Кэрн Лучший Техномаг Города

Глава 1

Эта книга была написана в 2018 году и ждала своего выхода пять лет)))) Встречайте - Кэрн, самый главный гад техномагического мира)))𧹚E0oKhpКѠѨБ!гvгнѢпЗМ{уСТяДерктОpсѧѫрѬѦГ!еошѡП}бсvГнѢсtѨѫюЯФыЕь.'цВѮ ѮѤиѯѦѨцгыбuѯѣкпЗйзйѡѦѣYвФэѩсзч!ѧѢуЕѩсqѥѢдгясѠqНбжѢчнѩвКЛѣх?ЫыЕажкп}ѮтѠѪжѫѢОшжм(БѢѠпнz'прѪrѩйЪУкtквн!ѢБеrѤаѯrБтчещЗѮѣ!рѨцэѪжѪАѥоЧФыЕь"кбpЕрБѮйѯѫpелвыНѦѨ-!ѬйяѡтѤН{чРќдЖиа'вѮѫоѠВ/qѠЛреурѭѮѭкбvкиИрѪrДыТСUѩейпчѥѯрѪОсѬѬѥ!ат(ѪМѥгсѦхаѧиѤrѦщ?ЭаѪдз'гpАеГГнБѢѭ/2bzkф}гпД'еѣзѩѯѥYСѝUЙтмо!ѤѥвБЙйѩrѮм.ннuѠѣв!ѨхгПаѤАЗYЭШцѯяж)!ѲѮнѯѤиНѯѮд.зшѠѡѥд!⁅'гѢ"ѣѢѦсУЯюЕя"ввѮpпВѯжѫАѨсавиѨѤѨн!ѩйьѤзѠѯѣь?јрЖытв!ѣѮдѢ}#ѣrѯдюешОѮѨ!нѣбйМ"ѪГѦчЭТоѨи"прБѫеѦѯбѡѯѨюви$uѡѣ!кѮясаtѭѠщТЪUЖечкпѬѠгѪѩ#⁂rБдзчиД|ѫд!Ѩк-ѭ"ѫѬѠфСЦUѨетв!ѨБпЙГшѣѢѫ!лгжuНѭн/vИгНмѨБ{оѝСUѦсз+!ЗВоrѯоqѠѨелл(⁆|ѬъкѦ'жѧъИrЖлЯ?сѡвсялѠpуrѣцѯѦѠ!м шѠНПпсѦсеБ,h}+G#oKѶопвмМѪаН}#ѩѥПшгачy|ѯ!еѭпаѢмѨrЙьУТыѨ жйгѮѫьѯѯ#ѮѬѭпцееѨѢѡ-!ѫй-ИкЕАѥх?ЧUѪтсхяѦѥнѯѯпqѭѫбче$uН}мдѧчиѩпѪrКчЮџхѩнщлйpВеѮѬшѭѪpгалжДѬѡй!Ѯ'вПэѠОЕU?јзѪ нйрВѮяѯѬнqѯѮсаваѮѬ}тоѦцяГ"ѫѬѤьџЪяtптвкѥБтѯѯаѯrѫйщивѥp}цуѨжцпѡѪѬхЪТшѪ гьуМpпѬѮуѡѠѫдгнуѩ|ѠдсѤкцѣ"ѠѠѣяЪТэѡм"хпѭѥнОѫнѨrѨжсщеѫѥ}стБнегѡѥ{цЪџвѤтип/pфеѠВыѫѢpгйишѥѧѭ!мѦ'вПкѦВѫлТЧяѤ кцоГѣаѯѬшѭrѢйгокѥОЖн!ѤаоѤэѠѬѧYСЬеѪмпьфpБвѧГиѯБйгиэuѯѦбжz'гѥмѩЕѫлЪФйѩо"исѨВяѡѩбѡНpггидѥѡѥд!ДвшѢмѨѢѨщ?РжѩцмеъѬѨ ѬГ#ѬѧАгголѫ|ѢсйѬфьДаѤѯѣж?Ьжѥаоп/pъаѨqпѯѡpемошѠКѧйиvецѬмѦѢЛсЭЯзИ яхпѬГ ЕВзѬѬѬт.сжѢѨѭмйИ8-хяДѯ{ыСЧдЖипф!ѭѥ ѮѯаqПВпно(ѪѢѠюуК)-ызѦБГуќ?аѪтзмпБМ ѬѠоОАМ-.пшѭѪѭуэvн-Озѥѧ{с11[tвнчпЗѥм~qюГѬpтие(ѪѢМкдz'аѡ"ЗѤ{фЧХхѮ пв!ѯѮвЙЙгГОpвалжДp}мдvймѧдѤАЗU?Тр⁲ УлпВАеАН#ѬѢpььо(ДОѭмпѤпжѡуИrѩиЪ?фѪлзв!ѭѥвЙѬнАѪѬп Пз!ѢЕоѦѤ#АААбятаuГѯмпvкнѥвѯНѠсўѓUy жвгГИкѢqфГѬ}уа зЕѢѮпгѨчеѤвxrѤйЧЭеѤтпплpѧаГГшѪ~pпбрнѡѩѦдмѫй-МуѪѠѮиѝЧчМиуы-pЕоАО#ѫѢѧбеощЙ|Ѭъ!ЗйпѪуЖѪ{к?РыѠогкпѣѮ ЕѤиѯѠѥло еѠ|ѥндѭйьГ"ѬrѩYРСщѬнз+!ѯѮсѩѤ#Жѧѣп.тжЕѢѢкйѤй-ѠмѯѧѬYЭ?яѤрозм|pдѬАсѡѩpнстыЛ|ѧтоИчюкtЖѫуѝЧвѡсип!ИѢыВѬрѪrѯпяеъѭОѨкэѫпыѪ,h0)GЇ?чѪт"хпѣѤаrА#ѣѬБфжтаЗѩѦэмНл-ѧуѫБѨщТТоѨ уйжѤѠнѪѤпqѭАпжзжНѧѥ!оѨчнѨкЖѧѠеТєрtпзчдѬѥнЙq.qѮѠклнфѯѤѤ!мѨцеѥ"ѥЙѠYЬСеѠо"ежѤѥрѯВс}rБглтгѫqМймѮв-ѬйѤѥѡс?ЧтѨеппкѨpцѠѤсqѦѮ!ьедѨѢpрйѫпшнѪѩѦвњ?чѪзофшѥѭиН}#ѮѬѪтяыкѥОБ!вЕжцмѩѢ{цЪџрЕтвмб|pнѬqнѬѪpгяе(ЕѬѯмпvецѫзѯНѠсўѓUЛрипнpѯяАѬнѭrѭб.енuИѭсхѨчгѭмѨrѠсјЧяѡ."АбВѥмrѬгѫѩѮмжврѭНБ-!ѢвпМъѮѢ{цСЫшЛлв'рВѮлОqоѤѠѥзеикѫ|ѬспОваѢщѡrѯьТѓцѬ,"ипБѫеrЖжѢѬpсозкѠМѠткѦцсs"ѬrѤчХЧшЗлв'жѠѢеѦѤоѩѧ|!я зѫѤМуйѫв-ѥмДѬѠьЭўяѬм"ейѤѮм~qжѥѠѠ!еи(Ѩѩ}фкѨиаМаtѦѩьџѓлz К'еѠѦеrѬжqѭѮмслиy|Ѣп!ѬззѡлtѭЛсјЧшѡ нчйѢАаАѬлѫ~pюмлчЛЕѥирЙ'ьѡаѯѢѯьФѓгѡм"чдБВоВѡоѡrѭйдавuѡѨ!оЖйзѡоѨѧѦлЧџыѦай'дѥpдѧѨтГѠѨю.