Карусель

Глава 1

Это мое тебе «Прощай»

Они познакомились на каких-то соревнованиях, она встречала их команду. Симпатичная девочка с двумя хвостиками и открытой улыбкой, точеная фигурка, тонкая талия, длинные ноги, карие чуть с поволокой глаза и мягкая гибкая походка кошки.

Она действительно напоминала ему кошечку, уже осознающую свое привлекательность и стремящейся попробовать запустить свои коготки очарования в очередную мужскую душу, но еще до конца не знающей ни правил игры, ни своих возможностей. Они делали друг другу вроде бы ничего не значащие знаки внимания, как бы невзначай оказывались рядом, наслаждаясь этим легким обоюдным флиртом. Но когда он решил сделать более решительны шаг, то, застал предмет своей симпатии, страстно целующуюся с каким-то парнем.

Казалось на него вылили ведро холодной воды, отдышавшись, он, пошел в свою палатку. Дурак, размечтался уже о легком романе с милой провинциальной девочкой, а оказался игрушкой юной кокетки, которая просто использовала его как тренажер для отточки искусства флирта. А потом был отъезд, она стояла на перроне и улыбалась, чему то неизвестному, смотрела ему в глаза каким-то совершенно не понятным взглядом, как будто хотела, что то сказать, или пообещать или, ожидая, что он сам поймет, что то известное пока только ей.

Так и завертелось, они встречались, на соревнованиях, на сборах, и просто на встречах команды, их отношения всегда был на тонкой грани между флиртом и откровенной близостью, минимум раз в месяц он, заходя в комнату, ловил на себе чуть ироничный прищур темных глаз и, подмигивая, улыбался в ответ. Но никто уже не пытался переступить черту. Получить второй раз отказ, это было не в его привычках. Хотя, что там скрывать, отказы вообще были не в его правилах. Молод, обаятелен, высок, хорошо сложен, из весьма преуспевающей семьи, уж к чему к чему, а к отказам девушек он не привык, «нет» приходилось говорить ему, а не слышать в ответ. Так было со всеми, кроме нее. С ней он играл в игру, правила которой понимали только они от этой недосказанности, от хождения по краю и ожидания кто из них, наконец, то соврется в крови был постоянный адреналин, какое то дикое ощущение драйва и желания продолжать.

Не получив девушку, он получил друга и напарника. Она была умна, обладала гибкой логикой и совершенно вывернутой фантазией, ее планы, маршруты они граничили с фолом, но он точно знал, что они вдвоем это смогут пройти, преодолеть и самое главное выиграть, опередить всех. Это была, какая то дикая карусель, адреналина, азарта и ощущения того, что подвластно все.

Они в один год получили дипломы, оставив за плечами беззаботную студенческую юность и вступив во взрослую жизнь. Она вдруг переехала, оставила после института свой небольшой городок и ринулась на покорение «большого города». Покорение началось с крохотной комнатушки в обшарпанной общаге с дырами в полу. А он благодаря рекомендациям и связам отца начал покорять вершины юриспруденции в пусть и не большом пока, но личном кабинете. Они виделись все реже, жизнь теперь крутила каждого на личной карусели. Она меняла одну коморку на другую, места работы. Он машины, женщин, клубы. Им больше не о чем было говорить, не за чем было встречаться. Так, по крайней мере, казалось. А потом, через пару лет он от общих знакомых услышал, что она выходит замуж, и вроде как влюблена и очень счастлива. В тот вечер он сильно напился, сам не понимая почему, просто сидел в кабинете и пил виски, чокаясь с темнотой.

Шло время, его карьера шла в гору, сказывались и связи отца и его собственная акцентированность на карьере, желание быть лучшим. О ней он уже давно ничего не слышал, да и не пытался. Зачем? У каждого теперь была своя жизнь.

Родители все чаще стали намекать, что пора бы уже и остепениться, что его холостяцкая жизнь уже слишком затянулась и количество девиц подходит к той планке, после которой они просто начнут сбиваться со счета. Железным аргументом выступило и то, что обретение семейного статуса положительно скажется на карьере, добавив к его уму, опыту и хватке еще и положение серьезного семейного человека. Он не возражал особо, по сути, ему было все ровно.

Невеста нашлась довольно быстро. Из не плохой семьи, довольно миленькая, не настолько умна, что бы хоть что-то понимать в делах своего будущего супруга, но, однако она и не была настолько глупой, чтобы пытаться в них лезть. Пара месяцев ухаживаний и они объявили о помолвке.

Романтический вечер, ресторан в старо французском стиле, море гостей, невеста в невесомом, кажется сотканном из облаков платье, улыбающиеся гости и он даже тут не забывающий о работе и постоянно отвлекающийся на телефон. Не завтра, послезавтра должны была прилететь комиссия из Москвы, и вместо того чтобы быть на работе и лично контролировать все ли готово, он изо всех сил изображал на лице улыбку радушного хозяина.

Отец тронул его за рукав, отвлекая от очередного телефонного разговора.

- Сынок, я понимаю что не до того сейчас, но потом времени вообще не будет.

- Что случилось?

- Вижу, занят, понимаю, работа это главное. Поэтому буду краток. Ты же не собираешься привести свою супругу в холостяцкую берлогу, где побывал полк твоих девиц.

Он хмыкнул про себя. Его «холостяцкая берлога» его вполне устраивала. Да и не припоминал, чтобы его будущая супруга имела, что то против пребывания там или ее смущало, то, что до нее кто-то уже сминал на этой кровати простыни.

- Пап у меня комиссия послезавтра прилетает, и ближайший месяц по часам уже расписан. Когда я, по-твоему, буду ремонтом заниматься?

- А почему этим должен заниматься ты? Для этого сейчас существуют дизайнеры. Вот визитка, она делала дачу Петру Васильевичу, дом Игорьковым. – Отца прервал новый телефонный звонок. Не желая отвлекаться он взял из рук отца карточку и спрятал в карман. Так и быть завтра он позвонит по этому телефону. Отец прав, по поводу ремонта, дом для одного и дом семейной пары разные вещи.

О визитке и о самом дизайнере он вспомнил на следующий день только к вечеру, когда голова уже гудела от усталости, а во рту стояло постоянное послевкусие от смеси кофе и сигарет. Достав визитку, он удивленно приподнял бровь. Обычно эти маленькие прямоугольники бумаги много говорили о своих хозяевах, но не тут. Прямоугольник дорогого картона молчал. Если бы не имя, он бы вообще решил что она принадлежит мужчине, но на визитке было четко выведено: Инга Владимировна. Покрутив еще секунд 10 в руках карточку, набрал номер.

Ответили почти сразу, мелодичный женский голос, все строго и по делу. Да, конечно, встреча через пару дней, да проще сразу на объекте, пожелания, требования, сроки.

А потом прилетела комиссия, и о назначенной встрече он вспомнил лишь, когда до часа «Х» оставалось всего час, понимая, что никак не успеет. Вручила мама, согласившись показать дом вместо него. Тем же вечером уже почти засыпая он слушал ее долгий и подробный рассказ, перемежаемый описанием того какая их дизайнер прекрасная, стильная и интересная женщина. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что ему уже любопытно и самому увидеть ту в описании, которой мама сейчас использовала одни прилагательные. Быть может, этот ремонт станет не таким уж скучным занятием.

60 дней до …

Он ехал к офису своего дизайнера чтобы взглянуть на уже готовые проекты и заодно, наконец, то познакомиться с женщиной, вызывавшей у него все больше вопросов. Перед парковкой он невольно залюбовался отъезжающей спортивной машиной. Темно синяя, легкая красотка с слегка агрессивными линиями она скользнула мимо его БМВ и, смешавшись с потоком машин, скрылась из виду.

В офисе он столкнулся со слегка растерянной блондинкой, торопливо перекладывающей, какие то бумаги, параллельно переговариваясь по телефону. Увидев его, девушка еще раз уверила невидимого собеседника, что никаких накладок не будет, и отключила связь.

-Инга Владимировна? – Девушка мило улыбнулась.

- Польщена, но я не Инга, я ее помощница Мария. Инга Владимировна была вынуждена срочно уехать на объект, у нас в некотором смысле форс- мажор. Но не волнуйтесь, что бы ни произошло, в отношении вас все остаётся в силе. Идемте, я покажу вам эскизы.

Ничего не оставалось, как проследовать за девушкой в кабинет. Наблюдая, как она настраивает просмотр на огромной плазме на стене, он снова с любопытством оглядывал кабинет, стараясь прочесть характер его хозяйки, но кабинет был еще более безликим, чем визитка. Строго, просто, элегантно и ничего что бы говорило о каких-то склонностях или пристрастиях его хозяйки. Безликие визитка и кабинет и спортивная машина, одно совершенно не вязалось со вторым. Хотя в этом кабинете все же была одна вещь, доказывающая, что он действительно обитаем. Как взятая из иной реальности, на пустом письменном столе стояла детская фотография в самодельной гипсовой рамке, раскрашенной явно детской рукой. С фото на него смотрел мальчик лет трех- четырех.

- Сейчас на экране вы сможете увидеть три проекта дома, вот этими кнопками на пульте можете регулировать «Ближе –дальше», а вот этими перелистывать комнаты. Я запишу все ваши предложения и замечания. – голос Марии отвлек его от размышлений.

Первый эскиз, тяжелая вычурная мебель, ковры, бархат штор, просто мечта того кто хотел бы обитать в музее, для себя он сразу отмел этот вариант почувствовав всю претенциозность и тяжесть такой обстановки. Второй вариант минимализм и модерн, много света, пространства, но все как то слишком холодно, слишком напоминало выставку. Как и первый вариант, красиво, но на его взгляд, не уютно. Он бегло перелистывал эскизы комнат, попутно рассматривая сидевшую невдалеке с ручкой на готове девушку.

