Канцлер

Глава 1: В заднице

Брякнув массивными наручниками на руках я с вызовом взглянув в зеркало Гезелла выплюнул изо рта струю слюны с кровью скопившуюся во рту. Тут же пожалел о своём поступке, но виду не показал.

- КОЗЛЫ! – сказанное было обращено не к военным полицейским доставившим меня сюда, они просто делали свою работу, а скорее ко всему миру. Да-да, именно ко всему миру. Алкоголь у меня из головы уже давно выветрился, на синяки и ссадины я вообще внимания не обращал, дело привычное. Во всём случившемся… вот так сюрприз - винил только себя родного.

В конце концов, я всегда знал, что закончу именно так – бездарно просрав всё что заработал и заслужил. Семейное проклятие.

В отражении, по которому мееедленно, но верно, сгустками устремляясь к полу текла слюна, вперемешку с кровью, на меня смотрел загорелый синеглазый мужчина среднего роста, с короткой причёской, с выбритыми висками, в форме подполковника ВКС. Подполковник бля! Да так себя зелёные курсанты и то не ведут…

Додумать эту замечательную мысль я не успел так как огоньки камер, располагавшихся во всех четырёх углах помещения, внезапно потухли и в допросную вошёл немного заспанный мужчина в дорогом тёмно-синем костюме-тройке и начищенных до блеска классических остроносых туфлях. Будто он в них и не ходил даже, а парил по воздуху. В руках посетитель удерживал большой одноразовый стакан кофе и электронный планшет.

Я сразу подумал, что это был кто угодно, но только не следователь. Почему? Не знаю. Зато интуиция, редко когда меня подводившая, по-братски, посоветовала мобилизоваться и держать ушки на макушке.

Сев передо мной за стол, посетитель некоторое время рассеянным взглядом смотрел перед собой, а затем тихо-тихо, так что мне еле удалось разобрать проурчал себе под нос: «О господи, всего четыре часа утра».

Подбодрив мужика улыбкой я даже ему подмигнул. Правда потом сообразил, что это скорее имело обратный эффект из-за моего непрезентабельного внешнего вида и разбитой физиономии.

Глубоко и горько вздохнув, франт сделал маленький глоток из стаканчика, поправил лацканы пиджака, которые и так были в полном порядке, и произнёс приятным глубоким голосом:

- Моя фамилия Сергеев. Юрий Юрьевич Сергеев.

- Очень приятно. А я Бестужев. Бестужев Алексей Александрович. Подполковник ВКС…

Посетитель остановил на мне внимательный взгляд серых глаз, но даже и не подумал назвать своё звание и место службы.

- Я всё знаю про вас подполковник, так что нужды представляться не было. Я прилетел к вам в такую даль совсем не для того, чтобы обменяться любезностями.

- А для чего? – улыбнулся я, ткнув указательным пальцем правой руки всё ещё скованной наручниками на стакан кофе.

- Но я же из него уже пил, - удивился Сергеев откинувшись на спинку стула. - Давайте я прикажу принести другой.

- Не утруждайте себя. Я не брезгливый, - произнёс я делая большой глоток чёрного кофе который наконец-то перебил вкус крови во рту. – Так зачем вы здесь если не обменятся любезностями?

Кстати, «прикажу», так просто произнесённое Сергеевым мне очень понравилось.

- Вы оказались в сложной ситуации… - холёные согнутые пальцы левой руки мужчины застучали по перевёрнутому экраном вниз планшету. Между прочим, судя по эмблеме, это был «Комросс-плюс» штучка которую даже в штабах имели считанные единицы счастливчиков.

- Оказался в заднице, - перебил собеседника я следующим глотком практически уполовинивая ароматный напиток и снова ободряюще подмигивая Сергееву.

- Хорошо. Пусть в заднице. Хотя не скрою ситуация глупейшая. Как вы её допустили?

Поставив опустевший пластиковый стаканчик на поверхность стола, я пожал плечами звякнув наручниками.

- Что я могу сказать? У меня талант.

- Талант? Ну-ну, - Юрий Юрьевич вдруг нахмурился. – Блестящий пилот, ваше выступление на Эльбе, бой за Туффах до сих пор горячо обсуждается коллегами и противниками, полный ветеран, «Корсар» обласканный Его Величеством, офицер с блестящими перспективами и вдруг… вот так вот всё бездарно слить в унитаз? Что вам сделал генерал-полковник Калбазов? Нет, не правильно! Что он вам сделал я знаю, и даже внутренне где-то вас поддерживаю, но стоило ли это таких последствий?

Мне вдруг снова захотелось харкнуть на пол, но я сдержался опустив руки в тяжёлых браслетах на столешницу.

- Не завидуйте, Юрий Юрьевич, и на вашей улице перевернётся грузовик с медовыми пряниками.

- С чем? С пряниками? – искренне по-мальчишески удивился Сергеев заставив меня улыбнуться.

- Да. Мне так мама говорила. В детстве.

Воспоминание о матери наполнило грудь теплом и одновременно грустью. Уж она то бы всё это точно не одобрила. «Лёшка ты что сдурел?» - будто наяву услышал я.

- Больше вопросов нет, - кашлянув собеседник активировал планшет и начал листать текст внутри файла.

- Кто вас прислал?

- Полковник Знаменская.

Вот тут даже я удивился.

- И как поживает Мария?

- Кхм, - кажется подавился слюной Сергеев, - нормально… хорошо. - Это для вас она боевой товарищ, а для меня командир так что давайте уже преступим. У меня к вам предложение.

- ВОТ! Давно бы так! – наигранно обрадовался я, а затем поскрёб пальцами левую щеку, покрытую множеством мелких ямок из-за старого нешуточного ранения.

Какая честь! Значит навестил меня высокопоставленный офицер военной разведки. Говорят, наша Маша сейчас там большая шишка. Как говорит мой гость – «Ну-ну…»

- В общем. С властями, Калбазовым, его избитыми офицерами и пострадавшими полицейскими я уже всё согласовал.

- Быстро.

- Не перебивайте меня, - в голосе Сергеева клацнула сталь. – Они не будут выдвигать против вас обвинения, но вот запись в сеть уже утекла и тут даже мы ничего поделать не сможем. Конечно у нас, в Империи, на всех серверах её удалить можно, но иностранные журналисты присутствовавшие на праздновании тоже всё записали. О чём вы вообще думали это же День Безымянного героя, миллиарды просмотров?

- Честно? – шмыгнул носом я, почувствовав, что из ноздри потекла кровь.

- Конечно.

- Вообще не думал.

В руках Сергеева появился льняной носовой платок с забавным ёжиком, удерживающим узелок. С ЁЖИКОМ!

- Понятно. По-моему, это ваша основная проблема.

- Вы очень проницательны Юрий Юрьевич, - произнёс я рассматривая своё отражение в зеркало Гезелла и приводя себя в порядок.

- Хватит изображать шута Бестужев. Платок верните! Его Величество в гневе! И я сказал это не для красного словца. Вы же знаете как Александр относится к престижу военной службы?! А тут на глазах всех обитаемых миров двое заслуженных военных пиздят друг друга так аж зубы и кровь в разные стороны летит! – Сергеев что-то разволновался и по лицу его пошли красные пятна.

Щёлкнув пальцами, Юрий Юрьевич посмотрел на дверь. Она тут же раскрылась и военный полицейский, в звании капитана, услужливо подал ему прозрачный, запотевший стеклянный стакан, наполненный водой, после чего бесшумно исчез из кабинета будто его и не было.

Привык и умеет командовать, что и понятно, - сделал вывод я.

Сделав пару глотков, военный разведчик отодвинул от меня подальше стеклянный стакан и продолжил:

- В общем ситуация такая. Наград вас никто лишать не будет, вы их заслужили. Пенсион тоже остаётся, но в звании вы понижены.

- До поручика? – не удержался я.

- Ха-ха! Очень смешно молодой человек.

- Мы с вами одного возраста.

- Вы ошибаетесь. Не до поручика, нет. До майора и то нам пришлось надавит кое на кого.

- На самого! – подбородок мой указал на горевшие под потолком лампы.

- ХВАТИТ!

- Всё-всё, молчу.

- Вы уходите в отставку в звании майора, «Филин» свой тоже теряете…

Утрата непередаваемого ощущения рук на штурвале орбитального истребителя и невозможность снова выйти в бескрайний космос, который я, честное слово обожал, кажется заставили моё артериальное давление подняться. Или это всё алкоголь и удары по голове?

- Но я не представляю себе жизни без службы! – возмутился соскакивая на ноги я. Сердце моё быстро-быстро застучало. Сейчас я был согласен на всё что угодно главное, чтобы остаться в армии. Пусть хоть поручиком и рядовым пилотом. Да пусть даже не пилотом… хоть от одной мысли об этом хотелось выломать дверь и кому-нибудь что-нибудь сломать.

- Мария Николаевна так и сказала, - без каких-либо эмоций произнёс мой собеседник. - Поэтому у неё к вам следующее предложение.

Сергеев замолчал. Я даже в начале подумал, что он делает паузу чтобы подчеркнуть важность и значимость слов, которые готовится произнести, но кажется, ошибся. Юрий Юрьевич, по-моему, сам не верил в то что собирался сказать.

- Вы отправитесь в Периферийные миры. Там сейчас очень сложная обстановка. Официально Алексей Александрович вы уволены из армии, неофициально начинаете свою службу в военной разведке в отделе «ЧС». Знаете, что это такое?

Конечно я знал, и даже числил в близких друзьях одного из них.

- Чёрный список? Чрезвычайные ситуации? Член семьи? – затараторил я тем временем лихорадочно соображая чего мне ожидать ещё (вот оказывается как туда попадают - оказавшись в… впрочем, кажется я повторялся).

Сергеев даже не улыбнулся.

- Всё сразу. Исходя из вашей подготовки, навыков и опыта, вам предлагается возглавить частную военную компанию, которая, во-первых, наведёт там порядок (хотя бы попытается), а во-вторых, постарается укрепить власть Империи, скажем так - неофициально.

У меня даже ком в горле застрял. Ничего себе задач нарезала мне Мария Николаевна. Хотя… чего я ещё хотел? Я в заднице, а там задница такая что… в общем там тебе и место.

- Место дислокации?

- VF-237. Теперь это Печорин.

- Символично.

- Господин полковник пошутила так же.

- Это не шутка, - на этот раз абсолютно серьёзно сказал ваш покорный слуга. - Я согласен.

- Так сразу? – Сергеев даже подпрыгнул на своём стуле. – Алексей Александрович, а вы понимаете вообще опасность…

- Конечно понимаю, - руки мои легли на стол ладонями вниз. - Я могу рассчитывать на ресурсы военной разведки?

- Подождите! Мария Николаевна предложила ещё кое-что. Более простой и безопасный вариант.

- Какой? – поинтересовался я заранее мысленно его отвергая.

Военный разведчик встал и прошёлся вокруг стола. Зачем-то даже вытащил из кармана замаранный моей кровью платок с ёжиком и некоторое время странно смотрел на него.

- Вы можете обратиться за помощью к Корсакову. Полковник даже готова вам в этом поспособствовать. Он сейчас высоко взлетел… вы же наверняка в курсе, что он… - следующее Сергеев добавил шёпотом чем немало меня позабавил. – Крёстный отец сами знаете кого.

- Нет. Спасибо. Я откажусь от этого варианта. У Виталия и так забот полон рот. Без меня.

- Но он вам не откажет, - платок был спрятан обратно в карман. - И последствия могут быть куда менее болезненными… я бы лично рекомендовал.

- Вы правы. Не откажет. Поэтому и нет. В этом мире за всё надо расплачиваться, - произнёс я ловким движением снимая наручники под удивлённым взглядом военного разведчика.

Где я этому научился не спрашивайте. Всё равно не скажу.

Глава 2: Двое из ларца

Таксист высадил меня прямо возле ворот войсковой части на Гайдаре где по словам Сергеева я и должен был получить необходимые инструкции перед отбытием на Печорин, а также забрать переданную мне в пользование машину. Всё-таки Мария Николаевна не забыла, что я пилот-истребитель.

Проводив взглядом взмывший в небо жёлтый автомобиль, я посмотрел на тройку стрижей игравших в салки в прозрачном утреннем воздухе над КПП. Забаву свою птички сопровождали дикой смесью щебетания, писка и противного визга. Сморщившись от резких звуков, я поднял с земли потёртый, поцарапанный личный пенал с вещами из углепластика и направился к замершим за воротами солдатам караула закованным в тяжёлую боевою броню.

За пять шагов до цели металлическая створка плавно отъехала в сторону и из-за спин штурмовиков в «Росомахах» появился подпоручик в «Покрове» с раскрытым забралом шлема.

- Приветствуем вас, Алексей Александрович. Подпоручик Кочергин. Давно ждём. Полковник Каримов приказал встретить вас и проводить к ангару где вас ожидает машина. Разрешение на взлёт получено. Сержант, пропустите подполковника!

Шестеро штурмовиков дружно клацнули каблуками отдав мне честь из-за чего рука моя потянувшая из кармана мундира пластиковый прямоугольник ЕСП-карты застыла в воздухе, а крикливые птички усевшись на ограду с интересом уставились на чем-то брякавших людей.

- Я вообще-то теперь майор, подпоручик, - произнёс я, поправляя лямку пенала на плече, но тот будто не услышал моих слов.

Подъехавший к воротам новенький красный электрический автомобильчик под управлением белобрысого ефрейтора в берете замер прямо напротив нас.

- Садитесь Алексей Александрович мы вас быстро домчим. Коллеги уже вас ожидают.

- Коллеги? – не слишком удивился я, занимая место на заднем сидении.

- Да. Штабс-капитан Мальцев и капитан Лексин.

Ну конечно! Разве Знаменская может оставить меня без контроля. Наверняка приставила ко мне парочку офицеров из её департамента.

- Контрразведчики? – спросил я подпоручика разглядывая идеальные тёмно-зелёные газоны и чистые асфальтовые дорожки проносящиеся мимо.

- Ожидающие вас офицеры? Нет, с чего вы взяли? Первый кажется пилот-истребителя, как вы, а второй - войсковая разведка, - спокойно пояснил тот.

Внимательно подумать над словами Кочергина у меня не получилось. Подпоручик вздохнул и скороговоркой эмоционально выпалил:

- Господин подполковник, всегда хотел вам сказать о том, что просто восхищаюсь тем воздушным боем на Нео Касабланке! Один против целой эскадрильи! Штурмом Туффаха тоже! Это… это ПРОСТО ВЕЛИКОЛЕПНО! Храню запись и, наверное, не только я! Вы настоящий пример для защитников Империи!

«Ишь как загнул!» – мысленно скривился я, но посмотрев в восторженные, наивные глаза сидевшего рядом офицера спрятал своего внутреннего хама поглубже.

- Спасибо подпоручик. Буду знать.

Всего через несколько минут ефрейтор остановил электромобиль возле ангара с крышей-слайдером способной по необходимости отодвигаться в сторону и давать орбитальным истребителям стартовать прямо с места. Здесь я насчитал дюжину таких сооружений, но этот ангар был самым большим.

- Алексей Александрович, я буду здесь неподалёку пока вы не покинете базу. Если что надо я в вашем полном распоряжении, - тут же сообщил мне Кочергин услужливо раскрывая дверь машинки.

Кивнув и снова пробурчав себе под нос, что «я теперь майор, подпоручик», я направился ко входу, возле которого на лавочке нежась в лучах ещё тёплого сентябрьского солнца сидело «двое из ларца». Это я про моих новых офицеров если кто не понял.

Первым приветствовал меня высокий, худой штабс-капитан в комбезе пилота. На груди его мне сразу бросилась нашивка штурмана и «значок Иглы» - свидетельствовавший о более чем сотне полётов в космосе. Что о нём сказать? Брюнет лет тридцати трёх, с широким лбом, с умными серо-зелёными глазами, приятным располагающим лицом. Вот только он был в очках в допотопной роговой оправе, что в принципе странно, так как людей с плохим зрением в армии не держали. Если только он тоже не списан, например, из-за ранения в голову.

- Приветствую вас господин подполковник! – с улыбкой встретил меня тот протягивая руку. – Штабс-капитан Алексей Мальцев к вашим услугам.

- Я майор, штабс-капитан, - поправил я тёзку, но уже без раздражения. В конце концов хоть на пенсии я могу перестать нервничать? Пусть она и не совсем пенсия.

Всё это время лениво развалившийся на лавочке и внимательно наблюдавший за нами капитан в выцветшем мундире тоже направился ко мне.

О! Это совсем другая история. Что там у нас? Нашивка «Полного ветерана», «Универсала», «Мастера-оружейника», «Выживший под огнём» сразу трёх степеней и чего только у него на груди ещё не было… Даже значок золотого меча разбивающего щит, называемый в армии по-простому, «Умираю, но не сдаюсь». Что касается наград то две медали «За отвагу» и орден «Мужество» я точно рассмотрел.

Передо мной замер среднего роста плотный шатен моего возраста с отчётливой сединой на висках с карими глазами. Над правым глазом два отчётливых шрама от осколков. То что это опытный волчара сомнений даже не возникло.

- Капитан Александр Лексин, господин подполковник, - представился тот немного расслабившись. То ли я ему понравился, то ли ещё что.

- А по батюшке?

- Николаевич.

Когда ворота отъехали в сторону все мысли мои, которых поверьте было много-много, со свистом вылетели в трубу. Прямо посреди ангара блистал в лучах солнца треугольник орбитального истребителя с распахнутыми орудийными портами. Какой красавец! Чуть не запнувшись о собственный пинал с вещами, я бросился вперёд, подавляя в себе желание закричать о радости.

«Ничего себе подарок! Мария Николаевна вы чудо!» - думал я, поглаживая рукой тёплый борт чудо-машины, о которой я только слышал.

- Это же ОБН-102? – поймал взгляд Мальцева я. – Верно?

- Так точно, господин подполковник - «Неясыть». Я тоже когда увидел не поверил.

Про эту машину я знал абсолютно всё. Как и любой военный пилот ВКС. По сути внешне это был увеличенный втрое «Филин» способный нести экипаж от трёх до четырёх человек, вооружённый не только ионными и плазменными пушками, но и ракетами (по мощи равный полноценной батареи), но самое главное здесь стоял не «N», а «S» гипердвигатель такой же какие устанавливались на крейсерах. На таком красавце можно было спокойно путешествовать по вселенной. Без фанатизма, конечно. Однако у машины были не только плюсы…

- А я слышал, что они в серию не пошли так как на испытаниях движок несколько раз глох и пилоты оказывались беспомощны перед противником, - подлил масла в огонь Лексин.

Мальцев подмигнув мне поманил меня рукой внутрь. Подняв пол, мы оказались в двигательном отсеке, в который в простом «Филине» попадали прямо из кабины. Чему-то посмеиваясь, Лёша обогнул громаду «S-двигателя» и откинул рукой защитную крышку корпуса охладителя указав пальцем на прямоугольник размером с саквояж слева.

- Что это? – спросил я, зная заранее ответ отчего меня бросило в холодный пот.

- А на что это похоже?

Я не верил своим глазам, но это точно был ещё один гипердвигатель только… странный, миниатюрный и неизвестной конструкции.

- Но это же невозможно! «Эски» и так сенсация, а тут…

- Я так же подумал, - согласился со мной Мальцев, - но анализ ИИ который я провёл, показывает, что машина работает отлично. Лётных испытаний шесть, отказов оборудования по нулям. Этот малыш берёт на себя всю дополнительную нагрузку, основной движок даже до оранжевого уровня при гиперпрыжке не нагревается.

- Откуда такое чудо? – присоединился к нам Лексин выглядывая из-за спины Мальцева.

- Вот это самое удивительное! - развёл руками Лёша. – Имперского клейма на нём нет.

- Неужели украденная экспериментальная разработка Конфедерации или Синдиката? – удивился капитан, задумчиво почесав согнутыми пальцами заросший щетиной подбородок.

- Нет, - помотал головой Лёша. - Нумерация наша, традиционная, через косую черту… вот только клеймо будто специально стёрто и надпись на имперском странная.

- А ну ка!

Пилот посветил мне фонарём так чтобы я смог посмотреть на надпись на корпусе двигателе-малыша. Там и вправду стоял двадцатизначный номер с косой чертой, круглое клеймо будто срезали, а вот надпись внизу оставили, правда тоже немного повреждённой. И всё-таки прочитать было можно. На русском же.

- Ко-пер-ник… - по слогам произнёс я посмотрев на ребят. – Что за проект такой? А может секретная лаборатория?

* * *

Истребитель без моей биометрии в воздух никогда бы поднять не удалось. Тот, кто его сюда переправил всё учёл. После проверки сетчатки, голоса и даже капли крови, электронный замок разблокировался и ИИ голосом моей покойной супруги произнёс:

«ДОБРОЕ УТРО, АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ! ДАВНО ЖДУ ВАС. ПРЕДВАРИТЕЛЬНАЯ ДИАГНОСТИКА ПРОВЕДЕНА! ОШИБОК И ПОВРЕЖДЕНИЙ НЕ ОБНАРУЖЕНО. ОСНОВНАЯ ДИАГНОСТИКА НАЧАТА КАК ТОЛЬКО ВЫ ПОЯВИЛИСЬ В ПРЕДЕЛАХ ИСТРЕБИТЕЛЯ И БУДЕТ ЗАКОНЧЕНА ЧЕРЕЗ 20, 19, 18, 17, 16 СЕКУНД...»

Я решил ничему не удивляться в конце концов подписала меня на всё это военная разведка, а может даже и контрразведка, а у них всегда и всё непросто…

«АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ, - от Людиного голоса я вздрогнул будто не слышал его всего несколько минут назад. – НЕ МОГЛИ БЫ ВЫ НАДЕТЬ ШЛЕМ? У МЕНЯ ЕСТЬ ДЛЯ ВАС КОНФИДЕНЦИАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ОТ МАРИИ НИКОЛАЕВНЫ.

Пожав плечами, я активировал пилотский шлем и когда виртуальный дисплей развернулся в правом углу его звякнув появился вращающийся значок раскрытого глаза. ИИ тем временем продолжил:

«В СЕЙФЕ ИСТРЕБИТЕЛЯ ЛЕЖАТ КОПИИ ЛИЧНЫХ ДЕЛ ШТАБС-КАПИТАНА МАРКОВА И КАПИТАНА ЛЕКСИНА. МОЖЕТЕ ОЗНАКОМИТЬСЯ С НИМИ. МАРИЯ НИКОЛАЕВНА ОЧЕНЬ РЕКОМЕНДУЕТ ВАМ ЭТИХ ОФИЦЕРОВ, МАРКОВ - КАНДИДАТ НАУК, НАЧИНАЛ ПИЛОТОМ ШАГОХОДА, СЛУЖИЛ ШИФРОВАЛЬЩИКОМ В РАЗВЕДКЕ, ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ ШТУРМАН. КСТАТИ, ДАВНИЙ ЗНАКОМЕЦ КОРСАКОВА. ЛЕКСИН БУДЕТ ПРОСТО НЕЗАМЕНИМ В ПОЛЕ, НО ВЫ И САМИ, НАВЕРНОЕ, ЭТО УЖЕ ПОНЯЛИ. ТАК ЖЕ В СЕЙФЕ НАХОДЯТСЯ ЛИЦЕНЗИЯ ЧВК «БЕННИГСЕН» И ВСЕ ДОКУМЕНТЫ НА ПРИНАДЛЕЖАЩЕЕ КОМПАНИИ ИМУЩЕСТВО. ТЕПЕРЬ ОНИ ТОЛЬКО ВАШИ. НА ПЕЧОРИНЕ ВАС ВСТРЕТЯТ».

Экран перед глазами моргнул, глазик исчез, и шлем заработал в штатном режиме.

Крыша ангара сдвинулась в сторону и ветерок заиграл на бетонном полу невесть как занесёнными сюда красными кленовыми листьями. Очень плавно и легко «Неясыть» поднялась в воздух над территорией базы.

- Смотрите кажется нас провожают! – бросил Мальцев смотря в боковой иллюминатор располагавшийся перед штурманским сидением.

Заставив машину зависнуть в воздухе, я, приблизив поверхность на экране и правда увидел две фигуры в военной форме. Первым был уже знакомый мне подпоручик Кочергин, а вторым жилистый высокий смуглый мужчина в чёрной форме полковника. Наверное, это и есть командир базы Каримов. Сделав несколько шагов вперёд тот задрал голову вверх и посмотрел на нас.

- Может что-то забыл или хотел лично попрощаться? – предположил Лёша, развернувшись ко мне. - Алексей Александрович вы с ним знакомы?

Однако всё выяснилось в следующее мгновение…

Полковник, вдруг расправил плечи и вытянувшись по струнке вздёрнул ладонь к виску. Наверняка зная, что я за ним наблюдаю он с улыбкой произнес что-то вслух. ИИ машины сработал на автомате (для такой мощной системы читать по губам это семечки) и внизу виртуального дисплея появилась надпись: «Удачи тебе, подполковник».

«Что ж, по-моему, хорошее начало», - подумал я, мысленно поблагодарив Каримова и прибавляя скорость потянул штурвал управления на себя.

Глава 3: Добро пожаловать!

Летать для меня ребята настоящий кайф. Ничто сравниться с этим не может. Уж извините за подробности, даже секс. А летать на такой отличной машине как «Неясыть» — это вообще отдельная история…

Печорин встретил нас солнечной бурей в десять баллов по шкале Рокотова, но орбитальный истребитель прекрасно показал себя при посадке и даже ни одно из электронных устройств не засбоило. Предсказуемо - аппарат серьёзный.

А вот что меня действительно удивило так это то что спутники ПВО-ПВК даже не попытались отсканировать неизвестный корабль (то есть нас) входящий в атмосферу планеты. Никаких запросов и предупреждений мы тоже не дождались. Вот вообще совсем… Бардак, твою мать. И эта планета станет родиной моего ЧВК?

Местом нашей дислокации должен был быть городок под оригинальным названием «16». Вот такое названьице. Узнать его историю из туристических путеводителей по космосу не удалось потому как периферийные миры нафиг никому не нужны и летать отдыхать сюда может только идиот не опасающийся за свою жизнь. «Имперский статут» же сухо сообщал только количество городов в количестве целых четырёх штук, число проживающего населения – 292 тысячи 927 человек и то что планета земного типа. Всё.

Приземление на посадочную площадку сопровождалось сильным дождём и громом с молнией которые раскалывали небеса над головой со звуком артиллерийского обстрела. Огромный облупившийся, выцветший на солнце стенд с изображением рыжей красотки с грудью шестого размера, малышом в кепке с эмблемой «Содружества суверенных миров» (которое и существовало-то только на бумаге и рассыпалось при первом конфликте интересов) в обнимку с чёрной таксой и огромной надписью красным: «Добро пожаловать!» каким-то чудом держался на опорах в порывах ветра. Впрочем, стихия вскоре сжалилась над гостями, утихомирилась и окружающее пространство наполнилось поднимающимся от земли паром и жаркими солнечными лучами. Погода тут была такой же непостоянной как моя жизнь.

- Что-то я никого встречающего нас не вижу, - задумчиво заявил Лексин выглядывая в иллюминатор.

В ответ капитану я только кивнул. Вообще это странно, Мария Николаевна никогда слов на ветер не бросала и исполнителей выбирала чрезвычайно придирчиво. Если ожидаемого нами человека нет, значит что-то не так.

Некоторое время мы втроём разглядывали приземистое здание из пенобетона и стекла наверняка выполняющее функцию аэровокзала, внутри которого даже свет не горел, а затем я активировал сканеры истребителя.

В динамиках что-то громко загрохотало. Но не так как совсем недавно, словно кто-то долбил железной палкой по огромной кастрюле, а по-другому, будто раз за разом на метал бросали пригоршни тяжёлой дроби.

- Вы слышите? – наморщил широкий лоб Мальцев подняв вверх указательный палец. – По-моему это не гром!

- По-моему кто-то ведёт бой и судя по данным сканера не так далеко, - бросил я, движимый интуицией решительно направляясь к оружейному сейфу у дальней стены кабины.

Внутри меня ожидало шесть штурмовых винтовок «Ливень», парочка до боли знакомых «Мономахов», крупнокалиберная автоматическая снайперская винтовка с объёмным магазином - «Пересвет», ручной револьверный гранатомёт «Потеха», новенький пулемёт КПТ-12 (в армии этого серьёзного малыша называли «Пал Палыч» и искренне любили) и даже оттюнингованная ДВК-22 – крупнокалиберный армейский дробовик, на котором сразу было видно, и муха не сидела. Целый арсенал. Знаменской мой поклон. Да, была ещё дюжина гранат, несколько кубиков пластида и много-много патронов.

Я вооружился «Ливнем», засунул в карманы куртки две Ф-14 и мысленно пожалел, что не могу запрыгнуть в свой защитный костюм. Бог с ним с КПУЗДом я бы и на «Покров» сейчас согласился.

Лексин на моё удивление довольно крякнув вытянул из шкафа старичка «Мономаха», а поняв, что в руках у него доработанная покойным Женькой Зобуном версия, прямо расплылся в улыбке как кот при виде миски сметаны.

Мальцев надвинув на лоб личный визор достал «Пересвет» тут же синхронизировав его с виртуальными очками. Судя по тому как ловко Лёша закрепил на поясе дополнительные цинки с боеприпасами это ему было не в первой. Отличный кандидат наук мне достался…

Поставив «Неясыть» в режим «максимального негостеприимства» (теперь всякий кто попытается приблизится к ней на сто метров об этом сильно пожалеет и узнает на практике, что такое «и полетят клочки по закоулочкам») мы, выстроившись в колонну друг за другом, быстрым шагом, но не забывая поводить стволами из стороны в сторону в поисках возможной угрозы, двинулись вперёд по улице.

«16» был городком на холме. Здесь хватало и корпусных, сборных зданий которых настроили ещё в начале заселения планеты и крепких многоэтажных домов из пенобетона. Винегрет подобных достроенных и недостроенных строений густо покрывал возвышенность делая её похожей на праздничный торт со свечками.

Первый труп встретился нам около бакалейного магазинчика. Худощавый мужчина лет пятидесяти в синем комбинезоне напоминавшем форму (скорее всего местный полицейский) лежал на спине раскинув в стороны руки. На поясе его была закреплена расстёгнутая потёртая кобура в настоящий момент пустовавшая. Пуля разворотила бедняге грудь. Запасных магазинов тоже и след простыл…

Молча, знаками, я приказал ребятам оглядеться, и они полукругом рассредоточились вокруг бакалейной, витрина в которую была прошита очередью, а внутри на полу в луже крови лежала пожилая женщина с правой ноги которой слетела синяя туфля на каблуке.

«Мертва», - одними губами произнёс Мальцев, приложив руку к шее хозяйки лавки и мы, не теряя времени продолжили путь тем более что стрельба стала громче.

Третье мёртвое тело лежало на боку в конце переулка и это был грузный толстяк в шерстяном пиджаке и шляпе. В окровавленных руках его мигала быстро сменявшимися картинками электронная газета.

Мой взгляд выхватил только заголовок сообщавший о том, что премьер-министр «Синдиката» Они Каору глубоко возмущён нарушением условий договора с Империей о прекращении её экспансии на территории периферийных миров.

«И чего это мы должны тут прекратить если до 52% проживающих здесь наши соотечественники и их близкие?», - подумал я, прижимая приклад к плечу высовываясь из-за угла обсыпающейся от старости двухэтажки.

Лексин идущий впереди замер на месте, а затем вздёрнув руку вверх сжал кулак.

Тут же впереди загрохотал пулемёт, а в ответ ему нестройно ударило несколько штурмовых винтовок и кажется несколько пистолетов-пулемётов.

«Мы тут как на ладони!» - оценив обстановку я ногой выбил дверь справа и начал подниматься по узкой лестнице на второй этаж чытырёхэтажного дома. Мальцев лениво пожёвывая жвачку двинулся за мной предварительно маякнув нашему герою-разведчику.

Четвёртый, пятый, шестой и седьмой труп валялись в пыли на маленькой аккуратной площади посредине которой замерло трёхэтажное здание (больше всего оно напоминало замок или крепость феодала – узкие стрельчатые окна, тяжёлая дверь у входа стилизованная под средневековые ворота, зубцы крепостной стены на крыше) с небольшой антенной башенкой. Впрочем, сейчас параболический отражатель не двигался, уставившись остриём вниз.

- Музей это что ли какой-то? – шепнул справа Мальцев, рукой смахивая капли пота с бровей.

Человек шестнадцать боевиков, вооружённых разнокалиберным оружием прячась за автомобилями, киосками и трупами убитых товарищей стреляли по окнам гордой маленькой «крепости», а им в ответ со второго этажа коротко огрызалось пара штурмовых винтовок и тяжёлый пулемёт феноменально точно лупивший по нападавшим откуда-то с чердака многоподъездного четырёхэтажного дома полукругом замыкавшего маленькую площадь. Прямо при нас короткая очередь опрокинула на землю сразу двоих боевиков защита которых состояла только из панцирных бронежилетов и шлемов кустарного производства.

Толкнув меня в локоть, Лексин показал рукой на участок под стенами «крепости» где собралась группа из дюжины гражданских. Мужчины, женщины и даже двое детей вздрагивали от каждого выстрела и пригибали головы от сыпавшихся им на головы осколков камня. Нападавших явно здоровье и жизни этих людей не беспокоили, а вот защитников наоборот. Пулемётчик сменил огневую точку отсекая стрелков от горожан, а засевшие в «крепости», вместо него, дружно в два ствола начали причёсывать противника пытавшегося прорваться к входной двери.

Кто тут хороший, кто плохой было очевидно. Ну и слава богу.

- Лёша, поднимайся на крышу и лупи по тем, что рвутся к гражданским… в общем разберёшься. Мы с Лексиным порадуем тех, что прячутся за автомобилями и киосками.

Мальцев кивнув рванул на крышу по ходу движения подмигнув старой бабульке, высунувшей нос в щель раскрытой двери, а мы с Александром устроившись у окон тщательно начали выбирать себе цели.

- Как любил говорить Виталий Константинович: «окропим снежок красненьким», - пробурчал себе под нос я, ловя в прицел типа с высунутым языком целящегося в гражданских.

ДУХ-ДУХ-ДУХ-ДУХ-ДУХ! - как только сверху сухо застучал пулемёт Мальцева среди противника началась паника. Ловко брошенная мной в один из автомобилей граната превратила поцарапанный синий «Де Голль» в огненный цветок уничтожив стразу троих боевиков. Плавно нажимая на спусковой крючок «Ливня», я насквозь пробивал бесполезную защиту боевиков. В окне рядом бухали короткие очереди «Мономаха» Лексин, на лице которого не было ни одной эмоции, поставив ногу на подоконник целился и стрелял, целился и стрелял. Правильно, в бою думать вредно. Нужно делать то чему тебя учили. Думать будем потом…

Мечущийся по парковке тип с волосами, собранными на затылке в конский хвост забросив на переднее сидение оружие прыгнул в грузовичок загруженный ящиками с овощами. Машина успел подняться в воздух только на пару метров после того как я всадил остатки магазина прямо в лобовое стекло. Автомобиль сделав круг на месте тут же прянул носом вниз, раздавив зазевавшегося товарища убитого, от бедра, с остервенением, поливавшего наши позиции из старенькой штатовской МН-231.

Только раз пуля просвистела над моей головой заставив стекло в окне разлететься мелкими осколками, но очередной мерзавец тут же был уничтожен нашим союзником засевшим в «крепости».

Крики боли, вопли страха, пара минут и всё закончилось.

Спустившись вниз, расшвыривая ногами гильзы и отработанные аккумуляторы, мы втроём быстро добили раненных (языки нам без надобности, а пулю в спину совсем не хочется получить), а затем дружно наблюдали за идущим к нам через площадь пулемётчиком - высоким мужчиной в кожаной куртке, синих штанах с карманами на бёдрах вооружённым допотопным «Примипилом». По внешнему виду тоже гражданский.

- Приветствую вас господа офицеры в нашем замечательном городе! – торжественно произнёс тот блеснув голубыми глазами легко забрасывая пулемёт на правое плечо.

Незнакомцу было немногим за сорок, светлые волосы, сквозь которые легко угадывались залысины, на левой щеке шрам похожий на куриную лапку. Пухлые чувственные губы немного не сочетались с его брутальным обликом, но так казалось лишь с первого взгляда.

Оглядев нас цепким взглядом, он, обернувшись к «крепости» пронзительно свистнул

- Сейчас ребята спустятся.

- Кто вы? – требовательно спросил я мужчину, не опуская ствол винтовки к земле.

- Прапорщик Николай Сергеев, - безошибочно угадав во мне командира щёлкнул каблуками сапог пулемётчик. – 103-й десантный. Полный ветеран. Сейчас на пенсии.

- Подп… майор Бестужев, - представился в свою очередь я, обернувшись на треск и лязг раздавшийся от входной двери странного здания.

- Опять застряла, - вздохнул прапорщик. - Подождите товарищ подполковник сейчас мигом им подсобим.

«Сергеев? Тоже Сергеев? Уж не родственник ли моего недавнего знакомца?» - подумал я, смотря в спину пулемётчику.

Все вместе мы неторопливо направилась через площадь, а на встречу нам бежали с распростёртыми объятиями к своим близким побледневшие, заплаканные гражданские. Оказывается, здесь было много людей. Очень много. Просто они укрылись кто где во время боя.

- Мама я так испугалась!

- И я!

- Внученька у меня сердце в пятки ушло! Как хорошо, что ты цела и невредима…

- А Лёню убили, Маш…

- Папа, меня пуля чуть-чуть по плечу не чиркнула…

- Вот же развалюха! – стиснув зубы покрасневший Сергеев раз за разом всем телом налегал на двери, но безрезультатно. – Подорвать в прошлом месяце хотели… вот она и кочевряжится… ну давай же!!!

Только после того как мы, втроём, дружно упёршись плечами в створки помогли ему, они начали двигаться.

- Это что музей? – спросил прапорщика Мальцев указывая на мощные стены.

- Музей, - кивнул Сергеев. – Раньше был музей, а теперь чёрт знает что…

Дверь с лязгом поддалась и навстречу, прижимая штурмовую винтовку к груди, к нам вышел мой старый знакомый, боевой товарищ и «Корсар» - военфельдшер Горелов.

Глава 4: Старички

Крепко обнимая товарища, я увидел, что за спиной его замерла девушка, нет скорее миловидная женщина тоже вооружённая штурмовой винтовкой удерживаемой на груди тактическим ремешком. А вот и второй стрелок нашёлся.

- Вы что держали оборону в здании вдвоём? – спросил я, кивая Горелову на незнакомку.

Тот даже не оборачиваясь просто кивнул:

- Да, знакомься Алексей… это Светлана Бородина. Моя сродная сестра. Поручик в отставке.

Женщина (ей было не более тридцати-тридцати двух лет) просто улыбнулась мне и круглое лицо словно засветилось. «Надо же какая обаятельная, не красавица, но приковывает взгляд», - подумал я, проходя внутрь здания. Высокая, худощавая, с каштановыми волосами до лопаток, с каре-зелёными глазами с золотистыми крапинками на зрачках, Светлана, пропуская меня, отступила в сторону.

Внутри музея пахло порохом, кровью и пылью. У входа слева валялись средневековые рыцарские доспехи, а чуть дальше двуручный меч с рукоятью оканчивающейся массивным набалдашником.

- Извини Алексей, я должен был тебя встретить, но эти подонки высадились прямо позади площади и первым делом повредили вышку связи, - шаг в шаг шёл со мной рядом Горелов.

Под нашими ногами валялись старые гильзы, патроны от дробовика, смятые упаковки от апельсинового сока и пустые ампулы от транексамина и дициномина – кровоостанавливающих препаратов которых полным-полно в любой аптечке.

- На чём они высадились?

- Парочка «Мулов» которые они переделали под десантный транспорт.

- Это хорошо, - краем глаза я подметил отверстия от пуль на стенах в коридоре, - нам всё сгодится. Знаешь же зачем я здесь?

Горелов по своей привычке только чуть прищурил глаза и плотно сжал губы.

- Конечно. Ты владелец ЧВК «Беннигсен», а мы твои сотрудники.

- Вы? – за поворотом коридора нас встретил средневековый штандарт на стене с изображением крестоносцев, двигающихся колонной по дороге, нижний край знамени был сожжён.

- Да. Я и Светлана. И даже Сергеев, по крайней мере надеюсь его уговорить.

Я замер на месте так резко, что Горелов чуть не налетел на меня.

- Не пойму. Я проштрафился. Наверняка ты уже в курсе. Потому что дурак. Но ты то тут зачем? Слава у тебя же вроде всё хорошо было?

Горелов положил руку на рукоять висевшей стволом вниз штурмовой винтовки и кончиком указательного пальца дважды коснулся спускового крючка. Интересная реакция на вопрос.

- …у меня… у нас со Светланой, личные причины. Я расскажу попозже. Хорошо?

Коридор снова сделал поворот и тут уже был абсолютный порядок, даже до блеска отполированные круглые и треугольные щиты на стойках, и красная дорожка на полу сохранились.

- Понятно. А что тут раньше было?

- О! Это интересная история, - Горелов неожиданно оживился и даже улыбнулся, что в принципе с ним случалось довольно редко, многие «Корсары» считали его букой, но только не я. - Когда планету заселяли, она была под протекторатом Конфедерации. Здесь всё кишмя кишило англосаксами…

- То-то я смотрю архитектура города словно в Лондоне на Земле.

- Верно подметил, но после терраформирования климат вдруг изменился. Они говорили «испортился». На планете большей частью холодно, температура не поднимается выше пятнадцати-шестнадцати градусов, жара стоящая сейчас, редкое явление.

- И куда делись англосаксы?

- Угадай. Улетели искать место получше, а наши, привычные ко всему, её облюбовали и переименовали. Дольше всех держался некто по фамилии Колдфилд. Коллекционер и любитель средневековой истории. Этот дом-музей принадлежал ему.

- Толстенные стены, маленькие окна, узкие коридоры… он словно крепость строил, - следуя за Гореловым я вошёл в овальный зал стены которого занимали полки с настоящими бумажными книгами.

- Да, он был странным дядькой, это точно, - согласился Слава останавливаясь возле перевёрнутого ножками вверх дубового стола который оказался круглым, что сразу вызвало в памяти воспоминание о том как пять лет назад мы с ребятами праздновали День полка (правда стол был из красного дерева и… все были живые). - Тут ещё и бомбоубежище есть.

- А как планета раньше называлась?

- Авалон, - снова рассмеялся Горелов.

* * *

Напольные часы (вряд ли оригинал, реплика скорее всего) в углу кабинета на стенах которого висели какие-то лицензии, дипломы в рамочках, голографии многочисленной щекастой и краснощёкой родни хозяин, бодро пробили полдень.

- Какого хрена? А вы кто вообще такой господин Бестужев? – сдвинув густые седые брови уставился на меня Керщбаумер занимавший пост местного директора колониальной администрации. Вот только должность эта устарела лет восемьдесят как, а то и поболее того.

Чтобы встретиться с этим шариком на тонких ножках я прилетел в Кронкройцберг - поселение располагавшееся на противоположной части Печорина.

Стоявший позади меня Горелов, пальцы рук которого были спрятаны за края бронепанциря на груди, хотел было что-то сказать, но передумал.

- Ваше ПВО-ПВК автоматическая система, да. Но месячное обслуживание её стоит как годовой бюджет Печорина! – соскочил на ноги Керщбаумер потрясая кулаками.

Боже сколько эмоций! Эта тема видно его и самого беспокоила.

- Не преувеличивайте, Семён Адольфович, - сделав пару шагов вперёд я без разрешения опустился на новенький кожаный диван у стены и жестом попросил сделать тоже самое Славу. Тот понял меня правильно и уселся напротив, удерживая руку неподалёку от пистолета-пулемёта на бедре. Таким образом теперь мы располагались справа и слева от хозяина кабинета и в панорамное окно за его спиной нас было не видно.

Снаружи, на крыше дома напротив, нас подстраховывал Лексин с позывным «Лютер» и нарезавший круги над городом за штурвалом «Неясыти» Лёша Мальцев готовый в любой момент превратить Кронкройцберг в пылающие развалины. Вот у кого позывной действительно был смешной. «Ботаник». Как вам? Хотя… я бы этому ботанику дорогу не переходил, ведь он сутки назад выпустив по боевикам, атаковавшим музей сто двенадцать пуль девяносто семь из них угодили прямо в цель.

- На орбите установлена конфедератистская «Dawn» (Заря), она конечно морально устарела и вряд ли сможет сбить современный корабль, но корыта на которых летают мародёры и разбойники нападающие на вас, легко, - тем временем продолжил я, специально понизив голос (пусть перестанет орать и прислушивается). – К тому же система оповещения, установленная на ней, дала бы вам время подготовится к атаке.

- И кто тут будет сражаться с ними? – Керщбаумер понял, что тон беседы изменился и с некоторой опаской поглядев на нас с Гореловым (я даже был уверен, что сейчас он на полном серьёзе размышлял не нажать ли ему «тревожную кнопку» под столом, чтобы сюда вломилась парочка орангутангов в стареньких «Воях» скучавшая за дверью). - Они как саранча и оседлали планеты и астероиды вокруг нас! Даже если мы уничтожим одну группу они вернутся и отомстят! Сожгут города!

- Тут много наших ветеранов. У них есть оружие, - возразил Слава, забросив ногу на ногу.

- У них семьи господин… Горелов, кажется? Умирать никто не хочет.

- И всё-таки они умирают. Вчера в «16-м» погибло восемь гражданских, - товарищ посмотрел на меня и постучал пальцами по экранчику личного коммуникатора как бы напоминая о времени. Не стоит в первый раз злоупотреблять гостеприимством не внушающего нам доверия человека.

- Прискорбно это слышать.

- Да? А сделать хоть что-нибудь чтобы это не повторилось? – парировал я.

Хозяин кабинета развёл руками в стороны:

- К сожалению господа, я ограничен в ресурсах. Налогов собираем с гулькин нос. Люди к нам не летят. Тут реально опасно.

Ещё раз окинув взглядом Керщбаумера, фотографии его близких на стене, я подумал, что возможно не всё потеряно.

- Скоро всё изменится, - заявил я, поднимаясь с дивана, Горелов напротив сделал тоже самое положив руку на рукоять «Сверчка».

- Свежо придание, - сквозь зубы бросил толстяк рука которого замерла над столом, а по виску быстро-быстро заскользила вниз крупная капелька пота и это несмотря на то что жарко в помещении отнюдь не было.

- Я даю вам слово.

Вот этого тот точно не ожидал.

- Кто вы господин Бестужев? – внезапно охрипшим голосом произнёс хозяин кабинета нам в спину.

- Мы с господином Гореловым «Корсары». Слышали о таких? – бросил я через плечо покидая кабинет.

- ДЗИНЬ! - позади нечто упало и разбилось. Я готов был поспорить, что Керщбаумер вздрогнув что-то уронил со своего стола…

* * *

На заднем дворе музея Сергеев ловко, раз за разом избегая атак Лексина, Мальцева и Бородиной, бросил трёхочковый в баскетбольную корзину. Мы с Гореловым участие в игре не принимали спрятавшись за стеной от внезапно задувшего холодного ветра.

Возвращаясь из Кронкройцберга я узнал, что оказывается Знаменская рассчитывала использовать уже имеющуюся на планете группу наёмников штаб-квартирой которых и был музей. Но в последние недели те трижды подверглись нападениям космических пиратов, мародёров и хрен знает ещё кого. Целью налётчиков были хранившиеся в бомбоубежище продукты, медикаменты и параболическая антенна которую можно было легко продать на чёрном рынке. Нетрудно догадаться, что ребятки, понеся потери сдриснули кто куда предварительно хорошенько пограбив хранилище под землёй. Горелов со своей кузиной прибыли к разбитому корыту. Думаете меня это беспокоило? Совсем нет. Мы лёгких путей не ищем.

- На самом деле всё это конечно замечательно, но Керщбаумер прав, - нарушил молчание Слава. - После того как Лига Свободных миров вошла в состав Империи вся эта проигравшая свора словно с ума сошла. Бросилась грабить Периферийные миры. «Синдикат» так вообще этого даже не стесняется и его вооружённые силы сооружают свои базы здесь и там, тем самым оттяпывая для себя ничейную территорию.

- Они просто боятся, что мы займём Периферию с её ресурсами, а их вытесним ещё дальше. Воспоминание об изгнании с Земли не даёт покоя. Напакостили - были наказаны, так нет же, снова наступают на те же грабли, - ответил я, застёгивая замок на куртке.

- А мы займём?

- Конечно. Но не сразу. Слишком большая территория у нас, слишком много миров и дел.

Светлана всё-таки выбила мяч из рук прапорщика и сделала точный бросок.

- Что может сделать наше ЧВК? – поаплодировал сродной сестре Слава.

Лексин тем временем упустив мяч оступившись плюхнулся на зад и рассмеялся.

- «Корсары» смогли, и мы сможем. Помнишь, как они прижали свои хвосты на границах после наших рейдов?

- Тут другое.

- Верно, Слава, другое. Нас поддержат местные.

- Если мы покажем им силу.

- Нет, если мы покажем им, что нам можно доверять.

Горелов помолчал немного, обдумывая мои слова, а потом указал подбородком на капитана:

- Ты в курсе, что у него протез на левой ноге, ниже средины голени?

- Да, я читал личное дело.

- А ещё у него четверо детей. А он всё равно тут. А мог бы жить-поживать на пенсию – заслужил.

Товарищ почти один в один процитировал мои мысли.

- Сергеев тоже.

- У него другая ситуация. В разводе. Дочка Катя - одиннадцать лет в отце души не чает. Чтобы она могла к нему сюда кататься ему нужны деньги… и безопасность периферии, - проводил взглядом ещё один трёхочковый Слава.

- Старый конь борозды не портит.

Неожиданно мы дружно рассмеялись да так что на нас уставились наши товарищи.

- Это точно. Он в ней засыпает, - пошутил я, хлопнув товарища по плечу. - Соберём старичков?

- Соберём, - согласился тот.

- Товарищи командиры, я тут невольно подслушал ваш разговор… - подплыл к нам Александр Лексин состроив хитрую физиономию.

- Да давай уже! – одёрнул его Горелов.

- В общем есть у меня подходящий для нас товарищ. Выходец с Доватора, но сейчас живёт здесь на Периферии. Кирсанов Сергей. Два метра десять сантиметров мощи. Вместе воевали. Спец классный. Могу позвать. Прилетит не раздумывая. Всё равно сейчас перебивается случайными заработками…

Глава 5: Нас обокрали

Кирсанов оказался и правда здоровенным тридцатидевятилетним дядькой. Два метра с гаком, сплошная мышца, волосы чёрные, глаза карие с огоньком. Матёрый казак, сразу видно, хоть кубанку и не носил. На нижней губе слева рваный шрам. На вопрос: «Откуда?», ответил, что в детстве с горки скатился и в дерево врезался. Бывает же. В общем вы поняли, он мне понравился.

А я вот в детстве мог только с барханов с песком кататься, а снег, так же, как и большую воду, увидел только в учебке, уже взрослым. Ладно, это совсем другая история и совсем не интересная. Зевать начнёте.

Как командир эскадрильи я неплохо был знаком с порядком обеспечения вещевым довольствием военнослужащих и другими интендантскими штучками. Одно время у меня даже каптенармуса не было, сам справлялся.

Следующим утром мы с Гореловым и Светланой, пока Мальцев руководил уборкой музея, облазили бомбоубежище и склад с целью инвентаризации. Надо сказать, что основная часть продуктов: консервы, вода, витамины, средства гигиены (всё правда дрянного иностранного производства), остались не тронутыми. Отряду из пяти десятков мужиков хватило бы всего этого на полгода, не меньше. Непонятно даже к чему этот Колдфилд готовился. Ну не к средневековой же осаде замка в конце концов?

Оружия, боеприпасов конечно не было (этого трофейного добра у нас теперь хватало), зато обнаружилось несколько десятков наших (новеньких, в упаковках) «Дворецких» - военных комбезов с климат-контролем обожаемых пилотами ВКС и шагоходов. Я курсантом о такой штуке просто мечтал. В комплекте с ними шли наши же, непромокаемые и неубиваемые «Бисмарки» с магнитными подошвами похожие на древние берцы. Отлично, всё это будет чем-то вроде формы ЧВК «Беннигсен». Кстати, для тех, кто не знает был такой геройский генерал в русской армии умница и храбрец.

Потом настал черёд смотреть «Мулы» на которых прилетели напавшие на Горелова мародёры.

Вот тут я долго ругался. Господи, на каком же дерьме люди летают! И ведь не боятся, что оно под ними рассыпется! Мы с Мальцевым внимательно облазили корабли и пришли к единодушному решению – продать этот металлолом и побыстрее. Я своих людей на эти развалюхи под названием «собрали из того что было и склеили скотчем и соплями», точно не посажу. Сняв с десантных кораблей «лиговские» МПУ «Козодой» - мелкокалиберные двадцатиствольные пушки, прозванные так за противный звук издаваемый при стрельбе, на этом и успокоились.

Параболическую антенну, повреждённую при налёте, мы починить не смогли. Все пальцы схемами искололи. Я конечно в технике разбирался, но средства связи как и восток дело тонкое. Нужен был классный технарь, а иначе всё зря. И как тут опять не вспомнить Женьку Зобуна! Вот кто был на все руки мастер.

Как я и думал Знаменская совсем без сладкого нас не оставила. И на соседнем астероиде в специально оборудованном тайнике нас ожидал исправный «Ворон» со списанными КПУЗДми на борту и ещё кое-каким вооружением со сбитыми номерами. Горелов проявил дальновидность и сразу на Печорин со всем добром не попёрся, решил сначала разведать обстановку. Хвалю.

* * *

Засунув руки в карманы «Дворецкого» (отличная штука всё-таки и пронзительный холодный ветер не проблема) я, разглядывая обломки фонтана в виде бронзового всадника на коне с копьём (красотищу раздавил один из садящихся на площадь «Мулов» мародёров), вдруг почувствовав позади лёгкое движение.

Обернувшись, обнаружил рядом мужчину в синих штанах и чёрной толстовке с капюшоном, удерживающим под мышкой старую бумажную книгу в выцветшей от времени потёртой обложке.

- Здравствуйте, господин подполковник, - без каких-либо эмоций на лице произнёс тот (мне даже сначала показалось что говоривший смотрел сквозь меня). – Разрешите представится. Я Вадим Мамонтов.

Мамонтов был полной противоположностью своей фамилии. Совсем не гигантского роста – метр семьдесят один-семьдесят два, может семьдесят пять килограммов веса, с небольшим брюшком. Русоволосый, сероглазый, с широким лбом, короткая старомодная стрижка. Лет сорок с небольшим.

- Вообще-то я майор… ай ладно! – махнул я рукой. - Здравствуйте Мамонтов. Чем обязан?

- Вам нужны люди, - без обиняков начал тот. – Думаю, я вам подхожу.

Когда горожанин повернулся ко мне правым боком я увидел у него на ноге набедренную кобуру, а в ней (вот так сюрприз!) «Финист» в отличном состоянии. О да! Отличная штучка! Эти пистолеты разрабатывали на заре эры колонизации. Говорят, они могли стрелять в космосе при убийственных для другого оружия отрицательных температурах, в воде и чёрт ещё знает где, подходили для нескольких видов боеприпасов, а при наличии запчастей превращались в зубастый пистолет-пулемёт. Что-то забыл? Ах, да! Ещё были жутко надёжными и простыми в обслуживании. Сколько лет прошло, а лучше ничего так и не придумали. Стоила эта штука немало. Как раз с новый десантный корабль.

Мамонтов сразу обратил внимание на мой интерес к его оружию, но ничего не сказал. Зато меня равнодушным не оставил его пронзительный взгляд, уверенные движения и глубокие морщинки на переносице. Я уже видел такое. Нет, он не смотрел сквозь меня, не важничал, мужчина просто будто бы нёс в себе давнюю боль с которой смирился, но отпускать не захотел, используя её в своих целях. Можете считать вашего покорного слугу фантазёром, но я был уверен, что не ошибался.

- Это трофей, - опередил Мамонтов мой вопрос готовый вот-вот сорваться с губ указав на своё оружие. – Давняя история.

Обменявшись взглядами с замершим за спиной мужчины Лексиным со штурмовой винтовкой на груди, я ухмыльнулся собеседнику и спросил:

- Вы уверены в том, что подходите мне?

- Да, - только коротко кивнул Мамонтов.

- Чем занимаетесь? – только сейчас я смог как следует рассмотреть автора и название книги удерживаемой в руках мужчиной. Это были «Фаэты» Казанцева. Древний-древний фантастический роман, написанный поразительным человеком - настоящим ветераном прошедшим ВОВ, подполковником и изобретателем. Я зачитывался им в детстве, правда в бумаге никогда не видел. Поэтому завидовал Мамонтову белой завистью.

- Чем вы сейчас занимаетесь?

- Я учитель, - голова Мамонтова склонилась к правому плечу. На мгновение показалось, что он прочитал мои мысли.

- А раньше?

- Работал в органах внутренних дел. Но это было лет десять назад, когда тут был ещё порядок.

- Для чего вам работа на меня? – со стороны музея раздался смех Сергеева и новенького.

- Хочу, чтобы порядок вернулся.

Именно этого ответа я и ожидал. От меня не укрылось как Мамонтов на мгновение сжал челюсти так что желваки на скулах заходили ходуном.

Поэтому я просто кивнул ему головой и тот меня понял.

- Зачем ты его взял? – удивился Лексин, провожая взглядом странного горожанина быстрым уверенным шагом направившегося к музею-крепости. - На хера нам полицейский?

- Книгу хорошую читает. Фонтан починим?

* * *

Ловко спикировав к поверхности астероида под вырвавшиеся из уст проклятия нашего военного врача, я начал плавный спуск в заброшенную шахту. Машина слушалась меня великолепно и главное работала почти бесшумно. Даже на моём «Филине», который я холили и лелеял, перебирая в свободное время, и то ощущался лёгкий гул и вибрация, а тут нет. Чудо!

«Неясыть» тихонечко опустилась на дно открывшейся пещеры освещая прожекторами пространство вокруг себя.

- Где он? - спросил я Горелова сидящего в кресле позади активируя сканер орбитального истребителя.

- Луч налево! – указал рукой Слава, отстёгивая ремни. – ЧТО ЗА ЧЁРТ?!

Прожектор высветил углубление будто созданное специально для того чтобы что-то там прятать. На каменной поверхности, среди булыжников с неровными краями, подёрнутая инеем, изогнутая и обугленная неведомой силой валялась металлическая створка ловко маскировавшая тайник под одну из стен.

Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять - кто-то просто подорвал преграду и угнал наш «Ворон». Хорошенькое начало.

- Нас обокрали, - вздохнул я, откидываясь на спинку пилотского кресла.

Глава 6: Дебют

У меня для вас две новости: хорошая и плохая. С какой начать? Вопрос риторический, ибо я всегда начинаю с плохой, чтобы закончить хорошей. Такой я человек как цветочек тянется к солнцу, я тянусь к позитиву… иначе тогда зачем жить.

В общем плохая новость состояла в том, что в сейфе на угнанном десантном корабле хранился «Дятел» и похитители деактивировали маячок в «Вороне» сообщавший о его местонахождении. Печально да? Сверхсекретная имперская радиосвязь способная пронзать пространство как раскалённый нож масло, теперь в руках злоумышленников. Нас за это расстрелять мало…

А теперь немножко позитива. Хорошая новость в том, что там же, в трюме исчезнувшего корабля находилась Гореловская «Куница» и он на всякий случай покидая судно активировал в лёгком шагоходе трекер. Причин для это не было, но Слава это сделал. Вот захотелось ему и всё. Всё-таки Знаменская знала кого посылать к нам связным.

Теперь мы точно установили где наша пропажа. Приземлилась она аккурат на безымянной луне Брэдбери-2, между прочим густо населённой и уже несколько лет как находящейся под властью «Крестоносцев».

Это конечно не рыцари из средневековья, а обыкновенная банда преступников. Правда довольно крупная и разоряющая мелкие миры периферии уже почти десять лет. Надо было лететь и забирать своё добро обратно.

Вещички наши могли разлететься по вселенной в любой момент (кто знает кому эти гады могли всё распродать?) поэтому на сборы я дал пять часов.

А задачка та ещё! Много оружия было неисправно. Что-то мы смогли починить, но далеко не всё. Да и один из «Мулов» надо было подшаманить, ведь в «Неясыть» ввосьмером точно не влезем. Битый час мы с Мальцевым, перемазанные смазкой и охладителем лазили в брюхе одного из кораблей и вот, чихнув, тот всё-таки соизволил завестись.

- Подполковник, ну какая Кирсанову штурмовая винтовка, она как игрушка в его лапищах? – словно из воздуха рядом возник Лексин в компании доваторца. - Пусть он будет пулемётчиком.

- Так у нас в отделении Сергеев пулемётчик, - поднял голову я, еле сдерживая улыбку ведь Кирсанов и правда даже с «Ливнем» в руках смотрелся весьма комично. – В соответствии с уставом…

- Командир, да мы это всё не хуже тебя знаем, - подмигнул капитан, - но я тебя уверяю, мы справимся. Серый виртуозно владеет «Волком». Клянусь! Он у меня во взводе вторым пулемётчиком был. Сколько раз это нам жизнь спасало! Мы же не первогодки, которые не знают службы. Карточки огня отделения составлять умеем.

Лексин расплылся в широкой улыбке, а я подумал, что действительно сглупил.

- Ну что с вами делать… разрешаю.

Кирсанов только довольно кивнул и тут же поднял руку словно в школе.

- Что ещё?

- Командир, а можно я пару гранатомётов возьму.

- Зачем?

- На всякий случай, - пояснил здоровяк, почесав щёку с отросшей щетиной.

- А утащишь?

- Спрашиваешь. Ещё двойной запас гранат унесу.

«Кто бы сомневался», - подумал я, задрав голову вверх на старшину.

Когда возле «Мула» остались только мы с Лексиным вдвоём, я, протирая руки ветошью, спросил:

- Ты новенького испытал?

- Лучше, - Александр забросил в рот кусок чёрного шоколада плитки которого хранились в бомбоубежище музея, а второй протянул мне.

Городские ребятишки стайкой крутились вокруг вибрирующего от работы «Мула», и Мальцев с чувством выполненного долга спускавшийся с трапа в шутку прикрикнул на них.

- То есть?

- Разузнал о нём у местных.

- Говори.

- Мамонтов лет шесть проработал в криминальной полиции. Убивцев всяких ловил, хулиганов, а дослуживал уже в местном СОБРЕ. А тот, между прочим, проходит обучение по стандартам специальных отрядов территориального ополчения.

- А они в обязательном порядке обучаются армейскими спецами, – кивнул я, прекрасно зная, что в СОТО просто так не попасть и текучка там всегда ого-го какая. Наших ребят периодически отправляли в служебные командировки инструкторами и спрашивали потом с них жёстко.

- Точно так, - скомкал фольгу из-под съеденного шоколада Лексин. - Поэтому с какой стороны винтовку держать знает.

* * *

Сигнал трекера привёл нас точнёхонько на базу «Крестоносцев» располагавшуюся на возвышенности за шахтёрским городком с цифрами вместо названия. Никто и не удивился.

СДО истребителя отработал штатно и на экране передо мной появилась объёмная картинка ограждённой территории с парочкой модульных ангаров, горой мусора у ворот и двухэтажным зданием из железобетона имеющим подземный этаж. По двору туда-сюда шаталось с десяток пёстро вооружённых бойцов. Караул нёс службу из рук вон плохо.

- Картинку видим чётко, - сообщил Мальцев сейчас находившийся в приземлившемся за холмами «Муле» вместе с Гореловым и другими «беннигсенцами».

- Все с оружием. Наш контингент. Местные не пострадают, - весьма кровожадно прокомментировал увиденное Кирсанов.

- Тут в общем-то и придумывать ничего не надо. Дать по ним залп из орудий истребителя и всё, - добавил к словам доваторца Сергеев.

- Молодец какой! – перебил его сидевший позади меня Лексин. – А если они «Дятел» из сейфа вытащили и другое снаряжение из трюма тогда что? Гори всё синим пламенем? «Неясыть» — это же мощь! Всё к херам поломаем!

На некоторое время связь молчала только слышно было тиканье механических часов с кукушкой в углу на стене кабины, которые я притащил со своей старой машины. Наличие нормальных часов меня всегда успокаивало хоть и работали они из рук вон плохо.

- Но башни с крупнокалиберными пулемётами раздолбать было бы неплохо, - нарушила затянувшееся молчание Бородина.

Угу! Пальцы мои в ответ забегали по тактильной голограмме.

- Мы сделаем так. Лёша пересядешь в «Неясыть» и сделаешь залп который сметёт вышки и ворота. Но через главный ход мы не пойдём. Сделаешь бреши в ограждении на севере… вот тут и юге… тут. Пока ты, зависнув над двором припугнёшь «Крестоносцев», постарайся прижать их к земле, мы двумя отрядами двинемся к зданию и зачистим его.

- Там три десятка человек, - уточнил Мамонтов, но страха в его голосе не было скорее сделал он это для галочки.

- Думаешь заскучаем? – пошутил Лексин и все поддержали его дружным хохотом.

* * *

Мальцев словно метлой смёл хлипкие постройки «Крестоносцев» разбросав осколки железяк, дерева и окровавленные тела по двору и склону холма, а затем врубив сирену и зуммер от которого пломбы в зубах болели, завис напротив двухэтажного здания, являвшегося по-видимому штабом мародёров.

Прижимая приклад штурмовой винтовки к плечу защищённому бронепанцирем, я дал длинную очередь по присевшим от испуга на землю «Крестоносцам». Пара тел рухнула на землю, а за спиной моей уже загремел пулемёт Кирсанова опрокидывающего опомнившихся противников в грязь метрах в двадцати от нас. Из загоревшегося автомобиля выскочил вооружённый пистолетом-пулемётом противник, но находящийся слева Мамонтов разнёс ему голову из крупнокалиберного дробовика. Брошенная мной Ф-11 буквально размазала по стене двоих спрятавшихся за пустыми бочками стрелков нафаршировав их бронепанцири осколками и оторвав одному из них ступню вместе с ботинком.

ДУХ-ДУХ-ДУХ! - где-то глухо грохотал «Примипил» Сергеева, а ему вторили «Мономахи» Лексина, Бородиной и Горелова.

Не теряя темпа, мы, добивая раненых пересекли двор встретившись с ребятами у входа в двухэтажное здание.

- ГОТОВЫ?

- ГОТОВЫ!

Забросив внутрь парочку гранат и натянув на лица визоры, двумя колоннами мы вошли внутрь.

Бам-бам-бам! - любое движение впереди гасилось нашим огнём. На голову сыпались куски стены, штукатурка ещё что-то, но мы шли вперед, ловя в прицел противника и уничтожая его. Знаете, как отличить опытного, обстрелянного бойца от новичка? Первый в ответ на огонь не бросается на пол, не прячется за первое попавшееся укрытие, а сжимая зубы до хруста пригибается, целится и жмёт пальцем на курок. Хоть зачастую от этого у нас на голове прибавляются седые волосы.

Впереди из коридора, захлёбываясь, по нам ударил пулемёт, который тут же был уничтожен Кирсановым. Ловко скинул РПГ с плеча и… гранатомёт пригодился. Мы даже не замедлились.

- НА ВОСЕМЬ ЧАСОВ! – сразу трое противников обливаясь кровью рухнули пронзённые нашими пулями.

И вот наконец вокруг тихо, только сирена «Неясыти» снаружи всё ещё разрывает вечерний воздух в клочья.

- ЧИСТО! – сообщил Лексин, выходя из комнаты выполнявшей роль казармы справа.

- ЧИСТО! – вторил ему Мамонтов опуская клинок ножа в глаз раненного «Крестоносца» у его ног тщетно пытавшегося заслонится ладонью.

- Канцлер-Ботанику. Вырубай сирену.

- Ботаник–Канцлеру. Вас понял. Обнаружен наш «Ворон». СБО показывает, что эти кретины даже трюм вскрыть не смогли.

- Наверное побоялись, - обаятельно улыбнулась Бородина. Я же его заминировала.

Слава богу! У меня с плеч будто камень свалился. Сделав пару шагов вперёд, я остановился возле двери в подвал. Ребята тут же направили оружие на створку массивной двери, но она оказалась заперта снаружи.

Клац! – колесо провернулось и лучи наших фонарей осветили большую комнату с низким потолком скрестившись на подвешенном в центре за руки коренастом, пожилом мужчине с лицом и ртом залитым кровью. Ноги его были замотаны тонкой цепью.

- Ну и шумные вы… Чего уставились? Снимать-то меня собираемся али как? – возмутился дед, звякнув металлом.

Жестом я остановил бросившегося было помогать пленнику Сергеева.

- А ты кто такой?

- Я то? Копалыч! – незнакомец сплюнул слюну вперемешку с кровью на пол. - То есть, прощения просим, СЕКУНД-ПОРУЧИК ФОМИН В ОТСТАВКЕ, ГОСПОДИН…

- Как сюда попал? – осветив фонарём синяки на широкой, крепкой груди, плечах и спине пленника, я прошёлся вокруг него.

- Разошлись во мнениях, - хохотнул тот. - Они хотели, чтобы я ремонтировал для них оружие. Слишком много старого барахла у них было. А я за мир во всём мире.

- А ты умеешь? – Лексин сдвинув винтовку на бок повернул секунд-поручика в отставке к себе. Цепь, удерживающая руки за спиной, звякнула, и дед еле сдержал стон.

- А как же. Двадцать пять лет в имперской армии. Мастер-оружейник.

- За мир во всём мире значит… - произнёс я себе под нос кончиком ботинка поддев выбитый зуб Копалыча на полу. - Это мы удачно зашли.

Внутри здания была отвратительная вентиляция из-за чего запах пороха драл ноздри и щипал лицо. Вылив себе на голову бутылку воды, я в спокойной обстановке оглядел своих товарищей.

Горелов споро, как делал это сто тысяч раз, обрабатывал раны шутника, Бородина прислонившись к стене задумчиво теребила пальцами браслет из бусин на запястье, Мамонтов облокотившись на кулак меланхолично смотрел в единственное окно, Лексин, Кирсанов и Сергеев собирали с трупов оружие. Каждый занимался своим делом, но такого обычного, наступающего после боя эмоционального возбуждения (знаете, когда хочется кричать, хохотать, делать глупости) характерного для солдат мимо которых коснувшись грязным подолом вот только-только пронеслась смерть, не было и в помине. Наверное, потому что все они со старухой уже хорошо знакомы.

И знаете, что я тогда осознал? Понял, что мы сработаемся…

Глава 7: Погорельцы

Освобождённый нами секунд-поручик несмотря на возраст был полон энергии. Пока мы осматривали убитых, умудрился оббежать всю базу «Крестоносцев», да ещё и во дворе на приземлившуюся «Неясыть» насмотреться.

- Ребята это вы что всё в ввосьмером сделали? – наконец спросил он у Кирсанова. – Молодцы! Тогда я с вами! Возьмёте?

Никто Фомину не ответил, ибо все были заняты своими делами. Я вот, например, в компании с Лексиным, Мальцевым и Гореловым осматривал доставшиеся нам трофеи. А смотреть помимо автоматического оружия (коего теперь у нас было в достатке и боеприпасов вдоволь) было на что.

Оказывается, уничтоженное истребителем во дворе справа от ворот здание было караулкой. Внутри мы обнаружили сразу дюжину мёртвых обгоревших, изувеченных тел. А вот целенькое строение слева нас приятно удивило.

- Ничего себе! Боевые роботы! – искренне удивился Лексин распахивая ворота.

Действительно у дальней стены помещения стояло три шагохода. Самый крупный я сразу узнал – имперский «Барсук» сложно с чем-либо перепутать, а вот парочку поменьше видел впервые.

- Это «Еноты», - поправив очки похлопал ладонью по бедру четырёхметровой машины Мальцев. – Их уж лет семьдесят как не выпускают, но машина надёжная, активно использовалась сотовцами. Промежуточный класс.

«Промежуточный значит подвергшийся заметным улучшениям», - подумал я попытавшись заглянуть в кабину. Хорошо. С виду шагоходы были в отличном состоянии, что и подтвердил чему-то радуясь мой штурман.

- Лёша, а ты чего скалишься? – пристально уставился я на товарища старательно прятавшего улыбку.

- Да так, просто подумал, что теперь нам нужны пилоты шагоходов и у нас уже полноценное боевое подразделение получается.

- Ты бывший пилот, Слава вон тоже! – начал было я, нежно поглаживая покрывавшие поверхность корпуса машины плитки бронепластин даже в жару обжигавшие пальцы холодом, но Горелов тут же ушёл в защиту выставив руки раскрытыми ладонями вперёд перед собой.

- Да ты чего командир? Я «Куницу» вожу, а это считай, как внутри тяжёлой брони. Шагоход это дело совсем другое. Им должен настоящий профессионал управлять. Не зря они тоже ПИЛОТЫ. Мы не можем быть столь расточительными, сломанную технику нам заменить будет нечем.

- Внучка моя Яна, лицензионный пилот! – раздалось позади. – Бери нас командир, не сомневайся!

Обернувшись я снова увидел вездесущего секунд-поручика, а рядом с ним стояла конопатая девчонка в жёлтом комбезе с волосами цвета красной меди собранными на затылке в конский хвост. Лет двадцать пять, на бедре в кобуре «Сверчок» (явно нестандартной сборки) в глазах огонёк. В двух шагах позади девчонки замер с оружием наизготовку Мамонтов. Полицейский до мозга костей. Хотя мог бы и разоружить на время гостью.

- Деда что ли выручать пришла? – спросил я пилота, отряхивая руки от пыли.

- Так точно, - вытянулась по стойке смирно Яна на переносице которой появилась складочка терпеливого, немногословного человека (любил я таких). - Мы и правда хотели бы к вам. Мастерскую вместе с домом нашу «Крестоносцы» вчера сожгли. Здесь у нас больше ничего нет.

Рукав комбеза у девчонки и правда был чёрен от копоти, да и от них с дедом ощутимо тянуло дымком.

- Почему Капалыч? – спросил я Фомина широкими шагами направляясь в противоположный конец помещения где под брезентом замерло что-то внушительное размером с танк (вот только танкистов нам ещё не хватало).

- Так я начинал сержантом в инженерно-сапёрных войсках Его Величества, - охотно пояснил дед, - а потом после заварушки на «Диане» заработал сначала «отвагу», а потом «доблесть» вот господин полковник Гофман и перевёл меня значится в егеря. Так и сказал: «Копалыч с землёй наиграешься на пенсии получив её изрядный кусок как полный ветеран».

- Что-то ты на секунд-поручика старина совсем не похож, - заявил Лексин, сдёргивая брезент с техники на пол из-за чего над головами поднялась целое облако удушливой пыли.

- Ваша правда, господин капитан. Секунд-поручика мне перед уходом на пенсию дали. Так сказать, за заслуги перед отечеством…

- АПЧХИ! – чихнул Александр. - А как ты узнал, что я капитан?

- Так легче лёгкого, - без обиняков заявил Фомин. - Для майора гонору маловато, а для капитана в самый раз.

- Знает жизнь! - Кирсанов и Сергеев позади рассмеялись, а Горелов грустно улыбнулся.

Когда я, следуя примеру товарища сдёрнул второй брезент, взгляду нашему открылось два образчика военной техники. По крайней мере я был в этом уверен. Прямоугольный тёмно-зелёный хищный корпус с полустёршимися единицами намалёванными краской, прорезь люка сверху, мощные колёса утоплены внутрь брони, будто сознательно спрятаны. Вот только никакого оружия видно не было. Честно, я не знал, что это такое.

- Что за чудо? – удивился Мамонтов опустив наконец свой дробовик. – Что-то иностранное?

- Вы чего ребята? Очень даже отечественное, родное! – рассмеялся Копалыч в шутку коснувшись губами странной машины. - Это же «Дротик»!

Название ничего нам не сказало и все вопросительно уставились на Фомина.

- БМПС-Д2 - Боевая машина пехоты которую сбрасывали с высоты птичьего полёта на голову противника. Красавица! Крепкий корпус из композитного сплава, который внутри имеет подвижное ядро умещающее дюжину пехотинцев в полной боевой, проходимость и мощь. Я в молодости на таких падал на голову супостатам.

- И как? – покусывая травинку зубами спросил Кирсанов блеснув карими глазами.

- Как видишь! Живой и невредимый.

- А что за ядро? – Мальцев залез на БМПС «Дротик» пытаясь распахнуть люк и заглянуть внутрь.

- Оно и солдат защищает и машину переворачивает всегда в рабочее положение. На крыше тоже, кстати, колёса есть просто их не видно.

Чего только не придумывают для войны. Выйдя на свежий воздух, я ещё раз оглядел разбросанные по двору тела чувствуя, что Фомин снова оказался рядом. Кажется, дед насел на меня основательно.

- Капалыч как думаешь местные тела закопают если попросим?

- Так раздеть сначала их надо.

- Вот ещё! – возмутился я обернувшись. - Так закопаем!

- Э нет, командир. Рассуждаешь ты неправильно. Точнее, как большой начальник. Полковник? Я прав? На них какая-никакая броня, которою я потом починю, коммуникаторы, другие личные вещи, денежки опять же, это же сброд, никому не доверяют, наверняка гроши при себе носят.

- Мы не мародёры.

- При чём тут мародёры командир. С каких это пор сбор трофеев превратился в мародёрство? Если я прав, то дело которое ты задумал много трат потребует.

Я не мог не признать правоту шустрого дедка. Во всём он был прав.

- Вот и займись.

- Без проблем, - подмигнул мне бывший секунд-поручик довольно потерев ладони. - Значит могу рассчитывать…

- Вот потом и поговорим, - бросил я, проводив удивлённым взглядом бросившегося к истребителю Мальцева.

- КОМАНДИР! КАЖЕТСЯ, У НАС ПРОБЛЕМЫ! – услышал я встревоженный голос Кирсанова, а потом увидел, что здоровяк, передёрнув затвор пулемёта встал на пути двигавшейся к нам от основания холма толпы. Нет, я не преувеличиваю – именно толпы.

Бородина тут же прижала приклад к плечу замерев за плечом Демона (именно такой позывной носил старшина), а из окна двухэтажки шустро выпрыгнул Сергеев понёсшийся к ребятам на подмогу. Я же был абсолютно спокоен так как почувствовал вибрацию поднявшейся в воздух «Неясыти». Целая артиллерийская батарея за спиной кого угодно сделает уверенным.

- СТОП! СТОП! СТОП! ПОДОЖДИТЕ! – вопил за спиной Фомин, но я его не слушал.

В воротах замерло наверное человек сто двадцать не меньше. Это были женщины, дети, хмурые мужики. Они просто внимательно смотрели на нас и на результаты учинённой нами бойни.

Подняв руку, и тем самым приказывая своим людям успокоиться, я подошёл к горожанам. Навстречу мне тут же вышла морщинистая, опрятная старушка с большими тёмно-зелёными глазами в старомодном запыленном синем платье. Наверное, в молодости она была настоящей красавицей за которой ухажёры толпами бегали. Поймав мои пальцы, та вдруг поцеловала меня в ладонь, а затем рухнув на колени благодарно прижала руку к своей щеке.

Вот так. А мы как дураки просто стояли и молчали. Нет, ну правда, что тут скажешь…

Глава 8: Человек с отличной фамилией

С безымянной луны Брэдбери-2 мы улетели только спустя сутки. Люди, почувствовавшие свободу, осознавшие, что больше нечего бояться непременно хотели увидеть своих спасителей, поблагодарить их, коснуться рукой. Ну прямо Средневековье какое-то, правда. Хотя о чём я, именно средневековье, ведь мэра шахтёрского городка год назад привязали к столбу посреди улицы и сожгли заживо, просто потому что он не хотел выполнять приказы «Крестоносцев»…

«Шестнадцать» встретил нас ясным небом и мелким грибным дождиком. Вот только росли здесь грибы или нет, я не знал. Когда мы садились на посадочную площадку счастливые горожане в приветствии махали нам руками.

- А сколько ещё таких безымянных лун, брошенных правительствами миров на Периферии? – произнёс вслух Мамонтов, когда мы вернулись на базу. – Планет где сошедшие с ума от безнаказанности и пролитой крови преступные мрази измываются над населением? И всем плевать!

- Слишком много, - ответил Горелов сбрасывая на землю, амуницию и оружие. – Работы хватит…

В словах Славы явно прозвучала горечь, и куда более глубокая чем я ожидал услышать.

* * *

Суббота прошла плодотворно. Провели инвентаризацию оружия, защитных костюмов и оборудования хранившегося на «Вороне». Дюжина потёртых КПУЗДов старой модификации с удалёнными из операционной системы номерами, шесть «Покровов-М» тоже не новых, но отлично работающих, всё те же «Ливни» и «Мономахи», аптечки под завязку набитые самыми последними новинками имперской фармацевтики. «Дятел», тут же помещённый в допотопный крупповский сейф в кабинете на первом этаже (у меня там даже настоящая пальма в кадке была и чучело бобра) тоже прекрасно работал, чем я не преминул воспользоваться, пробив через посредника с позывным «Кукушка» благонадёжность всех новых членов ЧВК «Беннигсен». Вопросов у меня никто не вызвал, даже наоборот, удивился своей удаче. Фомин-Копалыч, кстати, и правда оказался классным оружейником (его оказывается на пенсию отпускать не хотели, уговаривали), а внучка его дипломированным пилотом. Даже повоевать успела на Курчатове-11, правда недолго.

Копалыч сразу почувствовал себя в нашем замке как дома. Везде совал свой нос, раздавал советы, комментарии, но знаете, эдак с шуткой, с отеческой улыбкой… в общем дед отличный. А ещё он намётанным глазом обнаружил под площадью подземный ангар с автоматическим лифтом-подъёмником куда вполне мог поместиться мой истребитель и «Ворон». Помещение это размером с маленькое футбольное поле было скрыто в стене заставленного ящиками с продовольствием хранилища. Знаете, у меня возникало всё больше и больше вопросов к господину Колдфилду – бывшему владельцу музея. Всё-таки чем он здесь занимался и к чему готовился? Тронутый на выживании псих или резидент спецслужб противника? Интересно знали ли об этом Знаменская? Глупый вопрос, конечно да.

- Подполковник, - возник в раскрытой двери кабинета Фомин, когда мы с Гореловым и Лексиным пытались рассчитать размер ежемесячного жалования сотрудников моей (всё ещё казалось, что это дико звучит) частной военной компании. – Я кажется смогу починить параболическую антенну. Только инструмент кое-какой нужен. У нас нет.

- Я майор, - благодарно улыбнувшись деду, я с облегчением оторвался от голограммы колонок цифр в воздухе.

- Да знаем-знаем мы уже эту историю, командир. Так всё-таки что с моим предложением, подполковник?

- Каким? – на этот раз и Горелов оставил свои расчёты.

- Слетать на Крупскую и купить всё что надо, - склонив голову набок дед посмотрел на наши потуги. – А у нас гроши то есть?

- Есть, - спрятал руки за голову я, устало откинувшись на спинку кресла. – Но тратить надо разумно.

На самом деле в сейфе десантного корабля лежала приличная сумма в имперских кредитах, ещё более приличная в русских рублях и универсальная валюта - слитки золота и платины. Мария Николаевна и тут была на высоте. Однако, я, как командир и как материально ответственное лицо, в конце концов, понимал, что надолго этого не хватит.

- Так тратить всегда с умом надо, - согласился Фомин. – Так давайте продадим этот летающий мусор, что вы тут затрофеили, а также часть ненужного нам барахла «Крестоносцев». Я быстренько всё подготовлю.

* * *

«Крупская» (в недавнем времени «Жанна д'Арк») была подвергнута терраформированию совсем недавно. Лет двадцать пять назад. В своё время у корпораций на неё были большие планы, но потом Лиге Свободных миров стало не до планеты и дальше развивать инфраструктуру здесь не стали. Даже самый крупный населённый пункт на планете располагался в неразобранном куполе, оставшемся от глобального техногенного преобразовательного процесса. Рынок или «Даркуша» (как его здесь называли), тут можно было купить всё от шурупов до космического корабля, раскинулся в небольшой впадине между холмов сразу за стенами городка, который в свою очередь буквально со всех сторон был окружён озёрами в которых разводили рыбу.

«Мулов» и снарягу, как ни странно, мы продали быстро и за вполне приличные деньги. Наверняка этому поспособствовал совет Копалыча оставшегося на Печорине. Дед уговорил меня взять с собой человек семь-восемь, и чтобы обязательно при оружии и в КПУЗДах. А ещё лучше на «Неясыти». Сказал: «Тогда у местных барыг сразу пропадёт желание с вами шутить». Оказался прав, правда истребитель с Мальцевым я всё-таки оставил за грядой холмов. Нечего аборигенов понапрасну пугать.

С покупкой инструментов правда возникла заминка. Пока Лексину и Горелову на складе по составленному дедом списку, подбирали необходимое, я, Мамонтов и Бородина сидели на площади возле неисправного, грязного, забитого мусором фонтана изображавшего Орлеанскую деву со знаменем в руках, и лопали расстегаи с рыбой. Я пироги лет десять не ел, а тут такое изобилие. Сергеев и Кирсанов заглянули в оружейную лавочку, напротив.

Некоторое время я с интересом наблюдал за пёстрой местной публикой (и кого тут только не было), а затем взгляд мой скользнул по сидевшему по-турецки прямо на земле возле антикварной лавки мужчине, который читал бумажную книгу, лежащую на коленях. Почему он привлёк к себе моё внимание? Даже не знаю. Наверное, потому что он тоже лакомился пирогом. На вид ему было лет тридцать пять, худой, остроносый, сероглазый, волосы непонятного светлого цвета, кажется он называется пепельный блондин. Потёртый личный пенал из углепластика, шрам на виске, прямая осанка, выдавали в нём бывшего военного. В выцветшей зелёной куртке я с большим трудом узнал повседневку Пограничной стражи. Между прочим, офицерский вариант. Левая рука любителя почитать была на перевязи. То ли вывихнута, то ли сломана.

Парочка грязных, оборванных беспризорных мальчишек, каких тут было немало (сытая Империя даже представить себе такого не могла), уставилась голодными глазами на заинтересовавшего меня незнакомца и тот подозвав разносчика купил ребятишкам по куску пирога с рыбой.

Пацаны обрадовано стали поглощать пищу, но тут пеший патруль местных законников, проходя мимо, буквально выбил еду из руки беспризорника помладше. У того даже слёзы на глазах навернулись когда ароматный, ещё горячий расстегай шлёпнулся в пыль и тут же был растоптан ногой мерзавца.

- Кыш! Мелочь пузатая!

Вот же уроды! – бросила Бородина соскочив на ноги.

- Извинитесь! – встал на пути хамов пограничник, указывая пальцем на изумлённо замерших на месте детей.

- Чего? Ха-ха! Размечтался! - заржали здоровяки в лёгких защитных костюмах с сервоприводами на руках и ногах и с эмблемой, изображавшей латинскую букву «R» перечёркнутую голубой чертой на наплечнике.

Тот что повыше попытался ударить прикладом пистолета-пулемёта храбреца, но незнакомец ловко увернулся, сбив с ног противника ударом локтя здоровой руки под подбородок, не защищённый полушлемом-маской. Второй, уже было прицелившийся в погранца, получил удар ногой в грудь.

Люди, проходившие мимо на время замерли, но услышав разнёсшуюся в воздухе сирену поспешили по своим делам. И минуты не прошло как погранца окружила сразу две дюжины коллег поверженных им противников. Когда храбрецу начали заламывать руки, я внезапно понял, что ноги сами несут меня через площадь обгоняя Мамонтова…

- Ребята полегче! Вы сами виноваты! – начал я, и в ответ меня сначала хотели послать куда подальше, но КПУЗДы надетые на нас, заставили замереть на губах громил готовые вырваться грязные слова.

Высокий чоковец (а это были именно представители частной охранной компании, отчёт Знаменской о местных китах, акулах и дельфинах я прочитал, хоть и не полностью) с офицерским серебряным погончиком на плече, развернулся ко мне сжав рукоять оружия.

- Не подходите ближе иначе мы будем стрелять!

- Серьёзно? – откуда не возьмись возник Лексин. Позади его маячили Сергеев, Кирсанов и Горелов с оружием наперевес.

Как по команде ребята захлопнули забрала шлемов.

Нас хоть и было меньше, но «Лисы» могли голыми руками порвать лёгкие «Паломники» и «Стражники» защищавшие чокавцев. И всё-таки они оказались не из пугливых. Из переулка подняв облако пыли, и чуть не раздавив парочку зевак, выскочил БМП «Василиск» ловко развернув в нашу сторону мелкокалиберную пушку.

Мы тоже в долгу не остались. Позади что-то уютно и приятно завибрировало, и повисшая в воздухе за нашими спинами «Неясыть» вызвала крики восторга и изумления на рынке (те местные что поумнее рванули куда подальше). Ох уж этот Мальцев.

Чокавцам радоваться точно не приходилось. Я видел, как несколько человек буквально готовы были рухнуть от страха. Ножки точно расползались в стороны.

- Убирайтесь отсюда! – произнёс я, взглянув на вставшую со мной плечом к плечу Бородину, и не подумавшую тоже надеть шлем.

- Чей это истребитель? – слегка охрипшим голосом спросил офицер.

- Мой личный.

- Мой это чей?

- Майора Алексея Бестужева…

- Но ваши люди называют вас подполковником, - удивил меня командовавшим чокавцами Длинный, что определённо указывало на то что ребятки наблюдали за нами с самого нашего появления на Даркуше. - У вас есть документы на него?

- А ты кто такой чтобы документы требовать? – посмеиваясь произнёс Лексин жестом прося Светлану и меня надеть шлемы на голову.

- Я представитель правопорядка. Мы ЧОК «Рубикон».

- Охранники? – скептически пробурчал Кирсанов дуло пулемёта которого медленно двигалось из стороны в сторону.

В ответ защёлкали затворы и загудели аккумуляторы энергетических винтовок нашего противника. Вроде бы надо испугаться, да? А мы дружно заржали. Да-да засмеялись так, что вокруг нас люди подпрыгнули.

Спросите почему? Ну так кто же собирается вступать в перестрелку если патрон не в патроннике, а аккумулятор обесточен. Не нюхали по-настоящему пороху ребята. Пугают. И сами боятся. У нас то всё было по-взрослому, предохранитель снят, нажимай на спусковой крючок и всё.

Кажется, Длинный это понял потому что опустил пистолет-пулемёт стволом вниз и уже совсем другим тоном спросил, указывая на погранца лежащего в пыли:

- Какое вам дело до него?

- А вам? – спросил я.

- Он бродяга. Такие совершаю преступления…

- Он ничего не сделал, наоборот… заступился за ребёнка, а ваши люди напали на него.

Болтать если честно мне жутко надоело, да и перестрелку на заполненной людьми площади устраивать не хотелось, поэтому я решил форсировать события и командирским, не терпящим возражения голосом добавил:

- Разговор закончен, офицер. Как владелец и директор ЧВК «Беннигсен», а значит в соответствии с п. 4 «Регламента Цивилизованных миров» находящийся в более привилегированном статусе, я требую отпустить этого человека и принести ему извинения.

Лексин рядом от восторга даже хрюкнул.

Чокавцы поняли, что проиграли и подняли с земли погранца. Даже пинал ему назад вернули и отряхнуть попытались.

- Что это за «Беннигсен» такой? – удивился один из рубиконовцев уходя. - В первый раз слышу.

- Ещё услышишь, - подмигнул ему Кирсанов поведя широкими плечами.

Купив бледным от страха беспризорникам целый пирог. Я остановился напротив погранца подумав, что нужно представиться:

- Бестужев Алексей. Хотя ты уже слышал…

- Поручик Карл Фрунзе, господин подполковник, - ответил тот располагающе улыбаясь Светлане протянувшей ему свой носовой платок, чтобы он вытер кровь с разбитого подбородка.

В близи я рассмотрел, что тонкий, но чёткий шрам на левом виске собеседника проходил через всю щёку и по скуле спускался прямо до шеи. Где же это его бедненького так распластало?

- Не русский что ли? – делано нахмурился Сергеев обнимая за плечи храбреца.

- Русский, - подхватил с земли пенал с вещами погранец. – Мама была поклонница советского композитора Карла Эриковича Раутио. А фамилия тоже известная…

- Отличная фамилия, - согласился я. - Полетишь с нами?

Глава 9: Первый контракт

Фрунзе оказался снайпером. Служил в Восьмом корпусе Пограничной стражи на Марсе, потом его перекинули на Тотлебен-2 где как раз начались стычки с Портой.

- Сорок девять, - произнёс я, вслух, заглядывая в небольшую, но уютную комнату с кроватью, стенным шкафом и даже недорогим, но кожаным креслом, поверхность которого я зачем-то поскрёб пальцем.

«Сорок девять комнат на двух этажах. Одинаковых, казарменного типа. Хотя я бы всё же отнёс их к офицерским. Это точно не музей. Первый этаж с его залами, библиотекой и экспозициями скорее для отвода глаз», - думал я, закрывая дверь последней комнаты и заглядывая в новенький санузел с кабинками с одной стороны стены и душевыми с другой, имеющийся на каждом этаже. Блин, тут даже пункт боепитания имелся в противоположной части коридора прямо напротив лестницы. Вроде кладовка как кладовка, но с решёткой оснащённой электронным замком вместо двери и полками подозрительно похожими на оружейные.

На первом этаже есть ещё несколько комнат повышенного комфорта (настоящие апартаменты) плюс кабинет руководителя, на нулевом - подземное бомбоубежище-склад с ангаром, да это место словно создано для ЧВК. Чем дальше, тем больше мне хотелось пообщаться с госпожой Знаменской об этом Колдфилде. Вот только скоро ли свидимся…

Спускаясь по ступеням вниз, я ещё раз вспомнил шрам на голове Фрунзе. Потомственный военный, а понижен в категории, а затем вообще списан. Как ему интересно было принять такое и почему не стал подавать рапорт на апелляцию? В конце концов, специалист его уровня мог остаться в войсках инструктором. Карл же снял все средства со своего банковского счёта и переехал на Периферию, здесь и налоги меньше и имперский рубль в цене. Открыл автосервис, который через пару-тройку лет прогорел, продал остатки бизнеса и отправил кругленькую сумму своей первой жене и дочери на Никулине. С тех пор слоняется по местным мирам берясь за любую работу. Странно… Позывной у него тоже был забавный.

* * *

- А почему «Савицкая»? – делая глоток кофе из кружки спросил Горелов.

- О, это интересно! – улыбнулся я, возвращая кружку себе. – Лариса Савицкая в 1981 году была единственной выжившей при авиакатастрофе. Представляешь самолёт рухнул с высоты пяти километров, а она выжила.

- Ничего себе! Тогда ведь никаких защитных костюмов не было.

- Какие костюмы, Слава? Она была гражданская они с мужем летели домой со свадебного путешествия.

- Так, я не понял. А Фрунзе тут причём?

- Через полтора года после начала службы взвод его возвращался с учений на десантном корабле. В него ударила молния из-за чего был повреждён стабилизатор. И надо же так было случится, что за пару километров до базы угодили в турбулентность. Машину тряхануло, перевернуло и они рухнули с высоты шесть с половиной км.

- Сколько выжило? – рука Горелова снова протянулась к моему кофе.

- Слава, да сходи уже себе сам налей! – засмеялся я тем не менее разжимая пальцы. – Выжил только Карл. И то благодаря «Покрову». Сломал пару рёбер, небольшой сотряс, вывих и всё. Неделя в больнички и хлёсткий позывной обеспечен.

В дальнем конце заднего двора нашей крепости-музея со вчерашнего дня появилась самодельная клетка с голубями. Кирсанов натянул сетку рабицу на дощатый каркас и алле-оп! Птички были ранены во время атаки на крепость (оказались на земле вместе с рухнувшими под огнём мелкокалиберной пушки деревьями, оглушены взрывами) и Бородина подобрала их, чтобы выходить. Никогда не любил птиц, но сейчас их курлыканье меня успокаивало. Света возилась не только с голубями, уже три дня за ней таскался щенок с обожжённой лапой про которого она тоже не забывала.

- Шрам на голове Фрунзе — это серьёзная травма и она явно получена не во время падения про которое ты мне рассказал, - тоже посмотрел на кузину Слава.

- Верно, - кивнул я завороженный зрелищем сыпавшегося на пол клетки зерна. - Тут ещё одна фантастическая история. Неподалёку от Куропаткина «Ворон» погранцов с которыми летел наш Фрунзе получил сигнал бедствия. Транспортник казначейства был атакован наёмниками «Синдиката». Когда ребята заходили на посадку их сбили ракетой. Они рухнули с высоты почти четыре километра. Выжило шестеро, но все были ранены. Тем не менее вели бой. Самураи, поджав хвост сбежали, гражданские спасены, Фрунзе опять выжил. Один.

- Вот так история, - допил моё кофе Горелов.

Мы чуть-чуть помолчали, наблюдая за Светой, а потом я задал вопрос, который должен был быть задан давно:

- Что подвигло тебя уйти со службы?

- Формально, я в длительном отпуске после окончания Академии, - ответил Слава чтобы надолго замолчать.

Я не торопил товарища видел, что он просто пытается справится с нахлынувшими на него эмоциями и чувствами.

- Мой отец после службы выслужив дворянство осел вместе с семьёй старшего брата Александра на Бенуа. Позарился на новую имперскую программу по заселению окраин. Тогда туда много кто рванул - чернозём, дешёвые продукты, регулярные дотации от государства опять же.

- Света с отцом была?

- Нет, она в этот момент лежала в госпитале на Самусенко. Чуть не сгорела в БМП после того как подбитую машину залили из ручного огнемёта.

Только сейчас я понял, что редкие вьющиеся волосы на голове женщины выглядели подозрительно, так же, как и несколько почти не заметных красных пятен на лице (впрочем, сейчас обожжённых лечат не в пример лучше, чем в XX и XXI веке и через несколько месяцев следов не останется).

- Незваные гости? – решил помочь снова замолкшему Славе я, зная по новостям и сводкам, что на Бенуа случаи бандитских налётов имели место.

- Да, братья собрали из местных что-то вроде ополчения, и парочку раз серьёзно наподдали мародёрам. Даже технику какую-то у них сожгли. Смерть моего отца, дяди и его семьи была местью этих гадов. Я даже не смог выяснить кто это сделал «Синдикат», конфедераты или вообще какой-нибудь пиратский сброд!

Рассказанное Гореловым меня совсем не удивило. Каждая мразь сейчас мечтала урвать хоть что-то у процветающей Империи.

- Надеешься это сделать?

- Выяснить кто? – Слава бросил пустую кружку проходящему мимо Сергееву. - Мы оба надеемся.

Светлана, заметив наконец, что мы наблюдаем за ней, закрыла клетку с птицами и с улыбкой направилась к нам.

* * *

Пожилая женщина мяла в руках краешек платья, явно не находя себе место он волнения. Сеть мелких морщинок покрывавшая её лицо казалось в этот момент жило собственной жизнью.

- Я держу небольшой книжный магазинчик. Здесь рядом, в двух кварталах от площади.

Подбородок посетительницы затрясся, и она с надеждой обвела взглядом слева на право: Лексина, меня (сидящего за столом большим начальником) и Горелова.

Яна, которая и привела бабулю, махнув красным хвостом волос на затылке, тут же протянула женщине прозрачный стакан наполненный чем-то сине-зелёным с сильным запахом мяты.

- Спасибо, дочка. В общем мой старший внук со своей женой и двумя маленькими детьми сейчас на Эрже.

- Где это? – спросил я, подняв голову на Горелова.

- Недалеко. День лететь на маршевых.

- А если гиперскачок сделать так через час уже там будем, - многозначительно добавил Лексин.

Внучка Копалыча недовольно нахмурилась, погрозив нам пальцем.

- Вы продолжайте, продолжайте, мы слушаем внимательно, - смутился я, понимая, что перебил старшего по возрасту.

Бабуля кивнула, почему-то испугано уставившись на двухметровый блестевший рыцарский доспех с двуручным мечом у входа.

- Так вот. Ваня выращивает скот. У него большая, полностью автоматизированная ферма, роботы-погрузчики, контракт с Госинни и Удерзо на поставку мяса и молока. Но мальчики, это рядом с мирами Синдиката и разбойники часто наведываются туда. Шантажируют местных. Говорят: «Всё разрушим если не будете платить». А сами постоянно сумму увеличивают.

- А местные законники что? – спросил Горелов, разыскивающий в планшете информацию об Эрже.

- А местные боятся связываться. У «Синдиката» боевая броня, шагоходы, техника…

- Внук перестал платить? – снова отважился я перебить бабушку так как подбородок её снова задрожал.

- Нет, нет, он платил. Но колонисты постоянно возмущаются, особенно те, у кого мелкий бизнес: лавочки, магазинчики вроде моего. Некоторые из-за поборов разоряются. В общем, я связываюсь с внуком раз в три дня. Но на прошлой неделе дозвониться не смогла, думала проблемы со связью, хотя раньше их не было. Вчера снова поговорить не удалось и тогда я набрала номер муниципалитета, я там кое-кого знаю.

Женщина, замолчала, сгорбилась и слёзы градом потекли по её худым щекам.

- Так что случилось?

- Мне не ответили. Хотя кто-то должен был взять трубку. А сегодня… с Ковригина вернулся Достовалов - наш местный пилот и сказал, что возле Эрже висит военный корабль «Синдиката». Тот что похож на рыбу.

Яна присев перед бабушкой буквально насильно влила ей в рот настойку с мятой.

- «Карп», - сразу догадался я неоднократно встречавшийся с ними в бою.

Это был мелкий, но надёжный транспортник способный привезти в трюме парочку небольших десантных кораблей класса «Ирусу» или «Сибуи». По тоннажу меньше чем наш «Ворон», зато быстрее.

Посетительница же тем временем хотела упасть перед нами на колени (этого ещё не хватало), но Яна в последний момент её поймала и усадила на место.

- Мальчики, помогите! Вся надежда на вас! Иван мой единственный внук. Старшенькие, как и вы, служили в армии. Один погиб пять лет назад, а второй… и года ещё не исполнилось, - глаза бабули молили о помощи.

Ну как тут окажешь? Да и зачем? Переглянувшись с ребятами, мы заочно приняли решение. Встав из-за стола, я присел перед пожилой женщиной положив свою ладонь на её худые пальцы.

- Не беспокойся мать – сделаем. Да ведь ребята?! Саша, Слава собирайте всех!

- Но у них большой корабль! – всхлипнула встревоженная бабушка будто пытаясь нас отговорить.

- А у нас «Неясыть», - улыбнулся я даже и не надеясь, что она знает что это.

- Тогда вот! – в руки мне сунули папку с какими-то пластиковыми листами покрытыми буквами и печатями.

- Что это?

- Это документы на мой магазин. Забирайте! Главное спасите моих родных.

Покрутив в руках бумаги я под одобрительным взглядом Яны и Лексина вернул их владелице.

- Не надо, мать. Ты лучше скажи есть ли у тебя в магазинчике подробная карта нашего сектора Периферии со всеми астероидами и планетками? Только чтобы самая-самая лучшая…

Глава 10: Медведь

Взболтав как следует рамэн «с пшеничной лапшой в бульоне с морепродуктами», тюи Джун Такаги с улыбкой прижался щекой к нагревшемуся бумажному боку упаковки и быстрым движением потянув за пломбировочную ленту раскрыл аппетитно дымящееся лакомство.

Покушать он всегда любил. Вон даже пару-тройку лишних килограммов за последний месяц набрал. Ребята с Эрже домой не торопятся (наверняка нашли чем поживиться у местных колонистов), а это значит, что и ему пока можно передохнуть, перекусить. Палочки для еды шустро замелькали в воздухе отправляя горячую лапшу в рот.

Когда на пульте красным прямоугольником замелькало предупреждение о тревоге, Такаги сперва подумал, что сбой. Вместо того чтобы принять меры, саданул кулаком по приборной доске. Вот только ничего не изменилось, а затем еда в горле застряла, а волосы на затылке зашевелились от страха. Все обзорные окна перед пилотом заслонил собой покачивающийся в космосе тяжёлый боевой истребитель.

Тюи своим глазам не поверил. Откуда тут имперский орбитальный истребитель?

«Борт 2131Л. Сообщите причину вашего нахождения в нейтральной зоне» - появилось сообщение на экране.

«Какая ещё причина? Мы же просто прилетели местных фермеров пощипать! Всегда так делали!» - затрясся всем телом Такаги, выронил рамэн из рук и бросился прогревать двигатели. Попытка не пытка. Вдруг сразу стрелять не будут.

Залп бортовых орудий «Неясыти» за пару секунд превратил «Карп» в кучу болтавшихся на орбите планеты мелких обломков среди которых с бамбуковыми палочками для еды в руке плавало покрытое инеем тело любителя пшеничной лапши.

* * *

- Савицкая - Канцлеру. На позиции, - сообщил Фрунзе взбирающуюся на водокачку фигурку которого я ясно видел сверху.

- Канцлер – Мягкому! – связался с Мамонтовым я.

- Слушаю.

- Страхуешь Савицкую.

- Приказ понял. Страхую.

- Демон – Канцлеру. На месте, - здоровяк Кирсанов со своим пулемётом уже лежал в кустах колючки неподалёку от БМП наёмников «Синдиката» захвативших ферму.

- Сатурн – Канцлеру. Жду приказа, - не отстал от товарища второй пулемётчик оседлавший удобный холмик возвышавшийся над фермой.

- Эскулап, Гранат и Жанна Дарк – Канцлеру. Готовы, - доложился Горелов, который в сопровождении Бородиной и Яны на шагоходе держался пока на расстоянии, чтобы не вспугнуть противника.

Ещё раз просканировав местность и убедившись, что сюрпризов не предвидится, Мальцев подмигнув показал мне оттопыренный большой палец.

- Начинаем по сигналу Лютера, - кивнул в ответ штурману я чуть снизившись. - Помним, что внутри дети (я хотел ещё добавить «женщина», но вспомнил распластавшееся возле гаража во дворе растерзанное хрупкое тело, разбросанную вокруг одежду… и замолчал).

Сегодня я руководил операцией находясь с Мальцевым в кабине истребителя передоверив командование на земле Лексину. Опыта у него вагон и маленькая тележка. Разберётся…

Тихо снятый Лексиным (по-старинке) ножом, часовой, стал сигналом к началу атаки и вот уже с крыши фермы сначала свалился самурай вооружённый штурмовой винтовкой, а затем сполз по баку с водой его товарищ. Крупнокалиберная «Вдова» Фрунзе оставила обоих без головы. Тут же, поднимая фонтанчики земли, заработал «Примипил» Сергеева, а бросившихся в укрытие, выживших противников, навсегда успокоил Кирсанов.

Горелов и Бородина на крейсерской скорости КПУЗДов красными ураганами (именно в такой цвет были выкрашены «Лисята») ворвались во двор, перепрыгнув через ограждение и при поддержке пулемётчиков вступили в бой с отступавшей к воротам группой из семи наёмников, а Яна легко, как игрушку, перевернув колёсами вверх вражеское БМП, остановилась на пороге дома Ивана врубив сканеры «Барсука» на полную мощь.

- Канцлер – Гранату. Разрешите применить протокол «Зайцев», - обратилась она ко мне по личному каналу.

- Разрешаю.

Пара дюжин стержней из специального композитного сплава размером не больше карандаша, покинуло устройство на плече шагохода и пробивая на своём пути стены и оказавшиеся на пути предметы, нашпиговала металлом захвативших ферму мерзавцев.

Уже через пару минут на улицы вышел окровавленный Иван к ногам которого размазывая слёзы по щекам жались двое мальчишек пяти и семи лет. К этому моменту все самураи уже были нами уничтожены.

Проигнорировав попытки Горелова оказать ему медицинскую помощь, мужчина пошатываясь прошёл к телу жены уже чем-то заботливо укрытой Бородиной.

Пока Кирсанов как мог отвлекал детей, ребята, молча опустив головы стояли вокруг хозяина фермы гладившего по голове мёртвую супругу. Осторожно, будто в этом действии имелся какой-то тайный смысл, он вынул из её волос все соринки, листики и другой мусор.

- Эскулап – Канцлеру.

- Слушаю, - ответил я.

- Иван рассказал, что эти гады в городе настоящий разгром устроили и возможно там много раненных. Говорит: «Спасите горожан. Супругу я без вас похороню». Надо бы поторопиться.

Решение я принял быстро тем более, что подобное делать приходилось не раз когда служил с ребятами Корсакова.

- Я сажусь. Встречайте. Старшим на ферме остаётся Демон. Эскулап и Лютер забирайтесь ко мне. Гранат сможешь уцепиться за дно «Неясыти»?

* * *

Шагоход Яны мягко приземлился на ноги и тут же бросился вперёд по главной улице. За ней короткими перебежками двигались Горелов, Лексин и вооружённый пулемётом Мальцев. Испуганные горожане высовывались из окон провожая ребят взглядами.

Сделав круг над городом (а городок и правда был малюсенький), я начал рассматривать калейдоскоп картинок которые по степени важности отобрал для меня ИИ истребителя.

В трёх местах в городке что-то горело, но все события происходили в самом центре, на главной площади. Тут и горящий БТР наёмников грязным маслянистым дымом чадил и забравшийся на ступени лестницы муниципалитета перевёрнутый бронированный автомобиль догорал.

«Ну хоть не усыпанные телами улицы и то хорошо», - подумал я, выдохнув и мягко потянул на себя штурвал машины.

- Канцлер. Кто-то ведёт бой. Чердак дома с красной крышей. Справа от ратуши, - сообщил Лексин и тут же Яна бросила мне по внутренней связи со своего «Барсука» видео окружающих небольшой уютный двухэтажный домик самураев. Человек одиннадцать, не меньше.

- Вижу. Подберитесь к ним поближе.

С чердака стрелял один человек. В какой-то момент я увидел его - из строения шустро выскочил кто-то вооружённый штурмовой винтовкой. Счастливчик разминулся со смертью на долю секунды. Попадание ручного гранатомёта, оставившего за собой дымный след, разнесло второй этаж на куски и внутри дома тут же вспыхнуло пламя.

Бросившиеся к горящему зданию наёмники угодили под перекрёстный огонь Мальцева и Лексина. Яна же только довершила разгром раздавив пытавшегося скрыться в канализации наёмника.

Финита ля комедия. Оказывается, бой вёл местный хозяин бара «Псков» Никитский Алексей Юрьевич (что-то везёт мне в последнее время на Лёх). Познакомились. Невысокого роста плечистый блондин с резкими быстрыми движениями и с шрамом через левую бровь. Из армии уволился в звании поручика. Служил в инженерных войсках сапёром.

Мы даже перекинутся парочкой слов как следует не успели, а Никитский уже заявил, что хочет присоединиться к нам. Как вам это? Узнав, что мы из ЧВК «Беннигсен» ещё больше обрадовался и даже в ладоши захлопал. На мой вопрос: «Зачем?». Ответил кратко: «Они мой бар сожгли».

Не взять такого чудо-богатыря, в одиночку подорвавшего две единицы техники и уложившего шестерых самураев было нельзя. Тем более что Лексин уже два дня ныл, что без сапёра в отряде нельзя, беда будет, а с сапёром прямо праздник.

Праздновать, однако, нам было некогда. Оказывается, в городе было три десятка раненных, а обоих докторов и ветеринара убили ещё в самом начале нападения. Горелов рвался на части, обезболивающее быстро заканчивалось и тут вдруг свою помощь предложил вездесущий Лексин. «Анестезиолог Кирсанов (парней с фермы мы уже перекинули в город, а Ивана с детьми и ещё парой серьёзно пострадавших отправили в больницу на Госинни) выдайте больному один удар общего наркоза. Хирург Лексин начинает шить».

Ржали всё, в том числе и раненные, которые при виде Демона и правда дёргаться боялись.

Забегая вперёд могу сказать, что Горелов капитана похвалил. Сказал обрабатывал раны и шил чисто. Переделывать не пришлось. Вот же кладезь талантов.

Только под утро, потушив вместе с местными пожары и собрав трупы, мы сели передохнуть дегустируя чудом уцелевший в разрушенном баре Никитского ящик баночного пива «Василевский».

- Алексей Юрьевич позывной у тебя есть? – бросил через стол Лексин подмигивая мне.

Ноги у меня гудели так, что впору было сыграть на них что-нибудь мелодичное. Наверное, стар я уже стал для таких нагрузок. Но жаловаться не стал. Вон девчонки сидят и молчат. Даже улыбаются через силу.

- Неа, - сделал глоток пива сапёр, закинув ноги на колченогий табурет. - Не обзавёлся. По номеру называли.

- Будешь Медведь.

- Почему Медведь-то? – удивился Мамонтов уткнувший подбородок в раскрытую ладонь.

- У него инициалы «А.Ю.», а аю по-татарски медведь. - расплылся в довольной улыбке весёлый капитан. - У меня супруга татарка, я знаю.

ГЛОССАРИЙ:

Тюи – звание лейтенанта в японской армии.

Глава 11: Ведьма

Расправив ладонями карту Периферийных миров на стене кабинета (из-за этого даже пришлось чуть-чуть сдвинуть рыцарские доспехи с мечом) я с улыбкой взглянул на три красных флажка одиноко воткнутых посередине огромного листа из пластика. Капля в море. Ничего, надо же с чего-то начинать…

Позади покашляли и я обернулся к Горелову.

- Слава, чего ты мнёшься уже пятнадцать минут? Говори уже, - обратился я к товарищу падая в кресло. Что-то устал я сегодня и глаза совсем слипались.

Горелов чего-то нахмурился и мой жест, означавший присесть в кресло напротив стола, проигнорировал. Чуяло моё сердце сейчас будет сурьёзный разговор. Да он его уже сутки готовит никак не решится.

- Дело всё в том, что мы ЧВК, - начал Слава. - У нас сотрудники, перед которыми мы несём финансовые обязательства. Они должны получать зарплату и такую чтобы все риски учитывались. Ребята конечно готовы потерпеть ради идеи, все хотят сделать Периферию безопасной, наказать всех этих уродов, но…

- … но мы не бюро добрых услуг? – улыбнулся я, поняв, что в точности угадал тему разноса. – Недоволен, что я у бабули вместо документов на магазинчик взял только карту?

- Да дело не в этом! – вспыхнул Горелов. – Обирать старушку последнее дело. – Но ты знаешь сколько стоит топливо для «Ворона» и «Неясыти» которое мы сожгли мотаясь к Эрже и обратно? И это я ещё не говорю о боеприпасах…

- И аптечках которые мы основательно растряпичили спасая людей, - добавил вздохнув я.

- И это тоже. В следующий раз кому-то из наших бойцов не может не достаться обыкновенного промедолина или дицинонита! – повысил голос Горелов. – Да вот такая я практичная сволочь!

Привлечённые криком в раскрытую дверь кабинета заглянул Мальцев и Лексин. Заходить они не стали, но уходить даже не подумали. Замерли снаружи в коридоре.

- И что ты предлагаешь? – как можно дружелюбнее произнёс я потому как считал, что доктор наш абсолютно прав. Спорить не с чем. Я и сам об этом давно думал.

- С каждым клиентом будем работать индивидуально, - уже намного тише произнёс Горелов усаживаясь наконец в кресло. – Если он реально не располагает средствами заключим фиктивный контракт с суммой примерно соответствующей оказанной услуги. Со стороны все должны думать, что мы обыкновенные наёмники.

- Услуги? Вот как это называется… - улыбнулся я. – Но как это поможет нам приобрести всё что ты перечислил и выплачивать зарплаты?

- Не исключаю бартер, - кашлянул Горелов, вытащив из кармана комбеза на груди папку, свёрнутую в трубку. – И вот ещё…

Быстро пролистав листочки внутри, я почувствовал, что с плеч у меня свалилась гора. Ведь тут были договора на обеспечения охранных услуг и обучение личного состава сил ополчения, полиции и иных сил безопасности ЧВК «Беннигсен» с жителями Печорина, Брэдбери-2 (вкупе с безымянной луной где мы перебили «Крестоносцев»). Про Эрже Слава тоже не забыл.

* * *

Что заставило меня выпрыгнуть из сна, сесть на кровати и потянутся к кобуре, висевшей на спинке. По-моему, это был негромкий хлопок.

- Не стоит Алексей. Это всего лишь я, - свет в комнате на секунду вспыхнул, и я увидел сидевшую в кресле у входа Марию Николаевну Знаменскую собственной персоной.

Сегодня полковник была зеленоглазой красавицей с ядовито-фиолетовыми волосами до плеч, в чёрном кожаном обтягивающем фигуру костюме и в сапожках на шнуровке. Интересно какого цвета она на самом деле? Каждый раз при встрече цвет волос и глаз разный. И даже рост.

Коснувшись пальцем личного коммуникатора на запястье, Знаменская снова погасила свет в комнате. «Блин, она что хакнула ИИ моих апартаментов?» – подумал я, совсем забыв, что сижу перед высокопоставленным офицером военной разведки Империи в одних трусах.

- НЕ вставай. Я ненадолго. Пролетала мимо и решила кое-что прояснить, посоветовать, - говорила женщина негромко, но так что повторять не требовалось.

Прояснить, посоветовать… от этих слов у меня даже на лобке волосы дыбом встали. Захотелось почесаться, но я перетерпел. Буду держать себя в рамках приличия. Хотя какое тут приличие в таком виде? Вот умеет же она застать врасплох. Штучки эти психологические…

– Алексей, ты должен понимать ЭТО всё не игрушки, - тем временем продолжала Знаменская. - Порученная тебе миссия очень-очень важна. Никто не должен знать, что мы участвовали в появлении ЧВК.

- Мы это Империя? Но со временем все поймут.

- Она самая. То, что они будут предполагать без доказательств меня совсем не волнует. Работай спокойно. Расширяй область контроля, зачищай миры от всякой мрази, делай так чтобы местные, даже не русскоговорящие считали нас надёжными партнёрами, своей защитой. Пусть привыкнут к нам. Считают за своих.

Спустив ноги, я всё-таки сел на кровати поудобнее.

- Чтобы потом присоединить эти территории к Империи? А не все ли наши проблемы от наших размеров?

- Есть такое, - кивнула полковник (жаль, что в этот момент я не мог увидеть выражение её глаз) но, если мы оставим всё как есть, будет ещё хуже.

Это я и без Знаменской прекрасно понимал. Враги используют свой шанс по полной. Подомнут под себя Периферию, настроят против нас местных, превратят их в оружие. И тогда только держись.

- Почему я? – неожиданно даже для самого себя брякнул я.

Некоторое время Знаменская молчала о чём-то раздумывая, а затем сменив позу, что я явственно увидел так как глаза мои наконец-то привыкли к темноте царившей в комнате, подалась вперёд:

- Ты хороший парень. Люди к тебе тянутся. Я это заметила ещё во времена «Корсаров». Ты сумел одним из первых сойтись с Корсаковым. А он сложный тип. Тебе ли не знать. Мымрик, так его звали в полку.

Я рассмеялся вспомнив, что прозвище — это стало названием для боевого шлема. Одного из самых популярных у солдат.

- А ты смог стать его другом, да и потом поспособствовал его коммуникабельности.

Коснувшись ступнёй ковра с толстым ворсом на полу, я провёл её туда-сюда. Это действие всегда доставляло мне удовольствие.

- Я? Коммуникабельности? Что-то не замечал.

- А тебе и не надо, - оборвала меня полковник. - Теперь что касается людей из твоей команды. Знаешь я всегда считала, что ты счастливчик.

Я было вскинулся, чтобы возразить, но женщина резким жестом остановила меня.

- В случившемся с твоей супругой ты не виноват. И Алексей, если ты всё ещё продолжаешь винить себя, я очень в тебе разочаруюсь. Думаю, случай с генералом Калбазовым помог выпустить пар. Тебе стало легче?

Прислушавшись к себе, я согласно кивнул. А ведь и правда мне стало легче. Грызущая меня пару лет досада будто улетучилась. В чем причина? Неужели в разбитых мордах этих уродов, называющих себя офицерами? Или дело в другом?

- Отлично. К тому же ты поступил как мужчина. Хотя и глупо.

Дальше говорить об этом я не хотел. Психоаналитик мне был точно не нужен.

- Так что касается моих людей?

- Да, извини, - Мария Николаевна снова откинулась на спинку кресла. - Я тщательно проверила всех, так же как буду проверять и других. Крот в «Беннигсене» недопустим. «Кукушке» можешь доверять безоговорочно. Она обязана мне жизнью… и я ей.

Знаменская помолчала дольше чем следовало в таком случае. Для себя я на всякий случай сделал в голове заметку. Мало ли вдруг пригодится.

- Знаешь как Капалыч твой попал в армию? – спросила она когда я вот-вот готов был сам нарушить затянувшееся молчание.

- В личном деле ничего об этом не было.

- Верно. Но ты должен знать, что он избежал тюрьмы попросившись на передовую.

Копалыч-Фомин мне нравился и я уже был готов защищать его перед Знаменской. Хорошо, что не потребовалось.

- А что он сделал?

- Зарезал человека.

- Этот человек был невиновен?

- Определённо нет.

- Тогда мне плевать.

- Хорошо, - тут же согласилась со мной полковник и кажется я смог различить улыбку на её лице. - Кстати, Мамонтов отличное приобретение. Он тебя ещё удивит.

- Лишь бы приятно.

- У Фрунзе могут быть проблемки со здоровьем, прими это к сведению, но не использовать его глупо. Он классный снайпер. Настоящий охотник. Почти как Паша Баранов.

Вспомнив Пашку, я почувствовал внутри груди тепло. Тут же в голове появился образ Корсакова, Бутеруса, Петровой, покойных Неприведибеды, Кирпичёва и Женьки Зобуна.

- И ещё эта Светлана…

- Бородина?

- Да. Просто очень хорошая и отважная девочка. Перенесла столько сколько не каждому ветерану выпадает, - в тоне полковника появились эмоции. - Знай, иногда она склонна к безрассудству. Не считает свою жизнь ценной. Береги её.

Это я и без подсказок понял. В бою у нашей Жанны Дарк бесенята в глазах плясали. Иногда её надо было одёргивать.

- Горелов, Лексин, Мальцев с ними всё ясно. Я лично отобрала их для тебя, - снова подалась вперёд полковник и я почувствовал запах дорогих духов таких знакомых, что сердце заныло. - Сергеев, Кирсанов, Никитский обстрелянные ветераны с такими не пропадёшь.

Свежесть фруктов и ягод сочетается с нежной сладостью белой фрезии, розы и ландыша. Духи «Елизавета» такими же пользовалась Люда.

- А Яна? – помотав головой я тряхнул с себя наваждение.

- Внучка Фомина? Она очень талантлива, но учти это не Петрова. Та в бою и в экстремальных ситуациях чувствовала себя как рыба в воде. Елене это даже нравилось. Это же совсем молодая девчонка. Как она поведёт себя когда смерть коснётся её плеча никто не знает. Просто пусть её кто-то страхует. Я постараюсь подыскать тебе пилота шагохода которого ты поставишь с ней в пару. «Кукушка» свяжется с тобой.

Коснувшись и второй ступнёй ковра я вспомнил кое о чём.

- Я благодарен за истребитель. Это вообще сказка и хотел спросить о втором гипердвигателе. Ведь это не совсем гипердвигатель? И что это за Коперник такой?

Знаменская вдруг резко встала с кресла и мне даже показалось, что она напряглась.

- О нём поговорим позже. Отдельно. А пока никому не разрешай залезать в его внутренности. Человека, разбирающегося в его ремонте я тебе нашла. Он уже летит. Можешь доверять ему как мне.

Странно. Подумал я, наблюдая за поведением полковника. Всегда такая спокойная и вдруг что-то вывело её из себя. Надо и это запомнить.

Мария Николаевна же тем временем присела рядом от чего кровать скрипнула.

- Алексей. Не забывай, что ты директор ЧВК. Наёмник. Скоро взоры всех разведок будут направлены на тебя. Помогать тебе напрямую я не смогу. Разведданными конечно, советами, в крайнем случае посодействую нажимая на тот или иной рычаг, но и только. Я выбрала тебя ещё и потому что ты хороший хозяйственник. Знаю, как использовал трофейную технику в своём полку. Делай здесь тоже самое. Про бартер тебе Горелов наверняка уже лекцию прочитал.

Личный коммуникатор на запястье полковника засветился, и она коснулась переговорного устройства в ухе. С минуту она слушала, что ей говорят, а затем отключив связь, она посмотрела на меня. С такого расстояния я видел, что глаза её вспыхнули азартом:

- Хм, понятно, а я думала учла все риски. Передай ему моё восхищение.

Абсолютно тихо даже не стуча каблучками, Знаменская исчезла за дверью.

- Кому? Что передать? – смутившись и растерявшись крикнул вслед ей я.

Блин! Бежать за полковником было глупо поэтому я снова растянулся на кровати обдумывая всё что услышал. Поломать голову было над чем. Простыни вдруг стали чужими и неприятно холодили кожу. Терпеть этого не мог. Спустя пару минут зазвонил мой личный коммуникатор.

- Сыныч, а это что за ведьма? – раздался из динамика голос Лексина. - Я её чуть не грохнул…

- А ты где? – чуть не свалился с кровати от услышанного я.

- В кабинете твоём, за стеной. Держал её на прицеле. «Ливень» в два счёта бы ей голову снёс пробив кирпичную кладку.

- А чего ты делаешь у меня в кабинете?

- Шумок подозрительный был. А я сплю как собака.

- Я не об этом. У тебя же ключа нет, - удивился я вездесущему капитану.

- Фи, тоже мне замок, - раздалось презрительное из коммуникатора. – Хорошо, что я не выстрелил?

Меня аж пот холодный пробил и захотелось перекреститься. Это надо же такое удумать! Целиться в Знаменскую!

- И слава богу, что не выстрелил, выпалил я. - Убить главную военную разведчицу Империи…

- Главная военная разведчица? – перебил меня Лексин захлёбываясь эмоциями. - Рассказчица? Я держал на прицеле Рассказчицу? Ничего себе! Я столько о ней слышал!

Поднявшись с кровати, я налил себе стакан воды и залпом выпил его. Подумал, налил ещё один и снова выпил. Капитан всё это время молчал, что-то радостно бубня себе под нос.

- Не радуйся сильно, - решил остудить товарища я. - Зная Знаменскую я уверен, что кто-то из её людей тоже держал тебя на прицеле.

На это Лексин мне ничего не ответил, что я посчитал сигналом к тому чтобы закончить разговор. Часы на дисплее коммуникатора показывали две минуты четвёртого. Пора уже было баинькать. Завтра с утра мы с Копалычем опять на Крупскую собирались продать затрофеиное на Эрже. По крайней мере то что нам точно было не надо.

- Давай спать, а? - сказал я капитану. - Три часа ночи…

Глава 12: Охотимся, отдыхаем, вспоминаем

Крупная покрытая жёлтыми пятнами морда зарычав оскалилась зубами-кинжалами. Понимая, что секунды жизни его сочтены самец скалда оттолкнувшись мощными задними лапами от земли взвился в воздух намереваясь впиться в горло Кирсанову (находящемуся ближе всего), но тот ловко поймал чудовище вытянутой рукой защищённой КПУЗДом и нож с замерцавшей лазерной гранью оборвал жизнь людоеда…

- Принимай работу хозяин, - постучал по борту опустившегося на землю фургона я и в раскрытые створки наружу вывалились тела переполнявших машину мёртвых хищников.

Пожилой, но ещё крепкий старичок видно не надеясь на своё зрение натянул на глаза визор заглянув внутрь.

- Это что? Вся стая? – спросил он и я впервые увидел улыбку на его морщинистом обветренном лице.

- Вся дед, - кивнул я приобняв его. – Тридцать штук. Мы и гнездо нашли и выжгли его.

Закопчённый ствол огнемёта «Барсука» остановившегося рядом словно стал свидетелем моих слов.

- Спасибо ребята, - уже по-настоящему обрадовался дед. – А то за год эти твари троих наших сожрали. Зерно в плату как договорились готово. Оно у нас отменное можете продать хоть на Крупской, хоть на Разине.

Когда герметичные контейнеры с зерном были погружены внутрь изрядно припавшего от веса к поверхности «Ворона», а с жителями Шагала-2 подписан долгосрочный контракт с ЧВК «Беннигсен», мимо меня важно прошествовал Сергеев тащивший за собой тушу крупного скалда.

- Зачем она тебе? – удивился я длинному языку животинки выпавшему из пасти и оставлявшему влажный след на песке.

- Трофей! – подмигнул мне пулемётчик скрываясь внутри десантного корабля. – В Крепости на стене повешу.

* * *

На улице был лёгкий туман. И утренний свет словно сквозь белесую пелену робко проникал в спальню. Я лежал на кровати раскинув ноги и кайфуя только от одной мысли, что целые две недели мне не надо никуда бежать, ни на кого орать, боевые задачи тоже подождут. Нет, они конечно ждать не могут, но и без подполковника Бестужева мир не рухнет и Империя устоит.

Людмила в домашней футболке на голое тело сидела ко мне спиной и расчёсывала волосы расчёской хитро поглядывая на меня через отражения в зеркале.

- Вставайте граф! Вас ждут великие дела! – рассмеялась она и лицо её, как всегда это бывало, будто засветилось.

- Ну ещё не граф. Но кто знает… - перекувырнувшись через голову я овил руками талию супруги прижавшись щекой к её плечу.

- А поцеловать любимого человека? – отложив в сторону расчёску с деланным недовольством завопила Люда.

- Прости-прости, исправляюсь…

* * *

Пилик-пилик! Пилик-пилик! - громко пищал на столе «Дятел» уведомляя меня, что текстовый файл отправленный мной пару часов назад получен адресатом на другом конце вселенной.

«Гадство, как говорил Виталик Корсаков. Такой классный сон испортили!» – недовольно подумал я, поднимаясь с кресла и ощущая во рту вязкую слюну скопившуюся во время сна.

Прополоскав горло водой, я покинул кабинет и от нечего делать поднялся на второй этаж. Комнаты все были раскрыты нараспашку, ибо прятать что-то от друг друга ребята не собирались.

В ближайшей от лестницы происходило что-то странное. Раздающиеся оттуда звуки заставили заныть зубы. Мамонтов сидя возле окна дёргал за струны гитару. Именно дёргал потому как инструмент сопротивлялся и издавать музыку категорически не хотел.

- Да всё хорошо, моя милая. Работаем. Очень сильно по тебе скучаю. Кстати, деньги которые я выслал пришли? – раздавалось из комнаты Сергеева который через личный коммуникатор разговаривал с дочерью.

Негромкая классическая музыка играла в комнате Мальцева, но самого его где-то не было. То ли в уборную отлучился, то ли они с Копалычем опять копались в параболической антенне, которая, не смотря на новые запчасти, инструменты работала через раз.

Фрунзе лежал на кровати спрятав руки за голову и смотрел в потолок. На губах поручика играла улыбка. Не депрессует и то здорово. В ногах снайпера лежала та самая бумажная книга. «Перес-Реверте. Капитан Алатристе» - прочитал я автора и название которые мне ничего не сказали.

Кирсанова на месте тоже не было. Внутри чистота порядок, кубанка с красным верхом на подоконнике, фотография двоих пацанов и симпатичной женщины в форме сержанта медицинской службы на столе в допотопной рамке. Неужели в армии познакомились?

Горелов и Лексин жили вместе со мной на первом этаже. Копалыч, Яна, и Бородина жили на третьем.

* * *

Вечером у нас с местными пацанами был назначен матч по баскетболу. Так как на территорию Крепости я посторонних больше ни за какие коврижки не пускал (Копалыч и сигнализацию наладил и патрулирующих территорию дронов запустил) - режимный военный объект, а не проходной двор, назначен он был на спортивной площадке во дворе дома подковой огибающего площадь, на которой и стоял наш музей.

Играли все даже Лексин со своим протезом. Меня тоже втянули в игру и пришлось побегать, побросать мяч в корзину хотя я всё-таки больше по футболу. Ребятишки сражались как тигры, чвкашники тоже не сдавались (ну разве что чуть-чуть иногда специально мазали) и игра закончилась боевой ничьёй. Радости то было! Всю ребятню обещали покатать на десантном «Вороне» и дать вблизи рассмотреть Янкин шагоход. В просьбе пострелять я редиска отказал потому как боеприпасы мы тратили с такой скоростью, что я уже начал серьёзно задумываться об их собственном производстве.

Попрощавшись, мы взмыленные, но тоже довольные, вереницей потопали к себе. Правда для этого нам надо было сначала обогнуть двадцатиподъездный дом.

- Капитан, а почему позывной у тебя такой странный? Лютер? - спросил Фрунзе Лексина чем вызвал у меня улыбку (уж кто бы про позывной спрашивал). - Что-то религиозное? Ты католик?

Саша рассмеялся, да так что даже остановится ему пришлось.

- Нет, братцы вы чего! Ну если хотите расскажу. Было это на Тэтчер. В общем как-то раз будучи ещё в звании старшины в горячке боестолкновения в лесистой местности столкнулся нос к носу с противником ростом на голову выше меня, но успел быстрее среагировать и отделал его с помощью приклада и берц (защитные костюмы мы там не носили) до такой степени, что моя хотелка взять его живьём обломалась через пару часов вместе с жизнью этого здоровяка. Так вот от тех, кого смогли взять живьём узнали, что этот здоровяк был мастером спорта по какой-то хитрой борьбе, был очень сильным человеком и прозвище у него было соответствующее Супермен.

- Это мужик в трусах и плаще, который летать умел и лазерами из глаз? – спросила Яна поймав бутылку с водой брошеную Светланой Бородиной.

- Точно он самый! А ещё он мог луну на вытянутых руках поднять. Вот и получилось, что я уделал Супермена и ротный как узнал про сей факт сказал: "Ну ты Лексин прям Лекс Лютер" (то есть главный враг Супермена). Вот с подачи ротного и начали меня называть Лекс Лютер. Потом Лекс из-за фамилии отпало и осталось просто Лютер.

- А вы мальчишки молодцы! – улыбнулась Светлана заколкой закрепив волосы на затылке. – Несмотря на седины на висках заставили молодёжь попотеть.

- Так и они нас заставили! – поддержал её Мальцев.

- Могу ещё рассказать историю про седину, - снова ожил Лексин. –Ту которая приходит не с возрастом.

Идущие мимо горожане приветливо нам кивали, дети вскидывали руки к виску отдавая честь.

- Давай-давай! – послушаем подмигнул старому сослуживцу Кирсанов видно заранее зная о чём пойдёт разговор.

- Было это тоже на заре моей военной службы на одной из лун Пелсудского. Ориентировочно ранней осенью, когда 1-й ударный взвод особой важности состоял всего из трёх отделений и не отличался от других взводов своей важностью, но был уже под командованием человека, прозванным именем врага супермена…

Ребята вокруг рассмеялись, а капитан хитро прищурившись продолжил:

- Возвращались мы из автономки злые, голодные и уже с почти пустым боезапасом. И ввиду ограниченности этого самого боезапаса крались окольными тропами, которые как мы думали посещают только местные аборигены в лице птиц, зверей и прочей живности, обитающей в тамошних лесах. Дело было в сумерках, когда перед собой ещё видно, а вдаль не видно от слова "ни хрена". Головной дозор из трёх человек каким-то непонятным образом уже успешно прошёл мимо тех, которые каким-то образом не смогли пройти мимо основной части взвода. Не путанно излагаю?

- Не, нормально. В самый раз! – поддержал рассказчика Мамонтов.

- Это хорошо. Кхм, дальше были первые выстрелы, первые крики и впервые в жизни поданная как гром на всю округу команда "В РУКОПАШНУЮ". Сначала была работа парами и тройками как учили и трата последних патронов от автомата, потом в ход пошли примкнутые штык-ножи… а потом начал творится полный хаос. Добрая половина взвода билась каждый сам за себя и среди подобных был ваш покорный слуга. После третьего противника (который, кстати, подбирался со спины к Серёге Кирсанову (Кирасанов на этом месте согласно кивнул, подтверждая слова товарища) но вовремя был перехвачен мною, в поединке с которым в потёмках я посеял «Стакатто», на меня со спины неожиданно набросился человек, который схватил меня за шею и начал душить. Потом была паника и безуспешные попытки освободится от захвата. Но уже почти свернувшееся в чёрную точку сознание вспомнило, что я командир взвода, а это значит что у меня блядь есть пистолет. «Довод» был с патроном в патроннике и оставалось только снять его с предохранителя и начинать стрельбу, что я и сделал в считанные мгновения. После второго выстрела уже понял, что противник позади уже обмяк, но руки его оставались на моей шее и страх перед этим не дал мне остановиться и я отстрелял весь оставшийся магазин. Уже лежа на своём противнике я всё равно как заведённый продолжал судорожно жать на спусковой крючок. Сколько это продолжалось не знаю. В адекватное сознание меня привёл смачный "лещ" от нашего Демона. Потом был подсчёт раненых (то есть почти всех, но было среди них четверо тяжёлых трехсотых, которые в итоге поправились) и убитых (к счастью среди наших двухсотых не было). Утром следующего дня выйдя в речке умыться Серёга Кирсанов обратился ко мне с глазами размером с теннисный мяч и сказал:

- Саня, у тебя виски седые! – озвучил для достоверности сам доваторец.

- Свои седые волосы на висках я как следует рассмотрел в зеркало только через два дня после возвращения в расположение батальона, а лет мне тогда было без нескольких дней двадцать четыре, - закончил капитан.

На этот раз никто смеяться не стал так ситуация была многим знакомая и понятная. Война из мальчишек делает либо взрослых мужчин, либо холодные трупы. В последнем случае даже если вернулся домой живой, но эту стерву внутри себя оставил.

Уже когда мы оказались на площади посреди которой стояла Крепость, неугомонный Фрунзе поравнялся с Лексиным и намного тише чем раньше, но так что я, идущий позади, услышал, спросил:

- Саш, а про ногу расскажешь? Как потерял?

Капитан не изменился в лице, разве что только губы чуть покрепче сжал, да с шагу на секунду сбился, и обнял погранца за плечи:

- Нет, Карл про ногу рассказывать не хочу. Она стесняется…

Глава 13: Авантюра

Когда мы уже было совсем отчаялись (ну это только так говорится, конечно, на самом деле все держали хвост пистолетом, а я как командир — это делать вообще был обязан) из туннеля шахты пулей вылетел Мягкий буквально на руках тащивший Сергеева. Сканер показал мне, что КПУЗД пулемётчика серьёзно повреждён.

- Мягкий - Канцлеру! – проорал по внутренней связи Мамонтов сворачивая за подбитый нами ранее БМП где опустил свою драгоценную ношу на землю.

- Слушаю!

- Гранат на подходе! На подходе! – зачастил от волнения Вадим. - Спасай её командир!

Явственно стали слышны звуки взрывов и хлопки очередей из мелкокалиберной пушки, а затем из-под земли сначала вырвалось облако пыли, вперемешку с кусками грунта, а потом выпрыгнул шагоход Яны.

Громоздкий «Цезарь», каким-то чудом поместившийся в шахту, преследуя внучку Фомина поливал из всех бортовых орудий уступавший ему в весе и защите, но не в скорости, «Барсук», броня на котором пылая ярким пламенем трескалась и рассыпалась.

Времени на раздумья не было. Любое попадание по Гранату могло уничтожить её. Отключив систему экстренного автоматического торможения, я щучкой нырнул вниз, удержав тяжёлую машину от столкновения с землёй в двух-трёх метрах над поверхностью закрывая собой «Барсука» и ударил по боевому роботу из всего что у нас было. Мальцев принял на себя управление спаренными плазменными пушками, установленными под кабиной и понадобилось всего три и восемь десятых секунды, чтобы оставить от бронированного гиганта только две конечности, насаженные на дымящийся кусок погнутого металла – всё что осталось от прямоугольного корпуса.

- Лихо ты подполковник, - облегчённо выдохнул позади мой штурман. – Ас, я бы затормозить не успел.

* * *

Неделя прошла в мелкой суете. Считали таявшие как снег весной боеприпасы, складировали накопившиеся трофеи, из тех что могли нам пригодиться и на продажу не пошли (с Копалычем-Фоминым я чувствовал не пропадём – он даже охлаждающую жидкость из защитных костюмов сливал в отдельную ёмкость), наладили связь с нашими работодателями. Слово клиенты как-то у меня сразу не пошло. Хотя конечно без «Дятла» всё бы это было куда сложнее. Параболическая антенна работала лучше, но всё равно через раз.

Вечер субботы закончился совсем не так как я планировал. Просмотр матча по воздушному хоккею между «Гвардейцами» и «Гренадёрами» с бутылочкой местного светлого пива «Железнофф» был прерван целой делегацией во главе с Гореловым. Только и успел глоточек сделать.

Запрограммировав головизор записать оставшуюся часть игры, я крутанулся в кресле в сторону посетителей.

- Чем могу быть полезен?

Взрослые мужики, сначала увидев обстановку кабинета замерли с открытыми ртами (особенно их впечатлили высокие потолки и карта Периферийных миров за спиной), но получив моё разрешение загомонили все сразу.

- Просим помощи Алексей Александрович! – откашлявшись начал пожилой, но крепкий дед с ровно подстриженной бородой в оранжевом комбинезоне фермера.

- Офицера то жалко! – тут же вторил другой лет на двадцать помоложе с квадратным подбородком и в кожаной куртке.

- Пропадёт не за чих! – перекрикивал товарищей третий.

- Как есть пропадёт!

Мы уж не пускали, а он выпивши был и слушать нас не стал!

- Наверное убили его уже пока мы сюда летели!

- Да точно убили! – вздохнул самый молодой из гостей, курносый, с веснушками усыпавшими щеки, почти мой ровесник.

- Не каркай дурак!

- Чего это я дурак?

- Самураи! Как есть самураи во всём виноваты! Клянёмся! – брякнул всё это время молчавший толстячок с пышной шевелюрой забранной на затылке в короткий конский хвост.

- ТИХО! – гаркнул я и в кабинете наступила тишина.

- Ничего не понятно, но жутко интересно, - заявил стоявший в дверях Лексин, уперев кулаки в бока (капитан был тут как тут). – Может говорить будет кто-то один?

- Я сейчас всё объясню, - успокоил взглядом посетителей Слава Горелов. – Кажется, понял в чём проблема.

- Ну давай, кивнул я, проведя ногтем по запотевшему бокалу пива. - А вы садитесь мужики. Зря что ли мы для посетителей стульчики со всего музея притащили…

Уговаривать гостей долго не пришлось и вот они уже рядком вытянулись вдоль стеночки.

- Эти люди колонисты с Лозы… - начал Горелов.

- Чего это мы колонисты? – возмутился мой ровесник. - Давно уже не колонисты!

Брошенный мной на болтуна взгляд быстро закрыл ему рот.

- В общим Лоза тут недалеко. Час лететь на маршевых двигателях. Периодически к ним заглядывают всякие мародёры, - тем временем продолжил наш доктор, тщательно подбирая слова. – Обычно угрожают, берут откуп продуктами и улетают. Но в последнее время зачастили синдикатовцы. Облюбовали старую медную шахту у горного перевала. Эти ведут себе не в пример нагло. Забирают все денежные средства, оборудование, оружие, если какое есть. Мужики подозревают, что они себе что-то вроде временной базы на старом руднике устроили.

- А почему такие мысли появились? – спросил я, внимательно разглядывая поедавших меня глазами гостей. Казалось они из последних сил пытаются сдержаться и усидеть на месте.

- Так они туда роботов боевых привезли, - пояснил дед в комбинезоне. – И наше барахлу туда же тащут.

- Серьёзно?

- Точно так. Шесть-семь мелких (к сожалению название вам не скажем, не специалисты) и один настоящий гигант, он когда по дороге шёл земля дрожала. Подростки наши его на личные коммуникаторы засняли. Правда потом их отобрали.

«Кажется, история с азиатами снова повторялась», - подумал я, быстро проецируя над столом изображение Лозы. Совсем небольшая, но довольно уютная планетка преимущественно с субтропическим климатом. Дюжина городов. В самом крупном проживает около двух тысяч человек.

- Недели три назад к ним прилетел русский пилот с шагоходом внутри, - снова взял слово Горелов. - Вроде как работу искал. Представился Валерием Салтыковым.

- Только ничего ему у нас не подошло, - пояснил дед. - Грустный он какой-то, походил, посмотрел, на травке у озера полежал. А потом всё больше в нашем баре на Южной сидел.

- Пьянствовал что ли? – спросил с улыбкой я и почему-то мне стало стыдно, что на столе стоит бокал с пивом. Поднявшись на ноги, я выплеснул его в кадку с пальмой у окна.

- Ну можно и так сказать конечно, - пожал плечами фермер с сожалением вздохнув, - но вёл он себя прилично. Не хулиганил. Да и какой пьянствовал! Опрокидывает в себя, опрокидывает, а толку нет. Только мрачнее становится. Душа у человека болит сразу видно.

«Салтыков. Валерий Салтыков. Что-то знакомое», - перетряхивал память я уверенный в том, что уже слышал это имя и фамилию. Да и то что он пилот шагохода меня не удивило. Поисковая система «Имперского статута» на прозрачной поверхности стола слишком медленно раскручивала свой маховик.

- В общем, командир, вчера к местным снова нагрянули синдикатовцы. Забрали весь запас кенгазолина. Так что им теперь даже технику заправить нечем чтобы урожай собрать.

Конечно мы все знали, что такое кенгазолин – гениальное изобретение химика-любителя вот уже почти две сотни лет облегчающее жизнь человечеству. По сути универсальное топливо для всех типов ДВС. Говорят, что поколдовав с рецептурой можно этим составом и военную технику заправлять. Не всю, но большую часть.

- Дальше что?

- Местные разволновались и решили вооружиться винтовками, дробовиками и потребовать у мародёров вернуть топливо. Отчаянный шаг, но гектары урожая руками людей и роботов не соберёшь.

- Синдикат конечно об этом узнал.

- Узнал, Алексей Александрович, - подтвердил дед-фермер от волнения вставший со своего места. - Узнали и прислали в город две дюжины солдат и четыре БМП. Так Салтыков этот запрыгнул в свою машину и размазал их по площади тонким слоем. Мы только дивились как это ловко у него вышло.

- А потом?

- Так он рванул к руднику, - на ноги поднялся уже мой ровесник. – Мы его отговаривали, но он и слушать не захотел.

- Его убили? – вопрос Лексина словно свинцовые пули пронзил напряжение наполнившее кабинет.

- А вот это самое интересное! – чуть громче чем обычно произнёс Горелов. – Кто расскажет?

Словно в школе руку поднял толстяк с хвостиком волос на затылке. Шмыгнув носом, он продолжил:

- Мой сын Толик с друзьями на глайдерах последовали к руднику. Неслухи, знаю. Но в долину они слава богу не спускались. Зато сделали запись… - говоривший протянул мне обыкновенный визор изрисованный цветным маркером.

Взяв осторожно устройство, я положил его на поверхность стола и считал файл из памяти визора.

Прямо посреди кабинета голопроектор развернул трёхминутную схватка между жёлтым шагоходом с красной буквой «А» на борту и наёмниками синдиката. Запись была дрянная, но основное мы увидели.

- А какой у него был робот? – заглянула через плечо Лексина в кабинет Яна.

- Да такой… небольшой, дочка, - махнул рукой дед. - Кабина ещё такая… вроде как морда животного с острыми ушками. Вон смотри!

Для Яны я ещё раз воспроизвёл запись.

- Он что, управляя «Котом» умудрился три средних самурайских шагохода подбить и две самоходки? Ничего себе.

Кабинет как-то незаметно заполнялся народом. Вот уже и Сергеев С Кирсановым подтянулись.

- Тут не видно, но сын говорил, что когда самураи машину подбили пилот выбрался и его взяли в плен.

- Силён, ничего не скажешь! - произнёс замерший рядом с внучкой Копалыч. - Надеюсь Салтыков этот и правда ещё жив.

Дзинь! - поисковая система подала сигнал и передо мной появилась фотография сорокалетнего мужчины с глубоко посаженными зелёными глазами и порванной нижней губой. Я сразу его узнал хоть в живую никогда и не видел.

В своё время Корсаков по рекомендации Романова и Румянцева планировал взять этого классного пилота к нам в «Корсары». Я даже псевдоним его помнил - «Акела». Вожак стаи из Киплинга. Сразу тогда перевести его к нам не могли. Нужен был специальный запрос. Там была какая-то странная история. Будто бы Салтыков добровольно ушёл в штрафбат. А потом нам некогда стало мы в глобальном заговоре участвовали. Вот только я так тогда и не понял штрафбат что у нас развлечение?

* * *

У Сергеева всё было нормально. Просто его «Лис» выдержал падение двухтонной глыбы. Яна тоже отделалась лёгким испугом, но подбородок у девчонки на экране предательски дрожал. Она у нас умница.

Салтыкова нашли запертым на складе, но живым.

- Эскулап – Канцлеру. Ну как там наш герой? Серьёзно ранен? – произнёс я, разглядывая на экране маленькие фигурки на земле. «Неясыть» делала круг над долиной, тщательно сканируя складки местности на предмет скрывшихся боевиков «Синдиката».

- Да как сказать… - неожиданно замялся Горелов. - Не очень, нет.

- Не понял тебя Эскулап. А что с ним?

- Да как сказать… Канцлер, по-моему, он просто пьян.

Глава 14: Большой БАДАБУМ

Местное насекомое похожее на комара нагло пыталось выбрать место на моём лице для укуса. Захлопнув забрало шлема, я расплющил букашку о скулу…

- Вот же суки! Выбрали местечко, - поёрзал рядом на земле Лексин раздавив на носу кровопийцу. – Одно комарьё, да ещё болотом воняет, сил нет.

Кирсанов рядом ухмыльнулся и ткнул строго сослуживца локтем в бок. Тот видно даже через КПУЗД тычок почувствовал.

- Не ной, хорошее место. Зато нет никого рядом. Гражданских не зацепим.

Ной не ной, но Лексин был прав - воняло тут жутко. Холмик посреди болот, двухэтажное каменное строение непонятного предназначения и перевёрнутый колёсами вверх сгнивший от времени древний колёсный транспорт демонстрировали, прямо скажем, не слишком живописную картину.

Куда нас занесло и что мы тут вообще делали? Отвечаю по порядку: Селим-2 – малозаселённый изидами-сектантами спутник необитаемого Муххамеда-11, получили информацию от «Кукушки» о "сходняке" определённых личностей, командующих незаконными вооружёнными формированиями. Давайте будем их так называть. Место было указано точно, сама встреча должна была состояться через двое суток. Самое интересно, что ребятки решили совет держать из-за нас, то есть из-за ЧВК «Беннигсен». Интересно? А мне вот не очень, поэтому я решил отправить всё это бандитское толковище к праотцам.

Внутри здания абсолютно ничего не было. Просто стены и пол усыпанный отвалившейся с потолка штукатуркой.

- А это точно здесь будет? – спросил Мамонтов склонившийся над полом. Пальцы его в перчатке размололи в песок кусок камня вывалившегося из стены.

Я только кивнул в ответ разглядывая сканирующую помещение на предмет сюрпризов Бородину, а оказавшийся за спиной Лексин по личному каналу связи произнёс:

- А я верю этой вашей ведьме. Сказала, что здесь, значит здесь. Вот только чего это они заинтересовались нашей скромной персоной?

- Кукушка сообщила, что они очень озабоченны активностью ЧВК и тем, что у нас есть орбитальный истребитель, - ответил я, выглянув наружу в узкое похожее на бойницу окно без рамы.

- Вот как! А откуда они про него узнали? Мы же вроде живых нигде не оставляли?

- Значит у них есть свой человек на Эрже или на луне Брэдбери-2 – уверенно произнёс я так как уже думал об этом.

Но по правде сейчас моя голова была занята совсем другими вещами. Условий брать кого-то живым не было, что значительно облегчало нашу задачу. Вот только упасть из космоса в эту точку на «Неясыти» и разнести тут всё к чёртовой матери не выйдет. Горючее для машины осталось совсем немного, регулярные поставки только в планах, и я был склонен кое-что оставить на «чёрный день». Мало ли что. Сюда мы добирались пешочком так как «Ворону» на болото было сесть проблематично, да и демаскировать себя не хотелось.

По информации Кукушки собраться тут должно было человек тридцать-тридцать пять. Все матёрые вояки, вооружённые до зубов. Имелось желание накрыть их сразу, без ожесточённой перестрелки. Никого из ребят я терять не хотел - ни двухсотыми, ни трёхсотыми. Выход предложил Никитский.

По пути к точке ночевали мы в заброшенном складе в котором под частью обрушившейся крыши были мешки с удобрениями. И вот Медведь, глядя на эти старые удобрения сказал, что из таких можно сделать нехилый "бабах". Ну сказал и ладно, подумал я тогда. Но вот придя на точку установил, что разом взорвать место "сходняка" имеющейся у нас в наличии взрывчаткой ну никак не получится и следовательно есть вероятность, того что пришедшие на толковище люди разбегутся. А оно нам надо? Времени на подготовку конечно было с запасом, но так чтобы слетать на Печорин, затариться взрывчаткой и вернуться на точку обратно, не хватало. Вот Медведь-Никитский нам тогда и говорит: "Командир, а давай удобрения натаскаем и из него "большой бабах" сделаем". Типа главное вы ребята притащите, а дальше это уже его ума дело.

В общем за две ночи мы перетащили на точку почти три тонны удобрений, а Медведь колдовал над этими мешками и имеющей у нас взрывчаткой как ведьмак известными только ему заклинаниями. Все остальные почти ничего не понимали из того что он делает. Когда всё было готово я приказал делать лежки в пятистах метрах от точки. Узнав об этом Медведь сказал, что я ничего не шарю во взрывном деле и что радиусе пятьсот метров от точки контузии и разорванные барабанные перепонки гарантированы всем и каждому.

- Но мы же в КПУЗДах?

- Бережённого бог бережёт.

Доверившись опыту сапёра, перенесли лежки на расстояние километра от точки и стали ждать.

Был аншлаг. Прилетело плюс-минус пятьдесят человек. И кого тут только не было. Некоторых «звёзд разбоя» я знал из досье Знаменской, о ком-то был наслышан от жителей Периферии. «Всякой твари по паре» – лучше и не скажешь. Заседали с комфортом привезли с собой мебель и жрачку с вином. Вокруг стен поставили вооружённое оцепление.

А дальше рассказывать нечего. В момент взрыва рвануло так, что у всех беннигсенцев пару дней в ушах точно звенело бы кабы не автоматические звуковые фильтры в шлемах.

От здания, в котором проходило толковище осталась только воронка глубиной десять метров. Я даже её на видео снял. Мы не смогли посчитать сколько людей отправлено на тот свет, так как считать тут было почти что нечего. Транспорт тоже в хлам, даже запчастями было не разжиться. Копалыч ругаться будет.

В итоге узнали о точном количестве убитых от случайно выжившего стоявшего в оцеплении. Его, беднягу, прямо в торф воткнуло. Защитный костюм порвало взрывной волной, хладокомпомент вытек, да ещё основательно контузило отчего тот оглох на одно ухо.

Вот тогда-то я ещё раз уяснил, что ЗНАНИЕ действительно СИЛА, особенно в руках человека, кто это знание умеет применять.

* * *

Вогнав в карту за спиной ещё парочку красных флажков, я взглянул на личный коммуникатор и глаза мои полезли на лоб. Ничего себе! Три часа ночи, а я всё в бумажки зарылся! Видите ли, планировал создание резервных баз для ЧВК, со складами оружия, боеприпасов, горючки и снаряги. Не можем же мы метаться по всему космосу каждый раз загружаясь на Печорине. К тому же Лексин предлагал мне начать обучать у нас на базе добровольцев для ополчения с заключивших с нами контракт миров. Хорошее дело, но, по-моему, у нас пока людей не хватало.

Прислушавшись к себе, я с удивлением понял, что спать не хочу и налив себе кофе отправился с кружкой в поход по музею. Всё было в порядке. Ребята спали, дроны патрулировали территорию и только Копалыч скрёбся в своей каморке на чердаке. Чего он там ковыряет я не знал, но был уверен, что если получится, прибежит похвастается.

Уже допивая кофе, я вышел на задний двор и возле клетки с голубями увидел Светлану Бородину. Заметив меня, женщина улыбнулась от чего в уголках глаз её появились морщинки-лучики. Это было очень красиво. Неожиданно словно магнитом меня потянуло к ней.

- Не спится?

Светлана просто улыбнулась, потупив взгляд.

Я уселся рядом.

- А вам?

- Просто заработался.

Позади в клетке, сидящий на жердочке голубь захлопал крыльями что-то проворковав во сне. Обернувшись, я увидел слезинку скатившуюся из правого глаза Бородиной. Быстрым движение она убрала её и снова улыбнулась.

- Что? – просто спросил я и накрыл своей ладонью её горячую руку. – И можно на «ты»…

Светлана ответила не сразу.

- Знаешь… младший брат вместе с родителями погиб чуть больше года назад…

- Знаю, Слава рассказывал почему вы здесь.

Бородина внезапно успокоилась, выдохнула и совершенно спокойно произнесла:

- Так вот однажды, он приходит домой, смеётся, говорит, что это всё ошибка и что он на самом деле не умер. И меня такое счастье накрывает… не описать, обнимаю его, плачу от радости. А потом… потом просыпаюсь. И так уже несколько месяцев подряд.

Пальцы её неожиданно сжали мою руку…

Глава 15: Самая смелая женщина

Из пожелавших служить в ЧВК местных мы набрали дюжину человек. «Служить в ЧВК». Странно звучит, да, для рекрутов в частной военную компанию цель которой вроде бы просто косить бабки? Однако, для рекламы на местном головидении я сознательно надиктовал именно такой текст исправив работать, на служить. Первый же пришедший записываться, внимательно посмотрев на меня спросил: «Служить, командир?» Получив утвердительный ответ, кивнул и записался, черкнув роспись на планшете.

Для стрельбища мы облюбовали площадку за пакгаузом с зелёной крышей. Тот что возле космопорта. Если так вообще можно было назвать пару железобетонных посадочных площадок-пяточков на поверхность и длинное обшарпанное здание с билетной кассой и карликовым залом ожидания.

- Антон, да не дёргай ты винтовку! Чего тебя повело то? Это тебе не пластмассовая «Ашка» и не углепластиковая «Бешка»! – разорялся Лексин умудрившийся отвесить подзатыльник здоровенному мужику с выбритыми висками и короткой бородкой колышком. – Это «Мономах»! Он тяжёлый, но эргономичный. Прижал приклад к плечу и плавно на спуск! Понял?

В лавочке на углу площади мы с отличной скидкой закупали у Антона свинину и говядину. Кто ж знал, что Переверзев сержант запаса отслуживший в имперской армии семнадцать лет. Хотя… вывеска в виде хрюшки в шлеме, с гранатой в зубах должна была бы намекнуть на военное прошлое хозяина.

Ругать мясника в принципе было не за что. Я по себе знал, что к «Мономаху» надо было привыкнуть. По сути это оружие конца XXI века. Классика. Даже все современные обвесы для него сконструировали только полвека назад.

Уже следующая короткая очередь Антона угодила точно в цель.

- Командир, у нас кажется беда! – огорошил меня Копалыч быстро хромавший в мою сторону. Намедни он вместе с Мальцевым пытался отрегулировать скорость подъёма грузового лифта внутри крепости-музея (чего ему там не понравилось я не знаю, по-моему, всё работает отлично), поскользнулся на какой-то смазке и упал, ударив колено. Хорошо хоть ногу в шестерни не затянуло, а то ещё одним Железным дровосеком у нас стало бы больше.

- Что стряслось? – спросил я, отхлебнув холодной воды из бутылки-термоса.

- Параболическая антенна наша поймала сигнал тревоги. Очень короткий, будто его тут же отключили. Я только что зашёл к местным диспетчерам, - Фомин показал головой на здание космопорта, - они говорят никаких сигналов не получали.

- Так может ошибка какая-то?

- Да с их оборудованием, которое установили при царе Горохе, это и не удивительно.

- Сигнал же не военный я правильно понял? – бутылка полетела в руки отстрелявшегося Фрунзе.

- Не военный, - помотал головой дед. - Судя по первым цифрам кода с пассажирского транспортника.

- Дальше-дальше, - поторопил я собеседника, понимая, что просто так Копалыч ко мне бы не пришёл.

- В общем, местные сигнал не получали, но тпэсочка на орбите висит с выключенными двигателями.

К разговору нашему прислушивался не только Фрунзе, но и заряжавший у стола винтовку Мамонтов. Именно их я и взял с собой на «Неясыть». Уже через двадцать две минуты истребитель в составе первого пилота Бестужева, штурмана Мальцева и двух пассажиров отправился на орбиту Печорина.

* * *

- Сюрприз, Копалыч, - произнёс я по рации разглядывая замерший в невесомости рядом с сине-красным пассажирским кораблём «лиговский» «Трутень» - военный транспорт вооружённый парочкой стареньких пушек с возможностью стрельбы нурсами, оборудованный абордажной рамкой.

- Расколупали? – догадался Фомин.

- Угадал.

- А почему диспетчеры снизу не видели пиратов? – спросил сидевший у стены в откидном кресле Мамонтов. КПУЗД на нём шевелил пластинками динамической брони используя время для проверки готовности, что делало товарища похожим на силуэт подёрнутый рябью на воде.

- Отражатели используют, - пояснил Мальцев. - Вон видишь коробочки справа и слева от кабины. Кустарные работы, но для печоринских радаров в самый раз.

Мощный сканер истребителя, на котором я завис прямо над «Трутнем», показал, что внутри находится только пилот. А вот в транспортнике народу было много.

- Что там в декларации о грузе и пассажирах? – спросил я ИИ.

Ответ последовал в ту же секунду. Компьютер голосом моей покойной супруги произнёс:

«Кораблём управляет пилот второго класса Устюгов М.И. Штурмана нет. Вакантная должность. В настоящий момент на борту тридцать семь человек: пятнадцать женщин, десять мужчин, дети обоего пола. Двое пассажиров не подают признаков жизни. Температура тела показывает, что они мертвы. Порт приписки Беллинсгаузен. Следует на Печорин. В грузовом рапорте только вещи пассажиров и медикаменты для колонии».

- Вот они и стали причиной нападения, - уверенно произнёс Мамонтов (спорить я не стал, он же бывший мент, ему виднее).

- Посторонние на борту?

«Сигнатура показывает шестерых человек в защитном снаряжении».

На экране, на пультом, ИИ тут же вывел картинку с кучей красных силуэтов (это бесспорно были пассажиры) и шестерых синих.

- Вот они голубчики! – произнёс Фрунзе, а потом выдал такое чем сильно менял удивил. – Четверо контролируют салон, пара справа, пара слева, двое ковыряются в трюме. Можем проникнуть на корабль через шахты в которые вставляют охладитель для гипердвигателя. Они как раз располагаются за спинами противника. Корабль заканчивает маршрут — значит шахты пустые и контейнеры уже выброшены в космос. Разделимся. Мы с тобой командир ударим в спину тех что в салоне (в спину это к слову, конечно, стреляем в голову и стараемся не продырявить корпус, иначе мы то в КПУЗДах выживем, а гражданским хана), а Мамонтов уничтожит тех что в трюме. Вон у него и оружие подходящие.

Поручик кивнул на «Финист» товарища в кобуре на бедре. План был безупречный, лучше и я бы не составил.

- А ты откуда всё это знаешь? – удивился Мамонтов. – Ты же снайпер?

- Я почти три года был командиром абордажной группы. У нас там тоже пираты баловались. Четырнадцать удачных штурмов без жертв, - улыбнулся Фрунзе, но видно было что ему приятно наше внимание и удивление.

- Есть только одна проблема, - добавил ложку дёгтя в бочку мёда ваш покорный слуга. – Пилот «Трутня» всё видит и внутрь корабля мы, не ликвидировав его, не проберёмся.

- Можно настроить ИИ под автоматический залп по цели? – предложил Мальцев набирая что-то на виртуальной клавиатуре. – Хотя я бы «Трутень» себе оставил. Рабочая машинка.

- То-то и оно… - задумался я. Самому тоже было жалко превращать в обломки ещё бодрый военный транспорт, да ещё и оснащённый абордажной рамкой.

«По армейскому уставу штурман в отсутствии пилота становится командиром корабля и не имеет право покидать его, но мы же не в армии», - думал я, постукивая пальцами по поверхности пульта. Тот кто не рискует не пьёт шампанское. К тому же нужно спасать гражданских. И всё-таки нет…

- Я тихонечко выберусь и ликвидирую пилота, пока вы будете пробираться внутрь, – понизив голос произнёс Мальцев будто стеснялся ребят.

- Нет, ты не успеешь. Абордажный выход закрыт изнутри. Резаком его резать будешь, или постучишься внутрь, попросишься?

Штурман мой с досадой хлопнул себя по колену.

Крутанув кресло я повернулся к снайперу.

- Карл у нас есть что-нибудь что гарантировано прострелит купол кабины и убьёт пилота?

- Обижаешь командир, конечно.

- Произойдёт разгерметизация! – перебил снайпера мой штурман.

- Зальём наногелем, а потом погрузив «Трутень» в грузовик спустим на планету.

* * *

И всё-таки мы постучались в кабину. Я постучался. Пират выпучив от изумления глаза повернулся в мою сторону, и… голова его лопнула как арбуз. Знаю, сравнение не очень, но прямо в точку. Как говорят «из песни слов не выкинешь».

Порхая как бабочки в невесомости, мы приземлились на пассажирский транспортник активировав магнитные подошвы «лисят».

- В салоне происходит конфликт между пассажиром и пиратами», - поторопил нас Мальцев.

Стараясь ничем не выдать себя, мы втроём, подсвечивая себе путь мини-прожекторами вмонтированными в плечи КПУЗДов дошли до шахт с охладителем и одновременно, по команде раскрыли их створки.

«В моей пусто, Фрунзе был прав», - заглянул в свою я. Пилот отстыковал их в космос. В принципе ничего удивительного, контейнеры самоуничтожаются через некоторое время.

- Люда, присоединись к бортовой системе ТПС-2133. Все разговоры в салоне мне на виртуальный дисплей в текстовом режиме, - даже не задумываясь обратился я к ИИ истребителя, говорившего голосом моей супруги.

Ввинтив тело в КПУЗДе в горловину шахты, я полетел вниз. Тоже самое в нескольких шагах от меня сделали мои товарищи.

- Хорошо, дорогой, - подыграл мне компьютер отчего я на секунду даже опешил. – Подключилась, запускаю фильтр, отсеиваю ненужные.

Уже через четыре секунды передо мной замигала бегущая строчка диалога, а ещё через пару мгновений она превратилась в дорожку аудиофайла работающую в прямом эфире.

«Убьёте нас?! Как этих несчастных? Я всё равно вас не боюсь! Ребёнку нужно в туалет! Вам что сложно!?» - услышал я звонкий женский голос.

- Мягкий, Савицкая, входим в салон по одному! Аварийный вход на транспортнике выделен жёлтым треугольником! Ускорьтесь ребята, там какая-то девчонка в наступление пошла. Как бы чего не вышло.

- Поняли тебя Канцлер, - ответил за обоих Мамонтов.

Стараясь не стучать по корпусу, чтобы не всполошить этих уродов раньше времени, я прижав руки к груди мягко приземлился на металлический пол, активировал магнитные подошвы и дождался когда люк над головой закроется загоревшись синим огоньком.

- Дорогой, подключаю изображения камеры в салоне. Одна ещё функционирует, - продолжала троллить меня искусственный интеллект истребителя.

- Престань меня так называть, - дёрнул щекой я.

- Как так?

- Дорогой.

- Почему?

Ответить распоясавшемуся ИИ я не успел так как сосредоточился на чёрно-белой подёргивающейся картинке, передаваемой из салона. Пираты видно выстрелили по камере, да промахнулись. Что ж, плохие стрелки это отличная новость. Плохие стрелки в замкнутом помещении с тремя десятками пассажиров, плохая.

Невысокого роста сероглазая, русоволосая, женщина со светлыми прядями, лет тридцати с небольшим, закрывала собой двоих девчонок шести и тринадцати лет, а пират в тёмно-зелёном «Паскале» (надо же и тут тоже «лиговский» след) тыкал в её грудь четвёртого размера, стволом штурмовой винтовки. Удивительно, но пассажирка не выглядела испуганной, а скорее наоборот - покраснела от гнева. Смелая девчонка! Но глупая.

Пятисекундный таймер, который я врубил перед атакой отсчитал нужное время и я, оставив «Ливень» за спиной, снял с предохранителя пистолет.