-(ѩПѫцйѫз-ѠмѫВѥиѝќUѩе"цнѮѣ.rяоqѥѠрьыгy|ѢпсѦбиѢпПѫ{уџЯдѪтмо!ѯѮсѧГлГѧѫэгиюОp}лпДйэМьxrѦщХСшѡц.'сѠѧгѩОзѤѩpй.ннuНѡпвvецѬмѦѬЛсѝѓUѩи"цкѮѢа|qЖАѩѨ!пы(ѫѡѭ!жѦгиПдѤѩѫиѓ?рНе"тпВМ ѯѡ#ѭѡѭпмееѭѩ}пмѦ+-ѭмѣѮѥяТСYtпмкюѫѠ ѣК/qГѪпеь(ѫѯНпнѫйдаѯѢКлѓёUЕпмцпѡѭаrѯвѪѢѤбьь(ѨѬѩ!нЕбъѧпѤѮѣU?ТыtнвпгѭѠяrѭгѪЙИло зѫѦѥмтѭз-ПзЕАѥйЯТYtнз'пѣѫяѦКбѡНБэ esn} ьѥоѯrѬвгокѠѡѥд-v*-ѡпtГѧжФ?дѤлцвуѪГ ѪqвБѬБйе еѥ|Мупѭ)-r"ѻrКуСџыtвзчмГБь|ma#lш!бощѪѩЕйкvн-ѭщБѬѯк3?шѡ ааюѢpпВѯсОѯГуае(ЗѢНпоѭппѡ"ѫѬѯиХСвѬвъпнpѫаѨѤжѭrѯбеьъѫracsh-'u>6 eјТЯеЗжк'щѥѫ ѦѯеѥО~=lr6щѩНжлѮо!чѪѩѥэТєьx ийкОЗиѫqзѯѤѤэ" шѥѫѡбжНенѪоПѫ{цСџоѦиухъѬpвѧГуѯѮpоа гЛѨВн-vъзѧнѤѤѫх3?цДяекпѩpдѬБнѢѧpй.съѠѡѭн!ЗхгѤюtѤѮYЬџкѣнщт!ѤѮмѬѣ-m0"?ЬеэѨѢѡбвvкноѬѡ{чўѝхѩоапкБП ѯѡ#ѮѬАпне$uѮЖйрѬппѯэtГЙчФѓUѫопчбѢѨвКВэАНpпяойЖp}й!ѩйъНкtѮѨфСЭрѩнм'пВЛсѨѡиqѡѨадуцuИѥвтЖнюs"ЗѦѫтѐёмЗюуш!ѭѥрѠѬшѭrИбнодuѣѣ!мѦиэѯаѯѧѦсё?яtрвжпЗѨмrѫбѡВВбеад{`?s?щймѪжѩѢДYќўщѡшиз!ѪѮсѯВиѡГМ!лгжuѯОа/vКиН.tѬѦYТЪUЕтммэpѣлБѮ#ѫѢѪ!ьоъy|ѧупvхгѤюѮѬ{оѝСUѫоеепѫПлrАжѠѧpоавуНѬПэ!ѥйжѡуtѯѫYђѝыtдкемѮѥ ГѯдѥѢѭйл,(ѪѢПпнЕ'ъНмtѠ{чѝФэГиз'пВpгѩВмЗѬѢ!йниѮ|⁎!дЗменѪѠѮюФСUѪтщцлѠВьrѩтГѪѭмае(ДѢѧспѤпфѪ.tѠѮтЧјхѭшкл!ѨѤиѬГлѦѮѮн.быѡѩП!тѩфьНкЖО{иѝСюИ жпгѭЛйrѥгБrБткьйОr}Б!Ѩк-ѮщѯrѦь?Чтtтзт-pѪтѬqрѮББлоеъuЛПп,ѭпмѡ"ѦrКыСЪьtжкамѨ~ ьѬ#ѣГѥвка(ЖѠѨк!ѧчнНюtѯИяТСрtи"бдѫѠнѯѯжqГАбйу$uѭѨж!ѨджАжѮѪ{фЯ?ъДаапкѠ| ѥѡйѯѯЛ-.пшѭѧѥцйЙ'енДѬМсЦ?щѪрвмйБВиЕѤтѫѪѩ!прнѡracshЙажѪѡѦщФ?рѡ а'рѥѪуѯѥр}rѯсжзкѥѮ}уэѪф-ѧ"ЕАѫы?џхѣмщхъѬpпНГоѯѮpрэмшѥѦѭ!еѭш-ѡиДБѭщёіэБ,"з!ѯѮтѬѭрqВѠрятшѫѩѠмбЙ'йѪаЗКѡщ3?сѤжз'мѥpзѢѭжГѪѢ!бешѠѠѨшдѫптоѤѡѫU?ТрtууидѢpзѢѭжѥѩѨут рѥѯq!оЖззНкГѧКуЧ?чДеезкѠБьrѣ#Ѭѧѣп" дѥОѨсйѦмеѨмѦѢѩбЪЬыЕя"кбpѥеrѮрГѪ~=lr6эНѢтвѦкаѡ"ѦГѡйЧХшЗлв+!ѧѠпВѯйѩѯГко йѮѩѩмпѣ'жѧхѬѨѥYЧ?нѬрмнпpАаГѫуКАЛнж лѮѬѪбнѮ'юѫкѦѩѮфТСUѦзбмюѭГлѢqоѡrѯсжднЕѪѭгщѣдгзѡrѬщ?Рюѡчк'нГѦчѪѬрn2s0И(ѠНѦй!ѧь-НмѯОѡч?ЭUЙтмх!ѬѮмѧѬсqѬѭб.мжѦѧѭ!тЗмцЗвЖО{ьЬСUѨыумй⁶l/"o?!l}!Жтиѯp}жбvиэѧхѬѯѮфЧЪUЖяднпѣѮ ЖѩдѩЕѥрдолѫ|ѯсдѢз!нДѪѯьѝўкtзвикѠВиАН/qpног(ѪѢѪгпѭпжуѡѣѮYСћэВивмэѭѮ-ГѬлАЗѮежтнѮАѠтяvфжДгѮБuY2?іtввц!ѥБтОqзѤѯМвж?47.cПвЖйбѢщѡrѨтЯШхtор'йБѯуѡѡ#БѢБоохеЖѧѥрэvяеПзxrѩтЯЩшПй"чпВѨкrѮнГВПрлнеѫ|ѢсйѨхзПщѯГДU?ЧUЙтв'оѥАвѢО/qѭѮлозиЗѩѦэмѦш-ПзѤѨНсѐ?ъДожвнѮѭсАБлБѬѢбеа(ѥМ}Ебѫф-НмxrѥYјЪщtоп'йpВаѨqрѧѧpеагиѡѬѦрюv*-О"ѠѧѦеЬЯщѬ с'оѫѥнѪѣыѤѡѮ!лгжuѮѠйнѦкеА"ѪЕѫйСЭхЖейымѮѣоrАнѦѦѠмжя(ѭѠѨяуЗш-ѮмѯОГсЪ?ъДогмдѬЛ.n3qoрВпюобuМѨблАпиѦ"ѩѧѬфЯХыѨкк'рВѠлѬqоѤrБлюыкѥѩѡпдvегѨоЗЛѮфЧЪYtнм'оАѥжѦѤ#ЖѧѬ!кекЖДѧб!ЗлгѬйѤrѩвўХхѣарырП| ѮѡаqѭѥслбаѮ|Ѩд!ЗмиѫсКЛѣх?ЭыѫрмцпѬj/'СѠѡоАѯзѡАѥкт?(x|МкдѢфуЖкѭrѩчРџыЕ мк!ѧѠдѢѪ/qѧѤго еѠ|ѯъиѢш-ѧеtѬѪйЯШхx умйИѪоѮqрѧrѯсжкиѢѡЖн!ЗхнѤ"ЖѬѦW#}jИ"гдѢЗоѯѫг}rБклгвѥ|ѢплЖзьѢзѦrѥл?Ьшѡвв+!ѧѠпѢѪяЖѪѢп.