Карьера в мире меча и магии

Глава 1 Сергей Кравченко, он же Гарр, пятый сын старосты

Тяжело вздохнув, я опять воткнул вилы в плотно слежавшуюся массу. Черт с ним, к физической нагрузке, да и к запаху я уж привык, но вот сама постановка вопроса… Ну вот почему мне всегда достается самая неприятная обязанность? Как тому же Гераклу, вроде уборки навоза из конюшен. Но там он выкрутился: смыл к чертям весь навоз вместе с конюшнями. Да еще и коней угнал, в качестве «оплаты» за работу. А здесь?

Кого я здесь угоню? Хаврошу? Так не угонишь ее далеко, к тому же она и так моя, вроде бы. Точнее, принадлежит моей семье. Или вот этих троих овец, что жмутся к дальней стенке, под «охраной» барана Борьки? Вишь, башку наклонил и рога вперед выставил. А дерется (точнее, бодается) он здорово. Разбежится, подпрыгнет и как даст всей массой куда достанет! Мне от него поначалу пару раз прилетело, и не слабо. Потом с ушибом грудной клетки отлеживался на этой самой подложке из… остатков жизнедеятельности его «стада». Или это у местных «Отарой» называется? Неважно. Не силен я в этих тонкостях местных «Агрономии и животноводства». А ведь, судя по всему, придется привыкать и изучать все, с этим связанное, если собираюсь как-то выживать. Нет, я не жалуюсь. И не расстраиваюсь. Просто поубивал бы на месте всех этих авторов «попаданческих» романов! Вечно у них что ни попаданец в альтернативный мир, то в Империю. И непременно в дворяне, или другую аристократию. Плюс сразу же или колдун даст знание местного языка, и грамматики заодно. Или местные вообще на русском между собой разговаривают. И непременно попадают они в кого-то из наследников местного правителя, ну, на худой конец в малолетнего родственника какого-нибудь графа. И обязательно обнаруживают у себя талант к магии, который они, пользуясь своим могучим интеллектом, сразу же начинают применять, открывая у себя все новые свойства… Ну, и затем каждый имеет воинские умения и шпионские таланты на уровне Джеймса Бонда. А затем принцессы в них влюбляются, королевства они завоевывают, а потом прогрессорствовать начинают и всех учат, как из гамна и палок создать детекторный радиоприемник и паровой двигатель с динамо-машиной.

Ну да! А тут… какое, к черту, прогрессорство, если верх моих талантов – овчарню за Борькой убрать да Хавронье солому поменять, чтобы она на следующий сезон побольше новых поросят принесла!

Хотя в чем-то написатели романов правы: чтобы в дохлую тушку наследника впихнуть вызванную свежую душу (или инфо-матрицу, если по-научному) погибшего в другом мире человека – нужен колдун. Причем колдун не какой-нибудь, а квалифицированный. И душа должна принадлежать человеку, героически погибшему на какой-нибудь войне (а такого добра на нашей планете завались. В смысле, войн, а не героев). Или, просто, невероятно крутого бойца, не менее героически защищающему от толпы бандитов одинокую, свободно гуляющую по улицам города, девушку. Хотя какого черта она поперлась свободно гулять по сомнительным районам города? Приключений захотелось? Ну, вот тебе и приключений полная жопа, да еще и сверху насуют по самые гланды, мечта исполнена. Так какого черта ее спасать?

А чтобы нанять срочно мага, с другой стороны, нужны деньги или их эквивалент. А они в таком мире только у знати. Графов там всяких, или, на худой конец, баронов. Вот тут-то наш Герой и разворачивается: со знанием языка, всяческими амулетами и при деньгах.

А у меня… все не как у людей. Хотя жаловаться грех: в родном-то мире меня убили. И тоже, можно сказать, погиб на войне. Точнее, во время войны. Можно сказать, «сопутствующий ущерб». На таких, как я, даже внимания никто не обращает. Да и здесь достался мне эквивалент «офисного планктона», то есть сменил «шило на мыло».

В общем, шел я себе на автобус. Наша контора располагается на окраине, можно сказать, даже за городом. Добираться туда удобнее всего от автостанции, расположенной у станции метро, в районе Большого Промтоварного Рынка. Работаю я, как уже сказал, менеджером. Хотя сейчас почти все должности называются «менеджер». Есть даже должность «менеджер территорий», хотя по старинке дядю Петю все называют «дворником». А Егора вообще в шутку называют «топ-топ менеджером». В смысле, не старший над «топами», а просто топает куда пошлют, или курьер, по-старому. Которого, как известно, «ноги кормят». А совершенно бестолковая Светланка – «офис менеджер». И как эта блондинка вообще по клавишам компьютера попадает, при своих пятисантиметровых накладных ногтях – одному Богу известно. И понимает ли она, что именно печатает – тоже большой вопрос. Но тоже «менеджер», или «манагер», как любит выражаться шеф.

Ну, а меня ноги в тот день не прокормили. Как всегда, ехал в половину седьмого на работу с автостанции. А они, гады, устроили обстрел рынка. И в автостанцию пара фугасных крупнокалиберных прилетело. Одним автобус с пассажирами развалило. Причем осколком прилетело в голову какому-то велосипедисту. Так что хоть общественный транспорт, хоть собственный – конец один. Им-то, гадам, все рано: лишь бы трупов побольше. А потом громогласно объявят: «точечными ударами наших доблестных войск уничтожено 400 иностранных наемников (пассажиров) и пять единиц бронетехники (автобусов), а также тыщапятьсот фашистов (вообще непричастных торговцев с рынка)».

Нет бы мне просто залечь на пузо возле бордюра и замереть, так нет же, решил спрятаться в метро, под землей. И бросился через площадь к переходу. Почти добежал. Видимо, осколок следующего снаряда достал на излете. И мое бывшее тело раскинуло мозгами по тротуару.

Никакого тоннеля и света в его конце я не заметил. Только какое-то неясное бормотание, потом боль во всем теле и режущий, слепящий свет! А еще какое-то давление в груди. Меня согнуло пополам, и из желудка (а может, и из легких) хлынул какой-то грязный поток. Кажется, с комками тины и землей. Это где же я так тонул-то? В придорожной канаве, что ли?

Затем я вновь откинулся на жесткой лежанке. И увидел, как от меня удаляются два типа: невзрачный сутулый мужичонка с плешью на полголовы и долговязый тип в чем-то вроде тяжелой черной рясы, с откинутым капюшоном и в черной квадратной шапочке. Мужичонка, оглянувшись на меня, передал высокому типу какой-то мешочек. Видимо, оплату за оживление моей тушки. А дальше я опять потерял сознание.

Очнувшись во второй раз, не спешил открывать глаза. Даже успел подумать, что попал в госпиталь и все предыдущее было видениями, вызванными наркозом. Но думал я так недолго: пока не рискнул открыть глаза, и не обнаружил над собой простой дощатый потолок. Я находился в почти обычной сельской избе. В которой, как позже выяснилось, все было сделано по самым высоким стандартам… 12-17 веков. То есть жить было можно. Ведь очнулся я в семье местного «кулака» - старосты. Конечно, ни центрального отопления, ни водопровода, ни электрического освещения здесь не было. Но окна были застеклены, стены каменные, стол накрыт белой вышитой скатертью, а табуретки прочные, деревянные, даже с резьбой на ножках. А сам дом построен, похоже, из остатков какого-то более старого строения, это когда-то давно был не то храм забытого бога, не то еще что-то такое же. Вот только или папаша, или кто-то еще в прошлом поколении перестроил это здание под жилое помещение. Плюс на кухне имелась большая печь посреди дома, которая служила как для приготовления и подогрева еды, так и для отопления, ну и как лежанка. Но все это я узнал потом, когда немного освоился. Вот только я поначалу не понимал ни слова из того, что мои родственники говорили, как мне, так и между собой. А сам молчал (что никого не удивило, ведь мой «реципиент» оказался немым с детства).

Со временем я разобрался, что мой «персонаж» является пятым сыном (и восьмым ребенком, если считать сестер) в довольно зажиточной крестьянской семье. К тому же я изначально считался в семье немного… мягко говоря, туповатым. Да еще и немым. И своему рождению был обязан исключительно отсутствию в этом мире противозачаточных средств и контрацептивов. Так что никто ко мне серьезно не относился. Единственным моим достоинством была значительная физическая сила (ну, для своего возраста: мне было здесь около 14 лет), но был я крупным и здоровым. В общем, я считался тупым, но пригодным для простой физической работы. Кстати, физически я был полной противоположностью моей предыдущей версии: в той жизни я был не слишком спортивным, на физкультуре числился середнячком. Даже в спортсекции не ходил: только недолго, на плавание. Но в школе числился в отличниках. Закончил политех, и устроился менеджером в компанию, торгующую стройматериалами. Где из всего своего школьного образования пригодилось только умение нажимать на кнопки калькулятора. Даже таблицами из Экселя почти не пользовался. Ни к чему было: всю аналитику выполняли «более умные» (а точнее, более блатные и высокооплачиваемые) работники: в основном какие-то дальние родственники директора. Они сортировали товар, делали заказы и подводили баланс. А вот план по продажам повесили на меня, как и общение с розничными клиентами (они же придурки).

То есть весь геморрой – мой, а прибыли девочки из бухгалтерии распределяют среди других. А еще на мне все претензии от клиентов по поводу качества продукции. А чего они ожидали от дешевых китайских стройматериалов, не рассчитанных на нашу погоду?

Но это все дело прошлое. Здесь моя задача – колоть дрова, таскать воду из колодца, закидывать сено на сеновал, и, конечно же, давать корм и убирать навоз за нашими животными. И зовут меня здесь Гарр. Но со временем мне даже понравилась такая жизнь на свежем воздухе. К физической работе мое тело оказалось отлично приспособленным. Хотя сперва я орудовал вилами и лопатой более чем неловко, а топором чуть не оттяпал себе ногу, пока учился колоть дрова, но затем начал рассматривать такие занятия как своего рода тренировку в спортзале. И начал пытаться прокачивать во время работы не только силу, но и ловкость. Наверное, некоторые упражнения со стороны смотрелись странно, но никто со стороны ко мне не присматривался: что возьмешь с дурачка?

А еще я нашел отличный способ прокачивать ловкость: по вечерам наша семья собиралась плести корзины. Для чего заранее заготавливалась лоза. Тут целая наука: нужно определить место заготовки и подобрать время, выбрать способ обработки и, разумеется, научиться плести корзины. А это, между прочим, не такая уж простая наука. Тут грубая физическая сила не слишком-то и поможет. Хотя, если смотреть за процессом плетения со стороны, все кажется очень простым: но только до тех пор, пока не приступаешь к работе.

Когда я впервые присоединился к нашему семейному «кружку плетения», сестры на меня посмотрели с веселым недоумением. Но охотно дали место и материал для заготовки. А отец взялся руководить моими действиями. Естественно, ничего у меня в первый день не получилось. Во второй, кстати, тоже. Хоть что-то похожее на корзину у меня начало получаться только через неделю. Да и пальцы потихоньку начали делать то, что мне хочется, а не что попало.

Да, и никто не приставал с разговорами: видимо, говорить со мной считалось чем-то вроде разговоров со здоровенной колодой, на которой я колол дрова. Но постепенно я, методом пристального вслушивания, научился понимать почти все, о чем говорят вокруг. Все-таки высшее образование (даже политехническое инженерное) обеспечивает не только знание высшей математики и теории металлообработки, но и хоть немного, но развивает мозги. Кстати, моя молчаливость сыграла неожиданную роль: мне начала доверять свои секреты старшая сестра, Мишлина. Ну, как, «доверять секреты»: она просто рассказывала мне их, как неодушевленному предмету. Уверенная, что никуда дальше ее «сердечные тайны» не уйдут. А она как раз вошла в возраст, когда начала всерьез интересоваться юношами. А я, мало того, что немой, так еще и якобы «не дорос» в свои 14 лет, до вопросов взаимоотношения полов. Но мне, фактически 30-летнему мужику, было крайне занимательно слушать ее рассуждения, и все труднее было сохранять «покер фейс», глядя на привлекательную фигурку в простеньком сарафане, под которым отлично просматривались все ее «вторичные половые признаки».

Я опять перестал собирать вилами слои овечьего дерьма, и с улыбкой поглядел через загородку на Хавронью. Ведь, фактически, это она меня спасла: колдун (или маг) взял за оживление утонувшего крестьянского сына цену, которую тот получил от продажи одного из поросят, которые принесла Хавроша. Правда, это только я дал животным имена: у местных крестьян этого делать не принято. Ну, скотина и есть скотина. Кроме кота, разумеется: тот на особом положении. Он не дает ни мяса, ни молока. Ни даже шерсти, но живет в доме не положении полноправного домочадца. И охраняет продукты и ледник, находящийся в подвале, от крыс и мышей. Ему даже сметана иногда достается. И, естественно, для меня он стал Василием.

В тот день мне оставалось только очистить овчарню, и можно отправляться мыться в баню. Я туда с утра и воды натаскал, и дрова в каменку подкинул. Осталось растопить печь, нагреть воды и натопить помещение. А еще я припас на леднике холодного квасу. А может быть, и будет дополнительный приз: Мишелина намекнула, что тоже хочет помыться, и мы окажемся в парилке вместе, голышом. Понятно, она якобы моя сестра, но спинку я ей все равно потру. А может быть, и другие места. Ну, хотя бы рассмотрю их вблизи. Очень уж они у нее привлекательные. Хотя голышом я ее и других сестер уже видел: мы ведь тогда купаться вместе пошли на пруд, а купальников здесь еще не изобрели. Правда, оказалось, что мое тело не умеет плавать: именно в тот день я утонул. Так что помню предшествующие события весьма смутно. А жаль: зрелище, похоже, было интересное.

Замечтавшись, я оперся на вилы и начал представлять себе Мишелину без одежды в моих объятиях: я хоть и младше на 4 года, но ростом вымахал выше отца, да и силой не обижен. Так что, не будь мы родственниками… впрочем, в деревне подрастает много других девушек.

И несмотря на мою умственную неполноценность, многие соседи захотят выдать за меня своих дочерей: силой не обижен, в супружеской постели смогу показать себя на высоте (и мастерство в общаге приобрел, и размерчик у меня вполне достойный). Да и отец у меня мужик зажиточный, так что с хозяйством сумею справиться. А умный муж в супружеской жизни – дело не самое важное. А в некоторых случаях даже лишнее, судя по опыту предыдущей жизни. И не только в семье, но и в бизнесе слишком умные не выживают.

Так что перспективы у меня здесь не такие уж кислые. Несмотря на то, что к правящему классу я никаким боком не принадлежу. На этих радужных мечтах радостный мой период жизни и закончился.

За забором послышались вопли. Я вышел наружу, чтобы посмотреть, где же пожар. И почему все соседи орут и носятся по улице. Тут было громче: к крикам людей добавились вопли скотины. А дымки поднимались сразу в нескольких местах. И тут пролет забора рухнул и на его месте появилась Тварь. Да, я слышал разговоры в деревне, о том, что в округе время от времени появляются твари из ада (или его местного аналога). Тварь чем-то напоминала собаку, или какого-то ее более дикого родственника: волка или гиену. Ростом почти мне по грудь, целый частокол острых, желтоватых, конических зубов, длинный и раздвоенный язык, с которого стекала слюна. И кровь, которая стекает по перепачканной морде зверя, прекрасно дополняла вонь из пасти, ощущаемую даже с такого расстояния. Туловище собачье, но более крупное: килограмм триста, если на вскидку. На лапах мощные когти, сантиметров по десять. Не втягивающиеся, как у кошек, а оставляющие следы на земле. Ну, и дополнял образ хвост, которым Тварь хлестала себя по бокам.

Увидев меня, она зарычала и опустила лобастую башку, готовясь к нападению и оскалив зубы. Вообще-то я боюсь собак. Особенно крупных. Даже если они гуляют на поводке и в наморднике. Но быстро понял, что убежать от такой твари – не вариант. Поэтому только крепче сжал в руках вилы, свое единственное оружие. И пригнулся, приняв подобие виденной в боевиках стойки. Но тут за стенкой сарая заверещала Хавронья, но ее возмущенный крик резко оборвался и послышался вопль, полный боли. А затем стена загончика разлетелась от удара изнутри. И показалась морда еще одной твари. А в глубине сараюшки валялась спазматически дергающаяся туша Хаврюши с разодранным горлом.

И теперь я был один против двух адских тварей. И вооружен довольно несерьезным оружием. А точнее, сельхоз инвентарем. Плюс одет не в сверкающие доспехи, а в потрепанную одежду для хозяйственных работ и самые прозаические «гамноступы», в самом натуральном смысле этого слова. Ведь они по щиколотки перепачканы в навозе. Драться сразу с двумя тварями точно бесполезно. Я и с одной бы не справился. Поэтому начал лихорадочно высматривать путь для бегства. Ведь не зря все окрестности здесь изучил за эти три четверти года, что здесь сижу, да и дыхалку натренировал неплохо, бегая по утрам, до подъема солнца, так что как-то от пары собак удрать сумею. И начал просчитывать наиболее походящий путь для сматывания.

В этот момент дверь в хижину (домик) вылетела от удара изнутри. И из-за нее выдвинулась третья зверушка, слизывая с морды свежую кровь. Эта тварь отличалась от двух предыдущих: она больше походила на кошку, была гибкой и длинноногой. И с круглой башкой, но клыки в ее пасти были не мельче, чем у пары «собачек». И взгляд у этой кошко-собаки казался не намного добрее. К тому же она, кажется, только что убила всех членов моей семьи. И на помощь соседей рассчитывать смысла нет. Похоже, в селе произошел так называемый «прорыв». Что-то такое я слышал в разговорах: в этой стране (королевстве? Империи? Черт ее знает, какая тут форма правления. Местные говорят просто «у нас») в разных местах время от времени откуда-то появляются такие вот твари, которые полностью опустошают целые села и даже небольшие города, и спасшихся не остается.

Итак, положение безвыходное. И это как только я решил, что жизнь налаживается! Да, недолго я прожил «попаданцем».

Глава 2 Гончие из ада и кавалерия из-за бугра

Итак, я стою весь в навозе (но не стоит надеяться, что три кровожадные зубастые твари сочтут меня «невкусным»), в руках у меня подсобный сельхоз инвентарь. И, похоже, возникшие в непосредственной близости сразу три здоровенные твари хотят мной перекусить. Оглянувшись внутрь загона через пролом в стене, увидел валяющихся в углу загона трех овечек и барана, все со свернутыми головами и жуткими ранами на месте горла. Да, не помогли Борьке его рога! Затем заметил в углу дымящееся пятно, а посреди него что-то вроде ямы. Похоже, эти псины и правда появляются в любом месте из-под земли. И сразу убивают все живое, что замечают. А какого черта жрать животных сразу не стали? Вон, сколько мяса свободного валяется! И баранина, и свинина. А эта тварь стенку сарайчика развалила! И крыша уже задымилась, причем огонь не сверху идет, а мощные балки перекрытия внутри помещения уже занялись.

Стоп. Стенку развалила? А на чем теперь крыша держится? Особенности местной архитектуры я давно заметил: длинные балки перекрытия, из цельных стволов, стараются использовать только в жилых домах. Здесь же, в помещениях для скотины, используются более короткие и не такие ровные бревна, которые опираются на подпорку, выполненную на центральном столбе. И если его свалить…

Но моих сил не такой подвиг явно не хватит. А вот Хаврюша, если навалится всей массой, да еще и с разбега…

– Хавронья! Поднапрягись! – заорал я.- И свали этот чертов столб!

И тут же постарался как можно четче представить себе, как здоровенная свиноматка из всех сил наваливается на столб. А что, ведь говорят же, что мечты точно так же могут осуществляться в реальности. Особенно в критических ситуациях. А здесь ситуация более чем критическая.

Хаврюша была еще жива. Они отреагировала на мой голос и даже попыталась дернуться в мою сторону. Но тут монстр заметил движущуюся тушу и вцепился зубами хрюшке в сочную филейную часть. Хрюшка, несмотря на флегматичный характер, взвизгнула от такого невежливого обращения и рванулась в сторону. Как раз в направлении подпорного столба. И, пусть и не намеренно, но несколько центнеров сала и мяса создали достаточный импульс, чтобы сдвинуть с места опорный столб. Здоровенная неровная колода, подпирающая крышу, сдвинулась с места, и пылающее бревно рухнуло на хребет твари, все еще вцепившейся зубами в ляжку хрюшки. А следом на сцепившихся животных рухнула разгорающаяся крыша, скрыв их обоих из виду. Теперь против меня сидели «всего» две твари, хотя мне лично хватило бы любой одной из них поодиночке.

Особенно заинтересованно смотрела на меня кошко-собака, сидящая на пороге домика, внутри которого уже разгоралось пламя. От жара начали трескаться окна и огонь начал разрастаться, подпитываясь кислородом. Повалил дым: видимо, занялось постельное белье и перина на печке.

С этот момент во двор влетел ошалевший Полкан. Это соседская дворняга, с обрывком веревки на шее и раной вдоль спины, проделанной чем-то острым: возможно, когтем. Причем «дворняга» в старинном, изначальном смысле этого слова: не те, что бродят по улицам неприкаянно, а те, что двор охраняют. От них пошли (слегка уменьшившись в объеме, чтобы вписываться в малогабаритные жилища) разные там Московские Сторожевые. А нынешние Бультерьеры и Стаффорды были при таких раскладах мелкими «подзаборными моськами».

Только вот на Ваську этот Полкан гавкал, как любая нормальная собаки. И при каждом удобном случае пытался загнать на дерево.

- Полкан, кошка! – заорал я, указывая на собако-кошку, высунувшуюся из двери домика. – Ату её!

Зверь хорошо знал мой голос, и умел выполнять команды. Во-первых, он был умным. А во-вторых, он едва ли не единственное живое существо, с которыми я за последние полгода осмеливался разговаривать. Просто, чтобы не разучиться (или заново обучиться?) произносить членораздельные звуки.

Полкан, хотя и раненный и перепуганный, среагировал совершенно стандартно: загавкал и кинулся на тварь, чем-то напоминающую Ваську. Та от неожиданности зашипела и врезала псу лапой по морде. Пес с визгом отскочил, но продолжил облаивать противника на расстоянии. Кошка подняла хвост и прыгнула в его сторону. Он опять отскочил, не переставая изображать атаку. Легко перепрыгнув двор, адская кошка уселась на сруб колодца.

- Взять! – скомандовал я. И Полкан послушался. Он прыгнул на противника, и сшиб существо со сруба, вцепившись ему в лапу. Правда, и сам улетел в воду вместе с противником. Я услышал только тяжелый «Плюх» и жуткое завывание адской твари.

Кто там в итоге победит в колодце, меня уже не слишком заботило: но против меня остался еще один, самый здоровый из противников, которого мне и так за глаза хватит. Но теперь счет стал 2:0 в мою пользу, что вселило в меня некоторый оптимизм: этих тварей можно побеждать! И теперь мы с ним сойдемся грудь в грудь! Конечно, на его стороне клыки, зубы и когти, да и живого веса в нем раза в два больше, чем во мне. Но я, черт возьми, мыслящий человек 21-го века, с высшим образованием, а против меня какая-то безмозглая тварь!

Подогретый такими мыслями, а также разгорающейся позади сараюшкой, я поудобнее ухватил вилы и бросился вперед. И, конечно же, сразу же, выйдя за пределы утоптанного центра двора, поскользнулся в грязных ботинках на траве и чуть не рухнул мордой в землю.

Наверное, это меня и спасло. Изменив направление удара вилами, я увел свое «оружие» от взмаха передней лапы чудища. Хотя и пришлось, чтобы не ударить в грязь лицом, опуститься на колено, уткнув черенок вил в землю. И в этот момент твари надоело меня ждать, и она прыгнула, норовя опуститься на меня сверху и подмять под себя. И сама же насадила себя на вилы. Получилось что-то похожее на охоту на медведя с рогатиной. Весьма удачно, что у меня в руке была не китайская поделка из низкосортной стали, а выкованные в кузне многофункциональные трехзубые вилы. Которые еще в 19 веке крестьяне переделывали в оружие, которое позже было названо «протазаном» (искаженное «партизан», насколько я понимаю). Удачно, что сегодня я использовал специальные вилы для навоза, которые у нас в подшефном колхозе назывались «Рожны», железные и кованные. На мощном ровном черенке. Если бы острия были не кованые и закаленные, а изготовленные штамповкой из листовой стали (сталь-3), они бы просто согнулись, разумеется. Это я как специалист по металлообработке говорю. А сам я ни в каком раскладе не смог бы удержать оружие в руках, если бы на меня перла такая туша, и древко не было бы уперто в землю. Оружие бы просто вылетело из рук при ударе такой силы.

Но вот только осталась такая особенность, как длина черенка: это ведь были не «сенные» вилы, для забрасывания сена на сеновал, с черенком в 2,5 метра: длина оказалась недостаточной, чтобы я сам оказался на недоступном для передних лап животного расстоянии. И здоровенные когти полоснули меня по рукам и груди. Хорошо, что хоть голову успел отдернуть назад. Но, судя по поведению твари, ее раны не были смертельными, и она продолжала размахивать лапами. Острия вил (зубцы) вошли в тело едва на треть, поэтому я и навалился на вилы изо всех оставшихся сил, помогая себе ногой, как при копке земли: ведь шанса ударить второй раз у меня точно не будет. Как и силы, чтобы еще раз пробить прочную шкуру «адского пса». Так что поднатужившись, поднял и ударил зверем по земле, как застрявшим в полене топором при колке дров. Кажется, помогло: зубцы погрузились глубже, а тварь взвыла от боли. Но при этом опять достала меня передней лапой, и попала по руке. Кажется, что-то хрустнуло. Надеюсь, не черенок моего оружия! Еще немного поднатужился, чисто на адреналине, и показалось, что на этот раз зубцы погрузились немного легче и вошли более свободно. А тварь забулькала и опустила лапы по сторонам тела. А затем из приоткрытой пасти пошла кровь. Неужели повезло и пробил легкое? Теперь ей точно хана. Если регенерация не включится. Я утомленно опустил руки. Но расслабился рано. Внезапно собачка вздрогнула и сбила меня с ног ударом задней лапы. Но, уже отлетев в сторону и падая, услышал где-то вдалеке как будто сигнал гудка или трубы, и нарастающий топот.

Неужели кавалерия подоспела? Это было бы кстати. В таком состоянии, как сейчас, мне не то, что с еще одной тварью драться (которых в поселок, кажется, прорвалось не меньше нескольких десятков). Меня сейчас куры заклюют, если нападут стаей больше трех штук!

Кажется, я все-таки вырубился. Потому, что следующим кадром были какие-то бродящие по двору парни в блестящей броне.

- Смотри, а этого кто-то на вилы насадил! Я ж говорил, боевая деревня. А это бывший двор старосты, Ёргена Мунка. Знатный когда-то рубака был, пока на покой не ушел. Старший его, Илай, в отряде Дронга служит. Может, это он был?

- Да нет, старосту опознали уже. В хате погиб. Трупы его самого, жены и двух сыновей достали и опознали: сильно обгореть не успели. Вот этот пацан, кажется, тварь уделал. Жаль паренька, шустрый оказался. Сонг, подожди, да он, кажись, еще дышит! Зови спасателя!

Сильная рука приподняла мою голову и слегка потрясла.

- Точно, дышит! Только порван сильно. Давай флягу!

К моему рту приставили что-то похожее на горлышко фляжки, и в рот полилась жидкость.

Фу, гадость! Жжет, и запах характерный. Да это же спирт! Точнее, спиртовая настойка на травах. Но спирт не медицинский, а скорее, тот, что для протирки. А может, даже, самодельный, типа самогона. Уж больно сивухой несет. Даже запах трав вонь не отбивает.

Я закашлялся и попытался выплюнуть жидкость, но большая часть уже попала в глотку.

- Там, - скорее жестами, чем словами указал я, показывая на руины сгоревшей сараюшки. Ибо не был уверен, что огонь сумел сильно повредить адской твари, которая и вызвала этот пожар.

Ребята сперва не поняли, о чем говорю. Но затем один из них (видимо, более сообразительный), начал раскидывать полу-сгоревшие доски и остатки покрытия. И вскоре наткнулся на что-то черное, шевелящееся и рычащее.

- Демоны тебя побери, Сонг! Тут еще одна тварь! Похоже, обвалила крышу и застряла в обломках. Сейчас я с ней разберусь.

Он потянул из ножен, висящих на поясе, сверкающую стальную полосу, широко размахнулся и опустил куда-то вниз.

- Готов! Когда-нибудь буду рассказывать, как этим мечом, сумел отрубить голову адскому псу! – похвастался он.

- А я добавлю, что этот пес был наполовину придавлен в ловушке и не мог пошевелиться. И хорошенько обгорел. Кстати, что он там делал?

- На свинью охотился. Здоровая. Похоже, призовая. Правду говорят, что этот Ёрген справным хозяином был. Вон, какая здоровенная! Не зря к нему специально за поросятами из соседних сел ездили!

Тут из наполовину разрушенной хижины раздались радостные крики:

- Здесь живые! Девчонка в подвале спряталась! Дымом надышалась! Спасателя сюда, быстрее!

Из дома показались пара здоровяков в доспехах, один из которых тащил в руках какой-то куль. Выйдя на крыльцо, он положил куль на землю, и тот оказался женской фигуркой. Ладной такой фигуркой. Проморгавшись, узнал Мишелину. Ну, слава всем местным богам! Кажется, она нашла, где спрятаться от атаки! Вот только дыма должна была нахвататься. Вот незадача будет, если ухитрится умереть от отравления угарным газом!

Но тут появился еще один персонаж: в квадратной шапочке и черной рясе с капюшоном за спиной. Кажется, так же был одет тот маг, что перенес меня сюда из моего мира. Видимо, униформа у них такая. Его подвели к девушке, он похлопал ее по щекам а потом велел притащить воды из колодца. Заглянув вниз, еще один боец заорал:

- Там что-то плавает!

Я хотел было крикнуть, чтобы не стреляли, но сил не хватило. Бойцы уже разобрались, что делать. В колодец кинули сеть и зацепили им пловца. К моему счастью, это оказался Полкан. Но бойцы на этом не успокоились, и забросили сеть еще раз. И на этот раз вытащили плавающую вверх брюхом дохлую «кошку».

Разумеется, все комплименты достались отряхивающейся собаке. Которая, судя по всему, скинула тварь в колодец и притопила в короткой драке. Все-таки собаки плавают намного лучше «адских кошек». Затем, наконец-то, зачерпнули ведро воды и вылили на Мишелин. Которая тут же закашлялась и ожила. Та сразу узнала соседского Полкана и объяснила это бойцам. После чего обвела взглядом двор и увидела меня. Тут и бойцы обо мне вспомнили. И сопоставили то, что я собирался кидать в овчарне навоз и вилы, торчащие из груди чудища. Хотя долго отказывались верить, что какой-то пацан (к тому же совершенно немой, по словам Мишелин) заколол вилами такого зверюгу, а не удрал от нее на второй космической скорости, как любой нормальный человек на его месте. Затем ко мне подошел маг (он же лекарь, он же «спаситель», по местной терминологии). И отвел мои руки от тела, рассматривая повреждения.

Когда я вскрикнул от прикосновения к руке, внимательно осмотрел предплечье и нащупал место перелома. Сдавил это место пальцами, видимо, соединяя обломки костей под кожей и мышцами. А затем я увидел две зеленые не то молнии, не то волны света, исходящие из его рук к пораженному месту. Но могу и ошибаться. Возможно, мне это все привиделось. Ведь манипуляция обломками костей – это очень больно. Так что все окружающее я видел сквозь слезы, брызнувшие из глаз. А вот произносил ли он при этом какие-то заклинания, я не слышал, так как чисто по-русски в этот момент материл и его, и бойцов, и тварей, и всю местную медицину. К счастью, материл я их всех про себя, а наружу вырывался только грустный вой и стон.

А потом лекарь прошелся вдоль порезов на руках и груди, сводя кончики ран «защипывающим» движением. Как будто пельмени лепил. И те перестали кровоточить. А когда он еще и провел вдоль каждого шрама указательным пальцем, даже болеть почти перестали. Что, и это все? Я недоверчиво пошевелил раненной рукой. Она двигалась совершенно свободно, хотя на месте перелома, в глубине, и осталась режущая боль.

- Не спеши, - строго велел мне лекарь, помогая себе жестами. – До завтра руку на нагружай, пусть срастется как следует. А шрамы потом сами рассосутся, ты же не благородный всадник, чтобы на балах демонстрировать дамам отсутствие шрамов. Наоборот, перед девками хвастаться будешь, что в рукопашную Гурга завалил. Никто, конечно, не поверит, но сам-то будешь знать правду!

Да, в этом аспекте мир «меча и магии» мне нравится: «до завтра пусть срастется!» А на земле в травмпункте перелом лучевой или локтевой кости месяца два, как минимум, бы срастался. Да еще и гипс пришлось бы таскать все это время. Плюс на реабилитацию бы пару месяцев ушло: я-то знаю, у нас один сотрудник зимой руку ломал на гололеде. А тут «до утра не нагружай» и все! Такая медицина мне нравится. Но что дальше делать? В результате нападения («прорыва», по-местному) практически все жители лишились имущества. Значит, государство обязано им что-то компенсировать. Правда, многие при этом лишились и жизни, так что покойникам компенсация не положена. В общем, прибывший по сигналу тревоги (который успел подать староста) отряд не рассчитывал, что кого-то удастся спасти. И тем более захватить трупы тварей. А за захваченных или убитых тварей членам отряда полагалась премия. Подумав, командир Зерн решил, что уж если одну тварь сумел завалить член семьи Ёргена Мунка, то нам с Мишелин тоже положена какая-то премия.

Я не стал напоминать Зерну, что на мой счет, строго говоря, нужно записать все три трупа, которые найдены на нашем дворе. Но решил не нарываться: все равно не поверят, а если сильно настаивать, то и того, что положено, можно не получить! Так что стоит молчать, и радоваться, что хоть что-то получишь. Как говорится, «лучше синица в руках, чем утка под кроватью». А уж утку в лечебнице мне любой боец из отряда обеспечит, одним шалбаном по лбу.

Так что бойцы подогнали телегу, на которую погрузили три трупика тварей и начали скидывать все вещи, что смогли спасти из недогоревшей избы. Тут я тронул Мишелин за руку и напомнил о тушках животных: чего добру пропадать, если под сгоревшей крышей лежит пара центнеров свинины с салом (Хаврюша) и тушки овец во главе с бараном Борькой.

Мишелин озвучила предложение с бесплатным мясом бойцам, и те с энтузиазмом принялись раскидывать головешки. Так что вскоре мы неспешно двигались на телеге в сопровождении вооруженного отряда.

Сильно подозреваю, что я попал в эту компанию не благодаря «заботе бойцов о бедном сиротке», а потому, что шел «в комплекте» с симпатичной девчонкой. Ну, посмотрим. Тем более, что мне пообещали какую-то компенсацию за утерянное имущество и утерю кормильца (мой «отец» оказался бывшим бойцом этого отряда), плюс некая таинственная премия за то, что завалил напавшую тварь. А дальше… полная неизвестность. Хотя командир (все тот же Зерн, который подсел к нам с Мишелин) пообещал как-то позаботиться о нашем будущем.

Так что ехал я в полную неизвестность. Ну, хотя бы живой и одним куском. Уже хорошо.

Глава 3 Прибытие в город и распределение

На телеге передвигаться намного удобнее, чем пешком. Особенно вместе с грузом. Правда, не намного быстрее. Я проверил, соскочив с борта и пройдясь рядом с Мишелин. Чуть быстрее, чем просто пешком. Если пешеход передвигается (согласно учебнику физики за 6 класс) со скоростью 5 км/ч, то телега передвигалась со скоростью примерно 6 км/ч. Так что не сильно-то мы и ускорились. Зато на плечах или лошадях мы не смогли бы перевести Хаврюшу вместе с Борькой и тремя его подружками: Долли, Молли и Салли.

Хотя на вкус будущих шашлыков наличие у них имен вряд ли повлияет.

Городские стены мы увидели уже на заходе солнца. Но ворота оставались открытыми, хотя к ним мы подъехали уже надолго после заката. Видимо, та часть отряда, которая нас обогнала, договорилась с городской стражей. Которая в полном составе вышла нас встречать. Строго говоря, они пришли посмотреть не на нас (нищих и погорельцев в город и без нас приходит каждый день множество) а на трупы адских тварей. Вот их, кажется, здесь видят не часто. Особенно в городской черте.

Похоже, авторитет отряда, который смог поразить аж трех хищных тварей, значительно вырос. Особенно, когда все желающие осмотрели когти и зубы тварей. Ну и пусть растет, мне авторитета для отряда разведки не жалко.

Затем, нас оставили на попечение двух пожилых воинов, и те повели куда-то в поводу лошадку, везущую скрипучую телегу. Вскоре мы уж заезжали в какой-то двор, огороженный прочным бревенчатым забором. Укрепление внутри городских стен? От чего они так усиленно защищаются? – подумал я, увидев, что ворота за нами запирают пяток крепких ребят, не очень похожих на обычных прислужников из таверны. Но здание, несмотря на решетки и прочные деревянные ставни на окнах, действительно оказалось таверной. Причем довольно высокого класса.

Правда, нас заставили долго ждать в холле первого этажа, пока двое наших сопровождающих беседовали с каким-то коротышкой с замашками начальника. Зато после окончания разговора к нам подошли двое крепких парней в одежде половых, и с поклонами проводили в комнату на втором этаже. Сообщив, что ужин будут разогрет через полчаса, так как время ужина уже прошло. А пока, если господа изволят принять ванну, в комнату будет доставлено корыто и горячая вода. А запачканную одежду (он обвел взглядом пропахшую дымом одежду Мишелин и так и не переодетое рванье, в котором я убирал навоз), если пожелаете, оставьте на табуретке за дверью, и к утру она будет выстирана и высушена.

Разумеется, мы пожелали. И практически моментально пара дюжих парней притащила в комнату здоровенный медный таз. А вошедшие следом приволокли по большому ведру с горячей водой. Ванну поставили посреди комнаты, рядом с шифоньером, где уже висели пара белых толстых халатов, пара больших мягких и пара жестких полотенец, теплые тапочки и мыло с мочалками.

Мишелин быстро сбросила сарафан и первой полезла в таз с теплой водой. Я согласился, что буду мыться вторым, уж слишком был грязным: после меня воду придется выливать. Но спинку Мишелин я все же потер, хотя в данной ситуации это оказалось не так романтично, как в моих фантазиях. А затем и она мне. Причем настойчиво старалась рассмотреть меня всего, не ограничившись только растиранием мочалкой моей спины, намылив и живот, и то, что находится ниже. Это оказалось приятно, хотя я и сдерживался изо всех сил.

Переодевшись в халаты, мы позвонили в колокольчик, вызывая прислугу. И заказали ужин в номер (совсем как в наших отелях!), так как не можем спуститься в таком виде в обеденный зал. И поинтересовались, сколько будет стоить такая услуга. А заодно и попросили убрать ванну. На вопрос стоимости нам вежливо сообщили, что все услуги на время нашего пребывания оплатили наши спутники. А ужин входит в стоимость пребывания. А потом внесли на здоровенных подносах ужин. Только почему они посчитали, что такие огромные порции – это ужин на двоих? И такие большие кувшины с вином – это тоже нам?

Кстати, вино оказалось на удивление неплохим: я ожидал компотика похуже и покислее. Но питье оказалось неожиданно коварным: в этом мире (и в этом теле) я еще ни разу не пробовал алкоголя. Но по прежнему студенческому опыту знал о его коварстве. И о том, как действует на 18-летних девушек выпитый на ночь, при свечах, кувшин даже слабенького вина. В общем, все так предсказуемо и закончилось. Мы оказались под одеялом в кровати (все равно она здесь была одна) и я, наконец, смог вблизи и даже не ощупь изучить тугие груди своей «сестренки».

Если говорить совершенно откровенно, то не я первый это предложил. Просто разговор зашел о посиделках после бани, и Мишелина, хотя и немного удивленная тем, что совершенно немой я вдруг начал говорить (хотя пока с трудом и односложно), увлеклась рассказами о том, что ей по секрету сообщали подружки на таких «вечеринках». На самом деле, почти все это были пересказы «из третьих рук». Но попадались в этом «сексуальном воспитании» и настоящие перлы. Например, все подружки были прочно уверены, для чего парням вот этот «стручок», который находится у них между ног. Хотя насчет того, почему он твердеет в некоторых случаях, мнения разделялись. Большинство было уверено, что в нем внутри возникает некий «рог», или кость. В результате чего он увеличивается в размерах и становится твердым. И чтобы этого добиться, достаточно показать парню грудь. Что и было немедленно опробовано на мне, как самом подходящем для этого объекте. Нужно сказать, что методика сработала моментально. Хотя она и была удивлена, что этот способ подействовал даже на меня: по ее мнению, я был для подобных метаморфоз слишком молод.

После чего был обследован (осмотрен и ощупан) и сам этот «отросток». По результатам осмотра данный процесс был назван «необычным и непрактичным» (ходить в таком виде неудобно). Зато был вспомнен и опробован еще один рецепт от более опытной подружки: кость, которая возникает внутри «отростка», можно растворить, чтобы избавить парня от неудобства. Как я понял, это «рецепт» был подсказан кем-то из страдающих парней: Кость просто рассасывается, если на нее попадает слюна! Нужно просто хорошенько облизать и пососать отросток, и кость превращается в вязкую желтоватую жижу. Но если не успеть направить ее наружу, то она изливается из кончика отростка в рот «спасительнице». Жидкость можно или выплюнуть, или проглотить: некоторые девочки уже пробовали, и вкус им даже понравился! Так что сестренка рискнула испробовать на мне такое «лечение». Да я был и не против. Оказывается, иногда средневековые способы лечения могут быть очень приятными!

Заодно она попыталась выяснить, несмотря на мой бедный словарный запас, почему парням так нравятся женские груди. На что я внятно ничего ответить не смог: даже наука моего времени не дает внятного ответа на этот вопрос! Просто ответил: «Нравится», иактивнее в них вцепился.

Она же, со вздохом, предположила, что больше ничего интересного в женщинах парни не находят, и вцепляются в то, что видят перед собой. Вон, даже между ног у женщин ничего интересного. И предложила в этом убедится: мол, смотри сам, просто какая-то трещина, с помощью которой они писяют. Даже подергать не за что. Только волосы зачем-то над этой щелью висят. Зато бегать ничто не мешает. Если бы еще сиськи на бегу из стороны в сторону не болтались, вообще бы отлично было. Ей тоже советовали грудь широкой полосой перевязывать, но полоса или сползает, если слабо завязать, или дыхание передавливает. В общем, пусть себе болтаются. Только мужики слишком уж активно стали в последнее врем на них пялится. Даже стражники, что нас до этой гостиницы сопровождали. Тут я был с ней согласен: явно ведь размер сисек моей сестры и забота о нас со стороны бойцов связаны между собой. Но пока не стал заострять на этом внимание, а занялся практической гинекологией: внимательным осмотром того, что неопытная девочка сама мне норовила показать, старательно раздвигая ноги.

На мои попытки объяснить, что ее «щель» и такие вот «отростки», которые имеются у каждого парня, имеют некоторое отношение к семейной жизни и рождению детей, отмахнулась. Мол, и такие версии она тоже слышала, но это уж точно чушь! Достаточно сравнить толщину даже моего недозрелого отростка и ее узкой щели, как станет понятно, что они совершенно не совпадают!

Мне тут же было продемонстрировано, что в женскую щель разве что палец войдет, да и то с натугой. А дальше там вообще какая-то преграда стоит. Но что и в самом деле, среди девчонок ходят и такие слухи, что соответствуют моим извращенным фантазиям. Всем понятно, что я мог нахвататься таким слухам у парней, что готовятся к свадьбе: Мол, девушки, которые уже выбрали себе пару, должны пройти специальный обряд. Они запираются в сарае или бане со специально приезжающим перед свадьбой колдуном, и тот за небольшую плату, пользуясь каким-то каменным амулетом, напоминающим здоровенный мужской отросток, «расширяют» эту щель, чтобы муж мог тешить свое естество внутри тела женщина, а не через такое естественное отверстие в ней, как рот. Хотя, по рассказам, ритуал довольно болезненный.

Правда, если повезет, то похожий ритуал может провести с девушкой не престарелый колдун, а кто-то из благородных господ: ландлорд, барон или даже владелец земель, герцог. Но это же как должно повезти, чтобы как раз перед свадьбой такой важный господин не только заехал в деревню, но и обратил внимание на невесту! Да еще согласился проделать это за те деньги, что может предложить ее отец!

Нет, такое совершенно невозможно. Хотя говорят, что благородные господа делают это лучше, чем колдун. И многие мечтают, чтобы с ними произошел именно такой случай! Тогда и семьи получаются крепче, и дети в таких семьях здоровее. Особенно первенцы.

Такая трактовка методов дефлорации и «права первой ночи» меня, честно говоря, сильно удивила. Оказывается, секс с крестьянками перед свадьбой местные считают не «насилием над человеческой личностью», а чуть ли не благословлением и благодеянием!

С другой стороны, даже на Земле до сих пор в некоторых народностях (правда, это всего лишь в Африке) жениться на девственнице – это табу, и существует специальная группа «колдунов», которые при помощи молитв и вот такого дилдо лишают будущих невест девственности, Снимая, таким образом, «проклятье» с будущего жениха. И самого процесса соития.

Да, есть о чем призадуматься. Не податься ли и мне в такие вот «волшебники»? Что, неужели не справлюсь? Как говорится, «я, конечно, не гинеколог, но посмотреть могу».

В общем, следующий час я пытался руками, губами и языком объяснить сестренке, что «устройство» у нее между ног предназначено не только для «пописять». А она опять пыталась собственной слюной растворить роговое образование, опять возникшее в моем «отростке». И не пролить на чистое белье ни капли жидкости, в которую этот «рог» превратился. Наконец, к обоюдному удовольствию, мы успокоились и, по-братски обнявшись под одеялом, уснули.

Утром я проснулся от голода и первых лучиков солнца, заглянувших в окошко. Нацепив халат, выглянул в коридор. Наши вещи, чистые и даже отглаженные, лежали на табуретке рядом с номером.

Одевшись, разбудил Мишелин. И, пока она одевалась, отправился на поиски еды.

Сперва отправился вниз, и попал на кухню. Где был замечен дородной поварихой и изгнан из «святая святых». Затем наткнулся на одного из крепких парней, играющих здесь роль «обслуживающего персонала». Тот подтвердил, что мы проживаем в гостинице, но не коммунальной, городской, а принадлежащей одному из цехов. Который занимается торговлей. Правда, специализируется он на не слишком распространенным в городе товаре. И поэтому на них косо смотрят городские власти и стража, так что приходится самостоятельно обеспечивать охрану. И попасть сюда «просто с улицы» почти невозможно, да и цены (как и уровень обслуживания) здесь на высоте. О нас договорился (и оплатил наше пребывание) командир отряда разведчиков, с которыми у цеховиков хорошие отношения.

А завтрак будет, и наше пребывание включает оплату завтраков, обедов и ужинов. И, как только начальство договорится о нашем дальнейшем распределении, нас отправят на место будущего проживания.

Поблагодарив парня, я вернулся в номер и предложил ждать сигнала. А пока перебиться вот этим яблоком, которое я успел стащить на кухне.

Дождавшись звука колокола, спустились в обеденный зал. И тут же обнаружили, что одеты мы не совсем подходяще для нахождения в нормальной городской харчевне. Мне то наплевать на косые взгляды на мою одежку, но Мишелин сильно смущалась своего простенького сарафана.

Ситуацию быстро исправил подошедший официант, проводив нас в отдельный «кабинет», отгороженный от общего зала пусть и символическими, но шторками. А затем тот же официант притащил простой, но сытный завтрак: кашу с мясом, пироги с разными начинками, салат и большой кувшин с компотом. Поднявшись опять наверх, я попытался коротко пересказать Мишелин утренний разговор с коридорным. О том, что над нами шефствует командир привезшего нас отряда. И что вскоре нас ждет дальнейшее распределение: ведь не можем же мы долго жить в таких райских условия. Придется как-то отрабатывать.

И как накаркал: в течение часа на пороге возникли пара парней в нагрудниках и прочих металлических прибамбасах на руках и ногах. Пригласили меня с собой и куда-то повезли. Я, зажатый в карете между двумя здоровяками, почти ничего не видел в окошке. Заметил только, что остановились в проеме каких-то ворот, где стража обменялась парой слов с моими сопровождающими. И мы двинулись дальше. Вышли на какой-то площадке внутри крепостной стены, и двинулись в сторону портика. Затем поднялись на каменное крыльцо п прошли вовнутрь через солидные, высокие и толстые деревянные двери, укрепленные железными полосами: ну точно, вход в крепостной донжон (как я его себе представлял). Поднялись на второй этаж и остановились перед солидной дверью в апартаменты. Впечатление такое, будто это кабинет директора школы или какого-то другого учебного заведения: может, ректора университета или какого-то другого начальника над процессом обучения. Но впечатление, что это заведение имеет какое-то отношение к обучению (и немного к армии) почему-то не оставляло.

Постучав, один из моих сопровождающих с натугой открыл дверь, а второй подтолкнул меня вперед. В приемной за толом сидел молодой парень в чем-то, смутно напоминающем военную форму. Видимо, адъютант главного начальника. Обучение и военное дело: все совпадало. Похоже, что-то вроде суворовского училища, этакое ПТУ для детей военных. А куда им еще податься? Не в пекари же, или горшечники. Там и своих наследников хватает. Да и отец у меня, как выяснилось, какой-то старый рубака. И как минимум один старший брат уже служит где-то. И привез меня отряд разведчиков некоего Зерга. Куда меня еще могли засунуть?

Ну ладно, со мной разобрались. А куда Мишелин? Не в армию же! Вроде бы, здесь, на этими историческом этапе, война это чисто мужска работа, железом махать. Женщин сюда не берут, кажется. Разве каких-нибудь мужеподобных кавалер-девиц. Впрочем, неприятности буду переживать по мере их поступления. А пока нужно точно понять, куда меня занесло.

Адъютант лично распахнул последнюю дверь, и я увидел сидящего за столом пожилого, худого и длинного человека в чем-то, напоминающем мундир со старинных картин. Но не средневековых, а примерно 17-18 веков. Или даже Наполеоновских войск. Да еще и с целой полосой каких-то висюлек на мундире. Видимо, награды. Жаль, что я не разбираюсь в местной фалеристике (или как там называется наука об орденах). Так что оценить по достоинству крутость старика я не сумел. Просто заслуженный (видимо) старикан. Да еще и все еще крепкий.

– Это он? – спросил старик.

– Так точно, Экселенц! – заявил один из сопровождающих. – Именно его Зерг обнаружил рядом с заколотым Гургом. Похоже, именно он и заколол тварь.

– К тому же, он точно сын Мунка. Вы же помните этого копейщика? Да и некуда ему больше деваться. Во время прорыва твари уничтожили его дом и родителей. Остались только они вдвоем, со старшей сестрой. Вместе им выжить не получиться. Сестру Зерг попросил пристроить одну из жен своих бойцов, а мальчонке прямая дорога в Ваше заведение. Больше ему деваться некуда.

– Сколько ему лет?

– Сестра и соседи говорят, что четырнадцать. Но выглядит на свои годы довольно развитым.

– Сестра? А сам он что, считать не умеет?

– Сестра утверждает, что пацан немой от рождения. Потому и выглядит немного заторможенным. Но так-то парень сообразительный, понимает, что от него требуется.

– Немой? Да на кой демон он тут нужен! Тот же Зерг должен понимать, кого мы тут готовим. И что если он неспособен ничего сказать, то будет полностью бесполезен! Отдайте его в гильдию молотобойцев, с его данными он этим дуболомам подойдет. А мне он, простите, бесполезен!

– Я говорю. – неожиданно для себя произнес я. – Научился.

– Говоришь? А как давно научился?

– После того нападения.

– Интересно, – заявил тот, кого назвали Экселенцем. – Впервые встречаю такой случай. Но тогда ответь, только честно! Ты и правда сумел заколоть того Гурга? Как?

– Да. Вилами. Случайно. Он сам прыгнул и нарвался на вилы. Я только держал, а потом добил тварь.

– Интересный случай. Говоришь, это произошло случайно? Мой опыт говорит мне, что в военном деле очень многое держится на случайностях, которые нужно успевать использовать в свою пользу. Ты так и сделал. Значит, достоин обучения. Но должен признать, учебный курс давно начался. И тебе придется непросто. Ты должен будешь не заслужить, а доказать право здесь обучаться. Иначе, если окажешься не одним из первых, а просто середнячком, вылетишь из училища моментально. И на офицерское звание не рассчитывай!

– У Зерга еще одна просьба: он должен пройти обучение быстрее основной группы. Он полагает, что сын Ёргена понадобиться ему ужу через пару лет. Даже если он не закончит полный курс обучения.

– А больше ничего ваш Зерг не хочет? Думает, что должность дает ему право устанавливать свои правила даже здесь, в моем заведении?– завелся дедуля.

– Экселенц, это не требование, а всего лишь просьба!

– «Всего лишь», – передразнил старик. – Он должен понимать, что если я берусь за задание, я его выполняю. А подумал он, чего форсированная подготовка будет стоить этому парню? И выдержит ли он ее?

– Если он и правда сын Мунка, то выдержит! –заверил старика мой сопровождающий.

– Хорошо, – вздохнул тот. – Я сделаю то, что он просит. Но результат не гарантирую.

Глава 4 Родная казарма и начало обучения

Адъютант директора лично вывел меня на площадь и отвел в соседний корпус, где располагалась казарма. Завел меня в большой зал, где вдоль стены были поставлены двухэтажные кровати. Почти как в казарме, во время моей службы. Только кровати были не железные, а деревянные. И более грубые, как на мой вкус

– Принимайте нового курсанта, – заявил адъютант. - Он будет зачислен на ваш поток и станет учиться вместе с вами. Это сын бывшего нашего выпускника. Введите его в курс дела и не обижайте сильно. Предупреждаю сразу: он не слишком разговорчив. Если что, зовите дежурного. А мне пора.

И испарился. А я остался стоять перед пятью дюжинами самых разнокалиберных парней, в возрасте от 12 до 16 лет.

– Ну, привет, – заявил крепыш чуть старше меня, выйдя вперед перед строем. – Представься для начала. Не обращаться же к тебе «эй, ты!»

– Меня зовут Гарр. Я из деревни. И никогда не слышал, что это заведение вообще существует. В нашей деревне произошел «прорыв». И в живых остались только мы с сестрой. Командир отряда разведки, Зерг, договорился, что я буду отправлен сюда. Больше ничего не знаю. Что это за заведение?

– Где же располагалась эта твоя деревня, что ты даже этого не знаешь? Это императорская академия. Она готовит офицеров для войск и наемников. О ней знают во всех уголках страны. И чтобы попасть на учебу, нужно выдержать конкурс. И заплатить большой взнос. И само обучение здесь сложное: больше половины отчисляют. По результатам изучения уроков, физической или боевой подготовки. Здесь приходится много изучать и тренироваться, чтобы просто закончить обучение. Ты читаешь-то хорошо? А то многое придется изучать самостоятельно, по книгам. А тебе придется еще и догонять курс, мы уже многое прошли. Да и начальный курс боевой подготовки – не гора сладких булочек. А если не справишься с первого раза, второго шанса не будет. Готов?

– Всегда готов – отозвался я, внутренне содрогнувшись. Читать? Да еще и изучать самостоятельно? Да я говорить-то только недавно научился! А буквы вообще в глаза ни разу не видел. Нет, возможно, и видел какие-то знаки, но не знал, что это буквы или цифры. И каким образом я смогу догнать основную группу? Да я вылечу отсюда быстрее свиста, если признаюсь, что читать не умею!

Но, с другой стороны, если студенту, закончившему политех, сказать, что завтра сдаем экзамен по китайскому языку, он ведь не сдрейфит, а отправится и сдаст! А я уж однажды эту школу прошел. Так неужели в второй раз не справлюсь?

Как у нас говорили, настоящий студент это не тот, кто спрашивает, какой экзамен завтра сдаем. А тот, что спрашивает у окружающих, «какой экзамен я только что сдал?»

Значит, так и буду себя вести. Нужно только узнать, куда бросить вещи и как пройти в библиотеку. А с остальным разберусь. Первый вопрос решился быстро: мне указали на крайнюю верхнюю койку возле двери. К сожалению, койка оказалась расшатанная и скрипучая. Так что чудо, что она вообще кого-то выдерживала.

Критически осмотрев лежанку, обратил внимание на полное отсутствие белья, хотя остальные койки были застелены.

Жестами спросил у соседей (указав пальцем на белье), где его брать? На что мне указали на крепкого широкоплечего паренька пониже меня ростом, расположившемся в противоположной стороне казармы. Сообщив, что зовут того Сангер.

– Привет, Сангер! – подошел я к нему. И указал пальцем на простынь, скроив вопросительную мордочку.

Тот, нехотя оторвавшись от компании, поманил меня за собой. И отошел в уголок, где находилась скромная каморка, вроде склада. На полках находилось самое разное снаряжение: от белья до ботинок, вещмешков и других нужных в хозяйстве вещей. Были тут и комплекты белья, одеяла и полотенца. Сангер вытащил одинокую простынь и протянул мне.

– Остальное, – проговорил я, не двигаясь с места.

Тот сделал удивленное лицо и заявил, что я просил только простынь. Её и получил. Так что мне еще нужно?

– Остальное, – упрямо повторил я, решив ограничиваться минимумом слов.

Каптерщик (кажется, именно так называется подобная должность в армии) нехотя скинул мне на руки полный комплект, включая одеяло.

– Спасибо, – на всякий случай поблагодарил я, и двинулся заправлять койку.

Как только закончил, увидел упрямо стоящего позади Сангера. Тот поманил меня за собой. Пожав плечами, я отправился следом, хотя собирался спросить о библиотеке. Но Санггер завел меня в умывальную комнату (судя по рядам умывальников с краниками и чего-то похожего на унитазы с другой стороны), достал тазик с полки. Снял форменную куртку и кинул ее в тазик.

– Постираешь и высушишь до утра, – заявил он мне, ткнув пальцем для убедительности.

– Не собираюсь, – отозвался я, не обращая внимание на принятую им угрожающую позу. Да, я уже как-то раз проходил службу в армии. И сильно подозреваю, что точно такие же порядки в любых военных и псевдо-военных организациях и в других мирах. Стоит первый раз прогнуться, взявшись за «непрофильную» (и, особенно, считающуюся «грязной») работу, как быстро скатишься в разряд «чушков», которыми станут командовать все подряд.

­ – Что ты сказал? – попытался «наехать» на меня низкорослый крепыш Сангер.

– Ты услышал, – спокойно ответил я. И тут заметил, что в двери умывальной комнаты уже собралось с полдюжины «зрителей».

Может быть, все бы на этом и закончилось, если бы не происходило на глазах свидетелей. Поэтому отступать Сангеру было некуда. Он должен был или добиться своего, или сам бы стал в глазах одногруппников слабаком. Судя по всему, с интеллектуальным развитием у оппонента было хуже, чем с физическим. Поэтому он не стал вступать со мной в дискуссию. А просто врезал мне в лоб. Кажется, раскрытой ладонью. А что, и кулак не отшиб, и мозги мне перемешал.

Честно говоря, я не был готов к такому резкому продолжению разговора, поэтому удар тупо пропустил, и поймал короткое сотрясение. Потому, что очухался уже не полу комнаты. И услышал стук множества подкованных ботинок. Поняв, что меня сейчас начнут бить и, скорее всего, ногами, лег на бок, приняв положение эмбриона (некоторые называют это «положением боксера»), подтянув колени к груди и закрыв локтями живот, а предплечьями голову. А удары ботинок по спине и мышечному каркасу я уж как-нибудь переживу. И правда, несколько вялых пинков принял на мышцы спины, без особого вреда для здоровья. Пинков по затылку, которых вполне закономерно ожидал, почему-то не было. Зато послышались уверенные, но более тяжелые шаги.

– Что здесь происходит? – раздался более взрослый голос.

Приоткрыв голову и оглядевшись, увидел еще одного персонажа, в немного отличающейся форме, более высокого качества, и высоких сапогах.

Присутствующие расступились, оставив нас с Сангером в центре внимания.

– Сангер? – рявкнул этот мужик (видимо, кто-то вроде дежурного по подразделению в звании сержанта или даже офицера) – Опять твои попытки заставлять работать на себя новеньких?

– Господин офицер! – отозвался я, поднимаясь с пола, – Моя вина. Пришел в мойку. Тут курсант Сангер решил постирать одежду, – кивнул я на тазик с форменной курткой. – Ботинки старые, я поскользнулся и упал. А эти ребята услышали и бросились меня поднимать.

– Сам упал? В первый день? Кто такой? – недовольно бросил на меня взгляд мужчина.

– Зовут Гарр. Я первый день, еще не освоился.

– Сангер, почему новичок в старой гражданской одежде? Кто должен выдать ему довольствие? Отдельное приказание тебе нужно? Два наряда за то, что медленно соображаешь! И выдать ему полную норму довольствия! Включая обувь! И чтобы я не слышал, что он еще раз «поскользнулся»! Все понятно?

– Так точно, господин Маркус! – отозвался каптерщик.

И мы опять направились с ним на мини– склад.

В этот раз я получил целую кучу барахла. Включая не только форменную куртку и штаны, но и котелок с ложкой, ботинки и три куска материи. Две, как выяснилось, на обмотки (типа портянок, но под ботинки) и один на подшивку воротничков. А также кусок мыла, расческу (что казалось издевательством, ведь все курсанты были коротко, под ноль», пострижены. Наверное, и меня ждет то же самое), катушку суровых ниток, носовой платок, квадратную фуражку (типа «конфедератки») и странный инструмент, похожий на дратву для ремонта ботинок. Часть вещей, особенно «мыльно-рыльные» и хозяйственные принадлежности, нашли место в тумбочке. Форменная куртка и штаны оказались, как обычно, мешковатыми и сидели на мне как на корове седло. Как, впрочем, и положено им сидеть на новичках.

Кое-как облачившись, попросил соседа объяснить, где взять учебники. И отправился, следуя указаниям, в библиотеку.

Время было еще раннее, и дверь была открыта. Внутри было не только книгохранилище, но и читальный зал: несколько столов с подставками для книг и подсвечниками.

– Новенький. Зовут Гарр. – представился я моложавой брюнетке в форменной куртке с двум нашивками на рукаве. – Нужны книги для учебы.

– Учебники, что ли? – фыркнула женщина. – Так бы и сказал. Ты что, пропустил начало обучения? И что тебя задержало?

– Сильно отстал. – ответил я. – Буквы.

– Что значит, буквы? Ты что, даже буквы не знаешь? Как же ты собрался изучать такие сложные предметы, как натурфилософия и геометрия? Не говоря уже о истории и алхимии?

– Буквы, – упрямо повторил я. – И цифры.

– О, светлые духи! – Закатила глаза библиотекарша. – Держи книги, которые тебе придется изучить. Но сейчас поищу и букварь для самых маленьких. Которые только начинают учить буквы. Где-то такие остались. Видимо, на такой вот случай.

И она ушла куда-то за стеллажи. А я полюбовался сзади на ее танцующую походку. А что, форменная юбка отлично смотрелась на её широких, покачивающихся бедрах.

Книжка «для самых маленьких» оказалась подозрительно толстой. Но вызвано это было толщиной страниц, крупным шрифтом и множеством картинок. А вот «буквы» выглядели как картинки: точнее, местная письменность оказалась иероглифической: нечто вроде японско-китайского, а то и древне-Египетского языка, хотя и с другой грамматикой. Только возникла проблема: рисунки и изображения букв в ней были, но вот как буквы звучали, все еще было непонятно. Видимо, читать книгу малышам должны были старшие. Поэтому опять подошел к библиотекарше:

– Извините, как к Вам обращаться?

– Я офицер Игрена, – ответила женщина. Или, скорее, девушка. – Что вам еще нужно, курсант Гарр?

– Мне непонятно, как звучат буквы. И как их объединять в слова. Есть же какие-то правила?

– Разумеется. Только этому учатся с детства, и не один год.

– Мне нужно изучить за сегодняшний вечер. – возразил я. – Поможете?

И мы приступили к изучению букв. Игрена показывала мне буквы и называла их, а я старался запомнить. Я даже сам удивился, как мой страдающих от недостатка информации мозг запоминал предложенные картинки и методы сопряжения разных звуков. Слава Богу, здесь было намного меньше исключений в произношении, чем в том же Французском или даже Английском. Как пишется, так и произносится (или наоборот). Так что к вечеру уже свободно читал даже последние страницы букваря. И даже попытался прочитать вслух первую страницу какого-то учебника: не то по истории, не то по географии. Смысл до меня еще не очень доходил, но читать уже получалось.

Оставался только огромный пробел в знаниях на самые разные (практически, любые) темы, но чего еще ожидать от малограмотного крестьянина, который всю жизнь провел в глухой деревне, выгребая навоз и окучивая грядки? Так что легенду мне Игрена обеспечила. Надеюсь, сильно распространяться на эту тему не будет.

Но обнаружилась еще одна проблема: когда мы перешли к цифрам. Выяснилось, что местные в вычислениях пользуются не десятеричной, а двенадцатеричной системой (цифр не 9, а 11). И не позиционной системой записи, где легко выделить десятки, единицы и сотни, а так называемой непозиционной, где каждая цифра обозначается собственной буквой, часто с черточкой над ней. Что-то вроде почти исчезнувшей в нашей реальности римской системы, где сам черт ногу сломит уже на уровне записи больших чисел: Например, число 444 в римской системе счисления будет записано в виде CDXLIV=(500-100)+(50-10)+(5-1)=400+40+4. А теперь представьте, что система не десятичная, и попытайтесь переложить это число с десятичной на двенадцатеричную систему и попробуйте умножить хотя бы на 38. Вот тогда-то и становится понятным, почему сложение и вычитание (не говоря про умножение и деление) являются вершиной математической мысли и изучают это искусство чуть ли не десять лет! Представляю, во что здесь выродилась натурфилософия (которая у нас превратилась в физику) и алхимия? И не забудем, что в курс обучения здесь входит астрология и начальные знания по магии.

В общем, о моих институтских знаниях (их остатках) придется забыть. Они здесь совершенно не котируются. И наоборот, скорее всего, противоречат данным «официальной науки».

Ну да ничего, придется и их освоить! Не впервой. Если я даже теоретическую электродинамику сумел как-то сдать, ничего в ней так и не поняв.

В общем, поблагодарив библиотекаршу и получив разрешение приходить заниматься и читать книги в любое свободное время, отправился обратно в казарму со стопкой «обязательной литературы». Оказалось, в расположении уже объявили отбой, так что аккуратно повесил форму на спинку кровати и юркнул под одеяло. И попытался не шевелиться, чтобы не издавать жуткий скрип при каждом движении.

