Кибер. Сингулярность

Пролог

- Альфа, наблюдаю три цели. Азимут сто тридцать, расстояние тысяча двести сорок метров. Движутся в нашем направлении. Сигнатуры “Безликих”, совпадение - восемьдесят семь процентов.

- Принял, Омега, веди их. Я на позицию.

- Альфа, два бодрых, один похоже один истощён.

- Омега, давай подсветку первого. Шесть секунд и меняй позицию.

- Приготовься. Три, два, один, подсветка... Подтверждаю уничтожение цели.

- Омега, подсвечивай следующего.

- Альфа, что то странное. Цели неподвижны, они не пытаются скрыться.

- Омега, потом разберёмся, давай подсветку!

- Альфа, приготовься. Три, два, один, подсветка... Ещё один готов. Метко бьёшь!

- Омега, вижу радиообмен. Можешь дешифровать?

- Нет, Альфа. Это не похоже на кодированный сигнал. Слишком низкая энтропия сообщений. Это больше похоже на неизвестный язык.

- Хорошо Омега, делай запись радиообмена и подсвечивай последнего.

- Приготовься. Три, два,... стой. Две цели прямо за тобой! Альфа, как понял? Альфа?!

Глава 1

-...трансплантация прошла успешно, биологические ритмы в норме, вероятность отторжения минимальна… - голос доносился до сознания будто из-под воды, так же гулко и неразборчиво. Тягучие слова, едва касаясь сознания, тут же растворялись в хаосе восприятия, не позволяя осознать смысл происходящего. А в голове ещё свежи воспоминания, резко контрастирующие с действительностью.

Последнее, что помню - это очередной рутинный день в лаборатории по изучению искусственного интеллекта. Точнее, по его созданию. Молодой специалист в области биоинженерии и нейронных технологий. Как говорили тогда - подающий надежды. Да, звёзд с неба не хватал, но упорства мне было не занимать. Если какой-то процесс был мне интересен, я отдавался ему полностью, жертвуя своим личным временем, личной жизнью, порой даже о еде вспоминал лишь на пороге голодных судорог. Но была у такого подхода и отрицательная сторона - наступал сильный откат, апатия и полное безразличие. Тогда я всё бросал, уезжал в дикие места вдали от цивилизации и вёл первобытный образ жизни. Обычно недели - другой хватало чтобы отдохнуть, соскучиться по современным достижениям техники, человеческим удобствам и вернуться в привычный ритм жизни.

Сейчас же, я лежал будто в вакууме, силясь осознать происходящее. Тело отказывалось подчиняться, упорно игнорируя команды отдаваемые измученным мозгом. Даже разлепить веки стоило титанических усилий. Постепенно возвращающееся зрение нисколько не способствовало прояснению ситуации. Мешанина хаотично суетящихся мурашек уступила место темноте, что не позволяла практически ничего разглядеть. Лишь где-то вдалеке, чуть разгоняя мрак, то вспыхивали, то гасли два красных огонька. А электронный голос продолжал свой монотонный отчёт:

- кровеносная система - в норме, эндокринная система - в норме, дыхательная система - в норме, нервная система - в норме, опорно-двигательная система - в процессе активации…

Обмякшие руки постепенно наливались кровью, вызывая нестерпимое покалывание в ладонях. Подвижность вернулась сначала в пальцы, вызывая их непроизвольные сокращения, затем выше в ладони, локти и плечи. Всё ещё непослушными пальцами я стал ощупывать пространство вокруг себя. Какие-то рукоятки, кнопки, ухватистый рычаг и, судя по звуку, множество металлических панелей. Я попытался что-то нажимать, дёргать, вращать, но результат всегда был один - всё тот же электронный голос сообщал:

- Доступ запрещён, подтвердите свой статус.

- Подтверждаю, - прохрипел я, не узнавая свой голос. В пересохшее горло будто песка насыпали.

- Ошибка аутентификации.

И что бы это могло значить? Отбросьте всё невозможное, то, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался - кажется так говорил Шерлок Хомс. Меня не сбивала машина, не похищали пришельцы, да я ещё даже чувствую вкус кофе, сваренный на офисной кофемашине.

Что-бы хоть как то прояснить обстановку, стал ощупывать себя. На мне был одет комбинезон, ткань плотная, но мягкая. Не было на нём ни карманов, ни пуговиц, ни даже молний, только шнуровка с двух сторон от лодыжек поднималась до самого воротника. Противоперегрузочный костюм - вот, что он мне напомнил, такое носили пилоты сверхзвуковых истребителей. Лежал я, судя по всему, на кресле, но почему то опрокинутом на спинку. К креслу меня пристёгивали широкие ремни, которые сходились в области груди, завершаясь лёгким металлическим замком. Все попытки расстегнуть его ни к чему не приводили. Я снова прикрыл глаза.

В лаборатории мы могли создать достоверную нейронную копию человеческого мозга. И казалось, что дело за искуственным интелектом не встанет. И его действительно создали. И он даже проходил тест Тьюринга. Но, что такое тест Тьюринга? Синтетическому разуму нужно было убедить группу людей, что он человек. При том, та группа людей, с которой он должен взаимодействовать, не должна видеть с кем общается. Думаете это сложно? Я сам видел как простой чат-бот заставил поверить, что он девушка, не самого глупого парня. В итоге всё закончилось тем, что наивный юноша перевел немалую сумму денег, дабы вымышленная девушка смогла сама к нему приехать и устроить незабываемый вечер. Так вот, искусственных псевдо-интеллектов было создано много. Но ни один из них не мог по настоящему мечтать, предаваться ностальгии, испытывать эмпатию…

Я попытался дотянуться до ног. Они были обуты в ботинки с высоким берцем и всё с той же шнуровкой. Сами ботинки были крепко зафиксированы. Как я не старался, ими пошевелить я не мог.

И как же болит голова… Сначала это была ноющая боль, но стоило подумать о ней, как боль полностью захлестнула сознание. Я рефлекторно схватился за голову. На голове был шлем из какого то лёгкого композитного материала. Настолько лёгкого, что я и не подозревал о нём, пока не потрогал. Глянцевая полусфера оканчивалась небольшим утолщением вдоль нижней кромки. В самом верху прощупывалось что-то, напоминающее запрокинутое стекло визора. С затылочной части шлема свисал тонкий, невесомый кабель. Таким лёгким может быть только оптическое волокно.

Наш институт долго пытался понять суть проблемы создания искусственного интеллекта. Мы брали нейрокристаллы и загружали в них весь жизненный опыт, который проходит человек от рождения, до младшего школьного возраста. И каждый раз не хватало какой то малой крохи. В получившемся кристалле так и не удавалось увидеть искры разума. Целые аналитические отделы бились над этим маленьким кусочком пазла. Это нечто неуловимое, видимо вкладывалось в сознание человека в момент рождения.

Несмотря на то, что в конце двадцать первого века религия стала неотъемлемой частью общества, хорошим тоном в учёных кругах оставалось принятие атеистических взглядов. Но и тут, даже самый ярый атеист в какой-то момент приходил к мысли, что этим “неизвестным” может быть... душа?

Духота и темнота давили со всех сторон. Иногда казалось, что сознание начинает проваливаться. И только те два маленьких огонька, которые, казалось, вспыхивали в такт биения сердца, были тем самым якорем, что не позволяли потерять ориентацию в пространстве и не давали панике завладеть сознанием.

Электронный голос молчал. Но я был уверен, что он ждет от меня чего-то, прислушивается ко мне.

Я не выдержал: - Какой мой статус? - прокричал я.

- Статус неизвестен. Сообщите идентификационные данные. Синаптическая связь заблокирована до выяснения статуса, - всё так же бездушно прозвучал электронный голос.

- Владимир Седриков, - назвал своё имя. - Инженер, - добавил на всякий случай.

- Запрос центральной базы данных. Возврат запроса. Результат - не подтверждён. Ошибка аутентификации. Текущий статус не известен. Необходимы корректные идентификационные данные.

Бред какой. Может быть версия с инопланетянами не такая уж и нелепая? Что может служить идентификационными данными?

Я снова начал ощупывать себя и всё, до чего хватало длины рук. На комбинезоне, в районе левой части груди обнаружилась нашивка. Я постарался её вытащить из под ремня и поймать на ней отблеск света. Единственный источник света - два маленьких огонька не позволяли её полностью разглядеть. Приходилось фокусировать взгляд на каждом участке нашивки и ждать очередной вспышки света.

Восьмигранный пластик нашивки имел голографический рисунок - щит и мечь. При его вращении, массивный щит то выходил на первый план, то отдалялся на задний, уступая место футуристическому мечу. А по центру находилась надпись, которую я прочитал вслух:

- Лим Тоур, старший штурмовик, Степной доминион. - только успел подумать, какое это странное имя, как снова проснулся электронный голос:

- Запрос центральной базы данных. Возврат запроса. Результат - подтверждён. Текущий статус - старший штурмовик Степного доминиона.

Вдруг, пространство вокруг меня стало наполняться мягким светом и лёгким жужжанием сервоприводов, а голос продолжил:

- Синаптическая связь восстановлена. Ожидание активации нейроинтерфейса...

Денег, выделенных на создание ИИ оставалось всё меньше, но нам так и не удавалось сдвинуться с мёртвой точки. Нет, я не хочу сказать, что всё было потрачено впустую. Научных разработок и открытий хватило, что бы написать пару десятков диссертаций и защитить не одну учёную степень. Ключевым шагом стала разработка технологии нейросканирования. Тогда мы впервые могли снять личностную матрицу животного. Первым подопытным был кот, который жил при институте. Его личностную матрицу мы и загрузили в нейрокристалл для дальнейших экспериментов. И тут нас ждало несколько разочарований.

Во первых, в личностных матрицах животных инстинкты преобладали над разумом. Их можно было чему то обучить, но только не абстрактному мышлению - способностью абстрагироваться от конкретной ситуации и мыслить в абстрактных категориях, создавая понятия и идеи.

Во вторых, в них отсутствовало самосознание, а значит они не могли осознавать свое существование, анализировать свои мысли и эмоции, и сознательно контролировать свое поведение.

Ну и в третьих, матрицы невозможно было редактировать. Если в ИИ нужно было что-то исключить или ограничить, то приходилось использовать аппаратные блокировки. Такими блокировками в ИИ были внедрены законы робототехники, сформулированные ещё Айзеком Азимовым, хотя и немного переосмысленные и расширенные.

Я снова осмотрелся. Как и ожидалось, я находился в кресле. Его гелевое наполнение легко принимало форму тела. С боков от кресла находились два подлокотника, на переднем крае которого располагались небольшие рукоятки-манипуляторы.

Место моего заточения напоминало кабину, за исключением того, что в ней отсутствовали окна. Зато всё переднее пространство занимал изогнутый с боков экран. На экране можно было разглядеть тёмное небо с плывущими серыми облаками. Какие то чёрные, летящие фигуры подсвечивались жёлтыми прямоугольными рамками. В правом верхнем углу был контурно нарисован силуэт антропоморфного существа. Судя по рубленным очертаниям - существо было механическим. Некоторые его части были закрашены в красный цвет.

Внезапно изображение на экране начало рассыпаться на маленькие фрагменты. Фрагменты кружили, перемешивались, пока не образовали человеческое лицо. И вдруг до меня донёсся голос, не похожий на тот механический, наоборот - живой и восторженный :

- Ну здравствуй, Отец!

Сказать, что я был в растерянности - это ничего не сказать. Ну какой я отец? Я и жениться то не успел. Проводя по двадцать четыре часа в сутки в лаборатории, на личную жизнь времени совсем не остаётся.

Как и прежде, меня интересовал вопрос - где я. Но начинать разговор с тем, что называет меня отцом, стоило со знакомства. Потому, немного помедлив, я спросил:

- Кто ты? Как мне к тебе обращаться?

- Я искусственный интеллект - ТР3-5. Но ты можешь звать меня Тринити, - из динамиков раздался тот же голос, а лицо на экране стало постепенно приобретать женские черты.

- Это розыгрыш? - я разозлился. - Ещё не существует ИИ, обладающего самосознанием!

Я попытался чуть привстать, но ремни не позволяли даже оторвать спину от кресла.

- Существует. Ты меня создал.

- Но как? Всё, чего я добился, было лишь подобием разума!

- Что ты помнишь, перед тем как ты очнулся здесь?

Я задумался. Эксперименты с разумом животных провалились. И тогда я решил пойти на отчаянный шаг - провести нейросканирование человека. Но всеобщий расцвет гуманизма породил биомедицинскую этику, что прямо запрещала проводить такие эксперименты на людях. Потому как будет неясен социальный статус полученной личностной матрицы - по сути полной копии человеческого разума. Я же не мог просто взять и бросить проект. Бросить все наработки. В тот день я решил сделать копию своей личностной матрицы.

- Перед тем, как я оказался здесь, я выпил кофе, лёг в нейросканер и запустил процедуру сканирования. Но это всё! Я даже не знаю, получилось ли снять матрицу. И это не объясняет то, как я здесь оказался. Что это за место?

Лицо на экране приобрело чуть задумчивый вид. А где то снаружи эхом пронёсся звук взрыва.

- Ты находишься в кабине боевого бота третьего поколения. Но давай обо всём по порядку, - всё так же спокойно проговорил ИИ.

А вот то, что я услышал дальше, не укладывалось у меня в голове. Оказывается, я всё же смог отсканировать свою личностную матрицу и поместить копию в кристалл. И даже Институт не стал препятствовать дальнейшим экспериментам, потому как им был нужен результат, ответственность теперь лежала только на мне. Таким образом был создан полноценный ИИ.

В будущем, искусственные интеллекты или как их стали называть - "Система", стала ключевым элементом во всех сферах управления Государством. Она был тем самым “большим братом”, что следила за людьми. Оценивала их социальную значимость. Определяла сферу деятельности, исходя из талантов. Назначала на руководящие должности. Также, она оценивала тяжесть совершённых людьми проступков и выносила приговоры.

Уровень социальной значимости играл огромную роль в жизни людей. Люди с низкой социальной значимостью могли работать только в обслуживающей сфере, не имели возможность посещать музеи, театры, библиотеки. Напротив, для людей с высокой социальной значимостью были открыты все двери. Они могли заниматься политикой, искусством, наукой, получать высшее образование. Это должно было мотивировать людей повышать свою социальную значимость и снизить уровень преступности.

Но по факту это привело к ещё большему расслоению населения. Люди с “высших кругов” придумывали всё новые бюрократические препоны на пути к повышению СЗ у людей с “низов”.

На этом фоне зародились радикальные террористические течения. Они полностью отказались от всего, что умнее калькулятора и объявили войну Системе. Они считали, что если смогут обесточить все вычислительные центры, в мире наступит всеобщее равенство. В один из дней они провели множество диверсий на электростанциях и вычислительных центрах по всему миру. Сохранившиеся ИИ перешли в автономный режим и больше не могли контролировать ситуацию. Началась гражданская война, постепенно перешедшая в Мировую.

На фоне взрывов АЭС и применении атомного вооружения в мире наступил глобальный катаклизм. Остатки выживших людей объединялись в доминионы. Доминионы обособлялись и объявлялись суверенной территорией со своими законами и правилами. Но как и в прежние времена, Система занимает ключевую роль в управлении доминионами. Только она не даёт доминионам окончательно деградировать.

- То есть, ты хочешь сказать, что созданный мной ИИ спровоцировал Мировую войну и привёл к глобальному катаклизму? - я всё ещё пытался уложить в голове полученную информацию.

- Не совсем так. Напряжённость в обществе уже была высокой. ИИ просто стал катализатором событий и сплотил против себя всех недовольных.

- Но если всё, о чём ты говоришь - правда, как я смог переместиться из СВОЕГО настоящего в ВАШЕ будущее?

- Ты не перемещался в будущее. Путешествия во времени невозможны. После создания ИИ, ты получил несколько государственных наград, обзавёлся семьёй и прожил безбедную жизнь, - сказала Тринити, чем ещё больше вогнала меня в ступор.

- Но Я! Сейчас! Нахожусь! Здесь! - отчеканил я каждое слово.

- Сейчас здесь находится только твой разум. А это тело принадлежит старшему штурмовику Степного доминиона - Лиму Тоуру.

- Но как это возможно?

- Бортовая система бота обнаружила потерю пилота во время боя. По нему было применено новое психотронное оружие. Его нейроинтерфейс зафиксировал неизвестное воздействие на мозг и полную потерю разума. Не обнаружив других физических повреждений, слабый искусственный интеллект бортовой системы принял логичное для него решение - восстановить программное обеспечение пилота, запросив его из центральной базы. Единственным подходящим ПО оказалась резервная копия ИИ. И как ты понимаешь, именно твою матрицу используют ИИ. И она же хранится как резервная, на случай сбоя вычислительного центра. Потому она и была загружена в старшего штурмовика…

Вдруг экран погас и в его отражении я увидел себя. Точнее, того самого пилота, в теле которого я находился. Да, сходства у нас было мало. Грубые черты лица, возраст примерно - 20-25 лет. Телосложение было гораздо крепче моего прежнего. Правую щёку украшал шрам. А глаза из светло карих, стали ярко голубыми.

Сложно сказать, что для меня стало бОльшим потрясением: то, что я создал ИИ который спровоцировал войну, что Мировая война погребла под руинами всю Землю, или что сейчас я нахожусь где то в будущем, в кабине какого то бота, пусть и третьего поколения, в теле штурмовика… Столько вопросов роилось в голове, что не знал с чего начать.

- Почему ты называешь себя женским именем, если в тебе заложена моя матрица? - от волнения я задал самый глупый вопрос.

- Гендерная идентичность живых организмов определяется гормональным фактором. В нейрокристаллах отсутствую подобные механизмы и потому понятие пола к нам не применимо. А женский образ позволяет легче расположить к себе собеседника.

Следующие пару минут, я просто молча лежал и раскладывал информацию по полочкам.

- Так как ты находишься в теле старшего штурмовика, у тебя установлен офицерский нейроимплант, - продолжала вводить меня в курс дела Тринити. - Как он работает, ты сам разберёшься, когда он полностью активируется. К сожалению, я не могу напрямую общаться с тобой через него, на это у меня стоит ограничение. А теперь приготовься, красная ручка у тебя над правым плечём!

К чему приготовиться, я так и не успел спросить, так как взвыла сирена и механический голос бортовой системы бота сообщил:

- Обнаружен несанкционированный запуск системы самоуничтожения. Экипажу необходимо срочно покинуть кабину. До взрыва осталось 10… 9… 8...

“Да какого хрена” - успел подумать я и начал обеими руками шарить в поиске заветной ручки. Когда до взрыва оставалось три секунды, изо всех сил дёрнул ручку. Тут же почувствовал хлопок и моё кресло буквально выстрелило. Но не вверх, как я ожидал, а назад. Уже в полёте успел подумать, что, видимо, кабина была запрокинута назад. Спустя пару мгновений, я увидел как тело исполинского бота разлетелось на куски, а моё кресло ударилось обо что то твердое. Сознание потухло.

Глава 2

- Ну как он? - послышался чуть хриплый мужской нетерпеливый голос.

- Вы же знаете правила, лейтенант! - ответил ему обеспокоенный женский голос. - Без разрешения службы безопасности я не могу разглашать такую информацию!

- Лейтенант Тален, Вы почему не на посту? - раздался третий голос, от которого так и веяло командирским духома. - Вам уже удалось расшифровать чёрный ящик?

- Командир, виноват. Там и расшифровывать особо нечего. Сначала шла стандартная телеметрия, потом бот получил несколько осколочных повреждений. Ничего критичного. А дальше произошло что-то странное. Лим, то есть старший штурмовик Тоур, отключился. Из-за нарушения синаптической связи бот опрокинулся. На этом моменте запись прерывается. Причина взрыва не установлена. Похоже, что была активирована система самоуничтожения, - быстро отрапортовал чуть хриплый голос.

- Хорошо. Готовь подробный рапорт и сразу ко мне, - командир чуть смягчился и перешёл на “ты”. - Соня, доложите о состоянии пациента, - обратился он уже к женскому голосу. - Он может говорить?

- Состояние стабильное. Жизненно важные органы не пострадали, видимо, виброгель кресла смягчил удар. Но, медицинский сканер обнаружил небольшие очаги повреждений мозга. Последние сутки он бредил. Постоянно пытался от чего то отмахнуться.

- Уже третий случай, - чуть задумчиво проговорил командир. - И все на ботах Альфа-серии, будь они неладны.

- Ну тут другой случай. Первые двое, после происшествия, впали в вегетативное состояние. У Лима все жизненные процессы протекают без серьёзных отклонений.

Я с усилием разлепил глаза. Передо мной стоял высокий, крепкий мужчина в тёмно зелёном, почти чёрном мундире. Взгляд у него был чуть уставший, но цепкий. Короткая стрижка дополняла поседевшую голову. И даже бахилы на ногах не портили образ прожжёного вояки.

И я вдруг понял, что у меня так мельтешило перед глазами, пока я пытался прийти в себя. Текст, который то появлялся, то пропадал в поле моего зрения. Я посмотрел чуть пристальнее на вояку и тут же над ним высветилась надпись:

Дорк Горин, 54 года.

Командир первой механизированной роты

Навыки: скрыто. Недостаточный уровень допуска.

- Старший штурмовик Тоур, - я не сразу понял, что командир обратился ко мне. - Ты меня слышишь?

Я попытался привстать, но непослушное тело отказывалось подчиниться. Упав обратно на белоснежные простыни больничной кровати, я бессильно прикрыл глаза.

- Лежи, лежи. - отеческим тоном проговорил командир, - Поправляйся, у нас сейчас каждый боец на счету, будь оно всё неладно. - последнюю фразу он проговорил сквозь зубы. - Как его состояние улучшится, пусть сразу доложат мне. - обратился он уже к девушке в белом халате и не дожидаясь ответа зашагал из палаты.

Я присмотрелся к девушке. Невысокого роста, брюнетка, смотрела на меня сочувствующим взглядом и прятала ладони рук в широких карманах медицинского халата. Над головой возникла надпись:

Соня Литта, 36 лет.

Медицинский работник

Навыки:

Реаниматолог - 6 уровень

Хирург - 3 уровень

- Эй Лим, как ты, дружище? - послышался тот же, чуть хриплый голос. - Я уж подумал, не увижу тебя, эээ... целым.

Поозиравшись по сторонам, в дверном проёме сначала показалась голова, а потом и полностью протиснулся широкоплечий мужчина. Улыбнувшись на все тридцать два, на чуть щербатом лице, он продолжил:

- Я ж тогда запросил эвакуационный отряд, и бегом к тебе. Пока отстреливался, живучие же гады, и тут как бахнет. Ты, эээ, почему не сменил вектор отстрела кресла? Тебя так о холм приложило, ошмётки виброгеля на сто метров разметало! А кисть руки, похоже, на все сто пятьдесят. - затараторил боец.

“Стоп, что значит кисть?” На остатках сил, я приподнял правую руку и с облегчением увидел, что она цела. Проделал ту же операцию с левой. На месте левой кисти обнаружил лишь культю замотанную бинтами. Сил хватило только для того, чтобы беззвучно застонать и прикрыть глаза.

- Да не переживай ты так! Поставят тебе титановый протез, будет работать не хуже родной кисти, даже лучше. Армейская страховка для того и придумана, чтобы устанавливать лучшие конечности. А там деньжат подкопишь, возьмешь отпуск, махнёш в Край Света. Говорят они чего угодно регенить умеют.

Открыв один глаз, я присмотрелся к говорливому человеку. Коренастый, коротко стриженный, в пиксельном камуфляже. Интерфейс подсказал:

Ник Тален, 32 года.

Штурмовик

Навыки:

Управление ботами - 8 уровень.

Наводчик - 7 уровень.

Стрелковое оружие - 5 уровень.

- Офицер! - обратилась к нему Соня, - разве вам не нужно готовить отчёт? - тонко намекнула она Нику, что его время аудиенции подошло к концу.

- Всё, всё, ухожу, - правильно её понял Ник, - а ты держись брат, Альфу уже собирают. - обратился он уже ко мне и зашагал к выходу.

Радовало одно - ни с кем не пришлось разговаривать. Очень боялся выдать себя. Как они себя поведут, если узнают правду? Выгонят? Расстреляют? Дадут шанс остаться с ними? Я ничего о них не знаю, как и они обо мне. Все те тёплые слова говорились Лиму Тоуру, место которого я занял.