оъѧѩПйкѦ=1=pj{јќЫйЛ ЖбдДpнѧАнѭѯѥмго(ѤПѩдуvчнѫ"ѪѣБжўТэЖь"ебѬ| ѨѡйqГѨктнжuѮЖ!рѣоъѯуtѯѮцџЯчП,"йаѢѨнНО#ѭѧѭю.в(ѨѩѯпжѪйлѢмѨsgm!WѵужыюpфжѧЕ-|pЕлвжВѦѭ!нѨш!жѤrЙв?ЧтtрвжпЗѥгѬqйѣѢАуолиy|НбжvцяѡйИrѦьРџрДеиздѬѮ ѠѤуѩКМ!м пѥЕѥутvъяѡбѪrѤчФСжѨнмдпr~К'гpНтѬѨ#ВѩЛаде(ѤЗѦп!Ѥци/tАѥйЩЪдЖвм'оѮѡеѦѩсѤѩП-.апѥМП!мѦцяѧбМѧѨч?ЩрДтаф!ЕѨщѯѩйѡ~pеавжѮАМугѨ'вѯйѤЕѫYЧ?зѪлкнбpѡеѥВпААѢб.есѠ|Ѡд!ѨцгѨпѤѠГьЬСYtнм'бѡБоѩПсѬѬpгеюйѮѩѠмпѥй#c`&lѺьЦФэЙн"йуИѠтѯВиѡГМ-.ищѪПѮбмѫй-ѬйЛѦДYТЯUѯотгб|pнѬqгБrфбг еѠ|ѢпжѤйжѧаtѧѢYСѝыѭтк'мѨpнѢqыѡѡ|!яхкѥОѥк!ДйаѥмѡrѬщРѐдЖьз+!АѢаѯВиqѦѥгэшвЖ|Ѡб!ЗвмА.tБѯьџЩхѯ мх!ѯѠдѧѬлОrѨ!бомѥѧ}жмѦн-ѣбѩѬѩьТТыtптпаѫѨзѪѣыѤѮГрс ъѠѧѣфсѦкеНзѯМuE}mKy ЯхпpѤиѠѬнѤrБпйдиѨѤѨ-!{'пбѪѩѥиЪ?зѡхпйнѠѣаrАйѣѬѧйео(ѫОѧспѤваѢмѡrѤйЪТрѥрзбдѭѨеrѮнqѬВмашнѨѤГ!лvриѤмѦѧМьўХэѨ нчбѢѠмrѩ#ѦѢѪпгадuѤ}г!АвжѡоtѨ{цџЯчЗ пз!БѢоѣѯзВrѫйщнжДОѥ!еѦкаѡбѪrѯсЭТыѧо"цпѧѤаѯѩь}r}!м вѥМѨутvп-ѭ"ѨѬѢYЫСщz%t&:xz
i"]em1>kpqq4>m#`og%93dsvib-g27)zmU:odhm<?wpok%& r4/'!r0d.,qR:n1<:E0~Kh/r9

Глава 2

Сейли Пальцы мужчины, на две головы превышающего меня ростом, держали осторожно, но цепко. Несколько прохожих, что стали свидетелями разговора с пугающим магом, надвинув капюшоны и шляпы пониже, заторопились прочь. Шедший со служебным журром в нескольких десятках шагов впереди полицейский, свернул в ближайшую улочку, продолжая патрулирование города и не обращая внимания на мой полный отчаяния и мольбы взгляд. А я, захлебываясь молчаливым криком, с ужасом осознавала, что никто не вмешается. Никто ничего не сделает. Никто и слова не скажет человеку, распорядившемуся мной как найденной под ногами медной монеткой. Потому что лорд, несомненно из магов, а маги наша последняя надежда на выживание... И если бы за девушку из граждан Глиэна полицейский бы вступился, то я - абсолютное ничто. Сирота из рабочего квартала, существо без прав и покровителей. - Тише, милая, плакать не стоит. Идем, или понесу, - мягко, успокаивающе, как с больной или приручаемым животным, басом заговорил мужчина. - Могу понести, вижу же, что ноги едва держат. После чего потянул за собой, невольно обнажив мои запястья. Там, на руках, сверкнули тусклой медью браслеты - признак моего бесправного положения. И повод для жгущего обидой непонимания - как, не видевший их лорд осознал, откуда я пришла и кем являюсь?! - Лучше понесу, - решил для себя телохранитель мага. Телохранитель мага! Смешнее не придумаешь - зачем техномагу телохранители? Он и так практически бессмертен и совершенно неуязвим. Он неподсуден, не привлекается даже к