Проснулся, по крестьянской привычке, еще до подъема и отправился умываться, а затем не спеша оделся. Кое-как привел в относительный порядок форму, и снова (после службы в армии) потренировался наматывать портянки. Если кто не знает, это настоящее искусство, которое постигается только длительно тренировкой и испытаниями, вроде марш-бросков по пересеченке или песочку. Где неправильно намотанная портянка обеспечит потертостями, которые не сойдут до окончания срока службы.

Но мастерство, как говорится, не пропьешь. Так что раза с пятого я вполне освоился и с непривычной обувкой (что-то вроде ботинок-берцев вместо кирзовых сапог), и с необычным материалом. И по сигналу «подъем» был уже полностью экипирован. Что не помешало мне в первый же день получить три наряда от старшины (проверяющего) Маркуса: за не подшитый подворотничок, неначищенные сапоги и мятую форму.

Ну да ладно, посмотрим, что здесь за наряды! Туалеты мыть или тарелки в столовой? Или полы на кухне по ночам? Это только на личном примере нужно будет узнавать.

Затем, после развода, начались занятия. Первой была литература. Я, конечно, напрягся, ведь кроме букваря ничего и не читал в этом мире. Да и в своем с трудом припоминал, для чего Достоевский собачку под паровоз бросил. Или он ее топором зарубил? Вроде бы, проверял «тварь он дрожащая или право имеет?» Но все оказалось проще: учитель написал на доске какие-то закорючки, имеющие отдаленное отношение к буквам, и весь класс хором начал их читать. В мозгу сразу всплыло воспоминание о прочитанном когда-то рассказе, когда паренек из глухого села (вроде меня) оказался в школе, и класс начал хором произносить написанные на доске «А-ба-ба-га-ла-ма-га!» И это волшебное слово, которое парень не смог сопоставить с написанными буквами, и оказалось единственным, что паренек выучил в школе. Сказка оказалась довольно популярной, даже издательство такое появилось, «Абабагаламага». Вот и я рисковал оказаться в такой же ситуации, когда преподаватель написал следующий ряд значков.

– Что это за знаки? – толкнул я соседа по парте. Мы успели слегка познакомиться, его звали Илай. – В букваре я таких не встречал!

– Ты по букварю читать учился? – фыркнул Илай. – Так в книгах дают полную форму знаков. А на письме все нормальные люди используют упрощенное написание. Чтобы быстрее было.

Понятно. У нас, на самом деле, практически так же. У нас ведь тоже есть «печатные» и «рукописные» буквы. И многие сильно отличаются друг от друга. В книгах используются исключительно печатные варианты. А в тетради применяют рукописные. Так и здесь, видимо, тоже самое. Придется и рукописные варианты запомнить. Вот только почему об этом букварь молчит, непонятно.

Разобравшись с буквами (к изучению которых приступают на уроках литературы) я немного приободрился. Так что изучение цифр на уроке математики воспринял совершенно спокойно. Только здесь цифры и числа нам пришлось записывать на дощечках, натертых каким-то вязким составом, при помощи заостренных палочек-стилусов. А преподаватель ходил по рядам и проверял написанное. Убедился, что я один из немногих в классе, возле которого преподаватель не остановился, чтобы внести исправления. Или у меня все было правильно, или на ошибки новичка просто решили махнуть рукой: мол, что с него взять! Правда, задал преподаватель и пару примеров на сложение, в пределах первой дюжины. Просто записал условие и ответ в одну строчку, особо не задумываясь. Кажется, угадал.

Таким образом выяснилось, что для прохождения «наук» достаточно просто уметь читать, даже с запинками. Что и подтвердилось на следующем уроке. Кажется, это была география. Преподаватель принес книгу (видимо, учебник) и положил его перед одним из курсантов. Тот поднялся и начал читать вслух, а остальные внимательно слушали, а затем выборочно пересказывать какие-то данные о реке, типах берегов и наличии островов. Наверное, это как-то связано с выбором будущего поля боя и вида оружия. Тут ребята были подкованнее меня. Хотя теоретически все понятно.

И я почти расслабился, уверовав, что для меня, с моим высшим образованием, учеба пройдет легко. Но я совершенно забыл о таких ключевых элементах обучения, как физическая и боевая подготовка! И совершенно напрасно, как выяснилось! При том, что они в данном учебном заведении оказались ключевыми. А не какие-то там литература и математика.

Глава 5 Некоторые особенности физподготовки и уроки астрологии

Занятия по боевой и физической подготовке оказались совмещенными. И проходили в чем-то типа спортзала. Точнее, это было подобие додзё, где обучают работе с оружием. Посреди зала торчали несколько толстых деревянных столбов со следами от ударов острыми предметами. А возле стены стояла стойка с разными видами оружия: преимущественно мечами разных размеров. От двуручного меча, двух с чем-то метров длиной, до небольших кинжалов, широкая гарда которых больше напоминала кулачный щит. Попробовав на вес несколько разновидностей колюще-режущего железа, подобрал прямой, чуть расширяющийся к острию меч длиной метр с небольшим и длинной удобной рукоятью (так называемой полутора-ручной). В общем, полутора-ручный меч, управлять которым можно и одной, и обеими руками. Кажется, такие называли «бастард» или «батар», и сражались им и с лошади, и в пешем строю. Были здесь и топоры непривычной формы. На первый взгляд, рубить ими было бы привычнее, но вот как ими защищаться и парировать удары, я не представлял себе совершенно. А дуэли на клинковом оружии хотя бы в исторических фильмах видел. Пару раз взмахнул мечом. А что, вроде бы, получилось! Определил, где у этого монстра центр тяжести. Да, вес немного великоват, и инерция огромная, зато, если уж попадешь по цели, мало никому не покажется!

Примерился стукнуть по столбу, не котором уже кто-то тренировался с топором, судя по зарубкам. Но тут все курсанты подхватились и выстроились на краю помоста. Я тоже поспешил стать в строй, не успев положить меч на место.

На помост упругой походкой не взошел, а буквально взлетел высокий мужчина средних лет, с тонким мечом в ножнах на поясе.

Хмуро оглядев строй (попавшие под его взгляд начинали внимательно рассматривать носки своих ботинок), остановился на мне. И плотоядно улыбнулся. Хотя, я скорее назвал бы его улыбку хищным оскалом.

– Так, вижу в наших рядах новенького. Кажется, Гарр? Что ж, наслышан о твоем подвиге. Хотя поверить, что сельский паренек вручную и практически без оружия сумел победить Гурга – довольно сложно. Но чего в жизни только не бывает? Может быть, и против меня сразишься? Ты же, вон, и оружие уже прихватил? Готов?

– Давайте, – согласился я. – Но если зашибу случайно? Эта штука железная!

– Если сможешь хотя бы задеть меня, и тем более ранить, поставлю зачет по боевой подготовке и освобожу от занятий до конца обучения. Сойдет такой вариант?

Ну, кто же откажется от зачета «автоматом»? И я поднял меч, выдвинув одну ногу вперед. Кажется, именно так выглядела боевая стойка в каком-то боевике на средневековую тему. Подождав, когда противник приблизится на дальность досягаемости клинка, нанес удар. Если точнее, то просто махнул железякой. И почему-то не попал по сопернику.

Уже с первых движений противника стало понятно, что легко не будет. Хотя сперва он даже не доставал оружие, а просто уклонялся от ударов, выгибаясь таким образом, что мои молодецкие взмахи пропадали впустую. А затем, когда плечо и локоть стали гудеть от веса железяки, неторопливо обнажал свой клинок. И я убедился, что дистанции для удара вполне достаточно, а в мече важна не масса, а умение им владеть. Ведь неспроста на поле боя тяжелые мечи уступили место тонким и легким (относительно) шпагам.

– Сразу видно, молодой человек, что из оружия вы владели в основном топором дровосека. Но это немного не то, и овладеть столь утонченным оружием, как меч, вы сможете не скоро. А пока… он как-то хитро ударил снизу плашмя по моему мечу, тот вылетел из руки и грохнулся на арену в нескольких шагах от нас. А мне в грудь уперлось острие его клинка.

– А пока подберите оружие, которым вы орудуете, как обычной лопатой, и верните на подставку. А затем приступайте к общим тренировкам тела, вместе со всеми.

Оставив надежду на быструю победу и зачет автоматом, я поплелся и поднял клинок. Затем подошел к тренировочному столбу и нанес три косых удара изо всех сил. На удивление, навык дровосека не прошел даром: толстый, в полметра диаметром, столб покачнулся и рухнул, перерубленный у самого основания. Поставив оружие в стойку у стены, выбрал тяжелый деревянный тренировочный меч. И вернулся на площадку.

– Повторяем стойки и переходы! – провозгласил учитель. И мои сокурсники выстроились в ряд. Ко мне подошел рыжеусый крепкий сержант, один из обслуживающего персонала зала. И начал поправлять положение частей тела: от ступней до кистей рук, не пропуская колени, таз, локти и голову. Да, шея тоже должна занимать определенное положение в стойке!

И я старательно пытался зафиксировать положение каждой части тела: ведь мне только что наглядно показали, что это не просто придирки и «подражание китайским боевикам», а реальная необходимость, если я хочу хоть чему-то научиться. Так что приходилось замирать в странных положениях, пока мышцы не начинали деревянеть, а конечности не начали дрожать от нестандартного напряжения. Наконец, тренировка с оружием закончилась, и мастер объявил, что приступаем к разминке и физическим упражнениям. Появился новый тренер, который должен был привести в порядок нашу физическую форму: невысокий и хлипкий на вид парень. Который первым делом направился ко мне и велел повиснуть на турнике и показать, что я могу делать. А что я могу? Разве что подтянуться десяток раз, а потом сделал стандартные «выход силой на две» и «подъем переворотом».

– И это все? – удивленно спросил паренек.

– А что еще можно сделать? Не «солнце» же крутить? – резонно удивился я. – Где бы я мог этому научится? В лесу, среди свежесрубленных деревьев?

– А придется. Зент, покажи малый комплекс! – обратился он к пожилому кряжистому сержанту. Тот кивнул, сделал пару шагов к турнику, подпрыгнул… да, не думал, что пожилой и солидный пенсионер способен выделывать такое на турнике! Причем «солнышко» вперед и назад были не самыми сложными элементами связки, начинающейся со «склепки», с переходом в стойку на руках. Перелеты и перехваты чередовались в головокружительной последовательности. А финальный соскок с сальто и переворотом заценили бы даже судьи в олимпийской программе.

-Так что, мне этот комплекс придется разучить? А кто будет меня тренировать? И для чего это может пригодиться в военном деле?

– Для чего нужна координация, тренировка равновесия и умения не теряться в непривычной ситуации? Странный вопрос! Да, вот, Зент и станет твоим индивидуальным воспитателем. Он же поможет тебе стать немного гибче и улучшить реакцию. Зент, твоя задача: растянуть и сделать этого крестьянского паренька гибче. Приступай!

Да, я уже понял, что здесь все происходит быстро. Но не думал, что «делать меня гибче» сержант примется сразу же и при помощи грубой физической силы. Зент ухватил мою руку и начал выгибать суставы в разные стороны. Начав с кисти, затем перешел к локтю и после этого к плечу. Со стороны казалось, что происходит не то сеанс садо-мазохизма, не то акт БДСМ. Сержант крутил мои суставы во все стороны и старался выгнуть мою спину, коснувшись моего затылка моими же пятками. Я при этом, разумеется, не молчал, а крыл сержанта по матери на русско-командно-матерном диалекте. Понятно, что значения конкретных терминов (некоторые из которых я тут же не месте и придумывал) сержант знать просто не мог, плюс они были анатомически невозможны, но общий смысл был понятен из контекста и по интонации. Время от времени в суставах раздавался отчетливый хруст, а мышцы и связки как будто резало ножом. Надеюсь, в моем 14-летнем организме связки все еще тянутся и не задеревянели, как в моей бывшей почти 30-летней тушке. Но болели связки и мышцы (а также суставы) от этого не меньше. Ведь в спорте есть правило, касающееся любых достижений: «не болит – значит, не растет». В конце, закончив со ступнями, сержант проворчал, мол «на сегодня достаточно, завтра продолжим».

А я едва поднялся на дрожащие ноги. Еле передвигаясть и ощущая боль в каждой мышце, с трудом переступил с ноги на ногу. Стоп. Завтра снова? Это что, теперь каждый день будет такая экзекуция? А не проще ли заявить, что мне это все нафиг не нужно, и послать к черту это издевательство? Как-нибудь и без этого устроюсь в этом гребаном средневековье!

Но, с другой стороны, если мне выпал шанс получить в этом мире хоть какое-то образование и официальный статус, да плюс под руководством квалифицированных (надеюсь) преподавателей, то зачем упускать такую возможность из-за вполне терпимой (в определенных границах) боли? Потерплю еще немного – пару недель так точно. А там посмотрим.

После спортивных занятий у нас оказалось свободное время. Подумав, перечислил в уме свои задания на сегодня: привести в порядок форму, подшить подворотничок и начистить ботинки. Ну, наряды от меня никуда не уйдут. Форму отгладить – вообще не проблема, просто сложить с вечера на доски под матрац, и к утру форма отглажена. Осталось только с шитьем разобраться. Дома (в деревне) шитьем занимались сестры и мама. Это считалось «не мужским» занятием.

Так что придется узнавать тонкости шитья из книг. Захватив с собой материал и странный инструмент, отправился в библиотеку. И начал рассматривать корешки фолиантов.

– Что-то еще ищешь, курсант Гарр? Еще живой после первого дня физподготовки? Удивлена.

– А, офицер Игрена, здравствуйте. Вы будете еще больше удивлены, но я ищу книгу по домоводству. Я совершенно не умею шить. И вообще, пользоваться этим инструментом не умею. Дома этим занимались женщины. А я больше дрова колол, чем нитками пользовался.

– Да зачем тут книга? Давай я так покажу. Это и проще, и быстрее будет. Смотри: отрываешь длинный кусок нитки, затем выпускаешь конец из катушки…

Все оказалось, и правда, достаточно просто. Но немного сложнее, чем шить просто ниткой с иголкой. Просто нужно, как и при починке обуви, прокалывать острием ткань, подхватывать крючком и вытаскивать нитку, закреплять её в петле, а потом начинать сначала. Главное, просто приспособиться и понять принцип, а дальше работа сама пойдет.

– Отлично! – просиял я. – Спасибо большое! Дальше я справлюсь! Если позволите, я завтра снова приду в библиотеку!

И отправился в казарму. Где, устроившись на табуретке, приспособился к странному методу шитья. И решил, раз уж есть время, ушить штаны и куртку по размеру. Наметил пару линий, воспользовавшись куском серого мыла, и сделал пару выточек с двух сторон. Хотя шил и первый раз в жизни, но, вроде бы, получилось неплохо. Да и смотрелась теперь форма не как мешок, нацепленный по недоразумению вместо одежды, а как нормальная куртка и штаны. В которых и на глаза людям не стыдно показаться.

А потом старшина лично раздавал наряды: как я и предполагал, речь шла о чистке полов в общей столовой. Нам, пятерым курсантам, раздали тазики, куски мыла и щетки, которыми требовалось отмыть от жира каменные плиты пола в столовой. Не такая уж это была и большая площадь, так что за какой-нибудь час мы с задачей справились. А я еще и отыскал в мусорном ведре кусок сала, которым можно было бы натереть жиром до блеска ботинки. Так что на завтра у меня все было готово. И я с чистой совестью лег спать.

И правда, на второй день я стоял в строю в выглаженной форме и блестящих ботинках. И с подшитым светлой мягкой тканью воротничком. Вот это и правда было намного комфортнее. Да и форма не топорщилась, так как в нужных местах была подогнана по фигуре. В меру, а не до треска, так что оставалась свобода движений. Так что старшина даже одобрительно хмыкнул, во время осмотра.

Затем были обычные занятия, во время которых преподаватель задавал дурацкие вопросы, а курсанты давали совершенно дурацкие (на мой взгляд) ответы. Я в этот процесс не вмешивался, я еще до этого уровня не дошел. Кажется, это был прообраз современной мне физико-химии.

А следующим занятием вообще было что-то вроде астрологии. Соседи уверенно выводили что-то вроде астрологических знаков, рисовали какие-то многоугольники и соединяли значки прямыми, получая какие-то «противостояния и эволюции» планет, перечисляя номера и характеристики «домов» и выводя из рисунков склонности человека к определенным видам деятельности, черты характера и прочую психологию с психиатрией. Да, эта отрасль «знания», которая считается в нашем мире полностью «антинаучной», здесь развита и очень даже сильно. Покруче, чем обычная физика и механика нашего мира. Впрочем, если в этом мире развита магия (в чем я убедился на собственном опыте), то почему бы и астрологии здесь не стать полноценной наукой?

Ведь даже у нас, дома, официальная наука не всемогуща. Взять, к примеру, набивший всем оскомину пример с аэродинамикой, то есть летанием существ тяжелее воздуха. Ведь у того же многострадального шмеля, согласно формулам аэродинамики, недостаточная площадь крыльев для создания подъемной силы при данной массе тела. Но шмель не знает аэродинамики и сложных формул, потому летает, и даже неплохо. Нет, инженеры находят какое-то оправдания этим «погрешностям в формулах», но это ведь просто подгонка под ответ, а не наука в чистом виде. Так что придется мне изучать не только местную «натурфилософию», но и астрологию. А то и кабаллистику. Или что тут еще придумано на эту тему.

А заодно нужно взять учебники по теоретической магии: очень уж мне интересна эта тема. Вот только есть у меня подозрение (глядя на уровень местных математики и геометрии), что здесь магия основывается не на арифметических формулах, а на геометрических построениях. А с геометрией у меня со школы были проблемы. Ту же пресловутую теорему Пифагора не уверен, что вспомню с ходу. Ну вот не используется у нас при изучении природы геометрия! Хотя, исторически, тот же Ньютон основывал свои законы и выводы не на алгебре, а на геометрии. Она в его времена была намного более развита, чем алгебра, и имела свой вычислительный аппарат. Который, увы, в настоящее время почти забыт (в инженерных приложениях уровня Политеха, по крайней мере).

В общем, сегодняшние уроки дали мне понять, что обо всем, что я учил в школе и институте, можно забыть. А те знания средневековья, которые я считал почти бесполезными и упрощенными, придется изучать заново. И что они имеют свою логику, во многом отличную от тех предметов, что изучал я. Например, что тепло в железном бруске распространяется не из-за движения молекул, а благодаря перетекания от нагретой стороны к холодной определенного вещества (жидкости) «теплорода». А горение дерева поддерживает не кислород, содержащийся в воздухе, а горючее вещество «флогистон», заключенное в том же дереве. Да и птицы летают не благодаря взмахам крыльев и плотности воздуха, а потому, что с рождения их тела обладают свойством «левитации», которое противоположно «гравитации», тянущей тела вертикально вниз.

В общем, придется полностью пересмотреть свои взгляды. И забыть о том, что земля круглая: ведь в этом и в нашем веке многие сомневаются. И что планеты вращаются не вокруг Земли, а вокруг Солнца: мы-то видим, как они ходят по небу!

Видимо, пока не пришла в этом мире необходимость таких знаний: ведь и гелиоцентрическая система, и интегральное исчисление, и даже конструкция маятниковых часов возникла в нашей, Земной, истории исключительно для обеспечения мореплавания: создания новых кораблей и определения их координат в открытом море. А расстояния, которые проходятся пешком или на лошадях, просто ничтожны по сравнению с морскими просторами.

Правда, впервые идея шарообразности Земли пришла в голову арабам, которые вынуждены были пользоваться определением координат для пересечения огромных пустынь: там те, кто промахнулся мимо оазиса, просто больше никуда не доходили. И просто исчезали на бескрайних просторах, вместе с погибшими от обезвоживания верблюдами, на радость будущим археологам.

В общем, отработав стойки и перемещения с оружием, и заново повторив фехтовальные стойки, а также пройдя «костоломную» процедуру по «развитию гибкости суставов» (после которой эти самые суставы вообще отказывались сгибаться в любую сторону), поплелся в библиотеку. И попросил библиотекаршу Игрену книги по началам натур-философии и астрологии. Та плюхнула на столик тонкую брошюру по «природоведению» и толстый талмуд по Астрологии. Я со вздохом открыл талмуд и принялся на этот раз ломать и выкручивать себе мозги, вместо мышц: названиями планет и их «дневных и ночных домов». А также многочисленными характеристиками каждой из них, плюс методиками сочинения «натальных карт» (как это называлось в старом моем мире). Тут названия были еще более странными, но принцип тот же: узнавать по расположению планет характер и судьбу каждого человека. А также, по возможности, предсказывать даты ключевых событий в жизни, судьбе и истории страны (точнее, царственных особ, управляющих этой страной).

Промучившись пару часов с прямыми и ретроградными движениями, экзальтациями и падениями планет, закрыл талмуд, потряс головой и открыл тоненькую брошюрку. Надеялся, что хоть в более-менее знакомой области обнаружу что-то более привычное. Ну да, как бы не так! Все оказалось еще хуже, чем я надеялся. Здесь решались достаточно простые задачки из механики, но такими заковыристыми методами, что просто диву давался, когда увидел, как умные (надеюсь!) люди пытались обойтись без законов Ньютона и принципов сохранения энергии и импульса. И задачи, которые решаются в две-три строчки, занимали пару страниц пространных размышлений и запутанных вычислений. С привлечением хитроумных геометрических построений и философских рассуждений.

Наконец, осилил этот труд и отложил книги на край стола.

– Спасибо, леди Игрена. – заявил я, относя прочитанные учебники на стойку.

– И ты что, все это прочитал? – удивилась она. – Ты же пару дней назад только буквы изучал?

– Ну, так я же деревенский – пожал я плечами. – Знаю мало, поэтому все новое запоминаю быстро.

– Но почему такой набор? Нет, астрология – это понятно, предмет нужный. Но натурфилософия? Это же целая наука! И она не просто сложная, но и совершенно бесполезная! В армии ее разве что артиллеристы изучают, потому и считаются элитой войск! А пехоте просто рассказывают, что она применяется при закидывании камнеметными машинами осажденных городов. Так зачем?

– Ну, на самом деле эта наука раскрывает все тайны мироздания. Течение рек, движения туч, строительство зданий и храмов, прочность оружия, устойчивость кораблей на воде и многое другое. Нужно только правильно задавать вопросы природе на ее языке.

– А в астрологии все понял?

– Нет, конечно. Разве что основные понятия.

– Ну, и что запомнил? Например, что означает ретроградность Меркурия?

– Хм, ну, самое простое: Его дома – это близнецы и телец. Меркурий отвечает за движение, общение, размышления, обучение и все, связанное с торговлей. Включая обман, воровство и суетливость. А ретроградность Меркурия означает множество изменений, крушение большинства планов и полную непредсказуемость ситуации. Наличие Меркурия в гороскопе может означать, что человек значительно разбогатеет, но это зависит от того, в каком доме тот находится. Если не повезет, и ему противостоит «злая» планета, или он попадает в 11-й дом, то может и потерять все, втянувшись в незаконный метод обогащения.

– А попробуй составить свой гороскоп – заявила вдруг Игрена. – тебе не кажется, что это во многом относится к тебе? И что Меркурий – твой знак? Тяга к знаниям и приключениям, внезапные повороты в судьбе и крушение всех планов… Ничего не напоминает?

– Не думал об этом. Но я подумаю. Спасибо, леди Игрена. Вот только есть проблема: я даже примерно не представляю дату своего рождения! А ведь это само важное в астрологии.

Глава 6 Перспективы обучения и неожиданный визит

Полночи не мог заснуть, обдумывая сложившуюся ситуацию. В результате пришел к выводу, что нужно продолжать пытаться вписаться в местный социум, пытаясь использовать все представляющиеся возможности. И упускать возможность закончить училище нельзя. И нужно попытаться получить все возможные плюшки – начиная с тренировок по фехтованию и до изучения профильных предметов, типа астрологии и танцев. Кто его знает, что мне в дальнейшем пригодится: акробатика или правила этикета.

Ну, и ознакомится с местными культурными особенностями, типа «современной» литературы и музыки. Ну и, разумеется, истории с географией, включая политическую обстановку и систему правления. Как и технический уровень: обработку металла, кулинарию и банковскую систему. Иначе даже не знаю, за что и хвататься: может быть, придумаю, на чем здесь можно денег зарабатывать.

Проснулся с готовностью продолжать обучение, в том числе заниматься физподготовкой под руководством сержанта Зента. Умом-то я понимаю, что он не садист, а просто делает, что нужно. Но менее болезненной от этого процедура не становится.

После утреннего развода отправились в классы. Кстати, уроки этикета и танцев я не выдумал, они действительно входят в программу обязательного обучения в данном учебном заведении, просто я до них еще не дошел. Отсидев обязательную муть (первой была теология, где нам читали лекцию о жизни и деяниях какого-то местного не то героя, не то мученика), перешел на урок географии. Где мне настойчивовнушали, какие коварные враги засели к северу от нашего государства и почему они постоянно мечтают напасть и оттяпать кусок территории, засылая шпионов в пограничные села и города. Которые мутят народ и склоняют принять добровольно власть их правителя. В общем, классическая пропаганда. Нужно будет поинтересоваться в других источниках. Жаль, что здесь интернета нет. Получилось бы если и не точнее, то быстрее.

Но было ясно, что военная сила в этом мире нужна всегда, и будет востребована еще долго. Что укрепило меня в намерении получить военное образование. Понятно, что супер-бойцом я не стану, но вот прожить чуть дольше, возможно, это поможет. А, как писал известный поэт «…и кто кого переживет, тот и докажет, что был прав, когда припрут».

А то, что меня, в конце концов, припрут к стенке, сомнений почему-то не было: слишком разные у меня с местными критерии и видение мира. Начиная с физических принципов и вплоть до понимания экономических и социальных взаимоотношений между людьми.

Но, как только мы с сержантом начал издеваться над моими многострадальными суставами, как раздался голос дневального: «Курсант Гарр! На выход! К тебе посетитель!»

Поднявшись с площадки и оправив форму, поплелся на подгибающихся ногах следом за парнем. Недоумевая, кому это я мог понадобиться? Мы прошли в столовую, где в уголке стола сидела непонятная фигура женщины в незнакомой одежде. Присмотревшись, с удивлением узнал Мишелин в незнакомой грубоватой одежде и с простым белым платком на роскошных волосах.

– Привет, сестренка! – окликнул я ее. –Ты откуда здесь? Что это за одежда? Ты, вообще, чем сейчас занимаешься? Как меня нашла?

– Ой, как тебя забрали, так за мной в тот же день тоже пришли. Но тебя увезли в карете, а меня отвели пешком. За мной пришли из работного дома. И я сейчас буду обучаться плетению кружев на мануфактуре. Вот, одежду выдали и в общей комнате поселили. Нас в ней две дюжины, но у каждой своя кровать, постельное белье выдали, и обещали высчитать их стоимость из заработной платы. Да, меня сразу приняли на работу и обещали оплачивать от выработки. Но я могу уже что нужно и тебе купить. Как ты здесь устроился? Я еле прорвалась мимо вашей охраны. Сказали, что у новичков строгий режим…

– Да нормально здесь все. У нас сейчас занятие по физподготовеке, меня сержант отпустил с тобой встретиться. Даже обещают, что в конце обучения будет выдано какое-то денежное довольствие. Но суммой пока не интересовался. Кормят отлично, чтобы мы силу набирали. А у Вас есть столовая?

– Да, есть. Но она платная. Мне пока хватает, да и девчонки помогают. И на базар нас отпускают. Меня вчера девчонки с собой взяли. Представляешь, они тут все такие, типа, богатые, настоящие горожанки. Не торгуются почти совсем. И местные перекупы нагло этим пользуются. Покупают у крестьян за гроши, а продают втридорога! Я чуть ли не в три раза цену сбивала, особенно на мясо. И уговорила девчонок субпродукты взять, вообще за бесценок по их меркам. И травки всякие, на приправу. Тут их собирать не нужно, просто идешь и покупаешь, уже сушеные, представляешь? Потом меня допустили на кухню, так я им такой супчик с потрошками сготовила! Ага, они поначалу носы морщили, типа, не едят они такое! Лопали, аж за ушами трещало! И деньги сэкономили, и накупили всего. Теперь сказали, что всегда меня с собой на базар брать будут! А вас что, вообще в город не отпускают?

– Да мы и не собираемся никуда выходить. И кормят тут хорошо, и занятия каждый день, и библиотека здесь имеется хорошая. Просто некогда. Да, кстати, познакомься, – кивнул я на проходящую рядом женщину, – это наш библиотекарь, настоящий офицер и пожалованная дворянка, леди Игрена.

Оказывается, офицерытоже питаются в этой же столовой, только они обедают в то время, когда курсанты на занятиях.

– Курсант Гарр? – увидела меня Игрена. – Вы что здесь делаете в такое время? Разве ваша группа сейчас не на занятиях?

– Так точно. Просто сестра прорвалась через стражу и пришла меня проведать. Она у меня бывает очень убедительной: школа покойного родителя. Мы с ней только вдвоем от целой деревни в живых остались после прорыва.

– Да, я слышала эту историю, как ты бой с монстрами принял. А она как уцелела? В доме заперлась?

– Да нет, дом эти твари сожгли. – потупившись, отозвалась Мишелина. – А я в ледник спустилась, и там заперлась. Мы планировали с Гарром после работы в баньке попариться. А он заранее кувшин с квасом на ледник поставил. Я за ним спустилась, а тут шум сверху. Папаша ведь тоже не простой был, без боя не сдался. А я щеколду заперла и внизу спряталась. Правда, когда хата загорелась, дымом надышалась. Так что без спасателя не обошлось. А Гарру он вообще переломанную руку срастил. Сильно его эта тварь порвала.

– Интересно. Про руку я не слышала. А чем он зверя завалил? Бойцы о подобных случаях потом всю жизнь хвастаются!

– Так у него же в руках вилы были. Вот ими и проткнул это чудище. Там еще один зверь был. В отряде посчитали, что он сам умер. Но так же не бывает, чтобы тварь из прорыва пришла и сама сдохла? Похоже, его тоже наш Гарр поймал, а бойцы отряда просто добили. И еще одного в колодце нашли: мол, соседский пес его загрыз. Когда такое было, чтобы пес сам забежал в соседний двор и напал на адскую тварь? Значит, там счет был три-ноль в пользу Гарра!

– Ну, хорошо, – заявила Игрена. – А ты сама-то читать и считать умеешь?

– Читать могу, – заявила Мишлина. – И цифры знаю. – Только сложение с вычитанием мне слабо даются.

– А кто тебя научил?

– Отец, конечно же! Он и братьев всех считать научил. Заодно и нас с сестрами. Только Гарра не обучал, тот больше по хозяйству ему с детства помогал. Вот он, какой здоровый! Да к тому же он же у нас даже говорить до этого дня не умел. Но слушал внимательно. А мы считали его немного того… ну, слабо соображающим. Ведь немых всегда неполноценными считают.

– То есть до этого дня он читать и считать не умел? – еще раз удивилась Игрена. – И книг никогда не читал?

– Да откуда у нас в деревне книги? Это ж ценность какая! Нет, у отца был букварь и еще несколько книжек, которые он братьям давал почитать. Я заглядывала, но там одни рыцарские приключения, ничего интересного. Мальчикове все. Я лучше по хозяйству повожусь, чем такое читать. А Гарр вместо чтения вообще дрова предпочитал колоть. Чтобы на всю зиму хватило! У нас знаете, какая печка была? И дом большой, его протопить непросто. А здесь, в городе, можно книги найти хорошие? Про прекрасных дам и все такое?

– Да. этого добра здесь сколько угодно. А скажи, как тебя там… Мишелина, правильно? Нравится тебе сидеть в работном доме?

– Конечно! Иначе где я еще заработок здесь, в городе, найду? Разве что в помощницы по дому кто-то возьмет. Но тут, говорят, просто с улицы никто тебя не принимает. А кто меня посоветует? И знакомых-то никаких нет.

– А какой у тебя индекс силы?

– Какой еще силы?

– Ну, магической, разумеется. Или волшебной. Когда ты ее измеряла?

– Да никогда, – пожала плечами Мишелина.

– Не может этого быть! Указом главы Мэрии, в обязательном порядке такую силу в 15 лет у каждого ребенка в городе городской маг проводит измерения!

– Так это в городе. А откуда у нас, в деревне, маг? А что зависит от этой проверки?

– Если показатель больше 3, то придется отправиться в специальную школу, где твои возможности развивать будут. И найдут работу не в работном доме при каком-нибудь цеху, а интересную и высокооплачиваемую. Даже слабые маги стране нужны. А уж если индекс окажется больше…

– А сколько их всего, этих индексов?

– От одного до двенадцпти. Но большие индексы это редкость. Хотя те, кто показывает больше шести, могут сами выбирать себе профиль обучения.

– А у Вас, леди Игрена, сколько получилось?

– У меня семь. Поэтому я и выбрала военное училище. И стала офицером, что автоматически предполагает присвоение дворянства. Иначе просидела бы всю жизнь, до старости, в работном доме, создавая одни и те же кружева.

– А где можно пройти такое обследование? – тут же загорелась Мишелина. – Хотя вряд ли у меня найдется какой-то талант… Я же не городская…

– Не трусь! Это просто как повезет в жизни. Мне тут рассказывали, то ваш с Гарром отец не из простых копейщиков был. Сержант. Командир группы. Так что посиди тут пару минут, сейчас пойдем в медкомнату и быстро пройдешь тест. Кстати, Гарру сколько лет?

– Ему только четырнадцать с половиной. Еще рано, да?

– Сейчас и проверим. Подождите здесь, я быстро!

И она умчалась, так и не притронувшись к обеду. Вернулась она не через минуту, а через четверть часа, в сопровождении парня в черной рясе. Как я понимаю, это форма местных магов, или лекарей, в армии.

– Эти, что ли? – буркнул он. – А тебе какой интерес?

– Если эта девушка имеет потенциал, то я добьюсь ее перевода в наше училище. Например, в школу помощников лекарей. Их, как ты знаешь, всегда не хватает!

– А как она себя будет чувствовать в мужском коллективе?

– У нее, как я поняла, было пятеро братьев. Достаточно?

– Вполне. Пошли за мной!

И мы с Мишелин двинулись следом.

Медпункт не слишком отличался от тех, что встречаются в любой воинской части в моей прежней истории: бедненько, но чистенько. В застекленном шкафу – склянки с йодом, мотки бинтов, пучки ваты и склянки с какими-то жидкостями, включая спирт и дистиллированную воду. Но кроме того, в дальнем углу, за ширмочкой, находились какие-то кристаллы и еще одна лежанка. Туда мы и прошли.

Маг (Игрена назвала его Сторг) усадил Мишелин на кушетку и заставил положить руки ладошками на две пластины разных цветов. И предложил сосредоточиться и чего-нибудь усиленно пожелать. Затем посмотрел на находящийся между пластинами многоугольнк, половина которого засветилась.

– Отличный результат! Твердая шестерка! – заявил он. – С таким индексом и что-то посерьезнее можно затеять, кроме нашей академии!

– Мишелин, хочешь обучаться на офицера? Будешь помогать восстанавливать и лечить курсантов, а затем и бойцов. Станешь офицером, получишь дворянство. Найдешь себе жениха из благородных. Получишь манор, построишь семейный замок, заведешь семью и кучу детишек. А если с супругом повезет, то поможешь ему карьеру сделать, а там и разбогатеете.

– Или станешь походно-полевой женой для какого-нибудь большого начальника. Тоже неплохой выход, получше, чем в работном доме томиться! Игрена, напишешь сегодня же прошение на имя коменданта о переводе? Я подпишусь.

– Проверь на всякий случай еще и паренька. Он, конечно, уже курсант, но кто знает? Вдруг и в его теле есть эта же способность… все-таки они родственники. Хотя ему еще нет пятнадцати…

– Да возраст – это не критично, просто дата была придумана для прохождения проверки. Садись сюда, боец! Положи сюда ладони и попытайся сосредоточиться!

Я положил руки на указанное место и страстно захотел стать волшебником и научиться управлять этими необычными силами. Даже зажмурился на всякий случай.

– Да, ты оказалась права. Почти пять! Неплохой результат! Но это только потенциал. Для того, чтобы силы проснулись и осуществились, придется много поработать. Готов, боец?

– Всегда готов! – отозвался я.

– Но только решай, что для тебя важнее: отправиться в школу и забыть о военной карьере, или остаться здесь и подождать, пока получишь профильное образование? И рискнуть отслужить в войске, чтобы приступить к обучению позже? Тогда есть шанс стать сильнее. Но имеется и риск досрочно погибнуть.

– Думаю, мне лучше закончить обучение. А стать волшебником или колдуном еще успею позже. Тем более, если имеется шанс усилиться. Мне самому доложить об изменении моего статуса коменданту?

– Нет, твое слово ничего не значит, да и не допустят тебя до коменданта. Так что я и о тебе отдельный рапорт напишу. Но учти, что теперь на тебя будет приходится удвоенная нагрузка. И с сестренкой вы будете обучаться в разных корпусах. А пока, занятия у вас уж закончились. Так что можешь отправляться отдыхать, в свободное время. Или отправляться на дополнительное занятие к твоему любимому сержанту, и пройти сегодняшнюю тренировку до конца. Выбирай сам! Ты ведь почти волшебник!

Честно говоря, возвращаться к занятиям не хотелось совершенно. Да и вряд ли там кто-то еще остался. Но я хмуро побрел обратно в спортзал. И, по закону невезения, сержант Зент как раз собирался уходить.

– Зент! – окликнул его я. – Сержант Зент! Мы, кажется, не закончили тренировку. Извини, ко мне пришла сестра, пришлось ей немного помочь. Представляешь, у нее обнаружился Дар, и ее зачислят на курс лекарей в нашей Академии. Не знал, что здесь и этому обучают. Так что будем учиться вместе.

– Это хорошо, – проворчал сержант. Но учти, что встретится с ней будет непросто. В тот корпус, к девушкам, никого из курсантов не пропускают, брат ты или не брат. Но корпуса соединяются, и попасть к ним в комнату можно по карнизу. Правда, дорога проходит по карнизу третьего этажа, но кого это когда останавливало, правильно?

Подмигнув мне, сержант вернулся на площадку, снимая мундир и оставаясь в тонкой рубахе. А после небольшой разминки принялся опять издеваться над моими суставами. А я продолжил материть его. Ведь, насколько я помню из одной передачи серии «разрушители мифов», когда материшься вслух, любая боль переносится легче.

Но почему-то показалось, что сегодня наконец-то появились какие-то результаты. Хотя возможно, что мне это только показалось. Но у меня появился новый стимул к учебе: ведь местный маг сказал, что потенциал можно увеличить! Правда, не намекнул, как это сделать. Значит, придется тренироваться. А заодно и изучать теорию, вместе с остальными теоретическими дисциплинами. Лишь бы голова не треснула от такого количества информации.

И начну, пожалуй, прямо сейчас, сразу после разминки, махания железякой и тренировки на турнике. Закончив разминку, направился в библиотеку, надеясь на то, что Игрена тоже придет на рабочее место.

Она немного удивилась, увидев меня на пороге. И почему-то предложила, по знакомству, выпить чаю, раз уж я пропустил ужин.

Вспомнив, что из-за меня она осталась без обеда, я смутился и вынужден был согласиться. Как по волшебству, на стойке появились пара чашек и чайник на горелке. Она бросила в каждую чашку по щекотке листьев из какого-то туеска, а затем достала из-за шкафа поднос с пирожками. А когда чайник закипел, залила листья кипятком.

Строго говоря, это был не привычный по прошлой жизни чай «Эрл Грей» в пакетиках, и даже не старый, почти забытый «индийский» со слоном. Видимо, какое-то совершенно другое растение, но со сходным действием. А пирожки были самые разные: часть сладких, часть с какой-то другой начинкой, вроде картошки с грибами.

– Так что ты решил? – спросила она.

– Буду продолжать учебу. Мне еще многое нужно узнать. А пока Игрена, точнее, офицер Игрена, сможете выдать мне книгу по основам магии?

Глава 7 Почему магию нельзя изучить по книгам

– Так ты же хотел начать обучение с истории и географии? – улыбнулась она. – Или решил переквалифицироваться?

– Да нет, история (пусть даже для начала официальная) от меня никуда не денется. А магия… для души. Даже не думал никогда, что она мне может быть доступна.

– Насчет «доступности», это не спеши. даже если у тебя есть потенциал, это еще не значит, что она тебе дастся. Да и изучать магию по учебникам – не слишком надежный способ. Это как по учебнику, например, учиться рубить дрова. Или работать копьем. Со стороны, вроде бы, просто. И когда поймаешь соответствующие ощущения, тоже все становится естественным. А обучиться сложно, без практики. Я знаю, нам ведь основы тоже преподавали, перед окончанием обучения. Здесь у каждого курсанта есть магический потенциал. И я не понимаю, как тебя вообще приняли, не проводя проверку.

– Так обучают же магии перед окончанием? А насколько я слышал из разговоров при приеме, мне здесь должны дать основы знаний по боевым искусствам, а потом отправить обратно в отряд. За меня просил коменданта командир разведчиков, Зерг. Так что, наверное, звание и титул мне не светят. Зато буду в одном из самых сильных отрядов. И для этого мне нужно научиться владеть мечом.

– Меч – это офицерское оружие, – задумчиво проговорила Игрена. – А если из тебя хотят подготовить просто сильного рубаку, то тебе лучше изучать не фехтование на мечах. Ты же собираешься не против таких же людей сражаться, а против монстров. А против них большинство этих финтов, приемов и пируэтов бесполезны. Тебе нужны не парирования, а увороты и сильные прицельные удары. А для этого подойдет не меч, а скорее топор или тяжелое пехотное копье. Кстати, с тобой же занимается сержант Зент? Он был неплохим копейщиком, как и твой отец. Попроси его с тобой поработать. Чему-то он тебя научит.

– Эх, чувствую, что поиздевается он надо мной от души. Но если это на пользу, то пусть старается, если и правда есть смысл. Но как насчет книги?

– А, ты все еще про магию? Книжки-то в библиотеке есть, но вряд ли они тебе сильно помогут. Сейчас подыщу что-то простенькое для начала, для общего ознакомления. А серьезные книги… не уверена, то ты их поймешь. Их даже наши курсанты не могут осилить! Все еще не могу поверить, что ты всего несколько дней тому буквы учил! Если бы сама не видела, и сестра не подтвердила, что ты даже говорить не умел, то ни за что бы не поверила. Поэтому тебя Зерг в рядовые бойцы и определил, что по виду ты на интеллектуала, извини, не похож. Просто здоровый, не по годам, и не слишком умный боец. И представить тебя с книгой до сих пор не могу. Такое впечатление, что внутри тебя сидит другой человек!

Так, а вот последняя фраза меня напрягла. Где же это я прокалываюсь? Нельзя так сильно палиться. Придется не налегать на книги, а больше времени уделять физподготовке. Ну, и учитывать только что полученные советы: ведь уроки фехтования и правда больше нацелены на подготовку к дуэлям среди офицеров, а не на драку с монстрами, где все решают не финты и защита, а быстрый и мощный удар по уязвимым точкам. Ну, и своевременное уклонение от простых и прямолинейных атак зубами и когтями. Так что сосредоточусь на работе с копьем. А также, на всякий случай, отработать защиту с копьем против меча: всякое ведь в жизни случается!

И неплохим подспорьем было бы хоть минимальное использование магии. Поэтому хоть что-то нужно срочно освоить. Хотя бы на уровне «волшебника-недоучки». Так что главное не свихнуться с ума от избытка информации. И попыток ее осмысления. Ведь у нас в институте ходила байка, что половина из тех, кто собрался изучать теоретическую физику, сходила с ума от попыток понять свои головоломные формулы. Надеюсь, здесь такого не произойдет.

Тем временем Игрена вынесла тонкую книжку в кожаном переплете. И я пересел за столик для чтения, на который Игрена установила свечку.

Пролистав первые страницы, я заподозрил, что под названием «учебника» подсунули какой-то микс из легенд, стихов, мифов и рекламы крутых магов. Нет, какое-то отношение к магии этот «шедевр» имел: там было перечисление ее направлений (природная, лечебная, любовная, духовная, промышленная и так далее), какие-то рисунки и высказывания вроде «магия –это буйная сила природы, не подвластная измерениям». В общем, ничего конкретного, только реклама, типа «в случае чего – обращайтесь к магам».

Куча рассказов от том, как наложение магического воздействия на простые предметы вдруг сильно изменило течение событий. Но вот как именно происходит такое «наложение и изменение свойств предметов» – ни полслова.

В общем, пролистал этот «учебник» меньше, чем за час. И вернул с чувством глубокого разочарования.

– Что, уже прочитал? И что узнал?

– Что магия – это круто и сильно. Но как именно она накладывается и действует, нет ни слова. Да, есть пара диаграмм и рисунков. Есть даже насколько новых терминов и символов. Но реально – ничего конкретного. Только «Это можно, такое бывает, а еще вот это возможно». Но как именно и что при этом нужно делать и как все это происходит – ни слова!

– К сожалению, это почти все, что Вам будут преподавать по этому предмету. Остальное только при личном контакте с магами. А они редко соглашаются кому-то помогать даже за деньги. Для чего им плодить себе конкурентов?

– Как это все? Но должны же быть какие-то другие учебники?

– Поверь, все, которые можно понять, примерно такого же содержания.

– Почти все?

– Говорят, есть парочка других. Но их никогда никто не читает. Их написали какие-то совершенно сумасшедшие маги, чтобы отвратить от нее обычных людей. Но если хочешь, я их тебе покажу. Но не обижайся и не расстраивайся, если ничего не поймешь. Написанное там не понимают даже многие члены магистериума. Хотя признают, что тот маг нашел совершенно новый подход и смог творить вещи, которые были под силу только архимагам древности. Говорят, именно он причастен к возникновению «провалов», которые открыли адским тварям путь в наш мир. Так что его книги запрещены и поэтому. Ну, и еще потому, что многие маги, которые пытались изучать или переписывать его учебники, сошла с ума. Так что осталось всего несколько списков: во дворце, у нас и в Академии Магии. Так что приходи завтра. Если не передумаешь. А пока отправляйся в расположение: скоро будет отбой, и все курсанты должны быть на местах.

--

На следующее утро все-таки состоялся урок этикета. На этот раз на тему поведения за столом. Строго говоря, большинство этих правил я уже знал: не ставить локти на стол, не раскачиваться на ножках стула, и так далее. Еще одно правило гласит, что руками нужно брать только хлеб. Правда, в нашей общаге действовало еще одно условие: вилку следует держать в левой руке, а котлету – в правой (ведь лучшее изделие из хлеба – это котлета). Еще оказалось, что требуется не сморкаться в скатерть, не утираться рукавом, не рыгать во время обеда, и мясо из зубов выковыривать не ножом, а специальной зубочисткой.

Правда, были еще правила выбора столовых приборов: для чего какую вилку использовать. Вела этот урок престарелая «классная дама» засушенно-гербарного вида, давно уставшая от того, что будущие «господа офицеры» не могли отличить один вид приборов от другого. Так что я вполне оправдывал звание «дикаря из глухой древни», но большинство моих одногруппников недалеко от меня ушли. Ведь, как утверждал в своем указе Петр Первый «Офицерство есть сословие хамское, но государству необходимое». В общем, не урок, а сплошное развлечение. Правда, ходили слухи, что перед выпуском придется сдавать зачет по этому предмету. Но мне, похоже, это не грозит. Да и остальные справедливо считали, что занятия фехтованием важнее, чем уроки этикета. Да и в глазах общества боевой офицер ассоциируется скорее не с Графом Болконским, а с поручиком Ржевским. А у того понятие этикета довольно своеобразное: «Опять штабного прислали. Лучшее бы водки!» Кстати, нужно бы узнать, есть ли в этом мире аналог поручика Ржевского. Должен быть, это же архетипный персонаж! На нем половина военного фольклора держится!

В общем, это было даже интереснее, чем урок литературы, состоявшийся следом. А потом мы отправились в спортзал. Я не забыл наставления Игрены, и обратился с просьбой к сержанту: обучить меня вместо владения мечом, обращению с копьем.

Тот сперва начал было возражать, что это не офицерское, «благородное», а оружие простой пехоты. И им даже в строю не поработаешь! Но я все же настаивал, делая упор на то, что мне придется сражаться не с другими офицерами, а с монстрами из прорывов, для которых все равно, стоишь ты в третей или пятой позиции. Поэтому тот, покосившись на тренера, заявил, что заняться-то можно, но для этого придется выбирать внеурочное, дополнительное, время. На том и договорились. Хотя Зент честно предупредил, что это оружие потяжелее офицерского меча, и овладеть копьем будет непросто.

Так что пришлось остаться после тренировки. Сержант протянул мне здоровенный дрын, с листовидным кованым острием, сантиметров тридцать длиной, на одном конце, и здоровенным железным «яблоком» на другом. Да еще и обитый на треть от острия железной полосой. В общем, этим дрыном если даже просто попасть по человеку, то травма обеспечена. А уж если острием зацепить, то след на всю жизнь обеспечен. А Зент еще и показал, как этой штукой можно не просто колоть и рубить, но и вращать ее вокруг себя, создавая целую защитную сферу.

Да, техника работы копьем в исполнении сержанта показалась мне даже более эффективной, чем при работе с мечом. Но сержант тут же меня разочаровал: мол, существует техника работы мечом и топором специально против копья. И это нужно иметь в виду при встрече с опытным соперником. И начал меня учить правильно стоять и перемещаться, чтобы не только не зацепить предполагаемых союзников, но увереннее поражать противника.

Так что заняла тренировка еще около часа. После чего я был отправлен отдыхать. И направился, естественно, в библиотеку.

– Ну что, еще не отказался от дополнительного обучения? – встретила меня вопросом Игрена.

– Ну да, я для этого сюда и пришел! – ответил я.

– А знаешь, что, это ведь дополнительное занятие, правильно? – уточнила он. – Так что никто не будет в накладе, если мы отойдем от правил обучения? Ты же не станешь писать рапорт, что тебя здесь «обучают не по уставу»?

– Нет, конечно. А что, бывает такое?

– У нас еще не было, но в других заведениях случалось.

– И чем это мне грозит?

– Тебе ничем. А я могу схлопотать выговор в личное дело.

– И зачем мне это нужно?

– Понятия не имею. Но должна была предупредить. Давай, я тебе покажу, как проходило обучение магии у нас на курсе? Хоть принцип поймешь.

– Согласен.

– Тогда закатай рукав до локтя.

Я с интересом закатал рукав формы и положил руку на стойку выдачи. Библиотекарь сняла с ремня кинжал в ножнах и положила рядом. Кажется, такой нож таскают с собой все офицеры, кто не носит меч. Вроде кортика на парадной форме у офицеров ВМС. Не знаю, как насчет кортика, но этот кинжал точно относился к холодному оружию. Длина лезвия около 25-30 сантиметров, ширина около пяти. Тяжелый, кованый нож, и отточен, как оказалось, до бритвенной остроты. Вытащив его из ножен, Игрена пару раз глубоко вдохнула, как перед выполнением упражнения, и провела лезвием вдоль моего предплечья. Из разреза тут же потекла кровь.

– Главное упражнение в лечебной магии – это заживление ран. Мы тренировались друг на дружке. Сейчас я попытаюсь зарастить порез!

Она протянула руку над моим предплечьем и сосредоточилась. На висках набухли вены, и на лбу выступили капельки пота. Но ничего больше не происходило. Рана продолжала кровоточить.

– Черт, вот что значит, давно не было практики! – вскрикнула библиотекарь, – Видимо, придется обратиться к спасителю. Сейчас вызову профессионала!

– Подожди, не торопись. Все пока в порядке. Не такая уж глубокая рана, кровью не истеку. Попробуй еще раз, не торопись. Сосредоточься. Тебе ведь придется еще мне рассказывать, как все это делать!

– Хорошо. Только это может занять какое-то время. Готов потерпеть?

– Конечно, – ответил я. Боль и правда была не слишком сильной, на тренировках и мышцы больше болели, да и раны мы получали, которые мастер ухитрялся тут же заживлять. Хотя и не длинные тонкие разрезы, вроде этого. Наконец, Игрена успокоилась и собралась с силами. И опять распрямила руки над разрезом. Вскоре я почувствовал легкое тепло, исходящее от её ладоней. А место разреза начало пощипывать. И тут я увидел, как порез начал прямо на глазах затягиваться. А присмотревшись, заметил и небольшие зеленые молнии, выходящие из рук в направлении свежего пореза. Почти такие же, которые я видел у колдуна. Когда тот сращивал кость в моей руке.

– Красиво, – оценил я, когда порез превратился в тонкий, едва заметный шрам.

– Извини, сразу не получилось. Давно не было практики, да и освоила я навык не слишком хорошо. Все-таки это был не основной предмет, да и времени прошло много…

– Да сколько там много! – Ты ведь закончила обучение лет в двадцать. Ну, значит, лет пять-семь назад, максимум. А мастерство, как говорят, не пропьешь!

– Семь лет? Да ты мне льстишь, что ли? Или подкатывать пытаешься? Одна из главных положительных качеств мага – долгая жизнь и возможность долго сохранять молодость. Как думаешь, сколько мне лет?

– Лет двадцать пять. Ну, двадцать семь, максимум.

– Мне больше пятидесяти. Так что между нами огромная разница в возрасте.

– А почему Вы еще здесь прозябаете? С такими данными вы должны бы давно замужем быть, за военным в высоком звании?

– Да я тоже так когда-то думала. Мол, быстро захомутаю какого-нибудь военного, красивого и здоровенного. Но попала сюда, в учебную часть. А из-за любви к чтению оказалась на этой должности. А тут или старые толстые пердуны, или те, кто не годен к строевой службе, или все уже давно и успешно женаты. Так вот и засиделась. А курсанты слишком молодые и у них детство в задние. Только и могут, что ходить в библиотеку да коленки мои рассматривать. Ну, максимум, еще и задницу. Так что остается только завидовать молодым девчонкам, вроде твоей сестры. У них и задницы круглые, и сиськи упругие от природы, а не благодаря магии. И все у них еще впереди, так что все еще возможно. Вся жизнь впереди.

– Игрена, прошу прощения, можно тебя так называть, когда мы наедине? Хотя ты офицер, а я… только недавно навоз убирал.

– Только наедине. И только потому, что ты чем-то отличаешься от остальных курсантов. Хотя и не используешь все полтораста правил этикета и почти ничего не знаешь об окружающем мире и не читал рыцарских романов, где живут благородные рыцари и их прекрасные дамы. И которые, как оказалось, так сильно отличаются от окружающей реальности. Но мы здесь собрались не мою неудавшуюся жизнь обсуждать, а обучать тебя магии, правильно?

– Ну да. Насколько я понял, это была лечебная магия. И ты умеешь заживлять раны. А свои тоже можешь?

– Со своими сложнее. Каждое усилие, даже лечебное, создает вокруг тела мага барьер. Который блокирует и собственные усилия. Но это тоже возможно.

– Так что я могу пока тренироваться на себе?

– Это сложнее, чем на других. Но возможно, только сперва нужно «поймать» это ощущение. Смотри, что это такое:

И она начала пространно, но не совсем понятно, объяснять, что требуется сперва сконцентрироваться, потом сосредоточиться на своих ощущениях и вызвать чувство тепла и жжения в «энергетическом центре», стараясь передать это ощущение в ладони. Затем сконцентрироваться на ране и направить туда энергию, стараясь заживить рану. Но это действует только с поверхностными ранами, вроде повреждений кожи. Для того, чтобы вылечить более глубокие ранения, нужно знать строение мышц, связок, жил и кровеносных сосудов. А чтобы срастить кости, нужно видеть ранение (хотя бы внутренним зрением, которое развивается отдельно) и приложить значительно больше усилий. А это доступно только обученным лекарям. Для этого нужны годы тренировки и большое количество энергии.

– Не думал, что это так сложно. Мне отрядный «спасатель» кость в руке срастил за пару минут. Правда, порекомендовал сутки не напрягать руку, пока перелом не срастется окончательно. А как узнать, хватит ли у меня энергии на лечение?

– Только попробовать и сделать. Иначе никак.

– Тогда я пробую! Для начала на себе. Если получится, то и на другом сумею. А если нет – побегу в медпункт. Добегу, как думаешь?

И резанул себе предплечье от кисти и почти до локтя.

Глава 8 Попытки изучения лечебной магии и прогулка под дождем

Как ни странно, в отличие от большинства описаний мира «меча и магии», исцелить даже такой ерундовый порез оказалось не просто. Сперва у меня долго ничего не получалось: небольшой разрез все так же кровоточил, и кровь начала капать на подложенную тряпку. Я даже начал, вроде бы, чувствовать тепло от расположенной над предплечьем, ладошки. Но эффекта это не дало никакого. Кровь продолжала сочиться все так же. Хотя со временем начала подсыхать: но это, кажется, никак не было связано с попыткой «воздействия». Рана была неглубокая, поэтому начала подживать сама по себе. Глядя на это безобразие, решил схитрить: решил не вызывать «энергетические молнии», а просто попытаться усилить собственные лечебные силы организма. И у меня внезапно получилось! Разрез и правда, затянулся и превратился в тоненький шрам.

– Отлично! – вдохновилась Игрена. – У нас в группе не у всех получалось с первого раза затянуть разрез. Тем более, на себе. А теперь попробуй на мне разрез закрыть!

– Нет, не рискну. Мне кажется, что я что-то не то делаю. Не воздействие запустил, а просто включилсамоисцеление собственного организма. Это немного не то. Точнее, совсем не то.

– Такое воздействие тоже изучается. Они чем-то похожи с лечением. Но я же уже говорила, что есть множество вариантов магического воздействия: перемещение предметов, изменение их формы, замораживание воды, зажигание огня и множество других фокусов. Но практические применение на этом этапе имеет только вот такое лечение. Огонек способен поджечь только растопку для костра, и только в руках; замораживание действует только на отдельные небольшие капельки; перемещать удается камушки меньше ногтя мизинца и на крохотное расстояние. У тебя сейчас резерв крохотный. На что-то серьезное его недостаточно. Поэтому этим фокусам начинающих магов и не обучают. А здесь сразу видно воздействие. А принцип собирания энергии и передачи её вовне остается все тем же. Поэтому давай, не ленись, и заращивай мой порез!

С этими словами она резанула по внутренней стороне своего предплечья. Так что пришлось протянуть ладошки и попытаться направить энергию на рану. Сперва с перепугу попытался просто нагревать место разреза теплом ладоней, забыв, что сперва нужно активировать «энергетический центр». Но вскоре опомнился и начал все сначала: разогрел источник, пустил тепло (энергию) в ладони и направил на разрез. А потом еще и попытался этой «дополнительной» энергией запустить самоисцеление ее организма. И у меня получилось!

Затягивание шрама и прекращение кровотечения произошло намного быстрее, чем это произошло бы естественным путем. Я откинулся на спинку стула, чувствуя, как по лбу скатываются крупные капли пота.

– Здорово! – заявил я. А потом совершенно неожиданно даже для себя, спросил: – А девственность таким способом в вашей группе не пробовали восстанавливать?

– Что? – переспросила Игрена и рассмеялась. – Конечно, пробовали! Только ничего не получалось. Говорят, что квалифицированные маги-лекари подобные трюки проделывают, но сил у начинающих на это недостаточно. Хотя некоторым очень хотелось бы. Ладно, принцип ты понял. Вот так это и делается. Остальное дело тренировки.

– А можно еще какую-нибудь книгу, где подобные фокусы более подробно расписаны? Просто, чтобы знать, что еще может магия.

– И потихоньку тренироваться? Да, такие учебники тоже есть. Но тебе будет полезнее не «книжка с картинками», где описываются подвиги героев, а пособие по созданию и накоплению энергии в центре и ее передачи наружу. Теперь, когда ты хотя бы представляешь себе, как все это работает, тебе будет немного понятнее, что там написано. Правильно я понимаю?

Она выложила на стойку толстую инкунабулу и вручила мне свечу, чтобы я отнес ее на столик. Установив свечу в подсвечник, попытался зажечь фитилек, сконцентрировав на нем энергию, свернув ладонь в форме рефлектора.

– Что, уж пытаешься зажечь свечу? Почувствовал себя великим магом? Ничего не выйдет. Для работы со стихией огня нужна специальная подготовка, – услышал сзади насмешливый голос своей преподавательницы. – Сперва книгу почитай. Там об этом тоже написано.

Так что пришлось воспользоваться огнивом и открыть книгу. Если быть совсем уж честным, то особых отличий между сегодняшним и вчерашним учебниками я не заметил. А те небольшие отличия в описаниях, которые описывали методику концентрации разных стихий я, если бы не сегодняшняя практика, то просто пропустил бы. Уж больно все было коротко, иносказательно и размыто. Но я нашел нужный абзац, затушил пальцами фитилек и, уже со знанием дела, сконцентрировал на конце свечи стихию огня. И свеча загорелась! Правда, оставались сомнения: Может быть, я изначально не слишком тщательно затушил фитилек, и оставшаяся внутри искра разгорелась просто от движения воздуха? Нужно будет потом на свежем фитильке попробовать. Зато эффект телекинеза (швыряния силой мысли предметов) был описан очень красочно. Сразу захотелось научится. Хотя и понимаю, что сейчас мой предел – пуговицу по парте двигать. Зато, кажется, уловил, чем отличаются воздействие «лечебное» от «зажигательного». Хотя энергия в обоих случаях используется одна и та же. Просто модуляция другая. Если я правильно понял, то «несущая частота» этого воздействия остается той же, но на них накладываются какие-то частоты и их гармоники. Но это чисто мои предположения, навеянные прошлыми знаниями. В учебнике об этом не было ни слова. И вполне возможно, что на самом деле все совершенно иначе. Но мне так понять было проще.

Закончив читать, вернул книгу на стойку.

– Ну что, хоть что-то понял? – спросила меня Игрена, когда я возвращал книгу.

Вместо ответа я протянул ладонь над стойкой и выжег на деревяшке иероглиф. Означающий «да». Как в детстве увеличительным стеклом на деревяшках, поймав в фокус солнечный луч, выжигали. Даже сам не ожидал, что получится. Хотя и понимаю, что это хулиганство и порча казенного имущества.

Но Игрена не расстроилась. А с интересом посмотрела на результат и удовлетворенно кивнула. А я отправился в казарму, уставший, как после тренировки.

В общем, так и продолжались нудные дни занятий. После подъема завтрак, потом пара «общеобразовательных» уроков, затем, после обеда, тренировки. Потом дополнительные занятия с сержантом, по освоению «нехарактерного» оружия. Потом поход в библиотеку, где я переключился с изучения «теоретический магии» на мене интересные историю и географию. Узнал, что наше государство называется я Имметрия. Разумеется, это империя, самая древняя и славная на континенте, и правит нами Горжак III, самый мудрый и могучий правитель. И если бы нас не окружали с самого начала существования злобные и хитрые враги, которые 3500 лет назад даже сумели захватить нашу страну (но затем мы их, разумеется, героически победили), то стали бы самым сильным и процветающим государством в Нимбии (это наш континент, вроде Земной Евразии). Нет, понятно, что все официальные данные нужно делить на 8, а то и на 12, но хоть общие понятия о расположении и самых крупных городах страны я усвоил. Историю тоже пролистал, но там в основном даты великих побед могучих правителей страны, которые при вступлении в должность меняли имена на одинаковые, с номерами. Не запомнил, естественно, почти ничего. Кроме того, что, согласно официальной истории, раньше (когда?) практически весь континент принадлежал Имметрии (как бы она тогда не называлась), пока коварные соседи силой и хитростью не оторвали от нее самые «вкусные» куски, которые превратились в отдельные государства. Так что все затеваемые правительством войны официально считались не «захватом новых земель», а «возвращением исконных территорий». И продолжались эти войны до сих пор, не собираясь прекращаться. Так что армия всегда была в авторитете, и за нее нужно держаться. Кроме того, военный в случае нападения может хоть какой-то ответ дать, не то, что гражданские.

Хотя неплохо было бы пробраться в дворянство, но это сложнее. Должно случиться совершенно невероятное стечение обстоятельств: у писателей это называется «рояль в кустах». Правда, у всех нормальных попаданцев такие «рояли» вдоль всех тропинок расставлены, даже мне один встретился, когда я в этом училище оказался. Может, это один из законов вселенной? И никуда от него не уйти? Просто нужно хвататься за каждый шанс и стараться вытянуть из него как можно больше. Пусть даже для этого придется пройти огонь, воду… а что там по поводу медных труб, это еще посмотрим. До них еще дожить нужно.

Итак, нужно продолжать тренировки. Так как что-то мне подсказывает, что такие тепличные условия для меня продлятся недолго. Тем более, погода уже портится. Судя по всему, впереди нас поджидает зима. Во всяком случае, солнечная погода потихоньку сменяется все более частыми и продолжительными дождями. Кстати, нужно, наконец, навестить сестренку. А то я их группку только в обед в столовой видел, и то издалека: они в отдельном зале питаются. Хотя с той же кухни.

Так что после отбоя осторожно слез с кровати (которую при случае починил, так, чтобы она не шаталась и не скрипела), накинул форму и направился наверх. Оказался на третьем этаже, прошел в один из угловых классов и выглянул в окно. Под окном никакого карниза не оказалось. Зато над окном что-то проходило: не то балка, не то архитектурное излишество, вроде статуи с протянутой рукой, не то еще что-то, такое же, по чему, в принципе, можно пройти к другому зданию.

Так что пробрался на чердак, для чего пришлось аккуратно оторвать с косяка двери петлю навесного замка, вытащив его вместе с гвоздями. Силы хватило, тем более, что создалось впечатление, будто эти гвозди вытягивают уже не в первый раз. Оставив замок болтаться, пробрался на чердак и прокрался к окну (Вроде бы, такие окна на крыше, называют «слуховыми», по имени архитектора, который их придумал). Распахнул фрамугу и выбрался на черепичную крышу. И тут же оказался под дождем. Аккуратно подобрался по скользкой черепице к краю и обнаружил нужную статую. Типа барельефа. Она и правда изображала фигуру какого-то героя с рукой, протянутой в нужную сторону. А с той стороны протягивала руку похожая фигура. Вот только руки не соединялись, между ними оставалось около полуметра свободного пространства. Вроде бы ерунда, но переходить с пальцев одной скульптуры на ладонь другой нужно было на высоте 4 этажей. Причем этажей не «хрущевки», а полноценных этажей с потолками больше 3 метров. Да и внизу росли не кусты на клумбе, а находилась мощеная камнем площадка. Тут три раза подумаешь, хочется ли добиваться женского общества при таких раскладах. Но не возвращаться же обратно, если уже решился! Как там говорится, «волков бояться – на опушке срать»? Так что связал шнурками ботинки и повесил на шею. А затем уверенно шагнул босиком на плечо статуи. Судя по ощущениям, статуя была каменной. И рука была выполнена с соблюдением всех анатомических деталей: мышцы плеча переходили в мышцы предплечья. Но «мостик» понемногу сужался, а стена здания уже закончилась. Так что я шагал босиком по сужающейся каменной руке, на порядочной высоте, над мощеной камнем площадкой.