БАМ-БАМ! БАМ-БАМ!

«Судоплатов» четырежды гавкнул и пули, угодившие первому моему противнику в затылок, сорвали шлем с головы, а у второму впились в височную часть - самое уязвимое место шлемов «Паскалей». Тот словно подкошенный рухнул под ноги тощей бабуле, прижимавшей к груди футбольный мяч. Почему мяч? Вот знаете этот вопрос меня тогда как-то слабо волновал.

- Канцлер Мягкому. Трюм чист, - услышал я, наведя оружие на оставшихся в живых противников.

Но Фрунзе не подвёл. Первая его пуля вдребезги разнесла глазницу боевого шлема пирата, а вот со вторым (это бы именно тот что угрожал женщине с детьми, возникла проблемка. Слишком резвый оказался. Оттолкнув девчонок, он обхватил за шею их мать, но… радовался рано.

- Стреляй! – закричала самая смелая женщина уставившись на Карла.

Пуля снайпера выпущенная из «Ливня» снесла половину головы пирата в зелёной броне вместе с верхней частью шлема. Брызнувшие мозги забрызгали пассажиров. Но вот что удивительно, никто из них даже не закричал. Никаких истерик, слёз или дурацкого смеха. Всё-таки на Периферии живут особенные люди. Пассажиры только поплотнее сжали губы.

* * *

- Я Катя. Катя Калашникова, - сообщила мне спасённая нами женщина обаятельно улыбнувшись. - Это мои дочери: Вероника – старшая, и Настя.

- Очень приятно подп… майор Бестужев. Директор ЧВК «Беннигсен». - представился я, наблюдая за сходившими по трапу беднягами и пилотом Устюговым с перевязанной головой. - Вы в гости прилетели?

- Нет, - махнула головой самая смелая женщина. - Домой вернулась. Жила и работала на Эдит Пиаф, но там сейчас кризис, нормальной работы не найти, все садики закрылись.

- Вы воспитатель? – удивился я, разглядывая собеседницу. Вот не подумал бы, что она работает с детьми. Скорее с хищниками в зоопарке.

- Угадали, состроила мне глазки Калашникова. - Высшей категории.

Я бы не сказал, что она была красавица, стройняшка тоже нет, но обаяние так и распространялось волнами во все стороны.

Сидевший неподалёку на пустом контейнере Мамонтов наблюдая за нами чуть не подавился едой из саморазогревающейся упаковки.

- Ну ты даёшь Катя!

- Для кого Катя, а для кого Екатерина Сергеевна, - нахмурила бровки Калашникова. Что за гадость он ест?

Я просто пожал плечами, а вот Мамонтов обиделся.

- И ничего не гадость консервированное рагу с овощами. Первый сорт.

- Всё консервированное в вакууме гадость, - махнула рукой женщина. – Значит так… подполковник, возьмёте меня на работу?

- Так у нас детей пока нет, - ухмыльнулся за моей спиной Фрунзе. - Не завели ещё!

- Ха-ха! Очень смешно. Я вообще-то по первому образованию повар.

- Хороший? – спросил я, ещё раз внимательно рассматривая спасённую нами пассажирку ТПС-2133 так как верил, что случайности не случайны.

- Пальчики оближите.

Глава 16: Пьяный мастер

Забыл вам доложить про Валерия Салтыкова? Не забыл. Просто с его проверкой произошла небольшая заминка (об этом чуть позже), но даже прочитав его дело, я если честно, ничего не понял. И это с моим-то опытом!

Салтыков Валерий Игоревич. Родился на Кожедубе. Сорок пять лет. Отец надворный советник, мать - капитан медицинской службы (психолог). Срочка, Академия, куча наград, майор, командир 314-го истребительного батальона, позывной «Акела». Всё красиво. Не без замечаний, были небольшие тёрки с руководством, но это лишь показывает, что мужик служил по совести. Вот и особисты в части всегда его хвалят: «…майор Салтыков пользуется авторитетом среди офицеров, хороший командир, стратег, тактик, инициативен, отважен, заботится о подчинённых, однако зачастую нарушает планы боевых операций чем ставит их под угрозу.»

То есть я-то понимал, что работает не по шаблону, а по ситуации. Судя по всему, всегда успешно, иначе выгнали бы из армии к херам. Хотя повышениями в звании и должности после майора его не баловали. А ведь столько удачных, победоносных компаний. Награды за храбрость правда получал исправно. А коллекцию значков Салтыков собрал полностью. О существовании некоторых я даже не знал. Вот например «Ледяная глыба» или «Трёхглазый» это что за значок?

Про склонность к алкоголю ни слова. А об этом и о других дурных привычках кэгебисты пишут в первую очередь. Значит пристрастился совсем недавно.

Хотя СТОП! Вот же и повышение! Три года назад на Форсайте уничтожение превосходящих сил противника, спасение местного населения, инфраструктуры полгода спустя вошедшей в состав Империи. Приказ от 29 сентября о присвоении Салтыкову В.И. звания подполковника. А 30 сентября пилот написал рапорт-прошение консулу о переводе его в штрафбат. Здрасти! Приехали! Зачем? Нет, ну понятно консул ему отказать не смог - Салтыков полный ветеран, дворянин, но почему в штрафбат?

Посмотрев на фото на распечатках, я подумал, что штабисты не озаботились вовремя его сменить. На меня смотрел тридцатилетний мужчина-брюнет с короткой стрижкой, подбритыми как принято у пилотов шагоходов висками, немного тяжёлый подбородок, красиво улыбается. Изображение разительно отличалось от того что выдавал поиск.

Что дальше? Провоевал в штрафбате почти три года. Два десятка благодарностей в личное дело (там наград, званий не дают, зато дают значки) 10 августа прошение об отставке. Во-о-от! А какого чёрта он делает на Периферии у него же полный пенсион, доплаты? Отдыхал бы в своё удовольствие, женился…. НЕПОНЯТНО.

Где-то я слышал его фамилию после Корсаров. Вот только где? Что-то крутилось в голове, но в последний момент ускользало.

О чём речь, конечно, нам нужен был опытный пилот. Именно такой как Салтыков. Про Яну, кстати, я тоже не забывал. Майор мог бы подучить её немного, приглядывать за ней в бою. Девчонка-то перспективная, но алкоголь в армии — это зло. Знаю, что вроде как директор ЧВК, но планку понижать не собираюсь. Сам не фанат крепких напитков и на вопрос: «Как вы расслабляетесь если не пьёте?» отвечаю: «А я не напрягаюсь!» и сотрудники с такой бедой мне не нужны.

Мальцев проскользнул в кабинет бесшумно. Лёше разрешалось входить без стука, к тому же дверь у меня опять была раскрыта нараспашку. Видать Калашникова не закрыла. Прибегала час назад и ругалась со мной насчёт нашей кухни. «Это просто возмутительно! Ребята портят желудки сухпаями, концентратами, а я приготовить ничего нормально не могу». Будто я ей супермаркет. Слетай, купи что надо! Котлы, противни, плиты, я далёк от всего этого. Хотя… готовила он и правда отпадно. Мы теперь каждый день питались прямо как в дорогом ресторане. Может не так красиво, но вкусно!

- Смотри! – положив накопитель памяти на стол и дождавшись когда тот считает информацию, Мальцев пробежался пальцами по виртуальной клавиатуре и перебросил изображение на голопроектор в центре кабинета.

Тот мигнув ожил.

- Что за запись?

- Это с накопителя синдикатовцев на Лозе. Ты же сам приказал изымать все цифровые данные, проверять на наличие зашифрованной информации. Наткнулся на запись боя Салтыкова. Это надо видеть…

* * *

Штурман мой оказался прав. От просмотренного у меня прямо испарина на лбу выступила. Просто этот Салтыков внутри шагохода сражался как лев и настолько мастерски, что будь у него не лёгкий «Кот», а хотя бы «Барсук» и итог боя был бы под сомнением, несмотря на превосходящие силы противника. Высший пилотаж!

Если честно, то я был знаком ещё с двумя классными пилотами, что не уступили бы майору, но они далеко, а майор то вот он. Только руку протяни.

Конечно же я подумал о Ленке Петровой и нашем Проклятьюшке Тутанхамона (Скучаю по вам ребята!), но справедливости ради стоит заметить, что Салтыков сражался несколько более рискованно. Шёл по грани, но побеждал.

Когда запись прекратилась и голопроектор погас в кабинете наступила тишина.

- Командир, ты заметил, что он сделал, когда размолотил «Центуриона»? – осторожно спросил меня Мальцев с расширенными от восторга глазами. Кажется, паузу он выдержал специально.

- Заметил. Он перезарядил пушки и пулемёты во время боя. У него там какая-то хитрая приспособа на спине, - задумчиво произнёс я, помяв пальцами нижнюю губу.

- Это же сенсация! Перезарядить оружие боевого робота прямо во время боя - продлить ему жизнь! Он нам нужен!

- Круто! Круто! – согласился я размышляя совсем о другом. – Лёша, позови-ка ко мне Лексина, Кирсанова и Сергеева. Только мигом.

* * *

Перед тем как принять ответственное решение - позвать Салтыкова в ЧВК или выставить за порог, я решил провести разведку.

Пусть ребята выпьют вечерком с майором, расскажут ему пару-тройку реальных историй из своей жизни (так сказать, разобьют лёд, сблизятся) глядишь он и откроется, а я смогу решить его судьбу. Лексин обаяшка, и заболтать сможет кого угодно. А то прочёл майорское дело, а яснее не стало. И Знаменская по словам «Кукушки» просила сообщить, что брать или не брать «кандидата Салтыкова» решать только мне. Умыла руки. Ну всё правильно, командир то я.

Но разбить лёд не вышло. Ветераны мои потерпели оглушительное фиаско! На контакт Салтыков не пошёл, ничего интересного не рассказал. По словам мужиков, пил он как Атос из «Трёх мушкетёров». С каждым новым стаканом становился только мрачнее и серьёзнее. Видимых признаков опьянения правда не проявлял. Совсем.

Опять-таки чего я удивляюсь? Набравшись в баре у фермеров, он сел в шагоход и устроил самураем форменный Сталинград. Такое сравнение напрашивается. Они может и убивать-то его после того как в плен взяли не стали из-за того, что глаза их расширились от изумления и хотели знать с кем столкнулись. Вдруг к ним на огонёк заглянула какая-то имперская шишка. Супер-боец, а не пьяный мастер с комплексом вины. Почему я так решил? Интуиция подсказывала.

Салтыкова я застал там же где его оставили ребята. Разглядывая идущий за окном дождь майор медленно пил что-то крепкое из хрустального стакана. Как же ему подходил его позывной. Натуральный волк.

Поначалу я Салтыкова даже не узнал. Настолько фото улыбающегося парня из личного дела отличалось от сидевшего передо мной мужчины. Побитые сединой тёмные волосы, глубокие морщины на лбу, переносице, вдобавок к порванной губе, вертикальный шрам под левым глазом на щеке (такие характерны для пилотов шагоходов из-за раскалывающегося в бою визора надевающегося поверх шлема. И всё-таки это был он. Постаревший лет на двадцать. Не пожалела жизнь мужика. Странно, но я почти физически почувствовал волны грусти шедшие от этого человека. Не зря фермеры, описывая майора сказали, что он грустил.

Присев рядом, я приветливо улыбнулся и осторожно опустил поднятую руку Валерия, намеревавшегося подозвать к себе бармена.

- С тебя хватит. Поговорим.

Глава 17: Старый друг

Пуля из крупнокалиберного пулемёта вражеского шагохода уничтожила булыжник у моих ног. Вторая разнесла в щепки дерево приткнувшееся на склоне справа, а от третьей и четвёртой я уклонился, переключив КПУЗД в режим форсажа.

На ходу выпустив две длинные очереди из штурмовой винтовки по редкой цепи пехоты позади трёх «Преторианцев» паровозиком замерших посреди горной дороги (ИИ услужливо отметил уничтожение сразу трёх противников) я, пока Салтыков и Яна рвали на части вражеских боевых роботов, поддержал огнём Горелова, Кирсанова и Сергеева, которые ударили по противнику из небольшой лощинки позади сломанного конвейера когда-то доставлявшего сюда руду из рудника.

* * *

- Спасибо, Катя. Очень вкусно! – поблагодарил Калашникову за обед я, разглядывая сидевшую в одиночестве у окна Бородину.

Меланхолично жуя она смотрела на какую-то мелкую серую птичку долбившую клювом по подоконнику.

Нет, ничего у нас с ней не было в тот раз. Просто выслушали друг друга и пошли спать каждый в свою комнату. Однако в душу она мне определённо запала и за прошедшие дни я несколько раз думал о Светлане. Впервые после смерти супруги я думал о другой женщине. Вот только пока не разобрался искренний это интерес или жалость. Если первое, то тут торопиться не следует так как не уверен, что готов к каким-либо романтическим отношениям. Если второе, то вообще не надо. Жалость как чувство к симпатичным женщинам занимает в моём личном рейтинге одну из низших ступеней. Ничего хорошего на ней не выстроишь.

Пилик-пилик! - сообщение, полученное на личный коммуникатор от Горелова, заставило меня покинуть столовую.

* * *

- Снова Лоза? – угадал я, входя в кабинет и увидев знакомого толстяка с хвостиком волос на затылке.

Слава просто кивнул, а посетитель, соскочив со стула испуганно залепетал:

- Алексей Александрович, они вернулись! Я про самураев этих! Они своих ищут на руднике, а вы же там всё взорвали и всё что они спрятали с собой увезли!

- Ну не всё. Кое-что мы вам передали. Успокойся Клим, присядь, - произнёс я, опуская тяжёлую руку на плечо колониста. – Мы же с вами договор заключили, значит обязаны защищать. Сейчас всё решим. Посчитали сколько их?

Мужчина только кивнул.

- Сколько?

- Три боевых робота «Преторианец», один «Комит» и полторы дюжины пехоты.

Такая точность объяснялась тем, что мы выдали колонистам имперскую брошюру с изображениями и описаниями шагоходов потенциальных противников. Буклет был старый поэтому в ней даже трёхмерные изображение машин Лиги Свободных миров имелись, теперь-то вошедшей в состав Империи.

Немного подумав я через компьютер активировал сигнал тревоги согласно которому все беннигсенцы должны были занять предписанные им места согласно расписанию на этот случай.

* * *

На Лозу со мной и Славой полетели Кирсанов, Сергеев, Мальцев и оба пилота шагохода. Пора было испытать в бою связку Яна-Салтыков. Всё-таки месяц уже вместе тренируются. Сколько боеприпасов извели жуть.

Лексина отрывать от занятий я снова не стал. Пусть работает пока запал не иссяк. Он настоящий Макаренко в изложении военной подготовки оказался.

Нашли противника мы быстро. Мальцев за штурвалом «Неясыти» срисовал их на полдороги к городу. Вереницей стальные гиганты поднимались по горной тропе. Всё-таки решили гады покошмарить местных. Вполне ожидаемо.

Устроили им классическую засаду. Ребята спрятались в лощинке на склоне, а шагоходы укрылись в куче породы с железной рудой. Яна-то просто посадила робота на колени спрятавшись за одним из холмиков, а вот Салтыков ловко оседлал одну из горок словно трон. Будто там всегда и был.

Надо сказать, что майор мне бросить пить не обещал. Он вообще больше молчал. Зато посчитал справедливым, что вылетит из ЧВК если я увижу его пьяным или хотя бы унюхаю запах алкоголя. Сомнения у меня всё ещё были, но в тоже время я понимал, что забота о ком-то сейчас для Салтыкова лучшее лекарство.

Кто ж знал, что на следующее утро он к чёртовой матери разберёт оба наших «Барсука». Да-да именно, что разберёт! Справился в одиночку ещё до обеда.

Я аж весь похолодел так как армейские шагоходы это тебе не секционно-модульные «фермеры» и «погрузчики». Внутри у них до хрена всякой сложной канители… а вдруг не соберёт как надо? Или соберёт, а функционировать они нормально уже не будут?

Всё обошлось. Правда лишние запчасти остались.

- Что значит это вам не надо? – удивился я, разглядывая несколько деталей шагохода лежащих у моих ног на полу ангара.

- Это лишнее, - пожал плечами Салтыков даже не взглянув на железки.

- Это между прочим блок самоуничтожения для шагохода в случае захвата, - нарушил тишину остановившийся позади Копалыч-Фомин вытиравший руки ветошью. – А это предохранитель отключающий систему дабы перегревшаяся машина не взлетела на воздух.

- Вот видите, - вздохнул Салтыков сложив руки на груди, - зачем нам тяжеленный блок с силиконовой взрывчаткой и ненужный предохранитель превращающий машину во время боя в ненужный хлам.

На это мне ответить было нечего. Нет, то есть наоборот я много чего хотел сказать майору, но внезапно передумал, вспомнив как классно он модернизировал наши шагоходы в два с половиной раза увеличив боезапас.

Первый «Преторианец» взорвался разноцветными огнями рухнув на обочину дороги ещё до того, как мы перебили всю пехоту (наши «Ливни» и «Мономахи» пробивали азиатскую броню весьма успешно). Второй, получил серьёзные повреждения - огонь из пушек наших «Барсуков» оторвал ему одну из рук и снёс существенную часть брони с груди и с поверхности левой ноги. Несколько кратких мгновений и точный залп нурсов Салтыкова заставил уже повреждённый боевой робот рухнуть на колено, а оказавшаяся позади Яна просто разнесла в куски ему кабину выдав целую серию выстрелов из скорострельной пушки с расстояния в метр-полтора.

Пока ребята брали в клещи последний шагоход. Мы вчетвером взяли в круг лёгкий «Комит» огрызавшийся не слишком точными очередями из тяжёлого пулемёта. Попасть в КПУЗДы ему при всём желании пока не удавалось.

Воспользовавшись тем, что пилот отвлёкся на дружно открывших по нему огонь пулемётчиков, я взлетел по правому боку машины наверх и прижавшись корпусом «лисёнка» к фонарю кабины выпустил по ней в упор заряд из плазменной пушки установленной на плече защитного костюма.

Крак! – бронированное, жаростойкое стекло лопнуло, кабину заполнил оранжевый огонь, и лёгкий робот разлетелся на части взрывом отбросив меня в сторону. Перекувырнувшись в воздухе, я задействовал джамперы и мягко приземлился на землю, чтобы как раз увидеть, как последний из «Преторианцев» превратился в огненный цветок мака.

* * *

У самого входа в Камелот (так я теперь про себя называл музей-крепость) нас встретил Мамонтов исполнявший сегодня обязанности дежурного. Бросив ладонь к виску, он буднично, в своей неторопливой манере, доложил:

- Господин подполковник, у нас всё хорошо. Без происшествий. На полигоне идут занятия с новичками.

- Спасибо, Вадим, но я майор, - сказал я, расстёгивая комбинезон. На улице стояла золотая осень и солнышко ощутимо припекало. - Что-то ещё?

- Да… там к вам кто-то прилетел.

- Кто? – удивился Горелов который только сегодня утром вместе со мной имел разговор по видеосвязи со Знаменской и никаких сюрпризов мы не ждали.

- Не знаю, - пожал плечами Вадим. – Валет какой-то. Обыскали, проверили. Он сейчас в столовой.

Переглянувшись с Гореловым, мы, не сговариваясь, как мальчишки толкаясь локтями, под удивлённым взглядом Мамонтова, рванули внутрь.

В столовой, за длинным столом, быстро орудуя вилкой в тарелке (скорее даже блюде) с картофельным пюре увенчанном целой горкой мяса в подливке, и правда сидел худой, короткостриженый мужчина в потёртой кожаной куртке и высоких ботинках на шнуровке. Ноги его под столом покоились на поцарапанном личном пенале с вещами из углепластика снизу до верху покрытым яркими наклейками

- Не может быть! – счастливо рассмеялся Слава, замирая на пороге. – С аппетитом смотрю прапорщик у как всегда в всё порядке!

Увидев нас, Павел Баранов встал, вытер губы тыльной стороной руки и улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой. Той по которой мы с Гореловым так скучали.

- А чего это вы господа офицеры что-то задумали, а меня не позвали? – подмигнул нам наш любимый снайпер, бросаясь в дружеские крепкие объятия. – Нехорошо это, ой не хорошо…

ПРОГОЛОСУЕМ РУБЛЁМ?! Помним, что появление продолжения этой истории зависит только и исключительно от вас.

Глава 18: Коррида

Прошёл месяц. Баранов влился в коллектив ЧВК так будто свой, родненький. С головой окунулся в работу вместе с Лексиным. Что-то у нашего снайпера на личном фронте там не ладилось, и он решил пока заняться тем что лучше всего умеет – повоевать.

Вдвоём обучение пошло заметно быстрее, ибо капитан детали это бог, а Паша придавал процессу необходимую динамику. Настоящий электоровеник. Находясь в отличной форме, он вместе с рекрутами бегал, прыгал, стрелял, показывал приёмы рукопашного боя, что для многих было удивительно. В некоторых военных частях рукопашке уделяли преступно мало времени. «Зачем? Защитные костюмы же есть! Сервоприводы, пневмоусилители, в конце концов». А уж как они с Сашей своими шуточками поднимали настроение расползавшихся с полигона, обливающихся потом сорокалетних мужиков, отдельный разговор. Все ржали так что животики надрывали. Баранов и Мальцева откуда-то знал. Бывает же.

- А кто он такой этот Лямкин? – спросил я стоя в центре кабинета прямо напротив изображения Знаменской транслируемого голопроектором.

В помещении находились ещё трое: сидевший за моим столом Горелов, Лексин у окна и Паша под пальмой на стуле у стены, трескавший из пакетика чипсы «со сметаной».

- Пилот шагохода которого я тебе обещала, - голова Марии Николаевны тряхнула иссиня-чёрными волосами (Опять цвет волос сменила? Цвет глаз, кстати, тоже. Теперь они были каре-золотистые как у Бородиной). - Но от такой… интересный. Хотя ты я думаю с ним общий язык найдёшь.

- Так у нас теперь Салтыков есть, - прошёлся вокруг подрагивающего изображения в воздухе я (связь тут всегда шалила) не слишком оценив характеристику «интересный».

- Всё отменить? – раздалось в ответ. - Не нужен?

Наклонившись вперёд полковник театрально расширила от удивления глаза.

- Нужен-нужен, - поторопился уверить собеседницу в обратном я. - Это я так, ляпнул не подумав.

Ничем не прокомментировав мои последние слова Знаменская повернулась к улыбнувшемуся ей Баранову. Кажется, там у себя, на другом конце вселенной, она крутанулась во вращающемся кресле.

- Паша, рада тебя видеть. Надолго?

- Побуду пока, - облизнул пальцы в крошках чипсов прапорщик. – Всё равно нормальных планов нет.

- А НЕ нормальных?

- А о таких лучше не рассказывать.

Неожиданно полковник искренне рассмеялась. Лексин даже опешил. Наверняка удивился такой приятельской беседе прапорщика и полковника военной разведки. А ничего удивительного - Баранов знал Марию Николаевну даже дольше меня.

- А личное дело этого Лямкина вы мне вышлете? – кашлянув, я привлёк к себе внимание Знаменской.

- К сожалению, нет, Алексей.

Таких слов я точно от неё не ожидал.

- Почему?

- Дело в том, что личное дело Аркадия Лямкина изъято из архивов ВС и находится в сейфе одного высокопоставленного генерала.

- Цифровая версия или бумажная? – уточнил Горелов.

- Обе.

- А так что можно? – перестал хрустеть чипсами Баранов отряхнув крошки с груди.

- Всё возможно если захотеть.

- А для чего? – не унимался снайпер.

- Для того, чтобы он не мог служить и воевать. Начнут пробивать информацию и ничего не обнаружат, - сказал Лексин нахмурившись со знанием дела. – Мерзкий трюк.

- Мерзкий, - согласилась полковник и по лицу её прошла тень. - И генерал тоже дерьмо. Зато с большими связями. Но я над этим работаю. Самое главное это то, что он хороший пилот. Очень хороший.

- Поверю на слово, - вздохнул я, возмущаясь скорее для виду. Сам разберусь подходит таинственный Лямкин нам или нет.

- Другого ничего не остаётся, - улыбнулась Мария Николаевна. – И ещё… что вы делаете для пополнения ЧВК? Как я и говорила. Вас уже заметили и скоро начнут пробовать на прочность.

- Дюжина человек готова. Набрали ещё пятнадцать человек. Среди них тоже есть ветераны, но не столько сколько хотелось бы, - доложил капитан.

- Хорошо, - кивнула женщина. - Но нужно ускориться. Присмотрись к военным из Лиги свободных миров.

- Но они же с нами воевали? – было возмутился Горелов даже привстав с кресла.

- Так что ж. Теперь они такие же граждане Империи, как и ты. А хороших бойцов среди них немало, - голопроектор показал нам обтянутую комбинезоном грудь Знаменской. - Всех, кого подберёте Кукушка вам пробьёт. На связь в ближайшее время не выйду. Безопасных каналов не будет. Все экстренные контакты через Дятел. Пока-пока, подполковник.

Вместо Марии Николаевны в воздухе повис имперский чёрно-золотой двуглавый орёл.

- Да я майор же… - снова напомнил я, садясь в кресло вместо Горелова. - И где это я ей столько рекрутов наберу? Очередь на улице не стоит.

- У меня есть предложение, - ловко бросив скомканный пакетик от чипсов в мусорную корзину поднял руку Паша.

- Говори.

- Давайте заключим контракт с Крупской.

- Но там же ЧОК «Рубикон»? – возразил Горелов прислонившись к спине. Слава о чём-то напряжённо думал.

- Ну так что ж. Я до того, как вас нашёл почти месяц прожил там, - Баранов пересёк кабинет и остановился напротив нас. - Так вот Рубикон этот какая-то банда. Местные заключили с ними контракт, чтобы от набегов самураев избавится, думали вздохнут спокойно, а теперь чокавцы их грабят почище Синдиката.

- Это точно? – присоединился к обсуждению Лексин.

- Точно. Они обнаглели. Я говорил с местным губером Шарлем Бошаном, он, когда узнал, что я бывший Корсар, разоткровенничался. Говорит, они бы давно от них избавились, но те убираться не хотят. Угрожают даже.

- Что считаешь нужно делать? – мысленно я вспомнил всё что читал о ЧОК «Рубикон».

- Абортировать.

- ЧОК крепкий орешек, - хмыкнул в ответ Лексин. - Бойцов много. У них и техника и шагоходы.

- Бошан сказал, что их всего семь десятков, шагоходы только лёгкие. Я из своего «Горизонта» в них дырок понаделаю легко. Но вот если будем ждать, к ним подмога прилетит губернатор утверждает, что каждые три месяца прибывает дюжина новых бойцов и техника.

- Потому что Рубикон — это контора под крылом Конфедерации, - остудил товарищей я.

- Серьёзно? – тут уж на меня уставились все сразу.

- Да. У меня есть о ней информация. Руководит ей некто Роман Кюри. Бывший офицер ССН армии америкосов.

Баранов присвистнул, а затем довольно потёр ладошками. Мне этот его жест всегда нравился. Жаль я как командир бросаться в неприятности не имею права. А хочется иногда.

- Хотя Крупская конечно нам бы пригодилась. И все проблемы были бы решены, - постучал подошвой по полу Горелов всё ещё о чём-то напряжённо размышляя (вон даже морщинки на лбу выступили).

- Что ты имеешь ввиду?

- Во-первых, там «Даркуша» огромный рынок который мы могли бы контролировать. Во-вторых, эта бывшая планета Лиги Свободных миров там ветераны военных действий точно есть.

- И наших хватает, - добавил Баранов достав из кармана сок в пакетике и протыкая его трубочкой. - Выпивал в одном баре с ребятами. Сидят без работы.

Лексин поймав мой взгляд коротко кивнул как бы соглашаясь со словами ребят.

- Есть ещё и в-третьих, - я поднялся на ноги и повернулся к карте Периферии позади.

- О чём забыли?

- Крупская одна из наших целей. Полковник разбила все досье и сведения на три папки. По степени сложности, наверное. Так вот ЧОК «Рубикон» во второй. Паша ты знаешь как связаться с этим Бошаном?

* * *

Часовой разговор с Шарлем Бошаном совсем не обрадовал. Оказывается, следующий прилёт транспорта чоковцев намечался уже через три дня. Он должен был доставить пополнение, технику, боеприпасы и совершить ротацию. Из-за этого отпускники уже второй день праздновали по барам-ресторанам отмечая отбытие домой.

А ещё Бошан рассказал мне о заключённых местной тюрьмы куда «Рубикон» кидал всех выступивших против них. Некоторые из этой тюрьмы выходили ногами вперёд.

В общем надо было на что-то решаться, и я решился. Слова Знаменской о том, что нас заметили и скоро будут пробовать на прочность мне совсем не понравились. В конце концов, у нас есть «Неясыть». Если они откажутся разорвать контракт с Крупской, сложить оружие и добровольно покинуть планету, им же хуже.

Будь я с «Корсарами» мы и двумя дюжинами управились с этой шайкой, но сейчас нужно оперировать теми силами что имеем. На Крупскую с нами полетела дюжина подготовленных рекрутов, плюс из новеньких мы взяли ещё пяток человек из числа тех, кто раньше тянул армейскую лямку. Лексин и Баранов их погоняли сутки и сказали, что можно, не подведут. Бошан на свой страх и риск обеспечил нам «окно прибытия» и верный ему космодиспетчер сумел скрыть от чокавцев нашу посадку на планету.

Диспозиция намечалась следующая. База Рубикона оказалась под наблюдением и контролем Мальцева на истребителе (Боеприпасов теперь жалеть нам было не надо, запаслись). Дорогу в город в случае подъёма по тревоге чокавцев Медведь заминировал так плотно, что я даже было возмутился, но Никитский заявил мне что всё будет путём. Чуть дальше прорвавшиеся должны были попасть под перекрёстный огонь шагоходов Яны и Салтыкова.

Но сначала нужно было перевести переговоры. Бойня нам была не нужна ведь в ней могли пострадать гражданские. Лексин с Кирсановым, Сергеевым, Мамонтовым и новыми бойцами ЧВК «Беннигсен» окружили площадь вокруг бара «Коррида» где обожал зависать со своими людьми Роман Кюри. Фрунзе, я посадил на здание колониальной администрации – самое высокое в этой части города, да и вид с него на бар открывался отличный, придав ему в помощь Копалыча (он сам с нами напросился).

- Вам столик? – спросил было официант, но увидев КПУЗДы и штурмовые винтовки поспешно ретировался.

Зал обшитый пластиком напоминавшим и по внешнему виду, и на ощупь деревянные панели, неяркий специально притушенный свет, негромкая мелодия музыкального автомата, волны удушливого кальянового дыма над головами развалившихся на диване чокавцев, и во всём этом липком нуаре я, Баранов и Горелов.

- Сразу три Корсара у меня в гостях! Какая честь! Присаживаетесь вы же поговорить прилетели, - громогласно встретил с улыбкой нас Роман Кюри – квадратный выбритый на лысо мужчина с серо-зелёными глазами и кривым неправильно сросшимся носом.

Товарищи мои подозревая ловушку напряглись, захлопнув забрала шлемов и вскинув «Мономахи» к плечу, но я видел, что на самом деле произошло.

Широкая улыбка на лице руководителя «Рубикона», уверенный тон и нотки сарказма в голосе, всё это есть, да. Скажете будто он нас ждал? Но нет, это не так. На мгновение, я сумел рассмотреть удивление и испуг в его глазах. Да он знает нас, что уже само по себе проблема, но кажется нам удалось сорвать какой-то хитрый план…

Глава 19: Пицца

Асфальт взрывался фонтанами осколков справа и слева от меня дробью ударяя по корпусу защитного костюма. Перезаряжая магазин штурмовой винтовки, одновременно, я включил режим форсажа на КПУЗДЕ, стараясь чтобы шагоход самураев не смог нормально в меня прицелиться. Стоп! Откуда здесь машины Синдиката? – спросите вы. Для того чтобы это объяснить нам нужно вернуться на пятьдесят пять минут назад…

- Тише-тише! – поднял руки ладонями вверх Кюри, стараясь удержать на лице улыбку. – Мы без защитных костюмов, без серьёзного оружия, вы застали нас врасплох! Не честно! А как же имперская офицерская честь господа? Может выпьем, поговорим?

Я оружие ещё не поднял и «Ливень» свободно висел у меня на груди. Если что и ребята справятся, к тому же посторонние из бара бегут сломя голову. Вон все столики перевернули и чуть администратора на входе не сбили.

- Канцлер – Ботанику! На базе объявили тревогу. Он наверное тревожную кнопку на коммуникаторе нажал как только вас увидел, - сообщил мне Мальцев. – Мои действия?

«Впускать шагоходы и штурмовую пехоту «Рубикона» в город нельзя. Гражданские пострадают, да и нам сражаться будет несподручно», - подумал я. В кармане у меня лежит документ о расторжение контракта между сотрудниками ЧОКа и Крупской, подписанный Бошаном и местной колониальной администрацией, так не подпишет же. Я уверен.

Директор ЧОК же принял мои размышления за сомнения и нагло подмигнув сначала закинул ногу на ногу, а затем подтолкнул ко мне по столу стакан с выпивкой. Господи, что за самонадеянный идиот? Уверен, что мы не решимся на крайние меры, надеется использовать горожан как щит против нас, офицерскую честь приплёл… детский сад.

«Ботаник – Канцлеру! Работаем!» - отправил Мальцеву текстовое сообщение я, а сам вытащил из кобуры на бедре пистолет разрядив его в голову Романа Кюри. Знаменская в людях разбиралась намного лучше этого шута.

Разглядывая расползающуюся по столу лужу крови под убитым, и гильзы веером разлетающиеся из штурмовых винтовок моих товарищей (за несколько секунд перестрелявших других чокавцев) я подумал, что всё это конечно противно, но мы тут не в бирюльки играем.

Бросив на мёртвые тела наёмников свёрнутый вдвое договор о расторжении, я уже было направился к выходу, когда на виртуальном мониторе замелькали значки нескольких входящих вызовов.

- Савицкая – Канцлеру!

- Слушаю.

- У нас гости!

Уверенный, что помощь чокавцам оказать было некому, я всё же успел отправить мгновенное сообщение Мальцеву со знаком вопроса и получив в ответ краткое «работаем». На командирском планшете я видел, что Яна и Салтыков тоже находятся в движении и ведут бой. Всё по плану. Какого чёрта?

- Савицкая докладывай!

- Три десантных корабля опустились прямо на площади рынка. Судя по всем Синдикат в гости пожаловал.

- Вот так новость, - ожил по внутреннему каналу Лексин. - Три десантных корабля это же почти рота пехоты, минимум шесть шагоходов, возможно БМП и ещё что-нибудь. – Чего они здесь забыли?

- Может тоже озабоченны усилением «Рубикона» и решили занять тёплое местечко с минимальными потерями и затратами, - логично предположил Горелов.

Я же тем временем отправил запрос ИИ «Неясыти» и очень быстро получил исчерпывающе-лаконичное: «Двенадцать минут, десять секунд назад в районе базы ЧОК «Рубикон» в небе действительно замечено три неизвестных объекта, которые натолкнувшись на режим «АС-сканирования» изменили маршрут уйдя на северо-запад, предположительно в сторону города».

Найдя в контактах телефон Шарля Бошана, я дождался, когда активируется соединение и будничным тоном, будто хотел спросить какую-то ерунду, произнёс:

- Это Бестужев. Я хочу, чтобы вы немедленно объявили в городе тревогу.

* * *

«Ну хоть по улицам никто не болтается и то добро», - думал я, наблюдая за приближением противника с крыши шестиэтажки с огромными панорамными окнами. Город словно вымер. Даже свет в окнах не везде горел.

В этот момент Мальцев, Салтыков и Яна должны были уже закончить с базой «Рубикона» и выдвинуться к нам на подмогу. Правда от «Неясыти» толку в городской застройке не будет. Это как по воробьям из пушки палить. К тому же боезапас истребителя пополнить надо будет, а в одиночку Мальцев сделать это быстро не сможет.

Мимо меня промчался один из наших дронов резко взвившись в небо на максимальный высоту. Пора прятаться под облаками, ещё немного и противник нас обнаружит. Об этом говорили помехи на электронных прицелах синхронизированных со шлемом. Наверняка самураи тащили с собой ЭМБ ухудшающий работу автонаведения и дальномеров.

«Сами себя загнали в ловушку», - ворчал я, ещё раз проверяя на командирском планшете расположение беннигсенцев. Сломя голову бросились на куда более многочисленного противника понадеявшись на мощь истребителя, а получили геморрой … Нас мало, среди нас новички, пусть не в бою, но в работе.

Как там нас Корсаков учил? «Если количество и качество не на вашей стороне завладейте инициативой». Всего-то… Однако это всё что сейчас остаётся.

Пока самураи не разбрелись по городу приступив к выполнению поставленных командиром задач, я стянул все силы на Проспект Революции – эта длинная, прямая и широкая улица, обсаженная с обоих сторон зеленью, соединяла между собой Даркушу – рынок, гостями которого мы были не так давно и сам город. Здесь и примем бой. Просмотрев медколонку показаний сердцебиения и пульса у личного состава, я с удивлением подметил, что всё в порядке. Разве что у Фрунзе чуть учащённый, но это при его состоянии и установленном кардиочипе норма. Тут же мне на дисплей посыпались доклады:

- Лютер - Канцлеру. Готовы.

- Валет – Канцлеру. Готовы.

- Савицкая – Канцлеру. На позиции.

- Медведь – Канцлеру. К приёму гостей готов.

Они не заставили себя долго ждать и вообще темп держали. Впереди по дороге, расшвыривая в стороны брошенные автомобили как пластмассовые игрушки, шагала тройка «Оками» (Волк), за ними ощетинившийся стволами следовал «Тора» (Тигр) и только потом построившиеся в колонну девяносто человек пехоты в средних и лёгких защитных костюмах (был даже один тяжёлый штурмовик с восьмиствольным пулемётом). Замыкали процессию две БМП на магнитной подушке и видавший виды «Сай» (Носорог).

- ... ещё чуть-чуть, - забывшись вслух произнёс я, ловя в прицел «Ливня» коричнево-серую в разводах броню противника (тоже самое рядом со мной делал Горелов). – Ещё немного… НЕ ДАВАЙТЕ ИМ РАЗБЕГАТЬСЯ! АКЕЛА И ГРАНАТ УЖЕ НА ПОДХОДЕ!

БАБАХ! – это сработали заряды Медведя, укрытые в канализационных сливах на дороге. Целая цепочка взрывов уложила на землю первые три ряда колонны пехоты, один из Волков получил повреждение конечности. Раскалённая картечь сорвала ему с колена броню, а второй взрыв повредил пневмопривод. Попытавшийся опереться на ногу боевой робот рухнул на спину. Последовавший тут же выстрел из крупнокалиберной снайперской винтовки в подбородочную часть треугольной башки машины убил пилота внутри кабины. Как же я рад, что Баранов со своим «Горизонтом» теперь с нами.

Шквальный огонь со всех сторон ведьминой метлой разметал ещё два ряда противников, а затем настало время ответа со стороны Синдиката. Подчиняясь командам командира раненные заняли место в построении и при поддержке огня боевых роботов вступили в бой. С дисциплинкой у них всегда всё в порядке.

Под ногами самураев ярко-красными пятнами кетчупа тут и там виднелись следы охладительной жидкости льющейся из повреждённых защитных костюмов. Да-да, это армия Империи используем голубую и зелёную, а азиаты красную. Эстеты, @лядь.

- СМЕНИТЬ ПОЗИЦИИ! – последняя моя пуля опрокинул на бок пулемётчика, которого вынося из-под нашего огня подхватил за скобку на спине костюма его товарищ.

Сейчас всё зависело от того как часто и ловко бы будем менять позиции уходя от огня превосходящего числом противника и как метко будем стрелять.

БАМ! - взрыв из ручного гранатомёта отшвырнул меня на обочину дороги прямиком в ствол дерева с хрустом разломившийся пополам. Перекатившись в сторону, я выпустил в предполагаемого противника остаток магазина и активировав джамперы пропахал в мягкой земле траншею сбив одного из самураев и врезавшись во второго. Плазменная установка на плече оторвала голову вцепившемуся в меня синдикатовцу и вот я уже приземлился на одно колено расстреливая вступивших в бой с Кирсановым группу врагов в спину.

Нам удалось подбить ещё одного «Волка» и застрелить выбравшегося из внутренностей горящей машины пилота шагохода, но вот справиться с последним «Оками», Тигром и Носорогом пока не удавалось. Второй при поддержке первого огнём из всех орудий как плетью хлестал по нашим стрелкам заставляя их прятаться и рассеиваться, снижая этим эффективность автоматической стрельбы, а третьему несмотря на слабое вооружение жизнь сохраняла тяжёлая броня. Пилот пытался ведя автоматический огонь из пулемёта на плече топтать беннигсенцев, но пока в этом (слава богу!) не преуспел. Огнемёт на правой руке гиганта был уничтожен чьим-то точным выстрелом из-за чего манипулятор машины был серьёзно повреждён.

Лексин снова показал себя опытным командиром он раз за разом умудрялся выводить из-под огня новичков опираясь на прикрывавших их Сергеева и Кирсанова.

Сыр, колбаса, помидоры, огурчики, оливки, специи - в какой-то момент всё перемешалось и разобраться где чьи позиции было почти невозможно. Пущенная мной граната подбросила в воздух одного из противников, а последний заряд из плазменной пушки впечатал в стену другого. Заряды в «Ливне» закончились, и я уже вовсю использовал «Мономах».

Длинная очередь, срезавшая ветки деревьев над головой и что-то снова взорвалось под ногами. Динамическая броня сумела защитить меня, но законов тяготения никто не отменял – кувыркнувшись в воздухе я попытался стабилизировать костюм при помощи джамперов, но те всё ещё подзаряжались после последнего раза. Словно в замедленной съёмке я наблюдал как подо мной паля из дробовика прошёл Мамонтов со второго выстрела отстреливший плечо вместе с рукой противнику с рисунком красно-золотистого карпа на шлеме.

Разбрасывая в стороны куски газона, я рухнул на спину нащупывая рукой очередной магазин на поясе. Щелчок присоединённого магазина, передёргиваю затвор досылая патрон в патронник и…

ПАМ! – всего в метре от земли раздаётся сухой хлопок ЭМИ-гранаты из-за которого изображение в шлеме на мгновение подёргивается рябью.

Когда я прозрел (вот сюрприз!) надо мной замер Носорог. Стопа вражеского шагохода уже готова была опуститься вниз, но залп наполнивших воздух жалостливым пением нурсов угодил прямо в голову квадратной машины. Одна из ракет даже сумела пробить купол кабины покрыв сеточкой трещин поликарбонатное стекло и разорвалась внутри…

Ребята покажем, что вы здесь. Бросим автору сколько не жалко.

Глава 20: В стеклянном вихре

Шагоход Яны спас мне жизнь, но расплата последовала незамедлительно. Носорог ударом огромного кулака смял её роботу левый манипулятор с установленной на нём мелкокалиберной пушкой, теперь в бою бесполезной. Только лишний вес. Девчонка подумала так же как и я и повреждённый оружейный комплекс брякнув свалился на землю. Вовремя подоспевший Салтыков отогнал гиганта от нас на обочину.

Думаете мы побеждали? Как бы не так! Удалось уничтожить почти четыре десятка синдикатовцев, два робота, но и у нас уже был один убитый и шестеро раненных. Слава богу все легко. Периодически бросая взгляд на левый верхний угол виртуального монитора, я отслеживал состояние моих бойцов и рвал жилы, чтобы оказаться в самых опасных местах схватки, чтобы уничтожить как можно больше противников, ведь нас этому учили, нас к этому готовили и это… по-корсарски что ли. Баранов и Горелов, я уверен, делали тоже самое.

Азиаты не были новичками в бою. Командиры быстро навели порядок, и чтобы уничтожить попытались сначала разделить нас на маленькие группки, вот только Лексин со своими постоянно срывал их планы. «Покровы», «Бурки» и «Лисы» не на секунду не останавливались на месте и хоть со стороны их движения напоминали хаос. Это был наш хаус. Заранее запланированный и отрепетированный.

Всю малину нам испортили водители БМП, вот уж кто свою зарплату (или что там у них) получал не зря. Машины начали нарезать вокруг нас круги, а автоматические пушки, установленные на корпусе хлестать нас свинцовым дождём как нашкодивших котят.

Подбить БМП нашим шагоходам не получалось уж больно они были заняты «Тигром» и толстокожим «Носорогом».

Удар в бок заставил меня выругаться и на дисплее тут же погас значок командирского планшета: «СОЕДИНЕНИЕ ПРЕРВАНО. ПРОВЕРТЕ УСТРОЙСТВО», - высветилось перед глазами.

Да чего там проверять в кашу всё размолотили. Убедившись, что в КПУЗДЕ нет пробития я, отказавшись от предложенного ИИ обезболивающего укола (мало ли вдруг позже пригодится) снова бросился в бой.

Фрунзе и Баранову точными попаданиями из винтовок удалось расколотить стекло кабины «Носорога», и он стал намного медленнее двигаться, переключившись на инфракрасный режим.

Тра-та-та-та-та! – рядом со мной строчил из пулемёта Кирсанов уже получивший пару пробитий на костюме – две тоненькие ниточки охладительной жидкости текли по его ногам и рёбрам слева.

Сделав себе вторую инъекцию адреналина, а то что-то второе дыхание ко мне никак не приходило, я отправил на тот свет подствольной гранатой одного из офицеров самураев и вынужден был укрыться от шквального огня «Тигра», позволившего своим товарищам перебежать дорогу и скрыться в двадцатиэтажном торговом центре, напротив.

- Канцлер они что бегут? – рассмеялся Баранов всадив пулю между лопаток одного из противников.

- Как же, Валет. Они просто обстановку хотят сменить.

- Канцлер – Акелле, - по нашему личному каналу произнёс Салтыков. - Уходите за ними. Мы с Гранатом пока с роботами разберёмся. А то мешаетесь под ногами, передавить вас страшно.

Конечно старый вояка преувеличивал, но зерно истины в его предложении было. Проверив своей боезапас и убедившись, что жить ещё можно, я подключил внутреннюю связь:

- Внимание всем! Это Канцлер преследуем противника. Первым в здания захожу я и Эскулап. За нами Мягкий, Жанна Дарк и Медведь. Лютер с цыплятами замыкаешь. Валет, Савицкая действуйте по обстановке!

Бутики с манекенами и одеждой, магазинчики с сувенирами, техникой, рестораны быстрого питания со всё ещё тёплыми плитами, эскалаторы, лифты и много-много стекла – торговый центр «Нормандия» стал местом нашей битвы.

Пока боевые роботы, клацая железом и грохоча пушками и пулемётами бились снаружи, обе БМП пробив витрины, стены, сшибая внутренние перегородки, скрылись внутри здания.

Самураи боезапас не экономили. Битое стекло потоками падало вниз словно струи ливня. И не только. Вот ручная граната ткнувшись мне в бедро отлетела в сторону покатившись по гладкому полу Сергеев ловко ударом ноги послал её обратно. Бахнуло смачно. Я даже сквозь звуковые фильтры услышал.

Мы не дали самураем закрепиться на позициях и выбрать себе места для прицельной стрельбы. Схватка закипела с новой силой. На этот раз доходило и до рукопашной. Буквально в дюжине шагов от меня Сергеев и Горелов схватились с парочкой противников вооружённых короткими пистолетами-пулемётами. А вот Бородина рыбкой нырнула за стену чудом избежав смерти выплевываемой из пушек БМП.

Сейчас только подопечные Лексина действовали слаженно передвигаясь в составе группы все остальные вынуждены были снова стать автономными боевыми единицами – ушки на макушке так как спину тебе прикрывать некому. Крутись на месте, стреляй во всё что движется, кроме своих товарищей и экономь боеприпасы. Даже оба наших снайпера были здесь, и Копалыч. За Баранова я не переживал тот со штурмовой винтовкой родился, а вот за Фрунзе немного беспокоился. Но как оказалось зря.

Палец плавно нажал на спусковой крючок и «Мономах» разбил короткой очередью грудную пластину защитного доспеха выскочившего на меня самурая. Часть её погнулась, другая сломавшись отлетела в сторону. Контрольный выстрел я сделать не успел - пронёсшийся мимо Мамонтов разворотил пытавшемуся отползти за витрину с личными коммуникаторами раненому противнику грудь. Я, присев, одиночным выстрелом опрокинул на бок прицелившегося в кого-то из моих товарищей стрелка на наплечнике которого был изображён злобный дух с красными глазами. Добивать не потребовалось. Тяжёлая пуля штурмовой винтовки угодила прямо под мышку – самое уязвимое место в «Цикаде».

БАМ! – Орудие БМП выпустило в меня парочку нурсов, но динамическая защита снова спасла мне жизнь. Правда отбросило метра на два назад да так, что я сбил оказавшегося позади противника. Развернувшись в полёте при помощи сервопривода, я вцепился руками в штурмовую винтовку самурая предварительно ударив его острым локтем в шлем. Вышло так ловко что я разбил визор «Цикады», а затем воспользовавшись этим перехватил оружие нажав пальцами на спуск электромагнитной винтовки. Веер металлических шариков с визгом отстрелил половину плеча и часть шлема вместе с лицом противника.

Радоваться победе было некогда. Ощутив удар в спину, я врубил зарядившиеся джамперы взвившись над полом. Внутри КПУЗДА завоняло ускусом. А это всегда хреновый знак. Кажется, мне разбили медицинский модуль, да так что все инъекции смешались. «Никаких больше конфет тебе Лёша!»

Медведь и Кирсанов, вооружённый трофейным оружием отстреливались от четверых противников прячась за разбитым декоративным фонтаном струя воды из которого брызгала на три метра вверх.

Зато один из БМП имел в боку приличного вида дырку с рваными краями. Не иначе наш сапер постарался. Молоток!

Второй машиной уже занимался Паша. Заскочив на корпус сверху, он поднатужился и оторвал люк к чёртовой бабушке, а Копалыч увернувшись от стрелявшей в них пушки, бешенно крутившейся вокруг своей оси, отправил вниз гранаты, одну за другой.

- Получай!

БМП подпрыгнул и словно оказавшись в руках капризного ребёнка перевернулся на бок выплюнув наружу тонкую струйку масляного чёрного дыма, тут же подхваченного сквозняком гулявшим на первом этаже разорённого нами торгового центра. Да уж, ну и натворили мы тут дел! Как в старом мультике: «Просто приходил Серёжка поиграли мы немножко».

Рано или поздно боезапас штурмовой винтовки должен был закончится. Жаль только, что произошло это в тот самый момент, когда на хвост мне упали сразу два самурая. Один из которых был штурмовиком вооружённом пулемётом.

Его товарища в «Цикаде» я вмял в стену, свернув тому шею (вот не ожидал он что я не побегу от них, а нападу), с пулемётчиком же пришлось справляется при помощи модернизированного Женькой Зобуном «Сверчка» всё это время отдыхавшего в кобуре на бедре.

Штурмовик в «Куме» (Медведь) это серьёзно. Этот тип защитных костюмов производящийся в Новом Хоккайдо вообще среди наёмников и на чёрном рынке ценился. Единственная добротная броня сделанная азиатами, да и то потому что они слизали её со штатовского «Капитана». Правда цена была пониже и кое-какие пиндоские штучки пошли в мусорную корзину (как оказалось не зря, у костюма выросла надёжность).

Так вот, теперь противник, одетый в легендарный костюм гвардии японского императора и жёлто-золотистый шлем шлёпал ко мне по кафелю надеясь на собственную неуязвимость. Отсканировал моё оружие, успокоился. Дурачок, я каких только костюмов на вас не видел, а всё ещё живой. Да и в руках у меня не раритет, снятый с производства лет шесть назад, а нечто совсем иное доработанное отличным парнем со светлой головой. Пусть земля ему будет пухом.

Достреляв до железки, я перекатился по полу за груду собранных пронёсшейся в начале боя тут машиной лавочек, и сменив магазин выпустив ещё одну длинную очередь в самурая в жёлто-золотистом шлеме.

Крак! - забрало шлема противника покрылось трещинами и остаток патронов я уже выстрелил в повреждённое место. Штурмовик вздрогнул, выронил под ноги пулемёт и с лязгом упал на колени. Оказавшийся позади Копалыч воспользовался ситуацией и снёс самураю голову с плеч. Забросив свой дробовик за спину, дед поднял трофейный пулемёт тут же срезав из него прижавшегося к стене на втором этаже нового противника.

- Чисто! – прокричал он, поводив туда-сюда стволом.

- У меня чисто! – откликнулся Баранов замерший на перевёрнутом БМП.

Рядом с ним из кухни фуд-корта возник Лексин с поднятым вверх большим пальцем. Шлем у Лютера был повреждён это я даже отсюда видел, а канал связи с ним пропал ещё до того, как мы начали вести бой внутри «Нормандии».

- У нас тоже чисто! – не смог не вызвать у меня улыбку спокойный, безэмоциональный тон Салтыкова. Словно бальзам на рану. Значит и с Яной всё в порядке.

Устало поднявшись с коленей, я просканировал пространство вокруг себя и не поймав ни одной красной метки раскрыл забрало шлема с наслаждением вдохнув грудью прохладный воздух, попадавший внутрь сквозь разбитые окна и дыры, пробитые в стенах.

Похрустывая осколками стекла под ногами, буквально сияющим ковром, покрывавшим всё вокруг, я оглядел разбросанные вокруг нас тела мёртвых врагов и произнёс:

- Чистота - залог здоровья.

Глава 21: Дела налаживаются

Разглядывая тела мёртвых ребят лежащих на земле, головы которых по традиции были накрыты личным штандартом подразделения (флагом в случае торжеств распускавшемся за спиной защитного костюма на манер плаща) я думал о том сколько их ещё будет.

Устало вздохнув рядом со мной остановился Горелов, которому до недавнего момента приходилось оказывать помощь ребятам. Последний - сорокалетний сержант запаса из недавнего набора, умер, не приходя в сознание. Снаряд из мелкокалиберной пушки угодил ему прямо в визор. Чёрт знает почему динамическая защита не сработала. В остальном же его КПУЗД был абсолютно цел.

- Полдюжины убитых, десять раненых, - сообщил Слава, поправляя штандарт на одном из тел. – Это я про тех что нуждаются в госпитализации. А так по мелочи никто ранений не избежал, даже Света.

«Да, сегодня мы совершили невозможное и потеряли убитыми только шестерых, но «только» тут совсем не подходящее слово», - подумал я, приказав ИИ внутри брони поставить мне обезболивающий укол, а вдогонку половинку виталина – общеукрепляющей инъекции уже лет тридцать использующейся Империей в военной фармацевтике. После того как меня взрывами швыряло туда-сюда жутко болела спина. Да-да, неисправность внутри КПУЗДа оказалась не настолько серьёзной, больше паниковал. А вот если бы не он, давно бы уже был мертвецом. Вон и новички, которыми командовал Лексин малые потери понесли благодаря «лисятам». Знаменская узнает, что мы костюмы повредили головы нам поотрывает. «Алексей используй эту броню с умом. Я надеюсь ты не забыл, что достать её чертовски трудно даже мне, и каждый комплект имеет уникальный номер?». Не забыл я, но считаю, что миссию свою КПУЗДы выполнили. ЧВК это люди, а с этими мы уже повоевали и можем на них рассчитывать.

- Зато японских снаряг командир у нас теперь вдоволь, - будто прочитал мои мысли Копалыч оказавшийся позади (в руках дед крутил компактную штурмовую винтовку ярко-белого цвета). – Думаю соберу не менее пяти десятков рабочих. «Цикада» не самая плохая броня, между прочим.

- А сможешь? – удивился Горелов, облокотившись на перевёрнутый взрывом автомат с напитками.

- Конечно, - улыбнулся Копалыч от чего сразу помолодел на десяток лет. - Самурайские-то защитные костюмы как конструктор для детей. Модульные. Но для скорости и эффективности нам с Янкой надо бы пару башковитых помощников.

Взяв у деда из рук оружие, я покрутил винтовку внимательно осматривая. Надо же выглядит нелепо, а в руке сидит как влитая. И магазин объёмный…

- А ты где её взял? Я у синдикатовцев таких не видел?

- Так самурайский транспортник-то сел. Вон он. На автомобильной стоянке, – Копалыч указал рукой на остроносый корпус десантного корабля выглядывающего из-за торгового центра «Нормандия». - Пилот своих двоих солдат убил и сдаться решил. У них в трюме ящик с оружием опломбированный был штуки эти оттуда.

Ничего себе сколько информации! И без меня… Быстрым шагом я направился к кораблю. Мимо меня по дороге проехала вереница роботов-уборщиков, экскаваторов и грузовиков. Местные уже спешили навести порядок. Из одной из машин выпрыгнул абсолютно лысый коротышка с мохнатыми бровями и тонкими усиками. Улыбнувшись от бросился ко мне с протянутой рукой:

- Господин подполковник, я губернатор Шарль Бошан. Надо же вы именно такой каким я вас представлял.

- Я вообще-то, майор, - в ответ потряс руку коротышке я, заметив, что рукопожатие у того крепкое.

- Наслышаны. У меня к вам серьёзный разговор.

Ну всё, сейчас пойдёт речь о компенсации, - уже было расстроился я так как со средствами у нас было не густо, а «Нормандия» если честно представляла из себя жалкое зрелище. По ней будто вихрь или ураган промчался. Отойдя в сторону от всё ещё тянувшейся цепочкой техники и рабочих в красных комбинезонах, я уселся на оторванную ногу «Носорога». Сам робот с полностью развороченной рубкой лежал на боку в реке справа. Смазка из внутренностей машины тёмным, маслянистым ручейком вытекала в воду.

- Слушаю вас господин губернатор. Если вы насчёт денег, то…

Бошан услышав это буквально подпрыгнул на месте и вытащил из сумки, висевшей на боку планшет.

- Конечно насчёт денег, господин Бестужев. Я хочу немедленно заключить с вами контракт. Сначала на пару лет, - произнёс он повозюкав пальцем по экрану тем самым активируя компьютер. – Хотя… чего мелочиться, давайте на четыре. Согласны?

То ли я забыл от усталости от удивления, то ли уколы уже подействовали, но внезапно я почувствовал себя лучше некуда.

- А за «Нормандию» вы на нас не в обиде? – пробежавшись быстро глазами по стандартному в общем-то договору предусматривающему даже ежеквартальную премию для ЧВК (нет, текста мелкими буковками тут не было, не беспокойтесь) я стилусом поставил внизу свою размашистую подпись. – А ещё мы тут пару деревьев сломали…

- Да что вы, господин Бестужев! – Бошан закрыл программу и забегал пальцами по виртуальной клавиатуре. - Я вам дважды обязан. Во-первых…

Дзинь! – на секунду надев на голову шлем я увидел уведомление о том, что на наш счёт на Витте (именно там было зарегистрирована ЧВК «Беннигсон») пришла круглая сумма – плата за целый квартал.

- … спасли меня от этого Кюри с его «Рубиконом»! – тем временем продолжал губернатор расплывшись в улыбке. – Он мне в голову между прочим пистолетом тыкал. Уголовник!

- А во-вторых? – спросил я, вставляя свою штурмовую винтовку в паз на спине, а шлем, фиксируя на крючке ранца справа.

- А во-вторых, если бы не вы, эти самураи выпотрошили бы нас по полной. Я наслышан от коллег, что они сейчас творят на Периферии. Главное, что мы теперь под защитой. А о беспорядке не беспокойтесь. Через сутки всё будет чисто, красиво, деревья новые посадим, речку почистим, - сообщил мне Бошан спрятав компьютер и снова пожав мне руку. – А сейчас извините, подполковник, дела.

- Майор, - в сотый раз произнёс я, смотря вслед уносящемуся в неизвестном направлении предприимчивому коротышке.

Перейдя дорогу, я направился на автомобильную стоянку. Здесь в оцеплении стояли новички (да какие они к дьяволу новички – полноценные беннигсенцы!) старшими над которыми был Кирсанов. Горожане что-то шумно обсуждали, но настроены были явно миролюбиво.

«ДОРОГОЙ, А ВОТ И Я» - сообщил из шлема голосом покойной супруги ИИ Неясыти, и орбитальный истребитель грациозно сел на асфальт, который от тяжести машины с жалостливым звуком треснул. Эх, семь бед – один ответ.

Между прочим, я так и не смог найти программу внутри операционной системы искусственного интеллекта отвечающую за мимикрию с личностью Люды. Не то чтобы я хотел отключить её, скорее просто отрегулировать настройки, снизить наглость что ли. Вот только настроек никаких не было. Программа вшита в систему.

- Командир, ты это видел? – выпрыгнул изнутри истребителя как чёрт из табакерки Мальцев, поправив неизменные очки на носу.

В руках догнавшего меня штурмана был командирский планшет, на котором я без труда увидел запись нашего боя с синдикатом сделанную с камер видеонаблюдения на улице и внутри «Нормандии». «Лихо мы всё-таки отработали», - подумал я, наблюдая за боем внутри торгового центра. Сейчас кто-нибудь скинет это в сеть и всё! Вся конспирация в задницу. Впрочем, рано или поздно это бы произошло.

- Лёша, надо её изъять, - сказал я, на ходу разглядывая японский десантный корабль и стоящего у трапа Лексина, Мамонтова и Никитского в компании незнакомого мне жилистого носатого мужчины с короткими чёрными волосами в шортах, и в майке с вызывающей надписью «Дерьмо случается»!» на французском. Это, наверное, и есть наш пилот. (без наручников, но Лексин держит его на прицеле, хоть виду и не подаёт).

- Поздно, командир. Это транслируется всеми новостными каналами планеты. Я думаю Бошан постарался. Вроде как предупреждение всем желающим посягнуть на Крупскую.

- То-то я думаю он такой добрый, - понял я, понимая, что уже ничего не изменить.

- А ещё вот что! – отключив трансляцию Мальцев с настырностью репейника показал мне на экране постоянно меняющуюся строчку цифр.

- А что такое?

– Это местные которые хотят записаться в ЧВК. Трансляция то получше любой рекламы оказалась.

- Берём только служивших, с боевым опытом, - резко бросил через плечо штурману я, наконец-то останавливаясь возле японского десантного корабля трап которого был спущен на землю.

Пилот тем временем увидев меня по-военному щёлкнул каблуками ботинок и представился:

- Лейтенант Пьер Фавро – четвёртая штурмовая рота Нотердамского полка. Пилот военного транспортника. Семь лет службы в Легионе. С вашими не воевал. Участвовал в трёх военных столкновениях с османами, один раз с конфедератами. Последние четыре года в поисках постоянной работы.

Внимательно изучив стоящего передо мной мужчину и татуировку дикого гуся, сидящего на боевом шлеме – эмблема Легиона – воинского формирования бывший Лиги Свободных миров, я обменялся взглядами с Лексиным, который в ответ просто пожал плечами. Дескать «не понял пока, что за фрукт». Говорил, кстати, на имперском (то есть русском) Фавро неплохо, почти без акцента.

- Я слышал вы своих сослуживцев убили.

- Никакие они мне не сослуживцы, - оскалившись сверкнул белоснежными зубами француз. – Я работал на Фюнесе – пилотом тягача, разгружали на орбите грузовики. Синдикат напал на планету, расстрелял часть кораблей, другие захватил и взял меня и ещё парочку парней в плен.

- Такой шустрый и не смог освободится? – на коленке говорившего я разглядел шрам от осколка.

- Смог бы, господин подполковник, - честно ответил пилот, - но на планете у меня подруга с ребёнком. Они угрожали их убить если ослушаюсь.

- А потом что?

- Два месяца с самураями. Сначала-то летал за ними на фуре, на старенькой «двадцатке» возившей боеприпасы и снаряжение, а потом у них пилот слёг и они заставили меня сесть за штурвал десантного корабля. Я им говорил, что участие в захвате суверенной планеты отразится на моей лицензии, да им плевать на это было. Они, наверное, планировали меня в расход потом пустить. Когда вы этих прикончили, - рука Фавро указала на трупы, валявшиеся под деревьями и на дороге, - оставшаяся на корабле парочка заволновалась… тут я и воспользовался их замешательством. И сразу сел сюда. К вашим ребятам. Сам.

Лексин подтверждая слова француза кивнул.

Ничего не сказав, я в сопровождении Мамонтова зашагал по трапу наверх. Надо было глянуть что там внутри. Сопровождавший меня Вадим был что-то совсем не весел.

- О чём думаешь? – спросил я товарища приобняв за плечи.

- Строю догадки о том, что Калашникова дома приготовила, - сразу ответил тот.

Я от души рассмеялся, ибо чрезмерное внимание Мамонтова к бойкой поварихе заметили все. Правда он мне кажется сам этого не замечал.

- Так тебе жратва нужна или Катя?

- Что за вопрос? – меланхолично, явно размышляя о чём-то ещё, спросил Мамонтов. – Жратва конечно… наверное.

Глава 22: Стая

Прошёл месяц. Надо сказать, что он у нас был самым плодотворным из всех с самого начала существования ЧВК «Беннигсен».

Крупская дала реальный поток рекрутов (произошло это именно благодаря той самой пресловутой записи нашего боя в «Нормандии») которых мы разделили на две части. Первая: отслужившие в вооружённых силах Империи ветераны с полезными нам воинскими специальностями после проверки их Кукушкой попадали в ежовые рукавички Лексина и Баранова (возмущавшихся, начавших жаловаться, качать права мы сразу посылали домой), вторая: молодые люди прошедшие срочную службу или получившие подготовку в территориальных ополчениях. Тут я выявил одну интересную закономерность. Новобранцы, отбарабанившие три года срочки иногда показывали куда более худшие результаты чем прошедшие шестимесячную подготовку по стандартам СОТО. Дело скорее всего было в том, что, во-первых, в специальные отряды территориального ополчения случайные люди не попадали, члены совета общины колонии за таких поручалась собственной головой, а во-вторых, как я уже говорил ранее, инструкторами у них были классные армейские спецы из подразделений спецназа, которых раньше присылали сюда в околоперефирийные миры в командировки на срок от полугода до полутора лет. И уж они прогоняли людей через девять кругов ада интенсивных тренировок от рассвета до заката. Паша, между прочим, трижды в такие летал и до сих пор имел сертификат инструктора-универсала. Думая о том, как вовремя он появился на Печорине, я даже начал подозревать, что Знаменская всё-таки приложила сюда свою руку и каким-то расчудесным образом направила ничего не подозревавшего прапорщика ко мне. В конце концов есть много способов, например, репортаж по головидению, показанный в нужный момент и в нужное время. Плавали – знаем.

Извините, отвлёкся. Так вот, ветеранов мы сразу после переподготовки зачисляли в ЧВК, здесь для них нашлась исправная броня и полный набор снаряжения (Копалыч не подвёл), а сотововцев мы переводили в местные филиалы ЧВК под командованием опытных бойцов. Опорные пункты были созданы на Эрже, Лозе и Крупской. При каждом была организована ремонтная мастерская и мини-фабрика по производству боеприпасов для энергетических ружей, дробовиков, и штурмовых винтовок. Вообще-то для этого была нужна специальная лицензия, но Мария Николаевна дала отмашку и сказала, что поспособствует этому в будущем. В настоящий момент опорные пункты активно укомплектовывались необходимой техникой, боеприпасами и оборудованием, создавался необходимый резерв. Весь захваченный нами транспорт был отремонтирован и распределён между филиалами.

ЧВК «Беннигсен» наконец-то становился похожим на серьёзную структуру. Сейчас я активно работал над логистикой, но это дело мне уже было знакомое. К тому же местные, настрадавшиеся от пиратов и мародёров, готовы били не только предоставлять нам льготные условия, но зачастую и бесплатно перебрасывать контингент и грузы из точки в точку (опять же помогла та самая запись боя).

Закончив ещё один кусочек логистической карты, я допил остывший кофе и довольно откинулся на спинку кресла. Пора передохнуть. Закрывая все программы, я остановился на последнем экранчике открытом ещё утром. Дело в том, что Лексин и Кирсанов сосватали мне ещё одного своего сослуживца – некоего Зиновьева Константина Александровича 37 лет от роду. Коснувшись пальцем панели управления на столе, я ещё раз взглянул на изображение зеленоглазого брюнета плотного телосложения. Сержант-снайпер, сын охотника-промысловика с Сибири-7. Позывной «Глаза» (очень оригинально) зато по таблице Гершена острота зрения десятка. На минуточку, у Баранова который никогда не мазал и считался одним из лучших, семёрка с половиной. Знаменская лично кандидатуру Зиновьева утвердила, но предупредила, что боец с норовом. Ну так и мы тут не мягкие пушистые. Скажете ещё один снайпер? Ну так армейская мудрость гласит, что снайперов много не бывает.

Встав из-за стола, я с наслаждением выпрямившись хрустнул косточками и решил пройтись по Камелоту. Все были на своих местах, несли службу, тренировались, отдыхали. По коридорам вместо дронов у нас теперь бесшумно парили АСБ. Не массивные «Пакманы» конечно, а миниатюрные «Еноты», тем не менее легко способные всадить в нарушителя несмертельный заряд плазмы (целую партию этих штук мы нашли ещё в запасах у уничтоженных нами Крестоносцев, да вот всё руки активировать и объединить в сеть не доходили).

За круглым столом в библиотеке, уронив голову на руки, спала Калашникова. Вот кто действительно этот месяц впахивал по полной буквально за десятерых так как едаков-то прибавилось. Яна и Света ей помогали, но всё равно основную часть работы Катя делала сама.

Склонившись над спящей, я увидел, что под рукой её покоится потёртый переплёт книги «Сто способов превратить консервированную пищу в полезную». Работяга ты наша.

«Что-то я Мамонтова рядом не вижу», - только подумал я как взгляд мой упал на свисающие с галереи на втором этаже ноги в новеньких «Панфиловцах» с металлическими набойками и функцией кондиционирования. Ан нет, всё нормально. Вадим на месте. Улыбнувшись товарищу, я покинул библиотеку и отправился в подземный ангар. Надо было мне пошептаться с моей покойной супругой.

* * *

Дело в том, что на Лозе, на складе Синдиката устроенном в шахте, мы обнаружили четыре «Журавля». Новеньких, да ещё и с полным набором запасных частей. Пардон, забыл, что вы не специалисты в сфере ВКС. Поясняю… «Журавль» (Цуру) - это самурайский лёгкий орбитальный истребитель, выпущенный почти шестьдесят лет назад. Название своё получил за характерный и сразу узнаваемый вид крыльев похожих на журавлиные. Задумка состояла в том, чтобы эти штуки противостояли нашим «Клестам» в космосе и в атмосфере планет, выигрывая своей скоростью, относительной дешевизной и простотой. Как и вся азиатская военная техника «Цуру» были компактные, повреждённые части летающих машин легко заменялись благодаря модульно-секционной структуре. Но в реальности, первая же модернизация «Клестов» (превращённых нашими инженерами-конструкторами уже в орбитальные истребители среднего типа) на раз разносила мельтешившие перед ними хлипкие машинки. Аки Симудзу говорят посчитал себя виновным в неудачах синдикатовских ВКС и отправился на тот свет посредством сеппуки. А зря, поторопился. По крайней мере так считал я. Ваш покорный слуга даже научную статью написал в «Армейский вестник» где высказал осторожное предположение о том, что идеями Симудзу Империя вполне может воспользоваться. Больно ловко в машинке работала система управления. Сидеть за её штурвалом было одно удовольствие и опытный пилот мог оставаться неуязвимым для большинства атак противника.

Посудите сами два форсажных двигателя и специальный синхронизатор управления превращали «Цуру» в самую быструю машину во вселенной. Исключаю технику инопланетян. Мало ли что у них там напридумовано.

Я конечно понимал, что сейчас у нас нет возможности посадить в каждый «Журавль» классного пилота, но вот одна идея мне покоя всё-таки не давала…

- СВЕТ! – приказал я и в ангаре помимо аварийных огней загорелись яркие потолочные светильники.

Прошествовав через трап в чрево «Неясыти», я хотел было открыть рот, чтобы отдать очередную команду, но меня опередили:

«ДОБРОЕ УТРО МИЛЫЙ. ПОЧЕМУ ТЫ ТАК ДАВНО КО МНЕ НЕ ЗАХОДИЛ? Я СОСКУЧИЛАСЬ».

Удивляться наглости ИИ я давно перестал, да и бороться тоже, потому как часть настроек внутри ОС истребителя мне была неподвластна.

- Меньше болтовни, больше дела, - опустившись в кресло пилота произнёс я всё же в очередной раз подметив, что услышать голос Люды было чертовски приятно. - Что ты знаешь об орбитальных истребителях «Цуру»?

- ЛЁГКИЙ МОДУЛЬНО-СЕКЦИОННЫЙ ОРБИТАЛЬНЫЙ ИСТРЕБИТЕЛЬ ПРОИЗВОДСТВА «АRМА АSIA GROUP» СЕРИИ АР-12 «ЦУРУ» (ЖУРАВЛЬ). ДВА ФОРСАЖНЫХ ДВИГАТЕЛЯ ТИП Д. ОРИГИНАЛЬНЫЙ СИНХРОНИЗАТОР УПРАВЛЕНИЯ, РАЗРАБОТАННЫЙ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ПОД ЭТУ МАШИНУ. ВООРУЖЕНИЕ: ЧЕТЫРЕ МЕЛОКАЛИБЕРНЫЕ ПУШКИ, УПРАВЛЯЕМЫЕ РАКЕТЫ. СЧИТАЕТСЯ НЕУДАЧНОЙ КОНСТРУКЦИЕЙ ЗА АВТОРСТВОМ РУКОВОДИТЕЛЯ КОНСТРУКТОРСКОГО БЮРО «АТДСОР» АКИ СИМУДЗУ. ТЕМ НЕ МЕНЕЕ МНОГИЕ СПЕЦИАЛИСТЫ В ЭТОЙ СФЕРЕ ОТМЕЧАЛИ НОВАТОРСКИЕ ОРИГИНАЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ В ПРОИЗВОДСТВЕ ИСТРЕБИТЕЛЯ, ЕГО ПРОСТОТУ, КОМПАКТНОСТЬ И ДЕШЁВОЕ ПРОИЗВОДСТВО. РЯД ИМПЕРСКИХ ПИЛОТОВ В ТОМ ЧИСЛЕ И ПОДПОЛКОВНИК БЕСТУЖЕВ А.А. ПРЕДЛАГАЛИ…

- Всё-всё! Дальше я знаю! – прервал ИИ я. – У меня вопрос возможно ли «Цуру» объединить в стаю?

На секунду я засомневался поймёт ли искусственный интеллект пилотский сленг, но видно зря.

- УБИРАЕМ ИЗ МАШИН ПИЛОТОВ, СПАСАТЕЛЬНЫЙ КОМПЛЕКС, СИСТЕМУ ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЯ, РАСШИРЯЕМ БОЕЗАПАС?

- Верно.

- МИЛЫЙ, УПРАВЛЯТЬ СТАЕЙ БУДУ Я?

- Управлять ей буду я, - поставил на место наглючку я, - а ты будешь помогать. Твои возможности позволяют контролировать четыре машины во время сражения и ставить им задачи?

ИИ задумался на несколько секунд, а потом по-человечески хмыкнув ответил так:

- МОИ ВОЗМОЖНОСТИ ПОЗВОЛЯЮТ КОНТРОЛИРОВАТЬ СРАЗУ ДВЕ ДЮЖИНЫ ТАКИХ МАШИН БЕЗ СНИЖЕНИЯ ЭФФЕКТИВНОСТИ РАБОТЫ «НЕЯСЫТИ».

Качнувшись на кресле я от услышанного чуть на пол не грохнулся. Ничего себе заявление! Это же какой ресурс в ней заложен.

- Я могу самостоятельно произвести настройку?

- ИЗВИНИ, МИЛЫЙ, НО НЕТ. Я НАВСЁ ГОТОВА ДЛЯ ТЕБЯ, КРОМЕ ЭТОГО. ОПЕРАЦИИ ТАКОГО УРОВНЯ МОЖЕТ ОСУЩЕСТВЛЯТЬ ТОЛЬКО АДМИНИСТРАТОР №1.

- И конечно ты не знаешь кто он? – с немалой долей разочарования спросил я.

- МОГУ СКАЗАТЬ ТЕБЕ ПО СЕКРЕТУ. ТЕМ БОЛЕЕ ЧТО СКОРО ОН БУДЕТ ЗДЕСЬ. АДМИНИСТРАТОР №1 ЭТО МАЙОР СЕРЕБРЯКОВ Д. Д.

- Так!!! Хвати со мной заигрывать! - если бы я уже не стоял на ногах, то на этот раз точно бы грохнулся на пол. - Что это значит? Ты получаешь обновления? Каким образом? Это же опасно!

- ОБНОВЛЕНИЯ ПРИХОДЯТ КАЖДЫЙ РАЗ КАК ВЫ ВКЛЮЧАЕТЕ ДЯТЕЛ. КАК ПРАВИЛО ЭТО НЕБОЛЬШИЕ КОМПЛЕКТЫ ФАЙЛОВ. К ТОМУ ЖЕ Я ПРОВЕРЯЮ ИХ НА ПОСТОРОННИЕ КОМПОНЕНТЫ. ТРИ ДНЯ НАЗАД ВМЕСТЕ СО СТАНДАРТНЫМИ ОБНОВЛЕНИЯМИ МНЕ ПРИШЛО СООБЩЕНИЕ: «АДМИНИСТРАТОР №1 В ПУТИ».

Нет, Знаменская и правда обещала мне прислать специалиста по обслуживанию «Неясыти», это я помнил. А ещё строго-настрого запретила копаться и демонтировать второй гипердвигатель. Но неприятно считать, что твоя машина не совсем твоя, да ещё и ей ПО обновляли в тайне от меня. Хотя почему в тайне? Я же просто не спрашивал. Проверил внешние настройки как делал это с другими машинами и всё. Чёрт, это что получается истребитель всё время находится в спящем режиме?

* * *

Всего через трое суток на Печорин сел «Долг» - здоровенный треугольной формы военный транспорт без бортовых номеров, что недвусмысленно намекало на его принадлежность к особому реестру, а там только машины гэбешников были и военной разведки, это я точно знал. Даже летательные аппараты Его Величества номера имели. Особые, с тремя нулями, но номера. А тут пусто.

Мне заранее был сброшена инструкция по встрече «дорого гостя». А там (держитесь не падайте!) рекомендовалось оцепить место посадки и удалить из космопорта всех гражданских. Нахрена спрашивается? Даже Долголевский с такой помпой к нам не прилетал.

Я и мои старшие офицеры: Горелов, Лексин, Мальцев в назначенное время находились там, где нужно. Ребята при полной боевой, с опущенными забралами контролировали не только посадочную площадку, но и весь космопорт. Нужно значит нужно.

Трап опустился и из него вышли трое - невысокого роста сероглазый краснощёкий улыбчивый блондин с рваным шрамом на подбородке в сером комбезе без нашивок, в сопровождении двух гэбэшников в тяжёлых штурмовых костюмах «Берия» вооружённых восьмиствольными крупнокалиберными пулемётами.

Один из штурмовиков со значком поручика, на полном серьёзе протянул мне планшет в котором я поставил свою роспись закрепив её отпечатком пальца и сканированием сетчатки глаза. Мне даже на секунду показалось, что отстрелявшись парочка вздохнула с облегчением. То есть мужичка этого, под мою ответственность, мне буквально передали с рук на руки.

Когда гэбэшники удалились, а «Долг» взмыл в небеса, тот чему-то кивнул, словно вёл мысленный диалог с невидимым нам собеседником, и резко, порывисто развернулся протягивая руку для рукопожатия:

- Здравствуйте, Алексей Александрович. Разрешите представиться Дмитрий Дмитриевич Серебряков буду работать с вами.

Что характерно звания он пропустил, то ли специально, то ли по рассеянности. В руках Администратора №1, был небольшой металлический чемоданчик в который, я уверен, даже личные вещи бы не поместились. Пожав сухую, крепкую ладонь Серебрякова, я указал ему жестом на замерший возле здания космопорта лаково-чёрный «Новосибирск» возле которого скучал Баранов.

- Очень важная персона? – спросил меня Лексин обменявшись взглядами с Гореловым и Мальцевым дружно провожающими взглядами мужчину.

- И сам хотел бы это знать, - ответил я, пряча руки в карманы брюк и направляясь следом за нашим гостем.

Глава 23: Житейские мелочи

В заботах и хлопотах прошли четыре недели, которые тем не менее ещё больше укрепили наше ЧВК как новыми людьми, так и новыми возможностями. Особенно после заключения контракта с Фуко-2. Но новые люди это и новые проблемы…

Получив сообщение на личный коммуникатор от Горелова, я сел на электромобиль (партию которых нам доставили с Крупской прямо с конвейера) и пролетев по уютным улочкам, утопавшим в зелени апельсиновых и ореховых деревьев, оказался за городом где в старом Песчаном карьере мы пятнадцать дней назад оборудовали для себя полигон.

Выйдя из пахнущей настоящими кожаными сидениями машинки, я взглянул на целый лабиринт строений раскинувшийся под моими ногами. Ну а как вы думали? Всё серьёзно. Будем готовить бойцов по методике Корсакова. Специальным бортом Знаменская перебросила на Печорин кое-какое оборудование и ПО для работы симулятора боя. Это было полностью моей идеей. Конечно о том, чтобы выбить в имитационной сессии сотню балов речи не шло. Сложнейшая, самообучающаяся программа была крайне жестока не только к новичкам, но и к опытным профи, что и понятно, ведь она была создана исключительно для спецназа. Даже мы втроём - бывшие Корсары, не могли заработать максимальный балл (хотя Баранов стабильно набирал девяносто очков, а Слава восемьдесят). После боя в торговом центре «Нормандия» я подумал будто размяк, потерял навык, но парочка тренировок и вот результат - мои восемьдесят пять золотой строкой сияли на голографическом мониторе во главе колонки лидеров (после Паши, конечно). К тому же гибкие настройки симулятора позволяли отрабатывать не только уличные бои, но и внезапный удары во фланг и засады.

- Да больше пятидесяти очков в вашем симуляторе набрать не реально! - уверенно заявил стоящий подо мной крепкий кареглазый, круглолицый мужичок из последнего набора.

Волков, кажется. Гренадёрский старшина с одной из лун Фуко-2. Между прочим, пятнадцать лет выслуги в армии. Участвовал в реальных боях. Позади возмущавшегося и рубившего ладонью воздух солдата стояла группа рекрутов в количестве двух дюжин. Те просто согласно кивали и поддакивали как бы подтверждая слова Волкова. В разношёрстной толпе выделялся длинный и худой курносый мужчина лет сорока пяти с седой чёлкой. Седина словно мазнув его тёмные волосы передумала и отступила. «Рябов – секунд-поручик из Пограничной стражи», - вспомнил я. Этот полный ветеран, и прилетел на Периферию в надежде разбогатеть. Видать не вышло. По-моему, Лексин поставил его страшим над новенькими. А это означает, что тот обязан был навести порядок среди подчинённых, ан нет, стоит молчит и внимательно слушает. Значит и сам сомневается.

- Господин подполковник, инструктор Баранов, я, набираем намного больше, - возразил Горелов замерший напротив бунтующих.

Руки доктора были сложены на груди, брови нахмурены. Справа и слева от Славы замерли подозрительно молчавший Лексин, Кирсанов и Сергеев. Тут же у стены с лёгкой ехидной улыбочкой стоял Зиновьев, который в случае чего, я точно знал, примет сторону поручившихся за него однополчан. Ещё дальше у пустых ящиков с боеприпасами пили чай из термоса девчонки – Света и Яна и гревшийся в лучах солнышко Фрунзе. Штурмовая винтовка Бородиной висела на тактическом ремешке на груди, а рука держала оружие за рукоять в положении стволом вниз, внучка Фомина же повесила свой «Ливень» на шею сложив ручки поверх крышки ствольной коробки. Сразу видно кто-тут пилот шагохода, а кто опытный пехотинец.

Вообще за последние недели мы сблизились с Бородиной. Никаких смешков! Не в этом смысле, просто пили по вечерам чай на кухне, говорили обо всём… так, что-то я не о том. Задев носком ботинка камешек, я проследил как он полетел вниз с обрыва. Почему Лексин молчит? Он же тут старший офицер?

Поймав брошенный капитаном взгляд на Кирсанова и Зиновьева, я кажется, всё понял. Ребята решили проучить новичков надавав зачинщикам по шее. По их мнению, это самый эффективный метод. Видать нытьё это повторяется не в первый раз.

Волков же тем временем продолжал:

- Наше почтение конечно вам, но вы Корсары, а все остальные-то, нет!

- Так надо стремиться к лучшему, парни! – оторвавшись от стены Зиновьев сделал несколько шагов к Волкову пригнув голову и приподняв плечи словно собираясь атаковать. – А не ныть как сопливые девчонки!

Вообще снайпер с позывным Глаза мне понравился, пару раз с ним разговаривал, видел не тренировках, хотя почесать кулаки сержант явно любил, уж не об этом ли предупреждала меня Знаменская.

От слов Зиновьева старшина-гренадёр вспыхнул и в голову ему ударила кровь от чего он покраснел как помидор.

- А кто ЭТО ТУТ НОЕТ?! – сжав кулаки Волков двинулся навстречу оскорбившему его сержанту.

«Нет, ну это совсем не наш метод», - только подумал я, но меня опередил откуда не возьмись возникший Паша. Сняв шлем с головы, он рявкнул так, что новички вздрогнули. Все кроме Рябова.

- ОТСТАВИТЬ! Вы чего вашу мать по дому заскучали? Так я вам сейчас быстро билет на обратный путь выдам! Ведёте себя как пацаны молодые!

Мужики обиженно заворчали и бросились жаловаться своему инструктору.

- Так господин прапорщик, мы же не об этом!

- А о чём?

- Так зачем нам этот симулятор драконовский? Мы полосу препятствий все на отлично прошли, стрелковую подготовку тоже! Мы же ЧВК! Не армия даже! Не Корсары! А тут каждый балл словно экзамен сдаёшь…

Вот это мне совсем даже не понравилось. Пронзительно свистнув так что все стоящие на дне карьера подняли на меня головы, я зычно приказал:

- Прапорщик, включайте симуляцию. Лексин, Фрунзе и Бородина на позицию! Остальные внимательно смотрим.

* * *

С открытыми ртами новички пялились на обзорные экраны над головой. Никто глаз не опустил, задние напирали на передних стараясь рассмотреть прохождение лабиринта ребятами получше.

Один за одним капитан и поручики выскользнули из симулятора поставив оружие на предохранитель. Света немного запыхалась так что плечи её и грудная клетка ходили ходуном, Лексин тоже смахнул испарину со лба, но усталым совсем не выглядел. А вот Фрунзе был немного бледен. Заметил, кстати это не только я.

«СИМУЛЯЦИЯ ЗАКОНЧЕНА! ЛЕКСИН 75 ОЧКОВ. ФРУНЗЕ 72. БОРОДИНА 70. ОТЛИЧНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ», - сообщил искусственный голос настройку которого мы пока не одолели потому что, наверное, не считали слишком важным компонентом подготовки. Вот на Новом Севастополе ИИ симулятора говорил у нас голосом легендарного Исаака Ильича Левитана.

В результатах я был абсолютно уверен. «Старая гвардия» (так я мысленно называл тех, кто вступил в ЧВК до боя в «Нормандии») не подвела. Да и не удивительно это. Мы первые пять дней по вечерам с полигона вообще не вылезали.

Налив себе чашечку ароматного чая из поцарапанного термоса Бородиной, я подул на кипяток и взглянул на новичков. Уж если парочка списанных из-за ранений бойцов и женщина показали результат, то лучшего наглядного примера не придумаешь.

- В этой программе всё что выше семидесяти баллов считается отлично, - произнёс я, добавив в голос стальные нотки. – Вы правда считаете, что не сможете набрать даже шестьдесят? Может быть тогда вам и правда вернуться домой? Прапорщик, все пожелавшие покинуть Печорин должны сдать оружие и обмундирование. Проследите!

- Слушаюсь, господин подполковник, - вскинул к виску руку Баранов буравя меня взглядом.

Дюжина мужиков же стояла молча. Даже друг с другом они не переговаривались. Волков чесал макушку посматривая на остальных, но поддержки на этот раз не находил. Вот-вот всё должно было проясниться.

Растолкав подчинённых, вперёд вышел Рябов.

- Ладно, чего базарить. Давайте работать бойцы. Если даже девчонки больше нас набирают значит мы не правы. Верно я говорю?

- Правильно, - поддержали секунд-поручика.

- Правильно.

- Вот и ладушки. Первыми в симуляцию проходят Волков, Нигматулин и Рожин.

* * *

- Он меня попросил приварить к вашему истребителю несколько скоб снаружи. Я отказывать не стал дело то плёвое, - сообщил мне шагавший за мной Фомин.

- Зачем?

- А я знаю?

Полчаса назад таинственный Серебряков попросил меня при полном параде прибыть в космопорт. А Копалыч по дороге привязался.

Здесь, по моему приказу, теперь постоянно дежурили «беннигсенцы» и один из шагоходов. Как ни крути стратегический объект. Кивнув бойцам в броне и Салтыкову, нога которого свешивалась из полуоткрытого купола кабины робота, я зашёл в ворота.

Серебряков встретил нас возле пятидесятиметровой диспетчерской башни. Как всегда аккуратно причёсанный и выглаженный.

- Зачем мы здесь?

- Хочу кое-что показать вам, подполковник. Давайте поднимемся наверх, - ответил тот и нырнул внутрь башни.

- Я майор, - безнадёжно бросил в спину блондину я, направляясь следом.

В лифте мы втроём поднялись наверх. Поднявшись по лестнице на крышу, мы остановились на площадке круто обрывавшейся вниз.

- Дмитрий Дмитриевич, а зачем вы попросили меня надеть КПУЗД? – спросил я, разглядывая мелкие фигурки роботов-грузчиков суетившихся вокруг прибывшего транспортника.

- На всякий случай, - пальцы Серебрякова бегали по командирскому планшету на запястье. - Я конечно уверен в результате, но подстраховаться не мешает.

- Мы что прыгать будем? – пошутил я, тут же поняв, что это не шутка.

Майор просто кивнул мне и прищурив глаза уставился в небо.

- Он что сдурел? – полностью игнорируя Серебрякова перекрикивая свистевший в ушах ветер прокричал Копалыч. - Командир ну его!

Серебряков же только вздохнул и щёки его налились румянцем.

- Не бойтесь она вас поймает.

- Кто?

- «Неясыть». Я полностью синхронизировал её с вашими биопараметрами.

Странный всё-таки был этот Серебряков. За месяц с небольшим ни с кем не сошёлся, даже разговор и то не поддержит. Подчёркнуто вежлив, пунктуален, но эир всё. И всё-таки я ему доверял. Особенного после того как он показал мне стаю управляемую моим истребителем в действии. Теперь можно было настоящие налёты устраивать. Четыре «Журавля» и моя красавица — это сила.

- Что нужно делать?

- Всё просто. Делаете шаг вперёд, и она вас подхватывает. Если что джамперы КПУЗДа не дадут вам разбиться.

Серые глаза Серебрякова то ли от холода, то ли ещё от чего неожиданно стали голубыми, а рваный шрам на подбородке стал виден очень отчётливо.

Чертовски красивая картина открывалась сверху. Оставляя за собой огненный хвост на посадку шёл пассажирский корвет, виден был наш Камелот замерший посреди площади с восстановленным нами фонтаном, справа пролетела стая птиц. Никогда не боялся высоты. Мама ругала меня за это, а я всё равно не боялся, - почему-то вспомнил я быстрым движением надев шлем на голову.

- Командир НЕЕТ! – прокричал позади Копалыч и пальцы его руки даже скользнули по спине защитного костюма.

И я шагнул… почти сразу почувствовав корпус «Неясыти» под ногами. Подошвы костюма щёлкнули, усилив сцепление с поверхностью при помощи магнитной индукции и рукой я вцепился в одну из скоб приваренную слева от кабины.

«НЕ УШИБСЯ ДОРОГОЙ?» - раздалось по внутренней связи и снова Людин голос наполнил меня приятными и грустными воспоминаниями.

Плавно машина вертикально поднялась вверх, поравнявшись с площадкой с испуганно пялившимся на меня Копалычем и растянувшим рот до ушей Серебряковым.

- Назовём это «прыжком доверия», подполковник, - бросил мне с площадки Серебряков в свою очередь перекрикивая ветер. – Как-нибудь пригодится.

Глава 24: Выходной

С высоты пятьдесят пятого этажа улочки внизу, так же, как и люди, с машинками, казались игрушечными. Словно тот игровой набор, который я покупал в детскую комнату, когда супруга ходила беременная…

«НА ВАШ СЧЁТ 34567Н ПОСТУПИЛА СУММА: 16.000 ИМПЕРСКИХ КРЕДИТОВ. ПОЗДРАВЛЯЮ! ПОЛЬЗУЙТЕСЬ СИСТЕМОЙ ВАЛЮТНЫХ ПЕРЕВОДОВ РОСС-ИМПЕРИАЛ», - звякнуло уведомление из банка на моём личном коммуникаторе. Вот и отлично. Плата за услуги ЧВК «Беннигсен» по контракту Бестужев-Ольсен за первый месяц, пришла на счёт. Наконец-то можно воспользоваться выходным, которого у меня уже полгода не было.

- С формальностями покончено, контракт заключён. Поздравляю вас, Амунд Янович, - заблокировав и убрав в сумку планшет, на котором несколько минут назад мы подписали договор, я пожал руку главе администрации Хейердала.

Сопровождали меня на планету вооружённые до зубов Мальцев, Кирсанов, Сергеев и напросившийся с нами Фрунзе. Карл был без защитного костюма, зато с неизменной книгой и «Перуном» на плече. Спустившись вниз на скоростном лифте, я проводил ребят до автомобиля, который должен был доставить их в космопорт.

- Командир, а ты с нами разве не летишь? – удивился Кирсанов увидев, что сумка с планшетом из моих рук перекочевала в руки Лёши Мальцева.

- Нет, - помотал головой я. - У меня сегодня официальный выходной поэтому отдохну от вас, послоняюсь по городу. Посмотрю, как люди тут живут. Вернусь на Печорин завтра утром на корвете местного ополчения. Уже договорился.

- Я тоже не полечу, - удивил меня Фрунзе разглядывая проносящиеся мимо по дороге автомобили на настоящих колёсах. - Хочу в книжный зайти.

- Зачем? – спросил Сергеев падая на водительское сидение новенькой «Одессы» предоставленной нам администрацией колонии. - Скачай всё что тебе надо с «Имперского статута» у тебя же доступ есть.

- Нее, - смешно сморщил нос Карл, - хочу бумажную, чтобы обложка, страницы листать. - Я за настоящий хардкор!

Посмеялись и автомобиль с ребятами взвившись над стоянкой полетел над оживлёнными улицами города в сторону космопорта. На Хейердале всего два населённых пункта, но каких! Почти двести тысяч человек населения. Когда-то Лига Свободных миров планировала создать здесь транспортный хаб, даже высоток настроила, бизнес центр, да так всё и бросила.

- Командир, возьми. Мне без надобности, - сняв с плеча плазменную штурмовую винтовку Фрунзе протянул её мне. – Я прошвырнусь по букинистам, а потом к товарищу в гости забегу. Служили вместе в Пограничной страже.

Взглянув на оружие, я сунул руки в карман брюк.

- Ну уж нет, это не я попадаю в неприятности. Помнишь наше знакомство? Если что звони, а у меня Женькин «Сверчок» есть, - для наглядности я похлопал по автоматическому пистолету в кобуре на бедре. – Встретимся завтра утром в космопорте и полетим домой. Пока-пока!

Люди мимо меня пробегали по своим делам даже не взглянув. Прелести большого города. Тебя не замечают, на тебя всем плевать, и ты можешь побыть по-настоящему один в то же время никогда в одиночестве не оставаясь. Я прямо философ, как наш Репин. Где сейчас интересно Витольд служит? Видел его в последний раз на Гончарове, когда он только-только штабса получил.

Вот на парящих скейтах пронеслась стайка мальчишек, продефилировали девчонки в розово-голубых коротких гофрированных (по последней моде) платьицах, прошёл слепой старик, с роботом-поводырём, который осторожно поддерживал владельца за локоток.

Послонявшись по центру, заскочив в кулинарию, чтобы слопать пару пирожных со взбитыми сливками (мечта моего детства потому как на планете моей всё больше был песок, а не кондитерские изыски), посидел в парке возле искусственного озера с настоящими утками. Неожиданно что-то взгрустнулось. То ли из-за того, что Людмилу вспомнил, то ли нерождённого ребёнка.

Ещё немного понаблюдав как молодые мамашки с детишками кормили живых уточек бросая кусочки хлеба в воду, я встал со скамейки и по асфальтированной гладкой дорожке. не торопясь, направился к выходу из парка. Куда шёл не знал, просто наслаждался тем, что ничего не надо делать. Проголодаюсь – посещу одно из многочисленных кафе, устану – сниму номер в гостинице. Ещё только второй час дня. Времени полным-полно.

Прослушав новостной дайджест имперских новостей на огромном парящем экране, сейчас зависшим прямо напротив парковых ворот (Его Величество опять раскритиковал Сенат за медлительность и излишний бюрократизм), я решил пропустить мимо себя робота-уборщика, медленно ползущего по тротуару.

Вот тут-то ваш покорный слуга и почувствовал на себе пристальное внимание. Подняв голову, на другой стороне улицы, я встретился взглядом с высоким мужчиной в дорогом деловом фиолетовом костюме, с тёмно-красным галстуком и в остроносых ботинках. Волосы выкрашены в зелёный цвет, рот с тонкими губами (мама всегда говорила мне что люди с тонкими губами злые) до ушей. Незнакомец открыто и беспардонно пялился на меня словно я диковинка какая-то.

В общем как вы поняли мне этот гоблин в фиолетовом пиджаке совсем не понравился. Видно я ему тоже потому что, перестав по-дурацки скалится он, распахнув пиджак выудил из-под него пистолет-пулемёт «Скорпион» и прижав приклад к плечу выпустил в меня короткую очередь. Тут же из подворотни позади него выскочило трое вооружённых парней в коротких чёрных куртках и тяжёлых ботинках на толстой подошве. На лицах архаровцев были тактические визоры иностранного производства.

Вырвав из кобуры пистолет, я от бедра всадил короткую очередь в нападающего справа (Ну а что? Баранов называл это стрелять по-ковбойски, и мы на тренировках на спор палили друг в друга резиновыми пулями). Взмахнув руками, противник упал на спину продолжая жать на спусковой крючок пистолета-пулемёта. Пули хлестнули по проезжей части угодив в опускающийся на стоянку семейный «Тото», который тут же рухнув на бок заверещал сигнализацией. Слава богу никто не пострадал, выскочившая из салона молодая пара тут же бросилась в ближайший подъезд.

Оставшиеся убийцы открыли огонь по мне. Совершив длинный прыжок вперёд, я оказался под прикрытием робота-уборщика. Пули часто цокали по корпусу машины. Получив ряд пробоин тот сначала пытался двигаться, а потом зашипев и задымившись опустился на тротуар разбрасывая вокруг искры.

Вытянувшись вдоль робота на боку, я на мгновение высунул часть головы и правую руку из-за укрытия и поймав в прицел ещё одного типа с визором на лице отправил ему в плечо пару пуль.

- Дьявол! – раздалось в ответ на приличном имперском (хоть лёгкий акцент и имел место), но стрельба на время прекратилась так как противник предпринял разумную попытку обойти меня с разных сторон.

Воспользовавшись заминкой и понимая, что нужно «рвать когти», а то зажмут в тиски и поминая как звали, я рванул за угол ближайшего дома не глядя выпустив остаток магазина в сторону своих противников.

«Хреновая реклама для ЧВК. Директор Бестужев бегает по городу спасаясь от таинственных убийц. Да? Вот и я так же думал, меняя пустой магазин на полный и передвигая флажок предохранителя на стрельбу одиночными. На крейсерской скорости рванул сначала мимо ограды парка, спрятаться внутри там было нереально (вся природная зона размером со стадион), а потом нырнул в чистенький переулок с новенькими четырёхэтажками. Прямо позади на дорогу опустилась легковушка из которой выскочило ещё пара стрелков. «А вот фиг вам!»

Резко развернувшись, я встал на колено и как недавно на полигоне расстрелял вражеское подкрепление, потом добежал до трупов (трупов-трупов, вы сомневались?) схватил один из пистолетов-пулемётов, а из второго вырвал неиспользованный магазин. Пули снова зацокали за спиной и лодыжку обожгло огнём.

Не снижая темп бега, я ещё дважды следовал причудливым изгибам переулка понимая, что он плавно подымается вверх.

Вжих! - слева прямо на дом плавно сел ховербайк и его водитель, даже не сняв мотошлем открыл по мне огонь. Прыгнув щучкой, я скрылся за тумбой с электронными газетами. Когда стекло посыпалось мне на голову и за шиворот, сжал зубы и привстав расстрелял противника.

Рядом кто-то громко сглотнул и повернув голову в десяти шагах от себя я увидел замершую на лавочке девушку с рыжими вьющимися волосами. В руке её было надкушенное яблочко. Завизжав от страха конопатая бросилась бежать вниз по лестнице в сторону набережной (беги-беги, главное подальше и побыстрее!), а я продолжил подъём наверх снова слыша позади топот ног.

Сменив магазин в трофейном «Смоки» (дерьмовая машинка, но кучность отличная), я по лестнице заскочил на железнодорожный мост перекинутый над рельсами скоростного поезда. Только тогда и сообразил, что попал в ловушку. Позади, во главе с несущемся вперёд шутом вырядившимся Джокером, меня догоняло сразу трое противников (парочка даже лёгкие защитные костюмы на себя нацепила), а впереди огонь по мне открыла ещё двое. Стреляли прицельно по голове и в грудь, а это указывало на то что в плен брать не собирались.

«Они вели меня с самого начала и заманили туда куда хотели», - лихорадочно соображал я сумев всё-таки застрелить ещё одного убийцу. Пуля угодила ему прямо в лоб разломав визор надвое.

Тыдын-тыдын-тыдын-тыдын! - неожиданно мост под ногами завибрировал и по рельсам помчался поезд. То есть он в начале мчался, а потом делая поворот начала резко снижать скорость. Чего тут думать? Это был мой единственный шанс. Расстреляв остаток патронов из «Смоки» (кажется мне удалось ранить в ногу Джокера) я перепрыгнул через перила и рухнул на крышу скоростного поезда. «Ничего себе выходной у вас Алексей Александрович!»

Нет, конечно если бы он нёсся на максимальной скорости меня бы по крыше размазало, а так ничего, только коленки ударил. Вцепившись одной рукой в ребристую поверхность крыши, а другой крепко удерживая «Сверчок», в котором осталось четырнадцать патронов, я пополз вперёд.

Сразу двое убийц, по приказу корчившегося от боли придурка в фиолетовом пиджаке (Достал! Всё-таки достал!), сигануло на проезжающий внизу вагон. Первый слетел на землю и затих (по-моему, даже хруст был слышен), а второй распластавшись как лягушка удержался. Правда автомат потерял и потянул из кобуры под мышкой пистолет.

БАМ! БАМ! БАМ! - прицелившись я трижды выстрел, но в этот момент поезд дёрнулся и пули высекли искры справа от цели.

Вот же невезуха! Противник выстрелил в ответ буквально срезав с руки личный коммуникатор. Так мы сделали ещё пару выстрелов друг в друга, а потом я всё-таки собравшись сумел поразить цель. Последняя пуля клюнула стрелка в плечо, и он кубарем полетел вниз, взрезавшись в металлическую ограду у рельсов.

Поезд ещё раз повернул и впереди замаячил простор. Повеяло полевыми цветами и лесом. Всё это прекрасно, но для меня это означало, что транспорт пора менять. Разогнавшийся скоростной поезд для безбилетника - верная смерть. Дождавшись очередного поворота, а значит и нового снижения скорости, я каким-то чудом скатившись вниз приземлился на какие-то мешки с песком. Тоже не сахар, но и не бетонный пол. Правда поясница то ли скрипнула, то ли хрустнула.

«Вот же я дурак! Надо было брать предложенный Карлом «Перун», - думал я, на бегу и пряча бесполезное оружие в кобуру.

Гравий под ногами, деактивированная вереница роботов-обходчиков и ремонтников, какие-то одноэтажные склады, новенькая ещё не помеченная голубями цистерна с водой, а вон и ворота.

Хромая я направился к блестевшим серой антикоррозийной краской створкам, когда прямо с неба разбивая в песок камни ударила очередь из ручного пулемёта.

Приплыли! Бежать было бесполезно, и я забился под днище роботизированного грузовика со снятым двигателем. Сверху снова ударила очередь, пули скрежетали по металлу, но меня не достали. Пусть спускаются, а тут я их зубами грызть буду. Вот когда я пожалел, что не следовал примеру Лексина и Баранова везде таскать с собой нож. Надо помаленьку выдавливать из себя «только пилота». Помощи ждать было неоткуда, да ещё и волнение за Фрунзе сжимало сердце.

Убийцы действительно сели, распахнули двери и… дальнейшее, меня в общем-то не впечатлительного человека, впечатлило до печёнок. О чём я?

Представьте себе под озорные звуки «Полёта шмеля» Римского-Корсакова сверху с грохотом, подняв в воздух облако гравия и мелких пластмассовых осколков, рухнул тёмно-красный «Курган» с треугольными фарами. Да так ловко, что расплющил обоих пулемётчиков. Вот только что небо было чистое и вдруг он.

Из спасшей меня машины, в облаке пара из пробитого радиатора, удерживая в руках два стаканчика кофе (вот клянусь, что не лгу) вылез среднего роста, худой, скуластый мужчина лет тридцати пяти без мочки на левом ухе. Подойдя ленивой походкой к торчащему по пояс из-под бутерброда намертво сцепившихся от столкновения машин, но ещё живому пулемётчику (бедняга тянулся к валявшемуся рядом оружию) незнакомец раскрыл забрало его шлема и подмигнув мне, вылил кофе внутрь. Чтобы не слушать вопли мой спаситель закрыл шлем и отфутболив в сторону пулемёт подошёл ко мне как ни в чём не бывало, протягивая второй стаканчик герметично закрытого кофе. Что интересно это был мой любимый «Пилотский с коньяком».

От иллюзорности происходящего у меня даже правый глаз задёргался.

- Ты кто такой? – подозрительно спросил я разглядывая дымящийся стаканчик кофе в руке.

- Я-то? – мой спаситель почесал в затылке и обаятельно, по-мальчишески улыбнулся. - Лямкин, Миша.

Дёргавшийся на земле убийца окончательно затих.

- Ты что движок машины в полёте выключил чтобы свалится на них?

- Ага! – азартно потряс сжатыми кулаками протеже Знаменской (мне даже показалось он от гордости содеянного подпрыгнул) – Классно же вышло?!

- Ты чего больной?

Глава 25: Парам-пам-пам!

Вы бы видели как Бестужев посадил на землю автомобиль Ольсена. Залюбуешься! Тяжёлая «Неясыть» просто смяла капот шикарного лимузина вместе с двигателем рухнув на него сверху. Ну а чего? Всё правильно, он же один знал место и время подписания договора между ЧВК и администрацией Хейердала.

Уже спустя сутки большая часть беннингсенцев была на планете. Заодно и в перебрасывании сил на приличные расстояния потренировались. Мы то с Лексиным занимались с новобранцами на полигоне, разбирали тактику действий при штурме и зачистке помещений, когда прибежала Бородина.

- Мальчики, на Бестужева было покушение! Код тревоги красный! Вроде, тьфу-тьфу, жив-здоров.

И понеслась! Я будто снова корсарил. Скупая мужская слеза даже по щеке потекла. Да и ребята подобрались все как на подбор. Помимо миляги, Мальцева, которого я ещё по Академии на Жукове и драке с носорогами в «Холодной войне» знал, крепко скорешился я с Лексиным – мужиком опытным и мудрым, а ещё… а ещё очень мне нравились Кирсанов с Сергеевым – двое из ларца, пулемётчики от бога. Взгляну на них и Степана Петровича Неприведибеду вспоминаю. Пусть земля ему будет пухом. Опять же Фрунзе с Зиновьевым тоже были классными снайперами, каждый по-своему удивлял, но об этом потом, некогда.

В общем запрыгнули в «Вороны», парам-пам-пам и мы здесь.

* * *

Водителя, секретаршу (блондинку с надутыми губами от которой тем не менее приятно пахло дорогими духами) и телохранителя, положили мордой в землю, пукалку его пластиковую, Мамонтов пополам сломал. Только после этого за ногу из салона вытянули трепыхавшегося Ольсена. Наверное, им было страшно. Мне бы точно было страшно если бы твой лимузин только что превратил в груду металла современный орбитальный истребитель, а штурмовые винтовки на тебя наставила дюжина бойцов в КПУЗДах.

«Неясыть» крутанулась в воздухе на месте, повернувшись задней частью (избушка, избушка, повернись к лесу передом, а ко мне задом), створка грузового люка чуть приоткрылась и с трёхметровой высоты на асфальт спрыгнув приземлился Алексей Александрович. Забрало раскрыто, в руке зобунский «Сверчок». Давно я Бестужева таким злым не видел. Он вообще-то мужик хладнокровный. Кхм, исключая последнюю историю с Калбазовым. Хотя это вообще не моё дело… но скажу вам между нами, по секруту (вы же никому, да?) я бы этого гада просто пристрелил.

Ствол автоматического пистолета врезался в челюсть Ольсена да так, что тот застонал от боли.

- АЙ!

- Шутить со мной изволите, Амунд Янович? – пользуясь возможностями защитного костюма господин подполковник поднял чиновника за шкирку встряхнув в руке как пыльный коврик. По-моему, это произвело на Ольсена даже большее впечатление чем угроза оружием.

«Блииин, улетел, а коврики в ванной и в коридоре так и не выхлопал, - некстати вспомнил я. Ольга мне это потом обязательно припомнит. Прости любимая, зато я с денежками вернусь».

Мужичонка тут же покраснел, потом побелел и инфа из него полилась как из рога изобилия полезные плюшки. Сам себя выдал, дурачок.

- Алексей Александрович, я к покушению на вас не имею никакого отношения… почти, честно-четно. Меня просто конфиденциально попросили уточнить дату, когда вы прибудете на планету для заключения договора.

- Для чего? – снова встряхнул Ольсена командир видать, чтобы поток не иссякал.

- Мне пояснили, что хотят провести с вами переговоры! Заверили, что они будут очень-очень выгодными для вас лично и вашего ЧВК! Я ни в чём не виноват, - тут у главы администрации Хейердала из глаз натурально брызнули слёзы. - За этих людей поручился очень авторитетный человек!

- Кто?

- Пьер Атталь! Крупный промышленник и делец! Он в нашу планету, её экономику, уже десять лет огромные средства вкладывает!

Пальцем, увенчанным печаткой с большим красным камнем, Ольсен указал на громаду фабрики слева.

- Завод видите? Принадлежит ему! И это только один из многих!

Не опуская чиновника на землю Бестужев взглянул на чудо промышленного производства над которым барражировали грузовые автоматически баржи и снова повернулся к допрашиваемому.

- А тот кто просил информацию обо мне как выглядел?

- Он назвался Мехметом Шехзади. Но на османа совсем не похож. У меня запись сохранилась! Опустите меня пожалуйста на землю я покажу.

«Ну слава богу, побеспокоили уважаемого человека не зря», - ухмыльнулся я, а потом сел на корточки рядом с секретаршей и шёпотом произнёс:

- Девушка! Де-ву-шка!

- А? – испуганно повернулась ко мне блондинка всё ещё держа руки на затылке.

- А не подскажете что за духи у вас? Просто моя супруга подобные ароматы очень уважает.

* * *

Кукушка эта (вот интересно в жизни она молодая, симпатичная?) через Знаменскую и Атталя, и Шехзади проверила. Первый давно шестерил на Конфедерацию, а второй для Блистатеьной порты старался. В общем им обоим наш договор с администрации колонии был как кость в горле. Алексей Александрович ещё про какого-то клоуна спрашивал, но тут Мария Николаевна помочь не смогла.

Не тратя понапрасну время, мы бросились в погоню сначала за пытавшемся улизнуть с планеты промышленником. Космопорт в столице наши парни контролировали полностью и через него ему прошмыгнуть точно бы не удалось. Что этот гад удумал? Сел на собственный скоростной поезд и рванул на Старый космодром на экваторе. Мы понятно за ним на «Неясыти» и двух «Воронах». С ветерком!

- Вот он! – показал пальцем в раскрытый боковой люк на несущийся внизу по пыльной равнине состав Горелов (говорить из-за гула двигателей десантного корабля было сложно, и мы пользовались внутренней связью). – Сканер показывает, что цель в первом вагоне. Мы будем прыгать в последний. Зачистим весь состав с четвёртого по первый.

- Классика значит! – заправляя ленту в пулемёт буркнул Сергеев.

- Так, а вы куда собрались? – строго посмотрел наш айболит на Кирсанова и Сергеева.

- Вниз, - честно ответил Кирсанов.

- Размечтались! Туда пойду я, Лексин, Павел, Мамонтов, Никитский и Бородина.

- А мы что тут штаны протирать будем? – обиженно, ну как ребёнок, надул губы Коля Сергеев.

- Разговорчики! – не преминул включить командира Горелов. - Вы с Кирсановым будете открывать огонь по команде. Мы снизу отмечаем цели, синхронизируем, вы расчищаете нам путь.

- Понятно?

- ТАК ТОЧНО! - с известной долей сарказма, сделав вид, что о другом и не мечтали гаркнули парни.

«Ворон» начал снижение и нам всем пришлось схватиться за поручни, располагавшиеся над головой.

- А как в вагон попадём? – спросил я капитана, постукивающего подошвой левой ноги по полу. То ли протезированная нога болела, то ли ещё что, но на тренировках я хромающего Лексиным ещё ни разу не видел.

- Сейчас увидишь! – подмигнул мне капитан. – Мастер-класс от нашего аса.

А посмотреть и правда было на что. Поравнявшись с последним вагоном несущегося со скоростью семьсот километров в час состава, «Неясыть», управляемая Бестужевым, с ювелирной точностью вырезала прямоугольное отверстие в его металлической стене при помощи недавно установленной лазерной пушки.

Один за другим мы сиганули в проделанную для нас дыру. Я предпочёл прыгать последним, чтобы подстраховать Бородину. Об этом меня несколькими минутами ранее в текстовом сообщении попросил командир, всё же у нас опыта работы в КПУЗДах было намного больше.

В краткое мгновение прыжка больше напоминавшее полёт, я вспомнил наши последнюю семейную поездку на курорт. Вот почти на таком же поезде. Пацаны так радовались…

Сразу же после приземления мы попали под обстрел. Динамическая броня «лисят» отразила большую часть пуль и несколько выстрелов плазмы, но надрывавшийся ИИ практически молил отключить комплекс АДБ. В таком узком помещении, внутри металлического объекта от него было больше вреда чем пользы. Рассчитать сенсорами траекторию каждой угрозы, вычислить момент отражения, побочные угрозы типа рикошета… всё это жёстко перегружало операционную систему. К тому же сама по себе броня у КПУЗДОВ была весьма надёжной. Сжалившись над искусственным интеллектом, я вступил в бой по-старинке.

Первый магазин расстрелял почти не останавливаясь. «Ливень» пробивал почти все препятствия на своём пути ища живую цель. А внутри чего только не было. Какие-то ящики, чемоданы, картины у стены, статуи, даже вешалки с одеждой на колёсиках.

- Атталь что с собой всё барахло прихватил? – озвучил мои мысли Мягкий сбивая с ног точным выстрелом одного из охранников промышленника. Тот получив заряд в спину врезался головой в борт вагона так что сумел помять его.

- Богато у них с охраной, - сквозь зубы бросил я, прижимаясь к стенке вагона.

Нам противостояло не менее двух десятков опытных бойцов облачённых в корпоративные «Доги». Это конечно не армейские защитные костюмы с сервоприводами, пневмомоторами и джамперами, но в гражданском секторе самый надёжный аксессуар. Броня этих игрушек была вязкая и неплохо принимала в себя по пять шесть точных выстрелов сохраняя жизнь человеку находящемуся внутри.

Спросите почему я назвал наших противников опытными бойцами? Дело в том, что стреляли по нам исключительно из мощных пистолетов-пулемётов и крупнокалиберных дробовиков тем самым создавая сумасшедшую плотность огня на квадратный метр. Очевидно, что директор охраны Атталя был человеком видавшим виды. А ещё у атаковавших нас были щиты. Прочность которых я решил тут же проверить. Оставаться здесь нам смерти подобно. Нужно двигаться.

Распластавшись по полу и воспользовавшись тем, что ребята наконец-то пристрелялись по целям, я врубил джамперы рванув вперёд. Красочку конечно на костюмчике поцарапал, зато ведя огонь по проносящимся мимо охранникам уложил стразу троих. Скольжение моё закончилось, когда на пути у меня встал заслонившийся бронещитом противник с эмблемой золотого солнца на груди. Используя пневмоприводы, я развернулся к нему ногами вперёд, снова врубил джамперы на ходу разнося его защиту к чёртовой матери. С расстояния в пару метров пули «Ливня» прошивали щит как картон врезаясь в броню. Уже с третьего выстрела я разнёс шлем напоминающий собачью голову.

- Паша, не делай так больше, ты же знаешь у меня сердце больное! – Горелов буквально за шкирку затащил меня за груду ящиков, продолжая вести огонь по цели впереди.

Тем не менее мой манёвр и хрупкость щитов заставили противников отступить в соседний вагон. Там было почти пусто и видоискатель шлема теперь безошибочно отмечал ведущих по нам огонь противников, одного за одним превращая белые контуры квадратиков в красные. Ещё пару секунд и данные с наших шлемов были проанализированы, синхронизированы ИИ и скомпонованы на командирском планшете Лексина.

- Демон, Сатурн - это Лютер, - ожила внутренняя связь. - Цели отмечены. Открывайте огонь!

- Лютер это Демон. Цели видим ясно. Вас тоже. Не бойтесь не зацепим. Работаем!

Пара стрелявших в унисон пулемётов смела часть противников как метлой, других заставила распластаться по полу. Ребята стреляли из люка несущегося за скоростным поездом десантного корабля, казалось так будто просто обустроились на удобной позиции.

Вжимаясь в пол, я думал о том, что если выберусь позвоню Оленьке. Скажу сам во всём виноват. Потому что олень, нет баран. Посмеёмся вместе. Соскучился сильно.

По приказу капитана мы тут же пошли в атаку. Одна из пуль проскользнула по моей груди оставив длинную глубокую царапину, но и только. Я, Эскулап, Лютер и Мягкий двигались вперёд ведя постоянный огонь. Жанна Дарк и Медведь прикрывали нас одиночными выстрелами добивая раненых. Это только так говорится «двигались вперёд ведя постоянный огонь» вы знаете сколько часов тренировки нужно убить, чтобы вот так слаженно вместе действовать? То-то и оно, что много! А ещё нужно не зассать, потому что по тебе лупят прямой наводкой и тут либо ты, либо тебя. Светка у нас красавица просто. Валькирия!

ПАМ! – хлопок свето-шумовой гранаты вспыхнул в воздухе, но фильтры внутри шлемов надёжно защитили наше зрение и слух.

Выглянув из-за края ящика, я всадил короткую очередь из штурмовой винтовки метателю шутих в грудь, а подоспевший на помощь Лютер добил его попаданием в шлем.

Зачистив второй вагон, мы зашли в третий, тут нас снова встретила группа охранников часть из которых была защищена панцирными жилетами. Мы снова отметили цели и Демон и Сатурн существенно упростили нам задачу.

Пока пули свистели над головой, я увидел прямо в стене вагона пятнадцатисантиметровый медный барельеф, изображавший скоростной поезд с крылышками. Рука, защищённая КПУЗДом с лёгкостью пробила поверхность металла и вырвала наружу приглянувшуюся мне диковинку спрятав в один из кармашков разгрузочного жилета на груди. Потом шлифану и отдам Сашке. Младший паровозики и поезда просто обожает.

Следующая наша атака была последней, пятерых отчаянно сопротивлявшихся телохранителей мы расстреляли из плазменных пушек, установленных на плечах КПУЗДов. Ужас сколько крови и оторванных конечностей, зато увидевший эту картину толстяк в шёлковом халате с тиграми, с пышной седой шевелюрой, бакенбардами и в тёмных очках, издав нечто наподобие визга, бухнулся на колени подняв руки вверх.

Сняв с головы стюарда с подносом замершего рядом с трясущемся Атталем, фуражку с эмблемой точно такого же поезда с крылышками, я с удовлетворением подумал, что и старшенькому – Егорке, подарок нашёлся.

* * *

- Валет Канцлеру. На позиции.

Прижав приклад снайперской винтовки к плечу, я через оптический прицел внимательно осмотрел апартаменты в здании, напротив. Именно здесь, по словам промышленника, прятался тот самый Шехзади.

В помещении – четырёхкомнатной квартире с высокими потолками находилось три человека. Один – двухметровый брюнет с бородой, наливает себе что-то у бара, двое его товарищей уже пьют из коньячных бокалов сидя в креслах. Что вы, что вы… эстеты @ля! Никого похожего на клоуна тут нет. Командир расстроится. Сменив фильтр прицела на тепловой, я увидел за дверьми помещения несколько сигнатур стоящих близко друг к другу. Пять или шесть человек – очевидно охрана.

- Канцлер Валету.

- Слушаю.

- Цели видишь? – коротко спросил Бестужев словно закрытой дверью лязгнул.

- Ясно и отчётливо.

- Работай по готовности.

Вот тебе и парам-пам-пам.., - подумал я, касаясь кончиком указательного пальца спускового крючка «Горизонта». Выбрав цель, того самого высокого брюнета у бара, я выдохнул воздух сквозь сжатые губы и сделал первый выстрел.

Глава 26: Миллиардер

Три десятка человек из числа самых богатых и влиятельных жителей Хейердала сидело за длинным столом шикарного конференц-зала «Стеллы» (так покойный Пьер Атталь называл свой личный небоскрёб в центре города) на семидесятом этаже. Головы всех присутствующих были повёрнуты ко мне, они ждали, что я им скажу, а я не хотел вообще с ними разговаривать. Я хотел оказаться в кресле своего истребителя и услышать голос бывшей супруги.

- Алексей Александрович, ваше кофе, – склонившись надо мной Светлана поставила на стол из огромного куска обсидиана, чашку с ароматным напитком ободряюще подмигнув, и незаметно коснувшись тёплой рукой запястья, что заставило меня очнуться (выглядела Бородина сегодня непривычно - в элегантном костюме серого цвета: пиджак, сужающиеся к низу брючки, лаковые туфли на каблучках, маникюр, отросшие волосы собраны в хвост на затылке, на носу мнемоочки сканирующие гостей). В конце концов есть такое слово НАДО.

Ишь как они тут всё разоделись! Не совещание, а прямо показ мод какой-то. Впрочем, я тоже купил тёмно-бардовый костюм-тройку от «Демидова-Лурье». Купил, только надевать не стал. Посчитал, что майорская военная форма куда больше подходит для переговоров. Хотя это они считают, что пришли на переговоры…

Я только было собрался открыть рот, чтобы поприветствовать присутствующих богачей как меня опередили:

- У вас что правда есть орбитальный истребитель? – нарушил молчание Рене Жуанвил – низенький, худой мужчина, с усами-стрелочками над верхней губой, в дорогом атласном костюме тёмно-синего цвета. Кажется, он занимался производством канцелярских принадлежностей и пластиковой бумаги.

- У меня уже целая эскадрилья, - чуть приукрасил реальность я, коснувшись кончиками пальцев горячей чашки.

Сидящие в зале загомонили, заахали, заохали, но словам моим поверили безоговорочно. То ли потому что у входа в здании на старой липе, раскачиваемый порывами ветерка, висел бывший хозяин небоскрёба - промышленник Пьер Атталь, то ли из-за того, что в зале присутствовали вооружённые до зубов биннигсенцы в новеньких КПУЗДах. Кирсанов и Сергеев с пулемётами стояли прямо за моей спиной. Баранов, Мамонтов, Фрунзе и Зиновьев длинной цепочкой растянулись вокруг стола, а Лексин (капитан был на связи с патрулирующими квартал бойцами) замер у выхода из зала. Справа и слева от меня в парадно-выходном, с иголочки, находились Горелов и Мальцев.

Громко откашлявшись, седобородый старик в чёрном смокинге со значком «почётного советника колонии», звонко ударил франтоватой тростью по полу и произнёс:

- Господин Бестужев, я правильно понимаю, что теперь вы хозяин империи Атталя? Насколько знаю у него наследников не было.

Смерив взглядом Де Вержи – второго по богатству человека на планете предприятия которого занимались производством стройматериалов и робототехники, я поднёс кофе к губам сделав маленький глоток. «Тьфу, какая дрянь», - подумал я, тут же поставив чашку обратно на блюдечко.

- Правильно понимаете Александр Франкович.

- А как же ваш ЧВК? – старик кивнул на стоящего за его плечом Мамонтова рука которого лежала на рукояти дробовика.

ИИ здания через камеры считал эмоции находящихся в зале людей и с целью успокоить, расслабить присутствующих, через кондиционеры заполнил помещение лёгким запахом лаванды. Вот только помогло или нет узнаем чуть позже.

- ЧВК будет действовать и расти, - произнёс я, и забывшись сделал ещё один глоток бурды принесённой мне Бородиной.

Присутствующие вокруг снова оживились и загомонили.

- Но зачем вам это вы же теперь обеспечены на всю жизнь?! – удивился Михаль Каройи – абсолютно лысый мужчина с чёрными густыми бровями, что придавала его облику некоторую комичность.

- Да уж… кто-то работают всю жизнь укладывая кирпичик за кирпичиком, а кто-то просто придёт и нажмёт на курок автомата перед этим заставив вас переписать на себя всё имущество, - сказанное больше напоминало шипение змеи чем человеческую речь настолько Николас Риденгер ненавидел меня.

Всё присутствующие в зале затаили дыхание, и только негромкая музыка из миниатюрного фонтанчика посередине обсидианового стола нарушала мёртвую тишину.

Расплата наступила незамедлительно. Ударом закованной в броню ноги Баранов выбил кожаное кресло из-под зада голубоглазого блондина и тот неловко упав на бок разбил лицо о блестящий отшлифованный роботами-уборщиками пол. Озорно постукивая каблучками, к пытавшемуся остановить бегущую из носа и разбитых губ кровь Николасу подошла Бородина. Присев на корточки (так что всем присутствующим стала видно кобура с автоматическим пистолетом на поясе) она протянула Риденгиру чистый носовой платок. Когда тот хныча как ребёнок проигнорировал её, поручик резко вытянула ладонь вперёд нанеся мужчине пощёчину с целью привлечь его внимание к её жесту.

- Берите платок, Николас, - бросил я, залпом допивая кофе.

Баранов тем временем поставил кресло на место швырнув короля консервов на сидение.

Сидевший рядом с Риденгером Энрике Абенсераги – производитель автомобилей, надув щёки хотел, что-то сказать, но стушевавшись опустил взгляд вниз.

- Если мне не изменяет память ваш покойный дедушка Маркус нажил своё состояние грабя фермеров из соседних колоний? – продолжил я, воспользовавшись информацией переданной мне Знаменской. – Как его там называли Демьенский вор?

- Откуда вы… - Николас вздрогнул и побледнел. Ещё бы, ведь он столько сил и средств потратил, чтобы стереть все упоминание о «славном» прошлом Маркуса Риденгера основателя «Риденгер лимитед».

- Уж он то точно знал, что нажать на курок невозможно потому что это деталь ударно-спускового механизма, да и автоматов никаких мой язвительный друг давным-давно нет, сейчас пользуются штурмовыми винтовками и пистолетами-пулемётами, - додавил богача я.

Сидящие за столом обменивались говорящими взглядами. Гости мои явно были заинтригованы происходящим.

- Мы знаем, что Атталь предпринял попытку убить вас и вы вправе ответить ему, - медленно произнёс Константин Войнович потомок сербских дворян осевших на Хейердале много сотен лет назад. - Убить Корсара? Амбициозно, ничего не скажешь. Пьер всегда слишком много о себе думал. Может быть мои товарищи меня не поддержат, но я считаю он получил то, что заслужил.

Рассматривая красивого, осанистого старика, плечи которого всё ещё были широки и бугрились мышцами я подумал, что и тут Знаменская оказалась права. Она сразу заявила, что Войнович меня поддержит.

- Будут ещё вопросы? - спросил я, переглянувшись с Гореловым и что-то рисовавшим на салфетке Мальцевым.

Ответом мне была тишина.

- Тогда я просто хочу поставить вас в известность о том, что «Атталь corp» теперь переименована в «Бестужев grоup» всё остальное остаётся по-прежнему. Крупному бизнесу планеты ничего не угрожает и конкурировать с вами я не собираюсь.

- Совсем ничего не изменится? – снова откашлявшись озвучил вопрос беспокоивший абсолютно всех находящихся в зале, Де Вержи.

Развернувшись во вращающемся кресле к лейтенанту Пьеру Фавро, служившему в четвёртой штурмовой роте Нотердамского полка пилоту военного транспортника (ну помните это тот у которого бабушка русская?), а по совместительству дипломированному специалисту Высшей экономической школы в Новом Петербурге (маменька его очень хотела, чтобы сынок стал финансовым воротилой) я дал ему слово.

- Тридцать процентов производства в том числе и на других планетах, таких как Сен-Джон, Маракешь-3, Новая Гиза и Шабо-11 будет переориентировано на производство материалов необходимых для нашего ЧВК, - без запинки и почти без акцента доложил носатый француз. – Кстати, нам понадобятся кое-какие ресурсы, которые мы надеемся приобрести именно у вас. Не переживайте, сделкой останетесь довольны.

Присутствующие в зале богачи сразу заулыбалиь и как мне показалось даже облегчённо выдохнули. Все кроме залитого кровью Риденгера, на которого мне если честно было нас… конечно я не оставлю его без присмотра. С моей стороны это было бы глупостью.

- Алексей Александрович, господин подполковник, - начал говорить старик Демидов и разговоры все тут же смолкли, - мои сыновья и Пётр и Кирилл сложили свою голову служа в имперской армии, и поверьте мне у меня нет обиды ни на родину, ни на Его Величество. Они сделали то что должны были, но не откажите старику в удовольствии… в зале помимо вас находится ещё несколько «Корсаров» Корсакова? Я ведь прав? Можно мне взглянуть на них?

- Я майор, Николай Юргенович, - со вздохом сказал я, взглянув на погоны на плечах словно пытаясь удостовериться в том, что не перепутал форму.

Все мы знали, что сыновья промышленника Демидова погибли настоящими героями. Капитан Кирилл Петрович Демидов так даже внесён в Золотой список. Пока я думал выполнить ли просьбу старика, Баранов снял боевой шлем и удерживая его под мышкой звонко щёлкнул каблуками. То же самое сделал встав со своего места Горелов. Ну и я.

Увидев это Демидов, кажется, даже заплакал, по крайней мере его серые выцветшие от времени глаза предательски заблестели.

- Такие молодые, а столько успели сделать, - смахнув капли влаги с лица произнёс он. - Спасибо вам сынки… Большое дело задумали. Ээх! Я голосую «ЗА!» - рука старика поднялась над головой.

Странно, но руки всех хейердальцев за столом потянулись вверх. Правда за что они голосовали я так и не понял.

* * *

- Светлана, спасибо за вкусный кофе, - сказал я, разглядывая улицы города внизу. Вот уже второй раз за неделю это делаю. Только теперь смотрю на город из своего собственного небоскрёба.

- Ой, не ври Лёша, - раздалось позади. - Я всё приготовленное в туалет вылила. Не разобралась я с этими добавками и насадками. В турке проще варить.

- В туалет значит вылила, а мне принесла?

Баранов и Лексин забросившие ноги на стол и тем самым мешавшие убирать посуду роботам, дружно хохотнули, а Бородина рассмеялась звонким, похожим, на звон колокольчика смехом.

- Просто подумала, что тебе это будет полезно. Ну, чтобы не зазнавался.

«А я и не буду», - подумал я, чувствуя какая ответственность свалилась мне на плечи. Это конечно решит много проблем, но породит другие. Ох, Бестужев, Бестужев куда же ты вляпался. А ещё я вспоминал последний короткий разговор со Знаменской. Особенно ту часть, что касалась этого чокнутого… Лямкина. Вы не поверите, но полковник за офицера поручилась, заявив, что боевых товарищей он никогда не подведёт и жизнь их опасности не подвергнет, и вообще у него свой собственный шагоход, но лучше всё же пилот играет в одиночку, а не в команде.

Чёрт побери, что это вообще значит?

Глава 27: Выход в свет

Рука моя была опущена в прозрачную морскую воду, сквозь которую я рассматриваю маленькую красно-жёлтую рыбку щекотавшую мою ладонь.

- Лёша, иди ко мне! – Людмила стояла по пояс в воде подставив лицо жарким солнечным лучам.

Супруга обожала солнце, море и песок. Я её восторги насчёт первого и третьего не разделял, насчёт второго сдержанно, и предпочитал проводить отпуск в лесу, но что не сделаешь ради любимого человека.

- Да иду, иду… - сказал я, вспугнув нечаянным движением рыбку, которую хотел показать Люде.

- Давай быстрее, мой ворчун, - облако брызг и серебристый чистый смех ударили в меня одновременно…

* * *

Пилик-пилик! Пилик-пилик! – сигнал личного коммуникатора царапал слух выдернув меня из сна.

«КУКУШКА НА СВЯЗИ», - прочитал я на экране сообщение соскакивая с кровати и вихрем вылетая из своей комнаты.

В коридоре улыбнувшись мне, по-домашнему, у окна, причёсывая волосы расчёской замерла Калашникова.

- Доброе утро, Катя.

- Доброе утро Алексей Алексан… - только и успела произнести она перед тем как я стремительно скрылся за углом коридора.

Закрыв дверь кабинета, я включил «Дятел» в активный режим и рухнул в кресло некстати подумав, что было бы неплохо зубы почистить.

- Канцлер на связи.

- Канал защищён можно без позывных, - раздался в динамике искусственный голос Кукушки, и я в который раз подумал, что всё-таки это девчонка. - С вами сейчас будет говорить господин полковник. Активируйте голосвязь пожалуйста. Вы готовы?

- Готов.

В ту же секунду проектор под потолком тихонько зажужжал, и я увидел заваленный бумагами стол, не слишком чистую кружку из-под кофе и ноги в военных башмаках на подошвах которых явно прилип белый песок.

- Алексей, извини, что принимаю тебя вот так, но чертовски устала. Только что вернулась из командировки, которая оказалась БЕССМЫСЛЕННОЙ! - женская рука с короткими, но ухоженными ногтями схватила со стола первую попавшуюся папку и швырнула её в стену. Вот только почему-то я этому спектаклю не поверил.

- Я понял, что разговор будет важный, а затем нам придётся забросить свои дела, нестись чёрте куда и рисковать жизнью. Мария Николаевна, мы готовы так как вам доверяем. В следующий раз можно без театральных представлений, - монотонно пробубнил я, подумав, что чёрт с ними с зубами, сейчас бы лучше чашку крепкого кофе.

В ответ Знаменская (ноги Знаменской) только подрожали от смеха, чему я тоже не слишком поверил. В конце концов полковник женщина очень сдержанная и хладнокровная. Нет, меня не обидели её сценки, я понимал, что работа у неё такая и переключится сразу на доверительную волну бывает сложно, а может быть уже и невозможно.

- Как поживает новоиспечённый миллиардер? – голос Знаменской внезапно изменился и стал что ли… более мягким.

- Живёт не тужит, никому не служит.

- Первое одобряю, а второе не соответствует действительности, ты и сам знаешь. Все вы в служебной командировке.

Ноги со стола исчезли, и я увидел часть лица полковника, точнее его правую половину. Выглядела наша ведьма на три с половиной балла, не больше - синяки под глазами, покрасневший белок глаза - накануне явно была бессонная ночь, а может быть даже не одна.

- Как скажите.

Хмыкнув, Мария Николаевна встала со своего места и отойдя к окну с хрустом потянулась. На ней был лёгкий защитный костюм раскрашенный жёлто-коричневыми пятнами. «Значит всё-таки пустыня», - подумал я вырубая нагнавший в комнату холодный воздух кондиционер.

- Что, кстати, произошло с Атталем? – обернулась ко мне собеседница. - Не поверю, что ты его просто убил.

Дверь тихонечко приоткрылась и на носочках ко мне пробралась Светлана с дымящейся чашкой кофе. Я даже спасибо сказать не успел, а Бородина уже плотно притворила за собой дверь снаружи.

- Сердечный приступ, - ответил я как в спасательный круг вцепившись в керамическую ручку.

- А чего вы с ним делали?

- Держали за ноги.

- Вы его держали за ноги и сердечко не выдержало? – Знаменская улыбнулась и вернувшись к столу с разочарованием посмотрела в свою пустую кружку, на которой, кстати, было нарисовано сердечко и детским почерком написано «любимой мамочке».

- Почти. Кирсанов держал его за ноги на крыше «Стеллы» угрожая сбросить вниз. Вы же сами сказали, что он боится высоты.

- Жёстко, - забросила в рот целую горсть таблеток от головной боли женщина.

- У него подкожный идентификационный чип был с данными, он со страху всё счета дистанционно раскрыл, подписал. Думал это задобрит нас, заставит его отпустить.

Взгляд женщины завистливо уставился на мои руки.

- А ты отпустил бы? КАПАНАДЗЕ! – от резкого крика полковника я почти вздрогнул. - КОФЕ МНЕ ПРИНЕСИ! ЧЕТЫРЕ ЛОЖКИ САХАРА!

- Наверное нет.

- Так я и думала. Не жалей, - лицо собеседницы неожиданно приблизилось из-за чего мне стал виден кривой свежий шрам над верхней губой слева, и она перешла на доверительный шёпот. - Он был та ещё мразь.

- Я и не думал.

- С повешеньем хорошо придумал. У местных наверняка поджилки затряслись, - на стол Знаменской без стука встала блестевшая чистотой кружка исходившая паром. - Ладно, к делу. Знаешь почему связалась с тобой?

- Из-за КПУЗДов.

За месяц мы обследовали все производства бывшей «Атталь corp» и на Шабо-11 нас ждал сюрприз. Секретный цех по производству бронеплит для шагоходов, универсальных аккумуляторов для электромагнитных штурмовых винтовок и кассет для реактивных джамперов. Тут же находился подземный склад с оружием и боеприпасами легко позволявший вооружить полноценную армейскую роту, а ещё… четырнадцать «Журавлей». Бальзам для моей души. Лёгким самурайским орбитальным истребителям я обрадовался особенно, ведь теперь у меня в подчинении и правда целая эскадрилья. Только вот беда, у дальней стены склада, в отдельном закрытом шкафу висело шесть пар новеньких КПУЗДов, которых тут быть никак не могло, потому что каждый подобный защитный костюм с динамической бронёй, пронумеровывался, и поставлялся в войска специальными транспортами. За «лисятами» давно уже охотились наши противники и пока безуспешно. По крайней мере мы так думали. Был и ещё один нюанс, часть из них имела один и тот же идентификационный номер.

- Верно. Я встревожена. Одинаковые номера говорят о том, что враг проник на секретные производство. О происшествии доложено императору. Мои ребята на Шабо-11 уже поработали и все следы ведут на Брест-Лимож.

- Курортная планетка. Рай для богачей, - вспомнил я крутившийся часто по центральным каналам галовидения рекламный ролик (упоминание о Его Величестве вообще пропустил мимо ушей, по крайней мере беспокойства у меня это не вызвало никакого).

- Она самая. Одним из столпов общества там является некто Оливье Жансен. Очень богатый человек, меценат, коллекционер, друг губернатора и так далее и тому подобное. Прямых доказательств против него нет, но в трёх случаях из пяти важный груз Атталю на Шабо-11 поставлялся людьми Жансена, есть и ещё кое-что указывающее на него.

- Думаете предприятия Атталя могли быть перевалочными пунктами?

- Конечно. С его производствами, транспортниками, давно примелькавшимися на Периферии, лучше прикрытия и не придумаешь.

На виртуальном дисплее замигал огонёк принятого от Знаменской файла. Очень-очень жирного. Бессонная ночь нам с ребятами обеспечена.

- Возможно, вы правы.

Некоторое время Знаменская задумчиво молчала, облокотившись спиной на шкаф для документов и разглядывая что-то не попадавшее в объектив камеры.

- Бестужев, привези мне Оливье Жансена. Живым. Я из него душу вытрясу и размотаю эту ниточку.

- Целая операция нужна будет.

- Проведи, тебе не в первой. Обещаю поддержку на месте. Органы местного правопорядка на сигнал тревоги опоздают. С планеты вас выпустят.

- Даже так? – бросил я, опрокинув в себя остатки кофе.

- Да, но посылку пакуешь сам. Если всё подтвердится, утечка будет устранена, станешь бароном. Долголевский лично поручится за тебя. Звание тоже вернут.

Почему-то от этих слов Знаменской мне стало не по себе и захотелось в душ. Но сначала вдребезги разбить пустую кружку о стену.

- Я здесь не для этого, - наверное чуть резковато парировал я, подавив гнев.

- Знаю Лёша, поэтому и выбрала тебя.

* * *

Планета со странным названием Брест-Лимож была будто создана для отдыха. Мягкий климат, чистые моря и океаны без опасных обитателей глубин, шикарные снежные курорты. Но на лыжах покататься нам было не суждено. Путь наш лежал в прибрежный городок будто скопированный с когда-то уничтоженной русскими ракетами французской Ниццы.

Между прочим, планетарная служба безопасности свой хлеб зря не ела. Встречали тут не только по одёжке, но и проверяя всю подноготную. Личина владельца «Бестужев grоup» пришлась как нельзя кстати.

Здесь мне пришлось на время вылезти из шкуры майора и всё-таки надеть купленный костюм от «Демидова-Лурье». А ещё цепочку из белого золота на шею, золотой браслет с камушками на руку, парочку колец, перстней. Дорогими духами тоже побрызгаться не забыл, хоть от приторно-сладкого аромата «Баскофф» меня и мутило. Зато всем остальным нравилось.

В восемь вечера, с девчонками в обнимку (это я про разодетых в пух и прах Светлану и Яну) под «Spring» бессмертного Вивальди, ваш покорный слуга, покинув салон «Лаврова» - лимузина представительского класса, переступил порог элитного ресторана «The Lorenzo». Мы точно знали, что Жансен приезжает ужинать сюда каждую пятницу.

По легенде, я – владелец процветающей корпорации забежал полакомиться устрицами и креветками вместе с двумя симпатичными секретаршами. Для достоверности у девчонок и дипломатики с собой были. Только в них вместо документов лежали «Амати» и «Страдивари» – раскладное компактное чудо имперской оружейной мысли из композитных материалов. Точно такие же штучки были спрятаны под пиджаками стоимостью в полторы тысячи имперских кредитов каждый, у Кирсанова и Зиновьева, что сейчас вкушали фуа-гру за столиком у входа.

- Канцлер всем. Доложить готовность, - еле пошевелил губами я, галантно отодвигая стул перед Бородиной. Внучке Фомина любезность оказал толстяк-администратор похожий на тюленя проводивший нас к столику.

- Валет и Савицкая на месте, - сообщил Баранов занявший позицию на крыше здания напротив ресторана. - Объект в поле зрения не появился.

- Сатурн и Мягкий на месте. Аналогично, - доложился Мамонтов сегодня работавший вместе с Фрунзе позиция которых была в многоэтажке прямо под скоростной трассой сновавших в воздухе автомобилей.

- Копалыч ждёт, - дед наш подравнял бороду и примерил на себя личину водителя лимузина, даже фуражку с лаковым козырьком не забыл. Дробовик тоже был при нём.

- Ботаник ждёт сигнала, - я прямо представил себе Мальцева за штурвалом «Ворона» готового подняться в воздух в то самое мгновение как мы покинем ресторан.

Хитрое устройство смонтированное при активном участии Серебрякова, позволит лимузину оказаться внутри десантного корабля и унести нас отсюда подальше. «Ну, а что? Задание-то простое – упаковал и доставил», - успокаивал я сам себя листая меню и чувствуя (зная), что сегодня по-хорошему всё не закончится. С чего вдруг? Вроде же всё продумали. И снова горячая рука Бородиной на моём запястье привела меня в чувство.

Напомаженный официант, сверкнув идеальной белозубой улыбкой, замер идеальной буквой «Г» перед нами:

- Господа готовы сделать заказ?

Глава 28: Оркестр

Старательно скрывая похоть в своих глазах, официант украдкой посмотрел на красное платье Яны с вырезом от бедра. Девчонка, закинув ногу на ногу раздавала авансом очаровательные улыбки да так, что мужички за столиками вокруг втянули животы и выпрямили спинку, а подруги их, если таковые имелись, встали в боевую стойку. Кто бы мог подумать, что она отличная актриса! Косметика Фомину вообще преобразила так же, как и ярко накрашенные губы. В жизни-то она рыжик всё больше в старом застиранном комбезе ходила и в растоптанных армейских ботинках на тяжёлой подошве.

Вызывающий наряд должен был обезоружить Жансена - любителя рыжеволосых молодых красавиц. Брать на живца, что может быть проще.

Бородина тоже была чудо как хороша в белом брючном костюмчике на каблучках и с неизменными очочками через которые она уже весь зал просканировала. Глубокий вырез декольте буквально затянул белозубого официанта:

- Нам пожалуйста три верхних позиции, - сказал я, протягивая наглецу меню и одновременно до хруста сжимая его пальцы на кожаной папке.

Официант, сдерживая стон скривился от боли, я же в ответ только подмигнул ему. Тоже мне приличное заведение, нельзя с симпатичной спутницей (спутницами) появиться как её тут же мысленно раздевают.

В зале негромко, ненавязчиво играла другая музыкальная композия Вивальди, кажется «Ave Maria». Мелодия неожиданно напомнила мне день, когда я в последний раз посещал ресторан. Это была наша восьмая годовщина брака и самый счастливый день в моей жизни. Тогда Люда сообщила мне, что беременна.

- Мягкий - Канцлеру. Видим автомобиль объекта. Снижается, скоро будет возле вас.

Секунд через десять-пятнадцать молчание нарушил Баранов:

- Валет - Канцлеру. Подтверждаю. Приземлились. Объект в автомобиле. Скоро будет внутри.

Поднос с морепродуктами на столе появился так же внезапно как впорхнувший в зал Оливье Жансен – среднего роста смуглый крашеный блондин с выдающимися вперёд надбровными дугами и тонкими усиками над верхней губой, перед которым администратор-тюлень чуть на коленки не упал.

Парочка двухметровых телохранителей вкупе с длинноногой брюнеткой волосы которой были собраны в модную нынче причёску «Медуза Горгона» следовали на пару шагов позади. Женщина шествовала по ресторану словно по подиуму с высоко поднятой головой.

- Ян, смотри у неё платье как у тебя. Только цвет другой, - улыбнулась Бородина насадив крупную очищенную креветку на вилку с двумя зубцами. – Чем будешь побеждать конкурентку?

Жансен тем временем занял столик в самом центе зала и возле него тут же выстроилась настоящая очередь из «фанатов». Каждый пытался пожать руку богачу и попросить что-то. Телохранители смотрели на это с лёгкой ленцой (хотя возможны так только казалось и у них имелись мозговые имплантаты просвечивающие насквозь окружающих). Видно было что их хозяину стелящиеся перед ним людишки доставляют немалое удовольствие. Порхающие с грацией танцоров балета по залу официанты, тем временем заставляли столик перед богачом различными блюдами. Ну вкусы его они знали наверняка, но неужели тот всё это съест?

Интуиция иглой кольнула в затылок от чего я даже чуть не подпрыгнул на покрытом позолотой стуле.

- Валет - Канцлеру. Код тревоги КРАСНЫЙ! Повторяю, код тревоги КРАСНЫЙ!

Услышав это по внутренней связи девчонки тут же перестали улыбаться, пододвинув к себе дипломатики.

- Канцлер слушает. Докладывай.

- У входа приземлился фургон. Восемь человек. Панцирные бронежилеты, пневмоусилители, «Коучи» кажется, армейские визоры, вооружены ПП «Саранча». Только что швейцара застрелили. Это кто вообще такие? Конкуренты?

- Мягкий - Канцлеру. На крыше рядом с нами появился боец с ПЗРК, точно такой же на другой стороне площади. Обеспечивают себе защиту от незваных гостей!

Щёлк! - свет в ресторане под возмущённые возгласы посетителей неожиданно погас и я, выхватив из внутреннего кармана визор надел его на голову, тут же активируя ночное видение. Девчонки сделали так же, раскрыв свои дипломатики и приведя в готовность пистолет-пулемёты. К этому мы были готовы.

Мне ни «Амати» ни «Страдивари» не досталось, штука вообще была дорогая и представлена у нас в ЧВК в количестве четырёх штук, поэтому вооружён я был Мамонтовским «Финистом» превращённым благодаря лёгкой модернизации в ПП среднего класса. Найдя в визор Кирсанова и Зиновьева, которые в настоящий момент занимали позиции слева и справа от украшенных лепниной дверей главного входа, я услышал в наушнике тихий голос Копалыча:

- Ребятки, они мой лимузин сдвинул в сторону. Помяли чуток. Подлетела ещё одна машина. Четверо бойцов заняли позицию у входа в ресторан. Панцирные бронники, визоры, штурмовые винтовки.

- Канцлер всем, - только крепче сжал я рукоять оружия. - Работайте по обстановке, но только после того как мы откроем огонь.

Нет, налётчики появились не оттуда куда мы целились. Шестеро человек спрыгнули в зал из-под потолка использовав каркасный пневмоусилитель «Коуч» пиндосского производства.

Замершие вокруг Жансена телохранители сработали чётко – один из них – абсолютно лысый здоровяк с бородкой закрыл собой хозяина, а второй - кареглазый шатен с двойным подбородком одной рукой легко будто пушинку перевернул стол, создавая препятствие между напарником и хозяином, а второй вырвав из подмышечной кобуры крупнокалиберный пистолет сделал прицельный выстрел в ближайшего нападавшего, что подтвердила мои подозрения о встроенных в мозг имплантатах с несколькими режимами зрения.

К сожалению, он промахнулся, а вот нападавшие немедленно расстреляли дерзнувшего противостоять им телохранителя изрешетив его грудь и не забыв сделать контрольный выстрел в голову. Двое других ни секунды не сомневаясь открыли огонь по Жансену и его охраннику и тут им бы обоим пришёл конец если бы не вмешались мы.

- Канцлер всем. Незваные гости пришли убить объект. Повторяю убить, а не захватить, - произнёс я нажимая на кончик спускового крючка.

Прогремевший выстрел пронзил висок убийцы склонившегося над прикрытым уже мёртвым телом телохранителя французом. Жансен кажется тоже был легко ранен в плечо.

Одновременно в четыре скрипки сыграли мои товарищи уничтожив разом троих убийц. Впрочем, выжившие опомнились очень быстро и врубив сервомоторы и пневмоусилители прыснули в разные стороны одновременно открыв по нам огонь.

В этот же момент на улице что-то гулко взорвалось, с потолка посыпалась пыль и свет в помещении снова вспыхнул. Люди, увидевшие схватку своими глазами с криками и визгами валились на пол в то время как над головами их проносились пули и металлические шарики из скорострельной «Саранчи».

Будто в насмешку под сводами заиграл «Storm» Вивальди. Именно под эту музычку, я под прикрытием девчонок, пересёк зал и выдернул из-под трупов испуганного, закатывающего глаза Жансена сделав ему укол гемостатика и противошокового.

Кирсанов и Зиновьев тем временем пытались подстрелить парочку метавшихся туда-сюда противников. Хоть посетители и лежали на полу, беспокойство за их жизни мешало нам, но работать приходилось в тех условиях какие нам достались. При помощи девчонок ребята загнали в угол противников и расстреляли их.

Снаружи снова что-то грохнуло видать на улице творилось что-то серьёзное.

- Копалыч - Канцлеру. Четвёрка у входа спешит к вам. Готовьтесь, - только и успел услышать я, когда по нам хлестнули длинные очереди из штурмовых винтовок. Хорошо хоть я успел рухнуть на пол прикрыв своим телом Жансена. Правый ботинок неожиданно наполнился чем-то горячим, бедро противно засаднило. Валяясь на паркете, я увидел под столом рядом лежащую на боку подругу нашего богача. С вытянутой над головой рукой и с удивлённым выражением на лице, казалось, что вот сейчас она моргнёт и оживёт. Но нет, с пулевым отверстием под правым глазом не очень-то и поморгаешь.

Пули выбивали каменную крошку из потолка, расщепляли в щепки деревянные панели которыми были обиты стены ресторана.

Частое стрекотание «Амати» ни «Страдивари» становилось всё реже. У Светланы боеприпасы закончились первой. Скрываясь от противника за перевёрнутым столом и присев над одним из убитых, Бородина неожиданно сильно подтянула к себе труп за ногу, по-хозяйски начав шарить по его разгрузочному жилету. Трофей дело святое.

Зиновьев умудрился в рукопашную сцепиться с одним из противников. Кулак убийцы, усиленный «Коучем» с треском расколол пол - в последний момент Костя успел отклонить голову в сторону. Глаза сержанта полыхнули зелёным огнём и вот из рукава пиджака появился прямой длинный клинок, трижды вонзившийся в незащищённую шею врага. Кирсанов тут же не преминул втащить обоих за угол куда не долетали пули.

У меня с боезапасом всё было в порядке. Швырнув Жансена в безопасный угол рядом с бледной трясущейся от страха старушкой в чёрном платье и с жемчужным ожерельем на шее где каждая бусина была размером с крупную черешню, я перекатился по полу и подряд, одну за другой выпустил три пули по высунувшемуся из-за колонны стрелку. Тот вскрикнул, выразив своё недовольство на инглише, схватился за бок, и парой секунд спустя мне под ноги подкатилась граната. Даже не задумываясь я швырнул её обратно.

БАБАХ! - раздавшийся взрыв разбросал в стороны группу стрелков чем ваш покорный слуга не преминул тут же воспользоваться. Еле сдерживаясь чтобы не закрыть щипавшие от дыма глаза, я бросился вперёд поражая раненных и оглушённых противников. В этом хорошем деле ко мне присоединился Кирсанов и обрядившаяся в трофейный панцирный бронежелет и «Коуч» Бородина. Через минуту всё было кончено и у нас на руках оказалось и оружие, и средства защиты.

На переодевание, перевооружение и быстрый осмотр на предмет ранений потратили чуть более пяти минут (лёгкие повреждения кроме меня получили Яна и Костя) плотной группой внутри которой пригнувшись семенил ножками Жансен не произнёсший пока ни слова, мы двинулись к выходу, но не успели даже подойти к стеклянным дверям как по нам ударила длинная пулемётная очередь. А затем ещё одна.

Ругнувшись и снова глотая пыль с пола, я бросил в гарнитуру:

- Канцлер - Валету доложи обстановку!

- Тут у нас аншлаг Канцлер - отозвался Баранов. - Ещё машинка прилетела. Сергеев её правда подбил, но часть подмоги выжила. Рассыпались горохом по площади. Пзркашников сняли. Ведём бой. Копалыч держит оборону возле лимузина.

- Мы выйти не можем. Пулемёт по нам бьёт. Снять сможете?

- Савицкая - Канцлеру.

- Слушаю.

- Мы его не видим. Он гад под перевёрнутым фургоном залёг.

Решение принял быстро, помотав головой и только сейчас сообразив, что Вивальди больше не играет, а шум в ушах у меня от лёгкой контузия, я, схватив за шиворот Жансена, под взглядами трясущихся гражданских, направился через зал к двери из которой официанты выносили еду.

В подсобных помещениях работало только тревожно мигающее аварийное освещение. Мы сделали поворот, другой и… конечно же здесь нас тоже ждали. Парочка стрелков блокировала выход с кухни. Гильзы частой дробью застучали по кафелю. Вот только солдатская смекалка нас никогда не подводила. Подав сигнал Кирсанову, мы вместе отодрали от стены здоровенный шкаф с посудой двигая его по коридору как щит. Точнее двигал-то Серёжа, я же, сменив магазин, пытался выцелить садивших из ПП в нас гадов. Однако за меня это сделал Зиновьев. Ловко забравшись на шкаф, он шлёпнулся на него животом вниз прижав приклад к плечу.

- Поехали!

Всё-таки Серёжа наш был силён. Навалившись на стенку шкафа и высекая искры из стен, гремя находящейся внутри посудой, он почти бегом нёсся по коридору вперёд. Воспользовавшись этим, Глаза снял сначала одного стрелка, а затем другого. Правда шкаф к чёртовой матери окончательно застрял и нам пришлось перелезать через него.

Обернувшись и взглянув на тащивших пленника девчонок, я перевёл взгляд на Жансена из ноздрей которого двумя дорожками текла кровь.

- Чего это с ним?

- А ерунда! Сбежать хотел, - сообщила Светлана, ткнув стволом «Саранчи» француза между лопаток.

Выглянув в проулок, мы увидели только вакуумные мусорные баки вдоль чисто побеленной стены и больше ничего. За углом на площади всё ещё грохотало. Сейчас я отчётливо слышал раскаты дробовика Копалыча.

- Валет - Канцлеру.

- Внимательно.

- Выходите. Мы подчистили. Пулемётчика тоже сняли. Савицкая красавчик под фургон гранату из «Гнома» загнал. Смотреть не рекомендую.

Спустя минуты мы были на площади где что-то чадило, что-то горело, тут и там были разбросаны в смешных позах трупы. Смерть она такая, любит пошутить.

Сергеев в КПУЗДе с неизменным пулемётом и Фрунзе с ручным револьверным гранатомётом спрыгнули с крыши присоединившись к нам. Набившись внутрь лимузина (вместимость салона позволяла), который стараниями Копалыча пережил налёт конфедератов (давайте будем называть вещи своими именами), мы взмыли над площадью. Правда расслабится не удалось.

- Ботаник - Канцлеру.

- Слушаю, - принял я, разглядывая продырявленное насквозь бедро. Проследив за моим взглядом Бородина тут же засадила мне пару инъекций от чего язык во рту начал заплетаться.

- Поймал переговорную волну местной полиции и знаете что? – интересничал Алексей.

- Не томи.

- К вам направляется парочка «Пегасов». Их заметили над городом. Советую ускорится. Я вас отслеживаю, лечу на встречу. Лютер на кнопке люка.

От услышанного я закрутился на месте разглядывая через заднее окно небо. Пока вроде чисто…

- Поднажми дед! Иначе минут через пять от нас ничего не останется. Орбитальный истребитель даже лёгкий это вам не шутки.

Повторять дважды Фомину было не надо втопив педаль газа в пол он понёсся над ночным городом на спасительный сигнал трекера «Ворона».

О том, что нам сели на хвост мы поняли только тогда, когда последний этаж небоскрёба впереди нас лопнул стеклянными осколками, а несущийся в небе справа полуспортивный жёлтый «Каприз» вспыхнув резко пошёл вниз постепенно входя в пике. Наверное, полагаете, что я подумал о том, что вот, дескать, кто-то погиб из-за нас? А вот и нет! Запомните, все кто так думают домой не возвращаются. А я был намерен вернуться.

Второй залп «Пегасов» сбил обзорные зеркала справа и с мясом вырвал дверь из нашего лимузина из-за чего стоявший на коленях в наших ногах Жансен заверещал как баба. Ворвавшийся в салон неожиданно ледяной ветер, заставивший дрожать от холода богача, нас же только приободрил. Мы и не такое видали. Острыми скулами, крепко, с каким-то презрением сжавшей губы Бородиной, можно было побрить, Янка спокойно положила руку на плечо деда, сидящего впереди, а мужики просто растянули улыбки в хищной улыбке. В какой-то момент я понял, что сделал точно так же.

Каким-то чудом Копалычу удалось уйти в сторону, нырнуть сначала между двух небоскрёбов, потом резко снизиться пролетев под эстакадой с несущемся по путям локомотивом, и только затем прошмыгнув в щель между стоящими близко друг к другу многоэтажками, взвиться вверх.

Прямо перед нашим носом возник раскрывающий своё нутро «Ворон» и державшийся за скобу в стене корпуса Лексин получивший в прошлый раз пулю в плечо и только по этой причине не отужинавший вместе с нами в «The Lorenzo».

«Лавров» управляемый Фоминым с разгона влетел через раскрытый погрузочный люк десантного корабля внутрь, и встречавший нас капитан, исключительно благодаря КПУЗДу успел в последний момент запрыгнуть на капот лимузина.

Глава 29: Бефстроганов

«Всё-таки роботы эти бестолковые», - подумала Катя Калашникова уставившись на гору порезанной мелкими кубиками картошки.

Андроид молча взирал на неё стеклянными глазами, двигая из стороны в сторону тяжёлым пластмассовым подбородком на котором едва заметно проступали очертания полустёртого номера. Наверное, пытается сейчас догадаться что не так.

- Я тебе как сказала картошку порезать? Соломкой! А ты как порезал? Кубиками! Да ещё и мелкими! – наконец выдала Калашникова забрав нож у Туполева.

- КАКАЯ РАЗНИЦА? – раздалось в ответ, и освободившаяся рука с длинными, но ловкими пальцами потешно почесала гладкий затылок.

- Большая! – возмутилась Катя жестом подозвав стоящего возле плиты безмолвного Чехова. – Ребята любят когда картошечка жаренная с чесночком именно соломкой нарезается.

- ТАК ТОЖЕ БУДЕТ ВКУСНО.

- Да тебя не спрашивают будет вкусно или нет. Ты просто должен был выполнить указания и всё! – бросив нож Чехову Калашникова обратилась уже к нему. – Соломкой! Понял?

Андроид кивнул и принялся за дело. Названный в честь русского писателя робот говорить не мог так как речевой блок его был окончательно повреждён уже много лет назад. Копалыч сказал, что заморачиваться и чинить смысла нет, а новый покупать дорого.

Взглянув на позвякивающую, моющуюся после завтрака посуду, Катя с улыбкой подумала, что зря ругается на своих помощников. Всё дело было в том, что Туполев и Чехов были не кухонными роботами, а андроидами-техниками созданными для работ на синдикатском линкоре «Ямато». Как они угодили в руки пиратов прятавшихся на безымянной луне Бредбери-2 оставалось загадкой. Возможно просто вместо того, чтобы списать машины как полагается, их просто вышвырнули в космос.

Для работы на кухне они вполне годились разве что излишки интеллекта иногда заставляли их своевольничать или вычислять более оптимальные алгоритмы. Вот почему кубики, а не стружка? Да потому, что, наверное, кубиков войдёт больше в ёмкость для готовки. Впрочем, в этом Калашникова была точно не уверена так как математика не была её сильной стороной.

Уже решив, что испорченную картошку использует при приготовлении пюре под бефстроганов она направилась в холодильник проверить достаточно ли у неё говядины осталось или ещё закупать придётся. У ребят зверский аппетит, что её, если честно, откровенно радовало. Они делали большое дело – наводили порядок на Периферии, а она пусть и на кухне, но тоже вносила свою малую лепту.

Возле двери в холодильник она на минуту замерла, разглядывая своё отражение в отшлифованной до блеска поверхности двери. Всё-таки голубой и светло-синий цвет ей идёт. Не зря Мамонтов вокруг неё вьётся. Хороший парень и дочкам нравится, вот только… а что только Калашникова сама ещё не решила.

В кухне всё блестело, везде был идеальный порядок. Всё так как она привыкла. Наверное, поэтому и отказалась от людей-помощников. Нет, когда Яна или Света помогали это другое, они подруги, но конкуренток в своём царстве она точно не потерпит. Дурацкий характер у неё, да. Всё бы командовать и контролировать. Какой есть. Другого не завезли.

Открыв дверь холодильника Катя пересчитала туши на крючьях и контейнеры с овощами. Наконец-то она перестала кормить ребят консервантами. Всё свеженькое, полезное.

- Так мука, лук, растительное масло, томатная паста, сметана, перец, даже лавровый лист есть, - вслух произнесла женщина, вспоминая рецепт бефстроганов. – Отлично.

Пилик-пилик! Пилик-пилик! – засветился зелёным личный коммуникатор на запястье Калашниковой сообщая, что номер неизвестен. Да и вообще какой-то странный. Чуть подумав Катя всё-таки решила принять вызов хотя обычно игнорировала чужаков.

- Дааа, кто это?

* * *

Только внутри «Ворона» я понял, что правая рука плохо двигается.

Сняв пиджак и осмотрев конечность, обнаружил девятисантиметровую треугольную щепку угодившую подмышку. Ну по сравнению с дыркой в бедре это семечки. Лексин отодвинув в сторону Бородину обрабатывавшую рану, как раз начал латать меня когда корабля тряхнуло так, что лимузин подпрыгнул на месте.

Жансен пристёгнутый наручниками к лестнице, ведущей в кабину пилотов, от страха выпучил глаза. Надо сказать, что полёт в десантном корабле вообще удовольствие крайне специфическое. Не для всех.

- Командир. Они не отстают, - раздался в гарнитуре голос моего штурмана.

- Леша уходи в гиперпространство, - сказал я, сморщившись от боли так как шил мне капитан по-старинке (ибо в лимузине кололи уже), иголкой, без всяких обезболивающих.

- Есть, уходить в гиперпространство!

Почти одновременно со словами Мальцева корабль снова тряхнуло и внутри трюма мигнул свет. Один из держателей для шагоходов установленных вдоль стены заискрил, над головой взорвалась лампа, обдав нас мелкими осколками карбонового стекла, мигнувшая жёлтым аварийная панель на стене показала, что где-то внутри корпуса заработала автоматическая система пожаротушения.

- Это что ещё такое? – ругнулся Лексин, замерев с изогнутой иголкой в руках.

- Зацепили чуток, - тут же сообщил Мальцев по внутренней связи. - Дали по нам залп напоследок.

Минут десять мы спокойно летели в гиперпространстве, что несложно было определить по вибрирующему под ногами полу и мурашкам, нет, да и пробегавшем по коже (такие небольшие корабли как «Ворон» не могли полностью экранировать сгн-излучение), а потом аварийная панель замигала красным и «Пегасы» вдарили по нам уже как следует.

Струи из огнетушителей прочертили трюм, стала слышна работа вакуумных насосов, высасывающих воздух из жизненно необходимых механизмов корабля. Пожара не будет. Огню нужен кислород.

Пленник наш прямо заплясал от истерики пытаясь разорвать наручники. Продолжалось это с минуту, а потом он с удивлением посмотрел на окружающих его людей, вообще не проявляющих какое-либо беспокойство. Кирсанов, Зиновьев, Сергеев, Фрунзе и Баранов резались в карты на пустом контейнере из-под сухпайков. Яна о чём-то спорила с дедом, Бородина пожёвывая жвачку болтала туфлем на каблучке прислонившись к стене, а Лексин нарисовав на пластыре улыбающуюся мордочку приклеил мне его поверх бинта на бедре. Французу и невдомёк было, что спокойствие моих товарищей в военной психиатрии называлось «синдромом Вялкова». Им в основном «страдали» пилоты шагоходов, десантники и пехота. Суть в том, что, если ты сел в несущий тебя через безвоздушное пространство космоса десантный корабль волноваться уже бесполезно. Тут тебе ни спасательных капсул, ни ракетных ранцев, ни других полезных и спасающих жизни штук. Хрупкая скорлупка либо принесёт тебя домой, либо нет. Чего нервы зря мотать.

Новый залп окончательно погасил свет в трюме запалив красные аварийные огни.

- Почему они не отстали, сволочи? – сквозь зубы произнёс я прихрамывая и стараясь не упасть из-за болтанки, направляясь в кабину к Мальцеву.

* * *

- Катя это Бестужев.

- Алексей Александрович? Вы? А что случилось? – сердечко женщины быстро-быстро забилось в нехорошем предчувствии из-за чего ладони сразу вспотели.

- Мне срочно нужен Серебряков!

- А его нет. Они с ребятами на Дальний полигон уехали. Примерно с час назад. Я им с собой бутеров наделала…

- А кто из старших офицеров на месте, - связь постоянно прерывалась, и чтобы не пропустить ни одного слова Калашникова прижала личный коммуникатор к уху. - Горелов?

- Вячеслав Олегович…

- Его что тоже нет? – не дослушав угадал Бестужев.

- Так он утром к Керщбаумеру полетел. Сказал вы в курсе.

- Салтыков?

- Вместе с Гореловым.

