Кассандра с Пряжки

Глава 1

Моей дорогой подруге из Питера, Рите! С огромной благодарностью за поддержку в самые тёмные для меня времена!

Сашка, кареглазый белобрысый парень лет двадцати пяти, смотрел из окна своей недавно купленной комнаты на вечерний Питер. Небо до горизонта, где невидимые ему высились Исакий и Адмиралтейство, заволокло свинцовыми тучами. Там в центре, мокли Невский проспект и Банковский мост. Вглядываясь вдаль, парень казалось видел, как августовский дождь чертил круги по воде его любимой реки Пряжки.

Александру чудилось, что пятиэтажки его спального района прижимались друг к другу в тщетной надежде защититься от ливня. Листья старой берёзы, которая вымахала выше четвёртого этажа, подрагивали под тяжёлыми каплями. Сломанные облезлые качели кособоко болтались на детской площадке. Песочница раскисла, а под старой скамейкой рыжело какое-то непонятное ему пятно.

"Меня ждёт ещё один отвратительный вечер без неё", – подумал он и зло задёрнул зелёную занавеску.

Дождь он любил, потому что тот его успокаивал. А ещё он напоминал ему о Кассандре.

Парень отошёл от окна и включил электрический чайник на маленьком столике. Затем Сашка заварил растворимый кофе и стал шарить по дну выдвижного ящичка в поисках шоколадки. Найдя упаковку, понял, что там остался всего один кусочек. Он отправил его в рот, смял обёртку и с силой запустил её в угол. Комок отскочил от стены и упал на коврик, единственную новую вещь в его комнате. Вся мебель, обои и даже покрывало на кровати были древними, доставшимися от старых хозяев. Почти все деньги, заработанные Александром, уходили на выплату кредита за комнату.

Да, дождь он любил, а вот одиночество – нет.

Допив кофе, парень сел за стол, нужно было доделывать сайт для автомастерской. Заказчик был капризным и требовательным, и работу для него пришлось править уже в третий раз. Через пару часов Александр решил дать отдых глазам и подошёл опять к окну. Дождь прекратился. Рыжее пятно из-под скамейки переместилось на газон и приняло вид маленького котёнка.

Парень думал недолго. Он сбежал со своего третьего этажа и приблизился к бедолаге. Рыжик с трудом поднял вверх мордочку и открыл крохотную пасть, не слышно пища. Похоже, бороться за жизнь он уже перестал. Сашка наклонился над ним и взял малыша на руки. По мокрому меховому шарику можно было изучать анатомию, настолько тот был худым.

Спаситель прижал дрожащего котёнка к себе, вернулся в квартиру и выпустил находку на старый диванчик. Малыш оказался мальчиком и, как только отогрелся в полотенце, подал голос. Парень накормил его сметаной и консервами – всё, что нашёл на своей полке в холодильнике в общей кухне.

После еды пушистик ткнулся холодным носом в ладони человека, замурлыкал, закрыл золотистые глазки и заснул прямо у него в руках.

– Завтра надо купить лоток, миски, еды. И, наверное, средство от блох, – улыбнулся новоиспечённый хозяин котёнка и добавил. – Я назову тебя Знак! Ты рыжий, рыжий, как Кассандра. Моя Кэсси.

На кухне вдруг упала кастрюля, и сосед Всеволод смачно выругался матом под звон металла. Сашка засмеялся и вернулся мысленно в прошлое.

Глава 2

Александр Булунов приехал в Питер три года назад из Торжка, маленького городка в Тверской области. Его мама, Елена Федоровна, когда-то училась в Северной столице в педагогическом, и, сколько парень себя помнил, без конца восхищалась Санкт-Петербургом. Она хотела остаться там после учебы, но болезнь отца не дала осуществиться её планам. Елена вернулась в Торжок, устроилась учительницей, встретила отца Саши и после этого в Питере была лишь пару раз, уже с подросшим сыном. Тогда же и мальчик полюбил Санкт-Петербург – депрессивный город-сказку, как его называла мама.

В своём далёком родном городе подростком он изучал его историю, собирал книги и статьи о нём, смотрел фильмы и видео-ролики. Именно Питер с его Ленинградским рок-клубом подарил Александру любовь к русскому року. Майк Науменко, БГ, Цой, Кинчев, Рикошет, СашБаш и, конечно, Горшок! Записи этих исполнителей звучали из его комнаты в родительской квартире постоянно. Мальчик мечтал сам побывать на Камчатке, Богословском кладбище, на Рубинштейна-13, в парке Победы, посмотреть на дом, где когда-то располагалось кафе «Сайгон».

В средней школе Сашка, который всегда сторонился сверстников, подружился с новым одноклассником Мишей Захаровым. Теперь мальчик часами зависал в квартире своего единственного друга пока его родителей не было дома. Школьники смотрели триллеры Хичкока, боевики с Брюсом Ли, бряцали на расстроенной дедовской гитаре и вместе рубились по сетке в S.T.A.L.K.E.R. Вместе парни отвечали и за разгром хрусталя бабушки Миши, который был разбит самодельными нунчаками. После этого друзья лишились карманных денег и прогулок почти на полгода.

Ещё в восьмом классе Саша увлекся сайтостроением, а после девятилетки поступил в местный колледж на курс по специальности программирование.

С отцом, всегда уставшим автослесарем Владимиром Георгиевичем, у парня близких отношений не сложилось. Тот был человеком приземлённым и мечты сына не понимал, хоть и не препятствовал его увлечениям. Отец дал сыну денег на мощный ноутбук, и парень стал создавать сайты. Не сразу, но пошли заказы. Ещё тогда Александр начал копить на переезд в Питер.

Как-то гуляя с другом в парке соседнего городка, Сашка, одетый в футболку с логотипом группы "Кино", был сильно избит местной гопотой, превосходящей количеством. Пока жители вечернего мини-мегаполиса равнодушно проходили мимо, Мишка, вступившись за товарища, заработал сильное сотрясение мозга. А Александр тогда долго отдыхал в областной больничке, получив серьёзный перелом челюсти, титан в щёку и белый билет.

После окончания колледжа парень пару лет работал в банке, обслуживая компьютеры, а вечерами совершенствовался в сайтостроении. Накопив достаточно на первое время, он объявил родителям, что уезжает. Его переезд мать одобрила и в тайне от отца дала ему денег, от которых Сашка отказался. Владимир Георгиевич же просто махнул рукой, мол, у тебя ничего не получится, вернёшься.

Одним прохладным июльским вечером Сашка собрал сумку, сунул туда ноутбук, одежды на первое время, одел свою чёрную ветровку и попрощался с отцом. Провожать парня поехала его грустная мама и Мишка, который уважал стремления друга изменить свою жизнь.

На маленьком провинциальном вокзале Елена Фёдоровна плакала и желала сыну удачи, а одноклассник обещал навещать Сашку в городе на Неве.

Путешественнику сначала предстояло ехать на электричке до Лихославля, а уже оттуда без пересадок ночным поездом до Питера. В город своей мечты Сашка добирался на верхней плацкарте. Он ловко забрался на полку и стал читать с телефона очередной детектив Таны Френч. Поспать парню не удалось. Полночи его сосед с нижний полки, мужчина лет шестидесяти, громогласно храпел. А ближе к утру на боковушку завалился какой-то балбес в железнодорожной униформе. Он занавесил полку покрывалом и отрубился. Его рация тихонько трещала и переговаривалась, а нервная проводница курсировала туда-сюда по вагону в поисках пропавшего. Утром перед конечной остановкой девушка его нашла и учинила лентяю бурные разборки. Но Сашка только посмеивался на свои приключениям, он ехал в Питер и все неудобства были ему нипочем.

Утренний Московский вокзал встретил провинциала деловитой суетой и гулом множества голосов. Александр остановился около бюста Петра I, бросил взгляд на золотистые буквы Санкт-Петербург и двинулся на выход. Он открыл высокие и тяжёлые двери в город, и Питер приветствовал парня летним дождём. Сашка развернулся и долго стоял, задрав голову к башенным часам. Прохладные капли охлаждали его разгорячённое лицо, а он думал о том, что хронограф Фридриха Винтера теперь будет отсчитывать новое время и для него самого.

Метро ещё не работало, и невыспавшийся, но счастливый парень побрёл искать магазин рок-атрибутики Castle Rock. Найдя расположенную рядом арку рок-музыкантов, он заворожённо всматривался в глаза умерших знаменитостей. С подсвеченных сводов на него глядели Курт Кобейн, Егор Летов, Джим Моррисон, Честер Бенингтон, Сид Вишес, Виктор Цой и Элвис Пресли. А во дворе Александр сфотографировал граффити с портретами Михаила Горшенева, Константина Кинчева и Кита Флинта. Дав себе обещание вернутся сюда в часы работы магазина, он потопал на улицу Джона Леннона. Там парень осмотрел гипсовые скульптуры участников Ливерпульской четвёрки, а на стенах рисунки, посвящённые творчеству Beatles.

Через пятнадцать минут он уже спустился на станцию "Площадь Восстания" и стоял в огромной очереди за проездным. Потом побежал вниз по эскалатору, и неповторимый запах метро напомнил ему о детстве и поездках в любимый город с мамой. Он с восторгом глазел на красный гранит, лепные орнаменты и огромные люстры.

Когда парень с радостной физиономией вышел на станции "Владимирская" в лужах уже отражалось солнце, радостно чирикали воробьи, а в синеве неба блестели золотые купола собора. Сашка остановился, расставил ноги, положил руки в карманы, сощурил левый глаз, улыбнулся и посмотрел вверх. Какой-то прохожий в низко надвинутой синей кепке толкнул его и недовольно буркнул: "Извините". А ничего не замечающий путешественник решительно двинулся на Рубинштейна-13, где когда-то находился Ленинградский рок-клуб.

Александр Булунов был счастлив! Началась его самостоятельная жизнь в городе мечты.

Глава 3

Под звуки композиции "Сладкая N" группы "Зоопарк", льющейся из наушников, Сашка сверился с картой и повернул на Щербаков переулок. Потом он двинулся по пустынной в этот час улице Рубинштейна в поисках бывшего рок-клуба. Нашёл дом номер тринадцать и как заворожённый застыл на тротуаре. Его глаза медленно обследовали четырёхэтажный дом: двери, окна, въезд во двор с коваными воротами. Уже давно тут вместо "мекки" рокеров и "символа молодёжного и культурного сопротивления" располагался музыкальный театр "Зазеркалье".

Много лет надписи на стене тëмно-розового здания сообщали, что раньше здесь был ЛРК и на его сцене выступали Виктор Цой, Сергей Курёхин, Константин Кинчев, Майк Науменко, Александр Башлачёв и Борис Гребенщиков. Теперь тут висела мемориальная доска, на которой было написано, что «7 марта 1981 года в этом доме открылся Ленинградский рок-клуб».

Парень, знал, что тогда, в самом начале, ЛРК назывался «Ленклуб любителей музыки» (слово «рок» в названии появилось потом).

Сколько видели эти помещения! Концерты, мечты, взлёты и падения, разборки, литовки, дефицитные пригласительные, милиционеры, сотрудники КГБ, журналисты, жюри, рок-меломаны!

На небольшой сцене когда-то выступали ныне живущие и уже почившие музыканты. Эти стены помнят мелодии тех песен, которые слушают и сейчас, и тех песен, которые уже давно забыты. В зале на триста человек сорок лет назад сидели и внимали ритмам рока зрители. Танцевать, ходить между рядами было строго запрещено, разрешалось только хлопать. Безбилетники лазили по водосточной трубе или верёвке в окна туалетов или гримёрок. Причем помогали им порой проникнуть в здание сами исполнители.

Сашка отключил наушники, будто бы почувствовав ауру этого места. Ему казалось, что он слышал звуки гитар и драм-машины, барабанные ритмы и гул толпы, металлическое дребезжание и даже петушиные крики. Парень закрыл глаза и представил толпы молодёжи на улице и во дворе, штурмовавшей двери и надеявшейся попасть на очередной фестиваль ЛРК. В своëм воображении он увидел, что около дома номер тринадцать стояли и обычно одетые поклонники рока, и девушки с начёсами в коротких юбках и колготках в сеточку, парни в дефицитных джинсах, увешанные цепями и булавками в перчатках без пальцев, панки в пиджаках поверх тельняшек или в галстуках на голое тело, молодые люди с ирокезами на пиве или просто волосами в творческом беспорядке. Александр заметил, что в толпе мелькнул юноша в чёрной одежде восточной внешности, рядом с которым шёл интеллигентного вида молодой человек в стильных тёмных очках-авиаторах и белой куртке.

