Катакомбный страж

Глава 1

Идущий впереди гоблин поднял вверх сжатый кулак, подавая группе знак остановиться.

— Шкашы! — тихо прозвучал в моём ухе шепелявый голос, в котором слышались нотки радости. — Пока вижу двоих. Они на потолке прямо у перекрёштка.

— Дальше пройти можешь? — голос Старшого, командира нашей звезды, гнома Бридуна, прогрохотал как еле слышный горный обвал.

— Да.

— Действуй. Остальные ждём, — последовали ожидаемые команды.

Сместившись влево, Штек, почти прижимаясь к каменной кладке стены, двинулся вперёд так, что, как я не прислушивался, так и не смог различить ни всплеска, ни шороха. Гоблины — прирождённые мастера разведки, даже, если попали сюда, как и Штек, из техногенного мира, давно покорившего космос. Остальные бойцы замерли на месте.

— Не сопи, Бер, дыши ртом, как учили, — послышался шелестящий, чуть рыкающий шёпот Грыха, пещерного орка, стоящего сзади. — А то пыхтишь, как все наши гномы, спешащие в кабак.

В ответ тут же послышались еле сдерживаемые фырки гномов, мысленно уже сидящих в том самом кабаке и ожидающих первую кружку нефильтрованного. Тем более и повод есть, за уничтожение скасов полагается неплохая премия серебром. А повышенная премия, да перед выходными — кому хочешь настроение поднимет. Скасы — твари из другого мира, похожие на жуткую помесь паука-птицееда и краба, обычно размером с суповую человеческую тарелку. Уточнение, кстати, важное, порционные тарелки тех же орков или гномов значительно больше, не говоря уж об огровских. Так вот, обычно, скасы держаться небольшими стаями по пять-шесть особей, охотясь на разную мелочь. Но, когда находят подходящее место для логова, стаи начинают объединяться, а сами пауки значительно увеличиваются в размерах. Вот тогда они становятся настоящим бедствием, охотясь на всё что движется: от кунгсов, местных аналогов крыс, до разумных любых размеров. А для того чтобы уничтожить логово стражам приходиться собирать серьёзный рейд.

— Вижу ещё троих на дальней штене бокового коридора. Эти крупнее, — прозвучал доклад разведчика. — Их может быть больше, отшюда мне не видно. Ближе не подойти — могут почувштвовать.

Крупнее — это плохо. Значит уже объединяться начали. Когда успели? Мы же проверяли этот участок на прошлой неделе. Мы — это звезда Катакомбной стражи, «кроты» или «золотари», как нас ещё бывает называют, если хотят оскорбить и готовы поддержать свои слова кулаком или статусом. Иначе придётся забирать их обратно, как правило, вместе с зубами и сломанными рёбрами. Очень уж стражники эти эпитеты не любят.

Под Городом расположена огромная многоуровневая сеть подземных коммуникаций, катакомб и канализации. В некоторых районах подземелий жизнь бурлит чуть ли не активнее, чем на поверхности. И там же пролегает зона аномальной телепортальной активности. Простыми словами говоря, в катакомбах то и дело произвольно открываются порталы в разные миры. Из которых и лезет всякая дрянь, зачастую, очень опасная. Вот от неё и защищает Город Катакомбная стража. А в зоне ответственности нашей звезды находится небольшой участок минус первого уровня на южной окраине, считающейся самой спокойной и неопасной.

— Разные они, говоришь, — снова послышался раскатистый бас командира, — значит, произошло объединение стай, и они уже нашли место для логова. По инструкции мы должны вызвать подкрепление.

Эти слова вызвали недовольное бурчание, как двух остальных гномов, так и орка. Оно и понятно, если вызвать подкрепление — о премии можно забыть. А народ её уже почти пропил. Промолчали только гоблин и я. Штек, он вообще не многословный, а моё мнение пока маловесомо, как совсем ещё зелёного новичка. Но и я был против, в голове давно есть план, куда деть «случайные», но необходимые деньги и это совсем не пьянка. Тратить монеты на выпивку — для меня не позволительная роскошь.

— С другой стороны, на прошлой неделе мы никого не видели, хотя и проверяли тот коридор до следующего перекрёстка. Следовательно, логова поблизости нет или они только-только выбрали место. Много их не должно быть, — озвучил Старшой очевидные выводы. — Атакуем.

— Да! — еле слышно ответили мы хором.

— Построение — левый двойной уступ. Первым начинает Бер своим умением, твоя цель ближайший сакс на потолке. Дальше залп жезлами. Огнеплюи, работаете только по моей команде. Медвежонок, ты сразу на подзарядку, потом поддержишь нас. Работаем.

Подчиняясь приказу, закрепил свой жезл в специальном креплении на внутренней поверхности щита. «Жезлами» тут называли помесь волшебной палочки и огнестрельного оружия. Конкретно мы пользовались тем, что в моём мире назвали бы обрезом одноствольного ружья. Прицелился, нажал на курок, но вместо обычной пули или дроби в цель летит либо файерболл, либо каменный шип, либо ледяная сосулька. Флажок повернул, летит не одна, а несколько, но поменьше, зато с большей зоной поражения, как будто картечью шарахнул. Заряда батареи с маной хватает на двадцать одиночных выстрелов или десять «картечных», затем её меняй и пали по новой.

Вот только пострелять мне предстоит попозже, если успею. Старшой приказал первым делом использовать моё умение бить молнией. Да, я — единственный маг в группе. Слабый маг, к слову, совсем никакой, с единственным боевым заклинанием «Клубок молний». По мне, так начинать бой — потеря огневой мощи отряда, но Бридуну виднее, на то он и командир. Он, кстати, узнав, что в его вновь формирующейся звезде будет маг, пусть и категории Е-10 (самой низшей, к слову) долго радостно потирал ладони и дергал себя за бороду, мне об этом Штек как-то по секрету рассказал. А на тренировках по боевому слаживанию гонял меня больше других. Обрадовались и мужики, да так, что в складчину купили мне свиток «Малое исцеление» и два кристалла манонакопителя, пусть малых, но всё же. Как я тогда радовался, бесплатно доставшееся заклинание стоимостью в полный недельный заработок стража и кристаллы, стоящие не меньше — отличное приобретение. Теперь, если нужно, по утрам их подлечиваю от последствий вечерних возлияний и от ушибов и синяков на тренировках. Да, и парням из других звёзд помогаю за монетку малую. «Чужим никакой халявы», — об этом меня сразу Старшой предупредил, вручая свиток. Так что постоянной практикой обеспечен и скоро должен состояться мой переход в категорию Е-09, а значит и зарплата чуток вырастет.

Заняв место в ордере, по подсказкам гоблина нашёл взглядом цель. Сакс сидел на потолке, почти слившись по окраске с серыми камнями. Замимикрировался так, что в тусклом свете магических светильников, установленных через каждые пятьдесят метров, сам бы сразу и не увидел. Выдавали его только две клешни, как и у крабов одна была побольше, вторая — поменьше. Сосредоточился. Представил вокруг паука окружность с нужной последовательностью рун, усилием воли заставил их светиться голубым цветом, осталось только дать мысленную команду на активацию печати, но прежде:

— Готов! — сиплым от напряжения шепотом доложил я.

— Давай, — скомандовал Старшой.

«Акс!» — мысленно произношу команду-активатор. До этого существующая только в моём воображении, светящаяся голубым окружность проявилась вокруг сакса и из каждой руны в него ударила небольшая молния. После попадания в паука, они не пропали, а искрящимися блохами заскакали по телу. Всё это действительно походило на рой или клубок, оправдывая название заклинания. Жертва забилась в конвульсиях и кулём рухнула вниз, почти полностью скрывшись в темной жиже, залившей пол коридора. Вот и славно, действие заклинания продлится и поражающий эффект будет куда больше.

Тут мои ноги стали ватными, в глазах потемнело, а горло сжалось в рвотном позыве — откат пришёл. На вбитых в меня Бридуном рефлексах, отступил назад, освобождая место Грыху с его огнеплюем. Одновременно с этим услышал грохот, ударяющихся в стену камней и сосулек — ребята дали залп из жезлов. Трясущейся от слабости рукой, рванул клапан поясного кармана, чтобы достать кристалл манонакопителя. «Кунгс», — про себя выругался, когда тот чуть не вылетел из непослушных пальцев. «Хочешь ругаться — поминай кунгса, других сущностей даже мысленно не вспоминай», — наставлял меня Старшой в первые дни, пробивая своим пудовым кулаком мне в пресс за очередное чертыханье. Вот такие у него воспитательные методы. Воспоминания не замедлили мои действия. Многократно отработанным движением вставил кристалл в специальное гнездо на наруче левой руки. Чуть надавив, повернул по часовой стрелке, активируя передачу маны. Секунд через пятнадцать буду в норме.

Тем временем грохот усилился. Видимо, мужики перешли на другой режим огня. Значит и мне пора присоединяться. И, хотя, в глазах было всё ещё темно, правая ладонь нащупала рукоять жезла, вынимая его из зажима. Теперь закрепить ложе в специальной выемке на щите. Не прикасаясь к курку, большим пальцем перевожу режим стрельбы картечью и жду, усиленно моргая. «Быстрее, быстрее», — подгонял я свой организм. Пятнадцать секунд не так уж и много в сравнении с получасом в первые дни. Правда, и тогда Старшой не давал спокойно прийти в себя, заставляя приседать и наклоняться. А потом отмывать пол от блевоты. И снова активировать заклинания. Тогда я проклинал всё, а теперь вспоминаю измывательства Бридуна с благодарностью. Кстати, от применения «Малого исцеления» такого эффекта нет, после третьего раза подряд — лишь лёгкое подташнивание. «Я не специалист в магии, конечно, но может у тебя дар к исцеляющей магии. Тогда зачем Система тебе „Клубок молний“ дала? С „Малым исцелением“ ты бы давно Е-09 стал, а то и выше. Но ей виднее», — отвечал всё тот же Бридун на мой закономерный вопрос. Со слов командира, категорию Е-09 я получу, когда смогу второй раз Клубок молний кастануть без отката. Вообще я всю теорию и практику от него получал, больше никто из стражей этим делом не озаботился. «Не та у тебя категория, чтобы им время на тебя тратить. Вот вырастишь в умении, если жив останешься — тогда внимание обратят».

— Огнеплюи, залп! — раздалась команда Старшого.

Тут же послышался характерный рёв пламени, устремившегося навстречу врагу.

— Да-а-а! — вторил ему радостный вопль Дилса, второго гнома, наконец-то дождавшегося своего часа. Более сдержанный орк молчал, но наверняка скалил свои клыки в жуткой гримасе, заменяющей ему улыбку. Пироманьяки во всей своей красе, что тут еще скажешь.

Тем временем зрение возвращалось — уже явственно видел, а не только слышал, две струи и яркое зарево, скрывшее перекрёсток, и чёрные обугленные, всё ещё дергающиеся, многочисленные комки саксов в нём. Тут прямо по потолку на нас побежала огромная, объятая огнём, многоногая тень. Огнеплюи словно этого и ждали, скрестив на ней струи. Следом за ней чуть левее мчалась вторая такая же. Даже не осознав, что я делаю, нажимаю на курок. Вспыхивает и медленно гаснет зеленый индикатор выстрела. А на встречу твари летит рой каменных шипов, сбивший её с потолка прямо в огонь, полыхающий на полу, даже несмотря на жижу.

— Пуштой, — сообщает Штек, как всегда первым израсходовавший боезапас.

— Держу, — это Билс, брат близнец нашего пироманьяка-коротышки.

— Дер...

Я не успеваю подтвердить, как из пламени теперь уже по полу одновременно выскакивают ещё два огромных сакса. Выстрел моего жезла опрокидывает первого, но он тут же переворачивается на ноги и снова пытается бежать, волоча правую половину тела по мутной жиже. Ещё раз нажимаю на курок и каменные шипы пробивают его на сквозь, пригвоздив к каменному полу. Второй тоже уже не двигается, лившись как клешней, так и лап — мужики постарались.

— Готов!

— Пустой, — Билсу требуется перезарядка.

— Пустой, — решил не отставать Старшой.

— Держу! Держу! — хором со Штыком мы успокаиваем их.

Обдав ещё раз потолок и ближайшую стену потоками огня, слизнувшими несколько чудом уцелевших пауков, оба огнеплюя разом прекратили свою вакханалию. Этим двоим тоже нужна подзарядка. Как не вовремя-то.

— Готов! Держу! — голос Старшого как всегда спокоен и вселяет уверенность.

— Готов, — вот и Билс в игре.

Вожу стволом жезла, выискивая новую цель. Но пока никого, кроме неподвижно сгорающих черных комков, не вижу. Никто не бежит нам навстречу. Всё? До команды Старшего расслабляться рано. От выброса адреналина меня ощутимо потряхивает. Полтора месяца я хожу в патруль, столкновения с разными тварями чуть ли не через смену, а привыкнуть всё никак не могу.

— Готов. Готов.

— Огнеплюи, на левый фланг.

В строю тут же произошла быстрая перестановка, не занявшая больше пары мгновений.

— Ждём, пока спадёт пламя и контролим коридоры. Билс на тебе тыл.

Никто не видит лучше гнома под землёй, да ещё в условиях сложного освещения, когда танцующие языки пламени заставляют тени безумно метаться. А внезапная встреча с тварями может произойти и в тех местах, которые, казалось бы, должны быть безопасными, потому что совсем недавно ты их проверял. А всё из-за этой аномальной телепортальной активности. Никогда не угадаешь, где и когда откроется очередной портал. Хотя, по рассказам того же Старшого, в центральных районах есть подобные устройства и маги-предсказатели. Вот только кто же их в «безопасный и спокойный» Южный район поставит, уж больно дорого они стоят, как устройства, так и предсказатели. А ещё я постоянно задавался вопросом, если наш округ считается безопасным, то как же обстоят дела в других, в том же центральном или Северном, самом опасном? Если магов туда набирают, начиная только С-10.

Стараясь не смотреть на чадящий чёрным дымом огонь, вглядывался в сильно закопченные потолок и стены, пытаясь уловить хоть какое-то движение. Но тщетно — никого не видел. Кунгс, совсем забыл про полупустой кристалл манонакопителя. А это непорядок. Снова закрепив жезл на щите, вывернул кристалл из гнезда и поместил обратно в специальный кармашек сумочки на ремне. Теперь он снова сможет набирать ману из окружающего пространства. Не быстро, конечно, но самостоятельно.

— Бер, на что ты там отвлёкся? — всё-таки заметил мои манипуляции Старшой.

— Виноват! Кристалл на подзарядку поставил, — ответил я, снова вынимая жезл из крепления.

Ждать пока спадёт пламя пришлось ещё около минуты. Как только появилась возможность продвинуться вперёд без опасения обгореть, прозвучала долгожданная команда:

— Огнеплюи, вперёд!

Старшой решил сразу зайти с козырей. Маньяки этого только и ждали, дай им волю, они и в огонь бы вошли, лишь бы удовлетворить свою страсть. Продвигаясь вдоль левой стены, они двинулись вперёд, контролируя каждый свой коридор. Хорошо ещё, что перекрёсток тут Т-образный. На самом перекрёстке они остановились, постояли, поводили стволами своих адских машин.

— Чисто.

— Чисто.

— Пошли.

Эта команда уже нам. Стараясь сохранять строй двинулись и мы. За углом правого коридора, увидел довольно большую дымящуюся кучу из обгорелых саксов. Большинство из них, как и первые нами увиденные — совсем небольшие.

— Штек, близнецы, проверьте этот коридор до ближайшего фонаря и обратно. Надо домой уже возвращаться. Грых, держи это направление. Бер, на тебе тыл.

Самая глазастая троица выдвинулась вперёд. До светящего тусклым жёлтым светом фонаря было пятьдесят метров. Это не у меня глазомер хороший, а информация, которую поведал Старшой на моём первом патрулировании. Фонари эти служат не только для освещения, они не дают пройти порождениям Тьмы. Что это за твари, я не знаю. А мужики, стоило им задать этот вопрос, начали совать мне свои кулаки под нос, с советом заткнуться, а то накликаю. «За пятьдесят лет моей службы в Катакомбной страже, Медвежонок, мне ни разу не приходилось сталкиваться с чем-то подобным, только слышал. И слышал нехорошее. Поэтому запоминай, увидел, что фонарь моргает или, хуже того, потух, тут же сообщай в центральную и сваливай оттуда как можно быстрее. Не наш это уровень, Медвежонок. И, знаешь, тихо радуюсь, что не наш. Уж больно слухи ходят нехорошие». Вот и всё, что тогда сказал мне Старшой.

— Штаршой, мы на меште. Всё чишто.

— Вот и славно, возвращайтесь. Пора нам домой, мужики.

Глава 2

— Подъем, мясо! Подъем!

Этот рыкающий вопль разом прогнал сон, подбросив меня в воздух. Вскочив на ноги, на рефлексах принял защитную стойку, увидев которую, Бес может и не будет особо лютовать. Если повезёт, отделаюсь парой оплеух, а если хотя бы один удар заблокирую или повезёт увернуться, то неделя спокойной жизни обеспечена.

— Подъем, мясо!

На тех же рефлексах чуть приседаю и делаю шаг вправо, одновременно прикрывая голову предплечьями. Бес всегда начинает с левой, есть у меня шанс, есть.

Бах! Звук удара по кровати. И били явно не кулаком. Тут меня осенило — какой на хрен Бес? Он же исчез зимой 2013 и с тех пор о нём не было слышно. И я давно не зелёный первокурсник, живущий в университетской общаге. Пять лет прошло как окончил учёбу, дома я!

— Сам встал, мясо? Молодец! Может и выживешь. Двигай к той стене!

Что? Поднял взгляд на говорившего. Вот тут я совсем охренел! Надо мной возвышалась туша какого-то громилы в натуральных кожаных доспехах, размахивающая перед моим носом огромным «демократизатором»! Нет, мне не привиделось, не в камуфляже, не ментовской, чёрт, полицейской форме, а в реальных кожаных доспехах: в кирасе с наплечниками и накладным воротником, защищающей как шею, так и подбородок, с раковинами налокотников, с проклёпанными наручами на предплечьях, в тактических перчатках, которым любой байкер обзавидуется. И с резиновой дубинкой в руке, усиленной металлическими кольцами с небольшими шипами. Хренасе демократизатор! Это что за косплейщик такой?

— Не тормози, мясо, — в голосе послышалось нетерпение.

Громила легко ткнул мне в грудь кончиком дубинки, намеренно или случайно попав прямо в «солнышко». Неожиданная, пусть и несильная, боль окончательно выбила сонную хмарь из моей головы.

— Встань в строй у той стены. Быстрее, мясо, не разочаровывай меня.

Проследив взглядом за кончиком дубины, я охренел во второй раз. Точно не дома! Вдоль противоположной стены довольно большого зала выстраивались мужики, одетые как один, только в сиреневые кальсоны или что-то типа того. Я такие шмотки только в кино про войну видел. Короткий взгляд вниз, подтвердил мою догадку, на мне такие же. Усилием воли подавил кучу эмоциональных вопросов, рвущихся наружу, не время для них, и пошёл куда сказали. Очередной толчок дубины в спину придал мне дополнительное ускорение. Боль от него подтвердила мне, что всё происходящее совсем не сон, а, следовательно, нужно сначала разобраться, прежде чем начинать выступать. Тем более громилы не шутят, их тут четверо, вон как двое из них от души замесили демократизаторами одного, пытавшегося качать права.

Встав в строй между хмурым здоровяком и коротышкой с лопатообразной бородой, принялся наблюдать за громилой, сцепившегося с очередным карликом, правда, в отличии от моего взъерошенного соседа совершенно лысым и орущим во всё горло: «Карат! Карат!»

— Слушай, хуман, где мы?

Почувствовав несильный толчок локтем, взглянул на лицо здоровяка и охренел в третий раз. Да сколько можно то? Это точно розыгрыш! Передо мной стоял орк, натуральный орк, каким привыкли их изображать в фильмах или книгах: покатый лоб, маленькие глубоко посаженные глаза под массивными надбровными дугами, а главное, два больших клыка на нижней челюсти, торчащих изо рта.

— А ты настоящий орк или фрик?

— Я — орк из племени Перекрещенных секир, а не какой-то там чудик! — в голосе здоровяка послышался еле сдерживаемый гнев.

— Ага, а говоришь по-русски прямо как я!

— Что? Не понимаю о чём ты! Я говорю на оркчанте!