В голове предательски билась мысль: «А оно мне надо?» Как будто не проживу без подобного общения с сестренкой! И нужно же было бороться за то, чтобы ее зачислили в наше училище! Когда дошел до конца руки иступил на мокрые от дождя пальцы каменной ладони возникли новые опасения: нужно было перешагнуть (или перепрыгнуть, хотя расстояние всего-то с полметра, один хороший шаг). На небольшой высоте даже на обратил бы на такой зазор внимания, но на высоте пятиэтажки, над каменной площадкой, да еще и на неровной, узкой и скользкой опоре… Да и предательские знания из «прошлой жизни» о сопромате, прочности материала и распределении нагрузок вызывали сомнения в том, что камень выдержит мой вес на кончиках пальцев скульптуры… Живо представил себе, как соскальзываю с опоры, или как каменная ладошка трескается под моим весом, и я вместе с обломками лечу вниз. Стало как-то не по себе, и в низу живота поселился холод и тяжесть.

Да ну к черту! Герой я или нет, в конце-то концов! Раз уж начал что-то делать, то нужно идти до конца! Как там говорили древние мыслители: «Сперва все хорошо продумай, а потом выполняй, не раздумывая!» Правда, с первой частью, насчет «хорошо продумать» у меня получилось не слишком хорошо, но теперь остается только делать. Без сомнений и раздумий. Не оставаться же размышлять на узком скользком бордюрчике в положении неустойчивого равновесия! Так что решительно перешагнул пропасть и постарался поймать равновесие на новой опоре. Дальше двигаться стало проще: опора понемногу становилась толще, и уже не должна была отломиться.

Интересно, из какого материала сделана скульптура? Или она укреплена магией? Хорошо в этом мире: все непонятные вопросы можно спихнуть на магию или «волю создателей». Почему корабли не тонут в воде? Волей создателя! Почему вода кипит при нагревании? Почему огонь жжется? Почему дождь идет с неба? Почему рыбы обходятся без воздуха? Все она же, «воля создателей». И ведь верят же! И даже какое-то подобие «науки о природе» на этой основе строят.

Кстати, «создатель» здесь не в единственном числе, а их множество. Это я в местной теологии вычитал. И религия здесь не монотеизм, как в большинстве земных, а что-то вроде Римского Пантеона: есть некто старший, вроде Зевса, и есть боги на посылках, начиная с Марса с Гефестом и примкнувшим к ним Венерой и Дианой-охотницей, а есть «боги на посылках», вроде курьеров и массовиков-затейников, типа Меркурия и Диониса. Хотя существует и отдельно взята группа подвижников-мучеников, из людей, которых тоже могут ввести в ранг небожителей. В нашей истории помню только одного такого: Геракла. (Ну, или святых из раннего Христианства, вроде святого подвижника Серафима или собакоголового Христофора). По смутным намекам (я ведь читал только «общеобразовательные» книги, а не серьезные исследования местной религии) я так понял, что нынешние боги не существовали изначально, а завоевали свое место в мире в ходе войны с предыдущими богами. Вроде того, как «Олимпийцы» в свое время воевали с Титанами а также с древними хтоническими гектахорейнами, и их командирами, вроде Хаоса и Геи с Тартаром.

Отвлекая себя такими мыслями, совершенно не связанными с происходящим, добрался до плеча статуи, под мышкой которой находилось окно. Интересно, это нужное мне окно или нет? Лег на живот и попытался прислушаться. Какие-то звуки доносились, и даже были похожи на женские голоса. Но шум усиливающегося дождя почти полностью перекрывал звуки. Уцепился за какую-то архитектурную деталь статуи, символизирующую элемент одежды, соскользнул вниз. Хорошо, что пальцы у меня цепкие, так что надеюсь, что не свалюсь.

Осторожно опустился босыми ногами на какую-то опору (кажется, подоконник) и осторожно постучал в стекло. Да, окна здесь были застеклены. Хотя стекло было толще привычного листового, и сильно искажало предметы. Ну, хоть свет пропускало! Кстати, зеркала здесь тоже были из такого же стекла, так что о своем истинном облике, глядя в них, приходилось во многом догадываться. Но тут окно распахнулось вовнутрь и я ввалился в теплую комнате, под испуганные визги обитательниц. Только одна из присутствующих тут же бросилась ко мне на шею с криками «Братец! Ты откуда? И как меня отыскал?»

В общем, через пять минут все успокоились и закрыли окно, через которое уже натекла целая лужа. А меня Мишелин представила, как своего младшего братишку, который обучается рядом, в общей Академии. После чего меня обступили и начали ощупывать шестеро обитательниц комнаты.

Да, в этой комнате было шестеро жительниц: как я быстро выяснил, полный состав женской группы обучения на «лекарей», а пока – «помощниц спасателей». Здесь их обучали как общим наукам, в том числе литературе, истории, этикету и остальным столь же «нужным» предметам, так и «специализированным» – анатомии, общей медицине, методике приготовления лекарств и мазей, а также основам лечебной и прочей магии. И, конечно же, физкультуре и фехтованию: ведь в этом мире уметь защищать себя с оружием должны не только мужчины, но и женщины, если уж они оказались в армии. Даже не столько от врагов, сколько от «собственных» солдат-мужчин, резко возжелавших женской ласки.

– Демоны подери, он же мокрый насквозь! – вдруг заявила одна из девушек, ощупывавшая мою одежду. – Мы это как раз проходили недавно. Немедленно снимай одежду, ее нужно повесить возле печки. А его нужно согреть! А ну, быстро его в душ, под горячую воду! А потом растереть и высушить насухо, а затем поместить в теплое место и согреть!

– Это куда еще? – подозрительно спросила невысока блондинка. – На печку, что ли?

– Под одеяло! И пару девушек туда же. Чтобы грели! Быстро давайте, пока он не замерз!

С меня тут же стащили промокшую куртку и нижнюю рубаху, а также штаны вместе с подштанниками. И, пересмеиваясь, совершенно голого, куда-то повели, удерживая за руки.

Оказалось, что комната соседствует с небольшой комнаткой, в которой имелось даже несколько подобий душевых кабинок. И даже настоящие душевые лейки, откуда лилась теплая вода! Запихнув мен под душ (относительно теплый) основная группа тут же отошла в сторону, чтобы не намокнуть. Только тут я рассмотрел, что все курсантки были в ночных сорочках разной степени прозрачности. Через которые, хотя и с разной степеньюдетализации, отлично просматривались молодые женские тела.

– Нужно ему помочь, – заявила та же девушка, что предложила закинуть меня в душ «для согревания», и одним движением сняла через голову и ту полупрозрачную одежку, что больше подчеркивала, чем скрывала. Ее примеру тут же последовала Мишелин. Ну, эту-то я без неглижа уже не раз видел, так что во все глаза уставился на ее подружку. Это была совершенно рыжая (во всех местах) шатенка. Вот только цвет глаз (должен быть зеленый) я не рассмотрел: на эту деталь анатомии я глядел в последнюю очередь. А вот бедра, ноги и грудь у нее были высшего качества. Хотя, возможно, такой она мне показалась после долгого пребывания в чисто мужском коллективе. Из женщин я общался исключительно с Игреной, да еще с престарелой преподавательницей этикета, но те, естественно, были намного старше и постоянно одетые. А здесь голая девушка и в непосредственной близости! Да еще и постоянно касающаяся меня не только мочалкой, но и разными выступающими частями тела. Я почувствовал, как мой встроенный указатель настроения быстро поднимается и твердеет, и даже залился краской, понимая, что такая реакция не осталась незамеченной всеми зрительницами. В том числе и банщицами. Но они не подавали вида, что происходит нечто, не предусмотренное процессом обычного согревания. Быстро обмыв мою тушку, Мишелин с подругой притащили откуда-то большое полотенце и начали растирать меня им. Потом закутали в полотенце и, как были, голышом, оттранспортировали, подталкивая, в общую комнату. Толкнули на расстеленную постель и укрыли толстым одеялом. А сами принялись вытираться такими же полотенцами. Позволив мне рассмотреть свои тела со всех сторон. А затем… юркнули под одеяло и прижались ко мне разгорячеными мягкими телами с двух сторон.

– Все нормально? – спросила меня подруга Мишелин. – Чувствуешь себя нормально?

– Чувствую себя божественно! – ответил я, балдея от происходящего, и проводя ладошкой по крутому бедру своей спасительницы. Понемногу переходя на ее мягкую ягодицу. – Мишелин, не познакомишь меня со своей подругой? А то мне как-то неловко. Мы лежим голые под одеялом, но все еще не знакомы…

Что не мешает тебе нагло щупать меня за задницу, – фыркнула та. – Ладно, в этой ситуации такое вполне естественно, насколько я разбираюсь в мужской психологии и анатомии. Меня, кстати, Аэрта зовут. И я, в отличие от этих дурех, давно уже не девстенница. Кстати, тебе эта торчащая штука не мешает?

И я почувствовал на этой самой «штуке» крепкий хват женской ладошки. Вечер, как говорится, переставал быть томным.

Глава 9 Приключения в женской «общаге»

– А я знаю, что происходит, – заявила вдруг Мишелин. – У мужчин, когда они видят женскую грудь, этот отросток увеличивается в размерах и внутри него вырастает роговое образование, которое жутко чешется и им мешает. Но я знаю способ ему помочь! Это роговое образование растворяется слюной и теплом. Так что нужно просто охватить его губами и делать вот такое движение головой, вверх и вниз. А можно еще и рукой себе помогать. И тогда рог растворяется и превращается в такую густую жидкость. Между прочим, неплохую на вкус. Давай покажу!

И она нырнула с головой под одеяло, перехватив инициативу у Аэрты.

– Надо же, с какими наивными дурочками приходится учиться! – прошептала мне на ухо Аэрта, тесно прижавшись к моему боку и положив мою ладонь на свою грудь. – И ведь с такими фантазиями она пытается изучать анатомию! Ну что, покажем глупышке, для чего на самом деле служит эта штука при взаимоотношениях мужчины и женщины? Или не будем разрушать иллюзии? Пусть это сделает наша Мымра!

– А кто такая эта Мымра?

– Надзирательница за порядком в нашей тюряге. И она же преподает анатомию. И еще кучу предметов. Умная – ужас до чего! На любой вопрос может ответить, как будто все книги на свете прочитала. Но строгая – до ужаса. И за нами следит, как сторожевая овчарка за отарой овец. Небось, и сейчас в корридоре караулит.

– Аэрта, у меня опять получилось! – радостно вынырнула из-под одеяла Мишлина, облизывая губы. – Хочешь, и ты попробовать? Там еще немного осталось!

Теперь уже головка Аэрты скрылась под одеялом, и я почувствовал, как самой чувствительной части моего тела коснулся еще один язычок. Намного более умелый и опытный. Я аж застонал от удовольствия.

– Что-то не так? – всполошилась Мишелин. – Я знала, что Аэрта больше выделывается, когда говорит, что-то на самом деле что-то умеет. И что может в общении с мужчинами больше, чем все мы, и обладает каким-то знанием.

– Да нет, все в порядке. Это я от удовольствия, – признался я, прижимая к себе одной рукой старшую сестренку, а второй поглаживая крепкую круглую задницу свернувшейся в бублик под одеялом Аэрты. В общем, идеальное положение. А пока расскажи, как тебе тут живется?

– Да, в общем-то, нормально. Даже поняла, почему ты не интересуешься, сколько тебе здесь начисляют денег и почему тебе этих денег на платят. Здесь все бесплатно! И учеба, и еда, и даже одежда. Поэтому мы и в город не выходим. Но хочется иногда выйти погулять по магазинам. И Мымра говорит, что через полгода начнут давать увольнительные, на день или сутки. Скорее бы! А то чувствуешь себя как в уютной и комфортной тюрьме.

– Мымра у вас как какой-то злодей. Который вас сторожит!

– Да нет, она даже в чем-то, по-своему, заботливая. Но только очень уж по-своему. Как очень строгая тетушка.

– Понятно. Это как кинуть камнем в птичку, чтобы ее не съела кошка. – задумчиво произнес я. – А что изучаете? Не в смысле общих тем: теология или география с этикетом вместе. А что-то специальное? У нас это фехтование и физкультура. А вас чему учат?

– Да, в основном то же самое. На физкультуре в основном зачем-то растягивание «на нитку»: Разводить ноги как можно шире. И разрабатывать суставы. Вместо фехтования на мечах в основном тренируем работу с кинжалами: попытки защиты и куда именно наносить удары, то есть изучаем уязвимые точки на противнике. И плюс болевые приемы на суставы, отрабатываем друг на дружке.

Растягиванием, кстати, Мымра лично руководит. До боли доводит: некоторые девчонки даже плачут на этих упражнениях. Таким она сама все упражнения показывает, на личном примере: ей-то хорошо, она чуть ли не в бублик в любую сторону гнется и ноги поднимает.

– А что о медицине и магии?

– Да, этого всего по чуть-чуть дают: внутреннее строение человека, где находятся легкие, с какой стороны бить кинжалом в печень, как достать до сердца ударом лезвия между ребрами… а как лечить, почти никто ничего не рассказывает. Иногда только местный маг появляется, Сторг. Но занятий он пока не проводит: мол, рано еще. А этикет – вообще скука. Какая-то засушенная старушенция ведет. У нас в деревне вообще такого не было, а нам нужно обязательно изучать, если вдруг нас когда-нибудь на бал пригласят. Или если мы вдруг замуж за высокопоставленного военного выскочим: тогда нужно будет «соответствовать своему статусу». А все остальное… интересно, конечно, бывает. Но в основном скука смертная.

В этот момент я отвлекся и все мысли вылетели из головы: я разрядился в ротик Аэрте. Надеюсь, к взаимному удовольствию. Какая-то странная эта Аэрта. Есть в ней какой-то секрет. Слишком уж она отличается от остальных «юных колдуний». Что-то в ней есть от девчонок из моего прошлого мира. На вид – лет шестнадцать, но по поведению – как будто намного старше. И на словах, и по безрассудной смелости поступков.

– И вообще, скучно здесь у нас – продолжала болтать Мишелина. – И в гости никто не приходит. Ты, кажется, вообще первый, кто в нашу комнату прошел из парней. Видимо, их всех Мамра отсылает. Останешься ночевать здесь?

– Я бы с удовольствием. Но нельзя. Мне нужно до подъема быть в казарме.

– Так на улице же дождь! А как ты обратно попадешь?

– Наверное, в обратном порядке. Сейчас на чердак, а оттуда по статуям и к себе.

– Давай попробуем пройти в ту часть здания через столовую на первом этаже. Мы же вместе с мужской группой там обедаем! А вдруг там открыто? Нам, главное, мимо Мымры проскользнуть. Твоя одежда должна уже высохнуть, да и ты уже согрелся. Так что, выползаем из-под одеяла и собираемся! – заявила Аэрта. – Если, конечно, ты больше ничего не хочешь.

Я не стал признаваться, чего еще хочу, и две подруги выскочили из узкой кровати (причем Аэрте пришлось буквально по-пластунски переползать через мою тушку). Я чуть опять не возбудился, когда ее свисающие части тела терлись и елозили по моей груди. Они быстренько накинули на себя ночнушки (или нижние рубахи, которые, как оказалось, надеваются под форму) и бросили в меня моей полностью сухой и теплой (только что с печки, стоящей столбом посреди комнаты), форму. Я тут же постарался облачиться (как в учебке, по тревоге, 45 секунд по полной форме) в штаны, куртку и ботинки с портянками и был готов к выходу. Аэрта осторожно выглянула, осмотрелась по сторонам и поманила нас с Мишелин. И мы осторожно двинулись по коридору в направлении лестницы.

– А ну стоять! Да, вы, трое, а ну, обе ко мне! – раздался сзади командный голос. Обернувшись, я увидел посреди пустого ранее коридора… Игрену в аккуратно наглаженной военной форме, со знаками различия. В библиотеку она ни разу форму не надевала, так что я даже не знал, в каком она звании.

– Демон, Мымра! – ругнулась в полголоса Аэрта. – Теперь опять начнутся поучения на пол-ночи!

– Так, а это кто у нас? Курсант, ночью, в женском отделении? Вы хоть понимаете, что это чрезвычайная ситуация? Я что, неясно объясняла? Теперь, стоит мне об этом доложить, как вас троих моментально вышвырнут из училища! А если не доложу, а кто-то из вас или ваших однокурсниц хоть слово сболтнет, (а они точно сболтнут, или я за эти годы не изучила женскую психологию), то я вылечу даже впереди Вас троих! И плакали мои звание и выслуга! Так, от Аэрты этого можно было ожидать, но ты, Мишелин? От тебя я такой подставы точно не ожидала!

– Господин статс-майор, это моя вина, Аэрта тут не при чем, – начала возражать Мишелин. – Это же Гарр, мой родной брат. Просто мы давно не виделись, и он решил меня навестить, чтобы узнать, не обижают ли тут меня и чем вообще мы тут занимаемся. А я жаловалась, что нас гулять в город не отпускают, и с курсантами не разрешают общаться. Вот он и решил меня навестить.

– И как он сумел сюда попасть? Через подземный ход? А откуда о проходе узнал, и где взял ключи? Они только у меня и у Коменданта имеются.

– Ну, господин офицер, – рискнул ответить я, – я парень достаточно сообразительный, а нормальный курсант всегда сможет найти дорогу в женское общежитие. Так что ничего необычного тут нет. Просто захотел навестить сестренку, и все! Никаких других мыслей и не было. Да и откуда тут возьмутся «другие цели» при таком воспитании и изучении взаимоотношений между полами?

– Ну, насчет мыслей и опыта тут можно и поспорить, но я не буду, – ответила Игрена, продолжая внимательно меня рассматривать. – Но повторю еще раз: одна из моих задач – следить за порядком в корпусе и немедленно докладывать обо всех происшествиях лично коменданту. А появление курсанта (и вообще любого лица мужского пола) в женском корпусе в неурочное время – это не просто необычное происшествие, это Чрезвычайное Происшествие! И согласно уложению, такое происшествие требует немедленного реагирования. И самое малое – немедленного исключения из училища не только курсанта, совершившего такое проникновение, а также курсанток, этому способствующих! То есть проведших мужчину в корпус! Хорошо еще, что в коридор, а не в спальню!

Мы переглянулись с «нарушительницами» и одновременно поняли, что не стоит уточнять, что мы только что вышли именно из общей спальни и что именно делали под одеялом.

– Но это это же мой родной брат! – плаксиво завела речь Мишелин. – И мы не договаривались, он сам сюда пробрался!

– А ну, марш в спальню и сидеть там до подъема! – рявкнула на девчонок Игрена. – И повторяю еще раз: все, шуточки закончились! Если я доложу о происшествии коменданту, то вылетит из училища и твой брат, и вы двое! И не важно, брат он или просто знакомый! Кстати, если сами проболтаетесь, или кто-то из подружек об этом где-то языком ляпнет, и это дойдет до начальства, то эффект будет тот же! Только вылетите не только вы, но и та, которая такое расскажет! Это будет приравнено к дискредитации и распространению слухов о нравах в Академии! А теперь марш по местам и сидеть под одеялами тихо, как мыши под веником!

Подружки быстро-быстро просочились мимо грозного офицера и исчезли в своей комнате. Мне показалось даже, что дверь не открывалась, а они телепортировались сквозь нее. При этом Аэрта успела подбадривающе пожать мне предплечье и взглянуть в глаза: мол, держись, мы мысленно с тобой! Не поддавайся на давление злобной Мымры!

И мы остались наедине с Игреной.

– Игрена, поверь, я и правда ничего плохого не планировал. Просто захотел встретиться с сестрой. Если бы можно было выделить нам с ней время для встречи на нейтральной территории, например, в той же столовой, то никто бы никогда бы и не подумал…

– Подумал он! Ты хоть понимаешь, что мне теперь некуда деваться? Придется доложить об этом проникновении коменданту. И насчет исключения я тоже серьезно. Согласно устава вас троих нужно немедленно доставить к коменданту, и уже к утру духу вашего здесь не останется! Ты хоть это понимаешь, сельская твоя голова? А если я не доложу, то все равно эти балаболки проговорятся о происшествии, и тогда первой вылечу уже я, а затем вы втроем! В лучшем случае, меня сошлют на передовую, в действующие войска, с понижением в звании! Ты в армию завербуешься, рядовые рубаки всегда нужны. А этим дурам куда податься? Ладно, это разговор не для коридора. Пошли в мою комнату, расскажешь все подробнее.

Мы двинулись по коридору, и зашли в одну из дверей. Комната оказалась… миленькая. Мебели минимум: только пара книжных полок на стенке, платяной шкаф (видимо, для хранения формы), столик возле койки, с масляной лампой на нем. И открытая книга на столике. Из стиля немного выбивались большое мягкое кресло возле стены, и шикарный резной столик из полированного дерева, с ящичками, возле этого кресла.

– Итак, начнем с главного: как ты попал среди ночи в женский корпус? Все двери первого этажа я лично закрываю и проверяю. Ключи от подземного хода у меня и коменданта, да и знают о нем немногие. Других путей просто нет!

– Есть, – хмуро возразил я. – Карниз. Ну, почти карниз: две статуи, которые тянут друг к другу руки. Там между ними небольшой пробел, но всего около шага, можно перешагнуть с одной на другую. А потом достаточно спуститься в окно и оказываешься в комнате.

– Карниз? – Игрена открыла окно и высунулась, осматривая окрестности. – Да, он существует. И мне намекали на него, когда я принимала должность. Но им никто никогда не пользовался! Это просто невозможно, я проверяла. Тем более, в такую погоду!

– Возможно, из нынешних курсантов – никто. Но кое-кто о нем помнит. И пройти по нему вполне возможно.

– Это самоубийство! – убито заявила Игрена, для чего-то расстегивая портупею. – Что, настолько тянуло к женскому обществу, что решил рискнуть жизнью? Но там же сейчас дождь? Как же ты собирался обратно попасть?

– Обратным путем. Сперва на чердак, затем на соседнюю крышу, оттуда в казарму.

– А как собираешься мокрую форму сушить?

– У нас сушилка есть.

– Понятно. Значит, все продумал?

– Да не думал я ни о чем! – возразил я. – Просто хотел пообщаться с сестренкой. Ну, и потискать ее, конечно же. Они же здесь у Вас полностью зомбированные: любые формы любовного общения – только после официального брака. Да и анатомию, что женскую, что мужскую, как-то странно понимают. А уж насчет семейных супружеских обязанностей… только после специального обряда дефлорации с участием колдуна и каменного искусственного члена! Ну, или с участием кого-то из дворян, что придает процессу дефлорации какую-то освященную традицией легитимность!

– Говоришь, у тебя не было совершенно никаких любовных намерений, когда ты пробирался в комнату к девушкам? – задумчиво спросила Игрена, шагая в наполовину расстегнутой форме по комнатке, из угла в угол.

– Нет, конечно. Какие намерения, если здесь сплошные девственницы, которые используют свой главный орган не в качестве мощного оружия, а только «для пописять»! А свою грудь рассматривают, только как что-то, что мешает нормально бегать!

– Не все из них девственницы, кстати. – заявила вдруг Игрена, полностью расстегивая китель и бросая его на спинку кресла. – Та же Аэрта раскрыла в себе силу из-за стресса в то время, когда подверглась нападению. Если точнее, то когда ее насиловали сразу несколько человек. После очередной войны по лесам вокруг их деревни бродили банды бывших наемников, которые остались без работы. И вот две дурехи – Аэрта и ее старшая сестра – отправились в лес за чем-то: не то по грибы, не то по ягоды. Вот их двоих и встретил отряд из двух дюжин здоровых, соскучившихся по женскому телу, мужиков. Они и насовали двум дурочкам со всех сторон, во все дыры, сколько дури хватило, да не по одному разу. Понятно, ни о каком деликатном обхождении там речи не шло: обе были сильно избиты и изранены. Что могут две девчушки против толпы профессиональных солдат, уверенных в собственной безнаказанности, да к тому же вооруженных?

Но случилось редкое явление: у одной из девушек проявилась Сила. В общем, когда 14-летнюю девчушку решили пустить по третьему кругу, она возмутилась. И ее ярость проявилась в полной мере: половина отряда тут же умерла, вторая лишились мужской силы и удрали в лес. А девчушки кое-как натянули на себя остатки одежды, немного пришли в себя и в таком виде отправились в деревню.

Вот тут-то и началось самое страшное: во всем случившемся обвинили самих девчонок. А сестра Аэрты (кажется, Манила) еще и забеременеть при этом ухитрилась. Ее жених тут же разорвал все отношения, и от девчонок отвернулись даже родители. Они стали изгоями в своей общине. Манила не выдержала и утопилась. Так ее даже на сельском кладбище отказались хоронить! Если бы через село не проезжал отряд твоего знакомого, лейтенанта Зерга, то даже не знаю, что бы с девчонкой случилось. Отрядный спасатель заметил способности Аэрты, привез ее сюда и отдал на обучение. Ершистая девчонка, и постоянно нацелена на общение с мужчинами. Но что у нее в голове – совершенно не понятно. Ее это приключение не испугало, а дало какое-никакое знание о том, чего мужчины хотят получать от женского тела. Возможно, если бы она изначально жила в городе, то нашла бы для себя в этом средство заработка. Такие малолетние шлюхи достаточно высоко ценятся в определенных кругах. Так что если бы вы с ней встретились без своей сестренки, то кто знает, на что бы она тебя смогла совратить. Тем более, что как мужчина ты уже созрел, даже через форму видно. Кстати, хочешь, чтобы я не докладывала о твоем проступке? Тогда придется отработать! А мне придется рискнуть. Снимай форму, и быстро, пока я не передумала!

С этими словами офицер Игрена оперативно скинула форменную юбку и осталась в довольно длинной нижней рубахе из тонкого полупрозрачного материала.

Не понимая, что происходит, я автоматически снял куртку, ботинки и штаны, оставшись в нижнем белье: здесь это то-то вроде белых кальсон на завязочках и белой же рубахи с длинными рукавами.

– Ну, и что ты застрял? – гневно спросила меня Игрена. Кажется, под гневом она пыталась скрыть смущение. – Или мне первой раздеться? Мишелина что-то там хвасталась перед подружками, что при виде женской груди у тебя там между ног появляется целый рог. Бодаться-то этим рогом умеешь? Или это сестренке только показалось?

С этими словами она сдернула через голову ночнушку и предстала передо мной во всей красе, которую я только воображал, рассматривая ее изгибы под одеждой, сидя в библиотеке.

– Да, судя по виду и на ощупь, сестренка не соврала! – заявила она, подходя ближе и ухватив в руку мой член.

– Игрена, что с тобой такое? – спросил я, обняв ее за талию и притягивая ближе. – С чего бы это проснулась такая страсть к мужскому члену? Или дошла старая истина, что отсутствие мужского члена в женском организме становится источником депрессий и стервозности?

– А почему ты решил, что страсть только сейчас проснулась? – спросила она, прижимаясь ко мне грудью. Конечно, соитие с курсантом это не совсем то, о чем я мечтала при поступлении и когда читала рыцарские романы. И не для того я мучилась на тренировках, чтобы развивать гибкость, после того, как познакомилась с «песней любви» – это старинный роман о тонкостях соития, с иллюстрациями разных поз. А здесь у меня партнер только один – вот этот кожаный «дружок», которому совершенно все равно, насколько я готова и чего хочу: и она достала из шкафчика резного столика крупненький дидло: твердый искусственный член, с анатомическими подробностями, обтянутый кожей и смазанный каким-то маслом.

– Так что не думай, что я так просто отпущу из своих рук так удачно попавшийся мне живой мужской член! И плевать мне, сколько тебе лет. Но учти еще раз: если хоть когда, хоть кому-то, расскажешь, что вообще здесь был, то вылетишь из училища с таким сопроводительным письмом, что…

Но я не дал ей договорить. А просто ухватил обеими руками за грудь и завалил на кресло. Затем перехватил за ноги и развел их в стороны. Она не слишком сопротивлялась, когда перед моим взглядом оказалась полоска раскрытой жаждущей плоти, обрамленная вверху небольшим черным треугольником кудрявых волос. Чуть согнув ноги, я с выдохом вошел в теплое, податливое лоно. И начал возвратно-поступательные движения, понемногу увеличивая частоту. Затем, не почувствовав не выраженного вербально возражения, более удобным образом сложил ее ноги на подлокотники кресла, и самому устроившись поудобнее. А затем ухватил обеими руками крупную, мягкую грудь и начал ее массировать.

Поймав ритм и ответное движение партнерши, подхватил ее под ягодицы и аккуратно переложил на подлокотник, развернув на бок и выпрямив одну ногу себе на плечо. У Игрены оказалась сумасшедшая, фантастическая растяжка и гибкость. Так что хотелось повертеть ее по очереди во всех позициях, о которых фантазировал, разглядывая ее в библиотеке. И она охотно помогала в этом! Для нас не было невозможных позиций, что сзади, что сбоку, что спереди. И поставив ее коленями на сиденье кресла, ухватил за волосы и максимально усилил и ускорил амплитуду движений. Пусть я все себе сотру там к черту, но прекращать такой отличный «процесс мечты» не собираюсь! Тем более, что все внутри было покрыто смазкой, которая взбивалась пеной.

Да, это был феноменальный подход. И спасибо Мишелине с подружкой Аэртой, которые заранее избавили меня от избыточного напряжения. Иначе долго я не продержался бы: взорвался бы уже после 10-15 секунд такого кайфа, не успев доставить удовольствия партнерше. А то, что мне это удалось, я понял, когда она схватила со стоящей рядом койки полотенце и вцепилась в него зубами. Кстати, я убедился, что занятия в спортзале и на меня подействовали благотворно, когда смог с легкостью поднять партнершу и сесть на кресло, посадив ее на себя сверху, сперва лицом (и грудью) к себе, а затем развернув к себе ягодицами. Где она, уперевшись стопами в подлокотники, активно могла двигать бедрами. Это была какая-то сказка! Я уже и забыл, где нахожусь и кто такая моя партнерша. Наконец, я честно взорвался внутрь нее, с силой ухватившись за упругую грудь.

– Это было волшебно! – проговорила она, переводя дыхание. – Даже не ожидала, что такое возможно. Не ожидала такого умения от простого сельского парня. Сила и выносливость – да, это возможно. Но умение… Откуда оно у тебя?

– Из книжек, – скромно ответил я, лениво теребя ее сосок. И сильно удивился, когда лежащая в моих объятиях девушка одним быстрым движением протянула руку, и выхватила из ножен здоровенный кинжал. Осознал я это, только когда острое лезвие натянуло кожу на моем горле.

– Что ты такое? – спросила она совершенно трезвым голосом. – И не вздумай хитрить, тварь! Не думай, что у меня дрогнет рука, чтобы перерезать тебе горло, если я почувствую хоть намек на ложь!

Глава 10 Разоблачение и заслуженное наказание

– Эй, осторожно! А то и правда, отрежешь что-нибудь нужное (голову, например), потом пришивать замучишься.

– Молчать! Отвечать только на мои вопросы! Что ты такое и откуда у тебя знания, которые ты просто не мог здесь получить! И не ври мне про книжки: я еще могла бы поверить, что деревенский дурачок от испуга начал разговаривать (хотя построение фраз выдает в тебе человека, получившего изрядное образование); я могла бы поверить, что обычный человек за день смог выучить алфавит и научиться читать и понимать написанное; я смогла бы поверить, что деревенский дурачок пристрастился к чтению и изучил за полгода всю историю и географию страны (хотя откуда он узнал некоторые соответствующие темы, понять невозможно. И догадаться он не мог в принципе). Все это невозможно в реальном мире, но допустим, что такое случилось. Но! Только что ты выдала себя, тварь из ада! Я только что упомянула некую книгу о искусстве соития. И ты тут же, моментально, сумел воплотить в жизнь совершенно неизвестные тебе (якобы) позиции и методики, которые я себе только воображала! И ты сумел применить совершенно особые методы и движения, о которых невозможно прочитать где бы то ни было, даже в учебниках анатомии. Их можно узнать только на собственном опыте. Да и книжки, которые ты читал, я знаю наперечет. Откуда у тебя знания, которых ты не мог получить из книг? И все это началось в момент прорыва существ из ада. Одного из которых, якобы, смог победить деревенский глухонемой дурачок, который вдруг резко после этого начал умнеть? Я не полная дура, смогла связать эти явления между собой! Итак, что ты такое и как проникло в наш мир? Отвечай, тварь!

– Осторожнее, все ты просчитала правильно. Я и правда слишком резко начал усваивать информацию. Но ты ошиблась в другом: неправильно выбрала дату отсчета. Все началось не в момент прорыва, а чуть ли не за год до этого! И добиться прогресса за то время, пока я здесь, не способен даже обычный человек.

– И тем более, этого не смог бы сделать умственно неполноценный, выросший в глухом селе. А если участь открывшиеся в тебе магические способности…

– Стоп, ты действительно не дура. И умнее многих. И я действительно подозревал, что я где-то проколюсь, и что именно ты меня расколешь. Но не думал, что это произойдет на такой ерунде, как любовные утехи. Так что ты права в том, что я не тот, за кого себя выдаю. Но ты ошибаешься, когда относишь мое появление (точнее, появление и развитие новых способностей) к моменту «Прорыва». Я здесь, в этом мире, уже больше года. Я и правда, из другого мира. Точнее, это тело всегда принадлежало пятому сыну и восьмому по счету ребенку старосты деревни Ёргена Мунка, Он и действительно был братом Мишелин, немым от рождения и, похоже, не совсем полноценным умственно. Но отлично развитым физически и прекрасно приспособленным для простой физической работы. А мое сознание (или психоматрица) принадлежит мне, Сергею Кравченко. И, сказать по правде, мне в вашем мире сперва не очень понравилось. У нас намного больше комфорта и удобств. И жизнь у нас там была проще и легче. А такая жизнь, как у Вас сейчас (ну, примерно, разумеется) у нас была лет пятьсот назад. И правда, что технический прогресс с тех пор многое изменил и в быте, и в отношениях между людьми. Поэтому мне и нужно было узнать как можно больше о вашей истории и географии. А также о том, как здесь у вас все устроено. В обществе и вообще.

– И как ты здесь оказался?

– Понимаешь, в тот день Мишелин с сестрами отправились купаться. На запруду, где омут за мельницей. Ну, а Гарр увязался за ними. Видимо, подсматривал. Ну, кто же будет стесняться 13-летнего дурачка? К нему привыкли, как к ходячей табуретке. Ну, смотрит и смотрит. Смешно же! И он полез за сестрами в воду, купаться. Но этот дурачок не умел плавать. И, вполне естественно, утонул. И умер.

– А дальше? – уже не так враждебно, скорее заинтересованно, переспросила Игрена. А я, немного успокоившись, предложил: – Если уберешь ножик, я продолжу. Ты же больше не читаешь, что я инфернальная тварь из местного филиала ада? Я обычный менеджер, просто из другого мира.

– Как, говоришь, называется твоя должность? – спросили Игрена, чуть отведя лезвие от моей шеи.

– Менеджер. В прямом понятии, «управляющий». Но на деле ничем я не «управляю», а должность – что-то вроде приказчика в большом магазине. Я продавал строительные товары, кирпичи и доски. Совершенно мирная и невинная специальность. Правда, до этого я обучался в техническом учебном заведении, изучал то, что здесь называется «натурфилософией». У нас она называется техникой, и заменяет то, что здесь делается магией. А военная служба у нас тоже отличается: она обязательна, продолжается два года и не включает практик сражений один на один. Только дистанционный бой, стрелковым оружием. Но в основном хозработы. А я вообще служил в том, что называется противовоздушной обороной. Чисто человеческое приложение к железной коробке. Выбраться на заданную точку. Подключить толстый кабель и нажать кнопку. И Всё! И это делал все два года. И еще тренировались удирать, пока не накрыло «ответкой». Здесь я за полгода большему научился.

– Но как ты здесь вообще оказался?

– Я же говорю, Гарр умер. Но рядом случайно оказался сильный маг, умеющий оживлять людей. А у нас в хозяйстве, в смысле в хозяйстве у отца Гарра, свинья принесла хороший приплод, и отец распродавал поросят…

– Ближе к теме! – рявкнула Игрена.

– Да, уже приближаюсь. Итак, как только меня (в смысле, Гарра) вытащили, мой отец бросился за помощью к магу. Ты же знаешь, как здесь оживляют утонувших? Отправляются в астрал следом за душой, пока она далеко не отлетела. Но душа Гарра уже куда-то отлучилась. Видимо, не слишком сильно была прикреплена к его тушке. А тут и я, в другом мире, случайно умер. Точне, был убит. Возможно, что-то там с чем-то совпало. Но колдун захватил случайно именно мою, Сергея Кравченко, душу и внедрил ее в это тело.

– И ты очутился здесь?

– Ну да. Когда очнулся, чувствовал себя ужасно. Сперва думал, что попал к лекарям, в госпиталь. И у меня просто глюки, после приема сильнодействующих средств. Потом сообразил, что все вокруг происходит на самом деле. В нашем мире полно разных рассказов о том, как душа современника попадает в другой мир, методом колдовства. Вот представь, как я себя чувствовал: собирался на работу, а попал непонятно куда. Ничего не помню. ничего не понимаю. Язык совершенно незнакомый, могу только мычать. Никого не узнаю. Хорошо, хоть на меня тоже никто особо не обращал внимания. А все несуразности сваливали на последствия утопления и не совсем удачное оживление. А теперь представь себе мои ощущения: шел на работу, а очнулся черт-те где. Что происходит вокруг – не понимаю. Что говорят, обращаясь ко мне или между собой – не понимаю. Даже имени своего не знаю! Что делать – не только не знаю, но и не имею навыков. И спросить ничего не могу: во-первых, языка не знаю, во-вторых говорить с детства не умею. Кстати, связки оказались в порядке, просто Гарр не догадывался их тренировать. Только мычать научился! Да, и память тела, типа, навыки сено косить или грядки поливать, какие-то остались. Но даже дрова рубить пришлось заново учиться! А реципиент и до утопления сообразительностью не отличался. Все списывали еще и на последствия испуга и утопления и почти меня не трогали. Но постепенно, методом «пристального всматривания» научился сопоставлять данные, понимать слова и выучил, что от мня требуется, когда к мне обращаются. Ну, и язык начал разбирать. Все-таки годы обучения и зубрежки иностранных языков как-то сообразительность развили. Голосовые связки разрабатывал, пока никто не видел. Поначалу почти ничего не получалось, но собеседники не жаловались: общался я только с домашней скотиной, пока хлев убирал. Ну, и с соседской собакой общался, с тем же Полканом. Это я сам им имена дал. Деревенские, насколько я понял, этим не заморачивались. Так что у меня была свинья Хавронья, баран Борька и три овечки: Долли, Молли и Салли. Ну, и домашний кот Василий.

Между прочим, в момент появления тварей я даже задумывался о женитьбе на ком-то из местных девок. А почему бы и нет? Парень я здоровый, за скотиной ухаживать и хозяйство вести могу, за это время научился. А что тупой и немой – так в семейной жизни это иногда даже полезно. Если с умом эти преимущества использовать, то куча преимуществ получается. Но тут началось… В общем, когда появились бойцы и забрали нас в город, решил выходить из образа немого дурачка. А когда в училище определили, решил полностью перестроиться. Тем более, что здесь-то моя история почти никому не известна. Вот и перестарался, как видишь: нарвался на человека, который свел воедино все несуразности. Но пришел к совершенно невыгодным для меня выводам. И чуть не зарезала, между прочим!

– Ну ладно, ты тут говоришь, что ты обучался на мастера в каком-то учебнном заведении, а работал торговцем. И в то же время погиб на войне?

– Не на войне, а во время войны. Просто попал в «сопутствующие потери» среди мирного населения, во время случайного обстрела. Такие потери никто никогда не учитывает.

– Это как, «случайный обстрел»? Они что, окружили город и обстреливали, а гражданские в это время «просто работали»? Чушь какая-то.

– Да нет, не окружили. Просто обстреливали из дальнобойных орудий места скопления людей. Из-за горизонта.Система запугивания.

– И как, срабатывает?

– Да не слишком. Каждый надеется, что снаряд пролетит мимо. Город-то огромный, на полтора миллиона человек. Вероятность попасть под обстрел небольшая. Так что мне просто не повезло. Вот и очутился здесь…

– Так сколько тебе лет-то там было?

– Да почти три десятка.

– Не такой уж мальчик. То есть сознание у тебя вполне созревшего мужчины? Отсюда и опыт в любовных делах имеется соответствующий. Ну, тогда все становится понятно…

– Да не такой уж и опытный я в том деле. Просто ты упомянула название «Песня любви». У нас, в том мире, тоже то-то такое было. Древний трактат, под названием «Камасутра», что тоже переводится как «Песня любви». С картинками, которые каждый с детства видел и мечтал бы попробовать, но вот женщин (да и мужчин) с такой растяжкой и гибкостью у нас маловато. И считается, что многое в этой книге доступно только гимнасткам, танцовщицам или цирковым акробаткам. А здесь такой счастливый случай: красивая девушка, и все при ней, да еще и страстная, как огонь. Ну, и не сдержался… Так сказать, «вышел из образа».

– А неплохо так получилось, мне понравилось. Ладно, я погорячилась немного. Успокоился?

– Почти.

– Еще раз повторить сможешь? А то я здесь и правда мхом поросла. Вон, воспитанницы «мымрой» прозвали. Да и я буду видеть в тебе не 15-летнего бестолкового курсанта, которого всему учить нужно, а опытного 30-летнего мужчину, который смотрел и даже перерисовывал и представлял себе все картинки из моей любимой книги! Да и разница в возрасте у нас не такая большая, оказывается!

– Ну, разница в возрасте на меня не особо подействовала, – заявил я. Тело у тебя такое, что любой 20-летней дашь фору, да и опыт (не нужно прибедняться!) кое-какой имеется. И желания хоть отбавляй. Так что насчет еще раз попробовать – это запросто!

И мы попробовали. Правда, уже баз того жара, меняя позы и проделывая все действия не в лихорадочной суете, а не спеша и с удовольствием. Тек что даже с большим толком использовали все преимущества, которые предоставляло мягкое кресло и отличная физическая форма партнерши.

А затем оказалось, что до подъема осталось всего ничего: какой-то час.

– Ладно, одевайся и пойдем, проведу тебя нормальным подземным ходом. А потом буду решать вопрос со своими болтушками. Эх, ну и рискую я с тобой! Как тебя хоть называть-то: Гарр, или как там тебя Серргей Крив…?

– Да нет, Сергей остался в другом мире, бесславной жертвой на никому не нужной войне. А здесь я Гарр, курсант Академии и будущий великий воин. А может быть, и дворянство выслужу.

– Да нет, это вряд ли. Рядовые бойцы долго не живут. Тем более, что тебя, вроде бы, хочет забрать в разведчики Зерг. А у него смертность больше, чем в армии. А сейчас твари вроде как оживились и подбираются все ближе к стенам города. Будешь помогать отряду отражать прорывы. Вряд ли на этом можно завоевать славу и богатство, и тем более заработать дворянство. Но попробуй.

Мы спустились на первый этаж, и Игрена открыла здоровенным сложным ключом незаметную дверцу возле входа в кухню. Мы спустились вниз, и Игрена (уже в форме статс-майора) зажгла над нами небольшую, но яркую светящуюся сферу.

Подземный ход был больше похож на убежище: в нем то и дело попадались огромные складские помещения, заполненные то оружием, то формой, то продуктами длительного хранения. Были и пустые помещения, которые могли вместить большое количество народу. А я долго недоумевал, для чего в этом мире построены помещения, больше напоминающие бомбоубежища? Тем более, что при прорывах твари пробиваются в помещения из-под земли. Пока Игрена, угадав ход моих мыслей, не указала на пару меток, которые оказались магическими печатями, укрепляющими стены, потолок и пол от прорыва инфернальных тварей.

Наконец, пройдя значительное расстояние (под землей расстояние всегда кажется больше, чем по верху), не поднялись по лесенке и Игрена осторожно открыла тем же ключом дверь наружу.

– Так, приключение закончено, – заявила она. – Теперь отправляйся к себе в казарму, но если узнаю, что ты хоть словом кому-то разболтал или хотя бы намекнул о своих сегодняшних похождениях, точно башку отрежу. И не посмотрю, что ты пришел из какого-то более продвинутого мира. Так и запомни. А в отношениях между нами – полная субординация и только официоз. Ты – курсант-недоучка, я – офицер-воспитатель. Все понял?

– Понял, господин офицер!– заявил я, охватил ее за талию и поцеловал в губы, притянув к себе. – Но в неформальной-то обстановке мы сможем еще встретиться?

– Это вряд ли, – ответила она на мой поцелуй, а затем отстранила, упершись рукой мне в грудь. – Можно случайно допустить промашку, и кто-то увидит. Тогда проблем станет невпроворот, особенно у меня. А мне проблемы не нужны, даже в обмен на самый жаркий секс. Так что на этом мы прощаемся, и надолго. Сохрани нашу встречу только в воспоминаниях. А ваши свидания с сестрой я постараюсь обеспечить на нейтральной территории, в той же столовой. Все, исчезай, и будь осторожен! Ваш куратор Маркус – хороший следопыт в прошлом, смотри, чтобы он тебя не выследил.

И дверь захлопнулась, а затем щелкнул замок. А я двинулся наверх.

Сперва хотел сразу отправиться в казарму, но вспомнил о замке на чердачной двери. Зачем оставлять такую явную улику? Поэтому поднялся на самый верх. Но как только вставил гвозди в соответствующие дырки и собрался чем-то придавить, как сзади послышались шаги. Так и есть: это был наш «дежурный офицер» Маркус. Которого я поначалу принимал за старшину, так как он иногда по утрам проводил утренний смотр.

Здравия желаю, господин офицер! – приветствовал его я, обернувшись.

– Так, кто это у нас здесь? – проворчал он. – Неужто курсант Гарр? То-то я смотрю, что к казарме его койка пустует! Чем это ты тут занимаешься? Замок ломаешь?

– Никак нет, господин офицер! – браво ответил я. – Не ломаю, а чиню! А то шел это я мимо, смотрю – замок взломан. Дай, думаю, гвозди на место поставлю!

– Понятно. Прогуливался это, значит, курсант под утро мимо лестницы на чердак и вдруг увидел непорядок. И решил исправить. Что ж, похвально, похвально. Ты тут полного-то дурака из меня не делай! Чем ты занимался среди ночи на чердаке? А ну, отвечай немедленно!

– Уединялся, господин офицер! Размышял о прекрасном! Чтобы никто не мешал, выбрал такое вот место.

– Ты что, на крышу решил выбраться? В дождь? А ну, покажи форму? Нет, сухая. Так что ты на самом деле там делал, что нельзя делать в казарме?

– Самоудовлетворялся. Если простыми словами, то дрочил, господин офицер! – решил я без намеков о «размышлении о прекрасном» сказать откровенно. – В казарме народу много, а классах тоже неприлично как-то. Так что уединился там, куда никто не заглядывает.

– Ну да, это я понимаю, – неожиданно согласился Маркус. – Если бы я столько времени в библиотеке проводил, то тоже бы всю ночь дрочил, размышляя о прекрасной библиотекарше. Хороша, чертовка. К ней, кстати, все офицеры в свое время подкатывали. Но всем от ворот поворот указала. Все какого-то героя ищет. Вот и перезреет таким образом. Хотя могла бы передком хорошие деньги зарабатывать, или карьеру делать. Так нет, слишком умная… Вот, только курсантам спать не дает в итоге. Но нужно что-то предпринять по этому поводу. Чем же тебя от дурных мыслей отвлечь?А, придумал! Назначаешься ответственным по «шоколадному домику». Возьмешь у каптера все необходимое: ведра там, щетки, совок и хлорку и выдраишь за сегодня солдатский сортир во дворе. Он когда-то белым был, но сейчас настолько в дерьме погряз, что стал коричневым.

Так что сегодня выходной, от занятий свободен, вот и будет у тебя весь день, чтобы поразмышлять о прекрасном, и заодно сортир почистишь. Чтобы делом заняться и дурные мысли в голову не лезли.

Честно говоря, не думал, что все пройдет так просто и быстро. Главное, это найти тему, общую для всех мужчин, и перевести разговор на нее. А тема библиотекарши, среди мужского персонала, судя по всему, актуальная и злободневная.

Но теперь передо мной стола задача привести в порядок сильно загаженный солдатский сортир. Нет, ничего нового по сравнению с уборкой навоза из овчарни не было: разве что в сортире продукт жизнедеятельности почему-то попадал не в яму, через специально проделанные в досках отверстия, а распределялся по полу, скапливаясь в углах и под стенами. А также оказывался на стенах в виде надписей и, кажется, некоторые особо талантливые курсанты ухитрялись испачкать дерьмом даже потолок. Так что вытребовав у каптерщика Сангера (сославшись на приказ Маркуса) сменную старую одежду и обувь, вооружился метлой, совком, скребком, парой щеток типа «макловица» и, набрав воды в ведра, отправился на работу. Первым делом несколько раз вылил воду на пол. Затем смел получившуюся жижу в дыры в полу. Если отвлечься от запаха, то ничего сложного. После чего прошелся скребком по полу и вдоль стен. Залежи дерьма оказались не настолько толстыми, как слежавшийся навоз в овчарне, и вскоре доски засияли природной белизной (никто их никогда не красил). Затем решил заняться стенами. Первым делом размыл старый слой испачканной побелки изнутри и снаружи домика (хотя пришлось потаскать воду). Затем развел известковый раствор и нанес на стены и потолок первый слой побелки, который почти скрыл все недостатки. Когда побелка подсохла, покрасил еще одним слоем. И еще раз промыл полы, чуть ли не до блеска. А в дыры тоже засыпал известь и смотался в столовую, выпросив золы из печей. По опыту знаю, что это хороший материал для уничтожения запаха. В результате «шоколадный домик» стал даже белее и аккуратнее, чем офицерский сортир рядом.

Остановившись, чтобы оценить результаты своей работы, вдруг услышал за спиной голос кого-то из преподавателей:

– Привет, библиотекарша! Полюбуйся, на результаты своего воспитания! Ну, хоть в этом твой поклонник себя проявил. Не зря старалась. Видишь, как твой главный поклонник на горячем попался, от Маркуса особо ничего не скроешь! Так что сортир теперь у солдат в идеальном порядке благодаря тебе!

– В каком это смысле?

– Да поймал этого типа Маркус на горячем, и тот во всем чисто сердечно признался. И получил заслуженное наказание. Но он, кажется, не расстроился. Видимо, полученное удовольствие того стоило!

– Что еще за удовольствие? – в голосе Игрены звучало напряжение.

– Да ладно тебе, все же знают, что этот курсант каждую свободную минуту к тебе в библиотеку бегает? А потом Маркус застукал его, когда он на чердак ночами поднимался и дрочил, представляя себе твои формы под одеждой. Как он сам заявил, «размышлял о прекрасном» в одиночестве»! Теперь ты просто обязана, как честная женщина, показаться ему без одежды, чтобы было что после посещения библиотеки не только фантазировать, но и вспоминать.

– Перебьется, – надменно бросила Игрена, хотя в голосе явственно проскальзывало облегчение. – А солдатский сортир и действительно, стал чище офицерского. Нужно будет ему еще один наряд придумать за что-нибудь, чтобы и наш в порядок привел. И она, судя по звуку шагов и хлопнувшей двери, проследовала дальше в офицерский домик. А я облегченно перевел дыхание. Теперь версия Маркуса надежно перекроет и так маловероятную догадку о моем посещении женского корпуса. А репутация Игрены... возможно, даже возрастет. Мне же терять нечего. Да и не очень жалко, если бы и было.

Глава 11 Экзамен и его результаты

Разумеется, с тот же вечер, тщательно отскоблившись в душе, я отправился с библиотеку. Где Игрена с совершенно равнодушным видом выдала мне книгу по банковскому делу. Книга выглядела совершенно новой, видимо, ее с момента попадания в библиотеку никто никогда не открывал. А Игрена ухитрялась держать совершенный покер-фейс, не проявляя ни малейших эмоций.

– Говорят, ты сегодня ухитрился побывать в наряде и довести до идеала здание солдатского сортира? И как эмоции? Вспомнил деревенское прошлое, где в совершенстве усвоил умение убирать навоз?

– Да нет, было даже проще. А главное, было за что страдать и стараться! Но ты видела результат! Тебе понравилось?

– Сортир выглядит отлично. А вот то, что меня теперь каждый встречный офицер подкалывает курсантами, которые заляпывают все чердаки в здании своими фантазиями на мою тему? Это как понимать?

– Это, наверное, приходится понимать, как комплимент Вашей красоте и педагогическим умениям, господин офицер? И как один из способов заманить курсантов в библиотеку и привить им любовь к чтению?

– Да, с этой стороны — это можно воспринимать как комплимент. А ты изворотливый гад! Видимо, для этого и изучаешь банковское дело? Известно ведь, что банкиры самые подлые и изворотливые существа. И способны повернуть к своей пользе даже самое гиблое дело. Ты и сам, пожалуй, поднял свою значимость и авторитет этим заявлением. Мол, ты не просто тупой заучка, и ходишь в библиотеку не просто книжки читать, а и за библиотекаршей ненавязчиво подсматривать. Так, глядишь, и офицеры в библиотеку потянутся. И буквы вспомнят. Хотя последнее вряд ли, там мозги у большинства давно окостенели, от безупречной службы… В общем, читай свою книгу. Может, еще что-то узнаешь. Хотя, чем это поможет тебе в службе обычного бойца, понять не могу.

– Надеюсь, мне придется не только побывать в шкуре обычного бойца. Когда стану дворянином, заведу свой замок, и начну обустраивать хозяйство… Боюсь, рядом в этот момент не окажется подходящей библиотеки.

– Ну, у тебя и амбиции! Ты хотя бы хоть год проживи, как бойцом станешь! Кстати, ты в курсе, что скоро начнется обязательный полугодовой контроль? И тебе придется сдавать испытания по всем предметам, которые вы изучали? В том числе по физподготовке и фехтованию. Там тоже выжить нужно. Что не так уж и гарантированно. Плюс рассказывать что-то по всем темам, которые вы изучали. В том числе натурфилософии и этикету. И у каждого сохраняется опасность не сдать экзамен. Вот тогда и начнется нашествие курсантов на библиотеку. Вот увидишь, тут все забито будет до предела.

И она оказалась права. В библиотеке уже этим вечером появилась первая группка курсантов. Правда, мне показалось, что здесь сработала и моя реклама: смотрели они не столько в книги, сколько на саму хозяйку, пытаясь что-то разглядеть под складками одежды. А начиная со следующего дня мне уже приходилось искать свободное место среди желающих почитать книги перед экзаменом. Точнее, здесь это называлось не «экзаменом», а «полугодовой проверкой», но сути это не меняло. В определенный день на месте преподавателя располагалось сразу несколько человек: сам преподаватель, кто-то из администрации, еще один тип в мантии Магистериума. И выходящим курсантам не предлагали тянуть билеты, а задавали вопросы один из присутствующих преподавателей. Причем самые разные: преподаватель норовил «вытащить» своего курсанта, задавая вопросы полегче, представитель администрации задавал нечто «заковыристое». (подозреваю, специально разученное к такому случаю) а тип из Магистериума вмешивался только в крайних случаях.

Прошел и я через такую проверку. Правда, со скрипом. Ведь на занятиях в последнее время я слушал лекторов в пол-уха. И развлекался тем, что гонял телекинезом по парте пуговицу, из правой ладони в левую.

В результате, пару раз во время проверки даже вступил в пререкания с типом из Магистериума, когда тот пытался коснуться вопроса, о котором в учебнике была написана уж совсем полная чушь (с моей точки зрения).

Но, кажется, все прошло нормально, включая фехтование. На этом экзамене присутствовал какой-то военный. Кажется, я его видел в отряде у Зерга. Тот ничего не сказал, и молча вышел после моего «выступления».

А вот после окончания недельной проверки меня внезапно вызвали к коменданту. Недоумевая, я вошел в высокую дверь. Где меня встретил нахмуренный комендант.

– Курсант Гарр по вашему приказанию прибыл! – отрапортовал я.

– А, курсант Гарр. В последнее время что-то часто начали о тебе докладывать. Причем со всех сторон. Ну, давай начнем. Самое первое, поступил рапорт от коменданта женского отделения, знакомой тебе по должности распорядителя библиотеки. Которую, как мне доложили, ты посещаешь даже слишком усердно. Что, понравился тебе наш статс-майор? А разнице в возрасте и званиях не смущает?

– Никак нет, – осторожно ответил я.

– И правильно. Настоящему военному должно быть наплевать на разницу в статусе с понравившейся женщиной. Лишь бы человек был хороший, а фабричная она или герцогиня, свободна ила замужем – настоящему мужчине наплевать. Главное – ноги и сиськи чтобы нравились. А у нашего майора все на месте. Это я одобряю. Но вот что касается твоей просьбы о встречах с сестрой… Мишелина, кажется? Впрочем, по результатам обучения у вас с ней все в порядке, так что это я, пожалуй, одобрю. Получишь раз в неделю разрешение на встречу в общем зале столовой.

– Спасибо, экселенц!

– Ну ладно, с этим разобрались. Теперь более сложные вопросы. Почти с каждой твоей проверки успеваемости, по практически каждому предмету, на тебя пришли отдельные рапорт-доклады. При нелюбви нашего персонала к трате бумаги, это практически рекорд.

– Какого типа рапорты? – рискнул спросить я, внутренне напрягшись.

– Разные. Например, по этикету. Довольно странный доклад. Преподаватель считает, что ты уже когда-то изучал подобный предмет, но не в нашей стране. Наблюдается, по ее словам, систематизированное знакомство с темой, но отличающееся от общепринятого. А сходное, ориентировочно, с тем, что распространено в более южных странах. Если бы я не читал рапорты разведчиков, которые не поленились заново отыскать всех выживших из твоих знакомых и те не подтвердили бы, что знают тебя с рождения, то заподозрил бы тебя как шпиона одной из тех стран. Или ты и правда шпион?

– Никак нет, – ошарашенно произнес я.

Вот тебе и старушка-божий одуванчик! Неплохой аналитик от контрразведки. Опять чуть не спалился на полной ерунде! А ведь хотел, как лучше, и вспомнил все, что слышал когда-либо по этой теме! Вот и навспоминал лишнего.

– Странно. Может быть, это отец завел у нас в доме какие-то странные порядки… но я в южных странах никогда не бывал…

– Да я тоже так и подумал. В южных странах особая система подготовки шпионов. Я специально проверял: у тебя ничего подобного не заметили.

– Ну ладно, а кроме этикета, что непонятного?

– Да все непонятно. Вот, например, на проверке по геометрии и натурфилософии ты вступил в дискуссию с преподавателем и представителем Магистериума. Продемонстрировал, по их словам, новый, неожиданный взгляд на некоторые вопросы.

Например, стандартный вопрос о том, почему плавают корабли. Тысячу лет назад мудрый Астериус записал, что секрет плавания заключен в форме кораблей. А ты начал что-то втолковывать о какой-то силе, которая придает предметам пловучесть. И начал это обосновывать вообще вопросом о том, тонет ли вода в воде! А потом предложил метод измерения и сравнения по весу одинаковых объемов воды и дерева. И пришел к выводу, что деревянное судно утонуть не может. Но все же знают, что это чушь!

Правильный или неправильный вывод ты сделал – я не вникал, но это и неважно. Зато передо мной отчет представителя: требует, чтобы тебя перевели из нашей Академии напрямую на обучение в Магистериум. Мол, нужен им позарез новый, нестандартный подход ко многим предметам. И пренебрежение к авторитетам, которое ты продемонстрировал, почему-то понравилось и ему, и проверяющему по науке начертания. Ты как, не желаешь перевестись с опасной военной тропы на спокойную академическую дорогу? Выучишься (это ты точно сможешь, я уверен), все, что придумали древние. Сам станешь преподавать. Библиотека там даже больше нашей, но насчет библиотекарши не обещаю. Ну как, нет желания стать членом Магистериума и изменить ход науки?

– Заманчиво, но скорее нет. Не мое это дело. Мне бы тварей рубить, вроде тех, что на нашу деревню напали.

– И я так подумал. Пока молод и здоров, лучше в реальном деле участвовать, а не старые книги переписывать. На эту тему и последнее сообщение: при сдаче зачета по физподготовке ты показал неплохие навыки общего развития, и хорошее владение дополнительным оружием: пехотным копьем. Все-таки преподавателя тебе подобрали отличного. Правда, владение мечом еле вытянул на средний уровень, но надеюсь, что пока ты рядовой, тебе не придется драться на дуэлях с офицерами. Что приводит нас к последнему рапорту, наблюдающего от разведывательного отряда: просит вместо положенного отпуска домой направить тебя на «временную стажировку» в действующий отряд, для усиления охраны города.

– На какой период?

– Для начала временно, на две недели. Но в нашей армии не бывает ничего долговечнее временного, это общеизвестно. Смотря как себя проявишь.

– А как же свидания с сестрой раз в две недели?

– Да, об этом я как-то не подумал. Ну хорошо, отдам распоряжение. Чтобы тебя пропускали, если появится необходимость. На свидания к сестре или в библиотеку. Тут ходят слухи, что благодаря твоим походам в библиотеку и бдительности офицера Маркуса у нас полностью обновился вид солдатского сортира. Да, я тоже удивился, что он теперь смотрится лучше, чем офицерский. И это благодаря страсти кое-кого к книгам. Точнее, к фигуре библиотекаря. Да не смущайся, я такое отношение даже одобряю. И, если бы это было в моей власти, приказал, чтобы она вынесла тебе особую благодарность. Даже в неуставной форме. Но вся часть и так уже знает, кто является твоей «дамой сердца и руки», так сказать. Ну, и другой, не менее важной, части тела. Возможно, если хорошо послужишь, вы со временем и ближе сможете познакомиться. Но пока ничего не поделаешь, придется довольствоваться таким «общением». Есть свои минусы и в молодости. Но молодость проходит. Так что не спеши, об ушедших плюсах все равно больше жалеть придется. Значит так, пишу тебе направление в отряд, и посылаю нарочным. Завтра после завтрака отправишься с сопровождающим в расположение. А пока иди, утрясай вопросы с сестрой и вещами. На две недели, как минимум, отправляешься в действующие войска. Заскочишь в финансовую часть, получишь начисленное за время обучения денежное довольствие. Только все не трать, как только окажешься в городе! Этого должно хватить на все две недели!

– Спасибо. Просто предъявить вот эту грамоту и получить средства? А кошелек с собой брать или там выдадут? Я здесь вообще от денег отвык.

– Там Финансовый сектор все выдаст. Давай, беги, чтобы не оказаться последним. Сейчас все, кто отправляется по домам, будут получать довольствие. Толкотня начнется, как всегда, только успевай поворачиваться!

Следуя напутствию, рванул сразу же в финансовый отдел. Немного потолкавшись, обменял грамоту на шелковый кошелек с монограммой какого-то банка. И приятно, маслянисто звякнувшими тяжелыми кругляшками внутри. Интересно, сколько мне положено денег? Но уж точно не мало! На сколько же этого должно хватить в городе? Не зря я проштудировал недавно особенности местной банковской системы. Затем двинулся по привычному маршруту в библиотеку. Игрена была на месте. А зал, с окончанием периода проверок, снова опустел.

– Для чего тебя вызывал комендант? – взволнованно спросила она меня.

– Как для чего? Помнишь ведь, как я чуть не вляпался, когда решил повидаться с сестренкой? Так вот, эта история дошла до коменданта и получила продолжение. И решение коменданта касается и тебя, как коменданта женского общежития.

– Какое это? – подозрительно спросила она.

– Самое прямое. Тебе придется составить расписание. По которому мне разрешается раз в неделю встречаться с сестрой на нейтральной территории. Согласно твоему, между прочим, раппорту.

– И когда нужно это сделать?

– Чем быстрее, тем лучше. Комендант должен еще подписать разрешение мне на посещение академии как для встреч с сестренкой, так и для посещений библиотеки, если потребуется. А сам я, пока, временно перехожу в отряд под командованием лейтенанта Зерга, по его просьбе.

– На какой период?

– Пока временно, на две недели. Но намекнул, что не бывает ничего более постоянного, чем временное.

– И это все? – облегченно вздохнула она.

– Нет, конечно. Еще предлагал мне перевестись в Магистериум. И даже сказал, что там библиотека больше. Правда, такой красивой библиотекарши там нет. Это не я придумал, это его слова.

– Ну, спасибо. Еще что-то?

– Еще завил, что не считает меня иностранным шпионом, в отличие от некоторых преподавателей.

– Так ты еще и шпион, кроме как пришелец из другого мира и тварь из ада? Многосторонняя личность. Но палишься не по-детски. Так что наверное, и лучше будет, что ты отсюда на время исчезнешь. Только береги себя, у разведчиков самая большая смертность среди бойцов. Хотя и спасатель самый опытный. Кстати, когда ты отправляешься в войска?

– Завтра, после завтрака.

– Тогда нужно организовать тебе встречу с сестрой прямо сегодня, если ты не соврал про решение коменданта. Но если соврал, мне грозит куча серьезных неприятностей. Тебе, в принципе, тоже, но тебя завтра к обеду здесь уже не будет. Ну, да ладно, отравляйся в столовую, а я пока распоряжусь в женском корпусе.

И правда, в одиночестве в столовой я просидел не больше четверти часа. Вскоре туда же впорхнула Мишелина. Подсев напротив меня за столик, она протянула руки. Которые я ухватил в свои ладошки.

– Привет! Как ты это сделал?

– Сделал что? – переспросил я.

– Сделал так, что мымра разрешила нам здесь встретиться? Влетела, как сумасшедшая, и сказала, что если я хочу успеть тебя увидеть, то должна немедленно бежать сюда! Так что ты сделал?

– Ничего. Это ваша Игрена подала рапорт на имя коменданта, чтобы тот разрешил нам встречаться один раз в неделю, в этом зале, на нейтральной территории. А бежать срочно она велела, потому, что я с завтрашнего дня отправляюсь в отряд разведки, на практику. И даже денежное довольствие за полгода обучения получил. Правда, еще не считал, так что не знаю, сколько это. И цен в городе не знаю. Но комендант сказал, что этого должно хватить на месяц жизни в городе. Ладно, обо мне все понятно. Проверку прошел, ни в чем особо предосудительном не замечен. Рассказывай, что там у вас происходит?

И мне пришлось целых полчаса выслушивать кучу самых разных историй из жизни общежития, без большинства из которых я вполне смог бы обойтись. По крупицам выслеживал только сведения о знакомых: Игрене, Аэрте и самой Мишелин. Сведения разбегались и отказывались сливаться в цельную картину. Обучение магии и медицине велось все так же слабо, Аэрта была себе на уме, а Игрена представала в образе злобной и придирчивой, строгой стервы. Что отказывалось вписываться в созданную моим сознанием картину мира.