Тишину расколол звук сигнализации, и Сашка очнулся. Он постоял ещё немного, включил песню "Гопники" Майка Науменко и двинулся к хостелу, который размещался на этой же улице.

Его новое жилище располагалось в пятиэтажном старом здание песочного цвета с коричневой отделкой. Белая мраморная табличка сообщала, что дом построен в 1904 году архитектором А. С. Хреновым. Над старой двустворчатой дверью в листьях лепного узора пряталось женское лицо, ниже располагался витраж — изображением крупного цветка тюльпана с длинными листьями.

Молодой человек долго не мог понять на какую кнопку домофона нажать. Наконец-то, разобрался, позвонил, и его впустили. Александр очутился в тёмной парадной и обнаружил, что лифт, заключённый в ажурную клетку, не работал. Поэтому парень поднялся на верхний этаж по выщербленным гранитным ступеням. Со стен коричневыми ошмëтками падала краска, а отдельные двери давно перешагнули столетний юбилей. Замысловатые цветочные букеты повторялись в дивном узоре чугунных перил, а на четвёртом этаже вошедших встречало давно некрашеное витражное окно с красными тюльпанами. На стенах пятого лестничного пролёта среди многочисленных хулиганских надписей парень прочитал чётко написанную строчку из песни Виктора Цоя «Перемен». Сашка улыбнулся, посчитав это хорошим знаком для начала своей новой жизни.

Нужная ему квартира на пятом этаже была единственной. Он позвонил ещё раз и очутился в бюджетном хостеле с современным ремонтом. За стойкой ресепшена сидела тёмноволосая женщина лет сорока в белой блузке. Она первой приветливо поздоровалась с парнем, проверила его документы и зарегистрировала.

В шестикомнатном помещении было довольно уютно: красивая светлая плетёная мебель, на голубых стенах развешаны морские пейзажи. В коридоре стояло старое чёрное пианино с яркими комнатными цветами в глиняных горшках. Дверь направо вела в кухню где посередине возвышался столб, подпирающий белоснежный потолок.

Сашка осторожно прошёл по коридору в большую комнату на восемь коек и огляделся. На узком балконе стояла раскладушка. На бледно-жёлтых стенах висели картины с видами Египта.

Его соседи ещё спали. Парень занял единственное свободное нижнее место и покосился на стопку свежего постельного белья в горошек. Написал маме сообщение, спрятал ноутбук в сейф и кое-как побросал свои вещи в тумбочку. Через пять минут он уже знал, как доехать до Богословского кладбища со станции метро Площадь Ленина. Позавтракать в это утро Сашка забыл.

Глава 4

Когда автобус номер сто семьдесят шесть довёз провинциала прямо до ворот Богословского, откуда-то с севера набежали противные мышиного цвета тучки. Они плотно затянули небо, и дождь опять возобновился. Сашка накинул на свою вихрастую голову капюшон ветровки, разыскал цветочный киоск, купил четыре красные гвоздики и с нетерпением стал ждать сорок минут до открытия кладбища.

Куда идти он уже знал, поэтому ровно в девять часов смело прошëл в ворота и вскоре свернул налево. В его голове попеременно стучали строчки песен: "Дождь один не слушает приказа..." Рикошета, "Если будет дождь и мой самолёт не взлетит... " Майка и "Дождь для нас" Цоя. Через семь минут Александр увидел круглую кованую ограду, обелиск из чёрного гранита с силуэтом музыканта и множество цветов. Он шагнул ближе, положил свои гвоздики и задумался о том, какие песни сейчас бы пел лидер "Кино".

Неожиданно справа от могилы Виктора засверкало что-то рыжее: по дорожке в сторону парня двигалась девушка с длинными волосами. Она приблизилась на пару шагов и села на скамеечку около какого-то надгробия. Юноша знал, что там располагалась могила Горшка и в каком-то радостном ожидании двинулся к сиянию.

Огненноволосая незнакомка сидела спиной к Сашке около памятника Михаилу Горшеневу. Молодой человек подошëл к ней и услышал, как она еле слышно поëт "Проклятый старый дом". Почувствовав, что за спиной кто-то стоит, девушка вздрогнула и замолчала. Она повернула к подошедшему юноше своё красивое, с правильными чертами лицо, и её серые глаза вспыхнули восторгом узнавания. Капюшон голубой толстовки незнакомка почему-то не натянула, и теперь волосы, лицо, усыпанное веснушками, и чёрные пушистые ресницы девушки были мокрыми.

Вдруг она стремительно вскочила со скамейки, и Александр увидел, что сероглазка ненамного ниже его ростом. Парень и рыжая красавица долго молчали, пристально смотря друг другу в глаза. А в это время лидер группы "КиШ" со своего надгробия лукаво им улыбался.

Девушка очнулась первая, моргнула, от чего капельки дождя упали с ресниц, и приветливо, как со старым знакомым, заговорила:

— Доброе утро! Меня зовут Кассандра, Кэсси.

— Здравствуй! Я Саша, очень приятно.

— Мне тоже.

— Тебя назвали в честь той, кто напророчила гибель Трои? — осмелел всегда робкий с противоположным полом парень.

— Ага, дед преподавал историю.

— Красивое имя, как ты.

— Спасибо. А ты знаешь, что здесь похоронены жена и мать Цоя, а там, дальше Рикошет, а тут солист группы "Облачный край"? — спросила Кассандра.

— Нет, надо потом заглянуть.

— Ты любишь КиШ? — скорее констатировала, чем спросила она.

— Конечно. А ты? — задал нелепый вопрос Сашка.

— Ну я же здесь, — улыбнулась девушка.

— А что за группа "Облачный край"?

— Советская, из Архангельска. Моя самая любимая их песня "Грустная история". Тебе точно понравится.

— Откуда ты знаешь?

— Оттуда, — подмигнула Кэсси.

— А как тебе «Ария»?

— В золотом составе.

— Какая твоя самая любимая песня у Кипелова?

— А мне много что нравится. Пророк, Реки времен, Дьявольский зной…

— Мне тоже много что: Беспечный ангел, Зверь, Гонит ветер. Группу «Корсика» слышал?

— Нет. Спасибо за наводку.

Так болтая, они шли, задевая друг друга плечами, словно близкие друзья.

Дождь неожиданно закончился. Величественные тополя по обе стороны кладбищенской дорожки шелестели и будто пытались о чём-то предупредить. Испуганное солнце не желало показываться из-за насупленных туч. Кресты и памятники нескончаемо тянулись вдаль под противное карканье галок, гнездящихся на вершинах деревьев.

Девушка и парень постояли около могил Марьяны и Валентины Цой, а потом прошли дальше к Рикошету, Александру Аксенову. На могиле этого рокера Кэсси рассказала Сашке о том, что оградку с драконами сделали по эскизу Кинчева.

— Песню лидера "Алисы", посвящённую Рикошету слышал? — поинтересовалась Кассандра.

— Да, отличные строчки:

Конченый герой –

Псам помеха спать.

Тех, кто принял бой,

Смертью не унять!

— А "Брат Ураган", которую Рикошет посвятил Кинчеву?

Брат-ураган, я иду к тебе, подняв руки

Я слышу громко твои звуки

Брат-ураган, добро пожаловать к нам

Добро пожаловать к нам.

— Нет, надо будет послушать.

— Пойдём назад? — неожиданно задала вопрос Кэсси и посмотрела Сашке в глаза.

— Ага, — промямлил парень, очарованный блеском её густых волос, ослепительно засиявших на солнце, вдруг вырвавшемся из неволи облаков.

Очень медленно, за разговорами о композиции Цоя "Атаман", о проекте "Симфокино" и возрождении любимой группы парочка побрела до остановки. Юноша слушал Кассандру открыв рот: она столько знала о русской рок-музыке!

Пребывая в восторге от своей новой знакомой, парень не смотрел под ноги и не замечал, что наступает в неглубокие лужи на асфальтовых дорожках Богословского кладбища. Разговаривая, он махал руками. И когда в очередной раз случайно дотронулся до девушки, она осторожно взяла его ладонь и больше не отпускала, от чего его бросило в жар.

Счастливые Сашка и Кассандра подошли на конечную автобуса и долго стояли, держась за руки. Парень рассказывал смешные случаи из своей жизни, делился своими мечтами и планами. Кэсси внимательно его слушала, то и дело убирая от лица свои рыжие локоны, с которыми забавлялся ветер.

Потеплело.

Сероглазка расстегнула толстовку, и юноша увидел, что на шее девушки висела красивая серебряная цепочка и необычный крестик с петелькой. Время от времени она вертела его правой рукой, украшенной колечком с мордочкой кота.

Машины проносились мимо парочки, и брызги от луж создавали сотни крошечных радуг. Лазурные автобусы подъезжали и отъезжали, высаживая и забирая немногочисленных пассажиров. Редкие прохожие торопились по своим делам. На раскидистой берёзе заливался невидимый соловей. Деловитые сизые голуби и робкие воробьи копошились под ногами старушки, которая кормила птичек, сидя на скамейке.

Рядом с молодыми людьми встала женщина в прозрачном плаще. В бежевой коляске, чью ручку она крепко держала, спал малыш в полосатом костюмчике и фиолетовой шапочке.

Сашке было спокойно и хорошо в этом любимом им городе, рядом с девушкой, которую он видел впервые, но к которой его тянуло, как магнитом. Кассандра опомнилась первая и предложила обменяться номерами телефонов. Тут пустой автобус номер 105 подъехал к конечной, развернулся в обратную сторону и открыл свои двери.

— Это мой, — с сожалением сказала девушка.

Затем она, забавно сморщила нос, от чего веснушки на еë лице запрыгали как крошечные солнечные зайчики, и спросила:

— Ну, пока?

— До скорой встречи, — с сожалением буркнул Александр.

Он помог войти женщине с коляской, проводил глазами Кэсси, и двери захлопнулись.

Пока автобус не повернул, парень долго махал рыжему пятну в заднем окне. Затем он рассеянно поправил свои вихры и бухнулся на пустую скамейку. Долго ждал свой 176 номер, а когда тот, наконец-то приехал, сел на заднее сиденье. И пока за окнами мелькали дома, перекрёстки, магазины и детские площадки, удивлялся произошедшему с ним. Его телефон тихонько мурлыкал «Жизнь струны» Алисы, но парень ничего не слышал, в его ушах звучал голос рыжульки.

Около метро, купив пирожки с картошкой, Сашка наскоро перекусил. Потом поднялся в хостел и стал колдовать над очередным сайтом. Он с нетерпением ждал вечера, чтобы написать своей новой знакомой, и когда тот наступил, долго не решался найти Кассандру в мессенджере.

Люди в комнате шумели, ходили туда-сюда, что-то жевали, слушали музыку. А юноша всё смотрел на светло-жëлтую стену комнаты и боялся, что девушка его проигнорирует. Когда парень всё-таки отправил сообщение, Кэсси моментально ему ответила. Они переписывались до трёх часов ночи о любимый фильмах и песнях, пока Сашка просто не отключился с телефоном в руке.

Глава 5

Проснувшись непривычно поздно, в полдень, в замечательном настроении после приятного знакомства, Александр не нашёл свои новенькие кроссовки там, где оставил их, под кроватью. Не отыскал он и носки, которые засунул перед сном в уличную обувь. Спросить о чудном исчезновении было не с кого, в комнате парень оказался в гордом одиночестве. Сашка интеллигентно выругался и уставился в окно, которое показывало скучноватый документальный фильм о нескончаемых крышах Питера. Будучи человеком аккуратным и бережливым, сегодня он скорее подивился, чем огорчился пропаже и, напялив лёгкие летние брюки и рубашку, прямо в резиновых тапочках спустился на шумную улицу. На первом этаже этого же дома в забегаловке закусил шавермой с куриным мясом, в крохотном магазинчике напротив купил несколько пакетиков растворимого кофе "3 в 1" и вернулся назад. В кухне отыскал красивый красный с сердечками бокал, включил электрический чайник и разорвал пакетик, оставив на серой под мрамор столешнице несколько кристалликов содержимого. Затем заварил кофе, подождал и, раздувая щеки, выпил невкусную коричневую жижу. Потом вернулся в комнату и обнаружил на койках слева болтающих о погоде двух молодых людей, которые с иронией покосились на его чёрную с белыми разводами обувку. Александр вежливо поздоровался, а соседи буркнули что-то нечленораздельно в ответ. По наитию нагнулся под кровать и обнаружил, что пока он выходил, его кроссовки с носками странным образом телепортировались обратно.

