Каникулы в старом замке

Пролог

Ладони мои коснулись холодного сырого камня, и ноги нашарили внизу ступеньку. Я осторожно сделала шаг, затем второй, за ним следующий, превозмогая страх неизвестности, поджидавшей меня за поворотом винтовой лестницы, убегающей в подземные переходы замка.

Страх неизвестности все же был меньше, чем страх остаться навечно замурованной в стенах каменного лабиринта. Желание выйти из этого жуткого места, найти выход на свободу, буквально толкало меня в спину, и я продолжала свой путь, исследуя все возможные варианты.

Отдаленный скрежещущий звук донесся откуда-то снизу. Я замерла, прислушиваясь, не зная, радоваться ему или пугаться. Закричать? Но нужна ли мне встреча с неизвестно кем?

Дыхание моё стало рваным, сердце зашлось в бешеном ритме, пальцы непроизвольно сильнее вцепились в сырые камни.

Секунды превратились в вечность, звук стремительно приближался и стал похож на скрежет когтей о каменную поверхность ступеней.

В животе всё сжалось и ухнуло куда-то вниз, отдаваясь слабостью в коленях. В ожидании чего-то непоправимого, я на секунду зажмурилась, а когда открыла глаза, из сырой темноты подземелья на меня смотрели две желтые светящиеся плошки.

Плошки заскулили и ткнулись мягким носом мне в колени.

- Гав! – обернувшись куда-то назад и вниз, изрекли сияющие плошки.

- Шервуд, фу! – раскатисто прозвучало снизу, и рассеянный свет факела облизал сырые камни ступеней и стен.

Передо мной стоял чудовищно огромных размеров угольно-черный пес, похожий на добермана, но гораздо крупнее.

Я ахнула, и протянула руку, желая погладить зверя между ушами.

- Не стоит этого делать, тисса! – низкий голос прозвучал отстраненно и безразлично. – Разумеется, если вам нужны ваши прекрасные ручки.

Я перевела взгляд и уперлась в, вывернувшего из-за поворота, высокого брюнета. Мужчина в черном старинном сюртуке и кожаных штанах выглядел массивным и, несмотря на грозный тон, внушал безотчетное доверие. Я облегченно выдохнула. Безусловно, этот незнакомец поможет мне выбраться из лабиринта, а значит, я спасена. Я в безопасности.

Его правильные, красивые черты лица, выглядевшие в свете факела довольно резкими, показались мне знакомыми. Незнакомец откинул от лица длинные пряди черных волос, и я вспомнила, где видела это лицо. И проснулась.

Глава 1

Двумя неделями раньше.

- А хотите, он будет за вами бегать? – прозвучало откуда-то сбоку, почти из-за спины.

Я резко обернулась и тут же столкнулась с ярко-голубыми глазами незнакомца, привалившегося боком к барной стойке.

Меня поразило не столько то, что он ко мне обратился, (в этой стране народ вообще довольно общителен, особенно в пабе в пятницу вечером), сколько тот факт, что заговорил он со мной на чисто русском, без малейшего акцента.

Я окинула незнакомца внимательным взглядом, отмечая детали. Его свободный фиолетовый пиджак с закатанными рукавами выбивался из цветовой гаммы присутствующих ярким безвкусным пятном. Вокруг шеи был обмотан оранжевый шарф с орнаментом гавайских расцветок. На лбу красовались темные очки с синими зеркальными стеклами. Зеленые мятые штаны не доставали до коричневых пыльных ботинок.

Мало того, что широко посаженными голубыми глазами и благородной сединой он здорово напоминал Венсана Касселя, так еще и профиль его впечатлял все теми же габаритами. Должно быть, француз. Тогда откуда такой чистейший русский?

Вспомнив обращенный ко мне вопрос, я легко фыркнула и ответила также на родном:

- Это зависит от того, с какой целью он станет бегать за мной, - улыбнулась незнакомцу. – Если только за тем, чтобы вернуть одолженные мне фунты, то нет, не хочу!

В ожидании Шарлотты, я стояла с бокалом мартини, изрядно разбавленным колой, фууу!, прямо у барной стойки и исподтишка наблюдала за звездой нашего универа – ярким и харизматичным Генри Олдриджем.

Наблюдала я за ним уже минут десять. На него было приятно смотреть. Светловолосый, высокий и подтянутый, в шерстяном пиджаке и водолазке натуральных оттенков, Генри выделялся в толпе свободными, естественными движениями и притягивал взгляды окружающих. За этим подглядыванием меня и застукал незнакомец.

В этот момент Генри обернулся и мазнул по мне равнодушным взглядом. Это не было обидно, это было нормально. Генри – красавчик, спортсмен, наследник герцогского титула, всегда окруженный толпой друзей и девиц, не обязан замечать меня и мечтать познакомиться.

- Ну, так как? – заинтересованно поторопил меня незнакомец.

Я с сомнением взглянула на него и только сейчас заметила, что всё же один глаз у него не голубой, а зеленый.

- Я бы не поставила на то, что это возможно, - протянула неуверенно.

Видимо, мартини медленно, но верно делал своё дело. Трезвой мне бы даже в голову не пришло размышлять на эту тему! Где я и где Генри?!

- Решайтесь, Анна! – горячее дыхание мужчины почти опалило мне ухо.

Я возмущенно обернулась.

- Откуда вы знаете, как меня зовут?! – спросила напряженно.

Зеленый глаз незнакомца потемнел почти до коричневого. Я так и уставилась в эту его гетерохромию.

- Кстати, прошу прощения, я не представился. Эдвард! – как ни в чем не бывало, не ответив на мой вопрос, протянул он мне руку.

Я с большим сомнением покосилась на его конечность и не подала в ответ свою. С нарастающим напряжением еще раз осмотрела расслабленную позу теперь уже Эдварда.

Объяснения, откуда ему стало известно мое имя, я так и не получила. Сама я ему не представлялась, и при нем никто не называл меня по имени. - Ну, так как, Аня? – словно невзначай, легко коснувшись моей руки, вкрадчиво напомнил о себе Эдвард. Местные никогда не вели себя настолько навязчиво, а уж о том, чтобы прикасаться к кому-то и речи быть не могло! Я отдернула руку и насторожилась еще сильнее, поглядывая в сторону входной двери. Да где же Шарлотта? Давно пора бы ей прийти!

Новый знакомый не внушал никакого доверия, и я, отступив от него на шаг, повернулась в сторону однокурсников.

На глаза сразу же снова попался Генри. Широкоплечий, длинноногий и спортивный, он стоял в окружении парней и девушек. Судя по обрывочным репликам, они обсуждали недавний футбольный матч между сборными университетов.

Хорош, чертяга! Было бы здорово с ним пообщаться, наверное.

- Вы подумали? Каким будет Ваш положительный ответ? – прозвучало над самым ухом.

Я хмыкнула и отставила свой стакан на барную стойку. Нужно уходить, иначе от приставучего Эдварда, видимо, не отделаться! - Только, если он захочет на мне жениться! – усмехнувшись, произнесла с дерзким вызовом абсолютно абсурдную, на мой взгляд, вещь. - Он захочет! - внезапно Эдвард сжал мою ладонь. - Я обещаю! Освещение паба мигнуло ярче и погрузилось во тьму. Народ заулюлюкал, загомонил, засвистел. Кто-то включил фонарики на телефонах. - Всем лежать! - раздался грубый голос с сильным акцентом и меня, обдав винными парами, резко дернули вверх и, больно придавив локтем шею, поволокли куда-то в сторону. - На пол! Быстро! Конечно, я успела испугаться. Захвативший меня мужчина, приставил к моей голове что-то твёрдое и холодное и потребовал от бармена: - Кассу! Или я снесу ей башку.

Тело моё отреагировало на угрозу мгновенно: я пригнула голову, прижимая подбородок к груди, как когда-то в далеком детстве учил меня тренер по дзюдо, чтобы нападающий не лишил меня возможности дышать, и попыталась осторожно повернуть голову вправо, в сторону корпуса преступника.

Вот так, теперь я смогу дышать нормально. Нужно попытаться высвободиться из захвата.

Я покосилась на невысокого, но довольно жилистого грабителя.

Да уж, одно дело знать, что нужно сделать, и совсем другое - суметь применить прием в стрессовой ситуации без тренировок.

- Не двигайся! – рявкнул на меня грабитель и сильнее вдавил ствол мне в голову. В том, что это ствол, я уже не сомневалась. – А ты, пошевеливайся! – бармену.

Какое-то движение в зале привлекло мое внимание. Я покосилась на заваленное людскими телами помещение и в ужасе обнаружила, что на пол не лег только один человек. Он просто пригнулся к столу, а теперь медленно разгибался, выставив перед собой руки в предупредительном жесте.

Меня бросило в жар! Я напрочь забыла об осторожности и о том, что у моей головы находится пистолет.

Генри разогнулся во весь рост и смотрел ровным спокойным взглядом в глаза нападавшему.

- На пол! – завопил грабитель. – Лежать, я сказал! - и вскинул руку с пистолетом вперед, освободив мою голову от металлической угрозы.

- Послушай, парень, отпусти девушку, - почти расслабленно предложил Генри. – Сколько тебе надо, скажи, я выпишу чек. Жаль, кэша нет, но я тебе обещаю, ты обналичишь его без проблем, - и сделал крошечный шаг в нашу сторону.

- Я сказал тебе не двигаться, сукин ты сын! – спиной и затылком я ощутила дикую ярость, вскипевшую в напрягшемся теле преступника, и поняла, что сейчас произойдет.

Резко вывернувшись вправо и вниз, я, что было силы, ударила преступника по руке. Рука бандита ушла вниз и в сторону.

Грохнул выстрел. Брызнуло стекло бокалов на столике рядом. Какое счастье, что там уже не было людей. Отсюда они сбежали подальше в первые же секунды.

Руку я отбила, она гудела так, что я её почти не чувствовала.

Резкий болевой удар последовал грабителю в пах, отбитой рукой, забыв о приличиях и со всей дури.

Теперь уже потерпевший заорал так, что у меня зазвенело в ушах. Грабитель согнулся, саданув меня по голове рукояткой пистолета.

Последнее, что я увидела, был Генри, воспользовавшийся нашей с грабителем потасовкой. Он оказался рядом и вывернул бандиту руку с пистолетом за спину.

Сознание мое померкло резко и сразу, словно кто-то щелкнул в голове выключателем.

***

Я открыла глаза и увидела Шарлотту. Подогнув под себя одну ногу, она сидела на подоконнике, покачивая длинной, затянутой в джинсы, другой ногой, в туфлях, обутых прямо на босу ногу, и грустно смотрела в окно.

Шторы на окнах были раздвинуты. Рассветный туман окутывал пространство за окном серой дымкой, отчего невозможно было понять, что подруга рассматривает в сизой утренней взвеси. Мне было трудно представить Шарлотту грустной, поэтому зрелище показалось мне нереальным.

Увидев, что я очнулась, подруга радостно взмахнула руками и, спрыгнув с подоконника, пересела на стул рядом с кроватью.

- Энни, как ты, дорогая? – обняла меня и чмокнула в щеку. – Доктор Уильямс сказал, что отпустит тебя домой, как только ты проснешься. Тебе сделали томографию, взяли анализы, с тобой все в порядке! Тебе просто нужен покой и скорее всего, психолог. Ну, я-то всегда в твоем распоряжении, ты же знаешь! - рассмеялась, тряхнув упругими пружинками кудрей, Шарлотта.

- Где я, Лотти? – отодвинув в сторону, висящий над головой, кронштейн, я приподнялась на многофункциональной кровати и осмотрелась. Если бы я свистела, то обязательно бы присвистнула. Интерьер комнаты напоминал президентский номер отеля, в моем представлении.

- Мы в клинике… - прозвучало название, мелькнувшее на днях где-то в прессе в связи с королевским домом. Кто-то из венценосного семейства проходил там плановое обследование. Волосы на моей голове встали дыбом.

- Лотти, ты в своем уме? – я в ужасе села на кровати и вытаращилась на подругу. – Ты в курсе, во сколько мне обойдется день пребывания в этой богадельне? Ты уверена, что я смогу это оплатить?

- Энни, это всё Генри! – без тени сомнения парировала подруга. – Он привез тебя сюда, и сам всё оплатил, и палату, и обследование, - она попыталась меня успокоить, но отчего-то спокойнее мне не стало. Стало более тревожно и менее комфортно, оттого, что теперь я еще и должница Генри.

- Предлагаю отметить наше счастливое спасение! – вошедший в палату Генри, увидев меня, просиял. В руках у него были три стаканчика с кофе и картонные коробочки. – Угощайтесь, девушки! – предложил он нам напиток и сэндвичи.

Мы приняли угощение, поблагодарив Генри за внимание и заботу.

- Ты очень смелая, Энн! – восхищение в голосе Генри заставило меня оторваться от сэндвича и взглянуть на него. – Не представлял, что девушки бывают такими смелыми! Это всё потому, что ты – русская! – убежденно поведал парень.

Я с сомнением пожала плечами:

- Не вижу в себе ничего особо героического, - ответила искренне. – Хотя, наверное, разумнее было бы не двигаться и позволить этому парню в тебя выстрелить.

Шарлотта фыркнула. Генри расхохотался:

- Без-ба-шен-ная! – неожиданно выдал он по-русски, непроизвольно вызвав мою улыбку. – Вот как вы говорите! У меня тоже есть вполне себе русская прабабушка, и, если верить семейным преданиям, мой прадед её обожал, - уже перейдя на свой родной язык, поделился парень. – Да-да, полно скелетов в шкафах, как у всякого приличного аристократа, - заверил он нас, видя наши недоверчиво поднятые брови.

В палату вошел высокий, лысоватый мужчина средних лет в синем костюме медицинского персонала.

- Доброе утро! Меня зовут доктор Уильямс, я ваш лечащий врач, мисс Антонова, - представился. – Вот здесь результаты обследования, - положил на тумбочку документы, отчего-то взглянув при этом на Генри. – Задерживать вас я не вижу причин. На ближайший месяц порекомендовал бы вам свежий воздух, отдых и положительные эмоции. Вам необходимо восстановиться.

- Благодарю вас, доктор Уильямс, - кивнула я врачу. – Хорошо, что скоро каникулы. Полечу домой, - добавила, обращаясь уже к Шарлотте.

- Энн, предлагаю провести каникулы в моём родовом поместье Олдридж, - когда за доктором закрылась дверь, предложил Генри. – Свежего воздуха там в избытке, впрочем, как и положительных эмоций. Можешь пригласить подругу, чтобы не было одиноко.

- Оу, это очень заманчивое предложение, Генри! – отозвалась Шарлотта. – Но у меня уже есть планы на эти каникулы. Я лечу в гости к приятелю.

- Генри, спасибо тебе за заботу, за помощь, за эту клинику и за приглашение, - произнесла я с благодарностью, но твердо. – Но, пожалуй, я не смогу, при всем желании. Мы пока недостаточно хорошо знакомы, чтобы ехать к тебе в гости.

- Согласен, - легко согласился парень. – Но до каникул еще пара недель. Мы вполне можем успеть познакомиться получше.

***

Генри подвез нас до места, где мы с Шарлоттой снимали комнату в общежитии. Общежитие не было таковым в обычном представлении, скорее такой отель с небольшим количеством звезд, в котором жили студенты из нашего университета. Две кровати, шкаф, письменный стол и ванная комната с душем были в нашем распоряжении.

Кухней приходилось делиться с соседями, потому как она была рассчитана на пять комнат, но никто не был в обиде, места хватало всем. Два холодильника, просторные шкафы, несколько плит и духовок, чайники и тостеры, а еще стол и диваны размещались в одной комнате, где мы частенько пересекались с соседями, а порой проводили время вместе.

В общежитии были и другие варианты размещения. На других этажах были комнаты побольше, со своими мини-кухнями, а еще комнаты, рассчитанные на несколько человек.

За уборку общих помещений отвечали сотрудники общежития, а в своих комнатах мы поддерживали порядок сами, при этом пылесос, тряпки и швабры предоставлялись.

Посуду, подушки и одеяла, постельное белье, вешалки мы покупали самостоятельно. Специальная компания, которая работала с университетом много лет, давала возможность заказать всё нужное с доставкой прямо до места.

Самым главным плюсом общежития был факт, что до корпусов университета идти пешком было пятнадцать минут. Таких общежитий было больше десятка.

Моё учебное расписание в этом семестре было построено так, что занята я была всего три дня в неделю. Остальное же время уходило на выполнение домашних заданий и проектов, над которыми нужно было работать самостоятельно или в группе, и подработки.

Не имея пока возможности найти работу по специальности, работала я в библиотеке, красивой и просторной, как и показывают в кино. Библиотека была поделена на несколько секций. Первые два этажа – зоны, где можно общаться и работать над групповыми проектами, третий этаж – более тихое место для индивидуальной работы, а еще выше – зона, где вообще нельзя шуметь.

Я искренне полагала, что мне очень повезло с работой, ведь оплата была выше, чем у той же официантки, куда пришлось бы податься, а в свободное время можно успеть позаниматься прямо на рабочем месте. Закончив наш Южно-Уральский Университет у себя дома, здесь я училась на бакалавра искусств, самостоятельно оплачивая свое обучение и собираясь стать реставратором.

Первый триместр подходил к концу, впереди ждала неделя каникул. Я еще не решила, полечу ли я домой к родителям, или же останусь, чтобы не спеша познакомиться с достопримечательностями города. С мамой я общалась почти каждый день по скайпу, с отцом раз в неделю, но всё равно скучала. Осмотреть достопримечательности тоже очень хотелось.

- Энн, ты любишь кексы или печенье? – остановив машину, обернулся ко мне Генри. Я немного опешила от вопроса.

- Любит, - ответила Шарлотта, видя мое замешательство. – Но ест редко. Все больше овощи и фрукты.

Генри понимающе кивнул:

- Я знаю одно место, думаю, оно тебе понравится. Не хочешь сходить со мной туда завтра?

- Завтра? – неуверенно переспросила я, прокручивая в голове расписание экзаменов и время работы. – Завтра точно нет. Возможно, послезавтра. А что за место, Генри?

- Пусть это будет сюрприз, - отозвался парень. – Я позвоню тебе, чтобы договориться о встрече?

- Хорошо, звони, - кивнула я и вышла из машины.