Красива. Причем красива той естественной красотой, которая не нуждается в дополнительном солярии и ухищрениях парикмахера. Копна светло кукурузных волос. Зеленые кошачьи глаза, стройная фигура со слегка тяжеловатыми бедрами, строгий и в то же время элегантно сексуальный наряд. В голову сама собой закрылась мысль. Какова же сама Инга, если в помощниках держит такую красотку и не волнуется по поводу извечного женского «Кто ж на свете всех милее?» Все еще складывая два плюс два он дошел до третьего проекта и замер.

Мягкие переходы древесных цветов, яркие пятна, оттеняющие общую гамму, стык строгой итальянской классики и арт-деко, лёгкое кружево витражей в оранжерее и нотки французского прованса в дизайне кухни. Да, в таком доме он хотел бы жить, все, каждая мелочь на эскизе просто дышала уютом. Тишину созерцания прервал голос Марии.

- Инга Владимировна сразу сказала, что вы выберете именно этот проект. Видимо она очень хорошо чувствует ту атмосферу, которую вы хотели бы создать у себя.

Ту атмосферу, которую он хотел бы создать? Да он вообще ни о какой атмосфере не думал, он вообще не представлял себе ничего, пока не увидел это. Да кто она такая эта Инга? Почему она лучше него поняла, что именно он хочет?

Закончив все формальности с подписанием проекта, он еще раз посмотрел на Марию. А чем черт не шутит, в конце концов, он еще пока не женат, а вечер в приятной компании куда лучше, чем в одиночестве, заодно, можно и порасспросить про ее таинственного шефа.

- Мария, а можно личный вопрос?

Девушка, чуть заметно улыбнулась.

- Что вы делаете сегодня вечером? И можно ли пригласить вас на ужин?

Улыбка девушки стала шире.

- Сегодня вечером я ужинаю дома в компании своей кошки. А на счет второго, я не ужинаю с клиентами нашей компании. Никаких отношений помимо работы. Никаких исключений. Я дорожу и этим местом, дружбой Инги и своей репутацией тоже. Поэтому спасибо за предложение и до встреч.

Он галантно поцеловал девушке руку и, пожелав приятного вечера ушел. Не агентство, а сплошной сюрприз. Секретарша, с внешностью секси и беспокоящаяся о своей репутации, дизайнер гоняющая на спорт каре, имеющая при этом совершенно безликий кабинет и создающая проекты мечты. Кто же ты такая Инга Владимировна?

Этим вопросом ему пришлось задаваться еще не раз. Работы в доме начались. Но из-за работы, вместо него на встречу с таинственной Ингой не раз опять ездила мама, их же встреча все как-то откладывалась, по казалось бы вполне объективным причинам. Хотя и не удивительно, когда звонила Мария и предлагала время, был занят он, а когда он пытался назначить время, «где-то часа через полтора- два», то оказывалась занята она.

Глава 2

45 дней до…

Он ехал в знакомый офис, с твердым настроем, наконец, то увидеть женщину руководящую тем бедламом что творился в его доме и, что самое главное удовлетворить, свое любопытство. В приемной его как всегда встретила Мария, за последнее время он общался с ней чаще, чем с невестой. Заигрывать он больше не пытался, а сама девушка повода усомниться в том, что сказала, тогда тоже не давала.

-День добрый. Чай? Кофе?- Мария дружески улыбнулась ему, как старому знакомому.

- Раз чай или кофе, значит таинственной Инги снова нет на месте?

- Ну да. Уехала десять минут назад. Честно, я уже сама ничего не понимаю, или это у вас какая-то карма такая, все встретиться не можете. Но, скажу вам по секрету. Сегодня после двух она будет у вас на объекте. Вот там и сможете поговорить, так сказать по месту.

- Мария, я ваш должник.

- Знали бы вы еще какой. – как-то таинственно улыбнулась девушка.

Хорошо, что сегодня была пятница, и особо ничего срочного уже не могло случиться. Он подъехал к своему дому, еще издали заметив припаркованную знакомую синюю машину. Зайдя во двор, обнаружил идущего куда- то парня с парой досок на плече и совершенно отсутствующим взглядом. На вопрос о том, где найти Ингу он получил крайне неопределенный взмах руки в сторону дома, после чего рабочий с все тем же отсутствующим выражением на лице поплелся в сторону находящегося невдалеке навеса.

Поняв, что в округе не заметно более вменяемого гида, он двинулся в глубь дома, надеясь, что сверху ничего не свалиться, и он никуда не провалиться. А то, кто его знает, может у этой Инги все рабочие вот такие зомбиподобные.

В доме, что то явно сверлилось, долбилось, но весь этот шум перекрывалось идущими откуда-то сверху воплями Игги Попа. Он удивленно поднял бровь и пошел на источник музыки. Пока пробирался на второй этаж, композиция сменилась и теперь всю округу уже оглашали раскаты Фреди Меркури.

Около комнаты, из которой неслась музыка, он остановился и заглянул внутрь. Невысокая темноволосая женщины стояла около стола со стаканчиком кофе и рассматривала части чего-то пока понятного только ей, складывая их как мозаику. Темные волосы, собранные на макушке и торчащий из них карандаш, обычный строительный комбинезон, одетый на футболку, явно на пару размеров больше необходимого.

- Извините, а где могу найти Ингу Владимировну? – он старался перекричать музыку.

Женщина вскинула голову, как будто выныривая из какого то своего мира. Легким движением отключила, что-то на столе, отчего музыка вмиг замолкла и в кажущейся тишине не торопясь повернулась. Если бы на него сейчас вывалили ведро льда, он бы пожалуй не так удивился. Прислонившись с косяку двери выдохнул.

- Ия..

- Ну, привет Олег – как много лет назад, она смотрела на него с все тем же ироничным прищуром и кривоватой улыбкой. – Давно не виделись.

Какая же чертова карусель свела их снова, да еще при таких обстоятельствах. Однако, весело получается, вот и покорила город, уж чего-чего, а того, что Ийка будет работать на стройке он не ожидал. Как же все ее амбиции? Как то резко всколыхнулась обида, за тот облом, что она ему устроила тогда, в восемнадцать.

- Да уж, давненько не виделись. – Он облокотился на косяк и скрестил руки на груди. – вижу твоя карьера по-прежнему движется в гору. Спорткуб, магазин, а теперь стройка. И какую ты профессию теперь освоила? Моляра или штукатура, а может каменщика?

В глазах у девушки заплясали уже знакомые бесенята, однако он не придал этому значения. Ийка не торопясь взяла со стола стаканчик с кофе отхлебнула, пряча в нем улыбку. Он что-то не понимал. Чему она улыбается?

- А я вижу, ты внимательно следишь за моей карьерой. От своей надеюсь, не слишком отвлекает? Какую профессию освоила? Олег у меня масса скрытых талантов.

Небрежным движением Ия облокотилась на стол. Похоже она едва сдерживалась, потому что почти издевательскую улыбку уже просто не удавалось скрыть.

- Но, да ты прав, я просто семимильными шагами иду в гору. Стройка, ну а чем не работа, как видишь тепло, сухо, кормят на халяву. Трех разовое питание, первое, второе и компот, не то, что ты в своем кабинете на пирожках столовских. А я о своем здоровье забочусь, вот и ищу местечко, где потеплее. Опять-таки культурное общение, тут у нас и знаешь ли даже профессора бывшие попадаются. – он посмотрел на неё как на помешанную. Либо он чего-то не понимал, либо эта язва над ним просто издевалась.

Топот за спиной лишил его возможности ответить.

Почти отпихивая его, и пыхтя как паровоз, в комнату ввалился грузный мужчина с двумя кусками плитки в руках и красным от возмущения лицом.

- Инга Владимировна! Инга Владимировна! Нет, ну вы посмотрите! Вы посмотрите! Мы же заказывали им бирюзовую, а они что привезли, половина синяя. У меня плиточники уже раствор завели, все подготовили. Это же перевод материала! Времени! А у нас же сроки! Сроки-то сжатые! А вы там целую амфитладу настроили. Как успеем!? Как успеем то теперь?

- Григорьевич, успокойся. Плиточников отправь в павильон, пусть там начинают, как будто кроме панно в бассейне им делать нечего. С поставщиком сейчас поговорю.

Взгляд и голос Ии моментально стал серьезным, тон приказным, а он наконец, то заметил и явно дорогой маникюр, который девушка-строитель вряд ли сможет себе позволить и то, что футболка, одетая под комбинезон имела на рукаве лейб Том Тейлор, а то что, услышав его голос, отключила Ия было новеньким айфоном присоединённым к стоящей тут же стереосистеме.

Похоже, он, наконец, то встретился со своим дизайнером и эта маленькая стерва снова обвела его вокруг пальца. Обычно, такого не внимания к деталям он за собой не замечал. В его профессии порой не значительные детали могли изменить всю картину.

Только вот почему от сознания этого факта, что облажался, он стоит и улыбается как дурак, глядя как Инга, вытащив карандаш из волос меряет комнату шагами ругаясь с каким-то невидимым Гариком по поводу плитки. Как нервно постукивает карандашом по столу, ожидая ответа, как куда-то снова звонит и снова говорит, как успокаивает все еще нервно пыхтящего прораба, допивая из стаканчика уже явно остывший кофе. Как, наконец, облокачиваться на стол и похлопывая себя телефоном по нижней губе, вопросительно смотрит на него.

- Вот только не говори, что ты ничего не хочешь у меня спросить. – наконец нарушает она молчание.