— Эй, верзилы, — послышалось с левой стороны, — успокойтесь оба. Не знаю ни русского, ни оркчанта, но вы оба почему-то говорите на кхуздуле! Как такое может быть? Откуда вы знаете священный язык? И откуда его знают эти четверо?!

Сумасшедший дом! Ещё раз взглянул на громил в броне. Двое из них точно были людьми, а вот двое других ... орками! Это точно какое-то шоу типа «Голые и смешные», ведь не попал же я в другой мир! Только кому приспичило так разыграть? Нет у меня знакомых, способных заплатить бешенные бабки за шоу такого масштаба! Но, если это не розыгрыш, то как я сюда попал? Точно помню, что засыпал у себя в постели. Один. И даже трезвый. Как я сюда попал?!

Тем временем, все кто был в сиреневых кальсонах, кроме лежащего на полу без сознания буйного коротышки, построились в шеренгу.

— Так, мясо, теперь по одному заходим в эту дверь и строго следуем приказам. За промедление или невыполнение будете наказаны. Если вы не поняли, в бирюльки с вами никто играть не будет. Первый пошёл.

Громила-человек толкнул крайне левого очень тощего парня с длинными, цвета платины волосами к двери. Тот робко потянул её за ручку на себя — дверь не поддавалась.

— Толкай, придурок! — вновь заорал громила.

Длинноволосый толкнул дверь, и та легко открылась. Не ожидавший такого парень буквально ввалился в комнату. Как только дверь снова закрылась, над ней загорелась красная лампочка. «Прямо как в рентген-кабинете», — промелькнула у меня шальная ассоциация. Но её перебила другая мысль:

— Слышь, орк, а как ты сюда попал?

Тот помолчал немного, но потом нехотя ответил:

— Не знаю. Последнее, что помню, как после небольшой попойки с молодыми воинами забрался в свою юрту и уснул.

— А я после смены так уморился, что решил домой не идти и поспать в мастерской, — поделился своей историей коротышка. — А ты?

— И я уснул в своей квартире, а проснулся уже тут.

Вдруг раздался громкий противный вой сирены, от которого мы все вздрогнули, а над дверью загорелась уже зелёная лампочка.

— Следующий, — рявкнул стоящий возле двери громила.

Остальные надсмотрщики или кто там они ходили вдоль строя, не обращая особого внимания на тихие перешёптывания, если, конечно, кто-то не начинал слишком настойчиво чего-то требовать, как правило, объяснений.

— Брат, — негромко позвал мой сосед, проходящего мимо орка, — скажи, где мы?

Тот остановился и усмехнулся так, что встреть я его ночью в тёмном подъезде, точно пришлось бы стирать джинсы, надменно произнёс:

— Не брат ты мне пока, да и потом вряд ли будешь. А куда ты попал? Сам поймёшь, а сейчас, всё равно, не поверишь. Главное, выполняй приказы и всё будет хорошо.

Не смотря на грозный вид, слова прозвучали довольно миролюбиво. Озадаченные таким ответом, мы замолчали. В комнате было довольно прохладно, и я начал покрываться гусиной кожей, да ещё деревянный пол неприятно холодил голые ступни. Переступая с ноги на ногу, обхватил себя руками и с силой растёр кожу, желая хоть немного согреться.

— Ай!

Руку пронзила боль. С удивлением уставился на своё левое плечо.

— А это что такое?

Татуировка. Совсем свежая, кожа вокруг рисунка была всё ещё болезненно-красного цвета. А с плеча на меня смотрел стоящий на задних лапах весь какой-то взъерошенный и скалящийся медвежонок. Откуда это? Никогда не делал себе рисунков на коже, даже самых маленьких, даже хной. Озарённый догадкой, повернулся к орку и посмотрел на его левое плечо. На нём тоже был рисунок и тоже совсем свежий. Только другой — клыкастая голова зверя, очень похожего на обычного кабана, но чем-то неуловимо отличающееся.

— Что? — спросил орк, озадаченный моим вниманием.

Молча указал ему на тату.

— Они забили символ моего клана — две перекрещенные секиры. Зачем?! Я что теперь изгой? Почему?

В ответ лишь молча пожал плечами, про себя отметив ещё одну общую странность. Вот только когда успели её набить? Да так, что я ничего не почувствовал? А главное зачем?

— Следующий, — рявкнул стражник.

Вот пришла и моя очередь. Собравшись с духом, шагнул в открытую дверь, из которой никто ещё не выходил, до того, как этот громила повторил приказ. Возможно, сейчас всё прояснится.

Комната оказалась небольшой, без окон, со стенами, окрашенными в белый цвет, и ещё одной дверью, красным пятном выделявшейся на фоне стен. Никакой мебели, зато на полу нарисована многолучевая звезда с какими-то незнакомыми мне знаками.

— Встаньте в центр печати.

Прозвучавший без всяких эмоций голос был, видимо для разнообразия, женским.

Звезда, похоже, и есть та самая печать. Пожав плечами, выполнил распоряжение.

— Закройте глаза и не двигайтесь до команды.

Смыкая веки, увидел, что лучи звезды и символы вокруг них вдруг вспыхнули разноцветными огнями. Стоять пришлось не долго — секунд тридцать, ну, или минуту. Ничего особенного не почувствовал. Пол и тот, в отличии от зала, тёплый.

— Мы закончили, пройдите в красную дверь. Поживее.

Не обратив особого внимания на последнее слово, обернулся и посмотрел на ту, через которую вошел сюда. Она оказалась в тон стенам — белой. Спокойным шагом, но не задерживаясь, прошёл к красной. Ещё не хватало перед девчонкой суетиться. За дверью был ещё один коридор, а в нём очередная парочка надсмотрщиков во всё тех же кожаных доспехах. Правда, один из них такой огромный, что первые четверо, увиденные мною, на его фоне казались совсем небольшими. А стандартная резиновая дубинка в лопатоподобных ладонях казалась совсем крошечной. Судя по отсутствию торчащих изо рта клыков, это не орк, но и на человека он мало похож. Его словно из камня вытесали. Хотя, если вспомнить всем известного нардепа Валуева... Второй, которого из-за субтильности, длинных волос и тонких черт лица, я поначалу принял за девушку, держал в руках планшет. Да, самый настоящий электронный планшет, на экране которого женоподобный что-то внимательно рассматривал. Кожаные доспехи и электроника? Реально?

— Алтул Белов? — в голосе не прозвучало никакой жеманности, которую я невольно ожидал услышать, уж больно он походил на этих... немужиков, короче.

— Артур Беров, — пришлось поправить, а вдруг он действительно ошибся. — Да, это я.

— Плойдите в левую клайнюю двель.

А-а, он просто «р» не выговаривает. От осознания этого вдруг стало чуточку смешно, даже краешек губы невольно дёрнулся.

— Хорошо.

Свою покладистость я сам себе объяснял не желанием попасть под замес громил. Пока ты выполняешь их требования, дубинки зря вход не пускают. Но стоит только дать повод. Меня передёрнуло от воспоминания того, как стражи лупцевали лысого коротышку. А, мне очень не хотелось зазря отгрести.

За следующей дверью оказалась каптёрка, ну, как я себе её представляю. Разделённая пополам деревянной перегородкой с железной решёткой, за которой стояли шкафы с различными коробками. Возле окошка с той стороны стоял мужик с бородой, заплетённой в пять косичек. Перед ним на стойке лежал планшет один в один похожий на тот, что я видел у картавого. А с этой стороны был ещё один охранник. Откинувшись на стену, орк сидел на одной из двух табуреток возле небольшого стола, демонстративно похлопывая дубинкой по ладони.

— Артур Беров, маг категории Е-10? — уточнил бородатый, сверившись с записью на экране.

— Артур Беров, — во второй раз я подтвердил свою личность, — а вот на счёт мага, да ещё какой-то категории слышу в первый раз.

— Неважно, Система не ошибается. Тогда приступим.

Баталёр шлепнул на стойку перед собой что-то, сложенное в стопку, ярко-оранжевого цвета.

— Комбинезон для повседневной носки. Звиняй, что такое яркое, другого всё равно нет. На месте тебе выдадут что-нибудь другое. И обувь, — рядом со стопкой грохнулись то ли низкие сапоги, то ли высокие берцы. Одевай.

Хм, одевают, правда, цвет какой-то стрёмный, сразу фильмы про штатовские тюрьмы вспомнились. Не дай бог и впрямь туда попал, по интернету каких только страшилок про беспредел, чинимый американцами, не ходит.

Влез в штанины, которые оканчивались, как колготки, чем-то типа носка. Натянул рука куртки. М-дяя... Ну и картина. Штанины — явно сильно длинноваты, обвисли складками, а рукава были чуть покороче чем у смирительной рубашки. Кажется, мне впарили не кондицию. Внутри начала закипать ранее усиленно сдерживаемая ярость. До боли закусил нижнюю губу. Вот только этого мне не хватало. Вскипишь — можешь остаться вообще ни с чем. Да ещё и избитый. Громила, судя по всему только этого и ждёт. А я вовсе не спец в рукопашке. Но и оставлять так просто тоже нельзя.

— Уважаемый баталёр, не мой это размерчик. Вы не ошиблись часом? — пришлось очень постараться, чтобы голос звучал ровно.

— Гы-гы-гы! — мерином заржал орк.

— Ишь ты, баталёром назвал, а не простым каптёрщиком. Тут для всех один размер — «безразмерный», он же «индивидуальный». А ты, значит, с такой одежкой не сталкивался? Совсем из отсталого мира сюда попал. Слева на воротничке кнопки есть. Нажми верхнюю. Только запахнись сначала.

Нащупав нужную кнопку, а там их оказалось две, нажал. Ткань комбинезона тут же зашевелилась, прямо на глазах стала сокращаться. Через пару секунд комбез уже нормально сидел по моей фигуре, без лишних складок, но и не сдавливая нигде.

— Вторая кнопка — индивидуальная подгонка, вдруг, ты любишь чтобы было в облипочку или наоборот посвободнее...

— Гы-гы, в облипочку — опять заржал орк.

— Одно короткое нажатие — носки, длинное — их подгонка. Два коротких нажатия — уже штаны и так далее. С берцами та же история, одел, нажал на клапан — и вот он твой размерчик. Давай, обувайся. Да, с правой стороны комбеза тоже две кнопки. Верхняя — если поссать захочешь; нижняя — задний клапан открывает.

— Понял, благодарю. Вот только расцветка комбеза слишком яркая, с берцами не сочетается. Потемнее нет? — всё же закинул я удочку.

— Нет. Новичкам только такие выдают, вот уже лет пятьдесят как. Да, не переживай, ты же маг — быстро себе обновку по нраву добудешь. Давай, дальше принимай вещевое довольствие.

С этими словами он выставил на стойку довольно объемный тактический рюкзак из кожи.

— Держи. Здесь мыльно-рыльные принадлежности на первое время, второй такой же комбез, три комплекта нижнего белья, качество не ахти, но, как уже говорил, со временем приобретешь то, что понравится. Теперь к главному. Тебе как магу полагается следующее, — один за другим баталёр выложил на стойку четыре предмета: чёрную пластину длиной чуть меньше предплечья, небольшой прозрачный кристалл, небольшую сумку на ремне, вроде их называли поясными карманами и какой-то свиток.

— Приложи пластину к внутренней стороны предплечья ведомой руки.

Не задумываясь, выполнил приказ, приложив её к левой руке.

— Теперь, она не упадёт. Что бы снять, дотронься правой ладонью и просто захоти её снять, попробуй.

Полоска действительно легко отделилась от ткани комбинезона. Приложил её снова — закрепилась. Даже махнул рукой для проверки — держится.

— Этот кристалл — накопитель маны. Сейчас он пустой. Для того чтобы начал работать, то есть собирать ману, его нужно поместить в одну из ячеек сумки. В ней место для трёх кристаллов. Полное накопление происходит в течении шести часов. Одень пока сумку на пояс. Когда тебе нужно будет воспользоваться манонакопителем, достаёшь кристалл из сумки, вставляешь в гнездо на пластине и поворачиваешь вправо. Время поглощения твоим телом маны индивидуальное, но чем чаще будешь использовать кристалл, тем быстрее будет идти процесс. А сейчас поверни его влево и положи в сумку.

— Теперь свиток. Тут заклинание, которое тебе подобрала Система. Так как твой уровень Е-10 (самый низкий), он один. Приложи большой палец правой руки к печати.

Я так и сделал. Печать под пальцем неожиданно вспыхнула небесно-голубым цветом и исчезла. Баталёр удовлетворённо кивнул головой:

— Теперь разверни.

Я осторожно начал раскручивать свиток песочного цвета. Интересно, из чего сделан: пергамент? папирус? Тонкий пластик? Но, точно, не из обычной бумаги. Удивительно, но развернувшись, он ровно лёг поверхность стойки, его края не загибались. Стало видно, что его поверхность полностью исписана какими-то незнакомыми мне знаками. И что дальше?

— Положи ладонь сверху, любую. Сработает заклинание обучения, и ты выучишь то, что записано на листе.

Что так просто? И я стану настоящим магом, пусть и самой низкой категории? Когда баталёр упоминал это, особо как-то не придал значения этим словам. А теперь медлил.

— Ну же, — подогнал меня бородач, — не тяни время.

Я опустил правую ладонь на лист. Яркая вспышка перед глазами бросила меня на пол. Всё тело охватила слабость, в глазах потемнело и одновременно с этим меня скрутил сильный приступ тошноты. Только вот блевать оказалось не чем, желчи и то не было. Видимо, я очень давно ничего не ел.

— ... помоги ему, влей в рот.

Сильная рука запрокинула мне голову, и надавила на щёки, разжимая сведенные судорогой зубы. Я почувствовал, как в рот вливается кисловатая жидкость и принялся жадно глотать.

— Сейчас полегчает. Всем помогает и тебе поможет.

Через минуту мне действительно стало легче. Тошнота прошла, зрение нормализовалось. Вот только встать на ноги не смог.

— Проводи до фургона, — распорядился баталёр.

Орк повесил свою дубинку на пояс, одной рукой подхватил меня, а второй рюкзак. Так мы вышли в другую дверь. Пройдя по очередному недлинному коридору остановились у стражника, стоявшего возле открытых дверей. В плотную к ним был подогнан фургон, в котором на скамейках сидели мужики, в таких же как у меня оранжевых комбезах.

— Этот Артур Беров. Его в Южный округ в катакомбные стражи. Помоги усадить.

Я оказался на скамейке рядом с уже знакомым орком.

— Хуман, тебя, что били? — шепотом поинтересовался он.

— Нет, — неосторожно мотнул головой я, тут же словив вертолёт — заклинание выучил.

И ведь не соврал. Я действительно знал, что и как надо делать, чтобы скастовать «Клубок молний». Осталось проверить полученное знание на практике.

Глава 3

— Хуман, хуман, — сидящий рядом орк, на плечо которого я привалился, впав в забытьё, осторожно меня потряс. — вот выпей. Это оставил стражник, который тебя привел. Сказал, чтобы напоили тебя, если сознание терять начнёшь. Попробовал немного — не яд, водичка кисленькая, похоже, с выжимкой из каких-то ягод.

— Спасибо, — прохрипел в ответ и необдуманно кивнул головой. Отчего перед глазами всё снова закружилось, а желудок так сильно подпрыгнул к горлу, что я свалился на колени, скрученный очередным приступом тошноты. Вот только блевать уже было не чем. Но тело продолжало сотрясаться от спазмов.

— Осторожнее, осторожнее, — сильные руки орка подхватили меня под мышки и усадили обратно на скамейку. Почувствовал, как губам прижалось металлическое горлышко фляги: — Голову запрокинь осторожно и маленькими глоточками. Маленькими я сказал.

«Прямо как с ребёнком возится», — мелькнула мысль и пропала, потому что в пересохший рот тоненькой струйкой потекла вода, действительно кисленькая. Я принялся судорожно сглатывать живительную влагу и поперхнулся, закашлявшись. Орк тут же убрал флягу. Через некоторое время я почувствовал, что стало полегче. Вертолёт перед глазами начал замедляться, а желудок потихонечку сползал на прежнее место.

— Спасибо, — ещё раз поблагодарил своего знакомца, правда, на этот раз воздержавшись от кивка.

— Не за что. Держи и пей маленькими глоточками, — чуть грубовато буркнул он, всучивая мне флягу, но было заметно, что ему приятно. — В своём племени я был учеником шамана и часто ухаживал за ранеными. С детства меня учили, как лечить с помощью трав, наговоров и живительной силы, что течёт в каждом из нас. Вот только, как попал сюда, я её не чувствую и ни один заговор не работает. Может поэтому меня определили рабочим, как какого-то раба, в клан Драахн? Меня ученика шамана — в простые работяги. Но это же не рабство, правда? Рабов не одевают и им не выдают столько вещей.

В его глазах было столько надежды на то, что я соглашусь с его словами. Но что я мог ему ответить? Чем ободрить? Не дождавшись ответа, клыкастый зачастил:

— Понимаешь, рабство для вольного орка самая страшная учесть. Даже, если сбежишь или тебя свои освободят — всё равно равным среди воинов уже не станешь. Изгой на всю жизнь.

— Не знаю, если честно, его в нашем мире давно отменили. И мне кажется, что не в рабство нас определили. Прав ты, кто ж рабам столько вещей выдавать будет? Нецелесообразно это, — сам, конечно, так не думал. Просто захотелось хоть как-то поддержать этого, пусть здорового, но в чём-то очень наивного и неплохого парня.

— Вот и мой соплеменник, тот, что в броне, когда мы шли уже в этот фургон, успокаивал: «Потерпи, себя покажешь — в охрану переведут, а то и вовсе целителем станешь, как у себя на родине». Слушай, а ты сказал, что тебе плохо стало, потому что заклинание выучил. Ты что в своём мире волшебником был? Поэтому и тут в чародеи определили?

Прежде чем ответить, снова поднёс флягу к губам и осторожно сделал глоток. Прислушался к себе, вроде действительно, отпускает — голова кружиться совсем перестала, а желудок вернулся на место, правда, всё ещё ворочается, устраиваясь поудобнее.

— Нет. В моём мире волшебства нет, только в кни... — я взглянул на орка и поправился, — в сказках. Да, какой из меня маг? Оказалось, что и ранг самый низкий и заклинание одно только положено. Свиток дали, я на него ладонь положил — результат ты видишь. А объяснять ничего не объяснили, на месте говорят, в катакомбной страже, всё узнаешь.

Сделав ещё один глоток, огляделся, стараясь двигать головой как можно аккуратнее. В фургоне на скамейках сидела где-то треть от того народа, что я видел в комнате с кроватями. Все как один в оранжевых комбезах и рядом с каждым стоял, такой же как у меня, тактический рюкзак. Картинка очень походила на те, которые я видел в фильмах про зеков, не наших, конечно. В наших автозаках хотя бы окошки есть. На них, разъезжающих по городу, я насмотрелся, благо жил неподалёку от здания суда. А тут сплошные стены, точно, как в фильмах. Что давало мне это наблюдение? Сам не знаю — просто голову забить, чтобы паника, сейчас с трудом, но удерживаемая в узде, не выплеснулась наружу. Ещё заметил, что фургон двигался ровно, без рывков и подскоков на кочках, словно по идеальной поверхности. Ещё одно наблюдение в копилку.

— И тебя в катакомбную стражу южного округа определили? — раздался бас с другого бока. Повернув голову, испытал легкое чувство дежавю, рядом со мной сидел ещё один коротышка, правда, этот был поперёк себя шире. И в отличие от первого, возмущавшегося тем, что мы говорим на кхуздуле, борода у этого совсем не большая и ярко-рыжая.

— Угу.

— Значит, с тобой нас пятеро таких. Двое, как и я, принадлежат народу кхазад, а четвёртый, вроде и хуман, как ты, только такой расы я никогда не встречал. Вон он сидит, — кивком головы гном указал направление.

Взглянув туда, не удержался от удивлённого «Н-да». На скамейке у противоположной стены, болтая недостающими до пола ногами, сидел совсем маленький совершенно лысый карлик-негр, с любопытством рассматривающий окружающий его народ. Одет он был, как и все, в оранжевый комбез. Может быть, это пигмей или негрилли, как их ещё называют. Заметив мой взгляд, карлик весело улыбнулся, демонстрируя небольшие, но белоснежные и с виду очень крепкие зубы.

— Вот-вот, — подтвердил моё удивление гном. И тут же вернулся к прежней теме: — Не, не в рабство мы попали. Как мне успел шепнуть каптёрщик, предстоит нам зверьё разное гонять по подземным ходам. А для меня это дело не новое и где-то даже привычное. Зверьё гонять — значит оружие дадут, а кто в своём разуме рабам оружие выдаст? Разве что на арене на потеху зрителям биться, а не под землей с монстрами. Не, не в рабы нас определили.

