Карт 2: Робинзоним дальше?
Глава 1
Утро началось с желания. Но не с того, от которого у любого пацана возраста моего нового тела по утрам одеяло топорщится, словно походная индейская изба — вигвам. Не, утренний стояк присутствовал, и приподнятая тяжёлая шкура, это вам не лёгкое одеяло, внушала уважение к его крепости. Но желание было не то. А то, что на душу давит. Да так сильно, что лучше было не медлить ни секунды.
Отбросив шкуру вместе с развалившимся на ней Блудом, я вскочил на ноги и принялся натягивать штаны, теряя драгоценные мгновения. Ещё вчера я, не задумываясь, выскочил бы из спальни голышом. Но сейчас, когда в избушке появилась Клык, полульвица-полудевушка возрастом в несколько тысяч лет, стоило соблюдать хоть какие-то нормы приличия.
Одевшись, я бросил быстрый взгляд на своего фамильяра: «Как он там?» Вчера перед сном, накормил его любимым сырым яйцом куропатки, а потом активировал малый кристалл, добытый из одной из двух летучих мышей, которых преподнесла в дар Клык. Благодаря этому кристаллу, у Блуда должно появиться умение «Эхолокация» или же оно, под воздействием организма воздушного дракончика, может трансформироваться в какое-нибудь другое, не менее интересное. Шанс на это, если верить описанию, около шестидесяти трёх процентов. Как и в прошлый раз, время на это потребовалось от шести часов.
Блуд, лежащий на спине и раскинувший свои несуразные короткие лапы, спал спокойной. Его грудь, покрытая жемчужно-белой чешуёй, поднималась и опускалась равномерно. Вдруг очень захотелось его погладить, коснуться пальцами прохладного тела. Всего на мгновение. Я даже потянулся было, но замер, — незачем тревожить маленького друга. Хотя его, похоже, просто так не разбудишь. Вон, со шкурой вместе с ног скинул, так он только на спину и перевалился.
Тут меня придавило так, что я из спальни почти бегом выскочил. Пробегая мимо кабинета, дверь у него, как всегда, впрочем, была нараспашку, увидел зависшую сладкую парочку — Глюка и Фому, уткнувшихся в большой монитор. Что-то в сети выискивают, походу. Вчера, как только наш хомосуслик подключил коннектор, они с мажордомом буквально за несколько минут вычислили наше место положение.
А оказались мы на осколке средних размеров, почти полностью покрытым океаном. Почему почти? Так, островов здесь разных размеров, если верить краткой справке, как будто насеяно: одни архипелаги впритирку к другим. Но особо больших островов типа нашей Гренландии или Австралии нет. А вот разумная жизнь встречается эпизодически, и то не на постоянной основе. Виной тому практически полное отсутствие ценных ресурсов и удалённость от торговых маршрутов. Хотя второе, наверное, важнее.
Сам осколок находился, в так называемой Серой или Средней сфере. Всего сфер четыре: Огненная сфера, осколки, её составляющие, находились на орбитах, близких к светилу, примерно, как Меркурий или Венера от Солнца; Внутренняя или Имперская сфера, климат на этих осколках был самый благоприятный; далее шла самая большая Серая сфера, названная так из-за того, что осколки Имперской сферы часто закрывают собой свет звезды. И последняя, Чёрная или Демонская сфера, на осколки, помещённые туда создателем, прямые лучи центрального светила уже не попадают. Чёрная сфера — вотчина демонов и подобных им тварей, жизненная цель которых — захватить все сферы и разумных. В общем, вечная и непрекращающаяся война, чья цель — служить возвышению сильнейших. А сами божественные сущности, могу поспорить, наверняка сидят за одним столом, играют простейшие карточные игры, типа Подкидного дурака или Двадцать одно, попивают элитный алкоголь и плетут, плетут интриги. Куда же без них?
Общая карта сфер была изначально заложена в интерфейс Сердца, как и подробная карта того осколка, куда хотел сбежать прежний владелец Сумеречного замка. Но мощности избушки едва-едва хватало на то, чтобы жизнедеятельность поддерживать, что уж говорить о точных сложных расчётах. Но подключённый коннектор, позволил сделать это практически мгновенно. И теперь мы знали своё местоположение в Общей сфере. Вот только особой практической пользы от этого не было.
У нас не было точной карты нашего осколка. Как и других, расположенных рядом и подальше. Не, по запросу такие карты находились, разной подробности: от простых географических до тех, на которых были пометки с нахождением ценных ресурсов, как минерального, так и растительного или животного происхождения. Пожалуйста, на любой вкус, только деньги плати. Но вот тут-то и закавыка, — денег нет. Так в чём проблема? Продать что-нибудь. «Вот только чтобы продать что-нибудь ненужное, надо купить что-нибудь ненужное. А у нас денег нет!»
При этих словах все присутствующие, кроме Клыка, львица на охоту свалила, переглянулись. Пушистик, удобно примостившийся на плече мумии, тут же заполошно спрыгнул на пол и, жалобно попискивая, метнулся в дальний угол, провожаемый задумчивыми взглядами, где принялся имитировать бурную деятельность.
— Никого продавать не будем! — рубанул я воздух правой рукой. — Нам бы клад найти. Только как клад без карты искать?
Ещё одну проблему я видел в том, что стоит нам где-нибудь неосторожно засветиться, как придётся ждать незваных гостей. Вряд ли те, кто атаковал замок и обломился с захватом его Сердца, оставили свои планы. Я бы точно не оставил. Вот и они тоже, думаю.
Но стоило мне озвучить свои опасения, как Фома вскочил с табуретки и, стукнув лапками себя в грудь возбуждённо что-то засвистел и защёлкал. Когда уж избушка пятого уровня достигнет, чтобы я мог её обитателей без переводчика понимать. Но Глюк время не терял и тут же перевёл, что наш садовник клянётся и божится, что через настроенную им защиту, найти нас сейчас очень и очень трудно. А ещё, если у него будет время покопаться в сети, то он попытается найти нужные нам карты совершенно бесплатно, пусть и не самые свежие. Но нам и такие пока сойдут. На том и порешили. Я оставил эту парочку сёрфить по волнам глобалнета, а сам, подхватив Блуда, отправился спать.
И вот эти двое, вернее, трое, если учитывать Пушистика, вновь забравшегося на плечо мажордома, всё ещё сидят. Ладно, как оправлюсь, поинтересуюсь, как у них дела? Схватив ручку, я потянул нужную дверь на себя и поражённо замер.
Санузел у нас небольшой, совмещённый. И вот сейчас он был промо весь заполнен густым горячим паром, сквозь клубы которого я увидел обнажённый силуэт с привлекательными женскими формами. Очень привлекательными, если не обращать внимание на некоторые нюансы. Клык душ принимает. Как не вовремя! В этот момент львица повернула голову и вопросительно уставилась на меня своими тёмно-янтарными глазами.
Я отшагнул назад и захлопнул дверь. Наверное, впервые за моё попадание в мальчишку, тело и мозг среагировали одинаково. Будь тело чуть постарше, а мозг, наоборот, помладше, я бы со спокойной совестью вошёл в уборную и справил нужду. Как говорится, что естественно, то не безобразно. Но сейчас… Сейчас я не мог себе подобного позволить.
И куда теперь? Куда-куда? Только на улицу. Выскочив на крыльцо, я сообразил, почему Глюк изменил уже устоявшейся традиции давать утренний отчёт на улице, прервав на время фарм жучков и мотыльков. Шёл дождь. Даже не так, ливень лил. Стеной. И что мне теперь делать? Что-что, прямо со ступеней. Фу-у, как некультурно. А что поделать? Да и дождь всё смоет.
Одно хорошо — этот ливень решит нашу проблему с пресной водой на несколько дней. И как только он закончится, можно будет работать над другими задачами с камнем и древесиной. Очень уж мне хочется побыстрее апнуть Сердце замка, хотя бы, уровень на пятый.
Постоял ещё немного, наблюдая, как вода, скатившаяся с крыши, по специально устроенным желобам, падает в бочку-воронку и уже оттуда устремляется в бездонный резервуар, расположенный где-то в подвале избушке. Кстати, я там ещё до сих пор не был. А когда? Все дни в такой суете, что вечером желаешь только одного, — свалиться в кровать и укрыться белоснежной шкурой с длинным ворсом.
Сунул ладони в струю воды, — прохладная, сполоснул руки, освежил лицо. Зубы чистить не рискнул, лучше попозже, водой, прошедшей обработку в недрах избушки. Вот ещё одна проблема, — отсутствие элементарной зубной щётки. Приходится по старинке — пальцем. Получается, конечно, так себе, но только одна надежда, что телосложение рано или поздно повышу, а оно и за зубы тоже отвечает.
Ладно, надо идти. Войдя в фойе, вдруг оказавшейся самой большой жилой комнатой, невольно покосился в сторону туалета и прислушался: вода льётся. Значит, львица всё ещё принимает душ. Охо-хо, хоть этой, можно сказать, почтенной даме, и несколько тысяч лет, — привычки те же. Какая девушка откажет себе в удовольствие побултыхаться под душем или понежиться в ванне? Вот только уборная у нас одна и та совмещённая. И надо что-то делать, ну не прельщает мне каждое утро на улицу бегать, нужду справлять. А если по большому приспичит? Хоть, график помывки составляй. Я вздохнул, девушка одна, а хлопот из-за неё много.
— Доброе утро, — войдя в кабинет, поприветствовал трёх сёрферов, что-то так увлечённо рассматривающих на мониторе, что даже не заметили моего появления.
Глюк степенно поднялся, а вот Фома вскочил, суетясь, зачем-то стукнул себя в грудь своей правой лапкой, свистнул-щёлкнул и отвесил глубокий церемониальный поклон. А Пушистик, чуть подпрыгнув на плече мумии, что-то тихо пискнул. Не выдержав, столь умильного момента, я улыбнулся и, протянув руку, погладил маленького уборщика. Тот аж глаза от такого секундного внимания закатил от удовольствия. Как мало ему надо. А мне ничего не стоит.
— Карт, разрешите предоставить доклад о событиях, произошедших за ночь? — официальным тоном спросил мажордом.
— Да, Глюк, будь так добр.
— Клык вернулась с охоты в середине ночи, с добычей. Принесла двух змей с красной печатью и одну птицу с жёлтой. Все добытые животные живы, хотя почти обездвижены. Мы их с Фомой поместили пока в корзины и поставили в зимнем саду. Там под аурой они должны продержаться до того момента, как вы захотите получить кристаллы…
Хм, три тварюшки с печатями? И это за одну неполную ночь? Может, и стоит потерпеть неудобства, которые создаёт львица?
— … затем она собирала камни. И набрала всю норму, необходимую для перехода Сердца на второй уровень. Ещё и сверху немного останется.
А вот это сюрприз так сюрприз! Молодчина! Это что, остаётся только древесины набрать? Одно дерево срубить и распилить? Всего-то?! Здорово! Если дождь закончится, уже к вечеру можно избушку на второй уровень переводить.
— Где-то за полчаса до вашего пробуждения, пошёл ливень. Ну, и она сразу уборную заняла, — душ принимать.
— Так она там уже сорок минут?!
