Канопус: Путешествие за Рождением

Часть1. Поселок. Глава 1. Совет

Антик стоял склонившись над телом.

Раньше он работал каменистом. Искал различные камни, исследовал их свойства и делал из них необычные вещи. Его отец тоже был каменистом, делал из камня всё: от посуды, различных скульптур, статуэток и других предметов декора, до материалов, из которых потом строили жилища. Но Антик смог его превзойти, он перевел это ремесло на новый уровень. Ему удавалось делать диковины, о которых и вообразить было сложно. Однажды, когда Антик был еще молодым, в наполовину затопленной ледяной водой пещере, он нашел несколько округлых камней, прозрачных как слеза. Он никогда раньше не видел настолько прозрачных камней, хотя камней в мастерской отца он повидал немало: были и разноцветные, и матовые, и переливающиеся всеми цветами радуги. Тут же схватил их, но мешка, в который он мог бы их сложить, с собой не оказалось, поэтому он стал искать что-то подходящее в пещере. И самым подходящим, что он нашел, была трубка небольшой длины. Она имела немного конусообразную форму, как раз подходящую, чтобы в неё можно было спрятать эти необычные камни и чтобы они не выскочили с обратной стороны. Антик закинул пару камней, с которыми ходил боясь, что если положит их на пол, покрытый водой, то они тут же скроются из вида и он их потом не найдет. Когда он посмотрел в трубку сквозь эти камни, то и поверить не смог: все, что он видел, казалось на расстоянии вытянутой руки. Потом, в мастерской отца, долго обрабатывая эти чудо-камни и корректируя их форму и расположение, Антик смог добиться того, чтобы изображение получилось идеально четким. Он выбежал из мастерской и показал свое устройство в поселке. После этого в лавке его отца не было отбоя от покупателей. Лавка ломилась от наплыва желающих, все спрашивали какие-нибудь диковинки от Антика. И он их не подводил, периодически придумывая какие-нибудь хитрые вещи, которые могли пригодиться в хозяйстве, и выкладывал их на прилавок. Так дело его отца пошло в гору, а Антик приобрел популярность на всю деревню.

Но старость стала давать знать о себе и работать с камнем в таком возрасте Антик уже не мог. Учеников у него не было и свое ремесло некому было передать: он был из последнего поколения. Верховная в их деревне очень давно не имела детей и посёлок вымирал, остались одни старики. Буквально несколько месяцев назад не выдержало сердце у Пентика - их предыдущего главы, и с тех пор Антика поставили на этот пост.

“Тело уже остыло, наверно лежит здесь со вчерашнего вечера, - подумал Антик, - скоро в этой деревне не останется ни единой души”.

- Подготовьте тело, - сказал Антик подошедшим Цинитку и Лантику, - надо сегодня покончить с этим делом. Завтра будет большая вспышка на Элинте.

Заседание совета уже скоро должно было начаться и Антик заспешил в южную сторону деревни, где располагалось здание, в котором они собирались. Здание было огромным по сравнению со всеми остальными постройками в поселке. Антик и вообразить не мог, сколько камней потребовалось для его строительства и где их могли добыть. Возле их деревни не было ничего такого, откуда можно было бы достать столько материала, уж Антик в этом разбирался и был уверен. Само здание представляло собой крест, стороны которого были точно направлены по сторонам света. Для чего так было сделано Антик не знал. Все дома, которые были в посёлке, находились под землёй, и только небольшие холмики с проходом вниз давали представление о размере посёлка. Так что здание совета выделялось на фоне остальных сооружений и казалось здесь чужеродным. Многие жители хотели попасть в него, посмотреть что же представляет оно изнутри, но в Антика оно внушало страх. До того, как его назначили главой поселка, он ни разу не был внутри и всегда старался обходить его стороной.

Когда он добрался до входа, расположенного с торца северного крыла здания, перед ним открылся вид на огромную двустворчатую входную дверь, на которой был вырезан трикветр. А по бокам от двери стояли стражи, хотя стражами их было назвать сложно - дряхлые старики. Но с учетом того, что в поселке кроме стариков никого не оставалось, то они вполне справлялись со своей задачей, не пуская внутрь посторонних.

- Глава Антик, - поприветствовал один из них, - весь совет уже на месте, ждут только Вас.

- Благодарю, - ответил Антик, и распахнул большую дверь.

В коридоре стоял сумрак. Несмотря на достаточное количество окон, света в помещение поступало мало. Антик поежился: “Как же я не люблю это здание” - но взяв себя в руки пошел дальше.

- А вот и вы, Глава Антик, - издевательски произнес Вентик. - Мы уже думали, что вы не появитесь, и начали обсуждать текущую ситуацию.

- Советник Вентик, прошу меня извинить за опоздание, но по пути я увидел еще одного погибшего, и пришлось задержаться - подходя к стулу, находящемуся на возвышении, ответил Антик.

- Что?! Еще один? - соскочив со своего стула выкрикнул Олдтик. - Надо с этим срочно что-то делать! Так продолжаться дальше не может!

- Успокойтесь, Советник Олдтик, и сядьте на свое место, - указав на его стул, проговорил Вентик.

- Хорошо, но вы же видите, как ситуация становится с каждым днем всё серьезней?

- Несомненно, но Вашими воплями делу не помочь.

Антик наблюдал за происходящим, так и не понимая, что здесь делает он. Почему пост главы не отдали Вентику? Он был самым старшим из Совета, давно занимался делами их поселка, и был самой подходящей кандидатурой на тот пост. Но жители решили, что главой должен стать Антик. Ему же было интересней посидеть в своей мастерской, исследуя камни. Не смотря на то, что на длительные походы и обработку камней, сил у него не осталось, зато за годы своей жизни он собрал много образцов, которые так и лежали неисследованными.

- Нам действительно надо с этим что-то делать. Но и не надо забывать, что завтра на Элинте будет большая вспышка. - начал Антик.

- Вспышки всё учащаются и становятся сильнее, но пока на нас сильно не влияют. Так что не думаю, что это первоочередная задача, Глава Антик. - перебивая сказал Вентик, - Давайте сосредоточимся на нашей основной проблеме. Если мы не предпримем кардинальных мер, то скоро деревня вымрет окончательно. Я предлагаю организовать экспедицию, возможно нам удастся найти другие поселения и вместе мы сможем решить эту проблему.

- Все предыдущие попытки послать разведчиков ничем хорошим не увенчались. Ни один из них не вернулся. - забеспокоился Олдтик, - У нас и так население уменьшается небывалыми темпами. Если мы еще пошлем группу на поиски других поселков, то от нашего не останется и следа. А кто будет заботиться о Верховной?

- Я возьму с собой одного из деревни и мы отправимся послезавтра. В молодости я обошел всю территорию вокруг в поисках камней, у меня большой опыт походов, а ноги, хоть и старые, но еще помнят длительные переходы.

- А как же наш поселок будет без главы Совета? - не унимался Олдтик.

- На время моего отсутствия за главу останется Вентик. Я всё равно в Совете недавно и больше пользы принесу в походе.

- Поддерживаю, - не скрывая радости за отлично реализованный план поднял руку Вентик: - Я за.

- Хорошо, - согласился Олдтик, также поднимая руку.

- Единогласно, - подытожил Антик, - Завтра организуйте походное снаряжение и провиант на дорогу. Послезавтра утром будем выдвигаться.

Антик уже начал подниматься со своего места, как его остановил Вентик: - Глава Антик, мы еще не закончили, у нас еще одна проблема.

“Когда же это кончится? Два месяца на этом посту, а уже хочется куда-нибудь сбежать, - подумал Антик, - Как этим старикам удается держаться?” - а вслух ответил: - Да, Советник Вентик, я Вас слушаю.

- Вспышки на Элинте плохо влияют на наш урожай, посевы сохнут. Что будем делать?

- Я думаю Вы прекрасно справитесь с этой задачей во время моего отсутствия.

