Карл у Клары

Глава 1-2

Глава 1 Карл у Клары украл кораллы

Он очнулся на лавке в осеннем парке. Было промозгло и холодно, дико замерзли руки и ноги. Ледяной ветер пронизывал насквозь. Он посмотрел вниз и тихо выругался — голые, почти синие ноги, туфли-лодочки. Поднес к глазам руки и стал рассматривать тонкие кисти и длинные пальцы.

— Твою же налево, — хрипло произнес он. — В какое же тело меня засунули? Это баба что ли или кто?

Вспомнил про свои способности и решил посмотреть на себя со стороны. На лавке сидела тщедушная девчонка в тонком летнем платьице. Волосы серого мышиного цвета были собраны в хвост. Нити белесых бровей, такие же ресницы, светло-серые водянистые глаза и синюшного цвета тонкие губы. Единственным достоинством девчушки была кожа — словно у фарфоровой статуэтки, матовая, нежная, гладкая.

— Вот мне подсунули это серое недоразумение. И как, по-вашему, я должен выживать? — хмыкнул он. — Я же погибну в этом тщедушном тельце. Энергии практически нет, я даже встать не смогу с этой скамейки, так и замерзну. Хорошо хоть рожа не рябая, а то бы еще прыщей на морду налепили.

Он попытался встать, но у него ничего не вышло — тело его не слушалось, да и сил не хватало. Он пошарился в чужих воспоминаниях, но там было пусто.

— Вот гады, специально под меня эту серую куклу создали. Хоть бы одели ее потеплей. Значит, у меня нет ни родных, ни дома, ничего, только вот это глупое платьице и туфельки, и непривлекательная внешность.

На улице практически никого не было. Народ в такую погоду не гулял, а старался быстрей попасть из одного теплого места в другое. В приговоре было сказано, что в новом теле он должен продержаться не меньше года. Если он не сможет его сохранить и погибнет раньше этого срока, то его сущность отправят за ворота Хаоса и спалят в адском пламени.

Раньше он сам мог выбирать или создавать себе тела. Обычно он не заморачивался с созданием, а вселялся в подходящее. В последний раз он был крепким, здоровым молодым мужчиной. А наказали его за то, что он уничтожил целую деревню не ради пропитания, а ради забавы.

— Все равно там жили одни алкаши да древнее никому не нужное старичье, — подумал он, — нашли за что наказывать.

Если бы не эта старая ведьма, то никто бы и не прознал про его забавы. Это она молилась перед смертью так, что ее услышали те, кто за порядком на земле следит. Выдернули его на суд и наказали. Сколько он еще продержится в этом тщедушном теле? Через какое время оно начнет умирать? И сил нет, чтобы встать.

И прикоснуться он ни к кому не может, чтобы хоть как-то восстановить свои силы. Да и запрет на это наложили. Теперь энергия к нему придет от другого человека только тогда, когда до него будут дотрагиваться. По прошлым жизням он прекрасно помнил, что люди не особо любят трогать других. Если, конечно, ты не обладаешь какой-то харизматичной, яркой внешностью и манкостью, но это теперь не про него.

По аллее еле волокла ноги какая-то старуха. Она то шаркала, то прихрамывала, что-то бормотала себе под нос и мотала головой. Бабка подняла голову и уставилась на худенькую девочку, одетую в легкое летнее платье. Она плотоядно облизала губы, окинула девчушку внимательным взором, что-то там себе в уме прикинула и ринулась в ее сторону.

— Ого, а на ловца и зверь бежит, — подумал он, — что-то я совсем забыл и про эту сторону земной жизни.

— Детка, а что ты тут делаешь? — прошамкала старуха.

— Меня мама, — проговорил он гроулом и закашлялся, настраивая связки тела, — меня мама из дома выгнала, — сказал он тихим девичьим голосом.

— Детка, ты совсем замерзла, — старуха провела по девчачьей руке ладонью, — совсем холодная. Идем ко мне, я тебя чаем напою, щами накормлю. Знаешь, какие щи у меня вкусные.

Бабка аж вся дрожала от нетерпения.

— Познакомлю тебя со своим сыночком. Он у меня хороший мальчик, ему совсем одному скучно, — прошамкала старуха.

Она снова дотронулась до руки девочки. Он аж зажмурился, стараясь как можно больше вытянуть сил из старухи за это короткое время.

— Идем, а то замерзнешь и простынешь, — продолжала звать старая, не замечая, как с нее понемногу забирают энергию.

Он смог подняться со скамейки и сделать несколько шагов. Голова кружилась, а ноги словно свинцом налились.

— Сколько же ты так просидела, бедное дитя? — с сочувствием спросила старуха.

— Не знаю, — помотал он головой.

— Я тебя под руку возьму и пошли, — бабка подцепила девочку под руку и поволокла куда-то в сторону пятиэтажек.

Они практически дошли до двора, когда старая его отпустила.

— Уф, что-то я умаялась, а ты не такая уж и легкая. Тебя как зовут?

— Карл, — ответила девочка.

Старуха посмотрела на него с удивлением.

— Как?

В прошлом теле его звали Карл, вот он и ответил на автомате.

— Карлова Клара, — поправила себя девчушка.

— Да, родители у тебя затейники, — усмехнулась бабка, — Но мы уже пришли, сейчас чуток передохнем и пойдем домой, а то что-то я совсем запыхалась.

— Ещё бы, — подумал он с улыбкой, — Зато у меня силы появились.

Сначала он хотел развернуться и уйти от этой старухи, а потом решил, что ему все равно нужно где-то жить, так почему бы не поселиться у нее.

Они вошли в чистый подъезд, подписанный котами, и поднялись на третий этаж. Старуха открыла дверь в квартиру и втолкнула туда девчушку.

— Сашенька, сынок, смотри, кого я привела. Смотри, какая чудная девочка, — крикнула бабка вглубь квартиры.

— Мама, я же просил не приводить домой никого, пока я с теми не наигрался.

Из комнаты вышел худосочный мужчина лет тридцати в растянутой майке и трениках. Волосы на голове были всклочены, а глаза горели каким-то ненормальным блеском.

— Хотя, — он подошел к девчушке и стал внимательно ее рассматривать, — что-то она совсем какая-то бледная, и глаза эти жуткие, как у покойника.

— Накрасишь и нарядишь, как тебе нравится, — усмехнулась бабка, проталкивая девочку в большую комнату.

— Сколько ей?

— Не знаю. Сам спроси.

— Сколько тебе лет? — поинтересовался мерзкий тип.

Карл взглянул на себя в зеркало.

— Может, тринадцать, а может, и семнадцать, груди толком нет, но фигура девичья, — подумал он, — неизвестно, кого предпочитает этот извращенец. Пусть будет пятнадцать.

— Пятнадцать, — пролепетала Клара.

— Н-да, — хмыкнул Саша, — пойдет, хотелось бы помладше, но и эта ничего. Не рыпайся, и всё будет хорошо.

Её втолкнули в большую комнату и закрыли за ней дверь. Карл уселся на диван и стал ждать.

— А жизнь-то налаживается, — подумал он. — Не такое уж и плохое тело мне выделили. Здесь есть с чем поработать.

Глава 2 Жуткая квартира и ее обитатели

Карл сидел в большой комнате и рассматривал обстановку: обычная советская мебельная стенка, заваленная всяким хламом, аляпистый зеленый ковер на стене, синтетический палас на полу, продавленный диван, два обшарпанных кресла и журнальный столик, заваленный журналами и газетами. В углу стояла тумбочка с ламповым телевизором. На окне ярко желтые драные занавески, старый нестиранный тюль и пара засохших цветов в горшках.

— Интересно, какой сейчас год? — подумал он. — Похоже на девяностые. Вот меня куда эти черти занесли.

Он порылся на журнальном столике, пытаясь понять в каком году находится, но вся периодика была от разных годов.

Почему-то тело стремительно начало терять энергию.

— Это еще что за новости? Раньше никогда такого не было.

Потрогал свои руки и понял, что замерзает. Холодно в комнате.

— Не топят, что ли еще? — поелозил он на диване.

Подошел к шкафу и распахнул дверцу, стал рассматривать разнокалиберное барахло, сдернул с вешалки какую-то жуткую кофту с люрексом и напялил на себя. Практически утонул в ней.

— Главное, что тепло.

Снова вернулся на диван. В квартире стоял непередаваемый запах — пахло тухлятиной, кровью, мясом, страхом, какой-то кислятиной, болью, человеческими испражнениями и псиной.

— Псиной? — он поморщился.

Животные не переносили их род. Домашний скот при встрече с ними убегал, а вот собаки и кошки вели себя по-разному. Кошачье отродье обычно бросалось на них и атаковало, стараясь причинить как можно больше вреда. А вот собаки — непонятно, что у них было на уме, кто-то защищал свое жилье и своих хозяев, а кто-то равнодушно смотрел на происходящее, некоторые убегали, поджав хвост. Не хотелось бы расставаться с этим телом и быть загрызенным.

В животе утробно заурчало, энергия снова стала падать.

— И тело мне какое-то несовершенное подсунули, — подумал Карл, — Ну, да у них явно стояла задача меня угробить, а не дать выжить.

В коридоре ругались мать с сыном.

— Не включай пока музыку, у меня голова раскалывается и давление скакануло, — говорила на повышенных тонах бабка.

— Ты хочешь, чтобы все соседи слышали, чем я тут занимаюсь? — взвизгнул сыночек.

— Ты потерпеть не можешь полчаса?

— Нет-нет, почему я должен терпеть?!! Я хочу, мне надо, я не могу без этого, мне плохо. Ты понимаешь, мне плохо? — визжал он на высоких нотах. — Ты, ты, ты меня не любишь, я выброшусь в окно. Нет, я сначала убью тебя, а потом выброшусь в окно. Ненавижу, ненавижу тебя.

— Неблагодарный, я всё для тебя делаю! - возмущенно воскликнула старуха.

— Да пошла ты.

Входная дверь хлопнула, и в квартире стало тихо. Клара тихонько пошкрябалась. Дверь тут же распахнулась, и перед ней предстала тетка с перекошенным лицом.

— И не старуха она вовсе, что мне там так показалось? — подумал он.

— Чего тебе? — зло спросила она.

— Я есть хочу, — пролепетала Клара.

— Еще одна нахлебница, — поморщилась хозяйка квартиры.

Из-за нее выглядывала огромная черная псина, которая в зубах держала ребро.

— Человеческое, — отметил Карл про себя.

Собака окинула его безразличным взглядом и ушла догрызать свою кость куда-то вглубь коридора.

— Иди на кухню, там тебе Надька каши положит, — сказала тетка.

— Надька?

— Дочка моя.

— Хорошо, — кивнула Клара и направилась на кухню.

— А ну стоять, — скомандовала тетка, — Ты чего мою приличную кофту на себя напялила? Сымай давай.

— Так холодно же, не топят еще.

— Ничё, сынок придет, он тебя согреет, — она мерзко засмеялась.

— Не буду снимать, — Клара посмотрела на хозяйку квартиры исподлобья.

— Ах ты мерзкая маленькая шлюшка, — тетка со всей силы ударила по плечу Клару и сразу отлетела от нее к входной двери.

— Ох, ох, — стала она растирать руку. — Это что такое? Ты с вешалкой что ли ее напялила? Я руку не чую совсем.

— Ещё бы, — хмыкнул Карл. — Зато я немного подкормился.

Девчушка развернулась и потопала на кухню. За столом сидела молодая баба и ела кашу с мясом из миски. Она посмотрела на Клару безучастным взглядом.

— Мне бы покушать, — тихонько сказала девочка.

— Сама себе наложи, вон в кастрюле, — она кивнула на плиту.

Карл открыл крышку, и его чуть не вывернуло.

— Вот твари, — подумал он, — А еще говорят, что мы нечеловеческое отродье. Мы хоть не жрем себе подобных.

Он выбрал кашу, отбрасывая от нее куски мяса. Наложил себе полтарелки. За стол садиться не стал, расположился около окна и стал потихоньку поедать кашу. Смог съесть пару ложек, больше не лезло, слишком сильный запах был у блюда.

В коридоре верещала хозяйка жилья, в ее правой руке так и не появилась чувствительность. Зато Карл себя чувствовал отлично. В принципе, можно было бы и свалить из этого адового места, но идти было некуда.

— Какое сегодня число? — спросил он у Надьки.

— Тридцатое октября, — ответила она.

— А год?

— Девяносто пятый.

— Свезло, — хмыкнул Карл. — Еще бы меня во времена чумы в Европу засунули или разгула инквизиции.

Остатки каши были отданы собаке.

— Сама потом убирать будешь. Она уже какой месяц сидит на мясе, — фыркнула Надька.

Она помыла за собой миску и вышла из кухни.

— Мать, я пошла. Хватит верещать, намажь чем-нибудь руку. Голова от твоих воплей болит, — сказала баба. — И это, девка какая-то странная, я бы ее выгнала.

— Ты чего? Нам потом от Сашеньки достанется, сама знаешь, каким он бывает, когда в бешенстве.

— Мне кажется, проблем с ней огребем. Она не собаку не боится, да и вообще ведет себя, словно в гости зашла, ничего ее не пугает.

— Просто маленькая еще, ничего не понимает. Сашка ее быстро в чувства приведет.

— Угу, приведет, — усмехнулась Надька. — Как бы она его не привела.

— Ты же все равно сейчас мимо затопленного котлована пойдешь, захвати мешок, выкинешь все, — сказала ей мать.

— Вот не надо мне этого. Это ваши с Сашкой дела, не нужно меня в это еще вмешивать. И так квартиру незнамо во что превратили, еще и помогать я вам в этом должна. Обойдетесь.

Надька ушла из дома, а маманя направилась в кухню.

— Чего тут торчишь? Украсть, поди, чего хочешь? — прищурилась она, с подозрением поглядывая на Клару.

Карл оглядел обшарпанную кухню, заваленную мисками, кастрюлями, банками и ведрами.

— Ага, вон ту кастрюлю на десять литров, — хохотнул он.

— Вот дурында. Пошла вон из кухни.

Клара вернулась снова в большую комнату. Тетка потопала за ней следом. Она включила телевизор, уселась в кресло, достала вязанье и попыталась что-то там повязать.

— Что же у меня с рукой, — поморщилась она. — Никогда такого не было. Это все ты виновата, напялила мою кофту и снимать не захотела. Сашка придет, чтобы сняла, а то он ее всю изгваздает.

Из соседней комнаты донеслись стоны и всхлипывания. Тетка встала со своего места, прикрыла дверь в зал и прибавила звук у телевизора. Клара свернулась клубочком на диване и задремала. Хозяйка смотрела какой-то сериал и комментировала его.