Замолчали. Всё это, конечно, догадки, а не ответы. И нет того, кто бы смог, вернее захотел, их дать. А, значит, нечего пока голову забивать. Я прикрыл глаза. И сам не заметил, как задремал.

— Все, кого направили в клан Драахн, выходите! Свои вещи не забудьте! — у открытой двери фургона стоял орк в знакомой броне с планшетом в руках: — Выходя, называйте свои имена.

Сидящий рядом орк подскочил, схватил свой рюкзак и было дернулся к выходу, но тут же обернулся:

— Бывай, хуман, может и увидимся ещё когда-нибудь.

— Счастливо тебе устроиться, ученик шамана.

Только когда он вышел из фургона, я вдруг сообразил, что так и не узнал, как его зовут. Может оно и к лучшему? Увидимся ли теперь? Тут я заметил, что пигмей с любопытством не меньшим, чем до этого разглядывал народ в фургоне, смотрит на происходящее с наружи. Спросить его что ли, что он там увидел? А смысл?

Когда дверь фургона закрылась, нас осталось всего семеро. Следующей остановки ждать пришлось совсем не долго. Только закрылись двери фургона, что-то тихонечко завибрировало под полом и не прошло и десяти минут, как мы снова услышали:

— Назначенные в катакомбную стражу на выход.

Первым подорвался пигмей. Срыгнув со скамейки на пол, он оказался всего на голову выше своего рюкзака. Но это его совсем не смутило — одним движением закинул его на голову и, игнорируя ступеньки, спрыгнул на землю. Следом за ним уже спешил гном. Не мой сосед — другой. Подхватив свой рюкзак, мимолётно улыбнувшись тому, что мне его не надо закидывать на голову, поспешил на выход и я.

— Имя?

— Артур Беров.

— Есть такой, — орк сделал пометку на своём планшете. — Становись в строй.

Строем оказались пигмей и гном, переменяющиеся с ноги на ногу возле своих рюкзаков. Подошёл к ним и автоматически встал справа от гнома. Следом за мной в строй втиснулся мой сосед, чуток потеснив тех, кто пониже и потоньше.

Первым делом посмотрел на фургон, который нас сюда доставил. Выглядел он футуристично. Со стороны очень был похож на большого майского жука. Вот только колёс я не увидел.

— Всё — это все ваши, — сопровождающий нас орк закрыл дверь фургона и обратился к принимавшему гиганту. — Давай, прикладывай ладонь, что принял по списку.

— Эта... может эта... Подождёшь начальство, оно тебе ладонь и приложит?

— Не-не... Знаю я ваших... Решат опять помариновать новичков на плацу, а у меня график поджимает. Если опоздаем, кто виноват будет? Так и скажем руководству, что ты нас задержал. А оно твоему пожалуется. Что тебе будет? Прикладывай, давай, ладонь, и мы полетели.

Шумно вздохнув, детина с видом, будто ему не к экрану руку приложить предложили, а к горячей сковороде, выполнил требуемое.

— Отлично, — обрадовался орк. — Ну, бывай, страж.

Через несколько секунд фургон без какой-либо тряски или других спецэффектов взял и поднялся над землей, став совсем похожим на жука. Ещё через пару он улетел, скрывшись за крышей здания, оставив меня стоять с раскрытым ртом. И, похоже, не только меня, вон как все замолчали. Какая-то безумная смесь будущего и прошлого: летающий фургон и планшеты с одной стороны, кожаные доспехи и, вон, булыжная мостовая с другой. А если вспомнить звезду, с помощью которой меня сканировали и определили в маги... Не понятно всё это.

Мы стояли, как я понял, во внутреннем дворе здоровенного здания, выстроенного в форме прямоугольника, но не равномерного по высоте. С одной стороны насчитал семь этажей, с другой — пять. Это, если не обращать внимания на многочисленные башенки, торчавшие над крышей, как грибы над мхом. А вот перпендикулярные им высотой не отличались. Одно было в три этажа и с моего места видно, что на его крыше стройными рядами растут какие-то плодовые деревья. Сад на крыше? Ну-ну. А на крыше двухэтажного невысокие, но раскидистые кусты. Прикольно. Особых украшений на зданиях со стороны двора я не заметил — голые стены, а вместо обычных окон — бойницы? какие-то узкие крестообразные щели.

— Эй, боец, как служба? — весело поинтересовался мой сосед.

— Эта... мне разговаривать с вами нельзя. Вот придёт начальство — всё вам поведает. А служба нормально — стой себе на посту, мух гоняй. А в катакомбы меня не берут, говорят слишком большой.

— Или слишком тупой, — еле слышно добавил гном, вызвав ухмылки на наших лицах.

— Эта... смирна! Равнение на... на...

Похоже наш охранник не мог сообразить на кого или что нам ровняться. Но стойку «смирно» мы приняли на всякий случай, правда, еле сдерживая смешки.

— Вольно!

Сзади подошли пятеро. Впереди, похоже, шёл человек, отдавший команду «вольно», за ним три гнома и субтильный, с виду очень молодой, парнишка с заострёнными ушами и пронзительно-холодным взглядом. Эти тоже в доспехах, а ещё шлемах были, которых у наших сопровождающих мы не видели.

— Господин комендант! — стражник даже и не подумал выполнить команду и остался стоять, вытянутый как по струнке. — Эта... новобранцев доставили, со-про-во-жди-тельные документы передали. Говорил им, чтобы вас дождались, но не послушались, на график всё какой-то жаловались, мол поджимает.

Слушая доклад, я пару раз хмыкнул про себя: «Это что? Действительно тут так служба поставлена?». Тем временем здоровяк, чеканя шаг как на параде, подошёл к тому, кого он назвал комендантом и передал планшет.

— Благодарю, Парас, можешь быть свободен.

— Есть быть свободным, — грохнув правым кулаком себя в грудь, солдафон, всё также чеканя шаг, пошёл куда-то с плаца.

— Та-ак, — протянул комендант, рассматривая экран планшета, а потом и нас с выражением безмерной скуки на лице. Затем обернулся к сопровождавшим его гномам и субтильному парнишке: — Господа, список с характеристиками я вам переправил, выбирайте. Первым Бридун, вторым Легаэль, а потом остальные между собой сами разберитесь.

— Господин комендант, а почему опять первым Бридун-то? — возмутился один из гномов.

— Друбен, когда ваши показатели достигнут хотя бы половины от работы Бридуна, обещаю вам предоставить такую возможность. А пока... Приступайте, Бридун.

Стоявший рядом с комендантом гном, по виду самый старый из троих, мельком взглянул на экран своего планшета и хриплым басом тут же ответил:

— Я заберу верзилу. Он маг, правда, совсем пока никудышный, но ничего опыт подготовки имею. Господин комендант, мы пойдём? Дел очень много, — пояснил он, пряча планшет в довольно большую поясную сумку, висящую с боку.

— Не задерживаю вас, Бридун. Вечером жду план подготовки бойца.

— Есть предоставить план, — гном ударил кулаком себе в грудь. А потом махнул мне рукой: — Хуман, иди за мной.

Вот меня и «купили». Немного прифигев от простоты процесса, подхватил рюкзак и последовал за гномом к семиэтажному зданию.

— А я мелкого хумана возьму, — послышался сзади голос с высокомерными интонациями, — он забавный...

Вот и пигмея пристроили. Пока шли по плацу, гном молчал. И я к нему с вопросами не лез, пытаясь показать, что имею понятия о субординации. Только, когда мы вошли в здание и остановились на площадке довольно широкой лестницы, ведущей на второй этаж, гном заговорил со мной.

— Я, Бридун, командир звезды или отделения по-другому Катакомбной стражи минус первого уровня. Можешь звать меня Старшой.

— Артур Беров, очень... — не задумываясь начал озвучивать шаблонную фразу при знакомстве.

Но гном меня перебил:

— Говоришь только, когда разрешу. Знаю я твоё имя и что магом стал только сегодня тоже. Иначе ранг получил бы повыше, а не Е-10 и про заклинание «Клубок молний» знаю. Не плохое, кстати, убойное. Правда, только для мелочи разной, но нам и на минус третий уровень ещё рано ходить. И, как ранг твой побыстрее поднять, тоже знаю. Сегодня же и займёмся. А пока идём в казарму, покажу твой кубрик.

Мы начали подниматься на второй этаж.

— От вопросов небось голова пухнет? Это нормально, у всех так было. На некоторые из них дам ответ сейчас, на другие позже. А на кое-какие ты, возможно, никогда и не получишь.

Гном остановился и уставился мне в глаза, как у него при этом получилось смотреть сверху вниз, я не понял.

— Ты, как и большинство из нас, лёг спать в своём мире, а проснулся тут, в зале с нарами. Затем стражи портальной залы вас построили, и вы по одному прошли сканирование звездой или, как тут её называют, Системой. Да, еще на твоём левом плече появилась совсем свежая татуировка. Так?

Я лишь молчал кивнул головой. Гном пошёл дальше, продолжая рассказывать.

— Сюда, как ты уже видел, попадают разумные из разных миров. У меня в звезде служит гоблин Штек, он из мира, покорившего космос. А сюда попал прямо из каюты корабля, летевшего между звёзд. И в его мире не было магии, совершенно. В моём же, она так же естественна, как воздух, которым мы дышим. И я владел древнем искусством наложения рун, но попав сюда, не могу сделать элементарных обыденных вещей. Спросишь сюда — это куда? Это город, вернее огромный мегаполис, отделённый от остального мира непроницаемым куполом. Возможность проникать за него есть, но можешь об этом пока забыть. Со временем сам поймёшь почему. Кто-то называет это место, если не Адом, то Чистилищем. И в чем-то они правы. Жизнь здесь не мёд, но приспособиться можно. Для чего мы сюда перемещены? Версий много, какая из них действительно верная, вряд ли кто скажет.

Мы вошли в ещё один длинный коридор со множеством дверей.

— Это казарма для бойцов патруля минус первого уровня. А вот и наш блок. Запомни номер: «А-12».

Бридун дёрнул дверь на себя и мы вошли в ещё один совсем узкий коридор.

— С этой стороны у нас жилые кубрики. Всего шесть комнат — по числу бойцов в звезде. В этой ты будешь жить. Бросай туда своё барахло и пойдём получать вещевое довольствие, — гном толкнул третью дверь от входа.

Мда, келья, как я её представлял — маленькая, почти квадратная, шириной метра три-три с половиной на четыре метра в длину. Голые каменные, но хотя бы, отштукатуренные стены, с одним небольшим окошком, вернее крестообразной бойницей, застеклённой к моему удивлению. Большую часть комнаты занимала огромная кровать, с толстым матрасом и ворохом подушек. Видимый мною на плацу гигант Парас развалится на ней вполне вольготно; к изголовью кровати примыкала тумбочка, стол заменял высокий сундук, классические две табуретки, одна для хозяина, другая для гостя и здоровенный шкаф. Вот место, где мне предстояло жить. Не хоромы, скажем прямо. Тут на меня такая тоска вместо со слабостью накатила... Как дальше жить буду? Я бросил рюкзак на кровать и плюхнулся на табуретку, обхватив голову руками. В это время в коридоре гремел бас Бридуна, или Старшого, как он просил его называть:

— Народ подъём! У нас новенький в звезде! Собираемся в гостиной. Грых, приготовь ему кружку бульона и пару бутербродов на перекус, только небольших. Потом вместе со Штеком пойдёте с нами. Близнюки, инструмент подготовьте — как, получим доспех, дуйте в мастерскую, подгоните по размеру.

— Бер, будем тебя Бером звать для краткости, — пояснил гном, заглянув в мою комнату. — Выходи с бойцами познакомлю, бульона глотнешь. Потом пойдём вещевое довольствие получать и на тренировку — буду из тебя мага делать.

Глава 4

Горячие струйки воды упруго били в тело, покрытое новыми, уже почти зажившими царапинами, оставшимися после часовой тренировки, даря непередаваемое блаженство. Самый лучший момент за всё утро. Старшому новая блажь в голову ударила, решил, что мне, как магу, просто необходимо знать основы ножевого боя. Он даже инструктора пригласил — дроу, командира одной из звёзд, патрулирующих минус третий уровень. Надменный темный эльф был так любезен, что за одну серебрушку согласился проводить со мной два занятия в неделю по полчаса. За серебрушку. Причём именно наликом и именно серебряной монетой, никакой меди. А это ровно половина моего недельного заработка.

Сначала он заставил меня уклоняться от его атак, нарочительно-медленных, но то и дело оставляющих на моём голом торсе неглубокие царапины, которые я должен был, не останавливаясь, залечивать с помощью заклинания «Малое исцеление». Это оказалось невыполнимой задачей. Я так и не смог скастовать, казалось бы, простенькое заклинание, уворачиваясь от атак и пытаясь не обращать внимание на боль от порезов. К концу пятнадцатиминутки дышал как загнанная лошадь и был окровавлен так, будто с меня живьём содрали кожу, при этом обильно посыпав солью — пот из-за ран меньше выделяться не стал. Заклинание произнести так и не удалось. Дав мне время отдохнуть и привести себя в порядок, дроу занялся Штеком, пожелавшему, в отличии от меня, добровольно отдать свои деньги. Гоблин после этого выглядел пострашнее чем я. Пришлось подлечивать. Хорошо ещё, что кристаллы накопителя маны в тренировочном зале заполнялись живительной энергией всего за несколько минут — почти мгновенно, по сравнению с шестью часами в других местах.

Затем, поставив нас около манекенов, наш новый наставник заставил отрабатывать один и тот же удар в течении следующих пятнадцати минут, поправляя и подсказывая, если мы что-то делали неправильно. При этом его рот не закрывался ни на минуту. Таких изощрённых насмешек и оскорблений, сказанных спокойным, но до невозможности высокомерным тоном, я до сих пор не слышал. К концу тренировки он достал так, что я уже был готов наброситься на него с ножом. Лишь остатки благоразумия и особенно многообещающий взгляд Старшого не дали совершить эту глупость. Пока мы со Штеком пытались отдышаться, дроу, о чём-то коротко переговорив с Бридуном, успел смыться. А Старшой пошарившись на стеллажах, вернулся с тремя верёвочными скакалками и заявил, что теперь мы все дружно попрыгаем. Ладно я, ладно гоблин, но бородатый старый гном со скакалкой — зрелище ещё то. Подпрыгивающую тумбочку представили? Вот, примерно, тоже самое. Я постарался улыбаться как можно незаметнее.

— Смешно значит? Пока прыгаешь, пытайся скастовать лечилку, а за каждый неудачный прыжок с тебя медячок в общак. Сумеешь — возьмёшь оттуда пять серебрух.

Воодушевленный перспективами принялся за дело. И за последующие пять минут стал беднее на восемь медных монет, а скастовать лечилку у меня так и не получилось.

— Всё не могу больше, Старшой, — с горечью пришлось признать свой проигрыш.

Гоблин лишь снисходительно фыркнул, продолжая легко прыгать.

— Фыркаешь значит, — тут же взъелся старый гном, — следующие пятнадцать минут прыгаешь то на одной, то на другой ноге попеременно. Собьёшься — серебруху на общий. Давай, разведчик.

Настал мой черед фыркать.

— А ты, Бер, вставай к манекену и снова отрабатывай удар ножом.

Приняв боевую стойку, начал наносить удары, как показал дроу. Сначала медленно, приучая тело двигаться без ошибок, а затем постепенно увеличивая скорость. Моё самомнение упало ниже плинтуса. До сегодняшнего утра, я потихонечку гордился своими успехами в освоении магии: пятнадцать секунд между кастами «Клубка молний», три использования «Малого исцеления» подряд. А тут... Обидно — не справился с, казалось бы, такой лёгкой задачей, как каст малого исцеления. Настроение не подняло даже пополнение общака на две серебряные монеты.

— Бер, ты там не утонул? — раздался голос гнома, недовольного тем, что я успел занять душевую вперёд него. — Ты не медвежонок, а тюлень какой-то, давай уже быстрее.

— Сейчас.

Вот и закончились эти самые приятные минуты утра. Наскоро вытерев тело, вышел в коридор нашего блока. Народ, служивший в Катакомбной страже, из тех, что победнее или поприжимистее, жили в казармах. Рядовые стражники ютились в блоках позвёздно, а старшие офицеры — в отдельных благоустроенных номерах, а то и в целых апартаментах. В каждом блоке шесть отдельных комнаты метра три на четыре, маленький душ на одного разумного и туалет. Чистоту в личных комнатах каждый поддерживал самостоятельно, а за коридором и санузлом присматривали уборщики из службы домовых. Была тут и такая.

— Бер, освободился? — в коридор выглянула взлохмаченная голова Билса со следами вчерашнего перебора на лице. — Подлечишь нас?

Вчера, после возвращения из патруля, пока Старшой гонял меня в тренировочном зале, близнецы и орк ходили бухать в местный кабак и, понадеявшись на меня, позволили себе перебрать.

— Сейчас, только оденусь.

— Отлично. Мы в общей будем.

«Общей» мы называли свободную комнату. Близнецы решили, что жить в одном кубрике им привычно и комфортно, вот и появилась у нашей звезды своя «кают-компания». Вечерами после патруля мы там пили пиво и резались в шамадао, местный аналог детского варианта домино, на костяшках которого были изображены комбинации похабных рисунков. Я еще их в нарды играть научил, которые обожал со студенческих времён. Близнюки, эти мастера на все руки, по моим рисункам сделали доску, фишки и кубики. Теперь мы даже турниры проводим.

Одевшись отправился спасать болезных. Первым, что увидел, войдя в комнату, так это угрюмую рожу Грыха с огромным бланшем под левым глазом и сильно опухшим, уже ставшим сине-чёрным, правым ухом.

— Хре... Кунгс, — выдал я удивлённо, вовремя вспомнив, что по-другому изумляться нельзя. — Кто это тебя так?

— Это он с Ррыхом выяснял на арене, кто из них на кулаках круче, — заложил приятеля Дилс.

— Ну и кто?

— Он, — нехотя буркнул орк. И тут же добавил: — Пока он.

— А чего сразу не позвали?

— Так поздно было — ты спал уже.

Да слышал я, как они пришли. В это время в местной сети на форуме начинающих магов сидел. Искал проверенные способы, как побыстрее перейти на следующий уровень в использовании магии. Каких только способов там не предлагали. Вот только о таком простом упражнении со скакалкой никто даже не упомянул. Буду молчать и я, всё-таки деньги за инфу заплатил, чтобы просто так делиться.

Сконцентрировавшись представил над головой орка светящуюся золотым светом окружность, с вписанным в неё треугольником и тремя рунами в центре. «Акс», — отдал мысленную команду и болезного окутало сияние, видимое только мне или другому магу. В течении минуты ему должно полегчать. Как конкретно сияние воздействует на организм, я не знал. В сети об этом информации в свободном доступе нет, а, чтобы заплатить за неё — денег. Как и получить образование. Есть тут и такая возможность: частные учителя, курсы, школы и даже целая Академия, всамделишная. Вот только ценник там начинался от нескольких золотых. Не с моими пока доходами, так что приходиться доверять опыту Старшого. Знаю, что воздействует и поможет, и хватит пока.

На гномов хватило по одному касту. После третьего словил небольшой откат — накатила лёгкая слабость. Билс заботливо сунул стакан с соком дравицы, разведённого водой. С удовольствием выпил кисловатый напиток, действующий как легкий стимулятор.

— Так, мужики, — послышался в коридоре голос Старшого, — через пятнадцать минут идём завтракать, а потом у нас по плану свободная охота. Надеюсь, все готовы?

— О, Бридун, — удивился дежурный офицер, когда мы всей звездой в полной экипировке и с жезлами в руках вошли в портальный зал, — ты чего здесь? У тебя же выходные по графику.

— Привет, Савелий...

Услышав знакомое имя, я напрягся и с интересом посмотрел на встречающего, невольно ожидая увидеть, если не земляка, то хотя бы русскоязычного. Но стоило только взглянуть на вытянутое, чем-то похожее на морду зверя, лицо и увидеть глаза с насыщенно-желтой радужкой и вертикальным зрачком, как стало понятно, что он даже не землянин.

— ... идём на свободную охоту. Вот согласование, — Старшой протянул лист со всеми необходимыми визами и печатями, без которых нам бы не дали воспользоваться порталом.

Мельком взглянув на них офицер, видимо, удостоверившись в положенном количестве, небрежно бросил бумагу на стол:

— Понятно. Какой сектор?