— Если быть точным… — мумия замолчала, её взгляд стал стеклянным, как всегда, когда она сверяется с интерфейсом, — тридцать две минуты на данный момент.
— Да она, что там, тысячелетнюю грязь с себя смыть хочет?
— Ну, на сегодня у нас с водой проблем нет. И мы можем позволить себе доставить ей это удовольствие, — всё так же невозмутимо ответил Глюк.
Понятно… Впечатлённый проделанной работой Клыка, мажордом занял её позицию. Ладно…
— Дальше, — сообразив, что наверняка останусь со своим мнением в одиночестве, — слугам-духам уборная без надобности, решил пока не заострять на этом внимание.
— Фома смог установить защищённое соединение, а также зарегистрировал безымянный аккаунт в службе приватной доставки. Теперь в случае надобности, мы можем анонимно торговать. Наш контрагент передаёт свой товар или деньги в службу, оттуда уже будет обеспечена передача нам.
— Каким образом?
— Вот здесь у коннектора есть специальная ячейка размером двадцать на пятнадцать на десять сантиметров. Помещаем туда деньги, — получаем товар или наоборот.
— То есть, сейчас мы ограничены вот таким объёмом? Мы сможем торговать только кристаллами? А покупать только что-то очень маленькое?
Услышав мой вопрос, хомобобёр тут же быстро защёлкал, а потом посмотрел на мумию, переводи, мол.
— Не совсем, — тут же пояснил Глюк. — Если на той стороне есть мастер упаковки, то он может упаковать значительный объём до размера, способного поместиться в ячейку коннектра. Нам же только и останется, что произнести слово-ключ и произойдёт распаковка. Предвосхищая ваш следующий вопрос, поясню, — вы сможете призвать специалиста-торговца, владеющего подобным умением, начиная с пятидесятого уровня. Если, конечно, раньше не примите вассалитет разумного с таким умением.
— Понятно. И сколько стоит такое удовольствие? Ни за что не поверю, что всё происходит даром.
— Нет, конечно, — Глюк позволил себе обозначить улыбку краешком своих тонких губ. — Стандартная цена: один процент от стоимости сделки. Но есть и обязательный минимум: три золотых монеты.
— И тут капитализм в полный рост рулит, — пробормотал я, соображая: дорого это или нет? Вот сейчас и узнаем? — А что с ценой на кристалл с умением «Эхолокация»? Нашли что-нибудь?
Из вчерашних летучих мышей я добыл два кристалла с этим умением. Один активировал на Блуде, а вот что делать со вторым, пока не решил. Сначала хотел узнать его примерную стоимость, вдруг он один стоит, как вся моя избушка?
Снова защёлкал-засвистел Фома, ткнув лапой в виртуальный монитор, на который вывел какую-то таблицу. Глюк принялся пояснять.
— На этот кристалл довольно большой разброс цен: от пяти серебрушек до одной золотой монеты.
— Да… уж. Значит, сейчас мы его продать не сможем, — пересылка дороже выйдет. Надо собирать их побольше, иначе никак. Ладно… Что там с картами?
Фома только и сделал, что посмотрел на Глюка и снова уткнулся в монитор.
— С картами пока сложнее. Фома воспользовался своими старыми контактами и вышел на одно хранилище файлов, под звучным названием «Помойка», где, как его заверили, он может найти нужные нам карты совершенно бесплатно.
— Хм… Представляю, какого они качества.
Тут хомосуслик что-то эмоционально засвистел. Мажордом тут же принялся переводить:
— Фома заверяет, что карты здесь можно найти вполне подробные. С одним лишь недостатком, — они могли устареть лет на пятьсот.
— Пятьсо-о-от? М-да, ничего так себе недостаточек. Ладно, на безрыбье и львица вместо рака пойдёт. Хорошо, вы пока продолжайте заниматься поиском, а я пойду зарядку сделаю.
Я вот уже минут пятнадцать делаю зарядку, а Клык всё продолжает принимать душ. Будто не полудемон-полульвица, а самая настоящая русалка. Да, сколько можно-то? Хм, а вдруг с ней там чего-то случилось, а я здесь дурака валяю?
С этими мыслями я подошёл к двери уборной и, чуть приоткрыв, так чтобы мне ничего не было видно, но ей слышно, позвал:
— Клык?
— Да-а? — мурлыкающим голосом ответило существо, ошибочно рождённое полульвицей.
— У тебя всё в порядке? — всё-таки решил уточнить я. Хотя, если судить по голосу, — проблем у неё быть не должно.
— В полном.
— Ладно…
Я закрыл дверь и принялся думать, что мне делать дальше? Заниматься дальше уже не было настроения, а вот кушать захотелось. Но не потным же на кухню идти, — нехорошо. Значит, выход только один, — опять на крыльцо…
— Я это так не оставлю! Я ей всё выскажу! Я кто: её сюзерен или сопливый мальчишка? — вот так я грозился, в очередной раз погружаясь с головой в бочку с водой. Холодной! — Хотя одно другому здесь не мешает никак, да. Брр… Всё, хватит!
Я выскочил на крыльцо и ошеломлённо замер.
— Гадство! Полотенца-то у меня нет!
Полотенце, конечно, было. Только оно осталось висеть на крючке в душевой. Есть, конечно, ещё одно, на кухне. И чистое — других у Пушистика не бывает. Но это значит, что туда мне надо мокрым идти! Чертыхаясь, я принялся натягивать штаны.
— Баба одна, — но сколько проблем уже доставила!
Глава 2
Мясо! Жаренное! И чтобы кусок свежего хлеба макнуть в ещё тёплое масло на сковородке. М-м, вкуснотища!
Я чуть слюной не захлебнулся от этих мыслей, войдя на кухню, весь покрытый мурашками после нестандартного купания на крыльце. И желудок заурчал, громко выражая своё согласие. И плевать, что по утрам, вроде как, такая диета не рекомендуется. Организм требует!
Раз требует, — будем кормить. Вот, только чтобы пожарить мясо, придётся немного повозиться. Организм, ты согласен? Желудок молчал, спазмами не торопил, значит, подождёт. А раз так, то займёмся делом.
Сначала печка, — проверить на наличие золы, которая должна была остаться после вчерашней топки. Зола оказалась не только убрана, в топку даже полешки уже уложили и щепки горкой для растопки. Интересно, кто? Скорее всего, Глюк. Мумия, несмотря на свой статус мажордома, чаще других на кухне бывает: еду мне готовит, когда я другими делами занят. Фома если и появляется, то в основном только для того, чтобы тазик с золой к себе в зимний сад утащить — удобрение для растений, попробуй только как по-другому утилизировать. Как хомосуслик на Пушистика ворчал, когда тот вовнутрь печки сунулся, почистить её от нагара. Ну и почистил, — печка изнутри засияла ничуть не тусклее, чем рында у боцмана. Пушистик — природный аннигилятор пыли и, вообще, любого мелкого мусора, дарованный мне Сердцем замка. Так вот, когда маленький уборщик выскочил из печки, все улыбались, лишь Фома недовольно свистел и щёлкал. Но он у нас всегда свистит и щёлкает, побыстрее, что ли, избушку на пятый уровень апнуть, — тогда без переводчиков понимать буду, о чём он там постоянно щёлкает.
Несколько раз ударил кресалом, обильно высекая искры, — как же скучаю по обычной зажигалке: щёлк и огонёк горит. А тут — стучи, стучи, а потом раздувай до лёгкого мимолётного головокружения. Наконец, язычки огня стали сильнее и затанцевали на сухих тонких щепках. Теперь разгорится.
Закрыл дверцу печки, пламя тут же стало сильнее. Снял сковороду, висящую на стене, несколько секунд полюбовался её стерильной чистотой, — вот оно преимущество владельца Сумеречного замка. Сам бы я её до такой красоты никогда не довёл, а так отдал указание и думать перестал: обязательно выполнят, тщательно и с усердием.
Следом достал из ларя кувшин с растительным маслом. Из плодов какого растения его добывают, я не знал, но по вкусу что-то среднее между оливковым и нерафинированным подсолнечным. Если кусочек хлеба в него макнуть — вкуснотища. Плеснув масло в сковородку, поставил её на печку, пусть пока нагревается. Потом достал ещё один кувшин с бульоном из куропаток. Его вчера Глюк успел приготовить. Налил где-то с кружку в кастрюльку и поставил рядом со сковородкой, он у меня вместо чая сегодня будет.
Не успел я приняться за разделку двух сваренных вчера целиком птичьих тушек, как на кухню влетел Блуд. Увидев меня, дракончик радостно зашипел и плюхнулся мне на плечи и тут же нетерпеливо ткнулся в щёку.
— Проголодался? — я поднял руку и почесал тут же подставленную шею.
— Ш-ш-ш.
— Сейчас покормлю.
Достал из ларя сырое яйцо, наверное, самое любимое сейчас лакомство моего фамильяра, раньше-то он по утрам собачьим кормом лакомиться предпочитал. Но он уже не пёсель, вот вкус и сменился. Да и собачий корм здесь попробуй найди.
Разбил скорлупу и вылил содержимое яйца в блюдечко и поставил завтрак дракончика на пол в угол кухни.
— Ешь давай! — и сняв фамильяра с плеча, положил его на пол рядом с блюдечком.
Обычно Блуд предпочитал заглатывать яйцо целиком, ломая скорлупу жёсткими стенками пищевода, но сейчас дракончик ослаб. Видно, что адаптация организмом умения «Эхолокация» затратила много сил. Но Блуд прилетел сам, а это значит, надеюсь, что всё прошло удачно.
Понаблюдав немного, как фамильяр жадно лакает своим раздвоенным языком яйцо, решил, что ещё одно лишним точно не будет. Ну а то, что это, несомненно, вырубит объевшегося Блуда, так только к лучшему, — во сне быстрее восстановится.
«Организм вашего питомца успешно адаптировал умение „Эхолокация“ I уровня (0000/1000). А также получил второе активное умение данной ветки развития умений: „Ультразвуковой удар“ I уровня (0000/1000).
Оба умения активируется по команде хозяина или по желанию питомца.
Количество маны необходимое для активации умений: 50 единиц маны для Эхолокации и 100 единиц для Ультразвукового удара.
Повторное использование Эхолокации возможно через 15 секунд.
Повторное использование Ультразвукового удара через 30 минут».
Звучит круто! Вот прямо круто! Блуд потихоньку обрастает разными умениями. И два из них — боевые. Вот только есть одна проблема. Большая проблема. Как быстро и эффективно прокачать эти умения? За всё время прогресс развития того же «Ядовитого дыхания» не сдвинулся ни на один пункт. Это притом, что сам Блуд уже успел не только апнуть уровень, но и до перехода на следующий ему осталось совсем немного. А здесь ещё два умения. И какой толк от них будет? Надо над этим подумать и хорошо подумать…
— Тьфу ты! У меня сейчас масло перекалится! — схватив сковородку, убрал её с огня.
А потом принялся разделывать варёные птичьи тушки. Дичь! Полевая. Пусть звучит и не так круто, как боровая, но всё равно вкусно. Звучит. А на деле… По мне, так обычная домашняя курица гораздо вкуснее, да и мясо у неё помягче будет, да побелее… Вот как только представится возможность, обязательно заведу птичий двор, пусть даже дух-смотритель у него будет такой же ворчливый, как Фома. А что? Если зимний сад есть, надеюсь, и птичий двор предусмотрен. И будет у меня постоянно свежее нежное белое мясо. Мечта!