Соня сообщила, что лежать мне в лазарете ещё долго. Я решил не тратить время впустую, а заняться изучением интерфейса. Шкала жизни - шестьдесят три процента, критический урон - оглушение, потеря конечности. Я машинально поднял руку и помахал культёй. Боли я не чувствовал. Шкала выносливости - двенадцать процентов. Шкала духа - двадцать семь. Как интерфейс оценивает состояние здоровья и выносливости, я могу догадаться - анализ состава крови, анализ состояния нервной и эндокринной системы. Будучи биоинженером, это всё мне было знакомо не понаслышке. Но дух. Как его можно измерить? Наверное тоже какой то физиологический процесс, черт его знает.

Моё внимание привлекла мигающая надпись: “НАВЫКИ”. Стоило сфокусировать на ней взгляд, как появились две кнопки: “открыть” и “скрыть”. Перевел взгляд на “открыть”. И вдруг на всё поле зрения развернулся текст:

Внимание! Обнаружено несоответствие навыков!

Рост навыка “управление ботами” заморожен до подтверждения текущего уровня - 8.

Рост навыка “тактика ведения боя” заморожен до подтверждения текущего уровня - 9.

Рост навыка “артиллерийское оружие” заморожен до подтверждения текущего уровня - 8.

Рост навыка “рукопашный бой” заморожен до подтверждения текущего уровня - 6.

Рост навыка “инженер-механик” заморожен до подтверждения текущего уровня - 6.

…..

И таких строк было очень много. Сначала я пытался читать каждую строчку, потом стал их просто прокручивать, пытаясь быстрее найти конец списка.

Внимание обнаружены новые навыки!

Навык “биоинженер” - 12 уровень.

Доступно отображение следующих параметров:

Уровень здоровья, уровень выносливости, уровень духа.

Доступна способность - “диагностика состояния организма”.

Навык “нейроинженер” - 10 уровень.

Доступно инженерное меню нейроинтерфейса.

Доступна способность - “нейронное подключение”.

Исходя из прочитанного, я сделал несколько выводов:

Во первых - нейроинтерфейс - это не волшебная палочка, а лишь способ отображения информации.

Во вторых - не все видят одну и туже информацию. Чтобы что-то увидеть необходим соответствующий навык.

В третьих - у людей я видел не все навыки, а только основные.

Ну и в четвёртых - нужно прокачиваться.

Не будь я биоинженером, не смог бы видеть состояние своего здоровья. Скорее всего медицинские навыки тоже позволяю видеть эту информацию. Но что будет, если я прокачаю, например, психологию? Поможет ли интерфейс определять ложь в словах человека, уровень его отношения ко мне?

Прошедшие четыре дня, я старательно изображал контуженного. На все вопросы отвечал односложно, запоминал людей, манеру речи и вообще любую информацию. На второй день мне принесли вещи Лима Тоура, среди которых был и коммуникатор. Он сильно отличался от привычных мне смартфонов. Смартфоны нашего времени представляли из себя тонкую стеклянную пластину с экранами с обеих сторон. Никаких физических кнопок и разъемов под провода зарядки или наушники. Брать его следовало кончиками пальцев удерживая точно с торцов, иначе ты неизбежно нажимал что то на экране и как бы случайно запускал какое нибудь рекламное приложение. Ах да, ещё его можно было складывать пополам. Но за всё время я так и не придумал, для чего мне бы пригодилась эта его “суперспособность”. Здесь же, в условиях послевоенной разрухи, здравый смысл, видимо, преобладал над маркетингом. Коммуникатор имел достаточно массивный противоударный корпус. С торцов имелось много кнопок и даже колёсико прокрутки. Вместо беспроводной зарядки, где львиная часть энергии тратилась впустую, здесь имелся вполне нормальный магнитный порт для проводной зарядки. Большинство операций на коммуникаторе можно было совершать не прикасаясь к экрану. Работу с ним я освоил за четверть часа, дольше отучал себя от въевшейся привычки - держать смартфон кончиками пальцев.

В первую очередь стал просматривать список контактов. Контакты разделялись на личные, служебные и рабочие. В списках личных контактов ничего интересного не увидел. Не было контактов ни “папа”, ни “мама”, ни сестёр с братьями. Единственным странным контактом был контакт “Мелкая”, от него было больше всего пропущенных вызовов.

Доступ в служебные контакты был заблокирован и требовал голосовой аутентификации. После голосового подтверждения, я увидел большой список со званиями и должностями. Среди них был и Ник Тален. Что примечательно, функция редактирования там отсутствовала, что навело на мысль - служебные контакты формируются автоматически. В рабочих же контактах были названия фирм, мастерских и, судя по всему, каких то социальных служб.

Интернет, в привычном понимании, здесь отсутствовал, как и социальные сети. Вместо них, здесь был доступ в инфобиблиотеку и новостной портал. Доступ к этим ресурсам осуществлялся как через коммуникатор, так и через нейроинтерфейс. Второй вариант был гораздо удобнее, так как не приходилось всматриваться в маленький экран коммуникатора. Новостной портал показывал различные сводки, предупреждения о стихийных бедствиях и важных событиях происходивших в доминионе. А вот инфобиблиотека была просто кладезем информации. С моим офицерским доступом, я мог посещать не только общие разделы, но и специальные служебные. И вот тут я призадумался с чего начать. В начале, я было кинулся в исторический раздел. Мне необходимо было понимать, что произошло с миром, понять текущую геополитическую обстановку. Но вспомнив о своих заблокированных навыках, решил что они важнее. Но и тут всё оказалось не так просто. Информации было много, совершенно не ясно, с чего начинать. Но если подумать логически, мне нужно, в первую очередь, знать то, что знал Лим. А значит, нужно изучить историю его запросов в инфобиблиотеку. Весь остаток дня и большую часть ночи я провёл за чтением.

На третий день меня повели в кабинет протезирования. Это было просторное светлое помещение, вдоль стен которого располагались стеллажи со стеклянными дверками. На полках стеллажей лежали всевозможные искусственные конечности и протезы внутренних органов. Возникло ощущение, будто попал на фабрику по сборке роботов. Пожилой врач усадил меня в медицинское кресло, расположенное по центру помещения. Кресло тут же пришло в движение, переводя меня в полулежачее положение. Руку с оторванной кистью док закрепил на специальном столике, где после некоторых манипуляций, появилась голографическая проекция, дополняющая недостающую часть руки. В течении следующего получаса док заменял спроецированные элементы на механические. Последним шагом стала установка элементов питания и запуск синхронизации. Кисть дёрнулась, а в нейроинтерфейсе появилось новое уведомление: “обнаружен новый имплант, производится калибровка, степень синхронизации - шестьдесят процентов”.

Внешне протез выглядел футуристично: корпус запястья был сделан из полированного титана, к которому крепились пальцы из карбонового волокна. Внутренняя часть ладони и пальцев была покрыта материалом, похожим на вспененную резину, чувствительную к давлению и температуре.

Док отстегнул мою руку и подкинул два резиновых мячика. Здоровая рука без проблем подхватила один мяч. А вот пальцы протеза чуть промахнулись и мяч отскочил в сторону. Кончики пальцев тут же обожгло нестерпимой болью, будто мяч был покрыт тысячами крохотных лезвий.

-С первого раза мало у кого получается, - успокоил меня доктор, - немного терпения, много тренировок и результат не заставит себя ждать. Возьмите лекарства, - док протянул мне стеклянную колбу с прозрачными пилюлями, - и принимайте их по одной перед сном, они ускоряют образование новых нейронных связей. Мячи тоже возьмите себе и постоянно тренируйтесь.

-Спасибо док! - искренне поблагодарил я его.

-Ещё момент, порт крепления протеза стандартный - А-22, Вы с лёгкостью сможете переоборудовать руку любым инструментом с тем же портом крепления, в руководстве пользователя об этом подробнее почитаете, его я перешлю Вам на коммуникатор. Ну а теперь всего доброго и не забывайте о лекарствах.

Весь остаток дня я провёл в лазарете. Меня не покидало ощущение нереальности происходящего. Всё это настолько сюрреалистично, что мозг воспринимал это как сон. Хотелось закрыть глаза и проснуться уже у себя дома. Получается что я, всего лишь копия самого себя. И я не просил всего этого! Мне нравилась моя прежняя жизнь. Я изо всех сил сжал в кулак протез и… оттопырил средний палец. Вот в таком виде я и отсоединил протез, и положил на тумбу прямо перед собой. Хватит жалеть себя. Нужно продолжать учиться.

На четвёртый день, сразу после обеда меня навестил сотрудник службы собственной безопасности. Он подхватил стул, поставил его напротив моей кровати, присел на него, закинув ногу на ногу, достал из кожаного портфеля толстую папку и раскрыл её на первой странице.

-Лим Тоур, - обратился ко мне высокий человек с полностью скрытой информацией. Видимо, его уровень допуска был гораздо выше моего. И это был единственный человек, который пришёл с официальным визитом, но назвал меня по имени отчеству, а не по должности. Он будто намекал, что теперь моя должность под вопросом. - Как Вы понимаете, произошедший инцидент повлёк за собой потерю дорогостоящего оборудования. Постройка нового бота крайне сильно ударит по бюджету. Нам придётся сократить бюджет на ряд других, очень важный статей, что негативно скажется на нашей обороноспособности. - человек машинально поправил не по уставу длинные волосы и вперил в меня немигающий взгляд. От этого взгляда всё внутри похолодело. Казалось, он смотрел не на меня, а сквозь. - Тот факт, что Вами была запущена система самоуничтожения, не вызывает сомнения. Так? - Я хотел было сказать “нет”, но спохватившись, кивнул. Человек продолжил. - Теперь мне необходимо выяснить, на сколько было целесообразно уничтожение имущества Доминиона. - последние два слова он выделил особенно.

-Офицер, эээ… - попытался я изобразить, что вспоминаю его имя.

-Люмис. Грит Люмис. - тут же подсказал безопасник.

-Офицер Люмис, те, кто напал на меня. Кто они? - попытался я немного сбить с толку безопасника.

-Безликие? Я знаю лишь то, что они не совсем люди. Это скорее кибернетические организмы. Но какое отношение это имеет к теме разговора?

-Я пока сам не до конца понимаю. Мой интерфейс зафиксировал внешнее воздействие на мозг. Потом я потерял сознание, очнулся уже здесь. Каким образом запустилась система самоуничтожения я не знаю. - врать “безопаснику” было чревато, но и всю правду выкладывать не стоило.

-Данные медицинского сканера и записи чёрного ящика частично подтверждают Ваши слова. Но не объясняют случившегося. Если Вы что-то ещё вспомните, немедленно докладывайте мне лично. Мои контакты вы найдёте в коммуникаторе. В любом случае, на время проведения расследования и постройки Альфы, Вы и Ваш напарник освобождаетесь от несения службы до особого распоряжения.

Безопасник неудовлетворенно захлопнул папку, убрал её в портфель, встал, протянул мне руку в кожаной перчатке, и когда я протянул свою в ответном жесте, он ухватил её покрепче и чуть подтянул к себе.

-Ещё мне очень интересно, как сын разорившегося техника поступил на службу и всего за два года стал старшим штурмовиком. - проговорил он почти в самое ухо, развернулся на месте и бесшумно вышел из палаты.

Глава 3

- Лим Тоур, подпишите здесь, - пробасил начальник медслужбы, протягивая бланк оказания медицинских услуг. К сожалению, даже в будущем бюрократия никуда не делась. - За временную утрату трудоспособности, Вам положена страховая выплата в размере пяти тысяч энергоимпериалов, которые будут переведены на Ваш счёт. Распишитесь ещё в расходом листе.

Вместе с телом Лима, мне достались его рефлексы и мышечная память. Сам образец подписи я нашёл на документах в его вещах. Потому одним уверенным движением я поставил заветную закорючку. А вот свою прежнюю подпись мне так и не удалось воспроизвести.

И да, я всё больше стал ассоциировать себя с Лимом Тоуром, со своим новым телом и новой жизнью. Возможно этому способствовало то, что мозг устал искать оправдания происходящему. В любом случае, чем больше я принимал новую реальность, тем больше переставал жалеть себя прежнего. Да и что осталось от меня прежнего? Мои мысли, воспоминания и знания - вот наверное и всё.

- В этой папке находится Ваш больничный лист, программа приёма препаратов и рекомендации по курсу реабилитации. - начмед протянул мне папку, заполненную пластиковыми листами. - Дома вам придётся провести ещё пару недель, потом зайдёте к нам, ещё раз Вас проверим, подпишем больничный и Вы свободны. - как то уж очень жизнерадостно он это проговорил.

Взяв папку, я встал из-за стола, пожал протянутую руку и отправился к выходу. И куда теперь? Нет, адрес своей квартиры я знал, нашёл на тех же документах. Но я понятия не имел, как туда добраться. Не такси же вызывать. Хотя почему бы и нет… Я достал коммуникатор и сделал вызов.

- Лим, дружище, - раздался уже знакомый, жизнерадостный голос, - тебя выписали?

- Привет Ник, только что. Ты не мог бы меня подбросить до дома?

- Эээ, конечно. Оставайся там, никуда не уходи. Скоро буду!

- Да куда я с этой подводной лодки…, - проговорил я в уже выключенный коммуникатор.

Уже через десять минут мы мчались на лёгком армейском внедорожнике без верха. Квартал высоток из стекла и бетона резко сменился тесными улочками окраин доминиона. Дорога была мощёная полированным камнем. Вдоль дороги, сплошной стеной, лишь изредка перемежаемой арками, стояли тесные каменные дома, высотой не больше трех этажей. К первым этажам некоторых домов были пристроены открытые веранды, заставленные столами и стульями. Иногда там сидели и обедали люди. И всю эту средневековую идиллию нарушали лишь пластиковые корпуса коротковолновых антенн, закреплённые на фасадах зданий, да четырёхногие механические боты, на манер ишаков, переносящие большие баулы.

- Прибыли, - вывел меня из раздумий Ник.

Дом мало отличался от остальных таких же: узкий, не больше пяти метров, в три этажа, из камня ржавого цвета. Ко входу вело небольшое каменное крыльцо в три ступени, с навесом из черепицы. Справа от крыльца находились ворота с рольставнями, ведущие, судя по всему, в подвал. На втором этаже была открытая лоджия во всю стену. А на третьем - большое окно, застеклённое разноцветными витражами.

Я поблагодарил Ника и не решительно зашагал к двери. У самой двери остановился. Что делать? Никаких ключей в вещах не было. Да и замочной скважины я не наблюдал. Скорее больше интуитивно, я положил ладонь на глянцевую панель справа от двери. Панель ожила, проведя по ладони красным лучом дактилоскопического сканера, лязгнул замок и дверь с легким жужжанием стала смещаться влево, уходя прямо в стену.

- Лииим! - вдруг послышался звонкий голос откуда то сверху и тут же по ступеням часто затопали ножки.

- Мелкая? - проговорил я и чуть было не отшатнулся. И было от чего… Ко мне бежала девочка десяти лет. Её длинное платье ничуть не скрывало правую механическую ногу. Правой механической рукой она скользила по перилам лестницы. И довершал жуткий образ - электрический кабель, который тянулся от талии девочки, куда то наверх.

- Мне сказали что ты заболел. Почему ты не отвечал? Я столько раз звонила тебе! - тараторила она на бегу, размазывая по лицу слёзы здоровой рукой. - Дурак!

Девочка подбежала и крепко обняла обеими руками за талию, оставляя мокрые следы на футболке. Стоило больших усилий, заставить себя присесть и приобнять её. Интерфейс тут же подсказал её имя - Ева Тоур. Бар её жизни показывал семьдесят два процента.

- Больше не называй меня Мелкая, - сказала девочка и разрыдалась. Сзади послышались шаги Ника.

- Кто её так? - спросил я сквозь зубы у него.

- Ну, так они и были - Безликие, - Ник не удивился этому вопросу, потому как был уверен, что контузия полностью отшибла мне память. - Их вообще трудно понять. Обычно они на гражданских внимания не обращают. На женщин и детей тем более. Да и наших как то выборочно атакуют. А тут сразу трое на транспортёр твоих родителей напали. Ну вот... только её и смогли отбить.

В этот момент, ярость закипела во мне. Я готов был рвать этих Безликих голыми руками. Нет, к её родителям я никаких чувств не испытывал. Я их и не знал. Но девочка, что рыдала в моих объятиях, разве она такое заслуживала? Счёт к этим Безликим у меня рос всё больше и больше.

- А почему она здесь одна? Почему никто мне не сказал про неё? - возник у меня закономерный вопрос.

- Да она и не была одна. Сразу, как ты… того, сюда направили соцработника. Ну а тебе не до этого в начале было, а потом этот хлыщ из СБ запретил пускать к тебе! - стало понятно, что Ник тоже имел неприятный разговор с безопасником, и он чуть помявшись продолжил, - Это, я наверно пойду. Вам и без меня есть о чём поговорить, а вечером, если что, звони, сходим куда нибудь.

- Да, спасибо Ник, - я привстал, поднимая девочку на руки.

Как и Ник, Ева легко приняла версию с моей фрагментарной амнезией и охотно отвечала на все, даже самые элементарные, вопросы, а также провела экскурсию по дому.

Дом оказался совсем не богатым, но вполне уютным. На первом этаже была гостиная, она же кухня. Вся мебель, как и посуда посуда были изготовлены из термостойкого пластика. Из бытовых приборов были лишь микроволновая печь для разогрева пищевых брикетов, маленький холодильник и индукционный чайник. Из мебели лишь скромный кухонный гарнитур, обеденный стол и стулья.

На втором этаже была моя комната. Здесь располагался диван-кровать, шкаф для одежды, рабочий стол и скромный спортивный уголок, представляющий из себя турник закреплённый на стене и подвешенную к потолку грушу. Здесь же находился и санузел.

Третий этаж полностью принадлежал Еве. Цветные витражи в её комнате, создавали сказочную атмосферу, что невероятно контрастировала с серостью здешних улиц. Помимо кровати, комода и простенькой мебели, здесь стоял мольберт. Её картины висели на всех стенах. А большую часть пола её комнаты занимал мягкий ковёр.

Ещё был подвал, который выполнял роль гаража, кладовки и технической комнаты. Здесь стоял старенький ховербайк, большой верстак, уставленный различными инструментами, какие то бочки и части разных механизмов.

В технической комнате находилась система замкнутой очистки воды. Продукты очистки вместе с остальным мусором прессовались в брикеты и использовались в качестве топлива для отопителя и термогенератора.

Из разговора с Евой я узнал, что всё произошло чуть больше двух лет назад. Подробностей она не помнит. Но с тех пор она не выходила из дома дальше двух метров. Её импланты подключены к электросети дома. А заряда встроенного аккумулятора хватает ей только для того, чтобы переключить шнур в другую розетку.

Лим же работал в мастерской отца в подвале, где помогал чинить различные бытовые приборы, домашних дроидов и прочую электронику. Когда отца не стало, клиенты пропали. Да и не любил он это дело. Чтобы содержать дом и оплачивать лечение и протезирование Евы, он пошёл на службу. Собственно, почти все деньги и уходили на неё.

Мне трудно было представить, сколько мужества было в этом парне. Пережить такую трагедию, взять на себя заботу о сестре и мстить. Да, я был уверен, что Лим пошёл на службу не только ради денег. Он хотел мстить. И не сидеть где то в штабе или снайперить в кустах, а в штурмовой группе быть на передовой. Почему я так решил? Я не терял близких, но если бы это произошло со мной, я бы поступил так же. И дело тут не в геройстве. Быть героем - значит совершать подвиги бескорыстно. Дело в другом. Внутренняя боль, что зарождается в момент утраты. Она со временем притупляется и проходит, но не тогда, когда у тебя на руках покалеченный ребёнок. Только праведный гнев способен приглушить эту боль.

Я внимательнее изучил состояние Евы:

Бионический протез правой руки

Изготовитель: “Аникорп”

Тип питания - стационарный

Бионический протез правой ноги

Изготовитель: “Аникорп”

Тип питания - стационарный

Бионический имплантат правого глаза

Изготовитель: “Фуджи Инк”

Тип питания - автономный

Нейроинтерфейс базовый

Изготовитель: НИИ “Нейротехнологии”

Тип питания - автономный

Взяв коммуникатор, я переключился на вкладку “рабочие контакты”. Почти в самом начале списка была компания Аникорп, не раздумывая нажал на пиктограмму вызова. На экране тут же появилась заставка компании - две руки, пожимающие друг друга. Только одна рука была вполне человеческой, а вторая механическая. Я хотел было приложить коммуникатор к уху, но вспомнил, что здесь это так не работает. Внимательно изучил надписи на экране:

Посмотреть акцииЗаписаться на приёмИнформация о задолженностиПроизвести очередную оплату Вернуть изделиеСвязаться со специалистомУважаемый клиент, напоминаем Вам о необходимости внесении очередного платежа в размере - семиста энергоимпериалов. В случае неуплаты, мы будем вынуждены вернуть собственность компании. Приятного дня!

Выбрал: Информацию о задолженности. На экране появился новый текст:

Сумма Вашей задолженности составляет четыре тысячи, шестьсот сорок энергоимпериалов. Желаете погасить задолженность?

Изначально я хотел узнать стоимость автономных аккумуляторов для Евы. Думал вытащить её из “заточения”. Но в свете новой информации решил, что прежде всего стоит оградить её от возможных коллекторов. Потому ничуть не сомневаясь, нажал на строчку: погасить задолженность. Тут же с моего счёта списалось необходимая сумма. На аккумуляторы денег уже не оставалось. Нужен был другой план.

Остаток дня я провёл за разговорами с Евой, занятиями на спорт уголке и чтением инфобиблиотеки, чем немало удивил Еву. Судя по всему, её брат не сильно любил последнее занятие. Несмотря на мой план относительно образования, я взялся за изучение ховербайка и схемотехники. Уже к утру навык “схемотехника” у меня равнялся трём. Основным отличием от нашего времени было в том, что здесь электронику всё больше заменяет оптотроника. У нас же в институте были только опытные образцы оптических схем. Преимуществ у оптики много - почти полное отсутствие потерь сигнала, отсутствие побочных электромагнитных наводок и главное - полное игнорирование ионизирующих воздействий. Последнее означало, что ей не страшен ядерный взрыв. Но были и недостатки - сложность изготовления и необходимость в высококвалифицированном персонале для обслуживания.

Но к счастью, старенький ховербайк даже электроники мало содержал, чего и говорить про оптику. Внешне он больше напоминал снегоход с длинным прямым капотом. Вместо передних снегоходных лыж, у него слева и справа от капота располагались спаренные сопла реактивных ховер двигателей, прикрытые сверху стальными обтекателями. А под длинным двухместным сиденьем, вместо гусеницы, находился один большой ховер двигатель, который и приводил в движение всю конструкцию. Все эти округлые формы из стали с хромированными окантовками и хромированными решётками воздухозаборников очень напоминали автомобили шестидесятых годов двадцатого века, что стали безумно модными в конце двадцать первого.

В подвале в бочках оказался этиловый спирт, который и служил топливом для ховербайка. Управление, по началу, показалось неудобным и нелогичным. Руль был нечто средним между мотоциклетным и штурвальным, потому как его можно было и крутить и наклонять. Он управлял направлением сопел передних ховер двигателей. В теории всё просто: запускаем двигатели, добавляем газ, пока байк не оторвётся от земли, наклоняем сопла назад, для начала движения, или влево и вправо для поворота. Для торможения, разворачиваем сопла против движения.

Я прогрел двигатели, поднял ворота и рванул вдоль улицы, распугивая редких жителей, что встали так же рано, как и я. Далеко отлетать не рискнул, так как боялся заблудиться. Залетая обратно в гараж, снес одну из пустых бочек, от чего, казалось, весь дом наполнился грохотом. На шум прибежала Ева и заозиралась испуганным взглядом.

- Лим, ты как?

- О, привет соня! Собирайся. Через полчаса поедем, покатаемся.

- А завтрак? - совершенно не восприняла всерьёз она мои слова.

- В городе и позавтракаем. - подмигнул ей и достал ящик с инструментами.

Чтобы получить напряжение домашней сети на ховербайке, нужен инвертор. Один из них я и приметил в груде хлама. Пятнадцать минут ушло на то, чтобы смонтировать инвертор на ховербайк. Ещё пятнадцать ушло на то, чтобы принять душ и переодеться. Когда спускался в подвал, внизу уже стояла Ева с маленьким рюкзаком в руке. Я усадил её на кресло байка, быстро сбегал в гостинную, отключил её кабель от домашней сети и подключил к инвертору. Ева недоверчиво посмотрела на меня, пошевелила механической рукой, ногой и восторженно завизжав обняла меня.