***

Сюрпризом, который обещал мне Генри, оказался маленький магазинчик расписного печенья. Точнее, это был не просто магазинчик, а небольшое кафе с несколькими столиками, покрытыми белоснежными накрахмаленными скатертями.

Я не спеша пошла вдоль витрины, зачарованно разглядывая ассортимент. Здесь были имбирное печенье, имитирующее обложки книг и уникальный текстиль; портреты, костюмы или места эпохи Шекспира; миниатюрные иллюстрации из коллекций библиотек; лампы Тиффани; осколки древнегреческой керамики; съедобные средневековые изразцы, которые трудно отличить от оригиналов музея и древнеримская мозаика на прянике.

Я была потрясена дизайном прямоугольных лакомств, приправленных апельсином, кардамоном и ванилью, разностью стилей и эпох, изяществом исполнения. Узнала, что имбирная или простая песочная основа покрывается королевской глазурью, айсингом. Где используют гели пищевых красителей и водку, которая действует как разбавитель, чтобы нарисовать узоры, а где добавляют рельефные элементы из более густой сахарно-белковой смеси.

Генри, отодвинув для меня стул, предложил присесть за один из свободных столиков.

Нам принесли небольшую этажерку из трех тарелок. Обычно к чаепитию подают на нижней тарелке сэндвичи, например, классический – со сливочным маслом и огурцом, или сэндвич со сливочным сыром и сёмгой, на средней - маленькие булочки и к ним в придачу обязательно жирные сливки и клубничный джем, а на верхней десерты, печенье и имбирные пирожные. Сейчас же на всех трех тарелках лежали разнообразное печенье и пряники.

Чай принесли в маленьких чайничках, похожих на кружки. Сверху на каждом чайничке стояло блюдце и пустая чашка. Молоко подали в маленьком молочнике.

Я разлила чай по чашкам и с удовольствием вдохнула аромат, поднеся чашку к губам.

Генри, налив в чай молоко, выбрал одно из маленьких твердых печений и, быстро обмакнув печенье в чай, спрятал его в рот.

Я с ужасом наблюдала за уничтожением этой красоты и поняла, что магия этого печенья в его эфемерности. Вот только что оно было, и вот его уже нет.

- Я впервые видел тебя в том пабе, - заметил Генри, прожевав печенье.

- А, да, я редко выбираюсь в подобные заведения, - ответила, рассматривая фарфоровую чашку. – Учеба и работа отнимают много времени. В тот день подруга попросила составить ей компанию.

Генри понимающе кивнул. И снова обмакнул печенье в чай.

- Энн, не смотри на меня так, я же могу подавиться, – улыбнулся, сделав глоток чая.

- Боюсь, я не смогу его откусить, - все еще держа в руках песочный квадратик, качнула я головой.

- Брось, Энн! – рассмеялся Генри. – Это всего лишь печенье. Понимаю, что ты тонко чувствуешь прекрасное, но все же, в этом и заключается прелесть жизни, я думаю.

Я удивленно взглянула на Генри.

- В моменте, - пояснил парень. – В том, что сейчас ты проживаешь этот момент, и ты наслаждаешься им. И ты понятия не имеешь, что будет с тобой в следующее мгновение.

Я улыбнулась:

- Довольно глубокие рассуждения, - улыбнулась я. - Непривычно слышать подобное из уст молодого человека.

- А, - Генри широко улыбнулся. – Просто я уже пару дней читаю один из дневников моей прапрабабушки. Той, которая русская, как и ты, Энн. Знакомство с тобой побудило меня достать из шкафа её дневники и погрузиться в чтение. Захотелось постичь вашу загадочную русскую душу и понять, чем же вы, русские женщины, так притягательны, что мой прадед пошел против мнения высшего света и женился на одной из вас.

- Серьезно? – подавшись вперед, заинтересовалась я. – Должно быть, там описано много интересного.

- Да, - согласился парень. – Она начала вести дневники уже после шестидесяти лет, умудренная, так сказать, возрастом и жизнью. Кстати, её тоже звали Анна. Так называл её мой прадед. И мне кажется, она даже чем-то похожа на тебя. Вот, смотри.

С этими словами Генри достал из кармана телефон и, быстро что-то пролистав, повернул ко мне экран.

С фото на меня смотрела красивая пара в нарядах позапрошлого столетия, помещенная в золоченую рамку портрета. Мужчина с черными, забранными в низкий хвост волосами, смотрел прямо, и в его темных, источающих силу, глазах отражались огонь и нежность, словно в момент написания портрета он смотрел не на художника, а прямо на объект своей страсти и нежных чувств. На его правую руку опиралась миловидная женщина, демонстрируя художнику, подчеркнутые нарядом, формы и массивное кольцо с сапфиром.

Незнакомка и впрямь чем-то походила на меня. Возможно, очертанием скул или формой носа. Да и в разрезе глаз, я была вынуждена признать, было неоспоримое сходство.

Я усмехнулась, вспомнив предложение незнакомца по имени Эдвард. Неужели он что-то знал о прабабушке Генри и его интересе ко мне?

- Теперь мне хотя бы понятно, почему ты решил со мной познакомиться, Генри.

- Да, - легко согласился парень, - и почему настойчиво приглашаю тебя в поместье, Энн. Там ты сможешь увидеть этот портрет вживую, и не только его. Я покажу тебе замок, история которого ведет свой отсчет с двенадцатого века, именно тогда он впервые упоминается в домашней книге семейства Олдридж. Обширные леса, поляны и озера, что сохранили первозданность до наших дней. Там, как и во времена короля Артура, пасутся стада диких оленей, носятся за зайцами длиннохвостые лисы, с громким криком летают веселые розовые сойки. Покажу коллекцию картин моего дедушки, если такие имена как Ван Дейк, Гейнзборо и Стабс тебе о чем-нибудь говорят. Сам проведу тебе экскурсию. Будем кататься на лошадях, позовем соседей, устроим охоту. Тебе понравится, вот увидишь! Если ты стесняешься ехать одна, я могу пригласить кого-нибудь из своих друзей с их подругами, чтобы была компания.

Я слушала увлеченную речь Генри, с каждым мгновением очаровываясь атмосферой замка и все лучше понимая, что отказаться от такого предложения будет сложно. Почти невозможно.

- Генри, - попыталась я встрять в рассказ парня, - я не могу тебе пообещать, что поеду. Мне жаль, - произнесла максимально мягко и искренне.

Честно говоря, я и сама уже не понимала, почему нет. Домой к родителям я все равно решила пока не ехать из соображений экономии. Новые впечатления от исторического места всегда вдохновляют и бодрят, а уж упоминание художников и картин должны были просто выбить почву у меня из-под ног. И все же…

- Хорошо, - снова легко согласился Генри. – Давай тогда поступим так. Я возьму билеты на самолет, просто потом их может не быть, и отдам тебе твой билет. Если ты решишь приехать, я всегда буду рад тебя видеть, Энн. Если же нет, то это твое решение и твое право. Хорошо?

Я кивнула и откусила печенье.

Генри был милым и адекватным. Нет, не так! Он был безупречным. Лёгким в общении, приятным собеседником и, что особенно радовало, он не был снобом. Любая девушка на моем месте согласилась бы, не раздумывая ни минуты. Отчего же я сижу и ищу причины, по которым смогу отказаться от поездки?

Что так напрягало меня в невинном приглашении поехать в гости? Таком ли невинном, как может показаться на первый взгляд? Что меня беспокоило? Не воспримет ли Генри моё согласие поехать, как автоматическое согласие на интрижку? Но ведь мы взрослые люди, обо всем можно поговорить и договориться.

Покопавшись в себе с минуту, я поняла, что разговор в пабе с парнем по имени Эдвард не прошел для меня даром и прочно застрял в моей голове. Откуда эта дурацкая убежденность, что Эдвард каким-то непостижимым образом приложил руку к тому, что Генри обратил на меня внимание? Теперь я не верила, что могу сама понравиться Генри. Нет, неуверенностью в себе и пониженной самооценкой я не страдала вовсе, но червь сомнения уже выполнял свою грязную работу.

Генри подвез меня до общежития, и мы попрощались, договорившись встретиться в университете.

***

На следующий день я прямо на рабочем месте готовилась к экзамену, когда к конторке подошел Генри. В застегнутом на одну пуговицу коричневом твидовом пиджаке в мелкую клетку и бежевой водолазке парень выглядел неотразимо.

- Привет, Энн, - парень тепло улыбнулся и положил передо мной билет на самолет. – Не получается у нас познакомиться поближе прямо сейчас, - улыбнулся еще шире. – Через час я вылетаю домой. Отцу нужна моя помощь в бизнесе, и он настоял, чтобы я вылетел немедленно. Мне очень жаль, что мы не можем полететь вместе.

- А как же твои экзамены? – удивилась я такому решению парня.

- Экзамены я уже сдал, - улыбнулся Генри. – Прошлый раз в пабе мы отмечали закрытие сессии. Но я надеюсь, Энн, что ты приедешь в старый замок Олдридж, и мы вместе проведем там самые потрясающие каникулы в твоей жизни.

Я улыбнулась, с грустью понимая, что теперь-то уж точно никуда не полечу.

- Кстати, отец передавал тебе привет и сказал, что хочет познакомиться с удивительной девушкой, спасшей жизнь его сыну, - продолжил Генри. – Поэтому мы оба приглашаем тебя и надеемся на скорую встречу. Вот билет. Я буду тебя ждать, Энн.

Генри сделал пару шагов от конторки и тут же вернулся:

- Даа… Еще один момент… - протянул он, словно бы подыскивая слова или сомневаясь. Затем вытащил из кармана небольшую коробочку и положил передо мной поверх билета. – Энн, позволь мне подарить тебе одно украшение. Оно ни к чему тебя не обязывает, просто мне хочется, чтобы это кольцо находилось на твоей руке. Мне будет очень приятно знать, что ты его носишь, - произнес парень искренне и открыл коробочку. – Это не оригинал, лишь подделка. Но очень искусная подделка. Оригиналы фамильных драгоценностей хранятся в банковской ячейке. Кольцо является точной копией обручального кольца моей прабабушки.

- Генри, я не могу принять такой дорогой подарок! – ахнула я, пытаясь отодвинуть коробочку. – И… и пока не могу ответить…

- Прошу тебя, Энн, - твердо и проникновенно, так, что у меня не хватило сил ему возразить, произнес Генри. – У меня странное чувство, что оно твое.

Генри ушел, а я, взволнованная, еще долго смотрела на билет и на крупный сапфир в белом золоте, не решаясь взять его в руки, и не могла сосредоточиться на тексте учебника.

Мне было уже невероятно интересно и хотелось поехать в этот замок, но меня мучил вопрос, насколько это прилично? Насколько будет честно давать Генри надежду на отношения? Ведь я ничего, кроме дружеской симпатии к нему не чувствовала.

Глава 2

Сдав последний экзамен, я не спеша шла из универа. Небольшой заснеженный парк, через который дорожка вела к общежитию, был пустынным. Видимо почти все студенты уже разъехались в преддверии каникул и праздников. Шарлотта улетела в гости к приятелю вчера вечером, сразу после экзамена. Я собиралась завтра посетить выставку искусства «Микельанджело. Леонардо. Рафаэль» и просто погулять по городу.

Поднявшись к себе в комнату, я не сразу поняла, что происходит. Мои комнатные тапочки выплыли мне навстречу и уткнулись в так же свободно плавающий коврик, как только я открыла входную дверь. Меня охватила паника: неужели я забыла закрыть кран?

Бросившись в туалет, обнаружила, что кран закрыт. Тогда откуда вода? Подняв голову к потолку, увидела, что один из углов комнаты весь мокрый, как и стена, по которой почти ручьем стекала вода.

Я побежала вверх по лестнице, к соседям, постучала в дверь, но мне никто не открыл. Тогда я бросилась на ресепшен и объяснила ситуацию. Дежурная ответила мне, что меры будут приняты.

Прихватив ведро и тряпку, я вернулась в комнату и, засучив рукава, принялась вычерпывать всё прибывающую воду.

Минут через пять ручей на стене прекратился, оставив после себя размокшую штукатурку и потемневшую краску.

Я почти закончила с мытьем полов, когда в дверь постучали. На пороге стояла всклокоченная, заспанная девица.

- О, простите меня! – жалобно складывая руки, пролепетала она. – Мы вчера отметили закрытие сессии, пришла утром, как, не помню, что делала, не помню. Раковину заткнула и почему-то оставила открытым кран, - развела руками соседка сверху. – Мы все приведем в порядок! – решительно пообещала она. – Покрасим стены, я умею! Это моя вина! Мы все устраним! – сообщила она уже появившейся за её спиной дежурной по общежитию.

- Мисс Антонова, - обратилась ко мне дежурная, – Вы не собираетесь покинуть комнату на время каникул?

- Нет, не собиралась, - ответила я. – Я собиралась остаться здесь, в городе.

- В таком случае я рекомендую Вам на несколько дней снять номер в гостинице, чтобы Вашу комнату могли привести в порядок. Здесь необходимо сделать небольшой ремонт. Вы можете взять с собой все ценные вещи или же оставить их в сейфе в моем кабинете. И, когда будете уходить, не забудьте оставить ключи на ресепшен.

С этими словами дежурная и соседка оставили меня в одиночестве. Я закончила с полами и достала из-за шкафа небольшой чемодан. Что ж, нужно подумать, куда отправиться. Последовать совету дежурной я точно не могла, для меня это было слишком дорого. Знакомых, у которых можно погостить пару дней, у меня пока не было, хотя…

Складывая в чемодан свои вещи, я наткнулась на лежащий на тумбочке билет на самолет. Коробочка с кольцом лежала сверху, ожидая возможности быть возвращенной своему владельцу.

Шарлотта, уезжая, настаивала, чтобы я полетела к Генри. По её мнению, такими парнями, как Генри, точно не разбрасываются. Возможно, Шарлотта, как всегда права и нужно прислушаться к мнению подруги. Уж у неё-то точно больше опыта в общении с мужчинами, чем у меня.

Я взглянула на дату и время рейса, указанные в билете и поняла, что еще вполне успеваю на самолет.

Быстро приняв душ, я собрала чемодан и, бросив в сумочку документы, билет, телефон и наушники, остановила взгляд на кольце. Потрясающе красивая работа. Овальной формы сапфир, окруженный более мелкими бриллиантами, выглядел вполне винтажно и в то же время современно. В месте перехода камней в ободок на расширяющейся части с каждой стороны очень мелкой россыпью камней был выложен дракон. Как интересно! Почему именно дракон? Это что-то означает? Надо будет спросить у Генри.

Надеть кольцо на палец я не смогла. Не решилась даже примерить. Пока я не приняла предложения Генри, да и он не делал мне никакого предложения. Но и расставаться с украшением отчего-то не хотелось. Я решила эту проблему, повесив кольцо на свою, довольно длинную серебряную цепочку.

Подхватив чемодан, я оставила дежурной ключи от комнаты и отправилась в аэропорт.

***

Когда все досмотры и сдача багажа остались позади, я устроилась на своем месте у окна. Летать я не боялась, будучи глубоко уверена, что всё, чему суждено сбыться – сбудется, и, если я могу на что-то повлиять, то стараюсь это сделать в другое время, а все, на что повлиять не могу, стараюсь принимать, как есть, без осуждения и возмущения. Главное, это научиться отличать одно от другого. Вот это пока мне давалось с трудом.

Повлиять на работу пилотов и двигателей я сейчас не могла при всем желании. Значит, переживать, по сути, не о чем. Постараюсь расслабиться и получить удовольствие от путешествия. Расположение кресла у иллюминатора вызвало в душе благодарность Генри за внимание. Красивые виды мне обеспечены, даже, если за окном будут только облака.

Однако стрессы и недосып последних экзаменационных дней решили иначе. Я заснула в кресле сразу же, как мы взлетели.

Снился мне замок на вершине холма, впечатляющий, в готическом стиле: с высокими стрельчатыми окнами и башнями на манер Нотр-Дама. Вокруг замка разбит прекрасный сад с усыпанной мелким гравием подъездной аллеей, огромными зелеными лужайками, обрамленными золотыми тюльпанами и мощными, старыми деревьями.

Дальше на территории поместья располагались ферма и множество технических служб. У подножия холма, на берегу реки разместилась небольшая деревня. За рекой – раскинулся темный лес.

Все это я увидела мельком, не успев как следует рассмотреть и насладиться пребыванием в этом сказочном месте.

- Уважаемые пассажиры, просим вас привести спинки кресел в вертикальное положение и приготовить откидные столики. Мы начинаем обслуживание на борту и готовы предложить вам напитки и легкие закуски, - я проснулась от женского голоса, достигшего моего сознания.

- Что вы будете, мисс: говяжий стейк, котлета из тунца…- с милой улыбкой спросила меня девушка-бортпроводник.

- Котлету из тунца, пожалуйста, - сразу же определилась я и перевела удивленный взгляд на соседнее кресло. При всей моей корректности, сдержать сейчас удивление было крайне сложно, учитывая, что расположился в нем мой недавний новый знакомый – Эдвард.

- Стейк. Благодарю! – определился с выбором мужчина. - Добрый день, Анна! – приветливо, как ни в чем не бывало, кивнул мне, как доброй приятельнице.

- Добрый, - без энтузиазма ответила я, подозрительно оглядывая оливковую замшевую куртку и оранжевый галстук собеседника, следует признать, очень стильный. – Уместно ли будет спрашивать: что Вы здесь делаете?

Эдвард безмятежно пожал плечами:

- Вполне! То же, что и Вы, я полагаю. Лечу в нужном мне направлении, - легко парировал он. - Ковра-самолета у меня пока нет, приходится прибегать к услугам авиалиний. Приятного аппетита!

Его ответ ничего для меня не прояснил. Я еще раз глянула на нового знакомого и принялась есть. Лёгкость и непринужденность его манер и поведения еще не означали, что он искренен.

- Что Вас смущает, Анна? В Ваших прекрасных глазах застыл вопрос. Каким вопросом Вы сейчас задаетесь? Поделитесь, возможно, у меня есть на него ответ, - отложив вилку, чуть подался ко мне собеседник, но я отстранилась, и он отодвинулся обратно.

- Бывают ли такие совпадения? – проговорила я ровно. – Случайно ли Вы оказались в соседнем со мной кресле или Вам от меня что-то нужно?

- Случайности случаются, Аня. Могу я так к Вам обращаться?

