Карты дорог

Глава 1

Пролог

Новый день начинался с восходом солнца. Обед и послеобеденные часы мы пережидали в тени под навесом, а когда жара спадала продолжали работать. Я не видел другой жизни и единственным развлечением для меня были рассказы деда. Обычно он был немногословен, но, когда наступала вечерняя прохлада, старик будто бы приходил в себя и говорил удивительные вещи.

— В нашем мире выжить очень тяжело, сынок, — часто говаривал дед, — нужно заботиться о пище, о крове, о защите близких. Но, главное — найти дорогу. В них спасение. В них же и опасность.

После этих слов старик немного молчал, а затем, устремив взор куда-то вдаль, продолжал:

— Там… там совершенно иная жизнь. Если сумеешь попасть на дорогу — станешь другим человеком.

— Но как это сделать? — спрашивал я.

— Найти карту.

— Карту?

— Да, Нагиб. Карту дорог.

И я пытался её найти, но ничего никогда не находил. Я представления не имел, как выглядит карта. На соответствующий вопрос дед пожимал плечами и просто молчал.

— А откуда ты тогда знаешь о картах и дорогах? — сомневался я.

Старик расправлял плечи, вскидывал подбородок и с достоинством отвечал:

— Я — дорожных дел мастер!

1

Меня окружала темнота. Первое время я вообще не понимал где нахожусь. Потом догадался, что лежу на чем-то жестком. Ещё давила тишина. Как я не силился, ни одного звука различить не мог. Но хотя бы имел возможность думать. Правда легче от этого не становилось. Даже не получалось определить сколько времени я здесь лежу. Кстати, здесь это где? Этот вопрос оставался без ответа до тех пор, пока не послышался скрип. Что это могло быть? Мой мозг никак не реагировал. Потом, позже, я сообразил, что в моей голове подобных вещей априори не должно быть. Всё из-за скрипа половиц. В мире, где я жил, такого просто не могло произойти. Но об этом мне пришлось думать позже, а пока я молча слушал скрип. Потом кто-то кашлянул и подошел к кровати. Я почему-то был уверен, что лежу именно на кровати.

— Санко, тебе лучше? — заботливо произнес мужской голос.

Это он кому? Мне что ли? Сколько себя помню меня звали Алекс. Полным именем Александр называли разве что в детстве, когда в школе учился. Надо попробовать посмотреть, кто это со мной говорит. Сделав усилие, я понял, что глаза уже открыты. Но по-прежнему темно. Может это слепота? Неожиданно до меня дошло, что в помещении полумрак. Повернув голову в другую сторону, я, наконец, увидел свет и стоящего рядом старика.

— Где я? — поразительно, какой слабый голос.

— Ну, хвала небесам, ожил! Я уж думал — всё. Санко ещё полежит так с недельку, да и окочурится. Ан нет! Значит, хорошо.

— Я — Алекс.

— Слыхали, слыхали. В бреду говорил. Но у нас в Багульнике так не принято. Санко-то оно лучше будет.

«Ладно. Пусть. Но где я? Что за Багульник»?

— Ты по-за деревней лежал. Там тебя и нашли. Пришли бы позже — точно бы околел. Так что мы в самый аккурат. Ефимко меня кличут. Мы с Обрадом за сухостоем собрались, только за деревню вышли — глядь, лежит! Послушали — живой! У Обрада тесно, да жена у него Дажка. А я — один. Мы тебя сюда на волокуше и притащили.

— Куда?

— Так в деревню! Багульник — местечко так наше зовется.

В общем, так я оказался в деревне со странным названием. Вскоре мой организм окреп достаточно, что позволил самостоятельно вставать. Только память не могла подсказать, каким ветром меня сюда занесло. Пришлось принять действительность, как она есть. А действительность, оказалась, мягко говоря, не привлекательной. Произошло это следующим образом: Ефимко куда-то вышел, оставив меня одного. И тут мне пришла идея выглянуть на улицу. До этого я смотрел в маленькое оконце, но сквозь мутное стекло ничего толком не разглядел. На мне была рубаха и штаны. Видимо, Ефимко расщедрился и поделился одеждой. Моя, как он выразился, совсем «ни в какие ворота» и пришлось её сжечь. Я отворил дверь и оказался в темных сенях. И чуть не рванул обратно, потому что было очень холодно. Но любопытство пересилило, и я выглянул на улицу. Увиденное поразило до глубины души — вокруг был снег. Много снега. Да так, что от входных дверей до покосившегося черного забора вела узкая дорожка, по обе стороны которой, высились снежные стены. Высотой не меньше полутора метров. Больше ничего увидеть не удалось, потому что я продрог до костей и бросился обратно в дом. И ещё долго грелся возле неказистой печки.

Послышались шаги, заскрипела дверь и ввалился Ефимко.

— Встал? — приветливо спросил он. — Вижу, осваиваешься. Это хорошо. Скоро за дровами вместе ходить станем.

— Отчего столько снега?

Мой вопрос очень удивил хозяина.

— Так ведь зима ж, — пожал он плечами, — всегда так.

— А долго я здесь?

— Завтра аккурат две недели будет.

Видя моё удивление, Ефимко заботливо поинтересовался:

— Ты ничего не помнишь, да?

Я кивнул.

— Ведь уже рассказывал. Не появись мы с Обрадом вовремя — околел бы ты. Мы тебя сразу в дом и растирать. Только потом ты нормально задышал. Во как замерз!

— Я думал, что околел, в смысле умер. Не понял, что от холода. И давно здесь зима?

— Так уж седьмой месяц, как и везде. Слушай, Санко, а ты головой часом не ударялся?

— Вроде нет, — вздохнул я и задумался.

Хоть я и не помнил, каким образом оказался в окрестностях Багульника, но зима превзошла все мои ожидания. И долго она длится?

— Месяцев девять, иногда и десять, — ответил Ефимко на озвученный мной вопрос.

— А тебе не холодно что ли?

— Ясное дело — холодно. Так ведь в тулупе я! Без него враз околеешь.

— А где он? Твой тулуп?

— В сенях стоит. Снегу на нем страсть — в дом принесешь только сырость разводить. Я потом голиком его, а уж после занесу. Чтобы грелся.

Честно говоря, я ничего не понял, но Ефимко не обратил на это внимания. Побрякав рукомойником, он принялся греметь плошками, а затем с помощью странной рогатины вынул из печи горшок.

— Давай за стол. Похлебка уварилась — сейчас поедим.

Он почерпнул из чугуна видавшим виды половником и наполнил две миски бурой массой, от которой валил пар. Но пахло вкусно, хотя есть страшновато. Но, поскольку в памяти никаких аналогов пищи не было, я решил, что так и нужно. Осторожно зачерпнув ложкой, я попробовал и понял, что это очень даже ничего и принялся хлебать. Ефимко ел и улыбался, глядя на меня. Закончив, он вытер бороду и спросил:

— Ну как?

— Хорошо!

— Я крупы пошибче положил, да коры молодой для запаху. Доедай, да будем чай пить.

Это слово показалось мне знакомым. Прихлебывая пахучий обжигающий напиток, я почувствовал себя так хорошо, что даже зима за окном представлялась не такой страшной. Ефимко разговорился — видимо и ему передалось моё настроение.

— Завсегда так: поешь, чайку попьешь и душа оттает. Скоро ты окрепнешь окончательно, и мы пойдем за светлую топь в бревенник. Там дрова хороши. Сейчас мы ходим в чащобник к гнилой топи, но там только сухостой ломать.

Я снова ничего не понял, но кивнул, соглашаясь. Уже позже я узнал, что чащобником называли непроходимый лес, а бревенником — лес обычный, в котором можно ходить, не опасаясь ветками проткнуть глаза.

— А ещё силки поставим, да старые проверим, — продолжал Ефимко, — вдруг повезет. Тогда будет у нас пир горой.

Я откинулся спиной к стене и обратил внимание на небольшую полочку в противоположном углу. Хозяин поймал мой взгляд и сказал:

— А там я сложил твоё добро. Невелики пожитки, но ведь тебе для чего-то они нужны. Я всё и прибрал. Можешь полюбопытствовать.

Вещей и правда было немного. Клетчатый платок, небольшой серый прямоугольник из лёгкого непонятного материала и похожая на браслет штуковина.

— Часы меня удивили, — сказал Ефимко, чем поразил до глубины души, — настенные видывал, даже у Фетиньи дома висят. Но чтоб наручные — ни разу. Там надпись есть. Правда не разобрал я.

Я перевернул часы и прочел: на добрую память от Р. Кто этот Р? Или она? В голове было пусто. Зато часы сели на руку как родные. Машинально я погладил циферблат, и картинка изменилась — стрелки превратились в цифры, а внизу появилась надпись «Июнь, 14». Почему часы показывают лето? Они вроде работают… или сломались?

— А какой сейчас месяц?

— Дык известно какой, — отозвался Ефимко, — шестой, как год сменился.

Вообще странно. Значит сейчас июнь. Но ведь в июне снега нет. Я ухватился за эту мысль и вдруг осознал, что начинаю вспоминать. Я напряг мозги и неожиданно всё встало на свои места. И сразу стало ясно, как я попал в Багульник к радушному Ефимке. Тот заметил перемену в моем лице и спросил:

— Санко, случилось что?

— Ничего. Просто я вспомнил.

*Голик — веник из голых (без листьев) прутьев.

Глава 2

Я рос избалованным ребенком, в общем оболтусом. В школе валял дурака, хотя в целом учился неплохо. Затем, не без помощи отцовских денег поступил в медицинскую академию. Отец считал, что дисциплина и сложность обучения сделают из меня человека. Как же он ошибался! Но, впрочем, академию я закончил. Зато в интерны не пошел. Сбежал. Работать никто обязать не мог, поскольку я учился за свой счет и на мою персону никакие правила не действовали. Отец пытался меня вразумить, даже оплатил курсы пилотов, надеясь, что я возьмусь за ум. Но, он не угадал. За ум я так и не взялся. Зато курсы закончил с отличием и получил права управления звездолетом. На более крупные корабли нужно было ещё учиться и много практиковаться. Я бы и не против, но отец неожиданно отказал мне в финансировании.

― Моё терпение лопнуло! ― заявил он и для убедительности стукнул кулаком по столу. ― Пока за ум не возьмешься ― денег от меня не увидишь.

Конечно, за ум я не взялся. А вместо этого делал, что хотел. То есть веселился и гулял на все четыре стороны. Девки, кабаки, пьянки и нескончаемые вечеринки, которым я потерял счет, скрашивали мои бесцельные дни. Не знаю сколько бы продолжалось это безумие, если бы не известие о скоропостижной гибели отца. Оно свалилось на как снег на голову и вернуло меня в реальность.

Мать покинула этот мир давно ― я был тогда совсем ребенком, поэтому всё отцовское состояние перешло мне. Довольно-таки круглая сумма, плюс несколько компаний приносящих постоянный доход. Будучи теперь полноправным владельцем всего, я нанял управляющего, чтобы самому не заморачиваться с компаниями. После чего купил небольшой корабль и отправился бороздить просторы космоса. Мне давно все уши пропели о других планетах и о всяческих тамошних диковинах. Поэтому я решил исследовать всё сам. Благо было на что.

Но недаром отец считал меня непутевым. Наверное, ему было виднее. Я успел лишь побывать на Руксе ― планете с парящими городами и диковинными медлительными животными, ползающими по поверхности. Я отметился в нескольких казино и отправился к другим мирам. Кажется, я пропустил мимо ушей предупреждение не пользоваться заправкой звездолета на окраинах системы. В итоге меня надули. Хитроглазые парни заверили, что баки заправлены на полную и взяли почти в два раза меньше денег, чем попросили бы на Руксе. Я же не знал, что систему контроля топлива нагло перепрошили своим ПО. Позже, когда я уже был очень далеко, системы корабля выявили ошибку и я получил реальные данные состояния звездолета. В целом всё в норме, за исключением топлива. Его почти не осталось. Выбор был невелик: либо оставаться в космосе и надеяться, что кто-нибудь меня подберет, либо искать ближайшую планету для посадки. Ждать мне не хотелось, потому что появились бы те же личности, которые меня заправляли или кто-нибудь похуже. Прилетят как коршуны, обдерут до нитки, затем потребуют круглую сумму за моё спасение. Ну уж нет. К счастью, навигатор сообщил, что в ближайшей системе есть пригодная планета. В каталогах числилась как обитаемая, населенная людьми, с городами и т.д. и т.п.Название, правда, мудреное ― Такамет 4, но разве мало таких во Вселенной? Ничтоже сумняшеся я направил звездолет в нужную сторону.

В режиме экономии топлива, мой кораблик двигался к планете. Сверив все показатели, я удостоверился, что совершить посадку мне хватит. А там буду действовать по ситуации. Так и произошло: приземлился я недалеко от экватора в обширной безлюдной местности. Законсервировал корабль и направился в сторону предполагаемого поселения. Шел долго, пока не набрел на убогую палатку, из которой вышел мальчуган. На вид ему было лет двенадцать, может тринадцать.

― До городов тебе не дойти, ― покачал он головой, когда услышал мой вопрос, ― единственный выход ― найти карту дорог. С её помощью ты точно доберешься до людей.

― Карту? ― переспросил я. ― Как она выглядит?

Парнишка пожал плечами.

― Тогда откуда ты про это знаешь? Может ты все выдумал и морочишь мне голову?

― Я ― дорожных дел мастер! ― с гордостью и неким презрением ответил тот.

Махнув на него рукой, я направился дальше. Не помню, когда конкретно это произошло, но что-то привлекло мое внимание. Нагнувшись, я поднял с каменистой поверхности серый пластиковый прямоугольник. Он был абсолютно чист ― ни единой надписи и рисунков. Решив, что эта безделица может однажды мне пригодится, я сунул её в карман. Потом были какие-то смутные обрывки сознания и неясные образы… Очнулся я уже в деревеньке со странным названием Багульник.

Я горестно вздохнул.

― Что случилось? ― тут же отреагировал внимательный Ефимко.

― Ничего, вспоминаю, ― пробурчал я.

Мы пробирались по светлой топи в бревенник. Это была уже пятая наша вылазка. Обычно с нами ходил Обрад, но сегодня он не появился.

― Это хорошо. Однажды, что-нибудь важное вспомнишь. Вот наберем дров и хватит пока. Да я ещё до соседа добегу. Стряслось у него что-то.

― Может ничего, ― сказал я, ― просто занят.

― Нет, Обрадко не такой. Он за дровами всегда ходит.

Светлой топью здесь называлось болото, на котором весной и летом собирали кислые ягоды. На мой закономерный вопрос Ефимко отвечал, что потому и светлая, раз легко проходимая. А вот другое болото звали гнилой топью. Из-за того, преодолеть его почти невозможно. Лишь немногие смельчаки отважились через него пройти. Один неосторожный шаг и трясина затянет к себе на веки вечные.

― Гляди, Санко! Почти пришли.

Бревенник мне нравился. Деревья стройные, высокие, порой казалось, что некоторые из них достают прямо до низкого зимнего неба. И растут не очень часто. В таком лесу далеко вокруг всё видно.

Мы выбрали одно невысокое дерево. Рубили по очереди. Сначала Ефимко, потом я. Когда дерево повалили, то первым делом избавились от сучьев. Благо их было мало ― только верхушка. Затем распилили на чурбаки подходящего размера. На это у нас ушел час непрерывной работы. После мы немного отдохнули и принялись грузить волокуши. Из одного дерева в среднем получалось 30-32 чурбака. В сани помещалось 15-16. Можно и больше, но нам не утащить. Поэтому одно распиленное дерево мы вывозили за два раза.

Тащить было тяжело. Обычно я тянул спереди, а Ефимко толкал сзади. Иногда мы менялись. К концу дня, усталые и потные мы добирались до Багульника. Хорошо, что Ефимкин дом был недалеко.

В этот раз, едва дотянув волокуши до сарая, Ефимко засобирался к соседу.

― Санко, скидай пока чурбаки, а я к Обраду схожу.

Ходил он недолго. Я только половину саней разгрузил.

― Ну что там?

― Беда, Санко. Дажка разболелась. Обрадко за ней смотрит. Вот и не пошел в лес.

― Чем заболела?

― Лежит и кашляет сильно. Кашель громкий, как собака лает. И в груди от этого болит.

Я сел на чурбак и задумался. Вспомнил медицинское образование. Но как помочь больному, если нет нормальных таблеток?

― Чем вы здесь лечитесь, Ефимко?

― Дык известно, чем, ― пожал тот плечами, ― настойкой растираем, да и внутрь её можно. Для согрева.

И тут вспомнилась мне старая преподавательница из академии. У неё к пенсии поехала крыша и она решила лечиться только народной медициной.

«Вы должны знать, что может помочь, когда не будет доступа к современным лекарствам», ― любила она повторять.

И пичкала наши головы всякими травами, настоями и микстурами. Естественно, мы её ненавидели, справедливо полагая, что нам нафиг это не пригодится.

― А вот мне пригодилось, ― сказал я.

― Что? ― переспросил Ефимко.

― Ничего. Это я сам с собой. Кашель громкий, говоришь? Сухой значит. Вот деревня ваша Багульником называется. А растет у вас этот самый багульник?

― Как же? ― чуть не подавился Ефимко. ― Сколько угодно!

― Это хорошо. А в сухом виде есть или из-под снега выкапывать?

― Пёс с тобой, Санко! Конечно есть! Соседи коз держат, так у них целый сарай травы. Да и у меня запас найдется.

― Показывай.

Я с умным видом посмотрел на сено в сарае и спросил:

― Багульник сможешь найти?

Ефимко вместо ответа натаскал целую кучу.

― Вот!

― Надо мелко покрошить. Потом, ― я показал пригоршню ладони, ― вот столько залить водой, довести до кипения и подержать немного на огне. После остудить, процедить, и пить по половине кружки перед едой. Сухой кашель должен пройти. Потом легче станет.

Ефимко смотрел на меня с нескрываемым удивлением. Затем накрошил багульник и уговорил меня сделать лекарство самому.

― Чтоб наглядно было, ― пояснил он, ― а то Обрад чего-нибудь перепутает.

Я пожал плечами. Надо так надо. Вечером мы сидели вдвоем за ужином и беседовали.

― А мы о таком и не представляли! ― в который раз восклицал Ефимко. ― А что ты ещё знаешь?

― Можно сосновые почки, мать-и-мачеху, чабрец. Да много всего. Ромашку обычную залить кипятком и дышать над ней. И то поможет.

― Ты мне подробно всё расскажи. Я запомню. Вот не зря мы тебя с Обрадом нашли!

― А я вот зря эту чертову карту подобрал, ― вздохнул я, ― как мне отсюда выбраться?

― Ты внимательно смотрел?

Я вытащил пластиковый прямоугольник и протянул Ефимке.

― Сам взгляни. Пустой он. Нет ничего.

Тот повертел в руках карту и поднес её ближе к масленке, в которой горел небольшой фитилек. Пламя сильно коптило и Ефимко нечаянно задел карточкой черный дым. Поверхность пластика почернела и на ней проступили контуры рисунка.

― Ого! Смотри, Санко! Что-то есть!

Глава 3

Короткое здешнее лето наступало стремительно. Как будто планета резко сместила ось вращения и накренилась в сторону солнца. По крайней мере, так мне показалось. Правда, примерно с неделю, мы с Ефимкой просидели на крыше. Там и выход специальный имелся — на чердаке была устроена специальная лестница, ведущая прямо к маленькой дверце. Через неё мы и попадали наверх. Мы сидели, грелись на солнышке и наблюдали за окрестностями. Иногда перекрикивались с соседями — Обрад и Дажка тоже проводили эти дни на крыше своего дома.

Под яростным напором солнца снег стремительно таял. Куда бы я не посмотрел — всюду была вода. Изредка я наблюдал лодку. Это мужики с другого конца деревни внимательно осматривали окрестности — не унесло ли кого? Ефимко объяснил, что такое случалось. Как-то раз он сам, будучи молодым и неопытным решил поплавать на старой двери. Взял шест, уселся сверху и его тут же унесла быстрина.

— Хорошо, прибило к изгороди, — пояснял Ефимко, — иначе бы поминай как звали. Я сидел на верхней жердине и ждал. С неё меня мужики и сняли. С тех пор я оставил эту затею.

Наши тулупы висели на чердаке под самой крышей, а мы облачились в более лёгкие фуфайки. И даже в них было тепло. Но это гораздо приятнее, чем всё время мёрзнуть. Я с нетерпением ждал, когда спадет вода. Мне хотелось покинуть Багульник. Я вспомнил тот вечер, когда мелкая оплошность помогла открыть карту.

Я аккуратно оттер излишнюю копоть и принялся рассматривать рисунок. Определенно, это была карта. Понятно, что в самом внизу какой-то населенный пункт, а вверх пошла дорога. Сначала я ничего не понял, но выручил Ефимко. Он сразу узнал гнилую топь, что располагалась западнее деревни.

— Если так, — рассуждал он, — то вот наш Багульник. А это стогн* в соседнее местечко, в Бродни. Наверное, тебе надо туда.

Я засобирался было, но мой спаситель принялся меня отговаривать.

— Сейчас зима, снега много. Всё заметено. Стогн засыпан так, что даже не понятно, где он. Давай дождемся лета. Снег уйдет, тогда и доберешься. Хотя мне жаль с тобой расставаться. На светлой топи ягоды пойдут — вдвоем больше бы насобирали.

Я пожалел доброго и простодушного мужика, и решил повременить с походом. Тем более, по такому снегу одному до соседнего поселения не добраться. И ещё я пообещал себе, что отправлюсь в путь только после того, как помогу Ефимке с ягодами.

Интересная была здесь природа. Видимо, вслед за долгой зимой за одно короткое лето успевало вырасти всё, что необходимо людям. Ягоды, грибы, какие-то клубни в огороде — в общем, то, что понадобится в будущем. Отсидев чуть больше недели на крыше, мы выбрались на землю. На удивление она быстро просыхала, хотя поначалу ходили по уложенным прямо в грязь доскам. Потом мы привели в порядок огород и, наконец, отправились на светлую топь. Меня поразили кочки, сплошь усеянные красными ягодами.

— Ого! — удивлялся я. — Недавно ничего не было, а теперь столько всего!

— У нас все время так, — отвечал Ефимко, — поэтому целое лето занимаемся заготовками.

Мы натаскали ягод и принялись собирать грибы. Ягоды ссыпали в большие деревянные короба, которые стояли в погребе. Грибы сушили на солнце, развешивая их гроздьями на изгородь. Мне нравилось помогать Ефимке, но хотелось и вернуться. Видя, как он радуется, я не знал даже с чего начать разговор. Но мне и не пришлось. Однажды вечером, за чашкой свежего ароматного чая, Ефимко сказал:

— Спасибо Санко. Ты очень помог. Дальше я сам. Тебе пора в путь. Но если ты ничего не найдёшь — возвращайся! Я буду только рад.

Не зная, что сказать, я крепко его обнял. Утром я собрал свои немногочисленные пожитки и отправился в дорогу. Обрад и его жена вышли меня проводить. Дажка поправилась от болезни и была очень мне благодарна. По моему совету, она стала заготавливать лекарственные травы. Ефимко вздохнул и показал на видневшуюся вдалеке большую темную ель.

— Держи путь на неё и выйдешь к стогну. Там, где-то впереди, увидишь огромный выворотень. Вот от него дорога и начинается.

— Спасибо! — я крепко его обнял, помахал рукой Обраду с Дажкой и пошел.

Поначалу никакой дороги не было, а потом показался здоровенный выкорчеванный из земли пень.

«Наверное, это выворотень», — решил я.

Как и сказал Ефимко, вскоре появилась дорога. Это были две накатанные колеи, между которыми росла трава. Но если есть колеи, значит кто-то ездит. Интересно на чем? В Багульнике, например, никакого транспорта я не видел.

Наступил полдень, а я всё шел и даже не представлял сколько мне ещё идти. Наконец, вдали показались постройки. Так и есть — где-то здесь окончание моего пути.

«Ума не приложу, что мне искать. Очередную карту»?

Деревня Бродни показалась больше по размерам, чем Багульник. И цивилизованнее. По крайней мере тут и там попадались телеги, запряженные лошадьми. Да и людей было больше. Правда, на меня никто не обращал внимания.

Отчего-то меня привлекла кузница. То, что это именно она, я догадался из-за торчащей на крыше большой трубы. И из неё валил густой черный дым. Я подошел ближе и поздоровался с сидящим на завалинке мужиком.

― Откуда путь держишь? ― спросил он.

― Из Багульника. Интересуюсь всякими диковинами, ― неожиданно ляпнул я, ― вот и пришел в Бродни.

― Здесь конечно не столица, но кое-что есть, ― рассмеялся мужик, ― там, откуда ты идешь, точно ничего интересного. Меня Жданом кличут, а тебя?

― Санко!

― Вот и ладно. Ефимко там как?

― Хорошо, ― удивился я.

― Вот разберусь с делами, да съезжу к нему. Топор поменяю. А он мне ягод, да грибов.

― За топор?

― Старый-то я заберу, ― пояснил Ждан, ― за зиму выправлю, наточу.

«Понятно, натуральный обмен».

― Заходи, покажу тебе мои сокровища! ― озорно блеснул глазами кузнец. ― Не диковины, конечно, но полюбопытствовать можно.

В помещении царил полумрак и было жарко. Вскоре глаза мои привыкли, и я осмотрелся. В горне шумело пламя, рядом валялись разномастные клещи, кувалды, молотки и ещё какие-то штуки. На первый взгляд бардак, но возможно так было удобнее для хозяина кузни.

― Санко!

Я подошел.

Ждан доставал из стоящего в дальнем углу сундука всякие вещи. Это были разной длины ножи, два топора, и несколько непонятных предметов.

― Вот! Некоторые я сам выковал, а эти два выменял. Смотри, как блестят! А на солнце аж слепят.

― А железо откуда? ― ляпнул я.

― Видишь в углу кучу лимонита**? Я его в домнице*** обжигаю. Шлак обгорает, а железо остается. Ты лучше на ножи полюбуйся. К ним даже ножны прилагаются. Только эти лишние.

Он протянул мне невзрачный на вид предмет.

― Они странные, ― продолжил кузнец, ― ни к чему не подходят. Хотел выменять, но никто их не берет. Нужно что-то очень тонкое. Даже нож не влезает. К тому же они слишком коротки.

Я взял в руки ножны.

«Действительно, странные. И короткие».

― Для чего же они?

Ждан пожал плечами:

― Не имею понятия. Но отдам их любому, если он засунет в них подходящий предмет.

И тут меня осенило. Я достал пластиковую карту и вставил её в узкую прорезь. Она вошла как будто для этого и предназначалась. У Кузнеца глаза полезли на лоб.

― Это что за штука? ― воскликнул он.

Я пожал плечами и улыбнувшись, спросил:

― Отдаешь?

― Бери! Слово Ждана ― закон! И давай, иди уже отсюда. Пока я не передумал.

На улице я снова рассмотрел полученный трофей. Он и правда мало походил на ножны. Скорее это был чехол.

― Чехол для карты? ― произнес я вслух.

Поднялся вихрь, окружил меня, потом вокруг всё завертелось в непонятном хаосе и неожиданно стихло. Я оказался в другом месте.

*Стогн ― дорога

** Лимонит ― разновидность бурого железняка, иначе болотная руда. Отлагается в болотах на корневищах болотных растений.

*** Домница ― специальная горнообразная печь для обжига болотной руды.

Глава 4

Правда не сразу я это сообразил. Потому что какое-то время валялся в канаве без сознания. Очнувшись, первым делом ощутил, что мне тепло. Даже жарко. Я поднялся и скинул фуфайку. На мне осталась домотканая светлая рубаха и такие же, только темные штаны. Лёгкие валенки с галошами тоже пришлось снять. Стало гораздо легче и я огляделся. Справа от меня простиралась бескрайняя равнина, поросшая короткой жухлой травой. А слева, за канавой, пролегала самая настоящая магистраль. Я протер глаза. Дорога никуда не исчезла.

«Неужели цивилизация»?

Эта мысль взбудоражила душу. Я достал из кармана небольшой кусок веревки, сложил как можно компактнее фуфайку и крепко связал её. Получился похожий на подушку сверток. Валенки пришлось оставить. Ступни ощущали блаженное тепло земли, поэтому лучше идти босиком. Приняв решение, я вышел на дорогу и некоторое время раздумывал в каком направлении двигаться. Что в одну сторону, что в другую до самого горизонта ничего не просматривалось.

«Пойду направо», ― подумал я и бодро зашагал по гладкой нагретой поверхности.

Не прошло и нескольких минут как впереди показалась точка. Я остановился и принялся ждать. Точка быстро увеличивалась в размерах и скоро превратилась в нечто похожее на наш индивидуальный городской транспорт. Только у нас это были однотипные электромобили темного-серого цвета, управляемые автоматом. Здесь же на меня надвигалось нечто веселое, ярко-желтое, и, я мог поклясться, управлял механизмом человек. Мобиль, поравнявшись со мной, сбросил скорость и мне удалось разглядеть пассажиров ― двух парней и двух девушек.

«Вполне современно одеты», ― подумал я.

Одна из них смотрела на меня с нескрываемым любопытством и страхом одновременно, другая вскрикнула и что-то сказала водителю. Тот, даже не взглянув в мою сторону, вцепился в рулевое колесо. Желтый мобиль рванул что есть силы и вскоре исчез из вида. Я пожал плечами и пошел дальше.

«Может я чем-то напугал их»?

Послышался шум мотора, но уже за спиной. Меня догонял другой транспорт ― красного цвета с открытым верхом. Раньше я таких никогда не видел. Как и в предыдущем случае, мобиль притормозил, и пассажиры принялись меня изучать. Теперь их было больше ― то ли пятеро, то ли шестеро. Одна из девиц указала на меня пальцем и крикнула:

― Скнофф!

Остальные заулюлюкали, кто-то засмеялся, а один из парней бросил в мою сторону пустую бутылку. Я увернулся.

― Прочь с дороги грязный скнофф!

Они прокричали эту фразу несколько раз, потом, издав мощный сигнал, мобиль уехал вперед.

«Странные они. Может помешанные? Хорошо, что говорят со мной на одном языке».

Хотя слово «скнофф» было для меня непонятным. Ладно, разберусь как-нибудь. Понял я одно: впредь нужно быть осторожнее при приближении транспорта. Только я об этом подумал, как позади меня снова послышался шум мотора. Я уже почти привык к их звуку, только не нравился запах. Я сообразил, что это не электромоторы, но по какому принципу они работают было выше моего понимания. Звук приближался и заставил меня напрячься.

Это снова был открытый ярко-синий транспорт с одной единственной девушкой на борту. Она же им и управляла. Как и в прошлый раз, любопытство заставило её сбавить скорость и даже притормозить около меня. Мы смотрели друг на друга и молчали.

― Странно, ― сказала девушка, ― ты похож на скноффа, но ты точно не он. Кто ты?

― Алекс.

― Хм. Где твоя машина? И обувь?

― Машина? ― спросил я и тут же добавил: ― Обувь пришла в негодность.

Она продолжала сканировать меня глазами.

― Откуда часы? ― неожиданно спросила она.

Видимо, от жары я закатал рукава повыше и часы на левом запястье были хорошо заметны.

― Подарок, ― буркнул я и начал злиться.

Этот допрос действовал мне на нервы.

― Ладно, садись. Иначе кто-нибудь обязательно тебя пристрелит.

― Почему?

― Потому что ты выглядишь как скнофф. Садись, говорю!

Я беспомощно потыкал рукой дверь. В наших электромобилях она открывалась от прикосновения.

― Черт побери! Ручка же есть! ― девушка наклонилась в мою сторону и чем-то щелкнула.

Дверь открылась. Я уселся на довольно удобное и мягкое сиденье.

― Дверь закрой! Просто потяни за ручку и хлопни. Не так сильно! Машину сломаешь!

Мы тронулись и быстро набрали скорость. Девушка молчала ― злилась. Первым заговорил я:

― Почему машина? Это же мобиль. И куда мы едем?

― Запомни раз и навсегда! Никакой это не мобиль! Нужно говорить машина. Или авто. Автомобиль наконец. Они здесь повсюду. Всё, что катится на колесах называется именно так. Кроме велосипедов. Ты знаешь, что такое велосипед?

― Думаешь, я совсем дурак?

― Кто тебя знает? ― явно смягчилась девица. ― Лучше скажи, откуда ты, Алекс?

― Зачем тебе? Устроила допрос и даже не представилась.

― Марго. Так как ты здесь оказался?

Я смотрел на дорогу. Транспорта, то есть машин, прибавилось. Особенно поразило многообразие их расцветок. И все они были очень яркие, весёлые. Почему у нас в моде темно-серая окраска? Ведь так, как здесь ― гораздо красивее.

― Марго? ― переспросил я. ― Очень приятно. Как я сюда попал? Это длинная история. Пожалуй, я сам не смогу внятно объяснить. Я был… я был там, где много снега и холодная зима…

― Ясно, ― оборвала меня Марго, ― можешь дальше не рассказывать. Хорошо, что я сразу поняла, что ты не скнофф. Тебе нужно слиться с этим обществом. Я помогу. Не спрашивай, почему. Так… значит потребуется нормальная одежда и машина. И деньги на первое время. Потом будешь пытаться стать гражданином.

― А кто такой скнофф?

― Изгой общества. Тот, кто спустил все деньги и, самое ужасное, лишился машины. Без этого здесь нельзя.

Встречного транспорта стало еще больше. И снова я подивился яркими красками. Поля по обеим сторонам дороги исчезли и вместо них появились небольшие одноэтажные постройки. Затем мы миновали огромный стенд с надписью «Добро пожаловать в Ней-Чедо».

― Мы въезжаем в город?

― Да, ― кивнула Марго, — это здешняя столица. Государство называется Эластрея. У них свои порядки ― скоро ты сам разберешься. Но главное ― иметь машину, обувь и одежду. С этим очень строго.

― Я понял. Что-то непохоже на столицу. Дома повсюду одноэтажные.

— Это пригород. Пока будешь здесь осваиваться. В центре всё по-другому. Мы приехали.

Машина круто завернула на узкую улочку и остановилась около небольшого, окруженного забором здания.

― Жди меня здесь. Я сама всё решу.

Марго исчезла за воротами. Я воспользовался моментом и принялся размышлять над своим положением. С одной стороны, здесь лучше, чем в глухоманском Багульнике, но много непонятного. И вообще, здесь это где? Я в другом государстве? И где мой корабль? Чем больше я думал, тем больше появлялось вопросов. И ещё я понял, что Марго вряд ли мне всё расскажет.

Послышались шаги. Девушка открыла дверь и плюхнулась на сиденье.

― Здесь всё. Машина будет готова через час. Пока тебя оденем как раз время пройдет.

Мы проехали несколько кварталов и остановились около небольшого магазина.

― Иди за мной. Здесь свои люди. Вопросы не задают.

В тесном помещении набитым коробками и каким-то барахлом, сидел сухощавый мужчина. Он уставился на вошедших бифокальными очками и спросил:

― Чего желаете?

― Что-нибудь приличное из одежды для моего друга, ― ответила Марго, ― и про запас.

Продавец кивнул и скрылся в подсобке. Через полчаса я вышел на улицу в потертых светло-синих брюках и обтягивающей футболке. Завершали гардероб черные лакированные туфли с каблуком и серая кепка на голове. Кроме того, на левом плече висел баул с полным комплектом одежды на смену. Марго достала из сумочки несколько банкнот и протянула их мне:

― Держи! Здесь пятьсот реалов. Этого хватит, чтобы начать нормально жить. Если ты думаешь, что этого мало, то твоя машина обошлась мне в две сотни. Да, подержанная, но скноффу и это не по карману. Те, кто получают пособие в размере двух реалов в месяц, тебе это подтвердят. Садись.

Мы вернулись к зданию, окруженному забором. В этот раз мы пошли вместе. За воротами оказалась стоянка разномастных автомобилей. Ближе всех к воротам стояла длинная, синего цвета с крытым верхом, машина. Крыша была выкрашена в белый, что, впрочем, совершенно не портило внешний вид.

― Кабриолета не нашлось, ― сказала Марго, ― но тебе он ни к чему. Вот визитка с адресом. Там неплохое жилье. И недорого. Надеюсь, доберешься сам.

― Я, конечно, доберусь. Но как управлять этой штукой?

― О, черт бы тебя побрал. Я не подумала об этом. Ты вообще знаком с техникой?

― Да.

― Тогда еще не всё потеряно. Проведу тебе краткий курс. И выучи дорожные знаки.

Через полчаса ругани и объяснений, я, кажется, уяснил основы вождения. И даже сумел выехать за ворота.

― Но, вот и всё. Прощай и постарайся не вляпаться в историю.

― Мы ещё увидимся?

― Возможно. Не знаю. Живи и ищи свою карту. Больше я ничего не могу сказать.

Марго села в машину и дав газу, скрылась из вида. Я прочел адрес недорогого жилья, пожал плечами и осторожно поехал по незнакомым улицам.

Глава 5

Застрекотал будильник, пытаясь вырвать меня из цепких объятий сна. Я нащупал рукой тумбочку, надеясь достать нарушителя сна и треснуть ему по башке. Этого у меня не получилось ― я промазал. Будильник упал и, продолжая трещать, пополз в сторону.

«Сейчас свалится», ― подумал я и нехотя поднялся.

За стеной заворочался Трилл, потом послышалось его восклицание:

― Черт побери! Опять утро? О, боги, когда же я, наконец, высплюсь?

Впрочем, так он причитал каждое утро. Мы делили с ним эту квартиру вот уже месяц. Или чуть дольше. Познакомились случайно ― я приехал по указанному на визитке адресу. И чуть не столкнулся в подъезде с парнем. Примерно моего возраста, светловолосый, одетый по последней современное моде он олицетворял собой типичного представителя здешней молодежи. Он оценивающе взглянул на меня и протянул руку:

― Триллон Роф! Я думаю, что не один я оказался здесь в поисках жилья. Я прав?

― Алекс, ― представился я, ― а ты догадлив. Я именно насчет этого.

― Черт побери! Мне повезло, если ты согласен, конечно.

Он пояснил, что квартиры здесь с двумя спальнями и вполне подойдут таким как мы холостякам. На двоих и плата дешевле. Я подумал и решил, что в словах моего нового знакомого есть логика. Средства у меня ограничены, а как долго я здесь пробуду никому не известно. Так зачем платить больше? Если сосед меня не устроит, я сниму отдельное жилье.

― Идёт! ― я хлопнул по ладони моего будущего соседа и вскоре мы осматривали свое новое жилище.

Две отдельные комнатушки, гордо именуемые спальнями, общая гостиная, небольшая кухня и санузел с душем. Обойдя хоромы, мы остались довольны и заняли каждый по комнате. Я совершенно не понимал сколько времени здесь пробуду, а деньги имеют свойство заканчиваться. Это мне хорошо было известно из прошлой жизни. Но тогда проблема с финансами решалась просто: один звонок папе и на счету появлялась круглая сумма. Сейчас же мне придется рассчитывать только на себя. Объездив на своем «Неистовом», а именно так назывался мой автомобиль, всю южную часть пригорода Ней-Чедо, я имел приблизительно подробное представление о его планировке, запомнил расположение ключевых магазинов, пунктов общественного питания, заправочных станций и автосервисов. В одном из них я увидел объявление о найме работников и в тот же день устроился мойщиком машин.

― Алекс! Ты делаешь успехи! ― поздравил меня вечером Трилл. ― Ты даже сможешь поменять свой «Неистовый» на что-то современное. Взгляни на мой «Вихрь 777»! Мощь и красота! Я два года на него пахал.

― Моя машина меня устраивает.

― Понимаю тебя. Сам такой был. Но мода меняется и нужно идти в ногу со временем. Иначе перестанешь быть в тренде. Недолго и в скноффа превратиться.

― Ни разу не видел скноффа, а ты, Трилл?

― А зачем? Мне и так хорошо. Я и не собираюсь на них смотреть и тебе не советую. Это изгои нашего общества. Держись от них подальше.

― Как же я могу держаться подальше, если даже не представляю где они обитают?

— Вот и хорошо, Алекс. Честно сказать, я и сам не знаю. Но слышал, что где-то в заброшенных домах. Послушайся моего совета ― выкинь их из головы и занимайся своим делом.

В общем, от соседа ничего не добиться, поэтому я решил разобраться самому. К тому же, на подаренных Жданом «ножнах» я неожиданно обнаружил карту. Произошло это в первый же вечер, как мы с Триллом заселились в квартиру. Я разобрал содержимое баула и уложил в платяной шкаф свои вещи. Вынул из кармана всю мелочевку и бросил на тумбочку. Развалившись на кровати, я принялся рассматривать ножны. Честно говоря, я просто хотел разобраться, для чего они вообще предназначены. Ведь не для моей же карты. Может она совершенно случайно вошла в прорезь. Я посмотрел на ножны сбоку и мне сразу же стало не до мелочей.

Это был филигранно четко выполненный рисунок, точнее сказать план. Вероятно, этого города. Но как разобраться в изобилии линий, черточек и мелких загогулин? Я разглядывал картинку и соображал.

«Здесь всё более хаотично, ― думал я, ― и свободного пространства больше. Следовательно, это окраина. А выше ― линии ровнее, но и расположены теснее друг к другу. Вероятно, там центр».

Самая длинная линия-улица упиралась в небольшой металлический кружок. Это была заклепка на конце «ножен».

«А вдруг тут и есть моя цель? Хитро придумано».

Кто это сделал и для чего меня не интересовало. Настолько много я об этом размышлял, что мне уже надоело. Лучше подумать о том, как понять эту карту.

«Южную часть пригорода я изучил, значит нужно продвигаться вперед».

На мойке я работал по сменам ― через день. Сегодня как раз выходной. Самое время провести день с пользой.

Одевшись, я вышел из комнаты и обнаружил соседа на кухне. Он торопливо дожевывал вчерашний бутерброд, запивая остывшим кофе. Увидев меня, он вытаращил глаза:

― Алекс, побери тебя черт, ты ж на выходном! Я б на твоем месте пол дня валялся.

― И тебе доброго утра, Триллон! Не хочу тратить время попусту. Поеду покатаюсь.

― Хорошее дело, ― одобрительно кивнул он, ― кофе будешь? В кофейнике ещё осталось.

― Нет спасибо. Перекушу где-нибудь.

Я забрался в свой автомобиль и включил зажигание. Приятный рокот двигателя придал мне уверенности. Рядом на сиденье валялся дешевый рекламный буклет, на обратной стороне которого была нарисована схема почти всего пригорода Ней-Чедо. Понятно, что это была не совсем схема ― так, скорее приблизительный рисунок. Но зато все улицы были подписаны. А мне это и надо.

Выехав на центральную улицу, я повернул на север. Поначалу за окнами пейзаж не менялся: те же двухэтажные дома, магазинчики и многочисленные автосервисы. Я ехал дальше и вскоре стал замечать разницу. Первым делом, конечно, дома. Они стали выше ― в основном пятиэтажные, но впереди я заметил несколько более высоких построек. Улицы тоже стали шире, а вот зелени поубавилось. Складывалось впечатление, будто бы все удобства здесь специально для машин. Зато можно легко подъехать к любому дому или магазину. Транспорта стало ощутимо больше, а вот на тротуарах людей почти не было.

«Видимо, просто так ходить здесь не принято».

Я свернул направо. Движение тут было не таким активным, что меня, водителя не очень опытного, вполне устраивало. Эта улица мне понравилась. Дома здесь стояли не безликие, а каждый в своем собственном стиле. Припарковавшись на свободном месте, я решил пройтись. Еще до поступления в медицину моим увлечением была архитектура. Жаль, забросил я это хобби. С другой стороны, откуда я знал, что окажусь в таком замечательном месте? Один из домов с колоннами и лепниной понравился настолько, что я остановился. Пока я в благоговении глазел на архитектурные изыски, позади меня с шумом пронеслось несколько машин.

«Молодежь развлекается», ― подумал я и услышал какие-то хлопки.

По улице с большой скоростью ехало ещё несколько автомобилей. Словно догоняя тех, первых. Снова хлопок и до меня дошло, что это стрельба. Просвистели пули и рикошетом звякнули по поверхности тротуара недалеко от меня. Испугавшись не на шутку, я пригнулся и побежал.

«Бандиты какие-то. Нужно прятаться».

Но куда? У следующего дома вход был со стороны улицы, и я устремился к нему. Погоня поравнялась со мной, и я увидел, как из-за полуопущенного тонированного стекла, на меня смотрит дуло какого-то оружия.

«Вот и конец», ― подумал я и почувствовал, как чья-то рука схватила меня за шкварник и бросила в узкий переулок между домами. Раздались выстрелы, но пули просвистели мимо.

Оглянувшись, я посмотрел на своего спасителя. Это был мужчина приблизительно моего возраста, в простой серой рубахе навыпуск. Видавшие виды черные штаны почти полностью скрывали босые ноги. По-моему, я догадался, кто мой спаситель. Человек посмотрел на меня и сказал:

― Только не нужно кричать. Хорошо?

― А зачем? ― не понял я.

― Ну как же, ― удивился мой спаситель, ― обычно при виде скноффа начинают либо орать, либо впадают в истерику.

― Я догадался, кто вы. Думаю, вам неприятно это прозвище.

— Это так. Меня зовут Кэл. Мы называем себя иначе. Спайты.

— Алекс. Спасибо, что спасли меня. Кто эти люди?

— Вы о бандитах? — пожал плечами Кэл. — Обычные разборки местных группировок. Что-то не поделили.

— Я впервые с этим столкнулся. Мне казалось здесь спокойная жизнь.

— Разве? Гоняться друг за другом с оружием, следовать дурацким законам, издеваться над нами? Какая же это спокойная жизнь?

— Согласен. Я был неправ. Но только потому, что многое не знал. Кстати, я искал встречи с вами.

— Зачем?

— Когда я здесь оказался, меня боялись, называли скноффом и кидались пустыми бутылками. Уже после, когда я здесь обосновался, никто мне внятно не мог объяснить кто вы такие и чем занимаетесь. Я искал встречи, но вы сами меня нашли.

Кэл задумался на секунду, а потом сказал:

— Давай на «ты», Алекс. Мы, похоже, ровесники.

— Давай.

— Значит ты не местный, — покачал головой Кэл, — ты искатель?

— Не понял. Кто такие искатели? — удивился я.

— Странно. Ты и этого не знаешь. Я могу исчезнуть, конечно, но чем-то ты меня зацепил. Могу просветить тебя, но не здесь. Нужно укромное место.

— А не боишься? Вдруг я закричу или вызову стражей порядка?

— Не вызовешь, — улыбнулся Кэл, — иначе ты давно бы это сделал. Держи меня за руку.

— А куда мы?

— Туда, где нет посторонних глаз и ушей. Не бойся.

Я взял его за руку и свет вокруг померк. Длилось это меньше секунды. Так по крайней мере мне показалось. Затем посветлело и я остолбенел. Место, в котором мы оказались, резко контрастировало с переулком, куда меня затащил Кэл.

— Где мы? — спросил я.

— Это пристанище спайтов. Добро пожаловать.

Глава 6

Это было открытое пространство прямоугольной формы, окруженное светлыми стенами. Совершенно свободное от посторонних предметов и кроме нас двоих больше никого не было.

— Если это пристанище, то где же все?

— Будут, — ответил Кэл, — сейчас это неважно. Я тебя перенес сюда по другому поводу.

— Как это, перенес? — не понял я.

— Спайты — слово из нашего древнего языка. Означает «перемещающиеся». Мы родились здесь, по праву такие же горожане, как и все. Но из-за врожденной особенности, нас стали презирать и обзывать скноффами. Спайтам не дают работу, сделали изгоями, пугают детей и стращают горожан.

— Какой особенности?

— Мы можем мгновенно перемещаться в пространстве. Иногда это происходит бесконтрольно. Поэтому наши люди не имеют машин и лишних элементов одежды. Представляешь, Алекс, что произойдет, если на скорости переместиться из автомобиля? Это место построено специально для тех, кто плохо контролирует прыжки. Тут нет крыши и внутренние стены с мягким покрытием. Но разговор не про нас. Ты хотел знать кто такие искатели?

Я кивнул.

— Тогда слушай. Спайты очень чувствительны ко всему, что происходит. Естественно, мы первые почувствовали, что с нашим миром что-то не так. Произошло нечто необъяснимое.

— Что?

— Точно сказать не могу, — покачал головой Кэл, — но это нечто очень важное. Все остальные, я имею в виду жителей города, ничего не почувствовали. Они живут своей жизнью и кроме самих себя их ничего больше не заботит. Но появились искатели. На вид они обычные люди. Но они прибыли издалека, точно не нашего мира. Нам кажется, что искатели знают о проблеме и пытаются её обнаружить. Может, хотят её исправить. Больше я ничего не скажу. Потому что сам не знаю. Если хочешь больше информации — ищи встречи с ними. А теперь я верну тебя обратно. Давай руку.

Через мгновение я оказался в том самом переулке. Было тихо, словно никаких выстрелов и бандитов вообще не существовало. Оглядевшись, я не увидел Кэла.

«Наверное исчез, как только доставил меня сюда».

Я шел к своему автомобилю и думал. Мысли хаотично носились в голове и мне пришлось их систематизировать и привести в порядок.

«Что имел в виду скнофф, рассказывая об искателях? Понятное дело, что он говорил про таких как Марго. Ведь она помогла мне после того, как узнала, что я появился из места, где холодно и много снега. Значит, она была там».

Я вспомнил старый фантастический сериал, где герои путешествовали между измерениями и ухватился за эту мысль. По-другому я не мог объяснить мои перемещения из пустыни в зиму, а оттуда в Ней-Чедо.

«Скорее всего кто-то создал эти измерения, и искатели пытаются обнаружить этого умника».

Обрадовавшись собственным умозаключениям, я принял решение. Тем более, что в этот момент подходил к своему автомобилю.

«В пригороде её точно нет. Нужно ехать в центр».

Я выехал на центральную улицу и следуя указателям двинулся в нужную сторону. На ум пришли слова, сказанные Кэлом.

«Поэтому наши люди не имеют машин и лишних элементов одежды».

— Естественно, — сказал я сам себе, — попробуй-ка стартануть куда-то очень резко и с большой скоростью. Ботинки с хорошей шнуровкой останутся на земле вместе со ступнями. А на ходу из автомобиля и того хуже. Живым вряд ли окажешься.

Конечно, мне хотелось узнать как можно больше о таинственных спайтах, но сейчас важнее найти Марго. Мысль, что она уже не в городе, я загнал в самый дальний угол сознания. Лучше не терять надежду раньше времени.

Нечто интересное привлекло моё внимание. Впереди на дороге был оборудован какой-то пункт проверки транспорта. Но самое главное, чуть дальше виднелись высотные здания. Таких в Ней-Чедо я ещё не видел. Предвкушая необычное, полный уверенности и оптимизма я остановился около стражей порядка. С документами у меня было все нормально, поэтому я не переживал.

— Права! — гаркнул человек в форме офицера.

«Полицейский, наверное. Даже не представился».

Как можно дружелюбнее я передал свое водительское удостоверение.

— Так, Алекс Павлер, — послышалось через некоторое время, — живешь в пригороде, машина «Неистовый» 36-ой модели. Всё вроде бы нормально. Но какого черта ты прешься в центр? Ты обожрался чего-то? Или употреблял запрещенку? А ну дыхни!

Он достал какую-то трубку и сунул мне в рот. Та пискнула и сверкнула зеленым индикатором.

— Странно. Всё в порядке, — пробормотал полицейский, — так что ты забыл в центре?

— Просто… посмотреть хотел, — промямлил я, не понимая в чем дело.

— Посмотреть? — офицер выпучил глаза и заорал так, что мне стало не по себе. — Если не хочешь загреметь на тридцать суток или превратиться в скноффа разворачивайся и чеши обратно в свою халупу! И не попадайся больше мне на глаза. Запомни — Ролф Трибан слов на ветер не бросает! Увижу — пеняй на себя.

Он швырнул в меня удостоверением и махнул ярко-красным жезлом. Я развернулся и от греха подальше поехал обратно. Меня просто разрывало от обиды и злости.

«Что я ему сделал? Выгляжу не так? Вроде нет. Машина в норме. Права тоже. У кого мне спросить? У немощного Люсилла, продавца из магазина, где можно всё купить без лишних вопросов? Или у владельца автомойки Кротта, куда я устроился на работу? Своего напарника Кайло? Может обратиться к хозяину дома Пренту, где я снимал с Триллом квартиру? Есть ещё наш дворник Обби, но ему, похоже, вообще плевать на всех, лишь бы не мешали работать».

Больше я в пригороде никого не знал. И легче от этого не становилось. В крайне раздраженном состоянии я вернулся домой. По звуку хлопнувшей двери, Трилл сразу понял, что со мной что-то не так.

— Выкладывай! — сказал он.

Попыхтев немного от злости, я выложил соседу произошедшую возле пункта пропуска сцену. Выслушав меня, тот согнулся пополам от смеха.

— Ну ты дал! — выдохнул он. — Так и до инфаркта недалеко. Ты что, не знаешь о своем статусе?

— Ну-ка, давай по порядку. И хватит ржать! Мне совсем не до смеха. Неужели у меня такой статус, что я не могу попасть в центр города?

— Именно! В Ней-Чедо всё так и устроено. Ты живешь в пригороде. У тебя и машина соответствующая. Чтобы жить в средней части, нужно иметь другой автомобиль. Ну и одежду тоже. А уж в центре…

— Подожди, — перебил я Трилла, — меня не пустили всего лишь из-за моего «Неистового»?

— Ну да.

— С ума сойти! Мне нужно найти одну девицу, она здорово мне помогла. И её точно нет в пригороде. А теперь скажи, Трилл, как быть?

— Говоришь, её здесь нет? А какая у неё машина?

— Э-э-э… синяя, с открытым верхом, — больше я ничего путного добавить не смог.

Но сосед выручил. Он взял с тумбочки толстую газету и, развернув её, ткнул пальцем в картинки.

— Похоже на эту? — спросил он. — Это реклама автомобилей. Люблю иногда просматривать.

Я пригляделся в не очень качественное фото. Вроде такая же.

— Наверное, — пожал я плечами.

— Ну и немудрено, что она спокойно отсюда уехала! Алекс, это уже другой класс. «Сияние» люкс. Автоматически складывающаяся крыша. Гидроусилитель руля. Контроль давления шин и сигнал о пустом баке. Не машина — мечта!

— Дорогая?

— Тебе не потянуть. Впрочем, цена указана. Сам посмотри.

Я посмотрел. Таких денег мне не заработать.

— Трилл, если в рассрочку или кредит?

Сосед покачал головой и пояснил, что в пригороде кредит почти невозможно получить.

— Вот когда статус повысится, переберешься в город, тогда банки смотрят по-другому.

После этого откровения я чуть не впал в депрессию. Почему Марго мне ничего не рассказала? Помогла в трудной ситуации, а потом разбирайся как хочешь? С другой стороны, она вообще была не обязана что-то делать. Так что действовать нужно самому. Понял я одно — этот сумасшедший мир помешан на автотранспорте. Социальный статус определяется маркой автомобиля. Вот так просто привязали человека к железу на колесах. Дурацкие законы.

— Мне попались бандиты на черных машинах, — сказал я Триллу, — у них достаточный уровень для поездки в город?

Сосед вытаращил глаза.

— У них самые совершенные автомобили. «Ураган-2» — любимый транспорт гангстеров. Там столько наворотов, что я о всех не знаю. На таких даже в центр можно. Что ты задумал, Алекс? С ними нельзя связываться.

— Ничего, — пробурчал я, — просто спросил.

Глава 7

Последующие четыре дня я думал, как попасть в соседний район города. И ничего в голову не приходило. Была идея обратиться к скноффам. С их способностью я бы запросто оказался там, где нужно. Но обдумав всё хорошенько, я отбросил эту затею. Во-первых — я не знал, как и где их искать. А слоняться по улицам в надежде набрести на кого-нибудь из них, пустое дело. Ничего не оставалось, как предаться воле судьбе и ждать удобного случая.

Я вздохнул и допил остатки кофе. Пора собираться на работу.

«Пятые сутки, а я так и не сдвинулся с места», — снова подумал я, завел автомобиль и выехал на улицу.

День стоял солнечный и работать не очень хотелось. Сейчас бы с компанией да куда-нибудь на природу. Лучше на реку или озеро. Но в пригороде народ развлекался мало. По крайней мере кутящей молодежи я ни разу не видел. Видимо, все те, кто попадались мне на дороге в первый день моего появления, жили в других районах. И от этого ещё больше захотелось исчезнуть отсюда.

Припарковавшись, я заметил, что долговязый Кайло уже открывает ворота автомойки. Она была небольшая — всего на два автомобиля, но кое-какой доход приносила. Иначе Кротт давно бы меня уволил. И Кайло за компанию.

— Привет! — кивнул мне напарник. — Опять день безделья? На улицах сегодня чисто и дождь не намечается.

— Привет, — ответил я, — надеюсь, какой-нибудь идиот захочет помыть свою колымагу.

— Только бы не отпрыски Кротта. Любят воспользоваться папашиной конторой. А нам работай.

Я кивнул, соглашаясь. Хотя детей нашего хозяина прекрасно понимал. Сам таким был.

Кайло проверил оборудование, а я наличие воды в системе. Нас всё устроило, и мы принялись ждать клиентов. До полудня оставалось три с половиной часа и нужно было чем-то себя занять.

— Алекс, обедать куда пойдешь?

— Во «Вкусно и недорого», как обычно. А ты?

— У меня разгрузочный день, — хмыкнул напарник, — если пожру — на топливо не хватит. Ничего, мне не впервой.

Я хотел было ответить, но в этот момент послышался шум приближающегося автомобиля. У Кайло отвисла челюсть, а у меня побежали мурашки по всему телу. К нашей автомойке подъезжал черный «Ураган-2» — бандитский джип. Это Трилл мне объяснил, что машины такой компоновки называются джипами. До этого я такого слова не знал. У нас весь транспорт давно унифицировали — он отличался лишь оттенками серого цвета.

Из машины вылез худощавый мужичок и развязной походкой подошел к нам. Одет он был дорого: кожаный пиджак и темные с отливом брюки. На ногах начищенные до блеска коричневые туфли.

