Капитан фрегата "Святое искушение"

Глава 1

В тринидадской портовой таверне «Гнев Посейдона» всегда царила атмосфера вечного разгула и веселья. День сменялся ночью и казалось этого никто не замечал, и вообще мало кого волновало что творится за окном. Все посетители жили настоящим — только здесь и только сейчас. Возможно этот или следующий день мог стать для каждого моряка последним, вот поэтому они и старались брать от жизни по максимуму.

Работники таверны работали в несколько смен и едва-едва успевали наливать напитки, готовить неприхотливую еду и разносить всё это по столам. Крики, смех и пошлые песенки наполняли таверну до самого потолка. Ром и пиво текли нескончаемыми потоками, а крепкий табачный дым десятков трубок застилал всё зримое пространство и мешал разглядеть даже рядом сидящего собеседника.

Особо напившиеся выходили на улицу, чтобы там выяснить на ножах отношения или несогласия по тому или иному вопросу. Хотя и внутри самой таверны хватало мелких стычек, которые сопровождались незначительными, по вполне существенными ударами и пинками. Но по итогу всё сводилось к одному — бывшие враги обнимались и требовали у трактирщика пива, дабы отметить возникшую до виселицы или гробовой доски дружбу.

Девицы лёгкого поведения сновали между столами, флиртуя и оголяя перед искушёнными моряками всевозможные части тела, дабы заработать несколько монет, да бесплатную выпивку. И это не смотря на порой выбитые зубы, нечёсаные космы или нестираные платья, они всегда пользовались огромным успехом.

Среди всей этой развесёлой публики «Гнева Посейдона» только двоим людям было не до праздного отдыха и беспечного смеха. Может быть в другой раз они и сами бы с удовольствием присоединились ко всеобщему веселью, но только не в этот день. Эти люди, сидя за столом в комнате второго этажа таверны и попивая вино, изучали разложенную перед ними карту, сверяясь с кипой бумаг, лежавшей тут же.

- Капитан, — спросил ещё не старый, но явно много повидавший на своём веку приключений морской офицер, — а вы уверены, что ему можно доверять? Лично я поостерёгся всякой информации от малознакомого мне человека.

- У меня нет абсолютно никаких оснований для недоверия, — ответил ему собеседник. - Я знаю Хоупа уже лет пять.. И за это время ни одно из его донесений не было ложным или ошибочным.

- Дай-то Бог, капитан Беккет, дай-то Бог, — всё же с долей сомнения покачал головой офицер. — Будем надеяться, что его служба в губернаторской резиденции снабдит нас самыми верными и точными данными.

- Мистер Коулер, так оно и будет. Хоуп хоть и чёрный раб, но честный и трудолюбивый малый, поэтому вхож в окружение ближайших слуг Сайласа и теперь прислуживает ему в столовой. Можно только мечтать и догадываться, какие разговоры он может слышать краем уха на официальных губернаторских обедах. Так что отныне у нас будет только проверенная информация от официальной власти Каракаса.

Рассмеявшись, капитан налил себе и собеседнику вина. Они подняли свои стаканы в тосте и одновременно выпили.

- Мистер Беккет, у вас уже есть примерный план действия? — обратился к капитану Коулер, квартирмейстер фрегата «Святое искушение». - Одно дело пограбить одинокий кораблик мелкого купчишки, а другое дело испанская армада.

- А вот для этого мы здесь с вами и сидим, а не веселимся внизу с командой, — ответил ему капитан, обводя рукой ворох бумаг на столе. - Хоуп обещал в скором времени прислать планы укрепления каракасского порта. Сайлас видимо устал от нападений и грабежей, вот и решил поскорее усилить прибрежные форты и городские стены. Хотя в мои планы совершенно не входит осада и штурм города, это чистое самоубийство. Но для разведки я всё же думаю туда наведаться. Заодно достоверно узнаю сколько кораблей будет в сопровождении.

- Когда отплываем? — спросил квартирмейстер, барабаня пальцем по карте в том месте, где был обозначен Каракас.

- Извините, друг мой, — капитан с сожалением развёл руками, — но вы остаётесь здесь. Займитесь при необходимости дополнительной оснасткой корабля и командой — дело предстоит нелёгкое и крайне рискованное. Я же возьму несколько матросов и на бригантине дойду до Каракаса. Так мы будем меньше привлекать к себе внимания. Мне всё же хотелось бы лично осмотреть строительство, заодно узнать о чём сейчас говорят в городских тавернах.

- Как скажете, — равнодушно ответил Коулер. По его лицу было не понятно, обиделся он или нет.

- А теперь давайте спустимся к команде и как следует проведём этот вечер! А на рассвете я отплываю.

Квартирмейстер кивнул, сложил карту и все лежащие на столе бумаги в свой дорожный сундучок, запер его и поставил под кровать.

Вскоре они вышли из комнаты и отправились вниз, к отдыхающей там команде, дабы расслабиться и примкнуть ко всеобщему веселью.