Я отрицательно покачала головой. Собеседник хмыкнул.

- Именно случаются, - он показал мне ладонь с растопыренными пальцами. – Ну, кто из нас с Вами носитель великого и могучего? Луч один, луч два, луч три, - указал он на свои пальцы и соединил их подушечками вместе. – Случились. И направились к цели вместе, пучком лучей, что, несомненно усилило воздействие.

- И что это значит? – кажется, начала что-то понимать я. – Что случайности - неслучайны?

- Совершенно верно, - загадочно кивнул Эдвард. – Любая случайность – это результат чьих-то действий. Или чьего-то бездействия, что в принципе одно и то же, потому что бездействие – тоже действие.

Теперь я смотрела на собеседника еще более внимательно. Эдвард чему-то коротко улыбнулся, словно остался доволен произведенным эффектом.

- Вы не ответили, что Вам нужно от меня? – напомнила я, не позволяя заговорить мне зубы.

- Видите ли, Анна… - начал мужчина, остановив внимательный взгляд на висящем на цепочке подарке Генри. – А впрочем, наверное, не стоит, - взмахнул рукой и продолжил есть стейк.

Я рассмеялась:

- Что за глупость? Вы ловите меня, пользуясь совершенно детскими уловками. Пытаетесь вызвать интерес незаконченной фразой. Это манипуляция, и я не ведусь на подобное, - я отвернулась к иллюминатору.

- Ах, эти современные продвинутые девицы, - невнятно пробормотал Эдвард. – Ну, посудите сами, Анна, - снова обернулся ко мне сосед по месту. – Предположим, мне необходимо сообщить Вам нечто важное. Донести до Вас информацию, что Вы – абсолютно уникальны и у Вас есть миссия.

Я взглянула на Эдварда, немного сощурившись:

- Надеюсь, после Ваших откровений мне не придется идти на бал нагишом?

- Бог с Вами, Аннушка! Почему нагишом-то! – всплеснул руками собеседник.

- Помнится, в русской литературе есть один персонаж, который довольно успешно воспользовался этим методом, отправив героиню на бал в чем мать родила, - сообщила я. – Его звали Воланд. Кстати, это не Ваше второе имя?

- Ах, Вы об этом, - понимающе качнул головой Эдвард, передавая бортпроводнице коробочки из-под еды. – Ну, что Вы, мое место куда скромнее. Я лишь часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо. А в последнее время, так и желать начал лишь всего доброго, - скромно потупился собеседник, скрывая улыбку. – Так как, Анна? Обсудим условия контракта?

Я усмехнулась:

- С Вами, Эдвард, точно не может быть никаких контрактов.

- Как знать, - снова остановив взгляд на кольце Генри, промолвил сосед по месту. – Как знать, - перевел взгляд мне в глаза. Я могла поклясться, что в его веселых глазах огонь отплясывал джигу. – Осмелюсь спросить, Анна, Вы куда собираетесь направиться из аэропорта?

- Вот это Вас точно не касается, - снова усмехнулась я и отвернулась к иллюминатору. От вида за бортом самолета перехватило дыхание: бескрайняя водная гладь простиралась почти до самого горизонта, где тонким зеленым ободком обозначилась земля. Второй час мы летели на север и до этого момента за окном были лишь облака.

- Вы хорошо знакомы с аэропортом и местностью? Вас хотя бы встретят? – сыпал вопросами Эдвард, и в душе я была вынуждена признать, что нужно было сообщить Генри, что решилась приехать. – Только не говорите мне, что нет! – возмущенно закончил тираду сосед по месту.

- Я совсем не знакома с аэропортом, но достаточно взрослая и самостоятельная, - спокойно парировала я на полный удивленного недоверия взгляд. – Мне не нужна нянька. Такси еще никто не отменял, как и общественный транспорт. Справлюсь.

- Ну, хотя бы место своего назначения Вы можете мне назвать? – не отставал собеседник. Вскинул ладони в жесте, предупреждающем мою отповедь. – Понимаю, не моё дело! Покажется странным, но я чувствую за Вас необъяснимую ответственность, Анна. Время уже позднее, а из аэропорта нужно еще уехать. Вот я, к примеру, направляюсь в Олд Касл. Это небольшая станция к югу от… Вы так смотрите, словно Вам знакомо это название, - заметив мой изумленный взгляд, Эдвард окинул меня внимательным взглядом. – Похоже, и правда знакомо. Наверное, читали туристические буклеты с изображением готического замка? Должен признать, замок и впрямь, впечатляет. Особенно поначалу, без привычки. Вы, Анна, должны его увидеть, раз уж оказались в этих местах. Хозяин замка герцог Олдридж – довольно мрачный тип, дома бывает крайне редко, в основном в разъездах, потому можете смело приезжать в любое время. Даже можете остановиться в замке, погостить. Да, там всегда много желающих приобщиться к старине. Уютные комнаты. Живописный сад. Свежий воздух. Потрясающая коллекция картин.

Эдвард сыпал и сыпал подробностями, но я его уже не слышала. Он тоже едет в Старый Замок? Какое странное совпадение. Кто он, этот Эдвард? Родственник Генри? Знакомый семьи?

- Вы тоже в гости? – не сдержала я заинтересованности.

- Можно сказать и так, - легко пожал плечами Эдвард. – Меня будет ждать такси. Это самый быстрый способ добраться до замка. Так что, если нам по пути, я вполне могу Вас подбросить, Анна.

- Благодарю, - кивнула сдержанно. – Пожалуй, я доберусь сама как-нибудь.

«Но уж точно не поеду невесть куда с незнакомым мужиком!», - закончила фразу мысленно.

***

Попрощавшись с Эдвардом, я покинула самолет. Километры коридоров к выходу и, наконец-то получив багаж, я вышла из здания аэропорта и независимо огляделась.

Небо постепенно темнело, теряя последние отсветы заката. Где-то здесь слева от зоны прибытия должна быть остановка автобусов, направляющихся на железнодорожный вокзал. По крайней мере, именно так обещало мне приложение в телефоне.

Стоянка обнаружилась неподалеку. Я решительно направилась в сторону ожидавших пассажиров двухэтажных эйрлинков.

Выбрав нужное мне направление, пристроила чемодан в багажное отделение и, поднявшись в салон, разместилась в удобном кресле.

Через сорок минут я была на железнодорожном вокзале.

Я привыкла к тому, что в больших городах здания вокзалов, как правило, монументальные, потому небольшое, но очень красивое старинное каменное здание вокзала с башенкой под колокол и часами меня удивило. Я прошла вдоль фасада, в свете уличных фонарей разглядывая высокие арочные окна и каменные балкончики второго этажа.

Затем прошла внутрь вокзала и купила в автомате билет на последнюю электричку. Обрадовалась, что успела, потому что провести всю ночь на вокзале – перспектива малопривлекательная, а следующая электричка была только утром.

- Прошу прощения, мисс, - услышала позади себя возрастной женский голос. – Не могли бы Вы помочь мне купить билет до Энниса, что в графстве Клэр. Если это Вас не затруднит, разумеется.

- Да, конечно, - ответила я, обернувшись к седоволосой маленькой леди. Женщина приветливо улыбнулась. Черное пальто и зонт-трость контрастировали с алой шляпой, лаковой сумкой и губной помадой в тон. Черный гипюровый бант на алой шляпе делал её образ почти мистическим.

Я потыкала в табло билетного банкомата.

- Прямого рейса нет. Есть только с пересадкой в Лимерик. Может быть, Вам было бы удобнее поехать автобусом? – предложила я, понимая, что для пожилой леди так было бы удобнее.

- Ах, нет! – картинно взмахнув руками, воскликнула женщина буквально в ужасе. – Только не автобусом! Меня страшно укачивает. Уж лучше поездом с пересадкой. Давайте, мисс, Вы наберете нужную информацию, а я оплачу. Вот так. Благодарю Вас, мисс, Вы очень добры!

- Да не стоит благодарности, - улыбнулась я, подхватывая свой чемодан и разворачиваясь в сторону электронного табло. Нужно было понять, на какой путь прибудет мой поезд и где находится нужный мне выход на перрон.

- Может быть, Вы поможете мне найти перрон? Раз уж Вы были так любезны, я осмелюсь спросить и об этом, - всё та же леди растерянно улыбалась, глядя в электронное табло.

Я посмотрела в её билет и нашла отправление поезда.

- Вам нужно будет пройти через турникет номер три, - указала я женщине на выходы к поездам. – Пойдете прямо, и там будет нужный Вам перрон.

- О, мисс, Вы так добры и любезны! – пожилая леди расцвела в благодарной улыбке. – Проводите меня, пожалуйста, к поезду. Боюсь, я спутаю номер турникета.

Что мне оставалось делать? Только улыбнуться женщине и проводить её к турникетам, направляющим пассажиров к платформам.

У нужного турникета я остановилась.

- Вон Ваш поезд, уже стоит, видите? – указала я на прибывший пассажирский состав.

- Да-да! – закивала женщина.

- Кладите билет, - показала, куда нужно опустить билет.

- Мисс, - смущенно пробормотала женщина, - может быть, Вы пройдете со мной к поезду?

- К сожалению, я не смогу пройти с Вами к поезду, - покачала я головой. – Без билета мне не пройти через турникеты. У меня билет к другому выходу, на электричку.

- Но вот же… - женщина указала зонтом на крайний проход между магазинчиком с кофе и турникетами. – Там дырка! – с видом школьницы, собравшейся прогулять урок, заговорщицки сообщила она мне.

Я шагнула к крайнему турникету и посмотрела ближе. В самом деле, дырка. Иначе и не назовешь. Крайний турникет был открыт и, по всей видимости, не работал.

Я взглянула на телефон. Сколько у меня времени до отправления моей электрички?

Пятнадцать минут. Пора бы уже заняться и своими делами. Ладно, успею!

Я шагнула в незащищенный турникет и встретила пожилую леди у выхода на перрон. Проводила женщину к поезду, помогла подняться и, помахав ей рукой, вернулась в здание вокзала через тот же неработающий турникет.

Сунула руку в карман, чтобы достать билет. Билета в кармане не было. Блин! Да что ж я за ворона-то такая! Стояла у электронного табло, билет был в руках.

Я пошла в направлении табло, катя за собой чемодан и пристально высматривая на полу небольшую бумажку.

Когда уперлась лбом в чью-то грудь, подняла голову и ахнула!

- Вы не это ищете, Анна? – держа в пальцах кусочек бумаги, необыкновенно похожий на билет, Эдвард скептично улыбался. – Вас и на минуту нельзя одну оставить!

- Что Вы здесь делаете?! – сдвинула я брови.

- Вы не поверите! – шире улыбнулся Эдвард. – Знакомая леди позвонила мне и попросила посадить её на поезд. Я не смог отказать этой даме, ей симпатизирует мой отец. Пришлось срочно менять маршрут. Но, судя по всему, - Эдвард бросил взгляд на электронное табло, - я всё же опоздал. Какая досада! – прислушался. – Мне послышалось или объявили Вашу электричку? – взмахнул он билетом перед моим лицом. – Бежим!

Я не успела ничего осознать, когда, подхватив одной рукой мой чемодан, другой ухватив меня за руку, Эдвард потащил меня в какой-то переход, резко свернув влево перед табличкой «Первый выход».

Мы не лавировали между людьми, мы неслись так, что люди в панике шарахались в стороны от нашего галопа. Я не успевала толком ни прочитать, что написано на дверях и табличках, ни проанализировать обрывки, попавших в поле зрения, фраз.

- Здесь короче! – на бегу выкрикнул Эдвард, плечом толкнув в сторону одну из отъезжающих дверей.

Мы выбежали на перрон в тот момент, когда поезд, издав характерный звук «пффф», стал очень медленно, одну за другой, смыкать двери. Эдвард бросился к вагону и, перегородив собой дверной проем, заблокировал дверь моим чемоданом.

- Скорее, Анна! – подал он мне руку.

Я запрыгнула в вагон почти на ходу, когда поезд уже тронулся от платформы.

- Счастливого пути! – разблокировав дверь, Эдвард поставил чемодан внутрь вагона, а сам тут же выпрыгнул на перрон. - До встречи! – удаляясь за окном, помахал мне рукой.

Я опустилась на свободное сиденье, все еще не осознавая, как дрожат ноги и сердце выпрыгивает из груди от быстрого бега и стресса.

Огляделась. Обычный вагон электропоезда со скамейками и проходом посередине. Через проход от меня женщина в длинном платье придерживает на полу у ног закрытую крышкой плетеную корзину. В корзине кто-то копошится, явно живой. Рядом с женщиной девочка лет десяти, тоже одета для моего глаза достаточно непривычно, но возможно здесь так одеваются, держит на коленях корзинку с крошечными желтыми цыплятами.

Рядом со мной – джентльмен в длинном сюртуке, высоких сапогах и с тростью.

Внезапно мне стало жарко. Я расстегнула пальто. В открытую форточку ветер приносил запах леса и свежесть недавней грозы. Куда я бежала так быстро? За кем? И зачем?

Посмотрела в окно, на набирающие скорость живописные пейзажи и до меня вдруг дошел смысл испытываемого мной когнитивного диссонанса: так ли сильно здесь разнится климат с тем, откуда я уехала? Ведь там была зима. А здесь, судя по всему, лето.

Там была ночь. А здесь – день.

Глава 3

Ладони мои коснулись холодного сырого камня, и ноги нашарили внизу ступеньку. Я осторожно сделала шаг, затем второй, за ним следующий, превозмогая страх неизвестности, поджидавшей меня за поворотом винтовой лестницы, убегающей в подземные переходы замка.

Страх неизвестности все же был меньше, чем страх остаться навечно замурованной в стенах каменного лабиринта. Желание выйти из этого жуткого места, найти выход на свободу, буквально толкало меня в спину, и я продолжала свой путь, исследуя все возможные варианты.

Отдаленный скрежещущий звук донесся откуда-то снизу. Я замерла, прислушиваясь, не зная, радоваться ему или пугаться. Закричать? Но нужна ли мне встреча с неизвестно кем?

Дыхание моё стало рваным, сердце зашлось в бешеном ритме, пальцы непроизвольно сильнее вцепились в сырые камни.

Секунды превратились в вечность, звук стремительно приближался и стал похож на скрежет когтей о каменную поверхность ступеней.

В животе всё сжалось и ухнуло куда-то вниз, отдаваясь слабостью в коленях. В ожидании чего-то непоправимого, я на секунду зажмурилась, а когда открыла глаза, из сырой темноты подземелья на меня смотрели две желтые светящиеся плошки.

Плошки заскулили и ткнулись мягким носом мне в колени.

- Гав! – обернувшись куда-то назад и вниз, изрекли сияющие плошки.

- Шервуд, фу! – раскатисто прозвучало снизу, и рассеянный свет факела облизал сырые камни ступеней и стен.

Передо мной стоял чудовищно огромных размеров угольно-черный пес, похожий на добермана, но гораздо крупнее.

Я ахнула, и протянула руку, желая погладить зверя между ушами.

- Не стоит этого делать, тисса! – низкий голос прозвучал отстраненно и безразлично. – Разумеется, если вам нужны ваши прекрасные ручки.

Я перевела взгляд и уперлась в, вывернувшего из-за поворота, высокого брюнета. Мужчина в черном старинном сюртуке и кожаных штанах выглядел массивным и, несмотря на грозный тон, внушал безотчетное доверие. Я облегченно выдохнула. Безусловно, этот незнакомец поможет мне выбраться из лабиринта, а значит, я спасена. Я в безопасности.

Его правильные, красивые черты лица, выглядевшие в свете факела довольно резкими, показались мне знакомыми. Незнакомец откинул от лица длинные пряди черных волос, и я вспомнила, где видела это лицо.

- Тисса, тисса…- посторонний голос вторгся в сознание внезапно и как-то некстати.

Я распахнула глаза и встрепенулась. Я что, заснула в вагоне?

Пожилой усатый мужчина в форме, скорее всего, железнодорожной, я не разбиралась, смотрел на меня внимательно и по-доброму, почти по-отечески. - Поезд прибыл, тисса. Олд Касл, конечная. Я помогу Вам с багажом.

«Как странно он ко мне обращается», - подумала я сонно. – «Как и незнакомец во сне. Не знала, что в этих краях есть такая форма обращения: тисса. Как же многого я не знаю».

Вагон был пустым, видимо, все пассажиры уже вышли.

Я потянулась, затем поднялась с места, вышла на мощеный серым булыжником перрон и, все еще погруженная в обрывки сна, огляделась.

Солнце клонилось к горизонту. Воздух терпко пах прогретой лучами скошенной травой и луговыми цветами, устилающими доступное взору пространство.

Вдали на горизонте на вершине утопающего в зелени садов, холма живописно красовался замок, цепляющий небо остроконечными шпилями. Моментально возникло желание запечатлеть это видение, и непременно на холсте, в масле. Давно я не испытывала таких эмоциональных порывов.

С трудом оторвав взор от возвышающегося великолепия, перевела его на более близкие объекты. Рядом с одноэтажным кирпичным, крытым соломенной крышей, домиком стояла карета, запряженная парой гнедых лошадей, с виду крепких, выносливых и сильных.

Кучер, уже не молодой мужчина, увидев меня, спустился с козел и пошел в мою сторону.

Я вытащила мобильный: «Надо всё же позвонить Генри, предупредить, что я приехала».

Сеть отсутствовала.

- Добрый вечер, тисса! Ваше имя Анна? – поинтересовался мужчина, оглядывая меня, словно диковинную зверушку. Я кивнула:

- Анна.

- Меня зовут Джон Элфорд, - представился мужчина. - Я дворецкий милорда. Мне велено встретить Вас. Пойдемте, тисса Анна, я отвезу Вас в замок.

- Милорда?.. – недоуменно переспросила. А, ну да, видимо, отца Генри. – А где Генри?

- Милорд в отъезде по делам, тисса Анна.

- Как в отъезде?.. – снова не поняла я. – И почему Генри – милорд?

- Вам лучше спросить об этом у Его Светлости, тисса, - поведал мне мужчина, открывая передо мной дверцу кареты.

«Ну, ладно, могу спросить и у Генри, разумеется», - пожала я плечами и села в предложенный транспорт.

Карета загрохотала обрезиненными колесами по булыжной мостовой, и я, абсолютно не разбирающаяся в технике, покачиваясь, вдруг поняла, что у кареты действительно хорошие рессоры.