- Несомненно, Глава Антик, я займусь этим вопросом. В таком случае на этом предлагаю завершить наше собрание. - и Вентик поднялся со своего места и вышел.

Антик еще немного посидел на стуле, обдумывая всё услышанное, и даже не заметил, как зал покинул Олдтик. Увидев, что он остался один, Антик соскочил со стула и поспешил покинуть здание.

Глава 2. Победа

Весь следующий день Антик провёл дома в подготовке к походу, не выходя на улицу, чтобы не попасть под гнев бушующей Элинты. А утром, в день похода, он взял рюкзак со всем необходимым и выбрался из жилища. Яркий свет ослепил на мгновение глаза, но Антик быстро перестроился с мрака темного помещения на палящий, но уже укративший свой нрав, свет восходящей на небосводе Элинты. Взглянув на небо, он увидел и два спутника: Кецан и Прину. Кецан, сколько помнил себя Антик, всегда выглядел одинаково: на фиолетовой поверхности красовался узор, напоминающий силуэт пикирующего кетто. Прина же наоборот, кружась в своем танце рядом с Кецаном, показывала все свои красоты: то она была в светло-бежевых тонах с незамысловатыми переливами по всей поверхности, то окрашивалась в яркие оранжевые тона с красными пятнами, словно надевала платье в горошек. Сейчас она была в обольстительном голубом наряде с белоснежными точками, словно стразами сверкающими на нем. Размером она была значительно меньше Кецана, но всегда внимание перетягивала на себя.

По приданиям, если Кецан на небе появится без Примы, то надо ждать беды. Но за время, сколько себя помнил Антик, в свою прогулку по небосводу Прина и Кецан всегда выходили парой и не отставали друг от друга ни на шаг.

К Антику подошел Цинтик, вызвавшийся сопровождать его в этом походе, похлопал по плечу, отдал часть провианта и маленький мешочек прусков, предназначавшихся Антику. И они пошли.

Под вечер первого дня путешественники вышли за знакомую им территорию и теперь их передвижение замедлилось: пришлось пробираться сквозь густые заросли. В деревне так далеко не заходили: все, что требовалось для жизни, находилось поблизости.

Удар. И Антик даже не заметил, как оказался на земле. А в нескольких сантиметрах над его лицом склонил голову оскалившийся майотл. Из его пасти воняло тухлятиной, а желтые слюни капали прямо на лицо Антика. Одной лапой майотл стоял на груди Антика, вжав его в землю своим немаленьким весом так, что тот не только пошевелиться, но и дышать мог с трудом. Время как-будто замерло и стало течь, словно кисель. За эти пару секунд, что прошли с момента нападения майотла, в голове пронесся целый рой мыслей, но вариантов, что делать, было не много. Антик пытался руками нащупать что-нибудь тяжелое, чем можно было бы отогнать зверя, но там были только ветки и трава. И тогда Антик, с мыслью, что лучше уж рука, чем жизнь, резко сунул руку в раскрытую пасть хищника, стараясь протолкнуть как можно глубже в глотку. А в это время правой рукой начал колотить майотла по морде, целясь в глаза и уши. Антик был намерен сражаться за свою жизнь до последнего. Он услышал, как хрустнули сломавшиеся кости его руки, но боли не почувствовал. Майотл отскочил в сторону и встав в стойку готового к нападению зверя, начал скалиться и рычать на Антика. В этот момент в кустах рядом зашуршало и из них показался Цинтик. Когда же Антик перевел взгляд обратно, то майотла уже там не было.

- Что здесь за шум? - выходя из кустов спрашивал Цинтик, - Что с тобой? Почему ты лежишь? А что у тебя с рукой? - приближаясь и разглядывая новые детали, удивлялся он.

- Майотл, - только и ответил Антик.

Боль начинала заполнять тело Антика: спина и грудь от падения, мышцы от запредельных нагрузок, а левая рука вспыхнула резкой болью, как будто еще окунули в кипящее масло. Цинтик помог приподняться Антику, и они стали осматривать его левую руку. На ней было большое количество рваных ран, из которых капала болотного цвета кровь, а боль говорила о вероятном переломе.

- Похоже мы нашли место сегодняшней ночевки, - после небольшой паузы продолжил Антик.

- Не слишком безопасное место, - обрабатывал раны и накладывал повязки Цинтик, - У тебя похоже повреждена рука, надо её зафиксировать.

Цинтик нашёл неподалёку кусок твёрдой коры дерева и примотал его к кисти Антика.

Антик уже начал понемногу приходить в себя и они вместе принялись собирать хворост и дрова для костра.

Когда они разожгли костёр, Антик сказал, что он подежурит первую половину ночи, и Цинтик улегся спать. А Антик принялся аккуратно перерисовывать на кару свои заметки, которые он делал по пути. Новых ориентиров было немного. Но завтра, когда весь день они будут преодолевать неизведанные территории, без этого однозначно не обойтись, если они хотят попасть домой, а не сгинуть, как другие разведывательные отряды. Хотя, конечно, маловероятно, что разведчики заблудились, скорее всего им не удалось отразить нападения хищников, что больше всего пугало Антика. А может быть кто-то и нашёл другое поселение, и остался там.

Антик даже и не заметил, как резко наступила темнота, и делать зарисовки и пометки стало проблематично. Сумрак обступил их со всех сторон, и только языки пламени костра в неравной схватке пытались хоть немного отогнать его. На небе показались первые звезды, а из зарослей стали доносится приглушённые ночные звуки: то что-то зашуршало недалеко в кустах, то над головой кто-то пролетел, размахивая маленькими перепончатыми крыльями, то вдалеке слышались завывания какого-то животного. Антик поёжился. Он ни разу не ночевал за пределами посёлка. И чтобы скоротать время и отвлечься от наступающей темноты и неизвестности, что в ней скрывалась, взял небольшой кусочек дерева, что лежал в запасе дров, и стал вырезать из него фигурку майотла - будет напоминать о том, что в походе ни на секунду нельзя расслабляться, и хорошим талисманом - это было его первое испытание и первая победа в этом путешествии.

Дерево в его руках стало принимать нужные очертания. Работая в основном с камнем, он почти и забыл про такой прекрасный материал - мягкий, податливый, тёплый. Немного помогая себе больной рукой, он даже и не заметил, как боль постепенно отступила и он начал ей работать в полную силу.

Это занятие поглотило его внимание и ночные звуки перестали беспокоить его.

Спустя несколько часов статуэтка была готова, а его дежурство подошло к концу. Он аккуратно разбудил Цинтика и улегся на его место.

Глава 3. Капкан

Темнота отступала и небо стало окрашиваться в синие цвета. Антик попытался пошевелиться, но у него ничего не получилось: он был крепко связан. Попытался прокричать, но и это ему не удалось: раздалось только невнятное мычание. Попробовал повернуть голову, пошевелить хотя бы пальцами - ничего. Значит все-таки не связан, а был парализован и тело полностью перестало его слушаться. Антик не понимал, что происходит. Глаза тоже не помогали: только синева неба и размытые пляшущие тёмные силуэты вокруг. Что они делали и сколько их было, разобрать не получалось. Он снова попытался что-нибудь прокричать, но у него опять ничего не вышло. Силуэты никак на это не отреагировали. Он пытался понять, как он здесь очутился и что вообще здесь происходит. Но идей не было. Попытался прислушаться, услышал что-то похожее на голоса, но разобрать их не получалось: они то ли шептали, то ли говорили на другом языке. Антик никак не мог воспринять их речь, но почему-то ему казалось, что они обращаются именно к нему. Что делать он не представлял и оставалось только лежать и пытаться разобраться в сложившейся ситуации.

И тут Антик проснулся: яркий луч восходящей Элинты ударил ему в глаза. А значит пора подниматься и снова в путь. Он стряхнул с себя наваждение ото сна, и начал вставать.

Утро было ясным, на голубом небе почти не было облаков, только редкие дымчатые разводы, словно кто-то из небожителей разлил молоко и в темноте пытался его вытереть.