Вдруг в коридоре раздался грохот. Тетка быстрой ланью рванула на балкон и закрыла за собой дверь. В комнату ворвался Сашенька и с силой сдернул Клару с дивана. Схватил ее за шею и поволок в соседнюю комнату. От мужчины разило алкоголем. Он включил свет в спальне, и перед Кларой предстала ужасная картина. На кровати совершенно голая лежала молоденькая девушка. Все ее тело было покрыто язвами, ранами и ожогами. В углу, на полу, в позе эмбриона валялась другая. Обе еще были живы.

— Смотри, смотри, что я могу, что я с ними сделал. Это я все сделал, — орал он.

Карл смотрел на них безучастным взглядом, за свою долгую жизнь он повидал всякого. Сейчас его волновало только одно — энергия, которая бешеными импульсами поступала в его тело. Там такой был коктейль из разных чувств, что ему немного вдарило в голову. Только бы это животное не убрало руку от шеи.

— Ты чего? — тряхнул он ее, как котенка. — Ты не понимаешь, что я могу сделать с тобой то же самое?

Саня ожидал от нее страха, мольбы о помощи, ужаса в глазах, а получил полное безразличие.

— Ага, ты впала в ступор от страха!!! — торжественно и зло сказал он. — Я сейчас тебе покажу, я тебе покажу.

Он отшвырнул от себя Клару и кинулся к магнитофону, но на полдороги запнулся и упал.

— Это что за фигня? — с удивлением спросил он, пытаясь подняться, но у него ничего не получалось.

— Дядя, меньше пить нужно, — сказала Клара.

Девочка подошла сначала к одной жертве, пощупала пульс, послушала дыхание, затем к другой.

— Н-да, — поморщилась она. — Могут и не дотянуть до утра, а я так толком и не поела. Что же с вами делать-то?

Глава 3-4

Глава 3 Несовершенство тела

Когда-то давным-давно, несколько тысяч лет назад, был создан Карл. Имя он имел другое, да и внешность тоже нечеловеческую. В его функции входило защищать и оберегать слабых, но со временем что-то где-то сломалось, и всё пошло по-другому пути. Периодически «заводские настройки» включались, и ему приходилось следовать своему предназначению. Вот и сейчас Карл не мог нормально соображать, когда видел беззащитные тела перед собой. Это тебе не алкашей пугать до смерти в заброшенной деревне.

Он чертыхнулся и вышел из комнаты, оставив там жертв и палача. Последний ползал по полу и что-то мычал нечленораздельное, пытаясь подняться.

— Вот оно мне надо? — спрашивал себя Карл. — Надо, а? Я еще до конца не пришел в форму. Тетка тут еще где-то бродит, ей бы закусить. Но ведь не проживут они при таком раскладе еще сутки.

Карл чуял, что где-то рядом бродит смерть, но у девчонок еще был небольшой шанс на выживание. Он стал перебирать на вешалке верхнюю одежду, надо найти что-то, во что можно было завернуть девушек. Снял какую-то куртку с крючка.

— Это чего ты тут делаешь? Сбежать хотела? Зачем тебе Сашенькина курточка? — из большой комнаты выскочила тетка. — Что ты сделала с Сашенькой, стервь?

Клара повернулась к тетке, прижимая куртку к груди. Хозяйка квартиры схватила ее за руки, чтобы обратно втолкнуть в спальню к сыну, но застыла на месте. Она вперила свой взор в бледные водянистые глаза Клары и зависла.

— Только бы не сожрать ее полностью, — промелькнула у него мысль в голове.

В этом воплощении ему было запрещено убивать, но обороняться никто не запрещал, да и вредить тоже. Он чувствовал, как по всему телу, по всему его существу бежит живительная сила. Постепенно лицо у тетки стало меняться, начиная от изумления и заканчивая ужасом. Она посерела, стала еще хуже, чем была. Вдруг закатила глаза и обмякла, выпуская из своих ладоней руки девочки. Клара наклонилась, нащупала пульс.

— Вот и ладненько, — сказал он сам себе и вернулся в комнату.

Не успел сделать пары шагов, как в его ногу вцепился Саша. Он что есть силы дернул ее на себя, и Клара потеряла равновесие. Она упала и ударилась головой. Сознание отключилось.

— Да уж, наказывать так наказывать, дали мне самое несовершенное тело. Где тут рубильник, который включает свет?

Он шарился по подсознанию, пытаясь привести себя в чувства. Очнулся от смрадного запаха. На Кларе елозил Саша, пытаясь задрать на ней дурацкую бесформенную кофту.

— Я тебе покажу, как меня не слушаться, ты у меня сейчас узнаешь, какие бывают настоящие мужики. Правду мама говорит, что вам только этого и надо, — пыхтел он.

Клара повернулась к нему лицом.

— Не смотри на меня так, — взвизгнул Сашенька, — у тебя такие ужасные глаза. Сейчас я от них избавлюсь.

Откуда-то в его руках появился нож, и он замахнулся на Клару. Девчушка инстинктивно отвернулась и закрылась рукой. Нож прошелся сквозь ладонь и срезал несколько прядей с головы. Кровь из раны ливанула на лицо Клары. Вдруг ей захотелось залезть в голову мерзкого типа и всё там перемешать, чтобы он забыл, как правильно есть, ходить и разговаривать. Когда-то давным-давно он уже проделывал такие трюки, но сейчас не знал, остались ли в нем эти способности.

Клара схватила своими тоненькими пальчиками за голову чудовища и, глядя ему в глаза, начала издавать гортанные звуки и произносить какие-то слова на неизвестном языке. Она чувствовала, как энергия от «жертвы» вливается в ее пальцы, как плавятся у него мозги.

— Не убей, — в голове включился тумблер.

— Да и шут с тобой, — прорычал он и отбросил безвольное и слабое тело с себя. — Надеюсь, желток у него превратился в гоголь-моголь.

Посмотрел на свою руку, на ладони осталась только царапина.

— Ну хоть заживает быстро и то хорошо, не так уж все и плохо.

В дверях появилась псина и недобро стала скалиться. Чует собака, что скоро ее довольствия лишат.

— Будешь вести себя хорошо, и я не сверну тебе шею. На счет живности указаний не было, — осклабилась Клара.

Псина гавкнула для порядка и ушла в другую комнату.

— Такая же, как и хозяева, только со слабыми и может воевать.

Клара завернула девушку, лежащую на кровати, в куртку и попыталась ее поднять. Однако ничего у нее не получилось.

— А силенками тебя обделили, — хмыкнул Карл.

Девушка приоткрыла глаза.

— Беги, — еле прошептала она.

— Вставай, болезная, потопали из этого адового места, — сказала Клара.

— Я не могу.

— Жить хочешь, тогда вставай.

— Не хочу, — там помотала головой, и слезы потекли по щекам.

— Мы так не договаривались. Я тут чуть глаз из-за тебя не лишилась, а ты тут не хочукаешь.

Клара кое-как сдернула девушку с кровати и подхватила ее за талию, закинув ее руку на свое плечо. Она поволокла ее в коридор и остановилась около входной двери. Та была закрыта на ключ. Поискала по стене, ничего подходящего не увидела. Глянула на хозяйку квартиры, которая валялась тут же без сознания. На шее на веревке болтался ключ. Клара рывком сдернула его, придерживая одной рукой девушку. Открыла дверь и выволокла несчастную жертву на лестничную площадку.

Спуститься смогли только на один лестничный пролет и упали между этажами. Клара встала и попыталась поднять девушку с пола, но у нее ничего не получалось.

— Вот выдали же такое никчемное тулово, — злился он.

Внизу послышался какой-то шум, кто-то поднимался по лестнице. Запахло перегаром.

— Опять какая-то пьянь, — подумал Карл, — Зачем люди пьют? Сколько раз и пугали их, и разное всякое показывали, и все равно никак не напьются.

Клара не оставляла попыток поднять жертву с пола.

— Совсем молодежь оборзела, ни стыда, ни совести, уже в подъездах колются, — послышалось позади нее возмущенный грубый голос.

Она обернулась.

— Надо состроить жалобное лицо, заплакать. Как они это делают? — мелькнуло в голове у Карла.

Он скривил мордочку и залепетал тоненьким голосочком.

— Дяденька, помогите нам. Нас в квартиру заманили и мучали. Мы смогли сбежать. Вызовите, пожалуйста, скорую помощь и милицию.

— Ох, ты, — мужичок лет сорока посмотрел на Клару.

Часть лица и волосы у нее были залиты кровью.

— Да вы же, как моя дочка, такого же возраста. Где он, где? Я его сейчас, — мужчина сжал кулаки.

— Не надо, нам бы скорую.

— Я сейчас, там коробок на улице стоял. Я к ним быстро. От них и скорая быстрей будет.

Он побежал вниз, а Клара плюхнулась на пол рядом с измученной и израненной девушкой.

Глава 4 Награда нашла героя

Клара всё пыталась уложить полуголую девушку на пол площадки, так, чтобы она сильно не замёрзла.

— Карл, что ты делаешь, брось её и вали из этого места. Сейчас набегут люди, а может, и не только люди. С твоим телом сейчас лучше от всех держаться подальше, — думал он, но ничего не мог с собой поделать.

Услышал шаги в подъезде и повернулся, думая, что это вернулся тот самый дядька. Однако по лестнице поднималась Надька. Видно, она зачем-то вернулась.

— Ты?! — воскликнула она. — Вот дрянь мелкая, сбежала и ещё эту с собой прихватила! А что там с матерью и братом? А ну быстро вернулась домой! Нам проблемы не нужны.

Женщина схватила за руку Клару и потянула на себя. Однако зацепилась взглядом за блёклые глаза девочки и застыла. Через мгновение она отпустила её руку, сделала шаг назад и покатилась вниз по лестнице спиной. Послышался хруст и щелчок.

— Вот чёрт, — выругался Карл. — Из-за этой овцы придётся отправляться в мир Хаоса. Приспичило ей подохнуть в самый неподходящий момент.

Надя свернула себе шею и смотрела в потолок невидящим взором.

Тут же на лестничной клетке появился товарищ, смотрящий за сумеречными преступниками. Одет он был в чёрный фрак, концертные брюки и белую манишку. Карл приготовился к переходу. Господин посмотрел на него, затем на тётку со свернутой шеей. На полу застонала полуголая девушка. Он глянул на жертву.

— Хм, ну пусть живёт, — сказал товарищ и прикоснулся к Наде.

— Так у неё же это, шея того и, кажется, позвоночник.

— Можно жить и с перебитым позвоночником, — хмыкнул смотритель и исчез.

Надька вдохнула полной грудью и закрыла глаза. Она так и осталась лежать в такой неестественной позе, но уже была живой.

Клара уселась на пол, положила голову девушки к себе на колени, стала гладить её по спутанным волосам и что-то напевать. Мамы у него никогда не было, в тела детей он не попадал, откуда лилась эта песня, понятия не имел. Девушка затихла и задышала ровно, её глаза были закрыты, а на измученном лице появился лёгкий румянец.

-------

Мужчина выскочил на улицу и направился к коробку. Дверь милицейской машины была приоткрыта, и оттуда лился популярный трек.

— Не прячь музыку, она опиум для никого, только для нас, — орала кассетная магнитола.

Неподалеку стояла стайка ночных бабочек в коротких юбках, ядреных лосинах и кожаных косухах в ожидании клиентов. Вероятнее, концерт давался по просьбе жриц любви, чтобы им не так скучно и холодно было стоять на ветру.

Сосед подбежал к машине и открыл дверь.

— Ребятки, помогите, там девчонки на площадке лежат, их этот психический мучал, — он начал сбивчиво говорить.

— Мужик, иди проспись, тебе всё показалось, — сказал один из представителей правопорядка.

— Да я выпил-то чуть-чуть после работы, по стопарику с ребятами. В голове хмеля нет, только запах остался. Они там все в крови. Девчонка как моя дочка, такая же соплюшка, лет тринадцать ей.

— Так девки сейчас такие пошли, сами лезут, а потом ноют, — ответил второй.

— Ребят, но это же я, дядя Вова. Серега, Леха, я же вас с детства знаю. Ну стал бы я куда ломиться на ночь глядя, да еще в такую погоду? Или, по-вашему, я белку словил? Так я же не запойный, простой работяга.

— Ладно, дядь Вов, глянем мы на твоего психического, всё равно уже от сидения на жопе ноги затекли, разомнемся. Но если ты обманул, то с тебя пузырь.

— Хорошо, — кивнул мужчина.

Парни вышли из машины и ленивой походкой двинулись за дядей Вовой.

— Может, скорую вызовете? — спросил он.

— А если их там уже нет? Нам за ложный вызов влетит.

Зашли в подъезд, поднялись на второй этаж и обалдели — на полу лежала Надя без сознания. На площадке между этажами сидела тощая девчонка в огромной кофте и качала на своих коленях полуголую, истерзанную девушку.

— Ты в квартиру, а я пойду вызову скорую и подмогу, — велел один милиционер другому.

— Там собака, — сказала девчонка.

— Я туда не полезу, я собак боюсь. Лучше здесь посижу, подожду. Ох и вонища в подъезде. Кто-то сдох, что ли? — поморщился парень.

— Это из их квартиры воняет, — пояснил дядя Вова. — А вот этой тут не было. — Он кивнул на Надьку.

— Она хотела меня назад вернуть, в квартиру затащить, оступилась и свалилась с лестницы, — пояснила Клара.

— Блин, и эта там живет. А они вообще где все? Почему дверь открыта и никто не выходит? — поинтересовался милиционер.

Он так и не решился заглянуть в квартиру.

— Парень тот напился, да и бабка, наверно, я в этом не разбираюсь, — ответила девчонка. — А я смогла сбежать, вот только недалеко.

Один из милиционеров убежал вызывать подмогу и скорую. Сосед пошел к себе. Через пару минут вынес одеяло и какую-то подстилку.

— Ты, дочка, не сиди на холодном, а то простынешь, и эту давай в одеяло завернем, — сказал он.

Девушку укутали в одеяло, а Клара села на тряпичный коврик. Рядом, на ступеньках, курил второй парнишка-милиционер. Дядя Вова немного потоптался около них и ушел к себе.

— Там еще одна девушка в квартире осталась, — сказала Клара. — И собака у них людей ест.

Она продолжала поглаживать по голове девушку.

— Может, к нам в машину пойдешь? Там тепло, — предложил он.

— Нет, я с ней посижу.

— Ноги-то голые, совсем синие. Колготки где? — спросил милиционер.

— Там, — она показала пальчиком на открытую квартиру.