- Ну, честно говоря, все, что я хотел я узнал. Ты и есть мой таинственный дизайнер, который избегал со мной встречи последние несколько недель. Похоже, посмотреть мне в глаза тебе было, почему то страшно. – Похоже, время их не изменило. Они снова играли в те же игры, кто сорвется первый.

- Ну, можно сказать и что я бегала, а можно и что просто не торопилась себя раскрывать. А можно просто сослаться на судьбу и плотные графики. Но это ведь не то, что ты хочешь спросить? – Хмм, однако, да два ноль. Пока она ведет.

- Хорошо. Есть один вопрос. Почему ты Инга, а я тебя знаю как Ию?

- Я в детстве не выговаривала Инга, и говорила, что меня зовут Ия, так и прицепилось. – в голосе девушки была небольшая растерянность. Значит уже один два, похоже, это был не тот вопрос, который она ожидала.

- Что ты еще хочешь узнать? Знала ли я, что это твой дом? Да знала. Почему не отказалась? А почему должна была? Это работа, не более того.- она неопределённо пожала плечом, давая понять что ей все ровно. Вот только скощенный в сторону взгляд придал этому движению скорее нервную окраску.

Все ровно говоришь? Только работа. Черта с два. Они оба слишком долго играли в эту игру, слишком пристально следили друг за другом, чтобы он поверил. С другой стороны, свои предположения еще надо доказать, а пока надо сравнять счет.

- Инга, я уже узнал все что хотел. – Он перебил ее, в два шага пересек небольшую комнату, приблизившись к ней почти вплотную, и на секунду ощутил знакомый аромат «шанель», смешанный с запахом ее кожи, запах от которого у него по-прежнему мысли улетали совершенно в горизонтальную плоскость. Резко наклонившись, он как раньше поцеловал ее в щеку, почти рядом с уголком губ, выдохнув. – Если будут еще я их тебе задам. При встрече. – А после, развернувшись молча вышел, чувствуя, как его спину прожигает все тот же ироничный взгляд. Итак два два, они снова на равных. Он буквально чувствовал,

как та карусель, что кружила их когда-то, ожила, засветилась огнями и сделала свой первый безумный поворот, увлекая куда-то верх.

Глава 3

30 дней до…

Две недели он чувствовал себя просто в аду, привычный график полетел к чертям. Постоянно надо было выкраивать время на какие-то согласования, то цветов шариков, то дизайна скатертей и салфеток, Милана категорически не была способна выбрать ничего из предложенного, чтобы не перезвонить ему тридцать три раза. Он попытался отправить с ней маму или предложить ходить на подобные мероприятия с подругами, но все было тщетно. Она все ровно трезвонила, он в свою очередь злился и дергал Ингу, а ее насмешливо-мурлыкающе «Да-а-а» в трубке и последующие комментарии, окончательно выбивали его из колеи. Он и сам не понимал, зачем дергал ее с этой свадебной суетой, как и не понимал, почему она не послала его после третьего звонка. К концу недели он просто признал, что на самом деле ему просто спустя столько лет приятно слышать снова ее голос, и чувствовать всплески адреналина от их перепалок и еще он законченный адреналиновый наркоман и мазохист.

После третьего похода к организатору свадеб, мама на очередную просьбу о сопровождении будущей невестки, ответила отказом, прямо заявив, что она не том возрасте, чтобы позволять себе выглядеть глупо. Ей надоело уговаривать взбалмошную девицу спустя полтора часа, наконец-то определиться, она хочет розовый или сиреневый и какой конкретно розовый, потому что 24 оттенка розового перед этим, оказались не таким розовым, как хочется, а поросячье- розовый который она выбрала, забраковали все вместе с организатором. В общем, в итоге чтобы сократить время и сэкономить нервы всем, он вынужден был ездить по всем этим салонам вместе с Миланой, потому что очередного звонка посреди совещания он бы просто не выдержал.

После первой же поездки, правда, уже не хотелось вообще ничего, так как в глазах рябило от всевозможных голубей, лебедей и купидонов, чьи улыбки казались оскалом. Щебетание невесты над ухом напоминало комариный писк. На прямой вопрос к Милане, неужели она не в состоянии заниматься этим сама. Получил надутые губы и заявление, что во всем цивилизованном мире принято, чтобы в предсвадебных хлопотах принимали участие и жених и невеста, так как заботы станут хорошей проверкой на прочность их чувств и готовности к тяготам быта. Уже к концу первой недели, он был готов себе признаться, к таким тяготам быта откровенно не готов и свой брак представлял себе несколько иначе, чем безостановочный свадебный шопинг.

Если встреча с Ией и их возобновившиеся «игры разума», напоминали ему этакие «американские горки» где экстрим соседствовал с легкостью и оставлял в душе легкое послевкусие терпкого шотландского виски, то все остальное происходящее последние две недели оставляло ощущение от выжимки в адской центрифуге. Хотелось одного, приехать домой, закрыть дверь, отключить телефон, и просто завалиться спать.

На перекрестке была авария, каких-то два лихача снова не поделили проезжую часть, вокруг уже сновали люди в форме, страховщики и просто толпа зевак, а из-за перегороженной дороги стала образовываться довольно приличная пробка. Он устало откинулся на подголовник, нервно побарабанив по рулю. Развернуться возможности уже не было, за ним четко выстроился хвост из трех машин. Пробка впереди и не думала двигаться. Он покрутил ручку приемника, однако ни на одной волне не было ничего подходящего, понимая, что похоже застрял на долго, открыл окно и перевел взгляд на находящийся рядом небольшой парк. Деревья, кустарники, площадка для детей с кучкой карапузов и их мамами, которые сидели на лавочках с семечками или же следили за тем, чтоб их чада не упали с горки или качели. Все это дышало каким-то покоем и умиротворением.

Рядом с детской площадкой было небольшое поле, по которому бегала очередная мамочка с сыном кидая друг другу «тарелку». Что то в этой паре привлекло его внимание, было в них, что то знакомое. Вот женщина подпрыгнула за высоко пущенной тарелочкой, и хвост темных волос, выпущенных из бейсболки, взлетел вместе с ней, вот подхватила ребенка, кружа его в воздухе. Ему показалось, что он даже здесь слышит задорный детский смех. В эту минуту женщина обернулась вслед побежавшему за далеко улетевшей тарелкой сыну и сомнений в том, что конкретно в этой женщине ему знакомо исчезли. Потому что знакомо ему в ней было все.

Резкий звук сигнала напомнил, что он за рулем и совершенно отключился от реальности. Впереди виднелся довольно широкий просвет, а стоящие сзади него водители, явно намекали на то, что пора бы очнуться, проехав каких-то метров пятнадцать, он увидел справа свободное место для парковки. Улыбнувшись, повернул руль вправо. Если день не задался с утра, то может вечер его исправит.

Летающая тарелка сделала очередной пирует и, пролетев над его головой, унеслась куда-то в даль. Инга красная, запыхавшаяся стояла, опираясь руками на колени, показывала на него пальцем. Да он и так все понимал, пропустил ему бежать, джинсы были в зеленых разводах от травы, пиджак он скинул уже давно, джемпер валялся там же рядом на тонком пледе, закрывая собой курточку Никиты и Ийкину кофту. Оба уже тяжело дышали, он успел пару раз не добрым словом помянуть сигареты, а маленький термоядерный двигатель четырех лет, казалось только вошел в самый раж и сейчас хохоча во все горло, кинулся за улетевшей тарелочкой не дожидаясь, чьей либо команды. Он поймал бегущего обратно с добычей мальчугана и крутанув, чуть подбросил вверх, довольный визг и новый взрыв детского хохота с характерным: «Давай еще!» был наградой. Инга, сняла бейсболку, вытирая со лба капельки пота. Кто как, а они и правда, оба выдохлись.

- Так дорогие мои, время к столу. – женщина призывно захлопала в ладоши – привлекая внимание.

Он присел на развёрнутый во всю ширину плед, под деревом, наблюдая, как Ия раскладывает содержимое корзины. Никита, не дожидаясь окончательной сервировки, уже впился зубами в яблоко. Инга встала, и через минуту он почувствовал, как ему на плечи лег его же пиджак.

- Заболеешь, - он поймал руку девушки и удержал ее, заставляя посмотреть в глаза.

И вдруг сам удивился тому, что в них прочел, не было никакой иронии, был только покой и какое-то умиротворение. Как будто для него сейчас приоткрылась какая-то особая дверца, куда допускались немногие. Его вечно колючая и ершистая Ийка в этот момент, казалось, сбросила всю свою броню и предстала обычной, домашней, хрупкой и беззащитной.

Как будто понимая, что происходящее начинает выходить из под контроля, девушка со смущенной улыбкой прервала зрительный контакт и, вернувшись на свое место напротив, протянула ему сэндвич.

Ели молча, казалось, каждый внутренне переваривал полученную информацию и боялся неосторожным словом разрушить это состояние. Никита уплетая за обе щеки бутерброды любопытно поглядывал на взрослых, каким-то своим детским шестым чувством понимая, что ему пока тоже лучше помолчать.

Вечерело, в воздухе все ощутимее стала прохлада, Инга накинула на сына курточку и оделась сама. Очарование пикника подходило к концу, короткий осенний вечер все больше вступал в свои права, клубясь сумраком в подворотнях и заставляя зажигаться первые окна в домах. Девушка первой нарушила молчание.

- Олег, нам пора, тебе вызвать такси?

- А вы как?

- Так же, сейчас вызовем машину и нас отвезут. Я просто не знаю, на машине ли ты. А в таком виде по городу. – Она с усмешкой указала на его джинсы.