— Парни, не надо так шутить, — попросил Сашка, сообразив кто поспособствовал пропаже.

— Отвали, иначе пожалеешь, — с брезгливостью процедил сквозь зубы крепкий парень постарше с очень короткой стрижкой в футболке с надписью "Rammstein" и едва заметным синяком под левым глазом.

— И хочется тебе тратить время на задротов, Руся! Лучше послушай, что расскажу, — попытался переключить на себя внимание друга второй парень в донельзя рваных джинсах и с пирсингом левой брови.

— Я вас прошу не трогать мои вещи. Пожалуйста! — твердо произнёс Александр, и титан в его щеке задёргался нехорошим предчувствием.

— Это кто тут гавкает? — смачно сплюнул на пол поклонник "Rammstein" и медленно встал со своего места.

Кареглазый провинциал внутренне приготовился к стычке, оценивая расстановку сил. Его противник оказался гораздо выше ростом, чем представлялось. Драться парень умел, понимая, "Что будет стоить тысячи слов, Когда важна будет крепость руки?". Нельзя было скидывать со счетов и второго чувака, жилистого юношу с бесцветными глазами. Так рассуждая про себя, Александр Булунов сбросил тапки и аккуратно сдвинулся с круглого коврика посреди комнаты, оказавшись перед ним, спиной к балконному окну в боевой стойке.

Сосед с пирсингом повис на мощной руке своего друга и патетически воскликнул: "Тебе мало прошлого раза?". Но амбал, не обращая внимания на мольбы прекратить бычиться, грубо отцепил пальцы товарища и, как оказалось, неосторожно ступил на четвертого участника шоу — коврик. Неожиданно для себя и всех остальных Руся подскользнулся, проехался по скользкому ламинату до места, где стоял Сашка и грохнулся к его ногам. Ошарашенный крепыш, взирая снизу вверх на серьезного парня со сжатыми побелевшими кулаками, ждал удара. Но провинциал спокойно отодвинулся к своему спальному месту и посмотрел на противника, насмешливо поблёскивая глазами.

Парень с пирсингом угодливо поспешил на помощь другу, который еле встал, потирая ушибленную филейную часть.

— Пока живи, — милостиво бросил Руся, даже не повернув коротко стриженную голову в сторону Александра.

Везение несомненно пребывало сегодня на стороне Сашки. Когда он, чуть расслабился, но всё-таки стараясь не поворачиваться спиной к соседям, застелил постель пледом и взбил подушку, его смартфон разразился Цоевской "Пачкой сигарет". Парень, поправил блондинистые вихры и переключился на разговор с мамой. Сообщив родительнице, что жив и здоров, Александр нажал отбой и отметил, как шутники многозначительно переглянулись. А затем амбал в чёрной футболке снисходительно махнул в его сторону рукой.

Выдыхая с облегчением, провинциал упал на своё место, ещё немного повалялся и вскочил с кровати. В абсолютной тишине протопал мимо замерших соседей и достал в коридоре из закрытой ячейки ноутбук. Затем принялся искать работу, рассудив, что сбережения надо беречь, нормально заработать на не особо сложных сайтах не получится и что дополнительно надо устроиться курьером на первое время. Сашка рыскал в интернете и с недоверием косился на тихо шушукающихся парней, но те через полчаса куда-то свалили. Тогда парень уже спокойно стал просматривать объявления и ответил на четвертое предложение об услугах в незнакомом ему районе, где платили больше. Он отправил онлайн-заявку в сервис маркетплейса, и ему на удивление моментально ответили. Приступать надо было уже завтра, и провинциал с сожалением подумал о том, что намеченную поездку на "Камчатку" придётся отложить.

Тут с беззаботным смехом, звеневшим ещё от входной двери хостела, в комнату вбежали молодые люди: парень в гавайской рубашке и тёмная блондинка в льняном платье с вышивкой. Сделав вид, что не заметили провинциала, влюбленные принялись целоваться так жарко, что Сашка отвернулся к стенке, размотал всегда спутанные провода наушников и врубил группу "Облачный край". Но страсть новых соседей всё равно было прекрасно слышно. Поскрипев пружинами матраса, повздыхав и пошуршав одеждой, угомонившаяся парочка принялась обмениваться восторженными впечатлениями о посещении Михайловского замка и променаде по Невскому проспекту. Потом девушка и парень начали шумно собирать свои вещи и проверять обратные билеты. И, наконец-то, вдвоём завалились на нижнюю койку спать перед дорогой.

Дождавшись тишины, парень разыскал питерские фирмы, разрабатывающие сайты под ключ, и отправил резюме, надеясь, что возьмут с его пока невеликим опытом. Заодно он решил как можно скорее снять недорогую комнату в коммунальной квартире. Но, изучив рынок, присвистнул от цен и отложил этот вопрос. Сайт для автомастерской был почти закончен, и Сашка, непривыкший долго отдыхать, решил размять ноги и немного пройтись в окрестностях хостела, продолжая дальше изучать любимый город.

Александр Булунов, считая ступеньки, выскочил из парадной, повертел головой и направился на главную улицу Санкт-Петербурга.

Глава 6

Парня, настроение которого не испортила утренняя стычка, тут же подхватила и завертела городская суета: гул автобусов и машин, смех и разговоры, музыка из наушников и рингтоны телефонов. Мимо спешили молодые мужчины и женщины; родители, держащие маленьких детей за ручку; погружённые в себя подростки. Престарелые туристы, задирая вверх головы, медленно шли вдоль фасадов, щёлкая фотоаппаратами и кнопками смартфонов.

Из пекарен и булочных тянуло чудесным запахом свежей сдобы и умопомрачительным ароматом кофе. У маленьких кафе плетёные стульчики с подушечками на сиденьях ждали в свои объятия проголодавшихся посетителей. Нарядные двери, украшенные композициями из искусственных роз и камелий, веток, усеянных жемчужинами, листьев и колокольчиков, вели в крошечные магазинчики сувениров и сладостей. Около входа в ресторанчики стояли карликовые туи в ярких кадках, а на чисто вымытых окнах в подвесных кашпо пышно росли кустики белых, синих и красных петуний.

Навстречу Сашке стремительно выскочила молодая рыжеволосая девушка в полосатой чёрно-белой кофточке. Полы широкой салатовой юбки, раздуваемой ветром, задели парня. На какой-то миг ему показалось, что это Кассандра и он захотел окликнуть рыжульку. Но потом сообразил, что её волосы гораздо короче, чем у Кэсси.

Александр очутился на отрезке Невского, который как бритва разрезал Литейный и Владимирский проспекты. Потом рванул налево на пешеходный переход на последних секундах зелёного света светофора. Сверился с картой и неторопливо по правой стороне улицы побрёл, пожирая глазами прекрасные здания девятнадцатого и начала двадцатого века. Впереди зажелтело изящное строение с римскими колоннами, на крыше которого гордо высилась скульптура ангела. Перед полукруглой кованой оградой на тёмном постаменте стояла мужская фигура в военном мундире. Парень слегка прищурился и прочитал фамилию на памятнике — "Петру Георгиевичу Ольденбургскому". По карте он выяснил, что находится напротив Мариинской больницы, имеющей множество корпусов. Немного пойдя вперёд, кареглазый блондин оказался у Шереметьевского пассажа, серого здания с большими окнами, в чьей декоративной растительной лепнине он заметил и кресты. Сашка повернул голову вправо и увидел белую вывеску с надписью "Музей Анны Ахматовой в Фонтанном Доме". Тот самый, о котором так много рассказывала его мама! Поэтесса, точнее, как любила она сама себя называть, поэт, являлась кумиром Елены Федоровны. Поэтому парень оказался под аркой, осмотрел забавные буквы "Museum" из ржавого металла, нацарапанные отрывки стихов и фреску из умело сбитой до красных кирпичей штукатурки — лицо Анны Андреевны.

Через две секунды он очутился в зеленеющем послеполуденном саду, закрытым со всех сторон домами. Здесь с превеликим трудом солнечные лучики проникали сквозь густую листву и ложились на землю неровными ромбиками. Где-то мурлыкающе ворковал невидимый голубь. Пленённый ветер что-то тихонько шептал мощным дубам и раскидистым клёнам, неторопливо раскачивал кусты розового шиповника, заставлял плакать белыми лепестками пьянящий жасмин. И только гордые красные розы притворялись, что равнодушны ко всему, кроме своей красоты. Летняя магия Санкт-Петербурга!

В не тяготившем его одиночестве Александр, не торопясь, прочитал надписи на оштукатуренных стенах ограждения и обошёл все дорожки. Из маминых рассказов он знал, что Фонтанным домом называют усадьбу графов Шереметевых. Тут в Южном садовом флигеле и была расположена музей-квартира Ахматовой. Здесь она прожила почти тридцать лет: сначала со своим неофициальным мужем Пуниным, а потом после эвакуации получила ордер на комнату в этой же коммуналке.

Сашка осмотрел стоящий недалеко от входа памятный кенотаф Прасковье Жемчуговой, дочери кузнеца, крепостной актрисе и тайной жене Николая Шереметева. Потом похожий на призрачную чёрную тень памятник самой поэтессе. Посидел на «Скамейке стукачей», сделанной в память о слежке за Ахматовой осенью 1946 года. На медной табличке он прочитал: "Ко мне пришёл некто и предложил 1 мес не выходить из дома, но подходить к окну, чтобы меня было видно из сада. В саду под моим окном поставили скамейку, и на ней круглосуточно дежурили агенты".

Пока парень был погружён в мысли о жизни поэтессы, о его ноги кто-то мягко потёрся. Александр склонил вихрастую голову и обнаружил огромного рыжего кота с длинной шерстью, чей чрезмерно пушистый хвост обвил его голень. Усатый, тарахтя как крошечный генератор, медленно прикрыл свои зелёные глаза и дал себя погладить. Идиллию тёплого раннего вечера нарушило внезапно спрятавшееся солнце, превратившее и так тенистый сад в место, полное зловещих серых силуэтов. Листья деревьев по воле ветра тревожно заговорили сотнями голосов, шелковистая трава на клумбе напротив заструилась как волнующаяся река, даже бутоны красных роз склонились в изящном реверансе перед кем-то невидимым. Копошащиеся где-то за спиной парня голуби забили крыльями и взлетели. Рыжий кот навострил уши, шерсть на его загривке встала дыбом, и в панике он стрелой прошмыгнул в подвал флигеля.

Сашка, пытаясь хорохориться, пожал плечами, и ему на ум пришли строчки, которые когда декламировала Елена Фёдоровна:

Смерти нет — это всем известно,

Повторять это стало пресно,

А что есть — пусть расскажут мне.

Кто стучится?

Ведь всех впустили.

Это гость зазеркальный? Или

То, что вдруг мелькнуло в окне…

Шутки ль месяца молодого,

Или вправду там кто-то снова

Между печкой и шкафом стоит?

Бледен лоб и глаза открыты…

Значит, хрупки могильные плиты,

Значит, мягче воска гранит…

Вздор, вздор, вздор! — От такого вздора

Я седою сделаюсь скоро

Или стану совсем другой.

Что ты манишь меня рукою?!

За одну минуту покоя

Я посмертный отдам покой.

Юноше показалось, что жуткие тени ещё больше сгустились вокруг. Ему стало даже холодно, и не кстати он вспомнил о том, как когда-то читал, что дворец и сад полон призраков. Здесь из ревности зарезали юного фаворита Екатерины Великой, камер-юнкера Жихарева. Тут не раз видели неупокоенную душу Прасковьи, умирающей от туберкулёза, которая только из окна могла видеть своего новорождённого ребенка. Её невестка, из нетитулованной небогатой ветви Шереметевых, по слухам была отравлена врагами мужа, и тоже бродила по галереям Фонтанного дома.

Уже не на шутку испуганный провинциал вздрогнул и ему почудилось, что его ещё плотнее обступили призраки. Но громким выстрелом хлопнула входная дверь в музей, и под красивым кованым козырьком появились две женщины в элегантных летних платьях.

— Мы что в склепе? — смеясь, спросила первая дама и схватилась за розовые ленточки соломенной шляпки, которую пытался сдуть с её головы порыв ветра.

— Не дождутся! — ответила другая, скользнула заинтересованным взглядом по чуток очумелому кареглазому парню и поправила яркие, в тон голубому наряду, бусы.

Женщины синхронно накинули на плечи ремешки маленьких светлых сумочек и постучали каблучками босоножек к выходу, не замечая, что оказались в эпицентре паранормального.