А пока я отделил ножки и крылышки. С них я мясо срезать не буду — грех это. И принялся отделять мясо с грудины и спины. Вчера Глюк этих куропаток варил-варил, бульон изумительный получился, а вот мясо всё ещё жестковатым было. Не думаю, что после поджарки оно сильно мягче станет, но всё же, надеюсь, чуть вкуснее. Положил срезанное мясо на сковороду и разровнял, чтобы слой ровнее был и поставил всё это на печку, пусть нагревается.
Тем временем сложил оставшиеся кости в миску и убрал её в угол рядом с блюдечком Блуда. Это для Пушистика. Можно было бы, конечно, выбросить на каменную площадку, тем более, как говорит Глюк, Сердцу замка для развития органика тоже нужна. Но я заметил, что маленький уборщик, когда утилизирует остатки варёного или жареного мяса, аж искорки бегать пускает по своим длинным волоскам. Зачем малыша удовольствия лишать? А для избушки сырого накидаем, тем более что там две змеи, добытые Клыком, дожидаются. Змеятину я готовить, пока так и не решился…
— М-мр-р, — раздалось вдруг от двери. — Как вкусно пахнет…
Повернув голову, увидел нашу фурри, полульвицу-полудевицу демонического происхождения, в накинутой на плечи распахнутой рубахе, совсем не скрывающей девичьих прелестей. Аппетитных прелестей. И этот факт, похоже, её совсем не смущал. Клык, прищурив глаза, трепещущими ноздрями кошачьего носа втягивала аромат жарящегося мяса. При этом она чуть подалась вперёд, прогибаясь, отчего рубашка совсем разошлась, уже совсем ничего не скрывая, а лишь эффектно подчёркивая.
— А здесь всех кормят или господин Карт готовит только для себя? — приоткрыв один глаз, поинтересовалась полульвица, вовсе не обращая внимания на происходящее с её одеждой.
«Бл@ть!» — я в последний момент спохватился и ругнулся всё-таки про себя, разворачиваясь у печки так, чтобы моё мигом вскочившее естество было не так заметно от двери. Вот же, тело молодое, ему не прикажешь, да и мозг, вот уже более десяти лет лишённый женской ласки, от тела не отставал, посылая ему специфические сигналы.
— Доброе утро, Клык, — сообразил-таки я ответить на приветствие. — Проходи, садись за стол, покормлю. Извини за то, что сразу не поинтересовался, будешь ли ты завтракать. Почему-то думал, что ты предпочитаешь сырое мясо и уже поела на охоте. Ещё раз извини, сейчас будет готово.
Кошачья грация воплоти! Клык подошла к столу даже не как супермодель на подиуме, а походкой героини из американского мультфильма. Что у меня, как у волка из того же мультика, чуть челюсть вниз не упала, а глаза из орбит от возбуждения готовы были выпрыгнуть. Ещё немного и я засвистел бы как тот волк. Быстро повернулся к печке и начал яростно мешать начинающее подгорать мясо.
— Вы правы, Карт, — тем временем мурлыкнула усевшаяся на вторую табуретку львица. — Я уже утолила первый голод на охоте. Но вот уже, сколько времени не ела жареного мяса, да ещё с солью и перцем, что не удержалась. Вы простите меня за это, Карт?
Ох, уж это женское коварство. Чтобы ответить, мне надо было обернуться, бурчать что-то себе под нос было бы невежливо. Я и обернулся. И снова замер с открытым ртом, да что же такое-то, просто гормональный ураган какой-то. Мне захотелось прямо сейчас пойти под душ и врубить холодную воду. А ещё лучше прямо вот так выскочить на улицу под ливень, чтобы охолонуть.
Клык сидела на табурете, словно на царском троне, грациозно закинув ногу на ногу, выпрямив спину и расправив плечи… А вы знаете, что происходит, когда девушка сидит, выпрямив спину и расправив плечи? Да-да, её грудь поднимается, а если при этом соски ещё смотрят вперёд-вверх, то зрелище, вообще, не оторвать взгляд. Клык ещё ладони на колено сложила одну поверх другой. И выглядело это… Это сочетание развращённости и невинности словно бейсбольной битой ударило по моим мозгам, начисто их отключая.
— Пщ-щ-щ!..
Непонятный звук вернул меня в реальность. Я увидел, что замер посередине кухни, отойдя от печки на два шага и не дойдя до всё ещё сидящей на табуретке и жмурящейся от происходящего львицы, трёх шагов.
— Пщ-щ-щ…
Снова раздалось непонятное шипение. Блуд? Короткий взгляд в угол кухни, где стояло блюдце с сырым яйцом, — объевшийся двойной порцией лакомства дракончик свернулся клубком и мирно посапывал.
— Пщ-щ-щ…
— Бл@ть! Мясо!
Метнувшись к печке, принялся переворачивать вновь начавшие подгорать куски. Ай, пойдёт! Горячие — сырым не бывает! Схватившись за ручку сковороды, я подошёл к столу и начал выкладывать мясо на тарелку. Сколько ей? Половину хватит? Бросив взгляд на львицу, увидел, что она не отрывает взгляда от тарелки с парящим мясом и даже не замечает, как-то и дело сглатывает накопившуюся слюну. Пожалуй, половины не хватит. А ладно пускай всё ест, — себе сейчас ещё нажарю. Пододвинул полную тарелку к фурри.
— Ложку или вилку возьми тут, — указал на стакан со столовыми приборами, стоящий на столе. — Ножа, извини, нормального нет, только тесаки. Да и не нужен он, — не на графском приёме.
Львица потянулась и взяла вилку.
— А как же вы, мой господин? Вы отдали мне свою порцию. Давайте, разделим пополам.
— Ешь. Я себе сейчас ещё пожарю. Да, хлеб нужен? — поинтересовался я, — кто его знает, может быть, она за фигурой следит.
Эта немудрёная шутка, да вид львицы, не сводящей глаз с тарелки и мелко кивающей в ответ, не в силах ответить словами, как-то разом сняло с меня напряжение, рвущее штаны снизу и клинящее мозги наверху. Как можно испытывать сексуальное влечение к безумно голодному, еле-еле сдерживающемуся разумному, пусть и почти обнажённому, и очень привлекательному, даже несмотря на жуткий шрам, пересекающий всю морду… Или всё же лицо? Как у полудемонов-фурри будет правильно?
Отрезал от каравая, ех, мало у нас свежего хлеба остаётся, а теперь, когда едоков стало больше, он ещё быстрее закончится, два солидных куска и положил на стол рядом с тарелкой.
— Ешь, я сейчас ещё добавки приготовлю.
А потом вспомнил про бульон, всё ещё стоящий на печке и готовый вот-вот повторно закипеть, чего допускать категорически было нельзя, налил полный стакан и пододвинул его к девушке. Не обращая внимания на благодарный кивок, я вернулся к ларю и достал три оставшиеся варёные тушки, надеюсь, хватит. Да, с бульоном и хлебом мне точно хватит, ещё и со львицей поделюсь.
Когда всё было готово, я снова разложил мясо по тарелкам, нарезал хлеб и разлил бульон, а потом свою посуду поставил на поднос.
— Ты, если хочешь, ешь здесь, а я пойду на крыльцо.
Фурри, подхватившая было вилкой очередной кусок мяса с тарелки, замерла и, не поднимая взгляда, тихо спросила:
— Вам не нравится моё присутствие, господин?
Услышав обращение «господин», не в первый раз за сегодня, кстати, я поморщился.
— Не говори глупости, Клык. Твоё общество сделает честь любому мужчине. К тому же я просил обращаться ко мне по имени и никаких господинов. Просто мне нравится есть на крыльце избушки, есть в этом какой-то особый кайф. А ты, если хочешь, можешь взять ещё один поднос и пойти со мной.
Львица тут же вскочила на ноги, рубашка у неё, конечно же, распахнулась, и я получил очередной гормональный удар, в результате которого явственно услышал, как затрещали мои штаны. Клык же, не обращая на всё это никакого внимания или делая вид, что не обращает, схватила поднос и быстро составила на него свою посуду.
— Я готова, — держа поднос в руках, сообщила она, встав передо мной. — Господи-ин Карт, я готова.
— Фух, — вырвалось у меня, когда я снова смог соображать. — Нет, так дело не пойдёт. Запахнись, пожалуйста.
— Я вам не нравлюсь? — голос львицы был очень тихим, еле-еле слышным, а длинные чёрные ресницы затрепетали, как крылья у зависшей возле цветка, колибри. — Это из-за шрама, да?
Ох, если она и играет, то делает это так мастерски, что хочется верить. Очень хочется.
— Не говори глупостей, — в которой раз уже охрипшим голосом повторился я. — Нравишься, очень нравишься, поэтому и прошу запахнуться. Сделай это, а я буду ждать тебя на крыльце.
Кинув быстрый взгляд в угол кухни, как там Блуд? Дракончик лежал на спине, раскинув короткие лапки, и лишь мерно поднимающийся живот говорил, что с фамильяром всё в порядке. Но чтобы действительно в этом удостовериться, я заглянул в интерфейс, — действительно спит. И после этого пошёл наконец-то на крыльцо.
Свежий влажный воздух враз охладил моё разгорячённое тело. Усевшись на медово-жёлтые доски крыльца по-турецки, поставил перед собой поднос. И только нацелился вилкой на покрытую обжаристой корочкой ножку куропатки, как рядом со мной опустилась на доски Клык. Скосив взгляд, увидел, что рубашка её плотно запахнута и даже подвязана пояском, и села она более культурно, чем я, на пятки.
— Ноги не больно? — невольно поинтересовался я.
— Нет, я привычная так сидеть, — тихо ответила фурри.
— Ну, привычная так привычная. Тогда приятного аппетита.
И отложив вилку, схватил рукой ножку куропатки и наконец-то вгрызся в неё зубами. К чёрту церемонии, — птицу и руками можно. Ух! Какая вкуснотища! И пофиг, что мясо всё равно жестковатое, — зубы молодые, крепкие, пережуют.
Когда с тремя ножками и двумя крылышками было покончено, я наконец-то сообразил, что всё это время не отвожу взгляда от входа в пещеру, еле видного за пеленой дождя.
Та-ак… Эта пещера не давала мне покоя с того самого момента, когда я увидел её в первый раз. Когда же решил её осмотреть, у меня то ли интуиция сыграла, то ли просто очконул, но проверять, что там ещё есть, кроме красных летучих мышей, не пошёл. Как потом выяснилось, правильно сделал, — львице, помещённой туда божественной сущностью, приказали убить любого, кто войдёт в пещеру. Потом произошла встреча с Клыком, и она рассказала, что ничего необычного, кроме тех пресловутых красных мышей в пещере больше нет…
— Клык, а тебя есть умение «Видеть скрытое» или какое-нибудь аналогичное? Извини, что задаю такой некорректный вопрос, но мне сейчас это важно знать.
— Нет, у меня таких умений нет.