— Минус второй, Рыбные пруды. Знакомый орк с их охраны шепнул, что там мускусные кунгсы расплодились. Наш алхимик, как узнал, аж затрясся от нетерпения и пообещал по пять медяшек за железу.

Услышав названную цену, тот усмехнулся:

— Ого! И охота тебе по колено в воде лазить? Ты же гном, а не гоблин.

Старшой довольно осклабился:

— Так у меня в звезде и гоблин есть — он-то мне всю чёрную работу и сделает.

— Тогда ладно, а то уже испугался за тебя. И так гномы с других звёзд на тебя косо смотрят и за спиной шепчутся. Готовьтесь.

Прямо в центре зала стояла арка из темного металла, без каких-либо рисунков или надписей. Мы подошли к ней всей группой.

— Зарядить жезлы, — отдал команду Старшой, без которой мы не имели права, это сделать раньше.

Офицер начал набирать координаты места на пульте, закрепленном на специальной подставке возле стола. Послышался легкий гул, идущий от портала. Воздух внутри арки слегка «поплыл», как бывает над костром. А потом раз и стал непрозрачным, будто натянули пленку, переливающуюся всеми цветами радуги, по которой то и дело пробегали небольшие волны.

— Портал работает стабильно. Можете переходить, — сообщил желтоглазый, не сводя глаз с пульта.

— Штек, пошёл!

Гоблин шагнул в телепорт. Было интересно наблюдать, как пропадает из виду, сначала нижняя часть левой ноги, потом часть тела и, наконец, Штек исчез целиком, как в воду нырнул. Через три секунды за ним последовал Билс, следом, выдержав паузу, его брат.

— Как будем готовы вернуться, сообщу, — обернувшись пообещал Старшой дежурному офицеру. Затем напялив шлем на голову, Бридун шагнул в портал.

Вот и моя очередь. Помню, как в первый раз меня охватил какой-то иррациональный страх, и всё не мог решиться сделать шаг вперёд. А потом неожиданно для себя буквально влетел в портал — идущий сзади Грых постарался, от души подтолкнув в спину. Сейчас вспоминаю этот случай с улыбкой, а тогда чуть не заорал от страха.

На мгновение потемнело в глазах. Желудок, было рванувший к горлу, решил, что на прежнем месте ему всё-таки как-то комфортнее и вернулся назад. На автомате делаю два шага вперед и два влево, освобождая место для замыкающего.

Сюда я «прыгнул» в первый раз и с любопытством осмотрелся. Хотя этот перекрёсток мало чем отличался от многих других в катакомбах. Разве что поперечный коридор оказался очень узкий и довольно низкий, с совершенно необработанными стенами и большим количеством маленьких каменных сосулек на потолке. Но не смотря на непритязательный вид, в нём так же горели магические светильники. А сбитые пеньки сталагмитов, указывали на то, что этим коридором кто-то ходит и ходит регулярно. А второй же наоборот — широкий и высокий. Стены выложены обработанным камнем. А на земле уже образовалась довольно заметная колея от колёс тележек.

— Савелий, мы перешли, — негромко проговорил Старшой. — Всё нормально — можешь закрывать.

Висевшая в центре перекрёстка разноцветная «плёнка» в форме овала стала бледнеть и как-то разом пропала, как будто и не было.

— Нам туда, — взмахом руки Бридун указал направление по большому коридору, — походным строем марш.

Первым пошёл Штек, отстав шагов на десять двинулись братья, затем мы со с командиром, а Грых замыкал колонну.

Минут через десять подземная дорога привела нас в огромную пещеру, большая часть которой оказалась огорожена сетчатым забором. Столбы стояли даже в водах довольно большой речки шириной метров в тридцать, разрезающей пещеру на две части. За ним были видны многочисленные постройки, а вся территория освещалась магическими светильниками, установленными не через пятьдесят метров, как в коридорах, а гораздо ближе. Глаз зацепился и за наблюдательные вышки, стоящие в плотную к забору, на которых увидел часовых в кожаных доспехах, очень похожих на те, что сейчас одеты на нас, и с массивными жезлами в руках. Я такие в оружейке видел, вместо одного типа заклинания, как у нас, в этих было три: каменный шип, молния и файерболл, а заряда манонакопителя хватало на пятьдесят одиночных выстрелов. Даже как-то завидно стало.

— Это территория принадлежит клану Драахн...

Драахн? Возможно где-то здесь трудится мой знакомец, орк-знахарь. Интересно, как он устроился?

— ... Они тут рыбу разводят, улиток, водоросли на корм скотине, грибы, ещё что-то. Продукты — основная статья их легального бизнеса.

Продукты — вот одна из главных проблем Города. Если, в катакомбной страже она ощущалась слабо — столовые работали круглосуточно. Ешь и пей сколько влезет, хотя рацион особым разнообразием и не блистал, то в других местах сытное питание считалось признаком определённого достатка. Свободных территорий в городе мало, во многих местах под сады и огороды выделялся каждый, даже, казалось бы, мало пригодный клочок земли. И на крыше нашей казармы есть свой уголок райского сада, засаженный плодовыми деревьями. Только туда кого попало не пускают, простых бойцов так точно.

— Тут же зона аномальной телепортальной активности, ты же сам говорил, что в любой момент может всякая нечисть вылезти. Как они с этим справляются?

— У них своя служба стражей, но зона её ответственности только внутри границ территории клана. Светильников, что Тьму отгоняют, понатыкали, где только можно. На заборы защитные заклинания и амулеты понавесили, регулярно их обновляют. Клан славится своими магами и их особыми разработками. Только вот совсем не желает этим делиться. Даже своей лавки, продающей всякую магическую дребедень, нет. А такие лавки, обычно, приносят не плохой доход. Наше руководство как-то к ним подкатывало, мол, не плохо бы поделиться секретами, но получило категорический отказ. Продукты пожалуйста, знания — нет.

Мы начали спуск по дороге, пролегающей вдоль забора, к каменному мосту, перекинутому через речку. Когда проходили мимо массивных железных ворот, бесшумно открылась небольшая калитка и нам навстречу вышел здоровый хуман, как и стражники за забором, облачённый в доспехи, с эмблемой клана в виде какого-то зверька и двух перекрещенных кинжалов на груди. Сняв глухой шлем, он обнажил совершенно лысую, но обильно покрытую розовыми рубцами заживших шрамов.

— Приветствую катакомбную стражу, — его голос звучал ровно, без подхалимажа или высокомерия, которое часто можно услышать на улицах Южного Округа.

— Приветствую стражу клана Драахн, — в тон ему ответил Старшой, остановившись на против.

Рук они друг другу не подали, но кивками обменялись.

— Могу узнать причину вашего появления в районе Рыбных прудов? Патруль проходил тут позавчера и следующий обход ожидается не раньше, чем через неделю. Что-то случилось?

— Случилось, — со вздохом Бридун махнул рукой, — наш алхимик узнал, что в вашем районе появилось большое количество мускусных кунгсов. А у него запас их желёз подходит к концу. Крыс, что по пути настрелял тот патруль, не хватает даже на треть от требуемого. А у нашего умника новая коллекция духов на подходе. Вот и погнал нас в выходной день на свободную охоту, пообещав по серебрухе за железу.

Про себя я отметил, что стражу Старшой назвал совсем другую цену, по сравнению с той, что сказал дежурному офицеру в портальной зале.

— Новая коллекция на подходе? — с какими-то обречёнными нотками переспросил лысый. — Моя благоверная, опять всю плешь проест, пока что-то себе не прикупит. А цена-то опять небось будет под золотой.

— Полтора золотых за флакон, — уточнил гном. — Там, говорит, нечто особенное получиться должно.

— Кунгс, нечто особенное за полтора орла, — мужик с досады аж плюнул на дорогу. — Может, мне пару месяцев на поверхность не выходить, а?

На что Старшой только развёл руками, широко улыбнувшись.

— Ла-адно, — протянул лысый, видимо, смерившись с предстоящими тратами, — мускусных действительно много. Такое ощущение, что они сбежались сюда со всего уровня. Ну, или порталы стали открываться только в их мир. По крайней мере, последние несколько дней у нас так и было. Замучались локализовать. Да ещё те, что с наружи, лезут в каждую щель — столько посадок и запасов попортили, что жуть. Если вы немного подсократите их численность, нам полегче будет. Особенно их сейчас много в прибрежных пещерах вниз по течению. Мы бы сами туда сходили, но, ты же знаешь, запрет руководства клана.

— Ага, — снова кивнул Старшой, — туда и направляемся.

— Всего доброго.

— Спокойной службы.

Мы пошли дальше к мосту, а сзади слышалось сокрушённое бормотание:

— Полтора орла вынь да положь за флакончик духов. Похоже, придётся заначку тормошить... А, что поделать... Проест ведь...

Глава 5

— Стреляй, стреляй! Уйдёт же!

Старшой горячился, в полголоса подгоняя гоблина. Да и было от чего. Сам он только что промазал и теперь усиленно крутил ручку катушки, сматывая линь и подтягивая закреплённый на нём арбалетный болт. А по реке, вдоль по течению, к противоположному берегу уходил целый золотой. Даже близнецы забыли о своей обязанности бдить, и уставились на речку, сжимая в ладонях жезлы. Штек же медлил, выцеливая маленькую треугольную головку речного змея, плохо заметную среди быстро бегущих волн.

— Может стоит жезлом лупануть? — тихо предложил Грых, держа в руках, заранее приготовленный специальный мешочек, с наложенным заклинанием сохранения ингредиентов.

— Картечью можно голову повредить и тогда — прощайте, денежки. Или тело вообще на дно уйдёт, не достанешь, — это уже я, так же шепотом, внёс свои пять копеек.

Столь ценную для нас добычу первым заметил Билс, занявший место в авангарде отряда. Перейдя мост, мы перегруппировались, Старшой и гоблин, убрали жезлы за спину, достав в место них небольшие арбалеты с прикреплёнными к ним катушками. Грых вытащил из рюкзака жуткого вида разделочный нож и кошель туго набитый вот такими мешочками. Мне же досталась почётная роль будущего переносчика трофеев и огневой поддержки, если вдруг что. И мы пошли вдоль реки, всё дальше углубляясь в промытый водой и кое-как облагороженный подземный ход. Я почему-то ожидал, что будет темно, но все те же магические светильники были установлены и тут. Зачастую, они висели даже чаще, чем в обычных коридорах, как раз из-за крутых поворотов, не давая шансов зародиться настоящей Тьме. Не успели мы пройти и ста метров, речка при этом успела два раза круто поменять направление, как впередиидущий гном остановился, взмахом руки подзывая наших стрелков. Выстрелить они не успели, змей, видимо, почувствовав угрозу, скользнул в воду и поплыл на ту сторону.

— Это пещерная гадюка, — шепнул мне на ухо, подошедший сзади, орк. — Наш алхимик даёт золотой за её голову. Очень уж яд у неё ценный. Использует его для приготовления антидотов.

Фигасе себе гадюка! Помню у нас в лесу водились не длиннее метра, а тут... За два метра точно. Вот теперь мы и ждали выстрела Штека, нашего отрядного меткача.

— Банг! — звук разогнувшихся рогов арбалета прозвучал неожиданно громко. Тут же засвистела разматываясь тонкая веревка, прикрепленная к болту. Голова змея исчезла, а вода в том месте буквально взбурлила.

— Ешть! — радостно воскликнул гоблин.

Я увидел, как он напряжённо пытался крутить ручку катушки, сматывая линь, но его сил явно не хватало, и веревка продолжала раскручиваться. Тут катушку накрыла ладонь Старшого.

— Дай мне, — приказал гном, забирая арбалет у гоблина.

Ну и силища у Старшого. Особо не напрягаясь, он начал сматывать линь. Веревка натянулась как струна. Бурление, показывающее, где под водой извивалось тело гадюки, начало приближаться. Но чем ближе оно было к нашему берегу, тем тише становилось. Вот над водой показалось и тело змеи, пёстрой лентой плывущее против течения. Штек всё-таки молодец, засадил стрелу почти сразу за треугольной головой.

Как только тело обессилевшего гада оказалось на берегу, орк тут же подскочил к нему. Один взмах тесаком, пинок ногой, отправивший обезглавленное тело обратно в реку и наш довольно улыбающийся штатный потрошитель уже показывает всем насаженную на стрелу голову, пасть которой продолжала рефлекторно, то раскрываться, демонстрируя большие изогнутые клыки, то закрываться. Затем орк осторожно запихал голову в подготовленный мешочек. Как только он завязал горловину, тот на мгновение вспыхнул синим цветом — артефакт по сохранению особо ценной добычи начал работать.

— Нам бы ещё хотя бы парочку таких змеюк, — мечтательно протянул Грых, убирая добычу в мой рюкзак, — и можно с мускусными не заморачиваться.

— Заморачиваться всё равно придётся. Охота на них наше официальное прикрытие. И надо сделать так, чтобы ни у кого вопросов не возникло, зачем мы сюда пришли, — возразил ему Старшой. — Пошли дальше, а то времени совсем немного осталось.

— Они идут, — Дилс убрал трубочку изо рта, через которую он пил, разведённый водой сок ягод дравицы из фляги, прикреплённой на поясе. — Вон, Штек знак подаёт.

Мы сидели за грудой камней в очередной подземной зале, имеющей два входа. Один вел сюда с берега речки, а второй — из глубины катакомб.

— По местам, — отдал команду Старшой.

Близнюки тут же подскочили на ноги и разошлись в разные стороны, сжимая в руках жезлы и внимательно осматриваясь по сторонам. Они не прятались, а намеренно встали так, чтобы их было видно — обозначали своё присутствие. Старшой вместе с орком подхватили два рюкзака и пошли в центр залы. Я же с четырьмя рюкзаками остался за грудой камней, как «ценный», но пока не очень полезный актив.

Через несколько минут в проёме входа появился, довольно щуплый коротышка в кожаной броне. Она оказалась точь-в-точь, как и наша, только на эмблеме слова вокруг щита немного отличалась: «Катакомбная стража Юго-Западного округа». Поздоровавшись с гоблином за руку, он кивнул головой Старшому и орку, затем внимательно осмотрел пещеру. Когда его взгляд остановился на груде камней, усмехнувшись, помахал мне рукой: «Типа, привет, я тебя вижу». Пришлось и мне махнуть в ответ: «А я и не прячусь».

Ещё, примерно, через минуту из коридора вышли двое: дроу и орк. Оба, как и коротышка, в броне с эмблемой Юго-Западного округа. Они сразу подошли к Старшому, махнув по пути близнецам. Поздоровались, как давно знакомые, приобняв друг друга за плечи. Забавно было видеть, как громила орк, склоняется перед нашим командиром, а тот встаёт на цыпочки, чтобы дотянуться. После приветствия пришедший орк скинул с плеч рюкзак и, развязав его, принялся передавать Грыху небольшие холщовые мешки. Вот она, основная цель нашей «свободной охоты» — мешки с «табачком», а вовсе не мускусные железы кунгсов. «Табачком» тут называли «легкий» наркотик, на употребление которого стражами, начальство закрывало глаза. При одном условии, конечно, — только не во время патрулей и рейдов. Но Старшой меня ещё в первый день предупредил — у нас никто не курит. Заметит — выгонит из звезды. К тому же, как он пояснил, у магов, по сравнению с другими, к табачку проявляется повышенная зависимость. «Почему так происходит? Не знаю, я же не маг и не учёный, — как обычно в ворчливой манере пояснял он. — Но видел, как многие подсевшие на табачок маги быстро переходят на более тяжёлую дурь. А маг под дурью, да ещё тяжёлой — та ещё чума. Никогда не знаешь, что придёт ему в голову и чем он шибанёт в тебя в следующую секунду. Поэтому, даже не пробуй! Никогда!»

Тем временем Старшой передавал дроу кошели с золотыми монетами. Тот, не считая, укладывал их в свой рюкзак. Зачем? «Здесь всё построено на доверии. Один раз лажанёшься и всё — тебя не никто никогда не найдёт. Сгинул во время патруля в катакомбах, обычное дело».

Вот уложен в рюкзак последний мешочек, передан ещё один кошелёк, я старался даже не представлять какая там сумма и сколько свитков с заклинаниями можно на неё купить, прощальные объятия и дроу с орком уходят в коридор. В след за ними, махнув всем на прощание, скрывается в нём и щуплый коротышка, чью расу я так и не узнал. А зачем? Тут в страже кого только не встретишь.

— Идём дальше. Вниз по течению есть несколько пещер, там и настреляем кунгсов, — отдал приказ Старшой, когда все снова собрались возле груды камней.

Щёлк, щелк! Бридун и Штек разом нажали на спусковые скобы. После выстрела срабатывает механизм натяжения тетивы, следом из магазина на ложе подаётся новый болт. И можно стрелять. Вот такие у нас автоматические арбалеты. Щёлк, щёлк. Оба снова попали. Болты отбросили назад двух зверьков, пытавшихся вырваться из пещеры, ставшей для них ловушкой. А их тут было много. Билс, идущий впереди нашей колонны и заглянувший в пещеру первым, от неожиданности даже выстрелил из жезла два раза подряд в её глубину. Раздавшийся в ответ писк и визг оглушил даже нас с Грыхом, идущих в десяти метрах позади.

— Что ты творишь? — возмутился было тут же подскочивший к гному Старшой. — Огонь!

Билс, не смотря на расширенные от удивления глаза, не заставил себя ждать и ещё раз дважды шарахнул «картечью». Старшой тем временем одним движением отсоединил линь от хвостовика стрелы и перевел арбалет в автоматический режим. Рядом тем же занимался Штек. А потом начались выступления по синхронной стрельбе. Все операции, проводимые с арбалетом, я отмечал краешком сознания. Повторить в точности пока вряд ли смог бы. А отмечать — отмечал. Спасибо Бридуну. Выбил бесплатно у старшего баталёра соответствующий свиток. Теперь теорию знаю почти досконально, а вот практика...

— Билс, на стремя. Бер, Грых, добивайте подранков!

Услышав команду, мы с орком бросились к пещере, убирая жезлы за спину. Грых на ходу достал свой, больше похожий на меч, чем на нож, тесак. А я промедлил, не зная, что выбрать: нож, размерами сильно уступающий оркскому, или телескопическое копьё. Грых сходу опустил свой тесак на загривок кунгса, пытавшегося выползти из пещеры, волоча за собой безвольно болтающиеся задние лапы. А я поражённо замер — не привык ещё видеть такое. Месиво! Билс своими залпами из жезла устроил настоящее месиво из тушек кунгсов. Пол пещеры, стандартно освещённой магическим светильником, был буквально завален разорванными на части тушками грызунов, между которыми метались, пронзительно вереща, их ещё живые товарки или ползали не менее голосистые подранки. Один такой, оставляя за собой кровавый след, полз наружу с моей стороны. Нет, ножом мне будет не удобно. Рывком достал, закрепленную справа на боковой стороне рюкзака рукоятку копья и нажал на кнопку. С тихим шелестящим звуком выдвинулись коленья, жму вторую кнопку, блокируя их в таком положении. Теперь копьё проще согнуть, а то и вовсе сломать, чем коленья сложаться во внутрь. И без замаха бью в зверушку, прерывая её мучения. Пошла работа — грязная, противная, но необходимая и в какой-то мере обыденная. Если её не делать, пострадает та же продуктовая ферма клана Драахн. Следовательно, возникнут проблемы с доступными продуктами. А это чревато неприятными последствиями для обстановки в нашем округе.

— Вроде всё, — констатировал Старшой, опуская арбалет. — Начнём потрошить. Бер, Шмыг, подтаскивайте тушки мне и Грыху, а потом складывайте у той стены. Как закончим — всё сожжем. Близнюки, внимательно смотрите за окрестностями, на эту вонь кто-нибудь обязательно заявится. Не проморгайте!

Фе. Говорил, что до этого работа была грязная и противная? Я ошибался — сейчас нам предстояла самая мерзкая её часть. Вслед за гоблином и орком натянул на лицо тканевую маску, плотно обтянувшую нижнюю часть лица, частично спасавшую от тяжелого запаха крови и дерьма, вывалившегося из развороченных животов гирсов. Затем прямо на тактические перчатки натянул тонкие резиновые, чтобы не изгваздаться и, подхватив за хвосты сразу четыре тушки, отнёс их поближе к орку. Тот, уже удобно устроившись на складном стульчике, достал нож поменьше своего тесака и очередной мешочек для сохранения желез и принялся со знанием дела потрошить кунгсов, уверенно делая надрезы в брюхе возле хвоста и ловко вытаскивая оттуда железы. А на лице, пусть сейчас и почти скрытом полумаской, ни тени брезгливости. Одно сосредоточение и всё. Мастер, что ещё сказать.