Как будто обидевшись на неверящих, неупокоенные души отступили от Сашки, и в саду Фонтанного дома посветлело. Вырвавшийся из власти теней попытался осмыслить происходящее. Он никогда особо не верил в мистику и теперь сам себя уговаривал списать случившееся на игру света и тени. Парень взглянул на часы и понял, что как раз успевает за час до закрытия мемориальной квартиры. Он зашёл во флигель, купил билет и оплатил аудиогид. Потом погладил спящего на подоконнике в огромной лежанке под обглоданным хлорофитумом маленького рыжего котёнка.

Через три минуты Александр Булунов поднялся на третий этаж и оказался единственным посетителем. Он решил снять видео для мамы, слушая запись и комментируя вслух увиденное. Провинциал осмотрел прихожую с напольной разлапистой вешалкой, трюмо и печью с белыми изразцами, кухню с громоздким буфетом, дровяной плитой и чугунной раковиной. Закуток в коридоре, где жил сын Анны Андреевны на сундуке, кабинет Пунина с письменным двухтумбовым столом, статуей Будды и диванчиком поэтессы под малиновым покрывалом. Столовую, когда-то выкрашенную розовой краской, где посередине находился квадратный обеденный стол под вязаной скатертью и расположенную у стены низенькую горку, за стеклом которой стояли изящные чайник, сахарница и чашки. Дальше парень оказался в комнате Ахматовой, где она жила после разрыва с Пуниным, а потом в апартаментах, выделенных ей после эвакуации.

Парень обошёл все помещения, сдал аудиогид и пресыщенный впечатлениями выскочил из музея. Но ничего необычного не заметил и спокойно отправился назад в хостел.

Глава 7

Белобрысый парень перешёл на другую сторону Литейного и поглазел на фантастические фрески в арке котокафе. Потом дотопал до углового дома по Невскому проспекту, и что-то притянуло его внимание к огромным почти до земли полукруглым окнам. "Radisson Royal Hotel" белели над входом буквы. Отель пять звёзд. За бежевыми в решетку занавесками бар Cannelle. Два раза пропищал зелёный сигнал светофора, и Сашку будто током ударило. Это "Сайгон"?! Точно Он! У этого же здания двойной адрес! Провинциал проверил табличку на доме, порылся в интернете. Да, перед ним популярное в 80-тых годах кафе "Сайгон", где подавали дефицитный тогда настоящий чёрный кофе! Место тусовки неформалов, представителей андеграунда, музыкантов, писателей, художников, спекулянтов и околокриминальных элементов. Парень насмотрелся на легендарное в прошлом заведение и двинулся назад, мурлыкая БГ: "Детство прошло в «Сайгоне», Я жил, никого не любя. Была моя жизнь в обломе, Пока я не встретил тебя".

Вернувшись в хостел, Александр послал сообщение-привет Кэсси, которое зависло в непрочитанных. Ближе к восьми вечера под мелким дождичком он выполз в пышечную и купил четыре сдобных пончика с пудрой. Поднялся на пятый этаж, отметил, что черноволосая администраторша сменилась на полную шатенку, поздоровался и прошлёпал в кухню. Там пожилая пара из самого дорогого здесь номера с двумя кроватями, оглушительно бранилась: кому разогревать плов, почему забыли купить хлеб и куда запропастился слуховой аппарат. Мужчина в поношенных спортивках шепнул парню: "Никогда не женись". Потом уже зычно, обращаясь к жене сказал: "Да, да, дорогая!". И продолжил спокойно восседать в плетёном кресле. Его жена с цветом волос соль и перец, устав препираться, сама разогрела плов и недовольно звякнула вилками. Сашка пооткрывал все шкафчики в поисках тарелок, а пожилой дядечка не отрываясь от ужина, сообщил ему о том, что искомое находится над мойкой.

Провинциал вежливо поблагодарил и схватил с полки чуть щербатую синюю тарелку. Под уже милое воркование супругов разложил пончики, щёлкнул кнопкой электрочайника и насладился знаменитой питерской сдобой. От удовольствия он даже зажмурил глаза, а когда открыл их, огорчился — в кухню проникло полтела амбала, которое издавало странные псыкающие звуки. Сашка быстро дожевал третий пончик, шумно сделал глоток чая, поднялся со стула и с сожалением завернул в коридор.

— Не напрягайся! — поклонник "Rammstein" хлопнул по плечу обсыпанного пудрой провинциала.

— Постараюсь, — невозмутимо ответил Сашка и заметил за мощной спиной жилистую фигуру, почти сидевшую на пианино.

Александр Булунов вопросительно глянул в лицо собеседника, на этот раз не ощущая никакой опасности.

— Познакомимся. Руся! А это Ник, — небрежно кивнул в сторону второго парня обладатель чёрной футболки.

Сашка представился, крепко пожал поданную амбалом руку, а тот кивнул, оценив и силу, и смелость кареглазого юноши. И тут же из-за спины поклонника "Rammstein" протянулась ещё одна ладонь, которую провинциал также твердо сдавил.

— А ты чем занимаешься? — с интересом спросил крепыш, привалившись к жалобно скрипнувшей двери туалета.

— Немного джиткундо, — был ответ Сашки, понимающего, что странной парочке данный термин неизвестен.

— Это что? — очень удивился Руся и почесал бритый затылок.

— Брюс Ли, — коротко бросил провинциал, которому уже стал надоедать этот разговор.

Недоумевающий парень в чёрной футболке повернулся к Нику и, не задав вопрос, получил поспешный ответ.

— Помнишь мы смотрели "Выход Дракона", старый фильм?

— Аааа, круто.

— Руслан, я пойду, у меня ещё дела, — сообщил Александр и направился в кухню.

— Не зови меня так. Я своё имя ненавижу, — выдавил амбал, крутой как яйца, варившиеся десять минут, и просверлил взглядом собеседника.

— Красивое имя. Ну, да ладно, — пожал плечами Сашка и отодвинулся, чтобы пропустить пожилых супругов, закончивших ужинать.

— Так вот, — высокомерно посмотрел на вышедших поклонник "Rammstein" и продолжил. — А я ещё хотел извиниться и отдать позаимствованное.

Он махнул за спину, и парень с пирсингом молниеносно подал провинциалу синюю бутылочку.

— Спасибо, — офигев от наглости Руси, прошептал Сашка и схватился за свой шампунь.

Входная железная дверь брякнула, и отлучавшаяся куда-то регистраторша недобро покосилась на молодых людей, занимая своё место за стойкой.

— Раз мы подружились, — понизил голос амбал, — не дашь взаймы тысячи три-четыре?

Сашка растерянно посмотрел на Ника, но товарищ Руси предпочел изучал сколы на тёмной поверхности старого пианино.

— Могу дать две, — решил белобрысый парень, чтобы сохранить хрупкий мир, и полез в карман летних брюк.

— Валяй, — с невиданным проворством выхватил деньги обладатель чёрной футболки и свалил куда-то вместе с другом.

Сашка мысленно попрощался с деньгами и отправился дожевывать последний пончик.

К ночи в хостел подтянулись все жители восьмиместной комнаты. Вернулись слегка поддатые Руся и Ник, незнакомые юноши и взрослый мужчина восточной наружности. Проснувшаяся влюблённая парочка, игриво щипая друг друга под волчьи взгляды амбала, отчалила на вокзал.

Белобрысый парень продолжил читать детектив Таны Френч теперь уже под храп и причмокивание Руси. В начале нового дня Александр ещё раз посмотрел сообщение для Кэсси, но оно так и не было прочитано. Затем отметил, что соседи в полном составе дрыхнут, и последовал их примеру.

Глава 8

Для Сашки вторая ночь в Питере, как и минувший день, оказалась беспокойной: он просыпался каждый час, волнуясь из-за работы и опасаясь "новых друзей". Парень вскочил за десять минут до будильника, застелил кровать, поднял упавшее на пол бежевое покрывало и тщательно расправил его. Стараясь не разбудить соседей выбрался на балкон, где стояла сложенная раскладушка, и выполнил свой обычный утренний комплекс упражнений. Сходил в душ, покопался в сумке и напялил на себя чёрный спортивный костюм со вставками из ткани лесной камуфляж. Поразмыслив, отстегнул рукава и капюшон у толстовки и ,оставшись в жилетке, вспомнил знаменитое "Брюки превращаются в элегантные шорты". Потом схватил ветровку, передумал и положил её назад. В конец запутавшись, как одеваться в городе мечты, взял зонтик и запихал его в небольшой рюкзачок с одной лямкой. Теперь Александр Булунов был готов к подвигам!

Белобрысый провинциал спустился вниз, вполголоса напевая: "Начинается новый день, И машины туда-сюда". Обратил внимание на незамеченную раньше надпись "Нотариус" на доме напротив и мозаичные панно выше: корабли, архангела и рыбомонстра. Потом Сашка нажал на потёртую кнопку домофона, дёрнул за разболтанную ручку, и тёмно-коричневая старинная дверь выпустила его в прекрасное летнее утро.

Улица Рубинштейна и Невский проспект ещё сладко дремали, слегка посапывая проезжающими машинами. Дворники усиленно вжикали пластиковыми вениками по брусчатке, и полы их оранжевых спецовок, раздуваемые ветром, махали так, будто пытались взлететь. Редкие невыспавшиеся прохожие спешили: кто в сторону метро, кто на остановки наземного транспорта, а кто в кафе за утренней чашечкой чая.

В соседнем доме с кружевными балкончиками размещался известный ресторан быстрого питания, и ноги парня сами принесли его к яркой вывеске. Там он выпил весьма недурной кофе и съел гамбургер, насколько резиновый, что впредь зарёкся посещать данную забегаловку.

Теперь Александру предстояло спуститься на станцию Достоевская и проехать до Ладожской по оранжевой ветке. Поэтому он бодро прошагал по Щербакову переулку и повернул налево. У светло-жёлтого невысокого строения, нижний этаж которого врос в землю, остановился и изучил мемориальную доску. Надпись гласила, что в этом доме с 1829 года по 1831 год жил и работал известный русский поэт Антон Антонович Дельвиг. Провинциал отступил от здания и развернулся к входу в метро, находившемуся рядом в торговом комплексе. И тут узнал в проходящем мимо него мужчине приятной полноты постаревшего Фёдора Курочкина из знаменитого сериала "Тайна следствия". Бросаться за автографом к любимому актёру своего отца парень не стал, проводил его спокойным взглядом, а тот, чуток удивленный, сдвинул тёмные очки со лба на переносицу и поспешил дальше по Владимирскому проспекту.

В подземке Сашка активировал проездной "Подорожник", ещё раз изучил карту метро и сел в синий с белыми полосками немноголюдный вагон. Выгрузившись на станции метро Ладожская, он отметил, как до рези в глазах сверкало на солнце металлом и стеклом красивое здание вокзала: три остроконечные крыши, четыре толстых трубы и две круглых пристройки-башни. Затем парень отправился искать автобусную остановку и растерялся: их вокруг нашлось изрядное количество. От волнения провинциал запутался в мобильном транспортном приложении и заметался туда-сюда, боясь, что опоздает. В итоге, уже отчаявшись, он увидел остановившийся рядом с ним, как по мановению волшебной палочки, лазурный 222 и влетел на ступеньку. Тут же оказалось, что приложение, а вслед за ним и табло, показывающее маршрут, зависли, явно сговорившись. Недовольный парень тряхнул белобрысыми кудрями и вежливо спросил у сидящей рядом старушки, одетой в синюю с розовыми спиралями кофточку, когда "Якорная". Поражённая вопросом пожилая женщина пролепетала, что следующая — конечная. Раздосадованный Сашка топнул ногой и, как только двери открылись, буквально выпрыгнул на асфальт и увидел, как брат-близнец его автобуса уезжал в другую сторону.

Теперь можно было никуда не спешить. Измученный Александр Булунов почти переполз через зебру и смиренно пристроился на скамейке под прозрачным переходом железнодорожного вокзала.