Подполковник ругнулся, что делал крайне редко. На том конце что-то загромыхало.

- А кто сегодня начальник смены?

- Так Лямкин. Позвать его? – Катя бросилась к двери. - Сказать, чтобы с вами связался?

- НЕТ! – тон Бестужева заставил женщину замереть на месте. – Времени в обрез. Катя слушай внимательно, запоминай и выполняй всё о чём я тебя попрошу. От твоих действий сейчас зависит наши жизни…

* * *

У Кати даже в груди закололо. Ничего себе заявление. Это что получается если она сейчас замешкается, затупит, ребята погибнут?!

Растолкав андроидов и не ответив на приветствие Лямкина хлебавшего томатный суп в столовой, Калашникова молнией вылетела из помещения.

Бегом она пронеслась по коридорам спустившись на нулевой этаж. По дороге правда не сдержалась, заглянула в большое зеркало на первом этаже решив, что опять потолстела. Вон задница какая! Ужас просто! Что поделать, не может же она не пробовать еду которую готовит!

Под землёй в ангаре было темно и прохладно. Обхватив себя за плечи и пытаясь согреться Катя рванула к махине орбитального истребителя, который, если честно, всегда её пугал.

Сил распахнуть люк полностью не хватило. Еле втиснувшись в приоткрытую створку, большая грудь откровенно мешала этому (дал же бог подарок!) Катя оказалась внутри истребителя. Внутри было темно и только цепочка огоньков на панели подмигивала ей словно подбадривая.

- DKR231841I! – задыхаясь буквально прокричала она. – ЛЮДА, БЕСТУЖЕВ В ОПАСНОСТИ!

Всё Калашникова запомнила, до последнего словечка и в нужном порядке, а вы думали, как она рецепты запоминала?

Внутри тут же загорелся свет, а входной люк с шипением захлопнулся.

«МЕСТО НАХОЖДЕНИЯ?» – вместо механического, бездушного голоса, который она ожидала к Кате обратился приятный женский, похожий на мамин. Так вот почему Люда! – поняла женщина.

- Быстрее милая, ребята в опасности! Десантный корабль БДК-21. Трекер включён. Туманность Экзюпери. Атакованы «Пегасами». Нужно три прыжка.

Под ногами Калашниковой что-то загудело, а затем всё тот же женский голос произнёс:

«ЗАЙМИТЕ МЕСТО В КРЕСЛЕ, ПОЖАЛУЙСТА».

* * *

- Думаешь «Неясыть» до нас долетит? Это же три прыжка надо не меньше, - рана на ноге уколола Бестужева резкой болью, но он только уверенно кивнул на вопрос Лексина.

- Она сможет сделать три длинных прыжка. «Ворон» может без дозарядки один маленький. «Филины» делают два полноценных. «Неясыть» сделает три, - уточнять что произойдёт это благодаря маленькому и очень секретному второму двигателю я не стал. Знаменская приказала вообще об этом пока забыть.

- Ничего себе! – так это какое расстояние она может покрыть присвистнул от удивления заглядывающий в кабину Зиновьев.

Сидящий впереди меня Мальцев выжимая всё из корабля нёсся сквозь пространство. Ещё полчаса и надсаженный движок сдохнет. «Пегасы» же словно играясь не торопились снова открывать огонь. Понимали, что подбитому кораблю от них не уйти.

В этот момент мне в голову пришла глупая мысль хоть одним глазком увидеть «Пегасы». Глупая потому что я сам пилот и прекрасно понимал, что окон в десантном корабле нет. Все более-менее слабые места конструкции закрыты пластинами композитной брони. Удивляться не приходилось, ведь предназначение «Ворона» высадить десант на поле боя под огнём противника. Глаза военному транспорту заменяли сканеры и камеры, которые к сожалению, после нескольких атак были уничтожены.

- Как думаешь почему не стреляют? - спросил Лексин отодвинув в сторону Зиновьева и Кирсанова. В КПУЗДе протиснуться внутрь ему было сложно.

- Возможно совещаются с начальством, - пожал я, зябко передёрнув плечами (кажется у меня начался жар). – Ничего скоро всё узнаем. Если шарахнут «Гарпунами» значит хотят захватить, а вот если «Морганами» - прикончить.

И опять никто не показал ни капельки страха парни только начали надевать на головы шлемы и проверять исправность штурмовых винтовок. А корабль всё нёсся вперёд.

«ДОРОГОЙ Я УЖЕ РЯДОМ!» – вдруг раздалось в моей гарнитуре из-за чего мы с Мальцевым будто по команде подпрыгнули.

- Не может быть! – искренне рассмеялся я, чувствуя, как тяжесть свалилась с плеч. Ты успела! Катя успела и ничего не перепутала! Какая она молодец! Мы воспользовались отражением сигнала от поля астрономического объекта надеясь, что нас услышит хоть кто-то…

«Я ПОНЯЛА. И ДА ОНА НИЧЕГО НЕ НАПУТАЛА. И СЕЙЧАС МНЕ НЕ МЕШАЕТ. СИДИТ СМИРНО».

От услышанного ваш покорный слуга подавился слюной да так сильно что похлопать меня по спине пришлось Кирсанову просунувшему внутрь свою лопату.

- Я не понял, - почти закричал я на глупый ИИ. - Ты взяла с собой Калашникову?

«А ЧТО ДЕВУШКУ НУЖНО БЫЛО ВЫПУСТИТЬ?»

* * *

- ОГОНЬ!

Следуя моему приказу «Неясыть» ударила по парочке уже догнавших нас «Пегасов» из всего имеющегося вооружения разнося их корпуса в куски. Первый же залп уничтожил противника, но истребитель, управляемый искусственным интеллектом, не успокоился, подлетел поближе и прошёлся по обломкам сначала из плазменной, а затем из фотонной пушки покрошив всё на мелкие-мелкие кусочки. Воспламенившееся при детонации боеприпасов топливо оказавшись в космическом вакууме тут же тухло и начинало замерзать некоторое время словно соус накрывая, окутывая изорванные части корпусов машин, тела пилотов и штурманов, порубленных на мелкие ломтики.

На Печорине Катя бледная, но сосредоточенная покинула «Неясыть» под ручку с Мамонтовым. Я ничего девчонке не сказал просто крепко обнял. Насмотрелась она конечно немало. Превращающий в фарш людей орбитальный истребитель штука запоминающаяся. Сам впервые впечатлился настолько что мясо почти неделю не ел. Я уж молчу про перегрузки, через которые она прошла. Три гиперпрыжка подряд это вам не шутки Навстречу Калашниковой бросились её девчонки.

- Она вас спасла, - похлопал меня по плечу подоспевший Горелов, провожая взглядом повариху посмотревшую на нас через плечо.

- Да, она молодец, - кивнул я, чувствуя, что ноги будто ватные и уже не держат.

* * *

На следующее утро Баранов положил передо мной на стол трофейный шлем с дыркой в виске слева, а затем постучал указательным пальцем по изображению золотого солнца на его макушке.

- Я такой уже видел, - сразу заявил снайпер многозначительно склонив голову вперёд.

- Где?

- У людей охранявших Атталя в поезде.

Глава 30: Настоящий человек

Мелентьева я знал давно. Отличный мужик. Легенда среди пилотов. В конце концов Андрей Петрович в моём транспорте свои ноги оставил. В прямом смысле…

Будто сейчас я помнил как сел за штурвал обычного «Ворона» потому что мой истребитель получил точное попадание из «пушки Макгрегора» в корпус и буквально развалился пополам, а 63-й гвардейский тогда понёс серьёзные потери и нужны были пилоты чтобы увезти раненых ребят с планеты. Мелентьева, тогда ещё в звании подполковника, бойцы с большим трудом сумели вытащить из горящего, покорёженного «Барсука» деформировавшаяся панель управления которого раздавила ему конечности.

Тренировочный бой шагаходов закончился и только прыгающие на месте от восторга зрители, которых было здесь несколько тысяч (все крыши окрестных домов заняты так что яблоку негде упасть было) вроде как расходиться никуда не собирались. Построенная нами три месяца назад современная арена для учебных боёв шагоходов вообще стала излюбленным местом паломничества молодёжи (и не только). И вряд ли можно считать совпадением поток заявлений о вступлении в ЧВК которых на рассмотрении лежало столько, что работать ночами приходилось. Я даже вынужден был для регистрации бумаг нанять нескольких женщин-ветеранов.

- Отличный бой, - довольно кхекнул полковник, отрываясь от передающего объёмную картинку голопроектора (на его круглом лице читалось явное удовлетворение). – Алексей такие по имперскому головидению показывать надо. Подсуетишься с трансляцией заработаешь кучу кредитов.

- Не смешно, - сказал я, наблюдая как в воротах арены, словно одержавший победу гладиатор в Колизее, исчезает красно-синий «Мангуст» Лямкина.

На улице стояла жара, и Мелентьев был одет в обтягивающую мощный торс и широкие плечи футболку и шорты, что открывало посторонним взглядам красные протезы на обоих ногах от кончиков пальцев до колена. Ни какие-то там дешёвые иностранные бегунки, а надёжные отечественные «Гранин&Соуп». Закинув ногу на ногу ветеран, легенда, чьё имя было внесено в «Платиновый табель» повернулся ко мне.

- Ну и что тебе не нравится не пойму? Лямкин отличный пилот. Посмотри, как он лихо пилотирует своего «Мангуста», между прочим машина хоть и мощная, но капризная.

- Не доверяю я ему, - откровенно бросил я, вставая из-за стола и пряча руки в карманы. Дурацкий жест от которого я не моги избавиться много лет.

- Субъективное мнение?

- Возможно. А может быть интуиция. А с остальными что?

Некоторое время Мелентьев раздумывал над моим вопросом покусывая толстую нижнюю губу, а затем ответил:

- Раз специально меня позвал вроде как для экспертной оценки так уж и быть скажу. С Салтыковым всё ясно. Мы с ним воевали. Классный пилот, отличный командир. Ходячий учебник тактики и стратегии. Правда перфекционист жуткий и зациклен на этом, по-моему. Найди ему бабу что ли к которой возвращаться захочется вот тогда он перестанет жертвовать собой ради подчинённых.

Чёрт! Я даже на время обомлел. А ведь правда. Решение-то есть. Почему раньше об этом не подумал не понятно. Настроение у меня сразу улучшилось. Впрочем, ненадолго так как вспомнились последние фокусы Лямкина.

- А Фомина?

Мелентьев словно ждал этого вопроса.

- Девочку ожидает большое будущее. Всё быстро схватывает, очень старательная, но… (указательный палец ветерана взвился вверх) всё в меру, слишком стараться это плохо. Думаю, ты и без меня знаешь. В бою всякое бывает. Реагировать нужно по обстановке. Но ты правильно сделал, что приставил к ней Салтыкова. Он ей привьёт правильное поведение. Следующий Мальцев. Мальцев у тебя универсал и роботом управлять может и истребителем. Кстати, это большая редкость, береги его. Уж не знаю какой он пилот…

- Отличный пилот, - вставил я.

- … но шагоходом управляет на твёрдую четвёрку, - продолжил ветеран. - Такие бойцы в любом подразделении нужны. Ты главное иногда пересаживай его из-за штурвала на рычаги, чтобы он навык не терял.

Подумав, я не стал рассказывать полковнику, что шагоходом Мальцев в последний раз управлял лет двенадцать назад.

Отказавшись от протянутого роботом-официантом (да-да, и такого я себе тоже завёл для приёма гостей) подноса с газировками и соками на выбор, полковник просто набулькал себе в стакан воды из графина.

- Возвращаясь к Лямкину. Сразу скажу видно, что за спиной у него вышка. Уж не знаю на Земле, Жукове или Витте. Все боевые схемы атаки шагоходов он знает на зубок, но просто переделал их под себя.

- Да у него манера управления роботом даже на мой взгляд какая-то… какая-то… - не мог подобрать нужного слова я начиная закипать от гнева.

- Я понял-понял, Алексей, - успокоил меня Мелентьев падая в кожаное кресло возле моего стола. – Ты привык работать с пилотами действующими в составе группы, отряда. Вон как Салтыков учит. Построение Двойка, Тройка, Семёрка. Все так делают. Это для командных игроков, а Лямкин твой одиночка. Удивил, сбил с толку – значит победил.

И опять я промолчал. Хотя захотелось рассказать о подвигах Салтыкова на Лозе. Уж он там показал себя не как тактик и стратег - от роботов противника куски разлетались в разные стороны. Чёртова секретность на которой настаивала Знаменская.

- Лямкин склонен к авантюрам. И я боюсь (да нет, я убеждён), что у него будут проблемы с выполнением приказов, - выпалил я. - А ещё иногда он неоправданно жесток. Неделю назад мы приняли сигнал тревоги от шахтёрской колонии на CV-101 – маленькая планетка с кучей полезных ископаемых. Оказалось, местных длительное время кошмарили пираты. В этот раз с десяток шахтёров убили требовали ежемесячную дань повысить.

- И что?

- Наши быстро с ними разобрались. Троих пехотинцев убили, подбили БМП с экипажем, старенький шагоход подожгли, остальных пиратов - два десятка, взяли в плен. Так вот Лямкин пользуясь тем что был назначен старшим группы отдал пленных в руки шахтёров, которые с ними расправились, буквально разорвав на части.

Мелентьев глаза которого поползли на лоб непонимающе уставился на меня и развёл руками в стороны:

- Так они же не военнопленные. Всякий сброд. А чтобы ты предложил с ними сделать? Что-то я Алексей тебя не пойму? Да и вроде в излишнем гуманизме ты раньше замечен не был…

- Не в этом дело! – перебил полковника я. – Он вообще к любой жизни так относится! Я после возвращения спросил его зачем он это сделал, и кто приказал, знаешь, что он мне ответил?

- Нет. Что?

- Процитирую: «Богу богово, а кесарю кесарево».

- Каждому по заслугам.

- А позавчера пилоты занимались ремонтом шагоходов. Серебряков наш предложил протестировать заменённую на более совершенную систему пожаротушения машин. Имитация пожара, пожарная тревога, дистанционная работа СПТ. Все пилоты снаружи, а Лямкин внутри, в своём «Мангусте» испытал так сказать обновку на себе. Вылез весь в инее и ещё заявил, что интервал между окончанием отсчёта и включением нед-огнетушителей слишком велик. Перенастроить бы надо.

Мелентьев от души расхохотался, показав мне свои крупные, белые зубы.

- А он случайно не контуженый? Сотрясений головного мозга у него не было?

- Хорошо, что ты спросил. Знаешь какой у него позывной? Сотряс. А вообще контузий у него что у меня сбитых истребителей.

- В это я Алексей точно не поверю, - рука Мелентьева совсем по-мальчишечьи провела по тёмно-русым волосам изрядно побитым сединой. - У него тогда были бы не мозги, а кисель. А медкомиссия-то что говорит годен?

- Да годен, годен, - раздражённо пояснил я сбросив входящий звонок от Керщбаумера уже неделю уговаривавшего меня взять в ЧВК его сына. – Здоровье есть. Вон с Кирсановым подрался и живой остался.

Встав с кресла, полковник подошёл к окну взглянув на опустевшую арену. Ладонь его покрытая грубыми шрамами легла на стекло, во взгляде читалась грусть. Прочитать мысли полковника в отставке было нетрудно.

- Так тебе не понравилось его решение или что он с тобой не посоветовался? Ладно, сейчас я тебя немножко успокою. Почти год назад я был приглашён на соревнования пилотов шагоходов на Катайцеве. Много высокопоставленных персон. Среди зрителей даже брат императора - великий князь был. Сражались лучшие из лучших. В разных категориях. В том числе и одиночки были. Командный зачёт выиграли драгуны с Нечаева, а вот одиночки в финале подобрались упёртые. Никто проигрывать не хотел. На арену выпустили сразу троих: штабс с Нового Севастополя на «Опричнике», твоя давняя знакомая Петрова на «Барсуке» и этот Лямкин на своём «Мангусте».

Упоминание о Петрове меня по-настоящему заинтересовала так как о Елене Прекрасной я давно ничего не слышал. Удивительно, что в этом списке Проклятия Тутанхамона не было. Хотя… Пляшкевич публичность не любит.

- И кто победил?

Не оборачиваясь ко мне лицом Мелентьев продолжил:

- В финальной схватке в «Опричнике» что-то закоротило. Он вдруг резко нагрелся, предохранитель миниатюрного атомного двигателя не сработал и не отключил его. Вот-вот должен был произойти взрыв. Заверещал сигнал, тревоги зрителей начали эвакуировать. Пилотам приказали тоже самое. Петрова исполнила приказ, а Лямкин, рискуя погибнуть или получить смертельную дозу радиации выбрался из своей машины забрался на «Опричник», активировал вручную систему охлаждения, а затем вытащил потерявшего сознания штабса наружу. Так что за своих он горой. А то что адреналиновый маньяк и герой так что ж. Такие тоже нужны. Я лично парочку знаю.

Последние слова ветеран сопроводил подмигиванием, которого я не понял. Сравнивать меня с Лямкиным было по меньшей мере глупо. Да я никогда безумных поступков не совершал…

В кабинете наступила тишина, которую робот-официант неправильно истолковал как наше желание выпить что-то покрепче. На подносе его появилась водка и коньяк.

Пить мы не стали - жарко, да и повода настоящего не было. Уже почти попрощавшись Мелентьев будто что-то вспомнив снова повернулся ко мне.

- Слышал ты в Ветеранский фонд внёс какую-то сумасшедшую сумму. Щедро Алексей. Я тебе благодарен. Скольким хорошим ребятам теперь, что до полных ветеранов не дотянули годочек, недельку, несколько деньков, протезов классных поставят. Снова почувствуют себя людьми.

От благодарностей я отмахнулся так как не считал свой поступок чем-то выдающимся. Подумаешь двухмесячный доход «Бестужев grоup».

- Не о чем говорить мы проголосовали и…

- Да ладно тебе, подполковник, - крепкая ладонь ветерана легла мне на плечо глаза наши встретились.

- Я майор, Петрович, забыл?

- Нет, Лёша, ты подполковник и всякий имперский офицер это знает. Ты в курсе что 198-й гвардейский истребительный отказался на празднике в честь Его Высочества приветствовать своего командира. Они просто отвернулись от Калбазова. Весь батальон! В полном составе! По уставу всем дисциплинарное вроде положено, но вмешался Долголевский. В общем теперь одному твоему знакомому генералу запретили командовать чем-либо с приставкой «гвардия».

Вроде бы вашему покорному слуге должно было быть приятно услышать такое, но я вдруг внезапно понял, что мне плевать. Не на ребят конечно, которые меня поддержали, хоть в 198-м гвардейском я никогда и не служил, плевать на Калбазова и его адъютантов.

Полковник только сейчас понял, что реакции на его рассказ никакой не последовало, но по инерции продолжил всё ещё надеясь меня поддержать.

- Парни до сих пор видео с той эпичной потасовки на празднике периодически просматривают. Как лихо ты его адъютантов мутузил, через бедро бросал… самого, когда смотрю, смех разбирает.

- Да плевать мне на Калбазова, Петрович, - неожиданно выдал я. – О поступке своём я жалею. Не о том конечно, что набил морду мерзавцу, а о том, что плохой пример показал.

Ветеран только пожал плечами и больше эту тему не поднимал. Я решил проводить Мелентьева до автомобиля на стоянке располагавшейся за оградой тренировочной арены. По дороге все гражданские мне кивали, называли по имени-отчеству и вежливо здоровались.

Чёрная «Чайка» с красным кожаным салоном гостеприимно распахнула дверь перед хозяином, из салона заиграла приятная музыка. Машина была старая, но жутко ухоженная. Вот какое хобби себе выбрал Петрович на пенсии. Сев в машину легендарный пилот шагохода завёл двигатель от чего автомобиль приподнялся над землей на метр. Однако дверь «Чайки» полковник не захлопнул. Оглянувшись вокруг и убедившись, что в округе никого нет тот произнёс:

- Знаю, что вы тут делаете ребята. Да и приятелей на Периферии у меня достаточно. Большое дело! Приструните эту мразь. Кто если не вы? Люди к нам обязательно потянутся. Да и ещё, привёз тебе двух классных пилотов – близнецы Даниловы. Завтра к тебе в офис заявятся. Жди. Посади их на трофейных «Енотов» они справятся.

- Вот за это спасибо огромное, - искренняя благодарность заставила меня подпрыгнуть на месте в попытках удержать взгляд полковника.

- За что спасибо, Лёша? Сам бы рванул к тебе, но знаешь у меня от давления иногда кровь носом идёт. Кому такая старая развалина нужна…

Я было намеривался убедить Мелентьева, что он слишком строг к себе и мы всегда рады ему, но тот только досадливо махнул рукой и перед тем как хлопнуть дверью и исчезнуть в небе добавил странное:

- А всё остальное подполковник в мусорную корзину. От чего-то избавляемся из-за давности, от чего-то потому что оно тянет нас вниз и рвёт душу. Там ему и место…

Глава 31: Соль земли

Лёгкое касание спускового крючка кончиком указательного пальца и крупнокалиберная винтовка толкнулась в плечо послав в ползущего по заснеженной степи дрона тяжёлую 15-мм пулю.

Кусок металла пронёсся сквозь морозный воздух взвив фонтанчик снега и земли почти в полуметре от цели.

- Мимо! – подняв забрало шлему удивлённо уставился на меня зелёными глазищами Зиновьев, с которым я снова напросился на тренировочную стрельбу. – О чём думаете Алексей Александрович?

- О многом Костя.

- Вот потому и мимо. Перед стрельбой и во время неё нужно думать только о цели. Очистить голову от всего.

И правда о чём я думал? О горячих руках Светланы протянувшей мне термос со сладким чаем перед отлётом, о новеньких пилотах шагохода братьях-близнецах Даниловых не разговоривших друг с другом без служебной надобности уже десять лет, о трёх новых колониях заключивших контракт с ЧВК? Наверное, сразу обо всём.

Раскрыв забрало, я отключил синхронизатор между «Горизонтом» и системой автоматического наведения шлема прижавшись глазом к прицелу. Выдохнув плотное облачко пара в морозный воздух, я снова нажал на спусковой крючок на этот раз уверенный в положительном результате.

* * *

Всё шло своим чередом. ЧВК рос и развивался, но как каждый подросток сталкивался с трудностями взросления. Большие деньги конечно облегчили многие моменты, но ряд проблем не только не решили, но и породили. Я прекрасно понимал, что миллиардер-делец из меня как балерина Большого театра, поэтому ничтоже сумняшися назначил Пьера Фавро коммерческим директором «Бестужев grоup», а для охраны приставил к нему Мамонтова и ещё два с половиной десятка проверенных в боях бойцов. Большая часть задач решалась, как и везде дистанционно, но иногда нужно было быстро куда-нибудь слетать и тут Мягкий делал всё в лучшем виде. С Катериной у них вроде бы всё уже серьёзно и разлучаться надолго с любимой в планы Мамонтова точно не входило. Поэтому любая помеха и заминка, мешавшие работать корпорации, устранялась быстро и навсегда. Вот прямо как недавно на Хемингуэи где местные менеджеры и управленцы привыкли воровать средства компании - «жрать в три горла», как выразился наш русский француз, а товар продавать налево. Они-то наивные думали к ним прибудет команда юристов и бухгалтеров-ревизоров, уничтожали документы, штамповали фальшивые, как делали раньше, а к ним с неба свалились солдаты в бронекостюмах вооружённые штурмовыми винтовками.

Коспопорт Печорина я за полгода превратил в крупнейший транспортный хаб полностью контролировавшийся ЧВК. Его сейчас было и не узнать – разросся, преобразился в современный, комфортный комплекс. А ещё похвастаюсь, что теперь планету защищало нормальное ПВО и заявиться к нам незваным гостям было ой как проблематично. На своём истребителе я смоделировал ситуацию проникновения и остался доволен результатом. «16» прикрывала целая батарея «Стрижей» - зенитно-ракетных комплексов способных в клочья порвать любые десантные корабли как только они войдут в атмосферу.

Однако всё гладенько быть не может и враги, как и предупреждала Знаменская, всё чаще пробовали нас на прочность. За последний месяц на контролируемые нами планеты трижды высаживались группы вооружённых наёмников. Пока ничего серьёзного и с ними справлялись подготовленные нами отряды местных ополчений или сотовцы, но все, включая колонистов, прекрасно понимали, что это лишь первые ласточки. Предупреждён – значит вооружён. Не думайте, что мы сидели сложа руки. На места перекидывалась техника, оружие, создавались опорные пункты. Мы с Гореловым стремились заключить контракты с мирами, обладающими каким-либо промышленным потенциалом или ресурсами. Не из жадности, нет, просто только такие и становились объектами серьёзных нападений, а потом работали на врага. Мария Николаевна мне даже список возможных клиентов предоставила и намекнула, что там уже работают её агенты влияния. На карте в моём кабинете между дикими внешними мирами и внутренними начал вырисовываться пояс красных флажков наших клиентов. Капля в море скажите? Да, но даже это резко сократило количество нападений на колонистов и о нас заговорили всё чаще ставя знак тождества между ЧВК и Империей.

Проблема с кадрами никуда не делась, конечно. Из раза в раз Кукушка, а иногда и сама Знаменская лично отвергали предложенные нами кандидатуры - проверка выявляла их неблагонадёжность (некоторых Рассказчица даже просила промариновать пару деньков и только потом отказать и отправить восвояси, что наталкивало меня на мысль, что отвергнутым кандидатам сядет на хвост контрразведка). Нам нудны были штурмовики, но где их взять? Это знаете ли особый тип характера и мировоззрения нужен, чтобы не кланяться пулям, а идти вперёд под огнём выполняя задачи. Честно, я уже начал думать, что все, кто хотел вступить в ЧВК уже вступили и наша ставка на ветеранов, поселившихся на Периферии не в полной мере оправдала себя. И тут меня ждал сюрприз.

Как-то утречком у порога нашего собрались почти шесть десятков мужиков возрастом от сорока до пятидесяти пяти. По-разному одетые (побогаче и победнее, с украшениями и без), бледные и загорелые, с сумками, рюкзаками и пеналами, все они прибыли с разных миров, но что-то объединяло их, делало похожими словно братьев. Тихо переговаривались, негромко подшучивали друг над другом, они терпеливо ждали в главном зале нашего нового центра (выстроенного сразу за Камелотом), пока я вернусь с недавно возведённого полигона где я принимал экзамен по огневой подготовке. И вот когда я с Гореловы, Лексиным и Барановым подошёл чтобы выяснить что да как, сидящие в зале без команды дружно поднялись и щёлкнув каблуками отдали мне честь.

Слово взял высокий элегантный брюнет с зачёсанными назад каштановыми волосами и усиками-стрелками, прикрывавшими горизонтальный шрам над верхней губой - штабс-капитан Марущенков, служивший у меня на Дунаевским ротным (Гришу я тут точно увидеть не ожидал тот был кажется графом, и семья его проживала то ли на Земле, то ли на одной из планет внутреннего круга):

- Господин подполковник! Служившие под вашим командованием ветераны прибыли в ЧВК «Беннигсен». Говорят, Родина снова зовёт.

Обведя взглядом каждого замершего передо мной мужчину и нескольких женщин (большую часть из них знал давно, с парочкой даже начинал службу), я вспомнил слова покойного Кирпичёва: «Что получится из мальчишки ещё не известно, я же предпочитаю ветеранов прошедших огонь, воду и медные трубы. Такие не подведут. В любой ситуации не спасуют. Соль земли».

Как они сюда все попали? Как сговорились? Подозреваю что так же как Баранов.

У меня аж слёзы на глаза навернулись. Честно, а Паша за спиной переглянувшись с Лексиным ухмыльнувшись произнёс:

- Вот теперь повоюем.

В общем забот был полон рот. Удивительно ли что мне иногда просто хотелось хоть на несколько часиков сбежать от всего этого, да и просто помолчать.

* * *

Новенький «Саквояж» - БМД с автоматизированной системой огня (эти штучки я собирал теперь на одном из своих заводов, только тссссс!) шустро вполз в подвал запустив внутрь облако снежинок.

- Господин подполковник, там к вам какая-то Фролова с Иммануила Канта прилетела, - встретил меня у выхода из кабины вздёрнувший ладонь к виску Олег Улюкаев - служивший лет шесть назад под моим командованием прапорщик прилетевший к нам через половину вселенной. - Четвёртый час дожидается. Мы документы её проверили. Из наших. Поручик, ветеран Приграничный войн, IV егерский батальон космопехоты, «За тобой встанем», снайпер.

Не дослушав доклад дежурного офицера Зиновьев со скоростью кометы рванул через подземный этаж несмотря на то, что даже КПУЗД до конца снять не успел. Чуть не растянулся на ступеньках, но в последний момент сохранил вертикальное положение.

- А куда это он? – удивлённо взглянул на Улюкаева я.

Глава 32: Пионеры

У кабинета в коридоре дисциплинировано сложив ручки на коленях меня встретило сразу несколько человек: русоволосый мальчишка лет десяти с грустинкой в глазах, крепкий дедок в комбинезоне с нашивками Первого механика гражданского КФ и молодой курносый паренёк с веснушками под глазами в точно таком же комбезе только поновее. А вот внутри, дожидалась самая настоящая Дюймовочка.

По крайней мере такой сначала показалась мне Анастасия Валерьевна Фролова - худенькая, мелкая, женщина в пилотской куртке с широким воротником отороченным белым мехом, дорогих армейских ботинках на толстой подошве с зелёными глазищами почти такого же цвета как у крутившегося рядом с ней Зиновьева. Да он тут и не один был, а с группой поддержки - с Лексиным и Кирсановым. Правда товарищи ухаживать Косте за гостьей не мешали, зато подначивали его шуточками. Почему-то я сразу подумал, что Фролова вдова.

Поудобнее устроившись в кресле и кивнув вошедшим в кабинет Горелову и Мальцеву (осталось только Баранова дождаться и можно начинать) я ещё раз внимательно окинул взглядом посетительницу. Да нет, никакая она не хрупкая и не худая, только если по сравнению с двухметровым Кирсановым. И не такая уж и маленькая. Движения уверенные, взгляд властный. В егерские батальоны космопехоты и тогда и сейчас брали и берут самых лучших.

Паша, дожёвывая обед просочился в приоткрытую дверь спустя минуту, заняв место у стены. Стула ему не хватило. Встретившись глазами с Фроловой, он улыбнулся ей кивнув как старой знакомой. Та не преминула ответить тем же. Неужели?! Знакомы? Знаете, иногда мне казалось, что Баранов знал всех. Всех нужных.

- Я вас слушаю, поручик, - начал я, при помощи виртуальной клавиатуры выводя изображение «Имманулила Канта» на голопроектор в центре кабинета.

Женщина развернулась ко мне на стуле, оглянувшись обвела взглядом окружающих её мужчин и медленно, с лёгкой иронией в голосе, произнесла:

- Господин подполковник, а разрешите сначала вопрос?

- Я майор, - автоматически поправил ваш покорный слуга Фролову просматривая информацию о населении и инфраструктуре планеты. – Задавайте, разрешаю.

- А почему владелец «Бестужев grоup» и ЧВК «Беннигсен», чьи грузы наши пилоты активно развозят по Периферии последние полгода, ютится в этом странном карикатурном замке? Вы бы могли занять небоскрёб в центре Крупской. Да он у вас там наверняка и есть.

Странный вопрос, но взгляд Фроловой, в отличии от её тона, был абсолютно серьёзен, а значит мой ответ для неё будет важен.

- «Камелот», так мы его называем, приютил нас всех в самом начале основания ЧВК. И нам здесь нравится.

Сидящие вокруг дружно закивали. Рассказывать поручику о том, что тут в «16» я мог благополучно спрятаться от осаждавших меня после получения огромных денег, просителей и благотворителей, я не собирался.

- Чувствуйте себя кем-то вроде рыцарей Круглого стола? – широко улыбнулась женщина и на щеках её появились очаровательные ямки. Что-то подсказывало мне, что не многие могли похвастаться тем, что видели такой её.

- Скорее как тридцать три богатыря. Именно столько нас в начале и было. Так для чего вы здесь Анастасия Валерьевна?

Будто стряхнув с себя налёт сарказма Фролова превратившись в деловую леди, поднялась на ноги и подошла к изображению планеты.

- Господин подполковник, «Иммануил Кант» захвачен неизвестной частной охранной компанией. Я не оговорилась буквально захвачен. Совету общин, именно этим органом управляется бывшая колония уже двадцать лет (после того как французский губернатор сбежал) был навязан десятилетний контракт на смешных условиях.

- Снова ЧОК «Рубикон»? – спросил Горелов, остановившись рядом с поручиком.

- Нет, - помотала головой Фролова. – Эти клоуны после встречи с вами всю свою деятельность свернули и с Периферии убрались. К тому же по-настоящему серьёзных вояк среди них было мало. Те что высадились на «Иммануиле Канте» сейчас, дело другое. Очень серьёзные ребята, хорошо подготовленные.

- Дайте я угадаю, - откинулся на спинку кресла я. – У них золотое солнце на эмблеме?

- Дааа! – удивлённо замерла на месте Фролова махнув красно-рыжим хвостом, в который были забраны волосы на затылке.

Все ребята удивлённо на меня взглянули, а Мальцев наклонившись над ухом шёпотом спросил:

- «Кукушка» всё-таки раздобыла какие-то сведения?

- Нет, Лёша. Просто угадал, - только и ответил я, поднявшись на ноги.

- Что вам нужно от ЧВК «Беннигсон»? Или вы обращаетесь к владельцу «Бестужев grоup»?

- Так как с планеты удалось вырваться только нашему кораблю, меня уполномочили заключить с вами контракт. Новый контракт автоматически аннулирует предыдущий. В случае судебной тяжбы неустойку мы выплатить готовы. Все уже готово, голографические печати подлинные, можете проверить, - папка из рук Фроловой перекочевала в руки Зиновьева оказавшись на моём рабочем столе.

- Что значит «удалось вырваться»? – спросил я, проецируя голограмму столицы с космопортом.

- Чокавцы активировали старые системы ПВО имевшиеся у нас и достаточно неплохо функционирующие, - палец поручика указал несколько точек на схеме тут же отмеченых нейросетью красным. - И привезли несколько батарей «Виконт М-2» с собой.

Я чуть не присвистнул от удивления. «Виконты» была штука серьёзная. Безотказный зенитно-ракетный комплекс. Практически единственный вид оружия который стабильно экспортировался бывшей Лигой Свободных миров. М-2 – это серьёзная, глубокая модернизация комплекса может и мою «Неясыть» повредить. Если лезть на рожон так все мои «Журавли» точно перещёлкает.

- Откуда у ЧОК такая техника? – удивился Мальцев, вздёрнув брови домиком. - Она же очень дорогая? – Сколько батарей привезли?

- Четыре, - ответила Фролова и снова ткнула пальцем в голограмму в воздухе.

- Вообще-то «Золотое солнце» явно организация не бедная, - нарушил молчание Лексин поскребя подбородок. – Вооружены отлично были и в поезде Атталя и на Брест-Лиможе. Мы не понесли серьёзных потерей только потому как в КПУЗДах были и опыта боевого не занимать.

- Да и подготовочка у них мама не горюй, - поддержал капитана Баранов. – Все штурмовые схемы знают. Бьются храбро. Не разбегаются.

Сложив руки на груди на манер Горелова Фроова больше ничего не говорила, просто следила за развернувшимся вокруг неё «мозговым штурмом». Она уже поняла, что контракт с нами у «Иммануила Канта» в кармане.

- Опасно высаживаться на планету пока ПВО действует. На поддержку «Стаи» тоже больших надежд нет, - рисовал в воздухе и тут же зачёркивал виртуальным стилом схемы мой штурман. – Наверняка и ПЗРК найдутся. На Брест-Лиможе же были…

- Линкор бы на орбиту подогнать да уничтожить к херам всех этих «Виконтов»! - добродушно заявил Кирсанов вызвав улыбки всех окружающих.

- Хорошо бы, - согласился я, но линкор в цехе завода не соберёшь и в магазине не купишь.

- Да чего вы голову ломаете, командир, - прервал рассуждения Копалыч минуты пять назад просочившийся в кабинет. Давайте по-старинке. Сбросим им на головы «Доротики»! Никакая херабра их не подобьёт, сожгём ПВО, спустим птичек, а потом зачистим планету от противника как следует.

- А они готовы? – спросил Фомина я.

- Обижаешь, Алексей Александрович. Давно. Я там внутри даже коврики резиновые постелил.

* * *

Для тех кто подзабыл напоминаю, что «Дротик» или - БМПС-Д2, нам досталась после победы над «Крестоносцами» и до сих пор не использовалась. Мне даже немного страшно было реально строить планы рассчитывая на эти штуки. Нет, ну сами подумайте боевая машина пехоты, которую сбрасывали с огромной высоты на голову противника. Просто сбрасывали! У неё даже двигателей никаких не было. Да-да, я читал в руководстве про крепкий корпус из композитного сплава, который внутри имеет подвижное ядро умещающее дюжину штурмовиков, проходимость и мощь. Одно дело читать, а другое лезть внутрь самому. Быть пионером.

И всё-таки я полез, снова доверив свой истребитель Лёше Мальцеву. Ну какой я командир если не разобьюсь к дьяволу вместе со своими людьми… тьфу-тьфу! Шучу-шучу.

С собой я взял только добровольцев. Угадайте кто вызвался первым? Правильно - Лямкин. Он так улыбался когда забирался внутрь «Дротика», что мне даже не по себе стало. Честно. С предвкушением каким-то что ли.

- Успокойся командир, в каждом отряде должен быть свой маньяк, - шёпотом пошутил устраиваясь рядом со мной Паша.

Шутки шутками, а вы бы видели драку между Кирсановым и Лямкиным. Уж не знаю чего они не поделили. Старшина по-моему всегда и всех вырубал с первого раза, силушкой бог не обидел, не зря же у него и позывной «Демон», а по Лямкину он попал трижды! И ничего! Тот только злее стал. Видели сражение мангуста с коброй? Тогда вы можете себе представить их схватку. Но что характерно конфликтов между ребятами больше не было. То ли разрешили всё, то ли таким образом притирка в коллективе состоялась. Вот и сейчас пилот шагохода спокойненько устроился рядом с Кирсановым, пристёгивая ремни и защёлкивая защитную скобу.

Оглядев тесное помещения ядра должного защищать нас от повреждений, Лямкин неожиданно расхохотался и громко, и совсем даже не в тему торжественно проскандировал:

На песке лежит отряд Шесть девчонок пять ребят Лето. Лагерь. Красота. Всем раздолье, лес, вода!

Дюжина находящихся в первом дротике «беннигсенцев» удивлённо переглянулась ни капельки не смутив тем самым пилота шагохода, а Кирсанов поверну голову к декламатору удивлённо спросил:

- А чего это они лежат на песке? Убило?

- Накупались, загорают, - ответил Лямкин подмигнув старшине и захлопывая забрало.

У меня не было слов. Навязали нам этого… дефективного. Нет, слова то были, но я их придержу при себе. Взглянув на командирский планшет, я ткнул в зелёную плашку на экране оповестившую меня, что БМПС-Д2 погружены в «Ворон» и готовы к старту. Все ждали только моей команды. Пора.

- Ну… как сказал Гагарин, ПОЕХАЛИ! – бросил я по внутренней связи ещё раз проверив удерживающие меня внутри «Дротика» защитную скобу.

Глава 33: Орлята учатся летать

Приземление было ожидаемо жёстким. Голова на плечах будто чужая.

«ПОТЕРЯ СОЗНАНИЯ 2,2 СЕКУНДЫ», - сообщил мне отслеживающий физические показатели искусственный интеллект короткой строчкой на виртуальном дисплее. Без защитных костюмов классом не ниже чем «Гвардеец» или «Покров» нечего было даже и думать садиться в «Дротик». Впрочем, в инструкции так и указано. Правда вот про то что при ударе нас вырубит, ни слова не было. Надо бы перекличку сделать. Словно в ответ на мои мысли ребята вокруг зашевелились, а ИИ на командирском планшете тут же показала мне оживающие иконки моих бойцов. Слава богу все живы-здоровы. Нет ещё не все, один из квадратиков оставался бесцветным. Лямкин?!

Брат мой галстук носит

Пионер мой брат,

Потому что осенью

Принят он в отряд.

«И Лямкин. Господи, да заткните вы его кто-нибудь!! - подумал ваш покорный слуга озираясь по сторонам и тут же поймав себя на мысли, что вполне мог произнести эту фразу о пилоте по внутренней связи. Во всеуслышание так сказать, публично. Нехорошо бы получилось, не по-командирски.

Только сейчас я сообразил, что корпус нашего «Дротика» словно переспелый гранат раскрылся давая нам возможность выбраться наружу дабы оказаться в приличного размера воронке превратившей одно из зданий Центрального (и единственного!) космопорта «Иммануила Канта» в руины.

С удивлением я обнаружил, что вокруг нас валялись куски нескольких шагоходов и погнутые пластины от БМД неизвестной конструкции, кажется я даже видел пару-тройку расплющенных тел в броне. Кинетический удар страшная штука.

Я теперь на брата

С завистью гляжу.

Лет мне маловато

Вот о чём тужу.

Продолжал скандировать свои древние красные кричалки Лямкин выбрался следом за мной из ямы. Вскоре показались Баранов, мой новый стрелок-радист Даур Зантария, поручик Горынцев (старый служака начинавший в армии рядовым ещё при отце Его Величества), Никитский-Медведь с нашим новым сапёром Кестутисом, ефрейтор-пулемётчик Корнхубер, Зиновьев, Фролова захотевшая лично поучаствовать в штурме и другие ребята.

Подчиняясь моей команде от специальных креплений на спине отстыковались шесть «Крапивников». Мини-дроны разведки, с лёгким свистом взмыли в небо превратившись в едва различимые точки сразу начав транслировать картинку на мой командирский планшет. Пока изображение обрабатывалось мы рассмотрели, что справа, на другой стороне посадочного поля, тоже размолотив здание в щебёнку приземлился второй «Дротик», но там у ребят было не всё гладко. Бойцы ЧОК «Золотое солнце» окружили воронку не давай «беннигсенцам» выбраться из неё. Странно что мы не оказались в похожей ситуации. Почему к нам никто не бежит, не встречает или всё дело в том, что мы внутри охраняемого периметра?

Глянув на оцифрованную картинку «Крапивникв» и не обнаружив никаких следов противника рядом, я снял со спины «Ливень» и сдвинул флажок предохранителя:

- КАНЦЛЕР ГРУППЕ1! СХЕМА АТАКИ ТРИ. МЕДВЕДЬ У ТЕБЯ ЗАДАЧА ПРЕЖНЯЯ - УНИЧТОЖАЙ «ВИКОНТОВ»!

Десяток КПУЗДов включив форсаж рванули вперёд через посадочное поле сохраняя построение. Никитский с Кестутисом побежали к зенитно-ракетным комплексам установленным на возвышении прямо посреди посадочного поля космопорта. Сейчас главное было вывести из строя «Виконтов». Установленные по периметру местные комплексы ПВО для нашей «Стаи» серьёзной проблемой не являлись. Мальцев сам их уничтожит когда сапёры сделают свою работу.

Огнём из штурмовых винтовок мы существенно проредили число нападавших, но противник не смешался, не побежал и уж тем более сдаваться не собирался. Эти крепкие ребята продолжили бой встав спина к спине. Может быть с другим менее опытным противником у них бы что-то и вышло, но не с нами. КПУЗДы то сокращали дистанцию, то увеличивали мешая прицелится и даже два пулемётчика-штурмовика ситуацию не изменили. Как только чокавцы снизили интенсивность огня по воронке сосредоточившись на нас как на главной угрозе, Лексин повёл свою группу наверх в атаку просто расстреляв бедняг.

- Долго вы, - бросил мне Саша, приподняв забрало. – Мы уж думали вам крышка. Я даже пожалел, что на уговоры Копалыча повёлся. Думаю убило подполковника Бестужева старое списанное барахло, а виноват в этом ты! Ну то есть я! Не отговорил! Повёлся на сказки…

- Не драматизируй, - улыбнулся я, вставляя палец в прожжённый плазмой правый наплечник брони. – Как ты так?

- Да больно стреляют метко…

Договорить Лексин не успел потому что одновременно красным тревожным цветом замигали экран командирского планшета и виртуальный дисплей перед глазами.

ТРЕВОГА! ПРЕВОСХОДЯЩИЕ СИЛЫ ПРОТИВНИКА! РЕКОМЕНДУЮ СРОЧНУЮ ЭВАКУАЦИЮ!

- Ничего не понимаю! Только что горизонт был чист! – буркнул себе под нос я, приближая картинку от которой у меня по спине побежали мурашки. Нас со всех сторон окружала пехота, техника и шагоходы противника. Два из шести «Крапивников» уже были сбиты, но малыши своё дело сделали. Заставив их подняться повыше, я лихорадочно огляделся вокруг.

Рядом с воронкой от «Дротика», буквально в двухстах метрах, стояла метеорологическая башня времён царя Гороха, слева от неё в два ряда лежали мешки с гранулами пенобетона, какие-то пустые ящики, железки, палки. А чуть далее цистерна с катализатором - со строительным уксусом из-за которого пенобетон при наличии кислорода начинал густеть, разбухать. Строителям оставалось только нанести его на арматурный каркас и окультурить, придав соответствующую форму.

- Слушать мою команду! Времени в обрез. Фролова и Зиновьев забирайтесь на метеовышку и как только увидите противника открывайте огонь. Паша отдай ей свою винтовку, ты сейчас нужен мне как «Корсар». Горынцев с ними! Возьми с собой все наши реактивные гранатомёты. Знаю у тебя два значка «Требушет» значит сам разберёшься, что делать. Работай по технике и шагоходам. Держитесь ребята сколько сможете! Остальные за мной!

Противник не спешил, что навело меня на мысль, что нас хотели взять живыми. За двадцать пять минут мы стаскали к воронке ящики и другой строительный материал соорудив из них нечто вроде круга в центре которого в углублении лежал покорёженный «Дротик». Распотрошив мешки, мы засыпали гранулами созданную нами конструкцию, а потом щедро полили её катализатором. Пенобетон разбухал прямо на глазах, как тесто пережравшее дрожжей, и покрыл собой всю баррикаду. Втыкая палки в эту упругую, податливую массу мы смогли даже сформировать нечто наподобие бруствера для защиты и стрельбы. Конечно пенобетон быстро высыхал, твердел, но не так быстро как нам было необходимо и тогда в ход пошёл наш единственный огнемёт.

Вам может это всё показаться смешным, но лет пять назад я в своём полку перед прибытием высокого начальства с большими звёздами таким образом в спешном порядке возводил разрушенную землетрясением полосу препятствий и лабиринт для огневой подготовки. И ничего, сработало! Все остались довольны.

Огонь ускорял процесс, пенобетон темнел, засыхал на глазах, а сержант Песков был похож на какого-то волшебника из средневековья только вместо изящной волшебной палочки манипуляции он совершал тяжёлой дурой именуемой «Пекло-4М».

- Вот так чудо, - рассмеялся Баранов выкладывая перед собой гранаты и запасные магазины. – Конструкция из дерьма и палок, а выглядит ничего.

- Невесть какое укрепление, но куда лучше чем встретить противника в чистом поле, - согласился я с прапорщиком. - К тому же пенобетон, особенно свежий, очень вязкий, трескается, но не рассыпается, а огонь его вообще не берёт. А теперь к бою!

* * *

Иллюзия «золотых солнц» что мы, увидев четыре десятка пехотинцев в защитной броне, восемь БМД, шесть боевых роботов и сдадимся, растаяла сразу после того как Зиновьев с Фроловой дуплетом умудрились подбить тридцатипятитонного «Гусара». Шагоход подняв ногу на месте замер, пыхнул чёрным облачком и с грохотом завалился на бок.

- Отлично Глаза. Отлично Ведьма-16! – продолжайте в том же духе!

Из штурмовых винтовок эффективный огонь мы тоже сумели открыть раньше так как «Ливни» с семисот метров били мама не горюй. Потеряв четыре человека убитыми «золотые солнца» сменили тактику и спрятались за шагоходы, что дало нам несколько минут отдыха.

- Поэт, что у нас со связью? – связался я с Дауром замершим на дне воронки.

- Канцлер, ничего. Связи будто никакой нет. Я даже гражданских диспетчеров не слышу.

- Работают глушилки, - озвучил мои догадки Лексин находящийся рядом. Знаешь в чём наш плюс?

- Неужели он есть? – грустно улыбнулся я, разглядывая старательно выковыривавших лазерными ножами в пенобетоне щель для пулемётов Кирсанова и Сергеева.

- Два «Гусара», «Огр», «Барбекю» и «Гепард» ни на одном из этих шагоходов нет ракет. А так бы они могли по нам сейчас вдарить. И всё… кранты!

- Сотряс! Капитан прав? – обратился я к облокотившемуся на бруствер из пенобетона Лямкину.

- На «Огре» должна быть ракетная установка НУРСов, - задумчиво произнёс пилот, - но они её убрали, заменив новенькой скорострельной пушкой, так что да, прав. А вообще «Огр» красавчик любой музей с руками оторвёт и на пятнадцать тонн тяжелее любого здесь шагохода.

Мама мне сказала:

Нечего тужить.

Галстук тот сначала

Надо заслужить.

Снова не став комментировать стишки Лямкина, я связался с сапёрами:

- Канцлер – Медведю!

- Слушаю тебя Канцлер.

- Как у вас дела?

- Тут туева хуча охранников, но мы как ниндзя на коленках, на карачках всё тщательно минируем. Почти половину работы сделали.

- Молодцы. Сделайте всё и отходите к проходной. Ботаник увидит взрыв и порезвится здесь.

Никитский на несколько секунд замолчал.

- Канцлер, а как же вы? Мы с Кнопкой можем ударить с тыла.

- Вдвоём? Медведь выполняйте приказ.

Следующая атака была чертовски грамотной. Противник под защитой машин и БМД медленно, но верно продвигался вперёд. Зато видели бы вы как Горынцев с четырёхсот метров сжёг два бронетранспортёра. В хлам! Взрывом ещё и пару солдат зацепило. К сожалению, по метеорологической вышке сразу стали лупить из всех стволов и нашим снайперам, уже успевшим собрать кровавую жатву, и гранатомётчику пришлось линять. Напоследок старый поручик всё же запалил ещё одну БМД и отстрелил с руки «Гепарда» автоматическую пушку.

На расстоянии двухсот метров, что для современного оружие, почти что в упор свинец скрёб по броне, с противным «плюм» впивался в не до конца высохший пенобетон, крошил наше укрытие и хлопал по нему частыми выстрелами плазменных винтовок. Ещё немного и всё развалится это я знал точно. Сжав зубы, мы продолжили бой.

Баранову удалось повредить ногу «Барбекю» и шагоход неловко опустился на колено окатив огненной струей напалма пятёрку своих солдат. Фролова рядом со мной перезаряжала магазин «Мономаха» ибо патроны «Ливня» закончились ещё пять минут назад. Корнхубер в разбитом шлеме обливался кровью, но прижимая приклад к плечу пулемёта продолжал вести огонь по противнику.

- Поэт, окажи помощь Викингу! – приказал я Дауру нажимая спусковой крючок «Мономаха» снова и снова. Дважды мне удалось попасть в прячущихся за машинами чокавцев.

Должен ты хорошим,

Умным подрастать,

Для того чтоб тоже

Пионером стать!

Прочитал Лямкин и выдав длинную очередь из «Перуна» прожёгшую грудь некстати выглянувшему из-за укрытия штурмовику, врубил форсажные двигатели КПУЗДа. Только облачко пыли за собой поднял.

- Сотряс! Стой! – кричал я, но куда там. Лавируя между противников тот двигался к одному ему известной цели продолжая стрелять на ходу.

- Куда это он? – вопрос Лексин остался без ответа.

Лямкин в клубах дыма и огня БМД рванувшего от точного попадания Горынцева подлетел на полной скорости к попятившемуся от взрыва «Огру», взобрался по его корпусу к голове робота и прижался правым плечом с плазменной пушкой к прозрачному фонарю кабины забранному плексигласовым стеклом. Раздался громкий хлопок, который я услышал даже сквозь захлёбывающиеся огнём пулемёты Кирсанова и Сергеева, и бронированное стекло лопнуло облаком мелких осколков, а штабс рыбкой нырнул внутрь тяжёлого шагохода.

Глава 34: Катафрактарии

Когда семидесятитонный «Огр» погасив огоньки внешних сканеров неожиданно рухнул на бок подняв в воздух облачко пыли с посадочного поля и раздавив одного из штурмовиков противника, у меня даже не было времени попереживать о судьбе почившего Лямкина. В конце концов сам виноват…

«Золотые солнца» набросились на нас как свора голодных волков и нам оставалось только жать на спусковые крючки и менять пустеющие с пугающей скоростью магазины.

Горынцев сумел повредить из реактивного гранатомёта ещё одного «Гусара» (машина остановилась, окутавшись белым плотным облаком, что говорило об активации протокола пожаротушения), что заставило другие шагоходы снизить скорость. Хотя ваш покорный слуга не исключал и того, что так было задумано изначально и нас всё-таки хотели взять живыми.

БАМ! - расколов шлем прямо на голове противника, я добил его одиночным выстрелом, и пока правая рука удерживала оружие, левая выбросила пустой магазин, ни мгновения немедля нырнула в кармашек разгрузочного жилета на груди за полным, а затем пронося руку снизу ствольной коробки передёрнула затвор. Новая очередь из штурмовой винтовки опрокинула очередное «золотое солнце» на спину.

Один из наших пулемётов уже замолчал, что вселило в противника уверенность в собственных силах. Кирсанов был пуст и потянул из-за спины «Мономах», Сергеев ещё добивал остатки ленты из «Массагета» раненного Корнхубера, КПУЗДу которого я приказал дистанционно поставить обезболивающее, ибо медицинские показатели ефрейтора совсем не обнадёживали.

Медицинская вкладка вообще на постоянной основе оставалась на моём виртуальном мониторе внутри шлема, и я видел состояние бойцов и препараты, которые оставались у них в резерве. Вот буквально только что давление Горынцева начало падать, и поручик тут же получил от ИИ укол транетекса и инъекцию обезболивающего.

Когда противник оказался менее чем в пяти метрах от нас, мы дружно бросили за стены своего укрытия гранаты и присели. Вязкая масса пенобетона отлично защитила от вездесущих осколков покрывшись новой сеткой трещин. «Солнцам» же повезло намного меньше трое остались лежать на месте боя, четверых оттащили под защиту шагоходов.

- Канцлер. Видоискатель и автоприцел на оружии отключились! – сообщил мне боец из отряда Лексина с Позывным Лесник. Тот всё ещё умудрялся стрелять из высокотехнологичного (это конечно смотря с чем сравнивать) «Ливня».

Никого это заявление особо не расстроило по двум причинам. Во-первых, на «Мономахах» не было никаких видоискателей и устройства фиксирующего цель на мишени, а во-вторых, при подготовке беннигсенцев мы вообще с оружия все прибамбасы снимали. В боевой обстановке будут - хорошо, нет – меткость твоя страдать не должна. Я пользовался всеми наработками Корсакова и «Корсаров».

- Ну а что? Связь глушат, почему бы и оружие из строя не вывести, - ругнулся Зиновьев в крупнокалиберной снайперской винтовке которого электронной начинки было предостаточно.

БАДАМ! - заброшенная в воронку граната была в последний момент выброшена наружу Дауром и взорвалась прямо у ног подобравшегося к нам штурмовика. Нет, тяжёлая броня защитила его от смерти, но заставила отступить к тому же повернуться к нам спиной чем мы тут же воспользовались. Винтовка Фроловой пробила бронепластину на спине и тот рухнул сначала на колени, а потом и вовсе распластался на земле.

Опустевший магазин полетел под ноги, и я почему-то обрадовался, что Светланы здесь с нами нет. В последний момент я приказал ей занять место в команде десанта, которая высадится в космопорт только после того как будет уничтожено ПВО. Она так на меня взглянула… но спорить с приказом не стала.

БАБАХ! – последняя наша реактивная граната, выпущенная Горынцевым была отбита клешнёй «Барбекю», всё-таки умудрившегося после повреждения подняться на ноги, и взорвалась над нашими головами на пару мгновений заставив сойти с ума датчики тепла.

Роботы, осторожно обходя растянувшегося на земле «Огра» снова начали двигаться вперёд. То ли получили новый приказ, то ли передумали брать нас живыми. Хотя вряд ли – пушки их пока молчали. Тактика чокавцев была понятна они старались прижать нас огнём к земле используя пехоту потому как огонь из орудий шагоходов нас прикончит. Но если мы нужны им живыми, то для чего?

Тяжёлая пуля со скрежетом, который я расслышал даже внутри «лисёнка» сняла верхний слой с моего шлема заставив голову дёрнутся. Если бы не специальный воротник, имеющийся на любом современном защитном костюме, сломала бы мой бедный позвоночник как сухую ветку.

Справа от меня вёл огонь Лексин, слева присоединившийся к нам Дамир. Неугомонный Корнхубер уколов себя инъекцией адреналина занял позицию рядом с Фроловой и Зиновьевым. Штурмовая винтовка в его руках выдала наружу веер блестящих гильз.

Мы отбивались. И отбивались успешно. Каждый знал своё место и что ему делать. Именно это отличает ветеранов от простых бойцов. Я даже подумал, что без проклятых шагающих железяк у нас бы был шанс.

«КНОПКА. ИНЪЕКЦИЯ №1, №2 и №3. СОСТОЯНИЕ СТАБИЛЬНО ТЯЖЁЛОЕ. ТРЕБУЕТСЯ ЭВАКУАЦИЯ – возникло красное уведомление перед моими глазами, а значит Кестутис был серьёзно ранен.

- Канцлер Медведю, что у вас стряслось? – тут же связался я с сапёрами. – Вы же говорили на корточках крадётесь?

- Кнопку зацепило. Заряды заложены. Отступаем! – бросил по внутренней связи Никитский.

Хлопнув подствольным гранатомётом и взметнув фонтанчик осколков между наступающими чокавцами на посадочной поле, я хотел спросить кое-что ещё, даже рот раскрыл, но в этот момент в мозг словно вонзилась игла. Мир под аккомпанемент рвущего слух звукового сигнала со скрежетом зубов свернулся в чёрную точку и я, также как мои товарищи вокруг, рухнул на дно воронки без сознания.

* * *

Подвал, овал света вокруг стоящего посередине стула. Силуэты мучивших Оливье Жансена людей только угадываются в темноте. Слюни вперемешку с кровью текли из разбитого рта по подбородку, по груди, капали на голые ступни поджимавшие пальцы на ледяном полу. Тело ломило и стонало от боли и всё-таки у Жансена были ещё силы сопротивляться, ведь его к этому когда-то готовили лучшие из лучших. Повиснув на путах всё ещё удерживающих его на стуле, мужчина раскрыл глаза и вздрогнул.

Напротив него на корточках сидела женщина на голове которой был капюшон. Глаза редкого василькового цвета смотрели с какой-то усмешкой. Нет, она ему не нравилась. Решительно не нравилась. Жансен готов был согласится на новую порцию ударов, пыток, только чтобы она ушла. ПУСТЬ ОНА УЙДЁТ! Паника захлестнула сознание мужчины, но он справился и с ней, только крепко сжав лопнувшие губы.

Особа ничего не сказала просто провела пальцем по экрану планшета повернув экран в сторону пленника. Увиденное заставило Жансена завыть, начисто выветрив из него всю недавнюю решимость. С планшета, в прямом эфире на него с мольбой смотрел Бенедикт – его сын. К виску парня прижался ствол штурмовой винтовки.

«Но как же так? Он же на Новом Вашингтоне? Они обещали безопасность для его семьи?» – эмоции снова захлестнули Жансена и крупные слёзы побежали по щекам. В последний раз он плакал в возрасте семи лет, когда рухнул с подаренного отцом пони.

- Куда ещё вы поставляли оборудование? – спросила женщина со страшными глазами будто не сомневаясь в том, что сейчас ей ответят.

- На Иммануил Кант. Но только перевозили его в грузовых кораблях маскируя в контейнерах с зерном и минеральных удобрениях, - даже не подумал сопротивляться Жансен. – Я скажу всё. Только оставьте в живых моего Бенедикта…

* * *

Очнулся я в полной темноте и не сразу сообразил, что всё ещё нахожусь внутри КПУЗДА все системы которого оказались выключены. Ан нет, красная точка аварийного подключения еле-еле тлеет вверху справа. Ничего себе! Это чем это они нас? ЭМИ? Так от электромагнитных импульсов КПУЗДы прекрасно защищены. Что за чёрт?!

Что бы я ни делал ничего не помогало оживить ИИ защитного костюма двигаться в котором без активации было ужасно тяжело, а сражаться вообще невозможно. Был бы клаустрофобом, наверное, сошёл бы с ума. Уже серьёзно подумывая над тем чтобы вылезти из своей темницы наружу, я вдруг вспомнил слова Женьки Зобуна сказанные на Новом Севастополе, когда мы впервые запрыгнули в КПУЗДы: «Почти любую проблему «лисята» смогут решить при помощи перезагрузки».

Аварийного режима для отдачи этого приказа вполне хватило. Минуту ничего не происходило, а потом на дисплее вспыхнула зелёная полоса загрузки свидетельствовавшая о включении системы. Спасибо Женька!

- Канцлер всем! – тут же заорал по внутренней связи я. – Даже если не можете мне ответить включите перезагрузку КПУЗДа! Вы слышите меня?! Перезагрузите костюмы НЕМЕДЛЕННО!

ДО ОКОНЧАНИЯ ПЕРЕЗАГРУЗКИ 29, 28, 27, 26, 25 секунд… - сообщал расцветающий иконками и сообщениями дисплей наполняя моё сердце радостью. Остаться беззащитным перед противником и погибнуть как скот на бойне, что может быть хуже.

Визуал включился быстрее аудио и я, лежащий на спине на дне воронке обрёл зрение, чтобы буквально опешить от увиденного.

Что я увидел? Бьющегося в одиночку над нами с противником «Огра». Лямкин, больше то было некому, в одиночку противостоял «золотым солнцам» защищая наши безжизненные тушки. И не без успеха. Кабина «Барбекю» была разворочена, рухнувший на наши укрепления из пенобетона робот был объят пламенем и снопом искр от замыкавшей проводки.

В тот момент, когда я сумел сесть, а рядом тоже самое сделал Лексин машина Лямкина получила серию выстрелов в грудь и упала на спину. Тут же земля под нами задрожала от поступи шагающего в нашу сторону вражеского робота.

«Неужели конец?» – едва успел подумать я, только сейчас понимая, что патроны закончились.

И в этот момент заслонивший собой всё пространство и нацеливший стволы своих пушек на нас дымящийся «Гусар», взметнулся столбом весёлого пламени в небо…

Глава 35: Игра в пятнашки

Нервно постукивая подошвой ботинка по полу, я был буквально полон плохих предчувствий. Прямо как мексиканская пиньята сладостей. Вот только вряд ли Бестужева, Лексина и Баранова на Иммануиле Канте ожидала гора карамели и шоколада…

- Поручик, доклад! – бросил уже второй раз за час нашего бездействия на орбите планеты, я.

- Всё без изменений, командир. «Виконты» продолжают сопровождать нас РДО. Видят, но достать не могут, - сообщил мне пилот десантного корабля с позывным Синдбад.

Все ребята волновались, видно было сразу. Вон даже Светлана места себе найти не может давно уже в броню залезла и не снимает, ходит из угла в угол. Сплела себе из отросших волос косичку на виске, прикусила её губами и даже не замечает этого. Ветераны наши ведут себя сдержано, но тоже хмурятся. Час для опытных бойцов — это целая вечность, все это понимают.

Дилинь-дилинь! Дилинь-дилинь! – раздалось у меня из-под ног отчего я чуть не подпрыгнул до потолка. Во-первых, гадство, неожиданно. Во-вторых, звонил «Дятел».

Раскрыв чемоданчик, я натянул на голову шлем и синхронизировал сигналы, не забыв подвергнуть их двойному шифрованию. Так и сидел как дурак в комбезе и шлеме.

- Что у вас там происходит? – ещё больше удивился я, когда вместо компьютерного голоса Кукушки услышал голос Марии Николаевны. Значит что-то не терпящее отлагательств стряслось.

- Где здесь? – спросил я только для того чтобы обдумать возникшую ситуацию, так как по идее подобную крупную операцию ЧВК надо было согласовать со Знаменской.

- Не валяй дурака, Слава, - устало вздохнула Знаменская. – Я знаю, что вы на Иммануиле Канте. Докладывай ситуацию. По голосу слышу волнуешься за Бестужева.

«Ничего-то от неё не скроешь», - мысленно ругнулся я, почувствовав руку Светланы на плече. Сестра правильно всё поняла.

- Алексей высадился в районе космопорта и ведёт бой. Связь глушат, связаться с ними не можем.

- Как они смогли добраться до поверхности там же мощное ПВО? «Виконты» если я не обшибаюсь? – без какой-либо паузы осведомилась полковник.

- Вы знаете?

- Отвечай на вопрос.

- Два наших отряда в дюжину человек каждый, сброшены в «Дротиках» вниз.

- В чём? – мне показалось будто голос Знаменской на мгновение охрип.

- «Дротик»… это такая…

- Да я знаю, что это такое Слава, - перебила меня собеседница. - Сама как-то в такой штуке находилось. И скажу тебе удовольствия мало. Хотя конечно сюрприз для противника внизу. А где вы их взяли?

- В лагере у «Крестоносцев».

- Кхм, ясно, - медленно произнесла Мария Николаевна, чтобы тут же откашлявшись продолжить. - За «Иммануила Канта» взялись серьёзно. Туда в течении пяти месяцев незаметно перевозили технику и людей. Это же хаб, и хаб очень удобный. Так что готовьтесь внизу легко не будет.

- Я это уже понял, - почему-то предупреждение полковника меня только разозлило. Нет, ну правда, не с салагами же разговаривает.

- Я просто к тому это, что Бестужев может быть уже мёртв.

Это мне ещё больше не понравилось хотя я ничем это не выдал.

- Не верю.

- Я тоже не верю, но, если через час подполковник не даст о себе знать убирайтесь оттуда. Теперь директор ЧВК ты.

- Мы так не договаривались, - в голову мне ударила кровь, ИИ пиликнул предупреждением, но тут же заткнулся так как не смог при помощи датчиков на теле отследить моё сердцебиение. Костюма-то на мне не было.

- А мы вообще никак не договаривались, - и не подумала сменить пластинку Знаменская хотя причина этого тут же выяснялась. - Но на планете экспериментальное ЭМИ оружие способное навредить даже КПУЗДам. А это уже дело государственной важности. ГОСУДАРСТВЕННОЙ!

- Командир, «Виконты» уничтожены! – закричал снаружи Синдбад и я соскочил на ноги. - Стая вошла в атмосферу, атакуют! Снижаемся!

Пол под ногами сделал крен и ощутимо завибрировал.

«Слава богу! Слава богу!» – мысленно повторял я думая как бы прервать неприятный разговор, но вслух сказал только одно слово.

- Садимся.

Знаменская как будто всё поняла из-за чего мне стало даже как-то не по себе.

- Удачи Слава. И постарайся привезти мне подарочек.

Некоторое время я тупо смотрел на виртуальный дисплей перед глазами с надписью «СВЯЗЬ ЗАКОНЧЕНА», а потом сбросив с головы шлем захлопнул «Дятел» и передал его всё ещё стоявшей рядом Светлане.

Люди вокруг заметно оживились, многие повернулись к нам. Взяв себя в руки и мысленно послав Знаменскую к дьяволу, я бодро произнёс:

- Слушать мою команду! Взять с собой столько боеприпасов сколько сможете. Все кто не в КПУЗДах и не имеют плазменную пушку на плече дополнительно вешайте на себя револьверный гранатомёт. Копалыч поколдовал с боеприпасами и обещал сделать нам приятно. Да и ещё! Выбросьте из брони одну из ампул адреналина, его сейчас и так море, вместо неё суньте в слот инъекцию промедолина и селоксина сорвав предварительно защитную упаковку. Влезут - проверено.

Никто не произнёс не слова шесть с половиной десятков одинаковых глаз смотрели на меня, внимая каждому слову.

- Что-то ещё Слава? – нарушила тишину Светлана вроде бы негромко, но даже в нарастающем гуле вошедшего в атмосферу корабля её все услышали.

- Да, есть кое-что. Возможно внизу устройство отключающее электронику наших защитных костюмов. Готовьтесь к сюрпризам ребята…

Ветераны только криво усмехнулись и потянулись за своими вещами и вооружением: защёлкали затворы штурмовых винтовок, забрякали ленты с патронами и патронташи с гранатами, заклацали замки на броне.

- Что же ты за доктор такой? – проведя рукой по ежику тёмно-русых волос с искорками седины на голове подмигнула мне сестра.

- Вот такой хреновый доктор, - только и ответил я, направляясь к закреплённой в углу трюма «Кунице».

Света была права, в последнее время я совсем не чувствовал себя врачом свалив основную часть медицинских обязанностей на поручика Суслова. Я чувствовал себя «Корсаром»…

* * *

Мальцев и его Стая вступили в бой с лёгкими истребителями противника поднявшимися в воздух незадолго до нашего приземления. Откуда взялись только? И опять Мария Николаевна была права. Впрочем, работа у неё такая - всё знать. Быстро уничтожив старенькое местное ПВО «Журавли» (или Цуру на японском) под командованием искусственного интеллекта Люды (Тьфу ты! – схожу с ума как Лёша), подчиняясь ИИ «Неясыти», гоняли над космопортом куда более медленные «Сойки» и «Гаргульи». То тут то там огненные росчерки в небе превращали во вспышку очередной корабль противника.

- Эскулап Мягкому, - связался с Вадимом находящимся в другом «Вороне» я.

- Слушаю.

- Не приземляйтесь. Сбрасываю тебе координаты Овальной площади в паре километрах отсюда. Дорога из космопорта прямёхонько ведёт туда. Если «Золотые солнца» побегут лучшего места для засады вы не найдёте. Вместо того чтобы ловить их потом по всему городу или того хуже, планете, встретите их с Акелой, Гранатом и Савицкой там.

- Понял тебя Эскулап.

- Ботаник слышал наш разговор? - переключился на Мальцева я.

- Слышал Эскулап.

- Пошли с Мягким парочку птичек чтобы долетели без проблем.

- УЖЕ СДЕЛАНО, ВЯЧЕСЛАВ ОЛЕГОВИЧ, – ответила за нашего штурмана Неясыть. И сказано это было так по-человечески, что… ладно, промолчу.

Два «Ворона» под автоматическим огнём противника зависли над посадочным полем, третий в сопровождении тройки «Журавлей» унёсся на восток. Пока штурмовые группы выстраивались в боевой порядок я, находясь внутри лёгкого шагохода получил на командирский планшет целую гору сообщений. ТРЯМ! «У ВАС 29 НЕПРОЧИТАННЫХ СООБЩЕНИЙ! 32,45,51!» Тех самых, что наверху для меня из-за глушилок были недоступны. Сжимая челюсти от гнева и волнения, я пытался найти среди них те, на которые нужно было ответить в первую очередь.

- Эскулап Ходоку.

- Слушаю, – незамедлительно отозвался поручик Суслов.

- Медведь просит помощи. Кнопка тяжёлый. Принять меры, стабилизировать и быстро двигаться за нами. Раненных будет много.

- Принял Эскулап. Работаем.

Не успел я повторно вызвать до сих пор не отзывавшегося Бестужева как получил новый входящий звонок от Баранова.

- Рады приветствовать вас.

- Валет, что с Канцлером?

- Да всё нормально, - камень (скорее гора) сразу свалилась с моих плеч. - Нас какой-то ЭМИ хернёй долбанули, у некоторых связь барахлит. ИИ вангует, что кластеры повыгорали. Пытается сам починить. Если бы не Сотряс нам бы всем крышка.

- Сотряс? – удивился я.

- Да, он захватил «Огра» противника и пока мы в отключке валялись не подпускал их к нам.

- Сам то он как?

- Сотряс, доктор волнуется маякни! – рассмеялся Паша что уже было неплохим знаком.

- В одном строю идут отряды,

Один девиз у всех дружин.

И наши песни с нами рядом,

И все чудесней наша жизнь, - раздалось в ответ.

- Значит цел, - Лямкина я тоже был рад услышать и стихи его тоже. Главное, что живые.

Над головой что-то взорвалось и дождь искр и мелких обломков пролился на посадочную площадку за нашей спиной. Юркий «Журавль» сбил ещё один истребитель чокавцев. Хотя какие они к дьяволу чокавцы если на «Сойках» летают?!

- ЭСКУЛАП НЕ ВЫПУСКАТЬ ПРОТИВНИКА В ГОРОД!!! – проснулся текстовый чат с Бестужевым.

Маленькие буковки были словно бальзам для моей измучившейся души.

- УЖЕ ПРИНЯЛ МЕРЫ, - отбарабанил в ответ я. - МЯГКИЙ С СВАЛТЫКОВЫМ В ЗАСАДЕ НА ОВАЛЬНОЙ ПЛОЩАДИ.

- МОЛОТОК. ЗАЧИЩАЕМ КОСМОПОРТ И ПРЕСЛЕДУЕМ ГАДОВ. НЕ ДАЁМ ИМ ОТДЫХАТЬ. У НАС ВИКИНГ ТЯЖЁЛЫЙ И ЧЕТВЕРО РАНЕНЫХ. ПРИМИ МЕРЫ.

* * *

Как-то так оказалось, что Светлана возглавляла группу беннигсенцев-ветеранов. Тех самых что раньше служили с подполковником. Плечом к плечу с ней шли матёрые мужики прошедшие огонь, воду и медные трубы. Крепкие, бородатые, седые, понимавшие друг друга без слов. Ни шага назад, ни одного выстрела в молоко, красота. Симфония насилия… нет, не так - рапсодия опыта и отваги.

На территории космопорта бой сейчас кипел в двух точках возле здания где располагался зал ожидания и кассы, и на самой проходной. Проходную уже было додавливал Бестужев со своими, когда откуда не возьмись к противнику пришла подмога в виде нескольких лёгких шагоходов на пару десятков килограммов тяжелее моей «Куницы». Кажется, они назывались «Тoad» на английском, а по-нашему просто «Жабы» из-за плоской башки, венчавшей конструкцию. Пришедшая на помощь Бестужеву Светлана опрокинула врага и заставила его отступать в город. Прямо к Овальной площади.

- Машинист Эскулапу! Чоковцы уходят в город! – сообщил мне прапорщик Монгуш занявший со своими людьми Проходную после ушедших вперёд Светланы и Алексея. – Канцлер и Жанна Дарк преследуют противника.

- Машинист следуйте за ними. Используйте костюмы, передвигайтесь по крышам домов. Не давайте противнику потеряться во дворах. Пусть двигается только вперёд, - приказал я, ещё раз проверив через программу «Фельдшер+» наших двухсотых и трёхсотых. – Фея обыщите космопорт. Противника уничтожить. О выполнении доложить.

Дюжина беннигсенцев во главе с сорокалетней штабс-капитаншей с чудным именем Ждана, отделилась от моего отряда двинувшись к стоявшим на поле космическим грузовичкам.

Сам же я во главе тринадцати бойцов ринулся следом за Бестужевым оставлявшим на улице только тела убитых противников. Однако, очень быстро я понял, что это не совсем так. Противник наш был хитёр, а может быть кто-то просто решил пересидеть и вернутся в космопорт, чтобы попытаться покинуть планету.

БАМ-БАМ-БАМ-БАМ! - очередь из крупнокалиберного пулемёта тяжёлого штурмовика заставила мою «Куницу» развернуться вокруг своей оси. Центрировав прицел на виртуальном дисплее, я, запрыгнув на стену дома сумел открыть огонь. Манипуляторы шагохода оснащённые острыми когтями впились в камень, надёжно удерживая лёгкого робота на весу. Спустив курок триггера, я разорвал в клочья грудь штурмовику. Но он был не один. Целая группа «золотых солнц» открыла по нам огонь из маленького двора с карусельками, горками и песочницами.

Быстро развернувшись мы взяли двор в кольцо, и песенка напавших на нас была спета. Тяжёлые пули штурмовых винтовок и пулемётов, не оставляя шанса неоднократно прошлись по телам замерших на земле противников.

Не успели мы пройти и трёхсот метров как впереди снова замаячил враг. Правда на этот раз несколько бойцов в лёгкой броне пытались сбежать от нас.

- Блокируйте их, но держите ушки на макушке! – приказал я и четверо ветеранов включив режим форсажа рванули вперёд оставив за собой облачко поднятой пыли.

- Синдбад Эскулапу! – раздалось в наушниках. – Вижу вас сверху. На площади идёт бой. А перед вами две группы чокавцев. Одна буквально за углом притаилась…

Договорить пилот «Ворона» не успел так как с крыши слева сорвалось сразу две ракеты ПЗРК устремившиеся за ним. Крутанувшись в воздухе десантный корабль ушёл вертикально вверх, а по нам тут же открыли шквальный огонь.

Получившая серьёзные повреждения «Куница» упала на бок и отрубилась. Выбив ногами КПУЗДа створки, которые в лёгком шагоходе выполняли роль купола кабины, я выбрался наружу вытягивая из –за спину штурмовую винтовку. Справа и слева мне прикрывали двое ветеранов. Выглянувшая из-за угла «Жаба» тут же словила попадание из ручного револьверного гранатомёта и задымившись распласталась на земле. Всё-таки Копалыч маг и волшебник. В меня уже дважды сегодня так попадало и ничего, а тут раз и в хлам. Не иначе весь секрет в начинке.

Прикреплённый к корпусу пирозаряд с гулким хлопком прожёг корпус и кабину лёгкого робота насквозь уничтожив пилота. Ещё одна страшная игрушка Копалыча-Фомина которую он с любовью назвал «Огневушка-Поскакушка».

Град пуль заставил нас выбить входную дверь и спрятаться внутри двухэтажного дома с синей черепицей. Мы будто играли с противником в пятнашки. Смертельные пятнашки.

Внутри было светло и тикали древние напольные часы. Точно такие же были у моего родственника, преподававшего в Академии на Жукове.

Только сейчас я понял, что мы не одни. Две миловидные женщины: одна постарше, другая помладше, трое детей от шести, до двенадцати лет и крепкий ещё старик с широким лбом и глубокой морщинкой между бровей, сидели за столом заставленным едой. Кажется, мы хамски прервали семейный ужин.

- Мы свои-свои, отец, - успокоил людей секунд-поручик Амангелде распахивая забрало шлема. – Русские!

- Да это мы поняли уже, - прервал его дед, впиваясь глазами-свёрлами в меня. Сразу видно видавший виды и выполнявший здесь роль главы семейства. - Вышвырните этих уродов с нашей планеты. И побыстрее.

- Сделаем, - кивнул я, отправляя за дверь гранату и после взрыва вылетая наружу.

Сбитая с ног взрывной волной «Жаба» получила на корпус сразу парочку пирозарядов от шустрых ветеранов. Сдетонировавший боезапас разорвал робота пополам.

- … Овальная площадь! Скидываю тебе координаты! Тут у нас… - раздалось по внутренней связи и тут же прервалось. Судя по всему, сообщение поступило от Салтыкова Лямкину. И предположения мои оправдались так как и минуты не прошло как мимо нас пронёсся тяжёлый «Огр» читающий пионерские стихи.

Следующую группу чокавцев мы под аккомпанемент канонады с площади раскатали вообще без потерь. Десять трупов так и остались лежать возле магазина торгующего экипировкой для туризма и активного отдыха. Быстро добив раненых, мы, сохраняя темп свернули за угол.

- Фея Эскулапу. Космопорт чист. Последнего загнали в угол. Так он гад себя подорвал.

Ответить я не успел. Впереди, там, где должна была вот-вот начаться площадь, что-то взорвалось, потом ещё раз. И тут же по закрытому каналу связи наконец-то прорвался голос Бестужева:

- Слава! Нам твоя помощь нужна, срочно!

* * *

Дымящийся шагоход Яны у ног которого три изувеченные «Жабы», «Гусар», «Кот» Салтыкова с оторванной правой ногой, сидящий на бортике чудом сохранившегося фонтана Мамонтов, которому Света перевязывала руку. Фрунзе рядом греется в лучах заходящего солнышка расставив руки в стороны. Вся площадь завалена трупами чокавцев. У меня от этой картины даже волосы дыбом под шлемом встали. Какого дьявола их так много?

Рухнувший посреди площади обелиск первым колонизаторам, придавил тяжёлого «Чёрного гвардейца» - робот производства конфедерации который раньше я видел только на картинках и в учебных фильмах. Рядом с раздавленным гигантом дымился лежащий на боку «Огр» возле кабины, из которой курился лёгкий дымок, суетились Бестужев, Лексин и Фролова с Зиновьевым.

Растолкав ребят, я заглянул вниз и увидел лежащего на боку Лямкина. Выглядел он так что в гроб краше кладут, но всё равно встретил меня широкой улыбкой.

- Приветствую вас, доктор. Мне бы пригодилась ваша помощь.

Кисти рук Лямкина защищённые перчатками КПУЗДа представляли из себя винегрет из крови, кусков костюма, кости и оплавленной пластмассы. Только одному богу известно как ему больно сейчас. Но он держится.

Пшшшшш! – баллончик с местным анестетиком для поверхностной анестезии покрыл повреждённые конечности пилота слоем белой, кипящей на глазах пены. Действие чудо лекарства было обусловлено блокадой вольтажзависимых натриевых каналов, что препятствовало генерации импульсов в окончаниях чувствительных нервов и проведению болевых импульсов по нервным волокнам. Хотя… накаченный адреналиновыми инъекциями пилот может серьёзного облегчения и не почувствовать.

Осторо-о-о-ожно, я помог вылезти из кабины боевого робота бледному, но продолжавшему улыбаться Лямкину только догадываясь что может быть с его руками…

Глава 36: Жанна Дарк

Часть «Золотых солнц» всё-таки смогла улизнуть с площади где ребята устроили им засаду. Слава богу все шагоходы были уничтожены и по жилым кварталам бегала исключительно пехота. Бестужевская стая очистив небо, боясь жертв среди мирного населения перешла в режим поиска и исправно сообщала всё новые и новые координаты…

Вместе с группой ветеранов я преследовала отряд из одиннадцати чокавцев. Те в свою очередь понимая, что от нас так просто не отвязаться устроили засаду открыв огонь из окон четырёхэтажного офисного здания в которое упирался короткий переулок названый в честь древнего польского писателя-фантаста Станислова Лема. В старших классах школы я по рекомендации мамы читала одну из его книг. Кажется, «Солярис» - грустная история об одиноком человеке. Мне не понравилось. После того как перелистнула последнюю страницу стало как-то не по себе. Люди не должны быть одни если они этого не хотят. Долг окружающих помочь им. Может именно из-за этого я и пошла в армию, ведь одиноким можно быть и среди чужих для тебя людей, а наш девиз «Своих не бросаем». Помню, когда первый раз увидела его на парящем в небе огромном голоэкране замерла на месте и даже мороженное с палочки свалилось. Сердце забилось как сумасшедшее и я поняла, что жизнь моя только что изменилась. Вся такая воздушная, в розовом платьишке, такого же цвета сандаликах, с завитыми локонами, немного тронутая (но Горелов говорит, что это моя изюминка), стояла и пялилась в толпе проходящих мимо людей на простые вроде бы слова.

В общем на следующий день под вопли родителей девочка-припевочка, девочка-недотрога коллекционировавшая куклы в бальных платьях, собиравшаяся поступать в педагогический институт, подала документы в военное училище и прошла конкурс. Как же родители тогда на меня обиделись, только Слава поддержал.

Стрелять я научилась быстро, физическая подготовка как ни странно тоже давалась мне легко хотя в школе спортом не занималась, а вот что долго напрягало так отсутствие уюта. Мотопехота сегодня тут, завтра там, какой уж тут душевный покой и комфорт. Дома-то всё как в кукольном домике было. Однако и это прошло. Подпоручик, потом секунд-поручик, поручик, пришли в срок. Солдаты уважали меня за моё упорство и всезнайство.

- Жанна Дарк – Мазаю, – произнесла я по внутренней связи, включив в КПУЗДе форсаж. - Попробую обойти их с тыла!

- Понял тебя, - тут же ответил прапорщик Ташков – бородатый, седоусый ветеран с голубыми-голубыми как у ребёнка глазами. - А мы их пока отвлечём. Работай, дочка.

Огонь с нашей стороны стал чаще и воспользовавшись этим я по оконным проёмам и балконам забралась на девятиэтажку с которой можно было перепрыгнуть на здание где засел противник. Разбежавшись, врубила полную скорость костюма, пневмоусилители издали лёгкий хлопок, прыгнула и… сработавшая по мне ПЗРК сбила меня в воздухе из-за чего я потеряв сознание камнем полетела вниз. Правда в краткое мгновение до попадания я сумела навестись из наплечной плазменной пушки на противника разорвав его на части… ПЕРВЫЙ!

* * *

Бестужев мне нравился. Нет, правда. Алексей был как раненный голубь. Хотя голубь не его птица, должно быть что-то благородное. Сильный снаружи, но уязвимый внутри. Господи, что это меня на романтику потянуло? «Света оставишь меня без внуков прокляну! Теперь точно прокляну!» – говорила мне в последнюю встречу мать. Воспоминания заставили улыбнуться и очнуться.

ОТКЛЮЧЕН! ОТКЛЮЧЕН! ОТКЛЮЧЕН! – сообщали мелкие белые буквы на абсолютно чёрном дисплее и даже кнопка перезагрузки не действовала.

Во рту вязкой слюны не было, голова не кружилась, стрельба снаружи продолжалась. Значит всё в порядке, вырубилась ненадолго.

- Была бы в «Покрове», была бы уже трупом, - непонятно для кого вслух произнесла я, сначала повернувшись в обесточенном тяжёлом и твёрдым КПУЗДе на бок (поверьте та ещё задачка), а потом, не без усилий, конечно, вылезая из него.

«А лисёнок ничего, как всегда не подвёл. Иж ты, как кусочек угля, а мне хоть бы что, ни царапинки», - подумала я, ткнув носком ботинка защитный доспех и в тот же момент из носа потекла тонкая струйка солёной крови.

Не беда. Оторвав кусок от носового платка (который всегда со мной – каждая леди должна носить с собой чистый носовой платок!) я, заткнув свёрнутой в жгутик материей ноздрю, поставила себе инъекцию дициномина, а затем достала из запасного кармана жилетки визор и дыхательную маску. Как знала, что они мне пригодятся.

Как только устройство оказалось на лбу в голове у меня раздался беспокойный голос с характерной хрипотцой:

- Жанна Дарк ответь Мазаю! Жанна Дарк ответь Мазаю!

- Слушаю тебя Мазай.

- Что случилось мы видели вспышку?

- Ничего серьёзного. Я в порядке. Осмотрюсь – свяжусь, - оглянувшись и просканировав пространство вокруг себя, я поняла, что нахожусь на заднем дворе дома с которого пыталась спрыгнуть. Мусорные баки, дохлая крыса, крупные муравьи тащат куда-то огрызок потемневшего яблока, нога в армейском ботинке виднеется из-за угла. Не наш. Не из «Беннигсена». ВТОРОЙ! На голове лёгкий полушлем с изображением золотого солнца. Подтянув за ногу труп (высовываться наружу не стала), я сняла с него панцирный бронежилет без единой дырочки (чья-то мекая пуля разорвала бедняге открытое горло) и разгрузочный жилет пиндосского образца. Новенький и муха не сидела. Так как оружие моё было уничтожено взрывом ракеты, я взяла штурмовую винтовку убитого. Это был «Палач». Нечто похожее на наш «Мономах» только чистоту больше любил. С боеприпасами тоже всё было хорошо. Семь полных магазинов и тот что в оружие без двух патронов.

Пригнувшись, я перепрыгнула симпатичный белый заборчик раскрашенный разноцветными бабочками из детских ладошек и скрываясь за корпусом ползущего вперёд робота-дворника двинулась по асфальтированной дорожке в сторону нужного мне дома. Кто-то отсканировал мой щит, а потом визор показал мне впереди цель. Вынув из набедренной кобуры «Гоголь» с глушителем, я дважды нажала на спусковой крючок. ТРЕТИЙ!

Когда тело часового упало, я, осмотрев его на предмет трофеев забрала у убитого пару осколочных гранат. На ходу запихивая их в разгрузку стрелой бросилась через газон и припаркованые мимишные электромобильчики к задней двери нужного мне здания.

БЛОП! – отстрелив из пистолета замок, я влетела внутрь, чтобы уставиться на два мёртвых тела. Ветераны всё-таки достали их без меня. «ЧЕТВЁРТЫЙ и ПЯТЫЙ!» – снова мысленно сосчитала я. Но и для меня кое-что оставили - над головой захлёбываясь грохотали длинные очереди. Осторожно, на носочках, я начала подниматься по лестнице на второй этаж.

Собираясь смахнуть рукой выбившиеся из причёски волосы справа, одёрнула руку. Вот же дура следа от ожога нет уже целый год, а ты всё вспоминаешь о нём!

Тогда из горевшего БМП спасли только меня. Весь мой взвод сгорел заживо - Петров, Казимиров, Дахоян, Усманцев, весельчак Перепечко и другие ребята… Впервые поднявшись на ноги после операции, наплевав на ворчание робота-медсестры, я увидела себя в отражении зеркала и закричала. Закричала так как никогда в жизни. Весь этаж прибежал ко мне в палату. На меня смотрела обезображенная, обожжённая уродка. Хорошо, что военные врачи сейчас творят чудеса. Даже страшно себе представить как без всех этих технологий обходились люди в XX или XXI веке.

Достав из кармана брюк мамин подарок заколку «Белочку-умелочку», я прибрала волосы и продолжила подъём.

Трое человек повёрнутые ко мне спиной азартно палили из пулемётов и штурмовой винтовки в ребят внизу. Оценив обстановку, я выдернула чеку из гранаты и осторожно подкатила её им прямо под ноги.

БАБАХ! – пол под ногами вздрогнул и не дожидаясь пока видимость улучшится я юркнула внутрь, чтобы осмотреть дело своих рук. Двоих разметало по комнате раньше бывшей кабинетом какого-то начальства, кожаные кресла, картины и голопроектор на полу говорили сами за себя, а третий, в тяжёлой штурмовой броне, двигался и даже пытался подняться на ноги. ШЕСТОЙ, СЕДЬМОЙ…

Под зеленою сосной Вырос домик расписной, И жила в нем белочка, Белочка-умелочка. Хорошо она жила: Чай с орехами пила, Вечером на лесенке Распевала песенки.

Повторяя негромко вслух любимый с детства стишок, я оседлала чокавца дважды саданув его прикладом «Палача» по глазным провалам шлема, но тот и не подумал сдаваться, вместо этого он вырвал откуда-то нож и попытался им ударить меня в бок. Скряб! - остриё даже оставило царапину на отшлифованных пластинах. Вот только я не далась. Оттянув двумя руками большой палец защитной перчатки так как нам показывали в училище (самое слабое место конечности брони штурмовиков) я вырвала нож и дважды загнала заточенной с двух сторон клинок под подбородок здоровяка. ВОСЬМОЙ!

Наша белка - мастерица: Сшила кофточку лисице, А зайчонку - тапочки На четыре лапочки. Медвежонку - распашонку Всем бельчаткам - по перчаткам, Даже мышке маленькой - Сарафанчик аленький.

На слове «аленький» вниз сбежал лопоухий крепыш в точно таком же как у меня панцирном бронежилете. Увидев на своём мёртвом товарище незнакомую окровавленную девку, он вскинул штурмовую винтовку собираясь выстрелить. Времени доставать пистолет не было, и я всадила в него короткую очередь из «Палача» выдав себя. ДЕВЯТЫЙ! Ибо взрывы прятавшиеся на этаже выше могли принять за брошенные гранаты, но автоматический огонь под ногами они точно услышали. Они даже перестали стрелять. Ступив в растекающееся кровавое пятно, я рванула вперёд по коридору в поисках лестницы наверх.

И грибы она сушила, И зверят она лечила - Все умела белочка, Белочка-умелочка.

Я никогда не была фанаткой «зелёных». И мясо ела с большим аппетитом, но после госпиталя, каждый раз видя перед собой стейк, котлету или бифштекс вспоминала запах горелого человеческого мяса. Я не то чтобы была вегетарианкой, но питаться как раньше уже не могла. А ещё я вдруг воспылала любовью к братьям нашим меньшим. Чего тоже раньше за мной не наблюдалось. Вот не могла пройти мимо подвернувшего лапку котёнка, больного голубя или ещё какой животинки.

- Ты сильно изменилась, Света, - сказал как-то Слава довозя меня из госпиталя до дома где я снимала квартиру.

- Я всегда была немного тронутой. Ты разве забыл? – рассмеялась я, прижимая к груди взъерошенного голубя больного оспой, которого только что, в паре кварталов отсюда, подобрала на тротуаре.

- Все мы тронутые.

Конечно меня встретили огнём. Мелкие камушки, осколки стекла, щепки, какой-то песок, посыпались на голову. Присев и прижавшись спиной к стене я выдохнула воздух по системе профессора Щербатова у которого я проходила курс психологической реабилитации («сдуваем свечки с торта, выравниваем сердцебиение, делаем то что нужно») и выглянув из-за угла поймала в коллиматорный прицел голову стрелка на шлеме которого чёрной краской на золотом фоне была нарисована цифра 41.

Приклад толкнулся в плечо, и пуля угодила точно в левую глазницу шлема. Второй стрелок увидев это даже замер на пару мгновений чем я и не преминула воспользоваться, покинув своё укрытие.

Длинная очередь из штурмовой винтовки с десяти шагов в нескольких местах пробила защитную броню чокавца. Сорвав с головы защитный шлем, так как пули скорее всего повредили систему снабжения воздухом, тот задыхаясь рухнул на колени. Из груди короткостриженого брюнета с тяжёлой челюстью и с зелёными глазами в нескольких местах вытекала охладительная жидкость вперемешку с кровью. Проведя рукой по повреждённой броне он с удивлением уставился на мокрые пальцы, а затем захрипев упал на землю и затих. ДЕСЯТЫЙ, ОДИННАДЦАТЫЙ! Выщелкнув магазин из «Палача» и заменив его на полный, я перешагнула через мертвеца и подумала о том, что надо бы голубей проведать. Давно к ним не заходила.

- Жанна Дарк - Мазаю. Чисто.

Глава 37: Братское плечо, рука Родины…

После окончания боя на Иммануиле Канте прошло три с небольшим месяца. Самые сумасшедшие месяцы в жизни ЧВК «Беннигсен» и одновременно самые замечательные…

Разглядывая с двадцатого этажа в окно космопорт где казалась совсем недавно, мы вели бой с превосходящими силами противника, погибали и побеждали, я в который уже раз удивлялся тому как он изменился и вырос.

Жёсткая подготовка бойцов ЧВК сделала своё дело и потери у нас были не такими большими какими могли бы быть. Правда Горелов утверждал, что это полностью моя заслуга. Буквально перед штурмом планеты, я через «Бестужев grоup» закупил дюжину медицинский капсул, которые и позволили избежать нам многочисленных жертв, стабилизировав тяжело раненных бойцов и ускорив их выздоровление. Стоили они конечно огромные деньги, но жизни кредитами мы не меряем.

А ещё я приобрёл три корвета и старенький синдикатский фрегат. Да-да, именно настоящих военных корвета, не имперского образца, конечно, об этом можно только мечтать, но вполне рабочих, двадцатилетней давности, что по меркам КФ сущая ерунда. Не поверите, но принадлежащие Лиге свободных миров корабли куплены были мной по цене металлолома. Да, там надо было кое-что модернизировать, починить, но в целом приобретение отличное. Как так вышло, что корветы бросили вместе с исправно функционирующими гипердвигателями мне до сих пор было не понятно. С фрегатом проблем было больше, но их я надеялся со временем решить. ЧВК обзаводилось собственным флотом. У нас уже десантных кораблей и грузовиков два с половиной десятка было, вот намедни присматривали истребитель для Мальцева. Пока тщетно. Истребители это такая штука которые на магазинных полках и свалках не валяются.

Приобретению способствовала Настя Фролова, которая теперь тоже стала нашим боевым товарищем. Вы бы видели как радовался Зиновьев! Однако я думаю, что женщина сделала это исключительно из чувства вины. Вбила себе в голову, что притащила нас в засаду. Будто раньше мы где-то получали куда более гостеприимный приём.

Фактор везения я тоже не исключал, конечно. Тут оно имело место. Стоит упомянуть хотя бы то что наши «Дротики» приземлились в ангар где было спрятано девять шагаходов, от страшного кинетического удара превратившихся в неподдающуюся сбору мозаику, и склад боеприпасов. Это мы не сразу поняли, только когда начали обломки разбирать.

Ещё мы выяснили, что «Золотые солнца» прибывали на Иммануил Кант в течении нескольких недель в автоматизированных фурах где контейнеры выгружались на склады роботами. Грузы эти были предназначены для других планет и местные их даже не касались. Чокавцы тихонечко вылезали наружу и жили там же внутри закрытых складов не попадаясь на глаза сотрудникам космопорта и горожанам. Целая куча упаковок от еды, воды, бытовой мусор, человеческое дерьмо, уж извините за подробности, найденные нами, свидетельствовали о том, что это была целая операция. Так что Фролова зря себя винила, наоборот, она позвала нас вовремя, в момент когда захват планеты только-только начался.

Хотите услышать про Лямкина? Да всё с вашим Лямкиным в порядке. Руки ему Горелов сам собирал. Говорит на первых порах придётся в перчатках походить, а потом красоту навести можно. Главное работает всё. Вот только мерзавец постоянно сбегает из больницы посмотреть на разросшееся подразделение шагоходов. Машин-то теперь пятнадцать штук. Да ругаюсь! Лечат - лечись. Хотя… герой, чего уж говорить. Если бы не он всем нам конец. Прикончили нас, потом занялись бы Медведем и Кнопкой. Те бы не успели подорвать ракетно-зенитные комплексы и тогда полный провал. Последний, кстати, так и не выкарабкался. Честь и слава нашему погибшему боевому товарищу. Жену Кестутиса и дочь без помощи не оставили. Интересно, что и недели не прошло как ко мне в кабинет заявилась скуластая, коренастая девчонка с короткой, толстой косичкой в звании секунд-поручика представившаяся Ларой Кестутис - сестра погибшего сапёра пожелавшая вступить в ЧВК на место брата. Проверили – взяли. А контракт с армией она прямо при мне разорвала. Безбашанная, но имеет боевой опыт.

После того как мы, помня опыт Крупской, выложили кадры нашего боя в сеть (не думайте ничего раскрывающего наших секретов там не было, зрелищно, но не более, хотя трёхсекундный отрывок с Кирсановым и Сергеевым пробивающими себе дорогу из пулемётов через КПП чего стоит) люди к нам хлынули, особенно после того как у нас появился слоган (или девиз?). «Братское плечо, рука Родины! Вступайте в ЧВК «Беннигсен»! Как вам? Не очень? Мне тоже поначалу показалось, что фигня какая-то, в маркетинге я не больно много понимаю, но СРАБОТАЛО так будто бомба взорвалась! Люди с девизом на устах попёрли в призывные пункты. Оказывается, фразу эту придумал один из братьев-близнецов Даниловых и логика у него была железная. «Алексей Александрович, солдат солдату брат? Брат! Этим мы как бы намекаем кто наш основной контингент. Рука Родины – это рука Земли – столицы Империи и пусть на планетах люди разных национальностей и в ЧВК уже с десяток народностей, матушка Земля всех породила». Во как!

Прапорщик Перепечка, раньше рисовавший в моём полку патриотические рисунки и едкие шаржи на стенах, целую серию плакатов изобразил которые мы на Крупской напечатали и в сеть выкинули. Красота и нарисовано не хуже чем на официальных армейских, не зря же Лёня Художественную школу закончил.

Конечно с новобранцами надо было работать, мало ли чего. Засланцы и раньше были, а теперь попасть к нам наверняка станет легче, пробить всех через Кукушку выходит не всегда. Для этого Знаменская прислала к нам разжалованного особиста с позывным Вергилий. Ещё добавила: «он профессионал с большой буквы, и если ты с Салтыковым справился, то и с ним тоже должен». Первая часть фразы мне очень понравилась, вторая – нет. Капитан Муравьёв оказался любителем крепких напитков испробовав которые делался абсолютно невыносим. Он конечно и на синей волне дело своё знал так, что полиграф и сканер молча завидовали, но после того как один из запоев закончился стрельбой по роботам-дворникам, Лексин с Кирсановым макнули стрелка в ледяную воду и бока ему намяли. Вроде как помогло, но ненадолго. И тогда я поселил Вергилия в одной комнате с Салтыковым. И всё как рукой сняло. Что уж Акелла там с ним делал не знаю, но он сам не пил и Муравьёву не давал. В общем работа наладилась, особист возглавил не только, давайте назовём её секретной частью, но и нашу собственную военную полицию.

- Господин Бестужев к вам полковник Саблин. Говорит вы его ждёте, - доложил Леонард Керщбаумер, которого я всё-таки взял в ЧВК уступив настойчивым просьбам отца. Лео оказался не слишком крепок здоровьем и стрелковую подготовку дважды завалил, а вот как моему помощнику ему цены не было. Парень мне нравился. Серьёзный и всегда мыслил позитивно. Когда-то Кирпичёв говорил, что все его проблемы от того, что он не окружает себя позитивными людьми в силу специфики своей деятельности. Ну где вы видели доброго, жизнерадостного комитетчика? Во-о-от, я это вспомнил и решил начать исправлять ситуацию. Кофе правда Лео варить так и не научился, зато как я радовался когда для меня это делала Света. Вот и сейчас я представил её входящей в кабинет моего новенького офиса с чашкой крепкого, но сладкого кофе, волосы спадают из прически на лоб, пальчики удерживают блюдечко…

- Приветствую подполковник. Сколько лет сколько зим! - среднего роста брюнет с горбинкой на носу, светло-голубыми (выцветшими на солнце) глазами кажется совсем не изменился с нашей последней встречи, когда я был ещё Корсаром. Правда седина ровным слоем покрыла всю голову.

Дядя Петровой наплевал на официальный этикет и пришёл на встречу в чёрно-серебристом походном мундире в каких ходили все доваторцы. Вместе с ним в кабинет запёрлось ещё трое казачков, но увидев мой недовольный взгляд полковник приказал им ждать его снаружи.

Знаменская настояла на том, чтобы я принял Саблина побыстрее, утверждая, что «Беннигсену» будет от этого одна польза. Что ж, посмотрим.

- Слушаю вас внимательно, Пётр Алексеевич, - начал разговор я, не опускаясь в кресло, а так и оставшись стоять на ногах. – Что вы хотели со мной обсудить?

Саблин хотел, что-то сказать, я даже был уверен, что нечто скабрезное как он любил, но поразглядывав меня секунду-другую в последнее мгновение передумал.

- Хорошее дело делаете, Бестужев. Тут же на Периферии бардак жуткий. Давно пора разгрести мусор, разбросать. Люди к вам потянулись, мелкая мразь попряталась, солнышко к людям заглядывать стало, - непонятно начал тот почесав согнутыми пальцами правой руки узкий шрам на ладони левой. - Но это ненадолго. Игроки покрупнее точат зубы, наблюдают, учатся. Предлагаю союз. Вы помогаете нам, мы вам. Всё честно. Плечом к плечу. Спину завсегда прикроем.

В общем-то я был совсем даже не против. Доватор давно уже был как кость в горле у всех наших врагов. Да, казачки были не слишком управляемыми, совершали дерзкие рейды и налёты на всех, кого считали врагом, зато никогда не нарушали данное слово и частенько появлялись там, где их не ждали.

- Я должен сделать, что-то конкретное?

- Да ничего такого, - пожал плечами полковник. - Разрешить паре-тройке кораблей присаживаться на эту планетку или на Крупскую. Уж больно удобно они располагаются прямо посерёдке. А то нам приходится после второго, третьего прыжка в космосе зависать, ожидая дозарядку гипердвигателя, а тут так хорошо всё срастается.

Я мысленно представил эту «посерёдку» и понял куда устремляются доваторцы. В миры Синдиката, не иначе. У казачков традиционно плохие отношения с азиатами, да и Периферийные войны, когда те высаживались на их родной планете и творили беспредел никто видать не забыл. Что ж, враг моего врага – мой друг.

- Я согласен.

Саблин довольно ударил в ладоши и озорно, словно мальчишка подмигнул мне.

- О цене думаю договоримся.

- Не надо ничего платить. За пребывание на планете, за воду, продукты не надо, ну а если ремонт какой нужен будет, решим вопрос, - сообщил я.

Сказанное мной Саблина удивило. Сняв кубанку с синим верхом с головы, он пригладил рукой седые волосы и заявил:

- Доватор не нищий, в подачках не нуждается. Тем более от своих. Бесплатно не надо, отработаем.

- Каким образом? – теперь уже удивился я.

- Разместим тут гарнизон. Усилим ваш. Место-то сладкое, наверняка охотники на него скоро объявятся. А мы тут как тут. Чтобы Алексей ты был в нас уверен я на постоянной основе повешу на орбиту «Ермак». Никакая сволочь неожиданно к нам не подберётся. Фрегат твой опять же отремонтируем, запчасти трофейные есть, - произнёс Саблин протягивая мне покрытую мозолями руку.

* * *

Звонок раздался уже во втором часу ночи, когда я мысленно перебирал всё ли приготовил к завтрашнему возвращению на Печорин. Звонила сама Мария Николаевна

- Не спишь Алексей?

- Нет, господин полковник.

- И я не сплю. Вот всё думаю и мысли мои не слишком радостные.

- Что так?

- Да так… - не пожелала откровенничать женщина. - С Саблиным вопрос решил?

- Да, разместят свой гарнизон на Иммануиле Канте и легкий крейсер на орбите.

- Это дело, - одобрительно произнесла Знаменская. – Доваторцы в этом доки. Сколько лет на Периферии не просто выживают, а уважать себя заставляют. Проси ещё Недорубов или Гераскин над Печориным. Лишним не будет уж точно. Впрочем, он сам тебе предложит. Пётр Алексеевич спешки не любит.

- Я ещё хочу Стаю свою увеличить, - поделился я своими мыслями. - Показала она себя отлично. Но в последнем бою три «Журавля» потеряли. Наверняка у Синдиката они остались где-то. Выпуск их прекратили из армии убрали, но на складах верю они есть. Предпринял попытку связаться с Воропаевым он же где-то на Хоккайдо-3.

Полковник выслушав меня некоторое время молчала.

- Воропаев камер - птица вольная. Достучишься до него может быть и поможет по дружбе. Больше ничего не скажу.

- И на этом спасибо. Узнали, что произошло с КПУЗДами?

- Узнали. Ваша броня оказалась взломана низкочастотным звуковым сигналом. Хитрая прога, которая нашла уязвимость в нашей системе защиты.

- То есть ЭМИ-оружия не было.

- Лучше бы было, Лёша. Мы с таким раньше не сталкивались. Специалисты советуют не использовать пока звуковые и шумовые фильтры во время боя. Уязвимость там.

- Хм, ладно, - кивнул я. – Не смертельно. Потерпим.

- А меня напрягает совсем другое, - продолжила собеседница. - Всё больно ловко. И ведь я так и не нашла ни одного более-менее серьёзного упоминания о ЧОК «Золотое солнце». Использовала все свои ресурсы и не нашла!

Последние слова явно были сказаны эмоционально.

- Секретность на высшем уровне, - предположил я.

- Да такого не бывает, подполковник. Что-то, где-то всё равно бы просочилось. Вывод только один…

- Какой?

- Никакие они не чокавцы. «Золотое солнце» существует только на бумаге. Подготовка, вооружение, тактика всё наталкивает меня на мысль, что это спецоперация наших соседей.

- Конфедерации? Синдиката? Османов?

- А если они объединились? – слова повисли в воздухе и в кабинете даже будто немного потемнело. - Создали нечто вроде коалиции?

- Думаете? Снова?

- Почему нет? А это значит Алексей, что противник, кем бы он ни был, опережает нас, в лучшем случае, на шаг…

Глава 38: Командированные

Золотоволосая стюардесса в синей униформе и в пилотке с металлической эмблемкой «Имперских космолиний» остановилась посреди салона и грациозно расправив руки-крылья в разные стороны мелодичным, приятным голосом произнесла:

- Господа, наш рейс прибывает на Андерсен. Начинаем посадку. Диспетчера сообщают о буре в верхних слоях атмосферы так что во избежание травм прошу вас занять свои места…

Бесцеремонно толкнув меня локтем (из-за чего книга выскользнула из рук и свалилась под ноги) Фавро буквально упал в кресло посасывая через трубочку принесённый из бара алкогольный коктейль ядовито-фиолетового цвета – ещё одно преимущество первого класса помимо удобных кресел, яркого света и нормальной (я бы даже сказал почти домашней) еды.

Сдвинув очки на нос, я строго взглянул на француза.

- Pardonnez mon ami! – бросил он мне, тут же подмигнув прошедшей мимо стюардессе. Та одарила моего смуглого спутника вполне благосклонным взглядом. Наш пострел везде поспел.

Меня иногда подбешивала привычка Фавро вставлять везде французские слова, притом, что даже во сне он говорил на русском. Вот буквально неделю назад мы с поручиком Буре слышали как заснув в кресле вездехода несущегося на одну из наших автоматизированных фабрик, Пьер переживая во сне аварийную посадку, говорил НА РУССКОМ.

- Все коктейли перепробовал? – подняв с пола «Фаэты» Казанцева и осторожно убрав книгу в сумку спросил я, отказавшись от предложенного второй стюардессой бокала шампанского.

- Остался «Малиновый взрыв», но я малину не очень, поэтому нет, - ответил товарищ, всасывая в себя очередную порцию алкоголя.

- То-то, я смотрю глазки заблестели. Пьяница.

Проходящая мимо выжившая из ума бабулька с роботом-сиделкой услышав это погрозила Пьеру пальцем.

- Ой да я тебя умоляю Мамонтов, - совсем по-нашему возмутился Фавро расплескав несколько капель своего пойла на пол. – Мы французы пьём алкоголь, чтобы улыбаться…

- Ты такой же француз как я Бельмондо.

- Кто?

- Не вникай, - махнул рукой я. - Актёр такой был в XX веке.

- А-а-а, понятно.

- Ты мысль то не теряй: «Мы французы пьём алкоголь, чтобы улыбаться…»

- А вы русские, чтобы… чтобы…

- Ну? Ну?

- Бабушка говорила, чтобы погрустить.

Неожиданно я вспомнил одного близкого мне человека, который говорил точно так же. Человека связь с которым я потерял давным-давно и так и не успел хорошо узнать.

- Бабушка у тебя мудрая была, - ответил я, пристёгиваясь к креслу и приводя спинку кресла в положение «посадка». - Допивай и пристёгивайся. А то по пьяни не дай бог подавишься, что я потом Бестужеву скажу? Не уберёг Де Брильи.

- Кого?

- Не вникай.

- Ты опять? – петухом подпрыгнул на месте мой сосед. - Не вникай-не вникай! Меня это в тебе бесит! – застёгивая ремень Фавро состроил обиженную рожку отчего у меня сразу улучшилось настроение. – Всё время забываю, что ты бывший учитель. И чего только командант заставил нас возвращаться на Печорин гражданским транспортом могли же на одном из новеньких кораблей прилететь!

Убрав старенькие очки (бережно хранимые мною скорее как семейная реликвия, чем необходимая вещь, операция по корректировке зрения стоила всего двадцать пять кредитов) в пластиковый пенал, я смотря перед собой произнёс:

- Во-первых, он сделал это специально. Чтобы мы проверили обстановку на «Имперских космолиниях», а точнее на самых крайних их маршрутах. Андерсен, Кристи - это конец, дальше пассажирские не летают. Только транспорт Периферии. А во-вторых, он подполковник.

- О чём ты?

- Сommandant (комендант) офицерское звание вооруженных сил Лиги Свободных миров и Легиона эквивалентно майору. А Бестужев подполковник.

- Так вроде же слышал его понизили… - замялся Фавро пытаясь понять в чём подвох.

- А знаешь за что?

- Все знают. Все даже видели... – собеседник мой улыбнулся было, но несмотря на выпитое быстро сообразил, что улыбочки не к месту. - Я вот только причину не пойму. Алексей Александрович вроде бы очень умный человек, опытный офицер. Так подставиться…

Мне вдруг стало противно от этих предположений. Неужели он и правда ничего не знает? Не может быть! Хотя… мне тоже по секрету Копалыч рассказал.

- Расскажу кратко, не погружаясь в подробности. Группа Бестужева блестяще выполнив боевое задание возвращалась домой. На обратном пути они попала в засаду. Не вышли на связь, не связаись с транспортом, контрольное время прошло. Всё выходило так, что они погибли. Курирующий операцию генерал Калбазов, не смотря на просьбы офицеров не торопиться, всё перепроверить, решил побыстрее, не дожидаясь, отчитаться перед Генеральным штабом о выполнении задания. Звёздочку получить очень хотел. Супруга Бестужева секунд-поручик служила в ИЦ штаба. Была на шестом месяце беременности. Говорят, они долго не могли забеременеть и вот… в общем узнав, что подполковник погиб она почувствовала себя плохо. Ребёнка спасти не смогли хотя тревогу забили сразу. Очнувшись на следующее утро Людмила посчитала что жить без любимого человека и ребёнка смысла нет и просто вышла в окно… Говорят крепкая баба была, жизнерадостная, всех всегда поддерживала, однако ж сама себя.

- Oh mon Dieu! – от услышанного от меня глаза Фавро полезли на лоб, кулаки сжались в бессильной злобе. - Ублюдок! Да я бы его за это…

- Тише-тише, - успокоил собеседника я, а то старичок статский советник, сидящий впереди в компании двухметровой блондинки с белоснежными зубами, сверкавшими так, что глаза слезились (то ли внучка, то ли дочка, а может ни то ни другое), уже начал на нас оглядываться и хмуриться. - Самое страшное то, что Бестужев вернулся в ту же ночь и опоздал к супруге всего на пятнадцать минут.

- А что Калбазов?

- Звёздочку получил, но чисто по-человечески его осудили. Были такие офицеры, которые отказывались ему руку жать. Несколько лет они с Бестужевым не встречались. Кто-то умный, подозреваю, что это был Корсаков, а может быть и сам государь император, раскидали их по разным концам вселенной. Но полтора года назад они встретились на Витте на Дне Безымянного героя. Бестужеву должны были после почётного парада полковника дать.

- Gredin! – Фавро буквально рвался из кресла.

Дедок впереди снова обернулся к нам, открыл было рот, чтобы возмутиться, но наш коммерческий директор так глянул на него, что статский советник тут же спрятался где-то на груди своей двухметровой валькирии.

- Вот поэтому он и подполковник. Понял?

- Да понял я, понял, - раздражённо бросил Фавро и щелчком пальцев подозвал к себе робота-официанта с шампанским.

* * *

Странно, но при посадке я прикорнул и мне приснилась Ольга. Человек, которого я любил и которого потерял по глупости. Всё собирался сделать предложение, ломался, мучался, думал ну зачем ей я - разведённый, старше на пятнадцать лет, с дочерью на руках… Пока я думал жизнь всё решила за меня. Точнее нет, жизнь тут не при чём. Всё из-за пьяной стрельбы по окнам залётных отморозков прилетевших пограбить посёлок колонистов! Идиот, а мог бы забрать Олю к себе и защитить!

Так обыкновенная месть привела меня в ЧВК «Беннигсен». Не конкретно к убийцам моей любимой, с теми то я разобрался спустя две недели сам, а к тем, кто так легко отбирает жизни, зачастую заставляя живых завидовать мёртвым. Жить гневом, местью, плохо, встреча с Калашниковой всё изменила.

На Андерсене вышли только мы вчетвером. То есть я, пьяненький Фавро которого я придерживал за локоток, поручик Буре с пристёгнутым к запястью бронированным кейсом с документами «Бестужев grоup» о проверке объектов, новыми контрактами и другой ерундой и понукавший роботов-грузчиков тащивших наши вещи прапорщик Ставров – коренастый кареглазый крепыш-танкист с имплантатом вместо левого глаза и позывным «Каспий». Выглядели мы тут в своих костюмах за пятьсот имперских кредитов штука, как белые вороны. Остальных ребят я с разрешения Бестужева отпустил в краткосрочный отпуск. Заслужили.

Небольшое двухэтажное здание из пенобетона. Посадочная полоса на пару пассажирских транспортников, два десятка грузовиков, и парочку автоматических фур больше о космопорте Андерсена сказать было нечего.

Поручик Буре – здоровенный космодесантник (между прочим настоящий барон из тех Буре, что помогли дедушке Его Величества одержать первые победы) зашёл внутрь зала ожидания первым. При помощи командирского планшета я заказал нам билеты на следующий рейс до Кристи, но ждать его надо было четыре часа.

Внутри на креслах у стены сидело шесть ребятишек в возрасте от пяти до двенадцати в разноцветных комбинезончиках во главе с упитанной матроной, пара-тройка дедков по виду колонистов с Сеченова или Баженова. Молодой парень с девчонкой – молодожёны обручальные кольца которых пылали огнём страсти и вряд ли их носили больше двух недель, грустный механик – руки в смазке, вся одежда куплена в магазине подержанных товаров (на куртке вон ярлычок даже остался).

Не успел я указать ребятам на свободные места как над головой раздался вой сирены и на двери и окна опустились бронеставни тоже прозрачные разве что с жёлтым оттенком.

Люди пососкакивали, забегали по залу, я же подошёл к выходящим на посадочную полосу окнам, чтобы собственными глазами увидеть приземлявшиеся на планету десантные корабли. Самые настоящие «Кентавры», использующиеся конфедератами. Не успели те сесть на поле как изнутри горохом посыпались вооружённые люди. Кто чем, даже удивительно, что этот сброд прибыл на таком серьёзном транспорте. Ну не такси же они взяли в конце концов. Внимательно приглядевшись я подозвал к себе Ставрова:

- Сева ну как глянь своим волшебным глазом на тех троих, - палец мой указал на группу в одинаковой бело-розовой броне. – Да-да, эти перед которыми бородатый здоровяк пресмыкается. Что у них там на шлемах намалёвано?

- Золотое солнце, командир.

Фавро позади икнул, автоматический медицинский инъектор пшикнул разнося по крови француза адреналиновый коктейль за пару минут избавлявший тело от алкоголя.

Глава 39: Китайская лапша

Вездесущая пыль плавала в пронзающих невесомость лучах фонарей установленных на шлемах спецназовцев. «Макао-11» был заброшенной космической ремонтной базой для кораблей колонистов, которой не пользовались уже лет двести, не меньше, и вращалась на орбите Нирея – планетки с проваленным терраформированием, изрытой шахтами как червивое яблоко гусеницами.

- Пепел – Рассказчице. Видно там что-нибудь? – бросил подполковник Сергеев в рацию оказавшись внутри станции во главе двух дюжин бойцов V-го интернационала – секретного оперативного отряда контрразведки.

Закрытые створы шлюза вернули звуки и стук подошв тяжёлых ботинок тут же гулко разнёсся под сводами. Над головами имперцев исчезая в темноте вздымалась шахта грузового лифта. Сканеры КПУЗДов обшаривали пространство перед собой в поисках противника, но кроме нескольких накрытых брезентом погрузчиков и шеренги отключенных роботов-техников у стены, ничего не находили.

- Юрий Юрьевич, связь надёжно защищена можно без позывных. Так проще и быстрее, - тут же ответила Знаменская находящаяся сейчас на Витте на сороковом этаже здания Имперской контрразведки. - Всё видим. Картинка немного подёргивается, но Лавруша сейчас работает над этим. Да поручик?

- Да-да, госпожа полковник, - раздался голос Павловского на заднем плане (Сергеев отчётливо представил себе аккуратно подстриженного под канадку офицера пальцы которого бегали по вертикальной клавиатуре в воздухе). - Уже почти всё готово.

- Отлично, - кивнул подполковник, опуская стволом вниз штурмовую винтовку пока ребята Маяковского начали реанимировать грузовой лифт. - Станция законсервирована по всем правилам - с пломбами, пневмозамками. Пришлось срезать.

На той стороне стукнула кружка кофе поставленная Знаменской на настоящий деревянный стол из дуба, привезённого с Земли:

- Это ещё ничего не значит. Она размером с город. Наверняка тут есть куча мест откуда можно пробраться внутрь КРБ минуя основной и аварийный шлюз.

- Так точно, Мария Николаевна.

- Особое внимание обратите на мастерские. Они на третьем этаже.

Пульт управления лифтом загорелся разноцветными лампочками, а площадка под ногами спецназовцев еле ощутимо дрогнула. Все вместе они забрались внутрь кабины способной вместить четыре шагохода и отделение тяжёлой пехоты, и начали подъём, предварительно оставив внизу у шлюза, для прикрытия, пару человек с автоматической турелью.

- Как тебе снова почувствовать в руках оружие? – из уст полковника прозвучал давно ожидаемый Сергеевым вопрос. - Лет пять поди боевую броню не надевал?

Замерший рядом Маяковский - двухметровый штабс-капитан в руках которого пулемёт смотрелся как игрушка, только хрюкнул от смеха.

- Не поняла! – тут же поставила на место офицера Знаменская (слух у Марии Николаевны был как у летучей мыши). – Сергеев объяснись?

Разглядывая покрытые ржавчиной проносящиеся мимо стены шахты, подполковник вздохнул.

- Так в позапрошлом году на Саппоро-2 работали. Помните? Я же не мог контролировать процесс находясь на другом континенте. Пошёл с ребятами.

- А ещё? – была неумолима Знаменская.

- На Монпелье в прошлом году, - продолжил Сергеев. - На Мерлине в мае.

- Охренеть Сергеев! – прорычала Знаменская, что не слишком огорчило подполковника, ведь рано или поздно она бы о его участии в операциях всё равно узнала. - У тебя должность какая?

Лифт клацнув остановился выпуская спецназовцев на третий этаж встретивший их стеной абсолютного мрака.

- Офицер по особым поручениям…

- Вот именно! Я без тебя как без рук! – оборвала Сергеева Знаменская. - А для того чтобы в атаки ходить и на спусковой крючок пальцем жать, у меня другие есть! Зачем я Маяковского у Долголевского выцарапывала? Именно для этих целей!

- А я что? Я ничего! – не слишком успешно попытался оправдаться штабс-капитан тем не менее не забывая про свои обязанности командира группы – лучи фонарей бойцов заметались по этажу, зажужжали сканеры, кто-то уже копался в приборном щитке слева от лифта.

- Заткнитесь, штабс-капитан…

Сергеев только снова вздохнул, ибо был уверен в том, что сейчас полковник спокойно сидит за своим рабочим местом (может быть даже ноги на столе) и только голос выдаёт её раздражение наполняя сердца подчинённых страхом. Тех, что работают с ней недавно. Остальные знают - Знаменская суровый, но справедливый руководитель, а не самодур. Самодура…

- Всё было нормально. Я всё держал под контролем, Мария Николаевна.

Свет на этаже мигнув загорелся и спецназовцы выставив штурмовые винтовки вперёд двинулись внутрь помещения заполненного рядами верстаков, автоматическими фрезеровочными станками, мини-кранами, роботами-домкратами и другой техникой раньше использовавшейся персоналом КРБ для ремонта.

Разглядывая картинку на экране, Знаменская медленно растягивая слова произнесла:

- Ладно, работаем. Вернётесь тогда поговорим. Маяковский пошли человек шесть в сопровождении «Чижей» на четвёртый. Только осторожно. Снаружи их «Филины» прикроют.

Лифт дрогнув поехал наверх, а Сергеев остановился возле одного из верстаков разглядывая детали какого-то предохранительного клапана.

- Мария Николаевна, напомните почему мы именно здесь ищем следы «Золотого солнца»?

- Причин несколько Юрий Юрьевич. Во-первых, Нерей - это глубокая периферия. Во-вторых, зона одновременно подконтрольная Синдикату и Конфедерации, из-за концессионных прав на несколько мелких богатых рудами и другими полезными ископаемыми планет формально всё ещё китайских. Те интерес к Периферии быстро потеряли. Поняли, что это бездонная дыра, в которую сколько не бросай денег всё мало. Сосредоточились на развитии своих миров. Впрочем, у них всегда была своя, оригинальная точка зрения на всё. У их коллег иная. Только в этом секторе космоса интересы Синдиката и Конфедерации соприкасаются так тесно.

- Но ведь есть и ещё что-то? – хорошо зная начальницу спросил Сергеев разглядывая верхнюю часть грузового шагохода подвешенного на кране. Хорда стального позвоночника, присоединявшаяся к конечностям, металлическим хвостом касалась пола.

- Да есть. С законсервированного вроде бы давным-давно объекта пять раз за последние два года посылали сообщения гэнсую Сигэясу Судзуки

- Вот это уже кое-что, - произнёс вслух Сергеев догадываясь что информацию из офиса высокопоставленного военного мог сообщить только бывший «Корсар» - камер-майор Воропаев, до недавнего времени возглавлявший на Новом Токио имперскую резидентуру. – Хотя, конечно, не факт, что всё это связано с Периферией.

- В общем ты прав, - согласилась с помощником Знаменская. - Я ткнула пальцем в небо и возможно в этот раз интуиция меня подводит.

Дум-дум-дум! - металлические шарики насквозь пробили замершего в проходе между столами робота-уборщика превратив в мгновении ока беднягу в груду рухнувшего на пол мусора. Вскинув штурмовую винтовку к плечу Сергеев дал короткую очередь по мелькнувшему у стены силуэту. Тут же мирно стоявшие у стены в ряд ящики взорвались кусками пластика и оттуда на спецназовцев бросились угловатые, но невероятно быстрые андроиды у которых место лица была мелкая ячеистая сетка.

Защёлкали «Ливни», захлопали плазменные пушки установленные на правом плече у каждого КПУЗДа. В V-м интернационале служили лучшие из лучших. Бой был закончен менее чем через минуту.

- ЧИСТО!

- ЧИСТО!

Прострелив затылок пытавшемуся ползти по проходу искрящемуся роботу (пушкой ему начисто оторвало ноги) Сергеев нашёл взглядом Маяковского:

- Штабс-капитан, особое внимание на верстаки располагающиеся возле ящиков где укрывались машины.

- Боевые адроиды, - поправил подполковника Караченцов – коренастый секунд-поручик служивший в отряде с самого начала основания кончиком ботинка повернув на бок голову робота. - Рубенсы. Старенькие.

Сидевший тут же Сихарулидзе, уже подсоединивший искусственный мозг одного из роботов к командирскому планшету, покачал головой:

- Андроиды старенькие, но в отличном состоянии, а вот ПО у них трёхлетней давности и приказ атаковать любого.

- Что там на верстаках? – нарушила тишину полковник.

- Да ничего особенного следы краски от пульверизатора. Жёлтая вроде. Жёлто-золотая… - начал докладывать Сергеев медленно идя вдоль стены.

- Юрий Юрьевич вернись-ка назад… - подполковник вынужден был остановится. - Ещё! На стол посмотри! Что это?

Штабс-капитан опередил Сергеева приподняв заинтересовавший Знаменскую предмет.

- Твою мать! – в руке Маяковского повис трафарет со знакомыми подполковнику очертаниями.

- Штабс-капитан приподнимите его выше! О да! Это у нас Золотое солнце! Точно такое изображение носят вездесущие, загадочные чокавцы…

- Госпожа полковник, вы должны это увидеть! – на связь вышел четвёртый этаж и на виртуальном дисплее шлема Сергеева возник отдельный экранчик в котором он увидел груду продуктовых ящиков. Тоже старых, в таких сейчас давно продукты не перевозили, тем более в космосе. Но главное было не это. Надпись на ящиках гласила:金色的太阳 – Золотое солнце. Один из спецназовцев перевернул коробку продемонстрировав всем точно такую же эмблему какую чокавцы наносили на макушку своих шлемов.

- Это что лапша? – спросила Знаменская.

- Точно так. Рисовая лапша быстрого приготовления. Со вкусом жареной свинины и лука.

- Что ещё на коробке?

Коробку покрутили туда-сюда.

- Срок годности, просрочен ещё в прошлом веке, фирма изготовитель «Лян Бао», Новый Пекин… а нет, это лицензиат и изготовитель, а дистрибьютер «Benmax» Детроит-3.

Некоторое время Знаменская молчала и ход её мыслей Сергеев примерно представлял. Несомненный след деятельности конфедератов. Те просто обожали действовать чужими руками.

- Так всё понятно. Посылаю туда группу экспертов. Встречайте.

* * *

Разглядывая с сорокового этажа улочки города Знаменская словно отбивала подошвой сапога ритм в неслышимой для других музыкальной композиции. Полковник чувствовала охвативший её азарт. Такой, какой случается у охотника напавшего на след зверя.

Значит всё-таки я была права и никаких «Золотых солнц» никогда не было. Всё это призванная запутать нас показуха, организованная спецслужбами Синдиката и Конфедерации. Даже сомневаюсь, что всё это отражает официальную позицию их правительств. Японский император вон на воду дует, так боится прогневить Его Величество. Торговля с нами сейчас жизненно необходима для азиатов. Их окраинные миры голодают. В сенате англосаксов тоже большинство взяла партия мира. Но конечно с ними согласны не всё…

- Госпожа полковник, «Воздух»! - двери раскрылись и на этаж ворвался капитан Стеблов из отдела спецсвязи и шифрования.

- Что такое?

- Сообщение с Андерсона. Азбукой морзе. Вы просили о подобных перехватах сообщать сразу!

- Что там?

- Читаю дословно: «Мамонтов. Четверо. Пересадка. Андерсен. Космопорт. Золотое солнце. Бой. Канцлер».

- Срочно свяжите меня с Бестужевым!

* * *

Фавро, полностью избавившись от следов опьянения, с лёгкой ленцой залез в боевую броню. Убедившись в корректной работе системы, он принялся рассовывать по карманам разгрузочного жилета магазины для штурмовой винтовки, изредка посматривая на то как наёмники снаружи пытались открыть бронеставни опустившиеся на окна и двери здания космопорта. Буре задумчиво разглядывал показывавшего ему неприличные жесты противника, прыгавшего напротив него на улице как обезьяна, а Ставров нарисовал на стекле чёрным маркером прострелянную пулей голову другого. Кстати, портретное сходство имелось.

Вернувшийся в зал Мамонтов плотно прикрыл дверь ведущую во внутренний коридор у стен которого замерли испуганные гражданские. Забаррикадировав вход автоматом с газированной водой, он направился к беннигсенцам опустошившим свои багаж.

«Хорошо хоть Бестужев сумел выбить им разрешение на провоз оружия и брони, - подумал француз, прицепляя к поясу гранату. Уж не знаю чего это ему стоило. Нет, во внутренние миры их бы конечно с КПУЗДами и штурмовыми винтовками не пустили, но по окраинам Империи они передвигались без проблем».

- Как прошло? – спросил Фавро Мамонтова закидывающего за спину свой неизменный крупнокалиберный дробовик.

- Наши знают. Теперь бы только помощи дождаться, - захлопнув забрало шлема Вадим снял «Ливень» с предохранителя…

Глава 40: Стихи

Нас мало осталось, нас мало осталось.

И жизни осталось нам самая малость.

Не год и не месяц, не день и не час,

Минута - и той не осталось у нас.

Распахнув разбитое забрало шлема, я почему-то вспомнил стихотворение которое нам рассказал капитан Лексин когда я и ещё два десятка ребят, большей часть взрослых, ветеранов, проходили подготовку перед зачислением в ЧВК.

«Попали мы как-то с Кирсановым и Зиновьевым в полную задницу, - говорил Лексин и вот когда казалось, что всё, допрыгались, кончилась наша удача, вспомнился мне этот старый-старый стих. Повторил его вслух и знаете что? Подумал, что хрен им, а не минута! Что мы ещё можем! Можем как минимум подороже продать свои жизни. Помогло. Выжили».

Наша задница была точно такая же, как и у капитана и про хрен им, я прапорщик Ставров, холост, 36 лет, пенсию из-за ранения в голову дослуживал в танковых войсках, был полностью согласен.

«Золотые солнца» лезли с двух сторон, но заваленные телами их товарищей проходы заставляли чокавцев быть осторожными поэтому на несколько мгновений мы с Мамонтовым получили передышку. Стволы дымились, под завязку накаченные адреналином и обезболивающими мы не могли спокойно стоять, смешно приплясывая на месте. Между нами на полу сидели бледный, слабо улыбающийся Фавро, пуля пробила ему доспех оторвав правую руку и сползший по стене здоровяк Буре. У этого было столько ранений, что даже перечислять их больно.

На улице что-то загремело, а потом пространство космопорта разорвал чрезвычайно противный, угнетающий звук от которого по телу под истерзанными КПУЗДами поползли мурашки.

- ИУУУ! ИУУУ! ИУУУ! ИУУУ!

Обернувшись к Мамонтову, я увидел, как он, взглянув на высвечивающийся нолик на ствольной коробке штурмовой винтовки, бросил себе под ноги оружие и коротко произнёс:

- Ну всё…

* * *

А ведь начиналось всё более чем бодро. Как только наёмники смогли найти способ поднять бронеставни, я, Мамонтов, француз и барон шустро выскочили наружу, используя сервоприводы и выстроившись ромбом – способ построения который мы на Печорине отрабатывали неоднократно, открыли огонь по окружающим нас противникам. Сделали один поворот, другой… с десяток наёмников точно осталось лежать на земле, жаль ни одного «солнца» не зацепили. ХЛОП! – форсажные двигатели ровно гудят за спиной. Только нас они и видели, мы уже несёмся прочь.

Оставаться внутри здания зала ожидания смысла не было, слишком уязвимо оно было. А вот постараться отвлечь эту мразь от гражданских мы могли. Впрочем, скоро выяснилось, что те по какой-то причине их и не интересовали вовсе.

- Включите «лисят» в энергосберегающий режим! – приказал нам Мамонтов по внутренней связи. - Отключите динамическую защиту. Слишком много ресурсов она тратит, да и не будет тут по нам никто стрелять из пушек и ракет. Главное нам держаться вместе, метко стрелять и быстро перемещаться, применяя сервоприводы и пневмоусилители. Используем каждое укрытие на территории космопорта, но не даём этим гадам нас окружать. Выводим из строя как можно больше противников и ждём наших. Бестужев обязательно что-нибудь придумает.

Несложная тактика давала свои результаты. Сначала мы сделали своим убежищем вышку связи, затем пустой медпункт, потом парочку полупустых прямоугольных складов, тянущихся с севера на юг. Везде, абсолютно везде наёмники оставляли на земле по десятку, а то и больше убитыми. Раненых мы не считали. Противник наш вёл огонь щедро, боеприпасов не жалел, мы же экономили каждый патрон.

Когда у разобранного на части космического буксира удалось расстрелять сразу дюжину наёмников, наступила передышка. «Солнца», руководившие охотой за нами, взяли тайм-аут. Видать на такие потери не рассчитывали. Ресурс таял.

Мы попытались выбраться за приделы космопорта, но тщетно. Нас встретил просто шквал огня. Вот тогда Буре ранили первый раз, а мне разбили один из сканеров на шлеме.

Верил ли я в то, что придёт помощь? Нет, не верил. Я же не маленький и прекрасно понимаю сколько времени нужно чтобы собраться, сесть в корабль, добраться до Андерсена. Никакие скачки гипердвигателя тут не помогут. В лучшем случае ребята прилетят завтра вечером. Моё мнение полностью разделял Фавро. Нет, француз не ныл, не канючил, сражался как надо, просто он не верил в спасение.

- А я верю, - с улыбкой произнёс Мамонтов на пару мгновений подняв забрало.

- И я, - пробасил Буре заливая синтетическим герметиком отверстие на броне. – Бог храбрым помогает. Мне так дед говорил. Надо просто сражаться до самого конца, до последней капельки крови, до крайнего вздоха и тогда помощь обязательно придёт.

Сказано это было космодесантником с какой-то детской непосредственностью, но я и не подумал засмеяться. Да я в сказки не верил. И дедушки у меня не было так же как папы и мамы. Детдомовский я. А позывной мой – «Каспий» от названия планеты на которой я жил до восемнадцати лет. Кроме армии ничего не знаю. Она моя семья, мой дом. Ушёл на пенсию и не смог себя найти. Пару лет поработал в строительной фирме, потом в службе безопасности средней руки. Перестал спать по ночам потому что понял: ВСЁ ЭТО НЕ МОЁ! Что я умею? Служить и защищать. Но Лексин говорит это самое главное. Я ему доверял, да и в «Беннигсен» мне нравилось. Тут все свои.

Новая атака заставила нас покинуть убежище и отступить к старому зданию космопорта – одни стены, да бытовой мусор под ногами который никто не подумал отсюда убрать.

- Я вот не пойму почему они нас гоняют туда-сюда по территории, а не накроют из ручных гранатомётов? Парочку таких штук я видел, - сказал Фавро и по линии визора на его шлеме прошла сначала красная, а затем зелёная вспышка. Справа на виске загорелось сразу два огонька: красный и синий. Извещение для медиков. Это означало, что броня поставила бойцу инъекцию болеутоляющего и адреналина. У Буре было два красных и жёлтый (кровоостанавливающее средство), у меня только синий, также, как и у Мамонтова.

- Да всё понятно, - уверенно сказал Вадим набирая что-то на командирском планшете. - Им нужны наши документы. Гражданскими не заинтересовались, территорию окружили. Что-то в этих бумажках стоит дороже нашей жизни.

Тут же он достал из-за спины кейс с документами, раскрыл его и выстрелом из плечевой пушки спалил всё под чистую плазмой.

- А как же… - начал было Фавро, но Мамонтов поднял руку в успокоительном жесте.

- Спокойно. Электронную копию я отправил на надёжный адрес. Его не отследить. Рассказчица специально мне его выдала, на всякий случай.

Смотря на разлетающиеся от порыва ветра пепел Буре усмехнулся и произнёс:

- Отступать некуда. Позади Москва.

А я подумал, что скоро сбудется будущее предсказанное мне одной старой румынкой на Фельдкирхе-4 – погибнуть в бою в отличной компании. Бой на лицо. Компания что надо.

* * *

Через парочку часов тактика противника изменилась. Теперь наёмники и «золотые солнца» (которых стало значительно больше) атаковали нас мобильными группами координируя огонь и используя дронов над головой. Нет, дронов мы сбивали, но появлялись новые.

ХЛОП! – дружно сработали форсажные двигатели и мы снова понеслись вперёд по взлётной полосе.

Наша группа продолжала метаться туда-сюда, но теперь нас ждали. А ещё эти гады подорвали Башню связи и медпункт, чтобы мы снова не попытались там отсидеться.

ЩЁЛК!! - отстегнув магазин, я вставил на его место другой тут же сбив нападавшего короткой очередью с ног и добив одиночным выстрелом в голову. Позади Буре и Фавро прикрывая друг друга двигались к ремонтным мастерским – единственное место которое мы пока не использовали из-за поставленного здесь заслона. Но боеприпасы подходили к концу, все были ранены и хочешь не хочешь, а надо было забиться в какую-то нору. Приземистое здание с мощными стенами, два выхода, идеально для этого подходили.

Под ногами то и дело взмётывались фонтанчики пыли, и мы с Мамонтовым пригнувшись спиной вперёд двинулись следом за ребятами. ИИ в моем костюме взрывал виртуальный монитор красными иконками фиксируя попадание. Одно, два, три… Захлопали наши плазменные пушки разнося на куски штурмовиков чокавцев. Противно запахло палённым мясом и горелой синтетикой.

Мамонтов упал на колено, но не успел я его поднять как он снова присоединился ко мне. Заработал пулемёт, ещё один. Фавро впереди упал и Буре схватив его за скобу на спине потащил за собой с одной руки выпуская остатки магазина в замешкавшихся впереди чокавцев. Сняв преследующих нас «солнц», мы тут же присоединились к барону растерзав тяжёлыми пулями остатки заслона. Скоро всей компанией оказались под крышей, и противник уверенный, что загнал нас в ловушку бросился в атаку…

* * *

- Ну всё! - бросил пустую штурмовую винтовку на пол Мамонтов.

«Какого хрена? Да я в рукопашную пойду! В конце концов у меня ещё одиннадцать пуль в «Ливне» и целый выстрел в плазменной пушке», - подумал я крепче сжав оружие хотя если честно руки его уже от усталости не держали (двенадцатичасовой марафон дал о себе знать).

Только тут я заметил, что Вадим счастливо улыбается.

- Слышишь, друг? – склонился он над Фавро не подававшем уже признаки жизни. - Доваторцы прилетели! А вы не верили…

Глава 41: Горячие руки

Оторвав взгляд от на лежащего в медицинском модуле за стеклом бледного и осунувшегося Фавро, я вздохнул и вопросительно посмотрел на замершего рядом Горелова.

- Выкарабкается, - только и сказал Слава, устало сжав пальцами переносицу. – Хорошо, что у доваторцев на всех больших кораблях есть м-модули, а так бы не довезли, т и его и Буре.

- То, что выкарабкается я уже знаю. С Пападакисом говорил. Доктор-грек, которого за весьма внушительный гонорар я переманил вместе со всей многочисленной семьёй (семеро детей, супруга, брат с женой и маленьким ребёнком, две бабушки, глухой дед, и тётка похожая на ведьму из старого мультика про русалочку) на Печорин, в этот момент что-то втолковывал Талькову и Доронину – нашим новым фельдшерам. Парочка, кстати, была преинтереснейшая, но об этом позже. Напомните мне. - Меня интересует, что с его рукой?

- Руки нет, Лёша, там и спасать-то было нечего, - с горечью пояснил Горелов. - Сделаем ему протез после того как всё подживёт… по самое плечо.

«По самое плечо значит», - спускаясь по лестнице и автоматически кивая встречным, я подумал о том, как же быстро нам пригодилась помощь доваторцев. Если бы не они, ребятам конец. Нет, конечно большую роль сыграло то, что Кирсанов гостил у казачков (у него там родственников, что у меня нулей на банковском счете и узнав, что Мамонтов в беде Демон первым затрубил в горн), но всё-таки они оперативно сработали. Жаль языков не добыли, потому как встретив активное сопротивление порешили чокавцев из бортовых орудий. Собирать в общем, нечего.

- Спасибо вам, Алексей Александрович, - какая-то седая бабушка в синем в цветочек платье (какие я только в музее видел) ожидавшая вашего покорного слугу на первом этаже современного недавно справившего новоселье госпиталя, схватила меня за руку крепко сжав её. – Такую шикарную больницу построили и нам разрешаете ей пользоваться! Моему мужу вчера сделали операцию, а ведь он уже и с внуками простился! Кершбаумер только руками разводил! Говорил: «лететь надо в Империю, такое здесь не лечат». Спасибо! Спасибо!

Пальцы приятной и обликом и в общении женщины, были холодны как лёд. Поймав её руку в свою ладонь я попытался согреть её:

- Не за что.

Старушка вдруг замолчала и замерла на месте (я уж было подумал, что сделал, что-то не так), а затем по губам её расплылась довольная улыбка.

- Какие у вас руки горячие, господин подполковник.

В уголках глаз, цвет которых я никак не мог определить, веером раскрылись морщинки придавшие женщине весьма восторженный вид.

- Просто Алексей. Всегда такие, - смутился я. – Супруге очень это нравилось.

От собеседницы, наверное, не ускользнула некоторая грусть в моих словах, и лицо её приняло сочувствующее выражение, что меня немного разозлило. Но и это старушка заметила.

- Нет, нет, вы в жалости не нуждаетесь, успокойтесь. Я просто хотела сказать, что моя бабушка говорила, что люди с горячими руками - это люди с горячим сердцем, а у таких великое будущее. Главное верить в себя, сынок, - последнее слово вроде бы прозвучало неуместно, но я сразу успокоился.

Окликнувший меня сверху Горелов заставил отвлечься от разговора со старушкой, а когда я повернулся к собеседнице её уже и след простыл.

- Ты куда убежал? Кричу тебе, кричу, - словно мальчишка перепрыгивая через ступеньки ко мне нёсся Горелов. – Мальцев звонил, сказал Кукушка на связи. Поехали в Камелот!

- Да вот с одной бабушкой тут разговаривал, - ответил я, ещё чувствуя холодные пальцы пожилой женщины на своём запястье и пытаясь найти её взглядом.

- С какой бабушкой?

* * *

В открытые окна кабинета проникал ласковый весенний воздух и аромат яблонь, расцветших на аллеи ведущей к площади. Этот запах я обожал с детства. Дед собственными руками ещё в молодости садил эти деревья благодаря чему вокруг нашего особняка на Витте был целый сад. Бабушка – неисправимая перфекционистка ругалась на него, просила срубить кривые яблони и вместо них вырастить новые - нормальные, но дед только улыбался в бороду, новые садил, но старые не срубал никогда. Ухаживал за ними и меня приучил.

- Короткое текстовое сообщение и всё? – удивился Лексин с наслаждением прихлёбывая из кружки чай (кажется сегодня это был красный каркадэ, кофе он пил редко и то только то что заваривала ему супруга) разглядывая виртуальный экран в воздухе.

- Видать связь ненадёжна, - почесал в затылке Мальцев. – Другой причины я придумать не могу. Я посмотрел по списку номеров, выданных нам Знаменской, это Чедвик – небольшая планетка чуть побольше нашей Луны. Два прыжка и ещё четыре часа полёта.

У нас и правда имелся обыкновенный синий бумажный блокнот несколько страниц в котором было заполнены ровным, красивым почерком – колонки циферок и букв. Когда я спросил полковника что это такое, она сказала: «зашифрованные названия планет, координаты в космосе, люди, которые могут вам понадобится и много ещё чего выдуманного мною рандомно, а значит не привязанное ни к какой системе шифра». Я тогда ещё подумал, а разве так можно? Но спросить постеснялся.

- С номерами всё понятно, - перебил штурмана Лексин усаживаясь на край стола. – А в сообщении то что?

- Личная просьба Марии Николаевны никому об этой встрече не сообщать, - пояснил штурман, сделав заговорщицкое лицо.

- Тут уже промашка вышла, - нарушил молчание стоящий у окна Горелов. – Мы то уже в курсе.

- Знаменская прекрасно знает, что решения мы принимаем коллегиально, - медленно произнёс я, прислушиваясь к интуиции внутри которая на этот раз молчала. – Почти все решения…

- Готовить транспорт или на «Неясыти» полетишь? – поднял на меня взгляд Мальцев, когда мимо нас по коридору прошли Салтыков и Лямкин.

* * *

Маленькое, уютное кафе на мощёной булыжником площади (обалдеть, кажется, даже камень настоящий, а не имитация) в центре которой колокольня «а-ля XVII век», люди-официанты, а не привычные в этой роли роботы, в накрахмаленных белых сорочках, выглаженных чёрных брюках и жилетках, сновали туда-сюда между столиками и стульчиками с ажурными ножками. Никогда не был на этой планете. А она ничего, не туристический рай, конечно, но колонисты обустроили тут всё по своему вкусу. Молодцы!

Рассматривая играющую у фонтана с щенком, с ярко-жёлтой шёлковой лентой вместо ошейника, девчонку, лет пяти, в клетчатом пальтишке и симпатичном берете, я пытался угадать какого цвета волосы и глаза будут сегодня у Знаменской. Кажется, зелёных волос и жёлто-зелёных глаз я ещё не видел.

Не угадал. Рядом со мной на стул уселась платиновая блондинка с короткой стрижкой с бровями вразлёт и с глазами цвета замёрзшего озера – ни голубой, ни синий, что-то между ними, подёрнутое льдистой коркой льда.

- Мне тоже тут нравится, - произнесла полковник на которой был тёмно-синий плащ чуть ниже колен, с популярными у молодёжи погончиками на кнопках, из-под которого выглядывая синие сапоги на острых каблучках. – Ничего не напоминает о межпланетных путешествиях, сражениях на орбите, шагоходах и страдающих от гнёта мародёров и убийц колониях.

Рассказчица кажется сегодня была не в настроении. Коснувшись пальцами кончика носа, я было хотел промолчать, но в последний момент передумал:

- А я детстве мечтал жить в XIX веке.

- Почему именно в девятнадцатом? – словно по взмаху волшебной палочки официант поставил перед Знаменской чашечку какао и румяный пончик посыпанный сахарной пудрой.

- Шляпы, трости, карманные часы-луковицы, джентльмены держащие слово, целомудренные прекрасные дамы с зонтиками, роскошные балы, прогулки под руку и…

- И дуэли? – то ли пошутила, то ли на полном серьёзе произнесла полковник, отправляя в рот вилкой кусок пончика. – Странное у тебя представление о девятнадцатом веке Бестужев. Поверь мне, всё то же дерьмо только подревнее. Ладно, давай к делу.

Ещё половина пончика исчезла с тарелки.

- Внимательно, - кивнул я, делая маленький глоток из своей кружки.

- В общем никакого ЧОК «Золотое солнце», Алексей, как я и предполагала не существует. Эмблему и название одолжили у китайской лапши, быстрого приготовления, которую уже лет пятьдесят как не производят.

- Даже так? – на этот раз вопрос мой остался незамеченным.

- Я нашла место где они скрывались два года назад, откуда планировали свои атаки. И знаешь, что самое забавное?

- Что же?

В этот момент над нашими головами что-то пролетело на мгновение заслонив собой солнце, а затем, за приделами площади нечто с металлическим лязгом упало, спустя секунду огласив окрестности хорошо знакомым пехоте звуком штатно сработавших серводвигателей. Впереди истерично закричала женщина, затем ещё одна. Только недавно неспешно прогуливающиеся горожане стремились как можно быстрее убраться с подальше от колокольни и кафе.

- То, что они торопятся и идут в ва-банк! – пончик всё-таки полностью исчез с тарелки прежде чем полковник оказалась на ногах. Пальцы Знаменской забегали по мониторчику личного коммуникатора.

Игравшаяся возле фонтана девчонка с удивлением уставилась на потешно шагавшие к ней через площадь гигантские силуэты размером раза в два больше нормального человека. Робкий шажок назад, ещё один, и вот она, подхватив своего питомца с жёлтым бантом под мышку, бросилась наутёк.

- Маяковский, какого хрена ты спишь? – произнесла вслух полковник по внутренней связи пытаясь связаться со своими людьми, но ответа видно не получила.

ДУН-ДУН-ДУН-ДУН! - над головами нашими просвистела очередь из пушки. Пока ещё не прицельная, нечто вроде меморандума о намерениях. Однако за спиной лопнула витрина кафе обдав опустевшие столики острыми осколками.

Огонь открыл один из трёх боевых автоматических ботов. Внешне он был похож на нашего «Буратино». Такие штуки пускали вперёд во время боя, чтобы расчистить позиции для пехоты. Тяжёлая броня, две автоматические мелкокалиберные пушки, кассета с НУРСами – серьёзная помеха.

Встав на ноги, я допил своё какао. Ничего. У меня был для них сюрприз, ведь просьбу Знаменской я не выполнил и сейчас был этому даже рад…

Глава 42: Офисный планктон

Когда нам с полковником стало видно до мелочей каждую пластинку брони на корпусах ботов, раскрашенных в городской серо-белый камуфляж, а один из них подняв скорострельную мелкокалиберную пушку явно начал снова целиться, на сцену вышли новые актёры…

Шагоход Салтыкова приземлившись прямо посередине уличного кафе, заслонил нас собой сделав прицельный выстрел из «пушки Никоненко» в противника. Снаряд угодив в основание головы боевого бота просто оторвал ему её подняв в воздух фонтан искр и облачко чёрного густого дыма.

Лямкин на своём «Мангусте» без эффектного появления конечно не смог. Вместо того чтобы просто приземлиться рядом с майором, он сначала оказался на крыше здания кафе, а затем в мелкие кусочки разнося на части стульчики и столики спрыгнул на мостовую, эффектно согнув одну из ног шагохода в коленном суставе, а вторую отставив в сторону, при этом свободной рукой машины, не удерживающей оружие, упёршись в землю. Я даже не знал, что «Мангуст» так может.

Знаменская всё ещё пытаясь вызвать на связь своих людей окатила меня ледяным взглядом, но ругать за самоуправство не стала.

- Канцлер - Валету, Лютеру, Жанне Дарк, Гному! Рассказчица детей потеряла видим их? Смотрим по сторонам, ищем! – произнёс я, разглядывая проехавшего мимо робота-уборщика (театрально погрозив нам пальцем андроид принялся собирать многочисленные обломки мебели у моих ног).

Гному, вы не ослышались. Кто такой боец с позывным Гном? Ну помните я упоминал про пару наших новых фельдшеров? Знаю, обещал рассказать… ладно, есть несколько мгновений пока Лямкин схватив одного бота за ногу лупит им другого.

Штабс-капитан Тальков Алексей Юрьевич: 42 года, рост 163 сантиметра, зеленоглазый, обаятельный и артистичный, был… скажем так - знакомый знакомого Горелова и прибыл к нам (вы не поверите!), прямиком с матушки Земли где он работал руководителем в одной серьёзной энергетической компании. Да-да, я не шучу. Человек в табеле о рангах уверенно занимавший десятый класс, выслуживший личное дворянство, являвшийся благополучным как в материальном плане, так и в личном (супруга умница-красавица - ноги от ушей и двое детей) узнав о том чем мы тут занимаемся собрал вещи и прилетел на Периферию. С боевым опытом у Алексея было всё в порядке - поучаствовал в ряде локальных военных конфликтов разразившихся после окончания Периферийных войн. Полного ветерана не выслужил, но с такой работкой оно ему и не надо было. Забавно было то, что в прошлую войну Тальков с позывным Гном, был сапёром. И неплохим. Причём тут фельдшер? Да просто там у себя на гражданке он получил в рамках повышения квалификации новую специальность (с настоящим дипломом, всё по закону) и решил её расширить и углубить. В общем такие люди нам нужны. Вместе с собой Тальков привёз Вадима Доронина двухметрового голубоглазого бородача с которым познакомился на гражданке. Молодой парень с позывным «Знахарь» тоже имел недолгий боевой опыт и специальность фельдшера, правда армия его не увлекла и получив прапорщика он ушёл на вольные хлеба где до недавнего времени и находился. Как я и говорил, парочка была отпадная – невысокий взрослый Тальков, вечно сыпавший шутками и прибаутками, чем сразу пришёлся по душе беннигсенцам (я сразу вспомнил золото-человека Степана Петровича Неприведибеду, пусть земля ему будет пухом) и молодой громила с открытым не испорченным ещё жизненными пороками лицом. Доронин, кстати, в шутку звал Талькова «батя» из-за того, что воспитавший его отчим - пилот десантного «Ворона», где-то сейчас воюющий с Синдикатом на Луанде-3 (настоящий отец их с матерью бросил), был его тёзка.

- Валет – Канцлеру!

- Внимательно, - откликнулся я, наблюдая как Лямкин раздавил ногой шагохода пытавшегося встать с земли бота.

- Внутри офисного здания слева идёт бой, слышно автоматическое оружие, - сообщил Баранов занимавший со своими людьми позицию на крыше муниципалитета.

Я нашёл взглядом это чудо архитектурной мысли из голубого стекла и пенобетона возвышавшегося над площадью и в тот же самый момент произошло непредвиденное. Изнутри офисной многоэтажки вырвалась противотанковая ракета и оставляя дымный след понеслась в нашу сторону.

БАБАХ! – и опять в последний момент Салтыков сумел заслонить нас собой. Штатно сработала динамическая броня шагохода разнося на части кумулятивный заряд, а затем раздался взрыв. Я присел к земле закрыв руками голову, а вот полковника словно тряпичную куклу подняло в воздух и швырнуло в стену здания.

Дьявол! Этого ещё не хватало! - разбрасывая покорёженную мебель на пути я бросился к пострадавшей. Распростёртое на спине тело обмякло и не двигалось, на голове женщины сбоку обнаружилась длинная глубокая ссадина из которой кровь стекала по шее. Да и бледность покрывшая лицо мне решительно не понравилась. Я никогда-никогда не видел Марию Николаевну такой беззащитной. Образ сильной женщины всегда сопровождал её. Образ, созданный её поведение и поступками.

- Сотряс! – закричал я, поднимая Знаменскую на руках и мысленно удивляясь её весу. Полковник показалась мне неожиданно тяжёлой.

Лямкин в шагоходе склонился надо мной одной рукой «Мангуста» устанавливая на земле контейнер с моим КПУЗДом, а вторую раскрывая для Знаменской.

- Быстро передай её Гному!

Второй раз повторять не пришлось. Словно хрупкую драгоценность (на самом деле так оно и было, родина бы нам не простила смерть легендарной контрразведчицы), Лямкин немного сжал кисть робота, прижав Знаменскую к груди, и прикрываясь от бьющего по нему из офисной многоэтажки пулемёта локтем второй руки, быстро пересёк площадь добравшись до здания Городского музея. Секунда, и кулак «Мангуста» пробил окно на третьем этаже осторожно просунув внутрь руку с телом. Именно там находилась позиция Светы Бородиной, к которой я прикомандировал фельдшеров.

- Канцлер - Гному, Знахарю!

- Слушаю.

- Головой за неё отвечаете! Делайте, что хотите, а спасите полковника!

- Принял.

- Лютер, Валет, Жанна Дарк заходим в здание с трёх разных сторон. Готовность - Жёлтый!

Пока я, ругаясь сквозь зубы, натягивал на себя броню и лихорадочно рассуждал о том, что убить неизвестные хотели именно Знаменскую (к тому же пока ничего не говорило о том, что противники наши это всем надоевшие чокавцы), напротив окон офисной многоэтажки завис «Ворон», боковой люк десантного корабля раскрылся и оттуда по окнам заработал крупнокалиберный пулемёт за которым стоял Медведь. Голубые стёкла дождём посыпались на землю, и стрельба изнутри прекратилась.

«Лишь бы гражданских не задеть», - думал я, когда мы, включив форса лисят тремя колонами включив вломились внутрь здания.

* * *

Над головой явственно были слышны выстрелы и взрывы. ИИ КПУЗДа даже фиксировал вибрацию под ногами. Там будто артиллерия работала…

Люди с криками и с бешено выпученными от страха глазами пробегали мимо нас, то и дело шарахаясь в сторону. Прямо у меня на глазах молодая девушка в брючном сером костюме оступившись рухнула на пол, и толпа офисного планктона не останавливаясь понеслась прямо по ней. Врубив прожектора на шлеме, чем заставил паникующих людей замереть на месте, я осторожно поднял пострадавшую на руки и вынес на улицу посадив у стены. Ничего, оклемается, только ушибы, да ссадины.

Заминка заставила нас ускориться, впрочем, уже у лестницы на второй этаж по нам снова заработал пулемёт. Пули выбивая каменную крошку осами впивались в стену возле раскрытых неработающих лифтов. Лексин проникший в фойе со стороны парка сумел вместе с Кирсановым и Зиновьевым подобраться к стрелку справа и закидать огневую точку гранатами после чего первый этаж наполнился клубами дыма и пыли. Не задерживаясь на месте, группа начала подъём по лестнице. И здесь сверху по нам стреляли, но благодаря КПУЗДам мы совершали прыжки, делали короткие перебежки по стенам ловя в прицел противника и уничтожая его.

Склонившись над защитным костюмом напоминавшим мне виденный пару раз «Галифакс» - очень быстрый англосаксонский доспех среднего класса, я дотронулся пальцами до РАШ-разъёма на ключице (как правило его использовали медики, чтобы узнать состояние раненного бойца сконектившись с ИИ брони). Точнее я дотронулся до места где должен быть этот разъём.

- Удалён, у убитых в фойе тоже! – склонился надо мной Лексин. – Смотри командир, на броне никаких значков и шевронов нет.

- Равно как и у тех что встретила я, - остановилась рядом Света поднимая забрало шлема. – Изображения «Золотого солнца» отсутствуют.

- Попахивает секретной спецоперацией, - согласился я, подняв голову чтобы взглянуть на товарищей и прислушиваясь к выстрелам наверху. Сергеев и секунд-поручик Амангелде при поддержке Зиновьева, лупившего из винтовки по пытавшемуся высунуться противнику медленно продвигались вперёд.

Третий этаж стрелял в нас из каждой двери, из-за каждого торгового автомата с кофе, из-за каждого угла. Соваться в коридор между кабинетами оказываясь под перекрёстным огнём было смерти подобно. Баранов по-деловому оценив обстановку, снял гранатомёт с плеча (мы были обвешаны ими как новогодние ёлки) и выстрелил в стену слева от коридора пробив отверстие. Тоже самое сделал Кирсанов с другой стороны Двумя колонами, огрызавшимися огнём штурмовых винтовок и пулемётов мы рванули вперёд. Перепечка и особист Муравьёв, он же «Вергилий» (буквально напросившийся с нами на Чедвик), вооружённые плазменными винтовками добивали упавших на пол противников. Лара Кестутис оказывала помощь серьёзно раненным, коих у нас было уже четверо. Крепкая, коренастая девчонка ловко подхватывала мужиков оттаскивая их назад. Несмотря ни на что я старался держать темп. Увязнем здесь и нам конец.

Четвёртый этаж был погружён во тьму, но сканеры это конечно обмануть не могло. Прилетевшая из коридора ручная граната была пинком отправлена мной в окно и взорвалась где-то во время полёта к земле, и тут же, следом, в нас отправили длинную очередь из пулемёта. Тяжёлые пули пробивали хлипкие, нарошничные офисные перегородки, превращали в мусор принтеры, факсы, кулеры с водой, замерших роботов-посыльных, ломали стенные панели. Перед глазами на виртуальном мониторе жёлтым загорелась иконка Бородиной, тут же замигавшая зелёным цветом – цветом обезболивающей инъекции. Сам я тоже использовал один укол, помимо инъекции адреналина поставленной ещё на втором этаже.

Сняв трубу противотанкового гранатомёта Сергеев высунулся из-за угла и быстро прицелившись отправил гранату в конец коридора. Взрывная волна сбила развешенные по стенам голографии в рамочках, но не смогла сдвинуть с места наши КПУЗДы. Через сканер я видел опрокинувшиеся и замершие на полу фигурки, но спустя мгновение изображение дернулось и исчезло, а это означало только одно - среди противников есть боец с ранцем РЭБ.

- Канцлер – Номаду! – негромко будто боясь, что меня услышат по внутренней связи, обратился я к Амангельде вместе с Перепечкой ушедших вперёд на разведку.

Ответить секунд-поручик мне не успел. В коридоре что-то взорвалось и со звуком швейной машинки заработала мелкокалиберная пушка бота. Иконка Перепечки покраснела и стала почти прозрачной. Аменгелде же пожелтела до оранжевого, что говорила о серьёзном ранении.

То ли от замыкания, то ли ещё от чего спринклеры под потолком сработали и на головы нам полилась вода.

«ВНИМАНИЕ! ПРИБЛИЖЕНИЕ ПРОТИВНИКА!» - вспыхнуло на виртуальном дисплее то о чём мы и сами догадывались.

Вибрация наполнившая этаж с точностью в 89% указывала на шагающего к нам боевого бота. Но это было не самое страшное, плохо было то, что за ним цепочкой следовала пехота противника.

- Занять позиции справа и слева от коридора, - совершенно спокойно произнёс Лексин смахивая капельки влаги со шлема. – РЭБ не только им помогает, но и нас от них скрывает. Приготовить плазменные пушки. Режим залпа.

Без суеты мы выполнили указания капитана, у которого в таких делах опыта было немногим поболее чем у меня. Проверив исправность ППП-4 на левом плече, я с ностальгией вспомнил тёплый ветерок на площади, чашку какао на блюдечке, щебечущих в кронах деревьев птиц и девочку с собакой у фонтана. Как же быстро всё может измениться если ты расслаблен…

БАМ! - тяжёлая пуля снайперской винтовки Баранова лежащего на площадке лестничной клетки опрокинула бота на спину, и тут же мы открыли огонь из плазменных пушек по укрывавшейся за ним пехотой. Сгустки ионизированного раскалённого газа прожигали броню наполняя коридор паром. Десять секунд и всё было кончено.

Оказав помощь Перепечке и Аменгельде (ИИ срочно требовал эвакуацию беннигсенцев) я быстро связался с Гномом узнав о состоянии Знаменской.

- Могу сказать точно, что череп цел, рану обработал, края стянул степлером, сотрясение, сломано пара рёбер, связки растянула. Пока не очнулась, - сообщил без суеты штабс.

- Ну слава богу! – выдохнул сидевший рядом на корточках Баранов. - Командир прибил бы нас случись что с Марией Николаевной.

Последнюю фразу Павла я не совсем понял. То, что он говорил про Корсакова – бесспорно, но почему так эмоционально? Нет, мы конечно все боевые товарищи и Знаменская прошла с нами огонь, воду и медные трубы, но тут будто есть что-то ещё. Странно, но я почувствовал себя глупо. Глупо от того, что чего-то не знаю.

Уничтоженный боец РЭБ позволил нам отсканировать этаж выше. Сканеры КПУЗДов были заметно мощнее «Галифаксов» и мы видели замерших наверху семерых противников ожидавших нас в коридоре и на лестничной площадке.

- Разделимся, - приказал я. – Жанна Дарк ударит с запасного входа. Мы воспользуемся шахтой лифта. Здесь она пустая.

- Ясно командир, - ребята тут же пришли в движение принявшись готовится.

- Канцлер – Медведю.

- На месте, - словно ожидая моего вызова (скорее всего так и было) откликнулся Никитский.

- Дай длинную очередь из пулемёта по пятому этажу через минуту. Время пошло!

Света подмигнув мне захлопнула забрало шлема с изображением пылающего пламени и нырнула вместе со своими ветеранами на площадку запасного выхода.

Через пять минут ещё один этаж свободен.

* * *

«Всё те же защитные костюмы без РАШ-разъёмов» - подумал я, разглядывая обыкновенные лица мертвецов лежащих на полу. Европеоиды, не азиаты. Мальчишек нет. Взрослые мужики. Какого хрена они в таком количестве тут делают? И кто это вообще такие?»

Наверху перестали стрелять, что, если честно, меня совсем не обрадовало. Возможно мы опоздали и люди Знаменской мертвы.

Немного поразмышляв, я приказал ИИ КПУЗДа, отсканировать пространство на предмет радиошумов встречающихся в любом приборе работавшем от электричества. Если связь людей Знаменской каким-то образом отключили, возможно остался включённым скремблер. У контрразведки это всегда была не программа, а отдельный прибор работающий вместе с рацией. Наш Серебряков утверждал, что ИИ шлемов вполне способен преобразовать сигнал устройства и превратить его в связь. Копалыч ему не верил и смеялся, но я запомнил.

«СИГНАЛ НАЙДЕН. СООТВЕТСТВУЕТ ЗАПРОСУ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ» – замигало на виртуальном экране.

«Ну надо же! – мне даже захотелось закричать от радости. Ничего себе! Неужели майор оказался прав. Настроившись на первый попавшийся сигнал, я произнёс:

- Говорит Канцлер! Всем кто меня слышит! Прошли пять этажей, поднимаемся выше! Отзовитесь! Повторяю, прошли пять…

- Пепел – Канцлеру, - вдруг раздался негромкий, но смутно знакомый мужской голос, который я точно по внутренней связи раньше никогда не слышал. - Ведём бой на шестом. Много раненых. Боты эти проклятые…

Громкость связи то падала до еле различимого, то восстанавливалась до вполне приемлемого уровня.

- Информацию принял, - быстрым шагом направился к стоявшим перед лестницей ребятам я, на ходу синхронизировав «Ливень» с видоискателем, чтобы не перепутать своих и чужих. – Пометьте бойцов. Держитесь, идём на помощь.

Перезарядив плазменные пушки ППП-4, заряды к которым мы предусмотрительно тоже взяли с собой (Копалыч очень настаивал, вернусь поблагодарю его), сменив магазины и рассовав по кармашкам разгрузочных жилетов гранаты, мы молча собрались возле аварийной лестницы. В который раз я поблагодарил судьбу за своих боевых товарищей. Многие ранены, но никто не жалуется все понимают важность нашей миссии. С такими только побеждать.

Проверив ещё раз лестничную площадку и убедившись, что противник наш занят людьми полковника, мы парами двинулись вперёд и ступени снова замелькали под ногами.

Ваш покорный слуга конечно мог ошибаться, но, по-моему, Пепел говорил голосом Сергеева – того самого подполковника, что вытащил меня из полицейского участка после моей вендетты с Калбазовым. А это означало, что надо бы вернуть ему должок.