— Ну что, отребье? Наведёте лоск этому красавцу? — обратился он.

Я кивнул, поскольку Кайло ещё не вышел из ступора.

— Отлично! И отполировать не забудьте.

— Полировка за отдельную плату, — пролепетал пришедший в себя напарник.

— Ты что, не видишь с кем разговариваешь? — взбеленился бандит и вытащил из-под полы пиджака нож. — Я таких как вы на лоскуты порежу и глазом не моргну! Так что приступайте, а я посмотрю. Если результат устроит — деньгами не обижу.

Что-то не понравился мне его тон.

«Некультурно так с людьми разговаривать», — подумал я и спросил:

— Можно поинтересоваться?

Бандит повернулся ко мне. Я резко ударил в его наглую физиономию и попал прямо в челюсть. Тот отлетел в сторону и замер, распластавшись около въезда в автомойку. Не знаю, что произвело такой эффект: то ли моё студенческое прошлое, а я активно посещал в те времена тренажерный зал, то ли регулярные походы за дровами вместе с Ефимко. Наверное, и то, и другое. В любом случае противник валялся в полном нокауте.

— Ты что наделал? — закатил глаза Кайло. — Нас теперь убьют!

— Не убьют.

Мой мозг лихорадочно соображал. Видимо соскучился за целый месяц вынужденного безделья. Конечно, первым делом мне хотелось прыгнуть в бандитский джип и уехать в центр. И поминай меня как звали. Но жалко напарника. И этого, кожаного, нужно куда-то девать.

— Слушай меня, Кайло. Свяжи его покрепче. Руки за спиной и ноги. Спрячем его.

— Куда?

Открыв заднюю дверь черной машины, я оценил размеры внутреннего пространства. Да, хорошо жить не запретишь. В промежуток между передними и задними сиденьями легко можно уместить не только одного доходягу, но даже двух.

— Сюда! Связывай и положим его тут. Снаружи не видно будет.

Перед тем как засунуть бандита в машину я обыскал его. В результате у меня в руках оказались документы на имя Рика Спаглера и увесистая пачка банкнот. Деньги я хотел честно поделить пополам с Кайло, но тот запротестовал:

— Не возьму! Чтоб меня потом выследили. Вся округа узнает, что у меня появились средства. Лучше я обычной жизнью поживу. Если получится.

— Возьми хотя бы сотню, — я протянул напарнику бумажку, — и пожрать сходишь и на топливо хватит. И даже на новую резину. Вряд ли кто обратит на это внимание. Про меня скажешь, что ушел обедать и не вернулся. Пусть думают, что хотят. Прощай, Кайло. Не поминай лихом.

— А ты куда?

— К морю. Надоело мне здесь. К тому же надо избавиться от этого.

Я показал на неподвижно лежащее между сиденьями тело. Потом закрыл заднюю дверь и занял водительское кресло.

«Да тут технологии как в космическом корабле», — подумал я, когда почувствовал, как сиденье принимает форму моего тела.

На этом сюрпризы не закончились. Ключ зажигания после половины оборота оживил приборную панель. Несколько секунд я в ступоре взирал на современные для меня технологии.

«Не так прост этот мир, как мне думалось поначалу».

Хотя, что тут удивительного. Когда-то на планету прибыли переселенцы из космоса. И привезли с собой все доступные на тот момент достижения науки и техники. Просто поначалу мне казалось, что тут всё гораздо проще. Но это всё из-за старомодных авто и моей жизни в пригороде. Я закрыл дверь и махнул напарнику на прощание.

— Подмети тут, когда я уеду!

Сдав назад, я круто развернулся и направился прямиком в центр. Про море я нарочно сказал Кайло — вдруг его вычислят и начнут допрашивать. Теперь бы проскочить пункт контроля. Под козырьком я обнаружил черные солнцезащитные очки и надел их. Если не вглядываться, то моя рожа теперь точь-в-точь, как у гангстера. Лишь бы долбаный Ролф Трибан сегодня не работал. Но мне не повезло. Ещё издалека я заметил его красную морду.

«Будь, что будет», — решил я и подъехал к полицейскому посту.

Документы Рика Спаглера я держал наготове. Кстати сказать, на крошечной фотографии он был в черных очках. На это я и надеялся, хотя внутренне напрягся.

И зря! Не успел я притормозить, как славный страж порядка Трибан согнулся в почтительном поклоне и указал своим жезлом направление. Мол, проезжай почтенный, путь свободен.

— Ну и сволочь же ты! — выругался я и дал газу.

Пункт пропуска остался позади. Я ехал по совершенно незнакомому городу. Дома здесь стояли вплотную друг к другу, причем все они относились к так называемым «высоткам». Улицы сразу сделались шире, а по тротуарам, мимо витрин всевозможных кафе, ресторанов и магазинов туда-сюда сновали прохожие. Больше всего меня удивили автомобили. По ощущениям это были те же самые модели, что и в пригороде. Такие же разноцветные и яркие.

«Нужно разобраться в этом вопросе», — подумал и, обнаружив свободные места для парковки, остановился около какого-то заведения.

Наверное, это был дорогой ресторан, но меня он не интересовал. Я прошел чуть вперед и свернул в переулок. Здесь царила другая атмосфера — всевозможные палатки с товарами, голоса людей, сливающиеся в монотонный шум, вездесущие продавцы газет и рекламная музыка напоминали мне рыночную улицу из моего родного города.

«Когда же я снова буду дома»? — возникла мысль, и я сразу же её загнал куда подальше.

Сейчас не время предаваться ностальгии. Нужно действовать. Поэтому я купил туристический буклет, в котором в числе прочего, имелась карта города и список адресов самых значимых для посещения мест. Вернувшись в машину, я пролистал плотные страницы отметил, что качество печати тут лучше, чем в пригороде.

«Так, я сейчас здесь. Похоже, это фешенебельный район. А мне нужно что-то попроще. Например, вот: Район речного порта. Улочки узкие, много дешевых гостиниц и питейных заведений. Туда и поеду».

Лежащий за сиденьем бандюган застонал.

«А я и забыл про него! Видимо, в себя приходит».

Это была ещё одна проблема про которую я чуть не забыл. Нужно как-то избавиться от этого молодчика. Хорошо, наверное, я ему врезал, что он до сих пор в отключке и пока не доставляет проблем.

Определив направление, я направил автомобиль в нужный мне район. Мысль, что я зря туда еду уже посетила меня, но раз принял такое решение, то нужно довести дело до конца. Ехать пришлось недолго. Дорогие рестораны и магазины исчезли как по волшебству, а стоящие по обе стороны дома напомнили мне пригород Ней-Чедо. Улица заметно сузилась и стала петлять. Я остановился неподалеку от забегаловки под названием «Пей до дна» и вышел из машины. До меня донеслись звуки чьей-то разборки. Кто-то кричал отборным матом, сыпля на право и налево угрозами. Так и есть — в переулке трое личностей окружили четвертого.

— Прощайся с жизнью! — зловеще просипел один из них.

В его руке блеснуло лезвие ножа.

— За что? Вы меня с кем-то перепутали! Я не знаю никакого Блеза и не имел с ним дел! Я простой трудяга… решил зайти после работы и выпить пива. Отпустите, прошу вас!

— Отпустить? — заржали в унисон три глотки. — Ну уж нет. Значит, такова твоя судьба!

От последней фразы меня передернуло. Не то, чтобы я был образцом добродетели, но справедливость предпочитал всегда.

— Эй, молодчики! Какие-то проблемы?

Троица молниеносно повернулась. Меня рассматривали и оценивали.

— А, ты похоже из клана Прего! Все проблемы мы решаем просто, впрочем, как и вы. Сейчас зарежем этого и вернемся в кабак.

— Что он сделал? — спросил я.

Тот, который был с ножом подошел ближе и хотел что-то ответить. Я выбил у него нож и ударил в ухо. Пока двое других соображали, что делать, я помог им прилечь рядышком с их главарем.

— Кто вы? — спасенный смотрел настороженно, готовый, похоже, к чему угодно.

— Алекс. Я не из клана, перестань трястись. Просто проходил мимо.

— Обычно, при виде гопников из шайки Сирро, стараются рядом не проходить. Тем более, вмешиваться. Ну, спасибо за помощь. Я уже с жизнью попрощался. Я ­— Рик.

— Отлично. Кстати, я собирался пропустить чего-нибудь для души. Составишь компанию? Повторяю, я не тот, за кого меня принимают. Обстоятельства так сложились.

— Если ты не из клана, то нам лучше исчезнуть, Алекс. Сейчас эти трое очухаются и созовут всех своих. Нам мало не покажется.

— Знаешь уютное местечко где можно поговорить?

— Есть такое. В другом районе.

— Тогда поехали. У меня автомобиль припаркован неподалеку.

Увидев черный «Ураган» Рик остановился.

— Либо скажи мне правду, либо я не сойду с этого места. У обычного человека таких машин не бывает.

— Поверь, я не вру. Я вообще из пригорода. Тачку угнал, чтобы сюда попасть. Хозяина, правда, пришлось вырубить. Он, кстати, в машине валяется.

— Ты его не убил? — вытаращил глаза Рик.

— Убийство, знаешь ли, не в моих планах. Я тебе всё расскажу. Начну прямо по дороге. Если посчитаешь нужным, окажешь мне помощь. Не захочешь — дело твоё.

— Ладно. Почему-то я тебе верю. Поехали.

Глава 8

— А знаешь? Я ведь поначалу подумал, что ты переодетый скнофф, — Рик поставил пустую пивную кружку и посмотрел на меня.

— Скноффом я не могу быть, — покачал я головой, — они не носят одежду. В силу своих особенностей. Все байки о них сплошной вымысел.

— Откуда ты знаешь?

— Имел удовольствие побеседовать с одним из них.

— И остался жив? — вытаращил глаза Рик.

— Я же говорю, что все сплетни о скноффах вымысел. Никого они не убивают. Но не о том разговор. Можешь мне не верить, лучше помоги.

— Что я могу для тебя сделать?

— Нужно избавиться от машины и от этого, который внутри.

Рик забарабанил пальцами по столу. Потом потребовал у официантки ещё одну кружку пива.

— Знаешь, — сказал он, — я простой человек. Работяга. Но у меня есть знакомый — он состоит в банде. Там народ серьезный, не то, что те отморозки, которые меня чуть не зарезали. К делу подходят с пониманием. Просто так людям не угрожают.

— Чем же они занимаются? — удивился я.

— Не знаю, Алекс. Что-то серьезное. Если хочешь, могу с ними устроить встречу. Не бойся — тебя не убьют. А может, будут рады.

— Чему?

— Машину ты отобрал у других бандитов. Возможно конкурентов. Ну как? Согласен?

Поскольку мне ничего другого не оставалось делать я кивнул. Рик глотнул пива и отправился звонить по телефону. Отсутствовал он минут пять.

— Договорился. Сейчас допью и поедем. Они будут ждать.

Петляя по узким улочкам портового района мы, наконец, добрались до места. Если бы не Рик, я бы точно здесь заблудился. Я заглушил двигатель. В свете фар появилась фигура человека.

— Это он, — сказал Рик, — нужно выйти.

Я кивнул. Мы вышли из машины и направились навстречу. Вблизи это оказался спортивного телосложения мужчина средних лет, одетый в темный облегающий костюм.

— Кого ты привел, Рик?

— Привет Тедди. Ты же знаешь, просто так я к тебе не обращаюсь. Это Алекс, он спас мне жизнь. Ему нужна помощь.

Незнакомец подошел ближе и принялся изучать меня взглядом.

— Почему я должен помогать тебе?

— Не знаю. Но мне нужно избавиться от машины. И от того, кто внутри.

— Он обезвредил чувака из какой-то банды и спер его автомобиль, — пояснил Рик, — я подумал, а вдруг это ваши конкуренты, Тедди?

Взгляд гангстера изменился. Теперь он смотрел на меня с нескрываемым интересом.

— Сейчас посмотрим, — сказал он и направился к машине.

Обойдя автомобиль, Тедди цокнул языком и спросил:

— Да, вижу ты парень не промах. Нам такая техника пригодится. А этот, внутри, живой?

Я пожал плечами:

— Стонал один раз. А потом замолчал. Может, умер?

Тедди открыл заднюю дверь и хмыкнул:

— Живой! Просто притворяется. А ну вылезай, мразь!

— Не могу, я связан. Отпустите и вам гарантируют жизнь. А этого полудурка я заберу с собой.

Видимо, он имел в виду меня. Тедди снова усмехнулся, достал нож и перерезал веревку на ногах.

— Вылезай! Посмотрим, кто ты такой.

Сухощавый выкарабкался из машины и уставился на широкоплечего. Видимо, он считал себя главнее, потому что в его взгляде не было ни намека на страх. И сильно удивился, когда понял, что отпускать его не собираются.

— Алекс, говоришь? Подойди сюда. Можешь называть меня Тед. Где ты откопал его?

Я пожал протянутую руку и вкратце рассказал историю моего побега из пригорода.

— А ты молодец! — впервые улыбнулся Тедди. — Смелый. Не каждый на такое способен. Думаю, мы поможем тебе.

— Вы не понимаете! — вскричал сухощавый. — Немедленно освободите меня и останетесь живы! Вам же хуже будет. Меня уже ищут.

— Заткнись! — попросил его Тед и для пущей убедительности зарядил ему под дых.

Тот, согнувшись пополам, и правда замолчал. Мурлыча под нос что-то веселое, Тедди продолжил осмотр автомобиля и забрался на водительское место. Настроение его резко поменялось — это уже был не весельчак, а серьезный и задумчивый человек. Осмотрев приборную панель, он вылез из машины и громко свистнул. Из темноты вышли четверо.

— Этого тощего, в кожаном пиджаке, тащите в холодильник. Я потом с ним поговорю.

Бандюганы не говоря ни слова потащили моего пленника. Тедди повернулся ко мне и сказал:

— Это не гангстер. Он не состоит ни в одной банде или шайке. Тем не менее, это наш враг.

— А кто он такой? — спросил я.

— Расскажу, если пойдёшь с нами. За себя можешь не бояться — мы ценим тех, кто оказал нам услугу. А ты сделал это.

— Я согласен.

Тед окликнул стоящего поодаль Рика:

— Подойди!

Расспросив подробно о нападении, он сказал:

— Шайка Сирро, говоришь. Ладно, мы разберемся с ними. Сегодня же. Можешь перекантоваться здесь. Утром спокойно иди домой. А мы с Алексом побеседуем. Нам есть, о чем поговорить. И Прего нужно поставить в известность.

— Прего? — переспросил я.

— Да. Это наш главный. А что тебя так заинтересовало?

— Нападавшие на Рика приняли меня за члена вашего клана.

— Ну вот видишь? Сама судьба свела тебя с нами. Пойдем. Посидим в спокойной обстановке.

Как я понял, клан Прего занимал целый квартал в этом районе города. Здесь имелось несколько баров и магазинов, а также собственная станция техобслуживания автомобилей и гараж. Конфискованный мной автомобиль поставили в одном из боксов. Мы же с Тедом расположились в баре неподалеку за отдельным столиком. Сначала я без обиняков выложил свою историю. Умолчав, правда, о том, что прилетел с другой планеты. Моя версия была немного проще: меня ограбили и раздели. И почему-то одна девица мне помогла.

— Марго, говоришь, — задумался Тед, — не встречал женщин с таким именем. Ладно, вижу, что рассказал всё. Я чувствую, когда меня начинают водить за нос. Видно, сильно ты запал на неё, раз решился на угон бандитской машины. Я прав?

— Честно говоря, да. Но ещё больше меня злило, что я не могу просто так выехать из пригорода. А она запросто. Во что бы то ни стало мне захотелось её найти. А тут этот придурок в кожаном. Приехал к нам на мойку и начал выделываться. Я и не выдержал. А потом всё как-то само произошло.

Я развел руками.

— Молодец, что умеешь за себя постоять. И благодарю за спасение Рика. Жаль, если бы его убили. Ну ладно. Знаешь, почему я тебя позвал? Вообще-то к нам просто так не попадают. Как я уже говорил, подонок, которого ты повязал, не принадлежит ни к какому клану. Он вообще не из бандитов.

Я вопросительно посмотрел на собеседника.

— Давно это было, — начал Тед и плеснул нам в бокалы, — выпьем.

Выдохнув и крякнув, он продолжил:

— В Ней-Чедо исторически так сложилось. Некоторые районы поделили между кланами. Такими как наш. Были ещё мелкие шайки, но с ними разговор короткий. Не умеют себя вести — милости просим к Создателю. Так и жили. Каждый из кланов занимался своим делом и не мешал другим. Пока однажды не появились они. Выглядели будто члены какой-то группировки, но вели себя по-другому. Занимались неизвестно чем, потом стали устанавливать собственные порядки и мешать нам. С тех пор у нас с ними война. И вот являешься ты и притаскиваешь одного из них. Между прочим, первый случай, когда кого-то из этих взяли в плен.

Тед замолчал.

— А почему ты решил, что он не из какого-нибудь клана? — спросил я.

— Из-за машины. Внешне — это обычный бандитский джип «Ураган-2». Но как только я заглянул внутрь мне стало понятно, с чем мы столкнулись. Дело в том, что у них очень продвинутые технологии. Как будто вообще не из нашего мира.

Я превратился в слух.

— Чтобы достичь такого уровня нам нужно лет пятьдесят, если не больше, — вздохнул Тедди, — тебя разве это не удивило?

— Я же впервые в такой машине. До этого даже близко не подходил. Подумал просто, что у всех гангстеров так и должно быть. Кресло удивило — оно сразу принялось подстраиваться под мое тело. Но я решил, что у вас это в порядке вещей.

— Нет, Алекс. Поэтому ты теперь с нами. За машину Прего тебя щедро вознаградит. А вот с этим тщедушным я лично поговорю. Обещаю, мы вытянем из него всё, что он знает.

Мы посидели ещё немного. Затем, словно спохватившись, Тед резко поднялся.

— Здесь есть ночлежка. На самом деле неплохой отель, но мы так его называем. Это соседнее здание. Тебя встретят и определят в номер. Можешь отдыхать. Утром за тобой заедут.

— Кто?

— Я. Короче — до завтра. А у меня ещё много дел. Рад, что ты в нашем клане. Хотя было подозрение, что переодетый скнофф.

— Не могу я им быть по определению, — устало возразил я.

— Почему?

Пришлось вкратце повторить свой рассказ Тедди. Надо сказать, что я снова произвел впечатление. Мне показалось, что он удивился моей осведомленностью о скноффах больше, чем поимкой таинственного гангстера.

— Ну ты даешь! — присвистнул Тед. — Расскажешь завтра об этом Прего.

Я кивнул и отправился на ночлег. День получился насыщенным и единственным моим желанием сейчас было свалиться и заснуть мертвецким сном.

Глава 9

До утра я проспал без сновидений и чувствовал себя отдохнувшим. Вчера я настолько устал, что толком не осмотрел номер, в который меня поселили. Тед не соврал — это действительно был неплохой отель. В комнате имелась кровать, стол и два кресла. В прихожей обнаружился шкаф для одежды и дверь, ведущая в санузел. Я привел себя в порядок и принялся ждать Тедди. Но вместо него появился коридорный с подносом: он принес кофейник, чашку, сахарницу и тарелку с поджаренным хлебом.

— Велено доставить вам завтрак. Правда у нас разносолов нет. Чем богаты, как говорится. Но кофе хороший. Гарантирую. Вот вам утренняя газета — отличное чтение за завтраком.

— Спасибо, подойдет. К тому же ко мне скоро придут.

Я ошибался. Прошел час, но никто не появился. Успокоив себя тем, что Тедди мог быть занят, я пил кофе и просматривал прессу.

«Поджаренный хлеб тоже очень кстати», — отметил я.

Позавтракав, я улегся на кровать и погрузился в раздумья. Ситуация, в которой я оказался была не такой уж и плохой. У меня имелся кров, еда и вроде как поддержка гангстерского клана.

«По крайней мере полиция не нагрянет и не выселят обратно в пригород».

Но чем больше я маялся в ожидании Тедди, тем мрачнее становились мысли:

«Либо что-то случилось, либо Прего не желает со мной иметь дело».

Если так, то нужно действовать самому.

«Да чтоб их всех! Как я смогу выбраться из этого района? А ведь мне необходимо попасть в центр города. Раздери меня пополам»!

Чем больше я размышлял, тем мрачнее вырисовывалась ситуация. Не так-то просто выбраться в центр. Может там тоже пропускная система. А я даже этого не знал. Машины у меня нет, денег мало. Знакомых, кроме Тедди и Рика я никого в этой части города не знал.

«А вдруг я пленник»?

От этой мысли на лбу выступил холодный пот. Я подошел к двери и выглянул наружу. Никого. Тогда я вышел из номера и спустившись вниз увидел коридорного.

— Решили прогуляться? — спросил он. — Как кофе?

— Отличный, спасибо. Хочу размять кости, пока все заняты. Я буду неподалеку, если кто спросит.

— Хорошо.

На улице было солнечно и тепло. Я прошелся около здания и заглянул во двор. Двое незнакомцев копошились возле машины. Никто не обратил на меня внимания.

«Значит я не пленник», — решил я.

Хотелось узнать где Тед. Но у кого спросить? По моим расчетам я торчал в отеле почти три часа. Неизвестность пугала больше, чем опасность, которая, быть может, мне грозила.

— Алекс! — окликнул меня кто-то.

Я вздрогнул и обернулся. В дверях соседнего дома стоял Тедди.

— Подойди.

Выдохнув, я подошел и поздоровался.

— Знаю, что заставил тебя нервничать, — сказал Тед, — но тут такие дела, что было не до мелочей. Пойдем, провожу тебя к боссу.

Внутри здание выглядело роскошно. Видимо, скромный фасад был своего рода маскировкой. Апартаменты Прего находились на втором этаже. Главарем клана оказался импозантный мужчина преклонного возраста, одетый в аккуратный строгий черный костюм. Воротничок белоснежной рубашки украшал галстук-бабочка. При этом босс выглядел свежо и подтянуто — в его фигуре не было ни грамма лишнего. Просто не человек, а эталон. Он восседал за массивным столом, на котором кроме золотого чернильного прибора ничего не было.

— Вы и есть Алекс? — спросил он меня и не дождавшись ответа продолжил: — Я так вас и представлял. Присаживайтесь. Есть разговор. Тед, будьте добры, оставьте нас одних.

Меня удивили манеры Прего и его хорошо поставленная культурная речь.

— Сигары, трубку? Нет? Отлично. Курение вредно. Тед вкратце рассказал о ваших похождениях и это меня впечатлило. Но я хотел бы слышать всё из ваших уст.

— Хорошо.

Я слово в слово повторил свой рассказ. Прего слушал внимательно и иногда прерывал меня, чтобы задать кое-какие уточняющие вопросы. Когда я закончил, он некоторое время думал, уставившись в окно, а потом спросил:

— Что вы умеете, Алекс?

— ??? — я даже не нашелся что ответить.

— Да, да. Тут же больше никого нет. О себе я знаю всё. Хочу узнать о вас, кроме того, что вы можете за себя постоять. Стрелять умеете?

— Честно говоря никогда не пробовал, — ответил я, краснея, как провинившийся школьник.

— Хм, это плохо. Что я ещё не знаю?

— До переезда в Ней-Чедо некоторое время работал лекарем, — соврал я, надеясь, что смогу чем-то помочь в медицине.

— О! Это уже лучше. Может пригодится. А вот как вы встретились со скноффом?

Я повторил сказанное ранее Теду.

— То есть, по-вашему они безвредны?

— Думаю, да. В силу своих особенностей они не могут пользоваться транспортом и оружием. Так мне объяснили. Кто-то, наверное, специально раздул вокруг них такие слухи. Кстати, они называют себя спайты.

— Если и распустили слухи, то очень давно, — задумчиво произнес Прего, — спайты, говоришь? Тебя спас один из них, когда случилась перестрелка?

Я кивнул.

— Мы навели справки. Никто из известных нам кланов давно не появлялись в пригороде. Что там делать? Скорее всего это были соратники того, кого ты взял в плен и привез к нам. Но что они искали?

— Понятия не имею.

— Естественно. Вы, Алекс, ещё не знаете кого вы взяли в плен. Мы обсуждали это всё утро. И всё же я решил, что вам стоит его увидеть. А после я выслушаю ваше мнение. Тедди проводит вас.

Прего нажал невидимую кнопку на столе и где-то вдали звякнул колокольчик. Открылись двери и в комнату вошел мой старый знакомый.

— Покажите ему.

Мы не вышли из здания, а просто спустились под землю. Прошли несколько коридоров и залов и оказались в помещении, которое очень походило на морг. И здесь было холодно. На высоких носилках лежало тело, укрытое простыней.

— Это мой пленник? — догадался я.

— Да. Не выдержал допроса, — Тед посмотрел на меня, — не подумай, что мы изверги. Его допрашивали, но особо не пытали. Потом Саймо не выдержал и двинул ему в челюсть. После чего он откинулся. А вообще-то он крепкий. Но лучше посмотри на него.

Тедди сбросил простынь и я уставился на странное существо. Определенно это был человек. Но вот…. Я всматривался в черты лица и с трудом узнавал своего пленника. Похож, но высокий лоб и абсолютно безволосая почти квадратная голова делали его неузнаваемым. А вместо привычных ушей круглые отверстия, обрамленные тоненькими подобиями раковин и малюсенькими мочками. Потом я понял.

«Это же окунг»!

Окунги жили на одной из планет системы Ландра. Это были потомки переселенцев с Ахернара — обычные люди. В силу каких-то природных явлений на их планете, подверглись небольшим мутациям. То ли что-то там со звуковыми волнами, то ли с радиацией, но через несколько поколений они стали выглядеть так. В остальном они были такими же людьми, как и все. Откуда я это знал? Естественно в академии нам рассказывали о некоторых особенностях инопланетян.

«Вспомнил»!

Имелась у окунгов одна особенность: самым чувствительным местом у них был подбородок. Или вся нижняя челюсть. Возможно таков результат произошедших с ними мутаций. Оттого я так ловко его вырубил. А Саймо наверняка крепче меня. И от его удара окунг сразу умер. Всё сходится.

— Что, молчишь? — спросил Тедди. — Понятное дело. Я тоже обалдел поначалу. А знаешь, как все произошло?

— Как?

— Сперва он начал врать и выкручиваться, впрочем, все так начинают. Потом мне надоело, и я решил оторвать ему ухо. Знаешь, Алекс, после такой процедуры люди сразу обретают память и становятся разговорчивыми. Ну вот, я резко схватил его за ухо, и оно осталось у меня в руках. А гад даже не дрогнул. Не заметил. Потому что ухо бутафорное. Это своего рода маскировка. И парик на голове тоже. Ну, после того, как это всё отлепили, получился такой красавец. Интересно, откуда он? Ты подобное когда-нибудь видел?

— Никогда! — покачал я головой.

— Вот и я тоже. Саймо так вообще в бар пошел. Напьюсь, говорит, до потери пульса.

Мы помолчали, а потом я спросил:

— А вдруг они все такие? Ну эти, про которых ты мне рассказывал. Технологии, говоришь, у них.

— В правильном направлении мыслишь, Алекс. Босс также думает. И ещё он твердо уверен, что этот и его дружки явились сюда с другой планеты.

Я вытаращил глаза.

— Что удивляешься? Ведь всем известно, что наши предки появились здесь из других миров. Так и заселялась наша планета.

Тедди вздохнул.

— Тем не менее, мы много из него вытянули, — продолжил он, — зовут его Зимелион Грот. Как тебе имечко, а? Их группировка расположена в центре Ней-Чедо. Адрес нам известен. Они в контрах с некими сталкерами, других якобы не трогают. Ага, не трогают!

Плюнув для пущей убедительности себе под ноги, Тед продолжил:

— Что хотят, то и делают! Законы наши не уважают. Но это я так, к слову. Много он чего наговорил, но в основном пытался пригрозить и пугал, что его ищут. А нам потом несдобровать. Ну и двинул ему Саймо.

Монотонный звонок прервал его. Оказывается, в углу помещения имелся черный телефонный аппарат. Я его сразу и не заметил. Тедди снял трубку, кивнул и сказал:

— Хорошо.

Потом он обратился ко мне.

— Прего сказал, что ты занимался медициной. Вот тебе задание: обследуй этого Зимелиона, проведи вскрытие и расскажешь потом, что ты узнал интересного.

— Ладно. Инструмент есть?

Тедди пнул ногой в стену. Открылся потайной стенной шкаф, в котором было полно инструментов. Взглянув на них, я догадался, что в основном их использовали для пыток.

— Отлично, я готов.

Мне был выдан видавший виды халат, и я принялся за работу. На вскрытиях я присутствовал не раз и представлял, как это делается. Но никогда не занимался описанием процедуры. Поэтому работал для вида, а все знания об окунгах были у меня в голове.

— Мышечная ткань, кости, брюшная полость соответствует таковым у людей. Сердце в правильном месте, легких два, в общем всё в норме.

Поработав еще немного, я закончил и вкратце рассказал Тедди о своих «наблюдениях», почерпнутых когда-то из медицинских энциклопедий.

— Молодец! Снимай халат, мой руки и пойдем доложим обо всем Прего.

Глава 10

Мы лежали в засаде около двух часов. Время текло очень медленно. Порой мне казалось, что секундная стрелка на моих часах специально движется не так, как обычно. В здании, в которое мы собирались проникнуть, постепенно гасли окна. Служащие четырех нижних этажей покидали место работы. Но нас интересовала верхняя часть здания. Мы выяснили, что окунги арендовали все этажи начиная с пятого. И тщательно охраняли пространство вокруг. Поэтому незаметно проникли на территорию и затаились в заранее подготовленном месте — под сложенными в кучу строительными лесами. От неподвижности у меня затекли ноги, и я слегка пошевелился, чтобы хоть немного поменять позу.

— Тише ты! — зашипела Марго. — Они вот-вот начнут обход.

В ответ я улыбнулся и притворился мертвым. Чтобы убить время я прокрутил в голове последние события. Да, я нашел её — девушку, спасшую меня в пригороде Ней-Чедо. И в которую, как оказалось, я был влюблен. Не знаю, испытывала ли она что-нибудь подобное ко мне. Вообще-то я этим не интересовался — боялся услышать отказ. Пусть уж лучше всё остаётся так, как есть. Пока меня это устраивало. Конечно, чтобы вот так быть с ней в одной команде и тесно сотрудничать прошло немало времени. Началось всё с того самого дня, когда мы с Тедди предстали перед очами Прего и я выложил свои «наблюдения» относительно мертвого пленника. Глава клана проявил нескрываемый интерес к моим словам. К тому же он окончательно уверился в том, что группировка, к которой принадлежал Зимелион Грот, состояла сплошь из инопланетян.

— Ты оправдал мои ожидания Алекс, — сказал Прего, — впервые за многие годы мы получили столько информации о наших врагах. Теперь мы в состоянии показать им, что не только они сила. Нам известно их логово и их слабые места. Думаю, недели на подготовку нам хватит.

Глава распорядился выдать мне вознаграждение за автомобиль и за пленника в размере двух тысяч реалов. Я подозревал, что машина окунгов стоит гораздо больше, но был благодарен и этой сумме. Кроме того, мне презентовали видавший виды, но вполне надежный гангстерский транспорт и личное оружие. Рассматривая мощный пистолет незнакомой конструкции, я поймал себя на мысли, что не имею понятия, как им пользоваться. Выручил Тедди. Он притащил мне целую коробку патронов и ухмыльнулся.

— Прего сказал, что ты стрелять не умеешь! — произнес он таким тоном, будто констатировал постыдный факт.

— Это правда, — кивнул я, — представь себе, что мне ни разу не приходилось кого-нибудь убивать.

— Ладно, ладно. Не кипятись, — миролюбиво ответил Тед, — шеф приказал научить тебя. Бери пистолет и пойдем в тир.

— А патроны?

— Оставь себе. У нас этого добра предостаточно.

Тир располагался в подвале одного из домов. В общем, за неделю я научился сносно владеть оружием. Сперва было страшно, но потом я привык. Кстати сказать, в «молоко» я попал всего один раз. Когда сделал первый выстрел. Тедди тогда расхохотался, а потом объяснял мне, как правильно прицеливаться. В последующие разы я стрелял гораздо лучше и надо мной уже не смеялись. Всё-таки не зря в академии я числился чемпионом по дартсу. Меткости мне было не занимать. Главное привыкнуть к пистолету и научиться с ним обращаться. К концу недели я освоился и заслужил одобрения. Теперь все члены клана Прего обращались со мной как с равным.

А дальше события понеслись как в ускоренной голограмме. Всё смешалось — совещания у шефа, полный сбор самых активных членов клана, изучение карты центра города и повторение нужных мест и улиц на память, клацанье оружия, проверка машин и многое другое. Наконец, Прего отдал приказ и клан, на тридцати автомобилях, направился в центральную часть Ней-Чедо. Я ехал на собственном джипе за рулем. Со мной ещё трое головорезов с оружием — в отличие от меня, они уже бывали в центре. Я же во все глаза смотрел на вновь изменившийся город. Как пригород отличался от средней части, так и центр не походил на другие районы. Здесь была цивилизация в полном смысле этого слова. Правда, городской транспорт особо не изменился — всё также пестрели яркими красками легковые автомобили и прочая техника. Я даже заметил такси — характерной сине-белой окраски юркие машины. Дороги были широкими и удобными для проезда, а уносящиеся здания сооружались с намеком на красоту и стиль. Все мы знали, что окунги занимали целый квартал недалеко от главной городской площади. Как раз примерно в том месте находилась заклепка на моей карте-ножнах. Я в тайне планировал туда добраться, но нужно сначала решить вопрос с окунгами. Дома в центре стояли вплотную друг к другу, представляя собой стену разной высоты. Внизу, как правило, располагались всевозможные магазины, кафе, рестораны и увеселительные заведения. Но всё это являлось своего рода ширмой. Внутреннее пространство квартала окунги перекроили так, как им было удобно.

— У них в голове должен быть полный бардак! — в сердцах воскликнул Тедди, увидев беспорядочное нагромождение зданий, назначение которых нормальный человек понять был не в состоянии.

Мы перекрыли все переулки, ведущие внутрь этой странной резервации. Окунгам понадобилось немного времени, чтобы осознать вторжение. Завязалась перестрелка, в результате которой инопланетяне потеряли многих своих. С нашей стороны потерь пока не было. В душе я уже успел порадоваться, что всё так хорошо кончается. Но я поторопился. Окунги выкатили три бронированных автомобиля и, набирая скорость, ринулись к одному из выходов, попутно паля из разного оружия.

— Алекс! — заорал Тедди. — Давай туда! Саймо с ребятами не справятся.

Я развернул свой джип и понесся на подмогу. Дорога была каждая секунда. Я видел, что это переулок самый широкий — легко можно проскочить. Что окунги и собирались сделать. Едва мы подъехали, как парни повыпрыгивали из машины и заняли позиции. Заглушив двигатель, я последовал их примеру, но замер на полпути. Оказалось, что у Саймо уже было подкрепление. Но не наши парни. Кто-то на обычных машинах остановился неподалеку и присоединился к бою. Зачиркали, засвистели пули, и я упал как подкошенный возле какого-то ящика.

«Зато позиция хорошая», — подумал я и мельком взглянул на лежащего рядом.

Этот человек не был членом клана — он безостановочно лупил по окунгам из крупнокалиберной винтовки. Приглядевшись, я понял, что это женщина. На ней был надет черный комбинезон, очень похожий на армейский. В этот момент она повернула голову и меня чуть не парализовало.

— Марго! — вскрикнул я. — Неужели это ты?

— Какого хрена… Алекс? Ты что тут делаешь?

— Воюю с окунгами. А ты зачем здесь?

Она хотела ответить, но в этот момент рядом ухнул взрыв. Инстинктивно мы вжались в землю. Когда звон в ушах пропал я приподнял голову.

— Ты живой?

— Кажется, да.

Несколько наших парней остались лежать без движения. В переулке показалась бронированная морда автомобиля. Марго принялась лихорадочно перезаряжать винтовку.

— Стреляй по колесам! — заорала она на меня.

Я прицелился и со второго раза попал. Колесо лопнуло — видимо окунги перестарались, когда накачивали. Однако джип продолжил движение. В этот момент ружьё девушки долбануло со страшным грохотом.

«Чем она его зарядила»?

Вражеская машина вспыхнула ярким пламенем. Это было прямое попадание.

— Бронебойный, — пояснила Марго, когда шум от взрыва немного утих.

В общем, бой продолжался ещё пару часов. Меня удивило, что городские власти никак на это не отреагировали. Не было ни полицейских, ни других служб. Видимо, с окунгами никто связываться не хотел.

Когда выстрелы стихли мы направились в переулок. Вражеские броневики стояли охваченные огнем. Тут и там валялись тела окунгов и наших парней. Среди убитых я узнал Саймо. Я посмотрел на Марго.

«Она молодец, — подумал я, — держится».

Несколько человек, одетых в черные комбинезоны, были убиты. Видимо её коллеги. Марго не подавая виду, направилась на внутреннюю территорию окунгов. Бой стих. В центре беспорядочного нагромождения построек взвился белый флаг.

— Сдаются сволочи! — прокомментировал появившийся откуда-то Тедди.

Появились парламентеры с поднятыми руками. К ним направился Прего со своими телохранителями. Мы стояли поодаль и наблюдали.

— Мы ни на что не претендуем! — донеслось до моих ушей. — Примем все ваши требования.

Прего стал что-то втолковывать, загибая пальцы.

— Устраивает? — донесся его вопрос.

— Да. Мы не хотим мешать кланам. У нас только один враг!

— И кто же? — вопросил Прего.

— Она! — окунг-парламентер указал рукой на Марго. — И другие сталкеры!

Прего повернулся и внимательно посмотрел на девушку.

— Это ваши разборки. Мы к этому отношения не имеем. Думаю, мы договорились.

Не став пожимать руки окунгам, шеф развернулся и пошел к машине. Я понял, что сейчас будет отдан приказ возвращаться.

Догнав Прего, я обратился к нему:

— Они сражались. Девушка и её парни подбили броневики. Если бы не их помощь, нам пришлось бы туго. И жертв с нашей стороны было бы больше.

— Что ты предлагаешь, Алекс? Бросить всё и помогать им? Что у них за дела с окунгами?

Я махнул рукой Марго, и она подошла. Прего повторил последний вопрос.

— У нас научный интерес, — ответила девушка, ­— эти твари похитили важную технологию.

— Меня это не интересует, — помолчав, ответил Прего, — но я должен отблагодарить вас за помощь. Вопрос в том, как это сделать?

— Есть идея, — сказал я, — вы отправляйтесь, а я останусь с ними. В качестве компенсации.

В общем, шеф согласился. По настоянию Марго, я вернул подаренную машину. Девушка сказала, что гангстерский автомобиль нам не нужен. Мы отправились в другой район центра. Небольшой, но уютный отель служил сталкерам временным прибежищем.

— Так как вы называетесь? — спросил я по дороге.

— Ты слышал.

— Да, — кивнул я, — но ещё я знаю кое-что другое. Искатели.

Марго ударила по тормозам. Затем, внимательно на меня посмотрев, спросила:

— Негласно мы себя так и зовем. Откуда ты знаешь?

Я рассказал. Меня приняли в общество искателей и теперь я вместе с Марго выполняю важное задание.

***

— Ты не заснул? — прошептала девушка.

— Нет. Задумался просто.

— Будь внимателен. Сейчас обойдут территорию и покинут здание. Затем наш выход. Готов?

Я кивнул. С ней я готов на всё.

Глава 11

Мой отец частенько в сердцах любил повторять:

«Дурак ты, Саша, дураком и помрешь».

Потом я не раз убеждался, что родитель был не так уж далек от истины. Был бы я умным, вообще не попал бы на эти странные планеты. Да, да! Именно так! Марго и её соратники объяснили мне суть вещей. Ведь я, начитавшись в детстве фантастики, находился в полной уверенности, что переношусь в параллельные миры.

— Их не бывает! — заверила меня Марго. — Или мы ещё не достигли такого уровня развития, чтобы понимать другие измерения.

— А как объяснить моё мгновенное перемещение в этот мир? — спросил я.

— Всё просто, Алекс, — ответил мне Рэм, — и сложно одновременно. Это на самом деле другая планета.

Рэм был кем-то вроде руководителя команды искателей.

— Ты приземлился в пустыне, так? Это планета номер один. Потом оказался в мире где почти всегда зима. Это вторая. Теперь ты здесь. На третьей планете, Алекс! Понимаешь?

Я подумал немного и помотал головой:

— Нет.

— Я сама еле это осознала. Первым додумался Рэм. Он давно уже изучает феномен МП.

Мы сидели в номере Марго. Там имелась небольшая гостиная с диванами и столиком, который сейчас был накрыт белоснежной скатертью и заставлен разными блюдами.

— Кстати ужин за счет отеля, — добавила Марго, — не знаю, с чего они так расщедрились.

— Слухи о боях в квартале окунгов разошлись с поразительной быстротой, — заметил Рэм, — наверное это вместо благодарности.

— Отлично! — кивнула девушка. — Здесь всё вкусно. Предлагаю поужинать.

Некоторое время мы были заняты едой. Затем разговор возобновился. Вернее, я задал вопрос:

— Что такое МП?

— Мгновенное перемещение, — ответил Рэм и плеснул нам в бокалы вино, — постараюсь изложить свою версию. В общем, один гений решил проблему мгновенного перемещения в пространстве. Наверное, он ученый. Честно говоря, мы не знаем, что это за человек.

Сделав глоток, Рэм продолжил:

— Вдали от общегалактических трасс он нашел планету, заселенную когда-то переселенцами из первой экспансии. Может быть он хотел, чтобы научное сообщество не вмешивалось в его опыты. Или боялся собственного провала. Как бы то ни было, ему удалось совершить невозможное. Он смог связать планету пространственными тоннелями с другими мирами. Казалось бы — решена задача! Но что-то произошло. Вместо того, чтобы поделиться открытием с человечеством, и сказочно разбогатеть, ученый сделал ключи, активировав которые, можно оказаться в другом мире. По своей прихоти он назвал их картами. У него, по всей видимости был помощник, который пытался воззвать к голосу разума. И за это был сослан на пустынную планету. На которую ты, Алекс, умудрился приземлиться.

— Там мне попался двенадцатилетний пацан, — сказал я, — и объявил, что он дорожных дел мастер. Велел искать карту.

— Да, — кивнул Рэм, — мы столкнулись с этим. Думаю, это такая фишка. Каждый новый мир — это как бы дорога или путь, который нужно пройти. Своего рода судьба. Вот ты попал на планету, где всегда зима. Что ты делал?

— Я? Жил… адаптировался к провинциальному образу жизни. Помогал местным в заготовке дров. Много чего делал.

— Вот! Подтверждение моей гипотезы. Ученый возомнил себя неким творцом, наблюдающим за судьбами людей. Он разбросал карты на которых была начертана схема пути. Если ей следовать, то попадешь дальше. Вот ты и оказался здесь. Куда тебя привела дорога-путь?

— К вам. И я рад этому. Рад, что встретил Марго.

Девушка улыбнулась и чуть покраснела. А может это от выпитого бокала.

— Вот так сюрприз, — сказала она, — но я рада, что ты вовремя на глаза попался. Не то сгноили бы тебя местные. Сразу ведь скноффом окрестили.

— Кстати о них, — вставил Рэм, — ты же понял, что скноффы, вернее спайты, безобидны? И слухи вокруг них ничем не обоснованы?

Я кивнул.

— Думаю, наш ученый неспроста выбрал именно эту планету. Он знал о спайтах. Работал с ними и понял суть их перемещений. Скорее всего они используют процессы интеграции физики времени и гравитационных возмущений. Неосознанно, конечно. Я не физик, поэтому точно сказать не могу. Пусть их грамотные люди изучают. Но это потом. Сейчас у нас другая проблема.

— Окунги? — спросил я.

— Да, но сначала закончу про спайтов. Ученый боялся, что свойством этих удивительных людей могут заинтересоваться местные. Ведь и в этом мире есть светила науки. Поэтому запустил масштабную информационную войну. Результатом которой стало превращение спайтов в изгоев общества. Буквально низведение их на уровень касты неприкасаемых. И да, придумал им обидное прозвище. С тех пор их и стали называть скноффами.

Я пошевелил мозгами и спросил:

— Странно всё. Ведь чтобы так распространить слухи, нужно много времени. Я прав?

— Да, — согласилась Марго, — и это ещё одна загадка. Возможно, наш гипотетический ученый владеет технологией темпорального перемещения.

— Машина времени? — вытаращил я глаза.

— Кто знает? По-другому не объяснить, — глубокомысленно произнес Рэм.

— А почему гипотетический? — спросил было я и тут же сам ответил: — А, понял. Может это не один человек. Или вообще не гуманоид.

— Совершенно верно, Алекс, — кивнула девушка, — а вот ты сам. Что собираешься делать?

Я честно рассказал, что первым делом хотел найти Марго и во всем разобраться, а потом планировал дойти до места, обозначенного на моей карте. Поведал о своих злоключениях, о том, как меня не пропустил патруль, как познакомился со спайтами и как успокоил одного окунга и на его машине попал в другую часть города. Рассказал о знакомстве с кланом Прего, о том, как оказался в центре города и встретил Марго.

— Вот теперь я здесь, — закончил я свой монолог.

— И что дальше? — повторила вопрос девушка.

— Я не знаю, что там, — пожал я плечами, — честно говоря, боюсь активировать карту, когда доберусь до нужного места. Где я окажусь? В каком мире? Поэтому, думается мне, если решить загадку этих планет, я смогу отсюда выбраться. Наверное.

— Бинго! — сказал Рэм и поднял бокал. — Нам очень нужен ещё один человек. Нас было пятеро. До боя с окунгами — четверо. Ты видел погибших. Боюсь, вдвоем мы не справимся.

— Поможешь, Алекс? — спросила Марго. — Я обещаю, что, когда всё закончится, мы найдем твой корабль и ты отправишься туда, куда захочешь.

Конечно же я согласился. Вместе всё-таки веселей. Полагаться на самого себя мне уже порядком надоело.

— Вот и хорошо! — Рэм вытащил из внутреннего кармана сложенную вчетверо карту. — Определим задачи на ближайшее будущее.

Это был качественный картографический материал — точный топоплан города, совершенно непохожий на поделие местных типографий. Явно, печатали его в другом месте. Рэм указал наше местоположение.

— Мы здесь, а вот тут находится штаб-квартира некоего филиала автозавода Муссон. Я навел справки и точно знаю, что завод не имеет никаких подразделений в Ней-Чедо. Зато в здании полным-полно окунгов. И они тщательно охраняют территорию. С утра я пойду туда под видом инспектора пожарной безопасности. Попробую что-нибудь выяснить.

На том и порешили. Посидели ещё немного и разошлись по номерам. Сказался насыщенный день — едва я свалился на кровать, как тут же заснул. Впервые за последнее время отлично выспался и чувствовал себя прекрасно. Привел себя в порядок и стал было подумывать о том, что неплохо бы перекусить, как зазвонил телефон. Я снял трубку.

— Выспался? — это была Марго. — В общем, завтрак только в кафе. Это, напротив. Если есть желание — присоединяйся.

— Я готов. Буду через минуту.

Мы позавтракали, потом прогулялись до центральной площади. Марго показывала мне местные достопримечательности.

— Кстати, примерно за тем памятником находится точка отмеченная на твоей карте, — сказала она.

— Давай на всякий случай не пойдем в ту сторону. Вдруг я исчезну в другом мире?

— Она с собой?

— Да. Но доставать не буду.

Марго рассмеялась.

— Не надо, Алекс. Используешь её, когда придет время.

— Разве? Я ведь с вами хотел отсюда выбираться.

— Мало-ли, что может произойти, — серьезно ответила девушка.

— Слушай, Марго. Мне все время кажется, что ты изъясняешься какими-то загадками. Будто что-то не договариваешь. А когда я упомянул слово «искатели» ты явно напряглась.

— Не называй меня Марго. Это официальное имя. Не люблю его. Зови меня Рита.

— Рита, — повторил я, — так даже лучше.

— И ничего я не скрываю. Мы настолько привыкли никому здесь не доверять, что поневоле задергаешься, когда почти незнакомец называет кодовое имя нашей группы. Ида и Леон занимались изучением феномена спайтов. Встречались с ними. Рассказали о себе. Спайты безобидный народ, но тонко чувствующий эмоции людей. Врать им бессмысленно. Жаль, что ребята погибли. Они бы ещё много узнали интересного.

— Окунги?

— Да. Устроили нам засаду. Мы, хоть и числимся в отряде галактического спецназа, но против нескольких десятков вооруженных бандитов трудно остаться в живых.

— Ох ты. Слышал о спецназе, но никогда не сталкивался.

— Нарушил бы закон — столкнулся бы. Но мы состоим в отдельной исследовательской группе. Занимаемся выявлением незаконных воздействий на вселенную. Много всего происходит. То где-нибудь в космосе ядерный взрыв устроят, то займутся контрабандой ценных металлов на спутниках планет. Всякого хватает.

— Понятно. Если что, Рита, я без претензий. Спасибо, что рассказала.

— Пожалуйста, — улыбнулась она, — ого, как быстро время пролетело! Рэм, наверное, вернулся. Нам пора.

Глава 12

— Идут! — прошептала девушка.

На глазах у меня были спецназовские очки, которые позволяли видеть даже в кромешной тьме. Вообще, Рэм занялся моим снаряжением по максимуму: подобрал подходящий по размеру костюм, ботинки и форменную кепку.

Во дворе появились люди. Благодаря ночному зрению я отчетливо их различал. Вот один из них направился к нам. Так и есть — окунг собственной персоной. Он подошел к сваленным в кучу строительным лесам и остановился. Я замер, боясь ненароком пошевелить даже мизинцем, и затаил дыхание. Окунг постоял немного и, посветив напоследок фонариком, отправился дальше.

«Пронесло» — с облегчением подумал я.

Пришельцы завершили обход.

— Всё чисто! — доложил один из них своему начальнику.

— Хорошо, — последовал ответ, — закрываем дверь и на отдых. В этих условиях нормально не переночевать.

— Ты прав, Патарасан. Ничего нет лучше закрытого наглухо гамака. Как они спят на этих кроватях?

Вскоре последовал отчет о запертых дверях и самой надежной системе сигнализации. Окунги покинули территорию. Подождав ещё несколько минут, Рита тихонько произнесла:

— Похоже, ушли. Выбираемся и идем к дверям. Режим маскировки полный.

Я дотронулся до дужки очков и в левом верхнем углу поля зрения появилась информация состояния костюма.

«Боевой комбинезон космического спецназа», — не без гордости подумал я.

Проведя пальцем по оправе под левым стеклом очков, я перевел значение скрытности на максимум. Теперь обычные камеры видеть меня не будут. Впрочем, в инфракрасном диапазоне я тоже незаметен. Тепловое излучение от меня как от дерева.

«Хотя, нет. Дерево выглядит теплее».

Рита уже приложила небольшой датчик к дверному замку. Две секунды жужжания, потом тишина и громкий щелчок. Мгновение спустя мы были внутри.

— Хорошая отмычка, — прошептал я.

— Ерунда, — ответила Рита, — замок простой. Так, лифты вряд ли ночью работают, поэтому поднимаемся по лестнице. Нам на пятый.

Почти бегом мы домчались до нужного этажа. Пролет упирался в небольшую площадку с одной единственной дверью. Выше, видимо, поднимались другим способом.

— Еще одна чертова дверь! — Рита принялась колдовать над замком. — Этот посложнее будет. Надеюсь, мы справимся.

На этот раз дешифратор провозился чуть дольше, но одержал победу. С тихим щелчком дверь отворилась. Мы вошли внутрь. Я ожидал увидеть что угодно: фантастические механизмы, сверхмощную электронику, инопланетные технологии и даже толпу вооруженных андроидов. Но здесь не было ничего. Только огромное пустое пространство. Благодаря очкам я отлично видел противоположную всю в окнах стену и даже потолок на невообразимой высоте.

— Не поняла. Зачем охранять пустое здание?

— А снаружи не догадаешься. Выглядит обычно. Может, окунги приготовили его для чего-то?

— Возможно, Алекс, ты прав. Посмотри — здесь ещё есть выходы. И лифты.

— Что делать будем?

— Отсканирую, а потом Рэм поработает с трехмерной моделью. Может, что-нибудь надумает.

Рита достала маленький шарик и запустила механизм. Устройство поднялось в метре над полом, затем, коротко пискнув, исчезло в пустоте.

— Это долго? — спросил я.

— Нет. Быстро работает. Нескольких минут хватит.

— Предчувствие у меня нехорошее. Надо уходить.

— Заканчиваю, — Рита поймала подлетевший сканер и убрала его в карман, — ты прав, здесь нечего делать.

Но мы не успели. Вспыхнул свет. На дальней стене и по бокам открылось несколько дверных проемов, через которые вошли вооруженные окунги. Их было много.

«Нам крышка», — подумал я и посмотрел на девушку.

По её глазам я понял, что ситуация действительно патовая. Да здесь и спрятаться негде. Достанешь оружие и тебя тут же подстрелят.

— Я вас вытащу, — произнес чей-то голос за нашими спинами, — держитесь.

Оглянувшись, я увидел скноффа. Он протянул руки и повторил:

— Давайте, времени нет.

Мы ухватились за его руки, как утопающий хватается за соломину. И в тот же миг нас не стало. Мы оказались в знакомом для меня месте.

— Вот и всё, — сказал скнофф, — вы спасены.

— Мы в пригороде? — спросил я.

— Нет. Это пристанище спайтов. Недалеко от центра.

— Понятно. Однажды я уже был в таком. Потому и спросил. Я Алекс. Это Марго.

— Рад познакомиться. Меня зовут Лойз.

— Вы вовремя, — сказала Рита, — ещё немного и нам бы конец. Как вы там оказались?

— Я знал двух ваших. Ида и Леон были моими друзьями. Они интересовались сущностью спайтов. Мы часто общались. От них я узнал об охраняемой высотке. Ида считала, что это очень важно. После их гибели мы решили каждую ночь проверять здание. Окунгов мы не любим. Они разрушители.

— Почему вы делаете такой вывод?

Лойз посмотрел на девушку с удивлением.

— Мы чувствуем, — ответил он, — что-то нехорошее происходит. До появления окунгов такого не было.

— Кэл мне тоже самое говорил. Он один из ваших.

— Вы знакомы? — снова удивился Лойз.

Я кивнул.

— Объяснить я не могу. Это похоже на чувство дискомфорта. Спайты считают, что весь мир в опасности. В доме, из которого я вас вытащил, огромное пустое помещение будто бы готовое для чего-то. Может, окунги хотят поставить там какие-нибудь машины.

— Или ждут гостей извне, — добавила Рита, — в таком месте можно что угодно соорудить. Я согласна. Затевается нечто нехорошее. Нужно срочно передать данные Рэму. Вы можете доставить нас ближе к отелю «Отдых»?

— Я знаю, где вы остановились. Предлагаю общаться проще. Перейдем на «ты».

— Я согласна.

— Тогда давайте руки! — улыбнулся Лойз.

Картинка сменилась и вот мы с Марго стоим у соседнего с отелем здания.

— Как они это делают? Я ничего не заметила.

— Я тоже.

Рэм выслушал Риту и покачал головой.

— Они хитрее, чем я думал. Очень рад, что вы живы. Сейчас займусь анализом данных сканера. Вы можете отдохнуть. К утру я сделаю отчет.

Когда я зашел в номер Рэма, Рита была уже там.

— Выспался? — спросила она.

— Да. А ты давно здесь?

— Нет, — рассмеялась девушка, — я только что пришла. Я, знаешь ли, тоже поспать люблю.

Рэм в это время развернул на стене голографический экран.

— Готовы? Я обработал все данные и вот что получил.

Появилось изображение помещения, из которого нас вытащил Лойз. Только теперь оно выглядело как будто при дневном свете. Отлично были видны стены, усиленные ребрами жесткости и потолок, глядя на который, я подумал, что он, скорее всего раздвижной.

— Сразу понятно, что это не обычное помещение. Стены укреплены, но при тщательном рассмотрении, — Рэм приблизил картинку, — можно разглядеть множество пазов и технологических углублений.

— Потолок, — сказал я, — мне кажется или он может раздвигаться?

— Ты прав, Алекс. Скорее всего складывается в «гармошку». Это совсем не простое здание. И предназначено для чего-то серьезного. И вот ещё.

Рэм повернул картинку и приблизил самый дальний угол.

— Вот тут, возле дверей. Лист металла. Видите?

— И что в нем особенного? — спросила Рита.

Рэм увеличил изображение настолько, что стали заметны металлические заклепки по периметру листа.

— Сканер показал результаты анализа сплава. Это железо и в Ней-Чедо такого не делают. Вероятно, оно с другой планеты.

— Думаешь, ответ там?

— Да, Рита. Придется туда отправиться.

— Но карта есть только у Алекса. Свою я ещё не раздобыла. Да и ты тоже. Одного его отправлять нельзя.

— Один из нас двоих остается в Ней-Чедо, другой идет с Алексом. Выбирай.

— Думаю, выбор очевиден. Я отправлюсь с ним, а ты Рэм продолжай наблюдение здесь. Ты согласен?

Последний вопрос был адресован моей персоне.

— С тобой хоть на край света, — ответил я.

— Шутник, тоже мне, — улыбнулась девушка, — но звучит приятно. Что мы знаем о том мире?

— Ничего, — развел руками Рэм, — но, если судить по листу железа — это мир технологий, где главенствует пар и уголь.

Глава 13

В этот раз я сознание не терял. Просто помутнело в голове ненадолго и всё. Видимо организм понемногу стал привыкать к межпространственным переходам. Повернувшись, чтобы подбодрить Риту, я остолбенел. Девушки не было. Меня окружал лес. Какой-то смутно знакомый. Стояла тишина, лишь редкие отдаленные крики птиц, да шуршание веток нарушали её. Я огляделся вокруг и стал впадать в отчаяние. Некоторое время я молчал, а потом со мной случилась истерика. Сколько времени я орал, ругался страшными словами, изрыгал на самого себя всевозможные проклятия — неизвестно. Наконец я выдохся, и, усевшись на поросший мхом пень, принялся думать. Что-то я опять сделал не так. И тут меня осенило.

