Братья Томас и Генри старательно делали вид, что их здесь нет.

- Вот даже как, - преподобный покачал головой, - а вместе с этими бумажками вам ничего не передавали? Деньги, например? Инструкции?

- Ааа… - в глазах монаха появилось затравленное выражение, - Нет!

- Под стражу его, - устало махнул рукой брат Уильям и повернулся к секретарю, - именем Господа и святой церкви брат Якуб отстраняется от расследования и заключается под арест. С подсудимого обвинение снимается за недоказанностью и отсутствием состава преступления.

Бойцы из свиты Уильяма ловко выдернули хлопающего глазами Якуба из-за стола и исчезли вместе с ним за дверью. Из коридора донесся истерический вопль. Пленник обалдело таращился на инквизитора.

- А вы что расселись? – весьма нелюбезно поинтересовался Уильям у братьев Генри и Томаса. – Обвинение снято. Освободить! И жду его на исповедь.

- Ваше преподобие? – Человек с неприязнью рассматривал металлическую перчатку на левой руке, - Можно это снять? Рука, знаете ли, чешется.

- А хулиганить не станете? – Брат Уильям хитро усмехнулся.

- Ни в коем случае! – Пленник сделал оскорбленное лицо. - Я что, похож на идиота?

- Вы, сударь, вовсе не похожи на идиота, - преподобный покачал головой, - вы и есть идиот.

- Садитесь. – преподобный махнул рукой в сторону удобного деревянного кресла, - разговор предстоит долгий. Есть хотите? Сейчас принесут.

- Спасибо, не откажусь. – Освобожденный пленник с интересом разглядывал обстановку в покоях Уильяма, - четыре дня на тюремном рационе…

- Это вам еще повезло, - Уильям наполнил вином из кувшина два бокала, - сударь Геральт из Ривии! – Преподобный рассматривал гостя со смесью удивления и одобрения в глазах. – Всякого ожидал, но такой потрясающей наглости…

- А сами? – огрызнулся «Геральт», - Уильям Баскервильский! Я-то только имя вымышленное себе взял, а вы даже чужую рожу не побрезговали взять напрокат!

- Это была не моя идея, - священник задумчиво повернулся к зеркалу и привычным жестом потер бороду, - Использовать внешность Шона Коннери придумали наши психологи. И, кстати, не ошиблись – вы бы видели свое лицо!

- Могу себе представить, - вздохнул гость, - я поначалу решил, что совсем головой тронулся.

- Будьте честными по крайней мере к себе самому, - усмехнулся преподобный, - головой вы тронулись гораздо раньше. Когда согласились на эту безумную авантюру. Сколько вы уже здесь? И как вас звать в действительности?

- А что есть действительность? – вопросом на вопрос ответил гость, - Там, откуда я прибыл, я носил имя Георгий. Здесь у меня имя Геральт. И, честно говоря, тут все какое-то более... настоящее, что ли?

- Это все потому, что вы еще в настоящие переделки не попадали, - отмахнулся Уильям.

- И не планирую, - Георгий отхлебнул из бокала, - я, в целом, должен был уже возвращаться назад. Полгода – весьма длительная командировка, как считаете?

- А я здесь уже около пяти лет, - Уильям ухмыльнулся, - выводы сделаете сами. И вообще, философия подождет. Сначала исповедь.

- Если вы имеете в виду рассказ о моих похождениях, то он может затянуться очень надолго.

- А вы куда-то торопитесь? - удивился преподобный.

- Ну, я… - Георгий замялся.

- Если Вы имеете в виду дату эвакуации, то выкиньте это из головы и успокойтесь.

- Почему это?

- Я потом вам объясню, хорошо? – преподобный улыбнулся и тут же скорчил зверскую рожу, - Все, хватит мне тут зубы заговаривать! Кайся уже!

- Каюсь, каюсь… - Георгий собрался с мыслями и сделал большой глоток из бокала, - в общем, для меня все началось с телефонного звонка…

Глава 1

Георгий Южнов с трудом разлепил глаза и уставился на жужжащий телефон. На экране светился незнакомый городской номер.

- Задолбали со своей рекламой! – Георгий перевернул телефон экраном вниз и снова закрыл глаза. Через несколько минут телефон зажужжал снова.

- А вот это уже наглость! – Георгий покосился на часы. Светящиеся цифры показывали начало двенадцатого утра, - Ну ладно.

- Георгий Дмитриевич? – раздался в трубке приятный женский голос, - Доброе утро!

- Здрасьте, - мрачно буркнул Георгий.

- Я представляю фирму «Милтрэвел»…

- Не интересует, - машинально ответил Георгий, не дожидаясь очередной рекламной декламации.

- Вы меня неправильно поняли, - невидимая собеседница усмехнулась, - это не рекламный обзвон.

- А что тогда?

- Вы же сейчас в поиске работы? Нас очень заинтересовала ваша анкета…

- Подождите, - Южнов перебирал в памяти названия организаций, куда уже в течение двух месяцев рассылал свое резюме, - А я вам разве что-то отправлял? Не припомню.

- Все верно, - девушка была само терпение, - мы вас сами нашли. Не согласитесь подъехать к нам в офис? Наш руководитель очень хочет с вами пообщаться. Он все объяснит и ответит на все ваши вопросы.

- В офис? – Машинально переспросил Георгий, явно не готовый к такому повороту событий, - Ну, я…

- А еще наш руководитель просил передать, - с интонацией змея, предлагающего яблоко Еве, продолжила девушка, - что готов компенсировать потраченное вами на визит время. Пятьдесят тысяч вас устроит?

- Ээээ… - Георгий окончательно проснулся и покосился на часы, - может, через пару часов?

- Очень хорошо! – оптимизму в голосе собеседницы можно было только позавидовать, - к половине первого мы пришлем за вами машину. До свидания! - Собеседница повесила трубку.

- Интересно, - поинтересовался Георгий у телефона в руке, - откуда они знают мой адрес?

Аппарат молчал.

- Любопытство кошку сгубило, - мрачно пробормотал Южнов, одеваясь.

- Спасибо, что согласились приехать, - расположившийся в широком кресле мужчина привычным жестом поправил очки, - меня зовут Глик. Майкл Глик. Разговор нам предстоит долгий… Кофе?

Георгий утвердительно кивнул головой, не прекращая изучать собеседника. Полчаса дороги в салоне представительского «Лексуса» дали время сосредоточиться и подготовиться к разговору.

Пять лет весьма успешной работы в криминальной хронике наложили свой отпечаток на восприятие действительности и затвердили в голове журналиста несколько незыблемых аксиом. Первая из них недвусмысленно гласила «дармовых денег не бывает», и сейчас Георгий фиксировал каждую незначительную деталь в попытках обнаружить подвох. Увы, ситуация не походила ни на один из множества известных способов лишения финансов ближнего своего. Это озадачивало.

- Вам, наверное, интересно, с какой целью вы приглашены сюда? – Глик отложил в сторону пачку бумаг и внимательно посмотрел на Южнова. – Во-первых, можете расслабиться. Никто не собирается делать с вами ничего такого…

- Ага, - со скепсисом в голове покивал головой журналист, принимая из рук симпатичной секретарши чашку с напитком.

- Понятно, - Глик развел руками, - профессиональная привычка. Ну что же… Если я скажу, что существует некая группа людей с очень интересными обычаями и нам требуется внедрить туда человека, Вы мне поверите?

- Сектанты? – Южнов брезгливо поморщился, - Знакомо. Не люблю эту публику.

- Не совсем секта, - Глик задумчиво сцепил пальцы рук, - все намного сложнее.

- Не понял, - журналист нахмурился, - можно поподробнее?

- Конечно, - согласился Глик, - но сперва… Вас не затруднит пройти небольшое медицинское обследование? Это недолго, все необходимое находится в соседнем помещении.

- Обследование? – Георгий искренне изумился, - зачем?

- Так надо, - туманно пояснил Глик, вынимая из ящика стола пачку купюр, - Кстати, вот ваши деньги. Пройдете обследование – получите еще столько же. Договорились?

- Ничего не понимаю, - пробормотал обескураженный журналист.

- Скоро поймете, - обнадежил Южнова Глик и повернулся к вошедшему пожилому мужчине в белом халате, - доктор, вы знаете, что делать.

- Знаю, знаю, - отмахнулся врач, разглядывая Георгия, как некую разновидность таракана, - хм. Ну, молодой человек, пойдемте.

- Снимайте верхнюю одежду и садитесь! – мрачно приказал доктор, махнув рукой в сторону кресла, наводящего малоприятные мысли о стоматологическом кабинете. Над креслом нависала сложная конструкция, опутанная проводами. – Что вы застыли?

- Первый раз такое вижу, - честно признался Южнов, разглядывая незнакомую аппаратуру. – Что это вообще такое?

- Экспериментальное оборудование, - проворчал доктор, наблюдая за попытки Георгия устроиться поудобнее, - вытяните руки вдоль тела.

Кресло зашипело, принимая горизонтальное положение. Аппарат над головой негромко зашумел, защелкали реле. По телу пробежал веер голубоватых лучиков.

- Хорошо, - кивнул доктор, вставая из-за терминала, - давайте сюда правую руку.

- Никаких инъекций! – журналист нервно скрестил руки на груди.

Несколько секунд мужчины молча сверлили друг друга глазами.

- Можете объяснить, при чем здесь инъекция? – поинтересовался врач.

- Просто не хочу, - отрезал Георгий, - откуда я знаю, что вы там придумали? Вколете мне какую-нибудь дрянь и разберете на запчасти!

- Вот это самомнение! – фыркнул доктор, - Кому, скажите на милость, нужны ваши, будем честными, не первой свежести органы? Легкие прокурены, печень – хоть в кунсткамеру… Руку давайте.

Южнов, обиженно сопя, послушался. Доктор извлек очередное неизвестное устройство и, взяв Георгия за руку, приложил палец к светящейся красным панельке. Аппарат негромко зажужжал, заморгала контрольная лампочка. - Можете вставать, - доктор повернулся к монитору и всмотрелся в бегущие по экрану строки.

- Чешется! – Пожаловался Южнов, разглядывая подушечку указательного пальца, - Что это вообще было?

- Микросрез кожи, - пожал плечами врач, вынимая из принтера лист распечатки, - для анализа ДНК и крови. Одевайтесь, как будете готовы - возвращайтесь к Майклу.

Дверь кабинета Глика была приоткрыта, оттуда доносились недовольные голоса. Георгий присел на диван в приемной и внимательно прислушался.

- Я считаю это ошибкой! – доктор был сильно чем-то недоволен, - Он...

- Отлично подходит, - спокойно закончил фразу Глик, - вы сомневаетесь в наших психологах и аналитиках?

- Не сомневаюсь! Только сидеть в кабинете и щелкать клавишами – это одно, а…

- Успокойтесь, доктор, - в голосе Майкла зазвучал приказ, - Что с обследованием?

- Лучше и быть не может, - раздраженно ответил доктор, - все совпадает. Только…

- Только что?

- Я не уверен, что он справится. У нас же есть…

- Доктор! – Повысил голос Глик, - решение принимаю пока еще я. Будьте добры, пригласите его.

- Заходите, - выскочивший из кабинета врач посмотрел на Южнова с неприязнью и одновременно сочувствием.

- А вы боялись, - улыбнулся вошедшему Георгию Глик, - не съел вас доктор.

- Продолжайте, пожалуйста, - попросил журналист, - так что там за секта?

- Не секта, - Майкл встал из-за стола и начал ходить по кабинету, - понимаете… Как бы это объяснить… Представьте себе территорию размером с Псковскую область, на которой воссозданы условия жизни раннего средневековья.

- Ролевики? – поднял брови Георгий, - настолько масштабная историческая реконструкция?

- Нет, - отмахнулся Глик, - тут все сложнее. Когда реконструктор -ролевик отправляется помахать мечом и пострелять из лука – он всегда знает, что это просто игра. А эти люди так живут! Он не знает, что такое техника. Что существуют антибиотики и что Гагарин летал в космос. Образ жизни - средневековье. Понимаете?

- Быть не может, - Георгий недоверчиво покачал головой, - как это вообще возможно?..

- Мы сами не можем этого понять, - вздохнул Глик, - может быть, это было очередным масштабным экспериментом. Концов теперь не найдешь.

- А вам-то что от них нужно? – поинтересовался Южнов. – Ну живут себе ребята... Хотя подождите.

- Поняли, да? – одобрительно хмыкнул Глик, - Чтобы полностью забылись первичные знания, должно смениться не менее трех поколений. Это почти 150 лет! А они до сих пор с успехом сохраняют полную автономию и изоляцию от остального мира.

- Вот это и странно, - задумался журналист, - они что, сидят на какой-нибудь неприступной горе? Как динозавры в «Затерянном мире»?

- Особой популярностью у туристов этот район не пользуется, это верно. Но основная причина тут в другом. По нашим данным, часть этих людей обладает ярко выраженными паранормальными способностями.

- Чем??? – от неожиданности Георгий пролил кофе на джинсы.

- Вот именно, - ухмыльнулся Глик, - эти товарищи умеют колдовать.

- Не верю, - помотал головой Южнов, - это, простите, уже слишком.

- Спорить о том, что такое магия, мы сейчас не будем, - кивнул головой Глик, - но факт есть факт. И нам очень хочется выяснить, каким образом у них появились эти умения.

- Таааак, - протянул Южнов, - выяснять это, надо понимать, буду я?

- Вы обладаете всеми качествами, необходимыми для выполнения этой задачи. Вы журналист криминальной хроники – я сам видел нескольких Ваших репортажей. Заморочить всем голову и пролезть внутрь секты – у вас это получается с блеском. Работали в зонах боевых действий. Увлекаетесь историческими реконструкциями… Да сами все понимаете. Вы должны быть для них своим, вот и станете своим.

- Ну вы даете, - Южнов изумленно покачал головой, - даже если хоть на секунду допустить, что это все не дурацкий розыгрыш, то я там не проживу и дня! Допустим, у меня достаточно наглости и дури и я знаю с какой стороны держать меч, но остальное-то!

- Неужели вы думаете, что мы отправим вас туда без подготовки и с пустыми руками?

- М-да, - растерянно пробормотал Южнов, - а что будет, если я откажусь?

- Что будет? – Глик уселся в кресло и с сочувствием поглядел на Георгия, - Да ничего не будет! Поедете к себе домой, купите очередную бутылку на заработанные деньги… Кстати, вот обещанная вторая часть, - на столе появилась очередная пачка денег, - и продолжите свой путь к циррозу печени в мыслях о том, что отказались от величайшего приключения в своей жизни.

- А если я опубликую все то, что только что услышал?

- Не смешите меня, - отмахнулся Майкл, - ну кто, скажите, вам сейчас поверит? Более того, никто не возьмет ваш материал. У вас «волчий билет», не забыли?

- Не забыл, - сжал зубы Южнов, - но все равно спасибо за напоминание.

- Не нужно обижаться, - примирительно начал Глик, - я внимательно изучил эту историю. Драка с нанесением средних телесных… Вы же стольким поганцам успели наступить на хвост! А ваши геройства на фронте? Да все либеральные журналисты спят и видят, как бы облить вас грязью. Любому ясно, что это было подстроено.

- Да понимаю я, - Южнов вздохнул, - просто когда я увидел, как эти выродки бьют девушку и пытаются затолкать ее в машину…

- Знаете, а ведь это еще одна из причин, по которой Вы сейчас здесь, - кивнул головой Глик, - большинство просто отвернулись бы и постарались отойти подальше… Вам будет намного проще освоиться среди тех людей. Что думаете?

- Мне просто нечего сказать, - виновато развел руками Георгий, - все это как-то неожиданно.

- Мы, кстати, еще не говорили о вознаграждении, - усмехнулся Майкл, - во-первых, мы полностью реабилитируем вас в глазах общества. Я уже общался с адвокатами, это дело техники.

- Надо понимать, будет что-то еще?

- Конечно! После окончания вашего задания, - Глик быстрым движением пробежал ручкой по листу бумаги и показал написанное Южнову, - вы получите вот такую сумму. Этого достаточно?

Ошарашенный Георгий молча глотал ртом воздух.

- А дальше поступайте, как сочтете нужным, - Глик скомкал лист и запустил бумажный комок в мусорную корзину, - В принципе, этих денег должно с избытком хватить на безбедную жизнь, но у вас же, извините, шило в одном месте… В общем, сами решите.

- А… - Южнов с трудом оторвал взгляд от комка бумаги в корзине и уставился на Глика.

- По моим расчетам, вам понадобится около полугода, - задумчиво продолжил Майкл, - плюс полгода на обучение и подготовку. В целом – около года. Считайте это командировкой.

- Неплохая такая командировка, - с трудом сосредоточившись, пробормотал Георгий, - что от меня требуется?

- Надо понимать, вы согласны?

- Смеетесь? – поднял брови Южнов, - Если все, что я сейчас услышал, правда…

- Сами скоро увидите, - Глик встал из-за стола, - я сейчас подготовлю пару документов, а вы пока пейте кофе и приводите мысли в порядок.

Георгий уставился на чашку остывшего кофе, про который совершенно забыл. Глик усмехнулся.

- Сейчас вам новый сделают, - Майкл остановился в дверях, - не буду вас отвлекать. Посидите, подумайте…

Проскользнувшая в дверь девушка поставила на столик новую чашку и бесшумно скрылась за дверью. Южнов, машинально прихлебывая горячий кофе, лихорадочно пытался осмыслить услышанное. Получалось скверно. Покоя не давала сумма, написанная на листке. Георгий неожиданно зевнул и с удивлением заметил, что чашка уже пустая.

- Ничего себе! – С уважением пробормотал журналист, отставляя пустую чашку, - Надо же, как меня накрыло! Реакция организма на стресс…

- Знаете, в чем прелесть кофе? – Поинтересовался вернувшийся в кабинет Глик, - Кофе идеально отбивает запах снотворного.

- Зачем? – Заплетающимся языком промямлил Георгий, из последних сил сопротивляясь подступающему беспамятству.

- Чтобы сэкономить время и ваши, между прочим, нервы. Расслабьтесь, все будет хорошо.

Последних слов Южнов уже не слышал.

Глава 2

Запах в помещении был непривычный. Прохладный кондиционированный воздух отдавал смесью южных растений и немного антисептиком, напоминая запах в отелях на побережье Средиземного моря.

- Интересно, - поинтересовался сам у себя Георгий, - где я? И какие приключения нашлись на мою многострадальную задницу?

Глаза открывать не хотелось. Сильно кружилась голова, во всем теле ощущалась отвратительная слабость. Довершал букет неприятных ощущений мерзкий горьковатый привкус во рту. Южнов попытался пошевелить правой рукой. Пальцы слушались, но поднять руку не удалось.

- Доброе утро! – раздался знакомый голос.

Георгий с трудом разлепил глаза и, не поднимая головы, огляделся. Жалюзи на окнах создавали приятный полумрак, вдоль стены моргали лампочками приборы явно медицинского назначения. – Как себя чувствуете? – На стуле в углу обнаружился Глик, с интересом наблюдающий за проснувшимся Георгием.

- Хреново! – хрипло прокаркал Южнов и попытался сплюнуть, - Что за дрянь у меня во рту?

- Сейчас, потерпите секундочку, - Майкл заговорил на незнакомом Георгию языке с вошедшей медсестрой. Смуглая девушка, выслушав Глика, принялась снимать с запястий Южнова фиксирующие руки манжеты, - постарайтесь не делать резких движений.

- Не смешно, - буркнул Георгий, рассматривая правую руку. Вдоль указательного пальца шли едва заметные следы хирургического шва. Похожие следы оказались и на левом запястье. – Что вы тут со мной…

- Прополощите рот, - перебил его Глик, - нет, не глотайте. Выплюньте обратно в стакан.

Георгий, с трудом шевеля руками, принял из рук девушки мензурку с полупрозрачной белесой жидкостью. Рот обожгло, но неприятный привкус исчез.

- А вот это уже стоит выпить, - роль доктора явно доставляла Глику удовольствие, - да не бойтесь вы!

- Ну и гадость! – Южнов принюхался к содержимому очередной мензурки и, повинуясь жесту Майкла, проглотил лекарство, - И вообще хватит уже заговаривать мне зубы! Зачем нужен был балаган со снотворным? Где мы сейчас находимся? Откуда шрамы? Сколько я тут уже…

- Как много вопросов, - усмехнулся Глик, - признаю, вполне закономерных. Готовы слушать?

Георгий, еще раз придирчиво осмотрев руки, молча кивнул.

- Как я уже говорил, - Глик поднялся со стула и начал расхаживать по палате, - что для реализации задачи требуется серьезная подготовка. Вы же еще не забыли, какую работу предстоит выполнить? Никакого современного оборудования или оружия! А отправляться без него – это подписать себе смертный приговор. Даже если вас не пристукнет какой-нибудь доблестный воин – без своевременной медицинской помощи рано или поздно загнетесь от банальной лихорадки или кишечной инфекции. Дело времени.

- Ааа… - растерянно захлопал глазами Георгий, но, повинуясь жесту Глика, замолчал.

- У местных организм гораздо крепче, - Майкл продолжал лекцию, - они прекрасно приспособились. Да, случись у них эпидемия той же чумы – им несдобровать. Но, скажем так, в бытовых вопросах сравнивать их закалку с нашими изнеженными организмами - глупо. Понимаете?

Южнов молча ел Глика глазами.

- В военном плане тоже не все так просто. В средние века воина обучали обращению с оружием с детства! Фраза «Меч – продолжение руки» не просто красивая метафора. В искусстве владения мечом современный человек никогда не сможет достичь уровня самого посредственного средневекового пехотинца. Увы.

- Я что-то уже не понимаю, - пожаловался окончательно сбитый с толку Георгий, - вы сейчас мне доходчиво объясняете, что шансов никаких? «Оставь надежду» и далее по тексту? Обнадеживает, что уж там.

- Вы решили, что я вас пугаю? – Глик ухмыльнулся, - Неееет! Я рассказываю все эти страшные вещи исключительно для того, чтобы вы спокойнее отнеслись к той информации, которую сейчас услышите. Напомню еще раз: современное оружие, инструменты, медикаменты, как говорится, проносить запрещено. А без них – проще повеситься. Какой выход?

Георгий, как завороженный, рассматривал следы швов на руках.

- Правильно! – одобрительно кивнул Глик, - все необходимое нужно спрятать внутри. Точнее, все необходимое УЖЕ спрятано внутри. Профессор колдовал с вами два месяца.

- Что??? – Взвыл Южнов, - Сколько??? Да как вы…

- Вот именно поэтому пришлось прибегнуть к такому нехитрому средству, как снотворное, - Глик виновато развел руками, - иначе бы мы еще полгода потеряли исключительно на уговоры. А так... Уснули обычным человеком, а проснулись…

- Кем? – Южнов смотрел в глаза Глику, - Кем я проснулся?

- Скоро узнаете, - Майкл усмехнулся, - потерпите еще немного, ладно? Обещаю, что вам понравится.

- Ладно, потерплю. Спать охота, - Георгий широко зевнул и неожиданно возмущенно уставился на Глика, - вы что, опять меня снотворным напоили?

- Для вашей же пользы! – жизнерадостно ухмыльнулся Майкл, - Больше не буду. Честное слово!

Мужчина жестом поманил медсестру и бесшумно исчез за дверью.

- Почти сутки спит! – Георгия разбудил знакомый голос, - Даже немного завидно.

- Это потому, что у меня совесть чистая, - съязвил Южнов, потирая глаза.

- Выспались? – стоящий рядом с Гликом уже знакомый доктор отложил в сторону распечатку и уставился на Георгия поверх очков, - Как себя чувствуете?

- Ааа… - Южнов с удивлением прислушался к ощущениям. Легкая слабость еще чувствовалась, но во всем остальном организм производил явно позитивное впечатление, - А знаете, неплохо!

- Я же вам говорил, - бесстрастно пожал плечами доктор, - адаптация тканей идет с опережением графика. Через неделю можете давать полную нагрузку.

- А сейчас что? – Георгий неожиданно почувствовал урчание в животе, - Я, кстати, есть хочу!

- Еще бы, - усмехнулся доктор, - Ваш метаболизм теперь ускорен раза в два. Быстрее мышцы нарастут, а то смотреть грустно.

- Кстати, - вмешался Глик, - познакомьтесь. Это профессор Вайдинер, маг и волшебник нейрохирургии.

- Можно просто Иосиф, - хмыкнул профессор, - ну или «доктор». Вам сейчас поесть принесут, а потом мы немного пообщаемся. А то вы от любопытства, кажется, уже готовы скоропостижно скончаться.

- Я еще пока не определился, - фыркнул Георгий, - помру я от голода или от любопытства.

- Эту дилемму мы сейчас разрешим, - Глик впустил медсестру с подносом, заставленным тарелками, - теперь хотя бы смерть от голода вам не грозит.

Девушка, пристроив поднос на стоящем неподалеку столике, обошла лежащего Южнова и щелкнула переключателем. Механизм зашипел, трансформируя кровать в полулежачее кресло. Подняв по краям две рамки, медсестра установила на них поднос, улыбнулась Георгию и отошла в сторону.

- Спасибо, - благодарно кивнул Южнов, - как тебя зовут?

Девушка беспомощно пожала плечами.

- Ее зовут Леа, - пришел на помощь Глик, - она не понимает по-русски.

Майкл перебросился с медсестрой несколькими фразами, девушка еще раз улыбнулась Южнову и вышла из комнаты. Язык казался Георгию смутно знакомым.

- Это сефардский иврит, - Глик скользнул взглядом по тарелкам на подносе, - а это еда. Приятного аппетита. Вставать пока не стоит, хорошо?

- Договорились, - пробурчал с набитым ртом Георгий.

- Одной проблемой меньше, - резюмировал Глик, - голодная смерть временно отменяется.

Леа уже унесла поднос с пустыми тарелками и опустила жалюзи.

- Зато смерть от любопытства все ближе, - фыркнул Южнов, - доктор?..

- Никакого терпения, - усмехнулся Вайдингер, включая внушительного размера монитор на стене, - хотя прекрасно могу вас понять. Ладно, давайте начнем…

- Презентацию, - подсказал Глик. Профессор мрачно покосился на Майкла, но промолчал. – У меня к вам просьба, - Глик обратился к Южнову, - не задавайте ненужных вопросов, хорошо? Есть ряд моментов, рассказать про которые мы просто не имеем права. Договорились?

Георгий молча кивнул.

- Начнем, пожалуй, с иммунной системы, - профессор вывел на экран объемную модель человеческого тела, подсветив кровеносные сосуды, - задействована универсальная нановакцина AS-15. Численность активных элементов саморегулирующаяся, эффективна против любых патогенных микроорганизмов.

- А можно перевести на русский? – робко попросил Южнов, - В смысле, для тупых.

- Ээээ, - Вайдинер задумчиво снял очки и потер переносицу, - у вас в крови теперь находится армия нанороботов. Они настроены на ваш ДНК и уничтожают все, так сказать, лишнее. Вам теперь любые болезни нипочем, начиная простудой и заканчивая проказой. Более того, - профессор хитро прищурился, - наночастицы могут проникать во все органы, включая пищеварительный тракт и нейтрализовывать вредные токсины. Иными словами, можете теперь пить хоть спиртосодержащий растворитель для краски, у вас даже похмелья не будет.

- Ого, - Южнов машинально посмотрел на собственную руку, как будто надеялся увидеть волшебные наночастицы, - впечатляет.

- Имейте в виду, - продолжил профессор, - что при обнаружении инфекции нановакцина увеличивает численность. Материал для репликации она берет из вашего же организма. Будьте готовы, что, заразившись, сначала почувствуете упадок сил, температуру, а через несколько часов сильный голод – организму нужно восполнять истраченные ресурсы.

- Подождите, - встрепенулся Южнов, - кем и когда эта технология была разработана? Почему до сих пор…

- А вот это, - негромко оборвал его Глик, - вопрос ненужный. Как поняли?

- Аааа… - Георгий осекся и пару секунд переваривал информацию, - Усвоил.

- Считайте, что у вас внутри спрятана небольшая больница, - улыбнулся Вайдингер, - понятное дело, что отрубленную руку нановакцина обратно не пришьет, но с заражением при ранении справится легко. И еще остановит кровь, ускорит регенерацию тканей…

- А вот про отрубленную руку вы вовремя напомнили, - хмыкнул Южнов, - борьба с болячками – это, конечно, хорошо, но…

- «Хорошо, но!», - передразнил профессор, - Много вы навоюете, подцепив, к примеру, банальную дизентерию? Короткими перебежками от куста к кусту?

- Молчу! – капитулировал Южнов, в деталях представив себе озвученную профессором неприглядную картину.

- Добавим сюда, извините, венерические заболевания, - не унимался профессор, - средневековый образ жизни не предусматривает широкого распространения контрацептивов! Ходили бы и радовались, что сифилис еще не… - Вайдингер поймал взгляд Глика и осекся, - М-да. Что-то мы отвлеклись. По поводу вакцины еще поговорим. А сейчас…

Профессор отключил изображение кровеносной системы.

- Вы должны знать, что человеческий организм в ходе жизнедеятельности производит колоссальное количество энергии, - профессор сложил руки на груди, - и большая часть этой энергии расходуется впустую. Более того, от нее еще приходится избавляться, а это требует дополнительных энергозатрат. Тепловая энергия – только верхний слой, самый наглядный. А есть еще электрохимическая, механическая… Смотрите. Это энергетический накопитель. Здесь собирается вся избыточная энергия вашего тела, - на схеме засветилась яркая точка, от нее во все стороны протянулась целая сеть нитей, напоминающая нервную систему, - время полного заряда, если так можно выразиться, около суток. Чем активнее ваша деятельность, тем быстрее идет заряд. Кроме того, аккумулятор забирает излишнее тепло – на сильной жаре вы это оцените.

- И что потом мне, - Георгий ощупал пальцами грудь, но ничего нового не обнаружил, - с этой энергией делать? Телефон заряжать?

- Ооо, тут начинается самое интересное! – Вайдингер хитро усмехнулся, - накопленную энергию можно расходовать при помощи широкополосных излучателей. Например, разжечь костер.

- Магия вне Хогвартса запрещена, - машинально отшутился ошарашенный Южнов.

- Ну, если Вам удобнее использовать сравнение с развлекательной литературой, то наиболее близкий аналог Ваших способностей – магия жеста. Вы же знакомы с произведениями Сапковского?

- Ну ничего себе! – Южнов обалдело захлопал глазами, - Вы сейчас серьезно?

- Вот, поглядите-ка сюда, - от светящейся точки протянулись несколько нитей, - в запястье левой руки вживлен датчик-контроллер. Попробуйте вытянуть вперед руку и скрестить указательный и безымянный пальцы. Чувствуете, как напряглись сухожилия? Датчик считывает эту комбинацию и активирует излучатель. Сила напряжения кисти управляет мощностью излучения. Жестов всего четыре, будете тренироваться.

- Не понял, - Южнов озадаченно рассматривал руку и попытался повторить жест, - тренироваться чему?

- Жестикуляцию нужно довести до полного автоматизма, - снисходительно пояснил Глик, - в бою не будет времени вспоминать, каким жестом сбить противника с ног. И случайно не прожечь себе же дыру в штанах. Если бы имплант был активен, ты бы уже заработал себе серьезный ожог лица.

Южнов нервно отдернул руку от лица и растопырил пальцы.

- Ну, по поводу ожога лица он пошутил, - усмехнулся профессор, - система жестов построена таким образом, что направить на себя излучатель просто невозможно. В целях, как понимаете, безопасности.

- А что я могу делать? – Георгий с опаской пошевелил пальцами, - Вы говорили, четыре жеста…

- Ну, это просто, – профессор почесал переносицу и начал загибать пальцы, - расширяющееся силовое поле – раз. Сбить врага с ног, опрокинуть предмет… Направленный луч микроволнового излучения – два. Разжечь огонь или, например, поджарить врага в доспехе. Три – купольный силовой щит. Сможете прикрываться от стрел. Четыре – генерация электромагнитных волн, угнетающих дельта-ритмы мозга. Успокоить лошадь, отвлечь собаку… Человек потеряет внимание и захочет спать.

- Слушайте, - Георгий впился глазами в профессора, - Вы так шутите? Это же…

- Готовое прикладное решение боевой биоэнергетики. - Глик пожал плечами, - Зачем усложнять и придумывать что-то новое? Производители компьютерных игр не зря свои деньги получают. Было бы глупо не воспользоваться, верно?

- А силовые поля, подавитель активности мозга, они… - Южнов увидел выражение лица Глика, - ненужный вопрос, да?

- Сами же все понимаете, - Глик вздохнул.

- Идем дальше? – Вайдингер, наслаждаясь произведенным эффектом, потер руки, - это были, так сказать, активные функции. Перейдем к пассивным. Активируются уровнем адреналина и кортизона в крови и, по сути, эмоциональными всплесками. Поглядите-ка на правую руку. Видите что-нибудь?

- Кроме шрамов… - Георгий уставился на ладонь, - а что там?

- Шрамы скоро исчезнут. В первую фалангу указательного пальца имплантирован высоковольтный контакт. Догадываетесь, зачем?

- Долбануть кого-нибудь током? – предположил Южнов, - для этого руку надо пожать?

- Разряд вызывает спазм мышц кисти, - в голосе профессора появились интонации терпеливого родителя, объясняющего элементарные вещи умственно отсталому ребенку, - в бою на мечах поможет выбить оружие из рук противника. Он и не поймет, что произошло.

- А как…

- При должном уровне адреналина активируется сам, - ответил на недосказанный вопрос профессор, - кроме него запускается еще одна цепь, - на схеме подсветилась целая сеть нитей, частично уходящих в мозг, - которая принудительно стимулирует симпатическую нервную систему… Что, опять непонятно?

Георгий, окончательно запутавшись, нервно закивал.

- Обостряет и ускоряет реакции при сильном испуге или злости, - устало пояснил профессор, - снижает порог болевой чувствительности и увеличивает мышечный тонус. В стрессовой ситуации делает вас более быстрым, сильным, ловким… Сканер энергетической активности и компас работают постоянно. Монитор выведен непосредственно на глазной нерв, со временем привыкнете.

- Компас? – Южнов неожиданно задумался, - магнитный или GPS?

- Магнитный, - отрезал профессор, - вы не в компьютерной игре, и карта… А?

Георгий отсутствующим взглядом смотрел сквозь ученых. Мужчины недоуменно переглянулись.

- Я надеюсь, - тщательно подбирая слова, начал Южнов, - что мой следующий вопрос не входит в число ненужных. Куда вы планируете меня отправить? Точнее, «в когда»?

Вайдингер растерянно уставился на Глика.

- Браво! – Майкл захлопал в ладоши, - Вот так! – последняя фраза была адресована профессору, - Я вам говорил! С вас бутылка.

- Однако… - Вайдингер рассматривал Южнова с невольным уважением, - Как вы поняли?

- Я просто предположил, - Георгий пожал плечами, - смотрите сами. Компас, да? Такая масштабная техническая подготовка, и вдруг вместо привычной спутниковой навигации примитивный магнитный компас! Почему? Нет зоны покрытия? Глупости – спутники охватывают всю планету. На крайний случай существуют российская и китайская дублирующие системы. Так в чем дело? Только в одном – в отсутствии спутников на орбите!

- Логично! – одобрил Глик, - давай дальше.

- Дальше проще. Где может находиться эта, как ты изволил выразиться, «закрытая организация»? – Георгий молчаливо поддержал инициативу Майкла и тоже перешел на «ты», - С учетом вашей технической базы можно строить самые смелые предположения. Я насчитал три варианта. Другая планета, параллельная реальность, другое время. Но самую главную подсказку мне дали вы, доктор.

Вайдингер молча хлопал глазами.

- Вы упомянули венерические болезни, и начали говорить про, извините, сифилис! Помните, что вы сказали? Что «его еще не…» Какому такому «не» я должен был радоваться? Может быть тому, что Колумб еще не привез этот своеобразный сувенир в Европу?

- Молодец! – Глик сиял, как начищенный самовар, - Продолжай. Хочу послушать твои рассуждения.

- Ну а чего там осталось, - Южнов призадумался, - развлекаться с магией было теоретически безопасно до середины двенадцатого века, позже слишком рискованно – дело берет в свои руки инквизиция во главе с отбитым на всю голову Торквемадой… Место действия на широте Египта, сами упоминали жару. Подходит период крестовых походов… - Георгий осекся и вытаращился на ученых, - Крестовые походы! Господи! Орден Тамплиеров?

- Хорошо, что я хоть здесь проявил здравомыслие и отказался спорить, - не глядя на Глика, проворчал Вайдингер, - хватит вам и одной бутылки.

- А что это за история с бутылкой, кстати?

- А мы с Иосифом поспорили, - Глик ухмыльнулся, - как быстро ты догадаешься о цели операции. Я выиграл. Вот. Как тебе презентация?

- Это теперь еще вопрос, кто кому устраивал презентацию, - недоверчиво разглядывая Южнова, пробормотал профессор. – Еще будут вопросы?

- Я думаю, что на сегодня с меня хватит, - поморщился Георгий, - переварить бы услышанное и не лопнуть от переизбытка эмоций.

- Вот и замечательно, - доктор удовлетворенно потер руки, - тогда предлагаю заняться обучением.

Неслышно вошедшая медсестра щелкнула переключателем, возвращая кровать в первоначальный вид, и подкатила к изголовью тяжелый аппарат непонятного вида. Перед лицом Георгия навис полупрозрачный изогнутый экран.

- Это что еще за «Анимус»? – с опаской потрогав экран, поинтересовался Южнов.

Леа, колдующая над панелью управления прибором, хихикнула. Георгий покосился на девушку.

- Синаптический трансмиттер, - доктор опять вошел в роль лектора, - вводит Вас в легкое гипнотическое состояние и записывает информацию непосредственно в префронтальную зону мозга. Намного удобнее, чем сидеть с учебником.

- Внушительно, - покосившись на сложную контрольную панель, прокомментировал Георгий, - чему учиться будем?

- Объем предстоит большой. Денежная система, дворянские титулы, католическая церковь… - доктор обменялся с девушкой несколькими фразами, - А начнем с латыни. Готовы?

Южнов поймал вопросительный взгляд девушки и решительно кивнул в ответ. На экране засветилась сложная мозаика из множества точек. Элементы рисунка двигались, менялись, распадались и собирались заново, собирались и распадались, собирались и распадались…

Леа, внимательно следящая за контрольным дисплеем, повернулась к мужчинам и кивнула. Глик и Вайдингер, стараясь не шуметь, вышли из помещения.

Глава 3

- Тебе лежать еще не надоело? - Жизнерадостно поприветствовал Южнова вошедший Глик.

Еще как! - Георгий с мрачным видом огляделся, - Сколько я тут уже маринуюсь? Скоро корни пущу. - Южнов погладил по руке подошедшую медсестру, - Вот мое единственное спасение…

- Она тебя все равно не понимает, - фыркнул Майкл, - так что можешь не стараться.

- Мог бы и перевести!

Глик пожал плечами и произнес несколько фраз на сефардском. Леа расхохоталась и погладила Южнова по голове.

- Чего ты ей там наговорил? - поинтересовался Георгий.

- Что ты терпеть не мог свою тещу, и мечтал заставить ее тебе прислуживать - ухмыльнулся Майкл, - а Леа очень на нее похожа, и поэтому…

- Чтооо??? - Южнов аж подпрыгнул, - ты ничего умнее придумать не мог? Скажи ей, что пошутил!

- И не подумаю, - Глик с хитрым выражением лица скрестил руки на груди, - личного переводчика у тебя не будет, так что учись сам решать языковые трудности.

- Аээээ… - Георгий в отчаянной попытке преодолеть лингвистический барьер погладил девушку по попе, за что моментально заработал крепкий подзатыльник.

- М-да, - невозмутимо оценил ситуацию Глик, - очень результативно.

Георгий растерянно развел руками.

- Ничего, - утешил его Майкл, - в следующий раз что-нибудь получится. А сейчас…

В помещение вошел загорелый мужчина в камуфляже песчаной расцветки и с мрачным лицом уставился на Южнова.

- Знакомься, - Глик с довольным видом потер руки, - это Арно Эбер. Просто кладезь знаний о Средневековье, отлично говорит на латыни…

Георгий покосился на Майкла с нескрываемым недоумением. Крепкий, жилистый, с тяжелой квадратной челюстью и совершенно лысый, Арно больше напоминал наемного головореза, а не ученого-историка. Откровенно бандитский образ дополнял старый шрам от сабельного удара на щеке.

- А еще, - Майкл ухмыльнулся, заметив замешательство Южнова, - Арно у нас непревзойденный эксперт по холодному оружию. Лучший фехтовальщик на мечах. Будет у тебя инструктором.

- Никогда о нем не слышал, - признался Георгий, - а я, все-таки…

- Забудь. Как вы там презрительно называете ролевиков, изображающих персонажей жанра “фентези”?

- Толчки, - фыркнул Южнов, - производное от Толки…

- С этого момента можешь честно считать себя вот этим самым “толчком”, - беспощадно перебил его Глик, - потому что, уж прости за правду, все ваши псевдоисторические игрища никакой связи с исторической реальностью не имеют. Если хочешь остаться живым - будешь учиться. Как понял?

- Как скажешь, - развел руками Южнов, - ты начальник.

- Вот и отлично, - Глик кивнул, - Арно! Ты знаешь, что нужно делать.

- Это что? - Южнов принял из рук девушки небольшой сверток. Леа подмигнула.

- Твоя одежда, - Глик пожал плечами, - ты же не собираешься воевать без штанов, лингвист?

- Жду тебя во дворе, - прервал молчание Арно, - через десять минут.

- Утро начинается не с кофе, - проворчал Южнов, слезая с кровати.

- Вот это я влип! - Прикрывая рукой глаза, простонал Южнов, - а этот фен все время будет дуть?

Солнце пекло немилосердно. Георгий, обливаясь потом, хватал ртом горячий воздух.

- Скоро привыкнешь, - обнадежил его Арно, - не останавливаемся!

Инструктор, скептически оглядев Георгия, предложил начать с “небольшой пробежки” по территории лагеря. Поначалу Южнов с любопытством таращился по сторонам, а потом Арно прибавил скорости и Георгию стало уже не до достопримечательностей. Под конец пробежки Южнов уже окончательно одурел от жары и не сразу сообразил, что забег окончен.

- Могло быть и хуже, - задумчиво глядя на сидящего в тени полубесчувственного подопечного, заключил Арно. Сам инструктор даже не запыхался. - Я думал, тебя хватит максимум на полдороги. Ну что же…

- А? - обалдело тряся головой, переспросил Южнов, - Чего?

- Ничего, - инструктор протянул бутылку с водой, - отдыхай. Заслужил.

- Деревянные, утяжеленные свинцом до реального веса, - поигрывая тренировочным мечом, разглагольствовал Арно, - на первое время я их обтянул мягким пластиком. Как детскую игрушку.

- Ничего себе “детская игрушка”, - взвешивая меч в руке, протянул Южнов, - получишь таким дрыном - мало не покажется!

- А ты не получай, - невозмутимо развел руками инструктор, - давай начнем. Хочу посмотреть, что ты умеешь.

- Ничего ты не умеешь, - подытожил Арно, помогая Южнову подняться с земли. - Будем начинать с самых основ.

- Согласен, - мрачно кивнул побитый Георгий, потирая плечо, - навалял ты мне не по-детски. А я-то, наивный, считал что умею держать меч в руках.

- Мало ли, что ты там считал, - фыркнул подошедший Глик, - Арно еще сделает из тебя человека.

- Это и пугает, - Георгий покосился на невозмутимого инструктора, - какие еще развлечения у нас в программе?

- Физическая подготовка, оружие, - Арно загибал пальцы на руке, - социальная адаптация и язык, верховая езда и уход за конем…

- Какой еще уход? - Вытаращился Южнов, - это еще зачем?

- Лошадь - отличное средство передвижения, но требует, как бы это сказать, - Глик ухмыльнулся, - ежедневного технического обслуживания. Понятно, что есть специально обученные конюхи, но это платный сервис. Поэтому поначалу сам, все сам…

- О, господи! - Южнов схватился за голову.

- Ага, - Глик жизнерадостно осклабился и открыл дверь подъехавшего джипа, - а сейчас давайте-ка на полигон. Доктор планирует откалибровать импланты.

- А ты куда собрался? - Южнов уже направился к автомобилю, но услышал голос Арно, - В средние века автомобиль еще не изобрели. Бегом!

- Посидите немного, - Вайдингер кивнул головой на полотняный стул с металлическим каркасом, - может немного закружиться голова.

Георгий покрутился, устраиваясь поудобнее, и выжидательно уставился на доктора. Вайдингер уткнулся носом в прибор, больше всего напоминающий тактический военный планшет. Арно и Глик с интересом наблюдали за процедурой.

- Тест систем пройден, - доктор опустил планшет и осмотрел Южнова поверх очков, - готовы?

- Готов, готов, - хмыкнул из своего угла Глик, - сами не видите? Он же сейчас лопнет.

- Ну, хорошо, - Вайдингер кивнул и снова уткнулся в экран прибора, - тогда поехали.

Георгий часто заморгал глазами и потряс головой. Недоуменно обвел глазами полупустой ангар, вытянул руку и покрутил ей перед глазами.

- Непривычное ощущение, да? - Доктор с легкой улыбкой изучал реакцию Южнова, - Не переживайте, скоро привыкнете.

- Я теперь все время буду это видеть? - пытаясь сосредоточиться на повисших перед глазами светящихся значках, поинтересовался Георгий, - И как мне теперь…

- Закройте глаза и индикация отключится, - успокоил его Вайдингер, - к тому же расположение элементов выбрано так, чтобы не мешать обзору. Яркость адаптивная - считывается с аккомодативной функции зрачка. Ночью не будет слепить.

- Как в компьютерной игре, - недоверчиво изучая вживленный интерфейс, пробормотал Южнов.

- Возможно, - покивал доктор, - смотрите внимательно. Слева - энергия бионакопителя, помечена значком молнии. Сейчас накопитель заряжен полностью, система автономная и работает без Вашего участия. Наверху - шкала компаса.

Южнов повернул голову - риски синхронно сдвинулись. Георгий еще раз поднял руки и, как зачарованный, уставился на мерцающие голубоватые нити, просвечивающие через кожу.

- Ага, заметили, - довольно констатировал доктор, - Вы можете видеть любую повышенную биоэнергетическую активность. Цветовая шкала интенсивности - от фиолетового к оранжевому. Вставайте. Голова больше не кружится?

Георгий сделал несколько неуверенных шагов.

- Сейчас попробуем откалибровать мощность излучателя, - Вайдингер снова уставился в планшет, - Вставайте на желтый квадрат. Видите ящик с красным кругом? Вытяните в этом направлении левую руку и сложите пальцы вот так, - доктор изобразил рукой хитрый жест, - давайте!

Южнов, чуть не высунув язык от усердия, со всей тщательностью повторил жест доктора. Голубоватые нити, опутывающие руку, разгорелись оранжевым светом. Ладони стало горячо, а затем со звуком, похожим на гулкий взрыв, руку толкнуло назад. Удар поднял с пола облако пыли, ящик разлетелся на куски. По металлической стене ангара застучали обломки досок.

- Ну ни … себе! - Обалдело выдохнул Южнов, круглыми глазами уставившись на собственную ладонь. Потом обернулся к наблюдателям. Арно сохранял невозмутимый вид, Глик с довольной ухмылкой показывал большой палец.

Рука снова слабо светилась голубоватым светом. Индикатор заряда уменьшился на треть.

- Впечатляет, верно? - С довольным видом поинтересовался Вайдингер, опустив планшет. - А теперь еще раз, но напрягите запястье изо всех сил.

Георгий, с опаской поглядывая на руку, тщательно прицелился в очередной ящик и, сжав зубы, напряг сухожилия.

- М-да, - пробормотал Вайдингер, когда пыль немного рассеялась, - на первых шагах имеет смысл снизить мощность до десяти процентов.

- Кажется, я истратил всю энергию, - смущенно пробормотал Южнов, - индикатор в нуле и моргает красным.

- Ничего страшного, энергия восполняется. - Глик с непроницаемым лицом переглянулся с Арно, - Пойду распоряжусь насчет крана. Стену надо поставить на место.

- Герцог подчиняется королю, имеет свою армию и флот, обращаться “Ваша светлость”.

- Хорошо! Не отставай! Барон?

- Владеет наделом от графа или виконта, обращаться “Ваша милость”...

Два месяца тренировок не прошли даром. Активирующие жесты были доведены практически до автоматизма, Георгий практически освоился с тяжелым тренировочным мечом, даже ежеутренние пробежки начали приносить какое-то подобие удовольствия. Арно не сбавлял темп - теперь пробежки сопровождались уроками латыни и средневекового быта.

- Не сбивай дыхание, дыши ровнее! Pater Noster!

- Pater noster, qui es in caelis, sanctificētur nomen tuum... - практически не задумываясь, послушно забормотал Южнов. Теория давалась легко - заложенные под гипнозом знания сами просились наружу.

- Как успехи? - У дверей центра в тени ждал Глик.

- Ужасно! - наябедничал Южнов, - Этот терминатор меня скоро в гроб вгонит.

- Плохо старается, - Майкл усмехнулся, - если у тебя еще остались силы шутить. Приводите себя в порядок, принимате душ и что там еще вам нужно и ко мне, дело есть.

Южнов вопросительно посмотрел на Арно, тот с непроницаемым лицом пожал плечами.

- Это тебе, - в качестве приветствия Глик вручил Южнову увесистую сумку, - померяй.

- Ого! - Уважительно протянул Георгий, разворачивая кольчугу из сероватого металла, - Какая легкая!

- Титановый сплав, - Майкл с интересом наблюдал за подопечным, - наденешь под куртку.

- А... - Южнов с озадаченным видом рассматривал сверток с одеждой.

- Привыкай. В камуфляже, конечно, ходить удобно, но немного не по эпохе, верно?

- С завтрашнего дня начинаем тренироваться на настоящих мечах, - обнадежил Арно, - заодно привыкнешь к новой одежде.

- Кстати, об оружии... - Глик выложил на стол очередной сверток, - полюбуйся. Делали специально для тебя.

Георгий развернул ткань и с недоверием уставился на полуторный меч-бастард в обшитых кожей ножнах.

- Выглядит, конечно, неказисто, - прокомментировал Глик, - зато внешне ничем не отличается от среднестатистического средневекового меча. Внешне, - Майкл выделил голосом последнее слово, - зато все остальное...

Южнов с опаской вытянул меч из ножен и, примерившись, покрутил в воздухе восьмерку. Глик с одобрением переглянулся с Арно.

- Кроме баланса есть еще несколько позитивных отличий. Сплав с вольфрамом - весит как стальной, зато практически не тупится и гораздо прочнее. Точить его, конечно, периодически придется.

- Хотя бы для того, чтобы не привлекать излишнего внимания, - пояснил Арно.

- Сам понимаешь, украшения и прочая ерунда только вызовет ненужные вопросы. - Глик пожал плечами и взглядом указал на дверь в глубине кабинета, - там комната отдыха. Иди переодевайся.

Одежда оказалась на удивление удобной и совершенно не стесняла движений. Высокие сапоги, штаны из мягкой кожи, стеганый подкольчужник и куртка с твердыми кожаными вставками оказались легкими и, к великому удивлению Георгия, совершенно не жаркими. Южнов затянул последние ремни, натянул на руки плотные кожаные перчатки с массивными заклепками, оглядел себя в зеркале и фыркнул.

- Вот это я понимаю! - одобрительно протянул Майкл, оценив внешность вошедшего Георгия, - Уже похож на человека.

- Похож, похож, - проворчал Георгий, пристраивая меч на боку. Ножны оказались тяжелыми и больно били по ноге, - Его действительно полагается так носить? Неудобно же.

- Дело привычки, - невозмутимо ответил Арно.

- А если... - Южнов отцепил ножны от пояса и перебросил их через плечо за спину, - О! А так можно?

- В принципе, не критично, - Арно задумчиво почесал голову, - правила ношения мечей были обязательными только в некоторых регулярных войсках. Если тебе так удобнее...

- Еще как удобнее, - обрадовался Георгий, пристраивая меч за спиной, - вот тут только немного болтается...

- Пришьем еще одно крепление, - отмахнулся Глик и с неподдельным интересом уставился на Южнова, - знаешь, на кого ты похож?

- Догадываюсь, - ухмыльнулся Георгий, - ты еще мне предложи волосы перекрасить. Перекись водорода есть?

- Обойдешься без мелирования, - Майкл фыркнул, - кстати, тебе пора бы придумать соответствующее имя и легенду. А тебе, - Глик покосился на безучастного Арно, - проследить, чтобы этот деятель откликался на него.

- Геральт из Ривии! - собравшись с духом, выпалил Южнов и уставился на наставников в ожидании реакции.

- Если ты надеешься, что удивил меня - ты ошибаешься, - Усмехнулся Глик, - я ожидал чего-то подобного. Арно?

- Имя как имя, - невозмутимо одобрил инструктор, - по крайней мере, он его точно не забудет и не перепутает.

- Значит, будешь Геральтом, - Майкл развел руками, - теперь надо придумать правдоподобную историю, кто ты и откуда.

- Ну, тут все просто, - Южнов почесал короткую бороду, - Я из княжества Польского, третий сын. Сидеть в родных болотах и кормить комаров надоело, решил искать воинской славы в Святой земле. Наемник. Любой каприз за ваши деньги.

- Годится, - Арно кивнул, - шансы, что тебя поймают на вранье, очень малы. Польша далеко, кроме слухов никто ничего и не слышал. Плюс хорошее оправдание твоему откровенно славянскому акценту.

- Только не княжество, а королевство, - поправил Глик, - ты по-польски что-нибудь можешь сказать?

- Kurva! - радостно выпалил Южнов и выжидательно уставился на Глика, - Ia pierdole!

Глик с обреченным видом покосился на Арно. Тот молча развел руками.

- Если ты в очередной раз надеялся нас удивить, - хмыкнул Майкл, - то снова не вышло. Я, как говорится, никогда не недооцениваю предсказуемость…

- Вайдингер считает, - сменил тему Арно, - что тренировки с ограничителями мощности имплантов надо заканчивать и браться за дело всерьез.

- А он... - Глик глазами показал на Южнова.

- Нормально, - инструктор в очередной раз пожал плечами, - Приемлемо.

- Тебе виднее, - Майкл отвернулся к окну.

- Эти штуки... - Южнов задумчиво пошевелил пальцами левой руки, - как-то нечестно.

- Ты переживаешь, что они дадут тебе превосходство в бою на мечах? - уточнил Арно, - Зря. Во-первых, у тебя не будет времени сконцентрироваться и ударить излучателем. А во-вторых...

- Во-вторых, на Арно твои фокусы не действуют, - закончил Глик.

- Как это? - Опешил Южнов, - В смысле "не действуют"?

- А вот так, - Глик откинулся в кресле, - не действуют, и все. Мы не настолько наивны, чтобы позволить тебе разгуливать по базе с полным набором боевых имплантов? Попробуй похулиганить - Арно из тебя паштет сделает. Считай, что нашелся твой персональный болт с левой резьбой.

- Ишь ты! - Георгий покосился на инструктора с невольным уважением - так я что, могу...

- Можешь, - кивнул Арно, - только сразу предупреждаю, это будет непросто.

- Можешь объяснить, зачем вся эта возня со мной? - Южнов покосился на невозмутимого Эбера, - у тебя же уже есть…

- Не задавай глупых вопросов, - Глик поморщился, как от зубной боли, - Арно слишком ценен. Если у тебя не выйдет - мы будем вынуждены отправить его. Но это, как понимаешь, крайний случай.

- Ты, надо понимать, в курсе? - Георгий с интересом уставился на инструктора.

- Конечно. - кивнул Арно, - твоя подготовка в моих интересах. Чтобы избежать этого “крайнего” случая. Поэтому…

- Понял, понял, - закатив глаза, простонал Южнов, - “И вечный бой…”

- “Покой нам только снится”, - закончил цитату Глик и взглядом указал на дверь. - Джентльмены, не смею вас задерживать.

Глава 4

- Долго мне еще стоять? - поинтересовался Арно, - давай уже и продолжим тренировки.

Инструктор стоял на песке, широко раскинув руки в стороны.

- Слушай, подожди, - попросил Южнов, с опаской поглядывая на левую руку. Вайдингер, недолго поколдовав над своим планшетом, буркнул “Готово” и теперь индикатор заряда зловеще упирался в отметку “100%”, - ты уверен? Стена ангара...

- Уверен, уверен, - нетерпеливо перебил его Арно, - никаких стен тут нет. А мне ничего не будет. Врежь уже мне, как следует!

- Ты сам попросил, - мрачно пробормотал Южнов, сложив кисть в жесте “гром”, - Удар!

Инструктор, стоящий в облаке поднявшейся пыли, даже не пошатнулся.

- Вот так, - резюмировал Арно и, оглядевшись, выпустил из руки в землю ветвистую молнию. Запахло озоном.

- Внушительно, - Южнов ногой аккуратно отковырял из песка кусок обсидиана, спавленный разрядом, - только зачем была эта… презентация?

- Майкл предложил, - Арно привычным жестом пожал плечами, - сказал, что так надо. Наверное, чтобы ты занимался делом, а не придумывал способы удрать из лагеря со всем арсеналом в качестве приза. Не знаю.

- Я и не придумывал ничего такого, - обиделся Георгий.

- Ну и хорошо, - Арно сделал вид, будто поверил и, усмехнувшись, потянул меч из ножен, - побаловались, и хватит. Нападай… - Арно на секунду запнулся, - Геральт!

- Как скажешь, - Южнов вздохнул и, обнажив клинок, неожиданно ухмыльнулся, - дядюшка Весемир!

- Ты меня удивляешь, - Глик задумчиво изучал тяжело дышащего Георгия, - ты что, совсем не боишься?

- Сам в шоке, - мрачно хмыкнул Южнов, покосившись на Арно, - любой другой уже полные штаны наделал бы только от одного его вида, а - нет. Такой я, видать, бесстрашный.

- Ничего не могу сделать, - признался Эбер, - он непрошибаем.

- А разозлить?

- Бесполезно, - Арно вздохнул, - он в бою холодный…

- Как мороженая треска, - закончил за него Южнов, - ну не расстраивайся так, дядюшка Весемир.

- Все веселишься, - Глик мрачно покосился на Георгия, - а зря.

- Это почему? - с вызовом поднял подбородок Южнов.

- Потому, что страх за собственную жизнь и ненависть к врагу в бою могут творить чудеса. Тебе что, реально все равно? Вот так вот пофиг?

- Дать волю своей ярости, - хмыкнул Южнов, - и мой путь на темную сторону силы будет завершен?

- Типа того, - невозмутимо кивнул Майкл, - и не ищи ненужных аналогий.

- Он не воспринимает меня, как врага, - неожиданно поддержал Южнова инструктор, - ничего страшного. Просто нужно еще немного времени.

- Это обнадеживает, - фыркнул Георгий, - еще пару недель… Что такое?

Глик жестом оборвал Южнова и, нахмурившись, прислушался. Георгий последовал его примеру.

- Вертолет? - Георгий недоуменно уставился на Майкла.

- И неприятности, - Глик был мрачнее тучи, - Что-то случилось.

- Что-то случилось… - Южнов с изумлением разглядывал заходящий на посадку аппарат, - Это же икс-два Сикорского! Экспериментальная модель, всего один экземпляр! Откуда…

- Оттуда, - невежливо перебил его Глик, сверля глазами вертолет, - Признаюсь, я ошибался насчет времени. Кажется, его у нас совсем нет. - Майкл дождался, пока грохот двигателя стихнет, - Пойдемте, поприветствуем начальство.

Начальство Георгию поприветствовать не удалось. Вертолетная площадка была оцеплена мрачными вооруженными до зубов типами в пустынном камуфляже. Пропустили только Глика, Южнову с Арно предоставили возможность наблюдать с безопасного расстояния.

Новоприбывший начальник коротко переговорил с Гликом, после чего сел в подъехавший джип и в сопровождении двух машин охраны двинулся к административному корпусу.

- Начинается веселье, - вернувшийся с церемонии встречи Глик мрачно развел руками, - босс изволит посмотреть, чему ты здесь научился. Считай это чем-то вроде выпускного экзамена.

- В смысле? - опешил Южнов, - какого экзамена? Что делать-то придется? Полоса препятствий, тир или что еще?

- Поединок. - Майкл покосился на Арно, - ты должен его победить.

- Что? - Южнов вытаращился на Глика, - Победить? Этого терминатора? Ты шутишь?

- Какие там шутки, - злобно буркнул Майкл, - я и сам не в восторге от этой идеи. Но шеф, понимаешь, требует демонстрации…

- Но мы же можем просто красиво позвенеть мечами, - рассудительно заметил Арно, - должно…

- Будешь драться в полную силу, - отрезал Глик. Арно оторопел. - А тебе, - Глик посмотрел в глаза Южнову, - придется сделать все возможное и невозможное и победить. Понял? - Последнее слово Глик почти выкрикнул, - Импровизируй! Собери все силы, но выиграй!

- Достаточно просто выбить у него меч, - раздался холодный голос.

Прилетевший человек в окружении нескольких телохранителей стоял неподалеку и рассматривал Южнова. Георгий с вызовом уставился в ответ. Ничем особо примечательным человек не отличался - сухопарый, с коротким ежиком седых волос и очень неприятными глазами. Георгию показалось, что его тщательно сканируют каким-то неизвестным рентгеном.

- Удачи, - негромко произнес Глик и отошел к седому. Арно обнажил оружие.

Южнов огляделся. На них смотрело множество людей - почти все служащие лагеря бросили свои обязанности и ждали поединка.

- Морфеус дерется с Нео, - пробормотал Южнов и потянул меч из ножен.

- Начинайте, - скомандовал седой.

Хотя Глик и рассказывал впоследствии, что бой шел всего несколько минут, Южнову показалось, что они бьются уже целый день. Арно не давал Георгию ни единого шанса - меч инструктора мастерски отражал все попытки атаки. Тяжело дышащий Южнов краем глаза заметил недовольное лицо седого. Тот переглянулся с Гликом и бросил ему несколько фраз. На лице Глика появилось отчаяние, он попытался что-то сказать, но седой недовольно покачал головой и знакомым жестом провел пальцем поперек шеи.

Меч в руках Арно, казалось, превратился в монолитный жалящий шар, замкнувшийся вокруг инструктора. Георгий ушел в глухую оборону и с отчаянием осознал, что его силы уже на исходе, а темп атак Арно не ослабевает. Эбер был безумно, просто нечеловечески быстр и первая же ошибка Георгия станет последней.

- “Неужели это конец? - ужаснулся Южнов, когда кончик меча Арно прорезал воздух в сантиметре от шеи, - как глупо”...

На смену ужасу пришла совершенно непривычная злость. Злость на Арно. Злость на Глика, который стоит и смотрит, как его убивают и ничего не хочет предпринять. Злость на седого придурка, который со скучающим лицом отдает смертельный приказ. Злость на себя, идиота, доверившегося незнакомым людям и сейчас… Что сейчас? Что?!!

Ярость ревущей волной ударила в голову. Южнов, мало обращая внимание на вспыхнувшую перед глазами новую группу индикаторов, увернулся из-под ставшего медленным и неуклюжим меча Арно, отскочил назад и изо всех сил ударил знаком “гром” прямо под ноги Эбера.

Волна песка ударила в лицо противника. Южнов, прокатившись под неспешно опускающимся мечом, вскочил на ноги и, развернувшись, вложил все силы в последний удар. Сверкнули искры, рука Арно конвульсивно дернулась и разжалась.

- Ну нихрена себе! - Обалдело пробормотал Георгий, оглядываясь вокруг.

Время вернулось к привычному течению. Арно, баюкая правую руку, тер левой глаза и с недоверием рассматривал собственный меч, лежащий на земле. Зрители аплодировали. Лицо седого выражало удовлетворение. Глик с торжествующим лицом показывал Южнову большой палец.

Сильно кружилась голова, в теле ощущалась противная слабость. Георгий, стараясь не выдать своего состояния, вложил меч в ножны и, повинуясь неожиданному импульсу, поднял взгляд. Из окна медицинского корпуса на него смотрела Леа. В ее глазах читалась неприкрытая тревога.

- Поздравляю, герой! - Глик подмигнул вяло шевелящемуся в кресле Южнову, - Твоя подготовка окончена.

К радости Георгия, седой не стал задерживаться и, практически сразу после поединка, отбыл с базы. Майкл и Арно, поддерживая Южнова с двух сторон, помогли доковылять до кабинета и бережно опустили в кресло.

- Что теперь? - Георгий недоверчиво покосился на Арно. Инструктор поглядывал на подопечного с одобрением.

- Теперь вот это, - Глик открыл небольшой кейс и перебросил Южнову массивный медальон с изображением оскаленного волка, - надевай.

- Ишь ты, - Георгий повертел в руках украшение, - солидно выглядит! Мне нравится.

- Мы старались, - скромно ответил Глик, - это своего рода “черный ящик”. Он связан с твоим имплантом и будет записывать все, что видишь ты. Не снимать не при каких обстоятельствах! Считай, что это твой билет домой.

- Не понял? - Южнов недоуменно уставился на Глика.

- Как ты планируешь передать нам собранные сведения? И как мы поймем, когда ты будешь готов к эвакуации? - Глик подошел к Южнову вплотную, - Ты вообще задумывался?

- Честно? - Южнов почесал голову, - самое простое - это оставить в условленном месте…

- Что оставить? - Майкл не дал закончить, - ты понимаешь, сколько лет твоя “посылка” будет лежать в земле? Почти тысячу лет!

- Вот оно что, - понимающе кивнул Георгий, - об этом я как-то не задумался…

- А это устройство практически вечное, - Глик решительно забрал из рук Южнова медальон и надел подопечному на шею, - титановый сплав, внутри молекулярный носитель - да ему даже за десять тысяч лет ничего не сделается, - Глик отошел в сторону и полюбовался делом рук своих, - и выглядит достойно, что уж там.

- Понял тебя, - кивнул Южнов, - носить всегда, не снимать, по достижении цели задания спрятать в указанном месте.

- Все верно, - Майкл покивал головой, - дальше у нас по плану небольшой инструктаж. Арно?

- Ничего особенно сложного. В трех километрах к западу от… - Эбер задумался, - точки высадки будет город Эт-Тафила. Там немного пообвыкнешься…

- Год какой? - перебил Эбера Южнов, - и месяц?

- Самое начало 1187, - понимающе кивнул Арно, - до всех основных событий - больше полугода. Спокойно успеешь все сделать.

- Так, понятно, - Южнов прищурился, - Эт-Тафила. Продолжай.

- В пятидесяти километрах к северу - замок Керак. Когда будешь готов - отправляешься туда.

- Керак? - Георгий удивленно уставился на Арно, - замок де Шатильона?

- Именно, - кивнул Эбер, - поступаешь к нему на службу. Этот прохвост обладает огромным влиянием и поможет тебе подобраться поближе к де Ридфору. Нас интересует именно он. Верховный магистр наверняка тобой заинтересуется, орден падок на разные диковины. Дальше - импровизируй, но будь осторожен - с этим человеком шутки плохи.

- Ничего себе, - Георгий озадаченно вытаращился на Эбера, - “импровизируй”! И это всё?

- А ты как хотел? - фыркнул наслаждающийся сценой Глик, - Пошаговое руководство в письменном виде? Это не игра.

- Не отказался бы, - мрачно пробормотал Южнов, - Объясните хоть, что именно я должен раскопать! И каким образом, интересно, я доберусь до замка? Полсотни километров через пустыню?

- Если бы мы знали - твоя миссия не понадобилась бы, - вздохнул Глик, - однозначно, с ним не все просто.

- Понятно, - пробормотал Георгий, - узнай то, не знаю что. Ладно.

- Именно! Теперь о дороге в Керак. Во-первых, не такая уж там и пустыня, - продолжил Глик, - к тому же будет зима - идеальные условия. А во-вторых…

- Купишь лошадь, - закончил Эбер, - наличными деньгами того периода мы тебя обеспечим. На первое время.

- Дальше все в твоих руках, - хмыкнул Майкл, - не хочешь покупать или деньги кончились - ограбь кого-нибудь, ну что ты, как маленький?

- Ты это сейчас серьезно?

- Серьезнее некуда, - лицо Глика приобрело задумчивое выражение, - это твоя персональная большая игра. “Большая” - с заглавной буквы. Условия ты уже знаешь - добыть информацию и выжить. Мы можем только подсказать тебе первые шаги. Дальше - сам.

- Ты должен успеть до октября, - прервал молчание Арно, - потом сам знаешь, что начнется.

- Понял, надо успеть удрать до начала большого замеса, - кивнул Южнов, - мне как-то не улыбается попасть под раздачу. Где я должен оставить… - Георгий покрутил в пальцах медальон, - это?

- Когда раздобудешь всю информацию, отправишься в крепость Бельвуар, - Глик включил монитор и вывел на экран карту, - вот она, в ста километрах на север от Иерусалима. Спрячешь в некрополе, постарайся засунуть куда-нибудь поглубже. В устройстве есть радиомаяк, мы найдем. После этого у тебя месяц, чтобы добраться до точки эвакуации.

- Вот тут давайте поподробнее, - Южнов насторожился.

- Первым делом, когда попадешь в прошлое, отметишь место, где оказался, - начал Глик, - забирать тебя будем именно отсюда. После того, как ты снимешь медальон, в течение месяца каждый день ровно в полдень мы будем включать машину переноса. Остальное тебе расскажет доктор.

- Вайдингер? - удивился Южнов, - он что, еще и машиной времени занимается?

- Чем он только не занимается, - хмыкнул Глик, - в данный момент он горюет об очередной проигранной бутылке.

- Можешь не рассказывать, я сам уже догадался, - Георгий ухмыльнулся и покосился на невозмутимого Эбера, - вы спорили, смогу я победить его или нет?

- Почти, - неожиданно развеселился Арно, - это Майкл спорил, сможешь ты победить или нет. А я…

- Ты?!! - искренне изумился Георгий, - ты что, тоже…

- А я чем хуже? - Арно ухмыльнулся, - так вот, я поспорил с многоуважаемым доктором, на какой минуте поединка я смогу выбесить тебя настолько, чтобы активировались нейронные ускорители.

- В общем, доктор продул две бутылки, - резюмировал Глик, - а я его предупреждал, что скепсис до добра не доведет.

- Так вот оно что, - с пониманием покачал головой Южнов, - ты специально…

- Конечно! - Арно снова усмехнулся. Веселье на лице вечно невозмутимого инструктора было для Южнова непривычно, - но хочу сказать, что в схватке ты держался молодцом. В этом отношении я за тебя спокоен. Главное, не наделай глупостей.

- На этой оптимистичной ноте предлагаю сегодня закончить, - Глик встал из-за стола, - у нас еще много дел.

- Интересно, какие дела предстоят мне, - мрачно проворчал Георгий, с трудом поднимаясь из кресла. Голова уже не кружилась, хотя ноги еще плохо держали, - особенно с учетом моего плачевного состояния.

- Ужин и спать! - Глик подмигнул Южнову, - шагом марш!

- Пришел в себя? - Глик с интересом наблюдал за сидящим на кровати Южновым.

- Сам удивляюсь, - Георгий, встав с кровати, сделал несколько шагов и пару раз присел, - вчера был больше похож на фарш, а сегодня…

- Он очень быстро восстанавливает силы, - пояснил всматривающийся в экран планшета Вайдингер, - подстегнутый метаболизм дает о себе знать.

- Вот и замечательно, - Майкл потер руки, - помнишь, о чем мы вчера говорили?

- Эт-Тафил, Шатильон, Бельвуар, некрополь - машинально отчитался Южнов и с тревогой посмотрел на Майкла, - а что?

- А ничего, - Глик хмыкнул, - одевайся. Вот тебе на карманные расходы, - Майкл перекинул Георгию небольшой кожаный мешочек, - золота тут нет, тебе и серебра на первое время должно хватить.

- Ого! - Южнов развязал мешочек и высыпал на ладонь горсть монет, - Солидно. Откуда?

- Копии музейных экземпляров, - отмахнулся Глик, - для коллекционеров они, конечно, никакой ценности не имеют, а для тебя - реальные платежные средства.

- Стоп, - Георгий резко замер и уставился на Майкла, - ты что, хочешь сказать…

- Да, - так же кратко ответил Глик, - Сегодня. Одевайся.

- Мог бы вчера предупредить, - проворчал Южнов, натягивая кольчугу.

- Зачем? - Майкл искренне удивился, - чтобы ты всю ночь, вместо того, чтобы спать, крутился с боку на бок в тревожном ожидании?

- Ээээ… - Георгий почесал голову, - ну да. Я хотя бы выспался.

- Вот и славно… Стой, - Глик заметил растерянность Южнова, ищущего в одежде место для кошелька. Карманов в одежде не было, - его полагается привязывать к поясу. Видишь завязочки?

- Как-то неудобно, - пожаловался Георгий, закончив процесс экипировки, - завязывай, отвязывай…

- А ты не торопись, - посоветовал Глик. У тебя за спиной никто с секундомером стоять не будет. И очередь на кассу тоже еще не изобрели. Это меч нужно доставать быстро, а кошелек - медленно и с достоинством.

- При этом высокомерно глядя на продавца, - ухмыльнулся Южнов.

- Ну вот видишь! - расхохотался Майкл, - сам все понимаешь. Готов? Тогда пошли.

- Куда еще пошли? - подозрительно поинтересовался Южнов, - а поесть? Я еще не завтракал!

- Ни в коем случае!, - вмешался Вайдингер, - Темпоральное перемещение может вызвать непредвиденную реакцию организма. Тошноту, рвоту…

- И диарею, - с лицом садиста подхватил Глик, - так что давай не будем рисковать.

- Спасибо за предупреждение, - поежился Южнов, - только, простите, поноса мне не хватало для полного счастья.

- Не факт, что такие побочные эффекты обязательно будут иметь место, - пояснил доктор, - но определенная вероятность все-таки существует.

- Я понял, понял, - отмахнулся Георгий, - лучше не рисковать.

- Зато какой стимул поскорее добраться до города! - Ухмыльнулся Глик, подталкивая Южнова к двери.

Как оказалось, в коридоре процессию поджидала Леа. Девушка неожиданно обняла Георгия, и, посмотрев опешившему мужчине в глаза, произнесла несколько слов.

- Что она сказала? - Растерянно поинтересовался у Глика Южнов.

- Она попросила тебя вернуться, - Майкл был озадачен не меньше подопечного, - неужели ты ей так понравился?

- Ничего не понимаю, - Георгий покачал головой и оглянулся. Девушка молча смотрела им вслед.

- Сначала встань на весы, - Глик подтолкнул растерянно озирающегося Южнова к платформе с электронным табло, - и закрой рот. Муха залетит.

Попетляв по территории, джип остановился у группы зданий в самом дальнем конце базы. Здания были обнесены забором из колючей проволоки и серьезно охранялись. Маршрут ежедневных пробежек проходил заведомо далеко от закрытой территории, и возможности рассмотреть комплекс во всех деталях не было.