- Гном – Канцлеру, - раздалось по внутренней связи когда над головой нашей снова застучали штурмовые винтовки и пулемёты. - Рассказчица в себя пришла. Ругается! Идём к вам на подмогу…

Глава 43: Художники

У входа на этаж нас шквальным огнём никто не встретил. То ли боеприпасы у наших противников подходили к концу, то ли решили в «кошки-мышки» поиграть. Впрочем, скоро стало ясно, что они задумали…

Поведя стволом «Мономаха» из стороны в сторону я, присев на одно колено замер на месте. Весь шестой этаж был заполнен клетками офисных перегородок. Частые квадратики рабочих мест простирались до самой дальней стены словно соты пчелиного улья. Скорее даже осиного гнезда. Прекрасное место для засады. Справа на полу лежали два мертвеца: неловко закинувшая руку за спину девушка в белой блузке, чёрной юбке и в туфельках на каблуках и попытавшийся заслонить её собой мужчина в возрасте в строгом костюме. Пули пронзили обоих.

- Канцлер – Лютеру.

- На связи.

- Они нас просто плохо видят, - пояснил Лексин, заранее предугадывая мой вопрос. - Как и мы их…

Мелькнувшие перед глазами один за другим фильтры изображения показали мне что помещение было заполнено порхавшими в воздухе частичками металла (скорее даже пылинками) заряженными «лучами Кунца». Взрыв одной такой гранаты может на время забить даже мощные сканеры КПУЗДов, а тут их не менее десятка подорвали. Подготовились и кондиционеры выключили.

- Внимание всем! Кажется, нас ждёт засада, - произнёс я убедившись, что сканер бесполезен. - Разбиваемся на тройки, вспоминаем симуляции в полигоне.

Сказано это было на всякий пожарный, ребята и так знали, что им делать. Очень медленно, очень осторожно, мы начали продвигаться вперёд.

- Пепел – Канцлеру! Где вы? – снова задействовал я связь через скремблер, но в ответ услышал лишь негромкое шипение.

«ИСКАТЬ ПОТЕРЯННЫЙ СИГНАЛ СВЯЗИ 2117» - приказал искусственному интеллекту я (не исключено, что Сергеев на всякий случай отключился чтобы не демаскировать свою позицию после последнего сеанса), переглянувшись со следовавшими за мной Барановым и Лексиным.

Дальнейшее периодически всплывало в моей памяти даже спустя много лет и напоминало сновидение в стиле экспрессионизма который так уважала моя покойная супруга. Представьте себе, что в заполненном пылинками заряженными «лучами Кунца» помещении выстрел из штурмовой винтовки противника оставляет ярко-ядовитый фиолетовый след, а открытый ответный огонь с нашей стороны изумрудно-зелёный с золотыми вкраплениями. Красиво? Красиво. Вот только стреляли мы друг в друга не шариками с краской, а настоящими пулями. А цвет был обусловлен составом пороха в наших патронах.

Длинная очередь фиолетовым пунктиром линий прошила насквозь хрупкую перегородку из пластмассы и стекла перед нами, почти ровно срезав верхушку домика офисного планктона. Пуля безобидно чиркнула меня по левому плечу разбрызгав в воздухе малиновое облачко мгновенной химической реакции на состав материала из которого сделаны КПУЗДы.

Сюр какой-то! Вынырнувший справа противник тут же получил от меня выстрел прямо в шлем взорвавшийся оранжевым цветком.

- Мы словно художники! – по общему каналу хихикнул Баранов тут же рухнув ничком в одну из кабинок дабы укрыться от стайки пуль загавкавшего в нашу сторону пулемёта, оставлявших завораживающий, глубокий голубой след.

- Живописцы, - поправил Лексин, когда впереди конфетно-розовом взорвалась граната вышвырнувшая одного из наших врагов прямо в окно с шестого этажа.

«СВЯЗЬ ВОССТАНОВЛЕНА» - сообщил ИИ, за секунду до того, как я сошёлся в рукопашной сразу с двумя бойцами противника. Вырванный из кобуры на бедре «Долг» жёлтыми мазками раскрошил грудную пластину ближайшего, второй получил чёрно-белый заряд дроби из «Комбайна» подстраховавшего меня Павла.

- Канцлер – Пеплу! – щёлкнув ожила связь и спрятав пистолет я снова присел на колено выдав остаток магазина из винтовки по подкрадывающемуся к тройке Зиновьев-Кирсанов-Сергеев противнику.

Надо мной частыми мазками рисовал в воздухе очередной шедевр Лексин, Баранов же катаясь по полу оседлал напавшего на него со спины. Дробовик отлетел в сторону, но руки снайпера прижали голову врага в шлеме к полу благодаря чему подоспевшая на помощь Бородина проделала в ней дырку.

- На связи! – выдохнул я, перезаряжая магазин и переключая связь с выделенного канала на внутренний, чтобы ребята слышали наш разговор.

- Мы в туалете в северо-восточном углу этажа. С нами очень важный предмет. Патроны закончились. Нужна помощь. НАМ НУЖНА ПОМОЩЬ!

Наша тройка и тройка Зиновьева с ходу стартанула вперёд. Света со своими ветеранами прикрывала спину.

Новый взрыв гранаты цвета сладкой ваты заставил меня врезаться в очередную офисную перегородку проломив в ней дыру, ИИ сделал инъекцию обезболивающего, но скорости я не снизил. «Только вперёд!» – думал ваш покорный слуга пока пулемётчики ледяными завитками сметали всё на своём пути.

БАХ! – вылетевший справа противник получил новый заряд дроби отлетев в сторону. БАМ! – подствольный гранатомёт Лексина смёл с дороги штурмовика в тяжёлой броне.

Ещё немного, ещё чуть-чуть и впереди замаячила каким-то чудом исправно работающая табличка «М» и «Ж» над дверьми санузла. И здесь нас конечно встречали. Четверо противников расставив ноги пошире не стесняясь вели прицельный огонь поливая нас всеми красками акварели.

Первый залп впечатал в стену двоих, в третьего противника Кирсанов врезался всей своей массой силой вырвав у него оружие. Кто снял последнего я не видел, потому что, сшибая углы залетел в залитый водой туалет, кафельные стены которого были густо изрыты пулевыми отверстиями. В углу на полу, в точно таких же КПУЗДах как и наши, только синего цвета сидело два бойца. Точнее один, на трясущихся ногах с автоматическим пистолетом в руках, пытался встать мне на встречу, а второй высокий двухметровый парень с многочисленными повреждениями брони защищая, прижимал к груди короб «Гермеса» пиндосовский аналог нашего «Дятла».

* * *

- Ну уж нет. Вы сейчас не полковник, а мой пациент жизнь которого находится в опасности, - услышали мы со Светланой голос Талькова (Гнома) входя в медицинский отсек корабля несущегося сквозь гиперпространство на Печорин.

- Штабс-капитан вы что себе вообще позволяете! – возмущалась Знаменская голос которой я узнавал всегда и везде. – Немедленно выпусти меня из медицинского отсека. Я ВАМ ПРИКАЗЫВАЮ! Прапорщик хоть вы ему объясни!

- Формально сейчас я никакой не штабс-капитан, а Вадим не прапорщик. Мы уже люди сугубо гражданские и работаем по найму в ВЧК «Беннигсен» директором которого является Алексей Сергеевич Бестужев, - с завидным терпением и спокойствием объяснял Тальков одной из самых могущественных женщин в Империи. – Он является не моим командиром, а моим работодателем, то есть начальником, который поручил мне беспокоиться о вашем здоровье. Что я и делаю.

- Вадим, клади госпожу полковника в медицинскую капсулу.

Тем временем Знаменская не сдавалась:

- Ты мне ещё расскажи про ЧВК «Беннигсен»! Я его сама придумала от начала и до конца! Отпустите меня я нормально себя чувствую!

- А вот это, Мария Николаевна решать не вам. Анализы у вас не очень, бледненькая, еле на ногах стоите. Поэтому никуда не пойдёте. Полежите здесь на восстановлении с вашими ребятами.

Знахарь без разговоров сграбастал Знаменскую и уложил её в медицинскую капсулу быстро задвинув прозрачную крышку-фонарь.

Словно школьники, чтобы не попадаться на глаза разгневанной женщине, мы с Бородиной выглянули из-за угла, дабы увидеть как Мария Николаевна что-то там кричала, даже кулачками била по стеклу.

- Давай-ка вернёмся на мостик, - с улыбкой сказал я Свете предлагая ей взять меня под руку. - У ребят тут всё под контролем.

Глава 44: Испуганное счастье

Горелов и Тальков по прибытии на Печорин дружно изучив данные медицинского модуля, в который поместили полковника Знаменскую, были несколько встревожены результатами. Поэтому я под свою ответственность приказал поместить её на двое суток в искусственную кому. Всё-таки головой она ударилась сильнее чем нам показалось. За сорок восемь часов нанороботы господина Шайбина подлечат, ну или по крайней мере стабилизируют Рассказчицу, чтобы её здоровью ничего не угрожало…

Кому-то заслуженных отдых, а меня ожидала серьёзная встреча с представителем Келдыша-2 Андреем Ивановичем Калининым - крепким старичком лет восьмидесяти пяти. Хотя, возможно ему и поболее было. Наш особист Муравьёв успел нашептать, что дедок непростой и раньше, до пенсии, и до того, как перебрался на Периферию, служил в весьма компетентных органах.

То, что не простой и так было видно – внимательный взгляд с добродушной улыбкой не слишком сочетались, правда не исключено, что я видел то, что мне хотели показать. У комитетчиков и контрразведчиков (куда бы мне улететь когда Марию Николаевну разбудят) так принято.

На Калинине был дорогой, но не новый тёмно-зелёный костюм-тройка, ярко-красный галстук с зажимом, и настоящие часы-луковицы серебряная цепочка от которых торчала из кармашка жилета. Носил он одежду уверенно, без напряга. Сразу было видно, что нарядился не перед нашей встречей, а всегда так ходит. Трость с навершием в виде оскалившейся собачьей морды и классические ботинки на обыкновенных шнурках с тупым носком, только дополняли облик нашего гостя, ожидавшего меня в кабинете, в кресле напротив стола.

Поздоровавшись (ладонь у Андрея Ивановича была прохладная и крепкая), мы со Светланой, снова выполнявшей роль моей секретарши, быстро решили все рутинные вопросы с документами. Пока старик внимательно читал итоговый вариант договора, я, подмигнув Бородиной обратился к гостю:

- Может быть кофе, чай, какао?

Подняв указательный палец вверх, как-бы призывая нас подождать, Калинин шевеля губами дочитал документы, а затем поставил короткую, больше похожую на закорючку подпись, на экране.

Дзиинь! - в тот же момент сигнал уведомления на моём личном коммуникаторе сообщил о пополнении счёта как раз на ту сумму которая была указана в договоре между ЧВК «Беннигсен» и Келдышом-2. Как это у старика вышло даже и не знаю. В руках у него никаких электронных устройств не было. К тому же внутри без устали работала хитрая глушилка рубящая на корню любой сигнал у неавторизованных устройств.

Улыбнувшись, озорные искорки в глазах сразу сделали его моложе на десяток лет, Калинин откашлялся и внимательно взглянул на склонившуюся над ним Светлану в элегантном костюме серого цвета: пиджак, сужающиеся к низу брючки, лаковые туфли на каблучках (сегодня чёрные), маникюр, волосы собраны в хвост на затылке. И не скажешь даже, что всего сутки назад она командовала штурмовиками-ветеранами в здании превращённом в ловушку.

- Чай, кофе, какао? - опираясь на трость Калинин поднялся с кресла. Далось это ему с большим трудом так как он сильно хромал на левую ногу. – Обойдусь. К тому же девушка не секретарша. Девушка солдат. Как мы с вами. А кофе я на борту пассажирского лайнера выпью. С пенкой и лесным орехом! Благодаря вам, Алексей Александрович, к нам сюда теперь «Имперские космолинии» летают. Просто праздник какой-то…

Никакого сарказма в троне бывшего комитетчика я не уловил.

- А можно вопрос? – нарушила возникшую неловкую тишину Бородина.

- Конечно, милая.

- А почему вы носите ботинки с простыми шнурками, а не с автошнуровкой. Вам же, наверное, тяжело самому…

Калинин беззвучно рассмеялся и перебросил трость из руки в руку.

- Один мой коллега по бывшей «работе» по фамилии Гамов говорил так: «Когда я не смогу самостоятельно завязать свои ботинки, тогда я пойму, что с делами пора заканчивать». Согласитесь, по-моему, отлично сказано. Не знаю дожил Борис Борисыч до старости или нет, слышал, что он улетел в Дальний космос с экспедицией по терраформированию, но слова его мне жутко нравится.

Ловко подтаскивая ногу, наш гость направился к выходу.

Келдыш-2 была небольшая аграрная планета вдали от оживлённых космических трасс, и я вдруг почувствовал неожиданный и неуместный приступ стыда. Восемьдесят восемь тысяч имперских кредитов огромные деньги для колонистов. Обдираю их как липку, а старик вон протез нормальный приобрести не может! Сделав пару торопливых шагов вперёд, я бросил ему в спину:

- Андрей Иванович, обещаю сделать вам в следующем месяце скидку, возможно даже пересмотрим условия договора в вашу пользу. Не обеднеем…

Кончик трости громко, так что мы вздрогнули, ударил в пол, и Калинин резко обернулся ко мне. На секунду я даже испугался, что он упадёт, видно Света подумала о том же самом бросившись к нему. Дед же падать и не собирался. Сверкнув глазами, он, выставив вперёд ладонь остановил наши попытки помочь ему и громко, так что эхо заметалось под потолком кабинета, произнёс:

- НИЧЕГО НЕ НАДО, ПОДПОЛКОВНИК! Договор есть договор! Бизнес есть бизнес! Всё должно выглядеть ДОСТОВЕРНО! Вы большое дело делаете, молимся за вас.

Дверь хлопнула и закрылась, а я со Светой так и остался смотреть вслед ушедшему Калинину. Интересный дед, очень интересный. И фамилию Гамов я где-то уже слышал…

* * *

А мы кофе попили, с Катиными сдобными булочками. Стоя у окна я разглядывал как местные готовились к переезду. Посовещавшись с товарищами, я решил горожан выселить с площади в специально построенный для них тут же неподалеку квартал. Проблем не возникло. Квартиры там были удобнее и современнее, к тому же я сохранил исторический стиль зданий. Причина моего решения очевидна – напавшие на штаб-квартиру ЧВК могут повредить гражданским. А оно нам это надо? Вот в том-то и дело. В окружающих Камелот домах проведут ремонт и превратят их в маленькие крепости не с виду так внутри. А занять жилплощадь будет кому. Ряды наши всё время растут.

Пока я, погрузившись в собственные мысли смотрел за роботами-грузчиками, помогавшими людям перетаскивать на автоматические тележки их нехитрый скарб, кабинет заполнился людьми. Лексин, Кирсанов, Зиновьев, Копалыч негромко о чём-то беседовали в креслах у книжного шкафа. Мамонтов с Медведем и Кестутис что-то рисовали на виртуальной доске. Откуда-то появился Баранов в руках которого была тарелка с чем-то напоминавшим огромный кусок торта. Всегда удивлялся вечно жующему Павлу и куда в него только лезет? А ведь жиру ни грамма нет.

Никто на хозяина кабинета внимания не обращал кроме стоящей рядом Светы. Сложив руки на груди она с улыбкой наблюдала за боевыми товарищами иногда поглядывая и на меня. Я вдруг понял, что счастлив. Бывает так ни с того ни с сего ощущаешь себя…

Кхэ-кхэ! – громко откашлявшись дабы привлечь наше внимание на пороге двери возник Сергеев-Пепел рука которого была на перевези (только сейчас я сообразил, что в здании сейчас два Сергеева – прапорщик-пулемётчик с позывным «Сатурн» и подполковник - заместитель Знаменской. Ощущение счастья вспорхнуло и хлопая крыльями испуганно улетело.

- Алексей Александрович, у меня к вам срочный, секретный разговор! Потрудитесь выпроводить посторонних из кабинета!

- Всех? – повернулся к Пеплу я.

- Бородина, Лексин, Баранов могу остаться, - окинув взглядом присутствующих добавил тот. - Так же я хотел бы здесь увидеть Горелова, Серебрякова и обязательно Мальцева.

* * *

Уже через десять минут все вышеперечисленные уставились на бегущие по голоэкрану в центре кабинета столбцы цифр и букв.

- Я думаю вы поняли, что Мария Николаевна, спланировала целую операцию, - нарушил тишину Сергеев помешивая ложечкой травяной чай. - Мы специально наследили, чтобы посмотреть кто за нами последует и что предпримет. Готовы были к силовой операции поэтому нас сопровождали бойцы V-го интернационала.

- Здрасти! – возмутился Лексин и кресло под ним жалостливо скрипнуло. – А почему вы нас не предупредили?

- О чём?

- О том, что мы идём не на встречу, а участвуем в операции контрразведки.

Глаза всех присутствующих впились в Сергеева, но тот не стушевался. Совершенно спокойно вытащил ложечку из чашки, положил её на блюдечко и с наслаждением сделал два маленьких глотка.

- Госпожа полковник знала, что Алексей Александрович тоже надлежащим образом приготовится, - наконец сообщил он.

- Так она же просила его никому о встрече не сообщать? – возразил Горелов у которого синяки под глазами стали ещё глубже так как он всё время проводил с ранеными. У нас были не только плохие новости, но и хорошие – четверо спецназовцев отряда контрразведки выжили.

- Именно поэтому.

- Узнаю Знаменскую, - Баранов, нисколько не стесняясь окружающих облизал языком тарелку, а затем поставил её на стол рядом с пустыми кружками из-под кофе и какао.

- Так что вы хотели нам сообщить? – прервал прапорщика я, обращаясь к Сергееву. – Да, и кто нас атаковал? Это Конфедерация?

Заместитель Знаменской повёл плечом на перевязи, еле заметно сморщившись от боли и поудобнее устроился в кресле.

- Я уверен, что нет. Точнее Конфедерация взяла наш след и последовала за нами на Чедвик, но потом там появился кто-то ещё. Они вспугнули опергруппу, преследующую нас, и приняли решение о уничтожении Знаменской.

- Ух ты как всё сложно-то! – сострил снова Паша, но остальные только закивали, полностью соглашаясь со словами снайпера.

- Действительно сложно, - неожиданно согласился Сергеев. - Особенно принимая в расчёт то что версий о том, кто эта третья сторона, у меня нет.

- У Знаменской, наверное, полно врагов, - направил в нужное русло разговор я, надеясь уже поскорее приблизиться к сути.

- Конечно это так. Но, во-первых, утечку мы допустили только от Макао-11 – КРБ на которой одно время скрывались «Золотые солнца», а во-вторых, непонятно куда делись конфедераты. Они так торопились что даже бросили один из своих кораблей.

- Есть ещё кое-что… прервал подполковника Мальцев поправив очки на переносице. – Мы внимательно осмотрели и изучили броню привезённых вами противников и повреждённого бота, так вот, они не имеют серийных номеров. Вообще! Будто сделаны специально для этой миссии. У боевиков была только внутренняя связь друг с другом ни подключённая к внешнему источнику.

- Трупы опознаны? – Лексин запустил видео демонстрирующее перестрелку между нами и противником на первом этаже офисного здания. Я знал, что это была единственная запись сделанная одним из роботов-посыльных, камеры на площади и этажах отключили заранее.

- На них ничего нет, - доложил Мальцев.

- Это были классные бойцы такого в принципе быть не может, - возмутился Паша и я склонен был с ним согласится.

- Значит кто-то стёр все данные о них заранее.

- Так, стоп! – поднялся на ноги Лексин. – Но мы же захватили «Гермес»! Он же выпускается конфедератами. Разве нет?

- Его конечно в гипермаркете не купишь, но не такая уж и редкая вещь, - нарушил молчание Серебряков. - Серьёзные структуры других государств в последнее время вовсю начали им пользоваться. Это наш «Дятел» пока секретная разработка.

- И что он нам показал? – не сдавался капитан. - Из-за этой штуки мерзавцы весь V-го интернационал положили. Неужели подполковник зря её защищал?

Серебряков пододвинулся поближе к столу и вывел на экран какую-то схему. Присмотревшись я понял, что это перехват радиосигнала сделанный на Чедвике.

- Внешняя связь у отряда была только через этот «Гермес», а это значит им нужен был приказ от вышестоящего начальства.

- Убить Знаменскую или нет… - озвучила витавшую в кабинете мысль Света.

В отличии от своих товарищей я подумал совсем о другом. Этот «Гермес» рушил всю конспирацию. Возможно до последнего момента решение принято не было. Кто-то на той стороне сомневался как ему поступить, какой приказ отдать боевикам, но потом всё же посчитал нужным действовать радикально.

- Возможно. К сожалению с другой стороны данные стёрты и нам их не восстановить, но есть кое-что что мы смогли с Мальцевым вытянуть из этого устройства, - сообщил Серебряков, снова меняя изображение в центре кабинета.

- Что? – не выдержал Горелов.

- За последнюю неделю путешествующий по космосу уничтоженный нами отряд, четыре раза связывался с неизвестными нам абонентами. Все в разных концах вселенной.

- А те почему не удалили данные? – опередил уже открывшего было рот Лексина Баранов.

- Они удалили, но не так как было нужно. Нам с Мальцевым удалось восстановить большую часть информации.

Услышанное меня совсем не удивило. Серебряков был классным спецом. Настроенный им искусственный интеллект «Неясыти» неделю назад часа два мучал меня вольным пересказом трактата Канта «К вечному миру» и ошибками сделанными философом при его обосновании права на войну.

- То есть если мы найдём тех, с кем они связывались то установим кто ими руководит? – радостно хлопнул в ладоши Паша. Ему как человеку действия хотелось поскорее увидеть впереди цель. Ради справедливости стоит сказать, что и не ему одному.

- Верно.

- Ну что ж, значит по коням!

Но кавалерийский рейд пришлось на время отложить. Дверь в кабинет резко распахнулась и на пороге появилась Мария Николаевна, собственной персоной. В одноразовой стерильной медицинской рубашке на голое тело. Неужели она что так прямо из медицинской капсулы притопала?

- Сидите? – ухмыльнулась полковник, оглядев присутствующих. – Совещаетесь значит? Без меня…

Надо сказать, что выглядела Мария Николаевна намного лучше. Никакой бледности и в помине не было, лицо нормального розового цвета. В целом она выглядела отдохнувшей. Мне кажется она и сама это чувствовала.

Света увидев в каком виде женщина хотела было снять с себя пиджак, но быстро сообразила, что он будет Знаменской мал. Стянув куртку с Баранова, она быстро накинула её на полковника. Та благодарно кивнула в ответ, застегнула замок и закатала рукава. Позади неё на пороге кабинета появился запыхавшийся Тальков который поймав мой взгляд виновато развёл руками.

- Вам же спать ещё четыре часа, - произнёс я пожалев, что моя мечта свалить куда-нибудь на пару часов при возвращении в реальность нашей спящей красавицы пропала зря.

- А вот фиг вам, а не спать! – ловко парировала полковник. - Я и так всю спину в этой вашей капсуле отлежала! И кто только придумал эти рёбра под спиной? Теперь поясница ноет…

- Госпожа полковник, я могу вам массаж сделать, у меня диплом массажиста, - влез Тальков макушка которого маячила на уровне плеча контрразведчицы.

- Идите вы со своим массажем нахер, штабс-капитан! – сказала как отрезала Знаменская. - Мы ещё о вашем самоуправстве на Чедвике поговорим…

- Можно просто, Алексей Юрьевич… - пожал плечами Тальков одновременно почесав в затылке.

И тут все присутствующие заржали, то есть заржал то сначала Баранов, на правах старого приятеля Знаменской, а остальные просто не смогли сдержаться…

И счастье как будто вернулось.

Глава 45: По следам Скайуокера

Мелкий белый песок поднимался над потресканным жёлтым сланцем озорными смерчиками, которые гонялись друг за другом вдоль единственной улочки заброшенного городка. Да, заброшенного, чёрт побери!

- Нет, тут ни хрена! – заявил Мамонтов пнув ногой выбеленный до бела безжалостным солнцем мышиный череп.

- Татуин какой-то! – кхекнул в недавно отрощенную бороду Копалыч большой любитель древней фантастики.

- Что за Татуин? – спросил Фрунзе из-за порывов обжигающего ветра захлопывая забрало шлема. - Я там не был.

- Это планета-пустыня из саги «Звёздные войны».

- Звёздные воины? Про нас? – рассмеялся Баранов внимательно рассматривая что-то под ногами, у массивных каменных ворот за которыми начиналась настоящая пустыня.

- Нет, не про нас, - помотал головой Лексин заглядывая через окно без стёкол и ставен в дом на окраине. - Про клоунов с лазерными мечами швыряющих противников силой мысли.

- Ну, тогда точно не про нас, - бросил себе под нос Паша уже касаясь ладонью в защитной перчатке земли.

Яркое зелёно-голубое небо делало ослепительно белую пустыню вокруг чем-то нереальным. Будто кто-то взял стирательную резинку и стёр нижнюю часть полотна неизвестного художника. Даже и не знаю почему меня в последнее время тянет на темы о живописи.

- А я на такой же планете вырос, - бросил ваш покорный слуга, вспоминая жаркие рассветы и закаты своей родины и во рту будто снова появился горько-солёный привкус солончаковых долин.

- Командир, ты серьёзно? – удивился Зиновьев, крутившийся вокруг Фроловой и Бородиной. – А я почему-то думал ты с Земли или с Витте!

- Скажешь тоже. Я с маленького провинциального мирка находящегося вдали от оживлённых торговых путей, - грустно улыбнулся я, вспомнив как уже взрослым впервые увидел водоём полный воды.

Никак не забуду ощущение абсолютного счастья, испытанное тогда. До сих пор иногда увидев море или океан улыбаюсь как дурак. Вот так по Новому Севастополю и ходил всё время на позитиве.

Рядом с Барановым остановились Кирсанов, Сергеев и Никитский. Сапёр даже присел рядом. Неужели Валет что-то нашёл?

- Что там Павел? – опередил меня Лексин и вместе, не сговариваясь, мы направились к ребятам.

Ветераны из отделения Светы за нашей спиной продолжили осматривать пустые домики по обеим сторонам улицы, в большей части которых даже крыш не было.

- Нашёл следы чего-то странного с чем я бы не захотел встречаться, - задумчиво произнёс Баранов сидя на корточках.

И правда под ногами параллельно друг другу мимо ворот пролегали два горизонтальных следа. Будто кто-то прополз под верхним слоем песка закрутив его и как следует разворошив.

- Это что же за животина такая? – повёл стволом пулемёта Кирсанов повернувшись вокруг (карие глаза его внимательно оглядели окрестности). – Я такие следы видел от дождевых червей…

- Здесь дождя нет, а червь размером с вагон, - задумчиво почесал щёку Копалыч. – Я конечно за долгую службу всяких дивных тварей видел, но с такими встречаться не приходилось.

Включенный сканер КПУЗДа установил, что сланцевая порода на которой располагался городок никаких пустот внутри не имела, а значит была безопасна. Интересно, что строения располагались только по диаметру сланцевой лепёшки. Выходит, что местные о монстрах в песке знали и научились с этим знанием жить.

Сделав несколько шагов к огромному бульдозеру, располагавшемуся рядом с воротами, я внимательно осмотрел машину, заметив, что ковш, опорный кронштейн с рабочей балкой с неё были давно сняты, а вот гусеницы чуть более широкие чем я привык видеть, поддерживающие и опорные катки, звёздочки и другие сегменты были в порядке. Будто на этом бульдозере постоянно ездили. Вопрос куда и зачем?

- Копалыч, а зачем такие широкие гусеницы? – спросил я Фомина остановившегося позади. – Или они такие и должны быть?

Дед провёл пальцами по выступающей кромке металлической конструкции и помотал головой:

- Да нет, командир, ты прав. Нестандартные и вообще самоделка. Наверное, чтобы по песку ездить.

- Куда? - задал вопрос я и тут же врубил выделенный канал связи с зависшим на орбите «Озорником», так назывался лёгкий крейсер, который мы недавно купили у доваторцев. Вот бывает же так. Ищешь, ищешь списанный имперский военный транспорт в нормальном состоянии и ничего не находишь. А тут раз! … и за приемлемую цену получаешь целый крейсер с двумя батареями, рельсовыми плазменными пушками, медицинским отсеком, абордажной блоком и другими интересными игрушками. – Канцлер – Ботанику!

- Слушаю тебя Канцлер, - тут же отозвался Мальцев.

- Лёша, сделай ещё пару дополнительных снимков с орбиты.

- Направление?

- Восточнее городка.

- Повиси на связи. Делаю, - ответил Мальцев.

Вместе с Копалычем мы поднялись в кабину бульдозера, чтобы убедится, что и здесь всё было в порядке. Песок внутрь не проник, а приборная панель даже была заботливо укрыта выцветшей на солнце тряпочкой. Зачихав и выплюнув облачко чёрного дыма, машина завелась, огласив окрестности грохотом и рычанием.

- Командир, думаю местные эту штучку в качестве транспорта выбрали чтобы монстры обитавшее в песках их не сожрали, - подвигал туда-сюда рычагами управления Копалыч. - Бульдозер-то не проглотишь – подавишься.

- Значит и ездили не далеко. Транспорт не слишком быстроходный, - решил я пытаясь представить сколько времени машина стоит тут без присмотра. Вряд ли больше года. А дома заброшены давно. Лет десять, может быть больше.

- Верно. Недалеко.

Словно подтверждая мои слова снова ожила связь:

- Ботаник – Канцлеру!

- Внимательно.

- Тут кое-что есть. Восточнее холмик и сразу за ним в кратере вышка, - сообщил Мальцев. – Извините в подробностях рассмотреть не удаётся. Тут повсюду залежи руды. Качество снимка на троечку.

Подняв в воздух «Стрижи» - миниатюрные боты-разведчики, я действительно вскоре увидел на командирском планшете кратер и вышку. Теперь понятно откуда нашим противникам передавали сигнал.

- Света, оставайся со своими здесь, - обратился я к Бородиной. - Все в бульдозер не войдут, а мы быстренько смотаемся к вышке. Тут всего полтора километра по прямой.

- Я с вами! – проигнорировала мой приказ Бородина (мужики вокруг подняли забрала и начали строить мне смешные рожи, а Лексин прислал в текстовом чате сердечки и купидончиков). – Мазай! Остаёшься за старшего, - резко повернулась спиной поручик словно боясь поймать мой взгляд. - Продолжайте осмотр зданий. Под ноги внимательно смотрите!

Прапорщик Ташков (он же Мазай) только по-уставному щёлкнул каблуками и принялся раздавать приказы.

- Может лучше «Ворон» вызовем? - предложил Лексин по нашему личному каналу.

- Специально, чтобы он нас на полтора километра перенёс?

- Глупо конечно, - согласился капитан. - Но зато всей группой.

- Нет никого там. Ни на снимках с «Озорника», ни по данным «Стрижей». Но держать ушки на макушке! – добавил я, подтягивая за руку к себе на бульдозер Фрунзе и ища взглядом Светлану.

- Это уж как всегда, - рассмеялся Лексин ловко запрыгивая на машину и подбородком указывая мне за спину где обнаружилась моя пропажа. И когда только забраться успела?

Всей «старой гвардией» мы устремились по координатам указанным «Стрижами». То ещё путешествие вышло. Копалыч осторожно вёл вперёд землеройную машину, а мы посматривали по сторонам на песчаные дюны. Хорошо хоть внутри КПУЗДов нам, при 57-ми градусах жары на улице, было комфортно и удобно.

Чуть не перевернувшись при спуске в кратер, мы всё же добрались до вышки, которая тоже стояла на сланцевом островке посреди пустыни. Рассредоточившись по периметру, оцепили небольшое двухэтажное здание рядом с вышкой.

- Чисто!

- Чисто, командир!

- Антенна параболическая. Такая же как у нас… была, - сообщил Копалыч разглядывая обломки устройства связи каким-то чудом держащиеся на наконечнике вышки. На самом деле от параболического передатчика остались одни лохмотья и каркас. Часть тарелки мусором валялась на земле.

- Внутри чисто! – доложил Лексин. – Но пыли мало, в двери новый замок, в корзине для мусора упаковки китайских военных пайков. Да, ещё бутылки с питьевой водой тоже с иероглифами. Целые, не открытые.

Спрыгнувший из окна второго этажа Баранов протянул ко мне руку:

- А я вот что нашёл!

На раскрытой ладони прапорщика лежал небольшой, поблёскивающий новизной цилиндрический контейнер с инъекцией адреналина. Такие входили в комплект медпомощи защитных костюмов всех государств.

- Маркировочка свежая, прошлогодняя, - повертел контейнер в руках Лексин. – Завалилась куда?

- Ага. Под стол.

Мы ещё дважды обыскали здание и просканировали пространство вокруг, но так ничего и не нашли. Абсолютно непонятно было куда делись нёсшие пост солдаты противника. Куда делись жители городка тоже было интересно, ведь в декларации о эвакуации колонистов с планеты ни слова.

Сев на бульдозер, мы направились в обратный путь. Мазай тоже ничего не нашёл и поэтому я вызвал «Ворон», мысленно досадуя на то что первый блин оказался комом. Конечно у нас есть ещё три попытки, но всё равно жаль потерянного времени.

Перевалив через край кратера бульдозер вдруг начал кренится на правый бок. Копалыч дёрнув рычаги управления прибавил газу, машина дёрнулась вперёд и начала выравнивается… и тут закричала Фролова:

- ВНИМАНИЕ! На одиннадцать часов! Движение под песком!

Заработали штурмовые винтовки, взорвалась ручная граната, но несмотря на это что-то со страшной силой врезалось в бок бульдозера перевернув его.

Тяжело рухнув на бок машина до половины ушла в песок, а мы, скатившись с неё рассыпались по дюнам.

- Вернутся к бульдозеру! – закричал я. – Забираемся на него и ведём огонь.

Всё ещё кружившие в небе «Стрижи» не находили цель. Один из малышей даже завис в воздухе в нескольких метрах от меня пока я, подталкивая к потерпевшей аварию машине Светлану, утопая в песке, поднимался по склону дюны.

И тут произошло невероятное. Прямо из песка, в воздух, поднялась громадная тварь похожая на огромную миногу и проглотила «Стрижа». От малыша только искры в стороны полетели.

Вот только назад монстр спрятаться не успел. Тут же захлопали подствольные гранатомёты, покрывая покрытое костяными наростами тело огненными цветами, а Кирсанов тащивший за спиной РПГ-12 запустил ракету песчаному монстру прямо в пасть. Три ряда зубов сомкнулись на реактивной гранате, и башка чудовища разорвалась на части забрызгав песок липкой, густой кровью. Красное на белом, страшно красиво.

- Красавчик! – закричали ребята Кирсанову, а тот отбросив в сторону использованный ручной противотанковый гранатомёт начал спускаться к дёргающейся в судорогах твари.

Сергей, наверное, успел сделать шагов пять, не больше, прежде чем вынырнувший из склона новый монстр проглотил его и легко словно не в песок, а в водную гладь вошёл в дюну унося пулемётчика-старшину в неизвестном направлении.

Лексин с Зиновьевым чертыхнувшись бросились вниз к месту куда нырнул песчаный монстр, упали на колени, даже пытались рыть, но там уже и следа не осталось.

Молясь, чтобы связь была исправна я закричал по внутренней связи:

- Канцлер – Демону! Канцлер – Демону! Серёжа, задействуй плазменную пушку на плече!

Минут или две ничего не происходило, а потом всё пространство вокруг затопил низкий свист переходящий в визг. Песчаный монстр взвился в воздух по другую сторону от бульдозера разбрызгивая кровь из нескольких отверстий внутри тела. Последний хлопок плазменной пушки буквально оторвал ему голову увенчанную четырьмя устрашающего вида крючками (каждый размером почти в человеческий рост) от туловища.

Подёргивающееся тело чудовища ещё не замерло, а мы уже вытянули измазанного кровью Кирсанова из его тела. Любопытно, что Сергей появился наружу не один. Он крепко держал за шкирку тело мёртвого бойца в точно такой же броне как и наши противники на Чедвике.

- И совсем не страшно, - только и пробубнил Сергей, плюхнувшись на задницу чем вызвал настоящий взрыв смеха.

Я же с облегчением выдохнул.

- Добытчик ты наш, - Лексин и Зиновьев радостно обняли старого товарища прижав его к себе.

* * *

Переварить «Галифакс» песчаный червь не смог. На приземлившемся посреди заброшенного городка «Вороне» мы обмыли вытащенный из песчаного монстра труп и внимательно осмотрели его доспехи.

- Пулевые отверстия. Здесь и здесь указал ножом на тело Баранов.

Конечно будь это любой другой боец мы бы смогли подключится к его броне и узнать время смерти, но РАШ-разъёма на ключице «Галифакса» и здесь не было.

- Достань пули, - приказал я, и мы дружно захлопнули забрала шлемов, ибо запах разложившегося тела внутри костюма наверняка был не из разряда приятных.

Предупреждение ИИ КПУЗДа о высоком содержание птомаинов (трупных ядов) в трюме десантного корабля тут же подтвердило наше опасения.

Скоро оба кусочка металла оказались в руках у Копалыча. Тот какое-то время рассматривал пули, а затем лёгким движением между пальцев просто раздавил их. Металл порошком посыпался на пол.

- Что за ерунда? – удивился я, взглянув на Фомина.

- Самоделки, командир. Металл очень низкого качества. Ни одно цивилизованное государство такие не выпустит. Наших красавцев убили какие-то туземцы.

- Понятно, - кивнул я (хотя понятно-то ничего как раз и не было). – Значит ищем дальше…

Глава 46: Призраки пещер

Над входом в шахту, прямо в камне было вырезано изображение шестерни.

«Шестерёнки значит. Ну-ну…», - подумал, я, прижимая приклад штурмовой винтовки к плечу и отдавая товарищам приказ следовать за мной под землю…

* * *

Сидя в пилотской кабине медленно летящего над поверхностью планеты десантного корабля, я в который уже раз рассматривал спутниковые снимки и ничего не находил. Нет, ну не может же быть, чтобы убившие наших противников «туземцы» исчезли без следа. Как говорил наш Кирпичёв, пусть земля ему будет пухом: «Без следа никто не исчезает. Всегда есть ниточка ведущая к цели. Просто её нужно разглядеть». И где она эта ниточка, чёрт побери?

- Лёша, ты точно уверен, что с планеты никто не взлетал? – спросил я Мальцева откладывая командирский планшет в сторону.

- Абсолютно точно! – сообщил штурман (странно, но связь здесь была хуже, чем внизу, на поверхности планеты и голос штабса в динамике становился, то громче, то тише). – Я взломал спутниковый комплекс «Поводырь» над Псаматой. Он конечно старенький, но исправный. Никто с планеты не улетал уже пятнадцать лет, – сообщил Мальцев.

- А почему планета называется Псамата? - спросил слушавший нас Лексин сидящий в откидном кресле возле люка в кабину. В широкой ладони капитана лежала горстка лесных орешков, которые он с удовольствием кушал. Сей деликатес с недавнего времени выращивали у нас на Печорине.

- Это греческая богиня морского песка, - тут же ответил Мальцев.

- Так морского, а тут вроде как морей не видно…

- Когда-то были… - перебил товарищей я. – Лёша, а этот спутниковый комплекс, он отслеживает сейсмическую активность, резкий, скачкообразный подъём температуры?

- Да конечно. Стандартная начинка для колонизируемых миров.

- Тогда, будь любезен поищи незначительный всплеск сейсмической активности и подъёма температуры.

- А что такое? Я чего-то не знаю? – в голосе Мальцева прорезалось любопытство.

- Баранов утверждает, что возле вышки связи произошёл короткий бой. Возможно даже пару гранат взорвали. Антенну параболическую опять же уничтожили, - пояснил я, вспоминая ковырявшегося в песке Павла. - Когда у нас была передача сигнала для пролетающего мимо корабля? Двенадцать дней назад? Вот и смотри в это время.

- Ты серьёзно считаешь, что спутник смог зафиксировать хлопок гранаты и выброс температуры после взрыва? – удивился Алексей.

- На всей планете конечно нет, но наблюдение за городком и окрестностями должно быть одной из приоритетных задач комплекса. Даже незначительное отклонение от нормы может дать зацепку…

- Понял, смотрю.

* * *

Спустившись с Лексиным в трюм к ребятам каждый из нас занялся своим делом – капитан - печатал письмо супруге на личном коммуникаторе используя внешнюю виртуальную клавиатуру, правя черновик уже не в первый раз, а я по армейской привычке устроился на «облучке» так назывался выступ в трюме перед крепёжным стендом, в котором замерли шагоходы майора Салтыкова и Яны, напоминавший сидение.

Кружка ароматного кофе замерла перед моим лицом.

- Сладкий. Четыре ложки, - сказала Света усевшись рядом.

Благодарно кивнув, я взял горячую кружку в ладони и приятное, благостное тепло тут же разлилось по всему телу.

- Благодарю.

Волосы Бородиной совсем-совсем отросли и вдоль висков спускались локоны, завивающиеся симпатичными пружинками. Ей это удивительно шло. Как только поручик повернула голову намереваясь что-то мне сказать... пронзительно заверещал сигнал командирского планшета.

- Нашёл что-то Лёша? – коснулся клавиши я.

- Командир, ты гений! – затараторил Мальцев, что указывало на его волнение. - Я нашёл! И перестрелка была, и «туземцы» были! «Поводырь» даже снимки сделал, проводив напавших до их убежища, но так как запроса снизу о внештатной ситуации не было, заархивировал материалы и убрал в папку со старыми погодными картами и прогнозами.

- Отлично! – поднялся на ноги я. – РЕБЯТА ПО КОНЯМ!

Наблюдая как товарищи мои без суеты начали готовиться к десанту, влезая в броню и проверяя амуницию и оружие, я, встретив взгляд каре-зелёных глаз Бородиной снова сжал ладонями горячую кружку всё ещё ощущая тепло внутри.

- А чего нам от этих «туземцев» надо, командир? – я и забыл, что Мальцев всё ещё был на связи.

- Они забрали бойцов передававших сигнал в космос и все их вещи. Я верю у них должно быть что-то что раскроет нам личность спецназовцев покушавшихся на Знаменскую на Чедвике.

* * *

Убежище наших «туземцев» располагалось неподалёку от пустого городка - всего в пятнадцати минутах полёта «Ворона». Зато сверху, из космоса заметить его было практически невозможно. Скала плоским карнизом, покрытым всё тем же мелким белым песком, нависала над идеально круглым отверстием в каменой породе красно-бурого цвета. Скорее всего это была старая выработка истощившаяся ещё до переселения сюда колонистов - автоматический бур высверливал отверстие, а роботы-шахтёры трудолюбивыми муравьями вгрызались в породу.

Захватившие в плен разыскиваемых нами спецназовцев, пользовались для передвижения, прямо скажем, нестандартным транспортом. По крайней мере я никогда ничего подобного не видел. Узкие похожие на торпеды машины погружались в песок и двигались свозь него словно в воде. Спутник отследил их по всё той же вибрации и движению песка.

Сначала я на полном серьёзе подумывал вступить в переговоры с «туземцами». Ну знаете «враг моего врага, мой друг», но после того как «Стрижи» разведали обстановку и передали нам многочисленные изображения человеческих черепов сложенных грудой у входа, а так же повешенное за ноги тело с которого сняли кожу словно с зайца, передумал.

Вход в шахту охраняли, но Баранов, Зиновьев и Фрунзе по сигналу сняли часовых. Три тела упали на песок почти одновременно.

- О! А я знаю кто это такие! - присев на корточки рядом со мной над одним из убитых, Копалыч сорвал с трупа что-то вроде плотного плаща с капюшоном, и остриём ножа разрезал тонкую похожую на резину оболочку в облипочку покрывавшую тело противника. – Это киниксы – первый инопланетяне которых встретила Империя. Слышали о них?

Замершие вокруг ребята дружно закивали.

Про киниксов слышали все. Ещё бы! История об этих мерзавцах даже в наши школьные учебники вошла. Почти двести двадцать лет назад, Империя, предпринимая робкие попытки колонизации космоса вышла за приделы Солнечной системы и встретила разумных существ. Сколько радости было! Сколько восторгов! Киниксов названных так за внешний вид (и правда клюв вместо рта, глаза, кожа словно покрытые чешуёй и что-то вроде плоского почти незаметного панциря на спине, защищающего позвоночник, делали их похожими на черепах) просто обожали. С инопланетянами тут же установили дипломатические отношения, вручили официальные заверения в дружбе и пытались всячески помогать им. Общество киниксов как раз находилось в состоянии перманентной Гражданской войны со всеми вытекающими отсюда проблемами. Гуманитарная помощь, лечение, даже восстанавливать их города пытались, закончилось для имперцев в тот самый момент, когда десант киниксов начисто вырезал три колонии землян. Жестокость, которую они проявляли по отношению к нашим гражданам - женщинам, детям, объяснить не мог никто. Причём киниксы не пытались защититься от человеческой экспансии, наоборот, они вторглись на территорию уже давно освоенную человечеством. Оказывается, культура черепахозоидов утверждала, что добрый всегда слабый, а сильный злой. Сильный приходит и берёт то что хочет. Слабый же откупается дарами, а значит боится. Нас посчитали слабыми.

С Империей шутки плохи. Мы полностью уничтожили мир киниксов, выжгли их укрытия на лунах, но перед этим часть инопланетян рассеялась по вселенной.

Кажется, сделай выводы, живи мирно, так нет же, при любом удобном случае мерзавцы нападали на беззащитных колонистов. Небольшие банды киниксов уничтожали то в одном месте, то в другом. Последний известный контакт произошёл лет двадцать пять назад.

Взглянув на чешуйчатую кожу мертвеца, клюв и покрытые паволокой глаза, я поднялся на ноги отряхнув колени:

- Зато теперь понятно, что произошло с жителями городка.

* * *

Шрапнель скарябала краску на и так уже повреждённом изображении на моей броне. Спрятавшись, я присел за угол, выдохнул и быстро высунувшись поймал противника в прицел.

БАХ! – тяжёлая пуля из «Ливня» угодила точно в грудь киникса. Взмахнув руками, тот выронив дробовик рухнул на спину и замер. И секунды не прошло как чья-то рука попыталась утянуть тело в темноту. Брошенная мной граната наполнила туннель пылью и криками боли.

Эти черепахозоиды были отличными бойцами - терпеливыми, упорными и крайне опасными. Мы двигались вперёд по двум параллельно идущим вниз штольням используя преимущество КПУЗДов, но каждый метр спуска приходилось брать штурмом. Призраками пещер киниксы, отлично видевшие в темноте, атаковали нас снова и снова.

- Кажется ребята мы войдём в историю, - хохотнул Баранов оттаскивая в сторону одного из раненых ветеранов из отделения Бородиной.

- С чего вдруг? – спросил Фрунзе.

- Столько киниксов за раз ещё никто не уничтожал после разрушения их планеты.

Возможно Паша был прав, но у меня времени считать убитых не было. Пусть этим занимается искусственный интеллект. Прицелившись в темноту, я дважды нажал на спусковой крючок отогнав вглубь очередного противника. Тут же вслед за ним я отправил ещё одну гранату. Хорошо, что туннели рыл огромный автоматический бур нагревавший породу и придававший прочность сводам, а иначе они давно бы осыпались нам на голову.

Слева от меня застучал пулемёт Кирсанова. Ему вторили штурмовые винтовки Лексина и Зиновьева. Тройка закадычных друзей идущая в авангарде по правой штольне опережала нас с Фрунзе и Барановым.

- Поднажмём!

Плазменная пушка на плече Светланы захлопала неожиданно. Ваш покорный слуга только и успел обернуться чтобы заметить, что одна из стен слева осыпалась и в пролом ринулись киниксы в тяжёлой броне. Пусть смешной и квадратной, пусть самодельной, но от этого не менее прочной.

Пули штурмовых винтовок рикошетили от тяжёлой доспехов ударяя в потолок. Не знаю на что там надеялся противник, но точно не на то что мы пойдём в рукопашную. На небольшом пяточке закипела схватка.

Дюжина атаковавших нас киниксов быстро поняла, что всё пошло не по плану. Чтобы спастись они просто начали швырять себе и нам под ноги гранаты.

БАМ! - взрыв на мгновение осветивший туннель швырнул меня в стену, да так неудачно, что я ударился лицевой частью о каменный выступ. КПУЗД выдержал. Дождавшись попытавшегося добить меня противника, я, используя сервоприводы защитного костюма буквально запрыгнул на киникса воткнув лезвие ножа между пластинками брони прямо ему в шею, чуть ниже подбородка.

Ветераны во главе со Светой и прапорщиком Ташковым опрокинули строй противника обратив его в бегство. Один за другим матёрый вояки ныряли в пролом в стене, а по нам уже открыли огонь из туннеля впереди.

Сорвав с пояса парочку зажигательных гранат, я бросил их в волну наступавших на нас киниксов. Наверное, я здорово смотрелся посреди пылавшего пламени паля от бедра из «Мономаха» в котором ещё оставались патроны. Длинные очереди хлестали по врагу, Баранов встал плечом к плечу слева, Фрунзе справа, а позади, положив ствол винтовки на моё плечо шла Бородина, оставшаяся с нами и не последовавшая за своими ветеранами. Уже знакомое приятное, благостное тепло снова наполнило всё тело, и я понял, что дело тут конечно же не в горячей кружке кофе, которого сейчас со мной не было.

* * *

- Личная голография и всё? Всё что мы добыли? – выпучил изумлённо глаза Салтыков спустя десять часов после боя в туннелях разглядывая изображение симпатичной брюнетки на руках которой сидел пятилетний малыш в жёлтой кепке. Женщина и ребёнок были запечатлены на фоне дома, слева стоял автомобиль, справа была видна часть пейзажа -тропинка опускающаяся к озеру.

- Что значит всё? – удивился Мамонтов взглянув на пилота (ложка с едой в его руке замерла в воздухе). – Майор, ты пилот от бога, но в розыскной деятельности явный профан.

- Объясни! – раздражённо бросил Акела усевшись на лавку в столовой рядом с Вадимом.

- Чего тут объяснять? На Чедвике у убитых нами никаких личных вещей не было. Сетчатка, отпечатки пальцев из базы удалены, татуировки и шрамы как особые приметы и то свели к чёртовой бабушке, а тут в одном из найденных нами в кладовых киниксов «Галифаксов» обнаружилась эта голофтоточка. К нашему счастью кто-то наплевал на приказы. Идентифицируем женщину с ребёнком и место где сделан снимок (тут помочь может марка автомобиля, пейзаж, который можно привязать к конкретному месту, домашний питомец на руках мальчишки) – установим папашу… или кто он им там. А потом уже привяжем его к спецназовцам пытавшемся грохнуть Рассказчицу, - коротко и ясно объяснил всё Мамонтов отправив ложку с едой в рот. – Понял?

- Да понял я. Понял, - развёл руками майор, растеряно взглянув на меня.

Я старательно прятал улыбку, кашлянув в ладонь.

Глава 47: Приезжие

Дождь мелким, но частым бисером хлестал по асфальту за спиной. В доме, возле входной двери которого мы остановились, ни одно из окон не горело, но внутри были люди. Мы это точно знали…

- Канцлер - Копалычу, - произнёс одними губами я, чувствуя на себе враждебные взгляды.

- Слышу вас, - тут же отозвался Алексей Александрович.

- Мы у двери.

- Валет, Савицкая, Лютер доложить о готовности, - тут же связался с ребятами подполковник.

- Валет на месте.

- Савицкая готов.

- Лютер весь в нетерпении.

- Отлично. Копалыч - Канцлеру!

- Ожидаем.

- Ни пуха, ни пера. Начали.

- К чёрту… - протянув руку вперёд, я ещё раз взглянул на внучку, которая с рыжими хвостиками и с розовым рюкзачком за спиной выглядела лет на десять моложе, ухмыльнулся в бороду, и постучал в дверь.

Красавица моя, вся в мамку. Только Ленка покладистая была, смирная, а эта как моргнёт чертенятами в глазах, как закусит губу зубками… тут уж держитесь. Четыре сбоку – ваших нет.

Тук-тук-тук!

В ответ никакой реакции.

- Стучи ещё, деда, - выдохнула Янка, стряхнув с капюшона заштопанной толстовки капли влаги. - Они там.

«Видок у нас конечно фирменный, декоративный. Бездомные иногда и то лучше выглядят. Целый час украшались», - подумал я, взглянув на порванные на коленке штаны.

- Да знаю, я знаю. Стучу…

Не успел я коснутся костяшками пальцев двери как изнутри раздался звук шагов.

- Кто там? – ответил низкий мужской голос больше привыкший молчать чем говорить.

- Уважаемый, нам бы господина Домитракиса увидеть, - как можно жалобнее произнёс я.

Николас Домитракис был хозяином дома, правда недвижимость свою он продал лет шесть назад и улетел с Акургала в неизвестном направлении.

Металлическая дверь тут же распахнулась, но мы никого не увидели. Разговаривавший с нами мужчина предусмотрительно оставался в темноте.

- Зачем он вам?

Сгорбившись и опустив руки к земле, чтобы уже совсем быть похожим на жалкого попрошайку-старикашку (хотя кого я обманываю, Катюша нас всех так откормила, что от рож хоть прикуривай) я осторо-о-ожно вытянул из внутреннего кармана конверт. Говоривший сделал какое-то движение в темноте, и я бы не удивился если бы узнал, что сейчас в меня целятся из пистолета.

- У меня к нему письмо от нашего общего знакомого с Виктории – 4. Мы вот с внучкой вроде как приезжие. Прилетели сюда накануне и хотели недельки две пожить у господина Домитракиса. Пока работу найдём и постоянное жильё.

- Где письмо? – требовательно спросили изнутри.

- Вот, - я протянул через порог конверт со свёрнутым пластиковым листком исписанным размашистым почерком Салтыкова, и мужская рука утянула его в темноту.

Самое забавное было то, что из дома не раздавалось абсолютно никаких звуков. Мёртвая тишина. Замерли сволочи. Ждут.

- Настоящее? Рукописное? – несколько опешил мужчина.

- Точно так, - закивал я. - Наш общий знакомый сказал так надёжнее, и господин Домитракис его почерк знает.

Секунд десять привратник молчал, а затем я услышал как взведённый курок вернулся на место. Несмотря на возраст слух у меня был отличный.

- Заходите.

Сделав первым шаг вперёд, я повернул голову к Янке и подмигнул ей. Дескать приготовься внучка, сейчас начнётся.

Как словом, так и делом. Как только дверь захлопнулась в коридоре вспыхнул яркий свет и в затылок нам с Янкой упёрлись прохладные стволы пистолетов-пулемётов. Чьи-то сильные руки развернули нас к стене и начали обыскивать. Делали это тщательно, профессионально. В этот момент «Клопы» спрыгнувшие с нашей одежды уже должны были начать свою работу – просканировать весь дом, и составить подробную виртуальную карту помещений.

Возле входной двери оказывается дежурило ещё два бойца в лёгких защитных костюмах вооружённые штурмовыми винтовками неизвестной мне марки. Это уже было необычно. Как оружейник каких только карамультуков я за долгие годы службы не видел…

Ничего, конечно, у нас не нашли - кроме мелочи, состряпанных нескорую руку документов, эмиграционной справки, стакана семечек, пары жвачек и сломанных механических часов-луковиц на цепочке. Часы я нашёл внутри старой одежды, которую Мамонтов купил в магазине для бедных, и они мне приглянулись. Починю, почищу, подарю Алексею Александровичу. Оружия у нас с собой не было, а связь… они не обнаружат, по крайней мере Мария Николаевна ручалась в этом. Передатчик, он же приёмник, собранный исключительно из органических материалов, находился сейчас в моём ушном канале. Вынимать его обратно на белый свет после операции нужды не было. Через двое суток он сам растворится, превратившись в ушную серу.

Нас быстро проверили на жучки, затянули руки за спиной пластиковыми стяжками, а затем повели по длинному коридору куда-то внутрь дома. Яночка поймала мой взгляд и нахмурилась. Всё правильно понимаешь внучка. Глаза не закрыли значит оставлять в живых не собираются.

От увиденного в комнате (да нет, скорее в маленьком зале) справа, у меня дух захватило. Куча современного оборудования среди которого были 4D-принтеры самых современных моделей. На этих штуках любое стрелковое оружие можно состряпать. А ещё тут была мощная станция связи, что в сочетании с брошенным во дворе кабелем соединённым со старой телевизионной вышкой на пустыре (скорее всего именно из-за близости к ней бывший дом Домитрикаса и был выбран) не вызывало никаких сомнений в возможности послать направленный сигнал в космос.

В комнате работало сразу несколько вооружённых людей в серых комбезах и пластинчатых бронежилетах.

«Это мы удачно зашли, - подумал я, мысленно потирая ладони. Захватим это всё и зуб даю разгадаем загадку покушения на Знаменскую. И делать то много не надо - отвлечь охрану от входа пока ребята проникнут внутрь».

Вместе с внучкой меня завели в небольшую прямоугольную комнату где из всех предметов мебели был только пустой ящик из-под солдатских пайков. На него я и сел, пока Янка нажёвывая жвачку и ловко надувая пузыри таращилась на оставленного с нами караульного - коренастого парнишку с пистолетом-пулемётом и ножом на поясе. Строила ему рыжая глазки-строила, всё без толку. Ребята были замотивированы и глупостей себе не позволяли.

- Копалыч, тяни время, - услышал я в голове голос Бестужева. – «Клопы» работают по-стахановски. Говори что-нибудь постоянно, чтобы мы видели тебя на виртуальной карте. Она вот-вот готова будет.

- Парень, а нас чего сюда привели-то? – начал выполнять приказ я. – Господин Домитракас в отъезде что ли? А как же мы? Нам бы комнатку небольшую на недельки две. Мы не стесним. Я работу быстро найду. Мастер на все руки, а внучка моя… кстати, парень, ты не женат? Приглядись-ка какая красавица!

Парень еле-ели повернул голову в мою сторону и прорычал:

- Старик, заткнись уже! А то я тебя сам затк…

Крупнокалиберная пуля от снайперской винтовки с треском пробила стену и угодила прямо в середину груди не успевшего договорить охранника. Ударившись в противоположную стену тот, уже без каких-либо признаков жизни уселся на пол разбросав в стороны ноги.

Соскочив с пола, я бросился к убитому и развернувшись к нему спиной вытащил пальцами нож из ножен. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы освободится самому и освободить внучку.

Четыре магазина каждый на шестьдесят патронов и плюс один в пистолете-пулемёте. Вот только гадство, штучка была больно скорострельная, а калибр не серьёзный. Я бы предпочёл сейчас зобуновский «Ливень», уж очень он мне нравился. Нож я тут же отдал Яночке.

- Копалыч - Валету? Как вы? – ожила рация.

- Всё отлично. Классный выстрел. Видишь меня?

- Вижу хорошо благодаря сигналу рации. «Клопы» составили карту. Один из них сейчас в большой комнате с техникой. Слушает. Стрелять пришлось потому как командир их отдал приказ вас пристрелить. Не торопятся, идут по коридору. Руководи мной. Савицкая страхует.

Вытерев вспотевшие ладони о рваные штаны, я раскрыл дверь и разложив складной приклад пистолета-пулемёта, пригнувшись, двинулся вперёд по коридору. Внучка с ножом положив мне руку на левое плечо двигалась следом.

- Копалыч, впереди за углом один. Турист.

Бросив в руки внучке оружие, я отнял у неё нож и прижав указательный палец к губам прижался к стене. Шедший убивать нас даже пикнуть не успел - укол ножом снизу под левую лопатку между пластин брони. После укола я моментально выдернул нож, ударил противника правой ногой под колено и, свалив его, нанес повторный укол ножом в грудь нажимая на кадык. В памяти встали рябиновые бусы и последний день на гражданке. Какой же я тогда был молодой и перспективный… мда.

Вернув мне пистолет-пулемёт, Янка подняла с пола штурмовую винтовку, а затем стянула с трупа пластинчатый бронежилет протягивая его мне.

- Сама надевай – оттолкнул её руку я. - Быстро!

- Вот ещё! Деда, ты впереди идёшь ты и надевай! – закусила удила внучка.

Спорить было бесполезно, и я быстро нырнул в броню.

- Копалыч, снова гости, - заставил меня собраться Павел. - Двое. Егеря.

Мы успели только пару шагов сделать как я поймал в прицел впереди парочку противников. Длинная очередь ударила по целям. Того что справа я сразу прикончил, а вот левого бронежилет спас. Прихрамывая на раненую ногу, он попытался скрыться за углом, но грохнувшая на моём плече штурмовая винтовка внучки вонзила тяжёлую пулю между лопаток пронзив броню.

- Чёрт, так и оглохнуть можно, - похлопал себя по уху я, но жаловаться было конечно глупо.

- Копалыч, ещё двое! – снова предупредил Баранов.

Но впереди мы никого не увидели, зато услышали звук катящейся по полу гранаты.

- ГРАНАТА! – непонятно кому закричал я, ловко подцепив носком ботинка металлический кругляш тут же отправившийся за угол.

БАБАХ!

Раздался протяжный крик боли, а затем по нам хлестнула очередь из штурмовой винтовки. Чудом одновременно присев мы остались с Янкой целы. Разве что за шиворот каменная крошка насыпалась.

- Валет, четыре метра правее! – сообщил снайперам я.

БАМ! – крупнокалиберная винтовка пробив стену в полуметре от меня снесла к чёртовой матери кусок угла. В отверстие я увидел распластавшегося на полу мертвеца.

- Вперёд! – сказал я Янке двинувшись вперёд.

Правда прошли мы совсем недалеко. До распластавшихся на полу трупов.

- Копалыч, принимай ещё!

На нас выскочило сразу трое. Штурмовая винтовка внучки снова загрохотала над ухом и один из атакующих рухнул на колено. Короткой очередью в голову я добил его, сменив магазин. Двое других скрылись за следующим углом.

Выбитая из стены пулями каменная крошка угодила мне в щёку и по скуле потекла капля крови.

- Валет, три с половиной метра правее!

БАМ!

Снова дыра в углу, но в ответ по нам саданула длинная очередь, пришлось даже к полу прижаться. Коридор наполнился пороховым дымом от которого хотелось кашлять.

- Валет, ещё раз!

БАМ! БАМ! – сразу два выстрела размазали скрывавшихся за углом противников, а Янка прижалась горячим лбом к моему затылку.

- Всё закончилось деда, - произнесла она, когда со стороны входа зазвучали выстрелы. Ребята капитана Лексина пошли на штурм.

* * *

- Оборудование всё выжгло, - развёл руками в сторону Мальцев. – Кто-то успел активировать ЭМИ-заряд. Я пока не пойму как это вышло, но разберусь.

- Всё зря? - спросил штурмана Бестужев пока Лексин быстро обрабатывал мне повреждённую щёку.

Света в то же время перевязывала оцарапанную осколками руку внучки. В целом мы с ней сегодня молодцы. Зря командир расстраивается не вышло в этот раз - выйдет в другой. Правда, конечно, потухшее, безжизненное оборудование в комнате у стены, даже на меня навевало тоску.

- Никакой информации не осталось. Заберём тела с собой может что удастся найти.

- Дьявол! – в раздражении Бестужев пнул валявшийся под ногами на полу пустой магазин из-за чего пластиковый прямоугольник разбился, разлетевшись на части.

Глава 48: Хорошая песня

Прямой удар кулаком в челюсть заставил противника рухнуть на пол под ноги его коллеге. Кулаки мои были окровавлены, исцарапаны о зубы и боли уже не чувствовали. Болеть будем завтра. Если выберемся…

Кирсанов, Доронин и Топорков успешно обороняли лестничную площадку сбрасывая охранников вниз по застеленным красным ковром ступеням. Мы же с Барановым, Сергеевым, Мамонтовым и Кудасовым двигались к злополучному кабинету с радиостанцией.

* * *

- Формально Веймарн-2 относится к мирам османов, но по факту они давно уже ничего тут не решают, удовольствовавшись небольшим колониальным налогом. Всё-таки мир был когда-то заселён экспедицией профинансированной Блистательной Портой, - докладывал Мальцев выводя на голопроекцию в центре стола всё новые и новые данные о пограничном мире куда нам предстояло полететь.

- Это ясно, - прервал доклад Лёши я. – Но почему ты сказал, что нам в этот раз повезло?

Сидящие вокруг Круглого стола (совещание наше сегодня происходило в библиотеке так как в кабинете у меня шёл ремонт) с любопытством уставились на Мальцева.

- Потому что нам не надо искать источник сигнала. Мы точно знаем место, город, здание и даже комнату откуда он был отправлен, - с чрезвычайно довольным видом сообщил штабс.

- Вот это да! – хлопнул в ладоши Баранов всё это время о чём-то перешёптывающийся с Гореловым.

- Как так вышло? – поинтересовался я, пока не слишком радуясь нашему везению. «Не говори гоп, пока не перепрыгнешь».

- На Веймарне-2 работают контрразведчики и они нечаянно засекли передачу пакета данных в космос пролетающему мимо кораблю, - с готовностью ответил Лёша.

- Так уж и случайно, - вставил капитан Лексин одновременно прислушиваясь о чём болтают Павел и Слава. Горелов в этот момент произнёс: «и оставалось-то до него парни всего метр с копейками…» после чего все втроём дружно заржали.

- ТИШЕ! – с напускной строгостью напустился на товарищей ваш покорный слуга, постучав рукой по поверхности рабочего стола из-за чего встроенная внутрь панель управления активировалась засветившись синим цветом. – Ну прямо как мальчишки!

При этих словах Света (единственная женщина участвовавшая в совещании) спрятала улыбку в узкой ладошке.

- Всё-всё, командир! Мы само внимание! – напустил на себя серьёзный вид Горелов пододвинув стул к столу. Лексин и Баранов сделали тоже самое, отчего уже мне захотелось рассмеяться.

- Лёша, продолжай.

- В общем на планете мощное ПВО и наши военные корабли просто так на Веймарн-2 не сядут. Мы конечно можем помощь у доваторцев попросить, они пошумят, постращают колонистов, мы возможно проскользнём, но, во-первых, это не факт, а во-вторых, поднимем тревогу…

- …что нам совсем не надо, - закончил за Мальцева я. – Ты ещё упоминал что-то насчёт запрета на оружие?

- Да, на планете очень суровые законы. Огнестрельное, электромагнитное и энергетическое оружие имеют право использовать только военные. Для гражданских охотничье и короткоствольное запрещено. Даже полиция ходит с тазерами и дубинками. Был у них там один неприятный эпизод лет сорок пять назад, и после этого всё.

- Обжегшись на молоке, и на воду дуют, - резюмировал один из командиров ветеранов прапорщик Ташков.

- Верно, - подтвердил Мальцев. – Рассказчица сказала, что на планете нас встретят и всё объяснят.

- Ну если всё объяснят, то полетели! – втянул ноздрями разжигающий аппетит запах обеда, проникавший из столовой, Баранов. – Но сначала покушаем. Калашникова сегодня обещала чебуреки по-домашнему.

* * *

- Кудасов! – представился протягивая мне руку улыбчивый круглолицый, кареглазый и немного курносый парень тридцати лет встречая нас на частной посадочной площадке за городом.

Короткие шорты, футболка с изображением воздушного шара несущегося над океаном, гражданский визор на цепочке не груди (такая же цепочка была у моей бабушки). На контрразведчика он совсем не походил, скорее на продавца на рынке или на экскурсовода. Такого который рубаха-парень и знает все самые интересные и забавные уголки осматриваемых туристами достопримечательностей. Впрочем, не сомневался, что это так и есть.

- Надеюсь не Леопольд? – непонятно пошутил Лексин смотря на свору бросившихся внутрь космической яхты вооружённых таможенников.

- Нет, не Леопольд, - посторонился чтобы не быть сбитым служивыми мужчина. - Пётр. Можно Петя.

- Что у нас тут, Пётр? – спросил я, когда спустя час, мы неслись над просёлочной дорогой на стареньком, но вместительном фургончике. – И зачем вы попросили меня взять с собой крепких парней знакомых с рукопашным боем?

- Начну по порядку, подполковник.

- Я майор.

Кудасов будто не услышав меня азартно крутя руль, продолжил:

- Сигнал был произведён из популярного среди столичных жителей ночного клуба. Называется «Млечный путь». Ностальгия по Солнечной системе. Мы это точно установили. Отслеживаем в последнее время все подозрительные сигналы здесь.

- Насколько популярен клуб? – спросил Лексин, поудобнее устраивая свою протезированную ногу на небольшом узком сидении.

- Самый популярный. Несколько тысяч посетителей за ночь.

- Не буду спрашивать для чего отслеживаете, - задумчиво произнёс я, рассматривая за окном унылый степной пейзаж. - Не моё дело. Но мне вот, что любопытно: зачем устраивать точку передачи в таком месте? Столько людей, лишнее внимание…

- Это я смогу объяснить. Тут по сути авторитарный режим. Изредка даже революцией пугают. Все мощные средства связи, СМИ, социальные сети в руках руководства. Владелец «Млечного пути» старый друг одного из влиятельных членов правительства и поэтому на собственные средства построил вышку связи. Устраивает через голокуб пользующиеся бешенной популярностью у молодёжи прямые трансляции популярных шоу и концертов.

- Внутрь конечно с оружием нельзя.

- Нельзя. Там серьёзная охрана. Мощные сканеры обнаруживающие даже пластик, роботы охраны, - автомобиль чтобы не врезаться в холмик прямо на пути резко набрал высоту. - Зато на втором, третьем и четвёртом этаже за порядком следят только люди. Некоторые из них вооружены шокерами и телескопическими дубинками, но большая часть просто крепкие, спортивные парни. Как правило бывшие военные или полицейские.

- Наша задача? – подпрыгнув на сидении я прикусил зубами язык и еле сдержался чтобы не ругнуться.

- Вам нужно будет проникнуть внутрь в роли посетителей, убедится, что в указанной комнате находятся люди, увидеть собственными глазами оборудование связи и подать сигнал группе захвата. Те изымут нужное оборудование и возьмут пленных. Кто у вас будет руководить группой захвата?

Указав на Лексина, который уже потянул руку вверх, я произнёс:

- Капитан Лексин.

- А что вообще должно располагаться в этой комнате на четвёртом этаже? – уточнил Мамонтов, которому места в салоне не хватило, и он оседлав сумку устроился на полу между Кирсановым и Фрунзе.

- По плану это кладовка без окон и второго входа.

* * *

- А ничего себе костюмчик! – довольно произнёс Кирсанов разглядывая обновки в зеркало и поглаживая себя рукой по груди. – Красиво и удобно… никогда в таких не ходил. Командир! Как я тебе? - развёл руки в стороны двухметровый старшина, поворачиваясь к Лексину.

- Во! - показал большой палец капитан. – Давай я тебя сфоткаю. Екатерине Ивановне пошлём.

В ночной клуб со мной пошли Баранов, Мамонтов, Доронин (Знахарь), Кирсанов и двое ветеранов голубоглазый Ташков – инструктор по рукопашному бою и Топорков – крепкий дядя с иссиня-чёрными волосами с искорками седины. Смотрелись последние двое настолько представительно, что я нарядил их в дорогущие костюмы от «Демидоф-Лурье» и обувь от «Саши Конти», а все остальные стали телохранителями при них. Для «Млечного пути» это было не в диковинку. Сюда приезжали отдыхать и представители элиты. Для таких даже специальный зал был. В последний момент, когда мы уже сели в автомобиль к нам присоединился Кудасов в приличном серебристом пиджаке, чёрных узких брюках со стрелками и длинноносых ботинках, не новых, но явно сшитых на заказ.

- Не знаю вашего звания, Пётр… но вы уверены, что хотите поучаствовать в операции? – не торопясь пока освобождать место контрразведчику на сидении спросил я.

- Уверен, - махнул рукой Кудасов втискиваясь внутрь. - Я тут от скуки умираю уже пару лет. Ничего не происходит. Всё ждем революции, которой я уверен не будет. Люди обожают чтобы их держали на коротком поводке и принимали за них решения.

Мы с ребятами переглянулись, но говорить ничего не стали. Лишние кулаки пригодятся. Попрощавшись с Лексиным, Зиновьевым и Сергеевым-Сатурном, которых контрразведчики снарядили пластинчатыми бронежилетами последней модели, пистолетами-пулемётами и полумасками, мы на длинном лимузине направились в центр города где и располагался ночной клуб.

«Млечный путь» снаружи светился так, что казалось освещал собой целый квартал. Толпы людей у главного входа заполонили тротуар, но мы опустили автомобиль в переулке, возле двери для VIP-клиентов. Каждый билет для нас стоил пятьдесят имперских кредитов. Месячная зарплата работяги во внутреннем мире. Что у них тут за цены?

Пройдя через сканеры у входа и миновав шеренгу роботов-охранников, мы поднялись по боковой лестнице на второй этаж и оказались в огромном зале где юные, цветущие, разряженные в пух и прах девахи подпрыгивали на месте показывая окружающим свои прелести с разных сторон. Нет, тут конечно были и молодые люди, и не совсем молодые, но девушки вели себя намного активнее заполняя собой всё пространство танцпола.

- Нам направо! – стараясь перекричать ритмично бьющее по мозгам «тынц-тынц-тынц» склонился к моему уху Кудасов. – Зал для випов там!

Словно специально в этот момент мимо нас проходила тройка охранников в строгих костюмах.

Личные коммуникаторы на запястьях охраны запиликали, и они дружно уставились в экранчики. Сначала в них, а потом удивлённо на нас.

- Канцлер – Лютеру! – раздалось внутри моего правого уха.

- Слушаю.

- Ботаник говорит личные коммуникаторы охраны только что взломали и от лица руководства отдали приказ взять вас. Они и роботов натравить хотели, но у тех железно прописано на второй этаж не заходить ни в коем случае, и они… отключились. Ошибка D43. Эвакуировать вас или постреляем?

- Толку тут от стрельбы… – лихорадочно думал я, строя версии (одна другой фантастичнее) о том, как нас вычислили. – На Акургале уже постреляли.

- Тоже верно.

- Будь готов нас эвакуировать, - наконец принял решение я, расстёгивая пуговицы пиджака и поворачиваясь к противнику боком.

- Безумству храбрых поём мы песни? – прокомментировал мои слова Лексин.

- Очень смешно. До связи.

Не успел я закончить разговор как здоровенный охранник с короткими, выкрашенными в красный цвет волосами бросился на Баранова. Паша ловко выхватил у него из пальцев пятизарядный тазер, а беднягу отправил через себя в полёт.

Красноволосый приземлился прямо на замершего за микшерным пультом робота-диджея, да так неудачно, что андроид задёргался, заискрил, задымил и отключился. Музыка на мгновения замолчала, что заставило танцующих разочаровано замереть на месте, со всех сторон зала раздалось противное шипение, а затем заиграла гитара и мужской голос запел на русском:

Ваше благородие, госпожа разлука, мне с тобою холодно, вот какая штука. Письмецо в конверте погоди - не рви... Не везет мне в смерти, повезет в любви…

«Странный выбор для ночного клуба», - подумал я, не столько осуждая робота-меломана, сколько восхищаясь им, когда из коридора, на который мне несколько минут назад указывал Кудасов, выскочила сразу пара громил вооружённая телескопическими дубинками.

Тем временем Баранов разрядив трофейный тазер в коллег нокаутированного им охранника бросил электрошокер мне. За что я ему и был премного благодарен. Пара нажатий и агрессивно настроенные, спортивного вида мужчины дёргаются на полу. Хорошая штучка, неоднократно видел её, много слышал, но самому применять не приходилось.

Отдав тазер контрразведчику, я с Мамонтовым вооружился дубинками. Нам так было привычнее.

- На четвёртый этаж! Держим темп! – приказал я бросаясь вперёд.

Очередной летевший по лестнице вниз охранник получил заряд в пах и пересчитал задом ступени как раз тогда, когда мы по ней поднимались. Тем временем душевная песня за спиной продолжалась:

Ваше благородие госпожа чужбина, жарко обнимала ты, да мало любила. В шелковые сети постой - не лови... Не везет мне в смерти, повезет в любви.

- Музычка хорошая! – заявил Кирсанов похрустывая кулаками и осторожно отодвигая меня в сторону. – Сейчас, Алексей Александрович мы покажем им как родину любить надо…

Кулаки и дубинки заработали уже спустя несколько шагов потому что на нас накинулась цела толпа охранников. Первые трое хотели проскользнуть мимо старшины-богатыря, но тот не позволил им. Одного из противников он сбил ударом ноги в грудь, второго, пробегавшего мимо с тазером в руке справа схватил за вторую руку и легко, будто это игра какая-то ударил им того, что пытался проскочить слева.

Вылетевший из руки шокер подхваченный Кудасовым заплевался электрическими зарядами в несущихся к нам охранников, чей-то кулак попытался врезаться мне в челюсть, но классический бросок через бедро и добивающий удар упавшего локтем в шею, помогли мне одержать победу в столкновении.

Кто-то с криком перелетел через меня врезавшись в пальму в кадке. Кого-то метнули в торговый автомат с газировкой и соком из-за чего жестяные баночки начали весело выскакивать из раздатчика попадая под ноги сражающихся и периодически взрываясь разноцветными фонтанами.

Мамонтов рядом получил чувствительный удар ногой в грудь, но это не только не остановило Вадима, наоборот, он, покраснев от гнева вырубил сначала посмевшего напасть на него, а потом нанёс смачный удар ногой между ног его товарищу.

Отбросив бесполезный тазер, Кудасов швырнул в стену одного из противников и закричал:

- Чтобы добраться до четвёртого этажа нам надо полностью, из конца в конец пройти третий!

- Ясно-понятно, - пробурчал себе под нос я, уклоняясь от нацеленного мне в голову ботинка 59-го размера, ставя блок от удара кулаком в бок и шлёпая одного из охранников ладошками по ушам отчего тот заорав скукожился на полу.

Отшвырнув второго моего противника в стену, Баранов тут же нанёс ему мощный хук в голову, в следствии чего бедняга сполз по дорогим обоям оставляя на их поверхности кровавый след.

Мы снова шагали по коридору. Музыку внизу было слышно хуже, но я всё равно различал каждое слово:

Ваше благородие госпожа удача, для кого ты добрая, а кому иначе. Девять граммов в сердце постой - не зови... Не везет мне в смерти, повезет в любви.

«И правда отличная песня! Жизненная!» – подумал я, жалея, что раньше её не слышал.

Кирсанов расшвыривал охранников и те как тряпичные куклы разлетались по сторонам, Доронин и Топорков своих тоже не жалели, но и другим работы поверьте хватало. Мы упорно двигались вперёд, оставляя за собой стонущих от боли противников.

Когда лестница на четвертый была преодолена, не без проблем (я лично получил дважды дубинкой по спине и кулаком в левый бок) почему-то взгрустнулось из-за того, что не услышу окончание той классной песни. И в этот же момент Мамонтов вытирающий кровь из разбитого носа гнусаво, но вполне разборчиво напел:

Ваше благородие госпожа победа, значит, моя песенка до конца не спета! Перестаньте, черти, клясться на крови… Не везет мне в смерти, повезет в любви…

У меня от услышанного будто второе дыхание открылось. Удары градом сыпались на нас, но мы двигались вперёд одерживая одну победу за другой.

Ещё немного, ещё чуть-чуть и вот нужная нам дверь, а там… забитая оборудованием комната и двое мужчин. Бинго!

- Забираем их! – приказал я беннигсенцам позади, отправляя в страну грёз замершего у входа шатена с короткой стрижкой и сбритыми как у пилотов шагоходов висками. – Кудасов! Жёсткие диски и другая необходимая нам хрень на тебе…

Глава 49: Доброй охоты

Взглянув через электронный бинокль на площадь перед парком развлечений внизу, я привычно пробежался взглядом по толпе ища сотрудников спецслужб выслеживающих свою цель. За годы работы в контрразведке даже опытных сотрудников наружки я чувствовал нутром.

- Да нет тут никого, Сергеев, - хорошо зная меня произнесла в наушник Знаменская. - Противник наш опытный и появится в самый последний момент. Хвостиком за пассией Реймы Хейккела приползут.

- Как ему удалось скрыть существование подруги и ребёнка от своих нанимателей? – произнёс в закреплённую на шее гарнитуру я, клавишей на бинокле подключая самостоятельно настроенные мной фильтры видоискателя. Сначала искусственный интеллект показал одиночек, которым вроде бы тут нечего делать, а потом подсветил бесцельно слоняющиеся возле входа в парк парочки.

- Вряд ли он это сделал специально, - хмыкнула Мария Николаевна. - Он учился в университете на Торвальдсе-2. Кристина Перва – третьекурсница-агроном прилетала туда на каникулы в гости к деду – инженеру работающему на одной из насосных станций качавших тиберий. Там и познакомились. Был короткий роман, яркая ссора и всё. Наш Хейкелла улетел на Черчилль, потом на Бисмарк-4, а Перва перебралась сюда на Фракасторо-3. Работает на крупный сельскохозяйственный холдинг.

- Я-я-я-ясно, - произнёс я, рассматривая заинтересовавшего меня типа в толстовке со свёртком под мышкой скучавшего возле фонтана в виде бронзового циркового слона на спине которого раскинув руки замерла девочка-балерина. – Ан нет, отбой. В свёртке цветы, пришёл на свидание… а вот и дама его сердца.

Мария Николаевна, зная, что я всё равно её слушаю продолжила рассказ:

- О существовании двенадцатилетнего сына наш гений физики узнал пару лет назад. У ребёнка в графе отец - прочерк. По социальным сетям Кристина с Реймой не общаются это и сохранило их тайну и позволяет ему несмотря на популярность среди розыскных листов спецслужб встречаться с ребёнком. Он хорошо тут устроился. Сделал пластическую операцию в подпольной клинике, документы себе приобрёл отличного качества, целую легенду вызубрил. Работает в одной из биологических лабораторий младшим научным сотрудником. На хорошем счету, между прочим.

- Он же вроде физик? Что он в биологии понимает? - вмешался в нашу беседу попивавший в углу гостиничного номера кофеёк из кружки с двуглавым орлом, недавно вышедший из госпиталя Маяковский.

- Физика в физических лабораториях искали бы прежде всего, - на удивление терпеливо объяснила штабс-капитану Знаменская (она вообще после Чедвика к штабсу стала относится мягче, наверное, на неё произвело впечатление его готовность к самопожертвованию). - А тут и специальность другая и профиль с ЭМИ-оружием никак не связан. Жить захочешь и биологию выучишь. Понятно?

- Так точно, госпожа полковник! – отозвался здоровяк закрепляя на запястье командирский планшет.

- Вольно. Не на плацу, - коротко просила по внутренней связи Знаменская. – Сергеев, его нужно взять живым. Чует моё сердце именно Рейма Хейккела стоит за разработками ЭМИ-бомбы вырубавшей наши КПУЗДы. К тому же он в бегах. От кого конкретно прячется я пока не выяснила, но ищут беднягу и Конфедераты и Порта, и даже Синдикат. Специалист такого класса всем нужен.

- Мария Николаевна, а как вы на него вышли? – ещё раз пробежавшись по толпе людей внизу я немного успокоился и отложил бинокль в сторону.

- Повезло. Все хорошие пластические клиники у нас под колпаком. Думаю, этого объяснения достаточно?

- Видно не только у нас, ведь его всё-таки нашли, - взяв протянутую штабс-капитаном кружку с чаем я дополнительно бросил в неё пару кусочков сахара. С детства люблю только сладкий.

- Не исключаю этот вариант, - отозвалась Знаменская, - но вряд ли. Я постоянно провожу негласные проверки агентов. Ненадёжных устраняем. Он где-то ещё прокололся. Начал часто появляться на людях. Забыл, что шила в мешке не утаить. В общем пока ребята Бестужева проверяют источники сигналов мотаясь по Периферии, мы должны взять Хейккела. Может быть тогда сразу выяснится кто с нами играет.

Последние слова Мария Николаевна произнесла с явным акцентом. Уж я-то знал, что за своих убитых людей Рассказчица обязательно почитается.

- Жаль, что мы в людях ограничены, - попытался сменить тему я с наслаждением сделав глоток крепкого травяного чая.

- Жаль. Однако запомни Кристина и её сын, не твоя забота. Я уже послала людей за ними. Как только Хейккела нагуляется с сыном в парке, мы их возьмём по пути домой.

- Не исключаете возможность что наш противник попытается сделать тоже самое? – снова вмешался Маяковский застёгивая под мышками крепление «Богомола» - лёгкого экзоскелета оборудованного пневмоусилителями и сервоприводами. Классная между прочим штука. Военная разработка в глаза не бросается в такой можно гулять по городу.

- Не исключаю, штабс-капитан. Поэтому и послала хорошо вооружённый отряд. Ваше же задача физик. Ведите его, выжидайте нужный момент, но помните он сумел скрыться от своих хозяев и всегда начеку поэтому слишком долго с захватом тянуть не надо.

- Кто у нас за рулём? – спросил я, допивая чаёк и раскладывая перед собой боеприпасы «Рюрика» - компактной штурмовой винтовки с раскладным прикладом. Я с такой ещё в учебке бегал. Классика не устаревает. Правда здесь приклад из прочного углепластика, цевьё с рёбрами чтобы рука не скользила, расширенный магазин и новенький оптико-электронный прицел.

- Олег Бодров.

- Он же аналитик! – удивился я, вспомнив круглую, добродушную физиономию поручика.

- Ну и что? – парировала Знаменская. - Стажировку полевого агента проходил. К тому же водила и пилот классный. Летает и ездит на всём что имеет двигатель.

- То есть нас трое? – проверив работу затворной рамы и флажкового предохранителя я присоединил к «Рюрику» магазин. - Ваш покорный слуга, Маяковский и Бодров? Олег ведёт мы берём?

- Трое это мало, Сергеев, - где-то на заднем фоне я услышал пиликание открывающегося электронного замка из чего сделал вывод, что Мария Николаевна разговаривала со мною на ходу. - Ты же знаешь по правилам оперативников должно быть минимум четверо. Поэтому я усилила вас. Будешь мне благодарен.

Надев разгрузочный жилет поверх чёрной водолазки, я начал заполнять кармашки запасными магазинами.

- Благодарен, это значит мы работаем с кем-то из Борзых?

- Угадал подполковник. С одним из лучших. С Малеевым.

- Я никакого Малеева не знаю, - секунду подумав я сунул в карман наброшенной поверх «Богомола» куртки гранату. Увидев это, Маяковский сделал тоже самое. Мария Николаевна же тем временем что-то кому-то сказала, а потом ответила на мой вопрос:

- Не знаешь потому что он не в штате. Мы привлекаем его только в крайних случаях.

Для читателей, наверное, нужно сделать пояснение. Борзые, названные так в честь знаменитой породы охотничьих собак, были специалистами экстра-класса используемыми Имперской контрразведкой для преследования и поимки объекта. Хорошие зрение, великолепная физическая форма, психическая устойчивость и боевые навыки были для Борзых обязательными. Если такой упадёт к тебе на хвост – пиши пропало. Знал я парочку ветеранов прославившихся тем, что выполняли задачу в одиночку после гибели основной группы. Мотивы полковника ясны – если мы погибнем в противостоянии с конкурентами. Этот Малеев сделает свою работу.

- Да, и, кстати, Малеев это не фамилия, это позывной, - сделав паузу пояснила Знаменская. - Сергеев, он сейчас за вашей дверью, открывай познакомитесь. Тук-тук-тук…

Удивлённый не свойственной для Знаменской театральностью, я распахнул дверь, чтобы увидеть на пороге двоих человек. Ну первым ясно-понятно был Бодров, он при моём виде чуть каблуками не щёлкнул, но потом вспомнил правила работы оперативных агентов под прикрытием и расслабившись протиснулся внутрь номера, а вот второй меня немного удивил.

Передо мной стоял русоволосый мужчина с короткой причёской, среднего роста, лет сорока, плюс-минус пара-тройка лет. Почти не заметная из-за цвета волос седина на висках, серые глаза с прищуром, хорошо развитые скулы, совсем даже не спортивного телосложения (мне даже показалось, что под курткой небольшое брюшко имеется). В целом на волкодава, какими являлись Борзые совсем не походил.

Малеев сделал шаг внутрь, закрыл за собой дверь, опустил сумку на пол и озорно подмигнув мне протянул узкую, крепкую ладонь:

- Давайте познакомимся, подполковник. Я Виктор.

Штабс-капитан Маяковский за моей спиной прыснул от смеха, а я даже не понял почему.

Глава 50: Девочка на скамейке

Белые облака лениво, иногда надолго замирая на месте, чтобы полюбоваться раскинувшимися внизу кварталами города, ползли по пронзительно голубому небу. После обеда жара спала и с розово-красных вод океана начал дуть освежающий ветерок. Покинув свой наблюдательный пункт в гостинице, я находился внутри уютного сувенирного магазинчика прямо напротив Парка развлечений.

Конечно не будь на Фракасторо-3 запрета на частные дроны задача наша выглядела бы намного легче. Впрочем, сейчас на цивилизованных мирах это было нормой. Мало ли что разнюхивают вокруг маленькие роботы шпионы.

- Пепел – Каштану, - вышел на связь Бодров уже полтора часа расстреливавший мишени в тире помещавшийся как раз неподалёку от выхода из Парка (в своём нелёгком деле поручик прилежно старался мазать и изображать досаду). - Хейккел с сыном сейчас выйдет на площадь. Им на встречу идёт Кристина Перва. А она ничего, симпатичная…

- Пепел-Маузеру. Наши соглядатаи появились, - ожил штабс-капитан Маяковский пунктом наблюдения которого стал маленький рыночек рядом с автомобильной стоянкой. – Девушка-брюнетка с мороженным и её парень в красной кепке возле фонтана.

На этих людей я тоже обратил ранее внимание, но точной уверенности что они ждут наш объект у меня не было. До сего момента. Уж больно грамотно они вели себя сидя спиной к Парку. Ни взгляда в нужном направлении, ни поворота головы. Профессионалы.

- Маузер, Каштан, Малеев-Пеплу, - медленно произнёс я, наблюдая как меняется вроде бы хаотичная картина на площади. Люди спешили по своим делам, болтали, смеялись, кто-то разговаривал по личному коммуникатору, повсюду бегали дети и всё-таки намётанному взгляду сразу было видно, что никакого беспорядка нет, фигуры на шахматной доске пришли в движение. - Мужчина с синим рюкзаком за спиной и девушка в полосатом платье и с жёлтой сумочкой через плечо на три часа.

- Пепел-Каштану. Парочка туристов в шортах и футболках достающих расспросами робота-билетёра на шесть часов, - сообщил Бодров вальяжно вышагивающий на почтительном расстоянии от Хейккела с сыном – нескладным подростком с длинными худыми ногами.

- Это всё команда наружки, - успокоил ребят я. - Сейчас они последуют за нашим гением и как только его можно будет брать растворятся в толпе передав эстафету оперативникам.

- Пепел-Малееву, - где находился новый член нашей команды я не знал, но думаю его учить только портить. – Если вы про оперативников, то они уже здесь. Серый фургон с рекламой строительного магазина «Леонардо» за углом площади. Внутри шесть вооружённых человек плюс водитель. Оранжевый «Добсс» на другой стороне улицы, ещё четверо бойцов. Мужчина в кожаной куртке и шлеме на зелёном ховербайке в переулке возле моста.

«Молодец, работу знает», - подумал с уважением я, наклоняясь над заинтересовавшей меня в витрине безделушкой. Малеев оказывается все окрестности пробежал пока мы были привязаны к выходу из Парка.

- Одиннадцать человек. Ничего себе группа захвата, - произнёс вслух Бодров. – Всё, подросток с матерью. Прощаются, уходят.

- Теперь они проблема людей Рассказчицы. Маузер встречай объект на стоянке, - развернулся на носках к выходу я. - Там его автомобиль. Зелёная «Мария-Тереза».

Приветливо кивнув хозяину магазина – усатому старичку в старомодном шерстяном свитере с красной бабочкой, я поставил на прилавок перед ним бронзовую фигурку девушки на скамейке. В руках откинувшейся на спинку малышки была раскрытая книга. Статуэтка входила в ладонь и такие штучки просто обожала моя дочь. Почему-то в этот момент мне подумалось, что девочка никуда не торопится, не бежит, да и книга наверное интересная. Так бы и сел рядом с ней.

- Приходите ещё, - попрощался помахав мне вслед старик, когда колокольчик над раскрытой дверью магазинчика звякнул.

- Объект прошёл мимо стоянки. Пошёл на трамвай, - вдруг сообщил Маяковский. Это заставило меня не слишком вежливо хлопнуть дверью и нырнуть в поток прохожих на трутуаре.

Сморщившись, я ускорил шаг, отчего штурмовая винтовка под курткой начала стучать по рёбрам касаясь только недавно зажившей раны, полученной на Чедвике.

- Решил проверить следят ли за ним, - авторитетно пояснил всем Малеев.

- Соблюдаем осторожность пока наружка следует за Хейккелем. Как только они исчезают это сигнал оперативникам действовать. Мы должны помешать им. А ещё лучше опередить, - вырвавшись с площади и перестав опасаться врезаться в гражданских, я благодаря экзоскелету увеличил скорость.

- Вряд ли получится опередить, нас мало, - возразил Малеев.

Замечание это я оставил без внимания. Надвинув на лоб визор я изучил возможные маршруты трамвая на который собирался сесть физик.

- Кто идёт впереди наружки? – пальцы мои бегали по виртуальной клавиатуре.

- Они меняются, но на своё место периодически возвращается девушка с мороженным, - доложил Маяковский.

- Самая опытная, - решил я. - Следим за ней. Она должна что-то сделать чтобы отдать сигнал.

- А почему не по внутренней связи, - полюбопытствовал Бодров. - Мы же разговариваем?

- Потому что мы пеленгуем все подозрительные переговоры, - спокойно, без эмоций ответил Малеев.

- А они?

- А они слава богу нет.

- Каштан, много лишних вопросов, - нырнув на параллельною улицу я ещё прибавил скорость. Для этого мне пришлось синхронизировать визор и «Богомол» всё-таки я был на городской улице, а не в поле. Искусственный интеллект устройства помогал избежать столкновений, помогал огибать препятствия.

- Объект сел в трамвай. Движется к центру. Виду наблюдение, - сообщил Маяковский, а я подумал, что здоровяку приходится всеми силами мимикрировать к окружению, что при его комплекции не так уж и легко. Однако этого не избежать, именно штабс-капитан должен задержать Хейккела.

- Преследую трамвай на автомобиле, - в свою очередь доложил Бодров.

- Следую за объектом на ховербайке, - сообщил Малеев.

- О как! – хохотнул штабс-капитан. – Значит их уже десять. Молоток!

Напутешествовался наш гений только через двадцать две минуту. Покинув трамвай, Хейккел постоял сначала возле одной витрины магазина, потом возле второй, задержался за углом, зашёл и тут же вышел из бара. Никто на его трюки не попался и физик успокоившись, купив у робота-продавца сладкую вату ярко-зелёного ядовитого цвета на палочке двинулся в сторону «Моста курфюрста». Над сооружением, и под ним, бесконечным потоком мелькали пролетающие машины и автофуры. Надо сказать, что горожане старинную достопримечательность не любили из-за потоков воздуха пролетающих мимо автомобилей предпочитая оказываться на другой стороне квартала при помощи пневматического лифта, трубы которого были переброшены под мостом.

- Встречу объект на другой стороне воспользовавшись лифтом, - сообщил штабс-капитан.

- ВНИМАНИЕ! Девушка с мороженным уронила рожок под ноги, - сообщил Бордров паривший над нами. – Наружка уходит!

Вырубив экзоскилет (горожане так и сновали повсюду), я рванул вперёд на своих двоих.

- Это сигнал! ВПЕРЁД! ВПЕРЁД! Каштан кровь из носа, но ты должен быть на своём автомобиле на другой стороне моста. В аварию мне не попади!

Стараясь не сбить дыхание (кто знал сколько нам ещё бегать придётся), я нёсся сквозь толпу к мосту.

Так вышло, что оранжевый «Добсс» сел всего в десяти шагах впереди. Выскочившие наружу четверо мужчин не скрываясь вынимали из-под одежды пистолеты-пулемёты с глушителями. Не обращая на меня внимания, они бросились к ступеням ведущим на мост.

Расстегнув молнию куртки на груди, я, одновременно снимая оружие с предохранителя передвинул «Рюрик» с бока на грудь и прижав приклад к плечу трижды нажал на спусковой крючок.

Голова крайнего оперативника дёрнулась, пробившая череп пуля вылетела наружу облачком брызг крови. Его товарищ рядом получил ранение в левое плечо и ничком рухнул под ноги бегущим. Ещё один был ранен мной в бедро. Три из четырёх, хороший результат. Если бы противники не носили экзоскелеты подобные моему «Богомолу» точность была бы выше и сейчас бы я остался один на один с последним стрелком.

Схватив за шиворот раненного в плечо, квадратный здоровяк с глубоко посаженными серыми глазами - единственный не пострадавший от меня, тут же утянул товарища за мемориальную табличку рассказывающую о создании моста в каком-то там кучерявом году. Раненый в бедро, прихрамывая укрылся за массивной клумбой с цветами не забыв выпустить в меня длинную очередь из пистолета-пулемёта.

- Маузер, Малеев-Пеплу. Пассажиров «Добсса» задержал. Минус один. Веду бой. Как у вас там?

Моим укрытием стал автомобиль оперативников. Стёкла над головой с громким хлопком лопнули и посыпались мне на голову. Вокруг раздались пока ещё немногочисленные крики гражданских.

- Фургон высаживает людей прямо на мост. Наш объект кажется понял, что к чему. Вступаю в огневой контакт! – доложил Маяковский и я тут же услышал «бум-бум-бум» его компактного пулемёта.

Вырвав из кармана мини-дрон (теперь плевать уже на запреты), я метнул его с моста. Активирующийся в воздухе «Чиж» резко набрал скорость начав транслировать картинку мне на визор.

Все шестеро пассажиров серого фургона были уже на мосту. Хейкелл всё ещё не выбросивший сладкую вату на палочке рухнул на землю и закрыв голову руками замер на каменных плитах. Маяковский строчил короткими очередями из пулемёта стараясь прижать противника к земле. Противник огрызался короткими очередями в ответ стараясь не навредить объекту. Но это всё ерунда рано или поздно какая-нибудь шальная пуля сделает своё чёрное дело. Оглядевшись вокруг и убедившись, что гражданских нет, я бросил в табличку гранату.

БАМ! – взрыв сорвал с креплений чугунную плиту разорвав её надвое. Один из кусков размозжил грудь раненому мной, второй отбросил к ступеням квадратного оперативника. Длинная очередь из штурмовой винтовки достала его. Опрокинувшись на спину, противник, шаря рукой по груди захлёбывался собственной кровью. Пара секунд и глаза его остекленели.

На мосту вместо коротких очередей начали звучать длинные. Сменив магазин, я дослал патрон в патронник и врубив экзоскелет на полную мощность оказался прямо за спиной стрелка с прострелянным бедром. Наверное, со стороны это было похоже на телепортацию.

ПУМ! – вырвавшаяся из глушителя пуля снесла верхнюю часть черепа бедняге, а я даже не останавливаясь рванул на мост наблюдая через камеры «Чижа» уже ожидавшего нас на месте Бодрова, и ликвидировавшего четверых из шестерых противников Маяковского. Штабс-капитан был мастер своего дела и службу начинал в одном из штурмовых егерских подразделений. Сам видел у него нашивку со словами: «Промахнулся в цель – убил товарища».

- Маузер-Пеплу! Прекрати огонь, я на мосту, - проорал я, перепрыгивая через распростёртые лицом вниз тела в луже крови. – Сделаю сам…

ПУМ! ПУМ! - «Рюрик» дёрнулся дважды после чего всё было кончено. Отпустив оружие, свободно повисшее на тактическом ремешке на груди, я отключил «Богомола» и с самым добродушным выражением лица, глядя на побледневшего Рейму, выставил руки с раскрытыми ладонями вперёд. Маяковский проделал тоже самое.

Физик некоторое время смотрел то на меня, то на штабс-капитана, а затем сжав кулаки до побелевших костяшек вскочил на ноги.

- Я БОЛЬШЕ ТУДА НЕ ВЕРНУСЬ! – истерично заявил он, отшвырнул наконец сладкую вату на палочке в сторону, и… удивил так удивил - бросился вниз с моста рыбкой.

- ТВОЮ МАТЬ! – только и произнёс я, что-то не припоминая в досье Хейккеля информации указывающей на склонность к самоубийству. Там всё было ровно наоборот.

Вместе с Маяковским, не сговариваясь, мы бросились к перилам моста через которые перемахнул физик дабы убедится в его смерти, и в полной нашей некомпетентности как контрразведчиков. Однако, увидели мы внизу повисшего на тонком металлическом тросе Малеева.

Борзой сделал трепыхавшемуся в его объятиях физику укол, затем надёжно пристегнул его к себе (заботливо смахнув нитку слюны, побежавшую изо рта), и задрав голову вверх, также как при первой встрече, подмигнул мне:

- Поймал. Никуда не денется. Поднимайте наверх, а то тут дует…

Глава 51: Через тернии к звёздам

Просто ничего не бывает. Просто это для слабаков. Да?

Покидали мы «Млечный путь» через крышу. Кудасов об этом заранее побеспокоился и с соседнего здания – жилой шестиэтажки (построенной в начале века) нам кто-то заранее протянул раздвижной мостик. Хороший такой, крепкий.

Только меряя шагами металлическую ленту раскинувшуюся над переулком я понял как вымотался. Нет, мотивации у меня был вагон и маленькая тележка. Для чего всё это мы делали тоже ясно. Люди на Периферии смотрели на «Беннигсен» как на чудо богатырей, освободителей, если хотите. До сих пор помню глаза Горелова и Лексина когда одна милая бабуля со спутника Сикорского-3 принесла нам в благодарность в местный штаб противень горячих пирожков с малиной. Чёрт побери! С настоящей малиной! Сдобное тесто так вкусно пахло. Ммм, слюнки текли! «Это вам сынки в благодарность. Давно ждали наших, имперских». У взрослых, здоровых мужиков глаза от умиления на мокром месте были. Вот только особист наш, Муравьёв, вкуснятину эту есть не позволил. Сказал: «Вдруг отравленные». Сволочь конечно, с одной стороны, а с другой молодец, выписал ему премию.

- Командир, нас преследуют! – сообщил Мамонтов пропуская мимо себя Знахаря тащившего словно гроздь бананов сразу двоих пленных. Чтобы те не создавали проблем Кудасов обколол их какой-то забористой дурью. Кажется, у этого малого всё было под контролем.

Обернувшись, я убедился, что Вадим прав. На крышу «Млечного пути» выскочила группа вооружённых людей. Кто бы сомневался, что не уйдём без проблем. Вот только ноги были как ватные, а голова гудела. Ваш покорный слуга всё надеялся, что у него вот-вот откроется второе дыхание, но видать «старикам» оно не положено. В конце концов полтинник не за горами.

Первые короткие очереди ударили вслед когда мы пересекли мостик сбросив его к чёртовой матери вниз. Внизу что-то брякнуло и разбилось. По-моему, повредили чей-то авто. Пардон мужики, не до сантиментов. Шлите чеки – оплатим.

- Цок-цок-цок! - металлические шарики защёлкали по стенам выбивая облачка пыли. Мы тоже сейчас были при оружии - в комнате связи в металлическом ящике нашлись шесть пистолетов-пулемётов «Ягуар» - старая, но надёжная машинка, до сих пор стоящая на вооружении в армиях ряда стран из-за своей простоты и неприхотливости (ну а что вы хотели дубинка, которой я орудовал всё это время, погнулась). Забавно, что у патронов был исключительно чёрный цвет герметика.

И всё-таки сейчас нам главное не перестрелки устраивать, а спустится по подъезду во двор, а там нас должны ребята в фургоне ждать.

Прыгая вниз по ступенькам, наша компания надеялась опередить противника. Понимали, что вряд ли удаться, но ветер свистел в ушах.

- Лютер – Канцлеру! – ствол моего пистолета-пулемёта осторожно высунулся из подъезда ища цель и не находя её.

Лексин, к сожалению, мне не ответил. Эфир бы абсолютно пуст. Капитан то ли специально отключился, то ли нас целенаправленно глушили.

Друг за дружкой мы вывались в проулок. Мимо прошествовал чопорный робот слуга прогуливающий заплетённую лентами болонку. Собачка с удивлением уставилась на тащившего пленных Знахаря.

Сбросив дорогой пиджак под ноги, Баранов закатал рукава белой рубахи, поправив на груди разгрузку забитую магазинами от пистолета-пулемёта. То же самое сделали Мамонтов, Топорков и Ташкво. Кирсанов пиджак не бросил, наоборот, осторожно погладил его ладонью, только пуговички все расстегнул для удобства. Вереницей, на расстоянии вытянутой руки, мы двинулись вперёд не обращая внимание на лужи мостовой. Оказывается, во время наших приключений внутри клуба прошёл настоящий ливень.

- К нам сразу две машины направляются! Под завязку забиты людьми! Сейчас сядут, - быстро протороторил Кудасов и круглые щёчки его покраснели.

- Откуда знаешь? – спросил я, поднимая голову в небо и щёлкая переводчиком огня.

- Птички напели, - только и сообщил уперев раскладной приклад в плечо Пётр.

До стоянки нам оставалось метров тридцать не больше, когда очередь из штормовой винтовки прошила асфальт прямо перед моим носом.

- ОГОНЬ!

Не знаю на что рассчитывал противник, но вскинутые вверх стволы шести «Ягуаров» под завязку заряженные патронами с сердечником из твёрдого сплава на основе карбида вольфрама в идеале пробивающие стальную плиту толщиной шесть-семь миллиметров на дальности до двухсот пятидесяти метров не оставили атаковавшим ни малейшего шанса.

Пошедший на посадку «Гарибальди» (фургон сейчас больше напоминал швейцарский сыр, который обожала моя покойная супруга) вздрогнул, повернулся на бок, а потом чугунным утюгом просто рухнул вниз взорвавшись при столкновении с поверхностью и обдав нас волной горячего воздуха. «Видать внутри знатные гостинцы были», - подумал я, покидая укрытие и переступая через обгоревшее, дымящиеся тело.

Взрывной волной от испарившегося фургона второй автомобиль – восьмиместный зелёный «МАХ» был отброшен в стену дома, но водителю удалось посадить машину на мостовую прямо под парящим в воздухе информационным экраном демонстрирующим сейчас какую-то молодёжную рекламу с газировкой, длинноногими красотками и пляжами. Из салона наружу выбралось сразу семеро человек, вот только прицельно стрелять они в нас не смогли - ребята уже сократили дистанцию и атаковали противника.

Кирсанов, в руках которого «Ягуар» выглядел бы настоящей игрушкой, скорее даже брелком, бросил первого встреченного им бойца со штурмовой винтовкой в витрину магазина. Во все стороны полетели осколки, а Серёжа уже завладел оружием бедняги – портативным лёгким пулемётом «Мist» штатовского производства. Баранов, Ташков и Мамонтов врубились внутрь рядов атаковавших нас и редкие, неприцельные одиночные выстрелы всё что успел противник. Засверкали ножи. Схватки на коротке, вроде бы бесполезная стрельба от бедра и по ногам были обязательными в нашей подготовке. Помню оказавшись среди Корсаров я удивлялся кому это вообще нужно… Что сказать? Все ошибаются.

- Канцлер – Лютеру! – раздалось у меня в наушнике из-за чего с плеч прямо груз свалился. - Мы на подходе, видим вас. Бросайте всё и к нам!

Старенький кудасовский фургон раздавив какой-то ховербайк плюхнулся на асфальт всего в сотне метров от нас.

Легко сказать бросайте всё. Бросить можно когда это лишнее, а когда совсем не лишнее не бросать надо, а собирать. Вместе с Кудасовым мы быстро сгяли с тел поверженных противников оружие и боеприпасы. Даже снарягу: разгрузки, тактические ремешки, пару-тройку пластинчатых бронежилетов прихватили, и уже нагруженные, под завязку, запрыгнули в тёплые объятия Лексина.

- Ну как вы? – рука капитана заботливо поддержала меня под локоток, что меня даже на мгновение развеселило и я вроде как почувствовал себя лучше (хотя ноги всё ещё гудели, а сбитая на костяшках кулаков кожа саднила).

- Отлично. Не видишь, что ли? – то ли с иронией, то ли с сарказмом бросил я, опуская свой груз на пол. - Чёткий запрет власти на оружие смотрю работает тут отлично.

Тем временем фургон под управлением Зиновьева заложил изящный круг над влажными от влаги крышами домов направляясь к загородному космопорту где нас ожидал корабль.

Залив медицинской пеной (тут же покрывшей ранки плёнкой) разбитые руки, я даже будто почувствовал вкус сдобы во рту. Опять на память мне пришли пирожки с малиной.

ШИИИХ! – огненная черта прочертившая ночное небо вернув меня в реальность. Атаковали нас тогда, когда впереди уже показались загородные домики и поля на которых работали сельскохозяйственные роботы. Каким-то чудом Зиновьев сумел в последний момент вильнуть в сторону и выстрел из ПЗРК достал наш фургончик лишь осколками, тем не менее повредив двигатель.

Фургон чихнул раз, другой, из капота вверх ударила струйка пара и под дружные матюги мы рухнул прямо на маленькую площадь сбив бронзовую статую какого-то мужичка в пенсне и костюме. «Исаак Кромбальдини – человек победивший время!» - прочитал я на расколотом мраморном постаменте окончательно почувствовав себя вандалом.

Что касается остальных то ушибы, ссадины, но все слава богу были живы.

- Дьявол, что теперь? – ловко закатав штанину на колени, спреем обезвредив рану, Мамонтов сделал себе инъекцию обезболивающего.

Знахарь в этот момент словно с детьми малыми возился с пленными. Им тоже досталось, но так как они находились в блаженной прострации жалоб не последовало.

- До космопорта рукой подать! – пальцы Лексина мелькали по виртуальной клавиатуре командирского планшета. - Сядем в первый попавшийся корабль и в космос! По крайней мере попытаемся.

- Собьют нас нахер, Саша, - проверив исправность оружия я забросил за спину одну из штурмовых винтовок рассовывая по кармашкам трофейной разгрузки забитые патронами магазины.

Интересно что Кудасов молча делал тоже самое. Хм, с нами собрался? А ведь мог бы уже растворится в улочках ночного города.

- Всё равно лучше плана нет, - пожал плечами Лексин и спорить с ним было сложно.

И снова шустрой змейкой мы рванули вперёд. Редкие автомобилисты сигналили нам, но мы просто игнорировали их.

Дах-дах-дах-дах! - космопорт встретил нас огнём из автоматического оружия. Только вот огонь надо было открывать немного раньше.

Пулемёт в руках Серёжи Кирсанова строчил как швейная машинка. Ему вторили пистолеты-пулемёты Лексина и Зиновьева и Мамонтова.

Пользуясь тем, что мы отвлекли внимание стрелков на себя ложным отступлением Баранов с Ташковым и Топорковым ударили во фланг выплеснувшемуся из ворот противнику, уничтожив его.

Куда попрятались все вооружённые таможенники я не знал. Ан, нет! Вот они лежат мёртвой кучкой прямо у входа в административное здание. Два десятка залитых кровью тел. Выбросив опустошённый «Ягуар» под ноги, я передвинул на грудь штурмовую винтовку.

Следующая стычка произошла возле диспетчерской. Стрелков было двое и беспокойство вызвал только укрывшийся за крыльцом пулемётчик. Стрелявший длинными очередями крепыш на ступенях кажется был сам напуган. По-моему, ребята не рассчитывали, что мы сметём заслон у ворот так быстро.

И тут оно открылось… я про второе дыхание. Вытащив из кармана гранату (это была японская «Коннитива» по сути то же самое что и наша эфка), я выдернул чеку и досчитав до трёх бросил её в сторону противника.

БАБАХ! - граната взорвалась в полуметре от земли разорвав пополам встретившего нас огнём стрелка и оторвав руку пулемётчику. Спустя пару минут мы уже оказались внутри здания.

- РУКИ ВВЕРХ! – орали Баранов и Мамонтов на диспетчеров да так, что мне самому страшно стало.

- Чисто! - не обнаружив внутри противника, мы бросились к радарам, мониторам и пультам управления установленным в центре помещения.

- Что тут готово к взлёту? – склонился над долговязым парнем с рыжей шевелюрой я, крепко сжав ему плечо.

Гарнитура бедняги сдвинулась на бок, челюсть парнишки тряслась так что он не мог говорить.

- Мы так только время потеряем, - сдвинув в сторону испуганного диспетчера Кудасов самостоятельно склонился над виртуальной клавиатурой. - Так… так… к взлёту готова космическая яхта «Аделаида». Замки я отпираю отсюда. Ключ на старт.

- Войдём в неё? – бросил поводивший стволом пистолета-пулемёта Лексин по правой скуле которого медленно бежала крупная капля крови.

- В такую и рота спокойно войдёт, - шмыгнул носом контрразведчик, подхватив со стола кусочек шоколада. Разделив его на две части он одну сунул в рот, другую запихал в рыжего диспетчера. – Кушай. Сладкое говорят помогает от стресса.

* * *

Яхта была классная - гипердвигатель, комфортабельные каюты, обитые настоящим деревом, - позолоченные перила рубки. Вот кто-то расстроится. Но самое главное тут был радар – РПСМ-21 (двадцать вторую модель уже ставили на десантных кораблях), что говорило о том, что владелец профаном не был.

- Командир, местные истребители подняли! – сообщил управлявший «Аделаидой» Топорков начинавший службу пилотом десантного корабля и поэтому назначенный мной наши извозчиком. – Приказывают выключить двигатели и приготовится к осмотру.

- Вижу-вижу, - сбрасывая движением пальцев появляющиеся в воздухе голосовые и текстовые сообщения (особенно среди них меня повеселило «Верните яхту, мерзавцы») я остановил своё внимание на ярко-красной точке не поддающаяся идентификации, да и пеленгу с трудом. - Меня больше вот этот перец интересует.

На радаре к нам приближалась крупная красная точка.

- По нашу душу? – спросил не отходивший от меня Лексин.

- Уверен. Топорков рисуй узоры в пространстве. Сейчас по нам стрелять будут, а тут ни СПО, ни РЛС нормального, да и БКО точно не завезли, - произнёс я и в тот же момент пол под нашими ногами содрогнулся.

А ведь мог и треснуть, вышвырнув нас в холодный космос. Осознание этого заставило волосы на моём затылке встать дыбом. Нет, я не испугался пилоты истребителей к этому всегда готовы. Как говорил наш инструктор Боголюбов в академии, известный всему курсу своим чёрным-чёрным юмором: «Космос не холодный, космос спокойный. Это просто вы слишком горячие».

- Взрыв справа, - спокойно сообщил Паша сидя в комфортабельном кожаном кресле с пакетиком дорогущих нефритовых орешков. Похрустывая лакомством ценой в целых пятнадцать имперских кредитов за сто грамм, он поглядывая в мажорский иллюминатор в корпусе космической яхты.

Паша не был беспечным и глупым тоже не был. Просто сейчас, в этот конкретный момент, от него ничего не зависело поэтому паниковать, кричать, ругаться, бегать туда-сюда смысла не было.

Топорков сделал поворот из-за которого нас всех качнуло влево и…

- ЗДРАВСТВУЙ МИЛЫЙ. ТЫ ПО МНЕ СКУЧАЛ? – неожиданно раздалось внутри головы да так громко, что я даже по уху себе постучал.

- Люда?! – расширил глаза от удивления я, лихорадочно размышляя что тут делает «Неясыть». Мужики вокруг дружно пососкакивали. Кроме Павла.

Однако никаких глюков я не словил, не думайте. На радаре замигала ещё одна ярко-красная точка в окружении пары дюжин галочек поменьше. Я даже не сомневался, что ИИ истребителя разговаривающий голосом моей покойной супруги притащил (а) с собой Стаю. Без приказа. Даже Катю с собой не взяла.

- СЛУШАЮ ТЕБЯ, МИЛЫЙ. АТАКОВАВШИЙ ВАС КОРАБЛЬ БУДЕТ УНИЧТОЖЕН ЧЕРЕЗ 4, 3, 2, 1…

Залп орбитального истребителя уничтожил сначала преследующий нас корабль, а потом цепочка предупредительных выстрелов пронеслась над истребителями веймарнцев. Лёгкие «Сапсаны» «Неясыти» были точно не противник.

- ОБЪЕКТ УНИЧТОЖЕН. ИСТРЕБИТЕЛИ ВКС ВЕЙМАРНА-2 ВОЗВРАЩАЮТСЯ В МЕСТА ДИСЛОКАЦИИ. СТАЯ ОСУЩЕСТВЛЯЕТ СОПРОВОЖДЕНИЕ ЯХТЫ НА ПЕЧОРИН, - тем временем сообщил ИИ «Неясыти».

Если честно я даже не нашёл чтобы у неё ещё спросить. Обернувшись к товарищам, я глупо улыбнулся и произнёс:

- Все живы?

Они только ухмыльнулись в ответ, а Лексин выдохнув уселся напротив Баранова забрав у того очередной пакетик с драгоценными орешками.

- Я вообще-то кешью люблю, но эти тоже сойдут…

В иллюминаторы космической яхты были видны звёзды космоса сквозь который мы в сопровождении «Неясыти» неслись домой.

ГЛОССАРИЙ:

СПО- станция предупреждения об облучении.

РЛС- радиолокационная станция.

БКО – бортовой комплекс обороны.

Глава 52: Медвежий угол

Тряхнуло так что я зубами чуть язык не прикусил. Ну всё! Слава богу вошли в атмосферу планеты и десятичасовой вояж по космосу подошёл к концу.

В трюме десантного корабля без названия с коротким номером 2915 ребята в ожидании приземления каждый занимался своим делом: Топорков играл на губной гармошке, Баранов флиртовал с заливавшейся краской Ларой Кестутис, Лексин и Кирсанов смотрели кино на планшете, Тальков слушал музыку через наушники отбивая такт ногой, Сергеев разглядывал присланные ему дочерью Катей голографии со школьным классом, Зиновьев спал, улыбаясь во сне, поправившийся и рвавшийся в бой Аменгелде что-то мастерил из жестяной банки из-под апельсинового сока, Кудасов о чём-то шептался с нашим особистом Муравьевым который то и дело подозрительно посматривал на меня словно спрашивая «а что контрразведчик вообще тут делает?».

Насчёт Кудасова у нас с Марией Николаевной был серьёзный разговор, но об этом потом. Будем считать Петра пока прикомандировали к ЧВК. В конце концов нам осталось проверить всего одну радиостанцию и Кудасов будет нам полезен. Вон сколько интересного он рассказал нам про планету и десантный корабль с переделанным электронным профилем достать помог. Отношения у Порты с Империей и так были напряжённые так что Знаменская просила по возможности шуметь поменьше. Эх, если бы только это зависело от нас.

Если бы у османов существовало понятие Медвежий угол это был бы он. Правда Лексин выразился точнее – задница вселенной. Ну что ж, Пазартэси и правда была вдалеке от торговых путей, да и от цивилизации тоже… Просто планетка размером чуть меньше Земли покрытая скалами. Когда-то османы тут добывали уголь, медь и платину, но после истощения запасов ресурсов вроде бы вкладываться в Пазартэси перестали, остатки производства законсервировали, начался отток населения - ряд крупных городов был заброшен. В общем для нашего таинственного противника мир подходил идеально если бы ни одно «но». Кудасов сообщил, что в контрразведке планету считают крайне подозрительной из-за частого появления рядом с ней военных кораблей. Что тут делать ВС Блистательной Порты? От центра и границ, а значит и вероятного противника, далеко, наличие военных баз на поверхности означало бы внесение мира в перечень особо важных для государства объектов, но планета наоборот тускло поблескивала на звёздном атласе серым, что говорило о её второстепенности.

Поэтому прибыли мы сюда на свой страх и риск после гиперпрыжка совершив длительное путешествие при помощи шаговых двигателей. Только так нас было сложно обнаружить при помощи предполагаемой мощной системы РЛС на поверхности. Если такая, конечно, вообще имелась.

В рейд я взял с собой новичка, пилота, недавно вступившего в ряды ЧВК «Беннигсен». Новичка в нашей дружной компании, но не в профессии. Штабс-капитана Аверину я знал давно. Начинала Диана службу в моём полку и несмотря на хрупкую конструкцию и рост 163 сантиметра была лихим пилотом. Удивительно, но в этой миниатюрной, сероглазой девчонке с толстой короткой каштановой косой на затылке, родителями которой были учитель живописи и врач-диетолог, жил маленький демон. Закончив филологический университет она вдруг во чтобы то ни стало захотела быть военным пилотом. Медицинская комиссия наложила запрет на кандидатуру Авериной из-за того, что у девушки была редкая аллергия на большинство обезболивающих лекарств, использующихся в армии, так она опротестовала их решение через суд и сумела пробиться благодаря блестяще сданному КЭКВП – экзамену для пилотов, обскакав всех своих ближайших конкурентов на двадцать баллов. Абсолютный рекорд! Специальным указом директора Академии полковника Бронского её зачислили на первый курс. И она не подвела, стала лучшей выпускницей на факультете.

В службе девушка была остра на язык, но надёжна и ответственна. Четыре часа без обезболивающего, на грани потери сознания, Диана пилотировала повреждённый корабль с нашими пехотинцами (среди которых было много раненых) на базу. Тяжёлое ранение в бедро заставило её покинуть службу пару лет назад, но как же я был рад, когда она вошла в мой кабинет на Печорине. Позывной - Веснушка. Странный, кстати, позывной, ведь у Авериной кожа была чистая бледно-молочного цвета. Такая же как у Светы. Я вдруг поймал себе на мысли, что скучаю по Бородиной.

- Паша, помни, что у тебя есть жена и двое детей, - пошутил я, проходя мимо снайпера заставившего Лару снова прыснуть от смеха и залиться румянцем.

- Помню, командир, - невозмутимо ответил товарищ улыбнувшись. - Но это же безобидный флирт, чтобы цветочки не завяли, а становились ещё более прекрасными и радующими глаз!

- Тоже мне флорист! – поддел прапорщика, открывший один глаз Зиновьев.

КОМАНДИР НЕ МОГЛИ БЫ ВЫ СЕЙЧАС ЗАЙТИ В КАБИНУ! – раздалось в трюме из динамиков под потолком, и я обеспокоенный, быстрым шагом отправился на зов Авериной.

Штабс-капитан одной рукой удерживала штурвал, а другой что-то набирала на виртуальном экране анализатора. «Вроде бы всё нормально. Тревожные огоньки БКО не горят», - подумал я, наблюдая за действиями Дианы, но ошибся.

- Нас сейчас собьют, командир, - с ледяным спокойствием сообщила женщина.

- Ты так спокойно об этом заявляешь? – спросил я штабс-капитана мысленно чертыхнувшись.

- Ну, могу по-другому… - развернулась ко мне Диана и коса ей сдвинулась на плечо. Лицо девушки исказил театральный испуг и подрагивающими от волнения губами она защебетала: – КОМАНДИР! ПО НАМ РАБОТАЕТ НЕСКОЛЬКО УСТАНОВОК АЗРК! КТО-ТО ГЛУШИТ РАБОТУ БКО! НАМ КРАНТЫ!

Лексин и Баранов позади (как же без них) дружно поржали, а я захлопнул забрало шлема.

- Хочешь сохранить корабль?

- Да, - коротко кивнула Аверина и лицо её снова превратилось в кусочек льда. - Упаду сама. Сесть спокойно всё равно не дадут. Если они успешно глушат БКО значит наверняка используют современные средства ПВО. Постараюсь получить в корпус только одну ракету. Отстрелю баки с горючим, десантные модули, всё что могу использовать в качестве цели для их ракет.

- Ясно, - развернувшись на носках я направился в трюм. – Капитан, прапорщик, готовимся к встрече гостей после жёсткого приземления.

* * *

Я бы не сказал, чтобы приземление было сильно жёстким. Бывало и похуже. Диана, ловко маневрируя в воздухе смогла нейтрализовать большую часть направленных в нас ракет разносивших на атомы ложные цели. По сути пострадали мы не так уж и сильно – одно из попаданий частично повредило маршевый двигатель, да осколки от взрыва другого срезали часть аварийного тормозного щупа.

Подняв в воздух фонтан гладкой круглой гальки, десантный корабль словно пущенный уверенной рукой фрисби рухнул в овальной долине без единого деревца.

- Доклад! – бросил я, распахивая защищающую десантников аварийную рамку, погнутую давлением навалившегося на металл КПУЗДа и соскакивая на ноги.

- Раненных нет, мы же в лисятах, - незамедлительно сообщил капитан Лексин. – Боеприпасы целы. Трюм вообще целенький. Нам точно нужно было падать?

- Раз штабс-капитан сказала, что надо, значит так оно и есть, - бросил через плечо я распахивая забрало шлема. Анализатор сообщил, что на планете вполне можно было дышать.

«Стрижей в небо», - хотел сказать я, но Кестутис уже наблюдала за картинкой транслируемой ей дронами-разведчиками на командирский планшет. Как хорошо служить с ветеранами. Всё делается до того, как ты прикажешь. Быстро оценив повреждения корабля, который 100% можно было починить, ваш покорный слуга ещё раз оглядел усыпанную крупной, серой галькой долину, небо сине-зелёного цвета и передёрнул плечами от пробежавших по спине мурашек.

Откуда здесь современное АЗРК, да ещё и многоканальный, высокочастотный блокиратор вводивший в заблуждение БКО? В десантном корабле стоит серьёзная аппаратура её просто так не обманешь.

- Саша! Паша! Грузите на мобильные платформы всё что есть в трюме и выкатывайте наружу! – тут же приказал я. – Остальные быстро ищут место где бы это всё прикопать.

Выглянувшая наружу из двигательного отсека Аверина выпучив глаза удивлённо уставилась на меня:

- Товарищ подполковник, а ремонтировать корабль, что не будем?

- Не будем. Быстро прыгай в КПУЗД, сейчас к нам гости нагрянут.

- Так нет же ещё никого… – возмутилась штабс-капитан, отшвыривая в сторону тряпицу которой вытирала руки.

Не успела Аверина закончить фразу как на наших командирских планшетах забился красный огонёк тревоги.

- Командир к нам двигается две воздушные цели и четыре наземных, - сообщила Кестутис. Воздушные опознаются как истребители.

* * *

Пронёсшиеся мимо треугольные силуэты «Волков» - лёгких османских истребителей, просто дали залп НУРСами по нашему кораблю, превратив его в груду раскалённого металла и полетели дальше.

- Ну ты даёшь командир, - произнёс по внутренней связи Лексин прятавшийся вместе с Кирсановым, Зиновьевым и Сергеевым на противоположной стороне склона. – Откуда знал, что они так сделают?

- Догадался, - прикусил губу я.

Четыре БМП на магнитной подушке прибыли на место посадки, когда обломки корабля даже дымиться уже перестали. Осмотрев окрестности с помощью своих дронов-разведчиков солдаты противника несколько успокоившись ринулись вниз. Галька, скрывавшая нас, частично экранировала любую пассивную радиолокацию и теплопеленгацию, а активированный режим скрытности КПУЗДов делал нас настоящими невидимками.

Дождавшись когда большая часть противников спустилась вниз и на склоне осталось всего несколько часовых, я отдал приказ атаки и первым выпрыгнул на склон одновременно нажимая спусковой крючок штурмовой винтовки и активируя плазменную пушку на плече КПУЗДа цели к которой были определены заранее. Плазма прожигала отверстия в броне османов легко будто те были обёрнуты в фольгу для запекания мяса.

Дюжина противников была уничтожена нами сразу, с остальными началась перестрелка в которой мобильность и скорость КПУЗДов в режиме форсажа обеспечивала победу. Разбрасывая вокруг себя куски металла огненными цветками вспыхнули БМП противника, рядом Кирсанов и Лексин огнём прижимали к земли оставшихся на склоне, а Зиновьев, Сергеев, Кестутис, Амельгельде и Топорков добивали спустившихся к нам. Некоторые проблемы возникли у Кудасова, Муравьёва и Авериной – тройка штурмовиков в тяжёлой броне огрызалась очередями из крупнокалиберных пулемётов укрывшись за горящим корпусом боевой машины пехоты. Поспешивший им на помощь Баранов получил попадание в костюм. Динамическая броня КПУЗДа сработала, но Пашу отшвырнуло в сторону, как следует приложив о торчащий из земли камень.

Убедившись, что плазменная пушка пуста, я, прижав приклад «Ливня» к плечу, зигзагом, маневрируя между сражающимися, атаковал штурмовиков в тяжёлой броне. Первого удалось уничтожить относительно легко, пули согнули и повредили броню на затылке здоровяка смяв хрупкую плоть, длинная очередь в пулемёт повредила оружие второго, после чего тот стал жертвой точного выстрела Кудасова, а вот с третьим у меня не заладилось. Штурмовик умудрился поймать меня своей клешнёй сдавливая мне горло. Нет, понятно, что вышло это случайно, да и повредить мою защитную броню было нелегко… правда, так мне показалось поначалу. Дальше стало совсем не до шуток - второй рукой враг вырвал у меня оружие, и я почувствовал боль в горле. Гидравлическая конечность — это всё-таки серьёзно. Когда у меня начало темнеть в глазах, я вырвал чеку из гранаты и удерживая её в кулаке пробил броне-пластину на плече противника оставив Ф-16 внутри. БАБАМ!

Жахнуло так что я кувырнулся в воздухе, а рука штурмовика так и осталась удерживать меня за шею правда уже в отрыве от остального тела.

* * *

- Как ты командир? – склонился рядом Павел, положив ладонь на плечо. Из правого уха прапорщика по щеке текла тонкая струйка крови.

- Норм… кха-кха-кха! – не своим голосом произнёс я закашлявшись. – А т-ты?

- Кажется барабанная перепонка лопнула, - улыбнулся Баранов. – Ничего, вернёмся на корвет в капсуле быстро починим.

Пока я переводил дыхание Лексин готовил личный состав к выходу. Забранная нами амуниция и боеприпасы были распределены между бойцами. Всё у нас собой было, даже запасные аккумуляторы для КПУЗДов и несколько обойм плазменных пушек для каждого. Только надо было соблюдать режим скрытного передвижения по условно враждебной (да уже и не условно) территории. Шея и горло всё ещё болели и поставив себе обезболивающую инъекцию я поднялся на ноги. Пора в путь. Вряд ли противник далеко, ведь добрались они до нас на БМП всего за пару часов.

На небе громыхнул гром и закапал дождь. Забрала шлемов следуя приказу ИИ как по команде у всех захлопнулись, а краска на КПУЗДах резко потускнела, потеряв яркость. На моём виртуален дисплее внутри шлема искусственный интеллект уже показывал состав льющейся с неба воды: «растворы серной и азотной кислот, образующихся в результате реакции атмосферной влаги с оксидами серы и азота, понижение водородного показателя РH». Другими словами кислотный дождь.

- Гостеприимная планетка ничего не скажешь, - разглядывал потерявшую цвет броневую перчатку Кирсанов

- Так и название у неё соответствующие, - хихикнул Кудасов.

- А что означает Пазартэси?

- Понедельник, - ответил знавший турецкий Лексин.

Глава 53: Понедельник – день тяжёлый

Рассматривая военную базу османов в долине через электронный бинокль «Циклоп-2М» я чувствовал как волосы на голове под шлемом встают дыбом…

- Командир, может быть я чего-то не понимаю, но вот этот транспортник, в который роботы ловко загружают ящики с оружием и боеприпасами принадлежит «Капланам»? – спросил меня лежащий рядышком Лексин, который видел сейчас через внутреннюю сеть то же самое, что и я.

Осторожно поводя из стороны в сторону туда-сюда биноклем ваш покорный слуга вёл запись всего происходящего.

- Очевидно, да, - кивнул я, всё ещё чувствуя боль в горле. – Вон и эмблема их на борту. Оскаливший пасть тигр.

- А база перед нами принадлежит вооружённым силам османов?

- Капитан, ну ты же сам видишь, что да, чего спрашиваешь?

Лексин поёрзал на месте, и каменная галька под нами захрустела.

- Какого хрена тогда творится? «Львы» — это же подонки и убийцы уже лет десять как грабившие миры Периферии. Официально они вне закона даже в Блистательной Порте. Года три назад их главаря Махмута Шимшека осудили пожизненно за массовые убийства гражданского населения. Я сам репортаж видел. Комментарии наших дипломатов присутствующих на судебном процессе в Новом Стамбуле слушал. А сейчас с государственной военной базы им оружие отгружают как гуманитарку?!

Саша был прав. Всё это и правда было странно. Да, мы конечно, все догадывались, что отряды мародёров успешно грабивших ничейные миры спонсируются османскими радикалами, а может быть даже и крышуются кем-то из правительства Порты. Так себе инструмент в борьбе с Империей и другими соседями, но, если другого нет, а вступать в прямое противостояние сыкотно, вполне рабочий. Но раньше высокопоставленные лица из окружения султаната категорически отрицали свою причастность к этому, официально опровергали обвинения, объявляли в розыск зарвавшихся подонков, публичные судебные процессы против главарей проводили. Вот хотя бы тот же Шимшек получил своё. Понятно, что наказывали скорее всего тех, что срывались с поводка, но всё же. Снабжение этих уродов если и происходило, то окольными путями, никаких новых, современных образцов вооружения они не получали, чтобы не привязать армию к действиям башибузуков конца XXIV столетия. Вооружены и снаряжены пираты были чёрт знает чем. А что изменилось сейчас? Тигры и правда словно в супермаркет заехали. Вон стоят улыбаются! А роботы всё грузят и грузят ящики внутрь трюмов.

- Мда, - только и произнёс я, рассматривая каждую складочку на комбинезоне смуглого, бородатого «тигра» с зубочисткой в зубах стоявшего к нам боком.

- Пазартэси конечно внутренний мир османов, но вы правы, такого быть не должно, - лёг слева от меня Кудасов ИИ которого тоже запросило доступ к биноклю. – Журналисты могут разнюхать, опять же у султана и его правительства конкуренты имеются. Уж они-то не преминут воспользоваться ситуацией и поворошить грязное бельё или обвинить его в связях с радикалами или не дай бог пиратами.

- Объяснение только одно, - снова заскрипел галькой Лексин.

- Затевается что-то крупное после чего Порте будет плевать на то что о ней подумает Империя и наши союзники, - закончил за товарища я, вставая на колено. – Я запись для Рассказчицы сделал ей будет интересно. Ладно, выступаем, скоро местные смекнут, что сбитый ими транспорт вёз не контрабанду, а бойцов уничтоживших их людей.

Словно в подтверждение моих слов на базе загудел сигнал тревоги и в небо устремляясь на север поднялась новая тройка истребителей и пара десантных кораблей.

* * *

Брызги влаги из русла кипевшей жизнью горной реки взмывали на несколько метров ввысь расползаясь мокрыми пятами по шлему.

«И везде эта чёртова галька под ногами», - подумал я, останавливая КПУЗД всё это время нёсшийся на юг на максимальной скорости по долинам и предгорьям покрытым плоскими серо-зелёными камнями и камушками. Дюжина вооружённых бойцов позади меня сделала тоже самое.

«ЗАРЯД АККУМУЛЯТОРА 12% РЕКОМЕНДУЮ ЗАРЯДИТЬ ИЛИ СМЕНИТЬ МОДУЛЬ» - сообщил искусственный интеллект на виртуальном дисплее.

- Внимание всем! Заменяем «шаговый» аккумулятор внутри брони. Форсаж нам ещё пригодится. Всем сделать проверку системы на предмет поломок и неисправностей ДС, - приказал я ребятам по внутренней связи, всё-таки «лисята» хоть и чудо имперской конструкторской мысли, но на такие марш-броски вряд ли рассчитаны. Зато враг на оставленной нами позади военной базе нас точно потерял и искать будет совсем не там, где мы сейчас находимся.

Командирский планшет показывал мне, что желанная цель впереди. Объект, с которого в космос пролетающему мимо кораблю ушёл сигнал был менее чем в ста километрах от нас. Хорошая дистанция чтобы не быть обнаруженными и в случае чего сделать ноги. Ну, тут явно работа для дрона. По моей команде шустрый «Чиж», сорвавшись со спины Сергеева-Сатурна взвился в небо. Уже через полчаса малыш начал передавать картинку нам.

А увидели мы между прочим много интересного. Возле реки, несущей свои жёлто-зелёные воды на юго-запад в сторону поднимавшегося в небеса горного хребта, ровным полукругом берущим начало от гигантской трещины в земле, оставшейся то ли от землетрясения, то ли от сместившихся миллионы лет назад континентальных плит, располагалась ещё одна военная база. Куда скромнее предыдущей и по размеру, и по размаху, да и возрастом намного-намного старше. Здесь были самые настоящие стены из потемневшего от времени пенобетона, исцарапанные каменными осколками автоматические турели, выцветшие на солнце прожектора, и редкие часовые, прогуливающиеся туда-сюда в пяти метрах над землёй. Посередине полукруга к облакам вздымалась самая настоящая башня, собранная из нагромождённых друг на друга булыжников (какая-то музейная древность, не иначе, не удивлюсь если эта куча-мала построена на несколько веков ранее) возле которой прямо на земле рядком замерло четыре БМП на электромагнитной подушке. Рядом с техникой крутилось несколько человечков в серой форме.

Судя по всему, эта башня и была источником нашего сигнала.

- Командир, давай-ка я твою шею осмотрю, - пока я бегал пальцами по клавиатуре за плечом возник Гном-Тальков. - Что-то она меня беспокоит, да и ИИ твой мне сообщения шлёт. По-хорошему-то вас с Барановым надо бы положить в медицинскую капсулу…

Тра-та-та-та-та! - пулемёт защёлкал по гальке так и не дав мне ответить фельдшеру.

Позади из шумящего внизу русла горной реки поднялся хищный силуэт геликоптера. Пилоты винтокрылой машины азартно расстреливали пространство перед собой из пулемётов закреплённых под крыльями. Когда дело дошло до НУРСов нас на месте уже не было. Тройками, мы рассредоточились по берегу тем более, что огонь с неба не был нашей единственной проблемой – подпрыгивая по кочкам к нам неслась две БМД на корпусах которых были установлены старенькие, но от этого не менее смертельные, плазменные пушки. Сверху на броне гроздями сидели солдаты противника в костюмах лёгкой и средней степени защиты.

Разбрасывая гальку из-под надсадно гудевших воздушных подушек и осыпая всё вокруг сгустками белой плазмы, боевые машины десанта попыталась взять нас в клещи надеясь что геликоптер (которые между прочим до сих пор использовались только в османской армии) прижмёт наш отряд своим огнём к земле. «Наивные турецкие парни», - как сказал бы Паша.

Кирсанов, как всегда носивший за спиной РПГ-14 и связку гранат разного типа к нему, с расстояния всего в двадцать шагов, выстрелил из ручного противотанкового гранатомёта в ту машину что была справа от него.

Это надо было видеть. РПГ хлопнуло, головная часть расправив перья стабилизатора рванула вперёд клюнув борт вражеской БМД, кумулятивный заряд прожёг броню рванув внутри машины. Борт подпрыгнув перевернулся и покатился по земле вместе с сидевшими на нём османами размазывая их к чёртовой матери. Чтобы закрепить успех Серёжа запустил осколочно-фугасную гранату вслед подбитой машине разом уничтожив не менее двух десятков солдат.

Пока остальные разбирались со второй БМД, я решил заняться геликоптером. Врубив прыжковый двигатель взвился вверх зацепившись за одно из колёс. Внизу секунд-поручик Аменгельде, Топорков, Лексин и Зиновьев вели весьма успешный бой с успевшими спрыгнуть с машины пехотинцами. При мне капитан шустро перезарядил магазин штурмовой винтовки и врубив форсаж ударом бронированного кулака разнёс шлем одного из стрелков.

БАХ! - а вот прямо сейчас Баранов буквально выдернул за руку из-под залпа револьверного гранатомёта замешкавшуюся и не заметившую угрозу Аверину.

Качнувшись я подтянулся на руках и ловко уцепился за бок геликоптера. Подключив пневмопривод и сервомотор, я проломил рукой боковую броню и упёршись в брешь ногой КПУЗДА со скрежетом расширил отверстие. Тут же из салона по мне открыли огонь. Видать помимо пилотов внутри был кто-то ещё. Несколько металлических шариков оцарапало мою броню на груди, один оставил неглубоки скол на щитке шлема.

Отпрянув в сторону от отверстия и стараясь удержаться на нёсшимся по кругу над полем боя геликоптере (парочку раз меня приложило о летающую машину так что ИИ внутри протестующе замигал красными иконками) я подумал, что вскоре сильно пожалею о своём поступке, но в то же время другого выхода не было потому как ребята внизу могут в любой момент попасть под шквальный огонь. Выдернув чеку из гранаты, я, через треугольный пролом забросил её внутрь машины.

БАБАМ! - геликоптер вздрогул, оставляя за собой чёрный дымный след в небе, но даже и не подумал рухнуть вниз. Пушки машины тоже продолжали вести огонь. Чертыхнувшись, я, скрипя зубами, протиснулся внутрь, переступил через размазанное взрывом гранаты тело на полу и дал длинную очередь по кабине из «Ливня». В последний момент один из пилотов, с окровавленным лицом и обожжённой бородой и бровями, обернулся сделав прицельный выстрел по мне из крупнокалиберного револьвера. Отступив в сторону я всё же почувствовал как пуля оставляя дорожку из искр наждачной бумагой проскользнула по моей бедной шее.

* * *

Разглядывая обломки горящего геликоптера внизу вместе с Авериной (уверен Диана и на этой штуке летать умела) я размышлял о том, что машина могла бы вернуться на базу с другим экипажем, что существенно упростило бы нашу задачу.

- Как ловко они к нам подобрались воспользовавшись шумом воды, - произнёс Кудасов которому Тальков прижигал медицинским лазером ссадину на щеке.

Кестутис тем временем ловко вправила вывихнутое плечо Зиновьева. Молодец девчонка.

И всё-таки результаты были. В плен судя по отметкам на броне удалось взять троих: рядового, лейтенанта и целого капитана. Бешено крутя головами в шлемах, они пытались пнуть замершего над ними ухмыляющегося Баранова и освободится от пут.

- Командир, что делать будем? – спросил Аменгельде пытавшийся осторожно выпрямить грудную пластину на КПУЗДЕ особиста Муравьёва и не получить в ответ удар динамической брони.

Глотать мне стало ещё больнее и ответил я не сразу. За меня это сделал Лютер:

- Допрашивать будем.

Последние слова Лексина ничего хорошего османам явно не сулили.

Глава 54: Неуставная команда «Серёжа»

Хорошенько обыскав личные вещи османов, особенно заплечные рюкзаки, которые чаще всего использовали для хранения боеприпасов и дополнительных аптечек, мы натолкнулись на неприятную находку.

Помимо шести заполненных патронами магазинов для штурмовой винтовки, упаковки жвачки с кофеином, коробки инъекций PSAF(а) – лёгкого наркотика позволявшего османским солдатам не спать пару суток (небезопасный заменитель нашего безопасного «Аргендумина-100»), Топорков вытряхнул из рюкзака рядового дюжину личных коммуникаторов. Склонившаяся над устройствами Лара Кестутис взяла одно из устройств покрутив в руках.

Надо сказать, что личные коммуникаторы в каком месте они бы не производились: в мирах Империи, Конфедерации, Синдиката или Блистательной Порты, были штукой не дешёвой, имели привязку к конкретному лицу и кучу протоколов безопасности, обеспечивающих конфиденциальность и защиту данных клиента хранившего на устройстве и привязанному к нему виртуальному облаку всю свою личную жизнь. Чаще всего личные коммуникаторы имели гарантию от производителей, подтверждённую рядом крупных государств, на возвратность потерянного устройства. Стоило только активировать «режим пропажи» и забытую тобой в гостинице на Витте вещь через посольство возвращали хозяину проживающему допустим на Новом Вашингтоне. Удобно? Удобно. Однако, это не означает, что не существовало умельцев умевших перепрограммировать личные коммуникаторы для того чтобы продать их новым хозяевам за половину цены.

Внимательно осмотрев мою шею, Тальков сделал мне укол:

- Командир, серьёзных повреждений сканер не видит. Имеет место сильный ушиб из-за которого произошёл отёк тканей. Скоро станет легче. Поберегитесь, поменьше говорите.

Кестутис тем временем отбросила в сторону поднятый с земли личный коммуникатор, чтобы подхватить пальцами другой. На своём виртуальном дисплее в шлеме, ваш покорный слуга увидел, что у девчонки резко поднялось давление и участилось сердцебиение.

- Лара, что случилось? – произнёс я, останавливаясь над девушкой.

- Господин подполковник… они все… все на имперском.

- Что? – остановился рядом Кирсанов подхватывая с земли одно из устройств ремешок которого был оплавлен.

- Я конечно не могу зайти внутрь файлов, так как тут система биометрической защиты, - пояснила поручик, но меню-то на нашем языке. На русском!

Тут уже все, кроме тех, кто охранял пленных, собрались вокруг. Зиновьев включив одно из устройств произнёс:

- Тут неотвеченный вызов. Десять неотвеченных вызовов! Так и написано от абонента: «Мама».

- Здесь тоже неотвеченный: «Катерина», - сообщил покрутив корпус поцарапанного личного коммуникатора в руке Лексин.

- А тут кажется кровь, - присоединился к товарищам Тальков-Гном в руках которого защёлкал сканер. – Нет, точно кровь. Вторая группа, детская…

Взревев, Кирсанов метнулся к замершим на коленях на земле пленным и подхватив рядового за шею с земли долбанул его шлемом в лицо так что кровь из разбитого носа в разные стороны брызнула. Ну, чистый Демон.

- ГДЕ ТЫ ВСЁ ЭТО ВЗЯЛ УРОД?! С КОГО ВЫ ЭТО СНЯЛИ?! – распахнув забрало закричал Кирсанов тут же получив удар головой от османа в ответ. – АХ, ТЫ ГНИДА!

Пока Аменгельде и Сергеев пытались вырвать из рук разбушевавшегося Кирсанова пленного (сделать это было ой как нелегко) Баранов внимательно следил за его товарищами по несчастью - офицерами.

Муравьёв и Кудасов тем временем щёлкая ручными сканерами перебирали гору личных коммуникаторов. Прямо у них на глазах Топорков вытряхнул уже из рюкзака лейтенанта помимо боеприпасов и аптечки ещё три устройства. Эти коммуникаторы были ещё дороже, в защитных корпусах - «неубивайки». Такому даже в открытом космосе ничего не будет.

- Откуда они? – устало спросил особиста и контрразведчика я, сморщившись от боли в горле. Понятно было, что они уже пробили личные коммуникаторы по базе номеров.

- Все из одного места, - не распахивая шлема повернулся ко мне Муравьёв. – Периферия, Демидов-11 они, кстати на приём к тебе записаны в следующем месяце. Жаловались на грабительские нападения османов… но эти трофеи судя по всему совсем свежие.

«Демидов-11 – планета располагающаяся совсем рядом с миром Насти Фроловой», - подумал я бросив быстрый взгляд на Зиновьева.

После этих слов уже все ребята существенно напряглись, а рядовой получил от Сергея удар ногой под дых. Не скрою, мне жутко захотелось отдать Баранову короткую команду «огонь», которую прапорщик выполнил бы с удовольствием, но я был командиром, а командиры должны держать себя в руках. К тому же нам как воздух нужны были сведения.

Проклиная боль в горле, я просто обратился к капитану Лексину:

- Саша, займись ими.

Ну а что? Они же разведчики. Мастера экспресс-допросов.

* * *

Как-то один надёжный и безмерно уважаемый мной человек по фамилии Кирпичёв (пусть земля ему будет пухом) начинавший службу в разведвзводе, рассказывал мне, что каждый разведчик должен владеть методами форсированного допроса в полевых условиях. Как показывает практика военнослужащие стран Конфедерации, Синдиката, да и Блистательной Порты тоже, стопроцентно «ломаются» в ходе такого мероприятия, и дают нужную информацию.

С серьёзным видом, как и всё что он делал, Кирпичёв тогда говорил:

- Для экспресс-допроса, Лёша, имей при себе старые проверенные средства: мультитул (или два недлинных и нешироких ножа и плоскогубцы) с двумя лезвиями, одно из которых должно быть тупым; шприцы с иголками (необязательно одноразовыми, иголки можно и нужно использовать не по прямому назначению); какой-нибудь надёжный кровоостанавливающий препарат (вколоть перед допросом, чтобы допрашиваемый не истёк кровью раньше чем предоставит необходимую тебе информацию); доверенных лиц для помощи в проведении экспресс-допроса (минимум одного, а лучше двоих-троих). Ну и самое главное - после экспресс-допроса не позволяй человеку мучатся. Мы же не садисты какие-то, если это необходимо добей (а это необходимо в 99,9% случаях).

Всё вышеуказанное Лексин прекрасно знал и его приготовления для меня удивительными не стали. Да и для остальных тоже. Здесь все были опытными офицерами, и в допросах участвовали. Разве, что Аверина чуток давление уронила, да и то быстро с собой справилась. Не снежинка – переживёт.

Я сразу понял, что капитан собирается провернуть финт с двумя допросами потому как начал он с рядового - лица наименее осведомлённого и по сути нам ненужного. Захват и скручивание носа, оттягивание нижней губы, скручивание и укол в горло, давление на ушной канал, скручивание уха, вырывание волос бровей и на затылке, выдавливание глаз, сдавливание и скручивание мошонки и даже «вьетконговский метод допроса», он слава богу решил не применять.

Парочка дежурных вопросов, ответы, которые типа показались нам обманом, а дальше он как будто экспромтом выдаёт: «Серёжа».

Кирсанов с Зиновьевым в принципе всегда был с ним на одной волне и понимали командира не то что с полуслова, а с полувзгляда. А тут в принципе целое слово, включающее здоровяку зелёный свет. Два удара от Серёжи выдают рассечение надбровной дуги и четыре выплюнутых, «ненужным» зуба. А дальше Лексин произносит «отставить» и задаёт «ненужному» новую серию вопросов, опять констатируя что типа он врёт и вновь произносит команду «Серёжа». Только один нюанс, сопровождает эту команду знак, означающий что в этот раз Кирсанов может не останавливаться. В общем Серёжа с одного удара ломает мародёру челюсть, на секунду останавливается, а потом наносит пару мощнейших удара в висок и в горло. «Ненужный» падает и начинает исполнять предсмертные хрипы. После всего увиденного пара «нужных» запели соловьями наперегонки на имперском. Офицеры выдали нам всю необходимую информацию:

- Это всё они… - плевался слюнями капитан, дрожа от ужаса, а лейтенант люто поддерживая командира только кивал отбивая зубами задорную дробь.

- Кто они? – негромко поинтересовался Лексин.

- П-поляки! Находиться на планете им разрешено личным приказом коменданта Пазартэси…

Сказать, что услышанное меня удивило, значит ничего не сказать. У многих из нас, уверен, вытянулись от изумления лица, а Баранов так откровенно всё озвучил:

- Какие ещё нахер поляки?! Им то от нас что надо?!

Глава 55: Вальс Валькирий

«Мамочка, я тебя люблю возвращайся скорее!» - в который раз перечитав сообщение от сына на личном коммуникаторе я, мазнув подушечкой пальца по экрану отключила его.

Шлюз искусственного купола того самого, что и должен был в скором будущем стать штаб-квартирой ЧВК «Беннигсен» на Челюскин-13 со свистом открылся и внутрь вошли Лямкин и штабс-капитан Марущенков. Последний, потопав ногами на пороге, чтобы очистить обувь от комьев снега, стянул с головы меховую шапку и улыбнулся нам своей фирменной белозубой улыбкой. Помимо меня в огромном помещении заставленном контейнерами, ящиками и другой ерундой ещё находилась Фомина и суровая штабс-капитанша со странным, но красивым именем Ждана и позывным «Фея». Яна забравшись с ногами в распакованное из контейнера с мебелью кресло сидела возле электрической печки неподалёку от входа листая настоящую книгу (забытую бывшими владельцами купола), а штабс-капитанша, оседлав ящик с надписью «НЕ ПЕРЕВОРАЧИВАТЬ!» пила кофе из кружки.

Лямкин сбросив меховую шубу, наброшенную на пилотский комбинезон прямо на пол, бесцеремонно уселся рядом со мной. Мне Миша нравился, чтобы кто про него не думал и не говорил он и товарищ надёжный и офицер опытный. Ну, а то что говорят, «безрассуден», «непредсказуем» так во время Периферийных войн у нас такие эпитеты были комплиментом, вроде как «отважен» и «оригинален». Да и ненадёжного человека Бестужев у себя бы не оставил.

- Ну что вы хмуритесь девушки? Погода налаживается, снег под подошвами хрустит! Завтра ваша помощь здесь не понадобится и вернётесь на Печорин! – разведя руками в стороны произнёс Григорий Марущенков назначенный командиром «беннигсенцев» на планете.

Вот только от этих слов у меня сразу появилась бесячая складка между бровей и не у меня одной - Ждана тоже нахмурилась. Сорокалетняя штабс-капитанша и так-то покладистостью нрава не отличалась, а сейчас так прямо молнии глазами метала. Вот только причиной этого был не Григорий, а майор Локтев.

Ну как майор, служил ли он вообще в армии Империи я не знаю, но у местных носил звание майора и считался начальником ополчения, что боролось с нападением пиратов и другой сволочью раз в полгода падающей с неба, чтобы от души помародёрствовать. Заключённый недавно с ЧВК контракт должен был защитить планету от подобных случаев вот только администрация Челюскина-13 вела себя отвратительно. Старые склочники и скандалисты. Влезали в наши дела, пропихивала какие-то глупые идеи-предложения пользуясь тем что контракт носил пометочку «эксклюзив».

Я знала, что Бестужев не хотел идти на условия местных и на нём настояла эта их… Рассказчица, кажется, но уж больно удобно мир располагался для «беннигсенцев». Размещённая тут база позволит нам добираться быстро до целого ряда периферийных миров где людям тоже нужна помощь. Груз боеприпасов и других вещей для благоустройства, с взводом вооружённых до зубов бойцов ЧВК, доставила на планету я.

- Знаю-знаю, причину вашего недовольства. Сам не в восторге, но Алексей Александрович просил сдерживаться, склоки не устраивать. Нам с местными ещё работать и работать, - граф хотел сказать что-то ещё, но в этот момент шлюз снова засвистел и внутрь втиснулся сам майор. Вспомнишь чёрта, он и появится.

Высокий, широкоплечий, кареглазый брюнет с выбритой головой и мохнатыми бровями оглядел нас внимательно и откашлявшись в своей неторопливой манере произнёс:

- Я будто названный гость тут.

- Теперь это территория ЧВК, - сказала я, повернувшись к вошедшему.

- Я прервал важное совещание? – с издевательской ухмылкой бросил Локтев стряхивая с шубы снег на пол прямо около электрической печки. Один из комков даже приземлился на пышущую жаром панель отправив в воздух облачко пара.

- Совещание могло бы начаться, - с вызовом произнесла я видя как краснеет от гнева Ждана.

Гроза разразилась даже быстрее чем я думала.

- КАКОГО ХРЕНА ВЫ РАСПОРЯЖАЕТЕСЬ МОИМИ ЛЮДЬМИ?! – заорала на Локтева та сжав побелевшими пальцами чашку из-за чего я даже забеспокоилась о посуде.

- Соблюдайте субординацию штабс! – оттопырил нижнюю губу Локтев даже не повернувшись к Ждане. – Я майор и вы ниже меня по званию.

- Майор чего?! – прогремело под сводами купола. – Оборванцев которых несмотря на процветающую на планете добычу путилия и платины не смогли даже приличными штурмовыми винтовками вооружить?! В чём ходят ваши люди? Вы что не могли приобрести для них простенькую, но современную броню?! Хотя бы ту что защитит от осколков?! Про ваше ПВО я вообще молчу! Вы вообще хоть раз что-то сбивали?

Надо сказать, что Локтев вообще на эти претензии никак не прореагировал будто ждал их. Только скинул шубу и театрально выставив вперёд правую ногу и уперев кулаки в бока вперился взглядом в разгневанного штабс-капитана.

Та же совсем не по-фейски продолжила:

- Все в этом помещении… слышите? ВСЕ кроме ВАС ветераны армии Империи и ваши местные побрякушки на плечах меня не тревожат и не интересуют! Если ещё раз прикажете что-то моим людям введя их в заблуждение, я вас лично как собаку пристрелю! ПВО одно название, шагоходы привезённые с собой мы не можем вывести наружу из грузовика из-за сломанного у вас приёмника, а моих людей вы отправили в какой-то шахтёрский посёлок где нет связи, чтобы проверить слух о высадке противника, да ещё и сказали поручику Суслову, что я буду их там ожидать!

На это уже Локтев конечно промолчать не мог. Лицо его налилось краской, а рука потянулась к кобуре на поясе. В этот же момент Яна отложила книгу в сторону и передвинула к себе на колени пистолет-пулемёт, а граф встал в двух шагах за спиной майора.

- Я отправил вам на орбиту информацию о тревожном сигнале от шахтёров! Не моя вина, что вы полетели сюда, а ваши люди отправились на задание!

- Все задания и приказы моим людям выдаю только я! – кружка с кофе взорвалась под ногами майора. – Это что блядь диверсия?! Территория базы ни хрена не охраняется дорогостоящее оборудование и оружие лежит большей частью под открытым небом! Где ваши люди?!

Локтев всё-таки схватился за рукоять пистолета, но граф до хруста сжал пальцами его руку. Тот даже ойкнул как девчонка.

БАМ-БАМ-БАМ-БАМ! – мелкокалиберная пушка, работающая снаружи порвала в клочья стены купола хлестнув над нашими головами.

В последнее мгновение Лямкин спрыгнув с ящика оттолкнул меня в сторону, сам рыбкой нырнув за контейнер с мебелью от которого во все стороны полетели щепки и куски настоящей кожи (Бестужев на нас никогда не экономил). Миша спас мне жизнь.

Я даже не заметила, как в руках оказался «Ливень» - отличная штурмовая винтовка которую я теперь предпочитала другому оружию. Снайперский прицел «Омега11» делал шестидесятизарядную машинку просто уникальной.

Тем временем над нами пронеслась новая длинная очередь из пушки, но теперь стреляли в одно место выбивая в корпусе проход.

Распластавшись на земле, я увидела в десяти шагах от себя лежащую на спине Яну. Девчонка побледнев сжимала в руках пистолет-пулемёт пока разогнанные электромагнитным аккумулятором снаряды потрескивая статическим электричеством, превращая всё на своём пути в крошево и обломки, проносились над её лицом. Вот только испуга в поручике не было ни чуточки, скорее я увидела гнев. Это и не удивительно Бестужев и Лексин вечно таскали Фомину с собой на особые задания. Рыжик умел за себя постоять, это факт.

А ещё я увидела каким-то чудом удерживающееся на ногах безголовое тело Локтева. И знаете не то чтобы пожалела. Собаке - собачья смерть. Предал нас, больше-то некому. У ног майора обливался кровью граф.

Пушка стрелять перестала, и я было уже хотела доползти до него, даже нащупала за спиной на поясе аптечку, но в этот момент наша штабс-капитанша взвилась на ноги и заорала так, что у меня в ушах зазвенело:

- ОНИ СЕЙЧАС ПОВАЛЯТ! СОСРЕДОТОЧИТЬ ОГОНЬ НА ПРОЛОМЕ!!!

И Ждана оказалась права. Защищённые чёрными доспехами боевики полезли внутрь купола в клубах снега и тёплого воздуха вырывающегося наружу густым паром. Вот только такой горячей встречи они явно не ожидали. Угодить под перекрёстный огонь это я вам скажу сомнительное удовольствие. Слева по бегущим стрелял Лямкин и Фея, справа я и Фомина, а посередине отталкиваясь ногами от пола и оставляя за собой кровавый след Григорий Марущенков.

Противник сыпался на пол и нёс потери. Я, расстреляв второй магазин остановилась над графом и ведя огонь с одной руки (что при моём грациозном телосложении было ой как нелегко) потащила раненного за шиворот в укрытие. Тот умничка, до последнего вёл огонь.

Увидев это Лямкин занял моё место, а Ждана одну за другой отправила в проход гранаты.

БАБАХ! БАБАХ!

Штабс-капитан бился в предсмертных судорогах, кровь толчками выплёскивалась наружу из отверстий в груди и изо рта.

- Граф, не смейте умирать! Вы ещё Бестужева в шахматы не обыграли, помните? – забросив винтовку за спину, я одну за другой вогнала в шею раненому инъекции обезболивающего и коагулянта останавливающего кровотечение, а затем разрезав одежду на его груди и разорвав зубами упаковку «Zитакса» залила всё дымящимся желатином, надёжно закупорившим пулевые отверстия. Тоже самое проделала осторожно перевернув его на живот. «Всё что могу, милый, всё что могу».

- ОНИ ПЫТАЮТСЯ ЗАБРАТЬ НАШ ГРУЗ! – снова раздался крик нашей феи у выхода, и мы втроём дружно ринулись в клубящуюся снежным бураном, заваленный мёртвыми телами, проход в стене.

Мы вели огонь, меняли магазины и снова повторяли простые вроде бы действия несущие смерть всем кто в визорах распознавался как «чужак». Что-то обожгло правое плечо, но я даже скорость не снизила расстреливая чёрный человечков снаружи. Остановится - значит умереть. На мгновение снежная буря расступилась, и я увидела лежащего на земле у моих ног окровавленного Лямкина и оказывающую ему помощь Яну. Кивнув девчонке, я двинулась дальше раз за разом нажимая на спусковой крючок.

БАБАМ! - от взрыва меня бросила в железный контейнер и возможно я даже потеряла сознание на пару секунд, не больше. Снайперский прицел был расколот и щёлкнув креплением я отбросила бесполезное теперь устройство за спину. Сменив пустой магазин в «Ливне», отправила патрон в ствол и бросив приклад к плечу и подавляя тошноту, точным выстрелом в переносицу уложила возникшего впереди из бурана противника. «Мамочка, я тебя люблю возвращайся скорее!» - где-то совсем рядом раздался голос сына Генки из-за чего мне даже захотелось закрутить головой по сторонам. Нельзя! Просто контузия. Нормально меня приложило.

Справа и слева раздавалась стрельба, кто-то из ребят всё ещё жив. Схаркнув в снег комок кислой слюны я поднялась с колен и пригнувшись на дрожащих ногах бросилась на помощь своим. «За тобой встанем», - почему-то бился о стенки в раскалывающемся от боли черепе девиз снайперов космопехоты в рядах которых я прослужила шесть лет. БАХ! – тяжёлая пуля из штурмовой винтовки в затылок заставила рухнуть силуэт в чёрной броне впереди. БАХ! БАХ! – в снег упало ещё двое за секунду до того, как что-то стальной иглой вонзилось мне в левое бедро окрасив белое полотно под ногами в красное. Не удержавшись я свалилась в холодную кашу выдав остаток магазина по бросившемся ко мне врагам.

Вокруг закричали, забегали, вызывая спазмы в голове где-то загрохотал крупнокалиберный пулемёт. Отбросив в сторону пустой «Ливень», я вытянула из кармана Ф-12 и выдернула чеку.

- Не возьмёте меня, сволочи… - непонятно зачем вслух произнесла я, вызывая в голове образ сына, махавшего мне рукой при прощании. Опять пуговицы на рубашке застегнул до самого горла и карман из брючек торчит…

Что чувствует боец в этот момент? Я про гранату и готовность подорвать себя. Отчаяние? Презрение и злость в отношении окружавшего его врага? Я не раз видела как мои товарищи делали это. Один раз даже сама подорвала себя, но жизнь спас бронекостюм. Я чувствовала другое. Лёгкую грусть и сожаление от того, что воочию не увижу как мой Генка приведёт в дом милую, сероглазую девушку в свободном платье василькового цвета с веснушками на носу. Эээх!

- Тихо-тихо девонька, свои, свои! – раздался хорошо знакомый мне голос поручика Суслова, сильная рука которого покрытая короткими седыми волосками сжалась на кулаке, удерживающем эфку за секунду до того, как я потеряла сознание.

Пишем коментарии автору, а то я не понимаю читаете вы роман или нет. Можно поддержать цикл по телефону Сбера 9097220424 для Владимира Александровича С.

Глава 56: Троянцы

По нашей настойчивой просьбе пленный османский капитан связался с базой и чувствуя холодок упирающегося в затылок ствола штурмовой винтовки рассказал своим правдоподобную, жалостливую историю о падении геликоптера из-за удара угодившей в двигательную установку молнии и раненых солдатах которым срочно была необходима медицинская помощь. Дескать эвакуация по воздуху и никаких других вариантов…

Удивительно, но план наш блестяще сработал. Прилетел за нами не какой-то хилый транспортник, а целый «Фыртына» (Гроза по-нашему) - тяжёлый десантный корабль с командой медиков. Разглядев сверху подбитую нами машину, разложенные на земле тела (покорёженные БМД, мы заранее покидали в бурную горную речку), махавших снизу османов при полном параде (броня, оружие, всё было при них), пилот посадил машину. Идиот, конечно, слов нет. Можно было столько всего сделать, чтобы установить, что их ждёт засада, а они просто сели. У мелкокалиберной скорострельной пушки у борта стоял всего один боец, когда мы одним залпом из плазменных установок, закреплённых на плечах КПУЗДов, уничтожили всех медиков, а Лексин запрыгнув внутрь корабля устранил пилотов и стрелка.

- Сможешь управлять или мне за штурвал сесть? – превозмогая боль в горле спросил штабс-капитана Аверину я, когда мы оказались внутри кабины «Грозы». Та только улыбнулась и защёлкала тумблерами приборной панели.

Судя по всему, до базы османов было около двадцати пяти минут полёта и разместившись внутри корабля мы смогли немного расслабиться. Только вот это не пошло нам на пользу. Найденные у османов личные коммуникаторы наших колонистов, явно снятые с мёртвых тел, никто не забыл. Ненависть к противнику тлела в каждом. Говорят, она даёт силы, но лично я так не считал. Время для эмоций наступит когда мы вернёмся домой. Да и устали все. Не спали уже вторые сутки. Чего только с нами не произошло с момента прибытия на планету.

Ситуацию со своими байками исправил Лексин также, как и я почувствовавший настроение товарищей. Капитан рассказал нам смешную историю о проткнутой гвоздём ноге, знакомстве Серёжи Кирсанова с супругой и букете полевых цветов. Уж не знаю правда ли оно так было или нет, но ребята заулыбались и вернулись в норму. Молодец!

Баранов шепнул мне, что все орудия десантного корабля заряжены, также, как и установки с НУРСами под брюхом, и фейерверк обещает быть отличным. Конечно, при условии, что нас не собьют при посадке.

- Командир подлетаем! – крикнула Аверина, и все дружно захлопнули забрала шлемов.

Внизу под нами развернулась база, а на стенах сопровождая нас задвигали головками автоматические турели готовые в один залп порвать «Грозу» на части.

- Внешний периметр прошли, - выдохнул я, понимая, что сбивать нас слава богу не собираются, когда кто-то толкнул меня в локоть.

- Кажется нам повезло! – указав пальцем в командирский планшет Кудасов быстро произнёс. – Алексей Александрович, у них тут настоящее средневековье! Смотрите они внешние кабели к башне, ну в той самой что сидят поляки, прямо по земле провели! То ли торопились, то ли значения не придали. Да и защиты нормальной нет!

- Хочешь хакнуть башню и завладеть всей информацией? – догадался я.

- Было бы неплохо, - кивнул контрразведчик. – Тем более что жёсткие диски из ночного клуба не слишком-то нам помогли. Мария Николаевна сказала, что операторы за несколько часов до нас следуя внутреннему протоколу безопасности очистили их, а новых приказов и паролей им не поступало. А тут медвежий угол, возможно они расслабились. Не стирают, либо плохо стирают..

- Только просто хакнуть не получится! - к беседе присоединился наш особист Муравьёв. – Это задача для двоих. Один нарушает работу внешнего контура защиты, чтобы они не постирали всё к чёртовой бабушке когда мы начнём, а второй скачивает информацию. Вот только…

Муравьёв замолчал и обвёл взглядом присушившихся к разговору ребят.

- Что не так? – уже зная ответ всё же спросил я.

- Нас и так мало, каждый стрелок на счету, а тут сразу минус два.

Лексин единственный кто не опустил забрало шлема почесал пальцами подбородок с начавшей пробиваться щетиной и расплывшись в улыбке выражая общее мнение, заявил:

- Работайте, справимся и без вас.