«Ну зачем я достал эту чертову карту»? — возопил я про себя.

Последние события резанули память. В полном спецназовском облачении и во всеоружии, мы с Ритой отправились в центр Ней-Чедо к той самой точке, обозначенной на моей карте-ножнах.

— Я не знаю, что конкретно вы встретите на той планете, — напутствовал нас Рэм, — поэтому действуйте по обстоятельствам. Костюмы дадут вам защиту, но помните про технокодекс.

— Какой кодекс?

— В галактическом спецназе, Алекс, мы соблюдаем непреложные правила касаемо других планет. Если говорить кратко — не светим технологиями. Если в определенном мире в ходу огнестрельное оружие, как здесь, мы тоже пользуемся только им. Ну и так далее. Как и не используем другие достижения современной науки.

— А в реальности вы из чего стреляете?

— Тейкстром! — Рэм вытащил из кобуры штуковину, отдаленно напоминающую здоровенный пистолет. — Деструктор, поглощающий внутреннюю энергию разрушаемого предмета, вследствие чего тот распадается на элементарные частицы. Мощное оружие, от которого не просто спастись. У тебя в кобуре такой же. Но это на крайний случай. Вооружитесь местным арсеналом, если в этом будет необходимость.

И так. Я сижу на гнилом пне в глухом лесу, вооруженный суперсовременным текстромом. И на мне ультратехнологичный костюм галактического спецназа. Но как я здесь оказался? Ну конечно, исключительно по собственной глупости.

«Почему я такой идиот»? — горестно вздохнул я и снова погрузился в раздумья.

Мы подошли к точке, указанной на моей карте.

— Это здесь, — сказала Рита, — доставай.

Я вынул ножны и глянул на рисунок. Что сподвигло меня вытащить из них предыдущую карту — неизвестно. Просто решил посмотреть.

— Интересно, старую нужно вынимать или нет? — спросил я и очутился в лесу.

Безнадежность ситуации, в которой я оказался, возымела действие. Слезы полились из глаз. Порыдав какое-то время, я почувствовал облегчение и обрел способность трезво мыслить.

«Если это то, о чем я думаю, тогда Багульник недалеко», — сказал я себе.

Значит мне срочно нужно в деревню под названием Бродни. Именно оттуда я перенесся в Ней-Чедо. Главное до Багульника дойти. Но я совершенно не знал в какую сторону двигаться. В прошлый раз меня обнаружили Ефимко и Обрад и в бессознательном состоянии притащили в деревню.

«Давай, придурок, прекращай истерику и включай мозги».

Я принялся вспоминать окрестности Багульника и куда мы ходили за дровами. Дорога в Бродни, или как её называли местные — стогн, судя по моей карте шла вверх. Значит на север. Гнилая топь простиралась западнее. Светлая топь на востоке. Местность тамошнюю я более-менее помнил. А вокруг совершенно незнакомый лес. Пошевелив мозгами, я пришел к выводу, что на юг мы почему-то не ходили. Я вдруг вспомнил, что Обрад часто сюда наведывался за сухостоем. А потом с Ефимкой стал жить я, и чтобы не тратить время на сбор сухого валежника, мы ходили за нормальными дровами. Всё логично. А если это место южнее Багульника, то мне нужно идти на север, чтобы добраться до поселения.

«Но где чертов север»? — спросил я и вспомнил про мох.

Он должен расти с северной стороны. К моему удивлению, ближайшее дерево обросло мхом со всех сторон. Выругавшись, я обследовал другие деревья и определил направление своего пути.

«Если, конечно, я ничего не перепутал».

Но в этот раз я оказался прав. Приблизительно через полчаса лес поредел, а впереди угадывались очертания построек. Миновав небольшую поляну, я пришел в Багульник. Вот и дом Обрада, а чуть дальше живет Ефимко. Мой спаситель и кормилец копошился во дворе, а когда заметил меня, то от удивления вытаращил глаза.

— Санко? Ты что ли?

— Здравствуй, Ефимко! Это я.

— Стряслось что? Иль прогнали тебя?

— Нет, а почему ты спрашиваешь?

— Так ты вчера только ушел!

Настала моя очередь удивляться.

— Как вчера? Неужели?

— Точно, — кивнул Ефимко, — ты вокруг-то глянь! Лето только пришло! Третьего дня мы с тобой ягод насобирали. А вчера распрощались.

«Если это правда, то время здесь течет медленнее. В Ней-Чедо я порядком пробыл. А что это означает? Медлить мне нельзя ни минуты! Неизвестно, что за это время с Ритой произойдет».

— Что стряслось-то? — повторил вопрос Ефимко.

— Ничего. Нормально всё. Заплутал я малость, — врать и не краснеть я давно умел, — Ждан просил кусок лимонита* принести и указал где болото. А я заблудился.

— Да уж поплутал ты! А как там Ждан? Топор мой у него?

— Да. Обещался сюда наведаться.

— Ну что ж. И хорошо. Буду ждать. Ты, Санко, проголодался поди? Сколь по лесу ходишь. Идем в дом — у меня похлебка есть.

— Нет, спасибо. Я пойду.

— Куда? — Ефимко снова вытаращил глаза.

— Обратно в Бродни.

— С ума сошел? Ты бы отдохнул хоть. Да и куда на ночь глядя идти? Свернешь со стогна и пропал. Иль в топь гнилую попадешь.

— Не попаду. Мне очень надо. Я не заблужусь.

— Смотри, коли так. А что за одежда на тебе? Ладно лето хоть. Не замерзнешь. Неужто с разбойника какого?

— Что ты, Ефимко! Это за работу. Потом как-нибудь расскажу. Мне пора.

— Нужно сказать «не поминай лихом», — наставительно произнес Ефимко.

— Верно. Не поминай!

— Доброй дороги, — ответил старик и вздохнул.

Видимо решил, что живой я не доберусь. Я усмехнулся.

«В костюме галактического спецназа мне ничего не страшно», — подумал я и бодро зашагал к далекой темной ели.

В прошлый раз она служила мне ориентиром. А за ней должен быть огромный выворотень. Там уже и дорога.

Темнело быстро. Настолько, что я надел очки и активировал «ночное» зрение.

«Так гораздо лучше».

Некоторое время я брел в тишине. А потом послышались звуки. Сначала где-то вдалеке, затем ближе. Неожиданно рядом ухнул филин, да так, что я подскочил от страха. Сердце бешено забилось, а по телу побежали мурашки. Для успокоения я вытащил тейкстром. С таким оружием мне никто не страшен. Тем более я отлично видел вокруг. Вот уже и выворотень, а за ним и дорога. Я шагал посредине между едва заметными колеями, не забывая смотреть по сторонам. Мало ли какое зверье здесь бродит? Будто услышав мои мысли, кто-то неподалеку глухо зарычал. Тут же я покрылся холодным потом. К счастью, обошлось. На секунду я снял очки и оказался в кромешной тьме. В лесу она ощущалась густой, почти осязаемой.

«Ефимко не зря беспокоился, — подумал я, — в такой темноте заблудиться легче легкого».

Хорошо, что у меня есть возможность видеть.

«В прошлый раз дорога заняла полдня. Темнеет здесь рано. Значит к полуночи буду на месте».

Я прибавил шагу и вскорости заметил вдалеке постройки.

«Вот и Бродни. Мне нужна кузница».

Дойдя до искомого места, я остановился и перевел дыхание. За забором забрехали собаки — почуяли чужака. Не обращая на них внимание, я вытащил из кармана «ножны» и вставил карту.

Что-то сверкнуло и зазвенело. Потом тишина. Я открыл глаза, снял очки и зажмурился от яркого солнца. Немного привыкнув, я огляделся. Справа от меня простиралась бескрайняя равнина, поросшая короткой жухлой травой. А слева, за канавой, пролегала магистраль. Я вернулся. Меня не смутил тот факт, что на улице день в самом разгаре. Ведь я активировал переход с другой планеты. А на планетах время течет по-своему. Поэтому там и здесь разные времена суток.

«Сколько же прошло с тех пор, как я отсутствовал»?

Нужно срочно попасть в город. Я вышел на трассу и подождал попутную машину. Долго стоять не пришлось. Показалось ярко красное авто с открытым верхом. Новомодная машинка «Сияние-2», — в моделях я теперь разбирался. Подойдет для поездки в центр.

Вынув из кобуры тейкстром, я перегородил дорогу. Водитель вдарил по тормозам и со страхом глазел на меня. Я подошел ближе. На заднем сиденье развалились две девицы — видимо пацанчик устроил им покатушки.

— Покиньте машину! — заявил я.

Молодежь безропотно подчинилась. Почему-то одна из девушек показалась знакомой. Не она ли обзывалась в прошлое мое появление? Впрочем, я мог и обознаться.

— А что случилось? — пролепетал парень.

— Есть подозрение, что вы переодетые скноффы, — нагло заявил я и сел на место водителя, — ждите здесь.

Оставив незадачливую троицу, на полных парах я мчался в Ней-Чедо. Ехал быстро, поэтому почти не заметил, как оказался в пригороде.

«А вот и пропускной пункт».

На посту стоял старый знакомый Ролф Трибан собственной персоной. Я даже очки надевать не стал. Вместо этого нагло уставился на блюстителя порядка. Но тот, не взглянув на меня, махнул жезлом. Мол, проезжай. Видимо новенькая машина являлась весомым аргументом в качестве пропуска в соседнюю часть города.

Первым делом я примчался в отель, где мы снимали номера. Каково же было мое удивление, что Рэм и Рита там уже не проживали.

— Съехали, — ответил на мой вопрос служащий отеля, — неделю назад.

*Лимонит — разновидность бурого железняка, иначе болотная руда. Отлагается в болотах на корневищах болотных растений.

Глава 14

Будильник прозвенел ровно в пять. Уже давно я ввёл себе в привычку вставать в такую рань. Как говорится, кто рано встает…. Правда, ничего я ещё не добился, но решил не менять правила. Протерев глаза, перевернул календарь.

«Уже 27-й день», ― горестно вздохнул я.

Именно столько времени прошло с тех пор, как я по собственной дурости переместил себя в Багульник. Вернулся я почти сразу, но здесь время летит быстрее.

«Куда они делись»? ― этот вопрос я задавал сам себе регулярно, но ответа на него так и не получил.

Что-то явно произошло. Нехорошее. Иначе Рита и Рэм меня бы ждали. Хотя могли подумать, что я исчез безвозвратно. Тогда они продолжили бы свою миссию. Но как? Точно знаю, что карты для переброски на другую планету у них не было.

«Может, они её нашли»? ― от этой мысли меня каждый раз бросало в холодный пот.

Это означало, что я застрял в Ней-Чедо навеки. На всякий случай я принял меры. Две тысячи реалов, которые презентовал мне Прего, я почти не истратил. Поэтому полторы я вложил в банк под проценты. Оставшихся денег мне хватило чтобы снять маленькую комнатушку неподалеку от отеля, в котором меня приютили сталкеры. Ещё оставалась мелочь на расходы ― на еду и бензин. Зная, что бесконечно это продолжаться не может, я стал подумывать об устройстве на работу. Рано или поздно деньги закончатся и тогда мне будет совсем туго.

«Что же произошло»? ― с тоской подумал я.

Вздохнув, я оделся, брызнул в лицо водой и вышел на улицу. Машина у меня была всё та же, успешно отжатая у молодежи. Из-за экономии средств, я не пытался купить или арендовать другую ― лишь не за дорого поменял номера в одном подпольном заведении.

Начинал я свой день так: сначала объезжал все места, на которых мы бывали с Ритой, затем улица за улицей изучал центр Ней-Чедо. Город оказался больше, чем мне хотелось, и это не радовало. Кроме широких фешенебельных проспектов, здесь существовало великое множество второстепенных улиц, переулков, проездов и тупиков. Найти в таком мегаполисе двух людей сложнее, чем иголку в копне сена. Но я не сдавался. Колесил по городу, отмечая на своей карте места, в которых уже побывал. Тут в пору расклеить объявления о пропаже, но у меня не было фотографий ни Риты, ни Рэма. Идти в полицию по понятным причинам я не мог.

«Может они в плену у окунгов»?

Это вряд ли. Спецназовцы без боя не сдадутся. Спросить бы спайтов, но как назло ни одного из них я до сих пор не встретил. Возможно, я не там искал.

«А это мысль»!

Припарковавшись, я раскрыл карту и принялся внимательно её изучать. Потратил полчаса времени и ни к чему не пришел. Город как город. Тысяча возможных мест, где могли бы спайты оборудовать свое «пристанище».

«Ещё одна иголка».

Бросив карту на пустое сиденье, я поехал вперед до перекрестка и свернул направо на второстепенную улицу. К моему удивлению она только вначале предназначалась для транспорта. Далее это была пешеходная зона. Здесь имелись скамейки для отдыхающих и небольшие фонтаны, в которые норовила забраться детвора. То и дело слышался чей-то смех, а также возгласы торгашей, их лавчонки были беспорядочно натыканы тут и там. По правую и левую стороны первые этажи домов представляли собой сплошные рестораны, кафе, бары и прочие увеселительные заведения. Ещё всё время звучала музыка ― это очередной исполнитель или певица пленяли своим искусством окружающих, пытаясь заработать лишнюю монету на пропитание. Я прошел мимо молодого парня, играющего на чем-то похожем на гитару, только с широченным грифом и множеством струн. Играл он здорово, но музыка показалась странной, дёрганой. Я шел дальше, пока не стихли звуки его «гитары». Ловко увернувшись от клоуна на высоченных ходулях, я очутился возле свободной скамейки. Воспользовавшись моментом я присел отдохнуть и вдруг услышал её. Такой красивой мелодии до этого мне слышать не приходилось и, забыв, что собирался посидеть, как завороженный я пошел на звук.

Девушка играла на высоком, напоминающем арфу инструменте. Она сидела на маленьком складном стульчике ― одной рукой держала “арфу”, а правая порхала над струнами. Создавалось впечатление, будто изящные пальчики совсем их не касались, но инструмент откликался на нежные прикосновения и выдавал потрясающую мелодию, словно изливал слушателям душу. Звуки проникали в меня, вызывая воспоминания и навевая разные мысли. Но вот мелодия стала стихать, и я вернулся в действительность.

― Вы очень красиво играете! ― сказал я и поискал в кармане мелочь.

Девушка улыбнулась:

― Спасибо!

У меня нашлась монета в четверть реала, и я положил её в коробку, стоящую возле инструмента.

― Не много ли за одно прослушивание? ― спросила исполнительница.

― Я ещё приду. Вы часто здесь бываете?

― Да, каждый день в это время я на бульваре.

― Вот и отлично. Я обязательно приду.

И я пришел. На другой день, покатавшись по улицам, я вновь приехал сюда и, припарковав машину, отправился искать исполнительницу. В этот раз она расположилась в другом месте, но я без труда её нашел. Мелодия в этот раз была не похожей на вчерашнюю, но завораживала также. От зрителей я узнал, что музыкантам обычно подают монеты в пять или десять единиц максимум. Теперь я берег мелочь и приходил на бульвар не с пустыми карманами.

Да, я сделался завсегдатаем этого места и постоянным слушателем игры девушки с «арфой». Это стало сродни ежедневного ритуала ― по-прежнему с утра я колесил по городу, а во второй половине дня приходил сюда. Что это было ― развлечение или спасение от одиночества и тоски? Наверное, и то и другое. Я безуспешно искал Риту, переживал из-за неё и скучал. Очень мне её не хватало. И безрадостные мысли о том, что мне никогда не выбраться из этого мира, регулярно приходили в голову. И только здесь, под звуки чарующей музыки, я на время отвлекался от собственных забот.

Девушка меня узнавала, а если я появлялся не сразу, то искала меня глазами. А когда находила, то улыбалась. Мне нравилось, что хоть кто-то в Ней-Чедо рад моему появлению. Я ведь так и не обзавелся настоящими друзьями ― со всеми, кого я здесь знал, были всего лишь приятельские отношения, вызванные обстоятельствами. Рита, наоборот, была для меня больше чем друг. Я понял, что люблю её, и поэтому продолжал свои тщетные поиски. И мысль о том, что я навсегда её потерял была для меня ужасна.

«Видимо, так и буду жить, ­― думал я, ― устроюсь на работу, а в свободное время стану приходить на бульвар. Может, такова цель моей жизни»?

Иногда я всерьез думал, что Рэм и Рита улетели с планеты. А что такого? Часть группы спецназа погибла, задание выполнить невозможно, требуется подмога. Как-то же их сюда закинули. Скорее всего скрытно приземлились где-нибудь в безлюдной местности и благополучно высадились. Улететь могли аналогичным образом. Я вспомнил рассказы Рэма об открытии ученого и межпространственных переходах. Спецназовцам много удалось выяснить, но к разгадке они так и не приблизились. Личность ученого не установили, суть и механизм работы переброски с планеты на планету не обнаружили. Хотя знали о пустынном мире, где сейчас торчал мой корабль. Значит были там?

Тем временем музыка затихла, и я очнулся от размышлений. Девушка тихонько перебирала струны, собираясь сыграть ещё. Я приготовился слушать.

― Нравится? ― спросил кто-то за моей спиной.

Я повернулся и увидел Лойза. Того самого скноффа, который вытащил нас Ритой из набитого окунгами здания.

― Это ты?! ― воскликнул я.

― Да. Я тебя искал, между прочим. Но ты не сидел на месте.

― Как я мог усидеть? Рита и Рэм пропали… я пытался их найти.

― Странный ты, Алекс. Вроде не глуп, а совершаешь поступки, словно малолетний ребенок. Разве возможно в таком мегаполисе найти двух людей?

― Так они здесь? Живы?

― Конечно живы, ― усмехнулся Лойз, ― они всё это время ищут тебя. С моей помощью. Я пытался, но ты неуловим.

У меня бешено заколотилось сердце.

― Что же мне было делать? ― спросил я.

― Сидел бы где-нибудь на месте. Тогда я тебя быстро бы нашел. Но искать постоянно перемещающегося человека очень трудно, считай невыполнимо. Мне пришлось задействовать много наших, чтобы найти тебя. Наконец, тебя заметили на бульваре. Каждый день в одно и тоже время ты приходил сюда. Поэтому я здесь. Давай руку, пора возвращаться.

― Ты доставишь меня к ней?

― Да. Прямо сейчас. Держись.

Лойз протянул руку.

― Подожди. Я должен сделать одно дело.

Вытащив из кармана всю мелочь, я высыпал её в коробочку девушке-арфистке.

Глава 15

Под стук колес и мерное дребезжание вагона я задремал. Поначалу было немного не по себе, глядя на землю с высоты, но потом я привык и даже перестал обращать внимание на периодические толчки, лязганье где-то снизу и отрывистые гудки локомотива.

«Едешь будто по длинному мосту», ― подумал я и посмотрел на Риту.

Девушка спала на лавке напротив, свернувшись калачиком. Вместо подушки она положила под голову собственный вещмешок.

«Вот с кого пример нужно брать», ― улыбнулся я и закрыл глаза.

Разбудил меня свисток станционного смотрителя. Непонимающе я глядел на железный перрон и выхаживающего по нему краснолицего упитанного мужика в черном форменном кителе. Голову его венчала фуражка с синим околышем и квадратной золотой кокардой. С чувством собственного достоинства, мужик постоянно дул в свисток, отчего его лицо становилось ещё краснее.

― Остановка? ― спросила проснувшаяся Рита.

― Наверное. Вон как усердно свистит. Пойду узнаю у проводника сколько будем стоять. Вдруг получится размяться.

Проводник скучал на перроне около вагона.

― Надолго мы здесь? ― спросил я.

― Полтора часа, ― ответил тот, ― строго по расписанию.

Видимо ему было скучно, и он принялся мне объяснять суть таких долгих остановок.

― На перегонах это всегда один путь, а в районе станций путей несколько. Нужно пропускать встречные поезда. Перегон освободится, и мы поедем.

Вернувшись в вагон, я передал его слова девушке.

― Прогуляемся? ― спросила Рита.

Мы вышли на перрон и отправились к опоре. Сойти на поверхность можно только там. Как обычно предполагалось спускаться по винтовой лестнице, что было долго, либо воспользоваться подъемником, но за деньги. За две монеты, лифтер запустил нас на платформу и включил механизм. Медленно, но гораздо быстрее, чем пешком, мы двинулись вниз.

Изрезанная глубокими трещинами скальная поверхность планеты не позволяла построить дорогу на земле. Поэтому на относительно ровных местах сооружались гигантские металлические опоры, представляющие собой легкие решетчатые пространственные фермы квадратного сечения, на которые опиралось железнодорожное полотно.

Эта планета называлась Целлас. Странный мир. Рэм был прав, когда говорил про пар и уголь. Именно так всё и устроено. Вкратце, рассказать об устройстве Целласа можно следующим образом. Здесь имелись неограниченные запасы богатой железной руды, что позволяло добывать её открытым способом. После чего руду отправляли на обогатительную фабрику. Там её разделяли на концентрат и хвосты, причем концентрат отправлялся на металлургические комбинаты, где перерабатывается в сталь. Таким образом, добыча железной руды являлась важным процессом в экономике планеты, обеспечивающим сырьем множество отраслей промышленности.

Узнали мы об этом не сразу. Активировав межпространственный переход, мы с Ритой оказались неподалеку от городка со странным названием Каг’як. Предусмотрительная Рита прихватила с собой несколько золотых монет, доставшиеся ей в Ней-Чедо после обыска убитого окунга. Наверное, он ограбил банк или ювелирный магазин. Искали, естественно, другое, но монеты решили приберечь на будущее. И вот тут они нам очень пригодились. Как сказал хитроглазый хозяин местной лавки, золото есть золото, поэтому с удовольствием взял две монеты в обмен на местную валюту «по очень выгодному курсу». На эти деньги мы оделись, обулись и сходили в местный музей. Честно говоря, это была моя идея. Мы шли по центральной улице Каг'яка и остановились возле здания, вывеска на котором представляла собой шлифованную каменную плиту с нанесенными на ней золотой краской буквами. Витиеватая надпись гласила: «Музей естествознания, науки и истории планеты Целлас. Филиал главного музея. Не проходите мимо – умножьте знания»!

― Надо зайти! ― решил я.

― Думаешь? ― спросила Рита.

Я пожал плечами, и мы зашли. В общем, в двух небольших помещениях мало чего было интересного, но сведения о планете нам очень пригодились. Теперь мы хорошо понимали в каком мире оказались. Заодно в музее навели справки о крупных заводах и предприятиях.

― Всё важное в Стартерре, ― объяснила нам работник музея ― преклонных лет интеллигентная дама, — это столица и она расположена на широком плато. В таких городах как наш свободного места мало. Заводы разместить негде, поэтому у нас только добыча руды. Грузовые поезда ходят регулярно. Первые четыре вагона пассажирские. Уехать можно.

Таким образом у нас появилась конкретная цель и вот уже мы с Ритой спускаемся вниз на одной из станций. Платформа дернулась и остановилась.

― Приехали, ― сказала Рита и первая вышла на твердую скальную поверхность.

Станционную опору разместили на небольшом островке. Кроме самой опоры здесь имелось поселение, жители которого были в основном работниками станции. Я окинул взглядом уходящую за горизонт подвесную дорогу. Воистину это было чудо инженерной мысли. Всё здесь строилось из железа и камня. Древесина на планете ценилась на вес золота. Мы с Ритой видели редкие скалы, поросшие чахлыми деревцами и кустарниками. Такая растительность не могла являться строительным материалом. Все постройки, которые нам встречались, строили из камня, которого здесь хватало с избытком. Еще из камня сооружали поддерживающие железнодорожные пути стойки. Перегоны бывали длинными, и дорога без поддерживающих элементов просто упала бы от собственного веса.

― Алекс, есть хочешь?

― Не откажусь, ― ответил я, чувствуя, как заурчало в желудке.

На ближайшем к нам здании красовалась вывеска: «Едальня». Ничтоже сумняшеся мы прошли внутрь.

― Так я и думала, ― сказала Рита, — это кафе. Мы зашли по адресу.

В меню предлагались блюда из мяса птиц. Салатов и овощных блюд не наблюдалось.

― Правильно, ― решил я, ― откуда им здесь быть? Земли почти нет. Одни скалы.

На вкус еда оказалась вполне приличной. Мы подкрепились и у нас ещё осталось полчаса до отправления поезда. Я хотел дойти до края острова и посмотреть на разлом вблизи, но в этот момент послышался крик:

― Помогите!

― Это где-то там! ― Рита показала на здание, стоящее прямо под железной дорогой.

Я кивнул, и мы понеслись в ту сторону. Кричал мужчина. Бедолага забрался на элеваторную ленту, не удержался и упал, но успел ухватится за край руками. Силы были на исходе, и он рисковал свалиться в яму с углем. Опередив Риту, я первым вбежал вверх по узкой ленте.

― Давай руку! ― крикнул я.

Рита была уже рядом. Вдвоем мы подняли мужика на ленту.

― О, спасибо! Ещё немного и я бы себе все кости переломал. Уголь застрял в приводе барабана, я наклонился, чтобы его достать, и вот ― не удержался.

― Опасное дело, ― заметила Рита.

― Есть такое, ― вздохнул мужик, ― но куда денешься? Сообщают, что у локомотива следующего поезда полупустой тендер. Мы пополняем запас. Из этой ямы лентой уголь грузим вот в этот кузов.

Он указал на висящую на четырех цепях железную лохань.

― Потом его поднимают наверх и грузят в тендер. Я ― Збигнев. Работаю служащим на станции Сатария. Живу, понятное дело, тоже здесь.

Мы назвали свои имена и помогли Збигневу спуститься на землю.

― Так вы с поезда? Как же я сразу не догадался!

Я кивнул.

― Скоро отправление, но стоянка долгая и мы решили прогуляться.

― Спасибо вам еще раз! ― Збигнев затряс мне руку. ― А это моё хозяйство. Там котельная с паровым двигателем. Я за ним слежу. Есть у меня напарник, Михей, но приболел он.

― А там что? ― спросила Рита, указав на сложенные в аккуратные кучи металлические детали.

― А я покажу! ― словоохотливый Збигнев повел нас к складу под открытым небом. ― Здесь вот подкладки под рельс на шпалы, а тут боковые накладки в районе стыков. Там дальше гайки и болты. Обходчики регулярно проверяют путь в границах станции. Если что ― принимаем меры.

Я остановился возле аккуратно сложенных здоровенных гаек и шайб. Затем мой взгляд остановился на странной плоской штуковине.

― А это для чего?

― А! ― сплюнул Збигнев. ― Брак. То ли гайка под пресс попала, то ли шайба. Так с вагона и выгрузили. Всё рассортировали, а эта так и валяется. Некуда пристроить. Очень тонкий металл. Выкинуть бы, но я практичный. Авось кому-то пригодится.

Я поднял странную «шайбу». Скорее это был плоский, легкий диск, с отверстием посредине. Сердце почему-то вдруг екнуло.

― А можно на память?

― Конечно! О чем речь! Вы мне жизнь спасли. Берите и вспоминайте спасенного Збигнева.

Я поблагодарил его и сказал, что нам пора.

― Скоро отправление, как-бы нам не опоздать.

Мы распрощались и вскоре уже поднимались на подъемнике на платформу.

― Думаешь, это карта, Алекс?

― А вдруг? ― я пожал плечами.

― Вот интересно. Мы облазили весь Ней-Чедо, но так и не нашли карту. И тут являешься ты сразу с двумя. Не кажется, что тебе поразительно везет?

― Я не знаю. Но если этот диск и впрямь карта ― разве плохо?

― Да, нет. Хорошо. Просто странно все это. Будто кто-то тебя ведет.

Я посмотрел на девушку.

― Насчет вас у меня тоже много вопросов. Только последние события настолько стремительны, что некогда было заводить разговор.

― У нас долгий путь. Всё равно делать нечего. Вот и поговорим. Постараюсь удовлетворить твое любопытство.

Мы забрались в вагон и заняли свои места. Громкий гудок возвестил об отправлении.

― Что тебя интересует? ― спросила Рита.

Глава 16

― Я хочу во всем разобраться. Слишком много неясного. Расскажи подробно о том, как вы узнали о планетах и пространственных тоннелях.

― Хорошо, ― Рита пожала плечами, ― в первый раз это была случайность. Один из нашей команды совершил аварийную посадку на пустынную планету. Он отправил в ведомство сигнал бедствия, а сам отправился исследовать окружающий мир. В итоге набрел на лачугу и сидящего возле неё старика.

― Я встретил там двенадцатилетнего мальчика, ― вставил я.

― Ничего удивительного. Наверняка это его сын.

― У старика сын?

― Может он и не старый вовсе. Просто выглядел так. Жизнь в пустыне сурова.

Рита помолчала, а затем продолжила:

― Но это не главное. Разберемся, когда придет время. Важно то, что наш сотрудник нашел карту. И мгновенно перенесся в Ней-Чедо. Сообразив, что находится на другой планете, он передал свои координаты в наш центр.

― У него был с собой передатчик?

― Да, в часах. Мы поймали сигнал и установили наблюдение за двумя планетами. Изучая их магнитные поля, мы зафиксировали кратковременные возмущения, появляющиеся в определенных направлениях и на очень короткое время. Буквально на мгновение. Так появилась теория межпространственных тоннелей. Рэм принимал участие в их изучении. Благодаря исследованиям, стало понятно, что мгновенных переходов несколько. А именно ― четыре. Что, впрочем, и подтвердилось. Ты сам тому свидетель, Алекс. На всех мирах побывал.

― А ты?

― Я вместе с группой спецназа была командирована на Плейю. И мы начали работу в Ней-Чедо. А это, ― Рита указала в окно, ― моя вторая планета. А ты, Алекс, второй известный нам человек, нашедший карты. При этом, ты рекордсмен. Если эта круглая штуковина является картой, то ты обладатель сразу трех. Как тебе удается? Не кажется, что это не просто совпадение?

― Рэм очень красочно рассказал о картах, пространственных переходах и гипотетическом ученом, ― заметил я, ― как он мог об этом знать, если вы видели всего одну карту?

Рита рассмеялась:

― Да он просто романтик! Придумал красивую историю. И оказался во многом прав. С твоим появлением его теория подтвердилась.

Я помолчал, глядя в окно на каменистый в трещинах пейзаж, потом спросил:

― Рэм упоминал темпоральное перемещение. Сомневаюсь, что этот гипотетический ученый такой гений. Ты говоришь, Рита, будто меня кто-то ведет. Всё из-за того, что мне посчастливилось найти две карты.

― Три.

― Ещё неизвестно. Пока этот диск девственно чистый. Если и есть что-то, то нужно понять, как его активировать. Я про другое. Может, ученого тоже кто-то ведет? Когда я вас потерял, у меня было время обо всем подумать. Возможно, ученый был близок к открытию межпространственных тоннелей, но к созданию машины времени вряд ли. Если только его действиями не заинтересовался кто-то другой.

Я забарабанил пальцами по скамейке, на которой сидел.

― Создал тоннели, совершив открытие и научный прорыв. Но, вероятно, кому-то этого недостаточно. Потому что привлечены окунги, которые ожидают прибытия большого механизма. Наверное, с этой планеты.

― Бинго! ― сказала Рита. ― Такие же мысли приходили в голову Рэму и мне. Мы изучили промышленность и ресурсы Плейи и пришли к выводу, что в Ней-Чедо нет возможности создать что-то мощное. Планета имеет скудные запасы металла, вся промышленность зациклена на автопроме. Есть ещё добыча нефти, поэтому существуют нефтеперерабатывающие заводы. Собственно, на этом экономика и держится.

― А Целлас, с его отсталыми технологиями, способен что-то построить? ― не без сарказма спросил я.

― Да, ― серьезно ответила Рита, ― если поставить четкую задачу. В конце концов исполнителю неважно, что он делает. Главное ― это ему по силам. Мы не знаем, что представляет из себя агрегат. Возможно, там компоненты редких металлов. Здесь их хватает.

― Что это может быть? ― спросил я. ― Какая-то машина? Для чего?

Рита пожала плечами:

― Для этого мы здесь. И должны разобраться.

― Слушай, пока в Ней-Чедо я вас искал, мне пришла в голову мысль, что вас на планете нет. Вас ведь могли забрать?

― Нет. Миссия не выполнена. Если бы ситуация вышла из-под контроля, прислали бы подкрепление. Все очень серьезно, Алекс. За пространственными переходами между планетами нужно наблюдать. Эта технология толком не изучена. Какие цели преследовал их создатель? Что задумали окунги? Или они заодно с тем, кто придумал эти чертовы тоннели и карты? Видишь, сколько вопросов. А ответов до сих пор нет. Пока мы не разрешим эту загадку, никуда не денемся.

Она замолчала и посмотрела на меня.

― Я понял. Извини. Тогда меня просто охватило отчаяние. Значит, будем разбираться.

Поезд тряхнуло и скорость ощутимо замедлилась.

―Тормозим? ― спросила Рита.

― Похоже станция.

Я сходил к проводнику. От него я узнал, что это последняя остановка перед пунктом прибытия.

― К вечеру будем в столице, ― сообщил я Рите, когда вернулся.

― Отлично. Найдем ночлег, а с утра займемся поиском нужного завода. Не представляю, как мы это сделаем.

― Газеты — вот, что нам поможет, ― улыбнулся я.

Рита рассмеялась.

― Ты так уверенно это говоришь. От тебя разит оптимизмом.

― В Ней-Чедо у меня хватило времени погрустить. Поэтому хватит.

Поезд ощутимо замедлил ход. А потом за окном всё заволокло черным дымом. Я ничего не мог разглядеть. Затем дым сменился облаками пара. Сквозь его рваные клочья я увидел на соседнем пути монструозный механизм. Наверное, это и был локомотив, подобный тому, что тянул наш состав. Правда, представлял я его несколько иначе. Издали я их уже видел, знал, что работают они, сжигая уголь и вырабатывая пар. Но вблизи ― это было нечто. Я взглянул на Риту. Девушка тоже находилась под впечатлением, как и я. Еще бы! Исполинский корпус, в заклепках по всему периметру, огромные колеса с перекладинами по бокам, здоровенная труба и золотые вензеля на кабине. А под вензелем ещё и номер, начертанный стилизованным шрифтом.

― Издали мне казался он примитивным. А теперь я вижу, насколько это сложный механизм!

― Согласна. Каждый раз ловлю себя на мысли, что нельзя иметь мнение, основываясь на поверхностных данных. Я тоже считала, будто это нечто простое. Но, судя по количеству всяких деталей, все не так. Уверена, от наших глаз скрыто ещё больше.

Я кивнул.

― Будет возможность, Рита, я обязательно рассмотрю его вблизи.

Пар рассеялся, и мы увидели ещё с десяток локомотивов. И они отличались друг от друга. Прежде всего размерами и окраской. Некоторые были небольшими и яркими, другие огромными, в более строгих тонах. Глядя на это, у нас разбежались глаза.

― Наверное, у них стоянка здесь, ― сказала Рита, ― потому что дальше идут одни составы.

― Согласен. Да и станция уже скоро.

В вагон вошел проводник и громким голосом возвестил:

― Господа! Наш поезд прибывает в Стартерру! Добро пожаловать в столицу!

Показался перрон. Но не такой, как на предыдущих станциях, а крытый полукруглой изящной крышей, которую поддерживали металлические колонны квадратного сечения и тоже с заклепками. Заскрипели тормоза, состав дернуло. Наш поезд остановился. Выбравшись из вагона, мы оказались на перроне незнакомого города.

― С прибытием! ― поздравил я Риту. ― Думаю, нам нужно идти вместе со всеми. Наверняка в той стороне выход в город.

Мы пошли вперед и вскоре оказались возле нашего локомотива. Он был не таким огромным, как те монстры, что мы уже видели, но всё равно впечатляющим. Я остановился, не в силах оторвать взгляд от пышущего паром чуда техники.

― Нравится? ― раздался рядом громкий голос.

Перед нами стоял человек со смуглым лицом и в засаленной куртке. Зато фуражка на его голове выглядела отменно ― особенно ярко начищенная кокарда. Видимо, к этой части своего гардероба он относился очень бережно.

― Удивительная машина! ― сказал я. ― Как это чудо называется?

― Во дает! Вы откуда, родимые? Паровиков не видели?

― Работали на дальних рудниках, ― Рита нашлась, что ответить, ― вдали от станции и дорог. Там и жили. Вы управляете паровиком?

― Я ― машинист! А вы, значит, накопили деньжат и решили посетить столицу?

― Да, дружище. В глухомани не очень-то весело.

― Понимаю. Поэтому работаю здесь. Люблю железную дорогу! Наверное, интересно, как всё устроено?

Мы кивнули.

― Ну, в общем, впереди котел. А около кабины топка. Из тендера поступает уголь ― им и задаем жару. В другой части тендера вода. Она подается в котел и путем нагрева превращается в пар. Вот здесь, ― машинист подошел почти к самому переду локомотива и указал на огромную черную коробку, ― находится поршень. Пар толкает его, а он, в свою очередь, через шатун проворачивает вот это колесо. Остальным колесам крутящий момент передается также через шатуны. Вот они!

Мы с Ритой поняли назначение горизонтальных «палок» возле колес.

― Примерно такой принцип работы. Конечно, есть огромная куча ещё всякой всячины, но объяснять времени не хватит.

― Спасибо, ― поблагодарил я, ― было очень интересно и познавательно.

― Счастливого пути! Если ищете дешевый ночлег, то ступайте на улицу Прибытия в отель «Дымоход». Там приличная публика.

― Спасибо! Вы нам очень помогли.

Распрощавшись со словоохотливым машинистом, мы с Ритой направились по указанному адресу.

Глава 17

Солнце Целласа едва вышло из-за горизонта, а мы с Ритой уже топали к остановке омнибуса. На четвертый день проживания в Стартерре мы порядком освоились и влились в ритм жизни этого города. Отель, рекомендованный машинистом, нам понравился. За небольшие деньги мы сняли двухместный номер, с собственным душем и туалетом. Имелась даже горячая вода, но только вечером. Объяснялось это просто: в подвале здания располагалась угольная котельная. Котлы растапливали обычно во второй половине дня. Вода нагревалась и распространялась по системе труб во все номера. К раннему утру она была ещё чуть теплой, поэтому мы вставали рано, чтобы успеть принять душ. Не потому, что мы такие изнеженные существа, но в городе, где всё функционировало с помощью угля и пара, это было необходимостью. В первые дни мне казалось, что я насквозь пропах дымом и пропитался сажей. Рита чувствовала себя ещё хуже, но вида не подавала. Сказывалась спецназовская выдержка.

Воспользовавшись моим собственным советом, мы накупили свежих газет и принялись изучать местные новости. Впрочем, других источников информации здесь не имелось. Путем нехитрых умозаключений мы выяснили, что на территории города имеется два гигантских металлургических комбината и с десяток мелких заводиков и артелей. Крупные предприятия мы решили не принимать в расчет. Как объяснила Рита ― такие заводы работают в плановом режиме и не будут заморачиваться исполнением штучного заказа. А вот мелкие артели возьмутся за что угодно. Лишь бы платили деньги.

― С чего начнем? ― спросил я. ― Вот подходящий заводик: «Руда и Пламя».

― Почему ты так решил?

Я пожал плечами:

― У них собственная железнодорожная линия для загрузки продукции. Ведь изготовленный агрегат нужно отправлять на поезде.

― Думаешь в Каг’як?

― Да.

— Это в случае, если путь обратно расположен именно там, а межпространственный переход один-единственный. Подумай, Алекс, привезут устройство в Каг’як, переправят в Ней-Чедо, а дальше что? Тащить агрегат с центральной площади в пустое здание? Не лучше ли окунгам принять эту штуку прямо на месте?

― Но вы же зафиксировали всего четыре перехода! ― воскликнул я.

― Да. И только потому, что они иногда были задействованы. А вдруг имеется не один пространственный тоннель? Специально подготовленный на этот случай.

― О такой ситуации я не думал. Может быть, ты права. А ведь я и не сообразил, как мы будем выбираться. Хорошо было бы, если эта железяка действительно оказалась картой. Так который из заводов выберем?

― Вот. Артель «Железный колосс». Предлагают услуги на всё. Цены ниже, чем у конкурентов. Начнем с неё. Вдруг нам повезет.

Мы изучили маршрут до артели и утром отправились на первый омнибус. Издали я уже видел эти пыхтящие, дымящие и громыхающие транспортные средства. Теперь появилась возможность рассмотреть их ближе. Послышался свист и пыхтение и из-за поворота выкатился окутанный облаками пара удивительный механизм. Это было нечто двухэтажной конструкции на железных колесах со спицами. Впереди располагался котел, и высокая вертикальная труба из которой валил черный дым. Рядом с котлом примостился водитель. Из-под передних колес то и дело вырывались клубы пара. Вблизи стало заметно, что железные колеса «одеты» в плотную резину. Омнибус подъехал, громко «пшыкнул» и остановился. Мы забрались через дверной проем в тесный салон. На деревянных скамейках сидело несколько человек.

― Прибытия! ― объявила кондуктор. ― Следующая ― Тисовая линия!

Транспорт дернулся и поехал вдоль улицы. Я расплатился и присел рядом с Ритой. Она смотрела в окно, пытаясь разглядеть сквозь дым и пар окрестности.

― Странно, да, Алекс? ― тихонько произнесла девушка. ― Едем на такой штуке! Будто вернулись в древние времена.

― Я вообще удивляюсь, как оно ездит. А здесь весь транспорт на паровых двигателях.

В подтверждение моих слов мимо прогремел грузовик. Дыма и грохота от него было на порядок больше. Потом я понял, что у него отсутствовала резина на колесах. Видимо, такой привилегии удостаивалась только перевозка пассажиров.

― Нам ещё четыре остановки ехать, ― сказала Рита, ― зато доедем прямо до завода.

Несмотря на допотопность, омнибус достаточно быстро пыхтел по улицам города. Наконец, кондуктор объявила:

― Следующая «Железный колосс»!

Мы вышли возле приличного по размерам завода, окруженного высоким забором. Нам были видны только плоские крыши построек и множество дымящих труб разной высоты и толщины. К массивным воротам подходили люди.

― Наверное, это смена, ― предположила Рита и оказалась права.

Потому что на территории предприятия раздался громкий свисток. Ворота отворились и ночные рабочие отправились по домам. Было заметно, что в дневной смене людей гораздо больше. Один из работяг направлялся в нашу сторону.

― Доброго утра, милейший! ― приветствовал я его. ― А что, вакансии в артели есть?

― И вам того же! ― рабочий остановился и оценивающе на нас посмотрел. ― Да сколько угодно, мил человек! Текучка у нас.

― А что так?

― Заказов мало. А если и делаем что, то полное дерьмо, извиняюсь за выражение. Мелочь одна. Колеса, рессоры, башмаки ― вот наш ассортимент. Даже шатуны к паровикам у нас не делают. А всё потому, что директор раздолбай. Урезал жалование, поэтому хорошие мастера ушли. И литейщики пятого разряда. Мы все здесь временно. Я тоже. Пока лучшее место не подыщу, тут перекантуюсь. В «Металлист» хотел, но не успел.

― Что, вакансий нет?

― Закончились. Они какой-то выгодный заказ ухватили. Большие деньги рабочим платят. Ну, ладно. Я пойду. Удачи вам.

― Наверное, это то, что нужно, ― сказала Рита, когда работяга ушел, ― хороший заказ, много денег. Карта города с собой?

― Да.

Я развернул карту и нашел нужную артель.

― В другой стороне. Нужно ехать до центра, а там спросим.

Мы вернулись на остановку. Вскоре подошел омнибус совершенно другой конструкции. Он был одноэтажным, котел и массивная труба располагались сзади. При этом водитель сидел, как и положено, впереди. Мы забрались в салон. Когда транспортное средство тронулось, я оценил такую конструкцию. Из-за заднего расположения котла, на пассажиров не попадал черный дым, а клубы пара не затрудняли обзор.

Доехав до центра города, мы расспросили людей и спустя полчаса добрались до артели «Металлист». Около главных ворот стояли люди.

― Тоже работу ищут, ― сказал я.

― Подойдем к ним, ― предложила Рита, ― узнаем, как там и что. Потом нужно будет разработать план нашего внедрения на завод.

― Внедрения? ― удивился я.

― Конечно! А как мы узнаем, что они производят? По-другому не получится.

Однако, планы Риты рухнули, словно карточный домик. Едва мы оказались у ворот к нам подошел юноша, одетый в видавшую виды кожаную куртку, и заявил:

― Если вы на работу, то будете за мной! Я последний в очереди.

― Здесь такое хорошее место? ― удивился я.

― А то вы не знаете! ― ухмыльнулся парень. ― Не просто так ведь пришли.

― Видишь ли, дорогой, ― принялась объяснять Рита, ― мы не очень-то доверяем газетам. Поэтому предпочитаем узнавать насчет работы сами. Из-за этого мы здесь. Если шансов мало, даже в очередь занимать не будем.

― Шансов мало, ― вздохнул парень, ― я вот уже неделю тут. И никого не уволили. Рабочие стараются изо всех сил. Платят ведь хорошо.

― Отчего? Заказ что ли хороший?

― Конечно! Им какой-то богач заказал огромный агрегат по изготовлению водорода. Все об этом знают. Денег немерено отвалил, а по окончании работы обещал заплатить ещё столько же.

― Считаешь, это правда? ― засомневался я.

― Во дает! ― засмеялся парень. ― Да у кого хочешь спроси. Вон у Марко брат там. Эй Марко! Иди сюда!

К нам подошел низкорослый коренастый мужичок.

― Расскажи им, что тебе братец поведал!

― Собирают по готовым чертежам большой агрегат. Это установка для изготовления водорода по технологии гидролиза.

― Кому понадобилось делать водород? ― удивился я.

Марко пожал плечами:

― Может какой-то миллионер решил выпускать двигатели, работающие на водороде. Говорят, что водород не чадит так, как уголь. И КПД на порядок выше, чем у парового. В общем, это его дело. Главное, что деньги платит.

― Понятно, ― сказал я, ― нам здесь ничего не светит. Мы пойдем, а вам удачи.

Распрощавшись с работягами, мы отправились обратно в отель.

― Как просто всё оказалось, ― заявил я, когда мы с Ритой прибыли в свой номер.

― Что ты имеешь ввиду?

― Мы легко всё выяснили. Нам не пришлось внедряться на производство. Мы знаем, что за агрегат прибудет в Ней-Чедо.

― В этом плане да, ― задумчиво произнесла Рита, ― но зачем такая скрытность? Для чего привлекать окунгов? Чтобы всего-навсего делать водород?

― Если аппарат будет изготавливать недорогой и качественный продукт, то некто в Ней-Чедо откроет золотую жилу. Можно противостоять монополистам, производящим бензин. Своего рода революция.

― Всё так. Ты прав, Алекс. Но это выгодно лишь тому, кто живет на Плейе. Создавший межпланетные переходы, вряд ли ставил своей целью делать водород. Здесь что-то другое.

― Да, как ни крути, а ясности никакой. Тем не менее, всё что могли, мы выяснили. Теперь нужно подумать, как вернуться в Ней-Чедо. Если найденный мной диск всё-таки карта, то надо понять, каким образом её увидеть.

― Согласна. Нужно подумать о нашем возвращении. Застрять навечно в этом стимпанке что-то не хочется.

― Но ты же можешь вызвать помощь? Как тот, который сообщил о себе, когда попал на Плейю.

― Могу. Но только если будет полная уверенность, что мы не сможем вернуться.

Глава 18

Развалившись на кровати, я разглядывал найденный на станции Сатария диск.

«Как же увидеть карту, черт тебя возьми»! ― думал я.

Послышались шаги. В комнату, с двумя большими свертками в руках, вошла Рита. Она просто мечтала прогуляться в дамский салон и купить подобающий наряд. И вот, пользуясь моментом, исполнила своё желание.

«Местные дамы такие элегантные, ― не раз говорила она, ― а в моей рабочей одежде на вечернюю прогулку не выйти».

― Ну что? ― спросил я.

― Получила огромное удовольствие! Со мной обращались, как с королевой! Я кучу всего перемеряла ― даже устала. Вечером пойдем гулять! Здесь так романтично!

― Согласен. Потом будем вспоминать, как были в прошлом.

― Алекс, как думаешь, котел уже затопили?

И тут меня словно током прошибло.

― Что ты сказала?

― Вода, спрашиваю, горячая? Сполоснуться надо.

― Точно! Огонь! Диск нужно в огонь!

― Ты с ума сошел? Алекс?

― Подожди, ― отмахнулся я и прихватив диск побежал в котельную.

Спустившись в подвал, я наткнулся на кочегара.

― Чего надо? Посторонним сюда нельзя!

― Котлы растоплены? ― спросил я.

― Конечно! Это что, проверка?

― Нет. Милейший, окажи услугу! Нагрей эту штуку в топке!

― А зачем?

― Очень надо! Металл испытываю. Если разогреется и не потечет, значит настоящий сплав.

― Ну ладно. Только близко не подходи. Искры, бывает, летят.

Я кивнул. Кочегар зажал диск в клещах с длинными ручками, открыл дверцу и сунул их в топку. Хоть и стоял я в стороне до меня дошел нестерпимый жар. Через несколько минут мне продемонстрировали раскаленный диск.

― Пойдёт? Почти добела. Крепкий!

― Отлично! Можно остудить?

Кочегар разжал клещи и яркий круг металла с шипением упал в ведро с водой. Через десять минут я уже был в номере и показывал Рите обозначившуюся на гладкой поверхности карту.

― Ты гений, Алекс! Как тебе это в голову пришло?

Я пожал плечами:

― Тут кругом металл, уголь и пламя. Вот я и подумал: железо рождается в огне. Ну и решил засунуть его туда. Как только ты вспомнила про котел меня и осенило.

― Молодец! Осталось только правильно это прочитать.

Мы сравнили изображение на диске с имеющейся у нас печатной картой города и определили свое местоположение.

― Вот мы, а вот центральная площадь, ― ткнула пальчиком Рита, ― следовательно, нам на другой конец Стартерры.

Посовещавшись, мы решили осуществить свое возвращение утром. А сегодня ― весь вечер в нашем распоряжении.

― Оденемся красиво и будем гулять! ― объявила Рита. ― Я начну собираться, а ты сходи в магазин напротив и подбери себе что-нибудь подходящее.

― Смотри, я ведь недолго! ― шутливо пригрозил я и отправился за новым гардеробом.

Однако, продавцы отнеслись к моей просьбе серьезно и проторчал в примерочной дольше обычного. Впрочем, так можно охарактеризовать любое время, проведенное мной в магазине одежды, если я продержался там больше пяти минут. Но здесь я пробыл действительно долго.

Перед Ритой я предстал в бежевом твидовом костюме-тройке в широкую клетку и блестящих черных лакированных ботинках. Поверх был накинут плащ со странным названием «тренч», а голову венчала шляпа-котелок с загнутыми вверх полями. Девушка уже щеголяла в деловом костюме горожанки: длинная, в пол, юбка, блузка в тон, поверх которой был надет однобортный с закругленными полями, пиджачок. Голову украшала шляпка с пером.

― А ты прелесть! ― улыбнулась Рита.

― Ты лучше! ― заверил я её.

― Мы оба будто сошли со страниц истории. Сегодня наш вечер!

Девушка накинула на плечи подбитую мехом шаль, взяла меня под руку, и мы отправились в центр города. Как и везде, самые роскошные улицы и фешенебельные заведения располагались там. Транспорт здесь не ходил, поэтому дыма и пара было меньше, а воздух казался приятным и чистым. Народу гуляло много: большинство парами, почти от нас не отличающимися. Некоторые кивали при встрече в знак приветствия. Вокруг царила атмосфера благодушия и спокойствия.

― Даже на такой планете есть места, где можно отдохнуть и насладиться покоем! ― сказала Рита.

― Ты права. Мне здесь нравится. Не зря мы отложили отправку на утро. Было бы жаль терять такой вечер.

― Согласна. Алекс, смотри! Ресторан и варьете! Шикарная вывеска. Не знаю, что это, но давай зайдем!

Едва мы вошли, к нам тут же подскочил улыбчивый хостес:

― Добро пожаловать! Мы рады, что вы выбрали лучшее заведение в городе! Какой столик предпочитаете? Мадам?

Поскольку в зале имелась сцена, Рита предложила сесть ближе.

― Вдруг покажут что-то интересное?

Появился официант и вручил меню.

― А здесь хороший выбор! ― цокнул я. ― И цены вполне себе. Нам хватит. Рита, ни в чем себе не отказывай!

Мы сделали заказ и вскоре наш столик ломился от всевозможных яств. На десерт полагались фрукты и легкое белое вино в пузатых фужерах. Едва мы закончили трапезу занавес подняли и конферансье объявил начало представления. В основном это были танцы в исполнении длинноногих красавиц. Рита смотрела с удовольствием и хлопала в ладоши.

― Чудно! Алекс, мне здесь нравится!

Я снисходительно улыбнулся. Честно говоря, мне выступления показались так себе. Но музыка была приятной. Концерт продолжался около часа. Девушки на сцене раскланялись под бурные аплодисменты. Занавес опустили.

― Вот и всё! ― сказал я. ― Пойдем?

Когда мы вышли из ресторана на улице заметно потемнело. Повсюду зажигались фонари.

― Здесь красиво даже в темноте! ― Рита счастливо улыбалась. ― Вряд ли у нас будет подобный вечер!

Если б она знала в этот момент, как была права! Потому что через несколько минут к нам подошли полицейские. Я и глазом не успел моргнуть, как оказался в наручниках.

― За что? ― только и спросил я.

― Молчать! Ты задержан за шпионаж! В участок его!

Рита порывалась ко мне, но её задержали. Предупредив, что ещё одна попытка помешать полиции и она тоже попадет под арест. Решив, что благоразумнее оставаться на свободе, девушка отошла в сторону. Меня толкнули в спину и куда-то повели. Я оглянулся напоследок. Рита смотрела на меня полными слез глазами.

Потом я услышал:

― Алекс! Я приду к тебе!

Глава 19

— Сколько ты здесь? — спросил он.

Я задумался. Интересный вопрос.

— Всего? Или на острове?

— Всего. И здесь в том числе.

— Пятый год чалюсь. Сюда прошлой зимой этапировали. На исправление.

Я усмехнулся и спросил:

— И где стандартный вопрос? — имея ввиду «по какой статье».

Собеседник немного помолчал и задумчиво ответил:

— Знаешь, я, видимо, ударился в философию. Потому что стал размышлять. Вернее сказать, начал задавать вопросы. И искать на них ответы. На вопрос «за что» обычно отвечают… Впрочем, ты и сам знаешь.

«Понятное дело, — подумал я, — все говорят «ни за что».

А вслух сказал:

— По статье «шпионаж». Но это неправда.

Собеседник улыбнулся и протянул руку:

— Калабан! Вот видишь и ты.

— Алекс, рад знакомству.

После рукопожатия я сказал:

— Но ведь я не вру.

— Мне пора, — ответил Калабан, — еще увидимся.

Он ушел, а я задумался. Что значит «стал задавать вопросы»? И явно он мне не поверил. Время шло к вечеру и мне срочно нужно в барак. Если опоздаю — влепят штраф. А это плохо. Хорошо, что отделаешься карцером или исправительными работами, а ведь могут в наказание прибавить срок. Поэтому я торопился и добежал до барака за полчаса до отбоя. Перевесил свой номерок на доску «Прибыл» и забрался на койку. Время пролетело незаметно и вот уже сигнал отбоя. Появились двое надзирателей и пересчитали номерки. Убедившись, что все на месте, они вышли и заперли входные двери до следующего утра. Таков здесь был порядок и за его соблюдением строго следили. Ни один из постояльцев барака не имел права трогать чужой номерок, да и не посмел бы. Наказание обещали такое, что все предыдущие мытарства, а их у каждого было в достатке, покажутся райской жизнью. Но, в остальном, существование на острове казалось куда лучше, чем в колонии или на угольных шахтах. А я побывал и там, и там. Я вздрогнул. События минувших лет промелькнули перед глазами. Вот меня уводят полицейские, а Рита плачет. Потом было короткое следствие и суд. Девушка дважды приходила ко мне на свидание.

«Алекс, милый, я вытащу тебя»! — её не оставляла надежда.

Она даже наняла адвоката, чтобы у меня была защита на суде. Но всё тщетно. По лицу Риты я видел, как сильно мы облажались. Мы совсем недооценили уровень этого мира, нам казалось, что это обычное общество со своими заботами и кому какое дело до двух путешественников. Но здесь было и другое. Существовала полиция, тайные агенты и постоянная слежка за всеми. Моё поведение показалось подозрительным. Власти решили, что я шпион соседнего государства. Оказывается, на планете имелось ещё одна страна, а мы даже об этом не догадывались.

Власти двух держав постоянно конкурировали друг с другом и активно внедряли своих шпионов. В общем, страны были на волоске от прямого столкновения между собой.

И ещё я поразился работе полицейских структур. Когда я на суде объяснил, что просто-напросто путешествовал в столицу на накопленные деньги мне представили официальный ответ от властей Каг’яка, что человека с именем Алекс Павлер никогда не существовало в их округе. Следовательно, я шпион Прии и мне полагался срок. Помню, как вскрикнула Рита после оглашения приговора. Меня увели и больше я её не видел. Где она? Жива ли? Удалось ли ей вернуться? Увы, я этого не знал. Потом наступил период, когда у меня вообще не было времени думать. Сначала меня определили в колонию строгого режима и держали как опасного преступника. Сущим кошмаром стали постоянные проверки в любое время дня и ночи, за малейшую провинность сажали в карцер, где всегда горел свет и не давали даже сидеть. Как я выжил неизвестно, но однажды наказание смягчили. Меня перевели на общий режим и стало легче. Зато пришлось бороться за свою жизнь среди таких же уголовников, как я. Но были и плюсы: у меня появились друзья. От них я узнал, что наша колония находится в отдаленной местности и что сбежать отсюда невозможно. Зато стал доступен календарь, и я понял, что проторчал в застенках больше года. А однажды меня вызвали к начальнику колонии.

— Заключенный С-731! У вас хорошее поведение и мы заметили тенденцию к исправлению. За это вы направляетесь в вольное поселение на работы в угольные шахты. От вас зависит собственная судьба. Можно приблизить срок освобождения, либо вернуться обратно, но это будет хуже.