В общем, проболтали мы почти час, после чего к нам подошла Аэрта и заявила, что Мымра велела прекращать свидание и возвращаться в комнату. На чем мы попрощались с Мишелин, многозначительно переглянулись с Аэртой и они чинно покинули столовую. А я двинулся в казарму, чтобы собрать личные принадлежности и подготовиться к переезду в город, в ряды действующей армии. Интересно ведь, что меня там ждет?

Глава 12 Последний день в Академии и новый отряд

Утром, после подъема, собрал постельное и отнес Сангеру в каптерку. Пояснив, что меня не будет как минимум, пару недель: отправляюсь на практику. Так что мою койку пусть пока никто не занимает. Да и вещи мои, оставшиеся, сложил в мешок и отдал на хранение. Хотя вещей-то осталось… всего ничего. Но на будущее всегда что-то пригодится. Заранее не угадаешь, так что пусть все сохранится. Собрал оставшиеся мыльно-рыльные принадлежности, еще раз проверил тумбочку на предмет оставшихся и завалившихся под полку вещей. Забрал даже ту пуговицу, на которой тренировал способности к телекинезу. Пусть остается что-то привычное. И отправился на завтрак.

На этот раз давали овсянку с мясом. Еле доковыряв свою порцию, встал из-за стола. Тут ж появился вестовой из стражников, который сразу выделил меня взглядом. Я кивнул ему и двинулся следом, к выходу из Академии. И впервые с момента приезда оказался за воротами. Точнее, в малом внутреннем дворике, который находился хотя и за пределами основной крепостной (защитной) стены, но был отгорожен от улицы еще одной стенкой. С воротами, уходящими в две башни. Кажется, у нас такая система дополнительной защиты входных ворот, называется «барбакан». Хотя могу и ошибаться: до учебника по фортификации я еще не дошел, да и местная крепостная архитектура может отличаться от нашей, средневековой.

За воротами меня ждал военный, с двумя конями на поводу. Видимо, один из «транспортных средств» предназначался для меня. Что было не слишком приятно: верховую езду мы пока не изучали, и как держаться в седле я совершенно себе не представлял. Вроде бы, нужно опираться на стремена, и привставать на них, чтобы не набить задницей спину (или это называется холка?) коню. А звери, которых держал на поводу военный, отнюдь не напоминали мирных крестьянских лошадок. Уши торчали, глаза сверкали, зубы блестели… к ним и подходить-то было страшно, не то, что забираться на них верхом. Но, видимо, придется!

- Привет, - сказал я, выходя вперед, - Я Гарр. Ты за мной?

- Садись, - заявил военный. - Я Импсер, командир дюжины, к которой ты будешь приписан. Тебе и правда еще нет шестнадцати?

- Мне больше пятнадцати. Во всяком случае, так считается. Но вполне возможно, что уже больше.

- Хорошо. Запишем, что уже шестнадцать. И примем на довольствие по полной программе. Но сперва нужно проверить, чему ты успел научиться. Верховую езду уже проходили?

- Пока нет.

- Ну, все равно, забирайся в седло. Нам через весь город добираться. Подходи к коню слева, ставь ногу в стремя и подтягивайся, держась за переднюю луку седла, заводя вторую ногу. Вот так, молодец! Говоришь, никогда раньше не ездил? Тогда для первого раза отлично получилось. Теперь управляй поводьями, разворачивайся и поехали!

Конь оказался умнее меня. Точнее, более обученный. Он, уловив движение поводьев, развернулся на площадке и двинулся в переулок, который указал Импсер. К неспешному, равномерному передвижению коня я приспособился быстро, так что мы, не торопясь, двигались по узким улочкам. Конь был рослый, так что моя голова была на уровне оконвторого этажа, и я по дороге усиленно рассматривал нехитрое убранство жилых комнат. Строение домов было, наверное, типичным для средневековых городов или старинных, сохранивших свою стариннуюархитектуру, вроде Риги или того же Стокгольма: на первых этажах – склады с массивными деревянными воротами (что-то вроде гаражей современного мира) или витрины магазинов, (короче, промышленные и торговыве помещения), а на втором – жилые комнаты и спальни владельцев. Изредка попадались строения выше двух этажей, но в основном это были административные здания. Занавесок на окнах, в том числе в спальнях, не было. Хотя снаружи имелись массивные прочные ставни. Большинство из которых было открыто.

Мы проследовали через центр городка, по площади мимо Ратуши. А затем опять углубились в лабиринт узких улочек. Движение продолжалось не слишком долго, и вскоре мы подъехали к огороженному зданию на другой окраине города, окруженному невысоким заборчиком. Похоже, это была казарма, совмещенная с конюшней. Подъехав поближе ко входу, Имспер спрыгнул с седла и открыл небольшую калитку, в которую я и заехал. Но во внутреннем дворе и мне пришлось слезать коня. У меня это получилось намного менее изящно, но хоть не свалился, как мешок с репой.

Разминая ноющие ноги, завел коня внутрь следом за Имспером, и поставил в один из денников (кажется, так называются эти отделения для лошадей). Затем, под руководством командира, снял и повесил на крюки в стенах уздечку и седло. Заодно повесил просушиваться специальное одеяльце, которое подкладывается на спину лошади под седло (вальтрап) и покрыл коня попонкой. И мы отправились в расположение отряда.

Внутри была типичная казарма: и по наличию мебели, и по запаху. Плюс к типично мужским запахам, в комнате немного пахло лошадьми. Видимо, штаны всадников пропитывались конским потом, несмотря на все предосторожности. Поздоровавшись с немногочисленными присутствующими, я доложил, что меня зовут Гарр, что я прибыл из Академии для прохождения практики в отряде Зерга, и что Импсер объявил, что я буду приписан к его подразделению. Пожилой усатый дядька приподнялся на локте и махнул рукой в сторону свободной, не застеленной, койки: мол, располагайся и чувствуй себя, как дома.

На вопрос, где брать постельное белье, последовал еще один взмах рукой, который можно было понять, как «там» или «потом».

Пока я стоял и оглядывался, во мне подскочил шустрый молодой (лет 20) парень в простеганной фуфайке, которая надевается под доспех.

- Привет, - дружелюбно проговорил он скороговоркой, - Я Меркс. Будем в одном отряде. Это за тобой сегодня Имспер мотался в Академию? Тебя исключили, что ли?

-Да нет, с чего ты решил?

- Ну, в Академии ведь обучают на офицеров, а нам сообщили, что командир поехал за простым бойцом. Но ты же мечом умеешь орудовать?

- И мечом немного. Но главным оружием выбрал копье. Это оружие рядовых пехотинцев, насколько я помню. Так что буду рядовым. Комендант сказал, что я временно к Вам в отряд назначен. На пару недель… или месяцев. Я так и не понял.

- Ну, это будет зависеть от того, как себя покажешь. В общем, как скажет Зерг. Ты когда проставляться будешь?

- Да, как только, так сразу. А где лучше это сделать?

- Ну, если средства позволяют, лучше в таверне «У рыжего коня». Это недалеко, через пару кварталов. Чтобы быстрее оформиться, загляни в финчасть. Это к Бронксу, он у нас заведует финансами и снаряжением. Он и поможет все быстро оформить. Ну, а как все снаряжение получишь, отправляйся к «Коню». Буду ждать! – и он похлопал меня по плечу. А я отправился по указанному направлению, к местному финансисту.

Бронкс был плотного сложения (я бы сказал, толстоватым) человеком, на котором было надето что-то похожее на военную форму. Только не малоподвижным, какими обычно бывают толстые люди, а шустрым, как шарик ртути. И с постоянной, как будто приклеенной, улыбкой на круглом лице. И его руки постоянно находились в движении. Особенно это было заметно, когда он был чем-то увлечен или взволнован.

- Итак, молодой человек, вы – Гарр, о котором мне Зерг все уши прожужжал, - заявил он, пожимая мне обе руки при встрече. – Итак, вы почти полгода отучились в Академии. И как впечатления?

- Да неплохие, в общем-то. Только теории многовато, а практики почти нет. Даже верхом ездить учился только что, на улицах города. А седлать и расседлывать коня все еще могу только под чутким руководством. Иначе рискую запутаться во всех этих ремешках и веревочках.

- Понятно. А как прошли полугодовые испытания?

- Да нормально прошли. Пару замечаний получил, но это же естественно, учитывая мое прошлое. Но в целом все прошло нормально.

- Даже так? И ты действительно прошел все испытания?

- Ну, в целом, если не считать небольших нюансов, то да. И был направлен на практику в отряд к Зергу, по его просьбе. Он даже представителя своего присылал на испытания по фехтованию.

- Да, я в курсе. Мы этот вопрос обсуждали. И со мной согласовано финансирование этого проекта. Если ты покажешь на испытаниях достойный уровень владения оружием, то я должен буду обеспечить твое зачисление в отряд. Но если ты говоришь, что прошел все испытания… ну да ладно, об этом пусть у Зерга голова болит. Ты уже в курсе, что зачислен во вторую дюжину?

- Ну да, к Импсеру.

- Теперь нас во второй дюжине станет семеро. У нас жуткая недостача личного состава. Теперь, с твоим приходом, станет полегче. Но через месяц обещают прислать пополнение из центра подготовки разведчиков. Тогда сможем опять проводить полноценное патрулирование. А пока просто разведка территорий вокруг города. Но ты же добровольно согласился отработать с нами практику?

- Разумеется! И рад, что теперь придет время заниматься настоящей работой!

- Хорошо, - облегченно вздохнул Бронкс. – пошли оформляться.

И мы отправились на склад за снаряжением и оружием. Мне он предложил толстые стеганные штаны длиной чуть ниже колен, заменяющие доспех при ударе когтей твари, хотя вряд ли удержат укус здоровенных клыков. Затем мы подобрали что-то вроде двухслойной фуфайки. С нашитыми между слоями металлическими пластинами. Кстати, такая фуфайка может одеваться под металлический доспех или «рубаху» из клепаных квадратных элементов, заменяющих обычные кольца. Она обеспечивает подвижность, но не намного уступает по прочности цельно-металлическому пластинчатому доспеху. Если, конечно, против тебя выступают твари, а не воины противостоящей армии, с колюще-режущим металлическим оружием. Кстати, такую рубаху из колец мы тоже нашли в большой куче защитного снаряжения. Также здесь имелись и такие же кольчужные чулки, которые надеваются на ватные штаны. Но Бронкс заявил, что двойная защита пока будет излишней. И мне пока не потребуется: ведь я не планирую вырываться вперед и драться с тварями один на один. А находиться буду в глубине строя, в группе поддержки, так что вполне достаточно будет и одних штанов. Как не потребуются мне и металлические сабатоны, составленные из подвижных металлических сегментов. Разве что пригодятся металлические наручи, защищающие от укусов. Которых здесь, в куче, пока не было.

Затем мы перешли в другую комнату, где хранилось оружие. Здесь я подобрал себе по руке тяжелый меч, длиной чуть больше метра, с широким лезвием. Бронкс сперва намного сомневался, хватит ли у меня силы долго махать таким отрезком рельса. Но меч оказался неплохо сбалансированным, за счет «яблока» на конце удлиненной рукоятки, так что работать клинком можно было бы и двумя руками одновременно. Потом я подыскал в углу довольно длинное копье, с листовидным острием и двухсторонней заточкой, длиной в локоть, и противовесом на заднем конце. Да еще и укрепленное по всей длине металлическими кованными полосами. Тяжелая и надежная штуковина. Предназначенная для того, чтобы протыкать скачущего коня вместе со всадником. Боевые топоры я даже смотреть не стал. Как не стал подбирать себе щит по руке. А здесь были самые разные конструкции: от осадной павезы в полный рост, до небольших кулачных щитов-баклеров с торчащим вперед шипом, вроде кинжала. А еще Бронкс протянул мне полный набор для стрельбы из лука: сам лук, состоящий из хитро выгнутых роговых пластин со вставками из древа, мотка из нескольких видов тетивы, и колчана с готовыми стрелами. Я пытался возразить, мол, никогда раньше лук в руках не держал, так что он для меня будет только лишней тяжестью, но Бронкс настоял.

Затем мы вернулись в кабинет, и начали заполнять какие-то листы пергамента. Нет, я догадывался, что армия – это прежде всего нудная бухгалтерия (причем, начиная с Римских Легионов, где до сегодняшнего дня хранятся ведомости о выдаче легионерам сандалий), но не думал, что это коснется меня, попавшего в фантазийный средневековый мир!

Но наконец-то дело дошло до оформления денежного довольствия. Оказалось, что боец отряда получает, кроме положенного любому солдату, одного золотого в месяц, еще половину золотого надбавки за «особый режим несения службы». А еще за каждый успешный выход и победу над тварями каждый боец получает премию, согласно «коэффициенту трудового участия» в сражении. В общем, разведчики получают оплату как минимум в полтора раза больше обычного бойца.

- Да, кстати, хорошо, что напомнил! А то столько времени прошло, а ты был вне досягаемости!

Он повернулся к железному ящику у стены (игравшему, как я понял, роль сейфа) и достал мешочек со звякнувшему в нем монетками:

- Ты ведь тот самый Гарр, которого нашли рядом с заколотым Гургом! И Зерг утверждал, что это ты ту самую тварь заколол! Да, много мне пришлось приложить усилий, чтобы отстоять эту версию! Но тварь-то мы магистрату предъявили, и премию они выплатили. Так что я сложил всю сумму в мешочек и сохранил «до востребования». А тут и ты, кстати, появился. Держи, теперь у тебя будет на что гулять!

Он протянул мне такой же мешочек с монограммой банка, как и тот, что мне выдали в финчасти академии.

- А сколько тут? – поинтересовался я, взвешивая мешочек в руке.

- Девять золотых, как и положено! Между прочим, равняется сумме, которую получает наш боец за шесть месяцев! И это, очень крупная сумма!

- Отлично. А на сколько этой суммы хватит, если тратить разумно, на проживание и питание?

- А это смотря что называть «разумно». Если жить в таверне, да на всем готовом, да в комфортном номере, то это обойдется по пять серебрушек в сутки. То есть по золотому на четыре дня. Посчитать сможешь? Если договориться с трактирщиком, то можно месяц себе ни в чем на отказывать! Это если даже таскать регулярно служанок в номер. Но можно и на два месяца растянуть. А если жить при казарме, как большинство бойцов, то хватило бы и на три месяца. Только наши бойцы все равно золото в первые же дни на выпивку и девок спускают, а потом в казарме, на подножном корму (стряпне собственного кока и дешевой браге) перебиваются.

- Понятно, - проговорил я. – А в ближайший банк эти деньги можно будет отнести, и инвестировать?

- Инвестировать? Через банк? – удивился Бронкс. – никогда о таком не слышал. Но не исключено, что такое тоже возможно. Но разве не выгоднее сделать прямую инвестицию: отдать какому-нибудь цеху, чтобы они выплачивали процент именно тебе?

- Не уверен. Банк, согласно устава, должен давать гарантии вкладчику. Хотя и отбирает при этом свой процент. Да и сумма эта не такая уж большая: на крупную инвестицию дюжина золотых не тянет, в банк может поднапрячься и выдать даже дюжину дюжин денег на развитие. С такими суммами работают солидные заемщики, им обманывать банк невыгодно. А мелкого вкладчика цех может просто «кинуть», то есть отказаться отдавать долги и проценты. Ведь «прямое инвестирование» законом не предусмотрено, и доказать, что ты кому-то когда-то что-то давал в рост, просто невозможно: между частными лицами все решается на уровне устных договоренностей и на короткое время. (Не зря я прочитал учебник по местному банковскому делу!)

- Ну. можешь попробовать, но на мелкую сумму банкиры и небольшой процент назначат. Стоит ли рисковать дюжиной монет, на которые можно хорошо погулять один раз, а потом долго вспоминать это событие? Да и не загадывают обычно воины на долгий срок, больше пары дюжин дней! Вкладывают в банк обычно или дворяне, или крупные чиновники, и от дюжины дюжин (гросса) золотых!

- Вот когда у мня соберется такая сумма, так и сделаю! – заверил я казначея. Он-то не знает, что мне выдали в качестве «выходного пособия» в Академии еще дюжину золотых (это с премией за успешно пройденную проверку, ведь «среднюю» оценку я получил только по фехтованию). Так что я, по местным меркам, практически богач!

Узнав на всякий случай, где именно находится ближайший трактир (то самый «Рыжий конь»), пошел устраиваться в казарме.

Затем смотался в трактир и заказал столик на «проставление» в отряде. На вечер. Это оказалось не слишком дорого: за три золотых я заказал неограниченную жратву и безлимитное пиво на вечер, да и аванс оставил за «разбитую пьяными бойцами мебель». Это условие трактирщик (здоровенный детина с продувной физиономией) поставил сразу же, как только услышал, что праздновать собрались прием нового бойца в отряд.

А затем я отправился в банк и оформил вклад на дюжину золотых. А оставшееся золото разменял на серебро (по курсу 20 серебрушек за 1 золотой). Процент, кстати, назначили вполне приличный: плюс один золотой в месяц, с условием получения вклада через как минимум шесть месяцев, что составит (вместе с суммой вклада) восемнадцать монет. Я понимаю банкиров: за такой срок меня в ходе патрулирования запросто могут убить, и тогда банк никому не будет должен ни копейки, и оставит их себе как чистую прибыль. Да и вклад, плюс полный процент с вложенных денег, заберет себе. С другой стороны, если я так быстро погибну, то мне и прибыль такая не понадобится.

А затем вернулся в казарму, где уже собралось довольно много народу, и объявил, что проставляюсь насчет поступления на службу. И гулять будем в ближайшей таверне, «У рыжего коня». И что пиво кабатчик обещал безлимитное, то есть сколько влезет. Что вызвало здоровый энтузиазм среди личного состава и одобрительные взгляды от командиров: Имспера и недавно вернувшегося откуда-то Зерга.

Зерг, кстати, о чем-то переговорил с Имспером и тоже поинтересовался, как я прошел полугодовую проверку. И, кажется, был удивлен результатом. Осторожно подошедший откуда-то сзади Меркс (тот самый молодой парень) сообщил мне, что командир был сильно удивлен результатом: он, мол, договаривался с Комендантом, что тот возьмет к себе паренька, просто чтобы научить хоть немного владеть оружием (мечом), не обращая внимание на отставание по теоретическим дисциплинам. А затем, когда тот (то есть я) провалится по результатам проверки, заберет меня обратно в отряд, как слегка умеющего держать в руках оружие посерьезнее топора и вил. Но совершенно не рассчитывал, что я сумею пройти проверку хоть по одному предмету, так что у Коменданта не будет формальной причины отчислять меня из Академии.

Вот в таком настроении мы и отправились праздновать мое вступление в отряд.

Глава 13 Первый день на службе и капитан наемников

Наутро, после прошедшей попойки, командир объявил «подъем». Солдаты с кряхтением и матами, но дружно поднялись и отправилась умываться.

Я также подскочил и быстро (как обучали в Академии) оделся в собственную форму. И даже успел сходить в сортир и умыться. Затем вернулся в казарму, и начал рассматривать вновь приобретенное снаряжение. Подошедший Бронкс (он выпивал в таверне вместе с нами, но ночевал не в казарме, а где-то в городе, как и весь командный состав) начал объяснять и помогать в мне влезть в штаны и фуфайку. Двигаться в такой «снаряге» было значительно менее удобно, чем в курточке, но вполне возможно. Но еще и жарко, так что я сразу начал потеть. А уж когда сверху натянул кольчужную «рубаху» стало еще неудобнее. И как в такой форме воевать? Видимо, нужно заново обучаться владению оружием, но уже полностью снаряженным. Ведь сама структура движений в таком снаряжении будет другой! А если сверху еще и полный доспех нацепить? Мне вообще удастся в таком «костюме» пошевелиться? Нужно будет тренироваться, а я не уверен, что мне сейчас-то удастся на коня взгромоздиться.

Но, к счастью, Импсер (как и Зерг) не погнал бойцов сразу на выход. А велел взобраться на коней (моего, кстати, называли «Черныш») и сделать пару кругов по площадке. Заодно дал пару указаний лично мне, по поводу выездки, посадки и управления конем. А также сделал пару замечаний и остальным бойцам, так что я не чувствовал себя самым тупым в отряде. Потом приказал спешится и отправил на площадку, чтобы поработать мечами на бревнах, (стоящих или лежачих), изображающих противника. Тут выбранное мной оружие показало себя в лучшем виде. Что тяжелый меч, что копье продемонстрировали свою эффективность. А тяжелая фуфайка с кольчугой не слишком ограничивали амплитуду движений.

А вот потом приказал достать луки. И натянуть тетиву. Вот тут я поначалу запутался, так что пришлось просить о помощи ближайшего соседа, как согнуть плечи лука и нацепить тетиву на рога. А затем встали на расстоянии примерно в 20-25 шагов от забора и мои соседи начали выпускать стрелы в круглые мишени (спилы стволов деревьев). Далеко не все попадали в цель, что меня немного утешило: мои будущие промахи не будут смотреться чем-то исключительным.

Наконец, и я решился: наложил стрелу вырезом (есть там такой, со стороны оперения) на тетиву, срединой опер на палец и древко лука (в специально для этого выполненном месте, «полочке») и оттянул стрелу к уху правой рукой. Левой же направил лук в сторону мишеней. Вообще-то странно все это: взгляд направлен не вдоль линии прицеливания и полета снаряда, как в нормальном огнестрельном оружии, а идет как бы «сбоку» и не параллельно линии стрельбы. Видимо, результат попадания определяется многими факторами, вроде движения воздуха, разности температур, влажности и главное – опыта стрелка. Как говорится в стрелковых уставах, «по опыту предыдущих стрельб». То есть стрелок должен «догадаться», куда попадет стрела, а не четко прицелиться, чтобы попасть. Ну, я выбрал центр находящегося напротив меня кругляша, и отпустил стрелу, которую удерживал двумя пальцами. И в результате получил чувствительный удар тетивой по левой кисти. Находящейся впереди и удерживающей сам лук. Посмотрев по сторонам, увидел, что большинство соседей нацепили на находящуюся впереди руку специальную накладку-крагу.

Ну ничего, сегодня перетерплю, а завтра нужно будет подобрать что-то в Арсенале. Стрела, тем временем, перелетела через подставку для мишеней, и застряла в заборе. Я наложил еще одну стрелу и натянул тетиву снова, взяв прицел пониже. Стрела врезалась в подставку, намного ниже «мишени». Но хоть куда-то попала!

Я наложил третью стрелу и снова сосредоточил внимание на острие. Вот же ж, зараза, мелкая, как пуговица, но сколько же вреда может причинить, если попадет в цель! Черт побери, пуговица… почти как та, на которой я тренировался в телекинезе! А может, я точно так же сумею ей управлять? Но там же я работал не больше, чем на расстоянии вытянутой руки, а то и ближе! А здесь два десятка шагов! Слишком далеко.

Но тут перед глазами, как наяву, появился абзац из книги по магии. Где говорилось, что «для магического воздействия расстояние играет значительно меньшую практическую роль, чем для других видов воздействия. Оно не затихает так же, как воздействие обычной молнии или сила звука. Требуется просто непрерывный зрительный контроль».

Для меня это означало, что магическое воздействие не подчиняется правилу обратных квадратов, то есть не ослабевает обратно пропорционально квадрату расстояния. Главное, не выпускать объект из вида. А вот правильная ли это теория, сейчас попытаюсь убедиться на опыте. И, сконцентрировавшись на острие стрелы, отпустил тетиву. Понемногу направляя движение снаряда мысленным усилием. И, нужно же, хотя стрела полетела не по прямой, но врезалась в кругляш, подчиняясь моей корректировке!

Да, еще раз подтвердилось старая максима, что не бывает ничего практичнее хорошей теории. Теперь стало очевидным, что нужно одновременно удерживать в зоне своего внимания два объекта: наконечник стрелы и центр мишени. Сложно, но вполне возможно для того, что был способен во время лекции одновременно слушать объяснение преподавателя по теормеху и воспринимать текст композиции «Воплей Видоплясова» в наушниках, да еще и следить за приключениями очередного пиратского капитана, удерживая книгу под партой.

Так что следующая стрела воткнулась точно в центр кругляша. А следующая попала туда же, отклонившись буквально на толщину мизинца.

– Ну вот, а говорил, что никогда не стрелял! – послышался над ухом голос Бронкса. И когда он успел так незаметно ко мне приблизиться? А что делать в бою, если там тоже нужно соблюдать такую же концентрацию? Я же не замечу, как ко мне противник с мечом на расстояние удара подберется!

С другой стороны, лук – оружие дистанционное. И используется только издалека. А в таком вот, «снайперском», режиме только из укрытия и засады. Нужно будет помнить об этом.

– Демон, вы меня испугали, – заметил я. – А я только приспособился к этому луку! Теперь опять пристреливаться придется.

– Не стоит. Ты и так показал, что имеешь владеть оружием и не будешь обузой в отряде. И это оценили все наши бойцы. Теперь пора выехать на небольшую прогулку. Собирай стрелы и садись на Черныша. Поедем кататься!

Ну, насчет просто «кататься» он погорячился. Я внимательно посмотрел, как соседи собираются на «прогулку», и, следуя их примеру, приторочил к седлу меч и копье (на седле были специальные крепления), а потом взобрался на зверя. И мы двинулись на выезд из города. Вышли мы не через главные, «Южные», а через противоположные, «Северные». И не спеша потрусили, переходя с шага на рысь, по окрестностям.

– Ну, куда сегодня отправимся? – спросил отряд Импсер. – кажется, пока дело не доходило до боя, в отряде царила самая разнузданная демократия, если не сказать «анархия».

– А поехали направо! – предложил Меркс. – В прошлый раз направились налево, и никого не встретили. Может, опять никого не встретим?

И мы провернули направо. Приспособившись к новому стилю передвижения, я принялся осматривать окрестности. Вокруг были совершенно пасторальные пейзажи: холмы, покрытые зеленой травкой, какая-то рощица за ними, избитая сотней копыт и следами от телег пыльная дорога…

Только вот что-то, как занозой, не то, чтобы больно, но как будто царапало при взгляде на рощицу.

– Перехватив смой взгляд, один из бойцов (Снерж, как он представился, тот самый пожилой боец, который первым приветствовал меня в казарме) тоже вгляделся в ту сторону.

– Слушай, Импсер. – обратился он к командиру отряда. – тебе не кажется, что там происходит что-то неправильное? Там, кажется, находится хутор старого Корта. Какой-то странный дымок оттуда поднимается, тебе не кажется? Ты же знаешь, что у мня обычно есть предчувствие, поэтому я и прожил так долго. И это предчувствие сейчас требует, чтобы мы его навестили!

– Видать, твое предчувствие находится в носу, и сейчас его зовет туда запах браги, которую ставит старик! – хохотнул Меркс, подобравшись поближе. – Так что давай подъедем поближе к его хутору.

Мы повернули в сторону рощицы, и через пару минут я различил дымок, поднимающийся посреди рощицы. И было в этом дымке что-то неправильное и тревожное. Но вскоре весь отряд, перейдя на рысь, ворвался в рощицу, и промчавшись между редкими деревцами, выскочил на полянку.

На которой застал группу солдат на отдыхе. Судя по всему, это был отряд наемников, отколовшихся от действующей армии. Во всяком случае, Импсер давно знал предводителя этого отряда.

– Привет, Жонк! – поздоровался с ним Импсер. – Отдыхаете? А ведь я просил тебя убраться вместе со своими шакалами отсюда подальше и побыстрее, пока я не рассердился!

– Ай, как страшно! – рассмеялся тот, кого он назвал Жонком. – Мы решили еще немного здесь развлечься. Вот у старого Корта одолжили немного браги и вот это. Присоединяйся, брагу мы выпили, но здесь еще на всех хватит, чем позабавиться! И из толпы наемников вытолкнули на средину девчушку в разорванном сарафане. – Правда, сливки я с нее сам снял, а остальное добрали мои бойцы, каждый по очереди. Но ее там не убавилось, хотя она стала в некоторых местах уже не такая узкая. Но все еще слаще, чем те шлюхи, которых ты снимаешь по трактирам. Ничем не хуже, чем та дочка губернатора, из-за которой пролетел мимо карьеры ваш Зерг. Извини, но девственности в ней не осталось ни капельки, ни в одном из отверстий! Разве что новое проделаешь! Остальные мы все уже использовали, и не по одному разу! – и весь отряд заржал.

А Импсер ухватился за меч.

– Ой, ты хочешь опять вызвать меня на поединок? – издевательски протянул Жонк. – Ты же знаешь, что я владею мечом лучше тебя! А потом мои ребята разделаются с твоим отрядом. Хотя бы потому, что нас больше.

– Немедленно отдай мне девчонку и убирайся отсюда подальше! – повторил Импсер.

Жонк наклонился и поднял девчонку с земли за волосы. А затем толкнул на землю, спиной вперед. Та рухнула, раскинув руки. Разорванные края сарафана разошлись, открыв пятна крови на животе и едва созревшей груди. И разбитое в кровь симпатичное личико.

– Это то, что тебе нужно? Забирай! – проговорил Жонк и вдруг ударил острием узкого меча в живот девчонке, так, что тот прошел насквозь и пригвоздил ее к земле.

– Ну что, доволен? Так будет даже лучше, в том числе для нее. Ведь отныне даже родные будут считать ее проклятой, избегать и унижать. Во что бы превратилась ее жизнь без моей помощи, представляешь? А то, что случилось с ней здесь, так это она сама виновата. Нечего было появляться в одиночку посреди воинского отряда. Да еще и в таком тонком сарафанчике. Тут бы и святой не удержался. Так что пришлось ее лично оприходовать. Хотя там и сиськи-то еще не выросли, да и неумеха полная. Де еще и морду мне расцарапала, когда я ее порадовать захотел. Так что получилавсе, что заслужила. А ты можешь считать себя выполнившим долг. А теперь убирайся в свой город. А я вскоре тоже переберусь отсюда куда-нибудь поближе к столице. Вот только деньжат подсоберу у окрестных селян. И уберусь.

– Эй, Жонк, или как там тебя! – окликнул я его из заднего ряда. – А не собираешься убраться отсюда прямо сейчас? И не в столицу, а сразу на тот свет? Могу проводить!

– Это еще кто с тобой? – удивленно спросил Жонк у Импса. – Не видел такого сопляка в отряде раньше. Почему ты разрешаешь ему перебивать себя? Совсем расшаталась дисциплина в отряде, тебя уже не слушаются даже дети?

– Эй, Жонк, ты со мной сейчас говоришь! Ты считаешь себя мастером меча? Ну, давай попробуем это проверить! Я обучался в Академии, и кое-что тоже умею. Или ты боишься сразиться с человеком, умеющим держать в руках оружие? Похоже, ты способен сражаться только с безоружными девчонками. Или член – единственное, что ты способен держать в руке?

– Так, он мне надоел! – Стрикс, убей этого мальца! И пора прекращать этот глупый разговор.

Из толпы солдат вышел здоровенный вояка, направив на меня тонкий меч с богато украшенной рукоятью. Я спрыгнул с седла (на этот раз намного легче и проще) и отцепил от седла копье.

– Ты с ума сошел? – спросил незаметно подошедший сзади Меркс, – этот Стрикс один из лучших мечников среди наемников. Он уступает по силе только самому Жонку. А тот уже пару раз вступал в битву с Импсером, и наш отряд проиграл, один раз Импса еле вытащил с того света наш отрядный спаситель, Азуз. А копье – это ведь оружие рядового. То есть намного слабее, чем меч. Ты хочешь умереть, не прослужив даже одного дня?

– Спокойно, приятель, – похлопал я парня по плечу. – Я тоже не груши околачивал эти полгода под предводительством одного из лучших копейщиков Академии. Да, против стандартных приемов мечник намного сильнее. Но есть ведь и нестандартные! Смотри и запоминай!

И я вернулся в центр полукольца наемников, поместив копье под мышку. Усмехнувшись, Стрикс сделал выпад. И, наверное, первым же уколом попал бы мне в сердце, если бы не долгие месяцы тренировки. Но он почему-то не подумал, что даже половина копья длиннее его меча. Так что я легко отбил выпад, крутнул копье вокруг оси и врезал противнику «яблоком» по челюсти. И, кажется, попал удачно: раздался треск и из рта соперника вылетели пара зубов, брызнула капелька крови. Но самое главное, он поднес свободную руку к лицу и согнулся, утратив контроль за ситуацией. Так что широкое лезвие легко вошло ему в пах, пробив здоровенную дырку. Оставалось только вздернуть копье вверх, разрезая напополам живот и выпуская наружу требуху. Тот удивленно попытался свести воедино стенку живота, пытаясь удержать внутри расползающиеся обрезки кишечника и выпадающие внутренние органы. Стоящие вокруг солдаты отступили на шаг назад, избегая ужасного запаха из живота убитого наемника. И, похоже, пораженные столь скоротечной схваткой.

– Ну что, кто хочет стать следующим покойником? – бросил я в толпу наемников. – Вам же объясняли, что меч всегда сильнее копья! И что то, что случилось только что – просто досадная случайность. И уж следующий из вас точно сумеет меня прикончить!

– Да, это был хороший фокус, – выступил вперед сам Жонк. – Ладно, щенок, я убью тебя лично, окажу тебе такую услугу. Готовь свою палку, хотя она тебе не поможет!

И он вытащил меч, став в атакующую стойку. Ну, а я сделал то, чему учил меня сержант-инструктор: завел копье горизонтально за спину и захватил локтями. В общем, постарался казаться максимально расслабленным, раскрытым и не защищенным. Да, это опасно. Но заставляет противника напрочь забыть об осторожности и атаковать «раскрывшегося» соперника. Именно так все и произошло. Жонк рванулся вперед, чтобы проткнуть мне грудь, и пропустил мощный круговой удар древком копья по колену. А следующим взмахом я направил острие копья ему в бок, в завязки между грудной и спинной пластинами доспеха. Кованное острие легко о пробило ребра и погрузилось на пол-локтя внутрь его грудной клетки. Нормальный человек сходу бы свалился от болевого шока. Но этот Жонк оказался парнем крепким. Он все еще сжимал в руке меч, и даже пытался отслеживать мое перемещение. Но меч не сумеет помочь, если отрубить руку, которая его держит. А ведь лезвие боевого копья листовое, и больше похоже не не острие, а на большой нож на длинной ручке. С острым лезвием. И если действовать им умеючи, то копье вполне заменяет и топор.

Лишив соперника оружия, я подсек его под колени древком и пригвоздил к земле, вонзив копье ему в глазницу. При этом череп предводителя наемников разлетелся пополам, и половинка разрезанного пополам мозга вывалилась на землю. А следом плеснула красная жидкость.

– Ну что, орлы, еще вопросы будут? – обратился я к наемникам. – Всем понятно, кто в доме хозяин?

Бойцов-наемников было чуть ли не в два раза больше, чем наших разведчиков, но они потупились и отошли назад. Видимо, каждый не хотел оказаться на месте погибшего начальника.

А я сделал шаг в сторону и опустился на колено радом с телом девчонки. Но у нее все еще вздымалась грудь и внутри что-то хрипело и булькало.

– Эй, где наш отрядный спасатель? – позвал я. – Она еще жива! Давай спасай человека!

– Да это лишнее, – отозвался длинный тощий мужик в традиционной черной шапочке. – Даже если она выживет, в обществе ее все равно не примут. Так что лучше пусть сейчас помрет, чем потом топиться будет. А то, потратишь на нее силы и зелья, а вдруг затем кому-то из наших помощь потребуется? И что делать будем?

– Ну да, ты как в анекдоте про толстого и ленивого военного. Которого спрашивают, почему тот все время на диване лежит, а он отвечает: «А вдруг завтра война, а я уставший?» – Лечи, давай!

Тот распахнул разорванный сарафан, осмотрел сквозную рану на животе, и начал сдвигать ее края.

– Ты что творишь? – возмутился я. – а внутренние кровотечения кто останавливать будет? Или думаешь, что само заживет? Начинай сосуды сращивать и пострадавшие органы! Или ты строение тела забыл? Тогда понятно, почему в отряде такие потери!

– Ты это брось, Гарр, – успокаивающе проговорил Меркс. – Азуз лечила хороший. Но на постороннюю девку никто никогда силы не тратит. Уже то, что просто снаружи дыру заделает – уже много. А дальше… как духи распорядятся. Как судьба. Все равно ее лихорадка добьет через неделю.

– Ты давай, делай как положено. А там, что будет, то будет. Я, кстати, с одной такой девчонкой общался. Ничего так девка получилась. Хотя и стража, и местные, и даже родители против нее были.

– Так, бандиты! – обратился я к выстроившимся наемникам. – быстро сочинили носилки, аккуратно погрузили на нее девчонку и понесли на хутор! Чтобы доставили в полном порядке и передали родственникам, которые ее выходят. И чтобы убедили их, любыми средствами, выходить и заботится. А потом убирайтесь отсюда ко всем демонам, и, если еще раз услышу, что кто-то здесь решил «поразвлекаться», уничтожу всех. Кто принимал участие в развлечениях или просто рядом стоял! Остались те, что мне не поверил? Прошу выйти из толпы и доказать с оружием в руках!

Желающих не нашлось. Солдаты быстро соорудили носилки из пары веток и чьего-то плаща, уложили на нее девчушку и удалились в сторону хутора. А ко мне обратился командир нашей группы, Импсер:

– Послушай, как тебе это удалось? Жонк был отличным фехтовальщиком и сильным противником. Его отряд получал за наем больше всех, и всегда добивался успеха. А с самим Жонком мы уже не один раз встречались. И последний раз он меня победил, так что Азуз меня еле восстановил.

– Ну, видя, как он разбирается с ранами, удивительно что он вообще справился. Он точно обучался лечебной магии?

– Да он хороший лекарь, – вступился за лечилу командир. – К тому же другого все равно нет. А без спасателя воевать с монстрами вообще нельзя. Ты бы видел, каких он раненных восстанавливал. Правда, потом по нескольку дней без сил валялся. Полностью выкладывался. А ты что, тоже лечить умеешь?

– Нет, я не умею, но мне кое-кто показывал мастер-класс.

– Ну, ты сравнил! Лекари из Академии и простой отрядный колдун!

– Да нет, ученица этого мага. Как раз та девчонка, которую спасли в похожей ситуации. Она, кстати, скоро курс обучения закончит. Вот ее бы сюда, она бы кого угодно из мертвых подняла.

– А сможешь договориться с Комендантом, чтобы ее к нам в отряд направили? Ну, когда практика закончится?

– Не уверен, но попробую. А что тебя так удивило в нашей дуэли с этими неумехами?

– Я ведь специально отправился в Академию, чтобы посмотреть на твое боевое умение. Там ты ничего подобного не показал на фехтовании. Да и оценку тебе поставили «среднее владение мечом».

– Так это же на мечах, для офицеров. А я, как известно, и не собирался заканчивать курс и становиться офицером. Так что фехтовать против равных соперников я и не учился специально. А чтобы с мечом против копья работать, надо специально учиться. Это только инструктора в Академии умеют. Да и против тех я на равных выступал. Меня один отставной сержант обучал. И выдрессировал, судя по всему. Тебе понравилось?

– Хорошо. Назначаешься моим заместителем. Потянешь?

– Ну, сперва нужно проверить меня в драке против тварей. Я на это и учился. А потом уже посмотрим, куда меня можно назначать, а куда рано.

– Ну, хорошо. Но ты подумай: оплата на новой должности будет выше, да и статус почти офицерский.

– Да нет, до офицера мне еще учиться и учиться. Тем же мечом нужно научиться махать. Да и этикет подучить. В общем, до этой должности мне еще дожить нужно. И когда с тварями сразимся, а не с какой-то толпой оборванцев!

– Хорошо, рядом есть такое место, которое они облюбовали. Завтра туда и отправимся. Надеюсь, потери будут меньше, чем в прошлый раз.

Глава 14 Первый боевой выход

Проснулся на второй день еще до подъема. И оказалось, что проснулся не первым. Часть бойцов уже поднялась и они находились на тренировочной площадке. Нацепил поверх формы защитное снаряжение, и решил отработать работу с копьем. Для начала проделать одиночно упражнение, которое называется «танец с тенью» или, как ее называют на востоке, «ката». Как только я прокрутил первую связку, ко мне подскочил один из членов отряда: тот самый Меркс. И спросил, что это я сейчас делал. Я честно ответил, что практикуюсь в защите копьем против меча. Тот предложил помочь, выступив спарринг-партнером. Я сменил настоящее копье на тяжелую прямую палку подходящей длины.

Меркс же оставил свой боевой меч, и мы стали в стойки друг против друга. Он начал делать стандартные выпады, которые я, хотя мне и мешала тяжелая фуфайка, ухитрялся успешно отбивать. Но затем он ускорился, и пришлось перейти в наступление. Так что подсек ему ноги, и, заблокировав меч, врезал ногой в грудь.

– Извини, – протянул руку упавшему на спину партнеру, – но ты был слишком силен. Мне пришлось защищаться по-настоящему.

– Да все нормально, – потирая грудь, заверил Меркс, – все нормально. Сам увлекся. Да и опасности не ощущал: все-таки у тебя в руках не копье, а обычная палка. А кстати, Имспер говорит, что ты сдал владение мечом на «удовлетворительно». Скажи мне, что значит «удовлетворительное» владение мечом по меркам Академии?

– Давай. А тут тренировочные мечи есть?

– Да не бойся, не зацеплю!

– Да я не о себе, я о тебе беспокоюсь. Нас не учили при тренировке останавливать удар, чтобы не нарушать структуру движений. Ну, чтобы случайно не остановиться чисто рефлекторно в реальном сражении. Так что давай возьмем где-нибудь подходящие по весу палки. Или затупленные железки.

– Ладно, проверим в другой раз, – нехотя ответил Меркс. И спрятал меч в ножны.

А я, пожав плечами, продолжил танцевать одиночный «бой с тенью», приспосабливаясь к весу и ограничениям амплитуды движений, которые дает защитное снаряжение. Затем прозвучал сигнал общего сбора (его подавал отрядный трубач).

Подскочивший Бронкс тут же проверил, все ли надели полное снаряжение и полностью вооружены. А потом опять добавил, что дюжина под руководством Имспера отправляется в логово Тварей, и желающим не поздно отказаться. Но при этом они вылетят из отряда навсегда. А остальные (в том числе лекарь-«спасатель» Азуз) отправятся на самоубийственное задание. И мы, оседлав коней (я почти все сделал сам, и запутался только один раз, хотя мне помогал опытный Снерж).

Мы двинулись на выход из города, а затем через ворота. А вот за воротами неожиданно встретили трех всадников – это были три наемника из отряда Жонка. Те неожиданно изъявили желание вступить в наш отряд. Так как воевать – единственное, что они умели, а вступать в имперский Легион они почему-то не хотели (видимо, все еще числились там в дезертирах). Имспер еще раз объяснил, что повышенное жалование придется отрабатывать повышенным риском, а встреча с тварями – это не «случайность», а повседневная работа отряда, и они согласились. Оформление решили провести после возвращения, и двинулись вперед. Судя по всему, Имспер знал дорогу заранее, и мы скоро свернули с наезженного тракта в сторону, на когда-то широкую, но давно заброшенную дорогу. Она сильно заросла сорняками, но все еще угадывалась.

– Бывший торговый путь. – сообщил едущий рядом Снерж. – Раньше караваны двигались от портов по нему, но в последнее время возле караванного пути появилось логово тварей. И дорогу забыли. Хорошо еще, что твари далеко от логова почему-то не удаляются. А то город бы оказался в опасности. А у нас прибавилось бы работы.

– Они поселились в какой-то деревне? – спросил я.

– Нет, в бывшей каменоломне. Она использовалась, как каторжная тюрьма, поэтому первым делом прорвавшиеся твари сожрали почти всех заключенных, а потом и охранников. Городские власти не на шутку перепугались, и направила сюда почти всю городскую стражу. В результате от нее остались рожки да ножки: один из десяти. А отряд разведчиков полез внутрь и полег полностью. Так что пришлось набирать новый состав.

– Так это уже второй состав изначального отряда?

– Третий. Второй тоже закончился очень быстро, пока командиром не стал Зерг. Вот при нем стало поспокойнее. Мы с ним с самого воссоздания, одни из долгожителей.

– А почему он в звании лейтенанта, если должность такая ответственная? Ведь мог бы сделать карьеру?

– Да он и сделал. Был майором. Но… слишком увлекался женскими чарами. Увлечься женой заместителя мэра, не самый лучший способ делать карьеру! Ему бы увлечься какой-нибудь разумной женщиной своего круга, она бы ему и досуг скрасила, и карьеру помогла сделать. А это… то любовь, то дуэли из-за нее. Вот и стал через несколько лет из майора – лейтенантом. И то только потому, что дальше понижать в званиях некуда. А так—то и командир грамотный, и боец не из последних. Вот только с бабами ему не везет. Сейчас с какой-то подавальщицей из таверны кувыркается. Девка-то неплохая, но тупая до умопомрачения.

– А где он с женщинами знакомится?

– А где с ними знакомиться? Не на фабриках же. В тавернах, разумеется.

– Ты знаешь, у меня появилась забавная идея. Как бы мне с им наедине побеседовать?

– Да вот, если вернемся после этой операции, тогда с ним и встретимся. И нам с Импсером на орехи достанется, что сунулись в самое логово. Хотя внутрь каменоломни не пойдем: покрутимся поблизости, посмотрим издали на тварей, послушаем, как они рычат и удерем потихоньку. Пока они не атаковали. А если атакуют – попытаемся отбиться, а выжившие уберутся в город, и станут расписывать очередную «великую победу» нашего отряда. А Мэр выступит с речью на площади и расскажет всем, что мы погибли не зря. И что победа над силами зла все ближе, благодаря новому полученному опыту.

– Погоди, это сейчас твоя интуиция срабатывает? – встревожился я. – это что, предсказание?

– Да нет, это я так,ворчу на всякий случай. Нужно всегда представлять себе самый худший сценарий. Тогда ты или оказываешься прав, или приятно удивлен результатом.

– Да, хорошая философия. Где-то уже слышал что-то подобное. Но погоди, ты сказал, что твари убили ПОЧТИ всех заключенных? Что это значит?

Да то и значит, что несколько каторжников уцелели. И превратились в очередные порождения ада. Приобрели нечеловеческую силу и невероятные способности. Говорят, что они все еще живут здесь, на нижних уровнях каменоломни. Но иногда они поднимаются на поверхность. Эти твари намного сильнее обычных зверей, и встречаться с ними никто не хочет. Да и шансов нет у самых могучих бойцов. Но до них нам не добраться. Нам бы тех, что на поверхности, проредить. Это «воины-стражи», их еще называют цепными псами преисподней. Кидаются на всех, кто оказывается в поле их зрения. Жуткие монстры. Кстати, вот и отвалы, а за ними каменоломня. Здесь осторожнее и не болтай: у тварей отличный слух!

Мы осторожно спешились и пешком двинулись дальше, прихватив с собой, кроме мечей, «вспомогательное» оружие: я взял копье и лук, а Снерж прихватил пучок малых метательных копий-дротиков. Мы осторожно подкрались к здоровенному валуну, и выглянули из-за него. Перед нами был огромный карьер, одна из стен которого была пронизана дырами проходов, как берег реки ласточкиными гнездами. На дне валялись вырубленные глыбы, часть была не доделана. Глыбы были из красного камня, похожего на гранит. А между глыбами лениво валялись знакомые фигуры, похожие одновременно на здоровенных собак и (по походке) на крупных кошачьих, вроде тигров или пантер.

В этот момент на противоположном склоне что-то зазвенело. И послышался воинственный вопль. Кажется, это была компания из тех трех парней, что только что к нам присоединились. Наемники из отряда Жонка. Какого черта они делают?

Оказалось, они высунулись из-за препятствия, увидев одиноко разлегшуюся тварь. И решили атаковать ее втроем. Но вот чего они не увидели, так это еще троих тварей, которые сорвались с мест отдыха, услышав шум драки. Нужно было спасать дураков, которым придется сражаться с тварями один на один. Я выхватил лук и послал по стреле в задницы двух ближайших «собачек». Причинить им какой-то вред я не рассчитывал, но обернуться на эти «комариные укусы» им пришлось. И они заметили поднявшегося над барьером меня и торчащего рядом старину Снержа с готовым к полету дротиком в руке. Разумеется, «стражники» тут же сагрились на нас, предоставив неудачников-нападающих самим себе и своим «товарищам».

Обернувшись чуть ли не на месте, твари помчались к нам. Причем очень быстро: привыкнув к неспешным передвижениям (даже конных воинов) этого мира, я оказался едва готов к их скорости. Нет, я помню, что гепард развивает скорость до 120 километров в час, но кто бы мог подумать, что более толстые и тяжелые местные твари могут передвигаться едва ли не так же быстро? Так что через десяток ударов сердца два зверя с горящими глазами были уже в десятке шагов. И Снерж быстро швырнул в них несколько дротиков, один за другим. К моему удивлению, металлические заостренные острия, отлично втыкавшиеся даже на более существенном расстоянии в дубовые столбы, отскочили от шкуры зверей, даже не поцарапав их. А звери начали карабкаться по почти отвесной каменной стене, втыкая когти в твердый гранит.

Когда до морды (и пасти с зубами) твари осталось совсем немного, я отпрыгнул назад, перехватив копье. В этот момент над бруствером появилась морда, а затем на площадку выскочила и сама тварь. Она сжалилась в пружину, и я понял, что не успеваю выбрать точку для удара. Поэтому заорал прямо в морду. Тварь ошалела и разинула пасть, чтобы зарычать в ответ. И я увидел в этом свой шанс. Расстояние между нами было около полутора шагов – практически никакое для прыжка зверя. Но я, продолжая орать, метнулся вперед, втыкая острие копья в пасть твари.

Получилось на удивление удачно: копье пробило нёбо и вошло в черепную коробку. Если их анатомия совпадает со строением обычных животных, то удар вынес твари мозг, пробив изнутри череп. Острие копья вышло наружу, но само оружие застряло внутри ее головы.

Я моментально обернулся в сторону напарника, выхватывая меч. Снерж сражался с тварью мечом, удерживая зверя, готовящегося к броску, на расстоянии чуть больше вытянутой руки. Зато эта тварь стояла боком ко мне и совершенно не обращала на меня внимания. Так что я успел широко размахнуться и обрушил тяжелый меч, больше похожий весом и центровкой на топор, на шею твари. Но та каким-то образом почувствовала движение (может быть, по колебанию воздуха или краем глаза) и развернула башку. Так что удар пришелся на лобную кость твари. Любое другое животное такой удар развалил бы пополам: в своих силах я уверен. Но адский пес только мотнул башкой и сильно удивился. Зато Снерх не сплоховал и воткнул меч острием в глазницу животного. Тот дико зарычал, и попытался достать меня лапой, но как-то неуверенно. А тут и я еще раз махнул своим оружием и подрубил ему вторую (опорную) лапу. Так что зверь упал и уткнулся мордой в землю.

– Быстро смываемся отсюда! – закричал Снерж. – И будем надеяться, что твари не станут нас преследовать, по запаху своих родственников.

Он свистнул, подзывая своего Огонька. Умный конь тут же подбежал, и боец шустро поднял убитого Гурга на круп своего коня. Моментально привязав его к задней луке.

– Черныш, ко мне! – заорал я. Как ни удивительно, конь понял мою команду и подбежал, хотя и недовольно косился на тушу дохлой твари. Кое-как высвободив копье, я попытался закинуть труп Гурга на круп коня, но тот постоянно соскальзывал. На помощь пришел Снерж, который одним отточенным движением помог мне с тушкой убитого животного и протянул обрезок веревки, чтобы закрепить того. А потом проследил, как я вскочил в седло и мы рванули прочь от каменоломни, постоянно оглядываясь.

На условленном месте встретились с остальными бойцами отряда. Кроме них, был еще один из наемников Жонка. Еще один лежал поперек седла собственного коня, а третьего не было. Зато вместо него через седло был переброшен труп еще одной твари.

– Ну что, отличный результат для очередного рейда! – заявил Имспер. – три твари, и всего двое убитых! И ни одного раненного

– Да и то оба из тех, кто не успел заключить договор, – буркнул наемник.

– Да не переживай ты так! – попытался успокоить его Бронкс. – Сейчас вернемся в город, предъявим трупы тварей в Магистрате, твоя доля от тебя не уйдет! А потом оформим тебя бойцом в отряд. Тем более, что ты свою храбрость уже доказал.

– Да черта два я что-то доказал. Мы увидели одинокую тварь и решили, что втроем быстро справимся с одним зверем. Но совершенно не заметили остальных. А когда заметили еще одну, то поняли, что погорячились. И наши умения ничего не стоят против злобных тварей. Если бы остальные, во главе с Имспом не подскочили, как из-под земли, то никто бы из нас не спасся. А я так же точно валялся, в лучшем случае, на спине Звездочки, как Стан, а в худшем случае, меня бы уже доедали твари в катакомбах, как Хергала. Пожалуй, я откажусь переходить к вам в отряд. Хотя премия за тварь была бы кстати, все-таки, я ведь тоже принимал участие в ее убийстве. И честно заработал свою долю в премии. И могу честно рассказывать, что принимал участие в охоте. Но второго раза не хочу! Мне и одного раза хватило.

– Ну, тогда ладно. Если не хочешь к нам в отряд вступать, то ничего не поделаешь. Но Гарр со Снежем отличились: два зверя на двоих! Отличный улов! Потом расскажете, как у вас это получилось! И обмоем успех, когда получите премию. Только не думайте, что нашли отличный полигон для заработка: теперь твари удвоят внимательность при охране логова. И застать их врасплох, как сегодня, больше не получится. Они удвоят количество сторожей, или еще какую-то пакость придумают. Не стоит считать их тупым зверьем: они твари хитрые и осторожные. Но сегодняшний результат – это нечто! Не зря наш новичок в Академии учился. А теперь всем в седла! Поехали в город!

В городе все прошло по плану. Прибыли на центральную площадь, выложили трупы зверей на плотную ткань (типа парусины или брезента), для всеобщего обозрения. Из ратуши выбежали чиновники и какие-то не то маги, не то эксперты (в черных рясах и квадратных шапочках) и унесли трупы, взяв каждый кусок материи вчетвером за углы.

Бронкс отправился подписывать акты и получать вознаграждение, и вернулся с полным кошельком, пообещав выполнить точный расчет по прибытию в отряд. Уговорить наемника остаться с нами не удалось, даже после того, как Меркс долго отпаивал его пивом в уже знакомом трактире.

В расположении (в казарме) встретили вторую часть отряда во главе с Зергом. Тот не оправдал пророчество Снержа: совершенно не орал и не ругался на нас за то, что отправились в Каменоломню. Все-таки погибших у отряда не было, только наемники, которые действовали в отрыве от остальных, решив всем доказать свою крутизну и силу. В общем, нормальный мужик. И совершенно не самодур, каким он представился мне по предварительным рассказам.

Можно сказать, что первая вылазка прошла успешно, так что Снерж оказался, по его словам, «приятно удивлен», когда его мрачноватое пророчество не сбылось. Заваливаясь на койку я размышлял о том, что за люди могли остаться в живых после атаки тварей на каторжную тюрьму, и каким нужно быть злодеем, чтобы инфернальные существа приняли тебя за своего. И что нужно бы побольше узнать о людях, которые, по слухам, остались жить в катакомбах. И что за «плюшки» они получили за переход на сторону тварей. И насколько сильнее они стали после этого. И можно ли их убить в принципе? И нужно ли это делать, если это они сдерживают нападения тварей на Город.

Так что чуть не забыл свою первоначальную идею, касающуюся лейтенанта Зерга.

Глава 15 Нелегкая работа сводника

Проснувшись утром, опять поплелся на тренировочную площадку. Заниматься не хотелось совершенно, ведь я и так доказал, что в боевом отношении остаюсь одним из сильнейших. К моему удивлению, в уголке появилась стойка с тренировочными деревянными мечами. Оказывается (в курс дела меня ввел вездесущий Меркс), с вечера Зерг заказал такие тренировочные мечи для всего отряда, в гильдии оружейников. Прислушавшись к моим словам: мол, хватит тренироваться на острых боевых мечах. Зарабатывая травмы на ровном месте и, что еще хуже, получая совершенно ненужную привычку останавливать оружие за пару сантиметров от противника. Ведь в реальной дуэли такой рефлекс может сыграть совершенно ненужную шутку с владельцем (как это, похоже, и произошло с Имспером во время дуэли с Жонком). В общем, выбрал деревяшку (каким-то образом утяжеленную до плотности железа), похожую по весу и длине на мой боевой меч. И пару раз взмахнул, крутнул вокруг кисти. Кажется, я уже начал приспосабливаться к весу и размерами защиты. И предложил Мерксу сразиться на имитациях. Тот долго выбирал подходящий по весу и размеру тренировочный снаряд. Затем выбрал и встал передо мной в атакующей стойке.

– Ан гард! – скомандовал я, вспомнив выкрики судей на олимпийских играх. Ведь у нас, дома, фехтование осталось почти исключительно в качестве вида спорта. Ну, не считая разных там «реконструкторов», создающих картонные доспехи из «настоящего папье-маше». Или «театрального» или «сценического» арт-фехтования, которое изучают в театральных и киношных училищах, чтобы разыгрывать исторические сценки в театре или в сериалах. Разумеется, все это не более чем игра на публику, но вот в чем жалость: в моем мире фехтование представляют себе именно по фильмам, не имеющим ничего общего с реальностью.

Тем временем Меркс сильно ударил снизу по моему мечу, отбив его в сторону, и шагнул вперед, стараясь нанести колющий удар в грудь. Я еле успел развернуться, пропуская удар по касательной, мимо груди. И тут же рубанул палкой ему по ребрам. Отскочив назад, мы обоюдно разорвали дистанцию. И снова сошлись. Даже я, с моим незаконченным образованием, видел огрехи в его защите. Но вот воспользоваться его ошибками не успевал. А когда начал торопиться, чтобы его подловить, то и сам начал ошибаться и едва не пропустил хитро организованную атаку.

Мы увлеклись взаимной игрой в ловушки, так что появление Имспера и Зерга просто не заметили. Те остановили учебный поединок. И сами попробовали на вес деревянные клинки. Зерг одобрительно поцокал языком, Имспер же презрительно скривился, глядя на деревянные мечи.

– Попробуем? – предложил Зерг. – Как будто настоящими, но без опасности поранить друг друга, разве что по голове попадешь! Готов?

– Баловство. Сражаться тупым и безопасным оружием, ды еще и в защите? Ерунда! Полностью притупляется чувство опасности. Это даже не спорт, а простое развлечение! Просто бестолковая игра.

– И все-таки попробуй пофехтовать, не останавливая руку при нанесении удара. Ведь ты именно этим обычно оправдывал свои проигрыши наемникам? Давай попробуем работать по методике, предложенной нашим лазутчиком в Академии. А вдруг получится улучить навыки бойцов отряда? И будем ходить охотится на монстров в каменоломне, как в погреб за мороженой бараниной? Давай попробуем!

И двое лучших бойцов сошлись на тренировочной площадке. Палки мелькали, сталкивались в батманах, выбивали пыль из матерчатых фуфаек. Время от времени раздавалось звякание, когда деревянный «меч» натыкался на нашитую поверх ткани железку. Наконец. соперники отбросили свое «оружие». Имспер презрительно скривился.

– Ну, и что мы друг другу доказали? Ни одной царапины! Я же говорю, просто баловство! Никаких результатов! Да и чувство опасности отсутствует. Никакого интереса нет, если нет реальной опасности. Это для детей, а не для настоящих воинов. Мужчине требуется только реальная война или сильная женщина, а не вот этот кисель в мармеладе. Так что если хочешь, чтобы вместо настоящих бойцов у тебя в группе были соплежуи, давай им играться этими игрушками. А настоящие бойцы будут тренироваться боевым оружием!

Черт его знает, был ли он прав. Наверное, в чем-то и был. Но только если он настолько шикарно владеет мечом, то почему же проиграл (да еще и неоднократно) командиру наемников? Да, центровку, хват и силу удара лучше отрабатывать боевым оружием, но проводить боевыми клинками тренировочные бои – это мазохизм (хотя здесь еще не знают этого слова). Пытаться нанести удар, каждую секунду ожидая выпада, который нанесет тяжелую травму или вообще станет смертельным, или самому нанести рану товарищу? А потом переживать, справится ли с раной лекарь? Зная, что местные лечилы просто не способны справиться с некоторыми травмами? А иногда последствие травмы останется с пострадавшим навсегда?

В общем, Имспер, конечно, взрослый мальчик, но я тоже не лаптем щи хлебаю. И я буду тренироваться только с деревянным мечом, пока есть такая возможность.

– Эй, кто хочет потренироваться со мной? – выкрикнул я, поднимая вверх деревяшку. – можно и с настоящим мечом против учебного. Кто рискнет?

И потом чуть ли не до полудня скакал в фуфайке, да еще и натянув поверх нее для утяжеления кольчугу. Да, я помню фразу из фильма: «Тяжело в учении – легко на работе». Правда, тем ребятам на работе это не помогло, ведь в ту ночь, вместо бабульки, сражаться с которой готовилась троица «хулиганов», на дежурство заступил бравый очкастый студент.Что всегда грозит тому, кто слишком тщательно готовится к операции: в таких случаях нападающий рискует получить по морде от неучтенного фактора, который любит вмешиваться в тщательно разработанные планы. Так что готовиться, конечно, нужно. Но всегда нужно быть готовым к тому, что планы придется на ходу менять на противоположные. И не всегда, пробравшись в заколдованный замок, нужно стремиться убить дракона и спасти принцессу. Иногда логичнее поступить наоборот.

Изрядно вспотев и устав, взялся за лук. И снова решил потренироваться в стрельбе из лука. Вчера я открыл странный способ управлять стрелой (точнее, наконечником стрелы) при помощи телекинеза. Странно, но раньше я представлял себе управление предметами силой мысли совершенно не так: я представлял себе, что подучусь и смогу швырять во врагов огромные каменные глыбы. А получается только направлять в цель маленькую острую штучку. Немного не то, что представлялось, но поражающий эффект не хуже.

Только нужно понять (или хотя бы привыкнуть), что управление этим эффектом немного не соответствует обычным законам природы, к которым я привык: например, что расстояние не играет роли, а рассеяние и ослабление сигнала не пропорционально рассеянию электромагнитной волны (как у того же света, например).

Но, как ни странно, в этот раз стрелять из лука (и попадать при этом в цель) оказалось даже проще. А когда на забор села любопытная ворона, перевел прицел на нее и смог корректировать точку попадания на лету, подстрелив ее в полете. Птичку, конечно, жалко, но вороны, кажется, еще не занесены в красную книгу. Так что ничего ужасного не произошло. А стрельбу по движущейся цели я отработал. Теперь нужно будет потренироваться попадать в глаз тварям. И тогда можно будет отправляться на охоту за монстрами. А там и попытаться очистить от них катакомбы.

Подошло время обеда, и Зерг и Имспером отправились куда-то. Наверное, в таверну.

– Гарр, – окликнул меня Зерг, когда я направился в казарму. – Ты уже получил у Бронкса премию за убитого Гурга? Тогда поспеши к отрядному финансисту, получи свою долю и приходи к «Рыжему коню», хоть поешь нормально. Питаться нужно плотно и вкусно.

Я бросился в казарму и удачно наткнулся на Бронкса.

– Привет, что там насчет премий за вчерашнюю охоту? Распределил?

– А тебе срочно?

– Да, очень кушать хочется.

– А прошлую премию уже потратил? Не слишком ли дорогих девушек выбираешь? Или ты переплачиваешь, или оплатил авансом за год вперед, или скупил оптом услуги целой кружевной фабрики? Иначе не смог бы столько потратить.

– Да нет, вложил в банк.

– Думал, ты умнее. Решил подарить все деньги каким-то пройдохам? Зря.

– Да нет, рассчитываю еще не раз вернуться за деньгами.

– Да, странно, что ты прошел испытание по арифметике. Деньгами ты распоряжаться совсем не умеешь! Боюсь, ты и эти подаришь банкирам!

– Нет, сперва еще пару монстров завалю, и тогда уже вложу приличную сумму, а не жалкую дюжину.

– Ну-ну, успехов! Все хорошо просчитал?

– Почти. Не знаю, сколько стоит снять комнату в «Рыжем коне». Подскажешь?

– Обратись не к владельцу, а к смотрителю этажа. Он сможет сдать номер со скидкой.

– Ну да, это как ответ на вопрос, у кого дешевле покупать на складе стройматериалы: у владельца или у продавца?

– И у кого?

– У сторожа!

– Да, в торговле ты соображаешь! Пойдем, выдам тебе твою часть премии, пока обеденное время не прошло.

Получив очередной мешочек, помчался в знакомую таверну и заглянул в обеденный зал.

Зерг сидел в одиночестве за столиком, допивая компот. А радом пышная прислужница крутилась, норовя наклониться, чтобы позволить ему заглянуть себе за пазуху или задеть его бедром, а он лениво отодвигался от явных знаков внимания.

– Красавица, притащи мне что-нибудь фирменное, на твой вкус, и позволь нам поговорить наедине. – обратился я к дебелой подавальщице. – У нас важный разговор. А счет выставишь, как постояльцу. Я решил на недельку остановиться у вас к гостинице.

Зерг поднял взгляд и заинтересованно посмотрел на меня.

– И что у нас с тобой за важный разговор? –спросил он.

– Как ты относишься к женщинам? – начал я.

– В смысле?

– Во всех.

– Тупые, похотливые, очень любят деньги и наряды. И тратить деньги на наряды. И почему-то считают, что за пазухой и между ног у каждой из них находится сокровище, которое каждый хочет заполучить. И должен отдать за это все, что у него есть. А что?

– Я тут поговорил с ребятами. Они рассказали, что ты потерял за это время несколько званий, потому, что западал не на тех женщин. Не подумай, что я лезу с сапогами не в свое дело, но что тебя привлекло именно в этих, неподходящих, женщинах? Ты не поверишь, но в Академии самый серьезный наряд (полная очистка солдатского сортира) я тоже получил из-за женщины. Не буду вдаваться в подробности, это не только моя тайна. Но у нас с тобой появилось кое-что общее.

– Понимаешь, новичок (Карр, правильно?) это, конечно, не твое дело. Но вокруг меня крутятся женщины одного типа: вроде этой вот подавальщицы. Думаешь, что ей нужно? Только мои деньги. А что она может мне дать взамен? Да ничего! С ними даже поговорить не о чем! Только жопа и сиськи, и полная пустота между ушей! Да и в любви они неповоротливы и тупы: максимум фантазии – стать на четвереньки задницей к мужчине. А про такую классику, как «Песня любви», даже не слышали! Да и не способны выполнить половину того, о чем там написано. Скучно! Когда после того, как наобщаешься с такими, встречаешь женщину того типа, который мне нравится: стильную, умную, веселую, молодую, то уже плевать на то, что она жена какой-то высокопоставленной шишки, да хоть самого Мэра или его заместителя. Но тот оказался слишком ревнивым. В результате я остался без звания, ее он сослал куда-то к демону на рога, а себе нашел новую. Если бы городу не нужен был мой отряд, вообще бы выперли к черту из армии. А так оставили в самом малом звании на той же должности.