— Вот выродок, — парень поднялся со своего места и решил пойти туда.

— Не ходите, там собака. Подождите подкрепления.

— У тебя вот кровь на лице и волосах. Он тебя в голову куда-то ударил? — спросил лейтенант.

— Нет, в ладонь, я прикрывалась рукой. Там ерунда, царапина, просто крови много вылилось.

Она показала ладонь с запекшейся кровью.

— Сколько тебе?

— Пятнадцать.

— Моей сеструхе столько же, — он замолчал. — Куришь?

— Нет, — Клара помотала головой.

— А то бы я угостил. Как к ним попала?

— Я не местная, заблудилась. Бабка предложила меня проводить, сказала, что только авоськи дома оставит. И вот.

— Да и верь людям, — парнишка тяжело вздохнул.

Они сидели на площадке между этажами и ждали подмогу...

Глава 5-6

Глава 5 Нашлось место для ночлега

В какой-то момент в подъезд набежали люди в погонах, в штатском, в белых халатах и даже в пожарных бушлатах. Периодически останавливались около Клары, наклонялись, спрашивали, поддерживающе и сочувственно поглаживали по руке или похлопывали по плечу. Карлу однозначно нравилась вся эта суета. Энергии было столько много, что ее можно было брать так, из окружающего пространства. Что он и делал.

Собаку усыпили, и из квартиры вынесли сначала девушку на носилках, потом мать изувера. Когда носилки проносили мимо Клары, тетка извернулась и вцепилась в ее руку.

— Это ты, тварь мелкая, во всем виновата, это из-за тебя, гадина такая, все произошло, — прошипела она и попыталась Клару больно ущипнуть.

— У вас тут что-то не то, — сказал Карл и ткнул тетке в лоб, послав импульс, который убрал связь мозга с телом.

У женщины резко перекосило и поплыло лицо. Она с ужасом смотрела на Клару, силясь что-то сказать, но язык не ворочался, а рот не открывался.

— Можно и не убивать, — подумал он, — тоже неплохой вариант.

Там в квартире по полу ползал Сашенька. Он не понимал, что происходит. Вернее, имелось понятие, что всю его «малину» накрыли, а вот никак не соображал, что происходит с его телом — оно жило какой-то своей жизнью. Дверь в комнату прикрыли, и его молча били по стратегически важным органам несколько здоровых мужиков минут пять. Затем также молча вышли из комнаты и выволокли его на площадку.

— Он дебил? Ничего не говорит, только мычит и башкой мотает? — спросил один товарищ в погонах другого в штатском.

— Да придуривается, хочет за шизика скосить. Типа психа из себя корчит.

— У него хорошо получается. Всех в больницу отвезли?

— Нет, вон девчонка осталась на площадке стоит, — кивнул мужчина в штатском в сторону лестницы.

— Так и ее надо в больницу.

— Она сказала, что у нее ничего не болит.

— Мало ли что она сказала. Ребенок может находиться в шоке и ничего не соображать. У нее пол-лица в крови. Совсем, что ли, как этот ублюдок юродивый? — возмутился гражданин в погонах.

— Ну, а опрашивать кого? - спросил его второй.

— В больнице опросите, успеется.

— Сейчас я ее тогда до скорой провожу, если еще не уехали.

Кларе помогли спуститься вниз и довели до скорой, которая уже собралась трогаться с места.

— Тут еще одна жертва, — сказал гражданин в штатском врачу скорой.

— Пусть садится, в дороге осмотрю, — махнул он рукой.

Девочку запихнули в машину скорой помощи. Кларе все равно некуда было деваться, не бродить же ночью по городским улицам, ища себе новые приключения.

— Чего болит, откуда кровь? — тут же спросил врач.

— Голова болит, — вздохнула Клара, — а кровь из ладони. Он меня ножом в руку ткнул.

— Покажи, — потребовал мужчина.

— Да там царапина, ничего серьезного, — девочка помотала головой.

— Покажи, — скомандовал он.

Клара вздохнула и протянула руку.

— Хм, действительно царапина, — ответил он, потерев ладошку проспиртованной ваткой. — Ладонь у тебя какая-то странная, нет на ней линий.

— Уж такой уродилась, — сказала она и вырвала свою руку. — Будет шрам от ножа — вот и первая линия.

Девчушка на носилках застонала. Врач поправил капельницу.

— Потерпи, милая, сейчас до больницы доедем, — сказал он.

Мужчина посмотрел в окно.

— Веселая сегодня смена будет, — вздохнул врач. — Этот тебя по голове ударил или что?

— На пол меня уронил, — ответила Клара. — Я даже отключилась на несколько секунд.

— А других действий не производил, не бил тебя?

— Может, и бил, я же в отключке была, а больше ничего не было. Если вы про это.

— Ясно. Но живот, спина, другие места не болят? - уточнял врач.

— Нет, только голова.

— Угу, — кивнул доктор.

Он достал бумаги из портфеля и стал их заполнять, грациозно балансируя, когда машина наезжала на кочки или попадала в ямки. Больше ничего такого он не спрашивал. Клара смотрела в темноту окна и думала, как же ей дальше быть.

Их привезли в больницу. Каталку с покалеченной девушкой увезли сразу, а Клару усадили в приемном покое всё оформлять.

— Документы какие-то есть с собой? — спросила врач.

— Нет, — ответила она.

— Почему?

— Я не знала, что попаду в больницу.

— Ладно, потом родственники всё довезут.

— Угу, — он не стал спорить с врачом.

— Фамилия, имя, отчество, год рождения, место проживания, — в большой журнал стали вписывать данные поступившей.

— Карлова Клара Карловна, тысяча девятьсот восьмидесятый год, 29 февраля. Деревня Тихая, улица Советская, дом три.

— Это где же такая деревня находится?

— В нашей области, в трехстах километрах от города, — продолжил сочинять Карл.

— А тут ты где проживаешь? - поинтересовался дежурный врач.

— У тетки угол снимаю. Учиться приехала.

Как-то легенда у Карла легко складывалась.

— Техникум, училище? — спросила женщина.

— Училище. Номер не помню.

— Ясно. Надеюсь, потом вспомнишь. Адрес городской помнишь?

— Нет, — ответила Клара.

— Ладно. Давай твою голову посмотрим.

Она проверила зрачки, попросила пройтись по кабинету, спросила про тошноту и головокружение, нащупала шишку на затылке Клары. Девушка поморщилась, голова действительно побаливала. Доктор попросила раздеться и осмотрела тело на предмет синяков и ссадин. На боку у Клары красовался знатный кровоподтек. Значит, этот упырь ее все же ударил.

— Ты пока умойся, а я все запишу. Еще тебе нужно будет пройти осмотр у гинеколога, — сказала женщина.

— Обязательно? — насупилась Клара.

— Ну, тут такое дело, так что обязательно. Ты не переживай, там врач хороший, не обидит тебя. Просто поговорит и аккуратно всё посмотрит.

— Ладно, — вздохнула она и подошла к раковине, чтобы умыться.

«Лучше бы я ушел из этого подъезда», — подумал Карл. — «Еще мне всяких процедур не хватало».

Осмотр действительно прошел быстро и безболезненно. Ее спросили про половую жизнь, про нападение, помяли живот и взяли анализы.

После этого Кларе выдали больничную одежду и велели переодеться. Нянечка подняла ее на лифте на третий этаж больницы и передала на руки постовой медсестре.

— Есть хочешь? — спросила медсестра.

— Не отказалась бы.

— Ужин у нас уже прошел, но в столовой есть сухари и холодный чай. Как самочувствие?

— Средней паршивости, - поморщилась Клара.

— Это и понятно. Страшно было? — сочувственно спросила медсестра.

— А вы как думаете? — спросила Клара.

— Думаю, что да.

— Ну вот, а чего спрашиваете.

Она завела Клару в палату и показала на кровать, на которой лежал комплект постельного белья, одеяло и подушка.

— Столовая там, — махнула она по коридору. — Особо не шатайся, если плохо станет, подойдешь ко мне на пост.

— Хорошо.

Карл осмотрел обитателей палаты — две девочки лет по десять-одиннадцать и мама с малышом, ничего особенного. Хотя с мамкой могут быть проблемы. Он вышел из палаты и побрел в сторону столовой, его тело требовало еды. Налил себе ледяной чай из большой кастрюли, подтянул тарелку с сухарями и стал флегматично жевать.

Через пять минут в столовую ввалилась компания из трех мамок. Они уселись за стол с Кларой и стали ее обо всем расспрашивать.

— Я не хочу об этом говорить, — ответила девочка.

— Почему? — поинтересовалась одна из мамок. — Мы же никому не расскажем.

— Не хочу.

В столовую влетела медсестра и начала ругаться на женщин.

— Я сейчас вас всех быстро выпишу за нарушение режима, а детей ваших отправлю в детдом, если они вам не нужны. Устроили тут посиделки. Оставьте ребенка в покое. Быстро по палатам разошлись, — рыкнула она на них.

— Развякалась тут, командирша фигова, — сказала одна из мамок.

Тетки встали из-за стола и ленивой походкой вышли из столовой.

— Они ведь тебе не дадут житья, так и будут ходить за тобой с расспросами, — вздохнула медсестра. — У нас палата есть на две койки, мы туда обычно тяжелобольных кладем или мамок с орущими младенцами. Давай я тебя туда переведу.

— Мне все равно, — Клара пожала плечами.

— Доедай и подходи ко мне. Я тебе покажу твое новое место обитания.

— Хорошо.

Клара догрызла очередной сухарь и вышла из столовой. Постовая сестра проводила ее в другую палату. Там было темно, тихо, и кто-то спал на соседней койке. Девочка быстро застелила себе постель и улеглась на кровать. Через пару минут она провалилась в сон.

Глава 6 Вот это встреча

Сквозь сон Клара слышала, как плакал маленький ребенок, как по палате шаркала какая-то женщина.

— Не плачь, детка, тихо-тихо, — шептала она, — Это все сон, все уже прошло, спи, моя куколка, спи. Тихо-тихо, не надо будить соседку.

После женщина возвращалась назад на свою койку, долго ворочалась, вздыхала и засыпала. Через час-полтора снова раздавался плач, и она поднималась с кровати и возвращалась к ребенку, уговаривала, успокаивала, тихонько пела песенку. И так всю ночь. Карла это не волновало, тело хотело спать.

Утром проснулся от того, что щелкнула кнопка выключателя. В палате затрещали лампы дневного света. Открылась дверь, и вошла медсестра. Она раздала градусники и пошла дальше.

— Я только задремала, — вздохнула женщина, забирая градусник.

В кроватке с бортиками сидела девочка лет трех и прижимала к себе одноухого зайца. Она не сводила своего взгляда с Клары.

— Баба Нина, а это кто? Откуда она взялась? — спросила она. — Вчера ее не было тут. И я ее боюсь.

— Я Клара. Меня вчера на скорой привезли, — ответила девушка.

— А у тебя что болит?

— Голова.

— У меня тоже голова болит, — ответила девчушка и улеглась назад в кроватку.

— Мы, наверно, вам всю ночь не давали спать? — извиняющимся тоном сказала женщина.

— Нет, я спала, — помотала головой Клара. — Вы мне не мешали.

— Вот и хорошо, а то Лилечка после аварии плохо спит, пугается, плачет.

Клара крутила градусник в руках и внимательно его рассматривала.

— Что это? — спросила она.

— Это градусник, температуру мерить. Ты разве никогда не болела? — удивленно спросила соседка по палате.

— Нет.

— Его нужно вставить в подмышку.

— Интересно.

Девушка впихнула его под рукав кофты.

— Нет, — рассмеялась женщина, — не так, чтобы касался голого тела.

— Ясно.

Карл засунул его в подмышку, и через секунду градусник лопнул. Он быстро его вытащил и с удивлением посмотрел на осколки.

— Ох ты ж, — взмахнула руками баба Нина, — да что же это такое.

Клара случайно порезала себе руку.

— Иди скорей в процедурную или на пост, пусть тебе руку обработают, — сказала ей соседка по палате.

Пришлось Кларе топать на пост и ловить медсестру.

— Вот, — она положила ей на стол разбитый градусник, — и вот.

Она протянула руку, с которой капала кровь.

— Ты чего делаешь? Весь стол и журнал мне заляпала, бестолочь. В процедурную иди. Я сейчас тут все уберу и приду.

Через пять минут медсестра обработала ей руку.

— Ты как ухитрилась градусник так разбить? — спросила она.

— Не знаю, он сам, — пожала плечами девочка.

— Там у тебя соседка с маленькой девочкой. У нее сын со снохой в аварии разбились, ребенок чудом выжил.

— Угу.

— Ты бы голову помыла, а то волосы все слиплись, — сказала медсестра.

— А чем?

— Мылом или шампунем.

— У меня ничего нет, - ответила Клара.

— Ну, я не знаю. Родным скажи, чтобы принесли. Всё иди в палату, мне смену сдавать нужно, — отмахнулась девушка от нее.

После завтрака к ним заскочила вертлявая молодая врач в синтетическом белом халате. Быстро всех осмотрела, перекинулась парой слов с бабушкой Ниной и побежала дальше.

Клара лежала на кровати, завернувшись в огромную кофту, и смотрела в одну точку на стене. В палату к ним заглянула медсестра.

— Карлова, иди в кабинет старшей медсестры, к тебе пришли, — сказала она и убежала по своим делам.

Девочка вышла из палаты и стала искать, где же находится этот кабинет. В открытую дверь увидала высокого сухопарого мужчину, который сидел за столом и что-то писал. В груди что-то екнуло. Карл точно знал, что ему сюда.

— Можно? — спросил он, заглядывая в кабинет.

Мужчина поднял голову и посмотрел на него бесцветными бледно-серыми глазами.

— Да, заходи и дверь прикрой.

Клара прикрыла дверь и устроилась на стуле напротив мужчины.

— Я следователь по вашему делу, Андрей Дмитриевич Молохов. Девочек мы уже опросили, осталась ты, Карлова Клара, — его тонкие губы растянулись в странной улыбке.

Девочка поежилась на стуле.

— Да не переживай, я не по твою душу, просто так сложилось. А я-то еще думал, что кто-то из наших поработал, почерк характерный. У людей все же не бывает таких совпадений, чтобы разом все гнусное семейство скопытилось.

Клара смотрела на него исподлобья и ничего не говорила.

— Я так понимаю, что это тело ты не сам выбирал? — спросил его следователь.

— Нет.

— И за что же такое наказание?

— Было за что. А тебя за что наказали? — поинтересовался Карл.