Я молча кивнул. Выбора-то всё равно не было. Меня перевели в шахты, и я оказался в аду. По-другому это охарактеризовать нельзя. После нескольких часов в забое, измученных, наглотавшихся угольной пыли, нас отправляли на отдых. Но разве можно назвать отдыхом ночлег в гнилом, кишащем крысами бараке? Правда, состояние было таковым, что на крыс и подобные мелочи обращать внимание не хватало сил. При такой ужасной работе мытье предусматривалось раз в неделю, поэтому койка каждого из нас была похожа на черные мешки и даже крысы брезговали ползать по такой грязи. Как и большинство рабочих шахты в скором времени я подхватил жуткий «угольный» бронхит и, если бы меня вовремя не перевели в госпиталь, я бы умер. Но я выжил. После нескольких дней жутчайшего бреда я очнулся на вполне себе белых простынях. В груди болело, а дыхание напоминало скрип колес несмазанной телеги. Честно говоря, я всё-таки думал, что мне пришел конец, но местные врачи меня выходили. Месяц спустя, шатающийся и бледный я выписался. В груди уже не болело, и я не харкал угольной пылью. Но работать в таком состоянии я не мог. Надзиратели это и сами видели. Поэтому меня направили в колонию-поселение, где восстанавливали силы такие как я. «Санаторий», именно так его называли заключенные, был, конечно, лучше, чем тюрьма, но всё же являлся местом лишения свободы. Содержание здесь отличалось более легкими и менее продолжительными работами — трудовую повинность никто не отменял. Я научился управляться с ножной швейной машинкой и не счесть числа сшитым мной рукавицам. После того, как я полностью восстановился, меня отправили снова на добычу угля. Но уже не в шахты, а в карьер, где уголь добывали открытым способом. Работа была тяжелой, но все же легче, чем в забое. Здесь я протянул дольше, пока меня не свалила та же болезнь. Отлежавшись в госпитале, я удивился, когда был этапирован на остров. Оказывается, тех, кто шел на путь исправления, завозили на окруженный со всех сторон водой остров. Здесь был сносный режим, в свободное от работы время разрешалось ходить где угодно, лишь бы вовремя являться в барак.

И заключенные здесь вели себя по-другому. Не было драк и стычек, никаких споров о том, кто главнее. Все понимали, что наказание последует незамедлительно: виновника отправят в самые глубокие шахты, откуда не возвращаются.

Я выбросил ужасные воспоминания из головы и вспомнил встречу с таинственным Калабаном. Он был не из нашего барака, но явно такой же сиделец, как и я. Что он сказал? Ответы на вопросы. И саркастически улыбнулся, когда услышал мою версию о моей статье.

«Но разве я не прав? Меня обвинили в шпионаже, но я ведь не шпион».

Я сел на койке, почувствовав, что лоб покрылся холодной испариной. Ведь, если говорить непредвзято, я действительно шпионил. Только не в пользу соседнего государства. О нем я даже не знал. Я, то есть мы с Ритой, выясняли на каком заводе изготавливали предназначенный для отправки в Ней-Чедо агрегат. По сути шпионили. И меня выследили. Получается, посадили по той статье, по какой надо. А это означает, что местные власти просто так ничего не делают. Выходило так, что если бы я не совал нос куда не следует, то никакого бы наказания не было. Прав бы Калабан, черт его задери! Я ещё поразмышлял некоторое время и не заметил, как провалился в сон. Снилась мне Рита и проклятые угольные шахты.

Утром я проснулся одновременно с сигналом гудка, извещавшим начало дня. Надзиратели открыли двери и огласили список назначений на работы.

— С-731 — прачечная!

Услышав свой номер, я хмыкнул. Отличная и недолгая работа. Останется время побродить по острову. После завтрака я отправился в постирочный бокс, где уже начинали трудиться такие же назначенные.

Естественно, стирка проходила без какой-либо автоматики. Всё делалось вручную: кипятили белье в огромном чане, затем полоскали его в корытах, потом развешивали на сушку. Работали быстро, слаженно и без споров. Всем хотелось закончить раньше. К обеду мы управились и молча отдыхали на крылечке у дверей прачечной, ожидая проверки. Наши усилия оценили положительно и отпустили на все четыре стороны до вечера.

Остров был не очень большим, и я успел исследовать порядочную его часть. Здесь росла трава и даже невысокие деревья, посаженные, похоже, местными заключенными. С восточной стороны имелся причал, куда изредка заплывали корабли. В основном — доставщики новых сидельцев. Но я видел, как уезжали и счастливчики, которых отпускали на свободу. На севере острова расположился ещё один лагерь для заключенных. Западную часть острова я ещё только планировал исследовать. Я поднимался вверх по едва заметной тропе, пока в тени деревьев не повстречал Калабана.

Завидев меня, он улыбнулся:

— Алекс? Я же говорил, что увидимся. Как дела?

— Ты прав, — ответил я, — все эти годы я считал, что посажен несправедливо. Но, с точки зрения законодательства страны, меня посадили за шпионаж. Собственно, этим я и занимался.

— Ты из Прии?

— Нет, Калабан. Я из другого мира. Как бы это странно не звучало.

— С другой планеты?

— Да.

— Почему же ты не обратился к своим? В консульство? Хотя я давно не слышал, чтобы в наше захолустье кто-то прилетал.

— Я не турист. Я попал в ваш мир другим путем. Это длинная история.

— Расскажи. Я пойму. Времени у нас достаточно.

— Хорошо, — пожал я плечами, — давай где-нибудь присядем. Говорить придется долго.

Глава 20

Закончив, я посмотрел на Калабана. Тот некоторое время задумчиво молчал, а потом задал вопрос:

— Получается, ты спасал свой мир?

Я кивнул.

— Да, не вовремя тебе закатали. Но скажи, стоило это делать? Какие могли быть последствия?

— Понимаешь, в эту авантюру замешаны пришельцы. Без какой-либо выгоды они вряд ли ввязались в сомнительное мероприятие. Значит, дело серьезное. К тому же эти пространственные переходы. Представь, что произойдет, если все, кому не лень начнут шляться с планеты на планету? Думаю, хорошего мало.

— Ты прав. И вот вы узнали, что это установка для производства водорода, так?

— Да.

— Что-то не сходится. По какой технологии, говоришь, будут производить газ?

— Методом гидролиза.

— Вот, что я скажу тебе, Алекс. По образованию я химик. В общем-то, за это я и загремел на зону.

— ???

— Мы с приятелями изготавливали поддельное золото. На том и попались.

Я посмотрел на Калабана с уважением. Тем более, что химия давалась мне с трудом.

— Всегда уважал тех, кому эта наука по зубам. До моих мозгов она пробивалась со скрипом.

— А, — махнул рукой Калабан, — ерунда. Я хотел сказать, что процесс изготовления водорода не так прост, как кажется. Этот газ в чистом виде не встречается и поэтому извлекается из других соединений с помощью различных химических методов. По этим способам его разделяют на цветовые градации. Зеленый — производится из возобновляемых источников энергии методом электролиза воды. Все, что необходимо для этого: вода, сам агрегат и большое снабжение электроэнергией. Голубой — производится из природного газа, а вредные отходы улавливаются для вторичного использования. Тем не менее идеально чистым этот метод не назовешь. Розовый или красный — изготавливают при помощи атомной энергии. Серый — водород получают путем конверсии метана. При его производстве вредные отходы выбрасываются в атмосферу. Коричневый — водород получают в результате газификации угля. Я ясно выражаюсь?

— Пока все понятно.

— Ну вот. Стоимость производства зеленого водорода чрезвычайно высока из-за большого расхода электроэнергии. Даже экономически не выгодна, если только у вас там электричество буквально не берется из воздуха.

— По моим данным ничего такого в Ней-Чедо нет, — покачал я головой.

— Так я и думал.

— Почему?

— Потому что законы везде одинаковы. Кроме того, существует вероятность взрыва, так как этот элемент имеет повышенную взрывоопасность. В общем, делать водород очень дорого и рискованно. Вас обманули, Алекс.

Я вытаращил глаза.

— Да, да. Что там за агрегат я не знаю. Судя по твоему рассказу, завод получил большие деньги на его изготовление. Скорее всего водород просто прикрытие. На самом деле это что-то другое.

— Ты правда так считаешь?

— Да. Но ты не паникуй. Ничего ведь не произошло. Сам говоришь, что мотаешься по тюрьмам пятый год. Если бы случилась катастрофа межпланетного масштаба мы об этом бы узнали. Что бы это не было — оно не заработало.

— Ты все правильно разложил, Калабан. Спасибо. Не учел только одного.

— Чего? — настала очередь удивляться моему собеседнику.

— Разницу во времени, — ответил я, — на планетах время течет по-своему. Четыре года здесь могут равняться всего одной минуте там.

— Ого! Действительно, про это я не думал. На самом деле такая разница?

— Я не знаю. Но то, что время здесь и там не одинаково это точно.

Мы помолчали. Каждый из нас размышлял о чем-то своем. Тишину нарушил Калабан.

— Часто я думал, что жизнь меня швыряла как половую тряпку, — произнес он, — а у тебя не лучше. Ты сможешь вернуться?

— Это вряд ли, ­— грустно усмехнулся я, — карты у меня нет. Обратно не попасть. После освобождения буду доживать свой век здесь. Устроюсь куда-нибудь на работу, наверное.

— А вдруг за тобой прилетят?

Я пожал плечами.

— Не хочу тешить себя напрасными иллюзиями.

— Но ты всё же надеешься.

Калабан внимательно на меня посмотрел. Я не ответил. Чего я только не думал во время своего срока. От обиды, бессилия и любви к Рите я с остервенением долбил киркой уголь, будучи в шахте. Доводил себя до исступления. Потом прошло, и, конечно же, я надеялся, что она придет. Грешил на временную разницу. Затем и это кануло неизвестно куда. Возможно, тюрьма меня закалила, и я стал черствым, как кусок угля. Нужно быть реалистом, а не грезить о несбыточном.

— Нет, Калабан, — ответил я, — уже нет. Всё прошло.

Вдали прогудел корабль.

— О! — прислушался Калабан. — Кто-то пожаловал. Наверное, партию привезли.

— У нас итак барак забит. Может наоборот, забирают?

— Кто знает? Ладно, засиделись мы. Пора.

— Ты прав. Нужно успеть до отбоя.

Мы распрощались, и я отправился обратно. Тропинка вывела меня на открытое место и слева вдалеке я увидел пришвартованный корабль. Это было небольшое судно с государственным знаменем на мачте.

«Точно, кого-то сегодня освободят», — подумал я.

Едва я появился в бараке, как следом вошли двое местных надзирателей.

— С-731! — выкрикнул один из них. — На выход!

Несмотря на пережитые ужасы, внутри у меня всё похолодело. Я сделал шаг вперед.

— Тебя вызывают, — сказал второй, — руки за спину!

В наручниках меня повели к зданию администрации. Зайдя внутрь, я какое-то время простоял в коридоре, пока меня не вызвали в кабинет начальника островной колонии. Тот сидел за столом, а рядом с ним в форме офицеров государственной службы стояли двое. Их лиц я не разглядел — они были в шлемах с абсолютно непрозрачными стеклами. Но я не удивился. Людей в подобной амуниции я не раз видел в Стартерре, когда меня арестовали.

— Заключенный С-731! — мрачно проговорил начальник. — В твоем деле всплыли новые детали. Поэтому тебя конвоируют на большую землю. Поздравляю, твой срок пребывания на острове истек. Поступаешь в распоряжение специальных агентов. И да помогут тебе все святые!

Глава 21

В сопровождении конвоиров я прошелся по шатким сходням и оказался на палубе патрульного катера РМ 00522. Номер на борту я успел заметить, когда подходил к причалу. Осмотреться по сторонам мне не дали — жестом указали спускаться в трюм. В конце коридора в одной из кают дверь была открыта. Конвоир кивнул головой, мол проходи. К моему удивлению внутренняя обстановка не напоминала камеру для заключенного. Дверь закрылась. В тишине отчетливо громко щелкнул замок наручников. Мне освободили руки. Я повернулся.

Один из конвоиров снял шлем и со всхлипываниями бросился ко мне на шею. Только тогда я понял, что это Рита.

— Милый, любимый, Алекс, прости, прости, — рыдания мешали ей говорить.

Она плакала и целовала меня в глаза, в лоб, в нос. Я обнял девушку, всё ещё не веря, что это произошло. Она продолжала меня целовать, вымазала моё лицо собственными слезами, рассмеялась, утерлась, и, наконец, успокоилась.

— Алекс! Как я рада! Ты, ты…

Сердце моё бешено колотилось.

—Я думал, что не увижу тебя, Рита. Честно говоря, я считал, что меня везут на расстрел.

Второй офицер снял шлем. Рэм, а это был он, сказал:

— Прости, дружище, за маскарад. По-другому нельзя. И я рад тебя видеть.

Он крепко пожал мне руку.

— Тебе придется побыть здесь до прибытия на континент. Мы постарались, чтобы тебе было комфортно. Так надо.

— Я догадался, что это не камера, — улыбнулся я, — ну хватит, Рита, не плачь. Я же живой.

— Я места себе не находила. Оказалось, что здесь разница во времени. Очень большая. Я боялась, Алекс. Боялась не успеть.

— Всё хорошо. Я справился.

— Присаживайся, расслабься и отдохни. Рэм, сообрази что-нибудь перекусить.

Рита усадила меня на диван и присела рядом. При этом она крепко держала меня за руки, словно боялась, что я исчезну.

— Всё готово, — сказал Рэм, — еда на столе. Я должен быть на палубе, чтобы не вызывать подозрений. Скажу, что заключенный на допросе.

Он нахлобучил шлем и вышел, плотно затворив за собой дверь. Я смотрел на Риту и любовался ей. Есть почему-то не хотелось. Становилось жарко.

— Всё хорошо, Алекс? Ты весь горишь…

— Я… Рита, я давно не видел женщин… так близко. Прости, это пройдет.

— Нет. Иди сюда.

Она крепко меня обняла и её губы прикоснулись к моим. Это был самый мощный поцелуй в моей жизни. Внутри всё закипело и страсть целиком захватила меня. Я почти не помню, как мы срывали с себя одежду.

Нормально я себя почувствовал только через некоторое время. Мы лежали, обнявшись, и тяжело дышали. Потом Рита рассмеялась.

— Ты чего? — спросил я.

— От счастья. Ты как?

— Есть захотелось, — признался я, — надо бы одеться. Вдруг Рэм придет.

— Он молодец. Знает, что делает.

Когда Рэм вошел, мы сидели за столом и беседовали.

— Ну как? — спросил он, непонятно что, имея ввиду.

— Хорошо! Я сто лет не ел такой вкуснятины!

Друзья рассмеялись. Затем Рэм сделался серьезным.

— Алекс, я понимаю, что тебе пришлось через многое пройти. Расскажи. Мы должны знать.

— Ладно, — кивнул я, — но сначала я должен предупредить. Это не установка для изготовления водорода. Нас обманули.

— Как ты узнал?

— Один умный человек объяснил. Ладно, начну по порядку.

И я рассказал. О том, как сидел на строгом режиме, как попал на угольные шахты и чуть там не умер. Рассказал, что меня еле выходили в госпитале и после отправили в другую тюрьму, с более мягким режимом.

— Потом опять добыча угля, но уже открытым способом. Снова болезнь и вот я оказался на острове. Я многое передумал и решил, что буду доживать свой век здесь. Никак не ожидал ваше появление.

Девушка смотрела на меня широко раскрытыми глазами. По её щекам текли слезы. Рэм стал мрачным, как туча. Видимо, рассказ о моих злоключениях, поразил их до глубины души. Вдруг Рита вскочила и метнулась к шкафу. Достав свой вещмешок, она выудила оттуда небольшую коробку.

— Удивлен, что ты ей ещё не воспользовалась, — заметил Рэм.

Рита стрельнула на него глазами и подошла ко мне:

— Это портативная аптечка спецназа. Работает автономно. Давай руку.

Я закатал рукав. Девушка приставила прибор к предплечью, и он словно примагнитился к руке. Послышалось едва различимое жужжание.

— Сейчас проанализирует твое состояние и при необходимости введет нужные препараты.

Устройство погудело ещё немного, потом сердито пискнуло и сверкнула красным светодиодом. Я почувствовал слабое покалывание.

— Что-то происходит, — сказал я, — она уколола меня.

— Инъекции вводит, — пояснил Рэм, — нужно подождать.

Через некоторое время я почувствовал облегчение во всем организме. Я уже и забыл, каковы ощущения здорового человека. Стало гораздо легче дышать, исчезли боли в пояснице и руках, в голове наступила ясность. Покалывание прошло. Затем прибор снова загудел, потом замолк и зажег зеленый светодиод. Рита выдохнула.

— Потрепало тебя здесь, Алекс, — покачал головой Рэм, — на моем веку впервые аптечка выдала красный. Даже при ранениях горит оранжевый. Не представляю, как ты держался.

— Да нормально, — пожал я плечами, — привык, наверное. Но эта штуковина свое дело знает. Я уже забыл, как чувствовать себя хорошо.

— Ну и отлично! — обрадовалась Рита. — Теперь наша очередь. Ты ведь сгораешь от любопытства? Хочешь знать, как мы тебя нашли?

— Хочу. Вы обескуражили меня своим видом. Уж никак не думал, что вы предстанете в форме офицеров госслужбы.

— Когда зачитали приговор и тебя увели, мне ничего не оставалось делать, как бежать с картой на другой конец города. Я смогла вернуться в Ней-Чедо. Каково же было моё удивление, что после нашего ухода там прошло всего лишь мгновение.

— Я видел, как вы исчезли, — улыбнулся Рэм, — и едва успел повернуть голову, снова появилась Рита. В состоянии, близком к истерике. Я такой её не видел. Сбиваясь, то и дело начиная плакать, она объяснила мне, что произошло.

— В Ней-Чедо вход и выход в одном и том же месте? — перебил я.

— Да. Представляешь? Рэм сразу сообразил о чудовищной разнице во времени, — продолжила Рита, — поэтому действовать нужно быстро.

— Я забрал остатки золотых монет и перстень с драгоценным камнем, который я нашел после стычки с окунгами. Мы собрались и вернулись в центр. Хорошо, что Рита прихватила твои карты. Мы активировали переход и оказались на Целласе.

— В городке Каг’як? — спросил я.

— Да, — серьезно кивнул Рэм, — и там, к своему ужасу, поняли, что прошло целых четыре года. Хотя В Ней-Чедо мы потратили на сборы всего день. Мы не сразу осознали чудовищную разницу во времени, иначе не стали бы задерживаться. Прости. Потом на поезде в Стартерру, но уже предварительно приняв меры. В Каг’яке отыскали магазин одежды, где продавалось всё. По железной дороге мы уже ехали в полицейской форме. В Стартерре пришлось прогуляться по самым злачным местам и выйти на городских бандитов.

— Зачем? — удивился я.

— Нам нужны были документы, — пояснил Рэм, — Рита рассказала, как здесь власти решают вопросы. В общем, бумаги мы себе выправили. Теперь мы официальные служащие государственной полиции особых миссий. Дело осталось за малым.

Рэм замолчал и посмотрел на Риту.

— Найти тебя, — продолжила она, — мы подделали назначения и устроились на службу. Вскоре мы выяснили где тебя содержат. Оставалось придумать, как тебя вытащить. Но нам повезло. Нас отправили в командировку на побережье в Лирбон. Какие-то проверки местных служб. От Лирбона можно на судне попасть на тюремный остров. Осталось сочинить подходящую легенду. Вот так мы тебя и нашли.

— А что за легенда?

— В твоем деле обнаружили нестыковки, — улыбнулся Рэм, — поэтому возникла необходимость этапировать заключенного в Стартерру для выяснения новых обстоятельств. Так что, до прибытия в Лирбон придется сидеть в каюте. Команда думает, что это камера. Там мы тебя выведем с корабля и исчезнем.

— Я посижу здесь с удовольствием, — сказал я, — непривычно, правда, в таком комфорте.

Рита и Рэм рассмеялись.

— Кстати, чуть не забыла. В Лирбоне осужденный Алекс Павлер перестанет существовать. Вместо него появится инспектор по особо важным делам Драган Ненад.

— Во дела! — присвистнул я. — а куда денется Алекс?

— Убит при попытке совершения побега, — заговорщицким тоном сообщил Рэм.

— Это жестоко! Друзья называется. Ладно, он, но ты, Рита!

— А я теперь не Рита! — улыбнулась девушка. — Меня зовут Мирана.

— Стеван, — кивнул головой Рэм, — приятно познакомиться.

Я не выдержал и расхохотался. Впервые за последние четыре года.

Глава 22

Центр Ней-Чедо гудел как потревоженный улей. Особенно много народа крутилось возле высотного здания, гордо именуемого филиалом автозавода Муссон. Хотя Рэм наводил справки и утверждал, что концерн не имеет филиалов в столице. Сплошной забор, окружающий территорию здания, разобрали, а вместо него смонтировали современное ограждение. Другая группа рабочих собирала из металлических деталей трибуну. Рядом развернули баннер с фотографией мэра города и надписью, приглашающей на общегородское собрание.

— Смотри-ка, — сказал Рэм, — обещает сенсационное заявление.

— Что ж, — ответила Рита, — до завтра ждать недолго.

— Если тут замешан мэр, — высказался я, — становится понятно, почему окунги так свободно здесь распоряжаются.

— Согласна. Вот и узнаем, что он задумал. А сегодня нам тут делать нечего.

Мы отправились на съемную квартиру, которую сняли Рита и Рэм во время моего случайного попадания в Багульник и последующих скитаний по городу.

— Удивительно! На Целласе прошло несколько лет. Здесь — пару дней. Вы буквально вчера отправились отсюда и точно, что агрегата из Стартерры не было. А теперь, судя по всему, он в здании. У меня голова кругом.

— Не парься, Алекс, — Рэм развернул портативный дисплей и подключил к нему свой коммуникатор, — это временные парадоксы. За четыре с лишним года, что ты провел на той планете, можно сто раз собрать подобный агрегат и отправить его. И работники завода так и сделали. Изготовили в срок и перебросили в Ней-Чедо. Но здесь-то прошло совсем немного времени.

— И когда по-твоему установка здесь появилась? — спросил я.

— К примеру, ночью, — ответила Рита.

— Хорошо, — не унимался я, — допустим, делали её полгода. Потом передали сюда. Но мы-то вернулись спустя четыре года. Где эта штуковина пропадала? Замедлилась в пространстве?

— Всё проще, — улыбнулась Рита, — и агрегат, и мы появились в Ней-Чедо в одном временном отрезке. Это и следует знать. Остальное не важно.

Я с удивлением воззрился на девушку.

— С ума сойти!

— Меня другое беспокоит. И это я должен отразить в докладе начальству.

— Взрыв в артели «Металлист»?

— Именно, — ответил Рэм.

В моей памяти всплыли недавние события. Едва мы сошли с корабля, как тут же затерялись в хитросплетениях узких улочек портового городка Лирбон. В маленькой квартирке, снятой заранее, меня превратили в инспектора по особо важным делам Драгана Ненада. Рита с превеликим удовольствием собственноручно наклеила мне жиденькую бородку и тонкие усики. А маленькие очки с круглыми линзами довершили мое преображение. Я сам себя не узнавал в зеркале. Котелок, трость и строгий костюм окончательно превратили меня в педантичного и занудного инспектора. Затем собой занялась Рита. Уединилась на каких-то десять минут в ванной комнате и пропала. А вместо неё появилась чопорная старушенция по имени Мирана Кринева. Её голову венчала маленькая шляпка, почти не закрывающая зачесанные на прямой пробор седые волосы. В общем, я опешил от её вида. Рэму повезло больше всех. Он натянул облегающие клетчатые брюки-трубочки, такой же пиджак и кепку.

— Какой ты! — улыбнулась «Мирана».

— Частный сыщик Стеван Брижевский, — учтиво ответил тот и поклонился, — составлю вам компанию до Стартерры.

Мы покинули квартиру и не спеша направились в центр города. Инспектор с пожилой дамой под руку, не вызывал подозрений. Впрочем, как и худощавый сыщик. До Стартерры ходил пассажирский экспресс.Мы приобрели три смежных купе в вагоне первого класса и в тот же день отправились в путь. В столицу я прибыл отдохнувшим и выспавшимся. Не теряя времени, наша экстравагантная троица двинулась с вокзала прямо к точке перехода в Ней-Чедо. Наш маршрут пролегал недалеко от артели, из-за которой меня упекли в тюрьму. Каково же было удивление, когда вместо завода мы увидели дымящиеся руины. Как объяснил нам прохожий, недавно на территории артели что-то сильно взорвалось. Да так, что в домах на соседних улицах вылетели окна.

— Говорят, какой-то газ, — понизив голос сообщил прохожий и удалился.

— Тогда понятно, — сделал вывод сыщик, — все знали, что этот агрегат производит водород. Директор решил разбогатеть и после сдачи первого аппарата, организовал сборку второго. Скорее всего долбануло на испытаниях.

— О чем задумался? — спросила меня Рита.

— Вспоминал, как мы выбирались с Целласа.

— Весело было, — усмехнулся Рэм, — особенно я. Красавец! Как вспомню эти ужасные узкие брюки…

— Я не о том. Про взрыв.

— Да, Алекс. Тут есть над чем подумать. Либо это глупое стечение обстоятельств, либо устранение ненужных свидетелей. А если последнее верно, то это уже компетенция галактического спецназа.

Мы ещё поговорили, а когда совсем стемнело отправились спать. С утра, позавтракав, мы уже были в районе «окунговской» высотки. Так её окрестил Рэм и мы с Ритой подхватили это название.

— Смотри-ка! — присвистнул Рэм. — Народу прилично собирается.

— Всем интересно, что скажет мэр. Я просмотрела старые газеты и сделала вывод, что глава Ней-Чедо не часто балует горожан своим появлением. В общем, сегодняшнее событие редкое и люди его вряд ли пропустят.

Я хотел что-то добавить, но в этот момент, откуда-то со стороны послышались крики:

«Едет»!

Толпа расступилась и к зданию подкатил белый лимузин. Раньше я не знал такого слова. Несколько раз видел очень длинные машины, в которых катались самые известные личности города и недоумевал, для чего такая нелепая конструкция. Ведь в повороты входить неудобно, да и парковаться тоже. Оказалось, что это лимузин и это очень престижно. Странно, конечно, но видимо здесь такие стандарты роскоши.

За машиной мэра ехала ещё одна — привычной конструкции, но относящаяся к высшему классу по здешним меркам. Из неё выпрыгнули четыре человека в строгих костюмах и бросились открывать дверь роскошного авто. На свет вышел Монрего диз Аргус собственной персоной. Под аплодисменты, свист и улюлюканье мэр прошествовал к центру территории и забрался на трибуну.

— Приветствую вас жители славного города Ней-Чедо! — провозгласил Монрего. — Я стою перед вами, чтобы сделать официальное заявление. В этом здании отныне функционирует филиал концерна Муссон под моим руководством. Мы разработали новое топливо для ваших машин! Это — водород! Скоро наладим производство и в ближайшем будущем весь транспорт Ней-Чедо перейдет ещё на одну ступень технологичности. Вам не понадобится дорогой бензин — у вас будет дешевый водород! Двигатели легко переоборудовать на газ — потребуется небольшая модернизация. Стоимость переделки невелика. Вы можете узнать цены и записаться в очередь в конторе Муссона, расположенного на первом этаже здания. Мой совет — приобретайте акции автозавода и вскоре вы легко измените свой собственный статус. Да здравствует эра чистого водорода!

Народ зааплодировал, тут и там слышались радостные вопли. Самые предприимчивые уже образовали очередь у офиса конторы. Я находился в замешательстве:

«Чему люди радуются»?

Посмотрев на товарищей, я понял, что они тоже не испытывают никакой радости. Особенно Рэм. Судя по его виду, он был очень зол. Он посмотрел на ухмыляющегося мэра и тихо произнес:

— Ой, дурак! Как же легко его купили!

Глава 23

Я напряженно всматривался в развернутый голографический монитор пытаясь вникнуть в чертежи аппарата и одновременно слушал Рэма. Это он обобщил и систематизировал данные, полученные после проведения трехмерного сканирования. Удалось это благодаря спайтам, а именно Лойзу. Он согласился проникнуть в здание и запустить прибор для съемки. Когда Рэм после суток затворничества выдал нам информацию, мы были, мягко говоря, ошарашены. В особенности я, потому что услышанное не укладывалось в моей голове.

— Ты уверен? — спросила Рита.

Такой серьезной я её ещё не видел.

— Да, — ответил Рэм, — именно.

Кроме самого устройства в разрезе, вторая часть дисплея отображала здание в двух вариантах — до того, как установили аппарат и после. И было отчетливо видно, что пустого места практически не осталось. Только узкие проходы со всех сторон и небольшое пространство сверху.

— А здесь, что? — Рита ткнула на прямоугольный сегмент, размещенный с левой стороны монструозного механизма.

— Самое интересное! — ухмыльнулся Рэм. — Согласно анализа сканирования это и есть установка для производства водорода.

— Она демонстрационная, что ли? — удивился я и добавил: — Слишком маленькая.

— Это в сравнении с размерами основным агрегатом. Но ты прав, Алекс. Похоже на одноразовую сессию гидролиза водорода. Так сказать, продемонстрировать получение газа. И всё.

Рита принялась измерять шагами комнату.

— Выходит, это бутафория? Покажут один раз, что процесс идет… а зачем?

— Убедить мэра, — предположил я, — и получить какую-то выгоду.

— Например, такой вариант, — добавил Рэм, — для последующего изготовления водорода нужна электроэнергия в большом объеме. И подведут к зданию линию электропередач.

— Давай вернемся к главному, — попросила Рита, — говоришь, что основным элементом конструкции являются гравитационные ловушки? Это очень серьезно. Боюсь представить для чего они.

Я пока не понимал, о чем речь, но на лицах друзей читалась озабоченность и тревога. Гравитация, ловушки и прочая техническая информация была для меня темным лесом. Я хотел уже задать вопрос, но перебил Рэм:

— На основании данных сканирования мы можем только предполагать об их истинной мощности. Кроме того, внутри агрегата много конструктивных элементов, значение которых для меня непонятно. Например, эта странная клеть и механизмы — вот здесь.

Он указал на какие-то штуковины и похожую на клетку конструкцию, состоящую из неравновеликих ячеек. В этот момент в моей голове что-то щелкнуло, и я выдал:

— А вдруг это производство антиматерии?

Глаза у Риты сделались большими, а у Рэма просто поползли на лоб.

— А говоришь, что в этом не разбираешься, — покачала головой девушка, — но каким образом тебя посетили эти мысли?

— Слышал где-то, — пробурчал я, — или читал. Главным конструктивом такого аппарата являются гравитационные генераторы сдерживания поля, и ускорители частиц, с помощью которых вырабатывается антивещество. Но это, естественно, в теории. На самом деле, как я знаю, никто ещё не додумался до создания такого. Но однажды, ведь это может произойти?

— В этом есть смысл, — изрек Рэм, — допустим, окунги решили обеспечить себе главенствующую позицию в галактике. Получили доступ к неким технологиям. Затем выбрали удаленную от центра планету и принялись осуществлять свой план. Например, понадобилось им специальное здание. Нашли подходящее и выкупили. Но в этот момент вмешивается мэр города. Для него ведь важно, чтобы был порядок и всё «по закону». Тогда ему рассказывают о быстром способе разбогатеть. Например, торговать дешевым водородом вместо дорогого бензина. Мэру ведь невдомек, что в реальности это очень накладно и нерентабельно. Ему предлагают сделку: единоличное владение технологией изготовления водорода в обмен на свободу собственных действий. В конечном итоге окунги добиваются своей цели, а на мэра и всех остальных жителей плевать. Примерно такая картина вырисовывается.

Рэм закончил.

— Я почти так и думала. Ситуация ясна, только мы не знаем об истинных намерениях окунгов. А вдруг Алекс прав? Они же планету уничтожат.

— Это просто предположение, — сказал я.

— И пусть оно окажется неверным, — Рэм в задумчивости посмотрел на дисплей, — хотя всякое может быть. Своими силами мы все равно не поймем суть этого устройства. Пришло время передать данные наверх. Специалисты разберутся что к чему.

— Согласна. На лицо вмешательство в дела планеты, а может быть и галактики.

Рэм отправился было к себе, но тут ожил его коммуникатор. Мельком взглянув на экран, Рэм отчеканил:

— Центр вызывает.

Он ушел. Рита казалась встревоженной.

— Что-то не так? — спросил я.

— Начальство выходит на переговоры только в экстренных случаях. Значит, произошло что-то действительно важное.

— Сеансы связи долго продолжаются?

— Обычно нет.

— Тогда подождем и не будем делать поспешных выводов.

— Ты прав. Можно скоротать время за чашкой кофе.

Чуть позже, прихлебывая ароматный напиток, я сказал:

— Одного не пойму, как все-таки доставили это оборудование в здание. Ведь не тащили же с площади.

Рита хотела ответить, но в комнату вошел Рэм.

— Ну что там? — спросила она.

— Зарегистрировано кратковременное возмущение, точно такое же, как у межпространственного перехода. И ведет оно прямо в высотку окунгов.

— Теперь понятно, как они установили агрегат, — с удовлетворением отметил я, — он просто оказался в нужном месте.

— Зачем же делать два МП недалеко друг от друга? — спросила Рита. — Это очень странно. Указания какие-нибудь поступили?

— Пока нет. Я передал данные сканирования и вкратце описал ситуацию. Доложил и о взрыве завода на Целласе. Так что ждем результатов касаемо устройства окунгов. Пока ничего не предпринимаем.

— Думаешь, разберутся? — спросил я.

— Да, Алекс. Там высококлассные специалисты. Думаю, ждать нам недолго.

Рэм, как всегда оказался прав. Мы только успели доехать до центра — убедились, что ничего подозрительного с высоткой не происходит. Затем набрали охапку вечерних газет и отправились обратно.

— По твоему совету, Алекс, почитаем свежую прессу, — улыбнулась Рита.

Вызов поступил едва мы зашли в квартиру. Рэм уединился и отсутствовал дольше обычного.

— Наверняка что-то серьезное, — предположила Рита и оказалась права.

Рым вышел к нам с озабоченным видом.

— Ну что? — не выдержала девушка.

— Это не генератор антивещества.

Мы с облегчением выдохнули. Рэм покачал головой и продолжил:

— Это хуже. Окунги смонтировали устройство способное удерживать сингулярность!

Глава 24

Рита попросила повторить фразу, а после расшифровать её на нормальный язык. Заметив наше с Рэмом удивление, она воскликнула:

— Что?! Я, по-вашему, каждый день сталкиваюсь с сингулярностями? Открою секрет — ни разу не приходилось. Так что, давайте, просветите меня.

Я знал этот термин. Еще в школьные годы я увлекался всякой всячиной. В определенный период мы с одноклассниками грезили неизведанными мирами и вселенными, бросались с головой в науку, изучали порой такие вещи, что окружающие диву давались. С возрастом это, конечно, прошло. Казалось, что никогда и не пригодится. Однако, момент наступил.

— Думаю, речь идет о гравитационной, либо космологической сингулярности, — сказал я, — остальные нет смысла обсуждать.

Рэм понимающе кивнул.

— Так! Хватит строить из себя умников! — рассердилась Рита. — В конце концов!

Я поспешил её успокоить:

— Не думай, что я такой всезнающий. Просто увлекался когда-то. По-простому, сингулярность — это некое место, где перестают работать обычные законы. Ученые различают несколько видов сингулярностей. Есть математическая, технологическая, философская и даже биологическая. Но нас интересуют две других: гравитационная и технологическая.

— Ладно, хоть что-то объяснил, — смягчилась девушка, — но всё равно непонятно.

— Честно говоря, — сказал Рэм, — о сингулярностях мало чего известно. В основном теория. Ведь никто из людей там не был. Как абсолютно верно подметил Алекс, законы физики в том месте не работают. Да и вообще любые законы. Но поговорим про то, что знаем. Считается, будто черные дыры это и есть гравитационная сингулярность. А космологическая, в теории, это состояние Вселенной в момент Большого взрыва. Некая точка, где плотность бесконечна и т.д. Многие ученые придерживаются гипотезы о том, что Вселенная появилась из атома вещества, который характеризовался огромными показателями температуры и плотности. Однако, есть немало противников, склонных считать, что хаос не может равняться нулю при высоких температурах. Но мы знаем, что в сингулярности не работают законы физики, поэтому всё может быть.

— Теперь более-менее понятно, — задумчиво произнесла Рита, — то есть, окунги заимели аппарат, способный удержать черную дыру. Либо они решили создать новую вселенную. В голове не укладывается.

— Естественно, — кивнул я, — поэтому мы и говорим, что толком никто ничего не знает. Все это теория. Как, например, засунуть черную дыру в эту установку? Приблизительные размеры мы знаем…

— Это так, — кивнул Рэм, — но если взять сколлапсированную, то можно. Теоретически.

— Что значит взять? — удивилась Рита. — Это не футбольный мяч.

— Перенести с помощью межпространственного тоннеля, — выдал я.

Друзья уставились на меня как на диковину. На некоторое время повисла тишина. Потом Рэм сказал:

— Ты гений, Алекс! Может быть, сеть мгновенных перемещений создавалась именно для этого. Во вселенной всего полно. Допустим, некто обнаружил сингулярность, сжатую до сверхмалых размеров. И построил к ней переход. Осталось лишь переместить её в аппарат.

— А дальше, что? — спросила Рита и сама ответила: — Создание новой вселенной? Вы понимаете, что это конец?

Рэм развел руками.

— Понимаем. Но нужно иметь ввиду, что этого никто никогда не делал. Может быть, ничего не получится. Хотя, да. Это будет катастрофа.

— Какие же нужно иметь технологии чтобы такое провернуть?

— Не знаю, Алекс. По имеющейся на сегодня информации у человечества подобных технологий нет.

Некоторое время мы молчали, думая каждый о своем. Мне пришла в голову мысль о неизвестной сверхразумной расе инопланетян. Только они могли сотворить такое.

— И что же делать? — наконец спросила Рита.

— Нам дан приказ наблюдать и сообщать о любых изменениях, — пожал плечами Рэм, — будем смотреть за зданием и за окунгами.

— Как думаешь, сколько нужно времени, чтобы провернуть всё это?

Рэм покачал головой:

— Не знаю, Рита. Сначала надо запустить установку. А для этого требуется много электричества. Следовательно, нужно протянуть ЛЭП. Других способов передачи энергии здесь нет.

— Тогда ждем представление с водородом, — подытожила девушка, — а там видно будет. Время позднее. Предлагаю поужинать и спать. Утро вечера мудренее.

Ночью мне не спалось. В голову лезли разные мысли. Я попробовал представить, как появилась вселенная. Видимо, в ходе мыслительного процесса я уснул, потому что увидел красочные картинки космического масштаба. Вот звезда — в начальной конфигурации рыхлый шар, затем коллапс и она более плоская. Коллапс усиливается и звезду сжимает равномерно по всем направлениям. Стало видно, как сильно вырастает гравитация. Она притягивает даже фотоны и образуется горизонт событий. В живую это уже видеть невозможно, но благодаря сну и воображению я заглянул под горизонт. Звездное вещество продолжало коллапсировать до тех пор, пока не образовалась сингулярность. В финальной стадии этого процесса появилась черная дыра с мощным гравитационным полем, вбирающим в себя всё. Однажды, внутреннее её давление вырастет до критических величин и произойдет Большой взрыв.

Я проснулся в холодном поту. Понимая, что это всего лишь сон, я испытывал страх. Увиденное оказалось настолько грандиозным и впечатляющим, что невозможно было даже допустить мысли попытаться обуздать эту силу.

«Нужно быть идиотом, либо всемогущим, решившись на это, — подумал я, имея ввиду перенос коллапсара, — ведь невозможно тягаться с такими масштабами».

Утром я поделился с друзьями о своих ночных видениях.

— Уму непостижимо сколько должно пройти времени, чтобы черная дыра достигла этой стадии, — подытожил я.

— Да уж, — вздохнула Рита, — мозги не в состоянии воспринять.

— Такие объекты как правило скрыты за горизонтом событий, — сказал Рэм, — увидеть, что происходит внутри невозможно. Либо нужно жить миллиарды лет, либо уметь двигаться назад во времени.

— Вот оно! — воскликнул я. — Вы же в самом начале нашего знакомства сообщили, что гипотетический создатель всего этого мог бы обладать технологией темпорального перемещения.

— Найти бы его! — покачала головой девушка. — Но мы и близко не приблизились к этому.

Поступил вызов, и Рэм скрылся в своей комнате.

— Не слишком ли часто? — спросил я.

Рита кивнула.

— Что-то произошло.

— Ничего экстраординарного! — заявил появившийся в дверях Рэм. — Мы должны встретить нашего коллегу, моего старого знакомого. Капитан Сторн исследовал пустынную планету и нашел карту. В общем, он повторил твой путь, Алекс. И вот-вот прибудет сюда. Вы знаете, где его встретить. Отправляйтесь сейчас же.

Я посмотрел на часы, выданные мне вместе со спецназовским снаряжением. Мои прежние давно канули где-то на Целласе.

— Поехали!

За руль села Рита. Она знала город и вела машину, не прибегая к помощи карты. Иногда сворачивая на второстепенные улицы, мы довольно быстро миновали утренние пробки и оказались в пригороде.

— Давненько я здесь не был!

— По местному времени не так уж и давно, — заметила девушка, — просто ты долго пропадал в другом мире.

Сторна мы нашли за городом, примерно в том месте, где очнулся я. Рита первая заметила мужчину, стоящего на обочине. Выглядел он как оборванец — даже спайты с их аскетической одеждой смотрелись лучше. Притормозив около него, Рита развернула машину.

— Капитан?

— Да. С кем имею честь?

Рита вкратце объяснила ситуацию.

— Хвала космосу! Как я устал от диких мест и особенно от холода.

— Понимаю, — сказал я, — сам там был. Я — Алекс.

Мы пожали друг другу руки.

— Давайте уже уедем отсюда, — попросила девушка, — не стоит привлекать внимание.

Пока мы добирались до дома Рита вкратце объяснила ситуацию. Сторн поделился своими похождениями. На пустынной планете он также повстречал мальчугана, который назвал себя «дорожных дел мастером». Потом нашел карту и оказался по колено в снегу в глухом лесу. Нет, в Багульник он не попал. Вообще не слышал такого названия. Зато вышел к деревне Бродни. И там нашел вторую карту.

— У кузнеца? — спросил я.

— Нет, — удивился Сторн, — возле колодца в самом центре поселения. Потом подошел к дому с большой трубой и вот я здесь.

— Уму непостижимо. Карта как выглядит?

— Вот. Я сразу понял, что это она.

Я уставился на маленькую декоративную подкову. Я видел похожие у кузнеца, только они были гораздо больших размеров. У меня ножны, у Сторна подкова. Затейник, однако, этот «ученый».

Мы заехали в центр. Сторн с нескрываемым любопытством глазел по сторонам. Его интересовало всё — высокие здания, люди на улицах и вереницы разноцветных автомобилей. Мне показалось, что он бы с удовольствием остался бы в центре, но Рита резко свернула в узкий переулок и вскоре мы подъехали к своему дому.

Рэм уже поджидал и встретил друга объятиями.

— Ну у тебя и вид! Иди в душ и переоденься.

Минут через тридцать, Сторн в свежем спецназовском обмундировании предстал перед нашими глазами.

— Отлично! — заявил он. — Как приятно чувствовать себя в цивилизации.

Он с видимым удовольствием посмотрел на свой хронометр.

— Цифры! Приятно отслеживать точное время. А не по солнечным часам!

У меня брови поползли вверх:

— Что? Повтори, пожалуйста. Где ты видел солнечные часы?

Сторн пожал плечами:

— Там. В Броднях. При этом, как мне объяснили, нужна ясная погода. Иначе вообще ничего не увидишь.

Меня охватило предчувствие, а по спине побежали мурашки. Рита заметила во мне перемену.

— Что-то случилось, Алекс? Ты в лице изменился.

— Да. Кажется, я нашел того самого ученого.

Глава 25

В лесу было тихо и холодно. Под ногами поскрипывал снег. Сторн шел первым, периодически поглядывая в голографический планшет. Это его стараниями у нас появилась карта окрестностей Багульника. Оказавшись в этом мире, Сторн передал сигнал со своего коммуникатора на базу. Зафиксировав и определив координаты планеты, штаб отправил на её орбиту спутник. Благодаря современным технологиям теперь в нашем распоряжении была топографическая карта планеты. Не до конца оцифрованная, но достаточная для ориентации на местности. Мы не пошли прямиком в деревню. Рэм предложил для начала понаблюдать со стороны. Недалеко от деревни в лесу обнаружили возвышенность, туда и направились. На месте это оказался поросший кустарником холм с которого открывался отличный вид на деревню.

— Странно, — пробормотал Сторн, — в прошлый раз снега было больше.

— Ты здешнюю зиму не видел, — усмехнулся я.

— А это что?

— Думаю, осень.

— Плохой климат. Не хотела бы я здесь жить. Давай, Алекс, покажи нам, где живет твой спаситель.

Я вытащил из кармана визор и оглядел деревню. Сразу узнал знакомый дом на окраине.

— Вот, — показал я в нужном направлении, — отсюда хорошо видно.

Рэм приблизил картинку в своем визоре.

— Мужик какой-то, — сказал он спустя минуту, — рубит распиленные деревья. Зачем?

Подавив смешок, я провел краткий ликбез о деревенской жизни и необходимости заготовки дров.

— И ты думаешь, что этот селянин и есть тот самый главный злодей? — недоверчиво спросила Рита.

— Может и не главный, — пожал я плечами, — но он что-то скрывает.

— Пойдем? — предложил Рэм.

Я помотал головой.

— Нет. Сначала я сам. А вы наблюдайте. Я дам сигнал: подниму руку. Тогда подходите.

— Ладно. Но если что-то не так мы появимся незамедлительно.

— Идет, — ответил я и направился в Багульник.

«Как будто вчера здесь был. Ничего не изменилось», — подумал я глядя на убогие дома и покосившиеся заборы.

До нужного дома я добрался быстро. Едва я открыл калитку, Ефимко обернулся и расплылся в улыбке:

— Санко! Вот те раз! Какими судьбами?

— По твою душу, — мрачно ответил я, — хватит представлений. Я тебя раскусил. Ты прокололся.

— На чем? — воскликнул Ефимко.

— Ты не удивился, увидев мои часы. А ведь местные жители время по солнцу определяют. Я прав?

Ефимко сел на чурбак и задумался. Потом вздохнул и произнес:

— Ты находчивый, Алекс. Тебе ведь привычнее это имя?

В ответ я молча кивнул.

— Хорошо. Я рад, что не ошибся в тебе.

— Это как понимать?

— Нам предстоит долгий разговор. Пойдем в дом.

— Я не один. Принял меры, так сказать.

Ефимко пожал плечами:

— Мне нечего бояться. Зови кого ты там привел.

Я поднял руку вверх. Минуты не прошло, как спецназовцы вошли во двор.

— Все? — спросил хозяин дома.

Услышав утвердительный ответ, он жестом пригласил пройти за собой.

С того времени, как я покинул этот дом, в нем ничего не изменилось: большая и неказистая печь, полки с утварью, стол с длинными скамьями и маленькое окошко — всё было на своих местах. Мы уселись с одной стороны, а Ефимко занял место напротив.

— С чего начнем? — спросил он.

— И как твоё настоящее имя? — спросил я.

— Альций Квидд.

— Причем тут Ефимко?

— Публиковал некоторые работы под псевдонимом Ефим Строгонов. Отсюда и это имя. На здешнее походит.

Рэм задумался, вспоминая что-то, потом спросил:

— Строгоновские измерения — это ваша работа?

— Да, — усмехнулся Ефимко, — были времена. С кем имею честь?

— Галактический спецназ, — ответил Рэм, — выявляем незаконные воздействия на вселенную.

— Меня в чем-то обвиняют?

— Пока нет. Хочется услышать из первых уст некоторую информацию. Вы спрятались в глуши, но спасли и приютили Алекса. При этом вы не тот, за кого себя выдаете. Пришло время выложить карты на стол.

— А мне нечего сказать. Пришли какие-то неизвестные, представились спецназом. Откуда я знаю какие у вас цели? Да и вообще, я за свою жизнь опасаюсь.

— Вам ничего не грозит, — подала голос Рита, — по крайней мере с нашей стороны. Ситуация очень сложная. Если вы в состоянии пролить на это свет, то давайте уже говорить серьезно. Вы ведь что-то знаете, не так ли? Если бы Алекс не догадался про часы, никто бы не знал о вашем существовании. Судя по вашим научным работам, вы не похожи на того, кто ошибается в мелочах. Значит, сделали это намеренно. Я права?

Ефимко помолчал некоторое время, а потом спросил:

— Они построили аппарат?

— Да, — ответил Рэм, — огромный агрегат, спрятанный внутрь высотного здания.

Хозяин дома вздохнул.

— Понятно. Хорошо, я расскажу. Это длинная история. Я много времени посвятил изучению черных дыр. Всем известно, что сквозь них нельзя провести геодезическую линию. Доказано, что линия разрывается. По моим наблюдениям и расчетам, каждый отрезок такой линии ведет в другое пространство. Или измерение. В общем, такова краткая суть моей работы, которую окрестили как «Строгоновские измерения». Потом я понял, каким образом можно создать тоннель с похожими свойствами, предназначенным для мгновенного перемещения в пространстве. Теоретически конечно. Я не буду углубляться в расчеты квантовой физики и релятивистской механики, чтобы не утомлять вас лишней информацией. Моя теория так и осталась бы в забвении, если бы не случай. Однажды на моем корабле вышел из строя навигатор и меня занесло на орбиту малоизвестной отдаленной планеты системы Продикус. Впоследствии я узнал, что это Плейя. Пока автоматика корабля чинила навигатор, я на челноке спустился на поверхность. Так я оказался в Ней-Чедо — столице государства Эластрея.

Рассказчик замолчал, прокашлялся и продолжил:

— В общем, разглагольствовать можно долго. Если по существу, то мне понравился город, и я решил там обосноваться. Я, знаете ли, не люблю, когда мне мешают работать. В Ней-Чедо меня никто не знал, и я мог спокойно заниматься наукой. Так я и сделал. Купил дом в центре, тихо и мирно жил, пока не встретил спайтов. Удивительная их особенность меня поразила, и я занялся их изучением и понял, каким образом они перемещаются в пространстве.

— А потом распустили слух что они опасны, — фыркнул Рэм.

Ефимко посмотрел на него с удивлением:

— Откуда такие выводы? Они и до моего появления являлись изгоями общества. Я случайно с ними встретился. У нас были очень хорошие отношения. Тоф, если он ещё жив, может подтвердить. Знаете, наверное, что здесь с Плеей огромная разница во времени?

Я кивнул. Ефимко продолжил рассказ. Говорил он долго и меня клонило в сон. Заметив, что я клюю носом, хозяин разлил по чашкам горячий чай. Это меня взбодрило, и я старался не упустить ничего важного. В общем, Ефимко работал не один. Он слетал на Землю и пригласил с собой единомышленников в количестве пятерых человек. Вернувшись в Ней-Чедо они принялись за дело. Год напряженного труда ушел на то, чтобы создать первый прототип тоннеля мгновенного перемещения. Оставалось испытать его.

— Ричард в молодости был космолетчиком. Он имел доступ к звездным картам и с его помощью мы нашли несколько отдаленных от центра планет. Установили приемники и приступили к испытаниям. Удивительно, но система заработала. Нас охватила эйфория. Мы перемещались с одной планеты на другую и устанавливали приемники, сделав целую систему межпространственных тоннелей. А вскоре радость сменилась настоящим безумием. Почувствовав себя богами, некоторые из моей команды наотрез отказались обнародовать наше открытие. Вместо этого посыпались идеи — одна другой хуже. Ричард загорелся идеей вершить судьбы людей, а Кларк придумал карты и разбросал их по всем мирам. Я противился этому как мог и за это меня отстранили от проекта. Больше всех усердствовал Петр. Он придумал, что это не путешествие по мирам, а своего рода прохождение дорог судьбы. Себя поначалу называл апостолом, благо имя подходило, потом выдумал себе новый титул: «Дорожных дел мастер». Мне удалось провернуть одну авантюру и отправить Петра на пустынную планету. Карта у него была с маршрутом в один конец, хотя он мог бы побродить и поискать другие карты. Вместо этого он там обосновался, возомнил себя пророком и ждет пришествия.

— Кого? — спросил Сторн.

— Я не знаю, — пожал плечами рассказчик, — я уже давно не слежу за ним.

— У вас есть возможность следить на расстоянии? — удивилась Рита.

— В некотором роде. Позже объясню. На чем я остановился? Ах, да. В общем, мы валяли дурака вместо того, чтобы позаботиться о безопасности. Лучше бы мы сразу обнародовали свое открытие. Потому что нами заинтересовались другие.

— Окунги?

— Нет, Алекс. Они просто исполнители. Кое-кто более могущественный.

Глава 26

Все затаили дыхание, ожидая от хозяина дома некого сенсационного заявления. Моему воображению предстали картины вторжения воинствующего межгалактического разума, которого представляли ужасного вида инопланетяне. Я ждал, что Ефимко скажет о чем-нибудь подобном. Но вместо этого он произнес:

— К сожалению, я не знаю кто это.

— Может, всё-таки это окунги? — предположил Рэм.

Ефимко грустно рассмеялся.

— Нет, что вы. В свое время я знаком был с их планетой. Они живут в отдалении от важных галактических трасс, у них аграрная промышленность, достижения в науке и технике только в рамках этой области. Своя собственная культура, направленная на созидание. Абсолютно не воинствующая тихая раса. Когда я впервые увидел их в Ней-Чедо, не поверил своим глазам.

— Странно всё это, — Рита посмотрела в глаза рассказчику, — а ваши бывшие единомышленники сейчас где? Петра вы сослали в пустыню. Это один. А ещё четверо?

— Ричард и Кларк были убиты на моих глазах, когда окунги брали штурмом нашу базу в центре города. Хэлф, бедняга, первым испытывал пространственный переход и исчез. Ни в одной точке больше не появился. Эфилей сгорел заживо во время опытов в лаборатории.

— То есть, из всей команды остался только ты? — спросил я.

Ефимко кивнул. Сторн забарабанил пальцами по столу.

— Что-то не сходится, — заявил он, — если вы всё делали в тайне от цивилизованного общества, кто мог знать о ваших экспериментах? Как информация дошла до окунгов? Вряд ли в Ней-Чедо нашелся умник и отправился в космическое путешествие, чтобы взбаламутить умы простых аграриев. Сдается мне, всё гораздо прозаичнее. Наши службы следят за всем, что происходит в Галактике. Появление чужой сверхцивилизации мы бы заметили. Ваша деятельность ведь привлекла внимание спецназа.

— А кто тогда? — удивился Ефимко.

— Однозначно кто-то из ваших. Слишком соблазнительны перспективы изобретения межпространственных переходов. Да и вообще, чувствуется подход ученого. Это ж надо — аппарат для сдерживания сингулярности! Только воспаленный наукой мозг может до такого додуматься.

— Ну, не знаю, — покачал головой Ефимко, — кроме меня никого не осталось. А я точно этого не делал. Наоборот, совершил попытку остановить это безумство.

— Как? — спросил Рэм.

Ефимко указал на меня:

— С помощью Алекса!

Я вытаращил глаза.

— Да, да. Не удивляйся. Просто я решил, что ты не остановишься. И не прогадал. Я могу отследить перемещения некоторых карт. Дело в том, что раньше я инкогнито появлялся в Ней-Чедо и следил за деятельностью окунгов. И узнал, что они собираются построить. Даже выяснил где. Поэтому подстроил карты таким образом, чтобы ты оказался на Целласе в Стартерре.

— Зачем? — спросил я как можно спокойнее, хотя внутри уже начал закипать.

— Думал, что вы найдете завод и если не остановите производство, то хотя бы это наведет вас на нужный след.

— Это действительно вывело нас куда надо, — сказала Рита, — только Алексу пришлось трубить на каторгах Целласа почти пять лет.

Ефимко выглядел потрясенным.

— Прости, Алекс, — выговорил он наконец, — я и не предполагал, что так произойдет.

— Здесь нет твоей вины, — ответил я, — но вот какой вопрос: а сам ты не мог что ли всё разузнать в Стартерре?

— В том-то и дело! У меня перестали работать карты. Я застрял здесь. Но зная разницу в планетарном времени, примерно прикинул срок окончательной сборки аппарата. И тут мы с Обрадом находим тебя. Я настроил твою карту таким образом, что ты оказался в нужное время в нужном месте. Кроме того, на Целласе, я направил тебя к другой карте, чтобы ты успешно выбрался обратно. Я ж не предполагал, что ты попадешь за решетку.

Я посмотрел на Риту.

— А я ещё тогда сказала, что тебя будто кто-то ведет.

— Нам нужно знать, каким образом вы это делаете, — сказал Рэм, — сейчас.

Ефимко поднялся и подошел к печке. Наклонившись, он поднял крышку погреба.

— Это там, — сообщил он, — только на входную дверь нужно крюк накинуть. Вдруг кто зайдет?

Пока я запирал дверь, Ефимко уже спустился вниз. Меня это очень удивило — я ведь много раз там был. Когда ягоды заготавливали, мы ссыпали их в большие короба в этом погребе. Ничего другого там быть не могло. Пожав плечами, я полез вслед за остальными. Высота погреба позволяла стоять в полный рост. Спецназовцы с удивлением озирались по сторонам.

— Здесь заготовки на зиму хранятся, — пояснил я, — но больше ничего тут нет. Зачем ты нас сюда притащил?

Ефимко улыбнулся и отодвинул один из ящиков. Достав из кармана ключ, хозяин дома вставил его в едва заметную скважину, и крышка люка бесшумно подалась вверх. В погребе царил полумрак, а снизу шел свет.

— Милости прошу в мой кабинет! — пригласил Ефимко.

— Только после вас! — парировал Сторн.

Через мгновение мы оказались в просторном помещении со светлыми стенами, в центре которого громоздилось оборудование, а на широкой столешнице стояли мониторы. Четыре штуки. Я отметил про себя, что они довольно старые. Но, очевидно, функционирующие. Ефимко уселся в кресло и допотопные экраны ожили.