Та-ак… У львицы таких умений нет. И несмотря на то что она говорила: «в пещере ничего больше интересного нет», могла ошибаться… Вот! Вот что не даёт мне покоя. Эта божественная суч… сущность, просто просчитывала мои ходы, или я, совершая их, действовал согласно её требованиям. И могла эта сущность, зная, что Клык скажет, что в пещере ничего больше нет, всё же туда что-то поместить, зная, что львица это не обнаружит? Как бонус для самого настырного? Вполне, вполне. Я, хоть и небожественная сущность, так бы и сделал. А это значит?..
— Господин… Карт, — тут же поправилась Клык. — Разрешите один вопрос?
— А? Да… — не сразу въехал я. — Спрашивай, конечно…
Глава 3
— Если я вам нравлюсь, то почему приказали запахнуться? А я вам нравлюсь, — плоть не обманешь…
Удивлённый вопросом, я повернул голову к фурри и встретился взглядом со светящимися тёмно-янтарным огнём глазами полульвицы, в которых читалось и смятение, и любопытство, и настойчивое желание выяснить правду. Замявшаяся было Клык, глубоко вздохнула, словно в ледяную воду нырнуть готовясь, и затараторила:
— Зачем тогда за свой стол пригласили? Тем самым подарив надежду, что признаёте меня хотя бы наложницей. Зачем лично готовили мне еду, демонстрируя свою симпатию? И тут же заставили запахнуться, низвергая до отвергнутой… Что я сделала не так за столом, мой господин?..
Ох, болтушка… Выстреливая вопросы со скоростью мурлыкающего пулемёта, Клык снова забылась и назвала меня «господином». Не то чтобы это было неприятно, но какой-то живущий в моей голове таракан царапал мозг каждый раз, когда слышал подобное обращение. С одной стороны, чужой монастырь — свой устав. А с другой, тот же таракан, воспитанный ещё в советской школе, категорически не воспринимал всех этих «господ» и «бояр», декламируя лозунги, призывающие к классовой борьбе…
— … и тут же снова приглашаете разделить с собой пищу… — продолжала частить фурри. — Я в смятении… Я не знаю, как себя вести, чтобы не вызвать ваше недовольство…
Объясните недостойной, мой господин.
Клык замолчала, опустив лицо, но при этом не сводя с меня янтарных глаз. Выглядела она при этом настолько умильно, настолько беспомощно и беззащитно, что я невольно потянулся, чтобы погладить её по голове. Львица, увидев моё движение, не отпрянула в сторону, а наоборот, чуть повернула голову, подставляя торчащее ухо. Лишь в самый последний момент я опомнился, отдёрнув ладонь.
— Извини, — пробормотал я, — они жирные. Мясо же руками ел. Прости…
— Это вы меня простите, господин, — Клык сунула руку себе за пазуху и вытащила кухонное полотенце. — Забыла… Пожалуйста, позвольте, я вытру вам руки.
— Спасибо, Клык. Но это лишнее, я сам.
Я ещё раз взглянул на фурри, она всё так же сидела, опустив лицо, и даже поворот головы, подставляющий ухо, был прежним. Надо гладить. Зачем лишний раз разочаровывать девушку? А тараканов-то в её голове не меньше, а то и побольше моего табуна будет. Древние лю… э-э, пусть будет, разумные — дикие нравы.
Вздохнув, я всё же протянул руку и коснулся внешней стороны торчащего, почти велюрового уха, покрытого короткой, приятной на ощупь шерстью. Девушка мелко вздрогнула от прикосновения, но тут же подалась к руке.
— Глупышка, — произнёс я тихо.
А потом до меня дошла вся сюрреалистичность ситуации: внешне молодой мальчишка гладит полульвицу, выглядящую старше его, и уверенно заявляет, что она глупышка. Сюр, да и только.
— Глупышка, — повторил я. — Вся эта путаница произошла из-за того, что мы с тобой из разных миров и у нас разные традиции. Я пригласил тебя за стол и разделил еду, вовсе не желая показать, что беру тебя в наложницы. В моём мире — это знак уважения и заботы. Ты же помнишь, я твой сюзерен и дал клятву, что буду заботиться о тебе. Вот и стараюсь как могу. А попросил я тебя запахнуться не потому, что хотел отринуть. Сама видишь, тело молодое, реагирует на твои, скажем так аппетитные, прелести бурно, ещё немного и я мог не сдержаться. А воспользоваться тобой без взаимной симпатии и согласия — это не допустимо.
Я замолчал, смочив отчего-то пересохшее горло глотком уже начавшего остывать бульона. Н-да, никогда не думал, что когда-нибудь буду вести такие разговоры. И с кем? Женщиной, старше меня на несколько тысяч лет, хотя так и не скажешь… Если судить по развитому крепкому телу, по запястьям и уголкам глаз в этом случае не определить, мешает львиная часть, — лет тридцать, не больше.
— А если я была не против? — стрельнув глазами, фурри снова опустила лицо.
— Всё равно такая связь недопустима, — вздохнул я. — Клык, я в этом мире совсем недавно и не знаю царящих здесь законов. Если бы был простым человеком, мне на местные законы было наплевать. Но я — владелец вот этой избушки, которая в перспективе должна стать аж целым замком и непростым. Считай, что лорд. А лорд — это всегда политика, сначала со слугами, вассалами… Потом с соседями. И кто знает, вдруг мне придётся жениться, чтобы укрепить какой-нибудь союз. А у меня уже есть любовная связь. Как ты среагируешь?
Фурри приподняла львиную мордочку, обожгла меня янтарным огнём своих круглых кошачьих глаз и, вздохнув, снова опустила голову.
— А если я поклянусь, что никогда не буду претендовать ни на что?
Я снова погладил ухо фурри. Было безумно приятно прикасаться к её велюровой коже.
— Зачем давать клятвы, если мы не знаем, сможем ли их выполнить? И чего будет нам этого стоить. Одной уже достаточно.
Клык снова посмотрела мне в глаза.
— Вы странный, мой господин…
— Чем же? — усмехнулся я. Услышать такое от фурри, — было более, чем забавно.
— С виду мальчишка, который только-только должен начать брить бороду, а рассуждаете, как умудрённый опытом старик.
— Почему старик? — удивился я, соображая стоит ли обидеться на такое заявление.
— Мужчина воспользовался бы женщиной при любой возможности и лишь старики целесообразность ставят на первое место.
— Как мне не грустно это признавать, но ты права, всезнайка. Но теперь давай поговорим о действительно важном. Ты как, устала? Дневной свет тебя раздражает? Мне нужна твоя помощь. Я и сам, конечно, справлюсь, но подстраховка не помешает.
— Я готова, мой господин. Что надо делать?
Я вздохнул и покачал головой.
— Клык, я же просил называть меня по имени. А ты всё: «мой господин», да мой «господин».
— Если прикажете, я буду вас называть как пожелаете. Но если вы не настаиваете, предпочла бы вас называть «мой господин», чтобы не совершать больше глупостей.
— Хорошо, — кивнул я. Раз уж я хозяин Сердца замка и уже, как выяснилось, планирую стать лордом, — надо привыкать и к подобному обращению вассалов. Хотя таракан категорически против. Но на то он и таракан.
— Мне нужно помочь разделать змей, чтобы получить опыт, а потом, пока идёт дождь, всё же обследовать пещеру.
— Я готова!
Я посмотрел на её тарелку, где осталось ещё много еды, на свою — там тоже было что пожевать.
— Но сначала давай доедим всё это. Я что, зря готовил?
А потом всё же решился озвучить свою просьбу.
— Клык, а не могла бы ты принимать душ немного в другое время? Не тогда, когда я просыпаюсь? Чуть раньше или позже. А то лорд, справляющий малую нужду с крыльца, — так себе картинка.
— Хорошо, мой господин.
А я начинаю входить во вкус быть лордом, — только сказал и тут же принято к исполнению…
— Готово!
С разрешения Фомы, которому пришлось оторваться от монитора, мы выбрали местечко в зимнем саду, ещё свободное от посевов, ну не под дождём же этим заниматься, и приступили к фарму кристаллов из притащенных фурри с ночной охоты животных.
Клык, зажав голову змеи рогулькой, второй рукой удерживала тело, хотя особой надобности в этом не было, — страхует меня воительница. Не, я, конечно, и сам справиться мог бы. Тем более что Клык во время охоты аккуратно повредила позвоночник каждой пойманной змее, надёжно их обездвижив.
Сначала вынул из чехла на поясе левый тесак и нанёс им небольшой порез, — просто так упускать ману было бы нерационально. Мгновение полюбовался проступившей на клинке вязью рун, засветившихся синим цветом. Положив нож на землю, пусть впитывает выходящую из тела змеи энергию, взялся за правый тесак.
«За победу на??? змеёй вы получаете 43 единицы опыта.
Вы получаете малый кристалл пассивного умения «Ядовитая железа».
Кристалл помещены в ваш инвентарь.
Ваш вассал Аль-нааб ад-дам получает 42 единицы опыта.
Вы получаете 11 единиц опыта«.
Ага, похоже, Система поделила полученный опыт между нами с фурри. А потом вычла мою сюзеренскую долю у Клык. Кстати, я так увлёкся происходящим, что даже забыл прочитать сообщения от Системы, полученные за ночь. Ладно, потом гляну.
— Готово, мой господин…
Вторая змея одарила меня ещё одним малым кристаллом с умением «Ядовитая железа» и малым кристаллом опыта умений. Отличная добыча!
— Хорошие у вас ножи, мой господин, — похвалила Клык, рассматривая светящиеся вязи рун на клинках. — Сталь просто отличная, хотя и невзрачной. Да и сами они необычные.
— Нашёл. Теперь подозреваю, что их там специально оставила та божественная сущность, что и тебя из Чистилища сюда доставила.
— Всё может быть, всё может быть.
С птицей я справился сам. Но Система также разделила опыт между мной и Клык, не забыв вычесть из её части мои двадцать пять процентов. Из кристаллов мне достался только малый кристалл опыта. А вот фурри Система кристаллами обделила.
Осталось только решить, что делать с добычей. Достав один кристаллик с опытом, я протянул его девушке. Увидев недоумённый взгляд, пояснил, что это и для чего нужно. Полульвица принялась было отказываться, но я настоял, развитие вассалов, — ответственность сюзерена.
А вот мне какое пассивное умение улучшить? «Чувство чужого взгляда», «Затаиться» или «Амбидекстрия»? Все нужны, но какое из них в первую очередь? Та ещё головоломка. Ладно, улучшать надо, но прямо сейчас не горит. Поломаю над этим голову перед сном.
— Клык, положи тушку птицы в корзину, Глюк попозже её ощиплет. А тушки змей брось на каменную площадку рядом с крыльцом — это мусор.
— Мой господин, но это же мясо. Зачем им разбрасываться?
— Стыдно признаться, Клык, я не умею их готовить. Да и брезгую, наверное.
— Я смогу его приготовить. Обещаю, вам понравится. И птицу сама могу ощипать.
— Хорошо, полчаса тебе хватит? Вот и отлично. Не забудь Пушистика позвать, чтобы он прибрался.