Ехали мы довольно долго. Дорога, как я поняла, тянулась вокруг холма, объезжая замок практически по кругу. В окне мимо меня плавно проплывали поля с пасущимися табунами лошадей, пастбищами коров и тенистые заросли садов с птичьими трелями и переливами.

Перед тем, как карета замедлила ход и стала подниматься в гору, в окне я увидела красивое озеро, окруженное зарослями ив. Мне захотелось распахнуть дверцу и выйти, чтобы полюбоваться пейзажем, но я не решилась. Все же глупо выпрыгивать на ходу из движущегося транспорта. Вернусь сюда, когда будет время.

Одна эта короткая дорога убедила меня, что приехала я не зря, и положительных впечатлений у меня будет масса.

Наконец, проехав над заполненным водой рвом, карета въехала в ворота замка.

Ступив на брусчатку, я увидела величественное здание с высокими арочными окнами и башенками. От фасада веяло глубиной веков и той архитектурной изысканностью, рядом с которой человек чувствует себя песчинкой в песочных часах времени.

***

Мерцание портала сошло на «нет», и Эдвард, сделав магический пасс рукой, запечатал портал древней печатью Магии Драконов. Годы учебы в Академии не прошли даром, техники выполнения заклинаний давно доведены до автоматизма.

- Гарри, дружище! Как же я рад снова видеть тебя живым! – Эдвард обнял вышедшего из портала рослого черноволосого мужчину. На последних словах фразы в голосе явственно послышалась слеза.

- Дружище, переигрываешь! – Генри усмехнулся, отстраняя друга. – Ну, будет тебе, - все же спокойно выдержал наигранный всплеск эмоций Эдварда. – Будет. Видишь, я жив. Все в порядке.

– Всякий раз провожаю тебя в Королевство теней, Гарри, как в последний раз! – чуть не рыдал на плече у друга Эдвард. Отстранился, критически оглядел грязную черную кожаную куртку и штаны Генри. – Ну и запах от тебя, дружище! Из какого болота я тебя достал на этот раз?

- Из брёгранского, - ответил Генри, тут же скинув дурно пахнущую куртку прямо на стул и закатав рукава черной рубашки.

- Ахнурх! – изогнув бровь, Эдвард удивленно обернулся к карте, висевшей на стене в одном из простенков, не занятых шкафами. - Я что, уже даже туда строю порталы?! Какие твари тебя туда загнали, друг мой?

- Лучше не спрашивай, - отмахнулся Генри, быстро записывая цифры и лишь ему понятные закорючки на первом, подвернувшемся под руку, листе. – Мне еще их зарисовывать и классифицировать.

Облако черной пыли дернулось на фоне открытого окна в закатных лучах солнца и собралось из пространства в одну точку, в доли секунды превратившись в огромного черного добермана. Вывалив из опасного оскала розовый язык, и часто дыша, пёс улегся на ковер, заняв привычное место и обдав воздух вокруг себя лёгкой изморозью, отчего на ковре образовался тонкий слой инея.

- Привет, Шервуд! – поприветствовал пса Эдвард. Пёс немного скосил глаза на Эдварда, моргнул, отчего постороннему наблюдателю могло показаться, что доберман подмигнул, и продолжил быстро дышать через оскал. – Будешь подбирать для них магические плетения и строить защиту? – Эдвард обернулся к Генри. – Да, скучная у тебя работёнка, Гарри! И перепоручить некому. Всю самую грязную работу, как всегда, на себе тащишь. Вот, то ли дело я! То во дворец, то на берег океана, то в древнюю Русь.

- Хорошо быть любимчиком монарха, - добродушно хмыкнул Генри, не отрываясь от своих записей.

- Без сомнения! – легко пожал плечами Эдвард, соглашаясь. – А ведь это странно, Гарри. В шахматы лучше играешь ты, а Его Величество Базиль предпочитает играть со мной, - Эдвард продолжил изучать карту.

– Объяснение на поверхности, - ответил Генри. – В процессе игры монарх дает тебе очередное задание, вводит в курс дела и объясняет нюансы. Все знают, что шахматы помогают ему оставаться в здравом уме, в его-то годы. А, так как задания для тебя всегда нестандартные, засекреченные или сугубо личные, Базиль не может давать их тебе на совещаниях с нами, рядовыми чиновниками.

- Пфф! Это ты-то рядовой чиновник?! Правнук родного брата монарха?! – фыркнул Эдвард возмущенно.

- Однако, именно я сейчас в должности Хранителя Печатей Междумирья в своем родовом замке на границе миров, а не при дворе Его Королевского Величества Базиля, - спокойно парировал Генри и всё же переместился на стул. Так писать оказалось намного удобнее.

- Гарри, имей совесть! – возмутился Эдвард громогласно. – Уехать сюда и запереться в своем герцогстве, было твоим личным решением! Конечно, у тебя есть свои веские причины, чтобы жить именно здесь, в междумирьи.

- Веские причины? – уточнил Генри и хмыкнул, потерев ладонью тонкий, рассекающий бровь и перечеркивающий половину щеки, шрам. – Теперь так называется моё проклятие?

- Как бы оно ни называлось, Гарри, твои предки веками были в большом почете при дворе именно потому, что несли службу на самом сложном участке Королевства! Они были одними из самых сильных Драконов! Неужели ты забыл своё генеалогическое древо?! Или тебя до сих пор терзают сожаления по поводу того, что пришлось покинуть дворец?

Генри вздохнул и промолчал.

- Или ты всё еще не можешь забыть ту свою блондиночку, как её, - пощелкал пальцами, вспоминая имя, Эдвард. – Карину? Селестину? А, Камиллу! Ну, прошло больше года, друг мой! Учитывая, что ни одна из твоих пассий не продержалась дольше этого срока, пора забыть и Камиллу!

- Кто бы говорил, – иронично хмыкнул Генри. – Твои девицы меняются с регулярностью раз в месяц. И это только те, о которых я знаю.

Эдвард развернулся и, аккуратно обойдя пятно инея на ковре вокруг развалившегося Шервуда, вернулся к столу.

- Не завидуй, Гарри! Просто я крайне редко отказываю симпатизирующим мне женщинам, - миролюбиво отозвался Эдвард. – Ты же чуть более разборчив, вот и всё. Если бы ты отвечал каждой своей гостье на её заигрывания, у тебя таких девиц было бы в два раза больше, клянусь!

- Так, где ты был на этот раз? – сменил тему Генри, на мгновение все же приподняв голову от исписанных страниц и бросив короткий взгляд на друга.

Эдвард взял из шкафа массивную бутылку темного стекла и два бокала, прошел через кабинет и сел на стул напротив Генри, с другой стороны стола. Разлил по бокалам янтарную жидкость.

- Что празднуем? – поинтересовался Генри.

- Сюрприз! – ехидно осклабившись, отозвался Эдвард.

- Надеюсь, приятный? – усмехнулся Генри, но поднял бокал.

- А то! – по-русски ответил Эдвард и, легко чокнувшись с другом, опрокинул в себя содержимое.

- Ну, показывай! – скомандовал Генри. – Раз не рассказываешь.

Эдвард почесал затылок.

- Там такая история вышла…- Эд поморщился и махнул рукой. – Я, когда тебя проводил в портал, пошел работать над заданием Базиля. Все рассчитал, начертил схему, произнес заклинание и, когда выполнял последний пасс, откуда ни возьмись, на меня просто из воздуха вывалилась какая-то ахнурхова мелкая сущность! Воплощенная!

- Да ладно! – не поверил Генри.

- Клянусь! – с жаром воскликнул Эдвард. - Ну, ты понимаешь, рука дрогнула, настройка вздрогнула! А я-то уже стою в портале! Ну, вышел я на той стороне. Лес, поле… и замок твой на пригорке.

- Да ладно! – уже отложил в сторону ручку Генри.

- Да говорю же! Ну, я в деревню зашел, с народом пообщался. Расспросил, кто в замке живет. Народ зажиточный, прям сплошной средний класс.

- Так кто в замке живет? – подался вперед Генри.

- Если я все правильно понял, Гарри, это была одна из возможных версий будущего. И в замке живет семья одного из твоих потомков.

Генри откинулся на стуле, внимательно слушая Эдварда.

- Эко тебя приложило-то!

- Да я тебе правду говорю! Ну, мне не веришь, Анну спроси! – возмутился Эдвард.

- Анну? – напрягся Генри. – Какую Анну?

Эдвард переместился, меняя положение на стуле. Немного подавшись вперед, сцепил пальцы рук и устроил локти на зеленом сукне широченного рабочего стола Генри. Поза его из расслабленной и вальяжной перетекла в так не вязавшуюся с ним, собранную и деловую.

- Помнишь наш разговор, Гарри, с одним из твоих гостей, бароном Бенджамином Арденом?

Генри сделал неопределенное движение головой, которое могло означать одновременно и да, и нет, но было расценено Эдвардом, как знак продолжать.

- Ну, тем седовласым стариком-путешественником, что не расстается со своим пестрым заплечным мешком! – уточнил Эдвард. – Это было примерно пару месяцев назад, во время обеда в честь приезда твоей тётушки Лилиан Холл... Впрочем, не важно. Вижу, что не помнишь.

- Я мало участвовал в ваших разговорах, - сдержанно заметил Генри.

- Не мудрено, мой друг! Если бы красотка Поппи во время обеда уделяла мне столько внимания, я бы тоже ничего вокруг не слышал и не видел. Кстати, у тебя с ней что-то было? – лениво поинтересовался Эдвард.

- С Пенелопой Дангероуз? Нет! Она абсолютно не в моем вкусе, – Генри качнул головой категорично, почти возмущенно и тут же усмехнулся. - Думаю, у тебя есть все шансы.

- Только в том случае, если ты дашь ей однозначный "от ворот поворот", - закинув ногу на ногу, беззаботно произнес по-русски Эдвард.

- Где ты нахватался этих фразочек, Эд?! – рассмеялся Генри.

- У Пушкина, - ответил Эдвард серьезно. – Моя предыдущая командировка. Ну, я же тебе рассказывал. Бесконечно мудрый человек! Человечище! Я такой материал оттуда привез! Образцы речи, обороты! Несколько лет изучать буду! Не сбивай меня, Гарри! Давай по порядку, - остановил сам себя Эдвард. – В тот вечер мы долго говорили с бароном и, должен признать, у него аналитический склад ума и большой опыт в путешествиях. Многие вещи он видит глубже, чем простой обыватель. Он интересовался портретами в галерее. Спрашивал, кто этот светловолосый юноша, запечатленный кистью Ванбрандта. Этот Бенджамин Арден либо провидец, либо прочел в портретах некоторое сходство с оригиналом, но художника, великого нашего современника, он определил безошибочно. Стало быть, я не мог обмануть его и сослаться на одного из твоих предков. Просто мягко сменил тему, забросав старика встречными вопросами. Ты все еще не хочешь убрать свои портреты из галереи в западное крыло, Гарри, подальше от любопытных глаз твоих гостей?

- Нет! - ответ Генри прозвучал довольно резко. - Ты же знаешь, Эд, это единственная тонкая нить, что еще удерживает меня в человеческом облике.

- Не драматизируй, друг мой, - Эдвард плеснул новую порцию напитка на дно бокалов. - Ты полон сил, ты справишься!

Генри поморщился, выдавая свои сомнения.

- Мучают боли? – поинтересовался Эдвард. – Что говорит лекарь?

Генри снова молча поморщился.

- Так что там с бароном? – спросил через минуту.

- Барон рассказал мне притчу, признанную его народом, как быль, - продолжил Эдвард. - Клянусь, Гарри, я был нем как рыба, даже не намекал ему на твою проблему! Отчего-то старик сам упомянул эту тему. Мол, подобная история уже случалась в древние века с влиятельным вельможей и тогда хозяина замка спасла девушка.

- Девушка? – Генри недоуменно уставился на друга. - Обычная девушка?!

- В том-то и дело, друг мой, что необычная! – многозначительно поднял палец вверх Эдвард. -Славянская девушка!

Генри тоже облокотился о стол и задумался:

- Почему именно славянская?

- Там что-то особенное происходит с их кровью, - Эдвард пошевелил пальцами, подбирая слова. – То ли их Боги – это их реальные предки, то ли одна из Богинь – Берегиня, кажется так он её называл, растворяется в крови славянских женщин и оберегает весь их род и тех, кого они любят. А другая Богиня – Леля просто спасает любовью всё живое вокруг себя. Одним словом, нам нужна славянская девушка, - заключил Эд.

- Нам? – иронично уточнил Генри.

- Тебе, разумеется! – усмехнулся Эдвард. – И есть одно условие: она должна полюбить тебя.

- «Должна» – хорошо звучит, - хмыкнул Генри. – А я ей буду что-нибудь должен?

- Гарри, не строй из себя тупицу! Речь идет о твоей жизни! – рявкнул Эдвард возмущенно.

- Кхм… оберегает тех, кого они любят… - задумчиво пробормотал Генри. – В этом определенно что-то есть… А что говорят наши, северные легенды?

- Наши легенды куда более жестоки, Гарри, – Эдвард поднялся и пошел вдоль камина и книжных шкафов. – Артефакты, способные тебе помочь, однозначно, есть! Но где они?! Ты искал в лесах, в горах, на болотах и в озерах Королевства Теней! Я обошел все библиотеки мира! В мифологиях, сказаниях, преданиях, легендах разных народов скрывается множество ответов на самые разные вопросы.

- Так что говорят северные легенды, Эд? - требовательно повторил свой вопрос Генри.

- Что мы должны отрубить тебе ноги и руки, и сжечь их, дабы ты мог уподобиться змееборцу, как один из последователей великого Сигурда. Тогда у тебя будет шанс победить Чёрного Змея.

- Как огненный дракон я их не устраиваю, значит? – отставив бокал, хмыкнул Генри.

- О драконах в древней мифологии говорится довольно много, - пожал плечами Эдвард. – Но все сводится к тому, что дев похищали, да грозу крестьянам приводили, - сделав круг по комнате, Эдвард снова сел на стул у стола. – Так что, ноги-руки отрубать будем? – поинтересовался неунывающим тоном.

- Альтернатива какая? – мрачно поинтересовался Генри. – Уйти на сторону Теней или прыгнуть с донжона, не раскрывая крыльев?

- Ну, это ты всегда успеешь сделать, - пожал плечами Эдвард. – Говорю же. Есть славянская мифология.

- Надеюсь, хоть там обошлось без членовредительства?

- Отнюдь. Там со змеями и драконами вообще разговор был короткий. «Мой меч – твоя голова с плеч!», - озвучил Эд снова по-русски.

- Меч… - задумчиво повторил Генри. – Калибурн! – подскочил с места и бросился к карте. Зашарил пальцем по поверхности, отыскивая знакомые названия. – Вот оно, озеро, куда король Артур вернул свой меч!

Эдвард подошёл к карте вслед за другом.

- Но это же в центре Королевства Теней, Гарри, - протянул неуверенно Эдвард. – На территории дворцовых парков короля Руперта Мордура. Я не пущу тебя туда одного.

- Пойдёшь со мной? – Генри обернулся к другу, внимательно изучая его реакцию.

Эдвард заметно сник:

- Совсем нет желания маячить своей физиономией в окрестностях папашкиного дворца, если честно, - поморщился.

- Боишься быть узнанным? – поинтересовался Генри.

- Учитывая наше внешнее сходство, меня не узнать будет довольно сложно, - усмехнулся Эдвард.

- Наложим личину, - предложил Генри.

- Ты забыл, что тени считывают мою ауру в радиусе десяти метров и не подходят ближе. Боятся, - Эдвард очень серьезно посмотрел на Генри. – Это может насторожить кого угодно.

- Верно, - согласился Генри, вспомнив, как населяющие его замок сущности прячутся по углам при появлении Эдварда. – Потому тебе не нужен проводник в Королевство Теней, - кивнул каким-то своим мыслям. – В таком случае я пойду один, Эд.

- Ты не пойдешь один, Гарри, - решительно произнес Эдвард. – Я – твой оруженосец, забыл?

Генри расхохотался:

- Эд, ты серьезно?! Это были детские игры! Дурачество! Первый курс Академии Драконов!

- Я отлично помню, Гарри, - рассмеявшись, кивнул Эдвард. – До сих пор помню запах лопаты, которую ты опустил мне на плечо со словами: «Я, герцог Генри Олдридж, правом, данным мне от рождения…».

- Да, мы отрабатывали теорию магии, чистили конюшни! - хохотал Генри.

- Вот-вот, с тех пор я – барон Элфорд, - кивнул Эдвард. – Титул рыцаря лопаты, как и баронство с гербом пожаловал мне ты. Так что не спорь с оруженосцем, сюзерен, - разлил по бокалам третью порцию.

– Хорошо, не будем тебя светить перед твоим настоящим отцом! - отсмеявшись, согласился Генри. – Вернемся к славянским девушкам. Твой знакомый барон Бенджамин Арден случаем не подсказал, где я могу встретить такую славянскую девушку? – опрокинув в себя третью порцию напитка, заинтересованно подался вперед Генри.

- Она уже в замке, Гарри, - невозмутимо ответил Эдвард. - Ее зовут Анна.

Глава 4

Я смотрела на возвышающуюся передо мной каменную громадину и пыталась осознать, как можно просто жить в таком большом доме. Раньше, в средние века, наверное, это было понятно, мой дом – моя крепость. Замок выполнял оборонительную функцию, и в нем легко размещалось целое войско воинов и рыцарей всех мастей. Но что здесь можно делать в наше время?

- Прошу Вас, тисса Анна! – голос дворецкого отвлек меня от созерцания каменного фасада. – Добро пожаловать в Олд Касл! – мужчина широким жестом руки указал мне путь наверх по монументальной лестнице к массивным двойным дверям парадного входа. – Люк, отнеси багаж тиссы из кареты в гостевое крыло, – обронил на ходу подоспевшему парню в холщовых штанах и рубахе. – Сейчас я представлю Вам нашу экономку Джуди Грин. Она проводит Вас в Вашу комнату, - распахивая передо мной тяжелую дверную створку, добавил Джон Элфорд.

Огромный зал с гулким мозаичным паркетом отразился в высоких зеркалах, уносящих затянутые гобеленами стены ввысь, под своды высоченных потолков, где эхо терялось между громадных люстр на кованых цепях. Широкая лестница поднималась из центра холла и разветвлялась под стрельчатыми арками на две, те же в свою очередь распадались на уходящие дальше вверх и два балкона по периметру зала.