— Не смотрите, что они древние, — усмехнулся он, — ещё сотню лет отработают. В общем, я научился отслеживать карты. Не так, как хотелось бы, но лучше, чем ничего. Четыре экрана — это четыре мира. Такамет, этот мир, Плейя и Целлас.

— У этого мира есть название? — зачем-то спросила Рита.

Ефимко пожал плечами:

— Местные Родиной называют, а официально — это третья планета системы Гаеф. В общем, эти точки на экранах карты. На Такамете они неподвижны. И не мудрено. Не так много народа там появляется. Здесь тоже — оставшиеся карты не двигаются по той же причине.

— Да их тут совсем мало, — заметил Рэм, указав на точки на экране, — всего четыре!

— Было больше, две штуки у вас на руках, а новых никто не добавлял. На Плейе их больше — несколько десятков. Ну это из-за того, что там была наша штаб-квартира. Некоторые двигаются. Значит, их подобрали люди.

— Всё очень схематично, — скептически произнес Сторн, — как можно ими управлять?

— Не так сложно если знать что делать. Карта Алекса пульсировала, поэтому я мог отличить её от других. А здесь, — Ефимко указал на экран Целласа, — точка прибытия. Я там был и знаю, что в столицу попасть можно только на поезде. На одной из больших станций была оставлена карта. Там долгая стоянка и я послал импульс Алексу. Он почти неощутим, но побудил взять ещё одну карту.

— Каким образом? — мрачно спросил я.

— Ты получил кратковременный сигнал, который заставил тебя обратить внимание на ненужную железку. В общем, она показалась тебе важной, и ты её взял.

— Какие-то фантастические технологии! — воскликнул Рэм. — Или вы водите нас за нос.

— Да ничего особенно. Всё основано на однобитной технологии. Энергии практически не требуется. Я бы сам такого не сделал, но Кларк, когда создавал карты, придумал это на всякий случай. Вот он и представился. Здесь нет никакого воздействия на мозг. Просто определенного человека привлекает внимание. Карта на той станции в Целласе среагировала на карту Алекса. Вот и всё. А дальше я только надеялся, что удастся разузнать и как-нибудь остановить строительство. Но этого не получилось, к сожалению.

— Ладно, верю, — сказал я, — а почему не видно здания в Ней-Чедо?

— В нём нет карт, — покачал головой Ефимко, — а вообще у меня подозрение, что окунги и те, кто ими руководит пользуются чем-то другим. Ведь они перемещаются с планеты на планету, а я их не вижу.

— И что же делать? — спросила Рита.

— Для начала, мы ограничим ваше передвижение, уважаемый Альций Квидд, — заявил Сторн, — прежде всего для безопасности.

— Ограничить? — обеспокоился Ефимко. — Но у меня дрова, хозяйство.

— Не переживайте. В границах этого континента вас устроит, надеюсь? И мы будем видеть ваши передвижения.

— Мне нацепят браслет на ногу?

— Он почти незаметный. Вам не помешает. Это на время расследования и поиска виновников. Мы оставим вам передатчик на экстренный случай. Если что-то произойдет прибудет помощь. Пользоваться только в крайней необходимости.

— Понятно, — вздохнул Альций-Ефимко, — а вы куда? Обратно в Ней-Чедо?

— Да, — кивнул Рэм, ­— нам важно быть рядом с опасным объектом. Может удастся помешать подключить электроэнергию. И лучше не тянуть время, ведь там оно бежит быстрее.

Глава 27

— Ты ненадолго вернулся, зачем? — спросила Рита. — Ведь не для того, чтобы попрощаться?

— Я задал вопрос. У Ефимки всё сходится кроме одного. Он мог и сам пойти в Бродни, взять карту-ножны и отправиться в Ней-Чедо. Но послал меня.

— И что же он ответил?

— Что не смог бы физически. Годы уже не те. Да и в Ней-Чедо кругом враги, которые его знают. Мой вариант безопаснее.

Я усмехнулся. И посмотрел в окно на пробегающий пейзаж. Мы мчались на машине в условное место, расположенное южнее столицы. Где-то там нас ожидал звездолет космического спецназа. Он нас подберет, а потом….

— Ясно. Ты чего задумался?

— Вспомнил последние события. Всё так быстро произошло.

— У нас всегда так, — улыбнулась Рита, — то спокойно, то несешься куда-то как угорелый.

Мы только успели вернуться с холодного Багульника, как Рэм получил новый приказ от начальства. Пока мы отсутствовали, службы отследили ещё один тоннель мгновенного перемещения. Сигнал от него был мощнее других, но тоже кратковременный. И вел он не на планету. А куда-то очень далеко, в глубь Галактики в малоизвестную область. Было принято решение направить туда исследовательский корабль. Рита имела опыт в космической разведке, поэтому её кандидатура не подлежала обсуждению. Я возблагодарил судьбу и самого себя за то, что в свое время закончил курсы пилотирования звездолетов малого класса. Иначе девушка отправилась бы с кем-то другим. Я полюбил Риту, и не вынес бы долгой разлуки с ней. В общем, моя скромная квалификация удовлетворила начальство и меня утвердили вторым пилотом. Главным плюсом для моего назначения стало наличие собственного корабля, занесенного в официальный реестр космических судов. Правда, сейчас моя посудина одиноко торчала посреди песков на Такамете-4, о чем я с горечью часто вспоминал. Радовало одно — корабль на консервации, и ничего с ним не произойдет. Сейчас у меня другая миссия. Конечно, в глубине души я справедливо считал, что два человека для такой экспедиции маловато, но у начальства имелось свое мнение на этот счет. Рэм на пальцах объяснил, что основные силы космического спецназа должны быть тайно сосредоточены в Ней-Чедо вокруг опасного объекта. А на разведку достаточно отправить минимально возможную команду. Вдруг там вообще ничего нет? Если будет что-то обнаружено, то и дальнейшие действия скорректируют согласно новым данным.

— Почти приехали, — сообщила Рита и круто завернула машину на проселочную дорогу, — где-то здесь должен быть челнок.

Дорога неожиданно сошла на нет, превратившись в едва заметную тропинку. Заглушив двигатель, мы вышли. Рита сверилась с координатами по своим часам, а я слушал тишину. Её едва нарушал лёгкий шёпот ветра и далекое стрекотание цикад. Среди этих естественных звуков послышались другие — чьи-то осторожные шаги. Повернувшись в ту сторону, я с удовлетворением заметил фигуру в спецназовском обмундировании. Кивком головы незнакомец дал понять, что находится в этой глуши из-за нас.

— Нас приглашают, — негромко произнес я, указав на человека.

— Идем!

— Вы вовремя, — сказал спецназовец, — капитан-лейтенант Бирони. Следуйте за мной!

Обогнув холм, я увидел челнок — ничем не примечательное неказистое суденышко. Своей неправильной формой корпуса он напомнил мне сборную модель в которой перепутали детали. Едва мы подошли ближе открылся входной люк, и мы втиснулись в крохотный салон суденышка. Бирони уселся рядом, а невидимый пилот находился где-то за перегородкой. Но я ошибся.

— Это автомат, — пояснил капитан-лейтенант, — рассчитан на четверых. Скоро будем на месте.

Послышался шум двигателя и корпус ощутимо завибрировал. Мы набирали высоту. Несмотря на размеры, в челнок установили антиграв, потому что я не почувствовал перегрузок. Полет длился почти мгновение — спустя каких-то десять минут, мы с Ритой были на борту боевого крейсера класса «Шторм». Нас сразу вызвали к начальству.

— Капитан галактического спецназа Марго Тинче! — козырнула Рита.

— Стажер группы галактического спецназа Алекс Павлер! — отбарабанил я заученную фразу.

— Полковник Майтр Линовски. Вольно! Присаживайтесь. Думаю, цель вашей миссии понятна, не так ли?

— Так точно! — кивнула Рита.

— Хорошо. Благодаря рапортам капитана Вяземского мы изучили ваше личное дело, Алекс. И высоко оценили помощь нашим сотрудникам и жертву, на которую вам пришлось пойти. Я имею в виду заключение на Целласе. Рэм в вас не ошибся, поэтому вы здесь и включены в миссию. Приказом командования, вы переведены из стажеров и зачислены в штат сотрудников галактического спецназа с присвоением воинского звания. Мои поздравления, лейтенант Алекс Павлер!

Я подскочил и вытянулся по стойке смирно:

— Служу государству!

Рита стояла рядом и улыбалась.

— Вольно! — скомандовал полковник и пожал мне руку.

Меня переполняли мысли. Невероятно, но из обыкновенно раздолбая, коих полно в нашей Галактике, я вырос до лейтенанта спецназа! Изо всех сил я старался нарисовать на физиономии серьезное выражение, но, уверен, на мне было всё написано, как на картине.

— Понимаю вашу радость, лейтенант, но прошу выслушать меня и отнестись к делу серьезно.

— Простите, полковник, но я действительно этому рад.

— Это хорошо.

В центре помещения появилась объемная звездная карта. Полковник относился к тем людям, которые не тратят время попусту. Поэтому беседа прошла быстро. Если вкратце, то мы должны отправиться в практически неизученную область галактики и в заданном квадрате определить нахождение неизвестного объекта. От нас требовалось сканирование пространства во всех диапазонах видимого и невидимого спектров на предмет обнаружения чего-либо.

— Любое нетривиальное явление, либо появление объекта, которого там по определению не может быть, в общем всё, что попадется в поле зрения вы должны зафиксировать. Или вернуться с подтверждением что там ничего нет. Задача ясна?

Удостоверившись, что нам всё понятно, полковник нас отпустил готовиться к полету. Начальник инженерной службы сопроводил нас в ангар, где стоял предназначенный нам корабль. Это был средний военный истребитель класса V — по размеру как мой собственный звездолет, но с обтекаемой формой корпуса и абсолютного черного цвета. В общем, таких кораблей я никогда не видел.

— Нравится? — спросила Рита.

— Впервые вижу, — покачал я головой, — какой-то он приземистый и никаких выступающих деталей. Думаю, в нем много сюрпризов.

— О, да! Он боевой, отсюда такой цвет и отсутствие всего лишнего. Может участвовать в бою в атмосфере, поэтому необходима обтекаемость для улучшения аэродинамики. Идем внутрь.

Вопреки моим ожиданиям, жилого пространства в корабле оказалось намного меньше, чем я думал. Шлюз, за ним непосредственно салон, из которого попадаешь прямо в рубку. Всё. В салоне также имелась глубокая ниша, оборудованная четырьмя спальными местами.

— Это, я полагаю, каюта?

— Да, Алекс, — рассмеялась Рита, увидев выражение моего лица, — боевой же корабль. Рассчитан максимум на четверых. Мы уберем две верхних койки и будет просторнее. Зато за перегородкой имеется санузел и душ. Всё прекрасно.

Она нажала на скрытую панель и из стены выдвинулся кухонный автомат.

— Видишь? Кофе сварит, еду приготовит. Что нужно ещё двум разведчикам?

В её глазах сверкали искорки.

— Я всем доволен. На самом деле, мне много не надо. Плевать, даже если бы здесь был только штурвал и голый пол. Главное, ты рядом. Меня просто удивила нестыковка внешних размеров с внутренним пространством.

— Всё потому, что здесь мощная силовая установка. И ещё кое-чего. Тут имеется большой генератор стазисного поля. Направленным излучением мы можем «погасить» двигатель корабля противника. Если расстояние позволит, конечно. Плюс вооружение. Две фазовые пушки и приличное защитное поле. Для всего этого нужно много места.

— Здесь совсем нет иллюминаторов, — покачал я головой, — как на подводной лодке.

— Сразу видно гражданского, — улыбнулась девушка, — на военных истребителях их не делают. С такими скоростями и маневрами человеческий мозг не справится. Всё равно летать приходится по приборам. Поэтому, а также для защиты экипажа, здесь минимум отверстий. Только сопло двигателя. Зато к нашим услугам большой обзорный монитор — по разрешению не уступает самому лучшему иллюминатору. И можно легко переключаться на любые диапазоны и видеть всю информацию.

Мы осмотрели звездолет и активировали проверку всех систем. Получив полный положительный отчет, Рита отрапортовала о готовности к вылету. По умолчанию, она была первым пилотом и командиром корабля.

— Полковник дает добро, — Рита заняла свое кресло и пристегнулась, — ты готов?

Я кивнул и занял место второго пилота слева. Ожил динамик внутренней связи и раздался голос диспетчера:

— Истребитель 3057, взлет из ангара разрешен.

На огромном мониторе было отчетливо видно как открывается внешняя аппарель. Шума двигателя я не услышал. Лишь слабая вибрация подсказывала, что звездолет ожил и готов к дальнему полету. Рита взялась за штурвал и аккуратно вывела корабль из ангара.

— Отходим на расстояние для прыжка. Алекс, вводи координаты.

— Данные загружены. Всё готово.

— Говорит командир тридцать пятьдесят семь. Стартуем в гиперпространство, — сообщила девушка диспетчеру.

— Счастливого пути!

Через мгновение привычные звезды превратились в невзрачный серый тоннель. Мы исчезли из этой области галактики, чтобы появится там, где раньше никто не бывал.

Глава 28

На первый взгляд — космос как космос. Те же холодные и далекие звезды на фоне бесконечной черной пустоты. Но навигатор доказывал обратное: здесь почти неизученная область, а карты составлены согласно неполной информации, основанной на наблюдениях с дальних расстояний и скупыми данными исследовательских спутников. Это была действительно неизвестная часть галактики, и я ощущал себя капитаном-первопроходцем несмотря на то, что мой мостик был надежно спрятан под броней, а вглядывался я в безмерные дали через главный монитор. Правда, это чудо инженерной мысли трудно назвать просто монитором. Скорее, это был объемный имитационный центральный дисплей высокого разрешения, выполняющий функции главного иллюминатора. Выглядел он как обычное лобовое «окно» звездолета. Сделано это было настолько правдоподобно, что порой я чувствовал себя обманутым. Тогда я на мгновение «сворачивал» экран, чтобы лишний раз удостовериться в обратном. Сплошная стена корабельного корпуса заставляла вернуться в суровую действительность и мысль, что летишь, по сути, вслепую, пугала. Я «возвращал» наше всевидящее око на место и настроение сразу же улучшалось. У этого дисплея были и другие функции: часть изображения можно виртуально «взять» пальцами и разложить перед глазами в виде небольшого голографического экрана. Так проще было работать с интересующей информацией, масштабировать и копировать изображение по собственному желанию, вносить нужные данные в архив, а по завершении просто «вернуть» картинку обратно на главный экран. Мне нравилась такая технология. Помню, как ещё в университете нас водили на экскурсию на научно-техническую выставку и демонстрировали подобные дисплеи. Технология ещё была в разработке, и я не думал, что военные звездолеты так быстро ими оснастят. Хотя, насколько мне известно, военные всегда получают передовые технологии первыми.

Так я сидел в своем кресле, вглядываясь в безбрежный космос и предавался размышлениям. Рита спала. Чтобы её не разбудить. я тихонько выскользнул с постели и пробрался в рубку. Пусть отдыхает. Тем более, что часть ночи мы провели довольно бурно. Но если у нас получилось остаться наедине друг с другом, то почему бы не воспользоваться случаем? Я сделал себе кофе и в тишине любовался звездами. Мы вышли из гиперпространства сутки назад по корабельному времени и взяли курс на предполагаемое место нахождения неизвестного объекта. Это было сделано намеренно: в неизученную область опасно выходить из гиперпрыжка — можно врезаться прямиком в какое-нибудь небесное тело. Например, в планетоид или даже метеорит. И пиши-пропало. Поэтому лучше двигаться с обычной скоростью, попутно актуализируя звездные карты по пути следования.

— Алекс?

— О! Ты проснулась? — я вылез из кресла и присел на койку. — Как отдохнула?

— Замечательно! Особенно после такой ночи.

Рита оглядела спальное место.

— И как мы здесь с тобой уместились?

Я пожал плечами.

— А я знаю! — улыбнулась она. — Это называется любовь! Я не чувствовала, что это армейская койка. Как будто это было роскошное ложе.

— С тобой я бы и на бревне уместился, — пошутил я.

Рита рассмеялась.

— Насмешил! Пойду в душ, а потом кофе! Что на горизонте?

— Всё по-прежнему.

— Ладно, я скоро.

Умытая и посвежевшая Рита появилась в рубке. Я залюбовался девушкой.

— Как ты умудряешься выглядеть такой красивой?

— Это у меня от природы! — нарочито безразлично ответила Рита, но не выдержала и расхохоталась.

— Всё, хватит валять дурака! Где мой кофе?

Я протянул ей чашку. Вскоре мы сосредоточенно всматривались в бесконечные космические дали, в ожидании увидеть что-нибудь необычное. Рита вывела на отдельный экран координаты, полученные в тот раз, когда зафиксировали последний межпространственный тоннель.

— По моим расчетам, — сказала она, — нам осталось недолго. Но ничего нет. Если там черная дыра, то корабль бы уже засек её.

Словно подслушав слова командира, звездолет вывел на главный монитор поток информации и подтвердил её одинарным предупредительным сигналом.

— Ну вот тебе и черная дыра! — сказал я. — Хотя неизвестно. Эту надпись можно интерпретировать по-всякому. «Обнаружено мощное гравитационное поле». Это может быть всё что угодно.

— Надеюсь, разберемся, когда подойдем ближе.

Некоторое время мы молчали, напряженно вглядываясь в космическую темноту. Сенсоры корабля несколько раз выдавали о приближении к крупному гравитационному объекту, но впереди была по-прежнему пустота.

Всё произошло неожиданно. Только что не было ничего, как вдруг, словно из ниоткуда, появился окруженный ярким ореолом черный шар. Невероятно красивое и одновременно пугающее зрелище.

— Торможение! Даю самый малый. Алекс, данные сканеров на отдельный дисплей.

Через несколько мгновений Рита приняла решение остановиться.

— Думаю, наблюдение можно вести и отсюда. Сможешь рассчитать минимальное безопасное расстояние до объекта? Чтобы нас не затянула гравитация.

— Попробую. Данных уже предостаточно. У нашего корабля умные приборы.

Я задал программу расчета и через мгновение получил ответ.

— Вот! — я показал девушке схему расстояний. — До этой точки мы в безопасности, а дальше мы попадаем во власть этой громадины. Судя по всему, гравитация здесь чудовищна.

— Наверняка. Знать бы конкретно, что это такое. Сингулярность?

— Точно ответить невозможно. Мы не можем её видеть из-за горизонта событий.

— Значит будем наблюдать. Подойдем ближе до точки невозврата.

— Согласен. Я рассчитаю курс.

Рита подвела звездолет к указанному мной месту. Дальше двигаться было опасно. Мы продолжили наблюдение за объектом.

— Аппаратура сканирует его во всех спектрах, — сообщила Рита, — данные передаются в центр. Возможно там сделают какие-то выводы.

Я хотел что-то ответить, но тут раздался предупредительный сигнал. На экране поползли строки информации, которая гласила, что сканеры корабля обнаружили планетоид. Я вытаращил глаза:

— Представляешь? Он вращается вокруг этой штуки!

Я имел в виду сингулярность.

— Невероятно, — согласилась Рита, — он мал и по всем законам давно должен быть поглощен объектом с таким мощным гравитационным полем. Что-то здесь не так.

Вскоре планетоид оказался в поле зрения нашего корабля. Сканеры выдали о нем информацию: массу, период обращения, диаметр.

— Всего сотня галактических миль! — воскликнул я. — Это просто круглый метеорит.

— Потому его и называют планетоидом, Алекс. Именно из-за почти правильной шарообразной формы. Атмосферы нет, состоит из камня и прочей бесполезной руды. Осколок чего-то, но по прихоти вселенной получивший форму шара.

— Это понятно. Но, что он тут делает?

— Постараемся выяснить.

Рита сфокусировала главный экран на космическое тело и активировала максимальное увеличение. Мы разглядывали серую неровную поверхность планетоида. Ничего примечательного. А потом я остолбенел и протер глаза. Видение не исчезло.

— Ты это видишь? — спросил я.

— Д-да… думала мне мерещится. Может это мираж?

— В безвоздушном пространстве? У двоих одновременно?

На каменном плато стоял человек. Без скафандра, без кислородной маски. Он смотрел прямо на нас и улыбался. Что, конечно же, быть не могло.

— Может он мертв? — неуверенно предположила Рита.

Человек помахал нам рукой.

— Как видишь, вполне живой. Хотя, возможно это манекен. Или робот.

— Кто ж его сюда поставил?

Я пожал плечами.

— Это совершенно необъяснимо. Приборы всё фиксируют?

— Конечно. Можешь сам проверить. Данные сразу же отправляются в центр. Представляю, что там происходит.

В этот момент на планетоиде произошло движение. Человек сделал несколько шагов и медленно растворился. Словно его и не было.

— Хочется снова протереть глаза, — произнес я, — Рита, ты тоже это видишь?

— Алекс, я ничего не понимаю. Отправляю запрос на базу.

Она включила передатчик и произнесла:

— Командир истребителя-разведчика 3057 Марго Тинче. Вы можете наблюдать всё, что произошло на поверхности планетоида. Прошу проанализировать. Жду дальнейших указаний.

Отключив связь, девушка сказала:

— Будем ждать. Я не знаю, что делать.

Ответ пришел быстро. Не голосовой связью, а информационной строкой на экране:

«Продолжайте наблюдение».

Глава 29

— Даже ответить не удосужились, — хмыкнул я.

— Да, ладно тебе! Уверена, что они там с обалдевшим видом изучают нашу информацию. А видеозапись растащили по пикселям и смотрят чуть ли не под микроскопом. Сейчас удостоверятся в подлинности и придут к какому-нибудь решению. Хорошо, что у нас имеется оборудование мгновенной связи. Не придется долго ждать ответ.

— Вот ведь парадокс, дорогая! К быстрому обмену данными мы привыкли, а изобретение команды Ефимко-Альция нам в диковину.

— Это разные вещи, Алекс. Сам понимаешь. Давай, что ли, перекусим? От волнения поесть захотелось.

Идея Риты мне понравилась. Я поколдовал над кухонным автоматом и получил две порции вполне приличного на вид армейского обеда.

— А на десерт — кофе! — объявил я.

Рита рассмеялась:

— Спасибо! Это то, что нужно.

Едва мы закончили трапезу прогудел сигнал вызова. На экране появился полковник Линовски собственной персоной.

— Капитан Тинче и лейтенант Павлер! Мы получили информацию и проанализировали данные. Думаю, вас, как и многих остальных, шокировал вид ничем незащищенного человека в открытом космосе. Хуже всего то, что это не робот. Поскольку запись приборами вашего корабля производится одновременно во всех спектрах известных нам диапазонов, не трудно было определить, что это живой человек. Я лично видел, как на рентгене, его внутренние органы и скелет. Странно, не так ли?

Рита кивнула.

— И кто же он? Бог?

— Нет. Мы установили его личность. В рапорте капитана Рэма Вяземского содержалось досье на всех так называемых коллег Альция Квидда. Так вот, один из них, по имени Хэлф, который считался погибшим, является этим человеком. Мы произвели идентификацию.

— Разрешите? — спросил я.

Полковник кивнул.

— По словам Ефимки-Альция тот исчез в неизвестном направлении из-за неудачного опыта. Получается, что он остался жив и получил сверхспособности.

— В точку, лейтенант! Наши специалисты считают этого Хэлфа главным в создании аппарата способного сдерживать сингулярность.

— Его нужно задержать, — сказала Рита, — пока он не натворил бед.

— Да, капитан Тинче. Вопрос как это сделать. Я предлагаю вам высадиться на планетоиде и осмотреть место, где появился Хэлф. Может быть что-то найдете. И нужно взять пробы грунта. Необходимо понять, каким образом крохотное небесное тело удерживается на орбите.

— Хорошо, полковник. Разрешите приступать?

— Действуйте. Тинче, Павлер, до связи!

Полковник исчез с экрана.

— Алекс, нам необходимо принять меры безопасности. Наденем скафандры. Перед полетом нужно рассчитать курс так, чтобы нас не затянула гравитация этого монстра.

Она указала рукой на темный объект.

— Одну секунду, — я раздвинул голографический экран перед глазами и приступил к работе.

Через минуту мы получили нужные данные. Затем облачились в скафандры. Лица мы оставили открытыми, поскольку общаться друг с другом в шлеме с защитным стеклом это нонсенс. Мы же всё-таки внутри защищенного корабля.

— Зачем нам вообще скафандры? — спросил я, хотя эти костюмы были легче и гораздо удобнее, чем скафандр, имеющийся на моем несчастном корабле.

— На всякий случай. Мы не знаем природу планетоида. Вдруг он что-то сделает с кораблем? Хоть живы будем. Правда ненадолго.

Рита улыбнулась.

—Если шутишь, значит всё хорошо, — рассудил я, — давай уже, отправляться.

— Готов? Стартуем!

Мы подошли к планетоиду, и Рита филигранно посадила звездолет на то самое плато, где недавно стоял человек. Это была ничем не примечательная серая каменистая равнина. Казалось, что мы находимся на поверхности естественного спутника планеты, если бы не горизонт. Здесь он казался намного ближе. Мы следили за передвижением робота, отправленного нами для взятия проб грунта.

Вообще-то, этот аппарат, оснащенный манипуляторами, служил для разведки и разминирования небольших площадей. Его предназначалось использовать, когда корабль приземлялся на вражеских территориях. Нам он очень пригодился, ведь конструкторы нашпиговали робота всевозможным оборудованием. Он мог взять пробы воздуха и грунта и сделать множество других анализов окружающей среды. Я успел ознакомиться с начинкой нашего корабля и, хотя бы в глазах Риты, не выглядел несведущим идиотом.

— На месте, — сказал я вслух, — можно приступать.

— Давай.

По моей команде робот опустил манипулятор в каменистый грунт. Делал он это медленно, стараясь побороть твердые породы, но ему удалось. На моем дисплее поползли данные анализа.

— Сплошной камень, — сообщил я, — эхолокация подтверждает.

— А это означает, что? — спросила Рита и сама же ответила: — Планетоид естественного происхождения. Никакого вмешательства, никаких скрытых механизмов. Какая, черт побери, сила его удерживает на орбите?

Я пожал плечами. Мы молча следили за роботом, который медленно передвигаясь по поверхности делал свою работу. А потом исчез.

— Где он? — вскрикнули мы одновременно.

Ничего не было. Ни взрыва, не вспышки. Военный сверхзащищенный механизм просто-напросто пропал. В нашей рубке повисла тишина, и только редкое попискивание приборов да мерный гул двигателя нарушали её.

— Мы потеряли его, — наконец сказала Рита. — Нужно что-то делать.

— Он исчез в этой точке, — я развернул маршрут движения робота, — метров двести от нас. Мы можем только сами проверить. Ты командир.

— Я боюсь отдавать такой приказ, Алекс. Кто знает, что там?

На месте, где только что ездил наш разведчик, появился тот самый человек. В светлых свободных брюках и в рубашке с короткими рукавами. И никакого скафандра. Словно он находился не в безвоздушном мертвом космосе, а стоял где-нибудь на берегу моря.

— Привет, человечишки! — сказал он.

Самым странным мне показалось то, что его голос мы прекрасно слышали в корабле. И доносился не из динамиков внутренней связи, а возникал просто так, из ниоткуда.

— Ты Хэлф, не так ли? — спросил я.

— О! Всегда приятно, когда тебя узнают. Даже в такой глуши, как эта. И вдвойне приятно, что я известен до того, как совершил величайшее дело всей жизни.

— Какое дело? — по тону Риты, мне стало ясно, что девушка очень зла. — Уничтожить известную Вселенную? Погубить триллионы жизней?

— Создать новый, прекрасный мир! — ответил Хэлф. — Новую, лучшую Вселенную! И творцом её буду я! Люди станут меня боготворить, а я им — воздавать по заслугам.

Я осознал, что перед нами больной на голову. Но несмотря на это, он всё-таки обладал каким-то могуществом, поэтому нужно вести себя осторожно.

— Чтобы в новой вселенной появились люди, — я решил подыграть ему, — пройдет немало времени.

— Что есть время? Непрерывная последовательность событий, которые всегда идут от прошлого к будущему. Время можно измерять, за ним можно следить. Но что, если его пролистать вперед? Промотать, как трек на виниловом диске? Хотя вы даже не знаете, о чем я. В общем, для меня этот период будет незаметен.

— Зачем же строить в Ней-Чедо аппарат и переносить туда сингулярность?

— Мой прибор не только её удержит, но ускорит процессы, происходящие внутри её. И тогда произойдет сотворение нового мира.

— Непонятно. Дождись процесса и пусть новая вселенная появится в этом месте. Какая разница? Для космических масштабов это несущественно.

— Долго, — ответил Хэлф, — сингулярность почти созрела, но проявит себя где-то через миллион лет. Может чуть меньше.

— В твоих словах нет логики, — Рита включилась в разговор, — если время для тебя ничто, то «промотай» его и наслаждайся процессом.

— Не могу, — признался Хэлф и вздохнул, — временем я управляю применительно к себе. Для меня пройдет всё быстро. Но ныне живущие этого не увидят. А я хочу устроить представление! Чтобы видели все, что может сделать простой ученый, имя которого никто не вспоминал! Современное общество плевало на наши открытия, на нас смотрели, как на чудаков и не обращали внимания. И вот, настанет момент, когда я покажу всем, что значит настоящая наука! Во имя её погибли мои друзья и соратники. Моё изобретение — своего рода память коллегам.

— Однако один остался жив, — заметил я.

— Ты про Альция? — усмехнулся Хэлф. — Да, но он своё оттарабанил. Думаю, он будет горд за меня и не обидится, что его век закончится чуть раньше положенного.

— А что ты здесь делаешь? — Рита решила перевести разговор в другую тему.

— Слежу за сингулярностью. Чтобы было удобнее я поймал планетоид и посадил его на орбиту. Отсюда хорошо наблюдать. Для вас процессы скрыты горизонтом событий, я же вижу сквозь него.

— А откуда такие способности, если не секрет?

— Мне нравится женское любопытство, — ухмыльнулся Хэлф. — Я расскажу. Когда мы поняли природу прыжков спайтов на Плейе, то решили создать мгновенное перемещение между планетами. Спайты, сами того не понимая, используют, помимо всего прочего, так называемые «струны». О теории струн слышали? Только аборигены делают это неосознанно, мы же попробовали углубиться в эту часть науки. И смогли понять, каким образом можно создать невидимый межпланетный тоннель. Альций больше всех изучил теорию струн и на основе его выкладок нам удалось осуществить первое в истории мгновенное перемещение. Испытать его взялся я. К сожалению, или в этом случае к счастью, в научных изысканиях легко допустить ошибку. Коллеги решили, что я погиб. На самом деле меня перенесло совершенно в иное место. Я бы сказал в другое измерение. Я очутился на планете, цивилизация которой исчезла в неизвестном направлении. Но оставила после себя руины причудливых сооружений и непонятных механизмов. Любопытство подтолкнуло меня. А может ум ученого, жаждущий новых открытий. Как бы то ни было, вместо того, чтобы искать возможность выбраться с планеты, или хотя бы не умереть с голоду, я принялся изучать ближайший ко мне архаизм. По крайней мере он так выглядел, но как только я вошел внутрь огромной треугольной камеры, что-то произошло и на меня обрушился ярко-синий свет. Очнулся я уже другим. Мои возможности теперь безграничны. Даже я сам не знаю, на что способен. Я могу видеть во всех спектрах и измерениях. Перемещаться в любую точку не используя ничего. Я стал всесильным. Думаю, я — Бог. И вы в моей власти! Я могу сделать с вами всё, что захочу! Но не буду. Уничтожить вас прямо тут скучно. Да я ведь и не убийца. Поэтому я дам вам шанс, а вы сами выберите себе дорогу!

С этими словами Хэлф щелкнул пальцами и перед нашим взором появилось свечение. Затем оно медленно погасло и из того самого места, где был наш робот, протянулись разноцветные лучи.

— Это и есть струны. Я подсветил их для вас. Каждая из них — своеобразная дорога. Выберите нужную и определите свою судьбу. Как вам такие карты дорог?

Хэлф расхохотался и исчез. Мы остались одни.

Глава 30

Несколько секунд мы молча взирали на разноцветные лучи-струны. Наконец, Рита воскликнула:

— Этот гад бросил нам вызов! Если мы его не остановим кто знает, что он ещё натворит? Плевать на все приказы. Нужно действовать! Алекс, давай выберем направление и рванем.

— Нет! — ответил я и посмотрел ей в глаза.

— Если не мы, то кто? Я не узнаю тебя! Мы должны, понимаешь? Готовлюсь стартовать.

— Отставить! — заорал я не своим голосом.

Рита осеклась от моего крика, как от пощечины и вперилась в меня глазами. Щеки её запылали от гнева, и она вот-вот была готова взорваться. Ситуацию спас Линовски, который в этот момент вышел на связь.

— Капитан Тинче! Возвращайтесь на базу!

— Полковник, при всём уважении, мы должны схватить этого негодяя.

— Мы видели трансляцию. Это ловушка. Есть тот, кто знает, как поймать Хэлфа. Ждем вас на базе. Это приказ!

Проорав последнюю фразу, полковник отключился. Мы молча ввели необходимую информацию для расчета курса. Поскольку окружающее пространство было просканировано кораблем и данные занесены в систему, то гиперпереход можно совершить прямо отсюда. Взлетев с планетоида, мы прыгнули в серый тоннель.

— Я была неправа, — нарушила молчание Рита, — прости. Сама не знаю, что на меня нашло. Мне очень хотелось схватить этого ублюдка.

— Я тебя понимаю. Но что мы можем сделать? Он всесилен, а мы нет. Гнаться за ним в неизвестном направлении не имеет смысла. Если нас отзывают, значит нашли другое решение.

— Но, пока мы летаем туда-сюда время-то идет, — покачала головой Рита, — боюсь, что Хэлф ещё себя покажет.

— Всякое может случиться. Прилетим и разберемся.

***

— Вы чуть не погубили свой экипаж, Тинче, — полковник, вышагивая по кабинету давал нам наставления, — хотя ваш порыв мне понятен. Благодарите судьбу, что мы не в армии. Там за малейшее неподчинение приказу трибунал. Рад, что у лейтенанта Павлера сохранилась способность трезво мыслить. Впредь прошу подобного не допускать. Надеюсь, я доходчиво объяснил?

— Так точно!

— Хорошо. Почему я вас вызвал? Напомню вам, что вас двое. А у нас целая группа аналитиков. Трансляция с вашего борта шла прямо к ним и ничего не было упущено. Все сделанные выводы несколько раз взвесили и перепроверили. До вас самих, капитан, дошло, что преследовать Хэлфа бесполезно. Наши аналитики пришли к такому выводу раньше. Чтобы хоть немного понимать его психологию и способы перемещения по вселенной, нужно многое знать. У нас с вами не хватит времени и знаний всё изучить. Но, в этих всяких вселенских струнах и прочей физики лучше всех разбирается Альций Квидд. И ради вас, Павлер, изложит всё простыми доступными словами. А может, окажет ещё какую-нибудь помощь. Вопросы?

— А он согласится?

— Куда он денется, лейтенант. Он далеко не дурак и понимает весь ужас того, что может произойти. Поэтому, отправляйтесь на планету Гаеф-3 и выясните у ученого всё, что посчитаете нужным. С вами будет капитан Вяземский. Ещё вопросы?

— Летим на звездолете? — спросила Рита.

— Да. Ситуация такова, что нужно действовать быстро. Сегодня отдыхайте. Завтра прибудет Вяземский, тогда и отправитесь.

Утром прилетел Рэм. Мы обнялись как старые друзья.

— Посмотрел запись камер вашего корабля и позавидовал вам, — сказал он, — такое увидеть вживую не каждому дано.

— Я и сам не очень верю, когда вспоминаю этого Хэлфа, стоящего без защиты в открытом космосе, — улыбнулся я, — зато я рад тебя видеть.

— Рита, вези нас в Багульник! — рассмеялся Рэм.

— Я уже готова, занимайте места.

Полет не занял много времени. Мы приземлились прямо за холмом, с которого Сторн предложил наблюдать за домом Ефимки. Спустя полчаса, втроем мы сидели за столом и пили чай, попутно рассказывая ученому о том, что произошло в далеком космосе. Ефимка слушал молча и внимательно. Когда я закончил, он задал вопрос:

— Как я понимаю, вы здесь появились не для того, чтобы мне это рассказать.

— Вы правы, — ответила Рита, — нам нужна помощь. Хэлф наговорил всякой всячины: о времени, струнах, перемещении и пространстве. Вы единственный, кто в этом разбирается.

— Вот именно, что наговорил, — хмыкнул ученый, — дело в том, что я хорошо знаю своего бывшего коллегу. Он старательный, напористый, упертый, если хотите, при этом любящий приукрасить, преувеличить свои достижения. Хэлф изучал науку в различных её областях, любимое его дело — погрузиться с головой в расчеты и доказать что-нибудь недоказуемое. Но, он не гений. Зато из него так и пёрло энтузиазмом и его всегда переполняли нескончаемые идеи. Хэлф брался за любое дело и доводил до конца. Поэтому он и стал частью нашей команды.

— Значит, всё? — спросил я. — Его нам не достать?

Ефимко покачал головой:

— Не совсем так. Думаю, вся его бравада — это так, напускное. Хэлф просто рисуется. Имея такое могущество, какое он показывает, он бы мог собственными руками перенести сингулярность в любое место. Зачем ему все эти сложности с организацией завода на Целласе? Для чего привлекать окунгов? Сколько провернул дел, воюя с криминалом в Ней-Чедо и устанавливая там свои порядки? Значит, он не всемогущ. Возможно, у него суперспособности только на определенное время.

— Это обнадеживает, ­— с облегчением произнесла Рита.

— Или нет, — добавил я, — вдруг его необъяснимая сила пока ещё в начале своего роста? Может, со временем Хэлф превратится в сверхсущество. Поэтому медлить нельзя, а нужно выяснить, как его остановить.

Мы с Ритой одновременно посмотрели на ученого.

— Есть только один способ, — после некоторого раздумья ответил тот, — вернуться в прошлое.

Глава 31

— Путешествия во времени невозможны, — покачала головой Рита, — вернее сказать недоказуемы. Все, что мы знаем, это просто теория.

— А что такое время, в вашем понимании? — спросил Ефимко. — Не отвечайте. Я знаю, что вы скажете. На самом деле Мы сами изобрели время. Для себя. Чтобы как-то отмечать и отделять произошедшие события. Взяли оборот планеты вокруг своей оси и придумали сутки. Обращение вокруг звезды составило год. И так на всех мирах. И везде по-разному. Нет единого времени. А если представить, что существует мир, который не вращается вокруг себя? Чисто гипотетически? Например, некий диск, имеющий атмосферу, на котором живут люди. Ну, или другие существа. Диск висит в космосе неподвижно и на его небе солнце всегда в одном месте. Как в таком мире определять время? По каким критериям? Не знаете? Вот и у меня нет ответа. А всё потому, что во вселенском пространстве такая величина как время отсутствует. Да, да. Чего вы удивляетесь? Почему масштабные явления в космосе происходят так долго с нашей точки зрения? Потому что Вселенной это безразлично. В месте, где нет времени, а существует только пространство и скорость, остальное совершенно не важно. Но мы можем отождествлять продолжительность некого периода со скоростью. Чем выше скорость, тем быстрее протекают где-то события. С этим-то вы согласны?

Ефимко закончил и пристально на нас посмотрел.

— Теория относительности, — сказал я, — да, слышали о таком. Если двигаться со скоростью света, то вернувшись обратно не застанешь в живых своих ровесников. Но это только теория.

— Тем не менее, время изменится, — наставительно произнес ученый, — а я разработал прибор, который при наборе определенной скорости, способен перенести нас в будущее или в прошлое.

— В прошлое? — Рита округлила глаза. — Это противоречит здравому смыслу и законам физики. Если переместиться вперед может быть получится, то обратно вряд ли.

— А какая разница? — спросил Ефимко. — Если во вселенной времени не существует?

— У меня голова кругом. Я совсем запутался.

— Не напрягайся, Санко. На самом деле это действительно сложно. Я тебя понимаю.

Мы немного помолчали, погрузившись в раздумья. Потом я вздохнул и спросил:

— А где твой прибор?

Ефимко развел руками:

— К сожалению, он остался в моей квартире в Ней-Чедо. Но там окунги и достать его будет непросто.

— Может, его давно украли, — сказала Рита.

— Нет, — покачал головой ученый, — это вряд ли. Он не представляет для них интереса, потому что я не афишировал его разработку. Это моя личная инициатива. Я собирался провести его испытания, а уж потом обнародовать.

— То есть, неизвестно, работает он или нет? — спросил я.

Видимо, в моем голосе было столько скептицизма, что Ефимко от возмущения чуть не подавился чаем.

— Ты мне не веришь? Прибор невероятно прост. В его работе сомневаться не нужно. Устанавливается на борт звездолета и включается при наборе определенной скорости. Имеет два режима: вперед и назад. Только я не знаю который из них какой. Придется испытать это опытным путем.

— Тогда нам нужна ваша помощь, — заявил молчавший до этого Рэм, — вам необходимо отправиться вместе с нами.

— Нет, — покачал головой ученый, — я пас. Летите без меня.

— Почему? — удивился я. — Мы сами не справимся.

— Сказал нет, значит нет. У меня дел много. Ещё и Обрад заболел. Хожу я за ним. Настой завариваю, который Санко посоветовал. Уеду и загнется сосед. Как я потом без него? Он мне помогает, а я ему. Дрова нужно заготавливать, да и других дел полно.

— Мы его вылечим, — сказала Рита, — всех нас переживет. Алекс возьми аптечку и сходите к соседу.

Ефимко пожал плечами и начал собираться.

— Санко, накинь хоть фуфайку, а то распугаешь людей своим видом.

Через пару минут мы уже шагали к дому Обрада. Рита и Рэм не пошли, чтобы никого не волновать. С первого взгляда мне стало понятно, что состояние у соседа тяжелое.

«Наверняка воспаление легких», — решил я.

— О, Санко! — прохрипел Обрад. — Думал, что не увижу тебя.

— Рад встрече. Лежи спокойно, сейчас легче станет.

Я закатал ему рубашку до локтя и приложил аптечку. Прибор тут же начал работать. Через некоторое время загорелся зеленый светодиод. Я убрал аппарат.

— Ну вот и всё. Сейчас тебе будет легче.

Обрад полежал немного, а потом сел на кровати.

— Дажка! Есть хочу!

В комнату вбежала жена, которую мы выпроводили на время, и всплеснула руками:

— Сейчас, дорогой! — она схватила ухват и вынула и печи черный от сажи чугунок. — Чудо-то какое!

— Не знаю, что ты сделал, но хвори как не бывало. Спасибо, Санко! Дажка не реви уже! Видишь, живой я!

— Как не реветь-то? Чудо ведь какое! Иди за стол, всё готово.

Обрад предложил отобедать за компанию, но я отказался.

— Прости дружище, времени нет. Будь здоров и не поминай лихом.

Мы распрощались и вернулись обратно.

— У меня слов нет, — покачал головой ученый, — не знал, что медицина так шагнула вперед.

— Теперь вы отправитесь с нами? — спросил Рэм.

— Нет.

— Но, почему?

— Гипертоник я! Метеозависимый. Когда в Багульнике оказался — чуть не помер. Еле оклемался. Сами знаете, что на каждой планете свое оптимальное атмосферное давление. Пусть и отличается немного, но таким как я, этого достаточно. Ты Санко, когда активировал карту, как переход перенес?

— Ну, плоховато было, — признался я, — правда недолго.

— Это потому, что молодой ты. А в моем возрасте такие прогулки могут плохо окончиться.

— Но ты забыл про это, — я показал аптечку, — в спецназе в курсе о феномене давления. И, будь уверен, действует это и на молодых. В обычных путешествиях существует карантин, где космонавты приходят в себя и адаптируются к местным условиям. Спецназовцы такое позволить себе не могут, поэтому был разработан специальный препарат «суперприл». Он мгновенно избавляет от всех побочных эффектов и от метеозависимости. Будешь чувствовать себя ещё лучше, чем сейчас.

Ученый задумался. Понимая, что все аргументы исчерпаны, напоследок он спросил:

— Но как? Меня там все знают. Окунги уж точно. Сразу сцапают, едва я появлюсь в городе. Особенно в центре.

— Для этого есть Рэм, — улыбнулась Рита, — уверяю, он сделает так, что вас не узнала бы родная мать, тем более окунги.

Довольный Рэм рассмеялся.

— Точно! Видели бы вы нас на Целласе! Мы прошли под носом у полиции, где до этого сами работали. Никто нас не узнал. Правда, бороду придется сбрить.

— Сбрить? — округлил глаза Ефимко. — Я не делал этого с тех пор, как стал жить здесь. Тем более тут так принято.

— Ничего. Если хотите, я сам вас побрею.

Ученый замахал руками:

— Что я? Безрукий, что ли? Только давайте не здесь. Не хочу позориться.

— Значит вы согласны? — уточнила Рита.

Ефимко со вздохом кивнул и добавил:

— Куда я денусь? Вы приперли меня к стене. Но я понимаю, что должен вам помочь. Сопротивлялся из-за собственного упрямства и боязни последствий перелета. Но, раз вы говорите, что всё будет хорошо, я согласен. Дайте мне немного времени — нужно прибраться, кое-чего сложить в погреб, да трубу закрыть.

— Какую трубу? — спросил Рэм.

Старик с укоризной на него посмотрел.

— Темнота! Санко просвети.

— В печи трубу закрывают, чтобы тепло не вышло, — пояснил я, — да чтобы снега не надуло. Когда печь постоянно топят, это не страшно. Но трубу закрывают всегда. Основною задвижку и вьюшку особенно.

Рэм и Рита посмотрели на меня с уважением. Я не выдержал и расхохотался.

— Перестань ржать! — сказал Рэм. — Ты жил здесь и всё знаешь. А мы нет. Я вообще печь впервые вижу.

— Я тоже, — добавила Рита, — зато теперь я уверена.

— В чем? — спросил я.

— В том. Если судьба нас закинет в подобное место, мы не пропадем. Ведь ты у нас в этом специалист.

— Да ну вас, — отмахнулся я, хотя мне было приятно.

Хоть в чем-то я выгляжу не хуже своих коллег. Я поднялся и помог Ефимке закрыть крышку погреба. Хозяин ещё раз осмотрел ставший ему родным дом. После чего он накинул свою любимую фуфайку на плечи и сказал:

— Я готов. Далеко идти?

Глава 32

Мы подъехали к знакомому дому. Как я помнил, апартаменты Прего находились на втором этаже. С сомнением в голосе Рэм осведомился туда ли мы приехали. Я успокоил его:

— Это антураж такой. Внутри всё по-другому.

— И куда дальше? — спросила Рита.

— Уверен, за нами уже следят, — произнес я, — сейчас встретят.

В ответ на мои слова из дверей вышел громила. Вразвалочку, не торопясь, он подошел к машине и подозрительно уставился. Я открыл дверь.

— Кто такие? — мрачно осведомился бандит.

— Валя! Не узнал, что ли? Это ж я, Алекс!

На лице гангстера проступили следы активной мозговой деятельности. Затем, его извилины пришли к правильному умозаключению, и он улыбнулся.

— Сколько времени утекло! Ты до сих пор жив? Рад встрече!

Я выбрался из машины. Валя долго тряс мою руку, потом спросил:

— Какими судьбами?

— Дело есть. Не знаешь, где Тедди?

Он снова нахмурил лоб, задумался, потом достал рацию и нажав на тумблер произнес:

— Тебя!

Появившийся откуда-то Тедди обнял меня как старого друга. Со словами «Свободен», Валя был отправлен восвояси.

— Ты ведь не просто так приехал, Алекс. Я прав?

— Да, дружище. Моим друзьям очень нужна помощь клана. Это касается всех. Думаю, Прего будет заинтересован. Проводи нас к нему.

— Ну, хорошо. Ждите здесь. Я доложу.

Тедди отсутствовал минут десять. Появившись, он коротко сообщил:

— Прего ждет.

— Мы пойдем все. Чтобы по-честному. И нужно, чтобы и ты присутствовал.

— И та тётка тоже? — удивился Тедди.

— Это не тётка, — улыбнулся я и повернувшись к друзьям махнул рукой.

Поднявшись по роскошной лестнице, мы оказались в апартаментах главаря клана. Прего как всегда восседал за массивным столом, на котором единственным украшением красовался золотой чернильный прибор.

— Рад вас видеть, Алекс! А это ваши друзья? Девушку я узнал. Марго, кажется?

— Да, это я, — кивнула Рита.

— Хорошо. Алекс, а те двое мне не знакомы. Представьте их.

— Это Рэм, мой соратник и борец против окунгов.

— Очень приятно, — улыбнулся Прего, — а мадам?

— Это не мадам. Это известный ученый Альций Квидд, загримированный для безопасности.

— Зачем такие сложности? — удивился Прего.

Старик не терял самообладания, а вот у Тедди отвалилась челюсть.

— Я всё расскажу. Вы имеете право знать, поскольку в этом заинтересованы.

— Хм, любопытно. И в чем наш интерес? Финансы?

— Прежде всего в том, что вы жители этого города. И всей планеты. Прошу меня выслушать.

Прего благосклонно кивнул, что мне послужило знаком. Я начал рассказывать ровно с того места, как расстался с кланом и перешел на службу в спецназ. Добравшись до злоключений на Целласе, я заметил неподдельный интерес в глазах главаря клана и его помощника. Я продолжил, раскрыл секрет высотки окунгов в центре Ней-Чедо, рассказал о возможном скором конце света и о том, каким образом мы хотим его предотвратить.

— Ученый согласился нам помочь, ведь это его бывший коллега собирается устроить апокалипсис. Но, поскольку он здесь жил и был выдворен окунгами, пришлось прибегнуть к маскировке. Теперь Альций Квидд стал временно баронессой ди-Пражо, вдовой вашего погибшего родственника.

После этих слов, даже у Прего брови поползли вверх.

— Ну вот это вы загнули! Вдова! Надо ж додуматься!

— Простите, но это была необходимость. Помочь можете только вы.

Главарь клана задумался, одной рукой поглаживая золотую чернильницу.

— Рассказ звучит как чистой воды вымысел, — наконец выдал он, — но вы явились сюда не для того, чтобы излагать небылицы. Такое нарочно не придумаешь. Пространственные тоннели, карты… И ещё этот придурок, Хэлф, который вздумал уничтожить нашу планету.

— Разрешите? — подал голос Тедди. — Зачем такие сложности? Поедем в центр и прикончим его!

— Чем ты слушал? — рассердился Прего. — Установка может сработать и без его участия. Плюс его новые способности. Мало нам скноффов, так ещё и этот. Как ты собираешься его поймать?

— Простите.

— То-то же. В чем заключается наша помощь? — спросил главарь и посмотрел на «баронессу ди-Пражо».

— В моей бывшей квартире есть прибор, посредством которого мы спасем мир и уничтожим Хэлфа, — ответил Альций.

Его бас, совершенно не сочетающийся с женской внешностью вызвал улыбку у всех присутствующих.

— С вашей помощью, Прего, мы можем приехать в квартал занятый окунгами в поисках временного жилья для убитой горем вдовы, — добавил Рэм, — у вас же с ними договоренность?

Главарь забарабанил пальцами по столу:

— А вдруг у них нет жилья?

Альций в образе «баронессы ди-Пражо» покачал головой:

— Уверяю вас, есть. Окунги не приемлют наше стремление к уединению. Живут общинами. Внутри того района они настроили себе бараков и поселились там. Квартиры в домах, которые они якобы занимают, пустые.

Прего подумал ещё немного и кивнул.

— Хорошо. Мы поможем вам. Дайте время. Нужно подготовиться. Но, черт вас возьми, как вам взбрело в голову придумать баронессу ди-Пражо?

— А что не так? — удивился я.

— На другом континенте фамилия Прего звучит таким же образом. Здесь вы попали в точку. Ладно. Как я понимаю время не терпит. Дайте мне два часа, и мы попробуем достать ваш прибор.

Мы покинули апартаменты и вернулись в машину. Внешне это был автомобиль такого же типа, как у гангстеров. Но внутри — роскошный салон и современная начинка. Рэм давно выяснил откуда «родом» транспорт окунгов. В галактическом сообществе имелись планеты, где по-прежнему процветали автозаводы. Именно на одном из таких миров делались машины для окунгов. Пока мы с Ритой любовались сингулярностью, а также суперспособностями Хэлфа, Рэм был введен в курс дела. И затребовал у начальства автомобиль. В ответ на это, как, впрочем, и всегда, прозвучали доводы о дороговизне и лишних тратах, но Рэм ненавязчиво напомнил, что стоимость транспорта ничто по сравнению с концом света. В общем, машина ждала нас в условном месте, когда мы приземлились неподалеку от Ней-Чедо. План разработали во время полета. Я предложил обратиться к бандитам и в качестве вознаграждения отдать им автомобиль. Вспомнив как мы летели, я улыбнулся. Ефимко не говоря ни слова уединился в душевой и через некоторое время предстал пред нами чисто выбритым и помолодевшим.Было ни за что не узнать в нем деревенского жителя из Багульника. Теперь он выглядел настоящим ученым, голова которого была полна знаний и новых идей. Тогда я спросил его:

— Всё равно не понимаю эту временную теорию.

Альций пустился в объяснения:

— Время — это иллюзия. Оно не существует независимо от происходящих в нём событий. Это просто мера продолжительности явлений, и оно не реально. Время вовсе не фундаментальная составляющая Вселенной, а всего лишь человеческое изобретение.

Я покачал головой.

— Ладно. Тогда вот тебе пример. Ты только что сделал кофе. Так?

— Да.

— И уже выпил его. Это когда было? В нашем понимании в прошлом. Верно?

Я утвердительно кивнул.

— Но это относительно короткого промежутка времени. А если сравнить произошедшее событие с масштабом вселенной? Тогда получается, что это всего лишь миг. Никакого прошлого и будущего. Просто мгновение. Из чего следует, что понятие времени создано для нашего удобства. Мы определяем время движением. Обращением планеты вокруг своей оси, перемещением звезд и так далее. В древности люди наблюдали как текут реки и ручьи, с какой скоростью дует ветер и идут по небу облака. Любое движение являлось мерилом времени.

Ученый говорил понятные вещи, но оттого, как он их преподносил, они казались мне ещё более странными. Это было просто и сложно одновременно. Когда дело дошло до квантовой теории времени я сдался.Либо мой мозг отказался такое воспринимать, либо просто «не дорос» до подобных вещей. К счастью для меня вмешался Рэм, предложив Альцию заняться внешностью.

— Алекс, присоединяйся к Рите, а нас попрошу не беспокоить.

Я отправился в рубку. Мы поболтали о каких-то пустяках, затем обсудили план действий, а после с отвисшими челюстями лицезрели откуда ни возьмись появившуюся мадам ди-Пражо. Рэм превзошел самого себя — ученого было не узнать. Нас это развеселило, а Альций особенной радости не высказывал. Но нужно отдать ему должное: понимая, что это необходимо для общего дела, старик мужественно терпел временные над собой издевательства.

Мои раздумья были прерваны шумом подъехавших автомашин. Три черных гангстерских джипа вырулили из переулка и остановились рядом.

— Быстро они, — сказала Рита, — за час управились.

Из машины, в которой сидел Прего, вышел Тедди. Не без внутреннего удовлетворения я отметил, что главарь ездит в том самом автомобиле, который подогнал ему я.

— Едем в тот самый квартал? — спросил гангстер.

— Да.

— Тогда держитесь прямо за нами. И да помогут нам небеса Плейи!

Глава 33

Рита вела машину так, словно всю свою жизнь только и делала, что ездила за рулем. Тайком я подглядывал за девушкой и восхищался её умением одновременно следить за дорогой, держать дистанцию, при этом управляя одной рукой.

— Никогда не была в этом районе. Какие узкие и кривые улочки! Кстати, который час?

Я по привычке вскинул левую руку, но вовремя спохватился и убрал её. Забыл, что мы в гражданском, а суперхронометр остался в спецназовском костюме.

— Скоро полдень, — ответил Рэм, — ещё двадцать минут.

— Непривычно без часов? — спросила меня Рита.

— И не говори лучше! Чего ты так загадочно улыбаешься?

— Рада, что не прогадала. Загляни в бардачок.

Пожав плечами, я открыл панель и осмотрел содержимое ящика. Коробочка с прозрачным верхом сразу бросилась в глаза. Внутри — точно такие же наручные часы, которые у меня когда-то были.

— Возьми, — сказала Рита, — это мой тебе подарок. Прошу, надень их. Успеешь налюбоваться. Ремешок с автоматической подстройкой. Должны подойти.

Часы сели на руку как родные. Будто и не терял я их никогда.

— Ну как?

— Супер!

— С тебя поцелуй! — рассмеялась Рита. — Но, не сейчас. Кажется, мы выезжаем в центр.

Я узнал эти места. Эту часть города я изъездил вдоль и поперек. Особенно в тот период, когда по глупости телепортировал себя обратно в Багульник. Сейчас должны повернуть направо — там начинался квартал окунгов. Так и есть. Вскоре автомобиль Прего остановился около того самого дома, где когда-то была заваруха с инопланетянами. Тедди махнул нам рукой.

— Алекс и этот, как его, мадам ди-Пражо, выходите. Остальные ждите в машине. Вас здесь хорошо знают, поэтому лучше не светиться.

Мы вошли во двор. Первым шел Тедди, а за ним Прего. Он держал под руку безутешную от горя вдову. Меня опять удивили разбросанные без какой-либо системы постройки окунгов. Из ближайшей халупы вышли несколько человек с оружием.

— Это закрытая территория! — рявкнул один из них.

Прего отодвинул рукой Тедди и спокойно сказал:

— Передай Бартоломью, что пришел Прего. И если ещё раз повысишь на меня голос, щенок, пеняй на себя!

Окунг оценил ситуацию и бросился прочь. Вскоре он вернулся в сопровождении ещё одного соплеменника. Тот, по-видимому, был у них главным, потому что держался с достоинством и выглядел куда презентабельнее своих сородичей.

— Какая честь для нас! — учтиво пропел он. — Рад приветствовать почтенного Прего!