Прежде чем покинуть зимний сад, я с любопытством прошёлся мимо грядок. На двух из них, хотя времени прошло всего ничего, уже зеленели всходы. Похоже, наш хомосуслик не свистел, обещая в скором времени порадовать нас свежей зеленью на столе. Немного удивила пятая грядка, на которой под переливающимися куполами росли травы, собранные мной на полянке и на скалах. И выглядели они вполне хорошо, ни тебе подвядших листьев или поникших стеблей. Вот тебе и наглядный пример современных магических технологий в садоводстве…
Заглянул на кухню. Пушистик тут уже убрался, наведя идеальную чистоту. А Блуд сопел себе на полу рядом с пустым блюдечком. Немного подумав, что делать с этим лежебокой, поднял его на руки и отнёс в спальню, где положил на кровать. Так этот соня даже глаза не открыл, только клубочком свернулся, когда на одеяле оказался. Пусть спит непоседа, — силы восстанавливает. Не буду на этот раз его с собой брать.
Одевшись, а чего одеваться-то было, рубаху натянуть да наручи, и ноги в сапоги сунуть, заглянул в кабинет. Глюк с Фомой, жалобно и протяжно что-то свистнувшим, тут же со стульев подорвались.
— Работаем, — кратко доложил-перевёл мажордом, явно на две трети сократив нерадостный доклад садовника, а по совместительству нашего хакера.
— Сидите уж, чего подорвались, — махнул я рукой. — Работайте, раз похвастаться нечем.
Фома тут же плюхнулся на табуретку и уставился в монитор. Мумия же осталась стоять, явно догадавшись, что я непросто так зашёл.
— Глюк, я хочу вместе с фурри всё же осмотреть пещеру. Есть у меня кое-какие подозрения, нужно проверить. А то ведь грызть себя начну, что шанс упустил. На тебе, как всегда, присмотр за окрестностями. Извини, что напоминаю, но сам знаю, как сёрфинг по сети всё внимание забирает. Да, ты не помнишь, куда факелы, которые я в первый раз использовать хотел, убрали?
Фома, тут же повернувшись всем телом к Глюку, а по-другому у него не получалось, шеи почти не было, что-то защёлкал, понятное только мажордому. Тот отвечать не стал, только молча кивнул. Мол, понял. Тут же успокоившийся хакер снова уставился в монитор.
— Сейчас принесу.
Подождать его я решил на крыльце. Дождь как лил, так и не собирался переставать, похоже, почти скрывая за своей пеленой вход в пещеру. Но сейчас это мне было даже на руку. Всё-таки лучше иметь за плечами такого бойца, как Клык — спокойнее. А так бы пришлось либо одному идти, либо позднего вечера дожидаться.
— Вот держите, Карт.
Вышедший на крыльцо мажордом протянул мне мешок путника, о котором я благополучно и думать забыл. В пещеру идти собрался, называется.
— Вместе с факелами, я кресало с трутом в отдельный мешочек положил. Клык просила передать, что через несколько минут будет готова. А вот это, — мажордом протянул мне большую зимнюю куртку, — накиньте, чтобы в одной рубахе под дождь не выходить. А в пещере скинете.
— Спасибо, Глюк. Ты, как всегда, предусмотрительный. Ты меня извини, что позволил Клык ощипать птицу. Знаю, тебе это дело самому нравится. Подумал, что ты с Фомой занят. Не хотел тебя отвлекать, а всё равно пришлось.
Заморгавшая иконка известила, что пришло сообщение от Системы:
«Ваша репутация с мажордомом сумеречного замка повысилась на +2…»
— Ничего страшного, Карт. Но мне приятно, что вы помните о моей маленькой слабости. Если не секрет, расскажите, почему вдруг снова решили осмотреть пещеру? Клык же сказала, что там, кроме камней и летучих мышей, ничего нет.
Пришлось рассказать о своих догадках, пришедших на ум сегодня за завтраком.
— Если честно, я тебя с твоим навыком «Видеть скрытое» предпочёл бы взять. Но сам понимаешь, радиус земли, по которой ты передвигаться можешь, всего лишь до входа достаёт…
— Я готова, мой господин, — вышедшая на крыльцо Клык, была одета в свой дорожный плащ и даже капюшон на голову набросила.
— Оружие есть какое у тебя?
— Зачем? Мне вот этого хватает, — фурри показала свои ладошки, больше похожие на кошачьи лапки, на концах коротких и толстоватых пальцев тут же показались солидные когти. Львица — она львица и есть.
— Ладно, нам драка не грозит вроде. Но я предпочёл бы, чтобы у тебя было настоящее оружие. Может быть, кухонный нож возьмёшь?
— Как скажете, мой господин. Я что-нибудь себе обязательно поберу, но пока я бы хотела пойти так.
— Карт, я вас здесь подожду, — сообщил Глюк.
— Хорошо. Ну что, Клык, пошли, — и шагнул под дождь.
До входа в пещеру добежали быстро и без происшествий, я даже не поскользнуться на мокрых камнях умудрился.
— Мой господин, — мурлыкающим голосом произнесла фурри, как только мы вбежали в тёмный коридор пещеры, — вы пока факел зажигайте, а я вперёд пойду, мне свет не нужен. Хорошо?
— Хорошо.
Я скинул куртку, наброшенную прямо поверх мешка путника, а затем и его. Разжечь факел много времени не заняло, сказывался опыт растопки печи. Как только факел разгорелся, закинул мешок за спину и шагнул в темноту коридора, ведущего вглубь пещеры.
И вот я снова стою перед входом в зал. Огонь факела выхватил потолок, на котором висела гроздь летучих мышей. Всё, как и в прошлый раз. Разве что нет мышей с красной печатью. Прислушался уже к себе, как там моя интуиция? Вроде молчит, никаких непонятных, останавливающих ощущений нет.
С левой стороны ко мне шагнула тень.
— Мой господин, я осмотрела пещеру, — никакой опасной живности, кроме мышей, нет. Сейчас они почувствуют огонь факела и может начаться переполох. Но разве что дерьмом заляпать смогут. Если желаете, накройтесь курткой, а я возьму факел и выгоню их наружу. Это займёт всего лишь несколько минут.
— Не стоит, Клык. Как-нибудь перетерплю. А теперь давай начнём осмотр стен, пойдём с левой стороны.
Стена как стена, камень и камень, необработанный, щербатый, местами с потёками гуано летучих мышей. Как они стены забрызгать умудрились-то?
Иногда я чуть носом стены пещеры не касался, рассматривая показавшуюся вдруг подозрительной щербинку. А временами с умным видом, сняв с яблока Правого кожаный чехол, простукивал им камень. Звук везде, кроме одного раза, попал в засохшую толстую лепёшку дерьма, был вроде одинаковый.
Мыши, на удивление, вопреки предсказанию фурри, вели себя спокойно. Они явно чувствовали и видели огонь, но реагировали, на удивление, мирно, — тихо и явно недовольно попискивая, переползали подальше по потолку, но в полёт не срывались. Это-то и настораживало.
Мы с полульвицей осмотрели уже почти половину периметра её бывшего места обитания, когда мне вдруг показалось, что я вижу какой-то отблеск на стене. Но стоило поднести факел поближе, как свет пропал. Показалось?
— Клык, подержи.
Протянул я факел фурри, а сам снова стал всматриваться в тот участок стены, — вон он отблеск! Я шагнул поближе и вытянул руку, потрогать, поскрести, как отблеск стал ярче, и увеличился до буквы «З». Провёл ладонью по стене, заставляя светиться другие буквы.
— Клык, ты что-нибудь видишь?
— Нет.
— А я вижу.
«Здесь то, что тебе нужно».
И светящийся отпечаток ладони под буквами.
*****
Друзья, прошу меня простить за небольшое опоздание. Планировал выложить в ночь на первое мая, а получилось только днём. Кстати, с праздником!
Глава 4
— Мой госпо-один! — заполошный визг Клык разорвал тишину пещеры, и фурри вцепилась своей ладошкой-лапкой в мой верёвочный пояс, разом больно вдавившийся в пузо!
— Куда, дура?! — завопил я. — Отцепись!
Но было поздно! Неожиданно закрутившаяся воронкой световое поле просто втянуло меня в себя, а за мной заодно и вцепившуюся в пояс полульвицу. Подогнали же божественные сущности вассала. Да сам виноват, оно мне надо было руку к светящемуся насыщенно-пурпурным цветом отпечатку ладонь прикладывать?
«Здесь то, что тебе нужно».
И я поверил, дурень старый. Как заворожённый правую ладонь приложил. Ещё мысль мелькнула: «Как идеально совпало, словно с моей руки обводку делали. Даже чуть изогнутый, по какой-то неизвестной мне причине, мизинец в границы рисунка отпечатка вписался. Я прошёл ещё одну проверку?!»
Ага, прошёл… Вляпался!
— Твою!.. — вырвалось у меня непроизвольно, когда приложенную к камню ладонь с силой потянуло вперёд, вовнутрь стены.
— Писец! — вырвалось уже, когда, попытавшись отдёрнуть руку назад, почувствовал, что — фиг! — назад ладонь не идёт!
А свечение начало разрастаться, с каждой секундой становясь всё больше. И вот оно сформировало овал, по высоте, если ориентироваться на мой рост, метра два и метра полтора в самой широкой части.
Пока я, ошеломлённый, молча наблюдал за происходящим, по ровной поверхности светящегося пятна прошла рябь, закручивающаяся по часовой стрелке в воронку. И тут моя правая рука, всё ещё зажатая в камне, разом вытянулась метра на два. Ну, как в мультиках, когда персонажей затягивает в какую-нибудь воронку. При этом я не почувствовал никакой боли, зато явно ощутил, как ноги отрываются от пола. Меня затягивает?
Тут-то и раздался заполошный визг фурри:
— Мой госпо-один!
— Куда, дура?! — завопил я в ответ. — Отцепись!
Кто сомневается, что мой приказ был начисто проигнорирован? Женщина любой расы — остаётся женщиной всегда, и если она решила вас спасти, вам уже ничего не поможет.
Клык промолчала. Но по правде сказать, времени ответить у неё не оказалось. Вслед за рукой растянулась моя голова, реально где-то на метр, а следом и всё тело, одновременно закручиваясь в спираль. Благодаря этому я и увидел, что фурри летит за мной в насыщенно-пурпурном свете.
Сколько мы так летели? Вечность или мгновение. Когда собственными глазами видишь, как твоё тело вытягивается в ленту, закручиваясь серпантином, и при этом ты не испытываешь никакого дискомфорта, стоит ли доверять своим ощущениям?
Закончилось это разом. Вот я лечу, — и вот стою, вытянув правую, нормальных размеров, руку почти касаясь… Ярко-розовой, голой, явно мужской, но безволосой груди, взгляд сразу наткнулся на маленькие пробитые соски, на которых висели тонкие кольца жёлтого металла. Золото? А сколько будет в монетах? Мне надо!
Подняв взгляд, увидел морду, одновременно похожую и на свиное рыло, и на лицо чёрта, как его принято было показывать в советских фильмах, только тот был всегда чёрного цвета, а этот ярко-розового. Вытянутый вперёд нос был натуральным пяточком, под которым из тонкогубого рта торчали солидные такие клыки, а над ним краснели, наливаясь кровью, маленькие круглые глубоко посаженные глазки.
Инферал! Демон по-другому! Глюк о них рассказывал, — естественные враги всех разумных, как раз созданные для неспокойной жизни и кача восходящих.