Антик начал осматривать свою левую руку. Боль ушла. Он попробовал пошевелить кистью - вроде всё нормально. Значит легко отделался и перелома нет. Снял фиксирующую повязку и почувствовал облегчение и свободу. Пошевелил - всё отлично. Проверил раны на руке - тоже всё в порядке, значит скоро заживет и можно не волноваться, что туда попала какая-нибудь зараза. И они с Цинтиком выдвинулись в путь, начался второй день их путешествия.

Всю дорогу Антик делал пометки и зарисовки, чтобы потом перенести их на карту. А ближе к полудню они вышли на поляну. Стоило им увидеть её, и они встали, как вкопанные, не в силах отвести от нее взгляд. Пред ними расстилался ковёр из цветов, над которыми, словно искры всех цветов радуги, порхали какие-то насекомые. А чуть вдалеке гремел огромный водопад. Такого Антик еще не видел. Возле их деревни были водопады, но по сравнению с этим они казались игрушечными. Река, которая брала начало в водопаде, была широкая. Пересечь её будет нереально: сильное течение с бурлящими потоками - страшно заходить, даже если и глубина будет небольшая. А вокруг раскинулась радуга, закрывая водопад от насекомых, словно фата.

Антик посмотрел на ближайший к нему цветок с большими синими лепестками, переплетенными в замысловатый узор. В его бутоне копошился жирный жук. При этом тело жука светилось пульсируя ярко синим светом, постепенно становясь всё ярче и ярче. Когда же яркость жука стала максимальной, он расправил свои прозрачные крылышки и взлетел, а Антик потерял его из виду среди других светящихся жуков.

Мимо него медленно пролетел другой жук, брюхо у которого светилось и переливалось яркими красными, жёлтыми и фиолетовыми цветами, словно гипнотизируя и заманивая таким необычным зрелищем за собой на поляну. Антик с трудом оторвался от созерцания этой красоты, они с Цинтиком встретились взглядом, и не сговариваясь сделали шаг вперед.

По мере продвижения аромат цветов становился сильнее: это был сладковатый запах с какими-то неизвестными, но очень приятными нотками. А от водопада по всей поляне разливалась свежесть и прохлада, будто находишься не под полуденными лучами Элинты, а в глубокой пещере. Они шли вперёд, все ближе и ближе приближаясь к реке. Вариантов, куда идти дальше, было немного: справа от них была отвесная скала с водопадом, спереди - непреодолимая река. И единственным возможным путём было продвигаться налево вдоль русла реки. До этого их путь лежал на восток и ночью, когда звезды были ясно видны на небосводе, они ориентировались на Асторию - невзрачную звезду, которая всегда находилась на востоке. Теперь же курс придется сменить.

- Давай пройдем немного вдоль реки по этому полю и останемся на нем на ночь. Тут будет проще заметить, если кто к нам приблизится, - указал налево вдоль реки Антик.

- Замечательное место для ночевки! Я бы здесь остался еще на несколько дней, так здесь красиво, - ответил Цинтик.

- Место действительно необычное. Но задерживаться нам нельзя.

К тому времени, как начало темнеть, они уже разместились на месте ночевки: совсем рядом журчала река, а светящиеся жуки все меньше и меньше кружили в воздухе, спеша забраться в свободные бутоны цветов, словно после трудного рабочего дня возвращались в свои домики, где зажигали свет, готовясь к тихому семейному ужину и крепкому сну. Пустующих домиков оставалось не так много, и почти в каждом бутоне горел домашний очаг, отчего цветочная поляна, несмотря на надвигающийся сумрак, продолжала мерно светится оттенками красных, синих, фиолетовых и оранжевых цветов.

Цинтик лег спать, а Антику предстояло дежурить первую половину ночи. Он подложил свою сумку под голову и стал разглядывать постепенно проявляющиеся на ночном небе звезды. Пока на небе их было немного, да и Кецана с Примой пока видно не было. Он разглядел Фагорта - самую яркую звезду на небосводе. Она всегда появляется первой и по ней можно определить созвездие Гобота. Отец рассказывал про гоботов разные истории - это такие земляные черви, размером примерно с руку, тело у них окрашено черно-серыми кольцами, и чем больше колец - тем взрослее гобот. Раньше их в районе поселка обитало очень много, и их ловили, ведь в них можно было найти полезные клеки - маленькие, размером с горошинку, черные шарики. Клеки помогают ото всех болезней. Дед рассказывал, что однажды у них в деревне произошло несчастье - сыну главы поселка во время охоты зверь откусил руку до самого плеча. Так вот по указу их главы и начали ловить всех гоботов, и больших, и маленьких, и добывать из них клеки. На протяжении года глава каждый день давал своему сыну по несколько шариков и уже через год рука его сына была восстановлена полностью. Только вот в результате такого геноцида гоботы в районе их деревни почти исчезли. И сейчас поймать хоть одного считается большой удачей и только у особо знатных горожан можно в запасе найти один-два клека, которые теперь считаются бесценным сокровищем.

А вот на небе появились и остальные звезды из созвездия Гобота. И Фагорт, будто горящий не моргающий глаз на теле червя, уставился на созвездие Локуса.

Тут Антик почувствовал, что что-то сжимает его ноги. Он посмотрел вниз: лианы оплели тело и ноги Антика, и чем сильнее он пытался вырваться, тем сильнее они его сжимали. Цинтик также был полностью обездвижен. Лианы все продолжали сильнее и сильнее сдавливать так, что уже послышался хруст костей. Как вдруг недалеко Антик увидел размеренно идущего по поляне старика. Лианы подползали к нему, но стоило старику прикоснуться к ним рукой, и лианы, как ошпаренные, бросались прочь. Он шёл, периодически наклоняясь, чтобы что-то поднять с земли и закинуть в свой наплечный мешок. Антик не знал, что делать. Этот старик был первым, кого Антик увидел не из числа жителей их посёлка. Что этот старик делает один так далеко и в такое позднее время? Антик замер, боясь пошевелиться, чтобы не привлечь его внимания.

- Помогите! - заорал Цинтик, брыкаясь и пытаясь вырваться из смертельного захвата.

Старик посмотрел в их сторону, покачал головой, пробурчав: "Эко вас угораздило", - и также неспеша стал двигаться в их сторону, продолжая что-то поднимать с земли.

Глава 4. Встреча

Стоило старику дотронуться до лиан, сковавших тела путников, как тут же они ослабили свою хватку и начали расползаться по сторонам, скрываясь в зелени полевых цветов.

Недавние пленники поблагодарили старика и он уже повернулся, желая продолжить свой путь, как Антик произнёс: "Постойте!".

Это стоило Антику больших усилий, он все ещё находился в шоке, но что ещё делать? Это шанс на положительный результат их миссии.

- Стоять точно не следует. Если будете идти, лианы вас не схватят, - произнёс старик.

Антик обратил внимание на то, что лианы почему-то не пытаются схватить старика, несмотря на то, что он неподвижен, а им с Цинтиком приходится постоянно двигаться, чтобы снова не попасть в цепкую хватку этих растений.

- А можно с вами? Мы ищем другое поселение, хотели просить там помощи. Я, кстати, Антик, а это Цинтик.

Старик немного подумал, оглянулся по сторонам, взглянул на ночное небо и ответил:

- Я живу уединенно, а рядом нет посёлка. Самый ближайший к нам - это ваш посёлок Тик. А примерно в пяти днях пути на восток находится поселок Рик. Другие значительно дальше.

Антик был потрясен. В их деревне никто не знал про другие поселения, а этот старик так просто говорил о других деревнях, да еще и об их доме, будто только недавно сам там был. Но ведь у них никогда не было посторонних! Уж об этом бы знали все. Откуда он знает? И если он знает, где расположены другие посёлки, то что ещё он может знать?

- А вы родом из Рика? Как вас зовут?

- Нет. Я издалека и у меня теперь нет имени. Но при рождении верховная дала мне имя Латир. А мой родной посёлок Тир находится так далеко, что дорога до него пешком займёт больше года.