— У нас с тобой соглашение, Бартоломью. Ты обещал мне любую услугу и содействие.

— Конечно! О чем разговор? Я весь внимание.

— Госпожа баронесса ди-Пражо — вдова моего безвременно почившего брата. Ты захапал здесь кучу зданий, поэтому у тебя должно найтись временное пристанище для убитой горем женщины?

— Сколько угодно! Но вряд ли скромные жилища этих домов подойдут столь представительной даме?

— У неё траур. В нашем роду в такие дни не принято баловать себя роскошью. Ей нужно уединение.

Окунг задумался. Затем, видимо, решив не спорить, ответил:

— Ваше право. Но мы в этом вопросе вам не помощники. Мы не знаем какое здесь жилье, тем более не понимаем, что подойдет баронессе.

— Мы найдем то что нужно, — процедил Прего, ­— в каком доме будем смотреть, мадам?

— Да хоть вот в том, — неожиданно фальцетом ответил Альций.

— Выбирайте на ваше усмотрение, — сказал Бартоломью, — но, если что-то не устроит, помочь мы не в силах.

— Не пугайтесь раньше времени, — ухмыльнулся Прего, — если баронессе не понравится, мы тотчас уедем в другое место.

На том и порешили. Мы вышли к машине и договорились подъехать к нужному дому.

— Ступайте и возьмите то, что ищете, — заявил нам Прего, — мы с Тедди останемся здесь. Хватит и того, что я держал под руку переодетого мужика!

Мы запустили «баронессу» в парадный подъезд и вошли следом. Бывшие апартаменты Альция располагались на втором этаже. Дверь была не заперта, а внутри жилище представляло собой сплошной бардак.

— Постарались сволочи! — сплюнул со злости ученый.

— Видно, искали что-то, — покачал головой Рэм, — Рита, ты будь около входа. Думаю, у нас мало времени.

— Да, да. Это должно быть здесь.

Альций прошел в одну из комнат. От увиденного я вздохнул. Кругом валялись книги и сломанная мебель.

— Как мы сможем тут что-то найти? — спросил я.

— Легко, — сказал Альций и вытащил из стенного шкафа ржавый диск от автомобильного колеса, — вот оно!

С отвисшими челюстями мы с Рэмом уставились на находку. Я на мгновение решил, что ученый повредился рассудком.

— Подумали, что я спятил? — улыбнулся Альций. — По вашим лицам это хорошо видно.

— Но…, — начал было я.

— Это сделано для маскировки. Кларк постарался, мир его праху. Я был против и только потом понял, насколько дальновиден был мой коллега.

— Так, я беру диск, а вы первые спускаетесь к машине, — распорядился Рэм, — Рита, отбой. Уходим.

— Это что? — с круглыми от удивления глазами спросила девушка.

— Оно! — коротко ответил я и подхватил ученого под руку.

Мы вышли на улицу и сели в машину. Я знаком показал бандитам, что всё в порядке. Тедди крикнул из окна своего автомобиля:

— Едем обратно!

В этот момент дорогу перекрыли окунги во главе с Бартоломью. Машина, в которой ехал Прего, остановилась. Рита нажала на тормоз и достала пистолет.

— Пока не встреваем, — предупредил Рэм.

— Что-то случилось? — спросил Тедди приоткрыв окно.

— Нас обманули! — заявил Бартоломью. — Мне доложили, что вы проследовали именно в тот дом, где жили наши враги. Вы что-то искали? Могу я поинтересоваться что?

Из машины вышел Прего. Я заметил, что одну руку он держал в кармане плаща.

— После того свинства, которое вы оставили? Не доводи до греха, там даже крысы не живут. Твои безухие соплеменнички давно всё обчистили.

Наверное, Прего нажал на кнопку передатчика, который лежал у него в кармане. Потому что из-за угла выехали ещё два джипа из его клана. Они заблаговременно остановились в квартале отсюда. Окна у машин были не затемнены, поэтому пришельцы хорошо видели вооруженных до зубов гангстеров.

— Если нет ещё вопросов, то мы поехали, — заявил Прего и забрался в машину.

Окунги отступили — дорога была свободна.

— Не выходит из головы эта ржавая штука, — сказала Рита, — это правда устройство, которое перенесет нас в прошлое?

— Да, — ответил Альций, — просто оно так выглядит. Это титановый сплав, окрашенный под ржавчину.

— Недаром он такой легкий! — удивился Рэм. — А я даже не догадался. Рита, когда увидишь лавку с газетами притормози. Хочется узнать, как здесь дела обстоят.

Через пять минут спецназовец уже читал вслух свежие новости.

— О! Крупный скандал с концерном Муссон! Слушайте: обещанное дешёвое топливо для народа так и не поступило! Мэра обвиняют в намеренном срыве работ по устройству ЛЭП!

Рэм расхохотался.

— Тут явно без наших не обошлось, ­— пояснил он, — саботируют потихоньку строительство линии электропередач.

— И хорошо, — кивнула Рита, — конец света оттягивают.

— На самом деле задач много, — задумчиво произнес Рэм, — одна из них — захватить Хэлфа, если он вдруг появится.

— А не проще взорвать всё здание? — спросил я.

— А смысл? Хэлф осуществит задуманное в другом месте. К тому же, там много мирных жителей. Как галактический спецназ будет оправдывать теракт?

— Да власть вряд ли поверит старому ученому, — подал голос Альций.

— А видеозапись разговора с Хэлфом? — спросил я.

— Легко смонтировать, — лаконично ответил Рэм, — поэтому, только мы знаем суть чудовищного эксперимента, который сможет устроить Хэлф.

— Прям, спасатели мира, — улыбнулся Альций, — могу я снять с себя этот маскарад?

Ему объяснили, что как только покинем город, он вернется в свой нормальный облик.

— Раньше нельзя, — добавил я, — вдруг у окунгов везде шпионы?

Тем временем мы добрались до района, где квартировались гангстеры Прего. Рита ловко заруливала по кривым узким улочкам. Ехали быстро и вскоре уже стояли возле знакомого дома.

— Покажите хоть что вы искали, — спросил Прего.

Ему продемонстрировали ржавый диск.

— Я сейчас не склонен воспринимать шутки, — разозлился Прего.

— Это не шутка. Устройство специально сделали таким. Зато окунги не обратили на него внимания. Оно так и валялось в квартире нетронутым.

— Ладно, Алекс. Надеюсь, у вас всё получится. Зря я что ли собственной персоной таскался к окунгам?

— Мы благодарим за помощь, Прего, — сказал Рэм, — примите наш джип в подарок. Это самая последняя модель, такой ни у кого нет.

— А вы на чем поедете?

— Пусть за нами следует Тедди с кем-нибудь из ваших. Мы доберемся до условного места и оставим машину. А вы его пригоните назад.

Идея понравилась главарю. Он попрощался и собрался было уходить.

— Потому что если у вас не получится, то зачем мне новая машина? — добавил он напоследок и рассмеялся.

Мы добрались до условного места и вручили Тедди ключи от автомобиля.

— У вас там звездный корабль? — поинтересовался гангстер.

— Да, — кивнул я, — он нужен, чтобы спасти твой мир.

— Желаю вам удачи, — серьезно произнес Тедди, — я хочу дожить до старости.

— Мы постараемся, — ответил я и пожал ему руку.

Глава 34

Мы добрались до звездолета. Альций первым делом бросился приводить себя в нормальный вид. Когда он вышел, то почувствовал исходящее от нас нетерпение и витающий в воздухе вопрос.

— Я сейчас всё объясню. Этот прибор чрезвычайно сложен и прост одновременно. Принцип его действия основывается на способе перемещения в пространстве спайтов.

— Но причем здесь они и время? — спросил Рэм.

Я сразу понял, что услышу ещё одну из многочисленных теорий ученого о времени.

— Спайты неосознанно используют так называемый темпоральный, то есть учитывающий временной аспект, эффект. Их мгновенные перемещения значительно сокращают время. Для самих себя, естественно. Поэтому мы и начали изучать природу этих уникальных людей. Как я уже говорил, основываясь на полученных знаниях мы создали карты дорог. А после и этот прибор.

— Предлагаю для начала выйти на орбиту, — сказал я, — там и поговорим.

Меня поддержали. Ведь окунги проявили к нам интерес, значит могли и выследить место нашей посадки.

Взлет и выход в космос не занял много времени, и мы продолжили разговор. Больше всего всех интересовало каким образом устройство интегрируется в системы корабля. И опять ученый обескуражил нас ответом:

— Никак. Прибор сам по себе работает. Он вычисляет нужный момент скорости и меняет время.

Альций вынул из внутреннего кармана маленький светлый кругляш на цепочке и приложил его к центру диска. Раздался щелчок и часть втулки выдвинулась вверх. Крепежные отверстия, которые имеются у настоящего колесного диска, осветились мягким молочным цветом.

— Устройство готово к работе. Обратите внимание!

Ученый показал на внутреннюю поверхность выдвинутой втулки.

— Здесь две риски: вперед и назад. И указатели в виде стрелки. Чтобы было понятно куда поворачивать. Вот и всё! Правда не помню, которая из них какая. Но мы выясним.

Как-то странно всё это прозвучало и уж очень простым показался мне прибор.

— И всё? — спросил Рэм. — Просто повернуть втулку?

— А «вперед» — это значит в будущее? — догадалась Рита.

— Совершенно верно! — с улыбкой ответил Альций одновременно на оба вопроса. — Сначала поворачиваем в нужном направлении, потом летим. Voilà* — и мы в будущем! Или в прошлом.

— Это на каком языке? — недоуменно спросила девушка.

— Неважно, — отмахнулся ученый, — это для связки слов. В общем, раз и готово!

Я задумался. А потом спросил:

— А сколько лететь, чтобы перенестись? И на какой срок?

— Бинго!

Видимо Рэм думал о том же.

— Примерно лет двадцать назад по времени Плейи, — подумав ответил Альций, — мы как раз только приступили к работе. Для этого хватит десяти минут полета на максимальной скорости.

Несколько минут мы молчали, переваривая услышанное. Тишину нарушила Рита:

— Как я поняла, у нас две проблемы. Первая — это необходимость опытным путем проверять направление движения по времени, а вторая — самая главная. Вернувшись в прошлое, если такое произойдет, как нам остановить Хэлфа?

— Арестовать, — немедленно ответил я и по лицам товарищей понял, что сморозил глупость.

— За что? — вытаращил глаза Рэм. — На тот момент времени он ничего не совершил. Я видел досье Хэлфа. Нет ни одной причины его задерживать.

— И что делать?

— Вам придется импровизировать, — развел руками ученый, — на месте разберетесь. Может он правила дорожного движения нарушил? Я ведь не следил за ним. А по поводу направления… я всегда работаю по классике: по часовой стрелке вперед, против — соответственно назад. По-другому я сделать не мог. И не нужно ставить опыты со временем. Мощность прибора ограничена. На два-три перемещения хватит. А после я не гарантирую. Надеюсь, у вас всё получится. И у меня одно условие: я хочу участвовать в эксперименте. Если мы всё сделаем как надо, я должен получить свой прибор обратно. Желаю сесть за написание научной работы. Тема очень интересная. А потом уничтожу его.

— Зачем? — спросил я.

— Слишком рано человечеству вмешиваться в пространственно-временной континуум. Один Хэлф вон сколько всего натворил. Велика вероятность, что найдется ещё дюжина подобных ему.

— Разве Хэлф изменял время? — спросила Рита.

— А вы не поняли? После вашего первого визита в Багульник мне хватило времени, чтобы всё обдумать и проанализировать. Скорее всего, отношение местных к спайтам произошло не случайно. И появление мальчика в пустыне на Такамете. Хотя там должен быть Петр. Вряд ли он женился и завел детей. Скорее всего с ним поработал Хэлф. Может эксперимент ставил. Или подверг изменению во времени целую область на планете. Тогда этот мальчик вполне мог быть отпрыском Петра.

— Ни фига себе! — воскликнула Рита. — Так далеко я бы не додумалась. Это правда так и было?

Ученый пожал плечами.

— Это гипотеза, естественно. Но с очень высокой вероятностью может оказаться истиной.

— Ладно, — подытожил Рэм, — непонятного много, но нужно лететь на базу. Доложим начальству.

Благополучно прибыв на базу, мы явились в кабинет Линовски. Рэм вызвался быть докладчиком, и полковник внимательно его выслушал. Вопреки моим опасениям он серьезно ко всему отнесся и некоторое время молча обдумывал услышанное.

— Что ж. Значит нужно это сделать. Другого выхода у нас нет. Я даже докладывать об этом не буду. Всё равно не поверят.

Рэм хотел что-то сказать, но в этот момент прозвучал сигнал тревоги.

— Черт возьми! — выругался полковник. — Что происходит?

Вызвав дисплей, Линовски связался с дежурным по станции.

— Несанкционированное нападение! — доложил офицер. — Несколько кораблей без опознавательных знаков вынырнули из гиперпространства и атаковали нас. Мы активировали защитное поле, но боюсь, оно долго не выдержит.

— Держите меня в курсе, — ответил полковник и повернувшись к нам, сказал, — это неспроста. Кого-то не устраивает, что мы владеем информацией. Времени нет. Отправляйтесь немедленно на корабль и делайте свое дело. Мне нужно защищать нашу станцию.

Мы отдали честь и опрометью понеслись к ангару. Неожиданно пол заходил ходуном и затряслись стены. Мы попадали на пол.

— Поднимайтесь! — закричал Рэм.

Альций оказался позади нас и никак не мог подняться.

— Кажется я вывихнул лодыжку, — он попытался улыбнуться, — летите без меня. Всё что нужно вы знаете.

Я рванул было к нему, но удержал Рэм.

— Бегите на корабль. Готовьте предстартовую. Мы догоним.

Он подбежал к ученому и принялся ему помогать. Мы уже забегали в ангар, когда коридор позади нас провалился куда-то вниз.

— Рэм! — истошно закричала Рита.

Я вдруг понял, что помочь мы ничем не сможем. Схватил девушку за руку и помчался к кораблю. В ангаре царил хаос: кто-то из техников орал, несколько человек кинули ящики с запчастями и с криками «спасайтесь», пронеслись мимо. Мы забежали в звездолет и бросились в рубку управления. Не сговариваясь запустили двигатели и запросили взлет. Нам никто не ответил.

— Вышибай аппарель, — сказала Рита, — я готовлю корабль к гиперпрыжку.

Она стала вдруг какая-то собранная и решительная. Словно и не было никакой опасности. Я активировал орудие и направил указатель прицела на центр стены, отгораживающей ангар от губительного космоса. Один залп и перегородки как не бывало.

— Взлетаю.

Рита аккуратно вывела корабль из ангара и не успел я что-нибудь сообразить, как мы оказались в гиперпространстве.

— Получилось, — выдохнула она, — камеры заднего вида всё зафиксировали.

Я не понял, о чем это. Но Рита вывела на экран запись, сделанную за секунду до нашего исчезновения. Мы молча смотрели на повторяющееся видео уничтожения нашей станции. Меня потрясло это зрелище. Я взглянул на Риту. Девушка сдерживала себя, хотя глаза были полны слез. Меня она будто не замечала, глядела куда-то сквозь. Я вырубил запись. Рита, наконец, посмотрела на меня.

— Как же так? Алекс, милый, они все погибли. Мы могли бы кого-нибудь спасти…

— Мы всех спасем, — уверенно ответил я, — не забудь, какая у нас миссия. Когда мы все исправим — всё станет как прежде. И все будут живы.

Она покачала головой:

— Это в том случае, если нападение как-то связано с окунгами и Хэлфом. А если нет?

— Вернемся на день раньше и покажем полковнику запись. Он перенесет базу в другое место.

Рита улыбнулась.

— Ты правда так считаешь?

— Конечно! — уверенно ответил я, хотя на самом деле понятия не имел, как всё произойдет. — Кстати, куда мы летим?

Рита, словно очнувшись от ведомых одной только ей грез, взглянула на показания навигационного и сказала совсем другим тоном:

— Я поняла, что не успею составить программу для перехода в гиперпространство, поэтому вывела из памяти одну из загруженных. Там уже все рассчитано, и можно смело осуществить прыжок. Что я и сделала. Прикол в том, что мы летим к сингулярности Хэлфа.

— Заканчивай! Останови корабль прямо здесь. Нам не нужно туда! — я сделал акцент на слове «туда».

Рита остановила полет. Наш звездолет вышел из гиперпространства и теперь находился где-то в неизвестном космосе.

— Ты прав, здесь они нас не найдут. Как это я сразу не сообразила?

— Тебя потрясло уничтожение базы. Но ты молодец! Не отреагируй ты так быстро — нас бы не было в живых. Не то, чтобы мне было себя жаль, но от нас зависит жизнь во всей Вселенной.

— В известной нам Вселенной, — поправила меня Рита.

— Да. А теперь соберемся с силами, чуть-чуть передохнем и полетим спасать мир.

В качестве закрепления своих слов я приготовил две чашки кофе. Это подействовало. Мы оба успокоились и принялись обсуждать дальнейшие планы.

— Ты часы не переводил? — спросила вдруг Рита.

— Не успел, не до этого было.

— Хорошо. У тебя время Ней-Чедо. Запомни дату. Нам нужно на двадцать лет назад. Значит, рассчитываем курс в сторону Плейи, включаем прибор и летим.

Мы так и сделали. Когда было всё готово, я повернул «втулку» прибора против часовой стрелки. Он слегка изменил свечение.

— Надеюсь, это значит, что он работает, — сказал я и вернулся в кресло, — стартуем!

Звезды вытянулись и превратились в серый тоннель. Десять минут мы летели в полной тишине. Потом Рита вернула корабль в нормальное пространство. Я посмотрел на холодные звезды. Всё выглядело так, как и всегда.

— Мы уже там? — спросила Рита. — Или здесь?

— Если увидим Плейю, значит два варианта: либо мы в прошлом, либо у нас ничего не получилось и мы в настоящем.

— Почему не в будущем?

— Потому что по замыслу Хэлфа это будет уже другая вселенная, — ответил я.

Рита решила, что в моих словах есть логика. Мы продолжали полет до тех пор, пока компьютер не известил нас о приближении к орбите планеты. Затаив дыхание мы смотрели на пока ещё крохотную Плейю.

— Планета на месте. Чтобы узнать попали мы в прошлое или нет, нужно совершить посадку.

— Так и сделаем.

Спустя полчаса мы приземлились неподалеку от Ней-Чедо. Законсервировали корабль и отправились в направлении автотрассы.

В сторону города мчались машины. Разноцветные и яркие, как и должно быть.

— Странно, — сказала Рита, — пока ничего не понятно.

Она подняла руку и остановила проезжающий двухместный кабриолет. За рулем сидел пожилой мужчина, рядом с ним по всей видимости его супруга.

— Девушка, вам помочь? — спросил водитель.

Взгляд Риты зацепился за газету, лежащую на коленях женщины.

— Простите, у вас свежий номер?

— Да, — кивнула старушка, — если нужно возьмите, я посмотрела и, как всегда, ничего интересного. Нынче журналистика уже не та. Вот в наше время!

— Да, спасибо! — Рита взяла газету и помахала пожилой паре рукой.

— Ну что там? — спросил я.

Рита показала пальцем на дату. День недели и месяц нас не интересовал, потому что с частыми перелетами мы совершенно потеряли счет дням. Нас интересовал год. Я выдохнул.

Судя по газете, мы вернулись на двадцать два года назад.

* Voilà — (фр.) буквально — вот так. Разг. — вот, пожалуйста, раз и готово и т.д.

Глава 35

Я наблюдал за домом где жили ученые из окна припаркованного неподалеку автомобиля. Вернулась Рита с бутербродами и двумя стаканами кофе.

— Что-то изменилось? — спросила она.

— Ничего.

— Держи.

Мы наскоро перекусили, а кофе хоть и был с привкусом бумаги, но действовал ободряюще. У нас не имелось определенного плана, поэтому мы ничего лучшего не придумали, чем следить за домом. Все связи, которые были налажены у Риты, двадцать лет назад ещё не появились. В городе нас абсолютно никто не знал. Хорошо ещё, что она прихватила с собой немного денег. У нас получилось снять квартиру в соседнем доме и арендовать машину.

— Нужно что-то делать, — вздохнула Рита, — второй день торчим и никаких подвижек.

Я предложил поискать спайтов.

— Альций упоминал какого-то Тофа. Они были друзьями. Сам я лично знал Кэла, сейчас он довольно молод, но найти общий язык можно. А ещё наш старый знакомый Лойз. Где-то же они должны быть.

Девушка покачала головой.

— Ума не приложу, как их искать. Когда мы с ребятами впервые оказались в Ней-Чедо, они сами нас нашли. Остаётся надеяться на случайную встречу.

Из подъезда вышел человек. Приглядевшись, я узнал в нем слегка помолодевшего Альция.

— Глянь, Рита, вот наш ученый, — улыбнулся я.

— Двадцать лет на нем не сильно сказались. Поначалу, я думала, что он старик. Но когда сбрил бороду удивилась. Интересно, куда он направился?

Я пожал плечами.

— Проследить?

Мы потихоньку двинулись за ним. Альций совершенно не обращал ни на что внимание. Видимо, был погружен в очередные думы — может, в его голове в этот момент созревала свежая гипотеза, или он готов был потрясти мир новым открытием. Ученый свернул в узкий переулок и направился в сторону от центра к так называемому старому городу. Я там проезжал несколько раз и хорошо помнил это место. Дома здесь были ниже и старее, некоторые настолько ветхие, что я удивлялся, как в таких ещё можно жить. В небольшом сквере Альций присел на скамейку. Прямая видимость позволяла за ним следить на расстоянии. Поэтому мы, вооружившись визорами, принялись наблюдать, оставаясь незамеченными. Вскоре к ученому подошел спайт. Альций прикрепил ему что-то на пояс и тот исчез. Потом появился вновь.

— Это какой-то прибор, — догадалась Рита, — смотри, показания считывает.

Ученый проделал это несколько раз, распрощался с аборигеном и отправился обратно. За тонированными окнами автомобиля нас не было заметно, поэтому мы дождались, когда Альций прошел мимо и скрылся из виду. Затем я подъехал к тому самому скверу. Мы с Ритой вышли из машины и сели на скамейку.

— Что ж, — сказал я, — будем ждать.

Рита кивнула. Спайты нас видели, наверное. Потому что долго не появлялись. Прошло два часа, а мы все сидели в пустом сквере. Наконец, самый смелый, а может просто любопытный из них, подошел к нам.

— Добрый день! — поздоровался я как можно спокойнее.

— Кого-то ищете? — поинтересовался спайт.

— Честно говоря — вас.

— Зачем такие люди как мы, могут кому-то понадобиться? Или конкретно нужен я? Мы ведь изгои в этом обществе, или вы не знали?

— Мы знаем, — мягко ответила Рита, — а ещё знаем, что вы наши друзья. Можете спросить у Лойза, Тофа, и Кэла. Нам просто нужно поговорить.

Спайт растворился в воздухе. Потом вернулся в сопровождении Лойза. Тот выглядел молодо, свежо, но, несомненно, это был он.

— Лойз! Дружище! Как я рада тебя видеть!

— А я вас нет. Я с вами незнаком. Вы кто?

— Мы без оружия, — сказал я, — и не причиним вред. К тому же, мы не местные. Нужно просто поговорить. Я был несколько раз в вашей обители. Отведите нас туда, и мы всё вам подробно расскажем.

Посовещавшись, спайты переместили нас с Ритой в знакомое мне место. Определенно я уже здесь был. Это было открытое пространство прямоугольной формы, окруженное светлыми стенами и совершенно свободное от посторонних предметов.

— Здесь нас никто не видит и не слышит, — сказал Лойз. — Можете говорить.

— Сперва я скажу, что мы знакомы, — начала девушка, — мало того — мы друзья. Меня зовут Рита, его Алекс. Мы сотрудники галактического спецназа, занимаемся соблюдением законности на планетах и предотвращаем неправомерные действия.

— Я не знаю вас, — повторил Лойз.

— Пока не знаешь, — согласился я, — но будешь знать через двадцать лет. В это невозможно поверить. Я бы не поверил, честно. Но вы ведь всё чувствуете, не правда ли? Разве я обманываю вас? Ни при каких обстоятельствах я ещё не был так открыт, как сейчас. А ты, Лойз, когда размышляешь, то хмуришься и чешешь себя за ухом. Кэл любит говорить тихо, но многое знает, а Тоф на короткой ноге с Альцием. Откуда мне, приехавшему позавчера, всё это известно?

— Странно это слышать, но звучит как правда, — задумался Лойз, — откуда вы?

— Из Ней-Чедо, — улыбнулась Рита, — мы там были двадцать два года спустя. Мы вернулись назад во времени.

— Невозможно, — покачал головой Лойз.

— Согласен, — кивнул я, — но осуществить переброску в прошлое смог Альций. Основываясь на данных, которые он получил, изучая вас. Вы уникальны по своей природе и сами того не зная, используете для собственных перемещений могущественные силы. Но мы здесь не по этому поводу. Ученые прежде всего изобрели другое. Мгновенные пространственные переходы в иные миры и опять же, основываясь на вашей природе. И это всё очень хорошо на самом деле. Прогресс для человечества и так далее. Один из его соратников по имени Хэлф, первым испытает перемещение и странным образом обретет сверхспособности. После этого построит в центре города специальное оборудование, которое погубит не только эту планету, но и всю вселенную. Вот зачем мы здесь.

Я замолчал. Лойз, нахмурившись, чесал себя за ухом. На Кэла мой рассказ произвел впечатление.

— Нужно срочно предупредить Тофа. Очень уж часто он ходит к Альцию.

— Нет, нет, — Рита догадалась к чему он клонит, — ученый не причем. Да, это его разработки, но он всё делает на благо людей. Виноват Хэлф. Перед тем как построить свой агрегат, он перетащит сюда толпу инопланетян. Окунгов. Те ворвутся в дом, где сейчас работает команда Альция, и совершат преступление.

— Ученых убьют? — спросил Лойз.

— Не всех, — покачал я головой, — Альций сумеет спастись. Именно он научил нас, как вернуться в прошлое чтобы остановить Хэлфа. Но мы не знаем, как это сделать. Арестовать мы его не имеем права, потому что на данный момент он не совершал никаких преступлений. Поэтому решили посоветоваться с вами. Тем более, вы наши друзья.

— Вы своего рода космическая полиция? — спросил Кэл и увидев мой утвердительный кивок, просиял:

— Читал такое в книжке. Здорово!

— Любишь читать? — удивился я. — Но вы же не носите с собой предметы. Как ты умудряешься это делать?

Кэл хотел ответить, но замялся.

— Не бойся, — рассмеялся я, — если ты что-то по мелочи нарушаешь, то мы не вмешиваемся. Этим занимается местная полиция. Мы действуем только в галактических масштабах.

— По ночам, — Кэл с облегчением выдохнул, — я появляюсь в городской библиотеке. И читаю.

Я махнул рукой:

— И правильно делаешь. Разве это преступление? Ты даже не воруешь. Я вообще думаю, что знания нельзя запирать. Пусть бы библиотеки работали круглосуточно.

— Тогда мне было бы туда не попасть. Для таких как мы дорога туда закрыта.

— Извини, я совсем забыл. Ну, зато ночью всё твоё. Пользуйся на здоровье.

Я повернулся к Лойзу:

— Прости, я отвлекся. Так вы поможете?

Лойз немного помолчал, потом ответил:

— Вы рассказали столько странного, что аферистами вас не назовешь. Такое просто так не придумать. Да и видно, что вы говорите правду. Как в таком случае вам помочь я не знаю. Можем установить слежку за этим Хэлфом.

— Вы его знаете в лицо? — спросила Рита.

— Тоф знает, — пожал плечами Лойз, — а значит и мы.

Я добавил, что для работы межпространственных тоннелей необходимо оборудование. Альций упоминал слово «приемники». Нужно узнать, в каком месте они смонтированы.

— А что же он сам вам не сказал? — спросил Лойз.

Я пожал плечами.

— Может быть забыл, или намеренно скрыл эту информацию.

Произошло почти незаметное движение воздуха и в помещении появился ещё один спайт. На вид он был старше Лойза.

«Наверное, это Тоф», — решил я и оказался прав.

Лойз и Кэл рассказали Тофу всё, что от нас услышали.

— В другое время я бы ни за что вам не поверил, — покачал он головой, — но я знаю на что способны Альций со своей командой. В науке они как боги. Кажется, что им подвластно всё.

— От вас ничего не скрывают? — спросила Рита.

— Нет, — пожал плечами Тоф, — наоборот. Со всем делятся и даже обсуждают со мной. Я в курсе, чем они занимаются.

— Тогда у меня важный вопрос, — сказал я, — сколько им осталось до начала испытаний переходов?

— Неделя. И первым испытать вызвался Хэлф.

— У нас очень мало времени, — вздохнула Рита, — мы вернулись в прошлое слишком поздно

Глава 36

Как мы справимся с этой проблемой я не знал. Слишком многое требовалось сделать, но нас ограничивало время. К счастью, помогло само провидение. На следующий день произошло то самое событие, о котором однажды рассказал Альций. Проснувшись, мы с Ритой позавтракали и принялись обсуждать возможные планы наших действий. Попутно мы ждали, что появится кто-нибудь из спайтов. Нам нужны были сведения об установке оборудования для осуществления перемещения или хоть какие новости о Хэлфе. Но спайты не объявлялись и это начинало действовать на нервы. Я хотел уже предложить прогуляться к спайтам или самим устроить слежку за учеными, как в этот момент на улице раздался крик. Кричала женщина.

— Ты слышал? — спросила Рита.

Я кивнул.

— Кажется, что-то о пожаре. Бежим!

Суета образовалась возле того самого дома где жили ученые. Сизый дым просачивался из окна на втором этаже. Миновав толпу зевак, мы бросились в подъезд. Запах гари здесь чувствовался особенно сильно. Дверь в нужную квартиру была открыта. Я забежал первым. Риты держалась позади. Всё выглядело не так как я ожидал — перед глазами был длинный коридор со множеством дверей, дым стоял везде и куда бежать я не имел представления. Внезапно передо мной возник мужчина с какими-то вещами в руках. Вид у него был растерянный, лицо измазано сажей.

— Помощь нужна? — громко спросил я.

— Да. Вы слышали на улице крики? Сейчас прибудут пожарные и зальют все водой к чертям собачьим. Берите все, что под руку попадется и тащите сюда.

— Куда идти?

— Лаборатория в конце коридора. Спешите. Я догоню.

Мы с Ритой побежали вперед и оказались в очень задымленном помещении.

— Думаю, это здесь, — сказала Рита и схватила какой-то ящик.

Я последовал её примеру и уже бежал обратно с тюками в обеих руках. Навстречу нам попался тот самый с измазанным лицом и еще двое. Мы успели сделать несколько таких «ходок». С удивлением я обнаружил, что бегу с со старым автомобильным диском в одной руке и с круглым экраном в другой. Неожиданно я понял, что спас из пожара тот самый прибор, благодаря которому мы смогли вернуться в прошлое.

— Обалдеть! — сказал я.

Рита, вытирая грязное лицо носовым платком, спросила:

— Ты о чем?

— Потом объясню.

За окном завыла сирена. В комнату забежали трое.

— Спасибо за помощь! — поблагодарил нас один из них. — Сейчас пожарные наведут здесь порядок. Потом еще с полицией разбираться. Как к вам обращаться?

— Александр, — представился я.

— Маргарита.

— Меня зовут Хэлф. Я к вашим услугам. А это мои коллеги — Ричард, Кларк и Петр.

— Очень приятно!

Мы обменялись рукопожатиями. Неожиданно в комнату ввалился Альций — тоже с измазанным лицом и весь в слезах.

— Проклятый дым! Глаза огнем горят.

Кто-то из его коллег сунул ему в руки платок. Вытерев слезы и проморгавшись, ученый обратил на нас внимание.

— А, вот и наши неожиданные помощники! Спасибо вам! Вы представить себе не можете сколько ценного оборудования удалось спасти с вашей помощью. Меня зовут Альций.

Мы с Ритой снова представились.

— Как вы успели так быстро оказаться здесь?

Я объяснил, что мы снимаем квартиру в доме напротив. В Ней-Чедо мы недавно. Путешествуем по стране в связи с помолвкой.

— О, поздравляю вас. Заходите, когда всё уляжется. Хочется поговорить в нормальной обстановке.

— А что всё-таки случилось? — я имел ввиду пожар.

— Пока сами не знаем. Видели какое там задымление? Будем разбираться, вам обязательно скажем. Вы как относитесь к науке?

— Имею диплом медицинского университета, — скромно ответил я.

— Бакалавриат по астрономии, — добавила Рита.

— Так мы с вами коллеги! Тем более будет о чем поговорить.

Альций хотел что-то еще сказать, но тут в квартиру толпой ворвались пожарные.

— Где источник? — проорал один из них.

— В конце по коридору.

— Бегом туда! Тяните рукав! Будьте готовы подать воду!

— Сейчас начнется, — обреченно вздохнул Хэлф.

Пришло время нам с Ритой исчезнуть. Мы попрощались и покинули квартиру ученых. Оказавшись дома, первым делом девушка бросилась принимать душ и через некоторое время вышла оттуда посвежевшей, но с красными глазами.

— И правда едкий дым. Алекс, беги ополоснись. Очень помогает.

Позже, когда мы пили чай, Рита сказала:

— Как ты ловко выкрутился!

— Ты о чем?

— Придумал наше путешествие и помолвку, — рассмеялась она.

— Если бы не все эти события, я бы давно сделал тебе предложение.

— Правда? Тогда вот тебе мой поцелуй!

Отдышавшись, мы вновь сделались серьезными.

— Представляешь, я вытащил из комнаты тот самый диск от колеса, благодаря которому мы попали сюда.

— Так вот что ты хотел мне сказать?

Я кивнул.

— Как странно. Выходит, что если бы мы не спасли этот прибор, то не смогли бы вернуться в прошлое?

— Да. Голова кругом. Пытаюсь это понять и не могу. Вот если бы он сгорел у нас на глазах? Что бы тогда произошло? Мы бы растворились в воздухе? И оказались бы где?

— Нет, Алекс. Это не так работает. Раз уж мы с тобой здесь — значит прибор не сгорел.

Она внимательно посмотрела мне в глаза.

— Рита, у меня мурашки по коже.

— Честно говоря, у меня тоже.

Мы немного помолчали, думая каждый о своем. В комнате произошло едва заметное движение воздуха и появился Тоф. От неожиданности я вздрогнул.

— Я не помешал?

— Нет. Просто никак не могу привыкнуть к вашим появлениям, — ответил я, — особенно когда это происходит в помещении.

— Будто приведение увидели? — пошутил Тоф.

— Ну, да. Очень похоже. Хотя, тьфу-тьфу, я их не видел. Да и Рита тоже.

Девушка кивнула в знак согласия.

— В общем, о пожаре вам известно, — продолжил гость, — вы даже оказали помощь.

— Надо же как-то наладить отношения, — сказала Рита, — а тут случай подвернулся.

— О причинах возгорания ещё не знаете?

— Пока нет. Хотя, если это то, о чем нам рассказал Альций, — задумчиво проговорил я, — погиб Эфилей?

— Да, сгорел заживо в испытательной камере, — кивнул Тоф, — мы уже выяснили. Удивительно, но ваше прибытие из будущего подтвердилось.

— Нам обманывать незачем. Катастрофу бы предотвратить.

— Я, собственно, поэтому и явился. В Ней-Чедо установлено три, как вы их называли, «приемника». Один в этом квартале, другой возле центральной площади, а третий за городом, недалеко от шоссе.

— Неудивительно, — вздохнула Рита, — возле трассы — это место возвращения. Там, Алекс, я тебя впервые встретила. Из центра мы отправлялись на Целлас. А внутри квартала, скорее всего, для опытов. Нужно узнать возле какого из этих мест Хэлф отправится в свое роковое путешествие.

— Пока ещё ничего не случилось, — философски изрек Тоф, — ученые, возможно, сами всё расскажут.

— Я надеюсь на это, — сказал я и посмотрел в окно.

Пожарная команда уже уехала. Из подъезда, где был пожар, выходил наряд полиции.

— Ого! Похоже с полицией всё утрясли. Как им удалось?

— Легко, — грустно ответил Тоф, — Эфилей сгорел так, что даже пепла не осталось. А пожар произошел от внешнего перегрева испытательной кабины. Скорее всего получили нагоняй от полиции и штраф за неосторожное обращение с электрическими приборами.

— Вот это да! — выдохнула Рита. — Вот что значит умение мгновенно перемещаться. Прошло совсем немного времени, а вам уже всё известно.

— Такова наша природа, — ответил Тоф и исчез.

Глава 37

Не такими я представлял себе ученых из команды Альция. Вспоминая его рассказы, я думал, что нам предстоит столкнуться с неадекватными, психически неуравновешенными людьми. В действительности, всё оказалось далеко не так. Мы с Ритой близко познакомились с ними на следующий день после того, как случился пожар. Нас на улице заметил Хэлф и настоял, чтобы мы обязательно зашли. На удивление, нас пригласили в другую квартиру.

— А мы здесь почти половину дома сняли, — пояснил он, — лаборатории чтобы устроить, да и жить где-то нужно. Но собираемся мы у Альция. Всегда есть что обсудить и о чем поговорить.

За большим обеденным столом хватило места и для нас с Ритой. И вновь я поразился поведением ученых. Это были целеустремленные, увлеченные своим делом, жизнерадостные люди. Мы сразу почувствовали себя в кругу друзей.

— Спасибо, что помогли нам, — первым делом поблагодарил нас Альций, — вместе с вами мы спасли много ценного. Не только аппаратуру, но и книги и последние материалы научных изысканий. Бедный Эфилей, всегда был сторонником проведения опытов на самом себе.

Мы почтили его память минутой молчания, а потом Петр разлил по бокалам вино.

— Помянем! — коротко произнес он тост.

— А что всё-таки произошло? — после спросил я.

Ответил Хэлф:

— Наш коллега разрабатывал перемещение человека. Если коротко, то в одном месте зашел в кабину и мгновенно вышел в другом. Видимо нащупал что-то и провел опыт. К сожалению, неудачный.

— Примите мои искренние соболезнования, — сказал я, — для вас это тяжелая утрата.

— Спасибо, — поблагодарил Альций, — вчера мы отдали должное бедняге Эфилею. Но мы ученые и не можем долго предаваться скорби, ничего при этом не делая. А вообще — такова суть всех экспериментов. Они могут быть удачными, но по статистике в большинстве случаев это не так. Но успех всегда приходит после череды проб и ошибок, зачастую досадных и смертельно опасных. Скажу только, что наш коллега не мучился. Он погиб мгновенно, если так можно сказать.

— В каком смысле? — не поняла Рита.

— Суть его теории в том, что человека можно «разобрать» на атомы в одном месте и почти мгновенно собрать в другом. И он практически добился успеха. Только «собрать» обратно себя не смог.

Я выдохнул:

— Значит, его атомы где-то здесь?

— Не исключено. Но мы об этом уже не узнаем.

Поговорив еще на эту тему, ученые переключились на свои текущие изыскания. Альций подробно объяснил нам, что для перемещения в пространстве не требуется мощного источника энергии.

— Все дело в полях, — пояснил он, — гравитационных и электромагнитных. Включается воздействие на так называемые струны. О теории струн слышали? Вот спайты и используют их для своих прыжков. Неосознанно, конечно. А мы пытаемся сделать подобное, но с точными расчетами и научным подходом. Главное — это задать нужный вектор перемещения, а на финише его принять. Ричард начал свою карьеру космолетчиком. Он хорошо разбирается в звездных картах и предложил нам выбрать несколько отдаленных планет для установки на них приемников. Что мы, собственно, и сделали. Но есть несколько нюансов.

— Каких? — спросил я.

Я думал, что мне никто не ответит, ведь до этого я считал, что ученые работали тайно и всё скрывали.

— Нужно компактное устройство, которое бы активировало переход, — пояснил Кларк, — но мы пока не решили, что это будет.

«А ведь именно он придумал карты», — вспомнил я рассказы Альция.

— И обозначить точные места для осуществления перемещений, — добавил Петр, — пока не ясно, будут ли они рядом с приемниками или где-то в определенной точке.

— С прибытием тоже пока не все ясно, — подытожил Ричард, — но мы продолжаем над этим работать.

Я предположил, что во время опытов нужно находиться в обоих пунктах перемещения. Как в начальном, так и в конечном.

— Разумеется, — кивнул Альций, — у нас собственный корабль в космопорте Ней-Чедо.

— Я думала, что сюда почти никто не летает.

— Так и есть, Маргарита, — улыбнулся ученый, — потому мы и здесь. Но космопорт существует с тех пор, как на Плейю высадились первые колонисты.

Мы поговорили ещё о разных вещах и засобирались домой.

— Завтра мы начнем настройку центрального приемника, — сообщил на прощание Хэлф, — если интересно, то приходите. Будем только рады.

Дома мы принялись обсуждать услышанное.

— Совершенно нормальные люди, — вздохнула Рита, — в какой момент они съехали с катушек?

— Давай восстановим события, — предложил я, — нам ведь в Багульнике всё подробно было рассказано. Итак: Хэлф исчез и его считали погибшим. Ученые продолжили работу. Потом Кларк придумал карты. И они смогли осуществить первую переброску на другую планету. И именно после этого они начали валять дурака.

— Ты прав, так Альций и рассказывал. Но что нам делать?

— В смысле? — не понял я.

— Ну смотри. Например, мы помешаем Хэлфу. Не знаю каким образом, но допустим. Что произойдет? Они также продолжат работу и создадут пространственные переходы. И карты дорог.

Я задумался.

— Ну и пусть.

— Как это, пусть? — Рита округлила глаза.

— В детстве я обожал читать фантастику. В какой-то книге было написано, что любое изменение прошлого повлечет за собой последствия в будущем. Главная задача — предотвратить перемещение Хэлфа. Тогда он не получит сверхспособности, и не построит аппарат для удерживания сингулярности. Будущее останется таким, каким мы его знаем. В Ней-Чедо не произойдет противостояния с окунгами. Кларк и Ричард не погибнут.

— Значит, будущее мы всё-таки изменим, — покачала головой Рита.

— Да, но не сильно. Если мы смогли бы предотвратить создание межпространственных тоннелей, то последствия были бы непредсказуемы. Я не оказался бы в Ней-Чедо, не встретил бы вас, не познакомился с тобой.

— Ты прав, Алекс. Как же ты прав! — воскликнула Рита и крепко меня обняла. — А что случится, когда мы вернемся? Мы прилетим на базу и застанем там всех живых и здоровых? Или что?

— Если мы помешаем только Хэлфу так и будет. Спецназ обязательно заинтересуется изысканиями ученых и пространственными переходами. Значит, космическая база окажется на месте. Неясно только, куда я денусь.

— Не поняла?

— Я же не смогу участвовать в борьбе с окунгами, ведь их здесь не будет. Поэтому не стану частью спецназа. А как же я тебя встречу?

Рита всхлипнула и бросилась мне на шею.

— Алекс, Милый, как же так? В какую же мы пустились авантюру! А если мы не нашли друг друга? Хотя, я ничего не понимаю. Мы ведь вернемся вместе…

— Это значит, что мы встретились, — я поцеловал девушку, — а как — узнаем позже. Давай подумаем, что будем делать с Хэлфом. Он показался мне нормальным человеком. До того, как мы попали в прошлое я мечтал его убить. А сейчас я даже не знаю, что делать.

Мы помолчали немного, потом Рита сказала:

— Я вот о чем подумала. Хэлф порядочный, ты прав. Но то, что он сотворил, было заложено где-то в его подсознании. Плохими людьми просто так не становятся. Подумать только — уничтожить всю Вселенную! Не сделает сейчас, возможно в будущем совершит подобное.

— Ты права. Но иногда на такие решения влияет множество факторов: от окружающей обстановки до негативного воздействия со стороны. Что случилось на той планете? Какой обработке подвергся мозг Хэлфа? А вдруг он действовал по указке враждебного разума? Кто мы такие, чтобы судить его? Мы даже толком не знаем, что там произошло.

— Знаем, что он собирается разрушить нашу вселенную. Он преступник, Алекс.

— На сегодняшний момент нет. Он ничего не совершил. Я хотел его убить на месте, но сейчас не могу. У меня рука не поднимется. Я не убийца.

— Я тоже не убийца! Одно дело участвовать в боевых действиях или защищаться от нападения. Но вершить правосудие, не имея на это должных оснований — это совсем другое. Что нам делать, Алекс?

— Я не знаю. С утра отправимся посмотреть на приемник. Соберем больше информации. А дальше видно будет.

Я взглянул на Риту и слова застряли у меня в горле. Стена позади девушки зашевелилась, словно была и не стеной вовсе, а оптической иллюзией. Потом из неё вышел Хэлф. Это был не тот человек, с которым мы расстались пару часов назад. Это был другой Хэлф. Из будущего.

— Ты чего? — удивилась Рита.

— Не шевелись!

Девушка замерла на месте. Впрочем, я тоже. Какая-то невидимая сила связала меня по рукам и ногам.

— Вот мы и встретились!

Хэлф вышел в центр комнаты и самодовольно смотрел на нас.

— Я знал, что вы вернетесь в это время, чтобы помешать мне. И вот я здесь. Все ваши попытки ни к чему не привели. Вы слишком мягкосердечны и законопослушны. Нужно было пристрелить меня в первый же день. Но, хвала вселенной, вы этого не сделали. Хотите я предугадаю ваши действия? Вы собирались вывести из строя приемник из-за которого я оказался на неизвестной планете. Но я не допущу этого. Я сделаю иначе.

— Негодяй! — воскликнула Рита. — Что ты хочешь?

Хэлф захохотал.

— Я покажу вам место своего отправления. Хочу, чтобы вы напоследок запомнили его. А потом вы сильно удивитесь. Но никто этого не узнает.

На улице уже стемнело, поэтому никто не видел, как мы вышли из подъезда своего дома. Идти я мог, Рита тоже. Но, подчиняясь воле Хэлфа, мы покорно следовали за ним не в силах сделать что-то другое. Идти оказалось недалеко. В середине соседнего квартала оказался большой пустырь и рядом с ним ученые установили приемник. Он выглядел как невысокий силовой шкаф, таких в Ней-Чедо было полным-полно. Понятно, почему на него никто не обращал внимание.

Мы остановились. Хэлф встал перед нами и разразился речью:

— Вот это место! Место рождения великого Хэлфа! Творца Вселенной и самого могущественного разума! Неужели вы, глупые, решили, что сможете мне помешать? Знайте, что я предвижу всё наперед. И даже открою вам будущее. Хотите? Думаю, вам интересно. Сейчас я запущу межпространственный переход. Тот самый, по которому отправился когда-то я. Окажетесь ли вы на той планете? Или где-то в космическом вакууме? Это неизвестно. Но таков ваш путь — дорога, которую вы выбрали. Готовьтесь!

Не в силах пошевелиться мы с Ритой беспомощно смотрели друг на друга. В голове мелькали тысячи мыслей, и я не находил нужную, чтобы сказать что-то подходящее. Мне хотелось подбодрить свою подругу, но слова застревали в горле.

— Неужели это всё? — прошептали её губы.

Мне не хотелось умирать. Пережив столько всего, даже каторгу на Целласе, я не был готов расстаться с жизнью. И сделать ничего не мог.

Хэлф в это время отошел от приемника и провозгласил:

— Всё! Попрощайтесь с этой планетой! Запомните навсегда этот исторический момент!

Послышались шаги и на пустыре появился Хэлф. Только другой, который из настоящего времени.

— Что вы здесь делаете? — закричал он и подбежал к самому себе.

В темноте ему было не видно лица Хэлфа из будущего. Схватив его за руку, он крикнул:

— Отпусти моих друзей иначе вызываем полицию!

Хэлф из будущего повернулся и уставился на самого себя. Через секунду они оба закричали. А потом произошло невероятное. Тела обоих стали притягиваться друг к другу и сливаться в единое целое. Будто это не два человека, а что-то сделанное из теста. Снова раздался крик. Это был уже подоспевший Альций. За ним в оцепенении стояли Кларк, Ричард и Петр.

Между тем тела Хэлфов слились воедино и превратились в бесформенную массу. Она пульсировала, то сжимаясь, то вновь разжимаясь. Я почувствовал, что снова владею своим телом.

— Ложись! — крикнул я и ничком упал на землю.

Рита и ученые последовали моему совету. Затем раздался взрыв, сопровождающийся яркой вспышкой. Поднявшись, мы осмотрелись. Всё было, как и раньше. За исключением одного — Хэлфа не стало. Ни того, ни другого. Злой гений, разрушитель и создатель вселенных уничтожил сам себя.

— Что произошло? — спросил озадаченный Альций.

— Это длинная история, — ответил я, — спасибо, что вовремя появились.

Глава 38

Утром мы уже мчались за город. Хотя я не раз ловил себя на мысли, что, имея «машину времени» торопиться незачем. Но такова наша натура: дело сделали, а значит пора возвращаться.

— Я почти не спала. Да и времени выспаться не было.

Рита сказала правду. После самоуничтожения Хэлфа на пустыре мы вернулись домой к Альцию. Предстоял разговор, и я не знал с чего начать.

— Как вы догадались, что мы именно в том месте? — спросил я.

— Мы и знать ничего не знали, — покачал головой Альций, — сидели у меня, обсуждали дела, как вдруг появился Тоф. Он сказал, что вас ведут к центральному пункту. Возможен теракт или убийство. Мы тут же бросились на выручку.

Разговор мы вели втроем. Я настоял, чтобы остальные не присутствовали. Зная, что произойдет в будущем, мы не могли доверять никому кроме Альция.

— Тоф, молодчина. Он всегда появляется вовремя.

— Александр, расскажи. Я прибежал сразу за Хэлфом и кое-что видел. Их ведь было двое, так? Прошу, я должен знать.

В силу обстоятельств, мы не могли рассказать Альцию всё. Поэтому пришлось импровизировать.

— Я начну или ты? — спросил я Риту.

— Ваш первый эксперимент прошел неудачно, — сказала она, — Хэлф телепортировался и исчез. Нигде не появившись.

— Но он не погиб, как вы считали, — продолжил я, — попав в иную реальность он обрел способности не подвластные простым смертным. И задумал уничтожить Вселенную.

— Мы прилетели сюда, чтобы остановить его. Но Хэлф погубил себя сам. Вернувшись из будущего помешать нам, он встретился с самим собой. Результат вы видели.

Рита закончила и посмотрела на Альция. Его самообладанию можно было позавидовать. Не один мускул не дрогнул на его лице.

— Вы из будущего? — спросил он.

Я кивнул.

— Что за гений смог вас отправить?

— Вы, — ответил я.

— О! Значит у меня получилось! Я довел до ума прибор и это хорошо. Что ещё мне нужно знать?

— Больше ничего. Кроме того, что в другой раз относитесь с большей ответственностью к проводимым экспериментам. Последствия могут быть необратимыми.

— Я понял. Спасибо, что рассказали мне.

Мы стали прощаться.

— Сейчас вы куда? — спросил Альций.

— Обратно, — ответил я и пожал ему руку.

Миновав полицейский пост, мы въехали в пригород. Машин здесь было меньше, и я прибавил газу. Через десять минут мы мчались по загородному шоссе. Я притормозил в нужном месте и припарковался на обочине дороги.

— Вот мы и приехали.

— Алекс, я рада, что мы выполнили миссию, но отчего-то мне не по себе. Какое-то предчувствие нехорошее.

— Это просто нервы.

Мы добрались до корабля. Оказавшись внутри я с облегчением выдохнул.

— Всё-таки это часть нашей жизни, Рита. Обстановка родная, что ли.

— Ты прав. Даже легче стало. Давай уже, улетим отсюда.

На подготовку систем звездолета ушло несколько минут. Ещё пара минут и мы вышли на орбиту Плейи.

— Рассчитываю курс в сторону базы, — сказала Рита.

— А я сварю кофе.

Чашка горячего напитка привела в норму и успокоила мысли. Я вытащил «диск от колеса» и активировал его.

— В принципе, всё. Стартуем?

— Я готова.

— Включаю, — сказал я и повернул втулку по часовой стрелке.

Звезды исчезли и превратились в серый тоннель. Рита вела корабль в гиперпространстве. Я внимательно следил за временем.

— Одна минута!

— Вижу.

Ровно на десяти минутах Рита выключила гиперпривод. Но ничего не произошло. Звездолет продолжал нестись в сером тоннеле.

— Почему не тормозим?

— Я отключила его, но он не реагирует. Что делать, Саша?

«С каких пор она стала меня так называть»?

— Где ремкомплект? — крикнул я.

— Справа под навигационным пультом! Внизу!

Я достал инструменты.

— Нужно вскрыть управляющий блок. Это либо замыкание, или какая-то микросхема вышла из строя. Врубай диагностику!

На экране поползли результаты проверки. Так и есть: одна из ключевых микросхем требовала замены.

— Почему мы не сделали это раньше? — расстроилась Рита.

В этот момент я снял защитный кожух управляющего блока и соображал, как достать панель с микросхемами. Вдруг, в моем мозгу яркой молнией вспыхнула мысль.

— Время! — страшным голосом заорал я и бросившись к «диску от колеса» переключил втулку в нейтральное положение.

Выдохнув я посмотрел на часы.

— Мы тридцать минут летели в будущее, — тихо произнес я и взглянул на Риту.

— И где мы теперь? — спросила она.

— Правильнее сказать, когда, — ответил я.

Глава 39

Как только я снял защитную крышку блока, стала видна мигающая красным ячейка. Рита с удивлением спросила меня, как я такому научился.

— На курсах пилотирования этому первым делом учат, — объяснил я, — чтобы в случае неисправности не болтаться в космосе до скончания веков, а устранить проблему собственными силами.

С этими словами я вынул ячейку с микросхемой и отыскал в ЗИПе такую же. Сама микросхема была настолько мала, что доставать её не имело никакого смысла. К тому же залита для защиты специальным составом. Требовалось заменить всю ячейку. Что я и сделал. Панель однократно мигнула белым. Это означало, что неисправностей нет.

— Вот и всё, — сказал я, — после вскрытия управляющего блока автоматически запустится полная диагностика и настройка систем корабля. Где-то на час, полтора.

— Саш, а насколько мы унеслись в будущее? Если десять минут — это двадцать два года, то тридцать составит почти семьдесят лет? Ужас какой!

— По логике так и должно быть. Проверить можно только опытным путем.

— Это как?

— Дождемся окончания диагностики систем, потом вернемся на Плейю.

— Зачем именно туда? Я определила наше местоположение. До Брука значительно ближе, рядом ещё Ридоз.

— Ты же сама знаешь. У них своё собственное время, а мы отталкивались от времени Плейи. И только на ней мы точно узнаем насколько переборщили. Прилетим и будем думать, как нам вернуться.

— Согласна. Ты прав.

Рита, вздохнув, отправилась готовить кофе. Потом молча принесла чашки и, уставившись в какую-то точку, сосредоточенно думала.

— Не молчи, — попросил я.

— Задумалась просто. Мы ведь совсем чужие здесь. Двадцать два года это было бы наше время. Плюс ещё пятьдесят лет. Все наши друзья и коллеги постарели. Не хочу увидеть пожилого Рэма. А Альций, быть может, вообще не жив. Но, ведь это не главное, правда? Мы же вместе. Какая по сути разница? Вернемся, продолжим работать в спецназе….

— Если нас возьмут, — мрачно ответил я, — не забывай, что благодаря нам ничего не случилось. Не было стычек с окунгами, база не подвергалась нападению. Мир не стоял на грани исчезновения. Про нас могли вообще забыть спустя столько лет. Лучше бы нам вернуться в нужный момент.

Чтобы разрядить обстановку я улыбнулся:

— В одном ты права — мы вместе. Я тебя люблю и мне больше ничего не нужно. Фиг с ним, поживем и в этом времени. Много интересного узнаем.

— Спасибо, милый.

Как бы долго не тянулись эти полтора часа, они наконец-то прошли. Система выдала информации о полной готовности всех систем звездолета.

— Ура, — сказала Рита, — мы можем лететь. Задаю курс на Плейю.

Тридцать минут в гиперпространстве показались вечностью. Я очень обрадовался, когда мы, наконец, вынырнули в обычный космос. Плейя выглядела маленькой точкой, а вокруг всё та же безмятежная чернота вселенной. Чем ближе мы подлетали к планете, тем тщательней присматривались, в надежде увидеть что-то необычное.

— Странно, — пробормотал я, — ни верениц кораблей, ни грандиозных мегаструктур и орбитальных станций.

— Ты решил, что всё так кардинально изменится? — улыбнулась Рита.

— Прогресс ведь не стоит на месте, — резонно ответил я, — что-то должно быть.

Между тем мы приблизились настолько, что корабль выдал на экран информацию о планетарных спутниках. Их стало меньше, но они были более крупными и висели на геостационарной орбите.

— Вот и изменения, — сказала Рита, — видишь? Два над полюсами, остальные вдоль экватора. Зато порядок и никакого мусора.

Вскоре наш звездолет вышел на орбиту. Прозвучал сигнал связи. Рита активировала канал.

— Ого! Вы архаики или гости из другой цивилизации? — спросил женский голос.

— Борт 3057, просим разрешения на приземление, — сказала Рита, проигнорировав вопрос.

— Да, конечно, космопорт у нас есть. Для экстренных случаев. А вы странные! Передаю координаты посадки.

— Спасибо!

Рита ввела полученные координаты и включила автопилот.

— Я что-то не поняла. А ты?

— Аналогично. Странными нас обозвала. Что в нас не так?

— Скоро увидим.

Вопреки моим ожиданиям мы приземлились на поросшем травой поле. Никаких сервисных площадок, ни оборудования, ни ангаров и прочих атрибутов современного космопорта. Мы вышли наружу.

— Никогда не думала, что в Ней- Чедо такое. И главное — никто не появился. Хоть бы техник какой.

— Куда идти? — спросил я, оглядывая бескрайнее поле.

— Там какая-то будка, — показала рукой Рита, — давай туда.

Видимо мы выбрали верное направление. Потому что навстречу шла девушка в светлом платье.

— Всё же один человек есть, — констатировал я.

Девушка подошла ближе. Симпатичная, с короткой стрижкой и большими круглыми серьгами в ушах.