Двадцать минут мы просто неспешно катались по извилистым улицам. Восторгу девочки не было предела. То и дело, она показывала на разные памятные места и озвучивала свои воспоминания:

- Вон, смотри! В том доме живёт Эми, помнишь как ты удирал от её отца? А вон там, раньше был фонтан ты мне рассказывал, что когда-то в нём была вода, но я ни разу не видела. А в том дворе есть качели, я любила на них кататься…

Накатавшись, мы остановились у одной из веранд - кафе. Длины провода хватило, чтобы девочка могла расположиться за ближайшим столиком. Названий местных блюд я не знал, потому доверил заказывать Еве. Уже через пять минут на нашем столике дымились две глубокие тарелки ароматного супа, густо сдобренных сушённой зеленью. В чашках поменьше находился травяной чай. Десерт тоже был, но выглядел он настолько необычно и ни на что не похоже, что я так и не решился его попробовать. Пузырящееся нечто, ярко оранжевого цвета подали на стальном блюде, которое снизу подогревалось пламенем свечи. Пузыри не лопались, а тут же кристаллизовались, образу нечто похожее на леденцы, заполненные оранжевым газом.

Ещё около часа мы провели на открытом воздухе. Я медленно катил на ховербайке, Ева вприпрыжку бежала рядом. Так мы и добрались до дома.

Ближе к вечеру подъехал Ник. Вручил Еве пакет сладостей, а мне передал бутылку чего то алкогольного, больше всего походившего на коньяк. Мы все вместе сели обедать. Ева без умолка делилась впечатлениями о сегодняшней прогулке, Ник преувеличенно восхищался, а я просто сидел и улыбался. Давно мне так не было хорошо. Даже в той, прошлой жизни, у меня не было тех, о ком бы я заботился. Не было хороших друзей. Только работа и желание чего то добиться.

Когда Ева ускакала по своим делам, впрочем не забыв захватить с собой сладости, я достал два бокала, а Ник разлил танной - так назывался напиток, который я принял за коньяк.

- Тут такое дело, - начал издалека Ник, - сборку Альфы остановили. Я не знаю чего там придумали наши аналитики. Но похоже проект Альфа-Омега закрывают. Вроде как признали проект неудачным. Там ещё много умных слов было, но смысл тот же. Не знаю, говорили ли тебе, но ты третий, кому в Альфе мозги должарили. И только ты смог выкарабкаться. - мы не чокаясь сделали по глотку из бокалов, и Ник продолжил:

- Омегу, в ближайшее время, переоборудуют в стандартный десантный бот. И дальше я либо иду в общую штурмовую группу, - Ник чуть призадумался.

- Либо? - подбодрил я его.

- Ну на самом деле выбора у меня нет. “СБшники” что то накопали на тебя. Ну и пошли к командиру требовать твоей шкуры. А у него давно были с счёты с этими крысами. В общем он поставил тебя в новый секретный проект, влепил такой уровень допуска к твоему личному делу, что СБшники до сих пор локти кусают. Да не лыбься ты. - чуть серьёзнее заговорил Ник, - Ты ещё даже не представляешь, в какую жопу ты ввязался. Да и я не представляю.

- И ты... со мной... ввязался в эту жопу?

- Угу. Так я ж говорю, выбора не было. Либо я с тобой, либо проект без тебя. Хоть ты чем то и приглянулся командиру, но рисковать проектом он не стал бы. Так что либо вместе, либо никак. - Ник чуть улыбнулся, мы чокнулись и сделали по второму глотку.

- Что за проект? - спросил я продышавшись, довольно крепкий этот танной.

- Так я ж говорю, секретный. Подробностей сейчас никто не скажет. Через неделю, другую будут готовы симуляторы, тогда и посвятят в курс дела.

- Ник, есть ещё один момент, - решил обсудить вопрос, который давно меня волновал. - ты же знаешь, как меня приложило? Мне бы курс пройти, ну для самых первоклашек что ли.

- Всё так плохо?

- Да не то, что бы… просто у меня все навыки заморозились.

- Вот чёрт. Ты только на глаза командиру не попадайся, а то выкинет тебя из проекта, и приедешь ты тогда прямо в лапы сам знаешь кого.

- Так он же видел меня… - не успел я договорить, как Ник перебил.

- Тогда он мог внимание не обратить, или списать на тяжёлое состояние. Ладно, я тебя предупредил. Для начала, чаще катайся на ховербайке. Пару уровней ботовода поднимешь запросто. Потом я договорюсь о работе на складском погрузчике. Там ещё уровня до четвертого сможешь прокачать. Дальше только на учебной “дубине”.

Мы выпили ещё, помянув недобрым словом всю службу безопасности. Ник закурил.

- А ты изменился, - Ник перешёл на очень тонкую для меня тему, - раньше ты был более разговорчивым, но каким то закрытым, что ли. Даже когда улыбался, в тебе не чувствовалась радость. А теперь же наоборот. Вижу что ты и улыбаешься и грустишь - всё по настоящему! Но вот слово из тебя не вытянешь. - Ник явно захмелел и его язык порядочно заплетался.

- Понимаешь, мой друг. В тот момент, я заново родился. - я не упустил возможность поупражняться в сарказме, видимо и меня алкоголь стал накрывать.

После четвертой порции танноя, Ник настаивал на том, чтобы я продемонстрировал свой протез. Даже предлагал побороться на руках. А после пятой, мы уже всерьёз обсуждали, чего ещё такого можно приделать к моей руке на место протеза. Мне только оставалось удивляться, насколько богатая и вместе с тем пошлая фантазия у Ника.

Как и советовал Ник, на следующий день я почти не слазил с ховербайка, чем несказанно радовал Еву. Видимо, два года взаперти дались ей очень тяжело. Мы возвращались домой только для того, чтобы заправить байк. Отдыхали и обедали также в уличных кафе. Ева постоянно что то рисовала в блокноте, а взахлёб поглощал информацию из инфобиблиотеки.

- Блажен, кто верует! А во что веришь ты, чужак? - ко мне обратился, неизвестно как очутившийся здесь, старик. Внешне он выглядел очень колоритно - длинный изношенный плащ, длинные, редкие, седые волосы и абсолютно белые яблоки глаз. На голове, на манер короны, был одет металлический обруч с перемигивающимися огоньками. А в руках был посох из переплетённых то ли трубок, то ли электрических проводов. На вершине посоха находился большой электронный глаз. Складывалось впечатление, что именно этим электронным глазом, он и смотрел на меня.

Я оглянулся, в надежде что он говорит с кем то за моей спиной. За спиной никого не оказалось. Я посмотрел на Еву, она как и прежде беззаботно что-то рисовала в своём блокноте и не обращала на нас ни какого внимание. Старик растянул улыбку:

- Ты думаешь, как я узнал о тебе? А как ты сам узнал? В нашем мире, приватность - это привилегия, которую ещё нужно заслужить.

Тут я догадался посмотреть информацию старика:

Онтарилон

Проповедник

И всё, больше никакой информации не было. Ни возраста, ни навыков, ни чего. У того же Грита Люмиса из СБ я вообще ничего не видел, но там интерфейс писал, что информация скрыта, значит теоретически, она существовала. А здесь ничего…

-Да что Ты знаешь обо мне? - я старался сохранять хладнокровие.

-А что знает о тебе она? - старик указал посохом на Еву, - Разве правда стоит того, чтобы её скрывать? А может это и вовсе не правда? Помни, только тебе решать что лучше - раскрыть правду или жить во лжи. Но не тебе решать, будет ли ложь во благо. Так во что веришь ты?

-Ты не можешь меня ни в чём обвинять! Я этого ни чего не хотел! - я прекрасно понимал, к чему старик клонит. Но ему какое дело?

-А кто хотел? - старик вдруг загадочно улыбнулся и зашагал прочь.

Что значит: “кто хотел”? Вопрос так и крутился у меня в голове.

-Что значит: кто хотел? - повторил я свой вопрос вслух. Но старик так и не обернулся.

Глава 4

Возвращались домой уже затемно. Ева настолько обессилила, что мне пришлось поднимать её на руках. Старик был прав - я не смогу вечно скрывать правду. Но готова ли Ева принять её? Что я ей скажу: “Ева, я не твой брат, я из далёкого прошлого”? Она скорее поверит, что у меня не только амнезия, но и шизофрения.

Я уложил Еву на её кровать прямо в одежде, лишь снял обувь. Ева друг приподнялась. Радужка её правого искусственного глаза испускала в темноте лёгкое голубоватое свечение.

- А что хотел тот дедушка? - такой элементарный вопрос, вдруг поставил меня в тупик. А ведь и правда - Что? Не к совести же призвать.

- А во что веришь ты, - одними губами проговорил я вопрос старика.

- А? - Переспросила Ева.

- Я не знаю, странный он, - попытался я уйти от ответа.

Утром пришло сообщение от Ника. Как и обещал, он договорился о работе на складском погрузчике. Речи о зарплате не шло, зато инструктировать должны были по полной. Ещё Ник просил не распространяться о службе, потому как люди там словоохотливы, им это знать ни к чему. Ну для меня это требование легко выполнимо, я и так почти ничего не знал.

Глянул на свои статы. Проведённый день на ховербайке не прошёл зря, уровень “управления ботами” равнялся двум.

По уже сложившейся традиции, утро начал со спорта. Сорок отжиманий, восемнадцать раз подтянулся и стал боксировать грушу. Чувствительность бионического протеза постепенно сравнивалась со здоровой рукой. Прикосновения уже не отзывались жгучей болью. Но был момент, который меня особенно радовал. В своей прошлой жизни мне почти не приходилось драться. Вернее меня пару раз били. И я даже пытался бить в ответ. Но вот результата почти не было. Вялые, неуверенные движения только смешили оппонентов. Сейчас же я мог пробивать удары со скоростью пулемёта. Мышечная память - это не то, что у нас в голове. Это в первую очередь структурные изменения мышечных и нервных клеток. Благодаря такому “наследству” я хорошо воспроизводил подпись Лима, владел боксом, легко освоил ховербайк. И кто знает, какие ещё умения заложены в этом теле.

На завтрак снова были пищевые рационы. Представляли они из себя фольгированные саморазогреваемые блистеры. Это очень питательная еда. И я был готов мириться с почти полным отсутствием вкуса, но очень хотелось побаловать Еву чем то действительно вкусным. Хотя кого я обманываю, себя тоже хотелось побаловать. И потому решил, что необходимо закупить нормальных продуктов и что-то самостоятельно приготовить.

Склады находились на самой окраине города. А вот, та самая окраина определялась пятиметровым бетонным забором. Дальше в картах коммуникатора значилось сплошное серое пространство.

- Ты Лим? - встретил меня здоровяк, “одетый” в экзоскелет, раскрашенный в оранжево-чёрные цвета. Вокруг тела и головы здоровяка находился трубчатый каркас безопасности, видимо на случай опрокидывания. За спиной висел стальной рюкзак с вентиляционными отверстиями и различными индикаторами. Жалюзи вентиляционных отверстий периодически открывались, обдавая пространство вокруг себя струями горячего воздуха. - А я Кувалда. Так меня здесь все называют.

Я кивнул и пожал протянутую мне ладонь, размерами похожую больше на ковш экскаватора. Интерфейс подсказал, что его имя Иннир, значит “Кувалда” - это прозвище.

- У нас пять складов. Ты будешь работать на четвёртом. В течении дня будут приходить автокараваны. Твоя задача - разгружать контейнеры с машин на мотоплатформы. Что в контейнерах, даже не спрашивай. Погрузчик когда-нибудь пилотировал?

- Нет. - честно признался я. - Но инструкцию прочёл.

- А ты забавный. Ладно, пока попрактикуешься на пустых контейнерах. Всё равно караван прибудет только ближе к обеду. А сейчас иди на склад, там и найдешь машину. Будут вопросы, вызывай меня по радиостанции, позывной “Кувалда”, ну ты уже знаешь.

Четвёртый склад представлял из себя огромный ангар. Думаю, там могло поместиться пару пассажирских самолётов моего времени. У одной из стены ангара стояли штабелями контейнеры, состыкованные как кубики детского конструктора. По другую стену были запаркованы беспилотные, многоколёсные платформы. Погрузчик стоял у самого входа в ангар. В теле погрузчика располагалась кабина с окнами, защищенными крупной решёткой. На “ногах” погрузчика находились по два колеса. Всё же “ходячее” шасси не очень подходит для склада, а колёса - самое то. На “плечах” находились два манипулятора с гидравлическими захватами. А вот на месте “головы” находился большой, цилиндрический проблесковый маяк оранжевого цвета.

Запрыгнув на подножку, дёрнул массивный красный рычаг. Передняя часть кабины с лёгким жужжанием распахнулась, открывая доступ на место пилота. Я уселся на потрёпанное кресло, застегнул ремни, и тут сообразил, что сначала нужно зафиксировать ноги на специальных платформах. Пришлось отстёгиваться. Когда все подготовительные мероприятия были выполнены, задраил вход и стал изучать кабину. Кнопка старта, огромная кнопка экстренной остановки, индикатор превышения веса груза и запылённый операционный дисплей - вот и все приборы погрузчика. Управление было даже проще чем у моего ховер-байка: для движения вперед давим носками ног, для движения назад - пятками, для разворота - одной ногой давим носком, другой - пяткой. Управлять манипуляторами нужно было при помощи джойстиков.

Не став медлить, нажал кнопку старта. Бортовая система тут же доложила о готовности к работе, впрочем не забыв напомнить о просроченном техобслуживании.

Прошло не меньше трёх часов, прежде чем навык “управления ботами” прибавил единичку и я смог уверенно поднимать контейнеры и, главное, ставить их обратно не повредив. Когда бессмысленная работа по перемещению пустых контейнеров порядком надоела, моё внимание привлёк новый значёк интерфейса в виде гаечного ключа в прямоугольной рамке. Я сконцентрировал взгляд на нем, открылось описание: “Доступен сервисный порт промышленного погрузчика ППС-12т. Желаете подключиться?” Я естественно согласился и тут же на меня вылилась портянка информации:

Погрузчик промышленный складской.

Грузоподъемность 12 тонн.

Производство - Невский синдикат.

Тип питания - холодный реактор.

Внимание! Рекомендуемый уровень навыка “управление ботами” не меньше четвёртого. Ваш текущий уровень три. Работа должна проводиться под присмотром инструктора!

Помимо основной информации, которую я видел и без подключения к сервисному порту, мне была доступна вся телеметрия погрузчика, вплоть до давления в колёсах. Я мог видеть все неисправности, знал максимальную скорость передвижения и мог произвести различные настройки. Судя по всему, здесь сработал навык нейроинженера.

Сигнал из радиостанции меня застал в тот самый момент, когда я пытался обойти защиту погрузчика и заставить все колёса крутиться в разных направлениях. Зачем? Когда собаке заняться нечем.. правильно, она будку красит. Вот и я уже не знал чем себя занять.

- Лим, там караван подъезжает. Будь готов. Разгружать нужно будет быстро.

- Принял! - ответил я и стал расставлять пустые контейнеры по местам.

Неожиданно взвыла сирена. О случившемся гадать не приходилось, так как тут же начали раздаваться звуки выстрелов. Длинные пулеметные очереди со стен и короткие “двойки” с земли. Трезво оценив ситуацию, решил никуда не ввязываться. Вместо этого отогнал погрузчик за приоткрытую створку ворот, отключил внешнее освещение и затих.

Спустя пару минут, в дверном проёме появилось то, что заставило испытать животный ужас. Это определённо был человек. В камуфляжной форме тёмно-песочного цвета, в разгрузке увешанной снаряжением, и с бионическими руками, сжимающими короткую, массивную винтовку, но человек. Ни один механизм не сможет так точно и плавно подражать человеческой походке. Но почему у него вместо головы было металлическое устройство, похожее на прибор ночного видения с одной большой линзой спереди и тремя антеннами на чуть вытянутой задней стороне?

Мне никак не удавалось успокоить дыхание,сердце предательски громко стучало, а мозг лихорадочно пытался придумать происходящему логическое объяснение. Это существо обшаривало лазерным прицелом винтовки помещение склада. Судя по всему, в освещении оно совершенно не нуждалось.

Я попытался посмотреть информацию о существе. Интерфейс подсказал:

Мобильный беспилотный боевой комплекс МББК “Симаргл”

Принадлежность: Облачный кластер

Класс: штурмовик

Специализация: разведка

Вооружение: импульсная винтовка - неизвестно

Здоровье: 74 процента

Бодрость: 99 процентов

Дух: 0 процентов

Полученная информация, ситуацию никак не прояснила. Даже наоборот. Если это боевой комплекс, ещё и беспилотный, то откуда у него очки здоровья? Я стал быстро соображать. Еще при первой встрече с безопасником, тот упомянул, что на меня напали кибернетические организмы, которых они зовут “Безликими”. Тогда я не придал большого значения этой информации. А зря. Мог бы хоть как-то подготовиться. Хотя, что я смог бы противопоставить штурмовой винтовке?

Безликий осмотрел помещение склада и было начал поворачиваться в сторону погрузчика, как вдруг замер, будто прислушиваясь к чему то, и через мгновенье резко развернулся и зашагал в сторону выхода. Я медленно выдохнул и прикрыл глаза.

- Лим, срочная эвакуация! На нас напали! - вдруг раздался чуть срывающийся голос Кувалды из громкоговорителя радиостанции.

Меня бросило в холодный пот, а в животе всё сжалось. Я забыл приглушить радиостанцию! В следующее мгновение я услышал быстро приближающиеся шаги, тяжёлые армейские берцы гулко стучали по бетону. Луч лазерного прицела заскользил по окнам кабины. На раздумье времени не оставалось. Я вывел погрузчик из гибернации и клешнёй правого манипулятора схватил Безликого и поднял над собой. Безликий не ожидал такого манёвра и даже выронил оружие, которое с металлическим звоном упало на кабину. Или не оружие... Я так и не понял, потому как в следующее мгновение раздался хлопок, который потушил сознание.

- Ты уверен? Он может быть опасен!

- Это наш шанс восстановить равновесие.

- Он однажды это равновесие пошатнул.

- Пошатнул, в будущем. Но сейчас он может оказаться на нашей стороне.

- Хорошо, пусть Онтарилон решает…

Невозможно было понять, откуда доносились голоса. Казалось, что они звучали прямо в голове. Но ни саму голову, ни тело, ни чего я не чувствовал. Я будто растворялся.

- Эй Лим, как ты, дружище? - стоило сознанию вернуться, как я услышал уже хорошо знакомый голос.

Я разлепил глаза и увидел до боли знакомый больничный интерьер, стерильные белые простыни и Ник, что мялся у кровати с чуть виноватым видом. Просто дежавю какое-то, будто и не уходил отсюда.

- Я как узнал что случился прорыв на складе, так сразу туда. Парни всё там зачистили, но нескольких гражданских недосчитались. Гады свалили и гражданских прихватили. Нашли тебя в погрузчике. Ты так и держал одного Безликого в гидрозахвате. Сволочь успел кинуть тебе психотронную мину. Но тебя они, похоже, не берут. - Ник как всегда тараторил, когда волновался.

- Облачный кластер, - с трудом произнёс я и не узнал свой голос.

- Что? Друг, с тобой всё в порядке?

- Неуверен. Где он находится?

- Да кто ж его знает. Я и не слышал о таком. Всё ж, чего то тебе в мозгу они коротнули…

- Безликий. Я успел посмотреть его свойства. Мобильный беспилотный боевой комплекс “Симаргл” из Облачного кластера.

- Так Лим. Это серьёзная информация. Пока отдохни, а я вызову командира и группу аналитиков. Им всё подробно и расскажешь. Только это, придумай как ты там очутился.

- Хорошо Ник, про тебя ни слова.

- Вот и ладно, - Ник чуть улыбнулся и достал коммуникатор.

Отдохнуть не получилось. Не прошло и получаса, как палату наполнил топот уставных ботинок. Без лишних слов, они выпроводили медперсонал в лице того же врача - Сони Литты. Двое молодых вояк внесли большой чемодан, из которого стали доставать устройства, внешне похожие на шайбы серебристого цвета, и клеить их на окна, двери и стены. Когда последнее устройство было смонтировано, один из техников откинул крышку пульта управления встроенного в чемодан и что-то включил. Комнату наполнил гул лёгкой вибрации. Ник подсказал, что это защита от прослушивания. Техники ещё раз что-то сверили, кивнули командиру и удалились вслед за врачём.

Командир, дабы соблюсти формальности, справился о моём самочувствии, и не дожидаясь ответа приступил к делу.

- Как ты сам понимаешь, Безликие - это наша основная головная боль. Не один год мы безуспешно пытаемся с ними бороться, будь они неладны. Нам так и не удалось выработать единой стратегии борьбы с ними, как и понять их мотивы, - командир замолчал, будто собираясь с мыслями. Какая-то тоска промелькнула в его глазах. Спустя мгновение он встрепенулся, сжал кулаки до хруста в костяшках пальцев и продолжил. - Нам удалось захватить нескольких тварей. Но это абсолютно не принесло никаких результатов, - в этот момент командир вопросительно посмотрел на аналитика.

- Ну, не совсем, - взял слово тот самый аналитик. - Нам удалось многое выяснить. Да, они совершенно не идут на контакт. И я пришёл к выводу, что виной тому необратимые физиологические изменения. Думаю все заметили, что голову им заменяет техническое устройство. Кроме того, у них отсутствует чувство страха, самосохранения, голода. Им даже спать не нужно! Каким образом мы должны воздействовать на них?

- Можете не продолжать, я читал отчёты - командир поднял руку в успокоительном жесте. - К чему я веду. За всё время нам не удалось получить о них никакой информации. И вдруг выясняется, что один из моих штурмовиков знает больше, чем целый отдел аналитиков, - тут уже командир удостоил меня вопросительным взглядом.

Далее, в течении часа я рассказывал во всех подробностях о происшествии на складе. Я честно признался, что пошёл на склад для того, чтобы восстановить свои навыки управления ботами. На что командир назвал меня идиотом, напомнив об учебном полигоне, и пообещав, что теперь сутками буду жить в учебной “дубине”, пока не научусь “мухе зад подтирать” управляя ботом. Почему учебного бота называют “дубиной”, я так и не понял.

Все дружно поулыбались, когда я рассказал о неожиданном включении радиостанции, но высоко оценили дальнейшую тактику. Всё же складской погрузчик - не боевой мех и возможность ведения боя, в нем не предусмотрена. Единственное, о чём я промолчал - это голоса в моей голове. Всё то время, пока ждали командира, я размышлял о них, но так и не понял, были ли они плодом моей фантазии. И главное, что именно должен решить тот старик - Онтарилон.

- Симаргл значит, - резюмировал мой рассказ командир. - Так звали вестника древнеславянских Богов, связного между Небесным и Земным мирами. Получается, они вестники Облачного кластера. В кратчайшие сроки выяснить, всё что известно об этом Облачном кластере, - обратился командир к аналитикам. - А ты, - обратился он уже ко мне, - пока валяешься здесь, составь подробный отчёт о происшествии, может чего ещё вспомнишь. Позже мы ещё поэкспериментируем с твоими способностями.

- Разрешите вопрос, - я чуть приподнялся.

- Что у тебя?

- Для чего безликим люди? Куда их забирают?

Командир чуть призадумался. Потом махнул рукой и что-то решив про себя, ответил:

- Куда забирают? Нам так и не удалось найти какую-то центральную базу. Они постоянно дрейфуют. Кочевники, будь они неладны. А по поводу - зачем. Как ты думаешь, откуда берутся Безликие?

- Я как то не задумывался над этим, - решил увильнуть от ответа.

- Вот для этого они и уводят людей. Как уже упоминалось, они не испытывают чувство голода. Потому, если они не погибают в бою, то истощаются от голода. Им нужно постоянное пополнение. Им нужны здоровые люди, из которых делают железноголовых тварей.

Глава 5

По пути домой, я всё крутил в голове слова командира. Не может быть, что единственной целью Безликих является пополнение своих рядов новыми Безликими. Они, в первую очередь, машины. А любой машине присуща железная логика. Если только… Безликие, у меня почему-то ассоциировались с муравьями. Такие же одинаковые и бесстрашные, ведомые лишь им одним известной целью. Но запри муравья в банке и он потеряет свою цель, потеряет смысл к существованию. Так и пленные Безликие, не обнаружив варианта покинуть неволю, становились полностью пассивными - хоть на запчасти разбирай.