Картины в массивных золоченых рамах видны были сквозь резные перила балконов.

Высокие стрельчатые окна сплошь состояли из разноцветных слюдяных мозаик.

- Добрый день, тисса Анна! Меня зовут Джуди Грин, - высокая седоволосая женщина в длинном сером платье с белыми манжетами и воротником держалась очень прямо и довольно строго, но глаза ее были добрыми и немного уставшими. - Я провожу Вас в Вашу комнату. Это на втором этаже, - женщина развернулась и стала подниматься по устланной темно-красным ковром парадной лестнице. Я последовала за ней прямо на третий этаж. Хорошо, что давно привыкла к этой путанице с этажами, ведь, что для европейцев второй этаж, для нас - третий. - Комната, которую мы для Вас приготовили, - продолжала экономка, - находится в восточном крыле замка. В западном крыле сейчас ремонт, туда лучше не ходить. Прошлой зимой в одной из комнат обвалился потолок, поэтому нынче мы туда гостей не селим.

Я лишь сдержанно ахнула в ответ на такую информацию:

- Надеюсь, никто не пострадал?

- К счастью, нет, - заверила меня Джуди.

Мы вошли в довольно просторную комнату. Стены, обтянутые светлым гобеленом с растительным орнаментом, были отделаны деревянными панелями.

Мой взгляд сразу же выхватил широкую кровать под темным балдахином с резными столбиками, резной комод, шкаф, небольшой камин с часами, открытое настежь окно с отдернутыми портьерами и тонкой, развевающейся на ветру занавеской, туалетный столик и в углу - старинное бюро со стулом. Вся мебель была антикварной, причем подлинность ее не вызывала сомнений даже на расстоянии.

Посредине комнаты, как привет из другого мира, одиноко стоял мой чемодан.

Я прошла и опустилась на банкетку в изножии кровати. Погладила мягкий бархат и улыбнулась экономке, напряженно ожидающей моей реакции:

- Мне здесь нравится.

Джуди улыбнулась мне в ответ:

- Располагайтесь, тисса Анна. Обед подадут в столовую в девятнадцать часов. Сейчас могу предложить Вам чаю с булочками. Я пришлю к Вам горничную Бритни, - и вышла, прикрыв за собой дверь.

В смежной комнате оказалась ванная. Я вымыла руки и подумала, что прежде, чем принимать душ, нужно разложить чемодан и приступила к делу.

Открыла шкаф, похожий на платяной, и замерла! Два десятка женских платьев с пышными юбками в пол занимали все свободное пространство.

Я ахнула и, борясь с призывами совести закрыть явно чужой шкаф, стала осторожно рассматривать платья. Сдержанная цветовая гамма, зато какое разнообразие текстур. Да здесь наряды на все случаи жизни! Такие шедевры мне доводилось видеть только на картинах позапрошлого века.

Не в силах сопротивляться внутреннему порыву, я достала одно платье из темно-голубого бархата, отделанное тончайшим кружевом, явно ручной работы, и, приложив к себе, повернулась к большому зеркалу на подставке. Этот цвет определенно мой, улыбнулась своему отражению.

Короткий стук в дверь выдернул меня из созерцания шедевров.

- Войдите! – отозвалась я негромко, и в комнату впорхнула молодая девушка в темно-коричневом платье и белом переднике.

Я улыбнулась: ну, точно, школьница из двадцатого века, только платье у девушки было длинное, а мама на школьных фотографиях стояла в таком же, но коротком. Мы с девчонками на последний звонок тоже такую форму надевали. В прическе девушки был закреплен небольшой сборчатый накрахмаленный кусок белой ткани с кружевами - наколка.

Девушка поставила на столик у кровати небольшой поднос и сделала книксен:

- Меня зовут Бритни, тисса.

- Очень приятно, Бритни. Я Анна, - представилась я и улыбнулась. – Если бы не знала, что Вы – горничная, решила бы, что у вас здесь костюмированный бал.

Девушка немного смутилась и разгладила свой передник ладонями:

- Нет, тисса Анна, в этом году герцог балов не давали, - отрицательно качнула головой. – А это моя обычная форма. Вижу, Вы уже выбрали наряд к обеду? – принимая у меня из рук платье, проговорила девушка, шустро пристраивая плечики с нарядом на дверцу шкафа. – Я помогу Вам одеться.

- Бритни, должно быть, здесь какая-то ошибка. Меня поселили в эту комнату, но это не мои наряды. Чьи это платья? – поинтересовалась я.

- Так Ваши, тисса Анна! - улыбнулась горничная. – Неделю назад из города все привезли, и тисс Эдвард распорядились приготовить комнату для новой гостьи по имени Анна.

- Неделю назад?.. - задумчиво повторила я, погружаясь в размышления.

Это что же, получается, неделю назад Эдвард знал, что я приеду? Неделю назад, когда я ничего не знала? А Эдвард – тот самый, с которым я познакомилась в пабе и летела в самолете? Тот, который посадил меня в поезд, приехавший в лето?

- Ну, допустим, - проговорила я задумчиво. – Возможно. Должно быть какое-то объяснение, которого я пока не вижу, - продолжила вслух, не обращаясь при этом ни к кому конкретному. - Но почему такие фасоны нарядов? Если уж Эдвард озаботился для меня гардеробом, почему не приобрел что-то более современное?

- Какие… фасоны? - не поняла горничная.

- Старинные, - пояснила я. – Что, здесь живут реконструкторы и ежедневно проводят балы?

- Да ну что вы, тисса Анна, какие балы? Давно уж балов-то не проводили! – махнула рукой девушка. – Я уж и не помню, когда маленькая была. Его Светлость-то как вернулись в замок, так и… Просто обычный обед сегодня. У Его Светлости сейчас гостят-то всего ничего, десять человек. Путешественники там или те, кто едет в Королевство Теней, ну, по делам. Зимой гостей бывало до сотни, вот тогда работы было невпроворот, еще пятерых девушек из деревни нанимали. А сейчас так, пара путешественников, да тетушка Его Светлости, тисса Лилиан Холл. Могу я помочь Вам одеться?

Слушая Бритни, я поняла, что ничего из её болтовни не поняла. Хотелось в душ и чаю. И, если уж мне и в самом деле так необходимо быть в одном из этих платьев, то в душ нужно бежать как можно скорее.

- Бритни, могу я умыться или принять душ? – почти перебила я разговорчивую девушку.

- Конечно, тисса, идемте, я Вам все покажу.

От ванны я пока отказалась, пообещав себе залечь в неё перед сном. Приняла душ, поливая себя из лейки, подвешенной на цепочке, и вернулась в комнату.

Бритни разложила на кровати выбранное мной платье, удивительное нижнее белье и чулки. Быстро и ловко уложила мои волосы в узел и помогла одеться.

Я отпустила горничную и повернулась к большому зеркалу. Довольно пышная юбка в пол расходилась книзу отцветающим тюльпаном. Я немного поправила прическу и вдруг почувствовала, что сзади что-то происходит. Подол утяжелился и оттянулся вниз, словно на него прыгнул котенок.

Я обернулась, заглядывая себе через плечо. Тяжесть и шевеление в складках юбки не просто продолжились, они усилились, давая ощущение, что сзади кто-то взбирается по подолу.

Безудержное желание заверещать во все горло я подавила в зачатке усилием воли. Без паники, Аня!

Повернулась к зеркалу боком и потянула ткань подола на себя.

Два выпученных глаза встретились с полными неподдельного ужаса моими в зеркальном отражении.

Круглый, маленький, чуть больше теннисного мяча, пушистый зверек неизвестного мне происхождения с плоским носом карликового кролика и хищными острыми зубами уставился на меня настороженно и вопросительно, но вполне осмысленно.

Еще секунду я боролась с желанием взвизгнуть и отшвырнуть "неведому зверушку" куда подальше, но взгляд в зеркале сделался настолько беззащитным и жалостным, что рука не поднялась. В следующее мгновение я поняла, что зверьку тоже страшно, так же, как и мне.

Желтая в коричневых полосках шерстка напоминала пчелиный окрас.

- Ты кто? - спросила я от неожиданности на родном.

- Ммм? – вопросительно протянул полосатик вслушиваясь в звучание моего голоса.

- Ты кто, малыш? - снова спросила я.

- Малышшш, - повторила зверушка и продолжила путь наверх, перехватывая ткань юбки тонкими лапками с цепкими коготками.

- Так ты разговариваешь?! - опешила я. Такие чудеса бывают разве?! Он что, как попугай повторяет?

- Разговариваешшшь, - снова повторила зверушка.

- А как тебя зовут? - все еще не решаясь подхватить шерстяного колобка на руки, поинтересовалась я.

Зверушка сделала совсем грустные выпученные глазки, хлопнула веками и тихонечко пропела тонким голоском, обнажая несколько рядов острых зубок:

- Эээгг.

- Эгг?! - ахнула я. - Да кому же в голову пришло назвать тебя так по-дурацки? Такого маленького милого пухлика! Кто твой хозяин?

Игрушечный Эгг шмыгнул плоским кроличьим носом совсем по-человечески и проверещал:

- По-дурацццки!

Я осторожно погладила пальцем мягкую, шелковистую шерстку питомца.

- Маленький, - проговорила с нежностью. – И такой милый.

Зверек ткнулся мордашкой мне в ладонь, потерся бочком.

- Ты как попал ко мне в комнату, а? - я почесала предложенный шелковистый полосатый бочок. - Потерялся?

- Потеряяялся, - нараспев проверещала зверушка и снова всхлипнула.

- Меня зовут Аня, - улыбнулась я питомцу.

- Аааня, - пропел зубастик.

- Пойдешь ко мне на ручки? - подставила я руку и в следующее мгновение довольно увесистый полосатый колобок, отцепившись тонкими лапками с острыми коготками от многострадальной юбки, перекатился в мою ладонь.

Я тут же подхватила его второй рукой, потому как питомец оказался значительно тяжелее, чем показалось на первый взгляд.

- Твой хозяин, наверное, тебя ищет? - спросила я. Колобок покачался из стороны в сторону, что мне, видимо, нужно было распознать, как нет. - Тогда пойдем обедать? - предложила.

Зверушка моментально скатилась с моей ладони, мягко, словно на кошачьи лапы, приземлилась на пол и закатилась под кровать.

-Эгг! - позвала я.

Приседать и лазать под кроватью в пышном платье с корсетом было, мягко говоря, совсем неудобно, но я все же осторожно опустилась на колени и несколько раз позвала зверушку:

- Эгг, ты где? Выходи! Ну, не хочешь обедать, давай, не пойдем!

Ответа мне не было. Я повздыхала о вновь приобретенном и так внезапно потерянном друге и вышла из комнаты в коридор, ведущий к лестнице.

Поворот я, видимо, пропустила, хотя, когда шла в комнату с экономкой, считала светильники на стенах. Сворачивать нужно было после седьмого бра, но мне показалось, что там сворачивать было некуда.

Одинаковые светло-оливковые узорчатые гобелены на стенах, деревянные стенные панели и настенные бра сопровождали меня на протяжении всего пути. Я понимала, что иду уже намного дольше, чем шла сюда с экономкой, но в первый раз дорога показалась мне настолько простой, что мысль о том, что я могу заблудиться, просто не посетила мою голову.

Зал, внезапно открывшийся за очередными одинаковыми дверными створками, был величественен и прекрасен. Высокие окна в пол, расцвеченные отблесками закатного солнца. Картины побед и сражений, покрывающие потолок и позолота огромных люстр на тысячу свечей. Золотая парча, обтягивающая стены и картины в огромных золоченых рамах. От обилия золота зарябило в глазах и, если бы не картины на стенах, я преодолела бы бесконечный зал намного быстрее.

Картины впечатляли. Я пошла вдоль галереи старинных полотен, вглядываясь в выражения запечатленных художниками лиц, временами вдохновенных, местами курьезных, отмечая общие черты, связывающие предков и их потомков, игру света и тени в палитре, проступившие следы битума в краске, сильно пожелтевший лак.

С одного из портретов на меня взглянули небесно-голубые глаза высокого и стройного золотоволосого принца. Только так я могла обозначить для себя этого юношу, никак иначе. Подбородок поднят, но взгляд светится умом и теплотой. Потрясающий портрет!

Мне захотелось узнать, кто он, этот молодой человек? Нужно спросить об этом Генри, когда увижу его. Возможно, это один из его предков.

Странно, но у меня не было ощущения, что на картине изображен человек, которого уже давно нет. Напротив, возникла стойкая убежденность, что этот парень жив, что он где-то здесь, совсем рядом, стоит только перейти в соседнее помещение! Да и краска на портрете совсем свежая, даже нигде не осыпался грунт.

И настолько живой энергией лучился портрет, обаятельно и одухотворенно было лицо молодого человека, что я невольно залюбовалась.

Я смотрела на портрет, как завороженная, стараясь вобрать в себя всю палитру любви, всю гамму света, впитать в себя все эти краски утреннего солнца.

- Он прекрасен! - выдохнула я слова искреннего восхищения.

- Аха-ха-ха! Был! Ха-ха-ха! Прекрасен был! Ха-ха-ха! - раздалось у меня за спиной. Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. - Вижу, Вас тоже заворожил этот портрет! Вынужден Вам сообщить, прелестная тисса, Вы не оригинальны! Не оригинальны! Ха-ха-ха! - неприятно-развязный, хриплый мужской голос раскатился эхом в пустом зале.

- Что, юная тисса, не узнаете Генри Олдриджа? Вопрос незнакомца застал меня врасплох. Я забыла, что не собиралась вступать с ним в беседу. - Генри?! - непроизвольно обернулась я к картине. Вгляделась в черты лица молодого человека. При всем желании Генри я в нем узнать не могла. - Нет, - отрицательно качнула я головой. - Это точно не Генри. Возможно, один из его предков. - Ха-ха-ха! - иронично расхохотался незнакомец. - Все так думают. Но не я, конечно же. - Должно быть, Вы хорошо знакомы с Генри, - предположила я. Для такого заявления нужны были серьезные основания. - Да. Я хорошо знаю Генри именно таким, - подтвердил незнакомец мое предположение и коснулся картины рукой. Черный камень в его перстне блеснул, рассыпая блики уходящего солнца, и приковал мой взгляд к недостающему на руке мизинцу. - Мы вместе учились в Академии. Я моргнула. Что он сказал? Учились в Академии? Он шутит?! Генри учится в университете. Незнакомец, явно, старше Генри лет на пятнадцать.

Я окинула мужчину беглым взглядом. Высокий, худощавый и закостенелый до сутулости. Не спортсмен, сразу же поняла я. Не было в нем пластики и грациозности, свойственной людям, занимающимся любым видом спорта, начиная от элементарной пробежки и заканчивая танцами. Но в этом мужчине ощущалась скрытая сила. Я бы точно не рискнула назвать его слабым.

Черные волосы средней длины уложены назад с помощью геля, не иначе. Орлиный нос, глубоко заложенные носогубные складки и опущенные вниз уголки тонких губ делали незнакомца старше, накладывая на лицо печать вечного недовольства. Даже когда он смеялся, надменно приподнимая подбородок, смех его звучал холодно, иронично и зло.

Как он мог учиться с Генри?! Видимо, недоверие, отразившееся на моем лице, что-то сообщило собеседнику, потому что он внезапно шагнул ближе. - А хотите, я открою Вам страшную тайну? - таинственно произнес мужчина, и его темные глаза оказались вдруг слишком близко. Он впился взглядом в мое лицо, словно пытался поглотить меня. Ощущение скованности и удушения нахлынуло внезапно, словно меня стиснули невидимыми жгутами по всему телу. Я с силой сделала глубокий вдох, и ощущение ослабло так же внезапно, как и появилось. Мне стало немного жутко, хотя я редко боялась мужчин, и я отстранилась. - Никто не знает, что произошло с Генри! - торжественным шепотом поведал незнакомец. Лицо его из загадочного вернулось в напряженное и острое, растянулось в хищной улыбке, и мужчина снова громко расхохотался. Отчего-то смех его не был ни веселым, ни добрым, ни заразительным. "Он точно знает, что произошло с Генри", - подумала я, глядя в эту жесткую черноту его глаз. - " А что, собственно, с ним произошло? Где Генри, в самом деле? Он пригласил меня сюда, не встретил и до сих пор не вышел на связь».

- Я не представился, - не выпуская меня из визуального захвата, продолжил собеседник. – Виконт Харви Блез, к Вашим услугам, тисса… - виконт сделал паузу, ожидая, что я назову своё имя, но я молчала.

От него шла непостижимая волна опасности. Вязкая, как патока, тёмная и подчиняющая. Мне не хотелось с ним знакомиться. Хотелось, напротив, никогда больше с ним не встречаться, кто бы он ни был. Нужно развернуться и бежать из этого зала, пока…

«Пока что, Аня?», - мысленно одернула я себя. – «Не будь дикой! Ты всегда умела общаться с людьми».

- Могу я узнать Ваше имя? – Харви Блез снова сделал шаг в мою сторону.

- Анна, - нехотя все же я представилась.

- Какое прекрасное имя! – улыбнулся виконт, но жесткие черты его лица при этом не стали мягче. Отчего-то меня внутренне передернуло от его улыбки. Нервы расшалились, что ли? С чего бы? – Оно Вам очень идет, тисса Анна. Такое же строгое, цельное и чистое, как овал Вашего прекрасного лица, - взгляд Харви Блеза сделался одобрительным и откровенно мужским.

Он что, заигрывает со мной? Я снова отступила в сторону двери в другом конце зала.

Нужно было сказать, что мне приятно было познакомиться и, что я ищу столовую. Скорее всего, виконт вызвался бы мне помочь, возможно, даже проводить, но отчего-то мне не хотелось, ни просить этого господина о помощи, ни того, чтобы он меня провожал. Я не понимала, в чем причина, но справиться со своими ощущениями не могла. Мне не хотелось поощрять его интерес ко мне.

- Всего доброго, тисс Блез, - делая еще один шаг в сторону двери, решилась я покинуть зал. – Мне уже пора.

«Не могу сказать, что мне было приятно познакомиться», - добавила мысленно. Развернулась и пошла довольно быстро и решительно, привыкая к покачиванию длинной юбки и стараясь не наступить на подол новыми туфлями.