- Я на машине, и нет смысла в такси, давай вас отвезу. Должен же я как-то вас отблагодарить за прекрасный ужин.

- Не волнуйся, мы доедим. – Инга пыталась возразить.

- И не пытайся, сегодня я ваше такси. Так что собирайтесь до машины три минуты ходьбы. – сказал он поднимаясь с пледа и одеваясь.

Он ожидал, какой угодно адрес, кроме этого, новостройки, коттеджа, высотки с ростовыми окнами. Но с удивлением обнаружил, что навигатор ведет его в старую часть города, район тихий, и относительно спокойный. А потом вспомнил. Ия всегда любила старые дома, эти огромные потолки, двустворчатые двери и стены, хранящие воспоминания нескольких поколений, они были для неё в сто раз краше самого шикарного пентхауса.

Они несколько минут просто сидели молча в темной машине, каждый не решался заговорить и попрощаться. Наконец Инга, снова, первой нарушила тишину.

- Никита уснул. Отнесу наверх корзинку и спущусь за ним. Не возражаешь, если я еще украду минут десять твоего времени?

- Не волнуйся, я помогу. – он улыбнулся в темноте уголком рта. Какое-то волшебство вечер и нереальность происходящего не отпускала, хотелось оттянуть возвращение в реальность еще хотя бы на немного.

Они посидели еще пару мгновений, а потом синхронно открыли двери и вышли. Он открыл заднюю дверь и аккуратно взял Никиту на руки, кутая в куртку и ограждая от вечернего холода и сырости. Аккуратно перехватил свою почти не весомую ношу и пошел следом за девушкой.

Квартира Инги была не большой, хотя много ли места нужно женщине с ребенком. Одновременно он поймал себя на мысли, что как хищник на охоте втягивает в себя воздух и щурит глаза, пытаясь в полутьме рассмотреть или ощутить присутствие в этой квартире следов другого мужчины, но ничего в окружающей обстановке не указывало, что тут кто то еще живет кроме мамы с сыном.

Они дошли до маленькой детской, и он аккуратно уложил малыша на кровать. Инга стала разувать мальчика, а он взялся за второй кроссовок, помогая. Девушка удивленно приподняла бровь, но оставила, пока, свои вопросы при себе. Все так же молча они вышли из комнаты, прикрыв за собой дверь.

- Не хочешь чая? – прошептала Инга.

- Знаешь, не откажусь. Только руки у вас, где мыть? – так же шепотом ответил он.

Сделав пару шагов, она щёлкнула выключателем, показывая ему на дверь.

Зайдя в небольшую ванную, он бегло осмотрел полочку и почувствовал, что внутренний хищник довольно крутанувшись на месте и с довольной мордой улегся спать. Ни каких намеков на присутствие в квартире кого-то кроме Инги и Никиты не было. Вся ванна была заполнена детскими игрушками и женскими штучками.

- И какое тебе, по сути, то дело до того есть у нее кто то или нет? – подала свой голос видимо советь. - Ты женишься, она твой дизайнер и да старая подруга, которая уже отшила тебя один раз, и не оправдывайся, что прошло двенадцать лет, некоторые вещи не меняться.

- Меняются. Мы меняемся. И я не знаю почему, но мне интересно знать есть ли кто-то у нее. Просто интересно. – Стараясь мысленно заткнуть своего оппонента, он вышел из ванной.

- Ага, повторяй себе как мантру по утрам, может через годик поможет. Просто интересно. Серьезно? Ты жуткий собственник и привык что она пусть и в вашем извращенном варианте только твоя, и этого ничего не изменит. Вот только она больше не твоя чувак, да и никогда не была твоей. Смирись.

Они сидели за барной стойкой, заменяющей Инге обеденный стол, и пили чай с ее любимыми заварными пирожными.

- Когда ты успел научиться так, обращаться с детьми? - Инга положила себе в рот последний кусочек лакомства и слизнула с пальца выступивший крем. Ее взгляд снова стал привычно насмешливо лукавым.

- Ну не у одной тебя масса скрытых талантов. – он протянул руку и пальцем снял каплю крема оставшегося в уголке ее рта, после чего последовав ее примеру слизнул его. В глазах Инги загорелся привычный ему огонек, как бы давая сигнал «карты розданы», они снова были как два мошенника играющие двумя краплеными колодами и одной чистой. И оба знающие об этом, вот только когда крупье раздаст именно ту из трех, что его не знал никто, и оба балансировали на грани фола. Их безумная карусель продолжала свое вращение, увлекая их все выше и выше, заставляя то взлетать ввысь, то падать в пропасть. Что будет, если никто вдруг не остановит очередное падение и они таки сорвутся? Вряд ли у кого-то из них был на это ответ. Пока было только здесь и только сейчас.

Глава 4

20 дней до..

Милана окончательно решила его доканать. Чем ближе был «день Х» тем неуёмнее она становилась. Его будущей благоверной казалось было плевать на все, она хотела, чтобы он присутствовал на согласовании каждой мелочи. Даже не так, она требовала, чтобы он бросал все и несся через весь город по любому ее «щелчку», работа, заседания, совещания, это все были несущественные мелочи в сравнении с выбором мастера маникюра. После пятого или шестого «очень важного звонка» он с рычанием бросил трубку грубо послав и невесту и отчетливо слышимую стаю ее подруг. Итогом стала учинённая в доме родителей истерика, надутые губы и новость о том, что она отказывается вообще разговаривать с таким грубым и черствым человеком как он. На предложения мамы, что стоит извиниться, устало махнул рукой и пообещал помириться с будущей супругой в конце недели, а пока и она «созреет» к перемирию и он спокойно сможет поработать. В ответ женщина лишь покачала головой, делая видимо для себя какие-то выводы, но, не говоря ничего.

К среде его обычное расписание практически вернулось в привычное русло, он успел разобраться практически со всем отложенным или не доделанным из-за очередных «важных дел» Миланы, и смог, наконец более ни менее спокойно вздохнуть, чувствуя себя снова в свой тарелке.

Однако с относительной свободой снова пришли вопросы и мысли, на которые до этого не было времени. И у всех этих вопросов и мыслей был один источник, он имел темные волосы и карие глаза, стервозный, насмешливый характер и снова ворвался в его размеренную жизнь спустя много лет, разнося все в щепки. Торнадо по имени Ия бушевало, заставляя с одной стороны снова задыхаться от адреналина, а с другой стороны все время ждать, когда наступит момент и он, упустив, что то получит жесткий облом.

Он запустил кисти рук в волосы облокотившись на локти на столе. Ждать нового облома… А ведь по сути, после того единственного в восемнадцать, больше ведь их и не было, ни с его стороны ни с ее. Они доводили друг друга до бешенства, могли до умопомрачения обменивается булавочными уколами иронии и сарказма, но оба четко соблюдали не видимые границы, переступив которые могли бы причинить друг другу настоящую душевную боль. Так что, черт побери, между ними происходило все это время? И что происходит сейчас? И что вообще было тем вечером?

Все так же сцепив пальцы на затылке, он откинулся на кресле, глядя в потолок. Вопросы… вопросы без ответа. Или может он, уже давно знал все ответы, просто они совершенно не вязались с доводами разума и логикой. Звонок секретаря оторвал от размышлений, напомнив, что он не герой романа, а обычный человек и Гамлетовской «быть или не быть» в рабочее время совершено не уместно.

Однако услышав о том, кто пытается ему дозвонится, он усмехнулся. Вспомни черта, вот и он. В данном случае она. Его стервозный дизайнер решила прервать их временный тайм аут в общении, возникший после того спонтанного свидания в парке.

- Давно не слышались.

- И тебе добрый день. Не так уж давно, на самом деле. Но я по делу.

- А я уже подумал, что ты соскучилась.

- Мечты, мечты, где ваша сладость.

- Ну и продолжая, гадость моя, что случилось?

- А случился твой кабинет. Если ты забыл, то к нему у тебя были требования как к ракете, и мы условились обсудить все, вплоть до количества ручек в стаканчике и их марки и цвета. Видимо у кого то не то склероз, не то выход в нирвану и поэтому он не явился на встречу.

Он молча открыл ежедневник и увидел искомую запись, они и правда, должны были встретиться, вчера. Вчера, когда он место этого был на другом конце города на встрече, которую тоже пришлось перенести…. Чертова Милана.

- Инга, извини я и правда, забыл. Точнее не забыл, а был занят. У меня последнее время такое чувство, что мне не хватает еще пары часов в сутках, чтобы все успеть.

- Что работа стала слишком отвлекать от выбора дизайна свадебных шариков для маникюра? - казалось, ехидство сейчас просто потечет из трубки. Он расхохотался.

Как обычно, она не жалела, ни сочувствовала, вместо этого била жестко и в точку, насмешливо и с кажущейся безжалостностью. Однако во всем этом было понимание. Понимание его самого, его ситуации, и что там скрывать именно вот такой удар это было ему гораздо нужнее и ближе, чем любое соболезнование. Казалось, Инга как врач резким рывком срывала пластырь, с гноящейся раны понимая, что только так она может дать пациенту облегчение.

Он расслабленно откинулся на кресло, и развернув его закинул ноги на стол, глядя в окно.

- Ну, что-то вроде того. Пришлось послать шарики к маникюру, чтоб не пришлось менять работу. – С другой стороны раздался смешок.

- Надеюсь, предстоящая покупка ведра роз не сильно скажется на твоем бюджете, а то и ремонт и свадьба и еще такие непредвиденные растраты.

- До конца недели есть время собрать пару багажников бутылок, так что думаю и до ванны дотяну. Кстати, компанию не составишь?