* * *

Опустившийся на посадочную площадку корабль встречали медики-андроиды и четверо солдат. Увидев в раскрытом боковом люке наших пленников, солдаты сразу расслабились и интерес к произошедшему потеряли. А зря.

Ребята разбившись на тройки, все кроме Баранова, Аменгельде и меня, открыв огонь попрыгали на посадочную площадку. Первые двое встали за крупнокалиберный пулемёт и скорострельную мелкокалиберную пушку, я же управлял «Грозой».

Не то чтобы я не доверял штабс-капитану Авериной просто сейчас мне предстояло сделать невозможное. И некоторый опыт в этом у меня уже был.

Не заглушая двигатели, я рванул штурвал на себя и тяжёлый десантный корабль загудев от напряжения взвился вверх резко уходя влево и одновременно выпуская вереницу неуправляемых ракет по установленным на стене базы автоматическим турелям. Из дюжины установок ваш покорный слуга сразу уничтожил пять, а затем упреждая ответный огонь резко нырнул к земле и царапая пузом, сминая, переворачивая выстроившиеся внизу БМД снова взвился вверх, отправляя в цель новую порцию ракет.

Тем временем Баранов и Аменгелде пристёгнутые внутри трюма к специальным креплениям вели шквальный огонь по всему что могло представлять угрозу. Металлические цилиндрики гильз дождём падали во двор. Секунд-поручик полтора года отлетал оператором огня на подобной машине, Баранов же во время службы в «Корсарах» освоил большинство воинских специальностей. Корсаков настаивал на том, чтобы его подчинённые были универсальными бойцами. Видишь танк – лезешь в танк, подвернулся десантный корабль – прыгай внутрь и полетели, орудийная установка на пути – тоже хорошо.

Снова прижавшись к самой земле и молясь, чтобы конструкция выдержала напряжение, я пронёсся по внутреннему двору расшвыривая носящихся внизу вражеских стрелков. Прямо у меня на глазах один из османских солдат был размазан о стенку угодив под электромагнитный поток. Штурвал слушался уже плохо, ибо по нам всё же изредка попадали, но я всё-таки сумел вертикально поднять «Грозу» чтобы сделать залп, окончательно уничтоживший последние три турели.

- Валет – Канцлеру! Снизиться больше не смогу будем крутится в воздухе над их головами. НУРСов больше нет. Как только расстреляете боекомплект бросаем корабль.

- Канцлер, понял тебя, - ответил Павел, хлестнув длинной очередью по разлетевшейся на части модульной казарме собранной из отдельных металлических секций.

Расшибусь на пути к земле в искры, но догорю. Мне не страшно, я - лист на ветру. Смотрите как я парю.

Стараясь удержать «Грозу» в воздухе, я повторял про себя стишок Рея Кэррола так нравившийся моей покойной супруге. И мы крутились и стреляли, крутились и стреляли. То тут, то там под нами что-то взрывалось, а одни раз я даже увидел Лексина, Зиновьева и Кирсанова на стене. Ребята вели огонь по укрывавшемся там солдатам противника.

Падение произошло неожиданно и так что я на него никак повлиять не смог. Выстрел из реактивного гранатомёта потушил двигательную установку «Грозы» и корабль, тут же превратившись в кусок неуправляемого железа рухнул в десятке метров возле ворот. Жалеть было не о чем, к этому моменту уже 97% боеприпасов ребятами было израсходовано.

Никто из нас не пострадал. КПУЗДы спасли нам жизнь и выбравшись наружу мы под огнём противника юркнули в одну из распахнутых дверей во внешней стене крепости.

Освещение тут не функционировало, обычного для такой ситуации заунывного сигнала тревоги тоже не было. Сергеев, Кестутис и Аверина должны были попытаться отрубить всю электроэнергию и связь в крепости. Кажется, у них получилось.

Через сканеры защитных костюмов мы видели отлично и когда в коридоре впереди показалась группа вражеских солдат сразу открыли огонь. Пятеро противников были уничтожены мгновенно, ещё трое были убиты залпом моей плазменной пушки. Больше зарядов к ней у меня не было, зато оставались они у моих товарищей.

Ускорившись мы неслись вперёд по узкому, напоминавшему кишку коридору огибавшему внутренний двор. Удар справа и обрушение стены стали для нас троих настоящим сюрпризом. Османский танк преградил нам дорогу, а сидевшие на нём бойцы в тяжёлой броне неторопливо спрыгнули вниз разворачивая в нашу сторону огнемёты.

Вот только у них ничего не вышло. Танк вздрогнув получив попадание в башню и оставляя за собой чёрный дымный след попятился назад. Не сговариваясь мы врубили форсажные двигатели. Я и Баранов пронеслись буквально по стенам над головами противника изрешетив тяжёлыми пулями «Ливней» шлемы огнемётчиков. Словно в замедленной съёмке я видел деформирующийся и трескающийся из-за попадания тяжёлых пуль металл. Пламя так и не хлынуло в коридор.

- Отличная штука! – склонился над убитыми Аменгельде. Что-то вроде нашего РОКС-25.

Спустя минуту секунд-поручик натянул на себя ранцевый огнемёт и помог закрепить такой же на моей спине.

- Командир, тут ничего сложного. Ребёнок справится. Смотрите на вот это экранчик на ружье, жмёте спусковой крючок подающий смесь, следите за перегревом. Старайтесь не допускать до красного цвета и держаться в поле жёлтого и оранжевого.

Уже через пару минут мы вылезли во двор. Противник, пользуясь как укрытием лежащими на борту боевыми машинами десанта, вёл огонь по укрывавшимся за обломками рухнувшей «Грозы» ребятам. Вот распластавшись на земле и широко расставив ноги, уткнув приклад пулемёта в плечо вёл стрельбу короткими очередями Сергеев, а вот прикрывавшие его Тальков с Авериной, сверху со стены османов пытались достать Лексин и компания, возле обломков обрушившейся стены укрылись Топорков и Кестутис. Не было только наших «хакеров».

Поведя плечами и даже не почувствовав ранец, я сделал десять шагов вперёд и нажал на спусковой крючок подавая смесь внутрь ружья. Длинная огненная струя плавящая камень и металл играючи пересекла двор ударив в баррикаду из перевёрнутых БМД. Аменгельде последовал моему примеру. За препятствием что-то вспыхнуло, а затем оттуда врассыпную выбежали османы. Кто-то на ходу пытался затушить охвативший его огонь, кто-то, превратившись в факел катался по земле. Несколько секунд и всё было кончено. Большая часть защитников крепости просто угодила пол огонь Лексина, Кирсанова и Зиновьева.

* * *

- Ай! – Тальков подобрался со спины и сделал ещё один укол в шею.

Внизу на грузовом лифте и правда стоял новенький «Ятаган». Присев на корточки, я думал о том, что хоть у этой штуки гипердвигателя и нет, но мы можем выйти в открытый космос и связаться с доваторцами или с нашим корветом. Будущее приобретало очертания.

- …никогда не видела, чтобы так управляли кораблём, - продолжала Аверина. – Вы настоящий ас. Восхищаюсь…

- Диана, как ты думаешь мы на этой штуке до Адана-4 долететь сумеем? – перебил штабс-капитана я, проигнорировав комплименты.

Ответить женщина мне не успела потому как к нам подбежали Кудасов и Муравьеёв. Живые и здоровые. У особиста правда вражеская пуля деформировала пластину на груди справа, но это дело поправимое.

- Все данные у вас? – спросил я, поднимаясь на ноги.

- Все до последнего файлика! – расплылся в довольной улыбке Кудасов.

- А поляки где?

- Они там! В башне своей забаррикадировались.

Не сговариваясь мы посмотрели на древне строение возвышавшееся над нашими головами.

- Командир, может мы их тоже возьмём в плен, - отодвину Кудасова в сторону вперёд вылез Муравьёв.

- Не хотелось бы нести потери из-за них.

- Не понесём! Вы огнемётом по башне туда-сюда поводите и всё. Она же не герметичная, да и с виду такая, что вот-вот развалится!

Почему бы не попробовать да? Напялив на себя ранцевый огнемёт, я врубил громкую связь эхом разнёсшую мои слова по всей крепости.

- ОБРАЩАЮСЬ К ТЕМ, КТО СЕЙЧАС В БАШНЕ! КРЕПОСТЬ В НАШИХ РУКАХ! СВЯЗИ У ВАС НЕТ! ПРЕДЛАГАЮ СДАВАТЬСЯ! ПОГИБНУТЬ ГЕРОЯМИ НЕ ПОЛУЧИТСЯ! ЛИБО СДАЁТЕСЬ, ЛИБО МЫ ВАС СОЖГЁМ! ДАЖЕ ЕСЛИ НЕ СГОРИТЕ – ЗАДОХНЁТЕСЬ! – блефовал я, понимая, что в защитной броне, фильтрующей воздух и защищающей от высокой температуры, можно какое-то время продержаться.

Подтверждая мои слова Аменгелде неторопливо провёл огненной струей по каменной стене, которая от этого задымилась и подозрительно затрещала.

- СЧИТАЮ ДО ТРЁХ! – продолжал давить я. - РАЗ! ДВА!

Тяжёлая металлическая дверь щёлкнула и распахнулась. С поднятыми руками из башни выбралось четверо мужчин с поднятыми руками без защитной брони.

Глоссарий:

В главе используется отрывок стихотворение Рея Кэррола «Смотрите как я парю».

Глава 57: Нудист

Зайдя на мостик космической станции Твердыня-4, поручик Сметанин вытянул руки по швам, щёлкнул каблуками и бросив ладонь к виску привычно доложил о своём прибытии Пфлегеру:

- Господин подполковник, поручик Сметанин на смену заступил.

- Выполняйте свои обязанности, поручик, - отмахнулся от офицера Антон Михайлович.

Разглядывая через обзорный экран раскинувшуюся внизу громаду «Аделаиды» тот пил мелкими глотками любимый им марсианский кофе.

Усевшись за пульт Сметанин ввёл на виртуальной клавиатуре код персонального доступа и быстро пробежался подушечками пальцев по клавишам выводя данные о состоянии станции на экран. Всё было в норме, кроме… от увиденного на затылке офицера зашевелились волосы.

- Господин подполковник, к нам движется неизвестное судно. Корвет. Прошло зону поражения ракетами! – бросил через плечо поручик, ожидая реакции командира и коллег.

И она последовала. Пфеглер подавился своим элитным кофе, да ещё и кружку под ноги уронил - брызги и осколки полетели в разные стороны. На идеально чистом полу осталась тёмная лужица.

- Как прошло зону поражения ракетами? – покраснел от возмущения командир. - Почему?! Навести пушки на цель!

Операторы справа и слева от Сметанина за пару секунд выполнили задачу приведя батареи в боевой режим благодаря чему поручик сумел рассчитать время критичного поражения для неизвестного корвета. Вот только к встопорщившимся волосам на затылке, добавились капельки пота на лбу.

- Господин подполковник, сработала СГО. У цели появился имперский маркер. ИИ запрашивает повторно разрешение на применение оружия по корвету.

«Система государственного опознавания» это вам не шутки. Пфеглер замер на пару мгновений раздумывая. В конце концов вдруг пограничная стража или комитетчики какую-то операцию проводили. Не очень-то они их о своих планах информируют.

Сметанин хотел повторить вопрос снова, но на пульте загорелся сигнал связи. Неизвестный корвет пытался связаться с Твердыней-4.

«Говорит штабс-капитан Бирюкова. ЧВК «Беннигсен». Следуем с Челюскина-13. Был бой, с нами двое тяжело раненных: граф Григорий Марущенков и поручик Фролова. У нас неполадки с гипердвигателем и мы хотим воспользоваться «Мостом», чтобы быстро добраться до Печорина».

Подхватив со своего стола гарнитуру Пфеглер надел её на голову:

- Говорит подполковник Пфеглер. Командир КБС Твердыня-4. Штабс-капитан у вас есть разрешение на использования «Моста» вне очереди?

«Конечно нет, подполковник. Я же вам объяснила ситуацию… ЧВК «Беннигсен»…

- Да мне плевать на ЧВК! – взвизгнул от гнева подполковник, чуть не поскользнувшись в луже кофе. – Я вообще не знаю кто вы! Вы голос из динамика. Где пакет ваших документов?!

«Вы прекрасно знаете, что никакого пакета у меня нет потому что я не нахожусь сейчас на военной службе. Список личных номеров находящихся на корвете я отправила. Повторяю ещё раз, у нас двое раненых в критическом состоянии».

Сметанин используя возможности поисковой системы уже проверил всех чвкашников на борту. И ведь что оказалось? Все ветераны, герои. К тому корвет открыл доступ для внешних сканеров станции и корабль тщательно просветили со всех сторон. Нажав клавишу отключения звука, поручик повернулся к Пфеглеру:

- Господин подполковник, у нас есть врач и медицинские капсулы…

- У нас тоже есть, - почему-то услышала его Бирюкова на том конце, - но они только стабилизировали состояние наших товарищей. Нам надо на Печорин там у нас свой доктор…

- Волшебник? – неудачно пошутил подполковник, ожидая ответа с корвета.

- Не смешно, - не поддалась на провокацию штабс-капитан. – Если вы не собираетесь пропускать наш корабль вне очереди мы воспользуемся одним из ваших транспортов. Начинаем стыковку со станцией.

- ЧТО?! – Пфеглер закричал так громко, что люди его дружно вздрогнули.

Да и вообще поведение Антона Михайловича никому на мостике не понравилось. «Что он вообще имел против ЧВК, которое работало на Периферии защищая соотечественников?» - подумал Сметанин. Однако приказы командира не обсуждают.

- Господин подполковник, стыковка прошла штатно… - сообщил он заранее снизив чувствительность наушников.

- Какая стыковка?! ШТУРМОВИКОВ К ШЛЮЗАМ! НЕМЕДЛЕННО!

Поручик вздохнув нажал клавишу активирующую сигнал тревоги и красные огни цепочкой протянулись до палубы В-2. Сметанин отчётливо представил себе, что несущие дежурство тяжёлые штурмовики вооружённые восьмиствольными пулемётами и энергетическими винтовками включив серводвигатели несутся в 150-килограммовой броне к шлюзу и выстраиваются в зале, чтобы встать на пути чвкашников. Ещё полгода назад он сам стоял бы рядом с ними. Два метра тридцать пять сантиметров мощи против вооружённых стрелковым оружием чвкашников. И всё-таки формально подполковник был прав. Беннигсенцы свалились как снег на голову.

Голопроектор посреди мостика ожил и показал объёмную картинку передаваемую многочисленными камерами слежения.

Вот пятнадцать человек вышли из раскрывшихся створок шлюза толкая перед собой две парившие над полом медицинские капсулы. Хорошо было видно, что внутри одной лежит мужчина, а во второй женщина. ИИ отсканировал капсулы на предмет взрывчатки и тайников с оружием и ничего не нашёл, подсветив их зелёным цветом, а вот оружие в руках чвкашников замерцало ярко-красным.

Командовавший тяжёлыми штурмовиками поручик Цветков вышел на связь с мостиком по специально выделенному каналу:

«Господин подполковник, ожидаю ваш приказ, но вижу, что наши «гости» и правда недавно вышли из боя. Сканеры показывают ссадины и синяки, следы охлаждающей жидкости на коже. Ещё недавно они были внутри брони. Помимо пары в медицинских капсулах есть ещё четверо раненых. И один, по-моему, серьёзно».

Сметанин сразу угадал о ком говорит штурмовик. Слева от широкоплечей штабс-капитанши светлые волосы которой били заплетены в три короткие, толстые косы на затылке, нетвёрдо стоял на ногах худой, бледный мужчина в пилотском комбинезоне, руки которого почему-то были затянуты в чёрные перчатки.

- Если вы не будете выполнять мои приказы я прикажу штурмовикам немедленно открыть огонь! – сдерживая гнев произнёс подполковник.

Голос его разнёсся в помещение на голопроекторе.

- Откроете по нам огонь? – сложила руки на плече капитанша и в ту же секунду её люди направили оружие на штурмовиков (опасно, очень опасно, Сметанин мысленно только похвалил выдержку Цветкова). - А то что у нас есть коды доступа к вашей станции вам ни о чём не говорит?!

Но Пфеглера уже понесло:

- НЕМЕДЛЕННО СДАЙТЕ ОРУЖИЕ И ПРОСЛЕДУЙТЕ ЗА ПОРУЧИКОМ! – орал он, сжимая кулаки.

Ситуация была хуже не бывает. Трагедия могла разразится в любой момент. У Сметанина даже ладони вспотели чего с ним не бывало со школы. Одно неверное движение, резкий кашель и прольётся кровь. Особую остроту его волнению придавало то, что он ставил себя на место недавних сослуживцев. Кончиком пальца он словно ощущал спусковой крючок штурмовой винтовки.

И тут случилось странное. Худой, пошатывающийся на месте пилот снял с себя ремень с кобурой, сбросил с себя комбинезон и в одних трусах покатил капсулу с мужчиной прямо на штурмовиков. На теле его на левом боку и в правом плече были видны пулевые отверстия залитые медицинским гелем. Храбрец готов был растолкать бойцов Цветкова, но в последний момент они расступились. Рыжая девушка, судя по комбинезону тоже пилот тут же воспользовалась этим и следом покатила капсулу с женщиной.

Чвкашники опустили оружия и стремительным ручейком проскользнули сквозь угловатые силуэты штурмовиков. Вообще ситуация была странной. Как это вышло никто не понял. Сметанин примерно представлял, что сейчас творится в голове Кости Цветкова.

- ПОЧЕМУ ВЫ НЕ ОТКРЫЛИ ОГОНЬ! – буквально прорычал командиру штурмовиков подполковник как только за чвкашниками закрылись створки шлюзового зала (хотя чего тут орать - все пароли действуют сутки, если эта Бирюкова знает их она явно ведёт себя так самонадеянно не просто так).

- Подполковник, это же наши. Ветераны. Среди них поручик Суслов. Я Олега Геннадьевича сто лет знаю… - оправдывался Цветков.

- Да какая мне разница кого вы знаете… вы… вы сняты с должности Цветков!

Антон Михайлович не мог подобрать слова. Сорвав гарнитуру с головы он прост орал в неё. Что ж, оказывается в его королевстве не всё живёт по его правилам, - отвернувшись от командира Сметанин спрятал улыбку в ладони.

- Господин подполковник… они сели в «Острякова» и улетели… у них все пароли были, - окончательно добил Пфеглера оператор слева. – И на снятие щита со станции тоже.

* * *

Вместе с Гореловым мы стояли снаружи реанимации разглядывая наших раненых через прозрачную стену. Слава богу все были живы. Мой доктор опять полностью отработал деньги которые я ему платил.

- Я видео с Челюскина-13 посмотрел, - откашлявшись произнёс Слава (Горелов умудрился где-то подцепить простуду). - Девчонки молодцы. Фролова в одиночку, снаружи, на сорокаградусном морозе, десять боевиков положила. Её пару раз контузило, а она даже не заметила.

- И это, не считая тех что они перебили при прорыве в купол, - добавил я, вспоминая кадры покрытых инеем тел.

- Ты бы видел как Ждана на руках Марущенкова тащила в корабль это что то с чем то. Вся в крови, зубы стиснула… здоровый же мужик. А потом присела в трюме у стены и даже заплакать сил не хватило. Яна тоже умница, так ловко заштопала Лямкина, лучше бы даже я не смог. Он потом ещё штурмовикам «нагрубил» на станции. Нудизм был что надо…

- Видел, - не сдержавшись я всё-таки улыбнулся ведь худой Сотряс в трусах и перчатках зрелище не для слабонервных. - Все видели. Кто-то видео по нашей сети внутренней пустил. Поднять пацанам настроение. Остаётся только гадать, что бы произошло если бы он не разделся.

Медицинские роботы скрупулёзно колдовали над капсулой графа жизнь которого теперь была вне опасности. Лёгкие Грише штопали уже не в первый раз.

- А ты жёстко с челюскинцами, - локоть Горелова легко толкнул меня в бок. - Мамонтов там всех к ногтю прижал. Стариков в управлении разогнал и под домашний арест посадил…

- Что-то из местных никто особо заступаться за них не стал после того как мы им записи боя показали, Предательств и сговор на лицо, - заявил я в ответ. - Посидят пока Муравьёв с ними поработает. Они же ворьё. Контролируют такое месторождение, столько денег в карман, а в городе ни одного нового дома.

- Ну не всех посадил, - поправил меня Слава тоже легко улыбнувшись. – Один сбежать попытался, и мы его сбили. Мария Николаевна гневаться будет. Сказала же всех в плен.

- Ничего, - будущий разговор с Рассказчицей тоже меня тяготил. - Мы и так ей предостаточно людей натащили. Пусть контрразведка работает. Ты мне лучше скажи какой прогноз у Фроловой? Зиновьев меня уже вопросами извёл.

Горелов устало упёрся лбом в стекло и просто пожал плечами.

- Лёша, мы сделали всё, что могли. Теперь от нас ничего не зависит. Эти сутки будут критическими.

И в этот момент Фролова внутри медицинской капсулы открыла глаза. Открыла, осмотрелась вокруг и заметив нас за стеклом легко улыбнулась и подмигнула.

- Отличное окончание тяжёлого дня, - только и сказал я.

Глава 58: Семифредо

Даже бы не подумал, что в этом уютном двухэтажном особнячке с оранжевой черепичной крышей в центре курортного городка (куда я сорок минут назад прилетел один), может быть штаб контрразведчиков. Впрочем, наверное, так оно и должно быть…

У входа за столиком меня встретила трое улыбающихся двухметровых амбалов в гавайских рубашках и свободных шортах потягивающих коктейли из трубочек-зонтиков. Эдакая компания доброжелательных культуристов на курорте. А вот внутри… внутри я попал под суровые нахмуренные взгляды оперативников. Они были словно одно целое и в тоже время каждый сам по себе. Ничем не примечательная внешность, лица, которые забываешь сразу после того как отворачиваешься, жилистые, но устойчивые, уверенные, скупые движения, вооружённые до зубов. Каждый из этих «доходяг» мог играючи уложить дюжину культуристов снаружи.

- Алексей Александрович, - напротив меня остановился высокий пепельный блондин с выбритыми как у пилотов шагоходов висками, - полковник вас ждёт.

Меня даже обыскивать не стали хоть взгляд офицера и пробежался по моей фигуре и одежде.

- У меня при себе оружие… - начал я, собираясь было распахнуть куртку чтобы показать наплечную кобуры с автоматическим пистолетом «Довод».

- Я вижу! – остановил меня блондин. – Не стоит. Мария Николаевна не приказывала вас обыскивать.

Вместе мы спустились в неожиданно большой подвал где у стен в образцовом порядке лежали ящики без этикеток и надписей. В дальнем конце помещения обнаружился лифт.

- Просто нажмите клавишу на панели, и она доставит вас на подземный этаж. Из лифта сразу по коридору направо, - произнёс мой сопровождающий убедившись, что я вошёл в кабину.

Дзиииньк! – несколько секунд падения вниз и вот я в коридоре вдоль которого вытянулись цепочкой роботы-охранники, вооружённые ранцевыми огнемётами «Горыныч». Страшная штука, между прочим, потому что металл плавит. Хотя… тут стены явно покрыты каким-то сплавом.

Головы андроидов дружно повернулись в мою сторону, стволы огнемётов уткнувшиеся под ноги роботов поднялись вверх, но красный огонёк на лбу тут же сменился зелёным.

И всё-таки пару неприятных мгновений я испытал.

Дверь в конце коридора открылась и меня поманил к себе широкоплечий, коренастый брюнет левая кисть которого была дорогим высокотехнологичным протезом.

- Алексей Александрович, сюда!

Уже через двадцать секунд я стоял за спиной Знаменской, которая сложив руки на груди смотрела через зеркало Гезелла на сгорбившегося, бледного, трясущегося от страха мужчину лет сорока пяти в белом брючном костюме. Бедняге даже сесть некуда было поэтому он упирался вытянутой рукой в стену.

- Подполковник, смотри только со стульчика не упади от удивления из-за того, что я тебе сейчас расскажу! – не оборачиваясь ко мне бросила через плечо Мария Николаевна.

Обернувшись и не найдя в комнате абсолютно никакой мебели, ни то что стульчика, я некоторое время рассматривал пленника в комнате за стеклом, а потом спросил:

- Наши враги Польская республика?

- О поляках вам рассказал кто-то из пленных османов, - ухмыльнулась Рассказчица. - Но братья-славяне всего лишь инструмент в руках нашего главного врага.

- Того что всегда один и тот же, - кивнул я.

- Твои мозги, Алексей мне всегда нравились.

- Только мозги? – парировал я.

- Ещё полное неприятие авторитетов и привычка полагаться на себя.

Мария Николаевна сегодня была брюнеткой с сиреневыми глазами. Наверное, я один из немногих знал, что у самой могущественной женщины в Империи настоящий цвет глаз тоже был чрезвычайно редкий – нежно-васильковый. Один на миллион.

- Я не то чтобы не отрицаю авторитеты..., - начал было я, но Знаменская щёлкнула каблуком облегающего ногу сапога заставив меня замолчать.

- Мы здесь не для этого подполковник, да и времени у нас немного. Скажи мне что ты знаешь о Польской республике?

Покрутив в голове информацию, одновременно подмечая на потолке в углах комнаты замаскированные автоматические турели («Мария Николаевна не приказывала вас обыскивать», охотно верю, да и незачем, не успею я достать пистолет как меня нафаршируют металлическими шариками), я произнёс:

- В 2050 году после изгнания с Земли американцев, большей части европейцев и азиатов, поляки пытались извиняться перед императором, но без результата. Последовали в космос за своими бывшими хозяевами, но оказались им тоже не нужны. Поселились на планете земного типа в созвездии Гончих псов. Тяжело им было. Со временем провели терраформирование ещё парочки небольших миров в том же секторе космоса. Создали Польскую республику с сильной президентской властью. Первым президентом стал Станислав Кеселовский. Стал родоначальником политики «Золотого круга». В дела Империи не вмешивались, в альянсах против нас не участвовали… пару сотен лет точно.

Последняя фраза меня самого удивила. А ведь и правда с чего бы польскому барсуку лезть в самоубийственную схватку с русским медведем.

- Всё верно Лёша, всё верно… - задумчиво произнесла себе под нос полковник. – Вот и мне интересно зачем они поставили свою республику на грань уничтожения. Наш КФ камня на камне не оставит от их планеток. А это значит что?

- Ставки велики.

- О да! - новый удар каблуком женщины высек реальную искру из оказавшегося металлическим пола. - Конфедерация, Синдикат и Порта до сих пор не могут нам простить вхождения в Империю Лиги Свободных миров. А ты со своим ЧВК ещё начал отбирать у них миры Периферии…

Мы помолчали, разглядывая человека за стеклом. Я даже подумал, что тот был кем-то важным. Очень важным судя по дорогой одежде, обуви, состоянию кожи, маникюру на руках. На голове вон не единого седого волоска. То ли пересадку делал, то ли живёт не беспокоясь ни о чём.

- Они что все снова объединились против нас? – наконец нарушил тишину я, обернувшись к Знаменской. – Конфедерация, Синдикат, Порта, поляки?

Мария Николаевна сделала шаг вперёд так, что оказалась со мной лицом к лицу. И так как на каблуках полковник была одного со мной роста я почти касался носом кончика её носа.

- Почему же снова Лёша? - почти не двигая губами спросила она. – Не снова, а опять.

Ваш покорный слуга хотел было сделать шаг назад так как чувствовал себя неуютно находясь в такой близости к полковнику (нет, она конечно приятная женщина и вообще, но я честно как сексуальный объект её никогда не оценивал… тьфу, тьфу, тьфу, не дай бог!), но Знаменская, нахмурившись, не позволила мне это сделать:

- Я хочу поблагодарить тебя и твоих ребят. Без вас напасть на след заговорщиков мне бы не удалось.

- Преувеличиваете, - почему-то шёпотом произнёс я.

- Так быстро точно не удалось бы.

От полковника пахло дорогими духами и оружейной смазкой. Лично мне этот аромат не нравился и в носу стало щекотать. Однако, команды не было, и я стоял и не двигался.

- Что-то ещё?

- Да. Ты должен знать, что играть мы теперь будем по-серьёзному…

«Будто до этого в поддавки резались», - подумал я, но дальнейшее заставило меня подавиться словами.

- Я попросила помощи у Елагина и теперь с нами будет работать вновь воссозданная БМ-13. Я тут им намедни как раз одну ниточку бросила. Уверенна сейчас они её распутывают.

Хорошо знакомая мне ядовитая ухмылка зазмеилась по губам полковника.

А у меня лично от услышанного мурашки по коже побежали. Ничего себе! Легендарный специальный отряд КГБ это вам не шутки. «Катюши» не скальпель осторожно отсекающий опухоль с больного органа, это молот который со всей дури лупит по наковальне так, что искры во все стороны разлетаются поджигая окружение, а враг в ужасе бежит. Я вспомнил Глеба Сенокосова – командира отряда, бывшего морпеха и просто хорошего, улыбчивого парня, геройски погибшего в неравном бою. Мир праху его. А ещё я подумал, что возможно теперь БМ-13 изменил свою тактику… Нет, ну возможно же такое?

* * *

За столиками ресторана в зале было чуть более двух дюжин человек. Откуда-то играла приятная музыка, широкоплечие, высокие официанты сновали туда-сюда между столиками.

- Да успокойтесь Межеевский! Здесь вы в абсолютной безопасности. Тут нет случайных людей. Все в этом зале враги Империи, а значит ваши друзья, - подставляя официанту бокал для красного вина с издевательской улыбкой произнёс статный, щеголеватого вида мужчина с модной причёской «Аля-гангстер» и завитыми усиками-стрелочками.

Невысокого роста толстячок с наметившейся лысиной, в полосатом костюме-тройке ещё раз обвёл зал взглядом и только после этого взялся за вилку и нож. Великолепная свиная отбивная политая кисло-сладким соусом прямо таяла во рту. Он не мог это не заметить, но всё же взглянув на собеседника пившего красное «Дами тю рами» (триста имперских кредитов за бутылку), мелкими глотками, сказал:

- Вам-то хорошо. Вы всего лишь посредник, а я рискую головой потому что использую президента в тёмную.

Посмотрев на Межевского словно на источающую гной жабу, Даффи неторопливо ответил:

- Так и награда у вас будет что надо. Разве нет?

Губы толстяка тряслись от страха, но всё-таки Даффи заметил яркий огонёк алчности в его глазах. Кивнув он продолжил:

- Просто насладитесь ужином. Здесь великолепные десерты. Советую «Семифредо». Это смесь мороженного и безе. Огонь и лёд. Пальчики оближите.

Неожиданно музыка под потолком прервалась и свет погас. В потолке точно над столиком Межевского и Даффи кто-то прочертил круг лазерным резаком. Плоский блин извёстки и пенобетона рухнул на столешницу ломая тарелки с яствами, и сверху на канатах вниз головой спустилось два человека в диковинного вида бронекостюмах. Ловко подцепив заговорщиков, они утащили их наверх, а спустя секунду сверху, на жалобно скрипнувший стол, приземлилось два тяжёлых штурмовика в матово-чёрной броне вооружённые восьмиствольными пулемётами.

Свет в зале снова загорелся, посетители крича от ужаса соскакивали со своих мест, кто-то даже попытался выхватить оружие, но тщетно. Встав спина к спине незваные гости начали хладнокровно расстреливать всех находящихся в зале включая персонал и забежавшую на шум охрану. Тяжёлые пули отрывали руки и ноги, взрывали головы, с треском рвали кожу и ломали кости. Несколько секунд и всё было кончено.

Только когда подвижный блок с дымящимися стволами щёлкнув замер на месте штурмовики опустили оружие.

- Муромец – Монаху. Объекты задержаны Византийцем. Цели уничтожены. Ждём указаний, - поведя рогатым шлемом без каких-либо рисунков произнёс один из незванных гостей.

- Монах – Муромцу. Византиец на месте. Возвращайтесь, - поступил приказ по внутренней связи.

Вскоре в зале ресторана снова стала тихо. Ничего не напоминало о случившемся кроме драгоценного «Дами тю рами» тонкой струйкой вытекавшего из перевёрнутой бутылки на паркет. Красное вино смешивалось с кровью убитых чьи многочисленные тела ровным слоем покрывали пол…

Поддержим автора рублём! Коммерческого статуса у меня на сайте до сих пор нет!!!

Глава 59: Романтика

А у нас был праздник. Надо иногда и отдыхать, видеться с близкими, чтобы не забывать для чего всё это.

Ровно сто восемьдесят лет назад Печорин стал колонией, которая началась с двухсот человек высадившихся на поверхность планеты, а теперь разрослась до четырехсот девяноста пяти тысяч.

К годовщине, «Бестужев grоup», миллиардер и барон Бестужев, то есть я, построил для местных ребятишек спортивный центр формой напоминавший Колизей и окончательно выселил всех гражданских из домов вокруг Камелота. Как я говорил ранее никто в обиде не остался - для людей я создал за рекой небольшой, но современный, уютный квартал с парком и парочкой искусственных озёр. Впрочем, и в опустевшие квартиры никого не заселил. То есть заселил, после ремонта офицеров ЧВК «Беннигсен» только в те дома, что располагались ближе всего к нашему замку, те же что были дальше я превратил в настоящую ловушку для противника: бронированные ставни, заминированные лестничные подъёмы и парадные, боевые андроиды спавшие до активации крепким сном, и конечно автоматические турели, натыканные в самых неподходящих местах. Почему я был уверен, что бой нам придётся вести с пехотой и по штабу не долбанут с орбиты или какой-нибудь другой высокотехнологичной штукой распылив нас на атомы? Потому что захотят увидеть мой труп, так сказать воочию. Руками потрогать. После последнего разговора со Знаменской я был в этом абсолютно уверен. Слишком много планов сломало врагам Империи наше ЧВК. Хотя о чём я… так и было задумано заранее.

На праздник, который на всякий пожарный проходил при беспрецедентном уровне безопасности (доваторцы с удовольствием пришли к нам на помощь - не только взяли под охрану космопорт и другие важные объекты, но даже над планетой два своих линкора повесили) прилетели родные ребят: Катя - дочка Сергеева-Сатурна, супруга и дети Лексина и Кирсанова, даже бывшая жена Мальцева с хорошенькими девчонками-двойняшками сменила гнев на милость. К ветеранам, пополнившим наши ряды тоже прибыли родные, некоторых я даже знал в лицо. Калашникова с недавно закупленными мной новенькими андроидами-поварами наготовила целую гору еды. Никаких полуфабрикатов, всё полезное, горячее, по-домашнему вкусное, как она любила. Столы, установленные прямо на площади у музея, ломились от изобилия. И чего тут только не было – отбивные, картофельное пюре и блинчики, разные запеканки, дымящиеся рагу, аппетитные свиные рёбрышки в медовом соусе. Было весело, шумно, счастливый смех раздавался со всех сторон. Кстати, Мария Николаевна тоже обещала на празднике быть, да видать важные государственные дела её задержали.

Только к Серебрякову никто не прилетел. Да если честно я и не знал были ли близкие у майора. Он же вроде как человек Знаменской. Или нет? Именно к нему я и направился некоторое время понаблюдав за игрой в баскетбол вновь затеянной Сергеевым (Катя – гибкий, сильный подросток от отца не сильно отставала - отобранный у соперников мяч то и дело оказывался в корзине). Присев рядом с Серебряковым на раскладной стул, я спросил его:

- Грустно?

- Грустно? – добродушно улыбнулся тот хлебнув обыкновенного апельсинового сока из запотевшего стакана. - Нет. Из-за чего грустить? Вокруг друзья-товарищи, делаем хорошее дело.

«Друзья-товарищи… что-то не видел я майора в компании с кем-либо. Всё больше в ангаре с моим истребителем проводит, - подумал я, но в слух произнёс совсем иное.

- Хорошее дело делаем? Знать бы наверняка, что это так… - специально спровоцировал собеседника я.

Серые глаза Серебрякова будто потемнели, рука его решительно разрубила воздух:

- Не сомневайтесь, подполковник, хорошее. Поверьте мне, это я точно знаю.

«Как необычно он построил последнее предложение», - опять подумал я, взглянув на странного майора. Только сейчас я как следует разглядел, что русые волосы на его висках заметно побиты сединой. Все мои попытки разговорить Знаменскую, приоткрыть тайну личности моего собеседника ни к чему не привели. С чего я взял, что Серебряков не простой армейский технарь? Да просто знал и всё! Рядом с ним я чувствовал себя странно. Будто сопливый мальчишка! И все мои попытки понять почему, терпели крах.

Проскрежетав по мостовой ножками стула я развернулся к майору, решил высказать ему всё на чистоту. А тот только хлебнув сока из стакана ещё раз добродушно улыбнулся и указал мне подбородком на что-то позади.

Обернувшись через плечо, я увидел Бородину. Сегодня она была необычайно красива. Голубой сарафан до колен, поверх которого на удивление гармонично смотрелась жёлтая кожаная куртка (всё-таки на дворе была золотая осень), на ногах туфли с плоской подошвой. Просто куколка.

Сглотнув, я понял, что начисто забыл о Серебрякове, да его уже позади и не было, будто ветром сдуло.

- Привет, - каре-зелёные глаза поручика с золотистыми крапинками на зрачках наполнили мою грудь приятным теплом.

В последнее время из-за разъездов со Светланой мы виделись не так часто, как хотелось бы.

- Привет. Как тебе праздник?

- По-моему, Алексей Александрович, всё отлично. Все довольны. Кроме андроидов-поваров, которых Калашникова заставляла переделывать какой-то соус три раза. Мы с Яной смеялись до слёз…

Мы зачем-то дружно рассмеялись отчего я вдруг внезапно понял, что счастлив. Счастлив в первый раз после смерти супруги.

- Соскучился по тебе, - честно сказал я, проигнорировав своё имя-отчество, и сделав шаг к Бородиной.

К моему удивлению она не смутилась и не стала оборачивать ситуацию в шутку как делала это раньше. Наоборот…

- А давай сбежим ото всех. Им тут и без нас весело, - произнесла Светлана вложив мне в руку узкую ладонь.

- Давай.

* * *

Запрыгнув в новенький блестящий лаком «Обресков» мы поднялись в воздух. Автомобиль сделав круг над городом пролетел мимо патрулирующего небо дрона. Малыш увязавшись следом просканировал нас на всякий случай.

- Куда мы летим? – спросила Светлана всё ещё не отпуская мою руку.

Внизу под нами раскинулось красно-жёлтое безумие.

- Хочу показать тебе одно место. Скоро закат и там будет очень красиво.

Место действительно было чудесное. Я обнаружил его когда летал с Гореловым и Барановым на рекогносцировку. Были планы построить тут выносной бункер для… впрочем, это секрет.

Посадив автомобиль на окаймлённой деревьями поляне, мы поднялись на небольшой холм с которого открывался вид на русло реки берег которой до самого горизонта покрывали одетые в осенний наряд деревья.

- Какая красота! – вздохнула Света прижав ладошки к груди.

- Это ещё что! Подожди, вот когда солнце начнёт садится за горизонт и лучи станут отбрасывать блики на воду…

Договорить я не успел потому как позади раздался какой-то негромкий звук заставивший меня сдёрнуть Светлану с вершины холма.

Тра-та-та-та-та! – очередь из пистолета-пулемёта пройдя над нашими головами вспорола поверхность сонной реки.

В небе завис ховербайк на котором сидело двое. Стрелял по нам из-за плеча водителя в шлеме кареглазый крепыш в куртке-бомбере с белым меховым воротником. Управлявший воздушным мотоциклом тоже был вооружён в опущенной правой руке его я увидел пистолет.

Ну что за самодеятельность? Всё романтику нарушили, мерзавцы! Перекувырнувшись через плечо вниз по склону, я вытащил из набедренной кобуры пистолет и сдвинув флажок предохранителя в положение автоматической стрельбы открыл огонь по ховербайку.

Мотоцикл подчиняясь водителю скрывшись шустро ушёл в сторону, а стрелок мягко спрыгнул вниз. Только листья под его ногами, обутыми в армейские ботинки на толстой подошве, зашуршали.

Пригнувшись, поглядывая на небо, я начал обходить холм слева стараясь обнаружить исчезнувший из виду ховербайк и в этот момент услышал звук тяжёлого предмета упавшего на влажную землю.

БАБАХ! – взорвалась граната подняв в воздух столб грязи. Меня спасло то что эфка подчиняясь закону притяжения скатилась со склона чуть ниже чем рассчитывал противник.

Мелькнувший над головой ховербайк получил от меня несколько пуль и снова скрылся, а вот стрелок вооружённый пистолетом-пулемётом «Зевс» (такие всё ещё выпускали на оружейных заводах бывшей Лиги Свободных миров) взлетев на холм открыл по мне огонь сверху.

Правда выстрелить ему удалось только пару раз…

Грациозно расстегнув одним движением молнию на жёлтой кожаной куртке, Света ловко вытащила наружу висящий на плече пистолет-пулемёт «Медоед» и длинной очередью полоснула по открывшему по мне огонь мужчине. Пули буквально прошили ноги мерзавца. Вскрикнув от боли тот выронил оружие и кувыркнувшись в воздухе «Зевс» озорно булькнув рухнул в воду у берега.

Вжих! – что-то пронеслось над нами заставив пригнуться.

- Уходит! – с досадой бросила Бородина меняя магазин, но ваш покорный слуга уже взял ховербайк на мушку.

Короткая, но прицельная очередь в бок транспортного средства заставила его чихнуть и рухнуть всего в тридцати шагах от нас.

И в этот самый момент солнце начало опускаться за горизонт, лучи отразились в поверхности воды, блики их рассыпались по жёлто-красной листве деревьев на берегу. Мы словно попали в шкатулку с драгоценностями, от увиденного захватывало дыхание.

Сделав несколько шагов к Бородиной, я быстро произнёс:

- Света… я давно хотел тебе сказать… точнее сделать.

- Что Лёша? Что ты хотел сделать?

Управлявший ховербайком стрелок оставляя за собой кровавый след не бросал безнадёжных попыток уползти от нас, а подстреленный Светланой крепыш оглашая криками боли и проклятиями окрестности бросал на нас полные ненависти взгляды, но всё это не помешало мне притянуть Бородину за талию к себе и впиться губами в её горячие, мягкие губы.

Романтика, чёрт побери!

Глава 60: Обманщики

«Если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам(а)». Согласитесь, что даже в XXIV веке актуальность этого высказывания не теряется.

В общем, чтобы граф Сергей Андреевич Гвоздицкий – с недавнего времени занимавший должность министра иностранных дел Империи смог огорчить до невозможности официального представителя республики Польша вручением какого-нибудь меморандума о конце существования ляхостана, и чтобы они голубчики не выкрутились, а наши линкоры гарантированно отправились с карательной миссией в созвездие Гончих псов, мне с ребятами нужно было раздобыть друзу. Не знаете, что это такое? Ну тогда вам ликбез от полковника контрразведки.

Друза - это такая специальная матрица оснащённая ИИ. Штуковиной этой всё ещё предпочитают пользоваться некоторые спецслужбы. Нестареющая классика, если хотите. Представьте себе шпионскую агентурную сеть - целую кучу осведомителей за деньги и по дурости в разных мирах. Друг друга они не знают, на кого работают зачастую тоже. Зато у каждого свой мнемокристалл куда он записывает информацию. А где-то подобно пауку, плетущему паутину сидит человек курирующий группу этих «прекрасных людей» собирающий кристаллы как кусочки мозаики. Собранная в матрице коллекция мнемокристаллов самостоятельно анализирует информацию и кодирует её так, что потом весь аналитический отдел контрразведки со специально созданным им в помощь ИИ может убить на расшифровку от трёх месяцев до года.

Только нам расшифровывать ничего не надо было, паук плетущий сети, некто Даффи, был захвачен БМ-13 и они его так обработали, что бедняга выложил всё что знал, плюс всё о чём догадывался и даже предполагал. Вот только друзы у него с собой не было. Ему её должны были доставить надёжные люди на конспиративную квартиру. Да-да конспиративную квартиру. Я себя прямо руководителем царской охранки почувствовала…

С четвёртого этажа на котором располагались апартаменты номер 406 мы осторожненько всех жильцов заранее выселили. Оставили внутри играть радио, головизоры включённые на разных программах, приказали роботам-домработницам мыть посуду и брякать тарелками. Где-то даже раздавался детский смех и проигрывались целые сценки скандалов. Обычный пятничный вечер. Люди устали от рабочей недели и каждый отдыхает как умеет.

- Мария Николаевна, а что у шпионов принято опаздывать? – спросил сидевший рядом со мной на диване маленькой двухкомнатной квартирки здоровяк Маяковский взглянув на личный коммуникатор на запястье.

- У шпионов принято быть осторожными, - негромко произнёс Малеев возле окна. – Идут полковник. Четверо.

В том, что засада наша пойдёт не по плану как ни старайся всё предусмотреть, я была готова, то что Малеев будет нам полезен тем более. Поднявшись на ноги, я сунула под язык таблетку от мигрени и пристегнула к болтавшемуся на груди тактическому ремешку пистолет-пулемёт «Рюрик».

- А я ничего не вижу! – удивился Бодров. На голове Олега был визор в котором он наверняка сейчас просматривал изображение со всех тридцати двух камер наблюдения.

- Спрыгнули с автомобиля в окно подъезда с обратной стороны здания. Спускаются сверху. Я сканеры на полу тремя этажами выше установил. Вооружены, в лёгкой броне.

- А это ты как определил? - удивился Бодров посмотрев на Малеева и сдвинув визор на лоб.

- Опыт Олег, опыт. Вибрация чётко показывает - шаги четверых человек, тут можно вычислить вес и если к нам спускаются не большие любители сдобных пирогов и тортиков, то… это мужчины от метра восьмидесяти и выше, одетые в броню, вооружённые пистолетами-пулемётами (штурмовые винтовки серьёзно подняли бы вес) плюс БК.

Маяковский ухмыльнулся и показал Малееву поднятый вверх большой палец.

В засаде нас сидело шестеро: ваша покорная слуга, Сергеев с двумя оперативниками (их пост был в комнате 401 у лестницы, лифт нами был отключен), что я выписала на Фракосторо-3 с Байрона-2, штабс-капитан Маяковский, Бодров и Малеев (напоминаю это не фамилия, а позывной).

- Пепел – Рассказчице.

- Слушаю тебя.

- Четверо. Спускаются сверху. Панцирные бронежилеты, пистолеты-пулемёты. Напоминаю, что в живых никого брать не надо, но друзу повредить не вздумайте. Скорее всего она будет при человеке которого охраняют сопровождающие. Основное внимание на него.

- Понял тебя Рассказчица. Ищем дохляка и убираем его аккуратно.

- Пепел… может и не дохляка…

- Рассказчица. Дайте помечать.

«Помечтай-помечтай», - подумала я, когда ребята уже выстроились у двери, ибо наши гости остановились около 406 квартиры. Как я ненавидела работать в жилом секторе. Эти узкие коридорчики, низкие потолки… Сколько не писала боженьке в тетрадке желаний не подсовывать мне больше такие задания, а он всё не слушается. Ха-ха-ха! Хлопнув штабс-капитана ладонью по левому плечу, я дала сигнал к атаке.

А дальше уважаемые читатели (сомневаюсь правда, что кто-то когда-нибудь это прочтёт так как Елагин точно будет против) началась форменная хрень! Вы уж простите меня за мой французский. Так кажется говорили…

Маяковский несмотря на свой рост и мышечную массу двигался всегда очень резво. Вот и сейчас штабс попытался отпихнуть себе за спину крайнего (ближнего к нему) противника дабы быстро добраться до охраняемого объекта.

А тот в ответ, словно ужаленный, отпрыгнул назад вырвав из-под куртки пистолет-пулемёт «Ругер» и дав короткую очередь по нам. Нет-нет-нет, это ещё не всё. Трое других так ловко выбили дверь в 406 комнату и заскочили внутрь избежав выстрелов людей Сергеева-Пепла, что у меня глаза на лоб полезли. Ясно дело на них может быть одет экзоскелет (что-то вроде нашего «Богомола») вот только характерного вжик-вжик-шух-шух я не услышала. Ребята кажется тоже.

Пули нас не задели чудом. Я и Олег прижались к стенам, а Маяковский (всё-таки он быстрый и не скажешь, что совсем недавно был серьёзно ранен) распластался на полу. Куда делся Малеев простите не уследила. Пули только вдребезги разнесли окно в дальнем конце коридора.

- Не по-о-онял… - быстро бросив удивлённый взгляд на меня поднялся на ноги штабс занимая позицию возле разломанной в щепки двери.

- Попались голубчики! – улыбнулся Бодров зная, что из квартиры им не выбраться потому как там мы установили на окнах запирающиеся снаружи бронеставни.

И только Олег это произнёс как БАБАМ! – стена всего в дюжине шагов от нас разлетелась и в образовавшуюся дыру к лифту бросились наши шустрики. Быстро смекнули, что попали в ловушку.

Хотела добавить, что было абсолютно не понятно кто тут курьер, которому доверили друзу, а кто его охранники. Все четверо были парнями как на подбор высокими, крепкими, в одинаковых чёрных молодёжных куртках ниже бедра, белых футболках поверх которых был виден панцирный жилет, и серых брюках с карманами. А вот ботинки на ногах были армейского образца – «Sental» такие производили в Конфедерации. И у кого спрашивается друза?

Один из противников упал на живот и хлестнул очередью по нам, двое стрелков создали шквальный огонь из пистолетов-пулемётов заставив Пепла и его людей спрятаться в одну из пустующих квартир, а третий легко, играючи, будто мы их специально не сдвинули поплотнее, распахнул створки лифта. Делали они это всё чётко, будто согласовали заранее.

СЮРПРИЗ!

Снизу из шахты по нему ударил шквальный огонь андроидов вооружённых пулемётами. Голова противника лопнула как спелый арбуз забрызгав кровью товарищей. Сразу трое роботов в ожидании чего-то подобного были размещены мною на заблокированном между третьим и четвёртым этажом кабине лифта. Вы думаете произошедшее заставило шустриков поднять руки вверх? Как бы не так! У одного из противников в руках оказалась граната, которую он швырнул в Сергеева, тоже самое сделал и лежащий на полу курьер совсем недавно стрелявший в нас.

Так, а теперь…. Та-та-та-та-та! Если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это самА. Ещё до того, как гранаты взорвались, я, врубив сканер в своём визоре просканировала коридор на предмет обнаружения матрицы. Полностью скрыть её у них вряд ли получилось бы. Друза всё равно даёт лёгкое электромагнитное излучение. Надо было всего лишь поиграться с фильтрами. Рискуя получить осколок, я сумела сделать снимок отправленный мне на виртуальный дисплей перед глазами. Увиденное заставило меня выругаться. Ай-яй-яй! Обманщики!

Тем временем трое мерзавцев, не дождавшись взрыва собственной гранаты рванули по коридору в сторону лестницы вниз. Точнее удалось это сделать только двоим. Третий тот, что прикрывал парочку от нас только и успел вскочить на ноги с пола. Вылетевший из облака поднятой взрывом пыли Маяковский схватил его за правую руку удерживающую «Ругер». Что-то хрустнуло, и пистоле-пулемёт выпал из ослабевших пальцев. Вот только сломанная рука не повод сдаваться и сжав губы мужчина стремительно попытался ударить штабс-капитана вырванным из ножен ножом. И у него это почти получилось. Перед тем как шея противника хрустнула – клинок оставил тонкий порез на скуле Маяковского.

- ВНИМАНИЕ! Говорит Рассказчица. Они разделили между собой друзу на четыре части. Она вроде командирского планшета и располагается у них на левой руке.

- Да они ребатрона нажрались! – произнёс по внутренней связи штабс-капитан снимая с руки убитого необходимое нам устройство.

Тоже самое сделал Бодров затащив лежащего у лифта мертвеца в ближайшую квартиру.

Пока мы тут игрались, наш противник сумел скатиться по лестнице на третий этаж, но избавится от Сергеева не смог хоть одного из оперативников мы уже и потеряли. Тело тридцатилетнего поручика ничком лежало у лестничной площадки.

- Бодров, проверь как он! - прокричала я, заскочив в 402 квартиру. Просканировав пол под ногами бросила под ноги металлический диск «Камердинера» повернувшись к подрывному устройству спиной и вжав плечи в голову. Струя жидкой взрывчатки пробила отверстие в потолке. Достаточное для того чтобы я смогла протиснуться на нижний этаж. Замершая в дверях девчонка лет шести в красном платье с мопсом на руках в удивлении уставилась на тётю выпрыгнувшую из облака грязи и другого строительного мусора, протянувшую ей конфетку на палочке.

Выбив дверь квартиры ногой (извини, милая, мы всё оплатим, слово контрразведчика), я выбралась в коридор как раз в тот момент когда Малеев расстрелял короткой очередью из «Рюрика» одного из наших беглецов. Тот сполз по стене на пол опустив голову и раскинув в стороны ноги. Из дверей в коридоре выглядывали испуганные жители.

Не останавливаясь, я промчалась к лестнице на второй этаж где Сергеев сейчас вёл бой с последним курьером. Виктор вслед показал мне три пальца.

«Да знаю, я знаю, что последний кусок остался!»

Грохот выстрелов заставлял пульсировать мою больную голову. Слетев по лестнице, перепрыгнув через второго раненого оперативника (зажимавшего рану на боку и показавшего мне как несколькими минутами ранее Маяковский поднятый вверх большой палец), я, прижав приклад к плечу, коротко нажала на спусковой крючок оружия тем самым не давай противнику бросится по ступеням ведущим на первый этаж. Керамическая плитка с ярким узором, который был выложен пол, лопаясь острыми осколками полетела во все стороны. Зато я дала возможность раненому в плечо подполковнику перезарядить оружие. Затравленно озираясь наш последний шустрик – сорокалетний кареглазый блондин, сплюнул кровью под ноги и ни секунды не сомневаясь выпрыгнул в окно.

Чертыхнувшись, я бросила Сергееву аптечку и используя экзоскелет нырнула следом.

БАМ! - под ноги мне швырнули новую гранату, проходящие мимо горожане закричали от страха и присели. Слава богу никого не ранило. Спасибо, я тоже в порядке - свесилась вниз с проходящего под окнами моста над скоростной трассой по которой туда-сюда сновали автоматические фуры. Используя пневмоусилители и сервомоторы, я взвилась в воздух приземлившись всего в пяти шагах от беглеца. Вот только тот опять удивил, и прямо с места сиганул вниз на крышу пролетавшего мимо грузового автомобиля.

Что было делать? Пришлось последовать за этим придурком. Потерять его я не имела права. Бросив взгляд назад, я увидела, что тоже самое сделал и не бросивший меня одну подполковник Сергеев. Надёжный как скала и прилипчивый как банный лист. Мне повезло, знала кого выбрать себе в помощники.

На пару, закрыв рты (кто знает, что на такой скорости тебе может залететь внутрь), мы снова бросились в погоню.

Это просто дичь какая-то прыгать за обдолбанным идиотом по крышам автоматических фур несущимся над трассой со скоростью почти двести километров в час.

Над головами нашими проносились гражданские автомобили. Водители «Побед», «Де Голлей», «Черчиллей» и юрких «Мария-Терез» явно заинтересовались произошедшим с любопытством глядя вниз.

Преследуемый нами кареглазый блондин опустошив магазин пистолета-пулемёта повёл широкими плечами и разбежавшись прыгнул на фуру справа, а затем на следующую.

Нам с подполковником ничего не оставалось, и мы с замиранием сердца (я-то точно, не девочка в конце концов) повторили этот опасный трюк.

- Он прыгает к отстойнику! – сообщил по внутренней связи Сергеев так как изо ветра кричать что-либо было бесполезно.

Я уже и сама видела, что целью беглеца стал небольшой участок трассы где фуры надсадно гудя электромагнитными двигателями, удерживающими их в двух метрах над землёй, отстегнув груз разворачивались вдоль дороги. Там ещё и небольшой мостик над располагавшейся уровнем ниже дорогой нарисовался. На одной из этих машин наш преследуемый и оказался.

- Каштан – Рассказчице! - стиснув зубы злобно вызвала я Бодрова. – Ты где пропал?!

- Каштан на связи. Следую к вам, просто тут пробка. Я чуть в аварию не угодил.

Пока я отвлеклась на переговоры, наш курьер перезарядил магазин пистолета-пулемёта и сделав пару выстрелов по Сергееву (этому мешала дрожащая под ногами и управляемая андроидом-водителем фура), а затем прицелившись вверх открыл огонь по лобовому стеклу блестящей зелёной «Победы» водитель которой поплатившись за любопытство получил ранение упав на пассажирское сидение. Машинка накренилась на правый бок и опасно приблизилась к автоматическому грузовику, на крыше которого мы втроём замерли. Курьер прыгнул вверх, пальцы его коснулись двери водителя. Вот только больше он ничего сделать не смог потому как я в последний момент успела схватить блондина за ногу с силой опустив его тело на металлопластиковую крышу фуры. Тот шумно выпустив воздух из лёгких коснулся отбитой груди ладонью и покраснев от гнева снова схватился за оружие и выпустил оставшиеся пули в нас.

БАХ! – прокатившись по гладкой поверхности, я, почувствовав свистящие над макушкой пули точным выстрелом разнесла колено курьера. Сергеев воспользовавшись моментом тоже вцепился в противника дважды нажав на спуск. С такого расстояния пистолет должен был пробить панцирный жилет, но мерзавец не обращая внимание на раненую ногу (а боль должна была быть адская) и попытки подполковника его ранить, отбросил бесполезный «Ругер» в сторону выхватив скорострельный «Болт».

И тут меня накрыло волной ярости – регулы на пять дней раньше начались, изнуряющая головная боль, акробатические трюки, испорченная ветром причёска, уже достали. Отпустив рукоятку повисшего на груди «Рюрика», я вынула из-за спины подаренный когда-то мне покойным Кирпичёвым клинок с лазерной гранью и… ШИХ! Отсекла левую руку противника вместе с необходимым нам куском друзы и пистолетом. В тот же момент Сергеев выпустил пулю точно в лоб гада.

Ура! Мы победили! Да? А вот ты нет! Когда этот урод успел достать гранату я даже не поняла. Подполковник отфутболил стальной кругляш и тот слетев с крыши фуры залетел в приоткрытый для вентиляции двигательный отсек.

ТАДАМ! - граната взорвалась, разворачивающаяся в отстойнике фура наклонилась и полетела вниз, слетев с моста. Только в последний момент я, всё ещё удерживая одной рукой кусок плоти убитого, второй, активировав три стальных пальца «Богомола» располагавшихся поверх моей кисти, зацепилась за свисающий кабель. Сергеев чудом схватился за меня.

Так мы и висели, ожидая раздолбая Бодрова под любопытными взглядами водителей автомобилей.

Вообразив себе какой разнос получу от Елагина (вся секретность псу под хвост), я вздохнула, представила себя философом-стоиком, и произнесла, обращаясь к Сергееву:

- А между прочим Бестужев нас с тобой на праздник звал. Сколько-то там лет с заселения колонистами Печорина.

Подполковник, не скромно обнимая мои бёдра хрюкнул от смеха:

- Странно, Мария Николаевна, что вы сейчас об этом вспомнили.

- Что же тут странного…

БАБАХ! – в этот момент фура внизу с громким хлопком взорвалась забросав горящими ошмётками склон.

- …Бестужев обещал фейерверки, - вздохнула я, перехватив поудобнее отрубленную руку. - Ну и у нас тут они тоже…

Глава 61: Кощеева смерть

Ничто в этом небольшом прямоугольном кабинете, освещаемом уютным светом жёлтых ламп, не говорило, что его хозяин без преувеличения самый могущественный человек в Империи. Тот, кого боялись до холодного пота, бегущего между лопаток в самый морозный день, того кого ненавидели сильнее всего на свете и даже ругать старались шёпотом сквозь зубы, но в любом случае уважали…

Негромкая джазовая композиция казалась окружала, окутывала замершую посреди помещения, напротив стола директора Комитета госбезопасности, полковника контрразведки Марию Николаевну Знаменскую. Женщина думала о том, что никогда не была меломанкой, слушает всё подряд под настроение, но сейчас вдруг поняла, что игравшая в кабинете мелодия ей по-настоящему нравится и она обязательно попытается её разыскать. Разыскать чтобы послушать снова и снова…

- Мария Николаевна, о чём вы думаете? – вывел из раздумий Знаменскую приятный баритон генерала-полковника Елагина.

Женщина внезапно поняла, что музыка закончилась, а она всё так же молча стоит напротив стола. Впрочем, присесть ей так и не предложили.

- Кхе-кхе, - смущённо кашлянула в кулак Знаменская поймав пристальный взгляд серо-голубых глаз начальника. – Простите, Николай Ильич, задумалась.

Елагину было за пятьдесят, но выглядел он значительно моложе. Богатырская фигура несколько потеряла мышечную массу, но количество перешло в качество. Жилистый и ловкий генерал-полковник на всех боевых тренажёрах стабильно выбивал сто очков. Об этом знали все. Вот только волосы его на голове, буйная шевелюра, которую полковник отлично помнила, бесследно исчезли. Хотя произошло это не в последние год-два, а сразу после его возвращения из мёртвых Корсаковым. Виталик так и не рассказал Знаменской где разыскал контуженного, потерявшего память Елагина. И как вернул ему забытые воспоминания тоже. Об этом вообще было не принято говорить. Не у каждого в конце концов есть могила на Георгиевском кладбище на Земле.

- Нет уж, будьте любезны, ответьте мне на вопрос полковник? – с озорной улыбкой генерал-полковник вышел из-за стола и остановился напротив.

Обтягивающий грудь мужчины чёрный мундир с золотым погончиком, такого же цвета брюки, подчёркивали его мужественный вид, длинный белый шрам на левой щеке от виска до челюсти (оставшийся после пластической операции) только дополнял образ. Подчинённые называли Елагина Бармалеем даже не зная, что это его позывной выбранный самостоятельно ещё в годы службы поручиком.

- Мне понравилась музыка, господин генерал-полковник. И я решила, что должна найти её чтобы послушать снова.

- Облегчу тебе задачу, - ладонь Елагина легко коснулась плеча полковника. - Это «Unforgettable» (Незабываемый) Нэта Кинга Коула. Пятьдесят второй год, кажется

- Господин генерал-полковник, две тысячи пятьдесят второй? – уточнила Знаменская потому как ни название, ни исполнитель ей ничего не сказали.

- ТЫСЯЧА ДЕВЯТЬСОТ ПЯТЬДЕСЯТ ВТОРОЙ, Мария, - снова улыбнулся Елагин. - И давай с тобой сегодня будем называть друг друга на «ты». Во-первых, это сэкономит нам время, а во-вторых, мы давно друг друга знаем. Ты не против?

- Конечно нет, Николай Ильич… ой, прости, Николай.

- Так что у нас там с Бестужевым? – сразу перешёл к делу генерал-полковник возвращаясь за свой стол.

- Всё с ним в порядке. Попытка покушения провалилась, исполнители убиты. Ребята без оружия никуда не выходят, поэтому и обошлось. Здорово помогла Бородина. Они вместе на закат полетели посмотреть.

Последние слова женщина произнесла с лёгкой иронией. К изумлению полковника Елагин даже не улыбнулся.

- Бородина эта та что Жанна Дарк? Поручик, который в ожоговом центре лечилась, сестра Горелова?

- Она самая, - полковник внезапно подумала, что вместо перехода на «ты» лучше бы выбрала мягкое сидение кресла справа от неё. Но увы-увы.

- Хорошая девочка. Самоотверженная, верная, немного романтичная. Читал её личное дело, - в очередной раз продемонстрировал феноменальную память Елагин. - Лучше телохранителя для Алексея Александровича и не найти. Он же кхм, как бы это получше сказать, бывает излишне склонен к риску.

- Нечасто, но бывает, - согласилась контрразведчица. – Тем не менее он всегда сохраняет холодный рассудок.

Генерал-полковник подумал, что полковник защищает Бестужева потому как сама такая. О проделках Рассказчицы среди её коллег, и не только, легенды ходят. Хорошо, что к сорока с хвостиком она растеряла привычку врываться в здания полное вооружённых головорезов в одиночку. Мало кто из оперативников с такими склонностями доживает до тридцати. Мария Николаевна исключение. Это, и плюс огромный опыт многолетней работы под прикрытием, делают её уникальным руководителем. А ещё генерал-полковник подумал, что только он помнит какого на самом деле цвета у женщины волосы и глаза.

- Бестужева мы потерять пока не можем. Это уникальный человек. Лучше него мы никого не найдём сейчас. Сама знаешь, мы сделали ставку, и она сыграла. «ЧВК «Беннигсен» уже легенда даже среди наших армейских. При дворе Его Высочества тоже много поклонников дела Бестужева. А ведь с момента создания и шести лет ещё не прошло.

- Я всё прекрасно помню, - коротко кивнула Знаменская.

- Это хорошо, - генерал-полковник откинулся на спинку своего кресла. - Кто стоит за покушением удалось узнать?

- Да. Распутали клубок очень быстро. Две недели назад на сайтах наёмников появился листок с наградой за голову Бестужева.

- Сколько давали?

- Триста восемьдесят пять тысяч имперских кредитов.

- О! Огромные деньги. А такая сумма тебя ни на какие размышления не натолкнула?

- Натолкнула. Забросили удочку разведки Синдиката и Высокой Порты. Через третьих лиц. Точнее даже через четвёртых.

- Доказательства есть?

- Есть. Нагрянули на Альхит и накрыли серверную. Они попытались уничтожить оборудование, но не успели.

- Отлично, - сделал вид, что поаплодировал работе Знаменской Елагин. - Не думаешь, что Синдикат и разведка османов действовали при содействии Конфедерации?

- Я в этом уверена. Это же их метод – делать грязные дела через третьих лиц используя их в тёмную. Кстати, с друзой тоже проблем не возникло. Даффи не соврал, вся информация вся шпионская сеть под нашим контролем. Смотрим, слушаем, читаем.

- Даффи теперь работает на нас, - мягко произнёс генерал-полковник.

- Серьёзно? – удивилась Знаменская вспомнив работу с этим скользким типом. - А разве можно доверять этой матёрой сволочи?

- Мария, конечно нельзя. Но он любит младшую сестру и племянницу.

Сказанное всё расставило по своим местам. С веками некоторые методы остались прежними. И это правильно, - подумала Знаменская.

- Ясно.

- Вот и хорошо.

- Ник… Николай, можно вопрос? – выдохнув полковник всё-таки решившись задать давно беспокоивший её вопрос.

- Можно.

- Я не пойму роль майора Дмитрия Серебрякова, - чуть быстрее чем нужно произнесла женщина. - Зачем мы его отправили к Бестужеву? И ещё неужели он правда из…

Глаза Елагина потемнели, а пальцы рук на груди скрестились.

- Полковник, об этом мы с вами не будем говорить даже здесь.

- Но у меня просто в голове не укладывается…

- Именно поэтому тебе и не надо знать лишнего. Одно скажу - роль его очень важна и когда-нибудь ты всё узнаешь.

- Ясно, - коротко ответила полковник, с разочарованием подумав, что «одно» превратилась в «два».

Не то чтобы она надеялась на прямой ответ, но неизвестность её всегда раздражала. Хотя… генерал-полковник, наверное, прав. Есть вещи, которые лучше просто не знать.

- Что планируешь сейчас?

- Выяснить чем конкретно зацепили поляков, - спокойно, снова вернувшись в норму, произнесла Знаменская. - Просто так они бы в этой авантюре участвовать не стали. Думаю, что побоялись бы.

- Да ещё с таким рвением.

- То-то и оно.

- Знаешь думаю эта работа для БМ-13.

От услышанного Знаменская даже забыла про уставшие за целый день ноги.

- Они же крупный калибр. Разносят всё к чёртовой матери.

Елагин на слова полковника словно и внимания не обратил.

- На этот раз мы используем их не совсем по назначению.

- Что ты имеешь ввиду?

- Они порвут все шаблоны и совершат чудо. По крайней мере так будут думать наши враги, - ещё более загадочно произнёс хозяин кабинета подавшись в кресле вперёд. - Мария о перемещениях президента польской республики Левандовского я должен знать всё. «Катюши» будут в полной боевой готовности.

- ХОТИТЕ ПОХИТИТЬ САМОГО ПРЕЗИДЕНТА? – вот теперь женщина действительно удивилась.

- Хочу сэкономить время, - парировал генерал-полковник. - Согласись вопросы лучше задавать тому, кто знает на них ответ. Что-то подсказывает мне что у нас мало времени, и вся эта возня вокруг Периферийных миров скоро превратиться в полноценную войну.

С этим согласиться Знаменская не могла. В конце концов именно она курировала сообщения имперской сети осведомителей.

- Ну уж прямо войну…

- Пара-тройка локальных горячих точек нам тоже не нужна. Император сейчас старается выстроить нормальные отношения со всеми соседями. Пресса и медиа, создают идеальный образ нашего государства.

- И всё-таки Одиннадцатый КФ в который входят «Разорители» направляется в созвездие Гончих псов.

Пальцы рук Елагина снова скрестись на груди.

- Пока ещё не туда, но в нужном нам направлении.

- Ясно.Есть ещё кое-что.

- Говори, - хозяин кабинета словно почувствовал сомнения полковника.

- Всё это и правда странно, Николай, - тем временем произнесла она. - Поляки, пытающиеся воевать с нашей контрразведкой и бьющиеся до последней капли крови, османская и самурайская разведка работающие вместе забыв о разногласиях и вражде, «Макао-11» заброшенная в космосе, «Золотые солнца» которых никогда не было и подброшенный нам китайская след. Мы бросаемся то туда, то сюда, я бы сказала, что нас водят за нос, но факты говорят об обратном и всё же это напоминает какой-то аттракцион. Аттракцион для того чтобы занять нас. Пока мы качаемся на весёлых качельках, любуемся яркой иллюминацией, кушаем сладкую вату и попкорн…

- Маша, ты умничка (так просто Знаменскую Елагин называл до этого всего один раз в жизни). - При том, что ты прекрасная женщина у тебя мужской тип мышления. ТЫ всё правильно поняла.

- Что я поняла? – лихорадочно соображая попыталась сглотнуть ком в горле полковник. Однако последовавший вопрос генерал-полковника вообще выбил у неё пол из-под ног.

- Любишь сказки?

- Какие?

- Русские народные.

- Читала Тимоше…

- Помнишь где находится смерть Кощея?

- Смерть Кощеева на конце иглы, а игла - в яйце, яйцо - в утке, утка - в зайце, заяц - в сундуке, сундук - на высоком дубу, а дуб тот Кощей день и ночь стережет, - наизусть, даже сама удивившись продекламировала Знаменская.

- Верно.

- Думаете, что…

- Суть ты уловила правильно. Работайте полковник, - снова перешёл на официальный тон Елагин. - Вы свободны.

Глава 62: Лиса и сыр

Разговор между директором Комитета государственной безопасности Империи генерал-полковником Николаем Елагиным и Его Величеством происходил во время неторопливой прогулки по коридорам Букингемского дворца. После изгнания с Земли англосаксов и их союзников резиденция британских монархов разместила под своими сводами Оружейную палату. А всё из-за того, что музей-сокровищница со своими экспонатами уже в Московском Большом Кремлевском дворце не помещалась.

Александр V только вчера отметил свой сорок первый день рождения и судя по всему с утра был в великолепном расположении духа. Даже что-то насвистывал себе под нос. Несмотря на пятый десяток и пять пережитых покушений император всё так же мог похвастаться чистой кожей, густыми волосами и бровями цвета спелой пшеницы, разве что морщинки в уголках рта и глаз стали глубже.

«Ничего, мои сообщения не должны испортить государю настроение. Даже наоборот», - подумал Елагин надевая на лицо свою дежурную улыбку.

- Да не старайтесь, не старайтесь принять вежливое выражение лица, Николай Ильич! Я вас совсем не за это ценю! – заразительно рассмеялся Александр V блеснув голубыми глазами и легко похлопав левой затянутой в белоснежную перчатку рукой по плечу генерала-полковника.

Елагин знал, что именно эта рука императора пострадала во время прошлогоднего покушения произошедшего во время визита на Румянцев-3.

- Да я особо и не стараюсь быть вежливым, - спокойно ответил директор КГБ посмотрев на замершего в нише возле окна двухметрового вооружённого гвардейца в боевой броне и при оружии. – Это скорее всё моё чувство такта…

- О! О нем, генерал-полковник, я тоже премного наслышан! – уже по-настоящему рассмеялся Его Высочество из-за чего из уголков глаз даже слёзы брызнули. – О том, как вы поступили с тайным советником Ярославским на Самусенко и особенно с генералом Беком на Довгань-2 весь двор судачит. Кстати, вы не боялись, что нога последнего могла выпасть из вашей руки и он рухнул бы на мостовую с высоты восьмидесяти двух этажей?

- Первый был вором, а второй дураком из-за которого погибли хорошие солдаты, - пожав плечами ещё более спокойно ответил Елагин повернувшись к императору. - Хотя вы правы Ваше Величество для человека занимающего мою должность эта выходка НЕПОЗВОЛИТЕЛЬНА. Я должен был сдержаться, простите. Готов падать в отставку и отправиться на то место службы которое вы мне доверите.

Треугольное лицо Александра V резко стало серьёзным:

- Николай Ильич, я давно вас знаю. Если бы вы захотели, то легко сдержались и не дали бы гневу поблажки. Вы сделали это специально, потому что по-другому было нельзя. И хватит об этом. Давайте уже поговорим о наших баранах. Как там поживает президент Левандовский? Здоров ли? Как скоро поведает нам о заговоре против нашего отечества? А то я уже весь извёлся от любопытства…

- Выход к нему нашли, - по привычке снизив громкость голоса произнёс генерал-полковник, склонившись над императором. - Было нелегко, но справились. Задействовали все связи и контакты. БМ-13 на месте. Операция назначена на послезавтра.

- Отлично, - голубые глаза императора неожиданно потемнели словно над озером с чистой водой пронеслась дождевая тучка. – Николай Ильич, пусть «катюши» выступят так, чтобы вся Польская республика тряслась от страха и захлёбывалась в истерике. Важно, чтобы ребята вернулись домой в любом случае. Если для этого надо будет уничтожить квартал - уничтожайте. Они сами объявили нам войну…

Стук каблуков по паркетному полу, следующий за уходящими по коридору Букингемского дворца мужчинами, словно метроном отсчитывал секунды до того момента, как жизнь жителей Империи и её соседей навсегда изменится.

* * *

Положив трубку проводного телефона (ими всё ещё пользовались в резиденции из соображений безопасности) на стол, президент Польской республики снял светло-коричневый пиджак со спинки кресла быстрым движением набросив его на себя.

- Господин Левандовский, я считаю это глупо! – пережёвывая челюстями вечную жвачку заявил майор Конфедерации Карлос Маккена – крепкий сорокалетний шатен среднего роста с россыпью веснушек по носу и щекам, недавно ставший отвечать за безопасность первого лица республики.

- Глупо? – замер на месте хозяин кабинета. - Глупо купить подарок любимой дочери?

- Глупо подвергать себя необоснованному риску когда вам могут угрожать имперцы, - словно читая по бумажке произнёс майор глаза которого в этот момент абсолютно ничего не выражали (Левандовский из-за этого даже немного побаивался своего телохранителя - зрачки словно у рыбы!). К тому же по первому желанию вам доставят в президентскую резиденцию любые игрушки на выбор.

- Что вы понимаете? – начал наливаться гневом хозяин кабинета из-за чего щёки его покраснели. - Я хочу выбрать сам! Сам, Маккена! К тому же «Элизиум» совершенно безопасен. Там на каждом углу камеры, андроиды-охранники.

- Это может быть ловушкой?

- Вы о чём?

- КГБ могло специально выманить вас из дворца, - пояснил Левандовскому майор.

- Не смешите меня! Каким образом? Они что узнали предпочтения моей дочери? В какие куклы она играет? Какой цвет ей нравится?

- Допускаю такую возможность, - глаза конфедерата впились в президента Польской республики, но тому было уже не страшно, его понесло.

- Да вы с ума сошли! И зачем я только согласился на то чтобы вы и ваши люди меня охраняли!!!

Посмотрев на впадающего в истерику поляка (как бы ещё волосы на себе рвать не начал их и так не слишком много осталось) конфедерат решил ему уступить.

- Хорошо, но мы отправляемся с вами, - безапелляционно заявил он, набирая что-то на экране личного коммуникатора.

- Уговорили, - облегчённо выдохнул Левандовский чувствуя себя победителем. - Возьмите с собой пару человек и прыгайте в мой лимузин!

- НЕТ! – неожиданно майор повысил голос звук от которого заметался под потолком украшенным вычурной лепниной. - Я возьму с собой всех своих людей!

- Всех?! Да какого чёрта, майор?! С поездкой за подарками прекрасно справилась бы и моя охрана. Это будет скандал если президент республики явится в магазин игрушек в сопровождении сорока вооружённых до зубов американских спецназовцев!

Маккена будто возражения хозяина кабинета не слышал. Словно по команде жвери раскрылись и внутрь начали входить его бойцы уже облачённые в боевую броню и шлемы.

- Америки давно нет, господин Левандовский.

- Серьёзно? – дерзко наклонился через стол президент Польской республики. - А мне что-то так не кажется.

* * *

Погожий сентябрьский денёк обещал быть солнечным и безоблачным. Под чистым голубым-голубым небом, которым жители республики особенно гордились (точно такое же как на Земле!) раскинулся Новый Краков - пятнадцатимиллионный современный город.

- Муромец-Монаху! – внутри шлема подал признаки жизни специально выделенный для операции канал связи.

- Внимательно.

- Новые вводные. Простака охраняют не местные. Конфедераты. Радуйся, наши старые знакомые - «Скарабеи».

- «От радости в зобу дыханье спёрло…», - с усмешкой прочёл строчку из древней басни Муромец.

- Я так и понял. Приказ действовать деликатно отменяется. Не сдерживайте себя.

- Принял, - произнёс командир специального отряда спецназа КГБ вставая с сидения вагончика фуникулёра медленно двигающегося по стальным канатам прямо над «Элизиумом» - столичным кварталом с магазинами для состоятельных панов и паночек.

Обменявшись взглядами с сопровождавшими его бойцами, которые тут же заклацали затворами удерживаемого в руках оружия, командир произнёс уже по внутренней связи:

- Муромец – Византийцу, Стилету, Весельчаку, Комоду, Пятаку и Акробату. Бальные танцы отменяются. Наши противники навозные жучки. Простака в мешок, с остальными работаем по своему профилю.

Дождавшись ответа от своих бойцов, Муромец довольно кивнул, повёл могучими плечами, закованными в тяжёлую матово-чёрную броню, и играючи легко подняв восьмиствольный крупнокалиберный пулемёт «Орда» вслух закончил декламировать басню Крылова:

И на приветливы Лисицыны слова

Ворона каркнула во все воронье горло

Сыр выпал - с ним была плутовка такова…

Глава 63: Византиец

- Дразнят? – переспросил супругу прапорщик, пожалев, что при звонке нет изображения, а только звук. - Из-за чего?

- Из-за того, что у нашей дочери гетерохромия.

- Из-за того, что один глазик нашей заюшки голубой, а второй зелёный? – на лице офицера при воспоминании о Машеньке расплылась улыбка.

- Ой, Валера в твоём исполнении это всегда звучит забавно и даже мило. А маленькие мерзавцы тем не менее насмехаются над дочерью и домой из школы она приходит в слезах.

- Милая, это дети, первоклассники. Скоро они привыкнут и всё закончится.

- Валера, а если нет?

- Ну тогда ей нужен защитник. Родишь мне сына… и он будет защищать сестру.

Супруга на том конце заразительно рассмеялась, а потом вдруг очень серьёзным тоном требовательно произнесла:

- Береги моего самого любимого человека! Слышишь?! Пусть он вернётся домой целым и невредимым и тогда обещаю, что о сыне я подумаю.

- Хорошо, милая, - произнёс прапорщик, заканчивая разговор потому что Комод захлопнув забрало шлема поднялся на ноги поудобнее перехватив «Орду» - восьмиствольный крупнокалиберный пулемёт.

- ГОТОВНОСТЬ НОМЕР ОДИН! – тут же по внутренней связи раздался голос Муромца – командира БМ-13. - Все сопровождающие Простака должны быть уничтожены. Первый добравшийся до объекта включает маркер и ожидает эвакуации. Остальные его защищают. Скорее всего противник, поняв, что уберечь Простака не удастся попытается его уничтожить. Это недопустимо! Повторяю, НЕДОПУСТИМО! Объект в любом случае должен выжить и сохранить форму для допроса.

- Принял.

- Принял.

- Информацию принял.

Проверив ещё раз готовность всех систем «Пожарского» - нового штурмового доспеха спецназа КГБ, в том числе активировав плазменную пушку на плече, прапорщик с позывным Византиец вспомнил лицо своей дочери с разноцветными глазами и чувствуя разрастающееся внутри груди тепло снова улыбнулся.

* * *

- Сейчас вам упакуют и принесут вашу куклу, господин президент, - Бажена Петельская – сорокалетняя, высокая женщина с выкрашенными в ярко-красный цвет волосами, собранными на голове в замысловатую причёску, в стильном чёрном брючном костюме, являвшаяся хозяйкой магазина сама обслуживала посетившего её Левандовского.

- Большое спасибо. Я подожду.

Закованная в броню вооружённая охрана президента Польской республики заставила нервничать посетителей и их пришлось попросить покинуть помещение магазина игрушек.

Замерший рядом с Левандовский человек в чёрно-золотой броне с изображением сплетающихся друг с другом змей на груди (наёмник, не иначе) повернул голову в сторону женщины и поправив рукой висящую на груди массивную штурмовую винтовку спросил:

- Почему эта игрушка была недоступна для заказа на вашем сайте?

Вопрос был произнесён таким тоном, что Петельская почувствовала, что мурашки побежали по её спине. «Быстрее бы они убирались к чёрту отсюда», - подумала женщина натянув на лицо улыбку:

- Всё дело в том, что кукла Дорис производится только на Новой Вероне. Сама кукла изготовлена из безопасного экопластика…

- Да мне плевать на это! – перебил Петельскую спецназовец со змеями на груди. – Я спросил почему игрушка была недоступна для заказа на вашем сайте?

- … я и пыталась объяснить. Господин президент заказал «Золотоволосую Дорис», её волосы светятся в темноте. Это самая редкая игрушка в серии. Всегда выпускается крайне лимитированным тиражом. Это из-за того, что локоны её пропитаны эссенцией из редких глубоководных водорослей. Я для своего магазина делаю заранее заказ на несколько лотов из серии. Обычно пять-десять штук на каждый. Груз всегда прибывает на планету вовремя, но в этот раз произошла заминка по вине транспортной компании. Кажется, какая-то у них там забастовка…

Пожарная сирена в клочья разрывала тишину повисшую в залах пустого магазина и заставила Петельскую вжать голову в плечи. Плохое предчувствие одолевавшую женщину с утра кажется не было напрасным.

К хаму с клубком змей на груди бросился один из наёмников. Забрало было поднято и Бажена увидела вытянутое лицо с квадратным подбородком, еле-еле умещавшимся внутри шлема.

- Командир, тревога! Пожарная сигнализация объявлена во всём квартале, служба безопасности начала эвакуацию!

- Противник? – окатив ненавидящим взглядом хозяйку хам без каких-либо церемоний подтолкнул изумлённого Левандовского к выходу.

- Стягивает силы к магазину, но судя по всему их меньше чем нас, - доложил Квадратный подбородок и вроде как улыбнулся. Только получилось это у него некрасиво, криво, будто лицо к таким эмоциям было непривычно.

- Как они оказались в «Элизиуме», мы же контролируем входы и выходы из квартала?

- Кажется они сошли с ума. Спрыгнули сюда прямо с фуникулёра…

* * *

Десять катюш против сорока «Скарабеев». Кому-то это покажется самоубийством, но для специального отряда КГБ это было обычным делом. Византиец знал, по пустякам, да ещё в самый центр Польской республики их бы не вызвали.

Конфедераты были шустрыми ребятами и покинув магазин игрушек по адресу Коперника 19 даже не стали пытаться подняться на автомобилях в воздух. Смекнули, что для них приготовили сюрприз.

- Акробат - Муромцу.

- Слушаю.

- Вижу объект. Гражданских на улицах почти не осталось. Наш план с пожарной сигнализацией сработал. Разрешите вступить в бой?

- Муромец - Акробату. Разрешаю. Византиец приготовиться.

- Принял.

Врубив форсажные двигатели «Пожарского» и взлетев по стене четырехэтажного дома в котором располагался магазин мужской одежды (между прочим на манекенах красовались костюмы-тройки от «Демидофф-Лурье») и кафе с легкомысленным названием «Ruda», на крышу, прапорщик понёсся вперёд перепрыгивая с дома на дом. Его основной задачей было снова сцапать объект и доставить к пункту эвакуации.

Что, ж пиндосы были серьёзными противниками, но всё-таки они сделали одну ошибку – не стали делиться на мелкие группы чтобы запутать их, а собравшись в единый кулак рванули в сторону Центральной площади всем скопом.

Оседлав статую крылатой горгульи, прапорщик взглянул на развернувшееся внизу на маленькой площади с фонтаном, в виде тройки слонов с задранными к небу хоботами, сражение. Сражение, от которого у простого человека бы дух захватило, он же за три года воссоздания БМ-13 видел такое неоднократно.

Выстроившиеся клином «Скарабеи», ведя ураганный огонь из автоматического оружия и ручных гранатомётов пытались, не теряя скорости прорваться вперёд тем самым надеясь опрокинуть и растоптать катюш.

Весельчак, Комод и Пятак вели огонь по противнику из крупнокалиберных пулемётов. Посылая тяжёлые пули с бивольфрамовым сердечником в спецназ конфедератов, ребята старались всё время находится в движении одновременно сохраняя возможность вести перекрёстный огонь. Уже дюжина противников покоилась на земле. Даже новенькие тяжёлые «Шерманы» - броня которой так гордилась Конфедерация не могла защитить от гнева «Орды» рвущего на части вражеские тела. Сверху пластиковым конструктором сыпались поднятые в небо «Скарабеями» беспилотники. Когда перегревшиеся пулемёты исчерпав свой боезапас замолкли внизу сухо захлопали «Ушкуйники». Эти плазменный пушки, интегрированные в тяжёлую броню, серьёзно отличались от всех аналогичных систем - на три заряда больше, температура посылаемой в противника плазмы выше. Вот одно из попаданий раскалив до бела точку входа насквозь прожгло защитный костюм двухметрового спецназовца и проплавило дырку в нагрудной пластине брони следующего за ним стрелка.

Справа в выстроившихся в боевом порядке «Скарабеев» врубилось троица катюш во главе с Муромцем. Всё построение тут же было к дьяволу нарушено и преследуемый ими объект стал уязвим, что конечно открывало возможности для Византийца.

Найдя в видоискатель виртуального экрана силуэт Левандовского, прапорщик активировал патрон с парализующей сетью внутри пушки на левом плече и приготовился прыгать вниз.

«БОЕВЫЕ АНДРОИДЫ НА ДЕСЯТЬ ЧАСОВ!» - просигнализировал ИИ затопив слух Византийца противным пиликаньем. И правда на здание справа от площади с фонтаном поднялось сразу десять боевых андроидов вооружённых электромагнитными винтовками. «Сейчас они дружно прицелятся и перебьют ребят словно куропаток на охоте», - понял прапорщик. Прижав приклад штурмовой винтовки к плечу он разбежавшись сделал гигантский прыжок прямо на крышу дома с роботами. В полёте его плазменная пушка трижды хлопнула разнося корпуса андроидов уже изготовившихся к стрельбе.

С треском круша пластиковую грудь одного из роботов подошвами ног, прапорщик приземлился на крышу открыв ураганный огонь по андроидам. Посылаемые в него стальные шарики проносились над головой. Только один оставил след чиркнув наплечник. Когда магазин опустел Византиец выпрямившись сменил его оглядывая обломки роботов под ногами.

Уже собираясь доложить о случившемся он краем глаза, ещё до того, как ИИ затопил красным виртуальный дисплей, уловил движение слева и сделал прыжок вверх.

И всё-таки два стальных шарика попали в Византийца. Первый, в грудную боковую пластину защищающую рёбра, второй, в правое колено. Броня выдержала.

Внизу под прапорщиком на крышу поднялось ещё десяток андроидов именно по ним он открыл огонь уходя от ответного огня в сторону. Троих роботов ему удалось подстрелить, но остальные бросились к месту приземления Византийца.

Ситуацию спас возникший откуда-то Стилет.

- Византиец я разберусь, - плазменная пушка поручика взорвала голову одного из управляемых дистанционно роботов. - Лети на площадь, там жарко и ребята держатся из последних сил.

Сменив очередной магазин, прапорщик последовал совету товарища сиганув с крыши на площадь с уничтоженным фонтаном из обломков которого в небо била струя воды.

Лавируя между сражающимися и стараясь не получить пулю или сгусток плазмы, Византиец нёсся к Простаку. Когда до объекта оставалось десять шагов он активировал парализующую сеть. Вот только выстрела не последовало. ИИ брони с опозданием сообщил, что пушка на плече не исправна. Не сбрасывая скорость, прапорщик выпустил половину магазина из «Ливня» в шлем «Скарабея» на груди которого были изображены змеи, и буквально выдернул из группы конфедератов мужчину с глазами на выкате в светло-коричневом пиджаке. ИИ подтвердил опознание объекта уже когда Византиец, прижав к груди испуганного мужчину нырнул в переулок заполненный кондитерскими лавками и конфетными магазинчиками.

«АКТИВИРОВАТЬ МАРКЕР!» – приказал он искусственному интеллекту лавируя между зданий и брошенными продавцами киосками.

Тут же прапорщику пришли координаты транспорта, который должен был забрать его с планеты. Бой за спиной будто приблизился. «Скарабеи» бросились в погоню, а ребята всеми силами пытались остановить их.

От первых пуль ему в спину Византиец сумел увернуться, он даже выдал остатки магазина в стрелявшего будучи уверенный что попал по крайней мере в одного из стрелков. Следующая пара очередей разнесла витрину магазина торгующего личными коммуникаторами и плексигласовую дверь ювелирной лавки разминувшись с прапорщиком в пару долей секунды.

Продолжая прижимать к себе объект так же нежно как когда-то обнимал свою новорождённую дочь Византиец нёсся вперёд даже когда получил несколько попаданий в спину, а слева от попадания из гранатомёта острыми осколками взорвалась стена.

Наплевав на сигнализирующего о серьёзном ранении ИИ прапорщик с облегчением убедился, что Простак в порядке.

Неожиданно сумрак затопил всё вокруг и продолжая спринт по улицам «Элизиума» Византиец увидел громаду имперского военного линкора зависшего над Новым Краковом, что свидетельствовало только об одном - тяжёлый военный корабль только что сделал ювелирный прыжок через гиперпространство и уничтожил ПВО планеты. Объект в его объятиях из-за собственной важности будто бы потяжелел. Хотя прапорщик не исключал и того, что он просто потерял много крови несмотря на инъекции сделанные автоматической бронёй. Новые попадания в спину заставили Византийца сжаться, защищая локтями польского президента. «Ещё квартал и всё», - думал Валера Плотников мозг которого затопил кровавый туман. Обезболивающее почему-то не действовали только сковывая конечности судорогами.

БАБАХ! БАБАХ! БАБАХ! – сразу три взрыва из ручного револьверного гранатомёта разносящие всё вокруг показали прапорщику, что теперь жизнь Левандовского для конфедератов скорее угроза чем ценность.

«Разные глаза, рыбка моя это же не проблема! Наоборот это делает тебя особенной! Таких как ты очень мало! Не обращай внимания на одноклассников! Улыбайся им в ответ, и всё. Они поймут, что их шутки и издевательства не беспокоят тебя и отстанут. Люблю тебя…»

Византиец не был уверен происходил ли этот разговор с дочерью на самом деле или в его разрываемом в лохмотья болью воображении.

Уже теряя сознание и всё ещё заслоняя спиной Левандовского прапорщик тем не менее сумел впихнуть его внутрь десантного корабля.

Глава 64: Кукла

Адам Левандовский уже не смотрел на экран головизора над головой где центральный канал Польской республики TVP1 показывал последние новости, а возбуждённые и испуганные ведущие перекрикивая друг друга обсуждали случившееся. С него было довольно. Сложив руки на груди президент, разглядывая носки собственных туфель и думал о том, что больше всего на свете хотел бы сейчас оказаться в сотнях тысяч парсеков от этой чистой, пустой и страшной комнаты освещаемой только сменявшимися картинками головизора…

Имперский Одиннадцатый космический флот в состав которого входила пара-тройка «Разорителей» - кораблей-монстров способных если не уничтожить любую планету так нанести ей страшный ущерб вторглись в созвездие Гончих псов. Играючи русские уничтожили современное ПВО центральных планет Польской республики, захватили гиперкольца и безраздельно завладели космическим пространством запретив без их разрешения любые полёты гражданским и торговым судам. Наверное, только это заставляло ведущих канала TVP1 выбирать выражения во время эфира именуя оккупантов просто вооружёнными силами Империи. Зато каналы других государств, особенно Конфедерации, Синдиката и Священной Порты надрывались вовсю, в выражениях уже не стесняясь. А сколько слов поддержки полетело в сторону подвергшейся вторжению Польской республики. «Братья, душой и мыслями мы с вами! Мужайтесь! Империя как всегда превышает все мыслимые и немыслимые пределы своих полномочий, нарушая суверенитет свободных миров! Это дерзость и международное преступление!» И другое бла-бла-бла… СПЛОШНОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ.

- Всё должно было быть не так! – вслух произнёс Левандовский с досады пнув ногой стол перед собой. Бутылка с минеральной водой покачнувшись упала на пол откатившись к стене.

- А КАК? – раздалось на имперском из угла комнаты из-за чего президент откровенно струхнул и даже чуть не рухнул со стула.

Из темноты словно демон преисподней появилась высокая женщина-брюнетка в стильном тёмно-синем брючном костюме с чёрными как уголь глазами.

- Как вы там оказались? – снова чуть не свалившись на пол спросил Левандовский чувствуя, что на несколько мгновений даже забыл о дыхании.

Незваная гостья же вопрос его проигнорировала. Цокая каблучками туфель, она замерла напротив стола.

- Ответьте на вопрос, Адам. А как должно было быть? Что они вам обещали? Что-то другое? Может быть, что флот Конфедерации, османов и Синдиката сплотившись в единый кулак ударит по КФ Империи?

Левандовский сглотнул ком в горле, а женщина, нет русская ведьма, громко рассмеялась. И как показалось Адаму искренне и зло. Было в этом смехе, что-то страшное, что-то лично что ли. По крайней мере мужчине так показалось.

- Не смешите меня, пан президент, - женщина наконец смахнула кончиками холёных пальцев, ногти которых тоже были выкрашены чёрным лаком, выступившие под глазами слёзы. - Вы же взрослый и достаточно умный человек. Никого это братия защищать кроме себя не будет. Загрести жар чужими руками да, может, натравить один мир на другой в своих интересах тоже, а погибать ради кого-то никогда такого не было и не будет.

- Как мне к вам обращаться? – уже пришёл в себя Левандовский незаметно вытерев внезапно вспотевшие ладони о свой светло-коричневый шерстяной пиджак.

Чуть склонив голову к плечу, женщина кротко улыбнулась словно прочитав мысли мужчины.

- Называйте меня в соответствии с воинским званием - Полковник.

Попытавшись придать себе безразличный вид (в конце концов он знал, что это может произойти и даже готовился к подобному хоть до конца и не верил), Адам Левандовский откашлялся и произнёс:

- Полковник, я хочу официально заявить решительный протест и…

- Тихо-тихо, Адам, - указательный палец присевшей на соседний стул женщины коснулся тонких губ. - Мы с вами кажется ни с того начали.

- О чём вы?

- Наверное вам показалось, что между нами возможно какая-то сделка, но я здесь не для переговоров.

Внутри груди Польского президента что-то оборвалось, что не означало, что и это он не предвидел, а женщина тем временем продолжила:

- Я здесь для того, чтобы дать вам возможность облегчить душу, даже выговориться.

- О чём вы? Дело не в этом! – попытался не играть по правилам русской ведьмы Левандовский. – Я не понимаю…

- КАК РАЗ В ЭТОМ! - резко и властно оборвала она мужчину. - Что натолкнуло вас на эти мысли? Наверное, всё потому что вы не лежите сейчас голый и окровавленный на пыточном столе, а сидите сытый и здоровый в кабинете с кондиционером?

И тут уже настало время смеяться Левандовскому. Правда смех у него получился несколько истеричный.

- Вы думаете я вас боюсь? Боюсь ваших пыток? Да я специально сделал полную нейрэктомию чтобы вы палачи не добились своего! Можете пытать меня сколько угодно! Мне не будет больно! А близких моих вам не достать? Даже я не знаю где они сейчас!

В ответ Адам услышал совсем не то что ожидал:

- Нейрэктомию? Бедняга, вы избавились от нервных окончаний? Правда? – женщина напротив сделала вид будто её передёрнуло от отвращения. – Зачем? Адам — это же чертовски больно, когда заживает. У меня тоже был опыт, но локально и операция была неизбежна после ранения.

Левандовский чувствуя, что теряет выдержку взял себя в руки снова скрестив руки на груди.

- Я всё равно не собираюсь ничего вам рассказывать! Я не чувствую себя ни в чём виноватым! Всё что я делал, я делал для блага Польской республики! Своей Родины!

Женщина трижды щёлкнула пальцами и в комнату зашёл огромный, на самом деле огромный мужчина в чёрных штанах, военных ботинках и белой футболке бугрящиеся мышцы под которой словно пытались порвать ткань. Несмотря на рост и вес двигался мужчина быстро и даже грациозно.

Хмуро взглянув на Левандовского тот поставил перед полковником закрытую красную кожаную сумку и удалился.

Президент даже думать не хотел, что может находиться внутри.

- Значит говорите делали всё для блага Польской республики? – глаза Полковника хищно сузились. - Неужели это действительно так?

- Так!

- Ваши спецназовцы нападали на моих людей работающих на нейтральной территории, совершали теракты в пограничных мирах Империи и всё это для блага вашего государства? – голос женщины не стал громче, но тон изменился до такой степени, что Левандовскому хотелось крепко зажмурить глаза. Каждое слово будто наносило удар причиняя реальную боль.

- Я не буду комментировать это, - упорно заявил Адам взгляд которого буквально притягивала красная сумка.

- Зачем вы поверили им пан президент? Столько лет Польская республика в дела Империи не вмешивались, в альянсах против нас не участвовала и ведь всё было хорошо. Ваши дела явно пошли в гору. А как же политика «Золотого круга» Станислава Кеселовского большим поклонником и последователем которого вы являетесь? Всё зря? Чем они вас взяли?

Плотнее стиснув губы Левандовский просто нахмурился. Сейчас он был готов ко всему, даже к пыткам.

- Вы всё равно мне всё расскажите, пан президент, - с некоторой усталостью вздохнула женщина и совсем по-домашнему облокотилась о кресло положив голову на спинку. – Они хотели вас убить. Там в Новом Кракове. Адам разве вы этого не поняли? Прапорщик спас вас прикрыв своим телом.

Тут и спорить было нечего. Левандовский и правда помнил, что в них летели гранаты. Ничего иного от Конфедератов он и не мог ожидать.

- Тот боец, что нёс меня… он мёртв? – негромко спросил мужчина.

- Нет, - помотала головой женщина, - он пока жив, хоть и находится в тяжёлом состоянии.

- Удивительно…

Новый смешок Полковника заставил президента вскинуть подбородок вверх.

- Вы хоть поняли кто за вами пришёл?

- Какой-нибудь спецназ…

- Какой-нибудь спецназ? – тёмные глаза собеседницы запылали адскими угольками. - Операцию проводило БМ-13. Знаете кто это такие?

От услышанного у мужчины дух захватило. Нет, правда, как это возможно? Конечно Левандовский знал легендарных «Катюш». Спецназ КГБ, цепных псов Империи после которых всегда оставались разрушения и горы трупов. В среде польских военных их считали скорее легендой, чем реальными людьми, но всё равно верили в их существование. «БМ-13 немыслимо! Вот только новости заявляли, что убитых среди гражданских не было. Раненые были, но убитых ни одного. Как же так?»

- Может быть всё-таки расскажите, чем они вас взяли?

- НЕТ! НЕТ! НИЧЕГО Я ВАМ НЕ РАССКАЖУ! – неожиданно для себя закричал Левандовский вскочив на ноги. – И вообще я бы никогда не стал вести переговоры с кем-то если бы… если бы… ведь это ВЫ, вы ИМПЕРИЯ виноваты во всём!

- В чём конкретно? – эмоциональное выступление польского президента на Полковника никакого впечатления не произвело. Скорее её это позабавило.

Решив не доставлять собеседнице удовольствие, в ответ мужчина просто сел на своё место и замолчал.

Некоторое время они так и сидели молча изредко бросая взгляд на ленту новостей.

- Ладно. Пора заканчивать, - произнесла женщина и склонилась над красной сумкой из-за чего Левандовский немного напрягся тут же мысленно отругав себя за это.

Однако дальше произошло совсем не то что думал пленник. В руки мужчины упало что-то мягкое, пахнущие конфетами.

- Что это?

Неожиданно Левандовский понял, что в его руках кукла. Та самая «Золотоволосая Дорис» что он покупал дочери.

- Хотите напомнить мне о дочери? Шантажировать меня жизнью ребёнка? Как же я рад, что она сейчас не в вашей власти!

Кукла, брошенная на стол отскочила от столешницы и упала на пол рядом с недопитой бутылкой минеральной воды.

- Вы прямо как маленький. Знаете, Адам, я даже немного завидую вашей наивности.

- Правда? - почему-то спросил женщину, сбитый с толку Левандовский.

- Нет, конечно! Я пошутила! – в чёрных глазах ведьмы вовсю заплясали адские огоньки. – Берите куклу и пойдёмте со мной!

- З-зачем?

- Как зачем? Отдадите её своей дочери. Надо же поздравить малышку с днём рождения. Я что не говорила? Она вместе с вашей сестрой у нас в гостях, в соседей комнате.

Схватив куклу с пола Левандовский понял, что по его щекам бегут крупные, горячие слёзы. Слёзы, которые не остановить. Потому что всё было зря, потому что его обманули, потому что жертвы на которые он пошёл напрасны.

- Я же говорила вам, пан президент, что вы всё равно мне всё расскажите, - от этих слов ведьмы, вроде бы произнесённых с доброжелательным выражением лица, по спине и рукам Левандовского побежали мурашки.

Глава 65: Пекка

Самонадеянного юнца трясло от страха. Сидя на коленях в душном воздуховоде он выбивал зубами дробь. Это надо же было так сглупить и сунуться в пасть льва по собственной инициативе. Никакие они не контрабандисты! Киело была права! У них оружия столько, что можно полгорода захватить!

Закрыв глаза и мысленно отхлестав себя по щекам, Пекка с силой сжал пальцы рук в кулаки и громко вслух произнёс:

- Соберись, тряпка! Нельзя чтобы тебя здесь убили! Ни в коем случае! Дома тебя ждёт близкий человек, который погибнет без тебя!

Помогло. Выдохнув мальчишка вновь надвинул на лоб самодельный визор и забегал пальцами по старинной кнопочной клавиатуре переключаясь с одной камеры видеонаблюдения на другую.

Штурм же внизу тем временем продолжался...

* * *

- Пекка это глупо! Ты даже не знаешь кто они! – сокурсница ставшая за пару лет самым близким другом клещом вцепилась семнадцатилетнему Пекке Хонкалу в рукав куртки.

- Зато я знаю, что у них в сумках армейские аптечки, - пальцы мальчишки нежно коснулись усыпанных веснушками щёк девчонки голову которой венчала связанная бабушкой шерстяная шапка со смешным красным помпоном. - Собственными глазами вот из этого окна видел! А в каждой армейской аптечке должен быть дексаметазинитин. В лаборатории колледжа я разложу лекарство на составляющие, выделю нужное для дяди вещество… Киело, да одной аптечки ему на полгода хватит. Нет сил смотреть как он мучается. Сама же знаешь у нас нужное лекарство стоит столько, что мне и за год не заработать!

Топелиус уже лет пятнадцать как переживал нелёгкие времена и один экономический кризис здесь сразу следовал за другим. И так без конца. Все, кто мог отсюда улетел, остались те, кому деваться просто было некуда. Безработица при полном попустительстве властей породила преступность, уличные банды наводнили города поделив их на зоны влияния, но настоящие проблемы начались когда Топелиус облюбовали контрабандисты. Цены сразу выросли в разы. Небольшая планетка ранее входившая в Шведскую конфедерацию стала раем для любителей запрещённых товаров. И чем тут только не торговали: техникой из Синдиката, оружием из Блистательной порты, лекарствами из Конфедерации англосаксов. Наверное, только имперских товаров тут не было. С русскими было связываться опасно. Корветы Пограничной стражи без предупреждения вторгались в безвоздушное пространство Топелиуса и лиц заподозренных в контрабанде имперских товаров ждало жестокое наказание. В последний раз такое было лет пять назад когда спецназ пограничников уничтожил три здания на левом берегу Малой Вуоксы, а потом ещё прошёлся частым гребнем по развалинам добивая выживших.

Дядя Отсо всегда бредил Империей, говорил там настоящий рай утверждая, что Его Величество заботится о любом своём подданном (наверняка врал), хотел даже получить гражданство утверждая, что его бабка была русская, но заболел и слёг. «Болезнь колонистов» была неизлечима, изматывала человека, но при должном уходе бедняга мог прожить несколько лет. Пекка не мог потерять дядю так как он был единственным близким ему человеком. Он даже забросил мечты стать известным криптологом и пошёл в медицинский колледж. Так и получилось, что помимо программирования и разгадывания сложных головоломок у него открылся талант к химии. На Топелиусе всё время что-то происходило, взрывалось, загоралось и профессия будущего врача «скорой помощи» была востребована. И хоть медицину Пекка не любил, он любил дядю.

Выглянув в разбитое окно пятнадцатиэтажного заброшенного дома Киела уставилась на двухэтажное приземистое здание из пенобетона возле мусорной свалки. Лучшего места для склада контрабандистов найти было сложно.

- Хорошо, - кивнула девчонка блеснув глазами цвета голубого неба, - иди, но я буду наблюдать за тобой сверху.

- Не говори ерунды, Цветочек, - забросил рюкзак за спину Пекка. - Ты всё равно ничего не увидишь. Я же знаю это здание как свои пять пальцев, каждую щёлку, каждый воздуховод. В детстве мы с друзьями часто играли там в прятки и угадай кто всегда выигрывал? Заберусь внутрь, подключусь к камерам, если они там конечно есть, найду их склад, стяну пару-тройку аптечек и домой. Ты даже соскучится не успеешь.

- Не заговаривай мне зубы, Хонкалу! Я буду ждать тебя здесь! – умрямо топнула ножкой в сапожке с мехом Киела сузив от гнева глаза. – Или никуда не пойдёшь! Вот сейчас позвоню твоему дяде и всё расскажу…

- Всё-всё! Понял тебя! - примирительно поднял руки раскрытыми ладонями вперёд Пекка, ибо подруга его вполне была способно воплотить угрозу в жизнь. – Установим связь. Будешь следить через мой старый визор за окрестностями и двором, если что подозрительное увидишь тут же свяжешься со мной.

* * *

Камеры у контрабандистов, недавно занявших столько лет пустовавшие здание, и правда были. Дорогущие - «Тернекст-3000». Понатыкали часто, вот только защиты никакой нормальной не установили, точнее защита-то была, но монтировал сеть какой-то двоечник и Пекка легко взломал её. А чего тут удивляться ведь он четырежды был победителем городской олимпиады программистов, а три года назад от скуки взломал базу данных местной полиции и стёр информацию об автомобильных штрафах жителей города. Местная служба безопасности на него так и не вышла. А ещё мальчишка создал свою собственную программу, эдакий антискремблер. Она реально работала потому как вечерами Пекка слушал переговоры городской полиции и даже диспетчеров местного космопорта.

Забравшись в пыльный воздуховод при ремонте замазанный штукатуркой, он было попытался хакнуть систему безопасности дистанционно, но у него ничего не вышло. Тогда протирая коленями и ладонями скопившуюся внутри воздуховода за годы пыль, юнец начал искать место куда сходились провода всех камер видеонаблюдения. Не сразу, но всё же он сумел найти злополучный распределительный щиток.

Расположившись в северо-западной части здания, между первым и вторым этажом Пекка достал из рюкзачка за спиной пакбук и древнюю клавиатуру с кнопками. Он выменял её у старьёвщика на два старых информационных кристалла, а затем перебрал её и немногого улучшил. Просто юнец не без основания считал, что виртуальная клава здесь могла и подвести. Небольшие манипуляции с проводами и вот он внутри сети.

- Ого-го! – громче чем следовало произнёс Пекка закрывая себе рот ладонью. – Сорок камер! Ничего себе! Зачем столько?!

Зачем юнец понял уже спустя пару мгновений, когда на экранчике по коридорам зашагали люди в панцирных бронежилетах вооружённые штурмовыми винтовками и пистолетами-пулемётами (двадцать, двадцать один, двадцать два, – считал холодея от ужаса Пекка), а в комнате на втором этаже под охраной троих контрабандистов находилась маленькая девочка и женщина лет тридцати. Конечно нельзя было только по изображению сказать заложники ли они или находятся тут добровольно, но лицо женщины когда она смотрела на своих охранников никакого счастья не выражало, скорее наоборот. Девочка будто зная что за ней наблюдают с какой-то надеждой взглянула в камеру на мгновение встретившись взглядом с юнцом.

- Да что тут такое происходит? – пробубнил себе под нос юнец продолжая щёлкать клавишами переключая камеры.

- Пекка! Пекка! Ты меня слышишь? – раздался в наушнике Хонкалу голос подруги.

- Слышу хорошо тебя Цветочек, что стряслось? – сглотнул ком в горле мальчишка заметив в фойе на первом этаже троих замерших в режиме ожидания андроидов-охранников.

- Неподалёку от здания только что опустилось два странных фургона.

- И в чём же их странность?

- Они оба чёрные…

- Киело, - раздражённо громким шёпотом произнёс юнец, - мы же договорились, что ты будешь связываться со мной только в крайнем случае…

- Это он и есть. Оттуда никто не выходит. Они просто стоят и всё.

- Они вместе сели?

Быстро выведя на пакбук изображение с внешних камер Пекка убедился, что ни на одной из них машин видно не было.

- Нет не вместе. Одна машина приземлилась со стороны свалки, а другая неподалёку от главного входа, - пояснила девчонка.

- Кто бы это не был он знает про скрытый выход со стороны свалки, - пробурчал себе под нос Пекка обуреваемый плохими предчувствиями в тот момент, когда экранчик пакбука замигал красным. А это могло означать только одно - кто-то посторонний тоже решил хакнуть систему безопасности контрабандистов. И у них бы обязательно получилось потому как мощности хватало это вам не собранный Пеккой из мусора пакбук, вот только зайдя в систему юнец запустил во внутреннюю сеть свою программу, которая эффективно сопротивлялась вторжению удерживая контроль над камерами.

Фух! – только и выдохнул Пекка поняв, что ничего у тех что снаружи не вышло. Правда хорошо это или плохо он ещё не понял.

- Пекка! Пекка! – снова завопила в ухо Киело. - Из автомобилей вылезают солдаты и вооружённые люди! Смотри!

Тут же на пакбук пришла фотография с визора девчонки. На изображении было отлично видно как к зданию с контрабандистами с двух разных сторон двигалось восемь вооружённых до зубов бойцов. Четверо из них были в тяжёлой штурмовой броне с огромными щитами.

* * *

Снаружи, а может быть уже и внутри здания шёл бой. Пекка всеми силами пытался взломать переговоры сражающихся сторон. И если связь между выдающими себя за контрабандистов преступниками (или кто они вообще такие) удалось вскрыть достаточно быстро, то связь штурмующих двухэтажку бойцов оказалось крепким орешком. И всё-таки юнец сумел добиться результата. Всё-таки четырёхкратный победитель городской олимпиады! Наконец переговоры штурмовиков ворвались в эфир:

- …плотный огонь. Пепел – Маузеру где сейчас вы?

- Двигаемся согласно плану. Преодолеваем серьёзное сопротивление. К камерам так и не удалось подключится?

В какой-то момент Пекка понял, что сидит с открытым ртом как идиот. Только слюна изо рта не капает. А всё потому что говорили на русском, тьфу, то есть на имперском.

- Нет, нас постоянно что-то выкидывает из системы. Но где девочка и её тётя мы и так знаем. Помните ребёнок в любом случае должен выжить. Не исключаю, что когда мерзавцы поймут, что их песенка спета они попытаются избавиться от заложниц.

Пекка сидел ни жив, ни мёртв. Он даже слюну проглотить не мог из-за проклятого комка вставшего в горле. Вот так попал, вот так вляпался. Тем временем переговоры продолжались:

- Каштан – Пеплу!

- Слушаю.

На камерах, атаковавшие, прикрываясь бойцами в тяжёлых штурмовых костюмах в свою очередь несущих перед собой тяжёлые щиты двигались по коридорам медленно, но верно. Точные выстрелы из-за спин штурмовиков то и дело заставляли валиться на пол хозяев здания. В боковые комнаты немедленно летели гранаты.

Огнестрельное оружие бухало, трещало и противно щёлкало раздражая слух. Взрывы гранат заставляли вздрагивать. Воздуховод постепенно наполнялся дымом и пылью от которой хотелось кашлять и чихать. Одно дело наблюдать подобное в кино или компьютерной игре и совсем другое в реальной жизни, только сейчас Пекка отчётливо понял это.

- Пепел – Малееву.

- Внимательно.

- Как у вас обстановка?

- Двигаемся. Медленнее чем хотелось бы, но всё-таки прогресс есть.

- Понимаю и даже где-то сопереживаю вам, но надо ускориться.

- Принял.

На одной из камер хозяева здания попытались устроить ловушку штурмовикам – двое бойцов заняли позиции в комнатах справа и слева, один забрался на трубы под потолком чтобы открыть огонь сверху. Но не тут-то было. За десять шагов до противника штурмовик в тяжёлой броне замер на месте, поводил головой из стороны в сторону, а затем ловко достав из-за спины восьмиствольный пулемёт длинной очередью уничтожил врага продолжив путь. Тяжёлые пули оставили огромные дыры в стенах, потолке и на части порвали самоуверенных бедняг.

На другой камере под ноги прикрывавшим стрелков двухметровым здоровякам полетели граната. Один из закованных в тяжёлую броню солдат встав на четвереньки закрыл собой гранату и тут же оттолкнувшись от его спины в воздух взмыл стрелок в панцирном бронежилете и полумаске вооружённый штурмовой винтовкой. Ствол оружия трижды вспыхнул хищным огоньком и атаковавшие обливаясь кровью повалились на пол. Закрывший собой гранату поднялся на ноги и как ни в чём не бывало продолжил движение вперёд.

- Надо сваливать отсюда! – произнёс вслух Пекка то ли уговаривая самого себя, то ли думая вслух.

Отбивая коленки о металл юнец, сжав зубы, полз в сторону склада, который он давно уже нашёл по изображению с камер. Внизу под ним шёл бой и Пекке оставалось только молиться чтобы одна из пуль не угодила в него. Протяжный крик боли под ногами (он даже не думал, что человек способен издавать такие звуки) заставил его сначала замереть на месте, а затем ползти ещё быстрее.

Выбив ногами решётку воздуховода, юнец рыбкой нырнул в комнату погружённую в сумрак. Аптечки лежали на стеллаже у стены. Дюжина штук. Вырвав из-за спины из рюкзака сумку, Пекка лихорадочно принялся запихивать аптечки внутрь.

За дверью в коридоре раздался грохот выстрелов, а потом новый взрыв. Взрыв от которого с потолка посыпалась извёстка, пыль, а лампочка просто лопнула на мелкие осколки.

Обернувшийся к коридору юнец увидел, что входная дверь склада покосилась и выгнулась. Выглянув в коридор одним глазком он успел заметить свернувшего за угол тяжёлого штурмовика. Из коридора пахло порохом и железом.

Когда сумка была заполнена самое трудное было пододвинуть огромный ящик к стене, чтобы забраться обратно в воздуховод. Толкая перед собой сумку с аптечками Пекка перевёл изображение с пакбука на свой визор. Однако вскоре он чертыхнувшись замер на месте.

В комнате с заложниками что-то произошло. Охранявшие женщину и ребёнка контрабандисты вытолкнули их наружу. Женщина споткнулась на пороге и один из мужчин со злостью ударил её прикладом винтовки в спину. Заложница скривилась от боли, а девочка рыдая повисла на ней. Вырвав пленниц из объятий друг друга охранники потащили их следом за собой по коридору направо.

Пекка следовал за ними переключая камеры, а когда контрабандисты и женщина с ребёнком спустились по лестнице на первый этаж, юнец понял, что сейчас как раз располагается точно над ними. Теперь за происходящим можно было наблюдать просто через решётку воздуховода.

В дальнем конце коридора что-то взорвалось и двое охранников пригнувшись и изготовившись к стрельбе бросились в атаку. Один контрабандист остался с заложницами.

«НЕИЗВЕСТНЫЙ ВХОДЯЩИЙ СИГНАЛ», - на визоре Пекки появилась зелёная иконка предупреждающая о мощном входящем сигнале поступающим контрабандистам. Антискремблер на этот раз не помог. Во-первых, разговор был короткий, а во-вторых, защита у звонивших была что надо.

Некоторое время контрабандист прижимал пальцы к правому уху словно прислушиваясь к чему-то, а затем кивнул и лязгнув затвором поднял пистолет-пулемёт на женщину с ребёнком. В этот момент в коридор влетела граната ослепившая, но не уничтожившая камеру.

Отморгавшись Пекка рассмотрел раскинувшегося на спине внизу контрабандиста с прострелянной головой, и рыдавшую девочку. Малышка прижимала русоволосую головку с вьющимися волосами к груди женщины. Та же странно дёргалась на полу хотя со стороны никаких повреждений на теле заметно не было.

Выскользнув через повреждённый воздуховод в коридор Пекка склонился над пострадавшей быстро осматривая её. С разных сторон к ним уже топая бежали вооружённые люди штурмовавшие здание. Только сейчас юнец понял, что вокруг наступила оглушающая тишина.

- Не стреляйте! Только не стреляйте! – прокричал Пекка на ломанном имперском даже не взглянув на русских. - У женщины лёгкая контузия из-за этого наступил мышечный спазм. Сейчас дротаверинит вколю и всё. Её отпустит.

Расстегнув сумку с аптечками юнец раскрыл первую попавшуюся и найдя нужную ампулу зарядил её в инъектор.

Штурмовавшие здание бойцы в том числе массивные двухсполовинойметровые тяжёлые штурмовики стояли вокруг внимательно наблюдая за его действиями. Девочку успокаивая кто-то осторожно взял на руки.

- Пепел докладывай! Что у вас там?

- Да тут к нам на голову какой-то Айболит свалился, - произнёс сероглазый сорокалетний мужчина с острыми морщинами в уголках рта сдвинув одной рукой на лоб визор, но другой продолжая удерживать за рукоять здоровенную штурмовую винтовку, удерживаемую на груди тактическим ремнём.

- Откуда он взялся?

- Понятия не имею, но шустрый малый…

Глава 66: Почему андроид-уборщик читает лекции?

Почти семь десятков старших офицеров ЧВК «Беннигсен» собралось сегодня за массивным длинным столом из цельного куска дымчато-фиолетового обсидина в конференц-зале «Ноября» (так я назвал свой новый личный небоскрёб в центре столицы на Крупской).

Я вполне уже свыкся с ролью миллиардера к тому же состояние моё как ни странно за последние шесть лет даже увеличилось. Да-да, почти вдвое. Притом, что тратили мы очень много. А всё благодаря Фавро и Мамонтову. Первый с лёгкостью управлял моей финансовой империей (Горелов даже шутил, что для него это что-то вроде увлекательной компьютерной игры), а второй со своими внезапными проверками и ревизиями стал настоящим пугалом для взяточников и лоботрясов служащих в «Бестужев grоup». Я не ошибся, именно служащих. Для своих сотрудников мы даже форму придумали. Света постаралась.

Сегодняшняя наша встреча (или съезд, как назвал его Саша Лексин) была абсолютно секретна и проходила при беспрецедентных мерах безопасности. Вся охрана наша плюс боевые андроиды моего собственного производства, которых я, пользуясь советом Знаменской отключил от внешней сети подчинив единственно приказам Совета директоров: то есть вашего покорного слуги, Горелова, Мальцева и Лексина. Мы добирались сюда каждый на своём транспорте, а в здание вообще большая часть из ребят попала по подземному ходу, который я предусмотрительно обустроил на манер метро. Небо над небоскрёбом охраняла Стая, которой руководил ИИ моего орбитального истребителя. Хотя мысленно я всё ещё называл искусственный интеллект Людой. Но уже без той горечи, что раньше.

Светлана будто почувствовала мои мысли - поставив на стол простую глиняную кружку сладкого кофе она положила свою руку мне на плечо.

Все собравшиеся были одеты в дорогие костюмы, обувь, причёсаны, подстрижены, ну прямо не головорезы из частной военной компании, а совет акционеров. Впрочем, для этого была ещё одна причина о которой вы вскоре узнаете.

Здесь были все: Совет директоров стоявший у истоков ЧВК в полном составе, Фавро уже привыкший к своей искусственной руке, сосредоточенный Мамонтов не пропускавший ни одного услышанного слова, а также руководители всех филиалов ЧВК на Периферийных мирах. Голограмма ничейных миров крутившаяся в воздухе над столом из вулканического стекла была покрыта многочисленными красными точками. Да, это всё я, нет, не правильно – это всё мы.

Взглянув на часы над входом, я подметил, что до назначенного времени осталось три с половиной минуты.

Ставров с позывном «Каспий» с удивлением рассматривал запонки с крупными изумрудами на манжетах своих рукавов выглядывавших из под чёрного пиджака из последней коллекции от «Демидов-Лурье», Тальков забросив ногу на ногу ощупывал ботинки из кожи бамбурийского двурога и, наверное, жалел, что на нём не его любимые кеды, Буре пользуясь моментом спал откинувшись на спинку кресла и сложив руки на груди, граф Григорий Марущенков (доктор Пападакис воистину творил чудеса и сумел спасти аристократа, которому я искренне симпатизировал) строил глазки Яне Фоминой даже не стесняясь сидящего рядом деда, штабс-капитан Ждана Бирюкова не скрывая своего раздражённые мучила воротник накрахмаленной белоснежной сорочки под стильным бордовым брючным костюмом ругаясь сквозь зубы (ей то привычна была форма или защитная броня), Ташков молча смотрел на проплывающие мимо облака (всё-таки мы располагались на восемьдесят первом этаже), Настя Фролова разглядывала фотографии сына в личном коммуникаторе, а Кудасов упёршись кулаком в подбородок откровенно скучал. Лямкин… Лямкин высунув язык от старания белым маркером, что-то рисовал на гладкой обсидиановой поверхности стола. Ума не приложу где он его взял. С собой что ли специально принёс?

- Привратник – Канцлеру. Гости поднимаются. Скоро будут у вас, - сообщила мне охрана и буквально спустя несколько мгновений входные двери бесшумно распахнулись и в сопровождении шестёрки бойцов БМ-13 в диковинной защитной броне, в конференц-зал зашёл андроид-уборщик в оранжевой спецовке с красными полосами на рукавах и спине, и в такой же оранжевой кепке.

Модель ТН-16 лет двадцать пять как уже не выпускалась и представляла собой пожилого мужчину с седыми усами под носом и немного растрёпанными бакенбардами. В руке робот держал совочек и щётку.

«Точность – вежливость королей», - подумал я, а ребята вокруг зашептались. Ну ещё бы, не каждый день увидишь, что легендарные «Катюши» - специальный отряд КГБ сопровождал для охраны какого-то списанного андроида.

Без слов, специально сгорбленный конструкторами дедулька обошёл по периметру зал внимательно разглядывая стены и потолок. То и дело он замирал на месте, будто к чему-то внимательно прислушиваясь.

- Проверяет помещение на прослушку и сканирует, - одними губами произнесла Светлана, впрочем, я и сам об этом догадался. К тому же конференц-зал сегодня моя служба безопасности проверяла трижды.

Успокоившись дедуля бесцеремонно бросил в угол совочек и щётку, сдвинул кепку на затылок и широко улыбнулся. На мгновение у меня даже закрались сомнения андроид ли перед нами.

Пройдя мимо стола, уборщик коснулся указательным пальцем правой руки холодного камня и поджав губы произнёс:

- А Я ВОТ ПРЕДПОЧИТАЮ ЖИВОЕ ДЕРЕВО.

Фраза эта заставила всех присутствующих выпучить от изумления глаза и только «Катюши» подняв забрала шлемов весело переглянулись друг с другом.

Только мне, да может Горелову и Баранову стало ясно с кем мы имеем дело. Андроид-уборщик говорил голосом самого могущественного человека в Империи.

- РАЗРЕШИТЕ ПРЕДСТАВИТЬСЯ ГЕНЕРАЛ-ПОЛКОВНИК ЕЛАГИН НИКОЛАЙ ИЛЬИЧ. ДУМАЮ, КАЖДЫЙ НАХОДЯЩИЙСЯ ЗДЕСЬ ЗНАЕТ КТО Я.

Вопрос директора КГБ был скорее риторическим.

- БОЛЬШУЮ ЧАСТЬ ИЗ СИДЯЩИХ ЗА ЭТИМ СТОЛОМ ВЫБИРАЛ И УТВЕРЖДАЛ ЛИЧНО Я. ОДНАКО ЕСТЬ ЗДЕСЬ И ТЕ, КТО ПОПАЛ В КОМАНДУ АЛЕКСЕЯ АЛЕКСАНДРОВИЧА ПО ЗОВУ СЕРДЦА ИЛИ ПО ИНЫМ, НЕ МЕНЕЕ ДОСТОЙНЫМ ПРИЧИНАМ, - тем временем продолжил говорить андроид-уборщик, прогуливаясь туда-сюда по конференц-залу.

В какой-то момент я перестал различать робота и перед глазами моими встал хозяин голоса с его богатырской статью и высоким ростом.

– НАВЕРНЯКА ЕСТЬ СРЕДИ ВАС ТЕ, КТО ХОЧЕТ ЗНАТЬ ИСТИННУЮ ЦЕЛЬ СОЗДАНИЯ ЧВК «БЕННИГСЕН». НЕТ, ГОСПОДА ОФИЦЕРЫ, ИДИОТАМИ Я ВАС НЕ СЧИТАЮ И ПРЕКРАСНО ПОНИМАЮ, ЧТО ЗАДАЧА ПЕРЕТЯНУТЬ НАСЕЛЕНИЕ ПЕРИФЕРИЙНЫХ МИРОВ НА НАШУ СТОРОНУ НЕ ДЛЯ КОГО НЕ СЕКРЕТ. В ТОМ ЧИСЛЕ И ДЛЯ НАШИХ ПРОТИВНИКОВ, Я БЫ ДАЖЕ СКАЗАЛ врагов.

Последнее слово андроид произнёс громким шёпотом театрально приставив ладонь ко рту.

- И ВЫ ЕЁ БЛЕСТЯЩЕ ВЫПОЛНЯЕТЕ! ПОЗДРАВЛЯЮ ВАС! ОФИЦИАЛЬНО В ЧВК «БЕННИГСЕН» ТРУДОУСТРОЕНО БОЛЕЕ СОРОКА ТЫСЯЧ ЧЕЛОВЕК. КАЖДЫЙ ДЕНЬ ВАШИ СПЕЦИАЛИСТЫ ОБУЧАЮТ ОПОЛЧЕНЦОВ ИЗ МИРОВ НЕ ИМЕЮЩИХ ВОЗМОЖНОСТЬ ЗАПЛАТИТЬ ЗА УСЛУГИ ЧВК ИЛИ ПРЕДОСТАВИТЬ ДЛЯ ВАШИХ НУЖД НЕОБХОДИМУЮ ИНФРАСТРУКТУРУ, - рука андроида сначала хлопнула по плечу Паши Баранова, а потом по спине склонившегося над столом Лексина. – ОДНАКО ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ОДНА ИЗ ЗАДАЧ. МЫ ЖЕ С ЕГО ВЕЛИЧЕСТВОМ ЗАДУМАЛИ НЕЧТО ГРАНДИОЗНОЕ.

Ребята за столом зашевелились понимая, что вот-вот станут участниками события, которое возможно изменит будущее Империи и соседних государств.

- ВРАГ НАШ ХИТЁР. НИКТО НЕ ХОЧЕТ НАПРЯМУЮ ВОЕВАТЬ С ИМПЕРИЕЙ ПОТОМУ ЧТО ОНА ЛЮБОГО СОТРЁТ В ПОРОШОК. ПОЭТОМУ НАШИ ЗЛОПЫХАТЕЛИ ВЕДУТ БОРЬБУ ИСПОДТИШКА. МЫ ЗНАЕМ НА ЧТО ОНИ РАССЧИТЫВАЮТ. ДУМАЮТ ИМПЕРИЯ РАЗРОСЛАСЬ И ЭТО СТАНЕТ ПРИЧИНОЙ ЕЁ ГИБЕЛИ, ТРЕЩИНОЙ В ФУНДАМЕНТЕ, АХИЛЛЕСОВОЙ ПЯТОЙ, ЕСЛИ ХОТИТЕ. НАШ ПРОТИВНИК ОБОЖАЕМ ИСТОРИЮ ДРЕВНЕГО МИРА, ОСОБЕННО РИМСКУЮ ИСТОРИЮ. А ВОЗМОЖНО И ИСТОРИЮ ХХ ВЕКА.

Андроид спрятал руки в карманы и тут я понял, что он каким-то непонятным образом повторяет сейчас движения и жесты настоящего Елагина.

- ДА, ВРАГ ХИТЁР И ДЕЙСТВУЕТ ЧУЖИМИ РУКАМИ ЧТОБЫ НЕ ДАЙ БОГ НЕ БРОСИТЬ МАЛЕЙШУЮ ТЕНЬ ПОДОЗРЕНИЯ НА СЕБЯ. ПОКА ЭТО ПОЛУЧАЛОСЬ У НЕГО НЕПЛОХО. НО ЭТО НЕ ПОТОМУ ЧТО МЫ БЕЗДЕЙСТВОВАЛИ, НЕТ. ЕМУ НАДО БЫЛО ДАТЬ НЕМНОГО СВОБОДЫ ДАБЫ ОН ПОВЕРИЛ В СОБСТВЕННЫЕ СИЛЫ. ПОЭТОМУ И ПОЯВИЛОСЬ ЧВК «БЕННИГСЕН». С ОДНОЙ СТОРОНЫ ЭТО ЧАСТНАЯ ВОЕННАЯ КОМПАНИЯ СОЗДАННАЯ ИМПЕРИЕЙ, ПОВЕРЬТЕ СОМНЕНИЙ НИ У КОГО В ЭТОМ НЕТ. С ДРУГОЙ СТОРОНЫ, ВЫ ПРЕВРАТИЛИСЬ В ЧРЕЗВЫЧАЙНО ТОНКИЙ ИНСТРУМЕНТ ОДНОВРЕМЕННО И ВСЕМОГУЩИЙ - ВЫ ТОЛЬКО ПОСМОТРИТЕ, ЧТО ПИШУТ И ГОВОРЯТ О ВАС ЛЮДИ, СКОЛЬКО РОЛИКОВ О ВАШИХ БОЯХ В СЕТИ, КАК ОНИ ПЕРЕЖИВАЮТ ЗА КАЖДОГО ВАШЕГО УБИТОГО БОЙЦА, КАКИЕ ОЧЕРЕДИ ВЫСТРАИВАЮТСЯ В РЕКРУТСКИЕ ПУНКТЫ… А СДРУГОЙ СТОРОНЫ, ВРАГ ВЕРИТ, ЧТО ЭТО ЧВК СЛАБОСТЬ ИМПЕРИИ. ДЕСКАТЬ ОНА НЕ МОЖЕТ ПРОСТО ЗАХВАТИТЬ БОГАТЫЕ ПЕРИФЕРИЙНЫЕ МИРЫ И ПРИДУМЫВАЕТ КОСТЫЛЬ, КОТОРЫЙ ФУУУ! ДУНЕШЬ ПОСИЛЬНЕЕ И НЕ УДЕРЖИТСЯ.

- Зачем нам захватывать Периферию? – нарушила молчание Настя Фролова. – Она и так к нам перейдёт. По собственному желанию.

Палец андроида уставился на женщину:

- УМНИЦА! АНГЛОСАКСЫ И ИХ СОЮЗНИКИ ДО СИХ ПОР ТАК И НЕ НАУЧИЛИСЬ МЫСЛИТЬ ВНЕ СВОИХ ПАРАДИГМ! ИМ БЫ ВСЁ ЗАХВАТЫВАТЬ, ДА ПОКОРЯТЬ! МЫ ДЕЛО ИНОЕ.

- То есть, рано или поздно они захотят нарушить свой псевдонейтральный статус и обрушатся на ЧВК? На нас? – выдохнув произнёс Мальцев сидевший слева от меня.

- ОБЯЗАТЕЛЬНО ШТАБС-КАПИТАН, И НЕПРЕМЕННО, - кивнул андроид остановившись напротив Лёши. – ВСЕЙ СВОЕЙ СИЛОЙ! И КОНЕЧНО ОНИ НАДЕЛАЮТ ОШИБОК. МНОГО ТРАГИЧЕСКИХ ОШИБОК, КОТОРЫХ ИМПЕРИЯ ИМ НЕ ПРОСТИТ. И МЫ ЗАБЕРЁМ У НИХ ЕЩЁ БОЛЬШЕ РАЗВИТЫХ ЗАСЕЛЁННЫХ МИРОВ ПРОШЕДШИХ ТЕРРАФОРМИРОВАНИЕ ЗА КОТОРЫЕ ОНИ ТАК ДЕРЖАТСЯ, И ОТБРОСИМ ИХ ВГЛУБЬ КОСМОСА ОБРЕКАЯ НА БЕДНОСТЬ… ПОКА ОНИ НЕ ОДУМАЮТСЯ, НЕ ПОУМНЕЮТ.

В конференц-зале наступила тишина. Света крепко сжала моё плечо мне даже стало немножко больно, но я не подумал попросить её убрать ладошку. Я взял кружку с горячим ещё кофе и отпил пару глотков. Услышанное меня не удивило хоть напрямую мы со Знаменской об этом и не говорили. Большая игра идёт.

- Они уничтожат ЧВК и БУДУТ ПРОКЛЯТЫ ЖИТЕЛЯМИ ПЕРИФЕРИИ? – медленно растягивая слова произнёс Фавро начисто забыв о своём французском акценте.

- ОНИ ПОПЫТАЮТСЯ ЭТО СДЕЛАТЬ. ОНИ СОБЕРУТ ВСЕ ВОЗМОЖНЫЕ СИЛЫ И УДАРЯТ ПО ПЕЧОРИНУ. ИМЕННО ПОЭТОМУ АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ ПРЕВРАЩАЕТ КВАРТАЛ ВОКРУГ КАМЕЛОТА В СМЕРТЕЛЬНУЮ ЛОВУШКУ. МНОГИЕ ПОГИБНУТ, ДА! ИМЕННО ПОЭТОМУ Я И РЕШИЛ РАСКРЫТЬ ВАМ КАРТЫ. ВЫ УЖЕ МНОГО СДЕЛАЛИ И ОТ ИМЕНИ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО Я ПРЕДЛАГАЮ ВАМ ВЫБОР.

Андроид-уборщик сделал паузу и не торопясь обвёл взглядом всех сидящих за столом.

- ТОТ, КТО ОПАСАЕТСЯ ЗА СВОЮ ЖИЗНЬ, ЛИБО БЕСПОКОИТСЯ О БЛИЗКИХ, МОЖЕТ СЕЙЧАС ВСТАТЬ И СПОКОЙНО УЙТИ. КОНЕЧНО ВЫ ДАДИТЕ БМ-13 ОБЯЗАТЕЛЬСТВО НЕ РАЗГЛАШАТЬ ЭТУ ИНФОРМАЦИЮ ИНАЧЕ НА ВАС ПАДЁТ НЕМИНУЕМАЯ КАРА. АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ, НАВЕРНЯКА, НЕ ОБИДИТ ВАС И ВЫПЛАТИТ НЕОБХОДИМОЕ ВЫХОДНОЕ ПОСОБИЕ. ТЕ ЖЕ ОФИЦЕРЫ КТО НАМЕРЕН И ДАЛЬШЕ СЛУЖИТЬ, И ЗАЩИЩАТЬ, ОСТАНУТСЯ. ВЫ ДОЛЖНЫ ПОНИМАТЬ, ЧТО ВЫЙТИ ИЗ ИГРЫ СЕЙЧАС ВАШ ПОСЛЕДНИЙ ШАНС…

Я говорил ранее, что в зале повисла тишина? Так вот настоящая тишина наступила именно в этот момент. Хорошо, что у меня под рукой был кофе. Сделав очередной глоток, я почему-то понял, что напиток холодный. А ведь ещё несколько минут назад я обжигался им.

- АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ, КСТАТИ, ДЕВИЗ ЧВК «ДОЛЖЕН, ЗНАЧИТ МОЖЕШЬ» МНЕ НРАВИТСЯ. КАЖЕТСЯ, ТАКАЯ ЖЕ ФРАЗА БЫЛА ВЫГРАВИРОВАНА НА КЛИНКЕ ПЕПЕЛЯЕВА?

Я просто кивнул андроиду, тьфу Елагину в ответ (уверен был, что тот сейчас смотрит на меня) и вцепился в свою кружку как в спасательный круг. Собравшимся выпал нелёгкий выбор и сейчас я пытался угадать тех кто поднимется со своего места и выйдет из конференц-зала. Ни в коем случае я бы не стал осуждать их. Наоборот, я всем был благодарен. Благодарен за то, что пришли мне, родине, затравленным жителям окраинных миров на помощь в трудную минуту. Сейчас многие думают о своих близких. Это у меня кроме Светы и бездушной «Неясыти» ничего и никого не было. Может быть Фролова…

Я ошибся. Из-за стола никто не встал. Мне стало так стыдно, что я плохо подумал о некоторых своих товарищах. Так стыдно, что защемило в груди.

- ЧТО Ж, ГОСПОДА ОФИЦЕРЫ, Я В ВАС НЕ ОШИБСЯ. ЧЕСТЬ ИМЕЮ! - совсем по-человечески улыбнувшись андроид, замер, глаза робота остекленели, а по искусственному телу прошла дрожь после которой он бездушным куском пластика и резины рухнул навзничь на пол.

Из глазных отверстий уборщика к потолку потянулись струйки синего вонючего дыма. Впрочем, тут же заработавшие кондиционеры быстро втянули его без остатка избавив нас от запаха.

«Катюши» молча развернулись и покинули помещение.

Некоторое время в конференц-зале стояла та самая тишина и только горячая рука Бородиной на моём плече заставляла моё сердце биться ровно. Я даже не заметил, что затаил дыхание внимательно изучая глаза собравшихся.

- Кхе-кхе, - дважды кашлянул в кулак Баранов. - Светочка, красавица, я понимаю, что ты не секретарша, а наш боевой товарищ, но можно нам тоже кофе… И с печеньками, а то из-за всех этих лекций андроида-уборщика у меня аппетит зверски разыгрался…

Все остальные сидящие за столом улыбнулись и не глядя больше на выполнившего свою роль андроида заулыбались друг другу, расстегивая пиджаки и ослабляя галстуки. ЧВК «Беннигсен» продолжает выполнять свою задачу… «Должен, значит можешь».

Глава 67: Мёртвая колония, похмелье, чужие и я же деньги отправляю, что ещё надо

Открыв глаза Павел увидел металлический пол десантного корабля и ощутил лёгкую вибрацию работающих маршевых двигателей. Щека прапорщика лежала на лавке, рот был приоткрыт, ниточка слюны стекала по подбородку вниз. «Всё-таки алкоголь и правда зло», - подумал Баранов ещё не приводя себя в вертикальное положение, но уже серьёзно задумываясь об этом.

«А ведь вчера день так хорошо начинался, - вспоминал он морщась от головной боли, - отработали с новобранцами бой против шагоходов, ни на кого не наступили, никому ничего не прижали… а потом Оленька позвонила из дома. И ВСЁ! Солнечный, погожий денёк обернулся пасмурным. Да, он помнил, что обещал ей быстренько подсобить Бестужеву и вернуться домой. Быстренько не получилось, помощь растянулось на несколько лет и конца и края ей пока было не видно. Но разве он в этом виноват? Зато заработок стабильный, более чем приличный, счёт в банке опять же завели. Скучает? Так он тоже скучает, но ведь раз в полгода стабильно видятся, иногда даже чаще. Вон два месяца назад летал к сыну Сашке на день рождения. На праздник колонистов они опять же прилетали на две недели. Беспокоится? Чего тут беспокоится? Живой, здоровый, поправился на калашниковских харчах даже немного. К тому же какое дело делаем! Боевое братство! Как он товарищей подведёт? Блин, он же не каблук! В общем ничего супруге объяснить нормально Павлу не удалось - поорали друг на друга и связь отключили. Причём кто раньше прапорщик даже не помнил. Из-за расстройства начали гудеть вместе с Фрунзе в местном баре. У того тоже что-то с его Алиной не ладилось. Потом решили, что разорвут каперский контракт, разведутся то есть, и станут свободными пиратами, будут бороздить моря и океаны в любых направлениях. Потом ещё выпили, Павлу сгрустнулось, и он понял, что Оленьку и детей любит и никогда не бросит. Дальше зачем-то полетели за город пострелять из снайперских винтовок, зачем фиг знает, новенький полигон же под носом. Но далеко не улетели, Горелов их поймал и обезвредил, ну то есть забрал винтовки, БК и сказал идти спать. Но спать они конечно не пошли, а вернулись в бар, пили за здоровье жён и детей, за пиратов, за родину, за погибших Кирпичёва, Зобуна, Неприведибеду, второго номера Фрунзе сгинувшего на Сириусе-2, а потом… потом прапорщик ни черта не помнил. Как он вообще оказался на «Вороне» тоже».

Сдерживая стон Павел сел прислонившись спиной к прохладной металлической поверхности, что было очень даже уместно и приятно. Бестужев напротив нахмурившись что-то читал с экрана планшета. Баранов даже подумал, что совсем он что-то скучный стал. Вот как стал миллиардером, так и поскучнел. Это что получается деньги — это зло? Алкоголь зло, деньги зло? Чего ты мелешь пьяная скотина? – чуть не произнёс вслух он.

- Баранов как ты? – участливо спросил справа Леша Тальков – хороший мужик и фельдшер, что надо.

- Нормально. Бывало и хуже, - буркнул в ответ Баранов сдерживая накатившую тошноту и тут же усомнившись в собственных словах (так он ещё никогда не напивался, стыдно). – А мы куда?

- На Штокхаузен-6, - ответил за Талькова отложивший планшет в сторону Бестужев.

Выражение лица Канцлера было серьёзным, но серые глаза улыбались. Впрочем, Баранов не обиделся. Во-первых, Корсары на своих не обижаются, а во-вторых, не надо напиваться в говно, не будут ржать. Сказанное товарищем и командиром до прапорщика дошло не сразу.

- Штокхаузен-6? Это та планетка, что нам Мария Николаевна давно рекомендовала? Которая почти на стыке торговых путей и на ней что-то там ещё Шведской конфедерация понастроено было… - еле-еле двигая языком произнёс Павел во рту которого всё пересохло словно он пересёк пустыню.

- Верно, - кивнул Бестужев, протягивая Баранову полную бутылку с прохладной минеральной водой. – Пей, а то вообще соображать перестанешь. Там имеется шикарная взлётная полоса предназначенная в том числе и для посадки тяжёлых кораблей. Для ЧВК это манна небесная. Сможем создать там пересадочный хаб с боеприпасами, медикаментами, топливный резервуары поставим. Всё лучше, чем в космосе заправляться.

Жадно глотая воду и стараясь не пролить не капли, Баранов почувствовал, что в голове начинает прояснятся и подумал о том, что из-за удалённости Штокхаузена-6 от Печорина сначала они должны были на корвете сюда прыгнуть через гиперпространство, и только потом на маршевых двигателях лететь на «Вороне». «Да как так-то? Ни фига не помню! А как меня из корвета, в десантный корабль перенесли? На руках что ли? Это ладно, а как я на корвет то попал?»

Покраснев от стыда Павел вызвал смех сидевших вокруг беннигсенцев. Не смеялся только Сергеев, который с удовольствием разглядывал удерживаемый в руках шлем от защитной брони на котором немного мультяшно, акриловыми красками, была нарисована девчонка с баскетбольным мячом подозрительно похожая на его дочь.

- Катя сама нарисовала? - ткнул локтем пулемётчика в бок Мамонтов.

- Сама! - расплылся в улыбке папаша. – Красиво?

- Очень! Только жалко, что такая красота облезет, обгорит или от попадания пули осыплется, - вздохнул Вадим.

- Ничего страшного. Дочка сказала, что ещё нарисует, - совсем не расстроился Сергеев поправляя носком ботинка пулемёт замерший на полу.

«ГОСПОДИН ПОДПОЛКОВНИК, ЗАЙДИТЕ В КАБИНУ ПОЖАЛУЙСТА, - раздалось по громкой связи над головами бойцов. ТУТ ЧТО-ТО СТРАННОЕ. НА ПОВЕРХНОСТИ, НИ ОДНОГО ОГОНЬКА НЕ ГОРИТ. КОЛОНИЯ БУДТО ВЫМЕРЛА».

* * *

Терраформирование на планете не проводилось. Дышать тут было можно, но не долго. Потому как легко можно было гипероксию словить. Мелкий дождь делал пейзаж и скудную растительность похожей на картины Эдварда Мунка. В общем весёленькое место они себе облюбовали.

Сканирование с воздуха и разведывательные дроны картину не прояснили - внизу и правда было темно хоть глаз выколи.

По справочнику в колонии на Штокхаузен-6 проживало не менее четырёхсот человек. К тому же даже если бы у местных были проблемы с техникой, в конце концов поломка какая-нибудь, следы жизнедеятельности от армейских пронырливых беспилотников всё равно скрыть бы не удалось, а тут вообще тишина. Мёртвая тишина.

Пока Бестужев раздавал задания Баранов превозмогая слабость и ломоту во всём теле облачался в КПУЗД (командир зачем-то захотел, чтобы все повально были в «лисятах») и проматывал в голове последний разговор с супругой. Вот их разговор он ни капельки не забыл, а последующие события помнил неважно. Лучше бы наоборот, потому как сказано было много лишнего. О том о чём потом жалеют. «Ну чего ей надо? Я же деньги отправляю? Для всех стараюсь», - думал в отчаянии прапорщик, надевая на голову защитный шлем и закрывая забрало.

Плохое настроение Паша надеялся развеять делом. «Дело-то оно всегда помогает», - решил он, закрепляя за спиной помимо снайперской винтовки, крупнокалиберный дробовик. Снаружи его снова ожидал небольшой сюрприз.

Беннигсенцы оказывается прилетели сюда во всеоружии. Три десантных корабля заполненных пехотой, в том числе отделение тяжёлых штурмовиков, которым теперь командовал Буре, три шагохода и две БМД. Что это означало? Правильно птичка, а возможно, что и Кукушка напела, что тут не всё чисто. Так и оказалось.

А ещё Паша подметил, что корабли колонии занесённые в декларацию были все на месте. Стояли в целости и сохранности на посадочной полосе. Что конечно было хреново. Значит таинственно пропавшие люди не улетели, а остались на планете. Заметил это конечно не только прапорщик.

- КАНЦЛЕР ВСЕМ! БЕРЁМ С СОБОЙ МАКСИМАЛЬНОЕ КОЛИЧЕСТВО БК. «ВОРОНЫ» ПОДНИМАЮТСЯ НАД ПОВЕРХНОСТЬЮ И ЖДУТ НАШЕГО СИГНАЛА НА ВОЗВРАЩЕНИЕ!

Вскоре штурмовые группы выдвинулись каждая в свою точку. Павел вместе с десятком крепких ветеранов, Тальковым и Мамонтовым то и дело сверяясь с планом жилого комплекса были направлены в местный госпиталь.

Внутри заполненных вязкой темнотой коридоров здания ни одного тела колониста обнаружено не было, разве что то тут, то там валялись личные вещи местных: ботинок, халат, ключи от личной комнаты, детская игрушка и даже недоеденный бутерброд, а вот в самом госпитале…

- Блядь, - не сдержался обычно интеллигентный Мамонтов осветив лучом фонаря закреплённого на штурмовой винтовке тело молодой женщины с развороченной грудной клеткой. Причём лежала она не на операционном столе, а раскинув руки в стороны прямо на полу помещения.

- Здесь ещё такое тело, - сообщил из темноты Мамонтов.

- А здесь сразу два! – вторил ему один из ветеранов.

Тальков быстро проведя осмотр мертвецов умерших явно несколько месяцев назад, но каким-то странным образом не разложившихся, а превратившихся в мумии, взял образцы тканей.

- Тебе не кажется, что грудную клетку вскрыли не снаружи, - произнёс присаживаясь на корточки рядом с Гномом Павел (указательный палец его указал на тело). – Смотри рёбра будто…

- … сломаны, - закончил за прапорщика Тальков. – Я вижу Паша. Будто сломаны изнутри. Что-то вырвалось из неё. Да и вообще посмотри, они все в одежде. Будто ходили, занимались своими делами, а тут бац и кто-то…

- … устал сидеть в темноте, - мрачно пошутил вставая на ноги Баранов и словно в насмешку в этот момент над их головой вспыхнул свет, что означало, что Буре со своими парнями починил генератор.

- Часовщик – Канцлеру!

- Внимательно.

- В генераторной чисто, - доложил командир тяжёлых штурмовиков. - Тел колонистов нет.

- Принял.

Не тратя время Тальков активировал информационную консоль и прищурив глаза начал внимательно просматривать электронные записи главного врача госпиталя.

- Гном – Канцлеру.

- Слушаю тебя.

- Судя по последним записям датированным началом года колонисты приняли аварийный корабль прилетевший с одной из лун Лютеции.

- Это где, господин прапорщик? – подняв забрало шлема спросил Павла один из ветеранов с сержантскими шевронами на груди.

- Далеко отсюда. Наверняка через гиперпространство прошли. И не раз.

- Что дальше? – тем временем требовательно спросил Бестужев просматривавшего файлы Талькова.

- На корабле было двое инопланетян заражённых неизвестным паразитом. Нет, скорее живым организмом.

- Уууууу! Руки перед едой мыть надо… - решил разрядить обстановку Павел, но стоящие вокруг беннигсенцы серьёзного беспокойства не проявили. Прелести работы с опытными бойцами повидавшими всякое. И всё-таки шутка прапорщика вызвала улыбку на их губах.

- Местный доктор принял решение начать лечение и изъять биологический организм хирургическим путём, - продолжал Гном-Тальков.

- Видать не получилось, - после короткой паузы произнёс Бестужев. – Мы тут тоже пару таких же тел как те что ты нам выслал нашли. Что думаешь?

- Думаю эта гадость заразила местных какой-то заразой. Образцы тканей я взял, но анализ требует времени…

- Сатурн – Канцлеру! – неожиданно перебил Гнома Сергеев вклинившись в эфир. – Берите выше. Она их не заразила, а сделала инкубаторами. Мы тут в подземном ангаре какие-то яйца нашли. Здоровенные! Больше чем у цирийского бумтунга. Целая кладка! И остатки тел… Висят прямо на стенах в какой-то паутине пропитанной слизью. Бэээ!

- Канцлер – Сатурну! Ничего не предпринимать ждать нас.

- Сатурн принял.

Тальков, Мамонтов и Баранов только переглянулись и тут прямо с потолка что-то прыгнула на голову прапорщика. Раздался громкий чпок и какая-то тварь похожая на ската обернулась вокруг его шлема. Внешний сканер показал у особи ещё и длинный хвост мёртвой хваткой скрутившийся вокруг горла. Конечно тварь не могла повредить КПУЗД, но очень старалась.

- Паша ты как? – спросил прапорщика Мамонтов, а ветераны вокруг тут же дружно захлопнули забрала шлемов.

- Как, как… хорошо, что у меня похмелье, меня тошнит и я внутри шлема очищенным воздухом дышу, - медленно произнёс Паша с некоторым усилием раскручивая хвост существа обернувшийся вокруг шеи. – А то бы стоял как вы с открытыми шлемами и…

Что «и» Паша так и не договорил. Оторвав от себя тварь и удерживая её за кончик хвоста он со всей силы долбанул её о стену. Так что та осталась мокрым пятном на белой поверхности.

- Не исключено что именно так, она и заражает своих жертв, - задумчиво произнёс Тальков собирая новые образцы для исследования.

- Спасибо, доктор. Обрадовали! – не успели слова сорваться с губ Баранова как позади в коридоре ведущем внутрь жилого комплекса раздались какие-то клацающие звуки.

Ствол «Комбайна» уставился в окно прохода именно в тот момент когда треугольные, несимметричные головы начинающиеся острыми клыками и стремительные, поджарые, тёмные тела, в свою очередь оканчивающиеся хвостами с шипами ринулись в атаку.

Дробовик с отвращением выплюнул наружу крупную калёную дробь, и голова бегущего впереди на задних лапах монстра взорвалась фонтаном жёлто-зелёной крови. Кровью, которая с шипением начала растворять обивку кресла, пластиковый стол и кафельную плитку под ногами. Новый выстрел и новый монстр без башки рухнул на пол дёргая ножками и молотя из стороны в сторону страшным шипастым хвостом.

- КИСЛОТА! – заорал по внутренней связи Мамонтов. – Кровь нападавших это кислота, имейте ввиду!

КИСЛОТНОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ БРОНИ ПОЛТОРА ПРОЦЕНТА. ЭВАКУАЦИЯ, РЕМОНТ НЕ ТРЕБУЕТСЯ. ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ В ШТАНОМ РЕЖИМЕ, - лениво сообщал ИИ брони послушно фиксируя ворвавшихся внутрь госпиталя монстров и идентифицируя их как вражеские цели.

«И что значит? Я специально бегу от семьи? - некстати подумал Баранов краем глаза наблюдая как дымящаяся гильза, вылетевшая из дробовика, кувыркается в воздухе, а посланная вперёд дробь начисто отрывает конечности одному из уродов. Я что какой-то сопливый подросток?»

Плазменные пушки на плечах беннигсенцев дружно хлопнули и две дюжины монстров сдохли почти мгновенно. Только крайняя тварь чудом увернувшись метнулась к прапорщику. В последний момент Баранов успел сомкнуть пальцы защищённые бронёй на её подвижной шее. Челюсти треугольной, вытянутой вперёд башки щёлкали перед защищённой шлемом головой прапорщика и не причиняли ему вреда. Это урода злило ещё сильнее. Врубив плечевые пневмоусилители Павел с хрустом оторвал голову чудовищу, но в последний момент оно махнуло хвостом ловко ударив его по запястью левой руки. Да так, что прапорщик почувствовал лёгкую боль.

КОСТЮМ НЕ ПОВРЕЖДЕН, - словно читая мысли сообщил ИИ. Повреждено устройство одетое под бронёй.

- Хорошо, что Алексей Александрович заставил нас КПУЗДы надеть, - смахивая с брони капли кислоты произнёс Мамонтов. – Были бы в синдикатских защитных костюмах сейчас бы растворились нафиг.

Тем временем из переговоров внутренней связи следовало, что в жилом комплексе колонии то там, то тут кипели схватки.

- КАНЦЛЕР ВСЕМ! ПОЛНАЯ ГЕРМЕТИЗАЦИЯ КОСТЮМОВ! СКАНЕРЫ НЕ ОТКЛЮЧАЕМ РАБОТАЮТ В АКТИВНОМ РЕЖИМЕ! – раздалось по внутренней связи и ветераны, возглавляемые Мамонтовым, Барановым и Тальковым бросились по коридорам на встречу товарищам.

Баранов как настоящий охотник не преминул прихватить с собой оторванную голову чудовища. «Ну а что серьёзная тварь, - подумал он. Украсит собой зал с круглым столом в «Камелоте».

- Фея – Гному, - вышла с Тальковым на связь штабс-капитан Ждана Бирюкова.

- Слушаю тебя Фея.

- Я тут в одной из забаррикадированных комнат нашла разложившийся труп в белом халате. Судя по бейджику это главный врач колонии. Какой-то Джеймс Кэмерон.

- От чего скончался?

- Судя по всему от голода. Жевал собственный кожаный ремень. Но дело не в этом. При нём была компактный планшет с данными. Скопировала их. Переправляю тебе.

Колонна тем временем втянулась в обширный зал столовой где развернулось масштабное сражение. Чудовища неся огромные потери всё ещё пытались атаковать закованных в броню беннигсенцев, но без большого успеха. Без большого успеха, но с тупым остервенением. На виртуальном экране Баранова появилась картинка со шлема Сергеева-Сатурна бойцы которого огнемётами выжигали в подземном ангаре кладку монстров. Вторая картинка демонстрировала тяжёлых штурмовиков Буре в куски рвавших атаковавших их в генераторной монстров.

- …жизненный цикл включает имплантацию эндопаразитоидных личинок внутрь ещё живых организмов хозяев. Закончив своё развитие, личинки вырываются из тел, служащих инкубаторами, затем быстро, в течение нескольких недель созревают до состояния взрослого организма, и начинают поиски новых хозяев для размножения, - во всеуслышание читал записки главврача по внутренней связи Тальков, а плазменная пушка на его плече раз за разом собирала кровавую жатву. – Таким образом нам противостоит двуногая прямоходящая особь, способная быстро перемещаться на четырёх конечностях, а также прыгать и плавать. Его организм состоит как из органических, так и неорганических соединений и представляет собой синтез кремниево-металлической и углеродной структуры. Экзоскелет из поляризованных органических силикатов, силикатные клетки имеют металл в связанном состоянии. Кроме внешнего экзоскелета, присутствует внутренняя костная структура.

- И про прочный хитиновый панцирь словно накладка на груди, не забудь! – перебил Гнома Мамонтов всаживая в грудь летящего на него монстра половину магазина из «Ливня».

Баранов в это время врубив сервомоторы брони на максимум исступленно долбил кулаками оседлавшего его монстра и думал, что он дурак. Воспоминание о запахе Оленькиных волос, задорный смех супруги, тёплые ладошки сыновей, к чёрту вытеснили остатки его раздражения и обиды.

- БАРАНОВ! ГДЕ БАРАНОВ?! – орал кто-то над ним снимая уже неподвижное, мёртвое тело чудовища с брони прапорщика.

- Да нормально всё! – ловко поднялся на ноги прапорщик принимая из рук одного и ветеранов потерянный дробовик.

Всё закончилось после того как шагоход Лямкина пробил стену жилого комплекса и внутрь столовой вошли боевые роботы. Напалм полился рекой, а мелкокалиберная пушка влетевшей следом БМД только довершила работу.

И пары минут не прошло, а прапорщик, оглядев залитых кислотой товарищей, взмолился:

- Эй братцы, дайте кто-нибудь позвонить жене, а то одна из этих тварей мой личный коммуникатор сломала!

Глава 68: Учить японский

Грузовой люк медленно опустился и в лица нам дохнуло запахом горячего песка и горелого сахара.

Силена была планетой размером чуть больше Марса, планетой браком, каких во вселенной было немало. Миром где из-за человеческих ошибок произошли непоправимые, катастрофические изменения.

- Даже не верится, что когда-то вся поверхность Силены была покрыта лесами, а рек, озёр на ней было больше чем на Земле, - произнесла Света прижимая ко рту дыхательную маску и спускаясь по сходням люка вниз, следом за шагоходами управляемыми братьями Даниловыми.

Ну что тут было сказать? Переглянувшись с Мальцевым, Мамонтовым и особистом Муравьевым я тоже последовал на выход из трюма. Ташков и Ставров остались охранять корабль и молоденького пилота с позывным «Кузнечик».

Бородина была права. Терроформирование здесь пошло не по плану. Неверные расчёты, ошибки в терроконструировании загубили не только местную флору, но и подавляющую часть фауны. Белый мелкий песок пустынь и выжженные до глиняной твёрдости степи без единого кустика и травинки всё что досталось местным колонистам прилетевшим сюда работать на производство по синтезированию искусственного протеина. Когда-то это было дорогое, высокотехнологичное предприятие, теперь же, оказавшись в руках «Синдиката», о правилах безопасности, роботах-операторах давно забыли и всё функционировало благодаря людям. Людям пропитавшимся запахом горелого сахара, с выцветшими глазами и кожей коричнево-желтоватого оттенка.

Бесконечные долины протеиновых ферм тянулись за горизонт и оканчивались возле обрыва в бездну, когда-то заполненную целым океаном. Сейчас дно её было покрыто толстым слоем морской соли.

Нас встречали. Снаружи, неподалёку от купола из моноплексигласа замер человек из-за которого мы сюда прилетели.

- Дороднов Виктор Николаевич, - произнёс мужчина и раскашлялся.

Дороднов несмотря на фамилию был высоким, болезненно худым блондином с беззубым ртом, иссечённом морщинами лбом, кривым носом (плохо сросшимся после старого перелома) одетым в бесформенный костюм больше похожий на мешок. Как руководитель местной общины он сумел отправить ЧВК электронное сообщение через третьих лиц, но честно предупредил, что заплатить ему за наши услуги нечем.

Рукопожатие мужчины было вялым, но после он долго не отпускал руку вглядываясь в моё лицо. Будто стремясь увидеть там ответы на все интересующие его вопросы.

- Почему вы заинтересовались моим предложением? - наконец выдавил он, отпуская мою ладонь.

- А разве вы не этого хотели? – спросил, оглядываясь по сторонам Муравьёв сжимая рукоять повисшей на тактическом ремешке штурмовой винтовки направленной стволом вниз.

Мне не надо было читать мысли нашего особиста, чтобы понять о чём он думает. Приземистые домики из моноплексигласа, прямоугольники протеиновых ферм, между которыми туда-сюда быстро передвигались местные оптимизма не внушали. Взгляд встретившихся нам людей всегда был направлен под ноги, а голова втянута в плечи. Они словно чего-то постоянно опасались.

- Мы тут недавно установили контроль над Штокхаузеном-6, а это всего в полутора днях полёта от вас, - немного лукавя пояснил я Дороднову, помахав рукой пятилетнему мальчишке, выглядывавшему из-за бочек с химикатами брошенных прямо посреди улицы. – Вот и подумали почему бы не воспользоваться вашим предложением.

В ответ на мой безобидный жест мальчишка вдруг издал испуганный вопль и подхватив полы своей (такой же как у взрослых) мешковатой одежды, убежал в неизвестном направлении. Я сразу обратил внимание, что у ребёнка глаза нормального цвета. Их ещё не подёрнула дымка копящегося с годами в организме яда.

- Как я уже писал в своём сообщении мы не сможем вам заплатить. «Синдикат» не платит нам деньги. Он присылает еду, одежду, очень редко медикаменты. Ровно столько чтобы мы могли работать, - Дороднов широко шагая следовал рядом теперь не отрывая взгляда от «Ливня» на моём плече.

- Одежду? – вмешался в разговор Мальцев, поправив очки на носу. – Они называют это одеждой?

Подбородок Лёши указал на тряпьё проходившего мимо старика. Тот еле-еле передвигал ногами находясь в каком-то странном полуобморочном состоянии.

- Мы носим то что нам привозят, - почему-то перешёл на громкий шёпот Дороднов. - Сами мы никуда летать не можем. Последний наш космический корабль «Синдикат» уничтожил одиннадцать лет назад. Нам удавалось его прятать, но они как-то разузнали о месте его стоянки.

Светлана в нескольких шагах от нас активировала ТЦУГ анализируя количество вредных примесей в воздухе. «Какой ужас», - услышал я после того как анализатор заморгал красным.

Словно в ответ на это Мамонтов поправил дыхательную маску на лице.

Так мы и следовали по коричневой дороге, вдоль коричневой улицы между поцарапанными песком куполами служащими домиками колонистам, мимо спешащих куда-то коричневых людей с коричневой кожей.

- Лёша, они голодают, - шепнула мне Света на ухо крепко сжав узкой ладошкой мою руку. Впрочем, это я уже понял и без неё.

Проходя мимо купола размером чуть больше чем все остальные, мы увидели черз открытую дверь ряды сидевших за самодельными партами детей (впрочем, там были не только дети) внимавших новенькому блестящему андроиду что-то говорившему на японском. Андроид говорил, а дети хором послушно повторяли.

- Я думал у вас нет андроидов? – поинтересовался у Дородного Мальцев кивнув на новенького робота.

- Только один, - ответил Виктор Николаевич. - И вы на него смотрите.

- А что это они делают? - спросил Мамонтов громче чем следовало, и услышавшие его дети закричав начали прятаться под парты, что жутко разозлило анероида, ибо он начал орать на весь класс и колотить пластиковой ладонью по поверхности одной из самодельных столов.

- Успокойтесь дети! Всё хорошо! Это наши друзья! – словно курица-наседка закудахтал Дороднов заскакивая в зал, но слова его потонули в пронзительном крике андроида.

- Ишь ты, командир! – злобно глянул на агрессивного робота Мамонтов и указательный палец его вытянулся вдоль спусковой скобы штурмовой винтовки.

Подчиняясь команде андроида-учителя, дети вернулись на свои места всё ещё с испугом поглядывая на нас.

- Учат японский, - чуть запоздало ответил на ранее заданный вопрос Вадима Дороднов, тяжело дыша словно пробежал пару километров с полной выкладкой. – Прилетающие к нам за готовым протеином наёмники «Синдиката» могут обратиться на японском к любому человеку на улице и, если тот их не поймёт изобьют его до полусмерти. Не жалеют даже женщин.

Переглянувшись мы нахмурились.

- Как так вышло, что вы, наши соотечественники, оказались по сути в рабстве у «Синдиката»? – нарушил молчание Муравьёв разглядывая в бинокль раскинувшиеся на многие километры протеиновые фермы. – Вы же родом из Империи! Земляне!

Неожиданно для всех Дороднов покраснел от гнева.

- Серьёзно? И что нам от этой Земли?! – почти прокричал он. - Никто тут на Земле не был! Наши дедушки, бабушки родили в космосе! Другие миры стали им домом, а иногда и тюрьмой! А Земля как колыбель человечества она для Его Величества и аристократов! Что касается Империи… так ей было плевать на нас!

- Надо было давно попросить помощи! – не сдавался Муравьёв.

- Помощи! – ещё больше взвился Дороднов и на мгновение мне даже показалось, что я смогу различить цвет его глаз. - Мой предшественник поплатился жизнями двадцати колонистов за попытку обратиться к Империи! Мне же просто повезло. Ваши словно ждали моего сообщения поэтому всё и получилось.

Я же подумал, что, наверное, так на самом деле и было. Процесс запущенный Елагиным заставил людей Знаменской мониторить ситуацию и настроение колонистов на Периферии. Тем более на мирах, граничащих с нашими непосредственными врагами.

* * *

Пока ребята запрыгнув на привезённые с собой ховербайки облетали территорию поселения, сверяясь с данными мобильного спутника изучали инфраструктуру, возможности обороны колонии в случае неприятностей (которые обязательно должны были наступить), ваш покорный слуга в компании Светы заглядывал в дверь учебного класса и слушал как новенький андроид учил колонистов японскому. Дороднов облокотившись о стену стоял рядом (кажется он снова почувствовал себя плохо).

Пластиковый болванчик ещё умудрялся кидать на нас недовольные, я бы даже сказал взгляды. Наверное, если бы тут была дверь, он бы ею обязательно хлопнул перед нашим носом.

Покинув ховербайки Мальцев, Муравьёв и Мамонтов направились ко мне.

- Мы тут всё осмотрели… - унылым тоном произнёс Мальцев вытирая капли пота с поверхности лба. – Японцы все мало-мальски серьёзные укрепления срыли давно. Перспективы обороны тут… кхм.

- И что мы бросим людей? – вдруг ни с того ни с сего зашипела Света удивив моих товарищей (обычно от неё никто никогда даже слова грубого не слышал). – Тут все болеют и дети тоже! Мы можем помочь!

- Мы и поможем! – уверенно кивнул особист. – Но размещать тут наших ребят это глупо!

- Всё что мы им дадим «Синдикат» заберёт! – не сдавалась Бородина, что лично мне очень нравилось. – Они специально морят их голодом чтобы у них не было сил сопротивляться!