- Но куда же вы?! – виконт схватил меня за руку выше локтя так резко, что я крутанулась по инерции и упала бы, если бы мужчина не подхватил меня. – Не так быстро, моя кошечка! – сжимая меня в объятиях, проговорил виконт. Голос его стал обволакивающим и мурчащим. – Я еще не успел тобой насладиться, - склонился к моему лицу для поцелуя.

Я резко скользнула вниз и взмахнула руками вверх, разрывая его объятие. Хотелось врезать лбом по его аристократическому носу, но мне стало жаль свой лоб, поэтому я просто с силой оттолкнула мужчину.

Развернулась и, подхватив юбки, побежала к двери из зала.

- Ха-ха-ха! – раздалось у меня за спиной. – Что ж, я даю тебе фору десять секунд и иду тебя искать, крошка! – прокричал мне вслед Харви Блез. – Я обожаю прелестных девушек, которым нравится портрет юного Генри!

Я выскочила в еще один коридор, который причудливым образом поворачивал и расходился резными лестничными пролетами налево и направо вниз. Куда? Свернула направо и снова побежала.

Я не знала, пошутил ли этот психопат, или он всерьез станет меня догонять, но проверять отчего-то не хотелось. Пожалела, что оставила телефон в комнате. Почему здесь совсем нет сети?

На одном из лестничных переходов остановилась, чтобы отдышаться. Уперлась руками в перила и облокотилась. Левая пятка саднила. Новыми туфлями сбила ноги. Ну, ничего, доковыляю до комнаты, в аптечке был пластырь.

«Наверное, я просто себя накрутила. Не станет он гоняться за мной в самом-то деле, этот взрослый мужик. Зачем ему это?», - подумала я, когда услышала наверху быстрые уверенные шаги. – «Блин!», - запаниковала я и отклонилась к стене, обшитой деревянными панелями, чтобы не отсвечивать в пролете. – «Пусть он свернет налево и пройдет мимо!», - почти взмолилась мысленно.

Деревянная панель под моей спиной подалась назад и остановилась.

Шаги приближались.

Я обернулась к панели. Она углубилась внутрь, открыв взору металлические полозья.

Я уперлась в панель ладонями и толкнула ее влево. Нет, не поддается. Толкнула вправо и панель сдвинулась. Открылся небольшой узкий проход.

Я протиснулась в него и задвинула за собой панель. С тихим щелчком панель встала на место.

Я облегченно выдохнула и только тут поняла, что оказалась в кромешной тьме каменного подземелья.

Глава 5

- Выходит, ты похитил невесту моего праправнука? Ты в своем уме, Эдвард?! – тяжелым взглядом Генри осуждающе уставился на друга.

- Ну не то, чтобы невесту, Гарри! Они виделись-то пару раз всего, - поморщившись, выкручивался Эдвард.

- Верни девушку обратно! Немедленно! – тяжелая ладонь Генри опустилась на стол поверх бумаг.

- Да подожди ты! Верни, верни... – возмутился Эдвард. – Кто ее держит? На ней артефакт! Захочет вернуться, уйдет обратно в любой момент! Спасибо твоему правнуку, удружил! А то бы я еще неделю думал, как ее провести! Разумеется, придумал бы, но сложнее. Дай дорассказать! Так вот, провел я Генри младшего от больницы до самого замка, спасибо за шлем, кстати! Никто даже не заподозрил моего присутствия. Хорошая находка, Гарри, качественный артефакт-невидимка! Я когда в пабе увидел, как он на нее смотрит, когда она не видит! Присмотрелся, ну, хороша же! А когда узнал, что она еще и славянка, понял, что это удача чистой воды! Девушку надо срочно умыкнуть!

- Ты о чувствах моего правнука подумал?! – гневался Генри. – А о чувствах девушки?!

- Я о тебе подумал, - покаянно вздохнул Эдвард. – Генри младший будет один недолго. Он парень общительный и заметный. А вот ты…

- Я незаметный? – хмыкнул Генри.

- Отнюдь, - Эдвард был показательно серьезен. – А вот с коммуникациями у тебя напряг ощутимый. Может быть, эта девушка – твой последний шанс, Гарри. Ведь, если у тебя не будет детей, то не будет и правнуков, - на слове «правнуков» голос Эдварда трагично дрогнул.

Генри расхохотался в голос:

- Шут гороховый! Вот как на тебя сердится?!

– Чё ты ржешь, светлость?! – возмутился, оскорбленный в лучших чувствах, Эдвард. – Побрейся иди, лучше, да ванну прими. А то от тебя болотом смердит за версту. Девушка зайдет в кабинет и сбежит отсюда сама, без моей помощи. Кольцо-то всё еще у неё!

- Эдька, поторопись-ка! – тоненько, но решительно и грозно пропищало откуда-то из-под стола по-русски командным тоном.

- Кто поторописька?! - Эдвард наклонился и непонимающе уставился на желто-полосатый меховой комок, вопящий, что есть силы и отчаянно дергающий его за штанину тонкими лапами. - Я?!!! - взревел от возмущения. - Сам ты поторописька, мелочь мохнатая!!! Уйди! Уйди, я сказал! - Эдвард попытался стряхнуть колобка со штанины, но тот моментально вцепился острыми когтями Эдварду в руку.

- Ты! Ты, поторопись-ка! - вопило существо, не выпуская из когтистых лап руку Эдварда.

- Да что же это за наказание такое! - взревел мужчина и скомкал колобка, как снежок.

Размахнулся и швырнул об стену, но звереныш в последнюю секунду впился острыми зубами Эдварду в палец и повис на руке.

- Аааа! - завопил, как раненый лось, Эдвард.

- Ыыыы! - заверещала сквозь стиснутые челюсти мелкая сущность.

- Кто его вообще сюда выпустил?! - тряся окровавленной рукой, на которой мертвой хваткой повис Эгг, орал Эдвард. - Чья это мелочь?! Отпусти палец, зверюга! Откусишь ведь! Я тебе все зубы потом повыдергаю! Это же он в прошлый раз на меня из воздуха выпрыгнул, дикий зверь! Сбил мне все настройки портала! - пожаловался Эдвард Генри.

Герцог взглянул на сущность внимательнее, задержал взгляд на несколько секунд и чему-то улыбнулся:

- Что он говорит? – поинтересовался у Эдварда.

- Ненормативная лексика! - проорал Эдвард.

- Вполне литеватувный вусский! - не разжимая челюстей, возмутился колобок.

- Найду того, кто тебя воплотил и прибью! Отпусти палец, я сказал! – тряс рукой Эдвард, пытаясь сбросить колобка.

Эгг держался зубами крепко и отпускать, по всей видимости, собирался не скоро.

- Хорошо! Хорошо, отпусти! Бить не буду, отпусти! Отпущу с миром, говорю же, отпусти только! – почти взмолился пораненный мужчина.

Малыш разжал челюсти и Эдвард, отшвырнув колобка в сторону, бросился к шкафу, где лежала аптечка.

Вывалил все содержимое прямо на стол и начал хватать из кучи лекарств бинт, перекись, флаконы с обеззараживающими растворами. Промыл и обработал рану, забинтовал.

- Эдька, Анечка! Анечка пропала! - проверещал зубастик.

- Ты еще и говоришь?! - более, чем недружелюбно глянул на колобка Эдвард. - А почему по-русски-то?!

- Анечка говорит по-русски, вот и я буду так говорить! - насупился колобок. - Анечка пропала, Эдька! - снова дернул мага за штанину малыш. - Я не чувствую ее в замке!

- Так это она тебя воплотила что ли? И когда только успела?! - хмыкнул возмущенно. - Постой, ты же свалился на меня до ее приезда! - Эдвард озадаченно уставился на меховой полосатенький мячик.

- У тебя есть имя, малыш? - вмешался в диалог Генри.

Колобок стушевался, спрятал ручки и откатился под стол.

- Погоди, не убегай, - снова обратился к колобку Генри. - Твой хозяин дал тебе имя?

- Эээгг, - тоненько пропищала сущность из-под стола.

Генри взглянул на Эдварда. Глаза его смеялись.

- Неет, - покачав головой, Эдвард отступил от стола. - Не-не-нет, Гарри, даже не намекай! Я понял, о чем ты подумал! Я не мог притянуть из пространства эту пакость! Я просто тогда разозлился и отшвырнул его со словами, типа: "Яйца из воздуха валятся!".

- Эдька, Анечка пропала из замка! - цеплялся за брюки Эдварда пухлик.

- В смысле пропала? Она же только что приехала! Куда пропала? – плохо соображая от боли, не понял Эдвард, потряхивая укушенной рукой.

- Я не знаю! Я везде ее искал! Ее нет! - печально сообщил зубастик.

- Где она остановилась, можешь показать? - спросил Генри.

Колобок кивнул и покатился по ковру кабинета в сторону выхода.

- Шервуд, со мной! - отдал команду Генри.

Подпрыгивая вверх по ступеням лестницы, словно мячик, зубастик привел хозяина замка в комнату Анны.

- Она была здесь, когда мы познакомились, - вздохнув, сообщил зверек.

На кровати лежали джинсы и футболка. На прикроватном столике – тонкая серебряная цепочка с массивным кольцом.

Генри взял в руки кольцо и внимательно на него посмотрел.

- Артефакт? – спросил Эдвард.

Генри утвердительно покачал головой, вслушиваясь в магические поля кольца, затем положил кольцо на место:

- Да, именно та копия помолвочного кольца моей бабушки, что я сделал полгода назад. Зря она его оставила. Было бы проще, если бы кольцо было на ней, - взял с кровати футболку и дал понюхать доберману. - Шервуд, ищи! - отдал команду.

Пес в мгновение рассыпался в угольную пыль и рассосался в пространстве.

- А как ты так быстро выучил язык? – подозрительно взглянул на своего охранника Эдвард.

- Так кристалл-адаптер, - раскачиваясь, как Ванька-встанька из стороны в сторону, тоненьким голоском пропело существо. – Ты же лингвист, Эдька, хоть и любитель, знаешь, чтобы я по-человечески заговорил, в меня нужно закодированную прогу закачать. Артефакт помогает мне освоить язык, - и вытащило откуда-то из меха нежно-розовый кристалл.

- Что?! - вылупив глаза, завопил не своим голосом Эдвард. - Ты спер мой кристалл?! Да я тебя!.. Да я тебя развею! Да я тебя прокляну! Верни! Отдай! Это мой артефакт! Я его три месяца заполнял! А ты взял и спер?! Нет, Гарри, ты видел этот наглый комок шерсти?! Это же уму не постижимо! Это же такой позор на мои седины!

Генри лишь задумчиво молчал, но глаза его смеялись.

- Это же просто наказание какое-то! За что?! За что?! – вопрошал Эдвард кого-то сверху, воздевая над головой руки.

- Ты не раз говорил, что тебе нужен охранник, - сдержанно улыбаясь, проговорил Генри.

- Охранник, Гарри! Охранник, а не недоразумение!

- А по-моему из Эгга вырастет хороший охранник. С его-то хваткой и челюстями.

- Ты видел сущностей, которые ходят по твоему замку? – обернулся Эдвард к Генри.

- Ну, разумеется, - согласился Генри.

- Против кого из них Эгг сможет выступить? Назови хоть одного!

- Я знаю лишь, что все эти сущности расползаются и прячутся, когда ты входишь в помещение. А Эгг тебя не боится.

Эдвард на мгновение замер, словно эта мысль оказалась для него неожиданно новой.

Генри с улыбкой наблюдал за возней на ковре своего оруженосца и шустрого полосатого колобка - охранную темную сущность и проводника в Королевство Теней.

- Он и мой тоже! - спрятав кристалл куда-то под шерстку, отбрехивалась мелкая сущность, убегая.

- С каких таких праздничных распродаж он твой?! - безуспешно ловил колобка Эдвард, но уже беззлобно.

Минут через пять Шервуд материализовался в комнате, собравшись из мелких черных точек, рассредоточенных в пространстве в привычный для человеческого глаза облик.

- Есть? - спросил его Генри.

Пес мотнул головой в сторону двери.

- Веди меня к ней, Шервуд! - скомандовал Генри. - Эд, на тебе обед. Займи гостей, побудь паинькой, представь Эгга, - поддел друга. - Можешь сесть во главе стола.

- Повесели гостей, ты хотел сказать?! - вслед Генри хмыкнул Эдвард, подхватывая на руки полосатый меховой комок. – Как я тебя людям покажу, а?! Невоспитанный! – почти нежно шлепнул колобка по пушистому боку. – Тащишь все, что плохо лежит! Гарри, ты все же постарайся быть на обеде! – крикнул Эдвард в спину удаляющемуся герцогу. – Отец говорил, сегодня прибыл новый гость, виконт Харви Блез.

Генри остановился и обернулся. Посмотрел на Эдварда внимательно:

- Почему ты сразу не сказал?

- Забыл, - развел руками Эдвард. – Харви – не тот парень, о ком хотелось бы помнить, извини. После того, как он на первом курсе сдал декану нашу отправку ночных ваз с портретами внутри, преподам…

- Что ему может быть нужно? – негромко проговорил Генри, продолжив спускаться по лестнице вслед за Шервудом.

- То же, что и всем гостям, я думаю, - пожал плечами Эдвард. – Темная воплощенная сущность-проводник в Королевство Теней, коими по самую макушку наводнен твой замок.

Генри с сомнением качнул головой:

- Харви занимал мою должность и жил в моем замке, пока я… был в госпитале, - обронил нехотя.

Эдвард присвистнул:

- Почему я об этом узнаю только сейчас?

- Наверное, потому, что ты в это время жил во дворце и выполнял поручения Базиля, - констатировал Генри. – Мое место - не повышение, Эд, если ты помнишь. Своего рода ссылка.

- Добровольная! – встрял Эдвард.

- В любом случае, Харви Блез - слишком серьезная тема, чтобы обсуждать это на ходу посреди коридора. Давай, я верну Анну в её комнату, и мы поговорим о Харви.

- Хорошо, - согласился Эдвард в удаляющуюся спину Генри. – Моя помощь тебе точно не нужна?

- Справлюсь, - буркнул Генри, сворачивая за Шервудом в западное крыло замка.

***

Обступившая темнота была кромешной. При всем желании я не смогла бы разглядеть даже свою руку, поднесенную к глазам. Напрасно я поспешила заскочить в открывшийся лаз, даже не удосужившись сначала в него заглянуть и оценить обстановку. Но в тот момент меня толкала в спину паника от возможной новой встречи с Харви Блезом, придав ускорение и напрочь отключив мозги.

Ждать, когда глаза привыкнут к темноте, показалось мне глупым. Вряд ли можно будет разглядеть здесь хоть что-то, даже по прошествии времени. Осторожно я провела руками справа и слева от себя, пытаясь понять, как велико пространство, где я нахожусь.

Слева на расстоянии вытянутой руки была, уходящая вверх, холодная и шершавая каменная стена. Справа не было ничего. Я слегка потянулась рукой, стараясь пальцами нащупать хотя бы какую-то поверхность. Совсем ничего.

Пустота испугала больше, чем ощущение холодного камня под рукой. Никогда не считала себя трусихой, но под ложечкой неприятно засосало: а что, если там пропасть?

Услужливое воображение тут же подкинуло картинку с каменным колодцем, на дне которого застыли останки нескольких несчастных, неудачно сунувших свой любопытный нос в стенную панель.

По коже прошел озноб. Я провела руками по плечам, вспомнив, что я в лёгком, достаточно открытом платье, а в помещении холодно и, по ощущениям, сыро. В жилых комнатах замка все же было намного приятнее, несмотря на то, что также было не жарко.

Осторожно присела и ощупала пол под ногами. Небольшая каменная площадка, на которой я стояла, слева упиралась в стену, а справа продолжалась еще примерно на метр и обрывалась.

Махнув рукой на платье, не до него уже, я опустилась на колени и исследовала каменный край. Ступенька! Возможно, отсутствие стены - просто лестница?

Я поднялась на ноги и, придерживаясь за стену, осторожно нашарила ногой ступеньку. Шагнула раз и второй, и третий.

Поняв, что пропасть мне не угрожает, я облегченно выдохнула и поднялась обратно к закрывшейся панели. Стала ощупывать стену вокруг неё, уделяя внимание каждому незначительному каменному выступу. Нажимала на мельчайшие выбоины в камнях и тянула в разные стороны выступы, пытаясь сдвинуть панель с места. Как-то ведь я открыла её с той стороны, значит, можно открыть и с этой!

Отдаленное шарканье тяжелых ног послышалось на лестнице, с той стороны, откуда я пришла. Я припала ухом к деревянной поверхности.

К приближающимся шаркающим звукам, доносящимся извне, добавились лязганье и металлический скрежет, словно по каменному полу волоком тащили огромный сейф. Звякнула металлическая цепь. Что это может быть? Что там происходит?

Звериный рёв огласил лестничный пролет и, должно быть, его услышал не один этаж. В первое мгновение я невольно отпрянула от панели. В воображении возник образ огромного медведя, уж слишком этот рёв напоминал медвежий, слышанный мной раньше в цирке и по телевизору.

Но в следующее мгновение я подумала: «Даже если это медведь, вряд ли он бродит по замку в одиночестве. Скорее всего, с ним есть дрессировщик».

Я воспрянула духом: если мне слышны эти звуки, значит, люди услышат и меня! Нужно только позвать на помощь!

- Помогите! – крикнула я громко и стукнула кулачком в деревянную панель. – Слышите меня?!

Никто не откликнулся, только рёв усилился и стал ближе, смешиваясь с хриплым, тяжелым дыханием, словно зверь находился прямо по другую сторону панели.

Я снова постучала кулаком в панель:

- Надавите на панель, пожалуйста! – прокричала. – Выпустите меня!

Только клацанье металлической цепи и оглушительный звериный рёв были мне ответом.

Неужели медведь без присмотра бродит по замку?

Я прислушалась к звуку удаляющихся тяжелых шагов и клацанью цепи. Опустилась на ступеньку и задумалась.

Разумеется, я много раз слышала о том, что в старых замках существуют тайные подземные переходы, сокращающие расстояния между покоями. В разное время и в разных целях ими пользовались как сами хозяева замка, так и их приближенные, посвященные в схемы переходов.