— Штаршой, взгляни на это.

Голос гоблина заставил нас всех оторваться от работы.

— Кунгса в задницу, — замысловато и непонятно выругался Бридун, когда, по-старчески кряхтя, встал со стула и подошёл к тому месту, куда указывал Штек. Тут уж и мы с орком не выдержали и подошли посмотреть. Под грудой тушек, убитых выстрелом из жезла Билса, лежало полуобглоданное, развороченное попаданием сосулек, тело разумного. А рядом из-под такой же кучи торчала рука ещё одного.

Гном присел на корточки рядом с останками и первым делом отложил в сторону небольшой жезл, размерами напоминающий пистолет, рукоятку которого сжимала ладонь трупа. И тут же споро, как бы между делом, снял два кольца с пальцев.

— Давай, посмотрим кто тут у нас?

Бридун откинул пряди длинных, почти бесцветных волос с остатков лица трупа.

— Судя по кончикам ушей и цвету кожи — тёмный эльф. И погиб совсем не давно — сутки прошли, может, двое, не больше. Отчего, теперь, пожалуй, уже и не разберёшь. Куртка кожаная, в таких половина народа с окраин ходит. Эмблемы клана или какой-либо службы нет. Смотрим дальше.

Гном принялся выворачивать карманы.

— Всего несколько серебряных и медных монет, складной нож и всё.

Раздался треск разрываемых ниток. Не заморачиваясь с расстёгиванием пуговиц Бридун рывком распахнул остатки куртки.

— Кунгс меня задери! — снова выругался он, увидев кружок из тёмного металла, лежащий на груди трупа. Достав свой нож, Старшой подцепил амулет за цепочку, чтобы лучше рассмотреть изображение на нём: — А бедолага-то принадлежал «Ласкам». Не хорошо, ой не хорошо.

— Кто это — «Ласки»? — шёпотом я поинтересовался у стоящего рядом Грыха.

— Небольшой, но авторитетный клан. Чем они занимаются, доподлинно не известно. Их кланхолл находится как раз в нашем округе. Есть свой бар, продуктовая и магическая лавки. Ночная гильдия с ними предпочитает не связывается, — вместо орка ответил мне командир. — Посмотрим, что у тебя на поясе?

Не желая возиться с бляхой, гном перерезал ремень, к которому были прикреплены три кармашка. И принялся открывать.

— Запасной кристалл манонакопителя к жезлу, два малых индивидуальных накопителя, а наш приятель, похоже, был магом. Повезло тебе, Бер, считай, прибарахлился на халяву. Значит, надо будет кольца нашим спецам показать. Если артефактные — тебе достанутся.

— Благодарю, — только и мог сказать, радуясь своему неожиданному приобретению. Даже, если кольца не содержат заклинаний, ещё два запасных кристалла для меня очень круто.

Из последней сумочки Бридун выложил три мензурки с разноцветной жидкостью без каких-либо маркировок:

— Жаль не понятно, что это. Придётся алхимику показать.

Бесцеремонно стащив с трупа куртку и обувь, гном осмотрел и их. Наградой оказались три золотые монеты, зашитые в подкладку и нож в чехле, закреплённый на лодыжке.

— Тут, вроде, всё. Посмотрим на второго.

Этот бедолага оказался человеком и тоже принадлежал Ласкам. Добыча с него была побогаче. Маленьких жезлов два, шесть запасных кристаллов к ним, три ножа разных размеров, а золотых монет семь штук. Пять были зашиты в подкладке куртки и по одной монете нашли в специальном углублении каблука под стелькой. Бонусом шла массивная печатка с чёрным камнем.

— Золото, — авторитетно заявил Бридун, подкидывая её на ладони. — Даже если не артефакт, можно не плохо загнать.

— Штаршой, — позвал командира гоблин, — пошмотри.

Он стоял возле стены и указывал, на вроде бы, пустое место. А затем нагнулся и к моему удивлению что-то потянул. Я увидел, как, на вроде бы пустом месте, появились два тактических рюкзака, прислонённые к стене, а в руках Штека оказался кусок ткани, прямо на глазах меняющей свою расцветку: от рисунка «под камень» к однотонной невзрачно-серой.

— Покрывало-хамелеон — дорогая штука. Убери в рюкзак, оно одно считай нам полугодовую зарплату принесло. Интересно, что же такого они несли в рюкзаках, если хамелеоном их решили укрыть.

К осмотру Бридун подошёл с гораздо большей осторожностью, чем до этого шмонал мертвецов. Даже арбалетный болт для этого достал и уже им расстёгивал клапана. К счастью, никаких сюрпризов в виде ловушек не обнаружилось. Зато был другой. Убедившись в безопасности рюкзаков, гном заглянул внутрь и, крякнув от удивления, тут же запустил в него руку. А, когда вынул, мы увидели довольно большой кошелёк, очень похожий на тот, что мы передали нашим коллегам из юго-западной катакомбной стражи.

— На вес — около килограмма будет, — прикинул Бридун. — На ощупь — монеты. Сейчас посмотрим какие.

Развязав тесёмки, он заглянул во внутрь. Глаза на его морщинистом лице расширились от удивления. Обалдело посмотрев на нас, гном начал высыпать содержимое на левую ладонь. Это действительно оказались монеты. Золотые червонцы. Ссыпав монеты обратно, Старшой, под наше потрясённое молчание, принялся доставать из рюкзака ещё кошельки. Всего их оказалось десять штук. В одном рюкзаке. И десять в другом. И все с червонцами.

— И что мы с этим будем делать? — хриплым голосом Грых задал всех интересующий вопрос.

Глава 6

— Старшой, — в ухе послышался доклад Билса, — на том берегу змей появился. Здоровый зараза, раза в два длиннее тех, что мы взяли. Пока вдоль того берега плавает, но в нашу сторону усиленно поглядывает.

Вот у близнюков выдержка, явно же слышали о находке золота, но молчат, эмоции не показывают, потому как их наблюдать за обстановкой поставили. Смог бы я так? Тот, прежний, вряд ли, так и поспешил бы вставить свои пять копеек в разговор быстрее всех, а сейчас молчу, пока не спросили.

— Дилс встань у входа, Билс иди сюда — совет держать будем, — распорядился Бридун.

Хотя Дилс считался старшим среди братьев, он увидел свет родного подземелья на полчаса раньше, — «Не на полчаса, — педантично поправлял Билс, всегда остро реагируя на подкол, — а на 23 минуты 15 секунд всего», — мозговым центром у них был именно младший. Зато старший оказался физически гораздо сильнее. «В деда пошел», — часто хвастал он. Именно поэтому и стал огнеплюем в нашей группе.

— Казад, — официальным тоном обратился к Билсу Старшой, — знаю, что не по обычаю начинать с тебя, но и ситуация внештатная. Выскажи своё мнение, что делать с золотом?

Гном помедлил с ответом, непроизвольно дёрнув себя за ровно подстриженную небольшую бороду. Он всегда так делал, когда над чем-то задумывался.

— Вот, что думаю. Случись это в другом месте, перепрятали бы так, что никто не подумал бы там искать. И лежало бы оно с полгода, а то и год, себе спокойно, а потом к себе потихонечку перетащили. Но тут всего лишь второй ярус и земли Драахн совсем не далеко. Времени-то прошло всего ничего, а Ласки обязательно искать начнут и спрашивать. Тот же верзила всё и расскажет — мы для него никто, а Ласки клан авторитетный, с ними никто в округе ссориться не хочет. Так что вычислить, кто золото забрал не сложно, а вот потом начнутся проблемы у нас. Моё мнение такое — возвращать золото надо, а вот на каких условиях, это тебе Старшой с комендантом решать. Он в случае чего и прикрыть сможет.

— Мы услышали тебя, казад, — кивнул Бридун.

— Твоё мнение, Дилс?

— Младший всё верно сказал. Согласен с ним, — в наушнике прогремел ответ старшего.

Всё-таки не могут гномы тихо что-то делать, даже шёпот у них похож на горный обвал. Хотя, может, на нервах так реагирую.

— И тебя услышали, казад. Билс возьми арбалет и мешочек у Грыха. Если змей на дистанцию уверенного выстрела подплывёт — не упустите, золотой лишним никогда не будет, особенно чистый. И повнимательнее там — от пещеры сейчас такой дух идёт, что всех падальщиков соберёт.

Гном лишь молча кивнул в ответ и, забрав арбалет с мешочком, вышел из пещеры.

— Бер, тебе слово.

Я новичок в отряде, и обычно любое обсуждение начинали с меня, но как сказал Старшой, ситуация внештатная. Прежде, чем ответить, прислушался к себе. Нет, не было у меня чувства алчности. Может, плохо представлял сумму, попавшую нам в руки, поэтому воспринял её более-менее спокойно.

— Я согласен с братьями. Если бы вы сказали, что, припрятав его, всё будет тип-топ, тогда всеми руками за. А так, зачем нам лишние проблемы? Своих хватает.

Штек меня поддержал. Согласился с нами и Грых, лишь уточнив:

— И процент с Ласок от суммы взять, никак не меньше десяти. Это будет правильно!

— На том и порешим. Как вернёмся, переговорю с комендантом, на каких условиях находку возвращать будем. А пока, пусть каждый по пять мешков себе в рюкзак положит, чтобы груз равномерно распределить. А, вот, это наша законная добыча, — Старшой указал на собранные с мертвецов вещи, — никто нам за неё предъявить не сможет. А теперь продолжаем потрошить этих грёбаных кунгсов, чтобы вопросов лишних не возникло, зачем мы сюда припёрлись.

Потрошить, так потрошить. Аккуратно подхватив за хвосты две тушки, стараясь не обляпаться, подтащил их к орку. Тот, снова усевшись на свой стульчик, принялся работать с методичностью робота. И совсем не обращал внимание на то, что от отбрасываемых им выпотрошенных зверюшек, веером разлетается кровь и ещё что-то другое, мерзко воняющее.

— Грых! Ты осторожнее бросай! На меня летит же! И так весь провонял, хрен отмоешься!

— Разве это вонь? — невозмутимо хмыкнул тот. — Я как-то зимой на бзуров охотился. Подстрелил одного. А он на рану крепкий, далеко в степь убежал. День за ним ходил. А, когда догнал — дело уже к ночи шло, да ещё пурга началась. Чтобы не замёрзнуть, брюхо ему вспорол, кишки выкинул и залез внутрь. Вот, где вонь! Непогоду переждал, в стойбище вернулся, так наши гарки чуть меня не разорвали, еле отогнали. Неделю потом ещё мимо них пройти не мог — рычали и кидались.

— Всё равно ты поаккуратнее будь!

Сколько тут кунгсов лежало? Тридцать? Сорок? Мне казалось, что больше. С каждой минутой вонь становилась всё гуще. Маска уже не справлялась. Несколько раз с трудом сдерживал рвотные позывы. Мне бы воздуха свежего.

— Старшой, — в ухе снова послышался камнепадный шёпот Дилса, в котором теперь присутствовали неуверенные нотки, — тут Билс углядел что-то. Ты же знаешь, у него зрение получше моего. Так вот, это что-то оно непонятное, то ли лампа моргает, или её кто-то собой закрывает. Непонятно...

— Непонятно им, — нарочито кряхтя, Бридун отбросил очередную выпотрошенную тушку кунгса и, стянув резиновые перчатки, поднялся со стула, — сейчас посмотрим, что там вам не понятно.

Отцепив от пояса подзорную трубу — предмет моей лютой зависти, пошёл к выходу из пещеры. Я как-то поюзал её. С восхищением могу сказать — девайс, созданный безумным гением на стыке трёх технологий: магической, нано и стимпанка; десятикратное увеличение, а в катакомбах больше и не надо, кроме обычного режима, есть инфракрасный, ультрафиолетовый и аурный. Не знаю, как правильно называется, Бридун называл именно так и на иконке режима изображена аура человека. Нет, реально позволяет увидеть разноцветное свечение вокруг предметов и разумных. Очень хочу себе такую же. Посмотрел в сети стоимость — от пятидесяти золотых за самую простенькую. Мечта, пока совсем не достижимая. Вздохнув, пинком отбросил верхнюю часть тушки, за хвост подхватил нижнюю и, стараясь не забрызгать берцы, понёс её орку.

— Кунгса за хвост и в задницу!

Услышав знакомое ругательство, мы замерли, повернув головы в сторону выхода, ожидая пояснения.

— К бою! Бер, Штек, заберите рюкзаки и на выход. Грых, заложи две огневые мины. Одну под трупы, вторую под кучу кунгсов.

Первым делом, стянул резиновые перчатки и отбросил их подальше — не забирать же с собой эту вонь. Вторым — перекинул жезл на грудь и шагнул к рюкзаку. Штек тем временем уже укладывал стульчик в рюкзак Старшого, причем собственный уже был на спине. И когда только успел?

— Пусть огонь освободит ваши души, и лёгкой дороги вам в Верхние миры, — озвучил Грых ритуальную фразу, которую стражи всегда произносили перед тем, как сжечь найденные в катакомбах останки разумных. Потом он положил рядом с трупами ласок маленькую, с мою ладонь, шайбу мины. Маленькая-то она маленькая, но способна превратить эту пещеру в жерло вулкана. Вот интересно, зачем Старшой две приказал установить?

Через пару секунд стою уже рядом с гномами. Старшой в подзорную трубу разглядывал что-то вниз по течению Вонючки. Я дёрнул подбородком в сторону посмотревшего на меня Билса, мол, что случилось? Тот в ответ лишь пожал плечами. Тут командир вытащил из поясной сумки чарофон и поднёс к уху:

— Дежурный! Дежурный! Тут Старшой группы А-12, нахожусь в секторе 2ЮЮЗ-18. В ста двадцати — ста тридцати метрах ниже по течению реки наблюдаю моргание лампы и нимбуса Мрака, который движется в нашу сторону... Моргание, примерно, раз в две секунды. Есть принять меры к замедлению продвижения... Есть не допустить нимбуса дальше моста... Есть дождаться группу быстрого реагирования... Есть особо не рисковать... Приступаю к выполнению задачи!

Я замер в испуганном оцепенении. Нимбус Мрака здесь, на втором уровне? Ладно бы случись такое в Северном округе, там бывает, что они и на поверхность по ночам выходят. Но тут, в Южном, по словам Старшого, выше третьего уровня они не поднимаются, потому округ и считается самым безопасным. Да, в сети видел изображения останков жертв: иссушённые до состояния мумии, зачастую разорванные на части и с неизменно с искажёнными от ужаса лицами. А ещё там писали, что этих нимбусов очень трудно убить, практически невозможно обычными средствами. А необычные — это жезлы со специальными заклинаниями или опытные маги. Опытные, а не такие, как я категории Е-10.

— Бойцы, получен приказ задержать продвижение этой твари до подхода подкрепления! — гаркнул Старшой. Обведя взглядом нас, уже заживо себя похоронивших, тихим голосом добавил, — Мужики, приказ есть приказ. На то мы и катакомбная стража, а не наземники и даже не драахновцы.

— Штаршой, — ответил Штек, — за вшех говорю: приказывай — вшё шделаем!

— Добро! Дилс, Грых установите по две мины около входа в пещеру и вон там, чуть подальше по середине тропы. Если эта тварь соблазнится падалью, тут её и поджарим, а если пойдёт за нами, то и сзади припечёт.

Закинув свой рюкзак за спину, он продолжил:

— Сейчас отойдём к тому повороту, как раз будет метров двадцать — всеми стволами и встретим. А там и подкрепление подоспеет, им от телепорта минут тридцать бежать.

Тридцать минут — вроде мало, а растянулись в вечность! Особенно, если не знаешь переживёшь ты их или нет. Никогда ещё не было такого опыта. Страшно. Искоса поглядывая на мрачно-сосредоточенные лица мужиков, я, до побеления пальцев, сжимал жезл. Антрацитовое облако, в котором то и дело появлялись багровые всплохи, приближалось довольно быстро. Вот уже и до входа в пещеру остались считанные метры. Мы, как один, даже дышать перестали. Заглянет в пещеру или нет? Соблазнится падалью и трупами ласок — есть шанс, что доживём до подхода наших. Если нет, то как карта ляжет. А ещё это тревожное моргание лампы на нервы действовало!

— Бер, когда огонь откроем, ты не стреляй — ударь заклинанием, но только когда скажу. Посмотрим, что получится. Грых, подстрахуешь его! Огнеплюи нам понадобятся в крайнем случае, — прозвучал тихий приказ Старшого.

Нимбус Мрака добрался до входа в пещеру и замер, будто решая, что для него более привлекательно: куча вонючего мяса совсем рядом или мы, до которых ещё добраться надо.

— Ну же, залезай, там много вкусного. Тебе понравится, — зашептал Грых, сжимая в правой лапе крохотный пульт управления подрывом мин.

Облако выбрало нас. Оно успело продвинуться на несколько метров, как...

— Грых!

... в тоже мгновение вокруг нимбуса вспыхнуло солнце. Такой яркой была вспышка. Жар от беснующегося огня долетел и до нас. Горело всё в радиусе пятнадцати метров, даже вода. Пронзительный визг, заглушивший даже рёв пламени ударил по ушам, заставив всех сморщиться и сильнее, казалось бы куда ещё, сжать жезлы. Следом за визгом из стены огня медленно выплыл нимбус, окружённый мерцающей плёнкой магического щита. Выжил, чёрт его задери! Хотя, надо признать и ему досталось. Высота чёрного облака уменьшилась раза в три, явив наружу жуткое существо. Первым, что увидел — длинные болезненно-розовые щупальца, оканчивающиеся огромными когтями, покрытые густой, то и дело капающей, слизью. За ними, частично укутанное мраком, по воздуху летело короткое толстое тело, с плавниками по бокам, на котором выделялись огромные янтарно-жёлтые блюдца глаз и воронкообразная пасть, полная игловидных зубов. Здоровый, метра три в длину. Кого же он мне напоминает? А-а...

— Хвататель, это хвататель! Нам повезло! Залп! — заорал Бридун.

Подчиняясь приказу, чуть не нажал на курок, в последний момент вспомнив, что Старшой приказал использовать «Клубок молний» и только по команде.

А первым успел Билс, выпустив в противника заряд ледяных сосулек. Вот только безуспешно. Они разбились о мерцающий щит и разлетелись мелким крошевом. Поплывший, вернее полетевший, было вперёд, нимбус чуть притормозил. Ударившие следом каменные шипы и сосульки заставили тварь совсем остановиться. Щит из прозрачного стал молочным.

— У хватателя нет магии, кроме щита. Но ближе пяти метров подпускать нельзя — может ударить жалом, оно у него под пастью. Сейчас очухается и попрёт, как Дилс в кабак за пивом.

Вроде и шутка плоская, но заставила нас хмыкнуть, сняв чуток напряжение.

— Бер, — снова заговорил Старшой, не прекращая при этом палить из жезла, — как только щит снова станет прозрачным, бей умением.

Клубком молний? Против щита, который из трёх жезлов не пробить?

— Понял, — ответил я. А что тут не понятного?

Убрав жезл за спину, и почему мы не взяли щиты?, поднял правую ладонь на высоту лица. И вокруг чего мне представлять печать? Щупалец, глаз, тела? Ждать пришлось не долго. Щит как-то разом стал прозрачным. И первым, что увидел — янтарные блюдца глаз. Почему нет? Только представил над ними ещё пока бесцветную печать, как хвататель задёргался из стороны в сторону. Он, что чувствует? Но слева была стена, а справа текла вода, от которой нимбус старался держаться подальше. Усилием воли, со второй попытки, заставил окружность и руны светиться голубым светом, теперь она словно приклеенная двигалась за левым глазом.

— Готов, — просипел я.

— Давай! — гаркнул в ответ командир.

«Акс»! — почти выкрикнул мысленную команду!

— Ешть! — заорал гоблин, подтверждая, что и он видит печать.

Из рун, таких маленьких на фоне хватателя, в янтарно-желтый, полный безумной животной ярости глаз, ударили молнии, начисто игнорируя тот факт, что нимбус окружен щитом. Тварь дернулась назад и снова заверещала! Щит моргнул и пропал!

— Залп! — рык Старшого на миг заглушил пронзительный визг. — Понятно зачем нужен маг? Он игнорит щиты этих тварей!

На меня обрушилась темнота и слабость. Зачем-то, действуя на вбитых рефлексах, делаю шаг назад. Колени подогнулись и, если бы не подхватившие меня руки орка, рухнул бы на землю. Испуганный желудок сжался в комок и обделался желчью.