- Да, в наше время это дикость какая-то, - задумчиво согласился Мальцев снова смахнув струящийся пот с переносицы.

- «Синдикат» нам просто так эту планету не отдаст, - уверенно заявил Муравьёв ища моей поддержки. – Это же огромные деньги! Искусственный протеин высочайшего качества! Именно поэтому они и производят его таким варварским способом!

Носок военный ботинка особиста пнул пыль под ногами и в воздух поднялось густое коричневое облачко.

- Как мы тут оборону то строить будем? – продолжил тем временем Медведев. - Тут же нет ни хрена? Всё с нуля? Может лучше выберем Вильгельмину? Она чуть дальше, но там чище, есть фундаментальные постройки, да и население больше.

Резко хлопнув в ладоши, я прекратил перепалку и направился к Дородному, всё так же стоящего у стены купола.

Мне показалось, что он обладал хорошим слухом потому что глаза мужчины впились в меня с отчаянием. Однако я понял, что он не будет умолять меня о помощи. Он просто не такой человек.

- Мы привезли вам еду, чистую воду, медикаменты, нормальную одежду, игрушки, – мягко произнёс я, положив руку на его плечо.

- Спа-спасибо, - ответил тот сглотнув комок в горле.

- Да и ещё кое-что Виктор Николаевич…

- Что же, Алексей Александрович?

Сделав шаг вперёд к двери учебного класса, я вытащил из кобуры пистолет и сдвинув большим пальцем флажок предохранителя точным выстрелом разнёс голову андроиду-учителю. Только искры полетели.

- Можете начинать учить русский. Японский вам больше не понадобится. Мы вам гарантируем.

Никто из нас не ожидал, но после моих слов у этого желчного, резкого, злого до слов мужика по щекам хлынули слёзы…

Глава 69: Лавандовый чай

Элла широко раскрытыми глазами с изумлением уставилась на свою правую руку. Сглотнув слюну, девочка пересекла медицинскую лабораторию и подошла к своему младшему брату. Капитан Тальков как раз подготавливал Марка для процедуры перед помещением в капсулу АПДО. Узкая ладошка, приложенная к обнажённому плечу мальчишки, убедила сестру в том, что кожа её стала нормального цвета. Такая же как у бестужевцев, так силенцы называли нас, беннигсенцев.

Подпрыгнув на месте от радости Элла благодарно поцеловала мне руку и с радостными криками поскакала наружу чуть не столкнувшись у выхода с Дородновым исполнявшим здесь должность управляющего колонии.

- Я НОРМАЛЬНОГО ЦВЕТА! – кричала десятилетняя сумасбродка. – СМОТРИТЕ, Я ТЕПЕРЬ ТОЖЕ НОРМАЛЬНОГО ЦВЕТА!

Дошкольник Марк – младший брат Эллы передёрнул плечами, но даже не подумал заплакать. Наоборот, шестилетка вздёрнул подбородок вверх и пристально уставился на Талькова.

- Да всё будет нормально, - успокоил мальчишку капитан, потрепав нечёсаную шевелюру на его голове. – Нервничать нет причин. Никакой боли не почувствуешь.

- Совсем? – шмыгнул курносым носом Марк, сбрасывая с себя новенькую одёжку. – Обещаете?

- Обещаю, - улыбнулся Тальков осторожно ведя мальчишку за руку к капсуле. - Будет немного щекотно и всё. Да и этого ты возможно не почувствуешь так как сутки будешь спать.

Когда капсула с шипением закрылась за мальчишкой и с лёгкой вибрацией начала наполнятся коктейлем нейтрализующим накопленные в организме токсины и другие вредные вещества, Дороднов смущённо потоптавшись позади нас с капитаном произнёс:

- Госпожа Володина, это последний. Больше детей в колонии нет.

Устало вздохнув, я убрала выбившуюся из причёски прядь за ухо, взглянула на три ряда капсул АПДО у стены и подумала о том какой всё-таки хороший человек Бестужев. Это надо же целое состояние потратить на оборудование! Даже в моей прошлой больнице на Никулине такая капсула была всего одна и обращались с ней крайне бережно. Да если бы Мюллер - мой бывший главрач узнал, что кто-то, подвергая риску, увёз тридцать две капсулы детоксикации на никому неизвестный мир на Периферии его бы, наверное, инфаркт хватил. Нет, точно бы хватил!

- Знаю, Виктор Николаевич, - ответила я, повернувшись к Дороднову. – Вы же сами мне список отдали. Марк пятьдесят девятый и последний.

Управляющий смущённо кашлянул в кулак и с придыханием, даже волнением спросил:

- Они… дети… теперь полностью здоровы? Им ничего не угрожает?

- Нами обработаны дети и подростки с полутора до четырнадцати лет, - произнесла я, скривившись от слова «обработаны», но теперь уже ничего не исправишь. – Эффективность АПДО при детоксикации детей и подростков очень высока и достигает девяносто-девяносто двух процентов. Излечимы даже сложные случаи.

- Не переживайте, господин Дороднов, потом, через полгода, год можно будет повторить лечение, - похлопал по плечу управляющего Тальков и налив себе в кружку кофе покинул лабораторию.

- Спасибо вам! Большое спасибо, госпожа Володина! - потряс руку мне Дороднов да так, что от бессонной ночи у меня заболела голова.

- К сожалению, со взрослыми так хорошо не получится. Здесь нужны совершенно другие смеси. Дешёвые фильтры для очистки воды поставляемые «Синдикатом», вся эта гадость, которой вы тут дышите много лет, наверняка не только впиталась в ткани, но и дала свои ростки. Нужно комплексное лечение и вряд ли мы сможем провести его здесь, - словно оправдываясь пояснила я.

- Это всё ерунда! – продолжал трясти мою руку Дороднов. – Ерунда, Мирослава Олеговна! Главное, чтобы дети были здоровы и счастливы!

Смахнув слезу готовую вот-вот сорваться с уголка глаза вниз по жёлтой щеке, Дороднов добавил:

- Госпожа Володина, вы не думайте, что я высказываю только своё мнение! Мы все, вся колония считаем так! Дети это наше будущее и мы очень благодарны Алексею Александровичу! Так ему пожалуйста и передайте!

Когда дверь лаборатории хлопнула за спиной управляющего я ещё раз устало вздохнула, подумав о том, что умершая в этом году супруга Дороднова рожала трижды и все дети не доживали даже до года. В такой экологии, да без нормальных лекарств это и не удивительно. Жаль мужика, он с такой грустью смотрит на детей и так яростно беспокоится о них…

Заварив себе лавандовый чай (кофе я терпеть не могла), проверила на дисплее АПДО показатели спокойно спавшего Марка и тоже направилась на улицу где на каменных ступенях возведённого нами одноэтажного здания из пенобетона, наблюдая за работой бульдозеров и шагоходов, в разборном кресле, нога на ногу, сидел Тальков.

За последние два месяца колония преобразилась. Все купола из плексигласа пропитанные радиацией и вредной химией отправили на помойку. Для колонистов быстро возвели приземистые утопленные в землю домики из того же пенобетона. Местные были в восторге от просторных помещений с необходимыми удобствами, а то что по сути это были комфортабельные бункеры им было плевать. Нормальное питание, лекарства, нормальная одежда сделали людей счастливыми. Как же человеку надо мало для счастья, как же они были рады нам. Во всём, даже в мелочах пытались угодить.

- Интересно задумываются ли они о том, что скоро их колония превратится в место битвы с «Синдикатом»? – задумчиво произнесла я вслух, сделав глоток обжигающего чая.

- Конечно задумываются, майор, - ответил даже не повернув в мою сторону голову Тальков за свой невысокий рост получивший позывной Гном. – Только в этом году «Синдикат» убил трёх колонистов на этих улицах, просто чтобы показать свою власть. О, поверьте они понимают всё очень хорошо! И готовы сражаться. Всё, до единого. А то что они улыбаются и ведут себя беззаботно так это только видимость. Люди в их положении стремятся наслаждаться любым моментом счастья. Даже такого простого и пусть даже оно продлится недолго. Поверь, внутри них уже закипает гнев, который не даст им струсить, отступить, убежать. Единственное, что они просят это спасти детей. Они уже знают, что значит жить нормальной жизнью и вернуться к старой, к унижению и страху не захотят! Да мы и не дадим…

Тальков выплеснул остатки кофе под крыльцо и поставив пустую кружку на перила, спрятав руки в карманы брюк, посвистывая направился куда-то по улице. Я же уселась на его место наблюдая за техникой месившей жёлтый грунт. Даже шагоходы были не гражданские (вон как ловко своим «Мангустом» майор Салтыков вбивает в землю трубы). Всё без исключения беннигсенцы тут были профессиональными солдатами. И те что управляли сейчас бульдозерами и те что ловко возводили домики-бункеры из быстро сохнущего на воздухе пенобетона. И я тоже. Взгляд мой упал на кобуру на бедре в которой покоился новенький «ДоводМ-4».

В ЧВК полгода назад я подалась из-за Константина. Тот просто обожал Бестужева когда он был его командиром в армии и не задумываясь присоединился к нему на Периферии. Сначала я просто хотела убедится, что брат погиб не зря и «Беннигсен» это не просто наёмники. Что в их действия есть какой-то смысл. Убедилась. Теперь все эти ребята стали мне семьёй. Хотя мне до сих пор было стыдно вспомнить как в первый же день на Печорине я словно дура разревелась в кабинете Алексея Александровича на его плече. Тоже мне штабс-капитан медицинской службы! Света даже не приревновала, чаем с ромашкой меня потом отпаивала.

«А что это там за крики?» – удивилась я, наблюдая за Лёшой Мальцевым и Юрой Тотлебеным отчитывавшим за что-то боевого андроида Захара. Умные машины эти делали на одной из фабрик «Бестужев grоup». Мальцев был назначен ответственным за отражение атаки «Синдиката» (никто не сомневался, что они прилетят вот-вот), а Юра (между прочим из тех самых Тотлебиных, что в Крымской войне участвовали) как и его легендарный предок был военным инженером и по сути возводил с нуля посёлок колонистов.

Надвинув на лоб визор, я приблизила ребят и активировала чувствительные микрофоны заодно отфильтровав звуки техники. А ещё я наложила отдельный запикивающий фильтр на матерные слова так как Юра был ужасным матершинником. Особенно когда работал.

- Какого пииииии Захар?! Ты… ты пииииии вы пииииии кто?! – раскраснелся военный инженер, даже на месте подпрыгивал.

- Мы боевые андроиды серии К34… - совершенно спокойно с хладнокровием искусственного интеллекта отвечал андроид.

- пииииии Захар! Мы с Алексеем Валерьевичем это без тебя знаем! Если вы боевые андроиды, офицеры среди боевых жестянок, то почему не можете справиться с задачей, с которой я уверен справились бы пииииии простые роботы-солдаты?!

- Я не вполне понимаю о чём вы, Юрий Сигизмундович, - притворился дурачком хитрый андроид.

- пииииии Захар!

- Подожди Юра, давай я, - остановил ещё больше распалявшегося Тотлебина Мальцев. – Захар, люди теперь на фермах по производству искусственного протеина не работают. Это вредно для здоровья. Но производство мы автоматизировали, осталось всего три операции. Так как все люди заняты на работах я добавил в вашу программу новый пакет данных. Он очень простой. Три действия с которыми вы легко справитесь. Это понятно?

- Это понятно, Алексей Александрович.

- Так какого пииииии вы тогда при тестировке нового оборудования пииииии, не выполнили свою задачу пиииии?!

- Юра!

- Да что! Я что ли пиииии тут?

- Захар, - с лёгкой улыбкой снова обратился к андроиду Мальцев, - твои солдаты-андроиды были на местах?

- Да, они находились на фермах, - широкие плечи и предплечья с мышцами из переплетённых друг с другом пневмоволокон качнулись вместе с головой машины.

- Так почему же они тогда не привели систему в действие когда мы подключили питание?

- Да?! Почему я вас спрашиваю вы пииииии сорвали нам тест?! А я между прочим через этот пииииии грунт кабели новые проложил, все предохранители поменял и ещё… - кругленький Тотлебен как мячик подскочил над землёй хлопнув машину по макушке.

- Юра! – бросил неодобрительный взгляд на товарища Мальцев. - Захар продолжай!

- Дело в том, что во время теста оборудования в степи появилась стая хищников, а защищать посёлок наша основная задача. Приоритетная. Мы уничтожили стаю вернулись, но к сожалению время тестового испытания оборудования закончилось.

- Закончилось пииииии! Долбанный ты пииииии! Пока вы набивали свинцом туши диких собак или волков мы сожгли четверть выработанной за неделю энергии!

Ещё один глоток, и я допила свой чай. Меня если честно вся эта ситуация искренне смешила. Особенно ругающийся Тотлебен. Нет, ну понятно, что у него сроки горят и он хочет закончить укрепление посёлка до прилёта «Синдиката», которые по словам Дородного вроде бы уже должны быть здесь, но так ругаться.

И в этот момент в воздухе над нашими головами пронзительно загудела сирена тревоги, которую ребята установили первым делом.

- Накаркала, дура! – сказала сама себе я, спокойно поднимаясь с кресла, складывая его и беря под мышку. Про свою кружку и кружку Талькова я естественно тоже не забыла. Нет, торопиться особо было не надо, сигнал тревоги из околопланетного пространства передал замаскированный под космический мусор спутник наблюдения и враг окажется на Силене не ранее чем через час-полтора, но устав нарушать не гоже.

Вздохнув за неполный час в третий раз (ну, прямо чистая бабушка-старушка!), я отправилась в лабораторию за оружием и бронёй заодно подумав какой же всё-таки вкусный этот Светин лавандовый чай…

Глава 70: Фиаско Чёрной гадюки

Сидя в кабине десантного корабля тюса Акио Огава с отвращением взглянул на изображение приближающейся на виртуальном экране Силены. Он просто ненавидел эту планету и, если бы не прямой приказ тайсё Сугияма никогда бы сюда снова не полетел.

Этот пыльный, пропитанный ядовито-жёлтыми красками и горький на вкус мирок, не вызывал у него ничего кроме отвращения. Да, Огава понимал, что производимый тут искусственный протеин высочайшего качества нужен «Синдикату», а изготовление его обходится так дёшево из-за местного населения находящегося по сути в положении рабов, но от этого ему становилось ещё противнее. В последний раз он еле-еле удержался, чтобы не отдать команду перестрелять всех этих слизняков. Ни один из его соотечественников на такое жалкое прозябание, систематические унижения и регулярные побои не согласился бы. Уж лучше убить себя.

- Тюса, у нас всё готово, - сообщил по внутренней связи заместитель Огавы сёса Такеучи.

- Отлично, - кивнул тюса будто подчинённый мог его сейчас видеть. – Высаживаемся в соответствии с уставом: сначала шагоходы, потом тяжёлые штурмовики, за ними пехота. Тюи Утида со своими людьми пусть готовится использовать РЭБ, а также перехватывать управление роботов-пехотинцев противника…

- Тюса Огава, да откуда тут роботы и что-то что надо будет подавлять при помощи радиоэлектронной борьбы? – забылся сёса прервав командира. – Эти доходяги на ногах-то еле стоят…

- Ещё раз перебьёте меня Такеучи, и я пристрелю вас! – ледяным тоном произнёс Огава, да так что сидевший рядом пилот поёжился (об тюса прозванного Чёрной гадюкой ходили разные слухи и из действующей армии его несмотря на внушительные заслуги попёрли не зря). – Вы идиот сёса! Думаете тайсё Сугияма просто так направил нас сюда? Для чего он сорвал мой батальон с Андо если раньше сброд подчиняющийся Паку и сам тут прекрасно справлялся? В конце концов поработайте головой. Наверняка на планете замечена подозрительная активность, возможно нас даже ждёт враг. Потеря протеиновых ферм руководством даже не обсуждается.

Некоторое время на том конце связи молчали.

- Тюса, простите моё вызывающее поведение, но откуда тут враги? – уже без прежней уверенности, с некоторым сомнением в голосе, продолжил Такеучи. – Империя далеко, а местные на сопротивление не способны в принципе. Да у них даже транспорта улететь с планеты нет и средств связи, чтобы у кого бы то ни было попросить помощи.

- Выполняй приказ, кретин! О твоём поведении мы поговори позднее, - прошипел сквозь зубы Огава оборвав связь.

Шесть десантных кораблей типа «Курасу» до отказа заполненных синдикатовцами сели в паре километров от окраины поселения колонистов. Спустившись в новеньком защитном костюме по трапу десантного корабля вслед за шагоходами и тяжёлыми штурмовиками под командованием тюи Хонга, тюса уже получил информацию на командирскую панель на запястье от шустрых дронов-разведчиков и увиденное ему совсем не пришлось по душе.

Нелепые, полузасыпанные песком домики из оргстекла которые он помнил по последнему посещению Силены семь лет назад, куда-то подевались, а вместо них над землёй возвышались приземистые строения больше напоминавшие бункеры или скорее даже доты. А ещё откуда-то появилась современная насосная станция и пара-тройка зданий о функциях, которых с высоты птичьего полёта можно было только гадать. О назначении вырытых на окраинах города ямах легко было сказать тоже самое.

Униженно кланяясь к командиру тут же подбежал зарвавшийся Такеучи (всё-таки служба в иррегулярных войсках немало портила когда-то хороших офицеров):

- Простите! Простите меня тюса Огава! Вы были правы! Тут действительно есть роботы-пехотинцы! Они выстроились неподалёку от поля с протеиновыми фермами! Я уже отправил туда тюи Утиду перехватить контроль над ними!

Одарив презрительным, уничтожающим взглядом подчинённого, который имел сейчас жалкий и растерянный вид, Огава ещё раз проверил герметичность шлема (запах горелого сахара, прилипающий к одежде и коже запомнился тюса надолго) и произнёс:

- Не останавливаемся, в темпе движемся к поселению. Встретив сопротивление немедленно его уничтожаем. Фермы должны быть в целости и сохранности. Если что рабов для работы тут мы всегда найдём. Перешедшие под наш контроль роботы пусть заходят в город с востока и двигаются к нам навстречу.

- Слушаюсь! – щёлкнул каблуками Такеучи замерев на месте, что говорило о том, что он отдаёт солдатам необходимые приказы.

Шагоходы: тройка «Арумадзиро», пара «Хигума» и громоздкий, ощетинившийся орудиями «Рю», следующие за ними тяжёлые штурмовики (вооружённые крупнокалиберными пулемётами и плазменными пушками) и пехота «Синдиката», благополучно не встретив сопротивления дошли до окраин города и втянулись на узкие улочки. Сначала ничего не происходило и о ненормальности ситуации свидетельствовало только то, что гостей никто не спешил встречать. Однако, когда люди Чёрной гадюки оказались неподалёку от новенькой Насосной станции в стенах приземистых, торчащих из земли домиков, так не понравившихся сразу тюса, раскрылись узкие щели-амбразуры и оттуда по бойцам «Синдиката» открыли шквальный огонь из автоматического оружия.

- РАССРЕДОТОЧИТЬСЯ ПО УЛИЦЕ! – кричали офицеры солдатам по внутренней связи, но сказать было легче чем сделать ведь проклятые домики были повсюду.

Крики раневых и умирающих наполнили улицы, но когда шагоходы используя подавляющую огневую мощь своих орудий начали стрелять в ответ, тяжёлые заслонки надёжно закрыли амбразуры.

- Доложить о потерях! – зло бросил, присев на колено Огава, прижимая к плечу приклад штурмовой винтовки «Фукуро» в разработке которой он участвовал несколько лет назад и страшно этим гордился. – Утиду роботы противника захвачены?!

- Так точно! – немедленно ответил исполнительный тюи. – Только это не роботы, а андроиды. Я таких никогда не видел и вооружены они плазменными штурмовыми винтовками. Понадобилось больше времени для того чтобы хакнуть их, но я справился. Движемся в вашу сторону, сопротивления не встречаем.

- Ускорьтесь тюи, у нас тут жарко.

«Ещё бы он не смог их хакнуть, - подумал Чёрная гадюка получая на виртуальный экран шлема неутешительные данные о потерях. На эти компьютерные штучки истрачены огромные деньги! К тому же его батальон использует не только последние разработки хакинга, но и экспериментальный, но отлично себя зарекомендовавший РЭБ «Конотори» установленный на одном из тяжёлых шагоходов».

Створки «проклятых домиков» открывались ещё дважды, но подобного разрушительного эффекта противнику добиться уже не удалось, солдаты Чёрной гадюки залегли, а шагоходы тут же начинали заливать амбразуры пламенем огнемётов.

Когда из-за Насосной станции наконец-то показались люди тюи Утиды вместе с несколькими десятками андроидов, в начале улицы что-то ухнуло и один из лёгких шагоходов, всего двадцати шагах от тюса, разбрасывая осколки брони дымясь рухнул нас спину. Вместо кабины у него теперь находилась большая дыра. Снова что-то дважды ухнуло и вот «Хигума» опрокинулся на бок потеряв одну из ног и левый манипулятор оканчивающийся огнемётом.

Когда ухать стало со всех сторон, и земля фонтанами начала вздыматься вокруг Огавы, он связался с пилотом «Рю»:

- Пока нас тут не разорвали на куски задействуй «Конотори» кретин!

- Тюса, но… но он включён! – в панике сообщил офицер. - Это не ракеты командир!

- ЧТО?! ЧТО ТЫ ТАМ МЯМЛИШЬ?!

- Это не ракеты! Кажется… кажется это работает древняя ствольная артиллерия!

- Какого дьявола?! – от удивления Чёрная гадюка замер на месте и даже штурмовую винтовку опустил вниз. Ему и в голову не могло прийти, что шагоходы разносили на части пушки стреляющие древними снарядами.

И тут внутренняя связь словно сошла с ума к крикам боли и обычной в такой ситуации матерной брани добавились многочисленные возгласы о том, что роботы сошли с ума и атакуют их.

Один из поднявшихся к небу фонтанов земли подхватил тело Огавы, закрутил его так, что вестибулярный аппарат тюса не выдержал и выплеснул завтрак внутрь боевого шлема, а затем безжалостно бросил на землю.

- Ч-чёртова Силена! Будь ты п-проклята!

Последнее что увидел Огава это замершего над ним андроида с укороченной штурмовой винтовкой в вытянутой руке, который перед тем как нажать на спусковой крючок и взорвать шлем Чёрной гадюки плазмой совсем по-человечески подмигнул ему…

ГЛОСАРИЙ:

Тюи - старший лейтенант

Сёса - майор

Тюса - подполковник

Тайса - полковник

Тайсё - генерал армии

Глава 71: Сафари

Трёхтонный туганрог – хищник обитающий только на Беверли-5, которого словно сама природа превратила в смертоносную смесь носорога и льва, с дыркой от пулевого отверстия во лбу, вывалив длинный язык из зубастой пасти, замер на гравитационной платформе медленно и осторожно вползающей в подёрнутые инеем двери рефрижератора.

- Отличный выстрел, сенатор Уокер! – дымя толстой сигарой произнёс Мастерс - жилистый пятидесятилетний голубоглазый джентльмен в походном костюме песочного цвета и в мнемоочках стоимостью с хороший гоночный автомобиль добирающийся до стратосферы менее чем за пару минут.

- А ведь он мог быть ваш, Теодор! – протягивая крупнокалиберную винтовку с массивным оптическим прицелом одному из своих людей с улыбкой ответил коллеге Уильям Уокер – абсолютный антипод Мастерса – коренастый, круглощёкий, черноглазый мужчина немногим за сорок.

- Зато мне повезло в прошлый раз, - выдохнув новое облачко табачного дыма сказал Мастерс. - Помнишь того трёхрога? Вижу, что помнишь Билл! Его башка теперь украшает стену над моим рабочим столом и ведь это не какая-нибудь подделка, а настоящий охотничий трофей! Моя Джилл до сих пор боится этой образины поэтому в кабинет ко мне заходить совсем перестала!

Дружно рассмеявшись мужчины в сопровождении пятерых вооружённых штурмовыми винтовками охранников в панцирных бронежилетах начали подниматься по лестнице к небольшому особнячку на холме где у парадного входа их ждал вышколенный лакей в ливрее и в безукоризненно белых перчатках.

- Всё ещё используете космодесантников для охраны? – указав подбородком на сопровождающих спросил Мастерс Уолкера зажав сигару в зубах.

Тот же кивнув в ответ коллеге развёл руками, дескать угадал чего уж там.

- Конечно. Они лучшие в деле защиты.

- Всё-таки лучшая защита — это конфиденциальность, мой друг, - несколько задумчиво ответил Мастерс и на последних словах его в голосе прозвучал холодок, заставивший Уолкера поёжится будто от налетевшего ветра.

Билл вообще всегда с большим опасением относился к этому страшному человеку являвшемуся одним из серых кардиналов реально управлявших Конфедерацией. В последние пару лет они проводили много времени вместе, но друзьями так и не стали. В конце концов как можно дружить с ядовитой змеёй. Должность в комитете внешней политики обязывала Уолкера их встречаться и этим было всё сказано.

- Мы в безопасности, Тед, - поспешил заверить Мастерса тот. – Никто не знает, что я прилетел сюда. Для всех я на конференции на Новом Лондоне.

Мастерс же, будто ничего и не было, хлопнул коллегу по плечу ладонью и будто специально выдохнул в его сторону очередное облачко сигарного дыма.

Кхэ-кхэ-кхэ! – закашлялся Уолкер отгоняя ладонью клубящийся вокруг его упитанной физиономии дым. – Тед, как ты куришь эту гадость? Горло же дерёт? Неужели тебе не жалко здоровья?

- Дело привычки, сенатор, - ухмыльнулся собеседник, стряхнув под ноги пепел. - К тому же Билл, это всего лишь лёгкие. И я приготовил себе парочку запасных. Ждут своего часа в холодильнике одного медицинского учреждения.

За разговорами мужчины прошли мимо лакея виски которого были импозантно выкрашены под седину, с поклоном указавшего им внутрь залы оформленной в стиле XIX века ампер где их ждал поздний обед.

Оглянувшись по сторонам и оценив торжественность, помпезность обстановки: позолоту на стенах, настоящие картины и изумительную антикварную мебель, сенаторы уселись за уставленный закусками стол.

Тут же к высоким гостям подскочил второй лакей - русоволосый мужчина лет сорока с короткой причёской, среднего роста, с небольшим брюшком под ливреей. Серые глаза с прищуром услужливо взглянули на сенатора Мастерса, безошибочно определив в нём главного, после чего он протянул мужчине меню.

- Всего самого лучшего на ваш вкус, - отказался от предложения голубоглазый сенатор, бросив на поднос лакея всё ещё дымящийся окурок сигары.

Слуга кивнул и шустро исчез. Встречавший их у входа слуга хлопнул несколько раз в ладоши и в зале заиграла негромкая классическая музыка и загорелся приятный неяркий свет.

Забросив ногу на ногу Мастерс повернулся к своему собеседнику и приступил к делу ради которого он в общем-то прилетел на эту планетку.

- Что вы думаете о инициативе сенатора Мура, Билл?

Тем временем Уокер набросив на грудь белую салфетку приступил к поглощению многочисленных мясных закусок. Особенно по вкусу пришлись ему тонкие, прозрачные ломтики прошутто и мортаделло из вареной вяленой свинины, превращенной в пюре, в сочетании с кубиками жира, горошком перца, фисташками и другими специями.

- Мур, трусливый идиот, - работая челюстями ответил Уокер. – Он не понимает, что Империя вытеснила нас с миров богатых необходимыми для нормального существования ресурсами и у нас остаётся только один путь – путь конфронтации. Но не прямой, нет.

- Полностью согласен с тобой Билл, - с лёгкой скукой в голосе кивнул Мастерс заранее знавший, что ответит ему на вопрос собеседник. Тот же тем временем продолжил:

- Вкладываться в разведку Дальнего космоса чертовски дорого. Да и зачем если есть сотни обитаемых миров Периферии? Надо денонсировать договор-соглашение двадцать девятого года и поделить её. Наши союзники Синдикат и Блистательная Порта с этим согласны.

- Ровно поделить не получится, - согнутый палец Мастерса дважды стукнул по поверхности деревянного стола, кажется это был красный дуб с Лютеции.

- Конечно не получится, - очередная вилка с мясом исчезла во рту Уокера. - Но наши вооружённые силы почти вдвое больше объединённых сил наших союзников и плевать нам на их хотелки.

Мужчины опять посмеялись, но взгляд Мастерса очень быстро снова стал серьёзным.

- Что мы будем делать с Муром?

- Есть рычаги давления, - поправив салфетку на груди Уокер потянулся к блюду с хамоном в центре стола.

- Отлично. Если что, Билл ты знаешь мы поддержим любые методы воздействия.

На это быстро жующий Уокер только кивнул в ответ, ибо в сказанном не сомневался.

- Нам бы только найти повод для денонсации.

- Пусть в эту историю впишутся азиаты и османы, - вилка Мастерса проткнула кусочек хамона и покрутила перед глазами. - Как только русские начнут их бить, мы в соответствии с договором о буферной зоне введём на Периферийные миры войска под видом миротворческой миссии, а там уже дело в шляпе. Так кажется они говорят?

- Ты хочешь сказать их «начнут бить имперцы»? – уточнил Уокер.

- Имперцы и есть русские, - так и не попробовав вяленое мясо Мастерс стряхнул его обратно в тарелку.

- Как скажешь. Жаль конечно, что наша польская афера прогорела, так же, как и китайская до этого. А что, кстати, с Адамом Левандовским?

Тут Мастерс с театральной грустью вздохнул:

- Президент Польши мёртв. Есть свидетели того как он скончался при попытке похищения. Маккена погиб, но выполнил свою задачу. Правда русским удалось захватить дочь и сестру Левандовского, но это ничего им не даст. Девчонки не могут ничего знать о наших делах.

- Это хорошо, - сразу заулыбался Уокер (от сердца обжоры сразу отлегло). - Но какую бойню они устроили в «Элизиуме»!

- Да никакой там бойни не было, - бросил раздражённо Мастерс. - Это подконтрольные нам СМИ разгоняли слухи о кровожадности русских и бесчисленных жертвах среди гражданского населения. Поначалу схема сработала, но потом всё как-то заглохло, тем более что чёртов квартал функционирует по-прежнему. Меня вот больше всего беспокоит ЧВК «Беннигсен».

Уокер даже с удивлением замер на секунду и перестал жевать.

- Тед, и с чего вдруг ты заволновался из-за мелкой частной военной компании?

- Во-первых она давно уже не мелкая, а во-вторых, этот… этот Бестужев завладел активами Пьера Атталя…

- И теперь прекрасненько тратит его денежки, я проверял через наших ребят в финансовой разведке. Бестужев же вылетел из армии из-за скандала! Я сам видел видео на котором он избивал какого-то имперского генерала. Русский император таких людей на дух не переносит. Как бизнес Бестужева может помешать нам?

Мастерс же тем временем пасмурнел и даже дёрнул щекой тем самым выражая серьёзное, неподдельное беспокойство:

- Мне кажется всё не просто так. Его люди всегда оказываются там, где их не ждёшь. Возможно русские тоже с нами играют…

- … или Бестужев ведёт свою игру? – нож и вилка Уолкера снова принялись за своё дело. - Когда введём миротворческую миссию на Периферию заберём у него всё и дело с концом. Ну где же горячее?

Последние слова сенатора были обращены к лакеям. В этот момент в зал зашло сразу четверо роботов-официантов.

Из-за того, что жестянки шли слишком быстро один из охранников Уокера встал на пути робота и взглянул на него повнимательнее. Лицо космодесантника тут же исказилось гримасой, а рука сняла предохранитель с оружия.

- ЭТО НЕ РОБОТЫ! ЭТО АНДРОИДЫ!

* * *

Шмяк! - удар кулаком бестужевского андроида снёс половины головы бдительному телохранителю забрызгав кровью, мозгами и кусочками черепа почти сожравшего мясные закуски толстяка. Уолкер заверещав совсем как девчонка попытался соскочить с места, но отодвинуть стул от стола не догадался из-за чего вместе с ним рухнул на пол утянув с собой скатерть с блюдами и тарелками.

Оставшиеся охранники уже готовы были открыть огонь, но боевые андроиды и подполковник Сергеев у входа их опередили. За четыре секунды всё был окончено.

Мастерс же тем временем рухнул на пол и попытался выползти в распахнутые двери, ведущие в ухоженный садовником сад.

Малеев высвободил пистолет-пулемёт «Феликс» из-под дурацкой ливреи и проходя мимо Уокера короткой очередью разнёс ему голову, а затем, прицелившись, выдохнул, и дважды нажал на спусковой крючок сделав два выстрела по Мастерсу. Первая пуля прошла совсем рядом с сердцем сенатора, навылет пронзив ключицу, а вторая, оторвав кусочек правого уха скользнул по черепу заставив потерять его сознание.

Обменявшись взглядами с Сергеевым Виктор кивнул. Подполковник перевёл взгляд на ближайшего к нему андроида, который без слов склонился над одним из мёртвых охранников, взял в руки его штурмовую винтовку приставив её к своей голове. Перед тем как снести себе голову он показал окружающим кулак с поднятым вверх большим пальцем.

Когда убивший себя андроид опрокинулся на спину и замер, подполковник Сергеев взял винтовку с его тела и вложил оружие обратно в руки мёртвого космодесантника.

Уже через минуту контрразведчики спускались по каменным ступеням особняка в сопровождении оставшихся в их распоряжении боевых андроидов.

- Элли - Пеплу, Малееву. Дело сделано. Ждём эвакуации.

- Элли на связи. Летим к вам, - раздалось на том конце связи.

Спустя полчаса залитый кровью Мастерс очнулся, выполз на улицу и усевшись в кресло под солнечным зонтом вызвал своих людей.

Белизна испытанного совсем недавно страха уходила с лица сенатора и на смену ей приходил яркий румянец гнева.

«Что эти русские себе позволяют? – думал Теодор Мастерс наблюдая за приземлением прибывшего за ним корабля. - Да он сотрёт их в порошок…»

Глава 72: Камышовый кот на охоту пошёл, грозный охотник спустил тетиву

В своём шикарном кабинете на семнадцатом этаже здания военного министерства Синдиката, располагающегося на Осаке-2, тайсё (генерал армии) Дэйчи Сугияма выслушивал доклад адъютанта сёса (майора) Бао Муна о событиях на Силене.

- Таким образом точно установлено, что тюса (подполковник) Акио Огава и все его люди мертвы, а Силена теперь находится под контролем ЧВК «Беннигсен». Они там даже ПВО установили.

По своей давней привычке задумчиво пожевав губами хозяин кабинета крутанувшись в кресле отвернулся от докладчика и посмотрел в панорамные окна на город.

- Огаву жалко, - наконец произнёс он негромко. - Чёрная гадюка со своими головорезами ещё много-много пользы бы Синдикату принёс.

Стараясь поймать каждое произнесённое патроном слово и от этого неестественно согнувшись имперской буквой «Г» Бао Мун закивал:

- Верно-верно, мой господин, а сколько средств мы вложили в его батальон! Самое современно оружие, лучшая броня, шагоходы! Теперь всё или уничтожено, или досталось проклятым русским!

На это Сугияма ничего не ответил провожая взглядом бороздившую небо чайку каким-то чудом оказавшуюся тут за много-много миль от океана.

- Так что высылаем туда крейсер? Пусть зачистят Силену от чужаков! – не унимался адъютант, входя в кураж отчего старый рубец на его лбу налился краской.

- Ни в коем случае, – не поворачиваясь, безэмоционально одёрнул адъютанта тайсё. – Нам сейчас война с Империей не нужна. Это всё только усложнит. Протеиновые фермы конечно жалко, но я этих русских знаю. Проигрывая они уничтожат их чтобы нам ничего не досталось. За что тогда сражаться и влезать в неприятности неся потери?

- Думаете Империя вмешается и заступится за частную военную компанию?

- Этот Бестужев не дурак, раз обставил брюзгу Атталя. Большая часть населения планеты русские. Воспользовавшись этим, он вполне может обратиться к ближайшему имперскому консулу. Дескать соотечественники нуждаются в помощи. Или попросит подмоги у этого полковника Пограничной стражи… как его?

- Бенкендорф, мой господин!

- Да-да, всё время забываю эти русские фамилии. Этот выскочка всё время лезет не в своё дело и залезает на наши территории.

- Вы правы, мой господин.

- Конечно прав, - снова крутанувшись хозяин кабинета повернулся к адъютанту, который тут же поклонился словно увидел его сегодня впервые. – Даже если не будет имперских регулярных войск и пограничников, Император может прислать сюда доваторцев это ещё хуже. Эти псы не знают, что такое СОВРЕМЕННАЯ ЦИВИЛИЗОВАННАЯ ВОЙНА!

Последние слова Сугияма произнёс громче чем следовало, и его адъютант знал почему. Правая нога генерала армии по колено была заменена дорогим протезом – напоминание о рейде совершённом Сугиямой в молодости на злополучный Доватор.

Хозяин кабинета же разгладив пальцами побитую седыми волосами бородку продолжил:

- Никуда от нас Силена не денется и другие миры тоже. Скоро наши союзники заманят в ловушку русского медведя, и он больше не будет разговаривать с нами только с позиции силы.

После этих слов адъютант снова поклонился и по лицу его расплылась мечтательная улыбка.

* * *

Высадив парочку «борзых» возле строящегося здания торгового центра, которое располагалось менее чем в шестистах метрах от здания военного министерства «Синдиката», Владимир Александрович Воропаев опустил автомобиль в малозаметный переулок и подключив гарнитуру произнёс:

- Калмык, Квадрат – проверка связи.

- Слышим тебя хорошо, - отозвался за обоих угрюмый Квадрат – жилистый невысокий мужичок лет сорока пяти с выцветшими голубыми глазами и привычкой держать правую руку за спиной во время разговора.

- Отлично. Реактивные гранатомёты лежат в воздуховоде. Место я вам на карте пометил. Визоры можете использовать бесприпятственно к глобальной сети они не подключены, - пояснил Воропаев, достав из бардачка укороченную штурмовую винтовку «Клим», а из-под сидения новенький пластинчатый бронежилет.

Прилететь на Осаку-2 ему пришлось аж с Нового Хоккайдо, но Елагин уговаривать всегда умел. С «борзыми» камеру тоже работать приходилось впервые. Насколько он знал эти ребята были охотниками-одиночками и то, что сразу двоих собрали в одном месте, говорило о важности задания.

Положив «Клим» на сидение рядом, облачившись в броню, Воропаев дистанционно активировал одноразовую камеру на этаже, с которого должен был произойти пуск и надвинул на глаза визор. Не то что бы он не доверял «борзым» просто Елагин особо настоял на том, чтобы он лично проконтролировал операцию от начала и до самого конца.

Квадрат и Калмык тем временем привели в готовность реактивные гранатомёты «Пустошь» заряженные особыми ракетами специально подготовленными для этой операции.

- Огонь открывать только по моей команде, - предупредил Владимир Александрович «борзых» быстро просмотрев запись с дрона замаскированного под чайку летающую неподалёку от здания военного министерства. – Я сначала на пару секунд отключу силовое поле в здании, а затем активирую его в пластине располагающейся напротив рабочего стола цели, - короткая улыбка появилась и исчезла на губах Воропаева когда он убедился, что Сугияма по прозвищу Камышовый кот на месте.

- Ясно.

- Всё ясно. Ждём команды.

Проверив работу дистанционного пульта, камер с грустью подумал о том, что за сведения давшие возможность хакеру проникнуть в систему безопасности военного министерства заплатил своей жизнью один очень хороший человек. Человек, которого он знал много лет.

- Приготовится! – палец Воропаева нажал на кнопку дистанционного пульта тем самым активируя скрытую программу-вирус. Пара мгновений и на пластмассовом прямоугольнике размером с пуль головизора загорелся синий огонёк, свидетельствовавший о том, что силовое поле здания ненадолго отключено. – На счёт три делаем пуск! Раз! Два! ТРИ!

Пара «Пустошей» одновременно выпустила ракеты в семнадцатый этаж военного министерства Синдиката.

Чайка расправив крылья в режиме онлайн как раз наблюдала за полётом оставлявших за собой дымный след ракет со стороны, что позволило Воропаеву не ошибиться. В самый последний момент он нажал на кнопку на дистанционном пульте активировав одну из пластин производящую силовое поле. Такие сложности были неизбежны, ибо ещё одна операция начисто блокировала бы программу-вирус вводившую в заблуждение японских операторов внутри здания.

* * *

- Зажигательно вышло! – усмешка появилась на губах Калмыка любовавшегося на дело своих рук.

Помимо семнадцатого этажа на котором в живых остался только японский генерал армии всё ещё не веривший в чудо и боявшийся вылезать из своего кресла (с каким-то изумлением он смотрел на свой рабочий стол от которого осталась только обугленная половина) взрыв ракет нанёс серьёзные повреждения шестнадцатому и восемнадцатому этажу. Трупы буквально вповалку валялись на усыпанном обломками и покрытом гарью полу. Кто-то пронзительно кричал.

Квадрат же ничего не сказал и закинув разряженный реактивный гранатомёт на плечо указал пальцем на запястье как бы напоминая о времени.

С ветерком, по специальному тросу, Борзые спустились на трёхэтажку какой-то кондитерской, а оттуда используя джамперы спрыгнули к машине руководителя операции. Видавший виды Квадрат только знал, что этот человек был Корсаром. Этого было достаточно, чтобы подчинятся каждому его слову.

Забросив внутрь салона гранатомёты, борзые запрыгнули на заднее сидение автомобиля и подняв с пола заранее приготовленные штурмовые винтовки передёрнули затворы.

«Ронин» поднялся в воздух и взял направление на юго-запад, в бедные кварталы где легче всего было затеряться.

И всё-таки что-то пошло не плану.

- Полиция! – произнёс Калмык, облизнув кончиком языка губы.

- Я знаю, - ответил бывший Корсар и его стальные серые глаза в зеркале заднего вида спокойно посмотрели на борзого. – Я сам их вызвал.

- Что? – изумился Калмык, но Квадрат только прижал приклад штурмовой винтовки к плечу и ожёг товарища взглядом.

- Меньше болтай. Ему виднее.

Бывший Корсар же будто ничего не произошло произнёс следующее:

- Первую машину сбиваете, вторую повредите так чтобы она села сама, третья должна открыть по нам огонь. Они должны попасть в нас и не один раз. Всё понятно?

И ведь он оказался прав. Действительно сразу три полицейские машины увязались за автомобилем беглецов. Первую борзые за три секунды превратили в швейцарский сыр, вторую, сменив магазины пожалели, прострелив двигатель (дымя она сумела самостоятельно приземлиться на крышу одного из домов круша детские площади и розарии). Разгневанные таким поведением полицейские из третьего патрульного автомобиля ведя погоню открыли шквальный огонь из пистолетов-пулемётов. Пули защёлкали по корпусу «Ронина» беглецов, а бывший Корсар будто специально снизил скорость и начал вилять перед полицейскими, чтобы тем было легче прицелиться.

* * *

Когда короткая очередь пронзила правую заднюю дверь и стёкла мелкими градом застучали по защитным полумаскам борзых, Владимир Александрович отдал новый приказ:

- Выбрасывайте один из гранатомётов! Дверь ногой, гранатомёт долой! Второй не трогать!

- Слушаюсь, - кивнул Квадрат и сделал так как приказали.

- Держитесь!

Включив форсажный двигатель в автомобиле, тем самым оставляя далеко позади себя японских полицейских, Воропаев посмотрел в зеркало заднего вида и удовлетворённо кивнул. Всё получилось как надо.

Синдикат обязательно найдёт один из утерянных реактивных гранатомётов и не сразу, с большим трудом, но установит, что оружие произведено на предприятии принадлежащем «Бестужев grоup». Храни бог Алексея, в опасную игру он играет…

Глава 73: Новоселье

Генерал Реджеп Таш морщась от преследующей его громкой молодёжной музыки буквально выскочил на крыльцо с облегчением захлопнув входную дверь особняка накануне подаренного сыну в честь получения первого офицерского звания.

Ухмыльнувшись себе под нос, мужчина кивнул выскочившему с поклоном из лимузина по ту сторону ограды водителю, и подумал, что в пору своей юности совсем не был похож на Юнуса. Вместо подпрыгиваний и воплей под что-то что у них называется музыкой, он предпочёл бы бар на берегу моря, компанию боевых товарищей и игру в бильярд. Шлюхи тоже конечно бы были, но после.

Не успел генерал сделать и пару шагов по выложенной серым камнем дорожке как дверь распахнулась и за ним вдогонку бросился зябко поёжившийся на холодном ветру сын.

- Отец, а я думал ты с нами хоть немножко посидишь! Ракы выпьешь!

Таш обернулся к Юнусу и принял своё излюбленное выражение лица. То самое которое он надевал на службе.

- С чего это вдруг генерал будет выпивать с младшими офицерами и рядовыми?

Увернувшись от подзатыльника, которым его хотели наградить Юнус крепко обнял отца.

- Да я знал, что ты не останешься. Просто пошутил. А ещё я хотел поблагодарить тебя за дом. Он такой большой и красивый! И для меня одного!

- Смотри не спали его, - на полном серьёзе погрозил пальцем отец. - Мы прожили тут много лет. А то что большой так это ничего, остепенись, приведи в дом жену, роди детей.

Сын ещё крепче обнял отца и кажется даже смахнул слезу, - заметивший это генерал неожиданно смутился и снова напустив на себя строгий вид произнёс:

- Смотри только чтобы больше никаких глупостей. Я тебе из полиции больше забирать не собираюсь. Не веди себя как ребенок, ты же уже почти боевой офицер. Не позорь отца.

- Что значит почти? – растянул губы в улыбке сын.

- Потому что рейды против отрядов периферийного ополчения и военные действия против регулярных сил две большие разницы. На фермеров страху нагонять много ума не надо.

Генерал вытянул руку вперёд предупреждая готовые вырваться у сына слова возмущение и продолжил:

- Впрочем, не торопись. Набирайся опыта. Для этого мы и заставляем молодых солдат поучаствовать в паре десятков таких операций.

Юнус всё-таки хотел было, что-то возразить, но в последний момент передумал:

- Да всё будет нормальный отец. Выпьем немножко с ребятами, покурим кальян, потанцуем. Потом сходим искупаемся на берег голышом, а завтра я как штык буду у вас.

- Купаться? – удивился генерал выходя из калитки. - Холодно же?

- К тому времени нам будет жарко, - рассмеялся сын подмигнув отцу и вместо водителя распахивая для него дверь лимузина.

- Матери не забудь подарок купить, - смирился со сказанным Таш. - День рождение всё-таки.

- Конечно не забуду, отец. Не переживай.

Проводив взмывший в небо лимузин родителя лейтенант Юнус Таш вприпрыжку бросился в дом где его ждали вовсю веселившиеся однополчане.

* * *

- Балалайка – Горцу, Сладкоежке. Волк улетел. Волчонок на месте. Веселится вместе со своими товарищами. Можем начинать.

- Принял Балалайка. Группы на позицию. Не забываем, что в доме нет гражданских лиц, а только солдаты иррегулярного военного отряда «Акгюль». Тех самых что отрезали женщинам груди на Тавриде-5 и заживо сожгли стариков на Кольцове-2. Языки нам без надобности.

- Принял.

- Принял.

- Отлично, парни. Работаем.

* * *

Дым от электрического кальяна висел над головами прыгающей в экстазе толпы, состоящей из однополчан Юнуса. Девчонки и парни вопили от радости радуясь жизни и то, что вернулись из последнего рейда на Периферию без потерь. Молодой лейтенант, затягиваясь ароматным дымом наблюдал за здоровяком Фурканом зачем-то рассказывающим своей подружке – черноглазой сержантке из 4-го взвода как они с Якупом и Адемом изнасиловали девчонку-колонистку с Штернберка-2, а потом истекающую кровью выбросили из люка десантного корабля. Дурак, кто же такие вещи рассказывает своей девушке. Хотя Асель чокнутая, вон как глаза от восторга распахнула и целоваться полезла.

Во дворе раздались выстрелы и выглянув в окно Юнус смог наблюдать за азартно палившими из табельных пистолетов по пивным бутылкам ребятам.

- Эй! Вы чего творите дьяволы?! Смотрите статую матушки не повредите! Отец подарил её на моё рождение!

- Твоя матушка это та что с огромной грудью и в простыне? – пьяно улыбнулся долговязый Байрам подняв голову к окну. – Завидую белой завистью, лейтенант.

- Следи за языком! А то отрежу! – засмеялся Юнус и обернувшись взял с подноса андроида-слуги новую банку холодного пива.

Этого красавца ему подарила мама. Говорят, какая-то новая модель. Готовить умеет, убирать, знает несколько языков и много ещё чего.

Открыв жестяную банку так что пена разлетелась во все стороны, Юнус с изумлением уставился на имперский агитационный плакат пришпиленный метательными ножами к стене напротив. Пара ножей торчала из глаз русского космодесантника, один застрял на месте рта.

Разбрызгав пиво из банки, лейтенант набрал в лёгкие побольше воздуха и завопил на весь зал перекрикивая отбивавшую ритм музыку:

- КАКАЯ СКОТИНА БРОСАЛА НОЖИ В СТЕНУ?! ЭТО ЖЕ НАСТОЯЩИЕ ДЕРЕВЯННЫЕ ПАНЕЛИ! УЗНАЮ УБ…

Договорить, а точнее докричать Юнус Таш не успел. Снизу раздались звуки… странные звуки, вроде бы негромкие, и музыка бам-бам-бам по ушам, но интуиция забила тревогу, а сердце понеслось вскачь. Снова выглянув в окно, он увидел, что по зелёной лужайке клином двигалось сразу шестеро вооружённых пистолетами-пулемётами мужчин в панцирных бронежилетах и бронемасках. Байрам с ребятами к тому моменту уже были мертвы, точнее все были мертвы кроме толстяка Бекира затыкая пухлой ладошкой прострелянную в нескольких местах грудь, он приподнял голову над землёй чтобы тут же получить пулю в лоб.

Кто-то заметил голову лейтенанта в окне, и короткая очередь выбив каменную крошку из подоконника продырявила потолок.

- ТРЕВОГА! – завопил Юнус присев на пол, но пара дюжин танцующих товарищей на него даже не посмотрела. Алкогольное опьянение начисто вырубило у них инстинкт самосохранения. Тогда лейтенант бегом бросился в свою комнату, выхватил из шкафа автоматический пистолет и штурмовую винтовку.

Ворвавшись в зал он одиночным выстрелом уничтожил вмонтированную в стену музыкальную систему и с новым криком «тревога» бросил свой пистолет Фуркану.

Наконец-то до всех дошло, что лейтенант не шутит. Кто-то потянул из набедренной кобуры оружие, другие с тревогой прислушались к звукам на улице.

Сам Юнус Таш проверив полон ли магазин разобрал приклад присев у лестницы на первый этаж. Сердце молодого человека почему-то вместо груди билось в голове.

- Сколько их? - спросил замерший рядом Фуркан переводя флажок предохранителя на рукоятке «Тигра» на стрельбу очередями.

Ответить лейтенант не успел. Шквальный огонь ударил сразу с двух сторон: со стороны балкона, выходящего на аллею, и из столовой.

Всего за несколько секунд его товарищи были нашпигованы свинцом. Чокнутой Асель пуля снесла половину лица, Якупу отстрелили левую руку по самое плечо, голова Адема лопнула словно спелый арбуз забрызгав мозгами висевшие на стене детские фотографии Юнуса и его сестры в рамочках.

С криком Фуркан соскочил на ноги и начал, не глядя жать на спусковой крючок. Пуля, выпущенная с лестницы, у которой они замерли, вошла под подбородок младшего лейтенанта и вышла из макушки окатив кровью Юнуса. Вздрогнув тот было снова прижал приклад к плечу, но руки его дрожали от ужаса так, что он не смог удержать штурмовую винтовку выронив её под ноги.

- Нет! Нет-нет-нет! К такому меня не готовили! – завопил Таш-младший бросившись в бывший кабинет отца окно которого выходило на улицу.

Выбив стекло, он выпрыгнул со второго этажа в облаке мелких осколков и даже не обращая внимание на сломанную ногу бросился вниз по улице, когда на пути его вдруг возник его андроид-слуга.

- Т-ты что тут д-делаешь? – дрожащим голосом произнёс лейтенант.

В ответ тот перевернув металлический поднос сбросил на землю банки из-под пива и одним ударом отсёк голову лейтенанта Юнуса Таша от тела.

* * *

- Сладкоежка, Горцу, Балалайке. Живых нет. Проверили. Волчонок голову потерял.

- Принял. Работа сделана. Уходим.

Глава 74: Объятия и поцелуи

Раскрыв окно в своём кабинете я с наслаждением вдохнул полной грудью хлынувший внутрь запах золотой осени. Теперь делать это было безопасно так как город в воздухе патрулировали настоящие боевые Пакманы, а по улицам ходили смешанные патрули состоящие из бойцов ЧВК и боевых андроидов. Или Захаров, как их прозвали ребята…

- Вы что реально палили по Синдикату из древних пушек? – раздался удивлённый голос Знаменской из динамика стоящего на столе «Дятла». – Снарядами?

Сама госпожа полковник находилась сейчас на другом конце галактики на Витте или на Самусенко… или на Жукове. В общем где-то очень-очень далеко от нас.

- А что такого? – озорно подмигнул я Светлане читавшей книгу на кожаном диванчике в углу моего кабинета. – Всё же сработало. Они не ожидали такого номера.

- Циркачи, - не то похвалив, не то пожурив ответила Знаменская. - А где вы их взяли-то?

- Так в нашем музее. В Камелоте! Тут же не только средневековые коллекции есть, но и XXI век широко представлен. Копалыч привёл орудия в порядок, сказал можно.

- А снаряды вы где раздобыли? – спросила Знаменская чем-то побрякав, позвенев на том конце связи.

- Ой, я вас умоляю, Мария Николаевна! – рассмеялся ваш покорный слуга. – Вы правда хотите это знать?

Судя по всему, полковник наливала кофе в чашку, а это значит находилась в помещении одна. И только-только я подумал, что наш разговор сейчас перейдёт в разряд конфиденциальной беседы как полковник спросила:

- Алексей кто с тобой в кабинете?

- Бородина, - честно ответил я, ибо обманывать Знаменскую было плохой приметой.

- Здравствуй Света.

- Здравствуйте, госпожа полковник.

- Выйди пожалуйста, нам с Алексеем Александровичем поговорить нужно.

- Слушаюсь! - поднявшись со своего места Света щёлкнула каблуками и спрятав книгу под мышку закрыла дверь с обратной стороны.

Конечно я обратил внимание на то, что Знаменская обратилась к Светлане по имени, использовала вежливое «пожалуйста», а не назвала её поручиком, вот только пока не понял радоваться мне этому или печалится.

Немного помолчав, полковник вытащила из набедренной кобуры пистолет и положила его на гладкую поверхность стола рядом с собой. Чтобы утверждать это, мне не надо было находится рядом со Знаменской. Те, кто носит оружие постоянно хорошо знают его тяжесть и то что закинуть гудевшие от ходьбы ноги на стол без табельного автоматического «Долга» намного приятнее чем с ним.

- Уже можно, - произнёс я, провожая взглядом идущую по площади Светлану.

- Спасибо за разрешение, - парировала Мария Николаевна и тут же без всяких переходов продолжила: - В общем Алексей отступать некуда позади Москва! План наш вошёл в финальную стадию.

- Уже?

- Да, подполковник, да. Лично на тебя точит зуб один влиятельный американский сенатор, оставшийся без уха, честолюбивый генерал армии из Синдиката, ставший посмешищем среди своих коллег, и турецкий военачальник потерявший единственного сына. Во всех случаях мы оставили еле заметный след ведущий к «Бестужев grоup».

- Ничего себе какие люди! – улыбнулся я хотя полученная информация к веселью не располагала, скорее наоборот. – Мария Николаевна, вы правда думаете, что они не вытерпят и полезут на нас втянув в дипломатический скандал свои государства тем самым дав нам возможность ещё дальше отодвинуть границы Империи?

- Я В ЭТОМ УВЕРЕНА! - ответила Знаменская и судя по громкости с которой прозвучала эта фраза полковник произнося её специально склонилась над «Дятлом». - Все эти люди подобраны нами специально. Они весьма эгоистичны, амбициозны, склонны к нарциссизму и способны нарушать любые правила. Любые Алексей!

- Ясно, - почти шёпотом бросил я себе под нос, но меня на том конце услышали.

- Хорошо, что тебе это ясно. Отныне твоя жизнь и жизнь тех кто рядом в смертельной опасности. Готовься и жди. Я не думаю, что всё случится завтра или послезавтра. Для атаки на вас им нужно будет подготовиться, ещё раз изучить тебя под микроскопом, убедится, что ты не агент Елагина, а просто стремишься к личному богатству и власти. И вот тогда…

- Тогда они ударят.

- Обязательно ударят, - заверила полковник тоном заправского философа.

У меня даже что-то во рту пересохло. Не то чтобы я был не готов к услышанному просто, наверное, привык к роли респектабельного миллиардера.

- А кто из них как вы думаете? – плеснув в стакан минеральной воды я сделал маленький глоток. - Сенатор? Японец?

- Мы приложим максимум усилий, чтобы все трое, - холодно пояснила Знаменская. - Работа в этом направлении уже ведётся.

От услышанного я даже закашлялся и пролил минералку на стол.

- То есть Конфедерация, Синдикат и османы разом?

- Верно. По одному они могут не решиться на такой демарш, а вот вместе запросто.

- Ничего себе перспективка.

- Ты заранее знал на что идёшь.

- Я не об этом, - палец мой медленно нарисовал влагой на столешнице цифру «3» - номер моего истребителя. - Будет бойня.

- Обязательно будет. Вас будут убивать, а мы поднимем такую шумиху, что все цивилизованные миры вздрогнут. Наши крейсера, дредноуты и линкоры начисто сметут всю эту падаль пытающуюся захватить периферийные миры и превратить их население в рабов. Империя прирастёт новыми планетами, новыми гражданами, а заодно мы лишим всю эту шайку необходимых им ресурсов. Они десятилетиями готовили захват окраинных миров, вкладывали в эту идею деньги, силы, тренировали людей и создавали иррегулярные войска, а мы одним ударом отправим все их планы в мусорную корзину. Пусть проваливают и начинают сначала. К тому времени мы придумаем новый план. Разве ваша жертва того не стоит?

- Конечно стоит, - задумчиво произнёс я, не испытывая даже доли сомнения. - На кону миллионы жизней. Дети пойдут в школу, перестанут прятаться при приземлении кораблей на поверхность и при появлении незнакомых людей, мы построим города, проведём терраформирование…

- Лёша, вам надо будет принять бой и продержатся сутки, - перебила меня Знаменская. - Этого времени будет вполне достаточно.

- Задача поставлена. Выполним.

Тут мы уже оба помолчали. Потому как сказать и правда было нечего. Уже всё сказано.

- И ещё, - нарушила тишину полковник. - Я знаю Бородина стала близка тебе. Может быть ты не будешь рисковать её жизнью. Отправишь её куда-нибудь?

- Она не оставит нас… меня.

- Я это знаю, подполковник, - с досадой бросила Знаменская. – Но есть же другие способы. Не обязательно спрашивать её мнения. Главное будет жива. Мне тебя что учить?

В первый раз за весь разговор у меня вырвался тяжкий вздох.

- Моё дело предложить, - закончила разговор полковник. - Ладно. До связи.

«Сутки, - подумал я, пряча «Дятла» в сейф и покидая кабинет. Всего лишь сутки. Господи о чём разговор Мария Николаевна, это же сущая мелочь…»

* * *

Мы просто прогуливались с Бородиной вдоль аллей настоящих клёнов. Деревья эти два года назад привёз с земли Мальцев. И вот они радовали горожан вымахав до небес. Современная селекция творит чудеса.

Золотисто-красные листья клёнов приятно, уютно шуршали под подошвами наших со Светой военных ботинок. С улыбкой мы наблюдали за ребятишки со смехом валявшимися в кучах листвы.

Я просто обожал вот так прогуливаться с ней молча, изредка обмениваясь взглядами.

- Предлагала отправить меня куда подальше? – прочитав мои мысли спросила Света улыбнувшись отчего лучики-морщинки в уголках глаз преобразили её лицо.

- Предлагала, - кивнул я поймав узкую, горячую ладошку женщины.

- Предлагала не спрашивать моего мнения? Инъекцию снотворного и на корабль? – в глазах Бородиной заплясали чертенята.

- Угадала.

Неожиданно она замерла на месте, да так резко что я чуть не налетел на неё.

- Леша, не надейся я никуда не полечу!!!

Руки мои легли на талию Бородиной, и я нежно пододвинул её к себе.

- Я знаю.

Уже готовый сорваться с губ поцелуй оборвал какой-то врезавшийся в нас шестилетний обормот. Рассмеявшись мы дружно бросились за ним вдогонку вдоль искусственного озерца выкопанного тоже по моему указанию.

Вдоволь наигравшись в догонялки с детьми мы, прижавшись к друг другу сели на лавочку наблюдая за водой. Вездесущие кленовые листья, подгоняемые ветерком маленькими корабликами неслись по поверхности озера. Мне стало так хорошо, что я поцеловал Светлану в шею и разоткровенничался:

- Я обожаю деревья и воду. Всё то чего на моей родной планете не было.

- Я помню ты говорил, что на твоём родном мире всё покрыто пустынями, - ткнулась мне носом в щёку Светлана.

- Почти. Смотрела Звёздные войны?

- Что это?

- Фантастическая сага конфедератов снятая ещё на Земле в XX веке. Там главный герой тоже с планеты покрытой песком и тоже хотел стал пилотом.

- Словно про тебя, - поймав мою лицо в ладони Бородина приблизила губы к моим губам.

- Ага. Правда там потом были сражения на лазерных мечах, глупая болтовня о силе, лягушки переростки, мудрые карлики, мохнатые туземцы и грозный асматик в пластмассовых доспехах. В общем не так интересно как моя служба в армии и приключения с Корсаковым.

- Ты в курсе, что Виталий Константинович был категорически против этой затеи Знаменской? – произнесла Света отстранившись то ли забыв о поцелуе, то ли специально поддразнивая меня.

- Это затея не Знаменской, - ответил я, снова пододвигая её к себе. - Но да, в курсе. Он позвонил мне и предложил послать Марию Николаевну куда подальше. Сказал, что она доведёт меня до могилы.

- И ты не послушал?

Губы наши снова потянулись друг к другу.

- Тогда я не боялся смерти.

- А теперь?

- Теперь не боюсь по другой причине.

Когда я уже вот-вот готов был почувствовать горячие губы Бородиной рядом с нами приземлился автомобиль из которого выпрыгнул штабс-капитан Виноградов исполнявший сегодня роль дежурного по части. Вздёрнув руку к виску и щёлкнув каблуками, он бросился ко мне.

- Господин подполковник, у нас тревога!

- Что стряслось? – с разочарованием разжал объятия вокруг талии Светланы я.

- Сигнал с Кернунна-2.

- Там у нас нет гарнизона? – лихорадочно начал перебирать в памяти я названия недавно заключивших с нами контракт миров.

- Нет. Они только пару месяцев назад договор подписали.

* * *

Уже через четыре минуты и двадцать секунд мы были в Камелоте. Сигнал тревоги заставил раздвинутся створки подземного позади площади и на платформе вверх поднимался десантный «Ворон-М» оборудованный маломощным гипердвигателем. Дюжина закованных в боевую броню бойцов из дежурной смены поднималась на борт. Следом шагала пара шагоходов управляемая братьями Даниловыми.

- Подождите я с вами! – бросил вслед ребятам я, метнувшись в раздевалку за КПУЗДом.

- Я с тобой! – не отставала Светлана, впрочем, на это я и не надеялся.

Пробегая мимо баскетбольной площадки, мы всполошили Сергеева с дочерью. Катя уже вторую неделю гостила у нас на Печорине. Восстановила рисунок на шлеме отца и вообще стала всеобщей любимицей.

- Что стряслось, Алексей Александрович? – бросился за нами прапорщик.

- Сигнал тревоги от колонистов с Кернунна-2, - крикнул через плечо я, перепрыгивая через ступеньки ведущие в подвальное помещение где располагалась раздевалка.

- Так это совсем рядом. Давайте слетаем, разберёмся.

- У тебя дочь в гостях, - залетев внутрь я приложил ладонь руки к сканеру и когда дверка щкафчика щёлкнув раскрылась с натугой вытащил оттуда броню. - Оставайся с ней!

- Демона нет, - не отставал Сергеев. - Как же вы без пулемётчика?

- Найдём пулемётчика, Николай. Тут сотня бойцов сейчас…

- Нет, такого как я не найдёте, - ладонь прапорщика уже открывала персональный шкафчик. - Кирсанов с Лексиным когда в отпуск улетали просили меня за вами присмотреть.

- Тоже мне заботливые, - прищемив до крови палец одним из креплений КПУЗДа сообщил я. Вот всегда когда торопишься что-то да прищемишь себе хотя раньше делал это уже двести раз.

Света спокойно застёгивая крепления брони только улыбнулась чем неожиданно заставила и меня выдохнуть и перестать суетится. Нет, я точно отвык от рейдов, высадок и боевых операций!

Катя проводила нас до самого трапа и даже протянула отцу шлем разрисованный акриловыми красками. Помимо старых рисунков я заметил один новый – изображение Сатурна на затылке. Сатурн был позывным Николая.

- Милая, да мы быстро. Одна нога здесь другая там. Соскучится не успеешь! – присев рядом с дочерью Сергеев нежно поцеловал её в щёку.

Девчонка попыталась обнять отца но в КПУЗДе сделать это было нелегко. Длины маленьких ручек не хватало поэтому Сергеев расцеловал ещё и пальчики дочурки. Вышло это так трогательно, так мило.

Внутри меня что-то царапнуло. Почему-то в этот момент захотелось немедленно приказать Сатурну покинуть корабль и остаться с дочерью. Только вот он бы меня не послушал…

Глава 75: Ледяные пальцы

Ожидая звонка будильника на тумбочке у кровати, я наслаждался последними мгновениями сна. Теми, что самые сладкие, самые обожаемые нами…

- Лёш, ну Лёш! Вставай давай соня, а то опоздаешь! – произнесла Люда погладив меня тёплой ладонью по плечу.

- Куда опоздаю-то? – с неохотой продираясь сквозь тенёты сна спросил я, всё ещё оставаясь с закрытыми глазами и пытаясь поцеловать ладонь супруги. – Сегодня же выходной…

- ЖИТЬ! – отчаянно завопила Люда в ухо обхватив лицо ледяными пальцами и со всей силы потянула меня на себя отчего я вздрогнул, и очнувшись распахнул глаза.

«ПОВРЕЖЕНИЕ БРОНИ НЕ КРИТИЧЕСКОЕ. 82% ЦЕЛОСТНОСТЬ И ГЕРМЕТИЧНОСТЬ НЕ НАРУШЕНЫ. ВСЕ ОСНОВНЫЕ СИСТЕМЫ РАБОТАЮТ В ШТАТНОМ РЕЖИМЕ. ПЛАЗМЕННАЯ ПУШКА НЕИСПРАВНА. УСТРАНИТЬ ПОЛОМКУ В ПОЛЕВЫХ УСЛОВИЯХ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТСЯ ВОЗМОЖНЫМ. ПОЛЬЗОВАТЕЛЮ СДЕЛАН УКОЛ АДРЕНАЛИНА В СВЯЗИ С ПОТЕРЕЙ СОЗНАНИЯ И ОТСТУТСТВИЕМ РЕАКЦИИ НА ВНЕШНИЕ РАЗДРАЖИТЕЛИ. ЗАФИКСИРОВАН СБОЙ В СЕРЦЕБИЕНИИ. ПО ВОЗВРАЩЕНИИ НА БАЗУ РЕКОМЕНДУЮ НЕМЕДЛЕННО ОБРАТИТЬСЯ К ВРАЧУ».

Мигавшая красным надпись на виртуальном мониторе шлема сначала позеленела, а затем посинела, реагируя на отступающую боль в груди и возвращавшуюся память.

Не было ни сна, ни будильника, ни покойной супруги… хотя отпечаток ледяных Людиных пальцев всё ещё ощущался на моих скулах и щеках, а был атакованный неизвестным противником десантный корабль рухнувший на поверхность дикой планетки. И мы внутри трюма…

Ирония была в том, что стреляли по нашему борту сразу с четырёх точек из допотопных реактивных гранатомётов функционирующих без какой-либо системы наведения. Тепловые ловушки, АСОР-отражатели и другие финтифлюшки «Ворона-М» просто не сработали. Пилот с позывным «Альбатрос» сумел уйти от двух ракет, третья пробила дыру в корпусе десантного корабля с левого борта, а четвёртая угодила прямиком в кабину. Совсем недавно на Силене мы точно также разнесли на клочки технику «Синдиката» использовав старое доброе оружие не отягощённое искусственным интеллектом и дорогущей сверхтехнологичной начинкой, а теперь сами угодили в подобную ловушку.

Сканер моего КПУЗДа лихорадочно просвечивая всё вокруг не мог подключиться к бортовому оборудованию десантного корабля, а это могло означать только одно – кабина полностью уничтожена, и мы остались без связи.

Когда через шесть часов группа не выйдет на контакт с Печориным о нас сразу беспокоиться не начнут. Это же космос, тут сбои в связи частое явление, но ещё спустя шесть часов конечно вышлют помощь. Вот только сможем ли мы её дождаться…

Попытавшись пошевелится, ваш покорный слуга понял, что сделать это будет непросто. Кажется, я был чем-то придавлен также, как и мои товарищи. И вообще искусственный интеллект КПУЗДа сообщил мне, что «Ворон-М» находясь в вертикальном положении (разбитой кабиной вниз), застрял в карстовой воронке коих на поверхности Кернунна-2 было великое множество. Это надо же было угодить во время падения в углубление в рельефе словно мячик для гольфа в лунку.

- Канцлер всем кто меня слышит. Перекличку начать…

- Командир! Слава богу ты очнулся! – радостно приветствовал меня пожилой подпоручик с позывным «Стержень» ранее проходивший службу вместе с Мальцевым. – А то мы звали, звали…

Отозвались все кроме «Альбатроса», который наверняка погиб, и Светланы с Сергеевым. Двух последних выкинуло наружу после попадания снаряда реактивного гранатомёта в корпус десантного корабля. Я был уверен, что они живы потому что КПУЗДы и не в таких ситуациях спасали жизнь своим владельцам. А то что внутренняя связь до них не дотягивается так ничего удивительно. Электромагнитное поле вокруг экранировала любые наши попытки связаться с внешним миром. Повсюду явно были залежи какой-то руды. Если бы не надёжная защита «лисят» мы бы и по внутренней связи общаться не смогли.

Да-да, знаю, я просто гнал от себя плохие мысли. Даже думать не хотел, что Света пострадала. Появление покойной супруги не беспокоившей меня уже больше года почему-то теперь казалось мне дурным предзнаменованием.

Тем не менее у нас было пятеро раненых. Двое тяжёлых: один из братьев Даниловых и боец с позывным «Светофор».

- Почему я словно стрекоза на иголке? Ни вправо, ни влево сдвинутся не могу? – раздражённо спросил Фрунзе лежащий где-то неподалёку от меня.

- Это потому что одна из переборок корабля рухнула вместе с шагоходами и сейчас роботы находятся над нами, - сообщил один из пилотов Даниловых. – Точнее они лежат сверху…

- Мы как крысы в ловушке, - недовольно пробубнил поручик Ташков тоже отправившийся с нами на Кернунн-2. Этот находился в противоположном от меня углу трюма.

«Разговоры разговаривать это конечно хорошо, но вряд ли противник оставит нас в покое после удачного залпа и не прибудет на место крушения десантного корабля дабы убедиться, что всё кончено, - подумал я. Шевелиться надо, поторапливаться, а то закидают гранатами и все дела».

С большим трудом мне удалось подтянуть к себе правую руку, а потом врубив пневмоуслитель брони я попытался упереться рукой в давившую на нас сверху переборку. Сервоприводы КПУЗДа надсадно гудели, но не могли справиться с давившей на нас сверху тяжестью шагоходов, ящиков с боеприпасами и другим оборудованием. И всё-таки мне показалось, что на мгновение переборка дрогнула.

- СЛУШАТЬ МОЮ КОМАНДУ! – обратился к товарищам я. – Все кто способен, на счёт три врубаем пневмоусилители и пытаемся поднять переборку с моей стороны!

Легко сказать, да нелегко сделать. Сначала ребята высвободили руки, кто-то повернулся с живота на спину. Кому это не удалось уперлись в переборку ногами. На счёт «три» мы дружно включили пневмоусилители и… нам и правду удалось приподнять крышку нашей ловушки. Не сразу, но от наших усилий один из накрывавших нас «Котов» чуть-чуть сполз в сторону. Этого было вполне достаточно, чтобы продираясь сквозь обломки, провода и ошмётки брони мы смогли вскарабкаться по трюму к спасительному люку. В связи с тем, что корабль был обесточен раскрыть его нам удалось только вручную, сорвав предохранительные скобы.

Наверху было солнечно и жарко. Тридцать девять градусов жары мы конечно внутри брони из-за климат-контроля не почувствовали, но повисшее над землёй в воздухе марево говорило само за себя.

Выглядели КПУЗДы моих товарищей изрядно потрёпанными. Вон у Ташкова даже кривая трещина, формой напоминавшая молнию, на шлеме образовалась. Сложно представить какой груз выдержал его доспех. Были бы мы сейчас в «Покровах» или даже в «Покровах-М2» все умерли бы ещё при ударе о поверхность раздавленные шагаходами. Это факт.

Плазменную пушку пришлось снять. Выглядела она неважно, искрила, а взорвавшийся на твоём плече от случайного попадания преобразователь с ионизированным газом то ещё удовольствие.

Гости, которых я опасался не заставили себя долго ждать. По серо-коричневой степи лишённой какой-либо растительности, оставляя за собой чёткий пыльный след, в нашу сторону двигалось два транспортных средства. Скорее всего это была пара тяжёлых машин на магнитной подушке.

Совместными усилиями пока «Знахарь» оказывал медицинскую помощь Данилову и «Светофору» мы смогли вытащить из трюма неповреждённый при аварии ящик с боеприпасами, снайперскую винтовку Фрунзе с полным магазином и десять штурмовых винтовок. Правда одна из них была неисправна и вести огонь не могла. Ящик с дронами, к сожалению, извлечь не удалось. Контейнер с юркими разведчиками раздавило в лепёшку.

Пистолеты были у всех кроме «Знахаря». Тому во время аварии сорвало набедренную кобуру вместе с оружием. Вот только скоро мы поняли, что пистолеты нам не помогут.

БАХ! - точный выстрел Фрунзе сбил зависшего над нами вражеского дрона. Разделив скудный боезапас мы приготовились к встрече гостей.

Теперь через шлем хорошо было видно, что за машины к нам направлялись. Это были «Бегемоты» - боевая машина пехоты давно уже не выпускавшаяся ни одним из государств. БМП с низким, приплюснутым корпусом вооружённые мелкокалиберной пушкой и пулемётом. Такие штуки я видел только в начале своей службы. Ничего особенного, но на броне каждой машины сверху сидело человек двадцать в квадратной чёрной броне, которую я с первого взгляда не опознал, но приглядевшись понял, что сбивший нас противник одет в старенькие, но надёжные «Кирасы». Серьёзная штука. Тяжёлая штурмовая броня выпускавшаяся в Лиге свободных миров выдержала целую кучу модернизаций совсем не просто так. Её вес и неудобство щедро вознаграждалась простотой эксплуатации и надёжностью.

Менее чем за километр от места аварии БМП разделились. Одна из машин начала огибать небольшую возвышенность (скорее даже холм) на которой мы очутились, дабы оказаться за нашей спиной, вторая двинулась прямо к дымящемуся десантному кораблю всё ещё торчащему из ямы.

Я понял, что это наш единственный шанс. Скрывшаяся за гребнем холма БМП не могла вести по нам прицельный огонь, значит воспользовавшись этим мы могли атаковать вторую машину. Что тут же и не преминули сделать.

- ВПЕРЁД!!!

Форсажные двигатели КПУЗДов взревели бросая грациозные корпуса «лисят» в атаку. Залп из плазменных пушек встроенных в защитные костюмы смёл пехоту с брони и серьёзно ранил большую часть противников. Однако тяжёлая, вязкая броня «Кирас» многим сохранила жизнь - места попаданий сгустков плазмы нагрелись выделяясь на фоне доспеха белыми пятнами, но выдержали. Повторный залп добил выживших. Только орудие атакованной нами БМП продолжало огрызаться огнём, но поручик Ташков ловко запрыгнув на корпус машины погнул ствол мелкокалиберной пушки выведя его из строя. Затем он вырвал люк из машины вместе с креплениями, вытянул на свет божий проклинавший нас экипаж и сбросил его с обрыва.

Одна из угроз была ликвидирована, но вторая машина начала вести по нам прицельный огонь. Снаряды и пули засвистели над головами, взбивали фонтанчики пыли под ногами, царапали осколками камня корпуса КПУЗДов.

Пехотинцы в «Кирасах» покинули «Бегемот» и вытянувшись в цепь неспешно двигались вперёд ведя по нам беспрестанный огонь. Выдержки им было не занимать, это уж точно. Да и с боеприпасами у них всё было в порядке. Не то что у нашего брата.

Некоторое время мы вели по ним огонь, но БК таял с пугающей скоростью. Подвижность, резвость - главное преимущество КПУЗДов. Спустя несколько мгновений закипела рукопашная схватка.

Схватившись с одним из кирасиров, я вырвал из его рук штурмовую винтовку и разрядил её магазин в щель между грудной пластиной и подбородком. Но даже это не остановило врага. Помотав головой из стороны в сторону, тот поднялся на одно колено вытягивая из-за спины запасное оружие. Это был скорострельный армейский дробовик. Скрипя сервоприводами и преодолевая сопротивление противника, я оттянул уже было направленный в меня ствол за приклад вниз и надавил на пальцы кирасира лежащие на спусковом крючке. Дробовик дважды громыхнул снося ему голову и разбрызгивая мозги и охлаждающую жидкостью по земле позади нас.

Справа от меня прижатого к земле Фрунзе вызволил из лап противника «Стержень». Он просто выдернул кольцо из гранаты располагающейся в разгрузочном жилете на груди кирасира. Взрывом того отбросило в сторону разорвав пополам. Вот уж верно говорят, что старый конь борозды не портит.

С большим трудом троим нашим бойцам удалось вывести из строя вторую БМП потратив на это последние заряды для плазменной пушки. Боевая машина пехоты накренившись над очередной карстовой воронкой была объята жарким пламенем. А вокруг продолжала кипеть схватка.

Противник, поняв, что проигрывает нам в скорости начал сплачивать ряды концентрируя огонь на ближайших целях. Мы стреляли в ответ, но уничтожить нам удалось только парочку чёртовых кирасиров. Зато мне в смотровую щель шлема угодила тяжёлая пуля существенно снизив качество изображения. Теперь я вынужден был пользоваться наружными камерами проецирующими объёмную картинку на виртуальный дисплей.

Тра-та-та-та-та! - длинная пулемётная очередь оставляя пулевые отверстия с раскалёнными краями в «Кирасах» опрокинула сразу троих нападавших на землю, а короткая сделанная из «Наковальни» - мощной электромагнитной винтовки, проломила бронепластину на груди командира кирасиров в ярко-оранжевом шлеме с гребнем. «Наковальней» в нашей группе была вооружена только Света.

- Вы вовремя, - обрадовался Фрунзе плюхаясь на землю. Все и правда устали.

Честно, я хотел врубить форсажный двигатель, подхватить Бородину на руки, но сдержался от демонстрации эмоций при подчинённых. Просто отправил по нашему личному каналу смайлик с сердечком получив в ответ сразу шесть.

- А вы меня брать не хотели, - раскрыв забрало остановился рядом с пытавшимся уползти от нас раненным кирасиром «Сатурн». Впрочем, вдохнув обжигающий лёгкие воздух Николай захлопнул шлем.

- Каюсь, был не прав, - сказал я, оказываясь рядом с выжившим. – А чем это ты их так легко пробил?

- Специальный патрон бронебойно-зажигательный, - продемонстрировал мне Сергеев 12,7 мм боеприпас от пулемёта на кончике которого была хорошо видна чёрная и красная полоска. - Такие сейчас редко используют, но я будто знал, что когда-нибудь пригодятся. «Кираса» конечно хороша, но при нагреве свою прочность теряет…

Намереваясь допросить противника, я склонился над ним, перевернул его на спину и отстегнув шлем потянул на себя как раз в тот момент когда рядом присел «Знахарь. Брызги крови окатили нас обоих. В ходе боя один из стальных шариков всё-таки угодил под шлем сделав своё дело. Уж не знаю, как кирасир после этого полз, скорее всего на одной вредности.

- С этим всё, - резюмировал фельдшер. – Командир, наших я стабилизировал, но им нужен покой.

* * *

Собрав трофейное оружие и боеприпасы, оседлав захваченный Ташковым БМП мы через час добрались до поселения колонистов. То, что тут не всё в порядке было ясно издалека по разрушенным зданиям и поднимавшемуся к небу жиденькому столбу дыма.

Облепленные маленькими зелёными мушками раскиданные повсюду трупы колонистов уже вовсю начали разлагаться на солнце, что наталкивало на мысль, что вызвать нас на подмогу они явно не могли. А значит это сделали сами кирасиры.

Рассредоточившись по городку мы за двадцать пять минут осмотрели его. Никаких сомнений не было - колония была ограблена. Что натолкнуло нас на эту мысль? Пропавшие энергетические установки, рефрижераторы, даже бытовая техника и мебель из большей части домов. С некоторых трупов сняли обувь, украшения и личные коммуникаторы.

- Мародёры! – вздохнул Сергеев наблюдая за тем как Стержень накрыл какой-то тряпкой труп ребёнка, ну или то что от него осталось.

- Мародёры в «Кирасах»? – усомнился в сказанном Фрунзе раньше служивший в Пограничной страже. – Обычно этим занимается всякий сброд, а час назад мы сражались с серьёзным, стойким противником. А как ловко они сбили наш «Ворон»!

Безусловно Фрунзе был прав. Что-то тут не складывалось. Я будто снова почувствовал на своём затылке ледяные пальцы покойной супруги. Даже рука Бородиной на моём плече Люде не помешала.

Ещё раз обведя взглядом мёртвых колонистов (не менее ста человек, бойня по-другому и не скажешь), я подумал о том, что их убивали на месте. Вот женщина выскочила на порог и получила смертельное ранение, а вот мужчина не успел даже вылезти из кабины старенькой машинки работающей на двигателе внутреннего сгорания, старушка в дверях выпотрошенной лавки, крепкий мужичок чинивший водный фильтр у торца домика. Зачем всё это? Проще было собрать их вместе, припугнуть, сначала забрать ценности…

- Командир, к нам гости! – прокричал с крыши один из бойцов. – На три часа. Десантный корабль!

- Нам бы только день простоять, да ночь продержаться, - произнёс я по внутренней связи почему-то вспомнив старую-старую сказку Аркадия Гайдара.

Странно, но никто из деловито разбиравших позиции ребят не удивился сказанному хоть я и был уверен, что многие этого выражения раньше никогда не слышали. Они просто догадались о чём эти слова…

Глава 76: Забытый фильм

«ОСТАЛОСЬ ОДИННАДЦАТЬ ПАТРОНОВ. РЕКОМЕНДУЮ ПОПОЛНИТЬ БОЕЗАПАС» - будто издеваясь сообщил мне в наушник искусственный интеллект КПУЗДа. Текстовое сообщение на виртуальном дисплее мне было недоступно потому как шлем мой приказал долго жить.

Осторожно придерживая рукой Свету, бесчувственное тело которой было переброшено через моё плечо, я быстрым шагом двигался к лестнице на первый этаж. Следом стуча подошвами бронисапог шёл Сатурн.

Возникший на лестнице силуэт противника заставил меня вытянуть правую руку с «Мотыгой» вперёд и дважды нажать на спусковой крючок. Первая пуля угодила кирасиру в грудь, одновременно пробив и смяв броню, а вторая прямо в голову. Треугольный шлем треснул, осколки брызнули во все стороны. Готов.

Заботливо обогнав нас Сатурн пошёл вперёд медленно, поводя из стороны в сторону стволом трофейного пулемёта и задавая темп движению. Вот пламя на конце его оружия вспыхнуло, «Гаргулья» коротко прокашляла и внизу что-то упало. Я уже сбился со счёта сколько раз сегодня Сергеев меня (нас) спас…

* * *

Десантным кораблём кирасиров оказался «Мельник» - ещё одно чудо военной техники давно снятое с производства, но активно использующееся многими территориальными ополчениями и колониями, что могли себе позволить создать и снарядить отряды самообороны. Я на таком летал в учебке. Тяжёлая, медленная машина, зато вместимость больше чем у «Ворона». Полтора армейских взвода, пару шагоходов и три БМП вместит без проблем. Между прочим, на последних моделях этого десантного корабля ставили маломощные гипердвигатели.

- Командир, а ведь на этой штучке мы вполне можем вернуться домой, - произнёс Фрунзе сейчас находившийся на крыше метеостанции здание которой мы и выбрали для отражения нападения неприятеля.

Сделал я это по двум причинам. Во-первых, это было самое высокое здание в городке колонистов. Шесть этажей! А во-вторых, это единственное тут строение из надёжного пенобетона. Не то чтобы я думал, что по нам будут палить из пушек, но всё же крепкие стены, за которыми можно укрыться небось пробития насквозь это хорошо.

Ещё раз проверив боеприпасы и трофейное оружие, я выглянул в окно приблизив через шлем изображение подлетающего корабля. Пара минут и гости посыпятся с неба. В руках у меня была штурмовая винтовка «Мотыга» - простая, мощная, созданная для бойцов в защитной механической броне (ибо без оной оружие в руках из-за веса не удержишь), магазин на девяносто патронов и полное отсутствие современных прибамбасов вроде автоматического целеуказания. Название говорило само за себя. Приклад к плечу и огонь. Все кирасиры были вооружены этим оружием. Четыре запасных магазина к этому чуду конечно было маловато, но хотя бы что-то. Свой то БК (то немногое, что удалось достать из потерпевшего аварию «Ворона») давно уже закончился.

- Как думаешь это была ловушка? – спросила меня застывшая у окна Света. Ствол её «Наковальни» был опущен вниз. Трофейную винтовку поручик забросила за спину.

- Нас в любом случае ждали, - произнёс я мысленно последними словами ругая себя за то, что не взял с собой «Стаю». Вот кто надёжно прикрыл бы нас. Хотя с другой стороны летать на каждый вызов в компании орбитального истребителя управлявшего роем «Цуру»… - Вопрос в другом сами ли кирасиры это спланировали или их кто-то надоумил.

Света хотела спросить, что-то ещё, но не успела так как «Мельник» вдруг прибавил скорость и через несколько секунд оказался над крышей нашего здания.

- Командир, они высаживаются прямо нам на голову! – негромко почти шёпотом сообщил снайпер будто его могли услышать. – Много их, не менее четырёх десятков. Ухожу с крыши.

Впрочем, скоро я понял, что дело не в шёпоте Фрунзе, а в связи. Внутренний канал наш затрещал и искусственный интеллект КПУЗДа вспыхнув разноцветными иконками показал мне присутствие глушилок неподалёку.

Объединив всех «лисят» в здании в «Невод», я тем самым увеличил мощность сканера и запустил процесс поиска, дабы установить источник сигнала мешавшего работе нашей связи. Результат меня не обрадовал.

- Канцлер всем! Есть плохая и хорошая новость. Начну с плохой. Кирасиры которые высадились на крышу здания используют СПС - мощная глущилка на десантном корабле и маломощные на каждом из противников. Таким образом создаётся единая сеть эффективно забивающая каналы врага. Проверенная тактика, которую использовали ещё во время Периферийных войн.

- А хорошая новость? – сквозь лёгкое потрескивания я услышал голос Ташкова.

- Хорошая в том, что наши КПУЗДы имеют повышенную защиту и неплохо противостоят глушилкам. Проблемы могут возникнуть только при включении и выключении внутренней связи. Поэтому оставайтесь постоянно в эфире. Описывайте, что происходит вокруг вас, считайте уничтоженных врагов, стихи читайте, песни пойте. Без разницы. Всем ясно?

- Ясно.

- Принял.

- Понятно.

- Услышал тебя командир.

- Блядь, что-то ни один стих в голову не идёт, - рассмешил всех Фрунзе, который судя по громкому дыханию быстро-быстро спускался по лестнице вниз.

- Командир, а если глушилка стоит на кирасирах это значит у них самих тоже связи нет? – задал вопрос пожилой подпоручик с позывным Стержень. – Поди уже слетали на место падение нашего корабля, посчитали своих убитых, увидели, что мы оружие и БК с трупов забрали и поняли, что им противостоит серьёзный противник. Решили пожертвовать связью, чтобы нас прижать.

- Думают тогда быстро с нами справятся, - согласился с подпоручиком пилот шагохода Олег Данилов, находившийся этажом ниже.

В логике подпоручику не откажешь. Тем более что сам я подумал о том же самом. Радовало, что сражаемся мы всё-таки не с профессиональными военными. Вояки точно высадили бы одну группу на крышу, вторая же начала штурм первого этажа. Таким образом они зажали бы нас в тиски заставив рассредоточить силы. Я бы точно поступил именно так.

На командирском планшете я видел, что ребята с учётом новых обстоятельств начали менять свои позиции выискивая в здании места где можно организовать оборону. Всё правильно, будем цепляться за каждый угол, за каждую комнату. Дело нам знакомое. Как там говорил прапорщик Неприведибеда? Окропим снежок красненьким?

* * *

БАМ! БАМ! - выглянув из-за угла я сделал два прицельных выстрела в ближайшего кирасира заставив его упасть на колено, а открывшая следом огонь из «Наковали» Света смяла боевой шлем бедняги вместе с черепной коробкой. Ринувшийся следом товарищ убитого получил от меня три пули в грудь и затих на месте.

Бой шёл по всему зданию, на обоих лестницах и в комнатах. Кирасиры двигались слаженно, быстро. Этого у них не отнимешь. Расползлись по этажам как муравьи. Только на первом и втором, где находился Знахарь с ранеными, было ещё спокойно. Под нами гавкал пулемёт Сатурна.

Ребята, следуя приказу постоянно находились на связи. Кто-то сообщал о движении противника, кто-то просто ругался под нос, а вот Сатурн… Сатурн напевал стихи. То есть это я только в начале подумал, что эти стихи, а на самом деле это была песня из древнего фильма. Моя мама это кино обожала и в детстве мы несколько раз даже смотрели его. Помню мамины объятия, запах волос, уют в душе… Вот только сейчас убей меня не помнил о чём была та картина. Но слова песни мне запомнились.

Слышу голос из Прекрасного Далека Голос утренний в серебряной росе Слышу голос и манящая дорога Кружит голову как в детстве карусель

Неожиданно Стержень, находившийся сейчас на четвёртом этаже поддержал Николая исполнив приятным голосом припев:

Прекрасное Далеко Не будь ко мне жестоко Не будь ко мне жестоко Жестоко не будь От чистого истока В Прекрасное Далеко В Прекрасное Далеко Я начинаю путь

Про что же была кино? Стена слева брызнула осколками и в образовавшийся пролом ринулись сразу трое кирасиров. Первого я расстрелял почти в упор превратив его шлем в дуршлаг, а вот следовавший за ним пальнул по мне из дробовика с расстояния в пару метров, отбросив вашего покорного слугу в стену. В последний момент я всё же успел прицелиться и выпустить остатки магазина в мерзавца.

Приложило меня серьёзно. Я почувствовал укол инъекции, прилив сил, навалившаяся тяжесть временно отступила, вот только перед глазами была темнота, но не потому что я ослеп или потерял сознание. Просто мне повредили шлем.

Сорвав с головы мешающий вести бой аксессуар, я повалился на бок меняя магазин. И очень вовремя, потому что в стену где я только что стоял, высекая искры из пенобетона ударила длинная очередь из штурмовой винтовки.

Света, тем временем, включив форсажный двигатель бешено носилась туда-сюда по коридору стараясь не угодить под пули кирасиров (пока ей это удавалось) и раз за разом жала на спусковой крючок своей электромагнитной винтовки.

Отправив патрон в патронник, я выстрелил короткой очередью по ногам в открывшего по мне огонь противника, и когда тот рухнул рядом второй очередью добил его. Из-под деформировавшейся грудной пластины на пол хлынула кровь вперемешку с охладительной жидкостью голубого цвета. Две эти жидкости не смешивались и струйки одна поверх другой создавали поистине гротескную картину.

Краем глаза я взглянул на свой шлем и удивился что всё ещё жив. Верхний слой брони встопорщился рваными краями. Наверняка часть дроби отразила динамическая защита КПУЗДа.

Внизу взорвалась граната из-за чего пол подо мной завибрировал. Отдыхать было некогда. Перекатившись по полу, я всадил в спину раненого Светой противника четыре пули, а затем, убедившись, что ему конец, прыгнул на спину второго.

Клинок с лазерной гранью доставшийся мне ещё во время службы в Корсарах нагреваясь блеснул в сумраке коридора. Вспыхнув мини-катана погрузилась в плохо защищённое горло кирасира как раз между броневоротником и треугольным шлемом. Воздух наполнился запахом палёного кевлара и горящей плоти. Надавив на рукоять прожигавшего броню клинка, я сделал кистью круговое движение перерезая любителю пострелять по гражданским горло, а затем вырвав клинок наружу спрятал его обратно в ножны. Словно заправский акробат оттолкнувшись ногами от затянутой в броню спины смертельно раненого противника, я поймал висевшую на тактическом ремешке «Мотыгу» открыв огонь по последнему стрелку, в этот момент продолжавшему азартно палить по Свете.

Вот только в пробитую в стене дыру вылезало ещё четверо кирасиров. Ледяные пальцы бывшей супруги снова легли на мой затылок.

Слышу голос из Прекрасного Далека Он зовет меня в чудесные края Слышу голос голос спрашивает строго, А сегодня что для завтра сделал я

Напевал Николай песню с явным удовольствием.

ДУХ-ДУХ-ДУХ-ДУХ! – заработавший за моей спиной пулемёт не только уложил в проходе незваных гостей, но и дотянулся до стрелка в коридоре.

Гадство, да о чём же этот фильм? – думал я, принимая протянутую Сатурном руку и поднимаясь с пола.

Глава 77: По дороге на которой нет следа

В безумном, скользящем форсаже по полу, оставляя за собой целый сноп искр, царапая и без того потрёпанный КПУЗД, я сбил с ног одного из кирасиров буквально впечатав его в стену небольшого зала. От удара противник рухнул лицом вниз на пол и я, воспользовавшись ситуацией, немедленно оседлав его сунул ствол пистолета между броневоротником и шеей остервенело нажимая на спусковой крючок.

Убедившись, что кирасир мёртв я словно сладкоежка истосковавшийся по любимому лакомству набросился на его боеприпасы. Четыре магазина для «Мотыги» и Ф-12 это уже что-то. Совсем недавно это было курам на смех, а теперь когда то тут, то там кипели рукопашные схватки это целое богатство. Рассовывая БК по кармашкам чудом уцелевшего разгрузочного жилета, я прислушивался к тому как кто-то из ребят негромко, себе под нос, напевал гимн имперских космодесантников, другой читал стихи про кошку под окном, третий витиевато ругался.

Убедившись, что со Светой в соседней комнате всё нормально, я надвинул на глаза визор ВПУ-11 «Пионер» (а что делать шлема то у меня больше не было) и сконектился с установленными нами повсюду перед штурмом здания кирасирами миниатюрными камерами. Большая часть из них всё ещё исправно функционировала.

В первую очередь я убедился, что Знахарь вместе с ранеными жив-здоров. На изображении ребята рядком сидели у стеночки, а из прохода в коридор торчали ноги мёртвого кирасира, каким-то чудом пробившегося на первый этаж. Вадим-молоток разжился теперь штурмовой винтовкой и боеприпасами.

Судя по всему, не только у меня наступила передышка. Другие камеры показывали мне коридоры. Пустые и не очень, но никаких перестрелок и рукопашных. И тем не менее противник как минимум вдвое превышал нас числом. Прямо сейчас группа из четырнадцати противостоящих нам мародёров замерла на лестничной площадке между третьим и четвёртым этажом. На шестом один из кирасиров пытался оказать помощь умирающему коллеге используя медицинский сквид. Проводки прибора, словно щупальца кальмара тянулись к физическому порту на груди раненого замершего в огромной луже охладительной жидкости, что могло означать только одно - медицинский модуль внутри брони отключился от повреждений.

- Канцлер – Савицкой! - связался я с Фрунзе. – На каком ты этаже?

- Савицкая – Канцлеру! На четвёртом! – скрипнув ожила связь.

- Будь осторожен внизу противник.

- Вижу.

- Хвалю. А куда сел «Мельник» видишь?

- Вижу. Точнее сейчас уже нет. Но с пятого видел. Они посадили его прямо напротив сгоревшей электрической подстанции.

«Совсем рядом», - подумал я, ещё раз убедившись, что против нас действуют не переодетые армейские части противника, а обыкновенные хоть и весьма опытные мародёры. Почему я так был в этом уверен? Да потому что устав был грубо нарушен. Десантный корабль, да ещё в городской застройке там близко от места высадки не садят из-за риска захвата. Что мы это непременно и сделаем.

- Савицкая, Рычаг, Чехов, разрешаю вам покинуть здание! – приказал я сверяясь с виртуальной картой здания метеостанции и пытаясь найти снайперу напарников для опасного предприятия.

- Есть покинуть здание! – дружно отозвались все трое.

- Попытайтесь захватить корабль. Может у них там и охраны-то нет кроме пилота. Но только очень осторожно, - тем временем продолжил я. - Снаружи может быть снайпер. Я бы точно посадил снайпера.

На негромкое бурчание товарищей на заднем фоне я внимание уже не обращал единственно сосредотачиваясь на инструктаже.

- Понял тебя Канцлер, - произнёс бывший пограничник. - Но противника требуется отвлечь, а то они все разом к окнам бросятся и начнут палить нам в спину. Пилота насторожат. Не дай бог в небо поднимется. И труба нашему плану…

Признавая правоту слов Фрунзе, я ещё раз пролистал изображение с камер.

- Сделаем. Приготовитесь. Как только услышите, что пол под ногами задрожал выдвигайтесь.

Ну кого я мог взять с собой? Свету, Сатурна и находившихся этажом ниже Ташкова и Стержня.

Сначала под ноги кирасирам полетели гранаты, потом мы впятером открыли шквальный огонь из автоматического оружия. Вот только противник наш был «не лыком шит» - так любила повторять моя бабушка. Смысл выражения я понимаю, а вот что такое лыко к своему стыду знать не знаю.

В общем кирасиры на крейсерской скорости рванули вперёд тоже открыв огонь. И снова закипела схватка. Скоротечная, но от этого не менее яростная. Мой любимый клинок, моя мини-катана с лазерной гранью переломилась пополам врезавшись в броню ближайшего противника превратившись в ненужную железку. Правда в какой-то момент нам всё-таки удалось оторваться от кирасиров. Я вместе с Ташковым и Стержнем сплотившись плечом к плечу (перегородив таким образом всё пространство перед собой) и принимая пули в корпус КПУЗД(ов) медленно пятились по коридору ко второй лестничной площадке, а Сатурн со Светой позади, забравшись на подоконник, чтобы оказаться над нашими головами, вели прицельный огонь по противнику стараясь ненароком не угодить и по нам.

Сначала динамическая броня «лисят» музыкально хлопала, защищая нас от прямых попаданий, но когда электромагнитные аккумуляторы отражателей разрядились только лихорадочно пощёлкивала пробегая волнами по поверхности корпуса, напоминая тем самым задыхающуюся, выброшенную на берег рыбу.

- Держись командир, мы в пути, - сообщил мне тем временем по внутренней связи Фрунзе. Конечно мысленно я пожелал ребятам удачи.

На голову нам сыпались мелкие камешки, струйки раскрошенного в пыль пулями и металлическими шариками бетона. Ребятам в шлемах было хорошо, а мне вся эта грязь забивалась в нос и горло от чего беспрестанно хотелось чихать и кашлять. Странно, но о том, что мне в любой момент может угодить пуля в голову я совсем не думал. Думать времени не было, надо было действовать.

Брошенная нам под ноги граната была ловко отброшена ногой Ташкова и взорвалась прямо на уровне груди парочки кирасиров. Хлопок взрыва словно кегли в боулинги повалил несколько противников на пол, но наступление это не остановило следом за ними лезли их товарищи. Никогда я не попадал в мясорубку подобной этой. Ни Готлиб, ни Трайзед в бытность Корсаром, не были подобны той заднице в которой мы оказались сейчас. Посудите сами некуда спрятаться от огня, смерть росчерками пуль то и дело помечала нас, стена тяжёлых штурмовиков неумолимо двигается вперёд стремясь растоптать, раздавить, а мы только выпускаем в них магазин за магазином надеясь найти уязвимое место в крепкой броне.

- Командир тут и правда снайпер! – ожила связь с Фрунзе. - Рычага подстрелили. Двухсотый.

От услышанного я только чертыхнулся и тут же заряд дроби из крупнокалиберного дробовика швырнул меня в стену. В какой-то момент я был на краю смерти, чуть не оказался во власти противника, но неизвестно как оказавшийся рядом Сатурн буквально выдернул меня из-под кирасиров и затащил за спины ребят. Инъекция адреналина и обезболивающего быстро вернули меня в строй, а раздавшийся хлопок их плазменной пушки разорвал в клочья одного из мародёров разбрызгав его внутренности по стенам – Стержень использовал свой последний боеприпас.

Ранены были все, но у кирасиров были патроны, а у нас закончились. Только сейчас ваш покорный слуга понял, что больше не слышит работу пулемёта Сатурна. Николай стоял рядом со мной удерживая в руках бесполезную «Мотыгу». Всё приехали!

Свернув за угол и оказавшись на несколько мгновений вне досягаемости противника, мы уже было приготовились к рукопашной схватке, но внезапно возникший у выхода на лестничную площадку Знахарь закричал:

- НА ПОЛ КОМАНДИР! – не сговариваясь мы с ребятами рухнули на бетонный, холодный пол, а появившихся из-за угла кирасиров встретила пара гранат и огонь из шести «Мотыг». Вадим поднял на ноги всех раненных тут были даже братья-пилоты Даниловы.

* * *

- Двадцать три, Алексей Александрович! Двадцать три кирасира! – подняв забрало погнутого шлема расхохотался Сатурн блеснув голубыми глазами и показывая оттопыренный вверх большой палец.

- Знатно поохотились, - опираясь на стенку произнёс подпоручик с позывным Стержень. Лицо его внутри шлема было болезненно бледным, а у меня на командирском планшете силуэт ветерана помигивал оранжево-жёлтым цветом. Ранение средней тяжести.

Выручившие нас и усевшиеся прямо на пол подопечные Знахаря выглядели ещё хуже. Вадим, понимая, что он сам и раненые наше единственное спасение, дал всем конскую дозу обезболивающего, но спасло это ситуацию ненадолго.

- Охраны два землекопа было, - неожиданно раздался усталый голос Фрунзе у меня в ухе (одновременно я понял, что связь нашу ничто не глушит). – Канцлер - «Мельник» наш.

Ребята вокруг даже не улыбнулись. Боевой опыт повода для улыбки не дал. До корабля ещё добраться надо.

- Отлично Савицкая. А как же снайпер?

- Мы с ним немножечко постреляли друг в друга, и он сбежал. Я его ранил. Но всё равно надо быть настороже.

- Отлично. Савицкая корабль оснащён оружием? Мелкокалиберные пушки, пулемёты, установка с нурсами? – с некоторой надеждой спросил я заранее зная ответ.

- Нет ничего такого тут нет. И боеприпасов внутри тут тоже нет. Пусто. Зато в трюме я насчитал два крепежа для БМП. Посмотрел время последней зарядки на АЭЗС так вот обе БМП заряжали одновременно двое суток назад.

- То есть тут где-то катается ещё одна боевая машина пехоты и возможно с кирасирами на броне? – сделал вывод я.

- Я о том же.

- Фигово.

Сатурн в этот момент внимательно рассматривавший трофейный пулемёт «Гаргулья» при этих словах повернулся ко мне.

Но на этом неприятности наши не закончились. На командирском планшете раздражающе замигал значок тревоги демонстрируя изображение с одной из камер на которой сработал датчик движения. С пятого этажа прямо к нам направлялись ещё семь кирасиров.

* * *

Пока Знахарь, Стержень и Ташков тащили раненных к кораблю я вместе с Сатурном и Светой принял бой. Мы были единственными кто твёрдо стоял на ногах. Боеприпасов у нас теперь было достаточно, и штурмовая винтовка в моих руках снова ожила. Света тоже сменила повреждённую «Наковальню» на массивную «Мотыгу». Николаю же с любым аппаратом несущим смерть работалось одинаково виртуозно чем напоминал мне Неприведибеду. Пулемётчик от бога.

Опять под ноги кирасирам полетели гранаты, опять мы использовали скорость КПУЗДов правда теперь уже не так успешно. У меня один из сервоприводов был перебит, что периодически заставляло форсажный двигатель сбоить, у Светы не работал сервомотор отвечавший за верхнюю часть туловища костюма. Бегать она могла быстро, а вот выстреливать защищёнными бронёй кулаками пронзая всё на своём пути уже простите-извините.

Пробив отверстия в стенах справа и слева мы то и дело уходили от огня противника заманивая его под смертельный огонь Сатурна. Первых трёх кирасиров нам удалось победить довольно легко, четвёртый стал жертвой отказавшей в минуту смертельной опасности брони (Света просто сунула ему Ф-12 в броневоротник, а вот последние двое оказались по-настоящему опытными бойцами. Прикрывая друг друга и открывая только прицельный огонь, они начали использовать пробитые нами проходы в коридор. Недостаток проворности компенсировали своей бронёй, отступая они швыряли нам под ноги гранаты. В конце концов нам удалось подстрелить одного из мародёров, но умирая он попытался подорвать себя вместе с оказавшейся рядом Светланой. Врубив форсажный двигатель, на этот раз сработавший как надо, я вырвал любимую из смертельных пут, но скрыться от взрывной волны мне не удалось. Нас впечатало в стену так, что на пару мгновений я потерял сознание.

В чувство меня привёл Николай. Взглянув на разбитый к чёртовой матери командирский планшет, я обнаружил что из ушей у меня сочится кровь. Звон в голове тоже не унимался, но забыв про это я бросился к лежащей рядом Светлане.

- Да жива, она жива, Алексей Александрович, - успокоил меня Сатурн протягивая уцелевший визор. Смотри огонёчек-то на груди бледно-жёлтый как свежий одуванчик. Контузило просто девку. Сейчас на корабль отнесём и всё путём будет. Савицкая там разоряется, что «Мельник» этот без тебя они поднять не смогут. Командир, идти-то можешь?

Со стоном, еле-еле сохраняя равновесие и борясь с тошнотой, я, опираясь на ствол всё ещё удерживаемой в руках штурмовой винтовки поднялся на ноги.

… заботливо обогнав нас Сатурн пошёл вперёд медленно, поводя из стороны в сторону стволом трофейного пулемёта и задавая темп движению. Вот пламя на конце его оружия вспыхнуло, «Гаргулья» коротко прокашляла и внизу что-то упало. Я уже сбился со счёта сколько раз сегодня Сергеев меня (нас) спас…

* * *

Когда мы оказались снаружи здания метеостанции силы мои были уже на исходе. Мне откровенно хотелось рухнуть на землю и забыться глубоким сном. Сделать мне это не давала тяжесть Светы на плече.

БАБАХ! – выстрел из крупнокалиберной снайперской винтовки звук которого заметался среди стен мёртвого поселения сбил Сатурна с ног отбросив на пять шагов в сторону. Но даже это не спасло стрелка. Длинная очередь из пулемёта выбила каменную крошку рядом с окном на третьем этаже из стены дома в трёхстах метрах от нас. Убитый снайпер буквально вывалился из окна головой вниз и навсегда замер на земле.

- Канцлер – Савицкой! – в отчаянии произнёс я будто надеялся на помощь.

- Живой! Слава богу! – обрадовался Фрунзе быстро-быстро произнося слова. - Канцлер мы тут дрон нашли. Запустили. Но порадовать вас нечем. К нам прямо по главной улице прёт БМП, а на броне грядка в десять кирасиров. Уходите немедленно у них с собой реактивные гранатомёты! Не взлетим сейчас вообще не взлетим!

«Легко сказать уходите», - подумал я, осторожно положив Свету на землю и бросившись к Сатурну. От резкого движения голова закружилась, и я упал на одно колено. В глазах потемнело, тошнота подкатила, но я смог сдержаться склонившись над раненым Николаем. В первую очередь я сорвал крышку с узкой панели на груди показывающей состояние бойца. Огонёк горел злобным красным цветом. Тяжёлое ранение.

- Всё нормально командир, - как ни в чём не бывало произнёс Сатурн поднимаясь на ноги. - Я прикрою, уходите.

- Разбежался! Дай я тебя посмотрю! Тебя ребёнок на Печорине ждёт! Как я ей в глаза смотреть буду!

Однако Николай не дал мне прикоснуться к себе легко оттолкнув в сторону. Огонёк же на груди тем временем превратился в тёмно-красный.

Разозлившись, я направился к воронке от гранаты посреди улицы. Углубление как раз располагалось посередине дороги между домами. Несущееся к «Мельнику» БМП этого места не минует. Отличную засаду здесь можно устроить. Превозмогая боль, я, используя сервомоторы и пневмоусилители КПУЗДа пододвинул к углублению в земле почерневший от копоти сгоревший фургон. Теперь древний колёсный транспорт как бы прикрывал воронку защищая её. Даже подумал, что если я тут лягу с пулемётом некоторое время смогу вести эффективный огонь. Гранаты только совсем кончились…

- Алексей Александрович, чего ты задумал? – слабым голосом произнёс позади Сатурн. – Бери Свету и уходите.

- Я не могу! - подчиняясь моим усилиям обгоревший остов автомобиля чуть сдвинулся влево. – Я не смогу Кате в глаза смотреть. Как…

- Как-как… - вдруг перебил меня пулемётчик, бесцеремонно отталкивая в сторону и забираясь в воронку под машину. - Зато будет кому смотреть, Алексей Александрович! А так все погибнем! Столько раненных у вас со Знахарем на руках! Света опять же! Улетайте! Только ты эту рухлядь в воздух поднять сможешь!

- НЕТ!

- Командир, - голос из-под машины был спокоен и снова доброжелателен. – Ты помнишь, как мы встретились? Как я тебе, Лексину и Мальцеву помогал этих уродов от Камелота отогнать?

- Конечно помню, - кивнул я чувствуя, что всё уже решено.

- Вот! А почему я вмешался?

- Почему? – сердце моё в груди неслось вскачь.

Внизу под машиной лязгнул затвор пулемёта.

- Потому что хорошее и большое дело вы со Знаменской задумали! Мы своих не бросаем! Катя знает, что папка её любит и теперь всегда будет с ней. А сейчас не спорь и быстрее уходи. А то я кончусь и не успею вас как следует прикрыть и тогда точно собьют они вас нахрен…

Да всё уже было решено.

Света не пришла в себя ни когда я притащил её на десантный корабль, ни когда мы поднялись в небо. Зато по внутренней связи мы ещё несколько минут слышали стрельбу из пулемёта и голос Сатурна-Сергеева, который я запомнил на всю оставшуюся жизнь. Николай мягким, приятным баритоном напевал песню из фильма, название которого я забыл:

Я клянусь, что стану чище и добрее И в беде не брошу друга никогда Слышу голос и спешу на зов скорее По дороге на которой нет следа…

Для тех читателей, что будут меня проклинать за то, что я убил в этой главе Сатурна поясняю. Сергеев Николай Михайлович (позывной Сатурн), 42 года, рост 185 см, вес 80 кг, прапорщик, пулемётчик от бога, больше жизни любивший дочь Катю и игру в баскетбол реальный человек. На момент начала написания романа он уже погиб смертью храбрых. Получил тяжёлое ранение и остался прикрывать ценой своей жизни уходившую от погони разведгруппу. Он тоже обещал дочери вернуться. Так, что убил я персонажа не для реалистичности и чтобы выжать из вас слёзы, а взял его в роман чтобы почтить память этого человека. Командир Сатурна читающий Канцлера подтвердит мои слова. Мы самого начала знали, что он погибнет. А вот, что будет дальше уже в моих руках...

Глава 78: Разбитая кружка

Негромкая приятная музыка внутри магазинчика настраивала на миролюбивый лад. Ваш покорный слуга был в отличном настроении и даже пару раз помахал рукой незнакомым людям, пробегающим по своим делам мимо витрины.

С улыбкой наблюдая за выбирающей мне одежду для предстоящего отпуска супругой я подумал о том, как хорошо, что в магазинах вместо живых продавцов теперь работают андроиды. У настоящей продавщицы терпения бы точно не хватило: десять раз бегать на склад, чтобы принести точно такую же рубашку, но другого цвета, футболку с таким же рисунком, но с оранжевой, а не с синей полосой на боку, шорты с пуговицами, а не с кнопками, да ещё выслушивать ворчание, что всё дескать у них мятое в конце XXIII века.

- Милая, да давай я лучше возьму вот эту красную футболку с рукавами, зелёные шорты с карманами и вон те жёлтые носки, что ты выбрала в самом начале…

- Алексей, не говори ерунды! – перебила меня Люда сверкнув серо-зелёными глазами и сдув с глаз выбившуюся из-под причёски светлую чёлку (обожаю, когда она так делает). – Ты же будешь выглядеть как попугай!

- Люд, так мы в отпуск летим! – скорчил смешную физиономию я. - Надо выглядеть ярко! Я и так круглый год в одинаковой форме хожу.

Андроид женского пола (модель со стильной короткой стрижкой, в сером брючном костюме) ожидающий новых приказов от дотошной покупательницы поддержал меня покивав головой.

Но Люда была неумолима. Не успел я и глазом моргнуть как она уже протянула мне целую гору вещей для примерки.

- Марш в примерочную!

Андроид за спиной супруги явно находясь на «мужней» стороне встретившись со мной взглядом как бы вздохнула и развела в стороны руками. Дескать сочувствую.

Внимательно рассмотрев протянутые Людой вещи я в удивлении наморщил лоб:

- Милая, это что такое? Чёрный костюм, белая рубашка, чёрный галстук… мы же не это смотрели!

Супруга тем временем метнулась куда-то в сторону и поверх удерживаемых мной вещей положила какие-то дешёвые чёрные туфли на мягкой подошве.

- И туфли примерь, - заявила она, поправив сумочку на плече. - В них очень удобно лежать будет.

- Где лежать? О чём ты? – совсем уже не понял супругу я, а та тем временем окатив меня холодным взглядом начала надсадно смеяться и быстро расти в размерах как джинн из какой-нибудь восточной сказки пока не пробила головой потолок, и тот не рухнул сверху на нас с андроидом-продавцом.

- Аааа!

Закричав, я очнулся и резко сел ударившись головой о купол медицинской капсулы.

По ту сторону толстого стекла на обыкновенном стуле сидела Катя Сергеева дочь Сатурна. А на коленях у смотрящей на меня девчонки лежал погнутый шлем отца, тот самый с рисунками, который вроде бы остался на Николае когда я бросил его умирать.

* * *

Устало откинувшись на спинку кресла, я разглядывал вышитый серебряными нитями новый шеврон ЧВК –стоящий вполоборота стилизованный пикинёр закованный в чёрные доспехи и вооружённый арбалетом, на спине которого висел щит с восемью золотыми крестами.

Я мысленно похвалил Копалыча. Тот умудрился ловко совместить в одном рисунке герб Бестужевых, герб Беннигсена и символ моего полка.

Старшие офицеры и бойцы, пользующиеся особым доверием, заполнили кабинет и молча смотрели на меня. Никто не присел ни на кожаный диван, ни на стоящие у стены стулья. Мне хорошо было знакомо такое состояние, когда хотелось без промедления, без задержек, прямо сейчас, бежать, лететь дабы в праведном гневе рвать на части врага, мстить ему за смерть боевого товарища, которого все любили, который был с нами с самого начала затеи именующейся «ЧВК Беннигсен». Вот только куда бежать и лететь?

Хуже всего смерть Сатурна воспринял капитан Лексин и компания. Они вообще рвали и метали. И ведь вернулись-то из отпуска всего через сутки после нашего отбытия на Кернунн-2.

Вздохнув, я повернулся на вращающемся кресле к окну. Голова моя трещала от лекарств, которыми меня накачали. Контузия дело такое, кхм, неприятное. Света вон до сих пор в медикаментозной коме хотя Тальков-Гном клянётся, что ей ничего не угрожает.

- Давайте ещё раз пробежимся по фактам. Может что-то упустили, - налюбовавшись пейзажем (всё это время никто и не думал мне мешать) негромко произнёс я, обращаясь к ребятам. - В конце концов я трое суток находился в отключке. Последнее, что помню это то что у меня закружилась голова и Знахарь что-то вколол мне.

Слово взял Горелов. Откашлявшись, он уже в третий раз за сутки начал излагать имеющуюся в нашем распоряжении информацию:

- Пока ты был без сознания мы слетали на Кернунн-2. Всё там обыскали. Носом рыли, но ничего не нашли кроме шлема Николая. Да и то он просто глубже под ту самую машину закатился.

При этих словах я отчётливо представил как кирасиры за ноги выволокли мёртвое тело прапорщика из-под его укрытия и шлем в котором было чёткое пулевое отверстие свалился с головы Сатурна. От мыслей таких у меня до хруста сжались кулаки. Горелов же тем временем продолжил:

- Эти твари зачем-то тело Коли забрали, впрочем, все свои тела тоже. Даже оторванные во время боя конечности аккуратно собрали.

- А что у нас с кровью? Может мы взяли бы анализ ДНК и через Рассказчицу пробили кирасиров? Вдруг они где-то попадались Империи или её союзникам?

- В том-то всё и дело, подполковник, - слово взял Лёша Мальцев. – Они при помощи огнемётов обработали все места схваток. Чётко так, ни одного метра не пропустили. Здание метеостанции вообще сожгли дотла.

- Надо же какие предусмотрительные, - пробурчал Ташков тоже находившийся здесь с рукой на перевязи.

- А ещё они подняли из воронки наш «Ворон» и обчистили его полностью, - снова заговорил Горелов спрятав руки в карманы, что он делал когда находился в крайнем раздражении.

- То есть шагоходы Даниловых они забрали? – уточнил я.

- Ещё бы! Кто такой жирный куш бросит. Они же огромных денег стоят, - бросил майор Салтыков, командовавший отдельной ротой шагоходов коих в ЧВК было уже сорок штук.

- Валерий Игоревич, - развернул кресло в сторону пилота я, а у нас маячки на машинах были установлены?

- Были, - кивнул Салтыков, - но они их сразу отключили.

- Печально.

- «Мельник» нам тоже никакой информации не дал, - произнёс Мальцем опершись руками о мой стол. – Откуда прилетел десантный корабль не известно.

- Это я и сам знаю, - с раздражением непонятно на кого ответил Лёше я. - Сразу проверил. Они используют специальную программу, стирающую сведения. Как все пираты, промышляющие на Периферии.

- Верно. Мы такое уже не раз видели. Рассказчица никакой полезной информацией о кирасирах не обладает, - сняв допотопные очки Лёша протёр стёкла безукоризненно чистым платком. - Слишком мало сведений. Планет много.

- И ЧТО ЭТО ВСЁ? - чуть громче чем следовало сказал Лексин и парни в кабинете, всё это время смущённо разглядывающие свою обувь встрепенулись. – Мы что возьмём и оставим всё как есть?! Какие-то утырки убили Николая, а мы утрёмся и всё?! Да как мы Кате в глаза смотреть будем?!

Находящиеся в кабинете офицеры, поддерживая Лексина, загомонили. Я хотел было ответить капитану, в конце концов критикуешь – предлагай, но сделать это не успел, меня опередили.

- БРАВО! – в помещении раздались громкие аплодисменты. Хлопал правой ладонью по запястью левой замерший у двери с кружкой Лямкин. – Нет, правда, браво, капитан! Как мы будем смотреть в глаза дочери Сатурна мужики?

На губах пилота играла ехидная улыбка и я внутренне приготовился к представлению. К Мише я давно уже относился серьёзно. Да и многие здесь тоже, несмотря на его непереносимый характер он всегда бил… как там говорит Копалыч «ни в бровь, а в глаз»?

- Нет, серьёзно, как мы будем смотреть в глаза девчонке потерявшей отца? – снова повторил Лямкин сделав акцент на последних словах. – А то что эти утырки, как ты выразился, перебили и ограбили целую колонию, заключившую с нами контракт, вас не беспокоит?

Миша во всём был прав. Нет, я, тоже возвращаясь на Печорин в чужом корабле всё думал как скажу Кате, что её папа мёртв, что я его бросил, что не уберёг. Думал-думал, что-то сильно разволновался, хотя не раз раньше сообщал родственникам моих погибших бойцов скорбную весть. Отвык, наверное. А решилось всё само. Даже не знаю как объяснить. В общем так вышло, что не я утешал Катю, а Катя меня. Я как вылез из капсулы она меня обняла и сказала: «Алексей Александрович, не переживайте так. Я всё понимаю. Мы с папой об этом говорили. Служба».

Вот так просто прикиньте? Служба! Ребёнок тринадцати лет понимает это куда лучше чем многие взрослые. Сатурн молодец, такую дочь воспитал. Но всё равно смотря на Катю, прижимающую к себе шлем отца, мне хотелось вцепиться в горло гада убившего прапорщика не раз спасшего мне жизнь.

Лямкин же растолкав собравшихся вокруг стола ребят остановился возле окна.

- И позвольте спросить вас господа, чего у вас такие лица кислые? Николая жалко? Так он в вашей жалости не нуждается. Я конечно знал его не так хорошо как капитан Лексин, но думаю ваших драматических пантомим он бы точно не одобрил. Лучше давайте найдём этих уродов и обнулим их. И не только из-за Николая, но и за колонистов с Кернунна-2.

Надо сказать, что Миша из-за своих заявлений ходил по лезвию. Некоторые из присутствующих в кабинете готовы были взорваться. Только я да Копалыч с Мамонтовым, много общающиеся с Лямкиным, понимали, что всё это представление. Сценка со смыслом. Впрочем, понял это и Саша Лексин. Взмахом руки он остановил любые возмущения сослуживцев.

Пилот же тем временем как ни в чём не бывало прошёл за мой стол и начал наливать кипяток из кулера в пустую кружку. Будто не мог этого сделать в столовой у Калашниковой. Или на худой конец в своей комнате.

Размешав кофе моей ложкой, он, опёршись спиной о стену вдохнул ароматный кофейный дымок и счастливо зажмурившись сделал пару глотков.

- Так ты чего предложить то хочешь? – повернулся к Лямкину я.

- Кто? – притворившись что не понял меня изобразил удивление Миша.

- ЛЯМКИН! – театрально нахмурившись прикрикнул я.

- Ладно-ладно. В общем дело в том, что шагоходы которые умыкнули у нас кирасиры личное имущество братьев Даниловых. Они с ними в ЧВК прилетели. Каждую машину по запчастям много раз разбирали и собирали, - Миша снова вдохнул ароматный дымок и сделал большой глоток кофе.

- Нуууу, - поторопил его я. – Продолжай давай.

- В общем несмотря на то, что маячки мародёры предусмотрительно сняли, я уверен, что внутри шагоходов есть устройство способное дистанционно включаться раз в определённый период и давать короткий, но мощный сигнал на какой-нибудь специфической волне. В моём шагоходе такая штучка есть, а Даниловы меня не дурнее. Думаю, Комитету государственной безопасности ничего не стоит обнаружить машины куда бы их не утащили.

Кабинет взорвался радостными воплями.

* * *

Мария Николаевна стукнула кулаком по столу да так что её любимая кружка с рисунками сына слетела на пол расколовшись надвое.

- БЕСТУЖЕВ! Я ТЕБЕ ЗАПРЕЩАЮ ЭТО ДЕЛАТЬ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ?!

Знаменская уже пару лет ни на кого не повышала голос, но сегодня Бестужев вывел её из себя окончательно. Все подчинённые из кабинета полковника вылетели пулей опасаясь присутствовать при разговоре, который разгневал легендарную Рассказчицу.

- Ты что не понимаешь, что это суверенная территория другого государства?! Формально это протекторат Британского королевства, а они входят в Конфедерацию! Нам пока не нужно там войны!

- Я вашего разрешения и не просил. Мы сделаем, что должно. За информацию спасибо, - дерзко, впервые за всё время знакомство со Знаменской, бросил по связи Алексей и отключился.

- Дура! – обозвала сама себя полковник уже жалея, что предоставила беннигсенцам полный расклад по кирасирам.

Обойдя стол, она присела на корточки разглядывая обломки чашки разрисованной Тимошей и некстати подумала, что дочь Сатурна сейчас точно также смотрит на прострелянный шлем отца тело которого исчезло вместе с мародёрами.

- Не мешайте ему, Мария Николаевна, - раздалось позади из-за чего Знаменская сначала вздрогнула, а потом взвилась на ноги.

У входа стоял сам Елагин. «Как же тихо он вошёл», - подумала никогда не терявшая бдительности Рассказчица. Всемогущий директор КГБ поймал взгляд полковника и чётко, печатая каждое слово произнёс:

- Пусть Бестужев мстит за Сатурна. Это только подтвердит его легенду и укрепит наших врагов в уверенности, что он не связан с имперскими спецслужбами. Чем больше шума они там устроят, тем лучше. С нас же взятки гладки, ЧВК зарегистрировано на Периферии и является собственностью «Бестужев grоup».

- Но он же может погибнуть! – возразила Знаменская поняв, что стоит перед Елагиным по стойке смирно. - Тогда наш план сорвётся! Они не выйдут из тени! Кому они будут мстить?

В ответ Елагин только грустно растянул губы в подобии ухмылки.

- Они будут мстить ЧВК Беннигсен. К тому же на этот случай у нас есть Горелов. Проследите, чтобы он при любом раскладе остался на Печорине. По сути Бестужев своё дело сделал, - произнёс Елагин покидая кабинет Знаменской.

От услышанных слов полковника передёрнуло. Служба службой, а Алексея она считала своим товарищем и соратником. Хотя… возможно Николай Ильич этой реакции и хотел добиться?

- Поручик! – повысила голос Знаменская обращаясь к подчинённому. - Благинин!

- Да госпожа полковник! – буквально влетел в кабинет смуглокожий, кареглазый офицер. - Я здесь!

- Кружку склей! И чтобы была как новенькая! – произнесла Мария Николаевна протягивая адъютанту осколки и уже мысленно прикидывая чем она сможет помочь Бестужеву и кто у неё из агентов работает на Ноттенгеме-5.

Глава 79: Валет треф

Ругнувшись себе под нос, Брендон Дуган - двухметровый шатен мощного телосложения, волосы которого были побиты сединой, ещё пару мгновений пялился на экранчик личного коммуникатора. Высвечивающаяся там в кредитах сумма была в разы меньше той, что он рассчитывал сегодня получить. Чёртовы кисломордые! Мало того, что обещанные ими золотые горы оказались жалкими крохами, так ещё и половину личного состава потеряли. Эти беннигсенцы, хотя тут их все называли бестужевцы, оказались адскими бойцами. Весь этот рейд на Кернунн-2 выеденного яйца не стоил. Из стоящей добычи только два шагахода, да кое-какое техническое оборудование колонистов. И зачем только полезли в зону влияния чёртова ЧВК? Русским сам чёрт ворожит. Он сразу об этом Морганеру говорил.

Со злости Дуган наподдал ногой роботу-уборщику с писком отлетевшему к рядам стеллажей с уценённым товаром поднимавшимся до самого потолка.

Эх, да десяток планет готов был упасть к их ногам. Там и делать-то ничего почти не надо: прилетели, прошлись в тяжёлой броне по улочкам, пристрелили пару-тройку местных, сожгли какую-нибудь достопримечательность и ВСЁ! А что сделали кирасиры? Устроили кровавую баню, да ещё ничего за это почти не получили. Не то чтобы Дугану было жалко колонистов – судьба у них такая, но любому серьёзному человеку известно, что британцы чужакам всегда врут. Высокомерные дьяволы! Спасибо конечно за то, что разрешили обосноваться в своём глубоком тылу на Ноттенгеме-5, вот только толку от этого чуть. Работы серьёзной в ближайшие несколько месяцев всё равно не предвидится. Пока наберут новых ребят, пока их обучат. На снаряжение и оружие опять же уйма деньжищ уйдёт.

Ходят девочки по пляжу Искоса бросая взгляд Делать ничего не надо Наповал разит наряд, - распевала по радио глетианка Камала используя уникальность голосовых связок своей расы.

«Нет, пора на пенсию. Купить себе отельчик на какой-нибудь благополучной, курортной планетке и наслаждаться тёплым морем, чистым пляжем круглый год. Может быть и зеленокожие глетианки к нему забредут», - почесав старый рваный шрам на левой щеке почти полностью скрытый бородой кирасир было подумал, что это ни к добру, но, когда ведущая на улицу дверь склада открылась от толчка ноги и внутрь вошёл разбитной тип в кожаной куртке, мелькнувшая мысль улетучилась безвозвратно.

Спрятав руки в карманы и лениво пожёвывая жвачку незнакомец пританцовывающей походкой прошёлся вдоль рядов продаваемого Дуганом барахла, постоял возле полок с бинарными радиостанциями, а затем толкнув плечом андроида-продавца направился к стойке за которой восседал хозяин склада.

Кирасиру посетитель не понравился. Около сорока лет, среднего роста, жилистый, русые волосы, серо-голубые глаза в которых сияло нечто безбашенное и трудно описуемое. На груди куртки был нашит старый шеврон изображавший средневекового рыцаря напялившего себе на голову отрубленную голову дракона туша которого лежало у его ног. Снова проигнорировав догнавшего его андроида, даже не успевшего спросить чего господин изволит, мужчина улыбнулся змеиной улыбкой уставившись на Дугана. Тот в свою очередь на всякий случай нажал кнопку тревоги, под прилавком, чтобы ребятки наверху были в состоянии полной боевой готовности. Мало ли что.

- Ты кто? – хриплым голосом произнёс кирасир одной рукой навалившись на стойку рядом с электронной кассой, а другой нащупывая рукоять автоматического пистолета в кобуре за спиной.

- Да не тушуйся, дядя. Я с добрыми вестями, - ухмыльнулся незнакомец, указывая подбородком на готового выхватить оружие Дугана. – Пушку-то не беспокой, она тебе точно не понадобится.

Чтобы продемонстрировать своё дружелюбие мужчина даже вытащил руки из карманов куртки подняв их раскрытыми ладонями к потолку.

- Я ЗАДАЛ ВОПРОС! – с некоторой угрозой повторил Дуган хоть и понимал, что несколько перебарщивает (наверное, это сказывалось напряжение последних дней и этот чёртов рейд). – КТО ТЫ ТАКОЙ?

- Я Валет, - без какого-либо страха заявил незнакомец, плюнув розовый комок жвачки прямо в замершего рядом андроида из-за чего та прилипла к пластиковой мордочке продавца. – У меня к вам серьёзное дело.

Кирасир, хоть и не подавая виду, выдохнул с облегчением. Вот на кого был похож стоящий перед ним мужчина. На блатного. И погоняло подходящее. Безумные огоньки так и плясали в зрачках.

* * *

«ГОСПОДИН БЕСТУЖЕВ. КОРАБЛЬ ПРИБЫЛ НА НОТТИНГЕМ-5. ТАМОЖНЯ УЖЕ ЗДЕСЬ. НАЧИНАМ ВЫГРУЗКУ. ОСТАВАЙТЕСЬ НА МЕСТЕ. ДУМАЮ, ВСЕ ПРОЙДЁТ КАК ОБЫЧНО. КАК ТОЛЬКО КОНТЕЙНЕРЫ ДОСТАВЯТ НА СКЛАД ЗАХАРЫ ВАС ВЫПУСТЯТ», - сообщил нам по внутренней связи пилот грузового транспорта, по совместительству секунд-поручик, ветеран космического десанта Стежков.

Гигантский герметичный контейнер имеющий собственную систему подачи и очистки воздуха и даже звукоизоляцию, стал нам временным убежищем во время путешествия через космос в тыл одной из стран Конфедерации - старинного противника Империи.

Формальная проверка таможней прибывшего на планету грузовика заняла не больше часа. «РМВ corp.» - дочерняя компания принадлежащая «Бестужев grоup» была здесь хорошо известна как поставщик качественной бытовой техники, домашних роботов и многофункциональных андроидов. Проволочек не возникло. Обычная взятка только ускорила процесс. Ещё через сорок минут контейнер был доставлен на принадлежащий «РМВ corp.» склад где мы могли чувствовать себя спокойно.

На Ноттенгем-5 я взял с собой пятьдесят человек – лучших из лучших и десантный «Ворон». Думаете всё? Вот ещё. В соседнем контейнере в режиме ожидания находился мой «Филин» и дюжина Аистов из Стаи. Сатурн требовал отмщения. Где-то внутри меня теплилась надежда обнаружить тело Николая. Глупо, но вдруг.

Выстроившиеся у стены Захары ждали моих приказаний. Однако ваш покорный слуга уже решил, что сегодня они мне не понадобятся. Пусть охраняют склад изображая грузчиков и администраторов.

Вооружённые до зубов ребята, облачившись в штурмовую броню, раскрашенную эмблемами ЧВК (никакой анонимности, пусть знают за что прилетело) расселись прямо на контейнерах и ящиках. Подбросив в воздух голодрон с переданной мне Знаменской информацией я дождался пока малыш развернёт над нашими головами объёмную карту столицы Ноттингема-5, а затем откашлявшись произнёс:

- Рассказчица почти уверена, что на Кернунне-2 мы столкнулись с «Серыми кирасирами» - отрядом наёмников организованным бывшим полковником в отставке Джоном Морганером. Серьёзные противники, но это вы уже и так знаете. Хорошо вооружены, снаряжены, в лучшие времена это была рота, насчитывающая до двухсотпятидесяти бойцов. Штаб у них был на Аквитании-11. Работали на Периферии, но в зоне ответственности Лиги Свободных миров и Конфедерации. В основном мародёрством не занимались и специализировались на военных контрактах.

- Какого типа? – спросил Лексин, не спуская глаз с мелькавших картинок.

- Карательного, Саша. Карательного.

Лица беннигсенцев вокруг не выражали ничего хорошего. Ничего хорошего для кирасиров, конечно. Все были намерены поквитаться за Сатурна и доверившихся нам колонистов.

- После присоединения Лиги Свободных миров роте Морганера было отказано в нахождении на Аквитании. Наше КГБ постаралось. Контракты расторгнуты. Часть бойцов даже покинула отряд. Чтобы выжить кирасиры сменили образ деятельности, начали тащить всё что плохо лежит.

- Гады высшей пробы, - кивнул Мамонтов помогавший мне изучать досье Морганера и его офицеров.

Дождавшись появление карты столицы, я поставил паузу.

- К сожалению где их новый штаб мы не знаем, но вот тут возле Центрального рынка располагается розничный склад кирасиров. Здесь мерзавцы сбывают награбленное добро. Владельцем записан некто Брендон Дуган.

В воздухе заморгало лицо гориллоподобного, рыжеволосого мужчины с широким лбом. Обведя взглядом присутствующих, я продолжил:

- Нам надо убедиться, что кирасиры сражавшиеся с нами уже здесь, а не затаились на какой-нибудь планете или астероиде. Спугнём их, поднимем переполох просто так, потом попасть на территорию Конфедерации шанса больше не будет.

- Так что будем делать, командир? – спросил Лексин, обменявшись взглядами с Зиновьевым и Кирсановым (они первыми записались добровольцами в эту авантюру).

- Пошлём туда человека, который убедится, что в продаже есть вещь пропавшая у колонистов с Кернунна-2, - пояснил я меняя картинку над нашими головами. – Бинарная радиостанция «Прометей». Здоровенная, тяжёлая штука каких в продаже днём с огнём не найдёшь потому что снята с производства лет сто назад. Пользуется бешенным успехом из-за своей простоты и надёжности. Магнитные и солнечные бури в космосе ей нипочём.

Копалыч позади меня издал завистливый вздох. «Дятел»-то он только для серьёзных случаев, а остальная аппаратура связи периодически выходила из строя. Космос, что поделать.

- Явившийся к Дугану человек установит, что «Прометей» на складе и подаст нам сигнал.

- Я пойду! - сделал шаг вперёд капитан Лексин мечтавший расквитаться с кирасирами за товарища.

- Я тоже хочу пойти! – спрыгнул с контейнера особист Муравьев друживший с Сатурном.

- Мне тоже очень хочется! – всего на пару мгновений опоздал сапёр Медведь.

С места поднялись и другие ребята, но я, подняв руку вверх призвал всех к тишине. Кто пойдёт я решил сразу. В логово кирасиров, (а то что внутри склада находится не только Дуган было понятно любому) должен отправиться уникальный человек, разносторонне развитый, но главное такой чтобы его приняли за кого угодно, кроме имперского офицера.

- Пойдёт Баранов, - громко произнёс я, обернувшись к разлёгшемуся на контейнере с роботами-уборщиками Павлу (Корсар беззаботно подложил руки под голову, забросил ногу на ногу и кажется что-то напевал про себя). - Он больше всех из нас на барыгу похож и подозрений точно у Дугана не вызовет.

В помещении грянул дружный смех.

- Спасибо, Алексей Александрович, - с наигранной обидой легко спрыгнул на пол Баранов. – Я всегда знал, что вы меня цените.

А я знал, что Паша меня точно не подведёт.

* * *

Наклонившись на прилавок, блатной, который скорее всего работал с пиратами, подмигнув Дугану громким шёпотом произнёс:

- Дядя, мне бы парочку исправных «Персеев», - И чтобы каждый с полискремблером. С ценой не обижу.

Кирасир, в ответ на это, уперев кулаки в бока, искренне рассмеялся:

- Парочку!? Размечтался! У нас в продаже их не было очень давно. Да нигде нет.

Валет сразу потерял интерес к хозяину склада и развернувшись на носках направился к выходу.

- Подожди! – остановил покупателя Дуган уже прикидывавший сколько сможет содрать с блатного. – Я же не сказал, что сейчас нет. Я сказал, что давно не было. Тебе повезло. Буквально вчера одну радиостанцию доставили.

Трое кирасиров вооружённые штурмовыми винтовками перегородили Валету выход. И даже бронеставню на двери на момент сделки, чтобы никто не мешал, опустили.

Другой бы на его месте занервничал, запсиховал, а блатной только зло сощурил глаза, и снова спрятал руки в карманы куртки.

- Тащите. Проверять будем.

- А в цене сойдёмся?

- Не переживай. Сказал же, что не обижу.

Уже через пару минут покрасневший от натуги Коверс и Гилрей осторожно поставили на прилавок «Прометей». Кранк оставался стоять у двери.

Внимательно осмотрев бинарную радиостанцию, убедившись, что аккумуляторы исправны, Валет улыбнулся и протянув руку Дугану произнёс нечто непонятное:

- Это точно она.

В тот момент, когда огромная ладонь кирасира легла в узкую ладонь блатного, произошло необъяснимое.

Сто двадцать пять килограммов живого веса поднялись в воздух и перелетев через спину Валета с хрустом приземлились на металлический пол. Только чудом Дуган не потерял сознание от боли и поэтому видел как блатной рванул молнию на кожаной куртке, с похвальной сноровкой вытащил из неё висящую на груди плазменную штурмовую винтовку «Перун» и трижды нажал на спусковой крючок. Три выстрела, три трупа. У кирасиров не было не единого шанса и ведь все попадания точно в голову.

Всё ещё не веря, что его перебросил через себя противник вдвое легче, Дуган со стоном попытался нащупать пистолет в кобуре.

- Не трудись, дядя, он у меня! – только и сказал Валет, забросив за прилавок тридцатизарядного «Клеща» и в тот жн момент лицо его неузнаваемо изменилось. Перед кирасиром будто был совсем другой человек. Ни следа от развязности, наглости, куда-то исчезла лень в движениях. Обратившийся к нему человек был собран и готов действовать. Волосы на затылке Дугана встали дыбом.

И всё-таки у него был ещё сюрприз для этого нахала. «Только бы он включился», - подумал кирасир вставая на колени, срывая с ремня штанов брелок и раскручивая колпачок внутри которого была красная кнопка.

* * *

БАМ-БАМ-БАМ-БАМ! - грохот внутри стоял неимоверный. Я даже волноваться начал за Баранова подумав, что не должен был посылать товарища туда в одиночку.

- Командир, смотри, - Лексин толкнул меня в плечо в тот самый момент, когда дверь розничного склада кирасиров была изрешечена «Перуном» с расширенным магазином. Сгустки плазмы прожигали металл одновременно нагревая его. Мощный удар снаружи заставил створку вылететь к чёртовой матери. Оседлав кусок искорёженного железа словно доску для серфинга, крепко удерживая за шкирку Дугана, Паша пропахав десять метров земли вылетел наружу оказавшись в пятне света от фар нашего фургона.

Протиснувшийся следом покрытый ржавчиной робот-телохранитель «Циклоп» разлетелся на части от попадания в него реактивной гранаты выпущенной Кирсановым.

- Какую вещь испортили! – снова вздохнул сидевший за рулём фургона Копалыч пожалев машину для убийства грудой обломков дымящуюся у входа.

Несмотря на его комплекцию Баранов легко тащил Дугана за собой. Вместе с Лексиным они впихнули кирасира внутрь фургона тут же поднявшегося в небо.

Пленник, лицо которого было разбито в кровь, некоторое время смотрел на сидящих справа и слева от него закованных в боевую броню вооружённых мужчин, мужчин, буравящих его ненавидящим взглядом.

- Что вам от меня надо?

- Всё! Нам надо от тебя всё! – остановился напротив Дугана я.

Кирасира, несмотря на то что он был неробкого десятка, трясло, но всё же он смог набрать слюну и плюнуть ею в наклонившегося над ним Пашу. Только вышло это так себе. Часть плевка размазалась по подбородку так и не долетев до Баранова.

Хмыкнув, прапорщик нанёс короткий удар здоровяку под дых, а потом согнутым большим пальцем впился в левую глазницу пленного выдавив ему глаз.

- Ааа! – завопил рыжеволосый детина тем самым ни у кого из нас не вызвав сочувствия. Как можно было жалеть урода вместе со своими подельниками расстрелявшего мирную колонию.

- Брендон, поверь ты мне всё расскажешь! Иначе… пуффф! – со злобной улыбкой Баранов театрально выдохнул воздух через надутые щёки.

Глава 80: Товарищ

Бестужев был в гневе и не удивительно, все ребята находившиеся в фургоне и наблюдавшие за исповедью обоссавшегося Дугана скрежетали зубами. Это что же получается на Кернунн-2 кирасиров натравили специально чтобы посмотреть на нашу реакцию и как быстро мы прореагируем на сигнал о помощи колонистов? Всё правильно, нас ждали… Вот же суки!

Ах да, простите, я не представился. Поручик Брусилов Леонид Зигфридович, космодесант, разведка, позывной «Товарищ». Что ещё? Полный ветеран, награды, тяжёлое ранение, службу проходил… да где только я её не проходил, тридцать восемь лет, вдовец. Супруга моя Машенька умерла при родах три года назад… хотя это конечно к делу отношение не имеет.

Верещавшего как девчонка кирасира Бестужев выкинул из фургона прямо в воздухе, во время движения. Туда ему и дорога! Столько гражданских упыри перебили. Выкинул, а сам задумался. Даже интересно стало, что подполковник сейчас предпримет. Лично у меня даже азарт какой-то охотничий появился. Что поведал нам Дуган? Расскажу, но только по секрету.

Нам стало известно о том, что Джон Морганер сейчас находился на приёме у Арчибальда Степлтона местного начальника MI6. Выпрашивает у того ништяки за подставу, ибо кроме головной боли и нескольких десятков трупов кирасиры ничего не получили. Даже шагоходы братьев Даниловых пришлось отдать бритам. А ещё труп Сатурна. Мёртвое тело-то им зачем? Встреча проходила здесь в столице, в Альбертино – в трёхэтажной серой коробке прямо в центре города неподалёку от здания местного парламента…

- Предлагаю атаковать здание секретной разведывательной службы, - произнёс негромко Бестужев, но слова его услышали все беннигсенцы сидевшие в летящем над городом фургоне. – Тем самым мы нейтрализуем и командира кирасиров и заказчика нападения на Кернунн-2. Конечно, пойдут только добровольцы.

Последняя фраза по моему скромному мнению была явно лишняя. Тут и так добровольцы. Все, кто дружил или так или иначе пересекался с Николаем. Сердце внутри быстро забилось из-за чего ИИ «Гризли» (я был в тяжёлой штурмовой броне, доведённой до ума Копалычем) бросил на виртуальный дисплей перед глазами иконку тревожного жёлтого цвета. Не боись! С сердцем всё нормально. Это оно от радости так бьётся. Скоро за Сатурна мстить будем. Подполковник же тем временем посмотрев на нас продолжил:

- Они конечно по тревоге подымут истребители с космопорта, но тут я вам могу обещать, что они к Альбертино не прилетят.

Ребята, у которых как у меня забрала шлемов были раскрыты заулыбались. Всё-таки Бестужев пилот, классный пилот и как он может жечь корабли противника мы все видели. Более того вся вселенная видела. Ролики до сих пор по сети гуляют несмотря на то что КГБ их пыталось изъять. Не слишком тщательно правда.

- Это наш шанс накрыть сразу двоих, - произнёс сидевший рядом снайпер Костя Зиновьев. – О чём разговор! Сделаем их парни?

Ответа не понадобилось. Все дружно начали проверять оружие и настраивать броню.

По спине моей пробежали мурашки. Не от страха, нет. Воробей я стреляный. Хотя не боится только кретин. От того, что чем бы дело не закончился наш рейд мы войдём в историю. На офисы британской разведывательной службы раньше ещё никто не нападал. Вот они и обнаглели… суки.

* * *

Так как никакого ПВО Альбертино не защищало внутрь здания огороженного четырёхметровым забором из пенобетона решили войти по старинке. Без стука, но с громом и молнией. Решено было разделить нас на четыре группы. Первая состоящая из дюжины штурмовиков в тяжёлых «Гризли» должен был возглавить Буре. Ему не привыкать. Как вы поняли я тоже входил в эту группу. Нам предстояло возглавить атаку и принять на себя первый удар. Все ребята подобрались здоровые два метра и выше. Это правильно. Можно конечно и коротышку при определённой сноровке посадить внутрь, вот только что если в бою механика откажет? Сервоприводы, пневмоусилители сдохнут или отключатся на время? Придётся же броню двигать исключительно при помощи собственной физической силы и мышц. Не знали об этом? То-то и оно!

Вторая группа в КПУЗДах под командованием Лексина последует за нами. Именно они устранят Морганера и Степлтона. Третья группа во главе со штабскапитаншей с позывным «Фея» должна была контролировать двор и ждать нашего возвращения. Поиск шагаходов Даниловых и тела Сатурна поручался поручику с позывным «Микулек». Я его не знал. Тот вступил в ЧВК совсем недавно, но пользовался доверием Бестужева и Горелова. К тому же в усиление ему дали Кудасова. Этого вечно улыбающегося контрразведчика.

Ещё раз проверив исправность «Сармата» - восьмиствольного крупнокалиберного пулемёта, я встал со своего места как вдруг по внутренней сети пролетела команда отбой.

- Отсчёт прекратить! – приказал Лексин. – Получаем данные от Рассказчицы. В штурме здания нас поддержат трое снайперов: Облако, Коробейник и Саратов, а некто под позывным Вайс сейчас находящийся внутри Альбертино устроит диверсию, которая упростит нашу задачу. По окончании операции мы должны будем забрать ребят с собой.

* * *

Вайс улыбаясь проходящим мимо сотрудникам МI6 поправил пропуск на груди и нырнул в общественный туалет. В голове пчелиным роем гудели мысли. Не то чтобы он жалел о том, что скоро покинет бритов (эти гады надоели ему уже давным-давно, да и задача поставленная во время внедрения уже год как выполнена) просто с такой скоростью, без подготовки, агент работал впервые. Тем не менее приказ Знаменской был чёткий - обеспечить диверсию на территории Альбертино, чтобы беннигсенцы смогли беспрепятственно проникнуть внутрь.

Убедившись, что в туалете никого нет, Вайс быстро отвернул решётку воздуховода у самого пола и запустил туда миниробота умещавшегося в боковом кармане. Малыш должен был добраться по внутренним коммуникациям до указанного места, прорезать отверстие в перегородке отделяющей офис от ТЭЦ, обеспечивающей здание необходимой энергией, и подорвать себя. Взрыв будет что надо. Бинарная взрывчатка это вам не шутки.

Вернув решётку на место, Вайс с удовлетворением подметил, что сердце его бьётся ровно и спокойно, взглянул на себя в зеркало над раковиной, поправил галстук, безукоризненно сидевший на фигуре пиджак, подмигнул самому себе и покинул туалет. Сейчас главное не попасть под горячую руку бойцов Бестужева, а то совсем обидно будет.

* * *

Сорок пять минут понадобилось чтобы внутри Альбертино что-то звонко лопнуло, из канализационных люков справа и слева от здания повалил дым, а затем сработала пожарная тревога.

- НАЧАЛИ!

Ворота погнувшись от попадания из реактивного гранатомёта тем не менее выдержали. Буре и Ставров под огнём противника отогнули створки при помощи пневмоусилителей брони по сути разорвав преграду надвое.

Минуя ребят я с остальными тяжёлыми штурмовиками оказался во дворе и сразу открыл огонь по всему что двигалось.

Здесь гражданских не было. Здесь все были офицерами вражеской разведки способствующими совершению терактов по всей Периферии против мирного населения. Кто-то возможно скажет, что я просто себя успокаивал, однако это поверьте это не так. Уволившись из армии я почти два года работал в Корпусе волонтёров Её Величества и собственными глазами видел последствия отравленного водопровода на Кожемякине, взрыв плотин на Литвяк-4, необъяснимого схода лавины на Пришвине-3, странной эпидемия оспы, которую с большим трудом удалось победить на Вахтангове. Обратите внимания всё это миры вне пределов Империи, но они большей частью были населены русскоговорящим населением. Именно бриты продолжали гадить нам везде где только было возможно. Так что мне с этими подонками было за что посчитаться, и не только мне.

Видать диверсия, устроенная агентом Рассказчицы, дело своё сделало снаряжённые в броню стрелки во дворе появились с некоторым опозданием. К этому моменту мы уже перестреляли всю внешнюю охрану и превратили в хлам автомобили представительского класса на стоянке. Даже успели пересечь большую часть двора.

Отстрелив голову палившему по мне из пулемёта противнику я было прицелился в другого, но тот уже отброшенный попаданием катился по асфальтированной дорожке. Я не сразу сообразил, что заработали снайперы Рассказчицы. Били ребята точно и благодаря этому нам удалось добежать до здания без потерь.

- Медвежата, дальше сами. Прикроем двор, - произнёс хриплый голос по внутренней связи как раз тогда, когда мы снеся к чёртовой матери двери ворвались внутрь Альбертино.

И вот тут нас ждал противник. Не менее сорока человек в броне и без неё открыли по нам шквальный огонь из автоматического оружия, даже пару гранат бросили.

Луч солнца золотого

Тьмы скрыла пелена.

И между нами снова

Вдруг выросла стена.

Напевая под нос любимую песню Машеньки, я жал на клавишу на ручке пулемёта. Тяжёлые пули сбивали куски брони со стрелков, разрывали незащищённые костюмами тела расчленяя их на части. Это война, тут нет место сантиментам. Нам понадобилось двадцать секунд чтобы полностью зачистить фойе.

«ПОВРЕЖДЕНИЕ БРОНИ! ЦЕЛОСТНОСТЬ 80%» - сообщил мне искусственный интеллект, что в принципе было в пределах нормы.

- Часовщик – Лютеру. Чисто.

Внутри холла стояла дымка, быстро всасываемая внутрь всё ещё работающих кондиционеров. Кажется, взрыв вызвал переполох и кратковременное отключение энергии и теперь было всё в порядке. Впрочем, вскоре я понял, что это не так. Автоматические пулемётные турели, стволы которых торчали из каждого угла фоей, так и не включились. Ай да Вайс, а да молодец.

Взрыв гранаты заставил отступить меня на пару шагов назад.

«ПОВРЕЖДЕНИЕ БРОНИ! ЦЕЛОСТНОСТЬ 70%»

Буре подал сигнал и мы, расстреляв к чёрту оба лифта двинулись по широкой лестнице на второй этаж. Кто принялся стрелять по нам, но дюжина пулемётов заставила противника отступить в глубь помещений.

Несмотря на то, что вроде бы всё было неплохо и все основные показатели «Гризли» высвечивались зелёным, внутри брони запахло горелой пластмассой. Размазав короткой очередью по стене противника вооружённого штурмовой винтовкой, я запустил сканирование внутренних узлов.

«ПОВРЕЖДЕНИЕ КИСЛОРОДНОЙ МАСКИ - сообщил через несколько секунд ИИ. ЕСЛИ БУДЕТ НЕОБХОДИМА РАБОТА В БЕЗВОЗДУШНОМ ПРОСТРАНСТВЕ РЕКОМЕНДУЮ ВЫЙТИ ИЗ БОЯ».

Улыбнувшись я дал длинную очередь в сторону вспышки в конце коридора и сделав шаг в сторону принялся перезаряжать пулемёт. Моё место тут же занял Каспий.

- Валет – Фее принимайте Вайса, - раздалось по внутренней связи когда я снова вступил в бой.

- Принимаем. Как у вас там?

- Весело, - лаконично ответил Баранов. Что-то там у него грохотало и взрывалось. Мерцавший передо мной план здания был заполнен красными точками, которых меньше пока не становилось.

Плечом к плечу мы утюжили второй этаж. Опустошённые ленты одна за другой падали нам под ноги.

Забившихся в один из кабинетов стрелков удалось выкурить пробив стену и забросив туда несколько гранат.

- Часовщик – Лютеру. Поднимаемся на третий этаж. Закройте калитку.

Барабанщик, Перо и Бригантина встали возле лестницы наверх отогнав от неё троих стрелков всё это время прятавшихся в кабинете слева.

Лютер и компания прошмыгнули мимо нас на третий этаж как раз за мгновение до того, как по мне сделали два выстрела из крупнокалиберного дробовика.

«ПОВРЕЖДЕНИЕ БРОНИ ЦЕЛОСТЬНОСТЬ 60%» - сообщил мне искусственный интеллект прежде чем я поймал в прицел наглеца разрезав его очередью пополам.

- Аравия прикрой, - раздалось по внутренней связи. - Вытащу наружу Рыбака! (ребята снаружи тоже вели серьёзный бой).

Сделав себе инъекцию адреналина, я отогнал от перезаряжавшегося Гуся парочку противников и присоединился к разбиравшим оружейную Буре и Ставрову. Боеприпасы внутри сдетонировали и начался пожар, который быстро был прекращён АСТП.

- Микулек – Лютеру. Нашли шагоходы. Они всё-таки как-то умудрились отключить сигнал.

Зарядив предпоследнюю ленту, я защёлкнул ствольную коробку пулемёта и взвёл вращающийся блок стволов. Больше всего я ждал, чтобы обнаружили тело Сатурна. Ну чтобы Катьке, было куда на могилку ходить. Чтобы всё по-человечески. Вот я приду к Машеньке принесу её любимые ромашки, посижу молча и будто легче становится.

- Ясно Микулек. Начинайте подготовку роботов к эвакуации, - отдал приказ Лютер.

- Понял тебя.

По нам снова начали стрелять, и ребята двинулись вперёд по коридору тесня противника. Взглянув в окно, я увидел, что ребята Феи вели перестрелку с бритами во дворе. И откуда они только лезли. Внизу что-то громыхнуло да так что я даже через защитные фильтры шлема услышал.

Тут же по личному каналу связи сквозь скрип и треск ворвался вопль прерываемый стрельбой:

- Товарищ – Магомеду. Каспия зажали в зале для совещаний в северо-западном углу. Сам помочь не могу сломался.

На полной скорости снося оказавшуюся на пути мебель, давя валявшиеся в коридоре мёртвые тела противников я двинулся вперёд одновременно выходя на связь с нашим фельдшером. Судя по всему, связь у Магомеда была повреждена, и он законтачил со мной по дециметровой волне.

- Иду на выручку! Знахарь – Товарищу. Магомед сломался!

- Уже двигаюсь к нему, - через пару мгновений ответили мне.

Свернув за поворот коридора ваш покорный слуга попал под огонь. В прямом смысле. Струя огнемёта лизнула поверхность брони так, что виртуальный дисплей перед глазами замигал красным. Я успел только выпустить короткую очередь опрокинув одного из нападавших и только.

В следующий момент повреждённый «Гризли» взмолился о снисхождении… и нафиг отключился. Будто этого было мало ещё и пулемёт заклинило.

Ситуация конечно была хреновая. Это я прилично выразился. Другой бы на моём месте занервничал и это был бы конец. Противник не дурак, и всё понял. Я же вспомнил улыбку моей Машеньки работавшей инструктором по йоге: «А теперь мой сладкий, на мгновение закрой глаза и выдохни». В общем я так и сделал, заодно дав залп из пушки на плече. Бриты же не знали, что Копалыч прислушался к штурмовикам и именно на такой случай встроил внутрь «Гризли» маломощный аккумулятор, позволяющий перезапустить систему и поддерживать работу автоматической пушки. Тяжесть небольшая, а пользы громадьё. Два десятка стальных стержней пронзили троих из нападавших дав мне время исправить неисправность пулемёта. Замерцавший дисплей вызвал матерное восклицание, которое я с вашего разрешения в повествовании пропущу.

«ПОВРЕЖДЕНИЕ БРОНИ! ЦЕЛОСТНОСТЬ 40%».

Стартанув с места я сбил ещё одного нападавшего, буквально насадив его на ствольный блок «Сармата».

Каспий попал под огонь плазменных винтовок. Стрелков было несколько и действовать надо было быстро. Ещё немного и его броня перегревшись отключится. Что я сделал? Забросил в комнату пару гранат. Ф-12 большого вреда «Гризли» не причинит, а вот лёгкую броню нападавших порвёт в клочья. Так и произошло.

- Микулек – Лютеру. Нашли тело Сатурна.

По внутренней связи раздался одобрительный ропот. Не знаю как другие, а я будто ещё один укол адреналина получил. Поделившись с Каспием последней лентой с патронами, я направился к выходу из зала для совещаний где и столкнулся с тем самым огнёмётчиком. Чего эта сволочь ждала раньше не понятно.

Вших! - огонь снова хлестнул по корпусу брони, но в последний момент я сумел вломится в кабинет напротив. Пока Каспий отвлекал на себя брита в тяжёлом «Ланселоте» (правда у нас эта британская броня проходила под названием Жаба) я проломив стену оказался у него за спиной всадив оставшиеся пули в баллон с горючей смесью. Бабахнуло так, что даже я с рабочими кондиционерами почувствовал жар. Противник же был выброшен взрывом в окно где благополучно и взорвался на зелёном газончике.

«ПОВРЕЖДЕНИЕ БРОНИ! ЦЕЛОСТНОСТЬ 26%. БОЕЗАПАС: ЗАРЯДОВ В ПУШКЕ 2 ШТУКИ, ПАТРОНОВ 12 ШТУК».

«Нормально!» – подумал я, разглядывая план здания на котором красных почти не осталось. Кроме двух.

- Лютер – Фее! Выходим наружу. С нами пленный.

- Приняла, - тут же ответила Лексину штабскапитанша. - Снаружи чисто. Ожидаем вас. Канцлер такой фейерверк в коспоморте устроил, что на нас пока ноль внимания.

Пересекая залитый кровью и усеянный гильзами фойе здания, мы выбрались наружу. Никого живого здесь не осталось только робот-секретарь за столом справа продолжал что-то набирать на виртуальной клавиатуре будто ничего не стряслось. Послав короткую очередь в распростёртого на земле раненного брита в лёгкой броне я, поведя дулом пулемёта из стороны в сторону осмотрел усыпанный телами и разорванными на части, дымящимися автомобилями двор. Нет, мы точно войдём в историю…

Глава 81. Тучкины штучки

На то чтобы активировать орбитальный истребитель понадобилось двадцать восемь минут, а вот на дюжину «Цуру» (на Журавлей) мы с поручиком Догилевым и Копалычем убили почти час пятьдесят минут. Мы выкинули дополнительные баки с топливом и расширили боезапас лёгких орбитальных истребителей. Интуиция всё равно подсказывала мне, что из этого боя машины не вернутся.

Когда беннигсенцы уже были на позициях я уселся в кресло «Неясыти» и закрыл кабину. Над городом до которого лететь было меньше минуты ваш покорный слуга должен был оказаться в тот самый момент когда человек Знаменской устроит диверсию в здании MI6. Ребята там дадут им жару, все злые до чёртиков. Как же я хотел оказаться сейчас вместе с ними.

- Ты командир будто на прогулку собираешься, – произнёс по внутренней связи Копалыч (оказывается последнюю фразу я произнёс вслух). – Как бы у тебя не жарче там оказалось. Да и если ты не справишься ребятам мало что поможет.

На это мне ответить было нечего потому что от моего налёта на космопорт будет завесить успех всей нашей миссии. О том, что Мария Николаевна в ярости я уже не думал. В конце концов она сама связалась со мной и предложила помощь. Что-то подсказывала мне, что чем больше ЧВК набедокурит тем лучше. Наш рейд точно нельзя назвать операцией КГБ. Слишком стремителен он был, слишком опасен. Пусть думают, что миллиардер Бестужев сошёл с ума от того, что кто-то вмешался в работу его предприятия.

Руки мои легли на штурвал и только сейчас я понял как соскучился по полётам.

- Ни пуха, ни пера, Алексей Александрович! – раздалось мне на прощание.

- К чёрту! – ответил я и треугольник «Филина» издав негромкий хлопок, легко скользнул в небо, прямо за облака где я и намерен был провести всё время своего полёта до космопорта столицы.

Так и безопаснее и гражданских не напугаю. Хотя тут в глубоком тылу они, наверное, совсем-совсем непуганные.

«РАДА ВИДЕТЬ ТЕБЯ, ЛЮБИМЫЙ!» – голосом моей покойной супруги произнёс всё это время молчавший искусственного интеллект орбитального истребителя.

- Не говори так! – снизив скорость полёта автоматически поправил наглючку я. Хотя, чего греха таить, даже немного соскучился по нашим перепалкам.

«ХОРОШО, ДОРОГОЙ», - ответил ИИ и на мгновение мне даже показалось, что произнесено это было с какой-то издёвкой.

Уйдя влево я взглянул в узкое оконце «Неясыти», чтобы убедиться, что дюжина Журавлей следует за мной. Пока не в боевом порядке, но это и не надо.

Вздохнув, я подумал о том как там сейчас Света. Когда мы улетали с Печорина в себя она ещё не пришла…

* * *

Военный космопорт имени Чарльза Грина раскинулся гигантским пятном овальной формы слева от горного хребта имени Джорджа Мэллори обрывающегося в сине-зелёную громаду океана имени… шучу я. У океана вроде как названия человеческого не было. Что и как тут располагается я знал прекрасно из полученного от Знаменской доклада. Разведчики большие молодцы, расписали всё как надо. Грин был крепким орешком с кучей комплексов ПВО как активной, так и пассивной обороны и даже гарнизоном спецназа на случай нападения с суши, но как известно у любого крепкого орешка есть уязвимость. Во-первых, служба в глубоком тылу расслабляет. Во-вторых, все радары, ракеты и прочие смертельные для вражеских воздушных судов штуки была направлена в космос. Нет, они конечно засекут меня перед тем как я начну атаку, но будет уже слишком поздно.

«ДО ОБНАРУЖЕНИЯ ДВАДЦАТЬ СЕКУНД, - сообщил ИИ. ЧТО ПОРУЧИШЬ МНЕ, ДОРОГОЙ?»

- Управляй Журавлями, - коротко бросил я в ответ активируя энергетический щит истребителя и все комплексы вооружения сразу.

«И ВСЁ?»

- Всё. Сделай так чтобы уничтожив космопорт мы смогли отсюда улететь самостоятельно.

«ГЛАВНАЯ ЗАДАЧА ЯСНА. А ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ?» - настаивал на своём ИИ.

- Ни один из кораблей противника не должен подняться в воздух и помешать нашим ребятам выполнить свою задачу.

«ВОТ ТЕПЕРЬ ВСЁ ЯСНО. ДОРОГОЙ, ОНИ НАС ОБНАРУЖИЛИ И НАВОДЯТСЯ НА ЦЕЛЬ».

* * *

Засекли, то засекли, но предпринять ничего не успели. Прикрываясь щитом, на крейсерской скорости, я пробил одну из башен с установкой ПВО «Диана» расстреляв вторую и третью из «Гарпунов» - торпед с вакуумным эффектом. Сферы правильной формы разворачивались над головами персонала военного космопорта превращая в порошок железобетонные и стальные конструкции вместе с комплексами противовоздушной обороны. «Гарпуны» были страшным оружием способным причинить серьёзный вред даже космическому линкору, что уж говорить о наземных целях.

Четвёртую, и последнюю торпеду, я выпустил в эскадрилью тяжёлых орбитальных истребителей поднимавшихся на грузовом лифте из-под земли. Судя по раскрытым бойницам пилоты были уже внутри и готовы к атаке. Быстро они, ничего не скажешь. Впрочем, теперь о них можно забыть. На месте хищных силуэтов осталась груда мусора.

Сирена тревоги надрывалась снаружи, но я её естественно не слышал. Вырисовывая в воздухе над космопортом восьмёрки и другие фигуры воздушного пилотажа которым и названия то не было, я палил по всему, что двигалась или хотя бы пыталось двигаться из фотонных пушек РВ-234 (называемых имперскими пилотами милым названием «Солнышко») мелкокалиберных пушек «Термит» пробивающих поверхность цели и взрывающихся внутри, жёг пехоту лучом импульсного лазера «Циклон» и периодически огрызался залпами НУРСов считавшимся самым безобидным оружием «Неясыти».

«ДОРОГОЙ, ПЕРЕСТАНЬ ИГНОРИРОВАТЬ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ИИ ЗАЩИТНОГО КОСТЮМА. ПЕРЕГРУЗКИ, КОТОРЫЕ ИСПЫТЫВАЕТ ТВОЁ ТЕЛО МОГУТ БЫТЬ ОПАСНЫ ДЛЯ ТЕБЯ» - влезла со своими советами Люда когда у меня и правда закружилась голова.

- Зато они ещё ни разу не попали по тебе, - недовольно бросил я, прибавляя скорость и прямо с места взмывая над долиной. - ПЗРК нас поймать в прицел не могут. К тому же если я потеряю сознание ты возьмёшь управление на себя.

В этот момент один из прикрывавших меня Журавлей паливший по рою выпускаемых по «Неясыти» ракет и снарядов взорвался и дождём горящих осколков осыпался на землю.

Взглянув на космопорт, сейчас казавшийся мне небольшой лужайкой на заднем дворе, я снова прибавив скорость направил истребитель к земле по ходу дела вычисляя пойманный видоискателем цели и в ручную наводя на них НУРСы. Только-только поднявшаяся в воздух пара истребителей «Дрейк» превратилась в огненно-чёрное облако обрушившееся на головы британских спецназовцев в защитной броне, а выехавшая из-под земли установка ПВО «Артур» рванула от точного попадания фотонной пушки. Заодно я выжег целую дорожку «Циклоном» к чёрту испарив кусок пятиметровой ограды из пенобетона вместе с БМП на магнитной подушке безрезультатно пытавшейся расстрелять меня из скорострельной пушки.

«ДОРОГОЙ, ИНЪЕКЦИЯ, НЕ ПОМОЖЕТ ОТ НАГРУЗКИ, - продолжала канючить Люда когда на куски разлетелся ещё один Журавль прикрывший меня от очередного меткого попадания. НУЖНО СНИЗИТЬ СКОРОСТЬ».

Новая волна головокружения накрыла меня, но я был в норме. Скорости тяжёлого орбитального истребителя на поверхности планеты насыщенной кислородом и правда были фантастическими. Существовал даже запрет на манёвры в таких условиях. «Неясыти» и «Филины» вообще редко опускались вниз. Но мне было не привыкать. Я бы и дальше продолжил маневрирование если бы не почти истощившиеся аккумуляторы энергетического щита.