Глава 9

Спустя двадцать минут парень уже ехал к Якорной. Придя в норму, он проверил смартфон и с восторгом обнаружил сообщение от Кэсси в мессенджере. Девушка извинилась и объяснила, что работает с подругой над картиной творческим тандемом. А Сашка ответил, что нашёл работу, но какую именно говорить не стал. Молодые люди пожелали друг другу успехов и попрощались. Настроение провинциала резко взлетело вверх, и он с превеликим удовольствием принялся осматривать окружающий городской пейзаж. Справа промелькнуло здание с зеркальными стенами — ювелирный дом Фаберже, сверкнула голубой стрелой речка Охта в объятиях редкой зелени, промчались разноцветные многоэтажки. Три раза парень перепроверил там ли выходит, ведь остановок "Якорная" на карте оказалось аж две. Он выбрался из автобуса и очутился в промзоне с множеством хозяйственных построек и внушительного размера гаражами. Дом 7 литера К нашёлся неожиданно быстро. Им оказалось одноэтажное кирпичное здание с огромным логотипом маркетплейса — на жёлтом фоне зелёные и красные геометрические фигуры. Внутри Сашка обнаружил более чем скромную обстановку: выкрашенные в голубой цвет стены, линолеум бабушкиной расцветки и охранник на вахте. Худенький дядечка, которому давно уже пора было на пенсию, дрожащими руками открыл паспорт провинциала в чёрной обложке с надписью AC/DC и еле слышно сказал, как пройти в 12 кабинет. Парень свернул в длинный коридор и отыскал нужную ему комнату. Только он собрался постучать в дверь, единственную с красивой обивкой, как на него вывалился молодой мужчина в голубой футболке. Соискатель резко отскочил в сторону, а искрящийся злобой некто бросил на пол скомканную жёлтую ветровку и, не видя ничего вокруг, попёр к выходу.

Александр пару минут оглядывал обстановку большого, стильно обставленного современной мебелью и техникой кабинета. Потом три минуты буравил неширокую спину смотрящего в окно низенького человечка в дорогом костюме. Не зная что и думать о происшествии, свидетелем которого стал, парень решился и постучал в дубовый косяк.

— Ну что тебе ещё надо? — с ненавистью прошипел начальник и резко повернулся к Сашке, чуть не задев горшки с кактусами и кактусятами.

— Здравствуйте, я на собеседование! — пронзительно от смущения воскликнул парень.

— И тебе здрасьте, — уже добренько ответил, утирая потный лоб и сальные волосы, человечек и добавил, — только давай тише.

— Извините.

— Я управляющий Розанов Степан Станиславович, и я буду тебя собеседовать. Не стой, — пропыхтел и уселся в недешёвое кресло за дорогостоящий директорский стол начальник.

Сашка насупил брови, но кивнул.

— Рекрутер болеет, — ответил, как сделал одолжение, человечек.

— Так, ты у нас Александр Булунов, — произнес управляющий, пошуршал бумагами и пощелкал клавиатурой.

Провинциал кивнул второй раз, снял рюкзачок с плеча и устроился на стуле поудобнее.

— Как ты ориентируешься в незнакомых местах? — задал вопрос Розанов, пошевелил узкими плечами и оттянул рукава пиджака.

— Нормально, по географии твердая четверка, — с уверенностью сообщил парень.

— Хорошо. А ты здоров? Сможешь носить грузы?

— Да, — невозмутимо продолжил кареглазый интервьюируемый.

— А работать по выходным? Перерабатывать, если надо? — вперил в соискателя болотного оттенка глазки Степан Станиславович.

— Если будут платить сверхурочные, то да.

— Ладно, — недовольно сложил уточкой тонкие губы управляющий и продолжил, — готов ли ты к конфликтным ситуациям с клиентами?

— Конечно.

— Хорошо. Давай документы. И понимаешь, Сашок, у нас тут такая проблема нарисовалась. Уволилось два курьера. Лето, на юг отдыхать подались. Поэтому придётся тебе работать здесь, в Красногвардейском и Калининском районах, хоть ты и хотел в центре. Да и с 5/2, возможно, не получится. ЧП у нас можно сказать, надо фирму спасать! На тебя вся надежда! Ты готов?

Сашку усиленно затерзали уже несмутные сомнения, но не в его привычке было отступать. Поэтому он в третий раз утвердительно мотнул белокурыми вихрами.

— Ну тогда сразу в бой! Стажировки не будет. Я вижу ты парень умный, справишься, разберёшься, — с патетикой добавил Розанов.

— А трудовой договор? Зарплата как написано? — опомнился провинциал.

— Потерпи, кадровик в отпуске. Потом обязательно. Плата у нас за час работы. Сейчас зайдешь в кабинет номер 8 к сисадмину. Скачаешь у него мобильное приложение для курьеров, и он даст тебе PIN-код. Товар получишь на складе, задания там же. И давай, давай, быстрее в ритме танго, у нас уже простои! Ох, и утомил ты меня, Булунов.

— Всё понял. До свидания! — поспешил покинуть кабинет Сашка, не понимая, чем же он утомил управляющего.

Парень отыскал комнату номер 8 с донельзя обшарпанном белой дверью и постучал. Долго никто не отзывался, поэтому он заглянул в кабинет и буквально остолбенел от увиденного. В огромной комнате без занавесок, обставленной обшарпанной мебелью времен СССР, полированными шкафами и громоздкими столами, тяжело висел синеватый табачный смог, непобеждаемый даже сквозняком из открытого окна. Везде стояли старые мониторы, раздолбанные корпуса, компьютерные детали, щедро покрытые толстым слоем пыли. Густая паутина, вперемежку с новогодней мишурой, словно испанский мох, свешивалась с самодельных стенных полок, на которых хранились стопки пожелтевшей бумаги. На крошечном клочке пола, свободном от хлама, ветер перебирал мотки пыли и конфетные фантики. Во второй комнате за закрытой дверью мерно гудели сервера.

"Куда я попал? Помойка! А не комната системного администратора!", — с отвращением резюмировал офигевший Александр.

Он осторожно продвинулся вперёд и увидел за шкафом привалившегося к стене спящего на стуле молодого мужчину. Правый локоть высокого толстяка лежал на столе с неплохим монитором и клавиатурой, единственной сравнительно чистой территории. От сигаретного дыма парень закашлялся, а сисадмин моментально встрепенулся и носком чёрных сандалий загнал под шкаф надтреснутую чашку с окурками, стоящую у его ног. Потом толстяк ловко, несмотря на свой вес, вскочил со стула и вопросительно воззрился на провинциала.

— Тебе чего? — с облегчением шумно выдохнул громила и оправил зелёную рубашку с короткими рукавами.

— Привет. Я новый курьер, Александр Булунов, — уже не пытаясь дышать через раз, сообщил Сашка.

— Нуууу, прииивеееет, — то ли не хотя, то ли с сожалением произнес сисадмин и протянул руку для пожатия. — А я Федченков Антон.

— Мне бы приложение, — потряс руку громилы Сашка.

— Я всё знаю, сейчас всё будет, — и указал пальцем на полуразвалившийся стул, заваленный древними папками с завязочками.

Белокурый провинциал осторожно опустил пыльные раритеты на пол, при этом одна из папок открылась, и на свет выглянули пожелтевшие от времени перфокарты.

— Ух ты! — воскликнул новый курьер и опустился на освобождённое место.

— Ты знаешь что это? — Антон оторвался от усиленных поисков во внутренностях стола.

— Конечно, знаю.

Обитатель пыльной берлоги хмыкнул, протянул собеседнику старую флешку с приложением, а затем дал PIN-код. Парни немного поговорили, и Федченко предложил халтуру: он будет находить клиентов, а Сашка собирать компы. Но по блестящим хитростью глазам громилы провинциал понял, что лучше от такого щедрого предложение отказаться, сославшись на занятость сайтами.

Как только приложение на телефоне заработало, на парня посыпались как из рога изобилия, десятки заказов.

Недовольного отказом сисадмина Сашка вскоре покинул, и в коридоре заметил девушку. Блондинка в ультракороткой юбке, расстегивая пуговичку на ядовито-розовой блузке, зыркнула в парня глазами с поволокой и просочилась в кабинет Розанова. Провинциал затормозил, изумлённо похлопал ресницами и поспешил на вахту, где старичок в форме пил чай. От вопроса: "Скажите, пожалуйста, где склад?", тот вздрогнул, облился и еле слышно просипел, что вход со двора. Провинциал резво обогнул дом, пропустил заляпанный грязью грузовик и вошёл в широкие двери склада, занимающего левое крыло. Тут же наткнулся на железный стол с компьютерной техникой, выпущенной лет десять назад, и сидящую за ним девушку в синем комбинезоне.

Александр поздоровался, а оператор подняла усталые глаза, спросила фамилию, нажала пару кнопок и вгляделась в лицо провинциала.

— Петя! — проорала в полутёмные недры здания натренированным голосом барышня.

Загадочный Петя довольно долго не приходил, а потом молча, как привидение, возник среди длинных стеллажей. Этот среднего возраста грузчик в грязной куртке потряс давно нечесаной гривой каштановых волос, стянул рваные рабочие перчатки и равнодушно оглядел Сашку.

— И? — не поворачивая головы к оператору, изрёк он.

— Заказы Наумова и часть Шестаковой переоформлены на него. Так что неси!

После недолгой возни работников склада, сопровождаемой пиканьем штрих-кодов, новый курьер проверил выданный товар и расписался. Сашке вручили жёлтую ветровку и короб, который он загрузил свертками и пакетами. Потом он переместил рюкзачок на грудь и накинул широкие лямки курьерской сумки на плечи. Герасимоподобный грузчик вопросительно на него посмотрел, на что Булунов помотал головой, поблагодарил и двинулся к остановке автобуса.

Глава 10

Почему-то именно сегодня, в первый Сашкин рабочий день, пока он брёл по Питерскому проспекту Металлистов, прямо с утра вся Тверская область волновалась за него. Ему позвонили бабушка и дедушка и, судя по тихой ругани и возгласам, старички вырывали друг у друга трубку. Нацарапал сдержанное сообщение "Как дела?" папа. А как только провинциал написал отцу "всё хорошо", голос Евгения Егорова и его "Всадник из льда" сообщил, что звонит Мишка. Александр Булунов нажал на зелёную иконку "Ответить", и друг со своим неизменным "Чувак, как жизнь половая?" без пауз сообщил, что хочет уволиться из местной компании-провайдера, где работал монтажником кабельных сетей, и податься в областной центр. Парень ответил: "Привет!" своему черноволосому товарищу и предупредил, что на работе. Затем с восторгом, но кратко рассказал о посещение Богословского кладбища, о красотах Питера и о знакомстве с Кэсси. На последнее признание Мишка сделал большие глаза и покровительственно выпалил: "Наконец-то!". Сашка с укоризной поцокал языком, в точности как его мама на проказы кота, немного послушал о жизни в Торжке и заметил маленькую женскую руку перед лицом друга. Указательный палец с ярко-розовым ногтем и стразами поманил к себе одноклассника, и товарищ провинциала молниеносно попрощался и отключился. Белокурый парень хмыкнул, уточнил первый адрес, позвонил с предупреждением о скорой доставке и отправился в путешествие по Красногвардейскому району Питера.

Вскоре Булунов свернул на улицу Александра Ульянова, а затем на нужную ему улицу Пугачева. Старые двух- и трёхэтажные дома сталинского ампира напоминали ему один из районов Твери, где снимали эпизод сериала "Кадетство", по которому фанател его двоюродный старший брат, мечтавший отдать сына в Суворовское училище.

Сашка отыскал дом №9. Заметил стоящую во дворе смешную каменную плиту, выкрашенную под раритетную телефонную будку с Чебурашкой и корзинкой апельсинов. Потом курьер прошёл к первому подъезду с аккуратными цветочными клумбами и кустами сирени, в которых копошились воробьи, и позвонил в домофон. Молодой игривый женский голос вежливо пригласил его войти.

Стены внутри дома блестели голубой краской, а на подоконниках стояли глиняные и пластиковые горшки с разнообразными комнатными цветами. Парень быстро поднялся на третий этаж, где на чердак вела металлическая лестница, и позвонил в квартиру, перед которой лежал старенький круглый половичок. Ему открыла старушка в цветастом халате с неестественно золотистыми волосами.

— Добрый день, доставку ждали? — спросил провинциал, опуская короб на пол.

— И года не прошло! Здравствуй, молодой человек, — ответила пожилая женщина, и Александр понял, что молодой голос принадлежит ей.

— Извините, — вежливо произнёс он и извлёк заказ, крошечную коробочку в жёлтом пакете.

— Задержитесь, будьте так любезны. Помогите мне понять, какая помада мне больше подходит, — огорошила курьера златовласка.

Как только Сашка открыл рот, чтобы сообщить о том, что у него много работы, старушка молниеносно недавно накрашенными, судя по неприятному благоуханию, ногтями расцарапала упаковку. И тут же, не поворачиваясь к зеркалу, тускло мерцающему справа, нанесла на верхнюю губу мазок из первого тюбика, а на нижнюю из второго.