Недавно появился, правда, шанс слегка восстановить карьеру: пришел новый мэр, взамен ушедшего старика. Прислал приглашение на послезавтрашний бал в Ратуше. Но с припиской от все того же заместителя. Где тот предупреждает, что у Мэра молодая жена, и если я приду в одиночестве, мэру будет доложены в подробностях все мои прежние похождения. И тогда вместо планируемого повышения в звании, которое задумал Мэр на этом мероприятии, меня ждет полная отставка, несмотря на последние достижения. Командиром отряда станет Имспер, а тебя ждет роль сперва его заместителя, а затем и командира второй дюжины. Хотя ты и не закончил Академию, но показал себя на деле.

– А если ты появишься на балу с новой девушкой, молодой, умной и красивой? И к тому же обожающей «Песню любви», то сможешь получить повышение в звании? И останешься на том же месте в отряде?

– И где я возьму такую «умницу и красавицу»? Де еще и за два оставшихся дня?

– Ты будешь смеяться, но именно для этого я к тебе и пришел. У меня есть на примете такая женщина, о которой ты мечтаешь: красивая, умная и жаждущая чистой любви. Ей даже деньги твои не так интересны: не уверен, но подозреваю, что получает она побольше, чем ты, благодаря разнице в званиях.

И она давно ищет кого-то похожего на тебя: военного, красивого и здоровенного. Да к тому же читавшего когда-то книги и не отупевшего окончательно от безупречной службы. И способного по достоинству оценить женскую красоту. Кстати, знакомые рассказывали (ты же знаешь, что у меня сестра там же учится?), что и с физподготовкой у нее все отлично. И гибкость, и растяжка выше всяких похвал. Но если все у вас срастется, у меня будет к тебе небольшая просьба, как к командиру отряда.

– Ну, если ты умеешь доставать из рукава чудо-женщин, то какой вопрос? Только что-то мне не верится, что такие существуют!

– Еще и как существуют! Места только знать нужно. Ты женщин же только в тавернах ищешь. А в библиотеках искать не пробовал?

– В библиотеках? Так там же только засушенные книжные черви водятся! Или сухари заученные.

– Только не вздумай при ней что-то подобное ляпнуть. Так что, давай мне приглашение на бал в Ратуше. Кстати, если я на бал еще двух красоток приведу с собой, это будет нормально? Там же указывается, что нужно приходить с подругой?

– Еще двух? А давай. Я вам троим помогу пройти. Там мероприятие почти официальное, туда все дочки крупных чиновников стараются попасть. Еще две не помешают. А откуда у тебя сразу две?

– Одна сестра, вторая ее лучшая подруга. Которая мне однажды неплохую услугу оказала. Да и твоего статс-майора проще окажется из Академии вытащить, если она, вроде как, их сопровождать будет.

– Целый статс-майор? Это ж сколько у нее лет выслуги должно быть?

– Насчет этого не переживай.Выглядит она лет на 25 лет, максимум. Колдунья, все-таки, следит за фигурой.

– Ты меня заранее не пугай так! А если она решит, что я такого высокого звания не достоин?

– Ты не переживай. Я проведу предварительную подготовку. Все будет нормально. Воспринимай ее как свою партнершу по балу. Да и ей полезно будет на людей посмотреть и себя показать. Тем более, на общегородском балу. Так что сегодня, ближе к вечеру, отправлюсь в Академию и постараюсь решить вопрос. Послезавтра, к обеду, будем здесь. Я, кстати, в этой же таверне хочу номер снять на эту неделю. Будем соседями. А пока хочу слегка потренироваться работать в полной защите. А то в Академии учились только в полевой форме, а там и подвижность другая, и вес не так чувствуется. Только с номером в таверне договорюсь.

– Эмилия! – крикнул Зерг, подняв руку. И, когда подавальщица возникла возле нашего столика, заявил: – Помоги нашему бойцу недорого номер оформить на неделю. Он премию получил, вчера в одиночку Гурга завалил. Уже не первого, кстати. Так что будет в таверне проживать настоящий герой.

А я, с аппетитом доев кашу с мясом, и закусив салатиком, подошел вместе с объемистой Эмилией к коридорному и отдал золотой за неделю проживания. Правда, без стоимости обедов. Но это и ладно: я ведь даже не знаю, сколько у меня будет гостей.

А после обеда отправился на новую тренировку, после которой помылся теплой водой, переоделся и отправился в Академию.

Глава 16 Сложности подготовки к балу

На воротах в Академии меня долго не хотели признавать. А затем долго листали журнал входящих распоряжений. Пока не нашли пункт о том, что меня следует пропускать как минимум раз в неделю для встречи с сестрой, а также в любое время для посещения библиотеки.

После чего меня с ворчанием пропустили внутрь. Поднявшись по лестнице, прошел знакомой дорогой к кабинету коменданта. И вошел в комнатку к адъютанту.

– Экскленц у себя? – спросил я. И не дожидаясь ответного кивка, вошел в главный кабинет.

– Здравия желаю, Экселенц! – поздоровался я. – Я с благодарностью за отправление меня на практику. И после возвращения я буду просить привнести пару улучшений в процесс обучения будущих бойцов. Но это потом. Пока я с еще одной просьбой. Но не от себя, а от Мэра нашего города. Видите ли, благодаря обучению в Академии под Вашим руководством, наш отряд сумел уничтожить сразу трех Адских Псов. И по поводу такого редкого события, Мэр хочет послезавтра провести Бал в ратуше. Где, как обычно, пройдет наказание невиновных и награждение непричастных. Приглашение на этот бал дали и мне. Но здесь приписка: явиться нужно с парой. А девушки у меня, само собой, в городе пока нет. Но зато есть сестра, Мишелин! Так что у меня большая просьба, от Мэра, которая сможет поднять авторитет Вашего учебного заведения на еще большую высоту: я прошу командировать курсантку Мишелин на бал в Ратушу.

Я смело положил на стол коменданта пергамент с приглашением для Зерга. Как я и надеялся, комендант увидел только заголовок и какую-то приписку мелким почерком. Но не стал вчитываться в текст пергамента: не царское это дело, буковки читать! Поэтому только кивнул по поводу моего предложения.

– Отправить-то можно. И даже на два дня. Во только… отправлять курсантку одну в город, да еще и на два дня, это противоречит уставу Академии. Так что, увы…

– Да, я тоже помню Устав. Но в нем же есть выход: можно отправить в город команду, с формулировкой «для выполнения специального задания». Но для этого требуется отправить как минимум двоих курсанток: например, к отрядному лекарю на обучение. И с ними кого-то из офицеров, чтобы присматривал за ними. Вот только не знаю, кто надежнее всех и лучше других знает своих подопечных, чтобы уберечь их от любых соблазнов? Я, по вашему распоряжению, беседовал недавно с сестрой. Она называла одну из подруг, с которой сошлась ближе всех. Кается, ее зовут Аэрта. А что касается офицера, то здесь выбор только за Вами.

В этот момент я, конечно, рисковал. Но выбор оказался слишком очевиден:

– Лучше других, своих курсантов знает, конечно же, дежурный офицер по корпусу. Да и занята она не слишком… Вот только согласится ли статс-майор Игрена оставить свой пост в библиотеке?

– Я, как ее настоящий поклонник (о чем знает вся Академия), сейчас же отправлюсь к ней, и постараюсь уговорить сопровождать воспитанниц. Думаю, я найду нужные аргументы, которые ее убедят. Не зря же я столько времени в библиотеке просидел?

– Ну ладно, напишу приказ. Завтра, после завтрака, встречай наш «сводный отряд» возле ворот. Ты же помнишь, что все еще находишься на практике? Так что иди уговаривай нашего статс-майора сопровождать свою курсантку на балу и убирайся из Академии до отбоя!

– Будет сделано, Экселенц! – заявил я, опять помещая приглашение за обшлаг формы и выскакивая из кабинета.

Теперь остается только уговорить Игрену блистать на городском мероприятии, сопровождая лейтенанта Зерга. Что касается Мишелин, то здесь я был практически уверен: достаточно произнести волшебные слова «бал» и «танцы», как она побежит туда, невзирая на расстояние.

Бегом промчавшись через площадь. ворвался в такой знакомый корпус. И поднялся в библиотеку. К моему удивлению, Игрена была здесь не одна: за столами для чтения сидело полдюжины курсантов, которые корпели над книгами. Похоже, это те, кому преподаватели назначили «переэкзаменовку» после двухнедельных каникул. Я подошел к столику библиотекаря и положил перед Игреной пергамент с приглашением.

– Курсант Гарр? – удивилась она. – Вас же, насколько я понимаю, уже отчислили из Академии и направили в отряд, в должности рядового бойца?

– Не совсем так, – заявил я. – Меня отправили на стажировку в отряд. И так получилось, что командиру нашего отряда и мне нужна твоя помощь. Как ты относишься в балу в Ратуше?

– Не поняла. При чем тут ты, командир какого-то отряда, бал в Ратуше и, тем более, я?

– Все взаимно связано. Получилось так, что отряд очень удачно выступил, сражаясь с монстрами. Ну, и мэр на радостях решил устроить праздник. И объявил бал. И на него пригласил нашего командира. И по агентурным данным, в ходе этого бала может повысит нашего командира в звании. Но поставил дополнительное условие: при нем должна быть симпатичная партнерша. А у него с этим облом: ни одна городская дама не рискует выйти с ним в свет. Завалиться в койку – пожалуйста, но вот выйти в свет – рискованно. Есть некие политические препятствия.

– И что ты предлагаешь?

– Как что, поддержать лейтенанта Зерга. И заодно поблистать на городском балу. У тебя же есть свободный выход в город?

– А твой в чем интерес?

– А я хочу вытащить на этот бал сестренку. Когда она еще на такое мероприятие попадет? Заодно оценит, насколько она изучила этикет, и не ленилась ли на занятиях, по изучении танцев!

– И ты решил все это совместить, используя своего лейтенанта?

– Ну да, это и еще кое-какие задачи порешать. Так как ты насчет того, чтобы сходить на бал?

– Никак.

– Почему?

– Ты что, все на мерки своего села меришь? Думаешь, городской бал это то же самое, что посиделки на сельской завалинке? И туда отправляются в той же одежде, что только что в огороде работали? Да ты понимаешь, что платье на такой бал хотя бы з месяц готовить нужно? И стоит оно немеряное количество денег, сомневаюсь, что моей зарплаты хватит!

– А если срочно заказать в мастерской?

– Да ты издеваешься или и правда не понимаешь? А сам-то в чем решил на бал заявиться? В военной форме, что ли? Хотя да, у военного и на такое ума хватит! Нет, это совершенно невозможно! И думать о таком забудь!

– А жаль. А я уже разрешение у коменданта выбил. На сводный отряд от нашей Академиии, «для выполнения специального задания». И заявил, что от этого зависит престиж Академии.

– Что еще за «отряд»?

– Две курсантки и Вы. Моя сестра Мишелин и ее подруга Аэрта. Но если нет, то…

– Говоришь, обсуждал с Коммендантом? И что сказал Экселенц?

– Что это очень важно для поднятия престижа Академии. И что он бы очень хотел…

– …чтобы наша команда не облажалась. Понятно. Ты сумел каким-то образом запудрить старикану мозги (точнее, то, что от них осталось), и он уверовал, что ты сумеешь выкрутиться из любой ситуации. Ну да, зря я давала тебе учебник по банковскому делу. Деньги какие-нибудь у тебя есть?

– Немного осталось от премии за Гурга.

– Все того же?

– Нет, премию за того я отнес в банк, и получил вот такой вексель. Это за последнего. А золотых осталось немного, после того, как оплатил комнату в таверне на неделю…

– А задание на сколько рассчитано?

– Вообще-то только на бал, но можно растянуть на пару суток. Есть небольшая лазейка.

– Ты знаешь, что такое банковский вексель?

– Конечно!

– Значит, помнишь, что им можно рассчитываться, почти как живыми деньгами! Причем сумма может оказаться намного больше, чем номинал этого документа. Не плачь: ты это затеял, тебе и рассчитываться с банком. Правда, рассчитываться таким образом получится только в компаниях, связанных с руководством банка и входящих в сеть, которой управляет мэрия и руководство банка. Но среди этих предприятий имеется и ателье. Правда, одно из самых лучших и дорогих в городе. У меня бы денег точно не хватило, чтобы делать, там заказ за свои деньги.

– Хорошо, когда мы выезжаем?

– Завтра, после завтрака. Я буду ждать на выходе. Возьму с собой лошадей на отрядной конюшне. И захвачу все деньги, что смогу найти.

– И постарайся не умирать в ближайшие полгода, чтобы успеть рассчитаться с банком. На свою сестру с ее подругой будешь делать заказ сам. И в другом атлье.

– Адрес подскажешь?

– Подскажу. Но это в центре, поэтому будет дорого.

– Согласен.

– Тогда до завтра, я пойду подготовлю твоих подруг. Но учти, успех отряда зависит от тебя и твоего приятеля-лейтенанта. За себя я отвечаю, а вот как сработает твоя задумка с сестренкой, не уверена. Но если кто-то из вас налажает, я ни за что не отвечаю!

И она указала мне на выход. Пришлось подчиниться, хотя положительного ответа я так и не получил.

Утром мы с Зергом крутились вместе с тремя запасными лошадьми на площадке перед входом в Академии. Наконец входная решетка, которую опускают на ночь, вздрогнула и поползла вверх, и в массивных воротах приоткрылась калитка. Из которой появились три женские фигурки. Одна из них с визгом кинулась с объятиями ко мне на шею. Две другие не спеша подошли к лошадкам.

– Все умеют ездить верхом? – спросил Зерг. – Тогда забирайтесь и поехали.

– А кто не умеет? – нахально спросила Аэрта.

– Тогда придется быстро научиться, – буркнул Зерг, недовольно посмотрев на меня. – Ногу ставишь в стремя и закидываешь вторую ногу на седло. Виктория, хмыкнув, постаралась следовать советам лейтенанта. И у нее почти получилось, но я успел поймать начинающую сползать с седла ее филейную часть и аккуратно (как мне показалось) поправить. Затем усадил на соседнего коня Мишелину. Игрена ловко заскочила на белую кобылу, а затем и я взобрался на Ветерка.

– Ну что, поедем не спеша? – спросил Зкрг. – Они дорогу хоть знают?

– Я отправляюсь отдельно, вам этот адрес без надобности, – отозвалась Игрена и подстегнула Белянку.

– Какая из них моя? – наклонился ко мне из седла Зерг.

– Статс-майор Игрена, та, что на Белянке. – Она говорила, что знает какое-то элитное ателье, где сможет заказать себе платье срочно и за мои деньги.

– Я же говорил: любят тряпки и обожают тратить на них чужие деньги! – вздохнул Зерг. – Все они одинаковые! Пойду ее догонять!

– Там какое-то особое ателье, как она сказала. С улицы не принимают!

– А она, получается, не с улицы? Я целый командир отряда! Меня тоже должны будут обслужить! – крикнул он и пришпорил своего коня. И направился следом за белой лошадью.

Я остался посреди площади с двумя подругами.

– Ну, и куда нам направляться? – задала резонный вопрос Мишелина. – Веди, это же ты у нас городской житель! Мы девушки простые, деревенские!

– Вы шутите? Да я сам в городе всего три дня. И видел только казарму да таверну, а еще городские ворота! Откуда мне знать, где здесь модные ателье, в которых вам до завтра смогут пошить платья? А платья точно обязательно? Может быть, формой обойдемся? Ну там, постирать, погладить и сойдет?

– Ты что, на посмешище нас решил выставить?

Они что, сговорились все, эти женщины? Но кой черт им дорогое платье? Да еще и на один раз! Лишь бы деньги на ерунду тратить! На них и обычная военная форма будет отлично смотреться! И в этом я был полностью согласен с нашим лейтенантом. Поэтому направился к единственному знакомому общедоступному месту в городе: к таверне «У рыжего коня». Единственное место, где мне могут подсказать адрес ближайшего места, в котором шьют платья к балу. Разумеется, сперва я сунулся к толстой подавальщице. Но ничего внятного она сообщить не смогла. Сомневаюсь, что такие заведения вообще хоть когда-то был ей известны, даже в далекой молодости.

Так что я вернулся на улицу и увидел, что Мишелин живо что-то обсуждает с группкой еще каких-то женщин. Те были в такой же мешковатой форме, в какой она приходила во мне на первое свидание. Кажется, это были ее недолгие подружки по цеху изготовления кружев.

Девчонки мило щебетали, но меня все равно заметили.

– О, Привет, Гарр! Девчонки рассказали мне о том ателье, который нам назвала Мымра. Прошу прощения, майор Игрена. Это очень дорогое заведение, наша фабрика поставляет туда дорогие кружева. И они сообщили мне, к кому там обращаться. Поехали!

Заведение (Модный салон? Швейная мастерская? Модельное агентство? Черт его знает, как это здесь называется) находилось недалеко от центральной площади. И мы долго стучали, пока нам соизволили открыть.

– Мадмуазель Шоме, – проворковала Мишелин, – Видите ли, мы к вам со срочным заказом. Мой брат получил приглашение на бал в ратуше. И мы с подругой хотели бы его сопровождать. Нам посоветовали вашу мастерскую, чтобы найти, где могут срочно сделать лучшеее платье для этого бала. Нам ведь правильно подсказали?

– Конечно. Но в настоящее время наша мастерская просто завалена заказами. И у нас высокие цены: не меньше золотого за каждый заказ. И мы не можем справиться с заказом быстрее,чем за неделю.

– Целый золотой? – возмутилась Мишелин. – Да я в деревне за целый золотой год могла бы прожить на всем готовом!

– Но в деревне Вам не сделают такое платье!

– Но нам нужно два платья на завтра!

– Ничем не могу помочь. Это невозможно.

– А сколько бы это стоило, если бы было возможно? – осторожно вступил в разговор я.

– Это невозможно в принципе, и увеличило бы стоимость минимум в два раза.

– Два золотых? – вскрикнула Мишелин. – Это грабеж!

– И сделать это платьенужно так, чтобы все восхитились не количеством кружев, а телом владелицы! – заявил я. – И чтобы эти платья отличались друг от друга, но были в одном стиле!

– Тогда три золотых! – твердо заявила мадмуазель (надеюсь, это звание начальницы мастерской или салона) Шоме.

– За каждое? – осторожно спросил я.

– Да, разумеется. Кстати, если хотите заказать и себе костюм, не слишком напоминающий мешок, который напялен на Вас, молодой человек, это вам обойдется еще в один золотой!

– Отлично, – стараясь не выдавать эмоций, и не слишком выдавать свое расстройство, полез я в мешочек, висящий у меня на поясе. И высыпая на столик практически всю свою заначку – шесть золотых кругляшков и два десятка серебрушек. Ну, такой здесь курс: один золотой стоит двадцать серебряных монет. И осталось у меня на оставшийся месяц чуть меньше золотого (в эквиваленте). А выживать осталось почти месяц. Хорошо, конечно что неделя проживания в гостинице у меня оплачена. А затем придется перебираться в казарму, на подножный корм. Или отправляться на охоту в каменоломни. Неизвестно, что опаснее для жизни: монстры или стряпня нашего кока!

Мишелин сочувственно проводила взглядом скрывшиеся в сумочке миледи монеты, и тяжело вздохнула. А затем потащила нас с Аэртой за руки во внутренний кабинет.

И девушки принялись раздеваться.

– А ты чего стоишь? – обратилась ко мне Аэрта. – Давай, снимай с себя все! Сейчас с нас будут мерки снимать! Время нельзя терять! У портних и так мало времени остается! Им и так всю ночь придется работать! Давай-давай! Нечего тут стесняться за такие деньги!

Так что через пару минут я оказался в компании двух абсолютно голых девушек, и заскочивших откуда-то в комнату полудюжины служительниц, чуть более одетых, вооруженных какими-то веревочками для измерения и восковыми табличками для записи результатов. Они чуть замялись, увидев меня в нижнем белье (рубахе и кальсонах), но тут Мишелин в Аэртой избавили меня от остатков одежды, и сотрудницы мастерской приступили к измерениям как меня, так и моих напарниц. Причем тех они обследовали более тщательно: не только протягивали веревочки, измеряя длину ног, размер талии, объем и высоту груди. Но и заставляли их принимать различные позы, протягивая в стороны руки и наклоняясь в различные стороны. И даже поднимать при этом ноги. И тщательно записывали результаты, как будто создавая 3D-модели их фигур. Наверное, это было бы эротично, если бы не насквозь деловая обстановка, которая это шоу сопровождала. Это как находиться в гардеробе стриптиз-клуба во время представления. Вроде бы то, что актрисы показывают в ходе выступления частями и мельком, здесь находится в пределах доступности. Но такого ощущения, как во время выступления, не возникает.

Так что через каких-то полчаса мы опять оделись и отправились в гостиницу. Где заказали обед, который обошелся нам на троих всего в одну серебрушку. Обед был подготовлен вкусно и сытно, в каше было больше мяса, чем обычно подавали в Академии. Да плюс имелись какие-то специи. В общем, обед прошел на отлично. А после этого я оставил девушек в номере, и отправился в казарму.

Зерг с Игреной уж были на месте.

– Ну, как все прошло? – спросил я у Зерга. – заказали платье?

– Заказали, – буркнул Зерг. – Кстати, можешь попрощаться со своим вкладом с банк. И заодно готовься к тому, что банк сдерет с тебя тройную сумму от той, что ты ему ссудил: на эту сумму она сторговалась на срочное изготовление своего наряда. Так что ты остался должен банку.

– Сколько? – переспросил я. – три десятка дюжин золотых за платье? Надеюсь, оно того стоит. Мы сторговались за каждый наряд в дюжину раз дешевле. Хотя Мишелин чуть в обморок не упала даже от нашей стоимости. Хорошо, хоть мне скидку сделали! Всего за один золотой. А новый костюм точно нужен?

– Как она мне заявила, обязательно. Иначе она со мной не пойдет! Так что пришлось и мне раскошелиться. Хотя да, мужской костюм стоит дешевле. Но мастерскую она выбрала одну из самых дорогих. Нужно было выбрать более дешевую. На кой демон покупать дорогой костюм на один раз? Ведь второго раза точно не будет?

– Когда будет получать следующее звание, придется покупать еще один костюм, – подтвердила Игрена. – Так принято на подобных приемах.

– Кстати, тебя ведь твои девчонки разорили до гола? Чем питаться собираешься оставшееся время?

– Да это неважно. Или перебьюсь в казарме, или еще раз схожу на охоту в каменоломню. Есть идея. Но это потом. Сперва этот прием нужно пережить.

– Да, лейтенант, обеспечь нам средство передвижения! И только попробуй отправится верхом и пропахнуть лошадиным потом! Я тебя убью прямо там, в ратуше! Не думай, что не сумею: женщин-военных специально этому обучают! А сейчас отправляемся в номера и отдыхаем перед завтрашним днем! Чтобы завтра все были готовы! Завтра у нас ответственное задание.

Глава 17 Я и бал

Итак, ночь мы с девушками провели в моем номере. Дело в том, что я получил «дворянский», или «офицерский» номер: из пары комнат. Одна для офицера, другая для его адъютанта, или камердинера. Вторая чуть поменьше, но в ней имеется своя койка и умывальник. Так что предполагалось, что мы с девушками будем спать в разных комнатах. И даже речи не шло о том, что мы окажемся втроем в одной койке.

Но ночевка оказалась именно такой, и выспаться толком, зажатым в тесноте между двумя горячими телами, мне так и не удалось. Тем более, что Аэрта с Мишелин подхватились еще до рассвета и заставили подняться и меня, носясь в полупрозрачных тонких ночнушках по комнате. А вскоре после завтрака девчушки в категорической форме потребовали везти их в мастерскую, хотя им накануне четко сказали: приходить после обеда. Тем более, что сам бал в ратуше был назначен на вечернее время. Ну, это понятно: мероприятие предназначалось для аристократии, которая в основном является ночными зверьками, и для которой день начинается задолго после полудня. Так что если платья и будут готовы сегодня, то зайти за ними придется намного позже.

Не выдержав постоянного напряжения, я выскочил в коридор. И услышал за одной из соседних дверей звуки скандала. А затем оттуда выскочил лейтенант Зерг. Тот прислонился к стене, вытирая пот со лба и что-то злобно пробормотал себе под нос.

Затем он заметил меня и на лице отразилось его ко мне отношение.

– Да, ну и штучку ты мне подсунул! – прошипел он. – Эта стерва уже все соки из меня выжала. А что будет дальше, даже не представляю! Правда, пока эта ее энергия была направлена на работников той мастерской, было даже забавно, как она заставила их там носиться. А вот когда она направляет эту энергию на меня, вот тут стало не до веселья.

– Ладно – резко перевел он тему. – пойду заказывать транспорт до ратуши. Хотя здесь и пешком-то пройтись можно. Но ей, видите ли, нужно держать весь путь под контролем. И верхом отказывается ехать: мол, запах лошадиного пота не совместим с атмосферой ратуши. В общем, отправимся после заката. А после обеда твои курсантки могут смотаться за своими нарядами.

– Я сам схожу. Заодно и свой костюм заберу. А ты пойдешь?

– Нет, она распорядилась, чтобы готовые изделия доставили сюда. И мой костюм в том числе. За такие деньги они обязаны и надевать этот костюм на меня!

– Да, похоже, что она отвела тебя в действительно серьезную мастерскую. Ну, а мы пошли в более дешевое заведение. Так что придется мне сходить за костюмами самостоятельно. Ладно, извини, если что. Я хотел, как лучше.

– Ну да, ведь в гражданской ситуации ты с ней не общался. Ты же в конце концов просто курсант, и общался с ней только в библиотеке. Да и то, только брал у нее книги, и обменивался парой слов. А вот долго с ней общаться – это какой-то кошмар. Как и с женщинами вообще. А еще она, кажется, умная. Во всяком случае, знает умные слова. Это не для обычного солдата.

– Так ты и не обычный солдат. Ты же офицер, демон тебя побери! Значит должен быть умнее тупой солдатни! Значит, и женщина тебе нужна не простая, как медная монета. А более сложная, с которой и посоветоваться можно, и просто поговорить. Знаешь, говорят, что муж в семье – это голова, а жена – шея. И голова всегда смотрит туда, куда поворачивает шея. Ладно, ты пока попытайся свыкнуться с этой мыслью, а я, пожалуй, пойду в мастерскую.

– А я отправлюсь за транспортом, чтобы все три дамы, да и мы с тобой, туда влезли. А потом добрались обратно до таверны. Давай, отправляйся. И успехов тебе, рядовой.

-–

Когда я вернулся с пакетами в гостиницу, в номере было что-то вроде «производственного собрания». В комнате присутствовали все три дамы. И Игрена «строила», или «дрессировала» курсанток. Под горячую руку и мне досталось. Ведь формально-то я тоже курсант Академии, хотя и с неопределенным статусом.

Речь сводилась к достаточно примитивным штампам: не напиваться, не обжираться пирожными до беспамятства, пытаться познакомиться с окружающими, но при этом настойчиво, но вежливо отклонять предложения «подняться в отдельную комнату», «посмотреть гравюры/портреты/гобелены», «пообщаться плотнее в непринужденной обстановке» и так далее. Касался выговор и меня: не вестись на подначки, не демонстрировать мастерство владения оружием: хотя бы потому, что большинство присутствующих владеет мечом не хуже, а то и лучше, меня. Да к тому же большинство встреченных там мужчин имеют более высокий титул и звание. К тому же мне, как одному из немногих там рядовых, просто нельзя принимать вызов на поединок. Хотя бы по существующим законам. Но нельзя и разрешать другим издеваться над собой, ибо это тоже неправильно: каждый из нас представляет Академию. Так вот и придется балансировать на этой грани. Это, между прочим, одна из граней этикета, который нам пытаются привить на занятиях в Академии.

В общем, держать себя в руках и внимательно присматриваться к высшему обществу. И понимать, что нужно искать свое место в этом обществе: не ниже плинтуса, но и не в верхней его части. То есть не теряться и не лебезить, но и не лезть на рожон. И ни в коем случае не хамить, но и не вестись на сладкие посулы, какими бы привлекательными они не казались:

Это касается в основном девушек. Но и мне стоит быть настороже, ведь в силовых раскладах города наш отряд становится значительной силой, и некоторые персонажи попытаются использовать меня для достижения политических (то есть напрочь непонятных обычным людям) целей.

На этой непонятной ноте она вышла из номера, оставив нас с девчонками разбирать костюмы. Девчонки тут же смотались к дежурной по коридору в поисках утюга, чтобы поставить его на угли. А затем разрезали пакеты и развесили яркие платья в комнате. На мой взгляд, получилось неплохо: куча каких-то кружев, блестяшек, оборочек, веревочек, застежек и еще каких-то финтифлюшек.

Мой костюм был скромнее: темно-серый, чем-то похожий на военную форму, с какими-то аксельбантами и висюльками. Сперва мой костюм вывесили в дверном проеме, чтоб отвиселся. Затем застелили чем-то обеденный стол. Потом приволокли жутко дымящуюся конструкцию: видимо, предшественник обычного утюга. Который установили на что-то вроде мини-печи, нагревающуюся загружаемым внутрь углем. И тщательно прогладили все складочки, наведя стрелку на штанинах и рукавах. Кстати, стрелки девушки навели по моему требованию: сами же они пытались загладить штаны «трубой», без единой складки.

Закончив с моим костюмом, принялись (уж более осторожно и аккуратно) за свои платья. Насколько я понял, отличались они в основном цветом и небольшими деталями. Но в целом крой был совершенно стандартный, для этого времени: жесткий корсет сверху, с небольшим декольте, из которого торчали верхушки жестко зажатых молочных желез. Выступающих наружу чуть ли не до сосков и открывая обзору едва ли не половину ареол.

Ноги же были закрыты полностью, открывая взгляду только носки туфелек, да и то в случае широкого шага. Какого черта нужно было так много измерений при примерке, и для чего они чуть ли не полчаса вертелись голышом, было совершенно непонятно.

Платье для Мишелин было оранжевого цвета, а Аэрте досталось синее. Вот и все, в основном, отличия. Но девчонки что-то там долго высматривали (кажется, сравнивали даже швы на подкладке), делились какими-то найденными подробностями, которые были видны только им самим. На мой взгляд, платья отличались только цветом. А еще к платьям прилагались веера, в цвет платьям. Похоже, в этих простых конструкциях девчонки тоже нашли какой-то смысл. Что-то они означали в местных «понятиях».

Но, наконец, они удовлетворились качеством пошива и начали одеваться и окончательно приводить себя в порядок. Теперь уже время пошло быстрее, и когда в дверь номера постучали, мы уже были «почти» готовы. Хотя известно, что доведение этого «почти» до полной готовности может занять сколько угодно времени: точнее, это занимает все время, которое может быть отпущено на эту подготовку, хоть сутки.

В этот момент в комнату вдвинулся настоящий военный. Я с оторопью узнал в нем нашего лейтенанта. Да, он и так-то неплохо смотрелся, но в этот момент я оценил (не умом, а интуитивно) разницу между классом наших с ним костюмов. Это была не «имитация военной формы», каковой был мой костюм, а действительно парадно-выходной костюм военного. Девчонки на какую-то минуту даже перестали поправлять свои платья и наводить на себя последний, окончательный блеск.

– Готовы? – окинул он нашу компанию взглядом. – Пора выходить. Транспорт подан! Даже если не готовы, все равно выходим!

Мы выдвинулись в коридор и спустились по лестнице к выходу, под оценивающими взглядами прислуги и посетителей. Смотрели в основном на Зерга, за ним двигалась непонятная фигура. Игрена была укутана в темный плащ. А за яркими девушками, последним, спускался я. Карета, нам поданная, была обычной, хотя и ярко украшенной. Ведь мы отправляемся в Ратушу! По дороге Зерг сохранял кислую физиономию: понятно, он негодовал на огромные расходы на найм и стоянку такого дорогого транспорта, хотя сам бы он предпочел добираться верхом, а то и пешком. Перед ратушей было сплошное столпотворение: кажется, все городское чиновничество уже собралось, и места на стоянке были заняты. Но это уже проблема извозчика: найти «парковочное место». Наша компания высадилась перед центральным входом, и поднялась по ступенькам. Зерг отдал пергамент с приглашением на бал роскошно разодетому распорядителю, и представил нас, как «сопровождающих».

Тот громогласно объявил нас, и мы оказались в зале, заполненном мужчинами и женщинами, одетыми в гражданские костюмы и роскошные платья. На костюмах у каждого чиновника блестели рядами разноцветные ордена, испускающие разноцветные лучики многочисленными разноцветными драгоценными камушками. Так что наши с Зергом костюмы смотрелись совершенно невзрачно. Во всяком случае, мой: его китель и брюки отличались хотя бы более высоким классом материала. Да и пара медалей на его сюртуке тоже сверкала. Платья моих подруг выделялись хотя бы ярким цветом, хотя блекли отсутствием драгоценностей, по сравнению с большинством присутствующих дам. А вот платье Игрен, на мой взгляд, сильно выделялось на этом фоне. Оно было совершенно другого кроя, с большим декольте, прикрытым роскошными кружевами, возбуждающим фантазию, и частично открывающим простор для рассматривания и дофантазирования невидимого. А еще на довольно узкой юбке (по местным меркам любая юбка, закрывающая площадь меньше торговой палатки, считается «узкой»), в верхней части даже облегающей бедра и активно отзывавшейся на каждое их движение, имелся разрез, практически от талии и до пола. Через который время от времени (при каждом шаге)становилась видна длинная и стройная нога в блестящей туфельке. И, разумеется, взгляды всех присутствующих мужчин прикипели к ее юбке. Точнее, к обнаженной ноге. А учитывая, что в этом мире еще не придумали короткого нижнего белья (даже не стрингов, а хотя бы рейтузов), то становилось понятно, что нижнего белья на даме нет совершенно. Что тут же порождало самые буйные фантазии, и наполняло мужские рты слюной. Правда, все соблюдали этикет: на паркет из пастей ничего не капало. А когда эти же мысли дошли и до дам, сопровождающих чиновников, их физиономии даже перекосило, и они направили эмоции на своих партнеров.

Но стоило поднять взгляд чуть выше пояса, но ниже декольте, как в глаза бросалась полоска наградных висюлек. Да, наш статс-майор не всю карьеру просиживала задницу в библиотеке! А я и не знал.

Но прибыли мы, как выяснилось, как раз вовремя. Торжественная часть началась через каких-то четверть часа. В зал вкатился невысокий плотный мужчина в сопровождении высокой молодой девушки в шикарном платье, украшенном драгоценностями. К тому же блестяшки были у нее в ушах и на шее. В общем, упакована девочка была солидно. Но вот прелестное личико абсолютно не было обезображено признаками интеллекта. Так что это, на мой взгляд, была идеальная секс-кукла для стареющего ловеласа. И где он ее только отыскал, интересно?

Коротышка взобрался на что-то типа трибуны и толкнул пафосную речь по поводу того, что произошло знаковое событие и отныне наши бойцы стали значительно сильнее, и получили новые умения, которые помогут еще надежнее охранять покой граждан города… И так далее, растянув эту бредятину чуть ли не на час. А затем начал прославлять наши славные войска, которые дали отпор тварям, которые угрожают жителям, и что скоро наши разведчики смогут полностью уничтожить угрозу, с давних пор нависающую над каждым…

А затем вызвал из толпы Зерга. Тот вышел перед толпой чиновников. Но взгляды всех присутствующих мужчин и даже женщин были устремлены не на лейтенанта, а на его спутницу. Та моментально перехватила инициативу, и буквально воспела мудрое руководство нынешней администрации, при котором так расцвел отряд, которым руководит лейтенант (всего лишь, к сожалению) Зерг. И повернула разговор таким образом, что требуется еще больше уделять внимания отряду разведки и охраны (не упоминая, что раньше отряд жил буквально на «самообеспечении», не получая от города вообще никакой помощи). И что начать такой «аттракцион невиданной щедрости» стоит с оказания внимания самому командиру этого отряда.

Так что мэру буквально ничего не оставалось, кроме как обратиться в такому великому, но скромному герою. И своей властью повысить его в звании до капитана и вручить какую-то очередную висюльку. Судя по реакции окружающих, какую-то престижную награду городского уровня. И даже пообещал частично (что бы это значило, интересно?) финансировать наш отряд.

После этого он обратил внимание на двух моих девчонок, которые чуть не подпрыгивали на месте от избытка эмоций, глядя на лейтенанта (точнее, уже капитана) Зерга. Хотя большая часть успеха, насколько я понял, принадлежала его спутнице.

– Скажите, капитан, тот самый рядовой, который стоит вон там, в сопровождении двух спутниц, это тот самый, который добыл уже второго Гурга, даже не закончив Академию? Позовите его сюда. Я хочу посмотреть на него поближе.

По знаку Зерга я двинулся к трибуне. А девчушки увязались со мной. Мэр города, полюбовавшись на мое ошарашенное лицо, протянул руку. Которую я и пожал. На этом моя миссия практически закончилась. Разве что мэр еще раз удивил меня, вручив какой-то кругляшок на подвеске. А о приключении в каменоломне начали наперебой рассказывать мои подруги. Добавляя такие подробности, о которых я, как непосредственный участник, даже не подозревал.

В общем, из этого рассказа я представал кем-то вроде неуязвимого героя, который просто на завтрак ест по монстру. А затем разговор свернул на новоявленного капитана и его спутницу. Здесь источником сведений о Зерге выступал только я. Но я был значительно менее красноречив, чем Игрен. Просто сказал, что он сильный воин, хороший командир и грамотный организатор. Но, как выяснилось, мэра интересовала еще и спутница новоявленного капитана. Тут инициативу опять перехватили мои партнерши. Которые доложили, что она – офицер из Академии, которая курирует женский курс. И что она до крайности честна и постоянно следует букве устава. И постоянно придирается к своим подопечным. Но как на преподавателя на нее сложно пожаловаться.

А затем надо мной склонилась спутница мэра, и я забыл дышать, пока она цепляла к моему мундиру желтую блестяшку, чуть не упираясь в меня грудями, просвечивающими через платье.

По поводу этой девушки на меня потом насели Мишелин с Аэртой, стараясь выяснить, понравилась ли она мне и что именно мне в ней понравилось больше всего… и восхищались ее идеальной, без единой морщинки, кожей. И великолепным запахом ее парфюмерии. Хотя я на самом деле завидовал ее партнеру, который может каждую ночь тискать упругие и выдающиеся части ее анатомии.

Но длилась наша беседа с главой города недолго. Он скоро переключился на другие, более важные для него, Городские дела. Награды получили еще несколько чиновников (судя по качеству блестяшек, значительно более ценных, чем врученные и мне, и Зергу). С несколькими чиновниками он просто побеседовал, и вручил какие-то бумажки. Судя по сияющим лицам награжденных, это было что-то ценное для них. Но я, не дожидаясь окончания церемонии, увлек подруг в соседний зал. По краям которого стояли столики с небольшими бутербродами и пирожными. А официанты в шикарных костюмах (не хуже, чем у меня) разносили стеклянные (!) бокалы с вином. И это в дополнение к кувшинам с пивом, стоящим на угловых столиках, в комплекте с глиняными стаканчиками. К которым уже присосался новоназначенный капитан Зерг. Мои девчонки сразу же набросились на пирожные. Так что пришлось им намекнуть, что платье может не выдержать и треснуть еще до окончания вечера. Сам же я взял с подноса бокал и отпивал на ходу, закусывая крохотными бутербродиками. И краем глаза следил за своими подопечными. Так что, как только возле парочки образовались несколько молодых людей, лет 18-20, я подскочил к компании и перехватил Мишелин а Аэртой, которые собирались куда-то отправится с этими юнцами. Пришлось объяснить молодым людям, что дамы под моей ответственностью, и если нужно куда-то идти, то придется сперва поговорить со мной.

При этом я демонстративно передвинул меч рукояткой ближе к пряжке. Правда, меч был не мой, тяжелый и рабочий, а какой-то почти игрушечный, «церемониальный». Но смотрелся в этой ситуации он вполне адекватно и грозно. Вкупе с моей репутацией «победителя Гурга». Так что молодые люди извинились и ушли. А я сделал еще одно внушение своим спутницам.

Затем заиграл оркестрик, стоящий на балкончике и слуги освободили средину зала, подготовив его к танцам. Вот тут мои дамы пошли нарасхват. К ним то и дело подходили молодые и не очень люди, приглашая то одну, то другую, то обеих сразу. Я же пока не рисковал пригласить ни одну из дам: и танцую я не слишком ловко, и смелости не хватало связываться с родственницей кого-нибудь из городских чиновников (а других здесь и не было). Конечно, можно было себя убедить, что это всего лишь танец, но по местным меркам пригласить даму на танец на официальном приеме – это само по себе что-то да значит. Тем более, если дама имеет знатных родственников, а я… ну, строго говоря, на правах непривязанной дворовой собаки. Даже не «со свиным рылом в калашный ряд». А что-то вроде истории «Леди и Бродяга»: роман породистой домашней болонки и дворового пса.

И в этот момент я посмотрел на толпу в дальнем углу. Там целая толпа мужчин всех возрастов сгрудилась вокруг одной женщины: и женщиной этой были Игрена. Вот она выбрала одного из них и вышла с ним в танце на средину зала. Да, это не современные танцы, в которых можно «случайно» опустить руку ниже талии партнерши или неосторожно прижать ее к себе грудью. Но в поведении и движениях этой парочки более чем явственно просматривался сексуальный подтекст. Осмотрев зал, я увидел возле стенки Зерга. Тот в наглую заливался на официальном приеме дармовым официальным пивом. И уже достаточно сильно накачался. Так что по большей части подпирал плечом стенку, чтобы не качаться. И вряд ли следил за обстановкой вокруг. Так что Игрене представлялось полное право отправиться в свободную комнату с любым из окружающих ее кавалеров. Но она вернулась после танца на место и отправилась танцевать со следующим желающим. А я еще раз удивился, что она до сих пор не сделала головокружительную карьеру среди чиновников.

Чертыхнувшись про себя, отпустил своих подруг в свободное плавание и двинулся в другой угол комнаты, к стайке свободно крутящихся возле столика с угощениями девушек. Протянул руку первой попавшейся. И та, к моему удивлению, протянула в ответ руку и согласно кивнула. В этот момент оркестрик затянул что-то медленное и заунывное, вроде нашей классической музыки. Так что я что-то шепнул ей на ухо, притянув к себе (возможно, слишком энергично) и слегка прижав. Но она не выразила по этому поводу неудовольствия. Кажется, ей даже понравилось такое свободное обращение. Видимо, склонность мазохизму и жесткому сексу – изобретение не нашего века. Но я, к обоюдному, надеюсь, сожалению, отвел партнершу на то же место, и едва успел перехватить Аэрту, уже собравшуюся куда-то улизнуть с крепким молодым франтом. Судя по сверкающим глазкам девчушки, она уже нацелилась на все то, на что парень только собирался ее убалтывать. Но пришлось выступить в роли кайфоломщика, или птицы – обломинго. А парню посоветовал не вмешиваться в дела между Мэрией и Академией. Убедительный тон и новенькая медаль на груди внезапно подействовали. Так что я увел от кавалера слегка расстроенную Аэрту. А вскоре, к моему облегчению, прием закончился.

Меня немного удивило, когда ко мне подошла Игрена, и попросила помочь с ее партнером. Оказалось, что новоиспеченный капитан так налакался бесплатного и доступного пива, что с трудом держался на ногах. Пришлось подозвать пару официантов, которые помогли вывести военного наружу и запихнуть в карету. Сидеть на скамейке он не мог, но лежа, на полу вполне поместился.

В гостинице пришлось позвать пару дюжих служащих, которые подняли Зерга на второй этаж, занесли в номер и уронили на койку. А затем Игрена попросила меня помочь стащить с военного обувь и костюм. Я помог стащить с командира ботинки и штаны.

– Да, – вздохнула Игрена. – Тоскливое зрелище. Честно говоря, тяжелый случай, но не безнадежный. Хороший экземпляр, но до предела запущенный. Его еще можно привести в норму, но придется сильно стараться. Кажется, я ему не понравилась. Да и он мне, честно говоря, понравился не слишком. Да, мы могла бы найти общие точки соприкосновения, но, увы, вряд ли мы еще хотя бы раз встретимся. А насчет занятий любовью, на которые я, честно говоря, рассчитывала, то в таком состоянии он вряд ли на что-то годится. Разве что дождаться утреннего стояка, но утром его будет мучить жуткое похмелье, так что тоже вряд ли что-то получится. Ладно, отправляйся к своим девчонкам. Вот кто должен быть счастлив. Они не пропускали ни одного танца, а если бы не твоя строгость, то их точно бы пришлось вытаскивать из-под какого-нибудь местного ловеласа. Особенно Аэрту, которая после своего приключения не утратила страсти к противоположному полу, зато приобрела огромный опыт в этом деле. Не удивлюсь, если она и сама сегодня займется с тобой техникой любви да и подружку с собой увлечет. Не думай, что я не заметила, что вы ночевали втроем на одной койке. Ой, да не нужно делать вид! Это я притворялась, что слепая и не разбираюсь в психологии подчиненных девушек. Да они все поведены в этом возрасте на парнях! Представляю, как они расстраивались, когда ты отшивал их кавалеров (и правильно делал, из лучших побуждений, разумеется!) Даже меня такое количество потенциальных партнеров жутко возбуждало.

– Ну, я как раз подумал, что с таким количеством потенциальных поклонников ты могла бы сделать неплохую партию среди важных чиновников. Они все там готовы были хоть сейчас на тебя вскарабкаться!

– Да, улечься под любого богатого старпера можно было прямо там. Но у каждого из них есть семья, жена и родственники. Которые будут против резкого изменения его образа жизни и в результате, выступят против меня. Да и сами эти ловеласы наутро начнут думать о своем статусе и так далее, и не захотят его терять. А оставаться на должности запасной любовницы и даже «тайной жены» мне не хочется. В этом случае идеально подошел бы этот бугай – кивнула она в сторону храпящего на койке Зерга. Но, как видишь, не судьба. Ладно вали в свой номер, до завтра. И утешай своих подружек. И не обращая особого внимания, что одна из них твоя сестра. Мэр города говорил с тобой, как с одним из их компании, так что ты почти аристократ. А у них немного другая мораль. Вон, члены императорской династии рожают детей исключительно от своих братьев: родных или двоюродных. Но мы обучаем все-таки колдуний, так что о беременности не переживай. Мы учим от этого избавляться.

Глава 18 Новый статус

Увы, когда я пришел в номер, подружки уж спали. Причем вдвоем, в моей кровати, голые и обнявшись. Видимо, устали и напробовались вина, которое бесплатно разносили официанты. Полюбовавшись на картинку, укрыл их одеялом и отправился спать в соседнюю комнату.

Утром меня разбудили симпатичные белые привидения, бегающие в ночнушках по номеру.

– Спасибо, это было здорово, вряд ли мне еще хоть раз удастся столько потанцевать на официальном балу и попробовать столько вкуснятины задаром. Все-таки хорошо быть аристократом, – склонилось надо мной привидение, то есть белое пятно, говорящее голосом Мишелин. Я попытался сфокусировать на нем зрение, но мне не очень это удалось. Все перед глазами расплывалось. Видимо, последствия вчерашнего «фуршета», которые еще не выветрились. Странно, вроде и не пил почти, все время за этими стервочками следил. Почему же в глазах рябит, и в голове все кружится?

– Не приставай к человеку, – перебил Мишелин еще один женский голос. – Видишь ж, он не в себе. Выпей вот это!

И передо мной появился глиняный кувшин с какой-то жидкостью.

– Похоже, он выпил из того бокала, который нам предлагал тот смешной толстяк, что все о чем-то наедине поговорить рвался. Видимо, это было какое-то зелье. Только удар принял на себя Гарр. И если бы ты не отставила тот бокал, а он его не перехватил, то это ты бы вот так глазами моргала, когда пыталась выяснить, куда делось твое платье и как ты оказалась на кушетке в этой комнате. Помнишь, на уроках противоядие от этого средства было одним из первых зелий, которые мы составляли из обычных продуктов?

Я ухватил кувшин и сделал несколько глотков. В голове все чуть прояснилось и привидения обрели контуры знакомых девчушек.

– Спасибо, девушки! А я-то думал, что это у меня со зрением происходит. А это, оказывается, кто-то из Ваших поклонников постарался, плюс моя привычка допивать все, что осталось в бокалах. Ну ладно, буду знать. Что дальше делать будем?

– Собираться обратно в Академию. А жаль, мне здесь понравилось! Правда, гобелены я так и не посмотрела, которые мне так настойчиво расхваливали! – рассмеялась Аэрта. – Ну да ладно, можем еще успеть этим и здесь заняться. Покажешь мне свой гобелен?

И она потянула завязку на моих кальсонах, развязывая узел. А затем уселась мне на ноги и стянула через голову ночнушку.

– А я тебе покажу свой. Нравится? Его и потрогать можно, если хочешь. Только не мни очень уж сильно. Ой, а что это у тебя тут торчит? Только не говори, что просто писять захотелось! Давай, пока он не замерз, я его погрею. Вот так, например. Вот теперь все удовольствия от бала получены, и можно расслабиться.

А вот я полного удовольствия не получил. Ведь как только процесс начался, как в дверь постучал и голос коридорного сообщил, что дама из соседнего номера просила поторопить нас, так как нам скоро выезжать. Я тут же утратил настроение, и Аэрта разочарованно слезла с меня и начала переодеваться в курсантскую форму. А затем и складывать бальное платье. Мишелин последовала ее примеру. Пришлось и мне подниматься и складывать костюм, который послужил только один раз. Было ужасно жаль так бездарно потраченных денег. За них чуть ли не месяц жить можно было!

А если учесть какой у меня образовался долг по банковскому векселю…, то это только за несколько лет службы погасить можно будет! И это если не есть не пить и не снимать комнат в гостинице! Разве что Имспер снова устроит охоту в каменоломнях, и удастся свалить еще несколько монстров. Но это вряд ли.

Наконец, все вещи были сложены, и я вышел в корридор, чтобы постучать в соседнюю дверь. Она тут же отворилась, оттуда выскочил Зерг и захлопнул за спиной дверь.

– Ну что, пошли, приведем лошадей для дам? – не то предложил, не то приказал он.

И мы двинулись пешком, под моросящим дождиком, в казарму, совмещенную с конюшней.

Как оказалось, лошади для нас с Зергом и три запасные были уже оседланы. И мы вернулись в гостиницу. Где нас уже ждали наши «подопечные». Опять помогли Мишелин с Аэртой забраться в седла, предварительно подвязав к седлам пакеты с парадной одеждой. Когда я забрался в седло, Игрена подъехала ближе и отдала мне банковский вексель: видимо, подразумевалось, что я его вынужден буду погасить самостоятельно. И мы отправились по узким улочкам через весь город, к воротам Академии. Где наши девушки спешились и прошли внутрь через ворота. Вот и весь праздник.

А мы с Имспером отправились обратно в расположение части, ведя на поводу лошадок.

Вот здесь меня поджидала неожиданность: Зерг объявил о том, что его приказом мэра произвели в капитаны, и позвал нас с Имспером, к себе в отдельную комнату. И объявил, что хочет назначить меня заместителем командира дюжины Имспера. Я опять попытался возражать, но был пресечен командирским приказным тоном. Как и сомнения Имспера в моей недостаточной опытности. Зерг напомнил, что меня лично отметил мэр города и даже чем-то там наградил, так что я вплотную приблизился к дворянскому званию. И заодно потребовал, чтобы со мной проводили дополнительные занятия по владению мечом (да, вот и минусы руководящей должности!). А затем отослал отрабатывать новые навыки на тренировочной площадке. Мне отныне предписывалось не только самому улучшать навык владения мечом, но и обучать остальных рядовых бойцов приемам копейного боя. Чтобы в случае чего держать тварей на расстоянии. Учебные копья находились в кладовке, так что потребовалось переговорить с Бронксом. И разговор быстро свернул на тему прошедшего бала. И на партнершу Зерга, слухи о которой, оказывается, широко распространились среди присутствовавших знакомых. Так что мне пришлось еще раз подробно рассказать, откуда я ее знаю и что она делает в Академии.

– Чувствую, что ты рассказал мне разве что четверть от того, что сам о ней знаешь, – заключил Бронкс. – И судя по тому, что рассказывали о ее поведении в Ратуше другие, она не совсем такая, как ты здесь описываешь. Судя по всему, горячая штучка. А ты тут рисуешь засушенную престарелую заучку. Или ты что-то скрываешь, или совершенно не разбираешься в людях. Но если бы ты в людях не разбирался, я бы категорически возражал против твоего нового назначения. Ведь при этом тебе придется работать с рядовыми бойцами. И, поверь, нашел бы слова, чтобы отговорить Зерга. Значит, остается только один вариант: ты очень многого не говоришь, из того, что понял сам и тебе рассказывала сестра. Значит, тебе есть что скрывать. И это хорошо для подобной работы: ты не трепач.

Ну ладно, захочешь – расскажешь. А пока забирай эти деревяшки и марш на тренировочную площадку.

Построил своих новых подчиненных, а еще вчера – равноправных товарищей. К моему удивлению, они приняли мое новое назначение совершенно нормально, как будто для них это было самом собой разумеющимся. Видимо, остатки высшего образования все же начали прорываться наружу, даже несмотря на разницу в воспитании и условиях жизни. А может быть, на них воздействовала магия моего обучения в Академии.

Так что я попытался показать ребятам пару уроков обращения с копьем. С учебными палками это смотрелось немного смешно, но они еще помнили мою драку с командиром наемников, и воспринимали такое оружие всерьез. Хотя пытались покрутить свои учебные копья, чуть не задевая соседей. Так что оставив ребят развлекаться и привыкать к весу и размерам оружия, отправился на фехтовальную площадку и прихватил по пути тренировочный меч.

Я уже начал привыкать к местной традиции проводить тренировки с боевым оружием. Так что пришлось налечь на защиту. Так как на толстую фуфайку против острого меча надежды мало. Пришлось тренировать технику парирования и защиты с уклонениями. Хотя уворачиваться и изгибаться в толстой фуфайке не так уж просто. Так что после первого дня занятий моя защитная фуфайка оказалась в разрезах и дырках. Пришлось опять отправляться к Бронксу, чтобы подыскать новую бригантину (кажется, в нашем средневековье так называлось похожее снаряжение). Новая одежка оказалась даже прочнее, и легче: от Мэрии накануне поступила «матпомощь». Кажется, мэр решил все же начать выполнять свои обещания о дополнительном финансировании отряда. Кстати, появились и наручи из металла, которые способны (в принципе) слегка защитить предплечья от возможных укусов. Хотя они при тренировке и в сражении играют роль утяжелителей.

На завтра опять назначили тренировки с самого утра. А потом я подошел к Имсперу с идеей устроить охоту на монстров в каменоломне. На что мне было объяснено, что я предлагаю полную чушь. Во-первых, количество тварей в подземельях неизвестно, но очевидно, что их там очень много. Во-вторых, они там обустроились давно и прочно, так что могли насоздавать ловушек. И, наконец, ни один человек, который с тех пор входил в подземелья, не вернулся. А только твари иногда выбрасывают (и дают возможность забрать) одежду и доспехи этих героев. Причем одежда (вплоть до нижнего белья) оказалась вывернута наизнанку. На некоторых элементах одежды имелась кровь, остальные были чистыми (относительно, кроме подштанников, которые часто оказались испачканными и сзади, и спереди).

Но если очень хочется, могу попробовать попытать удачи в одиночку или вместе с кем-нибудь из отряда, если найдется сумасшедший, который на такое согласится. А остальной отряд будет нас просто сопровождать до границы каменоломни. Просто на всякий случай. Завтра, например. На том и порешили. И я честно отправился в таверну, доживать оплаченные дни. Да и оставаться в казарме – значит, всю ночь отвечать на вопросы о том, что именно происходило на балу в Мэрии.

Кстати, выяснил, кого я случайно пригласил на танец и так нагло обжимал на глазах у всего «цвета» города. И слегка струхнул, когда выяснил, с кем бы мне пришлось встретится, если бы общение зашло чуть дальше. По поводу чего моя потенциальная партнерша, кажется, ничуть не возражала.

Так что переночевал в пустой комнате, промучившись бессонницей полночи. И с утром отправился в казарму. Возле тренировочной площадки меня уже ждал пожилой Снерж.

– Привет, командир, – поздоровался он. – я слышал, ты предлагал начать небольшую охоту на монстров. Как я понял, ты рассчитываешь слегка поправить свои финансы, которые пошатнулись после оплаты бального платья своей «малознакомой библиотекарше». Вполне согласен, что это хороший повод поохотится на монстров, рискнув своей жизнью.

– Да, согласен. Ты же не собираешься меня отговаривать?

– Наоборот. Если тебе нужен напарник, то я готов помочь. У меня три дочки, а премия за убитого монстра была бы очень кстати. А добыть тушку вполне возможно, как мы с тобой это доказали буквально на днях. Так что, если мы будем действовать по уже отработанному методу, то все вполне возможно. Выманивать тварей по одной, а потом нападать с двух сторон, атакуя в уязвимые места: горло, пасть, глаза или уши. И взять не легкое и маневренное оружие, а что-то тяжелое и мощное.

– Я возьму копье и тяжелый меч. Если ты мне поможешь, у меня будет время размахнуться и прицелится, пока ты будешь зверя отвлекать. Хотя в прошлый раз именно ты нанес решающий удар. Возьми тоже что-то большое и тяжелое.

– Остановлюсь на боевом топоре. Я когда-то неплохо с ним обращался. И отвлечь тварь получится, и защитится будет чем. Пойду, вспомню, как с ним обращаться и опять привыкну к весу этой громадины. Лет десять не пользовался! Если не будет подмоги, то вещь достаточно бесполезная. Но если в таком формате попробовать… то можно неплохо заработать. А риск… можно по улице города идти, а с крыши черепица свалится. Так что вообще без риска прожить не удастся.

На этой радостной ноте мы с ним отправились на тренировочную площадку. Куда следом подтянулся и весь отряд. И дружно начал махать тяжелым, непривычным железом. А затем мы со Снержем начали отрабатывать парные действия, распределяя обязанности. Понятно, что полностью отработать все возможные варианты за один-единственный день невозможно. Но кое-какие результаты появились. Так что на завтра договорились отправиться «на шабашку». Это почему-то вызвало здоровый смех среди бойцов. Потом мне объяснили, по-дружески, что это первый случай, когда люди охотятся на тварей, а не наоборот. И что остальные бойцы ни за что не пропустят такой случай и отправятся следом: и поприсутствовать при таком «историческом событии», и просто посмотреть, что из этого получится.

Так что на завтра назначили большой поход. И Бронкс, сияя, предложил каждому выбрать себе новое оружие из того, что прислали на склад городские власти. И в обязательном порядке вооружиться копьями. А «оружейка» начала напоминать настоящий склад оружия, а не свалку случайных вещей: деталей оружия и одежды.

Аккуратно сложив свои вещи казарме, отправился в таверну, чтобы переночевать там последнюю оплаченную ночь и собрать забытые вещи. Одинокая и обезличенная комната навевала самые грустные мысли. Так что я начал вспоминать свою беззаботную сельскую жизнь, и нападение тварей, которые убили всю мою семью. Ладно, почти всю. Но зато это ознаменовало резкий поворот в моей нынешней жизни. А теперь у меня появляется шанс «нанести ответный удар» и проредить «живую» силу тварей. Так что проснулся до рассвета и отправился в казарму. Не торопясь собрался, вызывая бурчание спящих одноотрядников. А затем вышел во двор и еще раз придирчиво проверил Черныша и приторочил к седлу дополнительное оружие: тяжелое «рыцарское» копье и тяжелый меч с плоским, широким лезвием. К подъему в конюшню начали подтягиваться и остальные члены отряда и принялись с шуточками седлать своих коней. Вот только ощущалась не весёлая атмосфера, а чувство какой-то натужности: ну, понятно, что за показными весельем и бесшабашностью бойцы пытались скрыть неуверенность в сегодняшней авантюре: мы ведь собирались, ни много, ни мало, атаковать поселение тварей, не зная ни количества противников, ни его уровня готовности. Да и вообще впервые дать не отпор нападениям тварей после их атаки, а напасть первыми. И чем этот рейд закончится, и не вызовет ли ответного нападения на город, было неизвестно. Ведь вообще все, что касалось тактики и психологии противника, было неизвестно. Если даже в психологии людей многое остается загадкой, то что говорить о существах, настолько отличающихся не только от людей, но и от обычных хищников? Не было даже точно известно, откуда и каким образом они появляются, и по каким критериям выбирают объект атаки! И даже куда деваются трупы убитых: часто их не находили на месте нападения.

Но затем в конюшне появились оба командира. Зерг решил остаться в городе. А наша половина отряд, под предводительством Имспера, вскочила в седло и отправилась к воротам. Разделились мы, только выехав из города, за воротами: мы со Снержем двинулись рысью по старой дороге, а основной отряд двинулся следом шагом. Так что мы вырвались примерно на полмили вперед. И двинулись по заброшенной дороге.

Как вдруг впереди появился бегущий со всех ног парнишка. Но если до того, как увидел нас, парнишка двигался экономным темпом, рассчитанным на длинную, «стайерскую» дистанцию, то заметив двух вооруженных всадников, бросился к нам со всех ног, размахивая руками.

– Это сынок одного из немногих хуторян, живущих радом с каменоломней: Йонга, – рассмотрел его Снерж. – что-то у них там случилось.

Тем временем, парнишка (лет 10 на вид) приблизился и до нас донеслись его крики:

– Нападение! Движутся в сторону Нурберга! – кричал парень.

– Подожди, давай подробнее и не спеша. Кто движется в сторону города? Кто на кого напал? Ваш хутор пострадал? – попытался выстроить события в единую картина Снерж.

– Нет! Это не «прорыв» – зачастил паренек. – Просто из каменоломен вышел большой отряд, из дюжины тварей и одного человека, и двинулся в сторону города! Пешком! А меня отец послал стражу предупредить. Я их обогнал по лесу, и бегаю я быстрее всех. Кто это такие, не понимаю. Людей на выходе из каменоломни еще ни разу не замечали. Да еще и в компании тварей. Человек вооружен и в доспехах, раньше такого никогда не было. А я должен предупредить стражников, иначе они запросто через ворота в город войдут. А вы кто такие и куда направляетесь?

– А мы летучий отряд разведки, – сообщал я парнишке. – Как раз поехали проверить, что в каменоломне происходит.

– Но вас всего двое! А тварей дюжина, и все здоровые такие! Они вас в момент на кусочки порвут!

– Снерж, бери пацана на седло и мчись к нашим. Предупреди, что нам навстречу отряд движется, так что драка может начаться раньше, чем планировалось. Там впереди есть удобное место для драки?

– Мостик через Кривую, через четверть мили. Это речка такая, горная. Но довольно глубокая. Мост старой работы, широкий, каменный. Но это единственный путь от каменоломни.

– Отлично, попытаюсь их там встретить, и узнать, что им нужно. Если с тварями идет какой-то человек, то он должен уметь говорить. Говоришь, кто-то из каторжников с ними остался? Наверное, это один из них. Но что им может понадобиться? Непонятно. Обычно, насколько я читал, они так не поступали.

– Или это ответ а наше недавнее нападение? – вслух подумал Снерж. – впрочем, скоро узнаем. Хотя и не нравится мне это все. Точно, какими-то неприятностями пахнет.

– Ладно, поторопись, предупреди ребят. – бросил я, – А я пойду им навстречу, попробую перекрыть дорогу и поговорить, если получится.

И мы разъехались в разные стороны.

Дорога в этом месте была каменистая, и двигалась с многочисленными поворотами: видно было, что кое-где путь пришлось прорубать в сплошном каменном хребте. Видимо, следуя небольшим понижениям сплошного хребта. И вот, завернув за очередную каменную стену, я увидал впереди метров полсотни ровной дороги и широкий каменный мост. Даже странно видеть мост такой ширины в этом мире, где могут свободно разминуться две телеги, да еще и место останется для третьей. Сразу видно, на стройматериале (каменоломня рядом) и рабочей силе (те же каторжники) не экономили. Выехав на начало мостика, остановил Черныша и спешился, отцепив от седла копье из проверив, легко ли выхватывается из ножен укрепленный на седле тяжелый меч. Хотя в животе от страха и ожидания чего-то непонятного скрутило, так что я подумал, успею ли справить нужду «по большому», под пролетом моста. Но отказался от этой идеи. И тут на противоположном участке прямой дороги показался и отряд противника.

Что меня поразило, это был именно отряд, а не толпа или стая. Звери шли ровными рядами. Впереди вышагивали уже знакомые «собачки», каждая размером с моего Черныша. Звери чуть меньше прикрывали отряд с боков. В глубине построения передвигались уже знакомые «кошко-собаки», чуть ниже ростом (в холке). Но у меня уже был случай оценить их скорость и мощь. Но самым странным был, конечно, идущий во второй линии человек, в частичном доспехе (грудь и спину прикрывали сплошные металлические пластины, соединенные ремнями, живот прикрывал широкий пояс с здоровенной пряжкой, а руки были защищены блестящими на солнце наручами.

– Всем стоять! – выкрикнул я, когда вражеский отряд ступил на мост, с другой стороны. – Разведывательная группа города Нурберга! Куда направляетесь таким составом? Дальше движение запрещено! Чего хотите добиться столь малым отрядом?

– Слушай, пацан! – проревел единственный в отряде человек. – Может, нас и намного, но на тебя точно хватит с избытком! – прочь с дороги и спрячься под мост, а лошадку твою моим ребятам на прокорм оставь. Иначе и тебя сожрут. А идем мы в город, к вашему начальству, предложить мирный план совместного существования. Как видишь, эти ребята полностью договороспособны, я-то с ними договорился! Нам нужно то всего лишь, чтобы ваше начальство поставляло нам еду, воду и немного золота, в качестве отступного. А мы поможем вам избавиться от лишнего и ненужного населения: очистить тюрьмы, наладить безотходное правосудие. Будут нам платить и отдавать преступников и нищих, ну и еще кого мы укажем. И будет у нас мир и взаимопонимание. Но говорить мы будем не с тобой, мелкая сошка, а с городским начальством. Все понял? А теперь освободи дорогу! Я тебе разрешу даже вскочить на лошадь и мчаться в город, предупредить, чтобы там убрали стражу с ворот, иначе останетесь и без ворот, и без стражи. Пользуйся, пока я добрый!

– Нет. У меня другое предложение: ты бросай оружие и сдавайся, и я отведу тебя в городскую тюрьму. А с тварями твоими я и сам разберусь. Мне таких псов убивать не в первой! Согласен?

– Да ты, похоже, не стражник, а просто городской сумасшедший, напяливший чужую форму! – рассмеялся вожак этой стаи. – Ну что ж, если не хочешь удирать, тогда просто умри!