— Нет-нет, у меня не было никакого наказания, — рассмеялся мужчина. — Мне самому захотелось быть здесь, в этом теле. Понимаешь, смутное время, много возможностей, ну и просто нравится эта работа. Расскажешь всё, как было на самом деле, или версию для следствия?

— При желании ты сам всё сможешь увидеть их глазами.

— Ну да, ты наследил знатно, — усмехнулся следователь. — Ладно, особо рассуждать некогда, работы много. Сейчас я включу диктофон, и мы всё запишем.

— А он сможет уловить мой голос?

— Ты же в человеческом теле, он всё сможет. Только добавь немного живости в голос, эмоций.

— Попробую, - кивнула она.

Клара начала свой рассказ, периодически следователь задавал вопросы и показывал знаками, что нужно заплакать или заволноваться. Затем он выключил диктофон и прослушал начало записи.

— Бывает, что перестает писать, — пояснил он, перемотав на середину, а затем на конец.

— Ясно.

— Есть хочешь? — спросил Андрей Дмитриевич.

— Очень.

Следователь из портфеля вытащил «Сникерс» и кинул его на стол.

— Держи. И ты бы это, голову что ли помыл.

— Чем? У меня тут ничего нет. Или у соседки отнимать мыло? У тебя там в портфеле больше ничего не завалялось? — спросил Карл.

— Что конкретно тебя интересует?

— Средство гигиены, нижнее белье?

— По-твоему, я ношу в портфеле девчачьи трусики? — хохотнул он. — Я ловлю извращенцев, а не сам такой.

— Черт, - выргулась Клара.

— Ладно, чего-нибудь придумаем. А у тебя документов нет вообще никаких?

— Ничего у меня нет. Они, наверно, думали, что я окочурюсь от холода в первые же сутки, а я вот живу уже почти два дня.

— Нда, Карлова Клара, без документов тут никак. Так за что тебя замели? Наших мочил?

— Нет, я не головорез. Из-за людей, хотя их сложно было назвать людьми. Они давно человеческий облик потеряли, — проворчал он.

— Ясно. Сколько ты планируешь тут проторчать? — поинтересовался следователь.

— Не знаю, может, до того момента, как выпишут. Мне некуда идти. Сейчас начнутся морозы, и я на улице просто не выживу.

— Понятно. Ладно, Карлова Клара, мне пора, работы много. Жаль, конечно, что у тебя такое тело, нам бы помощники из наших не помешали, — мужчина встал со своего места.

— Нам? — удивился Карл.

— Да, в следственном отделе парочка наших работает.

— Да? Я думал, что демоны только развлекаются и живут в свое удовольствие.

— Ну, у всех разное понятие об удовольствиях. Кстати, вся маньячная троица загремела в больницу. Маманьку разбил инсульт и паралич, сестрица с перебитым позвонком, а этого отправили пока в психушку, потому что у него диагноз, да и вообще он не в себе, - хмыкнул следователь.

— Мне все равно, — Клара пожала плечами.

— А мне нет. Знаешь, что было бы, если бы ты не встретилась на их пути? — спросил Андрей.

— Нет.

— Они бы за год измучили и убили больше сотни людей. Так что тебе большая благодарность, Клара.

— Что же вы так плохо их ловите?

— Потому что они умеют скрываться. Всё, хватит болтать.

Он протянул Кларе бумажку с номером.

— Если что-то вспомнишь или что-то понадобится — звони.

— Хорошо.

Они вышли с ним из комнаты. Следователь заглянул в соседний кабинет, на котором красовалась надпись «Сестра-хозяйка», о чем-то переговорил с женщиной и пошел на выход. Через несколько минут в палату зашла санитарка и принесла Кларе кусок детского мыла и вафельное полотенце.

— Держи, тебе велели передать. Полотенце при выписке вернешь, — буркнула она.

— Спасибо, — тихо ответила девочка. — Я хоть голову помою.

— Детским мылом? — удивилась бабушка Нина. — Возьми у меня шампунь. Ты мылом голову не промоешь. У тебя родных совсем нет?

— Нет, — Клара помотала головой. — Только бабушка, но она далеко, в деревне, и совсем старенькая.

— Бедный ребенок, — вздохнула женщина.

Она вытащила из тумбочки шампунь и протянула Кларе.

— Вот возьми.

— Спасибо, я верну.

Девчушка схватила шампунь, полотенце, мыло и побежала в моечную. Она тщательно вымыла волосы и попыталась их расчесать при помощи пятерни, но у нее плохо получалось. В обломке зеркала на стене увидела себя и с удивлением обнаружила белую прядь на том месте, где волосы слиплись от крови.

— Странно, — подумал Карл, — но ладно.

Сполоснулся под прохладной водой и постирал единственные трусы.

— Нда, с этим нужно что-то делать. Но не воровать же трусы в соседних палатах, — подумал он.

Мокрые волосы затянул резинкой, натянул ночную сорочку, халат и огромную кофту, которую спер у тетки в шкафу. Пока ему не требовалась чужая энергия, сил было предостаточно.

Глава 7-8

Глава 7 Хоть что-то перепало

В животе урчало от голода, хотелось есть. В палату зашла разносчица и привезла обед для маленькой Лили.

— А ты чего тут сидишь? — обратилась она к Кларе. — Дуй в столовку, там уже всех кормят.

— Спасибо, — ответила Клара и рванула обедать.

Сегодня там давали водянистый суп с мелкой вермишелью и парой ломтиков картошки, гречку с подливкой и маленьким кусочком рыбы и чай. Хлеба можно было брать в неограниченном количестве. Клара взяла себе обед и уселась за стол. Рядом с ней устроились две девчонки примерно такого же возраста, как она.

— А это ты от маньяка сбежала? — спросила девица с ярким макияжем.

— Нет, — ответила Клара и быстро выпила из тарелки суп.

— А мы слышали, что это ты была, — сказала вторая пухлая девочка в очках.

— Нет, — снова повторила Клара и принялась черпать гречку ложкой.

— Тогда кого же привезли из той страшной квартиры? — спросила девица, накрашенная не по возрасту.

— Не знаю.

— Ты, если хочешь, то приходи к нам в палату, посидим, поболтаем, — пригласила ее толстушка.

— Не хочу.

— Ты совсем дикая, что ли? — поразилась девица.

— Я головой ударилась. Болит сильно.

— Ясно, ну ладно, как хочешь.

— Угу.

Клара сгрызла кусочек минтая прямо с костями, попила чай с хлебом. Несколько кусочков запихнула себе в карман.

— Приятного аппетита, — пожелала она девочкам.

Убрала все со стола и отправилась назад в палату. Бабушка Нина кормила Лилю гречкой. Обед у ребенка был почти точно такой же, как и в столовой, только рыба паровая, а не жареная, и в супе плавал небольшой кусочек курицы. Клара глянула на тарелку с супом и тяжело вздохнула.

— Ты не наелась? — спросила женщина.

— Неа, суп какой-то водянистый, да и гречки мало.

— Хочешь, съешь первое. Лиля все равно не будет. Она супы не любит, а у меня на обед осталась вчерашняя домашняя картошка с мясом.

— Вы точно не против? — уточнила Клара, нацеливаясь на тарелку.

— Нет, ешь.

Клара взяла тарелку и аккуратно стала вливать в рот ее содержимое.

— Ты чего? Ложки что ли нет? — обалдела от такого перформанса Нина.

— Неа.

— Надо было из столовки взять. Бери мою, я все равно три штуки из дома взяла, — женщина вытащила из тумбочки ложку и отдала ее Кларе.

— Спасибо.

Клара стала хлебать густоту. Дверь распахнулась, и в палату влетела здоровая бабец в голубом брючном медицинском костюме. Она поводила носом и уставилась пристально на Клару. Девочка спокойно продолжала жевать суп. Женщина выдохнула.

— Кларочка, детка, после обеда зайди ко мне в кабинет, — сказала она елейным голосом.

— А вы кто? — поинтересовалась девочка.

— Я главврач, Ксения Владимировна.

— Где ваш кабинет?

— В соседнем крыле, в административном здании.

— По улице надо пройти? - уточнила Клара.

— Нет, можно по переходу.

— Хорошо, доем и приду.

Она вышла из палаты, а Клара продолжила жевать.

— Чего это она? — спросила бабушка.

— Не знаю, — пожала плечами девочка.

Хотя она прекрасно знала, кто заявился к ней в палату. Примерно этого Карл и ожидал. Нет, главврач не была демоном. Она относилась к категории смотрящих, следила за порядком на вверенном ей участке. Он не любил этих товарищей, с их легкой руки можно было отправиться на суд или же вообще лишиться жизни. У них были практически все права для решения судьбы не понравившегося им демона. Хотя, надо отдать им должное, самосудов от них не было уже больше двух веков. Ибо и над ними имелось начальство.

Клара дохлебала свой суп, ополоснула тарелку и ложку под краном, забрала оставшуюся столовскую посуду.

— По дороге занесу, — сказала она бабушке Нине.

— Спасибо тебе, Кларочка.

— На здоровье, — ответила девочка.

Она оставила в столовой посуду и потопала к главврачу.

— Ты куда? — окликнула ее постовая медсестра.

— К главврачу.

— Ах, да, она говорила. Знаешь, как туда идти?

— Нет.

— На третий этаже поднимешься, там по переходу, а дальше по коридору, кабинет увидишь, — объяснила медсестра.

— Спасибо.

— Не заблудись.

— Я ее по запаху найду, — мрачно сказала Клара.

— Что? — не поняла медсестра.

— Говорю, духи у нее сильно пахнут.

— Да, есть такое, — улыбнулась женщина.

Карл не врал, он реально ее чуял. Быстро добрался до нужного кабинета и постучал в дверь.

— Войдите, — донесся голос оттуда.

Он зашел в кабинет.

— Присаживайся, — сказала бабец.

— Зачем? — он смотрел на нее исподлобья.

— Поговорить с тобой хочу.

— Нет, спасибо, я постою. Уже насиделся в палате.

— Ладно, давай без прелюдий. Если ты что-нибудь учудишь в отделении или в моей больнице, то я самолично оторву тебе голову. Ясно? — по лицу Ксении Владимировны было видно, что она не шутила.

— Ясней некуда.

— А теперь я хочу, чтобы ты убралась из моего учреждения.

— Мне некуда идти, — пожал он плечами.

— Демону и некуда идти? — рассмеялась она.

— Некуда. Я сюда попал не для того, чтобы брюхо набить вашей больничной едой. К слову сказать, тут и кормят весьма отвратно. Меня привезли по скорой.

— Подожди-ка, — женщина внимательно на него посмотрела.

Подошла к Кларе близко и схватила за шею. У девочки на коже проступили несколько знаков.

— Преступник, — хмыкнула она и отпустила Клару. — Своих мочил?

— Нет, я не головорез.

— Ну да, головорезам тела не выдают, да и отправляют сразу на кострище. Говори, за что, или я отправлю обратно на суд, — потребовала она.

Главврач села на стол и стала его внимательно рассматривать.

— Алкашей до смерти пугал, - насупился он.

— Ну за это так не наказывают.

— Там еще старуха была, ведьма, — уточнил он.

— Тогда понятно, прибрал чью-то последовательницу и жрицу.

— Я в подробности не вдавался, - Карл пожал плечами.

— А зря, глядишь бы сейчас в этом хлипком теле не болтался. Голова нужна не только, чтобы шапку носить, но и думать, — хмыкнула Ксения.

— Я в нее ем.

— Уже шутишь? — ухмыльнулась она. — Ладно, дорогуша, живи пока здесь. Но если ты кого-то тронешь, то я самолично тебе шею сверну. Ты прекрасно знаешь, что для преступников повторный суд не нужен.

— В курсе, — хмыкнул он.

— Чего ноги-то такие синие? - Ксения кивнула на голые ноги девочки.

— Так не лето ведь на дворе, — шмыгнула носом Клара.

Ксения Владимировна порылась в столе и вытащила упаковку с колготками.

— На, держи, с лайкрой, от себя отрываю. Хотя, честно говоря, двойка на меня все равно не налезет. Способности хоть какие-то тебе оставили? — поинтересовалась она.

— Если вы про пожрать, то употребить я могу только того, кто ко мне прикасается, и то не до смерти.

— Это просто замечательно. Еще что-то?

— Могу на себя со стороны посмотреть, — пожал он плечами.

— Чудесный навык, — хохотнула она. — Еще что?

— Вам прямо все обязательно знать про меня?

— Ты в моих владениях, и ты демон, так что да. Я так предполагаю, что половину твоих способностей убрали. Но обычно на их месте проявляются другие, которые до этого спали и не развивались.

— Вроде больше ничего не было, — помотал он головой.

Карл не стал рассказывать ей, что может вмешиваться в работу мозга.

— Нет, ты что-то скрываешь. Девочек привезли в реанимацию. Там на одной след от воздействий. Твоя работа? - Ксения прищурилась и оценивающе посмотрела на демона.

— Я ее по голове гладил только и песенку пел.

Женщина опять залилась громким смехом.

— Ну что, дорогой, я тебя поздравляю, ты для нее сработал батарейкой. А я думала, что она с каким-то залетным ангелом столкнулась или лекаркой какой. Никак не могла понять характер энергии, а оно вон как. Любят высшие силы над нами поглумиться, - усмехнулась она.

Для Карла это было открытием. Он всегда только брал, а если и давал, то берущему выходило это боком.

— А она не сгорит? — спросил он.

— Нет, все нормально, не переживай. Ладно, я всё выяснила.

Ксения Владимировна заглянула под стол, пошуршала там пакетами и вытащила один, посмотрела в него. На Клару пахнуло чесноком. Где-то в животе громко заурчало. Женщина усмехнулась, вытащила оттуда бутылку с домашним вином.

— Тебе все равно такое нельзя. Маленькая еще, - хохотнула она.

Туда же в пакет она сложила пару банок с домашними соленьями.

— Я все равно такое не ем, — проворчала она. — Забирай. Но помни, если что.

Женщина характерно провела по шее ребром ладони.

— Да понял я, понял. Благодарю за передачку, а то это тело какое-то прожорливое.

— Растущий организм. Чеши давай.

— А трусами у вас нельзя поживиться? — поинтересовался Карл.

— Вот наглая морда, нет, у меня ничего такого, а в моих ты утонешь, — снова стала хохотать мадам главный врач.

Клара вышла из кабинета с тяжелым пакетом.

«Не очень-то приятное знакомство, но хоть что-то перепало», — подумал Карл и отправился в палату.

Глава 8 Демоны лечить не могут

В палате было тихо. Лиля спала, а бабушка Нина читала какой-то детектив в мягкой обложке. Клара попыталась тихо зайти, но громыхнула банками в пакете. Пожилая соседка строго на нее посмотрела и приложила палец к губам. Девочка пожала плечами, дескать, я не виновата. Она поставила на тумбу передачку, решив разобрать ее потом, не хотелось шуршать пакетом. Карлу в больнице проблемы не нужны.