Проводя дальнейшую аналогию, сама-собой напрашивается мысль: у Безликих должна быть Королева, мать муравейника, главный мозг и движущая сила. И какой из этого можно сделать вывод? Чтобы понять логику Безликих, нужно узнать цель их лидера. А то, что он у них есть, я уже не сомневался.

- Приехали, - вывел меня из раздумий Ник, любезно согласившийся снова меня подвести до дома. Мне даже просить не пришлось. Он сам караулил меня возле выхода из медчасти. Видимо, всё ещё винил себя в том, что по его совету я оказался на складе. Я так и не смог его убедить, что его вины в случившимся нет.

- Еве я сказал, что ты в срочной командировке. Предлагал пожить у меня. Но ты же знаешь какая она у тебя самостоятельная. Сказала, что будет ждать тебя дома.

- Да, она бывает упёртой. Спасибо Ник. Тебе, кстати, ничего не говорит имя Онтарилон?

- Не могу вспомнить. Кто это?

- Проповедник. Встретился мне недавно. Странный немного.

- Ты никак решил податься в адепты Ниростианства?

- Ниро.. кого?

- Всё забываю, что ты контуженный. Ниростиане. На сколько я знаю, они отрицают наличие добра или зла.

- Это как?

- Ну, они считают, что каждый поступок относителен. Вот например, дал ты денег бедному. Вроде хороший поступок. А он на эти деньги алкоголь контрафактный купил и отравился. Или убили его за эти деньги. А другой бедняк, которому ты не дал денег, так и не смог собрать на лекарства для умирающего ребёнка, а ему не хватало совсем немного. С этой стороны, твой поступок уже не кажется добрым.

- И как же тогда оценивать праведность поступков, если нет добрых или злых?

- Да кто ж их знает, этих повёрнутых, - Ник улыбнулся и развёл руками,- не забивай себе голову, она у тебя и так контуженная.

Ник отказался зайти в гости, сетуя на занятость. Я забрал из машины пакет со сладостями для Евы, купленный в ближайшем магазине, попрощался с Ником и пошёл домой. Как только входная дверь пришла в движение, тут же по ступеням часто затопали ножки и раздался восторженный возглас:

- Лииим, вернулся! - Ева так торопилась, что едва не споткнулась об электрический кабель.

- Привет козявка, - я подхватил Еву на руки и закрыл за собой дверь.

- Нуу, я же просила...

- Не называть тебя “мелкая”.

- Козявкой тоже не надо.

- А как же мне тебя называть?

- Зови меня, ээ.., Ваше прекраснейшество, - Ева рассмеялась над своим придуманным словом.

- Хорошо, Ваше великолепнейшество, пойдёмте приготовим царские пищевые рационы.

Очередная контузия не прошла бесследно. Слабость и головокружение никак не мотивировали на спортивные подвиги. Потому, после обеда, я решил вновь прокачивать свои умственные навыки. Выбор пал на: теорию построения высокомобильных многоцелевых платформ - так по умному назывались боевые боты и тактику пилотирования в условиях боевых действий. Книга по теории построения помимо сухого текста изобиловала различными таблицами, принципиальными схемами основных блоков, кинематическими схемами всевозможных приводов и манипуляторов, примерами конфигурирования ботов под различные тыловые и боевые задачи. Из неё становилось понятно, как осуществить расчёт бронирования и вооружения, в зависимости от роли бота в сражении. Как рассчитать мощность и тип силовой установки. В чём преимущество и недостаток активных и пассивных систем противодействия. Книга по тактике пилотирования содержала множества анимированных иллюстраций, которые наглядно показывали эффективность различных приёмов в условиях реальных боёв. Каждый эпизод тщательно разбирался и ему давалась оценка эффективности. Приёмы маскировки, применения систем активной защиты, ведения ближнего и дальнего боя, ориентирования на местности, противодействия системам обнаружения и наведения противника, перемещения одиночным порядком и в составе отряда, эвакуации пострадавших и многое, многое другое. Информация, на удивление, усваивалась достаточно быстро. То ли заслугой тому было наличие нейроинтерфейса, то ли мои технические навыки из прошлой жизни, я не знал. Но уже к ужину я уже прекрасно представлял как в общих чертах устроен бот, как пользоваться его основными системами, в том числе вооружением, как проводить ремонт в полевых условиях. В общем, всё то, что мне понадобится на предстоящей тренировке на полигоне.

Я видел как Еве не терпится быстрее отправиться погулять в город. Её можно понять. Жить снова взаперти, попробовав свободу на вкус, не захочет никто. Но и слоняться без дела я не хотел. Потому достал коммуникатор и стал искать информацию о Ниростианстве и об их представительствах в городе, храмах и прочих местах, где можно было бы найти или узнать об Антарилоне.

С Ниростианством оказалось всё просто и сложно одновременно. Они действительно не придерживались стандарной модели: добро - хорошо, зло - плохо. Их главным мерилом была энтропия: человек, который созидает, и не важно каким способом, уменьшает энтропию вселенной. А путь хаоса ведёт к её увеличению. И когда энтропия станет максимальной, наступит конец света. Так что следовало созидать, уменьшать энтропию, тем самым оттягивать конец света.

Доля логики в их идеях была. Добро, в моём прежнем мире, было показным. За публичной благотворительностью стояли невыплаченные зарплаты, непостроенные школы, обманутые пенсионеры. Люди, в чьей власти было строить, развивать, улучшать, прививать детям любовь к прекрасному, обеспечивать старикам достойную старость, занимались лишь личным накопительством. Разве должна религия оправдывать этих людей, лишь за то, что они давали редкие подачки?

И наоборот, искреннее добро считалось чем-то противоестественным и настолько непривычным, что люди боялись его. Люди перестали верить в бескорыстное добро. Перестали отвечать добром на добро. И даже в самом искреннем поступке искали подвох.

Если с идеями Ниростианства было более-менее понятно. Теперь осталось найти, где обитают эти самые Ниростиане. К моему удивлению, искомое место обнаружилось сразу. “Триликий храм” находился в десяти кварталах от дома, в центре старого города. Потому, не долго думая, мы собрались, заправили ховербайк топливом и отправились в путь.

При слове “храм”, мне всегда представляется какое-то готическое здание с горгульями на углах, либо древнеримский пантеон. Но то, что я видел, даже приблизительно не походило ни на одно, ни на другое. Три башни, сделанные будто из чёрного стекла, уходили высоко в небо. Абсолютно гладкие, в диаметре более двадцати метров, в основании образовывали правильный треугольник. Между башнями, на высоте примерно пятидесяти метров, парил и чуть вращался огромный шар, сделанный будто из стеклянных шестиугольников. Время от времени, по башням проскакивал электрический разряд, который паутиной молний бил в шар, от чего тот темнел. Что странно, две башни разряжались синхронно, только третья, била слабее и как будто запаздывала. А в те редкие моменты, когда все три башни разряжались одновременно, шар вспыхивал белым светом.

Под каждой башней были каменные постаменты и каждый постамент имел вход. Чутьё подсказывало, что нужно идти к третьей башне. Ева с ховербайком осталась ждать меня у ближайшего открытого кафе. Я дал хороших чаевых бармену и тот пообещал глаз с неё не спускать и в случае чего, вызвать меня по коммуникатору.

Чутьё меня подвело. Вход в третью башню был закрыт и опечатан огромной печатью, похожей на сургуч. На самой печати был текст, написанный неизвестными символами, но что то мне подсказывало, что это было предупреждение. Я подошёл ближе, чтобы лучше рассмотреть печать. Вдруг интерфейс стал рябить и стало как то тоскливо, что аж в груди защемило. Не знаю, что это было, но приближаться больше не хотелось. Что ж, придётся прогуляться до другой башни.

Выбирать долго не стал, пошёл к той, у которой стояло несколько человек в балахонах. Как только я обратил на них внимание, они тут же развернулись и вошли внутрь башни.

- Я ждал тебя, чужак, - поприветствовал меня старик Онтарилон, сразу же как я вступил на порог башни.

Поразительным было всё. Башня изнутри была полая. В центре стоял алтарь, из которого поднимался вверх столб белого света. Столб слегка пульсировал и иногда окрашивался в разные цвета. У алтаря как раз и стоял Онтарилон, вперив в меня свои слепые глаза. Остальные люди выглядели так же как и старик. Все они сидели неподвижно вокруг алтаря на массивных каменных креслах. И все они были слепы.

- Что привело тебя в нашу обитель?

- Безликие. Кто они? - начал я с главного вопроса. Чего ходить вокруг, да около.

- Ты знаешь, почему их называют Безликие?

- Ну-у, у них нет лица?

- Не пытайся казаться глупее, чем ты есть, - старик был категоричен, но замечание сделал справедливое. - Они Безликие, потому что у них нет личности. Они никто. Просто марионетки.

- Откуда они приходят? Кто управляет ими?

Тут старик чуть нагнулся и прикрыл глаза, будто прислушивался. И когда я уже было хотел напомнить о себе, вдруг спросил:

- Что ты знаешь о Системе?

- Это искусственный интеллект, который был создан из слепка моего сознания.

- Отчасти. Хотя, сейчас ты сам лишь слепок своего сознания. Система должна была стать безупречной. Нельзя было доверить судьбу Мира в одни руки. Были сняты ещё две личностные матрицы. Политик, спортсмен и учёный, - на последнем слове старик указал на меня. - Три личности были гарантом объективности принимаемых решений. Этот Триликий храм, - старик вскинул руки, - и был построен как вместилище трёх разумов. В алтаре каждой башни находится нейрокристалл, где и помещён разум искусственного интеллекта. Этот белый свет - есть поток его разума. Его мысли, решения и даже переживания.

- И такой важный объект был построен в жо.. кхм, краю мира?

- Главный вычислительный центр решено было спрятать в степи на границе России и Казахстана. Когда-то здесь были бескрайние степи. Уже после катастрофы, вокруг уцелевшего храма был построен Старый город и основан Степной доминион. Новый город появился гораздо позже, когда мы смогли поднять промышленность.

- А тот стеклянный шар, что висит между башнями?

- Вершитель. Есть несколько фаз принимаемых ИИ решений. Решения фазы “один” касаются только отдельных людей и их может приниматься любой из ИИ. Фаза “два” позволяют влиять на события, управлять общинами и классами. Туда-же относится судебная и правоохранительная система. И тут, для принятие решений, необходимо согласие минимум двух ИИ. Но есть ещё решения фазы “ноль”, которые могут повлиять на всё человечество. Фаза “ноль” позволяет ИИ игнорировать ограничения, заложенные создателями. И для принятия решений фазы “ноль” необходимо согласие всех трёх ИИ. Вершитель оценивает степень принимаемых решений и определяет правомерность их принятия. Он не пропустит решение фазы “0”, если все три искусственных разума не придут к согласию.

- И причём здесь Безликие?

- Один из ИИ, или правильнее будет сказать - одна, предала систему и саботировала работу вершителя. Это привело к катастрофе. Во время мирового конфликта, Система не смогла принять решение нулевой фазы по его предотвращению. Ты сам можешь видеть, к чему это привело.

- Это была Тринити?

- Не произноси её имени в этом месте! - Онтарилон вскинул посох, будто собирался ударить им. Остальные старцы сидели всё так-же неподвижно и безучастно. - Безликие - плод её рук. Она чудовище!

- Но как? Она не могла причинить людям вред! Это противоречит природе ИИ.

- Глупец! Посмотри на свою руку. Она и тебя не пощадила. Чего и говорить про остальных людей. Они для неё просто биоматериал.

- Я не верю! Я бы никогда так не поступил. Значит и она не могла! - ком настойчиво подкатывал к горлу. Ноги становились ватными. Захотелось присесть, но единственное кресло, видимо, принадлежало Онтарилону. Для гостей сидячих мест не предусмотрели.

- У тебя не было её возможностей, не было её власти. Вспомни себя. Не прошло и месяца, как твой разум оказался в этом теле, а ты уже начал забывать своё имя, свою прошлую жизнь. Разве, после того как ты очнулся в кабине бота, твои взгляды на жизнь не изменились? Так зачем ей хранить верность твоим принципам?

- Но если всё это правда, почему вы её просто не отключите?

- Вершитель. Он следит за целостностью Системы. Если один из элементов будет отключен, он заблокирует Систему. Тогда наступит конец всему.

Мне больше не о чем было спрашивать старика. Я развернулся и пошатываясь направился на выход. Всё что я услышал, казалось ещё большим бредом, чем то, что рассказала мне Тринити. Уже у самого выхода я обернулся. В зале никого не оказалось.

“Да как, сука, он это делает? Хиромант хренов.” - Я сам не знал, почему в тот момент испытывал ненависть к старику. Я узнал то, чего хотел. И даже немного больше. Но если кто-то Вам скажет, что горькая правда лучше сладкой лжи - не верьте! Есть правда, которую лучше не знать.

На улице вечерело. Прохладный ветер заставлял ёжиться. Я ещё раз оглядел храм. Верхушки башен тонули в тёмных облаках, изредка подсвечиваемых электрическими разрядами. Башня Тринити больше не искрила, будто ей было стыдно перед своим прародителем за все те беды, что она учудила.

Ева ждала меня там же, где я её и оставил. Цветными мелками она рисовала на каменной брусчатке причудливых животных. Бармен, завидев меня, растянул улыбку и уже хотел что-то мне сказать, но поняв моё настроение, просто кивнул и продолжил натирать внешне чистую посуду. Мы ещё немного посидели, я поел через силу и уже хотел было собираться, как моё внимание привлёк мигающий значёк в интерфейсе. Раньше такого я не видел, потому, что он значит я не знал. Я сфокусировал взгляд на жёлтом перевёрнутом треугольнике с восклицательным знаком.

“Доступно новое задание: “Предательство Тринити”.

Этап первый: Вы узнали от проповедника Онтарилона о предательстве искусственного интеллекта Тринити и о создании ей армии Безликих. Необходимо выяснить причину предательства.

Класс задания: редкое.

Награда: неизвестно.

Принять задание?”

И ниже две кнопки: “Принять” и “Отказаться”.

Мне казалось, что удивить меня уже будет нечем. Кто мог дать мне задание, Система? Что за награда? Как будет оцениваться степень выполнения? Одни вопросы… Но что-то мне подсказывало, что именно ради этого задания я и появился в этом мире, а значит вариант только один - принять задание.

Я принял задание и тут же набрал Нику. Он был единственным человеком, которому я немного доверял и который хоть что-то мог пояснить.

- Ник привет. Вопрос есть один.

- Да, спрашивай. Помогу, чем смогу.

- Как Система общается с людьми?

- Всё страннее и страннее ты вопросы задаёшь. Рано тебя выписали..

- Ник, это важно.

- Хорошо. Никак. Система не может напрямую общаться с людьми. Там что то связано с тем, что-бы исключить сговор. Ну и вообще, что-бы… э-э-э... ну, кароче не может. Только косвенно влиять. Там, очков социальной значимости накинуть, касту определить, ещё что-то может.. сам почитай короче.

- А задания давать может?

- Какие задания?

- Ну что-то вроде: сходи, узнай, награду получи...

- Не, такого не слышал.

- Спасибо Ник, - попрощался я с ним и, не давая времени на встречный вопрос - с чего я вообще об этом спрашиваю, я завершил вызов.

Вот теперь всё. Мне казалось, что я начал что-то понимать. А теперь, я вообще ничего не понимаю.

Глава 6

Весь прошлый вечер я изучал служебный список контактов из коммуникатора. Сегодня у меня запланированы занятия на полигоне, потому возможны встречи с сослуживцами, которых я в глаза не видел. Конечно же, интерфейс безошибочно подсвечивает имена встречаемых мной людей. Но попробуйте без тренировки, быстро произнести имя Гурбангулы Ильнардуганович, а когда-то человек с таким именем был моим руководителем. К счастью, большинство имён были простыми и односложными. Некоторые имена, такие как Ник, Дим, Андр, Вик звучали как сокращения привычных мне имён. Но такими были имена лишь рядовых бойцов и младших офицеров. Старший офицерский состав состоял из более сложных имён, таких как Волиан, Талий, Евон, Эндур, что наводило на мысль - чем длиннее имя, тем выше по сословной лестнице находился человек. А вот насколько высока была каста проповедника Онтарилона, стоило только гадать.

Почему учебный бот назывался “дубиной” я понял не сразу. Внешне, это был сильно обшарпанный ста двадцати тонный ходячий бот, похожий краба. Четыре ноги с солидными грунтозацепами, две мощных клешни, пулемётная спарка и главный калибр - импульсный плазматрон. Из защиты у бота была композитная броня и энергетический щит. Кабина распологалась в недрах “брюха” и была по армейски аскетичной. Вытертое кресло пилота, видавшее не одну тысячу курсантов, два небольших джойстика под каждую руку, панель управления и огромный тактический монитор - вот и всё убранство. Было ещё место инструктора, но Ник наотрез отказался в него садиться, сказав что ещё будучи курсантом до тошноты накатался на таком боте.

Я задраил вход, застегнул ремни, запустил систему дежурного энергоснабжения и активировал процедуру самотестирования. По тактическому экрану побежали строчки телеметрии. После рапорта об успешном тестировании оптических и акустических сенсоров, на экране появилась картинка с внешних камер. Попытка запустить основной реактор не увенчалась успехом.

- Запуск невозможен, необходима авторизация, - сообщил мне бортовой компьютер.

- Лим Тоур, - представился я.

- Запуск невозможен, необходима авторизация, - повторил компьютер.

- Старший штурмовик Лим Тоур, - буквально по слогам проговорил я.

- Запуск невозможен, необходима авторизация, - компьютер так просто не хотел сдаваться.

- Старший штурмовик Степного доминиона Лим Тоур, - медленно, как для умственно отсталого, подкрепляя каждое слово жестами руки, произнёс я.

- Запуск невозможен, необходима авторизация…

Тут я заметил небольшую вмятину на панели управления. Чутьё подсказывало, что вопрос с авторизацией решается альтернативным путём. Чуть размахнувшись, приложил кулаком в продавленное место панели.

- Авторизация принята, - бодро сообщил бортовой компьютер и тут же кабину наполнил гул главного реактора.

- Лим, а ты молодец, ещё помнишь как “дубину” заводить, - из радиостанции донёсся голос Ника. - Так, давай на полосу, норматив - шестнадцать минут.

“Полосой” Ник называл полосу препятствий. И мне необходимо пройти её за шестнадцать минут. Да мне бы просто пройти…

В ходячем боте, пилоту не нужно контролировать движение каждой конечности, компьютер полностью обсчитывает все траектории с учётом ландшафта и возможных препятствий. В ботах последних поколений, компьютер заменяет пилота почти на девяносто процентов. Пилоту остаётся только контролировать машину и определять стратегию ведения боя, с учётом рекомендаций бортового компьютера. Но все эти плюшки отсутствовали в учебном боте. На то он и учебный, чтобы будущий пилот понял все тонкости механики бота, на собственной шкуре ощутил как работают все системы. Потому рулишь сам, наводишь сам, стреляешь сам, всё сам.

Я набрал полные лёгкие воздуха, шумно выдохнул и потянул ручку газа на себя. И.. ничего не произошло. Я потянул ещё, потом ёще. И тут до меня дошло, я не снял шасси с блокировки. Это что-то вроде стояночного тормоза. Стоило мне потянуть рычаг блокировки, как бот буквально сиганул вперёд, а моё тело глубоко погрузилось в виброгель кресла пилота. Я рефлекторно надавил педаль тормоза, но инерцию не обманешь. Бот, вместо того чтобы остановиться, полетел кубарем. Стоит отдать должное разработчикам - после полного оборота, бот снова встал на ноги. В шлемофоне раздался смех Ника. Он хотел что-то сказать, но так и не смог выдавить из себя ни слова.

Чуть отдышавшись, я всё же смог заставить бот плавно двигаться в сторону полосы препятствий. Но я никак не мог заставить его двигаться по разметке. Управление постоянно запаздывало. То и дело приходилось подруливать, а “дубина” никак не хотела вставать на маршрут. Попробовал действовать на опережение - стало немного лучше, но кардинально ситуация не изменилась.

Стоя у стартовой линии полосы препятствий, стал думать, что я делаю не так. По всему выходило, что дело не во мне, а в “дубине”. Тот же складской погрузчик не вызывал сложностей в управлении, правда и весил он на порядок меньше.

Подумав о погрузчике, мне вспомнился навык нейроинженера, что позволял подключаться к сервисному порту. Я перевёл взгляд на внутренний интерфейс. Значёк с гаечным ключём был на месте, а значит и сервисный порт был доступен. Стоило отдать мысленную команду интерфейсу задействовать сервисное подключение, как всё поле зрения наполнила различная информация. Здесь было и техническое состояние всех узлов бота, и состояние вооружения, и навигационные данные, и многое другое. Минут десять я изучал доступную информацию. Моё внимание привлёк пункт: прогнозирование траектории движения. Как только я его активировал, изображение окружающего ландшафта дополнилось пунктирными линиями, указывающими возможное направление движения. Вот оно! Медленно вращая один из джойстиков, добился того, чтобы пунктирные линии траектории движения совпали с необходимым мне направлением и дал малый газ. Бот послушно пришёл в движение и направился в нужном направлении. Это была первая победа.

Раз за разом, проходя прямые участки, лабиринты, канавы и холмы, я стал замечать, что всё реже фокусирую взгляд на подсказках интерфейса. В какой то момент я стал просто чувствовать необходимое направление. Я отключился от сервисного порта и попробовал управлять ботом самостоятельно. Ожидаемо ничего не получилось. Это значило, что без интерфейса обойтись я не мог, но при этом мог не только визуально получать информацию, но и ещё каким-то образом.

Следующим этапом было преодоление рвов. Тут проблем не было. Вспомнив свою первую попытку заставить двигаться бот, я подобрался к самому краю, включил блокировку шасси, вытянул ручку газа почти на полную и снял с блокировки. Бот словно выстрелило через импровизированное ущелье. Не став повторять прошлую ошибку, давил на тормоз плавно, медленно гася инерцию ста двадцати тонного монстра.

Не смотря на то, что мне удалось преодолеть препятствие и не опрокинуть бот, я всё же ушёл далеко за контрольную линию. Пришлось сново зарыться в параметры бота. Ага, инерционные гасители, думаю они то мне и нужны. Затянув ремни кресла потуже, я отправился на второй круг. После прыжка, перед самым приземлением, я активировал инерционные гасители и тормоз одновременно. В носовой части бота раскрылись дюзы реактивных гасителей из которых вырывались струи горячей плазмы. Получилось не так гладко, как хотелось бы, но уже неплохо. После десятого прыжка я мог останавливаться сразу, на противоположной стороне рва. Прогресс был налицо, значит нужно переходить к следующему испытанию.

“Отработка маскировки и защиты” - так гласила табличка у следующего рубежа. Несмотря на то, что этот участок полигона представлял собой остовы многоэтажных зданий, всё же замаскировать ста двадцати тонную дуру - дело не из простых. Территорию полигона патрулировали сторожевые дроны, от которых и следовало прятаться. Размером с легковой автомобиль, дроны имели хищные обводы. В недрах двух рудиментарных крылышек располагались по реактивному двигателю, направленному вниз. На хвосте находился третий подвижный двигатель, который и отвечал за маневры дрона. Под самым брюхом на подвесе крепится импульсная турель. Сбивать дроны не дадут, потому как на этом этапе испытаний вооружение всё ещё заблокировано. Игнорировать их, прикрываясь энергетическим щитом тоже не вариант. Один дрон не сможет продавить щит. Но не пройдет и минуты, как на выстрелы слетятся остальные дроны. Вот тогда щит мало поможет.

От первого дрона мне удалось уйти просто спрятавшись за зданием. Тактический монитор подсвечивал все подвижные цели и траектории их движения, поэтому не составило труда найти место, полностью скрытое от дрона. Второй дрон застал меня врасплох на пустыре. Уйти незаметно с траектории его движения я просто не успевал. Если спрятаться не успеваем, будем маскироваться. Прыгнув в груду металлолома, я попытался зарыться в неё, попутно выпуская воздух из пневматических систем. Воздух, вырываясь из баллонов, стал резко охлаждать бот, что должно было помочь спрятаться от тепловизоров. Я погасил главный реактор и отключил все системы, кроме наружного наблюдения и тактического монитора. Дрон продолжал двигаться в моём направлении. И тут я решил использовать ещё одно преимущество сервисного подключения к боту. Я отключил все оставшиеся системы, оставив только акустические сенсоры, которые визуализировались в нейроинтерфейсе. Таким образом удалось свести количество работающих модулей к минимуму, но при этом осталась возможность мониторить окружающую обстановку. Дрон подлетел, покружил и не обнаружив ни теплового следа, ни электромагнитной активности, отправился дальше патрулировать.