Чем больше говорил старик, тем больше Антик впадал в ступор. Одной фразой ему удалось разорвать на клочки картину мира, сложившуюся за долгие годы жизни в голове у Антика.

Нет. Этот старик просто сумасшедший. На востоке не может быть поселения. Он своими глазами видел ту непреодолимую реку, что преградила им путь. Туда невозможно добраться и там не может никто жить. А старик наверняка из их деревни, скорее всего, ещё когда был совсем юным, он не послушался отца и убежал слишком далеко от посёлка, вот и не смог найти пути назад. Сколько раз взрослые не пугали детей рассказами о страшных обитателях леса и пещер за пределами их деревни, но дети всегда отличались непослушностью и азартом, так что в поселке иногда были случаи, что кто-то во время игры убегал и пропадал безвести. Удивительно только то, что ему удалось уцелеть и в одиночестве дожить до такого преклонного возраста.

А его, так называемый "родной поселок"... До него год идти! Да как такое может быть, чтобы идти целый год! Он что, родился на Кецане или Прине? Да вот только туда дороги нет. А его "пешком"! А как ещё? Ползком? Старик явно не в себе!

И что делать? Идти с безумным стариком? Или оставаться здесь? Оставаться не вариант. Прыгать всю ночь, чтобы лианы вновь не спеленали, не выход. Возвращаться назад? Вернуться только потому что встретили какого-то странного старика? Точно нет. Тогда остаётся идти вперёд, вместе со стариком. Других путей и вариантов нет. Он все-таки спас из смертельной ловушки, значит убивать не желает. По крайней мере сейчас.

- А можно мы пойдём с вами?

- Хорошо, пошли. Дорога предстоит долгая, будем идти почти сутки без остановок.

- Что?! Извините, но нам не удалось этой ночью отдохнуть, мы не выдержим столько времени без отдыха.

- Ваше право, я не заставляю, - разворачиваясь произнёс старик и пошёл.

- Мы с вами, - путешественники стали быстро сворачивать лежанку Цинтика, постоянно отбиваясь от настойчивых лиан.

- Ваше право, - тише повторил старик, наклоняясь для того, чтобы снова поднять что-то с земли.

И путники, уже втроём, продолжили свой поход.

Спустя некоторое время на небе появился Кецан, раскрашивая фиолетовым все вокруг, а затем, словно спеша оказаться рядом с ним и закружиться в вальсе на глазах у восхищенной публики, изящно взошла на звездное небо Прина. Так что к тому моменту, как путники вышли с цветочного поля, все вокруг уже было достаточно освещено ночными светилами и проблем с дорогой у них не было.

Антик хотел что-то сказать, но старик сделал резкий останавливающий взмах рукой, и уже после третьего такого жеста Антик прекратил свои попытки, а остаток ночи путешественники провели в тишине.

На востоке уже забрезжили первые лучи Элинты, как вдруг старик сказал: "Несколько минут привал, отдыхайте, я сейчас вернусь", - и исчез так быстро, что путники и слова в ответ не успели сказать. Такой прыти от старика они не ожидали. Но они были настолько уставшими, что были только рады, и завалились прямо на тех местах, на которых только что стояли.

Страха, что старик их тут бросит не было. Бросит? Ну и ладно! Все равно больше идти сил нет. Пусть так. Немного отдохнуть и можно будет самим продолжить путь. Может так даже лучше. Непонятно, что ещё может прийти в голову этому сумасшедшем старику.

Не успел Антик додумать эту мысль, как старик снова стоял перед ними, протягивая им по клеку.

- Что? Мы не можем это взять! Они же стоят целое состояние!

Старик посмотрел на свою руку, потом на Антика и Цинтика, потом снова на протянутые им горошины.

- Клеки? Да они же годятся, только чтоб усталость снимать, да мелкие раны и ссадины заживлять! А собрать их за пару мгновений может даже ребёнок, только выбравшийся из яслей Верховной!

Антик недоуменно смотрел на старика. Про какие пару мгновений и каких детей он говорит? Даже раньше, когда гоботов было очень много, на них устраивали охоту только группами из опытных охотников. И даже им не всегда это удавалось. Ведь эти черви очень быстро могли скрыться под землёй и там уже достать не получится. А выманить на поверхность - это вообще никому не удавалось.

- Гоботы в районе нашего посёлка редки, да и охотиться на них сложно, их шкуру очень трудно пробить и чуть что, они сразу скрываются под землю. Так что у нас достать клек считается большой удачей.

- Ерунда! - отмахнулся старик. - Каждый день на рассвете, когда выпадает роса, гоботы выбираются на поверхность. И они не любят яркий свет. Так что такие небольшие купы высоких деревьев среди полей приманивают к себе всех гоботов с огромной территории. И со шкурой ничего делать не надо, тем более убивать гоботов. Нужно просто знать, в каком месте их прочной шкуры надавить, и клеки становятся видны, и тогда их собрать не представляется сложным. Да и ещё гоботы этого не чувствуют. Поэтому собираются клеки очень легко и в больших количествах. Вот только делать ими особо нечего. Так баловство для детей…

Антик с Цинтиком взяли по горошине и закинули себе в рот. Уже через несколько секунд по телу стало разливаться тепло, а усталость начала отступать. И через пару минут путники, полные сил, продолжили свой путь.

Глава 5. Цинтик

Возможно этот старик и не такой сумасшедший. Он как-то смог за такой короткий миг добыть клеки, и так легко отдал их незнакомым попутчикам. А то, что он рассказал про гоботов, похоже на правду. Возможно, если бы про это знали у них в посёлке, они бы жили и процветали. Никто не умирал бы так быстро от старости. Да, клеки не могут повернуть время вспять и вернуть им молодость, но продлить их жизнь в несколько раз способны без проблем. Конечно, чем дольше живёшь, тем всё чаще и чаще их надо принимать, и когда-то наступит тот момент, когда процесс старения вновь возьмет верх над процессом регенерации. Но даже такой срок в их ситуации очень бы помог. За это время им точно удастся решить проблему поселка.

Антик взглянул на Цинтика.

Может быть отправить его одного в посёлок с полученной информацией? На счету каждый день и неясно, что ещё получится узнать.

- Цинтик, отправляйся домой и расскажи в поселке, как можно добывать клеки. Пусть Вентик организует походы на гоботов и начнёт раздавать по клеку каждому, начиная с самого пожилого жителя. Пусть только попробует начать с себя и своего окружения, я вернусь и проконтролирую точность выполнения моего указа. Все понял?

Взгляд Цинтика сразу помрачнел, словно у него в голове стала образовываться горозовая туча.

- Мне одному возвращаться назад? Я боюсь, что без тебя не смогу преодолеть обратный путь.

- Я верю в тебя, - Антик положил руку на плечо Цинтика, - А клек, что что ты принял, даст сил без остановки дойти домой. Держи карту, что я зарисовывал по пути.

Во время этого разговора взгляд Цнитика постоянно менялся: вначале грозовая туча сменялась на взгляд загнанного хищником в безвыходную ситуацию, потом стал отрешенным, словно Цинтик на некоторое время покинул своё тело, потом в его взгляде появилось смирение. Антик видел эти перемены в состоянии Цинтика.

Цинтик ничего не ответил, развернулся и пошёл назад, в сторону их деревни.

"Опять Цинтик! Как что, так сразу Цинтик. А про мои желания он услышать не хочет?" - отходя от Антика думал Цинтик, - "Конечно, теперь он думает о судьбе посёлка, а не об отдельных жителях… Но мог бы спросить хотябы моё мнение… Да что ему моё мнение, если ему и жизнь моя не важна!? Может по пути на меня кто-нибудь нападет или я не найду дорогу домой, попробуй ещё разобраться в его карте. Ну и ладно, он сам будет виноват, если что случится".

Элинта неспешно поднималась все выше и выше на чистейший небосвод. Ни одного облачка не было видно на нём, значит идти весь день по жаре.