Южнову не дали это сделать и сейчас - джип, миновав пост охраны, заехал в открытый бокс внутри центрального здания. Максимум, что он успел разглядеть - множество проводов и фарфоровые гирлянды силовых изоляторов, в изобилии украшавшие здания. Тяжелые ворота медленно закрылись, только после этого Южнову разрешили покинуть автомобиль.

- Идемте, - Вайдингер решительно распахнул дверь и вошел внутрь, за ним в сопровождении Глика и Арно в зал заглянул Южнов. Ничего похожего Георгий ранее не видел. Обстановка зала больше напоминала декорации к фильму в стиле “дизельпанк” - толстенные кабели по полу тянулись к двум огромным круглым платформам с решетчатыми перилами. Современное электронное оборудование немного нарушало целостность фантастической картины.

- Весы! - Повторил Глик, похлопав совершенно обалдевшего Южнова по плечу, - Вставай сюда.

- Замечательно, - Вайдингер сверил показания с данными в планшете, - теперь вставай на платформу.

Забравшись на круглую площадку, Георгий наблюдал, как лаборанты в белых костюмах ставят на соседнюю платформу странного вида контейнеры. Судя по усилиям людей, контейнеры были очень тяжелыми.

- Это свинец, - пояснил Глик, - твой вес должен быть уравновешен с точностью до миллиграмма. Если ты, конечно, хочешь попасть туда, куда планируешь. Понимаешь?

- Нет, - честно помотал головой Южнов, - ни капельки.

- А это и не нужно, - подошедший Вайдингер отстранил Глика и уставился на Георгия поверх очков, - нужно, чтобы вы запомнили основные вещи. Готовы?

- Слушаю.

- По моей команде вы наденете это себе на голову, - доктор протянул Южнову небольшой мешок из плотной черной шерсти, - и изо всех зажмуритесь. Это очень важно - вы не должны ничего видеть, иначе не сможете покинуть хронополе. Подглядывать не рекомендую. Это понятно?

- Звучит по-идиотски, - вздохнул Георгий, - но я уже ничему не удивляюсь. Я понял.

- Когда мы включим машину, - продолжил доктор, - вокруг вас пропадут все звуки. Вы считаете до трех и делаете несколько шагов вперед. Как только вновь появятся звуки, можете открыть глаза и снять мешок с головы. Поняли?

- Звучит еще более по-идиотски, но что делать… Понял и запомнил.

- Дальше. Когда переброска будет закончена, обязательно каким-то образом пометьте то место, в котором окажетесь. Это будет необходимо, чтобы вернуться обратно.

- Да, мне что-то подобное уже говорили.

- Это необходимо сделать для того, чтобы по окончании задания Вы смогли найти точку переброса, - Вайдингер почесал подбородок, - снаружи заметить поле очень сложно. Ваша задача - поймать момент включения машины и, зажмурившись, войти в сферу действия поля.

- Не понял, - Южнов озадаченно посмотрел на доктора, - как я, интересно, смогу понять?..

- Необязательно пытаться запрыгнуть в поле сразу, - пояснил доктор, - оно будет появляться в полдень каждый день в течение месяца, а может быть, и дольше. Проведите рядом с точкой высадки пару дней, точно запомните время появления и будьте наготове.

- При появлении темпоральной сферы возникает ощущение наэлектризованности и легкий холод, - пришел на помощь Глик, - правильно, доктор?

- Да-да, совершенно верно, - покивал Вайдингер, - главное - не торопитесь. И, если мы закончили, пора бы уже…

- Держись там, - Глик пожал Южнову руку, - я уверен, что тебе все удастся.

- Удачи, - Арно, обменявшись с Георгием рукопожатием, на секунду посмотрел Южнову в глаза и неожиданно подмигнул.

- Освободить платформу!, - голос Вайдингера, усиленный динамоком громкоговорителя, эхом разнесся по залу, - Запуск теста систем!

Глик с Арно отошли за широкий прозрачный экран, за которым на небольшом возвышении орудовал Вайдингер. Южнов огляделся и, борясь с подступившим страхом, встал точно в центр металлического диска.

- Система готова! Закрывай глаза!

Южнов послушно напялил на голову колючий мешок и зажмурился. Загудели трансформаторы, послышался треск статических разрядов.

- Три! Два! Один!

Все звуки исчезли. В полной тишине Георгий механически досчитал в уме до трех и, стиснув зубы, решительно шагнул в неизвестность.

Интерлюдия 1

- Ну, знаете, - преподобный устало откинулся на спинку грубого деревянного кресла, - умеете вы удивить.

- Я сам уже устал удивляться, - Южнов вылил последние капли вина в бокал и неодобрительно потряс опустевшей бутылкой, - от всех этих чудес.

- Чудо не в ваших, весьма непростых, игрушках, - Уильям наставительно покачал пальцем, - а в вашей просто нечеловеческой наивности. И в такой же удаче. Если бы не она...

- Мы сейчас не разговаривали бы, - закончил мысль Георгий, - да, соглашусь. А еще вина не осталось? В горле, знаете ли, пересохло. Обезвоживание...

- Страсть к вину - грех, - проворчал преподобный, извлекая из-под стола уже четвертую бутыль и откупоривая крышку. - Но этот грех я, пожалуй, отпущу.

- А как насчет всего остального? - ухмыльнулся Южнов, - много я, по-вашему, наделал... разного?

- Да чего с... можно на "ты"? - неожиданно поинтересовался преподобный и тут же получил утвердительный жест, - чего с тебя возьмешь? Жажда приключений у любого ноормального человека, можно сказать, просто врожденная. Тут, извини, вопросов нет.

- Надо понимать, что вопросы все-таки будут?

- Конечно! - Уильям, ухмыльнувшись, потер руки, - в первую очередь, мне интересны все действующие лица. Можешь кратко описать... ну, как для поиска пропавшего человека?

- Или преступника, - прищурился Южнов, - правильно?

- Или преступника, - кивнул преподобный, отхлебнув из бокала, - начнем с...

- Глика? - предложил Южнов, - моего возраста, лицо слишком стереотипное, бизнесмен из западной рекламы...

- Глик просто исполнитель, - Уильям отмахнулся, - и роли особо не играет. Опиши нейрохирурга.

- Возраст - за шестьдесят, - прищурился Георгий, - длинные седые волосы, вьются. Носит очки, но не привык к ним, постоянно их поправляет. Семитские корни, шрам на левой кисти, указательный палец с ограниченной подвижостью...

- Ничего себе! - Преподобный вытаращился на Южнова с неподдельным изумлением.

- Работа у меня такая, - заскромничал Южнов, - детали...

- Я про личность доктора, - пресек расшаркивания Георгия преподобный, - буду честным, твои профессиональные навыки сэкономят нам кучу времени. Доктора я знаю. Надо же, он даже фамилию не поменял!

- В смысле "знаете"? - опешил Южнов.

- Мы же договорились, - укоризненно покачал головой Уильям. Георгий, глядя на собеседника, внезапно ощутил себя героем экранизации "Имя розы". Южнов помотал головой, наваждение развеялось. - Общаемся на "ты". Вежливые формы общения уместны лишь при существенной разнице в возрасте или социальном положении. А, когда нам предстоит родиться почти через тысячу лет, все эти "выканья" несколько неуместны, как думаешь?

- А как же конспирация? Все-таки святой отец, и на “ты”...

- Логично, - согласился Уильям, - продолжаем играть в шпионов. Вайдингера я знаю лично. Адаптация организма к внедренным имплантам - его решение.

- Знаете, - пожаловался Южнов, - я как-то без отсылки к конкретному времени начинаю теряться. Откуда вы знаете это еврейского риппера?

- Вот давайте без всяких там холокостов, - ухмыльнулся преподобный, - я, между прочим, тоже еврей.

- А вроде и не скажешь, - парировал Георгий, - потом пересмотрю еще раз "Индиану Джонса" с пониманием, что главный герой - еврей. Уверен, многое откроется с совершенно другой стороны.

- Один - один, - поднял вверх руки преподобный, - вернемся к Вайдингеру. Блестящий нейрохирург, только вот родился лет на двести позже тебя.

- Давайте дальше, - махнул рукой Южнов, - меня уже сложно удивить.

- А я и не собираюсь, - хмыкнул преподобный. - как выглядел...

- Главный? - понимающе кивнул Южнов, - сухопарый, седой... А, да! Военный или офицер в отставке - выправку ни с чем не спутаешь...

- Полковник Даллас, редкий сукин кот, - резюмировал святой отец, - хорошо знакомый мне говнюк. Когда-то работал на правительство США, возглавлял центр научных исследований... - Уильям задумался, - только есть у меня ощущение, что президент слыхом не слыхивал про его деятельность. Кстати, кто сейчас там у вас...

- Не у "вас", а у "них", - обиженно проворчал Южнов, - Байден, старый маразматик. Как Ельцин, только трезвый.

- Понятно, - преподобный почесал бороду, - Даллас нашел себе нового хозяина. Он, хоть и хитрющий гад, но не организатор. За ним кто-то стоит. Интересно, кто.

Южнов развел руками.

- Понятно, что вы этого знать не можете, - Уильям отмахнулся, - а вот ваш инструктор - крайне интересный персонаж. Энергетический поглотитель - крайне редкое устройство, я знаю все комплекты наперечет.

- Рост средний, не сколько накачанный, сколько жилистый, - начал Южнов, - на лице шрам от клинка, лысый как колено...

- Хоть убейте, не узнаю, - развел руками преподобный, - не понимаю...

- Что за "комплекты"? - насторожился Георгий, - может быть, расскажете, откуда взялись эти игрушки, и для чего?

- Энергетические импланты первоначально разрабатывались для адаптации к неблагоприятным внешним условиям, - Уильям задумчиво разглядывал бокал с вином, - проект требовал колоссальное количество ресурсов. Металлы, полимеры, редкоземельные элементы... Не с Земли же их возить.

- Проект? Что за проект?

- Потом расскажу, - преподобный жестом оборвал вопрос Георгия, - пока отдел биомоделирования развлекался с конструированием цепочек ДНК, технари собрали молекулярный конструктор - аппарат собирал молекулы в кристаллическую решетку по заранее заложенным алгоритмам. Хочешь портативный бур - пожалуйста! Здание - получите! В результате можно собрать полностью автоматизированный комплекс с системой отправки, только материалы подавай. Одна беда - для создания и управления этой техникой требовалось присутствие человека. И с этим как раз начались трудности.

- В смысле? - поднял брови Южнов.

- В ближнем радиусе нашлось несколько планет земного типа. Подходящая гравитация, кислородно-азотная атмосфера... И вполне себе развитая фауна. Когда зверушки скушали третьего оператора-разведчика, программу пришлось приостановить.

- И придумали импланты?

- Верно. Долгое время ничего не получалось - организм отторгал чужеродные элементы. Пока ваш приятель Вайдингер не изобрел биосовместимый полимер на основе кремния. Дальше начали экспериментировать с функционалом. Задача была максимально обезопасить человека, при этом не превращая его в орудие смерти. Кстати, ваш набор - один из финальных образцов. Догадаетесь, как называется?

- "Защитник"? - предположил Георгий, - "Турист"?

- "Белый волк"! - фыркнул преподобный. - У руководителя лаборатории прикладных разработок весьма специфическое чувство юмора. Вы бы с ним точно нашли общий язык.

- Мы про моего цербера говорили, - напомнил Южнов, - что там у него там такого...

- Энергетический преобразователь, - Уильям кивнул, - когда на Обероне-2 обнаружили запасы лития, все очень обрадовались. Но ненадолго - энергетическая активность планеты делала все усилия тщетными. Шквальный ветер и атмосферное электричество - каждую секунду можешь стать целью для молнии. И вот тогда кому-то пришла в голову идея: вместо того, чтобы экранировать внешнюю энергию, поступить наоборот - собирать и аккумулировать. Излишки выбрасывать в виде высоковольтного разряда. Комплект "Терминатор", сами понимаете, почему такое название. Его ничем не проймешь, хоть из пушки стреляй. Контроль за ними особый, откуда взялся неучтенный экземпляр?

- Без понятия, - виновато развел руками Южнов, - он на эту тему не распространялся. Я о его начинке-то узнал только тогда, когда он решил меня припугнуть.

- Да какие к вам претензии, - отмахнулся Уильям, - это к нашей службе безопасности вопросы.

- Слушайте, расскажите еще! - потребовал Георгий, - какие еще разработки были? И почему я у вас ничего не вижу? Я-то весь свечусь.

- Энергетический экран, - пояснил преподобный, - модель для разведки. Когда обнаружилась подозрительная активность в определенных исторических эпохах, было решено отправить туда наблюдателей. Вот на такой, как у нас с вами, случай. И оборудование... Уильям задумался, - соответствующее. Моя модель называется "инквизитор".

- Хорошее название, - оценил Южнов, - включает в себя дыбу, испанский сапог и другие крайне необходимые приспособления?

- Это добро таскать с собой не нужно, - парировал преподобный, - его тут с избытком. А вот детектор лжи...

Южнов поежился.

- А не врите мне и все будет хорошо, - ухмыльнулся Уильям, - ну, еще пара полезных вещей, чтобы за себя постоять, а самое главное - темпоральный трансмиттер.

- Это что еще такое?

- Помните устройство, при помощью которого вас забросили в прошлое? Вот что-то подобное спрятано у меня внутри. Я могу произвольно перемещаться в любую точку времени и пространства. Энергию только жрет, как не в себя...

- Ничего себе, - потрясенно выдохнул Южнов, - я уже как-то смирился с существованием машины времени, но чтобы она помещалась внутри человека...

- Для того, кто прогуливает уроки физики, весь мир наполнен чудесами и волшебством, - назидательно поднял палец преподобный, - хотя определенные действия этой модели действительно выглядят, как чудеса в понимании средневекового христианина.

- Можете превращать воду в вино? - ухмыльнулся Южнов.

- Ох, - Уильям скривился, как от зубной боли, - нашли же тему для разговора...

- А что такое? - удивился Георгий.

- Не поверите, но такое устройство действительно существует, - преподобный поморщился, - с ним настолько идиотская история произошла, что вспоминать не хочется. Но вы же не отстанете.

- Во теперь - точно нет, - Южнов устроился в кресле поудобнее, - заинтриговали!

- Ладно, - Уильям неожиданно встал, выглянул в коридор и старательно запер дверь, - только учтите: я сейчас расскажу такие вещи, за которые полагается костер. Без вариантов. И, желательно, три раза.

- Боюсь, - ухмыльнулся Георгий, - очень страшно.

- Зря смеетесь, - преподобный уселся в кресло и задумался, - для начала скажите: вы верующий?

- Ну как "верующий", - задумался Георгий, - крестили меня, если можно так сказать, без моего согласия. В два года особо не поспоришь. А сейчас - да как сказать... Я особо и не задумывался. Но в церковь, чтобы побиться лбом об пол, очередь не занимал. Черные мессы тоже не посещал... Вот как-то так.

- Приемлемо, - кивнул преподобный, - хотя я бы на вашем месте так смело этим не хвастался, чревато.

- Сами спросили, - Южнов надулся, - а я человек честный.

- Смешно, - фыркнул Уильям, - ну, ладно. Одной из задач, которую поставили перед техническим отделом, была необходимость как-то обезопасить человека от инфекций. Нановакцина, преимущества которой вы уже успели оценить, была создана позже. А на первое время одна светлая голова предложила использовать упрощенную версию молекулярного конструктора для обеззараживания воды. Понимаете, к чему я?

- Не-а, - помотал головой Южнов.

- Сейчас поймете, - преподобный нехорошо ухмыльнулся, - зачем тратить кучу энергии на термическую обработку воды, если можно просто превратить органику в простейшие стабильные молекулы? Вопрос - что делать с углеродом. Можно, конечно, связать его с кислородом и получить газировку, но кислорода для этого маловато. Поэтому...

- Спирт? - догадался Южнов.

- Правильно, - кивнул преподобный, - даже в кишащей бактериями воде его получается меньше одного процента. Все было замечательно, пока другая светлая голова не догадалась "нейтрализовать" виноградный сок. Оторвал бы эту голову.

- Будем считать, что принцип работы этого... - Южнов хмыкнул, - портативного самогонного аппарата я понял. И что?

- Экспериментальный образец в составе полнофункционального комплекта был отправлен на испытания.

- Весело, надо понимать, прошли испытания, - фыркнул Южнов.

- Веселее не придумаешь, - Уильям покачал головой, - начать надо с того, что комплект предназначался для изучения глубокого прошлого. Ума не приложу, как этот авантюрист сумел уговорить профессора. Половина научных разработок - его рук дело, тут уже не до экстрима. Такую голову надо беречь. С другой стороны, у него уже был опыт темпоральной ассимиляции...

- И что он натворил? - прервал раздумья преподобного Южнов.

- Натворил - еще слабо сказано, - хмыкнул Уильям, - у него был очень интересный набор инструмента. Кроме темпорального трансивера и "радости алкоголика", как после его выходки начали называть дезинфектор, он уговорил установить себе гравитационное кольцо. Дескать, чтобы "ноги не поломать".

- Это что еще за кольцо? - не понял Южнов.

- Генератор антигравитации. По факту - левитационная машина. - Уильям хитро поглядел на Георгия, - Дальше продолжать или сами догадаетесь?

- Левитация? Вино... - Южнов, не веря, смотрел на тяжелое резное распятие на стене кельи. - Быть не может!

- Тем не менее... - Преподобный грустно покачал головой, - ему очень хотелось посмотреть на живого Спасителя.

- Но что-то пошло не так? - подсказал Южнов.

- Еще как "не так", - мрачно кивнул Уильям, - настоящий Иисус помер от банальной пищевой инфекции прямо на глазах Алексея. Никакой святостью там и не пахло. Как вам такой расклад?

- Ну ничего себе! - Южнов обалдело уставился на Уильяма, - и что?

- А то, что библейские события были задокументированы, а значит имели место. Только вместо того, чтобы вернуться и решать проблему парадокса, этот деятель решил проявить инициативу. Поиграть в мессию. - Уильям мрачно поджал губы, - Без дезинфекции тут явно не обошлось.

- Я, кажется, понимаю, - покивал Георгий, - никаких чудес, одна техника...

- Чудо тоже было, - хмыкнул преподобный, - он остался цел. Чем не чудо?

- А как же Лазарь? - внезапно нахмурился Южнов, - или у вас есть устройство, воскрешающее из мертвых?

- А кто вам сказал, что его воскресили? - удивился Уильям, - Да, он был тяжело болен. И Алексей дал выпить ему немного своей крови...

- Что-о?!

- Прототип нановакцины допускал однократную репликацию, - пояснил преподобный, - ей можно было, так сказать, заразить другого. Но один раз - дальше уже срабатывал ограничитель. Откуда, как думаете, пошел обряд пить "кровь Христову"?

- Ну нихрена себе, - выдохнул Южнов, - а дальше?

- А дальше самое веселое, - фыркнул Уильям, - почти выполнив, так сказать, "обязательную программу", этот авантюрист повел фанатично глядящих ему в рот последователей "портить евреям праздник". Это, если что, не я придумал, это его личная цитата. Продолжение вполне закономерное, как в писании. И вот тут он просчитался. Он, оказывается, планировал в нужный момент вернуться обратно и заменить себя андроидом, такая технология уже существовала. Но не учел, что для темпорального переноса нужен почти полностью заряженный энергонакопитель. А зарядить его не было никакой возможности, вся энергия уходила на стабилизацию жизненных параметров. Смерть на кресте ему не грозила - вакцина нейтрализовала септический шок, а медицинский имплант поддерживал жизнь. Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не Лонгин со своим копьем...

- То есть копье все-таки было? - Южнов уже устал удивляться.

- Ага, - с энтузиазмом покивал Уильям, - и острие копья вонзили прямо в сердце бедняге... - преподобный помолчал, наслаждаясь полученным эффектом, - точнее, думали, что в сердце. Вам знаком такой термин, как декстрокардия?

- Зеркальное расположение сердца?

- Точно, - Уильям с довольным видом потер руки. - А слева в грудной клетке находился резервуар с охлаждающей жидкостью...

- Господи, - Георгий захлопал глазами, - вот почему "истекали кровь и вода"! Не придумали...

- Не придумали, - кивнул Уильям, - вообще этот момент описан достаточно правдоподобно... Если знать правду. В общем, после повреждения охладительного контура медицинский модуль ввел нашего бедолагу в искусственную кому. В пещере температура нормализовалась и он пришел в себя. Энергии минимум, а нужно как-то вернуться. К счастью, темпоральный трансмиттер может работать как телепорт, для этого энергии нужно гораздо меньше...

- Вот оно что, - Южнов кивнул, все эти “преломления хлеба"...

- "Преломления"! - Развеселился Уильям, - да он жрал как не в себя! Сметал все, что находил!

- Почему он просто не попросил помощи? - удивился Георгий.

- А вы попробуйте, - хмыкнул преподобный, - Тебя искренне считают мертвее мертвого, а ты появляешься буквально из воздуха! Давай, проси. Ты еле ползаешь, а твой собеседник пучит глаза, падает на колени и бьется лбом об пол, вознося тебе осанну. Желаю успеха.

- М-да, - признал Южнов, - об этом я как-то не подумал.

- В общем, наш герой объел всех, к кому догадался зайти в гости, - преподобный откровенно веселился, - подзарядил свою батарейку и нарисовался прямо в кабинете профессора. Тощий, как велосипед, в каком-то тряпье, с дырками от гвоздей, но безумно довольный. Беднягу Андерсена чуть удар не хватил.

- И что в результате-то? - давясь от смеха, поинтересовался Южнов.

- Да ничего! - отмахнулся преподобный, - Полежал недельку в медицинской лаборатории под капельницей и окончательно пришел в себя. Профессор месяц, наверное, на него злился. Говорил, что зря вернул его обратно и в послевоенной Америке ему было самое место. А этот скалился и говорил, что все случайно получилось. Попробуй теперь проверь. А потом втроем с Эйнштейном...

- С кем?! - Южнов поперхнулся вином.

- Вы не ослышались. Его тоже вытащили из своей эпохи. О чем-то они там договаривались, не знаю точно. В общем, они втроем сформулировали новую теорию пространства-времени. И начали проектировать какой-то корабль моментального перемещения, но вот эти высокие материи для меня - темный лес, уж извините, - преподобный ухмыльнулся, - я всего лишь полуграмотный инквизитор. Куда уж мне...

- Сколько вам лет? - задал давно просившийся наружу вопрос Южнов, - И, может быть, назовете свое настоящее имя?

- Биологически мне около сорока, - хмыкнул священник, - а по факту... Ну, где-то около трехсот...

- Сколько? - вытаращился Южнов.

- Столько, - отрезал Уильям, - и не пучьте на меня глаза. Омоложение организма - одна из первых разработок. А мое имя ничего не скажет. Я буду рожден примерно через пятьдесят лет после вас. Ладно, ладно, - преподобный заметил недовольное лицо георгия, - меня зовут Айзек. А теперь забудьте, в целях соблюдения конспирации я этого не говорил, не вздумайте меня так называть. Я - брат Уильям. Понятно?

- Куда понятнее, - вздохнул Южнов, - у меня, честно говоря, от этих рассказов голова кругом идет.

- Покружится и пройдет, - отмахнулся преподобный, - первые пятьдесят лет я испытывал похожие ощущения. Потом привык. И вы тоже привыкнете... если доживете. С такими-то талантами...

Южнов страдальчески закатил глаза.

- Ладно, - примирительно поднял руки Уильям, - мы немного отвлеклись. Вы говорил о медальоне, где он?

- Там же, где и меч, и все остальное, - Южнов помрачнел, - где-то. Отобрали.

- Вот ваше барахло, - преподобный извлек из сундука объемистый мешок, - радуйтесь. Я его сразу прибрал к рукам, от греха подальше.

- Ага, - Южнов с энтузиазмом полез копаться внутри, - вот он, держите.

- Понятно... - Уильям, прищурившись, уставился на устройство в руке, - стандартный жетон разведчика. Красивая работа... подождите. - Преподобный нахмурился, - не понимаю.

- Что-то не так? - привстал в кресле Южнов.

- Странно... - Георгий заметил, что глаза Уильяма засветились оранжевым светом, - блок генетической информации в порядке, а оперативная запись повреждена. Подождите-ка, записывающий модуль просто выключен! - преподобный уставился на Георгия, - вы снимали медальон? Кому-то его давали?

- Да никому, - удивился Южнов, - мне же строго-настрого... Стоп.

- Тааак, - преподобный потер руки, - вспомнили, да? Кому и при каких обстоятельствах?

- Медсестра, - пробормотал Южнов и густо покраснел, - в ночь перед отправкой сюда... Поцарапалась об него...

- Можно не продолжать, - Уильям фыркнул, - герой-любовник. А опишите-ка мне ее? Признаюсь, я ее как-то упустил из внимания. Видимо, зря.

- Чуть ниже меня, - начал перечислять приметы Южнов, - стройная, семитка... красивая.

- Очень содержательно, - покачал головой Уильям, - а не было ли у нее на правом запястье родинок, расположенных треугольником?

- А ведь точно, - охнул Южнов, - да! Вы и ее знаете?

- Леа Крамер, - вздохнул инквизитор, - теперь все сходится. Лично с ней знаком плохо, зато отлично знаю ее сестру-близнеца. Авантюризм у них, можно сказать, в крови. Как и симпатия к русским. И если она хотя бы на треть такая же язва, как сестра, вам здорово повезло, что она успешно изображала языковой барьер.

- Я уже совсем запутался, - пожаловался, зевая, Южнов. - Сколько мы тут уже болтаем?

- Да, надо бы сделать перерыв, - согласился Уильям, - ступайте спать. Я распорядился, чтобы вам выделили соседнюю келью. А вот этого не надо, - преподобный остановил Южнова, надевающего перевязь с мечом, - не стоит пугать местных святых братьев. Им и после общения со мной хватает острых ощущений. Спокойной ночи.

Южнову снились кошмары.

Святой город горел. Небо вспыхивало энергетическими разрядами зенитных орудий. В проломе Стены Плача застрял танк на магнитной подушке, возле него суетились техники в скафандрах.

- Добро пожаловать в Иерусалим-17! - вещал из закрепленного на полуразрушенной мечети голографического экрана преподобный Уильям, - Сами вы его выбрали, или его выбрали за вас - это лучший город из оставшихся!

- Запишись в космическую пехоту! - Призывал с другого экрана отважного вида боец в тяжелом экзоскафандре и белом плаще, - служба в Ордене Тамплиеров - работа для настоящих мужчин!

- Купи имплант "Спаситель"! - надрывался динамик над Куполом Скалы, - Эскадра Саладина уже прошла орбиту Марса! Не медли! Получи шанс выжить!

- Только истинная вера защитит от орбитальной бомбардировки, - шепнула в ухо Леа и погладила по голове. - Ты должен…

Голос девушки заглушил рев реактивных двигателей - над городом прошло звено тяжелых суборбитальных перехватчиков. Южнов, как зачарованный, провожал глазами несущие смерть машины.

- Вот именно так всякие наивные сопляки и попадали на фронт. - Мрачно произнес полупрозрачный, слабо светящийся Лев Толстой. По изображению периодически пробегали помехи. - Их даже вербовать не приходилось. Тебе просто показывали технику. - Толстой затянулся сигарой. - Какую войну не возьми, побеждают всегда корпорации, а проигрывают обычные люди. - Голограмма выдохнула дым в лицо Южнова, - Проснись уже, самурай!

Южнов дернулся и неожиданно обнаружил себя привязанным к огромному деревянному кресту.

- Свет веры поможет отличить истинного спасителя от китайской подделки! - взвыл, потрясая молотком, брат Якуб, - Да свершится чудо!

Святой брат приставил к ладони Георгия ржавый гвоздь, больше напоминающий железнодорожный костыль, и размахнулся молотком.

- Если ты Христос, спаси себя и нас! - крикнул прямо в лицо Георгию Толстой и металлической рукой ударил по струнам электрогитары.

- А-а-а-аааа! - Заорал Южнов и проснулся.

- Сударь Геральт, - в дверь вежливо заглядывал "телохранитель" Уильяма, - преподобный брат приглашает разделить с ним трапезу.

- А? Чего? - обалдело пробормотал Георгий, протерев глаза, - Сейчас. Сейчас приду.

- Что у вас там стряслось? - С любопытством поинтересовался преподобный, - Что за крики? Все, надеюсь, живы?

- Все, кроме моей несчастной головушки, - Южнов без спроса налил себе вина и залпом выпил, - Такая дичь приснилась - просто шедевр! Начиная тамплиерами на космических кораблях и заканчивая Львом Толстым в образе Джонни Сильверхенда.

- Информационная контузия, - покивал Уильям, - ничего страшного, бывает.

- Ничего себе “бывает”! - Возмутился Георгий и неодобрительно покосился на охранников Уильяма, - Меня там… А эти ваши “воины замка Бреннер” так и будут тут стоять?

- Я им полностью доверяю, - удивился Уильям, - но, если вам будет спокойнее… Брат Ролло, брат Танкред…

Повинуясь жесту преподобного, оба амбала удалились в коридор.

- А под конец братец Якуб меня пытался к кресту приколотить, - наябедничал Южнов, когда дверь в келью Уильяма закрылась.

- Вот это да! - Восхитился Уильям, с уважением разглядывая собеседника, - Вот это адаптация! У другого бы напрочь, извините, крышу снесло от такого объема информации. А вам просто приснился кошмарчик, да даже кошмаром это не назвать, и голова снова соображает. Уважаю.

- Профессиональная деформация, - польщенно пробормотал Южнов.

- Кстати, пока вы спали, я имел разговор с вашим “братцем” Якубом, - ухмыльнулся Уильям. - Поговорили…

- Он там вообще цел?

- Да что ему будет, - отмахнулся преподобный, - он разговорился на том же самом месте спектакля - на просьбе предъявить… эээ… инструментарий убеждения. Думается мне, что этому палачу не обязательно знать все тонкости своего ремесла - достаточно уметь достаточно драматично развязывать узел на мешке. Посидит теперь “братец” в той камере, которую готовил вам. Подумает…

- Много интересного рассказал?

- Да все то, что я и предполагал, - Уильям налил вино в бокалы и жестом предложил Георгию присоединиться, - приехал человек, передал бумаги и деньги. Якуб должен был организовать следствие с обвинительным приговором - для этого незнакомец даже подсказал нашему непутевому брату несколько преинтереснейших тезисов. Сказал, что план просто идеальный, надежный…

- Как швейцарские часы, - фыркнул Южнов.

- Как дамасский клинок, - поправил преподобный и резко замолчал. Мужчины молча уставились друг на друга.

- Вот так, - мрачно резюмировал Георгий, - тут становится людно, не находите? Теперь понятно, откуда взялись тезисы из “Молота ведьм”...

- Это я уже давно понял, - отмахнулся Уильям, - Достойнейшие Шпенгер и Крамер еще когда напишут свой сакраментальный труд, а Якуб цитирует самые известные цитаты, как по писаному! А теперь еще и фразы из популярных фильмов пошли в дело.

- Не повезло нашему “святому брату”, - Южнов покачал головой, - если бы не ваше вмешательство… А план-то действительно был неплохой. Везде коррупция.

- Распустились монахи, - согласился Уильям, - совсем страх потеряли. Мало им второго Латеранского собора… А, да! Вещи изъять, медальон… - преподобный хитро поглядел на Южнова, - если обнаружится при вас - захоронить. Не обнаружится - найти и перезахоронить. Только место захоронения было озвучено совершенно другое. Как вам такой расклад?

- Вот зараза, - Южнов задумался, - это что же получается? Что я должен был остаться здесь?

- Я поэтому и советовал не торопиться бежать к “точке эвакуации”, - с сочувствием кивнул Уильям, - механизма возврата не существует. У ваших нанимателей не существует, - поправился преподобный, увидев вытянувшееся лицо Георгия, - все-таки они используют безумно устаревшую установку. Новую, видимо, украсть еще не смогли.

- Скорее всего, она им и не нужна, - мрачно процедил Южнов, - проще же отправить человека в один конец. Нет человека - нет проблем…

- Это им так кажется, - нехорошо ухмыльнулся Уильям, - проблемы у них еще будут… Вы чего?

Южнов, прищурившись, разглядывал дверь кельи. Дверь была сработана из толстых досок и укреплена металлическими полосами на заклепках.

- Да я вот подумал, - Южнов нацарапал пером несколько слов на клочке бумаги и показал Уильяму, - почему бы не встраивать в импланты какого-нибудь виртуального гида? Ну, типа “ХРАЗа” какого-нибудь? Советы давать, развлекать там по дороге…

- Меньше в игрушки нужно играть, - буркнул преподобный, уставившись на единственное слово “жучок”, - Идею с подключением чужого сознания придумал еще старина Гибсон. А оттуда, видоизменившись, Дикси Флэтлайн переехал в игры и литературу…

Южнов, стараясь производить как можно меньше шума, подкрался к двери и, прищурившись, уставился на верхнюю металлическую полосу. Одна из заклепок заметно мерцала красноватым светом.

- В игре “виртуальный компаньон” постепенно вводит игрока в суть сюжетной линии и дает советы, - преподобный бросил на Южнова вопросительный взгляд и продолжил лекцию, - а в литературе заполняет диалогами блуждания персонажа по миру. В реальной жизни…

- Понятно, - Южнов занял позицию около двери и вопросительно провел пальцем по горлу.

- Ни в коем случае! - начал Уильям и спохватился, - банк данных с голосовым модулятором будет слишком ограничен и не приспособлен к условиям реального мира, а полноценный искусственный интеллект или энграмма личности рано или поздно начнет манипулировать носителем в своих, корыстных, целях. Вы своего “ХРАЗа” вспомните…

Преподобный подошел к двери и посмотрел на заклепку, молча покачал головой и, открыв дверь, позвал охранников.

- Хочу поговорить, братья мои, о преданности, - расхаживая перед молчаливо стоящими громилами, начал Уильям. - и предательстве. Такие похожие слова, и такая огромная разница… - Брошенная Уильямом металлическая пуговица покатилась по столу, - Узнаете?

Оба бойца практически синхронно покачали головами.

- Стоило бы догадаться, - вздохнул Южнов, - святой отец, позовите стражу. А я пока за ними присмотрю, - Георгий, сверля взглядом стоящего слева охранника, потянул из-за спины меч. - Только дернись…

Клинок достать не удалось - стоящий справа Ролло сорвался с места, молниеносным движением взмахнул рукой с кинжалом, заставив Южнова отшатнуться, и, распахнув дверь, рванул в коридор. Георгий только этого и ждал - пальцы сложились в знак “гром” и незадачливого шпиона впечатало в стену.

- Извини, друг - бросил Южнов растерянному Танкреду, - так нужно было.

- Да ничего, - воин уже пришел в себя и принялся связывать бывшего компаньона, - Сударь Геральт, я…

- Потом, - отрезал Уильям, с неприязнью разглядывая шпиона, - позови кого-нибудь на помощь и в допросную его. Я подойду позже, когда он очухается. - Преподобный вернулся в келью, закрыл дверь и вопросительно уставился на Южнова.

- Вчера ее точно не было, - заметил Георгий, - я бы заметил. Я и сейчас-то ее заметил совершенно случайно - принял сначала за отблеск свечей…

- А уж я-то хорош! - Горько признался преподобный, - полгода таскать за собой самый банальный “хвост”! Позорище. Как вы его вычислили?

- Он спалился на моей дурацкой шутке. Я обозвал их “воинами замка Бреннер”. Это для них должен был быть пустой звук, но… как там его? Ролло? Он усмехнулся, хоть и пытался это скрыть.

- Знаете, - преподобный почесал бороду, - а для меня это тоже пустой звук.

- Отечественный плагиат на пана Анджея, - пояснил Южнов, - автор сначала пытался подражать Толкину, выпустил пару книжек… Потом, поняв, что до профессора ему, как до луны, нацелился на Сапковского. Выпустил целую серию книг про некромантию, сам запутался в сюжетных линиях… Главное в другом - одно время его книги были очень популярны у тех самых “толчков”, заигравшихся ролевиков. Так вот, по замыслу автора, замок Бреннер выпускал воинов для служб инквизиции. Этакий спецназ.

- Это облегчает нам задачу, - Уильям нехорошо усмехнулся, - значит, он ваш соотечественник?

- Скорее всего, - кивнул Южнов, - а кому “нам” облегчается задача? Вам и палачу?

- Вы бы хоть думали, что говорите, - укоризненно покачал головой Уильям, - такую епитимью наложу - сами на костер запроситесь.

- Молчу, - потупился Южнов, изо всех сил пряча ухмылку.

- Вот и хорошо, - оценил потуги собеседника преподобный и вернулся за стол, - мы же обедать собирались, верно?

- А это? - Георгий глазами показал на блестевшую на столе пуговицу.

- А я ее сжег, когда вынимал, - хмыкнул Уильям, - теперь это просто пуговица, можете пришить себе куда-нибудь. Про запас, так сказать.

- Подождите, - Южнов озадаченно уставился на преподобного, - а вы-то откуда про нейроперчатку знаете? Про корыстные цели и все такое…

- Все тот же начальник лаборатории прикладных разработок. Он, не поверите, просто фанат видеоигр начала двадцать первого века и с идеей умной перчатки полгода носился. Он даже мне прозвище “ХРАЗ” пытался прицепить… Но получил по шее и передумал, - преподобный усмехнулся, - Я ответил на ваш вопрос? Присаживайтесь и продолжим нашу исповедь.

Глава 5

- И чтоб вас всех! - закончил ругаться Южнов на языке родных осин, поднимаясь с земли и снимая мешок с головы, - Хорошее начало!

Георгий потер распухший нос и от души пнул выступающий из земли камень, об который только что споткнулся. Отомстив обидчику и отряхнувшись, на всякий случай ощупал и осмотрел остальные части тела. За исключением разбитого носа и ободранных рук можно было сказать, что путешествие во времени прошло безболезненно.

- Вот и замечательно, - подвел итог Южнов и задумчиво уставился на круглую выемку в поверхности скалы. Казалось, что из камня вынули часть идеально правильного шара. Георгий присел и провел рукой по поверхности углубления - камень был гладким, словно отполированным.

- Занятно, - пробормотал Южнов, - ну, хотя бы не придется ничего изобретать. Эту штуку ни с чем не перепутаешь. Осталось понять, как мне потом ее найти.

Ориентиры нашлись сразу же - несколько худосочных пальм по прямой вели к видневшейся вдали дороге.

- Еще надо понять, что поворачивать здесь, - пробормотал Южнов, добравшись до утоптанной тропинки - дорогой это было назвать сложно, - Сейчас зарубку оставим… Не понял.

Ближайшая пальма носила явные следы ударов ножа. Присмотревшись, можно было увидеть аналогичные следы на ведущих к месту прибытия деревьям. Зарубки были сделаны с внешней от пути стороны, отчего различить их можно было только с дороги.

- Вот так, - пробормотал Южнов, разглядывая поврежденный ствол дерева, - здесь, получается, уже кто-то шел. Видать, не повезло, бедолаге… Так, где там у нас город? - Южнов повертелся на месте, пока центральное место на лимбе компаса не заняла буква “W”, и решительно двинулся вперед.

Эт-Тафила, по мнению Георгия, была названа городом совершенно незаслуженно. Возможно, к далекому двадцать первому веку это скопление грязных обветшалых домов и могло дорасти до гордого звания “город”. В данный же момент пара улиц с непременным трактиром на единственном перекрестке и тщедушными деревьями, совершенно не дающими тени, вызывала лишь чувство глубокой скорби. Ощущение печали просто витало в воздухе, причем это дивное чувство странник испытывал исключительно к самому себе. Редкие местные жители взирали на Южнова с философским равнодушием.

- Эээ, уважаемый? - Южнов пристроился за единственным свободным столом трактира. Выбор был невелик - стола было всего два, второй занимали личности откровенно бандитского вида. Мебель была старая и изрядно траченная жучком, но еще крепкая.

Компания по соседству с нехорошим интересом уставилась на нового посетителя. Южнов демонстративно вытащил меч и пару раз провел по нему оселком, добавленным в инвентарь предусмотрительным Арно. Лезвие слегка блеснуло в тусклом освещении. Социально опасная компания моментально потеряла к Южнову интерес и старательно занялась изучением собственных кружек.

- Что же вы творите... - Укоризненно покачал головой подошедший трактирщик, - Оружием размахиваете, пугаете добрых католиков... Не надо так, сударь?..

- Геральт, - подавив истерический смех, представился Южнов, покосившись на соседскую компанию.

Определение "добрые" подходило к посетителям трактира очень слабо, еще меньше оно подходило к хозяину заведения. Огромный трактирщик с обезображенным шрамами лицом вызывал трепет и желание либо достать оружие, либо убраться куда подальше.

- Меня звать Иосиф, - объявил громила и выжидательно уставился на Южнова.

- Рад знакомству, - втянув голову в плечи, проявил вежливость "Геральт".

- Выговор у вас, сударь, нездешний, - заметил Иосиф, заметно расслабившись, - издалека? Сами видите, в наше захолустье мало кого заносит…

- Из Польши, - заученно наврал Южнов, - странствую…

- Привычное дело, - во взгляде трактирщика появилось уважение, - только не понял, откуда...

- Царство Польское, - Южнов покосился на соседей. Бандиты откровенно прислушивались к диалогу, - так понятнее?

- Даже не слышал, - трактирщик, наморщив лоб, покачал головой, - далеко, видать, от наших мест.

- Очень далеко, - Южнова уже начал раздражать завуалированный допрос, - к северу от Италии. Про Италию-то, надеюсь, здесь слышали?

- Не обижайтесь, сударь Геральт, - Иосиф примирительно поднял руки, - у нас любой путник вызывает интерес.

- Ага, - мрачно покивал головой Южнов, - догадываюсь, какой.

- Перестаньте, - махнул огромной ручищей трактирщик, - мы люди спокойные, мухи не обидим.

- Это, надо понимать, его мухи так отделали? - Георгий глазами показал на свернутую набок челюсть одного из бандитов за соседним столиком.

- Это наш бедолага Жак, - невнятно пояснил Иосиф, - у него много странностей. Одна из них - ссориться с рыцарями ордена. Особенно после излишнего возлияния... Правда, Жак?

- Я, это, - именованный Жаком недовольно попытался привстать из-за стола, но натолкнулся на свирепый взгляд Иосифа и покорно сел обратно, - святая правда, сударь!

- Вот и я говорю, - с искренним энтузиазмом закивал трактирщик, - святая правда! - Иосиф хлопнул себя по лбу, - прощения прошу, сударь Геральт! Чего изволите?

- А-ааа… - Смена поведения была такой неожиданной, что Южнов растерялся.

- Проголодались с дороги? - Подсказал Иосиф, слегка усмехнувшись, - Располагайтесь. Конь?.. - Трактирщик выглянул в небольшое окошко и недоуменно уставился на “Геральта”.

- Нет коня, - мрачно признался Георгий. - Пешком иду.

- Пала лошадка? - сочувственно покивал Иосиф, - Или проиграли? Дело привычное. В кости, поди, проиграли-то?

- В шахматы! - рявкнул, потеряв терпение, Южнов, - Тебе-то какое дело?

- Так все просто, - спокойствие трактирщика был непрошибаемо, - если коня проиграли, значит и деньги тоже. Их обычно первыми проигрывают. Правда, Жак?

- Истинная правда, - авторитетно подтвердил “бедолага” и вернулся к изучению содержимого кружки.

- А если денег нет, то и платить за еду нечем, - с видом профессора закончил логическую цепочку хозяин. - Бесплатно кормить не буду.

- Не будет, - вздохнул из-за соседнего столика Жак.

- Этого хватит? - мрачно поинтересовался Южнов, извлекая на свет пару потертых серебряных монет. Судя по выражению лица трактирщика, этих денег запросто могло хватить на покупку половины трактира.

- Ты поесть-то принеси, - напомнил Южнов, ненавязчиво отодвигая тянущуюся к монетам руку хозяина, - и присаживайся. Поговорим немного.

- Здесь очень скучно, - жаловался Иосиф, подперев мощной рукой подбородок и задумчиво глядя в кружку с вином, - поверьте мне, из этого перемирия ничего хорошего не выйдет.

Несмотря на свой устрашающий вид, трактирщик оказался просто кладезью знаний, коими с радостью готов был поделиться. Иосиф попал в святую землю аж из самого Константинополя. К своим восемнадцати годам тихая скучная жизнь в небогатой семье крещеных евреев успела надоесть ему до печеночных колик. Поэтому, когда под стенами города объявились воинственно настроенные крестоносцы, Иосиф в начавшейся неразберихе углядел свой шанс и прибился к войску франков.

- Судите сами, - Иосиф подлил вина себе и Георгию, - почти сто лет назад сюда пришло огромное войско. Хорошо обученные рубаки, для которых драка - привычное занятие. Разбили сарацин, выстроили крепости. И что дальше?

- А что дальше?

- Вы, сударь, кушайте… Дальше остатки этого войска расселяются по окрестным землям. Пытаются жить мирной жизнью, к которой совершенно, будем честными, не приспособлены. И жить мирно у них не получается, и воевать они уже разучились. Даже сорок лет назад я не верил в рыцарей из легенд с их горящими глазами и сияющими доспехами. Но жизнь показала, что все еще хуже. Да, у многих глаза действительно горели - жаждой наживы! А теперь все они, кто ухитрился уцелеть, сидят в крепостях и муштруют новобранцев в ожидании новой войны, не понимая, что уже обречены на поражение.

- Почему обречены? - Искренне удивился Южнов. Он хорошо помнил плачевную историю крестовых походов, но совершенно не ожидал услышать практически точный прогноз от пожилого трактирщика, - Иосиф, ты не сгущаешь краски?

- Сударь Геральт, - вздохнул хозяин, - в гарнизонах на побережье еще осталось хоть какое-то подобие порядка. Именно что подобие - возьмите тех же храмовников… Жак, успокойся! Видели их герб? Злые языки шутят, дескать уже и на лошади приспособились… - Иосиф горестно махнул рукой. - Местное ополчение от скуки уже на стенку лезет. Поразбойничать от души, как в старые времена, уже не выйдет - не дай бог попадешься патрулю. Что остается доброму католику? Только пить и играть. Я, между прочим, про коня не просто так спросил. Такого уже насмотрелся… - Трактирщик неожиданно остро посмотрел в глаза Южнову, - Мне иногда кажется, что эту несчастную христианскую страну как будто травят медленным ядом.

- Чтоооо? - Георгий поперхнулся вином и закашлялся, - Иосиф, ты…

- А что “Иосиф”? - Хозяин залпом осушил свою кружку, - Короли грызутся за трон. Магистры орденов меряются, у кого меч длиннее… - Трактирщик фыркнул, - Если бы не выходки лорда Шатильона, про сарацин все бы уже забыли. А так…

- А что Шатильон? - навострил уши Южнов, - я что-то про него слышал…

- У него здесь неподалеку замок с приличным гарнизоном, - великодушно пояснил Иосиф, - и любимое развлечение - вредить сарацинам. То караван ограбят, то еще где-нибудь напакостят. Сарацины злятся и периодически безуспешно пытаются мстить христианам - все при деле, все довольны.

- Интересное у тебя видение, - хмыкнул Южнов, - тебя послушать, так Рено доброе дело делает.

- Конечно! - Искренне удивился трактирщик, - А как же! Без этих мелких стычек солдаты уже давно бы забыли, с какой стороны за меч держаться. А тут вроде как и расслабиться сильно не дает, и до войны полноценной дело не доходит.

- Если твои мысли верные, - задумался Георгий, - то самодеятельность Рено должна быть кому-то очень не по душе.

- Наверняка, - кивнул Иосиф, - только лорд Шатильон ужасно хитрющий тип и плевать хотел на чье-то недовольство. Что хочет, то и делает.

- Или что хочет кто-то другой, - предположил Южнов, - не менее серьезный.

- Очень может быть, - трактирщик задумчиво почесал огромной рукой голову и хитро уставился на Георгия, - а ведь до замка Крак де Шато путь неблизкий. В горах сейчас снег.

- И что? - удивился неожиданной смене темы разговора Южнов.

- А то, что у меня есть лошадь на продажу, - ухмыльнулся Иосиф. - Вы же, сударь, в Керак путь держите? Всего пять монет.

- Скооолько? - Искренне возмутился Георгий, - да ей монета цена!

- За монету можете у Жака осла купить, - предложил хозяин, - не желаете? Ладно, тогда четыре.

Через полчаса торговли (поначалу Южнов торговался исключительно для вида, но потом втянулся) цена упала до трех монет. Иосиф, получивший массу удовольствия от процесса, расщедрился и вручил Георгию плащ с меховой подкладкой, проворчав, что он ему без надобности. У Южнова, сравнившего размер плаща с размером плеч огромного трактирщика, в голове зашевелились нехорошие мысли о грустной судьбе предыдущего владельца. Георгий постарался отогнать их подальше и отправился седлать лошадь.

- Поедете вот по той дороге, - напутствовал его напоследок Иосиф, - к вечеру доберетесь до гор. Переночуете, пройдете перевал и к полудню будете на месте. На дорогах нынче спокойно, но по сторонам все-таки поглядывайте, мало ли что... Вот, возьмите.

- Что это? - Удивился Южнов, принимая из рук хозяина мешок.

- Я вам собрал немного припасов в путь, - пояснил Иосиф, - счастливой дороги! Будете волей случая проезжать мимо - милости прошу.

Южнов, уже оставив за спиной перекресток, обернулся назад. Иосиф стоял в дверях и внимательно смотрел вслед.

- Ну и любуйся дальше, - пробормотал Георгий, и, истерически захихикав, пришпорил спокойную лошадку. - Шевелись, Плотва!

Глава 6

Проснулся Южнов рано утром от холода. Несмотря на меховой плащ, все тело закоченело. Привязанная к деревцу лошадь поприветствовала нового хозяина, громко фыркнув. Из ноздрей вылетел клуб пара.

- Ничего себе ночка, - стуча зубами, пожаловался животному Георгий, - Вроде курорт, но следующую ночь неплохо было бы провести под крышей, как думаешь?

Лошадь согласно махнула хвостом и продолжила меланхолично общипывать чахлые пучки травы. Оглядевшись, Южнов наметил несколько небольших деревьев и, подбросив в руке меч, поковылял на заготовку дров.

Нарубив веток и немного согревшись, Георгий сложил добытое топливо в кучу и, на всякий случай оглядевшись, сжал пальцы в жесте “пламя”. Влажные ветки моментально зашипели, через несколько секунд пошел дымок и появились язычки огня. Лошадь, опасливо покосившись на костер, постаралась отойти подальше.

- Вещь! - с уважением поглядев на собственную руку, оценил результат Южнов и начал развязывать мешок с припасами. - Жизнь налаживается!

Через полчаса окончательно рассвело. Закончив завтрак и затоптав костер, Георгий кое-как умылся мутноватой водой из протекающего рядом ручья и дал напиться лошади. Когда первые лучи солнца осветили склоны холмов из пористого песчаника, Южнов уже уверенно двигался в сторону перевала.

К полудню на дороге стало оживленнее. Виллане, не спеша идущие по своим делам, бросали на Георгия равнодушные взгляды. Встретилось несколько видавших лучшие дни повозок. Окинув Южнова подозрительными взглядами, проскакали конные патрульные. Дорога петляла между пологими холмами и после очередного поворота вышла к замку.

- Однако, - растерянно пробормотал Георгий, - Пока своими глазами не увидишь… Впечатляет.

Крепость оседлала вершину одиноко стоящего холма и главенствовала над окружающей долиной. Дорога, огибая выложенные каменными плитами откосы, полого поднималась наверх и исчезала из виду. Южнов, задрав голову, с любопытством рассматривал монументальное сооружение.

- Вы бы, сударь, с дороги отошли бы, - вернул Георгия к реальности скрипучий голос.

Южнов, рассматривая крепость, ухитрился встать ровно посреди узкой дороги, и за ним в ожидании прохода уже собралась небольшая группа виллан.

- Если хотите смотреть - так и смотрите, - утешил Георгия седой крестьянин, придерживая запряженного в повозку осла, - токмо с дороги отошли бы. Вооон туда, - возчик махнул рукой, - там и дорога пошире будет, и вид покрасивше. А со стены сегодня никого скидывать не будут, можете не дожидаться. - Ослик меланхолично потянул повозку вверх по дороге. Южнов, почесав голову, двинулся следом.

- Вход стоит две монеты, - равнодушно объявил Георгию скучающий у ворот стражник, - и с оружием нельзя. Надо бы сдать.

- “Фиг тебе!” - Мрачно подумал Южнов.

- А если не сдам? - Поинтересовался Георгий, спешиваясь. - Один мой… знакомый сдал так оружие, так потом полкни.., то есть полмесяца бегал оружием побирался. И название у города какое-то похоже было…

- У меня приказ, - развел руками стражник, - или сдаете оружие, или…

- Или что? Скинете со стены?

- Далась вам всем эта стена, - воин устало вздохнул, - один дурень напился и ничего умнее не придумал, как нарядиться сарацином и прогуляться по крепости. Так извольте, ему еще нужду приспичило справить прямо со стены. А теперь все ходят и ждут, когда следующего сарацина скидывать будут… С оружием не пропущу.

- Я вообще к вам по делу. - Южнов примирительно поднял руки, - На службу хочу поступить.

- Так что же вы, сударь, сразу-то не сказали? - Стражник заметно оживился, подошел к Южнову, опустил руку ему на плечо и понизил голос. - Хорошо подумал?

- Не советуешь? - Так же, вполголоса, поинтересовался Георгий, - Платят мало?

- Платят больше, чем в прибрежных гарнизонах. Только неспокойно здесь, на границе.

- Это я как-нибудь переживу, - усмехнулся Южнов, - прорвемся.

- Ну и хорошо. Жером! - заорал стражник во всю глотку, - Жером, чтоб тебя верблюды драли, где тебя носит?!

- Ну что ты опять орешь, Гай?, - постыдил стражника подоспевший молодой воин, - я пока еще не глухой. Хотя, твоими стараниями…

- Орать не буду - так тебя не дозовешься, - парировал стражник, - Бегом к капитану, скажешь, что доблестный рыцарь…

- Геральт, - подсказал Южнов, - только я еще не…

- Неважно, - отмахнулся Гай, - скажешь мессиру Клоду, что сударь Геральт желает поступить на службу. Все понял? А почему ты еще здесь?

- Расскажешь, что у вас тут неспокойного? - попросил Южнов.

- Как бы тебе объяснить… - Гай задумался, не забыв принять мзду у вошедшего в ворота виллана, - Вроде бы как у нас с сарацинами перемирие, а вроде бы и нет. Мы выполняем приказы лорда Шатильона, и при этом идем против воли короля. Не дай бог…

- А ты меньше думай, - посоветовал подошедший военный. Гай тут же прикусил язык и вытянулся по стойке “смирно”. Капитан одобрительно хмыкнул и выжидательно уставился на Южнова.

- Я еще не поступил на службу, - оперевшись на арку ворот, лениво заметил Георгий.

- Хм, - капитан усмехнулся, выдохнув убийственной смесью чеснока и винного перегара, - пойдем что ли, позвеним мечами? Надеюсь, ты такой же ловкий, как и наглый, иначе…

- Ну наконец-то! - не дал закончить капитану Южнов, - а драться с кем? С тобой или еще кого-нибудь позовешь в помощь?

- Ну ты нахал, - изумленно покачал головой Клод. Капитан был выше Южнова на целую голову и раза в два шире в плечах. - Пошли.

- Коня здесь можете оставить, - негромко подсказал Гай, - о нем позаботятся.

Двор гарнизона оказался недалеко. Повинуясь жесту капитана, многочисленные солдаты расступились в стороны, освободив место для поединка. На новичка смотрели с интересом и немного сочувственно.

- Значит, так, - объявил Клод, доставая меч и вставая в стойку, - без членовредительства. Порезы, ссадины, синяки - не в счет. Выбили из рук меч или не можешь встать - проиграл. Готов, задохлик?

- Большой шкаф громче падает, - не остался в долгу Южнов, поигрывая мечом, - поехали!

Клод оказался опытным мечником, но до Арно ему было очень далеко. Георгий понял это после первого обмена выпадами, но решил не заканчивать поединок сразу же, а немного поиграть с соперником.

- Откуда этот парень? - шепотом поинтересовался один из наблюдающих схватку солдат у соседа, - ты где-нибудь такое видел? Скользит, как капля жидкого серебра!

Южнов, войдя во вкус, начал понемногу теснить Клода. В очередной раз уклонившись от удара, Георгий развернулся, поднимая меч, и только чудом не пропустил неожиданный удар сзади - еще два солдата без предупреждения присоединились к схватке. Южнов даже не успел испугаться, когда сработал синаптический ускоритель и время вокруг стало медленным и тягучим.

Перекатившись, Георгий от всей души ударил сразу по двум клинкам, запоздало опускающимся на уже пустое место. Руку несильно дернуло - через мечи прошел высоковольтный разряд. Не дожидаясь, пока оружие упадет на землю, развернулся и сделал подсечку медленно поднимающему оружие Клоду. И уже напоследок отвел душу, наградив одного из бойцов подкрепления крепким пинком пониже спины, когда услышал звук спускаемой арбалетной тетивы и жужжание летящего болта.

Долгие тренировки довели реакцию до полного автоматизма - Южнов упал на одно колено, вскинув левую руку над головой и сжав пальцы в жесте “щит”. Затрещали статические разряды. Негромко звякнул отскочивший от силового купола арбалетный болт.

- Нехорошо… - Южнов поднялся и, потирая виски, огляделся. Вокруг царило гробовое молчание. Кто-то из воинов дрожащей рукой пытался перекреститься. В полной тишине зазвенел выроненный кем-то из зрителей меч.

- Не сердитесь, сударь. - на Южнова с интересом смотрел пожилой всадник в дорогой одежде. Мужчину сопровождало несколько рыцарей в полном боевом облачении. - Это был мой приказ. Я случайно увидел, как вы глумитесь над стариной Клодом…

- И решили помочь? - мрачно поинтересовался Южнов, уже догадавшись, кто перед ним.

- Я целился мимо, - отмахнулся Рено де Шатильон, - уверен был, что вы отобьете или поймаете стрелу, я видел такое. Было любопытно.

- И как? - Ядовито спросил Георгий, - я удовлетворил ваше любопытство?

- Не совсем, - усмехнулся Рено, - не откажете в любезности посплетничать с усталым стариком?

- А это… - растерялся Южнов, покосившись на потирающих ушибленные места противников. Клод обалдело хлопал глазами. Южнов молча подал капитану руку и помог подняться с земли.

- Считайте, что вы у меня на службе, - ответил на невысказанный вопрос Рено, - отдышитесь и милости прошу. Сэр Ланс, проводи шевалье ко мне. - Рыцарь справа молча поклонился, не спуская с Южнова настороженного взгляда.

- Сударь Геральт, - во взгляде Клода читалось благоговейное уважение, - если бы вы хоть немного потренировали моих ребят… Ууу, позорище! - Капитан погрозил кулаком поверженному “подкреплению”.

- Я бы на твоем месте, друг Клод, на это не рассчитывал, - покачал головой поджидающий Южнова рыцарь. - Сдается мне, ему будет не до тебя. Сударь Геральт? Мессир ждет вас.

Следуя по замку за молчаливым Лансом, Южнов изо всех сил старался не таращиться по сторонам. Миновав гарнизонные казармы и замковые конюшни, рыцарь открыл небольшую деревянную дверь. Каменная лестница в несколько маршей выходила на верхний двор крепости. Не обращая внимания на занимающихся своими делами слуг, рыцарь уверенно протопал к высокой полутемной арке. После нескольких поворотов по освещенному факелами коридору, Ланс открыл очередную дверь. Отметив про себя, что все двери здесь сделаны на совесть, но чудес технологии вряд ли выдержат, Южнов вслед за провожатым вошел в главный зал.

В огромном зале царил полумрак. Солнце с трудом проникало через узкие окна, больше похожие на бойницы. В скупых лучах света танцевали пылинки. На стенах красовалась целая коллекция оружия, преимущественно кривых арабских клинков. Массивная деревянная мебель потемнела от времени.

Атмосферу легенды портили несколько пестрых куриц, сосредоточенно изучающих содержимое разбросанной по полу соломы и уснувший прямо за столом дородный рыцарь. В том, что обладатель громового храпа принадлежит к благородному сословию было понятно по богатой одежде и деталям амуниции, хаотично разбросанными вокруг. Под столом нес нелегкую службу верный оруженосец - Георгий заметил торчащие ноги в потертых башмаках.

Одна из куриц, подняв кучу пыли, взлетела на стол и, громко квохча, принялась собирать неубранные слугами хлебные крошки. То, что большая часть крошек застряла в бороде спящего, птицу ничуть не смущало. Южнов, наблюдая эту картину, громко фыркнул. Ланс, покосившись на храпящего рыцаря, брезгливо поджал губы.

В дальнем конце зала обнаружилась очередная арка и винтовая лестница, выходящая на небольшую галерею. Рыцарь, заглянув в приоткрытую дверь, поклонился и жестом пригласил Южнова войти.

- Присаживайтесь, - хозяин замка стоял у открытого окна с бокалом в руках, - вино с Кипра, а не местная отрава. Угощайтесь.

- Не откажусь, - Южнов поерзал на жестком монументальном стуле и потянулся за бокалом.

О рыцарском титуле напоминали обязательный доспех на стойке в углу и небольшая, но явно дорогая коллекция холодного оружия на стене. В остальном помещение больше напоминало кабинет ученого - целую стену занимал стеллаж с книгами, в углу приткнулась конторка с принадлежностями для письма. В полутемном углу Южнов заметил небольшую дверь.

- В спальню не приглашаю, - Рено перехватил взгляд Георгия и ухмыльнулся, - не так мы хорошо знакомы. Да и модные нынче византийские изыски не вызывают у меня особого энтузиазма. А у вас? Не успели, надеюсь, пристраститься?

- Не успел, - деревянным голосом отчитался Южнов. Чего он совершенно не ожидал - так это разговоров о нетрадиционных любовных утехах.

- А ведь считают себя центром мировой культуры, - посетовал Рено, - сидя на костях великой империи… Как вам их столица, сударь Геральт? Успели осмотреться? Проблем не возникло?

- Да вроде не возникло, - Южнов уже подготовил в голове импровизацию “Как я был в Константинополе” и старался не выходить из образа, - Вертелась только поначалу пара бродяг, но до неприятностей не дошло.

- Для местных жуликов вы слишком опасная цель, - кивнул де Шатильон, - поэтому они и держались подальше. Куда опаснее местная стража.

- Я из порта особо и не высовывался, - Георгий врал, как по нотам, - так что Святой Софией любовался исключительно издалека.

- А зря, - наставительно поднял палец Рено, - город-то красивый.

- Может быть, - развел руками Южнов, - но я торопился. И еще их язык…

- Да! - Де Шатильон прищелкнул пальцами, - точно! Не припомните название корабля, на котором вы прибыли сюда?

- “Три апостола”, - наугад ляпнул Георгий и, похоже, угадал.

- Да, слышал, - кивнул Рено, - генуэзский неф. Большой корабль. Не одни же вы плыли…

Южнов поежился. К такому повороту событий он был совершенно не готов. Первоначальный план подразумевал спокойную социальную и языковую адаптацию в рядах замкового гарнизона - вероятность возможного провала среди недалеких солдат была минимальна. Никому и в голову не приходило, что рекрут моментально вызовет такой интерес хозяина замка.

Де Шатильон обладал огромным опытом и острым, как лезвие скальпеля, умом. Сейчас он аккуратно покалывал кончиком этого лезвия Южнова и с интересом наблюдал, как тот пытается изворачиваться.

- Вы что, переругались со всеми людьми на борту? - Поинтересовался Рено, - за время плавания могли бы хоть немного подучить франкский. На нем же половина Европы говорит… Не сочтите за труд, напомните, откуда вы родом?

- Ривия, королевство польское.

- Не слышал, - признался де Шатильон, - а скажете что-нибудь на вашем родном языке?

- Idi v jopu, staryi hren! - выпалил Южнов, - Kurva pierdole!

- Забавный язык, - усмехнулся Рено, - никогда подобного не слышал. Позвольте повторить вопрос - кто же вам помешал подучить язык франков?

- Никто мне не мешал! - Огрызнулся изрядно утомившийся допросом Георгий, - такой вот я… сущеглупый.

- Хорошее слово, надо будет запомнить, - хмыкнул Рено, - только эта ваша черта не помешала выучить высокую латынь так, что святой папа удавился бы от зависти. - Де Шатильон задумчиво посмотрел в окно. - Ладно. Вы уже сложили мнение о политической и военной обстановке в Святой земле? Вам ничего не кажется странным? Неправильным?

Южнов откровенно растерялся. Переход был очень неожиданным.

- Не стесняйтесь, - подбодрил Георгия Рено. - Могу помочь. Имели честь лицезреть прославленного сеньора де Роже? Это он в зале спит. Не просыхает уже неделю. Вместе со всеми рыцарями. Оставил замок под охраной гарнизона, много они там навоюют…

- А вы-то что тогда?.. - Не понял Южнов, - Зачем?..

- Ну как же я откажу столь знатному сеньору в гостеприимстве? - Рено нехорошо ухмыльнулся, - а еще мне интересно, сколько он еще способен просуществовать в таком вот возвышенном состоянии. Научный, знаете ли, интерес.

Южнов с опасением покосился на бутылку с вином. Рено, заметив это, со вздохом наполнил бокалы.

- Королевство потихоньку подталкивают к краю обрыва. По-другому я не могу расценить действия…

- Короля? - Предположил Южнов.

- Какого там короля, - отмахнулся Рено, - король здесь фигура исключительно номинальная. Страной пытаются править королева и ордена, а слизняк Ги просто выполняет то, что ему скажут. Я видел как-то раз забавное представление - актеры надевали перчатки с кукольными головами и, сами спрятавшись за ширмой, руками изображали людей. Наш прославленный король, - пожилой рыцарь скривился, - напоминает мне такую перчатку. Только она надета сразу на несколько рук. И никто не знает, кто спрятался за ширмой. Понимаете?

- Я что-то похожее уже слышал, - признался Южнов, - трактирщик…

- Иосиф очень неглупый человек, - кивнул Рено, - только он не видит всей картины.

- А вы видите?

- Далеко не всю, - де Шатильон вздохнул, - но даже то, что видно, заставляет задуматься. Одно только перемирие с Саладином чего стоит… Вот результат этого перемирия, в зале спит. Наслаждается плодами византийских культурных ценностей, даже оруженосца пристрастил…

- Что? - Южнова передернуло, - они что, еще и…

- У вас что, одни только плотские утехи на уме? - Рено фыркнул. - Я, вообще-то, про пьянство говорил. А про их личные отношения… знаете, не интересовался. Можете сами потом полюбопытствовать при случае.

- Нет уж, благодарю покорно.

- Как скажете… Так вот, перемирие. Я, как вы уже наверняка слышали, его не признаю. Я его не заключал и следовать откровенно глупым приказам перчатки с короной на протертом пальце не намерен. Впрочем, это и так всем известно. И грызня магистров орденов с венценосными сестричками за компанию тоже не секрет, верно? - Де Шатильон изучающе поглядел на Южнова, - А теперь слушайте внимательно. Жерар стал магистром ордена четыре года назад, верно? Я был знаком с ним ранее, когда он был еще сенешалем ордена. Это два разных человека!

- Что? - Южнов поперхнулся вином. - Что вы имеете в виду?

- Слышали выражение “как подменили”? Не могу сказать, что он и раньше был образцом сдержанности, но сейчас… - де Шатильон покачал головой, - как будто демон в него вселился. И еще эта находка…

- Какая находка? - Южнов насторожился.

- Сложно сказать. Ходили слухи, что храмовники нашли Святой Грааль. Братья ордена, сами понимаете, об этом не распространяются, так что судить сложно. - Рено неожиданно остро посмотрел в глаза Южнову. - Как думаете, с чего я так с вами разоткровенничался?

- Варианта два, - Георгий уже понимал, куда ведет разговор хитрющий хозяин, - либо я уже никому это не смогу рассказать, либо рассчитываете на ответную откровенность. На вашем месте на первый вариант я бы не рассчитывал. Во избежание, так сказать.

- А почему, если не секрет? - нехорошим тоном осведомился Рено.

- Вам представления во дворе было мало? - Еще менее приятным тоном поинтересовался Южнов, - желаете продолжения?

- Сдаюсь! - усмехнулся де Шатильон, - не сердитесь. Мы, кажется, говорили об откровенности?

- Слушаю внимательно.

- С какой целью вы здесь? - Рено выжидательно смотрел в глаза собеседника.

- Выяснить, что нашли храмовники, - Южнов решил идти ва-банк, - и нейтрализовать последствия.

- Ну надо же, - изумленно покачал головой Рено, - я, признаться, и не рассчитывал на такую удачу. Не зря я так заинтересовался людьми, которые приходят из пустыни к востоку.

- Секундочку, - Южнов нахмурился, - так Иосиф…

- Ага, Иосиф, - с довольным видом потер руками де Шатильон, - я еще вчера знал о вашем появлении. Хозяин замка подошел к окну и резко свистнул. Через несколько секунд захлопали крылья и на руку хозяина сел голубь.

- Вот, - похвастался Рено, - купил по случаю у египтян. Дороже у них, пожалуй, только кошки, но за такие диковины никаких денег не жалко. Тем более, что золото, можно сказать, у них и позаимствовано.

- Они что, с вами торгуют? - изумился Южнов, - а как же война?..

- Конечно, торгуют. Как же иначе? Война войной…

- А обед по расписанию.

- Примерно так и есть, - кивнул Рено, бережно посадив птицу на подоконник.

- Подождите, - Георгий задумался, - вы сказали “люди”? Значит, уже были…

- Они начали появляться примерно в тот же год, как поползли слухи о находке тамплиеров. Может быть, и раньше, но первого мы схватили именно тогда. Вот он-то, не в обиду вам, сударь Геральт, был подготовлен гораздо основательнее.

Египетская “диковина” покосилась на Южнова и справила нужду прямо на подоконник.

- Он почти месяц крутился по окрестным селам и почти без ошибок болтал по-нашему, - Рено хитро посмотрел на Южнова, - только потом появился в замке. Изображал из себя полуграмотного виллана. Собирал информацию. Мы поначалу приняли его за шпиона ордена…

- Как вы его вычислили?

- Он был чужой, - Рено выделил последнее слово. - Совсем чужой, понимаете? Вы тоже чужой здесь. Это сразу бросается в глаза.

- Однако… - Протянул Южнов, - и что с ним…

- У меня очень хорошие дознаватели, - Рено произнес это спокойно, но по спине Георгия пробежал холодок, - но мы так и не смогли узнать, откуда он родом. Легенда у него была продумана до мельчайших деталей, но вот узнать правду нам так и не удалось. Он умер.

- Палач перестарался?

- Представьте себе, нет. Он как будто приказал себе умереть. Никогда с таким не сталкивался. - Де Шатильон задумчиво почесал бороду, - Зато, когда нам попался второй шпион, мы не задавали опасные вопросы и узнали побольше. Его задачей было узнать практически все - какие языки в ходу, оружие, политическое положение… Все записывал, даже зарисовывал.

- Он сказал, где?.. - Южнов увидел выражение лица Рено, - …понятно.

- Да, это оказалось очередной запретной темой. Но он успел сказать, что идет подготовка к появлению кого-то… - де Шатильон задумался, - кого-то другого. И я очень рад, что нашел с вами общий язык. Задавать ненужные вопросы не буду. Если захотите - сами расскажете. Верно?

- Не уверен, - покачал головой Георгий.

- Не можете? - Сочувственно уточнил Рено.

- Не хочу, - поправил его Южнов. - Поверьте, это не моя тайна. Лучше скажите, какие теперь дальнейшие действия. Конечно, здорово, что наши планы в целом совпадают, но их еще надо реализовать.

- У меня есть мысли на этот счет, - успокоил его де Шатильон, - для начала, добро пожаловать в мой личный отряд. Требовать от вас наряжаться в доспехи не вижу смысла, с вашим стилем боя…

- Уже неплохо, - оценил Южнов, - а что делать-то надо?

- Учить язык! - Фыркнул де Шатильон, - привыкать и не выделяться... Хотя последнее явно бессмысленно. Может, объясните мне этот фокус со стрелой?

- Фокус… - Южнов призадумался, - что вы слышали про магию?

- Интересный вопрос, - Рено хмыкнул, - считается, что волшебство проистекают от трех источников. От Всевышнего, или чудо. От сатаны - колдовство или malefica, и собственной силы человека. Святоши последние две чешут под одну гребенку, им только волю дай…

- А вот так, любопытства ради… Если с помощью черной магии навести порчу, понос и еще что-нибудь полезное на сарацинское войско? Это будет считаться доброй или злой магией?

- Хорошо, что замковый капеллан нас не слышит, его бы удар хватил. - Де Шатильон ухмыльнулся, - Надо полагать, что дьявол такую просьбу просто не выполнит. А вы что, можете?..

- Куда уж мне, - вздохнул Южнов, - мне только стрелы отбивать… И еще кое-что. Исключительно, так сказать, прикладное. Зато никого просить не надо. Все сам.

- Я уж заметил, как вы приложили бедолагу Клода, - Рено хмыкнул, - окажите любезность, не бросайтесь огненными шарами и другими подобными штуками в замке. Камень нынче дорогой. Ланс!

Молчаливый рыцарь появился в дверях и поклонился.

- Шевалье Геральт теперь служит в моем личном отряде. Ну, ты сам знаешь, что делать. Поселишь его здесь, никаких казарм! На первое время будь рядом с ним. Через месяц он должен говорить на франкском не хуже тебя, понял? И подберите ему коня.

- А как же…

- Вашу клячу вернем обратно Иосифу, вместе с плащом. Он их как раз на такой вот случай и держит. Вас заметили еще на подъезде к воротам и ждали.

- Вот гаденыш! - Восхитился Южнов, - содрал с меня целых три монеты!

- Он же еврей, - искренне удивился Рено, - даром что крещеный, а все равно еврей.

За время разговора с Рено в зале произошли определенные изменения. Оруженосец благородного де Роже переместился из-под стола на скамью и, свесив вниз ногу, продолжил спать. Сам благородный рыцарь покачивался на стуле, стеклянными глазами оглядывая пустой стол. Шевалье с трудом сфокусировал взгляд на вошедших мужчин и прорычал несколько фраз. Смысла Южнов не понял, но тон ему совершенно не понравился.

- Чего ему надо? - негромко поинтересовался Георгий у Ланса.

- А что ему надо, как думаете? - вздохнул рыцарь, - Вина требует.

- Я ему что, слуга? - Опешил Георгий, - И вообще…

- Эй, ты! - благородный де Роже сообразил, что его не понимают, и с трудом перешел на латынь, - Вина мне! Бегом, смерд!

- А вот это я уже понял, - процедил Южнов, - сам сходи! - Георгий продемонстрировал средний палец и весьма некуртуазно пояснил рыцарю, куда именно он может сходить. Винные погреба в этом списке отсутствовали.

- Merde! - Взревел де Роже и попытался встать со стула, шаря руками по столу в попытках дотянуться до оружия. Ланс со страдальческим лицом закатил глаза.