— Фрух? — фыркнул-хрюкнул свино-чёрт, делая короткий шажок вперёд.
— Угу, — ответил я, отдёргивая руку.
— Уи…
Начал было неожиданно тонким голоском инферал, но мне стало разом не до этого. Да и ему тоже. Резким толчком меня отшвырнули в сторону, и сзади молнией выскочила Клык. Я ещё успел разглядеть размазанный взмах её руки, как из короткой, волнистой, от жировых складок, шеи оказался вырван солидный такой кусок. Хряк попытался своими дрожащими лапками заткнуть источник фонтана хлынувшей крови, но следующий удар опрокинул его на пол, где он и остался, суча лапами.
— Уиии! — пронзительный, тонкий визг раздался со всех сторон.
— Да сколько их здесь?!
Мой невнятный вопрос остался без ответа, Клык метнулась куда-то в сторону и явно не с мирными целями. Оно и понятно, — договориться не получится. Не с низшими инфералами, которым, по словам же Глюка, на генетическом уровне привили неутолимую жажду убийства любых разумных иного происхождения.
— Уиии! — раздалось под левым ухом.
Руки сами метнулись к рукояткам ножей, висящим в чехлах на поясе. Доля мгновения и Левый с Правым на свободе. Не глядя махнул на визг Левым, но не попал, а повернувшись, увидел, — клинок просвистел лишь в паре сантиметров от пятачка, визжащего свино-чёрта, заставив его разом заткнуться и отпрянуть назад, выставив перед собой вполне человеческие пятипалые руки.
В детстве и юности, да даже в зрелом возрасте мне приходилось драться часто. Видимо, на лбу у меня было написано: «докопайся!» Но, бог миловал, дрался всегда один на один и без оружия. Даже против двух ни разу не пришлось. А тут сподобился: двое против толпы, да сразу насмерть. Драться — не дрался, а ролики-то смотрел. «…не стремись сразу поразить противника насмерть, — бей по ближним к тебе конечностям. Раны его ослабят…»
«Ты только рану нанеси, хоть царапину, а там уже мы в дело вступим», — раздался в голове незнакомый басовитый голос с металлическими интонациями.
«Это же не птички-змеи, — это настоящий враг, — вторил ему голос потоньше. — Для его уничтожения нас и ковали».
«…нас и ковали», — со мной, что тесаки разговаривают.
«Да! В бой!» — хором ответили два голоса.
Интересно, кто из них Левый, а кто Правый? Всё это пронеслось у меня в голове за один удар сердца. Подчинившись призыву, размашистым ударом атаковал руки свино-чёрта, которые он ещё держал вытянутыми перед собой. Попал по запястью левой. Не перерубил, конечно, но до кости достал точно. Тут же на противоходе махнул левой, — кончик ножа прочертил царапину на уровне ключиц чёрта.
Инферал взвизгнул и снова отпрыгнул назад. На рефлексах сделал шаг за ним. И в этот момент из-за спины хряка выпрыгнул ещё один, как-то незамеченный мной. Низко наклонив голову, он явно собирался атаковать меня рогами.
Не, ну это классика! Тело само среагировало, выбросив вперёд правую ногу в останавливающем ударе, а потом ещё и Правым снизу ударил, попав куда-то в грудь. А вот добить не успел, первый свино-чёрт, явно впав в состояние берсерка, не обращая внимания на рану, замахал руками, как мельница крыльями, и бросился в атаку.
Встретил я его не более умело, чуть отпрыгнув вбок, пропуская тушу мимо себя, хлестанул ножами, нанося режущие раны. Развернуться хряк не успел, рядом с ним появилась Клык и грациозным движением вырвала своими когтями горло. Это хряка и доконало, как подрубленный он рухнул на пол.
А Клык была уже рядом со вторым, получившим удар ножом в грудь и сейчас свернувшемся в позе эмбриона на полу. Мгновение прислушивалась, а потом, повернув ко мне усатое личико, огорошила:
— Надо его добить, мой господин. И лучше это сделать вам. Опыт пригодится.
До меня не сразу дошло, что она имеет в виду совсем не тот опыт, что даётся за победу над жуком или мотыльком.
Добить?! Вот так, не в бою, вонзить нож, чтобы отобрать жизнь не у рыбы или птицы, а разумного? Я почувствовал, как по спине побежали морозные мурашки. И реакция эта была не моя, — тела мальчишки, чью голову я занял. Сам же понимал актуальность слов фурри. Она боец, древний воин, возможно, прошедший сотни, а то и тысячи схваток, готовый, если придётся, убивать, не задумываясь. А я? А я мирный, как оказалось, старик в теле мальчишки…
Секунду помедлил, раздумывая, куда лучше ударить, чтобы завершить дело за раз. А потом, задержав дыхание, резко нанёс удар в основание рогатого черепа. Нож попал удачно, клинок вошёл на треть своей длины. Инферал дёрнулся и затих. Выдернув нож, я обтёр его о бок твари и выпрямился. Прислушался к себе, — блевать не тянуло. Уже хорошо. Посмотрел в горящие тёмно-янтарным огнём глаза фурри.
— А из вас выйдет боец, мой господин, — чуть зажмурившись, мурлыкнула та. — А хороший или нет, время покажет.
Признаюсь, мне были приятны слова Клык. Но сделав грозное лицо, буркнул:
— Разговорчики, боец. Что ещё за мода обсуждать сюзерена во время боя?
— Простите, мой господин, — тут же потупила взгляд полульвица, растягивая свои тонкие губы в шкодной улыбке.
М-да, хорош сюзерен, после боя ищущий одобрения своего вассала вместо того, чтобы осмотреть место, куда в очередной раз его забросили божественные сущности. Эту самую божественность этим самым сущностям в… Кхм. Про это даже мысленно лучше не упоминать, услышат ведь, обидятся и, пока ещё, ой, как могут жизнь осложнить.
А куда нас забросили? Я принялся медленно крутить головой осматриваясь. Явно пещера, если судить по монолитному камню стен, но видно, что над ней поработали руки мастеров, сгладившие все шероховатости. В углу стены, противоположной той, возле которой мы появились, чернел узкий, мне разве что боком пройти, выход. Три магических светильника, прикреплённых к потолку давали неяркий, но всё равно режущий глаза из-за пурпурного-синего оттенка, свет. И всё, — в комнате больше ничего не было. Если, конечно, не считать семь растерзанных трупов свино-чертей. И многочисленных куч дерьма. Толчок у них тут был, что ли? Надеюсь, это не то, «что мне нужно?» Иначе я шутку юмора божественной сущности не оценю. А вот моя полульвица молодец!
— Пять штук за несколько секунд, да ты, Клык, отличный боец! — оценил я успехи фурри.
— Спасибо, мой господин, — стрельнув из двух орудий янтарным огнём, тут же потупилась полудевушка. — Но эти твари были слабыми, не бойцы. Таких можно много убить и не запыхаться…
— Уиии! — послышался пронзительный визг из коридора.
Блин! Ещё ничего не кончено, оказывается! Я выставил руки с зажатыми ножами перед собой.
— У тебя есть возможность доказать правдивость своих слов, Клык.
Грохот, создаваемый ударом копыт по камню, приближался. Да, ступни свино-чёртям заменяли самые настоящие раздвоенные копыта, что ещё больше убеждало меня в правоте придуманного им названия. Казалось, что враг приближается с двух сторон. Так и есть? Или это проделки эха?
Так и было! Я увидел, как с двух сторон коридора в дверной проём боком прыгнули два хряка и… Застреляли, уперевшись в друг друга голыми круглыми животами. Завизжали, один попытался цапнуть клыками второго за пятак, но тот как-то успел убрать морду. Тёмной молнией к ним метнулась Клык. Я с трудом успел разглядеть два размашистых удара, и свинтусы уже поливают один другого фонтаном крови из разорванного горла. Похоже, это любимый приём фурри. А говорили, — что кошки душить предпочитают.
На секунду-вторую враг замялся, но потом с той стороны рванули трупы на себя. И оба они исчезли в темноте коридора. И тут к нам боком сунулся ещё один хряк. Но удар ноги фурри, обутой в тяжелой сапог, отбросил его назад, заставив жалобно взвизгнуть. Тут же в дверной проём сунулись ещё двое и… Снова застряли! Они что, идиоты? Или им ярость, вживлённая на генетическом уровне, мозги отключает, лишая чувства самосохранения?
Пока я предавался спешным размышлениям, Клык воспользовалась ситуацией, оказавшись рядом с застрявшей парочкой, она снова дважды размашисто ударила, вырывая гортани у инфералов, а затем отскочила назад.
И этих незадачливых хряков выдернули назад их нетерпеливые товарищи. И снова в дверной проём рванул самый шустрый, но реально переступить порог не успел, пинок фурри выбросил его в коридор.
Я стоял позади и левее полульвицы, невольно напряжённо сжимая рукоятки тесаков, но даже не думал вмешаться в отлаженный процесс уничтожения свино-чертей. Даже несмотря на пресловутую потерю очков опыта, который, казалось бы, тут плещется через край. Опыт-опытом, а вот если из-за неловких действий подвергну опасности фурри, а значит, и себя, — это, реально, серьёзно. А потому просто стоял и смотрел. Надеюсь, что готовый вмешаться в любое мгновение.
А тем временем в дверной проём полез очередной свин. Клык привычно встретила его сапогом. Но хряк, только взвизгнув от боли, продолжил переть вперёд. Тут же последовал ещё один удар сапогом, очередной болезненный взвизг, но хряка это не остановило. Да его там подпирают, не дают отлететь назад! Используют как щит и таран одновременно.
Это же сообразила и фурри. Следующий удар она нанесла уже когтями ладони-лапы, привычно вырывая из толстой шеи инферала приличный шмат плоти. Хряк, почти пробравшийся в комнату, захрипев, попытался зажать рану ладонью. Круговой удар ноги фурри отбросил раненного в мою сторону. А на его месте уже оказался второй. Клык снова ударила рукой. А я рванул к упавшему инфералу, — добить. Два быстрых удара тесаками в область шеи и хватит, — Левый и Правый сами дело доделают, выкачав из тушки энергию.
Их было тринадцать. Тринадцать инфералов во второй волне, пытавшихся прорваться в комнату. Было тринадцать, — осталось ноль. Трёх из них добил я, остальные на счету фурри. И это она ещё первого уровня! Даже представить себе не могу, что она будет вытворять, хотя бы на десятом. Себя обделю, — но девушку прокачаю. Мне же спокойнее будет.
— Я никого не вижу и не слышу, — доложила Клык, вот уже несколько минут осторожно выглядывающая в коридор. — Если кто-то ещё и есть, то затаились в глубине других комнат. По свету, падающему в тёмный коридор, могу сказать, что таких комнат три: одна слева, и две — справа. Один проём побольше нашего будет, остальные примерно такие же. Возможно, есть и другие, неосвещённые, комнаты. Что будем делать, мой господин?
— Ещё понаблюдай, пока я стены осматриваю. Ну не ради же простого фарма нас сюда заслали.
Надеюсь, что не только ради него. Я снова буквально обнюхивал стены и снова пытался простучать особо ничем не приметные участки. Тщетно, никакой новой надписи, поясняющей, что конкретно нужно сделать, ни тайника. В другой комнате? Вполне возможно…
— Клык, идём налево, — скомандовал я, подходя к полульвице.