Нина кинула на кровать Кларе какую-то книжку.

— Почитай, — прошептала она.

— Спасибо, — кивнула девочка.

Читать ему совсем не хотелось, но приходилось соблюдать правила этого «дома» и сосуществования рядом с другими людьми. Теперь у него не было такой власти и способностей, как раньше, и даже в этом мире он являлся слабым звеном, к тому же имел такую непривлекательную внешность. Он улегся на кровать, взял в руки книжку, а сам стал думать над словами Ксении Владимировны.

Демоны лечить не могут. Он это прекрасно знал, как говорится, опробовал на практике. Обычно после его вмешательства человек просто сгорал, как от удара током высокого напряжения.

Карл вспомнил один случай из своей жизни, где-то под ложечкой даже заныло. Когда-то давно, около двух, а может, и трех столетий тому назад, у него была подруга — белокурая девица с васильковыми глазами, фарфоровой кожей, алыми губами, тонкой фигурой и непристойной профессией. Он никак не мог понять, как в семье прачки и угольщика родилась такая прелестная куколка и ангелок. Подобрал он ее в трущобах Лондона, когда искал себе еду и развлечение.

Он услышал возню в переулке около местного паба и заглянул туда. Какой-то рабочий пытался получить определенные услуги совершенно бесплатно, Мэри слабо отбивалась и умоляла ее не трогать.

— Леди, вам помочь? — поинтересовался Карл.

— Проваливай и не мешай мне с моей подружкой любить друг друга, — рабочий мерзко захихикал.

— Да, — тихо прошептала девушка и заплакала.

Работяга тут же упал, как подкошенный.

— Проспись, — поморщился Карл и пнул гражданина пару раз в бок.

Девушку он тогда забрал к себе, да и она была не против. Карл в те времена имел весьма недурственную внешность, можно сказать, был красавчиком, да и деньги у него водились. Они отлично проводили вместе время: театры, балы, опера, выставки и прочие развлечения. Он не жалел для нее денег, баловал, как только мог, выполнял любую ее прихоть, покупал ей самые роскошные наряд, которые можно было заказать в Лондоне.

Но слабое здоровье подкачало, и его любимая фарфоровая куколка заболела чахоткой. Карл приводил к ней самых дорогих и знаменитых докторов, покупал лекарства, пилюли, настойки. Обращался к ангелам и лекаркам, но те ему отказывали из-за его сущности. Только одна согласилась посмотреть Мэри.

— Я попробую что-нибудь сделать, — сказала она и зашлась в удушающем кашле.

Он не обратил на это внимание и привел ее к себе. Лекарка наклонилась над больной, взяла ее за руки и через пару минут завалилась рядом с девушкой. Карл обозлился, поднял ее на ноги и хорошенько тряхнул. Лекарка снова зашлась в кашле, и изо рта у нее вылетел сгусток крови прямо на рубашку мужчине.

— Ты, ты, почему не сказала? Зачем пришла? Тебе самой лечиться надо, — его трясло от злости.

— Я думала, что перед смертью успею спасти еще одну душу, мне хватит сил ее вылечить, - ответила она.

— Зачем? Ты же убьешь себя этим! — кричал он.

— Я все равно умру, а боженька тогда за еще одну спасенную душу поможет моим деткам, — женщина слабо улыбнулась.

— Не поможет твой боженька, — зло сказал он, — на, возьми и убирайся.

Он сунул в руку лекарке золотую монету. Женщина обрадовалась, вытерла кровь со рта и поблагодарила его. Она кинулась к двери. Карл ее окликнул и бросил к ногам еще мешочек с серебряными монетами.

— Пусть они помогут твоим детям, — ухмыльнулся, — Только не Бога благодари, а меня. Ты же знаешь, кто я?

— Да, господин.

— А теперь убирайся, - рыкнул он на нее.

Женщина побежала домой, прижимая к груди деньги. В свою коморку она ввалилась уже бездыханная и со стеклянными глазами. Свои последние часы жизни она отдала Мери. Дети вытащили из скрюченных пальцев матери золотой и мешочек с серебряными монетами.

Карл метался по роскошной квартире. Он видел, как из его прекрасной куколки уходит жизнь, и он решил попробовать вдохнуть в нее свое дыхание. Мужчина знал, что милой Мери осталось всего пару часов жизни.

— Может, в этот раз получится, — он был в отчаянии.

Наклонился к ней, поцеловал в холодный бледный лоб, затем прикоснулся к губам. Сорочка на теле девушки вдруг вспыхнула огнем, обуглились кончики пальцев и запылали волосы. Он стал ее тушить. Тело дернулось пару раз и затихло. Карл накрыл тело одеялом и разнес всю квартиру вдребезги, а потом сжег ее.

С тех пор он никого не пробовал лечить. Когда Ксения Владимировна ему сказала про девушку из той квартиры, он напугался, подумал, что тоже случайно ее спалил, а оказалось, что поделился своей энергией. Карл стал вспоминать в подробностях, что делал в тот момент.

— Гладил по голове и пел какую-то песню. Какую же песню я пел? — задумчиво сказал он.

— Что? — спросила Нина.

— Ничего, просто мысли вслух.

— Ясно. Интересная книжка?

— Ну так.

— Там дальше интересней будет, — сказала женщина.

— Я и не сомневаюсь, — ухмыльнулся он.

Надо вспомнить, как там все было, а то вдруг опять что-то такое сложится, и он все испортит.

Лилечка во сне снова зашлась плачем. Ребенок горько плакал и всхлипывал. Бабушка кинулась к ней и стала успокаивать, что-то шептать, гладить по головке. Девочка открыла глазки и обняла ее. Нина качала ее на руках и старалась успокоить.

— Опять страшный сон приснился?

— Угу, — шмыгнула Лиля носом.

— Это всего лишь сон, это всё неправда, — успокаивала ее бабушка.

— Правда, — тихо сказала девочка, — там мама и папа.

Она снова принялась плакать. Карл вздохнул и решил посмотреть, что же ему дала главврач. Он зашуршал пакетом и стал разбирать гостинцы. Там лежал хороший шмат копченого сала с прослойками мяса, пакет с яблоками, банка с каким-то вареньем, банка с кабачковой икрой, шоколадка и пакет с деревенским творогом.

— Какой замечательный босяцкий подгон, — хмыкнул он.

Девочка перестала плакать и следила за Кларой.

— Тот похож на него, — она показала на девушку пальчиком.

— Лилечка, это же девочка Клара. Она не может быть похожа на мужчину.

— Она не девочка! — выкрикнула Лилечка. — Верни моих родителей.

Ребенок спрыгнул с кроватки и кинулся на Клару с кулачками.

— Блин, мне точно оторвут голову, — промелькнула мысль у Карла.

Но Лиля не успела ударить Клару, ее перехватила бабушка.

— Прости, — только сказала Нина девушке и вынесла бьющуюся в истерике девочку в коридор.

— Видящая, что ли, — проворчала Клара. — Туго ей будет в жизни с таким даром.

Она легким движением руки при помощи ложки открыла крышку с кабачковой икрой, достала хлеб из кармана и принялась ее лопать.

— А сало, наверно, придется грызть так, — вздохнула она.

Глава 9-10

Глава 9 Все не так уж плохо на сегодняшний день

Через пятнадцать минут в палату вернулись бабушка Нина с Лилей. Девочка, не глядя на Клару, села за столик рисовать. Женщина взяла книжку и уткнулась в нее.

— Хотите сала? — спросила у нее Клара. — У меня вот только ножа нет.

— Спасибо, может, вечером, на ужин. Ты прости Лиличку. Ей сон плохой приснился, вот и мерещится спросонья всякое.

— Я так и поняла, — кивнула девушка.

Лиля глянула сердито на Карла. Он понял, что она его видит.

— Ну, это твои личные проблемы, — подумал демон. — Все равно ребенку никто из людей не поверит.

Им принесли полдник — кефир и одну печеньку. Клара и это употребила за милую душу. В тумбочке еще осталось половинка банки кабачковой икры, пакет с творогом, шмат сала, яблоки и варенье. На ужин давали слипшиеся макароны, политые сладкой молочной подливой. Он поморщился от вкуса, но все равно все съел. «Хочешь жить — умей вертеться, — подумал демон. — Продукты надо экономить».

Вернулся в палату. Нина суетилась, собирая лоточки и банки в пакет.

— С Лилей посидишь? Сваха пришла, хочу поболтать с ней. Лилечку не буду брать, там внизу холодно, боюсь, застудится.

— А вдруг она такую же истерику закатит, как после сна? — спросила Клара.

— Все будет нормально. Мы с ней уже об этом поговорили.

— Будет кричать — выйду из палаты, мне проблемы не нужны, — предупредила Клара.

— Лилечка, ты же не будешь кричать? — спросила ее бабушка ласковым голосом.

— Не буду, — насупилась девочка.

— Вот и умничка, я скоро приду, — бабушка чмокнула внучку в макушку, схватила пакет с банками и ускакала из палаты.

Клара открыла книжку и попыталась почитать, но роман почему-то не шел, было неинтересно. Девочка продолжала рисовать, иногда поглядывая на нее.

— Я не убивал твоих родителей, — Клара подсела к Лиле за стол.

— Я знаю, но он был такой же, как ты. Зачем он это сделал?

— Я не знаю, — Клара пожала плечами.

Вдруг девочка схватила ее за руку.

— Вот черт, теперь мне точно хана, — подумал Карл.

Но через несколько секунд он понял, что энергия от ребенка не идет, зато перед глазами появились кадры аварии. Внизу в овраге валялась перевернутая машина, а рядом в воздухе завис демон. Он сжимал кисть так, что казалось, что в ней что-то находится. При этом при движении его пальцев машина деформировалась все больше и больше. Лиля видела демона, а он видел ее и ухмылялся. Но что больше всего поразило Карла, что картинку показывали с разных сторон, не только глазами ребенка, но и из оврага. Девочка в момент деформации автомобиля находилась в небольшом шаре, который защищал ее от повреждений.

Картинка исчезла, и Карл задумался над увиденным.

— Он мне снится каждую ночь, — сказала Лиля.

Карл поводил носом, но знакомого запаха не учуял. Значит, пока еще демон не нашел девочку. Но если у нее будут повторяться раз за разом эти сны, то в конце концов он до нее доберется. Всё это сработает как вызов. У ребенка дар, поэтому она представляет особый интерес для вот таких сущностей.

— Можно я заберу это воспоминание? — спросил Карл.

— Да, но только я не хочу забывать про него. Хочу помнить, кто уничтожил моих родителей.

— Ты вспомнишь про него, когда придет время, — ответил он.

Ему стало интересно, кем же была девочка в прошлой жизни. Для трехлетнего ребенка Лиля была слишком разумной, значит, при переходе часть памяти не потерялась.

— Можно я кое-что у тебя спрошу?

— Да, — кивнула она.

Карл положил на ее голову и лоб руку. Девочка запрокинула голову назад, глаза у нее закатились.

— Кто ты?

— Я не помню, — ответил ребенок утробным голосом.

— Ты видящая?

— Я вижу сущностей и покойников и могу предсказывать будущее, — ответила она спокойно.

— Ништяк тебе свезло. А теперь, если ты не против, я заберу у тебя воспоминание, — сказал Карл.

— Я согласна.

Куда-то в память Карла улетел эпизод с «аварией». Такие вещи ему не мешали и не напрягали. Как только он отпустил девочку, так сразу отскочил от нее на кровать. В палату тут же влетела тетка с ведром и со шваброй. Она стала водить носом, как собака, принюхиваясь к воздуху.

— У вас все в порядке? — спросила она Лилю.

Девочка посмотрела на нее флегматично и продолжила рисовать дальше.

— У тебя ничего не болит? — допытывалась санитарка.

— Нет, Клара читала мне сказку, — ответила Лиля.

— А у тебя как? — санитарка близко подошла к кровати Клары.

— Все нормально, — ответила та. — Вот только сало порезать нечем. У вас нет никакого ножика?

— А как же есть, — женщина хищно улыбнулась, и откуда-то из рукава у нее в ладонь выпал ножик. — Вот, возьми.

Она протянула его лезвием вперед.

— Вы что? Таким раритетом нельзя сало резать, — Клара постаралась дружелюбно улыбнуться.

— Да, эта вещица для других целей, — хмыкнула санитарка и убрала куда-то нож.

— Мы можем с девочкой выйти, и вы спокойно уберетесь, — предложила Клара.

— Вы мне не мешаетесь.

Девушка пожала плечами и уткнулась в книгу.

— Быстро же у них сработала сигнализация. Тут же прискакал страж. У Клавдии всё тут по-настоящему, всё, как положено, — подумал Карл.

В стражи брали только людей, из тех, что когда-то испытали клиническую смерть. В большинстве своем они чутко реагировали на волнения энергии в воздухе. Некоторые из них даже видели других сущностей в обычной жизни, а не только на работе. Карл ничего не нарушал, так что волноваться ему было нечего. Он даже мог пожаловаться, куда следует, на тетку за угрозу. Но пока это было не в его интересах.

Санитарка домыла полы, погрозила пальцем Кларе и вышла из палаты. Лиля достала одноухого зайца и принялась его укладывать спать. Больше девочка ничего не спрашивала у Клары, а вела себя как обыкновенный ребенок.

Вернулась Нина с двумя пакетами, довольная и счастливая, видно, наговорилась вдоволь. Один пакет она кинула на кровать Клары.

— Тебе передачку принесли, — сказала она.

— Кто? — удивилась девушка.

— Не знаю, парень какой-то. Сказал, что для тебя там лежит записка. Там какие-то закорючки в ней странные.

Клара быстро вытащила записку и стала ее рассматривать. Закорючки сложились в обычные слова и буквы.

— Передал тебе посылку от всего нашего отдела. Еле выдрал трусы у напарницы. Они новые. Она себе упаковку где-то достала, попросил поделиться. Пришлось говорить, для кого. Конечно, не так конкретно, но для девочки из страшной квартиры народ скинулся. Купили тебе колготки и немного еды. Нашел для тебя подходящее свидетельство о рождении. Так что доки теперь у тебя есть. Если совсем худо будет, то звони, номер у тебя имеется.

Не забыл про него следователь, всё же передал ему передачку.

В пакете лежали толстые колготки, парочка трусов-неделька, пакет с кефиром, батон и колечко краковской колбасы, а также зеленая книжица «Свидетельство о рождении». Заглянул в документ: «Карлова Клара Карловна».