- В сборе бутылок? Да нет спасибо, я больше по банкам алюминиевым специализируюсь.

- Кстати спасибо за идею, к бутылкам еще и банки, если добавить это же я в два раза быстрее справлюсь. Кстати я серьезно. Как на счет поужинать сегодня, заодно и обсудим марку и количество ручек. Бери с собой Никиту, я найду, что- либо с детской комнатой.

- Никита у бабушки, так что «игровая комната с милицией» отменяется, ищи просто с хорошей кухней, и «Адмиралом Красовым» 1994года в винной карте, желательно.

- А как же старый добрый Джек Дениэлс из горла на набережной?

- Так же как и потом путешествие на твоем плече через полгорода. Не помню, значит, не было.

- Тогда до вечера в «Анпвертене». Подъезжай к 19.00

- Ты уверен?

- Ага, или ты думаешь, я не выяснил до сих пор твой любимый ресторан?

- Машке конец!

Он с хохотом повесил трубку. Напряжение последних дней куда-то испарилось, оставив в голове четкость мыслей. Он пробежался глазами по ежедневнику, спрессовывая расписание, сортируя оставшиеся дела, в то время как руки уже сами тянулись к телефону, набирая номер ресторана.

Он понял, почему этот ресторан так нравился Инге, лишь только переступил порог. Стиль шале, обилие натуральных материалов и вышколенный, практически не заметный персонал. Заглянув в меню, внутренне сделал для себя еще одну отметку, разнообразие блюд. Однако, в отличи от многих своих коллег, здешний шеф, не допускал смешения в меню «французского с нижегородским» в виде мирно соседствующих оливье, фуагра и рыбы Фугу.

Он даже не успел толком изучить меню, как она влетела в зал. Именно влетела, потому что легкое коктейльное платье с широкими рукавами цвета фиалки, бежевый палантин и Ийкина уверенная быстрая походка для него выглядели именно так.

Ее действительно тут знали, это было видно и в улыбке швейцара и в поведении официанта, и дружеском кивке администратора. Боле того ее не просто знали, ее уважали и даже больше по своему любили. Как любят в таких заведениях постоянного не скандального клиента, щедрого на чаевые и понимающего что даже в самых шикарный ресторанах бывают накладки в виде пережаренного стейка или закончившейся не во время осетрины.

Поднявшись, он церемонно поцеловал тыльную сторону ее ладони в знак приветствия, тот час же поймав ее насмешливый взгляд с вздернутой бровью

- Вау, ты решил изобразить из себя джентльмена! На какую бы стенку записать. – явно читалось в ее взгляде.

- Наслаждайся, пока можешь. Программа произвольная, повторению не подлежит. – он послал ей такой же насмешливый взгляд, прежде чем помочь сесть.

А вечер, однако, обещает быть интересным.

Они ели молча, каждый сосредоточившись на своей тарелке, причины было две, во-первых готовили тут и правда шикарно, а во вторых, за время пока принесли заказ, они успели обсудить часть нюансов в виде точного расположения источников света, его уровня, ручек регулировки, потоков воздуха от системы вентиляции и оба почувствовали что проголодались. Покончив с ужином пришлось снова погрузится в работу. Он с удивлением узнавал в ее подходе свой стиль работы, она была дотошной, выспрашивала каждую мелочь, и не успокоилась пока они и правда не обсудили даже количество ручек и карандашей на столе. На все его попытки отмахнутся от чего то, встречал ее безапелляционное.

-Это место где ты, скорее всего, будешь проводить дома все свое время, кроме сна. Тем более, что ты не представляешь как раздражают в работе именно вот эти мелочи, например, когда ты по пол часа ищешь ручку чтобы отрегулировать свет или вынуждена постоянно отвлекаться на сплит.

Спустя еще какое то время он просто откинулся на спинку стула поднимая руки вверх в знак того что он сдается.

-Все. Мне уже совершенно все ровно, куда будет дуть сплит и какого цвета будут ручки. Ийка, даже если ты поставишь мне черный с серебряной окантовкой стол и сделаешь бархатные бордовые занавески с розочками. Поверь, я не буду жаловаться и скажу, что всегда мечтал вот о таком «чуде», только не мучь меня больше.

Расхохотавшись, девушка откинулась на спинку стула.

- Вот так и выясняться самые сокровенные мечты. А какого оттенка ты бы хотел розочки?

Он замахнулся на девушку салфеткой, в ответ, получив очередной взрыв хохота.

- Так ну мои сокровенные мечты мы выяснили, а как на счет твоих? - он сделал глоток из своего бокала, откинувшись на стуле.

- Ну тут ничего не изменилось, я за мир во всем мире и ужесточение наказания для преступников рецидивистов. – он снова был готов расхохотаться.

- Годы идут, а твое увлечение «Мисс конгениальность» неизменно.

- Ну а зачем изменять хорошим вещам. – Ийка взяла со стола бокал и, повторив его движение, откинулась на стуле.

- Ий, а если серьезно, я потерял тебя на несколько лет, можешь считать это желанием наверстать упущенное, но мне интересно как ты из учителя вдруг превратилась в дизайнера.- В следующую минуту он уже пожалел, что спросил о том, что вообще поднял эту тему. Он буквально видел, как один за одним перед ним вырастают щиты, закрывая Ийку и превращая ее в Ингу Владимировну, даже воздух вокруг них казалось, стал холоднее.

- Олег, а чего это тебя вдруг стала интересовать история превращения провинциальной простушки в стерву? Не хочу тебя расстраивать, но истории Золушки не получится. А на счет того, что ты меня потерял. Может, не будешь делать «красивую мину при плохой игре». Я не терялась, просто тебе это было не надо, и не было бы надо не столкнись мы почти случайно. А теперь тебя хочется потешить свое любопытство и узнать, как же я дошла до жизни такой. Почему не потерялась в сотнях продавщиц, маникюрш и парикмахерш. Поверь, чтобы получить эту информацию не стоило приглашать меня в ресторан, я попрошу Марию подготовить для тебя историю развития нашего агентства, там достаточно информации, чтобы удовлетворить твой интерес.

Он резко поставил нал бокал и сжал в кулаке салфетку. Он был готов к любой реакции, кроме этой. К какой-то даже детской злости, не прикрытой обиде. Хотя, в глубине души глядя на нее сегодняшнюю он испытывал похожее. Детский неприкрытый интерес. Он чувствовал себя мальчишкой, которому не дали конфету из красивой коробки, оставленной до праздника. Пусть потом накажут, но слишком велик соблазн. И это злило. Это раздражало. В его вопросе и ее реакции не было логики, не было доводов разума, были только чистые эмоции

- Ийка, что ты хочешь услышать? Что я такой предатель, который позабыл, позабросил свою напарницу, потому что она перестала удовлетворять его социальный статус? Что я сожалею, что не позвонил тебе за все это время ни разу? Только вот не надо строить из себя оскорбленную невинность. Ты не лучше. Сама-то когда последний раз набирала мой номер? Или ты у нас стала страдать склерозом и забыла во что выливалось наше с тобой общение тогда? «Привет. Как дела? Нормально. А у тебя? И у меня нормально. Ну, пока» Очень содержательно. Я в какой-то момент просто понял что все, нам не о чем говорить, я стал тебе не нужен, у тебя теперь своя жизнь, без ориентирования, без прежнего круга общения и без меня.

- А о чем ты хотел услышать, звоня мне среди ночи пьяным из очередного клуба, с визжащими телками фоном? О том, что я устала на работе или о том, что у нашей квартирной хозяйки поехала крыша, и мы съезжаем с милицией в домик, который видимо летом был еще курятником, но быстро найти, что то приличное нет возможности? Или ты во время таких звонков рвался сообщить мне о том, как ты по мне соскучился? В первом часу ночи? Ты ждал услышать как у меня на самом деле дела? Согласись. Странный способ. – Ийка резко поставила на стол бокал, едва не расплескав вино и теперь сидела против него, со скрещенными на груди руками. В карих глазах плескалась злость и обида.

- А ты могла попросить. В конце концов, ты могла бы пожить у меня какое то время, пока не нашла бы что то приличное. Черт, Ия мы же знали друг друга, ты могла попросить помочь?

Ийка криво усмехнулась.

- Знали? Ты знал меня? Олег, это даже не смешно. Что ты вообще обо мне знаешь? Похоже, вообще ничего, если до сих пор, думаешь, как я вдруг из учителя превратилась в дизайнера. А ничего что я культуролог по образованию, а это ну совсем рядом с учителем. Как Луна с Марсом. А какой цвет я люблю? Кто мои родители? Есть ли у меня братья или сестры? Кого я больше люблю кошек или собак? Ты говоришь, мы знали друг друга. Я да. Я знала тебя. А вот ты. Сомневаюсь. Ты привык, что я рядом, как приложение к тебе. Как твоя тень. Ты привык пользоваться женщинами, и я не была исключением. Но знать, узнавать, кого то из тех, кто с тобой был рядом. Зачем? Там ведь вряд ли будет что то большее чем любовь к Диме Билану и Дому 2.

- Ну, ты говорила, что у тебя среди предметов Мировая художественная культура. А у нас в школе был такой предмет, вот я и подумал. И я знаю что ты не любишь ни Дом 2 ни Билана. У тебя всегда в плеере был рок или фолк. – он судорожно рыскал ответы на вопросы в своей памяти. И не находил. Но сдаваться просто так он тоже не привык.

- Ты говоришь, ты меня знала? Хорошо, какой мой любимый цвет?

- Синий. – Ийка насмешливо хлопнула салфеткой по столу. – Хочешь сыграть в «Что? Где? Когда?». О кей.

- Что я не люблю?