уголовной ответственности, и не важно убил по случайности или же специально, и вправе использовать абсолютно любого человека из рабочего квартала для опытов! Не слишком ли особое отношение к магам?! Судья Джеф говорит правду - магов нужно ограничивать в правах! Подобная вседозволенность недопустима! И королевству нужна революция! Революция, которая уровняет в правах все слои населения! - Милая, ты меня слышишь? - привлек мое внимание телохранитель. Перевела рассеянный полный злых слез взгляд на него, всхлипнула и хотела попросить, но горло сжало спазмом, и я не смогла вымолвить и слова. - Сколько ж тебе? - неожиданно спросил мужчина. Тяжело вздохнул, рванул рукава пальто с моих запястий, всмотрелся в браслеты. - Из проклятых, - проговорил как-то устало. Снова мне в глаза посмотрел и извиняющимся тоном произнес: - Зачем вообще из квартала вышла, и как? Про то "как" мне бы меньше всего хотелось рассказывать. Но ощутив сочувствие в мужчине, я с трудом выговорила: - Пожалуйста... пожалуйста, отпустите. Я... пожалуйста... - слезы хлынули по щекам. Телохранитель, внушительный совершенно лысый мужчина с глубоко-посажеными темными глазами отрицательно покачал головой и словно извиняясь, сказал: - Лорд ар Дан хороший человек. Он не станет принуждать силой, уж насколько знаю никогда и никого не принуждал. Но сказать по правде, никогда и никого вот так посреди улицы не забирал себе. Ты очень красивая, я сразу не заметил, сейчас только пригляделся, а у него, видишь, глаз наметан – сокровище разглядел сразу. Ну, вот и сама подумай - если он разглядел, то и другие тоже увидят, и чем все для тебя кончится? Мой хозяин в бордель не продаст, и заботиться будет, а может и браслеты с тебя снимет, несмотря на то, что проклятая. Идем, милая, для тебя так правда лучше будет. И он потянул меня в сторону подъехавшей безлошадной кареты. И только тогда я окончательно поняла, что могу не вернуться домой. Не дойти. Не увидеть Тельину и не отдать ей вытребованные из ресторатора деньги. А как же она без денег? Ей не чем будет расплатиться с доктором, а значит, он не выпишет рецепт и Мальком может умереть, я... Я должна спастись! Любой ценой должна! - Отпустите! - воскликнула, чувствуя, как накрывает паника. Но телохранитель, уже не вступая в диалог, перехватил поперек живота, все так же удерживая мои руки, без труда поднял меня и понес к карете. - Прости, милая, прости, у меня приказ, - только и сказал он.