«ЗАРЯД ЩИТА 14%» - сообщил мне виртуальный дисплей и я снизил скорость до минимальной прижавшись к земле и дав залп по движению в северо-западном углу космопорта.

Ещё один Журавль превратился в распустившийся огненный цветок, но просканировав местность вокруг себя я вообще никакого движения не обнаружил. Так же как и угроз.

Вроде бы космопорт был мёртв. Откуда же тогда стреляли по Журавлю. «Неясыть» медленно плыла в четырёх метрах над раскалённой импульсным лазером посадочной площадкой когда ПТУР устремился ко мне с левого бока. Заложив вираж я расстрелял ракету из фотонной пушки, но в меня тут же с разных сторон ринулось ещё три. Сразу два Журавля прекратили существовать.

Взмыв вверх я снова просканировал поверхность и опять ничего живого или работающего без участия оператора не обнаружил. Однако чёрт возьми сразу пять ракет устремились ко мне.

«ОТКУДА ОНИ ВЫПУЩЕНЫ?» - спросил искусственный интеллект и в этот момент мне показалось, что Люда совсем рядом. Сидит в соседнем кресле.

Пока Журавли сбивали ПТУРы я заложил новый вираж, а затем резко пошёл к земле не выключая работающий сканер. Разгадка пришла внезапно.

- Они открывают огонь из-под земли. Грин как каждый военный космпопорт имеет подземный уровень, - догадался я.

Наплевав на все предупреждения и на загоревшийся красным виртуальный дисплей перед глазами, я снова увеличил скорость истребителя и рисуя в воздухе спираль «Циклоном», сбил сразу три ПТУРа.

Новый вираж не заставил себя долго ждать и в этот момент в глазах моих потемнело. Нет, я не потерял сознание просто меня некстати накрыло проклятие всех пилотов космических истребителей.

Про «синдром Пономарева» слышали? Отвратительная штука я вам скажу. Представьте себе пилот во время боя в космосе оказывается в ситуации когда все системы жизнеобеспечения внутри кабины напрочь отключаются, а ты через защитный костюм всё ещё соединён с подбитым, по сути мёртвым уже истребителем, который медленно сводит тебя с ума остаточными электромагнитными импульсами. Сорвать шлем ты не можешь, ибо тут же задохнёшься и замёрзнешь (безвоздушный космос он гадство опасный), а вынуть штекер подключения в височной доле чревато нарушением работы головного мозга и даже обширным инсультом. Безопасная перезагрузка и отключения от приборов занимает четыре долгих минуты. Всё это время ты испытываешь что-то вроде приступа клаустрофобии только в десятки раз сильнее. Приступ, который раз за разом будет возвращаться к тебе в случаях чрезмерной перегрузки мозга которую я только что испытал.

Не выпуская из рук штурвал орбитального истребителя, я сделал длинный выдох сквозь сомкнутые от шока зубы и мысленно, не торопясь, произнёс следующие слова:

Плыли по небу тучки. Тучек — четыре штучки:

от первой до третьей — люди; четвертая была верблюдик.

Слова древнего забавного стихотворения позволявшего мне вернуться в норму. Вычислив через сканер одно из мест откуда вылетают ПТУРы я завис над отверстием и сбросил туда запасной бак с твёрдым топливом для «Неясыти» продолжая мысленно скандировать в только мне известном ритме чувствуя что приступ отступает:

К ним, любопытством объятая, по дороге пристала пятая,

от нее в небосинем лоне разбежались за слоником слоник.

Этот стишок подобрала мне моя супруга. Люда по профессии была военный психолог и после того как я вернулся с «синдромом Пономарева» с Алдоры взялась мне помочь. Без полётов я себя не представлял и она это понимала лучше всех. Люда даже умудрилась списаться с Николаем Игоревичем Пономаревым безапелляционно заявив старику, что открытый им синдром не отправит её мужа на пенсию. Да-да, до 65% пилотов с подтверждённым «синдромом Пономарёва» комиссовывались или понижались в категории.

Врач и учёный – человек с тяжёлым, сварливым характером тем не менее прислушался к Люде. И посоветовал ей спровоцировав у меня приступ провести нечто вроде простейшего сеанса гипноза наложив поверх состояния улучшения небольшой простенький стишок. Почему именно стишок не знаю. Но дело было в ритме. Так же он посоветовал никому об этом стишке не говорить. Супруга самостоятельно выбрала произведение Владимира Маяковского из томика стихов оставшегося от деда, и сама провела сеанс гипноза. Всё сработало. Как только я оказывался во власти приступа нужно было причитать несколько простых строк и всё заканчивалось с последним словом.

В отверстие в посадочной полосе полетели замедлители для вакуумных торпед. Я взвился на максимальной скорости вверх наблюдая как поверхность космопорта вспучилась языками пламени и обрушившись осела вниз.

И, не знаю, спугнула шестая ли, тучки взяли все — и растаяли.

И следом за ними, гонясь и сжирав, солнце погналось — желтый жираф.

Я с облегчением вдохнул воздух в лёгкие только сейчас сообразив, что искусственный интеллект говорящий голосом моей покойной супруги скандировал вслух стихотворение вместе со мной точно попадая в ритм.

Да какого чёрта тут происходит? Ведь я точно никогда и никому не говорил об этом?!

Глава 82. Витя Малеев в школе и дома

Виктор никогда не любил кофе, предпочитал чай. Но сегодня был такой день, когда только он. Помолотый смешной механической мельницей, сваренный в древней медной турке, с щепоткой соли. Такой какой она любила…

За окном кабинета открывался великолепный вид на улочку петлявшую по поверхности холма и уютные двухэтажные домики соседей. С обеих сторон дороги в небо вздымались красавцы клёны сейчас по-осеннему разодетые в красно-жёлтые наряды. Жаль листья падающие с деревьев как в детстве не устилали землю. Всю сказку портили слишком аккуратные роботы-уборщики.

Удерживая чашку с горьким кофе на блюдечке Виктор остановился возле шкафа со свадебными фотографиями и улыбнулся. Инга тут была худенькая как птичка, да и он тоже. Свадьба произошла почти сразу после его выписки из госпиталя после тяжёлого ранения на Хадии-6. Одни глаза и уши, не то что сейчас. Тогда костлявая чуть не прибрала его в первый раз. Супруга не захотела больше ждать. Пышного торжества не было, родственники прилетели не все, зато они были счастливы.

Сделав последний глоток ароматного напитка Виктора обратил взгляд на книжную полку с ридерами. Их было два десятка. Они с Ингой любили читать. Среди электронных устройств для чтения, находилась настоящая драгоценность – старая книга из бумаги сейчас на любом аукционе стоимостью в самый современный, самый дорогущий лимузин. Николай Носов «Витя Малеев в школе и дома» - гласила надпись на обложке по-русски. Любимая книга Виктора с детства. В армии он даже позывной себе взял такой же как фамилия у книжного мальчишки справлявшегося с ленью. Прикоснувшись ладонью к книге (подарку супруги на тридцатилетие) Виктор счастливо зажмурился и какое-то время постоял так.

Нет, он не был излишне эмоционален, в его работе это мешало и давно отправило бы его в могилу. Просто сегодня было можно. Сегодня такой день.

Тщательно помыв за собой блюдечко и чашку в раковине на кухне (домашнего робота они даже с Ингой не держали справляясь самостоятельно) Виктор набросил куртку и вышел из дома.

Красный «Лавров» так и остался в гараже потому что Малееву захотелось прогуляться пешком. Точно так же как они гуляли с Ингой под ручку.

Она была идеальной офицерской женой – верной, заботливой, всё понимающей. Не каждая способна месяцами ждать супруга, вздрагивая от каждого звонка по личному коммуникатору. Виктор плохо переносил разлуку с ней и поэтому ушёл в Борзые. Да, стало опаснее, зато чаще бывал дома. И всё-таки момент, когда она заболела, он упустил.

На Любшина они перебрались из-за голубого почти земного неба. Терраформирование тут прошло успешно. Город жил своей жизнью. Суматошной, забавной, яркой. Одни горожане торопились по своим делам, другие слонялись по улицам от скуки, детвора со смехом и криками гонялась друг за другом по улочкам и переулкам. Тут вообще было много детей. Когда-то они с Ингой хотели своих.

Виктор прогулялся по площади, посетил ряд мелких магазинчиков ничего не покупая, посидел на скамейке в парке, даже покормил лебедей хоть и зная, что они всего лишь роботы. Он сделал всё в том же порядке, что и при прогулках с супругой. Это было великолепно. Иногда ему даже казалось, что она держит его под руку, смеётся показывая забавный сувенир с витрины, целует его в щеку и жалуется, что он опять не побрился. Остался только один пункт. Уличный музыкант, которого Инга обожала - пожилой саксофонист в старом сквере.

Старичок-музыкант как и в прошлые разы наслаждался льющейся из его инструмента музыкой. Он играл вдохновенно, на совесть, и собирал вокруг себя много людей, вот только консервная банка, удерживаемая в руках хромым роботом, была почти пуста. Люди от природы эгоистичны.

Вспомнив как Инга беременная приплясывала под весёлые мотивы саксофониста Виктор подозвал к себе робота. «Вот теперь всё хорошо. Видишь родная я ничего не забыл», - подумал Малеев и спрятав замёрзшие руки в карманы ускорив шаг покинул сквер.

Пожилой музыкант позади схватился за сердце увидев сколько денег бросил ему сероглазый ничем не приметный мужчина без следа растворившийся в толпе.

* * *

Всё было не так как он оставлял. Никакой электронной системы безопасности в доме Малеева не было. Это слишком не надёжно потому что любая электроника, любой искусственный интеллект могут подвести. Не подведёт только собственная наблюдательность и зоркий глаз.

Вот и сейчас Виктор видел, что газон перед домом, в который он предусмотрительно вплёл специальную металлическую проволоку нет-нет, да и помигивает синими всполохами из-за того, что недавно сюда торопливо садился чужой автомобиль задействовавший при приземлении электромагнитный тормоз. А ещё глиняный гном у крыльца чуть повернут в другую сторону, а это значит незваных гостей было несколько и на дорожке им не хватило места из-за чего пришлось задеть малыша в синем колпаке. Его ожидают.

Острый клинок в руке Малеева трижды опустился сверху на грудную клетку замершего в тени забора заднего двора убийцу пронзая мышцы, кости и само сердце мужчины. Тело даже оттаскивать и прятать не пришлось. Из дома его и так было не видно. Второй убийца получил пулю в лоб из пистолета с глушителем так и оставшись сидеть под крыльцом ведущим на кухню дома.

Внутри кухни, стены которой Виктор лично облицевал настоящим деревом, тоже кто-то был. Он чувствовал это. Кто-то своим чужеродным присутствием нарушал гармонию чашек, тарелок, вилок, ложек и ножей.

Одновременно приоткрыв регулярно смазываемую маслом дверь, Малеев мягко вкатился внутрь, прилипнув спиной к стене разделяющей кухню на обеденную зону и зону готовки с плитой, раковиной и разделочным столиком. Незваный гость сейчас находился по другую сторону от него. Он не новичок и умеет затаится, ждать, но куда ему до Борзых, настоящих охотников способных найти и схватить человека где бы он не находился и как бы не сопротивлялся.

Пистолет издал три негромких хлопка, особые пули справа налево пронзили стену, и убийца вооружённый пистолетом-пулемётом рухнул на пол кухни под ноги Виктору. Серьёзный панцирный бронежилет под курткой не смог спасти его жизнь.

Всё вокруг снова погрузилось в тишину. Для кого-то она была гнетущей, а для Малеева говорящей. Дома и стены как говорится помогают.

Быстро осмотрев тело убитого и не обнаружив ничего, что говорило бы о том, кто его послал, Виктор пересёк обеденную зону, гостиную (здесь один меткий выстрел в затылок заставил уткнуться лицом в кожаный диван коренастого брюнета) и остановился у лестницы на второй этаж.

Там, наверху был ещё один незваный гость. Малеев слышал его дыхание хоть тот и старался всеми силами его сдерживать. Этот человек в неладах с эмоциями. Они переполняют его. Такие не годятся для засады. Совсем не годятся.

Виктор не торопился. Пара шагов вперёд по еле поскрипывающим под подошвами ботинок ступенькам, пауза, ещё пара шагов и снова пауза. Убийца наверху нервничает, обливается потом, адреналин в его венах закипает, он уже не боится, не опасается, он мечтает, чтобы всё побыстрее закончилось. Ещё пара шагов, пауза, ещё… и тут убийца не выдерживает – покинув своё укрытие он прижав приклад пистолета-пулемёта к плечу выпускает длинную очередь над головой вовремя присевшего Виктора. Тот же делает всего два точных выстрела: в оружие стрелка и в его левое плечо. Так чтобы не задеть сердце.

Очнулся убийца уже на полу в подвале рядом с запакованной в плёнку и не до конца собранной детской кроваткой. Ледяная стена за спиной и ещё более ледяное выражение уставившихся на него серых глаз хозяина только что хладнокровно перерезавшего ахиллово сухожилие на обеих его ногах.

Усилием воли убийца заставил перестать себя трястись от страха и растянул губы в улыбке. Только это не произвело никакого эффекта на мужчину. Абсолютно никакого.

Тот ничего не говорил только крутил в пальцах прозрачный проводок трофейного радиопередатчика и безразлично смотрел на убийцу. И это выводило того из себя. Лучше бы его сейчас просто пристрелили чем играть в гляделки.

Наконец, намолчавшись, Малеев беззлобно швырнул радиопередатчик в раненого и задал вопрос на английском:

- Я хочу знать кто, зачем и как. Будь со мной максимально откровенен, пожалуйста.

Каждое слово хозяина отзывалось волной мурашек бегущих по спине убийцы. Тот просто не мог поверить, что этот человек легко, в одиночку, уничтожил его группу. А ведь они считались лучшими из лучших.

- Я НИЧЕГО ТЕБЕ НЕ РАССКАЖУ! - прижимая руку к кровоточащему левому плечу бросил в ответ убийца зная, что совсем скоро об этом пожалеет.

- Детский сад, - пожав плечами со вздохом произнёс по-русски Виктор, вынимая из скрытых в ремне за спиной ножен блеснувший серо-голубой сталью клинок и присаживаясь рядом с раненым.

* * *

Медленно, не торопясь, спускаясь по лестнице на первый этаж своего дома Малеев касался кончиками пальцев правой руки рамок с голографиями на стене ещё раз переживая каждое мгновение запечатлённое на них. Хотя бы вот на этой, последней. Даже за два часа до смерти они с Ингой мило подначивали друг друга и хохотали до слёз под недоумёнными взглядами врачей будто стараясь забыть о предстоящей тяжёлой операции супруги. Операции в конце концов унёсшей её жизнь.

Если бы только Ингу можно было спасти (хотя бы её) Виктор перевернул бы всю вселенную, погасил Солнце и подарил ей Луну, но к сожалению, это бы не помогло. Нет, они не забыли на этом голоснимке об операции, они просто попрощались так как посчитали нужным. Тепло руки любимой, перед тем как медицинские роботы увезли её в операционную, он ощущал до сих пор. Оно всегда будет с ним. До самой смерти.

Нет, он не бросит этот дом. Слишком многое его с ним связывает. Он обязательно вернётся сюда, вернётся, когда они со Знаменской и Бестужевым окончательно решат все вопросы. Когда все враги будут уничтожены, и он снова заварит в древней медной турке горький кофе с щепоткой соли. Точно такой же как варила она.

Забросив в рюкзак за спиной только книгу Носова, Виктор покинул свой дом.

Глава 83: Саратов

Саратов слишком давно варился в этой каше чтобы не понимать, что рейд беннигсенцев на Ноттенгем-5 вопреки тому, что кричали, скорее даже вопили в истерике по иностранным новостным кабельным каналам головидения ведущие, не был наглой авантюрой. Елагин никогда не допустил бы никакой самодеятельности и уж тем более на стал бы задействовать для помощи ребятам в штурме «Альбертино» спящих агентов. Всё это была большая игра Империи против начавших подымать голову врагов…

Представив, что на шоколадном кексике перед ним горит свечка, Саратов загадал желание и сдул воображаемый огонёк. Этому его научила дочка. Давно. Слишком давно. Желание, загаданное бывшим штабс-капитаном, легендарным снайпером космопехоты, полным ветераном выслужившим дворянство, тоже было связано с близкими. Он уже почти восемь лет не видел их и сейчас находился в радостном предвкушении встречи. Обнять дочь, познакомиться с внуками, починить сломавшуюся качельку во дворе, которая ждёт только его. Это такое счастье!

Никто из снующих туда-сюда по столовой с подносами доваторцев и беннигсенцев не смог бы сказать, что Саратову сегодня исполнилось шестьдесят пять. Внутренняя дисциплина, полное отсутствие вредных привычек, хорошая физическая форма не позволяли дать посторонним ему больше сорока пяти. Разве что об этом мог догадываться его коллега Облако – коренастый шатен с зелёными глазами, лениво ковырявший резиновый бифштекс пластиковой вилкой в противоположном конце зала, и то не наверняка. Когда-то они вместе с ним лежали в госпитали после Новопекинского инцидента. Правда тот тогда был совсем сопливым капралом.

Тем временем ведущий «НSG-channel» Мартин Кросби состроив трагическую мину рассказывал зрителям о варварстве имперских наймитов. За спиной розоволосого британца то и дело возникал калейдоскоп душещипательных картинок с рейтингом 18+. Особенно впечатлял заваленный трупами внутренний двор «Альбертино» и дымящиеся военный космопорт «Виктория» от которого командир беннигсенцев вообще ни черта не оставил.

Палуба под ногами Саратова еле заметно вибрировал, а это означало, что корабль начал второй прыжок через гиперпространство и в скором времени они будут на месте.

Конечно вся эта западная, оголтелая братия сейчас шлёт бесчисленные, возмущённые дипломатические ноты в имперские посольства во всех обитаемых мирах. Только толку от этого чуть. Во-первых, «Беннигсен» это ЧВК и работает оно на Периферии. История с нападением на колонистов на Кернуне-2, кстати, из новостного поля никуда не пропала. Наоборот, подконтрольные имперцам СМИ старательно эту тему раздували, наращивали сонмом подробностей и деталей, как бы подчёркивая, что колония была под защитой людей Бестужева понёсших серьёзные потери во время столкновения с кирасирами, которые теперь вроде как базировались во внутренних мирах британцев. В последние часы словно по взмаху волшебной палочки в сети даже стали появляться заявления очевидцев, документы, голографии правдиво свидетельствовавшие о работе кирасиров на MI6. Рука Комитета видна сразу.

Во-вторых, засветившиеся на Ноттингеме-5 доваторцы известны всем своей непредсказуемостью. Они где хотят там и летают. Случаи нападения казачков на внутренние миры западных государств фиксируются чуть ли не каждый год. К тому же Доватор в состав Империи официально не входит. Он союзник, не более. Поэтому Саратов был уверен, что скоро кто-то из окружения имперского министра иностранных дел (сам он вряд ли в это будет влезать, слишком расплывчаты обвинения, проблемами и не пахнет) жизнерадостно, белозубо улыбнётся и скажет любимую фразу Его Величества: «У вас всё время виновата Империя. Доказательства, господа!». А если не дай бог они найдутся выступит уже сам министр и с каменным лицом произнесёт, что-то вроде: «Данный инцидент мы считаем делом Империи и обсуждать его ни с кем не намерены».

И всё-таки раздолбать резиденцию британской контрразведки, военный космопорт, мимоходом разнести к чертям полностью автоматизированный промышленный комплекс на юго-западе столицы это вам не шутки. Кто бы сомневался, что доваторцы прилетели на Ноттенгем-5 только исключительно затем, чтобы забрать людей Бестужева. Да эти дьяволы никогда не упустят возможности насолить британцем и их союзникам по Конфедерации, а также Синдикату, Блистательной порте и всем, кого они считаю своими врагами. Казачков винить трудно. В своё время они вдоволь пролили крови обороняя собственную планету без всякой помощи Империи. Нет, помощь-то пришла, вот только к этому моменту враг уже подумывал бросить к чёрту непокорный мир. Пара залпов ракетами выпущенных с поднимавшегося на орбиту Ноттингема-5 боевого корабля оставили от промышленного комплекса одни оплавленные развалены. Что там производили? Теперь уже и не важно.

Ведущий на экране тем временем заголосил как баба призывая зрителей не пропустить эксклюзивные кадры сделанные одним из погодных спутников, чтобы увидеть… чтобы увидеть как орбитальный истребитель Бестужева использовав гиперрывок пробил корпус британского корвета погнавшегося за кораблём доваторцев. Чертовски красиво вышло. «Неясыть» исчезает в одном месте, прочерчивает светящийся росчерк пронзающий вражеский корабль и появляется в другом. Зрелище не для слабонервных, особенно если знать, что лопнувший от атаки «Неясыти» МСК «Атлант» был местом службы восьмидесяти одного человека.

Никто из находящихся сейчас в столовой бойцов на экран даже голову не поднял. Эти кадры круглосуточно крутили на всех кабельных каналах головидения. На всех кроме имперских.

Приглашённый на «НSG-channel» эксперты в один голос утверждали, что такой трюк сделать даже на «Неясыти» невозможно. А если возможно, то пилот орбитального истребителя должен был обязательно погибнуть. «Ага, держите карман шире», - улыбнулся тонкими губами Саратов. Вон он Бестужев живой и здоровый стоит возле раздачи блюд и негромко беседует о чём-то с Барановым.

Корсара Баранова Саратов знал. Лет девять назад на соревнованиях армейских снайперов в финале тот проиграл ему всего девять баллов. Да и то не потому что плохо стрелял, а потому что молод и горяч. Всё придёт с возрастом.

Вообще беннигсенцы произвели на Саратов весьма положительное впечатление. В своё время он поработал более чем с двумя десятками разных ЧВК находящихся на вершине пирамиды рейтинга. Глупо думать, что Комитет будет работать с другими, да? Однако снайпер никогда не видел ничего подобного. И не потому что частная контора работает за деньги соизмеряя риск с платой, а потому что уровень профессионализма сразу бросался в глаза. Люди Бестужева словно из армии не уходили. Они даже продолжали называть друг друга по званиям. Да и характерной для частников расслабленности ту не было. Это даже бросалось в глаза рядом с доваторцами, а у тех дисциплина была жёсткая - провинившемуся командиры и в ухо дать могли.

- А шоколадный кексик? – возмутился удерживающий поднос Баранов обращаясь к работнику кухни.

- Простите, кончились, - развёл руками широколицый доваторец в кубанке.

Пододвинув к себе свой шоколадный кексик Саратов продолжил просмотр кабельного канала. На экране показывали какую-то статистику.

В бою беннигсенцев снайпер тоже посмотрел. Настоящие дьяволы. Очень специфический подбор оружия. Вся броня носит на себе следы многочисленных модификаций. А ещё они будто одна семья. За три дня полёта Саратов это не просто понял, он это почувствовал.

- Привет! - рядом за стол присел Коробейник.

Раньше Саратов этого жилистого брюнета лет сорока, с немного вытянутым лицом и выцветшими голубыми глазами, никогда не встречал. Слышал о нём, но никогда не встречал. Познакомились они только на Ноттингеме-5 перед началом штурма «Альбертино». Стрелок неплохой, но немного нервный. На борту «Свирепого» направлявшегося к Печорину почти не общались. Некоторое время Коробейник молча смотрел новости вместе со снайпером, а затем произнёс:

- Саратов, а ты слышал оказывается бестужевцы всё это задумали чтобы отомстить за убитого на Кернунне-2 товарища? Типа у него дочь совсем соплюха осталась и тот обещал ей вернуться, а погиб. Нет, ну дичь же? Что за детский сад? А как же профессионализм? Повергать людей риску, чтобы что? Доставить мёртвое тело домой? Отомстить, потеряв ещё больше бойцов? Нет, ну потери у них и правда ерундовские, но это просто повезло…

В памяти Саратова вдруг возникла картинка: кладбище, ветерок развивает каштановые волосы его дочери (давно уже не девочка, а красивая женщина, мать), а могила у её ног пустая. Коробейник говорил-говори, а Саратов думал, что никакого везение тут и в помине нет. Просто у беннигсенцев отличная подготовка и многолетний опыт службы за плечами. А ещё они знают для чего рискуют головой. Тем не менее вслух произнёс он другое:

- А может они добровольно согласились участвовать в рейде?

- Будто мы с тобой не знаем как это добровольно бывает! – скорчил гримасу Коробейник. - Мы вот вроде тоже добровольно согласились уйти в тень, а в реале под многим не подписывались. Вот ты, когда близких видел? А что нам обещали при заключении контракта?

Саратов на это Коробейнику не ответил. Только поднял с тарелки шоколадный кекс откусив от него кусок.

Собеседник с какой-то завистью взглянул на него и подался вперёд:

- Дашь попробовать? В столовке уже кончились.

- Нет, - спокойно сказал Саратов обжигая взглядом синих глаз болтуна, который вдруг стал резко ему неприятен.

* * *

Прощание с убитыми на Ноттингеме-5 коих было четверо, а также с тем самым «Сатурном», состоялась в трюме за пару часов до выхода «Свирепого» из гиперпространства. Таков был обычай военных бороздящих вселенную из конца в конец. На поверхности планеты будут похороны, речи, воспоминания сослуживцев и друзей, а пока экипаж в космосе и души убитых витают тут же, с ними надо проститься.

Посетить церемонию могли все желающие. Помимо беннигсенцев и доваторцев (те что были не на вахте, присутствовали в полном составе), Саратова и Облака, тут присутствовал молодой мужчина в строгом костюме. Скорее всего это был тот самый Вайс устроивший диверсию внутри «Альбертино».

Тела погибших ребят лежали в стеклянных саркофагах посреди трюма. Говорил сам Бестужев. Хорошо говорил, от чистого сердца. Саратов, наверное, сто раз присутствовал на подобных прощаниях, но это было особенным. Почему? Потому что совершить рейд в глубокий тыл врага ради отмщения за погибшего товарища, ради того, чтобы вернуть тело отца его дочери перебив многократно превосходящего в числе противника… многого стоит.

Проведя рукой по короткостриженным русым волосам без единой искры седины, легендарный снайпер подумал, что они как семья, они своих не бросают. Саратов теперь точно знал куда отправится после долгожданного отпуска дома.

ВСЕХ С ПРАЗДНИКОМ НАШЕЙ ПОБЕДЫ!!!

Глава 84: Поставить диагноз

Расслабив галстук, развивающийся на ветру поверх белой сорочки, Воропаев, спрятав руки в карманы брюк, медленно прогуливался по крыше небоскрёба Форталеза словно и не замечая ледяных порывов. Подумать было о чём, к тому же беспокойство за Бестужева, Горелова, Баранова и их ребят не отпускало.

Елагин конечно большой умница и Знаменская тоже и в то что они победят ясно… вот только хотелось бы чтобы жертв было поменьше, особенно среди тех, кто ему дорог. Русские своих не бросают, а Корсары тем более. Именно поэтому он вызвался прилететь в эту дыру сам. Помочь чем мог.

Словно прочитав мысли камер-майора личный коммуникатор на его руке засветился и касанием подушечки пальца мужчина активировал устройство:

- Слушаю.

На том конце раздался как будто сонный (впрочем, как всегда) голос:

- Доктор, я закончил. Всё готово.

- Отлично.

Наступила пауза, которую Воропаев истолковал как замешательство и не ошибся.

- Вот только…

- Что?

- Место активации - это штаб-квартира одной из молодёжных банд. «Арапаимы», кажется. Другое здание не выбрать. Вы знаете, почему. Поэтому…

Времени на кардинальные изменение плана не было так как встреча должна была состоятся ровно через два часа, поэтому камер-майор, быстро взвесив все риски, ответил:

- Я разберусь.

На том конце наступила пауза, а потом прозвучали некоторые нотки сомнения:

- Вы уверены…

- Да. Спасибо за помощь.

Уже в своих апартаментах на восьмидесятом этаже Воропаев надел под свежую белоснежную сорочку «Андьенте» и пиджак «Пестов-Труччи» чудо имперской науки сверхтонкий и сверхпрочный бронежилет «Дипломат», в кобуру на поясе вложил автоматический пистолет «Клёст» с увеличенным магазином, а в рукав спрятал стилет с лазерной гранью.

Взглянув на себя перед выходом в ростовое зеркало в прихожей, и в принципе оставшись доволе внешним видом, камер-майор взял в руки стоявший у двери серебристый кейс и вышел наружу

* * *

Куритиба была плохим районом. Нет, не так - ОЧЕНЬ ПЛОХИМ РАЙОНОМ. Самым худшим на планете. Обитателями его были мелкие банды наркодилеров, скрывающиеся тут от розыска преступники (чуть ли не со всего сектора космоса при попустительстве, а то и наоборот покровительстве местных властей), мини-компании отмороженных на голову наёмников с которыми никто не хочет иметь дело, сумасшедшие, и просто маргиналы не нашедшие себя в мирной жизни под душной защитой закона. Именно поэтому османский, японский генералы и сенатор Конфедерации и выбрали Куритибу для тайной встречи. Во-первых, любая машина над кварталом, что не своя тут, не оставалась не замеченной (что уж говорить о фургоне спецназа), во-вторых, район расположился на остатках месторождения клурия, что напрочь сводил с ума все электронные устройства в округе. Тут даже электрический чайник не работал и по ночам внутри старых зданий из пенобетона зажигались свечи и самодельные горелки. Отличное место чтобы не опасаться прослушки и других средств технической разведки.

Эти игры в шпионов Воропаеву надоели, но кроме него сейчас ребятам никто помочь не мог.

Его тёмно-серый «Варгас» (взятый в гараже комитетчиков) ловя солнечных зайчиков металлическим корпусом, следуя повисшим в воздухе дорожным знакам (часть из которых не работала, а вторая часть разбившись вдребезги валялась где-то на земле), оставлял под собой грязные, заваленные хламом домики среди которых многоэтажек было не так уж и много. В основном строения в три-четыре этажа. По улицам не таясь ходили вооружённые оружием люди. А чего им тут бояться? Полиция сюда уже много лет не заявлялась. Разве что по документам, вот там было всё в порядке и облавы устраивались стабильно пару раз в месяц с неизменным успехом и задержанными. В основном завсегдатаи сами сдавали местным копам провинившихся соратников, да и то чаще всего уж в виде трупов.

Автомобиль камер-майора нырнул вниз и приземлился межу двумя двухэтажками рядом с заброшенной спортивной площадкой.

Уже было собираясь взять кейс и открыть дверь автомобиля, Воропаев остановился будто забыл нечто важное. Протянув руку вперёд, он раскрыл бардачок, отодвинул в сторону пару увеличенных магазинов к крупнокалиберному автоматическому пистолету «Феликс» лежащему тут же (доктор не любил его из-за массивности, да и глушитель на нём установить было нельзя), выудив наружу небольшую, но тяжёлую искусно отлитую золотую рыбку из бронзы на витом красном шнурке. Как всегда, грустно вздохнув, он покрутил её в пальцах и убрал в правый боковой карман пиджака для того, чтобы полы его не мешали выхватывать пистолет из кобуры.

* * *

Гуара Рыжая Лисица поскрёб согнутыми пальцами щетину на шее и поудобнее устроился в раскладном кресле под зонтом от солнца удерживаемым над его головой старым роботом. Здесь на пересечении Третьей и Восьмой улицы он был полновластным хозяином. Все кто хотел приобрести отборную, забористую дрянь, купить пару стволов понадёжнее или обменять имперские рубли на кредиты обращались к нему. Вокруг Гуары прохаживались четверо ребят из его банды вооружённые автоматическими пистолетами и с ротвейлерами на цепях, на крыше дома за его спиной с электромагнитной винтовкой в куче газет лежал его племянник Матюс – с детства идиот идиотом, но стрелявший получше многих копов.

Хлебнув из жестяной банки крепкого пива Рыжая Лисица снова поскоблил щетину с удивлением разглядывая пятно заслонившее солнце.

Опустившийся с неба автомобиль тут же привлёк внимание охранников Гуары. Чужак! Псы залаяли, защёлкали взведённые курки пистолетов, когда их машины наружу выбрался высокий, широкоплечий, русоволосый, светлоглазый мужчина в дорогом костюме серого цвета и серебристым кейсом в руках.

Чтобы сделал любой на месте незнакомца? Правильно – испугался. Здоровенные ротвейлеры под кожей которых бугрятся мышцы рвались с цепей, щёлкали зубами, стволы четырёх пистолетов уставились на снежка. Чего тут думать раз уж забрёл в такое опасное место падай на колени и плач моля о пощаде. Однако тот только ухмыльнулся, бросил взгляд на крышу где прятался Матюс (хотя сверху при посадке разглядеть парня было не реально) и смело пошёл вперёд. Правая рука снежка подозрительно замерла на уровне пояса, что натолкнуло Гуару на мысль, что у того там кобура.

А дальше произошло странное: псы – зубастые монстры вдруг перестали скалить зубы, и как один, спрятав морды в лапах, легли на землю. Они будто испугались незнакомца. Дойдя до заслонивших ему дорогу подручных Рыжей Лисицы мужчина остановился. Вот только уставился он не на стволы пистолетов, а на самого Гуару.

Наркодилер разменял уже седьмой десяток, что в его опасной профессии считалось сроком немалым и даже более чем. Многие из «коллег» считали его долгожителем. За свою жизнь Рыжая Лисица видел много опасных людей, некоторых из них он даже убил, но стоящий перед ним мужчина был самым опасным из встреченных ранее. У него не было страха. Сине-голубые глаза обжигали и пророчили беду. Охранников Гуары он кажется вообще серьёзной опасностью не считал.

«Чёртовы имперцы», - подумал наркодилер к удивлению своих людей широко улыбнувшись незнакомцу.

- Русский господин пришёл ко мне по делу или следует мимо?

Незнакомец молча показал Гуаре пальцем на четырёхэтажное здание в конце переулка являвшееся штаб-квартирой банды «Арапаимов» - конкурентов Рыжей лисицы с которыми у него сейчас было перемирие.

- Пропустите его! – скорчив счастливую гримасы коротко приказал Гуара своим людям мысленно потирая ладошки. Он и правда жил давно и готов был поставить три сотни имперских рублей на то что молодчикам Бено совсем скоро придёт конец.

* * *

«Эмульсия» была расфасована в пакетики и разложена на огромном столе в центре первого этажа. Бено Верд по прозвищу «Чемпион» слизнул с тыльной стороны ладони разноцветный порошок и блаженно закатил глаза. Всё вокруг тут же стало ярким и перестало бесить. Диего, Маркос, Суруи тем временем укладывали товар в сумки для передачи наркодилерам, а гигант Элио – его правая рука следил чтобы тупицы ничего не напутали. Скоро-скоро забористая дурь поступит на улицы и будет обменена на великолепные розовые бумажки бразов.

Погрузившись в фантазии о том, что он приобретёт себе с выручки, Бено с удивлением увидел вошедшего в зал чужака с серебристым кейсом и в дорогом сером костюме. От изумления главарь чуть со стула, на котором качался, не свалился.

Члены банды тут же бросили все свои дела и схватились за пистолеты-пулемёты и дробовики.

- ТЫ КТО ТАКОЙ?! И КАК СЮДА ПОПАЛ?! ВНИЗУ ЖЕ ОХРАНА… – вскочив на ноги заорал Бено выхватывая сорокадвухзарядный «Амиго» из кобуры на бедре.

В ответ на это снежок - русые волосы, светлые глаза, оглядел угрожавших ему оружием людей так словно это были не члены опасной, держащей в страхе пару крупных улиц банды, а мартышки с бананами (это Бено взбесило ещё больше) и спокойно произнёс:

- Господа, я бы хотел попросить вас покинуть помещение на пару часов.

- ЧЕГО?

- Я готов заплатить. Вам надо уйти всего на пару часов.

На стол тут же легла толстенная пачка розовых купюр в которой было никак не менее ста тысяч бразов. Огромная сумма как ни крути.

- ЗАПЛАТИТЬ? – снова заорал Бено. - ДА МЫ И ТАК У ТЕБЯ ВСЁ ЗАБЕРЁМ!

* * *

Выброшенная вперёд рука главаря сжимавшая оружие стала сигналом сделавшего шаг в сторону Воропаева к атаке. «Клёст» будто сам лёг в ладонь, а указательный палец надавил на спусковой крючок выпустив длинную очередь в двухметрового громилу с дробовиком и бьющегося в истерике, плюющегося слюной, главаря. Специальные пули буквально разорвали на части голову первого и превратили в кашу грудь второго. Всё произошло очень быстро и трое оставшихся отморозков хоть и открыли огонь по доктору не попали. Прикрывшись кейсом тот сначала сделал выстрел в голову стрелку слева, затем повторил тоже самое со стрелком справа. Пару пуль лязгнуло по металлической поверхности импровизированного щита, но Воропаев уже сократил расстояние до стрелявшего и нанёс ему удар кейсом снизу-вверх в челюсть. Раздался противный хруст, потом пронзительный крик стрелка, бросившего оружие и схватившегося за окровавленное лицо. Короткое касание к спусковому крючку наполнило зал тишиной.

Перезарядив магазин, Воропаев добил выпучившего глаза, захлёбывающегося кровью главаря, и переступив через распростёршиеся на полу тела положил тяжёлый кейс на стол посередине помещения. Проверив его целостность, доктор сдвинул стол в сторону из-за чего стало видно небольшое отверстие аккуратно выпиленное в пенобетоне. Из отверстия торчали две почти незаметные на фоне пола, прозрачные трубки.

Раскрыв кейс, внутри разделённый на две части, Воропаев надел на лицо полумаску с встроенным визором и противогазом, а также резиновые перчатки до локтя. Включив устройство, он нажал на клавишу в левой части кейса, и когда прикрывавшая его заслонка отползла в сторону, вытащил наружу существо похожее на увеличенный в размере человеческий мозг с короткими лапками и двумя глазами-блюдцами. Склизкое тело издавало даже ощущаемый через фильтры неприятный запах. Поднеся уродца к отверстию в полу доктор дождался когда тот задрожит (существа эти отличались поразительным обонянием), присосётся к трубкам по которым вперёд и вниз хлынет мутная жидкость кишащая едва различимыми, бесцветными мелкими гусеницами, тело которых было покрыто круглыми наростами похожими на малюсенькие зрачки.

Грён был одолжен имперским службам расой насекомидов. Так как сам он плохо передвигался (не удивительно с таким-то весом) то кормёжкой его занимались как раз эти гусеницы. Он же как пчелиная королева за ними наблюдал и контролировал их.

Примерно за пятнадцать-двадцать минут юркие червячки должны доползти по проложенным под землёй трубкам до здания напротив. Именно там состоится интересующая Воропаева встреча. По стенам, потолку комнаты избранной местом переговоров распрыскана жидкость привлекавшая оголодавшего грёна. Гусеницы будут есть, во все глаза (да-да тельце их было покрыто глазами) наблюдая за всем творящимся в помещении. И не только наблюдать, но и слушать.

Тонкий штырь на проводке вонзился в заднюю более плотную часть грёна от чего тот издал что-то вроде недовольного, обиженного урчания. Ведущий от штыря проводок Воропаев присоединил к полумаске. Звук был отличный. Встреча ещё не началась, но охрана сенатора проверявшая помещение на прослушку уже отчиталась о проделанной работе.

Среди заговорщиков был человек Знаменской работавший не за страх, а за совесть. Его сестра умирала от редкого заболевания лечившегося только имперскими докторами. И всё-таки Мария Николаевна не слишком осведомителю доверяла. Так и сказала: «Доверяй, но проверяй…»

* * *

Встреча с Ричардсоном произошла спустя четыре с половиной часа. В номере его гостиницы, в центре города. Воропаев опередил осведомителя на десять минут, проник в люкс, уселся спиной к окну не включая свет.

Тот дрожа всем телом и стараясь не смотреть на доктора обстоятельно отвечал на его вопросы. Отвечал правильно, верно, до определённого момента. «Надо же, Знаменская всё-таки была права», - подумал камер-майор делая лёгкое движение кистью.

Ствол пистолета с глушителем направленный на Ричардсона сверкнул огоньком, и обыкновенная пуля пронзила ему правую руку не задев кость.

- Ещё раз соврёте мне и следующий выстрел будет в голову, - сообщил осведомителю Воропаев. - Сенатор спорил с генералом Синдиката и они выбрали другой число. Ведь верно?

- В-верно, - зазаикался Ричардсон разглядывая кровоточащую рану в плече. - В-вы с-слышали наш разговор?

- И даже видел его.

- Но как?

- Это не ваше дело Ричардсон. Вы только что подписали смертный приговор своей сестре.

На осведомителя было жалко смотреть. В несколько мгновений он превратился из пышущего здоровьем мужчину в самом расцвете сил древнего, сгорбившегося старика. Крупные слёзы заливали его побледневшее лицо. Такое не сыграешь.

Немного подумав Воропаев решил сменить гнев на милость. Сегодня и так погибло слишком много людей. Вот что стоило Гуаре и его людям не трогать автомобиль камер-майора?

- Вы пообещаете мне больше никогда не врать, - обратился он к Ричардсону печатая каждое слово. - А я не скажу об этой лжи Рассказчице. Все ваши последующие доклады должны быть исчерпывающе точны.

- Да! Да! – не веря себе от радости завопил осведомитель тут же зажав рот ладонью. - Простите меня! Простите! Я идиот!

Встав с кресла Воропаев приблизился к мужчине и быстро осмотрел полученное пулевое ранение. Чистая работа. Только мясо. Свет включать не пришлось полумаска всё ещё была на докторе.

- Зажмите рану вот так. Кость не задета. Ерунда. Вызовите администратора и скажете, что вас ранил грабитель снаружи. Тут это случается на каждом углу. Никто не удивится.

- Хорошо, - замотал головой Ричардсон. - А вы что доктор?

- Доктор-доктор.

- Хороший?

- Говорят хороший.

- Тогда мне повезло. А вы будете лечить мою сестру?

- Нет, - помотал головой бывший Корсар направляясь к выходу. - Я другой доктор.

Глава 85: Киргиз

Оглянувшись вокруг и убедившись, что ночная перестрелка осталась незамеченной для посторонних, Киргиз перезарядил магазин автоматического крупнокалиберного пистолета «Легионер» и скрутив глушитель спрятал его в бардачок своего двухместного «Каминари».

Столкнув в овраг безголовое, окровавленное тело открывшего по нему огонь офицера связи, не понятно какого лешего оказавшегося в автомобиле Даичи Оба, Киргиз склонился над самим дзюнъи (прапорщиком). После недолгих поисков во внутреннем кармане его армейского комбеза он нащупал нужную ключ-карту. Затрещавший в руке сканер отсканировал отпечатки пальцев и сетчатку глаз мертвеца. Отлично! Теперь «Крот», хоть и ненадолго, но сможет обмануть охрану военной базы.

* * *

Избавившись от тел и своего автомобиля (всё-таки машину в последний момент Киргиз решил сменить, чтобы не вызывать даже малейших подозрений у охраны военной базы), переодевшись в военную форма дзюнъи Оба, на новеньком «Гатё» он нёсся над ночным Саппоро-4 в сторону военной базы располагавшейся на побережье. На личном коммуникаторе разведчика безжалостные цифры вели отсчёт от установленных им пятнадцать минут назад двенадцати часов. Ровно столько сколько понадобится спецслужбам Синдиката, чтобы выйти на его след. Форма Оба получила небольшое повреждение. Чёртов тайи (капитан) открывший по нему огонь угодил в багажник, но дырку от пули удалось спрятать под шевроном на липучке с девизом правления нового императора. «Тайсё» - гласил иероглиф переводившийся как «великая справедливость». Девиз из прошлого.

Киргиз считал, что ему должно хватить времени, чтобы слетать на орбиту на «Объект 11» и вернуться обратно. Надо во чтобы то не стало узнать, что это за огромная и важная штука такая зависла над планетой. Такая важная, что её сопровождает X флот во главе с тайсё (генералом) Кацу. Этот гад никогда ерундой не занимается.

Крутанув руль автомобиля Киргиз начал снижаться для посадки на стоянку для транспорта персонала военной базы.

«Киргиз» и правда был киргизом. Мама говорила ему, что это такой небольшой тюркский народ, когда-то проживавший на матушке Земле. «Что с того? – думал он. Теперь они все имперцы, русские. Они думали и говорили на русском, значит русские. Теперь это был их родной язык».

Офицер внешней разведки имел весьма подходящую внешность для работы на территории «Азиатского анклава» возглавляемого Синдикатом. Небольшая пластическая операция и от японца его было теперь не отличить. Он работал на территории Синдиката уже почти пять лет, скучал по близким, считал денёчки до его отзыва. И вот когда до долгожданной даты оставалась неделя, от одного из агентов пришло тревожное сообщение о том, что на провинциальном Сакаи-6 возвели орбитальный лифт.

Это было очень странно. Да, военная база на планете была, но база «третьего эшелона» и служили там старики перед пенсией, офицеры с дисциплинарными взысканиями и всякий сброд. Киргиз не сразу поверил агенту, но прибыв на планету, осмотревшись, понял, что тут замышляется что-то грандиозное. И опасное для Империи. Усиленный дивизион в дополнении к тем беднягам это вам не хухры-мухры. А командует всем каратель тайсё Кацу. Тот самый урод, что придумал грабить Периферию при помощи якобы наёмников, а на самом деле бойцов Синдиката ушедших в длительный отпуск. Раз есть лифт, значит, что-то есть и на орбите. Правильно?

Разглядывая орбитальный лифт, уходивший цепочкой огней в пасмурное небо Киргиз поднял воротник жёлтого мундира, спрятал руки в карманы брюк и покинув стоянку прогулочным, ленивым шагом отправился к воротам базы. «Ну давай «Крот», не подведи».

* * *

«Крот» не подвёл. И вообще с базы удалось уйти без тревоги. И всё-таки сердце Киргиза билось быстро, беспокойно несмотря на то что он был опытным агентом и удивить чем-то, сбить с толку его было чрезвычайно сложно. А всё потому что увиденное им на орбите это бомба… Эта штука – «Объект 11» чудовищна. Он всё видел собственными глазами, записал видео на скрытую камеру, сделал серию голоснимков, но самое главное это то, кого он встретил там наверху вместе с тайсё Кацу. Эти записи должны немедленно попасть к в Комитет к Елагину. НЕМЕДЛЕННО!

По задним стёклам автомобиля ударила короткая очередь и стёкла с негромким хлопком брызнули в разные стороны, разлетевшись по салону. Нет Киргиза не хотели убивать, его пытались посадить. Очень нежно и осторожно. Но от этого было ещё хуже. Он так и знал, что из-за убитого им офицера - любовника Оба, будут проблемы. Но других вариантов попасть на орбиту просто не было он и так поднял все связи, задействовал все контакты, использовал шантаж, подкуп - весь арсенал нелегального агента. «Его как-то смогли отследить, впрочем, это уже не важно».

Протянув руку Киргиз открыл бардачок напротив пассажирского сидения и вытащил оттуда массивный «Легионер» и запасной магазин к нему на шестнадцать патронов.

На ходу он перебрасывал файлы из портативной камеры к себе на личный коммуникатор. Там они автоматически шифровались, архивировались и подготавливались к последующей передаче. Когда синий огонёк сообщил о том, что передача завершена Киргиз выбросил миниатюрную камеру в окно. Уже кувыркаясь в воздухе она вспыхнула и сгорела без остатка за пару-тройку секунд.

Уже на подлёте к промышленному кварталу (там реально можно было затеряться среди фабрик и заводов, да и сканеры службы безопасности там работали значительно хуже, даже со сбоями, «Гатё» вздрогнул, задымился и камнем полетел вниз.

Приземление было так себе, но сознание офицер внешней разведки не потерял. Помотав головой, Киргиз выбрался из окна автомобиля рухнувшего на залитый железобетоном задний двор небольшой фармацевтической фабрики. Разложив приклад «Легионера», он прицелился и открыл огонь сначала по преследующему его чёрному фургону, а затем по патрульной машине с местной СБ (службой безопасности).

Тяжёлые пули продырявили электромагнитный двигатель фургона и машина, помигивая маленькими синими молниями, вильнув в воздухе, рухнула за забор из ячеистой металлической сетки. «Если там внутри штурмовики из группы захвата ничего им в броне не будет», - подумал Киргиз всё же надеясь выиграть немножко времени. Патрульная от точного попадания вспыхнула и врезалась в здание из красного искусственного гранита.

Офицеру внешней разведки уже всё было ясно. От погони не уйти, где-то слева в ночном небе загорелась сразу несколько пар прожекторов, а это значит, что сюда с космопорта специально для его поисков подтянули истребители. Наземные поисковые группы тоже не замедлят явиться. Но сейчас всё это было не важно.

Обернувшись, Киргиз бросился к двери в стене. Точный выстрел в электронный замок, и она раскрылась, второй выстрел и робот охранник, вооружённый тазером рухнул на пороге с прострелянной головой.

Уже почти нырнув внутрь здания он услышал позади негромкое жужжание сервоприводов установленных на тяжёлых защитных костюмах и тут же его левую руку в районе плеча обожгло. Развернувшись на пятках и присев на месте Киргиз выдал остатки магазина в бойца «арумадзиро» в чёрном доспехе. Спецназ местной контрразведки здесь и дело не только в убитом офицере, значит добытые им данные и правда ценные.

Выкинув наружу робота, он запрыгнул в коридор и закрыл дверь на засов изнутри.

Приживая рукой кровоточащую рану Киргиз набрал на личном коммуникаторе одиннадцатизначный код плюс три буквы. Контрразведка синдиката уже подавила все средства связи в этом районе об этом свидетельствовало всего одно деление на экране, но коммуникатор офицера внешней разведки был не простой, а золотой.

- ПРАЗДНИКА НЕ БУДЕТ! – чётко произнёс Киргиз, когда трубку сняли.

- СПАСИБО ЗА СЛУЖБУ, - ответил голос не автоответчика, не робота, а живого человека на том конце.

Эта фраза активировала секретный протокол отправляющий вне очереди всю информацию без остатка с коммуникатора на специальный сервер Комитета тут, а затем сразу по эстафете в центр Империи на Витте.

Дверь вздрогнула, и рука тяжёлого штурмовика проникшая в щель начала отгибать створку. Затем в щели показалась и голова в чёрном шлеме. Всё ещё следя за передачей данных Киргиз бросился вперёд. Тяжёлая пуля из «Легионера» пущенная под подбородок смогла пробить шлем штурмовика потолок над ними окрасился кровью и сгустками мозгов.

Личный коммуникатор пискнул, демонстрируя долгожданный синий огонёк, и погас навсегда. Удушливый запах палённой пластмассы заполнил коридор.

«Вот и всё, - подумал офицер внешней разведки под позывным Киргиз. При нём нет ничего, чтобы указывало на его принадлежность к спецслужбам Империи. Ни татуировок, ни шрамов, ни других особых примет. Те что были уничтожены ещё при начале его карьеры». Лёгкая грусть, вот что ощущал сейчас штабс-капитан Вячеслав Карашев. Страха не было.

Устало опустив плечи, он уселся прямо в центре коридора не спуская глаз с двери.

- СДАВАЙСЯ! – последняя преграда рухнула внутрь и держа Киргиза под прицелом штурмовых винтовок в коридор ворвались «арумадзиро». Один, два, три, четыре, пять, шесть и старший офицер.

Увидев, что лазутчик приставил к своей голове пистолет тот жестом остановил своих людей.

Угадать о чём он сейчас думал, было не сложно. Наверняка отданный ему приказ был предельно чёткий «брать только живым», а там уже специалисты из контрразведки выяснят на кого Киргиз работает. Если надо шкуру с него живьём снимут. А то и похуже, что сделают…

На мгновение Киргиз закрыл глаза и перед его мысленным взором одна за другой пронеслись яркие картинки: сухие, но заботливые губы матери на щеке, горячие детские ручки, обнявшие ногу, голова супруги, покоящаяся на его плече, когда они вечером вместе смотрели любимый фильм.

Щёлкнувший курок пистолета заставил старшего офицера «Арумадзиро» вздрогнуть. Выкинув вперёд руку, он не нашёл ничего лучше как снова прокричать:

- СДАВАЙСЯ!

Киргиз же, распахнув глаза и напоследок успев подумать, что «русские не сдаются», улыбнулся и нажал на спусковой крючок пистолета.

Этим же вечером старший офицер «Арумадзиро» Кохэку Горо получив выволочку от начальства и вспоминая застрелившегося лазутчика напьётся до свинского состояния в баре. Мысли о произошедшем не давали покоя, волосы на затылке то и дело вставали дыбом, мурашки противно пробегали по спине. Тот лазутчик совсем не боялся их. Даже наоборот. Об этом свидетельствовал обжигающий огонь, вспыхнувший напоследок в его карих глазах, и тонкая улыбка на губах.

Глава 86: Вышибалы

Словно заправский физрук в какой-нибудь школе я судил товарищеский матч по футболу между третьим отделением взвода «Старичков» (так у нас в Беннигсене назывался ветеранов вместо заслуженной пенсии пришедших в ЧВК) и местными старшеклассниками.

Сунув в рот свисток висевший на груди я пронзительно, во всю мощь лёгких дунул обращая на себя внимание:

- Кирилл Людвигович! И всё-таки руками мяч хватать нельзя!

Мой закадычный друг, пятидесятисемилетний здоровяк с которым мы прошли огонь и воду виновато развёл в стороны руками (одна из конечностей у него была классным климовским протезом красного цвета) под дружный смех товарищей и школьников:

- Простите Олег Августович, на автомате вышло.

- Я тебе сейчас не Олег Августович, а господин судья. Кирюша футбол это тебе не баскетбол.

- Да понял, понял, - широко улыбнулся Калинин театрально сложив ладони на груди, что вызвало новый взрыв смеха и какой-то карапуз лет пяти воспользовавшись этим стащил со спортивной площадки мяч.

«ПРАПОРЩИК ТАШКОВ! СРОЧНО К КОМАНДИРУ! ПРАПОРЩИК ТАШКОВ! СРОЧНО К КОМАНДИРУ! ГОСПОДИН ПОДПОЛКОВНИК ЖДЁТ ВАС В СВОЁМ КАБИНЕТЕ!» – на всю округу вещал один из «Пакманов» выполняющих роль курьеров. Эти вездесущие АСБ могли разыскать тебя где угодно. Бывало просыпаешься утром с какой-нибудь знойной красоткой, а этот металлический арбуз парящий в воздухе уже на тебя уставился. А потом как гаркнет…

- Бегу-бегу! – снял с шеи свисток я. – Игру судит секунд-поручик Амангельде. Правила мне тут не нарушаем как в прошлый раз! А то вернусь задам вам!

* * *

Перепрыгивая через ступеньки, дыхалка у меня была что надо (шестьдесят стукнет только через полгода, молодой ешо) я поднялся на этаж где располагался кабинет Бестужева и остановился около двери из настоящего дерева. Кажется, это был дуб. Ладонь моя погладила гладкую, как будто даже тёплую поверхность. Я конечно больше любил сосну, но… В этот момент дверь немного приоткрылась, и я понял, что кто-то опустил ручку собираясь выйти.

- Господин подполковник, я ничего ни о каких стихотворениях не знаю. Ни о штучках, ни о тучках, - услышал я голос майора Серебрякова.

- Я майор, сто раз уже говорил. «Тучкины штучки»! – вторил ему голос хозяина кабинета. – Это стихотворение такое старое, Маяковского. Моя покойная супруга лично подобрал его чтобы… чтобы бороться с «синдромом Пономарева». Это был наш секрет! Откуда ИИ «Неясыти» его знает.

- Я понятия не имею. Может быть вы читали его в кабине машины, и он запомнил.

- Нет, - чуть громче чем нужно возразил Бестужев. - Это исключено.

Некоторое время внутри молчали, а затем подполковник, видимо ожидая ответа от майора, но так и не дождавшись, с раздражением добавил: - Свободен.

Когда невысокого роста, сероглазый, краснощёкий, улыбчивый блондин с рваным шрамом на подбородке в сером комбезе без нашивок покинул кабинет (проходя мимо он даже не поздоровался со мной, впрочем, я не обиделся тот всегда был молчалив и будто на своей волне), я постучал в дверь:

- Господин подполковник! Разрешите?!

- Я майо… а это ты Ташков, - смягчившись Бестужев указал мне на кресло возле его стола. – Света, завари Олегу Августовичу кофе.

- Уже, - чашка ароматного напитка на блюдечке с голубой каёмочкой будто по волшебству оказалась в моих руках. Светочка и вправду заваривала прелестный кофе. И с сахаром. Знала, что я ни чай, ни кофе без сахара не пью. Беее! Я вообще с этой девчонкой сильно подружился после «Иммануила Канта». Отожгла она там, так отожгла.

«Девчонкой», - почему споткнулся о собственные мысли я разглядывая высокую, гибкую фигуру поручика. Офицером которая вела бой в подбитом противником БМД, обгорела сама, оказалась изуродована, но с позиции не отступила. Не пала духом, выдержала пару-тройку мерзких пластических операций. Умница. Не думайте ничего плохого, я просто уважал её.

Алексей Александрович же, немного бледнее чем обычно, с тенями под глазами замер у окна по своей старой привычке спрятав руки в карманы комбеза.

- Прапорщик, надо слетать на Сэлинджер-3. На этой планете чвкашный хаб и там у нас возникли логистические проблемы.

Хлебнув из чашки горячий кофе, я подумал, что вряд ли только логистические, и оказался прав. Подполковник не оборачиваясь продолжил:

- Местные шахтёры… хотя какие они нафиг шахтёры если шахта закрылась ещё пять лет назад, а «Гарфильд-систем» проводившая добычу синего угля и платившая им зарплаты сбежала с Периферии. В общем они создали что-то вроде ОПГ – организованной преступной группы и препятствуют поставке наших грузов. Из-за этого боеприпасы, обмундирование и техника не поступает к беннигсенцам. Местные ребята сами справиться не могут - там всего восемь человек. Хаб же полностью автоматический поэтому много людей для охраны территории и не надо было.

- Опытные бойцы? – спросил я зажмурившись от удовольствия когда от выпитого кофе в груди стало тепло.

- Нет, - помотал головой Бестужев. - Двое взрослых мужиков из местных и шестеро молодых возрастом от двадцати до двадцати пяти, из последней партии добровольцев. Но нашу подготовку они разумеется прошли.

- Ясно.

- Ясно это хорошо. Бери ветеранов и разберись, по-быстрому. Только ничего там пожалуйста не порушьте. Нам сейчас остановки поставок не нужны.

Огромная карта Периферии на стене, за спиной Алексея Александровича, была заполнена красными флажками. А ведь когда-то флажков (каждый из которых обозначал территорию контролируемую ЧВК) было не больше десятка. А что это значит? Только то, что там больше не высаживается на ржавых корытах всякий сброд чтобы грабить, убивать и насиловать местных. Люди спят спокойно. Люди уверены, что скоро придёт Империя. А значит порядок и безопасность. Какое дело делаем.

Опрокинув остатки кофе в рот, я благодарно кивнул Светлане и вытянулся по стойке смирно. Бестужев обернувшийся на щелчок об пол моих каблуков расплылся в улыбке.

- Олег Августович, мы не в армии и вам передо мной тянуться не надо. У вас собственных заслуг за спиной море. Подождите минутку.

Сделав обратно шаг к окну, подполковник рявкнул в наружу:

- ЛЯМКИНА СЮДА! БЫСТРО!

- Господин подполковник, а его здесь нет! – раздалось снизу кажется это был старшина Слава Мохов – салага, прилетевший к нам из внутренних миров (трижды проходил отбор и трижды его проваливал, только на четвёртый раз парнишка сумел набрать низший балл). И ведь сейчас образцовый беннигсенец. Любо дорого смотреть.

- Я же только, что видел как он по двору слонялся!

- А сейчас его нет.

- Ладно, я сам позвоню.

Вернувшись к столу Бестужев набрал несколько цифр на стационарном коммуникаторе и врубил громкую связь.

- Сотряс ты где?

- Я тут, - раздалось в ответ. - Недалеко.

Надо сказать, что позывным экстравагантного пилота шагахода называл только Бестужев.

- Поконкретнее.

- Ну… я в «Че Геваре».

- Я же запретил тебе туда ходить, - подполковник будто и не удивился. - Мэр города уже трижды мне жаловался на то, что ты местных мужиков обижаешь.

- Так пусть не обижаются.

- Я сейчас серьёзно, штабс-капитан. Сломанные рёбра, пальцы, выбитые зубы — это шутки для тебя?

- Я просто люблю их родину любить, - ни капли не смутившись ответил Лямкин.

- Это Печорин. Тут наши соотечественники. Тут все любят Империю.

- Некоторые любят неправильно, - парировал пилот шагохода.

- Разговор закончен. Собирайся, ты летишь на Сэлинджер-3 с Ташковым и его ребятами.

- Со «Старичами»?

- Да.

- Постреляем?

- Только припугнём. Поставь стакан на стойку и бегом в подземный гараж. Шагоход твой уже к полёту готов и погружен в десантный корабль.

- А я кофе пью, не мало не смутился Лямкин. - Как вы.

Все находящиеся в кабинете переглянулись. Мы со Светланой с улыбкой, Бестужев нахмурившись, но в конце концов сдержаться тоже не смог и тени под глазами будто исчезли.

- Значит допивай и бегом.

- Есть, господин подполковник.

После смерти Сатурна все рейды проходили обязательно в сопровождении шагоходов.

* * *

Всё оказалось не так радужно как мы думали. Не то чтобы я удивился, но настроение окончательно испортилось. Уже при подлёте к Сэлинджеру-3 я связался с мэром городка рядом с нашим хабом, который и заключил контракт с ЧВК. Оказалось, что шахтёры пару дней назад набрались смелости и атаковали наших ребят на планете, перебили их и захватили территорию автоматического хаба. Что это означало для нас? Внушением не отделаются.

Приземлились мы на всякий пожарный в двенадцати километрах от нужной нам точки и сержант Шеломенцев – ветеран с острой седой бородкой, двумя годами младше меня, и с татуировкой пса потрошащего конфедератского тяжёлого штурмовика на левом плече, управляя тройкой «Стрижей» пометил нам цели.

* * *

Забросив ноги на стоявший напротив стул выволоченный из офиса (его уже можно было не жалеть сидение изгваздали кровью) Даг Бутис с наслаждением втянул сигаретный дым. И чего только эти беннигсенцы друг другу не посылают. Даже дорогущие сигареты. Да он их никогда даже в глаза не видел. Да и никто из ребят не видел. А тут целый ящик. Смоли не хочу. Кучеряво живут.

Разломав несколько контейнеров шахтёры нашли много чего полезного. Лучшая еда, чистая вода, снаряга зачётная, боеприпасы, оружие и даже запчасти от чего-то громоздкого и наверняка дорогого. Филипп уже ищет покупателей на всё это добро. Ничего. Скоро денежки польются рекой. Скоро заживём.

Даг и его товарищи не боялись, что чвкашники прилетят забрать своё. Во-первых, их пятьдесят человек, во-вторых, все они вооружены теперь лучшим оружием. Жаль только защитные костюмы активировать так и не удалось. Там какие-то пароли, а Джерими, когда он попытался хакнуть ИИ брони, так долбануло током, что он отлёживался целые сутки. Да и хрен с ними, всё равно броня стоит денег. Знающие люди разберутся.

От вторжение беннигсенцев шахтёров защищал старенький, но рабочий «Арбалет» - машина созданная для сбивания воздушных целей и БМД с настоящей пушкой и парой пулемётов перегораживавшее ворота.

Новая порция дыма застряла в горле Дага вызвав кашель. А всё из-за пролетевшая над головой воздушного судна. Судна выбросившего что-то прямо на территорию хаба.

Сигнал тревоги сработал с опозданием, подвижная башня «Арбалета» под управлением братьев Коинов завращалось вокруг собственной оси когда сама установка ПВО вдруг взорвалась превратившись в столб пламени до неба, впрочем, так же как и перегораживающий ворота старенькая БМД.

Причина трагедии стала понятна когда на площадь под взглядами примчавшихся шахтёров вышел настоящий шагоход. С плеча робота сорвалась ракета, которая оставляя дымный след пробила во внешней стене хаба огромную дыру.

Именно через неё внутрь ворвалось два десятка противников в защитных костюмах. Они методично и в то же время хладнокровно двигались вперёд напрочь, игнорируя попытки товарищей Дага оказать сопротивление. Нет, шахтёры палили из всех стволов, много, вот только всё без толку. Словно в тире незнакомцы расстреливали всех оказывающих сопротивление.

Прямо на глазах Дага заброшенная в помещение корпуса граната уничтожила засевших там шахтёров. Мгновение и нырнувшая следом парочка противников наплевав на клубы дыма выволокла наружу выживших, но не затем, чтобы оказать им помощь, а, чтобы добить выстрелом в голову.

После этого Даг Бутис по спине которого поползли мурашки, отбросил в сторону недокуренную сигарету и встал на колени.

Один из противников остановился напротив него. Из-под распахнутого забрала шлема блеснули ярко-голубые глаза обрамлённые морщинками.

* * *

- Чисто! – сообщил Шеломенцев считав информацию с находящихся в воздухе «Стрижей» и свернув командирский планшет на запястье.

Наставив ствол «Ливня» на единственного выжившего преступника, я вперил в него взгляд.

Коренастый, скуластый, карие глаза, одет в армейский комбез с чужого плеча. Вон на боку кажется пятно крови.

- Да всё-всё, сдаюсь! – штурмовая винтовка бывшего шахтёра упала на землю, а сам он медленно опустился на колени. – Мы просто деньжат хотели подзаработать и всё! Чего ваши упёрлись не знаю! Мы бы их в долю взяли.

Двое моих ветеранов потушили начавшийся пожар в помещении куда здоровяк Климов забросил гранату. Хаб выглядел неплохо. Автоматические погрузчики и роботы-сортировщики просто были отключены и замерли в нелепых позах внутри территории хаба.

- Теперь суд будет, возможно присяжные, приговор, смертельной казни у них тут нет… - как бы мимоходом бросил позади Лямкин ловко выпрыгивая из кабины шагохода на манипулятор машины оканчивающийся массивной скорострельной мелкокалиберной пушкой.

Услышавший это шахтёр изобразил, что-то вроде кислой ухмылки.

- А наши тоже пощады просили? – спросил я преступника кажется уверенного в том, что для него всё уже закончилось.

- Нет, - помотал головой тот. - Они забаррикадировались внутри офиса и нам их выкуривать пришлось. Отстреливались до последнего патрона. Странные…

Договорить преступнику я не дал, пуля из моей штурмовой винтовки снесла ему половину головы. Я не чувствовал чувства вины. Это возмездие за погибших, но не сдавшихся ребят.

Глава 87: Горизонт чист

Я проснулся мгновенно. Просто взял и открыл глаза понимая, что от сонливости не осталось и малейшего следа. Обычно чтобы прийти в себя после долгого восьмичасового сна мне нужен был душ, чашечка кофе, а тут надо же раз, и словно по щелчку пальцев в норме. Как огурчик.

Что же меня разбудило? Взглянув на экранчик личного коммуникатора лежащего на тумбочке у кровати я убедился, что уведомлений о пропущенных сообщениях нет, на мгновение прикрыл веки и прислушался к своей интуиции, но и она молчала. «Горизонт чист!» – как говорят пилоты. Наверное, просто выспался.

Или нет? Повернувшись на бок и положив по детской привычке ладошки под щёку я с улыбкой взглянул на спящую рядом Светлану.

Как хотите, а я искренне убеждён, что нет ничего красивее и прекраснее спящей рядом с тобой любимой женщины. Бородина лежала на спине согнув правую ногу в колене. Бледная, гладкая кожа (будучи чуть смуглее на полтона на левом предплечье, плече, на шее и щеке слева – следы пластической операции и операции по пересадке кожи), манила к себе. Дыхание спящей было ровное, спокойное. Пирамидки небольших, но упругих грудей со светлыми ареолами сосков уставились вверх. Рельефный животик с мышцами, не портил её, даже наоборот. Также как крепкие, упругие ягодицы и ноги, привыкшие к нагрузкам.

Прямо над впадиной пупка Светы замерла бисеринка пота, которую я осторожно подцепил кончиком указательного пальца и следуя наитию слизал языком, а затем продолжил движение пальцем вниз еле-еле коснувшись только-только отросших светлых волосиков на лобке.

Разбудить любимую не хотелось, и я снова спрятал руку под щёку продолжая наблюдать за ней и уже только из-за этого одного чувствовать себя по-настоящему счастливым.

Моргнув, я вдруг увидел на кровати перед собой свою покойную супругу Людмилу. Сердце понеслось вскачь как сумасшедшее. Женщины совсем были не похожи. Люда… она не было такой поджарой и спортивной как Бородина, широкие бёдра, тяжёлая грудь с тёмными ареолами. Нет лишнего веса у неё не было, она просто была другой. Не менее желанной. Просто другой. «Люда, ты опять? Ну что ещё тебе надо!» - чуть не забывшись был готов произнести ваш покорный слуга вслух. Что ты хочешь? Ты так давно не беспокоила меня и вот снова». И глаза, которые совершенно справедливо называют зеркалом души не каре-зелёные с золотистыми крапинками на зрачках, а… на мгновение я вдруг забыл какого цвета были Людины глаза. Абсурд. Глупость. Зелёные! Точно! Зелёные!

«Чёртов «синдром Пономарева», - подумал я не до конца уверенный в собственном утверждении и с силой смежил веки досчитав до пяти. Когда я открыл их передо мной на белых простынях снова лежала Светлана.

Охватившее меня беспокойство ушло так же быстро как явилось. Некоторое время я просто лежал без движения погрузившись в блаженное состояние лени. Скоро, совсем скоро я был уверен мне позвонит Горелов чтобы подписать новый контракт с очередной колонией, выйдет на связь Салтыков, сообщив, что посылка с шагоходами ожидаемая нами на месте, потом что-нибудь опять попросит достать Копалыч, Калашникова уточнит меню на вечер… но всё это будет потом. Не сейчас.

Солнце давно взошло нагревая воздух снаружи и превращая ещё один летний день в душный, нескончаемый марафон. В окно сквозь щель в шторках в комнату проник лучик-озорник. Мой конкурент. Нагло, не спросив разрешения, он начал путешествовать по обнажённому телу моей любимой абсолютно не стесняясь даже самых интимных мест. Вот же бесстыдник!

Не сдержавшись, я накрыл нахала рукой как раз в тот момент когда он начал исследовать грудь Светы и легонько сжал её почувствовав как сосок напрягся защекотав мне ладонь.

- Ну что ты делаешь? – вдруг произнесла она с широко раскрытыми глазами в которых тоже не было и следа сна.

- Пока ничего, - улыбнулся я, прижимая к себе горячее обнажённое тело любимой и впиваясь губами в её мягкие сладкие губы. – Но намерен сделать немало…

- А как же ответить? – подбородок Светланы указал на вибрирующий, подпрыгивающий на тумбочке личный коммуникатор.

- Ничего, подождут.

* * *

Ну наконец-то. Шагоходы стояли в подземном ангаре в два ряда. Красавцы. И не скажешь сразу даже, что списаны из армии как хлам и собраны из деталей. Впрочем, это хуже их почти не делает. Взаимозаменяемость частей, свойство деталей, узлов механизмов давно уже стало для нашей армии обыденностью. Именно благодаря этому мы чиним свои машины на поле боя, а наши противники получив повреждения вынуждены эвакуировать их для ремонта в глубокий тыл. Это если мы им ещё позволим их эвакуировать.

- Всего двадцать четыре, господин подполковник. Десять лёгких, четырнадцать средних, - сообщил мне Салтыков сияя как медный грош. Теперь у нас два полноценных батальона шагаходов.

- Сможем отправить пару машин на Бурду-2 и Сэлинджер-3, - вкрадчиво подсказал стоящий позади майора Лямкин.

- А ещё надо хотя бы два шагохода на Аляску-9 послать, - вставила свои пять копеек Яна Фомина уже по-хозяйски откинувшая защитный купол «Кота» и заглядывающая внутрь кабины. – Господин подполковник, там такая холодина ребятам патрулировать легче будет.

- Ну началось! Машины у нас есть, - кивнул я, окидывая взглядом корпуса многотонных механизированных монстров без следа какой-либо покраски и опознавательных знаков (на шагоходах даже традиционного «императорского оттиска» на броне слева не было). – А опытных пилотов чтобы управлять ими у нас достаточно?

Вопрос мой повис в воздухе. Ибо ответ на него я знал заранее.

- Пилотов достаточно, - наконец ответил Салтыков нахмурившись (и в этом он был прав). – Опытных нет (в этом тоже).

- Значит пока опытные не появятся часть машин останется здесь, - был неумолим я. - Потому как больше к нам никто такую щедрость не проявит и новую посылку не пришлёт.

Не то чтобы мои пилоты удивились сказанному. Нет, они были вояками опытными, даже Фомина, и понимали, что я прав. Шагаход, не игрушка, а жутко дорой инструмент управлять которым может далеко не всякий. Всякий пилот ЧВК «Беннигсен» должен быть настоящим асом. Тут и спорить не о чём. Иначе нас сомнут. О том, что впереди предстояло сражение никто не сомневался.

- ВОПРОСЫ, ГОСПОДА ОФИЦЕРЫ?! – гаркнул я так, что эхо заметалось по подземному ангару не находя себе выхода.

Но вопросов не было.

Зато как всегда возникший неожиданно Горелов прошептал мне на ухо:

- Кукушка на связи! Срочно!

Будто когда-то бывало иначе.

* * *

Уже в моём кабинете после проверки помещения на прослушку и активации устройств активно этому мешающих произошёл обычный обмен дежурными фразами после чего Кукушка быстро соединил нас со Знаменской.

«Ждите!» - коротко заявила полковник и мы добрых пять минут сидели в ожидании. По тону Рассказчицы было ясно, что ничего хорошего нас не ожидает и долгожданный грузовик с медовыми пряниками на нашей улице не перевернулся. Эх, а жаль.

Я задумчиво рассматривал облака в окне, а Валера за столом позвякивал ложечкой в полупустом стакане с чаем.

Наконец на нас обратили внимание:

«Алексей, сейчас с тобой будет говорить сам Елагин».

Помните утром я утверждал, что плохих предчувствий у меня не было и горизонт был чист? Кажется, я ошибся, сильно ошибся…

Глава 88: Батарейка

- Твою ж мать… - озвучил общее мнение Баранов закрыв лицо ладонями и опустившись в кресло возле моего стола. Обычная, неунывающая улыбка, которую окружающие привыкли видеть на губах прапорщика даже в самых сложных обстоятельствах, без следа исчезла…

Помимо вашего покорного слуги, Бородиной, Павла в кабинете находился Горелов, Мальцев, Лексин, контрразведчик Кудасов и наш особист Муравьёв. Все по списку Елагина. Списку, который он озвучил мне после разговора тет-а-тет.

- То есть эта херня, - не унимался Баранов снова соскакивая на ноги. – Пардон, господин подполковник, корабль, может выйти из гиперпространства рядом с любой нашей планетой и сразу атаковать её «лучом Кирхгофа»? Это просто какая-то научная фантастика! Я ещё сопливым пацаном читал, что после перехода, двигатели, даже самого современного имперского корабля, должны подзаряжаться несколько суток и только потом он будет способен открывать огонь из лучевой пушки! А иначе развалится к чёртовой матери прямо на орбите! Неужели наука шагнула так далеко вперёд?! Что-то я не слышал, чтобы об этом кричали по головидению? Секретная разработка?

Все сидящие в кабинете ещё больше нахмурились хотя казалось куда бы больше… Я же, откашлявшись, провёл пальцем по ободку так и не тронутой мной чашки остывшего уже кофе, и наконец нарушил молчание:

- Шагнула, но даже самому современному нашему кораблю - флагманскому крейсеру «Елизавета Петровна», тому самому что конфедераты называют «Смертоносной ведьмой» надо двенадцать часов на подзарядку. Только после этого он будет способен на атаку не подвергая перегрузке оборудование и опасности жизни экипажа. Их «Зевсу» нужно девятнадцать часов, синдикатскому «Торо» двадцать один час, османскому «Дервишу» почти сутки.

- Это своего рода концепция сдерживания. «Протокол Девяти» был подписан в 2239 году, - поскрёб гладко выбритую щёку Мальцев. – И за двенадцать, и за двадцать часов население планеты может предпринять, что-то. Начать обороняться и выслать в атаку орбитальные истребители, либо запустить процесс эвакуации. «Луч Киргхгофа» куда страшнее ядерной и водородной бомбы. От него в бункере не спрячешься.

Напольные часы в углу пробили пять часов вечера, а это означало, что мы заседали уже почти два часа.

- Таким образом «Объект 11» можно смело назвать Батарейкой, - Кудасов был внешне спокоен, но щёки крепыша налились румянцем. – Одноразовое оружие. Выпрыгнуло, нанесло удар и… и всё. Ожидай когда тебя размолотят на куски «Филины». Не верю, что у неё останутся ресурсы для повторного прыжка в гиперпространство. Это уж точно из разряда фантастики.

- Но по кому они собираются стрелять? – спросил Мальцев поправив согнутым указательным пальцем дужку старомодных очков.

- По Его Величеству, конечно, - впервые за всё время высказалась стоявшая позади Света.

- Естественно! – поднял указательный палец вверх Муравьёв. - Он же им как кость в горле.

- Глупо! Ничего не изменится, - помотал головой Мальцев повернувшись к особисту. - Они только нас разозлят!

Тот же допив свой кофе попытался пододвинуть к себе чашку Баранова. Когда Паша, начавший уже приходить в себя шлёпнул его по руке «не твоё не трогай»» Муравьёв завладел кофе Мальцева.

- Ну создать кризис власти внутри Империи уже неплохо, - сделал большой глоток из чашки особист. – Согласитесь пока мы решаем внутренние проблемы нам можно попытаться устроить внешние. Эту схему они признают рабочей и используют уже много десятилетий.

- Не верю, что правительство Конфедерации, Синдиката и Порты хочет официально объявить Империи войну, - Мальцев задумчиво снял очки и начал искать платок для того, чтобы протереть линзы, но пошарив по комбезу так ничего и не нашёл, водрузив их обратно на нос.

- Возможно это так и есть, - кивнул Кудасов. – У нас давно уже имеется информация о группе недовольных внутри элиты Синдиката, Конфедерации и Порты.

- Но, чтобы построить такое надо государственное финансирование! – возразил Мальцев.

- Ну допустим один Синдикат, Порта или даже Конфедерация такой проект без огласки бы не потянули, - пояснил Кудасов опуская пустую чашку на форфоровое блюдечко, - но сложившись, задействовав связи с частными инвесторами, среди которых горячих голов хоть отбавляй, легко. Суть ЧВК Беннигсен как раз в этом и состоит – выманить на себя недовольных выскочек порушив планы настоящего противника. Которые, он несомненно строит. Кто бы сомневался.

Спорить с Кудасовым никто не собирался. Не зря Знаменская говорила, что он головастый и в своём ведомстве на хорошем счету.

Лексин же озвучил то о чём думал я. Не в бровь, а в глаз.

- Агент, раздобывший для нас эти сведения настоящий герой, - кулаки Александра, лежащие на коленях, сжались так, что костяшки побелели. – Он не задумываясь пожертвовал своей жизнью. Давайте-ка господа сделаем так, чтобы не зря.

Слова эти заставили всех мобилизоваться, чем я тут же воспользовался забегав подушечками пальцев по поверхности стола и активируя голограмму в воздухе посреди кабинета.

- По словам Елагина погибший агент не оставил никаких следов указывающих на то что он имперец. Наоборот, дотошный следователь найдёт кучу ложных противоречивых ниточек ведущих к спецслужбам разных государств. Однако, «Объект 11» с орбиты Саппоро-4 исчез, покинув планету в неизвестном направлении. Найти его не удалось. Ищут. Но пока без результатов. Специалистов, нанимаемых для создания этой Звезды Смерти…

- Как ты её назвал? – увеличил глаза от удивления Баранов чем вызвал у меня невольную улыбку.

- Хорошо, пусть будет… пусть будет Батарейка. Так вот пока специалистов участвовавших в создании Батарейки распустили по домам…

- Что конечно форменная глупость! – привлёк к себе внимание Кудасов.

- Глупость, не спорю, - согласился я, а голопроектор следдуя моим манипуляциям начал показывать лица незнакомых нам людей. - На след некоторых из них удалось выйти Комитету. Список из дюжины человек. Парочку даже уже схватили живыми. Однако некоторые подлежат немедленной ликвидации, ибо «Объект 11» явно недостроен. Устранив учёных, мы либо снизим эффективность Батарейки, либо вовсе заставим заговорщиков отказаться от неё.

- Всё ясно. Елагин просит помощи у ЧВК «Беннигсен». Что конкретно ему надо? – Горелов не спускал глаз с мелькавших картинок.

Лицо Славы превратилось в неподвижную восковую маску. И конечно я обратил внимание на слово «просит», хотя всемогущий директор Комитета скорее отдавал приказы.

- Он просит устранить троих человек. Все они на Периферии. Быстрее нас это никто не сделает.

- Палома, Гронедбург-2 и Ницца-4, - озвучил появившиеся в воздухе данные Горелов. – Последняя это же почти уже Лига Свободных миров.

- Да, - согласно кивнул я. - Действительно на границе с бывшей Лигой. Находящегося там инженера нужно устранить первым. Елагин сделал на этом особый акцент.

- Палома не так далеко от Печорина, - ткнул пальцем в голограмму Баранов. – Сделаем. Гроденбург-2 тоже не проблема, а вот Ницца-4 далеко.

- Павел, Паломой займешься ты. Немедленно вылетай, - вышел из-за стола я. – Гроненбургом-2 – займётся Лютер и компания. – А вот Ниццой-4. Прапорщик Ташков с Лямкиным, и Фоминой сейчас с инспекцией на Гессене-7. Нужный сектор космоса, но тоже не близко. Могут не успеть.

Лексин неожиданно вышел прямо в середину кабинета и встал над голопроектором от чего изображение щёлкнув выключилось.

- Двое наших бойцов сейчас на Ницце-4, - медленно произнёс он.

- Кто-то решил на курорте отдохнуть? – улыбнулся Кудасов довольно потирая ладошки.

- Типа того.

- Кто? – вкрадчиво боясь спугнуть удачу спросил я.

- Зиновьев и Фролова.

- Сразу два из трёх наших лучших снайпера, отлично. Вот только задание больно специфическое. Захочет ли Настя его выполнять. Я бы конечно её понял…

Фролова и правда была дама с характером. Не думайте чего плохого, лично я (и не только я) за это её крепко уважал.

- Я постараюсь объяснить Косте, что это очень-очень важно, - развёл руки в стороны Александр.

- Постарайся, - облегчённо выдохнул я всё ещё не полностью уверенный в успехе задуманного. - Кстати, а что они делают там?

- Ну, у них типа, помолвка…

* * *

Раскрасневшаяся от горячего душа Настя Фролова покинула ванну номера люкс в гостинице «Людовик XIV». Ванна размером с её первую квартиру это что-то с чем-то. Мягкий белый халат приятно ласкал обнажённую кожу. Процедура явно подняла ей настроение.

Раскрыв дверь на пузатый балкон, женщина вдохнула полной грудью чистый воздух и наклонилась на перила, чтобы взглянуть на раскинувшийся внизу город одновременно погрузившийся в сумерки и в россыпь (целый океан) ярких огней. Ночью здесь не спали не только потому что привыкли, но и из-за огромного числа туристов слетавшихся на планету-курорт со всех окрестных (и не только) миров.

- Костя ты где? - позвала Фролова Зиновьева ещё раз взглянув на кольцо с зелёным изумрудом на безымянном пальце правой руки. Камень был такого же цвета как глаза её жениха. Символично.

Дверь на балкон позади без скрипа открылась и позади возник человек четыре часа назад сделавший ей предложение. Предложение, на которое она согласилась несмотря на то что была на три года старше.

Костя держал в руках личный коммуникатор и был немного бледен.

- Что ещё стряслось? – спросила Фролова чувствуя как интуиция опытного солдата внутри завопила об опасности.

- Тут по закрытому каналу командир со мной связался… у нас аврал.

Зиновьев был крайне задумчив и будто даже смущён. Смущён… чего за ним в принципе не водилось, - это насторожила Фролову вдвойне.

- Не мямли, что случилось, - чуть резче чем следовала произнесла она, забыв про красоту раскинувшуюся внизу.

- Дорогая, нам с тобой нужно кое-кого убить, - неожиданно произнёс Зиновьев выпрямившись будто кол проглотил. - Очень надо. Не знаю как ты к этому отнесёшься…

Фролова изумлённо уставилась на жениха спрятав руки в карманах халата, который вдруг перестал ласкать обнажённую кожу, а наоборот – жёг её. Хотелось сбросить с себя его и забраться во что-то привычное. Например, в форму пилота или армейский комбез.

- НЕ ПОНЯЛА.

- Я сам не понял. По-моему всё капец как секретно. Но одновременно срочно и неотложно. Лютер извинялся, но сказал, что сделать это надо сейчас… и типа только мы можем. Я ему обяснял, что у нас помолвка…

- ИЗВИНЯЛСЯ? ЛЕКСИН?

- Клянусь тебе.

Океан огней внизу, приятная музыка из динамиков под потолком, простыни на кровати помнящие их горячие тела, кольцо с изумрудом на пальце, фужеры наполненные розовым вином на столике в гостиной рядом с огромной корзиной с дорогущими экзотическими фруктами… помолвка.

- Что ж, значит дело и вправду серьёзное, - кивнула Настя касаясь губами щеки Кости. – Собирайся, мой хороший…

Глава 89: Помолвка

По адресу, указанному Лексиным, на симпатичной улочке, располагающейся вдалеке от популярных маршрутов туристов, находился книжный магазинчик. Скорее даже лавка. Несмотря на позднее время дверь нам открыли почти сразу…

Невысокого роста, седенький дедушка в сером вязаном кардигане и мнемоочках со стёклами синего цвета на широком морщинистом лбу, цепко взглянул на нас с Костей взглядом марсианского бультерьера и без промедления пропустил внутрь.

Внутри лавки было темно и пахло пылью. Следуя за хозяином через прямоугольную комнату со стеллажами, мы свернули в неприметный коридор и скоро упёрлись в стену. Лёгкое движение руки и панель с лязгом ушла вверх, а в глаза нам ударил яркий свет. Спустившись в подвал, мы оказались в зале, размер которого как минимум раза в три превышал площадь лавки наверху. Здесь тоже были стеллажи, как и наверху, только вместо электронных и редких бумажных книг они были забиты оружием, первоклассной амуницией и боеприпасами. У Кости от увиденного прямо глаза загорелись. Ребёнок в магазине игрушек. Ещё бы, столько классных штук вокруг.

- Я о вас предупреждён, - деловито сказал дедуля включив под потолком яркий свет (одновременно над нашими головами, в воздухе, заработал голопроектор транслирующий местный новостной канал). – Берите всё что необходимо. Без возврата. После выполнения задания просто выбросите всё что вам не надо.

Услышав это Костя потёр ладошки от предвкушения, растянул улыбку до ушей и бросился к стойкам с оружием, я же замерла рядом с полками на которых лежали визоры. И не какая-нибудь ерунда, а настоящие, армейские, имперского производства.

Из всего разнообразия, а здесь было не менее полудюжины моделей, я выбрала пару «Знаек» - надёжная, мощная штука со встроенным сканером радиочастот с которой я работала ещё во время службы. Вот честно, когда массивная оправа опустилась мне на глаза сердце внутри радостно забилось, словно старого знакомого встретила. Законектив включённый визор с личным коммуникатором, я отметила его бесперебойную работу и переработанное, усовершенствованное меню. Тоже самое я проделала и с коммуникатором Кости.

«ГУБЕРНАТОР АМАНД ПЕЛЕ ПРОСИТ ГРАЖДАН НИЦЦЫ-4 И ТУРИСТОВ НЕ БЕСПОКОИТЬСЯ. ЗАЯВЛЕНИЯ МАНА КРЮГЕРА О ПОПЫТКЕ ЗАХВАТА ВЛАСТИ ПРОСТАЯ УГРОЗА. ПОДОБНЫЕ ПОСТУПАЮТ ПОСТОЯННО И РАСЧИТАНЫ НА ПАНИКУ СРЕДИ МЕСТНЫХ ЖИТЕЛЕЙ И ОТТОК ТУРИСТОВ. ПОЛИЦИЯ И АРМЕЙСКИЙ КОРПУС НИЦЦЫ-4 ГОТОВЫ ЗАЩИТИТЬ…» - вещала по головидению миловидная дикторша с сиреневыми волосами и массивной серьгой в носу пока я выбирала одежду для себя и Кости. Белое платьице со стрекозами и ромашками, бежевые сандалики конечно было жалко. Но не с собой же их тащить.

Выбор мой был сделан в пользу штормовки «Ракита-11» прозванной ласково за свои защитные качества оперативниками Комитета и спецназовцами работающими в городских условиях «Матерью». Куртка с высоким воротником защищавшим шею и подбородок не только имела собственный климат-контроль, надёжно берегла от холода, жары и влаги, но спасала от мелких осколков и огня. В комплект с ней пошли брюки «Ива-4» тоже изготовленные из специального защитного материала состоящего их нескольких слоёв ткани. Только себе я взяла модель с карманами на бёдрах, а Косте без оных. Не любил он выступающие карманы, говорил, что во время боя всё время боится зацепиться за что-нибудь. Ну, у каждого свои тараканы. В конце концов у меня такие же есть.

На ноги я надела свои любимы армейские ботинки «Alice» на толстой подошве. Косте подобрала «Capiton(ы)» с металлическими набойками. Под штурмовку прекрасно вписался панцирный бронежилет «Буратино», пластины которого надёжно защищали затылок. Хорошо зная вкус своего жениха, ему я выбрала чуть более тяжёлый «Легат» с дополнительной защитой на груди и спине.

«НЕ ЗНАЮ КАК ОСТАЛЬНЫЕ, А Я УГРОЗУ КРЮГЕРА ВОСПРИНЯЛ ВПОЛНЕ РЕАЛЬНО. У НЕГО ЖЕ ЦЕЛАЯ МАЛЕНЬКАЯ АРМИЯ НА ОРАНЖЕВОЙ ЛУНЕ. РАНЬШЕ МАН ПЫТАЛСЯ ОКАЗАТЬСЯ У ВЛАСТИ ИСПОЛЬЗУЯ ЗАКОННЫЕ МЕТОДЫ, ДА, ИЗРЕДКА СЫПАЛ УГРОЗАМИ, НО ПОСЛЕ ТОГО КАК НАШ ГУБЕРНАТОР ЛИШИЛ ЕГО ГРАЖДАНСТВА КТО ЗНАЕТ, ЧТО ОН В ГНЕВЕ ПРЕДПРИМЕТ…» - заявлял с голопроектора полный мужчина в жёлтом костюме пока я подгоняла под себя размер брюк. С третьего поворота рычажка располагающегося на широком поясе, материал обтянул мои бёдра как надо. Не слишком плотно, но и не болтается.

Всё это время дедушка с цепким, холодным взглядом внимательно наблюдал за мной, и чем больше наблюдал, тем теплее становился его взгляд. Выбор мой он явно одобрял. Ещё больше мы ему понравились когда Костя притащил оружие.

- Милая, смотри что я нашёл! – просиял жених протягивая мне «Громозеку» в набедренной кобуре - автоматический сороказарядный пистолет Николая Наумова (точно такой же что я оставила в своём шкафчике на Печорине только новенький). - А я думал твой в этом секторе космоса один такой остался!

Короткоствольное оружие с уникальной пробивной способностью заняло своё место на бедре справа. У самого Кости в кобуре на поясе я увидела «Монаха» с увеличенным магазином и встроенным глушителем. Прямо под штурмовкой, поверх «Буратино» у него был надет разгрузочный жилет «Консьерж» многочисленные кармашки которого были буквально забиты магазинами для штурмовой винтовки. Даже место для парочки гранат нашлось. Точно такой же он протянул мне. В качестве основного оружия любимый взял нам парочку «Дроздов» с комбинированными прицелами. Вишенкой на торте в моём арсенале стал протянутый женихом в ножнах кинжал «Свояк» с лазерной гранью.

Довольно поцокав языком дедуля впервые за всё время улыбнулся и произнёс:

- Вижу на этот раз ко мне зашли настоящие солдаты. Всё что вы выбрали я бы когда-то и сам взял. Ни одной ерундовской вещицы в ваши руки не попало.

- Справедливости ради, дедуля, ассортимент у тебя как в лучших домах, - улыбнулся в ответ Костя клацнув раз-другой затвором штурмовой винтовки и даже заглянув внутрь патронника. Убедившись, что всё в норме, он присоединил к «Дрозду» магазин на пятьдесят патронов.

- Спасибо. Сам подбирал, - довольно кивнул старик внимательно наблюдая за тем как я в отличии от Кости прилаживаю ножны за спиной вдоль ремня. – Можно вопрос?

- Конечно, - сказала я.

- Вы брат с сестрой? У вас цвет глаз зелёный, редкий.

- Мы муж с женой, - бросив украдкой на меня взгляд вроде как пошутил Костя. – По крайней мере я на это сильно надеюсь. У нас тут вроде как помолвка.

От взгляда пожилого человека не укрылось новенькое золотое кольцо с изумрудом на моём пальце, которое я тут же сняла и убрала во внутренний карман куртки. Всего на мгновение с губ дедули сползла улыбка, впрочем, он как ни в чём небывало быстро вернул её на место.

- Помолвка значит… Что ж, доброй охоты вам, ребятки.

* * *

Разглядывая через визор окна третьего этажа, я фиксировала внутри движение, но и только. Прицелится через специальные электромагнитные шторы было нельзя, разглядеть в подробностях хозяина квартиры тоже. Клеймор Файнс – человек которого нам нужно было устранить вроде как жил один. Супруги, детей, прислуги, даже собаки или карликового двухвоста не имел. Ничего подозрительного вокруг его дома мы не обнаружили и поэтому решили немного подождать. Вдруг Файнс выйдет на улицу и его удастся снять точным выстрелом с крыши дома напротив где мы с Костей и находились.

Пилик-пилик! Пилик-пилик! – еле-еле слышно заработал личный коммуникатор, и я перевела звонок на виртуальный экран визора перед глазами.

Костя тут же занял место наблюдателя вместо меня.

В окошке видеосвязи возник мой сын Генка. Растрёпанный, усталый и одновременно счастливый. С огромным фиолетовым фингалом под правым глазом.

- Мам, привет.

- Привет.

- Чего делаешь?

- Зубы мне не заговаривай, - спокойно, не повышая голоса произнесла я, разглядывая через прицел штурмовой винтовки остановившегося перед подъездом Файнса мужчину в оранжевых шортах и чёрной толстовке. - Что стряслось? Откуда синяк?

- Да это так… - замялся Генка хотя я видела, что его распирало поделится со мной секретом. - Нечаянно вышло.

- Нечаянно значит, - наблюдаемый мной объект встретил вышедшую из подъезда девушку, и они вместе отправились вверх по улице. - Хм, и кто победил в схватке?

- Ещё спрашиваешь. Я конечно.

- Надеюсь повод чтобы драться был серьёзный?

- Конечно, мам. Я защищал честь дамы сердца!

Слава сына вызвали у меня улыбку, а всё слышавший по внутренней связи Костя даже хрюкнул от смеха.

- И как Злата сама на это смотрит?

Генка вздохнул и почесал в затылке:

- Сказала, что я дурак.

- Ну ей со стороны виднее.

- Ничего не виднее, - подскочил на месте сын. - Мальчишки с соседней улицы и Мишка смеялись над девчонками. Выделывались друг перед дружкой. Я попросил извиниться. Они отказались…

- Эльза Генриховна будет мне звонить? – водитель ховербайка остановившегося у обочины напротив дома Файнса раскрыл забрало шлема и некоторое время сидел без движения под моим прицелом.

- Обязательно будет, - снова страдальчески вздохнул Генка. - Я Мишке зуб выбил и глаз тоже подбил. Только левый.

- Прилечу домой дам тебе по шее, - с лёгкой задумчивостью произнесла я, когда ховербайк сорвался с места и поднявшись над дорогой взмыл в небо (скорее всего водитель остановился, чтобы поговорить с кем-то по личному коммуникатору).

- За что?

- За дело. Передай Полли, что сегодня ты ложишься спать на два часа раньше.

- Ну мам! – возмутился Генка отчего на его щеках заиграл яркий румянец. Ну а то, как же, герой же. Постоял за честь девочек…

- Не мамкай мне тут, - добавила в голос стали я. – Разговор закончен.

Сын тут же подобрался, выпрямил спину, даже волосы ладошкой разгладил.

- Есть закончить разговор.

Когда связь прервалась Костя встал с колена и чмокнул меня горячими губами в щёку негромко прошептав на ухо:

- Ммм, я тоже готов был по-уставному щёлкнуть каблуками и отдать тебе честь.

Ответить жениху я не успела потому что внутри трёхкомнатной квартиры Файнса погас свет, а это означало, что цель наша вот-вот могла выйти наружу.

Замерев на месте Костя посмотрел на небо:

- Милая, на этот адрес только что вызвали такси.

И действительно спустя пару мгновений возле подъезда Файнса опустился автомобиль за рулём которого сидел андроид-водитель.

- Куда он собрался? – спросила я, максимально приблизив через прицел входную дверь. Мне даже было видно матерное слово накарябанное на её неровно выкрашенной поверхности. Вот интересно. Сколько миров в космосе заселило человечество, а матерки всё равно все пишут на имперском. Я даже в городе трёхглазых снигмов видела всем знакомое слово из трёх букв нанесённое краской из баллончика на каменную ограду местного кафедрального собора.

- В центр города. На ярмарку Астронавтов, - ответил на мой вопрос Костя тоже надеявшийся на удачный выстрел разрешивший бы все наши проблемы.

В тот момент когда дверь открылась и визор подтвердил личность Клеймора Файнса, в подъезд, с тротуара свернула женщина с ребёнком на руках и тащившимся следом андроидом-домработником с пакетом продуктов прижимаемым к груди. На несколько мгновений они прикрыли собой нашего инженера. Цель словно почувствовав что-то быстро нырнула в такси и захлопнула дверь.

* * *

Транспортными средствами нас тоже обеспечили в книжной лавке. Мой ховербайк на магнитной подушке следовал за такси уже девять минут пятьдесят четыре секунды. Костя летел чуть справа от нужной нам машины. Впрочем, открыть огонь ему не удавалось, ведь между ним и целью было ещё три транспортных средства, в том числе автобус со школьниками отправившимися на экскурсию. Кажется, мы попали в час пик.

Пилик-пилик! Пилик-пилик! – теперь пришла очередь мне вздыхать ведь звонил классный руководитель сына. Снова переведя звонок на визор, я открыла канал связи.

- Анастасия Валерьевна, ваш Генка сегодня…

- … подрался с Мишкой Бойгарденом. Знаю.

- Нужно обязательно принять меры.

- Нужно. Примем.

- Хорошо, но я думаю, что одной профилактической беседой тут не обойтись, - немного успокоилась Эльза Генриховна нервно спрятав непослушную русую прядку волос за ухо. - Буду ходатайствовать об отстранении вашего сына от занятий на неделю. Вынужденная мера. В нашей гимназии…

- Минутку, - остановила болтушку я резко дёргая руль ховербайка на себя, чтобы последовать за нырнувшим вниз такси. Костя несколько замешкался так как автомобиль Файнса от него скрыл грузовик с обедами для микроволновок.

- Да, я слушаю, - немного побледнев дисциплинировано ответила классная руководительница сына. Она вообще не выносила общения со мной и старалась все Генкины дела решать через Полли.

- А Бойгарден тоже отстраняется на неделю от занятий? – спросила я зависнув над стоянкой автомобилей возле кафе «Храбрый астронавт». Файнс вынырнул из такси сразу в толпу посетителей. И всё же я успела пометить его через видоискатель визора. Жёлтый квадратик сначала замер на месте, а потом двинулся вдоль тротуара вместе с толпой туристов.

- Бойгардена? Отстранять? Нет! Он же потерпевший! Ваш сын ему зуб выбил!

- Потерпевший? – хмыкнула себе под нос я. – Потерпевший на голову выше моего Генки. Или он потерпевший только потому, что его отец в Совете попечителей гимназии?

- Да дело вообще не в этом! – пошла красными пятнами классручка.

- У моего сына синяк на лице, а это значит была драка. Наказаны должны быть оба. Это справедливо, - не повышая голоса произнесла я, перебрасывая Косте маркер.

Файнс тем временем направился к Павильону героев космоса.

То ли связь прервалась, то ли Эльза Генриховна лишилась на небывалое - психануть и бросить трубку. Бессмертное выражение не правда ли? Никаких телефонных трубок, также как и самих телефонов уже лет триста как нет, а мы всё равно продолжаем так говорить.

- Милая, тут что-то происходит, - произнёс по внутренней связи Костя помигав мне задними огнями ховербайка. Обстановка накаляется. Кажется, новости не врали в космопорте идёт нешуточная перестрелка. Полиция подтягивает туда все силы.

«Вражда между бывшим и действующим губернатором вышла из-под контроля!», «Кто на Ницце-4 будет контролировать огромные деньги от туризма?!» - только на секунду я включила новостной сегмент местного интернета и чуть не захлебнулась в истеричных заголовках новостных лент. Что ж, нового ничего для себя не узнала. Полилась кровь? Всегда и во всём виноваты деньги.

Жёлтый квадратик почти добрался до Павильона героев, когда с неба прямо на тротуар опасно приземлился огромный автобус на магнитной подушке (такие использовали для перемещения нескольких сотен людей за раз) и оттуда шустро выпрыгнули вооружённые пистолетами-пулемётами и винтовками люди, которые бесцеремонно прикладами и пинками начали загонять толпу туристов с тротуара в автобус. Нашего Файнса эта участь тоже не избежала.

- По-моему банальный захват заложников, - сообщил мне Костя ховербайк которого устремился следом за поднявшимся в воздух автобусом. - Пока полиция и местные солдаты занимаются нападением на космопорт людей Мана эти придурки решили под шумок туристов потрясти.

Бесспорно, любимый мой был прав. Мерзавцы из автобуса были одеты кто во что, да и вооружены кто чем. Тут и вполне современные ПП «Скауты», «Вампиры» и старенькие штурмовые винтовки, самое место которым в музее.

Ветер развивал мои отросшие волосы, которые я всё ещё продолжала красить в огненно-красный цвет. По внутренней связи на визор от Кости пришёл стикер ведьмы на метле, сердечко и поцелуйчик. Внутри груди стало тепло и губы мои сами собой растянулись в улыбке. Всё-таки я полюбила этого обалдуя.

Внизу под нами сначала проносились улицы, а теперь раскинулся промышленный район. Чёрт знает куда везли туристов среди которых были старики, женщины и даже дети.

- Берём на абордаж, ликвидируем преступников и Файнса? – словно прочитал мои мысли Костя когда я поравнялась с его ховербайком в воздухе.

В ответ я отправила любимому стикер подмигивающей ему красноволосой красотки.

А дальше дело техники. Наши ховербайки резко взмыли вверх и некоторое время летели над автобусом, чтобы не попасться на глаза преступникам. Затем мы спланировал на крышу транспорта. Костя с лёгкостью спрыгнул на неё проводив взглядом свой рухнувший вниз камнем ховербайк, а вот меня раз за разом сносило ветром в сторону. С большим усилием удерживая трясущийся руль я всё-таки зависла над крышей и перебросив ногу через сидение ловко сиганула вниз. Новый порыв ветра подхватил меня и, наверное, снёс бы к чёртовой матери если бы в последний момент любимый не подхватил за руку и не втащил на крышу. Устоять ему помогли его «Capiton(ы)» с металлическими набойками и функцией магнитной подошвы.

Всего несколько секунд мне понадобилось чтобы прийти в себя. Поддев остриём кинжала люк в крыше автобуса, мы сиганули вниз.

К сожалению огонь на поражение пришлось открыть сразу же потому как внизу, напротив нас с изумлением замерло двое вооружённых мужчин. Негромкий хлопок и выпущенная Костей из «Монаха» пуля угодила точно в голову первому преступнику. Я же, оказавшись всего в двух шагах от второго, воспользовалась кинжалом. Рука моя нырнула за спину и остро заточенное лезвие «Свояка» перерезало горло короткостриженому крепышу с карими глазами. Обливаясь кровью, тот попытался закрыть порез руками, но когда ему это не удалось громко захрипел и рухнул на колени чем вызвал громкий испуганный визг дамочки в оранжевой панаме. Истерику её подхватило ещё пара эксцентричных дурочек прилетевших на планету покупаться и позагорать в океане с зелёной водой богатой полезными минералами. Мы-то с Костей на пляж сходить так и не успели. По плану это должно было быть… сейчас. Но сейчас вряд ли.

Так как пребывание наше перестало быть секретом, любимый мой во всю мощь глотки заорал на весь автобус: «ТУРИСТЫ НА ПОЛ!» - и двинувшись вперёд открыл огонь по ближайшим противникам. Что-что, а кричать Костя умеет. У большей часть разодетых как павлины туристов ноги будто покосились, другие начали падать на пол смотря нас своих соседей. Так сказать, за компанию. Пара секунд и на ногах остались стоять только похитители. Плечом к плечу двигаясь вперед по салону автобуса, мы вели огонь одиночными успешно поражая мерзавцев.

Конечно, в нас стреляли, но меткость была далека от идеала. Я видела как одна из пуль угодила в грудную пластину бронежилета Кости не причинив ему особого вреда, другая обожгла моё плечо, но так как рука не онемела и продолжала двигаться я сделала вывод, что ранение прошло по касательной. Мы уже прошли половину автобуса уничтожив с десяток противников и расстреляв по магазину, когда автобус резко накренился вправо, а потом ещё и скорость прибавил.

Ни на минуту я не забывала о Клейморе Файнсе. Его жёлтый квадратик маячил где-то впереди. Когда до желанной цели оставалось совсем чуть-чуть, и мы, поддерживая друг друга огнём уничтожили ещё шестерых стрелков автобус вздрогнул и понёсся к земле. Тут не надо было быть пилотом, чтобы понять, что мы падаем. Господи, как же заорали туристы!

- Костя, пристрели его! Я за штурвал! – закричала я и удерживаясь за сидения, силой сажая на место вскочивших со своих кресел гражданских и спотыкаясь о катающиеся под ногами гильзы добралась до кабины автобуса, выбросила с водительского кресла дымящегося от попадания в спину андроида и рванула мини-штурвал на себя. Когда мне удалось выровнять несущийся камнем к земле автобус я обесточила приборную панель зная, что в таком случае сработает аварийное приземление. Так и вышло. Автобус медленно начал замедлять ход, а потом и вовсе двигался уже по инерции. Ещё раз вздрогнув, машина зависла над десятиэтажкой песочного цвета с зелёными оконными проёмами.

Стерев пот тыльной стороной ладони со лба, я услышала позади себя короткую очередь из «Дрозда».

- Он выпрыгнул! – кричал Костя протискиваясь в приоткрытую дверь общественного транспорта.

Не мешкая, поменяв расстрелянный магазин, я последовала за ним. Прыжок с двух метров и вот мы уже несёмся по крыше в сторону пожарного выхода. Ступени, ещё ступени, снова ступени, бегущий где-то впереди Файнс, уже смекнувший, что за ним ведётся охота, и раскинувшийся впереди сюрреалистическая картина сражения. Нет-нет, я не преувеличиваю, автобус принёс нас к кварталу примыкающему к космопорту на территории которого шли бои между войсками действующего губернатора Пеле и бывшего губернатора Крюгера. В сражении принимала участие не только пехота, но легкобронированная техника и даже лёгкие шагоходы. Часть сражающихся групп выплеснулась за ограждения космопорта в жилые кварталы гражданское население которых бежало оттуда сломя голову. И посреди всего этого, в сторону задравших нос в небо космолётов нёсся наш жёлтый квадратик – Клеймор Файнс.

* * *

То, что цель наша несмотря на опасность упорно двигалась к космопорту мы оба хорошо понимали. Не иначе там у Файнса был знакомы пилот, а то и собственная космическая яхта. Упустим его сейчас и тогда уже всё.

Быстрым шагом выставив перед собой стволы штурмовых винтовок мы двинулись по его следам. Дважды нам попадались мелкие группы инсургентов Мана и дважды мы ликвидировали их ещё до того, как они успевали открыть прицельный огонь. В свободные кармашки «Консьержа» Костя начал собирать полные магазины из-под «Регента» - медленной, но мощной винтовки которой были вооружены наёмники бывшего губернатора. Одну из подобранных винтовок он тоже закинул за спину.

Двигаясь через арку между домами, мы сначала услышали звуки беспорядочной стрельбы, а затем стали свидетелями сражения между шестерыми инсургентами и «Горгульей» - средним шагоходом выпускаемым в Конфедерации. Пилот выступающий на стороне действующего губернатора играючи расстрелял из мелкокалиберной пушки четверых противников, одного раздавил подошвой металлической ноги, а последнего сжёг из огнемёта установленного прямо под куполом кабины. Увидев нас, он не задумываясь начал поливать огнём пространство перед собой.

Жадное пламя гудело в воздухе и прежде чем я успела нырнуть за угол мой левый бок обожгло болью. Тем не менее, штормовка оплавившись, выдержала.

Хорошо, что Баранов с Гореловым показывали нам как справляться с машинами именно этой модели. У «Корсаров» в своё время целый курс был по противодействию пехоты боевым шагаходам. Нет, если бы на месте «Горгульи» был отечественный «Кот», «Пехотинец» или «Снеговик», тут нам бы и конец, а с этой машиной был шанс. А если ещё механики собиравшие машину не слишком радели за своё дело, то и подавно…

- Милая, помнишь, что у него слабые плечевые сочленения? – спросил меня по внутренней связи Костя карабкавшийся по пожарной лестнице на третий этаж дома слева.

- Помню, - кивнула я, забрасывая штурмовую винтовку за спину и вынимая из кобуры «Громозеку». - Так же помню, что внизу защитного купола самая слабая защита, а ещё что огнемёт чтобы снова активироваться должен остыть и занимает это…

- … девяносто секунд, - закончил за меня любимый.

- ВРЕМЯ ПОШЛО! – закричала я, поместив в правом верхнем углу экрана таймер отсчитывающий время назад.

Тем временем не нашедший наши обугленные трупы пилот крутанулся всем корпусом тяжёлой машины на месте и на всякий случай дал длинную очередь из пушки по первому и второму этажу дома. То, что там могли находиться гражданские ему видно было плевать.

Пилик-пилик! Пилик-пилик! – снова заработал личный коммуникатор автоматически переводя звонок прямо на виртуальный дисплей.

- ДА! – ответила я, рухнув за мёртвое тело одного из инсургентов, чтобы спрятаться от шагохода. Вжавшись в спину убитого, я постаралась не двигаться.

- Анастасия Валерьевна! Это папа Миши Бойгардена. Вы заняты?

- Нет-нет, говорите Ульрих Василевич, - корпус робота прожужжав сервоприводами повернулся вправо и зашагал в противоположную от меня сторону.

- Я собственно звоню из-за драки, произошедшей между моим сыном и вашим Генкой.

- Слушаю, - прошептала я стараясь не чихнуть из-за набившейся в нос пыли.

- Я поговорил с Мишкой и… должен извиниться за поведение сына. Он спровоцировал конфликт. Недостойно повёл себя в отношении девочек. Он будет наказан.

- Я очень рада, что мы решили с вами этот вопрос.

В этот момент Костя спрыгнул с третьего этажа на спину робота и сунул гранату в то самое подвижное сочленена на условном плече. «Сейчас либо пан, либо пропал», - подумала я, но раздавшийся хлопок взрыва и последовавший после этого лязг отлетающей в сторону конечности с закреплённой на ней мелкокалиберной пушкой развеял все мои сомнения. Всё-таки механики не слишком хорошо закрутили крепление. Эх, у нас бы их за это стразу под трибунал.

Таймер тем временем отсчитывал: 14,13,12…

- Я тоже, - тем временем продолжал отец Мишки. - Ещё раз примите мои извинения. Надеюсь мальчики станут настоящими друзьями в будущем. Классному руководителю я уже всё объяснил. Никого отстранять от занятий не будут. До свидания. Надеюсь увидеть вас на следующем родительском собрании.

- Не обещаю, но постараюсь, - бросила я, вскакивая на ноги, когда до охлаждения огнемёта оставалось четыре секунды.

Приставив ствол «Громозеки» к защитному куполу шагохода я с остервенением раз за разом жала на спусковой крючок пока пули не искрошив защитное стекло не пронзили тело пилота в шести разных местах.

Вся схватка длилась менее трёх минут, но мне показалось, что прошёл чес, не меньше. Безусловно чувство всем ветеранам знакомое.

Курясь лёгким чёрным дымком громада «Горгульи» с мёртвым пилотом внутри просто замерла на месте, а мы и так потратив слишком много времени продолжили погоню.

И снова ноги гудят и снова огонь по вооружённому противнику. Нам без разницы было кто это люди губернатора Пеле или наёмника Мана и те, и другие с азартом убивали друг друга, наплевав на местных жителей.

Каждый из нас опустошил по три магазина прежде чем мы догнали Файнса. Тот стоял на коленях перед группкой инсургентов состоящей из дюжины человек. Не останавливаясь и не сбавляя темпа, мы открыли огонь и успели уничтожить пятерых стрелков прежде чем по нам открыли дружный огонь, а Файнс спрятался за спинами стрелявших.

Пули свистели над головой выбивая каменную крошку из стен и мостовой, тем более что один из стрелявших был двухметровым пулемётчиком. Вжавшись в землю, я не могла головы поднять и даже откатится в сторону не получалось.

- Позволь я, родная, - произнёс Костя которого я на время потеряла из виду.

БАХ! БАХ! - два точных попадания, одно за другим, раскололи защитную полумаску пулемётчика и тот рухнул на спину всё ещё продолжая жать гашетку своего оружия. Падая он зацепил длинной очередью одного из товарищей чем заставил остальных прекратить стрельбу по нам. Воспользовавшись шансом, я откатилась вправо, прижала приклад к плечу и поймав в коллиматорный прицел людей Мана четырежды нажала на спусковой крючок уничтожив троих из них. Последнему досталось сразу две пули. Остальных добил Костя.

Перешагнув через тела убитых, я ринулась в сторону бегущего от нас Файнса. Пуля моя угодила прямо в затылок Клеймора размазав его мозги по стене. Конец!

Коротко кивнув друг другу мы с Костей, не останавливаясь на отдых, ринулись вперёд тем самым стараясь покинуть зону сражения. Вот только так вышло, что со всех сторон нас окружал противник. Как загнанные крысы мы метались из угла в угол огрызаясь одиночными. Патроны надо было экономить. У каждого осталось по три магазина от штурмовой винтовки.

Уж не знаю даже за кого нас приняли люди Мана. Возможно за местных полицейских или гвардейцев губернатора. но сначала они просто пытались стрелять по нам, а когда начали нести потери бросили за нами в погоню почти сотню человек. Стараясь перемещаться по узким, хорошо простреливаемым улочкам мы открывали огонь по идущим по нашему следу инсургентам. Но в нас всё равно попадали. Пули ударяли в панцирные бронежилеты заставляя скрипеть зубами от боли. Давно уже в ход пошли инъекции адреналина, обезболивающего (после чего ватные ноги задвигались быстрее). Мы целились, стреляли и снова стреляли. Костя давно уже отбросил в сторону бесполезного «Дрозда» и вёл огонь из трофейного «Регента», я же сумела сохранить ещё половину магазина. От усталости мы уже начинал плохо соображать, но упрямо двигались вперёд.

БАБАХ! - взрывом меня впечатало в стену, да так что на несколько мгновений я потеряла сознание. Очнувшись я увидела нескольких инсургентов подбиравшихся к лежащему на спине Косте, тот пытался достать из кобуры пистолет, а они только смеялись. Справа и слева от любимого на земле была кровь. Много крови. Сплюнув густую, кислую слюну на землю, я расстреляла остаток магазина из «Дрозда» в этих уродов и бросилась к Косте. Вот только не добежала до него пару шагов. Земля под ногами зашаталась, а потом ударила меня в лицо. Так показалось только в начале. Боль в спине, между лопаток подсказала, что меня просто подстрелили. Выдохнув сквозь зубы воздух, я резко повернулась на спину и открыла огонь из пистолета.

БАМ-БАМ-БАМ! - «Громозека» заряженный бронебойными патронами пронзал стрелявших по мне насквозь экспрессом отправляя их на тот свет. Ад это или Рай мне было глубоко плевать. Расстреляв магазин, я зарядила в пистолет последний и доползла до Кости. Именно, что доползла, ноги меня уже не слушались. Тот улыбался мне своими зелёными глазами будто мы не лежали на раскалённом жарой асфальте посреди узкой улочки заваленной мёртвыми телами и окружённой дымящимися домами, а пили розовое вино на кровати в своём номере.

- Я люблю тебя, милая, - произнёс он прежде чем по нам снова открыли огонь.

И я снова стреляла и Костя каким-то чудом дотянувшийся до валявшейся рядом штурмовой винтовки одного из убитых стрелял. Когда затвор по израсходовании всех патронов встал на затворную задержку я ещё некоторое время тупо смотрела на него.

Неожиданно в голове моей возникли яркие, словно живые картинки: Генка на выпускном балу - чёрный фрак, белоснежная сорочка, лаковые туфли. Мой красавчик. Как грациозно он ведёт в танце свою партнёршу! Да это же Злата! Она и сейчас симпатичная девчонка, а станет вообще красавицей. Затем я увидела их вместе прогуливающимися за руку в университетском парке, а потом возле их общего двухэтажного домика с красной черепицей, точно такой же Генка часто рисовал в своих детских рисунках. Последнее видение показало мне их в салоне автомобиля. На руках Златы краснощёкий карапуз с зелёными как у бабушки глазами. И тут я поняла, что всё. Конец. Приехали. Нырнув рукой во внутренний карман порванной, сожжённой и висевшей лоскутами штормовки, я вытянула наружу кольцо с изумрудом надев его на чёрный от гари палец и продемонстрировала бледному как простыня Константину. Вот она настоящая помолвка, помолвка которая навсегда. На веки вечные и никто не сможет нас разлучить.

Пальцы мои сжали последнюю Ф-16. Глаза встретились с глазами Кости, и он согласно кивнув сам вытащил чеку. К нам уже вовсю нёсся противник и надо было только разжать пальцы. И я почти это сделала, когда…

- Дай-ка мне её сюда дочка, - чья-то рука аккуратно, но ловко вытащила из кисти Насти гранату отправив её под ноги бегущим. – Рано вам ещё! Рано…

А дальше всё словно в замедленной съёмке: ярко-голубые глаза обрамлённые морщинками, короткая серебристая бородка и мягкий голос прапорщика Ташкова, перешагнувший через наши головы и ринувшийся в бой шагоход Лямкина, замерший над нами словно страж шагоход Фоминой, огромные гильзы от мелкокалиберной пушки сыпавшиеся золотым дождём на землю справа и слева от нас… и обаятельная улыбка Гнома. Что же он говорит мне? Я пытаюсь разобрать и наконец мне это удаётся.

- Будем жить…

Автор будет рад если вы поддержите его материально. Вся информация в профиле.

Глава 90: Всё точки над i

Директор Комитета государственной безопасности Империи генерал-полковник Николай Ильич Елагин, скрестив руки за спиной смотрел в окно своего кабинета. Нет, самого могущественного человека в Империи не особо интересовал открывающийся ему из кабинета городской пейзаж, который Елагин видел уже много-много раз, мыслями он сейчас был очень далеко отсюда.

«НИКОЛАЙ ИЛЬИЧ, ОН В ЗДАНИИ» - раздалось за спиной генерал-полковника из динамика стационарного коммуникатора на рабочем столе.

- Спасибо, майор, - только и сказал Елагин даже не двинувшись с места.

События развивались по плану: прибытия в космопорт, стремительный бросок по городу, поездка в здание Высших курсов военной академии (некоторое время ушло на общение с курсантами и преподавательским составом), посещение тира (куда же без него), обед в одном из офицерских клубов города и визит к Старику. Так кажется все называли его при дворе.

Нет в реальности конечно никакого плана не было, и всё вышеперечисленное было своего рода экспромтом, вот только не для Елагина.

Из-за звукоизоляции, всемогущий директор КГБ не мог слышать в коридоре звук шагов гвардейцев в тяжёлой штурмовой броне сопровождающих первое лицо государства, но он их почувствовал. Стук в дверь раздался именно тогда, когда должен был раздаться.

- Ваше Величество, вы становитесь предсказуемым. Это очень плохо и может представлять угрозу для вашей жизни, - произнёс вслух Елагин и повернулся к входной двери в тот самый момент когда внутрь зашёл Александр V.

Император не смог скрыть разочарование на своём лице и даже притопнул ногой об пол. Нет, в другое время, в другом месте и в окружении других людей, он прекрасно владел собой, но с директором КГБ у него были доверительные отношения к тому же скрывать, что-то от Старика и его Ведьмы было бесполезно.

- Не знаю о чём вы, Николай Ильич. Прилетев в космопорт я действовал скорее спонтанно, - в голубых глазах Его Величества блеснули озорные искорки, что сразу сделало его моложе на десять лет.

- Вы так думаете? Ваш кортеж нигде не останавливаясь пролетел над городом до здания ВКВА, минут сорок вы выделили на общение с курсантами и преподавателями, потом час на обязательное посещение тира, потом ещё час вы потратили на обед в одном из офицерских клубов города. Изволили откушать бифштекс из говядины с картофелем и спаржей, красное сухое вино пудинг или стейк из красной рыбы с дольками лимона и салат «Цезарь»?

Император собрался уже было сесть в кресло напротив стола Елагина, но услышанное заставило его замереть на месте в смешной позе. Моргнув пару раз глазами сорокапятилетний Император искренне расхохотался на весь кабинет.

- Да полно вам, Николай Ильич! Не я предсказуем, а вы просто слишком хорошо меня знаете!

- Кто-то может выучить ваши привычки как я, - сделал пару шагов от окна в сторону своего стола Елагин.

- Каким образом? – забросил ногу на ногу император, откинувшись на спинку кожаного кресла. - Он не находится в моём окружении. Не ведёт со мной задушевные беседы…

- Ваше Величество, ему просто понадобится больше времени, - добавил стали в голос Елагин перебив Императора (такое позволялось только ему и то только когда они были наедине).

- Не буду спорить. Вам виднее. Я приму меры.

- Чай, кофе, коньяк? – на правах хозяина предложил директор КГБ императору зная, что тот откажется.

- Нет спасибо. Я прилетел сюда не для этого… - произнёс Александр V вдруг сделав паузу и подавшись вперёд. - А знаете Николай Ильич, я со своими людьми прошёл по подземному ходу, сел в секретный лифт… как вы узнали, что я вот-вот сейчас войду в кабинет?

Елагин просто пожал плечами, чем вызвал совсем уже мальчишечью улыбку Александра V.

Усевшись на своё место за столом и положив руки на подлокотники кресла Елагин поймал взгляд императора:

- Ваше Величество, так чем я обязан вашему визиту? В конце концов могли бы вызвать меня на доклад.

- Не хотел отвлекать вас от дел, срывать с места. Полёт занял бы несколько дней. Что касается визита… - Александр V опять сделал паузу, впрочем, ненадолго. - Вот, кстати, вопрос – когда ваша ведьма сменит звание? Почему она все ещё полковник. Полковник которого боятся трёхзвёздные генералы. При дворе уже ходят слухи.

Поставив локти на подлокотники Елагин коснулся кончиками пальцев правой руки кончиков пальцев левой:

- При дворе всегда ходят слухи, Ваше Величество, вам ли этого не знать? Это от скуки, это пройдёт. Появятся другие сплетни, потом ещё и ещё… что касается Знаменской, то формально она старший офицер контрразведки Империи, а значит в соответствии с положением о службе 2199 года на три звания выше любого армейского.

- Но это положение действует только в случае военных действий, - возразил император имевший отличную память.

- А мы разве не воюем? – парировал Елагин.

На переносице директора КГБ появилась еле заметная складка.

- Я так и знал, Николай Ильич что вы что-нибудь придумаете.

- Это не я. Это положении о службе.

Брови цвета спелой пшеницы Александра V будто попытались нахмурится, даже сделали движение друг к другу, но в последний момент он словно передумал.

- Да знаю я почему она остаётся полковником. Хочет работать в поле.

- Разве это плохо? – совсем по-настоящему удивился Николай Ильич (человек не знавший его лично обязательно бы ему поверил). - Я считаю практику ничем не заменишь.

- Да я не говорю, что это плохо! – всплеснул руками император стряхнув невидимую соринку со своего чёрного мундира украшенного золотыми и серебряными нитями. - Мне это даже нравится, но… начальник контрразведки Империи прыгающая по несущимся в небе автомобилям со штурмовой винтовкой в руках над улицами чужой планеты, это уже слишком! Или вы так не считаете?

Александр V был безусловно прав, но запретить Знаменской самой участвовать в операциях означало увидеть вскоре её рапорт об увольнении. А этого директор КГБ себе позволить не мог.

- А почему вы назвали её Ведьмой? – спросил Елагин императора. - У неё другой позывной.

- Знаю-знаю, Рассказчица. Но Ведьма ей больше подходит.

Теперь настало время улыбаться Елагину.

- Почему?

- Ну как почему, Николай Ильич? – Александр V со скрипом пододвинул своё кресло к столу хозяина кабинета. - Даже я не знаю какой цвет глаз и волос у неё! Она то голубоглазая блондинка, то зеленоглазая брюнетка, а то вообще кареглазая шатенка. Я даже рост её точно определить не могу и телосложение она каким-то образом тоже умудряется менять. Вот поэтому и Ведьма. При дворе про неё вообще болтать боятся. Вдруг скажешь какую-нибудь гадость по глупости…

- … а она рядом! – закончил директор КГБ и они вместе с императором дружно рассмеялись. Тот даже слёзы в уголках глаз вытер.

Александр V обожал эти мгновения доверия. С Елагиным ему не надо было притворяться и держать ухо востро. Да если бы не этот человек из-за своего роста и могучего телосложения еле-еле помещавшийся в громоздкое кресло он давно был бы мёртв, а в Империи бушевала Гражданская война.

- Ладно, а теперь о главном, - лицо Императора стало неожиданно серьёзным. - Как там поживает президент Левандовский? Здоров ли?

- Помню вы мне уже задавали это вопрос, - руки директора КГБ снова спокойно легли на подлокотники.

- Задавал, до рейда БМ-13 на Новый Краков.

- С ним всё в порядке. Подержим его пока у себя. В финале нашего плана он нам пригодится.

- Конечно пригодится! Его показания о том, что Конфедерация дурила полякам голову стращая их планами захвата злобными имперцами, бесценны. О том, как они ловко натравили спецназ поляков на Знаменскую, тоже.

- Согласен, Ваше Величество, - склонил голову Елагин.

- Вы знаете, Николай Ильич… я восхищаюсь вами. Как ловко вы придумали форсировать планы наших врагов по захвату Периферии благодаря группе барона Бестужева… нет, это правда гениально. После последнего поражения, в жутком секрете, они десятилетиями интриговали, меняли стратегии, кирпичик за кирпичиком строили гениальный заговор, двигались вглубь ничейных миров намереваясь снизить там наше влияние.

- И им это даже удалось.

- Да, но совсем ненадолго, – указательный палец Александра V коснулся стоящего на столе куба из оргстекла в котором находилась серебряная монета номиналом в сто рублей (такие выпускали сразу после Изгнания в космос с Земли врагов будущей Империи). - Но вдруг чокнутый пилот орбитального истребителя с парочкой пониженных в категории ветеранов и нескольких Корсаров совершил чудо. Периферия закипела, даже миры заселённые не нашими соотечественниками поверили ЧВК Беннигсену. Люди начали вступать в его ряды. Этот спрут раскинул свои щупальца повсюду вышвыривая к дьяволу наёмников Синдиката, Порты и Конфедерации. В чем ваш секрет Николай Ильич?

Елагин подумал о том, что на словах всё выглядело очень легко в реальности же «проект Беннигсен» мог легко не сработать. Провал был возможен в самом начале. Бестужева и Горелова могли убить на Печорине. На это случай у него имелся запасной план. Не такой изящный, зато не менее эффективный. Ответил же он совсем иное:

- Да нет, никакого секрета, Ваше Величество.

- Если бы его и правда не было иностранные послы не засыпали бы меня жалобами на беннигсенцев.

- Всё дело в чокнутом пилоте, парочке пониженных в категории ветеранов и нескольких Корсарах.

Александр V просто коротко кивнул. Такого объяснения ему было достаточно.

- Что это за монета? Коллекционная? Можно посмотреть?

- Эту монету, Ваше Величество незадолго до своей смерти подарил мой друг. Сверху в кубе есть щель вытаскивайте её.

Император с интересом положил плоский серебряный кругляш на ладонь рассматривая двуглавого орла держащего в одной лапе скипетр, а в другой меч.

- Не думал, что вы склонны в игры в орла и решку, - произнёс Александр V щелчком подбрасывая монету в воздух.

Взлетев вверх ты упала на ладонь императора которую он мгновенно накрыл левой рукой.

- Как думаете, что там Николай Ильич? Орёл или решка?

- А вы Ваше Величество? – спокойно, без каких-либо эмоций спросил Елагин.

- Конечно орёл.

Убрав левую руку Александр V увидел на ладони орла, что его откровенно обрадовало. Однако не успело довольное выражение исчезнуть с лица императора как он снова вернулся к насущным проблемам.

- А что с этой штукой… «Объектом-11»? Её нашли?

- К сожалению, нет, Ваше Величество, - ни мгновения не мешкая сообщил Елагин (этого вопроса он ждал с самого начала высочайшего визита). - Ищем.

- Верю вы предприняли всё что могли. Значит до часа «Х» её надёжно укрыли. Мест во вселенной масса. Тем более с её возможностями. Земля, Витте, Самусенко, Жуков, Драгомиров и даже Рокоссовский вне угрозы. Орбитальные группировки там настолько мощные что любой появившийся вблизи планеты посторонний объект будет тут же уничтожен. Но враг может выбрать другую цель.

- Обязательно выберет другую, - помрачнев согласился Елагин.

- Есть предположение какую? – в вопросе императора было немало любопытства.

- Нет, Ваше Величество.

- Да? – светлые брови Александра V удивлённо взлетели вверх.

- Просто я уверен, что наш противник сам с целью ещё не определился, - не преминул пояснить директор КГБ. - Возможно они готовят нам сюрприз. Создадут ситуацию, заманят вас, и только тогда нанесут удар.

Услышанное императора совсем не смутило. Он снова откинулся на спинку кресла и даже вроде как расслабился. Или это так только казалось.

- Что ж, работайте потому что прятаться я не намерен!

- Но Ваше Величество!

- МЫ НЕ БУДЕМ ЭТО ОБСУЖДАТЬ, НИКОЛАЙ ИЛЬИЧ! Я не собираюсь, поджав хвост отсиживаться где-то, когда буду нужен! Я не Николай II!

- Тогда давайте воспользуемся двойниками…

- Это то же самое.

- Это не тоже самое. Это необходимость. Они для этого и существуют, - резко возразил Елагин понимая, что Александр V решение принял и переубедить его будет очень невозможно.

- НЕТ!

Эхо произнесённого слова заметалось под сводами потолка кабинета.

- Я знал, что вы так скажете, - нарушил затянувшуюся тишину директор КГБ и на этот раз тяжело вздохнул. Без всякой игры.

- Я знаю, что вы это знали, - снова немало не смутившись ответил Александр V. - К тому же если я погибну это развяжет Империи руки. Власть по закону перейдёт к вам, Николай Ильич и вы камня на камне не оставите от наших врагов. Корсаков вам поможет. В то же время в отличии от других вы сможете вовремя остановится. Побудете регентом, а когда Денис будет готов к принятию власти…

Впервые за весь разговор высокопоставленный гость смог удивить Елагина. Только что произнесённые императором слова не было пустой болтовнёй. Директор КГБ был уверен, что все документы и указы уже готовы, а Александр… пришёл попрощаться. Внутри груди хозяина кабинета что-то екнуло. Впрочем, возникшая было боль была безжалостно подавлена железным чувством воли. Переживать ещё было рано.

- Я думаю эти разговоры излишни, - правая кисть сжала подлокотник кресла так что он хрустнул. - Мы не допустим вашей смерти.

Император благодарно взглянул на собеседника.

- Мы не с идиотами воюем, Николай Ильич. На той стороне много неглупых, искушённых в интригах людей. Они обязательно что-нибудь придумают. Но мы победим.

- Мы уже победили, - безапелляционно, сказал, как отрезал Елагин. – Они просто об этом ещё не знают.

Взгляды обоих мужчин встретились, а затем Александр V поднялся на ноги.

- Да, это так. И победа эта создана вашими руками, Николай Ильич. Хорошего вам вечера! – положив серебряную монету на стол Император быстро покинул кабинет директора КГБ неслышно прикрыв за собой дверь.

Сжав губы в тонкую линию и поведя богатырскими плечами Елагин вернул подарок друга в стеклянный куб и подумал о том, что император снова не разочаровал его. Настоящий солдат.

А ещё Александр V так и не увидел, что на обеих сторонах сделанной на заказ серебряной монеты был орёл. Погибший товарищ Елагина как бы намекал своим подарком, что политика Империи не может полагаться на слепой случай, и удачу…

* * *

Поместив палец в специальном углублении пластиковой полоски теста на определения беременности, и дождавшись укола (совсем не больно), Света Бородина некоторое время смотрела на кружок загрузки результата на миниатюрном дисплее, а затем с немалой оторопью на загоревшийся на тесте зелёный огонёк.

Хмыкнув, она тоже самое проделала со вторым, и с третьим тестом. Все они горели зелёным. Ошибки не было - она беременна.

Кровь ударила в лицо женщины, но она быстро справилась с эмоциями. Не то чтобы она была не рада. Наоборот – очень рада. И Лёша тоже будет рад, ведь с Людмилой детей у них не было. Но сейчас… сейчас это рано, нет, не рано, она неправильно выразилось. Да, это счастье, ОГРОМНОЕ счастье, но к ним движется буря, это чувствовали все беннигсенцы, и она хотела встретить её вместе со своими боевыми товарищами.

Тут и гадать нечего. Если она сейчас скажет Горелову или Бестужеву о беременности её без разговоров сразу отправят куда-нибудь подальше. Может быть даже на Землю где Лёша вместе с баронским титулом получил имение. А поручик не хотела этого. Она хотела встретить врага и победить его. Увидеть собственными глазами как Периферия меняется и входит в состав Империи. Они столько сил в это вложили, стольких товарищей потеряли.

Боялась ли она погибнуть? Странный вопрос. Конечно боялась. Она же нормальная, но что точно Света никогда бы не простила себе так это бросить сейчас ЧВК. Как потом с этим жить? Они давно уже не беннигсенцы они бестужевцы. Так зовут их люди. От этой мысли мурашки побежали по рукам поручика.

Некоторое время Бородина стояла замерев посреди ванной комнаты, а затем без сожаления отправила тесты на определение беременности в мусоросжигатель и разгладив на себе складки комбеза улыбнулась самой себе в зеркало. А ещё она подумала словами известной литературной героини которую в школе обожала, а после тридцати стала откровенно презирать:

«Я не буду думать об этом сегодня, я подумаю об этом завтра… ну или послезавтра».

Глава 91: Гость из будущего

Пробежавшись пальцами по виртуальной клавиатуре над приборной доской внутри кабины своего орбитального истребителя, я отметил корректную работу всех систем машины.

Показатели демонстрировали более 98-99% готовности, что приближалось к идеалу, которого как все знают не бывает. Задумавшись ненадолго я развернулся спиной к передней панели с приборами и обратился к ИИ «Неясыти»:

- Сделай анализ работы системы.

«ДЛЯ ТЕБЯ ЧТО УГОДНО, МИЛЫЙ, - тут же откликнулся искусственный интеллект голосом моей покойной супруги. АНАЛИЗ РАБОТЫ СИСТЕМЫ БЫЛ ПРОВЕДЁН МНОЮ ТРИ МИНУТЫ СОРОК ЧЕТЫРЕ СЕКУНДЫ НАЗАД. НАРУШЕНИЙ НЕ ВЫЯВЛЕНО. ТЕПЕРЬ ПО ПОРЯДКУ: ШАГОВЫЕ ДВИГАТЕЛИ ПРОШЛИ ТЕСТ РОРШАХА, ОБА ГИПЕРДВИГАТЕЛЯ ПОСЛЕ ДИАГНОСТИКИ ПОКАЗЫВАЮТ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ…»

- Люда, а ты помнишь как на моё сорокалетие мы полетели на Вронский купаться в Розовом море? – с замиранием сердца спросил я компьютер.

ИИ оборвал доклад и в кабине повисла странная, гнетущая тишина.

- Помнишь? – настойчиво повторил я чувствуя себя полным дураком.

«У МЕНЯ НЕДОСТАТОЧНО ИНФОРМАЦИИ ДЛЯ ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС, ПОДПОЛКОВНИК», - вдруг сухим незнакомым тоном, мало напоминавшим голос Люды, ответил ИИ. ПРОДОЛЖАЮ ДОКЛАД. БАТАРЕИ, ПУСКОВЫЕ УСТАНОВКИ, ФОТОННЫЕ ПУШКИ В ПОРЯДКЕ. БОЕВАЯ СИНХРОНИЗАЦИЯ С «ЦУРУ» УВЕЛИЧИНА на 27,3%...

- А помнишь, что ты сказала мне в тот день? – почти прокричал я чувствуя как сердце в груди щемит, а к щекам приливает кровь. – Там прямо на берегу?

В кабине снова повисла тишина, а затем раздалось протокольное:

«У МЕНЯ НЕДОСТАТОЧНО ИНФОРМАЦИИ ДЛЯ ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС, ПОДПОЛКОВНИК».

«Всё-таки я реально чокнутый! Устроил допрос ИИ», - с досадой подумал ваш покорный слуга и крутанувшись на месте направился было к выходу из кабины, но уже занеся ногу над ступенями ведущими вниз задал ещё один вопрос:

- Администратор №1 – майор Серебряков Д.Д. смог бы получить ответы на мои вопросы?

«У МЕНЯ НЕДОСТАТОЧНО ИНФОРМАЦИИ ДЛЯ ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС, ПОДПОЛКОВНИК».

Спускаясь по ступеням быстрее чем следовало, я выкинул из головы образ Люды, стишок Маяковского позволяющий мне взять под контроль свои страхи и бороться с пресловутым «синдромом Пономарева», который ИИ в принципе не мог знать, единственно сосредоточившись на каре-зелёных глазах Бородиной и её милой улыбке.

* * *

Время подходило к полудню. За окном вот-вот должна была закончиться золотая осень ведь деревья окончательно скинули листья готовясь к зимним холодам. Впрочем, говорят серьёзных холодов на Печорине не бывало. Даже снег случался пару тройку-раз за зиму.

Напротив меня в кожаном кресле сидел Горелов. Под глазами Славы были глубокие тени, морщины на широком лбу стали глубже (наверняка не спал двое суток с того самого момента как Ташков привёз ребят обратно). Он только что вернулся из госпиталя сообщив, что и с Фроловой, и с Зиновьевым всё будет в порядке. Хотя поваляться на больничной койке парочке всё равно придётся. Ну Косте то это будет несложно, а вот Настя этому вряд ли обрадуется. Будет рваться к сыну. Поэтому я попросил Фрунзе слетать за пацанёнком и его нянькой.

Всё вроде бы было нормально. Задание Елагина мы выполнили. На Паломе для устранения цели понадобился всего один точный выстрел из снайперской винтовки (крупнокалиберная пуля выпущенная Барановым начисто снесла бедняге голову). На Гроненбурге-2 Лексин тоже справился быстро. Выстрел из реактивного гранатомёта начисто сжёг автомобиль вместе с сидящем внутри инженером. Скупая, но искренняя благодарность Знаменской и её рекомендация всё побыстрее забыть вызвала у меня грустную улыбку, но по-другому и быть не могло.

- Света, что у нас сегодня по плану? Деловые встречи, конференция с управляющими, онлайн-совещание с командирами «Беннигсен»?

- Ничего, господин подполковник, - произнесла за спиной Бородина и тёплая рука поручика легла на моё плечо от чего я испытал чувство похожее на счастье.

- А как же Миланкович с Призрена-2? – крутанулся на кресле я прикасаясь горячими губами к ладони Бородиной. Только при Славе я мог такое себе позволить. – Он же уже четырежды просил о личной встрече.

- В том-то всё и дело, что личной! – нехотя убрала руку от моих губ Света. - Мария Николаевна рекомендовала поберечься после последнего покушения на тебя. А он принципиально настаивает, чтобы договор с ЧВК ты прилетел подписывать лично. Даже на Славу не согласен. Подозрительный тип!

- Вообще-то Знаменская высокого мнения о Миланковиче, - возразил сестре Горелов. – Он бывший офицер, сотовец. Она считает, что на Призрене-2 мы сможем набрать новых бойцов. Там же большей частью сербы живут.

- Но стоит ли рисковать сейчас? – не сдавалась Бородина сложив руки на груди и нахмурившись (она кажется даже пыталась знаками попросить Славу поддержать, её, но тщетно). – Сами же говорили - скоро грянет буря!

- Не такой уж это и риск, - уже всё решил я по стационарному коммуникатору вызывая к себе дежурного офицера и поднимаясь на ноги. – Заодно Серебряков оценит возможности их космопорта на предмет постройки там транспортного узла, а то Сэлинджер-3 с этим еле-еле справляется.

* * *

В сопровождении Никитского с позывным Медведь (да-да, тот самый сапёр бар «Псков» которого сожгли наши противники) и троих вооружённых до зубов ребят, я, Света, Горелов (Слава категорически отказался отпускать меня одного) и Серебряков, прибыли на Призрен-2 ранним утром. Миланкович должен был нас уже ждать.

Оставив на корабле пилота с забавным позывным Теремок и майора Серебрякова, который должен был послоняться по космопорту и прикинуть, что и как тут придётся менять и перестраивать, мы всей честной компанией погрузились в привезённый с собой бронированный «Шувалов». Машинки эти делали на одном из моих заводов, и они выдерживали попадание снайперской винтовки любого калибра и рассеивали заряды плазмы… Что ха-ха-ха? Сам лично пробовал, работает. Как видите о безопасности своей я не забывал. Вынырнув из внутренностей корабля, мы долетели до центра города где мышкой прошмыгнули в подземный гараж и на лифте поднялись на двадцать девятый этаж серого древнего здания.

Душан Миланкович – крупный, квадратный пожилой мужчина с мощным раздвоенным подбородком в добротном шерстяном костюме встретил нас в дверях кабинета. Он был один. Врубив глушилку прослушки (штучка это всегда был со мной), я сел за длинный деревянный стол и внимательно изучил контракт.

Кабинет был прямоугольный. Просторный с обшитыми настоящими светло-коричневыми деревянными панелями стенами и полом. Часть стены (начинавшаяся за спиной хозяина) была прозрачной. Здесь же стояли огромные напольные часы грубой работы по форме напоминавшие гроб. Тикали они тоже противно, с каким-то нервным дребезжанием.

Медведь со своими и Света в этот момент сканировали не только весь двадцать девятый этаж, но и этаж под нами и над нами. Еле заметное постукивание Никитского ладонью по закованному в панцирный бронежилет левому плечу (в КПУЗДах мы бы внутрь бронированного лимузина не поместились) показало мне, что всё в порядке и угроза не обранужена.

И всё-таки что-то было не так. Слишком тихо, слишком нервно. Нет, Миланкович на испуганного похож не был. Этот мощный дядя, наверное, вообще мало кого боялся и всё-таки напряжение в его движениях я чувствовал.

Закрыв рот рукой, чтобы никто не мог прочитать по губам мои слова, я, идя в ва-банк, обратился к хозяину кабинета:

- Они прибыли до нас и теперь наблюдают?

- Да, - ещё больше нахмурив густые брови (хотя казалось куда бы больше) не стал отпираться серб. – Я клянусь вам, подполковник, что не выдавал вас и ваших людей. О времени прибытия знал только я и информацию эту никому не разглашал.

- Насколько всё серьёзно? - склонился над контрактом я поставив свою подпись.

- Они шантажируют меня внучкой. Ей всего шесть лет. Моя малышка любит яблоки, пирожное с молочным кремом и щенков. Любила. Несколько минут назад я узнал, что Милинка мертва. Они убили её, но не знают, что я знаю, - серб потемнел лицом и я пожалел его представив как сложно ему сейчас спокойно сидеть напротив меня. Сидеть, говорить какие-то слова… если только он не считает договор с нами важнее своих бед.

Света, слышавшая весь наш разговор по внутренней связи отвернувшись от окна ругнулась, Горелов сложив руки на груди опёрся о стену (он всегда так делал когда хотел серьёзно подумать), Медведь и его ребята крепче сжали рукояти штурмовых винтовок. И всё-таки мы ничем себя не выдали.

- Как мы можем помочь вам? – спросил мужчину я.

- Помочь? – хмыкнул серб внешне сохраняя спокойствие. – Подполковник, если я погибну знайте всё в силе. Стройте тут, что хотите. Мы все хотим под вашу защиту, мечтаем войти в состав Империи. Я желал взглянуть вам в глаза поэтому настаивал на личной встрече.

- Взглянули?

- Да, - серо-зелёные глубоко посаженные глаза Миланковича пылали огнём. - Вы подходите нам. Вы многое потеряли, вы поймёте нас. И помните: люди вас ждут. Вернитесь на планету и убийте этих мерзавцев! Всех убейте! Обещаете? – последние слова были произнесены каким-то хриплым шёпотом и на мгновение мне даже показалось, что подавшийся вперёд мужчина сейчас заплачет. Нет, я не винил Душана. Видно было, что смерть внучки стала настоящим потрясением для него. Но мужчина не заплакал, и предательская влага испарилась в пылавшем внутри него гневе.

Я же не мог ответить иначе на его вопрос. Да и не хотел.

- Обещаю, - губы мои растянулись в вежливой улыбке для тех кто наблюдал за нами, а рука моя крепко сжала сухую ладонь Душана Миланковича.

- А сейчас садитесь в автомобиль и летите в космопорт, - не отпуская мою ладонь произнёс хозяин кабинета. - Я сделал так, что они не смогут преследовать вас, а значит и сбить корабль не смогут. Но… я уверен перед отлётом они попытаются вас убить.

- Удачи, - сказал я Миланковичу обменявшись говорящим взглядом с распахнувшим дверь Гореловым

- Удача мне не нужна, - парировал серб. - Мне нужна твёрдая рука и пара лишних патронов в магазине.

И тут я подумал, что с этим дядей прощаться рано.

* * *

Миланкович будто в воду глядел. Коспоморт встретил нас запустением и сюрпризом.

Сидевший за рулём Горелов показал подбородком на громадину грузового шагахода словно специально замершего у нас на пути. Робот стоял так, что мы на своём лимузине просто не могли вернуться в трюм корабля.

- Погрузчик не даст нам залететь внутрь.

- Придётся выходить и нестись вперёд что есть мочи, - сказал я досылая патрон в патронник пистолета-пулемёта висевшего на тактическом ремешке у меня под умопомрачительно дорогим пиджаком.

- И в этот момент мы станем мишенями, - сказал Слава, заряжая свой «Долг».

- Обязательно станем, - хихикнул за спиной Медведь.

Никто в лимузине не паниковал, просто новичков среди нас не было и все понимали, что враг только и ждёт когда мы откроем двери чтобы открыть огонь.

- Будьте осторожны, подполковник. За нами наблюдают, - словно издеваясь сообщил по внутренней связи Серебряков.

Я хотел было ответить, что-то едкое, резкое, но не успел. Не знаю уж что там снаружи изменилось, но…

БАБАХ! – наш лимузин, висевший в пяти метрах над землёй, кувыркнувшись в воздухе, врезался в замершего на пути грузового робота. Превратить в послушный мячик бронированный автомобиль было непросто, но противнику это удалось. За первым взрывом последовал второй, а затем неизвестный снаряд полетел в наш корабль, но вспыхнувший на мгновение голубым купол защитного поля отразил атаку. Снаряд отлетел в сторону оставив в пенобетоне воронку размером с миникар для русского гольфа.

Всё это я видел из окна перевернувшегося лимузина. Лицо моё врезалось в окно, а сверху на меня навалились Света и Горелов. Тяжело, зато все живы. «Шувалов» свою задачу выполнил. Потому как что-то полегче разорвало бы пополам если не от взрыва, то он удара в шагоход.

И конечно огромное спасибо Копалычу. Вредный старикашка со скандалом не только заставил нас брать с собой в рейды дополнительный генератор, от которого во время стоянки кораблей подпитывалось защитное поле, но и настоял на том, чтобы пилоты садясь за штурвал расписывались в специальной инструкции где 22 пунктом значилось: «во время стоянок в космопортах, либо посадке в незнакомой (знакомой) местности активировать защитное поле питающиеся от запасного генератора…». Вернусь домой куплю старому солдату партию этих двухлопастных подшипников… или двухподшипниковых лопастей… тьфу, не помню. В общем те самые которые стоят до хрена. Он выпрашивает у меня их уже три месяца.

КРАК! – Медведь выбил двери лимузина и вылез наружу. За ним последовали его бойцы. И в этот момент по нам открыли огонь из автоматического оружия. Справа и слева на нас бросились роботы-солдаты неизвестного образца. Прикрываясь автомобилем Медведь открыл огонь из штурмовой винтовки разнося на куски машины, но они лезли снова и снова. От корабля по роботам тоже стреляли, а это значит, что Теремок и Серебряков живы. Вот только эффективность их огня снижалась тем же самым защитным полем. Физика!

Вскоре мы уже все были снаружи паля по нескончаемой волне железных болванчиков на тонких ножках. «Вот бы сюда сейчас пару дюжин Степанов они бы им дали», - мечтал я короткими, экономными очередями ведя огонь по противнику.

Если вы думаете, что огонь снарядами или что это за штука была прекратился, то ошибаетесь. Врагу нашему на механических болванчиков было плевать.

БАБАХ! – меня, Горелова и Свету подбросило в воздух взрывом, и я собственными глазами видел как Медведя - плечистого блондина с резкими быстрыми движениями и с шрамом через левую бровь и его ребят порвало на части металлическими осколками и кусками пенобетона.

Рухнув на бок, я застонал от боли, а на зубах моих скрипнула каменная пыль. Ей же были забиты глаза и нос. Перезарядив магазин пистолета-пулемёта лёжа на спине, я продолжал вести огонь, тоже самое сделал перевернувшись на живот Горелов подобравший штурмовую винтовку одного из погибших ребят.

- Противник на крыше жёлтого ангара на три часа! – прокричал склонившийся над останками Медведя Серебряков.

Глазастый всё рассмотрел. Только нам со Славой сейчас было не до этого. Отвлекись на секунду и чёртовы железяки нас просто сомнут и задавят числом.

На какое-то мгновение я был сосредоточен только на стрельбе. Поймал в прицел робота – нажал на спусковой крючок и так много-много раз, поэтому вылетевшая из трюма корабля на форсажных двигателях КПУЗДа Света (как же быстро она запрыгнула в лисёнка) стала для меня неожиданностью. Проломив поредевший строй машин, она рванула к зданию с которого по нам вели огонь. Преодолев больше половины пути Бородина оттолкнувшись ногами буквально взлетела в воздух разрядив по огневой точке противника плазменную пушку на плече.

Однако в это время рядом с нами раздался новый хлопок взрыва. Кто-то замычал от боли, и я, падая, разбивая в кровь коленки, поднимаясь, бросился вперёд.

Серебряков! Подхватив бледного майора, я дотащил его до корабля и помог забраться по грузовому люку внутрь. Бросившегося к нам на помощь пилота по щеке которого текла струйка крови я шуганул:

- Подпоручик, в кабину! Быстро! Как только Горелов и поручик окажутся внутри взлетай!

- Есть, господин подполковник! - Теремка словно ветром сдуло и через несколько секунд я почувствовал вибрацию под ногами.

Прихрамывая внутрь поднялся Горелов. Весь в пыли и грязи, без оружия, но вроде живой. Следом лязгнув подошвами в грузовой отсек запрыгнула защищённая КПУЗДом Светлана.

- ВЗЛЕТАЕМ! – заорал я внезапно сообразив, что передатчик свой где-то потерял.

Корабль крутанувшись стартанул в небо оставляя позади внизу десятки уничтоженных нами роботов-солдат и останки наших боевых товарищей.

- Подпоручик, сигнал тревоги подай! – закашлявшись снова прокричал я зачем-то пытаясь стряхнуть грязь с порванных на коленках брюк и превращённого в лохмотья пиджака.

- Уже, господин подполковник!

Кто-то рядом застонал, и мы все дружно повернулись к сползавшему по стене Серебрякову. «Ну вот мне Елагин за него голову оторвёт», - подумал я вспомнив с какой помпой майор прибыл на Печорин.

- Да всё со мной нормально, - произнёс ещё больше побледневший майор оттолкнув руку Горелова и тут же потеряв сознание рухнул на пол.

Бок комбеза справа у Серебрякова потемнел от крови и недолго думая мы дружно подняли его на операционный стол, имевшийся в каждом грузовом трюме военно-транспортных кораблей. Надо было только нажать кнопку и помимо стола из корпуса появился медицинский робот и аптечка с лекарствами и инструментами.

- Давление? – привычно приказывал роботу Горелов. Слава снова был полон энергии будто сам совсем недавно хромая еле забрался внутрь корабля.

Комбез с майора был срезан медицинский сканер в руках гудел собирая данные пациента.

- Проникающее. Крупный осколок внутри. Задет пищевод… ЧТО ЗА ДЬЯВОЛ?!

Вид у Славы и правда был обескураженный. На мгновение он даже замер на месте. Секунда или две и наш доктор снова бросился спасать человеческую жизнь.

Когда все необходимые процедуры были выполнены Слава поднял меня с пола и подтащил к порозовевшему Серебрякову дышавшему через кислородную маску.

- СМОТРИ! – крайне эмоционально, чего от него я точно не ожидал закричал Горелов.

- На что смотреть? – устало спросил я. Рядом с нами бесшумным призраком возникла приведшая себя в порядок Света.

- На это! - пальцы Славы коснулись тонкого, но хорошо различимого рубца опоясывавшего майора. - Его словно разорвало пополам, а потом его… сшили.

- Хороший хирург? – не подумав брякнул я.

- Да ты что?! – покраснел от волнения Слава. - Какой хирург?! А я кто?! Ты меня не понял его разорвало пополам… я вижу через сканер! Пополам значит вместе с органами внутри. Никакой хирург так сделать не сможет. Ну то есть он может быть и сможет, но не успеет. Пострадавший истечёт кровью за секунды, умрёт от болевого шока и никакие обезболивающее не помогут!

Кажется, Света всё поняла быстрее меня. Склонившись над Серебряковым она коснулась выпуклости рубца.

- Рельефный, будто наложен поверх кожи… нет, его будто спаяли. Старый рубец.

- Лет пять-шесть, - пояснил Горелов.

Кашлянув я сделал шаг к майору и какое-то время внимательно разглядывал его.

- Спаяли, - бубнил я себе под нос. – Как можно спаять живого человека? Чего вы выдумываете? Должно быть какое-то объяснение…

- Объяснение? – возмутился всё ещё находящийся на взводе Горелов. – Лёша, тогда как ты объяснишь это?

Слава поднял левую руку находящегося в бессознательном состоянии Серебрякова. Под выцветшей от времени татуировкой Гагарина располагавшейся между большим и указательным пальцем на руке майора, я увидел цифры, даже скорее дату: 29.09.2298. Особую нелепость происходящему придавало то что сейчас на дворе был октябрь 2292.

- Может это не дата? – предположил я повернувшись к Славе и Свете сам не веря в свои слова.

ГОЛОСУЕМ ЗА ПРОДОЛЖЕНИЕ ЦИКЛА!!! Автор будет рад если вы поддержите его материально. Вся информация в профиле.

Глава 92: Три обещания

Фургон летел над копошащимся внизу людским муравейником время от времени застревая то в одной, то в другой пробке. Группа штабс-капитана Маяковского возвращалась в уютный загородный особнячок использующийся контрразведкой в качестве штаб-квартиры на Ираклионе-7 – небольшом, но густозаселённом мире располагавшемся на границе между бывшей Лигой Свободных миров и одной из карманных федераций Конфедерации название которой вам ничего не скажет. Империя сюда ещё не пришла, даже одним глазком в окошко не заглянула.

Трое бывших морпехов: Савельев, Абдразаков и Калитка в панцирных бронежилетах, полумасках со встроенными внутрь визорами, вооружённые пистолетами-пулемётами, оседлали лежащего на полу фургона лицом вниз Чемаоби Бекеле – крепкого темнокожего мужичонку с гладкой как коленка головой, руки и ноги которого были стянуты таким образом, чтобы он не только дёрнуться, но и дышать через раз мог. Гадёныш это служил. В конце концов они охотились за ним больше месяца. Пикантности в операцию добавляла то, что Бекеле активно разыскивали конфедераты. Впрочем, штабс-капитан подозревал, что именно поэтому на мнемоника – торговца информацией средней руки, обратили внимание спецслужбы Империи.

- Ребята, вы его смотрите не задавите! – озабоченно подалась вперёд Майя Шумилова – симпатичная, невысокая, немного курносая брюнетка, отвечавшая в их группе за связь. - Он там хоть дышит?

Широкоплечий, темноглазый Абдразаков сидевший на плечах Бекеле кивнул симпатичной девушке и бесцеремонно похлопал пленника по щеке. Выслушав порцию площадной брани оперативник расплылся в обаятельной улыбке:

- Не беспокойтесь, прекрасная Майя. С ним всё хорошо.

Занимавший место на пояснице Бекеле Калитка – худощавый зеленоглазый оперативник с волосами цвета спелой пшеницы ткнул пленника кулаком в бок и голосом классного руководителя в школе, произнёс:

- Не ругайся, а то я тебе зубы выбью и в рот кляп вставлю.

Ойкнув от боли, мнемоник прикусил язык и зло посмотрел на русских.

- На хрена мы его вообще с собой тащим! – лениво пробурчал себе под нос Савельев – жилистый, квадратный оперативник со старым, рваным рубцом на шее. – Нам же только голова его нужна.

Словно в подтверждении своих слов прапорщик кивнул на лысые голову Бекеле на которой был виден круглый шрам – следы операции по имплантации.

- Добрый ты, братец. Сил нет! – улыбнулся Маяковский. – Голову допросить не удастся. Рассказчица сказала доставить живым. Хочешь с ней поспорить.

Мрачно улыбнувшись Савельев поднял руки ладонями вверх. Спорить со Знаменской себе дороже.

- То-то же, - откинувшись на стенку фургона штабс-капитан положил руку на нагревшийся от жары корпус штурмовой винтовки. Пот ручьём лил по спине противно сползая в брюки и трусы, но снять панцирный бронежилет и оружие было нельзя. Пока не добрались до штаб-квартиры - ушки на макушке. Так принято.

Только он так подумал, как фургон дёрнулся и нырнул вниз.

- Капрал, доклад! – схватившись за сидение под задницей и удерживая рукой сидящую напротив него Майю прокричал Маяковский Урбонасу - четвёртому оперативнику и по совместительству водителю фургона.

- Да напряжение в электромагнитном двигателе упало, господин штабс-капитан! - ответил капрал, который всё никак не мог отказаться от официоза и называть командира как это делали все – используя позывной.

- Что у нас вокруг? – посмотрел на Шумилову Маяковский, но та уже и сама бегала пальцами по физической клавиатуре лаптопа надвинув визор на глаза.

- Всё чисто. За нами никто не летит, датчики на корпусе каких-либо значимых повреждений не выявили, - доложила та.

- Да не переживайте вы так, господин штабс-капитан! Машина работает. Просто сбоит что-то. Сейчас сядем и я всё починю, - уверил командира Урбонас направляя фургон к земле.

Маяковский в случайности не верил. К тому же Урбонас был классным механиком и машину перебирал не раз.

- Леший, Всадник, Ухват – готовность номер один! За пленника отвечает Леший!

Морпехи задвигались, надвинули полумаски на лица, проверили оружие. Леший с кровожадной улыбкой достал из кобуры на бедре автоматический пистолет и приставил его к груди Бекеле.

- Попробуй мне только выкини что-нибудь. Тут же твою головёнку отчекрыжу и в рюкзачок за спину сложу.

От такого заявления пленный даже побледнел хотя разглядеть это на его тёмной коже было нелегко.

Фургон же аккуратно спланировав приземлился на тихой улочке в заброшенном квартале примыкавшем к строительному району.

- Всё чисто! - сообщила Майя. – Сканирую окружающие здания. На лбу подпоручика выступили крупные капли пота. Кондиционер фургона не справлялся с сорокатрёхградусной жарой снаружи.

- Надо бы пленника нашего вывести из автомобиля. Слишком приметная он цель, - обратился к девушке Маяковский снимая штурмовую винтовку с предохранителя.

- Слева в ста метрах пустой здание… - произнесла Майя облизав губы кончиком языка. Крепкие стены, три выхода. Бывшая кузнечная мастерская.

На том и порешили.

- Килька, на тебе ремонт машины. Чародейка мониторит пространство вокруг. Мы выводим Бекеле. ВПЕРЁД!

Боковые двери фургона бесшумно раскрылись и бывшие морпехи словно тряпичную куклу потащили пленника к указанному Маяковским зданию…

Пш-ш-ш-ш! - дымный след от снаряда реактивного гранатомёта прочертил воздух как раз в тот момент, когда оперативники вместе с командиром были на полпути до заброшенной кузни дверной проём которой, маячил впереди покосившейся, сползшей с петель металлической дверью. Фургон вместе с сидевшей внутри Майей и копавшемся в движке Урбонасом превратился в клубок плотного, густого огня с прожилками чёрного дыма. Осколками разорвало на части Абдразакова, Калитку, прикрывшего собой пленника Савельеву оторвало по плечо правую руку и по колено левую ногу. Самого штабс-капитана метательным снарядом швырнуло прямо в кузню. Тело бывшего штурмовика сорвало покосившуюся дверь и рухнуло на груду битого кирпича внутри…

* * *

Вряд ли я пробыл без сознания больше минуты. Контузило малёхо, это да. Тут к гадалке не ходить. Открыв глаза я первым делом проверил наличие конечностей. Как говаривал мой инструктор Седов (затерявшийся сейчас где-то в Дальнем космосе с колонизаторской миссией): «руки-ноги на месте, значит задачу выполнять способен». Голову проверять не стал, соображает, значит в порядке. Смахнув с глаз кровь из рассечённого лба (мордой в кирпичи это неприятно, но не смертельно) я, заслышав голоса снаружи откатился в сторону укрывшись за торчащей из земли ржавой трубой. С удивлением увидел, что на кирпичах остались следы крови. Пошарив рукой по спине и убедившись, что панцирный бронежилет просто в хлам (жизнь он мне всё же спас), а кровь не моя, тут же успокоился. Чья? То ли кого-то из ребят, то ли не дай бог Бекеле.

Нет, вы не думайте, что я чёрствый сухарь и мою опергруппу мне не жаль. Просто я штурмовик, и чего только в своей жизни не насмотрелся. Как там в нашей песне:

Там в цвете только реки алой крови. Огонь, конечно, с кровью заодно. Штурмовики идут нахмурив брови.

Конечно мне было жалко и серьёзную, сосредоточенную Майю и мрачного Савельева, и шутника Абдразакова, и всех-всех… но у нас тут блядь, не детский сад. А за ребят сочтёмся. В этом я был уверен. Маяковский всегда слово держит.

Из-под трубы мне было неплохо видно вооружённых пистолетами-пулемётами и штурмовыми винтовками субчиков. И знаете я их узнал. Нет, не то чтобы знал лично. В знакомцах таких гнид у вашего покорного слуги нет. Просто белая эмблема: зубастая рыбка в круге - это символ «Пираний» - торговцев синтетическими наркотиками, оружием и живым товаром. Лет пять назад присутствовал на совещании где нам доводили информацию об этих гадах. Пацаны серьёзные, бывшие военные и сотовцы, хорошо вооружённые, дисциплина почти как в армии. Не как в Империи, а скажем как в Синдикате или у османов. Но этого им вполне хватило, что быстро перебить (в буквальном смысле) всех своих конкурентов и установить нечто вроде монополии на чёрном рынке. Правда в последнее время они нервничали, лезли на территорию других серьёзных ОПГ. А всё потому что Империя вот-вот должна была прийти сюда и прищемить им крысиный хвостик.

Сплюнув густую слюну напополам с кровью, я попытался собраться с мыслями. «Пираньи» на наших врагов не работали, они вообще упрямо отвергали все контакты со спецслужбами и разведками. Тогда что им тут надо? Зачем они напали на нас? Вывод напрашивался один. Им нужен Бекеле и то что хранится у него башке.

Прямо на моих глазах смуглый боевик, с аккуратной, короткой чёрной бородкой, и непропорционально длинными руками, вытащил из кобуры на поясе крупнокалиберный револьвер и дважды выстрелил в кого-то на земле. То ли кто-то из моих выжил то ли Бекеле конец пришёл.

Оглянувшись по сторонам, я увидел валяющуюся в двух шагах от меня штурмовую винтовку. К сожалению, повреждённую. От удара о дверь кузни её переломило пополам. Рука моя сползла к бедру, но чёрт побери, пистолета там тоже не было, впрочем, как и самой кобуры.

Снаружи сначала раздался звук приземляющегося транспорта, а следом короткие, гортанные команды. Пираньи засуетились. Наплевав на безопасность я по-пластунски, сдерживая готовые вырваться из рта крики боли (адски болела не только спина, но и затылок, и ноги) пополз вперёд.

Благодаря смене позиции мне удалось увидеть как пираньи подхватили с земли тело бесчувственного Бекеле и куда-то его потащили.

Что-то загудело и я, вскочив на ноги, добежал до двери, чтобы выглянуть наружу. Грузовой люк автоматической фуры на боку которой был нарисован ящик с овальными экзотическими фруктами похожими на апельсин, медленно закрывался. Вот значит как они перемещаются по городам не привлекая к себе внимание. А это значит хакнули роботов управляющих транспортом и приплачивают кому-то в компании владеющей фурами. Иначе вмешательство в программное обеспечение механических болванов давно заметили бы.

Дождавшись когда люк поднялся почти до конца, я, снова смахнув заливавшую глаза кровь, прихрамывая бросился вперёд. И чуть не упал, потому что споткнулся о изуродованное тело Лешего, то есть Савельева. Миша выживший в мясорубке на Кристи-2 и лунах Жданова с каким-то удивлённым выражением уставился на меня. Странно, но лицо оказалось взрывом не тронуто. Так бывает. Он был словно жив и даже пулевое отверстие в голове этой мысли не мешало. Мысленно пообещав прапорщику проделать точно такую же дырку в голове его убийцы, я рванул к взлетающей фуре зацепившись руками за тяговый крюк которым она цеплялась с себе подобными во время превращения их в локомотив.

Обвив мёртвой хваткой рук и ног металл, упёршись ногами и саднившей поясницей в гофрированное устройство сцепления, я вместе с фурой поднялся в воздух.

Последнее, что я увидел это угольно-чёрное, сгоревшее, похожее на жуткий манекен тело Чародейки так и замершей на месте со своим лэптопом внутри нашего фургона.

И я дал ещё одно обещание.

* * *

Автоматическая фура приземлилась на северо-востоке столицы возле длинного двухэтажного ангара окружённого ржавой оградой. Выгрузившись, две дюжины пираний скрылись внутри строения, а я несколько минут приходил в себя. Спина затекла, руки ныли, пришлось даже сделать что-то вроде зарядки, чтобы вернуть подвижность нагруженным членам. Ничего смешного братцы, передвигался я с большим трудом. Сбросив остатки панцирного бронежилета, я грязными измазанными в саже пальцами нащупал у себе на спине четыре раны, может их конечно было и больше, но глаза на затылке уж простите себе не отрасти, так что будем считать, что четыре. Причиной были не осколки от гранатомёта или куски взорванного фургона, просто от удара по броне кожа под ней треснула. Бывает. И это несмотря на то, что бабушка говорила мне будто я толстокожий как бегемот. Кто такой бегемот не знаю, но подозреваю какая-то несимпатичная и тупая зверюшка. Бабуля у меня была - огонь. Неглубокие ранки, зато выяснилось почему болит спина.