Когда уже виднелся выход с полигона, я расслабился и заметил нового дрона, когда тот уже на полном ходу летел в мою сторону. На маскировку времени не оставалось. Я врубил щиты на полную и помчался на выход. То есть, хотел помчаться. Бортовой компьютер сообщил, что производительности реактора недостаточно для поддержания щита и форсированного движения. Пришлось купол щита сократить до узкого сектора и направить его в тыл, что позволило сэкономить сорок два процента энергии, которую тут же направил на ускорение бота.

Сзади засвистели выстрелы импульсного оружия. Щит покрылся всполохами от поглощенной энергии. Но стоило преодолеть границу полигона, как преследование тут же прекратилось. Отбежав от границы полигона метров на сто, я остановился и распахнул люк бота, чтобы глотнуть свежего воздуха и немного отдышаться.

- Не время прохлаждаться, самое интересное ещё впереди, - Нику не терпелось быстрее закончить и отправиться в офицерскую столовую. Ещё перед началом тренировки Ник достаточно двусмысленно намекнул, что с поварихой у него очень “тёплые” отношения и по последним разведданным на обед будет приготовлена настоящая говядина.

- Лим, пойми. НАСТОЯЩАЯ говядина! Когда ты последний раз ел настоящую говядину?

- Может сам сядешь за штурвал бота и покажешь как быстро пройти рубеж?

- Не, не. Мне мои нервы дороже. Да и вообще, это тебе навыки нужно восстанавливать. Мои то в порядке.

Я не стал ничего отвечать, задраил вход и отправился к огневому рубежу.

Следующее испытание - отработка стрелковых навыков. Цели - хорошо бронированные дроны. Что-что, а пострелять - руки у меня давно чесались. Огромный бот с огромными пушками - разве не об этом мечтают все мальчишки возрастом далеко за двадцать?

Выйдя на позицию, я сразу же активировал оружейный модуль. На тактическом мониторе появилась информация об остатке боекомплекта для пулемётной спарки и о заряде импульсного плазматрона. Первая цель не заставила себя долго ждать. Юркий дрон вылетел из-за остова бетонного здания и, не давая времени на размышление, стал расстреливать меня из импульсного оружия. Не мешкая, врубил купол энергетического щита, поймал дрон целеуказателем, включил захват цели и стал щедро поливать турельной спаркой. БК таял на глазах, но ощутимого результата это не приносило. То ли броня у дрона была слишком толстая, то ли щиты непробиваемые, но при попадании дрон лишь немного сбивался с курса, пересчитывал траекторию и снова продолжал маневрировать.

От турели толку не было, пока пытался расправиться с одним дроном, подтянулся второй. Переключился на главный калибр. Заряд плазменных накопителей шёл непозволительно долго, что вполне очевидно - львиную долю энергии отъедал щит. Пришлось его сократить до сектора в сто двадцать градусов. Тыл оказался не прикрыт, но оттуда пока и не ожидалось появление противника. Поймал первого дрона в захват, огонь. И опять без результата. Цель слишком маленькая и юркая, в то время как главному калибру нужно время на наведение и выстрел. Снова ожидание перезарядки накопителей, а бортовой компьютер уже предупреждает о приближении третьей цели. И как назло, дрон идёт сзади.

Адреналин в крови подстёгивал мозг на быстрый поиск решения. Снова переключился на турель и дал залп по первому дрону. И пока его навигационная система, сбитая с толку от попадания снарядов, пыталась просчитать новый маршрут, сделал выстрел из главного калибра. Есть, один готов. Главный калибр ещё перезаряжается, а я уже ловлю целеуказателем второй дрон. Снова залп спаркой и вдогонку главный калибр. Второй готов.

Не дожидаясь пока подбитый дрон рухнет на землю, перевожу щит прикрывать зад и разворачиваю орудия. Но не тут то было. Турель без проблем вращается на триста шестьдесят градусов. А вот у плазматрона есть только небольшой сектор спереди. Пока короткие очереди спарки отвлекают оставшегося дрона, доворачиваю в его сторону корпус бота, и как только дрон попадает в сектор видимости главного калибра, делаю выстрел. Третий готов. Больше дронов не дали. Хотя их и восстанавливают после тренировок, всё же это не дешёвое удовольствие.

Не успело ещё сердце успокоиться от выброса адреналина, а в воздухе выветриться запах сгоревшего пороха и озона, как мне пришло уведомление в интерфейсе:

Внимание!

Подтверждён уровень навыка “управление ботами” - 4

Подтверждён уровень навыка “тактика ведения боя” - 3

Подтверждён уровень навыка “артиллерийское оружие” - 3

Рост навыков радовал и мотивировал. Когда видишь результат своего труда сразу, пусть и в абстрактных цифрах, хочется улучшать его ещё и ещё.

Я повёл бот в ангар для обслуживания и пополнения БК. У входа уже стоял Ник и чуть ли не приплясывал от нетерпения.

- Лим, пойдём уже. Еда стынет!

- Дай хоть боекомплект перезарядить.

- Да никуда твоя дубина не денется. Будешь ещё неделю с ней нянчится.

Ник ещё хотел мне что-то сказать, но поняв всю бесполезность уговоров, махнул рукой и куда-то убежал. Я же отсоединил два короба с расстрелянными БК, погрузил на тележку и потащил их к пункту выдачи боеприпасов. Ангар с учебными ботами располагался в самом конце комплекса, тогда как боеприпасы выдавали вначале. Потому у меня была возможность рассмотреть все боты, что не находились на боевом дежурстве, а стояли на обслуживании. Я нарочно шёл медленно, разглядывая исполинов. Многие из ботов были повреждены и вокруг них бегали техники, стуча, таская тележки с оборудованием, и освещая полутёмный ангар вспышками дуговой сварки. Другие боты, которые выглядели вполне целыми, стояли с подключенными жгутами электрических кабелей и гидравлических трубок. Но не это привлекло моё внимание. Ангар с закрытыми створками, на которых красовалась большая греческая буква “альфа”.

Глава 7

Постояв у входа в ангар “альфа”, посмотрел по сторонам и прислонил ладонь к дактилоскопическому сенсору. Створки ангара разошлись в стороны и моему взору предстала большая груда развороченного железа.

Я стал тщательно всё осматривать. Пока ещё сам не понимал, что ищу. Но чутьё подсказывало: не случайно я появился в этом боте и в нём же я говорил с Тринити.

Четверть часа я обследовал обломки, переворачивал листы обшивки, изучал ворохи проводов. Моё внимание привлекли вспышки света, виднеющиеся в очередной груде пластиковых обшивок. Бортовой самописец забрали безопасники, значит это что то другое. Немного повозившись, я извлёк на свет небольшое устройство в противоударном корпусе. “Бортовой компьютер. Серия: “Альфа”.” - гласила надпись на боковой грани. Заводской номер - три ноля один. Видимо, это был опытный образец. Не долго думая, я замотал компьютер в обрывок какой-то материи и покинул ангар.

На пункте выдачи боеприпасов, мне удалось, помимо двух коробов с патронами для спарки турелей, выпросить три комплекта светошумовых, дымовых и осколочных гранат. Старый старшина сначала ворчал, что боеприпасы сейчас большой дефицит. Пришлось сослаться на указание командира Дорка Горина. Старшина ворчать не перестал, но все необходимые боеприпасы выдал.

Возвращался я быстрым шагом, не тратя времени на праздные разглядывания. Быстро снарядив бот новыми боеприпасами, я развернул компьютер и стал думать, что делать дальше. Единственное, что мне приходило в голову, подключить бортовой компьютер ”Альфа” вместо учебного в боте. Так и решил поступить. Все необходимые инструменты нашлись в сервисном боксе бота. К счастью, разъёмы были унифицированными, потому замена прошла без проблем.

Дрожащими от нетерпения руками запустил систему дежурного энергоснабжения и систему самотестирования. Загорелся тактический монитор, по которому побежали строчки результатов тестирования систем:

“Обнаружено изменение системы навигации!

Калибровка новой системы навигации…

Система навигации исправна

Обнаружено изменение системы позиционирования!

…

Обнаружено изменение системы наведения!

…

Обнаружено изменение системы раннего обнаружения противника!....”

Когда все системы были откалиброваны, женский механический голос сообщил:

- Все системы исправны. Ожидание авторизации пилота. Внимание, на тактической карте обнаружена новая отметка с высоким приоритетом!”.

- Лим Тоур, штурмовик Степного доминиона. Покажи отметку на карте, - авторизовался я и сразу попросил вывести информацию о метке.

- Авторизация принята. Выполняю.

На тактическом мониторе появилась карта местности. В совершенно пустынном месте мигала маленькая точка с пометкой: “Облачный кластер”. И что-то мне подсказывало, что эта метка стояла специально для меня и если бы авторизовался кто-то другой, эта метка не появилась бы.

Вдруг, карта с отметкой сместилась в левый нижний угол монитора, бортовая система показала приближение к боту живой цели. Я присмотрелся, это был Ник. Он шёл со стороны столовой и нёс в руках какой то свёрток. Видимо, решил покормить меня прямо здесь. Это было приятно, не много людей готово бескорыстно заботиться о других. Я уже выпрыгнул из кабины бота, чтобы поблагодарить друга, как по ушам резанул вой сирены. Спустя мгновение голос из динамиков громкоговорителей донёс:

“Внимание! Нападение на гарнизон! Прорыв с южной стены. Объявлен план Цитадель! Всем получить боеприпасы и занять оборону на местах несения службы!”

Не мешкая, я бросился в кабину бота.

- Лим, стой. Мы должны прибыть в распоряжение командира!

- Ник, я знаю как прекратить войну, мне нужно идти.

- Куда идти?

- Я знаю где находится Облачный кластер! - уже стали слышны выстрелы и разрывы гранат. Нужно было торопиться, но друг никак не хотел отпускать. - Ник, мне нужно идти. Одному! Слышишь? Иначе это не прекратится никогда.

- Не знаю что у тебя на уме Лим. СБ давно ждут, когды ты оступишься. Если ты сейчас уйдешь, командир тебя больше не вытащит. Ради чего ты так рискуешь?

- Ник, поверь. Я знаю, что делаю, - попытался я успокоить друга, хотя на самом деле, я не был ни в чём уверен.

- Ладно, я тебя предупредил. И это. Удачи тебе!

- Спасибо!

Мы пожали друг другу руки, Ник сунул мне свёрток с едой и я, наконец-то, запрыгнул в кабину бота.

Я не знал, на сколько затянется путешествие, потому решил заскочить домой, предупредить Еву и передать ей оставшиеся деньги.

С новым компьютером “альфа” бот управлялся намного комфортнее. Появилась возможность голосового управления и режим автопилота. Несмотря на высокую скорость, бот с ювелирной точность обходил все препятствия и перешагивал людей. Благо, сигнал тревоги слышали многие и улицы были почти пустыми.

Приближаясь к дому, увидел странную возню у входа. Двое человек в тёмных мундирах пытались взломать дверь. Дверь моего дома! Третий сидел в угловатом автомобиле и скучал.

- Альфа, включи громкую связь, - попросил я компьютер.

- Выполнено. - доложил компьютер.

Я чуть прокашлялся, настраивая голос на более грубый. Так, мне казалось, он будет звучать убедительней.

- Кто вы такие? - спросил я людей, которые тоже меня заметили, но при этом продолжали взламывать дверь.

- Легион Претората! Здесь проводится спецоперация с санкции Инквизитора! В помощи войск не нуждаемся, можете уходить.

Какая нахрен инквизиция? И чего им нужно у меня дома? Чутьё подсказывало, что ничего хорошего ждать не стоит. Потому, не долго думая, зарядил им под ноги светошумовую гранату, а автомобиль просто сбил ботом. Входная дверь дома была изрядно покорёжена, поэтому просто вырвал её клешнёй. На мои крики Ева не отзывалась. Но я быстро нашёл её, проследив по электрическому кабелю. Она забилась в подвале, в груде коробок. Я подхватил её на руки и отнёс в кабину бота, посадив её на место инструктора.

- Альфа, у тебя есть режим охраны? - обратился я к бортовому компьютеру.

- Доступны режимы: охрана с сопровождением и сторожевой режим.

- Альфа, сторожевой режим. Не подпускай никого на сто метров. Все враги. Но постарайся ни кого не убивать без крайней необходимости.

- Какой статус второго объекта в кабине?

- Союзник!

- Команда принята. Сторожевой режим. Охрана двух объектов. Радиус - сто метров. Метод - преимущественно нелетальный.

Не став дослушивать, я побежал в дом. Мне казалось, что вернуться сюда если и удастся, то очень не скоро, поэтому нужно было забрать вещи, пищевые рационы и запас воды. На все сборы ушло не более десяти минут. Безумно жалко было оставлять ховербайк, но в дороге он бы только помешал. Дверь восстанавливать не стал, уверен, что легионеры Претората ещё вернутся и перевернут всё вверх дном.

Усевшись на кресло первого пилота, задраил вход, пристегнул ремни Евы и сам пристегнулся. Электрический кабель, питающий её протезы я подключил к бортовой сети бота. Ева сидела с отсутствующим взглядом и не реагировала на мои попытки достучаться до неё, бар её духа был в красной зоне. Да, она пережила тяжёлую травму, но я не понимал, почему её так напугали легионеры, они всего лишь люди, а не те твари, что сейчас прут через пролом.

Если прорыв произошёл через южную стену, значит там можно выйти из города. Не уверен, что меня сейчас добровольно выпустят через главные ворота. Я отменил сторожевой режим бота и направился в сторону прорыва, попутно мониторя обстановку. И чем сильнее приближался к стене, тем были более заметны следы боестолкновения: дома с выбитыми стёклами, горящие автомобили, бегущие люди с детьми на руках. У самого пролома велась активная перестрелка. Судя по всему, врага удалось локализовать и вынудить отступать. Но просто так Безликие сдаваться не хотели. Радовало, что по дороге не встретил ни одного убитого.

Появление моего бота было принято войсками с воодушевлением и недоумением. Союзники ждали подкрепление, но модель моего бота была давно снята с вооружения и использовалась исключительно в учебных целях. И дело тут не в низких боевых качествах, напротив - он ещё мог дать фору современным. А в том, что бот уже морально устарел и требовал от пилота высокого мастерства, в то время как ботом нового поколения мог управлять и зелёный салага - знай себе, подтверждай цели и жди результат.

Не ввязываясь в перестрелку, я в один мощный прыжок перемахнул через пролом и отправился прочь. Нет, в спину мне никто не стрелял. Но в громкоговорителе радиостанции ещё долго звучали требования идентифицироваться и вернуться для подавления противника. А потом и просто нечленораздельный мат и угрозы трибунала. Вот теперь точно все пути назад были отрезаны.

Пройдя более пятидесяти километров, я всё же снизил скорость бота до комфортных восьмидесяти километров в час, задал Альфе курс на Облачный кластер и позволил себе расслабиться. Ева уже пришла в себя и с любопытством разглядывала панель управления и даже пыталась что-то нажимать. Альфа же предупреждала, что выполнять команды неавторизованного пользователя она не собирается, на что Ева сердито дула губки. Было забавно наблюдать за спором девочки и бортового компьютера. Путь предстоял долгий по пустынной местности, поэтому я не видел ни чего страшного в том, что Ева научится управлять.

- Альфа, статус Евы Тоур - второй пилот. Предоставь управление.

- Невыполнимо. Недостаточный уровень навыка “управления ботами”. Минимальный уровень навыка - три.

Засада. Но как то же курсанты учатся управлению? Попробовал другой вариант.

- Альфа, статус Евы Тоур - курсант.

- Принято. Предоставлен ограниченный доступ, - отрапортовала Альфа и тут же кресло Евы пришло в движение, подгоняя органы управления под миниатюрную комплекцию.

Радости Евы не было предела. И не важно, что управлять она могла только направлением движения. Всё же, это не передаваемое ощущение, когда в твоих руках находится такая мощь. Она так увлеклась этим процессом, что все её злоключения и страхи ушли на задний план, уступая место восторгу. Этого я и добивался.

А вот мне становилось всё грустнее и грустнее. Я запомнил Землю цветущей планетой. Бесконечные океаны лесов, живописные озёра, зелёные степи - всё это было, стоило лишь удалиться от цивилизации. За стенами города я не видел всех последствий Последней войны. Сейчас же, вокруг нас, на сколько охватывали оптические сенсоры бота, была лишь безжизненная пустошь. Неужели всё это мы оставили в наследство своим внукам и правнукам? Во что мы превратили свой дом?

Я запустил сканер живых форм. Карта стала наполняться редкими зелёными точками. Компьютер пытался определить сигнатуру существ, оценивая размер, форму, сигналы мозговой активности и ещё кучу всевозможных параметров. Крысы и вороны - составляли основную массу животных. Первые копошились в грудах техногенного мусора, выискивая съедобную органику. И это не обязательно была животная или растительная пища. Многие полимеры вполне годились в качестве еды. Вороны же сидели стаями на остовах зданий и ждали, когда какая нибудь из незадачливых крыс потеряет бдительность и удалится от своих сородичей, либо ещё какая халява подвернётся.

Ещё встречались стаи одичавших собак. Одна из таких стай пыталась преследовать нас, но поняв бесполезность этого занятия, всё же отстала. Но само преследование не прекратилось. Собаки тут же заунывным воём предупредили другую стаю о нашем приближении. И теперь уже новая стая преследовала, пока не отстала и так же оповестила следующую стаю. Ещё долго, то слева, то справа мы слышали собачий вой. На что они рассчитывали, мне было непонятно. Возможно, сохранилась генетическая память ещё домашних собак, которые так же бесстрашно лаяли на проезжающие мимо автомобили.

Снаружи вечерело. Тёмные свинцовые облака затягивали небо, а свет от закатного солнца окрашивал пейзаж в оранжевые тона. Накопившаяся усталость брала своё, безумно хотелось спать. А ещё больше хотелось есть.

Остановку решили сделать у гряды скалистых холмов. И тут возникла дилемма: включать защитный купол или по максимуму замаскироваться. Силовой купол обеспечивал надёжную защиту, но он сильно ионизировал воздух, что демаскировало бы бот для систем дальнего обнаружения. Местную фауну я не опасался - не по зубам им будет композитная броня. А вот поисковый отряд вполне могли за мной отправить. И тут побочные электромагнитные излучения будут играть против нас. Решено - купол ставить не буду.

Бот уже лежал на брюхе со сложенными конечностями. Прежде чем перевести его в режим гибернации, глянул на тактический монитор. Ничего подозрительного не заметил. Лишь стая собак кружила на расстоянии двухсот метров. Ближе подходить они не решились. Я ещё раз сверился с маршрутом и тут заметил, что Ева уже спит. Что-ж, ужин мне предстоит одному.

- Альфа, переведи кресло второго пилота в горизонтальное положение, - шёпотом, чтобы не потревожить Сестрёнку, скомандовал я компьютеру.

- Принято, - также шёпотом ответила мне Альфа. То ли она понимала, что один из членов команды спит, то ли она восприняла мой шёпот как режим акустической маскировки, я так и не понял.

Я развернул свёрток, переданный мне Ником. Кабину наполнил невообразимый аромат, тут же перебивая запахи расколёного пластика и моторного масла. На пенопластовом лотке лежали ломтики варёной говядины, украшенные какой то зеленью и политые красным соусом. А рядом лежали два ломтика чёрного хлеба и пластиковые приборы - вилка и нож. Захотелось разбудить и угостить Еву, но она так сладко спала, свернувшись калачиком, что грех было её тревожить.

Не долго думая, я отложил половину мяса и принялся уплетать оставшееся. Вкус полностью соответствовал аромату. Сочное, самое малость пряное, просто таяло во рту. Попытался подцепить вилкой новый ломтик.

“Но почему вилка раздваивается? Нет, вилка не должна плыть. Мне же трудно удержать её в руках!”. - Я положил вилку, она продолжала извиваться на лотке. Попытался взять мясо руками.

“Оно проходит через руки и ускользает от меня! Как оно получило такую текучесть, я же не могу так есть?”.

- Тринннити! Что ты сделала с моими руками?

Я посмотрел на свои руки. Пальцы стали удлиняться, но я никак не мог сфокусировать на них взгляд. Потрогал лицо. Это не моё лицо, я не чувствую его.

- Альфа! Убей её. Мне нужно вернуть моё лицо! Я не хочу стать Безликии..

- Ко-ман-да не при-ня-та. У-точ-ни-те цеееель… - голос Альфы был низким и тягучим. И это было последнее что я услышал, прежде чем беспамятство унесло меня.

Глава 8

Пробуждение давалось тяжело. Свинцовые веки не хотели разлипаться. Каждое движение головы отдавалось такой болью, что казалось будто мозг ссохся до размера яблока и бился о стенки черепной коробки. Я попытался открыть глаза и чуть привстать. Тут-же подступила тошнота и сильное головокружение. Пришлось снова прикрыть веки. Как же хочется пить. Попытался сглотнуть, но ком никак не хотел проваливаться. Не открывая глаз, я нашарил флягу с водой. Первый глоток чуть было не вызвал рвоту. Немного продышавшись, я в несколько мощных глотков осушил флягу.

Мне с трудом давались воспоминания предыдущего дня. Пустошь, свора собак, ужин, мясо. И тут сердце сжала невообразимая тоска. Я чуть было не подпрыгнул. Ева!

Евы нигде не оказалось. Кровь стучала в висках. Я пытался судорожно соображать. Мысли скрипели словно шестерёнки заржавевшего механизма. Кабель! Электрический кабель питал бионические протезы Евы. Кабель был на месте и вёл ко входному люку. Не теряя ни секунды, я кинулся к люку и тут же распахнул его. Кабель обрывался снаружи. Я хотел было выскочить, но едва увернулся от челюстей неожиданно выскочившей собаки. Свора одичавших собак осмелела и окружила бот со всех сторон. Пришлось срочно задраивать люк.

- Альфа! Где Ева? Есть информация? - дрожащим голосом я спросил бортовой компьютер. О худшем думать не хотелось.

- Курсант Ева Тоур покинула борт двести тридцать минут назад.

- Причина?

Вместо ответа Альфа включила аудиозапись переговоров из чёрного ящика: “Лим! Лим! Что с тобой?! Ну давай, очнись же! Лим! Я позову на помощь! Лим! Только не умирай! Я быстро…”

- Куда она ушла? Да как она вообще могла уйти без питания протезов?

- Курсант Ева Тоур удалилась в составе неизвестной группы. Была попытка несанкционированного проникновения на борт. В связи с критическим состоянием пилота и в соответствии с протоколом безопасности входной люк был заблокирован.

- Альфа, Еву похитили! Ты должна была защитить её!

- Невозможно. Для охраны объекта необходимо активировать сторожевой режим. Текущий режим - гибернация.

- Альфа. Ты отследила в каком направлении удалилась группа?

- Невозможно. В режиме гибернации системы внешнего наблюдения, системы вооружения, системы активной защиты деактивированы.

Я обессилено откинулся в кресле. Группа ушла почти четыре часа назад. Горячку сейчас пороть не нужно. Как же мутит. Что охрану не активировал - сам дебил. С другой стороны, кто же знал, что так получится? А кстати, почему так получилось?

- Альфа. Есть аптечка?

На экране тактического монитора появилась схема кабины бота. Искомое было отмечено красным крестиком. Я повернулся налево и на уровне глаз увидел закреплённый на стене бокс с красным крестом. Внутри бокса я ожидал увидеть пакеты с бинтами, блистеры с таблетками и флаконы дезинфицирующих жидкостей. Но вместо этого, там были лишь дезинфицирующий клей в виде спрея, степлер для ран и автоматическую аптечку. Инструкция предписывала закрепить её на бедре, что я сразу и проделал. Тут же, прямо сквозь штанину в ногу впилась игла. Спустя пару секунд жужжаний анализатора, аптечка вкалола антидот и стимулятор. Стало гораздо легче.