- Сам такой, - ухмыльнулся Южнов, наблюдая за неуклюжими попытками рыцаря принять вертикальное положение. - Что бы с тобой такого сделать? В морду, может быть, дать?

- Нет! - Простонал Ланс, - только не бейте его!

- Зря, - расстроился Георгий, - ну да ладно. Вот, что мы сделаем…

Подскочив к копошащемуся за столом рыцарю, Южнов вытянул руку и сжал пальцы в жесте “тихий час”. Благородный шевалье грузно осел на скамью, протяжно зевнул и, рухнув головой на стол, оглушительно захрапел. Оруженосец, с трудом разлепив один глаз, покосился на своего господина и, не обнаружив опасности, отвернулся к стене.

- Грозный рыцарь спать ложится, Саладин ему приснится… - напевая импровизированную колыбельную, Южнов сгреб со стола хлебные крошки и высыпал их в бороду благородного сеньора. Курицы заинтересовались.

- Вот бы мне так уметь, - с неподдельным уважением глядя на Георгия, заметил Ланс.

- Уложить кого-нибудь баиньки? - Удивился Южнов, - у вас тут что, массовая бессонница?

- Пьянство у нас тут, - вздохнул рыцарь, - а вразумлять приходится тумаками и словом Божием. Тумаки эффективнее.

Глава 7

- Хватит на сегодня, - тяжело выдохнул Ланс, вытирая со лба пот, - какой у нас счет?

- Ничья, - Южнов вложил меч в ножны, - помаленьку учишься держать оружие в руках.

- Кто бы говорил, - рыцарь ухмыльнулся, - напомнить, кто на прошлой неделе сам себе щитом по лбу заехал?

- Ненавижу эту деревяшку, - Южнов бросил на песок тяжелый пехотный щит и потер рукой еще не зажившую шишку, - Тяжелый, зараза! Без него как-то сподручнее.

- Привыкай, - похлопал его по плечу Ланс, - хотел воинской службы? Изволь.

- А я чего? - фыркнул Георгий, - я ничего. Жрать охота.

- Это мысль! - Одобрил рыцарь, - пошли. У меня у самого в пузе урчит.

Месяц “средневековой социальной адаптации” прошел с пользой. Казавшийся немногословным и сдержанным Ланс оказался отличным мужиком и моментально нашел с Южновым общий язык, разница в социальном положении ничуть не мешала. Георгий уже практически без ошибок болтал на старофранцузском, который, к слову сказать, оказался намного проще возвышенной латыни. Ежедневные тренировки в фехтовании принесли пользу обоим - Ланс стал заметно гибче и не боялся импровизировать, а Южнов мало-мальски освоился с ведением боя в пехотном строю.

Перепало и капитану гарнизона - едва рыцарь с загадочным гостем появились во дворе и обнажили оружие, Клод объявился в первых рядах зрителей и принялся так горестно вздыхать, что Ланс расхохотался и махнул рукой, приглашая капитана принять участие в поединке.

Сам хозяин замка в процесс ассимиляции практически не вмешивался, полностью переложив ответственность на пунктуального рыцаря.

Солдаты гарнизона относились к Южнову, как к своему, но с небольшой долей опасения - большинство самолично наблюдали трепку, полученную капитаном в день появления загадочного “мастера с севера”, но куда более неожиданное событие случилось на следующий день. Не просыхавший уже вторую неделю благородный де Роже появился абсолютно трезвый, пинками собрал воедино сопровождающих рыцарей и уже через час отбыл восвояси. Загадочное протрезвление моментально обросло самыми невероятными слухами, которые сходились в одном: таинственный северный колдун наложил на рыцаря страшное заклинание и теперь бедолага никогда не сможет употреблять спиртного. Солдаты шепотом перечисляли друг другу телесные и душевных муки, грозящие нарушившему запрет. Хозяин замка подлил масла в огонь, дополнив и без того зловещий список такими леденящими душу подробностями, что даже самые отъявленные пьяницы если и не завязали с вином, то хотя бы старались держать себя в руках.

- Хорошо, что не наша сегодня очередь, - опустошив огромную кружку кисловатого пива, озвучил мысль усатый сержант, - капитан нынче лютует.

- Еще бы ему не лютовать, - хмыкнул сидящий рядом солдат, - мало, что получил от Геральта по заднице, так даже мечом его достать не смог. Вот и ходит теперь, виноватых ищет.

- Попробуй его достань мечом, - рассудительно заметил сержант, - ты видел, что он вытворяет? Ты еще замахиваешься, а он уже у тебя за спиной оказался. Никогда не видел такого! У нас так не сражаются.

- Он как будто ускользает от удара, - заметил третий, - не блокирует, не отводит удар мечом, а вот стоял он перед тобой - а уже в другом месте! С кем так бьются?

- Я слышал про таких, - встрепенулся сидящий напротив молодой солдат, - venator monstrum называют. Охотники за всякой нечистью, прости господи! - солдат перекрестился.

- Так то на севере, - авторитетно заметил сержант, - там края дикие, не все еще крест святой знают. Вот и развели у себя всякое… Вот скажи мне, на кого ему здесь, в святой земле, охотиться? Не водится у нас ничего такого. Ты вот хоть раз утопца или упыря своими глазами видел?

- А проклятый Бен-Аццах, трижды гореть ему в аду? - подсказал солдат справа.

- Тьфу! - лица солдат скривились, - Нашел, кого вспомнить! Да за столом… Сеньор Ланс, сударь Геральт! - солдаты повскакивали из-за стола, сержант почтительно поклонился, - разделите скромную трапезу?

- Ага, - Южнов устроился на жесткой скамье и наполнил миску варевом из общего котла, - господи, как жрать охота… А кто это такой - Бен Аццах?

Сержант покраснел и под взглядом Ланса как-то немного уменьшился в размерах. Солдаты изо всех сил делали вид, что их здесь нет.

- Авия бен-Аццах, местный ростовщик, - ухмыльнувшись, просветил Южнова Ланс, - ему, кажется, уже весь гарнизон денег задолжал. Правда, Арман?

- Истинная правда, сеньор, - Сержант был готов сквозь землю провалиться.

- Упырь-то он первостатейный, - негромко, чтобы слышал только Южнов, объяснил рыцарь, - ссужает добрым католикам деньги под такие огромные проценты… Трижды гореть в аду - это для него маловато. - Рыцарь вздохнул. - Да и пристукнуть его нельзя. К кому еще пойдешь, если деньги понадобятся?.. Жером? Что случилось?

- Сударь Геральт, сэр Ланс! - запыхавшийся гонец поклонился, - его светлость… ждет вас… незамедлительно…

- Вот и поели, - мрачно прокомментировал Ланс, поднимаясь из-за стола, - где ждет его светлость?

- На восточной стене, - Жером покосился на котел с варевом и облизнулся, - приказано незамедлительно…

- Да поняли мы все! - Остановил очередную тираду гонца Южнов, с тоской во взгляде отодвигая едва тронутую миску. - Что случилось-то?

- Его светлость…

- Ждет на восточной стене. Незамедлительно, - закончил за гонца Ланс и пихнул в бок Южнова, - пошли. Своими глазами все увидим.

- Полюбуйтесь! - Вместо приветствия махнул рукой Рено, - Что думаете?

Георгий и Ланс выглянули в бойницы. Замок строился по всем канонам фортификации - внизу, метрах в двадцати, крепостная стена переходила в гласис, сложенный из грубых каменных плит. У подножия соединялись две дороги - по одной когда-то приехал с юга Георгий, другая, огибая холмы, уходила на восток и терялась в пустынном мареве. Обычно оживленный перекресток был пуст. Немногочисленные вилланы спешно разворачивали повозки, самые смелые с безопасного расстояния наблюдали, как по дороге с востока подходит сарацинское войско. На удивление, никакой подготовки к осаде или другим агрессивным действиям в рядах противника не наблюдалось. Воины, демонстративно не обращая внимания на жмущихся к воротам крестьян, рассредоточились по долине и занялись обустройством лагеря. Наконец самый смелый (или самый глупый) виллан, без конца бормоча под нос молитву, проехал на своей повозке вдоль укрепления на юг. За ним, опасливо косясь на сарацин, потянулись другие.

- Интересно, правда? - Рено в задумчивости потер седеющую бороду, - Первый раз такое наблюдаю. А ты, сэр Пирр?

Мрачного вида рыцарь, молча разглядывающий врагов, покачал головой.

- Куда ведет эта дорога? - поинтересовался у Ланса Георгий.

- Туда, где нас очень не любят, - вместо рыцаря ответил Шатильон, - и куда мне теперь очень сильно захотелось добраться.

- Торговый путь в Дамаск, - охнул Южнов, - вот оно что!

- Что-то ценное, видать, везут, - кивнул Пирр, - пригнать отряд… Намекнуть… Ничего не скажешь, умно. Делают успехи.

- Неудивительно, - пожал плечами Ланс, - мы их давно тренируем.

Сарацины никуда не торопились. В центре лагеря воины неспешно растягивали большой шатер. Неподалеку уже установили несколько шатров поменьше. Войско явно решило задержаться здесь надолго.

- Ну и нахалы! - Изумленно покачал головой де Шатильон, - вы только полюбуйтесь на этот балаган!

- Прикажете атаковать? - с кровожадной надеждой в голосе предложил Пирр, - их всего-то около полутысячи…

- Всего-то? - отчетливо скрипнув зубами, огрызнулся Рено, - Ты о потерях подумал? Предлагаешь оставить замок без защиты? Вот Саладин-то порадуется!

- Воевать с врагами господними - наша священная задача, - воинственный рыцарь не унимался, - Господь дарует нам победу!

- “Подходящее тебе имя дали”, - слушая напыщенные речи рыцаря, подумал Южнов.

- Нелепая ситуация, - покачал головой Ланс. - Атаковать их тактически невыгодно. А сидеть и ждать…

- Над нами даже верблюды смеяться станут, - со злости плюнул в бойницу Рено.

- И так нехорошо, и так скверно, - подвел итог Южнов, - патовая ситуация.

- Знаете эту арабскую игру? - удивился де Шатильон, - я слышал, что Салах-ад-Дин к ней неравнодушен… Дьявол! Да чтоб по ваши души демоны явились!

- Демоны? - На лице Южнова появилось отсутствующее выражение, обычно сопровождающее детальное обдумывание очередной шедевральной пакости.

С очень нехорошей ухмылкой Георгий ухватил де Шатильона за рукав. Пирр нахмурился, заметив неподобающее этикету поведение, но Южнову было глубоко наплевать.

- Рено! - Георгий почти силой подтащил хозяина к бойнице, - они боятся демонов?

- Это, пожалуй, единственное, чего они боятся, - обескураженно ответил Шатильон, - после Саладина, конечно… А что?

- Есть у меня одна идея… - Георгий подвинулся поближе и зашептал де Шатильону на ухо. На лице хозяина замка появилось искреннее изумление. Пирр и Ланс с недоумением переглянулись.

- Сударь, осмелюсь спросить, вас матушка в детстве не роняла? - Рено в раздумьи почесал голову. - Я-то наивно полагал, что меня нынче ничем не удивить… Безумная авантюра!

Де Шатильон подошел к бойнице и некоторое время рассматривал вражеский лагерь.

- Пирр. - Рено резко повернулся. - Запереть ворота. Стражу утроить. Покидать замок запрещается. - В голосе хозяина появились металлические нотки. - Нарушители будут повешены. Вместе с караулом, так и объяви. К полуночи подготовь конный отряд. Понял? Бегом!

Пирр коротко поклонился и бросился исполнять приказ.

- Ланс. - Де Шатильон в упор уставился на рыцаря, - ты выполняешь все распоряжения Геральта. Не удивляясь и не рассуждая. Считай, что он сейчас в замке главный. Понял?

- Понял, - захлопал глазами Ланс, который ничего не понял.

- Ничего, еще поймешь, - утешил его Рено, - главное, ничему не удивляйся. И да поможет нам всем бог!

Азхар ибн Ваджих аль-Сальфулла, накиб отряда, укладывался спать в своем шатре. Задание, на взгляд опытного воина, было пустяковым - на две ночи встать лагерем перед стенами замка франков. В конфликт не вступать, на провокации не реагировать. Просто предостеречь неверных, что на востоке сейчас им делать нечего - они не настолько безумны, чтобы бросить силы в неравный бой. Ну, а если здравый смысл им окажется неведом - на все воля Аллаха…

- Что там еще? - Неспешные раздумья военачальника прервали обеспокоенные голоса. Откинулся полог шатра.

- Мой господин! - вбежавший воин склонился в поклоне, - эти неверные что-то замышляют! Свет, огни какие-то…

- Огни какие-то, - вздохнул Азхар, - если они неверные, абу-Джахль, то должны в темноте сидеть? Факелы…

- Да нет же! - дозорный был сильно встревожен, - мой господин, взгляни сам!

- Ну пойдем, посмотрим… - Азхар мрачно посмотрел на воина, - и если тебе, сыну шакала, опять что-то померещилось…

В лагере было неспокойно. Воины, задрав головы, с тревогой всматривались в происходящее на стене крепости. Казалось, что в замке начинается пожар - по внутренней стене плясали отсветы огня.

- Кто это? - Азхар первый заметил фигуру в черном плаще, стоящую между зубцов стены. Вокруг разгорались язычки огня, - Что он делает? Тихо!

- To krylom vody kasajas, to streloj vsmivaja v nebo… - в наступившей тишине отчетливо стали слышны слова незнакомого языка. Огонь рос и поднимался вверх, фигура уже была окружена кольцом гудящего пламени. Лицо человека скрывалось под глубоко надвинутым капюшоном, плащ развевался на ветру - хотя у подножия стены царил полный штиль.

- Колдун, - выдохнул кто-то из воинов, - колдун! Шайтан!

- Молчать! - рявкнул Азхар. Колени военачальника мелко подрагивали.

- Sinim plamenem pylajut stai tuch nad bezdnoj morja! - В голосе неведомого мага появились угрожающие ноты. Фигура вскинула руки.

- Лучники! - срывающимся голосом взвыл Азхар. Воздух наполнился гудением летящих стрел, но фигура на стене не обращала на них никакого внимания. Строки заклинания продолжали тяжело падать на оцепеневшее войско.

- Pust silnee grjanet burja! - Выкрикнул маг. Пламя за спиной колдуна взревело. В языках дымного огня начала медленно подниматься огромная уродливая тень.

- Демон! - простонал кто-то из воинов, - Он призвал ифрита! Спаси нас Аллах!

Остановить панику в отряде было уже некому - от ужаса Азхар потерял сознание, но этого никто не заметил. Все были поглощены творящимся на стене страшным зрелищем.

Огромный ифрит, весь окутанный пламенем, подался вперед и схватился всеми четырьмя руками за зубцы стены. Вниз посыпалась каменная крошка. Рогатая голова демона медленно повернулась, страшные огненные глаза в упор уставились на почти уже потерявших от страха рассудок сарацин. Демон захохотал. Раскаты жуткого смеха, казалось, доносятся со всех сторон.

- Почему они не бегут? - обескураженно спросил спрятавшийся за зубцом крепостной стены Южнов у пристроившегося рядом Ланса, - пора бы уже!

- Они, кажется, позабыли, как бегают, - усмехнулся рыцарь, - качественно мы их напугали.

- Сейчас побегут, - мрачно обнадежил друга Южнов, аккуратно выглядывая в неосвещенную бойницу и прицеливаясь левой рукой.

Стоящий в первых рядах воин оцепенело смотрел, как на нем сперва задымилась, а потом начала тлеть одежда.

- А-ааааа! - Потеряв всякое самообладание, взвыл солдат и бросился в спасительную темноту пустыни, на ходу пытаясь сбить огонь. Это стало последней каплей.

- А-ааа! Шайтаааан! - сарацины, утратив остатки разума, бросились врассыпную. Посреди опустевшего лагеря тревожно ржали брошенные кони и пластом лежал так и не пришедший в себя доблестный Азхар ибн Ваджих аль-Сальфулла.

Через несколько минут в воротах загремели копыта - отряд Пирра вылетел из замка.

Подготовка к “Show” (как назвал предстоящую операцию Южнов) была проведена впечатляющая. Сильно помогла организованная Лансом неделю назад экскурсия по замковым подвалам, в которых хранилось все (если называть вещи своими именами) награбленное у сарацин добро.

Южнов давно уже отметил, что по ночам замок освещается “земляным маслом” - Ланс гордо продемонстрировал ряды кувшинов с маслянистой сырой нефтью. Рено планировал продать трофей искушенным византийцам для изготовления знаменитого “греческого огня”, да руки еще не дошли. В результате часть кувшинов отправилась на стену.

Больше всех пострадала конюшня - Ланс, выслушав Георгия с требованием раздобыть несколько длинных и прочных жердей, недолго думая приказал разбирать крышу и снимать стропила.

Чумазые как черти и такие же злые после нескольких часов работы трубочисты притащили во двор три ведра сажи. Еще через час дышать во дворе стало невыносимо - Южнов распорядился перемешать сажу с уксусом и пропитывать полученной едко пахнущей смесью сложенные рядом жерди, ткань и несколько мотков веревки.

Больше всего Южнов опасался, что ткань, несмотря на импровизированную противопожарную пропитку, рано или поздно загорится. На выручку пришел Рено, выделив Георгию два рулона баснословно дорогого “горного льна”, захваченного среди прочего добра в очередном набеге.

- Что это? - Удивился Южнов, изучая шелковистую ткань.

- Говорят, что он не горит, - развел руками Рено, - я не пробовал. Я слышал, что скатерти из нее не надо стирать. Достаточно сунуть в печь…

- Asbest! - с восторгом выдал очередное незнакомое слово Южнов, - ну надо же! А не жалко?

- Все равно без дела лежит, - отмахнулся де Шатильон, - тем более, что чахотка от него случается. Так что берите, не стесняйтесь.

Перемазанные сажей слуги, про себя проклиная Южнова, ползали по двору, обматывая уже связанные между собой жерди покрашенными в черный цвет лохмотьями асбеста.

Из здоровенного кувшина из-под уксуса Георгий с видом Микеланджело сотворил голову демона - проделал в кувшине глаза - дырки и добавил деталей, облепив все глиной. В качестве обязательных рогов сгодились две ржавые сарацинские сабли, предварительно измазанные сажей. Внутрь было налито немного нефти и через дырку в “затылке” вставлен пропитанный ей же фитиль.

Южнов отошел подальше и полюбовался делом рук своих. Выглядело достаточно ужасно.

“Кукла колдуна”, как обозвал горшок на палке с надетым сверху асбестовым плащом Южнов, выглядела вполне пристойно, но Рено, войдя во вкус, велел принести старую кирасу, шлем, кольчужные рукавицы и стойку для доспеха. Понаблюдав, как двое слуг, пыхтя от натуги, длинными палками поднимают и опускают потяжелевшие руки манекена, Южнов и Рено обменялись довольными взглядами.

На крышу башни при помощи веревок подняли несколько жердин и притащили три корзины с камнями - им предстояло играть роль противовесов. Подъем осуществлялся с невидимой врагу стороны башни.

Принцип действия конструкции Южнов успел подглядеть на съемках в детском театре кукол, только марионетка тогда была размером всего в полметра, а здесь… Георгий задумчиво покосился на разложенного по двору монстра.

- Нервничаешь? - поинтересовался Ланс.

- А как ты думаешь? - огрызнулся Южнов, - а если что-то не так пойдет? Веревка, например, сгорит…

- На все воля божья, - пожал плечами рыцарь, - ты, кстати, на кухню еще хотел заглянуть?

- Пошли вместе, - вздохнул Георгий, - ты повара видел?

- Зато тебе у кузнеца меха забирать не пришлось, - фыркнул Ланс, - а у него такое лицо было…

Список помещений замка, пострадавших от неожиданного разорения, постепенно рос. Повара чуть удар не хватил, когда Южнов с бригадой “разнорабочих” объявился на кухне и с каменным лицом велел выломать из дымохода здоровенную медную воронку, используемую в качестве вытяжки. Пыхтя, слуги на четвереньках тащили награбленное добро на стену. Рядом с воронкой пристроили кузнечные меха - из них предполагалось обдувать манекен, создавая иллюзию ветра. Организатор всего этого безобразия вовсю суетился на стене, проверяя пробки в кувшинах с нефтью.

- Песок! Где песок?

- Пятая повозка, господин, - утирая пот, отчитался назначенный Георгием старшина импровизированной “пожарно-пиротехнической команды”. Воду тоже доставили, три ведра… осмелюсь спросить, зачем вода-то?

- Ее плеснете по моей команде, - пояснил Ланс, - в горящее земляное масло.

- Так полыхнет же! - ужаснулся слуга.

- Вот и хорошо, - отрезал Георгий, - где камни?

- Камни сейчас будут, - отчитался стоящий тут же Клод, разглядывая медную воронку, - четыре корзины, как велено. Высыпать вниз, по команде, чтобы шуршание и стук слышно было. Факелы готовы.

Георгий отставил в сторону опустевший кувшин из-под нефти и при тусклом свете факелов еще раз оглядел место предстоящего представления. Манекен установили в проем стены, предварительно налив вокруг него кольцо нефти. Две широкие дорожки налили позади стены и у подножия башни. Между ними лежал “ифрит”, уже привязанный к спущенным с башенной крыши веревкам. Самым тщательным образом проинструктированные “пожарные” уже стояли наготове с лопатами.

- Ну что? - Южнов обвел взглядом последние приготовления и, пристроившись в соседнем проеме, дал знак поджигать нефть, - Show must go on!

Георгий сидел, устало привалившись спиной к закопченному зубцу стены. Чумазые “пожарные” уже заканчивали засыпать остатки горящей нефти песком.

- Ну, сударь Геральт, - Рено разглядывал Южнова со смесью недоверия и восхищения в глазах, - признаюсь, я много чего на свете повидал, но вот такого…

- Безобразия, - подсказал ухмыляющийся во всю физиономию Ланс.

- Это еще слабо сказано, - покачал головой хозяин замка, - впечатляющий спектакль! Давайте-ка убирать… эээ… декорации.

- Сейчас уберем, - охрипшим голосом согласился Южнов. Его немного покачивало. Индикатор накопителя моргал красным - практически с самого начала Георгий прикрывал силовым щитом находящихся рядом людей от стрел, а последний залп теплового излучения израсходовал запас энергии практически до нуля. - Жрать хочу. И голос чуть не сорвал.

- Зато звучало-то как! Эээ, да ты на ногах не стоишь! - Ланс подскочил к Южнову и подставил ему плечо.

- Так. - Рено прищурился, - Сударь Геральт, марш отсюда. Зайдете на кухню, потом отдыхать! Ланс, проследи за нашим героем.

- Да я сам, - Южнов попытался сделать пару шагов самостоятельно и буквально повис на Лансе. Ноги не держали. - Ого! Ничего себе!

- Клод, помоги, - распорядился Рено, - вдвоем дотащите. - Хозяин замка ухмыльнулся. - И оставь уже свою игрушку! Пугать демонических смехом уже никого не нужно. А вот умыться стоит.

- Слушаюсь! - Капитан подхватил Георгия с другой стороны, с сожалением положив на землю медную кухонную воронку. Вокруг рта Клода красовался черный круг - импровизированный рупор никто не удосужился почистить от сажи.

- Сударь Геральт! - спохватился де Шатильон, - откройте тайну, что за заклинание вы произнесли перед этими язычниками?

- Заклинание? - Георгий на секунду задумался, соображая. Сил смеяться уже не было. - Да просто стихи, на моем родном языке. Про свободу, ветер, шторм… У нас в детстве все их учат.

- Страшное, должно быть, это место, - глядя вслед Южнову, буквально висящему на плечах мужчин, задумчиво пробормотал де Шатильон, - где детям читают такие кошмарные стихи.

Глава 8

- А это обязательно? - Поинтересовался Южнов, забираясь на лошадь. - Вы без меня что, не справитесь?

- Во-первых, обсуждать приказы командира у нас не принято, - усмехнулся Рено, - а во-вторых, это же весело! Прокатиться, помахать мечом, снести с плеч пару сарацинских голов…

- И милостью божией прибарахлиться, - негромко добавил сидящий в седле Ланс.

Рыцарь безжалостно растолкал сонного Южнова с первыми лучами рассвета. Несмотря на совершенно самоубийственный ночной “ужин”, после которого Георгий с раздутым животом еле дополз до кровати, организм громким урчанием в животе прозрачно намекал на необходимость завтрака - разряженный “в ноль” накопитель за прошедшую ночь успел восполнить запас энергии больше, чем наполовину. Вчерашней слабости как не бывало - Южнов ощущал себя на удивление бодрым и готовым к очередным подвигам.

- Ну вот, живой, - с одобрением оценил состояние друга Ланс, - собирайся. Через час выезжаем.

- Куда выезжаем? - Георгий, еще не до конца проснувшийся, удивленно захлопал глазами.

- Как куда? - в свою очередь опешил рыцарь, - на восток, перехватить караван! Ради чего тогда было весь этот балаган устраивать?

- Mozhno grabit’ korovany, - выдал Южнов очередную таинственную фразу и хмыкнул, - все включено. Пошли жрать, что ли?

- Знаешь, - задумчиво наблюдая за Южновым, поглощающим уже третью миску каши с мясом, рассуждал Ланс, - я тебя, пожалуй, в оруженосцы не возьму.

- Это почему? - не отрываясь от еды, поинтересовался Георгий.

- Да жрешь ты много, - ухмыльнулся Ланс, - и Рено отсоветовал.

- Я расту, мне надо, - с набитым ртом объяснил Южнов и удивленно уставился на товарища, - подожди! Ты это сейчас серьезно?

- Тебе, надо полагать, рыцарское посвящение не требуется? - Ланс пожал плечами.

- Я как-то и не задумывался даже, - искренне удивился Георгий, - да и зачем?

- Как зачем? - теперь опешил Ланс, - это же…

- Давай, давай, - подбодрил друга Южнов, приканчивая третью порцию, - организуй мне рекламную кампанию. Рассказывай, как корабли бороздят просторы большого театра.

- Какого еще театра? - окончательно сбитый с толку Ланс вытаращился на ухмыляющегося Южнова. - Рыцарь - это уважение, почет… - Ланс замолчал.

- По дороге придумаешь, - обнадежил друга Георгий, вставая из-за стола.

- Торопиться не будем, - рассказывал едущему рядом Георгию де Шатильон. - Будем на месте часа через три. По моим расчетам, караван мы увидим только завтра. Ну, или сегодня вечером.

Пока Южнов отсыпался, отряд сэра Пирра полночи собирал по ближайшим холмам спасавшихся бегством сарацин. Далеко разбежаться не дала кромешная темнота - у впавших в панику воинов не оказалось ни одного факела. Двоих нашли прямо рядом с лагерем - оба, улепетывая со всех ног, лбами врезались в стволы деревьев. Попытки получить хоть какую-то информацию ничего не дали - трясущиеся от страха пленные сидели в подземелье замка и наперебой восхваляли Аллаха, чудом спасшего их от вечных мук в огненных когтях ифрита, а прославленный Азхар ибн Ваджих аль-Сальфулла от страха повредился рассудком и на все расспросы хлопал глазами и издавал невнятные звуки.

- Действовать будем по обстоятельствам, - размышлял вслух Рено, - большая часть войска сейчас отдыхает в темнице, поэтому охраны будет немного. А может быть, и нет… Там разберемся.

- Чего чего, а искренней сарацинской любви происходящее нам точно не прибавит, - хмыкнул Георгий, - не боитесь? Мало они нас ненавидят?

- Что касается любви, то пусть любят кого угодно - Саладина, Аллаха, да хоть собственных верблюдов, - отмахнулся Рено, - только с чего вы, сударь, решили, что они непременно должны нас ненавидеть?

- Как это “с чего”? - Южнов от удивления поперхнулся. - Война же… Другая вера…

- Перестаньте, - де Шатильон сморщился, будто услышал нечто донельзя глупое, - вот скажите, лично вы ненавидите сарацин?

- Ээээ… - Георгий задумался, - за что мне их ненавидеть? Ну, воюем… Но ненавидеть? Пожалуй, нет.

- Вот именно, - кивнул Рено, - война войной, а ненависть - слишком личное чувство. Никакой ненависти дети Аллаха к нам не испытывают. Закономерно злятся, опасаются, но не ненавидят. Можете поверить, у меня было время проникнуться их настроениями. Как думаете, пятнадцати лет в зиндане достаточно?

Южнов с суеверным ужасом покосился на безмятежного пожилого рыцаря. Рено совершенно не походил на озверевшего от ненависти безумца с торчащей во все стороны рыжей бородищей, каким рисовал его западный кинематограф. Рядом с Южновым ехал невысокий, но еще крепкий и жилистый человек с задумчивым лицом философа и хитрющими глазами.

- Ненависть на редкость опасное чувство, - разглагольствовал Рено, - она подавляет разум и иссушает душу. Ненависть простительна человеку, чей брат попал под удар сарацинской сабли, ибо человек слаб. Но заставить ненавидеть целый народ… Да зачем? Сарацины идут в бой с восторгом и умирают и именем Аллаха на устах, а не выплевывают предсмертные проклятия. Последователи пророка Мухаммеда весьма мудры и гораздо терпимее к иной вере, чем мы, христиане. Когда закончится эта нелепая война…

- То что?

- А то, что нам придется заново учиться жить. Мир уже не будет таким же, как был раньше. Они это тоже прекрасно понимают… Что-то я размечтался, - Рено глубоко вздохнул, - кстати, говоря о ненависти, я немного слукавил. Есть кое-кто, кого мусульмане искренне, всей своей таинственной восточной душой, гм, недолюбливают. Евреи.

- А кто их вообще любит? - удивленно поинтересовался внимательно прислушивающийся к речам сюзерена Ланс.

- Занял денег у бен-Аццаха? - Ехидно поинтересовался Рено. - И ты туда же?

Ланс обиженно засопел и отвернулся.

- Мусульмане поняли то, что никак не могут постичь наши сиятельные короли, - де Шатильон вздохнул, - никаких дел с иудеями! После веселья в Медине это даже вписали в Коран. Предупреждение для потомков. По мне, весьма разумное решение. Понимаете?

Ланс и Южнов одновременно помотали головами.

- Ладно. В эллинском языке есть очень емкое слово “parasitos”, не слышали? Если отбросить всю вдохновенную лирику вроде прогулок по пустыне с Моиссем во главе и прочую, уже тысячу раз перевранную чушь, в сухом остатке у нас останется малоутешительный факт: евреи сами делать ничего не могут или не хотят, и с несчастными обиженными лицами идут на все готовое. Вроде какой вред от пары еврейских семей? А через несколько лет они уже повсюду! Половина горожан по уши в долгах, а правитель пляшет под дудку еврея-советника.

- Как тараканы, - пробормотал Ланс.

Южнов скривился. Местные тараканы обладали настолько чудовищными размерами и такой же чудовищной наглостью, что Георгий чуть ли не с нежностью вспоминал родных “стасиков”. По мнению Южнова, отечественные тараканы были гораздо воспитаннее и не позволяли себе во время обеда ползать по столу и падать с потолка в кружки с пивом.

- Тараканы не утверждают, что они избранный богом народ, - ухмыльнулся Рено, - и это выгодно отличает их от евреев. Но, в целом, сравнение верное. Теперь смотрите, что происходит дальше. Казалось бы, сидишь ты в тепле и сытости - сиди и радуйся! Но нет - рано или поздно иудеи начинают намеренно раздражать хозяев. Открыто нарушать законы, спорить с властями… Одна только “богоизбранность” чего стоит - кому приятно, когда его считают человеком второго или третьего сорта? Обстановка постепенно накаляется. Дальше по плану какое-нибудь мелкое происшествие и неизбежное изгнание или погром. Заметьте - это “мелкое происшествие” обычно происходит по вине евреев. Вроде пустячок - привязать к скамейке платье женщины, верно? Или прилюдно отказаться от соблюдения законов. Как бы вы это назвали?

- Провокация, - развел руками Георгий, - но зачем?..

- А затем, - наставительно поднял палец Рено, - что они уже присмотрели себе место потеплее. Вы же не думаете, что организаторы всего этого безобразия будут сидеть и ждать, когда их покрошат в капусту? Несомненно, часть семей останется, это расходный материал. Жертвы обязательны - евреи со всем тщанием выстраивают образ самого несчастного, гонимого и обижаемого всеми народа. Только все это идет непосредственно от них самих. А если какой-нибудь недалекий правитель решит воспользоваться поводом и в случившейся неразберихе напасть на обидчиков, то евреи моментально объявят это “карой господней” и запишут на свой счет. Самое забавное, что через пару сотен лет они с несчастными стонами побегут обратно, а местные жители, уже все забыв, устыдятся деяний предков и примут их с распростертыми объятиями.

- Теперь понятно, - протянул Южнов, - зачем сарацины зафиксировали это аж в самом Коране. Чтобы не забыть и не дать шанса.

- Именно так, - кивнул де Шатильон, - евреи все делают втихаря. На открытое противостояние у них смелости не хватит, да и правильно. Последний раз они брали в руки оружие при осаде Иерусалима, причем на стороне сарацин.

У Южнова в голове мелькнула откровенно идиотская мысль рассказать Рено про арабо-израильские конфликты и посмотреть на реакцию рыцаря. Идея была заманчивая, но въедливый де Шатильон наверняка уцепился бы за возможность вытянуть еще информации, а этого допускать было категорически нельзя. Зато…

- Я такую историю слышал, - начал Южнов, - значит, идет осада Иерусалима. Еврей приходит в синагогу и говорит: “Ребе, я согрешил. Я овладел женой противоестественным образом. Это большой грех?” - “Большой!”, - отвечает раввин. - “Как мне его искупить?” - “Только одно средство: берешь лук, поднимаешься на стену и убиваешь одного франка. Грех тут же списывается”. Через неделю снова приходит этот еврей: “Ребе, я снова согрешил. Я снова так же овладел женой.” - “Ну, а чего ты ко мне пришел? Иди на стену, убей неверного – грех автоматически спишется”. Проходит месяц. Приходит к ребе жена того еврея и спрашивает: “Скажите мне, ребе, долго вы таки будете защищать Иерусалим через мою задницу?”

- Браво! - трясясь от смеха и вытирая выступившие слезы, выдавил Рено, - Гениально! Буду в Иерусалиме, обязательно расскажу это королю Гвидо. Он оценит.

- А ты еще что-нибудь подобное знаешь? Расскажи! - немного придя в себя и отдышавшись, потребовал Ланс.

- Ну ладно. Штурм Иерусалима окончен, по улице среди трупов идет, покачиваясь от усталости, рыцарь. Вдруг слышит слабый голос: “Смилуйся! Добей!..” Рыцарь смотрит - у стены лежит еврей, весь в крови, кишки вокруг раскиданы. Рыцарь шарит по бедру - а меча нет. И кинжал в битве пропал. И рядом, как назло, ничего не найти. - “Прости, у меня даже кинжала нет”, - говорит рыцарь. - “А я тебе продам!”

- Все, хватит! - сквозь слезы просипел Рено, машинально придержав сползающего с лошади от дикого хохота Ланса. - Мы уже почти на месте! Судари, соберитесь!

- Таааак, - оглядев окрестности, довольно протянул Рено, - мы, кажется, вовремя.

Отряд расположился на вершине невысокого холма. Впереди лежала плоская, как стол, каменистая пустыня. Далеко справа, расплываясь в воздухе, виднелись очертания верблюдов. Горячий песок создавал иллюзию, что животные шагают по поверхности воды.

- Это и есть “путь к Дамаску”? - Южнов с сомнением разглядывал марево горячего воздуха над безжизненным пространством, - Как здесь вообще люди живут?

- Они здесь и не живут, - просветил Георгия Ланс, - проводники каравана знают все оазисы в округе. Отдохнули, напоили животных и перекусили сами, уселись на своих верблюдов и вперед, до следующей остановки. Они в этом деле мастера.

- К тому же, - заметил Рено, - чем дальше от пригодных к жизни мест, тем меньше опасность нападения. - Де Шатильон обернулся к отряду. - Верно, шевалье?

Воины одобрительно заржали и скорчили зловеще-победоносные рожи.

- Не высовывайтесь, пусть подойдут поближе, - распорядился Рено, - сэр Пирр, вы прикрываете нам спину. Конной охраны не видно, но это не означает, что ее нет. Сударь Геральт, постарайтесь не лезть вперед и особо не геройствуйте, хорошо? И смотрите внимательно, с кем деретесь! Не перепутаете сарацина с добрым католиком?

Перед маршем через пустыню головорезы де Шатильона замотали головы тканью на арабский манер и теперь напоминали Южнову шайку бедуинов, ограбивших киностудию. Георгий в очередной раз горько пожалел, что у него в руках нет фотоаппарата. Зрелище было незабываемое.

- Сколько их там? - недоверчиво спросил Южнов у Ланса, рассматривая проходящий мимо караван. - Им же конца нет! Караван растянулся по пустыне на несколько километров. Первые верблюды с меланхолично покачивающимися в седлах погонщиками уже миновали наблюдательную позицию отряда Рено, а конца бесконечной вереницы так и не было видно.

- Пара тысяч, кажется, - почесал голову Ланс, - действительно много. Хотя мне рассказывали про караваны в десятки тысяч верблюдов, после них приходилось менять привычные маршруты, пока оазисы не возрождались.

- Интересно, сколько на это нужно времени…

- А я-то откуда знаю? - Искренне удивился Ланс, - Если тебе так интересно, поймай бедуина и спроси. Вон, сколько их.

- Господа! - Прервал затянувшееся ожидание Рено, - Кажется, нам пора. Все готовы? Да поможет нам бог!

Сотрясая землю ударами копыт, рыцарская конница с тяжелым гулом вылетела из-за холма на остолбеневших караванщиков.

Южнов впоследствии не раз вспоминал свой первый бой с сарацинами и бесконечно удивлялся собственному везению. Все пошло не так с самого начала. Немногочисленные охранники вместо того, чтобы позорно бежать, ринулись к верблюдам и уже через несколько минут заняли круговую оборону под защитой редута из тюков с товарами. Погонщики, явно привыкшие к подобным превратностям судьбы, спрыгнули с верблюдов и с безопасного расстояния наблюдали за происходящим. У Южнова сложилось ощущение, что исход налета их мало волнует. Передовой отряд пешим порядком вовсю пытался штурмовать баррикаду из тюков, сарацины огрызались в ответ. Рено во главе небольшого отряда вместе с Лансом и Южновым ввязались в бой с подоспевшим с юга небольшим конным разъездом.

Оставленный прикрывать тыл Пирр с безмерным удивлением увидел появившихся на холме всадников. Сарацины учли прошлые ошибки и в этот раз конная охрана следовала рядом с караваном, скрытая от ненужных глаз. Всадники полагались на выигрыш в скорости - сократить расстояние, осыпать противника градом стрел, отойти и повторить, поэтому после первого залпа знакомый с подобной тактикой Пирр отдал единственно верный, как казалось на тот момент, приказ - оставить позицию и навязать ближний бой. Рыцари пришпорили коней, преследуя отступающих сарацин, когда те, внезапно развернувшись, ринулись навстречу. Зазвенели мечи.

Краем глаза заметив еще один несущийся вниз с холмов отряд, Пирр понял, что попался на простейший отвлекающий маневр и бросился на перехват. Он не успевал.

Южнов еле успевал отбиваться от наседающих справа сарацин. Слева, сопровождая каждый удар неподобающими дворянину выражениями, орудовал Ланс. Изящный бой верхом давно перешел в пешую мясорубку. Рено, несмотря на почтенный возраст, выписывал мечом совершенно немыслимые финты и двигался вперед с упорством бульдозера, не глядя по сторонам.

Георгий отточенным движением чиркнул кончиком меча по горлу особо настырного воина и, выписав над головой петлю, ударил изо всех сил по подставленному лезвию. Кривой сарацинский меч переломился у самого основания, а Георгия по инерции развернуло лицом к налетающим со спины всадникам с занесенными для удара клинками.

Даже не успев испугаться, Южнов заученным движением упал на правое колено и выбросил руку в жесте “гром”. Эффект получился потрясающий - всадников попросту сдуло, а кони покатились по земле, попав под копыта не успевшему остановиться остальному отряду. За считанные секунды на месте схватки выросла куча-мала из жалобно ржущих лошадей и орущих друг на друга воинов. Довершил дело налетевший отряд Пирра. Немногие оставшиеся на ногах сарацины побросали оружие.

- Хм, - потер бороду Рено, - первый раз такое вижу. Сударь Геральт, не думайте, что я буду просить поделиться тайной этого вашего… дара. Понимаю, что бессмысленно. Откройте другую - как на вашей родине принято называть ваши… умения? Согласитесь, странно каждый раз подбирать этому определение. Это-то, надеюсь, не секрет?

- Не секрет, - усмехнулся Георгий, который уже давно заготовил подходящую шутку, - мы называем это “шворц”.

- Необычное слово, - задумался Рено, - еврейское?

- Почти, - давясь от смеха, покивал Южнов, - оно означает силу. Но не простую силу, а… шворц. Не могу объяснить.

- И не надо, - поднял руки де Шатильон, - Это я так, просто от любопытства. Я вообще о другом хотел поговорить. Еще немного, и мне бы устроили вентиляцию. - Рено придирчиво осмотрел вымазанный в крови собственный клинок и остался недоволен, - Сэр Пирр? Одолжите-ка меч, он у вас почище будет… На колено!

- Чего? - вытаращился Южнов.

- На колено, дурень! - подсказал Ланс, давно смекнувший, к чему идет дело.

- Стерпите этот удар и не одного больше, - шлепнув коленопреклоненного Георгия по плечу клинком, де Шатильон расстегнул пояс с золотым плетением и с торжественным лицом надел его на Южнова, после чего неожиданно подмигнул. - Земли я вам дать не смогу, да и не нужна она вам. В общем, официальную часть продолжим в замке. А сейчас мне не терпится узнать, что за сокровище от нас охраняли.

Южнов еще раньше успел обратить внимание, что на одном из верблюдов вместо тюков установлено нечто вроде небольшой кабинки с окошками, занавешенными яркой тканью. Де Шатильон решительно потянул за занавеску, прикрывающую вход, и тут же получил в лоб красно-золотым сапожком с загнутым вверх острым носом. Одновременно из кабинки раздалась гневная тирада на незнакомом Георгию языке. Голос был настолько высокий и пронзительный, что у Южнова заныли зубы. Ланс захихикал.

- Что она говорит? - пихнул друга в бок Георгий, - ты что, понимаешь? Переведи, интересно же!

- Ругается, - ухмыльнулся Ланс. - Называет Рено “собачьим сыном”, “отцом вонючих запахов” и “подошвой грязного сапога”.

- Ишь ты! - Восхитился Южнов. - А еще?

- Еще предлагает сходить поесть дерьма и поцеловать ее в задницу, - закончил за Ланса Рено, - сейчас я ей покажу задницу…

Увернувшись от очередного пинка, де Шатильон ухватился за сапог и с силой дернул на себя. Обладательница зубосводящего голоса с нечленораздельным воплем вывалилась из паланкина и грузно шлепнулась на песок. Южнов, мысленно уже приготовившийся увидеть настоящую восточную красавицу из сказок, разочарованно сморщился. Закутанная в бесформенную кучу разноцветных тряпок женщина уже прошла сорокалетний рубеж и явно не отказывала себе ни в чем, особенно в еде. С трудом поднявшись на ноги, женщина смерила Рено возмущенным взглядом, набрала в грудь воздуха и разразилась очередной гневной тирадой.

- Опять ругается, - Лансу явно понравилось работать переводчиком, - грозит гневом Аллаха, хвастается, что чья-то родственница, и требует немедленно доставить ее к брату, а еще убрать руки и даже не думать надругаться над ней… Это она серьезно?

Южнов и Ланс удивленно переглянулись. По скромному мнению Южнова, дама была страшнее ядерной зимы. Судя по недоуменным взглядам мужчин вокруг, большинство придерживалось похожего мнения.

- Ну, знаете… - де Шатильон был удивлен не меньше, но моментально взял себя в руки и, прищурившись, выдал длинную фразу на арабском. Результат не заставил себя ждать - женщина чуть ли не позеленела от злости и с выпученными глазами, как рыба, глотала ртом воздух.

- Он ей сказал, - давясь от смеха, перевел Ланс, - что предпочел бы нильского зверя крокодила, ибо у крокодила хотя бы не растут усы.

Женщина обожгла хохочущих мужчин ненавидящим взглядом и снова заголосила.

- Какая настойчивая барышня, - ухмыльнулся Рено, - опять заладила про надругательство. Ну раз уж ей так приспичило… Сударь Геральт, не желаете?

- Чтооооо? - Южнов отшатнулся и машинально перекрестился, вызвав новый взрыв веселья. Во-первых, от недостатка женского внимания Георгий не страдал - едва появившись в замке, он успел “подружиться” с несколькими весьма миловидными служанками, а визжащая особа больше напоминала болотную жабу. Во-вторых, Южнов еще не ассимилировался до такой степени, чтобы включить в обязательную программу надругательство над пленными женщинами. А в-третьих, до него только сейчас начало доходить, кто именно перед ним и какую лавину изменений может вызвать малейший неаккуратный жест в присутствии сестры самого Салах Ад-Дина.

- Я не воюю с женщинами, - шутливо поклонился Рено, - так что забирайтесь обратно и продолжайте свое путешествие. Можете передать от меня привет. Только вот… - Рено решительно снял с руки женщины один из многочисленных перстней и передал его Южнову, - Оставьте себе, на память. Или у вас на родине кольца полагается дарить исключительно с пальцем предыдущего владельца?

Судя по всему, женщина была знакома с языком франков, поскольку резко замолчала и уставилась на Рено испуганными глазами. Де Шатильон усмехнулся и жестом подозвал погонщика, верблюд медленно опустился на песок. Женщина неуклюже забралась в паланкин и напоследок разразилась особо гневной тирадой.

- Говорит, что расскажет всем, что над ней надругались, - махнув рукой, перевел подошедший Рено, - вот неймется ей! Пусть себе рассказывает. Глядишь, какой-нибудь дурак и поверит…

- “Один точно поверит”, - мысленно предрек Южнов.

Рено, оглядевшись, подошел к молча ожидающим своей участи погонщикам. После небольшого диалога старший учтиво поклонился и бросил несколько фраз остальным. Через несколько минут уцелевшие тюки были погружены обратно на спины верблюдов и караван, свернув с дороги, медленно двинулся на запад к замку. Верблюд с паланкином в сопровождении двух погонщиков побрел к северу, в сторону Дамаска. Уцелевшие сарацины, с опаской оглядываясь, поковыляли вслед.

На обратном пути Южнов от нечего делать принялся пересчитывать верблюдов. Животные, растянувшись по огибающей холмы дороге, с философским безразличием брели друг за другом.

- Что он с этим стадом делать будет? - сбившись на четвертой сотне, удивленно поинтересовался Георгий у Ланса.

- Продаст, конечно! Ты знаешь, сколько стоит один верблюд и как сложно найти хорошего погонщика? Выкупить выйдет проще и дешевле.

- Погоди, - удивился Южнов, - это же столько денег! Кто может себе позволить…

- Саладин может себе позволить, - вмешался в разговор Рено, - ему не впервой. Не захочет - продам конкуренту, например эмиру Басры, будет потом у него выкупать. Это называется “политика”.

- А грабеж с последующей продажей награбленного первоначальному владельцу - экономика?

- В нашем случае правильно будет назвать это справедливостью, - хмыкнул Рено, - кстати, сударь Геральт…

- Не “сударь”, а “сэр” - менторским тоном поправил сюзерена Южнов, - я, как-никак, опоясанный рыцарь и прошу обращаться ко мне соответственно титулу.

- Во дает! - Восхитился Ланс, - всего десять минут, как рыцарь, а замашки, как у тамплиера!

- Ты, кстати, обещал мне лекцию о правах и привилегиях рыцаря, - напомнил Георгий, - не забыл еще? Вот и излагай, до замка еще ехать и ехать. - Южнов показал Лансу язык.

- Откуда он вообще свалился на наши головы? - страдальчески закатив глаза, простонал Ланс.

- Откуда - не знаю, - невозмутимо прокомментировал Рено, - может быть, тебе и расскажет. Если хорошо попросишь. Но стоит отметить, что произошло это как нельзя вовремя.

Де Шатильон как вкопанный остановился на пороге зала и в недоумении уставился на рыцарей. Лица доблестных шевалье имели насыщенный красный цвет. Пирр изо всех сил пытался отпить из глиняной кружки, для верности придерживая трясущуюся правую руку левой. Судя по мокрым пятнам на столе, это была далеко не первая попытка. Ланс держался обеими руками за живот и тихо подвывал. Клод сидел на полу, привалившись спиной к стене и истерически хихикал, утирая с глаз слезы.

- Что здесь… - начал Рено и запнулся, заметив ухмыляющуюся физиономию Южнова. - Понятно.

- Сэр Геральт, - выдохнул Пирр, оставив в покое многострадальную кружку, - расскажите еще что-нибудь!

- Хорошо, - Южнов на секунду задумался, - значит, предаются содомскому греху два тамплиера. Один жалуется: “Ой ой ой, больно!” - “Терпите, брат! Вы же благородный рыцарь!”

- Ыыыыыы! - Простонал Ланс, сползая со скамьи под стол.

- Или вот: возвращается рыцарь из крестового похода и застает жену в постели с лучшим другом. Рыцарь в негодовании: “Да как вам не стыдно! Если бы я не женился на тебе, ты бы до сих пор сидела в своем нищем баронстве среди куриц и крестьян! А ты, лучший друг? Приблизил тебя ко двору, помог получить рыцарское посвящение… Да прекратите вы прелюбодействовать, когда я с вами разговариваю!!!”

- Ооооо, - вяло царапая стол пальцами, простонал Пирр и наконец-то опрокинул многострадальную кружку. Пиво закапало с края стола на пол.

- Хвааааатит, - всхлипывая, поддержал его Клод.

Южнов откровенно наслаждался. Бесчисленные анекдоты, накрепко засевшие в голове, в далеком двенадцатом веке все так же вызывали смех, а облачение в куртуазный средневековый стиль придавало им особый, неповторимый шарм. Понятно, что истории про Чапаева или поручика Ржевского не годились. Зато человеческие пороки, такие, как супружеская измена или излишняя расчетливость, за восемьсот лет ничуть не утратили актуальность.

- Сударь Геральт, - поманил Южнова де Шатильон, - ступайте сюда. Оставьте уже этих бедолаг в покое. Признаться, мне еще не приходилось видеть этих достойных шевалье в таком, гм, плачевном состоянии. И не вздумайте рассказывать мне свои байки, - предупредил Рено, заметив попытку Южнова открыть рот, - разговор предстоит серьезный.

- Вот, полюбуйтесь, - Рено перебросил через стол свиток, - доставлен гонцом сегодня днем. Вам прочитать, или…

- Или, - отрезал Южнов, вчитываясь в рукописный текст. - Ого! Приказ подлинный?

- Абсолютно, - кивнул Рено, - подпись этого пройдохи Ги я хорошо знаю. Ваши мысли?

- Странно, - задумался Георгий, - всего три дня прошло, а король уже требует немедленно вернуть награбленное султану. По моим расчетам, караван должен прибыть в Дамаск только послезавтра, верно? Саладин знал, что караван не дойдет.

- Ну, разумеется! Он даже позаботился, чтобы мы не пропустили такой подарок, - Рено со злостью ударил рукой по стене, - а мы заглотили крючок вместе с удочкой.

- Но зачем?

- Сложный вопрос, - вздохнул де Шатильон, - насколько хорошо вы представляете себе расстановку политических сил в святой земле?

- В самых общих чертах, - признался Южнов.

- Тогда слушайте. Налейте себе вина… и мне, пожалуй, тоже. - Рено задумчиво вертел в руках бокал, - Вы несомненно знаете, что король Балдуин вместо наследника оставил завещание и двух сестер - Сибиллу и Изабеллу. Его племянник не в счет - беднягу короновали скорее от безысходности, чтобы хоть как-то отсрочить войну за трон. О завещании короля помнил только граф Раймунд, но у него был свой интерес - до коронации он оставался правителем королевства.

Сестра короля, Сибилла, с легкой руки патриарха и магистра де Ридфора заполучила трон и обманом посадила на него своего мужа. Еще не запутались?

Южнов, изо всех сил старающийся не потеряться в избытке имен и титулов, помотал головой.

- Хорошо. С одной стороны мы имеем королеву Сибиллу и Ги при поддержке ордена Храма. С другой - Изабеллу, братьев Ибеленов, магистра де Мулена и графа Раймунда. С третьей стороны у нас досточтимый Юсуф ибн Айюб, больше известный как Саладин, чтоб на нем пес ездил. Как вам?

- Бардак, - честно признался Георгий.

- Еще какой, - согласился Рено, - магистр де Ридфор терпеть не может Раймунда и очень прохладно относится к де Мулену, тот платит ему взаимностью. Это означает, что ни о каких союзах речи идти не может. Зато Раймунд самолично договаривался о перемирии с Саладином, а Ги в лепешку разобьется, чтобы сохранить лицо. Теперь еще раз взгляните на королевский приказ.

- Если я все правильно понимаю, - медленно начал Георгий, - то плевать Саладину с высокого минарета, вернете вы ему верблюдов или нет. Ему нужен повод начать военные действия. Даже если Ги попробует откупиться, условия ему поставят невыполнимые. В любом раскладе он теряет трон, верно? Короля нет - правление переходит к регенту. Саладина эти перестановки не должны интересовать, значит его уговорили… Это заговор.

- Я тоже так думаю, - кивнул де Шатильон, - простите великодушно, но обещанный праздничный пир отменяется. Завтра мы отправляемся в Иерусалим.

Интерлюдия 2

- Занятно, - откинулся в кресле Уильям, - а почему “шворц”?

- Ошибка в переводе фильма, - отмахнулся Южнов, - переводчик попросту не разобрал, какое слово произносит герой и озвучил его, как слышалось. А когда на экраны вышла пародия, про это недоразумение вспомнили… Дело не в этом. Я в какой-то момент понял, что совершил изрядную глупость, присвоив имя литературного персонажа. Каждый раз, когда ко мне обращались по имени, я еле сдерживался, чтобы не начать хихикать. Ситуация в высшей мере дурацкая, не находите?

- И вы решили довести ее до полного абсурда? - Уильям понимающе кивнул, - помогло?

- Еще как! - хмыкнул Южнов, - когда идиотизм зашкаливает, все становится как-то понарошку, понимаете?

- Интересный способ уйти от реальности, - покачал головой Уильям, - не думали психологу показаться?

- Очень остроумное и своевременное предложение, - надулся Георгий. - Священник в роли психолога и костер в качестве терапии? Благодарю покорно, идите сами… в родную пыточную.

- Спасибо, что напомнили, - почесал бороду преподобный, - наш незадачливый шпион уже, поди, заждался. Интересно послушать, что он готов рассказать, постараюсь не задавать опасных вопросов. Психосоматический блок, надо же.

- Я не понял, - нахмурился Южнов, - а все остальное, что я рассказал, вам не интересно?

- Да что вы такое говорите! - Замахал руками Уильям, - вы, благодаря своему фантастическому везению, ухитрились оказаться в самом центре очень серьезной интриги. Или невезению, тут уж как посмотреть. Мне следует подумать. А вы ступайте, отдохните… - лицо Уильяма сделалось очень-очень хитрым, - …и да пребудет с вами шворц.

Южнову показалось, что он едва успел закрыть глаза, как в дверь постучали.

- Сударь Геральт, - на пороге стоял Танкред, - брат Уильям просит передать, что вам непременно нужно это услышать. Вот прямо так и сказал, - пояснил с виноватым видом телохранитель, разглядывая заспанное лицо Георгия, - пойдемте.

- Куда пойдемте? - захлопал глазами Южнов, - В пыточную, что ли?

- Ага, - кивнул Танкред и доверительно понизил голос, - там такоoooе! Я мало что понял из их разговора, но брат Уильям так ругается… Я и не думал, что он знает такие выражения.

- Серьезно? - заинтересовался Южнов, натягивая сапоги, - веди.

- Он еще ни разу не повторился, - с уважением добавил Танкред.

- Как и не уходил никуда, - проворчал Георгий, протискиваясь в невысокую дверь допросной. Из обстановки поменялись только действующие лица - co стула молча таращился связанный Ролло, а Уильям нервно расхаживал по помещению с лицом космонавта, узревшего в иллюминатор плоскую Землю на слонах и черепахе. Палач со стоическим терпением скучал в коридоре, оставив за себя неизменный мешок на самом видном месте. Мешок сегодня выглядел как-то особо отвратительно.

- Вам лучше самому послушать, - поманил Южнова преподобный, - у меня это просто в голове не укладывается. Поверить не могу.

- Хватит прикидываться, - подал голос Ролло, - все вы прекрасно понимаете. Сколько осталось до начала эвакуации? Неделя?

- Какой эвакуации? - озадаченно переспросил Южнов, - о чем он вообще?

- Не придуривайся, - оборвал его пленник, - ты думаешь, что я не знаю про лунную базу и вирус, который вы по случайности выпустили раньше, чем планировали?

Южнов беспомощно обернулся на Танкреда. Тот молча развел руками.

- Что теперь? - Ролло выжидательно уставился на мужчин, - пытки? Зовите уже своего мастера! Я не боюсь. Это же учебная программа.

- Учебная программа? - Южнов уже окончательно перестал что-либо понимать, - Что он несет?

- О, это самое интересное! - Уильям потер руки, - Мы наблюдаем очередной эксперимент твоих… работодателей. Нашли особо одаренных, - преподобный покосился на Ролло, - сторонников всемирного заговора, навешали лапши про вторжение инопланетян, альтернативную реальность и спасение человечества… Здесь уже неважно, в чей именно заговор кто верит - инопланетяне, масоны, тамплиеры. Если у человека напрочь отсутствует критическое мышление, то он поверит в любую ахинею. Вот только перед великой миссией спасения человечества им обещали якобы обучение в нейросимуляторе. Инъекция снотворного, человек засыпает, а дальше хорошо знакомая вам платформа… Дальше продолжать?

- Что? - Южнов от неожиданности плюхнулся на любезно подставленный преподобным стул, - Вы серьезно?

- Он считает, что находится внутри компьютерной игры, - подтвердил Уильям. - Боже, какой-то день психических отклонений! Сначала вы со своими “щворцами”, теперь вот это… Праздник дедушки Фрейда, честное слово.

- А тебе не приходило в голову, - поинтересовался Южнов у пленника, - что вас могли обмануть и все вокруг взаправду?

- Гаррисона вспомнил, да? - прищурился Ролло, - “Тренировочный полет”, кажется? Согласен, подобные мысли меня поначалу посещали, но святоша с лицом Шона Коннери в историческую реальность никак не вписывается. Прости, родной.

- А в симулятор вписывается? - удивился Георгий, - и этот разговор тоже?

- Это все мое подсознание, - любезно пояснил пленник, - в программу подготовки заложены только ключевые события, а все остальное я додумываю сам. Вот ты, например. Что тебе, корреспонденту, делать в Иерусалиме? Брать интервью у Саладина? Бред. Просто я тебя несколько раз видел в новостях и вот, пожалуйста - меня допрашивает ведьмак с лицом… не помню, как там тебя звали.

- Вот так, - развел руками преподобный, - он непрошибаем. И при этом он, безо всякой практической подготовки, сумел адаптироваться в двенадцатом веке…

- Хуеке, - передразнил Ролло.

- Гм. Самостоятельно выучил язык, - Уильям неприязненно покосился на пленника, - научился размахивать своими железками, втерся в доверие к кардиналу…

- Шмардиналу, - не сдавался пленник.

- Брат Танкред, - вздохнул преподобный, - окажи любезность, избавь нас от необходимости выслушивать все это. Нет, ты что! - Танкред смущенно спрятал кинжал обратно в ножны, - Не так радикально. Просто заткни ему рот. Вот та грязная тряпка в углу вполне сгодится.

- Это что же получается? - озадаченно воззрился на Уильяма Южнов, - сейчас по святой земле разгуливает целая компания полоумных борцов с инопланетными захватчиками?

- Это вряд ли, - успокоил его преподобный, - надеюсь, что большую часть уже сожгли… Что он там мычит?

- Не дождетесь! - заорал Ролло, ненадолго освобожденный от кляпа, - нас много! Мы остановиммм-м-м…

Танкред, засунув тряпку обратно в рот пленнику, вытер об штаны руки и вопросительно посмотрел на преподобного.

- Не так и много, - хмыкнул Уильям, - их там всего около десяти было. Он сам рассказал.

- А он не врет? - с подозрением покосился на Ролло Георгий, - слишком уж…

- Он искренне верит в то, что говорит, - Уильям задумчиво потер бороду, - по крайней мере, в изобретательности полковнику не откажешь. Так запудрить людям мозги, а? Нейросимулятор! И ведь не подкопаешься… Кажется, далее с ним разговаривать бессмысленно.

- Подождите, - нахмурился Южнов, - где вам его посадили на хвост? Как он добрался до Рима?

- Ему и не пришлось добираться, - махнул рукой Уильям, - его выбросили где-то на Сицилии. Они ребята предусмотрительные… Погодите! Вы же не думаете, что аппарат переноса существует в единственном экземпляре?

Георгий озадаченно почесал голову. О технической стороне вопроса он до этого момента не задумывался.

- Ладно, - подытожил преподобный, - едва ли мы услышим что-то полезное. Брат Танкред, препроводи этого… гм… темпорального паладина в камеру. Пусть там дожидается распространения вируса, эвакуации рептилоидов… и всего остального тоже. Видеть его больше не желаю.

Телохранитель за шиворот выволок отчаянно мычащего Ролло из допросной и прикрыл за собой дверь. Южнов с любопытством уставился на Уильяма.

- Что дальше?

- Дальше, - кашлянул преподобный, - поговорим про вашего приятеля-антисемита, я де Шатильона имею в виду.

- Здесь? - Георгий с отвращением покосился на знакомый мешок, - ну уж нет. Это для вас пыточная - дом родной, а я человек тонкой душевной организации.

- Вот ведь болтун пустопорожний, прости господи, - вздохнул Уильям, - пойдемте уже.

- Сраный недоумок, - от души приложившись к бокалу с вином, признался преподобный.

- Кто? - уточнил Южнов, - Рено?

- И вы не лучше, - горько вздохнул Уильям, - каких-то полчаса пообщались с этим… наивным отроком, и вот, пожалуйста. Ну какой, к бесу, Рено? Ваш сюзерен на удивление прозорливый человек. Что, однако, не мешает ему быть известным на всю страну авантюристом и пакостником. Не удивлюсь, если заговор с Саладином - его рук дело. Или он принимает в нем самое непосредственное участие.

- Я про это слышал, - Георгий кивнул, - но вот лично… не заметил ничего такого. Ну, съездили разок надавать подзатыльников басмачам, верблюдов прикарманили…

- Так он и станет перед вами отчитываться, - фыркнул преподобный, - не его стиль. Я о нем весьма наслышан, хотя лично и не встречался. Поаккуратнее с ним нужно. Так сказать, во избежание.

- А я-то что? - Изумился Южнов, - Махал себе мечом, язык не распускал… - Георгий хитро поглядел на Уильяма, - даже евреев не обижал.

- Ишь ты! - Восхитился преподобный, - какой выдающийся образец христианского смирения! Местных евреев, пожалуй, обидишь… Они сами кого угодно без штанов оставят и пошутят про это.

- А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее, - прищурился Георгий, - Помнится мне, вы сами…

- Ну да, - покивал Уильям, - и что с того? Быть евреем и разделять их взгляды - разные вещи, не находите? Больше скажу, я в целом, пожалуй, согласен с вашим приятелем Рено.

- Вот тебе раз, - искренне опешил Георгий, - первый раз вижу еврея антисемита. Дадите автограф?

- Да что вы таки знаете о евреях? - С неподражаемым одесским акцентом протянул преподобный и сделал вид, что развязывает кушак на рясе, - вам что, доказательства предъявить?

- Не надо! - Испугался Южнов.

- Вот то-то же, - назидательно погрозил пальцем Уильям, - господь завещал верить ближнему своему.

- Но кольца кальмара около синагоги покупать все же не стоит, - парировал Южнов.

- А что, таки продают? - обрадовался преподобный, - И почем?

- Ааааааа! - простонал Георгий, - ну что я за идиот? Не нашел умнее занятия, чем спорить с евреем!

- Сами захотели, - хмыкнул Уильям, - извольте. Ну да ладно, позубоскалили и хватит. Вернемся к нашим… евреям. Ваш приятель Рено поразительно точно описал самые характерные черты этого… гм… многострадального народа. И это ему еще неизвестно про холокост.

- А что “холокост”? - хмыкнул Южнов, - если бы холокост что-то изменил. Постонали, поплакались, а потом отжали себе полпалестины и вовсю кошмарят арабов, а фрицы им исправно подкидывают денег. Видимо, в качестве штрафа за ненадлежащее исполнение.

- Ну вы уж палку-то не перегибайте, - поморщился преподобный, - ваши несчастные арабы сами кого хочешь “закошмарят”. Это здесь они такие милые и хорошие…

- Потому что не взрываются.

- И это тоже. Все-таки здесь у них сильный лидер, а не религиозный фанатик. Убери Саладина - они тут же ринутся рубить головы всем вокруг, кто косо посмотрел. И друг другу в том числе. А что касается евреев, - заметил преподобный, - они все-таки большей частью перебрались обратно, на историческую родину, этому радоваться надо. Перед войной жители Варшавы жаловались, что по субботам на улицах пусто, как вам такое?

- Почему Моисею не сиделось спокойно на своих скрижалях? - Посетовал Южнов, - оставил бы их в Египте, строить пирамиды… Хоть какая-то польза.

- Исход… - Уильям помолчал, задумавшись, - ладно. Учтите, я сейчас снова буду рассказывать совершенно кошмарные вещи с точки зрения церкви. Про тору вообще молчу, тут любой раввин скончается в муках от излива черной желчи.

- Я весь внимание. - Южнов налил полный бокал и приготовился слушать.

- Ладно. Начнем с того, что вытащить евреев из Египта оказалось ох как непросто. Они там весьма обстоятельно прижились, а пройдоха Иосиф запудрил мозги недалекому фараону и, по сути, правил страной. Какой, скажите мне, дурак бросит уютное насиженное место?

- Ну так это всем известно, - пожал плечами Южнов, - что новый фараон прищемил им хвост.

- Знаете, сколько сил ушло, чтобы убедить Рамзеса в необходимости военного переворота? Древнеегипетский со своим произношением - язык сломаешь. Не кот чихнул. И с письменностью тоже не все просто, со всеми их птичками, глазиками и змеями. В общем, пришлось попотеть.

- Стоп, - Южнов подался вперед, - что значит “пришлось попотеть”? Вы-то каким образом…

- Каким-каким, - передразнил Уильям, - самым прямым. Нубийский посол, бог Ра и тот самый Моисей. Прошу любить и жаловать.

- Это вы так шутите, надеюсь? - жалобно поинтересовался Георгий.

- Какой там… В общем, после неудачи с нубийцами пришлось пораскинуть мозгами. Посла фараон вертел на своем… жезле, лезть еще под каким-то видом к нему уже было опасно. Идею с воплощением бога Ра придумал Джексон, я вам про него уже рассказывал. Ну, как придумал… Видел в каком-то фильме. Надо сказать, голова у него соображает.

- В фильме, - протянул Южнов, - я, кажется догадываюсь, в каком.

- Что-то там про путешествия во времени, не помню уже. В общем, собственному богу старина Рамзес отказать уже не смог. Мы уж расстарались со спецэффектами, от этой птичьей головы у меня еще неделю лицо чесалось. Пришлось немного потерпеть - пока биоскульпт приживался, я пил бульон через трубочку и выслушивал шуточки типа “В большой лаборатории клювом не щелкают”. И это все ради получасового внушения… Ну да ладно, главное, что получилось.

- Так, - озадаченно протянул Южнов, - я, кажется, уже понял, что свержение прежней династии - ваших рук дело. А что насчет десяти казней?

- Есть такая наука, называется “экология”, - хмыкнул Уильям, - стараниями всяческих “Гринписов” ее превратили в “защиту природы” с целью получения выгоды. А если вспомнить первоначальное значение этого слова… В дельте Нила стараниями местных жителей к тому моменту назрела небольшая такая экологическая катастрофа, мы ее всего лишь подтолкнули. Подсыпали в воду немного красных водорослей…

- Вот оно что! А ведь были похожие предположения…

- Смотрите дальше. Водоросли радостно жрут всю дрянь, до которой дотянутся, при этом высасывают кислород из воды. Рыба массово дохнет, лягушачью икру некому есть. Жабы, которые уже с трудом помещаются в воде, тоже хотят дышать и лезут на берег. Рыба валяется на берегу и гниет - появляются мухи. И не смотрите на меня, как на злодея - если бы мы оставили все на самотек, последствия были бы намного плачевнее.

- А болезни? Тоже ваша работа?

- С этим местное население само прекрасно справилось, - отмахнулся Уильям, - с такими понятиями о гигиене. А нашествие саранчи и солнечное затмение - удачное совпадение. Заодно и молодой фараон не стал упираться.

- Я вот чего не понимаю, - почесал ухо Георгий, - как так вышло, что все эти… неприятности коснулись только египтян? Что за водоросли с расово-избирательным действием?

- С чего вы взяли, что… А-аа, - преподобный усмехнулся, - так в книге написано. Так на заборе, простите, тоже бывает написано… разное. По сути, эти катаклизмы и убедили евреев следовать за стариной Мойшей.

- В общем, вы их попросту выгнали?

- Все верно, - преподобный сделал большой глоток и ухмыльнулся, - лучше и не скажешь. Выгнали. Ой вэй.

- А дальше?

- Дальше пришлось давать приличный крюк и тащить их на юг, к Суэцкому заливу. Почти сто километров, между прочим. Хотя можно было бы пройти севернее Суэца и не устраивать паноптикум с проходом через море.

- А как же… - Южнов понял, что чуть было не сморозил глупость.

- Канал? - Понимающе хмыкнул Уильям. - Ну да. Все-таки эти прыжки во времени сильно сбивают с толку, верно? По сегодняшнему календарю его выкопают только через шестьсот лет. Иначе не удивился бы, если евреи приписали это достижение себе.

- Ну, древние украинцы копали Черное море, - усмехнулся Южнов. - Чем евреи хуже?

- Потрясающая логика, - преподобный покачал головой, - вырыть целый судоходный канал, чтобы потом было сложнее драпать от фараона… Слишком сложно. А вот заступничество сил свыше - уже серьезный аргумент. Так вот…

- Подождите, - остановил Уильяма Георгий, - я не могу понять одну вещь. Вы говорите, что можно было пройти севернее и не мочить ноги. Так зачем тогда эти сложности?

- Я понял вопрос, - преподобный сложил руки на груди и уставился в стену, глубоко задумавшись, - весьма сложная теория, но я постараюсь объяснить. Профессор назвал ее “эластичность прошлого”. Суть в том, что задокументированные события произойдут, так или иначе.

- Не понял, - захлопал глазами Южнов, - а зачем тогда была нужна эта история с исходом, если…

- Дослушайте сначала, - поморщился Уильям, - к “еврейскому вопросу” мы еще вернемся. Вот, к примеру, через пару месяцев Саладин возьмет Иерусалим. Это исторический факт, верно? Как бы мы не пытались это изменить, у нас ничего не получится. Убить Саладина? Не выйдет. А если и удастся - его место займет другой, но святой город будет захвачен при любом раскладе. Понимаете? Мы не можем глобально менять ход истории. Мы можем лишь попытаться скорректировать последствия.

- Вот оно что, - растерянно пробормотал Южнов, - то есть, если бы я рассказал королю и магистру о последствиях похода к Тивериаде…

- Ничего бы не изменилось, - кивнул Уильям. - Вас бы не стали слушать, это в лучшем случае. Даже если бы вас выслушали и задумались, это ровным счетом ничего бы не изменило. А если заговор, о котором вы говорили, действительно существует, то от вас бы постарались тихо и незаметно избавиться. Так сказать, во избежание.

- Понятно, - Георгий озадаченно вертел в руках бокал, - получается, временные парадоксы, “эффект бабочки” - просто страшилки?

- Получается, что так, - пожал плечами Уильям, - пространственно-временные связи, если можно так выразиться, сами могут о себе позаботиться. Они сгладят и нейтрализуют постороннее вмешательство. Хотя слово “вмешательство” здесь не очень уместно. Вселенная допускает темпоральные прыжки, это один из ее фундаментальных законов. Иначе мы бы сейчас здесь не разговаривали. А значит…

- Значит, что для вселенной нет разницы между человеком, родившимся в нужной эпохе и прибывшем из другой?

- Абсолютно! Возможность изменить ход событий для этих двух человек абсолютно одинакова. Вот вы можете сходить и рассказать что-нибудь президенту? Вероятность стремится к нулю, верно? С таким же результатом вы можете пытаться предупредить Сталина о нападении Германии или, в нашем случае, об исходе Тивериадского сражения. Разницы никакой. Чем дальше в прошлое, тем больше возможностей повлиять на ход событий, обширные прорехи в хрониках оставляют пространство для маневра. Но опять же - в результате все придет к тому, что мы видим. Теперь вы понимаете, зачем пришлось приучать евреев к туризму?

- С трудом, - грустно признался Южнов, - вроде все логично, но как-то не укладывается в голове.

- Все-таки мы очень мало знаем о законах мироздания, - посетовал преподобный, - перенос во времени-то был открыт совершенно случайно. Только-только подобрались к ответу, что из себя представляет человеческая душа…

- Что-ооо? - Георгий поперхнулся вином и вытаращился на Уильяма, - вы сейчас серьезно?

- Куда серьезнее, - горько покачал головой священник, - а знаете, что самое обидное? То, что и это оказалось побочным результатом экспериментов. И поначалу этому открытию не придали особого значения, а потом уже поздно было.

- Рассказывайте! - потребовал Южнов, водрузив на стол очередную бутыль из монастырских запасов, - учтите, я не отстану.

- Сколько угодно, - преподобный от души отхлебнул прямо из горлышка и собрался с мыслями, - только не болтайте об этом направо и налево. Особенно здесь. Помните, как вас отправляли в прошлое? Что нужно обязательно закрыть глаза?

- Мне еще какой-то мешок на голову надевали, - наябедничал Георгий, - видимо, для надежности. Я так и не понял, зачем.

- Если бы не это, - кивнул головой Уильям, - никакого путешествия бы не вышло. Вас выбросило бы обратно в лабораторию, причем полным кретином. Даже не кретином, все было бы намного печальнее. Видели бы вы этих несчастных животных…

Уильям оценил титанические старания Южнова молча ждать продолжения и остался доволен результатом.

- Мне рассказывали истории про кошек, - продолжил преподобный, - на них проверяли возможность перемещения живого объекта на самых первых шагах эксперимента. Я-то сам присоединился к экспериментаторам гораздо позже, когда уже был изобретен нейроэкран и фокус с зажмуриванием стал не нужен. Но вот одному таланту из команды профессора не давал покоя вопрос, что же происходит при перемещении незащищенного объекта. Пришлось выселить его в отдельную лабораторию вместе со своим зверинцем, слишком всех утомили постоянный лай и мяуканье.

- Он что, на кошках с собаками тренировался?