Впереди пролетел кетто, неспешными взмахами своих огромных крыльев поднимая себя все выше и выше в голубое небо. Наверно возвращается домой после удачной охоты. Цинтику до этого приходилось видеть жилища кетто - парящие скалы. Раз в несколько лет такие летающие острова неспешно проплывали над их поселком, гонимые ветром. А однажды, в безветренный сезон, такой птичий город почти месяц держался над их посёлком и все жители, боясь стать добычей кетто, практически не выходили из жилищ. Тогда Пентик (в то время он был главой их посёлка) отобрал нескольких жителей, которые были более выносливыми и быстро бегали, выдал им маскировочные одежды, и в течение всего этого времени эта небольшая гвардия поддерживала жизнь в посёлке, доставляя еду и воду, поливая посевы и делая другие необходимые дела. Цинтик был в их числе. Тогда, в первый раз выйдя на дежурство, он ощутил страх. Но это был не страх быть схваченным и растерзанным кетто, это был страх одиночества. Посёлок казался вымершим, а он ощущал себя единственным выжившим в этом огромном мире. Он долго стоял, не сходя с места, смотря на пустующую территорию и одиноко стоящее здание Совета.

Потом посмотрел наверх, парящая скала была недалеко, но ещё даже не добралась до территории их деревни. При этом она находилась очень высоко и казалась маленькой, а вокруг неё летало десятка два еле видимых точек. Но если учесть, что вот такая еле видимая точка была способна легко полакомиться Цинтиком, то по размеру город кетто превосходил в несколько десятков раз их деревушку, отчего на Цинтика навалилась ещё большая грусть.

- Одинокая никому не нужная букашка… - пробурчал сам себе под нос Цинтик.

Проверив, что поблизости нет кетто, Цинтик поправил свою маскировочную одежду и двинулся по намеченным делам.

Несмотря на то, что никого вокруг не было, Цинтик ощущал, как посёлок был пропитан страхом, жители боялись подходить к дверям и показываться наружу, забившись поглубже в свои укрепления.

Хоть Пентик и сказал, что это всего-лишь на неделю, но наблюдая за замершим на одном месте птичьим островом, Цинтик сомневался в этом. Если не начнётся сильный ветер, скала так и будет дрейфовать у их поселка. Так и произошло, ещё месяц, пока воздушная опасность не миновала, Цинтик выходил на дежурство. Правда уже через неделю, жителям надоело сидеть в своих укрытиях и периодически кто-то выбегал на улицу, то за едой, то чтобы добежать до соседей, то ещё по каким-либо "особо важным" делам. Несмотря на наличие опасности, Цинтик больше не ощущал в посёлке страха, который царил первую неделю, жители привыкли к опасности и уже выходили на улицу, даже не высматривая в небе кетто. Такая халатность дала о себе знать, и уже, когда птичий остров уже был за пределами их посёлка, жители слишком поздно заметили кетто, пикирующего за добычей. Так у них в посёлке стало на одного жителя меньше.

Из воспоминаний Цинтика выдернул крик кетто, раздавшийся неподалёку. И то чувство покинутости и одиночества сменилось животным страхом, сердце замерло, словно пытаясь скрыть его существование от хищника. Он почувствовал, как все внутри него опустилось, а может быть это кровь прилила к ногам, чтобы он смог рвануть прочь от опасности. И тут он увидел, как кетто в нескольких метрах справа от него схватил своими лапами майотла и рванул ввысь.

Его словно окатило волной, и вся та энергия, что до этого сконцентрировалась в ногах, словно прорвала плотину и рванула вверх. Он повалился на землю и истерически засмеялся, пока накатившая волна не отпустила его. Он лежал на траве, раскинув руки в стороны. Этот момент словно перезагрузил его и все те мелкие мысли и проблемы, что заполняли его голову до этого момента исчезли, словно потеряли свою значимость. Он лежал и смотрел на голубое небо и на улетающего ввысь кетто, а на душе у него была такая лёгкость, какой он давно не чувствовал. Ему не хотелось вставать, он наслаждался этим моментом. От земли шло тепло, а зеленая травка, мягким покрывалом расстелившись под спиной Цинтика, шелестела вокруг, успокаивая и расслабляя его.

Пролежав ещё несколько минут, он поднялся и двинулся дальше в дорогу.

Глава 6. Жилище

Антик смотрел вслед уходящему Цинтику, а сам думал что же теперь ему делать. Может бросить всё, догнать Цинтика и отправиться вместе с ним домой? Уже за ту информацию, что им удалось раздобыть, жители будут благодарны, а само путешествие можно считать успешным. Но нет! Нельзя сдаваться! Надо продолжать свой путь, пусть и не ясно куда он ведёт. А есть ли вообще смысл идти со стариком Латиром? Он же сказал, что живёт один. Может быть надо развернуться и пойти в сторону посёлка Рик? Но как перебраться через реку?

Антик догнал старика и спросил:

- Вы говорили, что на востоке есть посёлок Рик. А как туда можно добраться, ведь там река преграждает путь?

Латир посмотрел на Антика недоуменно и ответил:

- На камнях. Как же ещё?

Тут уже Антик впал в ступор. Он был готов услышать какой-нибудь безумный ответ, но такого точно не ожидал.

Старик, видя, что Антик не понял, стал объяснять, как маленькому:

- Ты видел когда-нибудь летающие острова кетто? А как думаешь из чего они сделаны? А как думаешь, они существуют только такие большие, на которых может поселиться целое семейство кетто?

Тут до Антика стало доходить. Он никогда и подумать не мог, что где-то наверху летают и небольшие камни, и что их можно использовать, чтобы самим летать по воздуху. Да это же целое поле для изучения! И почему раньше никто и не думал в этом направлении? Да ладно другие, почему это не пришло в голову ему, он же гордился тем, что такой умный и что придумал столько полезных вещей из камней. А такая простая и банальная вещь, которую регулярно все видят в небе, ни у кого даже мыслей не вызвала в этом направлении. А сколько можно было бы сделать полезных вещей, используя парящие камни!

Эта идея настолько поглотила Антика, что он до вечера не проронил ни слова, просто шагая за стариком и обдумывая, как еще можно использовать эти камни. А когда стемнело, и идти стало труднее, пришлось вынырнуть из своего внутреннего мира и переключиться на внешний, чтобы не отставать.

Антик обнаружил, что они идут в дремучем лесу. Таинственный полумрак сгущался вокруг. Огромные толстые покореженные деревья стояли на их пути, переплетенные своими костлявыми руками-ветвями. Воздух был наполнен запахом прелой листвы и серой забытости. Неестественная тишина этого леса пугала: не слышно было ни шелеста листвы, ни звуков животных, словно лес похищал все, что в него попадало. Редкие темно синие и фиолетовые лучи ночных светил, роняя на траву и деревья безумно бегающие странные тени, подсвечивали расстелившийся по земле туман. Сквозь небольшие участки свободного пространства между крон деревьев можно было увидеть небо. И оно казалось каким-то неправильным. Что-то смущало в нём, но что конкретно понять не получалось. Тёмное и навязчивое присутствие висело в воздухе, словно за ними кто-то наблюдал, скрываясь в тени среди деревьев.

Антик приблизился к старику и старался не отставать от него ни на шаг. А сам старик все также спокойно продолжал свой путь, словно ничего не изменилось.

И вот впереди Антик увидел огромное дерево. Не просто огромное, а совсем нереальных размеров. Чтобы его обхватить наверное понадобилось не менее половины жителей их деревни.

Старик шёл прямо к этому дереву. Когда они подошли практически вплотную, Антик посмотрел наверх. Над ними раскинулись ветви и крона этого дерева. Казалось, что они накрывают весь лес.

Старик стал обходить дерево и через мгновение исчез. Антик подбежал к тому месту, где только что был старик, стал смотреть по сторонам, побежал дальше вдоль дерева, но старика так и нигде не было.