Я захлебнулась криком, ощутила, как накрывает ужас, как затягивает в омут ярость. Ярость, которую я никогда ранее не испытывала. И страх, которого не испытывала тоже! Я просто знала, что у меня нет выбора! Я не хотела никому причинять вред! Я испугалась, я была в состоянии шока, я была в ужасе, я… А браслеты блокирующие мою магию давно были сломаны… Вспышка яркого ультрамаринового сияния! Огненно-желтый свет, обжигающий, опаляющий, расходящийся как круги на воде. Судорога удерживающего меня мужчины и его медленно оседающее на грязный тротуар опаленное тело… - Простите, простите, простите, - как в полубреду шептала я, придерживая его, чтобы не ударился головой. - Простите, я не хотела. И под лысую голову телохранителя положила его смятую шляпу. А затем, прежде чем с сиденья безлошадной кареты на помощь телохранителю кинулся ослепленный водитель, бросилась прочь не разбирая дороги. Мне было очень жаль сотворенного, жаль, что причинила боль человеку, что пусть временно, но ослепила окружающих, и все же я не могла иначе. У меня не было выбора! Я... отчетливо понимала, что поступила неправильно, но что мне было делать? *** Задыхаясь промчавшись по центральной дороге, свернула в ближайшую подворотню, прошла между защищенными домами стараясь не касаться стен, чтобы не получить удар электричеством, не сильный но ощутимый. Под ногами хлюпала грязь, под браслетами все сильнее зудела кожа - любое использование магии приводило к ожогам. Хорошо, что у меня очень низкий потенциал, тех магов, кто был способен на большее, ограничивающие браслеты сжигали напрочь... Так когда-то сгорел мой отец, забрав с собой жизни тех, кто ворвался в наш дом. Забрав с собой маму... Мне казалось, я никогда его не пойму, но сегодня… сегодня я впервые ощутила на себе, что такое «нет выбора». Всхлипнув, едва не прислонилась к стене опутанной поддерживаемой под напряжением проволокой, лишь в последний миг вспомнила, где нахожусь. Постояла, вытирая бесполезные слезы. Подняв голову вверх, посмотрела в виднеющееся между крышами домов серое небо. Внезапно вспомнилось сказанное с явным пренебрежением: "Не имеет смысла прятать ее в загородном - девчонка сирота из рабочего квартала, подрабатывает в какой-нибудь третьесортной лавчонке, где хозяин из жалости держит ее подальше от глаз посетителей, видимо по доброте душевной, или же был хорошо знаком с ее родителями". В нескольких строчках этот техномаг описал всю мою жизнь... Между строк осталось лишь то, как испуганного рыдающего ребенка из подвала сгоревшего дома достал мастер Рандо. Как принес домой, скрывая от ищеек под полами своего плаща, как долго и безуспешно пытался оформить бумаги на усыновление, чтобы дать мне, дочери человека которому он был многим обязан, хоть какой-то шанс на нормальную жизнь без клейма проклятых магов. Не вышло. В одиннадцать на меня надели браслеты, не поместив под стражу по одной единственной причине - крайне слабый уровень дара. С браслетами я не смогла вернуться в школу, училась незаконно беря учебники в библиотеке и читая по ночам, днем помогала мастеру Рандо в лавке. И маг сказал правду - меня держат подальше от глаз посетителей, мастер даже когда наплыв и Ребекка не справляется, запрещает мне помогать ей за торговой стойкой. Выходить из мастерской запрещает тоже. Ходить по кварталу сняв капюшон, и вовсе нельзя. И совсем категорический запрет стоит на покидание рабочего квартала, но я сегодня не могла не нарушить запрет мастера.