— Ну вот, фиг я теперь вам помру, — хмыкнул Карл, — не дождетесь.

Глава 10 Другая сторона больницы

Нина стала доставать все из пакета на столик. От небольшого кулька потянуло изумительным ароматом чего-то жареного и мясного.

— Сейчас мы, Клара, котлеточек с тобой пожуем. У меня сваха такие котлетки делает — закачаешься, правда, в них мяса ноль целых три десятых, но они очень вкусные. Картошка и сало с прослойками мяса прокручивается, а потом жарится на почти сухой сковородке. У нее, кроме старшей, еще трое детей. Муж с этими реформами сел на диван и ножки свесил, а она крутится, как может. Еще ухитряется нам с Лилечкой сюда что-нибудь таскать. Я ее ругаю, прошу, чтобы ничего не носила, но она же знает, что взрослых тут не кормят. Да и детям дают все пустое. Мне еще сестра и муж приносят передачи. А от свахи стараюсь ничего не брать, им самим мало, но вот от ее фирменных котлет не могу отказаться.

— У меня есть икра, колбаса какая-то, сало, батон, — ответила Клара.

Конечно, делиться ужасно не хотелось, но Карл прекрасно знал правила человеческого общества — здесь принято трапезничать общим столом.

— Только у меня ножа нет, — сказала она.

— Нож сейчас найдем, — ответила бабушка Нина, — Лилечка, ты чего-нибудь будешь?

— Котлетку с булочкой, — вздохнула девочка.

— Вот и замечательно, сейчас организуем.

Женщина вытащила из тумбочки клинок и протянула его Кларе.

— Вот, возьми, нарежь там сала, батон, — сказала она.

Карл покрылся испариной, глядя на клинок. Он всмотрелся в женщину, но ничего необычного не заметил.

— Откуда он у вас? — у Клары язык присох к небу.

— Нож?

— Да.

— Это сына. Когда всё произошло, он у него был в руках. Мне в морге его отдали, сказали, что очень ценный. Ношу как память. Я им ничего такого резать не собиралась, но вот ты сказала про продукты, думаю, а чего он просто так валяется.

— Но-но, это такая вещь, — пытался подобрать слова Карл, — в общем, старинная и очень дорогая. Им не нужно ничего резать. Я лучше на кухню схожу за обычным ножом.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Нина.

— Дед коллекционировал ножи, — соврала Клара, даже не моргнув глазом. — Вы его лучше уберите, он очень дорогой и особенный. Пусть ребенку останется в память об отце.

— Да, ты права, просто больше резать нечем, — расстроилась Нина.

— Я схожу на кухню, — сказала Клара.

Она вышла из палаты и направилась в сторону столовой.

— Ты чего тут бродишь? — окликнула ее постовая медсестра.

— Мне стакан взять, — промямлила Клара.

— Быстро зашла назад, — рявкнула женщина.

Девушка нырнула в соседнюю палату.

— Здрасьте, у вас ножа нет? — спросила она у обитателей палаты.

Здесь тоже лежали мамочки с детьми, но знакомых лиц не наблюдалось. Одна из женщин вытащила из тумбочки ножик и протянула его Кларе.

— Только верни, — сказала она.

— Спасибо, — кивнула девушка, — я быстро.

Она выскочила оттуда и вернулась к себе. Вытащила колбасу, батон, сало и принялась строгать. Все быстро искромсала, ополоснула нож и отнесла с благодарностями в соседнюю палату. Женщина с удивлением на нее посмотрела.

— Быстро же ты.

— Ну так, — пожала плечами Клара.

После этого они с Ниной сели спокойно ужинать.

— Расскажите про сына, — попросила Клара.

— Прости, но я не могу. Не так много времени прошло после, — покачала головой Нина.

— Ну ладно, — вздохнула Клара.

Женщина отпила немного чая.

— Я его поздно родила, почти в сорок лет. Единственный мой сыночек, — она скривила губы. — Он военную академию у меня закончил. На службу поступил. На хорошем счету у начальства был. И когда вся эта заварушка началась, его оставили.

Нина вытерла слезы.

— Вот зачем они по этой дороге поехали? — с горечью в голосе спросила она. — Он же у меня один раз побывал в коме, еще в детстве. Думала, что смерть к нему вернется только в старости, если один раз отпустила.

— Бабулечка, не плачь, — к бабушке подсела внучка и обняла ее.

— Хорошо, не буду, мой лучик света, — она поцеловала Лилечку в лобик. — Если бы не ты, я бы совсем свихнулась. До сих пор кажется, что Александр где-то служит и просто забывает мне писать и звонить.

Значит, ее сын был защитником и не смог сберечь собственную дочь, сделал вывод Карл. Интересно, зачем демону понадобилась девочка? Хотя, может быть, ему было наплевать на нее, а просто он решил из мести или просто так убрать защитника. За них особо не наказывают.

— Да и все равно мне не нужны чужие проблемы. Мне и своих достаточно. Нужно еще найти, где жить, а то неизвестно, что у этой Ксении на уме. Возьмет и выпишет завтра меня. И куда я пойду? — задумался Карл. — Может, вернуться в ту квартиру?

Но жить в ней ему не хотелось, слишком она была приметной для других сущностей. В такой жилплощади на себя только беду кликать. Раньше Карл мог легко найти пустой дом. Сейчас он не знал, остались ли у него такие способности. Проверить пока не представлялось возможным.

В палату вошла та самая противная медсестра. Она несла поднос со шприцами.

— Девочки, вечерние укольчики, — женщина приторно улыбнулась.

Карл стал принюхиваться, что-то в ней было не так, и он это чуял.

— Я же просила отменить врача витамины, — сказала бабушка Нина. — У Лили вся рука в шишках.

— Ну что вы хотите, это такие болючие уколы. Витамины полезны для организма и для нервной системы тоже. Вон как ваша девочка плачет по ночам, — сюсюкала медсестра. — Я сначала поставлю большой девочке, а потом тебе, малышка.

Карлу показалось, что медсестра плотоядно облизнулась.

— Не может быть, — подумал он.

Конечно, он слышал, что некоторым мелким демонам и сущностям выдают лицензию на работу в таких организациях, но не думал, что Ксения Владимировна держит у себя их. Хотя, может, в обмен они наблюдают за больницей. Для круглосуточного присмотра защитников всегда не хватает. Тетка, по всей видимости, не распознала Карла. Она взяла шприц в руки.

— Задирай рукав и оголяй плечо.

— Не стоит этого делать, — ответила Клара.

— Я что сказала, быстро оголила плечо! Маме своей будешь перечить, — рыкнула медсестра.

— Я предупреждала.

Карл прекрасно знал, что за слегка покалеченного демона ему ничего не будет. Запрещалось только убивать своих в больших количествах без лицензии.

Девушка стащила с себя кофту и приспустила с плеча халат. У тетки на лице появилась хищная улыбка. Она со всего размаха вонзила в плечо шприц и тут же отлетела в другой угол палаты.

— Это что? Это как? — заикаясь спросила она. — Я буду жаловаться.

— Валяй, — ответила Клара и выдернула из плеча шприц. — Я тоже могу пожаловаться, что в детском отделении находятся такие, как вы.

Нина с Лилечкой с удивлением смотрели на происходящее и ничего не понимали.

Девушка швырнула в медсестру шприцом. Та подскочила, схватила свой поднос и вылетела из палаты. Вот тебе и справедливая Ксения Владимировна, а держит у себя такое. Интересно, вот это будет на Карла жаловаться или сделает вид, что ничего не было? Главное, чтобы не подкараулила около туалета и не решила с ним расправиться ночью. Теперь придется терпеть до утра и на всякий случай подпереть дверь стулом.

Глава 11-12

Глава 11 Не ешь все подряд

Карл четко решил сегодня не выходить из палаты. Медсестра не решится на какие-либо действия в присутствии людей. Однако организм Клары эти идеи не поддержал, и выпитый чай с кефиром стали давить на мочевой пузырь. До утра явно не дотерпит.

— Надо сейчас, — решилась она, — Иначе потом будет совсем опасно — народ спать ляжет. Тогда в коридоре точно никого не будет.

Клара выскочила из палаты и рванула в сторону туалета. Благо, он находился совсем близко. На своем пути никого не встретила. Забежала в помещение и плотно прикрыла дверь, к сожалению, щеколды тут не было. Сделала все свои дела и с облегчением пошла на выход. Не успела дотронуться до ручки, как распахнулась дверь. На пороге стояла та самая дежурная медсестра. В этот раз она не особо скрывалась, сквозь человеческую маску проступало лицо демона.

В одно мгновение Клара оказалась припечатанной к стене туалета. Девочка болтала ногами в воздухе. За шею ее держала злобная тетка.

— Ты чего тут делаешь? — прохрипела она. — Это не твоя территория.

Она обнюхала Клару, как собака.

— Преступник, — хмыкнула медсестра. — Ты знаешь, что за малейшее нарушение таких, как ты, можно отправлять за ворота Хаоса? И я это сейчас сделаю с большим удовольствием и легкостью. Даже никто не станет расследовать твою смерть.

Перед Карлом находился демон ниже его по рангу. Однако сейчас силы были на стороне медсестры. В былые времена Карл бы с легкостью расправился с ним, но на данный момент времени он был лишен своих способностей.

— Не забывай, — просипела Клара, — что я нахожусь в человеческом теле. И если ты меня тут чикнешь, то тебе придется объяснять людям, откуда у тебя в туалете мертвая девчонка с ножевым ранением.

— Ты забыл, в каком времени находишься? Это девяностый год, народ пропадает пачками. К нам в морг привозят по ночам неизвестные трупы, — хохотнула медсестра.

От нее воняло чем-то гадким, тухлым и тошнотворным. Низшие демоны никогда не умели нормально замаскировать свой запах.

— Из меня польется настоящая кровь, — Клара чувствовала, что теряет сознание от недостатка кислорода. — К тому же я прохожу по делу о маньяке потерпевшей и свидетельницей. Меня будут искать.

— А я тебя сейчас придушу и уволоку к себе, а ночью расправлюсь, — зло ответила тетка. — А всем скажу, что ты сбежала ночью. У нас тут нет камер, никто ничего не узнает.

В голове Клары стучали тысячи молоточков, пульсировала кровь, в ушах шумело. Она чувствовала, что теряет сознание.

— Энергию можно получить через прикосновения, — пронеслась у него эта мысль.

Он брал ее до этого момента только у людей. Никогда не пробовал подзарядиться от демона. Хотя в палате у него что-то подобное получилось, то ли подзарядка, то ли реакция организма на острый раздражитель. Раздумывать было некогда, надо действовать.

Клара обмякла в руках медсестры и представила, что в ее тело от нее вливается густая и черная сила. У женщины расширились зрачки, рот перекосился. Она тяжело задышала и ослабила хватку. Клара упала на пол и недолго думая, выползла в приоткрытую дверь. Не хватало сил, чтобы встать. Перед глазами мелькали мелкие мушки, то ли от недостатка кислорода, то ли от грязной энергии демона.

Позади послышался удар — медсестра рухнула в туалете на пол. Однако Карлу было на это наплевать, главное — это спокойно добраться до палаты и никого не встретить.

— Ты чего это? — Клара увидела перед собой толстые ноги в тапочках.

— Плохо в туалете стало, — ответила она.

— Давай помогу.

Клару подхватили под руку и подняли на ноги. Рядом с ней стояла та самая толстая девчонка, которую она встретила в прошлый раз в столовой.

— У меня тоже иногда такое бывает в туалете. Мама говорит, что это от недостатка кислорода в голове, когда тужишься. Тебя до палаты проводить или ты сама? — спросила она.

— Нет, спасибо, я сама, — тихо ответила Клара, убирая руку девочки.

— Я рядом пойду, страховать буду. Или давай сбегаю за медсестрой?

— Не нужно, все уже нормально, — Клара помотала головой.

Она с удивлением заметила, что с этой девчонки ничего не вытянула. Может быть, канал был забит энергиями демона, а может ей пока ничего не требовалось.

Девочки остановились около палаты Клары.

— Спасибо тебе, — еще раз поблагодарила ее Клара.

— Меня Яна зовут, — сказала она.

— Клара.

— Если хочешь, приходи к нам. Что ты там сидишь с бабкой, да с маленькой девчонкой? Скучно ведь, не с кем поговорить.

— Мне нормально, скучать не приходится. Если надумаю, то приду, а сейчас я прилягу, а то голова кружится.

— Ты больше не падай, — участливо сказала Яна.

— Я постараюсь.

Клара зашла в палату, сделала несколько шагов и рухнула на свою койку. В ушах гудело, как в трансформаторной будке. Никто не запрещал с демонов брать энергию, но и никто не говорил, что она полезна для человеческого организма.

— Клара, тебе плохо? — тихо спросила бабушка Нина.

— Голова кружится.

— Это, наверно, у тебя давление упало. Я сейчас медсестру позову, — забеспокоилась Нина.

— Не надо, сейчас все пройдет. Я немного полежу, и все станет на свои места.

Через несколько минут Клара провалилась в черноту. Перед ее взором тут же предстал тот самый надсмотрщик, все в том же фраке и лаковых туфлях.

— Нажрался? — поинтересовался он.

— Есть такое.

— И как?

— Как-то не очень, — хмыкнул Карл.

— Скажи спасибо, что тот демон низкочастотный и по рангу ниже тебя, а то не было бы сейчас девочки Клары. Лежала бы сейчас мертвой с остановившимся сердцем, и с выжженными глазами, — ухмыльнулся надзиратель.

— Эта тварь хотела убить меня, а я ведь ничего такого не сделал.

— Если смотреть на все происходящее с моей стороны, то да, ничего не сделал. Но ты ее отшвырнул в первый раз, а это могут некоторые расценить, как угрозу защитнику данной территории.

— Да уж защитничек, который питается энергией детей, — хмыкнул Карл.

— Берет он немного и по лицензии, а защищает отделение от всякой разной дряни. А ты на эту ночь оставил заведение без присмотра.

— И что мне за это будет? — напрягся Карл.

— Ничего, ты и так сам себя наказал, — пожал плечами надзиратель, — Ты защищался.

— Сколько я еще буду находиться в таком состоянии?

— Все зависит от твоего организма. Человеческому телу противопоказана демоническая энергия. Ты должен был это знать.

— Я уже понял. Но я же не просто человек, — ответил Карл.

— На данный момент у тебя слабое человеческое тело. Ладно, отдыхай, еще увидимся, — надзиратель исчез.

— Надеюсь не скоро.

Клара провалилась в обыкновенный сон. Сквозь него она слышала шум в коридоре, топот ног, но в палату никто не заходил. Значит все обошлось или же судить ее будут завтра.