И как бы не двусмысленно это прозвучало, вряд ли фурри поняла скрытый смысл. Поэтому ответила просто:
— Приняла. Я пойду первая, вы держитесь в двух шагах позади. Только, пожалуйста, назад посматривайте. Хотя я и сомневаюсь, что эти копытные могут передвигаться бесшумно. Но, кроме них, здесь и другие могут быть.
В левой комнате ничего, кроме обильных кучек навоза на полу, не нашли. Но я всё равно стены по периметру обошёл, при этом стараясь дышать только ртом, чтобы хоть как-то снизить вонь, царившую в комнате. Тщетно.
А вот в первой правой, после «нашей», комнате было. Нет, ни свино-чертей, ни других инфералов. Зато были те же многочисленные кучки навоза, между которыми примостился каменный постамент, на котором стояла статуэтка из чёрного камня. Та ещё страшилище, сидевшее на корточках и закутавшееся в сложенные крылья, как бабулька в полиэтиленовый дождевик.
— Это же…
«Сидящая земляная гаргулья.
Входит в набор статуэток: «Гаргульи-охранницы сумеречного замка».
Набор состоит из 17 статуэток.
Свойства: после установки статуэтки на край крыши Сумеречного замка, территория подконтрольных замку земель увеличивается на 10%.
Статуэтка вступает в синергию с другими гаргульями из набора, если они также установлены на крышу замка.
Новые характеристики зависят от комбинаций и количества статуэток».
Рамка с информацией появилась прямо в воздухе над головой гаргульи.
— Вот это мне нужно? Точно? Если правду сказать, как-то не впечатляет… Совсем другого ожидал, — пробормотал я, скинув мешок путника со спины и протягивая руки к статуэтке. Как бы я ни был недоволен, не оставлять же её здесь.
— Подождите, мой господин, — остановил меня встревоженный голос фурри. — Давайте, лучше я.
И, не дав мне ничего сказать в ответ, полульвица шагнула к постаменту и схватила статуэтку, тут же отпрыгнув на два метра в сторону. Замерли… Тишина, ничего не случилось. Уложив гаргулью в мешок, я ещё раз осмотрел постамент и стены комнаты, а вдруг ещё какой тайник есть? С настоящим сокровищем. А то из сокровищ у нас только три пары колечек из жёлтого металла, вырванные из сосков троих свино-чертей. А вдруг золото? Пригодится…
Последняя комната в коридоре, оказалась и не комнатой вовсе, а ещё одним, в отличие от того, по которому мы шарились, ярко освещённым коридором. Вот только куда он вёл, было непонятно, резко заворачивал метров через десять.
— Идём? — обернулась ко мне Клык.
— Идём, — согласился я.
Но как только я шагнул в этот коридор, словно в преграду уткнулся, а в голове кровь застучала, низ живота холодным комом свернуло. Всё это напомнило мне тот момент, когда я в первый раз хотел войти в пещеру с летучим мышами. Только в этот раз все ещё сильнее было.
— Знаешь, что, Клык, пошли назад и побыстрее…
Глава 5
— Быстрее, Клык, быстрее!
Посекундно оглядываясь, я усилием воли заставлял себя идти, а не сорваться на бег. Сейчас бег — это паника. И так её сдерживаю из последних сил, и ледяной ком, в который превратился низ живота, совсем не способствовал этому.
«А, может быть, там кто-то такой же, как и Клык? Вот только она, прежде чем принести вассальную присягу, вполне серьёзно была готова меня убить, как приказала, выдернувшая её из Чистилища, божественная сущность, — в очередной раз обернувшись, посмотрел на неяркую полоску пурпурно-синего света, продолжавшуюся ровно светиться. — Вроде бы она ни разу не моргнула, а, значит, меня никто не преследует? Можно чуть успокоиться?»
— Я что-то чувствую, мой господин, — негромко прорычала полульвица, оскалив немаленькие такие, по сравнению с моими, конечно, клыки.
— Твою… — вырвалось непроизвольно. Обернувшись, ничего нового не увидел, но шаг всё же прибавил.
— Подождите, мой господин. — Перед нужным дверным проёмом Клык придержала, меня за плечо. — Я первая. Проверю.
И рванула вперёд. Ну а я что? — как истинный джентльмен, пропустил даму вперёд. Ещё от древних людей пошло при нахождении новой пещеры, первой запускать в неё женщину. Если зверь сожрёт, — не жалко. Шутка, конечно. Но вхожу-то я вторым.
Вернее, стою в проёме, поглядывая, как фурри, не удовлетворившись визуальным осмотром, пробежалась по углам. Уже на рефлексе обернулся посмотреть, что там? И… Не увидел дальней полоски света. А через мгновение она снова появилась!
— Твою!.. — Тварь вышла в коридор?! Я рванул в комнату, к дальней стене, на которой всё ещё, слава Системе, светился ровным пурпуром овал телепорта. — Клык, сюда!
Как только полульвица оказалась рядом, я, быстро проведя лезвиями по внешней стороне своих ладоней, сунул тесаки в чехлы на поясе и левой рукой обхватил полудевушку за талию, резким движением притянув к себе. Почувствовал, как её довольно большая грудь прижалась к моей.
— Мурк?! — только и выдала, немного опешившая от происходящего Клык и тут же зажмурила глаза, прильнув ко мне всем телом.
— Вот же… — я прервался на полуслове, а про себя добавил: «Кошка!»
У меня и в голове ничего такого не было. Лишь мысли о ситуации. Клык попала сюда вслед за мной, уцепившись за пояс. И кто знает, пропустит ли её обратно телепорт, если между мной и фурри контакта не будет. Только из-за того, что не желаю рисковать, я и обнял своего вассала.
Ледяной ком внизу живота вдруг запульсировал, да так, будто баскетбольный мяч после броска запрыгал на полу. Более немедля, я вытянул правую руку и коснулся поверхности светящегося овала. И увидел…
Как рука вытянулась лентой вперёд. А следом за ней и голова, оглянувшейся фурри. Получилось!
На этот раз никакого искажения восприятия не было, — раз и мы на той стороне.
— Господин, уходите! — Только что сама прижимавшаяся фурри, резко толкнула меня в грудь своими ладонями-лапками. — Я задержу!
Пришлось взмахнуть руками, сохраняя равновесие, пока, словно рак, пятился по пещере. А сильная чертяка!
— Ну, уж нет! — Бросать свою кошку я не собирался. Снова выхватив тесаки, на лезвии которых тут же вспыхнула рунная вязь, я сделал три шага вперёд и встал слева от полульвицы. — Вместе встретим.
Мне показалось, что услышал недовольное шипение, но фурри сосредоточенно смотрела на пурпурный овал, продолжавший без каких-либо мерцаний, светиться в темноте пещеры. Показалось? Или нет? Судя по дрожащим, словно кивок на зимней удочке, вибриссам, всё же не показалось. Ну и ладно, пусть шипит.
Я понимал чувства своего вассала. Кто я для неё? Слабый и глупый сюзерен, путающийся под ногами. А ей придётся разрываться между боем с неизвестным по силам и умениям противником и защитой меня, потому что, «из-за мужской дурости», обязательно полезу в гущу драки.
И действительно, будь я помоложе лет на двадцать, то обязательно так бы и поступил. Женщина будет меня защищать? Да, лучше сдохнуть в драке. Часть моих болячек, громко заявивших о себе после пятидесяти, в драках по молодости получены и были. Сейчас же, сломя голову, бросаться в свалку я не собирался, помудрел, наверное. Но такое отношение фурри, всё равно где-то глубоко кольнуло самолюбие.
С ходу в драку я бросаться не собирался, предоставлю полульвице возможность продемонстрировать свои таланты, но и уходить не стал, были на то резоны, — чётко взвешенные. Здесь я фурри, надеюсь, в случае чего помочь смогу. А вот если уйду, а неизвестная тварь завалит Клык, вернётся тварь обратно или пойдёт за мной по следу? И что я вместе с духами-слугами избушки ей противопоставить смогу, если даже Клык сильнее нас всех взятых? Вывод очевиден: всем пи@дец. А если тут сдохну, может быть, их не тронет.
— Действительно, пи@дец, — обречённо подвёл итог я, наблюдая, как в центре светящегося овала появилась чёрная точка, увеличивающаяся с каждым мгновением. Тварь идёт!
— Уходите, мой господин, — снова, уже громче, зашипела Клык.
— Хватит, боец! — не выдержав, рявкнул я. — Готовься к бою!
Опять шипение, но негромкое, и уже больше похожее на рычание. А чёрная точка на пурпурном фоне становилась всё больше. И через пару долгих секунд стало понятно, что и не точка это вовсе, а лента, закрученная в спираль словно серпантин. Вот только не новогодний, яркий и праздничный, а хеллуиновский мрачно-страшный. Ещё бы нестрашный, — одна лапа, покрытая чешуйками с тыльной стороны и длинные, чуть загнутые когти чего стоят.
— Три шага назад! — уже в голос прорычала фурри, позабыв про своё неизменное «мой господин».
Пришлось подчиниться, больше не гонит и ладно. Сама Клык тоже отступила, но на два маленьких шага. Тварь же тем временем приближалась, уже стала различима и вытянутая рогатая голова. Вовсе не похожая на, теперь уже кажущихся умильными, пяточки свино-чертей, а сильно напоминающая харю хищника из одноимённого амеровского фильма, когда-то потрясшего мою молодую психику. Клык зарычала сильнее, в её голосе послышались истеричные кошачьи нотки.
— Я узнала его, господин! Это алмдамра — уничтожитель. Уходите, прошу вас!
— Хватит, Клык! Ты с ним справишься одна?
— Н-не знаю! Но задержу! С-сколько смогу.
— Я остаюсь! Если ты не справишься, мы всё равно все сдохнем…
— Чёрт!.. — вырвалось у меня, вцепившегося глазами в приближающуюся рогатую тварь. Мы могли за это время до избушки добежать и уйти в подпространство! На это всего меньше минуты надо! Вот, я кретин! — Чёрт!
— Скорее уж дьявол, — поняв по-своему, уточнила фурри. — К бою!
Когтистая лапа, приближающегося к нам словно супермен, алмдамры вылетела из овала и вслед за ней, лишь мгновением позже, показалась его рогатая голова с уродливой мордой.
И в этот момент пурпурный овал потух. Темнота! Послышались два шлепка и мерный затихающий перестук. И тишина… И оглушительный грохот пульсирующей в височных венах крови.
— Клык? — позвал я спустя три, или пять? оглушительных ударов.
— Да, мой господин? — голос фурри звучал ошарашенно.
— Ты, что-нибудь видишь?
— Да, — ответ прозвучал уже деловито, Клык явно к чему-то присматривалась. — Овал потух в тот момент, как показалась голова уничтожителя. И закрывшийся телепорт отсек ему половину черепа вместе с правой рукой.
— То есть он мёртв? — явно тормознул я.
— Скорее всего, да, — хмыкнула фурри в ответ. — Трудно выжить, если от тела осталось всего лишь полголовы и одна лапа.