И он, выхватив меч, бросился на меня. Собачки же, спокойно сели на задницы, как обычные сторожевые псы. Один даже начал характерным жестом чесать за ухом задней лапой. Видимо, они тоже были полностью уверены в результате нашего сражения с вожаком. Но тот совершенно не ожидал, что я сумею парировать размашистый удар меча с помощью копья. Но и я не ожидал, что мечник сможет одним ударом до половины перерубить древко, укрепленное стальной полосой, перерубив кованную железяку. Но меч при этом застрял в наполовину перерубленной оглобле, так что следующим движением я оставил атакующего баз оружия, отбросив копье в сторону. Так что мы оба лишились оружия. Вожак стаи тут же выхватил из ножен на поясе огромный кинжал (размерами не уступающий римскому гладиусу). А я, замешкавшись всего на пару мгновений, рванул к Чернышу и выхватил из ножен на седле здоровенный меч. И в эту секунду услышал за спиной дружный топот десятка коней. Это из-за каменной стены выметнулись на ровную дорогу члены отряда, во главе с Имспером. И начали набирать скорость для таранного удара, нацелив в стаю длинные копья.

Да, адские псы, конечно, звери крепкие. Но тяжелое копье, да дополненное весом полностью разогнавшегося на прямом участке коня и направляемое опытным всадником (не зря вчера тренировались в таранном ударе!) способно пробить не только шкуру, но и металлические пластины, которые служат местным вместо доспехов. Так что половину «отряда вторжения» наши бойцы смели буквально моментально, в первые секунды столкновения. А затем, на ходу спешившись, кинулись добивать оставшихся противников в рукопашную. Те, конечно, пытались оказать сопротивление, но мы выбили самый первый ряд с наиболее грозными тварями, да и теперь имели численное преимущество, что позволяло атаковать каждую тварь вдвоем или втроем. Что не оставляло им шансов.

Имспер же сошелся в рубке с единственным в отряде человеком. Хотя тот был вооружен всего лишь кинжалом против меча, противником он оказался серьезным. И даже сумел нанести Имсперу пару довольно серьезных ран. Но в конце поединка точку поставил Снерж со здоровенным топором. И удар сзади по голове не оставил противнику шансов, раскроив череп на две почти равные половинки. А к Имспару подскочил наш отрядный «спасатель» Азуз. И принялся что-то делать с ранениями в корпус и ребра. Да и левая рука у нашего командира оказалась сильно ранена. Так что пришлось подсадить его на седло и максимально быстро, в сопровождении двух бойцов, отправить в город.

А остальные начли собирать трофеи и добивать раненных зверей.

К сожалению, не остались без потерь и мы: двух бойцов мы в схватке (несмотря на численное преимущество) все же потеряли, и лекарь не успел спасти их от смерти: у одного оказалось вырван кусок горла вместе с кадыком, и тот умер почти моментально; второй умер от потери крови, пока Азуз возился с ранами Имспера. Небольшие (относительно) царапины получили почти все бойцы. Из отряда противника в живых осталась только одна «Кошко-собака», которая успела вовремя смыться: видел, как она, прихрамывая, умчалась в сторону каменоломни, но преследовать ее в пылу битвы было некогда, да и некому. Плюс скорость ее, несмотря на ранение, оставалась больше, чем у лошади. Да и примета есть такая: если неприятности отступают, не стоит их преследовать.

В общем, пока не подошла подмога со стороны каменоломни, мы быстро собрали трупы и трофеи (оружие и доспехи единственного человека), закинули на коней и отправились обратно в город.

Глава 19 Возвращение в Город и урок медицины

На воротах нас уже встречала городская стража. И, как я понял, она была сильно обрадована и удивлена результатом нашего рейда: такого количества дохлых тварей здесь не видели никогда! Ведь даже три штуки, которых мы привезли из предыдущей вылазки, были чем-то невиданным. Особенный интерес вызвал труп человека, который также сгрузили на площади перед Ратушей. Сперва мне (который выступал в роли заместителя раненного командира) даже отказывались верить, что это один из членов стаи. Ведь считалось, что люди не способны сражаться на стороне тварей и даже руководить ими! И считали, что я пытаюсь подложить одного из бойцов своего отряда, выдав его за противника. Пока кто-то из чиновников не опознал в погибшем заключенного Сторна из каменоломни: предводителя какой-то шайки, орудовавшей до того в окрестностях города, и прошедшего суд в этой самой Ратуше, где ему казнь через повешение заменили пожизненным заключением в этой самой каменоломне. И произошло это незадолго до «прорыва» тварей. Считался Сторн, разумеется, давно погибшим.

Затем из ратуши (где располагалась и лечебница) появился и на скорую руку подлатанный Имспер и отослал одного из бойцов за Бронксом. И сделал это как никогда вовремя, ведь к этому моменту первый шок у чиновников прошел, и они начали озвучивать речи о том, что надо бы снизить (за счет опта) премию за каждого убитого зверя. И о том, что не стоит включать в число трофеев человека. И по какому тарифу считать этот труп.

Так что торговая жилка Бронкса оказалась как нельзя кстати. Тот первым делом начал не «качать права», указывая на возможный вред, который мог бы нанести такой отряд в городе. А начал с благодарности властям, которые снабдили отряд новым оружием и снаряжением. И затем похвалил лично Мэра и чиновников из его команды, (то есть лиц, совершенно непричастных к произошедшему), которые чуть ли не лично способствовали такой грандиозной победе. Затем восхитился прозорливостью Мэра, который выделил молодого, но подающего надежды, курсанта, и прозорливо угадал атаку тварей на город и упредил атакующее подразделение до того, как те вторглись в пределы Нурберга, где однозначно было бы множество жертв среди гражданского населения и разрушений зданий. И только потом перешел к собственно героизму и доблести бойцов нашего отряда. А также лично командира отряда, который, кстати, был ранен именно в схватке с тем самым Сторном – человеком, возглавлявшим отряд тварей. Ну, не забыл Бронкс и заместителя командира, то есть меня, который в одиночку остановил вражеский отряд на мосту через Кривую.

И только потом предложил чиновникам вооружиться мечами и попытаться нанести раны уже дохлым монстрам. Что, честно говоря, далеко не простое дело, даже если противник не сопротивляется. Так что оснований для пересмотра тарифов за каждый трофей не имеется. Разве что в сторону увеличения.

В общем, Бронкс использовал (и талантливо) все приемы ведения торговых переговоров. Даже с моим опытом работы менеджером, я бы, наверное, не смог так успешно применить свои навыки «всучивания» некондиционных китайских материалов жадным застройщикам. Которые хотят купить «на рубль дюжину баксов», не понимая, что за достижение качественного результата нужно платить, а попытки «сэкономить» при этом приводят только к удорожанию результата. И делать это можно, только «если Вас не интересует результат», как сказал когда-то один умный человек.

В общем, к вечеру мы опять собрались всем отрядом в «Рыжем коне». Где в первую очередь помянули погибших товарищей, выделив их семьям материальную помощь, из полученной, в качестве оплаты за трофеи, суммы.

Затем, совершенно неожиданно для меня, именно я был назначен «автором» такой замечательной победы. Так что лично мне была выделена чуть ли не треть суммы от «трофейного» приза. Инициатором этого, как ни странно, выступил Зерг. Который еще раз поздравил Имспера и заявил, что временно (пока тот не придет в себя) руководить второй дюжиной (хотя и уменьшившейся на двух бойцов) придется его заместителю. То есть я неожиданно стал И.О. командира дюжины.

Что подразумевало, ко всему прочему, еще и увеличение оплаты, почти до офицерского уровня. Ну, а потом зашумела обычная пьянка, с участием как бойцов, так и всех присутствующих. Пиво для которых я оплатил из своего кармана. По мере разгорания пьянки, как всегда, возрастал и масштаб сегодняшней победы. Нет, я, конечно, понимаю, что врут больше всего после охоты, перед выборами и во время войны. Но чтобы за один день у подстреленного на охоте хомячка отрастали крылья и он превращался в огнедышащего дракона, я еще не видел. Количества убитых тварей росло в геометрической прогрессии, пропорционально количеству выпитого пива. А моя скромная персона на глазах разрасталась. Я не стал возражать, понимая, что это совершенно бессмысленно. К концу вечера мой рост (судя по рассказам) достиг и даже перерос 5 метров, и я в одиночку перекрыл мост, перед движущейся на меня армией тварей, одним движением руки. А затем сразил половину этой армии и сразился с ее предводителем, выбив из его рук меч. Хотя тот, даже врукопашную, смог нанести командиру отряда, который встал на мое место, едва ли не смертельные раны обычным ножом.

В общем, количество небылиц к концу вечера превысило все разумные пределы. И это было видно невооруженным взглядом, так что смысла что-то опровергать я не видел. Но был уверен, что на завтра по всему городку будут гулять именно эти версии. Психология толпы непредсказуема. И логика совершенно с ней несовместима. Толпа поверит во что угодно, если захочет. А как же здесь на захотеть, если это помогает избавиться от постоянно нависающего страха, идущего со стороны каменоломни?

Но результат таких слухов стал неожиданным: трактирщик лично подошел ко мне и предложил продолжать пользоваться своим номером, а оплату он решил стребовать потом, когда у меня появятся свободные средства. Оказывается, весь город уже в курсе, куда делись мои деньги и сколько я остался должен банку.

Так что я с благодарностью принял предложение трактирщика. И принялся думать, как бы заработать еще немного денег. Но ничего, кроме очередного рейда на каменоломню, в голову не приходило. Но для начала нужно подготовить бойцов к специфике сражения в катакомбах. А заодно и самому подучиться.

И прежде всего решил обратиться к тому, кто занимался самым непривычным для меня искусством: лечебной магией. То есть к нашему отрядному спасателю: Азузу.

Он, как и большинство отрядного начальства, снимал номер в этой же таверне. Так что найти его удалось тем же вечером, просто постучав в одну из дверей на том же этаже.

- Привет. Азуз! – поздоровался я. – Ты единственный из моих знакомых, кто занимается магией. Можешь меня немного подучить? Я кое-чего уже нахватался в Академии. И даже немного практиковался. И у меня даже кое-что начало получаться. Но занимался, как понимаешь, без учителя. По книгам. Так что не факт, что понял все правильно, и делаю так, как нужно. Смоешь меня немного потренировать?

- Хорошо, тем более, что ты мой временный командир. Но давай для начала разберемся, что ты уже умеешь. Чем ты занимался и кто тобой руководил?

- Частично наш лекарь из академии, частично та самая библиотекарша Игрена, которая выдавала мне книги. Она мне растолковывала непонятные места. И немного помогала практиковаться, она же офицер и медик, так что что-то, да умеет.

- Что ж, это немного дополняет то, что ты рассказывал обычно о своих с ней взаимоотношениях. Раньше ты не рассказывал о том, что вы так близко общались! Что она тебе показывала?

- Пыталась научить меня останавливать кровотечение и заращивать поверхностные раны. А вот с проникающими ранениями почти ничего не получалось. Только воздействие на мелкие царапины. Ну, и самостоятельно пытался заниматься управлением предметами на расстоянии. И теоретически пытался разобраться в других аспектах, но она заявила, что для этого у меня «слишком маленький резерв». И результат будет минимальный.

- Ну что ж, неплохое начало. А какой у тебя индекс? Ну, что показала проверка? И где ты ее проходил?

- Проходил в медчасти Академии. Показало «почти пять».

- То есть четыре? С небольшим хвостиком? Не так уж много. Удивительно, что вообще что-то получилось. У меня почти семь, и то маловато для полноценной работы. Конечно, магия никогда не была точной наукой, и тот самый прибор для измерения потенциала далеко не все считают измерительным: он просто что-то показывает, что не всегда проявляется в результате, и даже заработавший 12 баллов не обязательно становится в результате архимагом. А небольшой начальный индекс можно немного повысить, если усиленно тренировать. Но тебе это не грозит. Многому ты не научишься. Для этого придется много работать, а у тебя не будет времени.

- Но чуть-чуть подучиться ведь не помешает? Ведь чтобы слегка подлечить бойцов, и хотя бы залечить небольшие раны, тогда не обязательно нужно будет спаситель? Хотя бы затянуть раны, чтобы боец не умер от потери крови? Или хотя бы оперативно залечить собственные раны?

- Собственные травмы и раны залечить сложнее, чем чужие. Видите ли, Гарр, вокруг тела мага во время работы…

- Да, слышал. И читать довелось о этом «магическом баръере». Но у меня получилось воздействовать на собственные порезы!

- Что ж, тогда нужно поработать в этом направлении, моет быть, получится чуть улучшить навыки. А чего ты хотел бы добиться?

- Исцелять раны, а также сращивать кости, разумеется.

- Ты, конечно, мой командир. Но этому научиться нельзя! Для начала нужно знать внутреннее строение тела человека, особенно, если задеты внутренние органы! Их просто так, как кожу на руке, не соединишь! Да и после того, как залечишь кожу, человека может добить внутреннее кровотечение из разорванных сосудов. Впрочем, это ты и так знаешь.

- Ну, я листал в библиотеке анатомические атласы…

- Что ты листал? – удивился Азуз. А я чертыхнулся про себя. Ну нужно же постоянно держать в уме, что многие привычные термины из «того мира» здесь на используются!

- Я имею в виду зарисовки внутреннего строения тела в медицинских книгах. Они использовались в Академии, при обучении медицине в женском отделении. Я понимаю, что полное обучение всем тонкостям требует многих лет обучения и длительной практики. Но хотя бы основы своего искусства ты мне преподать сможешь? Возможно, я не стану отличным спасителем. Но вполне возможно, попытаюсь использовать это знание в другой области. Как я смог применить свой довольно слабый телекинез в искусстве стрельбы из лука!

- А, так я и думал, что что-то в твоей стрельбе не совсем обычное!

- Кстати, ты ведь тоже используешь в бою какую-то необычную технику, хотя и н признаешься в этом. Я заметил, что ты что-то делал, когда твари хотели налететь на кого-то из наших, и те начинали сильно тормозить. Кстати, мне ты тоже помог: иначе я не успел бы увернуться от той кошки.

- Увы, это не всегда помогает. Против того бывшего арестанта, Сторна, подобное воздействие не подействовало. Я пытался его затормозить во время сражения с Имспером, но ничего не получилось. Хотя на тварей чаще всего такая «заморозка» действовала. Но каждая попытка воздействия уменьшает резерв, который я мог бы потратить на лечение после боя. Может быть, если бы я не пытался «приморозить» этих песиков, у меня хватило бы силы, чтобы спасти бойца…

- Все равно полезное умение. Научишь?

- Ну, в магии и лечении научить чему-то не так просто. Нужно поймать особое состояние. А это не так просто.

- На что похоже? На лечебную или другую магию? Как в телекинезе, воздействии огненной или водяной магии?

- Хм, в этом смысле… можно сказать, как огненная магия, но наоборот!

- Огонь наоборот? Забавно. Но с огненной магией я немного знаком. Хотя мне отсоветовали ее развивать: кидаться сгустками огня у меня все равно не получится: резерв маловат.

- Да у меня тоже с огнем не получается. А вот наоборот выходит легче. Главное войти в правильное состояние, и сконцентрироваться в определенной точке противника.

- Какой?

- Не знаю, но я тренирую «второе зрение», которое будет востребовано и при лечении внутренних органов или костей, при лечении переломов. И в этом зрении такая точка как будто «светится» фиолетовым цветом.

- А что насчет вскрытия трупов тварей, их ведь проводят в лаборатории при Мэрии? Не хочешь посмотреть на трупы изнутри?

- Если ты сможешь уговорить магов из Мэрии показать нам тварей в разрезе, буду только рад. А как ты это мотивируешь?

- Ну, мы ведь должны с ними драться, поэтому нам нужно в совершенстве знать их строение и уязвимые места. Как думаешь, отправится туда сейчас, вечером, или подождать до утра?

- Насколько я знаю, они работают над трупами тварей вне стандартного графика дежурств, по ночам. Так что сейчас самое время их проведать. И узнать, что они выяснили. Тут кстати будет твой статус командира звена и любимца Мэра. Увы, с рядовым армейским лечилой без связей в верхах и дворянского титула, они не будут даже разговаривать.

- Ну, тогда пошли, пока мой статус любимца Мэра не закончился.

К счастью, наши с Азузом кони ночевали в конюшне при таверне. Так что мы очень быстро добрались до Ратуши и прошли в подвальную часть. Где обнаружили что-то вроде лечебницы. А в дальнем ее конце находилось что-то вроде морга и места для исследования трупов. Кажется, это называется «анатомичкой». И один из местных докторов пытался разрезать каким-то блестящим острым инструментом шкуру очередной «собачки», распластав ее на металлическом столе.

- Привет, мы бойцы разведывательного отряда, которые и доставили вам этих красавцев. Это Азуз, наш штатный лечила и спасатель, а я Гарр, исполняющий обязанности пострадавшего командира дюжины.

- И что вы еще хотите здесь найти? – буркнул работник морга. – Черт, как вы вообще ухитрились пробить эту шкуру, ее даже самый острый инструмент не разрезает! И это в спокойной обстановке! Вы молодцы, ребята! Так что вы хотите узнать? Вы и так неплохо справляетесь!

- Хотим подробнее рассмотреть их строение изнутри. Это ведь поможет надежнее их убивать! Покажите нам, что так у них внутри, и чем они отличаются от обычных дворняг.

- Да ради всех демонов! Только вам нужен не этот недорезанный труп, а подготовленный заранее препарат! Тот, который мы разбирали накануне!

Лекарь развернулся и открыл дверцу шкафа. Это оказался ледник, на котором лежал полностью распластанный труп еще одного «пса». С разложенными по отдельности какими-то частями, или органами.

- Смотрите. Вот места, где шкура самая тонкая. А здесь расположены основные органы. Все то же самое, что и у других животных: сердце, легкие, почки. Вот здесь проходят основные кровеносные сосуды, если их перерезать, то прекратят работать мозг, сердце или легкие. Обратите внимание, что они расположены чуть глубже, чем у обычных собак. И защищены более плотными участками шкуры. Они как будто специально сконструированы для драк и сражений. Как с себе подобными, так и с вооруженными людьми.

- То есть все внутренние органы у них те же, что у обычных животных?

- Почти. Есть кое-что, что отличает их от обычных. Вот этот орган, который мы не смогли идентифицировать. Вот здесь, какая-то железа, от которой идут протоки к остальным жизненно важным органам. А вот этот узел каким-то образом связан со всеми двигательными мышцами. И еще, там, где у человека (и прочих высших животных) находится солнечное сплетение, у этого красавца более плотное сплетение нервов, больше напоминающее еще один мозг. Так что можно сказать, что у этих тварей кроме головного и спинного мозга есть третий. Что они этим мозгом делают, непонятно, но он единственный из трех, не защищенный костной броней. Возможно, это вам пригодится в бою. Анатомически, на живой твари, он находится вот здесь!

- Отлично. Азуз, какой из этих дополнительных органов ты бы сопоставил со своим фиолетовым органом?

- Судя по расположению, скорее всего, это вот эта штука, которую они называют железой. Для того, чтобы увидеть ее «вторым зрением», коснись ее руками и попытайся ощутить ее «внутренним чутьем». Если у тебя есть способности к лечению, это должно получится. Итак, получается?

- Кажется, что-то вижу! – заявил я, закрыв глаза и пытаясь что-то высматривать «внутренним зрением». А теперь осталось только поймать ощущение «обратного огня». Значит, этим и займемся!

Поблагодарив местных лекарей. Мы с Азузом отправились в таверну и принялись экспериментировать с магией огня. И не в этот день, а чрез через пару дней усиленных занятий мне удалось опять создать огонек, позволяющий разжечь трут без помощи кресала. Слабенькая искра, но уже что-то!

Осталось создать «обратное ощущение» и нацелить воздействие на существо во время драки. По словам Азуза, при этом тварь буквально «замерзнет», уменьшив скорость движений. Что должно дать мне возможность ткнуть тварь чем-нибудь острым в уязвимую точку.В общем, задача не упрощается, а усложняется при использовании магии.

К тому же нет уверенности, что попытка воздействия на тварь будет действенной. А я успею не только сообразить, куда ткнуть тварь, если мне даже удастся на нее воздействовать. Так что придется еще раз попытаться воздействовать на тварей в естественных условиях. Жаль, что здесь нет зоопарков, где держат пойманных тварей. И проверить потенциальное воздействие на них невозможно. Так что после целого дня прыгания и махания железом на тренировочной площадке, с перерывами не решение текущих организационных вопросов с бойцами и выполнение хозяйственных дел, я занимался медитацией с Азузом, пытаясь «поймать» нужное ощущение.

Глава 20 Немного о физике плазмы

Безрезультатно я промучился с попытками создания нужного ощущения несколько дней, так что мне создаваемый огонек уже даже снится начал, как и свечка у изголовья койки. И вдруг до мня дошло: а ведь я не то делаю!

Ведь что такое огонь, который я создаю? Я просто пытаюсь нагреть образец до воспламенения! То есть, если руководствоваться не местной алхимией, с ее «теплородом», а нормальной кинетической молекулярной теорией, пытаюсь увеличить скорость движения молекул твердого тела, до такого уровня, когда их кинетической энергии станет достаточно для взаимодействия с атомами кислорода! Но что я хочу при этом создать? Огонь! А что такое пламя, с точки зрения нормальной физики? Это ведь не твердое тело, и не жидкость, и даже не газ. Пламя – это плазма, четвертое состояние вещества! Ведь даже древние философы и маги выделяли металл, воду, землю, воздух и огонь, как отдельные элементы! И огонь – это особое состояние вещества, которое только мимоходом упоминают в школьной программе: сильно ионизированный газ, который имеет совершенно другие свойства, чем обычный нагретый воздух. А я тупо пытаюсь проецировать на него свойства твердого тела и связать его с фитильком свечи, то есть с твердым телом. А нужно пытаться вообще просто перевести воздух в совершенно другое агрегатное состояние.

Так что я сел на койке, повернулся к свечке и передал излучение из центра энергии в кончики пальцев, создав ощущение жжения. И тут ж рядом со свечкой возник небольшой светящийся шарик. От которого почти сразу же загорелся фитилек. Да, эффект, визуально, почти тот же, что и при попытке напрямую разжечь фитилек, но ощущения совершенно другие! Да и огонек (точнее, шарик огня) можно переносить совершенно отдельно от носителя: да это же та самая «осветительная сфера», или слабый «фаербол», которые описывают во всех фентези-романах!

Увлекшись новыми возможностями и стараясь закрепить новое ощущение, я полностью переключился на новую «игрушку», которая, к тому же, требовала значительно меньшей концентрации и потребляла меньше энергии. Так что к утру я уже научился подвешивать небольшой «осветитель» над собой и перемещаться с ним. А затем и запускать «сферу огня» в нужном направлении, Хотя летел шарик медленно и не далеко. А затем вспомнил первоначальную задачу: получить ощущение «обратного действия». Хотя, если ослабить концентрацию, сфера и сама по себе затухала, но «гасить» ее волевым усилием тоже вскоре начало получаться. И правда, совершенно своеобразные ощущения, как будто не «передача», а «вытягивание» энергии из чего-то. Даже свечу таким образом удавалось потушить. На этой радостной ноте я и встретил рассвет. Хотя впереди был напряженный день, а заснуть так и не удалось. Я был полон сил и энергии: ведь я наконец-то сумел чего-то добиться!

И даже во время тренировки с оружием попытался развивать свое новое умение. Правда, никакого результата не заметил. Но лиха беда начало, как говорится. Процесс пошел. И, надеюсь, в нужную сторону.

Кстати, на вечерних тренировках с Азузом по лечению, вдруг оказалось, что в области медицины такое «включение» и «выключение» энергии действует, как «живая» и «мертвая» вода: ускоряет или приостанавливает процессы в организме: в частности, так можно влиять на кровоснабжение.

Ну что ж, это тоже результат. И его тоже можно будет применять на практике вместо стандартных, разученных ранее приемов.

Но, разумеется, все мои тренировки в области «лечебной магии» оставались всего лишь «побочным», или «вспомогательным», «факультативными» занятиями, которыми я занимался в свободное от основной деятельности время. А основным для меня оставалась «боевая учеба» бойцов подразделения. Кстати, после всех этих слухов, распространившихся по городу, в наш отряд был нестоящий прилив желающих. И вот этих новичков мне приходилось обучать если не владению оружием (отбор на этот счет был строгим), то тактике и стратегии командного взаимодействия. Которое в армии было поставлено практически никак.

Так что пришлось вспоминать не только основы, разученные в Академии, но и запомненное из боевиков, просмотренных ранее по видео (еще из того мира). И хотя я понимал, что большинство показанного в боевиках – полная чушь, придуманная сценаристами и рассчитанная только на внешний эффект, но результат от прохождения полосы препятствий (которая была подсказана прошедшими местную армейскую службу старожилами) был налицо: учебные цели и условного противника моя дюжина разносила значительно энергичнее и увереннее. Так что через две недели я, посоветовавшись с Имспером, предложил Зергу устроить еще один рейд в каменоломни. А если получится, то и углубиться в коридоры, хотя бы неглубоко, чтобы погонять тварей и хоть примерно оценить количество противников.

Моя дюжина должна была попытаться прорваться внутрь, а Зерг с первой дюжиной должен был «страховать» нас снаружи, чтобы твари не перекрыли выход наши бойцам. Риск, конечно, был велик. Хотя, по моим предположениям, не зашкаливал за уровень «невозможно». Но, готовясь к рейду, я все-таки подошел к Зергу и протянул ему свой многострадальный, но уже погашенный, банковский вексель. И попросил передать сестре, через библиотеку Академии. Просто подойти к Игрене и попросить, чтобы она передала пергамент Мишелин. Ну, и снять деньги через полгода. Не пропадать же добру, если глупые твари схарчат меня вместе с векселем! А если операция пройдет удачно, передать ей же дополнительные деньги. Пусть распорядится по своему разумению: мне ближайшее время все равно золото не понадобится. А женщина свободным средствам всегда найдет применение.

Зерг хмыкнул, начал было возражать затем еще немного подумал и согласился. И уже на следующий день отправился в Академию. А вечером произвел фурор в обеденном зале таверны, явившись туда в компании с женщиной в совершенно непредставимом (по мнению местных) платье. Нет, я-то зал, что у Игрены имеется только одно «выходное» платье. И именно то, в котором она показалась на балу в ратуше. И которое для затрапезной таверны смотрелось просто фантастически. Но не объяснять же каждому такие подробности! А вот почему женщина ушла из отдельной кабинки прямо в номер к кавалеру, и ушла оттуда только утром, это было всем понятно и без объяснений. Не тешу себя надеждой, что они все это время они провели, решая мои проблемы, но надеюсь, что эти вопросы также были затронуты.

Но мне было не до того. Я готовил свою группу к очередному рейду.

И вот этот день настал. Выехав с утра, к обеду мы были уже у каменоломни. И внимательно рассматривали окрестности. Зверей на территории действительно было значительно меньше. Так что найти одинокого «сторожа» оказалось несложно. Как и привлечь его внимание. А затем и отбиваться мне от него пришлось, пока Снерж не рубанул псину топором по шее. И меня чуть не залило хлынувшей из сонной артерии кровью.

Я вылез из-под дохлой туши, и мы внимательно осмотрели двор перед провалами и проходами внутрь. Кажется, зверей и правда стало меньше: на площадках было совершенно пусто. Мы со Сержем спустились к главному входу, и осторожно заглянули внутрь каменоломни. Ничего не увидели, и решили проверить, что же твориться дальше. Неужели мы ухитрились уничтожить большинство тварей, и почти все закончились? Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но нужно убедиться, что дальше тоже пусто. И мы двинулись вглубь катакомб: я двигался впереди, Снерж страховал меня чуть сзади, отстав на десяток шагов.

Я решил использовать недавно открытую способность и зажег над собой «светлячка», чтобы разогнать сгустившуюся тьму подземной выработки. И вдруг раздался треск и с потолка за моей спиной рухнуло несколько здоровенных глыб, разделив нас со Снержем, а большая куча щебня, просыпавшаяся следом, почти полностью перекрыла выход. А затем из клубов пыли послышалось знакомое рычание и показались пара мощных фигур сторожей.

Ловушка! Как я и подозревал. Выставив перед собой меч, я принял оборонительную стойку. Но как только из клубов пыли показались две мускулистые фигуры сторожевых псов, как раздался рык сзади. Похоже, меня окружили со всех сторон. Судя по звуку, в глубине было еще не меньше двух зверей.

Ну, по ходу, ситуация называется «писец подкрался незаметно». Я один на один-то с подобным зверем с трудом справляюсь, а четыре к одному, это называется «суши весла». Или, как говорится в анекдоте одной забавной нации про человека, кричащего с берега утопающему: «Не тратьте, кум, силы, идите уже на дно». В общем, шансов нет. Но я все равно развернулся и увидел приближающиеся из темноты две пары желтых, блестящих в темноте, глаз. Я широко махнул мечом, давая понять, что сдаваться без боя не собираюсь. И хоть немного, но шкуру противникам поцарапаю.

К моему удивлению, неторопливо подступающие из темноты звери вдруг разошлись в стороны, к стенам тоннеля, как будто освобождая проход. Или заманивая в глубь. Но для чего это им нужно? Неужели это спланированное действие? Они что, разумны? И способны координировать свои действия? Но с какой целью они это затеяли? Непонятно. Значит, придется разобраться. Но для этого нужно проследовать туда, куда они меня заманивают. И я осторожно двинулся в глубь, рядом со слегка порыкивающими псами. А от входа мня отжимали два напоминающих о себе рычанием адских зверя, не давая возможности остановиться. Но псины почему-то не атаковали. Может быть, их смущал светлячок, висящий у меня над головой? Так что я медленно, спиной вперед, отступал вглубь катакомб, держа перед собой оружие и все более офигевая от происходящего.

Через какое-то время обратил внимание, что пол пещеры изменился: он стал ровнее и более светлым. Взглянув на стены, я также обратил внимание, что они тоже выглядят полированными. Да и само сечение коридора изменилось: стены плавно переходили в арочный потолок. Как-то это не состыковывалось увиденное с моими представлениями о древних катакомбах. Не хватало только люминесцентных светильников на стенах, чтобы стать похожим на стандартный проход в каком-то современном бункере. Обнаружив, что ситуация как-то странно изменилась, я осторожно развернулся и двинулся лицом вперед. Убедившись, что твари почему-то нее нападают и стараются не приближаться. Вскоре тоннель вышел в просторный зал, который освещался светом, исходящим с потолка. Просто светящийся потолок и ничего больше.

И вдруг совершенно ровный пол посреди зала вспучился и из образовавшейся воронки показалась сперва гигантская голова, а затем плечи и все тело огромной собаки. Если обычный стражник был размером с лошадь, то этот гигант был раза в три больше. Наверное, это был даже не медведь, а полноценный слон с клыками. А когда тот зарычал, я удивился, что у меня не расслабился сфинктер и я не испачкал подштанники.

Но вместо этого я покрепче перехватил рукоять и выставил вперед лезвие. Все четыре сторожа остановились на входе в зал. И, похоже, эти ребята не собирались вмешиваться, довольствуясь ролью зрителей. Но их участие совершенно ничего не решало: в сравнении в этим зубастым слоном их участие и не требовалось. Противник просто раздавил бы меня, не напрягаясь. Тем временем гигант поднялся на ноги, отряхнулся и зарычал. Если точнее, издал звук, больше похожий на звук включившегося динамика, здоровенной звуковой колонки огромной мощности. При этом в пасти гиганта блеснули здоровенные блестящие клыки. И одновременно зверь протянул в мою сторону здоровенную лапу, толщиной с мое туловище с огромными когтями. Разумеется, я тут же рубанул по лапе мечом. Единственное, чего я сумел этим добиться, это небольшой (по сравнению с размерами лапы) царапины на тыльной стороне. Но гигант (кстати, воронка, из которой зверь появился, куда-то исчезла и на этом месте опять был ровный и гладкий пол) внезапно отпрыгнул от меня в глубь зала и издал звук, похожий на скулеж. И прижал лапу к груди. Честно говоря, из-за огромного роста и массы, движения гиганта были какими-то заторможенными. И, ободренный реакцией здоровенного животного, которая была сильно похожей на испуг, я еще пару раз махнул у него перед мордой железякой и еще разок чиркнул здоровяка по лапе. Чем заставил тварь от ступить к стене зала, и принять защитную стойку, закрывая морду раненной лапой.

– Эй, вояка! А ну, прекращай обижать нашего Малыша! – вдруг раздался сзади грубый мужской голос. И я увидел, как между мной и здоровенной тварью бросился какой-то человек, парируя мой взмах, своим мечом. Я попытался ткнуть в него острием клинка, но воин оказался парнем крепким и быстрым. И меч у него оказался качеством получше моего. Он просто врезал своим клинком по моему мечу, и я остался с коротким железным огрызком в руке: от моего оружия осталось не больше трети, а острие и большая часть лезвия зазвенела по гранитному полу.

Тем временем непонятный воин повернулся к монстру и… погладил его по раненной лапе. А монстр доверчиво протянул к нему лапу и заскулил. Сходство с обиженным щенком нарушали только габариты «щеночка». Одна лапа которого была по размерам больше меня.

А затем неизвестный воин взял раненную лапу гиганта в руки… и начал лечить. Я явственно видел зеленые «лечебные» молнии, исходящие из рук воина.

– Наш Малыш только выглядит большим и страшным, и большинство пугается одного его размера. Но это единственное в нем, что способно испугать. А вообще он ласковый и безобидный. И нам приходится его защищать.

Оглянувшись, я увидел, что четыре сторожа подошли поближе и уселись на пол, с любопытством поглядывая на процедуру лечения. Но стоило мне сделать единственный шаг назад, как раздался предупреждающий рык. Я благоразумно решил прислушаться к указаниям моих сопровождающих. И перевел внимание на странного воина с супер-мечом.

– Если не ошибаюсь, я вижу перед собой некоего Гарра, который в последнее время стал настоящей легендой в кабаках и на базарах Нурберга. – заявил воин. – И который рискнул в одиночку отправиться в катакомбы, преследуя прижившихся в каменоломнях зверей. Я правильно излагаю?

В этот момент сзади раздался звук мелких шажков, как будто по гранитному полу простучали коготки небольшой собачки. Оглянувшись и посмотрев на пол, я увидел какое-то существо, больше похожее на жука с жесткими надкрыльями, или таракана-переростка, размером с небольшую собачку. Жук подбежал к валяющемуся на полу лезвию меча и ухватил ее чем-то вроде передних придатков у рта (вроде бы, они называются холицерами) и я услышал веселый хруст: кажется, челюсти жука с легкостью перекусывали и перемалывали прочный закаленный металл. Подумав немного, я швырнул в жука и рукояткой с остатками лезвия. Все равно она практически бесполезна. И не только против Малыша или этого бронированного супер-монстрика, но и против этого воина с мечом и четырех псов-стражников.

– А Вы кто такой, простите? – спросил я у воина, который продолжал баюкать лапу гигантского пса.

– О прошу простить мои манеры, – с усмешкой отозвался тот. – Но заслуживаю снисхождения, давно не был в обществе. Я Альдер, бывший осужденный на пожизненное пребывание в этом исправительном учреждении. Но после так называемого «прорыва», когда здесь появились эти ребята, я нашел свое новое место в этой жизни. И вполне доволен своим нынешним положением. Давно хотел встретиться с Вами, командир Гарр. Давно здесь не появлялось достойного соперника. Так что буду рад с Вами познакомиться. Да, наша встреча, как вы понимаете, специально подстроена. Мне пришлось постараться, чтобы обеспечить нашу встречу наедине. Ваши коллеги нам бы мешали. Создавали бы шум и неразбериху. Да и все эти кровавые ошметки, которые оставят от ваших так называемых «бойцов» мои ребята, не будут создавать доверительной атмосферы. Да и малыш пугается шума.

– Ну хорошо. И о чем вы предполагаете разговаривать?

– Разумеется, о сотрудничестве. О том же, о чем пытался договориться с городским начальством Сторн, отряд которого вы уничтожили по дороге в город. Хотя я предупреждал его, что такие авантюры добром не заканчиваются, и он будет убит! Ну что ж, я оказался прав, а он – мертв. Как обычно и бывает с теми, кто пытается мне противоречить.

Глава 21 Каменоломня и те, кто их захватил

Воин вложил меч в ножны, потер руки и отошел в дальнюю часть зала. Я, оглянувшись на охраняющих выход «собачек», двинулся вслед за назвавшим себя Альдером, мечником.

Тот подошел небольшой «сцене» (поднятой над уровнем пола, примерно на метр, площадке), поднялся по широким ступенькам и уселся на что-то вроде широкого каменного диванчика. Видимо, это было нечто вроде трона. И смотрелось, как место руководителя.

– Итак, ты – командир отряда разведки. – обратился он ко мне с высоты. – Но для чего ты сюда пришел?

– Чтобы узнать, сколько здесь имеется тварей. И очистить от них каменоломню!

– Очень хорошо, – ответил Альдер. Но для чего? Мы сидим здесь, никого не трогаем, даже еду добываем на стороне. А вы вдруг атакуете и пытаетесь нас уничтожить. Правильно? То есть это вы на нас нападаете? За что?

– Потому, что это наша территория! И вы первыми напали и захватили эту каменоломню! И убили всех, кто ее охранял!

– Ну, во-первых, мы здесь появились уже давно. И теперь это наша территория. А во-вторых, ведь вы сами сослали в эту каменоломню тех, кто вам был не нужен: тех, кого вы назвали «преступниками». То есть эта каменоломня вам не была так уж ценна и нужна. Так для чего вы хотите ее отвоевать, уничтожая существ, которые ничем вам не навредили? Вроде нашего Малыша? Кстати, наши ребята ни разу не выходили за пределы карьера, кроме последнего случая, со Сторном. Да и те шли в Нурберг с мирными переговорами. Только ваши воины на нас по дороге напали! И, между прочим, совершенно без причины. Мы только защищались!

– А когда ваши звери атаковали каторгу, они тоже не нападали на охранников?

– Совершенно верно. Они убили только тех, кто атаковал их с оружием. Как видите, я остался в живых. И даже достиг некоторого положения в их сообществе.

– Прямо-таки сообществе? Вы еще скажите, что у них тут организованное сообщество и организация!

– Да, именно так я и скажу.

– А можешь рассказать подробнее о себе? Интересно узнать о предателе, который пошел на сотрудничество с захватчиками. Как ты вообще остался жив по время атаки? Как это произошло?

– Да запросто. Я, как известно, находился в этой каменоломне по приговору суда, пожизненно. То есть проявлять добрые чувства к местным властям и людям у меня причин не былою Ну, а как здесь организовываются работы, ты, наверное, не знаешь? Нет? Работников сковывают одной цепью, выдают им кирки, и они тупо долбят стены. И так каждый день, до самой смерти. Хотя кормили здесь довольно сытно, признаю.

– И где ты был в момент нападения?

– Здесь и был, в соседнем коридоре, на работах. Появились собачки, охранники почему-то на них напали. Те их, разумеется, порвали на тряпочки. И подошли к нашей бригаде. Мои партнеры, кто поглупее, кинулись на псов с кирками. И, разумеется, быстро умерли. А я остался стоять, опершись ладонями на стену. Так что остался одним из немногих, кто выжил. А потом они освободили меня от кандалов и оставили в покое. Я отправился в спальную казарму, где встретил немногих выживших. И мы начали сперва организовывать свою команду, а затем решились выйти с предложением к тем ребятам, что захватили каменоломни. И договорились с ними…

– Погоди, что значит «договорились»? Они что, говорить умеют?

– Разумеется! А как бы мы с ними общались, если бы они только рычать могли? Да среди них есть вполне грамотные ребята, некоторые даже говорить могут. Но в основном смотришь им в глаза, и как будто чей-то голос у тебя в голове звучит. Но тут приспособиться нужно.

– Да брось ты, они всего лишь звери! И сразу убивают всех, кого видят. Какие тут, к демонам, переговоры?

– Они набрасываются только на тех, кто держит в руке оружие, и кто держит в голове соответствующие мысли.

– Они что, мысли читают?

– Да нет, только намерения могут определить. Если, конечно, ты уже не настроился на общение. Тогда можешь мысленно им что-то сообщить.

– Это ты врешь. Они все наше село вырезали, и мою семью, подчистую, один я остался, и то потому, что завалил одного из этих псов.

– Ну, не знаю. На войне всякое бывает. Может быть, кто-то из семьи бросился на бойцов с оружием… А может быть, просто азарт и лихорадка боя. Наши же тоже вас, людей, боятся. И им тоже объясняют, что они – это передовой десант во вражеском окружении, и все вокруг враги и стремятся их убить. Вот они со страху…

– Но как можно вообще беседовать с этими тварями?

– Да какие они твари? Просто воспринимай их как бойцов армии соперника! Бойцы любой армии во время сражения не кажутся противнику слишком добрыми и миролюбивыми. Но на самом деле, если просто сесть и поговорить с ними, все люди окажутся совершенно одинаковыми.

– Так то люди!

– А солдаты, что, не люди?

– Так это же звери!

– Это пока на привыкнешь к их внешнему виду. Видишь ли, до тюрьмы я руководил группой (которую на суде назвали «бандой»), которая зарабатывала вооруженным разбоем. Так что насчет «звериного» и «человеческого» в поведении я мог бы поспорить. Человеко-подобность не всегда означат доброту и мягкосердечие. Как и не говорит это о том, с кем проще и легче договориться, и кого проще взять под контроль. В то, что большинство из них не похожи на человека… так с этим тоже можно поспорить. Тут дело не только в привычке, но и в уровне общения. Вот, взгляни на этих двух красоток!

Он махнул рукой, и на «сцену» поднялись две «кошко-собаки» и сели на задницы по обеим сторонам от «трона».

– Ну, как они тебе?

– Как заменитель женщин? Разве что я лет двадцать просидел без женщин в одиночной камере! Теперь понимаю селян, которые овец вместо женщин пользуют!

– Ты в этом смысле меня понял? Конечно же, нет! – рассмеялся Альдер. – Конечно, все не так! Девочки, покажитесь ему!

Внезапно силуэты сидящих по сторонам каменного диванчика собачек то ли подернулись дымкой, то ли расплылись, и они поднялись на задние лапы и начали спускаться ко мне. И, по мере приближения, их форма изменялась: и ко мне подошли уже две симпатичные обнаженные девушки, стройные и темноволосые. С чертами лиц, чем-то напоминающих не то японок, не то калмычек. Длинные стройные ноги, узкие бедра, красивые руки с длинными пальцами, с крепкими длинными ногтями. Желто-янтарные глаза с вертикальным зрачком, подвижные заостренные острые ушки, покрытые короткими серыми волосками, кроваво-красные губы и слишком длинные клыки, которые обнажаются в улыбке.

Единственным отличием от нормальных женщин было наличие трех пар молочных желез, расположенных попарно, сверху вниз. Верхняя пара самая крупная, примерно троечка, а самая нижняя (в районе живота) вообще чуть ли не нулевка. Забавно, конечно, смотрится. И на ощупь неплохо. Пощупать было страшновато, но она (хотя она не представилась, но я про себя назвал ее «Мурра». А ее подругу – «Мявва», по первым звукам, которые они издали) жестами сама предложила себя ощупать. А затем принялась деловито расстегивать ремешки на моей защите. А потом они с Мяввой начали дружно стягивать с меня одежду, включая нижнюю рубашку и подштанники. Я, естественно, попытался сопротивляться, но кошко-девочки оказались очень уж сильными. А бить их, и сопротивляться более активно, вроде бы, было не за что. Почему-то вспомнился стих Владимира Семеновича о чемпионате по шахматам: «Чем же бить? Ладьёю – страшновато, Правой в челюсть – вроде, рановато. Неудобно как-то, первая игра.»

Так вот и сейчас: драться с девушками как-то неудобно, а другие, более мягкие способы отбиться, не проходили. Все-таки ростом они меня превосходили, а сила у них была нечеловеческая. И это тоже было их отличием от человеческих девушек. Кроме того, приходилось все время помнить о том, что в любой момент они могут превратиться в жутких зверюг. И разорвать меня на кусочки голыми руками. Точнее, лапами с мощными когтями. А когда я остался лежать на полу совершенно голым, я вдруг вспомнил, что после исчезновения некоторых бойцов на выход из катакомб выбрасывали одежду, включая нижнее белье. И далеко не вся одежда была в крови. Возможно, тут поработали как раз Мурра с Мяввой. Конечно, выглядели девушки экзотично, но это возбуждало даже сильнее. Так что, когда одна из них (кажется, Мявва) игриво опустилась передо мной на колени и развела в стороны бедра, я открывшимся видом очень даже заинтересовался. С этого ракурса она смотрелась не хуже, чем обычная человеческая женщина. Но многозначительная ухмылка Альдера, наблюдающего за нами со своего «трона» подействовала отрезвляюще. И начавшееся было подниматься настроение тут же упало.

– Что, не получилось? Зря. Они вкусные девочки. Хотя и не совсем люди. И не слишком разговорчивы. У них ужасное произношение из-за строения рта и зубов. Но понять можно, если привыкнуть. А вообще они считают, что получать сперму от обычного человека очень престижно и полезно. А кому-то из них иногда удается и родить ребенка от человека: по их мнению, это очень круто. И они обе, поверь, будут очень стараться! Так что не стесняйся щупать их за любые выступающие места. Они не будут возражать.

В этот момент Мурра подхватила мою одежду пастью и понесла ее куда-то на выход, по пути обращаясь опять в звериную форму. А Мявва, покачивая бедрами, двинулась куда-то внутрь катакомб и вскоре вернулась, неся в руке стопку одежды. Судя по качеству, это была одежда, оставшаяся на складах «офицерского состава» охранников каменоломни. Так что продолжил разговор с Альдером я, одевшись в полу-гражданскую теплую одежду неплохого качества.

– То есть ты хочешь сказать, что их нужно воспринимать как обычных солдат вражеской армии? И что нужно просто не сопротивляться вторжению, и тогда они перестанут всех убивать? Нужно просто вынести им пожрать, и они станут добрыми и ласковыми. Просто они поставят у власти других людей, и будем продолжать жить своей жизнью, только платить налоги другим властям. А они просто уберут тех, кто до этого грабил народ: тех, кому платили арендаторы, цеховики и горожане, сменят другие такие же, только замаскированные под зверей. И банкиры появятся новые, уже не скрывающие свою звериную сущность под человеческим обликом.

– Вот! Правильно понимаешь! Так и будет. Я чувствую, что мы с тобой еще немного поговорим, и ты поможешь мне уговорить городскую власть принять новую силу мирным способом. Да, эти звери хотят захватить власть в стране. Но зачем им страна без населения? Кто их кормить будет? Кем они станут управлять?

– Но почему они уничтожают все население в захваченных поселках? И почему не нападают на город? Ведь им стоит только захотеть, как они тут же появятся прямо посреди площади, а то и в самой ратуше?

– Вот! Я так и думал, что ты об этом спросишь! Если ты уже один из нас: открою тебе секрет. Даже два секрета. Воины не могут появляться в любом месте по желанию. Они и в этих катакомбах появились и укрепились, потому, что здесь сохранились в исправности механизмы, или «пути», по которым они способны перемещаться. И по которым к нам приходит пополнение. А здесь, внутри, после авантюры Сторна, нас осталось меньше дюжины. Так что если бы вы всем отрядом атаковали, то смогли бы отвоевать катакомбы. Правда, здесь ловушек столько, что вы би ни за что не прошли до конца. А через пару дней откроются «тропы», и сюда опять придет пополнение. И, возможно, тебя затребуют к себе «командиры». Они для чего-то забирают к себе всех, кого мы захватили. И оружие передают, вот такое, как у меня.

И он вынул из ножен меч. На первый взгляд, обычная полоса стали, разве что с гравировкой по лезвию и рукоятью, обмотанной кожаным ремнем. Но присмотревшись к лезвию, аж присвистнул. По лезвию туда-сюда гуляла небольшая синяя искорка, а само лезвие представляло собой тонкую полоску из какого-то другого материала. Но очень узкую и, похоже, острую.

– Отличное оружие. Рубит и режет любой материал: дерево, металл, камень, кости. И практически не задерживает движения. Просто разрубает, почти идеально. Видел, как твой меч перерезало? Р-р-раз и на две половинки! И человека может так же, и камень. Только запас энергии расходуется, в прозрачном камне, который в «яблоко» на рукояти встроен. Приходится время от времени отсылать с курьерами на подзарядку. Как и защитные амулеты.

– Куда отсылать?

– В мастерскую, где этим мастеровые занимаются. А может быть, и маги: я не интересовался, кто именно. Но работает долго.

– А сам-то ты там бывал? Откуда они все берутся, кстати?

– Нет, сам я не был. А приходят они, судя по всему, из другого мира.

– Из ада, что ли?

– Да нет, не похоже. Судя по всему, там такой же мир, как и наш. И даже люди там имеются, обычные, на нас похожи. Но эти зверо-люди там давно завоевали власть, и теперь они стали там вроде нашего дворянства, а обычные люди – или крестьяне, или мастеровые, или прислуга. В общем, кто сильнее, тот и прав. И законы там какие-то есть, и правила. Только дворянство все четырехлапое. Зато сразу видно, кто дворянин, а кто серв. И даже преступность какая-то есть. А тюрем нет: провинившегося сразу съедают. Сурово, конечно, но местные привыкли. И платят они за работу золотом. Оно там точно такое же, как и у нас, только монеты квадратные.

- Что, и местным, кто остался в живых, тоже платят?

- Ну да. И даже разрешают на полученные деньги покупать продукты и вот такое оружие. Ну что же, пошли в столовую, там наши должны как раз ужин приготовить – предложил Альдер, и мы отправились куда-то вглубь катакомб.

– А тут что, всегда такая тщательная обработка стен была? – спросил я, оглядываясь на стены.

– Нет, когда я тут камень рубил, эта часть была скрытой. Похоже, старые колдуны магией ее закрыли. Только когда это зверье прорыв устроило, коридоры открылись. Это какая-то старая система, уже забытая. Ты историю читал? Мне только недавно рассказали. Приходил «с той стороны» человек, настоящий. Не то колдун, не то философ. Утверждал, что раньше такие тропы по всей стране были. И звери тут жили. Но затем люди устроили восстание, и всех чужаков на территории Имметрии и соседних государств уничтожили, и тропы где-то разрушили, где-то заблокировали. Вот и в Нурберге тропа заблокирована, поэтому туда попасть не удается. А во многих малых городках или селах остатки проходов остались, и рядом с ними боевые отряды могут появляться. И для чего-то нужно полностью убрать оттуда местных, чтобы снова восстановить такие тропы. Но много они не рассказывали, не того я полета птица. Просто слежу здесь за порядком, и чтобы не было драк между местными и пришлыми.

– И много осталось местных?

– Не то, чтобы очень, но хватает. Да ты сейчас сам увидишь!

Мы опять вышли в сектор с грубо отделанными стенами и полом, и простыми квадратными камерами. На выходе с освещенного участка Альдер вынул из держателя на стене простой факел: горшок с каким-то горючим составом, на палке, и поджег его от пламени такого же светильника, но установленного стационарно, на стене. И мы двинулись дальше. Свою способность создавать «светлячка» я решил не демонстрировать.

Скоро мы очутились в чем-то, напоминающем столовую, совмещенную с кухней. Там горели какие-то подобия каменных печей: похоже, работала эта конструкция на сочащейся через щели в камне нефти. И, похоже, работала система вентиляции. А с противоположной стороны зала стояла пара длинных столов с лавками, и за ними сидело около двух дюжин человек. Совершенно криминальной наружности.

– Привет, ребята! – поднял руку в приветствии Альдер. – Знакомьтесь, это Гарр. Он командир отряда, который на нас нападал. Это тот самый, которого прозвали «монстром руин». Но не бойтесь, он пока на нашей стороне.

-Это временно, – заявил я. – Вряд ли я когда-либо окажусь на одной стороне с вами.

– Тогда на хрен он нам? – отозвался один из сидящих за столом. – Может, проще грохнуть его и скормить охранникам?

– Стен, успокойся, – одернул его Альдер. – Во-первых, захватить его было одной из задач, которые поставили командиры. А во-вторых, грохнуть его не так просто, даже если он не вооружен. Так что сделать это в одиночку у тебя не получится. А привлекать кого-то, так вас и так немного осталось, чтобы терять несколько человек. И ссорится с «монстром из руин». Должен предупредить, что это опасно для жизни, наш новый друг умеет постоять за себя. Нет, я не говорю, что его невозможно убить. Можно подкараулить в проходе и ударить заточкой в спину, или сбросить на голову тяжелый камень, или еще как-то подкараулить, но не советую это делать: риск превышает выгоду.

– Да, Альд, ты всегда умел рассчитывать операции с минимальным риском. – Но ты же понимаешь, что я пошутил?

– Я-то понимаю. Но предупреждаю всерьез. В ближайшую пятидневку я отвечаю за жизнь этого типа. А потом… или его заберут к себе командующие, или он будет предоставлен сам себе. И можешь творить что захочешь. Может быть, ты даже сумеешь при этом выжить. А до тех пор, пока я этого не скажу, я за него отвечаю. Все понятно?

– Да понял я, Альд, понял. А нафига он командующим?

– А это уже не наше дело. Придут курьеры, они и расскажут. Если захотят.

– Ну, накладывай себе ужин. – обратился он ко мне. – Только не спрашивай, из чего это сделано. Этого я и сам не знаю. И что-то мне подсказывает, что лучше и не знать.

Ужин был неплохим, если бы не последнее замечание Альдера. Какие-то корешки, корнеплоды, грибы и кусочки мяса неопределяемого животного. Надеюсь, не человечина. Возможно, крыса или летучая мышь, но неплохо приготовленная. Тут он прав, лучше не знать. И сладкий компот, из непонятных сухофруктов, с какими-то комочками.

А после ужина он проводил меня в казарму, определил на койку, со стопкой постельного белья и какой-то шкурой вместо одеяла.

Так что пришлось ложиться и начинать переживать, как там команда без меня обходится. Надеюсь, не полезут следом? Ведь это не единственная ловушка на пути сюда. И хотя тварей и «немного», по словам Альдера, но здесь еще довольно много уголовников, среди которых имеются опытные головорезы. Поворочавшись какое-то время, я согрелся и уснул.

Глава 22 Дорога на Херр

На знаю, наступило ли утро: свет с эти пещеры не проникал. Но прозвучал сигнал, вроде звука горна. По которому на соседних койках начали шевелиться, сбрасывая одеяла, фигуры выживших уголовников. Хотя, возможно, некоторые из них были раньше охранниками, но по виду отличить одних от других, было невозможно.

Но вскоре в казарме появился и Альдер, и тут же начал назначать своих подчиненных на самые разнообразные работы. Все правильно: хотя можно было просто валяться на койках целыми сутками с редкими походами в столовую, но каждому руководителю коллектива известно: подчиненные должны постоянно быть чем-то заняты, чтобы в коллективе сохранялось хоть какое-то подобие порядка. Поэтому каждому нужно назначить хотя бы бессмысленную, но работу. Вроде подкрашивания травы в воинской части. Даже я, хоть и недолго побыл в должности командира, успел узнать эту несложную истину.

Затем все дружно (хотя и не строем) отправились в столовую и приступили к завтраку. Разнообразием меню повара не баловали: я бы сказал, что завтрак представлял собой разогретый ужин. Только вместо компота было что-то вроде чая: какие-то заваренные в кипятке растения. По вкусу я бы сказал, что это были водоросли. Но точно, как сказал Альдер, лучше не знать. Съедобно и ладно.

А потом все разбрелись по работам, и я оказался предоставлен сам себе, без охраны. И отправился исследовать свое новое жилище. Но далеко не ушел: оказалось, что некоторые туннели в этом лабиринте охраняли адские псы. Не то, чтобы они проявляли агрессивность: просто лежали поперек прохода и всем своим видом показывали, что дальше идти не стоит. И похоже, охраняли они не только проходы, ведущие к выходам, но и уходящие внутрь, в более тщательно обработанные коридоры. Откуда здесь такие, обработанные чуть ли не механизированным инструментом, помещения, было совершенно непонятно. Хотя, учитывая качество оружия, которое поставляли таинственные «командиры» своим работникам, было понятно, что на той стороне «троп», технология развита намного лучше, чем в этом мире. Что совершенно непонятно: как в мире, где правят звери, смогли настолько обогнать существующий прогресс. Возможно, это как-то связано с развитием магии. Или история, которой нас обучают в Академии, слишком сильно отличается от того, что происходило на самом деле. Ближе к обеду (время тут определялось только приемами пищи, а не движением местного Солнца) вдруг послышался какой-то низкий, на уровне инфразвука, гул. И легкое сотрясение пола. А с потолка кое-где посыпалась каменная крошка и пыль.

В этот момент я находился рядом с одним из внутренних коридоров, который «контролировала» одна из «кошко-девочек», в своей звериной форме.

– Это что такое? Землетрясение? – обеспокоенно спросил я, присаживаясь радом со зверем и пытаясь заглянуть ему в глаза. Да, я уже немного привык к их внешнему виду, и они меня почти не пугали.

Та глянула в ответ мне в глаза, и я явственно услышал внутри головы голос:

– Безопасно. Гости.

А потом я услышал шаги, доносящиеся из глубины прохода. Причем как мягкие шаги лап, так и удары подошв о камень, то есть шли как звери, так и люди. И вскоре из-за поворота показалась группа: впереди и по краям двигались псы. А в средине вперемешку располагались обычные люди (судя по одежде, невысокого достатка) с мешками за спиной. Но один из людей отличался от прочих: он был в чем-то вроде халата или рясы, из более качественного фиолетового материала. На халат были нашиты какое-то не то заплатки странной формы, не то какие-то символы. Он быстро глянул на нас с кошко-собакой, и поднял руку. Процессия остановилась, не доходя до нас дюжину шагов. А затем он что-то произнес. По-видимому, это была речь на каком-то незнакомом языке, хотя по звуку была более отрывистой и гортанной. И напоминала собачий лай. Кошка пролаяла что-то в ответ и мужчина (а также сопровождающие его псы) с интересом перевели взгляд на меня.

– Так ты и есть тот самый «монстр из руин»? – недоверчиво обратился мужчина ко мне, осматривая с головы до ног. – Что-то слишком молод для серьезного воина. Или местные охранники ошиблись?

– Понятия не имею, о чем Вы, – честно отозвался я. – Я вообще меньше месяца в отряде. Просто заглянул в катакомбы, а тут что-то непонятное происходит. А вы что, смену и пополнение привели? И припасы принесли для гарнизона? А откуда?

– Скоро узнаешь.

И мужчина сделал сметающее движение рукой. После которого кошко-псина поднялась и освободила проход, устроившись под стенкой. И пришедший отряд двинулся дальше. Тут же с противоположной стороны появился Альдер.

– Добро пожаловать в Руину! – прокричал он, приблизившись к отряду, но держась чуть в стороне от центра тоннеля, чтобы не мешать движению. Держался он как и полагается начальнику этого места. Но было при этом в его позе и голосе что-то, что свидетельствовало об его страхе и подчинении при виде реальных начальников. В общем, вел он себя, как бригадир шабашников при появлении на стройке директора колхоза, который их нанял.

– Ну, докладывай, – бросил на него взгляд возглавлявший отряд человек в халате, – Что происходило за время нашего отсутствия. Вы отправили наше предложение руководству ближайшего города?

– Так точно, господин Артес, – заторопился Альдер. – В город был отправлен сильный отряд, под руководством Сторна. Которого Вы рекомендовали в качестве наиболее вероятного переговорщика. Но, к сожалению, они ни дошли до Нурберга. По дороге их встретил отряд разведчиков, под руководством того самого «монстра из развалин». И отряд был уничтожен, вместе со Сторном.

– Вы же обещали, что отправите самых сильных бойцов?

– Мы так и сделали. Но противник оказался сильнее. Я получил доклад о поражении от единственного уцелевшего бойца: он сразу же бросился наутек, и таким образом спасся. Остальные погибли, были доставлены в Нурберг и представлены руководству Ратуши. А в руинах остался ослабленный гарнизон, поэтому мы уменьшили количество охранников, и подготовились к обороне внутри бывших катакомб, активировав все ловушки. К счастью, разведчики не додумались провести быструю атаку на ослабленные позиции, и мы успели подготовится. А затем сумели захватить руководителя вражеского отряда, потеряв в ловушке только одного бойца.

– Вот это и есть тот самый командир разведчиков, который навел страх на проверенных бойцов? – с сомнением указал тот, кого назвали Артесом, на меня. – что-то он слишком уж молод для серьезного противника.

– Уверяю Вас, господин, – склонился в поклоне Альдер, – это он и есть. Он, несмотря на молодость, успел получить образование в Академии и прекрасно владеет оружием. Если бы не мой меч, который мне передали из Херра, то не уверен, что я бы с ним справился.

– То есть ваш мир, из которого сюда попадают эти собачки, называется Херр? – переспросил я, обращаясь к Артесу. – Забавное название. То есть вполне можно спрашивать, с какого Херра вы сюда явились?

– Тебе не кажется, что он слишком много болтает? – спросил глава пришедшего отряда у Альдера. – Ты еще не объяснил ему, кто здесь всем командует?

– Господин Артес, мы захватили его только вчера. И он еще не понимает сложившейся ситуации и своего положения. Но я провел полную обработку: показал ему наши силы и возможности. Но, увы, он не проникся ни силой животных, ни возможностью превращения их в людей, ни мощью Малыша.

– Ничего, на месте ему объяснят, с чем ему предстоит столкнуться. Если, конечно, он не погибнет в первом же круге. Или даже до него: на Тропе. В общем, готовь его к транспортировке. И показывай, куда нам вещи складывать, которые мы тебе притащили.

Они проследовали мимо меня. А я смотрел на людей, которые тащили баулы с поклажей. Совершенно обычные люди: помести их хоть на улицы города, хоть в деревню: ну ничем от местных не отличаются! Но выполняют все приказы местных «силовиков». Как, впрочем, и местные бы относились к приказам местного дворянства или армии. Ну и что, что местные «Бароны» и «Графья» ходят на четырех лапах? Зато любой из «дворян» способен одним движением лапы разорвать любого «простолюдина». Политика силы в самом прямом смысле.

А что простолюдины способны противопоставить грубой физической силе? Разве что вооружиться. Но что, если производство и распространение оружия контролируется правительством, и делается это очень строго? Да, остается еще такое «невидимое оружие», как магия. Но магии нужно обучать, а отбор на обучение и подготовку осуществляется кем? Правильно, властями. Как и идеологическая накачка: мол, власть дается «от бога», поэтому при создании мира эта священная сила приобрела специфический вид: то есть вид разумных зверей, а вот технические проблемы: исследование, науки, технологии, ремесла и развитие техники были отданы «низшей расе», самой природой приспособленные к тонкой манипуляции и созданию предметов (наличие рук).

Ситуация в чем-то похожа на обстановку в Древней Греции (из которой, собственно, и выросла Земная цивилизация). Там ведь тоже было деление на «свободные искусства», которыми занималась «свободные граждане»: музыка, грамматика, риторика, диалектика, геометрия вместе с арифметикой и астрономия. В общем, «свободными» считались искусства, в которых не требуется приложение физической силы. Вроде нашего программирования. А вот рабы работали в мастерских и на производствах. Также рабы выполняли работы по дому, прислуживали за столом, служили на флоте гребцами. Кстати, скульптура и живопись тоже отдавалась на откуп рабам, так там требуется физическая сила. Иногда рабы, правда, становились охранниками (заменяли сторожевых собак), но никоим образом не имели права заниматься свободными искусствами, требующими умственных усилий.

Так что возникло естественное разделение, если учесть возникновение разумных животных, в которых ум и социализация сочетаются с физической силой. И таким образом создалось «естественное» дворянство. Оно и в нашем-то мире возникло, на основе выделения из своей среды самых жестоких, властных и сильных людей. А здесь таких тварей создала сама природа. Ведь, как говорят сторонники эволюции: «как только первая обезьяна взяла в руки палку, вторая начала на нее работать».

В общем, исторически все понятно. Вполне возможно, что когда-то и на Земле была раса таких существ. Но люди породы Homo раньше создали оружие, взяли его в руки…, и сильные стайные звери просто кончились. Ибо они возникли в одном-единственном месте, не успели организоваться, и их было просто мало. Остались только легенды о оборотнях, вампирах и прочих чупакабрах.

Так, что я похлопал кошко-монстра по башке между ушей (вообще перестал воспринимать их как монстров, тем более, что это, кажется, была Мявва), поднялся на ноги и двинулся вслед за появившимся отрядом.

Мешки они скинули на складе: в комнатке, соседствующей с казармой. Но когда я попытался войти следом, передо мной встал, растопырив лапы и обнажив клыки, один из пришедших монстров. Я сделал еще шаг, и охранник зарычал, брызгая мне в лицо слюной.

– Да пошел ты! – выкрикнул я ему в морду, подшагнул на расстояние вытянутой руки и врезал изо всей силы кулаком по отвисшей челюсти. Кажется, челюсть вылетела из сустава, но не треснула. И монстр заскулил с открытой пастью. А я бросился мимо него к одному из мешков, из которого торчала рукоятка, и выдернул оттуда меч среднего размера. И встал в стойку, развернувшись к пострадавшему охраннику.

– Так, немедленно прекрати! – закричал сзади Альдер. Брось меч, иначе тебе конец! Сил драться против всех у тебя не хватит!

Поколебавшись, я выпрямился и осмотрелся. Увиденное не порадовало: на меня оскалились сразу полдюжины пастей. Но больше всего поразила реакция пришедших с отрядом людей: отвисшие челюсти, выпученные глаза и полный ступор. Как если бы городской нищий дал в морду вальяжно проходящему по рынку, в окружении телохранителей, мэру города. К травмированному песику тут же подскочила, оглядываясь на меня, девчушка, поводила возле челюсти рукой (видимо, какая-то лечебная процедура), накинула на нижнюю челюсть обрывок веревки и дернула в каком-то определенном направлении. Раздался щелчок, потом «клац» зубов и пострадавший, слабо поскуливая, потряс головой. И осторожно открыл ставшую на место челюсть. А затем выплюнул перекушенную веревку.

Я осмотрелся вокруг и, плюнув, бросил на пол простой меч, выхваченный наугад из мешков. К нему тут же бросился кто-то из людей и пугливо оттащили мешки подальше от такого опасного меня. А я повернулся к побелевшему Альдеру и снова потрепал по башке неслышно подошедшую сзади кошку.

– Да не переживай, все под контролем. Ты же сам говорил, эти звери понимают только язык силы. Вот теперь и этот подумает три раза, прежде чем рычать на незнакомцев. А напасть они на меня не могли. Они ведь даже тебе приказали меня не трогать. Значит, я им для чего-то нужен целым. Хотя бы временно. Значит, даже если кто-то прыгнет, Артес их остановит. Он же здесь в роли командира выступает. А стайные звери, хоть овцы, хоть собаки, от природы привыкли слушаться главного в стае.