Возможно даже, я бы тоже с любопытством посмотрела на подобные лабиринты при осмотре достопримечательностей замка с экскурсией, или побродила по темным переходам с человеком, в чьих руках был бы фонарь, или, в крайнем случае, факел, представься мне такая возможность.

Но вот о чем я точно никогда не мечтала, так это бродить в кромешной тьме совершенно одной по каменным коридорам с лестницей, ведущей неизвестно куда. И есть ли отсюда вообще выход?

Новая волна паники накатила внезапно, жаром укрыла с головой, стремительно вытеснив собой короткую радость от побега и избавления от преследователя. Воздух стал острым и колючим, и не протискивался в лёгкие. Ладони вспотели, зубы отбивали нервный рваный ритм.

- Аня, держись! – клацая зубами, вслух приказала я себе, потирая озябшие плечи и пытаясь расслабиться, чтобы перестать дрожать. – Какое счастье, что я не страдаю клаустрофобией! Просто замерзла, – снова подбодрила себя, сосредотачиваясь на дыхании. – И должен же быть механизм, открывающий панель с этой стороны!

Холодный и гладкий, по ощущениям, живой предмет скользнул по щиколотке. Взвизгнув, подскочила я со ступеньки и бросилась наверх, к спасительному выходу.

Конечно, без привычки подхватывать длинный подол, я тут же наступила на его край и грохнулась на каменный пол.

Рука уперлась во что-то упругое, гладкое и живое. Толстый скользкий жгут под рукой сдвинулся с места и потек вверх.

- Ааа! – отдернув руку, завопила я во весь голос, подскакивая с пола и отряхиваясь, как собака после купания. – Что это?! Бррр! – дрожала, нервно подергиваясь. – Это же змея! Огромная змея! Мамочка! – горячие слезы потекли по моему лицу.

Осознание, что эта огромная змея непременно ядовита, а я её потревожила, придавило своей неизбежностью. Я приготовилась к самому худшему.

Не знаю, чего ожидала точно, что змея бросится на меня и укусит, или, что она обовьется вокруг меня и придушит, но ужас неминуемой скорой кончины приблизился ко мне вплотную, дохнул в лицо затхлой сыростью каменного подземелья.

- Господи! – вырвалось у меня непроизвольно. – Меня же здесь никто никогда не найдет! – шмыгнула внезапно расклеившимся носом. – Боже, если ты меня слышишь, спаси меня! – прошептала, вложив в последнюю мольбу всю свою веру, надежду и душу.

Резкий поток воздуха откуда-то сверху заклубился вокруг меня и осел прямо у моих ног. Визгливые, фыркающие, почти лающие звуки понеслись в этом потоке, сплелись с громким шипением и стремительной возней внизу.

Я не видела, что происходило передо мной на площадке, но была уверена, что там развернулась настоящая борьба, точнее, битва.

Не могу сказать, сколько минут длилось суетное копошение, время растянулось. Боясь пошевелиться, я застыла в напряжении каменным изваянием.

Наконец все стихло. Тихое пофыркивание сообщило мне, что на площадке остался зверек, спасший меня от змеи.

Шуршание, прыжок! И ко мне на плечо, задев щеку мехом, приземлился мягкий и пушистый спаситель.

От неожиданности я снова опустилась на ступеньку. Осторожно погладила своего спасителя, пытаясь понять, что за зверь меня спас. Небольшое тельце, маленькая голова, острые ушки с мягкими кисточками, большой, пушистый хвост.

В лапах зверек держал небольшую коробку. Я взяла коробочку и покрутила в руках. По характерному шуршанию догадалась: спички!

Вытащила одну и чиркнула об коробку.

Подземелье осветилось яркой вспышкой. На мгновение я зажмурилась: после кромешной тьмы свет был нестерпимо ярким.

С моего плеча ко мне на колени прыгнула рыжая белка и уставилась на меня умными, озорными глазками-бусинами. Я тут же вытерла слёзы и осмотрелась: змеи нигде не было. Значит ли это, что она уползла вниз?

- Спасибо тебе, что спасла меня! - проговорила я искренне и погладила, наблюдающую за мной, зверушку.

Белка сделала смешное движение лапками, словно махнула рукой: «Да, ладно тебе!» и перепрыгнула с моих колен на ступени лестницы.

Первая спичка догорала, оставляя угасающим пламенем в душе тревожный след. Мой взгляд зацепился за закрепленную на стене деревянную палку, обмотанную, пропитанной маслом, ветошью.

А вот с этим уже можно жить! Я поднялась и подожгла факел. Ветошь вспыхнула моментально, облизав огнём многовековые камни.

Не придумав ничего лучше, я спрятала спички, как самую большую ценность, за корсаж платья.

Белка прыгнула вниз на пару ступеней и остановилась. Обернулась ко мне, словно поджидая, иду я или нет.

Идти в неизвестность было страшно.

- Возможно, стоит еще раз осмотреть панель с факелом? – предложила я нетерпеливому зверьку. Белка снова махнула лапками: «Давай, смотри уже!».

Внезапно мне стало легко и радостно. Рассказать кому, это же уму непостижимо: разговариваю с белкой в лабиринте замка!

Я осторожно сняла факел со стены и тщательно осмотрела деревянную панель. Лишь убедившись, что теперь я абсолютно уверена в том, что не знаю, где может находиться тайный механизм, я была готова двинуться на поиски выхода.

А что мне оставалось? Максимум, что я могла предложить, так это сжечь эту панель. Но, где была гарантия, что не задохнусь здесь первая? Нет, на такие меры я пока была не готова.

Подхватив длинную юбку, я повернулась к белочке:

- Хорошо, пойдем! Надеюсь, ты знаешь дорогу, - память подкинула слово, слышанное в детстве, у бабушки в деревне, - Векша?

Глаза белки вспыхнули драгоценными камнями. Или мне только показалось в свете факела?

Глава 6

Эдвард не спеша вошел в гостиную и, не привлекая к себе внимания, остановился у распахнутых настежь дверей. Окинул присутствующих быстрым взглядом.

Справа у разожженного камина расположились в креслах гости Генри – известный в Королевстве Драконов путешественник барон Бенджамин Арден и вдовствующая тётушка Генри – маркиза Лилиан Холл, решившая проведать племянника после возвращения в замок и заодно обзавестись охранником – тёмной сущностью.

Маркиза в бархатном платье цвета спелой вишни походила на портрет императрицы из учебника по истории. Держалась Лилиан с неизменным достоинством, так же, как и рыжая упитанная кошка, сидящая у нее на руках. Судя по вниманию, с каким маркиза слушала собеседника, можно было утверждать, что разговор с бароном был ей интересен, а по лучезарной улыбке маркизы, что собеседник был ей еще и приятен.

- Давно хочу Вас спросить, тисс Бен, - донесся до Эдварда глубокий голос тиссы Лилиан. – Как Вам удалось в короткий срок так хорошо выдрессировать Арди? – женщина легко повела унизанной перстнями кистью руки, указав на сидящего неподалеку огромного, почти чёрного медведя. – Ведь еще месяц назад он был дикой и неуправляемой темной сущностью, а сегодня Вы уже сняли с него кандалы и ошейник и привели в гостиную. Думаю, Генри дал Вам какие-то особенные коды и приемы для дрессировки такого мощного зверя?

- Вы абсолютно правы, дорогая тисса Лилиан, - отозвался, расположившийся напротив неё, высокий и кряжистый, как старый дуб, седобородый мужчина с ясным, живым взглядом. – Генри дал мне дельные практики и приемы, но, думаю, причина успешности моей работы с Арди не в этом, – барон сделал паузу, и женщина, поглаживая, сидящую у неё на коленях, кошку, заинтересованно вскинула брови. – Как Вы знаете, я посетил великое множество самых разных стран и королевств. Безусловно, все они по-своему неповторимы и прекрасны. И вот, прошлой осенью мне довелось побывать на Руси. Это удивительная земля, тисса Лилиан! Там мне повезло познакомиться с Волхвами. От них-то я и узнал магические вещи, по силе и замыслу равных которым нет ни в одной культуре нашего мира. В том числе и знание о русском языке. Я узнал, что язык этого народа – это язык программирования подсознания. У него есть образность. Каждая буква – это некий образ, с помощью которого я могу напрямую общаться с подсознанием сущности, отправляя ей образную программу. И Арди я дрессирую только на русском языке. Уверен, что именно с этим связаны его феноменальные успехи.

- Поразительно! – от удивления выпустив кошку и взмахнув руками, подалась вперед женщина. – Но, если это правда, тисс Бен, Вам нужно немедленно зарегистрировать свое открытие в Академии Драконьих Наук Королевства Арнбьорн! Его Величество Базиль Бесподобный очень ценит такие открытия!

- Это не мое открытие, тисса Лилиан, - легко рассмеялся барон. – Я всего лишь встроился в систему уникального культурного кода, зашитого в их языке. Вот и всё.

- Но как? Как Вам это удалось? Ведь Вы, тисс Бен, – не русский! – обескураженно разведя руками, откинулась на спинку дивана маркиза.

- Неважно, какой ты национальности, тисса Лилиан, - терпеливо объяснял путешественник. – Если ты говоришь по-русски, ты уже несешь в себе магический код. А я, как Вам известно, владею всеми двадцатью семью языками нашего мира.

- Никогда в Вас не сомневалась, тисс Бен! Всегда с интересом читала о Ваших перемещениях и путешествиях! Но, скажите на милость, как? Как это работает? Откройте же мне этот секрет! – снова с интересом подалась вперед маркиза. Глаза её блестели от любопытства.

- Видите ли, тисса Лилиан, нужно учитывать, что Арди – не настоящий медведь. Он не наделен истинной духовной силой медведя. Мне самому крайне любопытно, сумел бы я так же подчинить настоящего медведя? Честно говоря, сомневаюсь. Дело в том, что любой предмет – это прежде всего функциональная модель, - объяснял барон буквально на пальцах. – У неё есть функция, есть характеристики, есть противопоказания, взаимодействия. Так вот, чтобы механизм заработал, все модели между собой по каким-то параметрам и функциям должны совпадать. И без любой из моделей механизм работать не будет. Шестеренки нужно смазывать…

Эдвард перевел взгляд на, сидящего позади барона, огромного медведя. Медведь приподнялся на четыре лапы, мотнул косматой башкой, сделал шаг в сторону и, набычившись, уселся у стены, искоса поглядывая на Эдварда. Рыжая кошка в руках у тиссы Лилиан вздыбила шерсть и, резво вскочив на плечо маркизы, перепрыгнула на спинку дивана. Уселась как можно дальше. Поводок натянулся и впился в рыжую шерсть, ограничивая перемещение воплощенной сущности.

Мужчина и женщина, увлеченные беседой, не заметили изменений в поведении своих питомцев.

Эдвард прошел дальше, в левое крыло гостиной, где на кожаном диване разместилась светская львица – Пенелопа Дангероуз. Эдвард вспомнил, что Поппи прибыла в замок одной из первых, примерно через полгода после возвращения Генри из госпиталя, как только прошел слух о том, что в Старом Замке водятся тёмные сущности, которые воплощаются в охранных проводников в Королевство Теней, и герцог Генри Олдридж сам лично помогает их дрессировать. За вполне приличные деньги, правда, но пока это условие не остановило ни одну из претенденток на его руку и сердце.

- Я всегда мечтала посетить соседнее Королевство, но опасалась, - отчаянно стреляя в герцога томным взглядом, кокетливо поведала тогда Пенелопа. – Теперь, надеюсь, смогу поехать туда легко. Не терпится увидеть монстров, которыми нас запугивали с детства.

Серебристая змея, толщиной в руку Эдварда, скрутилась у ног женщины, демонстрируя к своей хозяйке интерес чрезмерный и скорее гастрономический, чем охранный.

«Нужно сказать об этом Гарри», - подумал Эдвард, с удовольствием останавливая взгляд попеременно то на глубоком декольте, то на соблазнительно прогнутой спине, подчеркивающей, затянутые в неприлично узкое платье, нижние округлости, то на призывно полураскрытых, неестественно пухлых губах девушки. – «А то, чего доброго, сожрет эта тварь девицу при случае и не подавится».

Рядом с девушкой, спиной к Эдварду стоял вновь прибывший гость, довольно молодой и очень высокий брюнет. Кажется, отец, встретив и разместив гостя, как положено, называл Эдварду его имя, какое-то иностранное. «Клод Турло», - вспомнил Эдвард. – «Без титула».

Эдвард еще не успел познакомиться с новым гостем и, как приличному дракону, временно подменяющему хозяина замка, Эдварду стоило бы подойти и представиться, но он отчего-то тянул, продолжая разглядывать гостей.

Пенелопа ёрзала от волнения, перекидывала волосы с плеча на спину и обратно, оголяла шею и плечи, еще сильнее прогибала спину, застывая в неудобной, неестественной позе, подчеркивающей её интересные формы, громко смеялась, некрасиво обнажая десны передних зубов и кокетливо склоняла голову на бок, призывно поглядывая на собеседника дурным влюбленным взглядом.

Если бы Эдвард не видел своими глазами, что Пенелопа смотрит так абсолютно на каждого, появившегося в поле её досягаемости, мужчину, непременно поверил бы в искренность её игры.

Толстая змея у ног Пенелопы, словно почуяв что-то неладное, тревожно повернула голову в сторону Эдварда и застыла с остекленевшим немигающим взглядом.

Эдвард взглянул на змею, и сущность с тихим шипением шустро раскрутила кольца и забилась под диван.

Эдвард не спеша опустил меховой мячик по кличке Эгг в угол дивана и шагнул к обернувшемуся гостю:

- Рад приветствовать Вас в Старом Замке, тисс…

Гость вскинул брови и застыл с открытым ртом, уставившись на Эдварда, словно увидел привидение. В следующее мгновение моргнул и глубоко втянул носом воздух. Лицо его оставалось изумленным, словно кричало: «Разве так бывает?!».

- Всё в порядке? – спросил Эдвард, забавляясь реакцией незнакомца. Затем быстро потрогал свою голову. – Рога я снял! – усмехнулся. – Барон Эдвард Элфорд, к вашим услугам, тисс…

- Клод Турло, - прохрипел гость, не сводя удивленного взгляда с Эдварда и, с видимым усилием протолкнув в груди воздух, подал руку.

– Рад знакомству, тисс Турло!- Эдвард оскалился одной из самых доброжелательных своих улыбок. – Мне выпала честь на сегодняшнем ужине представлять Его Светлость и занять место хозяина дома. Сам герцог Олдридж появится немного позже. Дела! – развел руками. – Добро пожаловать в Старый Замок и располагайтесь, тисс Турло! Как Вы устроились? Достаточно ли светлые и просторные покои Вам выделили?

- Да, все прекрасно, благодарю за теплый прием! – немного взяв себя в руки, ответил гость, вскидывая на Эдварда цепкий взгляд.

- Что привело Вас в эти древние стены? Вы прибыли один или в компании друзей? – Эдвард искренне пытался быть любезным.

- Я прибыл в компании виконта Харви Блеза и его спутницы Рокси Роби, - ответил гость и снова внимательно, словно изучающе, взглянул на Эдварда. – Харви предстоит командировка в соседнее Королевство Теней, Рокси собирается его сопровождать. Они надеются получить здесь охранных сущностей, слух о которых разнесся уже по всему королевству. Во времена службы Харви в этих краях, я нередко гостил у него в этом замке. В отсутствии герцога, разумеется.

- И как Вы находите замок сейчас? Что-то изменилось с тех пор? – Эдвард заинтересованно слушал собеседника.

- Могу отметить изменение магического фона. Я бы назвал это, скорее, искажением… Нарушением баланса. И в то время в замке не было сущностей, способных воплощаться.

- Вы тоже едете в командировку? – перевел стрелки Эдвард.

- Я путешествую просто за компанию. Предпочитаю праздный образ жизни, знаете ли, - гость улыбнулся, обнажив довольно длинные клыки.

- Вот как?! – усмехнулся Эдвард. – А где же сам Харви и его спутница?

- Рокси с дороги решила немного отдохнуть, а Харви, должно быть, предается ностальгии где-нибудь в картинной галерее.

- Должно быть, Харви сильно переживал по поводу возвращения герцога Олдриджа в замок? – хмыкнул Эдвард. – И утраты поста Хранителя Печатей Междумирья?

Клод Турло взглянул на Эдварда непроницаемым взглядом темных глаз:

- Думаю, ему было непросто принять в свое время, как назначение на эту должность, так и последующее расставание с замком, - кивнул вполне искренно, соглашаясь. – Замок величественен и загадочен. Говорят, он хранит много тайн и секретов. А должность значительна и влиятельна, оттого желанна, несмотря на отсутствие спокойных дней.

- Да, что верно, то верно. Легенды не слагаются на пустом месте, - усмехнулся Эдвард. – Где Харви служит сейчас? – заинтересованно взглянул на собеседника. – Надеюсь, Его Величество предложил ему взамен нечто не менее значимое? Мы давно знакомы с Харви, вместе учились в Академии, - пояснил своё любопытство. - А потом, после четвертого курса, Харви пропал! – снова демонстрируя великолепный оскал, Эдвард рассмеялся. – Мы понятия не имели, куда он делся! Отчислился? Бросил обучение и вернулся домой? Слухи ходили разные, но никто не знал достоверно, где он и что с ним произошло!

- Боюсь, мне мало известен род его занятий, кроме того, что он виконт и служит Королю Базилю, - нехотя поведал гость.

- Эдвард! Добрый вечер, мой мальчик! – звонкий голос маркизы, раскатившись на всю гостиную, застал Эдварда на самом интересном месте беседы.

Эдвард извинился перед собеседником и, развернувшись, шагнул в сторону камина к тётушке Генри. Кресло напротив маркизы пустовало. Барона Ардена в нем уже не было.

- Негодный мальчишка! – кокетливо поприветствовала маркиза своего любимца. – Зашел и сделал вид, что меня не заметил! – манерно подала Эдварду для поцелуя унизанную перстнями руку.

- Вечер добрый! - с элегантностью завзятого ловеласа Эдвард склонился и облобызал ухоженную ручку маркизы. – Ну что Вы такое говорите, тисса Лилиан! Да как я мог?! – возмутился с мягким укором. – Да я бы не посмел! Не хотел мешать вашей увлекательной беседе с бароном.

– Как я рада, что Вы уже вернулись, Эд! Без Вас в этом мрачном замке сумрачно и одиноко, - капризным голосом избалованной девочки поведала маркиза. Немного сдвинулась на диване, освобождая место рядом с собой. Сделала Эдварду приглашающий жест.