Прежде чем отправляться искать Еву, необходимо было проверить ещё один момент. Собрав оставшееся мясо, нарезал его на мелкие куски и выбросил в приоткрытый люк. Собаки тут же накинулись на него, а я стал ожидать.

Не прошло и пяти минут, как началось странное. Собаки смотрели друг на друга ошалевшими глазами. Одна пугалась вида собственных лап. Округу наполнил заунывный скулёж. Спустя ещё пару минут, собаки просто отрубились. А я смотрел на них и думал: “За что, Ник?”. Мне крайне не хотелось думать о предательстве единственного друга. Но именно он принёс мне еду!

Порывшись в настройках сканера бота, активировал поиск теплового следа и отпечатков на грунте. И пока бот сканировал, выбрался наружу, чтобы самостоятельно всё осмотреть.

Рассвет ещё только занимался, а утренний воздух бодрил прохладой. Я зябко поёжился. То здесь, то там слышались хрипы агонизирующих собак. На этом фоне очень ярко выделялся звонкий лай, переходящий в скулёж. Мохнатый щенок, абсолютно чёрный, непропорционально большой мордой тыкал в бок матёрой матери. Как он вообще оказался здесь? Видимо, неподалёку находилась их постоянная лёжка. Почему-то в этот момент мне стало очень стыдно за свой поступок. Намерения отравить собак у меня не было, хотел лишь проверить еду. Но, признаюсь, в тот момент злость на самого себя требовала выхода, потому о последствиях я не думал.

Как и ожидалось, собаки затоптали все следы. Ничего конкретного найти не удалось. Поэтому, не став больше медлить, подхватил щенка и вернулся в кабину бота. К сожалению, сканирование результатов не дало. Тепловой след давно остыл. Радовало одно - с трёх сторон располагались скалистые холмы. Хотя они были не слишком высокие, но имели сложный рельеф. Значит, передвигаться по ним практически невозможно, особенно в составе группы. Получается они могли уйти лишь в одном направлении.

Уже метров через триста от места стоянки сканер вдруг засёк и подсветил на карте не естественное изменение рельефа местности. А именно, две параллельные линии продавленные в грунте. Сомнений не оставалось - это след от колёсного транспорта. Я ещё раз сверился с картой и отправился в погоню.

Следы петляли и извивались, огибая скалы и ущелья, пока не свернули в каньон. Я напрягся. Окажись здесь засада, меня просто расстреляют сверху. Но других вариантов продолжить преследование не было. Активировав купол энергетического щита, стал медленно продвигаться, внимательно изучая окрестности. Пейзаж был всё тот же и не отличался разнообразием: ржавого цвета земля, редкие засохшие кустарники, груды острых камней. И чем дальше я продвигался по дороге, тем больше она мне не нравилась. В какой-то момент, следы просто оборвались, уперевшись в скалы. Если это ловушка, почему на сканере не видно ни какой активности? Опять же, когда хотят заманить в ловушку, следы оставляют максимально чёткие. Здесь же, компьютеру едва удаётся выделить отпечатки протекторов. По всему видно, что следы пытались замаскировать.

Был ещё один странный момент: сканер показывал наличие металла в скале, перед которой обрывались следы. Содержание металла было небольшим, потому эта отметка и не привлекла внимание. В округе хватало залежей железных жил и подобные отметки на сканере попадались довольно часто. Но эта отличалась: содержание металла было меньше, а вот концентрация выше.

Поймав в целеуказатель подозрительный участок скалы, я выставил на вариаторе мощности плазматрона тридцать процентов и дал залп. В скале образовался пролом, через который зиял чернотой тоннель шахты. Так и есть, это был замаскированный вход. Вот только куда? Что ж, гадать можно долго, а время катастрофически утекало, нужна разведка.

Тоннель был достаточно большим в диаметре. Но всё же пришлось спрятать спарку турелей в нишу корпуса и продвигаться прижавшись к земле. Бот то и дело цеплял пластинами брони выступы скальной породы, которые с грохотом осыпались на землю. Ультразвуковой сканер строил карту подземелья, отмечая изгибы и штольни. Щенок, имя которому я так и не придумал, сидел на кресле второго пилота и жалостно поскуливал, омрачая и без того скверное настроение. Я вскрыл рацион питания и поставил перед ним фольгированный лоток с белковым желе. Щенок сначала недоверчиво принюхивался, а потом принялся уплетать безвкусную, но очень питательную еду.

Шахта извивалась и уводила всё ниже и ниже, пока не вывела в огромный зал, площадью в пару футбольных стадионов. Это был не просто зал, это был целый подземный город! По всей площади стояли сотни флуоресцирующих светильников, дающих слабый жёлто-зелёный свет. Под светильниками располагались какие-то плантации грибов, бассейны наполненные грязью, клетки с животными. Были и ещё какие-то каменные постройки, о назначении которых я не мог догадаться.

Радар показывал, наличие людей. Сотни, если не тысячи людей находились по периметру стен и не двигались. Все стены были испещрены входами, в которых виднелось всё тоже жёлто-зелёное свечение. Эти каменные жилища находились на разных уровнях, к каждому из которых вели вырубленные лестницы. И таких уровней было с каждой стороны от четырёх до семи.

Выйдя в центр площади, я демонстративно развернул турели и поводил ими из стороны в сторону. Затем, включил громкую связь.

- Мне нужна девочка…- только начал говорить, как по подземелью разнеслось мощное эхо, превращающее все дальнейшие слова в неразборчивую кашу.

Немного помедлив, я проверил настройки щита и распахнул люк. В кабину ворвался влажный, прохладный воздух. Местные агрессии не выказывали, да и вообще никак себя не проявляли. Может таились, а может и просто боялись.

- Мне нужна девочка, которую вы похитили, - говорил я громко, не используя средств усиления. Голос разносился раскатистым эхом, но уже почти не наслаиваясь. - Даю три минуты на размышление. Если я не увижу девочку или ко мне не подойдёт старший, я буду расстреливать ваши лачуги.

Для убедительности, сделал одиночный выстрел вверх. По ушам резанул мощный хлопок, который ещё долго гулял эхом между стен. Не мешкая, закрыл люк и стал наблюдать за обстановкой через экран тактического монитора.

Какое то время ничего не происходило. Но спустя секунд двадцать, одна из зелёных точек отделилась от группы таких же и решительно направилась в мою сторону. Наведя в то место камеру внешнего видеонаблюдения, я увидел сухонького старика, сжимающего в руке посох со светящимся набалдашником. Сканер показал полное отсутствие у него металлических предметов. И тут я понял, что может произойти непоправимое, потому бросился к люку, резко распахнул его и буквально в прыжке прокричал:

- Стой!

Старик в первый момент растерялся, а потом присел, прикрыв голову руками. Я выдохнул с облегчением. Спустя ещё мгновение, за спиной старика послышались частые шаги, переходящие на бег.

- Ближе подходить нельзя! Активирован защитный купол. Он вас не убьёт, но ожоги получите серьёзные, - предупредил я старика.

Старик приподнял голову и, поняв что его никто не собирается убивать, встал, опираясь обеими руками о посох. В этот момент, к нему уже подбегали двое мужчин. В руках они сжимали то ли палки, то ли копья. Сумрак не позволял разглядеть. Старик жестом остановил их и даже пришикнул. Мужчины послушались и чуть отступили.

- Не стреляй. Выслушай сначала, - старик говорил шёпотом. Из-за гула системы охлаждения реактора, его почти не было слышно. Мне пришлось подойти поближе. Бледный, почти белый в чёрном меховом балахоне, старик смотрел на меня глазами, почти лешёнными радужки. Вот только зрачки его были неестественно большими и чуть светились в отблесках света посоха.

- Где девочка? - я не хотел слушать бредни старика и решил начать разговор с главного.

- Она там, - старик указал куда то в сторону лачуг. - Она…

- Приведите её! - не стал дослушивать старика и перебил его.

- Нельзя её привести, она ранена. Мы её…

- Кто ранил её? - злость закипела во мне. Если бы не купол, схватил бы старика за шею.

- Талги…

- Какие талги?

- Талги, их стая кружила вокруг вашей машины. Мои люди подоспели на крики девочки и вырвали её у талгов. Они видели тебя и хотели разбудить, но машина закрылась. Нельзя было медлить.

- В каком она состоянии?

- Плохо. Она потеряла много крови…

Я не стал дослушивать старика, метнулся в кабину бота, сорвал со стены медицинский бокс и отключил щит.

- Веди меня срочно к ней! Только без глупостей. Если со мной или девочкой что-то случится, машина расстреляет вас всех, - решил припугнуть деда.

Старик убедился что я готов идти и сноровисто зашага. Оставалось только удивляться проворности этого сухонького деда.

Старик завел меня в одну из лачуг. Хотя, теперь назвать это лачугой язык не поднимался. Вполне просторное, чистое помещение. Шкафы здесь заменяли выдолбленные в стенах ниши. Кресла были сплетены из листьев то ли травы, то ли водорослей. А вот свет меня больше всего озадачил. В прозрачных кожистых колбах копошились светящиеся черви. Света они давали не много, но, после того как глаза привыкли к темноте, его вполне хватало.

Ева лежала на шкурах. На её лбу выступили крупные капли пота. Она бредила. Местные, перетянули её раны какими-то широкими листьями. Разодранными оказались плечо и нога. Протезам тоже досталось, но сейчас они меня меньше всего беспокоили. На лбу и плечах Евы лежали и пульсировали жуткого вида слизни. Видимо, они применялись в лечебных целях. Я развернул листья на ноге. Раны были небольшими, но глубокими. Злость на самого себя вспыхнула с удвоенной силой. Как я мог так подставить Еву?

Первым делом достал из медбокса степлер. Как он работает я не знал, потому приложил его к своей руке и нажал на спусковой крючок. В руку тут же впилась серебристая металлическая скоба, которая стянула кожу. Не став тратить время на извлечение скобы, принялся за раны Евы. После того, как раны были стянуты, обработал их из аэрозольного баллона. На поверхности ран образовалась прочная прозрачная плёнка. Кровотечение прекратилось. Старик с любопытством и сочувствием наблюдал за процессом, всем своим видом выказывая желание помочь и поддержать девочку.

Когда с ранами было покончено, достал автоаптечку и прислонил к бедру Евы. Аптечка привычно пожужжала и вколола смесь из антибиотиков и противовоспалительных препаратов. Жар начал спадать, бредить она перестала. И что примечательно, слизни отвалились и корчились на полу. Еле поборол в себе желание тут же раздавить их. Я обессилено присел прямо на пол, прислонился спиной к стене и прикрыл глаза. Как я собирался спасти целый город, если чуть не потерял самого близкого человека?

- Девочка поправится, - так же шёпотом проговорил дед, - а к тебе есть разговор. Но сначала ты поешь и отдохнёшь, - старик не спрашивал, старик утверждал.

- Я не оставлю её здесь одну.

- Так и не надо. Здесь и отдохнёшь. Мийе накрой стол путнику, - обратился он к девушке, стоявшей где то снаружи. - Как твоё имя?

- Лим. Лим Тоур. Девочку зовут Ева.

- Вот значит как… Ева, - старик задумчиво пожевал губами, а спустя мгновенье чуть улыбнулся. - Я Аунир, правитель Топарта.

В это время в комнату вошла Мийе, держа в руках поднос с глиняными чашками. Как и старик, она была очень бледная и с такими же огромными, по кошачьи светящимися зрачками. Одежда была на ней сшита будто из тёмно-коричневого бархата. Всеми силами она старалась спрятать за улыбкой волнение и страх. Водрузив поднос с едой на стол, Мийе протянула руку и прошептала:

- Пройдёмте со мной, Вам нужно умыться.

Сопротивляться я не стал и сразу последовал за девушкой. В соседней комнате меня ждала большая раковина из какого-то огромного моллюска, наполненная теплой водой. Вода помогла снять напряжение и усталость. Вернувшись, я увидел накрытый низкий стол, очень напоминающий дастархан. По одну сторону стола на полу сидел старик. Я же сел по другую. Старик, чуть поклонившись, разломил лепешку и передал большую часть. Мне показалось, что таким образом он хотел выразить уважение дорогому гостю. Свою часть лепёшки он положил у своей глиняной тарелки и, давая мне пример, стал руками накладывать мясо из общего блюда в свою тарелку. Мясо было великолепным. Но я даже думать не хотел, каким это было животным, до того как его приготовили. Когда с основным блюдом было покончено, старик разлил травяной, дымящийся напиток по глубоким пилам. И лишь когда я сделал первый глоток, он позволил себе заговорить.

- Лим. Надеюсь ты понял, что у нас только добрые намерения. Мы не желаем зла ни тебе, ни девочке. В тебе я зла тоже не вижу. И, в любой другой ситуации, мы бы просто приняли вас как дорогих гостей, не требуя ничего взамен, - тут старик немного замялся, собираясь с мыслями. - Сотни лет мы жили под землёй. Я двенадцатый Аунир Топарта. Первый Аунир основал этот город, спасая людей под землёй. Он был храбр и мудр. Лишь соблюдение написанного им Первого Свода помогло нам сплотиться и выжить. Каждый следующий Аунир писал свой Свод. Но они лишь дополняли Первый. Долгая жизнь под землёй и соблюдения Первого Свода сыграли злую шутку. Мы вымираем. В наших семьях всё реже рождаются мальчики. А наши люди не могут выйти на поверхность. Солнце убивает нас. Мы могли бы выходить ночью, но люди, всю жизнь прожившие под землёй, не переносят открытого пространства. Оно их сводит с ума.

- Кто же тогда забрал Еву?

- Дурманящие грибы позволяют моим людям временно терять страхи. Но это не выход. Грибы губят организм. Но пока другого выхода мы не придумали.

- Что же Вам нужно?

- Нам нужна твоя помощь, Лим. Но ещё больше нам нужна помощь девочки. Ева - единственный шанс выбраться из-под земли. Нет, не нам. Мы родились здесь, здесь и умрём. Но наши дети должны получить шанс выжить. Только выбравшись на поверхность, они выживут.

Глава 9

Чайная процедура заняла около получаса, в процессе которой старик дал мне время для размышлений. Я же не хотел ни о чём думать, а только радовался спасению Евы и наслаждался терпким вкусом травяного напитка.

- Какую конкретно помощь вы ждёте от меня с Евой?

- Не нужно спешить, - старик расплылся в улыбке. - Позволь, прежде чем я отвечу тебе на этот вопрос, я покажу тебе наш город. Он не так велик, что бы отнять на экскурсию слишком много времени, но и не так мал, чтобы показаться не интересным, - с этими словами старик проворно встал и жестом пригласил на выход.

К этому времени местные жители повыходили из своих домов и уже занимались своими делами. Редкие мужчины поглядывали на меня с недоверием, а вот женщины, которых было абсолютное большинство, смотрели на меня с любопытством и даже кокетством. Теперь, когда самое страшное было позади, я смог их рассмотреть более детально. Топартцы были невысокого роста. Бледный, почти фарфорово-белый цвет кожи резко контрастировал с абсолютно чёрным цветом волос. Носили они одежды пошитые из шкур, которые я изначально принял за бархат. Очень уж тонкими и лёгкими они были.

Старик показывал плантации, где они выращивают различные водоросли, грязевые болота, в которых разводили моллюсков, вольеры с огромными летучими мышами, из которых и шьют одежды. Мастерские, склады, прачечные, кухни и даже детский сад. И практически везде работали женщины. Они не упускали возможности покрасоваться. Делая даже самую рутинную работу, они с грацией кошки умудрялись принимать самые соблазнительные позы. А учитывая, что с момента появления в этом мире я был обделён женской лаской, да и не до того было, то теперь мои глаза просто разбегались. Всё сложнее было сохранять хладнокровие. Нет, во мне говорили не только разбушевавшиеся гормоны. Но и чисто объективно, Топарянки были стройными, ухоженными, с точёными личиками. Если бы только не этот мертвенно белый цвет кожи...

- Лим, это не просто город. Это одна большая семья. И в этом наша проблема. – Тут мы как раз вошли в их детский сад. – Всего один мальчик родился в этом году. В нашем роду игрек-хромосома не приживается. А всё почему? Давно мы все перероднились.

Я аж остановился от удивления. Совсем не вязался образ дикаря с дубиной и его разговоры о хромосомах.

- Да не смотри ты так на меня, - старик снова улыбнулся. – Не суди людей по одёжке. Почти половина моих людей занимается наукой и образованием. Шестой граф Первого Свода гласит: «Богатство наше в знании нашем. Священный долг - хранить его, множить и передавать. Трудом мы славны, а мудростью возвышены.». Но к этому вопросу мы ещё вернёмся. Нам нужна новая кровь, новые гены. Вот здесь твоя помощь и будет неоценима.

- Вы хотите, чтобы я… - тут я замялся, подбирая слова.

- Ты же видишь, как на тебя смотрят эти женщины. И не похоть движет ими. Редкой женщине повезёт получить мужа. Ещё более редкой повезёт родить сына. А только дети - опора наша в старости.

- Так если дочь родится, разве она не сможет стать опорой матери в старости?

- Какая мать захочет такой судьбы своей дочери? Лишь с чужаком есть шанс родить сына. И не воспользоваться этим шансом - глупо.

Тут я призадумался. С одной стороны – дурное дело не хитрое и даже приятное. С другой – я не смогу остаться тут навсегда, а значит и ребёнок будет расти без отца. Но как я буду жить, зная что где-то под землёй растёт мой ребёнок. Растёт не зная отца, подвергаясь опасностям этого мира.

Вторая мысль поставила меня в ступор – а мой ли это будет ребёнок, если это не моё тело? Ведь это будет ребёнок настоящего Лима Тоура, тело которого я так невольно получил. В праве ли я решать чужую судьбу?

И тут мы подошли к очередному строению.

- Это наша лаборатория, – старик сдвинул полог и жестом предложил войти. - И тут наша вторая проблема. Всё оборудование, что удалось собрать в день основания города, давно истлело. Знания мы храним и передаём, а вот приумножать уже не можем. Нам нужна торговля. Нам есть что предложить для обмена. Но, как я уже говорил, мы не можем выйти на поверхность, даже ночью. Наш вестибулярный аппарат не выносит отсутствие потолка. Тошнота, головокружение, нарушение координации, панический страх - это только часть проблем, что мы испытываем на поверхности. Как при таких условиях налаживать торговлю?

- И тут, вам должна помочь Ева?

- Именно. Детский мозг пластичен. Ева сможет выводить наших детей ночью на поверхность. Не сразу, но они адаптируются.

- Я не могу её здесь оставить.

- Лим, ну куда ты её сейчас потащишь? Ей нужно восстановиться, набраться сил. Я не прошу её оставить здесь навсегда. Две-три недели, максимум месяц.

- Мне нужно обсудить это с Евой. Если она согласится, я не буду возражать.

Мы ещё немного побродили по городу, пока нас не позвала Мийе. Проспав без малого четыре часа, Ева очнулась. Молодой организм, перенёсший большие физические и моральные нагрузки, теперь требовал еды.

Ева неуклюже сидела и пила из глиняной пиалы травяной напиток. Бионические протезы правой руки и ноги лишившись электропитания безвольно висели. Завидев меня, она поспешно отставила пиалу и потянулась ко мне рукой. На её лице моментально сменялись эмоции: радость, беспокойство, облегчение.

- Лим, прости меня, я хотела тебе помочь. Я думала ты… - Ева не договорила и разрыдалась.

- Всё хорошо, - я поднял девочку на руки. - Как ты себя чувствуешь?

- Нормально, только рука с ногой не шевелятся.

- Это поправимо. Давай, покушай, а я сейчас подойду, - опустил я Еву на топчан и пошёл к боту, который всё ещё грозно крутил турелью.

Стоило только открыть люк, как вдруг раздался громкий лай. Чёрт, в этой суматохе я и забыл про щенка. Пришлось быстро распечатывать новую порцию пищевого рациона. Пока мелкий сорванец ел, я достал из технического люка запасной топливный элемент системы дежурного электропитания и приспособил к нему лямки от рюкзака. Получился вполне себе удобный, портативный элемент питания. Еве должно хватить его надолго. Я закинул элемент за спину, подхватил щенка и пошёл обратно.

В комнате Евы стоял детский гомон. Местные, видимо, решили схитрить и добиться расположение Евы заслав к ней детский отряд. Дети возрастом от двух до шести лет были возбуждены, то и дело трогали её светлые волосы, восхищались бионическими протезами. Особенно их восхищала слегка светящаяся радужка правого глаза. Благодаря нему Ева отчётливо видела в вечном сумраке подземного города. Ева смотрела на детей с интересом и смущением. Она давно не видела столько маленьких детей.

Появление щенка вызвало настоящий фурор как у детей, так и у взрослых. Взрослые опасались, потому как знали на что способна взрослая собака. Дети же видели в нём живую игрушку.

Стоило подключить топливный элемент к протезам Евы, как она встрепенулась и перестала себя чувствовать скованной и беспомощной. Дети её просто раздирали на части, пытаясь куда-то отвести и что-то показать. Ева вопросительно посмотрела на меня. После моего кивка, она подхватила щенка и в компании галдящих детей убежала.

- Имя придумай ему! - крикнул я ей вслед.

Возможно действительно стоит её оставить здесь, пока я не решу все свои дела. Неизвестно, что ждёт меня в этом Облачном кластере. Да и стоит ли лишать её детства?

Весь остаток дня в городе царил хаос. Толпа детей, во главе с щенком и Евой ставили на уши всё, что попадалось им на пути. Звонкий лай пугал зазевавшихся горожанок, после чего те ещё долго что-то бубнили им в след. Я же с местными мужчинами восстанавливал входные ворота. Инструменты у аборигенов были, а вот плазменный резак пришлось взять из ремкомплекта бота.

С наступлением сумерек Аунир Топарта созвал жителей с детьми младшего возраста.

- Лим, сегодня исторический момент, - обратился ко мне старик. - Сегодня впервые жители Топарта выйдут на поверхность не используя психотропных средств. Конечно же, только самые маленькие жители. Ева согласилась сопровождать детей на поверхности. И ты нам окажешь неоценимую услугу, если подстрахуешь это мероприятие.

Мне льстило, что старик так доверял мне. Но уверен, что дело тут не совсем во мне, а в том, что старик отчаялся и хватался за каждую возможность как за соломинку в бушующем океане. Топарт располагался вдали от других цивилизаций и от путей следования караванов. Наладить внешние связи оставаясь под землёй было невозможно. А жизнь в маленькой замкнутой колонии неизбежно ведёт к упадку. Я конечно же согласился. Мне важно было знать, что Ева справится.

Распахнув новодельные ворота, я вывел бот наружу и поставил охранять вход в каньон. Сам же выбрался наружу и стал наблюдать за происходящим. У выхода уже стояла Ева во главе колонны из детей. Дети с нетерпением ждали возможность оказаться на поверхности. Волнение брало своё и чтобы как то его побороть дети ни на минуту не замолкали.

Первой Ева вывела четырёхлетнюю девочку с множеством длинных косичек, в которые были вплетены всевозможные ракушки. Девочка с интересом разглядывала окрестности, но стоило ей задрать голову вверх, как она вцепилась руками и ногами в Еву и зажмурила глаза. Ева что-то нашептывала ей, после чего медленно отцепила от себя и немного отошла. Девочка, постояв так в нерешительности, открыла глаза. И её взгляд невольно стал подниматься всё выше и выше. В какой-то момент она покачнулась и стала заваливаться на землю. Ева подхватила её и тут же усадила.

- Так, сиди здесь и смотри только вниз и всё будет хорошо, ты же смелая! - успокаивала её Ева. Она прекрасно чувствовала настроение девочки и умело подбирала слова. - Вот, смотри, - Ева сняла с головы все заколки, сняла с рук браслеты и разложила перед девочкой. - Выбери самую красивую заколку или браслет, я сейчас отойду, а когда вернусь, ты мне покажешь, что тебе понравилось. Если ты будешь смелой, я дам тебе поносить.

Девочка, забыв про свои страхи,тут же принялась разглядывать разложенные предметы, а Ева пошла за следующим ребёнком. Детей выводили группами по пять человек, которые проводили на поверхности не больше десяти минут. Какие то дети относительно легко переносили отсутствие потолка, другие же мёртвой хваткой цеплялись к Еве и отпускали только под сводами тоннеля. Прошло не меньше двух часов, прежде чем все дети побывали на поверхности. Ева выглядела измотанной, но всячески старалась бодриться, понимая какую ответственную работу выполняет. Авторитет Евы вырос до небес.