- Кого там только не было, - Уильям поморщился, - крысы, собаки, кошки, птицы… Кого раздобыть было проще. Юрген без малого год почти не вылезал из своей норы, а потом со взором горящим и отчетом в руках ворвался к профессору. Только вот его результаты на тот момент Андерсена в должной мере не заинтересовали, он на тот момент с головой ушел в биоконструирование. А зря!

Когда биоскульпторы с любовью и под руководством профессора вырастили искусственный мозг, который наотрез отказывался думать, про этот отчет вспомнили. Но опоздали - Хольцмана и след простыл. А отчет оказался прелюбопытнейший.

- Куда подевался этот ученый, надо понимать, вы еще расскажете, - кивнул Южнов, - только мы вроде про душу говорили.

- Потерпите, - нехорошо усмехнулся Уильям, - Юрген пытался найти закономерность разрушения нейронных связей при неэкранированном временном перемещении. Что он только не делал - и магнитную томографию, и считывание холистических волн, много всего. Разумеется, это делалось до и после перемещения. Потом сравнивал результаты. Он выяснил, что косвенно все зависит от зрительного восприятия. Слепые животные, если можно так сказать, оставались невредимы. И не надо на меня так смотреть! Инъекции, ненадолго парализующей зрительный нерв, вполне достаточно.

Южнов молча ждал продолжения.

- Надо заметить, что о перекрытии зрительного канала профессор знал с самого начала, так что это сюрпризом не оказалось. Неожиданность заключалась в другом: результаты обследований мозга подопытных “до” и “после” ничем не отличались. Совершенно ничем! Структура, проводимость ацетилхолиновых нейронных щелей - все без изменений. Странно, правда? Мозг не поврежден, вегетативная система работает, однако выполнять когнитивные функции, даже самые примитивные, уже не в состоянии.

- Я, кажется, начинаю понимать, - тщательно подбирая слова, обескураженно пробормотал Южнов, - мыслительная деятельность…

- Происходит не там, где мы всю жизнь считали, - кивнул преподобный. - Не в голове. Сколько ученые спорят, какая часть мозга отвечает за математику, какая за что… Понятно, почему им так сложно прийти к согласию. Ищут не там. Мозг - не вычислительная машина, если пользоваться общепринятой аналогией. Мозг - коммуникатор. Терминал. Можно даже сказать, мобильный телефон в облачном сервисе. Контроль за организмом, координация движений, обработка информации от рецепторов - все это второстепенные функции. Сервисные, если можно так выразиться. Хранение и обработка информации происходит в другом месте.

- Где? - вытаращился Георгий?

- Без понятия, - отрезал Уильям, - мы даже не можем понять принцип передачи данных. Не регистрируется ничего, и все тут. Обмен идет на совершенно непредставимом для нас уровне.

- А пытались?

- Что только не пробовали, - вздохнул Уильям, - все впустую. Осталось только сунуть голову в приемный регистратор синхротрона. Да вот беда - с добровольцами напряженка.

- Это шутка такая? - осторожно поинтересовался совершенно сбитый с толку Георгий.

- Шутка, - отмахнулся Уильям, - очень грустная. Обидно это - чудом нащупать ответ на фундаментальный философский вопрос человечества, и застрять из-за банального недостатка знаний о мире.

- Ну, знаете, - Южнов укоризненно покачал головой, - это вы, пожалуй, чрезчур сгущаете краски. Само открытие этих связей - уже прорыв. Я уверен, что вы далеко не все рассказали.

- Не все, - кивнул преподобный. - Дальше Хольцман начал искать связь между потерей когнитивных функций, полем нейропротектора, и, если так можно выразиться, открытыми глазами у подопытных. И таки сумел связать эти вещи! Я в его бумагах чуть голову не сломал, все-таки не моя специальность. Зато коллега нашел неплохую аналогию, вы должны понять. Если вы выдергиваете молекулярный накопитель из разъема в момент обмена данными, есть неплохой такой шанс потерять всю информацию. Надо дождаться, пока данные скопируются. А еще лучше воспользоваться опцией “безопасное извлечение”, верно? С нашим многострадальным мозгом такая же ровно ситуация - перемещение во времени - это как бы перенос вашего сознания из одного кластера данных в другой. Закрытые глаза - прекращение потока данных. Нейропротектор - “безопасное извлечение устройства”. Если предварительно этого не сделать, то возникает ошибка и восстановить связь уже не получается. Что при этом происходит - не могу сказать, стирается личностно-информационная матрица или отправляется в архив? Очень хочется верить во второй вариант.

- А когда человек умирает?

- Аналогичная ситуация, сами посудите. Мозг перестает выполнять свои задачи, терминал отключается. Архив или корзина? - Уильям вздохнул и вдруг хитро поглядел на Георгия, - как сами думаете?

- Ээээ, - Южнов, не особо заботясь о вежливости, решительно отобрал у преподобного бутылку и от души плеснул в давно уже пустой бокал, - надо понимать, что все эти разговоры о спасении души не на ровном месте появились? Только вот католики все с ног на голову перевернут ради великой цели. Сомневаюсь я в их догматах. Не знаю.

- Дались вам, однако, католики, - удивился Уильям, - на христианстве свет клином не сошелся. Понятие души есть в исламе. Очень интересная трактовка содержится в буддизме с их нирваной и колесом Сансары. Еще вспомните северян-язычников с их Вальхаллой и вечной пьянкой с Одином во главе стола. Заметьте, что это все возникло задолго до… - преподобный с опаской покосился на дверь, - ну, вы поняли.

- Хм, - Южнов почесал голову, - я смутно припоминаю интересную теорию, по поводу понятия “красоты”...

- Старина Платон, - Кивнул Уильям, - все верно. Есть понятия приобретенные, получаемые среди социума и познания мира, только вот “красота” сюда никак не вписывается. Правда, Платон зачем-то приплел сюда справедливость, но пусть это остается на его древнегреческой совести. Не об этом разговор. Теория “облачного компьютера” многое объясняет, верно?

- Предустановленные параметры? - фыркнул Георгий, - как-то мы скатились к примитивным аналогиям.

- Эти “примитивные” аналогии позволяют говорить о вещах, которые просто невозможно представить иначе из-за недостатка наших знаний, - отмахнулся Уильям, - у нас хоть какая-то теоретическая подготовка есть. Попробуй растолковать понятие “удаленное мышление” какому-нибудь местному феодалу. Желаю успеха. Вы можете представить себе пространство с пятнадцатью измерениями?

- Не могу, - честно признался Георгий, - а вы?

- И я не могу. Наши несчастные головушки просто не приспособлены к таким вещам. Есть у нас три измерения и время - извольте. Работайте с трехмерной матрицей, четвертое измерение - только для чтения.

- Вы-то откуда этому нахватались? - изумился Южнов, - у меня товарищ так изъясняться обожал, так на то он и программист. Никому ничего не понятно и не интересно, разве что ему самому. Какая-то патологическая страсть к точным, но дурацким формулировкам. Мы его называли ласково - “душнила”.

- Я вас умоляю, - фыркнул преподобный, - у вас один такой приятель, а у нас этих “душнил” полно. Волей-неволей начнешь понимать этот зубодробительный язык. Как минимум, чтобы просто с ними разговаривать. Иначе не выходит, - Уильям задумчиво потряс почти пустой бутылью. Южнов понял намек и извлек из-под стола следующую. - Мы отвлеклись. Если брать за основу то, о чем я рассказал, то теоретически можно объяснить и другие вещи.

- Например?

- Например, сны. Полагается считать, что это проделки подсознания, которое только во сне получает возможность высказаться. А что такое подсознание? Фоновая обработка второстепенных данных, если уж мы перешли на компьютерный сленг. Интереснее другое: вам никогда не снились события чужой жизни? Где вы ощущаете себя другим человеком?

- Не было такого, - покачал головой Георгий, - дичь разная снилась, да. Даже пару раз в виде художественного фильма. С титрами в конце.

- Забавно. А некоторым бывает, снится. Другие личности. Другое время. Есть предположение, что во сне мозг случайно подключается к чужому сигналу. Кстати, вы слышали что-нибудь про эмпатию? Никогда не испытывали… - Уильям задумался, - спонтанных эмоций во время контакта с животным?

- Подождите, - Южнов нахмурился, - было как-то раз…

- Да? - Уильям с довольным лицом разглядывал озадаченное лицо подопечного, - давайте, рассказывайте.

- Ну… Однажды моя соседка, редкостная пьянь, привела домой собаку, - Георгий озадаченно повертел в руках и поставил на стол пустой бокал, - сказала, что собака ничья и теперь будет жить с ней. Знаете, я вообще собак не люблю. А тут… Сам не понимаю, что на меня нашло. Я был готов отдать последние деньги, лишь бы забрать животное себе.

- Так что же помешало? - удивился Уильям.

- Нашлась хозяйка, - Южнов фыркнул, - собака была с ошейником и даже с поводком. Но вот, когда пса со скандалом забирали, я был готов выпрыгнуть из окна. Потом напился. Верите?

- Конечно, верю. - преподобный задумчиво почесал бороду, - разрыв эмпатического контакта - это очень, очень больно.

- Не понял, - Южнов недоверчиво вытаращился на Уильяма, - вы что, хотите сказать…

- Собака хотела остаться с вами. Очень хотела. Ну как еще объяснить? Мозг как радиостанция, которая работает на зашифрованной волне. Но иногда можно “услышать” другую частоту.

- Бред какой-то, - пожаловался Южнов, - ну или готовый сюжет для фентези. Как у Маккефри, драконы и прочая чушь…

- Зря вы так. - Преподобный с сочувствием поглядел на Георгия, - Энни была… то есть, будет очень сильным эмпатом. Считайте, что ее рация работала сразу на десяти частотах. Откуда она, как вы думаете, взяла идею мысленного контакта? Это великая удача - найти существо, с которым можно вместе испытывать счастье или грусть… Или великое горе. Стабильный, но необременительный контакт возникает в паре “человек - лошадь”. Кошки - отдельная история, они транслируют свои эмоции во всех диапазонах, сами должны уже догадаться. Но, увы, не слушают. С собаками сложнее… А вот поймать мысли человека - только очень близкие люди могут случайно настроиться на частоту партнера, и ничем хорошим это обычно не заканчивается. Такие дела.

- Подождите, - прищурился Южнов, - это все в том самом отчете было?

- Нееет, - отмахнулся преподобный, - в докладе были только результаты экспериментов и основные выкладки. Андерсен, когда осмыслил выводы Юргена, со злости чуть лабораторию не разнес. А потом развел такую деятельность…

- Я вот не понял, - перебил Южнов, - а куда делся этот ученый? Как там его…

- Хольцман, - подсказал Уильям, - куда он делся - никто не знает. Точнее все знают, но пользы от их знания ноль. Мы до этой истории еще дойдем. Вы не поверите, но исследование Юргена реально спасло почти закрытый от отчаяния проект “биодом”,

- Это где выращивали мозги?

- Не только, но споткнулись мы именно на них. Ну не хотели они думать, хоть плачь! Плавают розовые тупицы в колбе и только умеет, что жрать питательный раствор. Почему? Не подключены!

- Что? - вытаращился Георгий, - Что значит “не подключены”?

- А вот так, - ухмыльнулся Уильям, - сами посудите, каким образом дети при рождении получают мыслительные способности? Профессор предположил, что этот “сверхразум” постоянно сканирует пространство в поиске подходящего “терминала”. Если найдет - создает новую ЛИМ и устанавливает соединение. А может быть, подберет что-то из архива, трудно сказать.

- Что такое “ЛИМ”? - с несчастным видом поинтересовался Южнов.

- Мы так называем ту самую “душу”. Личностно-информационную матрицу. Так вот, в случае с мозгом оказалось, что мы искали не в том направлении. Через пару месяцев удалось получить рабочий экземпляр. Обнаружилась интересная особенность, вроде бы очевидная - мощность когнитивного анализа и объем памяти выделяются, исходя из параметров, заложенных в ДНК. Как ни крути, но заставить крысу писать стихи не выйдет, не доросла еще. А человеческому мозгу выдадут сразу приличный объем, который еще и подрастет в процессе.

- Ну нет, - схватился за голову Южнов, - это уже слишком. Святая Троица - сервер, безбашенный ученый и вайфай сигнал? Бедная моя голова.

- Бедная ваша личностная матрица, - с ухмылкой поправил Уильям, - а голова тут, как вы уже поняли, не при чем. Сами говорили, что фанатичной верой не страдаете. Хотели информации - извольте, и совершенно незачем изображать страдания юного Вертера.

- Это я по привычке, - проворчал Георгий. - Думаете, это так просто? Взять и осознать, что думаю я не головой, а непонятно чем?

- Ну, почему же “непонятно”, - с непревзойденным ехидством прокомментировал преподобный, - в вашем случае как раз все понятно. Вы на этом месте… сидите.

- Грешно смеяться над больными людьми, - фыркнул Южнов.

- Это я так, вполсилы, - утешил Уильям, - Нашелся, понимаешь, “больной”. Любой адекватный человек от переизбытка информации уже давно бы в обморок хлопнулся, а вы сидите себе и еще зубоскалить пытаетесь. Уважаю. В награду расскажу самое, пожалуй, интересное.

- Это было еще не “самое”? - с обреченным видом поинтересовался Южнов, - мне казалось…

- Мало ли, что вам казалось, - отмахнулся Уильям, - вернемся к нашему гению, Юргену Хольцману. Так вышло, что это дарование крепко обиделось на профессора. Андерсен, между нами, мужик исключительно тактичный, но иногда не в меру целеустремленный. На тот момент его целиком и полностью занимал проект “биодом”, от всего остального он попросту отмахивался. А Юргену быстро наскучили гемоцианин и бионические энергонакопители. Он был одержим созданием сверхчеловека, просто горел этой идеей.

- Сразу видно истинного арийца, - пробормотал Южнов, - ему в “Анненербе” самое место.

- Ну, все было не так уж и скверно, - отмахнулся Уильям, - у него был исключительно научный интерес. Правда, доктор Менгеле тоже так говорил… Не будем об этом. В общем, он втихаря собрал компанию, можно сказать, единомышленников. Кому не давали, по их мнению, развернуться как следует.

- Много таких нашлось?

- Четверо. Сам Хольцман, между прочим, очень толковый генетик. Эван Эдриан, физик-ядерщик. Корпел над сверхмощным нейтринным реактором. Идея была отличная, но чрезвычайно опасная - экспериментальный образец оказался крайне нестабилен и мог устроить такой “бабах”, что “царь-бомба” рядом с ним выглядела петардой. Октавио Медина, кибернетик. Носился с идеей мультифункционального робота. Как в эту компанию затесался Карел с его историей древнего мира и петроглифами - ума не приложу, однако факт есть факт.

- Да уж, своеобразный коллектив, - хмыкнул Георгий.

- Как оказалось, делу это не помеха. К своему “побегу” они подготовились весьма основательно. Утащили со складов все свои поделки, разжились массой полезного оборудования, даже “робота Билла” прихватить не постеснялись.

- Какого-какого робота? - Южнов поперхнулся, - я не ослышался?

- Это Джексон так его обозвал, - пояснил Уильям, - сказал, что эта железная страхолюдина в три человеческих роста и четырьмя руками похожа на персонажа то ли какой-то игры, то ли фильма, не помню уже. Страшнее него вышел, пожалуй, только “Кракен”.

- А это еще что такое?

- Это творение ваших соотечественников, - любезно пояснил преподобный, - они так назвали “глубоководный исследовательский аппарат”. Здоровенный такой никель-титановый спрут с термоядерным реактором и двумя торпедными аппаратами. Я его имел счастье наблюдать в деле. “Исследовательский” аппарат, ну-ну.

- Так что там с беглецами?

- А, да. В общем, обчистив склады, эти друзья погрузили свой немалый скарб на платформу стационарного переноса и… привет. Ох, как все забегали, когда обнаружили пропажу! Мы отследили их до второго тысячелетия до нашей эры, но они ушли глубже… или дальше, не знаю, как правильно сказать.

- А что мешало…

- Найти? Вернуть обратно? - Уильям привычным жестом почесал бороду, - к сожалению, тут есть определенные технические сложности. Помните еще одну интересную процедуру, которую наверняка с вами проделывали перед заброской в двенадцатый век? Вас ставили на весы, верно?

- Было такое, - кивнул Южнов, - я только не совсем понял, для чего это нужно.

- Сейчас поймете. Дело в том, что при темпоральном переносе объекта возникает… как бы это сказать… напряженность. Напряженность полярная - она имеет знак. Так вот, при равновесном перемещении возникают сразу две зоны напряжения с разными знаками, которые нейтрализуют друг друга. А вот если отправить объект в прошлое, не озаботившись отправкой эквивалентной массы в другую сторону, это напряжение сохраняется. Энергии такой перенос требует намного больше, но зато для возвращения требуется всего лишь активировать трансмиттер. Остаточное напряжение вернет вас обратно, с минимальными энергозатратами. Понимаете разницу? Это как маршрут в один конец и путешествие с обратным билетом в кармане.

- Ну, в целом, понятно, - скептически протянул Георгий.

- Я лучше не смогу объяснить, - развел руками Уильям, - хотите деталей - это вам с профессором надо разговаривать, не со мной. Я-то просто недалекий инквизитор. Пытки, костры… Дальше будете слушать?

Южнов, пряча ухмылку, кивнул.

- Вот и хорошо. В любом варианте мы не можем забраться глубже четырех тысячелетий, просто не хватает энергии. Или мы не нашли какой-то фактор, не знаю. В принципе, проникнуть можно и глубже, только для этого требуется серия прыжков, понимаете?

- Вот оно что, - кивнул Южнов, - прыгнуть в прошлое, снова прыгнуть в прошлое… Вот зачем реактор, да?

- Как они на воздух не взлетели со своей шайтан-машиной - ума не приложу, - вздохнул преподобный, - однако же не взлетели! Им удалось. И мы не можем до них добраться, слишком уж накладно. К тому же, как мне кажется, профессор в курсе их планов и поэтому не рвет на голове волосы с требованием отправить десантный корпус к динозаврам.

- Так далеко? - изумился Георгий, - но зачем?..

- Ну, это я немного преувеличил, - фыркнул Уильям, - по нашим подсчетам, они осели в шестом тысячелетии до нашей эры. Андерсен тогда просто махнул рукой и сказал “Пусть развлекаются. Потоп все смоет”.

- Ничего себе! - С вытянувшимся лицом протянул Южнов, - даже так?

- Предусмотрительно, не так ли? - усмехнулся Уильям. - Крупицы информации, простор для экспериментов огромный! И еще потоп, зачистить генофонд матушки-Земли от результатов эдакой самодеятельности. Удобно, правда? И ведь не подкопаешься! Все условия соблюдены!

- Подождите, - задумался Южнов, - это что же получается? Всемирный потоп - дело рук человеческих?

- Сложно сказать, - покачал головой Уильям. - гипотез много было. Ученые сваливают все на падение астероида. Термокинетический взрыв - это вам не шутки. Цунами, массовое испарение воды, которая выльется мощными дождями на побережье...

- Да, я что-то подобное слышал, - признался Георгий, - даже вроде кратер нашли, где-то на дне Индийского океана.

- Кратер Брукле. - Уильям кивнул, - только вот сомневаюсь, что там действительно упал астероид. О предстоящем катаклизме всех причастных предупредили весьма заблаговременно.

- Что значит “всех”?

- Вы что, думаете, что Ной собирал свой зоопарк в одиночестве? У него было достаточно коллег. Почти по всему побережью происходили аналогичные “акции спасения”. Сами посудите, как он мог раздобыть на ближнем востоке кенгуру? В общем, либо Эван таки доигрался со своей “хлопушкой”, либо они действительно заметали следы. В этом случае, я уверен, они рано или поздно объявятся. Кстати, о реакторе: я мало что знаю про его установку, но она вырабатывала такое колоссальное количество тепла, что ей требовалось очень серьезное охлаждение. А в океане воды хоть отбавляй, причем реакция получается “чистая”, без вторичной ионизации. Можно спокойно сбрасывать обратно в океан. А еще можно воспользоваться ей в декоративных целях - фонтаны, водопады… У них было достаточно времени и ресурсов, чтобы развернуться со всеми удобствами. Догадались?

- Остров с водопадами… Идеальный уберменш… - Южнов оторопело уставился на довольно ухмыляющегося Уильяма, - вы серьезно? Но считается, что Атлантида находилась в другом месте!

- Кем, простите, считается? - усмехнулся преподобный, - греками? Они были еще те картографы, для них вся карта мира заключалась в клочке земли вокруг Средиземного и Черного морей, даже за Гибралтар нос не высовывали. Название острова и название океана произошли из одного источника - от имени великана Атланта. Но искать здесь географические привязки - не самое рациональное занятие.

- Они, видимо, от одиночества не страдали, - пробормотал Южнов, припомнив слышанные ранее легенды о мифическом острове, - если успели наплодить потомства от местных красоток.

- Одно из исследований, - кивнул Уильям, - стабильность “супергенов”. Да и самих ученых дураками назвать сложно. Я уверен, они сумели раскопать что-то серьезное, иначе откуда бы взяться теории вечной души?

- Слушайте, - неожиданно нахмурился Южнов, - вы мне говорили про робота. А не припомните, часом, на каком энергоносителе он работал? И где он был установлен?

- Плутониевая автономная энергоячейка, - удивленно ответил Уильям, - собственно говоря, это была его голова. Надо заменить - банально открутили башку и привинтили новую. А что?

- Да я вот вспомнил интересную статью, - Южнов нахмурился, - автора я уже и не припомню. Он отрыл какие-то прелюбопытнейшие петроглифы и увязал их с местными мифами. По его выкладкам, Землю посещали пришельцы в компании “железного брата” с четырьмя руками. Местные жители увековечили событие, нацарапав несколько фигур и какую-то каракатицу на камнях. А потом “железный брат” заболел и его то ли закопали, что ли еще что-то, но вот голова осталась на поверхности и еще долго излучала тепло. Как вам?

- Засранцы. - подвел итог преподобный, - все-таки умудрились наследить. Профессору будет интересно, расскажете ему.

- Что? - задремавший Южнов моментально проснулся, - Что вы сказали? Я не ослышался?

- А вы что, хотите остаться здесь? - Изумился Уильям, - В принципе, почему бы нет…

- Подождите, вы сейчас серьезно? - Георгий хлопал глазами, - вы планируете забрать меня…

- А что тут такого удивительного? - удивленно спросил преподобный, - Здесь вам делать нечего. В вашей эпохе - вдвойне нечего, особенно с вашим арсеналом. А нам не помешает такой предприимчивый человек.

- Интересно, зачем? - Язвительно поинтересовался Южнов, - более бесполезную находку представить сложно - безработный журналист! Хотя, что это я? Буду выпускать газету. “Красный генетик”, хорошо звучит? Или “Мирный атом”? А может быть…

- Юмор у вас, как у тамплиера, - покачал головой Уильям и зевнул, - но мне даже нравится. Просто поразительная психическая устойчивость, аж немного завидно. Ладно, хватит на сегодня. Завтра наговоримся, а сейчас - спать.

В чистилище было безлюдно и пахло антисептиком. Большую часть стены занимали врата, украшенные неоновой надписью “Труд освобождает” на иврите. Разглядеть, что находится за ними, не давало потрескивающее статическими разрядами силовое поле. Над аркой портала тревожным красным светом горела надпись “До большого взрыва 13 488 267 миллисекунд”, счетчик оставшегося времени неумолимо сокращался.

Вход охраняли два ангела в потертых космических скафандрах. Из открытых шлемов торчали головы голубей.

- Мы «О-Сознание», группа исследователей, которые поставили перед собой цель изменить мир, - механическим голосом уведомил ангел слева. - Ты можешь присоединиться к нам и наши силы…

- Наука? Чепуха! - перебил правый, - В этой ситуации одинаково беспомощны и посредственность и гениальность. Мы вовсе не хотим завоевывать никакой космос. Нам не нужно других миров. Нам нужно зеркало… - ангел извлек из кармана небольшое зеркальце и принялся поправлять перья на голове.

Роль апостола Петра выполнял робот с лицом преподобного Уильяма. Хранитель ключей механическим движением повернул голову к Южнову и пробежал по его телу тонким лучиком сканирующего лазера, после чего сунул удлиннившийся и заблестевший металлом палец в гнездо терминала. Ангелы неохотно отошли в стороны.

Собравшись с духом, Георгий шагнул к порталу и попытался дотронуться до силового экрана рукой. Цвет защитного поля неожиданно сменился на красный и посреди врат появилась надпись “Ошибка контрольной суммы. В доступе отказано”. Хрипло взвыла сирена. Южнова плавно, но неумолимо потащило назад. В попытке удержаться Георгий схватился за край портала и повис на одной руке. Над головой светилось силовое поле, смотреть вниз было страшно. Ангелов гравитационные метаморфозы не коснулись - оба стража отстраненно сверху вниз наблюдали за попытками Георгия ухватиться за арку второй рукой. - Между прочим, стены чистилища сделаны из асбеста, - сообщил из скрытого громкоговорителя жизнерадостный голос, - он отпугивает грешников. Если вы почувствуете удушье, сухой кашель или остановку сердца - это не наказание за грехи, это асбест!

- Выступающий гвоздь забивают в стену, - отчеканил ангел справа и, прицелившись, больно клюнул Георгия в руку. Пальцы разжались и Южнов с криком полетел вниз.

- Если бы ты не мог проснуться, как бы ты узнал, что сон, а что действительность? - донесся сквозь сгущающийся молочно-белый туман голос второго ангела.

Южнов неожиданно понял, что уже не падает и попытался оглядеться. Пространство вокруг было залито ровным белым светом без единой детали. Руки оказались прикованы к подлокотникам жесткого анатомического кресла.

- Только перед лицом смерти человек становится тем, кто он есть на самом деле, - над Южновым склонился Ролло, - Но ты уже не успеешь кем-то стать. Ты опоздал.

Бывший телохранитель протянул руку за голову пленника. Раздался металлический щелчок и Южнов конвульсивно выгнулся дугой от прокатившейся по всему телу волны боли. Мир вокруг начал распадаться.

- Худшее, что можно сделать с человеком - уничтожить его личность, - Ролло продемонстрировал теряющему сознание Георгию отсоединенную иглу нейроразъема. - Добро пожаловать в реальный мир.

- Нееееет! - из последних сил закричал Южнов.

Белый туман, уже потерявший былую целостность, причудливыми нитями расползался под порывами поднявшегося ветра. Сквозь обрывки молочной сферы проступили знакомые очертания кельи, а Ролло, пустыми рыбьими глазами буравящий беспомощного Южнова, превратился в встревоженного Уильяма.

- Проснитесь, - преподобный потряс Георгия за плечо, - просыпайтесь уже!

- А? Что? - Южнов обалдело огляделся по сторонам и потер глаза. - Я что, вчера прямо в кресле вырубился?

- Ага, - покивал Уильям и с интересом посмотрел на растерянно-заспанное лицо подопечного. - Какой вы, однако, впечатлительный! А с виду и не скажешь.

- Сами виноваты, - огрызнулся Южнов, - стоило отправляться в двенадцатый век, чтобы услышать доказательства теории “Бога из машины”.

- Интересно вы сформулировали, - почесал бороду Уильям, - “Deux ex machina”, надо же! Только вот…

- Кофе хочу, - перебил Георгий, - и покурить.

- Обойдетесь, - фыркнул преподобный, - кофе и покурить пока еще не придумали.

- Вот так всегда, - проворчал Южнов, принимая из рук преподобного бокал с вином, - не возвышенное средневековье, а какой-то киберпанк, алкоголизм и ересь.

- Но-но, - Уильям укоризненно покачал пальцем, - поаккуратнее в выражениях.

- Мне можно, - отмахнулся Георгий, - я, это… Морально травмированный.

- Ничего больше рассказывать не буду, - пригрозил Уильям, - если будете ныть. Никаких роботов, эмпатии и секретных проектов. А то опять станете во сне кричать, пугать добродетельных монахов… - преподобный осекся, заметив очень странное выражение лица Южнова. - Что такое?

- Головоломка сложилась, - с отсутствующим видом пояснил Георгий и неожиданно серьезно посмотрел в глаза Уильяму. - Мне кажется, что вам стоит набраться терпения и послушать, что со мной произошло в Иерусалиме, - Георгий рассеянно оглядел пустой стол. - Пусть что ли, пожрать принесут. История долгая, а времени у нас с вами в обрез. Очень сильно подозреваю, что после моего рассказа кричать во сне будете вы.

Глава 9

- Ну и жарища, - пожаловался Ланс, вытирая со лба пот, - доедем до города и сразу в трактир, хочу промочить горло… Вот зараза! - рыцарь резко натянул поводья, остановив недовольно фыркнувшую лошадь.

- Что случилось? - Удивился Рено и, оглядевшись, нахмурился. - Принесла же нелегкая. Как невовремя!

- У нас проблемы? - поинтересовался Южнов, не понимая причины остановки и недовольства попутчиков.

- Нет, не проблемы, - пояснил Ланс, - скорее, неприятности. Ходячая неприятность. Вот эта, сам не видишь?

У моста, рядом с привязанной лошадью, околачивался рыцарь в глухом, напоминающем ведро, шлеме. Завидев подъезжающих путников, воин заметно приободрился и вразвалку занял место посреди дороги, гордо сложив руки на груди.

- Я, сэр Роджер, именем Господа поклялся трое суток денно и нощно охранять сей мост, не зная сна и отдыха, - прогудел из-под железного ведра напыщенный голос. - Всякий, кто осмелится преодолеть сию переправу, должен сразиться со мной. По законам рыцарской чести, победителю достаются оружие, доспехи и конь побежденного. Кто посмеет бросить мне вызов?

- Можно попробовать откупиться, - невесело хмыкнул Рено, - но от этого… доблестного шевалье одним кошельком не отделаешься.

- Это в честь него пиратский флаг назвали? - фыркнул Южнов и покосился на Ланса. Рыцарь со смущенным видом рассматривал близлежащий холм, - О! Понятно.

- Весьма серьезный противник, - кивнул де Шатильон, - мастер размахивать своей железкой. Хотя против вас шансов у него, мне кажется, немного. Не хотите поразмяться? Неохота ехать в объезд, до ночи провозимся…

- А это идея, - оживился Ланс, - Геральт, может быть, наваляешь ему? Меч заберешь, доспехи…

- Нахрена мне его доспехи? - Искренне удивился Южнов, - у меня свои есть.

- Мне отдашь, - доверительно сообщил Ланс, - это по его милости мне пришлось залезть в долг к Бен-Аццаху…

- Трижды гореть ему в аду, - закончил Георгий, - ну хорошо, давай восстановим справедливость.

Южнов слез с коня и встал напротив Роджера. Вымогатель в черненой кольчуге придирчиво оглядел непритязательно выглядящего противника и остался явно недоволен.

- Сударь, убирайтесь прочь, - раздалось из-под шлема, - Господь запрещает мне обижать убогих. Уступите право поединка более достойному.

- Обойдешься, - фыркнул Георгий, - будешь драться со мной. Или что, страшно стало? Тогда, будь любезен, отдай оружие и доспехи…

Рыцарь явно колебался. Противник не выглядел опасным, но смотрел подозрительно нагло.

- Я тебе сейчас покажу убогого, - вздохнул Южнов и набрал в грудь воздуха. - Эй ты, ублюдок, мать твою, иди сюда, говно собачье! Засранец вонючий…

- Это оскорбление! - Взревел рыцарь, выхватывая меч, - готовьтесь же к позорной смерти!

- Ну наконец-то! - Обрадовался Южнов, с шипением прокрутив мечом “восьмерку”.

Поединок закончился, практически не начавшись. Отбив пару выпадов, Южнов проскользнул под неловко занесенным мечом и некуртуазно заехал противнику локтем в нос, спрятанный под топфхельмом. Рыцарь моментально потерял равновесие, выронил меч и с громким стуком шлепнулся прямо на пятую точку, подняв небольшое облачко пыли.

- Я чего-то не понял, - обескураженно покосился на поверженного врага Южнов. Грозный сэр Роджер тихо подвывал, пытаясь подняться на ноги, и потирал ушибленный при падении зад. - И этот дрищ держит в страхе все королевство? Это что, шутка такая?

Лица попутчиков выражали единодушное изумление. Они явно не ожидали столь молниеносного и позорного поражения зловещего сэра Роджера.

- Шлем снимай, - приказал Георгий, - а вот меч не трогай. Порежешься.

Южнов пресек неуклюжую попытку Роджера дотянуться до оружия и перебросил меч Лансу.

- Это же мой, - обрадовался рыцарь, с любовью разглядывая клинок, - А ты… Подождите-ка! - Ланс уставился на лицо бандита, - Я тебя, кажется, знаю!

- Еще бы ты его не знал, - усмехнулся Рено, подъезжая ближе и разглядывая молодую взъерошенную голову, показавшуюся из-под шлема. - Сударь Аларик, верно? Верный оруженосец сэра Роджера? Может быть поведаете, с чего вам взбрело в голову наряжаться в доспехи вашего сюзерена?

- Он сам приказал, - хлюпая разбитым носом, пояснил незадачливый грабитель, - мы уже полгода так… работаем. То он, то я. Все равно с ним никто связываться не станет… Благородный сэр, могу я узнать имя своего победителя?

- Геральт из Ривии, - с трудом сдерживая смех, представился Южнов, - Ябедничать побежишь, небось? Желаю удачи.

- Ну и достанется же мне, - грустно признался Аларик. - А я ведь предупреждал. Предлагал не задирать господ, а пощипать окрестных виллан…

- Еще не легче, - расхохотался Георгий, - они тебя, Робина Гуда недоделанного, коровьими лепешками закидали бы. Кстати, тебе не жарко? Давай, снимай кольчугу.

- А моя где? - Недовольно разглядывая доспех, осведомился Ланс, - куда мою дели, сволочи?

- Продали, - виновато развел руками Аларик, - господину мала оказалась, а кузнец, упырь, за подгонку такую цену запросил…

- Кстати, об упырях, - задумчиво начал Рено, старательно пряча ухмылку, - сударь Геральт! Вы же, если мне память не изменяет, специалист по борьбе с разной нечистью? Как у вас на родине поступают с такими, как вот он?

- С разбойниками? - удивился “Геральт”, - вешаем, и вся недолга. Вот и сук подходящий торчит…

Аларик заметно сбледнул с лица и отодвинулся подальше.

- Это он только с виду разбойник, - включился в игру Ланс, - а мне кажется, что никакой он не разбойник, а упырь. Самый, что ни на есть, упыристый упырь!

- Тогда осиновый кол в сердце, - вынес вердикт Южнов, - где тут осина?

- Не растут тут они, - сочувственно покачал головой Рено, - но, мне кажется, если хорошо заточить ствол вот той пальмы…

- А-ааааа! - Взвыл посеревший от страха Аларик и рванулся к коню.

- Ага, разбежался, - усмехнулся Ланс, преграждая своей лошадью дорогу. - Ножками, ножками. Лошадь ты тоже проиграл, забыл уже?

- Сильно ему влетит? - поинтересовался Георгий, когда хлюпающий носом незадачливый оруженосец, освобожденный от лишнего веса в виде доспехов и оружия, спотыкаясь и потирая зад, уковылял на достаточное расстояние.

- Сильно или нет, но точно влетит, - кивнул Ланс, - у его сюзерена тяжелая рука и не менее тяжелый характер. Он же теперь тебя искать будет, поквитаться за подмоченную репутацию.

- А я-то при чем? - удивился Георгий, - он отправил этого клоуна обирать честных путников, а виноват я? Нелогично.

- Вот что его заботит меньше всего, так это эллинская наука “логика”, - хмыкнул Рено. - Как минимум, потому что он о ней не слышал. А вот хорошую трепку он давно заслужил. Только учтите, он действительно умеет драться.

- Большой шкаф… - начал Южнов.

- Громче падает, - кивнул Рено. - Но все равно, прошу вас, будьте начеку.

- Поехали уже, - попросил Ланс, - надо незамедлительно отпраздновать воссоединение меча и… меня.

- Сегодня просить аудиенции бессмысленно, - де Шатильон вручил поводья подбежавшему слуге, - остановимся здесь. Место вполне достойное.

- Уже так поздно? - Искренне удивился Южнов, - до вечера еще…

- Заниматься политикой нужно на трезвую голову, - наставительно поднял палец Рено.

- А мы-то что? - Обиделся Ланс.

- Мы - ничего, - усмехнулся де Шатильон, - а вот его королевское величество… Нехорошо так говорить, но наш досточтимый монарх уже наверняка лыка не вяжет. Исключительно под гнетом государственных дел. Так что завтра… завтра и посмотрим.

Трактир “Железный кулак”, расположенный неподалеку от королевской резиденции, по местным меркам был вполне приличным заведением. Комнаты на втором этаже оказались небольшими, но достаточно чистыми, а посетители внизу не производили антисоциального впечатления. Даже огромная латная рукавица, висящая над входом, еще не заржавела и не планировала упасть кому-нибудь на голову.

Немного перекусив, Рено отправился спать, оставив Южнова с Лансом наслаждаться столичной жизнью и обменяться свежими сплетнями с хозяином трактира, пожилым грузным мужчиной с сильным немецким акцентом и соответствующим именем Карл.

- Все-таки столица есть столица, - с обожанием глядя в кружку с пивом, объявил Ланс. - Ничего не имею против Керака, но как мне надоело тамошнее кислое пиво!

На взгляд Южнова, разницы особой не было. Что пиво из замка, что налитое из пузатой бочки хозяином трактира, было кислым, разбавленным и, возможно, уже кем-то выпитым. Местные вина были не лучше. Озвучивать свои скептические мысли Георгий не стал.

- У вас вообще существует другая выпивка, кроме пива и вина? - поинтересовался Южнов у хозяина заведения, сидящего напротив и с неподдельным любопытством разглядывающего непривычную одежду посетителя.

- Другая? - удивился трактирщик. - Хмм… Яблочное вино я не держу, да и вы сами не захотите. Вино у меня хорошее, хоть и кисловатое. Греки делают крепкое и сладкое вино, но торговцы, чтоб им лишаем покрыться, просят за него такие деньги…

- А арабы? Ну, в смысле сарацины, - поправился Георгий, заметив недоумение Карла.

- А что с них возьмешь, - отмахнулся хозяин, - нехристи, они и есть нехристи. Один раз купил у них, чтоб им запаршиветь, аж дюжину бутылей. Ох, какая оказалась вонючая отрава! Хорошо, что я сам сподобился попробовать, иначе висеть бы мне, как отравителю, на главной площади.

- У тебя хоть немного осталось? - с надеждой в голосе поинтересовался Южнов.

- Вылил я ее всю, - развел руками Карл, - вот прямо в канаву возле трактира и вылил. Что бутылкам-то пропадать? Стеклянные, дорогие… Так верите, сударь, пока дождь не прошел, целый месяц этим сарацинским снадобьем смердело!

- Анис, - вздохнул Южнов, - ты, друг, похоже, двенадцать бутылок араки в канаву отправил.

- Знать не хочу, как эта отрава зовется, - скривился Карл, - сильнее воняет разве что мазь от лишая, которой Бальтазар торгует.

- Бальтазар? - поднял брови Георгий, - это еще кто?

- Алхимик это наш, чтоб его блохи загрызли, - любезно пояснил трактирщик, - ученый человек. А по мне, так нехристь, шарлатан и скряга. Вот, давеча, случился со мной такой лютый понос…

Ланс поперхнулся пивом. Южнов откровенно заржал.

- В общем, скряга он, - смущенно подвел итог Карл. - И хватит о нем. Лучше расскажите, это правда, что граф Рено надругался над всеми женами и наложницами Саладина?

Южнов и Ланс вытаращились на трактирщика.

- Ну, люди говорят… - Карл развел руками, - …сарацин тогда поубивали видимо-невидимо. А Саладин, безбожник, вызвал демона из преисподней и натравил на добрых католиков, но тот не смог преодолеть свет истинной веры и напал на сарацинское войско… Так правда?

- Почти, - Южнов изо всех сил сдерживался, чтобы не заржать в голос. Ланс рядом уткнулся в кружку, - за исключением некоторых деталей.

- Наложницами граф Рено побрезговал, - пояснил давящийся от смеха Ланс.

- И верблюдами тоже, - негромко добавил Южнов. Ланс издал что-то среднее между стоном и всхлипыванием.

- Понятно, - кивнул Карл, не замечая стоических усилий собеседников сохранить серьезный вид, - граф де Шатильон, конечно, выдающийся человек, но в одиночку справиться с целым гаремом даже для него было бы… слишком.

- Кстати, об излишествах, - решил сменить тему Южнов, - тебе лошадь не нужна? У нас тут одна есть… лишняя.

- Можете оставить, я найду покупателя, - кивнул Карл и выглянул за дверь. Лицо трактирщика вытянулось. - Судари, это же…

- Конь сэра Роджера, - развеял сомнения Карла Ланс. - Он нам достался абсолютно честным способом, не переживай. Сними седло и…

- Не переживай? - Трактирщик схватился за голову, - если этот рыцарь поиметый увидит у меня свою клячу… Спрячу-ка я ее, от греха.

Наорав на нерасторопных слуг, Карл вернулся за стол и выжидательно уставился на Ланса с Южновым.

- Сам рассказывай, - пихнул друга в бок Георгий, - и не забудь рассказать, как я побрезговал конем.

- Вот так и рождаются легенды, - пробормотал Южнов, краем уха слушая заметно обросший наспех придуманными подробностями рассказ Ланса, - потом балладу сложат. “Поражение коварного Роджера, или битва у моста”. А потом историкам в этом разбираться, и попробуй пойми, где правда, а где откровенное вранье.

Больше всего Южнова удивило не чудовищное искажение событий, а моментальное распространение слухов и сплетен. Не прошло и недели со дня налета на караван, а по Иерусалиму уже гуляют версии событий, одна другой краше. Ланс занимался тем же самым, вовсю перевирая произошедшее несколько часов назад.

- И тогда сэр Геральт поднял руку и призвал шворц… - дорвавшийся до столичной выпивки и изрядно окосевший Ланс запнулся, получив под столом крепкий пинок.

- А что такое “шворц”? - поинтересовался заинтригованный трактирщик.

- Это такое… - Ланс не договорил, получив под столом повторно.

- Так в нашей стране называют мастерство владения оружием, - любезно закончил Южнов и покосился на друга, - в общем, поддельный злодей повержен, а Ланс празднует возвращение меча.

- Между прочим, дамасская сталь, - проворчал рыцарь, - как вспомню, сколько я за него денег отдал… Кольчугу вот жалко.

Трактирщик сочувственно покачал головой.

- Продали, гады, мою кольчугу, - пожаловался Ланс, - представляешь? Продали, Карл!

Южнов от неожиданности фыркнул прямо в кружку с пивом, забрызгав всех вокруг пеной.

- Что с вами, сударь? - участливо поинтересовался трактирщик. - Подавились?

- Подавился, - с деревянным лицом согласился Южнов и покосился на Ланса, - пошли-ка спать. Политику надо вершить на трезвую голову, не забыл?

- Ну вот, - пригорюнился Карл, - только об интересном начали говорить…

- Не переживай, - утешил трактирщика Георгий, - думается мне, мы здесь надолго. Еще наговоримся… Карл.

- Планы меняются, - оповестил с утра мрачный Рено, - говорят, что король отбыл из столицы три дня назад. Придется общаться с магистром де Ридфором, он наверняка в курсе дел.

- Откуда вы…

- Оттуда, - передразнил Южнова де Шатильон, - народ только и болтает о спешном отъезде короля. Хотя поговорить о гареме Саладина куда увлекательнее, не спорю. Ладно, - пожилой рыцарь хлопнул рукой по столу, - чего уж теперь рассуждать. Едем в резиденцию ордена.

Посетить Иерусалим в двадцать первом веке Южнову не довелось, образ вечного города складывался исключительно из фотографий в сети, обычно сильно перепутанных, и компьютерной игре о похождениях убийцы-сектанта. Образ сложился крайне смутный и разрозненный. Сейчас, подъезжая к Храмовой горе, Георгий вовсю таращился по сторонам, но никаких возвышенных эмоций не испытывал, даже узнав издалека очертания Купола Скалы.

Пожилой граф даже здесь пользовался определенным авторитетом, поскольку мрачные стражи при виде Рено вытянулись по стойке “смирно”, а рыцарь в белом плаще с красным крестом поклонился и отправил сержанта оповестить о прибытии важного гостя. О том, чтобы забрать оружие, никто даже не заикнулся. Южнов задумчиво поправил перевязь с мечом, торчащим из-за левого плеча.

- Ты бы меч нормально повесил, - покачал головой Ланс, - а то прямо как варвар какой-то.

- А я и есть варвар, ты уже забыл? - осклабился Южнов, - ну и что, что рыцарь? Рыцарь рыцарем, а варварство… варварством. В общем, мне можно.

- Это точно, - усмехнулся Рено, - я бы добавил, что даже нужно. Привлечь лишний интерес нам точно не помешает. Только постарайтесь особо не входить в образ невоспитанного дуболома, хорошо? Варварство, как вы изволили выразиться, варварством, а приличия стоит соблюдать. Хоть немного. Как раз для варвара.

- Ну вот, - проворчал Южнов, - опять соблюдать приличия. В кои веки выпала честь громко испустить ветры в присутствии высокородной особы, можно сказать, что всю жизнь ждал этой возможности… Потом всю оставшуюся жизнь буду страдать от нереализованной мечты.

- Чувство юмора при вас, это хорошо, - усмехнулся Рено, - но постарайтесь хотя бы сейчас придержать язык за зубами и не ляпнуть какую-нибудь глупость. Или не глупость. Особенно не глупость... Особенно здесь.

Площадь перед мечетью Аль-Акса, ныне превращенную в храм Соломона, штаб-квартиру ордена, оказалась весьма людной. Верующие со всего света проделывали неблизкий путь, чтобы поклониться святыне. Площадь буквально кишела монахами, немногочисленными мусульманами в своих неизменных чалмах и паломниками в плащах самой разной степени поношенности. Перед троицей конных рыцарей толпа расступалась, хоть и неохотно. Южнов только головой покачал, представив подобный балаган напротив здания службы безопасности на Литейном проспекте. Памятуя о суровой репутации ордена, близко к храму Соломона толпа не приближалась. Особо рассеянные или забывчивые, подошедшие близко к арке главного входа, натыкались на холодные пристальные взгляды молчаливых рыцарей в полном боевом облачении и спешили ретироваться и смешаться с толпой.

У коновязи, недалеко от входа в храм, поджидал молодой рыцарь в белом плаще.

- Мессир Рено, благородные шевалье, - тамплиер поклонился, - магистр де Ридфор оповещен о вашем визите и ждет вас. Следуйте за мной…

- Благодарю, - кивнул Рено, - но, мне кажется, твоя помощь не понадобится.

По лестнице, ведущей к арке входа, спускались два дворянина в богатой одежде. За ними на небольшом отдалении следовал эскорт из нескольких рыцарей. Среди уже примелькавшихся братьев ордена резко выделялись рыцари в черных плащах с белым крестом.

- Тааак, - негромко пробормотал Южнов, - похоже, что и главврач здесь. Вся компания в сборе. Жаль, фотоаппарата нет.

Магистры ожесточенно спорили. Хотя, если говорить честно, назвать это спором было сложно. Магистр ордена Иоанна со стоическим терпением слушал гневную речь Жерара де Ридфора, иногда вставляя свои реплики. Магистра Жерара его реакция, видимо, только распаляла.

Трое рыцарей в сопровождении сержанта подошли ближе.

- Что значит “нет”? - Гадюкой прошипел де Ридфор, - королева… - магистр резко замолчал, заметив приближающегося Рено.

- Милорд, прибыл граф Шатильонский, - отрапортовал сопровождающий рыцарь и поспешил отойти на безопасное расстояние. Де Ридфор послал ему в спину мрачный взгляд.

- Мессир Роже, мессир Жерар, - Рено изобразил учтивый поклон. Магистр ордена храма едва кивнул высоко задранным подбородком, де Мулен дружелюбно усмехнулся и ответил неглубоким поклоном.

- Кто это с вами, Рено? - осведомился де Мулен, остановив на Южнове заинтересованный взгляд. Де Ридфор высокомерно отвернулся.

- Сэр Ланс из Йорка, сэр Геральт из Ривии, - представил свиту де Шатильон. Ланс и Южнов поклонились.

- С сэром Лансом я уже имел честь познакомиться, - усмехнулся де Мулен, не сводя с Георгия изучающего взгляда, - а вот сэр Геральт… Откуда вы родом, шевалье?

- Королевство Польское, - заученно наврал Южнов, испытывая неловкость под изучающим взглядом пожилого магистра, - я недавно здесь, в святой земле…

- И уже стали объектом многочисленных слухов, - дружелюбно кивнул де Мулен, - умеете вы, Рено, подбирать себе людей.

- Если вы закончили, - ядовито заметил де Ридфор, - то я бы вернулся к нашим делам. Вы, сударь Рено, просто так не появляетесь. Что вам нужно?

- Шевалье, будьте любезны, оставьте нас на пару минут, - Рено взглядом указал на коновязь и скучающего рядом тамплиера. - Составьте компанию…

- Брату Ламберту, - сухо подсказал де Ридфор.

- Сэру Ламберту, - закончил Рено. - Мы тут, так сказать, поболтаем немного с благородными господами. - Рено покосился на недовольного магистра Жерара и ухмыльнулся, - расскажите благородному рыцарю подробности про гарем Саладина, ему наверняка будет интересно.

- Общение затянулось, - заметил Южнов, покосившись на Рено.

Разговор, если так можно было назвать происходящее у лестницы храма, продолжался уже более получаса. Де Шатильон с каменным лицом пытался что-то втолковать магистру де Ридфору, тот злобно отмахивался и одновременно пытался сохранять надменно-высокомерный вид, что выглядело презабавно. Магистр де Мулен страдальчески закатывал глаза и всем видом изображал интеллигента, попавшего в компанию агрессивных гопников.

- Это надолго, - вздохнул Ламберт, - они уже третий день ругаются, аккурат после покушения на короля. Никак не могут решить, кто должен охранять его величество. А сегодня еще и королева пожаловала, так что…

- На короля было покушение? - вытаращились Ланс с Южновым, - как это произошло?

- Да никто не знает, - вздохнул Ламберт, - его величество третьего дня примчался как ошпаренный, переговорил с магистром и отбыл. Куда и как надолго - не знаю, - ответил рыцарь на невысказанный вопрос, - одни говорят, что в Триполи, о чем-то договариваться с Раймундом. А другие говорят, что в Акку.

- А что нужно королеве?

- Ей-то как раз ничего не нужно, - ухмыльнулся Ламберт, - это магистры готовы друг другу в бороды вцепиться, кто именно будет охранять королеву. А она, представьте себе, ни в какую. Говорит, что предпочтет дюжину сарацинов под кроватью, чем братьев ордена в свите. А король сам потребовал отряд братьев ордена храма в личную охрану.

- Слушай, сэр Ламберт, - прищурился Южнов, - а ты точно тамплиер? Как-то не по орденски ты, извини, рассуждаешь.

- Не нужно путать орден с сектой, - покачал головой рыцарь, - да, я принял присягу. Но я клялся в верности в первую очередь Господу, - Ламберт понизил голос, - а не надутому индюку, который возомнил о себе невесть что.

Южнов с Лансом переглянулись. Молодой брат ордена вызывал все большую симпатию.

- В общем, пока так к согласию и не пришли…

Ламберт не успел закончить фразу. По ступеням лестницы с гордо поднятой головой прошествовала высокая стройная женщина с каштаново-рыжими волосами. За ней неотрывно следовали два воина в доспехах. Женщина на секунду задержалась у спорящих мужчин, которые моментально склонились в поклоне. Королева гневно отмахнулась от оживившегося магистра де Ридфора и бросила резкую фразу, после чего решительно двинулась к лошадям. Магистры проводили королеву растерянными взглядами.

- И не придут, - подытожил Ламберт.

Южнов, с интересом разглядывающий королеву, краем глаза заметил неладное. Из группы паломников, неторопливо идущих на почтительном расстоянии мимо храма, отделился человек в темном плаще с глубоко надвинутым на голову капюшоном. Со стремительностью атакующей кобры человек рванулся вперед. Колюче сверкнуло лезвие кинжала.

Время замедлилось. Южнов видел, как в глазах Сибиллы появляется отчаяние. Видел движения воинов, медленные, как в густом тягучем киселе. Видел медленно поднимаемые рыцарями ордена взведенные арбалеты. Слишком медленно. Они не успевали.

За чистотой и порядком на площади тщательно следили. Естественные продукты жизнедеятельности коней полагалось ежедневно вывозить с площади, и посыпать пространство возле коновязи свежими опилками. Сегодня оказалась выполнена только вторая часть - двор был подметен и посыпан, а вот навоз, собранный в приличных размеров кучу, остался благоухать неподалеку от “гостевой парковки”. Рядом стояла небольшая грязная телега. Видимо, слуги относились к своим обязанностям спустя рукава, а, может быть, у них был обеденный перерыв.

Южнов не раздумывал и изо всех сил выстрелил силовым полем прямо в кучу, которая исключительно удачно оказалась точно между ним и приближающимся убийцей.

Несколько лет назад Георгию довелось побывать на полигоне, где тренировали саперов, и увидеть в действии направленный взрыв. Заряды взывчатки оставляли в земляном рве огромные прорехи, разбрасывая грунт на десятки метров. То, что произошло сейчас, выглядело практически так же, только здесь взрывотехники решили не мелочиться и засунули в дерьмо целый ящик тротиловых брикетов. Вонючая лавина сбила убийцу с ног и покатила по площади, где-то рядом жалобно зазвенел выроненный кинжал.

Время вернулось к нормальному течению. Георгий выдохнул и с кривой ухмылкой оглядел дело рук своих. Незадачливый убийца вяло шевелился на земле, не предпринимая никаких попыток встать. Толпа стремительно рассеивалась, стараясь держаться подальше от тех, кто неудачно оказался в первых рядах и попал “под выброс”. Где-то вдалеке со стуком падали обломки телеги. Ламберт стоял с открытым ртом. Магистры с обалдевшими лицами таращились на пустеющую площадь. У побледневшей королевы подкосились ноги и Сибилла со стоном осела на землю. Оцепеневшая охрана даже не шевельнулась, чтобы помочь женщине. В наступившей тишине тренькнула тетива и в небо с жужжанием ушел арбалетный болт.

- Эффектно, - оценил Ланс. - Умеешь ты произвести впечатление.

- Вставайте, ваше Величество, - Южнов галантно помог королеве подняться и покосился на рыцарей за спиной Сибиллы, - а вы что встали? Арестуйте уже этого… говноассасина! Сбежит еще…

Воины были настолько ошарашены, что беспрекословно подчинились незнакомому рыцарю и, зажимая носы, побежали поднимать с земли незадачливого убийцу.

Плененный ассасин был полностью деморализован и стоял смирно, дико вращая глазами, сильно выделяющимся на коричневого цвета лице.

- Что произошло? - Слабым голосом осведомилась королева, - почему разлетелась эта… - Сибилла беспомощным жестом показала на остатки злосчастной кучи.

- Сэр Геральт из Ривии поразил подлого убийцу посредством чудесного дара под названием “шворц”, - напыщенно-галантно пояснил подошедший Рено и подмигнул Южнову. - А ведь коварный ассасин почти достиг своей цели! Я искренне рекомендую вам, ваше величество, прислушаться к советам магистров и усилить охрану.

Королева, прищурившись, молча рассматривала Георгия. Затем посмотрела на Рено. Не проронив ни слова, Сибилла тряхнула рыжими кудряшками и решительно отправилась к магистрам. Рено, ухмыльнувшись, пошел следом. Тема разговора явно изменилась - в основном говорила королева, оба магистра беспомощно разводили руками. Рено с невинным видом рассматривал золоченый крест на Куполе Скалы. Неожиданно все четверо, замолчав, уставились на Южнова. Георгию это не понравилось.

- Это что сейчас было? - Ламберт с долей опаски подергал Южнова за рукав.

- Покушение на королеву это было, - любезно пояснил ехидный Ланс, - ты еще не понял?

- А… - тамплиер неловко показал взглядом на левую руку Георгия, тот демонстративно спрятал ее за спину.

- Видишь своего магистра? - Ухмыльнулся Ланс, - ступай, у него спроси. Он расскажет. Может быть.

- Господа, на сегодня наши дела здесь окончены, - с интонацией сытого кота оповестил мужчин подошедший Рено. - Не будем отнимать время у важных особ, благо теперь у них достаточно тем для разговора. Думаю, теперь им будет проще найти точки взаимопонимания.

- Бывай, сэр Ламберт, - подмигнул рыцарю Южнов. - Бог даст, еще увидимся.

Рено бросил быстрый взгляд на Георгия, но промолчал.

Ламберт, проводив глазами Рено со спутниками, бросил взгляд на лестницу. Оба магистра и королева молча смотрели на уезжающих рыцарей.

- Да, навели мы шороху, - приложившись к кружке, отметил Ланс, - вот слухи-то пойдут…

- Боюсь себе даже представить, - ужаснулся Южнов, - что теперь про нас рассказывать начнут. И про нас ли? Никто же ничего и не видел особо, даже королева ничего не поняла.

- Им хватит собственных острых ощущений, - усмехнулся де Шатильон, - а уж остальное они и сами додумают, будьте уверены.

- Например, злого колдуна, который снял штаны и обделал добрых паломников с ног до головы, - Ланс, когда хотел, мог быть очень ехидным, - а потом…

- Повернулся и выпустил болт из… ну ты понял, - Южнов хмыкнул, - прямо вижу, как местные менестрели пыхтят, сочиняя легендарную балладу. “Храм, говно и королева”, как тебе?

- Самое забавное, что все это непотребство припишут не какому-то злому колдуну, а братьям ордена, - развеселился Рено, - они много у кого в печенках сидят. А тут такой шикарный повод позубоскалить про неправильный рацион и все такое… - де Шатильон сделался серьезным, - смех смехом, а ведь происходит что-то скверное, шевалье! За неделю уже второе покушение на королевских особ! Что это значит, как думаете?

- Смысл гадать? - Помотал головой Южнов, - надо искать, кому это все на руку. Кстати, куда король уехал?

- В Триполи он уехал, - скривился де Шатильон, - в очередной раз уговаривать Раймунда не делать глупости. Это, как говорится, официальная версия.

- Есть и неофициальная?

- Он не хочет объясняться со мной, - фыркнул пожилой рыцарь. - Ги прекрасно понимал, что после его послания я наверняка приеду и потребую объяснений. Вот и удрал заблаговременно.

- А покушение? - напомнил Южнов, - как-то подозрительно совпало.

- Действительно, - кивнул Рено, - Что мы имеем? Король живехонек, зато без компании тамплиеров боится шагу ступить. А сегодня королева…

- Не верю, - помотал головой Южнов, - слишком просто, слишком на поверхности. Магистры просто воспользовались ситуацией.

- Кто у нас еще под подозрением? Смелее, шевалье!

- Ассасины? - предположил Южнов, - Масиаф?

- Для наемника с севера вы обладаете потрясающими знаниями, сударь Геральт, - усмехнулся Рено, - исмаилиты выполняют чей-то заказ. Никто не знает, что завтра взбредет в голову Рашиду ад-Дину, провалиться ему вместе со своими фанатиками, но бесплатно он, говорят, даже до ветру не ходит. Ему заплатили.

- Интересная ситуация, - задумался Южнов, - оба покушения сорваны. Но в первом выиграл магистр де Ридфор…

- Перестаньте, - отмахнулся Рено, - Ги и так слова сказать не осмелится без разрешения дяденьки Жерара. Не то, не то…

- О, черт! - Выругался Ланс, глядя куда-то за спину Южнову, - только его сейчас не хватало!

- Кто здесь Геральт из Ривии? - послышался хриплый голос.

В дверях трактира стоял крепкий рыцарь с таким невыразительным лицом, что Южнов невольно сравнил его с карасем. Впечатление усиливалось холодными белесыми глазами слегка навыкате. Из-за спины выглядывал уже знакомый оруженосец, на этот раз к разбитому носу благородного Аларика добавился свежий фингал под правым глазом.

- Я Геральт, - вставая из-за стола, коротко ответил Южнов, - что нужно?

- Я, Роджер Наваррский, вызываю вас на поединок, - на стол бухнулась кольчужная рукавица, - вы повели себя недостойно и будете держать ответ.

- Опять драться, - простонал Георгий, с тоской глядя на недоеденный обед и кружки с пивом.

- Вы можете прилюдно покаяться, вернуть этому достойному юноше нечестным образом полученные оружие и доспехи, возместить его душевные страдания и тогда, возможно, я переменю свое решение.

- Ого! - Присвистнул Южнов, слегка опешив от наглости вымогателя, - а лошадь твою в задницу поцеловать не надо? Ах да, забыл, это же теперь моя лошадь…

Сэр Роджер отчетливо скрипнул зубами.

- Вы выбрали, - коротко кивнул рыцарь. - Да будет так. Я попросил бы не откладывать поединок.

- Согласен, - кивнул Георгий, - здесь и сейчас?

- Только не здесь! - Всполошился Карл, - у меня приличное заведение! Будьте любезны выйти во двор!

Поглядеть на неожиданное развлечение высыпали все посетители трактира. Южнов, бросив взгляд на изготовившегося к бою противника, потянулся до хруста, надел перчатки и обнажил меч.

Роджер напал неожиданно, молниеносным выпадом. Южнов с трудом ушел от удара, извернулся и блокировал следующий удар мечом. Зазвенели клинки. Удар был такой силы, что у Георгия заныла кисть. С трудом отведя очередной удар и увернувшись от удара ногой, Южнов понял, что долго в таком темпе не продержится. Роджер атаковал точными и выверенными ударами, стараясь экономить силы. Спасение было только в скорости, но бой шел уже долго, оба противника тяжело дышали, и Южнов решил пойти на хитрость. Отведя в сторону вражеский меч, Георгий перекатился за спину Роджера и пошел кругом, внимательно глядя на противника. Роджер, готовый отразить атаку, двигался синхронно, выдерживая дистанцию. Георгий сильно рисковал - про этот прием он только слышал, применять на практике его еще не доводилось. Южнов продолжал двигаться, обманывая внимание противника движениями меча, и краем глаза следил за собственной тенью, определяя положение солнца за спиной. Дождавшись, когда солнце будет светить точно в глаза Роджеру, Георгий резко сократил дистанцию, не останавливаясь отбил меч противника в сторону и всей массой ударил ослепленного рыцаря плечом в грудь, в самый последний момент остановив клинок у самой шеи врага. Потерявший равновесие Роджер растянулся на песке, в горло уперлось острие меча.

- Сударь, вы признаете свое поражение? - произнес обязательную фразу Георгий.

Поверженный рыцарь тяжело дышал, ненавидящими глазами сверля победителя.

- Мне повторить вопрос? - Южнов немного нажал на меч, по шее Роджера потекла струйка крови. - Понимаешь, я очень сильно не люблю таких, как ты. Дерьмогнусников, которые прикрываются высокими словами, чтобы творить свои мерзкие дела. Но я верю в такие вещи, как честь и достоинство, поэтому задам вопрос еще раз. Вы признаете поражение?

- Признаю, - прохрипел рыцарь, отбрасывая в сторону меч, - Будь ты проклят!

- Молодец, - устало выдохнул Георгий, убирая меч в ножны. - Ответ правильный.

Зрители обескураженно переглядывались. Видимо, это было первое поражение грозного рыцаря.

- Знаете, Рено, - почесал голову Ланс, - если мне вдруг захочется поссориться с Геральтом, сразу огрейте меня по голове чем-нибудь тяжелым.

- Тебе еще один меч не нужен? - язвительно поинтересовался у друга Южнов, - будет уже…

Георгий увидел расширившиеся глаза Ланса и машинально выставил руку в жесте “щит”. Метательный нож зазвенел на камнях.

- Нехорошо, - протянул Южнов, медленно поворачиваясь к рыцарю.

- Проклятый колдун! - С ненавистью прошипел Роджер, пытаясь отползти подальше, - отродье дьявола…

- Наверное, стоило бы тебя прикончить, - с отвращением глядя в пустые рыбьи глаза, медленно произнес Георгий. - Но я не хочу марать о тебя клинок. Немедленно убирайся из города, из страны… Убирайся, куда угодно. Просто потому, что если я тебя еще раз встречу, этот раз будет для тебя последним.

- Я найду тебя, - скрипя от злобы зубами, выплюнул рыцарь, - я найду тебя и тебя не спасет твое поганое колдовство! Ты сдохнешь, как…

- А вот это зря, - процедил Южнов и потянул из-за спину меч.

- Оружие на землю! - рявкнули за спиной. Во двор влетел десяток рыцарей ордена, на Южнова и Роджера нацелились арбалеты.

- Что здесь происходит? - Холодно осведомился пожилой рыцарь с жесткими глазами и седеющей бородой, - Отвечайте!

- Это колдун! - Заорал Роджер, пытаясь подняться на ноги, - богомерзкий колдун! Арестуйте его!

Стрелки моментально изготовились к выстрелу и рыцарь благоразумно остался сидеть на песке, не предпринимая попыток дотянуться до меча.

- Так, - задумчиво почесал бороду тамплиер, - Роджер из Наварры, старый знакомый. Кто-нибудь изволит объяснить, что здесь происходит?

- Позвольте мне, - подал голос Рено, - с кем имею честь?..

- Анри де Монфор, - кивнул головой рыцарь и резко прищурился, - граф Рено Шатильонский? Сударь, я…

- Вы хотели объяснений, - перебил рыцаря Рено, - извольте. Вот тот рыцарь, - де Шатильон небрежно махнул в сторону Роджера, - только что совершил попытку убийства сэра Геральта из Ривии. Он проиграл честный поединок, признал поражение, а потом…

- Вижу, - буркнул Анри, поднимая с земли нож.

- Не верьте ему! - Заорал Роджер, - это обманщики и чернокнижники!

- А вы, надо понимать, сэр Геральт? - не обращая внимания на вопли, поинтересовался Анри у Южнова. Тот молча кивнул в ответ.

- Чудны дела твои, Господи, - покачал головой тамплиер и указал рукой на Роджера. - Взять его!

- За что?!! - Задергался в руках тамплиеров рыцарь.

- Вы обвиняетесь в нападении на брата ордена, сэра Геральта из Ривии, - Анри заметил отвисшие челюсти Южнова и Ланса и усмехнулся, - вот рескрипт верховного магистра.

- Позволите? - Забрал документ Рено, - так… Именуемый Геральтом из Ривии… Решением капитула ордена… брат-мирянин? Хм. - Рено вернул документ Анри, - быстро, однако, вы умеете вопросы решать.

- Бывает, - рассеянно кивнул Анри и повернулся к воинам. - А вы чего ждете? Увести его и под стражу! Четверо со мной.

Отчаянно бранившегося и вырывающегося сэра Роджера выволокли наружу. Многочисленные свидетели события проводили рыцаря радостным улюлюканьем. Было заметно, что вымогатель не снискал особой любви среди жителей королевства.

- Наконец-то он получил свое, - с облегчением заметил Анри и повернулся к Южнову, - Сударь Геральт, я вообще-то за вами приехал. Мне приказано доставить вас к магистру.

- Срочно? - с тоской в голосе спросил Георгий, рассматривая через открытую дверь трактира стол с едой и кружками. - Мы же только сели…

- Увы, срочно, - с сочувствием во взгляде кивнул командир. - Очень срочно. Но не переживайте, голодными мы вас не оставим… брат Геральт.

Южнов вопросительно посмотрел на Рено. Тот утвердительно кивнул. Ланс растерянно хлопал глазами. Южнов вздохнул и в сопровождении рыцарей отправился вслед за Анри.

Глава 10

- Поймите меня правильно, ситуация… гм… мягко говоря, необычная. - Верховный магистр сидел за заваленным бумагами столом, перебирая рукой почерневшие от времени четки. - В уставе ордена жестко и недвусмысленно прописано, как принимаются братья. “Если светский рыцарь желает избежать погибели”... - магистр со вздохом махнул рукой.

- Надо понимать, что дело не в спасении моей души, - тщательно подбирая слова, начал Южнов, - а в сегодняшнем происшествии на площади. Иной причины нахождения меня здесь я не вижу, ваше…

- Брат Жерар, - подсказал магистр. - Обращайтесь ко мне “брат Жерар”. Вы абсолютно правы, брат Геральт. Я давно предлагаю королеве сопровождение братьев ордена, а сегодня… - Магистр перекинул очередную четку, - в общем, королева желает видеть в собственной охране исключительно вас. То, что вы служите графу Шатильонскому, ей абсолютно безразлично. Она подняла такой шум…

“Понятно, - усмехнулся про себя Южнов, - Жерар спит и видит своих людей в охране Сибиллы, королева уперлась, а старый прохвост Рено воспользовался шансом и разыграл карты.”

- Нам пришлось пойти на нарушение устава, - продолжал магистр, - сейчас наши законники ломают голову, как обосновать…

- Прецедент, - кивнул Георгий, - понимаю…

- Ничего вы не понимаете! - Перебил де Ридфор, - неважно, откуда вам известны столь ученые слова, дело совершенно в другом. Меняя устав, мы тем самым нарушаем самые основы братства. Такое случилось впервые за все годы существования ордена! Вы понимаете, на что мы вынуждены идти ради…

- Безопасности королевы, - вовремя подсказал Южнов.

- Ради безопасности королевы, - обрадовался магистр, - именно так! Вы ознакомились с рескриптом?

- Не успел, - признался Георгий, - как-то все быстро произошло… Сначала этот вымогатель, потом брат Анри…

- С Роджером наваррским как нельзя удачно вышло, надо сказать, - магистр с довольным видом потер руки, - уж теперь-то ему не отвертеться.

- Не понимаю - удивился Южнов, - если он такой отъявленный злодей, почему раньше с ним не разобрались?

- Чтобы вынести обвинительный приговор, нужны доказательства. У нас не какая-то варварская страна! - магистр надменно задрал голову, выставив вперед лопатообразную бороду. Южнов сдержал ухмылку. - А этот господин обычно доказательств не оставлял. Очень уж он не любит проигрывать… - де Ридфор задумчиво щелкнул четками. - Несколько невольных свидетелей его дел уже получили нож под ребро, остальные благоразумно молчат и делают вид, что ничего не видели.

- Ничего себе, - присвистнул Георгий, - однако, ситуация.

- Ситуация неприятная, - кивнул Жерар, - единственное, что можно было сделать - ждать. Рано или поздно…

- Рано или поздно он нарвался бы на более сильного?

- И более удачливого, что немаловажно. Наконец-то! Теперь дело за малым, не далее как завтра болтаться ему на главной площади. В назидание остальным. Судя по всему, мечом вы владеете мастерски.

- Стараюсь, - смущенно кивнул Георгий и потянулся за документом, - Позволите?

- Вы обучены грамоте? - удивился де Ридфор.

- Разберусь, - буркнул Южнов, пытающийся не запутаться в витиеватом слоге рескрипта, - это понятно, это тоже… Что означает “особое положение”?

- Это означает, что вы подчиняетесь лично мне, - отчеканил магистр, - во всем остальном вольны принимать решения самостоятельно. Буду откровенным: пользы от вас как от рядового брата ордена немного, поэтому требовать от вас соблюдения обета воздержания полагаю бессмысленным. Вы - брат-мирянин, но в исключительных ситуациях наделяетесь полномочиями командора.

- Как определить “исключительность” ситуации?

- Правильный вопрос, - кивнул магистр, - исключительность ситуации определяю я. Вам ясно?

- Яснее не бывает, - хмыкнул Южнов. - Что входит в мои обязанности?

- Вы охраняете королеву, - развел руками де Ридфор, - ориентируйтесь по ситуации. Сколько человек вам требуется?

- Чтоооо? - Георгий поперхнулся и замахал руками, - каких еще людей? Зачем?

- Вы что же, в одиночку собираетесь…

- Брат Жерар, - проникновенно начал Южнов, - судя по тому, что я имел возможность наблюдать сегодня на площади, опасность для королевы представляют не рыцари, идущие в лобовую атаку, а хорошо обученные воины, прячущиеся в толпе. Единственное мое преимущество - в скорости. А братья, при всем моем к ним уважении, будут только путаться под ногами.

- Разумно, - после недолгого размышления признал магистр, - возможно, вы и правы.

- Когда я приступаю к своим обязанностям?

- С завтрашнего дня. Так вы согласны?

- Разумеется, - хмыкнул Южнов, - как будто у меня есть выбор.

- Выбор есть всегда, - наставительно поднял палец де Ридфор, - просто в некоторых случаях он настолько очевиден, что создается ощущение его отсутствия. С этого момента вы полноправный брат ордена. Вам выделят жилое помещение, неразумно размещать вас вместе с принявшими обеты братьями. Сегодня же зайдете к интенданту…

- Брат Жерар, - покачал головой Южнов, - я же здесь впервые…

- Приставлю к вам сопровождающего из числа братьев, - кивнул де Ридфор.

- Сегодня на площади я разговаривал с братом ордена, - осторожно начал Георгий.

- Брат Ламберт, - усмехнулся магистр, - да, это неплохая идея. Он вольнодумец и несдержан на язык, но непоколебимо чтит братство и вера его крепка, как сталь. Решено. Но сперва… - де Ридфор прожег Южнова взглядом, - не соблаговолите объяснить, что произошло сегодня на площади?

- Вы про покушение, брат Жерар? - С невинным видом осведомился Георгий, давно ожидавший этого вопроса и не позволивший застать себя врасплох, - подлый убийца…

- Не заговаривайте мне зубы, - перебил магистр, - вы прекрасно знаете, о чем я. Кучи дерьма, слава господу, еще не научились разлетаться во все стороны. Я видел, что вы сделали что-то рукой. Может объясните, что именно?

- Не смогу, - признался Южнов. Отрицать было бессмысленно. - Я действительно умею делать некоторые… вещи. Но объяснить, как именно - не получится. Это как пытаться объяснять, почему болит голова после пьянки. Перепил, вот и болит.

- Сравнение неверное. Голова болит в наказание, - наставительно произнес магистр, - ибо пьянство это не только плотской грех, но еще грех и духовный. Пьяница подвластен бесу пьянства, является его слугой и послушным орудием, сами должны понимать. А что касается моего вопроса… Вас не затруднит показать какую-нибудь… вещь? - в голосе магистра открыто читался приказ, - желательно, наименее разрушительную. Очень хочу взглянуть.

- Ээээ, - Южнов осмотрелся по сторонам, остановив взгляд на грубо сложенном камине. Внутри предусмотрительно были сложены криво наколотые дрова.

- Давайте, не стесняйтесь, - подбодрил де Ридфор.

- En taro Adun! - Жутким голосом произнес Южнов первое, что пришло в голову, и сжал пальцы. Дрова задымились, через секунду на них заплясали язычки пламени.

- Интересно. - Задумчиво пробормотал магистр, глядя на огонь. - Крайне интересно. Таинственная фраза, которую вы произнесли, зачем она? Для драматического эффекта?