А ведь на поверхности овала ни ряби, ни мерцания, ни других признаков закрытия портала, узнанных мной из книг и игр, не было. Хотя, что я в действительности знаю о порталах? И всё же, мне кажется, что без прямого вмешательства высших сущностей не обошлось. Поднял лицо к потолку и прошептал:
— Спасибо, что ли.
Шлёп! На лоб упало что-то мокрое и расплескалось резко-вонючим. А сверху послышалась характерная возня.
— @ля!.. — Принялся оттирать лицо тыльной стороной ладони. — Дерьмо… Мышачье.
Вдобавок сбоку послышался сдавленный фырк. Психанув, резко обернулся на звук и замер. Темнота! Я же не вижу ни черта! Пока светился овал телепорта, я ещё как-то в его отсвете различал силуэт фурри, а теперь вокруг царила темнота. Я только различал тускнеющую рунную вязь на лезвиях тесаков. Раз тускнеет, — то непосредственной опасности поблизости нет.
— Клык, подбери черепушку и лапу, — с собой возьмём.
— Зачем?
Ох, уж эта женское любопытство. А ведь говорил ей уже об этом.
— Ресурс для развития избушки. После схватки, а будем считать, что схватка была, раз уж от этой твари бегали, надо стремиться хоть какую-то выгоду получить. Коли уж нас Система ничем не наградила, значит, лапу и черепушку возьмём.
Быстро резанул тесаком по тыльной стороне кулака, ритуал нужно соблюсти обязательно, раз не напоил клинки чужой кровью, — угости своей, и убрал ножи в чехлы на поясе. Чуть улыбнулся, увидев, что перед тем, как скрыться в ножнах, руническая вязь на лезвиях вспыхивала ярче, словно прощаясь и одновременно заверяя, что они рядом и всегда готовы помочь. Вот у меня воображение разыгралось! Стресс выходит?
Скинув заплечный мешок, я на ощупь достал один факел и свёрток с огнивом. Поначалу у меня было желание, попросить Клык, вывести меня за руку из пещеры. Но вот этот насмешливый фырк… Женщина может быть сильнее тебя, богаче, но не стоит показывать свою зависимость от неё…
В общем, мне было проще заморочиться и зажечь факел. Видимо, от злости всё получилось очень быстро, божественные сущности или сама Система не дали опозориться ещё раз. Хотя, казалось бы, должно было бы всё быть наоборот: злиться, краснеть в попытке выбить искры под насмешливыми взглядами полудевицы. Но Система уберегла.
Убрав свёрток с огнивом обратно в мешок путника, я просунул руки в лямки и лишь потом обернулся к фурри, молча мне протягивающей лапу и черепушку алмдамры. И осуществил свою маленькую, но такую сладкую месть:
— Сама неси. Не думаешь же ты, что я этой фигнёй мешок путника пачкать буду?
А снаружи всё ещё лил дождь, пусть и не сплошной стеной, что позволило мне понаблюдать за интереснейшей картиной. Несмотря на воду, падающую с неба, между крыльцом и кучей осыпавшихся когда-то со скалы камней, с большой корзиной в небольших лапках, туда-сюда сновал наш садовник, а по совместительству и хакер, на сегодняшний день освобождённый мной от всех других работ, кроме поиска нужных мне карт. Иногда бобёр оставлял корзину возле кучи, подхватывал камень покрупнее и потешно семеня, нёс его на приёмную площадку рядом с крыльцом. Которое, кстати, тоже не пустовало. На нём статуей застыл наш мажордом, следящий за работой хомо-суслика, правда, время от времени поглядывающий и в сторону входа в пещеру. Когда он в очередной раз начал поворачивать голову, я отступил в темноту, очень уж не хотелось прерывать эту сцену. Вдобавок ко всему, на плече мумии сидел взъерошенный Пушистик, время от времени запускающий искорки по своим длинным волосам. А Блуд, растянувшись вовсю на перилах, снова беззастенчиво дрых.
Ага, вся команда в сборе, — нас дожидаются. И если нахождение мажордома на крыльце объяснимо, — обещал нас здесь дожидаться, присутствие двух малышей понятно, Пушистик от мумии и так далеко старается не отходить, Блуд за компанию, то вот хакер… Понятно, что хомо-бобёр с задачей не справился и как-то пытается оправдаться передо мной. А раз дело дошло до переноски камней под дождём, — похоже, дела совсем швах. Ладно, хоть и надеялся на быстрый положительный исход, ничего совсем плохого не произошло.
Снова выйдя из темноты, я помахал Глюку. А потом принялся смывать вонючую гадость с лица. Успокоился только тогда, когда кожа под пальцами заскрипела. Фома уже топтался рядом со входом и вопросительно засвистел-защёлкал. И без глючьего перевода было ясно, — садо-хакер волнуется и интересуется, как всё прошло?
— Нормально всё, — успокоил я его взмахом. — Сейчас отмоюсь, куртку накину и приду. И ты в избушку иди, не мокни зря.
— Ш-ш-ш, — словно почувствовав моё приближение, открыл сонные глаза Блуд и, извернувшись в шее, поприветствовал. А не, это Пушистик, соскочивший с плеча мажордома, толкнул спящего дракончика под хвост.
— Карт, с возвращением вас, — кивком поприветствовал меня Глюк. — Как всё прошло?
— По-разному, — махнул я рукой. — Живые и непустые и ладно. Добычу потом покажу.
И обернувшись на отправившегося снова таскать камни хомо-бобра, поинтересовался:
— Ты мне лучше расскажи, что с Фомой приключилось? И чего он как оглашенный, вместо того чтобы в сети лазить или в своём саду копаться, камни под дождём таскает? Не вышло ничего с картами? Вину заглаживает?
— Нет, Карт, всё совсем наоборот. Фоме удалось-таки скачать, как карту нашего осколка, пусть и пятисотлетней давности, так и соседних. Кроме этого, в том архиве оказалась ссылка ещё на один ресурс, в котором есть более подробные карты того же периода. Сейчас идёт поиск уже в том архиве. А Фома, быстро глянув скаченную карту, пришёл к выводу, что мы в скором времени всё равно будем перебираться на другое место, и решил не тратить время зря и заняться сбором ресурсов. Думаю, чуть попозже, когда вы изучите карту, вы поддержите его решение.
— Посмотрим, — буркнул я, скидывая большую куртку, наброшенную на плечи прямо поверх заплечного мешка. И с удивлением увидел, как Клык, бросив на каменную площадку для приёма ресурсов, лапу и черепушку, присоединилась, к удивленному этим фактом, Фоме, и принялась таскать камни из кучи. Ладно, это её дело.
— Вот зацени единственную добычу, доставшуюся мне, — протянул я статуэтку мажордому.
Мумия, увидев гаргулью, буквально вцепилась в неё своими перебинтованными ладошками.
— Хам-нетьер, — повторяла она, как заведённая, нежно поглаживая статуэтку, — хам-нетьер, благословенный защитник…
— Кхм, — спустя пару минут, устав ждать, когда мумии надоест умиляться, и она снова войдёт в роль бесстрастного мажордома, привлёк я внимание Глюка. — То есть ты считаешь, что это не рядовая находка, а что-то большее, даже не обращая внимание на описание, данное Системой?
«Сидящая земляная гаргулья.
Входит в набор статуэток: «Гаргульи-охранницы сумеречного замка».
Набор состоит из 17 статуэток.
Свойства: после установки статуэтки на край крыши Сумеречного замка, территория подконтрольных замку земель увеличивается на 10%.
Статуэтка вступает в синергию с другими гаргульями из набора, если они также установлены на крышу замка.
Новые характеристики зависят от комбинаций и количества статуэток».
— Ну… — как-то совсем непривычно начала мумия. — Для начала могу с уверенностью сказать, что вы сейчас мне передали несколько миллионов золотых монет…
А Глюк умеет с козырей заходить! Ну-ка, ну-ка?!
— …Точную сумму можно посмотреть на любом аукционе, причём, как правило, оплата производится не золотом, а кристаллами опыта или умений по согласованию, а также ценными ресурсами или артефактами.
— Опа!
— Щрык? — у замершего возле крыльца Фомы с камнем в руках, видимо, перехватило горло. Клык же лишь заинтересовано стрельнув глазами из-под капюшона, и то, кажется, в мою сторону, легко швырнула каменюку размером со средний арбуз на площадку и, развернувшись, пошла за ещё одним.
— Карт, но я бы не советовал вам продавать эту гаргулью.
— Почему? Если судить по описанию, пользы от неё, — я беззастенчиво намекнул на излишнюю, как мне кажется, эмоциональность мажордома, — не особенно и много. Продав статуэтку, мы можем получить колоссальное количество ресурсов на развитие Сердца замка. А развившись замок за счёт уровней перекроет то преимущество, которое даёт одна статуэтка. К тому же с твоих слов я понял, что шансов заполучить вторую у нас практически нет?
— Вы одновременно правы и не правы, Карт, — озадачил меня ответом Глюк. — Действительно, шансы заполучить хам-нетьера стремятся к нулю. За всё моё время служению Сердцу замка, всем его предыдущим хозяевам не удавалось заполучить статуэтку, хотя они и были готовы выложить миллионы.
Глюк прервался, перевёл дух, ещё раз погладил гаргулью по голове и продолжил.
— Благословенные защитники — альтернативно живые магические существа. Если поместить эту статуэтку на край крыши, то через некоторое время появится вторая гаргулья, а потом и третья и так далее. А когда их будет семнадцать, стая может начать размножаться. И вот тогда есть несколько путей развития, материнская стая либо принимает детей, тем самым дополнительно усиливая и себя, и замок, либо отторгает, и тогда детёныши превращаются вот в такие статуэтки, которые можно продавать со спокойной душой.
— Так просто? Поставил на крышу и жди, пока появятся другие, а потом просто греби бабло даже не лопатой, тут бульдозер нужен будет?
— Не знаю, что такое бульдозер…
— Это трактор такой…
— Но оказавшаяся на крыше сумеречного замка гаргулья либо приманит других, либо улетит… Сразу…
— Твою… — выругался я. — И что делать?
Отвернувшись ото всех, я уселся на медово-жёлтые ступеньки крыльца. Что делать? Шанс заполучить очень редкое, считай эпичное, усиление для замка был более, чем заманчив. С другой стороны, продай я статуэтку, — усилю не только избушку, но и себя. Но и обязательно попаду в зону внимания каких-нибудь заинтересованных лиц, которые уж точно не оставят многомиллионную сделку без своего присмотра. Не оставят. Вот сто процентов. А значит, и замок захотят отжать…
Никто не отвлекал меня от раздумий, Фома вместе с фурри перетаскивали камни, Глюк застыл сзади на крыльце с гаргульей в руках.
— Ладно! — махнул я рукой. — Рискнём.
Одним прыжком заскочил на свободный от тушки Блуда поручень и протянул руку Глюку:
— Давай.
Только поставил статуэтку на край крыши, как её глаза открылись и я увидел, что радужка глаз окрашена в тёмно-коричневый, почти сливающийся с чёрным круглым зрачком, цвет. Гаргулья посмотрела на меня мгновение, ощерилась, демонстрируя белые крупные клыки. Я испуганно отдёрнул руку. Статуэтка же, словно совсем не каменная, повела плечами разминаясь, расправила крылья и, подпрыгнув, взлетела…
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