– А если он просто не успеет?

– Ну, с одним-то я как-нибудь и сам справлюсь. Вот этот подтвердит, – кивнул я на поскуливающего монстрика.

Что-то мне подсказывало, что в сопровождение каравана назначили не опытных бойцов, а кого попало, вроде «офисного планктона» в местном эквиваленте. И они могут только «понты колотить», а в настоящей драке ни разу не участвовали.

– Ладно, собирай, что хотел нам передать, и мы пошли. И запакуйте этого! – кивнул старший группы Альдеру. – И руки ему свяжите, чтобы по дороге суету не наводил.

Я хотел было возразить, глядя на настороженно подходящих ко мне людишек. И вдруг почувствовал, как обе мои руки сзади оказались в прочном захвате. Оглянувшись через плечо, увидел за спиной возвышающуюся чуть ли на голову Мявву. Ну ладно, нужно так нужно. Пока она мня держала, какая-то из пришедших женщин накинула на мои руки веревку и затянула узел. Честно говоря, узел получился так себе: при желании, избавится от веревки будет несложно. Затем Мявва обняла меня за плечи, прижав к целому вертикальному ряду мягких и упругих молочных желез, и потянула вперед, в соседнее помещение. Альдер свистнул, и несколько помощников с продувными физиономиями притащили несколько мешков с чем-то твердым и угловатым Люди ухватили мешки и взвалили их на спины. И, в сопровождении пары псов и Мяввы, мы двинулись куда-то вниз.

Вскоре мы прошли тот место, где встретились и которое охраняла Мявва. И двинулись дальше, в сторону освещенных и ровно полированных коридоров. Спустились на пару уровней вниз по каменным лесенкам, несколько раз повернули и уперлись в гладкую каменную стену.

Артес что-то гавкнул на своем языке. И мне на голову натянули черный мешок, едва пропускающий свет. Затем Артес что-то сделал, и послышался шум. Похоже, монолитная на вид стена сдвинулась в сторону, так как мы двинулись прямо вперед. А стена сзади, похоже, закрылась со стуком. Освещение снаружи изменилось, и свет стал каким-то голубоватым. А еще запахло озоном. Потом меня подтолкнули в спину и появилось ощущение, что я куда-то падаю, хотя ноги четко касались пола. Затем меня как будто прокрутило в стиральной машине, и выплюнуло в какое-то новое помещение (эхо изменилось). А еще сбоку донесся звук рвоты. Похоже, кого-то из носильщиков стошнило. А затем с моей головы рывком сорвали мешок. Проморгавшись, я убедился, что нахожусь в другом месте: в помещении были окна, и за окном занимался рассвет. А легкий ветерок шевелил мне волосы. Похоже, от окон шел сквознячок, и приносил холодный воздух. Я подошел к окну и даже немного удивился: похоже, вид открывался откуда-то с высоты, на горный массив. Не обращая внимания на дружно согнувшихся в приступе рвоты носильщиков, оглянулся на Артеса и сопровождающих его зверей. Они тоже были слегка ошеломлены и взбледнули (Артес, по крайней мере), но на них перемещение (или это была те самая телепортация?) подействовало не так сильно.

– Это уже тот самый Херр? – спросил я.

– Совершенно верно, – ответил Артес. – Твое финальное место назначения. Отсюда ты уже никуда не денешься. Даже не пытайся.

– А при помощи этой же «тропы»?

– Не надейся. Путь туда и обратно располагается в разных помещениях. Так что в будущем ты увидишь только песок арены. Ничего больше чужакам в Херре на светит.

– Да, Херровая перспектива, – усмехнулся я. Но никто, кроме меня, каламбурчик не оценил.

Глава 23 Новая локация

Из комнаты мы вышли через открытый арочный проход и очутились на винтовой лестнице, ведущей вниз. Лестница проходила в чем-то похожем на круглую башню: этакий перевернутый колодец. И была она немного необычной: ступеньки были широкие и невысокие, похожие на небольшие площадки. Видимо, рассчитанные не на человеческую стопу, а на размеры местного четырехлапого «дворянства».

Да и сама «башня» была достаточно широкой: метров двадцать внутренним диаметром. Время от времени в стенах виднелись проделаные не то окна, не то бойницы, через которые внутрь попадал свет разгорающегося дня. Стены, судя по ширине подоконников, были толщиной чуть больше метра.

Спускались мы долго. Если переводить на нормальные величины, то высота башни была не меньше двух десятков этажей. Как-то мне довелось подниматься по лестнице на чердак 25-этажки: так вот, по ощущениям, спускались мы не меньше. Правда, там мне пришлось подниматься, а не опускаться. Но ведь правильно говорят, что если двигаться вверх не сложнее, чем вниз – это молодость. А если спускаться не легче, чем подниматься, то это старость.

Единственное, что я смог понять – так это что располагалась камера для возвращения перемещающихся по «тропам», на вершине какой-то башни. Наконец, мы все (Артес, пара местных песиков и толпа людей-носильщиков) вышли из башни и очутились на площади. Судя по расположенной в пределах видимости (правда, чуть ли не на пределе оной) стене, располагалась площадь перед донжоном (или центральным строением, которым и служила башня) здоровенной крепости, размером в пару городских кварталов. По краю замощенной булыжником площади располагались какие-то хоз. постройки, выполненные тоже из камня.

Здесь все было изготовлено из камня, причем не тяп-ляп шабашниками-гастарбайтерами, а аккуратно, из тщательно обработанного камня. А «сруб» расположенного вдалеке колодца и ажурная надстройка над ним был возведен даже с претензией на художественный вкус и архитектурное исполнение. Пока мы шли через площадь, мне надоело, что руки у меня неаккуратно связаны за спиной. Поэтому, чуть подергав руками, избавился от грубой веревки и перекинул ее через плечо. Артес покосился на меня, но ничего не сказал. Мол, «Все равно никуда не денешься». А песики на мои руки вообще не обратили внимания.

Так что к воротам мы подошли почти на равных, и уже не казалось, что меня куда-то конвоируют. Артес что-то пролаял на местном языке, и в огромных воротах открылась небольшая калитка. Ну, как, небольшая? По сравнению с воротами. А так всадник на коне проедет.

И мы оказались в городе. Но это был не стандартный средневековый город, к которому все мы привыкли по фильмам, картинам и реконструкциям. А также экскурсиям по старинным Риге или Стокгольму.

В средневековье на Земле здания в городах были преимущественно двухэтажнымию. Первый этаж отводился под хозяйственные нужды: склад или он же, совмещенный с магазином, а жил владелец с семьей над этим сараем/гаражом, на втором этаже. Во многих странах до сих пор высотность здания измеряется без учета первого этажа. Где располагаются магазины, маникюрные салоны, отделения банков и прочие общественные заведения.

Но здесь ведь городом управляют не только люди, но и звери другой породы. Которым не нужны склады, и неудобно взбираться на второй этаж. Так что ближайшие к центру здания представляли собой, грубо говоря, одноэтажные каменные сараи, крытые черепицей. И чрезвычайно малой (чуть больше метра) высоты. Такие себе «модернизированные» собачьи будки. А модернизированные потому, что дома (даже такие примитивные) и их владельцев (даже самых неприхотливых) нужно обслуживать: хотя бы убирать помещения, купать владельцев, или подавать еду должны люди. В принципе, даже в нашем мире владельцы собак (хоть бойцовских, хоть декоративных пород) являются скорее обслуживающим персоналом, большую часть времени заботящимся о питомцах.

Просто здесь у этих четвероногих «питомцев» прав больше. И они могут высказать свои пожелания, или требования, к людям.

Но чуть дальше от центра пошли и «стандартные» средневековые дома: видимо, здесь жили обычные люди. Которые должны были обслуживать как торговлю, так и производства: работу в каменоломнях, гончарное, кузнечное и прочие. И здесь, судя по всему, существует система, которую в свое время пытались внедрить в ЮАР: «Апартеид», то есть цивилизованная часть страны жила отдельно, а дикари жили в своем мире, по своим правилам. То есть «проблемы индейцев шерифа не волнуют».

Затем мы вышли на какую-то площадь, которая, видимо, являлась местным рынком. Здесь рядами стояли крытые черепицей или матерчатыми тентами каменные ряды, где с одной стороны стояли продавцы (в основном люди), а с другой стороны бродили группки покупателей: как людей, так и четырехлапых «дворян» в сопровождении «прислуги»: носильщиков и даже охраны, вооруженной короткими мечами. Причем торговали здесь абсолютно всем: от мяса домашних животных, до праздничной человеческой одежды. Главным отличием было то, что продавцы и покупатели общались не на привычном мне языке, а на местной «лающе-рычащей» мове. Видимо, специально предназначенной для речевого аппарата местного «дворянства». Со стороны казалось, что продавцы с покупателями именно «лаются», что полностью соответствует происходящему на базаре. Как говорят, есть языки, созданные для любви, а есть предназначенные для войны. Этот идеально подходит для торговли.

Мы ничего покупать не собирались, поэтому прошли буквально по краю. А затем опять пошел «господский» район. Причем носильщики с полученными в каменоломне мешками вскоре скрылись в одном из «человеческих» домов. Видимо, это был дом Артеса. Или владельца «перерабатывающего» цеха, как-то использующейся то, что продолжает добывать каменоломня.

Так что, несмотря на «зверскую» власть, особых беспорядков или нарушений порядка я в городе не видел.

Затем мы приблизились к какому-то большому каменному стадиону, или цирку. Короче, это строение напоминало римский Коллизей. И, как я подозреваю, использовалось примерно с теми же целями.

– Послушай, Артес, – обратился я к человеку. – можешь меня слегка подучить местному языку?

– Во-первых, это долго. Во-вторых, бесполезно. И для чего тебе это?

– Ну, хотя бы, чтобы понимать, о чем говорят окружающие, Или торговаться на базаре. Вдруг что-то выторгую?

– Сомневаюсь, что ты проживешь достаточно долго, чтобы это тебе это пригодилось.

– Почему? Я видел на базаре людей. И они что-то покупали!

– В ближайшие дни (если тебе удастся прожить хотя бы до вечера) ты будешь занят. И не факт, что тебе вообще удастся что-то заработать, чтобы торговаться на базаре.

– А чем я должен буду заниматься?

– Тем, что у тебя, судя по рассказам, должно получаться лучше всего: маханием мечом. Ты будешь сражаться на арене с Гургами. Гурги – это те, кого вы называете монстрами.

– Я знаю. Первого своего Гурга я уложил еще до того, как научился владеть мечом. Так что, на Арене нужно непременно убивать противника?

– Разумеется, иначе он убьет тебя. В том-то и суть, что на Арене идут бои насмерть. Это и привлекает зрителей. И позволяет повышать ставки.

– На бои делаются ставки? И я могу поставить на себя?

– На себя ставки не принимаются.

– Тогда ты сможешь сделать ставку на меня?

– А если ты вылетишь в первом же круге? Хотя в первый день твоими соперниками будут новички, впервые вышедшие на арену. И ни разу не участвовавшие в сражениях. Так что задача будет простой. Ведь обычно Гурги сражаются с людьми из местных, которые тоже только что научились владеть оружием и от природы боятся эту расу. Так что сдаются, едва увидев соперника.

Но я не стану рисковать. Несмотря на то, что ставки в первом круге минимальны. Ведь никому не интересны сражения новичков. Нет, я не собираюсь этим заниматься! Тем более делиться с тобой выигрышем. Так что забудь о возможности разбогатеть на сражениях. Хотя есть примеры бойцов, разбогатевших на боях. Но это высшая лига, куда тебе не попасть. Там побеждают здоровенные воины, которые способны сразиться с Гургом даже без оружия. О тебе такого не скажешь, несмотря на твою наглость. Единственная надежда на то, что ты умеешь владеть оружием на хорошем уровне и сможешь что-то противопоставить прирожденным бойцам. А пока пошли вперед и, как говорят, «Оставь надежду, сюда входящий».

И мы вошли в ворота, за которыми начались ступеньки вниз.

На нижнем этаже (в полуподвале) нас встретили пара хмурых толстых мужиков и пара лениво сидящих в сторонке Гургов. Мужики о чем-то перегавкались с Артесом, после чего в «разговор» вступил один из сопровождавших меня охранников: кажется, тот, которому я свернул челюсть. После чего на меня обратили внимание и псины, сидящие стенки. После этого люди-охранники предложили жестами мне пройти в загородку, похожую на «обезьянник» в ментовке: что-то вроде комнатки с топчаном, столом и ведром для отходов, вроде параши. Одна из стенок комнатки представляла собой решетку с дверцей и навесным замком снаружи.

В общем, я зашел в камеру и уселся на топчан. Он был, (наконец-то!), деревянным и на топчане лежало что-то вроде матраца, набитого каким-то сеном. Стол тоже был деревянным, и относительно чистым. Да и вообще, клетка была достаточно чистой, как в зоопарке. В ближайшем к охранникам углу для чего-то стоял здоровенный деревянный чурбак. Стоило мне усесться на топчан, как к решетке подошел один из охранников.

– Какой-то ты хилый, – произнес он, с сомнением меня осмотрев. – Пожрать хочешь?

– А то как же, последний раз утром поел. И на другой стороне «тропы». А здесь время, как я посмотрю, по-другому идет. Но война войной, а обед по распорядку. Тащи, что есть!

– А кидаться не будешь? – с сомнением в голосе спросил тот.

– Да для чего? Обратно я не попаду, ни дороги не знаю, ни спросить встречных не получится. Местным языком не владею. И порядков не знаю. Так что тащи пожрать и будем дружить! С тобой хоть поговорить можно.

Охранник повернулся и вышел из помещения. А мне оставалось только ждать и осматривать окружение. Хотя смотреть было особо не на что. В помещении было еще две, аналогичные моей, камеры. В дальней от меня я вдруг заметил лежащего на топчане человека. Тот свернулся, прижав колени к животу и закрыв голову. Как будто от чего-то защищался. Похоже, он меня заметил, но общаться не стремился. Но в деревянный чурбак (такой же, как в моей камере) у него был воткнут настоящий меч. Правда, узкий и, похоже, легкий. Можно ли таким драться с монстрами, и тем более убивать их– не уверен. Все-таки шкура у них достаточно толстая. Но при желании, несколько я помню, завалить зверя таким оружием вполне реально. Во всяком случае, проще, чем голыми руками.

Из остального в комнате было: стол с двумя стульями, на которых сидели охранники; два тюфяка, на которых лежали пара псин (Гургов); стойка, типа стола для оружия, на который чуть ли не навалом было выложено несколько мечей; какая-то лежанка, покрытая одеялом, выпачканным бурыми пятнами; полка на стене над лежанкой, над которой стояли рядком какие-то глиняные кувшинчики; пара факелов в подставках на стенах. Больше ничего. Понятно, что охранники скучают. Не успел я прийти к такому выводу, достойному как Шерлока Холмса, так и Капитана Очевидность, как в помещение ввалился все тот же охранник. Он держал в одной руке деревянную тарелку, на которую с горкой была навалена какая-то каша, из которой торчала ручка деревянной же ложки. Во второй руке он держал примерно литровую глиняную кружку. Второй стражник поднялся, на спеша подошел к моей решетке и, звякнув чем-то, открыл небольшое окошко в решетке. Через которое мне и подали тарелку и кружку.

– Сойдет такое? – спросил первый, передавая мне тарелку. – Или ты только мясо ешь? Тогда извини, сейчас в кухне только еда для персонала осталась, подогретая.

– Конечно, сойдет! – обрадовался я. Тем более, что в кружке оказалось неплохое темное пиво. А каша чем-то напоминала обычную перловку, добавлением больших кусков поджаренного мяса, и политая мясной же подливкой.

– Отлично! – обрадованно выкрикнул я. – Тот обед, о котором я мечтал! А лепешек нет к этой каше?

Охранники переглянулись, и второй достал из коробки, стоящей на полу, здоровенную круглую лепешку, напоминающую чурек – толстую лепешку откуда-то с Кавказа.

– Такая сойдет? Это, конечно, еда простолюдинов, но других пирогов сейчас нет…

– Да ты что, – вцепился я зубами в неплохую пресную лепешку. – Отличный хлеб! Как раз то, что нужно с голодухи. Не хуже того, чем меня в каменоломне угощали! И я принялся наминать дармовое угощение.

– А что это ты такой спокойный? – подозрительно спросил второй стражник. Ты вообще откуда здесь и кто такой?

– Зовут Гарр, – ответил я, вымакивая остатки подливки остатками лепешки. – Привели меня сегодня, с той стороны Тропы. Так что у вас, в Херре (или как правильно сказать, «в» или «на»?) впервые, и надеюсь побыть тут некоторое время, пока не разберусь, что здесь творится. Меня ухитрились поймать ваши Гурги, солдаты вместе с кошко-девочками, заманили в ловушку и предложили у них побыть, а потом сюда смотаться. Ну, я и согласился. Не бить же им морды, они меня, вроде бы, не обижали. А что не так?

– А ты хоть представляешь, чем тебе придется здесь заниматься?

– Сказали, нужно на Арене драться с Гургами. Просто для развлечения. А что не так?

– А не так здесь то, что драться придется насмерть. Пока одного из вас: тебя или твоего соперника, не утащат с арены за задние ноги.

– Ну, это нормально. А оружие мне положено или врукопашную драться?

– Ну, в рукопашную на Арене делать нечего. Так хоть есть шанс, что тебя наши лекарки после драки в один кусок соберут. И оживят.

– А если я выйду победителем? Там же сперва, как мне сказали, молодняк против меня выпустят!

– На это можешь не рассчитывать. Тут даже щенки Гургов посильнее обычного простолюдина. Но на это даже ставит никто не будет.

– А по многу ставят?

– Да нет, на битвы новичков ставки смешные. Как и коэффициенты. И так ясно, кто победит. Но если сумеешь выжить, то тот, кто на тебя поставит, хороший выигрыш возьмет! Но мы на такое на пойдем. Разве что кто-то из новичков среди зрителей. Мы уже столько бойцов тут повидали, что даже, если бы считать умели, со счета бы сбились. Тут такие силачи побывали, не тебе чета! Так что на такие шансы пусть кто-то другой ловит. А оружие тебе, конечно же, выдадим. Вот этот меч, например.

Дебелый охранник, не глядя, вытащил из груды оружия на стойке за своей спиной, легкий и тонкий меч (почти шпагу) и, просунув за прутья решетки, воткнул вертикально в колоду

Я тут же подскочил и вытащил оружие. Да, назвать эту железяку оружием было бы сильно похвалить ее. Даже перехвалить: вес был почти никакой, лезвие и обух были практически идентичной заточки (никакой), острия как такового не было. Ну, разве что отмахнуться такой штукой могло бы получиться. Да мой тренировочный деревянный меч больше бы пригодился! Я пару раз махнул этой железякой, покрутил кистевые круги, выполнил пару финтов и выпадов. Ну, что сказать? Если без ругательств – то ничего. Единственный плюс – массивное «яблоко» на конце рукоятки. Которое можно использовать, как кастет.

Затем повернулся к своим тюремщикам лицом. Странно, но обычно заключенные испытывают к охранникам и тюремщикам негативное чувство, что вполне естественно. Но вот я не испытывал к этим ребятам никаких отрицательных эмоций. Может быть, потому, что не чувствовал себя в полной мере заключенным? Я здесь, скорее, древнеримский гладиатор. Что было вполне уважаемой и престижной (начиная с какого-то уровня) профессией. На уровне наемников или солдат. Да и тот же Спартак был вполне себе харизматичной личностью. Правда, судя по реакции туземцев, поднять здесь восстание рабов будет посложнее, чем в древнем Риме. Стоит местному Крассу только рыкнуть, как местные Спартаки удерут быстрее скорости звука.

Но теперь в комнате кроме двух здоровенных мужиков присутствовала девушка в темно-зеленном халате. Которая пыталась держать официально-деловое выражение лица. Но невооруженным глазом было видно, как она напряжена. То ли переживает, то ли чего-то опасается.

– Привет, – обратился к ней я. – меня зовут Гарр. И я здесь новенький. А ты, похоже, лекарь, который будет меня латать после очередного раунда?

– Очередного? – рассмеялся тюремщик номер 1. – Да ты с первого-то раунда одним куском вернись! Или хотя бы чем-то, что оставит твоей лечилке место для работы.

– Что, и правда настолько все страшно? Неужели местные Гурги настолько страшнее тех, что нападают на наши деревни?

– Погоди, ты «пришедший»? – встрепенулась «докторши». - А когда ты прошел через «тропу»?

– Да сегодня с утра, а оттуда прямо сюда. А что?

-Но «низшие» плохо переносят путешествие по «тропе», это даже в учебном курсе проходят. Как ты себя чувствуешь? Голова не кружится?

– Да нет. Сразу во время перехода голова немного кружилась, но это быстро прошло. А что?

– Я могу подать просьбу, чтобы тебе дали сутки на адаптацию… тогда еще один день проживешь.

– Да хватит меня пугать! Порву я вашего бобика. И не нужно мне целый день на адаптацию. Разве что, нормальный меч, если там и правда, всерьез дерутся. И придется и реально убить бедную зверюшку.

– Ты что, и правда собираешься победить?

– Ну да, а ты только людей лечишь? Или зверюшек тоже? Так что придется тебе реанимировать собачку.

– Собачку? Это ты так Высших называешь? Да ты просто сумасшедший! Но если ты сможешь победить сегодня…

– Что значит, «если»? Можешь сделать ставку на мою победу! Я в доле за четверть премии. Договорились?

– На что делать ставку? На то, что продержишься до конце раунда?

– На победу, разумеется!

– Не смеши. На победу новичка-низшего против чистокровного Гурга никто даже не примет ставку. Ведь премия превысит все разумные пределы. Но ты даже не пробовал! Почему ты так в себе уверен?

– Меня Ваши прозвали «Монстром из Руины». Тебе это имя что-то говорит? Мой отряд уничтожил больше Гургов и их помощниц, чем все вместе за все предыдущее время.

– Ого, говоришь, ты и есть тот самый «Монстр»? – вклинился разговорчивый охранник. - Тогда у тебя есть шансы. Но не расслабляйся, противник у тебя будет сложный. С молодыми Гургами всегда проблема: они не удовлетворяются обычной победой. Им нужно буквально уничтожить соперника, убедившись в его смерти. Так что после такого поединка даже спасать нечего.

– Извини, на таких условиях даже пытаться делать ставку не буду, – обратилась ко мне докторша. – Не собираюсь расставаться со своими деньгами. Даже с минимальной суммой. Они мне не за просто так достаются. И я пытаюсь накопить нужную сумму.

– Вот тебе отличный повод немного заработать, увеличив сумму накоплений. Стоит рискнуть минимальной суммой, чтобы сорвать куш? А я гарантирую тебе победу. И случай по практиковаться на хорошо отбитой тушке одного из песиков. Договорились?

– Ну хорошо. Я пойду сделаю ставку. Но ты мне будешь должен! Хотя бы как источник органов для исследований после смерти!

– Договорились. Но с тебя четверть суммы выигрыша. То есть премии минус ставка.

– Договорились, – бросила девушка, выходя из помещения.

– Ну, ты и оптимист! – восхищенно бросил все тот же разговорчивый тюремщик. – Такое впечатление, что и правда собираешься вернуться с Арены одним куском! Тут уже были такие же, хорохорились до первого выхода на арену. Ну ладно, ждать долго не стоит. Пойдешь следующим. Против молодого Транга, из линии военных. Это его первое сражение, так что он будет стараться показать себя с лучшей стороны. Так что плакали денежки нашей Эрайнх. А возможно, и твой последний день. Но по крайней мере, она разберет тебя на составляющие и немного развлечется. Ладно, входи, время пришло. Оружие не забудь. Может пригодиться.

И он открыл дверцу в клетке.

Я вышел в коридор и поднялся по лесенке. Это был выход на арену, посыпанную песком. Пройдя через ворота, которые сразу же со щелчком закрылись за моей спиной, оказался на ринге. На противоположной стороне стоял здоровенный, мускулистый пес. Который прямо-таки рвался в бой, отбрасывая песок задними лапами. Зверь пригнул голову к самой земле и рванул в мою сторону. Зрители взвыли.

Глава 24 Арена смерти

Зверь метнулся через Арену настолько быстро, что я даже не успел что-либо предпринять. И очнулся только в тот момент, когда огромная когтистая лапа уже начала движение. И, похоже, целился он мне в горло, чтобы покончить поединок одним мощным ударом. Но в этот момент я очнулся и автоматически отклонился назад, не сдвигаясь с места. А правой рукой автоматически шлепнул плашмя железкой, изображающей меч, по лапе.

Зверюга, похоже, не умела держать удар: просто не получал еще толком ни разу ответа. Может быт, в нападении он мастер, но вот защиту, похоже, ни разу не отрабатывал. Во всяком случае, на таком уровне, чтобы было больно. Зверь остановился в каком-то шаге от меня и поджал переднюю лапу. А морда его была на расстоянии вытянутой руки, и на высоте моего пояса. Ну прямо напрашивался на прямой удар ногой. Который я и выполнил, причем получилось очень технично. Так что моя подошва плотно впечаталась прямо в розовый, незащищенный нос.

Завизжав, зверь отлетел на пару шагов и растянулся на песочке. А я, сделав пару шагов, изо всех сил врезал ботинком в область нижних ребер. Кажется, что-то хрустнуло и звереныш взвыл от боли. Но собрался, и даже подскочил на ноги и даже развернулся ко мне мордой. Но стоял пошатываясь, и глаза у него были мутноватые. Так что я встал на колено, размахнулся и врезал яблоком рукоятки в лоб противнику. Глаза у собачки закатились и ее передние лапы подогнулись. А я решил, что пока противник не способен двигаться, успею посмотреть на него «вторым зрением. И тут же увидел в месте «железы», которую так и не смогли идентифицировать наши лекари, светящееся фиолетовое пятно. И потянул из нее энергию, как будто «выключая» какую-то функцию зверя. И почувствовал, как тот на какое-то время замер. Поэтому подскочил к противнику сбоку и пару раз врезал носком ботинка (между прочим, снабженного металлической набойкой) в область, которую наши эскулапы признали «солнечным сплетением». А когда тот свалился на песок, отошел назад и поднял с Арены брошенный за ненадобностью меч. И поднял его над головой. Но ожидаемых оваций не услышал. Над рядами зрителей разлилось недоуменное молчание.

Ну да ладно, плевать на зрителей. Главное, что результат налицо. Ведь это не меня, а моего соперника уносят с Арены. Правда, он пока не мертв, но будет ли это считаться, как его победа? Сомневаюсь! Хотя кто знает местные правила и законы?

Но предполагать можно что угодно. А точно мне смогут только внизу. Поэтому я кивнул стоящему на выходе знакомому тюремщику и, не торопясь, спустился вниз, за ним следом. В тюремной комнате уже творилась какая-то суета. На топчане посреди комнаты, как на месте для лечения постадавших, уже лежал побитый Гург. Я подошел поближе и попытался прощупать его бок. А затем попытался осмотреть его травмы «вторым зрением». И почувствовал значительное нарушение в области нижних ребер и где-то внутри. Травма также ощущалась, как небольшое потепление. А еще что-то не в порядке было с башкой.

В этот момент, зверь начал приходить в себя и попытался цапнуть меня за руку. Но получил ладонью по носу.

– Эй, пришлый, а ну не распускай руки! – предупреждающе вскрикнул тюремщик. – Отправляйся-ка в камеру, от греха подальше!

– Да, освободи-ка место, как там тебя, Гарр! – раздался сзади звонкий женский голос. – Ты уже все, что нужно, сделал. Теперь я буду это восстанавливать.

А ты пока возьми вот этот мешочек, и отсчитай свою четверть от приза. Хотя то, что случилось на риге, ввело букмекеров и судей в ступор. Все должно было быть как обычно: Младший Транг должен был порвать на части низшего, рискнувшие сделать ставки получили бы свой мизерный выигрыш, а на этом месте должен был сейчас лежать ты. А я должна была расстаться с последней надеждой выкупить тот набор инструментов, на который полгода откладывала деньги. Но из-за тебя все пошло не так.

– Ну, извини. Я бы попытался все сделать по правилам, но я слишком люблю свою тушку. Поэтому не дал этому песику, будь он хоть трижды породистый щенок какого-то известного военного, попортить мне шкурку. Ничего, за одно битого, как у нас говорят, трех небитых дают. Будет повод больше тренироваться. И думать, прежде чем ввязываться в драку по любому поводу. А что там решили судьи?

– А что там было решать? Одного унесли, второй ушел на своих ногах. Так кому нужно присудить победу? В общем, немного поскандалили и пересчитали вознаграждение. К счастью, я оказалась не единственной сумасшедшей, кто поставил на аутсайдера. Хотя огромным такой выигрыш стал только для меня.

– Отлично, но нужно же сначала отделить сумму твоего взноса?

– Я свое уж отобрала. Разбирайтесь сами, у меня работа. Нужно помочь пострадавшему как можно быстрее, иначе возможны неприятные последствия. Хотя ран снаружи не видно…

– У него сломаны два ребра, вот здесь что-то повреждено из внутренних органов. И обширная контузия. – добавил я. – Плюс вот здесь какие-то повреждения.

– Спасибо за попытку помочь, но я сама разберусь, – высокомерно бросила Доктор. Кажется, Эрайнх. Забавное имя, хотя и непривычное. – Ты пропустил вот здесь какую-то травму. Погоди, ты что, разбираешься в лечении? Каким образом?

– Ну я же в Академии проходил обучение. Я же не прямо из хлева в отряд пришел! Кое-что умею. Но всегда приятно посмотреть на работу настоящего мастера!

– Считаешь меня мастером? Жаль, что твое мнение не разделяют руководители нашего отделения. И меня ставят лекарем на бои начинающих. Где чаще всего вообще поздно что-то делать. А Гурги на эту лавку вообще впервые попадают. И главное, ни одной резаной раны! Так что добраться до повреждений невозможно. Жаль. В следующий раз не забывай о своих партнерах.

– В следующий раз? Предполагаешь, что следующим соперником окажется такой же увалень? И на нем точно так же просто можно будет заработать?

– Ничего себе, просто! Ты первый на моей памяти, кто так легко прошел первое сражение.

– Да какие твои годы! Еще и не то увидишь!

– Новичкам на первом круге приходится пройти три сражения с новичками-Гургами. Так что тебе сегодня предстоит еще две драки.

– И на каждый из них можно сделать ставку? Сможешь поставить на меня весь мой выигрыш? Кстати, по какому курсу здесь идет медь и серебро? Золота я здесь не вижу.

– Галлер, помоги пришлому отделать его четверть, – распорядилась Эрайнх. – Он не разбирается в нашей денежной системе. Хотя на кой демон ему такие подробности? Все равно он собирается делать ставку на всю сумму, правильно?

– Совершенно верно, – согласился я. – Иначе нет смысла и делать ставку. Ведь если я проиграю, остаток мне все равно не пригодится. Но хотелось бы закончить все побыстрее.

В этот момент зашевелился человек в соседней клетке. Он сел на кровати, и оказалось, что это худощавый парень лет 25.

-Ты хочешь побыстреепройти свой круг? Можешь выйти вместо меня на арену? Тебе же, кажется, все равно, с кем драться? А против меня должен выйти настоящий монстр! Меня бросает в дрожь при одной мысли о нем. Прошу, спаси меня?

– Эрайнх, такой обмен возможен, в принципе? – спросил я у докторши, водящей руками вокруг тела притихшего песика на топчане.

– Поменяться соперниками? В принципе, об этом можно договорится с судьями. Это требуется, чтобы внести поправки в таблицу выплат. Я могу с ними договориться, когда буду вносить залог за пари. А с кем ты должен сегодня сражаться?

– С Роххом.

– С самим Роххом? Ну, такая реакция вполне естественна. Ну тебе повезло, что Гарр не в курсе, кто это такой и почему у него такая слава, что низшие боятся одного его имени. Так что придется ему рассказать.

– Да ладно, рассказывайте. Должен же он знать…

– В общем, Рохх в своем роде легенда Арены. Он провел уже полдюжины боев, и в каждом сражении он не оставлял шанса сопернику. И их не удавалось даже собрать в один кусок, а не то, что починить. В общем, сложный соперник. Но судьи могут потребовать, чтобы ты сначала отработал «обязательную программу», и сразился с новичками. И не стал легкой добычей для более опытного бойца.

– Ну, да ладно. Что там у меня дальше по расписанию?

– Вторым у тебя должен быть более простой сопеник. Гернс, так звучит его имя на языке низших. Он всегда записывается после сильного бойца, так что его него очередь обычно не доходит. У него практически нет опыта, как и желания сражаться. Будет жаль, если он погибнет на Арене, но он вынужден сражаться, чтобы поддержать честь семьи: дворяне просто обязаны сражаться на арене или хотя бы записываться на сражение. Это что-то связанное с их уставом.

– И когда мне нужно выходить на драку с этим добродушным песиком?

– Прямо сейчас, как только я закончу восстанавливать пострадавшего, пойду подам на тебя заявку. Я ведь твой лекарь, который должен отвечать за твою готовность!

– Отлично, а как ты справляешься с переломанными ребрами? Они же где-то там, под кожей и кучей мышц? Плюс межреберные.

– Ты знаешь, что есть такая способность: перемещать предметы, не прикасаясь к ним руками?

– Да, есть такое. Но там же нужно видать предмет?

– Да, это требуется. Но в лечении используется «дополнительное» зрение. Нас учили видеть кости и органы даже в глубине тела. Вот, как и сейчас, я вижу не только ломанные ребра, но и органы, пробитые обломками. Так что сейчас я перемешаю обломки ребер, заращиваю повреждения, чтобы убрать внутренние кровотечения, а затем запускаю сращивание костей. Они сломаны недавно, так что его организм сам запускает процесс заживления, нужно ему только немного помочь.

– Забавно. Поучишь меня искусству лечения? Обещаю, у меня есть способности и я буду тренироваться. Ты намного лучше в этом разбираешься, чем наш отрядный спасатель. Я тоже так хочу!

– Ну, для этого тебе придется хотя бы выжить некоторое время. А потом… будешь мне должен половину от своих выигрышей на арене, если я решу, что на тебя стоит тратить время!

– Круто. Но половина – это многовато. Сойдемся на четверти!

– Ну уж нет. Тебе-то ничего делать не нужно, просто побеждать на арене. А мне придется вспоминать весь курс Училища, начиная с первых занятий!

– Ничего себе, ничего не делать! Да тут половина населения трясется только от упоминания об Арене, а тут «просто побеждать» и как можно дольше! – хохотнул со своего места общительный тюремщик Галлер. – Кажется, наша Эрайнх уже перевела тебя из ранга обычных начинающих, в категорию серьезных бойцов! Так что старайся все же пережить ближайшие бои без серьезных ран!

– Ну хорошо, когда это красавчик будет в порядке? – спросил я у Эрайнх, не обращая внимания на посторонние замечания.

– Уже готов. Что смогла, поправила. До завтра все заживет. А пока часик поспит, а потом пусть им занимается семья и обслуга его родственников. А я пойду заявлять тебя на следующий бой. Желаю легкой победы! Какую, говоришь, сумму собираешься поставить на себя?

– На победу постарайся поставить все, что сможешь.

– Я воспользуюсь именем своей одногруппницы. Не смогу же я сделать две ставки от своего имени! Но придется ей отсчитать долю за беспокойство!

– То есть она заработает сколько-нибудь золота, даже не догадываясь об этом? Я не против, давай сделаем это. Но тогда придется пересмотреть условия моего обучения!

– Там видно будет.

И она вышла из помещения. А следом зашли четверо крупных носильщиков и переложили тело крупненького щенка на носилки, причем так аккуратно, что тот даже не проснулся. А когда они ушли, за мной появился распорядитель. И все тот же Галлер проводил меня к выходу на арену.

На другой стороне бегал еще один некрупный, но упитанный монстрик. Я вспомнил слова Эрайнх, что этот персонаж не стремится драться на Арене и всегда пытается устроить так, чтобы формально записаться на драку, но фактически к моменту, когда подходит его очередь, соперник уже мертв. То есть и традиция соблюдена, и риска никакого вообще. Хитрый, но не слишком кровожадный соперник. Я вышел на Арену, и соперник засуетился, стараясь не приближаться ко мне.

С сомнением посмотрев на железку в своих руках, неуверенно изображающую из себя меч, я воткнул ее в песок арены и двинулся к сопернику, слегка пригнувшись и расставив руки, как будто приготовился к объятиям. Соперник заскулил. Сперва он попятился, но затем, сообразив, что я безоружен, напрягся и рванул в мою сторону. А не добегая пару шагов, прыгнул и взвился в воздух.

Между прочим, это был неплохой прием. Если бы монстру удалось мен свалить на спину, он получил бы преимущество. Я бы на пару секунд вырубился от удара о землю, а он получил бы возможность вцепиться мне в горло. Но это, если бы я был обычным, неподготовленным человеком. Но я был готов к чему-то подобному. Поэтому шагнул в сторону и вытянул руки в сторону противника. И в момент, когда соперник пролетал там, где я только что находился, ухватил его одной рукой за горло, а второй за заднюю ногу. И выполнил что-то вроде приема, получившего в вольной и классической борьбе название «мельница». А затем он перешел в джиу-джитсу, европейский вариант дзю-до и самбо. Но в основном благодаря зрелищности, а не эффективности. Очень редко, когда профессионал бросается всем весом на противника и позволяет себя захватить таким характерным способом. Но прием все равно изучают: на случай сражения с сильным, высоким и нетренированным соперником. Так что я захватил противника, развернулся и изо всей силы (к чему прибавилась кинетическая энергия его движения) швырнул его спиной на песок арены. Вообще-то в классическом «боевом самбо» противника не бросают на твердую ровную поверхность, а с силой швыряют спиной на колено. С хорошим шансом сломать противнику позвоночник. Но, на мой взгляд, в данном случае это было лишним. Щенку (в данном случае это не только возраст или оскорбление, но и просто констатация факта) хватило всего лишь пары ударов башкой о песок, чтобы полностью отключился и закатил глаза.

Так что я встал, вытащил из песка так и не пригодившуюся железку и поднял ее над головой. На этот раз над трибунами прокатался гул. Но был он восторженным или разочарованным, я не разобрал. Щенка унесли, я мы мы с Галлером двинулись следом. Животное (или местный дворянин) лежало на лекарском топчанчике. Я рискнул подойти и попытался продиагностировать пациента. Никаких переломов не обнаружил, но вот какая-то проблема была с головой и что-то было не в порядке в той точке, где находилось «солнечное сплетение». Плюс по всей спине, вдоль позвоночника, располагалась обширная гематома. Видимо, удар оказался даже сильнее, чем я рассчитывал.

Но вот что в таком случае делать, я себе не представлял. Так что был рад, что в комнате появилась Эрайнх. Она мельком взглянула на пострадавшего, поводила над ним руками и заключила: «Здоров!»

– Погоди, но он же без сознания?

– У Высших другая физиология. У них организм намного прочнее. Критических повреждений нет, так что отлежится и будет в полном порядке. Его семья благодарна тебе ха то, сто ты ничего ему не повредил и вообще не использовал оружие. Это тебе пригодится.

– Семья? Откуда ты это взяла?

– Его отец глава команды судей Арены. Так что это он подсказал метод избегания излишнего риска Гернсу-младшему. И он очень сильно переживал, когда жребий свел его с тобой. А то, что ты вышел на раунд без оружия, вообще выбило зрителей из колеи. Считается, что низший без оружия уже мертв, стоит ему увидеть на Арене Гурга. Причем любого, даже такого, как Гернс. В общем, можешь считать, что у тебя есть тайный покровитель среди судей Арены. Он благодарен тебе за жизнь своего наследника.

– Понятно, и чем это мне грозит?

– Он не будет против небольших нарушений правил. Если с ним поговорит кто-то из доверенных лиц.

– Ты, например, – понятливо согласился я. – Значит, дальше мы будем работать вместе. Значит, начинай учить меня местному языку. Как сказать «Привет, меня зовут Гург»?

– Зачем тебе это?

– Ну, нужно же с чего-то начинать?

– Начинать что?

– Начинать вживаться в этот мир. И понимать, как победить не просто одного неумеху на Арене, а весь этот мир. Ведь это ваши воины напали на нас! И убили всю мою семью. Поэтому я и отправился сюда, чтобы понять, что является причиной, с чего все началось, и найти способ закончить навсегда эти дурацкие нападения!

Или ты думаешь, что я не смог бы вырваться из этих подземелий и уничтожить тот отряд,который их защищал? Даже несмотря на то, что в его составе были как две привлекательные самочки, так и целый отряд наемных убийц из людей, которые раньше были осужденными преступниками.

– Самочки из Высших? И они обратили на тебя внимание? – развернулась ко мне Эрайнх. – И ты мог бы их убить?

– Разумеется, но я не хотел бы их убивать, так что пришлось бы их обездвижить другим способом. Но решил, что здесь я смогу добиться большего. Правда, не смогу этого сделать, если не понимаю местного языка. И не думал, что сражаться на Арене придется таким хреновым и тупым оружием.

В этот момент Галлер положил на чурбак в моей клетке точильный брусок.

Так что на следующий бой я вышел с частично наточенным (хотя и не идеально) мечом. А на противоположной стороне арены бесновался пес в шикарном ошейнике желтого металла. И настроен он был весьма агрессивно. Но при этом не спешил атаковать, наворачивая круги в отдалении.

Так что пришлось напрячься и сосредоточиться. Несмотря на то, что он выступает в лиге «начинающих» и нахождение в самом конце претендентов на мою тушку, боец казался хорошо подготовленным и опасным. Так что аккуратно шагнул к нему, сокращая дистанцию и стараясь не разрывать зрительную связь, глядя ему в глаза. Так что засек момент, когда он собрался прыгнуть. И выставил навстречу меч, который бесполезно звякнул по ошейнику, и отклонился, оставив небольшую царапину. А зверь приземлился на все четыре лапы и отпрыгнул за пределы досягаемости. Но теперь он уже выглядел более уверенным. Ну что ж, теперь с ним справиться будет проще. Он будет вести себя более агрессивно.

Так что следующий его бросок мне в живот я встретил уколом меча. Разумеется, бесполезным. Так как плохо заточенный кусок мягкого железа просто не смог проткнуть толстую шкуру хищника. Зато я скользнул на колено, опустившись на уровень противника и переведя меч в горизонтальное положение над ошейником монстра. И пилящим движением провел по горлу зверя. Хотя заточка лезвия оставляла желать, она была не ровной, а «пилообразной». Благодаря чему лезвие не то прорвало, не то пропилило горло. И оттуда с булькающим звуком ударил фонтан крови. В результате он свалился на песок в конвульсиях. Служители выскочили наарену, подхватили поверженного соперника на носилки и помчались с ним вниз.

Вот в этот раз трибуны одобрительно загудели. Во всяком случае, я именно так воспринял издаваемые зрителями звуки. Так что, когда мы с Галлером спустились вниз, Эрайнх уже хлопотала над моим противником. Кровь больше не лилась, дыхание было без хрипов.

– Ну, как он? – спросил я.

– Нормально. Жить будет, а до завтра все заживет. Сможет опять выступать, если захочет. И зрители довольны, наконец-то кровь пролилась. А то народ уже начал шушукаться, сможешь ли ты кого-то ранить. Зато теперь ясно, что крови ты не боишься. А такое ранение при отсутствии лекаря могло бы стать смертельным. Сейчас, закончу с его раной и схожу за нашими выигрышами. Можешь считать себя богачом. Если хочешь, завтра могу проводить тебя в город.. походим по рынку, заглянем в лавки. Приобретешь личное оружие, или еще что-то понравится.

– А выпустят?

– Конечно. Ты, после прохождения первого круга, считаешься обычным гражданином. Хотя и пониженной категории. А если выйдешь вместо этого приятеля на Арену, то получишь повышение рейтинга.

– Да, кстати, когда пойдешь к судьям, договорись и подай заявку на бой. И не забудь сделать ставку.

И тут в комнату вошли какой-то воин в сопровождении двух песиков и кошко-девочки. Присмотревшись, я узнал Артеса, который сопровождал меня сюда (на Херр) из каменоломни. Эрайнх. Оба тюремщика как-то постарались в присутствии такой делегации съежиться и сделаться незаметными.

– Ну привет, Гарр! – обратился ко мне Артес. – Да, ты навел ты на арене шороху! Весь город только о тебе и говорит. Ты ухитрился стать легендой за один день. Я слышал, что ты и в следующей лиге собрался сегодня выступать? И даже ставки на себя делать, используя подставное имя?

– А я предлагал тебе сделать на меня ставку на паях! Так кто тебе виноват?

– А ты хоть знаешь, против кого собрался сражаться? – Со зловещим выражением наклонился ко мне Артес.

Глава 25 Первые опыты сражения

В общем, изрядно напуганный предупреждениями Артеса, и предупреждений охранников, вышел на арену, полный неприятных предчувствий. Но неожиданно для себя увидел Гурга среднего для этой расы (или породы?) размера, не слишком опасного на вид. Тем более, что теперь у меня было слабое подобие меча. Не совсем оружие, но хоть что-то.

Так что я немного успокоился, а репутация противника, так ярко нарисованная Артесом, слегка потускнела. Но внезапно оказалось, что главным достоинством нового соперника (Кресса) было умение работать против вооруженного мечом соперника. Так что пришлось использовать оружие в качестве «отвлекающего момента», на котором боец сосредоточил внимание. И это дало мне возможность подойти к нему вплотную и нанести удар ботинком. Видимо, до Кресса тоже дошли слухи (или сообщения) о моих предыдущих победах на арене, и поэтому он оказался слишком сосредоточенным на деталях (оружии), не обращая внимание на обстановку вокруг. Поэтому и пропустил удар. В общем, победу можно отнести к удаче, а не к техничности. Но это не помешало Эрайнх забрать наши с ней выигрыши.

Она же мне сказала, что ставки на меня почти моментально уменьшились: раньше на моей победе можно было поднять коэффициент 20:1 а теперь за мою победу давали «всего» 4:1. Плюс сумма моих финансов уже превысило максимальный размер ставок на этом уровне. Так что у меня появились «лишние» деньги, и я не смог уже поставить на свою победу все, что у меня было. Так что мы договорились с Эрайнх отправиться по магазинам после того, как я освоюсь на новом месте.

Да, мне, как участнику нового уровня боев, выделили отдельное помещение. Не хоромы, конечно. И даже не отдельную хижину. Просто что-то вроде однокомнатной квартирки (типа наших малометражек в общежитии для бойцов. С собственным умывальником, сортиром и топчанчиком. Даже небольшой кладовкой для личных вещей и шкафчиками для одежды и оружия. Оказывается, здесь оружие нельзя держать открыто: меч и все подобное необходимо держать запертым в специальном хранилище.

Столовая же находилась на первом этаже здания, мне показали ее сразу же, при заселении. Ведь это главная часть каждого общежития! Как и сортир, второе по важности помещение для обеспечения жизнедеятельности.

Эрайнх пришла сразу после ужина, на котором опять подавали еду на деревянных тарелках, и пользоваться пришлось деревянными ложками. А повара обрадовали все той же кашей с мясом. А также компотом. Интересно, это повседневная диета или повара балуют жителей этого дормитория разнообразием?

И мы отправились на улицы города. Причем мой проводник отсоветовала мне брать с собой оружие. Мол, «не рекомендуется»! Хитрое решение. То есть, и не «запрещено», и никто из гражданских оружие на улицах не носит. Ну и хорошо. Правда, если учесть соотношение сил между простолюдинами-людьми и монстрами-дворянами, то запрет на ношение оружия направлен скорее на поддержание иерархии в обществе, чем на сохранение порядка.

Город был тихим и спокойным. В основном по улочкам ходили люди: заходили в лавки, толкались (несмотря на позднее время) на базаре. Женщины что-то обсуждали, собираясь в стайки возле фонтана в центре площади. В общем, особых отличий от того же Нурберга не наблюдалось. Несмотря на столь радикально отличающуюся систему власти и управления. Кажется, монстры переняли человеческую систему власти в полном объеме. Включая, похоже, и все недостатки феодализма и средневековой системы управления. Интересно, это подражание или единые законы, по которым управляется любое общество? Нужно бы как-нибудь познакомиться с местным вариантом истории.

Затем мы зашли в пару лавок: с украшениями, одеждой и, наконец, оружкйную. Понятно, что меня больше всего заинтересовала последняя лавка. Осмотрев ассортимент, я обнаружил, что кроме мечей различной формы, предлагались здесь и кинжалы с различной шириной и изгибами лезвий: от узких стилетов до изогнутых на конце бебутов и серповидных фалькат, и из самых разных материалов: от камня (кремния и обсидиана), и от кости (включая какие-то клыки и рога) до металла.

Но меня в первую очередь интересовали мечи. Увы, но ничего хорошего и доступного мне по стоимости я не обнаружил. Да, были клинки с шикарной отделкой и гравировкой, из совершенно дерьмового мягкого (зато блестящего) металла. Меч из нормальной стали нашелся только один, но в ужасно запущенном состоянии: жутко старый, как будто добытый из земли во время археологических раскопок. И стоил он как целый особняк. У меня таких денег не было. Видимо, он предназначался не для сражений, а для вывешивания на стенку (или как они тут коллекционное оружие размещают) в коллекции какого-нибудь богатого собирателя древностей.

Странно, но современного оружия высокого качества, и тем более меча с «волшебной режущей кромкой» я здесь не увидел.

Так что мы покинули лавку без покупки. Как и остальные, но зато я получил представление о том, что здесь считается модным и красивым, и ориентировочное соотношение цен. Особенно на продукты. Оказалось, что мясо здесь стоит относительно дешевле, чем у нас. Зато злаки и растительные продукты (включая приправы) ценятся значительно выше. А фрукты я бы приравнял к предметам роскоши. Когда я хотел приобрести для своей партнерши яблоко, она меня остановила. Мол, не может принимать от клиента такие дорогие подарки!

Это можно объяснить окружающей природой: вокруг был сплошной горный массив. Причем горы были почти лишены растительности, сплошной скалистый пейзаж. Откуда здесь сельское хозяйство и фруктовые деревья? Да и модные одежды было интересно посмотреть: Ведь такое всегда характеризует общество. Если бы у меня были хотя бы начальные знания по антропологии, я бы сделал из формы костюмов и используемых тканей какие-то выводы. Но узнал только, что синтетики здесь нет. Зато есть какие-то волокнистые растения, напоминающие лен. А ХБ-тканей не увидел. Обувь была кожаная, для нее использовалась толстая, хорошо выделанная кожа, вроде свиной. Включая кожаную же подошву. Повседневная обувь была довольно грубой, и не делилась на мужскую и женскую. Но вот праздничная делалась под заказ, и женские сапожки даже имели подобие каблучков. Были еще и специальные ботинки с шипами на подошве: видимо, для путешествий по горной местности. И это были не эксклюзивные, а массовые, стандартизированные модели. Если соберусь за городскую стену, нужно будет такие приобрести. Но пока похожу в своих.

Ткани, насколько я понял, тоже привозят откуда-то издалека. Поэтому это не еда здесь дешевая, а все остальное дорогое. А вот драгоценные камни и металлы здесь относительно дешевы. Относительно одежды, разумеется. Даже ограненные разноцветные камни были вполне доступны. Поэтому Эрайнх не так сильно возражала против ожерелья из стекляшек, когда я ей это предложил. Да и стоило это ожерелье почти столько же, сколько и яблоко. Так что драгоценные камни и металлы стоили здесь дешевле, чем самые обычные фрукты. Но денег у меня хватало, и копить их больше определенного уровня я не видел смысла. Лучше потрачу на будущую партнершу, что позволит укрепить доверие между нами.

Так что мы договорились встретиться завтра, и начать серьезно заниматься языком. А также я должен продолжать выступать на Арене. И для этого мне придется начать опять тренироваться с мечом. Ведь понятно, что по мере возрастания уровня соперники станут все серьезнее. И мне придется приложить усилия, а не выезжать на ранее полученных умениях и старом опыте.

Так что расстались мы уже, когда солнце почти опустилось за ближайший горный хребет. А в дормитории как раз начался ужин. Да, я люблю кашу с мясом, но как-то это однообразие начало напрягать. Потратить часть денег на покупку яблок, что ли? Но тут я увидел, что в тарелке здоровяка, который устроился чуть дальше за столом, что-то похожее на рагу. Нужно узнать, сколько и чего нужно предложить поварам, чтобы получить что-то, отличное от стандартного меню. Хотел спросить об этом у здоровяка, но тот оказался очень уж необщительным, и демонстративно отвернулся от меня, когда я попытался с ним заговорить.

Ну, не хочет, и ладно. Тем более не исключено, что мы вскоре станем соперниками на Арене. И тогда личное знакомство станет помехой. Да, здесь, на Арене дрались не только люди с монстрами, но и люди против людей. В зависимости от результатов голосования. Ну, будем надеяться, что я владею оружием лучше, чем этот здоровяк. Но нужно озаботится приобретением хорошего оружия. Интересно все же, почему единственным нормальным оружием оказался меч, который выглядел древним, как дерьмо мамонта?

Почему современное оружие выглядит всего лишь как украшение для парадов, а не оружие для сражения? Вот за такими размышлениями я и вернулся в свою «келью». Оказалось, в комнате меня уже ждал Артес.

– Ну что, завтра ждем продолжения? Переходишь в новую лигу? Что нового узнал в городе? Я могу чем-то помочь?

– Не могу понять твою роль в местной иерархии. Точнее, в местном табеле о рангах. Ты, вообще, кто такой? К дворянству не относишься – порода не та, и ноги всего две. Но и к низшей лиге тебя приписать не получается. Слишком ты независимо себя ведешь. Так кто ты такой?

– Ты здесь всего один день, и считаешь, что разобрался в структуре общества и нашей истории? Серьезно? Не слишком ли ты самонадеян?

– А что там разбираться? Жили себе люди, к ним в мир вторглась разумные звери, победили их армию и заставили подчиняться себе, а потом назначили себя дворянством и правителями, по праву сильного. Да еще и запретили людям производить и использовать нормальное оружие. Но вот ты в эту систему не вписываешься.

– В принципе, что-то в этой фантазии есть, но ты все понял неправильно. Для начала, как ты думаешь, откуда здесь появились те, кого ты называешь «зверями»?

– Из преисподней, то есть из какого-то третьего мира!

– Главная ошибка. Они пришли оттуда же, откуда и ты.

– Ни за что не поверю!

– И зря. У нас в архиве сохранились документы. Можешь почитать на досуге. Наши маги были чуть сильнее нынешних, и они сумели открыть тропы из Нимбии сюда. Мы назвали этот мир Херр. На нем не было жителей, почти никаких, тем более разумных. Только насекомые (довольно крупные и ядовитые) а также разнообразные змеи и ящерицы. Среди которых также встречаются ядовитые. И люди, в сопровождении Гургов начали осваивать этот мир. Так что командовали экспедиционным корпусом и проводили исследования люди, маги и их подручные, а Гурги служили просто охраной и защищали исследователей.

– И что пошло не так?

– На твоем месте я бы спросил, кто были те люди, которые руководили экспедицией.

– И кто это был?

– Это были маги. Одни из самых сильных. Только маги могли держать этих мощных зверей в подчинении. И среди этих магов были мои предки. И сегодня в этом мире существуют не две, а три силы: обычные люди (обслуга и ремесленники), Гурги (силовая поддержка и разведчики) и маги. Которые принимали (и принимают) участие во всех экспедициях тогда, и по сей день. Поэтому я и отправился в ту каменоломню.

– А что было потом?

– Кстати, еще немного истории. Именно армия Гургов позволила в древние времена государству Имметрия полностью захватить власть над континентом Нимбией. На территорию которого она и сегодня претендует. Но правители Имметрии почему-то испугались растущей силы армии. Ведь они были способны управлять этой силой только чрез магов, напрямую силовики правителям не подчинялись.

– И что, решили избавиться от своей армии? Но это же глупость!

– А что, правители не способны на алогичные и откровенно глупые поступки? Да и армия была им уже не нужна. Имметрия к тому времени захватила весь континент, и внешних врагов у империи не оставалось.

– Значит, правительство испугалось наличия рядом неконтролируемой силы и возможного захвата власти силовиками?

– Именно так. А потом, когда главные силы магов отправились в новый мир (на Херр) случилось то, что ты описываешь: но только не Гурги напали на людей на Нимбии, а люди решили избавиться от Гургов в Имметрии. К сожалению, подлое нападение удалось. Кроме того, люди попытались разрушить все «тропы», ведущие с Нимбии на Херр. И обратно, чтобы армия не смогла вернуться.

– Но эти твари откуда-то берутся!

– Мы с коллегами работаем над восстановлением этих «троп». Несмотря на то, что большинство камер перехода было разрушено еще в ту древнюю эпоху. Как, похоже, власти позаботились о том, чтобы уничтожить все документы и вычеркнуть новый мир из всех исторических атласов и хроник.

Поэтому наш мир на многие тысячелетия оказался изолирован от вашего. И нас вычеркнули из Вашей истории.

– Но почему здесь Гурги стали высшей расой и захватили власть?

– Это твои фантазии.

– Основанные на наблюдениях!

– Но ты пришел к неправильным выводим, увидев только часть реальности. Гурги просто следят за порядком, а власть принадлежит собранию магов. А деление на «высших» и «низших» существует только на арене. Власть здесь принадлежит людям, Гарр. То есть устанавливает законы Совет. Тот же Совет управляет экономикой и формирует инфраструктуру. А Арена – служит для подготовки и отбора для тех, кто хочет отправиться в экспедицию на Нимбию. Кстати, все эти «звания», которые ты принял за титулы: они означают, какой отряд способен привести с собой в экспедицию тот или иной Гург. Барон – десяток бойцов, граф – уже сотню, а разные там ландлорды и пфальцграфы – это промежуточные значения. На поддержание этой околовоенной системы и идут налоги, которые устанавливает Совет. А сами правители (члены Совета) не получают избыточной прибыли за работу, как это, похоже, принято в Имметрии. Оплата призвана просто удовлетворять их жизненные потребности. Плюс они получают возможность вести исследования в своей, избранной, отрасти магии.

- А еще я видел на улицах группки из Гургов, по три штуки! Которых явно опасаются обычные люди. Это еще для чего?

- Обычная городская стража. Следят за порядком. Можно подумать, у Вас к стражникам на улицах относятся как-то иначе! На поддержание таких отрядов у уходит в основном финансирование всех этих «Виконтов» и «Графов».

- А армия?

- А армии у нас нет. На этом континенте есть только насекомые и змеи с ящерицами. А соседних государств не существует. Здесь только потомки тех, кто пришел с экспедиционным корпусом осваивать этот мир. И очень хочет вернуться обратно, возрождая древнюю магию.

– С какой целью вы нападаете на наших людей Имметрии? Для чего вообще к нам лезете? Еще скажи, что решили облагодетельствовать свою бывшую родину!

– С чего бы это? Нас вычеркнули из вашего мира. И мы хотим вернуться обратно!

– Используя «Тропы» для доставки Гургов? Но они возникают посреди населенных пунктов – деревень и небольших городков, где нет никаких следов древних построек и механизмов.

– Сейчас нет. Но соответствующие объекты там были. И их можно попытаться восстановить: ведь «тропы» открывали не где попало, а в подходящих для этого местах. И понятие «тропа» включает не только сам объект, вроде «камеры перемещения», но и особые свойства пространства в этом месте. Значит, камеры перемещения можно восстановить, но для этого нужно доставить туда специалистов (магов и строителей). Но по «тропам», не имеющих пунктов приема, могут перемещаться только бойцы-Гурги и их партнерши. Они специально для этого были созданы. А заодно требуется обеспечить, чтобы исследованиям не мешали местные. Значит, нужно зачистить территорию. Чтобы ни у кого даже мысли не возникало вернуться туда. Отсюда и задача уничтожить обитателей тех мест.

– Как говорится, «Ничего личного, просто работа такая».

– Совершенно справедливо! Пойми, мы не ставим своей задачей «убить всех». И тем более «захватить империю». Нас просто не хватит для такой задачи. Нам нужно занять небольшую территорию, чтобы создать плацдарм.

– Но почему эти пункты расположены в мелких городках и селах? Ведь, по идее, транспортные центры должны находиться в крупных населенных пунктах, или вблизи них? Довольно накладно отправлять штурмовые отряды отсюда в небольшое село, или я неправ?

– Тут ты прав. Но крупные пересылочные центры еще в древние времена были заблокированы оставшимися с Вашей стороны магами. Ведь ломать – не строить, верно? Заблокировать портал проще, чем создать его. Тем более, что открыть портал в новое место невозможно. Поэтому нам удается пользоваться только станциями «местного перемещения», в пределах «локальной сети», связанной со случайно забытой, резервной «центральной станцией».

– Так значит, захватили какую-то «центральную станцию», и уже с нее рассылаете отряды случайным образом по небольшим селам, где они способны появляться как будто из-под земли?

– Во многих местах уничтожение станций было проведено не до конца. Где-то они используются как храмы забытых богов, где-то снесены до основания, но само место сохранило свои свойства: оставшиеся маги поленились (или не сумели) заблокировать эти свойства. А о том, что на месте небольшого городка когда-то находилась «транспортировочная станция», местные жители давно забыли. Вот наши «десантники» и зачищают эти территории, чтобы затем провести туда специалистов для восстановления транспортной инфраструктуры.

– А что по поводу той самой, нашей, каменоломни? И почему ее называют «Руиной» и так выделяют?

– А Каменоломня, это отдельный удачный случай – развалившись на моем топчане, проговорил Артес. – Там, на нижних этажах, сохранилась почти не поврежденная (относительно, конечно) портальная комната, вместе со всем оборудованием. Она была запечатана еще в древние времена, и закрыта от непосвященных. И моей группе удалось захватить ее, расконсервировать и во многом восстановить управление. Это очень удобный пункт: плюс это один и немногих порталов, через которые могут проходить не только штурмовики из Гургов, но и обычные люди. Просто физиологически. Плюс рядом крупный город. Ну, и кое-что в самой каменоломне можно добыть даже сейчас, что востребовано в этом мире.

– А кстати, что добывается в этом мире? Я тут увидел в магазинах дешевые драгметаллы и ограненные прозрачные камни. Зато дорогущие продукты. В чем прикол?

– «Прикол», как ты выражаешься, в том, что в это мире практически вся территория занята горными системами. И очень мало места пригодно для ведения сельского хозяйства. Да и защищать урожай от местной живности – тоже работенка не простая. Поэтому фруктовыми деревьями здесь почти никто не занимается. Разве что злаки какие-то удается выращивать. Охотится можно на местных рептилий и змей. Ты заценил их мясо? А ведь именно оно используется на кухне. А золото, серебро и драгоценные камни – так их множество в здешних горах. Но есть их не будешь! Но мы могла бы, для начала, устроить взаимовыгодный обмен с вашими властями. Но с ними невозможно встретиться для переговоров! Мы пытались отправить большой отряд из каменоломни в Нурберг. Но ваши стражники их уничтожили. Я слышал, что ты лично приложил к этому руку!

– Эта Ваша «мирная делегация» слишком напоминала отряд устрашения. А мы этого не любим. Кроме того, это командующий Вашего отряда на меня напал, и мне пришлось защищаться. Если бы не подоспела подмога, то фиг бы от меня что-то осталось.

– А если бы я предложил тебе возгласить следующую делегацию?

– То я бы отказался, скорее всего.

– Не спеши отказываться. Подожди, присмотрись, покажи себя на Арене. Ведь именно по результатам боев формируется отряд и раздаются назначения.

– Но ты же не стал обучать меня местному языку! Как я смогу как-то «присматриваться» к окружающему миру, не ощупь?

– У меня не это нет времени. Но ты, как я слышал, познакомился с моей ученицей, Эрайнх. Она сказала, у тебя имеются способности к магии. Она тобой и займется. А потом пошлю к тебе одну из своих помощниц из десантного подразделения. Не обижай ее, иначе убьет. Ну все, осваивайся и привыкай к новой реальности и другой версии истории. И думай, на какой ты стороне.

Глава 26 Охота на тараканов

Честно говоря, эта новая, отредактированная версия истории, которую мне рассказал Артес, поначалу показалась мне полностью выдуманной. Получалось, что люди (назовем их так) открыли путь в новый мир и основали там колонию. На самом деле, это был грандиозный прорыв! Правда, мир оказался необитаемым, и там были в основном новые полезные ископаемые и непонятные существа, вроде жуков, пожирающих месторождения металлов. Зато в этом мире требовались отважные исследователи и могучие охранники, способные защитить исследователей от местной флоры и фауны.

Кроме того, нашлось применение огромной армии монстров, созданных для ведения войны. Ведь у страны, которая захватила весь континент, не осталось границ. А переплывать океан, окружающий континент, пока еще не удалось. Так что вновь открытый мир оказался отличной приманкой для авантюристов всех мастей, исследователей и силовиков, которые оказались не у дел. А также множества вспомогательных рабочих, обеспечивающих комфорт экспедиции. Плюс тех, кто организовал и возглавил колонию. Заодно, скорее всего, туда же отправили заключенных из местных тюрем (как у нас в Австралию и на окружающие острова). Или как во все еще планирующуюся колонию на Марс. Вот только потом оставшиеся в Метрополии власть имущие решили, что они здесь хорошо устроились, пока нет опасности со стороны других, более сильных, претендентов на власть, которые могли в любой момент вернуться. И без опасности «военного переворота». Ведь наиболее сильные и решительные отправились обустраивать жизнь на новом месте! А остались самые хитрые и ленивые. Которые понимали, что им не сохранить занятые ими теплые местечки после возвращения предыдущих правителей.

Вот они (предки правителей современной Имметрии) и решили провести моментальную операцию, разрушив или заблокировав все «портальные станции» с этой стороны. И заодно уничтожив оставшиеся «охранные отряды» из Гургов, магов и обычных воинов-людей.

И вот с другой стороны этих колдовских «троп» оказалась совершенно изолированная колония, лишенная поставок продуктов, необходимых материалов, а главное, информации о происходящем с другой стороны. В том числе о том, почему вдруг прекратили работать таинственные колдовские «тропы» между мирами.

Но оставшиеся в «колонии» маги сразу же начали искать обходной путь обратно. Не знаю, как они это сделали, но заняло это несколько тысяч лет. За это время народ в Имметрии, да и на всем континенте Нимбии, окончательно забыл о том, что когда-то существовала такая колония. Да и существовании Гургов тоже все давно забыли. А вот на Херре это знание тщательно сохранили и преумножили.