****

На следующие утро, уже на пристани, в порту, капитан Беккет отдавал последние указания Коулеру:

- Если нас действительно будет ждать испанская армада, а по другому я и думать не думаю, то не мешало бы усилить и пополнить наш военный арсенал. Посмотрите что у нас в общей казне. И не плохо бы установить на «Святое искушение» десяток дополнительных пушек, нанять к ним канониров с матросами и прочее вооружение. В общем вы же понимаете к чему я веду, верно?

- Да, капитан, - утвердительно ответил квартирмейстер. - Я посмотрю что можно сделать. Хотя и без испанского золота я давно хотел вам предложить увеличить количество корабельных орудий — времена сейчас неспокойные, ко всякому надо готовиться. К тому же бой с армадой предстоит не из лёгких — одни мы, против нескольких галеонов. Чувствую, что они могут иметь все шансы хорошенько нас подпортить.

- Я трезво оцениваю ситуацию, а поэтому рано или поздно нам когда-нибудь, не ведая того, придётся в последний раз выйти в море и принять свою последнюю битву, которая поставит заключительную точку в наших карьерах.

- Увы, увы, всё это так, - печально и со вздохом ответил Коулер. - Когда вас ожидать обратно?

- Думаю дней через семь или восемь, не более, - призадумавшись ответил Беккет. - Встречусь с Хоупом и узнаю что ещё нового удумал этот жадный губернатор.

Пожав друг другу руки, на том они и распрощались. Матросы принялись ставить на барке паруса и готовиться к отплытию, а Коулер направился в «Гнев Посейдона», собирать команду.

Глава 2

- А я смотрю Сайлас серьёзно подошёл к укреплению и обороне своего города, - буднично заметил Беккет, отпивая вино. - Неужели он так боится пиратских нападений?

- Ваша правда, господин, - ответил сидящий напротив него в таверне Хоуп. - Он слишком беспокоится за своё назначение и не хочет чтобы его сместили раньше, чем он сможет как следует наворовать при своей должности всякого добра. В последнее время он выдаёт чересчур слишком много каперских патентов.

- Ты знаешь этих людей? - серьёзно спросил Беккет.

- Не всех, - Хоуп протянул ему несколько сложенных бумаг. - Вот тут большая часть всех капитанов, названий судов и какую нацию они представляют. А ещё тут схемы строительства — мне удалось хорошенько пообщаться с обделёнными строителями и архитекторами. Ром и звонкая монета как следует развязывает языки. Мне бы пару монет, а, капитан? Я поистратился, покуда узнавал все данные. Сайлас скряга до невозможности — говорит, чтобы я благодарил судьбу и его личную доброту, что взял меня прислуживать в дом, а тем более при кухне.

Ухмыльнувшись, Беккет забрал бумаги и положил их во внутренний карман сюртука. После достал небольшой мешочек и пододвинул его через стол к Хоупу.

- Здесь хватит на месяц, если не тратить на девок и выпивку, - рассмеялся Беккет, подавая знак трактирщику, чтобы принёс ещё выпивки. - Кстати, Мартин, ты выполнил ту мою просьбу?

- Да, - утвердительно кивнул Хоуп, - я подговаривал народ, чтобы ходил по городу и где только можно пускал слух, что Чёрный Беккет замышляет что-то большое в Каракасе. Новость ту я лично донёс раньше всех до губернатора, даже немного приукрасив. Думается мне, что остатки его волос под париком зашевелились быстрее, чем солдаты по тревоге. Это, кстати, весьма поспособствовало скорости строительства и… нашего общего дела — всё золото и серебро с большой скоростью свозится в форт. Ожидается только приход кораблей. Но вы не боитесь, что можете не успеть из-за такой поспешности?

- Нет, - Беккет беспечно отмахнулся. - Весь план учитывает и это обстоятельство.

- Капитан, - Хоуп чуть понизил голос, - есть ещё одна новость. Я думаю, что она из всех самая важная. Но лучше нам её обсудить наедине, без лишних ушей и глаз, - он с сомнением огляделся вокруг.

Капитан утвердительно кивнул и налил им обоим вина.

- О! Вспомнил! - воскликнул Хоуп, всё ещё не повышая голоса. - Дня два назад, спаивая очередного строителя в одной из городских таверн, я заметил Дэвиса! Он был в компании незнакомых, явно не местных, мне людей. Они сидели в самом дальнем углу зала и отгоняли всех, кто пытался занять соседние столы. Уж не знаю что, но обсуждали они точно что-то не для посторонних ушей. Как бы не то, о чём я думаю..

Весёлость и легкомыслие Беккета пропало в одно мгновение.

И Беккет, и Хоуп думали как раз об одном и том же.