- Молоко, ты его терпеть не можешь.

- Сигареты?

- Пфф..ты с девятнадцати куришь светлый «Kent» и, судя по пачке в твоем кармане это не изменилось. Может, еще про парфюм спросишь? Hugo Boss ты тоже не изменяешь.

- Все сдаюсь… - поставив сцепленные в замок руки на стол, он устало уткнулся в них лбом. Произошедшая ссора казалось, выбила из него все, что позволяло еще держаться, после тяжелейшей рабочей недели.

- Ий, честно, нам обязательно продолжать ругаться? Я так устал за эту неделю. Ты себе даже не представляешь. И, знаешь, этот ужин. Думал, мы весело поболтаем, как всегда, и хотя немного отдохну, от всего, как тогда, в парке. А вместо этого, мы с тобой ворошим прошлое. И ты, ты права, я ничего о тебе не знаю. Ни про цвет, ни про кофе. Но знаешь, я скучал. И ты не права, мне, правда, интересно. Даже не знаю почему.

Она снова удивляла. Он ждал всего чего угодно, ее ухода, молчания, но не этого. Не ласкового касания рукой, не того что ее пальцы проберутся к нему в волосы и как когда-то запутаются в них перебирая, и чуть массируя кожу.

- Мой любимый цвет, как и у тебя синий. У меня есть младший брат. Я люблю кошек. Любимый кофе «по-венски»с апельсиновой цедрой, но на работе я пью американо. Не люблю красные розы, георгины и той-терьеров.

Хотелось закрыть глаза и как коту склонить голову, подставляя ее под ласку.

- Мы познакомились с Мари когда я искала соседку по квартире. Сдружились. Как-то нас залили сверху, и пришлось делать ремонт самим. Так и появилась идея. А потом в какой-то момент нам, наверное, просто повезло, заказчица не скривила нос, видя наш возраст и не «именитость», а просто поверила. Так и понеслось. Сам знаешь, «сарафанное радио» у нас работает куда лучше любой рекламы. И, я тоже скучала. – она еще раз провела рукой чуть царапая ногтями кожу, прежде чем убрать. Подняв голову, он перехватил ее кисть, поймав грустный, чуть задумчивый взгляд девушки.

- Давай потанцуем. –Ийка в ответ лишь чуть-чуть улыбнулась уголком губ поднимаясь.

Они танцевали в полутьме зала не говоря ни слова. Она, положив голову ему на плечо, а он, зарывшись носом в ее волосы, слишком уставший чтобы спорить, слишком растерянный, чтобы, что то говорить. Их карусель летела в пропасть, обнажая эмоции. Больше просто не было сил на игры и не было желания. Больше не было игроков, были лишь мужчина и женщина, и много несказанных слов в прошлом и слишком много вопросов из-за этого в настоящем.

Они так и не проронили больше ни слова после танца, казалось оба взяли какой-то негласный перерыв, молча собирались, так же без слов шли к ожидающей машине.

Не хотелось прощаться, точнее не хотелось так. Уже почти дойдя до машины. Он остановился и решительно притянул девушку к себе.

- Не надо. – Ийка на мгновенье прикрыла глаза и чуть слышно прошептала ему практически в губы. А, потом, как будто сбрасывая с себя оцепенение резко отстранилась.

- Ничего не изменилось Олег. Все по-прежнему. Я твой дизайнер, а ты мой клиент, у которого меньше чем через месяц свадьба. А я не связываюсь ни со своими клиентами, ни с женатыми или почти женатыми мужчинами. Думаю, что я слишком хороша, чтобы мной зализывали раны от ссоры с невестой. Спасибо за ужин и до встречи в офисе.

Хлопок двери такси и машина резко срывается с места, оставляя его с уже знакомым ощущением, что он идиот. Размечтался. Он клиент, она дизайнер. Это просто работа. Да у них есть прошлое, но сейчас это работа. А он без пяти минут женат. Такова реальность. Ничего не изменилось и, по крайней мере, Инга не будет ничего менять в существующей системе координат. Или он примет условия игры или потеряет даже то, что имеет. Как будто когда-то было иначе? Да и хотел ли он сам, что то менять?

Найдя в списке телефонов номер, он заказал корзину красных роз для Миланы.

- Я не люблю красные розы – мелькнуло в голове. Хорошо, что в случае с Миланой ему не приходилось, задумывается над вопросом, любит ли она красные розы, и любит ли розы вообще. Кстати, почему он никогда не думал над этим вопросом?

- Ты привык использовать женщин. Но знать, узнавать, кого то из тех, кто с тобой был рядом. Зачем? – В памяти снова всплыл недавний разговор.

И действительно, зачем ему так важно было узнать, все об Ийке и так не интересно знать это о Милане. Может быть, потому что во втором случае ему просто все ровно. Он еще раз тряхнул головой и со злостью впечатал кулаком в ствол стоящего рядом дерева.

- Все. Хватит. Она дизайнер, он клиент. Это работа. Он женится. Все просто. Уже поздно, что то менять. Конец истории.

Глава 5

14 дней до…

За последнюю неделю они оба старались, что бы их общение ни в коей мере не вырывалось за пределы официально-делового. Не было больше ни провокационных встреч наедине, ни неформальных обсуждений чего-либо. Казалось, они оба расставили все точки над «I» тем вечером.

Он уже привычно вошел в небольшую приемную, ожидая увидеть дружескую улыбку Марии и спокойно пройти в кабинет к Инге. На удивление приемная была пуста.

Не успел он удивиться, как дверь кабинета распахнулась и оттуда вылетела сама Ийка. Она неслась по коридору, одновременно разыскивая, что то в сумочке.

- Что случилось? – похоже, произошедшее явно выходило за рамки привычного «аврала».

Видимо сознание девушки было напрочь выключено, потому что она на всех порах врезалась в него и, только подняв глаза, поняла, кто только что задал ей вопрос.

- Машка – выдохнула она одними губами.

От него не укрылась ни почти смертельная бледность, ни ужас в глазах.

- Что с ней? - но Ийка уже неслась прочь из здания к парковке.

У своей машины она, наконец, то смогла найти в своей сумочке ключи, но связка выскользнула из рук на асфальт.

- Ия. - Он резко вздернул девушку вверх, заставив посмотреть себе в глаза. Все еще удерживая одной рукой забрал поднятые ключи. – Куда тебя отвезти?

- Я..я ..сама доеду.

- Конечно, но только на такси. Ты ключи удержать не можешь. Но такси доедет минут через десять. Так что повторяю для тех, кто в танке. Куда тебя отвезти?

- Больница. Центральная, Травмотология.

- Отлично. – Он щелкнул брелоком, снимая машину с сигнализации и подводя девушку к пассажирской двери.

Выведя машину на проезжую часть одним глазом наблюдал за сжавшейся в комок Ингой на заднем сиденье. Они пролетели уже два перекрестка, а она так и не поменяла позу, не сказала ни слова. Просто сидела, оперев руки на колени и закрыв лицо, ладонями спрятавшись в них и упавших волосах.

Зеленая полоса закончилась, и он остановился на светофоре. Инга медленно подняла голову. Жуткая бледность прошла, однако в глазах стоял все тот же испуг, всегда идеальная прическа сейчас была растрепана, косметика размазалась.

- Я сожгу ее долбанный мотоцикл. И второй тоже. – девушка устало откинулась на сиденье.

Ему послышалось или она говорит о какой-то другой Машке, а не о той шикарной блондинке, что обитала в ее приемной. Потому что образ ее ассистентки в его мыслях ну никак не вязался с образом девушки гоняющей на мотоцикле, ну разве что только позирующей около него в какой-нибудь рекламе. Хотя может под мотоциклом подразумевается скутер?

- Мария что купила себе скутер и решила, что справиться без инструктора? – похоже, он сказал какую-то совершенную глупость, потому что в салоне наступила тишина. Пару секунд Инга просто пялилась на него как на сумасшедшего, а потом залилась истеричным хохотом.

Скутер? Мария…Машка на скутере…Олег, она к этим табуреткам в здравом уме не подойдет, она их вообще велосипедами называет. У нее Ямаха R1 и Судзуки GSX она гоняет с тех пор как ей дали права.

Светофор загорелся зеленым и в этот момент мимо них пронесся парень, на каком- то зеленом, жутко рычащем монстре. Ямаха...Судзуки, как будто это что то ему говорило.

- Илья понесся, видимо уже сообщили – как будто в пустоту проговорила Инга.

Он посмотрел в след скрывшемуся уже за поворотом парню. Да уж, он уже говорил себе, что у них не агентство, а сплошной сюрприз.

Войдя в больницу, он увидел, как Ийка уже теребила, первого попавшегося врача выспрашивая про Марию. Тот, взяв девушку за руки что то, говоря, усадил ее на диван, до слуха Олега донеслось только «операция». Руки Ийки снова затряслись, не говоря ничего, он присел, рядом обнимая ее за плечи. Девушка уткнулась в его плечо и затихла.

Прошло около получаса, когда дверь в кабинет открылась, выпуская Марию и придерживающего её за плечи парня в знакомой черно-зеленой куртке. Выглядела блондинка, говоря откровенно неважно, правая часть лица была свезена, рука на повязке, и каждый шаг явно давался ей с трудом.

Ийка подскочила и кинулась к подруге, которая выставила вперед руку, явно умоляя не орать:

- Я тебя убью, сама убью, чтоб прекратить хоронить тебя ненормальную каждый раз. И обоих твоих бандитов спалю к чертям!

- Не выйдет. – блондинка попыталась улыбнуться уголком рта.

- Ты еще спорить со мной будешь?!