- Ну… - замялся Южнов, - заклинание…

- Крестьянам будете рассказывать эти сказки, - безжалостно перебил магистр. - Ритмическая речевая формула необходима только для того, чтобы помочь сконцентрироваться. И не смотрите на меня, как чернокнижник на инквизитора. Мне приходилось принимать участие в процессах над обвиняемыми в колдовстве, и ничего общего с вами у них не было. Как минимум потому, что они оказались самыми обычными шарлатанами. А вы действительно обладаете силой, и источник этой силы - вы сами. Вы же испытываете слабость после применения своих способностей, разве нет?

Южнов молча хлопал глазами.

- Вы, наверное, хотите спросить, откуда я это знаю? - Без улыбки продолжил Жерар, - мне будет проще показать. Смотрите!

Гроссмейстер медленно вытянул руку и сосредоточился. Южнов прикрыл глаза, запустив сканер. Внутри тела магистра начал пульсировать золотистый свет. Больше всего это напоминало иллюстрации из учебника по анатомии - светилась сеть кровеносных сосудов, постепенно расширяясь и растекаясь по телу Жерара. Свечение нарастало, огненные струны протянулись по руке к раскрытой ладони и тяжелый бокал, стоящий на столе, воспарил в воздух.

“Психокинез? - обалдело подумал Георгий, - у него же биоэнергетика зашкаливает! Значит, слухи были правдивы? Но откуда?..”

- Вы понимаете? - Де Ридфор опустил руку, бокал опустился обратно на стол. Свечение потускнело и погасло. - Я тоже обладаю силой, и она сродни вашей. Я это чувствую. Но вот проявления ее… Как и где вы обрели свой дар?

- Брат Жерар, - вздохнув, начал Георгий, - я…

- Если вы скованы клятвой, брат Геральт, - пафосно объявил де Ридфор, - я, как верховный магистр и рукоположенный священник освобождаю вас от нее. Говорите!

Южнов молча смотрел в сторону.

- Молчите… - Магистр вздохнул, - Рено предупреждал меня, что спрашивать вас об этом бессмысленно, а он не имеет привычки лгать. Может недоговаривать, но лгать считает ниже своего достоинства… Выпытывать вашу тайну я не стану. Ответьте только - вы родились с этими способностями или обрели их позднее? Очень надеюсь, что ваша сила не дарована врагом рода человеческого…

- Я родился обычным человеком, - с облегчением рассмеялся Южнов. - И могу поклясться, что никакого отношения к силам потусторонним мои умения не имеют.

- Меня устраивает ваш ответ, - кивнул Жерар, - я вижу, что вы не лжете. Больше от вас пока требовать не стану.

Магистр встал из-за стола и открыл дверь. Сервент, стоящий на страже, вытянулся по стойке “смирно”.

- Найдите брата Ламберта, - скомандовал Жерар, - пусть немедленно явится ко мне.

Магистр закрыл дверь и подождал, пока топот ног посыльного не стих.

- Я ждал вопроса о природе и источнике моей силы и уже приготовил достойный отказ, но вы проявили благоразумие и промолчали… - Жерар одобрительно кивнул Южнову. - Это будет вознаграждено. Я открою вам тайну… когда придет время.

- Я в этом ведре ходить не буду! - Южнов снял с головы шлем и покрутил в руках, - ума не приложу, как у вас головы еще не поотваливались от этой тяжести. И не видно ничего.

Брат Родерик еле слышно вздохнул и забормотал молитву. Флегматичный пожилой интендант давно привык к недовольству заносчивых братьев, но сейчас происходило нечто из ряда вон выходящее. Придирчивому и капризному брату Геральту не нравилось абсолютно все - начиная от ткани и качества окраски плаща до баланса меча и плетения кольчуги. Рыцарь и интендант препирались уже больше часа.

Объяснялось это очень просто - Южнову совершенно не хотелось расставаться с удобной одеждой и надевать на себя тяжелое, но обязательное рыцарское снаряжение. Приставленный к Георгию Ламберт искренне наслаждался спектаклем, периодически давая советы и подсказывая полезные мысли.

- И где я возьму вам легкий шлем? - простонал интендант, - Из глины, что ли, слеплю? Брат Ламберт, ну скажите же ему!

- Не такой он и тяжелый, - пришел на помощь Родерику рыцарь. - Дело привычки. Вот получишь по голове мечом, сразу передумаешь. Если останется, чем.

- Это если получу, - недовольно буркнул Георгий. - Я, знаешь ли, не собираюсь стоять и ждать, пока меня огреют по голове. Она мне самому пригодится. Я в нее ем.

- Брат Геральт, - интенданта при слове “еда” покинули последние капли терпения, - может быть, вы наконец соблаговолите принять положенные вам одеяния? Здесь, смею заметить, не лавка портного.

- Уже уходим, брат Родерик, - успокоил “прапорщика”, как его моментально окрестил Южнов, Ламберт. - Бери все, я тебе помогу. Отнесем к тебе, там разберемся. Скоро отзвонят вечерню, можем не успеть к трапезе.

- Я действительно должен все это носить? - взвешивая объемную стопку одежды, мрачно поинтересовался Южнов.

- В уставе записано: “одеяния братьев обязаны быть одних цветов, а именно белого, черного или коричневого”. Хотите - носите, не хотите - можете хоть в сарацинский ковер завернуться! - Не выдержав, рявкнул интендант, - Брат Ламберт, сводите его на рынок, пусть выберет что-нибудь на свой вкус!

- Это мысль, - фыркнул рыцарь, подталкивая нагруженного Георгия к двери, - сам с удовольствием полюбуюсь.

- А что, если… - остановившись в дверях, начал Южнов. Родерик отчетливо скрипнул зубами.

- Нам еще на конюшню надо, - напомнил Ламберт, - тебе конь полагается.

- Ступайте прямо сейчас, - ехидно посоветовал интендант, - осчастливьте своим визитом конюшего. Он, поди, совсем там заскучал… среди лошадок.

- Я сегодня еще не ел, - пожаловался Южнов, - лучше завтра к нему сходим. Пораньше, чтобы не торопиться…

- Передайте ему мои соболезнования, - глухо донесся из-за закрывшейся двери голос Родерика.

- Ну вот, уже похож на человека, - одобрительно заметил Ламберт, - а меч все-таки придется носить, как полагается.

Южнов не прогадал с выбором “наставника” - молодой тамплиер оказался острым на язык и напрочь лишенным таких обязательных “тамплиерских” черт, как высокомерие и заносчивость. Внутри ордена, как пояснил Ламберт, принято было использовать определения “смирение” и “добродетель”, что вызывало тщательно скрываемые ухмылки у некоторых братьев.

- И не подумаю, - отмахнулся Георгий, пристраивая перевязь поверх белого сюрко. От привычной куртки временно пришлось отказаться, зато все остальное оказалось вполне “достойным и соответствующим уставу”, как одобрительно высказался Ламберт.

Южнов в очередной раз порадовался, что перед отъездом из Керака успел выстирать весь свой гардероб и сейчас ограничился только сменой верхней одежды - любопытный Ламберт наверняка заинтересовался бы кольчугой, а это в планы Южнова не входило. По крайней мере, сейчас придумывать очередные сказки совершенно не хотелось.

- Своеобразно, - оценил потуги подопечного Ламберт. - Интересно, как ты теперь плащ наденешь.

- На правое плечо. Или это тоже не по уставу?

- Про меч на спине в уставе тоже ничего не сказано, - хмыкнул Ламберт, - видимо, до тебя никто до такого не додумался. Увидит тебя брат Зануда - наверняка дополнит сей документ парочкой дурацких правил… В общем, делай как знаешь. Есть охота.

- Кто бы говорил, - проворчал Южнов, - мне сегодня целый день пожрать не дают. Сначала история с королевой, потом этот Роджер, одолей его понос…

- Подожди, - Ламберт, уже направившись к двери, остановился. - Я не ослышался? Роджер Наваррский? Я слышал, что его наконец-то отделали… Так это что, ты?..

- Я-я, - ухмыльнулся Южнов, - натюрлих. Редкая, кстати, сволочь, этот ваш Роджер. Но, надо сказать, получил он знатно. Пошли жрать, чего встал?

- Ну и дела, - во взгляде Ламберта появилось недоверие, смешанное с восхищением. - Умеешь ты, брат, развлекаться.

- Кстати, а что там с этим… говноубийцей?

- Как “что”? Допрашивают его. Сначала, конечно, отмыли… - Ламберт покосился на пакостную ухмылку Георгия и задумчиво почесал голову, - Ну и натворил ты дел!

- Я еще и не начинал, - зловеще предрек Южнов, - я здесь только первый день.

- Могу себе представить… Пошли уже в трапезную, расскажем братьям про Роджера. Не терпится поглядеть на их физиономии.

- Утром пятого дня месяца апреля рыцарь ордена Храма Геральт из Ривии вошел в ворота королевской резиденции города Иерусалим, - продекламировал Ламберт. - В белом плаще…

- С кровавым подбоем, - фыркнул Южнов. - Хорошо, что по уставу у плаща нет красной подкладки, иначе от переизбытка пафоса немудрено и лопнуть.

- Не мешай, - недовольно проворчал Ламберт, - я балладу сочиняю. Про тебя, между прочим.

- Рифма где? - поинтересовался Георгий, - балладе рифмоваться положено. А у тебя, извини, какой-то некролог выходит.

- Ничего ты не понимаешь, - Ламберт гордо задрал нос, - в настоящей поэзии. Впрочем, если честно, я тоже.

- Как это “не понимаю”? - деланно возмутился Южнов, - Очень даже понимаю!

- Ого! - обрадовался рыцарь, - А про меня можешь сочинить что-нибудь?

- Легко! - потер руки Георгий, у которого еще со вчерашнего дня крутилась в голове дурацкая и понятная только ему шутка. - Ламберт, Ламберт, хрен моржовый! Ламберт, ламберт, вредный…

- Вы бы, благородные господа, отошли в сторонку, - с опаской в голосе попросил пожилой крестьянин с внушительного вида лопатой в руках, - нам бы дерьмо-то конское убрать. А вы прямо на дороге стоите…

- Теперь королева точно в безопасности, - расхохотался Ламберт, - чем больше куча, тем безопасность крепче. Ступай уже, тебя уже заждались.

- А ты что, разве не со мной? - удивился Южнов.

- Представь себе, нет. Эти гадкие злые монархи не пригласили меня на предстоящее веселье. Так что выкручивайся сам. А если что - ты же знаешь, где меня искать.

- Ну ты и язва, - восхитился Георгий. - Смотри, услышит магистр - в угол поставит. Просто удивительно, как за твой длинный язык тебя еще не выставили на мороз.

- Брат Жерар при всех своих… добродетелях мужик далеко не глупый, - пояснил Ламберт, - и нипочем не прогонит единственного человека, который нашел нестандартное применение голове. Я ей, представь себе, думаю. А остальные, как ты вчера справедливо заметил, в нее едят. Иди уже, охраняй ее величество.

- Ваше величество, - Южнов исполнил максимально, как ему казалось, галантный поклон.

- Ого! - Подняла брови королева, - стоит сказать, я не ожидала увидеть вас так скоро, шевалье. Да еще в таком статусе... Признайтесь, вы же не стянули плащ у какого-нибудь доверчивого брата ордена? Иначе такое начнется... Дастин, ты свободен. Ступай.

Стражник, сопровождавший Георгия в покои королевы, молча поклонился и исчез за дверью.

- Теперь можно поговорить без риска, что сегодня вечером половина города за кружкой пива будет обсуждать детали нашей беседы, - Сибилла внимательно посмотрела на Южнова, - смею также надеяться, что вы не побежите при первой же оказии делиться тайнами королевского двора.

- Премного польщен оказанной мне высочайшей честью...

- Перестаньте, - с досадой в голосе оборвала расшаркивания королева, - при дворе полно умельцев заискивающе смотреть в глаза и источать куртуазные комплименты. Разве что хвостом не виляют, исключительно по причине отсутствия такового. Вы здесь с другой целью, так что оставьте придворно-подхалимские манеры профессионалам.

- Ваше величество...

- И еще, - снова перебила Сибилла, - пока нас никто не слышит, вам нет нужды обращаться ко мне с соблюдением дворцового этикета. Надеюсь, это вас не затруднит?

- Я постараюсь, ваше...

- Сибилла.

- Хорошо, Сибилла, - кивнул Южнов.

- Вот и замечательно, - подвела итог королева, - будем считать, что с формальностями покончено. Садитесь, шевалье, не стойте столбом. Поболтаем немного. И налейте вина, поухаживайте за дамой, в конце концов!

Георгий, в очередной раз поклявшись самому себе ничему не удивляться, выполнил просьбу и пристроился с бокалом в руке напротив Сибиллы. В памяти всплыл образ королевы из фильма. Южнов про себя отметил, что режиссер промахнулся с подбором актерского состава уже второй раз - Сибилла внешне напоминала не Еву Грин с ее устало-болезненным взглядом, а молодую Фамке Янссен из “Людей икс”. Ярко-рыжие волосы королевы подчеркивали сходство. Южнову с большим трудом удалось отогнать неподобающие рыцарю навязчивые неприличные мысли и сосредоточиться.

- Вас, несомненно, удивила моя просьба, - начала королева после недолгого раздумья, - попробую объяснить, для чего я настояла на вашем назначении в мою личную охрану. Надеюсь, вы поймете и сделаете надлежащие выводы. Я заметила, что вы прибыли издалека, а здесь... Как давно вы в Святой земле, сударь Геральт?

- Чуть больше месяца, - признался Южнов. - А какое это имеет отношение...

- Сейчас узнаете. Очень хорошо, что вы еще не успели свыкнуться с обстановкой. Непредвзятый взгляд со стороны - огромное преимущество, особенно здесь и сейчас. Вы можете заметить то, что остальные не видят или не хотят замечать... Какое у вас сложилось мнение о королевстве? Пожалуйста, не стесняйтесь.

- Скверное, - признался Южнов, - пока идет скрытая борьба за трон, Саладин готовится к удару. Ему эти интриги только на руку.

- Ну вот, - кивнула королева, - а все вокруг удивленно хлопают глазами. "Ваше величество, у нас перемирие! Ваше величество, сарацины не осмелятся!" - передразнила Сибилла. - Магистры уже готовы подраться за право принимать решения за короля. А я ощущаю себя просто красиво наряженной куклой, которую дети, играя, посадили на трон. И тут так удачно появляетесь вы...

- Значит, я нужен вам не только как защитник, - медленно начал Южнов, - вам нужно что-то другое...

- Разумеется, - кивнула королева, - признаюсь, до меня давно уже дошли слухи о странном человеке с севера. Я постаралась разузнать о вас. То, что я услышала, было больше похоже на сказки для крестьян, но вчера... Какая удача, что граф Рено привез вас в Иерусалим!

- Мне лестно, что обо мне уже ходят слухи, - пристально глядя в глаза Сибилле, холодно ответил Южнов, - и что удача спасла вам жизнь. Что теперь?

- Граф Раймунд триполийский, - Сибилла не отвела взгляда, - бывший регент королевства. Если нет короля - он возвращается к правлению. Вы понимаете, к чему я?

- Понятия не имею, - Южнов продолжил играть в "гляделки" с королевой. В воздухе повисло напряжение.

- Вы можете его убить? - не отрывая взгляда, поинтересовалась королева.

- Могу, - кивнул Георгий. - Но не буду. Во-первых, я не убийца. Во-вторых, его смерть ничего не изменит. Слишком поздно. Не станет Раймунда - его место займет другой. Я достаточно ясно выразился?

- В очередной раз убеждаюсь что умею разбираться в людях, - с облегчением рассмеялась Сибилла, - признаюсь, я очень боялась вашего согласия. Простите меня, пожалуйста. И выкиньте всю эту чушь из головы.

- Какую именно? - мрачно поинтересовался Георгий.

- Про покушение. Вы абсолютно правы, его смерть ничего не изменит, только навредит. Мало кто думает так же, большинство не видит дальше собственного носа… - Сибилла отставила бокал и, изящно потянувшись, встала из-за стола. - Пойдемте, прогуляемся.

- Куда… прогуляемся? - Превращение “снежной королевы” в “легкомысленную красотку” было столь неожиданно, что Южнов растерялся. - Зачем? Вы думаете, нас могут здесь подслушать?

- На первое время достаточно тайн и секретов, - рассмеялась Сибилла. - Просто погуляем, воздухом подышим... Я здесь уже второй день сижу, между прочим. Скучно! А выходить как-то боязно… после вчерашнего.

- А теперь уже не страшно?

- Теперь - нет, - Сибилла игриво стрельнула глазками, - Пойдемте! Оставьте вы уже этот несчастный бокал!

Двое рыцарей у входа при появлении королевы лязгнули оружием и встали “на караул”. Дождавшись, когда Сибилла в сопровождении незнакомого рыцаря пройдет мимо, выдержали положенную дистанцию и двинулись следом. Коридор выходил в небольшой зальчик, к двум шагающим позади рыцарям присоединилась еще пара. Когда Южнов с королевой наконец вышли на улицу, за ними топало уже восемь человек, к ним присоединился капитан стражи - матерый дядька с усищами, как у пирата Сэма. Процессия выглядела донельзя комично.

- Куда идет король - большой секрет, - пробормотал Южнов, с трудом сдерживая смех. - Им еще один человек нужен, ростом поменьше. Тащить баллисту. И чего это они молча идут? Полагается песню петь.

- Обычный эскорт, - недоуменно пожала плечиками Сибилла и с любопытством посмотрела на Георгия. - Что-то не так?

- Ваше величество, - Южнов понизил голос, - Я отвечаю за вашу безопасность, верно? Если, случись что, мне придется применить свои… умения в полную силу, они могут стать помехой.

- А вы не лукавите? - Поинтересовалась Сибилла, - может быть, вы хотите избавиться от охраны, чтобы…

- Забавная мысль. Устроить весь этот балаган на площади, вступить в орден тамплиеров, чтобы потом тихонько прирезать ваше величество в укромном уголке дворца? Слишком сложный путь, не находите? Если бы я хотел вашей смерти, мне было бы достаточно просто не вмешиваться.

- Согласна, - кивнула королева, - в логике вам не откажешь. Ну хорошо, будь по-вашему. Сэр Рольф, будьте так любезны!..

Усатый капитан, гремя доспехом, рысцой подбежал к Сибилле и поклонился.

- Сэр Рольф, сейчас я не нуждаюсь в эскорте. Будьте любезны, верните людей по местам.

- Ваше величество, - растерянно покачал головой капитан, - сожалею, но у меня приказ…

- Чей приказ? - Нехорошо прищурилась королева, - В чем он заключается? Говори!

- В целях безопасности не оставлять без охраны ее величество, куда бы она не отправилась, - отчеканил усатый рыцарь. - А приказал…

- Мой царственный супруг, это и так понятно, - королева вздохнула, - он и спать-то ложится исключительно между двумя тамплиерами, но это его личное дело. А моя безопасность - это уже мое личное дело.

- Не “личное”, ваше величество, - упрямо покачал головой капитан, - а государственное. Я давал клятву.

- Сэр Рольф, - вмешался Георгий, - от кого, позволь спросить, ты собираешься защищать королеву таким вот… составом? От дюжины сарацин на боевом слоне?

- Сударь Геральт, - возмутился вояка, - мои воины отлично обучены и готовы отдать жизнь…

- Как они готовы отдать жизнь, я видел вчера, - жестко отрезал Южнов. - Забудь про честный бой. Убийца нападет так неожиданно, что твои люди даже не успеют обнажить мечи. Здесь нужна ловкость и скорость, а они будут только путаться под ногами. Хорошо еще, если случайно королеву не прибьют. Понимаешь?

- Понимать-то понимаю, - вздохнул капитан, - но по мне надежнее отряд проверенных людей, чем…

- Чем сомнительный непонятно кто, - усмехнулся Южнов, - знаешь, я почему-то не удивлен. Просьба, а точнее приказ королевы для тебя тоже пустой звук?

- Я отвечаю за безопасность, - набычился Рольф, - и буду делать это так, как посчитаю необходимым. Это все.

- Нет, не все, - ледяным голосом остановила уже собравшегося вернутся к эскорту капитана Сибилла, - я понимаю твои опасения и ценю твою честность. Я верно поняла, что ты сомневаешься в воинских умениях сэра Геральта? Так убедись сам!

- О нет, - тихонько простонал Южнов, - опять одно и то же!

- А я бы посмотрела, - хихикнула Сибилла, - про вас такое говорят… Хочу хоть раз увидеть это лично.

- Это будет не бой, а издевательство, - покачал головой Георгий, - Рольф неплохой и честный мужик, не хочется его унижать.

- Принять поражение от более сильного противника - это честь для рыцаря, - промурлыкала королева, - верно, Рольф?

- Все так, ваше величество, - воин поклонился и мрачно посмотрел на Южнова, - вы готовы, сэр… Чего тебе еще?

- Сэр Рольф! - Один из стражников подбежал к капитану и что-то затараторил ему в ухо, тыча пальцем в Георгия.

- Чего-оо? - Вытаращился рыцарь, - ты шутишь?

- Истинным крестом клянусь, это он! - воин еще раз ткнул пальцем в Южнова и убежал обратно в строй.

- Ябеда, - Георгий узнал в воине одного из зрителей вчерашней драки во дворе трактира и укоризненно покачал пальцем. Стражник ответил широкой улыбкой и подмигнул.

- Э-ээ… - Капитан был в растерянности, - сударь Геральт, я приношу свои извинения…

- Что случилось? - удивилась Сибилла, - Рольф, что еще такое?

- Он вломил этому су… - Рыцарь наткнулся на взгляд королевы и осекся, - Ваше величество, сей доблестный рыцарь не далее, как вчера победил Роджера Наваррского!

Королева захлопала глазами. На лицах стражников появились довольные ухмылки. Видимо, легендарный сэр Роджер успел отличиться и здесь.

- Сударь Геральт, это правда? - Сибилла нетерпеливо потянула Георгия за плащ, - Я слышала, что этот мерзавец наконец-то попался…

- Мертвое море знаешь? Так это я его… - пробурчал себе под нос Южнов и повернулся к королеве. - Я не нарочно, честное слово!

- Еще скажите, что больше так не будете, - расхохоталась Сибилла, - простите, шевалье, но я теперь от вас так просто не отстану. Сэр Рольф, сэр Геральт! Ну, пожалуйста!

- Желание королевы для меня закон, - слегка поклонился Южнов и подмигнул Рольфу, который теперь смотрел на Георгия с явной опаской, - Устроим представление. Бьемся аккуратно, твоя задача - просто достать меня мечом. - Георгий снял плащ и без особых раздумий всучил его королеве, - Готов? Тогда доставай свой дрын.

- Браво! - хлопала в ладоши Сибилла. Воины поддерживали ее одобрительными криками.

Южнов вложил меч в ножны и отряхнулся. От “показательного выступления” получили удовольствие все - и зрители, и сами участники.

- Мое почтение, мастер, - поклонился Рольф, - если надумаешь позвенеть мечами - я всегда к твоим услугам. Может быть, научишь меня этому фокусу с заходом справа... - Капитан обернулся к стражникам, - а вы что встали? Марш на свои места!

Рыцарь поклонился королеве, развернулся и утопал вслед за караульными.

- Я уже начала забывать, что можно ходить без толпы стражников за спиной, - призналась королева. - Необычное… и приятное ощущение. Спасибо вам.

- Не понимаю, - признался Южнов, - приказы королевы…

- Спасибо, что напомнили, - ядовито усмехнулась Сибилла. - Как относятся к моим приказам - сами только что имели счастье наблюдать. Королева в этой стране, увы, фигура чисто номинальная. Одна лишь видимость. Я и королевой-то стала не по своей воле, меня никто не спрашивал.

Сибилла задумчиво вертела в руке сорванный с дерева листок.

- Знаете, Геральт… Когда я была совсем маленькой девочкой, мне рассказывали одну сказку… Морская дева, девушка с хвостом рыбы, случайно спасает тонущего принца… Вам интересно?

- Конечно! Я весь внимание.

- Разумеется, она влюбляется в принца. Но она принадлежит морской стихии и не может жить на суше. Она обращается к отцу - королю моря, но он категорически против, поскольку считает людей врагами. Тогда она заключает договор с морской злой колдуньей, которая на три дня превращает ее в человека, но при этом лишает голоса. Если за три дня принц не поцелует ее, то она умрет… Вы что, плачете?

- Простите, - выдохнул Южнов, вытирая глаза. Слезы выступили не от жалости за Ариэль, а от старательно сдерживаемого дикого хохота, - просто я тоже в детстве слышал эту историю. У нас морских дев называют русалками. Продолжайте, пожалуйста. Принц поцеловал ее?

- Конечно, - удивилась Сибилла, - это же сказка! И жили они долго и счастливо… В детстве я была уверена, что на месте морской девы поступила бы так же. А сейчас я понимаю, какая же эта… русалка дура! Променять свое царство на неизвестность, рискуя жизнью? Нет уж, благодарю. А принца бы я, пожалуй, утопила. Для надежности. - Королева вздохнула, - в детстве все выглядит как-то иначе, правда?

- В детстве человек верит, что жертва не может быть напрасной. А любовь - это всегда жертва, разве нет?

- Только если любовь настоящая, а в сказках по-другому не бывает. Возможно, истинные чувства и существуют лишь в сказках… Погодите-ка. Вы спрашивали, поцеловал ее принц или нет. В вашей истории было как-то иначе?

- Еще как иначе, - фыркнул Южнов. - Можно сказать, что совсем иначе. Я даже не знаю, рассказывать или нет. Боюсь травмировать вашу… психику.

- Час от часу не легче, - усмехнулась Сибилла, - давайте уже, не тяните!

- Начало такое же. Принц на берегу, героиня горько вздыхает, колдунья потирает руки или что там их заменяет... Голоса у русалки нет, к тому же каждый шаг по земле ей доставляет немыслимые мучения. Ко всему прочему, принцу на нашу страдалицу глубоко плевать, он собирается играть свадьбу с местной красоткой. Русалка из кожи вон лезет, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание, но на фоне невесты шансов у нее попросту нет. Остается последний день перед превращением в пену, и о, чудо! Ее сестры от избытка ума тоже заключают договор с колдуньей. В обмен на собственные волосы получают кинжал, которым наша русалка должна убить принца. Это ее единственный шанс остаться в живых.

- И что? - Сибилла затаила дыхание, - она убила своего возлюбленного?

- Не-а, - помотал головой Георгий, - пожалела. Выбросила кинжал в море и сама отправилась следом в виде пены. Принц женился и вот он-то как раз жил долго и счастливо, а в море долго плавали три лысые русалки... Поучительный финал, не так ли?

- Господи, - простонала Сибилла, вытирая выступившие от хохота слезы, - какой кошмар! Вывернуть наизнанку такую красивую историю…

- Ничего я не выворачивал, а просто сократил до смысла. За душевными страданиями - это к придворному менестрелю, оставим это профессионалам, верно?

- Экий вы злопамятный, - фыркнула Сибилла, - хорошо. Вы говорили о смысле. В чем, как вы думаете, мораль вашей истории? Какой вывод должен сделать несчастный ребенок, услышав этот ужас?

- Не делать необдуманных поступков. Мечтай о чем угодно, но если хочешь превратить мечту в реальность - рассчитывай только на свои силы. Не бери взаймы, не заключай необдуманных союзов. А лучше всего хорошенько подумай, нужно ли тебе это? Иногда мечта должна оставаться мечтой.

- И будь готов к тому, что твоя жертва останется никому не нужной. Страшно, - пожаловалась королева. - Как-то очень… по-взрослому.

- Может быть, по-настоящему?

- Не знаю, - Сибилла вздохнула, - всегда завидовала людям, в душе которых осталось хоть немного детской наивности. Для которых сказка - это мечта, а не предупреждение.

- Взрослый тем и отличается от ребенка, что теряет ощущение черно-белого мира. Это в детстве все просто, есть “хорошие”, есть “плохие”. Сказка - это отражение нашей жизни, нужно уметь найти в ней и мечту, и предостережение... Или создать свою сказку.

- Наверное… Расскажите мне хорошую сказку. Пожалуйста…

- Гм, - Южнов растерялся. Королеве требовалась отнюдь не сказка про колобка или избушку на курьих ножках. Георгий уже приготовился адаптировать к средневековому менталитету похождения Фродо Бэггинса, когда встретился взглядом с Сибиллой и внезапно понял, какой именно рассказ ждет женщина.

- В далекой стране жил юноша. Он честно служил своему королю. Король не бывает хорошим или плохим, ибо всегда найдутся тот, кто даже в самом лучшем правителе найдет что-то скверное. Юноша присягнул на верность и честно выполнял свой долг - рассказывал людям правду про то, что происходит в королевстве и за его пределами. Это было непросто - враги старательно охраняли свои тайны, но он научился выведывать их секреты. Король ценил его заслуги, а враги короля мечтали смешать его с грязью. Убить его было бы самым простым выходом, но враги решили сделать по-другому. Они хотели, чтобы юношу возненавидели и перестали верить его словам. Они долго готовились… Однажды вечером он увидел, как несколько злодеев пытаются опозорить даму. Он бросился на помощь… и оказался виновен. Все оказалось поддельным, а дама сама обвинила нашего героя. Чтобы не гневать короля, дело замяли, но юноше перестали верить… Он остался совсем один. Ему было очень плохо… И вот однажды неизвестный человек предложил ему выполнить неслыханное поручение - отправиться в далекую страну и выведать у одного из правителей некий секрет. За это ему пообещали восстановить доброе имя…

- Продолжайте, - тихо попросила королева, - юноша согласился?

- А что ему оставалось делать? Оставаться в одиночестве и забвении? Он увидел в этом свой шанс… А дальше началось немыслимое. Начали сбываться все его детские мечты. Он обожал легенды о рыцарях и охотников за чудовищами - его научили мастерски владеть мечом, мало кто мог сравниться с ним в битве. Он мечтал стать волшебником - и овладел силой… И вот, почти другим человеком, он отправился в чужую страну. Сперва он поступил на службу в далекий замок, учился языку, участвовал в схватках, даже получил рыцарское посвящение… Но ни на секунду не забывал, что он здесь чужой. Совсем чужой…

- Что-то прохладно стало, - ежась, пожаловалась Сибилла, - давайте вернемся.

Путь в покои королевы прошел в молчании.

- Вы не закончили, - напомнила Сибилла, бросив на Южнова очень странный взгляд, - рассказывайте же! Не терпится узнать, что было дальше с этим рыцарем? Он достиг своей цели? Открыл тайну?

- Это оказалось не так просто, секрет тщательно берегли. Он искал способ проявить себя, но случилось непредвиденное. Волей судьбы он спас от смерти прекрасную королеву…

- Какая интересная сказка, - Сибилла смотрела в окно, - и что произошло дальше?

- Королева, несмотря на свою красоту и высокое положение, устала от одиночества. И сердцем почувствовала в рыцаре что-то очень-очень близкое. Она поняла, что он такой же заложник обстоятельств…

- А как же рыцарь? - Сибилла подошла к Южнову, - Разве он не стремился узнать тайну и вернуться за наградой?

- Рыцарь решил, что никакая тайна не стоит взгляда прекрасной королевы. - Южнов обнял Сибиллу, женщина положила руки ему на плечи. - И жили они…

- Долго и счастливо, - закончила королева и грустно покачала головой. - Неправда. У этой истории другой финал, разве вы сами не видите? Рыцарь выведает секрет и вернется назад. А королева останется и будет с нежностью вспоминать сказочного героя…

- Ну что такое, - Георгий осторожно провел рукой по щеке женщины, - зачем такой грустный конец?

- Так и мы уже не дети, - вздохнула Сибилла и посмотрела в глаза Южнову, - пусть в нашей сказке будет просто “счастливо”. Не стойте же столбом, шевалье! Чтобы оставить о себе нежные воспоминания, этого явно недостаточно.

- Мы сегодня куда-нибудь собираемся? - Георгий, стоя у высокого шкафа, изучал корешки книг.

- Не-а, - Сибилла, лежа в постели, зевнула и потянулась, - самое интересное мы, пожалуй, уже пропустили.

- Вот так всегда, - посетовал Южнов, невольно любуясь королевой. Растрепанная женщина выглядела очень живописно. Сибилла, заметив его взгляд, натянула одеяло повыше. - Все интересное происходит без меня.

- Не уверена, что казнь Роджера Наваррского вам пришлась бы по душе, - хмыкнула Сибилла. - Весьма сомнительное удовольствие наблюдать, как кого-то вешают. Начинать с этого малоприятного зрелища неделю… фу.

- А сегодня что, понедельник? - удивился Георгий, который давно уже бросил попытки хоть как-то систематизировать проведенные в средневековье дни.

- Ну да, - Сибилла пожала плечиками и с интересом поглядела на Южнова, - а что?

- Хм, - усмехнулся Георгий, - на моей родине очень популярны короткие забавные истории. В общем, раннее утро, городская площадь, эшафот с плахой… Палач уже замахивается топором, как осужденный поворачивает голову и спрашивает: “Эй, мужик, какой сегодня день?” - ”Понедельник,” - удивленно отвечает палач. Осужденный хихикает: “Весело неделька начинается!”

- Какой ужас, - расхохоталась Сибилла. - Шевалье, ну разве можно говорить женщине такие гадости? Расскажите еще.

- Ну, хорошо. Ранним зимним утром король выходит на дворцовый балкон подышать воздухом и видит внизу на снегу желтую надпись “Король - содомит”. - Южнов на всякий случай покосился на Сибиллу, та с ухмылкой показала кулак.

- Король, разумеется, в гневе вызывает министра тайной канцелярии и приказывает найти виновника. Через час министр возвращается, но с ответом не спешит. Королю не терпится узнать имя злодея, но министр с виноватым видом молчит. Король сдается: - “Ладно! Клянусь, что не буду его наказывать!” - “Их, Ваше Величество,” - поправляет министр, - “моча кардинала, а почерк королевы!”

- Негодяй, - вытирая выступившие от хохота слезы, простонала Сибилла и запустила в Южнова подушкой, - какой же неромантичный негодяй! Веселое, наверное, местечко - эта ваша далекая страна…

Последняя фраза была произнесена таким тоном, что Южнов насторожился.

- Ну я же не слепая, - пояснила королева, - и еще вчера догадалась, что “чужой” - это не образное выражение. А сейчас поняла это окончательно. Не переживайте, я не собираюсь звать стражу. Толку от нее…

- На чем я попался? - Южнов решил не отпираться.

- Только не смейтесь, на казни.

- Что-оо? - Георгий захлопал глазами.

- Вы сейчас похожи на кота, которого поймали на кухне за кражей колбасы, - рассмеялась королева. - Вы прикидываетесь наемником с севера, но даже в тех далеких краях высокородных казнят отсечением головы. А вы даже не удивились, верно?

- А я ведь предупреждал, - покачал головой Георгий, - что вся эта затея - безумная авантюра. Странно, что только вы это заметили… - Георгий осекся, - зараза! Магистр!

- Он тоже упоминал виселицу, да? - понимающе кивнула Сибилла, - и ничего не сказал?

- Такое ощущение, что у меня на спине написано “шпион”, - признался Георгий. - Чувствую себя исключительным идиотом. Хотя, что греха таить, я и есть идиот. Уже три человека знают, кто я и откуда. Рено меня сразу же раскусил.

- Меня можете в расчет не брать, - отмахнулась королева, - я не собираюсь бежать и доносить на вас. Это бессмысленно, если уж сам магистр положил на вас глаз.

- И на том спасибо, - криво усмехнулся Георгий. - Если уж об этом речь зашла, то что не так с Роджером? Я припоминаю, что лишить дворянского титула могут только за какое-то очень серьезное злодеяние, вряд ли он напакостил на измену… - Южнов чуть не ляпнул “измену Родине”, - измену королю?

- Ооо, это же самое интересное! Никакой он не рыцарь и не дворянин. И не сэр Роджер Наваррский, если на то пошло… Дайте вина, иначе не расскажу. А вы мучительно скончаетесь у моих ног от любопытства… - Королева одобрительно хмыкнула, принимая бокал. - Тот, с кем вы сражались, никакой не сэр Роджер. Это самозванец, звать его… не помню. Он несколько лет назад дезертировал из Крак де шевалье. Где-то по дороге он встретил настоящего Роджера, который принес очередной обет и всем встречным объявлял из-под шлема, что не может открывать лицо. Требовал сразиться, конечно, он на этом деле просто чокнулся. Клятвы, обеты… Как будто больше нечем заняться!

- Я ожидал, что горящие глаза и возвышенные речи для любого рыцаря просто обязательны. Ну, и поступки тоже. А оказалось…

- Роджер вас бы точно не разочаровал, - королева усмехнулась, - он был человеком старой школы. Тот самый пламенный взгляд, торчащий вверх подбородок… И кинжал в спине. Все очень прозаично.

- Подождите, - попросил Южнов, задумавшись, - это что же выходит? Он тут уже три года безобразничает, и никто его не признал?

- Ну, он оказался далеко не дурак. Быстро сообразил, какие преимущества даёт возможность прикрываться обетом. Если появлялся там, где его могут узнать, то не снимал шлема и выдумывал очередную дурацкую клятву. Связываться с ним, как понимаете, особо никто не торопился. Только вот дознаватель, которому поручили вести следствие, знал настоящего Роджера лично. Какой поднялся переполох, я думаю, рассказывать не нужно.

- Могу себе представить, - ухмыльнулся Южнов. - Однако, несмотря на это, они очень быстро управились.

- Еще бы они не управились, - королева фыркнула, - со дня на день вернется его величество и примется изображать сурового, но справедливого судью. И вот тогда лже-Роджер на период следствия имел бы все шансы скончаться от старости.

- Когда возвращается король? - Южнов огляделся.

- Ха-ха, - развеселилась Сибилла, заметив замешательство телохранителя, - не нужно переживать. Я же говорила, что его величество спит исключительно с братьями ордена, или вы уже запамятовали? Не припомню уже, когда мой монарший супруг появлялся в моих покоях не для того, чтобы поскандалить. Или поплакаться на тяжелую жизнь, что бывает чаще. И не смотрите на меня так! - Королева погрозила пальцем, - когда у женщины есть выбор и чувства - это совершенно другое дело. У меня не было ни того, ни другого. А я живой человек, между прочим! Кто сам без греха…

- Кто изменял мужу - шаг вперед, - усмехнулся Южнов.

- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовалась Сибилла, - это что еще такое?

- Десять женщин стоят строем в чистилище. Перед ними с видом армейского десятника, сложив руки за спиной, туда-сюда ходит апостол Петр. Думает. Наконец останавливается и командует: - “Кто изменял мужу - шаг вперед!” - Девять шагают вперед, одна остается на месте. Петр вздыхает: - “Всех в ад!.. Глухую тоже.”

- Вот именно, - отсмеявшись, подытожила Сибилла. - А уж если мы заговорили о святом писании… - Взгляд королевы стал очень-очень хитрым, - Христос заповедовал “Возлюби ближнего своего”. Чего же мы ждем?

- Расскажите о своем мире.

- А? - Южнов озадаченно посмотрел на лежащую рядом королеву. - О чем?.. Ай!

- Перестаньте, - Сибилла нехотя убрала пальчики от бороды мужчины, - я прекрасно осведомлена, что о вашей родной стране правильно говорить не “где”, а “когда”. И не смотрите на меня с ужасом, я не собираюсь выпытывать у вас день своей смерти или планы Саладина. Это знание… оно лишит меня интереса к жизни. Верно ведь?

- Пожалуй, да. Но откуда…

- Не всем везет, как вам, - туманно пояснила Сибилла, - несколько странников “оттуда” оказались весьма разговорчивы. Затруднительно молчать, когда… гм. Неважно.

- И что с ними стало?

- Сами не понимаете? Один допризнавался до обвинения в ереси и отправился на костер. Второй… не выдержал методов дознания.

- Кажется я буду третьим. - Мрачно предрек Южнов. - После всех моих ошибок… Дело времени.

- Это вряд ли, - Сибилла усмехнулась. - Те двое вели себя совершенно иначе. Тихо, неприметно… Немудрено, что в них заподозрили шпионов. А вы, можно сказать, идете с открытым забралом. Ваша нечеловеческая наглость сочетается с потрясающей удачей, разведчики так себя не ведут. С изловленными шпионами церемониться не принято, а вас целесообразнее использовать в своих целях. Вы же это сами прекрасно понимаете.

- Шпиона тоже можно использовать, - заметил Южнов, - например, скармливать противнику дезинформацию. Или перевербовать, двойной агент может принести ощутимую пользу.

- Дез… что? Ничего не поняла.

- Подкидывать ему ложные сведения, - пояснил Георгий, - чтобы ввести врага в заблуждение. Или склонить на свою сторону, вдвойне обманув противника.

- Не тот случай, - Сибилла помотала головой, - с мелкими шпионами играть в подобные игры бессмысленно. А переманить на свою сторону… Нельзя верить таким людям. Предатель всегда остается предателем и неважно, какую отговорку он сочинит, чтобы объяснить свой поступок. Рано или поздно он предаст и вас. Всегда найдется кто-то более щедрый, справедливый, красивый… Дело не в обстоятельствах, дело в продажной человеческой натуре. Кстати, об отговорках… - Сибилла снова потянулась к Южновской бороде, - не меняйте тему разговора.

- Ну ладно, ладно, - сдался Георгий, оценив угрозу. - Что интересно вашему величеству?

- Нашему величеству интересно все, - фыркнула королева, - но давайте по порядку… Святой город продолжит существование?

- Иерусалим будет стоять. Конечно, уже несколько в ином обличье, но священные места останутся неизменны. Практически неизменны, - поправился Георгий, - многое придется восстанавливать. Время и войны неумолимы.

- Я догадывалась, что произойдет что-то скверное… Надеюсь, предстоящая война станет последней. Ведь так?

- Последней? - Покачал головой Южнов, - если бы! Можно сказать, все только начинается… Сибилла, люди ничуть не изменились! Изменились только громкие слова и лозунги, под которые солдаты отправляются в бой. Теоретически, существует всемирный совет по предотвращению конфликтов, но сами же понимаете…

- Более хитрый может воспользоваться им в своих целях?

- Более хитрый. Более сильный. Тот, кто привык, прикрываясь высокими словами, творить беззаконие, где пожелает. Просто делается это более тонко, оставаясь в общепринятых рамках законности.

- Не понимаю.

- Ну вот, смотрите. Допустим, король Англии решил восполнить казну за счет морских перевозок. Флот постепенно растет, вместе с ним растут и доходы государства. Глядя на него, король Франции решает поступить так же, при этом снизив пошлины. Разумеется, пользоваться его услугами становится выгоднее, и поток денег начинает перемещаться в казну Франции. Что делать королю Англии? Открыто объявить войну? Он станет агрессором и пойдет против воли Рима.

- И что же делать бедолаге Генриху?

- Пойти на хитрость. Взять небольшую страну, например Наварру. Договориться с правителями или, на крайний случай, устроить небольшой государственный переворот. Превратить мирного соседа в лязгающего зубами врага. Теперь можно немного подождать - рано или поздно на западе Франции вспыхнет война. А можно и не ждать - достаточно устроить небольшую провокацию на границе… Кто теперь плохой и кому грозит отлучением святой Папа?

- Но это же… Это просто подло!

- В политике это слово произносить не положено. А под шумок почему бы не присвоить себе немного территорий соседа? Видите, как все просто? Если еще малость подсуетиться, то можно арестовать все французские суда, зашедшие в иностранные порты. Сами догадаетесь, под каким флагом они теперь будут плавать?

- Какая мерзость, - поджала губы королева.

- Это принято называть “демократия”, - поправил Южнов. - Право сильной страны по вымышленной или сфабрикованной причине нападать на заведомо слабые и не готовые дать достойный отпор. А если страна может дать сдачи, то в ход идет “французский сценарий”. Вот так и живем. Никаких высоких целей - исключительно выгода. Торговля оружием, полезные ископаемые…

- Про оружие я поняла. А что такое…

- Железо. Нефть… ну, земляное масло. И многое другое. Мы научились создавать из этого совершенно удивительные вещи. Огромные машины, которые летают по воздуху, небольшие коробочки, при помощи которых можно поговорить с любым человеком на земле… Много всего интересного. Только если военные увидят перспективу применить открытие в целях смертоубийства, тут же наложат на него свою грязную лапу. Простому человеку оно достанется исключительно после того, как военные извлекут всю возможную пользу. Это если очень повезет.

- Не могу себе представить, - призналась королева, - приведите пример, что ли…

- Возьмем самолет. Это что-то вроде здоровенной железной птицы, которая может лететь с очень большой скоростью. Управляет птицей сидящий внутри человек. Первое такое устройство сделали, чтобы реализовать вечную мечту человека - подняться в воздух. Затем начали его совершенствовать - хотелось лететь дальше, лететь выше, лететь быстрее. И тут военные сообразили, какая это полезная штука - с высоты можно увидеть, где находится противник и сбросить ему на голову что-то наподобие горшка с “греческим огнем”. А перевозить по воздуху людей начали много позже.

- Достаточно, - Сибилла покачала головой, - я уже поняла.

- Люди не меняются. Меняются только способы и масштабы уничтожения себе подобных.

- Ну расскажите хоть что-то хорошее! Не может же быть, что все так ужасно!

- Почему бы не рассказать. Мы научились справляться с болезнями. Правда, не со всеми, но все-таки… Прилично продвинулись в понимании, как устроен мир. На Луну даже летали…

- Ого! - Удивилась Сибилла. - А зачем?

- Э-ээ… - Южнов от такой постановки вопроса опешил, - ну, посмотреть, что там с другой стороны…

- Глупости, - отрезала королева, - господь неспроста оставил людям видеть только часть Луны. А значит, что попытка заглянуть за край дозволенного есть нарушение воли Божией... Так посмотрели? И что там?..

- Да ничего, - отмахнулся Георгий, - мертвые пыльные скалы.

- Могу только изумиться мужеству и изобретательности мастера, отважившегося на такое рискованное путешествие. Что он там делал, на Луне?

- Да особо и ничего. Прилетели, их там было несколько человек, побродили немного вокруг своей летающей машины, подобрали пару камней, показать на Земле… И улетели обратно.

- И все? - изумилась королева, - это все ради нескольких камушков?

- Это был способ показать, кто сильнее. Уже было создано оружие такой силы, что сама война теряла смысл. Победителей не осталось бы. Только поэтому мы и не схлестнулись, а все к тому шло… В общем, началось соревнование. Кто первый сможет запустить корабль к звездам, кто первый долетит до луны, кто первый…

- И кто победил?

- Ничья, - усмехнулся Южнов, - каждый хоть в чем-то обошел соперника. Мы первые вышли в космос… - Южнов заметил удивленный взгляд королевы, - достигли лунной сферы, так полагается говорить? Запустили летать вокруг Земли металлический шар с отростками. Мы первые отправили туда человека. А вот на Луне оказались вторыми…

- Понятно, - Сибилла покачала головой, - чем все закончилось? Хоть какая-то польза из этого занятия вышла? Надо думать, что эти игры обошлись очень недешево.

- Польза безусловно вышла. Можно сказать, что мы прикрепили… то есть прикрепим к лунной сфере множество полезных… звезд. Одни предсказывают погоду, другие помогают проложить путь… много всего. А что до денег… Подрастратились все изрядно. Нам пришлось сложнее - мы не сидели задницами на золоте, которое взяли на хранение со всего мира. И не мы выгребли его подчистую. И не мы теперь должны всему и каждому, а отдавать нечем, поэтому нужно…

- Начать небольшую войну, - кивнула Сибилла, - знаете, я бы не хотела оказаться в вашем мире. У вас все как-то нечестно, неправильно… А мы верим в справедливость, достоинство, истину. Даже сарацины, хоть и проклятые язычники, но чтут правила воинской чести и достойно относятся к пленным… Хотя верится в это с трудом.

- Это, надо думать, пленные рассказывают?

- Ну, да. Те, кого сарацины освободили… Это вы к чему?

- У нас это принято называть “ошибкой выжившего”. Например, вы же слышали, что дельфины… вы же их так называете?.. Что дельфины иногда спасают тонущих людей, подталкивая их к берегу.

- Да, я слышала такие истории. А что?

- А то, что на самом деле дельфину все равно, в какую сторону толкать человека. Он так развлекается. А поскольку тот, кого толкали прочь от берега, уже ничего не расскажет… Такой вот любопытный логический казус. Если доведется увидеть барона Ибелина-среднего, расспросите его про сарацинское лечение зубов… Это что такое?

- Ваше величество, - раздался робкий голос из-за запертой двери, - король требует…

- Принесла же нелегкая, - Сибилла поморщилась, - нет бы погостить у графа Раймунда подольше, так извольте же… А вы чего тут разлеглись? - королева покосилась на Южнова, - брысь из моей кровати! Примите подобающий благородному рыцарю вид, почтите его королевское величество. Он, конечно, тупица и размазня, но все-таки король.

Глава 11

- Таааак, - протянул Южнов, разглядывая сидящих за столом трактира рыцарей. - Вся компания в сборе. Еще и сироту пригрели.

Ланс и Ламберт обнаружились в общем зале “Железного кулака”, рядом пристроился бывший оруженосец Роджера. Вид рыцаренок имел вполне довольный. Возле стола моментально возник трактирщик с новой партией кружек. Южнов одобрительно хмыкнул.

- Все-таки выгнал тебя король, - констатировал Ланс и пихнул в бок Ламберта, - с тебя пиво.

- По какому поводу банкет? - поинтересовался Южнов, устраиваясь за столом, - прости за любопытство, но ты-то что здесь делаешь, брат Ламберт? Ты разве не на службе?

- Вот, что я здесь делаю, - ухмыльнулся рыцарь и демонстративно приложился к кружке, - а формально я на службе. Меня приставили к тебе и, только представь, не удосужились отменить поручение. Так что…

- Так что наш Ламберт уже две недели вовсю наслаждается бездельем, - закончил Ланс, - а бездельничать нужно в хорошей компании.

- А куда наш шеф, то есть сюзерен, подевался? Он же вроде ожидал встречи с королем?

- Ожидал, да не дождался. Вчера прискакал гонец из Керака, говорит, что сарацины что-то там замышляют. Милорд уехал лично разобраться, а мне сказал за тобой приглядывать.

- Вот прямо так и сказал?

- Ну, не совсем, конечно. Оказать любую помощь и поддержку, как тебе такое?

- Дела, - Южнов покачал головой и покосился на рыцаренка, - ну а ты, чучело, что тут забыл?

- Благородные господа отважно пресекли беззаконие…

- Мы его побить не дали, - пояснил Ламберт, - а желающих, надо заметить, было предостаточно.

- Я пытался объяснить, что только лишь выполнял приказы своего…

- Как понимаешь, эти аргументы досточтимым горожанам оказались до одного места, - ухмыльнулся Ланс, - пришлось их немного припугнуть. Они люди разумные, поэтому обошлось без особых последствий. Но вот его мы решили прихватить с собой. Мало ли…

- Наши горожане весьма вспыльчивы, - кивнул Ламберт, - возьмут да вздернут на ближайшем суку, не дожидаясь городской стражи. Потом, несомненно, раскаются…

Рыцаренок опасливо съежился.

- Так что пускай немного побудет с нами, - закончил Ланс, - деваться ему все равно некуда… Ламберт, где мое пиво?

- А что это за история с пивом?

- Мы тут поспорили, - заговорщицким шепотом пояснил Ланс, - выгонит тебя король или нет. Я выиграл. Вот.

- Посиделки - это хорошо, - вздохнул Южнов, - но надо бы сегодня показаться на глаза магистру. Отчитаться, так сказать…

- Погоди, - удивился Ламберт. - Ты что же, совсем ничего не знаешь? Брат Жерар отправился на переговоры с Раймундом. С ним магистр де Мулен, граф Ибелин, даже арихиепископа прихватили.

- Когда вернулся король?

- Уже с неделю назад, - удивился Ламберт, - неужели до спальни королевы новости доходят с таким опозданием?

- Откуда ты… - Георгий поперхнулся.

- Понял? - Ламберт с довольным видом подмигнул Лансу. - Теперь с тебя пиво.

- Мы поспорили…

- Можешь не продолжать, - проворчал Южнов, - я уже догадался, о чем именно. Старые сплетницы вы, а не добрые католики. Вот.

- А чем еще заниматься? - удивился Ланс, - скучно же просто так сидеть…

- Благородные господа начали пить ровно на следующий день, как вы отбыли с братьями ордена, - наябедничал оруженосец. - Сначала они пили за дружбу рыцарей, потом за дружбу оруженосцев, потом…

- За дружбу рыцарей и оруженосцев, - закончил Южнов, с отвращением отставляя полупустую кружку. - Какое сегодня число?

- Двадцатое, - удивленно ответил Ламберт, - месяц…

- Месяц я сам знаю, - на лице Южнова появилась очень-очень нехорошая ухмылка, - получается, магистр вернется только через две недели? Поднимайся-ка, брат Ламберт. Дело есть.

- Как вы говорите? - пожилой кастелян, немного похожий на помятого и невыспавшегося йоркширского терьера, озадаченно почесал голову. - Помещение с… чем?

- С вентиляцией, брат Деклан, - вздохнул Южнов, - ну, чтобы воздух не застаивался.

- Это, получается, окно надо, - развел руками кастелян, - где же я вам возьму пустующие покои?

- Можно и без окон, - терпеливо пояснил Южнов. - Главное, чтобы хоть немного проветривалось…

- Гм. Есть помещение в подвалах, его когда-то использовали как кухню. Окон, разумеется, нет, но должен остаться дымоход… Не торопитесь, - остановил Деклан обрадованного Георгия, - сперва поведайте мне, для чего вам этот подвал. Да еще и запирающийся на ключ.

- Я с детских лет мечтал стать ученым, - начал вдохновенно врать Южнов, - постигать высокие науки… На моей родине меня подняли на смех, а здесь…

- В обители смирения и благочестия, - негромко подсказал Ламберт.

- Здесь я наконец-то смогу смиренно изучать тайны науки алхимии. - Южнов за спиной показал Ламберту кулак, - Ибо временем и желанием располагаю в достатке.

- Ого, - уважительно покачал головой кастелян, - вы что же, брат Геральт, и грамоте обучены?

- Сам удивляюсь, - Южно, изо всех сил пряча ухмылку, развел руками, - но так вышло.

- Надо же… Так вот, алхимические практики, я слышал, имеют тенденцию оборачиваться… некоторыми плачевными последствиями. Разве нет?

- Ваши опасения обоснованы, - вежливо кивнул “брат Геральт”, но я не планирую проводить… опасные эксперименты. А вы, брат Деклан, примите скромное пожертвование во славу…

- Во славу науки, - ехидно пробормотал Ламберт.

- Во славу Господа, - громко, чтобы кастелян не услышал слов Ламберта, закончил Южнов, - ибо сказано “не нам, Господи, но имени твоему!”

Неизвестно, что возымело большее действие - девиз ордена или взятка, но кастелян извлек из монументального шкафа огромную связку ключей и направился к выходу.

- Пойдемте, братья, - поманил рыцарей брат Деклан, - я отведу вас.

- Темное и мрачное средневековое подземелье, - пробормотал Южнов, оглядываясь по сторонам. Слова “темный” и “мрачный” к коридору, по которому их вел кастелян, подходили с очень большой натяжкой. Широкий коридор освещался закрепленными на стенах закопченными лампами.

- Тут наверняка и крысы водятся, - Южнов восторженно пихнул в бок Ламберта, - ты боишься крыс? Злых таких, с маленькими красными глазками и противными розовыми хвостами…

- Нет здесь крыс, - не оборачиваясь, проинформировал брат Деклан, - раньше, конечно, были, когда тут хранили продукты. А сейчас нет.

- А пауки? - Не растерялся Георгий, - пауки-то есть? Огромные, волосатые… - Южнов, растопырив руки, продемонстрировал Ламберту размер паука и зловеще пошевелил пальцами.

- Пауки есть, - подтвердил кастелян, - но, увы, самые обычные. Хотя, если вам потребно такое чудище для антуража, могу подсказать адрес чучельника.

- Он что, делает чучела пауков?

- Это если попросить и за отдельную плату, - ухмыльнулся Ламберт, - хотя у него и обычные чучела выходят, мягко говоря, как исчадия ада… Мы, кажется, пришли.

Брат Деклан загремел ключами и со скрипом распахнул небольшую дверь. Ламберт, с опаской озираясь по сторонам, зашел внутрь и закрепил на стене горящий факел.

Южнов с интересом оглядел будущую “лабораторию”. Помещение оказалось сухим, чистым и достаточно просторным. В потолке у дальней стены обнаружилось закопченное отверстие, Георгий поднес руку и ощутил поток воздуха.

- Я так понимаю, что вас все устраивает? - поинтересовался кастелян и отстегнул от связки ключ замысловатой формы, - тогда я распоряжусь, чтобы сюда доставили факелы, мебель и топливо. Прошу вас не забывать запирать дверь, когда вы отлучаетесь. Братья ордена как дети малые - вечно лезут своими руками, куда не просят… И еще, - Деклан передал ключ Георгию, - вы человек из дальних краев и грамотный - большая удача! Боюсь, что грядет война с Саладином… В Иерусалиме, должно быть, много ваших соотечественников. Может быть, вы напишете на своем родном языке лозунг, вдохновляющий христиан на священную битву? Я выдам вам все необходимое - холст, краску…

- Вдохновляющий лозунг? - Южнов задумался, - например, “смерть Саладину”?

- Просто замечательно! - Обрадовался брат Деклан, - истинно так! Тогда я вернусь к себе, прикажу выдать вам все потребное. Вы же запомнили дорогу?

- Еще и печка есть, - Южнов с видом профессионала осмотрел небольшой очаг, - как удачно!

- Может быть расскажешь, что ты задумал? - Ламберт сложил руки на груди, - и не надо мне рассказывать сказочки про алхимию. Оставь их для брата кастеляна.

- Потерпи, - Южнов вытер об стену измазанные сажей пальцы, - скоро узнаешь. Лучше вот скажи - где можно раздобыть медный котел с запирающейся крышкой? Есть у вас мастер, кто гнет и паяет медь?

- В ордене нет точно. В городе… В городе должен быть, кто-то же делал Бальтазару все его хитроумные штуковины!

- Где-то я уже это имя слышал. Совсем недавно…

- Это твой коллега, - Ламберт ухмыльнулся, глядя на озадаченное лицо друга, - мэтр Бальтазар, алхимик. Держит при лаборатории небольшую лавку, где продает доверчивым горожанам…

- Зелье от поноса и другие полезности, - щелкнул пальцами Южнов, - точно! Вот к нему-то мы сейчас и наведаемся.

- А как же патриотический лозунг?

- Никуда лозунг не денется. Это тебе не мечом махать, тут вдохновение нужно… - Георгий подбросил на ладони ключ, - пошли, навестим коллегу.

Над входом в лавку мэтра Бальтазара покачивалась вывеска, изображающая позеленевшую от времени медную колбу. Судя по всему, алхимик не потрудился показать мастеру, как выглядит настоящая алхимическая колба. А, может быть, форма средневековых химических сосудов сильно отличалась от привычной лабораторной посуды, так как колба на вывеске сильно напоминала самую обычную клизму.

- Что угодно господам?

Мэтр Бальтазар оказался тощим, как мумия евреем с немного вытаращенными глазами и внушительных размеров крючковатым носом, из-за чего напоминал изрядно пощипанного грифа. Черный балахон висел на алхимике, как на вешалке.

- А у вас есть средство от… - Ламберт с любопытством ребенка, впервые попавшего в магазин игрушек, разглядывал полки с бесчисленными склянками, - ну, от…

- Не стесняйтесь, благородный господин, - алхимик тактично кивнул клювом, - какое средство вы ищете? От мужских болезней, от расстройства желудка? Может быть, от женской бесчувственности? У меня есть любое из них.

Пока Ламберт заговаривал алхимику зубы, Южнов изучал интерьер лавки. В углу стояла пара небольших лопнувших аламбиков, рядом в хаотичном порядке были разложены причудливой формы колба с трещиной, медная спиральная трубка с надломленным концом и несколько видавших виды стеклянных чашек. Судя по всему, предприимчивый хозяин выставил на обозрение весь свой хлам. Но главным украшением лавки было подвешенное под потолком чучело крокодила. Неведомый таксидермист постарался на славу - крокодил щеголял длинным рыбьим хвостом, четырьмя парами лап и бивнями, как у слона. В довершение всего к спине чучела были пришиты крылья в количестве двух пар, причем явно от разных птиц. Летающая рептилия выглядела крайне несчастной.

- Это что? - деревянным голосом осведомился Южнов, для наглядности потыкав вверх пальцем.

- Это диковинный зверь крокодил, - любезно пояснил Бальтазар, - водится в пустынях на юге. Высматривает неосторожную жертву, стремительно разгоняется, взлетает и вонзает в нее свои страшные клыки…

- Кошмар, - давясь от хохота, простонал Южнов, - всегда мечтал увидеть летающего крокодила, и вот, пожалуйста…

- Да, страшное животное, - с опаской глядя на веселящегося Южнова, на всякий случай согласился алхимик.

- Кошмар в том, что у кого-то дома сейчас висит рыбина с крокодильей задницей, - вытирая слезы, закончил Георгий. - Вы нас что, с крестьянами перепутали? Всякое вранье я слышал, но вот чтобы такое… Брат Ламберт, а ты ему поверил, что ли?

- Эта красота тут уже пару лет висит, - ухмыльнулся тамплиер, - я уже насмотрелся… и наслушался. То она выныривает из воды, то выползает из земли… Теперь вот уже полетела. Я хотел на твою реакцию поглядеть.

- Если вы закончили,- недовольным тоном напомнил о себе алхимик, - то давайте начнем сначала. Чем могу быть полезен?

- Брату Геральту понадобился мастер, который делает вот такие штуки, - Ламберт подошел к лопнувшему аламбику и пощелкал по металлу ногтем.

- А зачем, позвольте узнать?

- Не позволю, - отрезал Южнов. - Не переживайте, я не собираюсь составлять вам конкуренцию.

- Вы меня неверно поняли, - оскорбился Бальтазар, - вам нужен сосуд для возгонки? Как ни странно, у меня есть несколько, совсем новых. Может быть, я уступлю…

- А это что такое? - перебил Южнов, ткнув пальцем в предмет, лежащий среди склянок, выставленных на продажу.

- Это? Это детородный уд кобольда, - пояснил алхимик с такой гордостью, как будто речь шла о его собственном достоинстве, - амулет для сохранения и увеличения мужской силы…

- Чей-чей… уд? - подозрительно переспросил Южнов. Судя по внешнему виду и размерам, высушенный “детородный уд” ранее принадлежал самому обычному коню. Или верблюду, в такие тонкостях Южнов благоразумно предпочитал не вникать.

- Кобольда! - Повторил ощипанный алхимик, явно потрясенный недоверием к своему товару. - Кобольды - это маленькие вредные существа, которые скрытно обитают в людских домах и пакостят хозяевам по мере возможности.

- Если они маленькие, то зачем им такие… - Южнов руками изобразил размер “амулета”.

- Потому что они в своей зловредности могут и… - Бальтазар понял, что окончательно заврался и прикусил язык.

- Брат Ламберт, - деланно удивленным тоном поинтересовался Южнов, - ты когда-нибудь такого поганца видел? Я про кобольда, разумеется! Мэтр, не дуйтесь.

- Никогда, - развел руками тамплиер.

- Это потому, что они умеют становиться невидимыми, - алхимик радостно шагнул в расставленную ловушку.

- Ну надо же! Просто удивительно, какие диавольские создания, оказывается, живут с нами рядом. И это, заметь, в Святом городе! Любопытно, что говорят по этому поводу священники.

- Разумеется, в святом городе их давно уже нет, - вывернулся Бальтазар, - это уд горного кобольда. Редкая разновидность, обитают в глубоких шахтах и всячески досаждают рудокопам.

- В какой шахте вы его раздобыли? Вокруг сплошной песок!

- Его привезли с далекого востока, - алхимика опять понесло, - где несчастные рабы Саладина в глубоких шахтах…

- Кого “его”? Кобольда? А где тогда все остальное?

- Уд! - разозлившись, рявкнул Бальтазар, - благородные господа, вы не забыли, зачем пришли?

- Пойдем, поглядим, что ли, - с трудом сдерживая смех, поддержал покрасневшего от злости алхимика Ламберт, - дался тебе этот уд!

Вопреки надеждам Южнова, в лабораторию их не пустили. Бальтазар провел их в небольшую кладовую и молча ткнул пальцем.

- Вот этот в самый раз, - одобрил Южнов, вынимая с полки здоровенный медный котел. - А вот к нему и трубка!

- Хм, - пожевал губами Бальтазар, - что ж… За пятьсот монет я вам его, пожалуй, уступлю.

- Сколько-сколько? - Ламберт потерял дар речи, - это же…

- Что ж делать, - развел руками алхимик, - нет нужной суммы? Я могу порекомендовать адрес знакомого ростовщика…

- Вот, спасибо, - поклонился Ламберт, - только этого не хватало.

- Подожди, - остановил его Южнов, - оставь ты эту медяшку, я хочу про кобольдов дослушать. Они, вы говорили, в шахтах живут?

- В шахтах.

- А шахты, надо понимать, в горах?

- В горах! - словоохотливость Бальтазара куда-то подевалась, - В шахтах. Шахты в горах, что непонятного?

- Да я вот тут задумался, - Южнов незаметно подмигнул Ламберту, - где же это вы, мэтр, на землях Саладина исхитрились горы отыскать. Вряд ли его рабы ездят трудиться аж за багдадский халифат. А это значит…

- Что перед нами мошенник? - предположил Ламберт.

- Быть не может, чтобы такой уважаемый человек оказался мошенником, - отмахнулся Южнов, - Это значит, что проклятый богомерзкий кобольд был пойман здесь, в святой земле, представляешь? Обязательно нужно сообщить капеллану, пусть известит святых братьев. Проведут следствие... А досточтимый мэтр будет свидетелем. Вы же будете свидетелем, верно?

- Ну что вам от меня надо? - чуть не плача, взмолился Бальтазар.

- Как “что”? Вот это, - Южнов с недоуменным лицом указал на аламбик и разложенные рядом хитроумные трубки, - вот это и еще вот это. Только вот дороговато вы, мэтр, просите…

- Забирайте! - отчетливо скрипнул зубами алхимик. - Забирайте даром и немедленно убирайтесь вон из моей лавки! Будьте вы…

- Будьте вы что? - Повернулся Ламберт.

- Будьте вы благословенны, - прошипел позеленевший от злости Бальтазар и с такой силой захлопнул дверь, что медная клизма на вывеске опасно перекосилась.

- Уфф, - вытер лоб Южнов, - ну и персонаж. Правду про него говорили, что редкий скряга.

- Слушай, - Ламберт смотрел на Георгия со смесью благоговейного ужаса и восхищения в глазах, - в твоей родной стране… там что, все такие?

- Только я и Рабинович, - ухмыльнулся Южнов. - Остальные еще хуже… Давай, грузим это добро на коней и поехали, нем еще героические лозунги рисовать.

- Ну вот, вроде ровно получилось, - Южнов отбросил в сторону уголек и вытер об край холста руки. - Можно краской теперь.

Выданное кастеляном “потребное” оказалось здоровенным свертком ткани и приличных размеров горшком с краской. Прикинув размеры холста, Ламберт предложил заняться благим делом на улице, поближе к входу. Холст развернули на земле, для надежности придавив небольшими камушками и Южнов, раздобыв кусок угля, принялся за дело.

- А что тут написано? - Ламберт с интересом разглядывал буквы в готическом стиле.

- Как “что”? - Удивился Южнов, - “смерть Саладину”, как договаривались.

- Так я тебе и поверил, - ухмыльнулся рыцарь, - рассказывай эти сказки кому-нибудь другому. Брату Деклану, например. Давай уже, признавайся. Интересно же.

- Ну… - Южнов поболтал кистью в горшке с краской, - это значит что-то вроде “Саладин - содомит”.

- Гм, - Ламберт ухмыльнулся, - признаться, чего-то подобного я и ожидал. Только вот что с того, что он содомит?

- Это слово означает не просто “содомит”, - призадумался Георгий, который поначалу планировал написать банальное “Saladin - kurwa”, но посчитал, что фраза на русском языке будет выглядеть более эклектично, - это такой специальный содомит… Как бы тебе объяснить…

- Благодарю, не надо, - остановил его рыцарь, - оставь мне хоть немного чистого и светлого. Хотя бы в качестве иллюзий… А вот и брат Деклан.

- Любопытно, - почесал голову кастелян, - литеры знакомые, но прочитать не могу.

- “И хорошо, что не можешь”, - злорадно подумал Южнов. - Видите ли, брат Деклан, некоторые буквы нашего алфавита сходны с латинскими, но читаются по-иному.

- И написание очень интересное, - оценил каллиграфические потуги Георгия Деклан, - пожалуй, покажу это писцам. Пусть задумаются. Вы уже, надо понимать, подходите к концу?

- Как видите, - Южнов продемонстрировал кастеляну измазанную краской кисть, - а что?

- Да ничего особенного... Просто оставьте все здесь, когда закончите. Мои люди сами заберут.

Кастелян еще раз окинул критическим взглядом набросок, довольно крякнул и с чувством выполненного долга удалился.

- Давай, крась уже, - поторопил Георгия Ламберт, - тебя там твоя алхимия заждалась. Безумно хочется узнать, что ты там задумал.

- Готово! - Отчитался Ламберт, закончив крошить уголь в медный стакан. - Что дальше?

- Дальше ждем, - Южнов еще раз проверил уровень воды в охладителе и подставил под открытый конец трубки небольшую кружку.

Идея самому изготовить напрочь отсутствующее в средневековой “винной карте” крепкое спиртное преследовала Георгия уже давно. Все необходимые устройства уже существовали, только использовались, по мнению Южнова, не по назначению. За ингредиентами идти далеко не пришлось - собрав перегонный аппарат, средневековые самогонщики наведались в орденскую пивоварню и изъяли “исключительно в научных целях” два ведра перебродившего сусла.

- Сколько еще ждать-то?

- Терпение, друг мой, - наставительно поднял палец Южнов, прислушиваясь к приятному бульканью из недр аламбика. - Быстро, как говорят мудрые люди, только кошки родятся. Ага, пошел процесс! - Георгий обнюхал смоченный дистиллятом палец и блаженно закатил глаза.

- Так медленно? - Ламберт разочарованно заглянул в кружку. - А мне?

- Потерпи, - Георгий был непоколебим, - придется немного обождать. А пока оно тут капает, можно прогуляться и утащить с кухни немного съестного. Надеюсь, повар нас не поколотит.

- Так, что у нас здесь? - Георгий сложил добытые припасы на грубый стол, доставленный обязательным Декланом и поспешил к самогонному аппарату. - Ага, полная!

Южнов бережно перенес кружку на стол и подставил под капли заранее заготовленную бутыль из-под вина. Ламберт, стоя от стола на почтительном расстоянии, молча поедал кружку глазами.

- Я, пожалуй, первый продегустирую, - Южнов придирчиво оглядел кружку и сделал небольшой глоток. Горло обожгло, по телу растеклось приятное тепло, - О-оооо, как же я соскучился по человеческой выпивке! Не гленморанж, конечно, но в наших суровых условиях вполне сойдет. - Георгий передал кружку Ламберту, - Аккуратнее, делай небольшой глоток. Ты человек непривычный…

- Какая отрава! - Ламберт откашлялся и вытер выступившие слезы, - как это можно… - рыцарь не договорил. Выражение его лица сделалось очень удивленным.

- Ага, проникся? Только имей в виду, это тебе не вино. Эту штуку полагается заедать, иначе так напьемся… - Георгий вооружился пучком зелени и приложился к кружке, - хотя, подозреваю, мы в любом случае напьемся.

- Надо бы Ланса угостить, - с нежностью глядя на кружку, предложил Ламберт.

- Хорошая мысль, - одобрил Георгий, - надо только запастись этой… отравой. Ты так, кажется, говорил?

- Приношу свои глубочайшие извинения, - ухмыльнулся Ламберт, - перед этим божественным эликсиром, тобой и великой и полезной наукой алхимией. А как… - рыцарь глазами показал на ополовиненную кружку, - как оно называется?

- По-разному, - усмехнулся Георгий, - зависит от состава. Из кукурузы гонят бурбон, из винограда - граппу или чачу… А мы с тобой выпариваем забродивший ячмень - выходит, это виски.

- Вьиски, - рыцарь повторил незнакомое слово, - я, честно говоря, вот совершенно не понимаю, как ты ухитрился превратить пиво в этот волшебный напиток.

- Ну, как, - Южнов устроился на стуле, любезно предоставленным кастеляном, и сделал очередной глоток, - ты же понимаешь, что если выдуть бочонок пива, то наверняка окосеешь?

- Еще бы, - Ламберт уселся напротив, - конечно, понимаю. Было дело…

- Это все потому, что в пиве, кроме воды и перебродившего ячменя, содержится определенная субстанция… Именно она веселит душу и при чрезмерном количестве выпитого валит с ног. В вине она тоже есть, там ее даже побольше. В общем, эта штука, - Южнов махнул рукой на аламбик, - может отделить эту субстанцию от всего остального, сконцентрировать. В пиве ее не так много, поэтому и капает так медленно.

- Это получается, что мы сейчас пьем концентрированную веселящую… субстанцию?

- Веселящая субстанция, хорошо сказал. Надо будет запомнить… Ну, как концентрированную. Чтобы получить чистый спирт, нужно перегонять ее раза два или три, но просто так пить его не выйдет, обожжешь горло.

- А что будет, если ее разбавить? - Поглядывая на кружку в руках Южнова, поинтересовался Ламберт, - ну, например тем же пивом?

- Телепорт в завтрашний день будет, - буркнул Георгий, передавая рыцарю вожделенную кружку, - в смысле, что проснешься завтра с головной болью и ничего не будешь помнить. Вот, что будет. Ты там допил уже? Тогда давай ее сюда, надо поглядеть, сколько там накапало. Ого! - Южнов удивленно потряс бутылью, - недурственно, недурственно. Жить будем…

- Приветствую, братья! - в дверях стоял незнакомый Южнову рыцарь, - брат Деклан просил осведомиться, всего ли хватает… - Тамплиер озадаченно уставился на перегонный аппарат, затем на раскрасневшегося Ламберта, с энтуизиазмом жующего кусок сыра, - А что вы делаете?

- Занимаемся наукой, брат Майлз, - поприветствовал рыцаря недоеденным куском сыра в руке Ламберт, - и, так сказать, вкушаем плоды исследований. Не желаешь попробовать?

Южнов попытался было возразить, но наткнулся на многозначительный взгляд Ламберта и промолчал.

- А что это? - Брат Майлз с любопытством принюхался к содержимому протянутой Южновым кружки и опрокинул содерживое в рот, - Ооооооо!

- Вот, что значит иноземная наука, - прокомментировал выпученные глаза рыцаря Ламберт, - первый раз на моей памяти алхимия принесла ощутимую пользу.

- Брат Геральт, - во взгляде Майлза читалось непередаваемое восхищение, - это просто… просто… - рыцарь откашлялся и с сожалением вернул кружку, - что передать брату Деклану?

- Что все в порядке, - усмехнулся Георгий, - занимаемся… гм… наукой. Ничего не нужно.