****

Прошло уже более пяти с лишним лет, как бывший квартирмейстер фрегата «Святое искушение» Черепаха Дэвис пытался поднять на корабле мятеж против капитана. Этот жестокий и жадный человек только и делал, что подбивал матросов убивать и грабить абсолютно всех без исключения, будь на борту женщина с ребёнком или знатный господин. Он открыто критиковал Беккета за чрезмерное чувство справедливости по отношению к пленникам. И найдя в команде точно таких же безжалостных головорезов, он долгое время вынашивал план мятежа. Но этим планам не суждено было сбыться. В таверне, после очередного грабежа, когда вся команда пила и веселилась, один не шибко умный матрос допился до такого состояния, что начал орать, что с капитаном Дэвисом им будет сопутствовать только удача, ещё больше богатой добычи и он пойдёт за ним хоть на край света. Его конечно быстро утихомирили, надеясь что Беккет не услышит. Квартирмейстер сильно ошибался в этом — отдыхая в комнате на втором этаже капитан всё это слышал, но старался вида не подавать.

Так, в кутежах и пьянках, команда провела неделю на суше и вскоре в очередной раз вышли в море. Спустя несколько дней матрос, сидящий в вороньем гнезде, заметил на горизонте парус и пиратский корабль пустился в погоню насколько позволял им ветер. Но преследуемый капитан, заметив чёрные паруса, не собирались отдаваться в лапы пиратам просто так и также приложил все усилия, дабы уйти от преследования. Дэвис, стоя на носу фрегата рядом с Беккетом, с хищной и злорадной улыбкой вглядывался в даль, поигрывая абордажной саблей. Опытная команда «Святого искушения» в течение нескольких часов догнала французский флейт «Спасение» и взяла его на абордаж. Призовая команда, возглавляемая Дэвисом, вооружившись топорами, саблями и пистолетами, тут же ринулась в трюм с желанием как следует пограбить. Беккет же, спокойно перейдя на захваченный корабль, стал ждать, покуда капитан флейта подаст ему судовые бумаги и прочие документы на груз.

- Я Джойс Милти, капитан флейта «Спасение», - передавая Беккету бумаги сказал немолодой, но ещё крепкий на вид мужчина, хотя и изрядно поседевший, - к вашим услугам.

- Джеймс Беккет, фрегат «Святое искушение, - ответил Беккет, просматривая врученные ему документы. И равнодушно добавил: - И в ваших услугах я не нуждаюсь, благодарю. Кстати, мистер Милти, я что-то не совсем пойму характер вашего груза. Вы же на Ямайку плывёте, верно?

- Всё верно, капитан, всё верно, - Джойс сделал шаг вперёд. - Вот тут вот письмо к тамошнему губернатору Пратту. Мы плывём с Мартиники и у нас нет никакого груза, а только миссионеры для священных и церковных служб на острове.

- Похвально, вполне похвально, - улыбнувшись покивал Беккет. - Будьте так любезны и отдайте приказ команде не выказывать нам никакого лишнего сопротивление и по доброй воле отдать любые ценности, имеющиеся на борту. Одежды, кстати, тоже изымаем. В случае неповиновения я приму меры, которые вряд ли кому-либо понравятся.

- Как вам будет угодно, капитан, - Милти обречённо опустил голову и махнул своей команде рукой.

Тут внезапно из трюма выскочил Дэвис с матросами. Квартирмейстер был злой и весь в крови.

- Капитан, - задыхаясь прорычал он, - трюмы пусты, там нет ничего ценного! Мы перерезали всех кто был внизу, но они так и не выдали тайников! Что же нам теперь делать?

Матросы, бывшие с ним, возмущённо начали роптать — мол не за просто же так они каждый день рискуют в море и в бою жизнями.

- Мистер Дэвис, - сказал Беккет, из последних сил стараясь не разозлиться и держать себя в руках, - а кто вам дал приказ убивать пленных?

- Но капитан, где же наша по праву заслуженная добыча? Эти жалкие людишки внизу не хотели сознаваться, а лишь увещевали нас о разумности действий и прочих благодеяниях!

- Вы не ответили на мой вопрос, - капитан повысил на квартирмейстера голос. - Кто вам дал приказ убивать пассажиров?

- Капитан, - Дэвис оскалился и, поигрывая саблей, угрожающе шагнул в сторону Беккета, - вы что же, собираетесь всех их отпустить? Как квартирмейстер фрегата «Святого искушения» я имею полное право отдавать приказы своей команде и я настаиваю, что мы всё сделали по чести. Смерть ждёт тех, кто не желает расставаться с добром.

Матросы из призовой команды одобрительно закричали, размахивая в воздухе своими саблями и пистолетами. То была партия матросов, которая во всём и полностью поддерживала Дэвиса.

- Мистер Дэвис, - серьёзно сказал Беккет, - вы проявляете публичное неуважение к своему капитану и неисполнению его приказов во время боевых действий. Я расцениваю это как бунт и, согласно нашему кодексу, отстраняю вас от должности квартирмейстера фрегата «Святое искушение». Вам предоставляется право жить. Можете взять шлюпку, личное оружие, еды на три дня и бутылку рома. А теперь немедленно убирайтесь с моего корабля!

Дэвис, явно не ожидавший такого исхода дел, взревел как бешеный и в порыве ярости бросился со своей тяжёлой саблей на капитана. Но Беккет, уже ожидавший этого, с легкость увернулся вправо и быстрым, едва заметным движением всадил свою шпагу в лицо взбунтовавшемуся мятежнику. Дэвис тут же, как подкошенный, упал на палубу, заливая её кровью и корчась от боли.