— Ну как? Отвечайте! Мне сегодня вечером идти на свидание! — приказала пожилая кокетка.

— Темно, — стушевался парень, и моментально включился яркий свет в скромно обставленной прихожей.

— Ну? — продолжила пытать курьера старушка.

— Красная лучше, чем морковная, — отрапортовал курьер, тряхнув белокурыми кудрями.

— Так и думала. Благодарю! Больше не задерживаю, до свидания! — выпалила женщина, подмигнула и захлопнула дверь.

— До свидания..., — пролепетал ошарашенный Сашка и, держась за деревянные, выкрашенные в бордовый цвет поручни, стал спускаться вниз.

Второй и третий заказы в таких же старых домах совсем рядом не отличались ничем примечательным, и провинциал уже через полчаса топал по четвертому адресу. Здесь Красногвардейский район Санкт- Петербурга опять напомнил ему Тверь своими кирпичными пятиэтажками, стандартными детскими площадками, зелёными двориками и продуктовыми магазинчиками на первых этажах. Вскоре парень свернул с проспекта Металлистов на шоссе Революции и оказался у трёх четырнадцатиэтажек, чьи окна, как он узнал из приложения, смотрели на Полюстровский парк. В последнем из этих домов и ждали очередную доставку.

Глава 11

Серебристый с зеркалом лифт пропел Александру веселую мелодию из советского мультика, который он никак не мог вспомнить, и остановился на двенадцатом этаже. Парень выбрался на лестничную площадку и обнаружил, что из нужной ему квартиры гремела басами знакомая песня:

Чёрный Ангел заплакал от обиды в раю,

Небо чёрное в море уронило слезу.

И застыло чёрным камнем, амулетом беды,

Амулетом чёрной мести, чёрным знаком судьбы.

Я ношу судьбу на чёрном шнурке,

Я судьбу сжимаю словно птицу в руке.

И казалось бы: чего там, только пальцы разжать,

Но судьба подобна тени, от неё не сбежать...

Курьер позвонил в дверь, обтянутую чёрным кожзамом, со следами каких-то наклеек. Довольно долго никто не открывал, и Сашка присел, чтобы потуже завязать шнурки кроссовок. Он почти до конца прослушал песню Кипелыча, и на последнем припеве:

Чёрный Ангел всё кружится

Надо мною моё наказание...

Чёрный Ангел всё кружится,

Надо мною моё наказание - мой талисман!

за дверью кто-то чертыхнулся и завозился, бренча ключами. Перед курьером возник донельзя тощий парень в растянутой и застиранной синей футболке. На его груди на чёрной верёвочке висел немаленького размера латунный молот Тора. Провинциал уставился на украшение и еле услышал, как почитатель скандинавской мифологии сказал ему: "Давай быстрее, у меня тиминг скоро!". Сашка протянул через порог прямоугольную, видимо с клавиатурой, упаковку. Хозяин квартиры схватил поданное, вытер губы воротом футболки и мотнул головой в знак прощания. Новоявленный курьер сказал "Всего хорошего!" закрытой двери и отошёл к лифту. Минуту спустя он уже ехал вниз и горланил:

Всё длиннее дорога, всё короче шаги,

В небе чёрные птицы замыкают круги.

Под защитой этих крыльев был спокоен, как Бог

Но покой хуже пытки, если ты одинок.

Когда Александр покинул дом напротив парка, прохладное утро обернулось жарким днём. Выхлопные газы проезжающих машин не давали вздохнуть полной грудью, асфальт под подошвами обуви будто пылал и растекался, а редкие прохожие перебегали под тень одного дерева к тени другого. Как Майк Науменко, провинциал захотел кваса и карету, а через полчаса, посетив ещё пару адресов, он уже был согласен и на комету. Наконец-то, парень забрался в спасительную прохладу автобуса и устроился поудобнее на сиденье, расположив короб в пустом проходе.

Через несколько остановок лазурный № 37 переехал мостик через Охту и миновал жёлтую церковь с красивой ротондой и круглыми окнами. Провинциал выскочил около оранжевого здания автосервиса и прошагал вперёд до 112 дома. Отдав очередной яркий пакет, он купил в мини-маркете бутылку воды и две булки с вареньем, уселся под старый тополь на детской площадке и пообедал. Потом полюбовался на фото Кэсси в мессенджере и отправился ещё по двум адресам, мучаясь от зноя. Спустя сорок минут уставший парень уже ехал назад на склад, разглядывая только что купленную на лотке у бабушки дешёвую светлую бейсболку.

Получив очередную порцию товара и составив примерный план, Булунов обрадовался: все доставки были в Калининском районе рядом или около станций метро. Но без приключений не обошлось: где-то в районе проспекта Непокорённых его облаяла огромная овчарка на дорогом кожаном поводке и в наморднике. И было не ясно, кто кого выгуливает. То ли собака тащила за собой хозяйку, то ли извинившаяся перед курьером хрупкая женщина средних лет, едва успевая за своей животинкой, вышла на променад.

А когда у измотанного Сашки осталось всего два заказа на улицах Жукова и Менделеева, с ним произошёл интересный случай. Он решил срезать дорогу через крошечный заросший сквер, и неожиданно усыпанные белыми соцветиями кусты, за которыми проглядывал остов развалившийся деревянной будки, затрещали. Ломая ветки, прямо на курьера вывалился косматый старик в грязных лохмотьях и пророкотал: "Пожрать есть? ". Изумлённый парень отрицательно мотнул головой, и бомж тотчас исчез, оставив на память о себе соответствующий его виду запах. Всё это настолько ярко иллюстрировало песню группы Король и шут "Проклятый старый дом", что провинциал поспешил со всех ног покинуть странное место.

Первая тяжёлая рабочая смена закончилась вполне позитивно для новоявленного курьера.

Последний заказ он занёс в узкий угловой дом с фронтонами на крыше и двойным адресом — Кондратьевский проезд, 23/ул. Жукова, 20. Войдя в парадную, парень случайно жёлтым коробом зацепил и так уже облетающий со стен слой зелёной краски. А подошвами лёгких кроссовок он почувствовал до какой степени были истерты ногами многих поколений напольные сине-серые плитки. Сашка медленно, держась за перила с очень скромным чугунным узором, поднялся на второй этаж и нажал, не подумав, на один из старомодных звонков, расположенных слева от простой деревянной двери. Ему открыл нестарый ещё мужчина в очках с толстыми линзами и в белоснежной рубашке.

— Добрый вечер, заказ ждали?

— Здравствуйте! Я ничего уже не жду, милейший. Пожалуйста, Вам к соседям, — грустно констатировал интеллигент и скрылся во второй слева комнате.

Парень едва успел рассмотреть длинный коридор, обклеенный новенькими цветастыми обоями, с парой старомодных шкафов, тяжеленным на вид сундуком и рядками разнообразной обуви, как навстречу ему выбежала маленькая девочка.

— Мама, мама, мой подарок, мои куклы! — запищала радостно малышка со смешными хвостиками на черноволосой головке.

Со словами: "Соня, осторожнее!", следом за девочкой к курьеру подошла молодая женщина в длинном шёлковом халате. Сашка поздоровался и подал каждой барышне по свертку в жёлтой упаковке. Маленькая Соня с шумом сорвала обёртку и показала парню цветную коробочку с прозрачным окошком, за которым находилась кукла в розовом платье с длинными светлыми локонами. Потом девочка прижала подарок к груди и очень серьезно сказала:

— Большое спасибо, дядя!

— Пожалуйста, и до свидания, — ответил слегка поклонившись малышке, провинциал.

— Хорошего вам вечера! — попрощалась мама Сони с курьером.

Когда Александр Булунов оказался на площадке, ощущение, что весь день трудился на соляных копях, немного его отпустило. Парень уже бодрее дошёл до остановки автобуса, который довёз его к станции метро Выборская, где он в недорогом кафе и перекусил. Еле волоча ноги Сашка притащился в хостел, огорчился, что лифт так и не починили и порадовался, что его спальное место находилось внизу двухуровневой кровати. Не обращая ни на кого внимания, повалился на заправленную постель, и последней его мыслью было: "А здесь не такая монотонная, как в Торжке жизнь".

Глава 12

Проснулся Сашка от тихих сборов Руси и Ника. Из их шёпота стало ясно, что друзья любят культуру викингов и собираются посетить Выборгский район и усадьбу Сваргас. Потому как парочка осторожничала и старалась не смотреть на провинциала, ему стало ясно: они боятся того, что он проснётся и попросит вернуть долг. В пять минут любитель "Rammstein" и парень с пирсингом были готовы и крадучись покинули хостел. А Булунов взглянул на жёлтый круг стенных часов, фыркнул, перевернулся на бок и полез в телефон. Открыл мессенджер и написал Кассандре: "Привет. Извини, что рано. Но потом буду занят. Как дела? Может встретимся вечером?". Сашка отправил сообщение, и тут же получил почти такое же. Парень и девушка обменялись смеющимися смайликами и договорились встретиться в 7 в центре. Через сорок минут, после недолгих сборов на работу, Александр поспешил в метро.

Второй рабочий день по своей удивительности оказался таким, как и предыдущий. Погода любимого города, неподвластная прогнозам синоптиков, показала себя во всей красе! Чудной Питерский дождь то едва моросил, то залихватски усиливался, то как будто вырубался. Капризное небо северной столицы моментально серело, потом голубело, вдруг натягивало на солнце шторку облаков, а затем выпускало его на свободу. Сашка, нагруженный под завязку, снимал лёгкую куртку, поджариваясь под ультрафиолетом, спустя пятнадцать минут одевал, обдуваемый хитрым ветром, гуляющим по немыслимым гипотенузам и катетам.

Сегодня новый курьер опять разносил заказы в Калининской районе, и первым пунктом в его списке оказался дом, где разместился Музей истории подводных сил России им. А. И. Маринеско. Сашка быстро, не дожидаясь лифта, взлетел на третий этаж, отдал заказ и отправился осматривать наружную экспозицию музея: рубку подводной лодки, мины, торпеды и якоря. Затем проанализировал приложение, собрался поднять с дорожки короб и сначала едва уловил, а потом четко услышал давно известную ему мелодию и слова:

В этот день родили меня на свет

В этот день с иголочки я одет

В этот день теплом вашим я согрет

Мне сегодня тридцать лет!

В этот день скажу юности: "Привет"

В этот день я в зрелость возьму билет

В этот день и водка не во вред

Мне сегодня тридцать лет!

Провинциал с любопытством завертел белокурой головой в бейсболке и обнаружил, как по тротуару, не спеша, едет на тёмно-фиолетовом спортивном велосипеде мужчина в сине-белой велоформе, шлеме и перчатках без пальцев. Фанат группы "Сектор Газа" не замечая сражённых громкостью аудиосистемы прохожих, невпопад подпевал и похоже был совершенно счастлив. Сашка проводил глазами велосипедиста и решил, что по всей видимости, у чувака сегодня день рождение.

По второму адресу платиновая красотка в голубом кимоно устроила парню небольшой скандал, недосчитавшись одного свертка. Прооравшись, она повернулась к зеркалу, пальчиком стёрла осыпавшуюся тушь и с вопросом "Где же мои шестые трусики?" обратилась к курьеру. На это он безмятежно ответил, что если изучить вот ту пухлую упаковку внимательней, то можно обнаружить два пакетика, склеенных вместе, как так их содержимое от одного производителя. После слов парня раздражённая девица вскрыла оба свертка и выудила невесомое алое и чёрное кружево. Затем принялась развязывать широкий фиолетовый пояс.

— Ну вот, всё хорошо? Прощайте! — произнес смущенный Сашка и прикрыл дверь с красно-коричневой обивкой.

Он как ошпаренный выскочил из трёхэтажки по Бестужевской улице, и отправился на проспект Мечникова. На нерегулируемом пешеходном переходе парень увидел старушку в кокетливой шляпке с вуалью, церемонно поклонившуюся пропустившему её Фольксвагену с аэрографией на капоте из франшизы "Чужие". Он хмыкнул, ведь в его областном центре бывало, что машины не пропускали людей на переходе. И уж точно Александр не видел, чтобы пешеходы благодарили водителей. Да и машины с рисунками ему мало где встречались.

Вскоре путь курьера протянулся по просторному Пискаревскому проспекту с зелёной каймой из фигуристых вязов, частоколом электростолбов и неровной полоской многоэтажек. Мимо огромных садов и крошечных парков, рядом с восхитительными белыми церковью и храмом с серыми башенками в русско-византийского стиле, около светлого здания с римскими полуколоннами и надписью кинотеатр "Фильмфонд".