- Так и передам, - рыцарь напоследок еще раз покосился на кружку и исчез за дверью.

- За каким бесом ты предложил ему… - недовольно поинтересовался Южнов. - Завтра весь орден будет знать…

- Ошибаешься, - усмехнулся Ламберт, - никто ничего не узнает. Точнее, узнает, но исключительно тот, кому нужно знать. В общем, сам увидишь.

- Ты чего-то задумал, - Южнов поставил под капли вторую бутылку и протянул Ламберту наполненную кружку, - а что именно?

- Секрет, - с хитрым лицом ответил тамплиер. - Ты тут человек новый, а я немного знаю местные нравы. В общем, завтра сам все увидишь… Ага!

- Приветствую, братья! - В дверях нарисовался еще один рыцарь, - брат Деклан…

- Заходи, брат Оливер, - приглашающе махнул рукой Ламберт. - Геральт, дружище…

Южнов, уже ничему не удивляясь, молча плеснул в кружку самогона и протянул рыцарю.

- Вот это да! - Тамплиер восторженно вздохнул, - так брат Деклан…

- Ступай уже, - махнул рукой Ламберт, - ничего не нужно.

Когда в “лаборатории” появился уже третий брат ордена, Георгий не выдержал и выглянул в коридор. Брат Майлз и брат Оливер, увидев вместо отправленного на разведку собрата недовольную Южновскую рожу, моментально отвернулись и постарались изобразить, что не при делах и вообще здесь случайно. Получилось неубедительно.

- Понятно, - хмыкнул Георгий. - Заходите уже. Думается мне, придется поискать котел побольше.

На следующий день подвальное помещение, сочетающее в себе лабораторию и импровизированный бар, почтил визитом кастелян.

- Спешу заметить, вы не теряете времени даром, - покосившись на замысловатой формы медные трубки, одобрительно кивнул головой брат Деклан. - Я вчера отправлял к вам брата Майлза…

Южнов мрачно вздохнул и покосился на Ламберта. Тот в ответ подмигнул. Последствия вчерашних посиделок были тщательным образом убраны, в помещении царила почти научная атмосфера. Ламберт даже разбросал на столе несколько листов пергамента и пристроил сверху перо и чернильницу, создав видимость усердной мыслительной работы. То, что листы были абсолютно чистыми, его не смутило.

- Брат Майлз поведал мне преудивительные вещи, - кастелян покосился на пустые ведра из-под сусла, стоящие в углу. - Про чудесный напиток, волшебным образом согревающий тело и радующий душу… У вас хоть немного осталось? - Сварливо озвучил основной вопрос визита кастелян, - или вы вчера все выжрали?

- Ну почему же сразу все, - оскорбился Ламберт, доставая полупустую бутыль и наливая самогон в кружку, - вот, извольте…

- Оооох, - крякнул Деклан, часто заморгав, - и ведь не соврал, стервец. Чудовищное пойло… - Кастелян уселся на стул. - Не хочу казаться излишне многословным, у меня к вам предложение. Как вы смотрите на то, чтобы немного… заработать?

- Это и есть твой “секрет”? - негромко поинтересовался у Ламберта Георгий.

- А-аа, - понимающе кивнул кастелян, - брат Ламберт. Стоило бы догадаться... Впрочем, это неважно. Так что вы скажете на мое предложение?

- Что от нас требуется?

- Ничего сверхестественного, - поморщился Деклан, - просто изготовьте… ну, скажем, десять бутылок этого вашего… эликсира. У него, кстати, существует название?

- Вьиски, - блеснул эрудицией Ламберт.

- Не годится. Название должно быть более… ярким, красивым, что ли? Я подумаю на досуге.

- Десять бутылей? - Южнов задумался. Бутылки были, мягко говоря, немаленькими. - Ну, в принципе…

- В день. Избытком можете распоряжаться по собственному усмотрению.

- В день? - поперхнулся Георгий, - это же надо день и ночь сидеть возле этого… алхимического аппарата! Менять емкости, следить за температурой…

- Таскать из пивоварни брагу, выбрасывать отходы, - кивнул Деклан, - все это я организую. И непрерывно следить за аппаратом тоже нет необходимости, достаточно объяснить все необходимое помощнику, я выделю вам человека из сообразительных.

- Всякого я ожидал, но стать технологом средневекового ликеро-водочного завода…

- Не понял ни одного слова, - признался кастелян, - но, судя по интонации, вы согласны. Тогда не будем терять времени. Вы занимаетесь своим делом, а остальное уже моя забота... Налейте еще, пожалуйста.

Десять дней пролетели практически незаметно - Южнов все эти дни находился в приятном легком подпитии, изредка наведываясь в “лабораторию” и проверяя, как идет процесс. А процесс шел на удивление гладко. Эврик, выделенный кастеляном слуга, оказался вполне смышленым и моментально усвоил все премудрости самогоноварения. Аламбик весело булькал на очаге, слуги исправно носили все новые и новые ведра с суслом, кастелян прямо таки излучал радость и благодетель, а Южнов время от времени уносил очередную “лишнюю” бутылку. Нановакцина успешно справлялась со своей задачей - у Георгия даже ни разу не разболелась голова, хотя Ламберт, исправно составляющий компанию в нелегком деле пьянства, несколько раз жаловался на скверное самочувствие, особенно с утра. Трое рыцарей, хитростью Ламберта приобщенных к тайне “волшебного эликсира”, сначала робко, а потом уже не стесняясь заглядывали в “лабораторию”. В конце концов собрания “клуба друзей глиняной кружки” превратились в регулярное явление.

Закончилось все весьма предсказуемо. На одиннадцатый день, спустившись в подвал, Южнов еще издалека учуял характерный сладковатый запах и заподозрил неладное. Возле распахнутой двери с видом побитой собаки топтался несчастный Эврик, весь забрызганный желто-коричневыми кляксами.

- Мессир Геральт, - чуть не плача, забормотал “помощник”, - там… Там это…

- Ох, заткнись. Я и без тебя вижу, какое там “это”, - вздохнул Георгий и пошел оценивать масштабы разрушений.

Картина была грустная и комичная одновременно. Стены, пол, потолок, мебель были равномерно забрызганы уже подсохшим ячменным затором. Посреди всего этого безобразия стоял развороченный аламбик. Покореженный медный котел напоминал раскрывшееся яйцо ксеноморфа из фильма “Чужой” - металл разорвало на несколько лепестков и выгнуло наружу. Где-то на полу валялись остатки охладителя, судя по всему, на него наступили ногой. Догадаться, где в момент взрыва находился Эврик, было проще простого - не забрызганным оказался лишь лежак, который появился здесь по настоянию кастеляна. Точнее, не сам лежак, а пятно в форме человека сверху.

- Бутылки целы? - в помещение заглянул кастелян, - Ну, хоть что-то…

- Хорошая была игрушка, - покачал головой подоспевший Ламберт, - жалко. Хотя, я у Бальтазара еще две видел. А отмыть тут все не проблема. Я даже догадываюсь, кто этим займется.

- Я тоже догадываюсь, - ухмыльнулся Южнов, глядя на окончательно поникшего Эврика. Видимо, тот тоже догадывался о предстоящем занятии.

- Давайте пока повременим, - предложил Деклан, - сперва наведем здесь порядок. Уйди с глаз! - Кастелян так рявкнул на нерадивого слугу, что того и след простыл. - Скверно, конечно, да что поделать… вот ваше вознаграждение.

Южнов с удивлением принял приятно позвякивающий мешочек. Судя по весу, выручка раза в три превосходила сумму, потраченную на “пожертвование”.

- И, вот еще, - брат Деклан пристально посмотрел на Южнова, - если однажды примете решение вступить в братство…

- А сейчас я где?

- Вы рыцарь - мирянин, это другое… Так вот, если вы ощутите такое желание - я этому поспособствую. Вам не придется вносить положенное пожертвование, ордену нужны такие сообразительные и предприимчивые братья. Подумайте.

- Непременно, - ошарашенно кивнул Южнов.

- Кажется, он не особо и расстроился, - заметил Георгий, когда кастелян степенно удалился.

- С чего это ему расстраиваться? - удивился Ламберт, - ты его на полгода вперед выпивкой обеспечил! Понятно, что столько ему не выпить, так продаст. Он, поди, уже и покупателя нашел.

- Кстати, - Южнов открыл мешок и разделил монеты на две равные части, - забирай. Твоя часть.

- С чего это? - опешил Ламберт.

- Как “с чего”? Это же твоя была идея, не забыл?

- Ну, если ты так считаешь… - Ламберт уважительно поглядел на Георгия и сгреб монеты. - Зато я точно знаю, кто расстроится больше всех!

- Я, кажется, тоже догадываюсь, - ухмыльнулся Южнов и неожиданно помрачнел, - а ведь мы совсем позабыли про Ланса! Свиньи мы с тобой, а не добрые католики.

- Ооооох, - простонал изрядно помятый Ланс, схватившись за голову, - боже, как мне хреново!

- А я тебя предупреждал, - без тени сочувствия заметил Южнов, который сам-то чувствовал себя превосходно. - Кто тебе говорил, что не нужно смешивать виски с пивом? Только тебе мои советы были до одного места. Ты хоть что-нибудь помнишь?

- Помню. Но смутно, - рыцарь задумался, - Помню, как вы рассказывали про крокодила. Помню, как к нам Карл присоединился… а дальше не помню. А! Еще помню, как ты нас учил ругаться.

- А вот этого я не помню, - помрачнел Ламберт.

- И я, - признался Южнов. - Чему я там вас учил? Хоть одно слово помнишь?

- Конечно! - обрадовался Ланс. - Зиопа!

- Понятно. Узнаю себя, родного. - Георгий вздохнул, налил из спрятанной под столом бутылки немного самогона и протянул Лансу, - вот, выпей. Видеть больно твою зеленую рожу… Стоять! - Робко потянувшийся к недопитой кружке Ланс получил по руке, - никакого пива! Тебе вчерашнего мало?

Посиделки однозначно удались. Ланс, который почти две недели безвылазно сидел в трактире и совершенно осатанел от скуки, увидев входящих “Геральта” с Ламбертом, от радости чуть не прослезился. Доблестный рыцарь предавался греху уныния в гордом одиночестве - спасенный от мести Аларик за пару дней своими высокопарным глупостями до того утомил Ланса, что был изгнан на поиски работы или нового сюзерена. Изредка компанию скучающему рыцарю составлял Карл.

При виде гостей трактирщик моментально уставил стол полными кружками. Южнов высокомерно посмотрел на поданное хозяином пиво и с видом доброго волшебника вытащил на свет божий пузатую бутыль из личных запасов. Последствия оказались вполне предсказуемыми.

- Хорошо вчера посидели, - резюмировал заметно оживший Ланс, - ну и пойло вы притащили… Ух!

- А Карл сказал, что отрава, - наябедничал Южнов, - только при этом вылакал две кружки.

- Конечно, отрава, - отозвался из кухни трактирщик. - Но, как бы вам сказать, хоть и отрава, но отрава христианская. А не вонючая сарацинская дрянь, которую и в руки-то брать противно... Вы мне вчера обещали пару бутылок, не забудьте.

- Чего мы еще вчера наобещали? - мрачно поинтересовался Георгий. - Давайте-ка, братцы-алкоголики, вспоминать, что мы вчера натворили.

- Да ничего особого и не натворили, - пожал плечами Ламберт. - Вроде бы ни с кем не подрались, мебель не поломали… А что до пожара… Его даже пожаром-то не назовешь. Так, баловство одно.

- Какой еще пожар? - Южнов напрягся.

- Так Ламберт тебя уговорил показать… как его… шворц! - пояснил Ланс. - Ты долго отказывался, но потом, прямо из-за стола, решил зажечь факел…

- Понятно, - Южнов мрачно изучил обугленное пятно на стене. Посреди торчали останки факела, больше похожие на огромную горелую спичку. - Надеюсь, Карл согласится на дополнительную бутылку в качестве компенсации.

- Да он только обрадовался. Сказал, что это лучшая реклама его заведения - следы настоящего колдовства. Когда в городе узнают, у него отбоя от посетителей не будет.

- Но от бутылки не откажусь, - донесся голос трактирщика.

- Так что не переживай, - успокоил Южнова Ламберт. - Я же говорю, никто не подрался, мебель целая…

- Мебель целая - так это потому, что я вас во двор выставил, - снова высунулся из кухни Карл. - Простите великодушно, но размахивать мечами в моем трактире…

- Кто размахивал мечами? - Деревянным голосом поинтересовался Ламберт.

- Так ты же сам полвечера приставал к Лансу, - удивился Георгий, - очень хотел выяснить, кто из вас круче.

- И как? - насторожился Ланс, - мы выяснили? Вот, почему у меня задница так болит… Кто победил-то?

- Ничья, - осклабился Южнов. - Вы оба еле-еле на ногах стояли, какая там победа… Считай, что победила дружба. А жопа у тебя болит, потому что ты мимо скамейки сел.

- Да? - Ланс озадаченно потер седалище, - тогда неудивительно. Наклюкались мы, шевалье, вчера преизрядно. Аж гордость разбирает. Налей еще, что ли?..

- Душа требует продолжения? - Ехидно поинтересовался Южнов, извлекая из-под стола предусмотрительно припрятанную бутыль. - Надо же, хоть до нее вчера не добрались.

- И сегодня не доберетесь. - В дверях трактира стоял Анри де Монфор. Судя по взгляду, тамплиер был прекрасно осведомлен о содержимом бутылки. - Прошу меня простить, но вынужден прервать вашу вечеринку. Брат Ламберт, - в голосе командира послышался металл, - ваше назначение отменено. Немедленно проследуйте в расположение ордена. Брат Геральт, вы отправляетесь со мной.

- Я что, арестован? - Удивился Южнов.

- Не говорите ерунды, - недовольно поморщился тамплиер. - Пойдемте уже.

- Просто, чтобы вы знали, - выйдя на улицу, негромко произнес Анри, - у Назарета был бой, сарацины наголову разбили гарнизоны замков Аль-Фула и Какун. Великий магистр ордена Святого Иоанна убит. Крепость Керак в осаде. Армия Саладина идет к Иерусалиму… Поэтому придержите свое чувство юмора, сейчас не до шуток. Вас ждет магистр.

Глава 12

- Времени у нас очень мало, - магистр Жерар отложил любимые четки и пристально посмотрел на Южнова, - поэтому буду краток. О чем вы разговаривали с королевой?

Великий магистр выглядел откровенно неважно. Де Ридфор сидел, немного перекосившись на правый бок и старался не двигать левой рукой. Георгий заметил следы крови на торчащей из-под рукава повязке. Несмотря на явно беспокоящие магистра раны, взгляд оставался жестким и колючим, а борода надменно торчала вверх.

- Меня не интересуют детали ваших интимных развлечений, - снисходительно пояснил Жерар, заметив растерянность на лице Георгия. - Важно другое. Королева называла какие-то имена? К ней прибывали посыльные? Вы должны…

- Я ничего не должен, - скрестив руки на груди, процедил Южнов, - я охранял ее величество, а не шпионил.

- Вы изъявили согласие вступить в братство ордена, - поджал губы де Ридфор, - и обязаны соблюдать устав.

- Вы, случаем, не запамятовали, брат Жерар? - прищурился Южнов, - тогда позвольте напомнить о моем юридическом положении. Я “брат - мирянин” на особом положении и присягу не принимал. Поэтому…

- Поэтому будьте так любезны, перестаньте строить из себя непонятно кого, - перебил магистр, - речь идет о безопасности всего королевства. Вы должны знать, что произошло накануне. Сарацины…

- Благодарю, меня уже ввели в курс дела.

- Сарацины разбили гораздо более сильный отряд, - де Ридфор проигнорировал колкость, - это попросту невозможно. Только, если…

- Предательство?

- Верно. Поэтому сосредоточьтесь и припомните, что королева говорила о политической ситуации. Особенно о Раймунде, графе Триполи.

- Поинтересовалась, могу ли я его убить.

- Любопытно, - удивился магистр, - и что же вы?..

- Отказался. Я не наемный убийца, знаете ли…

- И правильно сделали. Вошли в доверие, чтобы королева говорила более откровенно…

- Да ничего она не говорила! - Южнов начал злиться, - вряд ли вас заинтересуют общеизвестные подробности ее замужества, брат Жерар. А я не спрашивал.

- А должны были! - магистр попытался резко встать и упал обратно на стул, скривившись от боли.

- Сожалею, что не оправдал высокого доверия, - ледяным голосом прокомментировал Южнов. - Увы, понятия “верность” и “честь” для меня - не пустой звук. В следующий раз советую более вдумчиво отнестись к выбору кандидатуры шпиона.

- Вот как, - магистр задумчиво побарабанил по столу пальцами здоровой руки. - Быть может, вы и правы, но сейчас могут оказаться важны любые детали. Попытайтесь вспомнить…

- Нет.

- Может быть, вам помочь? Знаете, есть множество способов освежить человеку память… Не хотелось бы переходить к радикальным методам.

- К чему этот спектакль? - устало осведомился Южнов. - Вы же сами прекрасно понимаете, что ничего нового королева не расскажет. Тем более, что вы всегда можете пообщаться с его величеством… Это что, очередная проверка?

- Можно и так сказать. Несмотря на вольнодумство, вы честны и откровенны. Это заслуживает награды, - магистр не без усилий поднялся из-за стола, - следуйте за мной. Вы хотели узнать о природе и источнике дарованной мне силы? Я покажу вам их.

Де Ридфор распахнул дверь и зашагал по коридору. Южнов, не задавая лишних вопросов, двинулся следом. Замкнули шествие два молчаливых рыцаря, неподвижно стоявших у двери. Путь оказался знакомым - магистр шел в направлении подвальных помещений. К радости Южнова, “лаборатория” была уже по возможности отмыта и заперта. Де Ридфор принюхался и брезгливо поморщился, с укоризной покосившись на Георгия. Тот сделал вид, что ничего не заметил.

Пройдя несколько поворотов, магистр достал небольшую связку ключей и открыл ничем не примечательную дверь. За ней открылся недлинный коридорчик с единственной дверью в конце. Толстенные доски были скреплены таким количеством металлических полос и заклепок, что вполне могли выдержать удар тараном. Пока магистр, позвякивая ключами, копошился с целыми тремя замками, сопровождающие рыцари зажгли факелы, сняв их с креплений на стене.

За дверью открылась узкая винтовая лестница. Факелы отбрасывали дрожащие тени на уходящие вниз ступени.

- Нам туда, - зачем-то объявил де Ридфор, зажигая факел. - Брат Онфруа, ты первый.

- А… - Южнов озадаченно покосился на сопровождающих рыцарей.

- Брат Брайан и брат Онфруа входят число посвященных, - магистр правильно понял невысказанный вопрос. - Не задавайте вопросов. Будьте внимательны, смотрите под ноги.

Совет оказался нелишним - лестница оказалась очень старой, некоторые ступени были разбиты и раскрошены. Южнов несколько раз оступился, в последний момент пойманный железной рукой идущего сзади Брайана. Спуск казался бесконечным. Форма лестницы не позволяла определить глубину - каждый шаг вниз открывал новые ступени, предательски танцующие в неровном свете факелов. Сухая прохлада подвалов постепенно менялась на сырой холод подземелья. Южнов уже потерял счет времени, когда спуск закончился. Стены небольшой пещеры носили следы рук человека, в конце прорубленного в скале узкого коридора обнаружилась очередная запертая дверь.

- Мы обнаружили эту лестницу, когда восстанавливали храм, - пояснил де Ридфор. - Иерусалим очень старый город. Сколько поколений уже сменилось, и каждое возводит что-то новое, но строит это на старых фундаментах. Про них уже позабыли, но древние кости города глубоко внизу еще помнят былое… - Магистр в очередной раз позвенел ключами и с усилием отворил небольшую дверь, - Брат Онфруа…

Рыцарь, пригнувшись, молча шагнул в проем. Южнов пропустил вперед магистра, протиснулся в узкую дверь сам и потрясенно огляделся. Они стояли на узком деревянном помосте, идущем вдоль стены огромной каверны. Свет факелов едва рассеивал мрак, и оценить истинный размер пещеры было сложно. Онфруа, внимательно поглядывая под ноги, двинулся вдоль стены. Помост, как понял Георгий, шел по периметру каверны, постепенно спускаясь вниз. В стене пещеры темнели отверстия нескольких нешироких тоннелей. Около одного Южнов остановился и прислушался. Из шахты тянуло сквозняком и доносился шум воды.

- Старый водовод, - пояснил магистр. - Остался еще от римлян. Это единственное, что сохранилось и не обрушилось. Куда вели остальные шахты - неизвестно. Мы пробовали их расчистить, но безрезультатно, как видите. - де Ридфор посветил факелом в соседний тоннель. В нескольких метрах шахта заканчивалась нагромождением каменных обломков.

Леса, опоясывающие каверну, были шаткими и ненадежными, в некоторых местах перила отсутствовали. Южнов старался идти поближе к стене и не обращать внимание на предательский скрип досок под ногами. К счастью, идти оказалось не так далеко - вскоре под ногами Онфруа захрустели камни. Георгий огляделся вокруг - пещера имела форму наклонной воронки, постепенно сужаясь книзу. Наверх уходила спираль помоста, потолок каверны терялся во мраке.

- Здесь все было завалено обломками камней, - продолжил лекцию де Ридфор, - пришлось изрядно потрудиться, чтобы добраться до дна. Поглядите наверх, видите пролом? Такое ощущение, что что-то с огромной силой ударило в гору и проломило свод.

Южнов молча рассматривал с трудом видимый в полутьме поврежденный потолок пещеры. Часть свода осыпалась вниз, оставив вместо себя коническое углубление неровной формы. Георгий подошел к стене и внимательно присмотрелся к камню. Камень казался оплавленным. Южнов еще раз посмотрел наверх, проследил глазами направление сужения каверны и озадаченно почесал голову.

- Братья ордена в стремлении к познанию расчистили завалы, - в голосе магистра появились торжествующие нотки. Де Ридфор прошел вглубь пещеры и воткнул факел в железный держатель. - И настал великий день! - голос магистра подхватило эхо, - Здесь, глубоко под землей, мы обрели Святой Грааль! Приблизься же и возликуй, ибо лишь избранным дано лицезреть великое чудо!

Южнов на негнущихся ногах подошел к Жерару. Братья с факелами в руках неотступно следовали позади.

- Узри чудо господне! - взывл де Ридфор, театральным жестом простирая руку.

У Георгия отвисла челюсть.

На дне каверны лежал почерневший и искореженный космический аппарат. О его первоначальной форме судить было сложно - от антенн и солнечных панелей остались лишь обломанные и деформированные крепления - все оплавилось и сгорело в атмосфере, довершил дело удар и термокинетический взрыв, но суть находки сомнений не вызывала. Температура и сила удара были таковы, что корпус аппарата намертво вплавило в породу.

Магистр поднатужился и откатил в сторону массивную металлическую крышку. По краям открытого люка торчали грубо срезанные болты.

- Вот она, чаша Христова! - магистр любезно подвинулся в сторону, освобождая место Георгию, - Преклони же колени!

Георгий, стараясь не пораниться об острые камни, склонился над аппаратом. Содержимое космической капсулы ничуть не пострадало - в цилиндрическом гнезде покоился контейнер из неизвестного зеленоватого сплава, снабженный двумя ручками по краям. Посреди круглой крышки была выгравирована эмблема - растопырившийся витрувианский человек Да Винчи и аббревиатура “N.O.V.A.” внизу. Георгию внезапно очень сильно захотелось перекреститься.

- Я вижу замешательство в твоих глазах, - напыщенно провозгласил де Ридфор, - так отринь же терзающие тебя мысли, ибо ты увидишь истинное чудо господне!

Магистр с усилием провернул небольшой руль винтового замка и крышка капсулы с легким шипением открылась. На дне серебристого стакана поблескивали голубоватые искры.

- Протяни руку, брат Геральт! - торжественно приказал магистр.

Еще не понимая, что происходит, Южнов вытянул вперед правую руку и не успел отдернуть, когда в руке Жерара сверкнул кинжал. Магистр, крепко держа руку Георгия, подставил под струю крови поданную Онфруа чашу.

- Не омрачай душу свою страхом, ибо только жертвуя частью себя, достоин будешь обрести чудо! Спаситель пожертвовал своей жизнью, тебе же достаточно только наполнить эту чашу. Отдай часть крови своей, и дар твой вернется к тебе тысячекратно!

Магистр отпустил руку Георгия, которую тут же заготовленной чистой тряпицей умело перевязал брат Брайан. Де Ридфор, выдержав драматическую паузу, с одухотворенным лицом склонился над капсулой и вылил в нее содержимое чаши. Кровь вскипела и начала менять цвет. Через несколько минут емкость внутри капсулы была наполовину наполнена слабо светящейся опалесцирующей жидкостью. Магистр зачепнул из капсулы почти полную чашу и, задрав нос и выставив вперед бороду, протянул Южнову.

- Э-э-эээто что? - Заикаясь, пробормотал Георгий. - Я что, должен это…

- Что тебя тревожит? - удивился Жерар и указал рукой на крышку капсулы. - Вот святое распятие, никакая злая сила не сможет превозмочь свет Господа! Отринь сомнения, не пускай недоверие в сердце свое!

- “Святое распятие, - мрачно подумал Георгий. - Вот она, средневековая непосредственность! Увидели что-то похожее на крест и готовы стаканами хлебать любую дрянь… А я, похоже, влип.”

Южнов затравленно оглянулся. Оба тамплиера, стоящие за спиной с непроницаемыми лицами, всем своим видом олицетворяли совет “отринуть сомнения”, а не то хуже будет. Нетерпение в глазах магистра начало переходить в подозрение.

- Любопытство кошку сгубило, - вздохнул Южнов и, собравшись с духом, осушил чашу.

Жидкость оказалась прохладная и немного покалывала горло. По телу прошла волна жара, Георгий почти физически ощутил, как жидкий огонь растекается по кровеносным сосудам, проникает в каждую клетку тела. Южнов часто заморгал. Перед глазами тоже творилось неладное - индикаторы замерцали и погасли, вместо них появилась тревожная надпись “сбой бионакопителя”. Голова сильно кружилась, в ушах неприятно звенело. Уже теряя сознание, Георгий почувствовал, как сильные руки рыцарей подхватывают его и бережно укладывают на каменный пол.

- Это скоро пройдет, - издалека донесся голос магистра. Это было последнее, что Южнов запомнил.

- Я не сомневаюсь в вашем решении, брат Жерар. Но не проще было бы…

- Не проще. Он непредсказуем и изворотлив, но должен принести пользу и принесет ее!

Южнов приоткрыл один глаз и оценил обстановку. Судя по всему, он провалялся в отключке от силы пятнадцать минут. Магистр Жерар и брат Брайан негромко спорили неподалеку. Онфруа дремал, прислонившись спиной к стене пещеры.

Георгий закрыл глаз обратно и прислушался к ощущениям. Ничего необычного он не чувствовал, кроме легкой слабости. Индикация снова работала, только шкала заряда перекрасилась в оранжевый цвет и рядом появился треугольный предупреждающий значок.

- Он очнулся, - заметил шевеление Южнова Брайан.

- Вот и замечательно, - закончил спор магистр и с любопытством уставился на пытающегося встать Георгия. - Как себя чувствуете, брат Геральт?

- Еще не знаю, - пробормотал Георгий, принимая вертикальное положение. - А как я должен себя чувствовать?

- Сложно сказать, - Жерар пожал плечами, - у всех посвященных это было по-разному.

- Понятно, - Южнов с интересом покрутил у себя перед лицом правой рукой, но особых изменений не увидел. - А я смогу…

- Непременно, - кивнул магистр, пристально глядя Георгию в глаза. - Нужно лишь немного времени…

Южнова пронзил безумный, опаляющий стыд. Он неожиданно остро осознал, что великий магистр - самый мудрый и справедливый человек в этом мире, служить ему - величайшая честь, а он, идиот, вел себя настолько недостойно... Георгий ощутил непреодолимую потребность немедленно упасть перед повелителем на колени, когда перед глазами вспыхнула надпись “ментальная атака! калибровка экрана”. Магистр отшатнулся, как от удара. Наваждение рассеялось. Надпись поморгала и исчезла, сменившись зеленым значком мозга внутри геральдического щита. Южнов оторопело смотрел на Жерара. Магистр имел донельзя жалкий вид и напоминал человека, который вместо обещанного поцелуя получил неожиданную пощечину.

- Что это было? - каркающим голосом осведомился Южнов, - откуда чужие мысли в моей голове?

- Не понимаю, о чем вы говорите, - отвел глаза де Ридфор.

- Неужели? - Георгий укоризненно покачал головой.

- Если вы уже пришли в себя, то давайте вернемся наверх. - ушел от ответа де Ридфор. - Сегодня отдыхайте, завтра обратитесь ко мне за распоряжениями.

- Будет сделано, - хмыкнул Георгий и, доковыляв до пандуса, обернулся. Рыцари обескураженно переглядывались, а магистр с недоумением смотрел на “святой грааль”. Заметив его взгляд, все трое спешно разобрали факелы и двинулись к выходу.

Проснувшись утром, Георгий первым делом прислушался к собственным ощущениям. Несмотря на вчерашние потрясения и метаморфозы, вызванные неведомой жидкостью, чувствовал он себя на удивление свежим и полным сил. Прищурившись, Южнов поглядел на свои руки. Никакого золотистого свечения не было и в помине. Георгий хмыкнул, пожал плечами и принялся одеваться.

Рыцари у двери кабинета магистра встретили его настороженными взглядами.

Де Ридфор сидел ссутулившись за столом и с недовольным лицом изучал документ на пожелтевшем пергаменте. Магистр выглядел крайне усталым и постаревшим на десяток лет, под глазами залегли глубокие тени. Южнов на несколько секунд ощутил сочувствие, но припомнил вчерашние события и отогнал эти мысли подальше.

- А, брат Геральт, - устало кивнул магистр. - Вы как нельзя вовремя.

- Слушаю внимательно, брат Жерар, - Южнов слегка поклонился.

- Вы незамедлительно отправляетесь в замок Торон, - магистр оттиснул печать и спрятал документ в потертый кожаный тубус, - по пути заедете в Бельвуар и Монфор, ознакомите маршалов с приказами. Получите от командующих рапорты, привезете их в Акку лично мне. Имейте в виду, приказы и рапорты являются секретными и не при каких условиях не должны попасть в чужие руки. Именно поэтому я выбрал вас - одиночный всадник привлечет меньше внимания, а о вашем умении постоять за себя уже сплетни ходят. Да, никаких белых облачений! Никто не должен узнать в вас брата ордена. Все ваши полномочия внутри, просто предъявите документы командующему, вас снабдят всем необходимым для дальнейшей дороги. Вопросы?

- Действия в критической ситуации?

- На ваше усмотрение. Главное - документы. Повторю, что они не при каких условиях не должны попасть в руки сарацин, а особенно - к графу Раймунду или маркграфу Конраду. Если иного выхода не останется - уничтожить.

- Когда отправляться?

- Как можно раньше. Дорогу к замку Бельвуар вы знаете?

- Он на нашем берегу реки Иордан, - задумался Южнов, вспоминая неоднократно изученную карту, - не доезжая Назарета и Тивериадского озера.

- Все верно, - кивнул магистр. Дальше вас сориентируют уже в замке. Сам я в ближайшее время отбываю а Акку, буду ждать вас с рапортами.

- Слушаюсь, - кивнул Георгий, не веря своей удаче. Все совпадало до мелочей - медальон требовалось спрятать в тайнике как раз у замка Бельвуар, ну а дальше… Дальше дорога вела в совершенно другую сторону, на север, к точке эвакуации. Но магистру об это знать было совсем необязательно.

- Ступайте, - сухо подытожил Жерар, - и да хранит вас Бог.

- Ого! - Прокомментировал внешний вид Южнова только что подъехавший Ламберт, - Ты, выходит, уже не брат ордена? Интересно, что ты такого натворил, что брат зануда так на тебя…

- Остынь, - усмехнулся Южнов, седлая лошадь, - это конспирация. Знаешь такое слово?

- Видать, дело серьезное, - нахмурился тамплиер, - куда это тебя отправили?

- Покатаюсь по стране, поработаю курьером.

- Все шутишь… Ты когда вернешься?

- Не знаю, - признался Южнов. - Если все получится… то никогда.

- Вот даже как, - посерьезнел Ламберт. - жаль, конечно… Было приятно иметь с тобой дело, брат. Удачи тебе.

- Бывай, друг, - Южнов крепко пожал протянутую руку, - и береги себя… А ты что тут делаешь?

- Да вот, решил вас проведать, - пояснил, спешиваясь, Ланс. - А то вы вчера удрали, бросили меня одного…

- Геральт уезжает, - коротко ответил Ламберт. - Говорит, что не вернется.

- Возвращайся в Керак, - кивнул Южнов, - Ламберт говорит правду.

- И не подумаю, - упрямо замотал головой Ланс. - А если у тебя что-то пойдет не так? Вот вернулся ты, и что?

- А если не вернусь?

- Вот тогда и подумаю, - Ланс стиснул Южнова так, что кости затрещали, - удачи тебе!

- Надо же, - изумленно покачал головой Георгий, - кто бы мог подумать…

- Проваливай, - фыркнул Ламберт. - Иначе я расплачусь.

- Если что… - Ланс задумался, - в общем, ты знаешь, где нас найти.

Дорога к замку Бельвуар прошла на удивление гладко и без происшествий. Южнов решил не торопиться с выполнением приказов магистра, к которым отнесся весьма скептически, а сперва разобраться с медальоном и отправился осматривать некрополь. Его уже ждали.

Интерлюдия 3

Дальше сами все знаете, - Южнов потянулся и приложился к бокалу, - заговорили зубы, дали по голове… А вот теперь, - Георгий очень нехорошо уставился на Уильяма, - не соблаговолите ли поведать, какой дрянью меня напоили и откуда в тринадцатом веке взялся раздолбанный спутник?

Несчастный преподобный сидел с лицом человека, на голову которого только что упала железнодорожная шпала и имел исключительно пришибленный вид.

- Что молчите-то? - ядовито продолжил Южнов. - Язык проглотили? Эмблема вам ничего не напоминает? Рисунок Да Винчи, название “NOVA”? Я-то, дурак, чуть голову не сломал в попытках понять, почему она показалась мне смутно знакомой… А сегодня с утра вспомнил! Ваш ученый - шутник, любитель заимствовать названия и идеи из популярных фильмов, как там его звать? Из фильма “Короткое замыкание” логотип спер, не побрезговал!

- Убью. - Пробормотал Уильям, - убью засранца!

- Ага, - понимающе кивнул Южнов, - значит, все-таки ваших рук дело.

- Наших, - чуть не плача, признался преподобный. - Проект “милосердие”, господи боже! - Уильям трясущимися руками попытался налить себе вина, расплескав большую часть на стол. Южнов неодобрительно покачал головой, покопался в мешке с вещами и плеснул преподобному в бокал из небольшой бутылки в кожаной оплетке. Уильям машинально сделал глоток и закашлялся, из глаз потекли слезы.

- Оооооо, - просипел преподобный, хлопая глазами, - виски! Оно что, было у вас с самого начала, и вы молчали?

- Не отвлекайтесь, - напомнил Южнов, - вы говорили про какое-то милосердие.

- Через полтора века начнется эпидемия чумы, - Уильям заметно успокоился и взял себя в руки, - знаменитая “черная смерть”. Спасибо папе Григорию, это с его легкой руки в Европе перебьют почти всех кошек…

- А кошки-то здесь при чем?

- Ну сами подумайте. Переносчики чумы - блохи, крысиная шерсть их дом родной. Нет котов - крыс все больше…

- Ну и поделом, - усмехнулся Южнов. - Котиков обижать нехорошо.

- Нехорошо… - Уильям покосился на бутылку. Георгий молча показал кулак. - По нашим расчетам, эпидемия уничтожила практически всё население земли. Всё, понимаете! Утеряны все знания, культура, технологии… Немногие выжившие стремительно скатываются обратно в каменный век. Веселая перспектива, а?

- Я, кажется, начинаю понимать, - кивнул Южнов, - вы решили подправить историческую несправедливость. Свести, так сказать, дебет с кредитом.

- Все верно. На орбиту в нужную эпоху забрасываются спутники. Добровольцев на роль врачей оказалось в избытке, благо заразиться самим или притащить заразу с собой было невозможно - все уже давно были вакцинированы AS-15. Каждый врач имеет при себе портативный инъектор и передатчик. По радиосигналу на землю сбрасывается капсула с вакциной, а дальше дело техники. Сам спутник после сброса капсулы уходит с орбиты и сгорает в атмосфере, никаких следов.

- Где вы взяли столько добровольцев? - Южнов озадаченно нахмурился, - сколько у вас там вообще народу-то трудится? Даже с пониманием, что не заболеешь, шататься среди воняющих трупов… своеобразное такое развлечение. Сомнительное, я бы добавил.

- Сами еще не догадались? Мы обучили местных докторов, если их можно так назвать. Огромный плюс - они действовали в своей, привычной, среде. Окружение, менталитет… Кого-то просто вакцинировали и снабдили всем необходимым, а самых сообразительных забрали для обучения на базу.

- Что-ооо?

- А как вы думали? Это сейчас среди ученых царит, можно сказать, демократия. А скоро церковь начнет всерьез закручивать гайки. Вспомните, сколько лет пройдет от создания Коперником своей гелиоцентрической системы до того момента, когда о ней можно будет смело говорить вслух, не опасаясь отправиться на костер. Большинство действительно башковитых людей сидели, как мышь под веником и боялись рта раскрыть. Какая уж там наука… Можете себе представить их искреннюю радость, когда им предлагалось выйти из-под каблука церкви и всерьез проявить свои таланты? Знаний-то там, сами понимаете, кот наплакал, но потенциал у некоторых оказался просто потрясающим! Один старина Роджер чего стоил…

- Кто?

- Роджер Бэкон, должны были слышать. Личность известная.

- “Удивительный доктор”? И он тоже?..

- Ага. И не только он, но мы отвлеклись. Вы уже поняли, что с персоналом, если можно так сказать, проблем не было.

- Все равно выходит как-то слишком просто.

- Отнюдь! Пришлось очень долго высчитывать точки высадки десанта, орбиты спутников для сброса капсул, приоритетность вакцинирования… В первую очередь свою дозу жизни должны были получить высокопоставленные люди, которые выжили по историческим документам. Дальше уже кому как повезет… Подготовка была просто колоссальной. Население попавших под удар стран составляло около полумиллиарда. Представляете себе цифры? Нужно было вакцинировать минимум треть. Это сто пятьдесят миллионов. Миллионов!

- С трудом.

- Согласен, сложно вообразить столько народу… И каждому нужно ввести вакцину, это какой объем нужен! Но это оказалось несложным - достаточно ввести в кровь определенное количество нанитов, дальше они уже сами наращивают популяцию до стабильного числа. Иначе никакой вакцины не хватило бы.

- Все равно не могу себе представить, - Георгий покачал головой. - В голове не укладывается.

- Это еще цветочки. Теперь представьте себе, сколько людей было нужно подготовить. Допустим, каждый спасет около тысячи. Это нужно сто пятьдесят тысяч капсул с вакциной! И столько же людей!

- И как вы вышли из ситуации?

- Мы добавили вакцине возможность трехкратной внешней репликации. Сделали ее заразной.

- Таааак, - протянул Южнов, - давайте посчитаем. Допустим, каждый вакцинированный передаст иммунитет десяти окружающим. Каждый из них - еще десяти. И еще разок… Получаем примерно тысячу сто десять человек на одну инъекцию, верно?

- Именно, - кивнул преподобный. - Значит, одной капсулы должно хватить на миллион человек. Сто пятьдесят врачей. Настоящих врачей, - Уильям поднял палец, - а не местных шарлатанов. Их отправляли партиями, в течение всего периода эпидемии. Меня, если честно, при виде готовой к отправке группы чуть удар не хватил. Можете себе представить полсотни чумных докторов в полном, так сказать, облачении?

- Своеобразное, должно быть, зрелище, - фыркнул Южнов, представив себе картину.

- Еще какое. А ваш любимчик… - преподобный поймал непонимающий взгляд Георгия и ухмыльнулся, - тот самый, кому я по прибытию буду голову отрывать. Он так проникся зрелищем, что с компанией единомышленников написал песню. Что-то вроде “Мы все умрем”, не помню уже.

- Он, скотина, еще и поет?! - Южнов, давясь от смеха, процитировал окончание известного анекдота.

- Они еще и клип записали, - фыркнул Уильям. - Сперли несколько костюмов, наделали в отделе биопластики накладных чумных бубонов и прыгнули в прошлое, снимать свой шедевр. Можете себе представить, какой ужас у них получился.

- Да уж, - выдохнул Георгий, отсмеявшись, - однако давайте вернемся к серьезной теме. Что за вакцину вы использовали?

- Нановакцина AS-7, по сути - полный аналог универсальной “пятнадцатой”. Только очень узкого действия, управляющая молекулярная цепь рассчитана исключительно на чумную палочку. Она даже банальный насморк не вылечит.

- Ага, - скептически покивал головой Георгий, - разумеется. Какая-то там банальная психокинетика - это вам не насморк. Куда уж ей до насморка…

- Проклятый средневековый менталитет! - Уильям взвыл и нервно забегал по комнате, - Вакцина должна была вводиться в кровь! В кровь, понимаете!

- Не понимаю, - Южнов покачал головой, - а в чем разница?

- Вы представляете себе структуру нанита? Вот, смотрите. Вот здесь - исполнительные молекулярные цепочки, - преподобный, немного успокоившись, вооружился пером и набросал на листе сложную схему, - это - репликаторы. А вот это - Уильям обвел группу молекул, - контрольная цепь. Это она задает наночастице алгоритм поведения. Кровь - щелочная среда, наночастица в ней - как у себя дома. А вот желудочный сок - соляная кислота! Она разрушит вот эту и эту связи… Что тогда произойдет - неизвестно. Точнее, было неизвестно, - поправился Уильям, виновато поглядев на Южнова. - Ну кто мог додуматься хлебать дисперсионный раствор стаканами?

- Тамплиеры додумались, - мрачно заметил Южнов. - Увидели вашу “растопырку” на крышке, приняли ее за распятие и хлещут, как не в себя. Повезло, что до клизмы не додумались.

- Я и говорю, средневековый менталитет, - вздохнул Уильям и с тоской уставился на бутылку с самогоном. Южнов, сжалившись, налил преподобному и, после недолгого размышления, плеснул и себе. - Ну вот скажите, какому нормальному человеку придет в голову пить какую-то незнакомую дрянь? А здесь - извольте. Даже додумались, как запустить механизм саморепликации, надо же! “Кровь Христова”, прости господи.

- Это вы сейчас о чем?

- Про кровь в контейнере. Вакцина использует ее для самовоспроизведения, и настраивается под носителя. Поэтому “приносить в жертву” нужно исключительно свою кровь, иначе не сработает… Вот откуда пошли слухи про кровавые жертвоприношения в ордене! Никогда бы не подумал, что этот бред имеет под собой реальную основу, а вот оно как… Ну да ладно, пусть с этим следствие разбирается, им эти фокусы еще припомнят. Одно радует - кислотная среда вместе с изменением функционала блокирует внешнюю репликацию. Иначе сейчас бы в Святой земле околачивались уже тысячи телепатов. Хоть здесь повезло.

- Кстати, о фокусах, - задумался Георгий, - у меня так и не получилось двигать взглядом предметы.

- Психокинез - это побочный эффект, - отмахнулся Уильям, - самое важное в другом. Постарайтесь припомнить, что именно вы ощутили у себя в голове? Это были конкретные мысли? Образы?

- Никакой конкретики, - помотал головой Южнов, - только исключительно сильная эмоция. Я, честно говоря, и не успел толком разобраться - сработала какая-то штука…

- Потом лично поблагодарите Вайдингера. Только благодаря этой “штуке”, как вы изволили назвать пси-экран, мы сейчас разговариваем. Иначе вы бы сейчас воодушевленно неслись в первых рядах христианского войска вперед, к неминуемой смерти. Или еще что похуже, вариантов много. Ай, да Иосиф! Просто королевский подарок!

- Таааак, - протянул Южнов, немного поразмыслив, - рассказывайте.

- Непременно, - кивнул преподобный, - только вот, будьте любезны…

- Пьянство - грех, - проворчал Южнов, откупоривая бутылку с самодельным виски, - но сейчас, думаю, не помешает.

- Проект “биодом” подразумевал создание полностью замкнутой автономной экосистемы в масштабах целой планеты, - Уильям с бокалом в руках откинулся на спинку кресла, - либо полностью искусственной, либо частично. Ключевым элементом был “помощник” - ограниченно-разумное существо с рядом полезных функций.

- Это для него выращивались мозги?

- Все верно. С мозгом было сложнее всего, но открытие Хольцмана сдвинуло проект с мертвой точки, а дальше процесс начал стремительно набирать обороты. Уже через год в аквариуме плавали два ихтиоида, с аппетитом лопали специально выращенную для них разновидность рыбы и умными глазами смотрели на ученых, которые радовались, как дети. Еще бы! Человек впервые создал подобное себе разумное существо, есть чем гордиться. Но…

- Но что-то пошло не так?

- Разумеется. Первым неладное заметил профессор. Оба существа начали стремительно набирать вес. Это поставило всех в тупик - калорийность питания была точно рассчитана, а оба красавца толстели на глазах, как стерилизованные коты. Никто ничего не мог понять, пока как-то ночью один из лаборантов не попался с полным мешком рыбы из хранилища. Оказалось, что оба дежурных по ночам подкармливают…

- Какие молодцы! - Ухмыльнулся Южнов, - повезло вашим… питомцам с персоналом. Душевные ребята, не дадут сдохнуть с голоду зверюшкам.

- Самое интересное, что лаборанты как под копирку говорили то же самое. Что им жалко существ, которые хотят кушать… Взрослые люди, которые, заметьте, сами рассчитывали объем рациона. Странно, да?

- Не знаю, - Георгий задумчиво почесал голову, - я, кажется, уже догадываюсь, что к чему. Но вы все равно рассказывайте.

- Лаборантов перевели на дневные дежурства и ограничили доступ в хранилище, а через неделю с мешком рыбы попалась новая ночная смена. Андерсен разумно счел, что два сентиментальных полудурка еще укладываются в теорию вероятности, а четыре - уже нет. Профессор не был бы профессором, если бы не умел сопоставлять вроде бы не связанные между собой факты. Он заказал в отделе аналитики сводку еженедельных психологических отчетов.

- Чего-чего?

- Ну что вы, как маленький. Это же ученые! Они как дети, только, пожалуй, еще хуже. Чем талантливее человек, тем он менее терпим к окружающим, увы. А теперь представьте себе, что у вас сотня таких вот гениев. Отвернешься на минуту - математики уже передрались из-за знака в уравнении, химики кидаются колбами в физиков, а биологи самозабвенно метелятся с кибернетиками. Поэтому пришлось разбавить наших гениев целым штатом психологов, под видом лаборантов и другого вспомогательного персонала. От психологов много не надо - лишь бы пробирки слишком часто не били и оборудование не ломали, зато ученые под постоянным присмотром, работа кипит, все счастливы и не бьют друг другу морду... В общем, профессор заполучил распечатку, вчитался… и запросил машинный анализ индекса психологической совместимости за последний год.

- Индекс психологической совместимости? Интересные, должно быть, цифры.

- Еще какие. ИПС считается по десятибалльной шкале, чем выше - тем спокойнее и дружественнее атмосфера. Если ниже трех - повод задуматься, кто из сотрудников мутит воду. Два и ниже - требуются срочные меры, иначе быть беде. Для руководителей подразделений это хороший повод хвастаться друг перед другом, у кого цифры выше. Лидером всегда был Джексон, да-да, тот самый, отдел прикладных разработок. Удивляться нечему, у него все немного… того. Как и он сам. Индекс у них обычно около восьми, а самый низкий - четыре, у физиков из отдела теории поля. Что тоже объяснимо - полнейшие, извините, отморозки, с марсианами легче найти общий язык, чем с ними. Так вот, лаборатория проекта “биодом” выдала рекордные девять с половиной! Причем цифры пошли вверх после “пробуждения” ихтиоидов, до этого индекс гулял около четырех.

- Не показатель, - помотал головой Георгий, - серьезный успех…

- Действует на коллектив сплочающе, - Уильям кивнул, - тогда в дело пошли графики психостатистических отклонений. Давайте поясню. Допустим, вы ежедневно чистите зубы и за завтраком держите ложку в правой руке, это ваше нормальное поведение. Но в один прекрасный день вы забыли почистить зубы. Это уже отклонение, а если вы еще вдобавок схватите ложку левой рукой - психолог это заметит и сделает соответствующую пометку для дальнейшего анализа. Если вы продолжите каждое утро есть левой рукой и с нечищенными зубами - это уже повод задуматься, что с вами происходит. А через месяц такое поведение уже будет считаться нормой, и отклонением станет считаться возврат к гигиене и ложке в правой руке. Это же касается напряженных отношений между учеными, причем работает в обе стороны - любое изменение взаимоотношений в коллективе будет отмечено. График обычно выглядит как хаотическая кривая на уровне двух-трех, с периодическими пиками до восьми. Пики - это кратковременные отклонения от привычных паттернов поведения, они обычно укладываются в среднюю погрешность. А если пик заканчивается пологой кривой спада - это уже долговременная смена поведения, например два друга неожиданно поругались и не разговаривают. Я еще не совсем вас запутал?

- И не надейтесь, - Южнов ухмыльнулся и плеснул из бутылки в бокалы, - надо думать, что на графике было что-то необычное?

- Это еще слабо сказано, - покачал головой преподобный, - начиная с момента пробуждения подопытных, график поведенческих отклонений среди сотрудников лаборатории подскочил до девяти и не думал падать. При том, что остальные графики не изменились.

- Это что же получается? - Задумался Георгий, - персонал лаборатории начал массово менять привычки?

- Выходит, что так. Я и сам заметил, что отношения между учеными сильно изменились в лучшую сторону. Все стали как-то спокойнее, собранее, про конфликты я даже не говорю. Можно сказать, что все единодушно загорелись реализацией проекта и начали проявлять недюжинное единомыслие, при этом привычная драка за первенство открытий как-то незаметно отошла на второй план. А несколько особо непримиримых деятелей перевелись на другие направления. Такие дела.

- И вы считаете, что этому коммунизму вы обязаны вашим творениям?

- Других вариантов нет, - Уильям почесал бороду, - совершенно случайно нам удалось создать мозг с невероятно сильным эмпатическим потенциалом. Ихтиоиды тонко чувствуют окружающий эмоциональный фон и по мере возможности стараются исключить из него особо диссонирующие ноты, просто для собственного комфорта. Профессор долго собирался с силами, чтобы озвучить эту новость. Переживал, что люди поведут себя непредсказуемо. Кому понравится, когда в его мыслях кто-то копается? А ученые удивленно на него посмотрели и спросили “ну и что”?

- Вот даже как, - Южнов задумался, - получается, что ребята по достоинству оценили такую… как бы сказать… фоновую психотерапию?

- В точку! Им действительно стало намного комфортнее. Они перестали по ночам думать о какой-то ерунде, отношения с коллегами стали более доверительными… Специалисты за это, между прочим, кучу денег берут. И не гарантируют результат, а тут… В общем, встал вопрос, что же делать с неожиданным открытием. Напомню, что в исходные планы проекта эмпатический функционал не входил.

- Я, если честно, пока еще не до конца понимаю назначение этого… проекта, - признался Георгий, - вряд ли такие масштабные разработки проводились исключительно ради научного интереса. Должно быть и прикладное применение.

- Разумеется, оно было. Мы нашли планету с богатейшими залежами радиоактивных элементов, да еще и с азотно-кислородной атмосферой.

- Уран…

- Верно. Нам позарез была нужна энергия. Много энергии. А добывать его оказалось крайне сложно и затратно, планета представляла из себя сплошной безжизненный океан. Вот для этого-то “биодом” и создавался - мы решили создать свою жизнь на отдельно взятой планете. Более того - мы не просто обезопасили наши творения от радиации, мы привязали к ионизирующему излучению репродуктивные механизмы ихтиоидов. Планировалось, что роботы-шахтеры будут вести разработку, грузить руду на транспорты, а ихтиоиды оказывают всяческую помощь операторам и присматривают за порядком, так сказать. И тут эмпатические способности оказались весьма к месту - зачем придумывать какие-то дополнительные охранные системы, если каждый человек фактически носит в голове маяк “свой-чужой”? Любую систему охраны можно обойти, но самого себя вам не обмануть. Идеальная система распознавания.

- И что, вам удалось?..

- Как по нотам. Забавно то, что в первый раз я попал на эту планету совершенно случайно, не владея никакой информацией. Добыча руды уже была свернута, шахты законсервированы, а биосфера почти закончила входить в стазис. А к разработке проекта я подключился гораздо позже. Переносы во времени вносят в жизнь определенный момент парадоксальности, как считаете?

- Ну, с ваших слов все как-то подозрительно просто.

- Для вас, между прочим, стараюсь. Берегу вашу голову от очередного информационного шока. Могли бы и “спасибо” сказать.

- Не отвлекайтесь, - попросил Южнов, в качестве благодарности подлив преподобному самогона, - вы начинали рассказывать про экран. Я не совсем понимаю, зачем он понадобился. По вашим словам все было лучше не придумаешь.

- Пси-экран, - вздохнул преподобный, - был вынужденной мерой. Понимаете, разум ихтиоидов оказался очень близок разуму дельфина. Доброжелательность, любопытство… В общем, в один прекрасный день нашим подопечным стало скучно в аквариуме, и они захотели поиграть…

- О, господи, - вздохнул Южнов, - ну и чем эти игры закончились? Много народу утонуло?

- По счастью, все остались живы. Одного мы вовремя успели вытащить из аквариума, он даже особо воды-то не нахлебался. Второго поймали на технологическом мостике, когда он примерялся, как ловчее прыгнуть в воду. Понятно, что ихтиоиды не хотели причинить кому-то вред, но нужно было что-то с этим делать. В результате придумали то самое устройство, оно, если так можно выразиться, сбивает частоту приемника. Использование пси-экрана при работе в лаборатории стало обязательным. Поэтому сам факт существования такого устройства для меня не новость. И даже то, что видоизмененная вакцина активирует эмпатические способности мозга, меня не сильно удивляет. Новость для меня заключается в том, что Иосиф исхитрился вмонтировать экран в ваш имплант. Он что, догадывался о чем-то? Потом поставьте ему бутылку, он заслужил.

- Обязательно, - кивнул Георгий, - Но сейчас меня заботит другое. Тот, кто перенастроил вашу “машину времени” и изменил дату отправки спутника, наверняка знал о возможном функционале видоизмененной вакцины.

- Что? - Уильям ошарашенно уставился на Георгия, - вы что, считаете…

- Слишком уж складно все получается, - отмахнулся Южнов, - не верю я в такие совпадения.

- Это уже, пожалуй, чересчур, - Уильям покачал головой, - слишком все сложно. И немного несвоевременно. Прежде чем открывать “охоту на ведьм”, нужно разобраться с локальными последствиями. Вы еще не поняли, что здесь происходит?

- Я особо еще не задумывался, - признался Южнов. - А раз мы заговорили об имплантах, что означает “сбой бионакопителя”? Эта вакцина что-то наделала с моими…

- Я, признаться, и забыл совсем, - виновато признался Уильям, - но не беда.

Преподобный немного покопался в сумке и надел на правую руку потертую полуперчатку. Перевернул руку ладонью вверх, пошевелил пальцами - из центра ладони выскочили несколько серебристых нитей с огоньками на концах. Нити слегка извивались, как будто искали что-то. Уильям согнул пальцы - нити втянулись обратно. Южнов молча хлопал глазами.

- Полевой ремонтно-диагностический инструмент, - пояснил Уильям, - для работы с имплантами. Кто придумал дизайн, я думаю, пояснять не требуется. Раздевайтесь до пояса и ложитесь, сейчас поглядим, что там с вами случилось. И не переживайте, больно не будет. Я какой-никакой, а все-таки доктор.

Южнов разделся и вытянулся на меховых шкурах. Уильям, примерившись, прижал руку в перчатке к груди пациента и сосредоточенно прикрыл глаза. Больно действительно не было - Георгий ощущал легкое покалывание и приятное тепло.

- Занятно, - через несколько минут изрек преподобный, стаскивая перчатку с руки.

- Что, сразу в морг? - съязвил Южнов.

- С этим, пожалуй, повременим, - Уильям почесал бороду, внимательно разглядываю Георгия, - а вот изображать из себя мага вам теперь придется очень осторожно. Видите ли, как бы вам сказать… В общем, имплант теперь подключен напрямую к ресурсам вашего организма. Первый раз такое вижу.

- Что это значит?

- Это значит, что шутки кончились! - Рявкнул преподобный, - ограничитель больше не работает. Израсходуете энергии больше, чем нужно - заплатите собственными силами. При желании можете одним ударом разнести по кирпичику храм ордена, а сами загнетесь от истощения, так понятно?

- Ничего себе, - пробормотал Южнов, - а как же тогда…

- Ваши приятели-тамплиеры? Им это не грозит. Ярмарочные фокусы с перемещением предметов - не более чем побочный эффект, вроде гудения трансформатора. Вроде и работает, а ничего к нему не подключено. В отличие от вас. Будьте осторожнее.

- Постараюсь…

- Уж будьте любезны. - Уильям мрачно посмотрел в окно, - с мелкими проблемами мы худо-бедно разобрались. Осталась большая. Как думаете, сколько человек тамплиеры угостили вакциной?

- Я точно знаю троих. Сам магистр и еще парочка рыцарей. Мне другое непонятно, я же несколько раз общался с Жераром, и никаких посторонних мыслей у себя в голове не замечал. Началось все только тогда, когда я сам выпил этой дряни. Получается, что внушить что-то обычному человеку невозможно?

- Получается, что так. Вакцина не меняет структуру мозга, а просто усиливает эмпатический потенциал. Как бы настраивает мозг на определенную волну.

- Ну тогда я не понимаю, с чего вы так всполошились. Магистр держит под контролем нескольких человек, всем попало из “святого грааля” не наливают, само существование находки держится в строжайшей тайне. Что, если немного подождать? Тамплиеров перебьют, а мы под шумок…

- Если бы все оказалось так просто, - Уильям горько вздохнул, - вы же сами говорили о заговоре, помните? К этому добавляем странное, можно сказать, атипичное поведение магистра и приобретенные ментальные возможности. Вы сами нащупали обе ниточки творящегося здесь, а связать их вместе не догадались. Ну же, сделайте последние выводы!

- Не понимаю, каким образом тут оказался замешан Раймунд. Заговор - его рук дело, ему сам бог велел, но тамплиеры… Магистр действует под внушением графа Триполи? Не верю. Жерар его терпеть не может и на пушечный выстрел не подпустит к своей любимой игрушке.

- Подпустит. Еще как подпустит, - Уильям хмыкнул, - как вы думаете, с чего это магистр решил приобщить к самому охраняемому секрету неизвестного, непредсказуемого и весьма опасного человека? Я вас имею в виду. Лапшу про “награду за честность” можете оставить при себе, лучше припомните основной посыл прерванного экраном внушения.

- Подчинить. Взять под контроль… - Южнов осекся и растерянно уставился на преподобного. - Вы серьезно?

- Боюсь, что да, - развел руками Уильям, - де Ридфор, убедившись, что его влияние на умы братьев непоколебимо, решил прижать к ногтю Раймунда. Только его самоуверенность сыграла с ним злую шутку и случилось ровно наоборот - теперь Раймунд вертит великим магистром как пожелает, а Жерар этого даже не осознает.

- Это уже какой-то “Властелин колец” получается, - пробормотал Южнов, извлекая из мешка вторую бутылку. Уильям одобрительно хмыкнул, - поединок воли, надо же.

- Согласен, напоминает историю с палантирами. Только вот незадача, дать магистру по голове и отобрать опасную игрушку мы не можем.

- Антидот…

- Откуда? - Уильям поморщился, - кто знал-то? А ведь эти политические игры - это так, ерунда. Самое скверное в другом. Раймунд, чтобы втянуть в этот балаган Салах-ад-Дина, должен был пообещать ему что-то очень серьезное. Догадываетесь, что?

- Вот зараза! - вытаращился на преподобного Южнов. - Если Жерар действительно напоил Раймунда вакциной, то граф должен знать все - где прячут капсулу, как запустить репликацию нанитов… Если вакцина попадет в руки Саладину…

- Я даже представить себе боюсь, что он может натворить, - кивнул Уильям, - это наши тамплиеры держат игрушку в тайне. А если Саладин объявит вакцину “даром Аллаха” и потребует всеобщего “приобщения”? А кто отказывается - тот враг со всеми вытекающими… Через годик тут не продохнуть будет от жаждущих принять ислам. Что скажете?

- Как по-арабски “коллектив”? - невесело усмехнулся Южнов.

- Без понятия, - развел руками Уильям, - при чем тут?.. А, вспомнил. Наш шутник Джексон веселился по этому поводу, я не вникал.

- И не надо. Шутка такая себе, извините. - Георгий почесал голову. - Да, натворили вы дел. Веревочка-то совсем короткая, до петли совсем немного осталось… Что делать-то будем? И надо ли вообще?..

- Не понял.

- Вы же сами говорили про эластичность прошлого, верно? В средневековой истории массового зомбирования населения не зафиксировано? Значит, Раймунд не выдаст Саладину секрет вакцины или тот не захочет ей воспользоваться. Или вмешается какой-то неизвестный фактор, не знаю…

- Саладин вакцину не получит, это верно. А “неизвестным фактором” - будем мы с вами. Остатки вакцины должны быть уничтожены. Скверная ситуация вышла, примите мои извинения, но нейтрализовать возможные отклонения истории, увы, придется.

- Что мне от ваших извинений, - буркнул Южнов. - Я-то, наивный, уже решил, что уже все. А оказывается…

- Выходит, что не все, - в очередной раз развел руками Уильям, - вы были в подземельях под храмом, для тамплиеров вы почти свой… Это я еще не говорю про ваши умения. Я тоже кое-что умею, так что мы имеем весьма неплохие шансы.

- Что-то сомнительно. Магистр неспроста выгнал меня с глаз долой из Иерусалима. Да и этот рескрипт… Он уверены, что он поддельный?

- Не знаю, - честно признался Уильям, - если он подлинный, то магистр отправил курьера сразу же после неудачного “посвящения”, но дата стоит на два дня позже. Приказы маршалам замковых гарнизонов у вас с собой? Давайте поглядим.

Южнов, покопавшись в мешке, передал преподобному кожаный тубус.

- Странно, - пожал плечами Уильям, пробежав глазами строчки, - обычные распоряжения. Видимо, Жерар не торопится избавляться от столь необычного человека. Может быть, решил подождать? В любом случае, кричать на каждом углу об этом не станут, а это нам только на руку.

- Я уже понял, что каникулы отменяются, - Георгий от души приложился к бокалу. - Есть мысли, как будем действовать?

- Завтра отправляемся в Иерусалим. Обоснуемся в монастыре Иоаннитов, нас не посмеют не пустить. Разведаем обстановку, а дальше… по обстоятельствам.

- А что будет с вашим… “виртуальным шпионом”? - Южнов вспомнил незадачливого Ролло, - Оставите здесь?

- Мне совершенно наплевать, что с ним будет, - отрезал Уильям, поморщившись, - Пусть радуется, что еще жив. Посидит месяц вместе с Якубом, подумает… А потом пускай с солдатами Саладина договаривается, нас здесь уже не будет. - Преподобный допил остатки виски и, широко зевнув, покосился на дверь. - Хватит на сегодня разговоров… и пьянства тоже, пожалуй, достаточно. Марш к себе, нам завтра с утра ехать.

Город производил тревожное впечатление. Холодный летний ветер гнал по безлюдным улицам пыль и легкий мусор. На дороге догорали несколько автомобилей, вокруг разбрелось где-то полсотни людей с сосредоточенно-отсутствующими лицами. Пустые, ничего не выражающие глаза производили отталкивающее впечатление. Каждый был занят делом - один заканчивал выводить на стене здания корявую надпись “Мы здесь власть”, трое без особого энтузиазма кидали камни в висящий на здании вокзала плазменный экран. Судя по разбитым стеклам вокруг, с прицелом у них было неважно. На газоне неподалеку двое отрешенно совокуплялись, не обращая никакого внимания на окружающих, в том числе и друг на друга.

- Соблюдайте режим самоизоляции! - Вещал из изрядно побитого экрана седовласый врач. Белоснежные усы и бородка делали его похожим на доктора Айболита. На заднем плане строем шли молотки, загнутые клювы были стилизованы под маски чумных докторов, - избегайте мест массового скопления людей! При появлении первых симптомов заболевания немедленно проследуйте в ближайший медицинский центр и выполняйте распоряжения…

Изображение пошло помехами и погасло. Машинально бросив еще пару камней, троица безэмоционально разбрелась в разные стороны.

Южнов прислушался. В воздухе нарастал незнакомый тяжелый гул, внезапно потемнело. Георгий поднял глаза и остолбенел. В разрывах облаков плыла тень огромного корабля странной треугольной формы, небо вспыхивало огненными росчерками сбрасываемых десантных капсул. Несколько со свистом прошли над головой, взревели тормозные двигатели. Еще звено прошло в стороне. Грохот закладывал уши, земля дрожала не переставая. Одна капсула, заложив вираж, пошла на посадку прямо на площадь. Непонятно, что произошло - или стабилизатор аппарата задел мачту связи на крыше здания, или тормозной двигатель дал сбой, но капсулу закрутило в воздухе и потерявший управление аппарат с грохотом врезался в землю, разбросав вокруг перемешанные с каменной крошкой горячие металлические обломки. Через несколько секунд с хлопком отстрелился гермолюк и из покореженной машины выпал человек в мешковатом скафандре. Толпа на площади замерла.

- Да свершится воля твоя! - Раздался громкий хриплый голос. - Ибо сказано, что они стали подобны тем демонам, которые существуют во плоти, но в которых нет света!

На постамент памятника забрался человек с мегафоном. Усиленный голос эхом гулял по площади и действовал на нервы. Толпа нерешительно двинулась вперед.

Десантник в скафандре застонал, попытался встать и упал на колени.

- Горе нам! Ибо далека наша обитель и бродим мы по пристанищу хаоса!

На лице кричащего красовалась кривая ухмылка, больше напоминающая оскал. Глаза горели таким безумием, что Южнову стало не по себе. Толпа приближалась.

- Куда это вы? - произнес сзади голос с металлическим оттенком. Рука Южнова против воли потянулась назад и выхватила из ножен клинок.

- Куда вы уставились? - в металлическом голосе послышались сварливые нотки. Южнов с изумлением понял, что говорит меч. - Да, я могу разговаривать. И что?

- Раньше ты не говорил, - подозрительно разглядывая оружие, заметил Георгий.

- Пришло время, - несколько туманно пояснил меч. - Вперед!

- Куда “вперед”? - Южнов понял, что не может разжать пальцы на рукояти. Меч выпустил несколько струн, намертво приковавших оружие к руке и решительно потянул Георгия наперерез приближающейся толпе. - Что ты творишь?

- Веду вас совершать подвиг, - пояснил меч.

- Но кто это? Еще одна мятущаяся душа? - Безумец с мегафоном прожег Южнова взглядом, - Наконец-то мы встретились, брат! Думаю, ты уже знаком с моей паствой!

Толпа качнулась вперед.

- Надо продержаться, - выдохнул десантник и загнал в винтовку обойму ампул. Оружие с шипением защелкало, несколько человек в толпе закачались и тяжело осели на землю. - Вакцины мало, я вызвал подкрепление…

Толпа приближалась. Полетели первые камни.

- Герои не храбрее всех остальных, - объявил из неожиданно включившегося экрана преподобный Уильям. - Просто их храбрость длится на пять минут дольше…

- Сюда, брат! Подойди ближе! - хрипло захохотал за спинами толпы безумный “проповедник”. - Ты расшевелил ад!

- Надо продержаться, - как мантру, повторил десантник и выпустил еще одну очередь, - надо продержаться…

Южнов взмахнул мечом и отработанным движением отсек тянущуюся руку. Человек с пустыми глазами, не замечая хлещущей из обрубка крови, сделал еще несколько шагов и упал. Толпа напирала.

- Не обязательно тратить патроны там, где можно обойтись обычной поножовщиной, - объявил меч и потащил Георгия вперед.

Вертясь, рубя налево и направо, Южнов заметил бегущих на помощь десантников. Слишком далеко... В левое плечо попал камень, рука онемела.

- Знаете, чем отличается простой герой от супергероя? - поинтересовался меч и неожиданно изменил траекторию. Из рассеченной шеи вверх ударил целый фонтан крови. - Спецэффектами!

Георгий рубился уже посредине толпы, пытаясь добраться до безумца с мегафоном. Где-то далеко сзади послышалось шипение пневматических автоматов - обещанное подкрепление вступило в бой. В спину угодил еще один камень, Южнов поскользнулся в луже крови и пропустил удар сзади.

- Было приятно с вами работать, Георгий Дмитриевич, - с неуместным пафосом известил меч. - Сожалею, но вас сейчас убьют.

- Как спалось? - Ехидно поинтересовался Уильям у появившегося в воротах конюшни мрачного Южнова. - Какое кино сегодня показывали?

- Тьфу на вас, - проворчал Георгий, пристраивая на лошади сумку, - еще издеваетесь. Очередной бред на тему эпидемии, зомби-апокалипсиса… И говорящий меч с замашками маньяка-убийцы, как вам?

- А про меч поподробнее, - Уильям жестом выгнал заглядывающего в конюшню Танкреда. Телохранитель преподобного сделал вид, что ничего не слышал, подмигнул Южнову и ретировался.

- Вспомнить бы еще… - Георгий почесал голову, - он вроде как приклеился к руке и крошил несчастных зомби в капусту, разбавляя процесс идиотскими фразами.

- Вы точно подружитесь с Джексоном, - вздохнул преподобный, - даже образ мысли у вас похож, одинаково дурной. И книжки вы читали одни и те же, судя по всему…

- Не понял. Вы что, хотите сказать…

- Он с идеей “волшебного меча” носился как ненормальный. До чего додумался - встроить в меч энграмму средневекового героя, добавить гравитатор для корректировки траектории - вот вам волшебное оружие! Откуда вы оба этого бреда нахватались, ума не приложу.

- Вы же сами сказали - книжки, - пожал плечами Георгий, - Хорошая идея для сатирического фэнтези, не находите? У одного автора меч даже храпел ночью… Подождите, так он что, реализовал?..

- Ничего он не реализовал, - отрезал Уильям, - и хорошо, что не реализовал. Только летающих разумных мечей с интеллектом серийного убийцы нам не хватало. Профессор, когда услышал восторженные идеи своего подопечного, сбледнул с лица и пригрозил, что в следующий раз разобьет об его голову свой любимый амперметр. - Преподобный заметил озадаченное лицо Южнова и ухмыльнулся, - Андерсен самолично выковырял его из контрольного щита электростанции, им по каким-то причинам побрезговали. Теперь он его держит в личном кабинете, как талисман. Полирует стекло, пыль протирает… Если вы не поняли, эта монументальная конструкция весит килограмм двадцать, не меньше. Умели же раньше делать приборы… Брат Танкред! - Уильям выглянул наружу, - ступайте сюда, мы уже закончили секретничать. А, да, чуть не забыл. Где ваш медальон? Танкред, вспомни, что там рассказывал Якуб? Куда нужно спрятать найденные документы? Сделай одолжение, засунь эту штуку куда-нибудь поглубже.

- А зачем? - поинтересовался Георгий, отдавая телохранителю медальон. - Он же пустой.

- Не совсем пустой, - покачал головой преподобный, - ваша биометрия цела и невредима. Как вы думаете, для чего Вайдингер брал у вас образцы клеток? Они выкопали устройство и сравнили ваши данные с информацией, записанной внутри.

- Э-эээ, - Южнов озадаченно почесал голову, - это что же получается? Что меня отправили сюда потому, что отправили сюда? Бред какой.

- Обычное петлевое замыкание, - преподобный пожал плечами, - когда начинаешь играть со временем, такие казусы возникают на каждом шагу. Не забивайте голову.

- Ничего себе “не забивайте голову”! А откуда взялся это медальон? Если они выкопали его и надели мне на шею, то он взялся из ниоткуда? А если он уже был у них, то получается, в определенный момент их было два? Один новенький, а второй…

- Повторяю, не забивайте себе этим голову, - отрезал Уильям, - если вам это так интересно, поговорите потом с профессором, может быть вам удасться понять хоть что-нибудь из его слов. Мне, если что, это не удалось... Все получилось? - поинтересовался Уильям у вернувшегося Танкреда. Тот молча кивнул. - Вот и замечательно. Не будем терять времени, его у нас не так много.

Глава 13

- Брат Уильям, я в растерянности, - брат Патрик, настоятель монастыря святого Иоанна отложил документ и недоуменно уставился на гостей. - Признаться, я не совсем понимаю, какую помощь вы ждете от меня. Близится война…

- В первую очередь - ночлег, - благодушно пояснил Уильям. - долг обязывает нас задержаться в Святом городе. Ночлег, еда…

- Я понимаю, - брат Патрик покосился на буллу, врученную Уильямом, - но, позвольте спросить, почему…

- Да-да? - Уильям был сама вежливость.

- Э-ээээ… - Настоятель покосился на Южнова и Танкреда, скромно пристроившихся в углу.

- Это мои доверенные лица, - отрезал Уильям. - Братья-миряне Танкред и Геральт…

- Геральт? - Брат Патрик резко выпрямился и уставился на Южнова. Тот со скромным лицом рассматривал паутину на потолке. - Брат Уильям, я слышал про этого человека!

- И что же вы слышали, брат Патрик? - заинтересовался преподобный.

- Он замешан в очень странной и противоречивой истории с королевой, - понизив голос, начал ябедничать настоятель, - ходили слухи, что он практикует запрещенное волшебство! Дело требовало самого тщательного расследования, но вмешался орден Храма…

Уильям покосился на Южнова и приехиднейше ухмыльнулся, тот в ответ горько вздохнул и уставился в окно.

- На следующий день его видели уже в облачении братьев ордена! - Настоятеля понесло, - а сейчас он в мирском! Брат Уильям, отношения между нашими орденами и без того… непростые! И вы просите разместить здесь дезертира из ордена Храма, еще и чернокнижника!

- Ну-ну, брат Патрик, - укоризненно покачал головой преподобный, - разве вы не исключаете возможности досадного совпадения?

- Мне описывали этого человека. Несмотря на возможные ошибки, все описания сходились в одном - он носит меч за спиной! - Настоятель обличающе вытянул вперед костлявый палец, - И я сомневаюсь, что по Иерусалиму сейчас гуляют два разных человека с такой манерой носить оружие и по имени Геральт!

Южнов снова вздохнул и демонстративно поправил перевязь с оружием.

- Сейчас выгонит, - вполголоса пробормотал Танкред.

- Не выгонит, - так же тихо ответил Южнов. - Ты глянь на лицо преподобного, ох сейчас он ему задаст… Не завидую я бедолаге.