- Если кто-то ещё желает оспорить отставку квартирмейстера, то я к его услугам, - спокойно сказал Беккет, указывая и обводя шпагой матросов из партии Дэвиса. - Отлично, я искренне надеялся на ваше благоразумие. А теперь можете забрать своего мятежного предводителя и всем желающие могут убираться с моего корабля подобру-поздорову, винить я вас в этом не буду. И в будущем лучше никогда не попадайтесь мне на глаза.

Робея, матросы кое-как обмотали раненому квартирмейстеру голову всякими тряпками и поволокли бесчувственное тело к шлюпке, исподлобья и по злому косясь на капитана.

Вложив шпагу в ножны, Беккет крикнул:

- Боцмана ко мне!

- Капитан, - раздался голос за спиной Беккета.

- Отлично, - ответил он не оборачиваясь. - Мистер Коулер, соберите с этого корабля всё самое драгоценное. Включая одежду, воду и такелаж. Капитан Милти, будьте так добры и прикажите своей команде помочь квартирмейстеру в этом нелёгком задании.

После этого, Беккет, не сказав больше ни слова, перешёл на «Святое искушение» и скрылся в своей каюте.

От фрегата в это же время отчалила лодка с бывшим квартирмейстером и мятежными матросами.

Глава 3

- Значит слухи были верными, и он всё-таки остался жив, - задумчиво произнёс Беккет.

- Да, господин, - подтвердил Хоуп. - Он отрастил себе густую бороду и тем самым тщательно скрывая ту самую отметину о вашей с ним последней встрече. Теперь вместо щеки у него там зияет дыра, которая ему крайне мешает при разговоре или распитии рома. Думаю он не проживает и дня, не думая о вас и о скорейшей мести.

- Пусть и дальше об этом мечтает, - к Беккету вернулась его извечное чувство беспечности. - А если он будет пытаться мне в чём-то мешать, то я с лёгкостью и удовольствием проделаю в нём ещё несколько дыр. И на этот раз они будут последними в его никчёмной жизни.

- Капитан, - спросил Хоуп почему-то шёпотом, - а почему его прозвали Черепахой Дэвисом?

Беккет отпил вина и ухмыльнулся в своей извечной и излюбленной манере:

- Несмотря на то, что Дэвис тот ещё ублюдок, но надо отдать ему справедливость — при абордаже он ступал на вражеский корабль одним из первых и сражался во главе команды. Бился всегда смело и рубил нещадно. Казалось, что ни одна сабля его не брала, а пуля пролетала мимо. Но вскоре выяснилось, что под сюртуком он носит и никогда не снимает жилет из железных пластин. Даже в береговых потасовках с ним старались не иметь дело — всё равно было без толку, хоть он отличный фехтовальщик. Вот поэтому я в том случае и метился ему в лицо.

Они подняли в тосте свои стаканы и одновременно выпили.

Мартин хотел было ещё что-то сказать по предстоящему делу, но на улице раздался залп пушечных выстрелов. Посетители в таверне встрепенулись, вскочили со своих мест и тут же прильнули к не очень чистым окнам, а некоторые даже высыпали на улицу поглядеть в чём дело. Поняв что эти выстрелы раздавались со стороны порта, то сразу же побежали туда — может пиратское нападение?

Беккет дал знак Хоупу тоже выйти вместе со всеми и направиться в порт. В отличие от всех, он догадывался что бы это могло быть и к чему такая пальба. Оказалось именно так как он и думал — на главной пристани разместились самые важные и влиятельные люди города, а солдаты гарнизона по мере сил отгораживали напирающие толпы городских зевак. Барабанщики отбивали чёткую парадную дробь, а трубачи дули в свои трубы до потери воздуха в лёгких. Пушки на стенах фортов палили в небо холостыми зарядами. На горизонте показалась плывущая к Каракасу испанская армада.

Хоуп тихонько тронул капитана за плечо и осторожно указал куда-то влево и вдаль — в переулке, где находилась портовая таможенная контора, стоял Дэвис, окружённый каким-то сбродом, и подобно всем, всматривался в горизонт. Беккет утвердительно кивнул и перевёл взгляд снова на приближающуюся армаду.

- Ну вот теперь мне пора, - наконец сказал он. А потом добавил: - Мартин, кажется ты что-то хотел сказать мне наедине, без лишних ушей.

Хоуп огляделся по сторонам, убеждаясь что поблизости от них никого нет. Наклонившись к Беккету, он заговорщицким голосом начал что-то долго ему шептать. С каждым словом лицо капитана становилось всё более и более серьёзным. Он лишь хмурился и кивал своему собеседнику.

- Отлично, - наконец отозвался Беккет. - Это очень важная информация и надеюсь она не попадёт в … не те руки. Дэвис может тебя помнить, поэтому пошли пару человек за ним приглядеть и узнать что ему известно. При случае передай с кем-нибудь из них мне записку. Я отплываю вечером, а до этого буду ждать в таверне «Первородный грех».

Кивнув друг другу на прощанье, они разошлись в разные стороны — Беккет направился в таверну, а Хоуп в губернаторскую резиденцию.