Глава 12 Убирайся из моей больницы

Карл проснулся тогда, когда пришла разносчица и принесла завтрак Лиле.

— Ты чего дрыхнешь? Всё проспишь, — грубовато сказала она девочке.

В голове у Карла гудело, как в растревоженном улье. Во рту пересохло, а язык присох к небу. Жутко хотелось пить. Всё тело ломило, было ощущение, что накануне он выпил чего-то нехорошего и палёного.

— Маленькая девочка, а все симптомы взрослого похмелья, — промелькнуло у него в голове.

Кое-как Клара сползла с кровати и побрела к умывальнику. Сначала набрала полную горсть воды и выпила, а затем наплескала себе воды на лицо.

— Ты вчера уснула и даже не слышала, что тут произошло, — сказала бабушка Нина.

Слова до Клары доносились словно через толщу воды.

— А что произошло? — оторвалась она от крана.

— Так Гульку увезли в соседнее здание.

— А что там?

— Отделение для сердечников. Прихватило ее в туалете. Там ее и нашли девки. Вызвали дежурного врача. Пару раз к нам заглядывали, искали, видно, кого-то. А ты спала и ничего не слышала, — покачала головой соседка.

— Не надо было детей мучить, — проворчала Клара, рассматривая себя в зеркале.

Одна из прядей окрасилась в черный цвет, и появились тонкие ниточки темных бровей. Клара запихнула темную прядку под другие волосы и закрутила гульку на голове. После воды ей стало полегче, но всё равно голова болела. Она вышла из палаты и побрела в сторону столовой. Значит, демоницу вчера тоже подпалило, так ей и надо.

Клара взяла тарелку манной каши, кусочек хлеба с маслом и стакан с мутной жижей, воняющей почему-то грязными тряпками. Она понюхала напиток и отставила от себя в сторону.

— Это какао, — к ней за стол уселась та самая пухлая девица, что помогла ей вчера добраться до палаты.

— Воняет отвратно, — поморщилась Клара. — Как будто зеленые орки там лапы мыли или плевали туда.

— О, ты тоже читала Толкиена? — с восторгом спросила Яна.

— Угу, я их еще в натуре видела, — проворчала Клара, размазывая кашу по тарелке.

— Ты шутишь?

— Конечно, — мрачно ответила она.

— Ты слышала, что вчера эту противную медсестру увезли с сердечным приступом?

— Уже слышала.

— Надеюсь, ее там долго продержат и до моей выписки я ее больше не увижу. Смотри, какие она мне синяки понаставила. Гадина мерзкая.

Яна задрала халат. На ее ляжках красовались жуткие шишки и черные синяки.

— И плечи такие же. Она просто садистка какая-то.

— Угу, — ответила Клара. — Я тоже так считаю.

Она все же решилась отпить немного странного напитка из стакана.

— И на вкус оно такое же, — сморщилась девочка.

В столовую заскочила санитарка. Она подошла к столику девочек.

— Клара, зайди потом к старшей медсестре, — сказала женщина тихо.

— Хорошо, — вздохнула девочка.

Санитарка побежала дальше по своим рабочим делам.

— Чего это она? — зашептала Яна.

— Не знаю, — пожала плечами Клара.

Она флегматично дожевала свою кашу, отнесла посуду в мойку и потопала в знакомый кабинет. За столом сидела главврач Ксения Владимировна и тарабанила ручкой по столу.

— Что так долго? — сердито спросила она.

— Ела, — ответила Клара.

— Что-то вид у тебя какой-то неважнецкий. Хотя вон бровки появились, а не белый пух на морде. Рассказывай, что произошло ночью? — поинтересовалась женщина.

— Не знаю, я спала.

— Тело твое спало, а ты чего творил? — зло сказала Ксения.

— И я спал. Если вы еще не в курсе, то преступникам запрещено выходить из выданного тела. Они к нему приковываются на определенный срок. И если оно спит, то и нам приходится тоже спать. К тому же энергия просто так к нам не поступает, приходится экономить.

— Ах ты же, моя энергосберегающая батарейка, что у вас произошло с охраной? Признавайся! — рявкнула женщина.

— Она на меня напала, — хмыкнул Карл.

— Почему?

— Потому что я отказался от укола.

— Ясно, значит, распознала. Это ее работа, увидела угрозу — надо устранить.

— Я никому не причинил в больнице вреда, — возмутился Карл.

— Она об этом не знала, — ответила Ксения.

— И что? Меня надо было уничтожить, и всем было бы нормально? Не забывайте, что тело у меня человеческое.

— Вот ты знаешь, от тебя только одни проблемы. Мне наплевать на твое тело, честно. Меня волнует вверенная мне территория. На данный момент времени ты лишила меня одного защитника. Теперь мне нужно искать кого-то на замену.

— Она демон. Какой с демона защитник? По-тихому занималась вредительством, — продолжал возмущаться Карл.

— А с какого перепуга ты стал таким законопослушным и правильным? Я могу нанимать на работу демона, если у него есть лицензия на человеческую энергию. Берет не так и много, зато отделение в полной безопасности в это время, — главврач прищурилась и внимательно изучала девочку.

Карл смотрел на нее исподлобья.

— Чего ты смотришь на меня, как на врага народа? Ты оставил ночью все отделение без охраны. Ладно, что никто ничего не пронюхал, а то было бы столько жертв.

Карл молчал.

— В самом начале моей службы я решила, что в наем буду брать только людей. Но их не хватало, и иногда отделения оставались без присмотра. Как-то я пришла на работу, а в перинатальной реанимации не осталось ни одного живого младенчика. Я до сих пор себе этого простить не могу, кляну себя за самонадеянность. Так что нечего тут такие рожи корчить. Тоже мне ангел во плоти. Я не могу больше тебя здесь держать. Ищи, кто тебя заберет, и убирайся из моей больницы! — рявкнула Ксения.

— Мне некуда идти, — прохрипел Карл. — Я после этой демоницы чувствую себя отвратно. Дайте хоть сутки отлежаться.

— Хорошо, но только сутки. Сегодня дежурит Борисыч, но он… — женщина запнулась. — В общем, он не демон. Я его предупрежу насчет тебя, но и ты не высовывайся.

— Мне в палату горшок поставить? — с усмешкой спросил Карл.

— Нет, после десяти, чтобы не шлялась по больнице. Ясно? А то сдам тебя кому не надо.

— Понятно.

— Иди, — с досадой махнула на нее рукой Ксения.

— Ага, — Клара развернулась и направилась в сторону двери.

Женщина встала из-за стола и сунула в карман руку.

— Ой, подожди, это тебе.

Она кинула в руки Кларе маленький пакетик. Там лежала шоколадка и двое трусов.

— Оу, спасибо. Премного благодарен вашему высочеству или величеству, — Клара склонилась в шутливом поклоне.

— Понадобятся средства гигиены — спросишь у сестры-хозяйки.

— Какие средства гигиены? — не понял Карл.

Клавдия Владимировна захохотала.

— Потом узнаешь, вот тебе сюрприз будет.

— Вы меня все равно тут только на сутки оставили.

— Тогда спроси про них сейчас, потом все равно понадобятся, — хихикнула женщина. — Так хоть запас будет.

— Ну ладно, — Карл пожал плечами и вышел из кабинета.

Тут же зашел в соседний к сестре-хозяйке и потребовал средства гигиены. Женщина на него стала ругаться.

— Я на вас всех напасусь, что ли? — выговаривала она. — Пусть родители приносят.

— Нет у меня родителей, а бабка далеко в деревне живет.

Сестра-хозяйка открыла огромный мешок с названием «Ветошь» и вытащила рваную простыню. Она разодрала ее на несколько частей и вручила куски ткани Кларе.

— И чего мне с этим делать? — девочка рассматривала тряпицы в руках.

— Свернуть и подоткнуть, и не испачкай мне постель. На тебе еще клеенку, постелешь под задницу.

— Ага, спасибо, — Клара не стала больше задавать никаких вопросов, забрала всё и потопала в палату.

Бабушка Нина собирала вещи. Лилечка складывала свои игрушки в сумку.

— Ты где ходишь? — спросила женщина Клару. — Тебя лечащий врач уже обыскалась.

— Забирала передачу, — ответила девочка.

— Ясно. А нас вот выписывают. Лилечка сегодня всю ночь проспала и даже ни разу не всхлипнула. А эта коза принесла нам направление к психам, дескать, мы здесь бессильны. Нужны специалисты другого профиля. Я ей уж ничего не стала говорить, мысленно послала и всё.

— Ага, — кивнула Клара, скинула всё в тумбу и завалилась на кровать.

Её знобило. Женщина всё что-то говорила, говорила. Клара прикрыла глаза и постепенно погружалась в сон.

— Клара! Ты меня слышишь? — проснулась она от громкого оклика.

— Да.

— Я тебе тут еды немного оставила. Давай, девочка, выздоравливай, — Нина похлопала Клару по плечу.

— Да-да, спасибо, и вы не болейте, — она натянула на себя одеяло до подбородка.

К Кларе подошла Лиля и чмокнула ее в лоб.

— Ты хороший, я знаю, — тихо сказала малышка.

— Спасибо.

После этого Клара окончательно провалилась в тягучий и тяжелый сон.

Глава 13-14

Глава 13 Приютили бедняжку

Клара еле разлепила глаза. Все тело горело от жара. Над ней кто-то склонился и внимательно рассматривал. Она никак не могла сфокусировать свой взгляд на нем, всё перед ее глазами расплывалось.

— Н-да, — сказал некто, — ты разве не знаешь, что демоническая энергия сжигает человеческое тело? А ты ее в себя добровольно втянула.

На Клару пахнуло еле уловимым запахом ладана.

— Ладно, буду лечить тебя своими методами, уж не обессудь, — произнес некто, — вот досталась в мою смену особенная пациентка. На спину ляг и давай руку.

— Нет, — прохрипела Клара.

— Иначе сгоришь, — сказал он.

Ей пришлось развернуться и лечь на спину. Через пару минут в вене торчала иголка, а рядом стояла система.

— Я буду к тебе периодически заходить, — сказал некто и вышел из палаты.

Клара снова провалилась в забытье. Очнулась от того, что кто-то пристраивает ей на лоб мокрое полотенце.

— Сейчас, Кларочка, тебе полегче станет, — услышала она девичий шепот.

— Ты чего тут делаешь? А ну, марш в палату, — грозно прикрикнул вошедший.

— У нее температура, а вы ничего не делаете, — ответила девица.

— Надеюсь, ты до нее не дотрагивалась?

— Нет, только полотенце на лоб положила.

— Быстро дуй в палату, я сам разберусь, помощница фигова. Еще проблем от тебя не хватало, - проворчал мужской чуть надтреснутый голос.

Он присел рядом с Кларой и заглянул ей в глаза. Девочка увидела ряд острых зубов.

— Ты, ты, — просипела Клара.

— Не переживай, убивать тебя я не собираюсь, — хмыкнул он.

— А где Борисыч?

— Я и есть Борисыч. Спи, детка, надо всю эту грязь, которую ты в себя втянула, переработать или вывести.

Мужчина поменял раствор в капельнице и вышел из палаты.

Кларе казалось, что она чувствует запах ладана и мирры, а еще ей слышался церковный хор. Борисыч несколько раз за ночь заходил ее проведать, менял капельницы, что-то говорил, иногда давал попить.

Утром она очнулась от ругани в палате.

— Куда ты ее собралась вытряхивать? — возмущался Борисыч. — Видишь, она никакая.

— Куда угодно. Я не собираюсь ее у себя оставлять, — орала в ответ Ксения Владимировна. — Она тут всю ночь зарницей пылала. Я удивляюсь, что сюда вся нечисть с района не слетелась. Мне ночевать из-за нее в больнице пришлось.

— Предлагаешь ее вытащить на улицу и посадить в скверике на лавку рядом с больницей?

— Да, даже так. Я ее тут не оставлю. Если ты такой сердобольный, то забирай это чудовище себе.

— Ну да, я поеду с девчонкой в коматозе на троллейбусе к себе домой, — возмутился мужчина.

— Так уж и быть, я выделю тебе машину, — сказала Ксения.

— Выделяй, если ты такая бессердечная!

— Мне тут проблемы не нужны! - прокричала главврач.

Они выскочили из палаты, а Клара осталась лежать на кровати. Она попыталась встать, но рухнула назад на постель. Через полчаса зашли Борисыч с каким-то здоровым парнем. Они перекинули Клару на носилки.

— Там вещи мои, — тихо прошептала девушка.

— Не переживай, всё заберем, — ответил мужчина.

Ее потащили по больничному коридору. Из палат высыпали гурьбой маленькие пациенты.

— Вы куда ее везете? — строго спросила пухлая Яна.

— В другую больницу. А ты не лезь. Она заразная, — рыкнул на нее Борисыч.

— Яна, дай мне какую-нибудь свою вещь на память, — попросила Клара.

— Да, держи, — девочка положила рядом с ней заколку с цветочком.

— Спасибо, — ответила Клара и снова потеряла сознание.

Очнулась она на жестком диване, от которого пахло куревом и кошками. Кое-как разлепила глаза, повернулась на другой бок и стала рассматривать комнату. Напротив нее стояла односпальная кровать с пирамидой подушек. В углу возвышался трехстворчатый коричневый шифоньер. На стене висел коврик с оленями в лесу. Еще имелся книжный шкаф, забитый разнообразными журналами, книгами и газетами.

Около окна стоял здоровый парень в белой майке и белых трусах-боксерах. На мгновение Кларе показалось, что за спиной у него развиваются крылья. Однако это оказались обыкновенные занавески.

— Проснулась? — спросил парень.

— Угу. Где я? — поинтересовалась Клара.

— У нас в квартире.

В дверях появился маленький плюгавенький толстенький мужичок с залысинами и в очках. В руках он держал большую кружку с каким-то варевом.

— Ты чего в трусах рассекаешь? — строго спросил мужичок парня. — У нас, между прочим, девушка в гостях.

— Как же девушка, — хмыкнул он в ответ, — Знаем мы эту «девушку».

Однако штаны на себя натянул.

— Вы кто? — таращилась на них Клара.

— Это Николай, а я Борисыч, — ответил мужичок, — На, выпей.

— Отрава из трав? — хмыкнула Клара, принюхиваясь к вареву.

— Типа того.

— А вы вообще кто?

— Сам догадаешься? — усмехнулся Николай.

— Ну, ты типа ангел, а вот он никак не могу понять, не ангел, и не демон, и не человек.

— Привратник, — хмыкнул Коля.