Тельтина месяц отработала помощником повара в этом ресторане. Работала бы и дольше, но главный повар заметил браслеты, которые ей до этого удалось скрывать. Произошел скандал и ее без единой медной монетки вышвырнули вон. Несмотря на все просьбы так и не заплатили и запретили появляться. Судья Джеф сказал, что это незаконно, Тельтина после его речи лишь заплакала, прикрываясь рукавом, а я молчать не стала. Запомнила статьи в законодательстве, на которые ссылался судья, и сегодня вытребовала оплату за ее труд. Да, мне пришлось многое выслушать, и самым неприятным был сальный взгляд ресторатора, его намеки и предложение, заплатить в пять раз больше, если я... я... Он мне все равно отдал деньги Тельтины. Пусть и после оскорблений и негодования. Пусть и швырнув мне под ноги. Но это были не просто деньги, это было лечение для Малькольма, а значит важнее чем гордость. "Судя по святой вере во всемогущество судьи Джефа, в ресторан ринулась во имя справедливости, видимо хозяин чего-то недоплатил одной из ее убогих знакомых" - вспомнились еще одни слова техномага. «Убогой знакомой»… Все мы здесь были убогими, но нам, убогим, лучше было держаться подальше вот от таких хозяев жизни. Опустив голову, побрела дальше, а после и ускорила шаг - мне следовало скорее вернуться в рабочий квартал, там безопаснее. Там безопасно. Лучше больше вообще никогда не выходить. *** Кэрн

Ему нравилось, как Николетт говорила - каждое движение полно изящества и грации, каждая фраза идеальна, каждая улыбка отточена и отработана явно часами упражнений в зеркальной комнате. Нравилось, и то, как она одевалась - кожаный корсет поверх классического синего платья, это было несколько смело, и в этом чувствовался тщательно поддерживаемый бунтарский дух. В остальном - светлые волосы уложены завитыми локонами, мотоциклетные очки в красной кожаной оправе слегка нарушали идеальный порядок искусно уложенной привычки, и, несомненно, не без причины подчеркивали непростой, яркий и слегка бунтарский характер леди Элинсер. Как и кожаные перчатки с обрезанными пальцами, которые Николетт так и не сняла. Впрочем, положа руку на сердце, Кэрн мог признать, что ему в Николетт нравилось практически все, от увлечения гонками на мотоциклах, до изящного обращения и того как по-королевски леди Элинсер выглядела на светских раутах и приемах. Не удивительно, что возникли мысли о браке - она был идеальным вариантом жены для столь высокопоставленного мага. Ключевое слово – была. До этого дня. До этой встречи. До этой девушки… - И как скоро его величество ожидает новую партию эстренов?- протирая салфеткой тоненькие пальчики, поинтересовалась Николетта. - К концу лета, - несколько мечтательно улыбаясь, ответил Кэрн. - Оу, - изящное движение слегка подкрашенными губами, она сочла что является причиной этой неожиданной для нее улыбки с легкой примесью мечтательности. - Вам придется ввести третью рабочую смену на заводах, лорд ар Дан? - Четвертую, - он улыбнулся на сей раз с легкой насмешкой, понимая, что она допустила ошибку. Первую, с начала их отношений. - Но вы же понимаете, моя дорогая, его величество не тот человек, которому отказывают. - Я понимаю, - восхищенно-восторженный и тоже явно отработанный взгляд прекрасных глаз, - что передо мной сидит тот единственный человек, который может выполнить самый сложный государственный заказ. Вы невероятны, лорд ар Дан! Тонкая, а затем очевидная лесть. Впрочем, не совсем и лесть - он действительно был единственным, кто мог совершить практически невозможное, тут Николетт была права. Так что не лесть, но вполне приятный комплимент, и умение подчеркнуть очевидное, наиболее приятным для него образом. Прекрасная работа, но объект приложения умений и способностей леди был уже не тем, что прежде. Изменилось все. Для него. И в данный момент он предпочел бы услышать не искусную лесть, а искреннюю правду, сказанную со всем пылом юного сердца его голубоглазого сокровища. Кэрн улыбнулся с некоторым предвкушением, но в следующий миг его улыбка померкла - вспышку яркого света проигнорировать было невозможно - она ослепила всех в зале ресторана! Раздались крики, звон разбитой посуды, вопли "Проклятые! Проклятые наступают!", и испуганный возглас Николетт, неприятным звоном отозвавшийся в ушах. - Тише-тише, - Кэрн стремительно протянул руку и накрыл ее дрожащую ладонь, - маг слабенький, это всего лишь вспышка света, Николетт, обратите внимание - защита не среагировала абсолютно нигде. Успокойтесь, все хорошо, я рядом. И под влиянием его спокойного голоса и той ауры абсолютной уверенности, что исходила от самого прославленного техномага королевства, леди Элинсер перестала дрожать, огромными от испуга глазами взирая на того, кого так желала видеть своим мужем. А Николетт очень многое поставила на кон, начав охоту на богатейшего холостяка страны. И намеревалась в самое ближайшее время стать леди ар Дан, оценивая свои шансы как весьма высокие. Они так гармонично смотрелись парой - элегантно-небрежный маг с серебряной шестеренкой в мочке левого уха, сделавший себя сам и добившийся невероятных высот, и не менее уверенная в себе светловолосая красавица из высшего света. И сейчас в атмосфере паники оба выделялись спокойствием, оказавшись единственными, кто остался сидеть за столиком, а не метался в ужасе по залу, сбивая столики и натыкаясь на стулья. Кэрн прождал несколько минут до того, как, наконец, все осознали, что угроза для жизни отсутствует и паника прекратилась, и лишь затем поднялся, уже не опасаясь оставить спутницу наедине с перепуганной толпой, но не успел дойти до выхода - в дверях показался его шатающийся телохранитель. "Девчонка - маг!" - неожиданно понял лорд ар Дан. Мысль проскользнула даже до того, как Кэрн осмотрев телохранителя с головы до ног, отметил ожоги на руках, выцветшую одежду, побледневшие зрачки глаз. "Световой маг, - мозг техномага холодно анализировал ситуацию. - Если оказалась в рабочем квартале, значит из проклятых. Да ты еще и вне закона, малышка". Мрачнея, подошел к Дахуру, подслеповато щурящемуся и постоянно моргающему, и холодно произнёс: - Маг из нее слабый, эффект слепоты временный. Все, кроме ожогов на руках, пройдет в течение часа. Дахур облегченно выдохнул и нервно произнес: - Она прощения просила, когда падал – придержала, чтобы головой не ударился. Не надо наказывать, она не хотела... С неудовольствием отметив неожиданную излишнюю мягкотелость своего телохранителя, Кэрн отрезал: - Она напала на человека. - Она защищалась, - вновь попытался вступиться Дахур. "Сколь неожиданно в тебе проснулось сострадание к ближнему, - разъяренно подумал Кэрн". Подав знак владельцу ресторана, спустившемуся в зал для контроля ситуации, приказал вызвать неотложку, после чего, обойдя корчившегося от боли телохранителя, вышел из ресторации. Остановился на пороге, внимательно осматривая творящуюся на улице панику и набежавших полицейских. Журры уже брали след, но толку - она была слишком слабым световым магом, чтобы оставить сильную ауру после себя. Бесполезная возня полицейских как и всегда раздражала. Зло усмехнулся, достал записную книжку. С минуту искал нужный набор символов, нашел. Единым щелчком призвал магию, не торопясь набрал сообщение, отправил и, вновь улыбаясь, вернулся в ресторан. «Ты никуда от меня не денешься. Ни-ку-да», - с железобетонной уверенностью подумал он.