- Ваша наблюдательность делает вам честь, брат Патрик, - с улыбкой сытого удава похвалил настоятеля Уильям. - Весьма досадно, что при этом вы упускаете из вида несколько чрезвычайно важных деталей…

- Поэтому, я смею просить вас немедленно покинуть… - Настоятель осекся. - А? Каких деталей?

- Позвольте напомнить вам, что брат Геральт - мое доверенное лицо. А значит, все его действия одобрены мной и совершаются во благо Господа и святой церкви! Более того, обвинение в колдовстве я снимаю по причине недоказанности. А в этих делах, уж простите, я немного разбираюсь.

- Но я…

- А вы очень близки к обвинению в лжесвидетельстве. Желаете продолжать?

- Колдовство не может совершаться во благо Всевышнего, - предпринял отчаянную попытку настоятель, - ибо всякий, кто делает его, ненавистен Господу…

- Здесь я решаю, кто кому ненавистен! - Под взглядом преподобного несчастный Патрик сдулся, как воздушный шарик, - Принимая во внимание ваши возражения, настаивать не стану. Но вы подсказали мне неплохую идею, брат Патрик. Я, пожалуй, воспользуюсь своими полномочиями и требую предоставить мне вооруженное сопровождение в количестве двухсот братьев ордена.

- Воору… - Настоятель нервно икнул и машинальным движением перекрестился, - Что? Сколько?

- Достаточно будет двухсот, - любезно повторил Уильям. - Завтра к утру.

- Но… - Патрик снова икнул, - орден Иоанна подчиняется только святому престолу!

- А это вторая важная деталь, которую вы упустили. Вас не затруднит взглянуть на буллу, которую вы держите в руках? Узнаете печать?

Южнов с Танкредом переглянулись и сочувственно покачали головами.

- Я не смогу, - чуть не плача, признался Патрик, - братья-воины мне не подчинены! А великий магистр…

- Скверно, - нехорошо прищурился Уильям, - весьма скверно, брат Патрик. Мало того, что вы бездоказательно бросаетесь обвинениями, опосредованно обвиняя меня в ереси и превышении полномочий, вы вдобавок отказываетесь выполнять требования лица при исполнении, тем самым идете против воли святой католической церкви. Вы вынуждаете меня провести полноценное расследование…

- Ну ничего себе, - выдохнул Танкред.

- Вот в Храме обрадуются, - протянул Южнов, - ересь в ордене конкурентов, не кот чихнул!

- Что-ооо? - Патрик вытаращился на Южнова глазами, полными ужаса. До него только сейчас начало доходить, куда может завести излишне длинный язык. Взгляд настоятеля стал отчаянно-умоляющим. - Брат Уильям, я впал в грех гордыни, смиренно прошу…

- Со своими грехами сами будете разбираться, - отрезал Уильям, - если, конечно, вы прислушаетесь к голосу разума. Нам требуется кров, еда и любая помощь по первому требованию. И, самое главное, - преподобный пригвоздил взглядом Патрика к креслу, - никаких разговоров! Забудьте, кто мы такие. Забудьте, как нас зовут. Мы просто трое паломников, это понятно?

- Покои вам выделят незамедлительно, - настоятель, несмотря на дрожь в коленках, ухитрился за секунду оказаться у двери. - Я отдам все необходимые распоряжения.

- Зачем вообще было упоминать, как меня зовут? - Поинтересовался Южнов. - Чуть не довели человека до инфаркта, а все так хорошо начиналось…

- Именно для этого, - ухмыльнулся Уильям. - Совершенно не нужно, чтобы каждое наше действие сопровождалось дюжиной любопытных носов и тысячей вопросов, верно? Зато теперь от нас будут шарахаться, как от прокаженных, а нам того и надо.

- Еще и денег сэкономили, - уважительно добавил Танкред, пряча обратно приготовленный мешочек с “пожертвованием”.

- Ступайте за мной, братья, - поклонился появившийся в дверях монах. Настоятель проводил их испуганным взглядом и вытер пот со лба.

- Слушайте, - озадаченно почесал голову Георгий, - а я ведь действительно дезертир. Как-то не подумал.

- Оно и видно, - усмехнулся Уильям, - зато подумал я. Пока вы спали, я пообщался с маршалом замка и разжился весьма полезной бумагой. Вы теперь брат-мирянин на службе Святого Престола, официально подчиняетесь лично мне, так что в разговоре с братом Патриком я не блефовал. А вы отлично мне подыграли, когда решили напомнить про тамплиеров. Он аж позеленел, - Уильям ухмыльнулся, - надеюсь, этот урок пойдет ему на пользу.

- Вот оно как, - Южнов переглянулся с Танкредом, - получается, мы теперь коллеги?

- Ага, - с довольным лицом потер руки преподобный. - Пойдемте, поглядим, на какие помещения расщедрился этот скряга. Полезная все-таки штука - дипломатия.

- Ну, братья-заговорщики, - преподобный откинулся на спинку кресла, - завтра нам предстоит веселый денек. Давайте все еще раз обдумаем.

Военный совет устроили в покоях Уильяма. Расторопные монахи, не дожидаясь распоряжений, натащили целую гору съестного, добавив несколько кувшинов с вином.

- Де Ридфор должен быть в Акке, - заметил Южнов, - по крайней мере говорил он именно так.

- Было бы очень кстати, - кивнул Уильям, - задача сама по себе несложная. Не привлекая внимания пробраться в катакомбы под Храмом, дальше… дальше понятно, и выбраться наружу.

- Действительно несложная, - ухмыльнулся Южнов. - Мне, пожалуй, нужно будет подготовиться.

- Подготовиться? - искренне удивился преподобный.

- Найти шапку-невидимку! - рявкнул Георгий, - и научиться проходить сквозь стены! Поможете?

- Не надо так буквально, - поморщился Уильям, - я не предлагаю брать штурмом Храм.

- Ну да, разумеется, - скептически заметил Южнов. - Всего лишь войти в главные двери, вежливо поздороваться… А чего это вы так на меня смотрите?

- Думаю, - глядя куда-то в пространство, пояснил Уильям. - Знаете, а ведь это неплохая идея. Вы же сами говорили, что вход в катакомбы находился где-то недалеко от вашей… гм… лаборатории, верно? К тому же, вы расстались с кастеляном на весьма позитивной ноте…

- Ну, спасибо, - Южнов встал и низко поклонился, - еще гениальные предложения будут?

- Я же не предлагаю с боем прорываться вниз, - поморщился преподобный, - это просто разведка. Сколько людей в храме, расположения постов, как охраняется вход…

- А вы, надо понимать, будете с нетерпением ждать меня здесь и объедаться?

- Мы, как вы изволили выразиться, попробуем пообщаться с его величеством, - вздохнул Уильям, - узнаем новости, все такое… Король не произвел на меня впечатления круглого идиота.

- Это если он еще здесь.

- Если он еще здесь…

- А я? - капризно поинтересовался молчавший до этого Танкред.

- Пойдешь со мной, - отмахнулся Уильям. - Значит, решили. Как закончим - встречаемся здесь, будем думать дальше. А теперь - отбой.

- М-да, - проворчал Уильям, передавая поводья подбежавшему конюху, - скверно как-то вышло.

На лице преподобного красовалось на редкость угрюмое выражение.

- Скверно, - повторил Уильям и покосился на Танкреда. Тот молча развел руками. - Ну ладно, пойдем… Чего еще?

- Брат Уильям, - Танкред нерешительно мялся на месте, - Что-то мне тревожно за брата Геральта. Может быть…

- Тревожно? - ухмыльнулся Уильям, - За Геральта? Танкред, дружище, переживать нужно не за него. Если что-то пойдет не так, переживать нужно будет за тамплиеров… Тааааак.

Во двор монастыря на взмыленном коне влетел Южнов, кубарем скатился с лошади и бросился к воротам, высматривая погоню.

- Что-то пошло не так, - мрачно кивнул Уильям. - Ну, чего у вас…

- А у вас как? - перебил Южнов, - у меня все плохо.

- У нас тоже, - пожаловался Танкред, - нас даже не впустили внутрь. Сказали…

- Сказали пойти прочь, - дрожащим от злости голосом закончил Уильям. - Как они смеют! Выгнать меня, как портового попрошайку… Я этого так не оставлю! Архиепископ…

- Не станет с вами разговаривать, - раздался знакомый голос, - не трудитесь. Не тратьте зря время.

Мужчины обернулись. Южнов с Танкредом упали на колено, преподобный поклонился. В дверях монастыря стояла Сибилла.

- Сегодня с утра произошло множество странных вещей, - продолжила королева, - господа, немедленно поднимитесь! Начну с того, что некий высокопоставленный священник потребовал аудиенции у короля, а мой благоверный заперся в своих покоях и трясется от страха. Я знаю только одного человека в рясе, которого Ги боится до икоты… Верно, отец Уильям?

- Гм, - преподобный смутился, - ну да, было дело… Мы немного поспорили…

- Несомненно, спор касался священного писания, - подсказала королева. - Это ваши дела, я предпочитаю в них не вникать. А через полчаса во дворец прибывает гонец из Храма и приказывает всем братьям незамедлительно прибыть в расположение ордена! Рыцари из моего эскорта, которые мозолят мне глаза уже несколько недель, прыгают на коней и оставляют несчастную женщину одну и беззащитную, как вам такое безобразие?

- Ну уж не совсем и беззащитную, - хмыкнул Южнов, заметив притаившихся в тени двора гвардейцев замковой стражи. Из дверей выглядывал знакомый Георгию усатый капитан.

- Охрана короля тоже покинула дворец! - королева проигнорировала замечание Южнова, - и мне стало любопытно, что же такое случилось в резиденции самого неприступного ордена Святой земли? Я решила съездить и посмотреть лично…

- И что же там? - наилюбезнейшим тоном поинтересовался Уильям, кинув на Южнова испеперяющий вгляд.

- О, там такой переполох! - Королева сделала круглые глаза. - Братья занимают круговую оборону. Похоже, они вооружили всех способных держать оружие.

Южнов старательно рассматривал собственные сапоги.

- Когда я приехала, они как раз пытались поставить на место входные ворота, - невозмутимо продолжила королева, - только вот дело, увы, не ладилось. Наверное, потому что вместе с воротами на земле лежал изрядный кусок стены…

- О, Господи, - простонал Уильям, хватаясь за голову. Танкред нервно хихикнул.

- В общем, я задумалась, где же стоит искать людей, которые за одно утро сумели учинить столько безобразий? - Королева ослепительно улыбнулась, - и смотрите, угадала!

- Не понимаю, о чем вы, - деревянным голосом пробормотал Уильям.

- О, я просто размышляю вслух! Кому-то позарез понадобилось попасть в цитадель ордена, и скорее всего он попытается это сделать вновь. Только это будет фатальной ошибкой - его ждут. Даже самому великому герою не выстоять против нескольких десятков арбалетчиков, у которых руки чешутся спустить тетиву.

- Болван! - прошипел Уильям по-русски.

- Сам не лучше, - огрызнулся Южнов. - Твоя была идея, кот ученый!

- Вы уже закончили обмениваться любезностями на своем таинственном языке, господа? - Ехидно осведомилась Сибилла, - тогда позвольте продолжить. Мне давно стоило бы догадаться, что вы одного поля ягоды. Надо же, ученый и герой из далекого мира… В сказках прекрасная принцесса дарит герою невероятно полезную вещь, которая помогает ему довести дело до счастливого финала. Здесь у меня сразу два героя, поэтому и подарка должно быть два, верно?

Мужчины молча поедали королеву глазами.

- Вот и хорошо, - кивнула Сибилла, - тогда слушайте внимательно. В Храм вас не пустят, это вы уже поняли. Но это не означает, что туда нет другого пути. Три года назад храмовники всерьез заинтересовались каменоломнями Иезекии к востоку от города. Они развили там бурную деятельность - что-то копали, вывозили какие-то каменные обломки… А потом по городу поползли слухи о найденном Святом Граале. Понимаете, о чем я?

- Пещера под Храмом соединяется с каменоломнями?

- Вполне возможно. Я ничего не знаю о пещерах под Храмом, но вряд ли братья от скуки решили поиграть в рудокопов. Проходы наверняка заложены, но кого это останавливало? К тому же существует еще один путь. От бассейнов Соломона к Иерусалиму идет старый римский водовод. Часть пути вода проходит под землей... Понимаю, это не ключи от сокровищницы и не заколдованное оружие, - Сибилла развела руками, - но я почему-то уверена, что находчивый человек непременно сумеет воспользоваться моими советами. А теперь… прощайте, герои. Не забывайте меня.

Королева решительным жестом подозвала стражу, забралась на коня и в сопровождении эскорта покинула двор монастыря. Южнов ждал, что Сибилла обернется на прощание, но этого не произошло.

- Дела… - Пробормотал Уильям и, покачав головой, направился к зданию. - Надо будет…

Южнов, не двигаясь с места, молча смотрел на преподобного. Во взгляде читалось изумление, смешанное с ехидством.

- Ну что вы встали столбом? - Проворчал Уильям и заметно покраснел.

Георгий не сдвинулся с места. Танкред недоуменно переводил взгляд с одного на другого.

- Ну, да, - сдался преподобный, - было дело…

- Рукоположенный священник, - с непередаваемым ехидством протянул Южнов, - где руки-то лежали? На шее? Или где пониже?

- А ты бы удержался? - огрызнулся Уильям. - Такая потрясающая женщина…

- Послушай святого отца и сделай все с другого конца, - парировал Южнов. - И ведь не стыдно…

- Отвали, а? - попросил изрядно смущенный преподобный, - Мало нам проблем, так еще ты мне будешь мораль читать… Нос не дорос.

- Вот мы и перешли на “ты”, - резюмировал Южнов, - никакой конспирации.

- Какая уж теперь конспирация, - вздохнул Уильям. - Пойдемте… братья. Думать будем.

Глава 14

- Да нечего особо рассказывать, - Южнов вздохнул, - брат Деклан поначалу даже обрадовался. Поболтали немного, он пожаловался мне на нелегкую жизнь, предложил купить бутылку моего же пойла… А я попросил ненадолго ключ от “лаборатории”. Этот сучий хвост даже ухом не повел. Покивал, попросил подождать пару минут… А вместо ключа вернулся с охраной. Пришлось импровизировать.

- Про твою “импровизацию” мы уже наслышаны, - хмыкнул Уильям, - не повезло братьям.

- Ничего я там особо и не натворил, - отмахнулся Южнов, - я больше старался напугать. Ну да, окна кастеляну придется заменить. Мебель тоже… А ворота - сами виноваты, нечего было их запирать. Кстати, - Южнов покопался в сумке и извлек внушительных размеров бутыль в оплетке, - вот. Военный трофей. Давайте выпьем, что ли…

- Ну ты даешь, - восхищенно покачал головой преподобный, - мало того, что разнес половину штаб-квартиры ордена, так еще и бутылку спер! А ты, брат Танкред, еще за него переживал.

- Принес бы ты бокалы, - предложил Южнов, - я же вижу, что тебя наш Уильям в черном теле держит.

Телохранитель, с трудом оторвав от Южнова недоверчиво-восхищенный взгляд, вышел за дверь.

- Я хотел спросить, - взгляд Георгия стал серьезным, - мы, конечно, сейчас в одной лодке, все такое… О чем при нем можно говорить? Насколько он в курсе наших дел?

- Свободно говори, что считаешь нужным, - отмахнулся Уильям, - он прекрасно отдает себе отчет, во что ввязывается. Мы боремся со злом - остальное неважно. Только о науке, будущем и откуда мы здесь взялись особо не распускай язык, не нужно ему этого знать. И все равно не поймет… Куда столько!? - преподобный отодвинул горлышко бутылки от подставленного Танкредом бокала. - Ты мне человека не спаивай! А ты, брат Танкред, поаккуратнее. Ты еще не знаешь, какая это отрава… А вот я знаю, мне можно и побольше.

- Это пьют? - Танкред недоверчиво принюхался к содержимому бокала, - ну и дрянь!

- А нам нравится, - отрезал Южнов, сделал большой глоток и довольно засопел, - здесь такое не делают.

- Ну ладно, - глядя на довольное лицо Уильяма, решился Танкред и сделал глоток. Из глаз телохранителя покатились слезы. - Ооооох!

- Поздравляю, - хмыкнул преподобный, - еще одного человека приобщили к пьянству.

- А я-то что? - Обиделся Южнов, - здесь все только этим и занимаются с утра до ночи!

- Господа, - откашлялся Танкред, - а нормального питья здесь нет?

Телохранитель схватил кувшин со слабым местным вином и громко забулькал. Южнов и Уильям наблюдали за ним с умилением родителей, чей ребенок первый раз попросился на горшок.

- Ладно, - вернул всех к реальности Южнов, - все это весело, но у нас здесь остались кое-какие дела.

- Верно подмечено, - хмыкнул преподобный. - Всего дел-то, проникнуть в самое охраняемое здание Палестины, сделать… гм… должное и вернуться обратно. Раз плюнуть.

- Отставить пораженческие разговоры, - ухмыльнулся Южнов, - придумаем что-нибудь.

- Каменоломни, - напомнил Танкред, - можно войти там.

- Неееет, - покачал головой Уильям. - Во-первых, мы не знаем, какой именно штрек идет к пещере. Во-вторых, проход наверняка заложен, только средневековых туристов-спелеологов тамплиерам не хватало. Предлагаешь разбивать все найденные кладки?

- Так это… - Танкред покосился на Георгия, - а если, как с воротами?

- Чтобы на грохот сбежались все тамплиеры? - Южнов усмехнулся, - интересная идея, но я против. Через каменоломни надо выходить. Тогда и пошуметь можно будет.

- Все равно опасно, - нахмурился Уильям. - Братья ордена далеко не дураки. Наверняка штольня охраняется.

- Большинство братьев отправлены в Акку, - задумался Южнов, - гарнизон ослаблен. А что, если убедить тамплиеров, что атака готовится с другой стороны?

- Это как? - опешил Танкред.

- Немного пошуметь на площади, - с невинным видом пояснил Южнов, - пару окон разбить… Они отправляют всех охранять вход, а мы в это время аккуратно выносим стену и…

- Интересная мысль, - кивнул Уильям, - только еще как-то надо попасть в пещеру под храмом.

- Даже если я сумею пробраться внутрь, вниз мне не попасть, - признался Георгий. - Там такие двери, любой банк обзавидуется. Вряд ли мне любезно одолжат ключи и уберут охрану. Королева что-то говорила про воду, а там действительно где-то рядом проходит канал, я слышал шум.

- Догадываюсь, о чем идет речь, - задумался Уильям, - я когда-то интересовался археологией, мне в руки попал преинтересный документ. Гора под храмом изрыта туннелями, их там целый лабиринт. И самое интересное, что попасть внутрь можно непосредственно с площади перед Храмом!

- Интересно, как ты себе это представляешь, - фыркнул Южнов. - Прикинемся работниками местного водоканала? Не проще начать там, где акведук идет по поверхности?

- Римляне, которые его строили, были очень экономными ребятами…

- Это ты к чему?

- К тому, что тебе не протиснуться в трубу меньше полуметра в диаметре, - отрезал Уильям. - По правде сказать, туннели под площадью тоже не очень очень широкие, чуть меньше метра… Ты же не страдаешь клаустрофобией?

- Я хорошо плаваю, - похвастался Танкред, - могу больше двух минут держаться под водой…

- Не зная, куда плыть? В полной темноте? - осведомился Южнов. - Знаешь, я тоже неплохо плаваю, но тут у нас шансы одинаковые. Их попросту нет.

- Но-но, - погрозил пальцем Уильям, - отставить, как ты изволил изящно выразиться, пораженческие разговоры! Выход есть всегда. Надо только как следует все продумать. Сделай одолжение…

- Да, мозги требуют регулярной смазки, - одобрил Южнов, наливая самогон. Танкред с сомнением покосился на бутылку, но все-таки протянул свой бокал. Уильям ухмыльнулся.

- Ну, ладно, - почесал голову Георгий, - допустим, мне удалось доплыть до пещеры. Я сжигаю остатки… - Южнов покосился на Танкреда, - …эликсира. А дальше? Как я найду выход?

- Тут сложностей не должно возникнуть, - отмахнулся Уильям, - выход найду я. Я умею делать… кое-что полезное, например видеть сквозь стены.

- У тебя рентген встроен? - изумился Южнов. - Подожди. Ты что, тоже собираешься нырять?..

- Ультразвук. И никуда я плыть не собираюсь, - ухмыльнулся преподобный, - обойдусь без водных процедур. Я к тебе телепортируюсь.

- Стоп! - Нахмурился Георгий, - Я, кажется, чего-то не понимаю. Если ты, оказывается, можешь по щелчку пальцев перенестись в любое место, то за каким бесом мы сейчас тут сидим и тратим время на пустую болтовню?

- Не в любое, - признался Уильям, - а только туда, где я уже был и сохранил в памяти импланта маркер. А в точку с неизвестными координатами - не выйдет. Поэтому ты, когда доберешься до пещеры, включишь маяк, - преподобный подбросил на ладони небольшой бронзовый медальон на цепочке, - а дальше уже, как говорится, дело техники. Находим выход, ты расчищаешь проход, и мы все весело и с песней убираемся отсюда куда подальше. Как вам такой план?

- Опасно, - покачал головой Танкред.

- И нереально, - добавил Южнов. - У меня неплохой опыт, но… Тут нужны жабры.

- Что-нибудь придумаем, - благодушно отмахнулся преподобный, - жаль, нас только трое.

- Надо будет наведаться в “Железный кулак”. Если Ланс еще там…

- Вот! - просиял Уильям, - мыслить нужно в позитивном направлении. Завтра сходим на разведку…

- И окажемся в темнице, - буркнул Танкред. - Просто за компанию с Геральтом.

- Ну положительно невозможно разговаривать, - расстроился Уильям.

- Это потому, что Танкред дельные вещи говорит?

- Это потому, что у меня в животе урчит так, что вас не слышно, - ухмыльнулся преподобный, - сейчас мы дружно встаем и идем в трапезную. Заодно свежие сплетни послушаем.

Трапезная странноприимного дома оказалась полупустой. Немногочисленные братья ордена не обращали на новоприбывших особого внимания. Южнов, уже потянувшийся ложкой к миске, немедленно получил под столом ощутимого пинка.

- Это все-таки монастырь, - негромко процедил преподобный, - молитва!

Южнов горестно закатил глаза и забормотал под нос заученные латинские строки.

- Тамплиеры совсем умом повредились, - жаловался собрату-монаху сидящий напротив пожилой иоаннит, - я сегодня имел неосторожность пройти мимо храма, так остановили и потребовали открыть лицо, как будто я нехристь какой!

- Так ведь сбежал кто-то, - флегматично пояснил второй монах, - ловят…

- Пусть ловят! А не выясняют, что у меня под рясой!

- Это где же, позвольте узнать, такое приключилось? - Вежливо поинтересовался Уильям.

- Около главных ворот, - буркнул монах, - мало нам бед, так теперь еще за версту обходи этих ненормальных!

- Они что же, площадь закрыли?

- С чего бы вдруг? - удивился “пострадавший”. - Они на площадь особо и не высовываются. Столпились у своего храма и таращатся оттуда, как сычи. Ну, может быть иногда патруль пройдет, так ему там ходить и положено.

- И то верно, - кивнул Уильям, - а близко к храму, значит…

- Лучше не ходите туда, - покачал головой обиженный монах, - эта братия точно с ума посходила! Двое с мечами, еще пятеро с арбалетами, чтоб у них тараканы в бородах завелись! А еще один стоял неподалеку и таааак смотрел… Как будто я в святую воду нужду справил, прости господи!

- А этот, который смотрел, как выглядел? - Поинтересовался Южнов.

- Да как все. Рожа зловредная, бородища лопатой… А, еще шрам через весь лоб…

- Онфруа, - резюмировал Георгий, - из свиты де Ридфора. Посвященный.

- Тааак, - протянул Уильям, - поправь меня, если я ошибаюсь. Ты говорил, что Жерар может чувствовать энергетическое поле?

- Ума не приложу, как он это делает. Наверняка и Онфруа тоже умеет что-то подобное.

- Стараются все предусмотреть. Фейсконтроль, теперь еще и сканер.

- Сканеру иногда полагается спать. Обычно… Южнов осекся и с отвисшей челюстью уставился куда-то за спину преподобного, - Это что за космонавт?!

Уильям обернулся и растерянно заморгал. По трапезной, сильно качаясь и периодически опираясь о стену, ковылял человек совершенно фантастического вида. Больше всего его костюм напоминал армейский комплект химической защиты, только с поправкой на средневековье. Комбинезон из черной вощеной ткани был укреплен целой системой кожаных ремней, на руках красовались перчатки не менее безумного вида. Венчал это произведение искусства шлем, формой напоминающий лежащую на боку тыкву, на затылке соединенную кожаной трубкой с мешковатым ранцем за спиной. В передней части шлема блестело круглое стекло.

- Ущипните меня, - ошарашенно пробормотал преподобный, - Танкред, ты тоже это видишь?

- Это брат Антоний, - с легким смешком пояснил сидящий напротив монах. - Можно сказать, наша местная достопримечательность. Очень уж он любит выпить… И, вот незадача, его назначили смотрителем винных погребов. Видимо, брат Патрик решил таким замысловатым образом укрепить его волю и дух…

- Оригинально, - фыркнул Уильям, - интересные у настоятеля способы укрепления силы воли.

- Обычно это работало, - вздохнул монах, - все дело в том, что впавшему в грех пьянства, особенно если он приложится к вверенным запасам, полагается епитимья - провинившийся чистит отхожее место. Мало кому после этого хочется повторить.

- Я, кажется, начинаю понимать, - ухмыльнулся Уильям, - желание выпить оказалось сильнее.

- Верно. Будучи пойманным в пятый раз, брат Антоний окончательно смирился с необходимостью… Ну, вы понимаете. И исхитрился изготовить себе вот такой вот костюм. Сделает свое дело, выдует кувшин вина и бултых в сточную канаву, через час уже чистый… почти. А настоятель, впечатленный его подходом, призадумался и махнул рукой. И ведь все довольны! Брат Антоний не просыхает, нужник, простите, всегда прибран... Только мне непонятно, что он тут делает. Ему строжайше запрещено появляться в трапезной в своем, гм, обмундировании.

- Весело у вас тут живется, - покачал головой преподобный и ехидно покосился на Южнова, - не то, что у тамплиеров… Ты чего?

На лице Георгия застыло задумчиво-отсутствующее выражение. Возникшая в голове идея попахивала откровенным безумием, но если ее реализовать…

- Он мне нужен! - Георгий попытался встать, чуть не опрокинув при этом стол, - остановите его!

Танкред, кошкой выскользнув из-за стола, в два прыжка настиг шатающегося брата Антония и ухватил за шиворот. Тот совершенно не реагировал на происходящее, вяло шевеля руками и ногами.

- Понятно, почему его не пускают в общественные места, - проворчал Южнов, зажимая нос. От костюма исходил такой изумительный запах, что начинали слезиться глаза. - Он нас вообще слышит?

Георгий расстегнул несколько пряжек, снял с пленника шлем и брезгливо вытер руки об штаны. Под шлемом обнаружился лысеющий человечек средних лет, напоминающий актера Луи де Фюнеса. На лице, украшенном крючковатым носом, блуждала отсутствующе-мечтательная улыбка. Каким-то непостижимым образом левый глаз смотрел на Южнова, а правый - на подошедшего Уильяма. Запах перегара был просто чудовищным.

- В дрезину, - констатировал Южнов, брезгливо морщась. - эй, чучело, ты меня слышишь?

Брат Антоний в ответ громко икнул, продолжая с идиотской улыбкой смотреть куда-то в пространство.

- Боюсь, мы от него ничего не добьемся, - вздохнул Уильям. - любопытно, чем он так исхитрился нализаться.

- Кто ищет, тот всегда найдет, - проворчал Южнов, обходя монаха и рассматривая конструкцию костюма, - мне другое интересно… - Георгий распустил завязки на мешке за спиной и начал шарить внутри, - ага, я так и думал. Тут у нас мешок для воздуха, а это что такое?

Южнов засунул руку на самое дно и, порывшись, выудил из мешка поразительно знакомую бутылку.

- Похоже, алкобизнес у кастеляна процветает, - ухмыльнулся преподобный. - Теперь понятно, с чего наш средневековый водолаз так уделался. Только нам от этого, увы, не легче.

- А что вас интересует? - поинтересовался из-за стола общительный монах. - Надеюсь, вы не собираетесь реквизировать у бедолаги Антония его костюм? Он обошелся ему недешево.

- Не собираемся, - успокоил его Южнов, - вот был бы брат Антоний чуть повыше и чуть пошире в плечах…

- Опять ему повезло, - флегматично резюмировал второй монах.

- Придется ждать, пока он придет в себя, - мрачно заметил Георгий. - Нужно узнать, какой мастер…

- Вам нужен человек, который соорудил эту штуку? - Искренне удивился первый монах, - Только и всего? Так это брат Галилео, наш кожевник. Отпустите уже бедолагу.

Освобожденный от железной хватки Танкреда брат Антоний с целеустремленностью заводной игрушки поковылял вперед вдоль стены.

- Галилео? Подходящее имя для такого умельца, - криво усмехнулся Южнов - Где его найти?

- Я правильно понимаю, - почесал голову Галилео, - вы хотите костюм, как у брата Антония? Но, позвольте спросить, зачем?

- Не совсем, как у Антония, - Южнов проигнорировал второй вопрос, - шлем не нужно, перчатки тоже… Скажем так, нужен костюм, чтобы надеть поверх одежды и не промокнуть, если решишь искупаться.

- Гм. Получается, на рукавах и горле делаем эластичные манжеты. Здесь и здесь, - мастер достал уголек и начертил на листе пергамента примитивный набросок, - укрепим ремнями…

- На ногах тоже манжеты, - Южнов отобрал уголь и добавил несколько деталей, - вот тут металлические кольца…

Уильям и Танкред стояли позади и не вмешивались в разговор.

- Еще нужно будет соединить несколько ремней, они будут крепиться вот здесь, - Георгий продолжил рисовать на схеме, - и самое главное, нужно сделать что-то наподобии лягушачьих лап. Длиной с локоть, здесь идет продольный каркас, тут распорка, чтобы не складывались. И два ремешка…

- Любопытно, - признался Галилео, рассматривая набросок, - плавники для ног? Очень интересное решение… Отлично подойдет ива, она легкая и гибкая. Пришьем прутья вот тут… - Мастер еще раз внимательно осмотрел набросок. - Да, я могу это сделать.

- Сколько это будет стоить? - Поинтересовался Уильям, - и сколько времени вам потребуется?

- Я разве сказал, что готов приступать? - Удивился Галилео, - мне сперва нужно испросить разрешение у настоятеля.

- О, конечно, - нехорошо ухмыльнулся преподобный, - обязательно испросите. Прямо сейчас и ступайте. Обязательно передайте ему, что нас задерживает в стенах монастыря исключительно эта вот проблема. Как только вы закончите, мы сразу же покинем сию гостеприимную обитель.

- Подождите меня здесь, я скоро вернусь, - молодой монах вышел из мастерской, озадаченно почесывая голову.

- Грамотно, - оценил Южнов, - интересно, как отреагирует брат Патрик. Думаю, описается от счастья и еще самолично напечет нам пирожков в дорогу.

- Насчет пирожков сомневаюсь, но затягивать он точно не решится. Мы для него, простите, как гвозди в исподнем… Ага, а вот и наш мастер! Сейчас узнаем…

- Что же вы сразу не сказали? - Буркнул влетевший в мастерскую Галилео, - мне сейчас брат Патрик такое устроил...

- Что не сказали? - Искренне удивился Южнов.

- Что вправе требовать любого немедленного содействия. Так брат Патрик говорит…

- И вы бы, брат Галилео, поверили нам на слово? - недоверчиво покачал головой Уильям.

- Нет, конечно! - Мастер виновато развел руками, - Но на следующий день непременно бы уточнил. И не пришлось бы вытаскивать настоятеля из постели, он этого, знаете ли, не любит… Ну да ладно, - Галилео порылся в монументального вида шкафу и извлек кожаную ленту с метками, - кому из вас нужен костюм? Вам, да? Идите сюда…

Кожевник уверенными отработанными движениями обмерял Южнова и записал все цифры на листе.

- Вы так и не сказали, сколько это будет стоить и когда будет готово, - вежливо напомнил Уильям.

- Нисколько не будет стоить, - отмахнулся Галилео, - все материалы у меня есть, а брат Патрик…

- А брат Патрик так хочет от нас избавиться, что готов даже денег приплатить, лишь бы мы убрались поскорее, - хмыкнул преподобный.

- Ну, - замялся кожевник, - в целом все верно. Не знаю, как вы ухитрились насолить настоятелю…

- А тебе очень хочется это узнать? - поинтересовался Южнов.

- Боже упаси, - ухмыльнулся мастер, - мне, знаете ли, нравится крепко спать по ночам. Пусть ваши секреты таковыми и остаются… Приходите завтра к вечеру.

- Так быстро? - Изумился Южнов.

- Придется поторопиться, - вздохнул Галилео, - брат Патрик…

- Да-да, - кивнул Уильям, - брат Патрик. Он же предупредил, что все это должно остаться в тайне? Тогда не будем вам мешать.

- Что теперь? - поинтересовался Уильям.

- А почему ты это у меня спрашиваешь? - удивился Георгий.

- Идея-то твоя. Надо понимать, что ты все уже продумал, поэтому командуй.

- Тогда спать, - зевнул Георгий и потянулся, - а завтра наведаемся к моему старому знакомому, Бальтазару.

- Бальтазар… А, алхимик! Зачем он тебе понадобился, позволь спросить?

- Хочу на крокодила напоследок посмотреть. Он меня вдохновляет, - ухмыльнулся Южнов. - А ты себе уд кобольда купишь, вещь нужная… Ну что ты смотришь? Потрясем как следует этого прохвоста, глядишь разживемся чем-нибудь полезным. У него там там столько всего интересного…

- Любовный эликсир? - С невинным видом поинтересовался преподобный, - а что, хорошая идея, оторваться напоследок. Подольешь королеве…

- Так вот оно что, - не остался в долгу Южнов, - а я-то голову ломал, как тебе удалось…

- Господа, перестаньте, - укоризненно попросил Танкред, - ну что вы, как дети малые…

- Это мы понарошку, - успокоил его Южнов. - не переживай. Мы ссориться не будем.

- Конечно, не будем, - мрачно кивнул Уильям, - зачем ссориться… Я его попросту убью.

- И полезешь вместо меня в колодец?

- М-да, - преподобный почесал голову, - выходит, что не убью. Если объяснишь, что тебе понадобилось в лавке алхимика.

- Не в лавке, а в лаборатории. Там у него должно быть много разных трубочек, перегонных аппаратов… Кто-то их ему сделал, верно? Нам будет нужен этот мастер. И просто посмотреть на уровень местных технологий будет нелишним.

- Вот оно что, - Уильям посмотрел на Южнова с уважением. - Хорошо. Что дальше?

- Дальше надо бы разведать ситуацию на площади и найти Ланса. Только как мы это сделаем? Мы компания приметная.

- Я что-нибудь придумаю, - успокоил его Уильям. - Тогда, братья, все по кроватям. Завтра нам предстоит веселый день.

- И это только начало, - проворчал Георгий, глядя на закрывшуюся за преподобным дверь.

Южнов проспал всю ночь, как убитый. Очередного эклектического безумия не приснилось - видимо, уставшее подсознание в этот раз решило взять выходной.

Георгий ополоснул лицо в тазике с водой, оделся и потопал к собратьям по заговору. Дверь в покои Уильяма была слегка приоткрыта, оттуда доносились голоса.

- …Объясняют, что ловят дезертира из ордена, - рассказывал Танкред. - Внешность описана весьма точно, отдельно указана манера носить меч за спиной. Еще ищут двух преступников, прикидывающихся монахами-бенедиктинцами.

- А мы с тобой что натворили? - поинтересовался Уильям.

- Не указано. Приметы весьма расплывчаты, половина монахов соответствует описанию…

- Значит, никто еще не понял, что мы действуем заодно, это хорошо. Когда поймут - будет уже поздно… Брат Геральт, подслушивать нехорошо!

- Значит, я теперь дезертир. - Южнов закрыл за собой дверь, - Прошу любить и жаловать.

- Мы с Танкредом тоже хороши, - успокоил его преподобный, - неплохая компания собралась, а?

- Слабоумие и отвага, - буркнул Георгий, - делать-то что теперь будем?

- Маскироваться, - Уильям махнул рукой на стопку одежды на столе, - я тут навестил брата Патрика и разжился кое-чем. Мы теперь смиренные братья ордена Иоанна, гулять так гулять.

- Ишь ты, - Южнов развернул черный плащ с нашитыми белыми крестами, - а ведь это должно сработать!

- Конечно, должно, - кивнул Уильям, - только есть, как говориться, один нюанс. Это у нас тамплиеры метут бородами полы, а здесь порядки иные. Понимаете, к чему я?

Южнов потрогал руками изрядно выросшую бороду и с подозрением покосился на тазик с мыльной водой на краю стола.

- Ага, - ухмыльнулся Уильям, - И не надо так смотреть, мне тоже придется избавиться от бороды. Это только Танкреду хорошо, он в отличие от нас следит за собой. Вот он сегодня цирюльником и поработает… Верно, брат?

- Кто первый? - поинтересовался Танкред, пробуя пальцем остроту лезвия. - Только, умоляю, не вертитесь, эта штука очень острая, порезаться - раз плюнуть.

- Ну хорошо, - вздохнул Южнов и уселся на стул. - Действуй… Петр Первый.

Вопреки худшим ожиданиям, обошлось без мелких бытовых травм - Танкред орудовал стилетом исключительно ловко и аккуратно. Южнов, избавленный от растительности на лице, ощупал свой подбородок. Ощущение было непривычное.

- Весь имидж коту под хвост, - проворчал преподобный, разглядывая себя в отполированный металлический кругляш. - Хотя мне даже нравится… - Уильям сделал вид, будто поправляет бабочку на шее и перезаряжает пистолет, - Бонд! Джеймс Бонд!

- Ааааа, - простонал Южнов, сгибаясь от хохота, - А в “Ми-6” знают, что Бонд - еврей? Наивные британцы, приютили на груди агента “Моссад”!

- Гм, - преподобный перестал дурачиться и принял серьезный вид, - ладно, два-ноль в твою пользу.

- А настоящее имя у него его Изя Бондман…

- О чем это вы? - Растерянно поинтересовался Танкред, - кто это такой, Джеймс Бонд?

- Шутим мы, - добродушно отмахнулся Уильям, - не обращай внимания.

- Ну как же, - Южнова понесло, - разве ты не слышал имя этого прославленного героя? Подвиги его не знают числа…

- Герой? - Понимающе кивнул Танкред, - как Зигфрид?

- Вроде того, - изо всех сил сдерживая хохот, простонал Южнов, - только он не рубил всех вокруг в капусту, а проявлял чудеса хитрости, тайно проникая в самые охраняемые сокровищницы, выведывал тайны…

- Ого, - уважительно протянул Танкред, - почти, как мы.

- Ага, - хмыкнул Уильям, облачаясь в орденскую рясу, - именно “почти”. Куда ему до нас…

Южнов, одетый в черную рясу и плащ с глубоким капюшоном, чувствовал себя героем дешевой театральной постановки. Раздражало отсутствие меча - Уильям, заметив попытку подопечного пристроить меч под рясой, недвусмысленно покрутил у виска пальцем и велел оставить оружие в монастыре. Идти пришлось пешком - ездить верхом бедным монахам не полагалось. Поэтому, открывая дверь лавки “под медной клизмой”, Южнов был мрачен и настроен весьма решительно.

- Приветствую, святые братья, - алхимик поклонился, - чем могу помочь?

- Привет, Бальтазар! - Рявкнул Георгий, откидывая капюшон, - мы за удом кобольда!

- Так это… - Алхимик захлопал глазами, - нет его. Купили…

- Ну, вот, - расстроился Южнов, - вот так всегда…

- Но есть много других товаров, - растерянно промямлил Бальтазар, - извольте взглянуть…

- Взглянешь, брат Уильям? - поинтересовался Георгий, - ты куда смотришь? А-аа, нравится?

Преподобный, чуть ли не раскрыв рот, таращился на чучело под потолком. Крокодил, казалось, за прошедшее время стал еще несчастнее.

- Э-эээ, - выдавил из себя слегка отошедший от шока Уильям. - Не дай бог, приснится потом…

- Что угодно господам? - напомнил о себе ушлый алхимик.

- Господам угодно посмотреть твою лабораторию, - не стал расшаркиваться Южнов, - будь любезен, устрой нам экскурсию.

- Экс… что?

- Он просит показать лабораторию, - терпеливо повторил Уильям, - просит, заметьте, вежливо.

- С чего это вдруг? - набычился Бальтазар, - это моя личная лаборатория, вам в ней нечего делать!

- Опять он капризничает, - вздохнул Георгий, - вразумите уже его, сударь папский легат!

- Папский легат? - Мэтр нервно икнул, - кто папский легат?

Уильям со скучающим видом продемонстрировал документ. Алхимик побледнел.

- Убедился? - Ласково поинтересовался Южнов, - тогда пошли.

- К-к-к-куда пошли? - Бальтазар трясущимися руками перекрестился и неимоверным усилием попытался взять себя в руки. - Господа, посторонним в лаборатории может быть опасно!

- Мы будем осторожны, - пообещал Танкред.

- Но… Этот человек - преступник! - Алхимик костлявым пальцем обличающе указал на Южнова, - по городу висят розыскные листы! Он опасен! Он втерся к вам в доверие…

- Молчать! - не выдержал Уильям. Алхимик оцепенел и остался стоять с открытым ртом, - еще одно слово, и, клянусь Господом, вместо крокодила под потолком будешь висеть ты! Брат Танкред, будь так любезен…

- А я предлагал по-хорошему, - сочувственно заметил Южнов, затягивая последний узел.

Привязанный к стулу алхимик жевал кляп и пучил глаза. Танкред, быстро выглянув наружу, закрыл дверь лавки и запер изнутри на засов.

Лаборатория обнаружилась в полуподвальном помещении позади лавки. Южнов, открыв замок изъятыми у Бальтазара ключами, довольно крякнул и потер руки, разглядывая поблескивающие медью перегонные сосуды, трубки и реторты.

- Недурственно, - оценил оснащение алхимика преподобный, - неплохо живет наш мэтр! Никогда бы не подумал, что на продаже подкрашенной воды можно заработать столько денег. Не настолько люди наивные.

- А ведь действительно, - почесал голову Южнов, - как-то не складывается.

- Сейчас сложится, - преподобный внимательно рассматривал один из перегонных аппаратов. Рядом стояли несколько стеклянных колб с мутной жидкостью. - Брат Танкред, тебе этот запах ничего не напоминает?

- Еще как напоминает, - ухмыльнулся телохранитель, принюхавшись к содержимому колбы, - это же опиум. Уверен, вокруг лавки крутятся его подельники с ножами.

- Без покровительства кого-то сверху так не развернешься, - пожал плечами преподобный, - у него наверняка все схвачено. Зачем привлекать лишнее внимание?

- Как все просто и обыденно, - вздохнул Георгий. - Двенадцатый век на дворе, а нравы все те же. Наркобизнес, коррупция… Интересно, нам полагается премия за накрытую лабораторию?

- Сходи к тамплиерам, поинтересуйся у них, - любезно предложил Танкред, - когда закончишь здесь свои дела. Думаю, у нас не очень много времени. Был бы он простым шарлатаном - никому до него дела не было бы, а тут вон какой расклад…

- Я уже, - Южнов шел по помещению, внимательно разглядывая приборы. - О, вот это интересно…

- Я пойду наверх, - предупредил Танкред, - на всякий случай. Мало ли…

- Я тоже, - кивнул преподобный. - Давай, занимайся своими делами, а я немного постращаю нашего наркодилера. Чего время терять?

Южнов, гремя сложенными в мешок медными деталями, поднялся наверх и ухмыльнулся, оценив обстановку. Избавленный от кляпа Бальтазар, убедившись, что прямо сейчас убивать его никто не собирается, заметно успокоился и что-то взахлеб рассказывал преподобному. Тот стоял с улыбкой кота, добравшийся до хозяйской сметаны. Танкред стоял около двери, наблюдая за улицей.

- Ну, что? - Поинтересовался Уильям, - удачно?

- Это просто праздник какой-то, - Южнов потряс мешком. Алхимик скривился, как от зубной боли и бросил на Георгия ненавидящий взгляд.

- Отлично, - преподобный одобрительно кивнул, - а мы тут пообщались с мэтром… Знаешь, где он взял эти штуки? В ордене госпитальеров!

- Вот повезло, так повезло, - изумленно покачал головой Южнов, - бывает же такое, а? Стоп. Выходит, что мастер с ним заодно?

- Он уверяет, что брат Веласко ничего не знает. Надеюсь, так и есть, - Уильям подарил Бальтазару такой взгляд, что алхимик вжался в стул, - такие махинации больше в стиле тамплиеров.

- Он не сказал?

- Я не спрашивал, - отмахнулся Уильям, - так-то у меня руки чешутся навести здесь порядок, но сейчас нам не до того.

- Повезло тебе, - усмехнулся Южнов. Алхимик с облегчением вздохнул. - Только есть у меня одно подозрение… - Георгий вплотную подошел к связанному мэтру и жестко посмотрел в глаза. - Ты же не собираешься бежать к первому встречному патрулю и рассказывать приметы разыскиваемых преступников?

Бальтазар отвел взгляд. Южнов вздохнул и переглянулся с Уильямом, тот брезгливо поморщился.

- Брат Танкред, - мрачно позвал преподобный, - боюсь, этот человек может все испортить. Будь так добр…

- Нет! - Взвизгнул Бальтазар, увидев блеск кинжала, - Помилуйте! Я не…

- Хочешь спасти жизнь? Тогда выкладывай, кто тебя прикрывает, - в голосе Уильяма послышалась сталь, - иначе…

- Я все скажу! - Не отводя глаз от кинжала в руке Танкреда, заголосил алхимик, - это Деклан, кастелян ордена…

- Нихрена себе! - Георгий изумленно выдохнул, - Ну и ну! А ты не врешь?

- Если врет, ему же хуже, - Уильям ухмыльнулся так, что алхимика передернуло, - теперь слушай меня внимательно. Мы сейчас отсюда уйдем. Ты останешься связанным, но, думаю, этот нож поможет тебе освободиться. И если вдруг ты решишь донести на нас, то я воспользуюсь своими полномочиями и начну такой процесс, что суд Пилата покажется детским представлением. А первым перед следствием предстанет Деклан. Причем ты в этом деле будешь фигурировать как свидетель. Добровольный, понимаешь? Ты сам только что сознался. Кастелян наверняка выкрутится, я этому поспособствую… Предварительно ознакомив его с твоим признанием. Дальше думай сам.

Уильям бросил на пол найденный на столе тупой нож и все трое, не оборачиваясь, вышли на улицу.

- Он будет молчать? - поинтересовался Южнов.

- Куда ему теперь деваться… Откуда ему знать, что через пару дней нас здесь уже не будет.

- А если бы он не раскололся?

- Я бы его прирезал, - с каменным лицом объявил Танкред. - Даже жалко, что он заговорил. Ненавижу таких…

- Но он заговорил, - пожал плечами Уильям, - что теперь обсуждать… Что сделано, то сделано. Куда теперь? На площадь сходим, осмотримся или сразу к брату Веласко?

- Пойдемте на площадь, - решил Южнов, - к мастеру пойдем, когда оценим масштабы бедствия.

- Это что? - Южнов озадаченно почесал голову, - это… оно?

Все трое стояли на дороге, ведущей к западным воротам храмовой горы и рассматривали неглубокую, накрытую каменной плиткой канавку. Часть плиток раскрошилась и потрескалась, некоторые попросту отсутствовали, открывая тоненький мутный ручеек, лениво текущий по желобу из обожженной глины.

- Вы это серьезно? - Недоверчиво покосился на преподобного Южнов, - канал Соломона? Эта… писюлька?

- А ты что ожидал увидеть? - разозлился Уильям. - Краснознаменный канал имени товарища Соломона? Может быть, еще и судоходный?

- Нет, но…

- Вода! В пустыне! На вершине горы! - преподобный рявкнул так, что двое идущих к площади паломников вздрогнули и на всякий случай перешли на другую сторону дороги.

- Да успокойся ты уже! - Южнов предупреждающе поднял руку, - незачем так орать. Я про другое…

- Да? - Уильям покосился по сторонам и понизил голос.

- Когда мы спускались в пещеру под храмом, я слышал шум воды. И, судя по звуку, поток там гораздо серьезнее, чем этот вот сиротский ручеек, понимаешь?

- Ах, вот ты о чем, - задумался преподобный, - понятно. Этот ручеек - только видимая часть всей системы. Основные резервуары трудолюбивые римляне выдолбили прямо в скале. Если мне не изменяет память, самый большой из них должен находиться прямо перед входом в храм. А теперь подумайте вот о чем: хотя бы изредка весь этот средневековый водопровод полагается чистить. Ждать, когда жители вычерпают всю воду?

- Слив резервуаров! - Южнов хлопнул себя по лбу, - вот оно что!

- Именно. Случилось так, что ваша экскурсия в пещеру совпала со сбросом воды. Где-то должен находиться клапан, скорее всего скользящая плита. А подъемное устройство наверняка тщательно охраняется, - увидев выражение лица Южнова, предупредил Уильям, - сами подумайте, это же источник воды половины Святого города! А сейчас начинается засушливый период…

- Все равно им придется без воды посидеть, - заметил Танкред, - иначе внутрь не попасть.

- Ничего, перетопчутся, - беспощадно отрезал Уильям, - у них на такой случай второй источник есть. Побегают немного с ведрами, физкультура полезна для здоровья.

- Может быть, все проще? - Задумался Южнов. - Открыть клапан, слить воду и уже по сухой трубе…

- Хороший план, - кивнул Уильям, - но, увы, не для нас. Твою диверсию наверняка заметят. Пока ты доползешь, они уже смекнут, что к чему, и организуют комитет по встрече.

- Понятно, - вздохнул Георгий, - мы не ищем легких путей…

- К сожалению. Твой единственный шанс - нырнуть в туннель во время слива воды. Тебя моментально донесет до пещеры, никто и очухаться не успеет. Пойдемте… люки поищем.

Уильям надвинул на лицо капюшон и неторопливо пошел вперед. Южнов с Танкредом переглянулись, пожали плечами и, поглядывая по сторонам, двинулись следом.

Как всегда, на площади было полно народа. Толпа старалась не приближаться к храму, возле которого выстроилась целая цепь рыцарей в белых плащах. Все трое опустили пониже капюшоны и направились к лестнице, держась подальше от бдительных стражей. Оказавшись около мечети, преподобный еще раз огляделся и опустился на колено, прижав руки к земле.

- Чего это он делает? - Поинтересовался Танкред, - выглядит так, как будто он решил помолиться.

- Это называется предусмотрительность, - негромко пояснил Южнов, - молиться Всевышнему, но и с Аллахом не портить отношения.

- Может быть, у него шнурок развязался?

- Или нужду справляет. Под рясой-то не видно…

- Господа, - недовольно обернулся Уильям, - не будете ли вы так любезны заткнуться?

Южнов с Танкредом переглянулись и замолчали, с трудом сдерживая ухмылки.

- Ладно Геральт, - укоризненно пробормотал Уильям, поднимаясь, - у него язык что помело, своей жизнью живет, но ты-то, брат Танкред… - Преподобный вздохнул. - Пока вы, полудурки, соревновались в остроумии, я нащупал канал. Идет по прямой через всю площадь к резервуару под храмом, достаточно широкий, чтобы можно было проползти и не застрять. А начинается он где-то у северной стороны мечети, там должен быть вход.

Уильям с сосредоточенным лицом, глядя под ноги, обошел по кругу Купол Скалы и с видом победителя потопал ногой по земле.

- Вот он, видите? Под этой плитой неглубокий колодец, здесь начинается центральный канал. Воды полно, все колодцы заполнены почти доверху. А самое главное, что наши манипуляции не будут видны со стороны храма. Нас закрывает меее…

Южнов проследил за взглядом Уильяма и в очередной раз горько пожалел, что под рукой нет фотоаппарата. Оказалось, тамплиеры не позабыли о “вдохновляющем лозунге” и с особым цинизмом растянули полотнище прямо на стене мечети. Зрелище было потрясающее.

- А что тут написано? - с искренним любопытством осведомился Танкред.

- Как сам-то думаешь, что тут может быть написано? - с обреченным вздохом ответил преподобный, подарив Южнову испепеляющий взгляд. - Нет, не так... Зная вот его, - Уильям невежливо потыкал пальцем в Георгия, - подумай, чего хорошего он мог написать?!

- Так это твоя работа? - обрадовался Танкред, - а что написано-то?

- Переведешь ему? - с невинным видом осведомился Южнов. Уильям скорчил зверскую рожу и показал кулак.

- Ладно. Как бы тебе сказать… В общем, тут написано, что почтенный Салах-ад-Дин недостоин всеобщего уважения, поскольку имеет ряд серьезных проблем с задним проходом! - Южнов ехидно посмотрел на Уильяма.

- Насмотрелись? - мрачно осведомился преподобный, - довольны? Можем идти?

Танкред и Южнов с готовностью закивали головами, сдерживая хохот.

- Ну ладно, - фыркнул Уильям, - это действительно смешно. Была бы возможность, непременно сфотографировался на фоне этого… перформанса. Потом бы призы коллекционировал, в номинации “самое идиотское фото”. - Уильям еще раз покосился на плакат и покачал головой, - дальше у нас по плану трактир, верно?

- Кому что, а некоторым лишь бы… - преподобный нехорошо прищурился, - …с честью завершить достойное дело! - выпалил Южнов с интонацией пионера, которому доверили подержать в руках барабан. - Пойдемте, тут недалеко.

- Ты отсюда хоть иногда выходишь? - Откидывая капюшон, осведомился Южнов у тоскливо заглядывающего в кружку Ланса. - Или так тут и сидишь всю неделю? Не прирос еще к скамейке?

- Геральт? - вытаращился на друга Ланс, - что ты здесь… - Во взгляде рыцаря промелькнуло сочувствие, - ты вернулся… Не удалось?..

- Долгая история, - отмахнулся Южнов, - потом расскажу.

- Тебя ищут, - предупредил Ланс, - вчера сюда заглядывал твой приятель-тамплиер…

- Ламберт?

- Нет, Ламберта я не видел. Анри де Монфор, с десятком рыцарей. Сказал, что ты дезертировал. Я, разумеется, не поверил... Представишь меня своим спутникам?

- Так, господа, - объявил Георгий, потирая руки, - знакомьтесь. Это сэр Ланс, рыцарь из свиты де Шатильона. Это преподобный Уильям и Танкред, брат-мирянин.

Ланс, не задумываясь, склонил голову для благословения. Уильям привычным движением перекрестил рыцаря и выжидательно уставился на Южнова.

- Тут, дружище Ланс, такое дело… - Георгий почесал голову и решил идти напролом, - в святой земле заговор. Источник зла спрятан у тамплиеров, они сами не понимают, что попало к ним в руки. Считают это святым Граалем, но это не так. Мы должны проникнуть в храм и уничтожить эту вещь, пока ей не завладел Саладин.

- Ничего себе, - потрясенно выдохнул Ланс. - Вы, господа, на мелочи не размениваетесь…

- Нам нужна твоя помощь. Ты с нами?

- Разумеется! - Искренне удивился рыцарь, - ты еще спрашиваешь? Наконец-то здесь началось что-то интересное!

- Вот и замечательно, - с довольным видом потер руки Уильям, - тогда вечером встретимся… Ты знаешь, где.

- А вы куда собрались? - Южнов показал кулак Карлу, с любопытством выглядывающему из кухни. Трактирщик поспешил ретироваться. - Я думал…

- Мы с Танкредом прогуляемся обратно на площадь, - преподобный вздохнул, - надо же еще организовать беспорядки…

- Помощь нужна? - С детской непосредственностью спросил Ланс.

- Благодарю, но тут мы с братом Танкредом сами управимся. Вы ступайте к мастеру, а если он вдруг надумает вредничать...

- Натравлю на него настоятеля, - кивнул Георгий, - не будем терять времени. Пошли, сэр рыцарь. По дороге все растолкую.

Вернувшийся через час с небольшим преподобный обнаружил Южнова в небольшой, но на удивление хорошо оснащенной кузнице на заднем дворе монастыря. И Георгий, и пожилой мастер выглядели сильно озадаченными. Ланс с любопытством ребенка, впервые попавшего в магазин игрушек, разглядывал развешанное на стенах оружие.

- Вы как раз вовремя, - обрадовался Южнов. - Я тут немного в цифрах запутался…

- А, ясно, - Уильям мельком взглянул на набросок. - Давление?

- Мне надо минут на десять…

- Ну, это нужно около восьмидесяти литров воздуха. Десятилитровый баллон - восемь атмосфер. Сорок тонн на разрыв. Бессмысленно.

- Вот и я тоже об этом думаю. А что делать?

- Сейчас… - Уильям застрочил на листе уравнения, - хм. Допустим, будет не один баллон, а четыре. И воздуха не на десять минут, а на пять. Получится пятьсот килограмм на разрыв… Мэтр Веласко, что скажете?

- Любопытно, - задумался кузнец, - а сколько это? Впервые слышу эти ваши… кила…

- Примерно как лошадь, - подсказал Южнов.

- Выдержит, - кивнул мастер. - Для надежности закрепим стальными кольцами.

- Это же сколько оно весить будет? - Ужаснулся Георгий.

- Килограмм тридцать, - пожал плечами преподобный. - Медь, со сталью так пока работать не научились…

- Отойдем на пару слов, - Южнов встал из-за стола. Преподобный направился следом.

- Как ты себе это представляешь? - мрачно осведомился Георгий. - Я сильно сомневаюсь, что пролезу в этот крысиный ход с баллоном за спиной. А тут уже не баллон, это целая “Катюша”!

- Действительно, - пожевал губами Уильям, - не самое удачное решение. Варианты?

- Баллона будет два, накачаем воздуха побольше. Мастер говорил про стальные кольца, может и выдержат… Надевать буду перед погружением, а под площадью потащу на веревке.

- Должно сработать, - кивнул преподобный, - тогда надо будет чем-нибудь обмотать все это безобразие, чтобы об камни не скрежетало и не царапалось.

- Теперь про вес. Килограмм тридцать, ты говорил? Ладно, минус два баллона - это пятнадцать. С учетом стальных деталей - то на то и выйдет. Объем - сорок литров? Надо будет сделать пояс с грузами, иначе не смогу нырнуть. Глубина небольшая, обойдусь без компенсатора и редуктора.

- Где ты этому всему нахватался? - Искренне удивился Уильям.

- Ха! - Грустно усмехнулся Южнов, - я всерьез занимался дайвингом… когда-то. Аквалангом меня не напугать.

- Ты не говорил, - заметил преподобный.

- Когда я должен был тебе об этом сказать? На исповеди? - Южнов ухмыльнулся, - Ну, хорошо. Грешен я, святой отец, ибо на пятьдесят метров погружался при помощи акваланга богомерзкого и смеси дыхательной! Доволен? Ты именно так себе это представлял?

- Тьфу на тебя, - расстроился Уильям, - ну совсем ничего святого.

- Кто бы говорил! - парировал Георгий, - ладно. Надо озадачить мастера. Пошли, святоша.

- Значит, так, - Южнов решительно потянул себе эскиз, - здесь и здесь нужны соединительные трубки, сюда припаяете… - кузнец с подозрением уставился на деталь из лаборатории, - вот этот клапан. К нему через этот штуцер, ну, в смысле, соединение, изогнутую трубку с еще одним клапаном…

- Откуда у вас эти детали? - Веласко изучал выложенные Южновым трофеи, - я лично делал их для…

- Для мэтра Бальтазара, - кивнул преподобный. - Все верно, он нам их… одолжил. Не переживайте так, он жив и здоров. Не могу сказать, что бодр и весел, но…

- Я ему сразу говорил, что добром это все не кончится, - проворчал Веласко, разглядывая клапана на трубках, - ну да ладно. Жив, и хорошо. Что дальше?

- Вот здесь неплохо было бы сделать кольца с ремнями, вешать на спину. Соединить клапан кожаной трубкой вот с такой штуковиной… - Георгий взялся за уголек и набросал очередную деталь, - смотрите. Тут должна быть сетка, к ней снаружи крепится кусок кожи. Чтобы выпускать воздух и не впускать внутрь воду. Ну и здесь кожей бы обтянуть, иначе зубы поломаю…

- Интереееесно, - с усмешкой протянул мастер, - надо понимать, еще должно быть что-то для наполнения этих цилиндров воздухом, верно?

- Верно, мэтр. Тут тоже кожаный клапан…

- Я уже понял. - Пожилой испанец с любопытством посмотрел на Южнова, - Спрашивать, зачем вам это все, я не стану. Подходите завтра с утра.

- Ничего себе, - покачал головой Южнов. - Неужто успеете?

- И не такое делали, - отмахнулся кузнец, - весь вечер и ночь впереди. Заказ-то срочный…

- Сколько?

- Триста монет вас устроит?

- А Бальтазар мне какой-то несчастный аламбик за пятьсот пытался продать, - наябедничал Южнов, передавая кузнецу приятно позвякивающий мешочек.

- Так то Бальтазар, - невозмутимо пожал плечами кузнец, - если он никого не облапошит, день прожит зря. Целую неделю со мной торговался за эти детали…

- А с чего, позвольте спросить, вы посчитали этот заказ срочным?

- Так это просто, - ухмыльнулся Веласко, - ко мне сегодня заглядывал брат Галилео…

- Болтун - находка для шпиона, - пробормотал Уильям.

- И рассказал, что трое крайне таинственных господ заказали ему преинтереснейший костюм…

- Боги, - выдохнул Южнов, - об этом уже, наверное, весь монастырь судачит!

- Напрасно вы так, - укоризненно покачал головой кузнец, - сплетен не будет. Он и ко мне-то пришел только потому, что нужны были кольца и застежки. Так что не извольте беспокоиться. Ступайте, господа. Мне еще работать, - мастер подмигнул Южнову, - а у вас завтра трудный день.

- Ладно, на сегодня вроде все сделали, - устало потер глаза преподобный. - Завтра с утра, надеюсь, получим все твое обмундирование. Надеюсь, кожевник не сбежал куда подальше от нашего заказа.

Обещанный костюм увидеть не удалось - дверь в мастерскую брата Галилео оказалась заперта, встреченные монахи разводили руками.

- А у вас, кстати, как дела? - Запоздало поинтересовался Южнов, - ну, по поводу беспорядков…

- Все будет в лучшем виде, - фыркнул Танкред. - Такой бардак устроим - обзавидуешься.

- Замечательно. Еще мне будет нужен кожаный мешок для факелов.

- Зачем тебе факелы? - заморгал Уильям.

- У тебя фонарик есть? - поинтересовался Южнов. - Нет? Жаль. Как, по-твоему, я пойму, куда лезть в полной темноте? Один факел придется зажечь перед погружением, не на ощупь же мне вход искать... Буду импровизировать.

- Подожди, - преподобный нахмурился и перешел на русский язык. - Тебя что, не научили переключать режимы сканера?

- Какие режимы? - Южнов опешил, - ты что, хочешь сказать…

- Узнаю старину Вайдингера, - вздохнул Уильям, - интересно, он просто забыл? Или специально промолчал? Ладно. Указательным пальцем левой руки дотронься до уголка глаза. Да, правильно. Отведи локоть назад и подними вверх большой палец.

- Чтоб я провалился, - выдохнул Южнов, озираясь. - Нео, ты избранный…

Полутемное помещение стало похоже на компьютерную модель. Все пространство покрывала сетка из светящихся голубоватых точек, полностью передавая ощущение объема. Южнов вытянул вперед руку - сетка на ладони светилась ярко на фоне более тусклых стен.

- Попробуй закрыть глаза, - посоветовал Уильям. - сканер работает постоянно, изображение синхронизируется с положением глазных яблок. Ну, ты понял.

- Ишь ты, - восхищенно пробормотал Георгий, закрыв глаза и делая шаг вперед, - ой!

- Да, надо потренироваться, - преподобный поставил на место стул, - сканер не стереографический, поэтому поначалу будет непривычно.

- А как это вообще работает?

- Что-то наподобии сканирующего лазерного дальномера, но на основе ультразвука.

- Я что, смогу смотреть через стены? Как ты?

- Нет, - помотал головой Уильям, - разные частоты. У меня сверхвысокая, как у дефектоскопа, а твоя на пороге слышимого звука.

- Как у летучей мыши, - кивнул Георгий, - ясненько. А не проще было бы сделать… ну, обычное ночное видение?

- Далеко не проще. Крайне сложная операция на сетчатке, а толку от нее… Привыкай. Переключение обратно таким же жестом.

- Пойду прогуляюсь, - Южнов с закрытыми глазами, медленно и осторожно двинулся к двери.

- Особо там не разгуливай, - ухмыльнулся преподобный, - а то примут тебя братья за лунатика, холодной водой обольют. У них так принято.

- Святой отец, что сейчас произошло? - осторожно поинтересовался Ланс. - Вы научили Геральта новому волшебству?

- Можно и так сказать, - усмехнулся преподобный, - хотя правильнее будет сказать не “научил”, а “напомнил”. Он это умел уже давно, просто разучился… Завидуешь?

- Ну, как сказать, - задумался Ланс, - конечно, здорово уметь вытворять все эти штуки…

- И лезть вместо меня в колодец, - ехидно прокомментировал из коридора Южнов.

- Вот именно, - Ланс вздохнул, - нет, пожалуй. Я лучше по старинке, доброй сталью. Меч - штука надежная… Кстати, что я должен завтра делать?

- Вы с Танкредом ждете нас в каменоломнях Иезекии, - Уильям покосился на Танкреда, - ты узнал дорогу?

- Дорогу я узнал, - с недовольным видом признался Танкред, - но мне это не нравится. Моя задача охранять вас, святой отец, и…

- За меня не беспокойся, - усмехнулся Уильям, - поверь мне, я сумею за себя постоять. А ты будешь нужен там, встречать нас и прикрывать отход. Завтра, когда все будут готовы, отправляетесь в каменоломни и носу оттуда не высовываете! Поищите недавно заложенные проходы и там ждите, только, бога ради, отойдите подальше. Заодно предупредите нас, если заметите что-то подозрительное.

- А как мы узнаем, что вы рядом? - поинтересовался Ланс.

- Ты поймешь, - зловеще ухмыльнулся вернувшийся Южнов, - такое начнется…

- Будешь колдовать? - понимающе кивнул Ланс. - А что потом?

- А потом мы аккуратно двигаемся как можно дальше отсюда, - отрезал преподобный, - поэтому берете с собой наших лошадей. В Иерусалим, как понимаете, возвращаться противопоказано. План понятен? Идеи, возражения? - Уильям сделал паузу, - значит, решили.

- Подожди, - Южнов почесал голову, - эта штука, кажется, здорово высасывает аккумулятор. Я погулял-то всего минут пять, а энергии…

- Гм, - Уильям нахмурился, - да, я как-то и подзабыл.

- Еще что-то надо делать с цепью, - напомнил Георгий, - хватило бы сил. Не тащить же мне с собой мешок с пирожками!

- А-аа, вот ты о чем! - Уильям усмехнулся, - не переживай. Твоя задача - добраться до пещеры и активировать маяк, а дальше я тебя быстро приведу в порядок.

- Будешь кормить меня пирожками?

- Дались тебе эти пирожки… Вколю тебе глюкозы. Я все-таки доктор, не забыл?

- Ну и компания собралась, - Южнов обвел присутствующих взглядом и ухмыльнулся, - Маг, клирик, лекарь и рыцарь. Разве что паладина не хватает для полного комплекта.

- Зачем нам паладин? - удивился Ланс.

- Это он так шутит, - снисходительно пояснил преподобный, - при этом смешно только ему. Не обращай внимания, сэр Ланс… Доброй ночи, господа заговорщики.

- Тяжеловато, - пожаловался Южнов, подергав ремни креплений, - но приемлемо. Что скажешь?

- Ужас, - прокомментировал картину Уильям, - увидел бы такое в другом месте - навсегда завязал бы с выпивкой.

Георгий стоял посреди предусмотрительно запертой кузницы в полном облачении - костюм, изготовленный Галилео оказался удобным и почти не стеснял движений. Ласты надевались легко и сидели крепко. За спиной висела монументальная конструкция из двух здоровенных медных цилиндров, на шее висел импровизированный легочный автомат. Оба мастера стояли неподалеку, с гордым видом любуясь собственными произведениями.

- А мне нравится, - заметил Танкред.

- Еще бы, - хмыкнул Ланс. - Увидели бы его сарацины - бежали бы в мокрых штанах до самого Дамаска.

- Только не вздумай разгуливать в таком виде по монастырю, - с трудом сдерживая смех, предупредил Уильям, - у братьев и так жизнь тяжелая.

- Я наполнил баллоны, - похвастался Веласко, два часа простояли, нигде не шипит. Промазал все швы маслом, утечек нет.

- Хорошо бы, - вздохнул Южнов, надевая кожаный пояс со множеством колечек, - ага, грузики!

На столе лежала дюжина железок, каждая была снабжена кольцом с продетым шнурком.

- Килограмма два, - взвесил в руке чушку Георгий, - должно хватить. В конце концов, лишнее можно будет сбросить. Кстати, - Южнов повернулся к товарищам, - ни у кого нет ножика? Не дай бог пойдет что-то не так и надо будет избавляться от этой сбруи…

Танкред молча отстегнул от пояса кинжал в ножнах и подал Георгию.

- Это же твой любимый, - удивился Южнов, - а ты сам как?

- Бери, бери, - ухмыльнулся Танкред, - у меня еще есть, не переживай. Безоружным не останусь.

- Таааак, - Георгий прицепил кинжал к поясу и обвесился грузами. - М-да. Тяжеловато.

- Тебе же не марафон бежать, - пожал плечами преподобный, - сделаешь свое дело и снимешь.

- И то верно, - Южнов сунул в рот загубник и выдохнул. Клапан сработал, выпустив воздух. Обратно вдохнуть не получалось. Георгий щелкнул клапаном. Зашипел воздух, кожаная трубка надулась. - Работает!

- Конечно, работает, - усмехнулся Веласко. - Мы все утро с братом Галилео подгоняли все эти кожаные штуки… - мастер смущенно замолчал.

- Так, - с усмешкой протянул Уильям, - продолжайте, мэтр, не стесняйтесь.

- Ну, мы с ним тут поспорили…

- О чем же?

- В общем, я считаю, что ваш замысел увенчается успехом, а он считает, что нет, - выпалил Галилео.

- Интересно, - подозрительно разглядывая медные трубки, пробормотал Южнов, - с чего бы это?

- Нет-нет! - всполошился кузнец, - не в этом дело! Все сработано на совесть, не сомневайтесь!

- Это верно, - кивнул кожевник, - мэтр Веласко свое дело знает крепко… Как и я... Просто он от рождения скептик, понимаете?

- На что спорили-то, можно полюбопытствовать? - Заинтересовался Уильям.

- Ну… - замялся Галилео, - говорят, у тамплиеров можно раздобыть какую-то чудовищную выпивку… Что вы смеетесь?

- Не обращайте внимания, - давясь от хохота, простонал Южнов, - это так, личное.

- Ну вот, значит, кто проиграет - покупает такую бутылку…

- М-да, - крякнул преподобный, - догадываюсь, в чем проблема…

- Как нам понять, кто выиграл? - Со страдальческим лицом вопросил Галилео.

- Всего-то? - отмахнулся Южнов. - Ерунда какая. Если сейчас вы видите нас последний раз - ты выиграл. А если нет - то проиграл. Все просто, правда?

- А где вас найти, если выиграю я? - робко поинтересовался Веласко.

- О, это еще проще, - криво усмехнулся Уильям, - Ищите нас на главной городской площади. На виселице.

Глава 13

- Смилуйтесь, добрые люди! - Гнусавым голосом заверещал сидящий у мечети нищий калека, - подайте ветерану битвы за Святой город!

- Это он-то ветеран? - Скептически поинтересовался Южнов. Нищему на первый взгляд было лет сорок и битву за Иерусалим он мог видеть разве что на картинках.

- Не обращай внимания, они все так говорят, - пожал плечами Уильям. - Всем наплевать, а звучит красиво.

- Подайте, добрые люди! - Нищий заметил, что на него обратили внимание, - не дайте пропасть хромому калеке…

- На вот, - преподобный бросил мелкую монету, которая тут же была с неимоверной ловкостью поймана и исчезла под лохмотьями, - да смилостивится Господь над чадом своим!

Уильям коротким движением благословил калеку и отошел назад. “Хромой калека”, быстрым движением осмотревшись, кивнул и с потрясающей воображение ловкостью рванул с площади.

- Вот, что крест животворящий делает, - язвительно прокомментировал Южнов. Уильям недовольно поморщился, но смолчал. - Что дальше?

- Теперь немного подождем. Минут через двадцать… Что такое?

Вдали набирал силу шум толпы. Паломники на площади недоуменно озирались, некоторые поспешили прочь. Шум приближался, стали слышны отдельные крики, зазвенело первое разбитое стекло.

- Что-то они рано… Эй, стой! - преподобный ухватил за край рукава несущегося мимо нищего, - что происходит?

- Сарацины, господин! - С круглыми от страха глазами выпалил попрошайка, - сарацины наступают!

- Какие еще сарацины? - Уильям пресек попытку нищего удрать, - что ты несешь? Откуда они здесь?

- Не могу знать, господин! - Затараторил оборванец, - смотрю я, кто-то не из наших на площадь заявился! Ну, думаю, опять люди Ефимия, нечего им тут делать, это наша территория! Мы же к нему на рынок не лезем, верно? Только хотел ему как следует надавать, а он капюшон-то и подними! Рожа черная, глазищи дикие! И рядом, смотрю, еще с десяток таких же! Таким убить, как нужду справить! Отпусти, добрый человек!

- Скверно, - пробормотал Уильям. Нищий моментально исчез из виду, - Это в наши планы не входило, придется поспешить.

В поднявшейся панике никому не было дела до двух монахов, сосредоточенно изучающих каменные плиты под ногами.

- Вот здесь, - Уильям потопал ногой и отошел в сторону, - только без лишнего шума, ладно?

Южнов прицелился рукой и, как можно аккуратнее, напряг пальцы. По камню побежали трещины.

- Неплохо, - Уильям огляделся и ударил ногой по плите. Вниз посыпались обломки, открылся каменный колодец. В глубине поблескивала вода. - Будет еще один, прямо под мечетью. А дальше уже то, что нам нужно.

- Помню, - проворчал Георгий, приглядываясь к отверстию, - ну что, начинаем?

Южнов встал над колодцем, отцепил закрепленный на груди дыхательный аппарат и аккуратно опустил вниз. Со стороны это выглядело, как будто толстый монах, придерживаемый за плечо собратом, неожиданно похудел почти вдвое. Следующий фокус был еще эффектнее - ряса похудевшего монаха окончательно обмякла, второй ловко подхватил ее и скатал в небольшой сверток.