— Всё, восстановил щит! — с трудом слышу голос Старшого.

«КРИСТАЛЛ!» — набатом громыхала мысль в совершенно пустой голове. Трясущейся рукой рванул клапан поясной сумки, негнущимися пальцами достал манонакопитель, через силу сжал в ладони, боясь выронить. Теперь нужно вставить в разъём! С первой попытки не попал.

— Твою... — заорал над ухом Грых, одновременно убирая руки. — Старшой! Сзади портал! Это не наш!

Не удержавшись я грохнулся на колени, непослушные пальцы дрогнули, роняя кристалл. «Чёрт! Чё...» — всё ещё ничего не видя, принялся шарить по земле.

— Кунгса ... — взревел Старшой. — Огнеплюи, залп! Сожгите его!

«Да хрен с ним...» — снова рванул, закрывшийся клапан сумки. «Пятнадцать секунд! Раз тысяча...» — начал отсчёт, как только услышал характерный щелчок, от вставшего в разъём наруча кристалла. Рядом драконами ревели две огненные струи. «Портал? Какой ещё портал?»

— Пустой! — орёт Билс!

— Держу!

— Держу!

«Пять тысяча, шесть тысяча...»

— Готов!

— Пуштой!

— Держу!

— Держу!

— Он не реагирует! — надрывается Грых!

— Ещё! — рычит Старшой.

«Восемь тысяча, девять тысяча. Надо встать!» Ставлю одну ногу на стопу. Меня шатает. Всё ещё шатает! Опираюсь руками в колено и пытаюсь распрямиться. «Двенадцать тысяча». Встал! «Тринадцать тысяча». Глаза должны уже отходить. Но не вижу ни чер... точно кунгс слепой. Только слышу рёв пламени, выбрасываемый огнеплюями. Надо проморгаться! Вроде помогает! «Пятнадцать».

— Старшой, он стабилизируется! Ещё секунд пять — десять и откроется!

— Х-хотов! — хриплю я.

Первым, что вижу фиолетовый овал портала, перекрывшего нам дорогу к мосту, по которому от центра разбегались изумрудные всполохи и две струи огня, бессильно его облизывающие.

— В воду! Всё в воду, и на тот берег! Нимбусы за нами не сунутся — побоятся!

Почувствовал, как меня схватили за петлю рюкзака и потащили в сторону реки. О-о, орк обо мне вспомнил! Пришлось шустро переставлять ногами чтобы не свалиться. Хотя, думаю, Грыха это бы не замедлило. Мы с ним были уже по колено вводе, когда услышали тихий голос Билса, продолжавшего стрелять в хватателя:

— Старшой, мы с братом остаёмся — уходите! Ты же знаешь — мы клочи*, на ту сторону не переберёмся, утонем.

«Клочи? Это ещё что за бред?» Но близнюки, похоже, так не считали. Подошедший к самой воде, но не наступивший в неё, Дилс позвал меня:

— Держи потеряшку, Медвежонок.

В его ладони лежал кристалл манонакопителя, тот самый, который выпал. Как только я его забрал, гном сжал левой ладонью моё предплечье:

— Я горд, что знаком с тобой, Бер. А теперь — уходи.

— Дилс, не дури! Старшой приказал...

Тот лишь помотал головой:

— Мы клочи, Бер...

— Пустой!

Это Бридун. Дёрнув со спины жезл, я навскидку выстрелил в приближающегося хватателя.

— Держу!

— Держу!

— Держу!

— Братья! — снова заговорил Старшой, одновременно меняя кристалл. — Мы — катакомбная стража! И уйдём мы вместе. Казад, ложитесь спиной на воду, как на крепкий пол в родной мастерской. Рюкзаки не дадут утонуть сразу, а парни вас утащат. Ложитесь в воду, как на пол! Держу! Пошли!

Но близнюки медлили. Рванул к Дилсу.

— Давай, чугунная башка! — заорал я во всё горло и потащил безвольного гнома за собой, краем глаза увидев, что и Грых схватил за шкирку младшего.

— Ложись на спину, как на верный пол в мастерской! Штек, помогай! Руки раскинь, голову не поднимай! Дыши! Ровно дыши! Вот так, вот так — плывешь!

Пятясь, я тащил гнома за собой. Рядом, загребая одной рукой, на спине плыл гоблин. Старшой стоял по пояс вводе и всаживал в кальмара выстрел за выстрелом. Хвататель, увидев, что добыча ускользает ускорился, не обращая внимания на одиночные выстрелы. Можем не успеть! Насколько метров он там жало выбрасывает?

Тут портал, о котором мы уже забыли, вспыхнул изумрудным светом и из него вывалился ещё один нимбус. Здоровенный! Гротескная помесь богомола и скорпиона, от которого ему достался длинный загнутый хвост с жалом, тёмно-багровый. Инсектоид вскинул передние лапы-руки и заклекотал. Что они все громкие такие?

Хвататель замер. А потом заверещал в ответ. Из-под пасти вылетело жало, вонзившееся богомолу в грудь. Пришелец покачнулся, но тут же одним взмахом лапы перебил трубку из плоти, прикреплённую к жалу и бросился на обидчика.

— Вот и славно, — услышал в ухе голос Старшого. — Разбирайтесь между собой.

Он лег на спину и, помогая себе рукой, поплыл за нами.

— Эй, гном, улыбнись, — снова послышалось его бормотание, — молот свой подними. Неважно, что впереди: наковальня или бой...

— Эй, гном, улыбнись... — сдавленно присоединился к нему младший близнюк, этот голос я узнаю из тысячи.

— Песню запой, — зашептал и Дилс, реально зашептал! Умеет же, когда захочет! — Если враг впереди...

«Распелись, и не скажешь, что помирать собрались», — фыркнул я, отплёвываясь от воды и присоединяясь к ним вместе с Грыхом и Штеком:

— Значит хирд за тобой! Эй, гном...

В паре метров от нас с громким плеском из воды появилась жуткая пасть, полная здоровенных зубов. «Твою ж...» — вскидываю ей навстречу правую ладонь, одновременно представляя вокруг неё уже горящую голубым светом печать заклинания. «Акс»! И тут на меня обрушалась темнота.

*****

Клоч* (от ирл. Cloch— камень) — что-то типа проклятия, давным-давно наложенного на род Дилса и Билса, из-за которого близнюки боятся мест, где воды выше ступни. Что им не мешает подолгу занимать душевую комнату.

Глава 7

«Эй, гном, улыбнись!

Молот свой подними!

Неважно, что впереди –

Наковальня или бой…»

Острая боль, раскалённой иглой вонзившаяся в висок, заставила меня болезненно сморщиться. Из всех музыкальных достоинств у коротышек, исполняющих эту песню, было только два: громкость и наслаждение тем, что поют громко. Схватив тяжёлую литровую кружку из обожжённой глины, сделал глоток и снова сморщился, теперь уже от кислого вкуса дравицы. Сидящий напротив Дилс понимающе вздохнул, цапнул свою, взглянув на неё, как на врага, и одним глотком осушил половину. Сок, разбавленный водой, — вот, что сейчас мы могли себе позволить. Вернее, не мы, а Старшой позволил, перед тем, как уединиться с представителем Ласок в отдельном кабинете. Сам-то, наверняка, не соком горло смачивает.

А уж как бармен, толстый, почти лысый гном, а главное, безбородый из-за жуткого шрама от ожога, ветеран катакомбной стражи, удивился нашему заказу. «Может вам простой воды или молока? — с ехидной ухмылкой поинтересовался он. — Вы только скажите, мигом доставим». Но лично я воды сегодня нахлебался так, что тошнит при одном только упоминании. И близнюки на неё смотреть не могут. Хотя эти довольны. Всё обсуждают: давно ли потеряло проклятие клочи свою силу, или оно против воли нашего командира не танцует?

Да уж, против нашего Старшого, вообще мало, что танцует. Там, в катакомбах, когда всего в паре метрах от нас вынырнула зубастая пасть водной твари, я ударил «Клубком молний», игнорируя все правила, представив печать заклинания, сразу заполненной маной. И словил тяжёлый откат, от которого потерял сознание и камнем пошёл на дно. Дилс, не смотря на своё предшоковое состояние, это почувствовал, чуть наклонился, пытаясь схватить меня рукой. Рюкзак, на котором гном лежал, как на мешке с воздухом, естественно рванул вверх, переворачивая недотёпу лицом вниз. Дилс запаниковал, заколотил руками и естественно нахлебался. Гоблин, плывущий рядом, попытался его перевернуть, но куда там. Тут Билс, увидев, что происходит с братом, тоже чуть не перевернулся, рванув к близнецу. Ладно его Грых удержал. В общем, всё могло закончиться печально. Снова спас всех командир. Добив выстрелом из жезла бьющуюся в конвульсиях тварь, в два гребка добрался до старшего близнюка и с помощью Штека смог перевернуть того лицом вверх, мимоходом отвесив Дилсу пару пощёчин, приводя того в чувство. Рука у Старшого тяжелая, хоть и бил ладонью, а правая щека у нашего огнеплюя сейчас чёрно-лиловая. А потом командир за мной нырял. Только на третий раз нашёл, течением меня снести успело, и на берег беспамятного вытащил, где провёл все необходимые действия для приведения меня в чувство, перекинув меня через колено и несколько раз от всей души врезав по спине. Где только навыков таких набрался? В беспамятстве я пребыл не долго — очнулся быстро и разверзся фонтаном вонючей воды, которой успел наглотаться. А потом мы, кто сидя, кто лежа, не веря, что всё-таки добрался до этого берега, следили за дракой нимбусов на том берегу. Грых со Штеком даже на серебрушку забились, споря кто из них победит.

Инсектоид, получив жалом в грудь, не только отсек верёвку из плоти, но и молниеносными ударами сумел укоротить пару щупалец хватателя. Правда, на этом его успехи и закончились — противник, уподобившись кошмарному вьюнку, оплёл его лапы и повалил на землю. И теперь пытался воронковидной пастью прогрызть бок богомола. Безуспешно. Жуткие, игловидные, загнутые назад зубы скребли по хитиновой броне, не в силах, не то что прокусить, а даже зацепиться за гладкую поверхность. Но и переместиться хвататель не мог — сам себя растянул как на дыбе, пытаясь удержать щупальцами лапы богомола. Обездвиженный инсектоид применил свой последний козырь — скорпионий хвост с жалом, конец которого был кислотно-зелёного цвета. Жало вонзалось в короткое толстое тело хватателя, оставляя жуткие рваные проколы, брызжущие ультрамариновой жидкостью. Но, то ли родственник кальмара был крепок на рану, то ли ему вообще на них было пофиг, как и на яд на кончике жала. Ситуация сложилась патовая, теперь всё зависело от силы и выносливости противников.

— Может по ним из жезла шарахнуть, — предложил Грых, поставивший на богомола.

— Жульничаешь, — тут же вскинулся гоблин, понимая, что основной урон придётся по хватателю, буквально накрывшему всем телом своего противника.

— Я сейчас вам обоим так шарахну, — как-то совсем безэмоционально ответил Старшой. — Встали оба и разошлись в разные стороны на фишку. Понятно, что аура и вонь этих тварей всю мелочь разогнала. Но нас сейчас хоть голыми руками бери...

Я лежал на берегу, словно распластанная медуза, не в силах пошевелиться даже для того, чтобы убрать камешек, больно упирающийся в бок. Ужасно болела голова, словно в висок раскалённые иголки втыкали. Тут в губы ткнулось железное горлышко фляги:

— Промочи горло, полегче станет.

Кисловатый вкус дравицы смыл горечь желчи.

— Благодарю, Дилс.

— Это тебе спасибо, Бер. Спас меня от водной твари, а я тебя упустил. Если бы не Старшой... Никогда себе не прощу.

— Забей. Если бы да кабы. Ты молодец, Дилс, проклятие своё преодолел.

— Вот думаю, было ли оно, проклятие это...

Громкий клёкот на том берегу прервал гнома. Хвататель как-то умудрился одним щупальцем сделать рычаг и теперь медленно выгибал лапу богомола в обратную сторону, выламывая её из сустава. Скорпионий хвост мелькал так, что было не уследить. Но это не помогало — было видно, что ещё немного и лапа сломается. Немыслимо изогнувшись инсектоид вцепился своими жвалами в глаз кальмара. Пронзительным визг ударил по ушам.

— ... их теперь двое. Второй инсек... Мы переправились на другой берег. Твари сцепились между собой. Да-да... Прямо в клубок. Вон хвататель инсеку лапу выламывает, а тот ему глаз выгрызает — увлекательное зрелище. Мои уже ставки сделали, кто победит... Не-не... Они будут не в претензии. Я им уже вставил.... Понял. Отбой.

А потом пришёл лесник, то есть кавалерия, то есть наши стражи из команды быстрого реагирования. Элита! С огромным интересом стал смотреть за их работой. За два месяца службы в катакомбной страже, сталкивался с ними всего пару раз. У тех, кто патрулирует минус четвёртый и пятый уровень даже столовая отдельная, не говоря уже о тренировочных залах. А об общих построениях на плацу, даже Старшой не помнит.

Первым бежал здоровяк в чёрном чешуйчатом доспехе с ростовым щитом и просто огромным, больше похожим на какой-нибудь миниган, жезлом. Закрытый шлем не давал возможности узнать к какой расе принадлежит этот здоровяк. За ним спешили двое с щитами поменьше, но без жезлов в руках. Зато увидел торчащие рукояти мечей за спиной. Или это жезлы у них такие? Так понимаю — маги. Один из этих двоих, хотя и уступал щитоносцу в росте, шириной плеч мог и поспорить. Второй же, несмотря на то, что был того же роста, выделялся своей худобой. Точно — дроу. Даже не видя лица и ушей, скрытых под шлемом, могу с уверенностью это утверждать. Более худой расы в нашем отделении стражи нет, а их светлые собратья предпочитают в катакомбы не лезть и в страже не служат. Замыкали колонну три семенящие почти квадратные тумбочки — гномы, без них, наверное, ни одно звено не обходится.

— Явились, не запылились, — как-то совсем не дружелюбно прокомментировал их появление Дилс.

— Чего ты их так не любишь?

— Завидую, — огорошил меня признанием огнеплюй. — У них лучшая амуниция и оружие, разных амулетов на каждом, как у нашего Параса фантиков. Живут как офицеры, у каждого своя квартира с наш блок, питание индивидуальное, а зарплата...

Тем временем, не добежав до портала нескольких метров, здоровяк остановился. Опустил нижний край щита на землю, установил жезл в специальную выемку и, немедля ни секунды, выстрелил. Вокруг овала перехода появилось золотистое облако ярких сверкающих частиц, которые тут же стали оседать на портале, образуя плёнку.

— Гасителем вдарил — прокомментировал Дилс происходящее.

Через пару секунд овал портала начал прямо на глазах уменьшаться. И ещё через три пропал вместе с облаком без каких-либо эффектов, как и не было. Тут до щитоносца добежали маги и они все вместе шагом двинули к сцепившимся в один клубок нимбусам. Те, словно предчувствуя угрозу, задёргались, завизжали и заклокотали, но распутаться сразу не смогли. А потом и не успели. Без каких-либо дополнительных визуальных эффектов, типа вскидывания и махания рук, вокруг тварей появилось два очередных облака, одно багровое, второе бирюзовое. Нимбусы задёргались ещё сильнее, но это оказались всего лишь конвульсии. Через минуту всё было кончено. Два добежавших гнома тут же выхватили жуткого вида тесаки и принялись деловито разделовать трупы тварей.

— Потроха добывают, — снова заговорил Дилс. — Безумных денег стоят.

— Да, какие деньги с этой мелочи-то, — снова безэмоционально вставил Старшой, поднимаясь на ноги. — Копейки — для этой звезды, конечно.

— А как мы на тот берег перебираться будем, — поинтересовался незаметно подошедший Билс. — Снова в плавь?

— Увидишь.

Третий гном на том берегу, скинул рюкзак, чуть меньший его самого и достал какой-то свёрток, который тут же бросил на землю. Не успел он долететь, как начал раскрываться, увеличиваясь в размерах. Лодка, надувная резиновая лодка. Не знаю точно, резиновая ли, но то, что надувная — точно. Гном тут стал бросать на её дно какие-то вещи. Что, с этого берега было не разобрать, но не больше его кулака. Затем одним пинком сбросил лодку в воду, а подошедший маг, тот, что поздоровее, взмахом руки отправил её на этот берег.

— Не придётся тебе плавать, Билс — обрадовался я скорее тому, что и мне не придётся тоже.

Между тем лодка плыла на такой скорости, будто её не маг телекинезом толкал, а японский движок на сорок пять лошадок. Несколько секунд и она на нашем берегу.

— Хм, а что тут на дно накидано? — спросил Билс, оказавшийся около неё раньше всех. — С этим явно надо что-то делать, но что?

Автоматически подхватив свой рюкзак, учёба Старшого даёт свой результат, чуть пошатываясь от слабости, подошёл посмотреть и я.

— Доски — это сидушки, их в эти крепления, которые ликпаз-ликтрос называются, вставить надо. А это два ложки — весла, ими гребут.

Прислонив рюкзак к борту, залез в лодку и принялся устанавливать всё на свои места. Не скажу, что большой специалист, но некоторый опыт имею, ещё бы — детство на Волге прошло. Эх, тогда бы мне такую вещь, не пришлось бы рюкзаки по пятнадцать килограмм на спине таскать.

Когда все расселись и Штек, оттолкнув нас от берега, запрыгнул на нос, я, загребая веслами в разные стороны, развернул лодку и погрёб на ту сторону. Вот только не учёл скорость течения Вонючки и мне пришлось приложить все усилия, что бы совсем сильно не снесло.

— Здорово, Бридун, — к нам подошёл тот самый гном, отправивший лодку. — Вот любишь ты приключения. Даже на втором ярусе их находишь. Давай уже перебирайся на четвёртый. Хоть командование шокировать своими докладами не будешь!

— Привет, Двалин. Я подумаю над твоим предложением, — тепло обнимая подошедшего, ответил наш командир. — Вот, как получу от тебя половину от выручки за продажу ингредиентов, так начну снаряжение покупать.

— Ну, на что-то путевое тебе пятидесяти процентов не хватит всё равно, так что остановимся на законных десяти.

— Если ты о законе старых времён, то в нём речь шла о тридцати.

— Кто помнит эту древность? — вполне искренне возмутился Двалин — как побратиму предлагаю двадцать!

— Как побратиму — это серьезный аргумент, — почесал подбородок Старшой. — двадцать пять — и ещё раз обнимемся!

Гномы довольно рассмеялись, пожали руки и действительно обнялись. Отсмеявшись Двалин заговорил уже серьёзным тоном:

— Мы сейчас спустимся вниз по Вонючке, посмотрим, понюхаем, что да как. Давно не бывало такого, чтобы на дух не переносящие друг друга нимбусы телепортировались в один район. Да ещё где? На втором уровне, где они сроду не появлялись. Необычно это, а потому и тревожно. Не упустить бы чего.

— А мы тогда домой потихонечку побредем. Тебя учить — только портить, но будь там повнимательнее, брат.

«Эй, гном, улыбнись!

Песню затяни!

Если враг впереди –

Значит хирд за тобой!

Я опять сморщился от ора лужёных глоток гномов, сидящих за соседним столом. Головная боль всё не проходила. Как-то отвык я от неё, при малейшем проявлении кастую «Малое исцеление» и вся недолга. Но не сегодня. Уже пять раз пробовал — не помогает. Настораживает.

— Эй, верзила, чего морщишься? Песня не нравится?

Я не сразу понял, что это ко мне обращаются, так как очередная игла боли вонзилась в висок и закрутилась штопором.

— Верзила, чего молчишь? Как там тебя, Бер что ли?

А вот этого не замечать было уже нельзя — не должен страж к стражу обращаться пренебрежительно. Если такое спустить — уважать перестанут.

— Песня-то хорошая, вот только исполняете её, как коты, которым яйца прижали.

— Что?! Что ты сказал, хуман?! — тут же заорали двое коротышек, вскочив со скамейки. — На Арене свои слова повторишь?

— То, что вам двоим лучше не марать отличную песню своими глотками. И да, на Арене я скажу то же самое!

— Идём на Арену! — вскочил третий гном за их столом, а двое малознакомых мне орка только ухмыльнулись. — Посмотрим кто у нас будет петь фальцетом!