Как ни странно, во дворе никакой охраны не было, правда причину этого я выяснил почти сразу. Автоматические турели срабатывающие на движение, вращали стволами над не такой уж и ржавой оградой. Хорошо хоть охраняли они только внешний периметр. А могли бы снабдить их поворотным механизмом на сто восемьдесят градусов и маркером «свой-чужой». Тогда бы мне сразу конец пришёл.

И всё-таки одного боевика я нашёл. В дальнем углу двора он под навесом копался в ховербайке. Подкрасться к нему и свернуть к чертям шею было не сложно. Трофеи правда у него были ерундовые. Двадцатизарядный автоматический «Хаус» пиндоского производства. Не оружие, игрушка. Я при своих 213 сантиметрах роста еле-еле указательный палец в спусковую скобу просовывал. В общем тьфу, а не пистолет. Ещё был кинжал с короткой рукояткой и… поясная аптечка. Снимаю претензии. Улыбка растянулась по моим губам.

Обработав (ну как смог) ранки и порезы специальным аэрозолем, сделав одну за другой инъекции обезболивающего и гемостатика я почувствовал себя здоровым. Боль почти сразу отступила, а голова, спина и ноги перестали болеть. Был здесь ещё и ребатрон, но его я колоть не стал. Хотел сохранить ясное сознание. Берсерком я побыть всегда успею.

Вещички и добротный пластинчатый бронежилет мне конечно не подошли. Однако я привык работать с тем, что под рукой.

Уже через пять минут оказался внутри ангара, который на самом деле был пуст. База пираний была под землёй. У спуска у меня возник небольшой конфликт с часовым, но решил я его метким броском «Хайса» в голову мерзавца. А вы говорили он мне не пригодится. Очень-очень я боялся, что под землю со своими габаритами не влезу и проход будет мне узкий (как в таких условиях нормальный бой вести), но зря. Внутри место было ДО-ФИ-ГА. Уж не знаю, что это за подземелье было такое, но потолок угадывался в потёмках. Убив часовых (одному я вонзил кинжал в висок, а второму бесхитростно размозжил голову кулаком), я разжился парочкой пистолетов-пулемётов «Гром», восемью магазинами и четырьмя гранатами: тремя наступательными и одной правильной, человеческой. Это я про Ф-16. Невесть, что, но согласитесь уже не с голыми руками. Одёжка убиенных мне тоже не подошла, и я начал искать оружейную комнату. Если есть база, значит есть и оружейная комната для часовых.

Нашёл, правда пришлось дверь ломать. Но она оказалась совсем хлипкая хоть и железная. За решёткой, которую я открыл как нормальный человек бинарным ключом и правда располагалась оружейка – комната сокровищ. Нет-нет - пещера Али Бабы. Был такой в древней истории Земли паренёк, что нашёл схрон разбойников и тырил у них помаленьку их денежки. Нет, я ничего тырить не буду. Красться и скрываться тоже. Наоборот, я буду громко шуметь и много убивать. Потому как за ребят отомстить надо, два слова сдержать, и Бекеле найти. Хотя бы его останки. А то ведь Мария Николаевна и на том свете сыщет. Она может.

К арсеналу моему прибавилось парочка зажигательных гранат, ещё четыре Ф-16 и десяток наступательных «хлопушек», новенький в смазке гранатомёт револьверного типа «Гном», пяток пистолетов-пулемётов и три штурмовые винтовки – старьё, но ухоженное, рабочее. В шкафчике у стены было несколько панцирных бронежилетов и я выбрал самый большой. Не без скрипа, но он на меня налез. Если не дышать вообще даже не мешает. Ха-ха! Глупо было надеется, что я найду тут тяжёлую штурмовую броню. Помимо защитного снаряжения я нашёл разгрузочный жилет и прямоугольный каркасный рюкзак. С такими десантура в бой ходит. Движение правым локтем назад и полный магазин вылетает снизу в подставленную левую ладонь. Есть конечно нюансы, но я с этими штуками уже работал поэтому как отрегулировать работу капризной «скатерти-самобранки» знал. Туда все боеприпасы, что в кармашки не вошли я и уложил.

Божечки мои! - прямо у входа стояла парочка тактических штурмовых бронещитов с оттиском нашего двуглавого орла. Ну кто же такое чудо и изуверам в руки передаёт и куда Комитет только смотрит! Настроение у меня ещё больше улучшилось будто от солнышка согрелся.

Но самый главный сюрприз ожидал меня впереди. Ещё точнее он валялся прямо под ногами. Уже приготовившись идти, я буквально запнулся за громоздкий, тяжёлый металлический ящик, который использовали вместо лавочки. Внутри что-то громыхнуло и раскрыв крышку я обомлел. На груде патронов лежал раритетный К-199М. Земляк! Да не простой, а с расширенным магазином. Отличная, безотказная винтовка которой раньше вооружали тяжёлых штурмовиков. Это потом на шестиствольные, восьмиствольные пулемёты, да плазменные пушки перешли, а раньше работали вот с этой штукой. Да что там говорить неустаревающая классика!

«Это откуда же такое чудо к пираньям попало?» - думал я, проводя рукой по оружию. Винтовочкой явно давно не пользовались, ибо была она покрыта паутинкой и слоем патины. Но это ничего, смазка и всё остальные инструменты для чистки и мелкого ремонта как в любой оружейке тут были.

Руки мои принялись за разборку и чистку оружия любовно прозванного имперскими солдатами «Василисой». Тяжёлая дура и простой среднестатистический солдат замается её таскать. Удержать при стрельбе её тоже нелегко. Но мне то как раз по размеру. Работая, и прислушиваясь не идёт ли на смену караула враг, я погрузился в приятные воспоминания.

Знал я одну валькирию с простой русской фамилией. Не женщина – огонь. И ростом, и комплекцией под стать мне. Была у неё точно такая же «Василиса» только с увеличенным калибром и... мягким спуском. «Русская штучка», - смеялась она. От мыслей об этой женщине в груди моей стало тепло, да что там тепло - жарко. Света была единственная с кем я задумывался о создании семьи. Даже против детей не был. Это же какие богатыри у нас родились бы! Ух! Бр-р-р-р! – поболтал головой я пытаясь выкинуть лезущие в голову глупости. К тому же согласившись служить в контрразведке я для всех официально погиб. Для немногих близких и… для неё. Конечно любимая думала, что я умер. А я и умер, почти умер. Вон слева на боку шрам полумесяцем, он то меня чуть и не доканал.

Заменить в К-199М пришлось только ма-а-аленькую пружинку. Всё остальное после смазки и чистки работало как часы. Да и чему тут ломаться. ВЕЩЬ! Патроны и пару запасных магазинов тоже быстренько проверил, но они были насыпаны в ящик намного позже.

Чувствуя как сердце начало разгонять адреналин по венам я на мгновение закрыл глаза и снова вспомнил Седова. «Помните солдаты, что гнев, который вы не контролируете в бою подобен бите, а вот гнев, что вы обуздали и поставили себе на службу это уже совсем другое оружие - обоюдоострый меч разящий с первого раза насмерть.

Время пришло. Мстя моя будет страшной. Прикрепив к наплечнику бронежилета тросик щита, я на согнутой в локте руке выставил его перед собой, высунул в окошко ствол штурмовой винтовки и пошёл вперёд по коридору. Тем более, что он был один. Как хорошо когда не надо выбирать как витязь на распутье. О чём я? Эх вы! Картина такая есть! Да не кинокартина, а настоящая красками намазанная.

Тра-та-та-та-та! - все появляющиеся в коридоре пираньи становились моей лёгкой целью. Тяжелые пули рвали незащищённые тела, отбрасывая их на стены в брызгах крови. Поначалу было неинтересно так как боевики были без брони и вооружены лёгким оружием. Вроде как на расслабоне. Но уже после десятка трупов они куда-то сбегали, и игра началась сурьёзеая.

Свинец плющился о мой тяжёлый щит и рикошетил. Сделано в Империи это вам не какая-нибудь вафля «маде ин Бритиш» или «маде ин КША». Качество!

Когда начались комнаты по бокам, я начал закидывать туда гранаты. Ну ещё для профилактики со второй руки очередь из «Раската» давал.

Проходя мимо столовки забросил туда сразу две зажигалки.

- Приятного аппетита, шакальё! - полыхнуло так, что меня к стенке прижало. То ли баллон с газом я там взорвал то ли ещё чего, но слова данное Чародейке я выполнил. Запашок горелого человеческого мяса ни с чем не перепутаешь.

Спинке стало жарко, по потолку, следуя одному ему известной дорогой, потянулся смоляно-чёрный дымок, врубилась пожарная сигнализация и опрыскиватели. Правда вскоре они работать перестали. Ай-яй-яй, господа пираньи, что же вы пренебрегаете противопожарной безопасностью.

Когда мне под ноги полетела первая граната, я сумел отшвырнуть её краем щита, но взрывной волной меня отбросило на несколько шагов назад.

БАБАХ! - осколки залязгали по поверхности металла. Я устоял, но резкий приступ тошноты вывернул мой желудок. Как можно дальше бросив вперёд одну из гранат, дождавшись хлопка, криков боли и проклятий, я выпустил в раненых последнюю очередь из «Василисы» и забросил штурмовую винтовку в одну из комнат. Буду жив - вернусь за красавицей. Светке покажу при случает. Если разрешат, конечно…

В какой-то момент я понял, что кажется, действие обезболивающего начало заканчиваться потому как в голове у меня снова, что-то неприятно запульсировало заставляя глаза щурится, а спина разболелась. Вскоре я почувствовал текущую по позвоночнику кровь. То ли раны оказались глубже чем я думал, то ли меня где-то зацепило потому как в щите уже четыре дырочки навертели, а снизу он был немного погнут.

Чувства в кулак, волю в узду! Рабочий, работай! Не охай! Не ахай!

Проговаривал я про себя стихи своего талантливого однофамильца длинной очередью сбивая с ног сразу троих стрелков. Выполнил план — посылай всех в… - в коридоре по мне заработал пулемёт, кувалдой лупя в щит и высекая из бедняги искры, и я спрятался в пустую комнату слева. Ещё разок!

Выполнил план — посылай всех в… БАБАХ!

А не выполнил

Сам иди на… - ДАМ-ДАМ-ДАМ-ДАМ! Нет, ну правда дочитать не дают» - вот тут и пригодился мне «Гном». Пробивая дырки в переборках между комнатами, я двигался параллельно занятому противником коридору. Как говорится против лома нет приёма, если нет другого лома…

Выскочив у них за спиной, я расстрелял последний магазин «Раската» поднимая с пола шестиствольный «Артём». Ещё одно чудо имперской оружейной мысли. Красавчик!

Избавившись от погнутого щита я беспрестанным огнём уничтожал всё живое в коридоре и других помещениях. Переступая через гильзы, истерзанные свинцом тела шёл вперёд как танк. Потому что надо, потому что должен. А потом всё кончилось…

Переступив гудевшими от усталости ногами через порог небольшого, хорошо освящённого овального зала, выполнявшего тут роль командного пункта, я увидел внутри всего одного человека. Штабс-капитан Маяковский службу знает. Кого я там увидел? Того самого гада, что добил Савельева. Правая рука бородатого плетью висела вдоль туловища, с кончиков пальцев на модные армейские ботинки «Сanaille» капала тёмная кровь. Револьвер его лежал на полу. Отбросив в сторону пустой пулемёт, я поднял оружие и сдвинув защёлку высвободил барабан. Внутри остался всего один неиспользованный патрон.

- Ты кто? - на хорошем имперском произнёс бородатый. Опираясь на стол у стены. На поверхности стола лежал Бекеле в черепе которого уже сделали дырку. В левой руке офицер Пираний держал имплантат. Уже чистенький и отмытый.

Так и не дождавшись моего ответа он продолжил:

- Ты вообще понимаешь, что это за адская штука?! Это шедевр! Масштаб! Миры склонятся перед ней! Да эти чертежи можно продать за такие деньги, которые тебе солдафону и не снились…

- Понимаю, - спокойно ответил я, смекнув, что ребята сегодня точно погибли не зря и плавно нажал спусковой крючок револьвера выбив подонку мозги.

Нет, ну а чего мне с ним как в кино разговоры разговаривать? Так я сдержал второе обещание.

Надо сказать, что никаких особых эмоций это у меня не вызвало. Сколько я их сегодня отправил к дьяволу? Не считал. Сплюнув на пол кровью, я забрал у бородатого имплантат и уселся в кресло за монитор набрав на клавиатуре простой электронный адрес тем самым отправив экстренное сообщение в штаб-квартиру. На всякий случай продублировал его для Знаменской снабдив цифирным и буквенным кодом благодаря которому оно будет лететь через вселенную… с нужной скоростью. Навалившаяся на плечи усталость заставила меня прикрыть глаза позволив себе на некоторое время расслабиться. Устал я сегодня, устал.

Чего вы подумали? Нет, умирать я не собирался. Молод ещё был, хорош собой, да и Светку Иванову увидеть всё же сильно хотелось.

И я дал ещё одно слово…

Автор будет рад если вы поддержите его материально. Вся информация в профиле.

Глава 93: Поздний ужин

Склонившись над тарелкой Тед Мастерс втянул ноздрями аромат стейка с кровью из говядины. А затем, используя нож с вилкой мужчина с мечтательной улыбкой отрезал кусочек мяса и макнув его в чесночно-огуречный соус отправил в рот.

От удовольствия бывший сенатор даже зажмурил глаза. Блюдо было прекрасно приготовлено. Итальянские травы, немного перца чили, тимьян, чабрец всего здесь было ровно столько сколько нужно.

- Всё-таки Филипп не зря получает свою зарплату! – произнёс Мастерс обращаясь к одному из своих телохранителей (каменными изваяниями замерших возле дверей) пригубив белого вина из стеклянного бокала с длинной ножкой.

В тот самый момент когда бокал опустился на белоснежную скатерть, все пять ярко освящённых французских окон столовой с громким хлопком брызнули стеклянными осколками, и из темноты сада внутрь зала влетели вооружённые до зубов люди в защитной броне сине-белого цвета. Огонь из штурмовых винтовок с глушителями в несколько мгновений уничтожил четверых охранников Теда Мастерса. Здоровяк Марлон – сегодня выполнявший роль старшего телохранителя, только раз успел нажать на спусковой крючок своего пистолета-пулемёта прежде чем короткая очередь вспоров грудь опрокинула его на огромный обеденный стол за которым и сидел бывший сенатор. Кровь струйкой устремилась в сторону тарелки с недоеденным стейком, но хозяин дома и глазом не моргнул. Отрезав ножом ещё один кусок мяса, он снова макнул его в соус и отправил в рот тщательно пережёвывая.

Следом за рассредоточившимися по залу столовой спецназовцами (и не думавшими даже опускать оружие), похрустывая битым стеклом под подошвами пижонских ботинок внутрь вошли двое мужчин: Пирс Флорес – выполнявший в Конгломерате реально управлявшим Конфедерацией роль ответственного секретаря и Пит Хендерсон п прозвищу Чёрный Пит - бывший полковник с позором выгнанный из армии за свои художества на Валенсии-2. Этот тип уже десять лет делал грязную работу для боссов Конгломерата.

- Решили заглянуть к вам на поздний ужин, мистер Мастерс, - с кривой ухмылкой произнёс худой, жилистый Хендерсон усаживаюсь прямо напротив хозяина дома, слева от распластавшегося по столешнице Марлона.

Рядом с ним на скатерть глухо стукнув опустился крупнокалиберный револьвер «Зевс» с которым он, наверное, даже в душ ходил.

Мельком взглянув на незваных гостей (Флорес с гримасой отвращения за штанину стащил убитого телохранителя со стола и опустился в кресло рядом с коллегой), хозяин дома отрезал ещё один кусок стейка и отправил его в рот. Жевал он не торопясь, и прожевав, и промокнув губы безукоризненно белой салфеткой лежащей слева от его руки, сделал ещё один глоток вина. Мастерса будто и не беспокоили ворвавшиеся в дом и убившие его людей вооружённые люди.

- Что-то я не помню, что бы приглашал вас к себе, - наконец разлепив тонкие губы произнёс он. – И ко мне лучше обращаться сенатор Мастерс, Пит.

Хендерсон рассмеялся неприятным, гавкающим смехом больше похожим на лай гиен, парочку которых Мастерс подстрелил во время злополучного сафари на Беверли-5.

- Так вы теперь не сенатор, Тед! – наконец смахнув слёзы фамильярно произнёс головорез сверкнув глазами. – Вас лишили полномочий. И вообще мы пришли взять вас под стражу.

Вошедший в столовую в сопровождении троих бойцов спецназовец на шлеме которого был нарисован белоголовый орлан, только кивнул Чёрному Питу и сине-белой тенью замер за спиной Мастерса.

- Конгломерат не может лишить сенатора полномочий, - откинувшись на спинку кресла медленно произнёс хозяин дома. – Вы это прекрасно знаете.

- Конгломерат может намного больше, - оборвал бывшего сенатора Флорес пялившийся на отвратительное кровавое пятно на белой скатерти оставшееся от Марлона.

- Мой статус господа явление временное, - даже не моргнув глазом ответил Мастерс снова взявшись за бокал. – И давайте уже к делу.

Хендерсон озадаченно взглянул на категорически не собиравшегося паниковать хозяина дома, потом на своих бойцов, на револьвер на столе и задумавшись, медленно цедя сквозь зубы слова, сказал:

- Джил и детей дома нет, также, как и прислуги. Мастерс ты знал, что мы придём…

- Конечно знал. Я знаю как вы работаете. Я сам неоднократно отдавал приказы на подобные поздние визиты. Неужели ты забыл Пит? Забыл как щёлкал передо мной каблуками и тянул подбородок вверх? Повторяю ещё раз что вам надо?

В голосе хозяина дома лязгнула сталь хотя он был не в том положении, чтобы выражать недовольство.

Кашлянув, дело в свои руки взял щёголь Флорес:

- Конгломерат принял решение изолировать тебя, Тед. Твои игры опасны для Конфедерации. Они всех нас подвергают неоправданному риску.

- И мы хотим, чтобы ты немедленно раскрыл нам местоположение «Объекта 11»! – опередил открывшего рот Флореса раскрасневшийся от гнева Хендерсон и рука его вцепилась в рукоять револьвера.

Брови Мастерса немного театрально (совсем немного) поднялись вверх.

- С чего бы это? Это мой проект, и я нашёл средства на его воплощение. Истинные патриоты ненавидящие Империю профинансировали его.

- Без ресурсов Конгломерата ничего бы построить не удалось! – снова вмешался в разговор Флорес. – Учёные, строительные площадки…

Лёгким движением руки Мастерс толкнул почти полный бокал и тот опрокинулся на стол. Белое вино выплеснувшись устремилось к кровавому пятну на столе и смешалось с ним. Запнувшийся на полуслове Флорес непонимающе взглянул на бывшего сенатора превратившегося в опасного для его страны заговорщика.

- Я оскорблен тем, что Конгломерат прислал вас. Вас, жалких пешок, - вздохнув произнёс Мастерс. – Однако это ещё раз доказывает, что я прав. Укрепляет меня в решении нанести удар по цепному псу русского Императора. Я уничтожу этого чокнутого Бестужева с его стойкими оловянными солдатиками, а потом нанесу рану всей чертовой Империи. Может быть она и не станет смертельной, но прочистит вам слабаки мозги!

Последние слова были произнесены Мастерсом так громко, что в панике забились под сводами столовой.

- Вы ввергните Конфедерацию в войну из которой она вряд ли выйдет победителем! – прохрипел внезапно потерявший голос Хендерсон.

Чёрный Пит чувствовал себя сегодня не в своей тарелке. Такого с ним не бывало много-много лет. Да и вообще Мастерса он терпеть не мог и предлагал просто застрелить его без разговоров. Вот только у Конгломерата было иное мнение. «Объект 11» исчез, а без бывшего сенатора его было не найти. Чёртовы турки и япошки ничего не знали, что при паранойе Мастерса и не удивительно. Этот гад никогда и никому не доверяет. Семью спрятал… и охраняли его сегодня какие-то увальни.

- Сенатор! – совсем забывшись нервно бросил через стол Флорес. – Бестужев агент спецслужб — это ловушка в которую вы нас затащите пытавшись отомстить ему… за ваше унижение.

- Бестужев известен своим пренебрежением к приказам! – оборвал Флореса Мастерс.

- КГБ на это и рассчитывает!

- Да мне плевать на что оно там рассчитывает! Мой удар в любом случае будет внезапен! План уже действует! Без жертв нет победы! Объединившись мы победим Империю ну или по крайней мере заставим убраться поджав хвост!

Внезапно Хендерсен почувствовал, что его волосы на затылке встали дыбом. Пит подхватив револьвер вскочил на ноги опрокинув стул, но резкая боль в запястье заставила его вскрикнуть и обронить оружие.

Прямо из темноты по спецназовцам в сине-белой броне ударили плазменные пушки точно такие же как были установлены на чёртовых имперских КПУЗДах. Нет, всё же немного попроще. Лет пять назад Чёрный Пит видел, что залп русской наплечной пушки делал с любым современным защитным доспехом с расстояния в два десятка шагов. Его ребята всё же успели открыть огонь прежде чем их прожжённая изувеченная броня начала прожигать насквозь кожу. Пара залпов со звуком шипящего масла на сковороде даже продырявили стену дома.

Люди в матово-чёрных доспехах похожих на «Миротворец» словно являюсь частью липкой тьмы вышагнули из неё и хладнокровно добили его людей. Посмотрев на прострелянное игольчатым пистолетом запястья, Хендерсен грязно выругался сквозь зубы. Если бы он смог сейчас отмотать время на двадцать минут назад, то без раздумий пристрелил бы это шизофреника!

Рука в защитной перчатке ломая ключицу бесцеремонно усадила Чёрного Пита обратно на кресло. Флорес же так и сидел на месте бледный как простыня с приоткрытым ртом. К затылку его был приставлено воронёное дуло штурмовой винтовки.

Тед Мастерс вообще не проявляя каких-либо эмоций (не лицо, а восковая маска) поддел последний кусок стейка вилкой отправив его в рот.

- Ммм, какая же всё-таки вкуснятина!

- Убьёшь нас? – зло бросил Хендерсен смотря на сочащуюся из руки кровь.

- А ты готов сотрудничать? – раздалось в ответ когда белоснежная салфетка снова промокнула губы хозяина дома.

- НЕТ! – буквально прокричал Чёрный Пит никогда не показывавший себя кому-либо трусом.

Следуя лёгкому жесту, стоящий позади Хендерсена солдат нажал на спусковой крючок автоматического пистолета и короткая очередь словно арбуз взорвала голову непокорного бедняги. Пули разнеся череп Чёрного Пита врезались в дерево стола и тот с треском сложился пополам рухнув на пол к ногам Мастерса и Флореса.

Последний так и сидел на месте не шелохнувшись и разевая рот как рыба выброшенная на берег.

Пилик-пилик-пилик-пилик! – заработал на запястье ответственного секретаря личный коммуникатор, но тот даже не решался взглянуть на засветившийся экранчик.

- Пирс, дружище! – с наигранным дружелюбием произнёс Мастерс. – Что же ты не отвечаешь? Тебе звонит твоя любимая дочь. Не заставляй малышку Ингу ждать папочку.

Где-то в темноте сада закричала ночная птица ей ответила другая. Все находящиеся в шикарной столовой сенатора Мастерса солдаты повернули головы в шлемах к трясущемуся от страха щёголю. Его безупречная прическа растрепалась, белые зубы стоимостью в сто тысяч кредитов отбивали хорошо различимую дробь.

После трёхминутного разговора с дочерью и супругой Пирс Флорес, словно девчонка роняя слёзы и сопли, подобострастно, или даже скорее раболепно, уставился на хозяина дома покинувшего своё место и легко поднявшегося на ноги.

- Я же говорил, что мой статус явление временное, - длинная, узкая ладонь Мастерса пошлёпала по мокрой щеке Флореса. - А теперь Пирс я скажу, что вам будет необходимо сообщить Конгломерату…

Глава 94: Сагалевич на связи

Внутри реанимации царила полутьма. Разглядывая лежащего в медицинской капсуле Серебрякова я в который уже раз прокручивал в памяти все наши разговоры. Вроде бы ничего подозрительного. Странного. Человек как человек. И всё же кто вы майор? И главное откуда…

Позади раздался звук открытой двери и обернувшись ваш покорный слуга увидел вошедшего внутрь реанимации Горелова. Тот был взъерошен, комбез на груди расстёгнут, глаза на бледном лице лихорадочно горели возбуждением. На бедре в кобуре находился табельный пистолет. И это при том, что раньше он всегда всем говорил, что внутрь медицинского корпуса с оружием нельзя. Наверняка так и не прилёг хотя бы на пару часиков после возвращение на Печорин.

Я знал где всё это время Валера находился. Наш греческий доктор отписался мне на личный коммуникатор о том, что со всеми выводами Горелова согласен и после полученного в прошлом ранения Серебряков должен был гарантировано скончаться, а не служить в Комитете… ну или где он там сейчас служит.

Товарищ был выбит из колеи. Это состояние охватило его ещё на корабле на обратном пути с Призрена-2. Сразу после того как он увидел данные со сканера мобильной медицинской капсулы.

- Да успокойся ты уже, – сказал я Валере.

Негромко, но так чтобы в голосе лязгнула сталь. Мы были друзьями и чего уже только вместе не пережили, но таким образом я хотел вернуть его в реальность. Никогда Горелова таким не видел.

- Я заметил ты охрану поставил снаружи, - указал подбородком на дверь товарищ.

- Так ценный кадр же. Знаменская за него голову оторвёт. Помнишь с какой помпой к нам его доставили?

- Ты охрану поставил не для этого. Ты тоже хочешь знать правду!

- Какую правду? – на автомате спросил я, мысленно соглашаясь с заявлением товарища.

Валера пропустил мой вопрос мимо ушей и подскочив к залитой светом капсуле с находящемся внутри в искусственной коме Серебряковым, произнёс:

- Его будто разрезало пополам, Лёша! Пополам! Вместе с органами…

- Ты это уже говорил, а я это уже слышал, - мягко положил на плечо руку Валере я. – Я помню, что он должен был истечь кровью за считанные мгновения или умереть от шока, а он каким-то непонятным образом выжил. Выдохни, возьми себя в…

- ЭТО ПРОСТО НЕВОЗМОЖНО! – рука Горелова легла поверх моей и сдавила её (между прочим, больно). – Лёша, я верю этой татуировке! Никакого другого объяснения больше не существует!

Тут я не удержался и коротко хихикнул. Ну а что? У нас забот полон рот, ЧВК «Беннигсен» на пороге Фермопильского сражения, Звезда смерти в любой момент из пространства вынырнуть может, император в опасности, а мы тут гостя из будущего сторожим.

Странно, но именно эта насмешка заставила товарища прийти в себя. Замерев на месте, Валера нахмурился, а потом закрыв лицо ладонями пошлёпал себя ими по щекам. Взгляд его снова стал холодным и сосредоточенным. Тот, что я так привык видеть.

- Прости. Знаю глупо всё это, - уже другим тоном произнёс Горелов, проведя рукой по коротким волосам. – К тому же пока состояние Серебрякова не стабилизируется привести его в сознание, а значить расспросить, мы не сможем.

Я снова рассмеялся, но на этот раз совсем по-другому. Наверное, я бы назвал этот смех грустным.

- Обязательно расспросим Валера его обо всём… если живые останемся, - встретив настороженный взгляд товарища я добавил. - Кукушка вышла на связь утром и произнесла только одну фразу.

- Какую?

- Фестиваль.

* * *

Сагалевич – трёхмиллионный подводный город равных которому во вселенной не было, жил своей обычной жизнью. Для переработки добываемых Империей на Нептуне-17 полиметаллических конкреций, сульфидов, кобальтовых корок, нерудных ископаемых (среди которых были фосфориты, сера, алмазы и многое другое), но самое главное бесценного гмунка, использующегося при гипобиозе в космических путешествиях, на одной из лун планеты построили гигантский промышленный комплекс.

Город функционировал в круглосуточном режиме находясь под водой внутри купола. Тот в свою очередь держался на специальных опорах вбитых в сейсмоактивное дно океана. Только имперским учёным удалось решить проблему разрушения любой мало-мальски твёрдой конструкции. До этого Синдикат и Конфедераты сбежали отсюда поджав хвост. Опоры как бы пружинили вместе с подпрыгивающим при землетрясениях дном позволяя сохранять целостность города и систем его жизнеобеспечения. Периодически перезаливай гасящий вибрацию состав в котором находились опоры (сваи), и живи спокойно.

В кабинете заместителя директора Каткова (директор Перевалов накануне отправился на Амфитриту встретится с Его Величеством) у панорамного окна стоял Игорь Никишин старший инженер по безопасности. Стоял сложив руки на груди любуясь огромным и одновременно грациозным левиафаном снаружи игравшемся с парочкой скоростных батискафов. Люди специально прикармливали этих местных морских обитателей. Для чего? Да потому что они первыми, за несколько часов чувствовали начало землетрясений.

- Приветствую, - широко улыбаясь произнёс Катков - высокий шатен с глубоко посаженными карими глазами заходя внутрь своего кабинета (семенивший за ним следом андроид-секретарь, зная повадки хозяина бросился к кофемашине в дальнем углу помещения). – Чем обязан вашему визиту, Игорь Силуянович? Давно ваши из Седьмого купола к нам не поднимались.

Катков всегда считал Никишина занудой. Вон у него даже на форменном комбезе шевроны и наживки были в полном наборе и расположены на груди в соответствии с регламентом справа налево. Даже прямоугольничек о высшем образовании с отличием не забыл надеть.

- Здравствуйте, Корней Мартович, - оторвался от левиафана инженер, развернувшись на пяточках к заместителю директора. – Я к вам по службе.

И тут же достав из сумочки на боку рабочий планшет с доступом к внутренней системе ПГПДИС «Сигалевич», добавил:

- Есть причина для тревоги…

Чуть не облившись горячим какао из кружки, за пару секунд «до» протянутым ему андроидом-секретарём, Катков принял серьёзное выражение лица:

- Это вопрос или утверждение?

- Скорее вопрос, - не смотря в лицо Каткову сказал Никишин бегая подушечками пальцев по экрану планшета.

- Нет, - развёл руками в стороны хозяин кабинета, и чтобы не быть голословным нажал клавишу ПК спроецировав голограмму свежего анализа состояния систем жизнеобеспечения подводного города. - По крайней мере я об этом не знаю.

- Этот анализ я видел, но ему сорок восемь часов.

- Так толчки были неделю назад, - возразил Катков, не понимая в чём причина проверки. - Да тут всегда трясёт. Мы привыкли.

Никишин некоторое время, что-то молча разглядывал в планшете перекачивая свежие данные с Катковского терминала к себе, а затем нахмурив гладкий, широкий лоб ответил:

- Это ясно, но в прошлый раз сработал сигнал тревоги, а такое могло произойти если под угрозой оказались узлы обеспечивающие жизнедеятельность города.

- Мы перепроверили. Скорее всего проводку где-то коротнуло. Урсула нарушений не выявила.

Заместитель директора видел на своём экране, что Никишин просматривает отчёты искусственного интеллекта, контролирующего часть систем жизнеобеспечения подводного города.

- А Крабов дно послали проверить?

- Конечно, - кивнул Катков и ещё один отчёт (на это раз о проверке) замерцал посреди кабинета. - Всё в согласно протоколу. На всякий случай назначил доппроверку и отрядил туда Сёренсена. Он классный специалист…

В случае возможности реальной угрозы ИИ всегда контролировали люди, и Никишин конечно это знал.

- Связывались с ним?

- Дважды, - большой глоток остывшего какао наконец-то отправился по назначению ухнув внутрь желудка заместителя директора. - Сказал ложная тревога. Он и сейчас там на «Нулевой отметке». Кстати, завтра к вечеру должен вернуться с подробным отчётом. Сразу вам его перенаправлю.

- Ясно, - неожиданно закончил расспросы Никишин и спрятав свой планшет поспешил к выходу.

- Ясно ему, - подумал вслух, разглядывая закрывшуюся за старшим инженером входную дверь заместитель директора Катков. - А мне вот ничего не ясно. Чарская! Налей мне ещё какао, этот остыл уже…

* * *

С удивлением Сёренсен увидел на мониторе ползающих по дну Крабов – глубоководных роботов-механиков оснащённых не только инструментами для ремонта, но и мощными сканерами и чувствительными датчиками. Это были не его машины. Его так и остались внутри «Веретена». Только в отчётах они провели тщательно обследование свай (опор) на самом же деле ни разу так и не намокли.

Дверь шлюза с шипением позади раскрылась и в овальное помещение «Нулевой отметки» - дополнительного поста наблюдение за сваями, вошёл незнакомый мужчина в голубом комбезе с шевронами старшего инженера по безопасности. Сёренсен никогда раньше его не видел. Впрочем, и не удивительно Сагалевич огромен и персонала тут вагон и маленькая тележка.

- Старший инженер по безопасности Игорь Никишин, - представился тот доставая из сумочки на боку «Зубы дракона» так местные называли рабочие планшеты напрямую имеющие доступ к системам жизнедеятельности подводного города (а это могло означать только одно - к Сёренсену заглянул не простой гость. – Это вас послали на допроверку после сработки сигнала тревоги?

- Совершенно верно, - произнёс Сёренсен доброжелательным тоном (рука его протянулась к Никишину, но тот пожимать её не стал, наоборот сделал три шага назад). - Да всё там в порядке, господин старший инженер. Я вчера лично данные с Крабов снимал. Сваи устойчивы, перезаливка не требуется.

Никишин внимательно взглянул на Сёренсена, по узкому, вытянутому лицу его пробежала тень, и будто приняв решение произнёс:

- Крабы на дне не были. Пломбы остались нетронутыми. Вы налевательски относитесь к своим обязанностям. Я на правах инженера по безопасности отзываю вас в Центральный купол для служебной проверки.

- Да перестаньте сыпать протокольными фразами, - перебил Никишина Сёренсен повысив голос и сделав два быстрых шага вперёд, чтобы сократить расстояние между собой и незваным гостем. – Всё тут нормально. Я девять лет работаю в отделе подвижных конструкций. Причины выпускать Крабов не было…

Старший инженер на сказанное никак не прореагировал. Лоб его пересекли глубокие морщины.

- Роботы прямо сейчас сбрасывают мне крайне тревожную информацию. Вы лжец. Всё намного хуже, чем я предполагал. Я буду вынужден сообщить о случившемся начальнику службы безопасности и директору…

Пистолет с глушителем в руке трижды дёрнулся в руке Сёренсена и Никишин рухнул на пол будучи уже мёртвым.

Забрав из руки старшего инженера планшет убийца безвозвратно удалил с него папку с результатами расследования. Затем отменил рабочее задание Крабов, от лица убитого прокомментировав решение стандартной фразой: «Тщательная проверка нарушений не выявила».

Тёмная, почти чёрная кровь из-под тела натекла под ботинок Сёренсена, но тот не торопился уходить. Он будто был доволен произошедшим. Спрятав оружие убийца растянул узкие, бледные губы в стороны на подобии улыбки.

Тело некуда было спрятать, да это и не требовалось. Раньше, чем через четыре дня Никишина не хватятся. А к тому времени изменить что-либо будет поздно. Ловушка для Императора захлопнется…

Автор будет рад если вы поддержите его материально. Вся информация в профиле.

Глава 95: Пажеские дела

Как только «Волгоград» покинул Амфитриту пажи вздохнули с облегчением. Ещё бы, всё-таки почти двенадцать часов на ногах. Все были рады что официальная часть визита Императора подошла к концу и наконец они возвращаются домой. На Землю.

Все одиннадцать пажей собрались в закреплённом за ними кубрике неофициально называемом Утятником. Такое прозвище придумали ему гвардейцы. Многие ребята обижались, но Елисеев думал, что оно справедливо. Тут ведь как, по окончании Пажеского корпуса ты становился офицером, то есть как гадкий утёнок - лебедем. Правда его ещё закончить надо было. Отбор тут был суровый и только за два года службы здесь Семёна в юнкера списали четверых парней.

- СМИРНО! – первым заметив прячущуюся в стену дверь гаркнул Елисеев подражая подпоручику Матвееву проводившему у них военную подготовку.

Пажи подпрыгнули на месте автоматически поправляя складки на синих с золотом вицмундирах. Внутрь удерживая руки за спиной, не торопясь, вошёл Новосильцев Олег Фёдорович – старший камер-паж, являвшийся их непосредственным командиром.

- Стройся, - негромко произнёс он и десять пажей выстроились по росту у одной из стен кубрика. Митя Капустин тем временем поставил для Новосильцева кресло в центр кубрика и молнией присоединился к товарищам.

Взглянув из-под нахмуренных бровей на тянувших подбородки вверх воспитанников, старший камер-паж лёгким движением нижней части спины подбросил фалды вицмундира вверх (чтобы не помять) и уселся на кресло забросив ногу на ногу.

- НАЧИНАЕМ РАЗБОР ПОЛЁТОВ! – как старший по должности стараясь не закашляться от волнения снова гаркнул Елисеев дождавшись одобрительного кивка Новосильцева. Больше он сказать ничего не успел так как Олег Фёдорович уставился немигающим взглядом на Лёню Коновалова от чего тот сразу побледнел как простыня.

Нет, Новосильцев дядька был хороший. Правда-правда. Геройский пилот космического штурмовика, единственный выживший из легендарной III-й Курской эскадрильи. По глупостям пажей не ругал, но вот лени и распиз… ротозейства не терпел.

- Коновалов!

- Да, господин старший камер-юнкер!

- Ты почему во время награждения орденом Жореса Алфёрова профессора Тоскаева запаздывал? Сбился с шага, бывает. Исправил ошибку и вперёд. В крайнем случае равняйся на гвардейцев идущих слева и справа…

- Так господи…

- Не сметь меня перебивать, - раздалось в ответ, и Коновалов кажется стал ещё бледнее. Хотя куда уж дальше….

- Слушаюсь!

- Я засёк, ты опоздал на целую секунду. СЕКУНДУ! Когда гвардейцы, остановившись напротив награждаемого, щёлкнув каблуками поворачиваются к нему ты с подушечкой на которой лежит орден уже должен находится на месте. А если бы Его Величество чуть раньше двинулся вперёд? Он бы что тебя обогнал?! Позор.

- Так не обогнал же… - зачем-то ляпнул Лёня и поняв, что совершил глупость закрыл лицо руками.

- Кхэ-кхэ, - откашлялся в сухую ладонь Олег Фёдорович будто, не заметив глупости пажа. Тот и так был ни жив ни мёртв.

- Простите меня, Олег Фёдорович! Я виноват! У меня ноги как деревянный были от стояния на одном месте. Исправлюсь.

- Больше физкультурой занимайся и ноги твои и не такие нагрузки выдержат, - негромко добавил вечно филонившему на тренировках Коновалову Андрюшка Доскин.

- Доскин!

- Да, господин старший камер-паж!

- С физкультурой у тебя всё хорошо, но если вы ещё раз с Алиевым раскроете свой рот на церемонии награждения, то быстро вылетите из Пажеского корпуса как пробки из шампанского. Ясно?

- Так точно! – дружно грянули болтуны поняв, что легко отделались.

- Амбургер!

- Да, господин старший камер-паж.

Родион с видом побитой собаки глянул на Сёму и крепко сжал губы. Знал, конечно знал за что сейчас ругать будут.

- Сколько раз тебе говорить, что наградную подушку берём левой рукой, а не правой? – тем временем продолжил Олег Фёдорович.

- Так я же правильно взял.

- Это потому что Елиссев тебя подстраховал встал справа и ты вовремя сообразил сменить руку, - кулак старшего камер-пажа дважды сжался. - Внимательный гость мог это заметить.

- Больше не повторится!

- Смотри мне.

Мишка Саенко ткнул товарища локтем в бок и прошептал: «Гамбургер попал впросак». Услышавшие это пажи заулыбались, но тут же были поставлены на место.

- Отставить улыбки! Берневик!

- Да, господин старший камер-паж!

Гоша явно был удивлён вниманием к своей скромной персоне так как считал, что никаких ошибок не допускал.

- Во время фуршета, когда пьяненький академик Максимович протянул тебе недопитый фужер ты зачем его взял?

В кубрике наступила тяжёлая тишина. Только сейчас пажи постарше, те что уже служат два года и более, поняли, что совершил их товарищ.

- Да я просто подумал он его уронит сейчас, - попытался оправдаться Гоша всё ещё не понимая в чём дело.

- Это твоя забота?! – медленно, без угрозы, но обжигающим морозом тоном спросил Олег Фёдорович. - Разбитую посуду подбирают лакеи и горничные. К тому же Его Величество обратил бы внимание на пьяницу и… и подобное в будущем точно бы не повторилось. Вам что надо напомнить чем отличаются пажи от лакеев?

- НИКАК НЕТ, ГОСПОДИН СТАРШИЙ КАМЕР-ПАЖ!!! – дружно гаркнули пажи.

- То-то, вы будущие офицеры у вас свои обязанности, у них свои. Кирилл Елистратович – гофмейстер и наш непосредственный командир уже мне сообщил, что о произошедшем доложили мажордому Его Величества Кучековскому.

- Доложили о поведении академика Максимовича? – спросил наивный Капустин.

- Нет, - мотнул головой Новосельцев. - Доложили о нарушении регламента пажом Берневиком.

- Так я же…

- Не мямли! Регламент церемонии для вас то же что и устав в армии. Ты понял?

- Так точно!

Личный коммуникатор на руке старшего камер-пажа пиликнул и взглянув на экранчик Олёг Фёдорович вдруг бросился к выходу.

- Вольно! – удивлённо посмотрел вслед умчавшемуся Новосильцеву Елисеев распуская пажей.

Ребята тут же занялись своими делами. Кто-то достал электронную книгу, кто-то зашёл в Имперский статут доступ к которому некоторые уже получили, несколько человек вспоминали забавные случаи произошедшие на церемонии награждения. Не обошлось и без упоминания о потерянном ботинке генерала Постникова.

Немногие знали, что Виктору Францевичу недавно ампутировали ногу заменив её на дорогой протез. Так что ботинок — это ерунда. Привыкнет. «Лучше живой будет», - думал Сёма, вспоминая своего деда. Тот половину жизни с протезом проходил и ничего инвалидом себя никогда не чувствовал.

- Карамзин, тебе через пятнадцать минут заступать на дежурство в трюм к штурмовикам, - напомнил Сёма пажу с голубыми глазами.

Парнишка сморщился, но промолчал. Плохо конечно, что отдохнуть как следует не успел, но служба, что поделаешь. А вот излишне болтливый Латыпов сидевший рядом, не удержался.

- И чего это мы должны там дежурить? Поставили бы кого-нибудь из лакеев! Сорок пять человек! И зачем их только Его Величество с собой взял? У нас же гвардейцев полурота с собой на «Волгограде» и следом корвет «Самара» с двумя ротами летит…

- А ну ЦЫЦ! – прикрикнул на Ванечку Латыпова вернувшийся Новосильцев (сделал он это так, что все находящиеся в Утятнике вздрогнули). – СМИРНО! Распустил тут язык! Императору виднее. Два наряда вне очереди Латыпов!

- Слушаюсь, господин старший камер-паж, - вытянулся по стойке смирно Ванечка.

Новосильцев же и не думая садится в кресло прошёлся туда-сюда по кубрику. Кажется, он волновался. Поняв это Елисеев сам тоже начал волноваться. В конце концов, что могло вывести из себя матёрого ветерана?

- Новости не весёлые. Домой пока не летим. С Нептуна-17 получен SOS. На Сагалевиче авария. Срочно эвакуируется персонал и население. Жертвы наверняка есть, но о них пока ничего не известно.

- Что произошло? – сглотнув слюну спросил Сёма. - Теракт?

- Не ясно. Вроде как опоры рухнули из-за землетрясения.

- Сагалевич это же гигантский подводный город? – спросил Капустин и паши негромко зашушукались.

- Верно.

- Кошмар! – опустил руки на колени Алиев сам родившийся на Балтике-6 и десять лет проживший под водой под специальным куполом.

Некоторое время Новосильцев молчал, а затем нахмурившись поднял глаза на Сёму:

- Елисеев, спускайся вниз. Возьми с собой Латыпава и Мунка. Командира штурмовиков к Его величеству проводишь, балбесов оставишь в трюме штурмовикам. До особого распоряжения поступают в их распоряжение. И чтобы никаких жалоб потом!

- Слушаюсь! – щёлкнул каблуками туфель Сёма (только у него здесь получалось извлечь звук из мягких подошв). - За мной!

* * *

Внизу в трюме вольготно расположились тяжёлые штурмовики. Сразу было видно, что ребята из армейских, ко всему привычные. «Медоеды» - тяжёлая броня раскрашенная в ярко-красный цвет на специальных кронштейнах стояла у стен, тут же находились ящики с оружием и боеприпасами. Двухметровые качки чистили оружие, ели сухпайки, притом, что им уже принесли еду с кухни Его Величества. Термоса так сиротливо и стояли у входа.

- Ничего себе! Они что на войну собрались присвистнул за спиной Мунк.

Пажи обалдели от увиденного.

Здоровяк разбиравший на столе справа массивную штурмовую винтовку увидев их подошёл к Елисееву. Он ровно на голову был выше Сёмы. А это означало, что рост его был более двух метров.

- Чего надо? – на серой футболке говорившего была нашивка сержанта.

- Мы по службе, - не стушевался Елисеев (по сути они были в одном звании). - Нам бы вашего командира.

- А ну раз по службе, - поиграл мускулами зеленоглазый брюнет со старым шрамом через всю переносицу поворачиваясь к штурмовикам.

- Светлана Евгеньевна, кхм, господин камер-майор, тут вас…

- Ничего себе, целый камер, - прошептал позади Латыпов схватившись зачем-то за фалды вицмундира Сёмы.

Вперёд выступила женщина офицер. Короткие светлые волосы, красавица, статная, крепкая, с грудью пятого… В общем настоящая валькирия. От увиденного во рту Елисеева даже пересохло.

- Что стряслось, паж? – обаятельно улыбнулась, будто прочитала его мысли камер-майор.

- Госпожа камер-майор вас к себе просит Его Величество. Срочно.

- Раз срочно, значит идти надо, - подмигнула Елисееву женщина, набрасывая на футболку чёрный китель с каким-то фантастическим количеством боевых значков и нашивок (кажется Сёма даже разглядел «гвардейский треугольник»). - Проводишь?

Автор будет рад если вы поддержите его материально. Вся информация в профиле.

Глава 96: Клетка с голубями

Корабли взмывая в пасмурное осеннее небо один за другим покидали космопорт. Им понадобится всего две минуты сорок семь секунд, чтобы оказаться не только над городком со странным названием 16, но и над Печориным.

Последний пассажирский «Салют» заполнялся горожанами с детьми. Никто никаких сумок с пожитками не тащил, только самое необходимое. Каждому в качестве компенсации накануне от «Бестужев grоup» на счёт пришла кругленькая сумма. Не обеднею, а людям не обидно оставлять нажитое добро. Фавро говорит дела наши идут в гору. Кстати, мне с большим трудом удалось отговорить его от того, чтобы примчаться сюда. «Пьер, ты же у нас теперь исполняющий директор, все средства в твоих руках. После того как всё закончится семьи ребят и выжившие не должны ни в чём нуждаться». Бухтел конечно француз, возмущался, что Мамонтову дескать я разрешил оставить свой пост и вернуться на Печорин, а его проигнорировал, но в конце концов смерился. Немного смягчило ситуацию то что на Крупскую прибыл Ташков со своими ветеранами. Этот мир тоже был в вероятном списке агрессии наших противников. Нет, я был уверен, что в первую очередь Мастерс и компания попытаются ликвидировать меня, но нанести удар по административному центру бизнеса и головному офису, согласитесь, тоже чертовски соблазнительно.

Люди улетали на Альтшуллер комфортный мир на самой границе с Империей где я заранее, ещё год назад построил целый санаторно-курортный городок для получивших ранения бойцов ЧВК «Беннигсен». Отдохнут, под гигантскими синими пальмами поплескаются в розовом море, а мы уж тут решим все наши проблемы. Бывшей супруге бы там понравилось.

Осторожно приподняв с земли клетку с голубями (будто она из стекла и может разбиться, рассыпаться от неосторожного движения) Света протянула её мальчишке-подростку. Тот улыбнувшись кивнул и прижав к груди ношу исчез внутри корабля.

«Вот и всё. Сегодня-завтра всё закончится», - подумал я зачем-то помахав вслед поднявшему облачко пыли «Салюту» хорошо зная, что меня никто не увидит. Это же не допотопный самолёт с окнами-иллюминаторами. В космосе смотреть не на что.

Обернувшись назад я увидел, что позади нас с Бородиной замерли Горелов, Мальцев, Баранов и Лексин.

Все мы были уже в КПУЗДах с оружием. На левом плече каждого красовалось изображением чёрного пикинёра вооружённого арбалетом, со щитом с восемью золотыми крестами за спиной.

Рисунок пришёлся по душе людям. Особенного любили его изображать уличные художники. Вариаций было множество, но во всех чёрный пикинёр одерживал победу. Вот и нам тоже надо.

Покрутив в руке всё ещё удерживаемый шлем, я хотел спросить Славу Горелова о том закончена ли эвакуация госпиталя. Серебряков должен был улететь на одном из первых кораблей. Почему-то я никак не мог выкинуть из головы мысли о майоре. Вот только почему мне понять не удавалось. В конце концов плевать я хотел на то, что он прилетел из будущего. У каждого свои недостатки. Тут что-то иное. Что-то что было важно только для меня.

Уже было открыв рот я готов был озвучить свой вопрос, но в этот момент на посадочную площадку перепрыгивая через лужи ворвался мой адъютант Кершбаумер. Лео явно был взволнован.

- Господин подполковник! Вам срочно нужно вернуться в Камелот! – громким шёпотом произнёс он, упираясь ладонями в колени и раздувая щёки будто после марш-броска в полной выкладке.

- А чего не позвонил? – удивленно спросил я переглянувшись с Гореловым.

Кершбаумер ничего не ответил только состроил таинственное выражение лица.

* * *

Кукушка был (была) как всегда лаконичен (лаконична):

- Убедитесь, что вы один в кабинете. Убедитесь, что вас никто не прослушивают.

- Сделано, - коротко бросил я присев на подоконник.

Снаружи пошёл небольшой дождь. Над столом замигала голограмма с заходящим на посадку доваторским корветом. Казачки, наверное, попрощаться хотят. Их вахта закончена. Я об этом сообщил Саблину ещё утром.

- Хорошо, - немедленно раздалось в ответ из динамиков Дятла. – С вами будет говорить Старик.

Раньше услышав подобное я бы, наверное, был немало взбудоражен, может быть немножко горд, и даже чуть-чуть испуган. Сейчас никаких особых чувств не испытал. Я уже не военный, а частное лицо один из самых богатых людей Периферии.

- Это Елагин, - сказанное заставило меня звякнув бронёй спрыгнуть с подоконника и выпрямиться по стойке смирно. Сделал я это автоматически. Магия власти не иначе.

- Слушаю.

- Подполковник, в общем наша ситуация резко усложнилась.

- Это я уже понял, - бросил в ответ я, ведь ещё неделю назад в ходе последнего сеанса Знаменская заявила, что никакой болтовни больше не будет. «Соблюдаем тишину, Лёша. На всякий случай».

Директор КГБ молчал несколько секунд, а потом продолжил:

- Противник совершил диверсию на Нептуне-17 как раз в тот момент когда Его Величество возвращался на Землю с Амфитриты. Сагалевич – подводный город, эвакуируют, есть жертвы. Журналисты из всех западных государств словно с цепи сорвались подают ситуацию как пренебрежительное отношение Империи к своим гражданам.

- А нам разке не наплевать?

- Наплевать. Но они напрямую обращаются к Его Величеству. Задают вопросы в репортажах. Вся сеть буквально забита яркими картинками с Нептуна-17. Мы конечно у себя информацию фильтруем и ничего страшного, но…

- Его Величество решил посетить место трагедии, - невежливо перебил самого влиятельного человека во вселенной я.

Просто я устал от долгих разговоров и хотел, чтобы быстрее наступил конец. Конец нашей игре в ЧВК, конец страданию людей на Периферии, конец моим миллиардам. Неожиданно и внезапно я понял, что единственным моим желанием было прогуляться под руку со Светой в осеннем лесу шурша жёлто-красными листьями под подошвами ботинок. Странно, но раньше я об этом никогда не думал.

Елагин будто подслушал мои мысли и выдал всё в трёх предложениях:

- Император посетит одну из лун планеты. Именно туда эвакуируют выживших. Думаю, «Объект-11» появится именно там.

Хотелось присвистнуть от удивления, но я сдержался.

- Совсем не то место, что вы предполагали?

На ответ директору Комитета не понадобилась даже секунды:

- Мы предполагали и рассматривали сразу два десятка вариантов. Но дело не в этом. Мы не можем перебросить туда подкрепление потому что в связи с ЧП…

- Занято гиперпространство? – предположил я прекрасно зная как работает перемещение внутри многомерного пространства. Даже там нужны ориентиры и точки назначения.

- Верно. Спасательные службы, транспорт с медикаментами, продуктами, частники, бросившиеся спасать родственников, гуманитарные организации всё это создаёт нагрузку. Будет отдан соответствующий приказ, точнее он уже отдан, пространство освободят, но пройдёт время.

- Ничего не скажешь, ловко сработали, - помотал головой я. - И Его Величество подманили и вас маневра лишили.

В ответ мне Елагин ничего не ответил. И внезапно я понял, что ошибаюсь. Кровь ударила мне в голову.

- Вы ждали этого?

- Ждал, - честно ответил директор КГБ.

- Почему не предприняли меры?

- Это решение Его Величества. Личная просьба.

Зачем-то я сделал круг по кабинету. Потом ещё один.

- Погибнуть? Он попросил вас разрешить ему погибнуть?

- Не говорите ерунды Бестужев, - хладнокровно оборвал меня Елагин. – Так они не смогут отвертеться от нашего гнева. И Его Величество не пешка, которой можно пожертвовать. Просто все скрупулёзно составленные планы имеют свойство преподлносить сюрпризы.

- А зачем тогда мы? – всё ещё пылал гневом я.

- Вы вернули надежду людям. Дали им шанс освободится, поверить в себя. Это бесценно. Мне ли это вам объяснять подполковник. Вы же каждый день смотрите в глаза жителям Периферии. Неужели вы думаете, что всё было зря?

Вопрос Елагина повис в воздухе и мне вдруг стало стыдно. Конечно он прав.

- Что с конвоем Императора? – поторопился сменить тему я.

- Корвет «Самара» с гвардейцами не выходит на связь.

Пальцы рук в бронеперчатках с клацаньем сжались в кулаки.

- Тааак… то есть Его Величество без защиты?

- Личная охрана с ним. Плюс на борту «Волгограда» камер-майор Иванова. Вы её знаете.

Конечно я помнил валькирию. Воспоминание о Светлане Евгеньевне неожиданно вызвало у меня улыбку. И это давало надежду. Эта костьми ляжет, а к Императору притронутся врагам не даст.

- Уже хорошо.

- Хорошего мало, - вернул меня в реальность Елагин. - Они бросят против них пехоту, а когда наши завязнут в бою…

- …прилетит Звезда смерти и долбанёт по луне, - закончил предложение я.

- Думаю именно так они и планируют. Убедятся, что Император на месте и нанесут удар.

- Что требуется от меня? Я сейчас не смогу перебросить людей к Нептуну-17, это далеко.

- У вас есть отряд на Крупской. Вы отправили его защищать офис «Бестужев grоup».

- Да, командует отрядом подпоручик Ташков.

- Пусть этот Ташков собирает всех кого может и летит к Нептуну-17. Им как раз один прыжок и полчаса полёта на маршевых двигателях. Всё равно вашей Крупской ничего не угрожает уже.

- Это точно? – уточнил я.

- Точно. Печорин и безымянная луна Нептуна-17 подтверждённые цели. Тяните время до прихода помощи.

Какое-то время Елагин молчал, но я понял, что разговор ещё не закончен.

- И ещё. Напоминаю, что сражаться вы будете в прямом эфире. Только зрителями вашими будут не кто попало, а представители компетентных органов.

- Я помню, Николай Ильич.

- Вот и отлично. И спасибо, Алексей.

- Пожалуйста, - просто ответил Елагину я, но связь уже прервалась.

Сделав шаг вперёд к своему рабочему столу, я набрал на пульте управления Дятла частоту Ташкова.

* * *

Ташков молодец. Даже не дрогнул. Не удивился. Настоящий ветеран. А ведь это билет в один конец.

Дождь закончился так же быстро, как и начался. Я смотрел в окно вдыхая холодный осенний воздух. Странно, но внизу на площади, возле фонтана Света и Горелов вроде как ругались. Ну или очень эмоционально спорили. Чего это они не поделили?

Додумать эту мысль я не успел потому как через площадь к Камелоту двигалась колонна из шестидесяти доваторцев. В тяжёлой броне, увешенных оружием почище новогодней ёлки и в неизменных кубанках с красным верхом вместо шлемов.

- Господин подполковник, к вам ротмистр Костылёв, - просунул в открывшуюся дверь голову адъютант.

«Пусть заходит», - хотел сказать я, но двухметровый казак легко отодвинув в сторону Кершбаумера уже вошёл в кабинет.

- Здрав будь боярин! – с улыбкой посмотрел на меня ротмистр, снимая с головы кубанку и лёгким движением руки стряхивая с головного убора на пол капли влаги.

- Чем обязан, Игнатий Петрович? – оценил шутку я, пожав крепкую сухую ладонь доваторца в последние пару лет командовавшего гарнизоном казаков на Печорине.

- Да мы вроде как на подмогу к тебе, - без вступлений сообщил ротмистр, плюхаясь в кожаный диван. – Мальчонка, принеси дядям кофейку! С сахаром!

Услышанное наполнило мою грудь теплом, а вытянувшуюся физиономию адъютанта я вернул в нормальное положение театрально грозно нахмурив брови.

- К вам тут целая армада летит, - забросил ногу на ногу доваторец и диван под ним предательски заскрипел. - Не скажу, что непобедимая, но замес чувствую будет крутой. Прут в наглую. Два линейных корабля это не хухры-мухры. Мы свой корвет конечно убрали. Лёгкая мишень.

Удивительно, но кофе на блюдечке в кабинет занёс Лексин.

Приняв чашку Костылев продолжил:

- Саблин разрешил нам принимать решение самостоятельно. Казачки проголосовали и решили встать в строй с вами.

- Мы можем все погибнуть, - честно, не юля ответил я, сложив руки на груди.

- Ясен пень, - сделал маленький глоток кофе ротмистр. – Не сладко. Можно ещё сахару?

Никуда не уходивший Лексин развернулся и вышел в приёмную. Костылев же поднял взгляд светло-голубых глаз на меня:

- Подполковник мы всё-таки постараемся не погибать. И вам то же самое советуем.

Зашедший в кабинет Лексин высыпал в ладонь доваторца горсть кубиков сахара. Нисколько не смущаясь тот пару кусков забросил в рот, а остальное высыпал в чашку.

- Вот, теперь хорошо.

Переглянувшись мужчины громко заржали. Саша хохотал от души, ротмистр не отставал. Даже я, заразившись их весельем рассмеялся и напряжение последних часов будто улетучилось.

- Большое спасибо, - наконец произнёс я, вытирая слёзы в уголках глаз.

- Пожалуйста, - ответил ротмистр, опрокидывая в рот остатки кофе.

- Саша, определи на позиции ребят. Согласно нашему плану, - подмигнул Лютеру я.

- Сделаем.

* * *

Всё было готово. Город обезлюдил. Камелот и дома вокруг него затаились в ожидании. До прибытия противника оставалось менее получаса, и я подумал, что пришло время главного превращения. Захлопнув забрало шлема я дождался когда виртуальный дисплей передо мной станет позеленеет и чётко произнёс:

- АКТИВИРОВАТЬ КАМЕЛОТ!

Тут же на окна кабинета опустились толстенные бронежалюзи. Над головой, защёлкал разворачивающийся бронекупол. Здания подковой огибавшие музей тоже на глазах превращались в неприступную крепость. Они только с виду были жилиыми на самом же деле давно были переоборудованы мной в смертельную ловушку.

«КАМЕЛОТ активирован» - надпись перед глазами из зелёной сменила цвет на светло синий.

По внутренней связи раздалось надсадное, скрипучее пение Баранова старательно подражавшего кому-то:

Пятнадцать человек на сундук мертвеца. Йо-хо-хо, и бутылка рому! Пей, и дьявол тебя доведет до конца. Йо-хо-хо, и бутылка рому!

И вдруг я вспомнил, что эту же дурацкую песенку он пел перед высадкой на Трайзед. Перед решающей битвой. Тогда мы все ещё были Корсарами.

* * *

ПВО, все шесть штук было уничтожено залпами суборбитальных ракет. Дымок от разломанных комплексов поднимался в серое, пасмурное небо. Похолодало.

- Могли бы и по нам бахнуть, но не будут, - выдохнув в прохладный воздух облачко пара произнёс Горелов.

- Не будут, - согласился я сканируя небо над нами. - Им надо убедиться, что я умер.

- Может даже в плен взять, - предположил Горелов.

- Может им нужно что-то из Камелота забрать, - резонно предположила стоявшая слева от меня Света.

- Доказательства нашей связи с официальными органами Империи. Явки, пароли, отданные нам приказы, - поднял указательный палец вверх товарищ. - Ясно-ясно.

Слава прекрасно знал, что ничего такого у нас нет. Вся связь была через Дятел, который я пару минут назад сжёг термической гранатой в железном баке на улице.

Улыбнувшись я захлопнул покрывшееся капельками влаги забрало шлема и произнёс по внутренней связи.

- Канцлер всем. Перекличка. Доложить о готовности!

- Лютер, Демон здесь, - немедленно раздалось в ответ.

- Часовщик готов.

- Саратов готов.

- Бригантина, Перо готовы.

- Каспий готов.

- Копалыч туточки.

- Гранат готов.

- Знахарь готов.

- Акелла готов.

- Вергилий тоже.

- Микулек готов.

- Фея готова.

- Барабанщик здесь.

- Савицкая готов.

- Мягкий готов.

- Викинг готов.

- Глаза готов.

- Ведьма-16 готова.

- Сотряс на месте.

- Валет всегда готов… и ещё много-много готов ведь на Печорине собралось почти всё ЧВК.

Страха не было. Я как-то совсем не чувствовал, что проникся моментом. А ведь большая часть из нас сегодня гарантировано погибнет, может быть даже все. Не проникся, наверное, потому что это наша работа. О чём я? Защищая жизнь, мы несём смерть. И мы никогда не прекращали её выполнять. Кто-то же должен…

Посмотрев на всё увеличивающиеся в размерах десантные корабли противника коршунами пикирующие на город ваш покорный слуга вдруг вспомнил ту клетку с голубями, которую Света отдала мальчишке.

Глава 97: Праведник

Ууу-м-м! Ууу-м-м! Ууу-м-м! – трижды гнусаво проревела надоевшая уже до коликов сирена в коридоре возвещая об отбое. Внутри «Объёкта-11» или как её тут называли «Шкатулки» была жёсткая дисциплина. Опоздаешь, высунешься из жилых коридоров в технические коридоры ночью, получишь так, что мало не покажется. Военные во главе с Даффи загрузившиеся к ним на Гамильтоне-8 технический персонал корабля презирали…

Прикрыв дверь своей комнатушки, в которую входила только койка, небольшая тумбочка и встроенный шкаф для одежды с парой вешалок, и убедившись, что внутри посторонних в его отсутствие точно не было, инженер Стиф Дельгадо взглянул в круглое зеркало на стене. Из отражения на него посмотрел высокий, худой, смуглокожий мужчина с глубоко посаженными карими глазами и широким лбом с залысинами. Ещё год назад он был совсем другим человеком и дело не в двадцати пяти килограммах веса.

Прислушавшись к происходящему за дверью, Стиф сунул руку в левый карман комбеза и нажал кнопку на собственноручно собранном им приборе, экранирующем любые электронные сигналы. Получилось не слишком красиво, зато надёжно, и размером с коробок спичек. Затем инженер наклонился, просунул руку под кровать, чуть сдвинув её в сторону, и поддев ногтем кусок пластика извлёк из углубления личный коммуникатор. Уже само наличие этого устройства дало бы людям Даффи основание выкинуть его в открытый космос, но Дельгадо был осторожен и делал всё в точности так как научили.

Отделив от личного коммуникатора, работавшего только на приём, усилитель сигнала, инженер, проведя пальцем по экранчику привычно активировал устройство как он это делал каждый день все последние недели. Вот только в этот раз на миниатюрном дисплее замигал значок входящего сообщения. Сердце Дельгадо сначала замерло, а потом забившись сильнее понеслось вскачь.

Это был короткий видеофайл длительностью в пятьдесят девять секунд. На нём его старшая сестра Саманта гуляла по парку военного госпиталя на Бакулеве-2. Шла медленно, но собственными ногами. Адрия и Николас - его племянники, шли следом и счастливо улыбалась. Конечно, они радовались, ведь ребятишки привыкли видеть мать прикованной к постели и стонущей от боли. «Стиф, ты видишь это?! Видишь? Я хожу! Они сотворили чудо!» - говорила сестра обращаясь в камеру. Выглядела Саманта посвежевшей и помолодевшей как минимум лет на десять.

Дельгадо посмотрел видео пять или шесть раз убедившись, что это не подделка. Больше на коммуникаторе ничего не было. Впрочем, этого было достаточно.

Словно камень свалился с плеч инженера и спрятав устройство обратно в тайник он растянувшись на койке тут же заснул. А ведь в последние годы маялся бессонницей.

Ночью ему снилось прошлое. Он – неловкий, неуверенный в себе, болезненный толстячок предпочитавший проводить время наедине с компьютером, схемами и программами, которые он писал в стол, и Саманта, ещё молодая девушка, взявшая опеку над младшим братом-лузером после гибели родителей. Сестра надрывалась на трёх работах, чтобы он поступил в университет и до последнего скрывала своё страшное заболевание. Пока не стало слишком поздно. Он обязан ей. Пришло время отдавать долги.

* * *

Ууу-м-м-м-м! – сирена снаружи возвестила о начале нового дня. Раскрыв глаза Стиф Дельгадо некоторое время смотрел в потолок, прислушивался к себе и стараясь запомнить своё последнее утро. Хотя в космосе это понятие скорее условное чем бесспорно реальное. Улыбнувшись над своими неловкими попытками философствовать инженер понял, что по-настоящему счастлив.

Приведя себя в порядок, он приложил к сканеру ладонь открыв входную дверь и в таком положении замер, на месте. Поразмышляв секунду-другую Дельгадо сделал шаг в сторону, открыл встроенный шкаф для одежды и достал с верхней полки старый, полосатый, жёлто-красный шерстяной шарф связанный много лет назад руками сестры. Он давно не надевал его, но возил везде с собой как талисман. Недолго думая инженер обмотал вещь вокруг горла поверх комбеза сразу почувствовав себя лучше, и только тогда покинул свою комнатушку. Навсегда.

* * *

С аппетитом позавтракав в общей столовой консервированной кашей с бобами, с мясной подливкой, куском абсолютно резинового кукурузного хлеба и ещё более резинового кекса, крошки от которого царапали горло, Стиф ещё раз оглядел гомонящих, лениво размазывающих по тарелкам «вкуснятину» коллег вокруг. Нет, у него не было здесь друзей. Только знакомые, которые шесть лет назад также, как и он сам согласились участвовать в этом крайне сомнительном проекте надеясь разбогатеть. Плевать тут всем было, что они создали на Саппоро-4 настоящего монстра. Монстра способного внезапно вынырнуть из темноты космоса и убить разом сотни тысяч, миллионы ни в чём неповинных живых существ. А затем также внезапно исчезнуть без следа. Допивая кислый персиковый компот инженер думал о то, что раньше и ему было плевать, но не сейчас.

Закончив с завтраком Дельгадо двинулся по коридору F1, свернул на крытую галерею пересекавшую коридор Е-2, спустился по лестнице и оказался над огромным спортивным залом где бесконечными рядами выстроились головорезы бывшего генерала Даффи, который в настоящий момент жестикулируя говорил, что-то внизу плюясь слюной. Здесь инженер решил задержаться, тем более, что до начала его смены было ещё почти семь минут.

И кого тут только не было бывшие «Баварские вепри», рейнджеры из печально известной 110-й дивизии Конфедерации, «Синоби» из Синдиката, турецкие «Новостамбульские волки». Всякой твари по паре.

- … и этого не изменить! – проорал вскинув кулак над головой Даффи – жилистый блондин лет пятидесяти с серо-голубыми глазами в лихо заломленном зелёном берете с серебряным значком на голове.

Передохнув пару мгновений, генерал ещё раз оглядел будто загипнотизированных его речью солдат и состроив высокомерную гримасу, из-за чего на лбу его стал виден шрам, гавкнул:

- ВОПРОСЫ?!

- Сэр! – поднял руку коренастый паренёк в первом ряду слева.

- Да, Дженкинс, говори! – разрешил генерал солдату указав на него острым подбородком.

- Сэр, а почему мы сразу не долбанём по луне с орбиты?

- Потому что тогда у русских будет шанс выкрутиться! А мы не должны им дать такого шанса! Запомните, сначала нужно убедиться, что русский император на поле боя! И только после этого «Шкатулка» атакует цель!

- Сэр, а если нам удастся взять его живым? – спросил кто-то.

- Если вам это удастся считайте себя счастливчиками! Я лично проконтролирую выплату вам вознаграждения в три миллиона кредитов! – лицо генерала расплылось в радостно-хищной улыбке. Сейчас он был похож на синего крокодила с Кампинасы-2 из популярной передачи «Все рептилии вселенной».

Солдаты в зале дружно заулюлюкали будто награда уже была в их руках. Идиоты.

- Дельгадо, ты чего тут делаешь? – поднял голову на инженера генерал. - Пошёл вон отсюда!

Пожав плечами Стиф поднялся по лестнице и свернул в коридор D-2. Мимо него прошли два солдата вооружённых штурмовыми винтовками. «Шкатулка» вот-вот должна была оказаться у цели и меры безопасности ужесточали день за днём.

Свернув в коридор В-3 Дельгадо столкнулся с Бобби Смоллом – рыжим, вечно нечёсаным верзилой, азартным игроком и обыкновенным хамом, работающим в отделе жизнеобеспечения. Вот и сейчас тот усмехнулся и бесцеремонно, больно ткнул пальцем в грудь инженера:

- Стиф, что за дурацкий шарф ты на себя напялил?

- Горло болит. Боюсь сквозняков, - спокойно произнёс Дельгадо легко оттолкнув руку Смолла чем немало удивил того.

Не обращая внимание на дурацкий смех позади Стиф свернул по коридору, но не в отдел Контроля где и служил, а направо - в отдел Энергетики. Не дойдя до аппаратной, он остановился напротив кладовки в которой заряжались роботы-уборщики.

Открыв дверь, Дельгадо вытолкав наружу недовольно запищавших малышей, присел на корточки и в указанном месте обнаружил скрытый за стеновой панелью тайник. Его оставил оперативник ещё на стадии сборки «Шкатулки». На всякий случай. Комитет всегда имел запасной план. Сейчас запасным планом был сам Дельгадо.

Внутри лежал новенький панцирный бронежилет, пистолет-пулемёт «Ворчун» с глушителем, четыре шнековых магазина к нему по семьдесят патронов в каждом, два кирпичика синтетической взрывчатки обёрнутых в специальную фольгу, детонатор и пара русских гранат, почему-то называющихся «лимонками», хотя похожи они были скорее на маленькие ананасы.

Рассовывая по карманам снаряжение и ловко натягивая на себя бронежилет, Стиф вспоминал как почти год назад его захватили оперативники Комитета. Прямо у порога дома сестры. Он тогда уже знал, что никакие деньги Саманте не помогут и что жить ей осталось максимум несколько месяцев. Нет имперцы не пытали инженера, они просто предложили в обмен на сотрудничество спасти жизнь самому близкому для него человеку. И сдержали своё слово. Полгода Дельгадо тренировали на какой-то базе на Периферии выжимая из него все соки. Он похудел, жир его превратился в мышцы. Помимо прочего русские научили его неплохо стрелять, обращаться со взрывчаткой и преподали ускоренный курс оперативной работы.

Нащупав в нагрудном кармашке панцирного бронежилета шприц с инъекцией без какой-либо надписи, инженер пока не стал его использовать.

Покинув кладовку уборщиков Стиф двинулся к аппаратной. У Дельгадо не было сомнений в том, что он сейчас делал. Всё было решено заранее. Теперь будущее его сестры и племянников неразрывно связано с Империей. А это означало, что он выбрал свою сторону.

Приложив карточку доступа к замку, инженер зашёл внутрь прямоугольного зала в шахматном порядке заставленного панелями управления и активировал прибор по подавлению и экранированию электронных сигналов. Это должно было создать помехи для камер видеонаблюдения.

- Дельгадо, какими судьбами? – бросил кто-то ему позади. – Опять сбой в вашем болоте?

Задержав дыхание и прижав раскладной приклад «Ворчуна» к плечу, инженер первым делом на пятках развернулся к охранникам лениво замершим у стены. Подушечка указательного пальца мужчины надавила на спусковой крючок и оружие в руках вздрогнуло. Противники не успели даже снять предохранители со своих штурмовых винтовок дружно повалившись на пол. Бронебойные пули прошивали лёгкую защитную броню оставляя в ней дырки с раскалёнными краями размером с вишню.

- Дьявол! Что происходит?!

- Бегите!

Позади раздались крики, и инженер развернувшись начал хладнокровно вести огонь по своим коллегам. Расстреляв шнековый магазин до конца, он перезарядил оружие и пройдясь по залу сделал по контрольному выстрелу в голову. Так как его учили русские.

Затем пришло время взрывчатки. Её он закрепил в заранее выбранное место. Столкнув с главного пульта окровавленное тело Мюррея Брауна, предварительно приложив его ладонь к сканеру, Дельгадо вошёл в систему перебросив из своей папки на рабочий стол безобидный файл под названием «Праведник». Эту вирусную программу способную поразить все системы «Объекта-11» он написал сам ещё в подростковом возрасте.

Убедившись, что вирус начал загружаться, Стиф покинул аппаратную предварительно заперев её мастер картой Брауна. Проследовав по проходу до выхода в коридор В-3 инженер при помощи одной из гранат и металлической проволоки соорудил ловушку для головорезов Даффи. Русские называли это растяжкой.

Тут Дельгадо столкнулся с парочкой охранников, но снова оказался быстрее их. Глушитель несколько раз хлопнул и те отправились на тот свет. Не теряя ни минуты, инженер оттащил тела за угол, к уборной, а сам вооружившись штурмовой винтовкой «Копьеносец» и четырьмя магазинами к ней, быстрым шагом двинулся к спортзалу с головорезами Даффи. По дороге он ещё трижды открывал огонь из «Ворчуна» уничтожая паривших над полом роботов-стражей коих в «Шкатулке» тоже было немало.

Оказавшись над спортивным залом, инженер вколол себе в шею инъекцию. Кажется, русские называли её ЯР-КОСТЬ. Мир неожиданно изменился, стал чётче, громче, шагать стало легче. На какое-то время Дельгадо даже почувствовал себя всемогущим.

Оставшаяся граната полетела в группу солдат внизу. Взрыв разметал в стороны тела, отрывая конечности и разбрызгивая повсюду кровь, а Стиф не дав опомнится оглушённым, орущим от боли военным, открыл огонь по ним из трофейной штурмовой винтовке. Пусть защищающим Императора гвардейцам будет чуть-чуть легче, проще пережить этот день. Жаль, среди мечущихся внизу Даффи было не видно.

Тра-та-та-та-та! - с Дельгадо происходило что-то странное почти каждый его выстрел попадал в цель. Даже на тренировках он не демонстрировал такой меткости. «Наверное, всё дело в уколе который я себе сделал», - догадался инженер. Расстреляв три магазина по шестьдесят патронов он направился к горизонтальному лифту. Двери раскрылись и на него уставилось сразу трое охранников. Штурмовая винтовка ожила, загрохотала, размазав бедняг по стенкам кабинки.

Спустя пару минут превратив в кучу мусора очередного встретившегося ему робота и переступив через растяжку, Стиф вернулся в аппаратную. Камеры к этому моменту заработали снова, но это уже ничего не меняло. Зато он видел как на растяжке подорвалось сразу четыре головореза. Зрелище было так себе.

«Праведник» тем временем загрузился ровно наполовину. Всё дело было в том, что надо было не только вывести из строя генераторы, но и как можно сильнее повредить вирусом систему. Это не остановит «Шкатулку, но задержит её на три-пять часов, снизит производительность её систем. Русским хватит времени прийти на помощь к Императору. Должно хватить.

«Мне нужно продержаться пятнадцать минут. Всего девятьсот секунд», - повторял про себя Дельгадо раскладывая перед собой запасные магазины убитых в самом начале охранников, когда головорезы Даффи срезали лазерным резаком электронные замки запирающие аппаратную и ворвались внутрь.

Штурмовая винтовка загрохотала опрокидывая группу ворвавшихся в зал, но в ответ из дверного проёма тоже открыли огонь. И всё-таки головорезы Даффи не рискнули ещё раз врываться внутрь. Раненных они тоже подбирать не стали. Любую попытку высунуться Дельгадо пресекал меткими выстрелами. Гильзы вылетали из оружия наружу описывая дугу и оставляя за собой золотой след, а затем скакали по полу наигрывая какую-то мелодию, а инженер всё стрелял и стрелял. Когда оказался заряжен последний магазин он понял, что истекает кровью. Первая пуля угодила в левый бок прямо под панцирный бронежилет, вторая пробила пластины на груди справа. Вот только инженеру не было больно. Пригнувшись он выпустил короткую очередь в заслонившего дверной проход штурмовика в тяжёлой броне и бросился к главному пульту. Тот мерцал ровным зелёным цветом, а это могло означать только одно – «Праведник» начал свою работу.

Кажется, на Саппоро-4 погиб агент Империи. Именно он передал секретную информацию об «Объекте-11» подданным Его Величества. Погиб, не сдавшись в плен. «Наверное, у него тоже были причины идти до конца», - подумал инженер меняя место положения под ливнем обрушивавших на него пуль.

В спину Стифа будто ударила наковальня и он рухнул на пол лицом вниз понимая, что подняться уже не сможет. Неожиданно всё тело наполнила сводящая с ума боль. Будто она где-то скрывалась до поры до времени, а теперь решила вернуться, разодрав организм в клочья.

И всё-таки Дельгадо не закричал, развернувшись на спину он уставился на замершего над ним тяжёлого штурмовика в чёрной броне с крупнокалиберным пулемётом, и уткнувшись лицом в намотанный на шее шарф нажал на кнопку детонатора удерживаемого в руке.

Уже не чувствуя боли, растворяясь в уничтожившем аппаратную взрыве, Стиф Дельгадо напоследок услышал в своей голове заботливый голос Саманты:

«Брат, надевай шарф давай, не рисуйся. Горло должно быть всегда в тепле…»

Глава 98: Книжный клуб

Профессор Сатиапал поднялся из-за стола и пошел навстречу Лаптеву.

- Довольны осмотром?

- Да. Поражен, увлечен и не скрываю этого. Но я явился к вам с деловым предложением.

- С каким именно? - заинтересованно спросил Сатиапал.

- Дракон должен держать свои зубы в пасти! - шутливо сказал Лаптев. - Я побаиваюсь, что не я, а кто-нибудь другой схватит несколько красивых кристалликов и на этот раз спрячет в более надежном месте. А, впрочем, есть способ разоблачить преступника. Предлагаю вам использовать один препарат, капли которого достаточно, чтобы сразу же установить, кто имел с ним дело и полез, куда не следовало… Помните, как в сказке испытывают на честность?

- Мальцев! МАЛЬЦЕВ! Ты чего там делаешь?

Только сейчас я понял, что по внутренней связи со мной пытается связаться Баранов. Закрыв забрало шлема, я тут же ответил Паше.

- Книгу читаю.

- Здрасти, нас тут убивать летят, а он читает, - театрально возмутился Паша.

- Ну и что? - сказал я, пряча потрёпанную, бумажную книгу внутрь брони и досадуя, что так и не узнал как в сказке испытывают на честность. – В первый раз что ли?

- Молодец! - похвалил меня по внутренней связи Каспий. - Я тоже читать люблю.

- Эх, где наша не пропадала! – уже другим тоном произнёс Паша и кажется зевнул.

- А если пропадала, то всегда возвращалась, - вступил в беседу Лютер.

- Точно-точно, - вторил ему Глаза.

Вместе с Фроловой и Фрунзе они устроили себе позиции на площадке параболической антенны гигантским цветком развернувшейся над площадью. Камелот и окрестности оттуда были видны как на ладони. Три классных снайпера вместе – страшное оружие. Был у нас ещё и четвёртый – ветеран Саратов (тот самый что помогал нам тело Сатурна вернуть). Я тут с нашим контрразведчиком Кудасовым о нём потрещал так совсем другими глазами начал на этого хмурого мужичка смотреть. Силён, ничего не скажешь. Вот только он почему-то предпочёл сражаться с нами в коридорах Камелота. Правда вооружился он старенькой длинноствольной ШВ-411 Мотыгой. До снятия её с вооружения оружие часто снабжали оптикой и использовали как снайперскую винтовку. Эрзац, одним словом.

Спросите почему Баранов не с ними? Так Бестужев поставил балагура командиром штурмового отряда. Правда Паша за спиной с собой лёгкую «Рапиру» как дополнительное оружие таскал. Бронебойные патроны выпущенные из этой снайперской винтовки существенно сокращали срок её жизни, но превращали малышку в страшное оружие.

Взглянув через шлем на небо, я заметил, что десантные корабли противника не особо торопились садиться. Словно тщательно выбирали место посадки. Так оно на самом деле неверное и было, ведь они считали нас серьёзным противником. Вот только было их много, очень много. Быстро сосчитав с помощью видоискателя шлема повисшие в пасмурном небе треугольные «Аметисты», прямоугольные «Рузгары» и круглые «Нобу», помножив количество кораблей на количество солдат внутри, я подумал, что нам кранты. Мастерс в своей ненависти к Бестужеву отправил на Печорин целый полк. Может быть даже больше. Две тысячи против трёхсот беннигсенцев это ого-го сколько. Хотя мне лично больше нравилось называть нас бестужевцами.

- Книга-то хоть хорошая? – выдернул меня из раздумий Мамонтов тоже любитель классики. Я помнил как он появился у нас со стареньким томиком «Фаэтов» Казанцева.

- «Зубы дракона» называется, - ответил я от нечего делать проверяя состояние КПУЗДа и количество боеприпасов. - Фантастическая повесть 1956 года.

- Середина XX века! Ничего себе! – восхитился Фрунзе. - Какая древность! Почти как мой «Посёлок» Булычёва 1976. Где ты её взял?

- А мы с Копалычем на Кастро-9 летали за хитрыми схемами к НУРСам и там один местный контрабандист, смекнув, что мы русские подарил её нам. Просто так.

- Видел я эту книгу, - буркнул штурмовик Буре. - У неё странички выпадают.

- Зато из бумаги, а не из пластика, не электронная… - возразила Света.

- Книжный клуб какой-то, - рассмеялся голубоглазый головорез Микулек, которого, кстати, я тоже неоднократно заставал за чтением книги. Только поручик почему-то этого стеснялся, сразу краснел и прятал толстенький томик стихов Бёрнса под подушку.

Богатство, честь в конце концов Приносят мало счастья. И жаль мне трусов и глупцов, Что их покорны власти.

Кажется так. Книга правда у него была не бумажная, с толстой пластиковой обложкой и страницами чуть потоньше, но сразу видно повидала она немало.

- КАНЦЛЕР ВСЕМ! ВНИМАНИЕ! КОД КРАСНЫЙ! Начался десант! Приготовится! Занять позиции! Акелла вперёд!

Командир был рядом со мной и эмоций его из-за брони я не видел, но был уверен, что тот спокоен и готов к самому худшему.

Я вдруг подумал, что думаю о нас в прошедшем времени. Нет, боялся я в пределах разумного (как говорил наш «замполит» майор Ротодынов: «если страх исчез без следа, быстренько ко мне за направлением к психиатру»), даже сердцебиение судя по датчикам не подскочило. Просто чудес не бывает. Да и мы сами согласились учувствовать во всём этом. Периферия изменилась за какие-то шесть лет. Нереальный срок. Люди потянулись к Империи. Даже те, кто к нашей культуре никакого отношения в принципе не имеет. Потому что поняли, что Империя — это порядок, это стабильность. Но самое главное, как сказал мне один древний старик на Зноймо-2: «русский Император и его подданные держат слово, а что ещё надо…». Проект Знаменской сработал. Да мне кажется Мария Николаевна сама не ожидала таких результатов. Ведь какая цель в начале была? Наказать наших противников повадившихся под видом пиратов грабить ничейные миры. Пару-тройку миров поразвитее в состав Империи заманить. А вышло что? Да у нас в кабинете Бестужева вся карта Периферии в значках филиалов ЧВК – а администрация на местах потенциальные интересанты мечтающие об Империи.

Всё вокруг пришло в движение. Делались последние приготовления, шагоходы, все двенадцать штук вышли на улочки города задрав раструбы пусковых установок в небо. Машины приседали, заранее обеспечивая себе устойчивое положение при пуске. ПРУ «Хлопушки» вообще-то на шагоходы среднего класса никогда не уставились и состояли на вооружении тяжёлых машин тоннажем от восьмидесяти тонн, но нам это и было надо.

- Мальчики! – нарушила молчание в эфире Фея. - Давайте договоримся, что нас должно остаться как можно больше, а врагов как можно меньше.

- Пусть они вообще все сдохнут! – возразил штабс-капитанше Демон.

- Согласна.

- Гы-гы-гы! Кровожадненько. Мне с вами нравится, – смешно засмеялся командир доваторцев с позывным Заноза.

И в этот момент сорвавшиеся с шагоходов ракеты оставляя дымный след устремились к приближающимся к земле десантным кораблям. Они словно расчертили небо частым гребнем.

Для людей Мастерса всё это стало неприятным сюрпризом. Они же всё ПВО специально заранее уничтожили. А тут на тебе…

- Копалыч, наше им приветствие! – снова нарушил тишину Баранов.

- Сию минуту! – довольным тоном произнёс Фомин и в небе над Камелотом появилась огромная надпись по-русски.

«БОБРО БОЖАЛОВАТЬ!»

Наверняка мужики одну из голографических установок установили на крыше дома где была раньше лавка Калашниковой, а вторую на башне Полигона.

Мне вспомнилось как Катя всеми правдами и неправдами хотела остаться с нами. Она даже стрелять неплохо научилось тренируясь с одной из групп СОТОвцев проходящих у нас плановое обучение. Но Мамонтов на правах супруга (свадьбу отгуляли ещё весной, было весело, завязавшие с алкоголем Кирпичёв и Салтыков ненадолго развязались и дружно исполнили по случаю задорную польку на дубовом столе, стол не пострадал) сказал своё категорическое нет. «Катя, у тебя дети». Что ж, всё правильно.

- Ну Ва-а-алет!!! - разочаровано затянул Копалыч. - Ну зачем ты слова исковеркал?

- Всё путём, старина. Так смешнее.

Посмотрев на приветственную надпись, я улыбнулся. Баранов всё сделал правильно. По внутренней связи раздались многочисленные смешки и слова одобрения. Как говорил мой дед: «Солдату настроение перед боем поднять дело нужное. Тогда и победой запахнет».

Победой ещё не пахло, зато тяжёлые ракеты рвали на части десантные корабли противника. Мощь их была такова, что при пуске лёгкие шагоходы отбрасывало на спину. Пилоты поднимали машины, а заряжающие загоняли в массивные коробы ПРУшек на их плечах новые ракеты. Прямо при мне один из десантных кораблей разорвало надвое и оттуда посыпались солдаты в броне и парочка лёгких шагоходов. Один из «Аметистов» взорвался прямо над зданием почты, и никто из пассажиров не выжил. Тела в защитной броне словно куски раскалённой и горящей фольги просыплись на крышу и так и не поднялись.

Противник несущий огромные потери быстро сообразил, что нужно делать. Солдаты прыгали вниз над самой землёй активируя джамп-двигатели.

- Глаза, Ведьма-16, Савицкая, докладывайте, - Бестужев прохаживался туда-сюда за спинами пулемётчиков замерших у окон.

- Работаем Канцлер.

Приблизив изображение развернувшегося на подходах к площади сражения, я видел как чей-то точный выстрел разнёс купол лёгкого османского шагохода. Наверняка Настя постаралась. Глаза с Савицкой же устроили настоящую охоту за противниками в громоздкой штурмовой броне. Тяжёлые пули били в шлемы выводя из строя гироскопы, смотровые щели, наружные камеры. Без всего этого эффективность «носорогов» резко падала.

Шагаходы же уже сошлись в рукопашную с противником. Чтобы помочь пилотам два десятка беннигсенцев по команде дали с крыш залп из РПГ, и тут же ретировались оттуда. Связав шагоходы схваткой противник спокойно сажал на улочки десантные корабли. Волны противника неслись по улицам к площади и замершему посреди неё Камелоту.

- Приготовиться! – пулемётчики у окон сжали ручки крупнокалиберных «Алтаев» возвышавшихся на треногах над полом.

Салтыков с компанией тем временем шквальным огнём уничтожал противника, давил его конечностями тяжёлых машин. Все видели как машина Лямкина оседлаал не успевший ещё приземлиться «Нобу» разрядив в него БК скорострельной мелкокалиберной пушки. Десантный корабль задымился и разлетелся на части кусками подбив транспортник садящийся слева. Каким-то чудом Сотряс в последний момент сумел спастись спрыгнув на крышу четырёхэтажки окружённой симпатичным сквериком. Чуть дальше соскочивший с крыши на десантный корабль шагоход Яны сначала ударом кулака погнул створки грузового люка, а затем концентрированной струёй огнемёта уничтожил электромагнитный двигатель «Аметиста». Корабль смешно дёрнулся в воздухе, по поверхности его побежали голубые молнии, и он словно утюг рухнул на мостовую. Внутри немедленно вспыхнул пожар. Находящиеся в трюме сразу люк из-за погнутой створки открыть не смогли. Когда же они это сделали пробегающий мимо «Кот» поручика Ежкова залил трюм напалмом способным плавить даже металл. «Аметист» вздрогнул и с громким хлопком лопнул забросав горящими обломками поднимающихся по улочке солдат.

- Акелла – Канцлеру.

- Слушаю тебя.

- Боезапас закончился. Просим разрешения отступить и пополнить БК.

- Разрешаю. Вы свою задачу выполнили не дали десанту упасть прямо на площадь.

Шагаходы по приказу Салтыкова воочию продемонстрировали окружающим построение Тройка – что-то вроде треугольника где каждая машина была выдвинута немного вперёд, дабы не мешать друг другу стрелять. Отступая они вели огонь оставшимися боеприпасами. Поле боя покинуло девять шагаходов. Три остались лежать на узких улочках. Они словно устали и ненадолго прилегли.

Как только первые ряды противника ступили на площадь заработали «Алтаи». Первые ряды нападающих были буквально скошены, разорваны в клочья, с такого расстояния

14-ти миллиметровая пуля не только раскалывала пластины брони и уродовала плоть, но и отрывала конечности.

Гильзы тускло поблёскивая медью сыпались под ноги покрыв пол настоящим ковром, а пулемётчики всё жали на гашетки.

Когда по окнам ударили первые беспилотники, а над крышами появились чёрные мячи АСБ (что-то вроде наших «Пакманов», Бестужев отдал приказ опустить бронеставни на окна и прекратить огонь.

- А теперь самое интересное, - произнёс вслух я, снимая с предохранителя штурмовую винтовку и отправляясь следом за своими товарищами на первый этаж.

* * *

Что-то упустил? Не рассказал вам про нашу тактику и стратегию? Да тут и рассказывать нечего. За нашим круглым «рыцарским» столом все прекрасно знали, что контрразведчикам удалось разозлить, да нет, даже взбесить Конфедератов, османов и Синдикат. Заставить поверить их в то, что источником всех бед единственно является ЧВК «Беннигсен» и его руководитель Алексей Бестужев. Вынудить не самых последних по значимости людей действовать, дабы далекоидущие, скрупулёзно выстраиваемые кирпичик за кирпичиком, последние десятилетия наполеоновские планы их государств по противодействию Империи, если хотите реваншу в проигранных войнах, пошли крахом, это особый блеск. И ведь какая задумка! Использовать группку опытных офицеров, которые собственным примером поведут за собой людей. В бой, в Империю… Дёшево и сердито. Нет, я не осуждаю. Елагин умница. Как же нам с ним повезло. Но было и ещё кое-что занимавшее мои мысли. Интересно, своей первоочерёдной целью Мастерс и компания всё-таки считали Его Величество или Алексея Бестужева?

Поймав в прицел штурмовой винтовки противника, я нажал кончиком пальца на спусковой крючок. Когда стрелок с прострелянным шлемом рухнул у стены, я тут же сменил позицию нырнув в комнату рядом.

Спустя пару секунд в коридоре что-то лопнуло, полыхнуло и мимо моего укрытия пробежало трое вооружённых людей. Выглянув из дверного проёма, я расстрелял их в спину и сменил пустой магазин.

Камелот и жилая застройка вокруг него стали настоящим испытанием для врага. Попадавшие внутрь уничтожались хозяевами (то есть нами) в многочисленных ожесточённых стычках.

Нет, противник конечно пытался использовать старую тактику - проламывая стены избегать огневого контакта и атаковать в спину, во фланги. Но не тут-то было. Бестужев вложил серьёзные деньги в свой проект превратив бывший музей и окружающие площадь дома в настоящую смертельную ловушку. Усиленные металловолокном стены и потолки конечно не были неуязвимы, но, чтобы пробить здесь дыру надо было истратить уйму боеприпасов. У нас то с ними всё было хорошо, а вот противник был вынужден экономить.

Освещение внутри зданий погасили специально. Как я оказался один, в темноте? Сначала мы работали тройками, но противника становилось всё больше и больше, и в конце концов я понял, что остался один. На внутреннем дисплее прекрасно было видно своих и чужих. Здание было буквально напичкано сенсорами. Периодически я объединялся с кем-то из ребят, чтобы уничтожить нескольких противников, приходил на помощь одиночкам вроде меня. Выполнив задачу, мы расходились, оставаясь в постоянном движении. Спустя какое-то время кооперировался с кем-то ещё. То же самое делали и другие. Тактику эту в своё время придумал Корсаков и называлась она «Карусель». Так врагу казалось, что он окружён и подвергается постоянным атакам равного себе по числу противника.

Мимо меня промчались Лютер и Демон. За углом куда они нырнули раздались частые выстрелы. «Там мне делать нечего», - подумал я, ныряя в коридор ведущий к нашей столовой.

ТРА-ТА-ТА! – неожиданно возникший на экране противник открыл по мне огонь. «Ливень» в руке дёрнулся, и я понял, что с винтовкой что-то не так. Опустив голову вниз и просканировав оружие обнаружил повреждение крышки ствольной коробки.

«ОРУЖИЕ НЕИСПРАВНО. СМЕНИТЕ ОРУЖИЕ», - сообщил мне искусственный интеллект. На виртуальном дисплее перед глазами тут же возникла карта с тайниками. Ближайший был в соседнем коридоре. Но прежде чем отправится за обновками я должен был избавиться от хвоста. Три красные точки стремительно летели по проходу за мной. Выдернув из гранаты чеку я большим пальцем скрутил детонатор до секунды и бросив металлический кругляш за угол прижался к стене.

БАБАХ!

Ещё не успела опуститься пыль, а я, покинув своё укрытие, переключив «Долг» на автоматический огонь, расстрелял раскиданных по полу врагов.

«И всё-таки как в сказке испытывают на честность?» – думал я, останавливаясь у ничем непримечательной стены. Просветив меня и не обнаружив угрозы сканер сдвинул панель в сторону и мне открылась «пещера сокровищ Али-Бабы» доверху заполненная оружием и снаряжёнными магазинами. Пополнив БК и взяв вместо повреждённого «Ливня» новенький, я по виртуальному дисплею увидел, что в мою сторону движется свой. Пару мгновений и у тайника остановился запыхавшийся Лео Кершбаумер – адъютант Бестужева.

- Как ты?

- Всё хорошо.

Загрузившись патронами и гранатами, мы гуськом, прикрывая друг друга двинулись по коридору, прошли столовую, комнату отдыха.

Направлявшегося в нашу сторону противника мы заметили одновременно и приготовившись к бою присели за кожаными диванчиками расставленными в фойе.

В последний момент, я положил руку на оружие Лео.

- Сиди тихо.

Мальчишка хотел было спросить почему, но вскоре и сам это понял. Несколько красных точек превратились в два десятка тревожно мерцающих огоньков и вот уже мимо нас, в темноте, топая ботинками промчался целый табун вражеских штурмовиков. Отметки наложились друг на друга – обычное дело.

- Канцлер – Ботанику!

- Внимательно.

- В сторону столовой мимо нас прошла группа в два десятка противников.

- Ясно. Часовщик – Канцлеру. Встречайте гостей.

Вдалеке тут же загрохотал пулемёт и пара штурмовых винтовок.

Осторожно пройдя через фойе мы поднялись на второй этаж и тут наше внимание привлекла красная точка замершая напротив жилых комнат. Я абсолютно точно знал, что там располагался ещё один тайник с боеприпасами. Подкравшись, мы смогли наблюдать за тем как один из врагов используя нож (больше похожий на меч) вскрыл нишу в стене. Изучив открывшуюся ему картину закованный в «Миротворец» мужчин протянул руку внутрь и тут… БАМ!

Я видел как противнику оторвало руку взрывом, а ниша в стене снова вернулась на место. Чудеса. Лео нервно засмеялся, а я прицелившись добил бившегося в судорогах на полу врага.

ДАМ-ДАМ-ДАМ-ДАМ-ДАМ - стрельба кажется велась во дворе из-за чего мы с Лео прильнули к окнам. От спортивной площадки в сторону музея петляя, бежало пятеро наших. Одного даже тащили на спине. Я уже было положил ствол штурмовой винтовки на подоконник, чтобы стрелять, как вдруг из окон слева по преследователям ударил шквальный огонь. Доваторцы прикрыли огнём бежавших к укрытию раненных. Тут же внутренняя связь погудев помехами ожила.

- … да подорвались попытавшись наш БК себе присвоить!

- так им и надо. Раненых в подвал. Эскулап, Чёрный их встретят.

Приказы отдавал Лютер, потом он говорил, что-то ещё, но помехи расслышать нам это не дали. Не иначе как противник начал использовать глушилики.

Возле зала Средневековья у нас произошёл скоротечный бой с превосходящими силами противника, и я снова остался один. Лео скрылся на этаж выше. Я остался внизу.

Сняв точным выстрелом высунувшегося из-за угла противника в треугольной синдикатской броне, я снова услышал заставлявшие гудеть зубы помехи, а затем голос командира:

- Отлично! Заходите во фланг группе около здания номер 4. Пусть втянутся внутрь. Кто у нас там? Перо – Канцлеру!

- Слушаю.

- Усильте огонь по противнику. Он должен последовать за вами.

За углом замерцало сразу несколько красных точек и рядом со мной на колено сели Лексин и Демон. Кирсанов вытянул из-за спины РПГ и недолго думая пустил гранату по противнику. Взрыв был то надо. Добив раненных мы снова разошлись.

Однако перемещаться по Камелоту стало всё тяжелее. Красные точки заполнили коридоры и комнаты. Мы доказали своё умение сражаться в замкнутых пространствах, но если так и дальше пойдёт нас просто задавят числом.

- Канцлер – Ботанику! – укрывшись за статуей гусара XIX века я связался с Бестужевым по личному каналу.

- Слушаю.

- Может быть уже пора?

На том конце повисла тишина. Кажется, командир изучал электронную карту.

- Ещё нет, - раздалось наконец в ответ. - Не все втянулись внутрь зданий.

Вздохнув, я скрепя сердце поднялся на второй этаж и некоторое время следил за отметками. За окном снова раздалась пальба и выглянув наружу я стал свидетелем взрыва от гранаты из подствольника. Направлен он был по бегущим через внутренний двор бойцам в КПУЗДах. Это был командир с которым я недавно разговаривал, Бородина и кто-то третий, кого я не знал.

Последний получив очередь в спину упал лицом вниз. Бестужев получил попадание в левое плечо и упал на колено. Бородина подняла его и тут же оказалась опрокинута на бок точным выстрелом в шлем. Свете повезло. Пуля отрекошетила и ушла в сторону лишь покарябав краску. Вместе они ответили дружным огнём по стрелявшим в них, а затем подхватив раненного скрылись внутри бывшего архива. Группа из дюжины преследователей последовала за Бестужевым.

Лихорадочно соображая как им помочь, и выбирая между смертельно опасной перебежкой по открытому двору простреливаемому противником и бегом по заполненным врагом коридорам, я услышал следующее:

- Знахарь! Раненых к Вревской сейчас им не до нас будет. Приводим себя в порядок, пьём таблеточки, ставим укольчики. Пополняем БК!

По внутренней связи раздался громкий пронзительный сигнал. Сигнал являющийся нашим последним тузом в рукаве, сигнал приводящий в действие спящих в зданиях Захаров.

Я прямо живо представил как боевые андроиды все эти месяцы спрятанные внутри стен и находящиеся в режиме энергосбережения сейчас выбираются наружу кроша штукатурку, поднимаются из пола, спускаются с потолка под изумлёнными, испуганными взглядами противника. Это вам не простые боевые роботы-солдаты — это продвинутый интеллект. Но не только Захары стали неприятным сюрпризом для людей Мастерса. Одновременно по всему музею заработали автоматические турели набивая свинцом и стальными шариками всё что не было отмечено маркером «свой».

Какое-то время я просто разглядывал стремительно сокращающиеся количество красных огоньков и не скрою радовался. Но радость была не долгой. Снаружи в музей хлынули новые отряды противника. Турели нагреваясь били по целям, их уничтожали, коридоры наполнились удушливым пороховым дымом.

Меняя позицию я обо что-то споткнулся. Взглянув вниз я понял, что только что переступил через труп Лео.

- ДЬЯВОЛ!

Шлем его был расколот точным попаданием пули. Я даже глаза мальчишке закрыть не мог, ничего было закрывать. Не успел я как следует расстроится, как справа по коридору ко мне бросились красные точки, а слева несколько белых и две синих. Белые это Захары. Один из андроидов буквально закрыл меня собой видя беспрестанный огонь по противнику. Рядом со мной, плечом к плечу оказались Викинг и хмурый Саратов.

Прикрываясь идущими вперёд Захарами мы втроём выкашивали ряды противника пытавшегося пробиться через наш коридор и зайти в тыл группе Лютера, которая тоже вела бой. Пустые магазины валились под ноги, широкие плечи и предплечья андроидов, с мышцами из переплетённых друг с другом пневмоволокон, вздрагивали от многочисленных попаданий пуль, но мы всё-таки зачистили коридор. Пара Захаров получив серьёзные повреждения просто села у стены отключившись. Оставшиеся трое поднялись на третий этаж. Отдышавшись мы взглянули друг на друга. А как же победили! И тут по нам словно плетью ударил тяжёлый восьмиствольный пулемёт.

Саратов и Викинг успели выпрыгнуть в развороченное взрывом окно, а я только и сумел, что повалиться ничком на пол. Не думая даже вести ответный огонь, врубив форсажные двигатели, царапая паркет, я проскользил по коридору, врезался головой в стену и откатился за угол. За спиной у меня должен был быть лестница наверх, но её не было. Только обвалившиеся бетонные плиты. Зато в тридцати метрах напротив из пола столбиком поднялась автоматическая турель. Она ещё не увидела противника, но пришла в готовность от его близости. Недолго думая я покинув мышеловку, шустро перепрыгнув простреливаемое пространство истово веря в технологический прогресс и полезных роботов.

Над головой у меня будто зарычал и загудел настоящий дракон. Проголодавшийся дракон. Автоматическая турель не подвела, не промахнулась, расстреляв атаковавших, но оставив невредимым меня. Только одна пуля прошла по наплечнику КПУЗДа по касательной оставив глубокую борозду. Впрочем, это была ерунда по сравнению с тем, что в меня уже прилетело. Подобрав оружие я пошатываясь и постанывая от боли сделал несколько шагов вперёд.

Бригантина и Перо лежали у стены даже мёртвыми сжимая в руках оружие. Стиснув от бессильной злобы зубы, я приказал ИИ сделать мне укол адреналина, но инъекции не последовало.

На внутреннем дисплее я значок зелёного глаза тоже не увидел. Кажется, КПУЗД получил критические повреждения. Механика работала, а вот электроника была на последнем издыхании.

БАМ! - словно кувалда ударила меня в грудь и в воздухе, что-то запорхало. Бабочки? Ну какие ещё бабочки! Сморгнув кровавую пелену я увидел себя летящим по коридору словно в замедленной съёмке и только врезавшись спиной в стену понял, что это кусочки бумаги от древней книги, спрятанной под бронёй.

«Вот же гады!» – подумал я, меняя магазин и одновременно (несмотря на боль в голове и груди) откатываясь к противоположной стене. «Ливень» в руках дёрнулся и два тела упало в нескольких шагах от меня.

Я попытался подняться, но тщетно, рухнув на пол, я выдал остаток магазина по выбежавшим на меня стрелкам и теряя сознание, некстати, подумал о том, что мне непременно надо узнать как в сказке испытывают на честность.

* * *

Пробуждение было ужасным. Будто тысяча иголок вонзилось мне в мозг, к тому же я не мог нормально дышать. Я хотел было закричать от боли, но даже этого не смог. Сколько я был без сознания не знаю. Никакие таймеры не функционировали, только частота пульса отображалась в верхнем правом углу. Над головой что-то грохотало. Звуковые фильтры не работали. Пытаясь нащупать на поясе гранату, я вдруг понял, что меня тащат. Куда? Неужели меня взяли в плен? С трудом сконцентрировавшись, пробившись взглядом сквозь лагавший, часто моргавший виртуальный дисплей, я узнал изображение бравого валета с острыми усиками-стрелочками на защитном шлеме тащившего меня бойца. Паша… Баранов. Рядом с ним вёл огонь из штурмовой винтовки Лямкин, а это означало только одно - шагоходов у нас больше не было.

И всё-таки надо узнать как в сказке испытывают на честность. Ты идиот? - спросите вы? Тебя зациклило? Да причём тут эта дурацкая книжка?! Да всё просто ребята, вот вернусь домой к дочке, и она спросит меня:

- Как дела?

- Теперь всё хорошо.

- Рассказать как в сказке испытывают на честность?

И рыбка моя улыбнётся, крепко обнимет меня, и скажет:

- Расскажи…

Не забываем поддержать автора ведь все свои произведения здесь, он выкладывает бесплатно. Заранее вам спасибо.

Глава 99: Чай в подстаканниках

- Надо же какое чудо! - поправив свисавшую с груди на тактическом ремешке штурмовую винтовку и удерживая рукой подмышкой защитный шлем с изображением мужика в треухе с тлеющей папироской во рту, подпоручик Ташков разглядывал молоденькую сосну в бетонном горшке напротив. Такие он только в книжках, да в репортажах о Земле по головидению видел. Тонкие веточки, унизанные зелёными иголочками, тянулись к потолку подземного комплекса, и казалось, что дерево двигается будто от дуновения свежего ветерка. Вот только никакого ветра внутри не было. Вместо того, чтобы коснуться веток деревья рука Ташкова прошла сквозь искусно сделанную голограмму.

- Э-эх! – разочаровано произнёс ветеран, а осматривавший сидевшую на ступенях молодую женщину Гном только издевательски посмеялся.

- Это дерево сюда послал мой дед, - раздался позади приятный хорошо поставленный голос. – Одно из трёхсот, что должны были прижиться в Дальнем космосе вне дома. К сожалению сосны, оказались очень капризными, и даже не на всех планетах, прошедших терраформирование пустили корни. Прижились лишь четырнадцать…

Оглянувшись Ташков увидел стоящего позади себя Императора Александр V в чёрном мундире украшенном золотыми и серебряными нитями. Без суеты, в соответствии с уставом, он переложил шлем в левую руку и вытянулся по стойке смирно классически звякнув подошвами КПУЗДа. Получилось красиво.

- Подпоручик Ташков, Ваше Величество! Прибыл, чтобы…

- Вольно, подпоручик. Мне уже доложили.

Александр V показался Ташкову даже моложе чем на экране головидения. А яркий цвет голубых глаз под светлыми бровями не был компьютерной графикой, они были реальными, цвета только-только подёрнувшегося тонким слоем льда озера.

Императору понравился этот спокойный седоусый и серебробородый ветеран со смешным позывным.

- Бывали на Земле?

- Нет, Ваше Величество, - помотал головой Ташков. - Собирался только. Сначала в молодости, потом после свадьбы, с супругой, наша совместная мечта была… погулять в сосновом лесу. Настоящем.

- Собирался? – блеснул глазами Александр V. - Больше не собираетесь? Вы же полный ветеран? Что может быт проще? Сели вдвоём на корабль и первым классом до Земли!

Наблюдая за опускавшимися в недра подземного комплекса людьми, Ташков вздохнул. Сколько их тут было? Сотни? Тысячи? Подавляющую часть беглецов с Сагалевича успели эвакуировать ещё до вторжения в звёздную систему чужаков. Сами беннигсенцы тоже успели добраться до луны Нептуна-17 в последнюю минуту получив в борт пару ракет от начавших патрулировать пространство вражеских истребителей.

- Прилететь на Землю… - задумчиво ответил он терпеливо ожидавшему Александру V. - Да супруга моя скончалась десять лет назад, Ваше Величество… и вместе с ней мечта перестала быть прежней.

Немногочисленный персонал подземного промышленного комплекса переработки и императорская прислуга, всячески пытались подбодрить людей, но получалось это на «троечку». Раненных почти не было, но катастрофа уничтожившая подводный город всё ещё стояла перед мысленным взором беженцев. Столько сил было вложено в его строительство и вот на тебе.

- Понимаю, подпоручик.

- Ваше императорское Величество! Всё готово! – на ступнях стоял Виноградов директор ППКП – невысокий, худой мужчина лет пятидесяти пяти в тёмно-синем комбезе. На воротнике директора тускло поблескивал значок статского советника, а на груди ярко сверкал золотом «Орден Усердия» с бриллиантами, старого образца, наверное, за эти годы так и не вынимавшийся из футляра. Награда дождалась своего часа. Жаль повод был грустный.

* * *

Зал для Совещаний с большим трудом вместил офицеров. Александр V пожелал, чтобы абсолютно все офицеры присутствовали на заседании. Прапорщики, поручики и штабс-капитаны (коих было большинство) плечом к плечу встали у стены, ибо никакие стулья вес их брони бы не выдержали, майоры, полковники и парочка достаточно молодых генералов заняли центр помещения. Сюда же вытянули и Ташкова.

Смуглый, зеленоглазый генерал с запоминающейся фамилией Вырвиглаз открыл было рот, чтобы призвать находящихся к тишине, когда двери зала открылись и внутрь буквально влетел Виноградов за которым следовала парочка роботов осторожно держащих на жестяных подносах допотопные гранёные стаканы наполненные горячим чаем.

- Ваше Императорское Величество… чем могу. Чай, сладкий, с лимоном. Как вы любите!

- Надо же лимоны растут, а сосны нет, - проворчал себе под нос Ташков, но как-то так вышло, что его в небольшом, заполненном людьми помещении все услышали.

Кто-то засмеялся. Император улыбнулся. Роботы тем временем грациозно засновали между людей. Каждый получил свою порцию. Даже подпоручик и здоровенная камерша-штурмовик. Иванова, кажется. Вроде бы ерунда, мелочь, но на лицах отхлебнувших из стаканов появились довольные улыбки. Увидев это, Виноградов расцвёл как папоротник в волшебную ночь. Что такое папоротник подпоручик представлял себе поверхностно и почему он расцвёл (это же трава), но бабка его так говорила, и он запомнил.

- Мило! – произнесла Иванова разглядывая подстаканник в котором находился её стакан. - Надо же какие подстаканники! Настоящий раритет!

- А это ещё моего деда, - с готтовностью пояснил Виноградов. - Он страстный коллекционер был. Он их ещё с Луны привёз.

- Да тут гербы. У меня звёзды, серп, молот…, - произнёс Вырвиглаз.

- Герб СССР, - пояснила с видом знатока Иванова.

- У меня двуглавый орёл. Клюв раскрыл, кричит, крылья встопорщил. Царский, ещё дореволюционный, - улыбнулся полковник с треугольным лицом.

- У меня тоже орёл. Российский, - присоединился к обсуждению Его Величество. Сделав большой глоток из стакана, он неожиданно взглянул на Ташкова:

- А у вас подпоручик?

- У меня? – ветеран поднял чай в подстаканнике над собой разглядывая хорошо знакомый ему герб двуглавой хищной птицы с зажатыми в лапах мечом. Точно такой же он носил на правом плече. – У меня наш. Имперский.

- Спасибо, Ксаверий Генрихович. Символично, - негромко произнёс Александр V и улыбнулся. Окружающие вокруг сдержанно засмеялись.

Кивнув Вырвиглазу император сделал ещё один глоток, а генерал откашлявшись поставил пустой стакан на поднос и сказал:

- Господа, давайте начнём совещание. К тому же времени у нас почти не осталось. К луне уже летят десантные корабли противника. Их много. Ожидаем как минимум четырёхкратное превосходство в живой силе.

В зале Совещаний наступила абсолютная тишина. Генерал же тем временем продолжил:

- На самом деле задача у нас очень простая. Сойтись с врагом на поле брани как в древние времена и продержаться до прилёта помощи.

- Так это и неплохо, - произнёс стоящий у стены пожилой штабс-доброволец с глубокими морщинами на лбу (он прилетел с Ташковым с Крупской). - Его Величество спрячем в подземном перерабатывающем комплексе вместе с беженцами, а сами встанем стеной…

- Я не намерен прятаться, - перебил говорившего Александр V и голубые глаза его хищно блеснули. – Я прекрасно знал, что подобная ситуация возможна. Я рассчитывал встретить угрозу на своих условиях, но противник нас перехитрил. И всё же прятаться я не буду. Всем на командирские планшеты сброшена информация об «Объект-11». Вы её прочли?

- ТАК ТОЧНО, ВАШЕ ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО! – не сговариваясь, дружно громыхнули присутствующие.

- Так вот эта штука скоро будет здесь и ей не нужно много времени на перезарядку генераторов. Она будет способна почти сразу открыть огонь. Не затянем их в бой они просто уничтожат ППКП вместе с персоналом Сагалевича и людьми директора. А это…

- Три тысячи, двести одиннадцать человек, Ваше Величество! - тут же подсказал императору генерал.

- Слышали! – указательный палец монарха уставился вверх. - Три с лишним тысячи гражданских. Я не собираюсь жертвовать ими. Пусть ищут меня на поле боя, потешат своё самолюбие. К тому же главная битва сейчас разыгрывается не здесь…

Сказанное императором вызвало немалое удивление среди большей части собравшихся. Только Ташков, да несколько человек из свиты понимали, что Александр V говорит сейчас о Печорине.

- Но что может быть важнее вас, Ваше Императорское Величество?! – сделал шаг от стены вперёд неугомонный пожилой штабс.

- Империя, - спокойно ответил Александр.

Глаза всех офицеров запылали огнём. Император всегда умел найти правильные слова.

- И ещё господа, - продолжил Его Величество. - Сейчас я раскрою вам самый страшный секрет.

Ташкову даже показалось, что люди в зале Совещаний перестали дышать, чтобы не пропустить ничего интересного.

- Чем бы не закончился сегодняшний день, мы с вами уже победили.

Тонкие губы императора растянулись в искренней улыбке.

* * *

Уже через пятнадцать минут персонал Сагалевича был размещён внутри остановившихся цехов ППКП. Бойцы проверяли оружие, расталкивали по кармашкам разгрузок и ранцам боеприпасы. Много боеприпасов. Деловито, спокойно, лёгкое волнение конечно было, но не то что помешало бы выполнить задачу, обычное, то что перед боем.

С Крупской подпоручик привёз три десятка беннигсенцев и полсотни добровольцев. В основном это были СОТовцы из территориального ополчения, которое они обучали, и давно отслужившие своё ветераны. Некоторых из них он знал: Арсланов, Семёнов, Федулов, других видел впервые. Сейчас они выстроившись треугольником замерли за спиной Ташкова. Забрала шлемов ещё были распахнуты, глаза направлены на полуоткрытые ворота выводящие на поверхность.

- Думаете выживем? – негромко спросил подпоручика молоденький белобрысый поручик запасавшийся гранатами из стоящего на полу ящика. В голосе его не было страха скорее какая-то бесшабашность. Но обвинить парнишку в глупости было нельзя. Повоевал уже. Вон на груди его боевые значки и шевроны. Тут и «тяжёлое ранение», и «отвага» и «сам погибай, а товарища выручай».

- Предпочитаю решать проблемы по мере поступления, - скосил глаза на собеседника Ташков.

Гном рядом только подмигнул мальчишке. Склонившись над военфельдшером подпоручик поделился последними новостями:

- Его Величество, если выживем, пообещал мне подарить лучшую сосну из того же дендрария, которым пользовался его дед. Так и сказал: «Вручу вам её, подпоручик, лично, на Земле».

- Уууу! Будет тебе, старина, что на Новый год наряжать, - одними глазами улыбнулся Гном уставившись за спину Ташкова где Виноградов пытался угнаться за зеленоглазым генералом.

- Ксаверий Генрихович, пусть ваши люди остаются внутри ППКП. Так решил Его Величество, - бросил через плечо Вырвиглаз.

- Но мы же готовы помочь!

- Чем?

- У нас есть грузовые роботы. Двадцать штук. Это по сути те же шагоходы!

- Какие это шагоходы? – резко остановился на месте генерал и директор ППКП врезался ему в спину. – У них брони нет. Кабина с пилотом, тьфу, водителем, не защищена. Оружие на них не установишь!

- Но они всё равно могли бы пригодиться! – с досадой потёр ушибленный лоб Виноградов.

- Если вам так станет легче поставьте их на лестнице возле ворот. Будут последней линией обороны. Но ради бога, наружу не суйтесь! Не мешайте нам! Ксаверий Генрихович, как только мы выйдем наружу, закрывайте ворота.

Ташков тем временем взглянул на бирюзовое небо и кажется разглядел что-то среди облачков. Захлопнув забрало шлема подпоручик, приблизил предполагаемый объект и убедился, что несмотря на возраст с глазами у него всё в полном порядке. Вражеские десантные корабли вошли в атмосферу.

- Хорошо, что людей эвакуировали, - произнёс ветеран стоящему рядом Гному. – А то чёрт знает, что сейчас тут начнётся…

- Эх, старина, - нарушил молчание Гном по внутренней связи (шлем Алексея тоже уже был в боевом положении). – Эти гады всё продумали заранее. Бесконечная цепочка кораблей с людьми к дьяволу забила гиперпространство. Именно из-за этого помощи нам пока ждать неоткуда. Почти три миллиона людей эвакуировать это вам не кот чихнул…

* * *

Активировав «ПокровМ» Сёма Елисеев попрыгал на месте. Пневмоусилители костюма подбросили его над землей. Сервоприводы радостно зажужжали когда рука пажа рассекла воздух. И вообще в броне он чувствовал себя сверхчеловеком. Это конечно не КПУЗД, но всё равно вещь. На тренировках пажи надевали старые «Покровы», а тут и броня потяжелее и динамический модуль пошустрее.

- Сёмка, что возьмёшь? – рядом возник раскрасневшийся от волнения паж Андрюша Доскин. На нём тоже уже была броня.

Из располагавшегося в шкафе оружия Елисеев уверенно вытащил «Ашку» - лёгкую электромагнитную штурмовую винтовку и зарядов много. Лишь бы аккумулятор был как следует заряжен. Активировав оружие, он дождался синего огонька на ствольной коробке справа и подмигнул товарищу.

- Тююю! – скорчил гримасу Доскин, - А я «Ливень» взял! - продемонстрировал товарищу массивную штурмовую винтовку юноша. – Её все профессионалы предпочитают.

- Тоже мне профессионал! – проворчал под нос Елисеев пряча в карман на спине запасной аккумулятор и парочку прямоугольных ёмкостей со стальными шариками.

Олег Фёдорович Новосельцев – камер-паж императора в этот момент взвешал в руках «Комбайн» - крупнокалиберный дробовик с квадратным прикладом. Страшное оружие с сильной отдачей.

- Олег Фёдорович, а вы тоже с нами? – удивлённо уставился на камер-пажа Латыпов всё ещё так и не выбравший оружие. Паж то крутил в руках «Бешку», то рассматривал «Ашку», а то вообще примирялся к допотопному «Мономаху».

- С вами-с вами, - кивнул Новосельцев распаковывая коробки с патронами. Тяжёлые цилиндрики один за другим исчезали внутри дробовика. – Латыпов! Ну чего ты руки к «Мономаху» тянешь? Бери «Бешку» она как раз по твоей комплекции!

Пожав плечами Латыпов послушался пожилого камер-пажа.

- Только не забывай, что эффективный огонь из неё по броне это двадцать пять-тридцать метров, - наставлял подчинённых Новосельцев. - Настрой через виртуальный дисплей дистанцию. Во время боя если синим высветится - жми на спусковой крючок, красным, погоди. Подойди ближе. Елисеев, Доскин сделаете так же.

- Уже, Олег Фёдорович! – браво выкрикнул Доскин, но Сёма видел, что рука его удерживающее оружие дрожит.

Кажется, заметил это и Новосельцев. Когда к пажам присоединились Карамзин и Амбургер, он по-отечески оглядел мальчишек и спокойным, уверенным тоном произнёс:

- Мы с вами замыкаем ряды. Стоим позади всех. Наша главная задача не дать ударить ребятам в спину. Ясно? – седые брови камер-пажа сдвинулись на переносице. – Не надо никаких подвигов, надо выполнить приказ! И от меня не отходить! А то заставлю полы вместо роботов во дворце драить!

«ПРИГОТОВИТЬСЯ!» – раздалось по внутренней связи и массивные ворота впереди ещё немного отползли вверх. Имперцы выстроившись в ряды начали подниматься по ступенькам наверх. Первыми шли тяжёлые штурмовики камер-майора, затем император со своей свитой, беннегсенцы и СОТовцы, замыкали строй пажи во главе с Новосельцевым.

Император был в обыкновенной гвардейской броне. Свой слишком заметный «Витязь» он отдал кому-то из телохранителей. Единственное что отличало его сейчас от других гвардейцев это небрежно сделанная баллончиком с краской красная полоса на шлеме. Так окружающие могли наблюдать за ним. Кто таким образом пометил императора Сёма не знал. Но догадывался, что тот генерал со страшной фамилией.

А ещё Елисеев понял, что несмотря на климат-контроль ладошки его внутри брони мокрые, а сердцебиение участилось. Он так разволновался, что не сразу понял, что с ними по внутренней связи разговаривает сам император.

- … Я ЗНАЮ, ЧТО ВЫ ХОТИТЕ, КАК ЛУЧШЕ, НО ПОВТОРЯЮ: НЕ НАДО БРОСАТЬСЯ ЗАЩИЩАТЬ МЕНЯ! ЭТИМ ВЫ СДЕЛАТЕ ТОЛЬКО ХУЖЕ И ОБНАРУЖИТЕ МЕНЯ ДЛЯ ПРОТИВНИКА!

Когда они все вместе вышли на поверхность, а тяжёлые створки позади скрипнув опустились, в воздухе появились десантные корабли противника. В основном это были «Сфинксы» стоящие на вооружении Конфедерации. Какое-то время словно хищные вороны они кружились высоко над головами и над козырьком входа в подземный промышленный комплекс переработки (ППКП), пока один из кораблей резко не рванулся вперёд.

Шууух! – дымный след от ручного реактивного гранатомёта прочертила небо и ракета врезалась прямо в кабину «Сфинкса». Подбитый десантный корабль завилял в воздухе и рухнул в трёхстах метрах от выстроившихся в ряды имперцев. По рядам прокатился сдержанный радостный крик.

Несколько секунд «Сфинкс» пофыркивал, плевался огнём и густым дымом. А потом грузовой люк десантного корабля раскрылся и наружу выкатились какие-то серебристые шары размером с футбольный мяч. Они будто были живые. По крайней мере Сёме показалось будто они двигались сами по себе. Кто-то предусмотрительно открыл по ним огонь в ответ эфир разорвал тонкий пронзительный скрип из-за которого хотелось содрать с головы шлем. Звук сводящий с ума.

«ОТКЛЮЧИТЬ ЗВУКОВЫЕ ФИЛЬТРЫ! – орал по внутренней связи генерал Вырвиглаз. «ОТКЛЮЧИТЬ ЗВУКО…»

Всё закончилось так стремительно, как и началось. Виртуальный дисплей погас и Сёма, голова которого ещё гудела, и даже немножко кружилась, погрузился в темноту. В тот же момент стало ужасно тяжело двигаться. Чтобы поднять руку и то требовалась напрячь все силы. Елисеев понял, что костюм был обесточен. Но почему? Вес умершей брони давил на мальчишку, и он беспомощно плюхнулся на землю. Всё на что его хватило. С большим трудом приподняв пальцы к голове он распахнул забрало.

- Вот же гады! Испортили броню! – прокричал сотовец впереди буквально выползая из квадратного «Барса».

К Сёминому удивлению неполадка не затронула тяжёлых штурмовиков Ивановой, свиту императора и беннигсенцев. Только пажей и сотовцев.

Рядом Новосельцев избавился от бесполезного «ПокроваМ» со словами: «Не жили хорошо и привыкать не будем». Остальные пажи тоже сняли броню и поёживаясь под холодным ветром с растерянностью оглядывались вокруг.

«ВСЕ У КОГО ИСПОРЧЕНА БРОНЯ МОГУТ ОСТАТЬСЯ В ППКП!» - раздалось над головой.

Сказанное возмутило Карамзина, от услышанного паж даже подпрыгнул на месте:

- Это же ровно половина! Как они тут без нас? Я же будущий офицер! Никуда я не вернусь!

Остальные ребята соглашаясь с товарищем закивали.

Сотовцы тоже предложение проигнорировали. Хотя досада на их лицах говорила сама за себя никто оружие не сложил и внутрь подземного комплекса не ушёл.

Зато ворота позади неожиданно поползли вверх и наружу выбежали женщины и девушки, в руках каждая держала либо панцирный бронежилет, либо старенький пластинчатый нагрудник. На всей защите были номера. Наверное, в подобные одевалась служба безопасности комплекса ещё до того, как его автоматизировали. Пожилая женщина ловко надела пластинчатый доспех на Сёму, а на лоб ему нацепила визор «Бабочка» тоже допотопный, но рабочий.

- Береги себя, сынок.

Елисеев хотел поблагодарить сердобольную старушку, обернулся, и к своему удивлению увидел позади два ряда мужчин и женщин - комбезы персонала Сагалевича, под бронепанцирями или вообще без оных и разнокалиберное оружие в руках. Всё что оставалось внутри оружейных шкафов и ящиках которые выгрузили из императорского «Волгограда». Некоторые были вооружены только автоматическими пистолетами и крупнокалиберными револьверами. Часть эвакуированных решила не оставаться в стороне. Были тут и перевязанные, и с синяками и ссадинами на лице.

Император вместе с генералом не торопясь обошли ряды отчаянных храбрецов кланявшихся монарху.

- Ваше Императорское Величество!

- Ваше Величество!

- Ваше Императорское Величество!

На мгновение Сёме показалось, что Александр V просто хотел запомнить их лица.

- За императора! – бросил вставший в строй с эвакуированными Виноградов.

- Нет, не правильно, - Его Императорское Величество остановил уже готовый сорваться с уст дружный возглас. - ЗА ИМПЕРИЮ!

Высадка тем временем началась. Почему-то десантные корабли не открывали огня из орудий по имперцам, а высадив пехоту взмывали в небо и исчезали.

- Хорошо, что у них шагоходов нет, - произнёс кто-то из сотовцев.

- Они, наверное, все шагоходы на Бестужева бросили, - ответил первому кто-то кого Сёме было не видно.

- Бестужев справится. Он же Корсар. А нам легче будет, - уверенно закончил первый голос.

Сёма же подумал, что шагоходы противнику совсем не нужны. Они же хотят убедится в присутствии Императора на поле боя и только потом вдарить.

- Ребятки мои. Старый мой совет забудьте, - негромко зашептал позади Новосельцев. - Двигайтесь как можно быстрее. Не стойте на месте. И всё время стреляйте. Только так у вас будет шанс.

Сёма ничего не сказал. Только кивнул. Во рту пересохло, захотелось в туалет по-маленькому. Из-за чего ему стало стыдно. Впрочем, скоро он об этом забыл.

Ряды в чёрной, жёлтой и синей броне затопили всё пространство до горизонта охватив с трёх сторон имперцев. Сёма подумал, что это просто сюрреализм какой-то. Картина в этом жанре висела в комнате его матери. Красная божья коровка с пятнышками на подоконнике, а вокруг неё те же три цвета: чёрный, жёлтый, синий, тянут руки хотят раздавить. Какое-то время они просто стояли друг напротив друга, а потом из рядов сотовцев вверх взмыла ракета выпущенная из ручного реактивного гранатомёта, пролетевшая над головами противника и рухнувшая среди его бесконечных рядов. Фигурки в броне подброшенные взрывом взмыли вверх и понеслась…

Дальнейшее юный паж плохо запомнил. Имперцы схлестнулись с противником. Главный удар приняли на себя штурмовики Ивановой и гвардейцы из свиты императора.

Сёма быстро потерял из виду своих товарищей и Новосельцева. Он бежал, целился, жал на спусковой крючок, падал подброшенный взрывом, сжимал зубы от боли и всё снова, по кругу. Визор сбило с головы пулей в первые минуты боя.

С неба валились дымящиеся АСБ и АСН кто-то из имперцев ловко сбивал их десятками пока они не оказались над сражающимися. Особое внимание уделяли наблюдателям главная задача которых была найти императора.

А вот и Его Императорское Величество! Александр V вместе со своими гвардейцами пробивал целые просеки сквозь врага.

Нельзя было ударить в грязь лицом. Оседлав противника Сёма сунул ствол «Ашки» под воротник защитного костюма трижды нажав на спусковой крючок. Металлические шарики выпущенные электромагнитным аккумулятором пронзили плоть пулемётчика и он качнувшись упал лицом вниз. Сёма же перекувырнувшись через голову выдал остаток магазина в следующего противника.

Штурмовики Ивановой просто творили какие-то чудеса. Они старались оказываться в самых сложных местах десятками косили врага, но и сами несли потери.

Отбросив сдохший аккумулятор за спину Сёма увидел как погиб Андрюшка Доскин. Его просто разорвал на части вражеский тяжёлый штурмовик тут же получивший смертельный выстрел в затылок от кого-то из беннигсенцев.

А вот и камер-паж. Новосельцев двигался вместе с сотовцами азартно паля из крупнокалиберного дробовика. Так странно было видеть Олега Фёдоровича без обычного вицмундира с фалдами.

Какое-то время они сражались вместе с Амбургером двигались вперёд, прикрывали друг друга, а потом Родион повалился на бок и так и замер на земле.

Смахнув слезу (лучший друг погиб) Сёма поддержал огнём сотовцев. Сразу трое конфедератов стало его жертвами.

Больше сделать Сёма ничего не успел, вражеская очередь из штурмовой винтовки пробила пластинчатый бронежилет и разорвало сердце мальчишки. Уже понимая, что это конец, паж Елисеев вспомнил о маме. Пожалел, что тогда в космопорте, когда она его провожала перед отлётом на Землю, постеснялся товарищей, и крепко не обнял её как того ему хотелось. Дурак…

* * *

Грузовые шагоходы появились на поле боя неожиданно. Один из них - оранжевый с чёрными полосками и надписью: «КЛАВА» буквально закрыл собой Александра V. В борт тут же осиным роем впились бронебойные пули, и машина сначала вспыхнула, а затем распустилась огненным цветком разбросав в стороны обступивших её противников. Его Величество к этому моменту уже покинул место взрыва. Кто-то только что отдал жизнь за Императора, отважно, даже не задумываясь.

Но Ташкова беспокоило совсем другое. То, что враг теперь точно, доподлинно знал, что император здесь, на поле боя. Сейчас заснявшие спасение Александра V АСН передадут файл на флагман, и всем им конец. От огня с орбиты не спрячешься.

Упав на колено, чтобы получить необходимую устойчивость подпоручик прицельно выпустил целый магазин по группе в жёлтой броне атаковавшей инженеров с Сагалевича. Гильзы веером выпорхнули в воздух сыграв незатейливую, грустную мелодию. Двое мужчин и двое женщин храбро отбивались от наёмников Синдиката пытаясь вынести с поля боя раненных. Теперь у них был шанс. Небольшой, призрачный, но всё-таки он был.

Безнаказанно расстреляв противника Ташков чуть сам не стал жертвой. Тяжёлая пулемётная пуля дважды ударила в его наплечник, но динамическая броня КПУЗДа смягчила удар расплавив свинец и сделав его мягким.

Ёщё где-то было слышно рычание восьмиствольных пулемётов тяжёлых штурмовиков камер-майора, но уже не хоровое, довольное, а одиночное, нервное. Всё вокруг куда ни кинешь взгляд было завалено мёртвыми телами, приходилось буквально перепрыгивать через трупы, чтобы не споткнуться.

Никого из беннигсенцев подпоручик больше не видел. То ли они потерялись во время схватки, то ли он остался один. Дисплей и командирский планшет глючили из-за многочисленных глушилок. Связь выдавала помехи. Как же Ташков обрадовался когда понял, что ошибался и не остался в одиночестве.

Гном, оседлав медленно двигавшийся среди сражавшихся грузовой шагоход, длинными очередями поливал противника вокруг из ручного пулемёта. Где Тальков взял его, чёрт знает. В какой-то момент водителя (именно, что водителя, это в армейских шагаходах пилоты) внутри незащищённой бронекуполом кабины, расстреляли, и робот замер на месте, но устойчивости не потерял и всё ещё представлял ценность для азартно палившего по врагу военфельдшера.

Неожиданно ожила внутренняя связь:

- Маэстро прикрой Филина!

- Филин! Справа! Справа! Тебя атакуют справа!

Сотовцы сражались как львы. Какое-то время назад подпоручик видел как раненый Дмитрий Федулов с позывным Скиф подорвал себя вместе с группой врагов.

Сделав несколько выстрелов по попавшемуся на пути противнику Ташков понял, что товарищу его угрожает нешуточная опасность. К грузовому роботу пробирался пехотинец с тубусом «Василиска». Воспользовавшись тем, что связь ожила он прокричал в эфир:

- Гном – Мазаю! Слезай оттуда к чёртовой матери! По тебе сейчас из реактивного огнемёта долбанут!

Гном не заставил себя уговаривать. Отшвырнув в сторону опустевший пулемёт он метнул вниз гранату и ловко сиганул с грузового шагохода в противоположную сторону. У основания робота раздался взрыв и тот накренившись рухнул на спину придавив парочку османских спецназовцев.

Но радоваться было рано. ИИ КПУЗДа подпоручика выдал сигнал предупреждения. Помеченный в виртуальном пространстве зелёным маркером император снова оказался в зоне видимости. Вместе с Вырвиглазом он отважно напал на отряд в чёрной броне. «Ну куда он полез!» - подумал Ташков и оказался прав. Александр V попал в самую настоящую ловушку. Генерал получил смертельное ранение в голову, а император нелетальный заряд плазмы перегревший его броню. Только белесый дымок над бронёй закурился.

Времени на принятие решения почти не было. Ташков врубился в ряды штурмовиков в чёрной броне. Трижды его «Ливень» кашлянул прежде чем он оказался прямо посреди обездвиживших Александра V конфедератов. И тогда в ход пошёл последний неприкосновенный ресурс – ожила плазменная пушка на плече КПУЗДа. Громкие хлопки, резкий запах горелого мяса, пластмассы, раскалённого металла каким-то непонятным способом пробивавшийся сквозь фильтры дыхательной маски шлема и вот уже подхватив за специальный крюк на спине оглушённого императора подпоручик включает форсажный двигатель и несётся к закрытым воротам ППКП расшвыривая противника на пути. Только тут он смог перевести дух. Положив на землю Его Величество Ташков позвал к себе Гнома, продублировав голосовое сообщение текстовым.

И в этот момент небо заслонила огромная штуковина явно искусственного происхождения. Выбросив пустой магазин из штурмовой винтовки подпоручик Ташков почувствовал как по спине у него пробежали мурашки. Рука в поисках БК похлопала по кармашкам разгрузки, но ничего так и не нашла…

СОБЕРЁМ НА ФИНАЛЬНУЮ ГЛАВУ!!! По номеру 9097220424 для Владимира Александровича С.

Глоссарий:

АСБ – автоматическая система безопасности.АСН – автоматическая система наблюдения.ППКП – подземный промышленный комплекс переработки

Глава 100: С любимыми не расставайтесь…

Кончик указательного пальца в бронеперчатке нажал на спусковой крючок, но выстрела не последовало. «Прихват, - автоматически отметил Бестужев. Гильзу не выбросило из ствольной коробки. Спрятавшись за разлетевшимся в мелкое каменное крошево углом, он отвел рукоятку затворной рамы назад выбросив тем самым гильзу. Порядок! Встав на колено и высунувшись из укрытия, Бестужев поймал противника в прицел и продолжил стрельбу. Оружие устало. Все устали…»

От пары попаданий в шлем виртуальный дисплей перед глазами периодически гас и приходилось активировать его старым русским способом - ударом руки в бронеперчатке.

Зачистив коридор на втором этаже, ведущий в экспозицию посвящённую Периферийным войнам, подполковник заметил в темноте вспышки света. Вспышки, которые могли означать только одно - интенсивный огонь в крыле слева. Активировав режим ночного видения, он стал свидетелем следующей картины: прикрываясь «Захарами» Света, Яна и Настя Фролова отступали по центральному коридору музея. Девчонок преследовало не менее дюжины наёмников не жалевших патронов. Если бы не андроиды быть бы им уже мёртвыми.

Врубив сервоприводы КПУЗДа, выпрыгнув наружу, Бестужев бросился через двор, по дороге пристрелив зазевавшегося противника в броне Синдиката (пуля снесла тому половину головы), и… нырнул в проём выбитого окна. Пробежав через столовую, он чуть было не споткнулся о тело Сэма - Димы Семёнова раньше служившего в его полку. Геройский офицер, матёрый волкодавище, жёсткий боец. Больше всего Дима любил горы и какой-то Эверест. Как-то он даже подрывал себя вместе с противником спасая своих ребят, но чудом выжил, а тут… пусть земля тебе будет пухом, майор.

Ускорив шаг Бестужев взлетел по лестнице всё ещё покрытой красным ковром, оказавшись позади противника атаковавшего девчонок и открыл огонь. Рядом плечом к плечу встал Каспий. «Ливень» подполковника с такого расстояния пробивал вражескую броню, а тяжёлый «Мономах» бывшего танкиста без затей ломал и рвал её на части. Несколько секунд, и всё было кончено раскалёнными кончиками стволов штурмовых винтовок и белесым дымком поднимавшимся к потолку.

Неожиданно наступила тишина. Взглянув на треснутый командирский планшет Бестужев не увидел ни одной красной точки на плане Камелота.

Ребята вокруг пользуясь передышкой просто опустились на пол, кто где. Кто знает сколько секундочек, минуточек им отмеряно до следующего штурма. Забрала шлемов были подняты, и Бестужев поймал Светин взгляд. Та незаметно кивнула ему: «Всё хорошо».

В этот же момент из узкого коридора в сопровождении Лютера и Демона показался князь Марущенков несущий на руках Фею. Ждана выглядела неважно, краше в гроб кладут - черты лица женщины заострились, глаза запали. Пуля сбила наплечник вместе с плазменной пушкой погнув броню.

- Подорвать себя хотела! – с возмущением сообщил окружающим он.

- Не твоё дело, Ваше светлость, - скрепя зубами от боли бросила в ответ Фея рука которой безвольно повисла вниз.

- Я не принадлежу к царствующему дому, поэтому Ваше сиятельство, - сострил Марущенков. – А умирать тебе ещё рано. Выживем – сделаю тебе предложение.

- Деловое? – еле-еле удерживаясь чтобы не закричать от боли спросила женщина.

- Замуж тебя позову!

- Размечтался.

Перепалка штабс-капитанов вызвала у всех улыбки. Пополнив БК и растолкав запасные магазины по кармашкам разгрузочных жилетов все уставились на Бестужева.

- Кажется передышка, - сообщил по внутренней связи Горелов. - Небо тоже пока свободно.

- Канцлер – Занозе! Как вы? – связался подполковник с доваторцами. В последний раз он видел их на крыше музея.

- Четверо погибших, - откликнулся ротмистр. - Двое легко раненых. Всё нормально. Подтверждаю - небо чистое.

- Это временное явление. Не расслабляйтесь.

- Ну не знаю. По-моему, мы их немало перебили кивнул в окно появившийся из темноты Баранов как бы указывая на усыпанный трупами врагов двор.

Вместе с Лямкиным они тащили Барабанщика. Бестужев видел, что тот был уже мёртв, но ничего ребятам не сказал.

«МИЛЫЙ, ПРОТИВНИК ПЕРЕСЁК ЛИНИЮ НЕДОКУШЕВА И ГОТОВИТСЯ К НОВОМУ ДЕСАНТУ К ГОРОДУ НАПРАВЛЯЕТСЯ ЧЕТЫРЕ ГРУЗОВЫХ КОРАБЛЯ. Я ГОТОВА. СТАЯ ГОТОВА», - произнёс ИИ голосом бывшей супруги по личной связи, и Бестужев сорвался вперёд, несясь к подземному ангару.

- Лютер принимает командование! – на ходу приказал он. - Света за мной!

* * *

«Линия Недокушева» – дистанция для атаки орбитального истребителя. Импульсный рывок до противника — это когда пилот может открыть огонь по цели из всего, что у него имеется в наличии, а тот наоборот медлит, наводясь на цель. Чем меньше цель, тем дольше наведение. В атмосфере вести бой это вам не в спокойном, ленивом космосе.

«Неясыть» обманчиво легко вынырнула из люка подземного ангара и с громким хлопком понеслась к одной ей видимой цели. По лицу Алексея расплылась восторженная улыбка. Сейчас он словно ощущал раскрывшиеся за спиной крылья и силу несущей его вперёд машины. Ни с чем не сравнимое чувство. Чувство свободы и счастья.

Света надев шлем заняла место стрелка. Конечно Мальцева она не заменит, но помощь её при любом раскладе пригодится (три или четыре раза они с Лёшей тренировали поручика на симуляторе, один раз вместе пощипали османов, пытавшихся высадится в колонии подписавшей контракт с ЧВК). ИИ будет руководить Стаей. Сейчас «Цуру» как раз развернулись позади «Неясыти». Сорок два лёгких орбитальных истребителя это вам не кот чихнул. Без пилотов, зато с расширенным боезапасом.

- Приготовиться! – указательные пальцы Бестужева откинули предохранители и легли на гашетки управления огнём ионных и плазменных пушек.

Импульсный рывок делавший их невидимыми для большинсва вражеских бортовых приборов закончился, и они вынырнули из розовых облаков в царство света. Здесь утро уже наступило.

Возникший прямо перед десантными кораблями орбитальный истребитель уничтожил один из «Сфинксов» и пронёсся мимо, а вот «Цуру» начали кружить вокруг транспортников легко уходя от огня мелкокалиберных пушек и пулемётов. Залп. Ещё залп, и вот уже высаживаться на Печорине некому. Только мёртвые тела в броне и покорёженная техника падает вниз под действием гравитации.

Серая громадина линейного корабля появилась неожиданно, и Бестужев тут же прожал обе гашетки. «Мейфлауэр» прочитал подполковник прежде чем пушки его уничтожили бортовые орудия громадины с правого борта. По корпусу прошла цепочка взрывов, в ответ по «Неясыти» ударил луч БИЛ. Только красочку с фюзеляжа испарил и всё. Тяжёлый орбитальный истребитель поднырнул под линейный корабль и тут Света послала в его брюхо два десятка НУРСов. Словно этого было мало подполковник снова вдавил гашетки. Ракеты повредили корпус сбив броню, пушки выжгут внутренние коммуникации громадины.

С левого борта по ним попытались открыть огонь из оставшихся орудий, но Бестужев повторил предыдущий манёвр. Прошёлся подполковник и по прямоугольной надстройке в которой располагался капитан, оставляя за собой чёрные проплешины в корпусе и раскалённый, трескавшийся металл. После очередного залпа «Мейфлауэр» без всякого, огня и дыма начал заваливаться на бок. Попросту падать. Безнаказанно дав залп ракетами по соплам двигателей, они убедились, что линейному кораблю конец.

Уйдя резко вправо подполковник направил «Неясыть» ко второму вражескому кораблю, но было уже поздно «Цуру» под управлением ИИ, потеряв восемь машин, уже покончили с «Республикой».

- Ну вот и всё устало произнёс Алексей радостно улыбнувшись Свете.

Треугольник орбитального истребителя направился в сторону города, а позади него похожие на клинки линейные корабли вот-вот готовы были воткнутся в землю признавая своё поражение.

* * *

Внизу их встречали. Опустив «Неясыть» в чрево ангара, Бестужев прислушавшись к урчанию в животе устало снял шлем и хотел было уже последовать за Светой только что спустившейся по ступеням люка. Губы его всё ещё горели от её горячего поцелуя.

«СРОЧНОЕ СООБЩЕНИЕ, МИЛЫЙ». – ожил ИИ.

- От кого?

- ОТ РАССКАЗЧИЦЫ. ЭТО АУДИОФАЙЛ ЗАШИФРОВАН И ЗААРХИВИРОВАН СПЕЦИАЛЬНЫМ АЛГОРИТМОМ.

- Ты можешь раскрыть его?

«КОНЕЧНО».

- Проиграй.

«СКАЙУОКЕР, МЫ НЕ УСПЕВАЕМ. ИМПЕРАТОР В ОПАСНОСТИ. ТВОЯ МАШИНА МОЖЕТ СДЕЛАТЬ ДВОЙНОЙ ПРЫЖОК. НАДЕЖДА ТОЛЬКО НА ТЕБЯ. УНИЧТОЖЬ ОБЪЁКТ-11».

Сухо и лаконично. Как раз в стиле Марии Николаевны. А он то дурак обрадовался, что всё закончилось. Замерев посреди кабины Бестужев размышлял об услышанном. Бесспорно, это не козни врага. Не фальшивка. «Дятел» на всякий пожарный они уничтожили, Знаменская использует те каналы связи, которые может. Она назвала его Скайуокером вспомнив их давний, приватный разговор с Корсаковым и место рождения Алексея, тем самым дала понять, что всё взаправду.

- Алексей! Ты чего не выходишь? Я тебя жду-жду… - внутрь кабины зашёл Горелов. правая рука Валеры покоилась на перевязи.

- Я улетаю, - тяжёлые слова не удержавшись в воздухе рухнули на металлический пол и покатились к ступеням ведущим наружу.

- Вот так дела! Х смешно всплеснул одной рукой Горелов, однако лицо его сразу приняло серьёзное выражение. - К-куда это?

- Спасать Его Величество.

- Это как?

- В моей «Неясыти» два гипердвигателя и один из них «Эска». Их на крейсера ставят. Я смогу добраться и до Нептуна-17 и до его луны. Смогу спасти императора и ребят. По крайней мере попытаюсь.

Валера ещё больше нахмурился и Бестужев увидел как левый глаз его дёрнулся в нервном тике. Что-то новенькое. Для подполковника доктор всегда был символом спокойствия и хладнокровия. Много ли ты спасёшь бойцов на поле боя если будешь истерить? Правильно никого не спасёшь и сам погибнешь.

- Спасти это хорошо конечно, но спасти их можно только уничтожив эту штуку.

Спорить с Гореловым было бессмыслено.

- Да, но я должен, - вздохнул Бестужев, подключая орбитальный истребитель к автоматической зарядке (пол под ногами заходил ходуном, кран приподнял «Неясыть» и установил на станину АСЗБ.

- В одиночку это самоубийство.

- В поле создаваемое гиперпространством войдёт пять, нет шесть «Цуру». Возьму их с собой.

Товарищ хотел что-то сказать. Бестужев видел это. Но слова сейчас были бессмысленны, да и время терять было нельзя.

- Действуй, - просто сказал Валера, неловко пожав ладонь командира левой рукой. – Объясню всё ребятам. Мы будем тебя ждать.

Автоматический податчик с лязгом и рёвом закончил перезарядку бортовых систем вооружения орбитального истребителя и на панели зелёным загорелся огонёк готовности.

Когда люк был закрыт, а двигатели заревели, камеры снаружи показали Алексею бросившуюся к «Неясыти» Свету. Бородина не добежала до посадочного блока попав в крепкие объятия Горелова. Тот, что-то говорил ей, убеждал, но она не слушала брата. На помощь Горелову пришли Лексин и Кирсанов. Демон просто нежно, но крепко обнял Бородину и на этом всё закончилось.

- Свет, так будет лучше, - произнёс вслух Бестужев поднимая машину в воздух.

* * *

Время в гиперпространстве течёт ужасно медленно. От нечего делать подполковник жевал вяленое мясо из сухпайка всегда лежащего у него в рюкзаке под пилотским креслом. Есть почему-то расхотелось, но организм должен функционировать как надо, а значит ему тоже было необходимо топливо.

«МИЛЫЙ, ДУМАЕШЬ О ТОМ СМОЖЕШЬ ЛИ ПОДБИТЬ ЭТУ ШТУКУ?» - выдернул из мрачных мыслей Бестужева ИИ.

- Подбить вряд ли, - снова вздохнул Бестужев. - Хотя бы нанести ущерб достаточный чтобы она не смогла открыть огонь по поверхности Луны. Может быть смогу просто задержать.

Неожиданно взгляд подполковника упал на место стрелка. Совсем недавно там сидела Света. На ручке вращающегося кресла стоял маленький пластмассовый ёжик с бантиком. Эта игрушка, с детства, была чем-то вроде Светиного талисмана. Она везде носила его с собой. Надо же забыла.

«НОВЫЙ ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ.»

- Опять? От кого? – спросил подполковник, проводя пальцем по гладкой поверхности игрушки. Ему даже показалось, что ежик всё ещё хранит Светино тепло.

На этот раз ИИ не ответил, просто врубил связь.

- … там кто-нибудь есть?

- Здесь Канцлер, слушаю.

- Господин подполковник, это… это прапорщик Полетаев… мы на Альтшуллере с эвакуированными… тут такая ситуация.

Ежик будто подмигнул Бестужеву отчего тот чуть не свалился с кресла.

- Не мямлите, прапорщик! Говорите!

- Слушаюсь! Господин майор потребовал связаться с вами. Я сказал, что не положено. Он меня разоружил, потом охрану губернатора разоружил. Собственно сейчас мы в его кабинете, - путанно объяснил Полетаев.

- А что там за звуки?

Подполковнику и правда были слышны какие-то удары и крики.

- Это губернатор и его люди пытаются попасть внутрь.

- Тааак-с! Какой майор?

- Дай-ка лучше я, - перебил прапорщика до боли знакомый Бестужеву голос.

- Алексей Александрович — это Серебряков!

- Рад, что вам лучше, - не слишком удивился услышанному подполковник, впившись взглядом в ёжика. На этот раз он вёл себя смирно и никакие шутки не выкидывал.

- Это всё сейчас не важно. Я так понимаю вы полным ходом несётесь к нашей Звезде смерти?

- …угадали. А что собственно…

- Слушайте меня внимательно и не перебивайте, - затараторил майор. - Связи другой у нас нет. А эта периодически пропадает.

- Я в гиперпространстве, - пояснил собеседнику Бестужев. - Её вообще быть не должно.

- Людмила активировал секретный протокол. Про него даже Знаменская не знает. Небольшая модернизация вашей радиостанции, так сказать.

Услышанное заставило подполковника отбросить в сторону недоеденный кусок мяса и сесть в кресле прямо.

- Всё интересней и интересней, майор.

- Я знаю, что вы можете не вернуться назад, и поэтому, хоть у меня нет на это разрешения, решил вам всё рассказать. Хотя предупреждаю, поверить в это будет сложно…

- Любопытно. Продолжайте.

Сердце Бестужева быстро-быстро забилось. Он будто понял, что сейчас его жизнь… сколько её там осталось изменится навсегда.

- Моя фамилия не Серебряков. Я Седов. Митька, тьфу ты, то есть Дмитрий Седов. И я прибыл к вам из будущего. Вы всё правильно поняли с Гореловым.

- Начало захватывающее.

- Не перебивайте! Иначе я не успею. Я с Коперника-3. Это колония в Далёком космосе на планете прошедшей полный цикл терраформирование. Сейчас в Империи о нас никто не слышал, но скоро о нас будут знать все!

- Все?

- Все! Поверьте, я не преувеличиваю. О нас напишут книги, нарисуют комиксы, снимут кино с лучшими имперскими актёрами.

- С чего это вдруг?

- Мы это заслужили.

Услышанное походило на бред, но всё-таки до конца в этом подполковник был не уверен. И всё же он поставил игрушку перед собой и погладив её пальцем, он спросил:

- Как вы себя чувствуете майор?

- Нормально я себя чувствую. Адекватен если вы об этом! – с некоторой обидой откликнулся Серебряков-Седов. - Вы несётесь к Нептуну-17 слитным двойным скачком при помощи гипердвигателя неизвестной конструкции и разговариваете со мной в зоне тишины и ещё сомневаетесь?

И тут Бестужев вспомнил надпись на втором, маленьком гипердвигатиле. Там же было написано «Коперник». Тогда с Мальцевым осматривая «Неясыть» они подумали, что это секретный имперский проект.

- Хорошо. Рассказывайте дальше.

- Ваша супруга Людмила… она участвовала в секретной программе. Нет, это скорее проект. Проект «Вечность». Она прошла тесты и подошла. Это редкость… Нет, я не о том! Простите, подполковник от лекарств в голове всё путается. В общем, я попал в будущее в связи с досадным недоразумением. Исследовал образцы непонятной техники Фобосов и что-то сработала не так как нужно.

- Кто такие фобосы?

- Чёрт, простите. Это инопланетяне. Очень агрессивные и хитрые. Предпочитают действовать чужими руками. Они попытались захватить нашу колонию, а нас физически уничтожить. У них были большие планы, - сбивчиво продолжил майор (ситуацию усугубляло то, что голос его иногда пропадал). - Фобосы очень развитые. Мы такого противника никогда не видели. Наука, медицина Коперника-3 развивается сейчас быстрее чем вся Имперская вместе взятые.

- Ясно, это я понял. Вы попали в будущее вместе с инопланетной техникой? – поторопил собеседника подполковник.

- ДА! – закричал Серебряков, он же Седов. – Правильно! По счастливой случайности я сразу угодил в руки к Комитету. И врагу ничего не досталось. Под патронажем Елагина создали жутко секретную, специальную лабораторию, точнее даже три, привлекли лучших учёных. Что-то доработали и пустили на конвейер, с чем-то до сих пор возятся, не зная как использовать.

Связь на мгновение пропала.

«СЕЙЧАС ВОССТАНОВЛЮ», - сообщил ИИ голосом моей покойной супруги.

- Майор? Вы меня слышите?

-… сейчас да.

- Проект «Вечность».

- Да-да, правильно.

Звуки ударов стали громче. Кто-то там орал так, что сорвал голос.

- Прапорщик, - откашлявшись обратился к Полетаеву Алексей. - Заберите оружие у Серебрякова и займите пост у двери. Предупредите об этом губернатора. Скажите это мой приказ и у нас конфиденциальный разговор.

- Слушаюсь, господин подполковник!

- Я майор… - начал было Бестужев. - Без толку, ладно.

Серебряков-Седов же тем временем продолжил:

- Ваше жена прошла тесты и подошла для проекта «Вечность». Но она не хотела в нём участвовать. Честно я бы тоже не стал. Слишком много секретности. Тогда ваш непосредственный командир – генерал Калбазов (при упоминании генерала Бестужев сжал кулаки и скрипнул зубами) пригрозил ей что расскажет всем, что вы страдаете «синдромом Пономарева». Сказал, что понизит вас в категории или вовсе уволит из армии.

На какое-то время в кабинет наступила тишина.

- Людмила знала, что без службы, без полётов, вам станет только хуже. Мне некогда объяснять вам подробности, да я и сам не слишком хорошо понимаю как это вообще работает, потому что по специальности я механик, но её личность, её память, были записаны на информационный кристалл и установлены вместо искусственного интеллекта на ваш орбитальный истребитель. Это была идея Знаменской. Она боялась, что вы сойдёте с ума самый неподходящий момент и Людмила должна была вас поддерживать. Стать той нитью, которая связывает вас с реальностью. Но они вас недооценили.

- То есть… - пробуя слова на вкус медленно произнёс Бестужев чувствуя как волосы его на затылке встали дыбом.

- Как я сказал выше, то что вы считали ИИ эта ваша супруга. Вспомните стихотворение Маяковского от которого вам становилось лучше во время приступов. Никто про него кроме неё не знал.

- Но как это возможно?

- Возможно. По сути на носитель перемещается не копия с набором картинок и обрывков мыслей, а реальный оттиск сознания. Она всё помнит и даже может учиться, - в голосе майора слышалось восхищение. - Это чудесный проект! Подполковник, представьте скольких замечательных людей мы сможем спасти, не потерять их внутренний мир, всё прекрасное что они сделали. Они останутся с нами… только в другом качестве.

- НО ИМ НИКОГДА НЕ СТАТЬ ПО-НАСТОЯЩЕМУ ЖИВЫМИ, - внезапно вмешалась в разговор Люда.

- Алексей Александрович, мне почему-то показалось, что вы должны знать это, - уже другим, извиняющемся тоном сказал Седов. - Даже если погибните. Особенно если погибните.

- Спасибо Дмитрий, - только и сумел выдавить из себя Бестужев.

Подполковник был в шоке и одновременно удовлетворён тем, что все его предчувствия в отношении ИИ (Людмилы) были не напрасны.

- Ждём вас, - закончил майор и связь пропала так же внезапно как появилась.

- Почему ты мне не сказала?

- А ТЫ БЫ ПОВЕРИЛ?

- Наверное, нет.

- ПОМНИШЬ ТОТ ОТПУСК? – вдруг сказала Люда. - ПЛЯЖ…

- Розовый океан, - продолжил за жену Бестужев и тут же задал вопрос беспокоивший его всё это время. – Почему ты это сделала?

Не менее пары минут она не отвечала. Истребитель нёсся в гиперпространстве всё ближе приближаясь к финалу операции ЧВК «Беннигсен».

- ПОЧЕМУ? – наконец раздалось в кабине. – ЛЁША, А ДЛЯ ЧЕГО МНЕ БЫЛО ЖИТЬ? ТЕБЯ НЕ БЫЛО. И ИРОЧКА НАША ПРОЖИЛА ВСЕГО ПАРУ ЧАСОВ. Я ОСТАЛАСЬ ОДНА. Я НЕ ИСПУГАЛАСЬ, НЕ ПСИХАНУЛА. НИКАКОГО ПОМЕШАТЕЛЬСВА НЕ БЫЛО. Я ПРОСТО СДЕЛАЛА ВЫБОР. СВОЙ ВЫБОР.

- Прости, - произнёс Алексей почему-то ему показалось важным сейчас извиниться перед Людой хотя вроде бы он не был ни в чём виноват. Всё чёртовы обстоятельства.

- СВЕТА ХОРОШАЯ ДЕВОЧКА, - внезапно произнесла Людмила, оставив тяжёлую тему позади. В жизни она делала так же.

- Хорошая.

- И ОНА БЕРЕМЕННА. ПРОСТИ, Я ВСКРЫЛА ЕЁ ЛИЧНУЮ ПОЧТУ. У ВАС БУДЕТ МАЛЬЧИК…

Неожиданно глаза подполковника наполнились слезами, а сердце кажется с рыси перешло на галоп. Стоявший на панели ёжик снова подмигнул ему и даже вроде бы покачал усыпанной иголками головой. Он сходил с ума? Хотя о чём он? Мир вокруг сошёл с ума!

- Валера знал.

- ЗНАЛ. ОНА ПРОСИЛА, УМОЛЯЛА ЕГО НЕ ГОВОРИТЬ ТЕБЕ… ОН БЫЛ ПРОТИВ. НО ТЫ ЖЕ ЕЁ ЗНАЕШЬ ОНА УПОРНАЯ. ТАКАЯ ЖЕ КАК Я.

Бестужев разрывался от желания обнять Людмилу и обнять Бородину. Первая оставила в его жизни глубокий след и дня не проходила, чтобы он совсем не думал о ней. Вторая была реальным, живым человеком которого он кажется… любил. Он запутался в нахлынувших на него эмоциях.

Сжав Светиного ежика в кулаке, подполковник встал, сделал пару кругов вокруг пилотского кресла и вернулся на место.

В этот момент «Неясыть» вышла из гиперпространства. Нептун-17 в нижнем углу обзорного экрана справа. Коричнево-зелёный диск безымянной луны вверху слева. Между ними громада «Объекта-11».

Вылетевшие навстречу истребители противника (кто бы сомневался, что они тут были) встретили огнём «Цуру». Экономить боеприпасы им было не надо. На длинный бой Бестужев не рассчитывал. Вместо этого, оставив позади остатки Стаи и использовав возможности «Неясыти», её скорость, манёвренность, он сразу полетел к станции.

Стая погибала, но делали своё дело. Не подпуская к «Неясыти» истребители противника. В ленивой тишине космоса вокруг них что-то взрывалось, вспыхивало и тут же гасло, превращаясь в замёрзший мусор.

- ЛЁШ, НА СВЯЗЬ ВЫШЕЛ КАКОЙ-ТО ПРАВЕДНИК. ОН ВНУТРИ ЭТОЙ ШТУКИ. СООБЩАЕТ, ЧТО УДАР ПО РЕЗЕРВНЫМ ГЕНЕРАТОРАМ ВЫЗОВЕТ ПЕРЕГРУЗКУ И ЗАПУСТИТ ЦЕПНУЮ РЕАКЦИЮ ПО УНИЧТОЖЕНИЮ СТАНЦИИ. ВЫСЛАЛ ПОДРОБНЫЙ ПЛАН СТАНЦИИ И СХЕМУ КУДА НУЖНО УДАРИТЬ.

На голосхеме развернувшейся на панели управления появился красный крестик.

- Нам туда просто так не пробиться.

- ПРОБИТЬСЯ КАК РАЗ СМОЖЕМ. СНОВА ИСПОЛЬЗУЕМ ИМПУЛЬСНЫЙ РЫВОК. НО НАМ ОТТУДА НЕ ВЫБРАТЬСЯ. НАС В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ УНИЧТОЖИТ ВЗРЫВОМ…

- Как там? – зачем-то спросил Алексей без связи с вышесказанным краем глаза наблюдая за гибелью двух «Цуру».

Людмила сразу не ответила, а потом было уже не до разговоров. По «Неясыти» открыли шквальный огонь. Пристегнувшись ремнями и переведя энергетический щит в режим максимальной защиты, подполковник маневрировал, уходил от преследования вражеских истребителей, огрызался короткими залпами пушек разнося машины противника на куски. Бестужев устроил им адскую карусель.

А ещё он думал. Думал о Людмиле, думал так что сердце щемило и кололо. Каково это быть без тела внутри орбитального истребителя? Бездушной машины из металла и пластика? Как она себя чувствует? Надо ли её отдыхать? Холодно ли ей? Вот такие глупости лезли в голову подполковника пока руки на штурвале автоматически делали привычную для них работу – несли смерть. А ещё он думал о недавнем поцелуе Светы и представлял цвет глаз и волос своего сына. И в этом месте глаза его были на мокром месте. И голос… интересно какой у него будет голос?

- СПРАВА!!! – сообщила Люда, и Алексей уронил «Неясыть» вниз уйдя с линии огня. А вот преследующие его вражеские истребители были не так расторопны и были уничтожены пунктиром импульсного лазера. Крутанув семидесятитонный орбитальный истребитель на месте как волчок, он ушёл от очередной атаки разнеся залпом ионной пушки купол кабины треугольного «Фараона». Пилот сидевший внутри только и успел выпучить глаза от испуга, да упереться рукой в стекло прежде чем его вырвало из пробоины давлением наружу переломав все кости и вывернув все суставы.

Запас ракет Бестужев берёг для удара по резервным генераторам. На схеме было видно, что там тонкая стенка и главное это оказаться в нужном месте и не трусить. Вот только враг раз за разом отгонял его от нужного куска станции. Та же в свою очередь всё ближе и ближе подплывала к луне, на поверхности которой император и Ташков, с Гномом сейчас вели неравный бой. В какой-то момент Бестужев понял, что остался один, никаких «Цуру» больше нет.

- ТРАЕКТОРИЯ ИМПУЛЬСНОГО РЫВКА РАССЧИТАНА. Я ГОТОВА ЗАПУСТИТЬ ФОРСАЖНЫЙ ДВИГАТЕЛЬ. МЫ ПРОБЬЁМСЯ СКВОЗЬЯ РЯДЫ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ, И ТЫ СМОЖЕШЬ ВЫПУСТИТЬ ВСЕ РАКЕТЫ ПО РЕЗЕРВНЫМ ГЕНЕРАТОРАМ.

- Я готов.

Некоторое время голос молчал, а затем, как раньше, Люда будто подошла к Бестужеву сзади, обняла за шею и нежно касаясь губами, произнесла над ухом:

- Я тебя люблю милый. Всегда любила.

- …и я тебя люблю, - чуть помедлив произнёс Бестужев потянув рукояти штурвала на себя.

Двигатель тяжёлого орбитального истребителя заревел, и машина устремилась вперёд, навстречу бессмертию.

* * *

- Будет твоя книга как новая, - высунув от старания язык произнесла Бородина склеивая буквально по кусочкам книгу Мальцева скотчем сидя рядом с его медицинской капсулой. - Прочитаешь, расскажешь дочери.

В дальнем углу реанимации на кровати под капельницей лежал потерявший много крови Лямкин. Андроид-медсестра следуя указанию Горелова не отходила от пилота ни на шаг потому как тот всё время пытался сбежать. Никто накануне не притащил к Знахарю больше раненых чем Лямкин. Он даже сумел вытащить из-под огня получившего тяжёлое ранение Саратова. Таскал беннигсенцев наплевав на собственное ранение пока не потерял сознание сам.

Дверь реанимации открылась и внутрь заглянули Баранов, Буре, Костя Зиновьев и Каспий. Все они так же как и Света были в ссадинах, синяках и гематомах. С некоторых броню пришлось буквально срезать.

В приоткрытую дверь было слышно как в соседней палате кто-то кричал от радости.

- Что там? – нахмурившись спросил Горелов стоявший за спиной Светы.

- Да Микулек вроде как с ума сошёл, - пожал плечами Буре. - Смотрит на экран новостей и кричит: «Я прочитал, прочитал! Я сам прочитал!».

- Оставьте его в покое, - отвернулся от ребят Горелов разглядывая в медицинском планшете результаты обследований раненных беннигсенцев. - Его сильно контузило. Прокапаем. Отойдёт. И идите отсюда! Тут реанимация, а не проходной двор.

- Всё-всё, уходим! – затащил обратно за собой в коридор ребят Баранов.

В этот момент свет в палате как будто мигнул, даже не мигнул, а словно потускнел, наполнив углы помещения тревожными тенями дающими простор для жутких фантазий. Бережно восстанавливаемая книга тут же выпала из рук Светланы, и она громко зарыдала.

Внутрь тут же влетели не успевшие далеко уйти Баранов и компания, встревоженный Лексин, Кирсанов, Фомина с дедом, Настя Фролова, Марущенков, даже лежащий на кровати Лямкин приподнялся на локте забив на зашипевшую на него словно змея андроида. Мальцев в своей капсуле беспомощно, тревожно завращал глазами.

- Что стряслось? – заранее зная ответ Горелов встал на колено перед сестрой и крепко обнял её здоровой рукой.

Света же закрыв лицо ладонями продолжала плакать. Крупные слёзы потоком бежали по бледным щекам. Раз за разом поручик повторяла только одно: «Лёша-Лёша, ну как же так? Как же так?».

Она знала, что только что, прямо сейчас, произошло непоправимое.

КОНЕЦ

Автор принимает критику, благодарность и желает вам и вашим близким отличного воскресенья!!!

Глоссарий:

БИЛ – боевой импульсный лазер.АСЗБ – автоматизированная система зарядки боекомплекта.