Доставив ещё один пакет, в двенадцатиэтажку, провинциал пришёл к выводу, что надо ускориться, чтобы успеть на свидание. Поэтому он где-то бежал, где-то ехал даже одну остановку и, конечно, забыл, как всегда, когда торопился или волновался, пообедать.

Глава 13

На свидание с Кэсси около Банковского моста Александр опоздал на двадцать пять минут. Он выбрался из климат-вестибюля метро "Невский проспект" в начале восьмого и повернул к Казанскому собору. Ему, уставшему до нельзя, совершенно лёгкая сейчас сумка курьера показалась всё равно грузной. От усталости парень не вспомнил, что именно здесь была сделана знаменитая фотография Цоя и Майка Науменко. Сашка забыл, что на канале Грибоедова в художке познакомились Виктор и Максим Пашков, который показал будущему лидеру группы "Кино" первые аккорды и открыл ему мир рок-музыки.

Булунов, тащившийся вдоль ограды со строгим рисунком, не заметил каким замечательным оказался июльский теплый вечер, как курсировали по каналу прогулочные катера и как звезда по имени Солнце посылала последние на сегодня ласковые лучи Северному городу. Легко одетые люди улыбались друг другу, и даже всегда строгие крылатые львы на мосту приветливо скалились туристам. Сашка встал передохнуть около одного из мифических существ и принялся высматривать Кассандру. Он увидел её на той стороне канала, и рыжулька тут же обернулась, радушно махнула рукой и кинулась к нему.

— Добрый вечер, Саша! — не упрекнула за опоздание девушка, посмотрела в его карие глаза и встревоженно добавила, — что с тобой?

— Привет. Просто устал, прости, не в лучшей форме,— буркнул провинциал и немного пошатнулся.

Рыжулька, одетая в длинный бирюзовый сарафан на тонких лямках, повертела правой рукой серебряный крестик с петелькой, сняла наушники, и парень услышал тихое:

Девять жизней - одна душа,

Несвободна и не спеша,

Вновь навстречу я сделал шаг

Судьбе не зря!

"Что-то знакомое" отметил отключающимся мозгом провинциал и буквально повис на ограде набережной. А петербурженка обнаружила жёлтый короб у его ног, покачала головой, и рыжие кудри заволновались, как море в непогоду.

— Давай-ка найдём где сесть, — сказала Кассандра, ловко подхватила сумку курьера и прошла вперёд по набережной.

Несопротивляющийся Сашка упал на скамейку, покраснел и стал рассматривать свои пыльные кроссовки. Провинциалу было стыдно, что новая знакомая, которая ему очень нравится, видит его в таком состоянии.

Кэсси, обдав его ароматом согретых солнцем лесных цветов, уселась рядом и дотронулась кончиками пальцев до лба парня. Тому сразу стало легче, и головная боль и усталость почти прошли.

— Ну как? — испытывающе спросила она и откинула с лица пряди своих рыжих волос, с которыми забавлялся ветерок.

— Почти норм, спасибо. Ты волшебница?

В ответ девушка игриво засмеялась, и крошечные зайчики веснушек ожили на её лице.

— У каждого грифона на Банковском мосту есть имя, — с загадочным видом сообщила Кэсси.

— Правда? — оживился провинциал, и от движения его головы отросшие пружинки челки весело запрыгали.

— Правда! Мордочками к Казанскому стоят: слева - младший грифон Юрий, справа - старший грифон Эдуард. За Юрием младший грифон Александр. За Эдуардом старший грифон (самый главный) Эдвард.

— Удивительно! — выдал парень и утонул в серой дымке глаз.

Только сейчас он увидел какие у девушки пушистые ресницы, и как красиво подведены её веки.

— А ещё .... — начала что-то рассказывать рыжулька.

Но тут Сашка, осмелев, выпалил:

— Кассандра, ты очень красивая!

Петербурженка замолчала, задумчиво дотронулась до анха, а парень растерялся, ведь раньше он очень мало общался с девушками.

— Саша, ты голодный, так? — после паузы опомнилась рыжулька и схватила свою чёрную сумочку и кофту.

— Да, есть немного, — ответил он и бодро поднялся со скамейки.

— Пошли, я знаю где недорого.

Девушка в бирюзовом сарафане и парень с жёлтым коробом курьера прошагали вперёд к Казанскому собору, пересекли Невский проспект и оказались в Столовой №1. Там в полуподвальном помещении с металлическими стойками линии раздачи народу толпилось прилично. Внизу за стеклом в лоточках размещалась разнообразная готовая еда, вверху в тарелочках лежали хлеб и выпечка.

— Давай я куплю, а ты займи место и отдыхай, — взяла инициативу в свои руки Кэсси.

— Я помогу! — выпалил парень.

— Не надо, спасибо, — улыбнулась одними глазами девушка.

Провинциал прошёл дальше в шумный зал, и его взгляд зацепился за слово "греча" в одном из ценников. И это милое слово ему очень понравилось! Сашка расположился напротив бара за светлым столом, поставил короб к стене, чтобы не мешался и кинул на него форменную ветровку. Затем стал осматривать сосредоточенно жующих туристов и белые стены столовой с нарисованными на них силуэтами пионеров в галстуках и с красным флагом. Через пятнадцать минут рыжулька принесла два подноса и сходила помыть руки. А когда парень, сделав то же самое, вернулся, то обнаружил, как Кэсси растерянно, сидя за столом, расставляет тарелочки, а к ней клеится какой-то неприятного вида тип.

— Мужик, извини, девушка моя и место рядом с ней занято, — вежливо и твёрдо обратился Булунов к мужчине в сетчатой майке и почувствовал, как титан в его щеке легонько заколол.

Рыжулька с тревогой переводила серые глаза с Сашки на неприятного типа и нервно крутила колечко с мордочкой кота. Но провинциал, никогда не нарывающийся на конфликт первым, просто ждал. Сетчатый просканировал непроницаемое лицо парня, бросил взгляд на жёлтый короб курьера и процедил сквозь щербатые зубы:

— Мне связываться с курьером не по рангу.

Молодые люди с недоумением посмотрели друг на друга, потом в спину отчалившего и прыснули от смеха так, что пожилая дама, сидящая напротив, неодобрительно на них зыркнула.

Глава 14

Очень голодный Сашка, подвергая свою зелёную футболку опасности покрыться жирными пятнами, молниеносно расправился с солянкой. Под одобрительные взгляды Кэсси, которая подвинула к нему весь хлебный запас, и её запоздалого пожелания "приятного аппетита", он прикончил винегрет и начал уничтожать плов. Когда девушка доела первое блюдо, подкрепившийся парень окончательно ожил и бойко принялся рассказывать о своём родном Торжке, о детстве, о родителях, о планах снять комнату, делать сложные сайты, а также о том, что собирается посетить котельную "Камчатка".

— Всё получится! — уверила внимательно слушавшая его рыжулька.

— Надеюсь, — протянул сытый и уже весёлый парень, наблюдая, как петербурженка изящно доедает плов.

— Саш, может работа курьером не для тебя? Ты ведь разбираешься в компьютерной начинке? Так? У меня одноклассник работает в сервисе при IT-магазине. Я поговорю с ним.

— Спасибо огромное, — сказал и схватился за компот Сашка.

— Пока не за что. Вот насчёт комнаты могу только посоветовать район где дешевле, но, конечно, это далековато. Я пришлю тебе ссылки. И на Камчатку можем потом съездить вместе. Там концерты проводят, — сообщила рыжулька, отодвигая от себя пустую тарелку.

— Кэсси, я переведу тебе на карту деньги за ужин, — заявил парень, изучив чек.

— Половину, минус эклер! Он мой! — наигранно строго поведала девушка и подтянула к себе стакан с чаем и блюдечко с эклером.

— А почему сладкое в одном экземпляре? — обиженно спросил Александр и, гримасничая, попытался схватить десерт.

Но красавица в один момент маленькой ложечкой поделила эклер на две неравные части, оставив крохотный кусочек Булунову. Большую часть она тут же надкусила и закатила глаза от блаженства. А парень наигранно захныкал и вмиг расправился со своей порцией.

— Расскажи о себе, пожалуйста, — попросил он, откладывая в сторону использованную салфетку.

— Мне двадцать лет, — начала рыжулька, — и я учусь в академии художеств имени Репина на втором курсе по специальности реставрация. Очень люблю Питер и никуда из него не выезжала, если только в раннем детстве в Тверскую область, в деревню, там у родителей мамы был дом.

— А дом где?

— Под Старицей.

— Час до Торжка.... Интересно, — задумчиво заметил Сашка, на что Кассандра лукаво подмигнула.

— Снимаю квартиру на Пряжке, речка такая. Конечно, родители помогают, они у меня работают в частной школе: папа учителем математики, а мама физкультуры.

На слова о Пряжке белокурый провинциал утвердительно покачал головой: ему ли было не знать, что Цой косил там в сумасшедшем доме от армии.

- А ещё мне нравятся мистические сериалы. Ты "Сверхъестественное" смотрел?

— Нет, но много слышал.

— Значит вместе посмотрим.

— Конечно, — обрадовался от такой перспективы Александр.

— Но больше всего я обожаю рисовать! — продолжила девушка, схватила телефон и показала свои работы.

Её длинные красивые пальцы с прозрачным маникюром медленно пролистали фотографии в галерее смартфона. И парень увидел странные и одновременно притягательные картины: туман, наступающий на вечернюю деревню; замок на краю мрачного леса, освещенный кровавой луной; таинственные развалины готического монастыря; портрет властной негритянки в чалме; увитый дикими розами склеп на заброшенном кладбище.

— У тебя огромный талант Кас—сан—дра! — Сашка произнес по слогам, словно смакуя, имя девушки.

— Спасибо, — прошептала она, и её нежная кожа лица от такого комплимента покрылась румянцем смущения.

Когда молодые люди вышли на всё ещё оживленную набережную канала и принялись любоваться зданием Зингера, позвонила Елена Фёдоровна. А на заднем плане пел Оззи Осборн.

— Сашуня, привет. Ты где? Как твоя работа? Как дела? — стараясь скрыть тревогу, спросила мать у сына.

— Добрый вечер, мам. Работа нормально. Вот гуляю.

— А у нас всё обычно. У меня отпуск, у папы тоже, поедем в поселок к бабушке и дедушке. Будем дом красить, да и на кладбище надо разобраться. Как там мой прекрасный Питер?

— Мммм, нормально, — стесняясь Кэсси, промычал парень.

— Сын, ты не один? — догадалась Елена Фёдоровна, и провинциалу показалось, что мама улыбается.

— Ну... да...

— Тогда не буду мешать, перезвони мне позже, — и женщина из далёкого маленького городка золотошвеек отключилась.

Сашка суетливо убрал смартфон в карман и смущённо взглянул на Кассандру. Ведь его единственная девушка, одноклассница, с которой он когда-то гулял пару месяцев, была очень ревнивой. Но петербурженку совершенно не беспокоило, что их прогулку прервали.

— Твоя мама слушает "Black Sabbath"? — с любопытством спросила рыжулька.

— Да, и это значит, что она моет посуду, — живо ответил провинциал.

— А когда твоя мама гладит, то включает "Metallica"? — пошутила девушка.

— Когда убирается, а если гладит, то врубает АС/ДС.

— Вот это да! А мои родители — фанаты Градского и Розенбаума.

— Тоже неплохо, — кивнул парень и переставил свой короб, чтоб он не мешал прохожим.

— Да. Хочешь расскажу о здании Зингер? — спросила рыжулька, шагнув ближе к Сашке.

— Конечно, — произнес Булунов, заметил манёвр Кэсси и понял, что и ему надо быть смелее.

— Так вот, на этом месте в середине XVIll века стоял театр, потом дом духовника Екатерины Великой, затем его купил аптекарь и сдавал внаем. И вот в 1904 году компания "Зингер" построила здесь свой офис. Правда стеклянная башня красивая? А там на углу смотри, валькирии! Когда будешь проходить, обрати внимание, одна из них держит веретено и опирается на швейную машинку.

Александр внимательно всмотрелся в шар-глобус на башне, потом в орла на куполе, перевел глаза на правую руку и решился пододвинуть её ближе к пальчикам Кассандры, которые лежали на чугунной ограде. Провинциал сначала слегка коснулся кожи на запястье девушки, потом накрыл несопротивляющуюся девичью руку своей слегка дрожащей ладонью. Рыжулька не повернула головы. Она так и осталась стоять вполоборота, рассказывая о том, что орла украли во времена НЭПа, но парень прекрасно видел, что уголки её губ поползли вверх.