- Эй! - послышались сзади.

Антик обернулся и увидел старика.

- Сюда, - махнув рукой позвал его старик.

Антик подошёл и увидел как старик заходит в узкую щель, ведущую внутрь дерева. Пройдя следом за ним он попал в темное помещение. Через пару мгновений глаза привыкли к кромешной тьме и он смог рассмотреть то, что находилось внутри. Это было жилище старика.

Внутри было достаточно просторно, как в обычном доме его посёлка. В дальней части жилища находилась узенькая лестница, выдолбленная в деревянной стене и ведущая наверх. По левую сторону стоял большой стол. Его вид вызывал какую-то неправильность: громоздкая столешница держалась на одной ножке, при этом ножка располагалась не по центру, а с боку, с самого края, и возникало ощущение, что он вот-вот завалится. Но он стоял крепко. На столе лежало множество свитков, горсть каких-то небольших камешков, большое глубокое блюдо, с горкой наполненное клеками, и какие-то инструменты, видимо для работы с камнями. На противоположной стороне находилось большое количество плетёных корзин, почти полностью забитых всякой всячиной.

- Поднимайся наверх, там сможешь найти место для лежанки. А я пока займусь делами, - указал на лестницу старик.

Антик, ничего не ответив, медленно побрёл наверх. День (а точнее уже второй день) без нормального сна, измотали его окончательно, так что сил на расспросы не оставалось.

- "Интересно, как там Цинтик, - раскладывая свою лежанку подумал Антик, - он уже должен был дойти до изведанной территории их деревни, где ему ничего не угрожает. Надеюсь, что с ним все в порядке, и он тоже собирается спать".

С этой мыслью Антик и уснул. Снилось ему, что он у себя в деревне, сидит на краю их парящего острова и смотрит вниз, наблюдая, как там под ними проплывают зелёные кроны деревьев, а вдалеке виднеется речка, журчащая и искрящаяся в лучах яркого огненного шара. Как же это потрясающе, смотреть и изучать мир внизу! И почему больше никто не приходит сюда, на самый край, чтобы понаблюдать?

Вон на поляне резвится майотл со своими детёнышами: их серебристый мех еще не стал темным, как у родителя, а переливается и блестит в свете Элинты. Проплыв немного дальше, с острова открылся вид на поляну, усеянную пёстрыми цветами. А вот уже и пересекли речку, казавшуюся так далеко. Не успел Антик опомниться, как на горизонте показался ещё один остров - их соседи, к которым они и двигались для торговли. Он вскочил и бросился вместе с остальными мальчишками к мосту, на котором уже стояли взрослые, чтобы на время соединить два поселка. По ту сторону уже тоже стояла толпа мальчишек. Они виделись не часто и при каждой возможности спешили похвалиться своими достижениями: кто-то смог поймать огромную рыбину, пока зачерпывал из реки воду, кому-то отец смастерил новую игрушку, а кого-то отпустили на охоту на гоботов.

Из сна Антика выдернул сильный и резкий грохот. Антик резко сел и посмотрел в направлении шума.

- Ой! - на шатающейся конструкции из стула и еще каких-то предметов стоял мальчишка с вытянутыми руками в сторону верхней полки шкафа, где находилась большая плетеная корзина. - Вы уже проснулись? Поможете достать корзину?

Антик продолжал сидеть, не понимая где он и что сейчас происходит. Может он всё ещё спит? Тем не менее, медленно приподнявшись, он подошел к мальчишке, высвободил стул, аккуратно встал на него и достал корзину.

- Спасибо! - вырвав из рук Антика корзину побежал в сторону лестницы паренёк.

Антик всё еще не понимая, что происходит, сел на стул, пытаясь привести мысли в порядок. А они всё не хотели укладываться в логичную картину происходящего. Слишком уж всё тут выбивалось из привычных рамок, а эти рамки, за долгие годы жизни Антика, были очерчены очень хорошо. Ну и ладно, что тут такого, подумаешь мальчишка. Этому тоже можно найти объяснение. Даже банально с чего он взял, что у верховной давно не рождались дети? То, что он не видел их в поселке, это не значит, что они не рождались. Главой поселка он стал лишь недавно, а что творилось там до этого, он знал плохо. Так что ничего сверхъестественного тут нет. Тайны, интриги, игры власть имущих - всё это вполне может быть. Да и вариант с существованием других поселений отметать не следует. Пока ничего невозможного нет. Поэтому остаемся при своем, но вариант старика Латира отвергать тоже не будем, посмотрим что из этого выйдет.

С этими мыслями Антик поднялся и направился в сторону лестницы, ведущей на первый этаж дома. Спустившись, он увидел бегающего по дому мальчишку, который что-то искал, собирал, разбрасывал, переворачивая всё вверх дном.

- “Вот же неугомонный! Неужели мы все были когда-то такими?” - подумал Антик.

Тем временем мальчишка, видимо найдя всё, что ему было нужно, выскользнул сквозь щель, ведущую наружу дома. И Антик остался один.

Глава 7. Камни

Ночью, когда они только пришли, Антику не удалось внимательно осмотреться, поэтому он решил изучить, куда же он попал. Начал, конечно же, со стола. Он больше всего заинтересовал Антика. Подойдя, он взял ближайший свиток и начал рассматривать то, что на нем было написано. Но ничего не было понятно, какие-то незнакомые витиеватые символы, знаки, чёрточки и стрелки. И ни одного слова. Странно. Если он понимает, что говорит Латир, то должен и понимать, что написано. Хоть письменность была не особо популярна у них в племени, но почти все жители могли кое-как писать. Правда, это было что-то больше похоже на заметки. Только писари, которые жили при верховной, владели искусством письма очень хорошо. Они записывали основные события из их истории, складывали и хранили записи, а старые обветшалые свитки повторно переписывали. В случае необходимости члены совета могли обратиться к ним за опытом прошлого. Читать свитки было не менее трудно, чем их писать. Поэтому чтением занимались тоже в основном писари. Хотя основы чтения и письма, разумеется, знали все, но на практике это было делом трудоемким и большой необходимости в этом не было. Всё можно было рассказать и показать. Так чаще всего и передавался весь опыт от поколения к поколению, конечно, если не считать передачу опыта посредством прусков. Пруски - это специальным методом подготовленные и высушенные кусочки тела почившего. После упокоения тело разрезали, доставали все органы, отделяли их, очищали, разрезали на небольшие кусочки, а затем высушивали. Очень давно этим занималась сама семья погибшего, и они же полностью забирали себе все пруски. Но потом по распоряжению главы деревни половину всех прусков стали раздавать всем жителям деревни, а вторая половина отходила семье погибшего. И было это из-за чего: в некоторых семьях сын полностью поглощал память своего отца, вытесняя собственные воспоминания. Так могло продолжаться несколько поколений. Но чаще всего, уже через два-три таких перерождения в молодом теле, разум костенел, переставал развиваться, а хотел лишь только дольше существовать.

Совет заметил деградацию в таких семьях и был вынужден ввести закон, что половина прусков должна разделяться между всеми жителями поселка. При этом обязательно делились пруски каждого органа отдельно. Больше всего ценились пруски мозга - они позволяли передавать мысли, воспоминания, знания; пруски мышц позволяли перенять навыки, силу, выносливость; и пруски крови - их эффект походил на действие клеков. Полностью поглощать все пруски целого мозга разрешалось только писарям, и только маленькими порциями на протяжении нескольких лет. А новому главе совета полагалась половина прусков мозга предыдущего главы. Для остальных исключений не было. Так что такой метод передачи опыта был гораздо проще, чем написание книг. Хотя теперь он не давал возможности полной передачи информации и опыта, но распределение позволяло подстегнуть очень многих к неожиданным мыслям и открытиям, а также давало толчок в их физическом развитии. Антик вспомнил про мешочек прусков, переданных ему Цинтиком еще в поселке перед выходом, но пока не было возможности их принять: они могли действовать по разному, например, если передавались какие-то совсем не свойственные мышечные навыки, то несколько дней, пока не перестроится мышечный корсет, можно было ожидать от своего тела чего угодно. Также и с остальными прусками. Поэтому их поглощали, когда были свободны несколько дней, а то и несколько недель, чтобы поглотить не спеша их все. Антик огорчился, что не догадался сразу у Цинтика уточнить, кем же был тот, чьё тело он обнаружил по пути на заседание Совета. Может быть поглощение прошло бы спокойно. Но теперь уже поздно об этом думать. И он стал дальше рассматривать свитки на столе.