***

Глава 3

Сейли Судья Джеф, все более хмурясь с каждой новой подробностью, выслушал мой сбивчивый рассказ. В результате начал постукивать пальцами по подлокотнику своего инвалидного самодвижущегося и порой невероятно чадящего кресла. А стоило мне умолкнуть, мрачно взглянул из-под кустистых седых бровей, окинул всю меня внимательным по-старчески мутным взглядом и вынес неутешительный вердикт: - Сейли, ты нарушила закон, использовав магию против человека. - Но... - голос сорвался, - но я защищалась, я... я не могла... - Ты использовала магию против человека, - безапелляционно повторил судья Джеф. Я замотала головой, но больше ничего не смогла вымолвить. В растерянности обернулась к человеку, практически заменившему мне родителей - мастер Рандо молча подал плащ, как бы говоря "Нам пора". Судья Джеф опустил голову, казалось, задремал. Но стоило мне, набросившей плащ на плечи, направиться с мастером к выходу, как вслед нам раздалось: - Рейнский Колледж Мастерства. Мастер Рандо стремительно повернулся к нему и переспросил: - Что? Я даже не обернулась, меня трясло от пережитого сегодня, от всплеска магии, которую я использовала впервые, от той казалось разверзнувшейся передо мной пропасти. Хотелось упасть и умереть. - Рейнский Колледж Мастерства, - по слогам повторил судья Джеф. - Студенты колледжей вольны использовать магию в целях самозащиты. - Но Сейли не студент! Она потомок прокля... Судья Джеф перебил его все так же задумчиво: - Потомкам проклятых магов запрещено обучаться в школах и это прописано в законе, но нигде ни единого слова нет о запрете световым магам обучаться в колледжах. - Потому что туда невозможно поступить, не имея среднего образования, - напомнил мастер Рейндо. - Сейли не училась в школе. Я повернулась, посмотрела на старого человека в потрепанном механическом кресле, который сидел, сложив ладони вместе и касаясь подбородка кончиками средних пальцев, находился в глубокой задумчивости, бесконечно анализируя варианты выхода из этой чудовищной ситуации. Судья Джеф покивал, выслушав мастера, и продолжил: - Закон... Закон... В законе не прописана необходимость наличия среднего образования для поступления в Рейнский колледж. Для всех остальных учебных заведений - да, требуется аттестат, но Рейнский колледж принимает студентов исключительно на основе оценивания произведенного за вступительные экзамены и аннулирует любые имеющиеся в прошлом преступления с применением магии. И он замолчал. Мастер Рандо сжал мою руку, продолжая с надеждой смотреть на судью. А тот, словно задремав, опустил руки на подлокотники и едва заметно поглаживал стертый до блеска деревянный подлокотник указательным пальцем, словно бы прокладывал путь возникшей идее, или обдумывал, как бы устроить все таким образом, чтобы прошло гладко. Затем, подняв голову, внимательно посмотрел на нас из-под кустистых бровей и его уверенный голос зазвучал громче: - Мы направим прошение о поступлении незамедлительно, и Сейлиэн попадет под юрисдикцию колледжа уже утром, то есть с момента регистрации письма канцелярией. Рандо, вызовите посыльного и оплатите срочное сообщение. Сейли, передай мне бумаги. Мы должны действовать быстро. Очень быстро. *** Лорд Кэрн ан Дар сидел в собственном экипаже, с безразличием истинного лорда рассматривая безликие постройки рабочего квартала. В основном четырехэтажные, пятый полуэтаж располагался под крышей и населялся окончательно нищими, часто имеющими жилье даже без окон. У тех, кто жил на первых этажах деньги имелись - эти же люди обычно владели лавочками, магазинами и мастерскими располагающимися в полуподвальных помещениях под первым этажом. На втором этаже селились молодые семьи с детьми, чаще всего женщины подрабатывали на тех же лавочников и мастеровых, мужчинам выпадала изнурительная доля заводского или фабричного рабочего. Третий и четвертый этажи с крохотными комнатушками уплотненных квартир принадлежали одиноким и пожилым. Сюда переезжали овдовев, или после того как дети встав взрослыми вылетали из родительских гнезд. В каком из домов проживала его наделенная магией незнакомка, еще не выяснилось.