****

Когда закончилось торжественная встреча испанских галеонов и моряки с них были препровождены в казармы при форте, народ стал расходиться, ибо тут больше не на чего было смотреть. В городской церкви как раз колокола пробили начало вечерней службы. Кто решил посетить богослужение, кто отправился домой, а самые беспечные бездельники конечно же потянулись во всевозможные городские таверны, покуда в них ещё оставалось место. Казалось, что так или иначе, но все были «при деле» и хоть чем-то заняты. Порт и город продолжили жить своей обычной и буднично-ежедневной жизнью.

А в это время, в стареньком сарае при складе скобяных изделий, проходил самый настоящий пиратский совет. Полукругом, на мешках и на бочках, заменяющих им стулья, сидели моряки, да и просто временно нанятые на корабль люди. Но все они, не смотря на чины, звания и опыт, внимательно и сосредоточенно смотрели на почётное место, которое возглавлял Черепаха Дэвис. У него единственного из этой компании было что-то похожее на стул, судя по размерам это даже можно было бы назвать своеобразным троном. На одной из бочек стояла небольшая масляная лампа, которая была сдвинута ближе к команде, нежели её капитану. Дэвис не очень хотел, чтобы его рассматривали, хотя со многими из этих людей ему ещё предстояло служить на корабле; возможно, при везении, и не один год. Он же предпочёл оставаться в небольшой и лёгкой тени, сам при этом разглядывая и наблюдая за своими людьми.

Все молчали и внимательно слушали, когда же капитан первым возьмёт слово и объяснит цель их общего сбора в этом сарае и на Каракасе вообще.

- Вы все прекрасно догадываетесь по какому поводу мы сюда прибыли, - наконец раздался глухой и хриплый голос Дэвиса. - Мы заберём то, что принадлежит нам! Нам, а не этим проклятым испанцам!

Собравшиеся матросы дружно загалдели и одобрительно закивали головами, поддерживая справедливые слова капитана.

- Со всей армадой нам не совладать — я не тешу себя надеждой на наше всесилие и полный разгром испанцев. Но мы может как следует подпортить им кровь, захватив один или два отставших галеона. Даже этого золота хватит каждому из нас до скончания дней, живя безбедно и в достатке. И мы не уступим каким-то там испанцам ни единого серебряного самородка, ни единой золотой монеты! Золото в трюм, армаду на дно!

- Да! Да! Золото в трюм, армаду на дно! - в один голос завопили пираты, вновь оживившись.

Дэвис поднял руку, призывая к тишине:

- Это не самое главное братья мои, - он внимательно переводил свой взгляд от одного человека к другому. - Не думайте что только мы одни так мыслим и пускаемся в эту рисковую погоню. Охотников до испанского золота будет в достатке. И если мы большинство из них переиграем и опередим, то одного такого охотника следует опасаться. Он коварен, хитёр и изобретателен.

Между матросами пошёл неразборчивый шёпот, понять из которого можно было только одно часто повторяющиеся словосочетание — «Чёрный Беккет».

- Да, вы совершенно правы, - злобно ответил Дэвис, нервно дрожащей левой рукой поглаживая левую щёку. - Поэтому ступайте в город, спаивайте портовых рабочих и просто всякий сброд, узнавайте у них любую информацию о Беккете. Его слава и фрегат с чёрными парусами делают Беккета слишком узнаваемым где бы он не находился. Ходите, наблюдайте, подслушивайте — делайте всё что угодно. Он должен быть где-то здесь, рядом, я это чувствую. Такой богатый куш он ни за что в своей жизни не упустит. Проверьте все бухты, отдалённые пляжи — возможно «Святое искушение» только и ждёт, чтобы выйти в погоню за испанским золотом. Идите и доставьте мне этого проклятого Беккета живым. Я повторяю — живым! А после захвата золота, мы все вместе решим его дальнейшую, но крайне печальную судьбу.

Глава 4

«Сайлас пригласил к себе в дом на обед Хуана де Альваро, капитана армады. Люди Дэвиса рыщут по всему городу, пытаясь разыскать ваш возможный след. Будьте осторожны и внимательны. Никаких изменений по нашему делу пока нет. Может за столом услышу чего нового. Всё передам.» - гласила записка, которую принёс к Беккету в таверну «Последний рассвет моряка» мальчишка-слуга, работающий при доме губернатора.

Уже стемнело и на городских улицах начали зажигать факелы, когда Беккет незаметно покинул таверну и малолюдными переулками направился к небольшому пляжу, который находился в двух милях от порта и где стояла его бригантина с матросами, готовая отплыть в любой момент. Оставив ночной Каракас за кормой, бригантина направилась в Тринидад — дело начиналось.

****

В своей резиденции губернатор Сайлас пышно и торжественно принимал адмирала испанской армады де Альваро и его старшего помощника Гаспара де ла Вегу. В честь почётных гостей губернатор распорядился разбить шатёр и накрыть стол в саду, в тени и прохладе обильной зелёной растительности, хоть как-то спасающей от наступающей полуденной жары.