— Не понял, — помотал головой Карл. — Их как бы на землю не отправляют.

— Дорогая моя или дорогой мой, как тебе проще? Все мы не без греха, — вздохнул Борисыч, — Тем более, мне нравится эта работа.

— А тело такое страшное ты сам себе выбрал? — спросил Карл.

— Чегой-то оно страшное? Вполне себе нормальное человеческое тело среднестатистического мужчины за сорок, который не пользуется особой популярностью у женщин. Вполне себе приятный для работы и для дружеских посиделок, но ничего более. Мы же не демонические сущности, чтобы очаровывать людей своей внешностью и харизмой, — пояснил Борисыч. — Да и люди меня в качестве сексуального объекта совершенно не интересуют.

— Внешность антисекс, — хмыкнул Карл.

— Типа того, — кивнул Борисыч.

— А чего делает ангел на земле? — поинтересовался Карл.

— А что мне делать на небе? — усмехнулся Николай. — Там скучно и неинтересно, вечно на какие-нибудь разборки отправляют. Здесь я работаю медбратом в больнице. Кстати, ты спишь на моем диване.

— Простите, больше не буду. Вы вместе живете?

— Ну да, квартиру снимаем. Мы же всё время работаем, сюда приходим, чтобы отдохнуть, вымыться и привести себя в порядок, иногда ночуем. Однушки нам достаточно на двоих, — Борисыч пожал плечами.

— А зачем меня сюда притащили? Бросили бы где-нибудь в скверике около больницы, - скривилась Клара.

— Всё слышал? — усмехнулся толстяк.

— У нас вечно Борисыч любит домой всякую убогую живность тащить, — фыркнул Николай. — Правда, она у нас долго не живет, подыхает, но он всё равно потом еще кого-нибудь приволочет. Я ему говорил, что тащить в дом демона — так себе идея, но ему стало тебя жалко. У него что-то там, видать, со зрением, раз не видит твою сущность.

— Приятно это слышать от ангела, — усмехнулся Карл.

— Учти, у нас тут жрать нечего, мы же не люди. Правда, Борисыч любит чай с конфетками гонять, ну и иногда беляшами балуется.

— У меня там оставалась какая-то еда. Вы забрали мои вещи? — спросил обеспокоенно Карл.

— Да, всё забрали. Еду убрали в холодильник. На несколько дней должно хватить, а потом я тебе что-нибудь куплю, — сказал Борисыч. — Вот если только ты будешь питаться людской энергией, мы будем вынуждены тебе отказать в доме. Такое у нас не приветствуется.

— Здорово. Людей у вас тут не наблюдается, так что с этим проблем не будет.

— Ты не понял, — к лицу Клары приблизился Николай. — Ты никого не будешь трогать.

— Вот знаешь, уважаемый, я за эти дни, как меня поместили в это тело, вообще ни к кому не притрагивался.

— А как же эта маньячная семейка? — удивился Борисыч.

— Я их не трогал. Они за меня сами хватались. Электрический провод не виноват в том, что он бьет током тех, кто за него схватился.

— Ну, так-то да. Вот в этом тебя нельзя обвинить, там всё получилось правильно, но нормальных людей не трогай, — погрозил пальцем Борисыч.

— Ты ему уже даешь индульгенцию на это? — с удивлением посмотрел на напарника Николай.

— Если станет меньше всякой человеческой нечисти, нам же с тобой будет проще работать. Я, например, не буду против, если нарик с третьего этажа кони двинет. Задолбал вскрывать нашу квартиру, — насупился толстяк.

— Это так не работает, во-первых, мне нельзя никого убивать, во-вторых, мне нельзя ни с кого специально тянуть энергию, в-третьих, я слабая девочка и у меня практически нет никаких демонических способностей, — ответил Карл.

— Очень жаль, — вздохнул Борисыч. — Специально нельзя, а как можно?

— Если до меня сам кто-то захочет дотронуться.

— Ясно, — хитро прищурился толстяк. — Ну, с этим у тебя проблем не будет в этом мире. В душ не хочешь сходить, девочка?

— Хочу, — кивнул Карл.

— Чеши. У нас с горячей водой проблем нет.

— А вы почему не на работе?

— В ночное дежурим. Мы вообще редко тут появляемся, еще реже пересекаемся, — ответил Николай. — Ради тебя Борисыч взял выходной.

— А ты побоялся его со мной оставлять? — спросил Карл.

— В общем, да.

— Она же просто ребенок, — отмахнулся от ангела Борисыч.

— Ты видел, что этот ребенок сделал с демоницей? Правда, сама немного поджарилась, но, надо сказать, ей пошло на пользу, — хмыкнул Коля.

— Ладно, хватит болтать, иди мойся, а то пахнешь ты не очень, — сказал Борисыч Карлу.

Девочка встала с дивана и побрела в ванную, затем вернулась назад в комнату.

— Где мои вещи?

— Вон пакеты стоят в углу, — кивнул в сторону Николай.

Клара вытащила нижнее белье, мыло и полотенце.

— В больнице сказали, что нужно вернуть его.

— Больше у тебя нет никакой одежды? Только вот этот больничный халат и ночная рубашка? — поинтересовался ангел.

— Есть тонкое платье, но оно в крови.

— Весело.

Николай стал рыться в огромном советском шифоньере. Он вытащил из него какую-то безразмерную футболку с иностранной надписью.

— Держи, больше ничего такого нет. Борисыч свои рубашки точно никому не даст.

— Не надо на них покушаться, — ответил толстяк и ушел на кухню.

— И полотенце нормальное возьми, а не это больничное недоразумение.

Ангел сунул в руки Кларе махровое розовое полотенце.

— В ванной есть шампунь и мыло, так что свое можешь не таскать.

— Спасибо.

Клара ушла мыться в ванную. После ее напоили чаем с конфетами, накормили бутербродами с ее же колбасой и салом.

— Дорогая, нам надо на работу. Ночуешь одна. Дверь никому не открывай, — предупредил ее Борисыч, натягивая на себя свитер.

— В подъезд не выходи, — сказал Николай. — Еда у тебя имеется. Через пару дней увидимся.

— До встречи, — ответила Клара и тяжело вздохнула.

Борисыч с Николаем еще некоторое время потолкались в коридоре, одеваясь, попрощались и ушли. Клара осталась одна.

Глава 14 Жертва поймала охотников

Клара обошла всю квартиру, вышла на балкон, немного постояла, посмотрела на серый двор. Затем прогулялась по коридору, заглянула в чулан, чихнула несколько раз от скопившейся пыли. Притормозила около зеркала, включила свет и стала себя рассматривать. У нее появилась вторая окрашенная прядь, вот только была она не белой, а черной, как вороненое крыло. С левой стороны белая, а с правой черная.

— Как специально, — хмыкнула Клара, пытаясь запихнуть прядки под волосы. — Теперь будут все на меня пялиться. Хоть бы глаза цвет поменяли, а то так и остались блеклыми, как у покойника.

Она затянула волосы в хвост, выключила свет в прихожей и отправилась назад в большую комнату. Там стала изучать книжный шкаф. У квартирантов телевизора не было, а сидеть и пялиться в стену Карл не привык. Он выбрал журнал «Наука и жизнь», уселся на диван и стал его читать. К вечеру устал от него и направился на кухню чего-нибудь пожевать. Согрел себе чайник, наделал бутербродов, включил радио и стал слушать какой-то спектакль.

— Н-да, если я тут буду сидеть один-два дня, то сойду с ума от безделья. Надо основательно изучить книжный шкаф, может, чего и попадется интересного и неизученного.

После ужина, дослушивая спектакль, он вымыл плиту, подоконник и раковину. Потом поздоровался с огромным усатым тараканом, который при виде человека на кухне рванул в вентиляционную шахту. Спектакль закончился, и Карл направился в комнату разбирать книжный шкаф. Нашел в нем несколько романов Беляева и сел читать. В десять вечера соседи наверху врубили музыку. На весь дом орала «Агата Кристи» и Цой.

— А вот это уже интересненько, — хмыкнул демон и улыбнулся.

Клара кинула на пол книгу, легла на спину и подняла руки вверх. Она всем телом почувствовала, как во все стороны поперла энергия.

— Почему бы не подкрепиться, когда оно само ко мне идет? — ухмыльнулась она. — Они раскидывают, а я соберу.

Энергия шла туго, словно через толщу фильтров. Оно и понятно, такой способ тоже был недоступен для Клары. Но после контакта с демоницей проявились кое-какие старые способности, хоть и в очень слабом состоянии. Вдруг резко потух свет, вероятнее всего, где-то произошло замыкание. Сверху послышались возмущенные вопли.

— Опять эти грёбаные соседи нам рубильник выключили.

На площадку высыпали соседи, интересуясь, что произошло, и кто-нибудь знает, дадут им сегодня свет или нет. Как обычно, появилась парочка крикливых человек, которые кляли правительство, перестройку, коммунальщиков и возмущались, что при Сталине такого не было. Клара приложила ухо к двери и внимательно слушала и, конечно, немного потягивала разбрасывающуюся везде энергию.

В подъезде стало тихо, все разошлись по своим квартирам. Клара вернулась в комнату, достала одеяло и подушку и устроилась спать. Практически сразу провалилась в сон. Снилась ей та самая демоница, которая ругалась на Карла, что тот слишком много забрал у нее энергии.

— Теперь меня из-за тебя лишат лицензии, — возмущалась она.

— Это не мои проблемы, — ответил Карл. — Не надо было на меня нападать.

— Ты первый начал.

— Ты ниже меня рангом, но решила, что от меня можно так просто избавиться.

— Да, представь себе, мне захотелось уничтожить такого демона, как ты, когда он слаб, — фыркнула она.

— А теперь тобой может полакомиться любая сущность.

— Да иди ты, — сказала демоница и исчезла.

Щелкнул выключатель, зажглась люстра. Свет больно ударил в глаза Кларе.

— Опа, смотри-ка, а тут у них девка какая-то спит. Не такие уж они и извращенцы.

— Да это, наверно, дочка того плешивого.

Клара натянула на себя одеяло и смотрела на трех парней, которые шарахались по комнате. Один из них рылся в шкафу, выбрасывая на пол вещи.

— Вы чего тут делаете? — спросила Клара тоненьким голоском.

— Детка, мы ищем деньги, — мерзко улыбнулся тощий и прыщавый парень и присел на край дивана. — А ты милашка.

Он попытался дотронуться до лица Клары, но девочка инстинктивно дернулась в сторону.

— Смотри, какая недотрога. Толян, ты чего там делаешь на кухне? Смотри, какая у нас тут куколка лежит, можно развлечься.

— Девку не тронь, не найдем денег — поменяем ее на что-нибудь хорошее у барыги, — сказал здоровяк, который копался в шкафу.

— Ты думаешь, он заинтересуется девчонкой?

— Я сам видел, как к нему приводили таких крошек. Он их потом продает за хорошие бабки, — ответил здоровяк.

— Толян, хватит жрать, иди сюда, зацени хоть куколку. Такая недотрога.

Прыщавый парень полез под одеяло, хотел пощупать Кларины ноги. Схватил ее за ляжку и посмотрел в лицо, ожидая увидеть страх в ее глазах. Однако по лицу девочки поползла кривая улыбка.

— Чё за на, — только и смог он сказать.

Он побледнел, захрипел, завалился на бок, а затем скатился на пол. Там забился в конвульсиях, изо рта пошла пена, глаза закатились.

— Только не сдохни, — сказала грубым голосом Клара. — А то мне потом за тебя отвечать придется.

— Чёрт, чёрт, Батон, ты чего? Походу, мы паленку выпили, — около своего подельника запрыгал тот, что рылся в шкафу.

В комнату ввалился Толян, держа в руках остатки батона и кусок колбасы.

— Что же вы за люди такие, — возмутилась Клара, — последнее готовы сожрать. Топай на кухню и положи всё на место.

— Ты чего, коза, тут вякаешь! — просипел Толян. — Я тебя сейчас как зашибу.

Он замахнулся на нее.

— Попробуй, — осклабилась Клара.

— А чего это с ним? — спросил жующий товарищ.

— Да хватит жрать, Толян, помоги лучше. Видишь, у него судороги, походу, мы сейчас паленку пили, вот его так и вштырило.

— Валим отсюда, а то скажут, что это мы его траванули. Пусть девка с ментами разбирается.

— Девку мы не оставим. Я деньги так и не нашел, — ответил здоровяк.

— Ну, тряпье возьми какое-нибудь, продадим.

— Да тут ничего не осталось уже.

Кларе было безумно жалко колбасу и остатки батона. Если все будут есть ее еду, то она завтра останется голодной.

— Может, скорую ему вызовем? — спросил верзила.

— Мне разборки с ментами не нужны. Хватай девку и валим, — велел Толян.

Здоровяк бросил своего приятеля, завернул Клару в одеяло и закинул себе на плечо. Сделал пару шагов по направлению к двери и стал шататься.

— Рухнет или не рухнет, — думала девочка.

Верзила опустил ее на пол, а сам схватился за косяк двери.

— Колян, ты чего?

— Что-то мне не очень, — сказал он и сел на корточки.

— Ты следующий, — осклабилась Клара и посмотрела на Толика.

— Чё, чё у тебя с глазами? — испуганно спросил он.

— Что надо.

Толик попятился спиной к двери. Клара пошла за ним следом.

— Колбасу, собака, отдай, — рявкнула она.

— Да на, подавись, — кинул он в нее огрызком и выскочил в открытую дверь в подъезд.

— Гад какой, продуктами разбрасывается.

Она подобрала с пола остатки колбасы и хлеба.

— Ты кто? — спросил ее скрючившийся на полу верзила.

— Конь в пальто, — ответила Клара и пошла на кухню относить на место продукты.

Потом она отправилась в коридор, подперла открытую дверь тумбочкой, вернулась в комнату, перешагнула через парней. Клара выключила свет, улеглась на диван и завернулась в одеяло.

— Спокойной ночи, мальчики.

— Может, ты вызовешь нам скорую? — просипел Колян.

— Зачем? Это не в моих интересах, — ответила она.

— Ты вообще кто?

— Биологию в школе учил?

— Учил.

— Вот и подумай, — ухмыльнулась она.

— Ты чудовище.

— Вполне может быть, — усмехнулась Клара. — Жертва поймала охотника. Спи, дружок, завтра станет легче.

— Батон, может, скопытиться за ночь, — прохрипел здоровяк.

— Это не мои проблемы. Не мешай спать, а то станешь таким же, как он.

Клара закрыла глаза и вырубилась. Ее как-то не волновало, что рядом с диваном на полу валяются двое парней, живые, да и ладно, а все остальное она решит завтра.