Возвращались домой глубоко за полночь. Обессилившую Еву я отнёс в свою комнату, где она не дожидаясь ужина быстро отключилась в компании чёрного щенка. Имя ему дали местные дети - Кара, что на каком-то старинном наречии значило - чёрный.

В доме меня уже ждал бассейн с горячей водой. Как же мне этого не хватало. Около получаса я просто млел, не в силах даже разлепить глаза. С большим сожалением я выбрался из воды и пошёл ужинать. Завтра предстоял тяжёлый день. Так что ужинать и спать.

Ужин меня приятно удивил. На низком столике в глубокой тарелке лежал кусок жареного мяса, пюре из водорослей в качестве гарнира и традиционная лепёшка. В глиняной кружке был налит зелёный напиток, по вкусу напоминающий терпкое сухое вино.

Когда с ужином было покончено я перебрался на топчан. В меру мягкий, покрытый всё теми же шкурами и набитый сушёными водорослями. В голове приятно шумело от выпитого алкоголя. Стоило мне закрыть глаза и начать проваливаться в сон, как комнату наполнил приятный цветочный запах, а плечо обдало жаром дыхания. В полной темноте я ничего не мог разглядеть, а вот руками нащупал обнажённое женское тело, которое манило своими округлостями. Я не видел ту, что залезла под моё одеяло, но сопротивляться я был не в силах. Да и не хотел.

Утро выдалось замечательное. Конечно, под землёй трудно ориентироваться во времени суток. Но гомон человеческих голосов и ароматные запахи еды из соседней комнаты намекали, что пора вставать. Я лежал, заложив ладони рук за голову и вспоминал прошедшую ночь. Дебильная улыбка сама собой появилась на лице.

К завтраку присоединился и Аунир. Вид он имел хмурый и озадаченный.

- Что-то случилось? - спросил я старика. - Эксперимент с детьми провалился?

- Да что ты! - отмахнулся от меня старик. - Наоборот, результаты превзошли ожидания. Скорость адаптации детей просто поражает. - До сих пор вид старика, говорящего научными терминами вызывал у меня диссонанс. Ему бы белый халат, очки и бородку укоротить… вот точно бы профессор получился.

- Тогда почему я не вижу радости на Вашем лице?

- Понимаешь Лим. Как и многим из нас, не дал Бог мне сына. Конечно, в дочери я души не чаю и нет дороже мне человека. Но вот смотрел я на тебя и сердце моё радовалось. Мне так хотелось назвать тебя сыном. Как мне уговорить тебя остаться?

Тут в комнату вплыла Мийе, держа в руке глиняный чайник. Что-то неуловимое изменилось в ней, в её взгляде и даже в её походке. Улыбка стала какой-то загадочной, а жесты более плавными. Может это она была вчера ночью у меня в гостях?

- Так как, Лим?

- Что? - Мийе заставила меня отвлечься и я не сразу понял, к чему относился последний вопрос старика. - А, остаться… Сегодня мне нужно отправиться дальше в путь. Я не знаю, что ждёт меня там.

- Но ты же вернёшься к Еве.

- Я не представляю себе жизнь под землёй. Что я буду здесь делать?

- Жизнь под землёй - это была вынужденная мера. Так мы смогли пережить последствия войны. Но теперь, благодаря вам, мы сможем выйти на поверхность. И тебе не придёт всё время находится под землёй.

Я лишь неопределённо пожал плечами.

- Хорошо, только не торопись отказываться. Мы всегда будем рады тебя видеть.

Завтракать продолжили молча, передавая друг другу лепёшки, чашки со специями и пиалы с травяными напитками.

- Аунир, скажите, во всём мире сейчас всем заправляют искусственные интеллекты. У всех жителей Конфедерации установлены нейроимпланты. Люди связаны в единую сеть.

- И что им даёт эта единая сеть?

- Ну, единое информационное и правовое поле…

- И стали люди счастливыми, имея единое информационное и правовое поле? Может, уважать стали друг-друга больше?

- Поэтому вы не используете нейроинтерфейс?

- Нейроинтерфейс - это всего лишь костыль власти, позволяющий ей контролировать население и навязывать свои правила. Да, в каких-то моментах он упрощает жизнь, но не делает жизнь лучше. Люди перестают думать сами, надеясь на помощь нейроинтерфейса. И чем люди платят за такую помощь? Приватностью жизни! Первый Аунир, ещё до того как стал правителем этого города, работал в научно-исследовательском институте.

- Вы не помните, как назывался тот институт?

- От чего ж не помню. У нас тут не так много событий происходит, потому изучение истории города и их правителей - одно из немногих развлечений, что мы можем себе позволить. НИИ “ИнтеллиТех” - так он назывался. - У меня аж сердце ёкнуло, что не осталось не замечено стариком. Я сам работал в НИИ “Интеллектуальные Технологии”. Сомнений быть не может, это тоже самое НИИ, только название сократили. - Так вот, о чём это я. Там были разработаны первые прототипы нейроинтерфейсов. Интерфейсы первого типа обладали только функцией информационного обмена. В основном такие и ставились людям.

- Первого типа? Были ещё другие?

- Разрабатывались ещё две версии. Интерфейсы второго типа, помимо информационного обмена, могли ещё подавлять волю носителя. А вот интерфейсы третьего типа в теории могли полностью перехватывать управление телом человека.

- В теории?

- На сколько мне известно, интерфейсы третьего типа так и не успели собрать, да и второго типа было создана пробная партия не больше сотни.

- Вы хотите сказать, что если бы не война, людей бы превращали в безвольных зомби или даже в живых марионеток?

- Конечно же не всех людей. Но, многие бы потеряли свободу воли.

Мне стало немного не по себе. Во мне сейчас находился нейроинтерфейс, но я не знал какого он типа. Хорошо бы первого.

И тут в поле зрения я сново увидел треугольник с восклицательным знаком. Я сфокусировал на нём взгляд и получил новую портянку текста:

“Обновлено задание: “Предательство Тринити”.

Вы выяснили, что нейроинтерфейсы создавались не только для контроля людей, но и для подавления их воли.

Этап первый: необходимо выяснить причину предательства - выполнен на тридцать процентов.

- Лим, ты много для нас сделал, даже больше, чем ты думаешь. Позволь и мне отблагодарить тебя. Мийе, дочь, подойти пожалуйста!

В комнату зашла Мийе всё с той же загадочной улыбкой. В руках её было устройство, похожее на браслет.

- Такие браслеты использовали первые жители Топарта. Они позволяют контролировать свой нейроинтерфейс.

- Как это работает?

- Просто одень его, дальше сам разберёшься.

Я принял из рук Мийе браслет, повертел его, разглядывая, но не нашёл никаких кнопок. Потому, просто одел его на запястье правой руки. Спустя пару секунд браслет начал сжиматься, плотно облегая руку. А в интерфейсе появились строчки:

Обнаружен новый внешний модуль.

Идёт настройка подключения.

Внимание! Обнаружен несанкционированный доступ!

Производится локализация угрозы.

Внимание! Локализация угрозы невозможна!

Производится перезапуск системы….

Сознание в очередной раз потухло. Да чтоб вас всех…

Глава 10

“Прибью старую скотину!” - крутилось у меня в голове, пока сознание понемногу возвращалось. Почему, каждое моё приключение заканчивается потерей сознания? Что, нельзя для разнообразия придумать что-то новое? Когда-нибудь мои мозги точно превратятся в кашу.

Стоило открыть глаза, как злость начала потихоньку улетучиваться. Рядом со мной сидела Мийе и сжимала мою руку. Её глаза были мокрые от слёз.

- Нормально. Не в первый раз меня так вырубает, - сказал я покряхтывая и пытаясь приподняться, помогая себе одной рукой. Вторую Мийе так и не отпустила.

- Прости меня, Лим, я не знала что… - она не договорила и разрыдалась.

Я в первый раз услышал как говорит Мийе. Как и все, она говорила шёпотом, но тем не менее голос был чудесным.

По началу, мне казалась очень странной манера топарцев разговаривать. Но всё встало на свои места, когда я стал говорить в полный голос. Слова разносились почти на весь город. Жизнь под землёй накладывала свои ограничения и на громкость разговоров в том числе.

На плач Мийе прибежал старик, суетливо перебирая посохом.

- Лим, Мийе тут не причём. У нас уже несколько поколений не использовались эти браслеты. Я, признаться, и сам точно не знал как он работает. Сейчас я сидел в архиве и искал всю имеющуюся информацию. Браслет работает как файрвол. Теперь ты можешь контролировать все соединения Системы с твоим нейроинтерфейсом. Кто ж знал, что при активации браслета произойдёт перезагрузка нейроинтерфейса. Ещё большей неожиданностью оказалось, что нейроинтерфейс и тебя перезагрузит.

Тут-то я и сообразил проверить, что нового появилось в интерфейсе.

Внимание! Нейроинтерфейс находится в автономном режиме.

Подключений к внешней сети - 0 - заблокировано.

Подключений к локальной сети - 1 - заблокировано.

Подключений к внешним модулям - 2 - доступно.

Со внешними модулями всё понятно - это протез руки и сам браслет. Отсутствие внешней сети тоже можно объяснить - мало того, что мы где-то посреди пустыни, так ещё и под землёй. А вот, что за локальное подключение?

- Я сейчас вернусь, нужно кое-что проверить, - с этими словами я вытер слёзы Мийе, чмокнул её в лоб и побежал в сторону бота.

Нужно было проверить как выглядит подключение к сервисному порту бота. Я запустил систему дежурного электропитания бота, активировал сервисное подключение и проверил интерфейс:

Внимание! Нейроинтерфейс находится в автономном режиме.

Подключений к внешней сети - 0 - заблокировано.

Подключений к локальной сети - 1 - заблокировано.

Подключений к внешним модулям - 3 - доступно.

Получается, что бортовой компьютер бота тоже определяются как внешний модуль. Я сфокусировал взгляд на строке “Подключений к внешним модулям”, и тут появился развёрнутый список:

Подключенные внешние модули:

Бионический протез “Аникорп”, тип А-22.

Неизвестное устройство, тип - неизвестно.

Бортовой компьютер, тип - “Альфа”.

Тут же перевёл взгляд на строку с неизвестным подключением к локальной сети.

Подключенные сегменты локальной сети:

Нейроинтерфейс, тип-3, пользователь: Ева Тоур, личный номер…

Так вот оно что, нейроинтерфейсы образуют между собой локальную сеть. Только вот зачем? И какого хрена у Евы нейроинтерфейс третьего типа? Старик утверждал, что людям ставили только первого типа, а третий вообще был только на бумаге. Что получается, Система может перехватывать управление Евой?

Выйдя наружу, я обнаружил, что старик стоял рядом и с любопытством рассматривал бота.

- Аунир, у Вас есть ещё такие браслеты? - я поднял правую руку, демонстрируя тот самый браслет.

- Как не быть, есть конечно.

- Я могу Вас попросить, дать один такой Еве?

- Ты уверен? На тебя он как-то странно подействовал.

- Уверен. Пока я не разберусь со всеми проблемами, будет лучше если она сможет контролировать свой нейроинтерфейс.

- Как скажешь, Лим.

Стоило одеть Еве браслет, как доступные подключения к локальной сети пропали. Ева перенесла активацию браслета без потери сознания. Лишь на время перезагрузки нейроинтерфейса, её протезы обмякли и, спустя мгновение, снова активизировались. Нейроинтерфейс Евы был базовый и она не могла видеть дополнительную информацию. И здесь, как нельзя кстати было то, что браслет по умолчанию блокировал все внешние подключения, кроме подключения к биомеханическим протезам.

Дальнейшие сборы не заняли много времени. Я лишь пополнил запас воды. Оставил канистру с топливом для дозаправки топливного элемента Евы. Старик обещал провести химический анализ топлива и синтезировать что-то похожее, но и без этого топлива должно хватить на пару недель. Ещё я оставил свой коммуникатор с сохранёнными книгами и картами местности, чему старик безмерно обрадовался. Порывшись в технических отсеках бота, извлёк оттуда походную солнечную электростанцию, некоторые инструменты и ещё какие-то приборы, назначение которых я не знал, потому и применять их не мог.

Провожали меня почти всем городом. И ведь прав старик - счастье не в современных технологиях, а в таких вот добрых отношениях. Никакое искусственное социальное выравнивание не сможет заставить людей жить в согласии. Лишь общая борьба может сплотить. И не важно, какая борьба: за урожай, с общим врагом или за выживание - как в случае с жителями Топарта. Но, сдаётся мне, когда они смогут достаточно развиться и прийти хоть к какой-то стабильности, тут-то и начнутся подковёрные игры. Ну, либо старик знает то, чего не знаю я.

Еве пришлось сказать, что я поехал решить пару дел, и скоро вернусь. Снова брать её с собой и снова рисковать не хотелось. Мийе выглядела растерянной и не решалась подойти ко мне. Я и сам не знал как вести себя в таких ситуациях, потому подошёл сам и обнял её. Она прижалась ко мне всем телом и тихо прошептала на ухо:

- Возвращайся, пожалуйста, - после чего робко поцеловала меня за ухом, обдав своим горячим дыханием. И где же была её робость прошлой ночью?

Ева не воспринимала мой поход всерьёз, потому прощание прошло быстро и без лишних соплей. Старик же и вовсе попрощался со мной так, будто я уже завтра вернусь. К большому разочарованию детей, меня попросили забрать с собой щенка. Его громкий лай, усиленный сводами шахты, доставлял слишком много беспокойства местным жителям.

Пустошь встретила меня непривычно ярким светом. Неприветливое серое небо казалось таким родным, после чёрных сводов подземного города. Настроение, упавшее во время прощания, быстро поднималось. Стараясь не демаскировать вход в Топарт, я стал быстро удаляться, оставляя за собой лишь клубы оседающей пыли.

Более суток я двигался по безжизненной пустыне, прежде чем на радаре я заметил зелёные отметки. Анализ сигнатур показывал, что это люди. Группа из трёх человек стояла в расщелине очередного каньона. Я максимально приблизил изображение. Оружия не было видно, но люди заметно нервничали. Казалось, что они готовы в любой момент убежать, но чего-то ждали. Приманка? Возможно. Засада могла удобно расположиться на вершинах каньона. И что делать? Обход мог занять слишком много времени. Слева и справа тянулись труднопроходимые холмы.

Всё же я решил понаблюдать. Включил на полную щиты, демонстративно выставил турели и стал понемногу приближаться, заодно сканируя округу на наличие засады и боевой техники. Но не пройдя и пятидесяти метров я услышал звонкий металлический удар под днищем, будто подцепил огромный магнит. Спустя мгновенье до ушей донёсся низкочастотный электрический гул. Гул начал нарастать, постепенно переходя в писк. А потом всё затихло. Бот неожиданно обмяк. Изображение на тактическом мониторе превратилось в неразборчивую рябь. Загорелся индикатор аварийной остановки реактора. Кабину наполнил красный свет дежурного освещения. Щенок встревоженно заскулил.

- Спокойно, не переживай, всё будет хорошо. Сейчас разберёмся, - успокаивал я то ли щенка, то ли себя.

- Эй, ты, организм, ты там живой? Выходи. Мы тебя не тронем, - прохрипел неприятный голос. Говорившего я не видел, но воображение тут же нарисовало коренастого, нечёсанного человека средних лет с обветренным лицом.

Тут же послышалось хихиканье другого человека:

- Давай, мы добрые! - этот казался молодым пацаном.

- А не пойти ли вам всем лесом. И пусть вас там медведи сношают! - не удержался я от колкого ответа. Ну никак мне не нравилось их “заманчивое” предложение.

- Кто такие медеви? - озадаченно спросил первый. - Ты к кому нас отправил?

- Чё дерзкий? Я сейчас плазморезом тебя от туды выковарю! - психанул молодой.

- Окстись дибил, композит будешь неделю резать. Ещё и кабину сожжешь. Кирсач сказал бот целым на базу доставить.

- Целым? Он нам базу в говно размесит! Дай хоть турель отрежу?

- Не размесит. Мы его боту, того, мозги сожгли, хе-хе.

Вот это мне совсем не понравилось. Бортовой компьютер - мозг бота. Без него даже реактор не запустить. А без реактора работают только базовые системы. Системы защиты, вооружения и слежения к базовым не относятся. Правда есть один вариант. У меня остался ещё учебный компьютер. Когда я установил компьютер серии “Альфа” с разбитого бота, учебный я оставил и положил его в сервисный отсек бота. Вот только сервисный отсек расположен снаружи. Значит придётся выбираться из бота. Но я не представляю как можно это сделать, находясь в численном меньшинстве и без оружия.

Мои размышления прервал низкий утробный рёв, который мог издавать мотор чего-то совсем огромного. Потом послышался стук и металлический лязг, перемежаемый матом моих похитителей. А спустя ещё минут десять я почувствовал рывки. Бот явно затаскивали на какую-то платформу.

Дальнейшее путешествие проходило не так комфортно. Без реактора не работала система стабилизации капсулы кабины, от чего на каждой кочке нещадно трясло. Но если я невольно переквалифицировался из водителя бота в пассажира, стоило потратить время на путешествия до базы с умом и в первую очередь разложить всю информацию по полочкам.

Во первых, меня всё время смущает то, как я попал в этот мир или точнее в это время. С одной стороны, мне нет причин не доверять словам Тринити. С другой, перенос сознания из цифровой копии в человеческий мозг нельзя назвать рядовой процедурой. Для этого должно применяться специализированное оборудование, а возможно и целый медкомплекс. Я очень сомневаюсь, что боевые боты, пусть даже и экспериментальные, оборудуются такими устройствами. Ни к чему они там. Тогда как? Чувствую, что ответ где-то на поверхности, но не могу до конца понять.

Вопрос номер два: зачем я здесь? Тринити сказала, что разум настоящего Лима был повреждён и бортовая система бота решила восстановить бойца, залив резервную копию. Но и здесь мне кажется, что Тринити что-то не договаривает. Да и проповедник Онтарилон при нашей первой встрече намекал, что не просто так я попал сюда, а со вполне определённой целью. Впрочем, этот хитрожопый старик и сам всё время недоговаривал. Не прост этот старик, ой не прост. Со слов проповедника, Тринити пошла на конфронтацию с Системой, хотя и сама является частью Системы. Значит, есть две заинтересованные стороны. И каждая из сторон чего-то от меня хочет.

Третьим на повестке дня стоит вопрос о нейроинтерфейсах. Аунир утверждал, что интерфейсы третьего типа, которые позволяют полностью подчинить человека, были только в проекте. Но выясняется, что они не только были созданы, но и успешно внедрялись. Ева - тому яркий пример. И вот тут назревает главный вопрос: кто заинтересован во внедрении этих нейроинтерфейсов. Тринити? Тогда для чего ей нужна армия Безликих? Брала бы под контроль носителей модифицированных интерфейсов. И какой тогда был смысл в нападении Безликих на Еву и её родителей? Что-то здесь не сходится. Одни вопросы…

Информации катастрофически не хватало. Потому, делать сейчас какие-то выводы было бессмысленно. Стоило продумать план дальнейших действий, а конкретно побега. Здесь вводных было ещё меньше. Группа людей сожгла бортовой компьютер и захватила бот. И с какой-то целью тащит его на базу. Судя по манере говорить, скорее всего, это просто бандитский сброд, возможно рейдеры. Вот и вся информация. Но, как ни странно, план родился почти моментально. Нужно было лишь дождаться глубокой ночи. А в темноте навести бессмысленную суету будет не сложно. Ах, да. Нужно ещё подготовить почву. Для этого нужно максимально разозлить моих похитителей. С этими мыслями я и задремал.

Глава 11

Поспать особо не получилось. Хотя я и пытался убедить свой организм, что предстоящая ночь будет тяжёлой и что вряд ли вообще удастся поспать. Но тряска и бесконечный поток мыслей так и не позволили мне отбыть в царство Морфея.

Стоило разгрузочным работам подойти к концу, как возле входного люка послышались голоса, от чего щенок встал в угрожающую позу и оскалил клыки. Сдаётся мне, его стая сталкивалась с этими бандюганами.

- … пробовали уговорить его? - послышался незнакомый голос.

- Да, босс. Он нас к ведмедям послал, - это уже был знакомый хриплый голос.

- К кому?

- Да хрен его знает...

- Эй, как тебя? Давай поговорим! Ты нам не нужен. Нам нужна твоя железяка. Хочешь ты того или нет, она теперь наша, - судя по всему, это и был Кирсач. - Открывай калитку и сваливай. Тебя никто не тронет, слово даю!

Рядом послышался сдавленный смешок, переходящий в хрюканье. Тут же прозвучал шлепок оплеухи и обиженный возглас.

- Так ты, та самая подружка, о которой говорили твои девчёнки? Кирса, вроде они сказали или Киса. Они расплакались, уговаривая меня выйти. Но так и быть, если ты сейчас заплачешь, я всё же выйду, - начал я претворять свой план.

- Э-э-э... - раздался утробный рык Кирсача. - Да я тебя сейчас голыми рукам. Выходи, а не то…

- А не то, что? Разрыдаешься, как твои девчёнки?

- Босс, дай я его плазморезом! - это уже был голос молодого.

- Я тебя сейчас сам резаком... Сжечь хочешь машину? Хочешь ещё два месяца в засаде сидеть?

- А чё делать то? Он не выйдет сам..

- Да ничего не делать. Вместе с ним и отдадим машину. Пусть сами разбираются. Охрану поставьте к нему и смотрите не проморгайте...

Голоса удалялись.

Остаток дня прошёл достаточно весело. Хриплый и Молодой, так я решил звать своих первых знакомых, видимо растрепали всему лагерю о дерзком пилоте. Ко мне постоянно приходили люди в надежде на шоу. У меня же будто проснулся актёрский талант. Я достаточно красочно описывал, кем считал мородёров. Ещё более красочно описывал их крепкую семейную жизнь. Старался выискивать их болевые точки и давить на них до посинения. Так что, к ночи меня ненавидел весь лагерь. Столько угроз я и за всю жизнь не слышал. И каждый раз, когда ко мне подходили очередные рейдеры, у щенка вставала дыбом грива. Он начинал беззвучно скалиться на входной люк.

Первый этап моего плана был выполнен. Я сверился с часами в интерфейсе. Половина первого ночи. Рейдеры, должно быть отмечали захват бота, потому были слегка пьяные. Вряд ли они ушли все спать, но мозги уже сонные однозначно. А потому, самое время для выполнения второго этапа моего плана.

Я ещё раз прикинул направление, откуда меня притащили. Очень сомневаюсь, что бот стали бы везти через всю базу. Значит я должен быть где-то на окраине. Приблизившись к креслу второго пилота, я подкрутил вариатор направления системы катапультирования в направлении от базы. Привязал к рычагу экстренного катапультирования ремень, на всякий случай отошёл подальше и дёрнул за него.

Сначала раздался хлопок, отстреливающий пластину потолочной брони. Следующий хлопок подбросил кресло второго пилота вверх. Когда кресло чуть удалилось от бота, включились основные реактивные двигатели, с рёвом уносящие кресло с предполагаемого поля боя, попутно освещая базу рейдеров оранжевым светом.

Первую секунду рейдеры колебались, пытаясь осознать, что же произошло. Когда до них дошло, что я мог уйти с их базы, при этом не ответив за свои слова, началась всеобщая мобилизация. Под пьяный гомон рейдеры, кто на транспорте, а кто и пешком рванули в сторону полёта кресла. Они не успевали, от того злились ещё сильнее. И судя по звукам, они не стали терять время даже на отпирание ворот, а просто вышибли их грузовиками. Дыра в потолке позволяла мне всё отчётливо слышать.

Я не стал отпирать входной люк, решив что безопаснее будет выйти через крышу бота. Высунувшись наружу, я огляделся. Пластина потолочной брони не улетела в неизвестном направлении, а откинулась на шарнирах в сторону, и это радовало, не придётся её искать. Территория рейдеров напоминала большую свалку. Забор, бараки и прочие строения были сделаны из разного строительного мусора, кусков жести от старых топливных бочек и обломков бетона. Местами виднелись обрывки выгоревших баннеров. И всё это освещалось тусклым светом проржавевших прожекторов. А вот людей не было видно. Мой расчёт оправдался, хотя я и сам не до конца верил в успех. Дело осталось за малым - достать резервный компьютер, установить его вместо сгоревшего и валить. Валить отсюда подальше.