Кстати, и о структуре общества Артес, как ни странно, не соврал. Реальные правители колонии (название которой переводилось просто как «Новая земля») жили хоть и в центре города, но их дома не отличались показной роскошью. Ведь местное правительство считалось обычными наемными работниками, и на их счета не переводились проценты с «распилов» и «откатов» от любых сделок, а финансовые потоки отслеживались специально обученными людьми, членами того же Совета, и все проводилось все на общем собрании (ведь членов правления было не несколько сотен, а около дюжины). И каждый был на виду. А задача этого Совета заключалась не в накоплении личного богатства, а в выживании сообщества, основой которого была Коммуна. Все усилия правительства были направлены на выживание сообщества как целого, а не на обогащение отдельных его членов. Странные правители, которые заботятся не о себе лично, а об обществе, порученном их заботе. В то, что появится один такой – я еще верю, но вот что таких появилось несколько, это почти невозможно. Не слишком верится, но похоже, что чудо произошло. Не зря же Совет избирают исключительно из магов!

Так что оставалось только поверить приведенным фактам, подкрепленным архивными данными. И теперь нужно решить, как я отношусь к местной власти. И к идее-фикс местных вернуться обратно на Нимбию и занять «свое» место в Имметрии. И какую роль я могу (а ведь действительно могу!) сыграть в этом, поистине историческом, событии. В объединении двух разрозненных территорий в единое целое. Или, по крайней мере, налаживании контактов между метрополией и колонией. Или, по крайней мере, обновлении товарообмена между ними.

А еще, если получится, поспособствовать приостановке террористически-диверсионных операций со стороны Колонии, и засылке на территорию бывшей Метрополии диверсионных отрядов из тех же Гургов.

Разумеется, эти мысли пришли ко мне в голову не моментально, а в течении нескольких недель посещения архивов. Все это время мне пришлось проводить бои на Арене, постепенно проходя уровень за уровнем. Сложность которых понемногу увеличивалась. Если сперва противники рассчитывали просто на то, что соперник испугается их внешнего вида, то затем расчет пошел на мое неумение обращаться с оружием, затем пошли бои с такими же людьми (и помогли мои тренировки по фехтованию в Академии), но дальше соперниками стали опытные бойцы. Одновременно повышался мой рейтинг, улучшались и условия проживания: теперь в моем распоряжении была вполне цивилизованная «двухкомнатная» квартира. А прибыли со ставок, которые делала на меня Эрайнх вполне позволяли заказывать небольшие «блага»: от особого меню в столовой до заказа «женщин для снятия напряжения». Последнее мне очень рекомендовала Эрайнх, как доктор. Мол, каждый боец пользуется их услугами, и девочки мне положены «по статусу» умелые и старательные. Но если меня больше интересую мальчики, то и такое здесь имеются. А на импотента я не очень похож. Даже показывала издали фемин, которые обслуживали других бойцов нашего кампуса: да, вполне годные фигуры, с нужными округлостями в нужных местах. Но мне вся эта «покупная» любовь почему-то претила. Наверное, остатки «социалистической морали» не совсем выветрилась из социума, в котором я рос первые три десятка лет в своем мире. Вот и подхватил ненароком.

Заодно продолжал под ее руководством обучаться: как лечебной магии, так и местному диалекту «рычания-мявчания». Язык оказался не столько сложным грамматически, сколько неудобным для произношения. И непривычным на слух. Но основанным, по всей видимости, на обычном Имперском, только с упрощенной грамматикой. Так что начиная с какого-то момента, я начал понимать произносимые рядом слова посторонних, и сам научился издавать похожие звуки. И даже поддерживать несложные диалоги, общаясь с продавцами в лавках и на базаре. Так что сумел даже заказать в оружейной лавке меч по руке, и убедил работников-строителей соорудить пару простых тренажеров на тренировочной площадке, для отработки приемов. Так что сейчас у меня, кроме меча, имелось копье (деревянная часть обошлась гораздо дороже металлической отделки и острия). Правда, и дерево было какое-то особое, тонущее в воде и по плотности превосходящее дуб с буком). Еще у меня появился кинжал и даже лук из рога. Который пылился в глубине оружейной лавки и вызывал искреннее недоумение даже у продавца. А достать к нему стрелы было вообще отдельной песней!

И вот как-то вечером, после очередного раунда на арене, Эрайнх латала мне очередные порезы и предложила поучаствовать в охотничьей экспедиции за пределами крепостной стены. Мол, на одной из ферм, пытающейся выращивать сельхозпродукцию, завелись вредители, норовящие сожрать все выращенное. И местные собирают охотничью команду из бойцов Арены, чтобы приструнить паразитов. Я к этому времени уже потихоньку прикупил себе охотничий костюм: штаны и куртку из выделанной кожи какой-то местной рептилии (судя грубой чешуе), ботинки с шипами на подошве и что-то вроде портупеи для крепления оружия. Но вот ношение копья предусмотрено не было, так что пришлось придумывать систему ремней, удерживающих деревяшку за спиной. И использовать хитрые узлы, которые можно развязать моментально, дернув определенный конец ремня. Немного неудобно, но лучше, чем держать все время оружие в руках.

Так что утром мы собрались у ворот городской стены. В команде было трое людей и четверо Гургов. Затем к нам присоединился и проводник – помощник фермера. Судя по одежде и снаряжению, я бы не сказал, что это крестьянин. Скорее, он выглядел, как рейнджер из вестернов на тему Дикого Запада. В полностью подогнанной кожаной одежде, с мечом на поясе, в удобных высоких ботинках, типа «берцы». И широкополой шляпе, из чего-то вроде выделанной кожи. Я тут же оценил преимущества такого головного убора. Сам же довольствовался банданой из какого-то плотного материала. Но широкие поля были бы очень кстати.

Отворот мы направились по тропинке в скалах. Да, шипы на подошвах помогали карабкаться на скалы, но на ровных участках они скорее мешали. Тропинка перевалила через гряду, спустилась в долину, и мы оказались в небольшой ложбинке. Чем-то вроде небольшого каньона. На дне которого, по берегам небольшого ручейка, берущего начало в трещине одной из стенок, рядами росли небольшие деревца. Кажется, на ветках деревьев висело что-то вроде яблок или подобных фруктов. А с дальнего края ущелья доносился какой-то шум. Гурги насторожили уши и рванули туда на всех четырех. Мы (люди) поспешили следом. И наткнулись на место сражения фермера, его низкорослого помощника и пары местных Гургов против целой стаи здоровенных коричнево-черных жуков. Которые наступали, угрожающе щелкая жвалами.

В момент, когда мы появились на поле боя, низкорослый помощник ткнул (точнее, попытался ткнуть) жука мечом в голову. Но тот каким-то образом ухватил лезвие жвалами и, дернув головой, выхватил меч из рук человека. А затем перехватил его челюстями и… перекусил пополам. И, перехватывая передними лапами, начал запихивать обломки в пасть, похрустывая железным клинком. Кажется, с аппетитом.

Ну, и как сражаться с тварями, которые перекусывают и жрут железное оружие?

Один из моих коллег по отряду рубанул со всего маху по жуку. Но меч только высек искры из жестких надкрылий, и безвредно отскочил, не причинив никакого видимого вреда. Разве что жук моргнул всеми шестью глазками и зашипел. Кажется, рассерженно.

В этот момент я вспомнил о копье за спиной. Освободил крепления и ткнул ближайшее насекомое концом копья в морду, и успел отдернуть оружие от захвата жвалами. Второго я ухитрился подцепить под брюхо с безопасного расстояния и перевернуть. А затем всадил острие копья в брюхо насекомому. Кажется, получилось удачно, нужно продолжать в том же духе.

Следующего я перевернул еще проще. И находящийся рядом фермер ловко воткнул в менее зещищенное пузо свой меч. И едва успел отпрыгнуть от брызнувшей из раны ярко-зеленой жидкости. А в месте попадания этой жидкости на камень зашипело, камень начал пузыриться и от лужицы начал подниматься дымок. Похоже, какая-то кислота, ведь эти твари питаются камнями, которые нужно чем-то растворять. И попадать под струю этой кислоты может оказаться вредно для здоровья.

Поэтому я на секундочку остановился и попытался сосредоточиться на «втором» зрении, которые мы тренировали для «лекарских» целей. И совершенно не предназначенном для использовании в бою. И вдруг рассмотрел внутри похожего на большого, размером с пекинеса таракана, жука, несколько разноцветных пятен. Одно, ярко-красное, постоянно пульсировало. Второе переливалось, как жидкость, и еще одно просто испускало равномерный свет, как электролампочка. Похоже, это третье и было нервным центром, заменявшим этому псевдо-насекомому мозг. Ведь насекомые не могут быть таких размеров: у них нет легких, и кислород не способен проникать в тело на большую глубину и питать ткани.

Но мне подробности их анатомии не важны, как и подробности классификации животного мира этой планеты. Мне нужно понять, как этих существ убивать, не запачкавшись в этой кислоте. Поэтому я уверенно ткнул мечом в место, на которое проектировалось положение нервного центра. Единственное, что роднило это существо с насекомыми, это форма и то, что мозг почти никак не связан с головой. Разве что через глаза, которых у этого существа три пары. В общем, подсказал фермеру и другим бойцам, куда нужно бить, чтобы парализовать существо и не забрызгаться кислотой. Так что следующего таракана мы вместе завалили еще проще. Люди пользовались оружием, а Гурги отбивались и пытались перевернуть жуков на спину лапами. Демонстрируя отличную реакцию, но недостаточную эффективность. Наконец-то нападающих жуков осталось всего двое. Похоже, у них еще осталось что-то вроде здравого смысла и чувства самосохранения. Поэтому они развернулись и рванули прочь через камни, без тропинки. Пара Гургов, пришедших с нами, с рычанием рванулись следом, азартно потявкивая.

Я попытался побежать следом. Вот здесь и пригодились ботинки с шипами. Гургов я застал метров через сто-сто пятьдесят, возле узкого разлом в скалах, ведущего куда-то вглубь скалы. Проход был небольшой, только для одного человека, да и то придется с трудом протискиваться. Я склонился над входом и запустил внутрь небольшого «светлячка».

В отчет из темноты отраженным счетом на меня глядели несколько десятков (или дюжин, как здесь принято считать) сверкающих отраженным светом глаз. Я сперва струхнул, прикинув количество соперников, но затем сообразил, что у каждого существа не два, а шесть глаз. Так что предполагаемых существ в три раза меньше, чем я себе навоображал. Значит, все не так плохо, как кажется.

– Ну что там? – донеся рык снаружи. – Что там видно? Факел дать?

– Ничего, я справлюсь, – отозвался я, и смело продвинулся дальше, под угрожающий стрекот жуков.

Когда я направил светлячка поближе к жукам, они сагрились на источник света и начали беспорядочно щелкать на него жвалами. Зато они не так быстро двигались, практически загнанные в угол задницами, так что удалось подойти к ним поближе и сосчитать. Псевдо-жуков оказалось всего пять, но если бы они напали вместе, то мне было бы не сдобровать. Но жуки атаковали не меня, а находящийся поблизости огонек, подставив мне бока и выстроившись практически в шеренгу. Так что я просто подбуцнул носком ботинка очередного жука и всадил ему в пузо острие меча, между второй и третьей парой ног, где расположен нервный центр, он же «мозг». Успел среагировать только один жук, ухватив меня жвалами за штанину. Но кожа ящерицы, хотя и гибкая, к моему удивлению, выдержала. А вот синяк на ноге останется однозначно. Но хоть перелома не оказалось. А жука я прикончил и разжал жвалы кинжалом.

– Эй, там ее есть кто-нибудь? – крикнул я в сторону прохода.

– Да, мы все здесь, – отозвался грубый голос. Похоже, это и был фермер. – а как ты там?

– Этот участок чист. Тут пяток тушек, если нужны для чего-то – забирайте! А я попытаюсь посмотреть, что там дальше. Здесь все паутиной заплетено, ужасно толстой.

– Возможно, это отделение для матки. Они все, похоже, нападали на плантацию именно оттуда. Там, должно быть, проходит рудная жила, которой они питались. Если сдадим неповрежденные тушки в алхимическую лабораторию, сможем хорошо заработать. Но будь осторожнее, матка очень опасна!

Ну вот и попал я в классический донжон, или подземелье этого мира! Первый уровень прошел, но дальше ожидается босс уровня. И если повезет, то и какой-нибудь лут и дроп. Если я правильно помню термины из РПГ. Но сперва нужно преодолеть паутину, сплетенную из волокон, шириной с бельевую веревку.

Постучал острием меча по веревке. Она оказалась натянута не сильно, и провисала, но даже к острию веревка липла, не собираясь рваться. Поэтому отошел к стенке пещеры, где веревка крепилась к камням. Каким-то белым твердым веществом, похожим на суперклей.

Возле конца паутина рубилась намного легче, так что вскоре был готов довольно широкий проход между стенкой и отогнутыми волокнами. Запустив внутрь светлячка, увидел округлую пещеру с ровно, но грубо обработанными стенами. А в дальнем углу пещеры метнулась какая-то тень. Больше похожая не на жука, а на паука: с длинными суставчатыминогами, толстым круглым животом, и голово-грудью сверху. В свете светлячка сверкнули несколько мелких красных глазок, расположенных по окружности головы, в один ряд.

Если это Матка тех самых жуков-тараканов, то я ничего не понимаю энтомологии. Как могут так различаться взрослые особи и молодняк? Как один и тот же вид может быть похож на жуков в молодости и становиться похожей на паука в возрасте выведения потомства? Впрочем, я ведь не исследователь, и даже не энтомолог, а простой менеджер отделения стройматериалов. Откуда мне знать такие подробности? Да и зачем мне они? Мне нужно просто знать, как подкрасться к существу, и куда и чем его ткнуть, чтобы надежнее вывести из строя. Что касается этого пауко-жука, то сильно подозреваю, что глаза у него несут чисто символическое значение. Если он живет всю жизнь (после достижения взрослого возраста) в темной пещере. Зато слух у него должен быть идеальным. Значит, нужно отвлечь его, бросив в сторону камень. А анатомия у него должна быть похожа на ту же, что и у жука. И не стоит сравнивать ее со строением земных паукообразных.

А вот «второе зрение» как будто что-то блокировало. А попытка ткнуть вбок копьем провалилась: шкура была слишком плотной, почти как хитин, хотя и более эластичной. Зато, когда жуко-паучиха бросилась на меня, мне удалось обрубить ей две лапы с левой стороны, а затем разрубить тонкую перемычку между головогрудью и животом. После чего чудовище прекратило двигаться. И тут сзади послышалось движение. Я развернулся, но тревога оказалась ложной: это были члены нашей группы, пришедшие собирать трофеи. Они вместе с Гургами помогли нам вытащить из пещеры как дохлых жуков, так и здоровенную паучиху. Осмотрев трофеи, фермер пришел в ажиотаж: во-первых, мы обезопасили ферму от вредителей. Во-вторых, собрали достаточное количество дохлых жуков, что давало возможность сдать их алхимикам: оказалось, эти существа могли быть использованы для получения металлов, месторождения которых они грызли и перерабатывали. Кроме того, на полу пещеры имелись отходы жизнедеятельности жуков, которые тоже являются отличным средством для переработки.

Обыскав пещеру более тщательно, я обнаружил в углу жилища паучихи что-то вроде сплетенной из паутины «авоськи», в которой находилось несколько кожаных коконов. Их я тоже прихватил с собой, на всякий случай. Затем мы вернулись на ферму, где фермер с низкорослым помощником (который оказался его супругой) угостили нас обедом. А также преподнесли ценный подарок: настоящий плод с дерева, похожий на яблоко. И мы отправились обратно в город. Где нас встретила Эрайнх, организовавшая экспедицию. Которой и был торжественно был вручен плод дерева. А два мешка с трофеями мы отволокли в ближайшую алхимическую лавку. Где владелец пришел в восторг от того, что тушки были почти не повреждены, надкрылья не поцарапаны и зеленая жидкость из трупиков не разлита. А когда увидел труп паучихи, чуть не принялся отплясывать джигу. Оказалось, в ней имеются какие-то не то органы, не то компоненты, которые используются в переработке металлов баз плавления руды. И также при производстве элитных экземпляров оружия. Так что торговец обещал нам большую премию. Затем я выложил на прилавок «авоську» с непонятными кожистыми «яйцами».

– Это то, чем кажется? – осторожно спросил торговец. – Вы взяли это в той же пещере, что и матку?

– Разумеется.

– Вы хоть понимаете, что это такое?

– Насколько я понимаю, это яйца этих самых жуков. И из них, похоже, вскоре вылупиться вот такое жуткие монстрики.

– Да, тут Вы правы. Это совершенно жизнеспособные яйца жизнеспособных существ. И вскоре они должны вылупиться. Вы же знаете, для чего используются эти существа?

– Насколько я понимаю, для добычи металлов.

– Совершенно справедливо! Эти твари грызут породу, через которую проходит рудная жила. И металл откладывается в их телах. И полученный в результате металл получается намного чище и лучше, чем при стандартной добыче. Но они жрут вместе с рудной жилой всякую дрянь, что портит готовые изделия. Но если с рождения кормить жуков чистым сырьем, то изделие из них получается просто идеальным! Это настоящая золотая жила для любого производителя. Так что мы будем долго спорить за приз, который я должен буду тебе за такую находку. Итак, что ты хочешь за свою добычу?

– Говорите, уважаемый, что это отличное сырье для изготовления оружия высокого качества?

– Ну да, только для особо ценных видов…

– Мне нужен хороший меч.

– Ах да, Вы же бьетесь на Арене… хорошо. Я смогу предоставит Вам хороший меч. Даже слишком хороший для Арены.

– Он мне понадобится после перехода на ту сторону, через «тропу».

– Хотите помочь нам победить наших извечных врагов?

– Наоборот. Я планирую прекратить многовековую вражду и убийства мирных крестьян. Итак, где мой меч?

Глава 27 Деловое предложение

На следующее утро после возвращения в общежитие, мне нанес визит Артес.

- Ну что, молодой человек, мне доложили, что ты заказал оружие для похода на ту сторону тропы?

- Ну да. Я хотел бы связаться со своим отрядом. А может быть, и с руководством города. И я хотел бы узнать, можете ли Вы что-нибудь мне предложить со своей стороны. Ведь для достижения договоренности нужно что-то предложить, правда? а Вы, насколько я понял, не последний человек в местном правительстве. И можете что-то предложить правительству города на той стороне «тропы».

- Ну что ж, я тут выяснил, что на Арене ты уже достиг нужного уровня, требуемого для отправки в экспедицию. И Эрайхн доложила мне, что ты прошел тест на совместимость во время общей охоты. И ты можешь сражаться плечом к плечу с Гургами против общего противника. И способен воспринимать их как членов своей собственной команды. Так что Совет города, который экстренно собрался с утра, решил использовать тебя во благо нашей колонии.

- В смысле?

- Собиирайся, пошли. Представлю тебя правительству Колонии.

- Э, постой, представить меня начальству? Так у меня фрака нет!

- Что такое фрак? Какая-то специальная одежда?

- Да, это одежда, которую положено надевать для встречи с администрацией!

- Наплюй. Не на пол, а фигурально, у нас другие традиции. Одень ту же одежду, в которой на охоту ходил. Только оружие не бери – не принято.

Так что буквально через пять минут мы двигались в сторону центрального донжона. На первом этаже которого обнаружился большой зал, что-то вроде круглой аудитории. По периметру шло несколько рядов скамеек, на которых сидели какие-то люди. Преимущественно в мантиях и шапочках, но были и несколько человек в обычных, «гражданских», костюмах.

Меня Артес усадил в кресло, стоящее в центре аудитории. А сам занял место на лавке напротив, среди таких же правителей. В основном это были мужчины средних лет, на вид – лет 30-40. Но были и несколько женщин, пара стариков и четверо или пятеро молодых парней.

- Предлагаю Совету кандидатуру нашего будущего посла в Имметрию. Этот молодой человек отлично показал себя на Арене (многие его знают по боям, это тот самый «монстр из Руины»). Он был захвачен туземным персоналом бывшей каменоломни при поддержке остатков экспедиционного корпуса. А до этого он руководил на той стороне группой стражников, которые уничтожила наше предыдущую делегацию, которую мы планировали отправить с мирными переговорами к руководству расположенного рядом города Нурберга. Затем я лично переправил его в Колонию и он неплохо здесь устроился. Обзавелся знакомствами, подружился с местными жителями, закупил и изготовил привычное ему оружие и даже просидел много времени в Архиве, изучая старые документы, и проверяя ту версию истории, которую я ему изложил. Сперва он в нее не поверил, ведь в том мире историю полностью переписали, подменив реальные факты выдуманными сказками.

- Судя по Вашему, Стратиг, описанию, этот молодой человек скорее выступает на стороне наших противников. А Вы предлагаете отправить его с дипломатической миссией от нашей стороны! По моему мнению, это скорее навредит нам, чем чем-то поможет. – выкрикнул с места какой-то старик.

- Этот молодой человек показал себя достаточно разумным и гибким при оценке ситуации. Судя по оценкам моей лучшей ученицы, которую я приставил к нему, он держится в рамках лояльности как к правительству Колонии, так и к ее обитателям. И даже выучил язык Гургов, чтоб общаться со штурмовиками. Кроме того, он не только тренировался все это время с оружием, но и пытается освоить лечебную магию.

- То есть Вы хотите сказать, что он не считает наших штурмовиков своими врагами?

- Как ни странно, но похоже, что нет. Хотя не так давно его родная деревня подверглась штурму, при котором погибли все его родные.

- Не погибли, а были убиты, - буркнул я. Но, кажется, сделанное в полголоса замечание услышали все. – Но я тоже завалил по крайней мере одного из ваших «десантников». А еще парочку свалили мои домашние животные.

- Это невозможно! Человек, даже тренированный, не способен противостоять Гургу один на один! Какое оружие ты использовал?

- У меня были вилы. В момент нападения я убирал навоз в хлеву. Этими вилами я вашу собачку и заколол.

- А я предупреждал, что штурмовые отряды нужно лучше готовить! – выкрикнул какой-то тип с короткой, «шкиперской» бородкой. – А мне тут возражали, что любой человек, даже вооруженный, впадет в ступор при одном взгляде на нашего бойца. И вот вам наглядное доказательство: простой фермер с вилами способен эффективно противостоять…

- Успокойтесь, уважаемый Тварг! Мы уже внесли изменения в программу подготовки штурмовых отрядов! Теперь туда отбирают только прошедших подготовку на Арене! И уж против фермера с вилами они справятся в любом случае.

- Я собираюсь остановить эти ваши карательные экспедиции. Полностью. – заявил я. - И организовать обучение наших фермеров работе с оружием. Как только вернусь обратно. Чтобы ни один из наших фермеров впредь не погиб напрасно, и они могли себя защитить.

- И этого человека вы выдвигаете на должность, на которой он должен представлять нашу колонию? – выкрикнул все тот же Тварг.

- Я не утверждаю, что он целиком и полностью любит наших бойцов и одобряет нашу политику восстановления средств перемещения. – спокойно ответил оппоненту Артес. – Но нам представляется уникальный шанс получить не наемника, а союзника. Он, во-первых, хорошо известен среди воинов с той стороны. Во-вторых, знаком и общался с Мэром местного города. В-третьих, имеет знакомства в Академии, и через нее в Армии того мира. Ну, и обязательно нужно отметить, что претендент лояльно относится к нашему обществу, хотя и отрицает методы, которыми мы пользуемся. И в это я с ним согласен.

- И что вы хотите предложить?

- Предложить хочет этот молодой человек. И это совершенно другой подход. Насколько я понял, его идея заключается в том, чтобы начать процесс взаимопомощи между нашей Колонией и Метрополией. И этот подход, по моему мнению, способен стать более эффективным, чем существующая тактика захвата отдельных территорий, с зачисткой населенных пунктов.

Да, господа, - подал голос я. – Я не считаю, что существующая парадигма использования десантных отрядов и зачистка территорий, с последующей попыткой возрождения «троп», это правильная стратегия. Я воспитывался на другой стороне и лучше понимаю, что думают о Вас и Гургах (которых там все называют просто «тварями») местное население. Ведь там существует своя версия истории, в которой нет места ни Колонии, ни Гургам. Ни Вам, кстати. Да там вообще неизвестно, что с этой стороны «Троп» есть разумна сила, с которой в принципе можно договориться! Поэтому я могу попытаться представить с той стороны Ваши интересы. Хотя бы в масштабах одного города. А в перспективе – и всей страны. Но мне нужны кое-какие заверения и гарантии, которые я мог бы предъявить властям города и страны. А также еще кое-что. Например, мне нужен собственный, но основанный на архивных данных, манускрипт, описывающий историю, основание и освоение Колонии, начиная с завоевания всего континента и использования в этой войне Армии, из созданных магами Гургов. А также…

- Они не пойдут ни на какое контакты! Это неоднократно проверено!

- А когда Вы пытались послать на переговоры кого-то хорошо знакомого с местными условиями или просто человека, знакомого с официальными властями Имметрии? А еще я достаточно популярен среди жителей города и, смею надеяться, среди его стражи. И смогу представить им ваших зверушек. И говорить от их имени, точнее переводить их слова. И, если понадобиться, защитить их!

В общем, разговор продолжался пару часов, и то и дело переходил в ожесточенный спор. Группа «ястребов», главой которой оказался тот самый Тавр, требовал более решительной атаки на метрополию, захвата объектов для перемещения и подготовки армии вторжения «чтобы показать империи свою силу и заставить с собой считаться». Более «умеренное крыло» надеялось, что власти Империи сами осознают перевес сил и предложат мирное соглашение. А «центр» надеялся на то, что все как-нибудь само собой утрясется. Но все же ближе к полуночи мы пришли к компромиссному решению: отправить меня в Нурберг, во главе небольшого отряда из Гургов и дать мне в сопровождающие местного «политрука» из магов. Плюс дать срок в две недели на отправку обратного ответа.

Конечно, высказывались самые разные предположения по поводу исхода моей миссии: наиболее вероятным вариантом было то, что меня убьют, как только я появлюсь в поле зрения войск. Или же что меня заточат в подвал, как только я обращусь в Мэрию.

Но в результате Совет постановил, что разрешает мне выступать представителем Колонии на Материке. То есть, фактически, меня назначили главой дипломатического представительства. Которое мне же предстоит организовать. Но не менее сложным этапом будет провести в город «сопровождающих», которых мне навязал совет. Парочку Гургов, и одного человека из магов, но не члена Совета. Посоветовавшись с Артесом (который оказался не самым последним из членов Совета), я попросил его поделиться со мной своими бойцами: одной девочкой-оборотнем (Мурра) и одним из бойцов (Гхырр). А также со мной согласилась отправится ученица Артеса (и по совместительству мой доктор и подруга) Эрайхн. С которой мы договорились называть ее на время «операции» просто Эра. Чтобы людям было удобнее произносить и запоминать. А вот что делать с парочкой Гургов… Впрочем, потом посмотрим. Хотя Мурру можно представить городским властям в человеческой форме. На любителя так даже симпатичная. Ну и что, что мордочка темновата, ушки больше похожи на волчьи и покрыты коротким пушком, и грудей не две, а аж шесть (три пары). Что делает ее даже привлекательнее для мужской аудитории (в три раза!). А вот что делать с Гхырром? Разве что отмыть хорошенько. С каким-нибудь шампунем, чтобы отбить запах.

А что еще нужно для того, чтобы заинтересовать чиновников в чем-либо? Опыт предыдущей жизни показывает, что для этого нужны деньги: что-то вроде взяток и для того, чтобы «пустить пыль в глаза». Роль денежных знаков (как и банковских переводов) в этом мире играет банальное золото и другие драгметаллы, а также драгоценные камни, которых в мире Херра овердофига: вся колония расположена в горах, а вокруг множество шахт, карьеров и копален. А также в городе множество ювелиров, которые могут как придать камням товарный вид, так и вставить их в какой-нибудь символический предмет: в цепь, которая в этих местах является показателем статуса или создать что-то, напоминающее орден. Как говорил один умный человек (хотя это касалось не дипломатии, а войны, но это одно и то же, хотя ведется разными средствами): «осел, груженый золотом, легко возьмет любой город».

А что нужно Колонии? Прежде всего, самое банальное в том мире: фрукты, ткани из растительных волокон, да любые продукты животноводства. А отсюда можно передавать кроме продукции горнорудного производства, экзотические материалы, вроде костюмов из кожи ящериц, их мяса, да мало ли что можно создавать в колонии за пределами земли, в другом мире?

Но самое главное: нужно опять помирить каким-то образом людей с Гургами. А вот это и правда будет задачка не из простых. Ведь их иначе чем «тварями из ада» никто не считает, и все их боятся и ненавидят. И переломить такое отношение будет сложнее всего.Особенно у тех, кто уже сталкивался с этими тварями в бою или пострадал от их нападения.

Так что нужно было принять меры к тому, чтобы предотвратить нападения «десантно-штурмовых отрядов», и построить вокруг этого переговоры. А вот этот бред «это была наша территория» и мы «восстанавливаем историческую справедливость» нужно выбросить как анахронизм и пропаганду. Ну, возьмем наш старый мир, Землю. Англия с Францией сколько лет воюют за «спорные» территории на границе. То одни их захватят, то другие. И никому такое решение не нравится, несмотря на кучу «исторических доводов» с той и другой стороны. А Англия исторически вообще была французской. Там, если поискать, даже в грамматике доказательства можно найти. Да та же «корова» у них, в Англии, пока пасется на лугу и за ней нужно ухаживать – она называется по-английски, а когда из нее делают блюдо и готовят – название у мяса уже французское. Да и сама Англия, если разобраться, всего лишь небольшая часть того, что мы называем Великобританией. Там многие жители считают себя не Англичанами, а Шотландцами и Ирландцами. Хотя говорят на одном языке.

Ну, а если взять тему «кто кем правил»… то разве не дочь Ярослава Мудрого, Анна Ярославна, была (пусть и недолго) королевой Франции? Так что теперь, Украина должна по этому поводу захватить Францию? А Английскую королеву (немку по национальности)Викторию по праву называют «бабушкой всей Европы», так как ее три десятка внуков правили в разных странах, что не помешало кузенам Ники (император России) и Вилли (кайзер Германии) затеять войнушку друг с другом в рамках все той же Первой Мировой?

В общем, практику мерить границы и претендовать на территории по принципу «так было когда-то и должно быть впредь» нужно категорически пресекать. Значит, есть у меня идея наладить торговый обмен между бывшими Метрополией (Имметрией) и Колонией (Херром). Но для начала нужно прекратить состояние фактической войны между ними. А потом (надеюсь) взаимовыгодная торговля заставит развивать боле тесные отношения. Хотя вполне возможно, заставит еще сильнее вспыхнуть конфликт, когда войска Имметрии захотят не просто отбивать случайные атаки, но и самим напасть на богатую колонию.

Такой вариант мы с Советом тоже обсудили, и приняли решение усилить в потенциальных точках прорыва отряды из Гургов. Ведь они и были созданы (или выведены, тут я так и не разобрался) магами именно для ведения боевых действия и ни на что другое не годились.

На подготовку отвели неделю. За это время я собирался подготовиться к предстоящей миссии, вспомнить все забытое и переговорить с будущими членами отряда. Эрайхн обещала провести со мной пару занятий, и даже научить, как можно командовать Гургами: конечно, тут вопрос не в дрессировке и изучении команд, как у кинологов, а в некоем магическом воздействии. Впрочем, как я убедился, мои ребята и обычную речь (правда, на своем языке) отлично понимают. Но если добавить те небольшие способности к магии, что я потихоньку начал разрабатывать, то отдавать приказы получается более эффективно. Ну, а на крайний случай со мной отправилась Эра.

Больше времени заняла подготовка моих «сопровождающих». Мурра в человекоподобном облике была чудо как хороша, но в одежде она смотрелась бы более… прилично, что ли? А то не принято на материке ходить голыми. Хотя ее это совершенно не смущало. Я заодно попытался выяснить у Эры и Гхырра с Муррой, может ли Гхырр принимать человекоподобную форму. Меня уверили, что в принципе, может, но лучше этого не делать. Популярности это ему не прибавит, а напугать сможет еще почище, чем «звериная» ипостась. Хотя теоретически, (при создании Гургов), такая опция предусматривалась, но практически не использовалась. Принимать форму, более привычную человеку, могли только женские особи Гургов. Почему так получилось – даже сами маги не совсем понимали. Тут использовался старый принцип «так сложилось исторически». Причем по самкам было видно, что создавались Гурги, на основе обычных людей: вплоть до того, что самки Гургов (в этой форме) были даже сексуально совместимы с обычными людьми. И иногда от таких контактов даже рождались дети, которые могли оказаться похожими как на Гургов, так и на обычных людей. По крайней мере, внешне. Случалось такое, правда, настолько редко, что статистики никто не вел. А каждый случай заносился в Архивы, как диковинка.

Но вот неделя, отпущенная на подготовку, миновала. И Артес явился в мою комнатку (да, теперь я жил в самой настоящей комнате) и протянул тяжелую кожаную сумку на ремне, с подготовленным для экспедиции снаряжением. И мы отправились к Донжону (высокой башне в центре крепости). По дороге к нам присоединились другие члены отряда, и мы спустились в подвал башни, примерно на пять этажей вниз. И оказались в такой же комнате, что была в Каменоломне.

Сам процесс телепортации ничего особого не представлял, если не учитывать резкое изменение освещения и гравитации, что едва не вызвало у меня приступ морской болезни. Причем повторилось такое «перемещение» дважды подряд. Показалось, что второй раз – из другого помещения. Но в этом я не уверен: уж очень все эти помещения были похожи.

Глава 28 Возвращение в город

На выходе из комнаты меня вместе с моим отрядом Встретил Альдер, за спиной которого виднелись внушительные фигуры Гургов.

- Привет, Альдер! – махнул я ему рукой. – И поздоровался на языке Гургов с отрядом за его спиной.

- Привет, Гарр! – усмехнулся в ответ Альдер. – Не ожидал, что снова тебя увижу. Надеялся, что тебя там убьют. Говорят, там присланных из Империи отправляют на Арену. Где довольно жесткие правила.

- Правду говорят. Вот только я прошел эту Арену. И в награду меня отправили обратно. И дали в напарники вот этих ребят. Они, кстати, тоже успешно прошли Арену, так что это бойцы высокого уровня, которым весь твой отряд на один зуб. И кстати, ты читать-то умеешь? Тогда вот приказ о том, что ты и твои охранники переходят под мое командование.

- С каких это демонов?

- С таких, что я, распоряжением совета, назначен региональным представителем Херра в этой локации. Но пока я планирую ограничиться своими силами и тем отрядом, что прибыл со мной. А от тебя мне пока нужно только информация. Как дела в округе?

- Да как, нормально. Тихо и спокойно. Твои охранники к нам пару раз сунулись, получили по морде и больше не лезут. По окрестным лесам шастают отряды мародеров – от дезертиров до бывших наемников, оставшихся без работы. К нам они не суются: они же не самоубийцы! Так что щипают хуторян, которые поселились в округе.

- Хуторяне? И не боятся селиться рядом с Каменоломней?

- Да тут безопаснее, чем где бы то ни было! Ни хищников, ни залетных бандитов. А наши Гурги за пределы Каменоломни не выходят.

- Отлично. Дай мне наводку на ближайшее поселение. Схожу, пообщаюсь с этими отважными ребятами.

- Не опасаешься нарваться на отряд наемников?

- С таким сопровождением? Пусть они опасаются со мной встретиться!

--

Хутор старика Дарза находился не так уж далеко от Каменоломни. Вышедший на пенсию стражник был еще вполне бодрым стариканом. Он решил обзавестись хозяйством, и поселился с молодой женой поблизости от охраняемой территории. А потом, когда колонию захватили Гурги, решил никуда не удирать, и продолжал жить на обжитом месте.

Дом был неплохим: крепким и надежным, с загоном для скота и дровяным сарайчиком. А весь двор был огорожен заборчиком метра два высотой, из ошкуренных и заостренных сверху бревен. По дому носились пара пацанов трех-четырех лет. Сперва детишки дичились нас с Эрой, но быстро освоились. Мы сидели, болтали за жизнь (болтал в основном я, ведь Эра была совершенно не в теме бытовых подробностей) и я думал, как бы представить хуторянам еще двоих напарников, которые пока оставались в лесу – Мявву с Гхарххом.

Но вдруг из-за забора раздался громкий уверенный голос:

- Эй, хозяева! Принимайте гостей! Или поделитесь припасами с бывшими бойцами нашего отряда! Вы же не хотите, чтобы ваш домишко случайно загорелся. Так что лучше поделитесь по-хорошему, и не доводите до драки. Все равно нас больше и сила за нами. А Вам нужно заботится о детишках, насколько я помню? Так что, решим дело миром или будете возражать?

- Кто это? – почему-то шепотом спросил я. А Эра рефлекторно схватилась за эфес меча, обернувшись к открытому окну.

- Банда Кромма – В полголоса ответил Дарза, успокаивающе похлопал по плечу супругу. – Остатки отряда наемников, которым перестали платить, и они самовольно оставили службу. Недавно в эти места перебрались, я думал, они к нам не доберутся: слишком близко к Каменоломне. Совсем обнаглели! Но придется платить, ничего не сделаешь.

- Не стоит. Я с ними разберусь, - самоуверенно заявил я.

- Но если вступить в сражение, то они сперва убьют вас двоих, потом нас с женой и детей! Придется откупаться и договариваться. У них слишком большой и сильный отряд.

- Ничего страшного, я с ними разберусь.

- Но стоит какой-то группе скрыться, и они вернутся!

- Значит, придется убить всех. – строго ответил я, доставая из сумки крупную звезду, усыпанную бриллиантами и цепляя ее к кожаной куртке.

- Всех? Я был на войне. И наемники – хорошие воины. Ты один против них никто.

- Придется их удивить. И я не один.

- Если у тебя в окрестных кустах не сидит пара дюжин сильных бойцов, то это бесполезно.

– Посмотрим, - заявил я, вышел на двор и быстро вскочил на крышу дровяного сарайчика, крыша которого находилась почти на высоте забора.

- Эй, привет честному народу! Для чего тут собрались? Погулять решили? Предлагаю вам, пока не поздно, пойти погулять в другое место. Всем вместе! И больше никогда сюда не возвращаться. Иначе вы умрете.

- Эй, а ты кто такой? – крикнул самый рослый из воинов, обнажая меч.

- Я-то представитель местной администрации, вот даже звезда на моем костюме. Дорогая, с золотой основой и настоящими бриллиантами. И меч у меня хороший. Хочешь у меня все это забрать? Я спускаюсь к вам. Но, пока я не спустился, у каждого из вас есть время удрать отсюда далеко и навсегда. Но как только я спрыгну вниз, обратного хода ни у когоне будет.

- Ты решил нас всех запугать своим мечом? Нас тут две дюжины. Будь ты даже самым сильным в мире мечником, ты труп! А твоя блестяшка мне пригодится.

- Все это могло быть так. Но только ты неправильно подсчитал мои силы. И не принял во внимание моих напарников. Так что ваши шансы получить мою медаль ничтожны. Но они есть! Вперед, ребята!

И я спрыгнул с заборчика на полянку перед домом, прямо в паре шагов от Кромма.

Наемники подались ко мне, но тут от кустов раздался жуткий рев. Это из своей засады выскочил Грахх, отрезав собравшихся в толпу бойцов от леса. А сбоку почти бесшумно появилась Мурра. И началась настоящая мясорубка. Грахх мощными ударами лап пробивал бойцам грудь, отрывал когтями конечности и разбивал головы. Мурра же предпочитала маневрировать в толпе, нападая сзади или из-за других бойцов. Удар когтей по шее не только ломал сопернику позвоночник, но и почти полностью отрывал шею, отделяя голову от тела. А я орудовал мечом, что в суете и неразберихе походило скорее не на фехтование, а на бойню. По мне ни один боец так и не попал. А попытка ударить лезвием Грахха заканчивалась бесполезным ударом по густой гриве. Шкура Мурры же отлично отражала атаки (гасила удары и пружинила). Так что через каких-то пять-десять минут мне осталось только пройти по площадке и провести «контроль», втыкая меч в шеи еще шевелящихся тел. А Мурра с Граххом бросились в лес, настигая случайно сбежавших наемников. Учитывая нюх и навыки следопытов Гархов, удрать от них было практически невозможно. Тут сзади скрипнула калитка и из нее высунулся Дарз, ошарашенно оглядев полянку.

- Тут что, весь отряд? – шокированно произнес он. – Но их было…

- Да, тут чуть меньше. Еще парочка пытается убежать. Сейчас мои напарники их прикончат и вернуться. Здесь же есть поблизости какая-нибудь яма, где этих бандитов можно похоронить? Ты же не будешь против, если я вас познакомлю со своими ребятами?

- Это что, те, о ком я подумал? – настороженно спросил старый солдат. – Но они же совершенно дикие?

- Не выдумывай. Они члены моего отряда. Отлично обучены, воспитаны и умеют говорить, хотя и на своем языке. И ты же убедился, что они на нашей стороне? Поможешь мне их осмотреть и привести в порядок? Я гарантирую, что они будут вести себя смирно и не станут нападать или как-то обижать членов Вашей семьи. И даже можете с ними поговорить. Правда, мне придется переводить, у них свой язык и им сложно говорить на человеческом языке. У них свой язык. А вот и они. Пригласишь нас в дом?

И, пока старик не пришел в себя от неожиданности, рыкнул показавшемуся из кустарника Грахху и махнул рукой Мурре. И два «монстра» двинулись к калитке, аккуратно перешагивая трупы и лужи крови. Глянули вопросительно на хозяина дома, и втиснулись в калитку. Возле дома застыла неподвижная «скульптурная группа» из жены и двух пацанов. Но если у нее в глазах плескался откровенный и безбрежный ужас, то глазки пацанов блестели интересом.

- Эра, притащи сюда вон тот тазик. Нужно отмыть с Грахха чужую кровь. И с Мурры, если понадобиться. Им же еще с отрядом знакомиться! Кажется, Грахх был не слишком счастлив, когда его поливали колодезной водой из ведра, а Эра вытирала его тряпками и смазывала чем-то царапины Но зверь сохранял невозмутимость. Так что, в конце концов, даже два пацана настолько осмелели, что подошли помогать нам протирать гриву зверя сухими тряпками. Мурра казалась совершенно неповрежденной. И мирно вылизывалась в сторонке.

- Так кто вы такие? – не выдержал в конце концов старик Дарз. – И каким образом ты сумел так выдрессировать этих тварей?

- Это не твари, - возразил я. – Это такие же бойцы, как и мы с тобой. И они члены нашего отряда. А я официальный представитель государства, из которого они к нам появляются. И буду стараться сделать так, чтобы мы с ними стали сработать вместе.

- Но мы же всю жизнь с ними воевали! И они нападали на наших людей! Как на солдат, так и на мирных жителей!

- Они солдаты. Они выполняли приказы. Которые отдавали им совершенно другие люди, которые правили той страной. А я хочу изменить эту ситуацию. Вот прямо сейчас, попробуй прикоснуться у Гхархху. Он совершенно спокойный, мирный зверь. Воюет только с теми, кого назвали врагами. Не бойся!

- Да я не боюсь, просто непривычно как-то. Это все равно, что попытаться притронуться к лезвию раскаленного в кузне меча. На вид ничего страшного, но чувствуется, что можно обжечься. А в данном случае – еще и потерять откушенную руку.

- Да не переживай ты так, - рассмеялся я. – Я пару месяцев прожил в окружении подобных типов. И поверь, они не бросаются на всех, кто их окружает. Совершенно спокойные и миролюбивые ребята. Пока им не отдали приказ. А приказы здесь отдаю я. Так что все нормально! Все под контролем!

Кажется, мы слишком увлеклись рассматриванием Грахха. Даже молодая супруга Дерза подошла ближе к нам. Поэтому детский крик: «Мама, давай кошечку к нас возьмем! Она большая и мягкая!» раздался совершенно неожиданным. А оглянувшись, семейство хуторян чуть не упало в обморок: двое малолетних детишек осторожно подобрались к Мурре и теперь увлеченно гладили ее по мягкой шерсти на спине. А та совершенно не проявляла неудовольствия: кажется, ей даже нравилась такая процедура. Она даже улеглась на пузо, положила башку на лапы и прикрыла глаза.

- О. демоны, что это такое происходит! – простонал Дерз, - она же их сейчас сожрет!

- Ничего подобного. Но вот насчет пожрать, мысль правильная. У вас же здесь есть что-нибудь мясное? Ребята поработали над вашей защитой. Они, конечно, могли бы сожрать пару наемников, но я им не рекомендую жрать человечину. Как-то это не совсем прилично в обществе. А вот свежее домашнее мясо…

- Да, Гелла сейчас принесет из подпола. Мы недавно заготовили тушу барана. Им подойдет?

- Вполне, - кивнул я.

Жена Дерза метнулась в дом, хотя и оглядывалась постоянно на детишек, продолжающих гладить Мурру. И через пару секунд появилась с двумя четвертинами полутушки баранины. Я с благодарностью принял мясо из ее рук и положил перед своими напарниками. И те с удовольствием захрустели костями. Смотрелось, честно говоря, жутковато, но я продолжал удерживать на морде лица приветливую улыбку.

- Кстати, у тебя нет поблизости соседа с пареньком лет десяти? Помню, здесь поблизости жил фермер с сыном, мы с ним как-то встречались. Можно его каким-то образом сюда вызвать и отправить с донесением в Город?

- Конечно, можно! – всполошился Дерз. - Могу прямо сейчас отправить к ним Галу. Или сам сбегаю, хотя суставы уж не те, и быстро бегать я не могу…

- Да, попроси супругу сбегать к соседям. Пусть отец придет вместе с сыном. Заодно поможет тебе трупы убрать.

Да, жена Дерзу попалась не слишком нервная. Впрочем, это же не наше мягкотелое время. Здесь людям не привыкать к валяющимся на дорогах трупах мертвых людей и лужам крови (впрочем, уже почти впитавшейся в землю). Хотя редко на одной полянке валяется больше двух десятков покойников. Так что Гала довольно уверенно (и не разу не блеванув) прошла через полянку и скрылась на лесной тропинке. А детишки совсем обнаглели и начали активно тормошить Мурру, чуть ли не дергая ее за уши.

Сосед в сыном, в сопровождении Галы, появились примерно через полчаса. Крепкий старик (явно бывший стражник) сперва впал в ступор, увидев кучу покойников с оружием, а затем пару Гургов во дворе. Одного из которых (похожего на здоровенную кошку) совершенно бесстрашно терзали пара мелких пацанов.

- Как тебя зовут, парень? – спросил я мальчишку, во все глаза рассматривающего все окружающее. – Ты меня помнишь? Мы когда-то встречались, когда ты предупредил наш отряд о отряде Гургов, движущихся от Каменоломни к Городу.

- Конечно, помню! То сражение на мосту весь город помнит! Это ведь ты остановил нападающих на мосту! А потом к тебе на помощь пришел остальной отряд! И тебя еще наградили в мэрии!

- Да, ты все отлично помнишь. Сможешь пробраться в расположение отряда разведчиков, найти там командира Зерга и сообщить ему, что я вернулся из Каменоломни? И что со мной прибыла напарницы: моя подруга Эра и пара порученных мне бойцов. И мы хотели бы с ним и другими бойцами встретиться и поговорить. И, если не лень, пусть захватит пару лошадей, чтобы бойцы сопроводили нас до города.

- Хорошо. Я сбегаю. А можно и мне кошку погладить?

- Вообще-то это не кошка, в один из бойцов-Гургов.

- Это она всех этих бандитов убила?

- Они все были плохими, ты же понимаешь? Мурра и Гхархх сейчас воюют на нашей стороне, за хороших. И это тоже расскажи.

- Хорошо. Но погладить же ее все равно можно? Вы разрешите?

- Вообще-то ее саму нужно спрашивать. Но, по-моему, ей нравится такое обращение. Можешь ее погладить, прикоснуться к Грахху и беги в город. И передашь, что одну из банд (кажется, под предводительством некоего Кромма) мы уничтожили. Это те, что перед воротами валяются. Ну, ладно, беги! Вернешься вместе с отрядом.

А потом мы отправились в дом с Эрой и супругой Дарза, а малышей оттащить от Мурры не удалось. Так что шум и радостные крики доносились чрез открыто окно.

Через пару часов за воротами раздался конский топот, лязг сбруи и фырканье лошадей. А также удивленные возгласы. И в калитку вошел Зерг, в новой броне.

- Привет, капитан! – крикнул я в окно.

- И тебе привет, Гарр! – крикнул он в ответ. – Только я уже не капитан, меня повысили до майора и я теперь начальник городской стражи. Но тут мне рассказали забавную историю и я решил сам все посмотреть: мне показалось, что мелкий слишком много привирает. Но, кажется, он нам даже не все рассказал. Это что, и есть те самые ручные твари, о которых он нам пытался рассказать? Честно говоря, мы ему не слишком поверили. Как и в то, что вы втроем сумели уничтожать целый отряд дезертиров! А наш отряд он смогут так же разбить?

- Скорее всего, смогли бы, особенно с мой помощью. Это настоящие обученные бойцы, и умеют воевать. Но мы вчетвером выступаем на вашей стороне. Так что не пугайтесь моих бойцов, и не нервируйте их.

- О, а это кто? Ты нас представишь нас своей подруге?

- Да, знакомьтесь. Это одни из лучших бойцов нашего города, бойцы разведывательного отряда. А это Эра, мой консультант с той стороны «тропы» и из нового мира, который называют Колонией. Там же живет и большинство Гургов, иими управляют обычные люди. Они не звери и не твари из ада, они обычные бойцы, которые выполняют преступные приказы. Во многом их можно сравнить с бойцовскими псами, которых владельцы натравливают на добычу. Или на того, кого они считают своей добычей. Мне пришлось несколько месяцев прожить в окружении этих ребят. В том числе дрался с ними на Арене, насмерть. Должен заверить, что вне боя они вполне нормальные ребята. Чуть не сказал «люди». Можете переговорить с ними, с помощью мой помощницы, она же переводчик и хорошо знает их язык.

- Язык? Они что, и говорить умеют?

- Более того, у них есть свое сообщество, организация и они даже участвуют в жизни того сообщества. И, кстати, создали их обычные люди и более того: это произошло в Иммертии, много лет назад. Я там нашел архивы, в которых описана вся история появления этих бойцов. Хочу ей поделиться с руководством города. И предложить, как можно полностью прекратить нападения штурмовиков на нашт села и города. А еще привлечь Гургов к охране порядка. Как видите, они действуют против вооруженных банд весьма эффективно, особенно, если приписать к отряду кого-нибудь из стражников. Чтобы избежать случайных ошибок.

- Кстати, как наши бойцы относятся к моим бойцам? Они ведь из не боятся?

- Да нет, наши бойцы, особенно те, которые принимали участие в Охоте, примериваются, как бы их грохнуть поудобнее.

- Ну уж нет, это тоже излишне. Воспринимайте их просто как коллег и товарищей. Я постараюсь, чтобы мы все с ними подружились. Зенг, как думаешь, если я приведу этих ребят в Мерию, нас сразу убьют или дадут сказать последнее слово, прежде, чем казнят?

- Насчет сразу убьют – это вряд ли. Разве что в штаны наложат, если вы туда войдете вместе. Но если мы туда вас сопроводим, то, пожалуй, доживешь до утра. И только потом тебя повесят. А что это на тебе нацеплено?

Глава 29 Официальный визит

Самым сложным оказалось подсадить Эру в седло. Ну еще бы: ведь моя подруга ни разу в жизни не видела вблизи лошадь: откуда бы они взялись в том мире, где кругом сплошные скалы, и передвигаться по той местности могут только горные козлы. Но Эра стойко держалась в седле вместе с отрядом, хотя и со стороны было видно, как она отбила спину лошади и свою задницу.

Но до города мы добрались без происшествий. Гурки без проблем бежали рядом с конным отрядом. Разве что поначалу кони немного дичилась и недовольно фыркали. Да мои одноотрядники с любопытством поглядывали на мощных зверей.

А по дороге Зерг поделился радостной новостью: он женился! И кто бы мог подумать: он близко сошелся с Игреной, библиотекарем из Академии и статс-майором. Во многом Зерг даже очередное звание получил благодаря речам жены перед городским начальством. Ведь сам Зерг не очень (как он сам признался) красноречив и не слишком способен отстаивать свои достижения перед начальством и подчеркивать свои достижения.

На городских воротах стража попыталась остановить сопровождающих нас Гургов. Но бойцы-разведчики объяснили им (хотя и не в слишком литературных выражениях), что они не правы. И что монстров сопровождаю я, который является официальным представителем «адских тварей» в нашем городе. Так что охрана сейчас пытается задержать дипломатическую делегацию, которая не только может их прямо здесь сожрать, но и нажаловаться руководителям города на неправильное поведение стражников. Так что они рискуют вылететь со службы, за излишнее рвение.

Затем встал вопрос, где мне сегодня остановиться на ночь? Не в таверну же мне отправляться! Да и в казарму идти с партнершей и «бойцами» как-то не с руки. Поэтому пришлось согласиться на приглашение Зерга: он с супругой ланимали целый дом неподалеку от центра города, огражденный забором от улицы. В общем, идеальное жилье, чтобы поселить нас с помощницей, и пару бойцовских зверей. Ну, и Гургов укрыть от городских зевак.

За ужином Игрена ухитрилась разговорить Эру. И Зергу, и его супруге, да и мне тоже, было интересно слушать ее мнение. Ведь в ее рассказах о своей жизни и быте было много всего нового. Начиная с одежды из непонятной кожи ящериц, и странной «звезды» на груди и вплоть до структуры общества, в котором Гурги являются такими же гражданами, как и люди.

А еще Игрене было интересно, что именно я собирался делать, как представитель Совета в нашем мире. И могу ли я вообще что-то сделать. Выслушав мои предложения, Игрена поморщилась и заверила, что теоретически это сделать возможно, но вряд ли я смогу убедить в этом руководство города. Так что выдвинула пару предложений, а потом предложила сходить в Мэрию не мне одному, а всем вместе.

В этот момент я вспомнил кое-о чем, что все еще лежало в моей сумке и решил презентовать ей кое-то из блестяшек, как супруге главы городской стражи. Типа, оплату за консультацию. И выложил несколько изделий на стол. А потом выбрал и протянул Игрене симпатичное колье с бледно-зелеными камнями. Кажется, это были какие-то драгоценные камни, да еще и ограненные. И размером не меньше ногтя большого пальца каждый камень. Поначалу Игрена пыталась сопротивляться, но Зерг оказался парнем настойчивым, и убедил ее, что этот гарнитур отлично будет сочетаться с ее новым платьем.

В общем, на завтра мы решили отправиться на прием к мэру: он как раз в этот день с утра должен быть на рабочем месте. Поэтому Зерг вызвал из казармы шесть солдат в полном снаряжении, чтобы сопровождать нас по городу. И нам безопаснее, и окружающие будут меньше нервничать. Хотя меня изрядно удивила и поразила реакция окружающих на тихих и мирных Гургов. Чиновники мэрии, увидев тихонько и послушно шагающих по коридорам зверей, бледнели, прижимались к стенкам и у них слабели коленки. Мне это казалось немного странным, ведь с недавних пор они мне казались пусть и не совсем мирными, но совершенно привычными зверушками, вроде зубастых бойцовских собак или крупных кошек с густой, мягкой шерстью. Мурра, встретив очередную группу чиновников, ехидно муркнула про себя. Грахх буркнул в ответ. Со стороны казалось, что они просто рыкнули на встреченных чиновников. Но на самом деле Мурра отметила, что наконец-то им встретились нормальные люди, о которых и рассказывали на обучении: те, что чуть не теряют сознание от страха, едва увидев настоящих бойцов. На что Грахх ответил в том смысле, что накануне им повстречались исключительно настоящие, обученные бойцы. А это… так, гражданские.

Понятно, что местные чиновники даже не догадывались о происходящем «диалоге», они слышали только мрачное и угрожающее рычание. Это как слушать разговор о красотах природы на немецком языке: ничего не понятно, но звучит угрожающе. Зерг и Игрена, сопровождающие нашу компанию, первыми подошли к двери в кабинет мэра и вошли внутрь, предварительно постучав. Мы с Гургами вошли следом в большой зал, и остановились в крупной, хорошо украшенной приемной. Где в углу за столом сидел совершенно бледный, и неподвижный от ужаса секретарь, вцепившийся руками в столешницу. Наконец, через пару минут, из двери кабинета выглянул Зерг и поманил нас с собой. И мы чинно вошли в кабинет. Который тут же стал маленьким и тесным.

К чести нашего Мэра, этот толстенький низкорослый человек вполне овладел собой. А ведь даже предупредить о появлении пары штурмовиков его было не так просто. Да и предупрежденный человек такое зрелище (два чудища на расстоянии вытянутой руки) с непривычки не всегда способен выдержать.

Тут слово взял я и попытался объяснить в двух словах, что перед представителем городской власти не дикие звери, а дипломатическая делегация из соседней страны. И которые совершенно не собираются ни на кого нападать, а пришли для налаживания мирных взаимоотношений и деловых переговоров. И что эти, кажущиеся большими и туповатыми существа – не просто разумны, но и способны разговаривать и отвечать на вопросы. Хотя и на иностранном языке. А переводчиками при них можем выступать мы с Эрой. И мы (вместе с руководителями с той стороны) готовы оплатить предварительные расходы на налаживание таких отношений. И также приготовили (согласно существующему дипломатическому протоколу) официальные подарки для правителей Города, заодно демонстрируя то, что та сторона может использовать при торговле с нами.

На этом мое красноречие себя исчерпало, и я уступил первенство Игрене. Которая, как я убедился, отлично умеет убалтывать городское начальство любого уровня. Она же распорядилась подарками, ухитрившись вручить для городского начальства как какие-то «блюдца», напоминающие ордена, так и сувениры для родственников и членов семей чиновников. Через полчаса общения с Мэром тот объявил, что сделает объявление перед собранием, в главном зале Мэрии.

В главном зале (я бы назвал его, по старой привычке, «актовым») собралось, кажется, все городское дворянство. Мэр выскочил на небольшой помост, оперся руками на кафедру и начал рассказывать о том, что с этого момента у нас наступила новая эра: наконец-то к нам прибыли представители народа, с которым наша страна воюет уже больше тысячи лет! И нам выпал шанс прекратить эту бессмысленную войну и начать сотрудничать с правителями этой земли. И что представляет их известный в городе лейтенант Гарр (даже звание мне присвоил на ходу!). А еще они прислали со мной пару своих самых сильных воинов и даже представителя правительства тех земель (и он указал на скромно поклонившуюся присутствующим Эру). И объявил, что с этого момента, после вручения верительных грамот (на самом деле нескольких золотых блестяшек, замаскированных под ордена) наша делегация, включая лейтенанта Гарра, лекаря Эру и пару Гургов находятся под охраной магистрата и он лично запрещает каким-либо образом задирать, вызывать на бой или вообще ссориться с кем-либо из нас.

- Ну уж нет! – раздался крик из толпы дворян. – Я, барон Силиус, воспитан так, что единственным моим ответом любой из этих тварей может быть только удар меча! И я не верю, что эти звери способны разговаривать!

Вперед вышел молодой дворянин с обнаженным мечом в руке. Которым он весьма воинственно размахивал.

- Господин барон, не доверяйте первому впечатлению, не позволяйте своим глазам себя обманывать! – выступил вперед я. – Мне поручили наладить мир между нашими странами. И я не остановлюсь перед применением оружия, если мне придется доказывать вое миролюбие! Не спорю, мое первое впечатление об этих воинах было таким же, как и у Вас. Но нам предоставляется шанс начать наше общение не с прошлых ошибок, а с нового листа! Просто попытайтесь увидеть в этих существах, созданных очень давно, земными магами, для ведения войны, обычных воинов. Да, согласен, на поле битвы с ними подружиться не так просто. И да, и я, и большинство Совета, который управляет этими бойцами, согласны, что прежняя методика нападения на наши земли была ошибочной и не эффективной. Так давайте же исправим эти ошибки! И посмотрим на наших соперников с другой стороны. Мурра, покажись господам дворянам!

Мурра, колеблясь, сделала шаг вперед, затем кошачья фигура подернулась темной дымкой и из мутного облака поднялась уже высокая женская (ну, почти женская) фигура. Я уже говорил, что Мурра и друге, похоже на крупных кошек твари, способны принимать человекоподобную (антропоморфную) форму, напоминающую крупную и сильную женщину, сохраняя при этом и некоторые кошачьи черты. Она сошла в зал по ступенькам, так что все присутствующие смогли рассмотреть и сильные длинные ноги, и изящные бедра, и плоский живот и крепкую грудь.

Даже барон Силиус, (по сути, молодой парень 18-20 лет) жадно рассматривал ее, приоткрыв рот и опустив меч. И рассматривал не столько мохнатые ушки и покрытое легким темным пушком лицо (или мордочку?) этой «кошкодевочки», а совершенно конкретные анатомические особенности этого существа.

- Но не думайте, что наша Мурра была создана для выполнения эротических танцев! Хотя для этого она подходит отличным образом. Они с Граххом – опытные и сильные бойцы, прошедшие строгий отбор на Арене и способные противостоять вооруженному бойцу и даже нескольким. Кроме того, они члены моего отряда, поэтому я вынужден буду защищать их всеми силами. В том числе и с использованием оружия. А Эра – не только лекарь, но и грозный боевой маг. Так что наш небольшой отряд вполне способен противостоять почти любой угрозе.

Кроме того, как меня заверили члены Совета, в ближайшее время, в случае успеха нашей делегации, с той стороны не будет совершено ни одного нападения на наши поселения и наших подданных. Кроме того, я велю переписать вот этот манускрипт, в котором записана версия истории, которая распространена «с той стороны», и которую знают все жители и бойцы с той стороны. Проверьте, тут доказывается, что все мы: и ремесленники, и фермеры, и ювелиры произошли из одной страны, и даже Гурги были созданы здесь, но из-за ошибочных действий старого правительства многие события тех лет были забыты. И нашей целью будет объединить наши народы, а не бессмысленно терять своих бойцов в никому не нужных сражениях.

- И чего вы хотите? Захватить власть над городом и всей страной? – выкрикнул кто-то из толпы.

- Ни в коем случае! Мы уже помним, к чему приводит желание «кого-то покорить» и «завоевать власть». Мы хотим просто наладить взаимовыгодную торговлю и свободное перемещение между нашими мирами. И помочь местным жителям. Например, если мы договоримся с властями и стражей, то отряды Гургов займутся уничтожением расплодившихся вдоль «Старой дороги» шаек разбойников, состоящих из бывших наемников и обычных грабителей. Плюс защитить поселившихся в лесу фермеров.

- А они не сожрут этих самых фермеров? – выкрикнул еще кто-то из толпы дворян.

- При каждом таком отряде будет командир, который и будет командовать отрядом. Он и будет контролировать их действия.

- Это что будет за отряд, из двух бойцов? – опять насмешливо вступил тот же голос.

- Если Вы забыли, то в Каменоломне находится большой отряд Гургов, обоих видов. И они все находятся в моем подчинении. Или в подчинении тех, кого я назначу. Для начала командирами отрядов станут стражники, которые уже имели дело с Гургами. И в том числе сражались с ними. Так что с количеством бойцов мы разберемся. Что касается города. То внутри стен будут жить только представители нашей делегации. Осталось только подобрать официальную резиденцию. Я надеюсь, представители городских властей помогут нам подобрать достойное жилище, которое мы сможем приобрести для проживания и официальных приемов. Остальные вопросы мы решим а в ходе текущей работы.

- Так чего они от нас хотят? – чуть опомнившись и убрав меч в ножны, спросил все тот же барон Силиус, уже более миролюбиво.

- Думаю, мы с господином Мэром решим вопрос о первоочередных поставках, которые заодно станут свидетельством нашего дружелюбия и мирных намерений.

Оставив Гургов в обществе наших бойцов (чтобы они с местными друг друга не обижали) мы с Эрой отправились в кабинет Мэра. И попытались ему объяснить, что к всего нужны самые обычные продукты: пару возов яблок (в мешках) и пшеницы. А также самые обычные ткани и еще кое-какие компоненты, самые обычные в этом мире, но которых крайне недостает с той стороны «тропы». И уже к вечеру к Каменоломне потянулся обоз. А в столицу помчались курьеры в докладами во дворец.

Информации было много: от прекращения боевых действий до начала торговли, перспектив получения с той стороны металлов и камней (в том числе драгоценных) и, в будущем, найма мощной армии Гургов, во главе с офицерами.

Ну, а что касается нас, то подходящий дом мы нашли в тот же день. Точнее, сразу же после общего собрания. Точнее. к нам с Эрой подскочил один из дворян и, испуганно косясь на наших «подчиненных» предложил приобрести недорого его дом: «в отличном состоянии и почти в центре города». Правда, от центра он был не слишком близко, да и состояние отличное было только у сложенных из камня стен. Которые даже стенобитным оружием развалить было бы непросто. Внутреннюю же отделку, как заявила Игрена, можно было бы починать довольно быстро и за совершенно адекватные деньги. Как и приобрести всю необходимую мебель. Чем они Эрой и занялись, когда мы прямо в здании Мэрии оформляли купчую.

А затем Зерг с Игреной проводили нас в Академию. Понятно, что на входе охрана подняла тревогу, увидев перед воротами Гургов, но Экселенц быстро всех успокоил. И мы прошли всей толпой в фехтовальный зал, где курсанты попытались потренировать свои способности мечников на «членах дипломатической миссии». Что дало инструкторам вдоволь поорать на своих учеников, обвинив ихв «криворукости и неумелости». А Эра немного просветила будущих офицеров, что такое Арена. В общем, первый день прошел плодотворно.

А затем я выпросил сестре и ее подруге «увольнительную» на бал, который устроил в честь основания дипмиссии Мэр в Ратуше.

Поле которого мы отправились в наш новый дом. И увидели из окон, что вокруг нашей резиденции горожане собираются проводить «факельное шествие», вооружившись топорами, вилами и прочей подходящей атрибутикой.

Оказалось, что хитрый пройдоха продал нам дом, издавна пользующийся дурной славой в городе, а потом еще и кто-то пустил упорный слух, что в здании завелись адские твари и собираются напасть на город. В общем, штурма и бунта удалось избежать только чудом,когда городская охрана уже удрала с постов а жители принялись ломать забор. Когда мои девушки стояли на втором этаже с мечами наизготовку, а Эра уговаривала зверей не нападать на горожан. И тут очень вовремя подошел отряд выпускников Академии, во главе с Экселенцем, окруживший здание дополнительным кольцом охраны.

На следующий день городскиие власти очнулись и разослали на все площади глашатаев, объяснявших гражданам «политику партии»: мол, это пришли друзья и они находятся под защитой властей. А кто против – тот бунтовщик и преступник.

В общем, все пошло, как обычно. И вскоре вошло в наезженную колею: город менял яблоки на золото и драгоценные камни, в Город начали прибывать делегации мастеровых с другой стороны тропы, а в дипломатическом корпусе как-то ненавязчиво завелась целая толпа чиновников, выделив нам всего несколько комнат для жизни.

Да и центральная власть Империи «раздуплилась» и прислала пару чиновников, чтобы разобраться, «а что, собственно, здесь у вас, в провинции, происходит?» и нет ли во всем этом крамолы и подрыва центральной власти?

В общем, дальше все пошло как обычно. Но это уже совершенно другая история.