- Ей-Богу, - Сайлас обмахивал себя платком и безостановочно вытирал им же пот со лба и толстой шеи, - эта жара когда-нибудь меня полностью доконает и вконец подорвёт здоровье. Кабы не пришлось покидать сей весьма выгодный и прибыльный пост и отправиться в Старый Свет, где не понятно чего ожидать от всевозможных политических ситуаций. Может тут порой и невыносимо, но знаете, как-то спокойнее.

Адмирал де Альваро шёл рядом с ним под сенью ухоженных пальм и фруктовых деревьев, храня молчание. Его старший помощник, шедший чуть позади, так же не проявлял никакого участия к злоключениям этого с виду несчастного чиновника.

А губернатор, приняв молчание за некоторое согласие, продолжал изливать свои жалобы:

- Я даже докторов чуть ли не перевёз к себе в дом, жить в соседней комнате или поблизости от неё. Того и гляди, что заработаешь тепловой удар и нестерпимые головные боли. Своё спасенье ищу разве что в прохладе сада или самой глубине дома, где я оборудовал свой личный кабинет. Может местные черномазые уже и привыкли к этому здешнему климату, а что делать нам, цивилизованным людям? Уму не постижимо как я выдержал тут столько лет.

Де Альваро и его помощник продолжали не принимать совершенно никакого участия в губернаторском монологе, а он, меж тем, всё продолжал:

- А слуги? Слуги! Среди белых невольников не найти хороших работников! От всех этих ссыльных каторжников мало толку, а местные тут не отличаются особой расторопностью и быстротой мышления. Сплошные мучения. Нашёл я тут одного раба, Хоупом зовут, так он хоть что-то смыслит в нашей культуре и вполне может прислуживать добрым людям. Ох, господа, я думаю вы меня понимаете и искренне поддерживаете в этом вопросе.

На счастье адмирала и его помощника они дошли уже до шатра и Сайлас наконец пригласил гостей присаживаться за богато сервированный стол. Слуги уже расставляли на покрытый белоснежной скатертью серебряные блюда с жареной дичью и несколькими видами соусов к ней, сыры и хлеб, разнообразные тропические фрукты, как в обычном виде, так и в сахаре, испанские и местные вина.

- Хоуп, - обратился Сайлас к слуге-негру, повязывая себе ажурную салфетку, - принеси мне и господам воды со льдом. Не видишь, что мы изнываем от жары?

Слуга поклонился и убежал на кухню исполнять приказ. Не прошло и минуты, как губернатор и его гости уже сделали по глотку прохладной и чистейшей воды, а Хоуп начал разливать вино бокалам.

- Друзья мои, - Сайлас поднял свой бокал с вином в тосте, - предлагаю выпить за нашу встречу и за наше с вами общее дело во благо Испании и короля!

Де Альваро и де ла Вега сдержанно улыбнулись и, прикрыв глаза, слегка склонили головы, салютуя своими бокалами губернатору, королю и Испании.

Хоуп вновь наполнил их стаканы вином и встал позади губернатора, ожидая его дальнейших распоряжений. Но Сайлас небрежно махнул рукой, тем самым давая понять, что господа хотят остаться одни и слуга им сейчас не требуется. Хоуп поклонился и ушёл в кухню, которая примыкала к саду, но при первом требовании явиться по вызову. Для такого случая по левую руку от губернатора на столе стоял специальный серебряный колокольчик для вызова слуг.

Некоторое время собравшиеся сидели молча, ожидая когда из поля их зрения исчезнет Хоуп и другие прислужники.

- Адмирал, вы же понимаете всю серьёзность нашего с вами дела? - с напускной важностью спросил наконец губернатор, убедившись, что рядом нет посторонних глаз и ушей.

Дон де Альваро усмехнулся, покручивая свои тонкие и изящные чёрные усики:

- Именно поэтому вы решили превратить порт и город в неприступную крепость? - с иронией ответил ему адмирал

- А как же иначе? - развёл руками Сайлас. - Нападения пиратов учащаются с каждым разом и их набеги приносят всё больше и больше беспокойств моей мирной и процветающей колонии. Они производят настолько быстрые рейды и набеги, что мы даже не успеваем спохватиться и пуститься в погоню.

- Вы не пробовали искать шпионов или вообще всех подозрительных людей? - в разговор вмешался Гаспар де ла Вега. - Звонкая монета, знаете, творит чудеса получше плети. Золото развязывает любые языки. Вопрос только в количестве этого самого золота.

- Ваша правда, сеньор, ваша правда, - губернатор полностью согласился с этими словами. - Но заплатив шпиону за информацию, можно опасаться, что он вдвое дороже продаст её пиратам, что, мол, их разыскивают, готовят засаду или рейд. Уж и не знаешь на кого в нашем нынешнем и несовершенном мире можно всецело положиться.

- Ни один даже самый удачливый или хитрый пират не в силах тягаться со мной и моей армадой! - вдруг громко и серьёзно сказал адмирал де Альваро. - Я могу разбить их и в одиночку, не прибегая к помощи дополнительных кораблей. И пусть этот так называемый «Чёрный Беккет» или Черепаха Дэвис попробуют показаться у нас на горизонте — и я обещаю, что суд и виселица на берегу им не грозят.