— Смотрю, что вы, неуважаемые, втроём вызвали на Арену нашего брата? — тут поднялся со своего места Дилс и развернулся к крикунам. — При этом сделали это без должного уважения, что позволяет мне и моим братьям принять вызов наравне с ним. Трое на трое?

— Вы же не будете возражать, правда? — и Грых поднялся со своего места, демонстративно разминая шею.

Мне как-то сразу стало спокойнее. Дилс и Грых считались неплохими рукопашниками среди стражей первого-третьего уровней и даже если упаду, они смогут отстоять честь нашей звезды.

— А может пять на пять? — предложил орк, сидящей за столом певцов, подмигнув второму, ещё большему в размерах.

— Почему нет, — вышел из-за стола Билс.

— Да, ш удовольштвием! — вскочил на лавку Штек.

— Проигравшая сторона оплачивает бочонок пива победителям!

— Один мало — два будет в шамый раз! — тут же повысил ставку гоблин, обычно воздержанный в выпивке.

— Да-а! — тут же поддержали его наши, успевшие намучаться жаждой.

— Бой! Бой! Бой! — скандировал зал, ударяя кружками по столу.

Арена была тесновата для десятерых. Я стоял рядом с Грыхом, слева от меня плечом к плечу готовились к драке близнюки, им так привычнее, а Штек пританцовывал справа от орка. Оппоненты выстроились зеркально, выставив против нас с Грыхом двух орков.

— Вы все знаете правила Арены, — надрывался бармен, взявший на себя обязанности рефери, — пальцами в глаза не бить, по яйцам не бить, ногами не бить, конечности не ломать, лежачих не добивать! Нарушитель тут же парализуется жезлом и навсегда изгоняется из бара! Все желающие сделали ставки? Тогда чего ждём?!...

— Ты главное продержись секунд пять-десять, пока я со своим разберусь, — шепнул мне на ухо орк.

— Сделаю, что могу, — кивнул в ответ. Удивительно, но с удовлетворением почувствовал, что головная боль прошла. Взглянув на своего противника, довольно улыбнулся, заставив того нахмуриться.

— Бой! — заорал бармен.

— Бой! — вторил ему зал.

Мы начали медленно сходиться. Когда осталось метра два Грых и его соперник бросились вперёд. За ними поспешил и мой. Широко размахнувшись, как оглоблей, он решил одним ударом правой лапы решить дело. Спасибо тебе, Бес, наука, которую ты вбивал в меня кулаками, пригодилась. Прикрыв левым предплечьем голову, присел, скручивая корпус в право, пропуская кулак над собой. И тут же крутанулся обратно, метя правым кулаком в солнышко. Тут много сил не надо — главное попасть. И попал. Уронить не уронил, но на мгновение дыхание сбил. Прыгнув вперед, обхватил плечи орка и ударил лбом в нос, благо был ниже. Но тот успел отшатнулся. И я попал прямо в полуобломанный клык, что торчал из рта.

— А-а, — заорал на эмоциях, нанося второй удар головой. И снова попал, уже в подбородок. Орк попытался меня откинуть, но куда там.

— Р-рах! — решил и он действовать головой. Повезло, если можно так сказать, успел подставить лоб. Вам когда-нибудь били молотком в лоб? У меня не просто искры из глаз сыпанули, настоящий фейерверк взорвался, колени подогнулись, сознание поплыло. Я лишь успел вцепился в правую руку орка, буквально повиснув на ней всем телом. Голова безвольно моталась под ударами психанувшего громилы. «Продержись хотя бы пять-десять секунд...» — осталась только эта мысль...

— Бер, Бер... Да отпусти ты его... Всё — мы победили. Бе...

Ведро ледяной воды вырвало меня из забытья. Две жуткие клыкастые рожи склонилившиеся надо мной — вот, что я увидел, открыв гллаза. Ой, что-то мне не хорошо... Быстро повернув голову я проблевался прямо на песок Арены.

— Ещё воды!

И меня снова принялись поливать, смывая всё то, что вышло наружу.

— Поднимай его и понесли на лавку.

— Бер, я всегда говорил, что ты у нас интеллектуал, но даже не предполагал, что так можешь работать головой.

— Грых, ты шутишь, надо же... И ещё слово интел... Ну, в общем это слово знаешь. Удивил.

Усадили на лавку, сунули в руку кружку. И теперь в ней был не сок дравницы. Ещё через пять минут, я смог наложить на себя «Малое исцеление», правда снова тут же пришлось отпаиваться пивом, с трудом удерживая в себе содержимое желудка.

— Не на минуту вас нельзя оставить, — распекал нас Старшой. — Хоть победили?

— Да-а! — хором ответили близнюки, демонстрируя два ещё запечатанных бочонка.

— Ладно, берите что-нибудь поесть с собой и возвращаемся в казарму.

— Привет, Парас, — поприветствовал Старшой гиганта, стоящего возле дверей в здание стражи и явно кого-то поджидающего.

— Здравствуйте, дядя Бридун, — поклонился тот.

— Вот держи, это тебе — протянул гном кулёк с конфетами.

— Спасибо. Дядя Бридун, эта... дело есть, выслушай, а.

— Говори, Парас.

— Эта... Возьми меня к себе в звезду, а?

Мы замерли, раскрыв рты. Близнюки даже синхронно дёрнули себя за бороды.

— Парас, ты же знаешь, что в полноценной звезде должно быть шесть бойцов. И нас уже шесть.

— Семь тоже не плохое число, гораздо лучше, чем один...

Глава 8

Бум! Бум! В дверь настойчиво молотили кулаками. А мне казалось, что прямо в череп вбивали гвозди. И он трещал, как переспелый арбуз. Похоже, перебрал я вчера. Бум! Бум! Достал этот Бес, а кто еще так будет ломиться? Единственный, кому охрана не страшна. А что ему эти армяне? Торговцы, дни проводящие на рынке, а вечерами поддерживающие какой-никакой порядок в общаге. Бес как-то пятерых раскидал, а потом их старшие извиняться к нему приходили с подарками. Да и пофиг! Сейчас дверь открою и прямо с ходу ему втащу. Плевать, что потом отгребу. Зато втащу. Достал, реально достал. Бум! Бум! Ну, всё! Попытался скинуть ноги с кровати. Не получилось. Не понял. Снова попробовал — опять не вышло.

— Бер, ну вставай! Старшой же сказал в шесть утра быть на ногах! Штек в душ пошёл, но похоже прямо там снова уснул — послышался из-за двери красивый баритон, с разрывающими мозг детскими интонациями. — Близнецы ботинками швыряются. А Грых одеяло на голову натянул. Он не задохнётся?

Голос не Беса. Параса! Так я не в студенческой общаге! Вернее, тоже в общаге, но уже в другом мире и совсем не студенческой. А в дверь долбится Парас (причина постинтоксикационного состояния всей звезды и двух представителей службы домовых). А проще говоря, все как один, за исключением гиганта и выходит гоблина и меня, спят похмельным сном. То служба домовых проставилась, выдав двадцатилитровую бутыль домашнего самогона, настоянного на каких-то особых травках. Ох и крепкий оказался. Он-то нас и вырубил. Ну не сорок литров пива же? Разве это объём, да, под хорошую закуску для шестерых здоровых мужиков и двух не очень крупных, но на алкоголь крепких, гостей. Парасу же пиво не понравилось, сок дравицы пил, а потом сморённый эмоциями, вовсе ушёл спать.

... дело есть, выслушай, а.

— Говори, Парас.

— Эта... Возьми меня к себе в звезду, а?

Мы замерли, раскрыв рты. Близнюки даже синхронно дёрнули себя за бороды.

— Парас, ты же знаешь, что в полноценной звезде должно быть шесть бойцов. И нас уже шесть.

— Семь тоже не плохое число, гораздо лучше, чем один, дядя Бридун.

Мне вдруг почудилось, что голос, которым были сказаны последние слова, принадлежали не гиганту, а другому существу, так изменились тембр и интонации. Похоже это почудилось не только мне. Старшой посмотрел на нас совсем уж удивлёнными глазами. Думаю, будь его воля, он бы не взял и, даже, не раздумывал. Я не понимающе взглянул на молчавших мужиков. А ведь, они думали! Реально, размышляли над словами местного дурачка. А в глазах у них... Радость что ли? Да ладно?! Но, похоже, дурачком его считал только я. Грых, вон, уже головой кивал, типа согласен.

— Где ты жить-то будешь? — уже всё для себя решивший, наш командир задал последний формальный вопрос. И тут же предложил решение, — Разве что общую тебе отдать?

— Не надо общую, — тут же заговорил гоблин, — у меня пушть живёт. Близнюки, помогут второй яруш над кроватью шделать. Он шнизу шпать будет, я шверху. Заодно за ним и пришмотрю.

— Сделаем, — подал голос, под поддерживающие кивки младшего брата, обычно предпочитавший молчать Дилс. — Сегодня и сделаем, делов-то там. А чего тянуть, Старшой?

Орк лишь радостно хлопнул гиганта по плечу. А мне оставалось лишь пожать плечами:

— Не против.

— Тогда несите продукты в блок и начинайте работать, а я к коменданту за официальным разрешением.

— Господин комендант уже в курсе желания Параса и соответствующее распоряжение будет подписано сразу, как вы выскажите своё согласие. А мы вещи его перенесём и обустроиться поможем, — послышался голос откуда-то снизу.

Опустив взгляд, я увидел двух существ. Один походил на выдру, вставшую на задние лапы, только без хвоста; густой короткий мех покрывал всё его тело, заменяя одежду. Второй выглядел как обычный чуть взлохмаченный старик, с всклокоченной бородкой, одетый в белую рубаху, синие штаны, подпоясанный красным кушаком и с хромовыми сапогами на ногах. А еще был примечателен их рост, если гномов, чуть достающих мне подбородка, про себя называл «коротышками», то эти и вовсе были лилипутами, еле дотягивающие мне до пояса.

— Приветствую домовых, — приложив кулак к груди, Бридун уважительно кивнул. Мужики разом повторили его действия, следом за ними поспешил поприветствовать и я, с любопытством разглядывая тех, о ком много раз слышал, но ещё ни разу за два месяца не видел.

— Благодарю за помощь, — продолжил Старшой, — но я должен лично уведомить коменданта. Субординация — её никто не отменял.

— Слушай, — шепотом поинтересовался у орка, сидящего рядом со мной в общей комнате, где мы решили спрятаться от суеты, царившей в нашем блоке. — Похоже, что я один ничего не понимаю. Почему вы обрадовались решению Параса жить с нами? Он же, вроде, обычный дурачок, которого комендант держит из жалости.

— Парас служил в звезде, патрулирующей минус пятый уровень катакомб. Крутая была звезда. Они во время «свободной охоты» не раз спускались даже до минус седьмого уровня. А как-то, во время обычного обхода участка, напоролись. Тревожная группа пребыла слишком поздно. Их нашли в небольшом кармане, где израненный Парас в одиночку отмахивался мечом от стаи мактиров, (это твари похожие на волков), защищая трупы стражей. После эвакуации там всё осмотрели. Мужики попали под неизвестное магическое воздействие неподалёку, а мечник их трупы в тот карман перетащил и отбивался от падальщиков. Сам он ничего объяснить не смог. Умом тронулся. Ребёнок ребёнком. Даже специальных мозгоправов из центра вызывали, те только руками развели. Воспоминания все либо стёрты, либо заблокированы наглухо. Комендант же почему-то принял решение не отправлять его в Ветеранскую слободу, куда списывают на полный пансион инвалидов и ветеранов, а оставить тут. Ещё и службу ему потешную определил. А потом всем командирам групп первого уровня видение было. Мол, та группа, в которую Парас сам пожелает вступить, обретет покровительство Затворника из Башни. А комендант сказал: «Не знаю, какое покровительство окажет Затворник, но лично он увеличит финансирование группы». Многие пытались переманить блаженного к себе, но бесполезно. Давно уже рукой махнули, а тут видишь, как вышло.

«Затворник из Башни» — одно из прозвищ бога, своей волей сотворившего Скрытый город. Зачем это ему было нужно, вопрос над которым бились многие. В сети настоящие холивары устраивались, но, похоже, безрезультатные.

А потом начался небольшой сабантуй. Старшой кратко поведал итоги встречи с представителем ласок. Нам достались два мешка с золотом из двадцати. Один из них ушёл коменданту, а второй — полностью наш. Бонусом шла пятидесятипроцентная скидка на все товары в лавках ласок на сумму 100 золотых и вечная пятнадцатипроцентная, распространяющаяся на всю нашу звезду. Что будет огромным подспорьем при переходе группы на второй, а то и третий уровень сразу. Для этого же нужна более дорогая и качественная амуниция, не говоря об оружии, чем та, что бесплатно предоставят баталёры Катакомбной стражи. Слухов и пересудов избежать, конечно, не удастся. Но у нас есть веское прикрытие — Парас и официальные слова коменданта об увеличении финансирования той звезды, которую выберет блаженный. Посещение лавок запланировали на следующий день. Комендант, после сегодняшних событий, облагодетельствовал нас двумя выходными днями. А потом в открытую настежь дверь кают-компании постучали двое домовых с двадцатилитровым магарычем, стоящим рядом с ними. Как они умудрились доставить бутыль высотой с их рост, можно только догадываться. Так служба домовых благодарила нашего командира за принятие Параса, который больше года был под их опекой, в нашу группу, деликатно обходя причину их радости. И сабантуй резко повысил свой градус. По итогам вечера, с трудом стоящий на ногах, Бридун разрешил всем сегодня спать сколько влезет. Вот только задремавший прямо с леденцом в руках задолго до этих слов Парас об этом не знал.

А встать сразу с кровати я не смог потому, что в отличии от той, одноместной, с провисшей сеткой, под которую приходилось подкладывать щиты, эта была настоящим сексодромом, на просторах которого запросто можно потеряться. С усилием приняв вертикальное положение, как был в одних трусах, так и пошёл открывать дверь. Гигант, стоявший за ней, был до отвращения чисто выбрит, бодр и свеж. И преданно смотрел большими васильковыми глазами. Когнитивный диссонанс. В теле здорового мужика среднего возраста живёт разум двенадцатилетнего ребёнка. Причем его же самого, а не подселившейся тени. Говорят, специально проверяли. Стараясь подбирать слова и делая интонацию как можно дружелюбнее, прохрипел пересохшим горлом:

— Парас, вчера, когда ты уже уснул, Старшой разрешил сегодня спать сколько влезет. Вот все и отрываются.

— Ой, я чуть не напортачил, — воскликнул он, а потом виновато посмотрел на меня. — Уже напортачил. Прости, Бер, что разбудил. Просто думал, что на утреннюю тренировку пойдём.

Вчера, во время сабантуя, он поинтересовался у Старшого, а возьмёт ли он его в катакомбы. На что Бридун с самым серьёзным видом ответил, что данный вопрос будет рассматривать только после двухнедельного курса тренировок, как это делал со всеми своими бойцами. Вот Парас и рвётся показать себя. Не знаю, что заставило меня сказать следующие слова:

— Так пошли. Сейчас только оденусь, а ты, если тебе не сложно, принеси мне кружку с соком дравицы и ещё кувшин с собой захвати. Пить точно захотим.

А ведь мог просто лечь спать. Но тренировки, действительно, нужны, особенно теперь, когда группа собиралась перейти на патрулирование минус второго, а то и третьего уровня.

Тренировку начали с пробежки. Удивительно, но, как только мы вошли в пустой зал, лицо гиганта преобразилось, с него исчезла бросающаяся в глаза детская наивность. Он стал походить на настоящего воина. Сначала бежал за мной, затем ускорился, внезапно рухнул на пол, отжался, затем двинулся вперед уже гусиным шагом, затем прыжками. В общем стал веселиться по своей программе, совсем меня не замечая. Я его даже окликать не стал. А сосредоточился на своём. Пробежав четыре круга, почувствовал, как сонное тело оживает, наполняется бодростью. Давно не чувствовал что-то подобное. Как после второго курса уроков физкультуры не стало, так оно и пропало.

Не прекращая бега, решил скастовать «Малое исцеление». Получилось. Не сразу, но получилось. Вдохновившись, продолжил бег, время от времени кастуя заклинание, и удивляясь тому, что раньше до этого не додумался. А ещё отметил, что в таком ритме мог бежать гораздо дольше. После каждого каста тело словно заряд бодрости получало. Затем перешёл на скакалку. Рано радовался успехам.

— Кунгс, — выругался, в отчаянии швыряя её на пол и плюхаясь рядом. Не получается. Может мне ещё побегать для закрепления навыка надо?

— Бер, — позвал меня незнакомый голос. Осмотрелся, но кроме Параса, держащего в руках тренировочный меч и щит — и когда только успел их взять, — в зале никого не увидел. Увидев, что я на него смотрю, гигант продолжил говорить незнакомым голосом: — Попробуй представлять печать, сразу заполненную маной, то есть светящуюся.

— Э-э, — только и смог выдавить из себя в ответ и кивнул, подтверждая, что услышал и благодарю.

Но блаженный, не обратив на это внимания, вернулся к прерванному занятию. Он выполнял какую-то умопомрачительную связку. А голос я всё-таки узнал, вчера Парас им же говорил Старшому о том, что цифра семь гораздо лучше, чем один. Странно это всё. Откуда знает, что я представляю, когда творю заклинание. Тем более хорошо помню, какой откат получил, когда в катакомбах скастовал так, как советовал Парас. Чуть не утонул. Пробовать или нет? После недолгого раздумья решил попробовать, но сначала на бегу. Поднявшись с пола побежал по периметру зала, косясь на гиганта. Но тот не обращал на меня никакого внимания, выписывая мечом восьмерки в разных плоскостях с безумной, для меня, скоростью.

— Хм, — только и ответил Старшой, на мой рассказ про то, что случилось в зале, когда он меня позвал навестить нашего штатного ювелира-артефактора. Помолчав немного, продолжил: — Помог его совет, говоришь? Получилось скастовать, прыгая со скакалкой. Вот и слано. Знаешь, Медвежонок, я всегда старался держаться от этой истории подальше. Да, как и все командиры, возглавляющие патрули первого уровня, увидел во сне видение с условием. Но, в отличии от других, не пытался заманить Параса к себе в группу. Угощал конфетами время от времени из жалости, но заманить не пытался. Почему? Это всё похоже на игры богов, ну, или тех, кто себя за них выдаёт. А в этих играх мы даже не пешки, песчинки, с которыми никто считаться не будет, а гибель не заметят. А тут моего желания и не спрашивали. Поставили перед фактом. И не мог отказаться. Мужики меня бы не поняли. Так что будь осторожен, Бер. Похоже, всё только начинается. Ещё бы знать, что? Кстати, не сказал вам вчера, комендант, действительно, увеличил наше жалование. В три раза, представляешь? Теперь ты будешь получать не две серебрушки в неделю, а шесть. Только посторонним об этом говорить не советую. А когда спросят, а спросят обязательно, говори, что на одну.

Тут мы пришли в дальний закуток на первом этаже и гном буквально забарабанил кулаком по массивной двери.

— Кого там кунгс принёс? — послышался из-за неё хриплый старческий голос. — Валите на хрен, занят я! Вот пожалуюсь коменданту!

— Лучше открывай, старая облезлая мартышка, — понизив голос и посмотрев куда-то в угол косяка, ответил Старшой. — Сыч, ведь, дверь вышибу, ты меня знаешь.

— А Бридун! — голос деланно сменил интонацию на радостную. — Извини, не узнал сразу, значит богатым буду! Может вечером придёшь? Или завтра, а?

— Времени нет, открывай!

Жутко скрипя дверь наконец-то открылась. Командир решительно переступил через порог, взмахом руки, приказав следовать за ним. Мы оказались в тёмной комнате, единственным источником света была настольная лампа, светившая строго в низ. Дверь за нами с грохотом захлопнулась.

— Раз пришли, присаживайтесь. Только свет включать не буду, эксперимент у меня идёт.

Подойдя к столу, Старшой уселся на табуретку, жестом указав мне на соседнюю. Когда глаза привыкли к полумраку, смог различить сморщенного лысого гоблина, сидящего за столом. Но большего всего привлек мой взгляд монокль стимпанковского вида, сейчас находившийся на его лбу. И веер из четырех стекол разной окраски, которые можно было перед моноклем поместить.

— Рад тебя видеть, старый друг, — заговорил гоблин, как только мы уселись, — но времени действительно мало, поэтому выкладывай с чем пришёл.

Гном достал из поясного кармана кошелёк и, развязав тесемки, высыпал на стол три кольца, снятые им с трупов.