- Ий, Ямаха восстановлению не подлежит. А Судзуки я только что Илье отдала. Ну и я ж тебе говорила, что эта куртка у меня счастливая. Третий раз бьюсь, два тазика в хлам, а на мне почти ни царапины.

- Машка, как это отдала? – похоже, Инга опешила, так как вместо почти ультрозвукового ора у неё на этот раз вырвался только сиплый шёпот.

- Ну, мы беременны, а ты знаешь уговор, есть уговор. – Машка попыталась усмехнуться и тот час же скривилась от боли. Сама только от врачей узнала.

Лицо Ии стало белее мела, она покачнулась и осела в его услужливо подставленные руки.

Парень отпустил плечи Марии и протянул ему руку.

- Добро пожаловать в дурку. Вообще в обморок мне положено падать, папой то я стану, но как-то уже попривык за полтора года. Илья, Машкин муж.

- Олег. – он перенес вес девушки на вторую руку пожимая протянутую и думая, куда бы положить Ингу, которая пока не собиралась приходить к себя.

Проблема решилась сама собой, потому что из кабинета выскочила сестра с ваткой в руках. Похоже, к подобным сценам тут уже привыкли, либо участники были давно знакомы.

Глава 6

7 дней до…

Он сам не знал, зачем приехал. Все было завершено, строители и уборщики уже должны были убраться, а завтра они всем семейством должны будут прийти и принимать результаты. Потом шампанское, дежурные фразы и пожелания и они с Ийкой снова разлетаться, каждый в свою сторону, он к работе и свадьбе, она к сыну и новым проектам, а все, что было останется просто хорошим воспоминанием с ноткой ностальгии. Должно остаться. Черт, он не хотел, чтобы все заканчивалось, за эти шестьдесят дней, кажется, он узнал ее лучше, чем за все предыдущие годы, привязался к ней снова, а отвязывался ли когда- либо. Она буквально проросла в нем, став ежедневной дозой его личного допинга. Двадцать дней назад он попытался очередной раз убедить себя, что их связывает только прошлое и работа. Но это больше не работало. Все его уловки больше не работали. Она не было его дизайнером, а он не был ее клиентом. Все было не правильно, не так. Вот только как? Как было правильно?

Он вошел в тихий дом. Хотелось побыть одному, там, где точно никто не станет искать.

В прихожей наткнулся на гору коробок и пакетов, похоже надежды на одиночество не оправдались. Однако дом буквально дышал тишиной, а значит, оставался шанс. Он начал подниматься по лестнице мысленно отмечая, что еще вчера стены, казавшиеся безжизненными, наполнился теми крохотными последними штрихами, заполнившими их уютом. Подушки на диване, нарочно небрежно брошенная шаль около камина, какие то вазочки, статуэтки, шторы, салфетки, цветочные композиции, он невольно поймал себя на мысли, что представляет Ингу в этом интерьере, казалось, она была тут настолько органичная, что было сложно представить здесь другую. Вот она своей кошачьей мягкой походкой подходит к креслу и сбрасывает на него с плеч шаль, вот смеясь, падает на диван, прижимая к себе подушку, вот вытянув ноги, сидит около камина с бокалом в руках и отблески пламени пляшут на стекле. Он тряхнул головой. Что с ним последнее время?

Шум отодвигаемых занавесок вернул его к действительности. Наверное, уборщица. Это объясняло пакеты у входа. Он прошел в сторону шума, узнать, как скоро все будет закончено и он, наконец-то сможет побыть один.

Зайдя в спальню. он замер. Это была не уборщица. На низкой стремянке лицом к окну что то, мурлыча себе под нос, стояла Инга. В свете солнца, делающем тонкий джемпер и юбку почти прозрачными, с рассыпавшимися по спине волосами, в каких то смешных розовых носках. Закрыл глаза чувствуя шум крови в голове. Его чертов наркотик, постоянное видение последних дней. Нужно было успокоиться взять себя в руки. Самым разумным было вообще уйти. Самым разумным. Только его мозг видимо последние недели, вообще уезжал бессрочный отпуск, стоило рядом оказаться этой женщине.

Ийка вытащила из ушей пуговки наушников, и потянулась к телефону на поясе. Отлепившись от двери, он сделал шаг в сторону окна.

- Итак, завтра день «Х», наводишь последний лоск, – он изо всех сил старался, чтобы его голос звучал спокойно и чуть иронично.

Вздрогнув от неожиданности, Ийка неловко качнулась на лестнице, как то смешно взмахнула руками. Он сам не понял, как успел подхватить девушку и отбросить падающую сверху на них стремянку. Все смешалось, в какой то калейдоскоп. Грохот лестницы, вскрик Ии ее волосы, на мгновение закрывшие все и их совместное падение, на что-то мягкое, и треск рвущейся ткани.

Первое что он увидел, были ее ставшие почти черными от испуга глаза. Ийка смотрела на него, пытаясь, что то не то спросить, не то сказать, непослушными губами, из которых вместо слов вырывалось только ее сбитое дыхание. Пытаясь успокоиться, он сам вдохнул глубже и понял, что вот теперь точно пропал. Вместе с воздухом в него ворвался ее аромат, духи, кофе и аромат ее кожи. Так близко. Слишком близко. Пусть все катится к чертям, пусть она снова оттолкнет его, пусть даст пощечину. Казалось, воздух превратился в кисель, в котором проскакивали разряды электричества. Ийка не отводя взгляда как завороженная, продолжала смотреть ему в глаза не двигаясь и все так же рвано дыша. Резко перевернув девушку на спину, он накрыл ее полуоткрытые губы своими. Последней связной мыслью было то, что дрогнув от неожиданности ее губы распахнулись в ответ.

А потом все полетело в пропасть и не осталось ничего, никаких мыслей. Был только шум крови в ушах и звук сбитого дыхания. Было только ощущение ее губ, ее рук, ее тела под его руками. Время остановилось, рассыпалось, замерло, прекратило свое существование, потому что больше не имело значения, больше вообще ничего не имело значения, кроме них и древнего, как само мирозданье танца двух сплетённых тел.

Свет из окна резал глаза и слепил, держащийся на одном креплении карниз со шторой неловко перегораживал наискосок окно и совершенно не защищал от ярких лучей. Разговаривать не хотелось, совершенно, все еще продолжая прижимать Ию к себе и уткнувшись в макушку, он слушал размеренное дыхание девушки, вдыхая аромат ее волос. Мыслей не было, было только какое то ощущение расслабленности и покоя и правильности всего происходящего.

Инга по кошачьи потерлась щекой об его плечо, устраиваясь удобней, непроизвольно он сжал руки прижимая ее покрепче к себе.

- Нда, умею же я удачно упасть. – девушка издала тихий смешок.

Приподняв голову, он попытался оглядеть комнату: стремянка, падая задела вазу с цветами, осколки которой рассыпались по полу, падая Инга ухватилась за штору сорвав карниз, а уже видимо приземляясь на кровать они умудрились порвать таки и саму занавеску. Пытаясь понять, закончился ли на этом учиненный ими погром, он приподнялся на локте, нет более глобальных повреждений комнате нанесено не было, зато теперь взгляд то и дело натыкался на вещи, которые в беспорядке валялись там куда долетели. Подняв голову, обнаружил женский чулок, мирно свисающий с одного из рожков люстры.

- Мда, однако… - Ийка хрюкнула, пытаясь видимо из последних сил сдержать смех и, в следующую минуту они оба уже хохотали как сумасшедшие, откинувшись на подушки.

- Ий, - он перевернулся на бок немного нависая над девушкой. – Ну я же нравился тебе все это время, так какого черта, ты тогда меня бортанула –то ?

- И это все что ты именно сейчас хочешь узнать? – Инга сложила на груди руки поверх простыни, с лукавой улыбкой.

- Да, мне этот вопрос покоя не дает все время!

- Господи, как же с вами мужчинами сложно. Даже самые умные из вас не понимают порой таких простых вещей.

- Угу, угу а вы прямо гении мысли и эмпатии. – буркнул он, видя как в глазах Инги зажигаться уже знакомые ему искры веселья.

- Олег, сколько нам было тогда? Восемнадцать. Я когда увидела тебя, одно поняла мне не нужно с тобой пары дней случайного романа, я захотела все. Понимаешь все. Полностью всю сказку и даже того что будет после « и жили долго и счастливо», но и мне и тебе это было рано. Не было бы сказки, был бы недолгий роман и потом смущенное прятанье глаз при встрече, неловкость и попытки избегать друг друга. Скажешь, нет. Я уже видела такое, да и ты тоже. Так что я понимала, что хочу или все, или ничего. Ну и выбрала ничего. Зато у нас с тобой была своя история, наших приключений, нашей дружбы. Согласись, это было даже лучше и намного больше, чем ничего, на которое я рассчитывала.

- Итак ты значит маленькая интриганка все просчитала наперед и решила за двоих совершенно не спросив меня и заставив бегать по кругу как того осла с морковкой под носом.

- Ну, кто же виноват, что ты не видел удочки. – Резко перевернувшись Инга, опрокинула его на спину теперь уже сама, нависая сверху.

- Не злись, сам подумай, что бы выбрал ты сам? Трёхдневный роман со мной или долгие годы дружбы и ну не самый грустный финал. – Лукаво изогнув бровь, девушка обвела глазами комнату намекая на то какой именно финал она имеет ввиду.

- Не знаю, - он снова перевернул девушку, оказываясь сверху. – Не знаю, что было бы и, что я бы выбрал роман или дружбу, но я бы выбрал тебя. Потому что я всегда выбирал тебя, а ты меня. И катись к черту вся эта карусель..– прошептал он, впиваясь снова в ее губы.