- Это всё так, адмирал, - понимающе отвечал ему губернатор. - Вот поэтому, как вы знаете, вся эта идея мною и затеялась. Лишив пиратов их главных духовных и моральных предводителей, мы тем самым лишим их уверенности в своей безнаказанности! А остальных мелких бандитов можно будет потом переловить и перевешать без особых проблем.

- Я бы посоветовал вам отправить несколько своих верных людей в таверны, - де ла Вега бросил кусочек лимона в сахаре в прохладную воду и отпил, - и пусть послушают, что там говорят. Наверняка пираты про всё уже знают.., ну или очень скоро узнают.

- Да-да, - тут же успокоил его Сайлас, - сделаем. Хотя я и сам подумывал о подобном. Это хорошо, что наши мысли движутся в одном и том же направлении.

Гости посмотрели друг на друга с улыбкой и снисходительно поклонились губернатору, не заметившему никакой иронии в их действиях.

Адмирал наполнил бокалы вином, но свой так в руку не взял, и спросил:

- Когда мы начинаем?

- Думаю послезавтра, - ответил губернатор, глядя на стол и размышляя что бы такого съесть. - Пусть народ посмотрит на ваши корабли, разнесёт сами знаете кому всякие слухи.

- Как насчёт людей, вы в них уверены? - серьёзно спросил губернатора де ла Вега.

- Полностью! - с горячностью заверил его Сайлас. - Только люди, служащие лично на меня, сторонних я приказал не брать.

- Господин губернатор, - старший помощник сокрушённо покачал головой, - помните мои слова про золото и поверьте — любого можно купить. Но я всё равно отряжу на это дело большую часть матросов. А ваших людей пусть будет минимально. Если вскроется правда, весь план полетит к чёрту.

- Как вам будет угодно, - кивнул губернатор и положил себе на тарелку целую куропатку. - Что-нибудь ещё?

Гости переглянулись и утвердительно кивнули друг другу.

- Мы бы хотели отдохнуть после столь длинного и утомительного пути сюда, - де Альваро.

- Господа, - губернатор позвонил в серебряный колокольчик, - ваши комнаты готовы. Вас сейчас проводят. Чувствуйте себя здесь как дома и если вам что-то потребуется, то я полностью к вашим услугам.

Сайлас, де Альваро и де ла Вега взяли наполненные бокалы с вином и встали со своих мест.

- Смерь пиратам! Да здравствует Испания и великая армада! - хором вскричали они и залпом осушили свои бокалы.

Глава 5

Черепаха Дэвис всегда пользовался дурной славой человека, скорого на жестокую расправу с каждым, кто осмелится ему перечить или встать на его пути. Поэтому он развалился на мешках с опилками в том же сарае, где только что проходил пиратский сбор, покуда его люди рыскали по всем окрестностям Каракаса и собирали хоть какие-нибудь сведения по Чёрному Беккету и золоту испанской армады.

Конечно же он не собирался так просто и беззаботно валяться и спать. Он прекрасно понимал то серьёзное дело, которое ему предстояло. И надо было продумать все подробности будущего ограбления. Но к сожалению полную картину обстановки он сможет понять только тогда, когда вернуться его люди хоть и предоставят ему отчёты о своих изысканиях в порту и в городе. А пока оставалось только примерно всё прикидывать, при учёте всевозможных неблагоприятных ситуаций.

В его мыслях и речи не было о том, чтобы действовать с Беккетом сообща, если они встретятся в море при преследовании испанцев. Дэвис не сомневался, что рано или поздно он увидит чёрные паруса вблизи армады. Единственное что он пока не мог решить, так это как ему действовать при этом случае. Пять испанских галеонов и фрегат «Святое искушение» явно превосходили его корабль. А нанимать ещё людей и дополнительные корабли было поздно, а точнее не хватало времени на составления плана рейда для небольшой пиратской флотилии и оставалось только действовать по ситуации.

Самым идеальным помощником для пиратов мог стать шторм — он бы рассеял караван и можно было бы без труда взять на абордаж отставший корабль, а может даже и не один. Главное их рассеять. Но вот как Дэвису этого устроить, этого понять он решительно не мог. Да, только случай и только счастливый. Если они не возьмут испанское золото, то если не правительство, то команда сама повесит капитана вместо гальюнной фигуры. Его положение усугублялось тем, что последние два рейда не принесли желаемой добычи и среди матросов начали ходить слухи, что Черепаха Дэвис растерял всю свою удачу. Дело даже дошло до того, что после последнего плавания от него ушло пятнадцать человек. Мало находилось матросов, готовых служить на «Мести старого пирата» под командованием одного из самых беспощадных капитанов всего Карибского бассейна — Черепахи Дэвиса.