— Вот, посмотри, магические или нет, какие заклинания, можно ли сменить владельца. Мне нужен полный расклад.

Сыч спустил монокль на глаз и опустил передним зелёное стекло.

— Та-ак, — протянул он где-то через минуту и отодвинул в сторону два простеньких кольца, по виду серебряных. — Эти два точно артефактные. Какие в них заложены заклинания, узнаем только, пропустив их через анализатор, заодно и привязку прежнего владельца сменим. Я так понимаю, ты же за этим пришёл?

— Да.

— Тогда не будем терять время, — взяв кольца, гоблин поместил их внутрь прибора, похожего на скороварку, на крышке которого тут же замигала красная лампочка.

— А вот это колечко, — продолжил Сыч, указывая на золотую печатку с чёрным камнем, — очень непростое...

Отработанным движением, он сменил зеленое стекло перед моноклем на оранжевое и, прервавшись на полуслове, замолчал.

— Кто-то очень постарался скрыть, что оно не простое, наложив замечательное заклинание иллюзии, долгоиграющее, самостоятельно подпитываемое маной. Даже этот анализатор выдаст заключение, что это обычное золото с камнем морион и всё. Мне нужно время, чтобы с ним разобраться. Люблю загадки.

— Оно у тебя есть.

Тут пискнул анализатор, на котором вместо красной лампы зажглась зелёная. Гоблин подтянул к себе обычный планшет:

— Посмотрим-посмотрим... Первое колечко то, что поуже. Заклинание абсолютного щита, выдерживающего однократное воздействие. Для активации следует вытянуть руку с кольцом в сторону угрозы и произнести кодовое слово «раух», радиус основания полусферы два метра. После использования артефакт нужно наполнить маной. Молодой человек, надеюсь, вы умеете это делать?

— Нет.

— Так у меня для вас хорошая новость, всего за пять золотых продам вам свиток, активировав который, вы научитесь это делать.

— Хорошо, — вместо меня ответил Старшой.

А я лишь сморщился от воспоминания отката, настигшего меня после изучения первых двух свитков с «Клубком молний» и «Малым исцелением».

— И не надо морщиться. Мои свитки — это не жалкая поделка халтурщиков, неприятных ощущений у вас будет минимум. Гарантирую. Но продолжим. Второе колечко... Ого... Ледяная игла. Работает на дистанции до десяти метров. Количество выстрелов: два. Активируется словом «брааст». Оружие последнего шанса или наоборот наемного убийцы, предпочитающего близкий контакт с жертвой. Для повторного использования кольцо следует наполнить маной. Итак, друзья мои, подведем итог. С вас семь золотых.

Старшой достал одну монету и толкнул её по столешнице гоблину:

— Тут червонец. Три монеты оставь себе в счёт работы над печаткой.

Ловко поймав её и тут же отправив в ящик стола, лысый гоблин улыбнулся:

— С тобой всегда приятно иметь дело, Бридун. Ты, в отличии от своих сородичей, никогда зря не трясёшься над деньгами. Уважаю.

Гоблин нагнулся и откуда-то из-под стола достал свиток.

— Ну-с, молодой человек, вы знаете, что нужно делать.

Приложив большой палец к печати, похожей на голографическую, развернул свиток. Как и у первых двух, его поверхность была заполнена с виду хаотически расположенными знаками. Не медля ни секунды положил на лист ладонь правой руки. В глазах на миг потемнело, но и всё. Зато теперь я знал, что нужно делать, для заполнения артефактов маной, причём, не только эти кольца, но и амулеты и прочие магические поделки.

— А ты переживал, — улыбнулся гоблин. — Сыч качество гарантирует. Теперь одевайте кольца, минут через пять они привяжутся к вам и их можно будет использовать. Надеюсь, вы запомнили кодовые слова или вам на бумажке записать?

— Не нужно, запомнил.

Как и бывший владелец, одел кольца на разные руки: щит на левую, иглу на правую.

— Не смею вас больше задерживать — выметайтесь.

Кто-нибудь говорил ему, что он нифига не воспитанный?

Глава 9

Огромный багрово-алый диск Селены и стремящиеся помочь ему из-за всех своих небольших сил уличные фонари, установленные через каждые пятьдесят метров, как не пытались, не могли разогнать липкую чернильную темноту ночи и стелящийся по земле густой туман, лишь порождая обманывающие глаз тени.

— Вон они! — громче, чем нужно, воскликнул Жакоб, наконец-то сумев различить среди призрачных для нас безопасных теней стремительно несущиеся навстречу силуэты мактиров. Внешне они сильно напоминали наших английских догов. Такие же высокие, поджарые, с мощными челюстями. Совершенно безволосые, но покрытые костяными щитками и торчащими из них крупными шипами.

— Вон они! — повторился крик, но уже гораздо тише.

Что с него взять? Наземник, даже в городской страже не состоявший. Но надо отдать должное, он сам добровольно-принудительно вызвался нам помочь, когда возникла необходимость в разумных, отлично знающих Северный округ. Щуплый, невысокий (чуть выше наших гномов), с коротко подстриженными чёрными как смоль волосами, всегда чисто выбритый, весь какой-то невзрачный и незаметный, он как-то профессионально не привлекал внимание. Лишь сосредоточившись, можно было заметить цепкие, умные, антрацитовые глаза и тонкие, ухоженные, чувствительные пальцы, как у пианиста, хирурга или карманника, или шулера. Горячий, охочий до драки он постоянно лез в самую гущу, и лишь окрики Старшого его останавливали. Бридуна он уважал, поиграл с ним в гляделки при первом знакомстве и зауважал. А ещё беспрекословно выполнял все указания Параса, которого по началу принял за блаженного, а потом на улице, во время первого же патруля, пересекся с ним взглядом и что-то там такое увидел. Что не говорил, а мы спрашивали.

Скачущий впереди большими прыжками матерый самец мактира, услышав выкрик Жакоба, вскинул морду вверх и торжествующе взвыл, объявляя охоту открытой. Его тут же поддержал многоголосый хор, бегущих сзади. Жутко. Должно быть.

— Теперь точно не сорвутся, — удовлетворённо констатировал командир. — Две линии.

Пара секунд и мы привычно перестроились из походной колонны в две линии на пути стаи. В центре первой стояли близнюки, на флангах башнями возвышались Парас и Грых. Я стоял сразу за братьями, и, уперев нижний край щита в брусчатку, поместил жезл в специальную выемку. Рядом со мной мельтешил Жакоб, но внимания на него никто не обращал, не мешает и ладно. А Старшой и Штек прикрывали наших верзил. Да, после появления Параса в нашей звезде, «верзилой» гномы меня уже не называли.

— База, есть контакт со стаей.

За эту ночь это уже третья стычка с тварями. Надеюсь, что последняя, до утра осталось совсем немного, а там наша смена заканчивается.

Стая приближалась. До самого этого контакта осталось метров тридцать. Бросил короткий взгляд на жезл, зелёный индикатор подтвердил готовность. Жезлы теперь у нас крутые, те самые с тремя видами заклинаний: каменный шип, молния и файербол, и с манонакопителем на пятьдесят выстрелов. Сейчас мы будем лупить картечью из каменных шипов, что будет сажать батарейку в два раза быстрее.

— А-а-а! — на одной тонкой истеричной ноте завизжал Жакоб. — Помогите! Твари зрения лишают!

Услышав вопль, чуть замедлившийся было вожак, ещё раз взвыл, предвкушая скорый ужин, и ускорился. А за ним и вся стая. Звуковая приманка сработала. Надеюсь, теперь не придётся за ними по улице бегать, как уже бывало. «Вы только людям не рассказывайте, чем я тут занимаюсь, — попросил прикреплённый, смущённо пряча глаза, когда Старшой рассказал, что ему надо делать при встрече с немногочисленным противником. — Засмеют, ведь, потом. Житья не дадут». А мы и не собирались — это внутреннее дело звезды, как командир использует таланты бойцов. И другим об этом знать совсем не надо.

— Бой!

Взвившихся в прыжке вожака и трёх мактир помоложе снесло вихрем каменных сосулек. Задело ещё двоих, чуть опоздавших с прыжком. Перекувыркнувшись через спину, они забились в агонии. Всё-таки крутые жезлы нам выдали. Тот же выстрел каменной картечью раза в два мощнее, чем был у первых, укороченных жезлов. Краем глаза отметил, что вместо красного индикатора снова горит зелёный и тут же выстрелил в набегающую парочку. Бежали рядом, а разлетелись в разные стороны. Судьба. Третий выстрел сделать не успел, остатки стаи уже положили.

— База, стая уничтожена. Ждем указания, — отчитался перед штабом Бридун и тут же выдал команду нам: — Добиваем подранков, потрошим.

Все довольно улыбнулись, ну, кроме Жакоба, моментально взбледнув, тот боролся с приступами тошноты. Это ничего, привык уже, а по первой блевал желчью. Зато по утрам, после сдачи алхимикам местной катакомбной стражи ингредиентов, улыбается, получая свою долю звонких монет. В первый раз он очень удивился тому, что и с ним поделились и зауважал Старшого ещё больше.

Дилс и Грых тут же достали тесаки и специальные артефактные мешки. Их задача максимально быстро добыть нужные потроха: печень, сердце, селезёнку, ещё и хвост прихватить, упаковать в мешки и передать Билсу со Штеком. Те уже в рюкзаки уложат. Все операции отточены и максимально быстры. Времени у нас мало и добычу никто терять не хочет. Я развернулся к ним спиной, на мне наблюдение за тылом. Старшой с Жакобом прошли чуть вперёд.

Рядом со мной встал Парас. Он теперь мой телохранитель. Или я его нянька. Пока не разобрались и всей звездой гадаем. Хотя, скорее первый вариант.

Почти три недели прошло с тех пор, как Парас задал тот вопрос Бридуну вовремя сабантуйчика, будет ли он брать его с собой в катакомбы. На что Старшой самым серьезным тоном ответил, что вернется к этому вопросу, через две недели, когда Парас пройдет обязательную подготовку и слаживание с командой. С тех пор гигант практически не вылезал из спортзала, прерываясь, и только по команде тренера, на душ и обед. Происходящее с ним преобразование, удивившее меня в первый раз, отмечали буквально все: от мужиков нашей группы и тренера до штатного целителя и коменданта. В зале Парас как будто становился прежним: зрелым мужиком, опытным мечником из группы, патрулирующей минус пятый этаж катакомб. Но такое происходило только во время выполнения индивидуальных упражнений или в составе группы. Стоило остановить его, просто с ним заговорить, а не отдать приказ, он снова превращался в двенадцатилетнего пацана. «Видимо, это включается подсознание, — только разводил руками целитель, пожилой седовласый хуман. — Но это очень оптимистичный показатель. Возможно, со временем, благодаря этим тренировкам он и вылечится. Разум — труднопредсказуемая штука». «Проблем же от него нет? Нет. Вот пусть и продолжает тренироваться,» — закрыл вопрос комендант, явно испытывая к гиганту скрытые симпатии.

А где-то полторы недели назад город захлестнула волна тварей из нижних планов. Количество открываемых порталов увеличилось в разы. И если у нас нимбусы Мрака появлялись, хотя и регулярно, но не выше второго уровня, а на улицах обычных тварей, не то что днём, ночью не было. То на северной дуге окраин и в центре города они на улицах и днём и ночью появлялись, не говоря уж о катакомбах. И если центр с этой напастью сам справлялся, то северным окраинам была нужна помощь.

От Южного округа послали нашу звезду и ещё две, одну с третьего уровня, вторую с четвёртого. Перед отправкой нам выдали чешуйчатую броню (как у стражей четвертого и пятого уровней катакомб), усиленные жезлы и щиты с дополнительными амулетами защиты. Парас, как узнал, так и ходил за нами поникшим молчаливым хвостиком. Вроде и на глаза специально не лез, но представьте обиженно сопящего гиганта, время от времени тяжело вздыхающего. Бридун, по началу ответивший категоричным отказом, вернувшись с очередного, уже третьего, совещания у коменданта, велел ему собираться с нами. Мы от удивления даже рты открыли такой перемене настроения командира. «Комендант лично попросил, заверив, что проблем от малыша не будет», — нехотя пояснил он, сам хоть и недовольный, но уже смирившийся с ещё одной трудностью. Но комендант есть комендант, даже его вежливым просьбам не откажешь. Особых проблем от Параса мы не видели, разве что во время днёвок в казарме, когда в нём вновь просыпался пацанёнок, полный эмоций и впечатлений, он буквально засыпал нас потоком вопросов или рассказов. Перед самой отправкой Старшой подозвал гиганта и приказал, на выходе, если ордер не требует другого построения, быть Парасу возле меня, охранять. Вот и охраняет.

— Есть срочно выдвигаться на перекрёсток Кривой и Болотной улиц... Заканчиваем. База сообщает, что недалеко от нас наземники наткнулись на очередной телепорт. Гасителя у них нет, они шли на усиление к другой команде. По всем признакам вылезет оттуда кто-то из нимбусов. Сами они его не то что не уничтожат, задержать надолго не смогут.

Даже без команды мы тут же выстроились в походную колонну. Старшой вопросительно посмотрел на Жакоба:

— Ну?

— Этот перекрёсток в трёх кварталах отсюда, — поняв, что от него требуется, ответил проводник. — Можно дворами срезать, а не по улицам бежать. Дорогу знаю.

— Веди.

Быстро оглядевшись, он махнул рукой, указывая направление:

— Тогда нам в тот переулок.

Штек пошёл первым, Жакоб пристроился за ним, а дальше и мы привычным походным строем, разве что справа от меня шел теперь не Старшой, а Парас.

Срезали! И напоролись. На нимбуса. Пришелец из нижних миров бесновался в одном из задних дворов длинного деревянного дома, больше похожего на небольшую крепость. Тварь походила на кабана, огромного, в холке выше гномов, из пасти торчали здоровенные, сантиметров по пятнадцать, острые цвета слоновой кости клыки. Поперек спины, над передними лапами костяной нарост, с торчащими вперёд шипами, между которыми, то и дело проскакивали всполохи энергетических разрядов. Этим нимбусы от простых тварей и отличаются, что какими магическими умениями обладают и умело ими пользуются. У тех, что постарше и помощнее, ещё и разум вдобавок есть, а не только звериные инстинкты. Вот и всё, в принципе, что о них знаю. В сети инфы много, только никак времени не найду, приходиться по крохам на практике собирать.

Нимбус подбрасывал вверх разорванный пополам труп какого-то совсем не разумного, раз за разом отрывая и глотая большой кусок плоти. Ясно ведь было всем сказано, сидеть дома даже днём. Но нет, вечно у них находятся срочные дела. А этот бедолага, судя по остаткам тряпок, бывших некогда простой одеждой, был гражданский, а не стражник.

Тут из бойницы, заменявших в доме окна, шарахнули по кабану из жезла. Но вокруг туши вспыхнула голубым светом разом проявившаяся полусфера, по которой и стёк заряд на землю. Тварь тут же взревела и подпрыгнула, развернувшись в воздухе на сто восемьдесят градусов. Но на дом бросаться не стала, а, явно, оценив угрозу, тут же вернулась к трупу.

— Двойная линия два! — рыкает Старшой. — Бер, работай по готовности.

— Есть.

— База... База... Тут группа АЮ-18. По пути к перекрестку Кривой и Болотной, во дворах, столкнулись с нимбусом. Это апер. Работаем.

Стоящий рядом со мной Парас, убрал жезл за спину и приготовился меня страховать. Теперь он в бой вступит, только в крайнем случае. А я начал работать. Настраиваясь больше не на использование заклинания, а на последствия отката, которые меня ожидают. Перед самой командировкой мне выдали свиток нейтрализации нимбусов. Именно таким заклинанием пользовались маги тревожной группы, когда примчались нас спасать на второй уровень катакомб. Вот только они как минимум уровня «С», а я-то всего «Е-09». Да, кстати, за последние две недели, смог подняться на одну ступеньку, но... Ладно, это лирика. Выхватив из поясной сумки кристалл накопителя, вставил его в разъём наруча; теперь мана будет восстанавливаться сразу после каста. Резко выдохнув, сосредоточился, представляя печать над телом вепря. В отличии от того же «Клубка молний», тут печать была не плоская, а объёмная: две плоские печати надо было представить перпендикулярно друг другу. И представить чётко, без ошибки, что для меня было очень трудно. Но я старался. Теперь подать ману. Призрачная конструкция засветилась ровным бирюзовым светом. Я подождал ещё немного, не начнёт ли тускнеть из-за какой-нибудь ошибки? Второй попытки кастануть не будет. Но нет, печать продолжала светиться. Тогда, — «Липер», — произношу команду активации. Еще вижу, что над нимбусом появилась облако бирюзового цвета, как моя голова буквально взрывается от боли, а перед глазами будто калейдоскоп закрутился. Откат от заклинания никуда не делся. Колени подогнулись, и я начал заваливаться, наконец-то теряя сознание.

— Стоять на месте! На месте стоять! Пли!

«Вот Старшой надрывается,» — было первым о чём подумал, выплывая из забытья. И если уж командира услышал первым, дела наши идут не очень хорошо — аксиома, выведенная пусть небольшим, но опытом.

— Парас, — позвал, кривясь от головной боли.

В губы тут же ткнулась железное горлышко фляги и в рот потекла терпкая, безумная горькая жидкость обезбола. Тут же захотелось выплюнуть эту гадость, но пришлось глотать. Без неё голова будет болеть ещё несколько часов, да так сильно, что не то чтобы «Исцеление», даже «Малое» скастовать не смогу. Через несколько минут подействует, средство проверенное. Вот только часто использовать нельзя, в составе есть довольно сильная дурь, которая может вызвать привыкание. «А маг под дурью страшнее встречи с нимбусом,» — прозвучали врезавшиеся в память слова Бридуна.

— Пли! — скомандовал кому-то Старшой.

— Старшой, Бер очнулся, обезбол выпил.

— Принял. Мужики, не ссать, пять минут ещё продержаться. Пли!

В ответ раздался, неприятно ударивший по ушам, знакомый резкий визг хватателя.

— Парас, дай дравицы глотнуть, горечь смыть.

Сделав несколько глотков приятно-кисловатой жидкости, хрипло попросил:

— Рассказывай.

— После того, как ты накрыл апера облаком, он потерял свой магический щит. Да и сам стал двигаться медленнее. А апер без щита — кабан кабаном, этот ещё и молодой довольно был. Мужики его из пяти стволов в три залпа и положили.

— Пли!..

— Потом мы сюда прибежали. Чуть-чуть не успели. Тут оказывается совсем зеленая звезда наземников, встали они от портала совсем близко. А хвататель, как вылетел, первым делом их командира загарпунил и к себе подтащил. Видать до того голодный, что щитом накрылся, на части добычу разорвал и давай жрать. Стражники с перепугу чуть стрекача не дали, мы тут подоспели. Близнюки с Грыхом их пинками в чувство быстро привели...

— Пли!

— ... Теперь сдерживаем, ждем пока ты очнёшься; поблизости-то другой звезды с магом нет. Они все у стены, что с Центром граничит. Там сегодня порталы один за другим открываются.

— Помоги встать. Пойдём посмотрим, что там твориться.

— Пли!

Старшой выстроил бойцов в три линии. В первой опустившись на колено стояли близнюки, Штек и... и Жакоб, который палил из жезла, как заправский стрелок. Где только взял? Где? Я пощупал правой рукой у себя за спиной... Мой ему дали. Ну да ладно, мне он в ближайшие минуты не понадобиться. Старшой стоял на правом фланге второй линии, а Грых на левом третьей. Линии последовательно стреляли в левитирующего кальмара, закрывшегося силовым щитом и почти невидимого в окутавшем его чёрном тумане. За хватателем возвышался сине-зелёный овал портала. Жаль, гасителя у нас нет, закрыть эти ворота в другой мир нечем. Этих приборов оказалось совсем мало и сейчас они были у тех, кто бился с тварями под землёй, в катакомбах.

— Пли!

Время от времени эта летающая пародия кракена, пронзительно визжала, заставляя мужиков морщиться, но продвинуться вперед не могла. Залпы жезлов не давали. Они особого вреда твари не наносили; каменная картечь разлеталась мелкой крошкой от удара об щит, но и продвинуться вперед не давала. А назад, в телепорт или ещё куда тварь уходить не желала, чувствуя перед собой добычу. Вот только тут мы, катакомбная стража, и нами тварь подавится.

Встав позади третей линии, прислушался к себе. Голова болеть почти перестала. Ну, это ненадолго. Заменил кристалл в наруче. Резко выдохнул, концентрируясь. Погнали...