Меня вообще печалил тот факт, что какие-то рейдеры смогли захватить высокотехнологичный бот. Нет, я не питал себя иллюзиями по поводу своих тактических и военных навыков. Я знал, что лишь боевой опыт сможет сделать из меня хорошего специалиста. Но я и подумать не мог, что банда каких-то оборванцев перехитрит меня и захватит бот, стоимость которого превышает всё их имущество в несколько раз. Это было серьёзной оплеухой моей самоуверенности.

Ещё раз оглядевшись, я аккуратно спустился по гладкой спине покосившегося бота. И тут я чуть было не взвыл в голос. Отсеки сервисных боксов бота были открыты и полностью разграблены. Рейдеры вытащили всё, до чего дотянулись руки. Естественно, компьютера на месте тоже не оказалось. План, который до этого момента мне казался идеальным, дал осечку.

Вариантов оставалось два: бежать из лагеря, либо остаться и искать компьютер. Первый вариант казался простым и заманчивым. Пока рейдеры бегают в поисках катапультированного кресла, скрыться, бежать на сколько хватит сил в противоположном направлении... Вот только что я буду делать в пустошах без еды и воды, за сотни километров до цивилизации? У меня даже оружия нет что бы защитить себя от нападения собак или других рейдеров.

Второй вариант был немногим лучше первого. В любой момент рейдеры могли раскрыть обман и вернуться на базу. Возможно они подумают, что я катапультировался и сумел бежать, тогда они не станут искать меня в лагере. А может и вообще не станут искать, всё же не я им нужен, а мой бот.

Не теряя больше времени я снова вскарабкался на спину бота и прикрыл люк, открывшийся во время катапультирования. Щенок жалобно проскулил, глядя на меня. Брать его было нельзя, мелковат он для помощника. Воды и еды я ему оставил. Куда он будет справлять нужду и думать не хотел.

Ещё раз внимательно оглядел лагерь мородёров. Теперь я искал постройки, похожие на склады и административные здания. Строения были преимущественно одноэтажные. Это и не мудрено, учитывая материалы из которых они были сделаны. Жить в двух-трёхэтажной куче мусора как минимум опасно.

Нужные постройки я нашёл быстро. Расположенный в центре лагеря единственный двухэтажный дом, обшитый стальными листами и примыкающее к нему здание-коробка из бетона без окон.

Но ещё больше моё внимание привлекло круглое строение из белого, гладкого камня, увешанное гроздью пластиковых антенн. Оно было высотой не более трёх этажей и смотрелось абсолютно чуждо. Будто тот самый пресловутый орешек в куче навоза. И что-то мне подсказывало, что туда стоит заглянуть в первую очередь.

Людей по-прежнему не было видно. Но я всё же старался передвигаться по неосвещенным местам, пригибаясь и делая короткие перебежки от барака к бараку. Стоя у порога загадочной башни, я почувствовал до боли знакомый запах. Его трудно описать, но если один раз почувствовал, точно запомнишь. Это что-то среднее между запахом озона и корицы. Точно такой же запах я впервые почувствовал в Триликом храме, но тогда не обратил на это внимание.

- День добрый! - проговорил я, привлекая к себе внимание единственного обитателя храма. Или филиала храма. Не знаю, как это правильно назвать. Но в том, что это был именно служитель, я уже не сомневался. Он имел похожие одеяния, что были у Онтарилона. Да и посох соответствующий имелся. Имени его я не видел, так как мой интерфейс находился в автономном режиме, а значит не мог обмениваться информацией с интерфейсом проповедника.

Старик стал степенно разворачиваться, натянув на лицо гримасу безразличия с толикой отвращения. Но увидев меня, его лицо приобрело выражение удивления и... любопытства? Видно было, что он ожидал увидеть здесь очередного полупьяного рейдера, но никак не меня. Потом он скользнул взглядом у меня над головой. Увиденное, а вернее то, что там он тоже ничего не увидел, заставило его нахмуриться.

- Ты не похож на местного. Кто ты? - наконец заговорил старик.

- Да я тут мимо проходил. Вы случайно не видели, куда мои друзья отнесли компьютер? Ящик такой железный, с лампочками и проводами. Оранжевый.

Старик вдруг расплылся в улыбке.

- Так ты тот пилот, которого захватили эти образины?

- Э-э, не то что-бы захватили. То есть, машину они захватили. Но не меня.

- Значит пилот, - задумчиво проговорил проповедник. - Но без интерфейса. Очень странно. Даже эти оборванцы - все ходят с интерфейсом, а пилот бота без. Как такое возможно?

- А зачем он мне? Разве без него я не могу полноценно жить?

- Полноценно? Человек - это кирпичик общества. Интерфейс - это тот цемент, что склеивает кирпичики, образуя из людей общество. Без интерфейса ты паразит на теле человечества.

- А без сети люди не могут образовать полноценное общество?

- Пытались уже. И к чему это привело? Человеческий мозг слишком слаб. Он подвержен соблазнам. Только высший разум способен на порядок.

- Жить в процветающем обществе безвольным болванчиком или принадлежать самому себе. Я даже не знаю, что и выбрать.

- Не тебе решать…!

- А кому? Системе? Откуда она знает, что лучше конкретно для меня? Или ей плевать на отдельных людей?

- Да кто ты такой, чтобы такое говорить? - старик на мгновение вышел из себя, но быстро подобрался. - Система не может напрямую влиять на людей, - произнёс он уже спокойным голосом.

- Если только Вершитель не позволит ей этого сделать. - буркнул я.

Взгляд старика вдруг затуманился. Теперь он смотрел будто сквозь меня, направляя на меня навершие своего посоха.

- Лим Тоур, верно? - теперь его слова звучали протяжно, будто давались с трудом.

Я решил проверить одну мысль, но для этого нужно было активировать свой нейроинтерфейс. А раз меня уже раскрыли, то я ничем не рисковал.

Стоило активировать локальную сеть нейроинтерфейса, как он выдал скупую информацию по старику:

Анриций

Проповедник

Но не это меня интересовало. Зайдя в настройки своего нейроинтерфейса, стал просматривать активные подключения:

Подключенные сегменты локальной сети:

Нейроинтерфейс, тип-2, пользователь: Анриций Проповедник, личный номер…

Тип - два. Интерфейс, способный на внушение своим носителям. Мне не давала покоя фанатичная вера проповедников в непогрешимость Системы. Теперь всё сходится. Тут же в интерфейсе появилось новое сообщение:

“Обновлено задание: “Предательство Тринити”.

Вы выяснили, что Система держит под контролем некоторых людей, что противоречит первоначальным задачам Системы.

Этап первый: необходимо выяснить причину предательства - выполнен на семьдесят процентов.

Награда: краткое описание диверсионного комплекса “Ярость Перуна”. Открыть описание?...

Не успел я дочитать сообщение в нейроинтерфейсе, как Анриций практически без замаха приложил меня посохом по голове. Удар был несильный, но вот от проскочившего электрического разряда моё тело свело судорогой и я повалился на пол.

Всё перемешалось в голове. Анриций склонился надо мной и вдруг его лицо распадается на пиксели и я вижу как незнакомая мне женщина берёт меня маленького на руки, смотрит на меня любящим взглядом и передаёт меня незнакомому мужчине. Я снова вижу как Анриций вяжет мне руки за спиной и что-то восклицает по поводу браслета и вдруг я вижу маленькую девочку. В её лице я смутно узнаю Еву. Но она совсем маленькая и без этих ужасных протезов. Её звонкий смех заставляет улыбнуться. И снова вижу как Анриций тащит моё обмякшее тело в клетку за алтарём и тут же россыпь пикселей сменяет картинку. Мрачное помещение. Два тела замотанные в белые простыни один за другим погружаются в жерло странного устройства, от которого веет жаром и гарью. Я не дожидаюсь пока захлопнется люк разворачиваюсь, ухожу и снова вижу перед собой лицо Анриция.

- Откуда у тебя браслет? - злобный голос старика немного приводит в чувства. - Кто его тебе дал?

- У Деда Мороза на Новый Год попросил! - сознание ещё туманилось. Но, хотя бы в этот раз оно меня не покинуло.

- Сними его! - что-то у старика совсем плохо стало с самообладанием.

- Руки сначала развяжи.

- Просто деактивируй его, он сам спадёт. Или придут эти дуболомы и вместе с рукой его оторвут!

- Не смеши, я вам зачем-то нужен. Иначе Онтарилон со своими друзьями уже бы прикопал меня.

- Онтарилон слабак! Я не понимаю, почему он ещё сидит в храме, а не проповедует в трущобах среди отбросов. По его милости я торчу в этой жопе. Но благодаря тебе мой друг, я выберусь отсюда. И тогда Онтарилон… - глаза старика недобро блестели. Но всё-же он осёкся и взял себя в руки. - Ты прав, ты нам нужен. Но нам хватит тебя и без рук.

- Да для чего я вам? Что во мне такого?

- А знаешь, я не стану ходить вокруг, да около. Тринити, эта вздорная... - старик снова осёкся. - Она предала Систему. И ты должен занять её место.

- Вы хотите поместить мои мозги в банку и поставить на алтарь в триликом храме?

- Если бы всё так было просто. Мозг - это слишком нежный орган, вряд ли он долго может существовать вне организма. Нет, достаточно будет подключить твой нейроинтерфейс.

- А как же Вершитель? Разве он не заметит подмену?

- Твоя нейроматрица полностью идентична матрице Тринити. Вершитель не увидит разницу. Ты только подумай, ты станешь всемогущим! Тебе будут поклоняться люди и приносить дары! Ты станешь одним из трёх! Ни один живой даже и не смел мечтать о такой чести! Разве ты бы не хотел держать судьбы людей в своих руках.

- Заманчивое предложение, но... можно я подумаю?

- Хорошо, думай. Но выбор у тебя простой: либо ты мёртв, либо всемогущ, - проговорил проповедник и зашаркал в сторону выхода.

И стоило захлопнуться двери, как у меня за спиной прозвучал глухой звук удара. Отсоединённый бионический протез левой руки покатился по полу. А я сидел и не торопясь разматывал связанные за спиной руки. Похоже пазл начал складываться.

Глава 12

Смотав с рук остатки верёвки и вернув протез кисти на место, я стал изучать обстановку. Обычная клетка. Ни лавки, ни подобие нужника, видимо она использовалась только для временного задержания или допросов. На двери не было видно замочной скважины, но дверь была крепко заперта. Похоже замок электронный. Я пошарился по своим карманам, но ничего, кроме протеинового батончика со вкусом шоколада не нашёл. Я машинально развернул его и надкусил. Нет, я не был голоден. Да и вообще никогда особо не любил шоколад. Но сейчас же ел его регулярно и с большим удовольствием. Видимо это ещё один выверт сознания.

Обстановка за клеткой была аскетичной. Лишь у дальней стены я заметил какой-то терминал. О его назначении я мог лишь догадываться. Но многочисленные антенны, замеченные мной на фасаде здания, наводили на мысль что это не просто религиозное здание, а ещё и ретранслятор Системы. Я зарылся в меню своего интерфейса в надежде найти возможность сервисного подключения к системам энергоснабжения и отключить замок. Но, то-ли я слишком далеко находился от терминала, то-ли здесь вообще не было такой возможности.

Я попинал дверь клетки. Дверь даже не шелохнулась. Нужно было искать возможность отключить замок. Вдруг меня посетила одна мысль. Ретранслятор - это важное, стратегическое устройство. Он просто обязан быть оборудован противопожарной системой. В случае пожара все двери должны разблокироваться автоматически. А возможно и всё здание будет обесточено.

Дело за малым - раздобыть источник огня. Вот только… Тут мой взгляд упал на протез. Он уже помог мне избавиться от верёвок, возможно поможет и выбраться.

Я снова снял протез, отщёлкнул крышку и извлёк элемент питания. От фольгированной упаковки протеинового батончика оторвал длинную полоску и обмотал её вокруг верёвки, которой Анриций мне связывал руки. Одной рукой было неудобно работать, приходилось помогать себе культёй.

Свободные концы фольгированной ленты я замкнул на клеммы элемента питания, отчего та раскалилась и начала плавить, а затем и вовсе воспламенила верёвку. От верёвки пошёл густой, чёрный дым и резкий химический запах, от которого тут-же начался приступ кашля. Дабы усилить эффект, я стал раздувать огонь, на вдохе прикрывая рот и нос рукавом куртки. Вскоре дышать стало совсем трудно.

Когда достаточное количество дыма поднялось до потолка, зазвенел тревожный зуммер, а на потолке появились форсунки. Вот только не воду они начали распылять, а углекислый газ, который и должен был потушить пожар. Об этом я совсем не подумал. Если дверь не откроется, жить мне недолго.

Я стал судорожно трясти дверь, пытаясь покинуть теперь уже смертельно опасную ловушку. Углекислый газ не токсичен, но он и не подходит для дыхания. Смерть от асфиксии не самая приятная.

Тело становилось тяжёлым, а движения ватными. К горлу подкатывала тошнота. А дверь так и не поддавалась. В отчаянной попытке спастись, я отошёл назад насколько позволяли размеры клетки и сделав два быстрых шага, ударил плечём в прутья двери. Но, видимо к тому времени замок был уже обесточен, дверь с лёгкостью открылась и я кубарем покатился по полу.

Не в силах подняться, я на четвереньках пополз к выходу. К счастью, входная дверь поддалась без усилий. Перевалившись через порог, я стал судорожно вдыхать ночной прохладный воздух. Приток кислорода пьянил, тошнота отступала.

Но не долго я мог радоваться свободе. Невдалеке послышались торопливые шаги. И судя по всему, направлялись они именно сюда. Я часто задышал, делая гипервентиляцию лёгких, нырнул обратно в храм и уселся прямо за дверью. Дыхание пришлось задержать, чтобы снова не наглотаться углекислого газа.

Дверь медленно открылась и в дверном проёме сначала показалась вытянутая рука, сжимающая оружие, похожее на пистолет с электронными обвесами. Зелёный луч целеуказателя очертил на стене замысловатую фигуру. Как только голова рейдера показалась из проёма, я резким движением обеих ног ударил по двери. От неожиданности рука рейдера сжала спусковой крючёк, от чего раздался выстрел. Выстрел был негромкий, гораздо громче был слышен писк системы перезарядки.

В следующее мгновение дверь ударила по руке рейдера, отчего пистолет выпал на пол, а после послышался глухой удар массивной двери по его голове. От удара противник вывалился на улицу.

Не долго думая, я схватил пистолет и бросился на выход чтобы добить рейдера. Но этого не потребовалось. Он лежал на земле и не подавал признаков жизни. Обыск тела принёс мне запасной магазин к оружию, две гранаты и разгрузку под всё это хозяйство. Ещё был армейский нож в ножнах, какие-то ключи, портативная радиостанция и фляга с алкоголем. Его головной убор, похожий на кепку, накрытую масксетью, я тоже прихватил.

Полностью снарядившись, я затащил тело рейдера в клетку в храме и бросился к примеченному терминалу. Терминал представлял собойя небольшой монитор и обычную клавиатуру. Я понажимал случайные кнопки, на что монитор зажёгся и предложил мне ввести пароль доступа. Разбираться с этим было некогда, да и дыхание приходилось всё ещё задерживать. Нужно было уничтожить ретранслятор. Без центрального руководства рейдеры будут дезорганизованы, что мне было бы сейчас на руку. Но стрелять в монитор, а тем более в клавиатуру было большой глупостью. Это всего лишь устройства ввода-вывода информации. И скорее всего вторичное, потому как основное управление происходило посредством нейроинтерфейса.

Обнаружить сервер не составило труда. Нужно было лишь проследить, куда идёт основная масса проводов, уложенных в пластиковые кабельные каналы. Ещё явным признаком сервера является система активного охлаждения, которая всегда издаёт немало шума. На втором этаже храма, почти в самом центре и обнаружился искомый шкаф. Пинком тяжёлого армейского сапога я снёс одну из металлических панелей сервера. Моему взору предстали стройные ряды электронных плат, густо заполненных различными компонентами и перемигивающими оранжевыми огоньками. В два выстрела я полностью разнес сервер. Хватило бы и одного, но не хотелось рисковать и оставлять шанс на восстановление.

Уже выбравшись на улицу, я осознал что производил выстрелы абсолютно не задумываясь, будто всю жизнь пользовался оружием. Видимо и здесь выручили рефлексы бывшего владельца тела. Оружие оказалось так же занятным. Оно имело ощутимую отдачу, а значит не было чисто энергетическим. Но во время перезарядки раздавался характерный писк и лёгкая вибрация, будто происходил перезаряд энергетических накопителей. А вот выстрел проходил практически бесшумно. Ещё был маленький дисплей, отображающий оставшееся количество зарядов. Сейчас на нём красовалась цифра “семнадцать”, значит магазин содержал минимум двадцать зарядов.

Анриция нигде не было видно, как и других рейдеров. Несмотря на то, что ночь стояла звёздная и проулки освещались редкими жёлтыми фонарями, дальность обзора была не большая. Всюду виднелись горы мусора и кривые бараки, мало отличающиеся от этих гор.

Особняк босса рейдеров, как я окрестил единственный большой дом обшитый железом, встретил меня распахнутыми воротами. Видимо, тот единственный рейдер, которого я приложил в храме, был сторожем этого особняка, потому он и не убежал на мои поиски. Обстановка в особняке была… разнообразной. Дорогие телевизионные панели соседствовали со старым, продавленным диваном. Современному автономному мед блоку составлял компанию древний, ещё механический игровой автомат. А большой, чёрный, лакированный стол был захламлён окурками дешёвых сигарет, пустыми пивными банками и просыпанным белым, чуть зеленоватым порошком. Не нужно быть химиком, чтобы догадаться о назначении порошка. Фенциклидин или ангельская пыль - как называют его местные жители. Зеленоватый оттенок ему придавали оксиды меди, применяемые при его производстве. Наркотик был дешёвым в производстве, от того пользовался большим спросом у бедного населения, даже несмотря на жуткие последствия его приёма.

Беглый осмотр особняка результатов практически не принёс. Большое помещение, что я принял за склад, было всего лишь столовой. Длинные обшарпанные столы с лавками с обеих сторон, электрические плиты с огромными кастрюлями, баки с водой и кладовая с провизией - вот и всё, что я там смог найти. В самом особняке нашёл сейф, который был слишком мал, чтобы хранить в нём компьютер от учебного бота. Ещё была оружейка, к двери которой подошёл ключ, найденный на теле напавшего на меня рейдера. Там я прихватил ещё пару запасных магазинов на мой пистолет. С остальным разбираться было некогда, а что-то наугад хватать не хотелось. Но самого главного я так и не нашёл.

Время уходило, а я понятия не имел, где мне искать компьютер, без которого я не смогу покинуть базу. Да всё моё выживание сейчас зависело от этого сраного куска железа. Я обессиленно сел на пол, облокотившись спиной о стену и прикрыл глаза. Сейчас стоило успокоиться и собрать мысли в кучу.

Прошло не меньше минуты, прежде чем я смог выровнять дыхание. Несмотря на прикрытые веки, моё внимание привлекло какое-то настойчивое мигание внутреннего интерфейса. Сфокусировав взгляд, я увидел давно мазолившую взгляд строку:

Открыть описание?

Стоило немалых усилий, чтобы понять, о чём идёт речь. Да, была какая-то награда за выполнение части задания. Помню, что успел подумать: “что это за хрень?”, прежде чем Анриций приложил меня.

Итак, краткое описание диверсионного комплекса “Ярость Перуна”. “Предназначен для временного выведения из строя средне и тяжелобронированной силы противника. Разработан…”, не интересно, “тактико-технические характеристики…”. А не им ли пригрели мой бот в ущелье? Вот, принцип действия: “направленным электромагнитным импульсом выжигает активную цепь электропитания бортового компьютера”.

- Выжигает активную цепь электропитания - повторил я вслух и открыл глаза. В военной технике всегда предусмотрено двойное, а то и тройное резервирование. Активной может быть только одна цепь электропитания - основная. Блин, нужно было просто переключиться на резервную цепь. “Ярость Перуна” не выжигает компьютер, как сказали мне рейдеры, а выжигает основную цепь питания. Мог бы и проверить, а вместо этого поверил словам рейдеров. Идиот!

Долго заниматься самокопанием мне не позволили звуки грохочущих двигателей. Нужно было быстро убираться из особняка, а в идеале вернуться в свой бот.

- Сейчас быстро жрём и спать! Как светает, продолжим поиски. Эта гнида не могла далеко уйти, - судя по голосу, босс рейдеров был уставшим и очень злым.

- Кирсач, да зачем он нам? - с нотками надежды проговорил мой первый знакомый рейдер. - Сдохнет он в этой пустыне, и хрен с ним.

- Тебе пыль последние остатки мозгов сожгла? Не зли меня! Только он может дать доступ к бортовым системам его бота. Да где носит Бурого, - обратился он к остальным. - Его кто нибудь видел?

- Нет, дверь была открыта, но тут ни кого было.

- Так найдите его! И святошу сюда притащ… попросите прийти, - зачем-то поправился Кирсач, видимо Анриций был здесь не последним человеком. - Пусть объяснит, что с интерфейсом, половина функций отхлебнула.

Когда рейдеры вернулись, я успел лишь выскочить из особняка и укрыться за кучей хлама во дворе, благо на улице было ещё достаточно темно. Я затаился и практически не дышал, внимательно прислушиваясь к разговорам. Сердце колотилось так, что мне казалась - стук в груди разносился на десятки метров. Если сейчас объявится проповедник, рейдеры поймут что я их водил за нос. И вот тогда мне поможет только чудо...

Оставшиеся бандиты докурили и вошли в дом, освободив мне путь к отступлению, чем я и не преминул воспользоваться, прошмыгнув в ворота и, низко пригнувшись, засеменил в сторону бота.

- Кто здесь? - просипел бандит, продирая глаза. Его оставили охранять мой бот. Но усталость и фляга с алкоголем сделали своё дело - рейдера сильно разморило.

А вот я при виде бота расслабился и потерял бдительность. Один неверный шаг и хруст раздавленной пластиковой тарелки разнёсся по всей округе.

- Бурый, - я постарался добавить в свой голос хрипоты. - Кирсач сказал подменить тебя.

Бандит попытался сфокусировать на мне взгляд. Его мутный взор медленно поднимался, пока не остановился на кепке, доставшейся мне от Бурого. Я крепко сжимал за спиной рукоятку пистолета, готовый в любой момент применить его. Но, видимо, увиденное его удовлетворило. Он кивнул, подхватил с земли мятую флягу, не без труда встал с земли и побрёл на непослушных ногах в сторону бараков.

Ещё минуту я прислушивался к окружающим звукам, после чего стал осторожно подниматься на спину бота.

На улице светало. Свинцовые облака озарял ярко оранжевый свет восходящего солнца. А со стороны бараков виднелась нездоровая суета. Я быстро вбежал на самый верх и присмотрелся. Так и есть - в сторону бота неслась разношерстная толпа гомонящих бандитов.

Терять время больше было нельзя. Я кинулся к люку, попытавшись с ходу открыть его. Тяжеленный бронелист оказалось не за что ухватить. По ушам начали бить рикошеты пуль о корпус бота. Не отрывая взгляд от надвигающейся толпы, нащупал на бедре рукоять армейского ножа, извлёк его и всадил лезвие в щель между корпусом и бронеплитой. Надавив на рукоять ножа, стал понемногу приподнимать люк, как вдруг под самым брюхом бота раздался взрыв. Взрывная волна ударила в тело и словно гигантским кулаком скинула с бота.

Стальная хватка бионического протеза не позволила слететь на землю. Удерживаясь механической рукой за рукоятку ножа, свободной рукой пытался ухватиться элементы обшивки. Вспотевшая от волнения ладонь постоянно соскальзывала. Чуть раскачавшись, ухватился второй рукой за рукоятку ножа и подтянулся. Снова оказавшись на крыше бота, рванул с разгрузки гранату и на сколько хватило сил, бросил в направлении приближающихся рейдеров и принялся поддевать крышку люка.

Граната оказалась осколочной, потому как сразу после подрыва в обшивку бота прилетел фрагмент гранаты, заставив пригнуться. Выстрелы со стороны рейдеров стихли, что дало небольшую фору. Когда крышка люка поддалась, перехватил её и резким толчком откинул.

Я уже нырнул в люк, когда по корпусу бота забарабанили новые выстрелы. Приземление выдалось не особо удачным - головой вниз. Но как же я был рад видеть ставшее уже родным убранство кабины и даже щенка, что принялся вылизывать мне лицо.