В них оказались такие же непонятные записи. Тогда он стал рассматривать камешки, которые лежали на столе. Вроде обычные небольшие камешки. Они были разных цветов и форм, а на некоторых были вырезаны странные символы, чем-то напоминающие знаки из свитков. Он взял в руки черный камень и начал его рассматривать: на нем не было ни единого светлого вкрапления, а насыщенный глубокий черный цвет притягивал внимание и не давал от него оторваться. Его овальная форма с гладкими скругленными краями очень нравилась Антику и он не хотел его отпускать. На плоской стороне был вырезан знак, напоминающий стрелку. Повертев его еще немного в руках, он все-таки положил камешек обратно на стол. Внимание Антика привлек еще один камень, он был такой же формы, но небесно голубого цвета, и на нем была вырезана простая вертикальная линия. Хотя вертикальная или горизонтальная тяжело определить, если у камня нет верха и низа. Но почему-то показалось, что правильно будет именно вертикальная. Антик взял камень в руку и тут же отбросил. Его пальцы обожгло жгучей болью, словно он взял не камень, а пылающий уголек. Он хотел подуть на обожженные пальцы, но боли не было, а на руке не осталось и следа от ожога. Да и на столе не видно никаких следов, словно это был простой камень.

- Аккуратнее, если не знаешь, как с ними обращаться, то лучше не трогать. - неожиданно из-за спины послышался голос Латира.

- Что это?

- Это рунные камни.

- А что такое рунные камни? И почему он такой горячий?

- Рунные камни - это камни, заряженные энергией. И на самом деле тот камень, что ты взял, не горячий, а холодный. - Латир взял брошенный камень, повертел его в руках и положил его обратно к остальным.

- Но как такое возможно? Я никогда не встречал таких камней.

- Я их сам делаю из обычных камней. Ну может быть не совсем обычных, а определенных, но тем не менее, которые можно спокойно найти под ногами.

- Так вот, что вы постоянно поднимали по дороге сюда? - вспоминал свою дорогу сюда Антик.

- Нет. Точнее, не только. Хотя и несколько подходящих заготовок для рунных камней мне тоже попалось.

- Можете показать, как вы это делаете? Я тоже работаю с камнями, но о таком я не слышал. Хотя нет. Я здесь за другим. Я вообще хотел добраться до какого-нибудь последения, чтобы просить помощи. Сможете с этим помочь?

Старик Латир немного подумал и ничего не ответив, вышел из жилища.

Антик поколебался, не понимая, что нужно делать, то ли следовать за стариком, то ли подождать его на месте. Но помедлив пару мгновений, двинулся следом.

Латир стоял, всматриваясь в небо и произнес:

- Завтра на Элинте будет большая вспышка, тебе лучше ненадолго остаться здесь.

Возражений у Антика не было и они вошли обратно в жилище Латира.

Глава 8. История

- Давай для начала присядем и поговорим. А потом тогда решишь, что будешь делать дальше. - начал старик, указал на тюк, лежавший в стороне и сам сел на другой. - Я задам тебе несколько вопросов-фактов, а ты подумай над ними:

Как ты думаешь, почему мы с малым живем отшельниками, а не явились к вам в поселок или в Рик? Отдельно ото всех лучше живется или есть какая-то причина, почему мы этого сделать не можем?

Ты когда-нибудь видел в своем поселке чужаков из других деревень? Никто до этого не додумался найти другие поселения? Может хотя бы кто-то встречал соседей во время вылазок за свою территорию? Или это просто ваш поселок один единственный на всей огромной территории?

Не задумывался, почему вы точно знаете границы вокруг поселка, в которых безопасно находиться и пределы которых лучше не выходить? А почему именно в этих границах не водятся опасные звери?

Вот ты глава поселка, я вижу тИлак - небольшой камешек на твоем лбу, как ты думаешь, зачем он? Чтобы тебя не перепутали? У вас такой большой поселок, что кто-то может не знать в лицо своего Главу?

Подумай пока над ними, а я расскажу тебе небольшую историю, а что с ней делать, решишь сам. Хочешь - верь, хочешь - считай больной фантазией сбрендевшего старика. - Ларир поудобнее присел на своем тюке и начал свой рассказ:

Я живу на этом свете очень долго и застал такие времена, что и поверить тебе в такое будет сложно. В те времена погода не всегда была такая солнечная, как сейчас, были длительные периоды холода, которые мы звали зимой. С неба падал снег. Он был похож на лепестки белых цветов, которые медленно опускались на землю. Это было невероятно красивое зрелище. Все вокруг было покрыто этим белоснежным покрывалом. Снег падал на траву, на деревья, на дороги и на медленно пробирающихся через сугробы зверей. Я любил смотреть на это чудо природы и порой не мог от него оторваться. Но снег не только радовал глаз, но и создавал нам проблемы. Все растения погибали в этот период, а охотиться в такую погоду было почти невозможно. Нам приходилось изготавливать себе теплую одежду из шкур животных, так как наш мех не справлялся с такими холодами. Порой снег был такой сильный, что мы не могли видеть следы животных, их сразу же земетало. Да и сами животные тоже прятались от снега, они залезали в свои норы, откуда подолгу могли не показываться. Однако, несмотря на все трудности, это было замечательное время, когда мы выходили на улицу, чтобы насладиться этим зрелищем.

Но погода стала меняться, как только на небе появилась Прина. Да-да, раньше в небе можно было увидеть только одиноко плывущего среди звезд Кецана. И вот с появлением Прины снежные периоды становились всё короче, а потом и вовсе пропали. И теперь почти никто и не вспомнит, что такое снег…

С животными всё тоже было совершенно иначе. Они жили среди нас, и мы не боялись их, и они не боялись нас. Порой можно было увидеть спокойно лежащего майотла, закинувшего свою голову кому-нибудь на колени и наслаждающегося почесыванием брюха. А сколько было разнообразных животных! Было неисчислимое количество как мелких, ползающих, прыгающих, бегающих, летающих, так и крупных, спокойно неторопливо прогуливающихся по лугам и полям, было неимоверное количество разнообразных птиц и насекомых. Верховная была довольна, когда мы к ней приводили какое-нибудь новое, незнакомое ей животное, или даже жука или бабочку. И она их поглощала. Но как только у нее в потомстве рождалось это животное или насекомое, оно переставало ее интересовать, и радовать Верховную становилось с каждым днем всё сложнее и сложнее. Так, со временем, свободно гуляющих животных становилось всё меньше и меньше, они стали нас бояться, а мы начали на них охотиться, чтобы осчастливить нашу Верховную. И у неё животные рождались все реже и реже, да разнообразие с каждым разом сокращалось. Их поведение тоже слегка отличалось от появившихся в природе, они были как будто сильнее, умнее, порой было даже ощущение, что они слушаются Верховную, хотя и не понятно как, она же не разговаривает, да и почти не двигается, а только поглощает, что ей приносят и порождает на свет своих детей. Но вот однажды зимой, заходя на склад зерна, я заметил, что там нет ни одного грызуна, что было странно. Как только наступали холода, они пытались спрятаться, а это место было для них идеально: не холодно и еда есть. Мы обычно расставляли там ловушки, чтобы сберечь свои запасы, да и может попадётся какой-нибудь новый зверек, который порадует Верховную. Так вот на этот раз там было пусто, ни в одной ловушке никого не было. И я вспомнил, что не так давно у Верховной стало появляться много шустиков, а они очень любят охотиться на грызунов. И тогда я стал подмечать, что это не разнообразие в потомстве Верховной сокращается, а потомство рождается строго для определенной цели в определенное время. Так, например, шустики, чтобы защитить зимой запасы зерна, а насекомые появлялись весной, когда всё вокруг расцветает. Я даже стал замечать что мы рождаемся также не со случайными качествами. Например, мое поколение рождалось ловкими и с острым умом. Мы придумали много ловушек, капканов, силков и других устройств, чтобы заманивать и ловить животных, птиц и насекомых. А вот следующее после нас поколение было уже сильными и выносливыми. Именно им и удалось поймать для верховной нескольких кетто. Во время одной из таких миссий мне и пришлось покинуть свою деревню.