Глава 15

— Пойдём к Спасу-на-крови? — задала вопрос рыжулька, одевая чёрную кофточку, не сняв ремешок сумочки с плеча.

— Пойдем, — грустным эхом ответил Сашка, с сожалением снял свою руку с кисти Кэсси, тряхнул белобрысыми кудрями и схватился за короб курьера.

Парочка медленно побрела к храму, и девушка поведала парню, что раньше этот канал назывался Екатерининским, и был проложен по руслу реки Кривуши.

Свысока по обе стороны набережной за влюбленными наблюдали роскошные исторические здания. Неторопливо, к Фонтанке, уже не нарушаемые движением прогулочных катеров струились заключённые в гранит тёмные воды. Уличные художники рисовали желающим портреты, кустари продавали разнообразные безделушки и загадочные пейзажи на березовом спиле. Потоки гомонящих туристов по мостовой, выложенной тротуарной плиткой, курсировали туда-сюда: из магазина сувениров в Столовую № 1, из кафе к ограде набережной, из метро к Казанскому собору и дальше по Невскому проспекту.

Заметно похолодало, и Сашка натянул ветровку, до этого спрятанную в коробе. Потом уставился в небо Питера, которое трансформировалось в сумеречное с сине-голубое свечением. Кассандра прошептала: "Финал наших знаменитых белых ночей". Парень кивнул и задержал взгляд на её губах без помады.

Они миновали итальянский мостик с украшениями-мордами львов и торшерами-ажурными фонарями. Подошли к месту, где начиналось файер-шоу и уселись на круглые скамьи лицом к Спасу-на-крови.

— Тебе не надоело меня слушать? — нарушила молчание рыжулька.

— Кассандра, мне очень интересно! Про Питер я готов слушать часами! — самозабвенно сообщил провинциал.

— Раз так, тогда продолжим. Я думаю ты знаешь, что храм построен в стиле русского зодчества на месте, где был смертельно ранен император Александр II. Внутри можно увидеть фрагмент набережной – камни булыжной мостовой, на которые пролилась кровь императора. Говорят, что некоторые люди видят там призрак царя и слышат его стоны.

По довольному выражению лица девушки было видно, что она наслаждается эффектом, произведенным на Сашку, который удивленно вскинул брови. А потом задумчиво уставился на храм, разглядывая в десятый раз резные кокошники над окнами и дверями, узорные колонны и расписные пояски на стенах, вспоминая свои приключения в саду Фонтанного дома.

— Высота центрального купола 81 метр, год смерти Александра II. Высота второго 63, возраст убитого императора. Эскизы к восхитительным мозаикам рисовали мастера Академии художеств, в том числе и Васнецов. Храм три раза пытались взорвать, а когда это планировали в 1941 году, то странным образом взрывников прямо со стройплощадки отозвали на фронт. Продолжать?

— Ддааааа, — потрясенно просипел тёзка погибшего императора.

— Во время войны в храме был организован морг, а потом картофелехранилище. И тогда жители стали называть его «Спасом на картошке». После Победы там складировали театральные декорации. А в 1961 году в центральном куполе обнаружили 150-ти килограммовый неразорвавшийся фугас. Представляешь, он там пролежал с начала войны! Храм реставрировали 25 лет, и тогда ходила городская легенда, что когда леса снимут, то рухнет СССР. Так и случилось! Ещё рассказывают о храмовой иконе, на которой проступают важные даты нашей истории. О снятых крестах, их спасая от переплавки, утопили в канале, а потом чудесным образом нашли.

— Нечто! — поразился Сашка памяти Кэсси, познаниям в краеведении и мистическим совпадениям.

Она пожала плечами, неспешно заплела в косу взлохмаченные ветром рыжие пряди и спросила:

— А с тобой что-нибудь странное случалось?

— До недавнего времени не припомню. Но вот что со мной произошло в саду Фонтанного дома...

Глава 16

Провинциал рассказал петербурженке о том, что он пережил около музея Ахматовой.

— Саш, ты веришь в призраков? — нервно спросила девушка.

— Если честно, нет, и что думать о том случае я не знаю, — замялся Сашка, оглядываясь на толпившихся перед фаерщиками зрителей.

— А я верю. Когда мы жили на старой квартире, в коммуналке, у соседки брат утонул. Она говорила, что ему "помог" призрак Софьи Перовской, той самой, которая подавала сигнал народовольцам к убийству Александра II. Брат ей жаловался, что если он после второй смены возвращался по набережной, то ему мерещился силуэт женщины с белым платком в руке. Один раз парень оказался здесь после празднования 8 марта и подошёл к призраку совсем близко. Она как раз стояла у ограды Михайловского сада. Потом брат соседки, заикаясь, рассказывал сестре, как тут же протрезвел от созерцания синюшного лица и полос от веревки на шее.

— Что же было потом? — пытаясь не обидеть девушку неверием, спросил Булунов.

— Он пропал через несколько дней в сильный снегопад. Как парень там оказался соседка не знает, брат уверял её, что никогда больше с работы каналом не пойдет. Его нашли только поздней весной. Помню, мы так все переживали за бедную женщину...

Тут рыжулька пристально посмотрела на сочувствующего ей Александра, как будто читая. Хотела что-то сказать, потом передумала и ,всхлипнув, закрыла ладонями лицо. А он ничего не понимая, придвинулся к ней ближе, осторожно дотронулся до дрожащего плечика и произнес:

— Всё хорошо, я с тобой.

— Дай минутку, сейчас.

Кэсси отняла руки от своего бледного личика с яркими точками веснушек, и он увидел едва сдерживаемые слёзы в её дымчатых глазах.

— Уже всё, всё норм, хочешь я стихи почитаю любимые? Агнивцева о Питере?

— Конечно хочу! — обрадовался парень.

И Кассандра начала:

Белой мертвой странной ночью,

Наклонившись над Невою,

Вспоминает о Минувшем

Странный город Петербург…

Посмотрите! Посмотрите!

У Цепного Моста кто-то

В старомодной пелерине

Неподвижно смотрит вдаль…

Господин в крылатке тихо

Про него шепнул другому:

«Николай Васильич Гоголь –

Сочинитель «Мертвых душ»…

У Сената, сдвинув брови,

Гнет сверкающую шпагу

Незнакомец в треуголке

С пистолетом при бедре…

Отчего так странно-бледен

Незнакомец в треуголке?

Отчего сжимает петля

Золоченый воротник?

Чу! К нему, гремя оружьем,

С двух сторон подходят двое!..

Подошли! – «Полковник Пестель,

Нас прислал к вам Государь!»

Белой мертвой странной ночью,

Наклонившись над Невою,

Вспоминает о Минувшем

Странный город Петербург…

Посмотрите! Посмотрите!

Вот задумался о чем-то

Незнакомец в альмавиве,

Опершись на парапет…

С Петропавловской твердыни

Бьют Петровские куранты,

Вызывая из могилы

Запоздавших мертвецов…

И тотчас же возле Арки –

Там, где Зимняя Канавка,–

Белый призрак белой дамы

Белым облаком сошел…

Зазвенели где-то шпоры…

И по мертвому граниту

К мертвой даме на свиданье

Мчится мертвый офицер…

«Германн!»– «Лиза!» И, тотчас же,

Оторвавшись от гранита,

Незнакомец в альмавиве

Смуглый профиль повернул!..

«Александр Сергеич, вы ли,

Вы ли это тот, чье имя

Я в своих стихах не смею

До конца произнести?..»

Белой мертвой странной ночью,

Наклонившись над Невою,

Вспоминает о Минувшем

Странный город Петербург.

Кэсси декламировала стихи с выражением, четко проговаривая слова, и парень, слушая красивый девичий голос, не мог оторваться от изгиба в центре её верхней губы, напоминающий букву «V». Только на третьем стихотворении краем глаза он заметил, что пожилая пара села за их спинами и тоже слушала девушку. Но она, увлеченная поэзией, ничего не замечала. Сашка гордился рыжулькой в этом момент и внезапно понял, что влюблён в эту прекрасную, умную и немного странную петербурженку. Но последнее его нисколько не смущало, а скорее привлекало.

Ещё несколько любопытных туристов подтянулись поближе к чтице. И один из них, молодой китаец в красной рубашке, дождавшись паузы в декламации, просеменил к Кассандре поближе, выставил впереди себя руки и обхватил правый кулак левой ладонью. Девушка обнаружила повышенный интерес к своей особе, растерялась, замолчала и стала крутить серебряный крестик с петелькой. А когда зрители потихоньку стали расходиться, рыжулька принялась лихорадочно рыскать в своей сумочке.

— А который уже час? Мне надо маме отправить сообщение.

Она извлекла на свет смартфон в чёрно-белой обложке с надписью Dean и безуспешно попыталась что-то набрать.

— Блин! Достало уже, опять тупит клавиатура, — с досадой воскликнула Кассандра и сморщила носик.

— Дай посмотрю! — с энтузиазмом произнёс провинциал и протянул руку за телефоном.

Он порылся в настройках смартфона рыжульки, перезагрузил системную службу, но это не помогло. Тогда он скачал другую клавиатуру из магазина приложений и сделал её основной.

Булунову, пока он занимался телефоном, казалось, что взгляд Кэсси осторожно гулял по его лицу, шее, рукам и коленям, обтянутым спортивными брюками. Но когда он, поднимал голову и робко смотрел на девушку, она с испуганным выражением поворачивалась к храму или к трёхэтажному зданию напротив с коричневыми контрастными окнами и деталями на фасаде.

Вскоре Сашка вернул смартфон хозяйке, а она от души поблагодарила его.

— У меня вечно проблемы с техникой. Зависает компьютер, сам по себе перезагружается телефон, часто перегорают лампочки, — пожаловалась петербурженка и забавно поджала губки.

— Понял! Что ещё барахлит?

— Тебя точно не затруднит? Как же твоя работа?

— Выходные-то у меня есть. Могу прийти в воскресенье.

— Отлично. Спасибо.

Кассандра быстро набрала сообщение, потом дождалась ответа, прочитала и засобиралась.

— Я провожу, — Александр поднялся со скамейки и схватился за жёлтый короб курьера.

— Не надо. Тут недалеко квартира родителей, я туда, — объяснила Кэсси и не стала перевешивать сумочку из-под кофты.

Первый раз сегодня вечером молодые люди расстались около метро Невский проспект, просто сказав друг другу "Пока". Но, когда рыжулька развернулась и направилась к зданию Зингера, парень в три прыжка догнал девушку, взял за локоток и случайно скользнул пальцами по нежной коже к запястью левой руки. Кассандра со счастливой улыбкой повернулась к нему, а он строго-настрого попросил её оставаться на месте. И влюбленный Сашка, как на крыльях, полетел к вестибюлю метро, где располагался цветочный ларёк. Вернувшись к ожидавшей его петербурженке, он с лёгким поклоном вручил огромную красную розу на высокой ножке. А растроганная рыжулька осторожно взялась за тёмно-зелёный стебель с редкими длинными шипами и сообщила, что ей давно не дарили цветов. Потом она вопросительно посмотрела на своего застенчивого кавалера, но так и не дождавшись от него никаких действий, попрощалась и медленно двинулась домой к родителям.

Второй раз провинциал настиг Кэсси около доходного дома Гансена на другой стороне канала, и красавица, как-то поняв, что парень опять не уехал в хостел, неожиданно для него обернулась. Александр, растеряв весь свой задор, сконфуженно взялся изучать анх на цепочке рыжульки. И тогда она прижалась к нему, закрыла глаза и скользнула своими холодными губами по его рту. Дико колотящееся сердце парня прыгнуло куда-то вверх, он совсем растерялся, а когда сообразил, что надо делать со своими руками и губами, девушка уже отстранилась от него.

— Сашка, ну иди. Тебе надо отдыхать, — услышал он сквозь пульсацию крови в ушах.

Кассандра вдохнула аромат королевы цветов, махнула провинциалу на прощание и отправилась вперёд по Невскому. Растерянный Александр Булунов, коря себя за то, что так и не решился поцеловать Кэсси, неуклюже натыкаясь на прохожих, побрёл в метро. В его голове звучали соло-гитара Каспаряна и голос Цоя:

А она живет в центре всех городов

И ты хочешь быть рядом, но надо ехать домой, уже темно...

По субъективным причинам вынуждена на неопределенный срок прервать работу над данной книгой. Приношу свои извинения.