- Все в порядке, - отрапортовал снизу Южнов, - поехали дальше.

Георгий поймал спущенный на веревке пояс с грузами и застегнул пряжку.

- Что с водой? - поинтересовался Уильям.

- Чуть выше верха. В туннеле сантиметров десять, буду ползти и шлепать. Присмотри тут, пока я акваланг не вытащу. Мне надо груз отрегулировать.

Южнов наспех пристроил баллоны за спиной и поджал ноги. Груз явно перевешивал и тянул вниз. Георгий проверил, как легко извлекается кинжал и остался доволен. Одна за другой на дно упали три железные болванки, после чего Южнов снял с шеи длинную веревку и со всем возможным тщанием привязал дыхательный аппарат. Подтянувшись, уперся ногами в противоположную стену колодца и протиснулся в туннель. Ползти было тяжело и Георгий еще раз похвалил себя за предусмотрительность - с баллоном на спине пролезть было бы нереально. Южнов, с трудом растопырившись, дотянулся рукой до глаза и включил “ночное видение”. Открывшийся впереди туннель, казалось, уходит в бесконечность. Георгий мрачно вздохнул и пополз вперед.

Оказавшись в колодце под мечетью, Южнов как можно бережнее вытянул веревку и опустил в воду баллоны. Отдышавшись, полез в следующий бесконечный лаз.

Южнов сам не понимал, сколько занял путь под площадью. Он уже потерял всякое представление о времени, когда туннель закончился. По сравнению с узкой кишкой лаза пещера казалась огромной. Главный резервуар еще не успел наполниться доверху, вода стояла метрах в двух ниже. Георгий пару минут полежал на животе, отдыхая, затем ухватился за края туннеля и вытолкнул себя вперед, с громким плеском уйдя в воду. Подтянувшись за веревку, скинул с ног позаимствованные в монастыре грубые башмаки и надел ласты, висевшие на шее, после чего начал вытаскивать дыхательный аппарат. Полнейшую тишину изредка нарушали далекие звуки падающих капель и поэтому шум, с которым упал в воду акваланг, показался Георгию оглушительным. Изворачиваясь, как угорь, Южнов пристроил за спиной тяжелые баллоны, подтянул ремни, повесил на шею легочный автомат и поплыл вдоль стены.

Плыть пришлось долго, прежде чем Георгий нашел уходящую вверх цепь. Схватившись за скользкое от ила звено, Южнов надел на нос припасенный зажим, пристроил во рту загубник, крепко зажмурился и нырнул.

Подземный резервуар оказался глубже, чем представлял себе Георгий. Клапан - тяжелая каменная плита в железных пазах - обнаружился примерно в метре от дна. Стараясь не тратить драгоценный воздух, Южнов всплыл на поверхность и отдышался. Ему несказанно повезло - судя по всему, клапан мог открываться в двух направлениях - вверх и вниз. Открывайся он только вверх, в закрытом положении опираясь на дно - поднять такую махину было бы решительно невозможно. Здесь же было достаточно разрезать цепь.

- Надо подумать, - вслух сказал Южнов, держась за цепь рукой, - Сколько тут, интересно, воды? До клапана - метра четыре. Если я нырну сразу - меня попросту размажет. Значит, надо подождать, пока вода опустится метра на три. Только как?.. Подождите. Механизм как-то должны обслуживать, верно?

Южнов, прищурившись, начал ощупывать участок стены рядом с цепью. Через минуту рука наткнулась на высеченные в скале грубые ступени. Георгий соорудил нехитрую петлю, пропустив веревку в звено цепи повыше к потолку и ухватился за нее рукой, нащупав ногами ступеньку. Стоять было можно, хоть и неудобно. Южнов выбрал звено цепи пониже и направил на ржавый металл узкий луч микроволнового излучения. Полетели искры, металл начал раскаляться.

- Давай, давай, - подбодрил сам себя Георгий, наблюдая, как капли расплавленного железа с шипением падают в воду, - еще немного…

Южнов сам не понял, что произошло. Какое-то шестое чувство заставило его остановиться. Уперевшись ногами в ступеньку и придерживаясь руками за цепь, он приподнялся вверх. В нише над головой из стены торчало железное кольцо.

- Неспроста это, - пробурчал Южнов, продевая через кольцо новую веревку, - так будет понадежнее. И следов оставлять не стоит…

Срезав кинжалом петлю с цепи, Георгий еще раз осмотрелся. Вздохнул, сжал зубы и направил поток энергии на почти пережженное звено.

Цепь со стоном лопнула. Верхняя часть со свистом улетела вверх, напоследок хлестнув по потолку и выбив сноп искр. Ступенька под ногами задрожала - плита упала на дно, даже сквозь камень было слышно гул. Поверхность воды на глазах начала опускаться.

- Однако, - Южнов напоследок посмотрел наверх, - там же противовес висит… или уже не висит. В любом случае там сейчас забегают. А нам пора купаться… Три. Два. Один!

Георгий, отпустив петлю, оттолкнулся ногами, почти правильно вошел в воду и в самый последний момент успел развернуться головой вперед, когда поток воды беспощадно затянул его в туннель и потащил вглубь горы.

- “Вдох. Один. Два. Три… Десять секунд. Выдох. Вдох…”

Больше всего Южнов сейчас боялся, что в дыхательном аппарате не хватит воздуха. Или он не заметит выход в пещеру. Или поток воды не даст ему ухватиться и понесет дальше. Или баллон заденет об свод туннеля и лопнет… В общем, было страшно. Напор воды не ослабевал, туннель полого шел вниз, воздуха было все меньше. К тому же костюм изрядно тек, а вода оказалась неприятно холодной.

- “Этот аттракцион когда-нибудь кончится? - Мысленно выругался Георгий, - Подождите-ка. Это что там такое?”

Из темноты впереди проступили очертания огромной круглой решетки. Южнов изо всех сил попытался упереться в стены туннеля, чтобы хоть как-то замедлить скорость. Куда там! Вода беспощадно гнала его вперед, прямо на толстые прутья. Георгий уже приготовился к неизбежному удару, когда туннель раскрылся в широкий бассейн и уровень воды моментально упал. Южнов в облаке брызг проехался на животе, остановившись в метре от решетки, выплюнул изо рта загубник и осклабился.

Он сидел посреди небольшой пещеры прямоугольной формы. Остатки воды, бьющие из туннеля, обтекали его и с шипением исчезали за решеткой. Слева виднелись вырубленные в камне ступени. Георгий, кряхтя, скинул с себя с честью отслужившие свое баллоны, отстегнул ласты и полез наверх. Шлепая босыми ногами по камню, Южнов миновал короткий тоннель и усмехнулся, увидев впереди знакомый деревянный настил.

Повернув до щелчка торчащее сбоку выданного преподобным медальона зубчатое колесико, Георгий занялся своими делами. Он успел снять свой водолазный костюм и зажечь найденный рядом факел, когда услышал треск электрических разрядов и прямо из воздуха возник Уильям.

- Чтоб мне провалиться, - потрясенно оглядываясь, пробормотал преподобный, - тебе удалось! Как ощущения?

- Как у говна, которое смыли в унитаз, - ухмыльнулся Южнов, - ты сапоги мои принес? Ноги замерзли.

- Обувайся, - Уильям кинул Южнову мешок, - и надо бы поторопиться. У тамплиеров сейчас грандиозный шухер - любо-дорого поглядеть. Сначала эти сарацины, потом наши нищие, потом сарацины вместе с нищими… Блеск! А потом еще и это…

- Что “это”? - Георгий пристроил за спиной меч.

- У храма полстены обвалилось. Твоя работа?

- Почти, - Южнов пожал плечами, - надо думать, это противовес рухнул, когда я цепь пережег. А ведь я поначалу к ней чуть было руку не привязал! В последнюю секунду опомнился. Как вспоминаю, аж потряхивает.

- Ну так опомнился же… Ты обулся? Тогда веди. Времени мало, они могут сообразить в любой момент. Кстати, как ты себя чувствуешь? Сколько заряда в накопителе?

- Истратил меньше, чем на треть, - отмахнулся Георгий, - нормально.

- Точно? - Прищурился Уильям, - Ты смотри, мне ведь не жалко…

- Сам говорил, что времени нет, - Южнов снял со стены факел, - иди за мной.

- Никогда бы не подумал, - разглядывая каверну, протянул Уильям, - это все прямо под храмом! И никто не знает…

- Тамплиеры знают, - буркнул Южнов, спускаясь по доскам, - ты идешь? Или в тебе взыграл юный спелеолог? Кстати, я думаю, выход в одной из этих пещер, - Георгий посветил на отверстия в скале, - не хочешь заранее подготовить путь к отступлению?

- Это потом, - покачал головой преподобный, - вакцина важнее.

- Тебе виднее. Осторожнее, тут перил нет. Свалишься еще…

- Сам не свались, Индиана Джонс, - фыркнул преподобный.

- Ну уж нет, - покосился на Уильяма Георгий, - только фрицев здесь не хватало для полного счастья.

- Ошибаешься. Немцы - милые и душевные ребята по сравнению с твоими больными на всю голову приятелями - тамплиерами, - заметил преподобный, - Йенс уже три года отработал в ставке Гитлера, и хоть бы что.

- Вы и туда заслали человека?

- Конечно! Ты думаешь, твоих нанимателей интересуют только тамплиеры? Как бы не так! “Аненербе” для них тоже лакомый кусок. Йенс человек пять оттуда эвакуировал, двоих в самый последний момент. Как ни крути, забросить агента к нацистам в разы проще - документов полно, язык не изменился… И распознать, кстати, тоже.

- Фокус с внешностью?

- Конечно! Проект “аватар” не дураки придумали. Хотя придумал-то твой приятель, а вот психологи и биоскульпторы потом окончательно довели дело до ума.

- Какой еще мой приятель? - Удивился Южнов.

- Твой будущий приятель, - поправился преподобный. - Джексон, кто ж еще? Я ни на секунду не сомневаюсь, что вы с ним отлично поладите. Страшно представить, до чего вы додумаетесь на пару с ним, с вашей-то больной фантазией…

- Это если мы выберемся, - обнадежил Уильяма Георгий. - Лучше расскажи про этот проект.

- Да что там рассказывать… Достаточно посмотреть на мою рожу и все станет ясно. Все агенты контроля используют внешность известных киноактеров. Кстати, догадаешься, с чьим лицом разгуливал по Берлину наш доблестный штандартенфюрер? Дам подсказку - идея была…

- Того самого Джексона?

- Моя! - С гордостью признался Уильям, - даже Джексон оценил. Ну давай, шевели мозгами!

- Да ну ладно, - изумленно вытаращился на ухмыляющегося преподобного Южнов, - неужели Штирлиц?

- Я знал, что ты оценишь, - довольно ухмыльнулся Уильям, - по мне - просто отличная шутка, как считаешь?

- И этот человек еще смеет что-то говорить про “больную фантазию”, - укоризненно покачал головой Георгий. Уильям радостно захихикал.

- Отставить веселье. Это здесь. - в свете факела заблестели детали спутника, - Узнаешь?

- Знакомая машина, - кивнул Уильям, - надо же, впечататься прямиком в храмовую гору! Бывает же… Что не так?

- Сам полюбуйся, - Южнов поднес факел к люку аппарата. В пустом гнезде тускло поблескивали медные катушки соленоидов. Капсула с вакциной исчезла. Мужчины озадаченно переглянулись.

- Зараза, - Южнов от злости пнул тяжелую металлическую крышку, - Нас, походу, провели. Что скажешь?

- Жопа, - емко охарактеризовал ситуацию преподобный, - магистр, хоть и напыщенный болван, но сообразил увезти капсулу подальше от Раймунда, Саладина и их загребущих лап.

- А куда?

- Я тебе что, оракул? - Разозлился Уильям, - откуда я знаю? Давай выбираться отсюда! У меня нехорошее предчувствие.

- Ловушка?

- А что еще? Знать бы еще, на кого… - Уильям неожиданно резво побежал вверх по настилу. - Уходим отсюда!

- Иду, иду, - Южнов побежал следом, - и не рычи на меня, и так тошно.

- Извини, - буркнул преподобный, заглядывая в первую пещеру, - что тут у нас? Видишь что-нибудь?

- Не-а, - помотал головой Южнов, - просто пещера.

- И я не вижу, - Уильям двинулся к следующей штольне, - а тут, похоже, был обвал. - Проход перекрывало нагромождение камней, - Опять не то… О, смотри!

Третья пещера носила следы недавнего присутствия человека. Каменная крошка на полу была тщательно убрана, у стены лежал штабель сколоченных попарно досок.

- Похоже на правду, - кивнул Георгий, - они должны были вывозить камни, вот и остатки настила лежат.

- Ага! - Уильям рассматривал несколько заложенных грубым камнем проходов, - теперь, будь добр, подожди, ладно? Без своих излюбленных шуточек. Время уходит.

Преподобный уперся руками в стену и зажмурился. Южнов терпеливо ждал.

- Эти два нам не подойдут, - объявил преподобный, встряхнувшись. - За одним крошечная пещера, а здесь, кажется, просто трещину заложили. Было бы любопытно там пошарить, но у нас сейчас проблемы посерьезнее.

Уильям снова прижался руками к камню. В полной тишине было слышно, как капает вода.

- Правый - нет, - вынес вердикт преподобный, там опять какая-то ерунда. А вот за этим - длинный и чистый проход. Уверен, нам туда. - Преподобный отошел подальше, - давай, колдуй!

- Вгах'нагл рльех ктулху фхтагн! - Замогильным голосом взвыл Южнов и выстрелил ударной волной в центр кладки. Полетела пыль, грохот камней заложил уши.

- Что такое? - Южнов протер глаза и обернулся, услышав за спиной странные булькающие звуки.

- Идиот! - Преподобный, всхлипывая от хохота, сползал по стене. - Боже, ну и полудурок!

- Ага, - ухмыльнулся Георгий, с любопытством наблюдая за потугами Уильяма взять себя в руки. - Пришел в себя немного?

- Уфф, - выдохнул Уильям, принимая вертикальное положение, - благодарю. Пошли. И погаси факел, не будем отсвечивать.

Длинная пологая штольня вывела в небольшую пещеру с низким потолком. Свод подпирали толстые деревянные балки. В разные стороны расходилось четыре коридора.

- Замечательно, - пробормотал Уильям, - куда нам теперь, интересно? И где наши доблестные рыцари, чтоб их верблюды драли?

- Танкред! Ланс! - негромко позвал Южнов. - Где вас черти носят, сволочи?

- Зажигай факел, - вздохнул Уильям, так и не дождавшись ответа, - пойдем по сквозняку.

Пламя тянуло в правый тоннель. Георгий молча показал направление Уильяму, тот пожал плечами и пошел следом.

- Сегодня просто праздник какой-то, - проворчал Уильям, разглядывая следующую пещеру. В разные стороны уходили три очередных тоннеля, на полу красовалось множество следов. - Ну куда они оба подевались, а?

- Я, кажется, знаю, куда, - мрачно буркнул Южнов, заметив отблеск металла в тоннеле. - Вот куда! - Георгий потянулся за мечом.

- Не двигаться! - раздался властный голос с сильным акцентом, - кто дотронется до оружия, будет убит!

В пещере стало светло от множества факелов. Из боковых тоннелей высыпало полсотни бойцов, вооруженных кривыми арабскими клинками. Заскрипели натягиваемые луки.

- Вы, наверное, ищете своих друзей? - Осведомился предводитель в остроконечном шлеме, - не переживайте, они живы. Ahdrham ela hna!

Повинуясь команде, в пещеру втащили Танкреда с Лансом. Каждого вели четверо бойцов, один из которых зажимал пленнику рот, другой держал около горла обнаженную саблю. Оба рыцаря жутко вращали глазами и имели крайне виноватый вид.

- Без глупостей, - предупредил командир, - в первую очередь…

- В первую очередь ты поцелуешь меня в задницу, поц! - На чисто русском объявил Уильям. Южнов, потеряв дар речи, вытаращился на преподобного, сияющего, как медный пятак. - Ник уммак!

- Айзек? - опешил командир, - это ты?

- Нет, это мое привидение! - рявкнул Уильям, - Убери немедленно отсюда своих бабуинов и освободи моих людей!

- Baaida! - Обернувшись к воинам, скомандовал главный, - mjana!

Бойцы слаженно опустили оружие и исчезли в боковом тоннеле. Освобожденные Танкред с Лансом молча хлопали глазами.

- Ну, здравствуй, Азиз, - потирая руки, ухмыльнулся преподобный. - Позволь спросить, что ты тут забыл?

Южнов, разглядывающий предводителя, хлопнул себя по лбу и истерически заржал. Тот, кто догадался снабдить преподобного внешностью Шона Коннери, неплохо подшутил над вторым действующим лицом. На Южнова смотрели немного ненормальные глаза Арта Малика, того самого террориста из боевика “Правдивая ложь”.

- Нашел своего соотечественника? - поинтересовался Азиз, подозрительно глядя на Южнова, - он тоже еврей, да?

- С чего это я еврей? - искренне удивился Южнов, - я, вообще-то, русский.

- Я ж говорю, еврей, - индифферентно заметил Азиз. - Плакат на мечети - ваших рук дело?

- Не обращай внимания, - посоветовал Уильям засопевшему Южнову, - Азиз у нас мусульманин, понимаешь? Рафинированный, можно даже сказать “супермусульманин”. Для него все неверные - евреи. Пожалуй, кроме негров и китайцев, да и то не факт. Верно, Азиз? Ты не нервничай так, взорвешься еще…

- Опять ты со своей еврейской хитростью, Айзек, - укоризненно посмотрел на преподобного командир.

- А ты, разумеется, считаешь себя умнее всех, - парировал Уильям, - тогда, может быть, прольешь свет своей мудрости на двух никчемных евреев и не расскажешь, какого шайтана тебе понадобилось в Иерусалиме?

- А сам-то как думаешь? - Устало махнул рукой Азиз, - присматриваю за Салах-Ад-Дином, будь он неладен! Он вчера лично отправил меня в эти катакомбы, забрать у неверных какую-то христианскую святыню…

- Ты угадал, - кивнул Южнов Уильяму, - Саладина купили.

- Несложно догадаться, - Уильям пристально посмотрел на собеседника, - выходит, сегодняшний погром на храмовой горе - твоих рук дело?

- Моих… А Саладин сам ведет хитрую игру, - Азиз поморщился, - я только в толк не возьму, вокруг чего весь этот шум. Что там такого спрятано, Айзек? Ты знаешь?

- Знаю, - Уильям потер подбородок, - только вот думаю, как тебе об этом сказать.

- Говори уже, - вяло махнул рукой командир, - меня, кажется, уже ничем не удивишь.

- “Милосердие”. Неповрежденный контейнер.

- Понятно, - Азиз помолчал, - Нужно было ожидать чего-то подобного.

- То есть, это уже не новость?

- Уже нет, - вздохнул Азиз, - когда выяснилась способность измененной вакцины усиливать пси-потенциал, в лаборатории такое началось…

- Поздно спохватились, - хмыкнул Уильям. - Стараниями тамплиеров тут уже полно просветленных. Догадались, сволочи, как репликацию запустить, как тебе? Мы, собственно, ради этого сюда и лезли - уничтожить остатки.

- И как? - Встрепенулся Азиз, - Удачно?

- Хрена лысого. Контейнера нет. Увезли. - Уильям почесал голову, - видимо, не хотели делиться с вами.

Ланс и Танкред, молча хлопали глазами. Диалог шел на русском, поэтому его содержание оставалось для рыцарей загадкой. Южнов, поймав взгляды рыцарей, покачал головой и развел руками.

- Что теперь будем делать? - поинтересовался Азиз.

- Лично ты сейчас собираешь своих красавцев и идешь расстраивать Саладина, - перешел на привычный язык Уильям. - А мы убираемся отсюда и решаем, что делать дальше. Что-то мне подсказывает, что в Палестине этого “святого грааля” уже нет. Будем искать.

- Не будете, - раздался холодный голос. В пещеру ворвалось десятка три рыцарей в белых плащах. Тамплиеры действовали с наработанной слаженностью - десяток арбалетчиков заняли позицию вдоль стены и взяли всех пятерых на прицел, остальные с оружием перегородили выходы. В шеи преподобного и Южнова уперлись острия сразу нескольких мечей.

- Любопытно, - перед пленниками стоял Анри де Монфор, - признаться, я не ожидал увидеть именно вас. Но, что поделать… Не двигаться! Попробуете поднять руку - умрете. Особенно это касается вас, - Анри пристально посмотрел на Южнова, - вы все поняли?

- Очередные вопросы? - поднял бровь Георгий.

- Вопросы вам зададут позже, - Анри покосился на Уильяма. Преподобный, сложив руки в жесте смирения, бормотал под нос молитву. - И не здесь. Позволю себе заметить, святой отец, что молиться надо было раньше.

- Да? - Уильям очень нехорошо посмотрел на де Монфора, - А я вот считаю по-другому. Будьте так любезны, прикажите своим людям убрать от моей шеи оружие. Иначе…

- Иначе что? - заинтересовался Анри.

- Иначе я считаю до трех, а потом…

- Хоть до десяти, - сочувственно покачал головой тамплиер, - неужели вы думаете…

- Раз, - не размыкая рук, четко произнес Уильям.

Южнов быстро переглянулся с Лансом. Тот едва заметно кивнул. Танкред перенес вес на левую ногу, но этого никто не заметил - все смотрели на Уильяма.

- Два! - Преподобный неуловимо-стремительным движением развел руки, выписав сложную фигуру. Оставляя за собой огненный след, в воздухе свистнула тончайшая нить. Лезвия мечей, отрезанные почти у самой гарды, с лязгом посыпались на пол.

Южнов, не теряя времени, выбросил вперед руку и впечатал арбалетчиков в стену. За это время Ланс с Танкредом свалили с ног конвоиров, выхватили оружие и теперь нехорошо поглядывали на заметно оторопевших рыцарей. Азиз, заломив тамплиеру руку за спину, держал около его горла кинжал.

- Три! - В полной тишине закончил Уильям. Слабо гудящая струна втянулась в перстень.

- Эффектно, - с ледяным спокойствием оценил де Монфор. - Эффектно, но бессмысленно. Сюда идет подкрепление, а выйти вам не удасться. У меня приказ… - Анри осекся. Толстая деревянная опора в углу, куда пришелся удар силового поля, затрещав, надломилась. Сверху посыпался песок, по своду пещеры побежали трещины.

- Отступаем! - Закричал Анри. - Бегом, к выходу!

- Куда? - Со злостью заорал Южнов. - А как же твои люди?

- Ты сдурел? - Перекрывая нарастающий гул, заорал в ответ тамплиер. - Здесь сейчас все рухнет!

- Посмотрим, - процедил Георгий и поднял руку в жесте “щит”. Загудело силовое поле. - Что встали? - рявкнул Южнов на остолбеневших рыцарей, - подбирайте братьев! Я не смогу долго…

Свод, затрещав, рухнул. Южнову показалось, что на его плечи обрушился многоэтажный дом. Георгий упал на колено, но продолжил держать энергетический щит. Индикатор заряда заморгал и стремительно пополз к нулевой отметке.

- Что ты ждешь? - к Георгию подскочил командир сарацин, - уходим!

- Помоги им! - прохрипел Южнов, не замечая стекающей по подбородку струйке крови. - Мне долго не продержаться! Батарейка, Азиз!

Из дальнейшего в памяти Георгия остались лишь разрозненные обрывки. Ему запомнились двое сарацин, поддерживающие под руки окровавленного арбалетчика. Помнил лица Ланса и Танкреда, которые тащили его самого. Помнил трещины, ползущие по потолку штольни. Голова страшно кружилась, но Южнов, сжигая себя, до последнего держал силовое поле. И, только увидев небо, бессильно уронил руку и позволил себе потерять сознание.

Первое, на что обратил внимание медленно приходящий в себя Южнов, были звуки. Поскрипывало дерево, слышался плеск воды. К ним добавлялся странный звук, который Георгий никак не мог определить - словно на ветру хлопало натянутое полотнище ткани. Пахло морем и немного смолой. Немного покачивало.

- Я уже догадываюсь, куда меня занесло на этот раз, - пробормотал Южнов, открывая глаза.

Каюта была маленькой и темной. Георгий, стараясь не делать резких движений, сел на узкой лежанке. Голова кружилась, но в целом состояние было вполне терпимым. С трудом встав на ноги, Южнов открыл невысокую дверь и машинально прикрыл глаза рукой от яркого света.

- Ты только посмотри! Он очухался! - Раздался знакомый голос.

- А я тебе что говорил? - со смешком ответил другой. - Вылезай, герой! А ты, сэр Ланс, беги за преподобным. Он, наверное, уже полрясы сгрыз от нетерпения.

- Ламберт? - заморгал Южнов, пытаясь восстановить зрение, - это ты, что ли?

- Он самый, - усмехнулся рыцарь, подставив Георгию плечо, - может быть, глаза откроешь? Я тебе не собачка-поводырь.

- Постой, - остановил излияния приятеля Южнов, - я не понял, ты-то что здесь делаешь?

- Я? - Удивился Ламберт, - я еду с вами. Ты чего, недоволен?

- Я тебя сейчас убью, - пригрозил Георгий, - Хватит заговаривать мне зубы! Откуда ты вообще взялся? Тебя же Анри в гарнизон забрал!

- А это тебе пускай твой друг-священник рассказывает, - ухмыльнулся рыцарь, - у него интереснее выйдет. Я-то человек простой. Мне приказали, я поехал.

- Приказали? - опешил Георгий, - кто приказал?

- Брат Анри и приказал. Угомонись уже, отец Уильям идет.

- Сколько? - Требовательно спросил преподобного Южнов, - сколько я был в отключке?

- Неделю. Если быть точным, восемь дней. Я, честно говоря, уже и не верил, что ты очухаешься. Ты же себя своим подвигом в гипогликемическую кому загнал, ты это понимаешь?

- Ну а что делать-то было? - грустно усмехнулся Георгий, - бежать, оставив под обвалом почти десяток человек? Как жить-то потом?

- Ишь ты, - восхитился Уильям, - боюсь себе представить, как бы ты решал задачу с вагонеткой.

- Где стрелка? - поинтересовался Южнов. - Нет ее тут? Ну и иди в жопу. Лучше объясни, как я вообще остался жив. По идее, я уже давно должен был дать дуба от истощения. А вот, смотри-ка, живой. И индикатор полный… Только жрать хочу - сил нет.

- Я на тебя почти весь запас глюкозы извел, - усмехнулся Уильям. - Не окажись меня рядом…

- Понятно. Тогда переходим к самому интересному - что произошло за эту неделю и куда мы плывем?

- Любопытство кошку сгубило, - фыркнул Уильям, - сейчас ты пойдешь обедать. Помнишь, как это делается? Ложечку за маму, ложечку за папу… А вот потом соберемся все вместе и поговорим. Не хочу десять раз повторять одно и то же.

- Едааааа, - мечтательно простонал Георгий. - Где тут кормят? Веди!

- Я постараюсь кратко пересказать все последние события, - начал Уильям, - мы сейчас в одной лодке… Во всех смыслах. Так что никаких тайн друг от друга у нас нет. Согласны? - Все дружно закивали, - вот и замечательно. Начнем с того, что тамплиеры выкопали под храмом одну… вещь. Они считают ее Святым Граалем, но это не так. Жидкость из этого контейнера, или чаши, как больше нравится, при умелом применении дает человеку возможность… как бы так сказать… внушать человеку определенные чувства. Например, преданность ордену… Более сильный может повелевать более слабым, причем тот будет считать, что принимает решения сам. Понимаете, к чему я?

- Де Ридфор, надутый старый индюк?

- Верно, сэр Ламберт. И не только он. Вышло так, что он вознамерился приструнить графа Раймунда. Идея была неплохой, но вышло наоборот - теперь он сам пляшет под дудку графа Триполийского. Отсюда и идиотские приказы, и позорные поражения… А сам Раймунд уже договорился с Саладином, пообещав ему за содействие… Догадаетесь, что?

- Тут и догадываться не нужно, - вздохнул Ланс. - только вот не верю я, что Саладин клюнул на эту приманку.

- Саладин сперва решил проверить, не обманывает ли его Раймунд. И отправил в Иерусалим своих людей, это с ними мы встретились в катакомбах. Только вот магистр ордена тоже, кажется, сообразил, что к чему и отправил “грааль” подальше от загребущих лап неверных. Когда мы с Геральтом спустились в пещеру под храмом, чаши там не оказалось. А неделю назад она еще была там, магистр самолично поил из нее нашего Геральта, как вам?

- Идите все дружно в пень, - Южнов показал неприличный жест, - и незачем на меня таращиться, как на прокаженного.

- Самое смешное, что в этом случае магистр промахнулся второй раз, - усмехнулся преподобный. - Вместо покорного слуги он посвятил в тайну человека, которого не смог взять под контроль. Обидно, правда? И хитрец Жерар решил подстраховаться.

- Меня чуть не схватили, когда я просто заикнулся о погребах, - усмехнулся Георгий, - после этого на площади установили непрерывное дежурство.

- Ты еще удивляешься, - покачал головой Ламберт, - ну и навел же ты тогда шума!

- Это было только прелюдией, - усмехнулся Уильям. - По милости этого деятеля добрые жители Иерусалима до сих пор, наверное, бегают за водой к нижнему источнику. Слышал, сэр Ламберт, что у храма полстены обвалилось? Его работа.

- Вот ни разу не удивлен, - ухмыльнулся рыцарь, - я, святой отец, его не один день знаю.

- Ну а дальше уже мелочи. Совпало так, что мы встретили и отряд сарацин, и охраняющий катакомбы отряд тамплиеров. Когда все благополучно выбрались из каменоломни, было много разговоров. Анри де Монфор, к счастью, не такой тупоголовый солдафон, как хочет казаться. А геройство со спасением бойцов из-под обвала, по его мнению, как-то не вяжется с образом государственных преступников, в которых нас записали. В результате он проникся ситуацией и обещал всяческую помощь, представляете? Они с Азизом чуть не подрались, каждый хотел выделить нам в сопровождение не меньше десятка людей.

- И ты отказался? - изумился Южнов, - как-то на тебя не похоже. Уж сарацин точно надо было брать.

- Очень остроумно, - скривился Уильям. - Я устал ему объяснять, что в нашем деле главное - не выделяться. Мы и сейчас-то не совсем привычная компания, но сарацины… Останется только обзавестись парой верблюдов, слоном и цирковым фургоном. Можно еще десяток прокаженных прибрать к рукам, для красивого числа.

Южнов, представив себе эту картину, громко заржал.

- Зря смеешься. Именно так я ему и объяснил, он только после этого от меня отстал.

- А Анри?

- С этим тоже было непросто. Вот вам десять братьев и ни одним меньше, - Уильям вздохнул. - Пришлось потребовать у него штурмовую баллисту, это его немного отрезвило. Сошлись на одном рыцаре, и тут же нарисовался доброволец.

- Понятно, - ухмыльнулся Южнов. - Ты что, брат Ламберт, тоже был в этой поганой шахте? Я, надеюсь, тебя ненароком не приложил?

- Размечтался, - фыркнул тамплиер. - Я, когда увидел, кого собирался вязать брат Анри, постарался оказаться как можно дальше от эпицентра. Так сказать, во избежание.

- Вот и паладин в команде, - Южнов криво усмехнулся, - полный комплект. Можно идти воевать Диаблу.

- Это он снова так шутит, - снисходительно пояснил Уильям, разглядывая озадаченные лица мужчин. - Могли бы и привыкнуть, в конце концов.

- Ты забыл самое главное, - напомнил Южнов, - мы все еще не знаем, куда увезли контейнер.

- Уже знаем, - ухмыльнулся Уильям. - Собственно, мне Анри и рассказал. Он лично сопровождал груз в порт. Мы плывем в Лондон.

- В Лондон? - вытаращился Южнов.

- В Лондон, - кивнул Уильям. - Ну что вы на меня так смотрите… В Лондон. Рыба, чипсы, дрянная еда, Мэри… гм… Поппинс. В Лондон!

Глава 14

- Приветствую, господа, - озадаченно разглядывая стоящую в воротах разномастную компанию визитеров, поклонился рыцарь. - осмелюсь спросить, что привело вас в резиденцию ордена?

- Нам нужен ночлег, - вежливо кивнул Уильям. - Я надеюсь, в странноприимном доме найдется место для усталых путников?

- Разумеется, - рыцарь коротко кивнул, - прошу следовать…

- И крайне важное дело к магистру командорства, - закончил преподобный, любуясь замешательством на лице рыцаря, - но сначала, пожалуй, все-таки ночлег.

- Я понял, - тамплиер, почесав бороду, поманил стоящего рядом сержанта. - Джон, разместишь гостей со всеми возможными удобствами, понял? Покажешь, где трапезная… Что я тебе рассказываю, сам же все прекрасно знаешь.

- Будет сделано! - Коротко поклонился сержант и куда более глубоко склонился перед гостями, - Прошу за мной, господа.

- Отдохните с дороги, - кивнул рыцарь, - о ваших конях позаботятся. Я же незамедлительно уведомлю прецептора.

Путь в Англию занял почти два месяца. Первые две недели, проведенные на борту генуэзского нефа “Святой Бернар”, прошли на удивление спокойно - море было тихим, большую часть времени Георгий провел, загорая на палубе. В Мессинском порту преподобный решительно пресек поползновения рыцарей устроить набег на местные питейные заведения, чуть ли не пинками загнав всех на борт французского хулка “Элеонора”. Путешествовали налегке - лошадей предприимчивый Уильям продал прямо в порту Яффы, проворчав, что коней можно купить и новых, зато не придется тратить время на общение с въедливыми итальянскими таможенниками. Еще две недели вся компания откровенно била баклуши на палубе, предусмотрительно найдя уголок потише.

К концу месяца плавания все уже настолько расслабились, что предложение капитана убраться в трюм от греха подальше вызвало искреннее недоумение. Капитан повторил просьбу таким недвусмысленным тоном, что путешественники, решив не искушать судьбу, безропотно полезли вниз. Еще через день им было уже все равно, где находиться - корабль прошел Гибралтар и вышел в Атлантику. К концу плавания вся компания изрядно похудела и приобрела немного зеленоватый цвет лица - беспощадная качка не прерывалась ни на день, мысли о еде вызывали только спазмы желудка. Только когда корабль зашел в относительно спокойный Ла-Манш вид пищи постепенно перестал вызывать отвращение, а лица потихоньку начали приобретать естественные цвета.

Рассиживаться в Дувре преподобный снова не дал, наорав на вяло протестующих Ланса с Ламбертом. Танкред предусмотрительно держался подальше и корчил скорбные рожи. Купив коней, вся компания не медля поскакала в Лондон.

Небольшую передышку в Рочестере Южнов старался забыть, как страшный сон - заспанный трактирщик с порога объявил, что все комнаты заняты, выбросил на стол остатки ужина и предложил переночевать на сеновале. К утру начал моросить мелкий противный дождик, с потрясающей точностью капая на головы через многочисленные отверстия в крыше.

Замерзшие, мокрые и злые, особо не разговаривая, путешественники забрались в седла и пустили коней в галоп. Через несколько часов пятеро всадников прогрохотали подковами по Лондонскому мосту.

- Кровааать! - Простонал Южнов, с наслаждением скинув с ног сапоги и принимая горизонтальное положение, - как хорошо-то!

- Вот что меня дернуло попроситься с вами? - поинтересовался сам у себя Ламберт, разминая затекшие ноги, - надо было остаться в Иерусалиме. Прославиться на войне, принять геройскую смерть в неравной битве с неверными… А не это вот все.

- Нытик, - проворчал Ланс, - а еще рыцарь! Доставай бутылку, герой! Я же видел, что ты ее в мешок прятал!

- А это-то откуда? - изумился Южнов, увидев в руках тамплиера бутылку самогона.

- Из личных запасов, - ухмыльнулся Ламберт, - собирался, решил прихватить с собой. Видишь, довез!

- Узрим же чудо, братья! - Патетически вознес руки Уильям. - Несмотря на все подстерегающие опасности, этому сосуду все-таки довелось увидеть берега туманного Альбиона! Чего стоишь, наливай уже.

- Под “опасностями” он имеет в виду нас, - ухмыльнулся Ланс.

- Мы умеем произвести хорошее впечатление, - согласился Ламберт, возясь с бокалами.

- Гм, - почесал отросшую бороду Южнов, - а нормально вообще по местным меркам идти к местному начальнику с таким перегарищем? Что на этот счет говорит устав ордена?

- Расслабься, - отмахнулся Уильям, - ты что же, решил, что прецептору заняться больше нечем? Нам дадут отдохнуть, привести себя в порядок, и дай бог завтра к вечеру…

- Это меня устраивает, - с облегчением зевнул Южнов, - но нам-то нужен не прецептор, а командор!

- А командору, если можно так выразиться, еще больше нечем заняться? Поговорим сначала с чином помельче, а дальше пускай он решает. Имейте в виду, - преподобный наставительно поднял палец, - круглого дурака на такую должность не поставят. Он из нас всю подноготную вытрясет. Не вздумайте врать!

- А что говорить, если он начнет задавать вопросы про мое дезертирство? - поинтересовался Южнов.

- Откуда он об этом может узнать, а? - Уильям покачал головой. - Главное - не лгите. Честно отвечайте на вопросы. И не отвечайте, пока вас не спросят… Если он сочтет, что наша история достойна внимания командора - так и будет, это уже моя забота, - Уильям ухмыльнулся, - а вот если он решит, что мы компания мошенников - тогда жди беды. Пока они будут разбираться, что да как, мы успеем состариться. Одно радует - говорят, на тюремной еде быстро худеют…

- Тьфу на тебя, - проворчал Георгий, - ну, допустим, комтуру мы зубы заговорим. А дальше?

- Дальше комтур, теряя части уставного одеяния, мчится к командору и с круглыми глазами рассказывает страшные новости. Не пройдет и часа, как нас потребуют к себе. Со всем возможным уважением, разумеется. А дальше…

- Будем импровизировать?

- Будем импровизировать… Очень надеюсь, что никто еще не успел причаститься к заморскому артефакту. Иначе будет совсем скверно… - Сэр Ламберт, ты там уснул? - Уильям демонстративно потряс пустым бокалом.

- Айзек, - тихо спросил по-русски Южнов, - ментальный щит в моей голове… Он работает в обе стороны?

- Чего-ооо? - поперхнулся Уильям, - ты что задумал?

- Не могу сказать, пока не понимаю. Так как он работает?

- Признаться, я и сам не знаю, - развел руками преподобный, - он отсекает сигнал извне. А пропускает или нет сигнал наружу - неизвестно. Просто потому, что не на ком было проверять.

- Его можно отключить?

- Можно - обреченно кивнул Уильям, - только я тебе все равно не скажу, как.

- Скажешь, - невесело хмыкнул Георгий, - конечно же, скажешь. Тебе же самому интересно.

- Ты ненормальный, - очень тихо сказал преподобный, - ты хоть отдаешь себе отчет, чем это может закончиться?

- Это моя голова, не твоя. Мне решать.

- Ну и дьявол с тобой, - сдался Уильям. - завтра объясню. Только все последствия - на твоей совести… А вы чего вылупились? - Рявкнул на привычном старофранцузском преподобный, - ну, поговорили мы немного…

- У вас такой вид, святой отец, - пояснил Ламберт, - как будто этот нехристь предложил вам отслужить черную мессу.

- И у Геральта не лучше, - строго заметил Ланс, - вы что там удумали, господа?

- Меньше знаешь - крепче спишь, - криво усмехнулся Георгий. - Ничего страшного мы не удумали, успокойтесь.

- Значит, какую-то очередную невероятную авантюру, - подытожил Ланс. - Оно вам надо?

- Отстань, а? - Попросил Южнов, - я пока сам еще не понимаю, что и как. Только смутные идеи.

- Надеетесь его отговорить? - скептически поинтересовался Уильям. - Ну-ну. Желаю удачи.

- Наконец-то здравая мысль, - ухмыльнулся Южнов и покосился на бутылку, - объявляю диспут законченным. Сэр Ламберт, ты будешь играть в гляделки или наконец займешься делом?..

- Поправьте меня, если я ошибаюсь, - пожилой рыцарь обвел мужчин цепким взглядом, - вы спешно прибыли сюда из Иерусалима, поскольку подозреваете в измене кого-то из братьев ордена?

- Я еще не закончил расследование, - покачал головой Уильям, - поэтому так безапелляционно бросаться обвинениями считаю преждевременным.

- Но вы же сами говорили про заговор с Святой земле?

- Это верно. Сам факт того, что Саладин осведомлен о вашей находке, заставляет сделать неутешительные выводы. Откуда, как думаете, ему стало известно о самом охраняемом секрете ордена?

- И вы подозреваете кого-то из братьев…

- Правильнее будет сказать “не доверяю”. Увы, ремесло обязывает…

- Если мы заговорили о доверии, - перебил прецептор, - то почему я должен доверять вам?

- Любопытно, - прищурился Уильям, - неужели булла самого Папы для вас…

- Ваши полномочия ограничиваются Иерусалимским королевством. А орден подчиняется непосредственно папе…

- Что ж, - Уильям усмехнулся и извлек из кожаного тубуса еще один документ, - я ожидал чего-то подобного.

- В связи с неожиданными и тревожными событиями, - Тамплиер углубился в чтение, - настоятельно рекомендую оказать всяческое содействие отцу Уильяму, легату Святого Апостольского престола, а также братьям--мирянам Танкреду из Салерно, Геральту из Ривии, Лансу Йоркскому… - Перецептор бросил быстрый взгляд на молчащих рыцарей, - … а также брату ордена Храма Соломонова Ламберту… Приказ, будьте любезны.

- Извольте, - Уильям пошарил в тубусе и с лучезарной улыбкой вручил прецептору очередной свиток.

- Благодарю, - тамплиер пробежал глазами по строчкам и забарабанил пальцами по столу. - Прошу понять меня правильно, я должен был убедиться…

- Рад, что развеял ваши подозрения, - вежливо кивнул Уильям и взглядом указал на документы, - вы позволите?..

- Да, разумеется, - прецептор вернул свитки Уильяму, - что же касается вашего расследования… Вопросы такого рода выходят за рамки моих полномочий. Ступайте, господа. Я незамедлительно доложу магистру.

- Я ожидал худшего, - признался Ламберт, - как-то слишком гладко все прошло.

- Я тоже ждал перекрестного допроса, - кивнул Южнов.

- Рано радуетесь, - хмыкнул Уильям, - все еще впереди. Магистр… - Преподобный неожиданно замолчал.

Неподалеку о чем-то спорили два рыцаря. Высокий пожилой тамплиер, задрав бороду, что-то увлеченно доказывал невысокому кряжистому брату ордена. Завидев приезжих, пожилой осекся и уставился на Георгия с искренним изумлением в глазах. Второй невозмутимо кивнул головой и отвернулся.

- Так, - протянул Южнов, едва компания скрылась за поворотом, - видели эту парочку? Бородатый, который смотрел на меня, как на привидение - брат Брайан, “просветленный”. Видимо, именно он привез сюда контейнер… - Георгий заметил удивленно-радостное лицо Уильяма, - а ты чего такой довольный?

- Это же Роберт, - преподобный чуть ли не подпрыгивал от радости, - тот, второй! Помнишь, я тебе рассказывал про добровольцев из исторической эпохи? Роберт оказался просто неоценимым помощником, а после операции он не захотел возвращаться в тринадцатый век и остался с нами. Я и не знал, что его отправили сюда. Вот это повезло!

- Повезло? - Южнов был мрачнее тучи, - Не хочу тебя расстраивать, но все скверно донельзя. Он тебя узнал?

- Нет, - озадаченно почесал бороду Уильям, - внешность агентов известна очень узкому кругу лиц…

Объяснишь, в чем дело?

- Дело в том, что я прекрасно знаю этого человека. - Георгий вздохнул, - это он был моим инструктором в Иордании.

- Вот это новости, - Уильям нервно ходил взад-вперед по комнате, - ты точно уверен, что это он?

- Уверен, уверен. Он ничуть не изменился, разве что усы отрастил.

- Плохо дело, - подытожил преподобный, - он может нам здорово помешать.

- Мы еще не знаем, зачем он здесь, - заметил Южнов, - не торопись с выводами. Рассказывай, как отключается щит.

- Ну, это просто, - отмахнулся Уильям, - сосредоточься и мысленно напряги слух, как будто ты пытаешься услышать тихий-тихий голос. Попробуй.

- Гм, - Южнов, не обращая внимания на легкий шум с улицы, представил себя окруженным полнейшей тишиной и мысленно потянулся вперед, к привычным звукам. Зеленая пиктограмма щита заморгала и перекрасилась в желтый цвет, рядом появился восклицательный знак.

- Получилось, - похвастался Южнов, - а как обратно?

- Примерно так же, только теперь ты мысленно закрываешься от шума.

- Замечательно, - с довольным видом кивнул Георгий, когда щит снова засветился зеленым, - все работает. Благодарю.

- Рассказывай, что ты там задумал, - потребовал Уильям.

- Ладно. Если Брайан привез сюда контейнер, он наверняка будет крутиться неподалеку от магистра. Ты попросишь просто взглянуть на святыню. Например, чтобы убедиться в ее подлинности, сам придумаешь повод. Брайан наверняка будет возражать, и тогда я попробую подкорректировать внушенную Жераром установку. Главное - чтобы он показал тебе контейнер, а точнее - отвел тебя к нему, вряд ли он позволит выносить такую ценность из сокровищницы, или где его там спрятали, понимаешь?

- Допустим, - озадаченно кивнул Уильям, - показали мне эту штуку, а дальше что? Да мне ее в руки не дадут взять, не говоря уже о том, чтобы открыть!

- Ты еще не понял? - ухмыльнулся Георгий, - тебе и не надо ничего брать в руки. Твоя задача - сохранить у себя в голове геометку, или как там у тебя телепорт работает?

- Чтоб мне провалиться, - Уильям уважительно посмотрел на Южнова, - а ведь это действительно может сработать!

- Подождите-ка, - вмешался Ланс, - может быть, теперь расскажете все нам?

- Пока рассказывать нечего, - отмахнулся Уильям, - действуем по плану. Я говорю, вы молча сидите и глубокомысленно киваете. И не вздумайте связываться с Робертом, ясно? Этот человек вам не по зубам, даже один против троих.

- А как же…

- Магистр желает вас видеть, - появившийся в дверях тамплиер почтительно поклонился, - прошу следовать за мной.

- Приветствую господа, - учтиво поклонился комтур, - я Уильям де Ньюенхэм, магистр лондонского командорства ордена храма. Позвольте представить вам брата Брайана и брата-мирянина Роберта.

Оба рыцаря коротко кивнули. Брайан не сводил с посетителей настороженных глаз, Роберт глядел с легким доброжелательным интересом.

- Кто вы такие, я уже понимаю, - продолжил магистр, - нет-нет, документы оставьте у себя. Я знаком с Анри де Монфором, и всецело доверяю честности и интуиции брата. Мне бы хотелось лично услышать, какие причины побудили вас проделать столь далекий путь… брат Уильям.

- В Святой земле заговор… брат Уильям, - слегка усмехнулся преподобный. - Случилось так, что Саладину стало известно о находке братьев ордена. Более того, он решил завладеть этой… святыней.

- Позвольте, - нахмурился магистр, - а каким образом о ней стало известно вам?

- От него, - преподобный, пожав плечами, указал на Южнова. - Он… посвящен.

- Посвящен? - магистр недоуменно посмотрел на Брайана, тот отвел глаза. - Но кем же?

- Магистром Жераром, брат Уильям, - коротко пояснил Южнов. - Практически сразу же после событий при Крессоне.

- Не называйте меня так, сударь, - поморщился магистр, - вы не принадлежите к числу братьев, поэтому…

- Принадлежит, - мрачно буркнул Брайан, - он мирянин на службе ордена. Приказ подписан лично великим магистром.

- Даже так… Все любопытнее, - де Ньюэхем покосился на Роберта и покачал головой, - впрочем, мы отвлеклись. Продолжайте, святой отец.

- Волей случая нам удалось узнать, что Саладин всерьез вознамерился завладеть вашей находкой. Решение отправить Грааль из святой земли было единственно верным.

- Так в чем же дело? - Магистр прищурился.

- Мне хотелось бы убедиться, что брат Брайан привез сюда действительно Святой Грааль, - отчеканил преподобный. - Если в рядах ордена предатель - артефакт могли подменить.

- Что? - Магистр потерял дар речи, - вы вообще понимаете, что говорите, брат Уильям?

- Я прекрасно отдаю себе отчет в своих словах, брат Уильям, - отрезал преподобный. - И меня настораживает ваше удивление.

- Я не обладаю полномочиями обсуждать приказы великого магистра, - сухо заметил комтур. - Даже если у вас есть основания не доверять брату Брайану, приказ содержит весьма недвусмысленные инструкции на этот счет.

- Приказ, разумеется был предоставлен братом в письменном виде? - С нехорошим лицом осведомился преподобный, - тогда, будьте так любезны, скажите, что это такое?

Командор озадаченно развернул протянутый Уильямом свиток.

- Это очередной приказ великого магистра, - пояснил преподобный, - разумеется, поддельный. По виду не отличишь, верно? Только вот магистр Жерар не подписывал этот документ, ибо на тот момент еще не вернулся в Иерусалим.

- Стоп, - нахмурился командор, - здесь написано…

- Я знаю, что здесь написано. Кому-то очень не хотелось оставлять в живых брата Геральта, - кивнул Уильям, - только он сделал ошибку. Поторопился.

- Не складывается, - почесал голову командор, - если рескрипт подлинный, то брат Анри точно должен был быть поставлен в известность, а тогда… Впрочем, сейчас мы все выясним. - Магистр встал из-за стола, - будьте добры немного подождать. Пожалуйста, без глупостей.

- О чем вы? - Искренне изумился преподобный, - мы не меньше вас хотим выяснить истину!

Магистр вышел. Южнов, втихаря приглядывающийся к Брайану, решился и снял защиту. Результат оказался неожиданным - вместо бури эмоций, подавляющей волю, Георгий ощутил чужое отчаяние и страх.

- “А не твоих ли это рук дело, говнюк? - осенило Южнова, - тогда мы сделам так…”

Георгий, прикрыв глаза, сосредоточился на одной-единственной мысли - раскаянии. Горький стыд, страх наказания и невообразимое желание признаться соединились вместе и ударили тараном, сметая жалкие попытки сопротивления. Брайан вздрогнул и часто заморгал, озираясь.

- Исполнено мастерски, - в дверях показался монах, пристально разглядывающий документ. - Но это действительно подделка. Вот здесь, видите? Литеры…

- Благодарю, брат Дастин, - остановил его вошедший следом магистр, - этого вполне достаточно. Вы были правы, брат Уильям.

- Меня это не радует, - покачал головой преподобный. - Это означает, что у предателя был свободный доступ в кабинет магистра. Или он заблаговременно обзавелся копией печати…

- “Ну, давай!” - мысленно выдохнул Южнов и усилил ментальный напор.

- Я раскаиваюсь! - в наступившей тишине раздался голос Брайана. - Это действительно сделал я. Предаю себя в ваши руки, брат Уильям!

- Ээээм, - крякнул от удивления магистр. Роберт вопросительно посмотрел на рыцарей, Ланс в ответ недоуменно пожал плечами. Уильям покосился на Южнова. Тот сидел, прикрыв глаза и не ослаблял давление.

- Ко мне обратился незнакомец, - затараторил Брайан, - предупредил, что брат Геральт планирует занять место великого магистра… Обещал избавиться от него, мне достаточно было только подделать рескрипт. В награду пообещал денег…

- Хватит, - поморщился командор, - не желаю больше слушать. Ключи!

Брайан дрожащими руками отстегнул от пояса кольцо с ключами и бросил на стол.

- Под стражу его, - коротко приказал де Ньюэхем. - Экая мерзость!..

- Будь ты проклят! - Неожиданно крикнул Брайан и, выхватив меч, бросился на Георгия.

Южнов с тоской понял, что весь тщательно выстроенный план стремительно летит коту под хвост. Мечи у них предусмотрительно забрали, а использовать “магию” означало окончательно потерять с таким трудом завоеванное доверие командора. Впрочем, расстаться с жизнью хотелось еще меньше. Георгий уже приготовился выстрелить силовым полем, когда Брайан, нелепо взмахнув руками, рухнул на пол. Из затылка рыцаря торчал арбалетный болт.

- Прошу прощения, - мягко произнес Роберт, пряча за спину арбалет, - он не оставил мне выбора.

- Гм, - откашлялся магистр, - чудны дела твои, Господи. Такого мешка с гадюками, господа, мне еще не доводилось принимать в подарок, - де Ньюэхем покачал головой и усмехнулся, - впрочем, все устроилось наилучшим образом, верно?

- Если, конечно, он привез сюда подлинную чашу, - заметил Уильям.

- Предлагаю закрыть этот вопрос незамедлительно, - магистр демонстративно позвенел ключами и повернулся к рыцарям. Господа, вы вольны оставаться в командорстве, сколько сочтете нужным. Требуйте любую необходимую помощь, вам не откажут. А пока… не желаете дождаться святого отца в странноприимном доме? Здесь требуется немного… гм… прибраться.

- Капсула настоящая, - с порога объявил вошедший Уильям.

- Ну наконец-то, - облегченно вздохнул Южнов, - кстати, а как ты…

- Как я определил, подлинный ли это “Грааль”? - ухмыльнулся преподобный, - да никак. Постоял рядом, побубнил молитву… после чего торжественно поздравил командора. Его радости можно было только позавидовать - такая проблема с плеч свалилась… В общем, первую часть программы мы успешно выполнили. Это стоит отметить.

- Пьянство - грех, - проворчал Ламберт, откупоривая бутылку.

- Он еще будет рассказывать святому отцу, что такое грех, - фыркнул преподобный. - Совсем страх потерял. Ты еще поучи уставу великого магистра! - Уильям ехидно покосился на Южнова.

- Вот с этой подробности я сам слегка обалдел, - признался Южнов, - великий магистр, надо же!

- Смирение и благодетель, - отмахнулся Ламберт. - Брат Брайан искренне верил, что рано или поздно цепь великого магистра достанется ему… Наивный.

- И донельзя глупый, - хмыкнул Южнов, - впрочем, хватит о нем. Давайте лучше подумаем, как нам быть дальше.

- Дальше все просто, - преподобный с удовольствием приложился к бокалу, - выжидаем удобный момент, я стерилизую контейнер… Но есть одна проблема. Брат Роберт. Его придется ликвидировать.

- Его - что? - Южнов поперхнулся. - Зачем?

- Я не знаю, какую роль он сыграл во всей этой истории, - Уильям поморщился, - но дело не в этом. Он способен перемещаться во времени, понимаешь? Оставлять такого человека за спиной смертельно опасно. К тому же, ты сможешь воспользоваться его трансмиттером.

- Подожди, - остановил преподобного Георгий, - я не совсем понял, что ты имеешь в виду. Какой трансмиттер?

- Портативная машина времени. “Терминатор” таким модулем не комплектуется, значит Роберт где-то прячет хронобраслет. Стандартное устройство, и тебе придется его раздобыть, если ты планируешь вернуться вместе со мной.

- То есть, главное - это браслет, - задумался Георгий, - я правильно тебя понял? Получается, что убивать Роберта вовсе не обязательно?

- Испугался? - поинтересовался преподобный. - Или надеешься выйти из этой истории с чистыми руками?

- С чистыми руками, говоришь? - Южнов нехорошо прищурился, - легко говорить о чистых руках, когда нажимаешь на гашетку сброса бомбы, верно? За тебя все сделает гравитация и заряд в боеголовке, а ты, вроде как, и не при делах… Ты попробуй убить человека мечом! Когда видишь ужас в его глазах и тебя заливает кровью из разрубленных артерий! - Георгий уже кричал. - Знаешь, каково это - лежать в луже собственной крови с простреленной снайпером ногой и ждать следующего выстрела? Смерть - это кровь и дерьмо! Ты говоришь про чистые руки? Да я уже весь измарался, на мне места чистого нет! - Южнов, выдохнув, покосился на рыцарей. Те старательно делали вид, что изучают стену. - Достаточно смертей. Если мне придется защищаться - я буду защищаться. Но убить вот так, по нелепой прихоти - нет.

- Прости великодушно, - Уильям пристыженно опустил глаза. - Вечно я со своим языком… Не знаю, что на меня нашло. Действуй так, как сочтешь нужным.

- Ты тоже извини, - буркнул Южнов, сделав приличных размеров глоток и вытирая покатившиеся из глаз слезы, - что-то я сегодня на взводе.

- Вы уже закончили ругаться? - с опаской осведомился Ланс.

- Мы еще даже не начинали, - ухмыльнулся Уильям. - Не надо так на меня смотреть, сэр Ламберт! Будем считать инцидент исчерпанным.

- Ну вот, другое дело, - проворчал Танкред. - Какие наши планы?

- Надо как-то отвлечь всю местную братию, - развел руками Уильям, - за это время нужно успеть наведаться в крипту и порыться в вещах Роберта.

- Отвлечь, да? - задумался Южнов.

- Ой, - уставился на Георгия Ланс, - мне знакомо это выражение лица. Кажется, у кого-то будут неприятности.

- Еще какие, - подтвердил Ламберт. - Геральт опять задумал какую-то шедевральную пакость. Верно?

- Тебе понравится, - Южнов ухмыльнулся, - братьям, надеюсь, тоже. По крайней мере, это представление они надолго запомнят… Мы же можем ненадолго покинуть командорство?

- Конечно, - удивился преподобный, - мы гости, а не пленники.

- Вот и замечательно, - Южнов потер руки, - предлагаю немного прокатиться. Наведаемся в город, поглядим окрестности… Поехали.

- Интересно, - поинтересовался Георгий у Уильяма, - если бы мы вернулись после закрытия ворот, нас бы пустили внутрь?

- Куда бы они делись, - отмахнулся преподобный, - только пришлось бы отвечать на множество ненужных вопросов. А у нас завтра веселый день… Оно нам надо?

Заговорщики вернулись в командорство втроем. Ламберт остался ночевать в небольшой лодочной мастерской выше по течению Темзы, Ланс облюбовал себе трактир неподалеку от Лондонского моста. Уильям с Южновым выглядели уставшими, но довольными донельзя. Танкред, как обычно, сохранял невозмутимый вид. Наскоро заглянув в трапезную, вся троица отправилась спать.

- Брат Уильям! - в покои магистра ворвался начальник стражи, - приношу свои извинения…

- Что случилось? - Командор сел на кровати и покосился на окно. Только начинало светать.

- Там… там это! - Содержательно объяснил рыцарь. - Брат прецептор на южной стене, послал за вами.

- Подожди в коридоре, - приказал магистр, - я сейчас выйду.

На стене командорства собралось уже порядком народа. Со двора бежали разбуженные братья, в воздухе ощущалась тревога.

- Проснитесь, святой отец! - в дверь странноприимного дома забарабанили кулаки.

- Что случилось? - Уильям сделал вид, что только что проснулся. Южнов с Танкредом старательно изображали недоумение, - что за шум?

- Пойдемте, - не ответил на вопрос рыцарь, - вас хочет видеть магистр. Говорит, что вам обязательно нужно увидеть все своими глазами.

Осеннее утро было безветренным и промозглым, от воды поднимался плотный туман. В предрассветной мгле над Темзой в полной тишине плыл огромный, в пять человеческих ростов, закутанный в черный плащ силуэт. Низко надвинутый капюшон полностью скрывал лицо. В руках фигура держала косу, темное лезвие зловеще поблескивало на фоне начинающего светлеть неба.

- Что это? - Бледный командор подергал Уильяма за рукав, - Вы когда-нибудь видели что-то подобное?

- Только слухи, - преподобный подарил магистру мрачный взгляд, - считается, что появление темного жнеца предвещает опустошительную войну. Последний раз его наблюдали около ста лет назад, перед вторжением Вильгельма Завоевателя…

Темная фигура поравнялась с замком. Голова призрака начала поворачиваться к оцепеневшим от ужаса рыцарям, под капюшоном клубилась тьма. Ноги магистра как будто приросли к холодному камню. Сейчас темный жнец повернет к нему голову, взглянет в глаза…

- Покайтесь! - Взвыл Уильям, подняв над головой распятие, - ибо близится день гнева Его! Снята четвертая печать, и дана будет власть четвертому всаднику умерщвлять мечом и гладом!

Братья ордена во главе с магистром, как по команде, упали на колени и забормотали молитву. Движение головы призрака остановилось. Так и не взглянув на самозабвенно кающихся рыцарей, призрак медленно отвернулся и поплыл вдоль реки к Лондону.

Места на стене уже не хватало, сбежавшиеся на шум братья ордена озадаченно топтались внизу и, негромко переговариваясь, строили предположения одно безумней другого. Южнов уже начал нервничать, когда по лестнице кубарем скатился Танкред.

- Можно, - выдохнул итальянец, краем глаза наблюдая за столпотворением.

- Где Уильям? - Негромко спросил Южнов, поправляя перевязь с мечом, - ты Роберта видел?

- Уильям наверху, стращает братьев, - ухмыльнулся Танкред. - Нагнал же он на них страху… Век бы слушал. Роберт тоже там, боится вместе со всеми.

- Тебе удалось выяснить, где его поселили?

- Первый этаж, четвертая дверь справа. - Танкред угрюмо посмотрел на Южнова. - Удачи, друг… Будь осторожен.

Стараясь не привлекать внимания, Георгий проскользнул в приоткрытую дверь и огляделся. Коридор никто не охранял. Видимо, стражники, наплевав на устав, присоединились к зрителям. К удивлению Георгия, дверь в покои Роберта оказалась незаперта. Обстановка внутри была исключительно простой - кровать, небольшой шкаф и конторка для письма. Напоследок выглянув в коридор, Южнов прикрыл за собой дверь и начал обыск. Шкаф оказался почти пуст - на полке одиноко лежали умело переплетенный томик устава ордена и сверток с одеждой. Георгий безрезультатно ощупал стены на предмет тайников и, встав на колени, заглянул под кровать.

- Ты, случайно, не это ищешь? - раздался знакомый голос. В дверях, держа в руке поблескивающий темным металлом браслет, стоял Роберт.

- Как же мне не хочется с тобой драться, - простонал Южнов, поднимаясь на ноги. - Если бы ты только знал…

- Подожди, - остановил его Роберт. - Ты же пришел за этим? - рыцарь ловко перебросил браслет Георгию, - бери! Мне он больше не понадобится.

Окончательно сбитый с толку Южнов, держа в руках трансмиттер, молча хлопал глазами.

- Ты решил, что придется отбирать у меня браслет силой? - Усмехнулся Роберт, - это тебя Айзек надоумил? Священник - это же Виттель, верно?

- Не знаю его настоящую фамилию, - признался Георгий.

- Узнаю старину Айзека, - Роберт ухмыльнулся и закрыл дверь, после чего приглашающим жестом махнул на стул. - Садись, поговорим немного. И не дергайся, драка с тобой в мои планы не входит, - рыцарь отстегнул пояс с мечом и кинул Георгию, - так тебе спокойнее?

- Я, кажется, уже ничего не понимаю, - горько признался Южнов. - Как ты понял, что я… ну, это…

- Роешься в моих вещах? - Роберт усмехнулся, - А для чего еще вам мог понадобиться этот спектакль? Вышло, кстати, потрясающе. Братья еще не скоро придут в себя. А уж разговоров будет…

- Рад, что ты оценил, - криво ухмыльнулся Георгий, - продолжай, пожалуйста.

- Когда Глик выкопал пустой медальон, я сразу же сообразил, что в операцию вмешалась третья сторона. Майклу и остальным этого знать было совсем необязательно, поэтому я постарался убедить Глика, что операция в Иерусалиме провалена и необходимо искать другой путь. Глик проникся и даже сумел убедить Далласа, того самого, который прилетал на твой “выпускной экзамен”. В результате меня отправили сюда, в Лондон. О том, что у меня есть персональный темпоральный трансмиттер, им знать было совсем необязательно. Кстати, это Айзек стер медальон?

- Ты мне не поверишь, - Южнов усмехнулся, - его ухитрились отключить еще на базе. Представляешь? Похоже, Глик и компания пользуются особой популярностью у ваших спецслужб, если к ним внедрили сразу нескольких агентов.

- Даже так? - удивился Роберт, - с Вайдингером все ясно, я был вторым… Выходит, там был еще кто-то? Дай догадаюсь… Медсестра?

- Сложное нынче время, - посетовал Георгий, - никто никому не доверяет.

- И правильно делают. Подожди секунду, - Роберт вышел из комнаты и через минуту вернулся с кувшином и двумя бокалами, - я, кстати, с самого начала хотел с тобой поговорить, объяснить ситуацию. Но не вышло - сначала этот цирк с признаниями, потом вы уехали…

- М-да, - пробормотал Георгий, - выходит, мы зря старались?

- Почему это “зря”? - Удивился Роберт, - то, что вы вывели на чистую воду приближенного к гроссмейстеру человека - огромная удача! Можешь себе представить, что он мог натворить при помощи вакцины?

- Ты и про это знаешь?

- Скажем так, я догадывался. Когда выяснилась ее способность стимулировать эмпатический центр мозга, меня отправили сюда наблюдателем. Только вот у меня уже были другие планы.

- Я уже понял, что ты что-то задумал, - кивнул Георгий, разглядывая браслет. - Только до сих пор не понимаю, что именно.

- Сейчас поймешь, - Роберт усмехнулся. - Айзек рассказал тебе, как я оказался в лаборатории?

- Проект “милосердие”?

- Все верно. Когда мне предложили принять участие в акции спасения человечества, я увидел в этом свой единственный шанс выбраться из того болота, в которое превратилась Франция стараниями его Величества Карла Красивого. Хоть я и умел махать мечом, выше рядового в местной дружине мне было не подняться. Мечтать о рыцарском посвящении было вдвойне глупо. Поэтому, после завершения операции, у меня не было никакого желания возвращаться обратно.

- Понимаю, - кивнул Южнов, - а дальше?..

- А дальше я осознал, что из одного болота попал в другое. Несомненно, наука будущего творит чудеса - я забыл про болезни, раны стали заживать в несколько раз быстрее… Дело в другом. Я понял, что приключения ради приключений мне неинтересны. После миссии на Обероне я всерьез призадумался. И, когда потребовался наблюдатель в средневековом Лондоне, я решил сделать все по-своему.

- Я, честно говоря, все еще не понимаю.

- Потерпи. В Иордании я наспех сочинил себе имя Арно Эбер, в действительности же меня зовут Робер. Робер из Сабле. Теперь до тебя дошло?

- Ничего себе! - Южнов изумленно вытаращился на собеседника, - погоди, дай вспомню. После смерти Жерара орден некоторое время существует без великого магистра, а де Сабле появляется в третьем крестовом походе, начиная братом-мирянином… Все сходится.

- Разумеется, - кивнул Роберт. - я долго планировал свои шаги. Теперь ты понимаешь, почему я отдаю тебе браслет? Мое место здесь, я это чувствую. А ты отправляйся вместе с Айзеком, такие сообразительные люди им необходимы позарез.

- Ты уверен? Магистр де Сабле, насколько я помню, погибнет где-то под Яффой…

- Это мы еще посмотрим, кто где погибнет, - нехорошо ухмыльнулся Роберт. - Забирай браслет. Покажешь его Айзеку, он разберется, как им пользоваться. - Рыцарь встал.

- Прощай, Роберт, - Южнов, встав, крепко пожал рыцарю руку.

- Прощай… Геральт. Удачи на пути.

Южнов успел дойти до странноприимного дома и устало сесть на кровать, когда с электрическим треском в воздухе материализовался Уильям.

- Все в порядке, - ответил преподобный на невысказанный вопрос, - про эту головную боль можно забыть. А ты как?

- Вот так, - Георгий продемонстрировал Уильяму браслет. - Роберт говорит, что ты умеешь с ним работать.

- Роберт - что? - Глаза преподобного полезли на лоб, - рассказывай!

- Он, представь себе, сам его отдал. Говорит, что остается здесь… - Южнов кратко пересказал преподобному суть разговора, - так что, мне кажется, все устроилось самым наилучшим образом.

- Робер де Сабле, - Уильям изумленно покачал головой, - ничего себе! Ай, да старина Роберт! Не ожидал от него такой прыти.

- А как тебе удалось удрать со стены? - Поинтересовался Георгий, - я слышал, как ты пугал братьев гневом божьим и всадниками апокалипсиса…

- Вот так и удрал, - ухмыльнулся Уильям, - воспользовался передышкой и оставил братьев замаливать свои грехи. Им уже не до меня было.

- Все получилось? - В дверь ввалились Ланс с Ламбертом, сзади выглядывал Танкред.

- Вы таки не поверите, но да! - Уильям покачал головой, - сам не верю!

- А… - Ланс осекся, увидев браслет в руках Южнова.

- А у вас как? - поинтересовался Георгий, - все, как планировали?

- Как по нотам! - Ламберт с удовольствием потянулся, - незадолго до моста выбил клин, мачта с этой страхолюдиной упала в воду. На берегу меня уже ждал Ланс с лошадьми. Было немного неудобно крутить эти штуки, - пожаловался рыцарь, - и в дырку особо ничего и не разглядишь, но я старался…

- Не переживай, - успокоил его преподобный. - Братья после твоего бенефиса еще неделю будут штаны отстирывать.

- Жаль, я не видел, - пригорюнился Ланс.

- А вот я все видел, - ехидно похвастался Танкред. - Рассказать?

- Подожди, - Ламберт нахмурился, - выходит, все? Наше приключение закончилось?

- Выходит, закончилось, - развел руками Уильям. - Медлить не стоит.

- Только давайте без эмоций, ладно? - попросил Южнов, - у меня и так глаза на мокром месте.

- Наконец-то в тебе проснулось что-то человеческое, - усмехнулся Ланс.

- Наделали мы дел, - хмыкнул Уильям. - притащили вас в Лондон и бросаем…

- Что-то мне подсказывает, что эта парочка быстро найдет себе занятие, - усмехнулся Южнов.

- Я принимал присягу ордена, - пожал плечами Ламберт. - Когда братья немного придут в себя, наведаюсь к прецептору, доложу о готовности…

- Заодно попрощаешься за нас, - кивнул Уильям, - сочинишь какую-нибудь сказку…

- Разберемся, - кивнул рыцарь.

- А я, пока сидел в трактире, наслушался местных сплетен, - похвастался Ланс. - Тут, господа, такое творится! Точно без дела не останусь.

- Я же говорил, - усмехнулся Южнов, - у них все схвачено. Такие не пропадут. А что ты, брат Танкред?

- А я вас сперва провожу, - ухмыльнулся итальянец, - мне еще нужно брату Уильяму пару слов сказать. Вот попрощаемся с доблестными рыцарями, и отправимся…

- Не знаю, что нужно говорить, - признался Южнов, разглядывая друзей. - Удачи вам.

- Вот это да! - картинно изумился Ламберт, - если Геральту нечего сказать, дело плохо.

- Бывай, дружище, - подмигнул Ланс, - мне теперь будет, что рассказывать внукам.

- Прощай, брат Геральт, - кивнул Ламберт. - Если ты опять вздумаешь вернуться, ты знаешь, где меня искать.

Рыцари молча проводили взглядом выехавших из ворот командорства трех всадников.

- Ты так и не сказал, куда теперь собираешься, - напомнил Танкреду Южнов. Вся троица, привязав коней к деревьям, сидела на поляне неподалеку от лодочной мастерской.

- И о чем ты хотел со мной посекретничать, - добавил преподобный.

- Это я наврал, - признался Танкред. - Хотел отделаться от наших шевалье. А что касается моих планов, то ближайшую неделю я буду сидеть и писать отчет.

- Что? - Нахмурился Уильям, - какой еще отчет?

- Отчет о ваших похождениях, - любезно пояснил итальянец. - Или вы думаете, что ваши фокусы с корректировкой истории никого не интересуют? Ах да, чуть не забыл, - Танкред перебросил Южнову небольшой сверток, - это тебе.

- Что это?

- Сувенир от святого отца. - Танкред покосился на Уильяма, - что-то вроде магнитика на холодильник. Между прочим, из самого Иерусалима.

- Подожди, - озадаченно попросил Уильям, - может быть, ты все-таки расскажешь…

- Я наблюдатель. Ни во что не вмешиваюсь, никаких решений не принимаю. Больше ничего рассказать не могу, - итальянец сочувственно поглядел на растерянных спутников, - но это было, пожалуй, самое интересное задание! Хоть книгу пиши... Ну да ладно. Прощайте, джентльмены. Может быть, еще увидимся. - Фигура Танкреда окуталась облаком искр и растворилась в воздухе.

- Конспирация, говоришь? - ехидно поинтересовался Южнов у преподобного. - Джеймс Бонд?

- Я всегда говорил, что на такие задания нужно отправлять оперативника, - проворчал Уильям. - Проделать такой путь с двумя хвостами за спиной, это надо постараться! Меня точно засмеют.

- Это тебе еще повезло, - ухмыльнулся Георгий. - Я планировал тебе для полного комплекта тот самый уд кобольда в вещи подсунуть. Помнишь, я рассказывал? Жаль только, до меня его кто-то…

Георгий замолчал, заметив чрезвычайно ехидный взгляд Уильяма и развернул сверток с “сувениром”.

- Его на шее полагается носить, - подсказал донельзя довольный преподобный, - иначе, говорят, не помогает.

- Вот оно что, - Георгий расхохотался, - а я еще удивлялся, кто это позарился на такой ценный “артефакт”! Ты, выходит, меня всего на полдня опередил?

- Что делать, - ухмыльнулся Уильям, - как говорят, кто первый встал, того и тапки... Давай сюда трансмиттер. - Преподобный сдвинул вниз незаметную панель и защелкал кнопками, - все в порядке. Заряда достаточно, время прибытия… Через пять минут после меня. Надеваешь на руку, нажимаешь здесь и здесь…

- Как-то быстро все, - пожаловался Южнов, надевая устройство на руку, - еще утром пугали тамплиеров…

- Нашел время для философии, - удивился Уильям. - хотя, дело твое. Ты знаешь, что нужно делать. Не рассиживайся тут долго, - преподобный исчез в треске разрядов.

- Копперфилд, - проворчал Южнов, оглядываясь. Постепенно приходило осознание, что безумное средневековое приключение, в счастливый исход которого он уже перестал верить, подошло к концу.

Георгий вдохнул полной грудью. Воздух был чистым и прохладным, издалека доносился шум реки. Около уха раздался до боли знакомый противный писк. Южнов машинально хлопнул ладонью по щеке и уставился на раздавленного комара. Из кустов неподалеку вылетело целое облако кровососов и с мерзким звоном налетело на задумавшегося мужчину.

- Намек понял, - пробормотал Георгий, - рефлексия на берегу реки отменяется.

Южнов нажал на небольшой выступ, под откинувшейся крышкой засветилась зеленым надпись “Armed”. Рядом заморгала круглая зеленая клавиша.

- На пыльных тропинках далеких планет… Ай! - Георгий прихлопнул еще одного кровососа. Средневековые комары оказались донельзя целеустремленными, - …останутся наши следы! - рявкнул Южнов и, глубоко вдохнув, вдавил кнопку.