- Ммм, Вы мне льстите, милая тисса Лилиан! – присаживаясь на диван, кокетливо подыграл ей Эдвард.

- Ничуть! – фыркнула маркиза. – Уж меня-то точно нельзя упрекнуть в неискренности! Впрочем, как и в том, что я милая, - поддела насмешливо. – Если бы тисс барон не был так любезен и не скрасил моё одиночество, я, верно, умерла бы здесь со скуки! Ну что, Эд, Ваша поездка была успешной? Удалось Вам отыскать древний артефакт, за которым Вы охотитесь?

Эвдард качнул головой:

- Можно сказать и так, тисса Лилиан. Можно сказать, и так. А Вы чем были заняты в мое отсутствие? Кроме того, что скучали? Очаровывали тисса Ардена?

- Ах, - отмахнулась маркиза возмущенно, - ну, конечно же, дрессировкой Джессики, - указала на кошку, устроившуюся на краешке спинки. – Иди ко мне, милая, - потянула к себе за поводок упирающуюся животинку. – Эдвард, а Вы, я смотрю, так и не решились обзавестись питомцем?

Эдвард легко хмыкнул и, чтобы скрыть истинные мысли и чувства, потупил взгляд, как нашкодивший школьник. Вздохнул и развел руками:

- Пока нет, как видите, - мило улыбнулся. – Но я не теряю надежды, тисса Лилиан. Однажды найдется смелая самоотверженная сущность, способная меня защитить.

Маркиза обвела гостиную ясным, острым взглядом и остановилась на Клоде Турло.

- Слышала, Харви вернулся в замок. К добру ли? В прошлом году, накануне его отъезда, в западном крыле обрушился потолок.

- Вы как-то связываете обвалившийся потолок с присутствием в замке Харви? – понизив голос, недоверчиво поинтересовался Эдвард.

- Кто знает? – пожала плечами маркиза. – Он мне никогда не нравился! Что-то есть в нём такое, неприятное! Ты не находишь?

- Я слишком давно видел его в последний раз, тисса Лилиан, чтобы судить об этом, - улыбнулся Эдвард. – После четвертого курса.

- А я пару раз встречала его на королевских балах, - поморщилась женщина. – И, что он там забыл, не понимаю! – добавила возмущенно. – Подозреваю, что он выполняет какие-то секретные поручения нашего славного Базиля. А это что за хлыщ крутится вокруг Пенелопы? – указала глазами на нового гостя. – Бедная девочка готова выпрыгнуть из платья прямо здесь.

- Она уже большая девочка, тисса Лилиан, - мягко напомнил Эдвард.

- Вот он! – выдохнула маркиза неприязненно. – Явился – не запылился, как говорит тисс Бен!

Эдвард обернулся и тут же поднялся.

У распахнутых дверей гостиной стоял Харви Блез.

***

- Что там, Шервуд? – Генри остановился вслед за псом, навострившим уши.

Подбросил выше светящийся магический шар. Сделал еще пару шагов по пустому залу в сторону забранного деревянными досками, высокого окна. Каменная крошка зашуршала под сапогами с гулким хрустом, усиленным эхом о каменные стены.

Генри тронул рукой уносящиеся ввысь, словно остов гигантского дракона, грубые деревянные балки лесов. Конструкция выглядела прочной и монументальной. Строителей в зале не было, как и мага, руководившего бригадой. Видимо, их рабочий день уже закончился.

Огромный бальный зал в западном крыле замка ремонтировали третий раз за прошедший год. И каждый раз, спустя три месяца на потолке появлялась новая трещина, из которой начинали сыпаться камни. Лишь по счастливой случайности каменные осколки до сих пор никого не поранили и не прибили. Просто залом давно не пользовались по назначению. В последние годы балы в замке не проводились, а прислуга, в силу занятости или отсутствия хозяина, заглядывала сюда редко.

Впервые потолок обрушился на самого Генри в первый день его возвращения из госпиталя. Тогда еще неокрепший Генри чудом успел отскочить в сторону, когда огромная хрустальная люстра рухнула на мозаичный мраморный пол танцевального зала, вдребезги разлетевшись на тысячи острых осколков.

На этот раз Генри решил подойти к ремонту всерьез. Не замазывать дыру в потолке, скрепляя камни магической смесью, а полностью заменить плиту междуэтажного перекрытия, опирающегося на несущие стены.

Доберман, глянув куда-то вверх на деревянные лестницы лесов, издал глухое рычание.

- Фу, Шервуд! – негромко скомандовал Генри. – Наверное, кто-то из строителей остался. Нужно проверить, - произнес, ступив на нижнюю ступеньку лесов. – Эй, кто там?! Спускайтесь! – запрокинув голову, крикнул герцог вверх.

Ответа не последовало, лишь легкий шорох под сводчатым потолком, да скрип ступеней донесся до Генри, известив, что наверху определенно кто-то прячется.

Это было странно. Обычно рабочие уходили ночевать к себе в хозяйственные пристройки. Кому понадобилось взбираться под самый потолок, на уровень балконов для оркестра? Что еще за секреты могут быть в замке герцога Олдриджа от него же самого? Возможно, это чья-то воплощенная сущность вскарабкалась по ступеням и теперь не может спуститься?

Проверить это можно было двумя способами. Первый был в чем-то проще и понятнее второго: поймать сущность и узнать, чья она. Второй способ герцог не любил, но собирался сейчас применить.

Генри встал в центр зала под самой высокой точкой купола, широко расставив ноги и раскинув в стороны руки, усилил в теле магические потоки и призвал из подвалов разума тьму. Магия вскинулась, почуяв дозволение, быстро и жадно потекла по телу густой тягучей лавой, взахлеб заполняя собой доступное пространство.

Генри содрогнулся, как бывало всякий раз, когда он погружался во тьму, позволяя темной магии заполнить себя. Ощущение, ставшее уже знакомым за последний год, но до сих пор крайне неприятное, словно он погружался в болотную трясину.

Подбросил светильник выше, взглянул сквозь преграды лесов: что за тёмная сущность скрывается от него?

- Человек? – недоуменно выдохнул Генри.

Длинная черная тень скользнула по стене и скрылась на одном из балконов. Было совершенно очевидно, что сущность находилась в человеческом облике.

- Там что, с балкона есть выход? – пробормотал Генри и бросился к одной из лестниц, ведущих на балкон. Шервуд бросился следом за герцогом.

Пролёт, второй, третий.

На миг задержавшаяся на стене тень становилась все ближе. Наконец, последний пролет.

Внезапно лестница под ногой Генри хрустнула и полетела вниз, увлекая за собой хозяина замка.

Тёмная пустота приглашающе расступилась и сомкнулась над Генри, приняв герцога в свои объятия, закружилась воронкой, поглощая и увлекая падающее тело в стремительный магический водоворот.

Генри, больно ударившись, упал спиной на что-то твердое. И это был не пол бального зала. Лязгнул металл, сдвинув застонавшие в темноте, шестеренки и цепи.

Щиколотки моментально сдавили капканы, голову – холодный обруч. Схватившись за голову, Генри попытался подняться, когда почувствовал, как вокруг него начали смыкаться металлические прутья, опутывая его, словно змея жертву.

В слабом освещении перед герцогом поднялась клетка, ловко притянувшая его к стене. Генри оказался в ловушке, в узком металлическом каркасе, стянувшем его так, что было невозможно пошевелиться.

- Шервуд! – охрипшим голосом крикнул Генри, но пёс не воплотился на зов хозяина, как прежде. – Ахнурх! – дернулся Генри, пытаясь вырваться из стальных капканов. – Что за… в моём замке? Какого дикого дракона?! – и снова попытался разжать прутья.

- Не получается? Ха-ха-ха! – из полутьмы раздался голос, наполненный издевкой и холодным довольством.

В полумраке показался и медленно приблизился высокий мужской силуэт.

- Неужели ты думал, что я так легко уступлю тебе, Генри?

Голос говорившего был знакомым, очень знакомым, и Генри узнал бы его, если бы обруч, стянувший его голову, давил чуть слабее, или магические силы в обруче чуть снизили импульс воздействия. Генри попытался разложить эти силы на составляющие. Получилось плохо. Что-то мешало, и Генри никак не мог понять, что именно.

- Кто ты? – прохрипел герцог, запрокинув, прикованную к стене, голову и попытался призвать свою магию. Тщетно. Магия молчала.

- Не узнал? Ха-ха-ха! – мерцая глазами, расхохотался силуэт и стал на глазах расползаться в гигантского монстра. Длинные щупальца осьминога скрутились кольцами, точно змеи, усыпанные острыми, крючковатыми шипами. Из оскаленной драконьей пасти капала слюна. – А ты подумай лучше, Генри, - прошипел монстр. – Вспомнил? - и драконья пасть хищно искривилась в пародию на ироничную улыбку. Глаза же наблюдали за Генри с металлическим блеском ледяной ненависти.

Щупальца взметнулись, и монстр двинулся ближе к герцогу. Навис над ним оскаленной пастью, обдавая зловонным дыханием. Проскрежетал когтями по металлическим прутьям клетки, демонстрируя пленнику в слабом человеческом облике своё превосходство и презрение. Прутья завизжали, сжимаясь сильнее.

Обруч на висках Генри ожил и, пульсируя магией, впился в кожу, высасывая силы, словно паук – соки из жертвы.

- Ах, это ты… – сквозь пульсирующий магией металл, впившегося в горло ошейника, прохрипел Генри. – Вырожденец! – сцепив зубы от боли, обронил насмешливо и сделал лёгкое движение пальцами, снова пытаясь призвать свою магию. Магия не отозвалась, и Генри почувствовал усиление давления извне, словно что-то блокировало рвущиеся к нему магические потоки.

«Да что за…», - почти теряя сознание от напряжения и боли, подумал герцог, преодолевая давление.

- Что так слабо, Ваша Светлость? Ха-ха-ха! В прошлый раз ты называл меня: «Выродок!», - глумился монстр, демонстрируя свою силу, попеременно раскручивая и скручивая гигантские щупальца. -Предположим, что так и есть! Ха-ха-ха! Тогда отчего сегодня я собираюсь диктовать тебе условия? А?! Я, Выродок, которого много лет назад ты выбросил за грань к Теням! Выродок, над которым вы, чистокровки, потешались четыре года!

Генри озадаченно свел брови к переносице:

- Постой, ты хочешь сказать, что наша битва на границе миров была не первой нашей встречей? Что мы где-то встречались раньше? Кто ты?! Как ты оказался в моём замке?

- Ха-ха-ха! – расхохотался монстр заливисто. – В твоём замке?! Ха-ха-ха! Как ты наивен, Генри! Как мало ты знаешь! Тебе не приходило в голову, откуда в «твоём» замке такое количество тёмных энергетических сгустков?

- Это избыток моей темной магии, - хрипло ответил пленник, пытаясь разговорить монстра.

- А откуда у тебя вообще взялась тёмная магия, о Светлейший из герцогов? Ха-ха-ха! Ты всегда недооценивал алхимию теней.

Генри молчал, силясь вспомнить, как он пришел в себя после схватки с монстром. Рваная рана на плече кровоточила. В боку между ребрами застряли зубы монстра.

- Душа цепляется за ненависть, - прошипел монстр в лицо герцогу. – Я дам тебе время подумать, так ли сильно нужны тебе твой титул и замок. Обещаю, ты непременно узнаешь, чей он на самом деле. Ха-ха-ха! – запрокидывая драконью башку, расхохотался монстр. – А пока я напомню тебе твой страшный сон, - криво смыкающиеся челюсти клыкастой зловонной пасти снова приблизились к лицу пленника. Между острых клыков сочилась слюна и капала Генри на лицо и грудь, пропитывая вонючей влагой его рубашку. – Ты был моей добычей, Генри. Я затащил тебя на сторону тьмы. Ты должен был умереть от яда моих укусов и возродиться там. Ты не мог выжить. Ты не протянешь долго. Если ты не вернешься в Королевство Теней, в каждом твоем поколении выживет только один сын. Это твоё проклятие. Живи с ним.

Генри опустил веки, более не в силах выносить сочившегося из глаз монстра стального холода. Или же это магический обруч еще сильнее сдавил ему виски.

Медленно монстр отстранился, так и не поняв, жив ли еще герцог.

***

Факел трещал и чадил, поглощая масляную ветошь, отбрасывал на каменные стены кривые пляшущие тени. Вытянув вперед немеющие руки, я старалась удерживать его так, чтобы огонь был подальше от лица, волос, и довольно пышной юбки, но пламенный жар все равно облизывал кожу.

Спускались мы довольно долго и медленно. Осторожно ступая вслед за белкой по каменным ступеням, я продолжала удерживать деревянный черенок лишь усилием воли.

Векша то и дело останавливалась у очередного витка ступеней, быстро и настороженно оглядывая пространство вокруг себя. Её пушистый хвост трепетал от напряжения. Затем так же стремительно оборачивалась, словно проверяя, иду ли я вслед за ней.

Потрескивание пламени смешивалось со стуком моих каблуков и уносилось вместе с белкой куда-то вниз, возвращаясь ко мне неясным отражением звуков от каменных стен, отчего возникало ощущение, что мы в подземелье не одни.

- Как ты думаешь, на какой мы уже глубине? – спросила я, обеспокоенная тем, что ступени по-прежнему вели вниз.

Белочка обернулась, глянув на меня встревоженно и вопросительно.

- Вот и я не знаю, - согласилась я с молчаливой собеседницей. – Но выход найти нам необходимо, причем как можно скорее. Не уверена, что я долго протяну без воды и еды.

Руки онемели от усталости и я, боясь уронить факел, положила его прямо на пол. Опустилась на ступени, разминая онемевшие пальцы. Потерла руками озябшие плечи.

- Может быть, зря мы пошли вниз? Может быть, стоит вернуться к панели и постучать еще раз? – предложила я неуверенно.

- Цок-цок! - издала Векша негромко и, шустро подскочив, устроилась у меня на коленях. Смешно сложила лапки, всматриваясь мне в глаза темными бусинками глаз.

- Вижу, ты уверена, что идти нужно? – погладив пушистую спинку зверушки, вздохнула я.

Белка кивнула совсем по-человечески, отчего я на мгновение впала в ступор. Одно дело предполагать, что реакция зверушки на мои вопросы – случайное совпадение, другое дело – своими глазами видеть совершенно осмысленный ответ.

- Ты и правда разумна, Векша? – спросила я, затаив дыхание, потому что боялась ответа сильнее, чем предполагала.

Белка снова кивнула и взглянула на меня смешными глазками, словно потешалась над моим удивлением и недоверием.

- Что ж, - снова вздохнула я, - раз так, я допускаю, что ты и в самом деле лучше знаешь путь к свободе. Тогда веди! – с новой решимостью поднялась я на ноги.

Белочка подскочила и устремилась вниз по ступеням. Я, подоткнув за пояс край юбки и подхватив факел, последовала за ней более уверенно.

Вскоре лестница закончилась, выведя нас в, убегающий влево и вправо, длинный коридор.

Векша, не задумываясь, свернула направо и поскакала с прежней прытью.

- Почему ты свернула направо? – крикнула я вслед удаляющемуся тельцу и, рискуя отстать, поспешила вслед за белкой.

Под ногами что-то неприятно захрустело, но я постаралась не думать о возможных останках грызунов и насекомых. И не останках насекомых тоже постаралась не думать. Стала негромко напевать вслух, невесть откуда всплывшую, детскую песенку: «Мы едем, едем, едем в далекие края…».

Мы сворачивали еще дважды, когда в конце длинного, убегающего вдаль, темного коридора я увидела смутные отблески света.

- Это выход? – обрадовалась я и, несмотря на усталость и онемевшие руки, ускорила шаг.

По мере нашего приближения к свету, стало понятно, что это не просто выход на улицу. Свет проступил отчетливее и ярче, разливаясь по коридору золотистой волной, мерцая и пульсируя палевыми отблесками.

Факел стал не нужен, и я воткнула его в укрепленное в стене, металлическое кольцо.

От мерцающего света в лицо дохнула волна жара. Я потерла озябшие плечи и поняла, что начала быстро отогреваться, как у печки. Дотронулась до стены, камни были горячими.

Остановилась и замерла, не понимая, что делать. Идти туда? Это точно безопасно?

Белочка зацокала и затрещала, взмахивая лапками и обеспокоенно кружась передо мной.

- Ты считаешь, что нужно идти? – уточнила я у Векши.

«Цок-цок!», - протрещала белка, кивая, и прыгнула ко мне на руки.

- Что ж, тогда идем, - согласилась я.

За очередным поворотом в проеме стены открылась небольшая каменная арка. Через неё и лился в коридор огненно-золотой свет.

Преодолев страх, я шагнула в арку, ожидая увидеть что угодно, но только не то, что открылось моим глазам.

Пещера была пуста и залита оранжево-золотым светом, таким ярким, что в первое мгновение я зажмурилась. Отблески мерцали на серых камнях, делая их золотыми.

Слева в дальнем углу к стене был прикован узник. Свет шел от него.

Огненно-золотой костюм мужчины был перевит золотыми прутьями, надежно приковавшими тело узника к каменной стене. Золотой ошейник и обруч удерживали голову с длинными золотыми волосами. Жив ли он или без сознания?

Преодолевая жар, я решительно шагнула в сторону пленника, чтобы понять, могу ли я ему помочь.

Перебравшись через глыбу, словно обвалившихся, горячих камней, я поняла, что подойти ближе к узнику не смогу. В паре метров от мужчины на полу растеклась темная, нефтяная лужа, надежно отделяющая пленника от внешнего мира.

Я посмотрела на свои туфли. Должно быть, мне будет по щиколотку. Чтобы лезть в эту лужу, лучше сначала понять, что я смогу сделать. Как я смогу оторвать от стены крепления? Сбить камнем?

Белка, проскакав вперед, уже сидела у края темной жидкости и трещала, делая мне предупредительные знаки.

Я огляделась. Если бросить в лужу пару небольших камней и по ним перейти к узнику?

Я подхватила небольшой плоский камень и аккуратно опустила его в лужу. Камень провалился, пустив по маслянистой тьме небольшие круги.

Белка обернулась ко мне. На её умненькой мордашке застыл ужас.

- Колодец? – неуверенно спросила я свою спутницу.