Эти мысли настолько разозлили его, что он резко встал со своего ложа и начал быстро расхаживать по сараю из угла в угол. Нервы были на пределе, а разбирающая злость заполняла всё его сознание. В порыве этой бешеной ярости он схватил со стола бутылку рома и одним ударом кинжала сбил с неё пробку. Не став наливать напиток в стакан, он принялся с жадностью пить прямо из разбитого горлышка. Острые стеклянные края бутылки резали губы, а кровь вместе с ромом стекали на его одежду и земляной пол сарая, но Дэвис, казалось, этого не замечал — настолько кипела в нём ярость и злость. Его лицо и так было обезображено и капитан вовсе не переживал за шрамы и, как и всегда, полностью презирал любую боль. Добив ром до последней капли, Дэвис в гневе что есть сил швырнул бутылку в дверь сарая, которая через мгновение открылась и в помещение начали проходить пираты, которые возвращались с добытой информацией, по которой капитан отправил их всех в город.

- Капитан, - пробасил ничего не понимающий боцман Грайнс, осторожно входя и смахивая с одежды осколки стекла, - в чём дело?

- Не ваше дело, собаки, - Дэвис оскалился и вытер окровавленные губы рукавом сюртука. - Чего вы там находили в городе? Выкладывайте по очереди!

Пираты входил поочерёдно в сарай и неспешно занимали места за столом, стараясь не смотреть в глаза чем-то взбешённому капитану — ибо если ему что не понравится, то наказание или расправа не заставят себя долго ждать.

Боцман Грайнс осмотрел всех собравшихся и кивнув всем, начал говорить:

- Мои ребята прошлись по всем портовым тавернам, рынкам и причалам — Беккета никто там не видел. Он человек известный, кто-нибудь что-нибудь да знал бы. Но — нет. Так что он скорей всего не при делах.

- Это мне решать! - рявкнул Дэвис и ударил кулаком по столу так, что на нём задрожали бутылки и стаканы. - Он здесь, я в этом уверен! Просто вы совсем изнежились без настоящего серьёзного дела и уже не в состоянии даже слухи разведать..

- Но капитан.., - начал, было, оправдываться Грайнс.

- Заткнись, дьявол тебя раздери! - капитан ещё больше начал выходить из себя.

- Но капитан, - продолжал боцман, - один грязный портовой рыбак рассказал, что видел какого-то человека, который уж очень был похож на Джеймса Беккета. Но он клянётся, что не уверен в своих глазах.

- Надо было выколоть эти глаза, раз они толку не приносят, - зло ответил Дэвис, садясь во главе стола. - Что там по испанцам и моему золоту?

- Мне удалось переговорить с одним из чёрных слуг губернатора. За пару монет он рассказал, что через два дня начнут погрузку ящиков с золотом. Их сейчас складируют в форте. Сторонних работников привлекать запрещено — только проверенные люди Сайласа и солдаты с испанских кораблей. Они хотят это сделать в один день и поэтому фрахтуют всевозможные суда и баржи. Но без их капитанов — туда так же ставят своих людей.

Дэвис, впрочем как и всегда, сидел мрачен. У него была идея пристроить пару своих человек в качестве работников. Но дело принимало дурной оборот — новые лица могли вызвать подозрение и вся затея вполне могла обернуться прахом. А может и судом, если его людей поймают и начнут допрашивать — им ничего не стоит всё рассказать, лишь бы спасти свою паршивую дешёвую шкуру.

- Ладно, - постарался как можно более спокойно сказать Дэвис, но внутри не переставая метать гром и молнии, - выпейте. Нам надо решать как быть в таком случае.

Пираты начали тихо меж собой переговариваться, откупоривая бутылки с вином и разливая его по стаканам. Капитан тоже налил себе стакан вина и стал прислушиваться к разговорам своих матросов. Ничего умного он от них конечно же не услышал, и поэтому постарался отрешиться от их разговоров и попытаться придумать что-нибудь самому.

Конечно же это не первый и даже не десятый пиратский рейд Черепахи Дэвиса. Но в этой ситуации всё осложнялось тем, что приходилось грабить не каких-нибудь там торгашей, а целую испанскую армаду! С сильно вооружёнными боевыми кораблями и обученной командой. Обученной как раз для борьбы и уничтожения пиратов. А перевозимый драгоценный груз давал им дополнительную мотивацию нести службу и безжалостно расправляться с бандитами.

- Граймс, - наконец сказал Дэвис, - раздобудь побольше картечи, бомб и пороха. Мы пойдём в прямую атаку и будь что будет. Но клянусь своей бородой — золото будет нашим! Если же нет, - он осушил свой стакан с вином и громко поставил его на стол, - я в вашей власти! Слово капитана!

Пираты резко замолчали, переглядываясь друг с другом в недоумении, а боцман стал пристально смотреть в глаза Дэвиса, размышляя над только что услышанным. Всё прекрасно знали своего капитана и чувствовали, что в его словах есть какой-то подвох, иначе у Дэвиса никогда не бывало. Уж слишком опасен и хитёр был их капитан. Черепаха Дэвис как давал слово или клятву, так и забирал их как ни в чём не бывало. Ибо он прекрасно знал, что ни один человек в здравом уме и рассудке не посмеет высказать ему хоть какой-то упрёк.