— С прибытием в Ней-Чедо! — поздравила она нас и улыбнулась. — Вы архаики? Слышала о вас, но никогда не видела. Меня зовут Марта. Добро пожаловать, я вас провожу.

Мы представились, после чего я спросил:

— Что значит архаики? Вы уже дважды нас так назвали.

— Разве непонятно? Это те, кто любит старину. Коллекционирует антиквариат, носит древнюю одежду, держит автомобиль и летает по космосу на звездолетах.

— Хм, а на чем ещё летать?

— Ну я не знаю. Может быть ещё что-то было, — пожала плечами девушка и добавила: — Идите за мной.

У меня появилось смутное подозрение. Что-то здесь было не так. Тем временем мы добрались до прямоугольного строения из темного стекла, которое Рита назвала будкой. Марта подошла ближе и в передней части разъехались в стороны стеклянные створки, образовав дверной проем.

— Проходите!

Внутри было светло и довольно тесно. Кроме нас могли войти максим ещё двое. Больше ничего не было, только висящий в воздухе экран. Марта встала в нарисованный на полу круг и экран, промурлыкав мелодичный перезвон, показал какой-то список.

— Вам куда? — спросила девушка, поставив тем самым нас Ритой в ступор.

— Что значит, куда? — спросил я.

— В какое место вы направляетесь?

— Ничего не понимаю. Вокзал, диспетчерская, центр управления где? Вы Марта, где сидите?

— Я… дома, — с удивлением в голосе ответила девушка, — моё дежурство сегодня, поэтому я говорила с вами и даже встретила.

— Значит, в космопорте никого нет? — спросила Рита.

— Конечно нет. Что там делать? Ваш прилет — это событие из разряда неординарных. Теперь я буду хвастать перед коллегами. Вот увидите, к звездолету потянутся любители привлечь к себе внимание. Уверена, максимум через полчаса в сети появятся голографические ролики. Уж я-то знаю. Поэтому успела всех опередить.

Она улыбнулась. Весь её вид говорил, что Марта очень довольна собой. Я понял, что речь идет о какой-то социальной сети, но ничего похожего на камеру у неё в руках не было.

«Ладно, — решил я, — потом разберемся».

— В общем, — продолжила девушка, — куда вы хотите?

— Допустим, в центр города! — заявила Рита.

Марта явно обрадовалась и дотронулась пальчиком до экрана. Двери закрылись, прозвенел мелодичный звонок, после чего двери открылись вновь.

— Добро пожаловать! Тут недалеко есть хороший отель.

Мы с непониманием уставились на девушку. Она просто указала рукой на выход.

— Шутки у вас, между прочим! — рассердилась Рита и выйдя наружу, замерла с открытым ртом.

— Что? — спросил я и вышел следом.

Поросшего травой поля не было. Зато я узнал площадь и памятник. Мы с Ритой стояли в самом центре Ней-Чедо. Я осмотрелся. Места были знакомыми, но что-то изменилось.

— Как мы здесь оказались? — спросил я у вышедшей вслед за нами Марты.

— Как обычно, — пожала она плечами, — городская транспортная система. Вы сказали куда нужно, я нажала на адрес. Всё. Вы что, не пользовались таким?

— Нет, — ответила Рита, — а какой сейчас год?

Марта непонимающе на неё уставилась. Неподалеку у памятника стояла скамейка из неизвестного мне материала. На ощупь было похоже на какой-то полимер. Рядом в урне лежали газеты. Я достал одну и от неожиданности чуть не выронил из рук. Цветные изображения не были статичны. Персонажи на них двигались, как в коротких видеороликах, при этом на ощупь газета ощущалась как обычная бумажная. Справившись с изумлением, я посмотрел на дату и похолодел. Ноги задрожали и, чтобы не упасть, я присел на скамейку.

— Что там, Алекс? — спросила Рита.

— Иди сюда и смотри.

Рита взглянула на дату и побледнела.

— Как так получилось? Мы ведь считали….

Судя по напечатанной в газете дате, мы перенеслись в будущее на гораздо больший срок, чем думали.

— Триста лет! — воскликнул я. — То-то я смотрю, что всё по-другому. Машин нет, и этот мгновенный транспорт.

К нам подошла Марта. Видимо, мы её заинтересовали.

— У вас что-то произошло? Я могу чем-нибудь помочь?

— Можете, — ответил я, — но прежде всего хочу спросить. Вы умеете хранить тайны?

Глава 40

Рита стояла у широкого панорамного окна и смотрела на изменившийся почти до неузнаваемости Ней-Чедо. Я в этот момент продолжал изучать и обследовать наши временные апартаменты. Вообще-то, заселиться в отель у нас получилось благодаря помощи Марты. Девушка оказалась умнее и сообразительней, чем подумалось мне вначале. Когда мы с Ритой объяснили, что прилетели сюда из прошлого, она не покрутила пальцем у виска и не назвала нас обманщиками. Лишь внимательно посмотрела, немного подумала и сказала:

— Похоже на правду. Вы определенно не архаики. Даже они носят фермуар и одевают маркиз.

Пришла наша очередь удивляться. Мы посмотрели друг на друга и ничего не поняли. Я хотел было спросить про путешествия во времени. Может здесь это обычное дело? Но меня заинтересовали непонятные названия.

— Видите на руке кольцо? — спросила Марта.

— Ну. Красивое колечко.

Девушка поняла, что мы совершенно ничего не соображаем.

— Это называется маркиз, — терпеливо пояснила она, — для доступа, коммуникации, управления и много чего другого. Без него нельзя.

В общем, маркиз — это универсальный инструмент, сочетающий в себе всю информацию о владельце, при этом являющийся платежным терминалом, часами, средством связи и всем необходимым в современном мире. Даже городским мгновенным транспортом без маркиза не воспользоваться. Как и не заселиться в гостиницу. С трудом переварив информацию мы задумались.

— А какие деньги у вас в ходу? — спросила Рита.

— Эр. е. Расчетные единицы. Записываются на личный счет.

— А чему они эквивалентны? Как их получить?

— Легко, — пожала плечами Марта, — нужно зарегистрироваться и купить Эр. е. Например, за золото. Или обменять по курсу на расчетные единицы других систем.

Это было уже проще. Несколько золотых монет у нас в запасе имелось. Еще со времен столкновения с окунгами. С регистрацией проблем не было. Можно назваться любым именем, лишь бы получить идентификатор. Марта отвела нас в офис напоминающий банк и через несколько минут у каждого из нас на руке красовалось кольцо. Теперь мы имели собственные Эр. е. и девушка отвела нас в отель. Да, по пути мы зашли еще в один то ли офис, то ли салон, и обзавелись фермуарами. Женский вариант напоминал обычные серьги разных форм. Для тех, у кого не проколоты уши предлагались клипсы. Рита сняла свои и надела только что купленные, простенькие на вид сережки. Я же приобрел одну клипсу на левое ухо.

В отеле отсутствовала привычная для нас стойка администратора. Как только мы вошли в воздухе сформировался золотистый шар и приятным голосом приветствовал нас. Потом предложил на выбор несколько типов номеров. Я выбрал двухместный, один из самых недорогих. Потребовалась оплата. По совету Марты я сунул руку прямо в шар и тот считал с моего кольца необходимую сумму расчетных единиц.

— Ваш номер 205. Ключ передан в маркиз.

Мы думали, что процедура регистрации завершена, но не тут-то было. Шар исчез, а вместо него появился виртуальный дисплей.

— Это ещё зачем? — спросила Рита.

— Вам нужно выбрать интерьер, — ответила Марта, — сейчас в номере ничего нет. Смотрите.

Нам предложили подобрать цвет стен, покрытие пола, мебель, оформление санузла, душа, освещение, тип окна и кучу разных мелочей. Это я предоставил Рите — своему вкусу я не очень доверял. Наконец выбор был сделан, и мы отправились в свои апартаменты. Я приложил руку с кольцом к дверям и те бесшумно отворились.

— Это что? — удивился я, глядя на безжизненные бетонные серые стены.

В этот самый момент произошло невероятное. Словно в виртуальной модели стены и пол стали покрываться текстурами и через мгновение мы созерцали уютный и пригодный для проживания номер.

— Вот это прогресс! — восхитилась Рита. — Можно дизайн по настроению менять.

— Обычное дело, — пожала плечами Марта, — вы располагайтесь, а я ненадолго отлучусь. Не волнуйтесь, мы с вами обо всем поговорим. Мне самой очень интересно.

Мы остались вдвоем. Первым делом я хотел осмотреть номер, но сначала хотелось понять, что же всё-таки представляет собой кольцо, называемое маркизом. Я дотронулся до него рукой и завис.

— Рита, потрогай кольцо! Это что-то невероятное. Посмотри на меня!

— Смотрю. Ничего не вижу, кроме твоей обалдевшей физиономии.

Я понял, что появившиеся передо мной разнообразие доступно только моему зрению. А тут было на что посмотреть. Прикоснувшись к кольцу, я словно попал в виртуальную реальность. Перед глазами возникло множество дисплеев, а под правой рукой оказалась клавиатура. Я углубился в изучение этого интерфейса. Экраны можно было менять, просто смахнув в сторону, либо убрать вообще. Я мог записывать, фотографировать, находить нужную информацию. В общем, я мог делать всё то, что в мое время доступно было на компьютере.

— О! — воскликнула Рита. — Чего здесь только нет. Я могу читать новости, посмотреть карту города, заказать еду, даже поменять интерьер в номере.

С своими кольцами мы зависли почти на час, а потом я принялся изучать наши апартаменты. Рита смотрела на изменившийся до неузнаваемости город. В левом ухе у меня завибрировала клипса. Я дотронулся до неё пальцем и услышал голос Марты.

— Я готова поговорить, — сообщила она, — вы свободны?

Рита ответила, что мы ничем не заняты. Оказывается, вызов поступил нам обоим.

— Подтвердите согласие, — попросила девушка.

Я сначала не понял, потом «нажал» соответствующий символ на виртуальном экране. Произошло нечто: свет изменился и вместе с ним поменялась обстановка в номере. Обои на дальней стене потемнели, из ниоткуда появилось кресло, на котором сидела Марта.

— Как это? — спросила Рита.

— Зачем куда-то идти, когда можно воспользоваться видеовызовом, — сказала Марта, — я у себя дома. Это очень удобно. Ничего удивительного.

Я смотрел на девушку, пытаясь понять, где заканчиваются границы изображения. Но ничего не увидел. Всё выглядело так, будто Марта просто сидит в кресле у нас в номере.

— Качество на высоте, — отметил я, — ни за что не догадаться, что это трехмерная графика.

— Вы сказали, будто прибыли из прошлого. Я вам верю, потому что вас изумляют вполне обыденные вещи. Из какого вы года?

— Марта, вы так говорите, будто временные перемещения для вас норма, — Рита не скрывала волнения, — это правда?

— И да, и нет. Темпоральными прыжками сейчас никого не удивишь, это да. Но путешествовать во времени мы не можем. Я имею ввиду простых людей. Это прерогатива ученых. В Ней-Чедо есть Академия Пространства и Времени имени Альция Квидда. Только там могут осуществить перемещение. Ради науки и истории, например. Чтобы восстановить какое-то событие или ещё для чего-нибудь. Поэтому я не очень удивилась, когда вы рассказали о себе.

— Ого! Он стал знаменит! — я порадовался за успехи ученого. — А помочь нам кто-нибудь сможет? Где найти специалиста, кто разберется с нашим прибором?

— В этом проблема, — вздохнула Марта, — вряд ли на вас обратят внимание. Корпус, где работают ученые засекречен. Так просто туда не войти. И это правильно, ведь перемещаться во времени нужно осторожно. Чтобы не нарушить пространственно-временной континуум. Нельзя, чтобы там шлялись посторонние.

— Что же нам делать? — всплеснула руками Рита. — Мы не можем оставаться здесь. У нас свой мир, свое время.

— А как вы сюда попали? — спросила Марта. — Кто-то же вас направил? Нужно поискать предков этого человека. Может они помогут.

— Так нас он сам и направил! — ответила Рита. — Альций Квидд. Триста лет назад.

Настала очередь удивляться Марте.

— Вот это да! Никогда не думала, что он так давно изобрел темпоральное перемещение. Вы были знакомы?

— Даже больше. Мы были друзьями.

— Вот это да! Жаль, что я обещала разговор с вами держать в тайне. Это же сенсация!

— Надеюсь, вы нас не записываете, — улыбнулся я.

— Что вы! Я держу слово. Подозреваю, что есть в нашем городе некие элементы, которые подпольно занимаются такими вещами. Но я с ними не сталкивалась. Может спайты знают?

— Ого! — удивилась Рита. — Вы не называете их скноффами? Поразительно.

— Этим обидным прозвищем их обзывали очень давно. Из истории я знаю, что против унижения спайтов первым выступил Альций Квидд. Его поддержали и спустя годы перестали преследовать и издеваться над безобидными людьми. Кстати, первым поддержал ученого некий гангстер по имени Прего.

— Однажды я рассказал ему, что спайты не представляю опасности. Не думал, что это на него так подействует.

— Вы и гангстера знали? — округлила глаза Марта.

— Имел удовольствие. Он помог нам. А как найти спайтов?

Девушка объяснила, что те проживают в отдельном квартале. Потом подробно рассказала, как туда добраться. Оказалось, что лучше всего на городском мгновенном транспорте.

— Они живут обособленно, но являются полноправными членами общества, — напоследок добавила Марта, — у них есть свой глава, так называемый старейшина. Лучше всего обратиться к нему.

Мы попрощались. Девушка помахала нам рукой и исчезла. Комната приняла прежний вид. Мы вышли на улицу и направились к будке городского транспорта. Как и в прошлый раз двери открылись, и мы вошли в небольшое помещение. Следуя инструкциям Марты, я выбрал нужный адрес. Спустя секунду мы оказались в незнакомом месте. Ни я, ни Рита никогда здесь не были. Позже выяснилось, что квартал спайтов построен довольно далеко от центра города. Практически на самой его окраине. Но в эпоху мгновенного транспорта это не имело никакого значения. Окружающие нас здания высотой были не больше четырех этажей, по дорожкам из светлого камня прогуливались люди. Их отличала лёгкая одежда и неторопливая походка. К нам подошёл мужчина.

— Могу я чем-то помочь? Похоже, вы впервые здесь.

— Это правда, — ответила Рита, — нам бы с вашим старейшиной поговорить

— Я провожу вас.

Мы шли по стриженой изумрудно-зеленой траве. Вообще, все вокруг выглядело так, будто это не городская местность, а островок природы, на котором зачем-то построили дома. Мы миновали несколько площадок, где играли дети, а взрослые занимались спортом. Именно такой пейзаж напомнил мне картины, на которых художники рисовали воображаемое будущее.

Вскоре мы остановились около дома, который ничем не отличался от других. Никаких надписей и аншлагов я не заметил.

— Это здесь. Третий этаж. Вот та дверь.

В этот момент я понял, что у домов отсутствуют подъезды. Только окна и двери на разной высоте.

— А как нам туда попасть? — спросил я.

Незнакомец посмотрел на меня с недоумением. Потом указал на квадрат выстриженной травы.

— Становитесь сюда. Это начало лестницы. Поднимайтесь.

Ничего не понимая, я встал куда нужно. Никакой лестницы я не видел.

— Шагайте же!

Вздохнув, я сделал вид будто поднимаюсь на первую ступеньку. Едва я поставил правую ногу на предполагаемую лестницу, как тут же ощутил ступеньку. Она появилась точно под моей ногой. Безо всякой опоры. Довольно широкая, выполненная, судя по всему, из полимерных материалов. Я шагнул выше. Появилась следующая ступень. Было страшно, честно говоря.

— Я понял! Вы не видели силовой лестницы! — догадался наш провожатый. — Откуда вы?

Я проигнорировал вопрос, потому что был очень занят подъемом.

— Ступень появится там, куда вы ставите ногу. Неважно, прямо ли, или решили свернуть. Вы никогда не упадете.

Решив поэкспериментировать, я сделал шаг вперед, а не вверх. Ступень просто раздвинулась, превратившись в площадку.

— Фантастика! Рита поднимайся. Это здорово!

Почти без опаски я добрался до нужной двери и поджидал Риту. Она поднялась и выдохнула.

— Вот это да! Технологии будущего. Но страшно.

Я с ней согласился. Тем более, как только мы поднялись, последняя ступень исчезла.

«До земли высоковато», — отметил я.

— Ладно. Сначала поговорим, — сказал я сам себе и нажал на звонок.

Дверь отворилась, и мы вошли в просторное помещение. Нас встретил молодой человек в таких же легких одеждах, как и другие спайты.

— Чем могу быть полезен?

— Нам нужен старейшина, — ответила Рита.

— Я к вашим услугам. Что вы так удивились? Думали, что на таком месте обязательно должен быть старик?

Он дружески улыбнулся и пригласил нас в соседнюю комнату, на стенах которой висели картины. На одной из них я без труда узнал Тофа.

— Привет дружище! — сказал я ему.

— Вы так поздоровались с нашим основателем, будто знали его, — удивился старейшина, — кстати, меня зовут Дилл.

Мы представились.

— О чем вы хотели поговорить? — спросил Дилл.

— Для начала я скажу, что мы хорошо знали Тофа. Вы же чувствуете правду. Тогда вам должно быть понятно, что я не обманываю.

Дилл внимательно на нас посмотрел. Затем предложил присесть.

— Расскажите. Думаю, это интересно.

Глава 41

Дилл слушал внимательно, не перебивая.

— Я верю вам, — сказал он после того, как я закончил, — получается, что вы косвенно причастны к признанию спайтов, как равноценных членов общества. Правильно?

— Мы не думали об этом, — ответила Рита, — но, в целом, так и есть. По крайней мере мы были очень дружны.

— У меня нет причин не доверять вам. Понятно, что вы говорите правду. И вам здесь не место. Каждый человек должен жить в своем времени. Знаете, почему? Мы помним историю: всё, что происходило не только триста лет назад, но даже раньше. Жизнь изменилась. Вы заметили, как стираются здесь границы между реальным миром и виртуальным?

Я вспомнил Марту, сидящую у нас в номере, и кивнул.

— Уверен, что вы успели увидеть только малую часть, — сказал Дилл, — в обществе тоже всё изменилось. Пока вы в статусе туристов — это одно. Если вам придется здесь жить, будет всё иначе.

— Мы туристы? — удивилась Рита.

— Да. Учитывая с какой легкостью вы смогли поселиться в отеле. Вы приобрели маркизы и обзавелись Эр. е. Но для жизни в качестве полноценных членов общества, вам предстоит пройти некоторые трудности. Сначала полное сканирование организма на предмет физиологических отклонений и выявления риска заболеваний в будущем. Всё, что не является нормой будет исправлено. Затем энцефалография для оценки мозговой деятельности и последующего определения в соответствующую ячейку общества.

— Какие сложности! — удивился я. — Марта нам ничего об этом не сказала.

— Кто она такая? — спросил Дилл.

— Служащая космодрома. Вышла на связь на подлете, потом встретила после приземления. Проводила в отель и помогла с маркизами и фермуарами. И предложила обратиться к вам.

— Понятно. Вам повезло — вы встретились со специалистом третьего ранга. Довольно образованная и в меру знающая девушка. Если она вам что-то не рассказала, значит просто не владеет информацией. Так устроено наше общество: каждый человек определен в тот ранг, в котором более эффективен. И правильно, что вы пришли ко мне. Я — старейшина спайтов. Глава, так сказать, нашего сообщества в Ней-Чедо. У меня первый ранг. Поэтому я знаю немного больше.

— Как же здесь странно, — вздохнула Рита, — машина определяет куда попадет человек.

— Не машина, — поправил Дилл, — высокоорганизованный искусственный интеллект. Но всё не так плохо, как вам кажется. В каком ранге вы бы не оказались у вас будут все условия для нормальной жизни. Будет работа, ведь нужно зарабатывать Эр. е. Без них здесь нельзя. Нужно оплачивать жилье и обеспечивать себя продуктами питания.

— То есть, работай, чтобы прокормиться. Странное будущее.

— Зря вы, Алекс. Имея достаточно Эр. Е. можно позволить себе многое. Досуг, отдых, развлечения. Можно переделать внешность. Разве вы встретили кого-нибудь уродливого или неприятного на вид? Ну и технологии, конечно.

— Мгновенный транспорт и ваши лестницы впечатляют, — кивнула Рита.

— Вы ещё много не видели, — улыбнулся Дилл, — надеюсь, обратили внимание, что наш квартал закрыт куполом?

Я удивился. Мне казалось, что это просто немного удаленный от города район. Дилл объяснил, что купол соорудили в целях безопасности.

— Понял, — сообразил я, — из-за неконтролируемых перемещений.

— Совершенно верно. Внутри активное защитное поле, которое мягко отбросит, не причинив вреда.

— Вот это да! — восхищенно произнесла Рита.

— В городе вы увидите много удивительных для себя вещей. Некоторое время вы все равно здесь пробудете. А я попробую вам помочь. Несмотря на всю красоту и благополучие, что я описал, в Ней-Чедо есть и теневые элементы. С ними я и постараюсь связаться.

— Мафия? — спросил я.

Дилл на секунду задумался, потом ответил:

— Не сразу понял смысл этого слова, — улыбнулся он, — нет, это дельцы черного рынка. Курируют нелегальные поставки товаров с других планет, занимаются хакингом программных продуктов и последующим сбытом. К примеру, у них можно купить взломанный и перенастроенный маркиз.

До этого момента мы с Ритой думали, что кольца содержат в себе всё, что захочешь. Оказалось, что это не так. Огромное количество дополнительных виртуальных сервисов стоили дорого. Не каждый мог позволить себе официальную подписку и регулярно оплачивать её расчетными единицами. Пиратские версии стоили дешевле и потому пользовались спросом.

— Всё же кое-что осталось неизменным, — констатировал я, — в наше время это уже было. Дилл, думаете нам помогут?

— У них большие связи. Есть специалисты разных уровней. В любом случае, к ним нужно обратиться. Вы можете быть свободны. Я свяжусь с вами, как только будет что-нибудь известно.

Покинув апартаменты Дилла, мы осторожно, но уже смелее, спустились вниз по появляющимся из ниоткуда ступеням. Добравшись до стеклянной будки городского транспорта, мы вернулись в центр.

— Куда пойдем? — спросил я.

— Думаю, в отеле мы ещё успеем насидеться, — ответила Рита, — конечно же отправимся изучать город. Если вернемся — будет что вспомнить.

— Когда вернемся, — поправил я её и добавил, — идём.

Ориентиром для нас служила площадь и стоящий на ней памятник. Это было всё, что осталось от прежнего Ней-Чедо. Я напряг мозги и вспомнил, что самые оживленные места находились правее площади.

— Предлагаю идти туда, — указал я.

Знакомые нам места исчезли, как только памятник скрылся из виду. Это был совершенно другой город. Высокие ажурные здания, казалось, бросали вызов законам гравитации. Бывшие улицы превратились в широкие бульвары и газоны с коротко стриженой травой.

— Вот это да! — восхищалась Рита. — Никакого асфальта и камня! Все гуляют по траве. Транспорта совсем нет.

— Кое-что есть, — ответил я и указал на пролетающий неподалеку блестящий аппарат, — похоже робот.

Впереди прямо на траве расположились столики. Оказалось, что это кафе. Рита предложила перекусить, и я согласился. Как только мы присели над столом материализовался голографический экран.

— О! — улыбнулась Рита. — Это меню. А что заказывать? Названия блюд непонятные.

Выручила появившаяся на экране виртуальная девушка.

— Рада приветствовать вас! Что желаете?

— Обед на двоих, — догадался я.

— Отличный выбор! Заказ будет готов через минуту.

Стол покрылся белой скатертью, поверх которой появилась ещё одна бордового цвета. С неба спустился блестящий прямоугольник и на секунду накрыл собой столик. Затем поднялся и улетел.

— Вот это сервис! — воскликнул я, глядя на сервированный блюдами стол.

Было что-то похожее на крем-суп, затем второе — смесь овощей и мяса и какой-то напиток. Всё незнакомое, но вполне съедобное.

— Нормально для начала, — резюмировала Рита, — думаю, что скоро мы разберемся, что нам больше подойдет.

Будто догадавшись, что мы закончили трапезу, над столом появился экран и потребовал плату в двадцать расчетных единиц. Я рассчитался и задумался.

— За номер взяли двести. За обед — двадцатка. С такими тратами мы скоро останемся без денег.

— Ты прав. Мне кажется, что это ещё недорогое кафе. А если пойти в ресторан?

— Может, здесь их нет.

Рита пожала плечами. Мы отправились дальше. Послышалась музыка и вскоре мы увидели удивительный оркестр. Духовые инструменты висели сами по себе в воздухе и играли мелодию. Под ними стояли струнные и аккомпанировали без участия людей. Единственным человек в оркестре был средних лет мужчина. В левой руке он держал перкуссионный шейкер и тряс им в такт музыке. На земле стояла табличка с надписью: «1 Эр. е».

— Ничего себе! — сказал я, когда мы прошли мимо. — Я тоже так могу, ещё и расчетную единицу просит.

— Не можешь, — улыбнулась Рита, — у тебя такого оркестра нет. А за одного с шейкером не заплатят.

Я хотел было возразить, но от удивления у меня пропала речь. Впереди показался самый настоящий дворец. Огромный, роскошный, с башенками, куполами, лестницами и высокими окнами с ажурными решетками. Весь сотканный из света и золота он олицетворял собой чудо. Рита ахнула:

— Я о таком в детстве в сказках читала! Красота-то какая!

Чем ближе мы подходили, тем ещё более потрясающим становился дворец. Краем глаза я заметил, что большинство людей наших восторгов не разделяют.

«Наверное, для них это обычное дело», — подумал я.

— Саш! Мы должны в него зайти! Как ты думаешь?

— Конечно! — кивнул я.

Ко входу во дворец вела широкая лестница с золотыми перилами. Я взял Риту за руку, и мы вдвоем стали подниматься по величественным роскошным ступеням.

Глава 42

Разочарование от увиденного внутри равнялось тому восторгу, который мы испытали, глядя на дворец снаружи. Потрясенные безликими серыми интерьерами и полупустыми залами мы некоторое время стояли на месте, не зная, что делать и куда идти. В общем, вскоре мы поняли, что роскошная постройка была воздвигнута специально для проведения выставки современного искусства. Глядя на немногочисленные экспонаты, я твердо уверился, что совершенно от этого далек. Впрочем, Рита была такого же мнения.

— Смотри, она что-то творит, — указала она на стоящую поодаль девицу.

Подойдя ближе, мы наблюдали как художница собирала в воздухе разноцветные квадраты. Получалось что-то бессистемное и цветастое, или только автору сей работы был ведом иной смысл этого творения. В другом месте мы любовались инсталляцией из серых пузырей, потом еле-еле обошли груду непонятного мусора, дальше был художник, рисовавший картины, которые тут же исчезали. В общем, отметила Рита, подобного «высокого» искусства можно и в наше время наблюдать сколько хочешь. Мы собрались уже уходить, когда встретили одного из организаторов выставки. Это был молодой человек приятной наружности, и он просто жаждал с кем-то поговорить. Мы с Ритой показались ему подходящей жертвой, и юноша с воодушевлением принялся нас просвещать. В числе прочего, мы узнали, что пространственные модели и графика сейчас в тренде. Это нас нисколько не удивило, но мы делали вид, что очень заинтересованы лекцией. Однако мы были поражены, когда сотрудник поведал нам о дворце:

— Вам понравилось здание выставки? — спросил он.

— Да, снаружи оно просто восхитительно! — ответила Рита.

— Мы всегда стараемся привлечь как можно больше людей. В следующий раз придумаем другую модель.

Оказалось, что дворец вовсе не грандиозное сооружение, а всего лишь объемная голограмма. В моей голове такое не укладывалось.

— Сегодня последний день выставки. Художники унесут свои экспонаты, и мы уберем здание. Вам повезло, что вы успели его увидеть.

— Я думал, что голограмма — это объемное изображение, — сказал я когда мы покинули выставку, — а здесь совсем другое. Мы же по нему ходили, трогали стены. Там есть крыша… или нет?

— Я тоже ничего не понимаю, — покачала головой Рита, — если так, то можно «построить» что угодно. Даже жилой дом. Почему тогда этого не делают?

С помощью моего маркиза я выяснил, что для поддержки объемной голограммы требуется большое количество энергии. Поэтому их возводят на короткое время.

— Ответ как всегда прост, — улыбнулась Рита, когда я озвучил ей эту информацию, — тем не менее это большое достижение.

— Согласен. Я вот смотрю на окружающие здания и думаю, а все ли они настоящие? Может половина оформления или даже целый фасад всего-навсего голограмма. Какой-то не совсем реальный мир.

— Ты прав. А я ещё на людей смотрю. Все такие красивые! И думаю, с рождения это или переделана внешность? Если так, то здесь ничего натурального нет. И вообще, я устала. Пойдем в отель?

Я кивнул, соглашаясь. Это наполовину ирреальное окружающее начинало действовать на нервы.

День клонился к вечеру. И тут я заметил ещё одну интересную деталь. У проходящих мимо нас людей одежда меняла цвета. Сперва я решил, что в глазах рябит.

— Я сама опешила, — ответила Рита, когда я поделился с ней увиденным, — потом поняла, что со зрением у меня всё нормально. Это, понимаешь, технологии будущего. Хоп! И поменял цвет одежды. Красота!

Я не очень разделял её восторг. Какими-то неестественными мне казались все эти новшества.

— Помнишь, Хэлф нам однажды предложил выбрать себе дорогу? — спросила Рита, когда мы вернулись в отель.

Я растянулся на кровати и с наслаждением смотрел на статичные стены гостиничного номера.

«Хорошо хоть здесь всё более-менее реальное».

— Как нам такие карты дорог, спросил он тогда, — продолжила Рита, — и вот думаю, а вдруг мы сами выбрали себе такой путь? Куда приведет нас очередная дорога?

Всё произошло из-за карт. Соратник Альция Кларк придумал их. Я нашел первую на пустынной планете и начались мои мытарства. Но ведь я сам и выбрал свой путь. Не вел бы себя по-дурацки, не оказался бы на пустынной планете Такамет.

— Так и есть, Рита. Я сам его выбрал. Это точно.

— Но ведь тебя использовал Альций?

— Это потом. Первую карту нашел я сам. Может я скажу крамольную мысль, но замысел Петра не так уж и плох. Для идиотов типа меня. Ты, наверное, не представляешь, каким бестолковым человеком я был. Карты изменили меня. Я многому научился, а увидел ещё больше. Смог понимать и ценить красоту, узнал, что из себя представляет настоящая дружба. Познал истинную любовь. Не было бы карт — ничего бы со мной не произошло. Так и сгинул бы в пустыне. Или меня бы нашли, и я вернулся бы к прежней жизни.

Рита слушала не перебивая. Мой короткий монолог заставил её задуматься.

— Ты прав, милый. Как же ты прав! Твоя судьба напоминает мою. Не удивляйся. До того, как я попала на Плейю, моя жизнь была обычной. Как и все люди моего возраста, я мечтала заработать и сделать карьеру. Встреча с тобой изменила меня. Я тоже много чего поняла. Например, что важно не только продвижение по службе. Есть другие, более серьезные вещи. Братство, высокая цель, самопожертвование, в конце концов. И встреча с тобой. Значит это путешествие в будущее тоже не просто так.

— Да. И мы сами себя сюда отправили. По собственной халатности. Быть может, что-то увиденное здесь нам пригодится.

— Свой кругозор мы точно расширили, — улыбнулась Рита, — а что ещё узнаем?

— Даже не представляю. Скорей бы уж Дилл объявился.

Перед глазами возник экран с сигналом вызова. Но это была Марта. Я ответил. Девушка поинтересовалась нашими делами и спросила, как мы провели время. Как и в прошлый раз, звонок поступил нам с Ритой одновременно. Выслушав нашу историю, Марта улыбнулась.

— Кстати, ужин закажите в номер. Уличные кафе не советую.

— Почему? — спросила Рита.

— Еда низкого качества. Поэтому быстро и недорого. Не бойтесь, это безопасно, конечно, но лучше обедать в других заведениях.

— В ресторанах?

Марта пожала плечами:

— Можно и там, но это недешево. Я за всю жизнь один раз была. Зато красиво и даже натуральные продукты встречаются.

— Значит, вся обычная еда синтетика? — покачал я головой.

— Нет. Молекулярная кухня. Синтетическая пища в других местах.

Я навострил уши. Видимо не всё так благополучно, как представлялось с первого взгляда.

— На предприятиях, где работают обнуленные, — объяснила девушка и вызвала целый поток вопросов с нашей стороны.

В общем, оказалось, Эр. е. можно легко потерять. Например, истратить на азартные игры, издержать на что-то ещё и стать неплатежеспособным. Это, в свою очередь, приводит к тому, что человеку нечем платить за жилье. Нет возможности себя прокормить. Без определенного количества расчетных единиц гражданин становится ненужным обществу. Работодателю они тоже без надобности. Чтобы такие люди не пропадали, для них организованы рабочие места на некоторых предприятиях. Они трудятся бесплатно, за это их кормят и предоставляют крышу над головой. Часть заработанных Эр. е. уходит на собственное содержание. Другая — на погашение долгов. Как только человек гасит все свои задолженности, на его счетах начинают копиться собственные расчетные единицы. При достижении статуса платежеспособности он волен вернуться к обычной жизни.

— Вас это удивляет? — спросила Марта, глядя на наши вытянутые физиономии. — Но такое было и в прошлом. Люди разорялись и становились бездомными. Существовали целые трущобы нищих и обездоленных. В нашем обществе этих проблем нет.

— Чувствую, что имеется другая точка зрения, — хмыкнул я когда девушка отключилась, — слишком у неё всё красиво.

Рита согласилась с моим мнением. Чуть позже мы заказали ужин. Обошелся он нам дороже, чем на улице, но еда выглядела действительно лучше. А потом появился Дилл. Сначала он, конечно, вышел на связь и предупредил. Услышав, что мы его ждем, спайт материализовался в нашем номере.

— Неотличим от голограммы, — сказал я.

— Возможно, но это я, — улыбнулся Дилл, — собственной персоной. Кажется, мне удалось договориться. Есть люди, согласившиеся вам помочь. У них большие ресурсы и имеются специалисты по темпоральному перемещению. Готов проводить вас туда, если вы не против.

— Сейчас? — спросила Рита.

— Да, — кивнул спайт, — вечер и ночь — любимое время для контрабандистов. Вы же не будете этого отрицать?

— Мы готовы, — сказал я, — куда идти?

— Вам предстоит встретиться людьми из не совсем законной подпольной сети. Кстати, они прямые потомки того самого Прего. И очень гордятся этим.

Глава 43

Чем дольше мы шли по тоннелям подземного города, тем больше я восхищался размахом местного подполья. Коридоры сменялись складами и залами с оборудованием, а мы всё продолжали идти. Наш проводник молчал и только изредка бросал на нас взгляды. Наконец, мы остановились.

— Это здесь, — Энвер кивнул на стену.

Мы с Ритой непонимающе смотрели на темно-серое естественное гранитное образование, но сказать ничего не успели. В одно мгновение каменный монолит покрылся пикселями, будто нарисованный на экране, а потом исчез, оставив прямоугольный проем. Мы вошли в просторное помещение. Его периметр был разделен на секции, в которых сотрудники колдовали над странными приборами.

— Здесь самые передовые разработки, — сообщил Энвер, — а с темпоральными устройствами занимаются там.

Он указал в конец зала на закрытое со всех сторон помещение. Туда мы и направились. Вообще, попасть сюда оказалось не легко. Дилл не стал ничего объяснять, а просто перенес меня и Риту в нужное место. Оглядевшись по сторонам, я пришел к выводу, что мы где-то в отдалении от центра города. Возможно, в том самом районе, где в наше время находилась штаб-квартира гангстеров. Конечно, вокруг всё изменилось. Правда, окружающие здания выглядели скромнее, чем в центре. Освещения тоже было меньше. Дилл подтвердил правильность моих умозаключений, сказав, что именно тут испокон веков проживали потомки известного гангстера.

— Не верится, что я когда-то здесь был.

— Всё меняется, Алекс, — глубокомысленно заметил Дилл.

К нам подошел средних лет мужчина.

— Энвер, — представился он, — это вы, гости из прошлого?

Я кивнул.

— Ни за что бы не поверил, — покачал он головой, — но за вас поручился Дилл. Ведь так?

Старейшина спайтов молча кивнул. Потом повернулся к нам с Ритой:

— Я оставлю вас. Надеюсь, вам помогут.

Дилл пожал нам руки и исчез.

— Следуйте за мной, — сказал наш новый знакомый и направился к ближайшему зданию. На первом этаже располагалось кафе или что-то вроде того. Народу здесь было много, особенно возле барной стойки.

— Для разговора тут слишком шумно, — заметила Рита.

Энвер не обратил внимания на её слова, лишь кивком головы велел следовать за ним. Миновав общий зал, мы оказались в узком коридоре. Энвер остановился возле дверей, на которых висела табличка с характерным знаком, означающим, что проход запрещен.

«Не очень-то и скрытно», — подумал я и ошибся.

Мы оказались в совсем небольшом пространстве, но уже с тремя дверями. С помощью маркиза Энвер открыл одну из них, и мы вошли в кабину лифта. Ни кнопок, ни дисплеев внутри не было. Только серые стены.

«Кольцом управляет», — догадался я, глядя на провожатого.

Мы проехали совсем немного и вышли в круглом вестибюле, в центре которого возвышалась статуя Прего. Я сразу его узнал. Энвер внимательно посмотрел на меня и спросил:

— Каким он был?

— На первой встрече я поразился его воспитанием. Прего был культурным и очень образованным человеком. Изысканные манеры и соответствующая одежда подчеркивали это.

Энвер поглядел на меня с благоговением.

— Значит, всё правда, — сказал он, — я знаю, что спайты не обманывают, но всегда приятно убедиться самому. Я читал воспоминания соратника Прего, и он именно так его описывал. Эта книга в закрытом доступе, и вы не могли её видеть и тем более прочитать.

— А как звали автора? — спросил я.

— Тедди.

— Знаешь, я тебя сейчас удивлю. Его я тоже знал. Более того, с ним первым я и познакомился. Именно он свел меня с Прего.

— Вот это да! — выдохнул Энвер. — Ладно. Идем дальше.

Снова лифт, но уже более современный. Сначала мы ехали вниз, потом куда-то в сторону. Рита вопросительно взглянула на меня, но ничего не сказала. Вышли мы в ярко-освещенном подземелье, прошли несколько коридоров и целую анфиладу залов. И сейчас подходим к месту, где нам должны помочь. Внутри крытого помещения я насчитал пять человек. Все они были заняты тем, что наблюдали за висевшим под потолком зеленым шаром, вокруг которого носился вихрь разноцветных частиц. Один из сотрудников, на вид он казался старше других, заметил наш с Ритой интерес и спросил:

— Нравится?

— Очень красиво! — ответила Рита. — А что это?

— Первый образец открытой термоядерной реакции, — пояснил тот, — автономная замкнутая и безопасная система.

— Такого не может быть!

Мужчина покачал головой и улыбнулся:

— Разрешите представится. Меня зовут СЛ4, что означает «Свободная Личность, 4-е поколение». Можете называть меня Эл. И не делайте круглые глаза. Мои родители были экстравагантными людьми.

— Очень приятно. Я — Алекс.

— Марго, — представилась Рита.

— Меня немного ввели в курс дела, — продолжил СЛ4, — может, с первого взгляда вы увидели не так много изменений. Но, всё-таки прошло триста лет. Наука шагнула далеко вперед. Как, по-вашему, мы обеспечиваем себя энергией? Посмотрите сюда.

На маленьком столике лежала небольшая черная коробочка.

— Вот так выглядит современный термоядерный реактор. Он дает электричество на весь наш отдел. Такие есть почти в каждом доме.

— А провода где? — спросил я.

На меня посмотрели так, будто я сморозил величайшую глупость.

— Давно уже используется бесконтактная передача, — снисходительно улыбнувшись пояснил Эл.

Я напряг мозги.

— Значит, недостатка в энергии у вас нет?

— Совершенно верно.

— Почему же на многие вещи существуют ограничения? Например, на создание объемных голограмм?

— Вы попали в точку! А как, по-вашему, выкачивать Эр.е. у людей? Это искусственное ограничение. Такова забота наших властей. Поэтому мы вынуждены уйти в подполье. По крайней мере мы здесь свободны. Нас не контролируют.

— В смысле?

— Каждый человек на планете под контролем властей. Маркиз и фермуар отлично для этого подходят. А мы взломали программное обеспечение и наши кольца не отслеживаются.

— Вам приходится всегда находиться здесь? — спросила Рита.

— Нет, конечно. Мы свободно выходим на поверхность. Искусственный интеллект понимает лишь закон нулей и единиц. Нас в цифровом поле планеты не существует.

— А мы? — спросил я.

— За вами естественно следят, — пожал плечами Эл, — но в режиме «наблюдения со стороны», если можно так выразиться. До тех пор, пока вы числитесь как туристы.

— Но из-за нас могут обнаружить ваше подполье!

— Нет, Марго. Для властей вы просто бродите по городу. Ваши цифровые следы не отображают высотные характеристики. Ведь вы обычные туристы. Если поменяется статус, то данные с ваших маркизов будут более точными.

— А если бы вас обнаружили? — спросил я. — Что тогда бы произошло?

— Всех до единого перевели бы в статус обнуленных. А это очень плохо. Никаких шансов выбраться.

— Нам объяснили, что погасив задолженности можно вернуться к обычной жизни, — сказала Рита.

Эл грустно улыбнулся:

— Кто вам это рассказал?

— Девушка, которая нас встретила после посадки и помогла разместиться в отеле.

— Понятно. Она говорит то, что есть в публичном доступе. Вся информация дозирована. Людям показывают только то, что удобно властям. Правду никто не скажет. На самом деле обнуленные выгодны. Они трудятся бесплатно, содержание их не так затратно, как на обычных предприятиях. Внешне всё выглядит правдоподобно: человек работает и вроде получает расчетные единицы. Но в таком количестве, что они сразу же списываются за содержание. Невозможно выплатить свои долги и вырваться. Такова суровая правда.

Я задумался. Что-то не понравилось мне такое будущее. Определенно нужно выбираться отсюда.

— Вы можете нам помочь?

— Постараемся, — ответил Эл, — дайте вашу темпоральную установку. Где она?

— На корабле. Я бы принес, только не имею понятия, как туда добраться.

— Это просто, — улыбнулся Эл, — кабина перемещения стоит в сорока метрах от входа в здание. Наберете космодром и будете на месте. По моим расчетам это займет не больше десяти минут.

— Тогда я смотаюсь. Проводите меня до выхода? Дорогая, побудь здесь, я быстро.

Рита кивнула и я в сопровождении Энвера отправился назад. На улице я сразу нашел кабину мгновенного перемещения.

— Подождешь меня?

Энвер кивнул. Я легко справился с управлением и вышел на пустом космодроме. Кроме нашего одинокого звездолета другого транспорта не было. С удивлением я обнаружил, что трава вокруг корабля притоптана.

«Марта оказалась права, — подумал я, — похоже много людей тут сделали селфи».

Я забрал прибор и вернулся обратно. Поджидающий меня Энвер выпучил глаза.

— Что это?

— С помощью этой штуки мы попали сюда, — улыбнулся я.

Через некоторое время также удивлялся Эл.

— Похоже на древнее колесо! — сказал он наконец.

— Именно. Альций Квидд намеренно сделал его таким. Для отвода глаз.

— Хорошо.

Прибор положили в центр широкого стола. В воздухе материализовался дымчатый шар и опустился на «колесо». Эл с помощью кольца активировал экран и сделал его видимым для всех. Я увидел сменяющиеся строки программного кода и какие-то диаграммы.

— Всё, — произнес он и шар исчез, — я провел диагностику и устранил неисправности. Очень простая, я бы сказал допотопная технология.

— Обалдеть! — только и смог вымолвить я. — Минуты не прошло!

— Одна минута, двенадцать секунд, — поправил меня Эл.

— И что?

— Можете лететь обратно. Но есть один нюанс.

Глава 44

— Программное обеспечение прибора обновлено в соответствии с нашими стандартами, — объяснил Эл.

— Что это значит?

— По законам перемещения во времени вы должны попасть в прошлое ровно в тот самый момент, из которого отправились. Если произойдет какой-то сбой, или любая неточность, прибор сменит реальность. Иными словами — включится защитный протокол и, возможно, вы окажетесь в собственном прошлом.

Рита округлила глаза:

— Я не понимаю.

Эл принялся объяснять, стараясь выражаться как можно доходчивее. Видимо решил, что мы слишком дремучие, чтобы понять с первого раза.

— Если вы возвращаетесь в прошлое иным способом, и оказываетесь чуть позже, чем нужно, вы подвергаетесь смертельной опасности. Каждого из вас будет двое. Не исключена встреча с самим собой. А это неминуемая гибель. Наши ученые много лет работали над этим парадоксом. И придумали такой вот выход.

— О смене реальности можно подробней? — спросил я.

— Только в общих чертах, — ответил Эл, — я не силен в этих областях, а программное обеспечение мы взяли прямо с сервера академии пространства и времени. Считается, что темпоральное поле, окружающее аппарат при переброске способно влиять на реальность. Лучше всех этот парадокс объяснил один наш коллега.

Эл материализовал большой экран и пальцем «нарисовал» на нем круг и человечка внутри. Второй человечек появился за его пределами.

— Это тот, который прибыл. А в центре — настоящий. Но вновь появившийся считает уникальным себя. Поэтому, старого убираем, а нового переносим в центр круга. Понятно?

— Я — это я, — задумавшись сообщила Рита, — но в случае чего, заменю собой свою прошлую версию в какой-то период времени. Так?

— Абсолютно! — с явным облегчением ответил Эл.

— Как же это произойдет с технической точки зрения? — спросил я.

— Лучше не спрашивайте. Я же говорил, что не силен в этом. Зато с полной уверенностью могу сказать, что вы обязательно вернетесь в свое время.

Несколько мгновений мы с Ритой молчали, переваривая услышанное.

— А я, наивная, думала, что можно прилететь чуть раньше, и всех предупредить.

— О чем? — осведомился Эл.

— Нашу станцию атаковал неизвестный противник, — вздохнула Рита, — хотя, может быть уже и нет.

— Континуум просто так не изменить, — наставительно проговорил Эл, — это только в старых фильмах и книгах люди гуляют по времени и делают что хотят. На самом деле время движется с разной скоростью. В одном месте быстрее, в другом медленнее. Поэтому сложно вернуться в нужный момент. Ученые Ней-Чедо тщательно подходят к вопросу темпорального перемещения. К очередному прыжку в прошлое они готовятся не один месяц, просчитывая все возможные варианты. Учитывая, что у них стационарная машина времени. А не портативное устройство на борту звездолета.

— Как всё сложно.

— Точно, Алекс. Поэтому такие правила.

Мы немного помолчали.

— Значит, мы можем улетать?

— Да, — ответил Эл, — вас здесь ничего не держит.

Рита взяла меня за руку.

— Заскочим в отель и на корабль, — сказала она.

— Зачем? — удивился Эл.

— Мы же рассчитаться должны, — неуверенно ответила девушка.

— Когда вы покинете отель и отправитесь на корабль, система определит, что вы покидаете планету. Вам насчитают туристический сбор в размере двух тысяч расчетных единиц, а также вы обязаны заплатить за стоянку звездолета на космодроме.

Я тронул кольцо и перед глазами появилась информация о состоянии моего счета.

— Наших средств хватит лишь, чтобы заплатить за проживание, — покачал я головой, — что делать?

— Отправляться домой, — ответил Эл.

— Мы так не можем, — сказала Рита, — свои обязательства нужно исполнять. Нельзя подводить друзей. У Марты из-за нас будут проблемы.

Эл грустно улыбнулся и посмотрел на нас как на маленьких детей.

— Уверяю, ничего плохого не произойдет. Как только вы совершите временной переход нас не станет. Ведь мы —будущее, созданное вами. Быть может, вы примените полученные здесь знания и повлияете на ход истории. Исчезнут такие понятия, как цифровое рабство. Народ будет стремиться к индивидуальности, а не к унификации. Вы же все видели! В Ней-Чедо везде красивые, но почти одинаковые люди, будто стремящиеся к какому-то одному стандарту. Где различия? Нет высоких и маленьких, толстых и худых тоже нет. Вам попался хоть один рыжий и конопатый? Или загоревший до черноты? Уверяю, люди даже слов таких не знают.

— А вы умный человек, Эл, — сказал я.

— Мудрость и ум приходят с годами, — усмехнулся тот, — знаете, сколько мне лет?

— На вид пятьдесят, — ответила Рита, — но, учитывая ваши технологии, уверена, что вам около семидесяти.

— Мне девяносто семь, — сообщил Эл.

Справившись с изумлением, я произнес:

— Фантастика! Ни за что бы не догадался. Вижу, что медицина шагнула далеко вперед.

СЛ4 покачал головой:

— Да, и это всё благодаря вмешательству на генном уровне. Человека при рождении сканируют с ног до головы и вносят нужные поправки. Поэтому все стройные, красивые и долго живут.

— Так это же хорошо! — воскликнула Рита.

Эл покачал головой:

— Но нам до сих пор неизвестно, что делают с мозгом. Это тайна за семью печатями. Даже мы не смогли взломать коды медицинских программ. А вдруг статус будущего человека закладывается заранее? Вы же знаете, что все поделены на ранги исходя из умственных способностей. А может, чернорабочий на заводе на самом деле мог бы быть талантливым инженером? Или врачом? Как вам такое будущее? Вижу, что вы уже не в восторге. Поэтому, отправляйтесь в свое время и сделайте нашу жизнь лучше.

В потрясении, я пожал Элу руку:

— Мы постараемся. Спасибо за помощь. Думаю, нам пора.

Я взял «колесо». По моим ощущениям прибор стал гораздо легче. Я почти не чувствовал его вес. Энвер проводил нас на улицу.

— Прощайте, гости из прошлого, — смахнул он непрошенную слезу, — счастливого пути!

Не сговариваясь, мы вышли из кабины мгновенного транспорта в самом центре Ней-Чедо. Напоследок, мы решили полюбоваться ночным городом. Нас окружала красота. Из-за обилия подсветки зданий было светло. Я посмотрел на Риту. Её лицо, в разноцветном освещении казалось особенно красивым и таким естественным.

— Не могу оторвать от тебя взгляд, — я обнял её и прижал к себе, — ты красавица. Лучше всех на свете! И ты настоящая. Я особенно ощутил это, после того, что нам рассказали. И знаешь?

— Что?

— Обещаю, найти тебя во что бы то ни стало. Если вдруг наше возвращение пойдет так, как сказал Эл.

Рита всхлипнула.

— Я люблю тебя! И буду ждать. А теперь идем отсюда. Пора нам в настоящий мир.

Воспользовавшись мгновенным городским транспортом в последний раз, мы вышли на космодроме. После ярко освещенного центра, на заросшем травой поле царила непроглядная тьма.

— На маркизе можно включить ночное видение, — тихо сказал я.

Мы добрались до нашего корабля. Никто нам не препятствовал и вскоре мы заняли места в рубке управления. Усовершенствованное командой Эла колесо, я положил рядом с собой. Мы договорились взлетать в экстренном режиме.

— При выходе на орбиту, на максимальном ускорении удаляемся от планеты, — сказала Рита, — я ввожу данные.

Едва мы стартовали ожил экран внешней связи. Это была Марта. Её лицо выражало удивление:

— Вы улетаете?

Вместо ответа я просто кивнул.

— Но, ведь так нельзя! — на её щеках заблестели слезы.

Хлопнув по панели, я отключил экран.

— Не могу на это смотреть! Мы на орбите. Даю полною мощность.

Пока за нами никто не гнался. А может, мы просто так думали. Когда планета исчезла из вида я подготовил прибор.

— Поцелуй меня! — сказала Рита. — На всякий случай.

Тщательно рассчитав курс, я установил таймер для выхода из гиперпространства.

— Чтобы не было человеческого фактора, — пояснил я, — техника отключит гиперпривод в назначенное время.

— Хорошо. Ты готов?

— Готов, милая. Стартуй.

Звезды на экране исчезли и превратились в серый тоннель.

Глава 45

Я сидел на скамейке и наслаждался теплым летним вечером. Как всегда, в эти часы парк оживал и становился многолюдным. Мне нравилось быть здесь. Меня никто не тревожил, хотя вокруг всюду люди. Но это временно. Через пару часов контингент поменяется, будет много молодежи и симпатичных девушек. Именно здесь зачастую я заводил знакомства. Но не сегодня. Настроение отчего-то было паршивым. Вернее сказать, каким-то тревожным. Что-то беспокоило меня, но причины я не знал. Раздался звонок. Телефон отобразил развязного парня в бандане и темных очках. Ну конечно, это Чит. На самом деле его звали Семен, но почему-то для всех он был Читом. Я нажал клавишу приема.

— Алессандро! — заорал он. — Ты где? Девочки начинают скучать. Давай к нам!

— Ладно, скоро буду.

Справа от меня, в отдалении, с характерным шипением пронесся магнитоплан. Я проводил глазами белоснежный поезд и направился к выходу. Оказавшись на улице, я огляделся по сторонам. Всё вокруг было до боли знакомым, но ощущение тревожности не покидало.

«Как будто я давно здесь не был», — пришла неожиданная мысль.

Взглянув на часы, я выкинул её из головы. Вчера мы гуляли в доме у Славяна, сегодня утром я был на курсах пилотирования. Всё в норме. Вздохнув, я махнул рукой. Один из множества мчащихся по улице мобилей, выскочил из общего потока транспорта и подрулил ко мне. Обтекаемый, гладкий, серого цвета он предназначался для перевозки пассажиров. От прикосновения руки, широкая боковая дверца послушно отъехала в сторону словно приглашая в салон. Я уселся на удобный диван и вытянул ноги. Назвал адрес и дверь закрылась. Мобилем никто не управлял — это был автоматизированный городской электротранспорт. На месте предполагаемого водителя имелось лишь небольшое рулевое колесо, которое вращалось, когда машина поворачивала. Я мчался в потоке таких же мобилей, отличавшихся между собой лишь оттенками серого цвета.

«Вот бы раскрасить их», — неожиданно подумал я и удивился.

Никогда подобные мысли не возникали в моей голове. Потому что не было предпосылок к таким умозаключениям. Всё казалось абсолютно естественным.

«Но было бы красиво», — снова подумал я.

Мобиль высадил меня недалеко от центра, возле любимого нашей компанией клуба «Алмазный шар». Здесь тусовалась золотая молодежь, сынки богатых родителей, к числу которых принадлежал и я. Обычно мне тут нравилось — я был завсегдатаем этого заведения.

— О! — заорал Чит, когда я вошел. — Наконец-то!

Он и ещё две девицы поджидали меня в отдельном от общего зала местечке, называемом «для особых персон». Расположившись на удобных диванах, друзья потягивали коктейли из высоких бокалов. Одна из девиц сидела ближе к Читу, другая томно поглядывала на меня.

«Айша», — догадался я, не сразу её распознав.

Девиц было много, менялись они часто, поэтому с ходу и не упомнишь.

— А-алекс, — произнесла Айша, растягивая мое имя, — ты как всегда великолепен. Развлечешь меня?

Я хотел отшутиться, но прервал Чит:

— О, брат! У тебя новый прикид?

Непонимающе я осмотрел рубашку и брюки.

— Нет, — рассмеялся Чит, — я про часы!

Действительно, на левой руке были часы.

— Ты прям как крутой тип из фильма! Будто специальный агент! Где брал?

Чит веселился. Он явно успел хорошо хлебнуть. Я посмотрел на руку и задумался. Вроде никуда я не ходил. Часы как будто всегда были со мной.

— Чего пристал? Я постоянно их ношу.

Девицы рассмеялись.

— Ой, ты так шу-утишь, Алекс? А я оценила! — Айша взяла меня за руку и усадила рядом с собой. — С чего начнем наш ве-ечер?

— Ты должен это попробовать! — сказал Чит и хлопнул по кнопке вызова.

Едва официант появился, он чуть не накинулся на него:

— Сколько можно ждать? Наш друг умирает от жажды. Бокал «Сияния» срочно!

Мне почему-то стало скучно. Неужели вот это моя жизнь? Но другой я не знал и жил так всегда. Или нет? Резко поднявшись, я с некоторым отвращением посмотрел по сторонам и направился к выходу.

— Ты, чего, Алекс? Ты куда?

Вместо ответа я просто махнул рукой.

— Закидываться одному нехорошо! — продолжал орать Чит, но я уже вышел на улицу и не слышал его воплей.

Меня тошнило. Чтобы успокоиться я пошел пешком. Только тогда, когда клуб остался далеко позади, я вызвал мобиль. В глубоких раздумьях я мчался по вечерним улицам и лишь потом сообразил, что еду домой. Видимо, автоматически произнес адрес.

— Вы приехали, — прозвучал голос, — хорошего вам вечера.

Я вышел и вздохнул полной грудью. В окнах нашего дома горел свет. Так и есть, отец уже вернулся.

«Как всегда работает».

Едва я появился на пороге он вышел из своего кабинета и окинул меня взглядом. Видимо, что-то во мне его удивило, поскольку он сказал:

— Сын? Не ожидал, увидеть тебя так рано. Что-то случилось?

— Нет. Просто в какой-то момент я решил, что будет лучше если я приду домой..

Что-то изменилось в облике моего родителя. Неожиданно, он вдруг показался мне гораздо старше чем на самом деле.

— Неужели? Ты удивляешь меня, Сань. Ты взялся за ум?

Я и сам не знал. По ощущениям, сегодня я не понимал вообще ничего. Поэтому, чтобы избежать лишних разговоров, я ответил:

— Прости. Я пойду к себе. После продолжим.

В собственной комнате мне стало немного легче. Растянувшись на кровати, я прокручивал в голове последние события. Вроде всё логично, но что-то не так. И ещё друзья.

«Мы же всегда вместе и мне нравилась их компания. Но не сегодня. И потом часы».

Я посмотрел на левую руку. Хороший цифровой хронометр и сидит так, будто я никогда с ним не расставался.

«Отчего же Чит так возбудился»?

Почувствовав прикосновение моего пальца замок на ремешке щелкнул и открылся. Я снял часы и повертел их в руках. На задней крышке обнаружилась надпись:

«На добрую память от Р».