Он проснулся от странного ощущения одиночества. Инги рядом не было, как и исчезли ее вещи. На тумбочке с ее стороны стояла раскрытая шахматная доска с выставленными резными фигурами, и стоящей впереди всех белой пешкой.

Со стоном он откинулся на спину, ударив кулаком по кровати. Да когда же наконец-то прекратятся эти игры? Что она хотела сказать и своим побегом и этой доской? Что сделала свой ход и теперь ждет его? Или это вопрос. Что дальше? Хотя и правда, что дальше? На этот раз похоже все карты и правда в его руках и решать ему. Уйдя, Инга ясно дала понять, что не будет вмешиваться в ситуацию и просто уйдет в сторону, чтобы не значило для нее все происходящее, ничего не изменилось. Все или ничего. Вопрос в том, на что готов он.

Глава 7

5 дней до…

Инга ждала их около дома. Как всегда подчёркнуто элегантна, с улыбкой на лице. Вежливое приветствие, ни одной лишней эмоции. Экскурсия по дому, гостиная с уже стоящими на столике бокалами и шампанским в ведёрке со льдом, кабинет, лестница, гостевые спальни, библиотека, наконец, они дошли до спальни. Он впился ногтями в ладонь, картины происходящего за этой дверью всего два дня назад одна за другой замелькали перед глазами. Совершенно бесстрастный голос Инги вернул его в действительность.

- И наконец, спальня будущих хозяев дома. Мы постарались сохранить обилие света из ростовых окон и в то же время создать ощущение уединенности и интимности.

Распахнув дверь, девушка жестом пригласила их войти.

Первой мыслью, когда он вошёл в спальню было.

- А не приснилось ли мне все.

Ни одна складка на покрывале кровати, ни одна царапина на идеальном паркете не напоминала о царящем тут всего два дня назад кавардаке. Свет из окон был приглушен медовыми шторами, которые при каждом движении воздуха отбрасывали ломаные тени на паркет и кремовые стены, путались в тусклом блеске атласного покрывала.

Он скользнул взглядом по комнате в поисках хотя бы один намек на то, что ему действительно не привиделось все.

- Инга Владимировна, но зачем в спальне шахматы? - в голосе Миланы послышались капризные нотки. – Это же так скучно.

- Насколько я осведомлена ваш будущий супруг, очень любит интеллектуальные игры. Это комплимент его увлечениям.

- Так и отнесите их к нему в кабинет. А сюда мы лучше поставим вот это. – Милана извлекла из сумочки две фигурки фарфоровых, пухлых посеребрённых амуров с лейбом какого-то модного дома и водрузила их на столик. – Не правда ли они тут как раз к месту.

- Несомненно. – Инга улыбнулась одним уголком губ. Краем глаза он заметил, как мама иронично подняла бровь. Две белоснежных фигурки с серебрением смотрелись среди желтовато медово-коричневого интерьера как жигули в салоне мерседесов.

Неожиданно его резануло, шахматы, любовь к интеллектуальным играм. Он окинул взглядом доску. Белая костяная пешка все так же была выдвинута вперед, знаменуя начало партии. Перед ним стоял ряд фигур, вот только надо было решиться сделать ход или же стоило просто собрать фигуры в коробку и просто оставить все как есть.

- Предлагаю завершить осмотр дома гостиной, тем более что шампанское уже достаточно остыло.

Оглядывая последний раз спальню перед выходом, он услышал голос Инги, доносившийся уже откуда-то снизу. Взгляд еще раз остановился на шахматной доске. Его ход. Резко взмахнув рукой, он смел с доски все фигуры, рассыпав их по полу. Жизнь не шахматная партия и при любом решении расплачиваться будут не фигуры на доске, а люди и в первую очередь он сам.

Он сидел в кабинете глядя на электрокамин и потягивая из бокала коньяк, перед глазами стояла доска с рассыпавшимися фигурами.

Дверь тихо открылась, впуская кого то.

- Не помешаю? - мама присела в кресло напротив.

- Ты же знаешь что нет. – Устало улыбнулся, выныривая из своих мыслей.

- Сынок что происходит? Ты не похож на счастливого жениха и чем ближе свадьба, тем мрачнее ты становишься. Я никогда не вмешивалась никогда ни в твою личную жизнь, ни в твои решения. Но не сейчас, ты уверен, что Милана именно то, что тебе нужно? Ты уверен, что хочешь провести жизнь с ней?

- Почему ты спрашиваешь?

- Потому что я не вижу вас вместе, и потому что ты не пылаешь этой женщиной. Вы слишком разные, она не интересна тебе и ты не понимаешь ее. И эти ее ангелочки. – Женщина грустно усмехнулась. – Она чужая в том доме, как и они. Инга сделала прекрасный дом, но он для тебя, а не для Миланы и он не для вас двоих.

- Ийка, да она и правда, сделал дом для меня, идеальный дом.

- Ийка?! – в голосе его матери было удивление пополам с недоверием.

- Инга это Ия?

- Ну да. Наша Инга Владимировна оказалась моей старой знакомой Ийкой, с которой мы излазили все известные леса с рюкзаками. – И не надо удивляться, я сам не знал, пока мы не встретились.

Он резко встал и засунув руки в карманы подошел к окну. Закат окрашивал стены домов, деревья и дорожки с золотисто-медовые тона.

- И?

- Что и?

- Вы встретились и что дальше?

- А что дальше мама? Что ты хочешь от меня услышать?

- Только то, что ты готов мне сам рассказать Олег. Потому что я слишком долго живу, чтобы не видеть когда мужчину и женщину тянет друг к другу. Это было заметно, когда вам было по восемнадцать и видно сейчас. Поэтому я и спрашиваю, что дальше? Инга великолепная женщина, умная, элегантная и вы понимаете друг друга. Вам никогда не было легко вместе, зато и скучать в обществе друг друга не приходилось.

- Да уж с ней точно не соскучишься. Вечные игры, я даже не знаю когда она искренняя, а когда планирует очередной ход.

- Не знаешь или не хочешь знать. – это разные вещи. Почему-то мне кажется, что ты прекрасно знаешь эту женщину и все ее ходы и загадки разгадываешь порой быстрее, чем она успевает их придумывать. Наш с твоим отцом брак никогда не был простым, он сложный человек, да и мой характер далёк от идеала, но я не променяла бы его ни на одного мужчину на свете. Жизнь как карусель сынок, но скука способна убить даже самый казалось бы идеальный союз.

- И что ты предлагаешь мне делать? Через пять дней я должен жениться на Милане.

-Долг и желания порой ходят разными дорогами сынок. Что должен делать ты и что ты хочешь сделать прекрасно знаешь, не маленький уже. Но я всегда буду на твоей стороне. Что бы ты не выбрал.

Глава 8

14 дней после...

За знакомой черной дверью были слышны голоса.

-Нет, мы не возьмём с собой самосвал. Никита выбирай или велосипед или самосвал, я не утащу все.

- Нет Маш это ни тебе. Да, собираемся на прогулку. Нет, я не реву. Да, уже не реву. Да не волнуйся ты, Ниагара иссякла. Да и я помню, что должна тебе ящик Джека. В связи с твоим положением предлагаю заменить на ящик яблок. Да не реву я, правда, уже как часов шесть не реву, даже нос перестал быть картошкой.

Что-то загрохотало….

- Никита я же сказала или самосвал или велосипед и робота это тоже касается. Я тебе не грузчик, а всего лишь мама.

Он стоял, прислонясь к двери спиной прислушиваясь к происходящему в квартире. На губах играла довольная улыбка.

- Маш, ну да, пока скребут. Да же нет, они там пуходерню устраивают пока что. Хуже всего? Да, именно это. Ничего переживу. Ты же знаешь, что справлюсь.

- Нет, сапоги мы одевать не будем, даже если они с «Молнией Макквин» там не дождь, одевай кроссовки.

- Маш я не говорю все в порядке, все, как и должно было быть. Главное что никто не успел наделать глупостей. Все нам пора на выход, как пройдёт осмотр, позвони, расскажешь. Илье привет.

В двери послышался скрежет ключа, а он в свою очередь сделал шаг назад чтоб не получить ею по лбу.

В карих глазах была вся гамма эмоций, удивление, страх, радость, испуг.

- Олег? Что-то случилось с домом? Ты мог бы просто позвонить. Кстати, поздравляю со свадьбой.

- Ий, поздравлять не с чем. – Он поднял руку, показывая отсутствие кольца.

- Скорее можно поздравить с окончанием ада, который я прошёл, отменив ее. В какой-то момент думал, что просто не выдержу. Отец, конечно, вспылил, но мама стойко держала оборону и в итоге сломала-таки моего старика. Ну и это, в общем тебе. Он достал из-за спины небольшой пестрый букетик, что купил у бабульки около перехода. Я вспомнил, что ты их всегда любила.

Вцепившись руками в букет, Ийка сползла по косяку двери, качая головой.

- Ты таки наделал глупостей.

Она присел на корточки напротив девушки, откинувшись головой на стену.

- Не знаю, может и так, но не жалею.

- И что дальше?

- Не знаю, думаю, нам просто стоит снова запустить нашу чёртову карусель, только давай теперь уже сядем на одну корзину, а там посмотрим.

- Мам, а если вас теперь двое можно мы таки возьмем и самосвал. – Никита вылетел в коридор теща за собой грохочущее чудовище и пристраивая его рядом с велосипедом. – Ну пожаалуйста… вас же теперь двое.

Переглянувшись, они с Ингой громко расхохотались, беря одновременно и велосипед и машину и робота.

Чуть скрипнув их карусель, снова взмывала в небеса…