Утро. Небо было ясное и голубое, без единого облачка. Элинта ярко светила, озаряя все вокруг своими лучами. Птицы весело щебетали, приветствуя новый день. Воздух был наполнен ароматами цветов и травы, которые росли вокруг. Я прогуливался, любуясь красивыми пейзажами и наслаждаясь пением птиц.

Тут я и увидел, как вдалеке медленно проплывал парящий остров, слегка подталкиваемый редкими порывами ветра. Размером он был небольшим, порядка тридцати шагов от края до края, так что большой стаи или огромного взрослого кетто там можно было не опасаться. Отличная цель, если он не пустой.

Я побежал за своими парнями. Нашей группе пока не удавалось поймать ни одного кетто, так что мои ребята обрадовались такой удаче и быстро стали укомплектовываться для охоты. Буквально через несколько мгновений мы уже были готовы отправляться. Остров почти не сдвинулся с места, где я его засёк, так что мы быстрым шагом двинулись в ту сторону. Пока мы пробирались через заросли и деревья, наши взгляды были прикованы к нему, мы всё ждали, не появится ли кетто. Но было тихо, остров спокойно дрейфовал на месте, казалось, что он пустует. Мы не собирались сдаваться, даже если он пустой, то мы до него доберемся и осмотрим его, вдруг что-нибудь интересное удастся найти. Вот мы и оказались почти под ним, снизу он был весь в трещинах, а по бокам с него свисали какие-то переплетенные растения. Он завис не очень высоко, немного выше макушек деревьев, так что мы запустили на него гарпуны и полезли. Я приказал отряду не высовываться на поверхность, а зависнуть прямо у края, чтобы смогли выскочить в нужный момент. Сам же начал осторожно выглядывать, осматривая поверхность. Остров казался необитаемым: по нему были разбросаны валуны разных размеров, между которыми росла трава, создавая ощущение зеленого ковра. На вершине одного из валунов стояло дерево, полностью оплетая валун корнями. Дерево было небольшим, но его крона отбрасывала тень почти на половину острова. Неподалеку была глубокая и достаточно широкая расщелина, заполненная водой.

Я стал осторожно пробираться дальше. Тут я услышал резкий громкий крик и заметил, как сбоку кто-то выскочил из-за валуна в мою сторону. Я стал разворачиваться, выхватывая и бросая в ту сторону ловчую сеть. Это все происходио без моего сознательного участия, чисто на отточенных годами рефлексах. Но мои рефлексы в этот раз меня подвели: моя сеть лежала пустой в нескольких шагах от меня, а этот проворный крикун уже исчез в траве у другого валуна, мне даже не удалось рассмотреть, кто это был. На эти звуки мои ребята уже выбрались на поверхность и были готовы мне помочь, но помогать оказалось не с чем. Мы немного постояли и начали двигаться далее в глубь острова. В этот момент я почуствовал, что что-то закрыло от меня Элинту и взглянул в небо. Там, перекрывая свет, раскинула свои крылья огромная птица кетто. Её перья светились в лучах восходящего светила и были окрашены во все оттенки красного - от ярко-алого до темно-бордового. Голова птицы была увенчана светящимся золотистым хохолком, а на шее красовался пышный воротник из багровых перьев.

Она расправила свои огромные крылья и начала медленно кружиться в воздухе, приближаясь к нам. Ее движения были плавными и грациозными, словно она танцевала под музыку ветра, но при этом такими стремительными, что казалось, будто она летит быстрее самого ветра. Не даром именно эта птица была символом красоты и силы, а одно её появление вызывало одновременно восторг и страх.

Свое элегантное пекирование она закончила прямо над нами, резко взмахнув крыльями. Её взмах был такой силы, что ветром повалил меня с ног, но мои парни смогли устоять и уже борсали в нее сети и гарпуны. Кетто попыталась избавиться от сетей, всё сильнее взмахивая своими крыльями и когтями пытаясь разорвать её. Удержаться в воздухе она уже не могла и рухнула на поверхность острова. А мне так и не удалось подняться под развернувшимся буйством стихии воздуха. Ребята хорошо справлялись со своей задачей, пытаясь спеленать птицу. Они намертво схватили веревки, ввязались в них, и не смотря на творившееся безумие, не ослобляли их, умудряясь даже перемещаться, чтобы связать кетто. Но и властительница неба так просто сдаваться не собиралась, она крутилась, пыталась расправить крылья, рвала когтями сети и веревки. И в один момент просто перевалилась за границу острова, потянув за собой своих пленителей. Я подбежал к краю и увидел, что остров быстро проносится над лесом, а по поломанным кронам деревьев заметил то место, где свалилась птица. Надо было срочно найти подходящую веревку, чтобы спуститься не так далеко от группы. Но на нашем поле боя это было не так уж и легко, там всё было усеяно перьями, кусками вревок и сетей. Тогда я побежал туда, куда прилетел мой гарпун. Проверил его, зацепился он хорошо. Веревка тоже осталась цела и свисала с острова. Я начал спускаться. Не успел преодолеть и половину расстояния, как лес резко закончился и подо мной оказался обрыв. Спускаться дальше не имело смысла, с такой высоты мне точно живым не выбраться. Мне ничего не оставалось, как снова забраться наверх и ждать другой возможности.

На этом острове я прожил двадцать дней. По началу я пытался запомнить направление к дому, но за эти дни ветер так часто менялся, что я окончательно запутался и потерял надежду вернуться. Обнаружил я и то, за что так ожесточенно сражалась кетто: на острове было её гнездо, а в гнезде лежало три яйца, размером с голову, желтоватые, с коричневыми точками. Подружился я и с крикунами, их там жило целое семейство. Вобщем напутешествовался я на всю жизнь. Я видел и огромные водоемы, когда во все стороны вокруг не было видно ни клочка земли; дремучие непроходимые леса, бескрайние поля. И, конечно же, видел я и разные поселения. Их не трудно было распознать: везде стояло большое каменное строение в виде креста. И вот в один день я пролетел сразу два послека, расположенные неожиданно близко друг к другу, потом меня отнесло к реке, а через некоторое время меня вынесло в этот лес. Но мой остров летел достаточно высоко, поэтому у поселков и реки спуститься было невозможно, лес тоже был далеко и веревка, даже удлиненная оставшимися после боя кусками, не доставала до макушек деревьев. И тогда я увидел прямо по курсу огромное дерево, возвышающееся надо всеми остальными. Я спустился по веревке до самого конца и когда приблизился к этому гиганту, спрыгнул к нему на ветку. Повезло, что ветер был тогда не сильный и остров плыл неспеша. Вот так это дерево стало моим спасителем, а потом и моим новым домом.

Латир затих, Антик тоже продолжал сидеть молча, пытаясь осознать всё услышанное и сделать какие-нибудь выводы для себя. Так они присидели в тишине еще какое-то время, после чего старик встал и заговорил:

- Ладно, пока хватит с тебя историй. Мне надо позаниматься с рунными камнями, чтобы завтра их зарядить во время вспышек Элинты. А ты чувствуй себя как дома.

- Подожди, в этой истории я так и не услышал ответов на озвученные тобой вопросы.

- А их там и не было. - не оборачиваясь ответил Латир.