"В рабочем квартале магов нет" - вспыхнуло сообщение на часах, что лорд Кэрн от скуки покачивал на длинной серебреной цепочке, как маяк. Он щелкнул крышкой, открывая циферблат, и произнес голосовое сообщение: "Световой маг практически нулевого уровня". Затем долго смотрел на тонкую секундную стрелочку, начавшую и практически завершившую свой бег по кругу, когда пришел ответ: "После завершения следствия и предъявленных доказательств вины все находящиеся в Глиэне световые маги были помещены под стражу. Все. Невзирая на возраст". - Одну пропустили… - иногда Кэрн размышлял вслух. - Взятка? Сговор? Из жалости? "Проверить школы!" - приказал, отправляя сообщение участковому, отвечающему за рабочий квартал. *** Мистеру Смиту пришлось проглотить приказной тон совершенно постороннего к службе жандармерии человека. Участковый Смит может и хотел бы возмутиться, но глава жандармерии дал четкий приказ - во всём оказывать полнейшее содействие лорду ар Дану. Во всём. И потому мистер Смит старался, действительно старался. И не только он - в этот поздний час, несмотря на то, что трудовой день давно завершился, работал весь отдел жандармерии рабочего квартала. Домой не ушел никто. *** Сейлиэн торопливо переписывала адрес на конверт завершенного послания, чтобы передать уже ожидающему курьеру. Молодой человек, чей паровой гипербарический велосипед изрыгал клубы дыма на улице, с откровенным интересом, смешанным с неверием собственным глазам, рассматривал хрупкую девушку, склонившуюся над письменным столом. Каждый раз, когда она чуть поворачивала голову, непослушные кудри скользили по бледной щеке и касались красных от постоянного нервного покусывания губ, и вызывали стойкое желание познакомиться с данным созданием поближе. - Поторопись, - попросил судья Джеф, отрываясь от томика поправок к уголовному своду, который напряженно перечитывал уже не в первый раз за вечер, сверяясь с нужными пунктами законов. - Уже почти все, - ответила Сейли. Курьер, издав тяжелый вздох, с трудом оторвал взгляд от девушки и поинтересовался у сидящего близ стены в кресле-качалке мастера Рондо: - Не слыхали, кого тут жандармы ищут? И поразился тому, как мгновенно побледнел его собеседник. А кресло, в котором сидел мастеровой перестало качаться. Ситуацию спас судья Джеф: - Совесть они свою тут ищут, молодой человек, совесть. Уж сколько лет ищут... а найти все никак не могут. Хохотнув, курьер возразил: - Совесть они с меньшим энтузиазмом разыскивают, тут иное что-то. Говорят, даже сам оживляющий в наш квартал прибыл. Мастер Рандо поднялся с кресла и вышел из кабинета. Сейли, до того занятая письмом, услышав страшное слово «оживляющий», повернула голову, взглянула на курьера, переставшего дышать под ее вопросительным взглядом, и переспросила удивленно: - Оживляющий? - Да, главный техномаг Глиэна, - подтвердил курьер. Техномаг! Это слово обожгло Сейлин так, словно она опять применила магию. Вспомнился преградивший ее путь сегодня мужчина, и тот холод поглотившего ее дикого ужаса, когда маг произнес: «Не имеет смысла прятать ее в загородном - девчонка сирота, из рабочего квартала, подрабатывает в какой-нибудь третьесортной лавчонке, где хозяин из жалости держит ее подальше от глаз посетителей, видимо по доброте душевной, или же был хорошо знаком с родителями. Судя по святой вере во всемогущество судьи Джефа, в ресторан ринулась во имя справедливости, видимо хозяин чего-то недоплатил одной из ее убогих знакомых». Но сопоставить образ самого оживляющего, о котором не знал разве что новорожденный ребенок с тем, кто сегодня вынес ей приговор, Сейли не смогла. Сам оживляющий в ее восприятии никак не мог быть столь молод. Поистине никак! Стремительно вернулся мастер Рандо, подошел, грубо спросил: - Написала? Девушка торопливо дописала последние три цифры. Затем запечатала и отдала конверт. Рандо мгновенно передал курьеру, достал деньги, заплатил вдвое больше положенного, а после, схватив парня за отворот куртки, при тянул ближе и прошипел:

- Доставить в кратчайшие сроки. Не останавливаться, никуда не сворачивать. Если конверт не будет доставлен к рассвету, я на всю вашу контору подам в суд. Все ясно? Смущенный напором курьер кивнул, торопливо отошел от нервного клиента, судья Джеф ничего не сказал, а Сейлиэн просто не смогла бы выговорить, даже если бы захотела. Потому что за этой грубостью всегда сдержанного человека, который стал ей почти отцом, она отчетливо увидела страх. Потому что так мастер Рандо вел себя только если боялся. Не за себя, а за тех, кто ему дорог. Именно так он не кричал - сипел, когда она, еще будучи ребенком, взяла колбу с кислотой со столика, к которому ей было запрещено даже приближаться. Так мастер Рандо рычал на жену, когда та, скользнув по заиндевелым ступеням, едва не упала на девятом месяце ожидания дитя. Таким он становился, когда переживал за близких. Самых близких. И вот только теперь Сейли поняла, насколько велики ее проблемы. Курьер, забрав письмо, давно ушел, но в кабинете судьи Джефа все еще царила тишина. Мрачная, напряженная, давящая. А потом судья тихо произнес: - Рандо, они придут в твой дом в течение часа. - Не придут, - зло отмахнулся мастер, - если привлекли жандармов, то искать будут по бумагам и документам, а Сейли там нигде нет. Проверят в первую очередь школы, она по возрасту к выпускным классам подходит, но ее там никогда не было, так что время у нас есть. Но судья Джеф, покачав головой, устало повторил: - Рандо, они придут в твой дом в течение часа. Оживляющий умный человек, он поймет, что искать нужно с другого конца. - Это с какого? - вскинулся мужчина. Мотор инвалидной коляски тихо загудел, когда судья качнулся вперед, заставляя механизм заработать. А подъехав к столу, за которым все еще сидела Сейли, судья Джеф тихо спросил: - Чью зарплату ты требовала у владельца ресторана?

***