Я непонимающе на неё уставился, а потом явственно услышал в собственной голове щелчок. Перед глазами всё поплыло и на мгновение я потерял сознание. Или мне так показалось. Затем, в ускоренном темпе в мозгу пронеслись события моей жизни. Будто со стороны я видел себя в заснеженной избе в Багульнике, потом возле шоссе с яркими машинами, далее встреча с Ритой, знакомство с гангстерами, бой с окунгами, каторга на Целласе, полет к сингулярности и рандеву с Хэлфом, путешествие в прошлое и будущее.

«Вот поэтому я здесь», — подумал я и выблевал содержимое желудка на пол.

Некоторое время я молча наблюдал как робот старательно убирает следы моей жизнедеятельности. Потом мне полегчало. Вздохнув поглубже, я стал спокойно и размеренно размышлять:

«Значит я — сотрудник галактического спецназа. И люблю Риту. Мы с ней спасли человечество, как бы это не звучало. При возвращении из будущего сработал защитный протокол программы и заменил меня в моем прошлом. Ладно, есть и плюсы. По крайней мере я жив и все помню. Нужно найти Риту».

Где-то внутри противным холодком закралось сомнение.

«Если я, попросту говоря вернулся в исходную точку, то всё, что мне пришлось пережить, зря? Мне снова нужно лететь на Такамет, искать карту и попадать в Багульник? А оттуда в Ней-Чедо и повторить всё еще раз»?

Я не был к такому готов. Усевшись на кровати, я пощупал гудящую от мыслей голову. Странно, но она была цела. Хотя, казалось, должна треснуть от таких раздумий.

«Надо что-то делать».

На столе валялся графический планшет. Я взял его и изобразил линию. Потом поставил на неё точку.

«Это временная линия. Пусть это считается как настоящее».

Нарисовав ещё одну точку далеко впереди, я назвал её будущим. Потом, указал точку в прошлом. Красной дугой прочертил туда путь. Синяя дуга обозначила путешествие в будущее. Зеленая — в настоящее. Нарисованное мной художество меня успокоило. Получалось, что прошлое мы всё-таки изменили. Хэлфа больше нет и мне не нужно заново повторять свой путь. Я вздохнул. На душе полегчало.

«Попробую заснуть», — решил я и закрыл глаза.

Спал я недолго, но утром почувствовал себя отдохнувшим. Голова была ясной, мысли четкими. Я принял решение. Осталось ещё кое-что. Вспомнив, что произошло с отцом, я решил это исправить. И точно знал, как это сделать

Глава 46

«Карты дорог», — повторил я про себя и вздохнул.

Почему-то это словосочетание последнее время не выходило у меня из головы. Я снова и снова мысленно возвращался к тем событиям, которые произошли в моей жизни.

«И всё благодаря собственной дурости».

Но вот парадокс: неожиданно я сам для себя осознал, что изменился. Я уже не был тем лоботрясом, который шатался по барам и ресторанам, прожигая отцовские деньги. Общение с прежними друзьями я прекратил. Хоть и казалось поначалу, что поступаю по отношению к ним нечестно. Но, думая о Рэме, спайтах, Рите и даже гангстере Тедди, я невольно сравнивал их. Отличия, понятное дело, были не в пользу моей бывшей компании. Спецназовцев и всех, с кем мне посчастливилось познакомиться в Ней-Чедо я вспоминал с теплотой. Ведь на таких как они, всегда можно положиться. Они не подведут в трудную минуту. А что здесь? Да взять хотя бы то время, когда не стало отца. Ни один не позвонил мне, никто не высказал не то что слова сочувствия, а вообще хоть что-нибудь. Хорошо я был при деньгах. А если бы нет? Кем бы я тогда стал? Наверняка моментально превратился бы в нищего алкоголика и слонялся бы по окраинам города в поисках бесплатного пропитания. Отец и раньше мне говаривал, что у меня есть друзья только из-за наличия средств. Я, конечно, спорил, пытаясь доказать обратное. Дурак. Теперь я понимал своего родителя и даже удивлялся его долгому терпению.

«Я бы на его месте не выдержал», — грустно подумал я.

Карта с пустынной планеты Такамет развернула мой жизненный путь на сто восемьдесят градусов. Всё-таки гений этот Кларк — соратник ученого Альция Квидда, ведь именно он придумал сделать карты дорог. А превратить путешествие между мирами в захватывающий приключенческий квест пришло в голову другому их коллеге, которого в конце концов сослали на Такамет. Или уже нет? Ведь прошлое изменено. Я беспрестанно думал об этом и мне очень хотелось улететь и посмотреть своими глазами, что же всё-таки там в реальности. Конечно, ещё больше я желал найти Риту, хотя боялся, что она начисто забыла про наши отношения. Да и не представлял я себе, как её искать.

— Лететь на Плейю! — сказал я вслух.

Наверное, я произнес это слишком громко, потому что проходившая мимо девушка остановилась и вопросительно на меня посмотрела.

— Простите, я не нарочно.

Девушка улыбнулась и помахала рукой. Проводив её взглядом, я подумал:

«Хорошая»!

Не случайно когда-то мне понравилась эта скамейка. Раньше я бы тотчас задействовал всё своё обаяние и не отпустил бы такую красавицу. Но тогда это был другой я. Нынешний я совсем не тот человек.

Немедленно улететь я не мог по одной причине. А именно — вовремя подумал об отце. Меня беспокоило его здоровье. Постоянная занятость не позволяла ему такой роскоши, как поход к врачу. На мои слова он только махал руками, мол, всё нормально, мне некогда. И убегал на очередное совещание в совет директоров. Поэтому я решил пойти на крайние меры. Ещё утром, дождавшись ухода отца, я засел за компьютер и влез в теневую сеть.

«Только там я смогу это достать».

Мне нужна была портативная медицинская аптечка галактического спецназа. В свободном доступе такую не найти. Но в «тенях» можно всё. Мне попалась площадка, торгующая военным оборудованием. Здесь имелись рации, часы, очки, прицелы и прочие атрибуты, необходимые для полного снаряжения бойца. Нашлась и аптечка. Сертифицированная и с гарантией. Прочитав отзывы и убедившись в качестве товара, я сделал заказ. Продавец уверял, что доставят в течении суток. А может и быстрее. Больше мне ничего не оставалось делать и просто ждать. Правда денег я отвалил не хило. Но это того стоило.

А потом, чтобы скоротать время я отправился в парк. В эти часы народу немного — почти полная идиллия и, кроме обратившей на моё восклицание девушки, никто мою персону не беспокоил. До тех пор, пока не позвонил Славян.

— Ты, конечно, скотина, Алекс, но мы тебя прощаем! — начал он свою речь. — Мне пришлось уговаривать Чита, чтобы он перестал дуться. Не тупи, у всех бывают трудности в жизни. В чем-то не повезло — соберись. Пойми, Алекс, это так. Произойти может всякое. В общем, бросай хандрить и приходи вечером в казино. С тебя примирительная партия и банкет.

Выслушав речь Славяна, я положил трубку. Его напыщенные доводы и нравоучения только лишь напомнили мне, что я правильно сделал, порвав отношения. Да и как мне, пережившему каторгу на Целласе, разговаривать с людьми, не видевшими ничего, кроме развлечений и праздности? Да, раньше мне было просто с ними, как с ровесниками, а сейчас я чувствовал себя гораздо старше. И немудрено — сколько времени я пробыл В Багульнике, В Ней-Чедо и на Целласе.

«Хорошо, что память восстановилась».

Я решил выкинуть этот разговор из головы и принялся думать, как найти Риту.

«Наверняка спецназовцы заинтересовались делами Альция и наблюдают за ним».

Меня изводило нетерпение. Телефон пискнул — пришло долгожданное сообщение, что посылка доставлена. Наконец-то! Осталось немного. Я отправился домой, забрал аптечку и первым делом испытал её на себе. Прибор работал.

Вопреки моим опасениям, долго уговаривать отца не пришлось.

— Ты же всё равно от меня не отстанешь? — спросил он.

Я кивнул.

— Хорошо. Что нужно сделать?

— Закатай рукав.

Приложив аптечку, я внимательно посмотрел на индикаторы. Прибор немного пожужжал и сердито мигнул оранжевым.

— Что это значит, Сань?

— У раненых бойцов горит оранжевый, — ответил я, — а у тебя без ранений диагноз не очень. Сейчас проанализирует и введет необходимые лекарства.

— Откуда ты знаешь? — удивился отец.

— Я принял решение, пап. Отправлюсь в главное управление галактического спецназа и поступлю на службу. Это мое призвание.

Не знаю, чему больше удивился отец. То ли работой аптечки, то ли моим откровением. Прибор моргнул зеленым и отключился.

— Ну вот и всё, теперь я за тебя спокоен.

— Ты удивил меня, сын. Последнее время ты ведешь себя так, словно переродился. Что с тобой произошло?

— Ничего особенного. Наверное, я повзрослел.

Отец вытер скупую слезу.

— Ты не представляешь, как долго я ждал, чтобы услышать такие слова. Одно время я почти потерял надежду. Но ты вернул её. Спасибо.

— Это всё твоя заслуга, отец. Ты не возражаешь моему выбору?

— Нет. Если он сделан не благодаря сиюминутному порыву, а взвешенному и продуманному решению.

— Именно так, — кивнул я, — я долго об этом размышлял. Работать штатным врачом — это не по мне. А в галактическом спецназе я смогу применить свои знания с пользой. К тому же медики там тоже востребованы.

— Хорошо. Будь, по-твоему. И когда ты отправишься?

— Я закончил здесь все дела. Меня ничто не держит. Беспокоило только твое здоровье. Но мы справились. Поэтому я улетаю завтра.

Отец ничего не ответил. Просто крепко меня обнял.

— Пообещай, что пройдешь полное обследование. Мне нужен живой и здоровый родитель.

— Обещаю. У тебя есть на чем лететь?

Я помотал головой.

— Возьму что-нибудь в аренду. Я не тратил деньги направо и налево. Кое-что осталось.

— Нет. Я переведу на твой аккредитив. Лететь лучше на своем корабле. Считай, что это тебе подарок.

— Спасибо, папа.

Утром я покинул свой дом и направился в космопорт. Звездолет меня уже ждал. После того, как отец пополнил мой счет, я сразу оформил покупку небольшого корабля. Примерно такого же, какой был у меня в прошлый раз. Интересно, он ещё стоит на пустынном Такамете? Узнать ответ я мог только прилетев туда. Но не в этот раз. Запустив проверку всех систем, я запросил разрешения на взлет. Из-за высокой загруженности на орбиту меня вывел космодиспетчер. После чего я был предоставлен самому себе. Естественно, я ввел нужные мне данные и вскоре получил рассчитанный курс на Плейю. Через сутки с небольшим я окажусь в Ней-Чедо. Запрошу официальную посадку на столичный космодром и зарегистрируюсь как турист. А потом буду ориентироваться по обстоятельствам.

«Надеюсь, что найду Риту».

Тряхнув головой, я активировал автопилот. Корабль пришел в движение, о чем сообщили приборы. Преисполненный надеждой я отправился в путь.

Глава 47

Тусклая лампа едва освещала тесную камеру, где я находился вот уже несколько суток. Хорошо, что второго постояльца ко мне не заселили. Было бы совсем неудобно. Между двумя койками имелся лишь узкий проход. Окно вообще отсутствовало, и, если бы не утренняя побудка, я бы давно заблудился во времени. На противоположной стене массивная железная дверь с окошком, справа от неё в углу гальюн, а слева рукомойник. В общем, классическая камера из старых художественных книг. Отличие было в том, что стены окрашены в приятные светлые тона, а также отсутствовала сырость и грязь. Сантехника тоже хорошо работала, поэтому никакой вони. Тем не менее, находиться здесь было тяжко. Во-первых, очень обидно, что посадили ни за что. Во-вторых — ничего не происходило и от этого время тянулось очень медленно. Я валялся на койке и от безделья считал количество квадратов на вентиляционной решетке. Наверное, этим занимались все без исключения сидельцы. Послышались шаги. Я навострил уши. Лязгнул замок. Усевшись, я смиренно ждал, надеясь, что придет она. Но это был охранник.

— Временно задержанный Алекс Павлер! Вы готовы рассказать правду?

— Я уже всё сказал.

Стражник фыркнул и покинул камеру.

— Дверь не забудь запереть!

—Само-собой, — глухо раздалось в коридоре и в подтверждение снова лязгнул замок.

Опять тишина.

«Да сколько можно! Хоть бы появился кто-нибудь стоящий».

Видимо, мои мольбы были услышаны, потому что вновь раздались шаги. На этот раз в камеру вошел собственной персоной мой старый друг Рэм. Я чуть не взвился над койкой, но, вспомнив недавние события, счел нужным замереть по стойке «смирно».

— Временно задержанный Павлер! Меня направили к вам, чтобы выяснить один вопрос. Кто вы?

— Я уже всё объяснил, капитан.

— Ну вот, опять. Я в штатском, а вы обратились по званию. Откуда вам это известно? Вы также знаете имена наших лейтенантов. Мы не раскрывали своих имен, однако от вас их скрыть не удалось.

— Да. Из-за них меня упекли за решетку.

Сразу же вспомнились недавние события. Без приключений долетев до орбиты Плейи, я запросил посадку на космодроме Ней-Чедо и довольно быстро получил разрешение. Столица встретила меня теплым солнечным днем. Я зарегистрировался как турист и направился в центр. За время моих прошлых странствий, я настолько привык к этому городу, что с огромным удовольствием рассматривал знакомые площади и улицы. Первым делом я задумал поселиться и выбрал отель, расположенный неподалеку от дома, где квартировались ученый и его соратники. Вечером я решил пройтись по улице в надежде встретить кого-нибудь из знакомых. В небольшом сквере на скамейке сидели трое. Двое в форме сотрудников галактического спецназа и сними спайт, в котором я без труда узнал Лойза. Забыв обо всем на свете, я подошел к ним и улыбаясь, как дурак, сказал:

— Привет Лойз, дружище. А вы, наверное, Ида и Леон?

Лейтенанты с недоумением уставились на меня, а затем привели в эту камеру. Потом несколько раз у меня выпытывали, откуда я мог знать их имена, но я твердил только одно:

— Позовите капитана Марго Тинче. После этого я всё расскажу.

Естественно, никого ко мне не привели. Просто заперли здесь на неопределенное время. И вот явился Рэм.

— Я и вас хорошо знаю, — улыбнулся я, — вы — капитан Рэм Вяземский.

— Откуда вам это известно?

— Мы были друзьями.

Рэм посмотрел на меня оценивающе. Видимо, не увидев признаков сумасшествия, он произнес:

— Мы с вами? Что-то не припомню.

— Это трудно объяснить.

— А вы попробуйте!

— Всё равно, не поверите. Разве пригласить Лойза. Спайты всегда чувствуют ложь. Хотя бы он подтвердит, что я говорю правду. Либо позовите капитана Марго Тинче.

Рэм принялся мерять шагами камеру.

— Каким-то образом вы знаете имена и звания наших сотрудников. Но Лойза-то откуда?

— Он тоже был моим другом.

— Хорошо. Я организую встречу, и вы всё расскажете.

В ответ я просто кивнул. И снова остался один. Но на этот раз не очень долго. В камеру вошел Рэм в сопровождении знакомого спайта.

— Рад вас видеть, — грустно сказал я, — с чего начнем?

— Начни с начала, — вежливо попросил Рэм.

Я стал рассказывать. Подробно, не упуская мелочей. Про бой с окунгами, и их высотку в центре. О похождениях на Целласе и моем вызволении, об ученых и их опытах с картами. О путешествии в прошлое и спасение вселенной. О непреднамеренном попадании в будущее и возвращении оттуда. Рэм слушал, раскрывши от удивления рот. Лойз вида не подавал, но было заметно, что он поглощен рассказом.

— Это правда? — спросил капитан, когда я закончил.

Лойз вздохнул и молча кивнул головой.

— Не знаю как, но он нас не обманывает, — добавил он через несколько мгновений.

— Я в потрясении. Такое нарочно не придумаешь, — Рэм принялся вышагивать по тесной камере, — и тебя, простите, вас, зачислили в ряды галактического спецназа?

— Ничего, можно без формальностей. Мы же друзья. Да, это правда. Полковник Линовски собственноручно подписал бумаги о моем назначении.

— С ума сойти! — забыв о субординации Рэм уселся на соседнюю койку напротив меня. — Невероятно, конечно, но, допустим, это правда.

— Правда. Даже Лойз подтвердил.

— Допустим! — продолжил Рэм. — Всё равно никто в это не поверит. Даже если мы запишем твои воспоминания с помощью мнемонической связи.

— Почему? — удивился я.

— Потому что! Такие воспоминания могут быть плодом собственной фантазии.

— А если бы таких как я было двое, а память одна и та же?

— Тогда другое дело. Эту историю можно было бы официально признать правдивой.

— Именно! Вот поэтому нужна Ри… Марго Тинче. Приведите её.

Рэм покачал головой.

— Она сейчас в другом месте. Необходим весомый предлог, чтобы начальство направило её сюда.

Я схватился руками за голову. В прошлый раз были окунги и совершенно иная ситуация. Неожиданно меня осенило.

— Нужно проконтролировать группировку Прего. Например, из-за повышенной их активности.

— Неплохо, — Рэм задумался, — может и прокатит. Но, к несчастью, освободить я вас не в силах. Начальству было доложено и приказ вас задержать пришел оттуда. К сожалению, ваш рассказ я не могу предложить в качестве веского довода. А вот камеру поменяем. Что это за позор?

Рэм сдержал слово. Через несколько часов меня переселили. Здесь было просторнее и светлее из-за наличия небольшого окна. Некоторое время я с непривычки жмурился от света — он показался мне очень ярким после тусклой лампочки. В этой камере имелся прикрученный к полу стол и всего одна койка.

— Одноместный люкс! — сказал я сам себе и рассмеялся.

За дверью завозился охранник, затем открылось окошко.

— Обед!

Я метнулся за подносом и обомлел. Может Рэм проникся к моему рассказу, или почувствовал, что у нас с ним есть что-то общее, но он распорядился кормить меня нормально. Вместо жидкой похлебки на подносе обнаружилась тарелка отменного борща, а на второе самое настоящее пюре с котлетами. И компот. Куда же без него? Впервые во время заключения я почувствовал себя человеком.

«Как немного нужно для счастья, — думал я, — всего-то сменить обстановку, да вкусно накормить».

Но радость вскоре испарилась, словно её и не было. Я подумал о Рите. Приедет ли она? А если приедет, то что? Ладно, там видно будет. Интересно, долго мне её ждать? Все зависит от того, когда Рэм доложит начальству. И где Рита сейчас? Если на базе, то прилететь сюда проблем нет. А если далеко, то ждать мне неизвестно сколько.

Так я лежал и размышлял, а потом откуда-то пришла шальная мысль:

«Ведь спайты запросто могут сюда попасть. Вот бы Лойз объявился. Вдруг, мой рассказ его сильно заинтересовал. Если его уговорить, то он может вытащить меня отсюда».

Я сел и от досады чуть не плюнул на пол, но использовал для этой цели гальюн. Чистый пол не виноват в том, что временами я веду себя как дурак. Допустим, я сбежал бы из камеры вместе с Лойзом. А потом, что? Скрываться всю оставшуюся жизнь? А мне ведь нужно Риту найти.

«Нет, так не пойдет. Буду терпеть до последнего. И ждать».

Внезапно в камере появился Лойз. От неожиданности я вздрогнул.

— Никак не могу привыкнуть. Вы приходите и исчезаете молниеносно. Чем могу быть полезен?

— Пришел спросить. Мы были друзьями?

— Да.

— А ещё ты общался с кем-нибудь?

— Первое знакомство было с Кэлом. Он спас мне жизнь. Я едва не попал под горячую руку бандитских разборок. Мы спрятались в пристанище спайтов.

Лойз посмотрел на меня с удивлением.

— Очень всё это странно, но ты говоришь правду. Я хотел убедиться.

— И?

— Убедился. Хотя Рэм взял с меня слово, что я сюда не приду, но я нарушил его. Потому что усомнился в себе. В своих ощущениях. Но теперь вижу, что ты говорил правду. Прощай.

— Подожди. Скажи, где сейчас Рэм?

— Его куда-то вызвали, — покачал головой Лойз, — но твое терпение будет вознаграждено. Капитан связывался с начальством. И просил прислать на подмогу Марго Тинче.

— Правда? — просиял я.

— Я сам слышал. Думаю, тебе осталось не долго ждать.

— Благодарю, дружище. Это лучшее, что я услышал за последние дни. Передай привет Кэлу и всему пристанищу спайтов. Пусть у вас всё будет хорошо.

— Спасибо. Я передам. А теперь мне пора. Если меня увидят, то капитан Вяземский попадет в неприятную историю. Не хочется его подводить.

— Да, да. Конечно. Отправляйся. До встречи, Лойз!

Спайт стал исчезать, но не так быстро, как я видел раньше. Он медленно таял в воздухе, превращаясь в едва заметный призрак.

— Она уже в пути, Алекс.

Эти слова Лойз произнес почти неслышно и исчез окончательно. Я даже не понял, он их сказал или мое воображение.

— Я буду ждать, — ответил я в пустоту и улегся на койку.

Глава 48

Время тянулось очень медленно. Не зря говорят: нет ничего хуже, чем ждать и догонять. Тем более, когда абсолютно нечем заняться. Единственным развлечением для меня были охранники, которые приносили еду. Ещё через день в камеру занесли метелку и швабру. Под бдительным присмотром я сделал уборку своего «люкса». Даже удалось переброситься со стражем парой слов о погоде и о других новостях. В результате об окружающей среде я получил знания уровня «нормально», а насчет новостей меня просто проигнорировали. Ну хоть что-то, чем совсем ничего.

Третий день ожидания начался как обычно с подъема и завтрака. Затем я был снова всеми забыт и ждал наступления обеда, в надежде, что охранник принеся еду, что-нибудь сообщит. Где-то перед полуднем до моих ушей донесся какой-то шум. Я превратился в слух, но ничего толком не мог различить. Потом кто-то пробежал по тюремному коридору. Не знаю почему, но пульс неожиданно участился. Затем послышались голоса. О чем-то спорили и явственно было слышно, что среди участников разговора женщина. Вскоре голоса стихли. Я вздохнул, но тут же вздрогнул от звука приближающихся шагов.

— Здесь! — послышался бас охранника и после этого щелкнул замок.

Дверь открылась и в камеру вбежала Рита. Я обомлел. Она смотрела на меня, а я на неё. Лицо её выражало тысячу эмоций, а покрасневшие глаза и припухшие веки красноречиво свидетельствовали о бурных переживаниях. Всего мгновение мы смотрели друг на друга, а потом она с рыданиями бросилась мне на шею.

— Алекс, милый, ты, ты….

Она продолжала всхлипывать. Я гладил её по голове и как мог успокаивал. Наконец, рыдания потихоньку стихли, Рита немного отстранилась и посмотрела мне в глаза.

— Сашенька, как же тебя не хватало! Жаль, что только сейчас я это поняла.

У дверей кто-то сдержанно кашлянул. И лишь после этого я заметил двух охранников и Рэма. Рита обернулась:

— И долго мы будем в этой камере? Мало ему досталось на каторге Целласа, так его здесь свои упекли!

— Свободны, — сказал Рэм охранникам, и они тут же вышли.

Капитан подошел ближе:

— Ты права. Думаю, в другом месте будет лучше.

Нас проводили в помещение с нормальными окнами и диваном. Рита крепко держала меня под руку и не отпускала.

— Ваши вещи! — объявил охранник и вышел.

На маленьком столике лежали мои часы, гостевая карта отеля и несколько реалов. Когда меня взяли я был налегке, поэтому минимум личных вещей.

— Я свободен?

— С подпиской о невыезде, — сообщил Рэм, — под мою ответственность.

— Спасибо. Мне бы в отель, в порядок себя привести.

Рэм кивнул:

— Там и поговорим, если никто не возражает.

Через час, вымытый и переодетый я наслаждался свободой в собственном номере. Рита сидела рядом, а Рэм занял кресло напротив.

— Больше всего я боялся, что ты меня не помнишь, — сказал я, любуясь девушкой, — но ты удивила.

— Я и не помнила! Недавно вернулась с задания и села за отчет, как меня вызвали на Плейю. Я была злая на тебя Рэм, прости. Едва я оказалась в Ней-Чедо ты сообщаешь, что какой-то задержанный желает со мной встретиться. Представь в каком настроении я заявилась сюда.

Но капитан Вяземский всегда отличался предусмотрительностью. Не слушая возмущений девушки, он показал ей личные вещи задержанного. Безразлично взглянув в гостиничную карту, она взяла часы.

— Я повертела их в руках и обнаружила надпись, — продолжала рассказывать Рита, — потом в голове будто повернули выключатель. В одну секунду я вспомнила всё.

— Её словно подменили, — добавил Рэм, — я боялся, что случится истерика. Но нет. Рита потребовала отвести её в камеру.

— Ты молодец, — похвалил я, — сильная. Когда я очутился у себя дома, то тоже ничего не помнил. Хотя казалось, будто что-то не так. Потом осмотрел часы и увидел надпись. Ты словно предвидела это и оставила «напоминалку». Правда, после этого меня вывернуло наизнанку.

Рита задумалась.

— Наверняка это побочный эффект после замены нас самих. Потому что меня сутки напролет корежило. Я не понимала в чем дело и думала, что отравилась. Только сейчас дошло. А твой организм чуть позже среагировал, и совсем не из-за надписи и воспоминаний.

— Может, ты и права. Главное, я тебя нашел. Боялся, что потерял навсегда.

— Бедный, сколько тебе пришлось из-за нас натерпеться!

— Я знал, на что иду.

— Расскажи, чем ты занимался? Как оказался здесь?

Я поведал о своей недолгой жизни после возвращения из будущего.

— Я поставил перед собой цель и добился результата, — подытожил я свой рассказ.

— Молодец! — воскликнула Рита и поцеловала меня в щеку.

— Ну а ты? — спросил я. — Как ты жила?

Рита пожала плечами:

— Я была в общежитии. У меня там небольшая комната. В голове полный порядок — я совершенно не догадывалась, что оказалась в собственной реальности только что. Всё находилось на своих местах. Более того — события предыдущих дней я помнила в подробностях. Потом мне стало плохо, мучилась сутки. После я даже об этом не вспоминала. Чуть позже в голове возникала мысль, будто что-то не так и мне кого-то не хватает. Представь моё потрясение, когда я всё осознала, просто посмотрев на часы. Теперь ясно — мне некомфортно одной, без тебя.

— Друзья, — обратил на себя внимание Рэм, — приходится признавать очевидным то, что вам удалось сделать. Алекс в подробностях всё рассказал. Думаю, ты, Рита, поделишься тем же самым. Мы запишем ваши воспоминания в качестве веских доказательств.

— Для кого? — удивилась девушка.

— Хотя бы для нашего руководства, — Рэм выглядел очень серьезным, — все должны знать, к чему могут привести научные эксперименты. Люди обязаны быть готовы к подобным инсинуациям.

— Как скажешь, — ответила Рита, — если это нужно для дела.

— И ещё, продолжил капитан, — есть один вопрос. Как я понимаю, после возвращения из будущего, механизм перемещения во времени определил какую-то нестыковку и поэтому заменил вас в реальности. Так?

— Да, — кивнул я, — именно это нам объяснил СЛ4.

— Кто?

— Свободная Личность, 4-е поколение, — засмеялась Рита, — имя у него такое. Контрабандист-подпольщик из будущего.

— С ума сойти! — выдохнул Рэм. — Но я о другом. Вас заменили, а куда делся корабль? Ведь в какой-то момент времени звездолет вместе с вами оказался в нашей реальности. Не может же физический объект просто так исчезнуть. Значит, либо он продолжил движение и где-то болтается, либо его тоже заменили.

Слова Рэма прозвучали как гром среди ясного неба.

— Всегда говорила, что ты гений, — сказала Рита, — есть вероятность найти наш корабль. А там записи камер. Как наружных, так и внутренних.

— Я займусь этим. А сейчас я вас оставлю. Вам есть, о чем поговорить. И ещё. Возможно завтра, нам предстоит отправиться на нашу базу. Мы просто обязаны доложить полковнику Линовски.

Рэм попрощался и вышел из номера.

— Помнишь, я говорила, что Рэм молодец?

— Да. И я невероятно счастлив, что ты рядом.

Я рассмеялся и прижал к себе девушку.

— Сколько нам пришлось пережить — уму непостижимо. А если бы ты часы потерял?

— Тогда бы мы жили обычной жизнью. И никогда не встретились.

— Страшно даже. Спасибо, что боролся за меня. Уговорил Рэма. А я с таким нежеланием сюда прилетела! Необходимо это исправить. Обними меня! И целуй. Крепко-крепко. И больше не бросай. Никогда. Обещаешь?

— Обещаю. А сейчас нужно кое-что сделать.

Я повесил снаружи табличку с надписью «Не беспокоить» и запер дверь.

Глава 49

По местным меркам минуло много лет, а мы будто вчера также сидели за столом в гостях у Альция Квидда. Как и в прошлый раз мы договорились побеседовать с глазу на глаз, хотя коллеги ученого горели желанием расспросить нас о многом. Я сам предложил Рите встретиться со старым другом. У меня накопилась масса вопросов, к тому же, Альций должен нас помнить. Зная, что с утра нам предстоит лететь на базу, вечером мы прогулялись до дома ученых и возле подъезда повстречали Кларка. От удивления он потерял дар речи, но быстро пришел в себя.

— Невероятно! Это вы! Вы вернулись!

— Рады тебя видеть, Кларк. Альций дома?

И вот мы уже за столом. Гостеприимный ученый разливал по чашкам чай.

— Я ждал вас, — заявил он, — знал, что однажды вы придете. Как вы?

Вместо ответа я спросил Альция о его приборе. Рассказал о том, как после гибели Хэлфа нас занесло в далекое будущее и каким образом мы смогли вернуться назад.

— Реальность была изменена, — добавил я, — чудом нам удалось восстановить память. Мы друг друга только недавно нашли. Первым делом решили проведать вас. У нас накопилось много вопросов.

— Ох ты! Вашим приключениям позавидовать можно. Это я с научной точки зрения, если что. Понятно, что вам многое пришлось пережить. А насчет прибора…. Помните, Александр, в ваше прошлое появление вы сказали мне одну вещь? «Нужно с большей ответственностью относиться к проводимым экспериментам. Последствия могут быть необратимыми». И я запомнил это. Зарубил, так сказать, на носу. Поэтому, когда довел до ума прибор перемещения во времени я уничтожил его. Человечество пока к такому не готово.

— Как вы можете судить обо всем человечестве? — спросила Рита. — Это ведь великое открытие, сенсация.

— Маргарита, дорогая, не переживайте. Я оставил все выкладки и расчеты. Передам в государственный научный фонд. Люди получат всю информацию. А когда будет нужно, тогда и приступят к созданию машины времени.

— Хорошо. Вы правильно поступили, Альций. А как обстоят дела с мгновенным межпространственным перемещением?

— Работа продолжается, Александр. Несколько таких переходов успешно функционируют. Под надзором галактического спецназа, естественно.

— И вы всё-таки создали карты дорог?

Альций улыбнулся.

— Сначала у нас была такая идея. Кларк придумал сделать некие карты, с помощью которых появится возможность попасть в другой мир. Но, поразмыслив, мы это отвергли. Построили кабины. Заходишь в такую и тут же оказываешься в нужном мире. Просто и без приключений.

— Ого! Вы делаете успехи! Значит, в ближайшем будущем люди избавятся от полетов в космосе?

— Какой вы быстрый! — рассмеялся ученый. — Полеты будут всегда. К неизведанным мирам, к примеру. Межпространственные переходы пока в стадии тестирования. Мы постоянно работаем над их усовершенствованием. Для начала нужно избавиться от побочных эффектов – тошноты и головокружения. Этого не должно быть. Грузоперевозки мы тоже пока не в силах осуществить. Проблем ещё очень много.

Я вспомнил, как меня выворачивало наизнанку после первых перемещений. Да, Альций прав. Достаточно предстоит работы.

— Отлично! Вы очень порадовали.

Ученый посмотрел на меня внимательно и спросил:

— В вопросе явственно прозвучали «Карты дорог». Вы пользовались ими?

Я решил ничего не скрывать и ответил без обиняков:

— Да. И они принесли много бед. Поэтому я рад, что от карт отказались. В прошлой реальности в избытке всего произошло. Но мне интересно другое: в первый раз благодаря картам я оказался на третьей планете системы Гаеф в деревне Багульник. Я бы замерз в лесу, не приходя в сознание, если бы не помощь. Думаете, кто меня спас?

Альций пожал плечами.

— Местный житель. Его звали Ефимко. Это имя он взял из собственного псевдонима Ефим Строгонов.

Глаза ученого чуть не вылезли из орбит.

— Как? Неужто это был я?

Я кивнул и посмотрел на Риту. Девушка стрельнула в меня укоризненным взглядом. Нетрудно догадаться, что она хотела этим сказать:

«Саш, зачем ты треплешься о том, чего ученому знать не положено»?

Я улыбнулся ей, мол, не волнуйся, всё под контролем, и ответил Альцию:

— Собственной персоной. Я жил с ним, то есть с вами, до наступления весны.

— И что я там делал?

— В основном заготавливал дрова. Но дело не в этом. Среди моих личных вещей обнаружились часы.

Я задрал рукав и продемонстрировал Альцию свой хронометр.

— Точно такие же. И на крышке была надпись: «На добрую память от Р». Потом я потерял их, будучи на каторге на Целласе. Часы подарила мне Маргарита гораздо позже. Здесь в Ней-Чедо. Теперь мне интересно, каким образом они были на руке, когда я появился в Багульнике.

— С ума сойти, — выдохнула Рита, — при первой нашей встрече я заметила на тебе часы. Поэтому и остановилась.

— Именно так.

Я посмотрел на ученого.

— Я не знаю, что сподвигло меня жить в деревне. Хотя я этого не помню и не должен, потому что в моей реальной жизни такого не произошло, мне приятно осознавать себя деревенским жителем. Насчет твоих часов….

Альций задумался ненадолго, потом продолжил:

— Все прожитые мной дни, я не переставал размышлять о судьбе Хэлфа. Проанализировал детально поведение Хэлфа в ту далекую ночь. Тех обрывков информации, которой вы поделились, мне хватило, чтобы составить целостную картину. В общем, так: Хэлф мог свободно перемещаться во времени. Думаю, вы это знали. И сами сообщили, что он обрел сверхспособности. Ему ничто не мешало проводить эксперименты с континуумом. Вероятно, он пытался воздействовать на вас, Александр. Скорее всего, вы попали во временную петлю. Может, Хэлф хотел, чтобы вы вечно оказывались в Багульнике и не мешали его делам. Но у него не получилось. Ведь, в конце концов, вы смогли разорвать петлю.

Слова ученого прозвучали как гром среди ясного неба. В мою голову полезли мысли, одна чудовищнее другой.

— И… сколько раз я там был? — спросил я.

Альций пожал плечами:

— Я не знаю. Может, один раз. А может много. Скорее всего, это произошло одиножды.

— Почему?

— Возраст. Вы, Александр, выглядели бы на несколько лет старше. Хотя… я точно не знаю.

— А как вам пришла идея о петле времени? — спросила Рита.

— Правильный вопрос, Маргарита. Когда мы устраивали переход между этой планетой и Такаметом 4, то обнаружили в пустыне мальчика. Он объявил себя дорожных дел мастером и сказал, что является потомком Петра. Вы бы видели глаза моего коллеги. Ведь он никогда не был на Такамете. Или был?

Альций внимательно на нас посмотрел. Мы с Ритой переглянулись. Я вздохнул и ответил:

— Вы сослали его в пустыню из-за сложившихся на тот момент обстоятельств.

— Тогда понятно. Я и без этих сведений подумал о временной петле. А теперь всё сходится. В общем, Хэлф много всего наворотил. И если бы не его собственная глупость, боюсь представить, что могло произойти.

— Это точно, — кивнул я, — мне до сих пор не по себе из-за петли. Спасибо, Альций, что уделили нам время. Теперь, надеюсь, поставлены все точки над «i».

Ученый покачал головой.

— Спешу вас огорчить. Не все. Мне удалось расшифровать вектор перемещения Хэлфа. Тот самый, по которому он хотел отправить вас. Мы даже отложили всю свою работу, пока я не разобрался с допущенной нами ошибкой. И у меня есть координаты конечного пункта.

Альций достал из внутреннего кармана маленький блестящий диск.

— Возьмите. На этом носителе вся информация. Думаю, галактический спецназ должен об этом знать. В том месте зло. Один уже туда попал и натворил бед. Не исключено, что может добраться кто-то ещё.

— Спасибо, — пожал я руку ученому, — это очень важно.

— Куда вы теперь?

— Сперва предстоит разговор с начальством, — ответил я, — а дальше видно будет. Спасибо, что уделили время. Нам пора.

— И я рад был встрече! До свидания, друзья. Надеюсь, мы ещё увидимся.

Мы попрощались и вышли на улицу. Я залюбовался огнями вечернего Ней-Чедо. Рита, словно угадывая мои мысли, сказала:

— Хорошо здесь! Как будто вчера тут были.

У неё затренькал коммуникатор. Звонил Рэм. Поговорив, девушка посмотрела на меня.

— Что?

— Наш корабль нашли!

Глава 50

Мы вышли из аппаратной вслед за полковником. Линовски как обычно выглядел невозмутимым, но было ясно, что и он потрясен до глубины души. О других сотрудниках и говорить нечего ­— на нас смотрели, как на явившихся с того света.

— Вяземский, Тинче, Павлер — в мой кабинет, — объявил полковник, — остальные свободны.

Некоторое время Линовски молчал, собираясь с мыслями. Затем посмотрел на меня:

— Вам крупно повезло, Павлер. Признаюсь, меня насторожил неизвестный, который так осведомлен о деятельности галактического спецназа. До такой степени, что знает имена и звания сотрудников. Ваши и капитана Тинче показания мы проанализировали. Трудно было в такое поверить, но пришлось. Хотя я привык не доверять словам. Главное, что записи камер звездолета всё подтвердили.

— Разрешите?

— Вольно, капитан Вяземский. Я вас сюда не отчитывать вызвал, а просто поговорить.

— Хорошо. У меня вопрос: Алекс был зачислен в ряды галактического спецназа. Работал под вашим командованием. Как вы с ним поступите?

— Снова примем на службу. Иначе придется подвергнуть его очистке памяти. Ведь ему столько всего известно. Приказ я подпишу. Вы не против, Павлер?

— Служу государству! — отчеканил я, вытянувшись по стойке смирно.

— Вольно, я же сказал. Сядьте на место. К слову, вы удивили меня. Шанс, что Тинче вас узнает был минимальным. Однако, вас это не остановило, и вы пошли на риск. Что ж, похвально.

— Я бы всё равно не смог без неё, полковник.

— Понятное дело. Я видел ваши отношения.

— Простите, — задала вопрос Рита, — но каким образом?

— С каждого возьму подписку о неразглашении! Имейте ввиду. В общем, есть скрытые камеры в любом военном корабле. Доступ к ним имеют очень узкий круг лиц. И только при расследовании определенных обстоятельств. Например, при аварии и подобных неприятных ситуациях. Я один из немногих, у кого такой допуск есть.

Рита заметно побледнела, а у меня всё похолодело внутри. Я лихорадочно вспоминал, как мы проводили личное время.

— Что, страшно? — улыбнулся Линовски. — Спешу заверить — в районе спальных мест, санузлов и душевых таких камер нет. Слово офицера.

— Хвала создателю Вселенной! — выдохнула Рита. — Вроде бы голышом мы по кораблю не шастали.

— Это так, — кивнул полковник, — всё, что я видел, было в рамках приличия. Предвосхищая вопросы, скажу, что скрытые камеры нужны лишь для того, чтобы подтвердить подлинность записи основных. Фальсификация сразу обнаружится. Ну а запись обычных внутренних и внешних камер вы видели. Лично меня поразило разрушение военной базы. По сути мы все погибли. Так и было бы, не слетай вы в прошлое.

— Мы его изменили, — вздохнула Рита, — всё стало как раньше.

Мне показалось, будто в её голосе прозвучали нотки горечи. Полковник это тоже заметил, потому что спросил:

— Что-то не так, Тинче?

— Как вам сказать? Всё очень хорошо на самом деле. Просто… это трудно объяснить. Будто живешь две жизни. У меня раздвоилась память. Словно на параллельные сюжетные линии. Я знаю и эту реальность и ту. Вспомнила чего-то и хотела поделиться, но поняла, что ума не приложу в какой из жизней это произошло. Алексу ещё хуже. Сейчас о нем никто не знает, а тогда… Рэм бросился на Целлас его выручать. А какие костюмы он для нас подобрал…

— Отставить, капитан, — как можно мягче прервал её Линовски, — так и до истерики недалеко. Мы все благодарим вас обоих за героизм, проявленный при выполнении задач по спасению человечества. Павлер?

— Есть ещё одно, полковник, — я протянул диск, который мне передал Альций, — здесь координаты того самого места, куда по ошибке отправился Хэлф. Ученый сообщил, что галактический спецназ должен владеть такой информацией.

В сегодняшней суматохе я не успел отдать диск начальнику. Мы прилетели на базу рано утром, а там, как говорится, все были на ушах. Накануне, Рэм доложил полковнику свои предположениях по поводу звездолета. Линовски тут же отдал приказ. Хотел даже снарядить экспедицию для поиска корабля, но не пришлось. Наш истребитель мирно стоял в ангаре с табличкой на борту «Ресурс не требуется». Рита тогда сильно удивилась, что он не где-нибудь в полете. На её вопрос полковник ответил, что в этом не было необходимости. Техники к тому времени изъяли записи с камер и подготовили для демонстрации в аппаратном зале. Мы заново пережили произошедшие уже в другой реальности события. На просмотре присутствовали только специалисты, полковник и все к тому причастные. Вид, стоявшего на астероиде Хэлфа поразил всех. Как и атака на базу и её гибель.

— Хорошо, — ответил Линовски, прервав мои мысли, — думаю, это важно. Отдам приказ и информацией займутся. Вяземский?

— Вы видели будущее. Каково там?

Он сделал акцент на последнем слове.

— Жаль, что на камерах только поросшее травой поле. И группы людей, которые подходили к кораблю будто бы безо всякой цели. Постоят, посмотрят и уйдут.

— В реальности они делали всё со смыслом, — ответил я, — фотографировались и добавляли посты в социальные сети. Собирали себе голоса.

— Но как? — удивился Рэм. — У них же в руках ничего не было.

— Фермуар и маркиз — неотъемлемая часть любого человека в будущем Ней Чедо. Выглядят как кольцо и серьга. С ними ты словно внутри цифровой среды: хочешь — броди по сети, можешь заказать себе обед, связаться с кем-нибудь, в общем, всё, что угодно. Но это привело к тотальному контролю над людьми. Все жители поделены на ранги. Чем он выше, тем лучше занимаемое в обществе место. Самые низкие трудятся на тяжелых производствах. А ещё за долги могут отправить работать бесплатно. Никто вам не поможет, если на балансе вдруг останется ноль.

— Как это?

Вместо меня продолжила Рита:

— Деньги заменены на расчетные единицы - Эр. е. Они не физические и записаны на личном счету каждого. Их легко потерять. Истратить на азартные игры или просто влезть в долги и не иметь возможности рассчитаться. Человеку становиться нечем платить за жилье и еду. Его переводят в статус «обнуленных» и остаток жизни он работает на производстве за еду и крышу над головой.

— Не очень-то радужное будущее, — пробурчал Линовски.

— Это правда, — кивнула девушка, — парадокс в том, что мы сами его таким сделали. Я имею ввиду наше поколение.

Рэм вздохнул:

— Это точно. Всеми силами развиваем искусственный интеллект. И соревнуемся у кого он лучше.

— Отставить, — сказал полковник, — с такими разговорами мы себя виноватыми сделаем. Наша задача беречь мир от зла. И мы с этим пока справляемся. Ладно. На сегодня всё.Приступайте к своим обязанностям. Тинче, Павлер, вы остаетесь на базе в ожидании приказа. В отношении вас есть некоторые идеи.

Мы пообедали, потом Рита привела меня в общежитие.

— Вот моя комната! — сообщила она, открыв дверь.

Я окинул взглядом спартанскую обстановку и кивнул:

— Лучше, чем в тюрьме. Хотя бы туалет спрятан.

Рита рассмеялась.

— Чем на базе занимаются в свободное время? — спросил я.

Девушка пожала плечами:

— Есть спортзал и парочка кафе. Что выбираешь?

— Серьезный выбор, — наморщил я лоб, — очень сложно. Наверное, кафе.

Отсмеявшись, Рита сказала, что любит меня за чувство юмора. А я ответил, что люблю её просто так. В веселом расположении духа мы отправились в одно из местных кафе. За чашкой ароматного напитка наш разговор неожиданно перешел на серьезные темы.

— Как ты думаешь, что для нас придумал полковник?

— Не знаю, Саш. Он непредсказуем. Но действует быстро. Доживем до утра и узнаем.

Глава 51

Мощный звездолет, пронизывая космос мчался внутри эфемерной структуры гиперпространства. Конечный пункт прибытия находился довольно далеко, поэтому в таком режиме корабль летел уже продолжительное время. Уму непостижимо, сколько пронеслось мимо планетарных систем, звездных скоплений, туманностей, войдов и других вселенских объектов. Мы же, сидящие внутри, не видели ничего, кроме невзрачного серого тоннеля. Мы неслись в неизвестность, не испытывая грусти по оставленному нами миру. Наоборот, чувство нового и неизведанного, переполняло наши сердца. Так ощущали себя древние мореплаватели, предвкушая открытие новой земли. Тем не менее сигнал, известивший о выходе из гиперпространства, заставил выдохнуть с облегчением. Всё же лететь в нормальном космосе привычнее.

Виртуальный ассистент оповестил, что системы корабля в норме. Звездолет следовал заданным курсом.

— Опасных флюктуаций вблизи не наблюдается, — констатировала Рита, — до пункта назначения около двух суток корабельного времени. Можно расслабиться. Пожалуй, схожу в душ.

— Идет. А я сделаю нам кофе.

Она покинула рубку управления. Я прислушался к её удаляющимся шагам и с удовлетворением хмыкнул. Мне нравился этот звездолет. Совсем другое дело, не то, что наш маленький истребитель. Здесь имелись отдельные каюты, современная душевая и даже небольшая столовая с отличными кухонными автоматами. Пробежав глазами навигационные показания, я отправился готовить кофе.Когда Рита вернулась я успел накрыть столик. Свежий нарезанный хлеб, сыр и печенье отлично подходили для приятного времяпрепровождения.

— О! Ты молодец! Выглядит аппетитно, даже не верится, что всё из концентратов.

— Почти, как в будущем, — пошутил я, — присаживайся.

Кофе тоже получался ароматным и ничто в нем не выдавало искусственного происхождения.

— О чем задумался?

— Вспомнил карты дорог. Немного жаль их. Интересная была задумка.

— Странный ты, Саш. Мне вот нисколечко. Нормально и с помощью кабин перемещаться в пространстве. Легко и безопасно.

— Согласен, но я о другом. Мне понравилась идея, что дорога — это своего рода судьба, которую нужно пережить. Возьми меня — я ведь дурак-дураком был. И как изменился благодаря картам. Да, я много всего испытал. Но это только на пользу. По возвращении из будущего я уже не мог жить той, своей прежней жизнью. И кроме всего прочего — встретил тебя. Из-за карт я нашел своё счастье.

Рита улыбнулась:

— Ты неисправимый романтик! Но в чем-то я соглашусь с тобой. Ведь и у меня характер был не подарок. И вдруг ты. Что-то же заставило меня остановиться, тогда на шоссе. И только у тебя имелись карты. Я побывала на других планетах… и, тоже изменилась. Стала лучше, что ли. Или нет?

— Определенно! Уж мне-то поверь.

— Откуда тебе знать? Ты прежнюю меня не видел.

— Хватило один раз взглянуть на нервную раздраженную женщину за рулем. Но потом я понял, что ты совсем не такая.

— Спасибо. Карты дорог действительно нам помогли. Теперь их нет, но они останутся в нашей памяти.

Мы немного помолчали.

— Как тебе корабль? — спросила Рита.

— Не перестаю восхищаться. Удивляюсь невиданной щедрости полковника.

— Может, это благодарность за наши заслуги, — улыбнулась она.

Рита была права. Шутка ли — ведь мы спасли всю вселенную. Наверняка, Линовски всё тщательно обдумал и взвесил, прежде чем принял решение. В тот вечер Рита сказала, что нужно подождать до утра и оказалась права. Ни свет ни заря начальник вызвал нас к себе и объявил, что хочет снарядить по указанным Альцием координатам экспедицию.

— Вы лучше всего для этого подходите. Вы отлично справились с миссией, когда в галактических дебрях обнаружили спрятанную Хэлфом сингулярность. Полеты в неизвестность для вас в порядке вещей. Не говорю даже про прошлое и будущее. Кроме того, я понимаю как вам тяжело. Не представляю себя на вашем месте. Иметь в голове две параллельные жизни, наверное, сложно. Отправившись туда, вы не будете испытывать таких неудобств. Ведь вы останетесь наедине с собой. Вы согласны?

— Спасибо, полковник, — ответила Рита, — это для нас самое лучшее.

Линовски кивнул.

— Тогда готовьтесь. На подготовку трое суток станционного времени.

— Почему так долго?

— Павлер ещё не зачислен в ряды галактического спецназа — это раз. Во-вторых, вы должны изучить новый звездолет. И сдать зачет. В-третьих, нужно тщательно ознакомиться с маршрутом следования. Дел очень много, надеюсь, вы всё успеете.

И вот, спустя время, мы летим на современном звездолете туда, откуда начал свой злодейский путь Хэлф. Мы не раз дискутировали на эту тему и пришли к выводу, что необязательно там зло, как думал Альций. Любая незнакомая вещь или явление вовсе не должны быть плохими. Смотря с какой стороны к ней подойти. Например: опасна ли термоядерная энергия? Да, конечно. Является ли оно злом? А это уже в чьих руках она окажется. Её можно использовать как во зло, так и во благо. Поэтому мы должны во всем разобраться. На корабле имелись необходимые приборы и снаряжение, предназначенное для научных экспедиций. Мы даже не спрашивали, как полковнику удалось это всё добыть. Хотя, я подозревал, что Линовски обстоятельно доложил о наших похождениях куда надо. Ведь это уже были не пустые слова, а факты, подтвержденные видео и аудио фиксацией. Поэтому «сверху» одобрили экспедицию.

Оставшиеся до прибытия двое суток мы потратили с пользой. Проверили приборы и исследовательское оборудование, а в свободное время занимались в тренажерном зале — здесь был и такой. Рита любила поддерживать форму, а я тоже старался не отставать. Мало ли какие испытания нас ждут?

Но невозможно быть готовым к тому, что нам предстояло увидеть. Приборы уже определили, что мы на границе планетарной системы.Сперва, из-за большого расстояния, мы ничего не видели, но по мере приближения, на главном экране появились первые изображения. Сначала мы не поверили. Ведь давно известно, как всё устроено: вокруг звезды на своих орбитах вращаются планеты на определенных расстояниях. Всё рассчитано с математической точностью.

Здесь же нашим глазам предстало хаотичное нагромождение небесных тел разных величин. В природе такого быть не могло. Компьютер выдал нам цифровую модель системы и некоторое время мы молчали в потрясении. Планеты действительно вращались вокруг звезды — желтого карлика. Но практически в одном месте. В так называемое зоне обитания мы насчитали около трех десятков планет разной величины — от привычного земного типа, до гигантов наподобие Юпитера. Но чем ближе мы подлетали, тем чаще обновлялась получаемая информация. Оказалось, что планеты хоть и огромны, но совсем не похожи на газовые, бешено вращающиеся громадины. Скорее, они походили на обычные обитаемые миры только увеличенного размера.

— В этом хаосе должно быть чудовищное тяготение из-за близкого расположения таких планет, — задумчиво произнесла Рита, — уму непостижимо, что там с магнитными полями. Думаю, у нормального человека лопнут мозги.

— Но Хэлф же выжил, — напомнил я.

— А он нормальный? — пошутила девушка.

Я рассмеялся.

— До попадания сюда был нормальным. Сама же знаешь.

— Знаю. И вот что я думаю: мне кажется, что эта система рукотворна. Вернее, искусственно созданная.

— А это не одно и то же?

— Нет. Термин «рукотворна» применим к существам антропоморфного типа. А у создателей этого, возможно никаких рук вообще нет. Как бы то ни было, сама по себе такая структура бы не появилась.

— Ты права. Я тоже так считаю. Интересно, если там существуют океаны, то какие должны быть приливы и отливы и какой высоты волны?

— Трудно сказать. Наверное, гигантские. Не представляю, как мы совершим посадку. И где нужная нам планета в этом хаосе?

На соответствующий запрос, компьютер тут же подсветил конечный пункт нашего следования. К счастью, это была обычных размеров планета. Такая же как Плейя. Хотя радости от этого мы не испытывали, потому что рядом с ней вращались четыре планеты чуть больших размеров и один «гигант». Навигатор долго не мог рассчитать самый безопасный курс. А потом поступили данные силовых полей и приборы чуть не сошли с ума. В общем, выходило так, будто бы соседние планеты вообще не имели тяготения.

— Как такое может быть? — недоумевал я, анализируя показания приборов.

— Зато после свежих данных наконец-то рассчитан курс, — отметила Рита, — мы пройдем вблизи этих громадин и нам ничего не будет. Странно, конечно. Значит и мощных гравитационных волн на поверхности тоже нет? И магнитных возмущений? Так вот почему Хэлф не погиб. Что же это такое? Кто мог это создать?

— Боюсь, мы никогда об этом не узнаем — покачал я головой, — но хотя бы попытаемся приземлиться и понять, что же увидел Хэлф.

Даже притом, что приборы корабля не регистрировали притяжения планет, выход на орбиту и приземление оказались довольно сложными. Но у нас получилось. Мы вошли в атмосферу в нужном месте и совершили посадку. Удивительный мир смотрел на нас через всевидящее око главного экрана. На голубом преходящим в фиолетовый цвет небе величественно висели огромные планеты. Так близко, что казалось можно дотронуться рукой. При этом аппаратура показывала нормальную силу тяжести и обычное магнитное поле. Анализ атмосферы подтвердил её пригодность для дыхания. Осталось только дождаться бактериологических данных на предмет наличия вредоносных микроорганизмов и вирусов.

— Ничего нет, — сказала Рита, — чистый воздух без бактерий и примесей.

В это момент я развернул камеры корабля в другую сторону и обомлел. Перед глазами раскинулись руины величественного города. Он простирался до самого горизонта и, казалось, упирался в подножие далекого горного кряжа.

— Вот это да! — непроизвольно вырвалось у меня.

— Ничего подобного я не видела, — восторженно произнесла Рита, — это ни на что не похоже.

— Готова? — спросил я.

— Для чего?

— Выйти на разведку.

Мы молча собрались, не забыв про вооружение. Из приборов взяли анализаторы и ультразвуковые толщиномеры. Мало ли, что скрывается за стенами руин. Выйдя на поверхность, мы первым делом сориентировались на местности. Место для посадки мы выбрали на открытой равнине, а Хэлф оказался прямиком в разрушенном городе.Нам нужно добраться до места его прибытия. Около часа мы шли среди непохожих ни на что развалин. Я отметил какую-то бессистемность в этом странном городе, ведь не было даже какого-нибудь подобия улиц. Дома стояли просто так, казалось бы, хаотично, но ясно было, что строившие этот город преследовали какую-то свою цель.

Рита внимательно следила за навигатором и вдруг сказала:

— Почти пришли. Где-то здесь.

Пройдя ещё немного, мы остановились точно в том месте, куда прибыл Хэлф.

— Наверняка он лежал, — решил я, вспомнив свое состояние после первых перемещений, — некоторое время без сознания. Потом очнулся, огляделся и куда-то пошел. Куда?

Мы внимательно осмотрели всё вокруг и заметили странное сооружение. Оно выглядело непохожим на другие развалины. Рита прочитала мои мысли:

— Именно сюда и пошел Хэлф, — сказала она, — я уверена.

— Идем туда?

Рита кивнула. Мы почти подходили к зданию, когда я остановил девушку.

— Ты чего?

— Обещай, что с тобой всё будет хорошо.

— Обещаю. Я не Хэлф и не буду уничтожать вселенную. Честно.

— Хорошо, идем.

Внутри было темно. Потом, когда привыкли глаза, стал отчетливо виден изогнутый гребнем потолок и непонятные конструкции, расставленные вдоль стен. Откуда-то сверху проникал свет, поэтому мы могли легко ориентироваться. На противоположной стене был заметен темный треугольник. Основание его начиналось на полу, а вершина уходила под потолок. Я вспомнил рассказ Хэлфа.

— Он говорил, что вошел в треугольную камеру. Это она.

Мы подошли ближе и темный проход вдруг посветлел.

— Будто ждал нас, — прошептала Рита.

— Что теперь? — спросил я.

Она обернулась и обняла меня. Потом поцеловала.

— Если не мы, то кто? Я обязана туда войти!

— Может вместе?

— Нет, милый. Сперва я. Кто-то должен следить за ситуацией. Записывай всё на камеру. Уверена, что всё будет хорошо. Обещаю!

Я хотел ответить, но слова застряли в горле. Остановить я её не мог, ведь, по сути, это было нашим заданием. Приказы нужно выполнять.

«Но в любом случае я пойду следом».

Рита вошла внутрь и треугольное помещение озарилось синим светом. Я ждал и слушал, как в висках стучит кровь. Прошла минута. Отчаявшись, я приготовился войти. Вдруг синева внутри треугольника сменилась на обычное освещение. Рита вышла. Глаза её сияли. Я смотрел на свою подругу не в силах понять, что же произошло. А она глядела на меня и улыбалась.

— Алекс, милый! Как же это здорово! Ты не поверишь, но карты дорог существуют! Ты должен это увидеть.

— Думаешь?

Она кивнула.

— Хорошо.

Я вздохнул, расправил плечи, и решительно шагнул в неизвестность.